Иллюстрации

— Казуя... Как ты думаешь, зачем люди создают семьи?

Тихим осенним днём дедушка задал мне этот вопрос. Это произошло после буддистской поминальной службы, проведённой на седьмой день после смерти моей бабушки. Я сидел в саду вместе с дедушкой, который отсутствующим взглядом смотрел на небо.

Я не понял вопроса, и, пока я пытался придумать, что сказать в ответ, дедушка, выглядящий так, словно на него снизошло откровение, продолжил:

— Они создают их, чтобы не умирать в одиночестве. Пока я ухаживал за твоей бабушкой, эта мысль вновь и вновь приходила мне на ум. Мы рано потеряли нашего сына и твою мать, но у нас всё ещё был ты. Поэтому наша жизнь была наполнена смыслом. Узы, которые мы создаём на протяжении жизни, не исчезнут даже после того, как нас самих не станет. Для любого живого существа не может быть большего повода для гордости.

— Дедушка...

— Вот почему я хочу сказать тебе следующее: Казуя, создай семью. А когда создашь, защищай её, чего бы это ни стоило. Ты всегда был смышлёным мальчиком. ...Нет, наверное, правильнее будет сказать, что ты всегда рассматривал всё с рациональной точки зрения.

Я молчал.

— Но послушай, ты не должен думать таким образом, когда дело будет касаться твоей семьи. Взяв за руки членов своей семьи, никогда их не отпускай. Ставь на кон свою жизнь и защищай их до победного конца, несмотря ни на что. Если ты будешь так поступать, я уверен, что, когда твоё время подойдёт к концу, ты подумаешь: «Я прожил хорошую жизнь». Так думала твоя бабушка... и так думаю я.

— ...Ты так говоришь, будто это твоя последняя воля, — сказал я дразнящим тоном, но дедушка кивнул со всей серьёзностью.

— Я уже стар, и эти слова могут оказаться последним, что я сказал своему внуку, который останется совершенно один.

Тогда я не нашёлся что сказать.

И затем, словно он держался только ради того, чтобы увидеть, как я поступлю в университет, дедушка ушёл вслед за бабушкой. В доме, где остался только я, я прошептал:

— Я никогда не забуду твоей последней воли, дедушка.

Создать семью и защищать её, чего бы это ни стоило.

Держа это обещание в сердце, я начал новую жизнь. Точнее, должен был.

◇ ◇ ◇

— О Герой! Как хорошо, что вы ответили на наш призыв! — воскликнул мужчина, неожиданно возникший прямо передо мной. Он выглядел лет на сорок-пятьдесят, был среднего телосложения и в красной мантии, а на его голове сверкала золотая корона. У меня не было и тени сомнения, что это король.

А нежная молодая женщина рядом с ним, видимо, королева? У этой красивой женщины были платиновые волосы, и одета она была в роскошное платье. На вид ей было около тридцати лет.

«Так, разберёмся в ситуации, — подумал я. — Невероятно высокий потолок, два ряда мраморных колон и красная ковровая дорожка между ними. По обе стороны от неё по стойке смирно стоят солдаты, и среди них можно заметить человека, выглядящего как типичный премьер-министр».

Это место словно было взято из стартовой сцены из RPG: король, дворец и фраза «О Герой!», которую я только что услышал.

«...Так, успокойся, — сказал я себе. — Паника тебе никак не поможет. Первым делом надо... Да, надо собрать информацию».

— П-почему вы так на нас смотрите? Вы злитесь на нас за ваш призыв? — нервно спросил король, пока я пристально рассматривал его.

— Нет... Я просто не понимаю, что происходит. Не могли бы вы всё объяснить?

— В-вы так спокойны. Как я вам завидую...

— Ваше Величество... — сказал премьер-министр, перед этим кашлянув.

— З-забудьте!

Король слегка подпрыгнул. Королева, наблюдая за этой сценкой, хихикнула, а стражники горько улыбнулись. По их реакции я понял, что король и вправду такой добродушный, каким кажется. Для человека, который правит целой страной, ему явно не хватает харизмы, но, похоже, подданные любят своего короля.

Я задал свой вопрос с нарочитым спокойствием, чтобы не испугать его:

— Итак, раз я герой, то, значит, у вас произошло вторжение короля демонов или что-то в этом духе?

— Вы так быстро всё поняли. Всё в точности как вы сказали.

Я потерял дар речи.

«Серьёзно?.. Это ведь не сон, да? Нет-нет, я осознаю разницу между сном и реальностью, и сейчас нет той нечёткости восприятия, которая бывает во сне». Четыре из пяти чувств — за исключением вкуса — сообщали мне, что это происходит на самом деле.

«Это... реальность... Скажу ещё раз: серьёзно?..»

— Ч-что с вами, Герой? Почему вы схватились за голову?

— Ничего страшного, просто слегка закружилась голова. — Голова начала болеть, но придётся какое-то время потерпеть. — Всё в порядке. Прошу вас, расскажите подробнее.

— К-конечно, сейчас всё объясню.

Король пустился в пространные объяснения об истории этого мира, какие вы могли наблюдать в старых RPG. Они были такими длинными, что, будь это игра, я бы уже вовсю искал кнопку «Пропустить». Для вас же я обобщу сказанное.

Первым делом король рассказал о самом мире.

Мир состоит из суперконтинента Ландия и множества островов различных размеров. На континенте расположено много стран, больших и малых, и населяют их не только люди, но и зверолюди, эльфы, дворфы, драконьюты и множество других рас. В одних странах все расы мирно сосуществуют, в других одна раса превозносится над прочими, а в некоторых странах и вовсе запрещён въезд представителям иных рас. Все эти страны временами воевали друг с другом, и так продолжалось вплоть до вторжения демонов, которое вынудило всех следовать курсу взаимного сотрудничества.

Далее король рассказал о демонах и их Короле.

Около десяти лет назад на самом севере Ландии возник так называемый «Мир демонов», из которого хлынуло множество различных монстров, неся северным странам хаос и разрушение. Страны сформировали альянс и организовали карательную экспедицию для атаки на Мир демонов.

Однако экспедиционные войска были разгромлены. Из Мира демонов вышли не только «монстры», отличающиеся низким интеллектом либо полным его отсутствием, но и разумные «демоны», которые, к тому же, были сильными воинами. Карательная экспедиция была уничтожена именно демонами, которыми, по неподтверждённым слухам, правил некий «Король демонов».

В том сражении человеческие страны потеряли большую часть своих вооружённых сил и оказались неспособны защититься от монстров из Мира демонов. Силы демонов нанесли ответный удар, в результате чего их маленькое королевство разрослось до третьей части континента. Теперь эти земли называют Владениями Короля демонов. Дальнейшее вторжение прекратилось, но лишь из-за того, что силы демонов были рассредоточены по сильно растянувшейся границе, благодаря чему странам удалось отстоять свои границы. Возникла патовая ситуация: людям не хватало сил для продвижения вглубь Владений Короля демонов, тогда как демоны не могли собраться в одну армию.

Дальше король рассказал о своей стране.

Королевство Эльфриден было средних размеров монархией, расположенной на юго-востоке континента. В стране с момента её основания бок о бок живут множество рас, и, несмотря на то, что королём является человек, прочие расы никак не притесняются. Представитель любой расы может получить гражданство и занять практически любую должность (разве что королём не может стать). К примеру, премьер-министром, дающим советы королю, был полуэльф.

Поскольку Эльфриден не имеет общих границ с Владениями Короля демонов, он несильно пострадал от вторжения монстров. Однако королевство изначально было слабо и не обладало богатой казной. В дополнение к этому серьёзные проблемы с продовольствием, возникшие в последние годы, обострили беженцы, которые, потеряв родину из-за вторжения демонов, прибыли в королевство.

С внешней политикой также было не всё хорошо.

Отношения с Империей Гран-Кэйос, крупнейшей после Владений Короля демонов страной на континенте, были весьма напряжёнными. У Империи была самая протяжённая среди всех наций граница с Владениями Короля демонов, и именно эта страна организовала первый поход на демонов. После разгрома экспедиции Империя попросила от других стран оказание поддержки в войне. Простыми словами, она попросила от стран, находящихся вдали от Владений Короля демонов, финансовую помощь для тех, кто граничит с землями демонов. «Просьба», исходящая от самой сильной страны человечества, была почти равнозначна ультиматуму. Подобный запрос поступил и королевству, но вследствие названных ранее причин выполнить его было затруднительно.

И, наконец, король поведал о «призыве героя», из-за которого я оказался в этом мире.

Видимо, в просьбе о военной помощи прозвучала следующая фраза: «Если вам нечем платить, то проведите ритуал призыва героя и отошлите его в Империю». Было совершенно очевидно, что у королевства денег не было, и, возможно, целью Империи был именно ритуал призыва. Что именно Империя собиралась делать с героем, было неясно: может быть, использовать его в сражениях; может, препарировать для изучения и разработки новых видов оружия; а, может быть, Империя и не рассчитывала на успешный призыв и собиралась использовать провал в качестве предлога для вторжения в королевство.

Находясь в безвыходной ситуации, королевство решило испытать удачу и провести ритуал призыва. Отправлять героя в Империю или нет, решено не было, но он определённо стал бы козырем в переговорах.

...И сейчас, когда я столько вам рассказал, вы, готов поспорить, уже догадались, что король даже представить не мог, что призыв окажется успешным.

— Эй! — крикнул я на короля, и тот подпрыгнул от испуга.

— А-а-а, нам очень жаль!

— Ох, простите, — сказал я. — Я на секунду вышел из себя.

«Пусть он и поступил так, он всё ещё остаётся королём. Мне нужно воздержаться от дальнейших грубостей».

Но всё же... Раз мой призыв стал неожиданностью, то никто ничего не ожидает от меня? Взяв минутку, чтобы успокоиться, я спросил короля:

— ...Итак, что вы планируете делать?

— О, о чём это вы?

— Я про то, отправите вы меня в Империю или нет.

— То есть... И что же мне делать? Я в жутком затруднении.

Король выглядел серьёзно обеспокоенным. Это немного удивило меня. Я-то думал, что он падёт на колени и со слезами на глазах начнёт умолять: «Империя такая жуткая! Прошу вас, отправьтесь туда ради нашей страны!». Этот король кажется трусливым, вряд ли он приютит меня против воли Империи.

— Почему вы так волнуетесь? Вы что, боитесь Империи?

— Да, боюсь!

— При всём уважении, эстафету объяснений приму я, — произнёс премьер-министр полуэльф, шагнув вперёд. — На данный момент разница в силе между нашей страной и Империей слишком велика, чтобы отвечать отказом на её требования. Мы в сложном положении, и вы, герой, — единственный наш козырь. Если мы откупимся от Империи, отдав вас, что нам делать на следующих переговорах?

Я молчал. Несложно было понять, о чём он говорит.

Хорошим примером можно назвать случившееся с Фудзиварой, когда те отдали свой единственный козырь, Минамото-но Ёсицунэ. Те, кто из-за запугиваний отдают свой единственный козырь, не имеют будущего.

— Кстати, а кто такой «герой»? — спросил я.

— По преданию, герой — это «тот, кто возглавляет смену эпох», — ответил премьер-министр.

«Хм... Значит, не тот, кто убьёт Короля демонов?»

— Как-то слишком расплывчато.

— Понимаете, у нас самих не так много информации.

— ...И в таких условиях вы провели ритуал призыва.

— Никаких слов не хватит, чтобы выразить моё раскаяние за такое положение дел, — ответил премьер-министр.

«Знаешь, от твоего стандартного чиновничьего извинения мне легче не стало... Вся эта ситуация меня беспокоит, а я не могу ничего сделать из-за недостатка информации... Что нам сейчас нужно больше всего, — это время».

— Сир, у меня есть предложение.

— Какое? Я готов выслушать.

— Можем мы поговорить о том, что будем делать дальше? Но только не здесь, а где-нибудь, где мы сможем сесть и всё тщательно обсудить. Только мы втроём — я, вы и премьер-министр.

— Хм. Что думаете, Маркс?

— Я считаю, это хорошая мысль, — кивнул премьер-министр.

— Пожалуйста, соберите всю информацию по стране, которую только сможете. Особенно меня интересуют отчёты по платёжному балансу, но также не будут лишними данные о сельском хозяйстве, лесным угодьями, рыбному промыслу, экономике, торговле, промышленности и транспортной системе королевства. Мы, возможно, сумеем собрать деньги, которые требует Империя. Ещё я бы хотел просмотреть материалы по героям... но ладно, это может подождать.

— Хорошо, я поручу собрать всё это, — сказал король.

Через некоторое время меня вызвали в рабочий кабинет короля.

Сидя на мягких диванах, мы проводили совещание за совещанием, на которых говорили обо всём, чём только можно.

Это продолжалось два полных дня. Отчасти это объясняется тем, что я ежеминутно задавал вопросы о деталях из собранных материалов, отчасти из-за того, что они принимали в штыки мои предложения, которые считали странными и эксцентричными. По ходу встречи король стал уделять мне пристальное внимание, словно став совершенно другим человеком.

Два дня спустя совещания подошли к концу. Солдаты, что стояли на страже у двери, позже всем говорили, что лицо короля, когда тот покинул комнату, было нехарактерно ярким и жизнерадостным, и что это было лицо человека, который принял решение.

На следующий день король, собрав в зале аудиенций важнейших людей в замке, громко провозгласил:

— Прошу вас внимательно выслушать мои слова. Я, тринадцатый король Эльфридена, Альберт Эльфриден, настоящим отрекаюсь от престола в пользу призванного героя, Сомы Казуи! Также я объявляю о помолвке моей дочери Лисии с сэром Сомой!

В зале повисла тишина. Все были поражены сказанным. Спокойной оставалась, возможно, только королева.

Для меня же это заявление стало громом среди ясного неба.

На 32-ой день четвёртого месяца 1546 года по континентальному календарю трон королевства был передан Соме Казуе.

Это произошло в Парнаме, столице королевства Эльфриден.

В центре города стоял одноимённый замок, являющийся резиденцией эльфриденского короля. Город вокруг замка процветал, и окружающие его стены создавали образ типичного средневекового европейского города. Крыши зданий были однородного оранжевого цвета, что отлично дополняло классический образ города.

Главные улицы расходились от замка на четыре стороны света, и каждая из них упиралась в ворота, через которые тёк бесконечный поток повозок и людей. Помимо главных улиц были бесчисленные мощёные улочки, лучами расходящиеся от замка; ещё больше дорог соединяли их вместе, и город с высоты птичьего полёта выглядел как паутина или снежинка. По обеим сторонам от дорог располагались лавки ремесленников и магазины, у которых суетились люди.

Сегодня был выходной день, а также первый день правления короля Сомы (правда, церемония коронации проведена не была, так что технически он был лишь исполняющим обязанности короля), из-за чего суета в торговых районах была больше обычного. Из-за неожиданной смены монарха в городе царила напряжённая атмосфера, но как только выяснилось, что новым королём был призванный герой, а бывший король Альберт уступил трон по собственной воле, и что его дочь, принцесса Лисия, помолвлена с Сомой, то хаос утих сам собой.

Поскольку народ любил бывшего короля, по городу ходили слухи:

«Ну, если король в порядке, то, наверное, всё нормально».

«Думаю, ему было сложно справляться с давлением Империи и всем прочим. Я рад, что груз с его плеч наконец спал».

«Теперь он может расслабиться. Это лучший исход для всех».

В целом все восприняли случившееся благосклонно. Похоже, беспечность короля была национальной чертой. Сома, который сел на престол не по своей воле, ожидал хоть какое-то сопротивление неожиданной смене власти, однако всё обошлось без борьбы. В любом случае, в Парнаме царил мир.

Разрушая мирную послеполуденную атмосферу, по мощённым улицам скакала белая лошадь.

Верхом на ней сидела красивая светлокожая девушка лет 16-17, её платиновые светлые волосы были собраны в хвост, который развевался на ветру. Облегающая военная форма прямиком из «Розы Версаля»[✱]Сёдзё-манга, выпускавшаяся в 1970-ых. подчёркивала её отличную фигуру.

Красивая девушка верхом на белой лошади представляла собой прекрасную картину. Замечавшие её люди невольно с восхищением вздыхали и восклицали, когда узнавали в ней принцессу:

— Поздравляем с помолвкой, принцесса!

— Счастья вам!

Не ведая о её настоящих чувствах, они одаривали её тёплыми пожеланиями, которые, однако, не достигали её разума.

— Отец, мама, подождите ещё немного... Я уже рядом! — пробормотала девушка, Лисия Эльфриден, с горестным выражением на лице.

— Отец, что всё это значит?!

Королевские покои. Здесь стояла поистине королевских размеров кровать, а каждый элемент интерьера в комнате был прекрасно проработан. Изначально эта комната служила личной спальней королевской четы, и после уступки трона она должна была перейти Соме. Однако Сома, не желающий разбираться с хлопотами, связанными с переездом, дал разрешение бывшим королю и королеве пользоваться ей как прежде, и поэтому эти двое были здесь. У Сомы, кстати, была лишь простая кровать в рабочем кабинете, где он и спал.

Когда Лисия, запыхавшись, ворвалась в комнату, она увидела, как её родители не просто чинно наслаждаются чаепитием на балконе, но окунают булочки в крем и кормят ими друг друга, поговаривая:

— Дорогой, скажи «а-а-а».

— А-а-а.

Лисия застыла, но тут же пришла в себя и с сердитым выражением лица подошла к бывшему королю.

— Отец, я сломя голову мчалась сюда из своего патруля, как только услышала новость о том, что твой трон узурпировали! И почему я нахожу, как вы спокойно кормите друг друга, будто ничего не случилось?!

Лисия в дополнение к титулу принцессы (а теперь и невесты нового короля) обладает офицерским званием, которое она получила после окончания офицерской академии. Звание было не очень высоким, но из-за её благородного происхождения ей часто поручают принимать участие в армейских заупокойных службах и прочих заданиях особого характера. В этот раз она находилась в региональном патруле, когда услышала об отречении отца и в большой спешке помчалась сюда.

— Никто ничего не узурпировал. Я отрёкся от престола по собственной воле, — спокойно произнёс её отец.

— Почему ты так неожиданно это сделал?!

— Я поговорил с этим человеком и пришёл к выводу, что для нашей страны он будет лучшим королём, нежели я. Я принял решение со всей ответственностью и никаких возражений не потерплю.

В этот момент Лисия увидела в нём величественного мужчину, который до недавних пор нёс на своих плечах ответственность за целое королевство, и не нашла в себе сил для дальнейших препираний.

— Гм... но как ты мог решить вопрос о моей помолвке, даже не спросив меня?

— Вы можете обсудить это друг с другом. Помолвка была именно моим требованием. Если ты не желаешь свадьбы, я сомневаюсь, что сэр Сома будет принуждать тебя.

— Мама-а-а-а-а! — Лисия с мольбой в глазах посмотрела на мать, но Элиша, бывшая королева, улыбнулась.

— Сначала встреться с сэром Сомой. Это твоя жизнь, и тебе решать, что ты будешь с ней делать. Мы с уважением примем твоё решение, каким бы оно ни было.

Потеряв последнюю надежду в лице матери, Лисия поникла.

Лисия вышла из комнаты бывшей королевской четы и в быстром темпе шла по замку.

Она покинула замок несколько недель назад, отправившись в региональные патрули, и сейчас кое-что привлекло её внимание. Многие служащие бежали... Солдаты, горничные, чиновники, даже министры... все и всюду передвигались бегом. Только что рядом, тяжело дыша и обливаясь потом, пробежал министр с солидным брюшком, и это была настолько невообразимая картина, что Лисия ошарашенно остановилась.

Раньше здесь ничего подобного не было. В замке, который она помнила, царила настолько расслабленная атмосфера, что казалось, что даже время в нём течёт медленнее. Горничные, министры... все ходили настолько тихо, что в любом конце замка можно было услышать солдат, тренирующихся во внутреннем дворе. Разве она поступила в офицерскую академию не потому, что её тошнило от подобной атмосферы?

Но сейчас замок преобразился: где бы девушка ни шла, она слышала поступь чьих-то шагов.

Лисия окликнула горничную, пробегающую мимо:

— Можно тебя на минутку?

— Ах, конечно, принцесса. Вам чем-то помочь? — спросила горничная, замедлившись.

— Нет-нет. Все в замке очень спешат, что-то случилось?

— Нет, ничего особенного.

— В самом деле? Мне показалось, что все торопятся что-то делать...

— Ах, наверное, это новый король так на всех влияет. Видя, как он работает, все стыдятся, когда сами ничего не делают. И я тоже чувствую, что не должна быть такой нерасторопной... Ах, простите, но меня ещё ждёт работа!

— П-понятно... Удачи тебе.

Лисия ошеломлённо смотрела в спину убегающей горничной.

«Как же там работает новый король, что смог так вдохновить обычную горничную?! Что же за человек стал моим женихом?!» — терялась в догадках Лисия.

Наконец Лисия добралась до рабочего кабинета. Первым, что она увидела, открыв дверь, стала гора бумаг. Все документы были сложены в большую кучу на столе таких размеров, что на нём могли улечься два взрослых человека. Но и это не всё: рядом, за другим длинным столом, несколько чиновников боролись с похожими стопками документов.

Пока Лисия удивлённо осматривалась, из-за горы бумаг раздался молодой мужской голос:

— Эй, только что вошедший.

— ...А?! Что?! — девушка, придя в себя, издала странный звук, но говоривший, похоже, этого не заметил.

— Читать можешь? Считать умеешь?

— Н-не принимай меня за дуру! Я получила достойное образование!

— Ага, отлично. Иди сюда и помоги мне с работой.

— Помочь тебе? Да кем ты себя возомнил?..

— Иди уже, это королевский приказ.

Договорив, этот человек встал и, наконец, показал своё лицо.

Это была первая встреча нового короля Сомы и его невесты Лисии.

Позже Лисия будет описывать своё первое впечатление о нём как «молодой человек с уставшими глазами».

◇ ◇ ◇

В историях с призывом героя в другой мир иногда бывает так, что у этого героя появляются новые способности. Похоже, все жители этого мира обладают какой-нибудь магической способностью, и в том, что я надеялся получить её, нет ничего страшного, правда же? Я ведь, в конце концов, герой.

Сразу же после передачи мне престола какие-то похожие на жрецов парни принялись проверять мои способности.

В этом мире существовали различные типы магии, и для определения этого типа использовали артефакты. В моём случае он был похож на каменную плиту, при прикосновении к которой в разуме показывались тип магии и способности. Никто не знал принципов, лежащих в основе работы этого устройства, и, похоже, в этом мире было немало таких неуместных артефактов.

Итак, я прошёл оценку и получил следующий результат:

«Сила переносить сознание в предметы и манипулировать ими».

Эта способность позволяет мне переносить сознание в предметы, которых я коснулся, после чего я могу управлять ими, но не более тремя одновременно.

Если честно, это больше похоже на экстрасенсорную силу, а не магию. Чем легче предмет, тем проще им управлять. Также я могу установить точку обзора над предметом, который я контролирую. Более того, я могу управлять предметами не только своим собственным, но и независимым сознанием. Используя предметы в качестве носителей моих сознаний, я могу думать над несколькими задачами одновременно.

Несмотря на ограничение, из-за которого я мог перемещать предметы только поблизости от меня, обладать такой способностью было неплохо. Я словно вызывал эффект полтергейста.

В общем-то, именно поэтому я и назвал свою способность «Живым полтергейстом». Звучит так, будто у меня синдром восьмиклассника, не находите?

Получив эту способность, первое, что пришло мне на ум: «Да она же так полезна для бумажной работы!»

...Ага. Скопировав свои сознания в три пера, я могу параллельно просматривать несколько документов, а управляя этими перьями, я могу тут же их подписывать. «Надо же, с тех пор, как я узнал об этой способности, я стал выполнять гораздо больше работы». Без этой способности меня бы уже завалило под гигантской горой документов, которая росла абсурдными темпами.

...Да-да, знаю, что вы хотите сказать. У меня есть способность, и лучшее, на что она способна, — это облегчить бумажную работу?

Когда я попытался взглянуть на неё как на геройскую силу, я мысленно прокричал: «Да как так получилось?!». Пусть мне и не досталась сверхмощная магия, с помощью которой можно сражаться против тысяч врагов, но я бы не отказался от какой-нибудь защитной магии, чтобы в случае чего я хотя бы мог постоять за себя.

...Ладно, желать то, чего я никогда не получу, — пустая трата времени. Да и эта способность, по сути, приносит мне пользу.

Сегодня я, как обычно, боролся с горами бумаг, как кто-то с таким грохотом вошёл в кабинет, словно пытался выбить дверь. Глянув через просвет среди бумаг, я увидел девушку в военной форме.

У неё было симпатичное лицо, белая, почти прозрачная кожа и платиновые светлые волосы. Красивая девушка, и в более спокойное время я определённо был бы ей очарован, но сейчас, после трёх бессонных ночей, я видел в ней только свежую рабочую силу.

Позвав её и практически силой усадив рядом с собой, я подтолкнул к ней две пачки бумаг.

— Сравнивай эти документы и, если увидишь несовпадающие цифры или различное количество статей, отметь их.

— Э, чего? Что это за работа такая?

— Что за работа, спрашиваешь? Ищем спрятанные сокровища, вот что, — ответил я недоумевающей девушке. — Неучтённые расходы, если быть точнее. В этой пачке — заявки на бюджетные ассигнования, а в этой — отчёты о доходах и расходах. Даже если требуемая в заявке сумма соответствует расходам в отчёте, может оказаться, что количество статей различается. Это может указывать либо на нецелевые расходы, цель которых — полностью освоить выделенный бюджет, либо на хищения, замаскированные под бюджетные проекты. Эти статьи мы проверим, и, если были нарушены законы, мы заставим причастных возместить убытки. Если будет раскрыто хищение, мы потребуем вернуть деньги, а если преступник не сможет этого сделать, то арестуем его и всё его имущество.

— О, понятно.

Возможно, почуяв угрозу от человека, не спящего уже несколько суток, девушка кивнула и села за порученную работу.

Отлично.

Примерно через два часа, во время которых она молча работала, девушка в военной форме вдруг заговорила со мной, продолжая делать пометки на документах:

— ...Эй.

— Что? Если устала, можешь отдохнуть.

— Нет, я не про это... Я до сих пор не представилась. Меня зовут Лисия Эльфриден, я дочь бывшего короля Альберта Эльфриден.

Моё перо остановилось.

— ...Так ты принцесса?

— А не похожа?

— Ну, ты же в военной форме. Хотя, да, вроде есть в тебе что-то от принцессы.

Если подумать, она же говорила о своём достойном образовании.

— Я... Сома Казуя. Технически, я новый король.

Лисия повернулась ко мне лицом. Мы сидели довольно близко и смотрели друг другу в глаза. В отличие от меня, слегка смущённого, её золотые глаза словно оценивали меня. Через некоторое время Лисия медленно сказала:

— Я больше не принцесса. С тех пор как ты узурпировал трон, моё положение стало слегка неясным.

— Узурпировал?.. Знаешь что, это твой отец спихнул на меня трон и все свои обязанности. Вот серьёзно, зачем мне нести это тяжкое бремя и терпеть нервотрёпку?

— ...Так что произошло? Я знаю, что ты призванный герой, но как дошло до передачи трона?

— Это ты мне скажи. Единственное, что я хотел — это обезопасить себя...

Я принялся объяснять Лисии, что случилось во время церемонии призыва.

Когда меня призвали в этот мир, почти было принято решение передать меня в Империю. Король был не в восторге от этой идеи, но другого плана у него не было; если бы Империя надавила на него, ему бы пришлось выполнить её требование. Поскольку я не знал, что со мной собирались сделать в Империи, мне нужно было предложить альтернативный выбор, в котором героя, то есть меня, не придётся передавать.

План, который я представил королю, заключался в выплате требуемой помощи, что купило бы нам время на создание богатой страны с сильной армией. «Отошлите героя, если нечем платить» — таково их условие, так что мы выполним его и лишим повода для вторжения. В любом случае, это была лишь попытка запугивания, и я рассудил, что Империя, дабы сохранить лицо, не будет дальше давить. В купленное время мы будем проводить политику усиления страны, что позволит нам быть на равных с Империей.

Конечно, у короля и премьер-министра были возражения. Они сказали, что в казне нет денег на выплаты. Однако, просмотрев материалы, которые они подготовили для меня, я показал им, что сумму собрать можно, если продать нескольких государственных объектов, урезать расходы и продать часть собственности королевской семьи.

В университете я ходил на занятия социально-экономической направленности (а на вступительных экзаменах среди социальных предметов я выбрал мировую историю), а моей мечтой было стать местным госслужащим. В общем, именно из-за этого у меня такие широкие познания в этой сфере.

Король колебался насчёт этого плана, но премьер-министр Маркс был полон энтузиазма. Он твёрдо решил, что для страны будет лучше провести экономические реформы, а не отсылать героя для сохранения статус-кво. Когда мы продолжили, у короля стало больше энтузиазма.

Я знал, что мне, как предложившему план, придётся много работать над этими реформами, но только в роли обычного чиновника в министерстве финансов... примерно так я думал.

— И затем он сажает меня на престол.

— Э, ну... извини.

— Тебе не за что извиняться. Если подумать, то жертва здесь ты, ведь у тебя против твоей воли появился жених.

— Да, действительно... погоди-ка. Кто из нас выше по статусу? Должна ли я обращаться к тебе более любезно и формально? — Она сомневалась насчёт того, как должна разговаривать со мной — как простолюдинка с королём или же как принцесса, которая была кандидаткой в королевы.

— ...Может, будем разговаривать как равные? — сказал я.

— ...Хорошо.

— И не волнуйся из-за помолвки. Я только присматриваю за троном. Вполне вероятно, через несколько лет я перестану быть королём.

— Ха? Почему?!

— Потому что я собирался заняться только сбором денег для Империи, чтобы меня туда не отослали. Сейчас, раз уж меня посадили на трон, я сделаю всё, что поставить страну на ноги, но разбираться с остальным будут жители этой страны. И, конечно, мы сможем расторгнуть помолвку.

Я обнадёживающе улыбнулся Лисии.

◇ ◇ ◇

«Вполне вероятно, через несколько лет я перестану быть королём».

Мои глаза округлились от изумления, когда я услышала эти слова.

«Он так беззаботно это сказал, но он понимает, как трудно будет это сделать?»

Даже я, уделявшая большую часть времени военным вопросам, нежели политике (вследствие чего мои познания в ней довольно слабы), осознавала положение, в котором находилась наша страна. Я бы назвала его «шах и мат». Нехватка продовольствия, экономический спад, приток беженцев, вызванный вторжением демонов, а теперь и ультиматум Империи Гран-Кэйос — причин для этого было более чем достаточно.

Поэтому я могла понять решение отца передать трон тому, кто, по его мнению, сможет сделать больше полезного, нежели он. Но сможет ли он поднять страну? И если, скажем, у него получится, смогут ли люди отпустить короля, совершившего такой великий подвиг?

— ...Так ты думаешь, что сможешь собрать деньги для Империи?

— А, у меня они уже есть.

— ...Ха?

— Сейчас я пытаюсь отыскать средства для моих реформ. Откровенно говоря, на них требуется гораздо больше того, что мы заплатим Империи.

«Стоп... Стоп, стоп, стоп, стоп! Он уже собрал деньги? Насколько я слышала, Империя запрашивала денег с годовой бюджет королевства!»

— Где ты нашёл столько денег?..

— Я распродал примерно треть сокровищницы.

— Треть сокровищницы?.. Наши национальные сокровища?! Ты что, распродал национальные сокровища?! Ты же не сделал это, да?! — Я угрожающе приблизилась к Соме, который довольно равнодушно воспринимал совершённый им поступок. — Национальные сокровища принадлежат всей стране, и продавать их по собственной прихоти — предательство по отношению к народу!

— Эй, эй, успокойся. Раз они принадлежат народу, то продать их ради благополучия этого самого народа будет хорошим поступком, разве нет?

— Допустим, что так, но некоторые предметы имеют культурную и историческую ценность...

— А, если ты из-за этого так беспокоишься, то я их не трогал. Я продал только драгоценности и украшения, которые обладают лишь материальной ценностью.

Сома отыскал в стопке документов список с содержимым сокровищницы.

— Я поделил национальные сокровища на три категории: A — вещи, обладающие исторической или культурной ценностью; B — ценные, но не представляющие исторического или культурного значения; C — всё остальное. Я продал вещи только из категории B. Предметы из категории A будет лучше регулярно выставлять в музеях, что обеспечит нам постоянный источник дохода.

— Ну раз так... А что за категория C?

— Это магические предметы, книги и прочее. Честно говоря, я не знаю, что с ними делать. Это ведь что-то вроде оружия, и я не могу просто продать их или показывать в музеях без должных мер предосторожности. Хотя за полный комплект геройского снаряжения можно неплохо выручить... Может мне продать его?

— Прошу, прекрати...

«Ты ведь, технически, герой... Ах да, ты же сейчас король, правильно?»

— Раз мы собрали столько денег, не будет ли лучше вложить их в армию? В офицерской академии нам преподавали: «Всегда вкладывай в оборону, а не плати дань».

— На эту поговорку я отвечу своей: «Время — деньги». Пожертвовав вырученные деньги на выплаты Империи, мы выиграем для нашей страны то, что сейчас ей необходимо больше всего, — время.

— ...Почему ты так уклончиво отвечаешь?

— Не беспокойся. В любом случае, даже если мы нарастим наши силы, это будет бессмысленно, если внутренние дела не будут приведены в порядок. Пока проблемы с продовольствием и беженцами не будут решены, мы будем терять поддержку населения. Рано или поздно наше положение станет настолько шатким, что иностранным державам будет достаточно небольшого толчка, чтобы в королевстве начались бунты.

— Не может такого быть... Люди любят свою страну, они никогда не устроят бунты...

— Ты слишком идеалистично думаешь. «Лишь имеющие достаточно пищи и одежды знают о манерах». На пустой желудок нет ни следования нормам морали, ни патриотизма. Занятые собственным выживанием не могут себе позволить заботиться о других.

Глаза Сомы были полны холода. Это было суровое и реалистичное мировоззрение, и оно заставило меня почувствовать, что он попал прямо в точку. На первый взгляд он кажется слабым человеком, но всё же...

...он выглядел таким надёжным.

◇ ◇ ◇

Мы продолжали работать весь день и, наконец, насобирали нужную сумму. Не сказать, что я купался в деньгах, но их хватит для проведения моих реформ. Суметь раздобыть всю сумму только из подконтрольных мне земель, не затронув три герцогства — это достойно похвалы.

В комнате валялись бесчувственные тела чиновников. Кто-то спал, развалившись на столе, кто-то — откинувшись в кресле и лицом к потолку. Лисия тем временем спала на диване и тихо сопела.

Я тихо подошёл, сел на подлокотник дивана и посмотрел на спящую девушку. Она помогала мне до самого рассвета. А ведь ей наверняка есть что высказать насчёт принудительной помолвки со мной...

Я коснулся её головы. Шелковистые волосы скользили между моими пальцами. На меня, похоже, повлияла эйфория от завершения долгой работы: делать подобное в здравом уме было бы сильно смущающе, но сейчас я был счастлив, вот так просто сидя рядом с ней.

— М-м-м...

Лисия застонала, и я убрал руку с её головы. В следующий момент она открыла глаза и резко выпрямилась. Она ещё не до конца проснулась и беспомощно оглядывала комнату.

Улыбнувшись, я сказал ей:

— Доброе утро, Лисия.

— Д-доброе... Я что, заснула?..

— С работой покончено. Можешь спать дальше.

— А, нет, я в порядке. А ты как, Сома? Ещё не спал?

Похоже, она уже полностью проснулась, и я искренне рад, что она волнуется за меня.

Я встал с подлокотника и сильно потянулся.

— Я собираюсь хорошенько отоспаться, но... можешь сначала уделить мне немного времени?

— М? Зачем?

— Прогуляемся перед сном.

Рассветным утром мы вдвоём с Лисей скакали верхом на лошади.

Вдыхая утренний туманный воздух, лошадь Лисии мчалась по улицам, не обращая внимания на вес двоих человек. Лисия сидела спереди и держала поводья, в то время как я крепко держался за её тонкую талию, стараясь не свалиться.

— Эй, не хватайся за меня так крепко, — возмутилась она.

— Да ни за что. Мне всё-таки страшно.

— Ты жалок. Поводья должен держать мужчина.

— Ничем не могу помочь, я впервые верхом на лошади.

В современной Японии нет так уж много возможностей покататься на лошади.

Мой лучший опыт — когда я ребёнком катался на пони в зоопарке, да и то поводья держал другой человек.

— Ты в курсе, что все взрослые этой страны, от крестьян до дворян, умеют ездить верхом?

— В моём мире есть гораздо более удобные виды транспорта.

— В твоём мире... Расскажи мне о нём, Сома.

— М?

— Ну... осталась ли у тебя там семья или, может, любимая? — нерешительно спросила Лисия. Она что, пытается быть внимательной к моим чувствам?

— Нет, никого не осталось. Мой последний родственник, дедушка, недавно скончался...

— ...Извини.

— Не нужно, дедушка прожил полную жизнь. Так что... никто не ждёт моего возвращения, и у меня нет нужды поскорее возвращаться назад.

— Ох... Это хорошо. — На лице девушки показалось облегчение.

Во время всего разговора мы продолжали скакать вперёд. Сейчас примерно шесть утра — время, в которое люди начинают свой день. Лавки в торговом районе ещё были закрыты, и потому на улицах было практически пусто. Мы добрались до стен, окружавших столицу, и подъехали к массивным воротам, подобные которым я видел только в фантастических зарубежных фильмах. Поговорив со стражей, мы вышли из города через маленькую дверь в этих воротах.

Переговоры вела Лисия. Мне почему-то кажется, что новоиспечённого короля вряд ли выпустят из города без надлежащего сопровождения. Именно поэтому Лисия, обладающая офицерским званием, сказала страже что-то типа: «Мне нужно выехать из города по королевскому приказу». После того, как мы благополучно выбрались из города, Лисия заворчала:

— Поскольку я сказала про королевский приказ, они непременно это запишут. Кто знает, что насчёт этого выскажет нам Маркс...

Я проигнорировал её жалобы.

Через некоторое время мы прибыли на место назначения.

— ...Остановись здесь, — сказал я.

Лисия, остановив лошадь, вопросительно посмотрела на меня.

— Ты сюда хотел приехать? Тут кроме полей ничего нет.

Как и сказала Лисия, здесь не было ничего, кроме зелёных полей. Поля, мокрые от росы, простирались насколько хватало взгляда. Да, это то самое место.

— Я хотел показать тебе это место, Лисия.

— Эти поля? Да, очень красиво, они мокрые от утренней росы и всё такое...

— Красиво... ха. Пусть и так, но именно из-за них люди умирают от голода.

— Что? — Глаза Лисии от удивления округлились.

Я вздохнул.

— Посмотри повнимательней. Эти «несъедобные поля» стали причиной продовольственного кризиса в стране.

◇ ◇ ◇

«Несъедобные поля», — вот как назвал Сома эти поля, с горечью глядя на них. Сома сказал, что хочет показать их мне, но я до сих пор не понимаю, почему.

— ...Что ты имеешь в виду?

— Именно то, что я сказал. На всех полях, что ты видишь, растёт один хлопок.

— Хлопок... Ах! Вот что ты имел ввиду под «несъедобными»!

Цветки хлопка являются сырьём для хлопчатобумажной нити. И теперь понятно, что на этих полях не растёт ничего, что можно употребить в пищу.

Сома сел и опёрся локтями о колени.

— В общем, все проблемы с продовольствием в этой стране возникли из-за чрезмерного расширения этих хлопковых полей.

— ...Да?

«Он сказал что-то совершенно невероятное. Это они — причина наших проблем с продовольствием?»

— Я обнаружил это, когда разбирал документы. Из-за расширения Владений Короля демонов взлетел спрос на предметы первой необходимости, в том числе и на одежду. Естественно, вырос спрос и на сырьё — хлопок. Поскольку цена хлопка подскочила, фермеры перестали выращивать продовольственные культуры и перешли на хлопок. В результате, резкое увеличение производства товарных культур привело к снижению уровня продовольственной самообеспеченности королевства.

Я не могла вымолвить ни слова. «Причина наших проблем с продовольствием...»

Я наивно полагала, что нехватка еды была вызвана плохой погодой или неплодородными землями. Однако была конкретная причина, которую я, всю жизнь прожившая в этой стране, не заметила. Соме же, которого призвали сюда несколько дней назад, удалось увидеть её.

— Также это послужило причиной плохого состояния экономики. Из-за недостатка производимой еды её пришлось импортировать из других стран. Вот только из-за транспортных расходов цена на продовольствие подскочила. Это сильно ударило по семейным финансам, и расходы пришлось урезать, насколько это возможно. Но еда — приоритетная покупка, не умирать же с голода, так что экономить все стали на не критически важных товарах и предметах роскоши. Это ограниченное потребление и есть причина рецессии в экономике.

Как я этого не увидела? Будь я обычной горожанкой, я бы презрительно посмеялась над собственной близорукостью. Но я принцесса, и моё невежество убило бы всех ниже меня по статусу.

— Я... совершенно бесполезна как член королевской семьи.

От изнеможения я села на землю. Никогда ещё в своей жизни я не испытывала такого чувства собственного бессилия.

Сома почесал свой затылок и положил руку на мою голову.

— Не убивайся так. Мы собрали деньги, которые нам необходимы, и ещё не поздно провести реформы сельского хозяйства.

— ...Что ты собираешься делать?

— Мы установим ограничения на посадку товарных культур, засадим освободившиеся поля культурами продовольственными, тем самым повысив уровень продовольственной самообеспеченности. Поддерживать переход будем с помощью субсидий. Сначала будем сажать бобы, у которых широкий спектр применения, и картофель, который поможет справиться с голодом; со временем я хотел бы увеличить количество заливных полей. А потом...

Сома выразительно рассказывал о своих планах по реформе сельского хозяйства. Многие слова, типа «заливных полей», были мне незнакомы, но его лицо, когда я на него посмотрела, сияло.

Думаю, теперь я поняла, почему отец передал ему трон. Он — именно тот, в ком страна сейчас нуждается больше всего. Мы всеми способами должны удержать его, и наша помолвка, вероятно, как раз и была одними из тех оков, что должны привязать его к нашей стране.

«Полагаю, я не могу себе позволить расстраиваться из-за того, что вопрос о помолвке был решён без моего участия».

Сома сказал, что уступит трон, как только поставит страну на ноги, но мы никак не можем отпустить его. Уход такого редкого таланта будет большой потерей для страны. Нужно предотвратить это любой ценой.

«Он сказал, что у него в прежнем мире нет семьи. Если я стану его семьёй, смогу ли я удержать его в королевстве? — думала я. — Если я, как его невеста, смогу сделать наш брак неизбежным... Стоп, лучший способ сделать его неизбежным — это... з-заняться с ним... э-этим...»

Из-за пришедших на ум мыслей моё лицо вспыхнуло красным.

— А в горных районах... Эй, Лисия, ты слушаешь?

— Э! Д-да, конечно, я внимательно слушаю.

— М? У тебя всё лицо красное, ты в курсе?

— Это из-за зари! Не обращай внимания!

Мои щёки пылали. Я думала, что умру от смущения.

Всё, что Сома говорил после, прошло мимо моих ушей.

Развитие технологий в этом мире можно описать следующими словами — сплошной бардак.

На Земле наука и технологии развивались следующим образом: ручной труд, водяная/ветряная мельница, паровой двигатель, двигатель внутреннего сгорания. Это было постепенное продвижение вперёд.

Если вы захотите летать свободно в небе, то вам, прежде чем построить самолёт, нужно будет открыть принцип подъёмной силы и изобрести двигатель внутреннего сгорания. А чтобы его изобрести, нужно понимать, как будет работать система за счёт сжигания всяких вещей. На Земле новые технологии всегда строятся на основе, заложенной другими, более простыми технологиями.

Но в этом мире существуют магия и волшебные существа. Если вы тут захотите летать свободно в небе, то для этого достаточно будет оседлать виверну. Люди этого мира не знают о подъёмной силе и двигателях внутреннего сгорания, но всё равно могут летать.

В этом мире с помощью магии вы можете создать огонь, лёд и много ещё чего в любое желаемое время. Разница между возможным и невозможным уже не столь огромна.

В этом мире существуют большие прирученные звери, которые, как грузовики, могут таскать с собой грузы.

Здесь есть стальные линкоры, но только их тянут за собой гигантские морские драконы.

Электричества нет, но по ночам здесь всё равно светло: в уличных фонарях используется светящийся мох, который днём накапливает свет и испускает его ночью.

Газа тоже нет, а еду готовят в каминах, зажигая дрова в них огненной магией либо магическими инструментами.

Вместо водопровода и акведуков по всему городу установлены колодцы с наложенными на них заклинаниями водной магии, которые тянут воду из-под земли.

Подведём итоги: в этой стране многое возможно с помощью магии, а не науки. С другой стороны, если отбросить магию и волшебных существ, уровень цивилизации в этой стране печально низок. Если рассматривать с позиции земной истории, то она сейчас находится в позднем средневековье или же в раннем новом времени. Феодальный строй до сих пор существует, а до промышленной революции ещё очень далеко.

Вот такого типа страной я сейчас правлю.

◇ ◇ ◇

— Лисия, реформы сельского хозяйства не произойдут в одночасье, — сказал мне Сома. — Поэтому на время реформ я решил увеличить импорт из-за рубежа, чтобы решить проблемы с продовольствием.

Я сидела напротив Сомы и жевала тост. На длинном столе стояли корзина с хлебом и тарелки на двух человек, с яичницей, свиной колбасой и салатом. Сейчас время завтрака.

— Но ты же говорил, что из-за транспортных расходов возрастает стоимость, что приводит к ограниченному потреблению.

— Говорил, и рано или поздно мы прекратим закупать еду за границей и продавать её по местным ценам. Но сейчас, пусть это и бьёт по бюджету, мы должны терпеть. Хотелось бы компенсировать расходы за счёт экспорта, но нам ещё нужно найти замену для самой большой статьи экспорта — хлопка.

— Звучит тяжко... Ладно, давай пока отложим эту тему. — Я решилась задать вопрос, который уже некоторое время вертелся у меня на языке: — А теперь можешь сказать, почему, во имя всего святого, ты, король, завтракаешь здесь?!

Мы находились в столовой замка. Обычно ей пользовались живущие в замке солдаты и горничные, но сегодняшним утром мы ели здесь «Первый утренний набор». Король страны вместе со стражниками ест ту же еду, что и они, — ну должен же быть предел, насколько низко может пасть достоинство короля.

— Постоянные любопытные взгляды от стражников и горничных уже действуют мне на нервы! — запротестовала я.

— Не обращай на это внимания. Весь замок перешёл на режим экономии, и я не могу тратить на еду больше необходимого.

— Не ты ли мне говорил, что меры жёсткой экономии плохо сказываются на экономике страны?!

— Если деньги лежат мёртвым грузом, то да, — сказал он. — Но если сэкономленные деньги правильно использовать, то экономика оживёт.

— В любом случае, мы не должны есть здесь.

— Ты хочешь есть за тем гигантским королевским столом? Я тогда буду получать ещё меньше удовольствия от еды.

— Может ты и прав, но...

У меня до сих пор проблемы с приёмом пищи, когда все на меня смотрят. В академии я как-то к этому привыкла, но сейчас, когда я стала невестой Сомы, мы словно на свидании у всех на виду. И как мне оставаться спокойной?

Я вздохнула.

— Раз мы уменьшили траты на еду, то нужно сказать об этом отцу и маме. Эти двое часто пьют чай с тортами.

— А, с этим всё в порядке. Все эти торты — пожертвования.

— Хочешь сказать, что это подарки? — удивлённо спросила я. Неужели люди в королевстве могут позволить себе такую щедрость?

— Их дарили крупные магазины и магазины, принадлежащие дворянам. Даже когда корону носит тип вроде меня, звание королевского поставщика остаётся весьма престижным, и, несмотря на нехватку продовольствия, мы получаем довольно много подарков.

— Не принижай себя, ты же король!

— Большая часть еды — сладости, и хранить их долго нельзя. Я подобное не сильно люблю, так что я всё передаю бывшей королевской чете и горничным. Они записывают свои мнения, и производители высоко оценённых сладостей получают звание королевского поставщика. Это неожиданно хорошо восприняли.

— Так вот из-за чего... — пробормотала я.

Недавно я услышала, как горничные шептались о том, что «на войне с лишним весом не всё спокойно». Были даже сообщения о том, что некоторые горничные присоединились к солдатским тренировкам.

«...Мне тоже нужно следить за собой», — решила я.

Сома тем временем принял какой-то отстранённый вид.

— Ч-что-то случилось? — спросила я.

— Нет, просто... Если бюджет на еду урезать ещё больше, мы могли бы сесть на диету из тортов... Ха-ха-ха... Я смогу на собственной шкуре испытать фразу «если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!»

— Не зная контекста, люди могут устроить революцию из-за этих слов... — сказала я.

— Вам двоим, похоже, весело.

Я повернула голову в сторону говорящего и увидела молодого человека, одетого в рифлёные доспехи Королевской гвардии (за исключением шлема). Он был высок и крепкого телосложения, а красивое лицо обрамляли длинные прямые светлые волосы. Перед ним определённо не могла устоять ни одна женщина.

— Кого я вижу, сэр Людвин! — сказала я.

— Сколько времени утекло, моя принцесса. Хотя... наверное, теперь я должен обращаться к вам «моя королева».

— Кхм... На самом деле сейчас я ни та, ни другая.

Наблюдая за нами, Сома скорчил выражение лица, вопрошающее: «Кто этот парень?»

— Сома, этот джентльмен — сэр Людвин Аркс из Королевской гвардии, — представила я его.

Несмотря на молодость, — ему не было даже тридцати, — сэр Людвин уже проявил себя достаточно, чтобы его поставили во главе Королевской гвардии. В мирное время капитан Королевской гвардии отвечает за оборону столицы и замка Парнам, однако в чрезвычайных ситуациях он также командует Запретной армией — войсками, находящимися под непосредственным контролем короля. Кстати говоря, фактический контроль над военными силами страны находился в руках трёх герцогских родов.

Эти три рода стояли во главе сухопутных сил, флота и военно-воздушных сил. Сейчас правителями трёх герцогств являются:

Генерал армии королевства Эльфриден, герцог Георг Кармин — зверолюд с львиной головой. Своими войсками он управлял с яростью бушующего пламени, чем наводил ужас в сердца врагов.

Адмирал флота королевства Эльфриден, герцогиня Эксель Уолтер — мизучи (морской змей), среди предков которой затесались пираты. Потрясающая женщина, которая имеет большой опыт как в морских сражениях, так и в политике.

Генерал военно-воздушных сил королевства Эльфриден, герцог Кастор Варгас — драконьют. Король небес и лидер элиты вооружённых сил королевства — рыцарей на вивернах.

Каждый из них, в обмен на клятвы их семей в верности королевству, получил в самоуправление земли (герцогства).

Эльфриден был основан благодаря совместным усилиям множества рас, и тогда же была введена эта система, призванная сглаживать трения и разногласия между проживающими в королевстве расами. Но даже сейчас, во времена мирного сосуществования, система продолжала работать: в обмен на полученные земли три герцогских рода ставят на кон свои жизни, чтобы защитить свою любимую страну.

Однако сейчас три герцога отвели свои войска на подконтрольные им территории. Все трое очень любили и уважали бывшего короля, то есть моего отца, и до сих пор не признали Сому, который в их глазах выглядел узурпатором. Это стало серьёзной проблемой для Сомы: земли трёх герцогов суммарно составляли треть страны, и без их сотрудничества реформы Сомы будет сложно реализовать.

Я снова и снова писала герцогу Кармину, который заботился обо мне как о собственной дочери, прося его встретиться с Сомой, но его ответ всегда был: «До сих пор не вижу причин доверять ему».

Этот человек решителен в своих убеждениях, но я не ожидала, что он будет настолько упрям. Ну почему он так себя ведёт в такое неподходящее время? Что до меня, то я надеялась, что он признает Сому как можно скорее.

Не ведая о моих чувствах, Сома обменялся рукопожатием с сэром Людвином.

— Сома Казуя. Технически, я король этой страны.

— Людвин Аркс. Наслышан о вашем трудолюбии от чиновников.

— Что ж, можешь в следующий раз сказать им: «Хватит чесать языками, принимайтесь за работу».

— Ха-ха-ха, так и сделаю. Не будете против, если я к вам присоединюсь?

— Не возражаю.

— Спасибо.

Людвин принёс поднос со своим завтраком и сел рядом со мной.

— Как у вас дела? Я сейчас о ваших реформах, Ваше Величество.

— ...Не очень хорошо, — проворчал Сома, откусывая тост. — Мы очень страдаем от недостатка квалифицированных кадров. Сейчас я использую советников бывшего короля — людей, которые позволили пасть стране так низко. От всех, кроме премьер-министра Маркса, нет никакого толка.

Эльфриден — абсолютная монархия с королём во главе, воля которого сильно влияет на политику государства.

Также существует Национальное собрание, состоящее из представителей, за которых проголосовали жители страны. Однако на этом собрании лишь решают, какие предложить законы, которые потом через премьер-министра попадают на утверждение к королю. Будут эти предложения приняты или нет, целиком и полностью зависит от короля.

Однако стоит отметить, что король, если он будет делать всё, что ему вздумается, может потерять поддержку народа, и его, скорее всего, свергнут три герцога...

Для обсуждения того или иного политического решения король, помимо премьер-министра, может набрать других советников, с которыми и будет обсуждать эффективность того или иного решения. Выбор советников — целиком прерогатива короля, и он может нанять кого и сколько ему угодно людей.

По правде говоря, ещё до восхождения на престол предполагаемый король (в нашей стране это принц) начинает набирать людей, которые станут при нём советниками, но у Сомы, которому власть досталась совершенно неожиданно, никого не было.

— Мне нужны люди, которые будут рассказывать мне о том, что я хочу знать, и с усердием делать то, что я им поручу, — сказал я.

— Я вас понимаю. Все те, кто стоят выше других по карьерной лестнице, хотят иметь способных подчинённых, — сказал сэр Людвин.

— У вас в Запретной армии также?

— Конечно. Большинство выпускников офицерской академии стремятся попасть в одну из герцогских армий. Запретная армия же в основном обороняет столицу. Не самое популярное место назначения, верно, принцесса?

— Ну... Думаю, так и есть. Большинство моих одноклассников поступили на службу к трём герцогам.

Я служила в сухопутных войсках герцога Кармина, поскольку мне не было никакого смысла вступать в Запретную армию, задача которой — защита королевской семьи.

— И вот так получилось, что в Запретной армии сейчас полно неудачников и всяких эксцентричных личностей. У нас даже есть безумный учёный, который перешёл к нам из отдела разработки вооружений.

— Ого, я хотел бы с ним встретиться! — воскликнул Сома.

— Я познакомлю вас как-нибудь, — криво улыбнулся Людвин, увидев энтузиазм Сомы.

Ещё поболтав какое-то время, мы расстались с сэром Людвином.

«Как только дойду до своей комнаты, отправлю ещё одно письмо герцогу Кармину», — подумала я.

◇ ◇ ◇

— Мы сильно страдаем от недостатка способных людей! — пожаловался я.

— Н-ну да... — сказала Лисия.

Я попытался убедить Лисию, но выглядела она слегка озадаченной.

Возможно, это произошло из-за частого использования моей способности, но она стала несколько сильнее. Теперь я могу управлять четырьмя предметами одновременно (фактически я мог выполнять работу за пятерых). Однако эквивалент этого усиления — один дополнительный человек. Человек, который обладал теми же знаниями и навыками, что и я. Я же нуждался в людях с навыками, которых у меня нет. Убил бы за таких талантливых людей.

...И поэтому я решил набрать таких людей.

— Для этого я подумываю использовать Вещательную сеть.

— Использовать сеть?

Вещательная сеть — это система для трансляции голоса короля по всей стране. В Вещательном зале замка парит самоцвет двух метров в диаметре. Этот камень пронизан магией сильфид (духов ветра) и ундин (духов воды) и передаёт голос короля по всей стране. В тех городах, где установлено подходящее оборудование, можно даже проецировать изображение. Прошлые короли использовали Вещательную сеть для информирования населения о принятии новых законов, объявлении войны другой нации и тому подобном.

— Готова поспорить, ты будешь первым, кто воспользуется Вещательной сетью для набора способных людей, — сказала впечатлённая Лисия.

Неужели это настолько дикая идея?

— А как у вас это обычно происходит?

— Через личные знакомства либо через проведение письменных экзаменов и наём тех, кто пройдёт их.

— Тебе не кажется это довольно необъективным? Сколько вообще грамотных в этой стране?

— Половина людей умеет читать, трое из десяти могут писать.

— Это плохо, когда только три десятых населения могут сдавать экзамены.

— Просто чтобы ты знал, это среднее значение по всему миру...

«Хм... Вот что случается, когда нет обязательного образования».

— Любого можно научить читать и писать, — сказал я. — И, конечно же, качество кандидата не должно определяться его возможностями посещать уроки. Семьдесят процентов всего населения! Сколько алмазов эта страна так и оставила неогранёнными?

— ...Мне нечем возразить на это, — пристыженно ответила Лисия.

«Не ей я должен говорить об этом. Стране, безусловно, нужны коренные изменения».

— Так какие условия ты выставишь во время своего призыва? — спросила она.

— Я пока подбираю слова. Но я собираюсь позаимствовать слова великого человека, которым я восхищаюсь.

— Великого человека?

— Да, «коварного героя в беспокойной стране»[✱]Речь идёт о Цао Цао, одной из самых ярких личностей китайской эпохи Троецарствия.

◇ ◇ ◇

«Если у вас есть талант, я найду ему применение!»

В столице, в других городах, в деревнях — повсюду раздавался голос Сомы.

Более того, в крупных городах также проецировалось изображение Сомы. Приёмники, установленные на больших площадях, распыляли в воздух туман и с помощью преломления света отображали происходящее в Вещательном зале.

Если говорить современными понятиями, то они в реальном времени получали изображение с места вещания и проецировали его на экран в небе. Изображение было далеко не идеальным, но люди засуетились, получив возможность впервые увидеть нового короля.

Некоторые были сбиты с толку его молодостью, другие — его слишком обычной внешностью. В этом была вина Сомы, который отказался надевать формальную одежду или даже носить корону.

Только принцесса Лисия, стоящая рядом с ним и не выглядящая при этом особо напряжённой, вернула людям душевное спокойствие. Они слышали, что бывший король добровольно отрёкся от престола, но были не в своей тарелке до тех пор, пока не увидели его своими глазами. Многие выражали серьёзное беспокойство и по поводу благополучия принцессы Лисии, чья галантная красота сделала её для людей чем-то вроде идола.

Тем временем Сома продолжил свою речь:

— Сограждане, наша страна столкнулась с кризисом не виданных прежде масштабов! Серьёзные продовольственные проблемы, вызванный ими экономический спад, наплыв беженцев из земель, захваченных Королём демонов... Все эти беды, эти тяжёлые болезни изводят страну! Но и это ещё не всё! Империя Гран-Кэйос расширяет своё влияние, а некоторые из наших соседей с нетерпением следят за нами, готовые наброситься в любой момент! Бывший король понял, что разобраться со сложившейся ситуацией ему не по плечу, и доверил эту страну мне.

— Он смог признать своё бессилие и уступить дорогу тому, кому это будет по силам. Даже зная, что это правильный шаг, принять такое решение никогда не бывает просто. В мирное время бывшего короля могли бы назвать великим правителем.

«Он даёт ему слишком много чести...» — подумала принцесса Лисия, на мгновение горько улыбнувшись, но никто этого не заметил.

— Однако спокойные времена прошли, и в наставшую эпоху потрясений нам нужен не праведный король, но король, готовый испачкать свои руки, готовый ради выживания сделать всё, что необходимо! Не правитель, который неплох во всём, но тот, кто никогда не сдастся, и именно в этом он превосходит всех остальных! Потому что, в конечном счёте, именно эта его черта обеспечит безопасность ваших семей, от неё зависят ваши судьбы! Вот почему предыдущий король доверил мне эту страну! У меня есть упорство, и это то самое единственное, в чём я превосхожу предыдущего короля!

— Прямо сейчас у меня в разработке находятся множество реформ! Однако для их воплощения мне катастрофически не хватает талантливых людей. Поэтому я призываю тех из вас, кто не обделён талантом. Я скажу это ещё раз: если у вас есть талант, я найду ему применение!

— В эти беспокойные времена нужны не те, кто в среднем чуть лучше остальных. Нам нужны люди, что на голову выше всех остальных в одном единственном деле. Не имеет значения, в чём проявляется ваш дар. Не имеет значения, есть у вас какие-нибудь навыки помимо вашего дара. Если вы можете заявить о себе: «В этом нет никого лучше меня», — предстаньте предо мной!

— Образование, возраст, социальный статус, происхождение, раса, пол — ничего из этого для меня не имеет значения! Не важно, умеете ли вы читать или писать; не важно, умеете ли считать; есть ли у вас деньги, крепкое ли здоровье, красивы вы или уродливы, — это не важно! «В этом я лучше всех остальных. В этом я не уступлю ни единому человеку в стране», — если вы думаете так о себе, то покажитесь мне! Если я решу, что ваш дар — это то, в чём нуждается наша страна, вас пригласят в качестве одного из моих личных помощников!

Пламенная речь нового короля зажгла огонь в людских глазах.

Во время речи все ломали голову над тем, есть ли у них что-то, в чём они превосходят остальных. Однако в то же время они думали: «Даже если я в чём-то и лучше других людей, что толку, если эта способность бесполезна». Это чувство, от которого опускались руки, стала плотиной, перекрывшей поток энтузиазма, вызванного пламенной речью короля.

Король искал талантливых людей, которые могут решить проблемы страны. Всем было трудно представить, как их таланты могут каким-либо образом помочь королевству.

— Я уверен, что некоторые из вас мучаются в сомнениях, пригодится ли их талант! — словно поняв колебания народа, продолжил Сома. — Но это решать не вам! Пригодится ваш талант стране или нет, буду решать я, король! Пусть остальные смеются, называя ваш талант бесполезным, однако судить буду я! Отбросьте сомнения! Приходите и покажите, на что вы способны!

Сома сделал паузу, чтобы перевести дыхание.

— Если вы ещё сомневаетесь, то вот что мы сделаем: если ваш талант не будет иметь равных во всей стране, я от имени королевства Эльфриден присвою вам «Сертификат непревзойдённости», а также вы получите денежное вознаграждение. Как вам такая небольшая мотивация?! — Проекция Сомы с энтузиазмом потрясла кулаком.

В этот момент в каждом городе страны взорвались аплодисменты и возгласы одобрения. Плотина сомнений в людских сердцах пала.

— Ого!.. Я даже отсюда слышу ваши крики. Я рад, что вы так завелись, — сказал Сома, перейдя на более обыденный тон.

Лисия в этот момент хотела схватиться за голову.

— Вы можете выставить не только себя, но и других людей, — продолжил Сома. — В случае победы рекомендованного вами человека вы получите три десятых от награды. Если вы знаете людей, которые заперлись в домах и стали затворниками в такое сложное для страны время, то я хочу, чтобы вы пошли и вытащили их. И ещё: для тех, кто хочет продемонстрировать свои таланты в силе, пении и прочем, будут организованы соревнования, в которых и будет выбран победитель, так что готовьтесь. Так... это всё, что я хотел сказать.

Следующими словами Сома закончил трансляцию:

— Что ж, о талантливые, я жду в Парнаме, чтобы пожать вам руки.

Как только вещание закончилось, Лисия укоризненно посмотрела на меня.

— К чему была последняя фраза? — спросила она.

— Просто поплыл по течению, — со смехом ответил Сома.

«Интересно, как люди отреагируют на это? Найдутся ли те люди, которые ему нужны? — подумала она. — Надеюсь, придёт много людей...»

◇ ◇ ◇

В истории есть несколько эпизодов, которые часто обыгрываются в спектаклях более поздними поколениями. К подобным эпизодам предъявляются два условия:

Во-первых, он должен быть поворотным моментом эпохи.

Во-вторых, он должен обладать некоторой склонностью к театральной адаптации.

В эпоху Сэнгоку таким эпизодом стал танец Ацумори, который исполнил Ода Нобунага перед битвой при Окэхадзаме.

В «Записях о трёх царствах» это были три визита Лю Бэя к Чжугэ Лян, после которых первый смог завербовать второго.

В римской истории — Юлий Цезарь, перешедший Рубикон со словами «Жребий брошен».

Если бы кто-нибудь спросил, какое событие, начиная с передачи эльфриденского престола Соме, чаще всего играли в спектаклях, то ответом, несомненно, станет эпизод с набором талантливых людей.

Перед Сомой, который искал обладателей талантов, предстало пятеро молодых людей. С искренней радостью король приветствовал только одного из них.

С точки зрения Сомы это событие было одним из величайших его достижений. С точки зрения другого человека это была история Золушки, которая стала поворотным моментом в их жизнях. А с точки зрения «одного из оставшихся четырёх человек, воспринимающего происходящее иначе, чем остальные», это был «поворотный момент эпохи».

Всё верно, в этом эпизоде было целых три главных персонажа.

◇ ◇ ◇

Я волновался по поводу того, сколько людей откликнется на призыв, и, неожиданно для меня, он вызвал огромный фурор. Возможно, повлияло то, что я никак не ограничил виды талантов и установил денежное поощрение.

Сейчас в столице было так много людей, что пришлось ввести ограничения на количество людей, которым разрешён доступ во дворец. Ситуация была настолько ошеломляющей, что чиновники, включая Маркса, с самого утра бегали как сумасшедшие.

Может показаться удивительным, откуда в стране так много талантливых личностей, но на самом деле множество людей просто пришли посмотреть, какого рода люди привлекут внимание короля.

А где есть люди, там крутятся деньги.

Торговцы, учуяв хорошую возможность заработать, ставили уличные палатки, и город стал выглядеть так, словно в нём начался фестиваль. Любопытная ситуация шла на руку нашей экономике, но в то же время породила огромное количество работы для чиновников.

Итак, основной этап набора талантов имел оглушительный успех.

Множество разнообразных талантов, среди которых были как очевидно полезные, так и, с первого взгляда, бессмысленные, демонстрировались судейской коллегии. Пять чиновников решали, является ли показанный талант уникальным, и если его признавали таковым, то люди получали вознаграждение. Мы с Лисией сидели в отдельной комнате, читая отчёты судей и выбирая тех людей, которые сумели нас заинтересовать.

Свою кандидатуру выдвинуло огромное количество людей, однако довольно много способностей повторялись. За первенство в «Боевых способностях», «Талантах» и «Красоте» велась особенно ожесточённая борьба, так что было принято решение проводить их в разных местах.

Соревнования были соответственно названы «Турнир на звание лучшего бойца королевства», «Королевство талантов» и «Конкурс красоты Эльфридена», и каждый из них доставлял зрителям особое удовольствие.

...Кстати, позже я получил прошение от гильдии купцов, в котором была изложена просьба сделать эти соревнования в Парнаме ежегодным событием ради привлечения туристов.

Кроме того, возникли слухи, что реальной целью «Конкурса красоты Эльфридена» был выбор наложниц для короля, из-за чего благородные дома, желающие породниться с королевской семьёй, отправляли на конкурс своих родственниц. Лисия, откуда-то прослышав об этом, некоторое время с отвращением смотрела на меня…

Судейство вместо планируемого одного дня растянулось на целых три. Талантливые люди, про которых я мог сказать: «То, что мне надо!» — предстали передо мной на четвёртый день.

Рядом со мной, сидящим на троне, стояла Лисия (поскольку мы ещё не были женаты, она не имела права занять трон королевы), ступенью ниже по правую руку стоял премьер-министр Маркс, а по левую — капитан Королевской гвардии Людвин.

Стоит упомянуть, что этот зал показывали на всю страну, ради чего сюда принесли самоцвет из Вещательного зала.

Напротив меня стояли пять человек:

Девушка с серебристыми волосами, эльфийскими ушами и слегка мускулистым смуглым телом.

Худой молодой человек с апатичным лицом, носящий чёрную одежду, которая целиком покрывала тело.

Прекрасная девушка с синими волосами, красота которой отличалась от красоты Лисии своей нежностью.

Простовато выглядящая девочка лет десяти, с маленькими лисьими ушками на голове.

И, наконец, толстяк средних лет, с которого ручьём тёк пот.

— Ваше Величество, множество талантливых людей со всей страны ответили на ваш призыв и были записаны в архивы королевской канцелярии. Люди, что стоят перед вами, показали наиболее редкие таланты.

Когда Маркс договорил, толстяк поспешно преклонил колено, подпрыгнув при этом как кузнечик. Синеволосая красавица также преклонила колено, однако каждое её движение было полно грации. Девочка с лисьими ушками неуклюже последовала их примеру. Молодой человек в чёрном посмотрел на остальных сонным взглядом, после чего поклонился последним.

Эльфийка же продолжала стоять. Все присутствующие были потрясены.

— Ты находишься перед королём. Ты не собираешься преклонять колено? — предостерёг её Людвин тихим, но сильным голосом.

Эльфийка на замечание никак не отреагировала. Более того, она посмотрела мне прямо в глаза и заявила:

— Прошу вашей снисходительности, но таков обычай моего племени. Наши воины не опускают голову ни перед кем, кроме своего господина. А для наших женщин не склонять голову ни перед кем, кроме своего мужа, — символ их достоинства.

— Но... — продолжал Людвин.

— Я не возражаю, — взмахом руки я остановил Людвина от дальнейших споров. — Это мы попросили их помочь стране. Я не буду настаивать.

— ...Как пожелаете, Ваше Величество, — легко сдался Людвин.

«...Готов поспорить, он поступил так, зная, что произойдёт дальше. Он действовал так, чтобы люди не сочли молчаливую уступку за проявление слабости, но в то же время демонстрируя, насколько терпим король. Он прекрасный актёр. Что ж, мне придётся оправдать его ожидания и сыграть терпимого короля»

Я поднялся с трона и, глядя на них, сказал:

— Прошу вас, не преклоняйтесь предо мной. Именно я сейчас нахожусь в положении просящего. Вы можете отбросить формальности и вести себя как обычно. Встаньте.

Четвёрка медленно поднялась. Я кинул взгляд на Маркса, призывая его продолжить. Маркс кивнул, развернул какой-то свиток и начал читать:

— Сейчас будут объявлены таланты этих людей и выданы их награды! Мадам Аиша Удгард, тёмный эльф из Защищённого Божеством Леса, шаг вперёд!

— Есть, сэр!

На этот раз эльфийка послушно выполнила то, что ей сказали.

На вид ей было меньше двадцати лет, но я слышал, что тёмные эльфы долго остаются молодыми, так что их возраст и внешний вид не соответствуют друг другу. У неё была смуглая кожа и серебристые волосы, собранные в хвост. На ней были нагрудный доспех и латные рукавицы. Из-под нижней части одеяния выглядывали умеренно мускулистые тонкие ноги.

«Тёмные эльфы, — подумал я. — Один из малочисленных народов Эльфридена, чьи воины обладают выдающимися боевыми способностями. Проживают в Защищённом Божеством Лесе, и им, как его защитникам, дарована автономия. У них сильное чувство расового единства и неприятия посторонних...»

С невозмутимым лицом я через помещённое в них сознание управлял перчатками, которые оставил в другой комнате, и просматривал статью о тёмных эльфах в «Эльфриденской энциклопедии для детей» (поскольку книга предназначалась для детей, информация в ней написана кратко, что было полезно при нехватке времени).

Тёмные эльфы этого мира получили своё название не от того, что они потеряли благосклонность богов, как это бывает в большинстве выдуманных фэнтезийных миров. Всё было куда проще: эльфы с бледной кожей и светлыми волосами назывались светлыми, а темнокожие эльфы с серебристыми волосами — тёмными.

— Эта девушка проявила выдающийся боевой талант. Она стала победителем «Турнира на звание лучшего бойца королевства», что показывает, что она может называться величайшим воином в этом королевстве, и за это мы восхваляем её! — объявил Маркс.

«Ого, она победила в турнире. Она, должно быть, невероятно сильна».

Кое-что меня заинтересовало.

— Я созывал талантливых людей, которые могут помочь королевству, но одолжишь ли ты свои силы стране, когда это потребуется? Я читал, что тёмные эльфы верны только своему племени.

— ...Сейчас не те времена, когда мы можем выжить, просто защищая наши леса. Если королевство падёт, лес будет в опасности. Некоторые тёмные эльфы считают, что нам нужны перемены, и я — одна из них, — твёрдо заявила Аиша.

— Однако... Довольно прогрессивная точка зрения для такого консервативного племени, — сказал я.

— Это правда, меня считают еретиком. Однако, если мы ничего не предпримем... Король Сома?

— Что такое?

— Мне не нужна денежная награда. Вместо неё я прошу вас позволить обратиться к вам напрямую.

Зал был ошеломлён, ведь Аиша хотела высказать просьбу напрямую королю. Даже в Японии были времена, когда это считалось преступлением, караемым смертной казнью. В этой стране, похоже, было то же самое.

Лисия и Людвин потянулись к мечам, но я знаком приказал им остановиться.

— Я позволяю. Говори, что хочешь сказать.

— Сома?! Что ты!..

— Она была готова рискнуть, чтобы сказать мне это. Я, как король, должен хотя бы выслушать её.

— Благодарю вас. Тогда я начну. — Аиша с гордостью выпятила грудь и продолжила: — В последнее время происходит всё больше вторжений в Защищённый Божеством Лес со стороны других рас. Они собирают грибы и съедобные дикие растения, охотятся на лесных зверей. Я понимаю, что в стране проблемы с едой, но такими темпами мы сами скоро начнём голодать! Нам ничего не остаётся, кроме как встречать нарушителей с оружием в руках. Даже сейчас в лесу происходят столкновения. Король Сома, прошу вас, расправьтесь с преступниками!

— Понятно...

«Другими словами, она просит меня запретить людям, которым нечего есть, охотиться и собирать растения в их лесу. Продовольственный кризис вынуждает их идти в лес, обладающий обильными ресурсами, несмотря на риск столкновений с тёмными эльфами».

— Хорошо. Законы, которые ограничивают вход в Защищённый Божеством Лес, уже существуют, поэтому я не могу выпустить новый запрет. Однако я немедленно окажу продовольственную помощь деревням, находящимся рядом с Лесом. Если после этого кто-то ещё попытается войти в Лес, он будет признан браконьером и будет наказан.

— Большое вам спасибо.

Как только я договорил, Аиша положила руку на грудь и закрыла глаза. Я даже не знаю, что это было, — жест признательности или демонстрация облегчения от того, что она выполнила свою задачу.

— Аиша, твой народ не допускает браконьерства, но тебе не кажется, что ради собственного будущего вы должны торговать с людьми за пределами Леса? Разве во внешнем мире нет вещей, которые могут вас заинтересовать? — спросил я.

— Да, но... нашему племени нечего предложить для торговли.

— Хм... А как же древесина? Разве у вас ничего не остаётся после периодического прореживания?

Так как они живут в лесу, то древесины у них должно быть больше, чем требуется для их нужд. Во внешнем мире, с другой стороны, она пользовалась бы большим спросом. Это должно обеспечить приличную внешнюю торговлю...

— Периодическое... что? — с серьёзным видом спросила меня Аиша, чем на мгновение ошеломила меня.

«Чего? В этом мире что, не делают периодическое прореживание?»

— Я имею в виду периодическую рубку определённого количества деревьев для ухода за лесом...

Я посмотрел на Лисию, Маркса и Людвина, но все они покачали головами. Кажется, они впервые об этом слышат. Аиша была в их числе.

— Ухаживать за лесом... вырубая деревья?

— Конечно. Если оставить деревья как есть, то они вырастут и раскинут свои ветви как можно дальше. Их листва не будет пропускать солнечный свет, из-за чего молодые деревья перестанут расти. Более того, если деревья растут слишком кучно, они будут мешать росту друг друга, и рано или поздно в лесу останутся только старые деревья. Этот хрупкий лес будет легко уничтожен снегом и ветром. Кроме того, из-за недостатка света подлесок будет чахнуть, земля перестанет удерживать воду, что может стать причиной оползней. Обычный здравый смысл... верно?

Люди вокруг в ответ только качали головами.

Аиша немедленно пала на колени.

— Король Сома... Нет, Ваше Величество!

— Ч-что такое?!

— Я смиренно прошу вас простить мою прежнюю грубость!

— Да ничего, меня это не беспокоило, но... погоди, это ничего, что ты вот так склонила голову?

— Ничего страшного! С этой минуты я обещаю преданно служить вам до конца моей жизни!

«Эй-эй, подожди. Что вообще происходит?..»

— Пользуйтесь моей жизнью, как вам будет угодно! Я предлагаю вам своё тело, своё сердце, своё целомудрие! Если прикажете сражаться, я буду сражаться! Если скажете любить вас, я буду любить! Я стану вашей любовницей или рабыней, если вам так будет угодно! По вашему слову я отправлюсь на смерть!

— Откуда это безумная верность?! Что изменилось за последние несколько минут?!

— Но перед тем как приказать мне умереть, прошу вас, выслушайте мою последнюю просьбу!

— Эй, ты что, меня игнорируешь?! Не игнорируй меня!

— Прошу вас, отправьтесь со мной в Защищённый Божеством Лес как можно скорее! — с этими словами она ещё раз ударилась головой о пол.

В этот момент даже Лисия была ошеломлена.

«...Это догэдза с самоистязанием — определённо опасная штука...»

— Хорошо, давай послушаем твою историю, — сказал я. — Ты хочешь привести меня в Защищённый Божеством Лес?

— Именно так! Прошу вас, научите нас этому «периодическому прореживанию»! В последние годы в Защищённом Божеством Лесу появилось много проблем, которые вы только что упомянули, сир! Там, где деревья растут близко друг к другу, они становятся тонкими и слабыми, молодые деревья не растут, вода стала мутной, а земля размывается при ветре или сильном дожде. После ваших слов я поняла причину этого!

— Защищённый Божеством Лес существует уже несколько тысячелетий, я не ошибаюсь? И никто этого раньше не заметил? — спросил, и Аиша стыдливо кивнула.

— Деревья в Лесу живут очень долго, — сказала Аиша. — Вот почему ничего не обнаруживалось до тех пор, пока они не достигли конца своего жизненного цикла...

— Эта проблема не только эльфов, — сказала Лисия. — В эльфриденских горах также не занимаются прореживанием, так что там может быть аналогичная ситуация.

— Ну, везде, где не слишком сильно полагаются на лес, всё должно быть в порядке. Когда старые деревья падают, в любом случае начинают расти новые. Даже если стихийное бедствие уничтожит лес, он всё равно восстановится лет через десять. Природа, в конце концов, живёт циклично.

— Но для тёмных эльфов ситуация с Защищённым Божеством Лесом станет катастрофой, не так ли? — спросила Лисия.

«...Держу пари, что так и будет. Этот лес — их родной дом, и если деревья исчезнут, то у нас возникнет ещё одна волна беженцев. Ещё больше беженцев мне ни к чему, так что лучше поскорее с этим разобраться»

— Хорошо, я посещу Защищённый Божеством Лес в ближайшем будущем.

— О-о-о! Большое спасибо, сир! — закричала Аиша.

— Однако, когда я приеду, вам придётся разрешить въезд определённого количества людей в Лес. Похоже, заниматься лесным хозяйством придётся по всей стране. Я воспользуюсь этой возможностью и проведу несколько занятий по управлению лесным хозяйством.

— Как пожелаете, сир, — сказала она.

— Хорошо. Людвин.

— Сир.

— Аиша хочет служить мне, поэтому я хочу, чтобы ты проверил, на что она способна. Мы знаем её способности как бойца, но сможет ли она повести за собой людей? Если у неё есть потенциал, я сделаю её генералом армии; если же нет, я найму её как своего личного телохранителя.

— Хорошо, сэр. Будет исполнено.

Позже, испытав Аишу, Людвин сказал мне: «У неё есть лидерские качества. Однако, её способности как индивидуального бойца гораздо выше, так что делать её генералом бессмысленно». Получается, она как Люй Бу: она может выступать в роли генерала, но, в случае чего, её можно отправить в одиночку, чтобы нанести ущерб врагу. С этого момента я буду держать Аишу при себе как телохранителя.

С Аишей мы закончили, но события развивались довольно напряжённо с первого же человека. Я ведь просто собирался быстро раздать награды, а затем набрать тех, кто выглядит полезным...

«Пожалуйста, скажите мне, что не у всех из оставшейся четвёрки будут подобные проблемы».

— Следующий — сэр Хакуя Квонмин. Шаг вперёд, — сказал Маркс.

— ...Есть, сэр.

Вперёд вышел молодой, лет двадцати, мужчина. Он носил своеобразную одежду, объединяющую в себе рясу пастора и традиционное кимоно синтоистского служителя и покрашенную в чёрный. Тёмные волосы по плечо длиной выглядели неопрятно. Глядя на его бледную кожу и хилый вид, складывается впечатление, что он нечасто выходит из дома. Его движения были вялыми, но сонные глаза не отрывались от меня.

— Этот мужчина попал сюда по рекомендации и проявил свой талант в мудрости, — объявил Маркс. — Он запомнил наизусть законы нашей страны, а его знания и память, как считается, не имеют себе равных во всём королевстве.

«Ого, это как по памяти читать «Шесть Кодексов»[✱]Шесть основных кодексов, составляющих основу законодательства в Японии, Южной Корее и Тайване.. Потрясающая способность. Раз он здесь по рекомендации, то он один из тех, заявку за которого подали родственники... Хм, что-то здесь есть, не могу понять, что».

— ...Твой талант замечателен, — сказал я. — Если хочешь, я могу рекомендовать тебя на должность в министерстве юстиции.

— Нет, просто награды будет достаточно, — Хакуя сразу же отклонил моё предложение. — Я был вынужден участвовать из-за моего дяди, который заботится обо мне и который сказал: «Ты уже достаточно взрослый и кроме чтения книг днями напролёт ничего не делаешь. Иди и сделай что-нибудь полезное для общества». Так что мне не нужны дополнительные награды.

— Под «книгами» ты имеешь в виду книги по закону?

— Нет, я не ограничен какой-то одной темой. Закон, художественная литература, техническая документация — я читаю всё подряд.

— Ясно.

«Почему мне кажется, что я что-то упускаю из виду?..»

— Хм... В таком случае, как насчёт должности библиотекаря в дворцовых архивах? — спросил я. — Там могут храниться книги, которых не найти в магазинах, и с правами библиотекаря ты сможешь прочитать их.

— О, это очень хорошо. Если всё так, как вы сказали, то прошу вас.

Лицо Хакуи наконец-то приобрело счастливое выражение. Он выглядел довольным.

Как говорят, пользуйся каждой возможностью. Возможно, будет лучше не отпускать такую интересную карту вроде него, а держать её под рукой.

— Далее — мадам Джума Дома. Шаг вперёд.

— Есть, сэр.

Поменявшись местами с Хакуей, вперёд вышла прекрасная синеволосая девушка.

Ей на вид было столько же лет, сколько и мне, — девятнадцать, — но атмосфера вокруг неё заставляла воспринимать её более взрослой. Девушка изящно наклонила голову, её длинные волнистые волосы закачались за спиной, и от этого зрелища невозможно было оторвать взгляд. Её одежда была не очень закрытой: верхняя половина напоминала австрийский дирндль[✱]Женский национальный костюм немецкоговорящих альпийских регионов., а нижняя половина, как у сари индийских танцовщиц, была прозрачной и показывала её ноги. Вокруг бёдер и талии были пришиты оборки.

Я бы часами напролёт любовался Джуной, если бы не Лисия, пронизывающая меня взглядом.

— Эй, я не забыл о работе, перестань на меня так смотреть, — пробормотал я.

— Не понимаю, о чём ты... — ответила Лисия, сердито уводя взгляд в сторону.

Маркс кашлянул и продолжил:

— Сир, эта девушка одарена редкой красотой и певчим талантом. С этими дарами она победила и в «Конкурсе красоты Эльфридена», и в «Королевстве талантов». Она, воистину, лучшая певица этого поколения.

«Победила в обоих конкурсах?! Невероятно».

— Похоже, иногда небеса расщедриваются сразу на два дара, — сказал я.

— Вы слишком добры, — спокойно и элегантно ответила Джуна на мои полные восхищения слова. — Я слышала, что среди предков семьи Дома были лорелеи[✱]Лорелея — одна из сирен в балладе «На Рейне в Бахарахе». Сирены — чудовища из древнегреческой мифологии, своим пением завлекавших моряков на скалы., так что пение у меня в крови.

«Лорелии... Морские чудовища, которые своей красотой и пением чаруют и топят моряков».

Её красивая внешность и длинные синие волосы действительно вызывают в памяти образ лорелеи.

— Я очень хочу услышать ваше пение.

— Если вы желаете, я могу спеть.

— Отлично. Этот зал сейчас показывают по всему Эльфридену. Почему бы вам не спеть короткую песню, которая поднимет настроение людей?

— Песню, поднимающую настроение?.. — Джуна выглядела немного встревоженной. — Большинство песен лорелей, который передаются в моей семье, — печальные песни о любви...

— О, если обычаи или что-то ещё запрещают вам петь их, то ничего страшного.

— Нет, я просто не знаю других песен. Но если бы я хотя бы раз услышала, я смогла бы сразу её спеть.

— Хм... Тогда, может, сделаем так?

Я вытащил свой смартфон. Он был одной из немногих вещей, что были у меня в момент призыва. Я открыл папку с музыкой, выбрал песню, которая меня зацепила, затем подошёл к Джуне и вставил наушники ей в уши.

— Что это такое?

— Устройство, которое проигрывает музыку. Сейчас я включу.

Глаза Джуны широко раскрылись.

В момент, когда я нажал кнопку, Джуна вздрогнула. Сначала она выглядела растерянной, но потом, кажется, привыкла и стала покачиваться в ритм песни. Через пять минут песня закончилась, и Джуна вытащила наушники.

— Я запомнила её.

— Так вы действительно запоминаете песни, лишь раз услышав?

— Да. Позвольте спеть для вас.

Я вернулся на трон, и она начала петь.

Это была «Ganbaranba» Сады Масаши. Это была весёлая песня, и для «Minna no Uta»[✱]Японская пятиминутная теле- и радиопередача, на которой представляют новые песни от популярных и новых исполнителей. даже была сделана укороченная версия. Отличительной чертой песни было использование рэпа на нагасакском диалекте, смешанного с детской песней «Denderaryuba». Дедушка был её фанатом, так что я часто слушал её вместе с ним.

Я был впечатлён этой лорелей. Она даже смогла спеть рэп-куплеты с нужным диалектом. Эти куплеты были совершенно непонятны даже для жителей региона Канто, но она их спела безупречно.

Кстати, позже Лисия сказала мне, что она не поняла ни слова из песни. Я понимаю язык, на которым говорят местные люди, и они понимают мой японский. Похоже, это была часть моей силы как героя. Я мог даже писать на языке этого мира: для этого мне надо было представить в уме то, что нужно написать, и оно переводилось на местный язык, после чего я мог записать увиденное.

Итак, японский (нагасакского диалекта), вышедший из уст Джуны, был непонятен жителям этой страны. Если песня хороша, то даже не понимая её слов, ей всё равно можно проникнуться. Все с удовольствием слушали эту запоминавшуюся мелодию.

Спустя несколько минут, под гром аплодисментов Джуна закончила песню и поклонилась.

— Это была весёлая песня. Спасибо вам.

— Это я должен вас благодарить, — сказал я. — Ваше пение замечательно.

— Если позволите, может ли Ваше Величество научить меня большему количеству песен из вашей страны?

— Я очень хочу, чтобы вы спели их... О, знаю! Надеюсь, мы сможем увеличить количество самоцветов для Вещательной сети. Но даже если не получится, то мы можем сделать из Вещательного зала студию звукозаписи, чтобы люди могли слушать ваши песни во все времена.

— О, это будет просто замечательно, сир. — На лице Джуны показалась улыбка истинного блаженства. Эта была чудесная улыбка.

— Когда придёт время, я буду рассчитывать на вас, — сказал я. — Сегодня вы прекрасно справились.

Джуна вернулась назад, и настала очередь девочки с лисьими ушами.

— Следующая — мадам Томоэ Инуи из племени мистических волков. Шаг вперёд.

— Е-есть!

Ответив дрожащим голосом, десятилетняя девочка со звериными ушами шагнула вперёд, одновременно выставив вперёд и правую ногу, и правую руку.

«Племя мистических волков... — подумал я. — Так это волчьи уши, а не лисьи».

Она выглядела восхитительно со своей загорелой кожей и милыми маленькими круглыми глазами. Однако одежда, которую она носила, была потрёпанной и разорванной в нескольких местах. Её пушистый хвост, выходящий из крестца, из-за волнения был напряжён.

«Ох, хочу погладить его».

— Эта молодая девушка показала удивительно редкий дар — способность разговорить с птицами и животными. Когда мы привели её в конюшню, она смогла правильно рассказать всё о лошадях, начиная от состояния их здоровья до их истории. По её словам, ей об этом рассказали сами лошади. Этот талант достоин называться даром богов.

«Возможность разговаривать с животными, вот как. Похоже, к нам в руки попал удивительный маленький зверолюд».

Пока я размышлял, Лисия прошептала мне:

— Страна мистических волков находится далеко на севере. В нашей стране не было никого из их племени.

— ...Так она беженец, — пробормотал я.

«Что ж, это объясняет печальное состояние её одежды».

Несколько стран во время вторжения демонов были присоединены к Владениям Короля демонов. Люди, потеряв родину, бежали на юг и, став беженцами, оказывали давление на экономику приютивших их стран. Каждая страна разбиралась с ситуацией по-своему: кто-то активно принимал беженцев, а кто-то пытался их выгнать. Некоторые страны использовали их как дешёвую рабочую силу и отправляли в шахты или использовали как солдат для борьбы с демонами. С точки зрения беженцев такие страны были сущим адом.

В моём королевстве лагеря беженцев были созданы рядом с Парнамом. На данный момент решение о том, что делать с беженцами, находится в подвешенном состоянии. Протягивать руку помощи беженцам, когда собственным гражданам не хватает еды, — верный путь к восстанию. Однако изгнание или отправка на тяжёлые работы вызовет недовольство беженцев. Не хватало ещё, чтобы они разбежались и начали заниматься терроризмом. Даже то, что мы делаем сейчас, плохо для общественного порядка, но у нас не было иного варианта, кроме как сохранять статус-кво.

«Прежде чем протягивать руку помощи другим, в первую очередь мы должны удовлетворить собственные потребности», — подумал я.

— Я сказал, что если у них есть дар, то найду ему применение, и я не собираюсь забирать свои слова, — громко сказал я. — Если у неё есть дар, то мне без разницы, иностранка она или беженец. В конце концов, мы не в том положении, чтобы привередничать из-за такого.

— Ты прав.

Когда я сказал это, девочка с волчьими ушами, которую только что представили, робко открыла рот:

— Э... Эм-м-м... Король Сома...

— Да, что такое?

— Эм... Ну... Я, я хо... Я хочу кое-что рассказать...

Из-за невероятного волнения она с трудом выдавливала из себя слова. Сложно было понять, что она говорила.

— Хочешь что-то рассказать? Я не возражаю, продолжай.

— Д-да... но... вообще-то...

— М? Что? Говори громче, я тебя почти не слышу...

— Эмм... Я...

На глазах Томоэ появились слёзы. Видеть такое лицо у маленькой девочки было эмоционально неприятно.

— ...Хорошо, я сейчас подойду к тебе, только не плачь, — сказал я.

— У-у-у...

Я подошёл к девочке и присел рядом с ней, поднеся ухо поближе к её рту. Ответственный за мою охрану Людвин с неодобрением смотрел на происходящее, но я проигнорировал его.

— Теперь я тебя услышу, — сказал я. — Говори, что хотела сказать.

— Хорошо. На самом деле я...

Я вслушался в шёпот девочки и... Я не поверил своим ушам. Я встал и посмотрел в глаза Томоэ.

— ...Ты уверена?

— Д-да.

— Ты ещё кому-нибудь об этом говорила?

— Н-нет... Никому, кроме мамы...

— Хорошо...

Я вздохнул, частично с облегчением, частично с беспокойством, когда подумал о том, что могло произойти. У неё был не просто редкий дар — эта девушка имеет все шансы произвести эффект «разорвавшейся бомбы».

«...Спокойно. Вдох-выдох. Никто не должен увидеть, как сильно ты взволнован»

— Ух... Я немного устал. Я хотел бы сделать небольшой перерыв.

— Сома?

Я посмотрел на людей в комнате. Лисия выглядела озадаченной. У остальных была такая же реакция, но это неважно. Я повысил голос:

— Я хочу взять получасовой перерыв. Награждение оставшихся двух людей, в том числе этой маленькой девочки, состоится после. Мадам Джуна...

— Что вам угодно, сир? — Певица шагнула вперёд, как только я назвал её имя.

— Сейчас нас по Вещательной сети смотрит вся страна, и нехорошо заставлять людей просто ждать, пока мы будем на перерыве. Могу я попросить вас заполнить эти полчаса своими песнями?

— Конечно, сир. Наши песни — это гордость моей семьи. Я буду петь от всего сердца, — изящно поклонилась Джуна.

Наши глаза на мгновение встретились. Мне казалось, что она изучает меня: «Ведь для этого есть причина, так ведь?». В любом случае, она предпочла не спрашивать меня, а занялась тем, о чём я её попросил.

Даже без учёта её красоты и певчего таланта, я хотел такого же тактичного человека среди своих подчинённых, как она.

Пока Джуна выигрывала мне время, я собрал доверенных людей в рабочем кабинете. Здесь были я, Лисия, Маркс, Людвин и Томоэ. Аиша, которая после своей клятвы верности не хотела далеко отходить от меня, стояла снаружи у двери, чтобы никто нас не подслушал.

— Неужели все эти предосторожности так необходимы? — с недоумением спросила Лисия, на что я ответил кивком.

— Мы находимся в очень плохом положении. Кто-нибудь слышал, что сказала Томоэ в зале? — спросил я у остальных, но все они покачали головами.

— ...Я не слышала её, она говорила слишком тихо.

— Я тоже не слышал.

— И я.

— ...Есть вероятность того, что кто-нибудь мог услышать через Вещательную сеть?

— Думаю, всё в порядке, — сказала Лисия. — Оборудование не настолько чувствительно.

С моих плеч словно спал большой груз.

— Всё настолько плохо? — спросила она.

— Да, если об этом узнают, это буквально станет «бомбой».

Все посмотрели на Томоэ, отчего та сжалась ещё больше. Похоже, ей будет сложно говорить, так что расскажу вместо неё.

— Она может разговаривать с животными. Вы все это слышали?

— Да, это невероятный дар.

— Похоже, она может разговаривать и с демонами.

Вся комната замерла. Никто не мог подобрать слов, все открывали и закрывали рты, как золотые рыбки. Прежде чем мы перейдём к деталям, сначала вам нужно кое-что знать.

То, что считают демонами и монстрами в этом мире, и то, что называют демонами и монстрами в моём родном мире, — совершенно разные понятия. В моём мире монстры — это отклонения от нормы, которые не являются ни людьми, ни животными или растениями.

Однако в этом мире «человек» и «животное» — понятия очень широкие.

К примеру, под категорию «человечество» попадали люди, эльфы, зверолюди и драконьюты.

Красные гризли четырёх метров в холке считаются животными; похожие на динозавров вараны относятся к ящерицам; гигантские муравьи размером с человека — насекомые, а плотоядные растения всё равно остаются растениями. Даже слизеподобные существа, которые могут разделяться и объединяться в одно целое, а также переходить в жидкое состояние, по каким-то причинам попадают в категорию «животные и растения».

Кстати, драконы и им подобные называются божественными зверями, и их классифицируют в отдельную категорию.

Причина, по которой ни одно из этих существ не считают монстром, заключается в том, что они — родные для этого мира существа. Поскольку они были частью экосистемы этого мира, места их обитания находятся отдельно от мест, где живут люди. Фактически, местных восьминогих лошадей по стандартам моего мира отнесли бы к слейпнирам, а здешний домашний скот типа коров, свиней или куриц по земным меркам выглядит более чем чудовищно.

Термин «монстр» обычно применяется к существам типа химер, созданных из объединённых частей нескольких различных животных; зомби, скелетам и другие типам нежити; а также гоблинам, оркам и ограм, которые выглядят почти как люди, но никто бы не принял их за разумных существ.

После появления Мира демонов север континента наводнили монстры, однако ещё до этого события они обитали в подземельях, разбросанных по всему континенту.

В подземельях выстроена загадочная экосистема. Я часто видел их в играх, но в этом мире они существуют на самом деле. Также я слышал о людях, называемых «авантюристами», которые изучали такие подземелья, защищали торговцев, уничтожали опасных зверей, разоряющих поля, и убивали монстров, которые вылезали из своих подземелий.

До появления Мира демонов считалось, что у монстров нет интеллекта. Монстры в подземельях, даже такие человекоподобные, как гоблины, были не умнее животных.

Однако среди монстров во Владениях Короля демонов были существа, которые вели себя так, будто обладали разумом.

Эти монстры действовали в группах, использовали оружие и магию и могли составлять стратегии. Они действовали почти как люди. Главным фактором поражения карательной экспедиции, отправленной внутрь Владений Короля демонов, стало полное отсутствие знаний о существовании таких монстров. Человечество назвало этих умных монстров «демонами», чтобы отличить их от более диких собратьев.

А теперь вернёмся к истории. Томоэ сказала, что она разговаривала как раз с одним из этих демонов.

По всей видимости, до сих пор с ними никому не удавалось заговорить. Понять армию существ, появившихся из ниоткуда и говорящих на другом языке, да ещё на фоне непрекращающихся боевых действий, довольно тяжело.

Лисия подошла к Томоэ.

— С чем и о чём ты разговаривала?!

— Э-это был мистер кобольд. Они не похожи на нас... Они ниже нас, у них собачьи головы, а не только уши, как у нас... За день до нападения на нашу деревню он сказал: «Я не могу нападать на существ, которые пахнут так же, как и я. Бегите». Это было чудо, что я смогла его понять, но... благодаря ему мы спаслись...

— Это же значит... что демоны обладают собственной волей, — со стоном сказал Людвин.

В этом мире о демонах думали только как о немного более умных монстрах. Как о саранче, опустошавшей землю, или варварах, находящих радость в резне. Из того, что я слышал, это мнение не было ошибочным, когда речь шла о монстрах. Однако... демонов, возможно, придётся рассматривать с другой точки зрения.

Если демоны обладают собственной волей, как утверждала Томоэ, то человечество вело войну с расой демонов, даже не осознавая этого. Войну с нулевыми возможностями для дипломатического диалога. Человечество ненавидело монстров и демонов за убитые семьи, сожжённые дома и отнятые земли. Но если эта была война, то возможно, что демоны имели подобные претензии к человечеству.

— Если об этом узнают в других странах... — начал я.

— ...начнётся полный хаос, — закончила Лисия.

Мы с Лисией поникли.

Я не думаю, что начать диалог можно с любым демоном или монстром из Владений Короля демонов. Мы сможем заговорить с существами, подобным кобольдам, которые позволили мистическим волкам сбежать, и они могут быть лишь небольшой частью от общего количества. Однако если люди узнают о разумности некоторых демонов, то раса демонов перестанет быть общим врагом всего человечества.

Сейчас все страны стоят единым фронтом против Владений Короля демонов. Но что произойдёт, если эта информация выйдет наружу? Если все попытаются заключить мир с демонами, то будет просто замечательно, но будет совершенно неудивительно, если кто-то поставит во главу интересы собственной страны и объединится с Королём демонов, чтобы вторгнуться в другие страны. Если это произойдёт, человечеству придёт конец.

— Как думаете, Империя знает об этом? — спросил я.

— ...Думаю, что нет, — сказала Лисия. — Наладить диалог с демонами может только кто-то, обладающий уникальным даром Томоэ. Даже если у Империи и есть какие-то подозрения, проверить их она никак не сможет.

— Значит, у нас сейчас монополия на эту информацию. Боже мой... — Ещё чёрт знает что свалилось мне на голову.

«Она буквально «бомба». Я могу использовать её в качестве козырной карты, но если я где-нибудь ошибусь, всё это закончится очень как плохо».

— П-простите... — вздрогнула Томоэ, за что я получил тычок от Лисии.

— А, нет, я тебя не виню, — быстро сказал я. — На самом деле я рад, что ты приехала в нашу страну. Меня дрожь пробирает от мысли, что было бы, отправься ты в другую страну.

— Но вы собираетесь скрывать эту информацию? — спросил Людвин. — Если люди узнают, что мы держали в тайне такую жизненно важную информацию, нас заклеймят как врагов человечества.

— ...В твоих словах есть смысл. — Я хотел схватиться за голову. — Если мы не сможем сохранить тайну, то люди подумают, что мы скрываем какие-то амбициозные планы. Сейчас обе стороны ведут войну на полное уничтожение противника, и, чтобы остановить эту войну, мы должны постепенно раскрывать эту информацию.

Я принял решение и, посмотрев на всех, озвучил его:

— Мы начнём пускать в других странах слухи, что, возможно, с некоторыми из демонов можно заговорить, и там начнут действовать осторожнее. Как минимум, они попытаются проверить достоверность этих слухов.

— Но разве они не узнают то же, что знаем мы? Это ведь нивелирует ценность скрываемой нами информации.

— Ты ошибаешься, Маркс. Наш козырь не эта информация, а Томоэ.

— Я?! — пропищала Томоэ.

Я твёрдо кивнул Томоэ, чьи глаза округлились от изумления.

— Даже если демоны обладают собственной волей, по-прежнему остаётся вопрос о средствах коммуникации с ними. Пока другие страны будут искать способ начать переговоры с демонами, мы можем говорить с ними через Томоэ. Это огромное преимущество.

Я не знаю, как долго Эльфриден сможет самостоятельно вести переговоры. Тем не менее, при наличии уникального переводчика мы можем предотвратить ситуацию, когда другая страна монополизирует право на переговоры и откажет нам в возможности участвовать в диалоге. Вместо этого мы возьмём это бремя на себя, и это всяко лучше, чем доверить будущее страны кому-то другому.

— Итак, Томоэ, наша страна сделает всё возможное, чтобы защитить тебя.

— З-защитить меня?!

— Да. Я без преувеличения могу сказать, что сейчас ты гораздо важнее меня. Честно говоря, если эта информация выйдет наружу, то, как только тебя похитят, нашей стране придёт конец.

— Нет... Такого... не может быть... так ведь? — Томоэ беспокойно огляделась, но никто не подтвердил её слова.

Без сомнений, судьба страны сейчас в руках Томоэ. Не уверен на все сто, но другие страны могут притворяться, что ничего не знают о разумности демонов, и захотят избавиться от Томоэ. Существование Томоэ было ключевым моментом.

— Чтобы обеспечить тебе лучшую защиту, я хочу, чтобы ты жила во дворце. Мы не сможем защитить тебя в лагере беженцев, когда это понадобится.

— У-у-у... — застонала Томоэ.

— Подождите, — Маркс поднял руку. — Вам не кажется, что появятся нежелательные вопросы, если не имеющий отношения к королевской семье будет жить в дворце?

— Хм. Тогда скажи, как нам сделать её членом королевской семьи.

— Вы говорите так непринуждённо... Есть несколько способов, с помощью которых простолюдин может стать членом королевской семьи. Вариант с удочерением сразу не подходит, так как вы, сир, до сих пор не женаты. И приготовления к вашей с принцессой свадьбе займут больше года.

— Ты слышала его, Лисия, — сказал я.

— Эй, не перекладывай это на меня, — Лисия быстро отвела взгляд.

«Жить с Лисией как моей женой и удочерённой десятилетней Томоэ... Я даже представить такого не могу».

— Что-нибудь ещё есть?

— Вы можете взять её как вторую жену, сир.

— Это... какой-то совсем плохой вариант.

«Ты в курсе, что ей по возрасту положено в начальную школу ходить? Что-то мне вспомнился Backbeard[✱]Мем 2004 года с борд Futaba в форме гигантской тени с одним большим глазом, кричащим ту самую фразу. Считается борцом с лоликоном., кричащий «Чёртов лоликонщик!»

Маркс откашлялся.

— Её возраст едва преодолел порог для политического брака.

— Сома... Десять лет — это как-то чересчур...

— Да я-то тут при чём?!

«Ну вот, теперь она смотрит на меня холодными глазами. Да не увлекаюсь я таким!»

— Может тогда бывшая королевская чета удочерит её?

— Хм, я думаю, это приемлемо, — хихикнул Маркс.

«Этот ублюдок специально всё это сказал, зная, что есть и такой вариант!»

— Отлично! Я всегда хотела младшую сестрёнку! — сказала Лисия.

— В-вух! — закричала Томоэ в смущении.

Лисия крепко обняла Томоэ, из-за чего та запаниковала. У Лисии же было самое расслабленное лицо, которое я когда-либо видел у неё.

«Хм, так как Лисия моя невеста, то Томоэ станет моей свояченицой? Свояченица-лоли с волчьими ушами... Как много отличительных черт».

— Н-но... у меня уже есть семья. Мои мама и младший брат ждут меня в лагере, — сказала Томоэ, вырвавшись из чрезмерно любвеобильных объятий (будущей) старшей сестры.

— Ах, не волнуйся из-за этого, удочерение будет сделано только для виду. Если ты станешь моей свояченицей, то твои мама и брат тоже станут частью семьи, и я не против, если они будут жить во дворце. Расходы на проживание мы покроем, и, если они захотят работать, то мы можем подыскать им работу в замке.

— Ну... тогда... хорошо, — робко согласилась Томоэ.

«Отлично. Не всё прошло гладко, но на данный момент я сделал всё, что мог. Ну и по ходу дела у меня появилась миленькая свояченица».

— Давайте вернёмся в зал, — сказал я. — Мы больше не можем утруждать мадам Джуну.

«Тридцать минут истекут в ближайшее время, задерживаться больше нельзя»

— Сейчас мы выдадим Томоэ призовые деньги в качестве награды. Если бывшая королевская чета сейчас объявит, что они удочеряют её, это будет равнозначно признанию, что что-то происходит. Объявим об удочерении в другой день, и я хочу, что вы действовали, держа это в уме. Все поняли?

— Да, сэр!

◇ ◇ ◇

Тридцать минут объявленного королём Сомой перерыва прошли, и церемония награждения продолжилась. Маленькая девочка из племени мистических волков принимала поздравления.

Я наблюдал за происходящим вместе с остальными призёрами.

— Твой дар удивителен, — сказал король девочке-волчице. — Используй его на благо нашей страны.

— Е-есть! Я п-поняла!

«...Как мило она заикается», — подумал я.

Что могла сказать эта маленькая девочка, что король изменился в лице и объявил перерыв? Более того, её единственную куда-то позвали во время перерыва. Было ясно, что происходит что-то важное, но сейчас у меня нет никакой возможности узнать, что именно.

С тех пор, как я прибыл сюда, я наблюдал за королём. Он выглядел вполне заурядно. Я слышал, что он был призванным героем, но выглядел он как обычный человек с улицы. Он не носил корону, в руках не было державы, одет он в повседневную одежду, хоть и незнакомого мне дизайна. Он не похож на короля, даже когда стоит рядом с троном.

Но вот его глаза время от времени сияют королевским блеском. Очень странная личность, в общем. На мой взгляд, он, как король, действовал вполне сносно.

Он проявил великодушие, когда принял просьбу тёмной эльфийки, да ещё ненароком нашёл решение её проблемы. По тому, что происходило с девочкой-волчицей, можно сделать вывод, что при необходимости он может импровизировать. Вышло довольно неуклюже, но в целом я бы дал ему «проходной балл».

Тем не менее, настоящее испытание ему только предстоит.

Я глянул в сторону потеющего толстяка, стоящего рядом со мной. Настала его очередь получать награду.

По дороге сюда он рассказал мне, в чём состоит его дар, и, насколько я могу судить, именно в нём «страна нуждается более всего».

«Какова будет реакция молодого короля, когда он увидит его?

Покажет ли он презрение за неприглядную внешность, большой круглый живот и пухлое лицо?

Или же выставит его на посмешище перед всей страной?

А, может быть, он не зайдёт так далеко, но проигнорирует важность его дара?

Если он сделает хоть что-то из этого, то я...»

— Следующий — Пончо Панакотта из деревни Потте. Шаг вперёд!

— Е-есть!

Как только премьер-министр Маркс назвал его имя, толстяк заковылял вперёд, покачивая животом. То, как он шёл, вызвало повсюду смешки. Даже принцесса Лисия изо всех сил старалась подавить улыбку.

Когда я посмотрел на короля, его лицо было серьёзным. Он не смеялся и не выглядел недовольным, просто серьёзно смотрел на сэра Пончо.

— Дар этого человека, как вы, возможно, догадались, лежит в области еды, — сказал Маркс. — Во время подачи заявок множество людей претендовали на звание «самого большого едока», но никто не смог сравниться с этим мужчиной. Более того, его любовь к еде выходит за рамки обычного: он путешествовал по миру, пробуя известные местные блюда и деликатесы. Про себя он говорит, что может съесть всё, что съедобно. Он потратил все свои сбережения во время путешествий, так что он может быть не так богат, как выглядит... Кхм. В любом случае, его дар не имеет равных в нашей стране...

— Вот кого я ждал! — Король пошёл прежде, чем Маркс закончил читать. Он встал перед Пончо, взял его руку в свои и, не скрывая своего восторга, сказал: — Я так рад, что ты ответил на мой призыв! Я искал именно такого человека!

— Э-э... а-а... что?

Глаза Пончо метались из стороны в сторону, его мозг не мог идти в ногу с событиями.

В конце концов он понял сказанное, и его лицо застыло.

— М-меня, Ваше Величество?

— Совершенно верно! Именно тебя ждала эта страна! Я рад тебе больше, чем любому другому из этих одарённых людей. Я всегда думал, что если найдут кого-то вроде тебя, то это будет лучшей рекомендацией, которую дадут чиновники!

— Н-неужели вы думаете, что мой дар настолько важен?

— Да, знания, которые ты получил, пробуя местные блюда и деликатесы, — ключ к спасению страны.

Когда король сказал это, Пончо залился слезами.

— Я, я... Все всегда обзывали меня жирным... Идиотом, что впустую тратит деньги на еду... Я путешествовал только потому, что хотел поесть, и я думал, что они правы... Как может моё обжорство быть полезным для страны?

Король похлопал плачущего Пончо по плечу.

— Пусть говорят, что хотят. Порой даже тривиальные вещи могут стать даром, если ты делаешь это хорошо. Гордись собой! Твой аппетит, на который ты без колебаний потратил свои сбережения, спасёт эту страну! Пожалуйста, поделись со мной своей мудростью!

Услышав такую искреннюю просьбу от короля, Пончо вытер рукавом слёзы.

— Д-да! Если мои знания могут быть полезны, воспользуйтесь ими, да! — энергично ответил он.

Я оглянулся вокруг; большая часть присутствующих пребывала в изумлении, не в состоянии осознать происходящего. В это время король Сома вернулся на трон и обратился к Марксу:

— Есть ли в этой стране обычай, когда король дарует новое имя достойным слугам или тем, на кого возлагает большие надежды?

— ...Да, есть, сир.

— В таком случае, Пончо, я дарую тебе имя «Ишизука»[✱]Прозвище дано в честь Ишизуки Хидехико — ведущего всяких кулинарных шоу.. На моей родине это имя принадлежало «ненасытному искателю и евангелисту еды». Усердно работай, чтобы не опозорить это имя.

— Е-есть, сэр! Спасибо, да!

В этот момент на свет появился Пончо Ишизука Панакотта. Первым подчинённым, которого нанял лично король Сома, стал пухлый мужчина с ненасытным аппетитом, сэр Пончо.

Я хотел кричать от радости. Отлично! Этот король знает, какими должны быть его приоритеты!

Испытание для короля заключалось в том, примет он Пончо или нет. Если бы он не понял ценность этого мужчины, но нанял, поскольку он мог пригодиться в будущем, то король прошёл бы испытание. Если бы он решил не нанимать его исключительно из-за его внешности, король бы провалился. Однако я никак не ожидал, что король с таким энтузиазмом встретит его. Это счастливый просчёт с моей стороны.

«У него может получиться спасти королевство».

Я чувствовал волнение, бурлящее внутри меня...

«...Похоже, я больше не могу просто наблюдать со стороны».

— Король Сома, можно к вам обратиться? — сказал я.

◇ ◇ ◇

— Король Сома, можно к вам обратиться?

После того, как все награды были вручены, а я как раз собирался объявить об окончании церемонии, молодой человек в чёрном шагнул вперёд и преклонил колено. Его сонные глаза были широко открыты. Я поразился тому, как разительно изменилась атмосфера вокруг него.

Меня охватило что-то вроде лёгкого предчувствия, и я спросил Хакую:

— Тебе есть что сказать?

— Да. Я стою здесь по рекомендации другого человека, но сейчас я хочу рекомендовать самого себя.

«Самого себя? Он хочет прорекламировать мне свои собственные достоинства?»

— Хм... Я уже обещал тебе должность библиотекаря дворцовых архивов, тебе этого недостаточно? Чего ты хочешь?

— Если возможно, я хотел бы служить вам, Ваше Величество.

— Не библиотекарем?

— Нет. Своей мудростью я надеюсь поддержать ваше превосходство.

— П-превосходство?

«Превосходство — довольно громкое заявление, — подумал я. — Кем он планирует стать, чтобы поддержать меня своей мудростью? Генералом, занимающегося военными и внешнеполитическими вопросами, или же премьер-министром, занимающегося внутренними делами?..»

Я посмотрел в лицо Хакуе.

— Занятное предложение, но обладаешь ли ты для этого достаточно большим даром?

— Я смиренно подтверждаю, что обладаю.

— Значит, ты можешь не только излагать законы по памяти?

— При всём моём уважении, но я считаю, что уже говорил: «Закон, художественная литература, техническая документация — я читаю всё подряд». В моей голове хранится информация по всем областям знаний.

Теперь понятно, откуда возникло то чувство беспокойства. Он цитировал только закон, но сказал при этом, что «прочитал каждую книгу». Другими словами, закон был лишь частичкой тех разнообразных знаний, которые он усвоил.

— Почему ты не сказал раньше?

— Я хотел убедиться, что вы будете правителем, достойным моего служения.

— Значит, я достоин?

— Вы получили проходной балл.

«Какая дерзость, — подумал я. — Хотя... Он занятный. Он просто хвастает или у него действительно есть что показать?.. В любой случае, сейчас я никак не смогу этого узнать»

— Я отправляю тебя к Марксу! — сказал я. — Оцени его дар и назначь на подходящую должность.

— Как пожелаете, сир.

— Большое спасибо.

Маркс и Хакуя одновременно поклонились.

Несколькими днями позже Маркс ворвался в мой кабинет со слезами на глазах и заявил: «Сир, вы хотите, чтобы я научил виверну летать?!» Эта местная поговорка означала: «Пытаться научить кого-то, кто знает больше тебя».

Тогда я не знал, что это была моя первая встреча с человеком, который позже станет известен как «Премьер-министр в чёрном».

◇ ◇ ◇

В истории есть несколько эпизодов, которые часто обыгрываются в спектаклях более поздними поколениями. К подобным эпизодам предъявляются два условия:

Во-первых, он должен быть поворотным моментом эпохи.

Во-вторых, он должен обладать некоторой склонностью к театральной адаптации.

Если бы кто-нибудь спросил, какое событие, начиная с передачи эльфриденского престола Соме, чаще всего играли в спектаклях, то ответом, несомненно, станет эпизод с набором талантливых людей.

В истории Эльфридена событием, которое наиболее часто обыгрывали в спектаклях, стал «набор подчинённых королём Сомой». Говорят, в этом эпизоде было целых три главных персонажа.

С точки зрения Сомы это событие было одним из величайших его достижений. С точки зрения мужчины, которого позже назовут Премьер-министром в чёрном, Хакуи Квонмина, это был «поворотный момент эпохи». А с точки зрения ещё одного человека это была история Золушки, которая стала поворотным моментом в их жизнях.

Однако о том, кто этот третий человек, строятся разные теории.

Кто-то в центр ставит Воина восточного ветра Аишу Удгард — тёмную эльфийку из леса, которая поклялась в верности королю и с того момента всегда была на его стороне, служа ему.

Другие считают, что это была Прима-лорелея Джуна Дома — признанная королём певица, которую он научил песням своей страны и которую обожали король и народ. Она породила концепцию лорелей — так в Эльфридене называли певиц, синонимом которого в родном мире короля было слово «идол».

Некоторые ставят на это место Мудрую принцессу-волчицу Томоэ Инуи — беженку, которую король Сома и королева Лисия полюбили с первого взгляда и приняли в свою семью как приёмную сестру королевы.

Однако наиболее ярким персонажем в постановках был Пончо Ишизука Панакотта.

Жизнь этого человека, которого окружающие осмеивали из-за его веса и немыслимого обжорства, круто изменилась во время «набора подчинённых королём». Эта подлинная история поразила людей, уставших от тягот повседневной жизни, и придавала им сил, и потому её снова и снова обыгрывали в постановках.

Кто-то находил странным, что на главной роли истории Золушки оказался толстый мужчина, но люди любили Пончо и говорили, что он идеально подходит для неё.

Кроме того, поскольку эмоциональное приветствие короля Пончо транслировалось по всему королевству, возник непредвиденный побочный эффект; от многих талантливых людей можно было услышать следующие слова: «Если уж у такого парня получилось так высоко подняться, то я и подавно смогу...» В последующие годы на основе этих исторических событий была придумана поговорка, означающая «начать с малого».

«Начнём с Ишизуки».

Примерно в то же время, когда началась сумятица, вызванная набором Сомой подчинённых, по Парнаму начала расходиться история о призраке.

Согласно слухам, по столичным улицам по ночам бродит манекен. Обычно подобные безликие куклы с шарнирами на руках и ногах используют в магазинах одежды, однако эта в обеих руках носила по мечу и ночами охотилась на животных и монстров.

Один из авантюристов рассказывал следующее: «На днях я взял в гильдии задание по сопровождению торговца, и когда мы ночью шли по дороге, на нас напали зелринги. По одиночке, знаете, этот подвид слизней очень слаб, но в этот раз их было много, и битва с ними протекала плохо. В это время со стороны дворца появился манекен с мечами в обеих руках и атаковал их. Это было такое жуткое зрелище, что мы побежали оттуда так быстро, как только могли... Что это вообще такое было?»

Другой авантюрист поведал такую историю: «Это было неделю назад. Я взял в гильдии задание разобраться с группой хобгоблинов, которые пересекли границу с севера и сейчас двигались на юг. Мы устроили засаду в долине, которая лежала на их пути, но они так и не появились. Потеряв терпение, мы отправились на их поиски и обнаружили манекен, стоящий посреди горы трупов хобгоблинов. Мы с моим приятелем-воином подумали, что это какой-то новый вид монстров, и напали на него, однако манекен, фехтуя одновременно двумя мечами, заставил нас отступить. Наш маг попытался атаковать огненной магией, но манекен оказался прытким и убежал от нас с невероятной скоростью. Я вот что думаю... может, это новое автономное оружие, созданное Королём демонов?»

Его замечали множество раз, и, хотя многие называют это историей о призраке, этот манекен почти наверняка существует. Однако, как только гильдия авантюристов признала его существование и выдала официальное задание по его захвату или уничтожению, доклады о встречах с ним резко прекратились.

После этого некоторые задавались вопросом: а не было ли это чьей-то шалостью?

◇ ◇ ◇

— ...Вот такие истории в последнее время на слуху в столице, — сказала Лисия.

— Э... Вот как... — ответил я.

Я сидел, раскинувшись на диване, и не отрывался от шитья. Лисия, сидевшая на кровати, сказала слегка расстроенным тоном:

— ...Тебя что, такие истории не интересуют?

— Нет, не в этом дело...

— Сома, ты же король, и ты должен обращать внимание на слухи, которые вызывают тревогу в городе, — сказала она.

— Всё будет нормально. Этот манекен больше не появится.

— ...Ты что-то знаешь о нём?

— Да, вроде того...

Я расплывчато отвечал, продолжая набивать хлопок. Осталось зашить спину, и он, наконец-то, будет готов.

— ...Эй, Сома, что ты здесь делаешь?

— Что? Именно тем, что ты видишь, — шитьём.

— Нет, я спрашиваю, почему ты занимаешься этим в моей комнате!

— А куда мне ещё идти? Моя комната, вообще-то, рабочий кабинет...

В последнее время количество срочной работы немного поубавилось, так что, пока управляемые Живым полтергейстом перья занимаются работой, моё основное тело могло отдохнуть. Однако в рабочий кабинет, где стоит моя кровать, постоянно заходят чиновники, так что расслабиться и отдохнуть там было проблематично.

— Кроме того, Аиша в последнее время... — добавил я.

— Могу догадаться... — сказала она.

В последнее время Аиша не отходила от меня ни на шаг.

Когда тёмные эльфы дают кому-то клятву верности, для них будет делом чести оставаться рядом с ним и защищать его до самой смерти. Вот почему Аиша, назначив саму себя моим телохранителем, теперь всё время пытается быть рядом, — когда я работаю, обедаю, сплю, даже когда хожу в туалет или ванную. Я думал, что могут возникнуть проблемы из-за того, что официально она ещё не могла быть рядом с королём, но, глядя на её красоту и невероятную верность, Людвин и королевские рыцари закрывали глаза на её положение. Даже Хакуя, который перенял пост премьер-министра от Маркса, сказал: «Разве вам не приятно быть окружённым такими красавицами? Мне не важно с кем, — с принцессой Лисией, мадам Аишей или мадам Джуной, — но прошу вас поторопиться и сделать несколько детей. Это принесёт стабильность королевскому дому».

«Да как он может так спокойно высказывать такие страшные просьбы?»

Пока я думал, Лисия подошла и ткнула меня в спину.

— Готова поспорить, ты даже не обратил никакого внимания.

— Дай мне передышку, у меня наконец-то выдалась свободная минутка... Хм, а где Томоэ?

— Томоэ в комнате моих родителей. Мама её обожает...

Всего несколько дней назад Томоэ, став приёмной сестрой Лисии, поселилась в замке. Как и было обещано, сюда же перебралась и её семья.

Мать Томоэ устроилась работать в замке в дневных яслях, которые мы в качестве эксперимента создали для улучшения положения женщин в обществе. Она вместе с кормилицами заботилась сразу и о чужих, и о своих собственных детях. Эти ясли стали популярны среди молодых горничных, которые говорили: «Теперь я могу выйти замуж, не беспокоясь о работе».

В этом обществе нет понятия декретного отпуска, и беременные женщины часто вынуждены увольняться с работы. Вот почему, если они не стали любовницами короля, большинство горничных проводили всю жизнь в одиночестве.

Что-то я отклонился от темы... По существу, у Томоэ во дворце теперь две матери. Поначалу девочка немного смущалась, но обе женщины обожали её.

Лисия встала и, положив руку на спинку дивана, заглянула мне через плечо.

— Пусть у тебя и есть свободное время, но тратить его на шитьё... Это что, кукла?

— О, это? Это Мусаси-бой.

Я закончил шить спину и показал куклу Лисии.

— Мусаси-бой?

— Ага. В моём мире он... что-то вроде редкого и экзотического зверя.

Мусаси-бой — милый талисман города, в котором я жил; образ этого существа с деформированным телом основан на Мусасибо Бэнкэе. Белое шёлковое лицо, накидка и чётки как у буддийских монахов. Большие густые брови, выглядящие внушительно, а под ними — очаровательные глаза-жёлуди. Этим необычным сочетанием элементов внешности Мусаси-бой завоевал сердца людей и стал необычайно популярным.

Кстати говоря, город, в котором я жил, никакого отношения к Бэнкэю не имеет. Тогда почему выбрали Бэнкэя, спросите вы? Ну, «потому что когда-то давно префектура Сайтами была известна как провинция Мусаси». Это, собственно говоря, единственная причина.

Теперь вы можете спросить: «Тогда почему не Миямото Мусаси или Мусасимару?» или «Разве провинция Мусаси не охватывала всю Сайтаму?» Но это просто талисман, так что нечего заморачиваться на этот счёт.

— Кхм... Меня выводит из себя, что он получился таким удивительно милым, — сказала Лисия, глядя на Мусаси-боя. — Но почему ты взялся делать именно куклу?

— Ну, на самом деле... Как оказалось, мой Живой Полтергейст отлично работает с куклами.

Я сосредоточился, и Мусаси-бой на наших глазах начал двигаться. Он умело исполнил брейк данс, со своими-то короткими руками и ногами. То, что станцевал он его очень искусно, сделало происходящее ещё более сюрреалистичным.

Лисия с широко раскрытыми глазами смотрела на него.

— Что это?..

— Когда я использую свою способность на пере, всё, что я могу сделать, — это заставить его летать, но куклой я могу управлять так, словно я нахожусь внутри неё. Более того, на куклах нет ограничений на дальность применения способности.

До сих пор мне удавалось управлять предметами на расстоянии до ста метров, но кукол я могу отправлять не только в город, но и за его стены.

— Это, конечно, впечатляет, но... Ты что, собрался стать уличным артистом? — Лисия с раздражением смотрела на куклу.

— Ха-ха, хорошая идея. Смогу заработать денег, когда перестану быть королём.

— Не говори глупостей. Я не позволю тебе бросить работу на полпути.

— ...Ладно-ладно. Смотри, сейчас будет важная часть.

Я передал Мусаси-бою два коротких меча. Мусаси-бою, сделанному из обычного войлока и набитого хлопком, удалось удержать их, и сейчас он позировал, словно он — Миямото Мусаси.

Лисия была поражена.

— Как такое возможно... Это же кукла.

— Что бы кукла ни держала в руках, оно, похоже, считается как опциональная часть её тела. Более того, она может спокойно использовать любые предметы, которыми я её снаряжу. В качестве эксперимента я дал другой кукле кое-какое оружие и отправил сражаться с монстрами. Это ей хорошо удалось.

— Кукла, сражающаяся с монстрами. Погоди-ка... Манекен из слухов — твоих рук дело?!

— Ага. Для своих экспериментов я воспользовался куклой, которую мне удалось найти во дворце.

Но я даже не думал, что из-за этого разойдутся слухи. Я специально проводил свои эксперименты по ночам, чтобы не привлекать внимание, но, видимо, так это ещё больше походило на историю о призраке.

— Благодаря этому я узнал, что куклы могут противостоять монстрам. Более того, чем больше опыта куклы набирают, тем лучше они начинают двигаться.

Как только я это сказал, Мусаси-бой развёл руки с мечами в стороны и начал с высокой скоростью крутиться. Он выглядел как гигантский волчок, но на самом деле был больше похож на вращающуюся пилу, и любой, кто подойдёт к нему, будет порезан на куски.

— Тренировки, которые выполняли твои куклы, оказывали эффект на твоё собственное тело? — спросила Лисия.

— Умей эта способность такое, она была бы совсем уж ненормальной. К сожалению, нет; даже если кукла научится каким-нибудь приёмам, я сам не смогу их повторить. Может быть, дело в том, что у меня мышцы не развиты? Моё тело до сих пор слабое.

— Тогда почему бы тебе немного не потренироваться?

— Я думаю, что будет более эффективно потратить время на улучшение способности контроля кукол, нежели на попытки стать сильнее. Как бы много я ни тренировался, я не смогу стать сильнее, чем был бы с тремя сильными куклами под рукой.

— Герои не так должны сражаться, — раздражённо сказала Лисия.

К сожалению, я должен с ней согласиться.

В фэнтезийных работах из моего прошлого мира моя специализация могла бы называться «мастер кукол» или «марионеточник». Основная суть этого класса заключается в поддержке на средней дистанции, что было далеко от впечатляющих атакующих героев ближнего боя, которых обычно представляют себе люди.

— Смотрю я на тебя и чувствую, как образ героя в моём сердце разбивается на куски... — сказала Лисия.

— Ха-ха-ха, — засмеялся я. — Не волнуйся, я чувствую то же самое.

За тот месяц, что прошёл с моего призыва, я занимался одной лишь внутренней политикой, и иных планов на следующие месяцы у меня нет. Могу ли я в действительности называться героем? Нет, конечно же (это был риторический вопрос).

Вдруг раздался стук в дверь.

— Прошу прощения, — сказал кто-то, с поклоном войдя в комнату.

Это была Серина, главная горничная в замке и личная слуга Лисии. Умная и красивая, на пять лет старше Лисии, она была талантливой женщиной, которая знала, как делать свою работу.

Серина посмотрела на меня и с почтением опустила голову.

— Ваше Величество, сэр Хакуя просил передать вам сообщение: «Сэр Пончо с остальными уже собрались».

— Они здесь? Наконец-то! — Я с нетерпением вскочил с места и взял Лисию за руку. — Идём, Лисия!

— Э? Что?!

Когда я схватил её за руку, Лисия покраснела.

— О боже мой, принцесса, — сказала Серина. — Подумать только, вы покраснели только от того, что вы держитесь за руки... Как с подобной невинностью вы собираетесь исполнять свои супружеские обязанности с Его Величеством?

— Серина?! Что ты вообще такое говоришь?!

— Прошу вас, я хочу поскорее подержать вашего ребёнка. Вы же знаете, как делаются дети, да?

— А-а-а! Ты всегда издеваешься надо мной!

...Серина была способной горничной, но у неё была плохая привычка вести себя откровенно садистски с симпатичными девушками. Её госпожа Лисия исключением не была. Хм, думаю, это значит, что их доверие друг к другу было достаточно сильным, чтобы допускать такое. Пока она не направляет свои садистские наклонности в мою сторону, для меня она будет просто очень способным работником.

— Ну, мы уходим, — сказал я.

— Эй, Сома, подожди, — заспорила Лисия.

— Берегите себя! — сказала Серина, поклонившись, когда мы выходили из комнаты.

По пути мы захватили с собой Аишу и вместе пришли в конференц-зал, где уже собрались несколько человек.

За круглым столом в центре комнаты сидели премьер-министр Хакуя, моя свояченица Томоэ, лорелея Джуна и Пончо Ишизука Панакотта. За исключением Людвина, занятого другими делами, и Маркса, уступившего пост премьер-министра Хакуе, здесь были все, кто присутствовал на церемонии награждения.

— Ваше Величество, — сказали все, встав.

— Прошу, садитесь, — сказал я им, махнув рукой. — Это ведь я позвал всех вас сюда.

Мы с Лисией тоже заняли свои места. Только Аиша осталась на ногах, встав за моей спиной, чтобы она могла сразу действовать, если что-то произойдёт. Честно говоря, меня несколько беспокоит, что она там стоит, поэтому я попросил её сесть, но она упрямо отказалась.

«Разве ты не должна подчиняться приказам своего господина?» — с раздражением подумал я.

...Ладно, отложим этот вопрос на потом.

— Я выражаю вам глубокую признательность за то, что вы здесь собрались, — сказал я.

— Н-н-нет нужды в этом, Ваше Величество! Н-н-нам совсем не тяжело! — запинаясь, ответил Пончо.

— Сир, прошу вас не склонять голову по таким пустякам, — нахмурился Хакуя, сидящий рядом с волнующимся Пончо. — Если вы будете принижаться, могут найтись тех, кто станет высокомерно к вам относиться.

— Без каких-либо причин вести себя напыщенно — это не по мне. Кроме того, всех присутствующих я считаю не слугами или посторонними людьми, а товарищами.

— Вы так добры, Ваше Величество. — Джуна слегка склонила голову. Подобные маленькие жесты с её стороны всегда представляют из себя прекрасное зрелище.

А вот Томоэ, напротив, так нервничала, что сидела как на иголках. В прошлый раз на ней была порванная во многих местах одежда, но сейчас она носила что-то похожее на одеяние мико с мини-юбкой, что, видимо, было традиционным нарядом для мистических волков.

— Я т-тоже ваш товарищ, мой король?

— Нет, нет, Томоэ, ты моя свояченица, помнишь?

— Ох, точно.

— Поэтому обращайся ко мне не «король», а «старший брат Сома».

— Эй, это не честно! Тогда меня зови «старшей сестрой»! — закричала Лисия.

— Эм... Старший брат Сома, старшая сестра Лисия, — сказала Томоэ, глядя снизу вверх.

— Да-а-а!!! — глядя на прелестное поведение Томоэ, мы с Лисией победно вскинули кулаки.

«БАМ! БАМ!», — Хакуя ударил нас по головам бумажным веером.

— Вы оба, прекратите дурачиться, иначе наше собрание затянется на целую вечность.

— Извини... — искренне извинились мы.

Кстати, этот веер дал Хакуе я, когда он занял пост премьер-министра, со словами: «Если я начну вести себя совсем уж невыносимо, не стесняйся ударить меня по голове вот этим». Целью этого было дать слишком серьёзному Хакуе возможность в шутливой форме выпустить пар, но, как и ожидалось от величайшего гения во всей истории Эльфридена (по словам Маркса), он использовал этот веер великолепно.

— Ну и каковы ощущения, когда слуга бьёт по короля бумажным веером? — спросил я.

— Сердце кровью обливается, но ведь это приказ короля, — ответил Хакуя со спокойным лицом. — Отложим это в сторону, сир. Не могли бы вы пролить свет на цель нашего собрания?

— А, точно... Пончо.

— Д-да-а-а!

Когда разговор внезапно повернулся к нему, Пончо резко встал, чуть не опрокинув стул. Он был таким же пухлым, как и раньше, но стал более загорелым, чем был во время церемонии награждения.

— Ты подготовил то, что я просил? — спросил я.

— Д-да! Благодаря помощи Вашего Величества я всего за две недели смог посетить те места, в которых я побывал за последние восемь лет.

— Помощи?.. Чем ты ему помог? — Лисия с подозрением посмотрела на меня.

— О, он имеет в виду то, что я организовал ему посещение других стран и позволил взять одну из представительских виверн, чтобы облететь их.

Королевские представительские виверны используют при путешествиях короля за границу. У Запретной армии было всего нескольких таких, однако задание Пончо требовало быстрого перемещения, поэтому я одолжил ему эту виверну. Большинство виверн принадлежало военным-воздушным силам, но учитывая нежелание генерала Кастора идти на сотрудничество, просьба предоставить нам одну из их виверн, скорее всего, была бы встречена отказом. ...Сколько же мороки.

— Итак, Пончо, можешь показать нам, что ты собрал? — сказал я.

— Д-да! Вот то, что вы просили, сир: ингредиенты, которые не используются в кухне этой страны, — сказал Пончо, с поспешностью вынимая большую сумку.

Лисия, увидев её, широко раскрыла глаза.

— Эй, это же Сумка героя!

— Она самая. В неё вмещается намного больше, чем кажется по внешнему виду, и еда, помещённая в неё, не портится так быстро. Я подумал, что она будет полезна при сборе ингредиентов, так что я одолжил её.

— Ты не должен был... А, неважно! — Лисия, поникнув, сдалась. — Так что это такое? Ингредиенты, не используемые в кухне нашей страны?

— Если точнее, то это ингредиенты, которые едят в других странах или некоторых регионах нашей страны, но непопулярные во всей стране в целом.

В разных местах готовят разную пищу, и у разных людей — разные вкусы. Вы часто могли слышать о том, как то, что не съедобно в одном месте и просто выбрасывается, может считаться деликатесом в других местах. Даже в Японии в некоторых регионах вы могли найти что-то, что заставило бы вас сказать: «Э? Вы что, это едите?». На такую тему даже выходят несколько телепрограмм, типа «Ken*n Show».

— Сейчас наша страна переходит от производства товарных культур, типа хлопка, чая и табака, к выращиванию продовольственных культур, — объяснял я. — Но урожай мы получим только осенью, и чтобы предотвратить голод среди граждан, нам нужна неотложная и эффективная мера.

Для разрешения продовольственного кризиса требуются серьёзные долгосрочные реформы. Однако за это время многие могут умереть от голода, и первыми будут груднички, у которых слабые тела и высокая потребность в питании.

Дети — достояние нации, и страна, неспособная защитить их, не имеет будущего.

Однако, даже если бы я хотел помочь всем голодающим жителям этой страны, у государства есть пределы того, как сильно оно может помочь. Вот почему на время выполнения долгосрочного плана нам необходимы неотложные и эффективные меры.

— И это те самые ингредиенты, которые мы обычно не едим?

— Их едят в других странах, но в этой стране обычно не употребляют. Если мы добавим их в нашу кухню и тем самым увеличим количество доступной пищи, люди станут меньше голодать.

— Неужели здесь есть что-то подходящее? — с сомнением спросила Лисия.

— Вот это мы и проверим... Так, давайте пройдём в другое место.

— В другое место? Куда? — Лисия вопросительно наклонила голову набок.

Я со смехом ответил:

— Нам нужно узнать, можно использовать эти ингредиенты или нет, а самое подходящее для этого место — столовая, не так ли?

— Эй, Сома. Я понимаю, что ты хочешь использовать столовую, но... не слишком ли нас много? — спросила Лисия.

Как заметила Лисия, в столовой было шумно, но не так, как обычно.

Эта столовая обычно использовалась солдатами и горничным (а с недавних пор и королём), и чтобы не было проблем с одновременным приёмом пищи большим числом людей, в ней были размещены тридцать длинных столов. Однако сейчас все столы, за исключением одного, были сдвинуты в сторону, чтобы освободить место. Несмотря на это, в столовой было много людей и оборудования, и только вокруг оставшегося стола оставалось немного свободного места.

Больше всего места в столовой занимал плавающий в воздухе большой самоцвет, достающий до потолка.

— Ещё одна трансляция? — спросила Лисия.

— Мне кажется, что использовать Вещательную сеть только для чтения военных новостей — ужасное расточительство. Я собираюсь использовать её лучшим образом.

Вещательная сеть была похожа на телевидение. Она могла мгновенно донести до зрителей информацию, поэтому трансляция несколько развлекательных программ должна помочь заполучить поддержку людей. Недостаток Вещательной сети заключался в отсутствии средств записи, из-за чего вещание всегда должно идти в прямом эфире. К тому же, изображение можно увидеть только в городах (деревням доступна только звуковая трансляция). Единственное, что мне оставалось, — это ждать, пока прогресс в технологии (магии?) зайдёт достаточно далеко, чтобы решить эту проблему.

Первой развлекательной программой я думал сделать «Nodo Jiman» — конкурс пения среди любителей. Через певчее кафе, в котором работала Джуна, я обратился к людям, которые пришли показать свой дар пения во время набора талантливых людей, и мы готовились к тому, чтобы они дебютировали как певцы и идолы.

«Первая эльфриденская вещательная компания... Мечты безграничны»

— Ты чего ухмыляешься? — холодно спросила Лисия, пока я считал невылупившихся цыплят. — Ты выглядишь жутко.

Я кашлянул.

— Кхм... Цель нашего текущего проекта — расширить кухню этой страны тем, что обычно здесь не едят. Тебе не кажется, что будет намного эффективнее, если мы всё покажем людям? Вот для этого я и пригласил сюда красивых девушек.

— Ты сейчас про Джуну?

— И про тебя, Лисия. О, и про Аишу и Томоэ тоже. Говорят, что основа успешной программы — это животные, красивые девушки и дети. Вот почему здесь ты, Лисия, со своей традиционной красотой; Джуна, зрелый шарм которой противоречит её юному возрасту; пышущая здоровьем смуглая Аиша; и, наконец, красавица с волчьими ушками, да к тому же ребёнок — Томоэ. С таким количеством прекрасных девушек люди глаз не смогут оторвать от трансляции, как думаете?

— Я... т-тоже... — покраснела Лисия.

— Это честь для меня, сир, — сказала Джуна.

— Хорошо, Ваше Величество! Я постараюсь оправдать ваши ожидания! — добавила Аиша.

— Х-хорошо! Я, я сделаю всё возможное! — вскрикнула Томоэ.

Все девушки проявили энтузиазм. Тем временем Хакуя быстро доставал вещи для передачи, а Пончо в спешке перепроверял ингредиенты. Глядя на них, я подумал, что собрал хорошую группу людей. Но, конечно же, я хотел ещё больше талантливых людей.

Я отдал всем команду:

— Ладно, начинаем трансляцию.

◇ ◇ ◇

В этот день улицы всех городов королевства Эльфриден были полны людей.

Когда пошли слухи, что молодой король, который переполошил всю страну своим недавним набором кадров, снова с какой-то целью воспользуется Вещательной сетью, люди устремились к фонтанам в городах (система, которая рассеивала туман в воздухе для проецирования изображения из Вещательной сети, обычно устанавливалась на фонтане на центральной площади).

Жители деревень, в которых по Вещательной сети принимался только звук, специально шли в ближайшие города, чтобы увидеть изображение, так что число собравшихся людей было гораздо больше обычного.

Единственными развлечениями в этом мире были выставки, азартные игры да выпивка, так что трансляции по Вещательной сети были признаны жителями новым видом развлечения.

А где люди — там и деньги: вслед за зрителями появились и торговцы. Каждый свободный пятачок в городах был заставлен прилавками, тем самым создавая атмосферу большого фестиваля. Все раскладывали циновки или простыни перед фонтаном, с нетерпением ожидая начала вещания.

— Мам, мам, а тут снова что-то покажут? — немного шепелявя, спросил ребёнок.

— Да, дорогая. Интересно, что это будет? — улыбнулась мать, отвечая своей маленькой дочери.

— Все тут такие счастливые. Времена меняются, да? — сказал другой человек.

— Определённо да. Вот в наше время было немыслимо, чтобы мы получали удовольствие от Вещательной сети.

Пожилые люди, в чью молодость Вещательная сеть использовалась только для объявления войны и всяких заявлений о текущей военной ситуации, молча закрыли глаза. В те времена страна увеличилась в два раза, но в то же время потеряла половину своего населения.

Всё, что можно было услышать по Вещательной сети, было: «Мы выиграли сражение при Х!», «Мы обязаны продолжать борьбу, чтобы храбрая смерть Yне была напрасной!». У людей преклонного возраста Вещательная сеть ассоциировалась со смертью.

— Я молюсь, чтобы наш новый молодой король не отправлял такие сообщения...

— Йуху-у-у-у-у-у-у-у-у!

Тихий голос старика утонул в бурных аплодисментах.

В воздухе появились мужчина и женщина в единообразной одежде.

— Добрый день, Эльфриден! — сказала женщина

— Д-добрый день, — добавил мужчина.

— Сейчас мы находимся в замке Парнам, и это — наша новая программа «Великолепный обед короля», или же, для краткости «Обед короля». Вести для вас эту программу буду я, Джуна Дома...

— ...И П-п-пончо Ишизука Панакотта, да!

— ...Пончо, не будьте таким напряжённым.

— Н-ну, понимаете, у меня совсем нет опыта в таких делах... Мадам Джуна, вы так уверенно себя ведёте, я вам завидую, да.

— Дело в том, что я постоянно пою перед публикой. Если наши зрители будут в Парнаме, пожалуйста, посетите наше певчее кафе «Лорелея».

— Пожалуйста, не вставляйте так нагло рекламу!

«Ха-ха-ха-ха-ха!»

Контраст между игривой красивой девушкой и взволнованным толстяком вызвал у зрителей приступ смеха.

— А теперь давайте предоставим слово этому джентльмену, который объяснит цель этой программы.

— Ч-четырнадцатый (временный) король Эльфридена, Его Величество Сома Казуя, да!

На площадях стало шумно, как только на проекции появилось изображение юного короля, которого они видели во время набора кадров.

— Меня не короновали, так что, строго говоря, я ещё не король, но... О, привет. Я Сома Казуя, парень, что на данный момент исполняет обязанности короля. Сейчас я хотел бы рассказать вам о текущем положении дел в стране.

«Не похож он на короля», — сказал кто-то в толпе. Глядя на то, как вёл себя Сома, вряд ли кто мог возразить на это замечание.

Не ведая про эти разговоры, Сома начал объяснять, стоя перед подготовленной по такому случаю доской с графиками и картами. Особенно он заострил внимание на причине продовольственных проблем.

— ...В ответ на увеличение спроса, при котором можно было продавать всё, что могли произвести, все фермеры вместо продовольственных культур стали выращивать хлопок, и именно стало причиной текущего продовольственного кризиса. Конечно же, виновны в этом не только фермеры. Ответственность также лежит на торговцах, которые вынуждали выращивать эту продукцию на продажу; на военных, получавших выгоду от этого; и, наконец, на королевской семье, которая упустила ситуацию из виду. За всё это я прошу у вас прощения, — с этими словами Сома склонил голову.

Король, склоняющий голову перед своими поданными, — это было неслыханно. А ведь этот кризис возник даже не во время правления Сомы.

— Сейчас королевство переходит с товарных культур обратно на продовольственные, однако урожай будет получен только осенью. Также мы обеспечиваем импорт продовольствия из других стран, но ситуация всё равно плачевная. Во-первых, мы вынуждены остановить экспорт нашего основного товара, хлопка, из-за чего не можем покупать иностранную валюту. Во-вторых, у всех соседних стран схожие проблемы с продовольствием, и они не могут продать нам то, чего у них самих нет.

Сказанного королём было достаточно, чтобы привести зрителей в уныние. Однако они были больше удивлены тем фактом, что Сома донёс эту информацию до общественности. Обычно стоящие наверху не раскрывают такую информацию нижестоящим. Иногда причина состояла в том, что эта информация может содержать свидетельства их собственных ошибок. Во многих случаях также полагали, что жители просто ничего не поймут, если рассказывать им о вопросах национальной политики.

Собственно говоря, сказанное королём с лёгкостью бы поняли дети из японской средней школы, тогда как в Эльфридене это могли только три жителя из десяти. Но, несмотря на это, юный король доносил эту информацию до общественности.

Чем образованнее был человек, тем сильнее было его удивление. Зачем король разоблачает национальный позор, когда это может привести к потере власти?

— Эмм... Разве это нужно рассказывать жителям? — робко спросил Пончо то, что было у всех на уме.

Выражение лица Сома, однако, не изменилось.

— Чем больше человек скрывает, тем больше людей в нём сомневается. Конечно, то, что касается иностранных дел, нужно скрывать, но моя внутренняя политика с этого самого момента будет открыта. Понимаете, я хочу, чтобы вы, дорогие сограждане, пользовались своими головами. Что будет лучше для этой страны? Верна ли моя политика? Я хочу, чтобы все думали над этим вместе со мной.

«Впервые у нас такой король...» — прошептал кто-то.

Для монарха было неслыханно просить свой народ думать о политике вместе с ним. Даже Национальное собрание, которое представляло волю граждан, лишь решало, с каким прошением обратиться к королю. Будет оно принято во внимание или нет, целиком зависело от короля, так что содержимое ограничивалось просьбами типа «коррекция завышенных цен на Х» или «проведение общественных работ». Таким образом, собрание было полезно как книга предложений, но не как место для обсуждения политических решений.

В этой стране до сих пор царили феодальные порядки; если кратко, местная политическая система работала следующим образом: те, кто ниже, платят налоги, а те, кто стоит выше, в обмен защищают их жизни и собственность.

Простолюдины платят налоги своим лордам, а лорды защищают их. Лорды (дворяне) платят налоги королю, а в обмен на их службу в армии во время кризисов король гарантируют сохранность их жизни и имущества. Это было общество с классовой системой.

Конечно, был риск того, что верхушка общества прогниёт, а гниль распространится на всё общество. Но если посмотреть с другой стороны, остальным жителям не нужно было думать о национальной политике, а могли заниматься только своими делами. Таким образом, быть частью такой системы было очень легко.

Однако молодой король попросил людей использовать свои головы. Он попросил их думать о его политике вместе с ним.

Ещё не было чёткого пути для политического участия народа. И даже если бы ему было дано такое право, было очевидно, что необразованные жители быстро скатились бы до власти толпы. Тем не менее, семена были посеяны.

— Эту страну ждут большие перемены... — сказал кто-то.

— Завидую молодым, которые увидят эти перемены, — добавил старик.

— О чём это ты, мы сами успеем их увидеть, — добавил другой.

Глядя на фигуру молодого короля, старик прищурился, словно ослеплённый его сиянием.

Не зная о небольшом волнении, вызванном его словами, Сома продолжил своё объяснение:

— Как вы видите, нам придётся дождаться осени для фундаментального решения проблемы. Конечно, мы протянем руку помощи, однако из-за ограниченных ресурсов и географических особенностей будет невероятно сложно помочь каждому. В конце концов, не все живут на равнинах.

В этой стране проживают различные расы. В лесах живут тёмные эльфы; в горах, на больших высотах обосновались драконьюты; в подземных пещерах обитают дворфы. В общем, множество народов жили в местах, куда не доходили линии снабжения и трудно было доставить гуманитарную помощь. В такой же ситуации оказались люди, живущие в мелких деревнях глубоко в горах.

— Поэтому, мои сограждане, у меня есть к вам просьба... нет, приказ, — Сома прервал свою речь. Вздохнув, он чётко произнёс: — Все вы должны выжить до осени.

Аудитория с облегчением вздохнула. Смысл сказанных молодым королём слов был прост. Однако намерения короля ещё предстояло услышать.

— Из-за нехватки ресурсов крайне важно, чтобы каждый из вас делал всё ради собственного выживания, — сказал король. — Идите в горы, идите к рекам, идите к морю в поисках еды. Объединяйтесь с другими, склоняйте голову, как бы это ни было унизительно, потому что я хочу, чтобы все вы дожили до осени.

Эти слова можно было воспринять как отказ от ответственности: Сома говорил страдающим людям самим делать всё возможное, чтобы выжить. Тем не менее, верным было и то, что только те, кто будет работать изо всех сил, выживет.

Молодой король искренне склонил голову.

— Я прошу вас всех. Когда я сказал «всех», я имел в виду всех вас, до самого последнего человека. Не нападайте на других людей из-за того, что вы страдаете; не бросайте своих детей, чтобы уменьшить количество голодных ртов; не прогоняйте старых и немощных. Я хочу, чтобы все смогли порадоваться щедрости осени. Эту трансляцию мы проводим в надежде, что она окажет вам помощь.

Сома начал объяснять цель сегодняшней трансляции. Чтобы выиграть время до того, как будет решён продовольственный кризис, эта программа будет рассказывать о ингредиентах, которые обычно не используются в кухне этой страны, и объяснять, как их готовить. Эти ингредиенты должны быть дешёвыми или расти в дикой природе в легкодоступных местах. Более того, чтобы показать, что они на самом деле съедобны, их будут готовить и есть в прямом эфире.

После объяснения Сомы даже те жители, которые были возмущены предыдущим заявлением, в котором читался отказ от ответственности, перестали злиться. Король действительно думал о них, и они остро это почувствовали.

— ...Я сказал всё, что хотел. Передаю слово вашим ведущим, Пончо и Джуне, — закончив объяснения, Сома вернулся на своё место.

В это время на всех площадях королевства разразились аплодисменты. Спонтанные аплодисменты граждан, глубоко впечатлённых словами Сомы. Сома этого не знал, но он постепенно начал получать признание людей как их короля.

На проекции снова появились Джуна и Пончо.

— Так, давайте поскорее начнём, — сказала Джуна. — Пончо, что у нас будет первым?

— Д-да! Наш первый ингредиент — вот это!

Затем Пончо достал ящик, накрытый тканью, и поставил его на стол, за которым сидели Сома, Лисия, Аиша и Томоэ в качестве гостей-комментаторов.

Это был достаточно большой ящик, чтобы поместить в него большой аквариум.

Пончо, выждав секунду для большего драматического эффекта, оттянул ткань.

◇ ◇ ◇

Мы находились в столовой замка Парнам, которая сейчас превратилась в съёмочный павильон.

— У-у-у...

— Кья-я-я-я-я!

— Ч-что это?!

Когда показалось содержимое ящика, Аиша, Томоэ и Лисия потрясённо вскрикнули.

Джуна, с другой стороны, посмотрела на него с выражением лица «о, и всего-то».

— Это осьминог.

— Это определённо осьминог.

В ящике перед ними было существо с мягким телом и восемью извивающимися щупальцами, которое я знал как осьминога.

В то время как многие существа этого мира имели некоторые фантастические элементы — к примеру, даже коровы и цыплята имели панцири как у черепах, — этот осьминог выглядел как обычно, пусть и немного большего размера. В общем-то, даже в фэнтезийных мирах есть существа типа гигантского осьминога, так что всё нормально, да?

Кстати, в этой стране осьминога называют «осмином», что меня слегка сбивает с толку, так что продолжу называть его осьминогом. В любом случае, из-за моей таинственной способности к переводу я всё равно слышу «осьминог».

— Э? В вашей стране не едят осьминогов? — спросил я.

— Нет! Погоди, Сома, ты что, раньше ел подобную гадость?! — Лисия недоверчиво посмотрела на меня.

«Да ладно тебе, это же просто осьминог. Не понимаю я её реакции».

— Ну, учитывая их внешний вид, я уверена, что их едят только в некоторых прибрежных районах. В моём родном городе его тоже едят, — спокойно объяснила Джуна.

«Даже на Земле в Европе (за исключением Испании и Италии) осьминога называли «дьявольской рыбой», и его отказывались есть. Поэтому нечего удивляться, что здесь могут считать также... да?» — подумал я.

— Но они такие вкусные... — сказал я.

— С-серьёзно? — спросила Лисия.

Услышав слово «вкусные», Аиша уже была готова наброситься на осьминога. Она была моим телохранителем, и мы часто ели вместе, так что я знал, насколько ненасытной была эта девушка. Особую слабость она испытывала к сладостям (вроде тех, что поставлялись бывшему королю и горничным), и она ела их в таких количествах, что горничные ревниво ворчали: «Как ей удаётся столько есть и сохранять фигуру?..»

— Ага. Я знаю, что некоторые не любят сырую пищу, но если втереть в осьминога соль, смыть слизь и отварить в воде, он получится очень вкусным. Его также можно тушить, жарить или варить с рисом — в общем, всё на ваш вкус.

Повисла тишина.

— Аиша, ты слюни пускаешь, — добавил я.

— Ой!.. Прошу прощения.

— Кроме того, из-за высокого содержания белка и низкой калорийности осьминог очень хорош, если вы сидите на диете.

— Калорийности? Н-не знаю, что это такое, но, кажется, я услышала слово «диета»... — Лисия уже сейчас была готова впиться в осьминога зубами.

Честно говоря, я думаю, что Лисия может позволить себе немного лишнего мяса на костях. Возможно, дело в том, что она служила в армии, но она была довольно стройной.

— Не думаю, что тебе нужно беспокоиться из-за веса, — сказал я ей.

— Сома... Девушка перестаёт быть девушкой в тот самый момент, когда перестаёт беспокоиться о собственном весе, — напутствовала меня Лисия с глазами, устремившимися куда-то вдаль.

Джуна и Томоэ также энергично закивали, и я понял, что это было правдой. У одной Аиши было выражение лица «хватит уже об этом, я есть хочу...»

— Ладно... Теперь мы должны его приготовить, так? — спросил я.

Мы переместились на кухню, которая была рядом со столовой, и начали готовить осьминога. Повара протестовали: «Если бы вы только сказали, мы бы сделали всё за вас...», — но мне нравится готовить, так что я занялся этим сам.

Сначала я положил осьминога в большую миску, а затем кухонным ножом удалил внутренности, чернильные железы и глаза (в этот момент женская половина завопила «а-а-а»). После я начал втирать в него соль, подождал, пока слизистая поверхность не затвердеет, и хорошо промыл его водой. Далее я тщательно очистил присоски от грязи.

Потом я положил в кастрюлю с кипящей водой щупальца, а затем и всё это осьминогообразное существо целиком. Наконец грязно-жёлтая плоть сменила цвет на красновато-фиолетовый, и я вынул его из кастрюли. Варёный осьминог готов. Дав ему немного остыть, я порезал щупальца на маленькие кусочки. Это должно быть очень вкусно.

— Э, достаточно, пожалуй. Время поесть, — сказал я.

— Что?! — Лисия и остальные были потрясены, когда я без колебаний начал есть осьминога.

Даже по вкусу одного кусочка можно было сказать, что это осьминог. Этот слегка солёный вкус восхитителен. Как жаль, что в этом мире не придумали соевого соуса!

— ...Его правда можно есть? — пробормотала Лисия.

— Ну же, Лисия, тебе просто нужно его попробовать и узнать.

— Э-э, нет... я морально не готова...

— Уверена? Это вкусно.

В отличие от нерешительной Лисии, Джуна закинула в рот ломтик осьминога.

— А-а, нечестно, мадам Джуна! — закричала Аиша. — Хорошо, тогда я тоже буду!

Аиша тоже начала есть...

«Эй-эй! Не ешь всю голову! Да как эта тёмная эльфийка может быть такой обжорой?!»

— Вау! Эта штука такая хрустящая и вкусная!

— ...Да?

«...Так, нужно вернуть контроль над ситуацией»

Я начал обваливать кусочки осьминога в пшеничной муке, яйце и белой муке, после чего нанизывал их по три штуки на шампур. Затем я положил все шампуры в кастрюлю с горячим маслом. Я обжаривал их до тех пор, пока они не стали золотисто-коричневого цвета и хрустящими. Я вынул их из кастрюли и добавил вустерский соус[✱]Кисло-сладкий соус на основе уксуса, сахара и рыбы, который существует даже в этом мире, и самодельный майонез, который я сделал из яиц, уксуса и ещё нескольких ингредиентов. Наконец я закончил.

— «Жареный на вертеле осьминог»... наверное, так это можно назвать. Не стесняйтесь, попробуйте его, — с этими словами я каждому предложил по шампуру.

Лисия и Томоэ робко поднесли их ко рту и откусили...

— Что это?! Вкуснотища!

— Это действительно... очень вкусно, старший брат.

Их глаза засияли от восхищения.

«Отлично!» — подумал я, мысленно встав в победную позу.

— Это действительно вкусно. Внутри хрустящей оболочки скрывается очень сочное мясо осьминога, — сказала Джуна.

— В-верно! Даже я не знал, что осьминог вместе с вустерским соусом будет таким вкусным! — вскричал Пончо.

— Этот белый соус хорошо сочетается с осьминогом. Великолепная работа, сир! — добавила Джуна.

— Д-да, сир отлично готовит! Это удивительно, да!

Джуна и Пончо озвучивали комментарии, как профессиональные ресторанные критики. Поскольку они оба раньше ели осьминогов, они смаковали вкус. Тем временем Аиша, чавкая и хрустя, с ужасающей скоростью опустошала шампура.

...Мне даже сказать об этом нечего.

◇ ◇ ◇

«Это действительно вкусно, — вещал передатчик. — Внутри хрустящей оболочки скрывается очень сочное мясо осьминога»

— ...Эй, папа? — спросил ребёнок.

— Можем приготовить, если хочешь. В наши сети сегодня попалось много осьминогов.

— Правда?! Я хочу попробовать его!

— Хорошо. Обычно я их выбрасываю, но давай в этот раз попробуем приготовить.

Кажется, подобных разговоров было много в многих деревнях у моря.

◇ ◇ ◇

— Наш следующий ингредиент — это.

Доев моего жареного на вертеле осьминога, мы вернулись на свои места, где Пончо уже открывал перед нами новую коробку. Внутри неё мы увидели продолговатый ингредиент, коричневого цвета и покрытый грязью.

— Это... какой-то корень? — предположила Лисия.

— Корень или что-то подобное... — добавила Джуна.

— Не выглядит вкусным... это действительно можно есть? — с сомнением спросила Томоэ.

Лисия, Джуна и Томоэ вели себя так, будто над их головами повисли вопросительные знаки. С другой стороны, мы с Аишей были совершенно не удивлены.

— Это же корень лопуха, да? — сказал я.

— Да, точно корень лопуха, — согласилась Аиша.

Я слышал, что на западе есть лопух не было принято, так что мне не показалось странным, что его здесь не едят; но то, что Аиша, выглядящая как уроженка запада, знала об этом, удивило меня.

— В лесу мы должны есть всё, что только можем, иначе будем страдать от недоедания, — сказала Аиша с отсутствующим выражением на лице.

Видимо, печальная ситуация с едой в родных местах и стала причиной постоянного голода этой эльфийки.

— Раз уж нам показали его, то он должен быть съедобен, так ведь? — спросила Лисия, и я кивнул в ответ.

— Его можно есть. Но будет лучше не просто наслаждаться его собственным вкусом, а насладиться ароматом бульона, в котором он будет сварен, или же его текстурой. Корень лопуха в основном состоит из пищевых волокон, которые не перевариваются, но его можно использовать как лекарство для желудка, стимулирующее дефекацию. Он — лучший друг для тех, кто страдает запорами.

— ...Прошу тебя, не говори о дефекации и запорах во время еды, — сказала Лисия.

— Отходы с лёгкостью выходят из организма, что, конечно же, положительно сказывается на здоровье и красоте.

— Кх. Прозвучало соблазнительно, но...

«Так, раз уж мы убедили Лисию, может пора приступить к дегустации?» — подумал я.

На этот раз я приготовил довольно просто. Соскоблив с помощью ножа грязь, я разрезал лопух на длинные тонкие стружки, покрыл их картофельным крахмалом, а затем бросил в кастрюлю с маслом, которую использовал раньше. Хорошенько обжарив, я вынул их и разделил на две миски, одну из которых посыпал сахаром, а вторую — солью. Чипсы и сухари из лопуха готовы.

Каждый взял по кусочку и поведал свои впечатления.

— О-о-о, они такие вкусные и хрустящие, — сказала Лисия.

— Они... станут отличной закуской к пиву, — сказал Пончо.

Лисия и Пончо жевали солёные чипсы как снеки.

— Масло, которое появляется при укусе, растворяет сахар, и сладкий вкус начинает быстро заполнять весь рот, — сказала Джуна.

— Я хочу, чтобы обе мои мамы попробовали их, — сказала Томоэ.

Джуна и Томоэ, которые ели из миски с сахарными чипсами, выдавали комментарии ресторанного критика и ребёнка соответственно.

Что касается Аиши...

— Если есть оба одновременно, они становятся сладко-солёными и очень вкусными! — заявила она, жадно поедая из обеих мисок.

«Да, конечно, думаю, их и так можно есть».

Следующими ингредиентами были лапа красного медведя, печень тигра-меча и целая варёная саламандра, но мы только показали их, но не готовили.

Конечно, в этой стране их обычно не едят, но я не хотел рассказывать про ингредиенты, которые могут добыть только авантюристы. Если обычные люди каким-то образом заполучат их, то для меня будет достаточно, что они будут знать, что их можно съесть, а не просто выбросить. В любом случае, я сам не знаю, как готовить медвежьи лапы.

Ах да, на этапе выбора ингредиентов мы исключили иглобрюхих рыб, ядовитые грибы и прочие ядовитые штуки. Я знаю, что при правильной готовке их можно есть, но было очевидно, что, попади они в руки голодных любителей, это закончится трагедией.

Впрочем, если захотеть, то даже ядовитые части можно есть. Например, в префектуре Исикава едят маринованные яичники фугу, а в префектуре Нагано есть место, известное тем, что там едят мухоморы.

...Человеческий аппетит — это нечто, да?

Вернёмся обратно к рассказу: следующий ингредиент потряс нас всех.

— Следующий ингредиент — вот это, да.

— Э-это...

У всех глаза вылезли из орбит: внутри коробки был голубовато-зелёный желеобразный объект.

— Это же... зелринг? — спросил я.

Зелринг — это вид мягкотелых слизей, обитающих на окрестных полях этой страны. Даже его внешний вид напоминал слабейших монстров из RPG. Собственно говоря, слабость и была его особенностью. Порежешь его — он умрёт, посильнее надавишь — он умрёт. Он живёт, прикрепляясь к другим существам (или их трупам) и высасывая из них питательные вещества. Эти существа бесполые, размножаются делением и напоминают одноклеточные амёбовидные организмы, но выросшие до гигантских размеров.

«Чего? Мы съедим это? Вернее, мы можем съесть даже это?»

Затем я заметил, как Аиша в замешательстве наклонила голову набок.

— Минутку, этот зелринг мёртв?

— Да, он мёртв, — сказал Пончо.

— Этого не может быть. Я ни разу не видела и не слышала о трупе зелринга.

— Хм, действительно. Как ты и сказала, это действительно странно, — согласилась Лисия, что-то поняв.

Я же не видел ничего странного.

— Лисия, можешь уже просто сказать, что стряслось?

— Что с твоим тоном?.. Зелринги слабы. Если разрезать его тонкую мембрану лезвием, все его жидкости выльются наружу. Если бить дубинкой, то результат будет тот же. В результате останется только лужа синевато-зелёной жидкости.

— Правда?

Аиша кивнула, подтверждая эти слова:

— Да. Именно поэтому такие хорошо сохранившиеся останки — что-то невероятное.

«Понятно, Аиша — воин, а Лисия — солдат, и у них обеих есть опыт сражений с зелрингами, благодаря которому они заметили эту странность».

— Тогда что нужно сделать, чтобы получить зелринга в таком состоянии?

— Понимаете, есть небольшой секрет, которому меня научили в небольшом племени далеко на западе, в Империи. Если напасть на зелринга и уничтожить его сердцевину с помощью тонкого стержня, не повредив при этом мембрану, то после смерти зелринг сохранит свою форму. Местные жители назвали эту технику «икеджиме»[✱]Метод убоя рыбы для поддержания качества её мяса..

«Икеджиме? Ла ладно, совсем не похоже на слив крови из рыбы... ну да ладно. А ещё, похоже, я был прав, считая его гигантским одноклеточным организмом».

— И через некоторое время после уничтожения ядра его жидкости постепенно затвердевают, — добавил Пончо.

— Это что-то вроде окоченения, да? — сказал я.

— Верно. Если оставить зелринга подольше, то все жидкости испарятся, и останется только сухая оболочка. Однако примерно через два часа, когда его тело немного затвердеет, но плоть всё ещё будет эластичной, его можно будет приготовить. Этот зелринг как раз в подходящем состоянии, да.

«Хм... Я понял, что его можно использовать в готовке, но вопрос всё ещё стоит: а можно ли его есть?» — подумал я.

Пончо тем временем достал кухонный нож и сделал вертикальный разрез в зелринге.

— Когда зелринг находится в таком состоянии, его можно резать по длине, не разрушая тело. Тканевые волокна зелринга проходят в вертикальном направлении, и этот способ будет лучше сохранять текстуру, да.

Пончо умелыми движениями разрезал зелринга на тонкие длинные полосы, какие делают для ике сомен[✱]Сашими, изготовленный из сырого кальмара, нарезанного тонкими полосками (типа лапши), после чего кинул их в кастрюлю с кипящей водой.

— Дальше добавим немного соли в кипящую воду и будем варить, пока не затвердеет.

Теперь он серьёзно начинает превращаться во что-то вроде собы или удона. По мере варения яркий голубовато-зелёный цвет потемнел, и он стал выглядеть как ча собу[✱]Лапша из гречневой и пшеничной муки с добавление листьев зелёного чая. Затем Пончо закинул в кипящую кастрюлю сушёные грибы и ламинарию.

«Он пытается сделать из них бульон?»

Наконец, добавив ещё соли для усиления вкуса, Пончо разлил результат в суповые тарелки и роздал их нам.

— Прошу. Зелринг-удон.

— Так это и в самом деле удон! — воскликнул я.

— Ч-что-то не так, сир? — спросил Пончо.

— А, нет, ничего.

Для меня местный язык автоматически переводится на японский, так что, возможно, вместо «удона» было сказано что-то другое. Как это сбивает с толку. Ладно, не буду заострять на этом внимание. Прямо передо мной был кансайский зелёный удон с прозрачным бульоном.

«”Красный лис и зелёный зелринг”, — подумал я. — Да... Сейчас не время выпадать из реальности, вспоминая всякую старую рекламу про удон быстрого приготовления. Ха? Подождите, я серьёзно должно это есть?»

Я огляделся, и все смотрели на меня, как бы говоря: «Давай, вперёд!»

«Эй, я не поднимал руку и не говорил: «Окей, я попробую»!

...Ладно, даже Лисия попробовала то, что не ела раньше. Будет несправедливо, если только я избегу подобной участи! Что ж, время есть!»

*чавканье*

— Н-ну как, Сома? — спросила Лисия с обеспокоенным видом.

— ...Неожиданно хорош, — ответил я.

«Хм, полностью отличается от того, что я себе представлял. Как бы это описать?»

Я представлял себе что-то вроде ика сомен — слизистое и с рыбным запахом; однако он был без этого запаха, однородным и требовал усиленного жевания. Это был не удон, а что-то типа кузукири[✱]Что-то типа лапши, сделанной из крахмала корня кудзу или лапши «Malony». Когда я жевал его, я понял, что у него была своеобразная скрипучая текстура. Это что, волокна?

Итак, если бы я описывал в целом, то сказал бы: «На вид как удон, на вкус как кузукири, с текстурой как у блюд из кухни Кюсю».

«Да, неплохо. Очень даже неплохо».

— Ты прав... Он неожиданно хорош, — сказала Лисия.

— Они впитали вкус бульона, и это очень вкусно, — согласилась Джуна.

— Это правда приготовлено из зелринга? Удивительно, — сказала Томоэ.

Аиша же только громко чавкала.

Все, кто ел после меня, также хорошо отзывались о блюде. Ну конечно, он же вкусный. Если бы меня спросили, что вкуснее — этот удон или обычный, я бы сказал, что за глупости у меня спрашивают. В конце концов, это вопрос личных предпочтений.

— Кстати, какие питательные вещества в этом зелринге? — спросил я.

— Питательные вещества... Подозреваю, что они похожи на гель, который можно извлечь из костей животных.

— Хм, коллаген.

Получается, зелринги содержат белок, содержащийся в костях животных и пищевых волокнах растений. Что-то мне всё труднее решить, являются зелринги растениями или же животными.

— В любом случае, я думаю, что с пищевой ценностью у этого блюда полный порядок, — сказал я. — Зелринги обитают почти везде, и если люди будут их есть, то это должно смягчить продовольственный кризис, согласны?

— Да, я тоже так думаю. К тому же зелрингов легко разводить: даже если скармливать им обычные кухонные отходы, они будут сами расти и размножаться, — сказал Пончо.

— ...Ну уж нет, давайте не будем давать им есть всякие странные вещи, — сказал я. — Я не хочу есть зелрингов, которые питались ядовитыми веществами, и получить потом пищевое отравление.

— В-вы правы.

— Сейчас нужно создать несколько экспериментальных ферм зелрингов. Охотиться на них в дикой природе — это хорошо, но я не хотел бы слишком сильно сокращать их количество и тем самым оказать влияние на местную экосистему...

— Я думаю, так будет к лучшему, — согласился Пончо.

В любом случае, мы получили большое удовольствие от зелринг-удона.

◇ ◇ ◇

— Они правда съедобные? — спросил кто-то.

— Король и остальные с аппетитом едят его, — ответил другой.

— Я, наверное, схожу в гильдию авантюристов и выдам задание на захват зелрингов.

— О, я тоже пойду.

Такие разговоры велись на многочисленных площадях с фонтанами.

«Национальное блюдо Эльфридена — зелринг», — кто сейчас мог предположить, что в не таком уж далёком будущем будут так говорить?

◇ ◇ ◇

— Остался последний ингредиент. Я уже приготовил блюдо.

Пончо открыл контейнер, и все мы увидели его содержимое.

— Фу-у-у-у-у, — таков был наш единодушный ответ.

Там, внутри контейнера, были жуки. А приготовленное блюдо существовало и в моём мире... нет, в Японии, в которой я жил.

— Это же «инаго но цукудани»? — спросил я.

— Да, оно называется «цукудани[✱]Метод готовки, в котором ингредиент кипятят с японским соевым соусом и сахаром из гигантской саранчи».

— Ха... Она и правда большая.

В инаго но цукудани, которое я помню, саранча была размером со сверчка, но эта же была большой, как креветка курума[✱]Японская тигровая креветка, средние размеры которой — 12-15 см.

«Цвет говорит о том, что у них пряный сладкий аромат, которым они пропитаны целиком и полностью... Стоп, что? Цукудани?»

— Если это цукудани... — сказал я, — значит...

— Эм, Сома, ты собираешься их есть?

Лисия поражённо уставилась на меня, когда я внезапно проткнул вилкой гигантскую саранчу. Реакция была понятна: мало бы кто решился съесть её из-за того, как она выглядела. Будь я поспокойнее, я съел бы её аккуратнее, но сейчас мне необходимо было кое в чём убедиться.

*грызёт*

Текстура была как у креветки с целой оболочкой, но здесь было кое-что более важное.

«Этот вкус... я не могу ошибаться!»

— Этот цукудани... сделан с соевым соусом!

— Соевый соус?

Соевый соус.

Да, соевый соус.

Основа японского вкуса.

Без него невозможно приготовить сашими и нимоно. Рамен, гамбургеры, спагетти и любое другое иностранное блюдо с помощью этого чудесного соуса превратятся в «японское». Именно по этому вкусу я тосковал больше всего с тех пор, как попал в этот мир. Из-за процесса брожения я не мог воссоздать этот мистический соус так же просто, как и майонез, но сейчас передо мной стояло приготовленное с ним блюдо! Это была обычная саранча, но для меня она выглядела как совершеннейшее блюдо.

— Быть того не может... Сома, ты что, плачешь? — воскликнула Лисия.

— Как я могу не плакать? Это... вкус моей родины.

— Вкус твоей родины...

— Брат, на твоей родине тоже готовят цукудани из гигантской саранчи?

Я посмотрел на Томоэ, которая с аппетитом хрустела саранчой. Если подумать, то когда все остальные были в шоке, только эта девочка не удивилась, когда увидела саранчу...

— Неужели это блюдо... — сказал я.

— Да, я часто ела его в деревне мистических волков.

— Значит, мистические волки делают соевый соус?!

— Соевый соус... может быть, ты имеешь в виду воду хишио?

— Воду хишио?

— Это соус, который обожают мистические волки, — начал объяснять Пончо. — Изначально мистические волки мариновали соевые бобы в соли и оставляли бродить, получая соус под названием «бобовый хишио». Во время этого процесса сверху образуется жидкость, которую они собирают и оставляют бродить. В итоге получается вода хишио. Оба этих соуса обладают уникальным вкусом, который не найти в этой стране.

— Понятно.

В некоторых книгах я читал, что соевый соус появился как побочный продукт при производстве мисо. То есть, бобовый хишио — это мисо, а вода хишио — соевый соус (причина, по которой эти слова не перевелись для меня в «мисо» и «соевый соус», возможно в том, что они явно отличаются от современного соевого соуса). Возможно, кухня племени мистических волков довольна близка к японской...

«Хм, минуточку. Этот аромат, что исходит от саранчи...»

— Томоэ, алкоголь тоже используется при готовке цукудани?

— Да. Этот алкоголь делается из семян растения.

— Какого растения?

— Эмм... Это растение растёт в болотистых землях, у него есть ушки, похожие на конец метлы, и на них висит множество семян, похожих на зёрна пшеницы.

«Сомнений больше нет, это рис! Моя надежда на будущее!»

Для перехода от товарных культур к производственным я хотел выращивать рис, потому что я слышал, что рисовые поля не ухудшают плодородия почвы, в отличие от пшеницы на сухих полях. Однако в этой стране запасов риса не было, так что этот план не был воплощён в жизнь.

«Получается, рис растёт дальше на севере? Я очень хочу привезти его сюда и попробовать вырастить. В любом случае, эти мистические волки... Соевый соус, мисо и рис... У этого племени много вещей, которые я хочу».

— Хорошо, я принял решение! Беженцы из племени мистических волков получат район в Парнаме.

— Уэ-э-э? — воскликнула Томоэ.

Я хочу, чтобы они производили эти бобовый хишио и воду хишио. У нас было много соевых бобов, так как мы садили их для процесса восстановления почвы.

— Сома, подожди, ты серьёзно?! — Лисия выглядела взволнованной и сбитой с толку, но я был серьёзней некуда.

— С мисо и соевым соусом... То есть с бобовым хишио и водой хишио я смогу воссоздать большинство блюд моей родины. И здесь ещё, похоже, существует рис. Разве тебе не хочется поесть вкусные блюда, которые этот мир никогда не видел?

— Э-это...

— Да! Я очень хочу их попробовать! — энергично подняла руку Аиша.

— Ха-ха... Пусть и не с таким энтузиазмом, как у Аиши, но, я думаю, что и жители нашей страны тоже захотят их попробовать. Может, мне потом выложить рецепты в общий доступ, чтобы каждый, собрав ингредиенты, мог их приготовить? Или сходить в ресторан, где будут подавать такие блюда? В любом случае, это в значительной степени стимулирует экономику.

Огромная ликвидность рынка принесёт процветание этой стране — вот во что я верю. Вот почему дальше я обратился к людям, которым смотрели программу:

— Мои поиски одарённых людей до сих пор продолжаются. Если у вас есть талант, я найду ему применение, даже если вы — беженец. Это племя обладает отличными методами производства пищи, и у меня нет причин не принимать их. Значит так... В течение следующих пяти лет я предоставляю мистическим волкам монопольные права на производство бобового хишио и воды хишио. Мы будем пресекать незаконное производство любыми другими группами. По окончании пяти лет я заберу монопольные права, чтобы создать свободный рынок бобового хишио и воды хишио, поэтому я призываю мистических волков за это время создать прочный фундамент их бизнеса. Это всё.

◇ ◇ ◇

После этого заявления в столице был построен жилой район для племени мистических волков. Получив поддержку от страны, они построили заводы, на которых производили бобовый хишио и воду хишио.

В этом мире было много случаев, когда выделенный беженцам район превращался в трущобы. Происходило это потому, что беженцы сталкивались с экономическими ограничениями (либо они были безработными, либо их использовали как дешёвую рабочую силу и тому подобное) и страдали от нищеты. Однако мистические волки, благодаря дарованному королём монопольному праву смогли построить фундамент своего бизнеса, из-за чего их район не скатился до уровня трущоб. Через пять лет, когда права на монополию закончились, зверолюди этого племени полностью ассимилировались и стали частью городского населения столицы.

Даже после того, как бобовый хишио и воду хишио переименовали в «мисо» и «соевый соус», а их монополия закончилась, мистические волки продолжил их производство. Мисо и соевый соус, выпускаемые этим племенем под маркой «Киккоро» и отмеченные шестиугольным логотипом с волком в центре, были любимы в народе в течение многих последующих лет.

◇ ◇ ◇

Весёлая фоновая музыка и мягкий голос Джуны Домы эхом пронеслись через фонтанную площадь.

— Итак, наша программа «Обед короля» подходит к концу, и нам пора прощаться. Как вам роль ведущего, Пончо?

— Д-да. Если мои знания помогли нашим соотечественникам, пусть даже и совсем немного, я буду очень счастлив. Тем не менее, я думаю, что быть ведущим, — слишком тяжкая для меня ноша. Я надеюсь, что в следующий раз вместо меня будет кто-нибудь другой.

— А будет ли следующий раз? Что скажете, сир? — спросила Джуна.

— Это зависит от требований граждан.

— Вот как. Надеюсь, они потребуют продолжения, Пончо.

— У м-меня уж точно нет никакой потребности в этом, да!

— Ох, не говори так. Сделай это со мной ещё разок! — крикнула Джуна нараспев.

— Прошу, избавьте меня от этого! — взвизгнул Пончо.

— Большое спасибо вам за то, что смотрели и слушали нас всё это время. Вели для вас эту программу я, Джуна Дома, и...

— ...Пончо Ишизука Панакотта, всем пока, да.

— Желаю всем вам хорошего дня.

Фоновая музыка затихла, и изображение исчезло вслед за ней. Судя по всему, программа закончилась.

Тут и там на площади слышались вздохи.

— Эх, уже закончилось?

— Это было интереснее, чем я ожидал. Хотел бы я посмотреть её немного подольше.

— Я тоже. Пусть и не ежедневно, но я надеюсь, что программу будут показывать регулярно.

— Если в ней есть потребность, то её снова покажут, правильно? Может тогда направить просьбу в Национальное собрание?

— Ого, отличная мысль! Пойдём прямо сейчас обсудим это с мэром.

Разговоры, подобные этому, происходили во всех городах.

Люди были полностью увлечены этой новой формой развлечений, называемую «программой-варьете». Сома планировал использовать сегодняшнюю трансляцию как информационную программу о продовольственном кризисе, но подшучивания Джуны и Пончо друг над другом, различные элементы кулинарного шоу, а также сцены с визжащими красивыми девушками, которые потом пробуют странную новую еду, сместили акцент.

Несколько дней спустя Национальное собрание подало королю «прошение о регулярной трансляции программ по Вещательной сети». С согласия Сомы было установлено время для публичного вещания, и с тех пор трансляции запускались каждый вечер.

Но были и те, кто обсуждал не то же самое, что остальные.

— Когда я услышал, что на престол взошёл новый король, я подозревал, что он его захватил. Однако этот юный король неожиданно оказался добрым малым, — сказал один старик.

— Ты прав, — ответил другой. — Теперь я понимаю, почему король Альберт отрёкся от престола.

— Принцесса тоже была в хорошем настроении. Не думаю, что помолвка была против её воли.

— Они вместе выглядели так естественно. Их отношения должны быть очень хороши.

— Хо-хо-хо, тогда в следующем году можно ждать наследника.

— Ребёнок от мудрого и доброго короля и прекрасной принцессы? Жду не дождусь увидеть его.

— И верно, хо-хо-хо.

Старики тихо засмеялись.

«Мудрый и добрый король», — вот как они оценили Сому. Но их оценка была верной только наполовину.

Сома не был стопроцентно добрым королём.

◇ ◇ ◇

Сидя на своём стуле в рабочем кабинете, я обратился к Хакуе, стоящему напротив меня:

— Мне нужен отчёт о соседних странах.

Прямо сейчас в комнате были только мы с Хакуей. Лисия с остальными, возможно, отлично проводили время на вечеринке, празднуя успех сегодняшней трансляции. Даже Аиша, которая ни на шаг не отходила от меня под предлогом охраны, была занята едой, приготовленной по такому случаю.

Покинув вечеринку, мы пришли на секретное совещание в рабочий кабинет. Хакуя разложил на моём столе карту мира.

— Я начинаю. Для начала рассмотрим соседние страны. Наша страна, расположенная на юго-востоке континента, имеет общие границы с тремя странами: на севере — с Союзом Восточных Наций, на западе — с княжеством Амидония, на юго-западе — с республикой Тургис. Также через море на юго-востоке лежит Союз Островов Девятиглавого Дракона. Кроме того, к западу от Амидонии находится страна наёмников Зем — их тоже можно назвать соседней страной. Из этих стран ни одна не является нам дружественной: четыре относятся нейтрально и одна — враждебно.

— Похоже, мы сами по себе, — сказал я.

— При всём уважении, учитывая беспокойные времена, наставшие из-за расширения Владений Короля демонов, это нормальная ситуация. В настоящее время все страны с подозрением относятся друг к другу; единственные дружественные друг другу страны — находящиеся в отношениях, основанных на вассальном подчинении.

— Ты называешь эти отношения дружественными?

— Полагаю, если нет опасений предательства, то их можно назвать таковыми.

Он сказал такие возмутительные слова со спокойным лицом. Разве можно назвать дружественными такие отношения, в которых одну из сторон могут использовать как инструмент, а затем выбросить за ненадобностью? Это похоже на союз между кланами Ода и Мацудайра в то время, когда Ода Нобунага ещё был жив.

— А кто к нам враждебен? — спросил я. — Амидония? Зем?

— Не Зем. Конечно, у них плохие впечатления о нас из-за того дела, но не настолько, чтобы считать их враждебными. Если Амидония открыто проявит к нам агрессию и запросит помощь, они отправят наёмников, но не более того.

— Амидония, да... Если я правильно помню, они отправили нам «предложение помощи»?

— Да, они сказали: «Стабильность нашего соседа, королевства Эльфриден, напрямую влияет на обороноспособность нашей страны. Если будет сделан запрос, мы отправим подкрепления, чтобы помочь усмирить трёх герцогов».

— Ха-ха-ха... Их так легко раскусить.

Было совершенно очевидно, что они стремятся расширить свою территорию, воспользовавшись конфликтом между мной и тремя герцогами.

— Думаю, аналогичное предложение было отправлено и трём герцогам.

— То есть «давайте вместе свергнем узурпатора Сому»? Над этим смеяться потруднее.

Я, скорее всего, могу рассчитывать на то, что три герцога раскусят скрытые мотивы Амидонии. Они не позволят иностранным силам разгуливать по этой стране только из-за того, что я им не нравлюсь. Конечно, даже Амидония это понимает, поэтому...

— Предлагая помощь обеим сторонам, они хотят дать себе повод мобилизовать свои войска, — сказал я.

— Они возьмут под контроль западные города, а затем отправятся на помощь побеждающей стороне, — согласился Хакуя. — А затем они найдут повод, чтобы получить полный контроль над оккупированными городами, и присоединят их к своей стране. Стратегия общепринятая, но тем не менее эффективная.

В моём родном мире было много подобных случаев — к примеру, Ходзё Соун с его «занять охотничью тропу, чтобы захватить замок». Чем проще стратегия, тем больше вероятность обмануть людей.

Амидония бесстыдно пытается обмануть нас, Зем склоняется к враждебным действиям, а Эльфриден не может достичь национального единства из-за моего конфликта с тремя герцогами. И решить каждую из этих проблем довольно сложно.

— Тем не менее, всё это — часть сценария, который ты написал, так ведь? — спросил я, пристально смотря на Хакую.

Хакуя оставался невозмутимым.

— Да, пока что ситуация развивается так, как и должна, — заявил он.

Спокойное выражение на его лице заставило меня энергично почесать голову.

— Ты же... понимаешь, да? — спросил я, имея в виду число людей, которыми придётся пожертвовать ради его плана.

Сценарий Хакуи нанесёт врагу огромный урон и предоставит нам большое преимущество. Да, мне нужен шаг, неважно какой, который сделает эту страну сильной. Однако для исполнения этого плана придётся пролить достаточно много криви.

Однако Хакуя сказал без какого-либо намёка на чувство вины:

— Да. Я считаю, что мы должны использовать любую возможность, которая нам представится.

Я молчал.

— Сир, вы должны понимать: если план будет исполнен, мы спасём множество жизней.

— ...Я знаю. Однако я позволю произойти «этому» только в этот раз. — Я смотрел в глаза Хакуе. — В моём мире жил политический мыслитель Макиавелли, изложивший свои идеи в книге «Государь». Он писал, что мудрым может считаться только тот правитель, который, сделав «это» единожды и покончив со всем, никогда больше не сделает этого снова. Если же правитель будет раз за разом повторять «это», то рано или поздно он, как тиран, встретит свою погибель.

— ...У этого Макиавелли ужасно реалистичный взгляд на вещи. — Хакуя был немного ошарашен.

Так и есть. Вот почему он мне нравился. Я был в восторге от бескрайнего реализма Макиавелли и много раз перечитывал его «Государя». Правда, я никогда не думал, что настанет день, когда эти знания мне пригодятся.

— В любом случае, я считаю твой план как пример применения «этого», — сказал я. — Так что...

«...Если мы сделаем это, то сделаем одним ударом».

Замок Парнам в одноимённой столице королевства.

Вы уже знаете, что этот замок является королевской резиденцией, и в последнее время по нему из уст в уста передаётся история о призраке. Вот как всё было:

Это произошло одним летним вечером, в час ведьмы, когда спали даже трава и деревья.

Одна из живущих в замке горничных проснулась из-за летней жары. Она попыталась снова уснуть, но всё безуспешно.

Сдавшись, она решила что-нибудь выпить и направилась в столовую, которой пользовались стража и горничные. Вода поставлялась сюда из ближайшей горы, и горничные могли пить её, когда захотят.

Когда горничная вошла в столовую, случилось это. Она увидела что-то похожее на слабый свет из кухонной печи. Прищурившись, она также увидела контур человека.

«Ох... Один из поваров до сих пор здесь», — с облегчением подумала горничная. Охрана в королевском дворце была соответствующая, и всякие злоумышленники явно не могли сюда пробраться.

Вот почему горничная подумала, что это один из поваров. Подойдя к нему поближе, она увидела, что он что-то перемешивает в кастрюле. Горничная собиралась окликнуть его, но в следующий момент по её спине пробежал холодок...

— Хе-хе-хе...

...потому что человек издал жуткий смех.

Горничная почувствовала что-то ненормальное в этом смехе и, переборов себя, заглянула в кастрюлю. В ней в маслянистом грязеподобном вареве плавали кости, кости, костикостикостикостикостикостикости...

В этот момент горничная потеряла сознание.

— ...Вот что случилось. В замке появился некромант и, возможно, пытается что-то призвать. Все только об этом и судачат! Главная горничная, а вы что об этом думаете? — обратилась к Серине одна из коллег потерявшей сознание горничной.

Серина не позволила бесстрастному выражению сойти с её прекрасного лица.

— ...Понимаю. И что случилось с этой горничной?

— А? Что вы имеете в виду?

— Разве дальше не происходило что-то вроде: «Стой! Ты же не собираешься сотворить со мной всякие извращения, как на эротических гравюрах?!»?

— Нет! Он не срывал с неё одежду, а накрыл плащом, и утром кухонный персонал обнаружил её спящей.

— Гм, скуко... Я имею в виду, хорошо.

— Вы только что хотели сказать «скукота»?!

Серина лишь неясно улыбнулась в ответ.

Серина была личной слугой принцессы Лисии и, к тому же, была достаточно способной, чтобы стоять во главе всех горничных замка. Однако у неё были проблемы с характером: она была немного садисткой.

Серину, когда она видит симпатичных девушек, постоянно одолевает желание подразнить их. Это было не проявлением злобы, а небольшой психологической игрой; ей, к примеру, нравилось заставлять их надевать непристойные наряды, чтобы слегка разворошить их чувство стыда. То, что на данный момент целью номер один была её собственная госпожа, было ещё более невероятным.

«Но всё же, некромант?..» — подумала она.

Серина была женщиной, которая хорошо выполняла свою работу. Если в находящемся на её попечении замке распространялись рассказы о призраках, она не могла повести себя безответственно и проигнорировать их.

«В час ведьмы, да?.. Говорят, поздние ночи — враг вашей кожи, но...» — обдумывая множество мыслей, которые призывали к остроумному ответу, Серина вздохнула.

Позже, в час ведьмы...

Серина, с фонарём в руке, направилась к столовой. Она шла такой смелой походкой, словно сейчас она не гуляла по замку посреди ночи. Вскоре она подошла к столовой.

«Поздновато об этом думать, но... Если этот некромант сегодня не появится, сколько же ночей мне придётся провести на ногах...»

Тихо вздохнув, Серина вошла в столовую. К счастью для прекрасного лица Серины, она вскоре заметила этого человека.

Рядом с кухонной печью горел свет, и благодаря ему кто-то что-то делал. Серина бесшумно подошла и заглянула в кастрюлю через плечо этого человека. Внутри была маслянистая булькающая жидкость, в которой плавало много костей.

— Хе-хе-хе... Скоро... Скоро он будет готов...

Человек помешивал содержимое кастрюли и тихо посмеивался. Неудивительно, что от такого зрелища другие горничные падают в обморок. Серина, однако, была способна опознать, чьи именно это были кости.

«Это не человеческие кости. Может, гигантского кабана? Ещё вижу много птичьих костей и кости больших рыб. Выглядит это мутное варево неаппетитно, но запах у него дразнящий».

Серина решилась и похлопала человека по плечу.

— Что ты здесь делаешь?

— Ва-а-а?!

Похоже, она испугала человека, чьё большое округлое тело подпрыгнуло. Когда он обернулся, Серина ясно увидела его лицо.

— М-мадам Серина?! Что вы здесь делаете?!

— Должна спросить вас о том же, сэр Пончо.

Готовкой занимался мужчина, который на днях получил от Сомы имя евангелиста еды и был назначен государственным министром по продовольственному кризису — Пончо Ишизука Панакотта.

— Что, скажите на милость, вы делаете в столовой в такой час? — спросила она.

— Это... Ну... — Пончо тревожно взмахнул руками. Он вёл себя слишком подозрительно.

Серина собиралась дальше давить на него, когда...

— ...Что вы двое здесь делаете?

Застигнутая врасплох, она обернулась и увидела короля Сому Казую.

— Ходила такая история о призраке? — сказал он. — Лисия снова разозлится на меня...

Сома, узнав от Серины о ходивших слухах, чесал голову.

— А что вы здесь делаете, сир? — спросила она.

— О, ну... мы делали именно то, что ты видишь, — сказал он. На столе стояли три миски, на которые указал Сома. — В мире, откуда я родом, это называется «рамен».

— Рамен?..

Три миски были наполнены раменом. Он был маслянистого типа, приготовленный из морепродуктов и свиных костей. Сома бесцеремонно засунул палочки в миску и, шумно чавкая, принялся есть лапшу.

— Да... Бульон почти идеальный. Но из-за того, что мы используем зелринг-удон, он получился немного безвкусным.

— Ничего не поделать, пшеница сейчас очень дорогая, да.

— Ещё одна причина побыстрее разрешить продовольственный кризис...

Наблюдая за Сомой и Пончо, Серина решила попробовать свой рамен. Обернув лапшу вокруг вилки, как макароны, она положила её в рот.

Богатый, пряный вкус бульона из морепродуктов и свиных костей нахлынул на неё. Он был жирным и густым, но растаявший в нём вкус овощей не давал ему быть чересчур богатым. Какой комплексный вкус. Бульон был жирным, но её инстинкты требовали ещё одного глотка.

Сома и Пончо с улыбкой наблюдали за Сериной.

— Мне было любопытно, сможем ли мы использовать кости и остатки овощей, которые обычно выбрасывают, чтобы сделать суп, — сказал Сома. — Я поручил изучить этот вопрос Пончо. Он занимался этим по ночам, чтобы не мешать поварам.

— О, это была довольно тяжёлая работа, да, — сказал Пончо. — В конце концов, я сам никогда не пробовал это блюдо.

— Понятно... Вот, значит, какая правда скрывалась за историей о некроманте, — сказала Серина, вытирая рот салфеткой. — Тем не менее, вышло вкусно. ...Сэр Пончо?

— Д-да. Что такое?

— Могу я отнять у вас немного времени, чтобы вы научили меня готовить этот суп?

— Конечно можете, да.

Похоже, Серина тоже была очарована магией этого маслянистого супа.

После этой ночи рассказ о призраке продолжал расходиться, но теперь в нём фигурировали два некроманта.

Почти в то же время Серина, чья кожа стала странно гладкой (эффект коллагена?), сказала:

— Сэр Пончо, у меня есть предложение насчёт костей, которые вы используете в этом супе: почему бы не обжечь и не растолочь их, прежде чем добавлять в суп?

— Это... Это имеет смысл! Я впечатлён, Серина! Вы смотрите на вещи по-другому, да!

— Сегодня ночью... Если вы попробуете приготовить его, позвольте мне продегустировать.

— Конечно, да.Горничные, наблюдавшие за их близким общением, дали волю своей бурной фантазии, но сейчас не время для этой истории.

Прошло несколько недель после трансляции первого эпизода «Обеда короля».

В этот день Хакуе Квонмину, премьер-министру Эльфридена, было доставлено некое прошение.

Это прошение было составлено отделом кадров, но под ним также подписались все прочие отделы в замке, включая Королевскую гвардию и горничных. Также в нём значились имена Маркса, ставшего камергером, и капитана Королевской гвардии Людвина.

Заинтересовавшись, Хакуя в спешке просмотрел содержимое.

— ...Ах, вот оно что.

Хакуя невольно согласился с прошением.

◇ ◇ ◇

— ...и именно поэтому я настаиваю, чтобы вы взяли выходной, сир, — сказал Хакуя.

— Несмотря на твоё «именно поэтому», я так и не понял, о чём ты.

Когда я занимался бумажной работой в кабинете, пришёл Хакуя и неожиданно заявил, что мне нужно «взять выходной». Затем он бросил на мой стол стопку бумаг, которую он принёс с собой.

— Это письменное прошение от отдела кадров, смысл которого в следующем: «Когда начальство не отдыхает, подчинённым сложно уйти на отдых». Под ним также подписались сэр Маркс и Людвин, и я, ваш покорный слуга, тоже оставил свою подпись.

«Хм... Если подумать, я ведь ни разу не брал выходной с тех пор, как был призван в этот мир».

Не сказал бы, что я вообще не отдыхаю. Сейчас я уже привык использовать Живого Полтергейста, так что иногда я поручаю другим своим сознаниям заниматься бумажной работой, а сам в это время работаю над куклами в комнате Лисии. Чередуя мои сознания между работой и отдыхом, я могу работать сутками напролёт, не чувствуя ни малейшей усталости. Но, судя по словам Хакуи, проблема явно не в этом.

— Пусть вы и отдыхаете, но вы постоянно находитесь в замке, так?

— Ага, на случай, если что произойдёт.

— Тогда позвольте сказать, что это вообще не похоже на отдых. И из-за того, что не видно, как вы отдыхаете, всем остальным тяжело взять себе выходной. Пожалуйста, поймите это.

— Легко тебе говорить...

— В обычных условиях я хотел бы, чтобы вы взяли для отдыха несколько дней, но...

— У нас есть время для этого?

— Нет.

— На «нет» и ответ нет.

У нас есть целая гора дел, которыми нужно заняться. Увеличение и усиление армии, встречи с важными людьми, переписка с заграницей, ход реформ всех видов... список можно продолжать до бесконечности. А ещё была Аиша, которой я обещал как можно скорее отправиться вместе с ней в Защищённый Божеством Лес. Я, по крайней мере, рассказал им, как делать периодическое прореживание. Я не могу впустую тратить время, когда страна постоянно ходит по краю пропасти.

— Следует учитывать, что такая работа на износ отрицательно сказывается на морали и эффективности работы, — объяснил Хакуя.

— И что ты от меня хочешь? — спросил я.

— Я найду вам время для одного выходного дня, — сказал он. — Почему бы вам не воспользоваться им и не прогуляться за пределами замка?

«Прогулка, ха...»

— А если я хочу весь день проваляться в своей комнате, раз уж у меня выдался выходной?

— Отклонено. Я вынужден просить вас использовать свой выходной таким образом, чтобы ваши подчинённые видели, как вы наслаждаетесь им.

— ...Как ты можешь называть это выходным?

«Как по мне, выходной — это когда ты делаешь всё что душе угодно». Я выразительно уставился на Хакую, но с таким же успехом я мог бы смотреть на стену.

— И разве это не прекрасная возможность? Вы можете взять принцессу Лисию на прогулку по городу.

— Ты отправляешь меня на свидание?

— Вы же обручены, в конце концов. Покажитесь вместе на публике, продемонстрируйте людям, как вы близки.

— Ой, да ладно, теперь ты нагружаешь мой выходной рабочими обязанностями, — запротестовал я.

«Ты хочешь, чтобы мы занимались всяким, что делают на ТВ-шоу «Императорский семейный альбом»?»

— ...И что насчёт моего сопровождения? — спросил я

— Разве Аиша у вас не для этого? — ответил он.

— Ты предлагаешь взять с собой девушку, когда я на свидании с другой?!

— Почему нет? У вас будет по цветку в каждой руке. Как я вам завидую.

— Ты же не думаешь так на самом деле...

«Эх... Ладно, раз уж у меня появился выходной, проведу его весело с друзьями. Я могу обойти все места в столице, которые меня интересовали. Так... Было бы здорово заглянуть в певчее кафе, в котором работает Джуна».

— ...Ладно. Хорошо, я возьму выходной, — сказал я.

— Спасибо, что отнеслись с пониманием.

Я кинул холодный взгляд на Хакую, который почтительно поклонился.

— Ну и где, интересно, сейчас Лисия?

Я хотел сказать Лисии, что у нас выходной, но её не было в её комнате. Значит, она где-то на тренировочных площадках замка. После моего восхождения на трон её статус члена королевской семьи стоит под вопросом, и всё, что у неё осталось, — это офицерское звание. Из-за этого единственное, что ей оставалось делать, — это давать мне советы (что, безусловно, было непростым занятием). Она жаловалась, что ей больше нечем заняться, кроме как присоединяться к тренировкам Королевской гвардии.

Сначала я заглянул на стрельбище и тренировочный зал, но нашёл её во внутреннем дворе, где она скрестила мечи с Аишей.

— ХА-А-А-А-А!

Аиша, громко крикнув, взмахнула мечом, который был длиной с её рост.

Лисия, в противоположность Аише, молча следила за атаками оппонента и отбивала их своей рапирой.

Для неопытного глаза было неочевидно, кто из них сильнее. Аиша провела такую атаку, что она могла серьёзно поранить при попадании. Лисия же уклонилась от этой атаки и нанесла три последовательных удара своей рапирой.

Аиша отбилась от всех выпадов своей рукавицей, но Лисия, воспользовавшись брешью в обороне, наступила на гигантский меч, не позволяя Аише поднять его.

«...Это точно тренировочный бой?» Сражение между этими двумя становилось всё ожесточённее, и я уже не мог сказать, насколько серьёзно они подошли к нему.

— Режущий Ветер!

— Ледяные Клинки!

«А теперь они используют магию и навыки!»

«Режущий Ветер» Аиши — навык, создающий рубящие потоки воздуха, исходящие из её меча. Ветер, от которого Лисия увернулась, разрубил дерево за её спиной напополам.

Лисия же применила навык «Ледяные Клинки», который мгновенно заморозил землю, превратив её в каток, после чего из неё появились многочисленные ледяные шипы. Аиша, которую чуть не проткнуло, разрубила их.

«...Они что, насмерть бьются?»

Я уже видел магию в этом мире. Я, когда практиковался в управлении куклами, охотился на монстров, и я часто встречал авантюристов, которые использовали магию (правда, мою куклу часто принимали за монстра и нападали на неё).

Однако магия, которую они обычно использовали, ограничивалась швырянием огненных шаров и льда и лечением простеньких ран. Я и не предполагал, что магия в опытных руках будет такой невероятной.

Аиша сильна, но Лисия от неё не отстаёт. Их глаза сияли от встречи достойного противника.

«Вот они какие, воины, ха... Стоп, если я их сейчас не остановлю, они весь замок разнесут!»

— Вы обе... заканчивайте!

— Есть, сэр!

— Стоп, что?!

Обе девушки пришли в чувство и остановились, но их ноги заскользили, и они одновременно упали на задницы.

— С-свидание?! — воскликнула Лисия.

— Ага.

Я рассказал ей, что у меня появился выходной и что Хакуя посоветовал мне сходить с ней на свидание. Лисия выглядела ошарашенной.

— Погоди... Мы должны пойти на свидание, потому что кто-то сказал нам это сделать?

— Я тоже так подумал, но... в мыслях Хакуи королевские свидания, похоже, часть наших обязанностей.

— Что за нечеловеческое мышление, — пробормотала она.

— Он бы сказал что-то вроде: «Я в первую очередь премьер-министр, а лишь потом человек».

— А-ха-ха! — захихикала Лисия. — Очень на него похоже.

— И, вполне возможно, он хочет, чтобы мы в первую очередь были королём и королевой, а лишь потом людьми.

— ...Извини, над этим я посмеяться не могу.

Мы вздохнули в унисон.

Хакуя очень умён и надёжен, и он серьёзно относится к своей работе, но порой его преданность работе переходит границы. Тем не менее, нельзя сказать, что у него нет мягкой стороны. С недавних пор он начал учить Томоэ по её просьбе.

— Но я рад этому выходному. Мы же можем выйти куда-нибудь прогуляться? — спросил я.

— Полагаю, можем, — согласилась она.

— Эй-эй! Тогда, пожалуйста, пойдёмте в мой лес! — Аиша подняла руку, привлекая наше внимание, но я покачал головой.

— У меня ещё остаётся куча работы, которую нужно сделать. Я не могу взять больше одного выходного.

— У-у-у... Даже на лошади до Защищённого Божеством Леса три дня туда пути...

«Ага, тогда мы точно не можем туда отправиться».

— В этот раз придётся отказаться от этой идеи. Но я, по крайней мере, научил вас периодическому прореживанию, разве нет?

— Да, но среди тёмных эльфов есть недалёкие упрямцы, которые говорят: «Что за вздор? Почему мы, защитники леса, должны рубить деревья?»

«Эх, видимо, такие люди есть в любом мире».

Я уважаю их желание защитить природу, но когда это желание заходит слишком далеко, оно достигает уровня высокомерия, и на самом деле это может быть проблемой. Природа не настолько слаба, чтобы ей нужны были люди, которые бы защищали её.

— Вот почему я хочу, чтобы вы пришли туда, сир, — объясняла она, — и как следует накричали на них.

— ...Хорошо, как только у меня появится время.

«Эх, похоже, список дел, которыми мне нужно заняться, только растёт...»

— Прошу вас. Если это поможет, вы можете использовать моё тело, мою жизнь любым угодным вам способом, — сказала Аиша, опуская голову.

— В таком случае, мне прямо сейчас нужна от тебя услуга...

— Конечно, сир! Вы хотите, чтобы я вас обслужила? — немедленно спросила она.

— Почему это первое, что пришло тебе на ум?!

— Я же сказала, что вверяю вам своё тело.

— Сома... — угрожающе сказала Лисия.

— Чёрта с два я бы это попросил! Лисия, не смотри на меня так!

Похоже, Аиша из тех людей, что сразу ведут себя распутно, стоит им возбудиться.

— Я лишь хотел попросить тебя побыть моим телохранителем во время нашей прогулки по городу, — объяснил я.

— В-вы хотите, чтобы я была с вами на вашем свидании? — спросила она.

— Ну, если что случится, мы вдвоём с Лисией можем и не справиться. Хоть мы называем это свиданием, мы просто будем вместе гулять по городу, так что не надо беспокоиться на этот счёт.

— ...А меня это что-то беспокоит. — По какой причине Лисия надулась.

Она что, хотела сходить на свидание наедине со мной? ...Да быть того не может. В конце концов, наша помолвка лишь формальность.

— Значит так и поступим, — сказал я. — Я рассчитываю на вас обеих в этот день.

— Да, сир! Поняла! — с энтузиазмом сказала Аиша.

— ...Ха-а, понятно. — В отличие от энергичной Аиши Лисия выглядела недовольной.

И вот этот день настал.

Лисия, Аиша и я гуляли по торговой улице в Парнаме. Хакуя сказал: «Покажитесь вместе на публике, продемонстрируйте людям, как вы близки», — но в назначенный день всё же попросил нас быть осторожными. В конце концов, когда король выходит в город, одной Аиши может быть недостаточно, чтобы защитить меня.

По этой причине я надел униформу офицерской академии, которая располагалась здесь, в Парнаме, и изображал из себя её студента. ...Кем я на самом деле и являлся, учитывая, что я в родном мире поступил в университет.

Так или иначе, мы с Аишей просто надели униформу, но Лисии, поскольку её могли узнать, пришлось заплести волосы в косы и надеть очки, чтобы замаскироваться под прилежную ученицу. Теперь для других мы выглядели как школьные друзья, выбравшиеся на выходных в город.

— Эй, приятель, с тобой настоящие красавицы! Если ты настоящий мужчина, может прикупишь парочку моих товаров им в подарок и покажешь им, какой ты щедрый? — Мужчина средних лет, стоящий за прилавком с аксессуарами, обратился ко мне с кансайским акцентом. Видимо, купеческий сленг этого мира переводился для меня как поддельный кансайский акцент.

С тактичной улыбкой отказав торговцу, я сказал Лисии:

— Лисия, эти очки хорошо на тебе смотрятся.

— П-правда? ...Спасибо.

— Сир! А что вы думаете обо мне в этой форме? — быстро подняла руку Аиша. В последнее время она довольно энергично это делает.

— ...Эм, если честно, тебе не идёт, — ответил я.

— Почему?!

Хмм, униформа академии напоминала блейзер, но смуглая кожа и серебряные волосы тёмной эльфийки совершенно с ней не сочетались. Не знаю, как выразится точнее, но выглядело это как косплей на школьницу из аниме. Это как в реальном мире не бывает волос натурального розового цвета, и девушки с крашенными розовыми волосами выглядят совершенно неестественно. Можно сказать, что это и была разница между реальностью и фантазиями...

— Не думаю, что всё так уж плохо, — сказала Лисия.

— Принцесса! — воскликнула Аиша.

— Хм. Возможно, дело в том, что я оцениваю её по стандартам моего мира.

«Сейчас я нахожусь в ином мире с большим количеством рас, и мне нужно бы поскорее к нему привыкнуть».

— Оставим пока Аишу. Я вот что давно хочу спросить: что за штуку ты таскаешь за собой? — сказала Лисия.

— Хм? Ты про дорожную сумку?

— Это сумка? У неё же колёсики есть!

— Ну да. Благодаря роликовым колёсикам под ней я могу таскать даже тяжёлые вещи.

— Ого, какая удобная штука. — Аиша смотрела на неё широко раскрытыми глазами. Её можно было понять: дорожных сумок в этой стране до сих пор не существовало.

Эта сумка была сделана под заказ городским ремесленником. Он также сказал мне, что хотел бы продавать такие сумки, на что я дал согласие, с условием, что он не монополизирует концепцию. Если на эти сумки будет спрос, то через несколько лет они уже не будут какой-то диковинкой.

— Но сир, если вам нужно было нести багаж, вы могли бы попросить меня... — запротестовала Аиша.

— Мы сейчас притворяемся школьными друзьями, и выглядело бы очень странно, если бы девушка несла за парня его вещи, — сказал я. К тому же, в сумке находятся мои средства самообороны, так что отпустить её я не могу. — И хватит называть меня «сиром». Мы здесь вообще-то инкогнито.

— Есть, сир! Но как мне тогда к вам обращаться?..

— Обращайся ко мне по-обычному, без всяких титулов. Если хочешь, можешь звать меня по имени — Казуя.

— Э? — вскрикнули обе девушки.

«Что? Почему у Лисии такой поражённый взгляд?»

— Но... Разве твоё имя не Сома? — спросила Лисия.

— А? Сома — это фамилия, а моё имя — Казуя.

— Но ты же назвался Сомой Казуей.

— ...Ах!

«Вот это да. В этой стране сначала называют имя, как в Америке или Европе. Я должен был представиться как Казуя Сома. Хм, теперь понятно, почему все меня называют «королём Сомой». Если подумать, то называть короля по фамилии как-то неправильно, ведь при наследовании трона у нескольких королей будет одно и то же имя».

— Э-э ещё можно исправить? — спросил я.

— Нет. Все запомнили тебя как Сому, и, думаю, во всех иностранной переписке ты подписывался «Сомой Казуей».

— А-а-а! Представить не мог, что допущу такую ужасную ошибку... — простонал я.

— Может всё не так уж и плохо? — спросил Аиша. — Почему бы не использовать одно имя официально, а другое — в частном порядке? Например, в личных беседах, как сегодня, я буду называть вас сэром Казуей.

То, что Аиша пыталась скрыть мой прокол, удручало ещё больше.

— Докатились, Аиша пытается скрыть мою ошибку...

— Да кем вы меня считаете, сэр Казуя?!

— Кем считаю, спрашиваешь?.. Разочаровывающей эльфийкой?

— Вы переходите черту! — закричала она.

— Эй, вы двое, заканчивайте со своей комедией, и пойдёмте уже, — подгоняла нас Лисия, пока я разбирался с Аишей, у которой на глазах выступили слёзы.

«Хмм... А мы ведь даже не решили, куда пойдём».

— Девушки, вы куда-то конкретно хотите пойти? — спросил я.

— Нет, — ответила Лисия.

— Я пойду туда, куда пойдёт сэр Казуя, — добавила Аиша.

— Вы хотя бы могли сделать вид, что задумались.

Для меня проблематично принимать такое решение, ведь, если подумать, я впервые прогуливаюсь за стенами замка. В последний раз, когда я был здесь, мы с Лисией скакали верхом на лошади.

«Хм... В таком случае, наверное, имеет смысл осмотреться вокруг. Даже если мы будем бесцельно бродить, для меня здесь всё равно всё в новинку»

— Давайте тогда не торопясь погуляем, — сказал я.

Центральный парк Парнама.

Большой парк, находящийся в центре столицы королевства.

Несмотря на то, что это место называлось «парком», никаких игровых площадок или чего-то подобного здесь не было. Здесь были посажены деревья, кустарники и цветы, и размерами этот парк был с три стадиона «Токио Доум». В центре парка стоял впечатляющих размеров фонтан, в котором был установлен приёмник Вещательной сети и проекции с которого было видно на сотню метров вокруг. Вокруг фонтана, как в амфитеатре, были подготовлены сидячие места, и во время последней трансляции здесь собрались несколько десятков тысяч человек.

«Хм... Будет интересно когда-нибудь провести здесь живой концерт, — подумал я. — Как только программа Джуны будет запущена по Вещательной сети, я бы очень хотел запустить что-нибудь подобное. Однажды эта фонтанная площадь может стать сценой, на которую будут стремиться попасть певцы со всего Эльфридена, что-то типа «Budokan» или «Hibiya Outdoor Theater».

...Ладно, хватит считать невылупившихся цыплят. В любом случае, мы пришли в Центральный парк.

— Прекрасное место, наполненное природной красотой, — сказал Аиша.

— Воздух очень чистый, несмотря на то, что мы находимся в самом центре города, — прокомментировала Лисия.

Аиша с любопытством осматривалась вокруг, а Лисия в это время широко раскинула руки в сторону.

— Ха? Не припоминаю, чтобы раньше воздух здесь был таким чистым... — пробормотала она.

— Да, мне пришлось потрудиться, чтобы этого добиться, — сказал я.

— Это твоих рук дело? Ты что-то сделал с парком?

Лисия выглядела озадаченной, так что я выпятил грудь и объяснил:

— Не только с ним. Ещё я изменил всю подземную часть Парнама, а также выпустил новые законы. Если сравнить с тем, что было несколько месяцев назад, то, думаю, ты увидишь, что санитария здесь стала гораздо лучше.

Откровенно говоря, до моего вмешательства санитария этой страны была на уровне европейского средневекового города. Другими словами, здесь было отвратительно.

Конский навоз заваливал улицы, а бытовые отходы выливали прямо на обочину дорог. Я слышал, что в летний период здесь пахло совершенно ужасно.

Поскольку самой идеи гигиены здесь не существовало, эти проблемы никак не решались. Даже когда конский навоз высыхал, в воздухе всё равно оставались его частицы, что становилось причиной разных респираторных заболеваний.

Именно поэтому первым делом я поручил создать водопровод и канализационную систему.

— Водопровод и канализационную систему, — ахнула в изумлении Лисия. — Когда ты успел их сделать?!

— На самом деле работы было не очень много, — пожал я плечами. — Под всем Парнамом уже были подземные тоннели, так что мне оставалось пустить по ним воду из реки.

— Это были тоннели для побега королевской семьи! — возмущённо закричала Лисия.

Как и сказала Лисия, подземные тоннели, которые тянулись через весь Парнам, были созданы для побега королевской семьи, если бы столица вот-вот была захвачена. Чтобы помешать преследователям, тоннели были сделаны в виде лабиринта, и они раскинулись под всем Парнамом. Более того, они были построены в три уровня. Всё это было очень удобно для использования их в качестве водопроводной и канализационной систем.

Во-первых, вода из реки, которая протекала близ Парнама, была пущена на первый уровень, который стал подземным акведуком. Эта вода в настоящее время используется в колодцах и общественных банях, которые раньше использовали подземные воды. Третий уровень использовался в качестве канализационной сети, в конечном счёте уводя всё в отстойники за пределами столицы, где сточные воды отфильтровывают, прежде чем вернуть их в реку. Система была спроектирована таким образом, чтобы вода из первого уровня, которая совершила полный цикл по городу, в конечном счёте стекла на третий. Второй уровень мы заполнили таким образом, чтобы плохой запах из третьего уровня не поднимался до первого.

— Сделал из тоннелей канализацию... и что ты собираешься делать, если в них возникнет необходимость?! — нападала Лисия.

— Если случится так, что королевской семьи придётся бежать из столицы, не значит ли это, что стране настал конец? — спросил я. — Лично я бы сдался в тот же момент, когда враги подошли к столице.

— Так быстро? — воскликнула она.

— Лисия, король будет в безопасности до тех пор, пока народ находится на его стороне.

Это был ещё один урок от Макиавелли. Он говорил: «лучшая из всех крепостей — не быть ненавистным народу».

У правителя всегда есть два типа врагов: предатели внутри страны и иностранные захватчики извне.

Если у тебя есть поддержка народа, то предатели не смогут набрать сторонников или подбить людей на восстание, и они просто сдадутся. И наоборот, если люди ненавидят правителя, то не будет недостатка иностранцев, желающих помочь им, и правитель рано или поздно падёт.

— Даже потеряв трон, пока есть поддерживающие его люди, у короля есть шанс вернуть его, — сказал я. — С другой стороны, если выживет только король, то без поддерживающих его людей он падёт перед другим врагом.

— ...Какой жестокий мир, ха, — пробормотала Лисия.

— Это реальность. В любом случае, водопровод и канализацию сделать было несложно, но вот отстойники... О, давайте присядем в теньке.

Смысла стоять на месте, пока мы разговаривали, особо не было, поэтому мы пошли присесть в тени, которую откидывали некоторые деревья в парке.

Вскоре после того, как мы сели, Аиша прислонилась к дереву и начала дремать, покачивая головой. Вероятно, она не могла вникнуть в разговор по такой сложной теме. Я должен бы задаться вопросом, нормально ли спать для того, кому предполагается быть моим телохранителем, но, зная Аишу, она могла бы защитить меня, даже когда спит. Я продолжил разговор:

— Я не мог просто сбрасывать сточные воды в реку. Бытовые сточные воды часто содержат патогенные бактерии и паразиты, понимаешь? Чтобы предотвратить загрязнение, нужно место, где вода бы отстаивалась и фильтровалась с помощью песка и гальки. И это место — отстойники.

— П-патогенные бактерии? — Лисия наклонила голову набок. Похоже, эти слова были неизвестны людям этого мира.

Впрочем, нет никакой необходимости чересчур чувствительно к этому относиться. Жители этой страны до сих пор не имели представления о загрязнении. Но с текущим уровнем жизни и технологий эффект от сброса неочищенных вод в реку будет не большой.

Тем не менее, по мере увеличения населения страны и развития технологий проблема загрязнения непременно возникнет. Поэтому чем раньше я разберусь с этим вопросом, тем лучше. Японцы получили свой урок о загрязнении от болезни Минамата, болезни итай-итай и астмы Йоккаити, и народу этой страны переживать подобные беды совершенно ни к чему.

— Итак, ты всё-таки что-то придумал с этими отстойниками? — спросила Лисия.

— Да, я использовал Запретную армию, чтобы она вырыла для них ямы...

— Ты приказал сэру Людвину и его людям делать это? — воскликнула она.

Ну, нанимать людей со стороны было бы гораздо дороже, а я к тому же хотел научить солдат Запретной армии сапёрным навыкам. Рыть ямы, насыпать и укреплять — это идеальная тренировка рытья траншей. В этом мире, похоже, битвы до сих пор ограничены столкновениями в открытых полях, поэтому войска, которые способны использовать тактику траншейной войны, вроде Первой мировой войны, получат существенное преимущество, так как открыты будут только головы и плечи солдат, тогда как остальное тело будет сокрыто.

Извините, я что-то отвлёкся.

— И во время рытья отстойников они обнаружили большую кучу костей монстров.

— Кости?

— Ага, кости. Драконьи кости, кости великанов, кости всех видов.

Как сказал один из солдат, который находился там в то время: «Это словно кладбище монстров».

Драконы, великаны, горгульи и так далее. Там было множество костей нечеловеческого происхождения, и они были беспорядочно разбросаны.

Кстати говоря, из перечисленных мной существ драконы были единственными, кто не были монстрами.

Драконы обладали магической силой, несравнимо большей, чем у виверн; они были умны и, кажется, могли даже принимать человеческую форму. Драконы заключили с человечеством договор о взаимном ненападении и образовали свою собственную страну в Горном Хребте Звёздного Дракона. Глава этого Хребта, Мать драконов, была сильна даже по драконьим стандартам. Говорят, она была невероятно красива, и ей поклонялись даже некоторые люди. В принципе, драконы были ужасающими божественными зверями, но также они были одной из рас, как люди и драконьюты.

В любом случае, давайте вернёмся к истории.

По мнению учёных, которые исследовали эти кости, пластам, в которых они были найдены, были тысячи лет.

— Значит, там было подземелье? — спросила Лисия, но я лишь помотал головой.

— Я говорил, что они были в геологических пластах? Тысячи лет назад на том месте была поверхность.

— Поверхность?.. Но это невозможно. Монстры действительно иногда выходят из подземелий, но не в таких больших количествах. Кроме Владений Короля демонов монстры никогда не появляются толпами на поверхности... Ах! — выдохнула Лисия, качая головой, словно пыталась вытряхнуть мысль, которая пришла ей на ум. — Подожди! Мир демонов появился всего десять лет назад!

— Это значит, что до появления Мира демонов были времена, когда монстры разгуливали по поверхности, — сказал я. — Если как следует подумать, то по всему континенту есть множество подземелий, внутри которых обитают монстры. Тысячи лет назад по какой-то причине монстры, живущие на поверхности, вымерли, и выжила лишь малая их часть, изолировавшая себя в подземельях. Такую идею выдвинули учёные.

Это как если бы выяснилось, что динозавры всё ещё жили в каких-то укромных уголках мира. Или если бы возникла эпидемия вируса, который считался давно уничтоженным. Так или иначе, правильной была теория или нет, покажет только время.

— Тогда что получается?! Монстры и демоны, которые уничтожили северные страны, не «появились», а «вернулись»?!

— Этого я не знаю, — сказал я. — Слишком опасно делать выводы на основе той скудной информации, что у нас есть сейчас.

С чем мы боремся? Кто наши враги? Выбрать лёгкий ответ на эти вопросы будет неверным решением.

— Есть кое-что, что заботит меня куда больше... — продолжил я.

— Ещё больше?!

— Отстойники всё ещё нужно было построить, поэтому я сказал учёным сделать записи раскопок и выкопать кости. Дело в том, что один из самых больших и хорошо сохранившихся драконьих скелетов пропал. Я знаю, что его разобрали и отправили на хранение в королевский музей Парнама, но...

— Значит, его украли?

— Хорошо, если так... Ладно, не совсем хорошо, но всё же. Драконий скелет двадцати метров ростом даже в разобранном виде не так легко перемещать. Тем не менее, никаких следов того, что его вывезли за пределы Парнама, нет. Эти кости как будто сами встали, поднялись в воздух и улетели.

— Ах! Нет, не может быть! Костяной дракон?!

— Учёные тоже так думают.

Костяной дракон. Похоже, в этом мире существуют подобные монстры.

Говорят, разъярённый дракон может уничтожить целое королевство. Внутри драконьих тел хранятся огромные запасы магической энергии, и эти запасы остаются в их телах после смерти. Обычно эта энергия просто рассеивается, но когда дракон умирает с сожалениями (или, вернее, его труп остаётся в плохой среде слишком долго), в редких случаях он может превратиться в костяного дракона.

В Эльфридене такие драконы по опасности относятся к особо опасным существам A-класса. Если у них есть крылья, то они могут летать даже без перепонок на них, и они распространяют миазмы, неся смерть всему живому. К тому же они, как и при жизни, могут использовать драконью технику «Дыхание дракона», и они становятся настоящим бедствием, требующим полной мобилизации военных сил страны для сражения с ним. Это существо само по себе было причиной для небольших стран отправлять делегации в Горный Хребет Звёздного Дракона с просьбами о помощи.

Однако сейчас, похоже, был не такой случай.

— Если бы это был он, то Парнам бы уже погряз в миазмах, — сказал я. — Учёные провели магические тесты, чтобы убедиться, что риска подобному не будет. Найденные останки точно не имеют магической энергии.

— Уф... слава богу.

— Но поэтому ситуация ещё более непонятная. Куда тогда делись драконьи кости?

Прошёл месяц с тех пор, как они пропали, и их до сих пор не нашли. Может быть, их каким-то образом вывезли за пределы города? Но, в таком случае, каков мотив? Найти применение этим костям, когда их покинула магическая энергия, довольно сложно. Никакой ценности как магический катализатор они больше не имеют. Самое лучшее, что можно с ними сделать — это выставить в музее (для этого я, конечно же, получил бы разрешение в Горном Хребте Звёздного Дракона) и использовать как туристическую достопримечательность.

Я не понимаю причину, и это меня беспокоит.

Я лёг на землю. Лисия неодобрительно посмотрела на меня, но мне было всё равно.

— Ты же понимаешь, что замараешь свою одежду? — сказала она.

— Её постирать можно. К тому же, учитывая мой статус, я могу приказать кому-нибудь постирать её за меня.

— Король не должен ходить грязным.

— Ага, я знаю, что достоинство — это важно и всё такое... но иногда это такая головная боль.

— Не мне, как одной из тех, кто скинул на тебя эту ношу, говорить это, но просто сдайся и прими это.

— Да-да. Ух, время, когда мне совершенно ничего не надо делать, прекрасно.

Я широко раскинул руки и ноги. Ощущения, когда все части твоего разума отдыхают от работы, просто замечательные.

Если подумать, я работал без перерыва с тех самых пор, как попал в этот мир. Были дела, которые нужно было сделать, дела, которые никак нельзя было отложить, горы и горы их, и мне приходилось всё время работать своей головой. Такие моменты, когда мне не нужно было ни о чём думать... лучше их не было ничего.

— Ах... Хотел бы я просто растаять и погрузиться в землю, — пробормотал я.

Лисия молчала. Глядя на меня, она, казалось, на мгновение задумалась, а затем нерешительно сказала:

— Хочешь... положить голову мне на колени?

◇ ◇ ◇

Я сидела, согнув колени и положив на бёдра голову Сомы.

Когда кто-то кладёт тебе голову на колени, он может расположить своё лежащее тело либо горизонтально, либо вертикально с твоей точки зрения. В нашем случае он лёг вертикально.

Когда я посмотрела на него сверху, моё лицо отразилось верх ногами в его глазах. Голова Сомы лежала между моими бёдрами, из-за чего было немного щекотно.

— Э-это так... неловко. — Лицо Сомы было глубокого оттенка красного.

...Уверена, что и моё лицо тоже.

— Как думаешь, кто должен смущаться больше? — спросила я его. — Тот, кто позволил лечь на свои колени, или тот, кто лёг?

— Даже не знаю... Может быть, тот, кто на них смотрит?

— Ха-ха-ха! Может быть.

Интересно, какое было бы выражение лица у Аиши, если бы она не спала?

Покраснела бы, увидев, что мы ведём себя как помолвленная пара? Или сказала бы: «Принцесса, я не могу вам позволить делать такое! Если на чьи колени он и должен прилечь, так это на мои!»?

Когда я вижу, какую нежность эта девушка проявляет к Соме, порой я чувствую, что в ней есть нечто большее, чем простая верность...

Почему-то мне кажется, что из этих двух вариантов наиболее вероятен последний.

— ...Как ты считаешь, мы сейчас выглядим как обручённая пара? — спросила я.

— Мы помолвлены только на словах.

— Только на словах...

Всякий раз, когда поднимался этот вопрос, Сома отвечал приближённым к нему людям, что наша помолвка имеет временный характер и что он ненадолго занял трон. Когда положение в стране станет достаточно стабильным, он, вероятно, планирует отречься от власти в мою пользу. Подозреваю, что именно из-за этого он в подробностях объясняет мне проводимые им реформы. Мне кажется, что я достаточно хорошо стала понимать Сому как личность, чтобы разгадать его намерения.

Сома не желает чрезмерного богатства или славы. Он просто хочет мирной и спокойной жизни. Для Сомы работа королём и связанные с ней обязательства — полная противоположность тому, чего он желал. Пусть это не я, а отец передал ему власть, но меня гложет совесть за то, что на его плечи упало такое бремя.

...Но сейчас наше королевство во главе с Сомой начало меняться.

Эта застывшая в развитии страна, которую соседние народы прозвали обветшалым старомодным королевством, начала меняться. Именно благодаря Соме нам удалось остановить ухудшение продовольственного кризиса. Хакуя, Пончо и остальные добровольно вызвались служить только из-за Сомы. Если трон перейдёт в мои руки, смогу ли я удержать их?

Но больше всего на свете я сама хочу, чтобы Сома остался в королевстве. И поэтому...

— Сома, тебе ненавистна мысль, что я твоя невеста? — Эти слова внезапно сорвались с моих уст.

Сома широко раскрыл глаза, и он отвернул своё ярко-красное лицо в сторону.

— ...Это нечестно, задавать вопросы таким образом.

— Р-разве? — пробормотала я.

— А что насчёт тебя, Лисия? Тебя устраивает, что я стал твоим женихом?

— Я не против. — Я была немного удивлена, что смогла так громко и чётко это сказать. Правда, после этого я чувствую себя немного смущённой. — Знаешь, Сома, я думаю, что ты лучше меня подходишь на роль короля.

— Допустим, что я лучший король... но разве ты не против того, чтобы выйти замуж за того, кого не любишь?

— Разве это не само собой разумеющееся для королевских кровей? — спросила я.

— Я не королевских кровей. Кроме того... я бы предпочёл жениться по любви.

— Значит... ты ненавидишь меня, Сома? И ты уверен, что никогда ни за что не полюбишь меня? — спросила я.

— Кхм... Как я уже сказал, задавать так вопросы — нечестно. Дело в том, что мужчина, стоит девушке проявить хотя бы малейший намёк на симпатию к нему, влюбится в неё. Вот такие мы существа, мужчины. Если красивая девушка вроде тебя, Лисия, говорит что-то подобное... у меня просто не может не возникнуть чувств к тебе.

Из уст Сомы это прозвучало как оправдание. Когда он занимается официальными делами, он удивительно спокоен и прагматичен, и потому было забавно видеть, как он волнуется в такой ситуации.

Я хихикнула.

— Ты можешь заставить страну двигаться вперёд, но ты совершенно безнадёжен, когда дело доходит до чего-то подобного.

— ...У меня нет опыта в таких делах. По многим причинам.

— А я всё своё время тратила на учёбу и воинские обязанности, так что у меня тоже не было большого опыта, понимаешь? — сказала я.

— Не сваливай в кучу парней и девушек. Наши основные функции, когда дело касается любви, совершенно разные.

Пока мы разговаривали, раздался робкий голос:

— Эм, извините...

Я повернула голову и увидела Аишу, которая недавно проснулась и, криво улыбаясь, смотрела на нас в три раза более интенсивным взглядом.

— Можно мне больше не притворяться, что я сплю? — спросила она.

— ...

Мы с Сомой тут же вскочили на ноги.

◇ ◇ ◇

Выйдя из парка, мы ещё немного погуляли по городу. Настал полдень, а наши желудки как раз были пусты, так что мы втроём решили отправиться в певчее кафе, в котором работает Джуна.

Когда мы шли по мощённой камнем улице, Лисия сказала:

— Так, о чём мы говорили раньше... Если я правильно помню, ты упомянул об изменении законов. О чём они были?

— А, эти законы превратили маленькие улицы в пешеходные зоны и национализировали утилизацию мусора.

— ...Прости, я понятия не имею, о чём ты говоришь.

Ну, я этому не удивлён. Впрочем, оба этих закона были напрямую связаны с решением проблем с санитарией.

— Давай, для начала, я объясню, что это за пешеходные зоны. Это на самом деле просто. Я запретил всему транспорту перемещаться по чему угодно, кроме самых больших улиц. На повозки, перевозящим грузы, это ограничение не действует по утрам в течение нескольких часов. Неужели ты не заметила, что нас, пока мы гуляли по центру улицы, никто не обогнал?

— Сейчас, когда ты сказал... — Лисия посмотрела по сторонам, но не увидела ни одной лошади.

— Благодаря этому уменьшается количество несчастных случаев, связанных с лошадьми, создавая тем самым безопасную среду для людей, и они могут спокойно ходить по магазинам, тем самым стимулируя экономику... Однако главной задачей было решить проблему с конским навозом.

— Конским навозом? — повторила Лисия.

— Лошади оставляют после себя навоз, который высыхает и сдувается ветром, и он вредит лёгким людей, когда они вдыхают его. Чем хуже у места с санитарией, тем больше вероятность, что там останется конский навоз. Если же ограничить передвижение лошадей главными дорогами, убирать навоз будет гораздо легче. Это должно привести к значительному снижению числа людей, страдающий от пневмонии.

— Э?! И всего-то, что нужно было сделать?! — воскликнула Лисия.

— ...Да, — сказал я. — И благодаря этому «и всего-то» могут спасены жизни.

Возможно, моя реакция была немного резкой, но я не мог закрыть глаза на её фразу «И всего-то, что нужно было сделать», когда в этом заключалась разница между жизнью и смертью.

— Впрочем, я не могу тебя в этом винить, — сказал я, — ведь в этой стране ничего не знают о гигиене. Фактически, я встретил всего двух медицинских специалистов, которые поняли это.

Кажется, я уже упоминал, что технологическое развитие этого мира было в упадке из-за существования магии. Это же было справедливо и для медицины.

В этом мире, как и полагается в фэнтези-мирах, существует так называемая магия восстановления. Преобразуя магическую энергию в определённые волны внутри тела, можно увеличить естественные восстанавливающие возможности организма. Эта магия была эффективна при лечении внешних ран типа ссадин, порезов и ушибов. Некоторые люди, обладающие поразительными восстанавливающими способностями, даже могли обратно прикрепить только что оторванную руку.

Для тех, кто становился свидетелем подобного исцеления, оно выглядело как чудо.

С другой стороны, магия восстановления была неэффективна против вирусов и инфекций, которые не могут быть вылечены естественными возможностями организма. Единственные, кто мог смягчить проявляющиеся симптомы, — это шаманы и знахарки, которые могли заваривать всякие травяные средства. Кроме того, магия при лечении внешних ран также была неэффективна для пожилых людей, у которых естественные восстанавливающие возможности ослаблены.

Как только ты узнаёшь, как что-то работает, легко думать: «О, да это же просто», но большинство жителей этой страны даже не знали о существовании микробов, не говоря уже о вирусах. Не обладая достаточными знаниями, люди склонны искать ответы на свои вопросы, которые попадают под их собственный здравый смысл.

«Магия исцеления не работает» равно «даже чудо здесь не поможет», которое затем превращается в «это проклятие дьявола».

Люди строят такие формулы у себя в головах, и заканчивается всё тем, что они начинают использовать сомнительные оккультные средства в попытках вылечить болезнь.

«Купите эту баночку — и не будете болеть!» было работающим рекламным слоганом в этом мире, и над этим было невозможно посмеяться. Если вы собираетесь купить что-то подобное, можете заодно и связку лука повесить на шею перед сном.

Тем не менее, ростки надежды были — те два доктора, о которых я упомянул ранее. Если я смогу заставить их встать во главе реформ медицины в этой стране...

— Эй, Сома, что ты бормочешь себе под нос? — голос Лисии вернул меня с небес на землю.

— Извини, — ответил я. — Задумался на мгновение.

— Ммм... Ладно, а что ты имел в виду, когда говорил о национализации утилизации мусора?

— Именно то, как оно звучит, — сказал я. — Лисия, знаешь ли ты, как обычно утилизируют мусор в этой стране?

— Его разделяют на сгораемый и несгораемый мусор. Сгораемый сжигают, а несгораемый где-то закапывают.

— Ого, ты так гладко ответила на вопрос.

— Ты думаешь, что раз я принцесса, то ничего не знаю о обычной жизни? Не принижай меня. Во время учёбы в военной академии я жила в общежитии и знаю об этом, — возмутилась она.

«Надо же. Она не настолько невежественна о мире, как я думал...»

— Тем не менее, это неправильный ответ.

— Чего? — спросила она.

— Я сказал «обычно утилизируют». Твой же ответ отражает мышление высшего общества, и оно сильно отличается от мышления простых людей.

— Л-ладно, и что же об этом говорит мышление простых людей? — спросила она.

— Аиша, что твой народ делает с мусором в Защищённом Божеством Лесу?

— Хм? Мусором? — Аиша слегка удивилась, когда я к ней вдруг обратился, но она сразу же ответила: — Дайте подумать... Мы сжигаем его.

— Это всё? — спросил я.

— Это всё.

— Не может такого быть! Что вы делаете с тем, что не горит?! — вспылила Лисия, и Аиша в замешательстве посмотрела на неё.

— Есть мусор, который нельзя сжечь? — спросила Аиша.

— Конечно есть! Что вы делаете со сломанными инструментами?

— Чиним их и используем дальше.

— ...Э?

— Отходы с кухни мы используем как удобрения. Разбитую глиняную посуду разбиваем на более мелкие кусочки и разбрасываем по земле. Сломанные металлические инструменты чинятся и используются дальше. Если починить не получается, то их продают скупщикам металлолома. Остаются в основном щепки и повреждённая кожаная броня... но их мы обычно сжигаем в кострах.

— А?.. Э?..

Настал черёд Лисии удивляться. Выслушав этот разговор, я невольно рассмеялся.

— Ха-ха! Аиша права.

— Сомааа... — застонала Лисия.

— Не падай духом, — сказал я. — Для высшего общества, которое обеспокоено своим внешним видом, и для военных, у которых от снаряжения зависят жизни, вполне естественно, что вещи желательно должны быть новыми. Тем не менее, для обычной семьи это не так. Конечно, жители столицы не бросаются в крайности, как эльфы из примера Аиши, но довольно близки к тому, что они делают. Основное отличие, думаю, в том, что они сжигают кухонные отходы. А деревянную мебель и прочий крупный мусор обычно собирают раз в году на главной площади, где и сжигают. Таким образом, у простолюдинов есть только сжигаемый мусор.

В этом мире не было пластика и пенопласта, которые нуждаются в специальной обработке перед повторным использованием. Большинство инструментов делаются из металла, камня, стекла, фарфора или дерева. Железо можно переплавить и вновь использовать, а каменные орудия просто выбрасываются. Единственным исключением были магические предметы, созданные магами, но они были ценны сами по себе, и поэтому их почти никогда не выбрасывают.

Что касается металлических инструментов, то из-за высокой стоимости металла большая часть населения чинит их и использует их дальше. Если починить инструмент никак нельзя, то дешевле было купить новый, а старый продать скупщику металлолома за несколько монет. Весь собранный лом расплавляли и использовали для создания новых инструментов.

Однако занимались переплавкой без подходящего оборудования и в кратчайшие сроки, из-за чего в металл попадали примеси и его качество снижалось. В результате рынок страны наводнил металл низкого качества, который с трудом можно было использовать.

Эта страна была бедна на ресурсы. Поскольку на внутреннем рынке был только некачественный металл, металл высокого качества приходилось импортировать из других стран. Я же хотел максимально уменьшить эти расходы. Но даже если бы я сказал скупщикам металла уменьшить примеси и выпускать высококачественный металл, они бы этого не сделали.

— И поэтому я национализировал утилизацию мусора... Тем, что сложно сделать одному человеку, может заняться государство: мы можем потратить деньги на создание специального оборудования и выделить достаточно времени на то, чтобы делать это правильно. Мы можем выдёргивать до последнего гвоздя из выброшенных досок и получить из него железо.

— Это замечательно, но... что насчёт скупщиков металлолома? Разве ты не лишишь их работы?

— О, с этим нет проблем, — сказал я. — На эту работу я нанял тех самых скупщиков в качестве госслужащих.

Их работа была низкооплачиваемой: они задёшево скупали металлолом, переплавляли его, собрав достаточное количество, а затем оптом продавали торговым гильдиям. Однако из-за низкого качества металл продавался за бесценок, поэтому скупщики почти не получали прибыли. Фактически, скупщик металлолома был в самом низу иерархии профессий: поскольку они работали с мусором, все относились к ним с высокомерием.

— Поскольку это государственная работа, то и деньги на скупку металлолома будут идти от государства, — сказал я. — Страна подготовила условия, необходимые для плавки высококачественного металла, и переговоры с торговыми гильдиями также будет вести страна, так что они не смогут сбивать цену. Более того, бывшие скупщики металлолома теперь ежемесячно получают зарплату, равную средней месячной зарплате в стране. В сравнении с тем, что они получали раньше, их доход вырос, кажется, раз в десять.

— Ну... Похоже, жаловаться им не на что.

И в самом деле, ни одной жалобы мы от них не получили. Напротив, когда министр, который был ответственен за утилизацию мусора, отправился на инспекцию завода по переработке, все его встречали со слезами благодарности на глазах.

— Но разве этот металл не будет дороже импортированного из другой страны? — спросила Лисия.

Я кивнул.

— Да, признаю, что на данном этапе мы немного уходим в минус. Однако тратить деньги внутри страны и отдавать деньги за границу — это совершенно разные вещи. Если мы будем отдавать деньги за границу, то у нас будет происходить отток капитала, а когда мы их тратим внутри страны, капитал будет стимулировать нашу собственную экономику.

— Эх, снова экономика...

У Лисии, с её военным образованием, были проблемы с подобными темами. У военных должны быть свои собственные чиновники, поэтому офицерам, возможно, нужно было думать только о поддержании линий снабжения.

— Хорошо, тогда попробую объяснить с военной точки зрения, — сказал я. — Давай поговорим о дипломатии. Если наша страна сможет сохранить ресурсы внутри страны, то другие страны не смогут воспользоваться ввозимыми ресурсами в качестве рычага давления во время переговоров. Например, что бы с нами стало, если бы Амидония взъелась на нашу страну и прекратила экспорт железа?

— ...У нас были бы проблемы, — сказала Лисия. — Чтобы возобновить торговлю, я бы выполнила все условия, которые мне выдвинут.

— Верно. Поэтому одна из целей этого закона — предотвратить такие ситуации.

Не буду называть имён, но в моём мире была страна, которая использовала редкие ресурсы, которые она добывала, в качестве дипломатического инструмента для оказания давления на другие страны. Одной островной стране это надоело, и она нашла новые маршруты поставок из других богатых ресурсами стран и разработала замещающие технологии. Это привело к тому, что редкие ресурсы первой страны резко упали в цене.

— За счёт экономии ресурсов мы сможем минимизировать ущерб, если другая страна прекратит экспорт в нашу страну, а если мы сумеем накопить излишки, которые возникнут в мирное время, то мы сможем подготовиться к тому моменту, когда это произойдёт.

— Понятно, — сказала Лисия. — Вот почему имеет смысл национализировать это, несмотря на возможные убытки.

Лисия быстро всё поняла, когда вопрос перешёл в военную и дипломатическую плоскость. Видимо, она относилась к тому типу людей, чья способность или неспособность изучать была точным отражением её личных предпочтений.

Пока мы с Лисией разговаривала, Аиша заявила:

— Хватит уже об этом, я хочу есть!

У неё было жалостливое выражение лица, как у собаки, которую заставили слишком долго ждать.

Певчее кафе «Лорелея», где работала Джуна, располагалось на углу залитой солнцем улицы.

Когда я услышал «певчее кафе», то представил себе место с караоке, где посетители могут петь, однако певчие кафе в этой стране были местом, где можно послушать песни лорелей, наслаждаясь послеобеденным чаем. По вечерам это место не закрывалось, становясь джаз-баром. А было ли что-то подобное в Японии?

— Мы же сюда хотели прийти? — спросила Лисия. — Давайте поскорее войдём.

— Есть хочу... — простонала Аиша.

Подгоняемый обеими девушками, мы вошли в кафе.

Как только мы пересекли порог, я услышал пение Джуны. От этого голоса я почувствовал слабость в коленях.

«Э-это же та самая песня, которой я её научил?» — подумал я.

Как и ожидалось от Джуны, она так прекрасно пела на английском, что даже я не был ей ровней.

— Вау, какое замечательное пение. Отдаю должное мадам Джуне, — сказала Лисия.

— Я не понимаю ни единого слова, но звучит она отлично, — добавила Аиша.

Аиша и Лисия были глубоко впечатлены. Ничего удивительного, ведь это хорошая песня.

Я дал обещание Джуне научить её песням из моего мира, но позже я понял, что знаю только старые песни, которые выучил благодаря дедушке, и песни из аниме и токусацу, которые я любил смотреть. Я сомневался, что начинать с песен из аниме будет хорошей идеей, поэтому я выбрал песню, которая была как песня из аниме, но ей не являлась: «Better Days are Coming» Нила Седаки.

Возможно, вам будет легче её признать, если я скажу, что «Z — Toki wo Koete», опенинг меха-аниме «Mobile Suit Zeta Gundam», — это кавер-версия этой самой песни, исполненная Аюкавой Мами. Это моё личное мнение, но голосу Джуны вполне подошли бы песни Хироко Якусимару[✱]Известная японская певица-актриса из 80-ых, если говорить об обычной музыке, и Хироко Моригути[✱]Японская певица, исполнившая много песен из Гандама в 80-ых. Она же спела эндинг OnePunchMan’а, если говорить о песнях из аниме. Я хотел бы послушать «Tantei Monogatari» и «Mizu no Hoshi ni Ai wo Komete» в её исполнении.

У кафе был расслабляющий, ретро-современный стиль. Сев за один из столов, мы слушали пение Джуны. Несколько минут спустя Джуна закончила песню и подошла к нам.

— Неужели Ваше Ве... — начала она.

— Здравствуйте, Джуна, — быстро сказал я. — Не знаю, помните ли вы меня, я Казуя, наследник торговца тканями из Эчиго.

Чтобы не дать договорить Джуне, я протараторил это предложение. Будучи умной и талантливой женщиной, Джуна по моей выходке поняла, что происходит.

— Ах да, Казуя. Точно. Сколько воды утекло. Как поживает ваш отец?

— Он был слишком энергичен, и не в положительном ключе. Недавно моя матушка узнала о его похождениях и устроила ему скандал.

— Вот как. Казуя, вы должны внимательно следить за тем, как вы сами обращаетесь с женщинами, — сказала она, поддерживая мою историю.

Мне не очень нравится, что она в таком публичном месте поклонилась мне, гуляющим инкогнито, и назвала меня «Вашим Величеством». Тем не менее, я впечатлён её способностью сымпровизировать ответ на мою случайную браваду. Я определённо хочу удержать эту талантливую девушку у себя.

— Может быть, вы согласитесь стать моим личной секретаршей? Я готов платить вам в пять раз больше вашей нынешней зарплаты, — спросил я.

— Польщена вашим предложением, но я считаю, что моя работа, на которой я могу радовать клиентов своими песнями, — моё призвание. Извините, но вынуждена отказаться, — она мягко отклонила предложение.

«Даже то, как она отказала мне, было изящно».

— Как жаль. Говорят, что дикие цветы гораздо красивее, когда цветут на полях, а не служат украшением в комнатах.

— Ох, но цветы, если они стоят не просто для виду, а их любят и ими восхищаются, могут засиять даже в вазе, — парировала она.

— В таком случае я должен быть любящим и восхищающимся ими.

— Да, этого должно быть достаточно, чтобы цветы захотели, чтобы вы их взяли.

— Ха-ха-ха-ха-ха.

— Хе-хе-хе-хе-хе.

Мы с Джуной вместе рассмеялись.

Слегка ошеломлённо глядя на нас обоих, Лисия сказала:

— ...Во время вашего разговора у меня возникло такое чувство, будто каждый из вас пытается выяснить намерения другого.

«Ты ошибаешься, Лисия», — сказал я про себя. Это скорее была зарисовка «старшая сестра мягко упрекает младшего братца за попытки вести себя по-взрослому».

...Держу пари, так оно и было, несмотря на то, что мы с ней практически одного возраста.

— *слюрп*... Зелринг-удон такой вкусный! — радостно сказала Аиша.

Мы решили остаться и пообедать в «Лорелее».

Поглотив порцию зелринг-удона так быстро, что вы бы за это время съели только чашку ванко-собы, Аиша прокричала: «Добавки!», протягивая пустую тарелку нашему официанту.

«Знаешь, такой еде не место в кафе...» — подумал я.

— Но всё же, зелринг-удон в кафе?.. — удивлённо сказал я.

— Вам это не нравится?

Джуна выглядела обеспокоенной, но я отрицательно покачал головой и сказал:

— Нет-нет. Я просто подумал, что это странно — чавкать удоном в таком замечательном месте.

— После той трансляции многие захотели его попробовать, — объяснила она. — Кроме того, мы ещё не пережили продовольственный кризис, поэтому мы благодарны за такие дешёвые ингредиенты, которые можно приготовить.

— Я работаю над этой проблемой, но... Простите, что недостаточно стараюсь, — сказал я.

— Что вы, что вы, Ваше... Казуя, я думаю, вы всё хорошо делаете.

От нежной улыбки Джуны у меня на сердце стало тепло.

Удар! Удар!

«Ладно, Лисия, прекрати пинать меня под столом, пожалуйста».

— Вам не кажется, что Сома как-то по-особенному относится к Джуне? — спросила Лисия.

— Ах... *слюрп*... я тоже это... *слюрп*... заметила, — согласилась Аиша.

— ...Эй, ничего не могу с этим поделать, — запротестовал я. — Конечно же, я буду нервничать, разговаривая с такой красивой девушкой. И Аиша, определись, ешь ты или говоришь.

— *слюрп*

«Значит, выбрала еду?». Я мог подшутить над ней, но этот комедийный шаблон слишком заезженный, так что я промолчал.

— ...И это после того, как сказал мне то же самое, — сказала Лисия.

— Лисия, я правда думаю, что ты красивая, но по-другому, не как Джуна. Понимаешь? — сказал я.

— К-как ты услышал?! — воскликнула она.

«Если не хочешь, чтобы тебя услышали, может стоит говорить тише?»

...А часть причины заключается в том, что я стал больше обращать на неё внимания с тех пор, как она позволила мне положить голову на её колени.

— М-мог бы и притвориться, что не услышал, — пробормотала она.

— Будто бы я мог это сделать, — ответил я. — Я здоровый молодой парень, так что не стоит говорить такое, из-за чего я обращаю на тебя ещё больше внимания.

— Хо-хо, у вас такие красные лица. Вы оба такие невинные, — сказала Джуна, с улыбкой наблюдая за нашими пререканиями.

Рядом с ней Аиша, надувшись, чавкала удоном.

— *слюрп*... Почему он замечает симпатии со стороны принцессы, но... *слюрп*... игнорирует мои?.. *слюрп*... Ещё добавки, пожалуйста!

— Возможно, не мне это говорить... Но, может быть, он не воспринимает вас всерьёз из-за вашего поведения? — предложила Джуна.

— Мадам Джуна?! Я что-то делаю не так?! — воскликнула Аиша.

— Это всё ваше обжорство. Когда я впервые увидела вас в замке, вы выглядели храброй и достойной женщиной, которая была готова напрямую обратиться к королю, но в последнее время вы одно разочарование, которое всё время ест.

— Ч-что-о-о-о-о?! — Аиша умоляюще посмотрела на нас. — Скажите мне, что она врёт, Ваше Величество, принцесса.

Мы с Лисией улыбнулись ей, сделав знак «Х» своими руками.

В конце концов, я согласен с Джуной на все сто процентов.

— Пончо определённо перетягивает всеобщее внимание от неё, — сказала Лисия.

— Интересно, куда подевалась та достойная Аиша? — спросила Джуна.

— У-у-у! В моём лесу не было такого разнообразия блюд, и я ничего не могу с собой поделать! — взвыла Аиша.

— И вообще, о чём ты думаешь, пытаясь соблазнить обручённого парня?.. — добавил я.

— Ха? — Три девушки с недоумением уставились на меня.

«Я сказал что-то странное?»

— Эмм... Сома, в нашей стране многожёнство допустимо, если у мужчины достаточно денег, чтобы содержать нескольких жён. Ты что, не знал? — сказала Лисия.

Джуна кивнула.

— Это работает и в обратную сторону: у влиятельной женщины может быть несколько мужей, пусть это и несколько необычно.

— Если бы мужчины были ограничены одной женой, то, если что случится, дом может исчезнуть.

У Лисии, Джуны и Аиши были серьёзные лица.

«Они это серьёзно? ...Ах, я и так вижу, что да».

Общество этого мира до сих пор не вышло из средневековья. Рождаемость была нестабильна, а гигиена и медицина недостаточно развиты. Вдобавок, это были неспокойные времена, в которые люди редко доживали до старческого возраста. Кроме того, в средневековом обществе была важна концепция «дома», поэтому, при наличии финансовой возможности, чем больше потенциальных наследников, тем лучше. По этой причине они приняли практику многожёнства, и даже я мог это понять.

— Но мать Лисии — единственная королева, которую я видел... — возразил я.

Если многожёнство здесь было в порядке вещей, то разве у отца Лисии, бывшего короля, не должно быть больше жён? Я хочу сказать, что Хакуя докучал меня пожеланиями о том, чтобы я поскорее сделал наследника.

— Ох, на самом деле это моя мать унаследовала королевские права, — объяснила Лисия. — Она была дочерью правящего перед моим отцом короля.

— Тогда получается, что это король вошёл в семью?!

— Верно. Однако после женитьбы она переложила управление страной на него. Вот почему моему отцу не было никакого смысла брать другую женщину в качестве своей королевы. ...Впрочем, я не знаю наверняка, нет ли у него внебрачных детей.

— Ха? А это нормально, что король отрёкся от престола в мою пользу?

— С этим нет проблем. На троне сидел, конечно, мой отец, но без согласия моей матери отречься от престола он бы не смог.

Получается, отречение не было своевольным решением короля, но также было признано королевой?

— Кроме того, только я обладаю правом наследования, и мне всё равно рано или поздно пришлось бы принять мужа в семью, так что разница не так уж велика, — добавила Лисия. — Дело лишь в том, у кого будут королевские права — у меня или у моего мужа.

— ...Тогда разве не было бы лучше, чтобы правила ты, Лисия? — спросил я.

— В таком случае каждая из твоих реформ требовала бы моего согласия. Тебе не кажется это излишним?

— То есть... конечно, да.

Я не считал Лисию глупой, но если мне придётся согласовывать каждый свой план, то реформы продвигались бы ещё медленнее. Более того, если принимающий окончательное решение и проводящий реформы — два разных человека, то не было никаких гарантий, что противники реформ не будут пытаться встать между ними и вызывать ненужные проблемы.

— Твой отец принял смелое решение, передав всю власть мне... — сказал я.

— Верно... И сейчас я вижу, насколько впечатляющим оно было.

Но на самом деле это означало, что это бремя было возложено на нас двоих.

Мы оба вздохнули в унисон.

— Поэтому, Сома, если ты хочешь полигамных отношений, то это... возможно, — сказала Лисия.

— И ты с этим согласна, Лисия? — спросил я.

— Я от этого не в восторге, но если это удержит тебя на троне...

— Ты слишком много думаешь... — пробормотал я.

— Но максимум может быть восемь жён, включая меня.

— Это слишком много! Я не могу нести ответственность за стольких жён!

Не сказал бы, что идея создать гарем была непривлекательной, но... Даже не знаю, я могу представить, что это тяжёлая работа. Я не был таким человеком, который может серьёзно спорить с женщинами, и чем больше их будет, тем более стеснённым я буду себя чувствовать.

— Кстати, почему именно восемь? — спросил я.

— Чтобы ты мог выделить один день недели на каждую из нас, — ответила она.

В этом мире в неделе было восемь дней, в месяце — четыре недели, а в году было двенадцать месяцев. Итого, год в этом мире длился 384 дня.

«И только из-за этого?!» — осознал я, когда сказанное ей уложилось в моей голове.

После ответа Лисии Джуна и Аиша начали перешёптываться о чём-то между собой.

— Если нас будет восемь, то получается, что каждая девушка сможет провести с ним только один день в неделю?

— Не обязательно должно быть так, я думаю? Если вы и другая жена согласитесь разделить вместе свои дни...

— Ясно. Тогда не обязательно один день в неделю! Вы такая умная, мадам Джуна.

— ...Но разве вы не хотите, чтобы он был целиком ваш?

— Ох, это та ещё головоломка.

«Нет, нет, Аиша, Джуна, почему вы начали говорить об этом?!»

Все они как мои жёны... Не то чтобы мне это неинтересно, но ради этого я должен остаться на троне. Я разрывался между моим прагматичным характером, который хотел избежать тяжёлой работы, которая прилагалась к трону, и моим желанием достичь этого мужской мечты.

Именно тогда, когда я начал чувствовать себя невероятно неловко...

— Ты не можешь этого сделать, нодэсу! Хэл, абсолютно нет, нодэсу!

— Да почему ты не поймёшь?!

За столиком вдали от нас спорила молодая пара, одетая в военную форму.

Парень был высокого роста, примерно 190 см, и с ярко-красными волосами. Он был широкоплечим, и даже через форму я мог сказать, что он был крепкого телосложения.

Девушка напротив него была маленького роста, со светлыми волосами, подстриженными каре, и треугольными ушками.

«Она тоже из племени мистических волков?»

— Эта девушка — мистическая лиса, — сказала мне Лисия, но разницы я не видел. — Это можно определить по хвосту. У неё лисий хвост, видишь?

— Они оба относятся к семейству псовых, разве мы не можем просто называть их мистическими собаками?

— Скажешь такое — разозлишь и мистических волков, и мистических лис. Мистические собаки — это кобольды, так что объединять их равнозначно смешиванию в кучу людей и обезьян.

— ...Пожалуйста, расскажи мне позже обо всём, о чём лучше не говорить при других расах.

«Я сейчас в другом мире. Никогда не знаешь, когда наступишь на подобную мину», — подумал я.

Пока я думал над этим, девушка-лиса умоляла:

— Хэл, я прошу тебя, дэсу. Тебе нельзя в герцогство Кармин, дэсу! Герцог Георг Кармин враждует с новым королём, дэсу. Может начаться гражданская война, нодэсу!

— Вот почему я должен идти. Если начнутся сражения, у меня будет шанс получить повышение. — Юноша лет восемнадцати, названный Хэлом, бесстрашно улыбнулся.

Лицо девушки-лисы, напротив, было омрачено беспокойством.

— Твоё представление о войне слишком простое, нодэсу. Хэл, твой отец просил тебя вернуться домой, потому что он волнуется за тебя, нодэсу!

— Моего старика это никак не касается! Он трус, в трудные времена спрятавшийся в столице, несмотря на годы службы герцогу Кармину. Слышать его не хочу!

— Твой отец уловил происходящие перемены, нодэсу. Единственный, кто пытается бороться без веской причины — это герцог Кармин, нодэсу.

Эти двое продолжали ссориться.

Глядя на них обоих, Лисия хлопнула в ладоши.

— Кажется, я узнала его! Этот парень — офицер Хэлберт Магна.

— Так ты его знаешь? — спросил я.

— Он старший сын выдающейся военной семьи. Говорят, во время учёбы в академии среди сверстников ему не было равных в боевом мастерстве. Завершив обучение, он поступил в сухопутные войска, но... Похоже, он вернулся домой.

— По твоим словам, этот парень удивительно хорош, — задумался я. — А про девушку что скажешь?

— Не знаю... Я ни разу не видела её в армии.

— Это Каэдэ Фоксия, — ответила Джуна вместо Лисии.

«Ха? Откуда она её знает?» — удивился я.

— Она часто сюда приходит, — ответила Джуна на невысказанный вопрос. — Если я правильно помню, она маг и служит в Запретной армии.

— Раз она в Запретной армии, то она владеет магией земли?

Магия этого мира была одного из шести атрибутов: огня, воды, земли, ветра, света и тьмы.

Первые четыре атрибута манипулировали соответствующими элементами, и использовались они для атакующий заклинаний. Свет обычно был магией целительного типа. Магия тьмы не ограничивалась управлением тьмой; все уникальные заклинания, которые не попадали под предыдущие пять атрибутов, классифицировались как магия тьмы.

Мой Живой Полтергейст также относился к атрибуту тьмы.

Каждый человек в этом мире был привязан к одному из этих элементов, и они могли в какой-то степени использовать магию. Как вы знаете из тренировки Лисии и Аиши, люди могут усилить своё оружие или атаковать магией своей стихии.

Тех, кто мог вызвать больший магический эффект, чем обычные люди, называли магами. Маги со своей невероятной силой могут манипулировать пламенем, вызывать ураганы, образовывать кратеры в земле и топить линкоры.

Когда маги присоединяются к военным, их распределяют в зависимости от используемого ими атрибута. Огненные маги шли в сухопутные войска, маги ветра — в военно-воздушные силы, маги воды — во флот, а маги земли и тьмы (вторые, кстати, были очень редки) — в Запретную армию. Маги света исполняли роль военных врачей и распределялись равномерно между всеми видами войск.

Честно говоря, я был против такого метода распределения, поскольку ему явно не хватало гибкости, однако армией, ВВС и флотом командовали три герцога, и в их управление я вмешаться не могу.

«Однажды я хочу реформировать эту систему», — подумал я.

Пока я размышлял об этом, Каэдэ и Хэлберт продолжали спорить.

— У этого желторотого короля нет ни единого шанса против герцога Кармина!

— Герцог Кармин странно себя ведёт, нодэсу! Единственные, кому выгодна эта внутренняя борьба, — это соседним странам! Амидония хочет вернуть земли, которые были завоёваны королём Эльфридена два поколения назад. Республике Тургис, более половины территории которой покрыты вечной мерзлотой, нужны плодородные земли и незамерзающий порт. Если начнётся гражданская война, они совершенно точно вмешаются. Герцог Кармин должен это понимать...

«Похоже, Каэдэ хорошо разбирается в положении дел в соседних странах».

К западу от нашей страны лежит княжество Амидония, половина территорий которого была захвачена в ходе экспансионистской политики дедушки Лисии. Прошло уже около пятидесяти лет, но в княжестве до сих ждут высматривают любую возможность вернуть потерянные территории. Таким образом, эта страна явно была враждебной к нам.

Южнее Амидонии, на самом краю континента находится республика Тургис, большая часть которой, как и сказала Каэдэ, покрыта вечной мерзлотой.

Судя по карте этого мира, температура падала в южном направлении. То ли потому, что мы находились в южном полушарии, то ли север и юг здесь поменялись местами, то ли из-за какого-то магического эффекта, но чем дальше идти на юг Эльфридена, тем холоднее становилось, а чем дальше на север, тем теплее.

Имея такие национальные особенности, республика Тургис провозгласила политику «Северного курса».

Однако из стран, с которым республика граничила, Империя Гран-Кэйос была слишком сильна, чтобы воевать с ней, а страна наёмников Зем была их союзником. Это сузило их доступные варианты для расширения на север до Амидонии и Эльфридена.

Другими словами, и Амидония, и Тургис были хищными волками, готовыми наброситься на нашу страну при первой же возможности.

— И о чём герцог Кармин думает, когда соседние страны строят такие планы на нашу страну, нодэсу?

— ...Мы же о герцоге Кармине говорим. Я уверен, что у него есть план.

— А сам подумать не собираешься, Хэл?!

— Многие дворяне отвернулись от короля и перешли под командование герцога Кармина. Неспособность обеспечить их лояльность доказывает некомпетентность этого короля.

— Я не знаю, компетентный новый король или нет, но до сих я не видела ни одной ошибки с его стороны! А большинство дворян, перебежавших к герцогу Кармину, — это потерявшие своё влияние из-за экономических реформ нового короля либо те, у которых конфисковали имущество после расследования их коррупционных дел, нодэсу! Даже если ты восстановишь их права, ты правда считаешь, что стране от этого станет лучше, нодэсу?!

Каэдэ давила на Хэлберта, который старательно отводил глаза.

— ...Я уверен, что у герцога Кармина есть идеи на этот счёт.

— И снова ты о герцоге Кармине. Хэл, а собственное мнение у тебя есть, нодэсу?!

— З-заткнись! Каэдэ, ты что, думаешь, что можешь видеть будущее?!

— Могу, нодэсу! — Хэлберт вызывающе вздохнул, но Каэдэ ему твёрдо ответила: — Я могу видеть, что будет! Этот человек пугает меня. Я уверена, что новый король...

— Так, хватит, — перебил я Каэдэ, вклинившись в их беседу.

Их глаза широко распахнулись от неожиданного вторжения.

Проигнорировав Хэлберта, который сказал: «Т-ты ещё кто такой, ублюдок?!», — я улыбнулся Каэдэ, с разинутым ртом смотрящей на меня.

— Ты же понимаешь, что если ты продолжишь болтать, я воспользуюсь своей властью, чтобы арестовать вас? — сказал я.

— Вы!.. — Похоже, Каэдэ сразу узнала меня.

— Да, это я, так что замолчи, договорились? — сказал я. — Честно говоря, я не знаю, насколько хорошо ты соображаешь, но если ты будешь так уверенно говорить об этом в подобных местах, то можешь серьёзно навредить стране.

— П-простите, — пробормотала она. — Но... что вы здесь делаете?.. Вы же не пришли сюда арестовать Хэла?! Вы неправильно поняли, нодэсу! Хэл немного слаб на голову, он ни за что бы не восстал...

Каэдэ неправильно всё поняла и начала оправдываться. Кто знает, что стало с её аналитическими способностями, которые она демонстрировала ранее, но она отчаянно пыталась защитить Хэлберта.

— Нет, мне всё равно, что думает один единственный солдат, — сказал я.

— Т-тогда почему вы здесь? — пробормотала она.

— Меня неожиданно попросили взять выходной, и я пришёл посмотреть на кафе Джуны.

— В-вот как... — На лице Каэдэ показалось облегчение.

А вот Хэлберт уже какое-то время сверлил меня взглядом.

— Эй, сопляк, какого чёрта ты нагло прервал наш разговор и угрожал Каэдэ?

— Э, Хэл? Он мне не угрожал...

— Заткнись! Каэдэ, помолчи!

— Хьяяя!

Хэлберт с грохотом ударил по столу и встал, что испугало Каэдэ.

— ...Что хорошего в том, что ты сам её пугаешь? — спросил я.

— Я сказал, заткнись!

Он протянул руку, пытаясь схватить меня за воротник, но...

— Кх!

...Его остановили на полпути. В одно мгновение Хэлберта окружили три девушки из моей группы.

Находиться в окружении трёх красавиц — мечта любого мужчины, но сейчас... Не хотел бы я оказаться на его месте. Лисия обнажила рапиру, висевшую у неё на талии, и приставила кончик к шее Хэлберта; Аиша, которая не взяла с собой свой гигантский меч, держала его лицо как ястреб лапой; в это же время Джуна, всё ещё улыбаясь, приставила фруктовый нож к его спине.

«Вау... Эти девушки очень сильны...»

— Эм, Джуна, и вы тоже? — спросил я, удивлённый.

— В нашем заведении запрещены все виды агрессивного поведения, — с усмешкой ответила Джуна.

— А, конечно...

Попав в такую передрягу, даже разгорячённый Хэлберт быстро остыл. Не в состоянии пошевелиться, он лишь мог тревожно смотреть на меня сквозь просветы между пальцами Аиши.

— Ублюдок... Это бесчестно! Что ты за мужчина, если прячешься за женскими спинами?!

— Говори что хочешь, но защищать меня — это их работа, — сказал я. — На самом деле, я думаю, что я если бы стоял на передовой без какой-либо охраны, это было бы большой проблемой.

Когда я это сказал, девушки согласно кивнули.

— Если ты понимаешь это, то я бы хотела, чтобы ты не подставлял свою шею, влезая в такие неприятности, — отругала меня Лисия.

«Ух, конечно, прости. В следующий раз я буду аккуратнее».

Хэлберт, нахмурившись, буравил меня взглядом.

— ...Ублюдок, да кто ты, чёрт возьми, такой?

— Хм... Я отвечу тебе отличной фразой из самурайской драмы: «Хэлберт, неужто ты не узнаёшь моего лица?»

— Чего?

— Почему ты так надменно заговорил? — Лисия шлёпнула меня по голове.

«Ой, да ладно. Я всегда мечтал сказать это».

Затем Аиша повысила голос и сказала:

— Держи язык за зубами! За кого ты принимаешь этого человека?!

«Ох, а это ещё одна фраза, которую я хотел произнести. Аиша, почему её сказала ты?!»

— Ты находишься в присутствии четырнадцатого (временного) короля Эльфридена, Его Величества Сомы! — объявила Аиша.

Мне послышалась тематическая музыка из одного шоу, но я уверен, что это игра моего воображения.

Я легонько ударил эту разочаровывающую тёмную эльфийку по голове.

— Ты слишком громко говоришь. Ты помнишь, что мы должны быть инкогнито?

— Ах!.. П-простите, сир!

— «Сир»?.. Ты что, король?!

Хэлберт удивился задолго после того, как должен был. Он был единственным из всех присутствующих, кто не знал, кто перед ним. Я думаю, этот болван — единственный здесь, кто не знал, кто перед ним, что красноречиво говорит о его разуме. Рапира, захват Аиши и нож по-прежнему сдерживали его, и разговор явно не мог так продолжаться, так что я попросил всех опустить оружие.

Не отрывая взгляда от освобождённого Хэлберта, я задал ему вопрос:

— Итак, Хэлберт Магна, ты что-то говорил о нападении на меня?

— Э-это... — Хэлберт отвёл взгляд.

«Ох, да ладно, куда делась твоя решимость?»

— Я могу считать сказанное тобой как единодушное мнение всего дома Магна? — спросил я.

— Ч-что?! Мой старик не имеет к этому никакого отношения!

— Конечно имеет, — сказал я. — Я могу закрыть глаза на солдата, который просто следовал отданным приказам, но дворяне-предатели должны быть судимы по всей строгости закона. С их очевидным настроем к восстанию их действия будут рассматриваться как государственная измена... Это тяжкое преступление, за которое все родственники виновного до третьего колена считаются соучастниками.

— Что?.. — Хэлберт потерял дар речи. Я всего лишь заставил его взглянуть фактам в лицо.

— Нет... это слишком жестоко... — Каэдэ попыталась вмешаться, но я остановил её взмахом руки.

— Позволь мне сказать: я делаю это не потому, что затаил на тебя личную обиду, — сказал я. — Таковы законы в этой стране. Я знаю, что у долгоживущих рас не редкость иметь правнуков и праправнуков, но даже так круг причастных к преступлению остаётся слишком большим. Лично я хотел бы реформировать закон, который наказывает даже невинных маленьких детей, но у меня сейчас так много дел, которые нужно сделать, что я до сих пор до этого не добрался.

Он потерял дар речи.

— Хэлберт Магна, — говорил я официальным тоном, — ты родился в выдающемся доме Магна. Поэтому, если ты присоединишься к трём герцогам во время их восстания, а я выиграю в этой войне, все твои родственники до третьего колена родства будут казнены. Так гласит закон, и я ничего не могу с этим поделать, правильно?

Его будет судить закон, а не я. У меня не будет возможности действовать по собственному усмотрению.

— А теперь давай подумаем, что произойдёт, если победят три герцога, — продолжил я.

— В-верно! Если мы победим, то всё будет хорошо!

— И что тогда будет с ней? — я опустил руку на плечо Каэдэ.

Хэлберт был явно потрясён.

— Нет, вы не посмеете взять Каэдэ в заложники!

— О, я и не собирался делать ничего подобного. Эта девушка служит в Запретной армии. Если три герцога поднимут восстание, то она отправится на войну на моей стороне. Иными словами, она будет твоим врагом. — Я внимательно посмотрел на Каэдэ. — Какие у тебя отношения с Хэлбертом?

— М-мы друзья детства, нодэсу.

— Друзья детства.... Понятно.

В их речи и поведении я видел проблески взаимных чувств, но... Говорить сейчас об этом не было смысла.

— Раз вы друзья детства, то ты должен заботиться о ней больше, чем о ком-либо другом, — сказал я. — Ну что? Когда ты присоединишься к трём герцогам, что ты собираешься делать с ней?

— Что вы имеете в виду?.. О чём вы?

— Предположим, что три герцога победили. В таком случае я буду сражён, и тем, кто отрубит голову, возможно, даже будешь ты.

— Ха! Тогда я гарантированно получу повышение!

— ...Может быть, так оно и будет. А что в это время будет с Каэдэ? Среди побеждённой армии есть симпатичная девушка. Как думаешь, что с ней сделают солдаты победившей стороны?.. Ты, как солдат, можешь это представить, я прав?

Когда я указал на это, Хэлберт заметно побледнел. Скорее всего, сейчас он представлял себе эти сцены. После завершения войны победитель часто топчет проигравшего. Мародёрство, поджоги, изнасилования, резня... Безумие войны заключалось в том, что она позволяла совершать подобные акты жестокости.

Несмотря на это, Хэлберт повысил голос, словно пытался отбросить свои сомнения:

— Герцог Кармин твёрдой рукой руководит своими войсками. Они никогда не совершат подобного варварства!

— Я не знаю о состоянии дел в армии, но в герцогстве Кармин сейчас находятся не только его регулярная армия, — сказал я. — Там находятся те, кого я лишил привилегий или которых я обвинил в коррупции. Те дворяне, которые подняли против меня восстание. Им нечего терять. В случае поражения смерть ждёт как их, так и их дома. Вот почему они потратили все свои деньги, чтобы нанять огромное число наёмников из Зема.

Зем, страна наёмников.

Средних размеров страна, расположенная западнее Амидонии и севернее Тургиса. Эта нация наёмников была основана на руинах страны, которая когда-то наняла капитана наёмников по имени Зем, который её и уничтожил. Страна придерживается принципа «вечного нейтралитета», однако её экономика строилась вокруг продажи услуг своих наёмников другим странам. Поскольку наёмники были невероятно сильны, иметь их во врагах никто не хотел, и все страны заключили с ними контракты, чтобы заполучить их в союзники.

— Это абсурд! Запретная армия заключила контракт с наёмниками из Зема! Если три герцога тоже наймут наёмников, то они будут воевать против своих!

— А, этого не произойдёт, — заверил я его. — Я некоторое время назад расторг контракты Запретной армии с наёмниками.

Сейчас, похоже, подходящее время, чтобы рассказать об организации военных сил в этой стране.

Общая численность военных в этой стране составляет около 100 тысяч человек. Они разделены следующим образом:

40 тысяч в армии во главе с Георгом Кармином.

10 тысяч во флоте во главе с Эксель Уолтер.

1 тысяча в военно-воздушных силах во главе с Кастором Варгасом (но, как говорят, один рыцарь на виверне равен сотне солдат из армии).

Из всех них только в ВВС каждый солдат обладал рыцарским титулом (ВВС целиком состояли из команд рыцарей на вивернах, каждая из которых, что очевидно, состояла из виверны и 1-2 рыцарей). Более половины армии и флота состоят из кадровых солдат. Они днями и ночами тренируются на землях трёх герцогов и получают за это жалование, деньги на которое идут с этих земель.

Можно сказать, что право на самоуправление, освобождение от налогов на прибыль и многие прочие особые привилегии, предоставленные трём герцогствам, были созданы для того, чтобы они поддерживали эти войска.

И наконец, ещё чуть более 40 тысяч числились в Запретной армии, которая разбивалась ещё дальше.

Была Королевская гвардия, подчиняющаяся непосредственно королю, и кадровые солдаты, прикреплённые к Запретной армии. Также были дворянские поместья (которые обладали правами меньшими, чем три герцога), у которых были свои личные силы. И, наконец, было подразделение наёмников из Зема, которые находились под командованием Запретной армии, но этот контракт уже был аннулирован.

Причина, по которой у Запретной армии было меньше солдат, чем у сил трёх герцогов, связана с доктриной этой страны.

Эта страна была основана благодаря совместному труду множества рас. Королём в результате стал представитель самой многочисленной расы, — людей, — и для защиты прав остальных рас было принято решение, что лидеры армии, флота и ВВС будут выбраны их других рас.

Система была создана таким образом, что если бы на трон взошёл тиран и начал угнетать другие расы, то армии трёх герцогов, превосходящие числом Запретную армию, смогли бы свергнуть его. С другой стороны, если бы один из трёх герцогов задумал захватить трон, то помощи даже одного из оставшихся герцогов хватило бы, чтобы король смог подавить восстание.

Такие меры хорошо работали в мирные времена. Но сейчас появились Владения Короля демонов, и в наступившие смутные времена каждая страна искала возможность упрочить своё положение. Система, в которой решения принимали несколько человек, не позволяла быстро реагировать на чрезвычайные ситуации. На деле, в то время как я пытался продвигать свои реформы, три герцога объявили мне бойкот.

А теперь давайте вернёмся к вопросу о расторжении контракта с наёмниками.

— Подожди, как это ты разорвал контракт с наёмниками?! — закричала Лисия.

— Ох, точно... Я тебе ещё не говорил об этом? — Я криво усмехнулся в связи с тем фактом, что Лисия оказалась более удивлённой, чем Хэлберт. — Да, разорвал. Наёмники бесполезны и просто проедают наши деньги.

Макиавелли сказал: «Вы не можете зависеть от армии, в которой есть наёмники». По его словам, «Наёмники стремятся к прибылям, поэтому, стоит им предложить бо́льшую выгоду, они с лёгкостью пойдут против вас. Во время сражений они будут больше заботиться о собственной безопасности, а не своего работодателя, и с самого начала не стоит ожидать от них верности или любви. Бывают наёмники двух типов: первые посредственно владеют своим ремеслом, так что смысла их использовать нет; вторые превосходно знают своё дело, но они могут попытаться свергнуть вас»

В фэнтезийных романах и RPG довольно часто главный герой работает наёмником, но реальная работа наёмника разительно отличается от выдуманного образа.

По сути, эти парни зарабатывают деньги на поле боя. На этой работе нет верности ни стране, ни правителю, и они, оценив расклад сил, могут запросто переметнуться на другую сторону.

Из проигранной битвы они немедленно убегут, а победив, они начинают буйствовать в округе. Расходы на их содержание могут быть меньше, чем у регулярной армии той же численности, но в долгосрочной перспективе от них одни минусы.

— У нас нет денег, чтобы платить таким бесполезным людям, — объяснил я.

— Контракт с наёмниками также был доказательством нашим дружеских отношений с Земом, ты это понимаешь? — закричала Лисия.

— Это правда, что отношения у нас стали напряжёнными, но не ты ли говорила: «Всегда вкладывай в оборону, а не плати дань»? Зем — не Империя Гран-Кэйос, они не могут позволить себе лично напасть на нас. Поэтому платить им дань, чтобы выиграть время, нет никакого смысла.

Правда, Зем мог отомстить мне, отправляя наёмников в три герцогства.

Я посмотрел на Хэлберта.

— Так вот, эти кровожадные наёмники сейчас находятся на стороне трёх герцогов. Как ты думаешь, они оставят в покое девушку из побеждённой армии, как Каэдэ? Они будут мучать Каэдэ и, вдоволь позабавившись, убьют её. А где в это время будешь ты и что будешь делать?

— Это... — заколебался Хэлберт.

Его нерешительность вывела меня из себя.

— Будешь радостно поднимать мою голову?! Петь песни, празднуя свою победу?! А в это время твоя подруга детства, возможно, будет игрушкой в их руках, а затем будет валяться мёртвой на обочине дороги!

— Кх...

Ноги Хэлберта, казалось, ослабли, и ему пришлось опереться руками о стол, чтобы не упасть. Ему нечего было ответить, его рот был крепко сжат. Каэдэ с тревогой смотрела на него.

Увидев их в таком состоянии... Я немного успокоился.

— Хэлберт Магна, путь, который ты собирался выбрать, — это тупик. Если я выиграю, тебя казнят. Если победят три герцога, тогда Каэдэ... Её не ждёт ничего хорошего. Если ты собрался поставить всё на кон, то хотя бы убедись, что будущее, которое ты хочешь, находится на столе со ставками.

Он ничего не сказал.

— Прежде чем делать что-нибудь опрометчиво, подумай как следует, — сказал я ему. — Подумай над тем, чего ты на самом деле хочешь, почему и ради кого. Оглянись вокруг и подумай над этим.

— Почему... И ради кого... — Хэлберт огляделся.

Его взгляд встретился с полными беспокойства глазами Каэдэ. Они смотрели друг на друга, не говоря ни слова, но Хэлберта выглядел как человек, освобождённый от того, что овладело им.

«...Что будет происходить дальше, — должно быть их личным решением», — подумал я.

— Джуна, извините за причинённое вашему бизнесу беспокойство, — сказал я. — Мы сейчас уйдём.

Перед тем, как уйти, я отправился извиниться за устроенную сцену, но Джуна лишь покачала головой.

— Извинения ни к чему... Сир, ваши слова высечены в моём сердце.

После этого Джуна, казалось, мгновение колебалась. Ей явно было что сказать, но она не была уверена, можно ли это говорить.

Я немного подождал, и Джуна, наконец, подняла голову, её глаза были полны решимости.

— Сир... Мне нужно с вами поговорить.

— Эй, Сома, я хочу кое-что спросить, — сказала Лисия.

— Хм?

Мы были в карете, которую мы вызвали, чтобы отвезти нас обратно в замок, когда Лисия, сидевшая рядом со мной, задала мне вопрос.

Аиша была кучером, так что в карете были только мы вдвоём.

— О том, что случилось, — сказала она. — Ты же пытался уговорить Хэлберта, я права? Когда ты сказал, что предателей будут судить по всей строгости закона, ты выглядел крайне серьёзным.

— ...Потому что он ещё не восстал против меня. Если после всего сказанного он присоединится к восстанию, пощады ему не будет.

— В конце концов, ты всё ещё хороший человек, да? — сказала она.

— Будь добр с друзьями и суров с врагами... — сказал я. — Такого короля народ будет поддерживать. Но это не значит, что мне нравится быть таким жёстким. Чем меньше у нас врагов, тем лучше.

— Как я и думала... Ты хороший человек. — Лисия положила голову на моё плечо.

◇ ◇ ◇

На следующий день.

Когда я разбирал документы в рабочем кабинете, пришёл Хакуя.

— Глава дома Магна, сэр Глейв Магна, прибыл со своим сыном, сэром Хэлбертом Магна, и магом Запретной армии, Каэдэ Фоксией, и просит вашей аудиенции, — сообщил он мне.

«Похоже, нужно решить очередной спор», — подумал я.

Когда я прибыл в зал аудиенций в сопровождении Лисии и моего телохранителя Аиши, там, преклонив колени, ждали три человека. Впереди двух других был мужчина средних лет, на склонённой голове которого виднелись седые пряди. В своих доспехах он поистине выглядел как воин, повидавших множество битв. Позади него были вчерашние знакомые — Каэдэ Фоксия и Хэлберт Магна. Я сделал вывод, что мужчина, склонивший голову, — это отец Хэлберта, Глейв.

— Поднимите головы, все трое, — сказал я.

— Есть, сэр, — хором ответили они.

Когда Каэдэ и Хэлберт подняли головы, мой взгляд замер на лице Хэлберта, на котором были видны следы побоев. Его щёки были опухшими, а под глазами — синяки. Вчера всего этого не было, так что это произошло уже после нашего расставания.

— Хэлберт... Ты выглядишь ещё красивее, чем вчера, — прокомментировал я.

— Уф... Да, сэр! — На его лице на мгновение показалось расстройство, но враждебности в его голосе, которая была вчера, не было.

«Интересно, что с ним случилось после того, как мы вчера расстались».

Я обратился к Глейву, который до сих пор не поднял головы:

— Глейв Магна, поднимите голову.

— Я со смиренностью и кротостью прошу вас со снисхождением отнестись к дурному поведению моего сына! — ответил он горестным тоном. Его лоб касался пола. Он преклонил только одно колено, но, думаю, можно сказать, что он сделал то, что мы в Японии называем догэдза.[✱]В догэдза человек садится на ОБА колена и опускает голову почти до земли, чем демонстрирует высшее почтение

— Под «дурным поведением» вы имеете в виду то, что произошло вчера? — спросила я.

— Да, сэр! Я услышал подробности от мадам Каэдэ. Мой сын был не при исполнении, но он оскорбил вас, сир, и, что более того, хвастался, что присоединится к мятежным трём герцогствам. Это совершенно возмутительно!.. Но мой сын ещё молод и сказал это из-за своего слабо развитого мозга. Ваш гнев полностью оправдан, сир, но, прошу вас, направьте его на меня — того, кто не смог достойно воспитать его!

«Хм... Длинная вышла речь, но, если вкратце, он сказал: «Я приму наказание, но, пожалуйста, сохраните жизнь моему сына», я ничего не путаю? Но, вообще-то, я даже не сержусь».

— Вчерашние события произошли, когда я был там инкогнито, — сказал я. — У меня не было намерений предавать этому серьёзное значение. Тем более, как я вижу, он уже получил подходящее наказание.

— Сир, вы так добры. — сказал Глейв, в извинениях падая ниц.

Хэлберт и Каэдэ также поспешно поклонились.

Глейв, наконец, поднял голову.

— Сир, я понимаю, что это невероятно грубо, но мне нужно кое-что вам рассказать.

— Что именно?

— Это... Будет лучше, если разговор услышит как можно меньше людей...

О, секрет? Я оставил Лисию, Аишу, Хакую, Глейва, Хэлберта и Каэдэ, а затем отпустил всех остальных, включая охрану. Присутствие Аиши может показаться неуместным, но мне нужен был телохранитель на случай, если обещание раскрыть секретную информацию было уловкой, истинная цель которой — убить меня.

— Я убрал лишних, — сказал я. — О чём вы хотели мне рассказать?

— Да, дело касается... — Глейв начал говорить в размеренном темпе.

Когда Глейв договорил, Хэлберт стоял с широко распахнутыми глазами, Каэдэ опустила голову вниз, сильно сжав кулаки, Хакуя закрыл глаза, а Аиша озадаченно смотрела на реакцию остальных...

Лисия между тем молчала и была невыразительна, но её тело было напряжено, а по щекам текли слёзы.

Что касается меня, то у меня были противоречивые чувства. Гнев, раздражение, смирение, печаль... Внутри груди все эти чувства перемешались, и я изо всех сил старался не дать им захлестнуть меня.

Я старался говорить как можно более спокойным тоном, чтобы не выдать свои чувства:

— Вы рассказали мне это... Но чего вы хотите от меня?

— Ничего. Я просто хотел, чтобы вы знали это, сир.

— ...Это тяжело. — Я встал и отдал приказы Каэдэ и Хэлберту: — Маг Запретной армии Каэдэ Фоксия. Ваша проницательность слишком ценна и опасна, чтобы оставлять вас простым магом. Я приказываю вам служить под командованием Людвина из Королевской гвардии в качестве штабного офицера.

— Э? Е-есть, сэр! — воскликнула она.

— Армейский офицер Хэлберт Магна. Я приказываю вам перейти в Запретную армию.

— Ха?! Меня, присоединиться к Запретной армии?!

— Всё верно. Вы будете правой рукой Каэдэ и будете докладываться ей. Её звание делает её вторым лицом Запретной армии, но, поскольку она всё ещё молодая девушка, её подчинённые могут не воспринимать её всерьёз. Если такое произойдёт, вашей задачей будет добиться того, чтобы они делали то, что она говорит. Всё понятно?

— ...Да, сэр!

Таким образом, к Запретной армии присоединился новый молодой офицер.

Однако у меня на сердце было слишком неспокойно, что чувствовать радость от появления нового союзника. Пока я сдерживал свои сильные эмоции, моё истинное чувство просочилось сквозь стиснутые зубы всего лишь раз.

— Серьёзно, эти парни...

Давайте поговорим о феодальном строе в этой стране.

Не принимая во внимание короля и трёх герцогов, всё население можно разделить на три группы: дворяне и рыцари, простолюдины, рабы (беженцы, не являющиеся гражданами этой страны, не попадают ни в одну из этих групп).

Про рабство будет рассказано в другой раз; главным же отличием между дворянами и рыцарями и простолюдинами было то, что первые владели землями.

Таким образом, дворян и рыцарей можно также называть лордами, а простолюдинов, живущих на их землях — их поданными (рабы сюда не включались, поскольку считались движимым имуществом). Лорды обладают рядом прав на своих землях и в то же время имеют военные и прочие обязанности по отношению к стране.

Дворяне и рыцари обычно могли передавать свои титулы и земли по наследству, но в некоторых случаях простолюдины за свои выдающиеся заслуги также могли получить земли и титул, став, таким образом, рыцарем (за военные заслуги) или дворянином (за достижения в управлении страной).

Ещё один способ стать дворянином — это связать себя узами брака с одной из благородных семей. Людей, получивших титул не по наследству, называли жалованными дворянами.

Несмотря на то, что никакого формального различия между родовыми и жалованными дворянами не существовало, некоторые твердолобые дураки считали жалованных «низкородными выскочками». Жалованные дворяне и рыцари могли передавать свой титул по наследству, и после трёх поколений их признавали как новый благородный дом.

С другой стороны, за достаточно серьёзные преступления дворян могли понизить до простолюдинов и даже и до рабов. В таких случаях отбирались все титулы и земли, а в худшем случае свой статус терял и дом преступника. Этот процесс назвали «уничтожением».

Причина, по которой родовые дворяне ставили себя выше жалованных, заключалась в том, что они смогли более трёх поколений избегать «уничтожения».

Дворяне и рыцари не обязаны лично управлять своими землями. К примеру, рыцари, которые большую часть времени служили в армии, передавали управление землями членам своего дома. Так, к примеру, поступил капитан Королевской гвардии Людвин Аркс.

Среди дворян тоже были такие, кто доверил управление кому-то из своего дома, тогда как сами жили в Парнаме, где занимали важные посты, вроде чиновников на руководящих должностях или председателей Национального собрания. Таких людей называли столичными дворянами, и в их число входил бывший премьер-министр (и нынешний камергер) Маркс.

Однако за последний год число столичных дворян сократилось вдвое, и причиной тому послужила проверка Сомой государственных расходов, во время которой раскрылись правонарушения. Тех, кто находился под следствием, уволили с их постов в столице, и сейчас они находились под домашним арестом в своих землях.

Если совершивший незначительные преступления вернул все присвоенные деньги и отказался от статуса главы дома, то его дому было позволено сохранить дворянский статус. Совершившие тяжкие преступления лишались всего, чем владели, а их дома уничтожались.

Конечно же, были и такие коррупционеры, которые не стали дожидаться падения своих домов, а собрали свои личные армии и деньги и пытались бежать.

Однако Сома и Хакуя, легко предвидев их намерения, закрыли границы, из-за чего дворяне не смогли вывезти своё состояние из страны. Не имея возможности оставаться на своих землях или бежать в другую страну, они, в конечном итоге, отправились в герцогство Кармин. Там, под протекцией Георга Кармина, который был враждебно настроен к королю, они ждали своего шанса.

Рандел, центральный город герцогства Кармин.

Он не был таким же большим, как королевская столица Парнам, но по меркам прочих городов считался большим, и здесь проживало достаточно людей, чтобы считать его городом-государством.

Город был построен вокруг замка, принадлежащему генералу армии Георгу Кармину. Целые поколения генералов не слишком активно занимались управлением городом, и поэтому, в отличие от того же Парнама, который из-за политики короля смог сильно измениться, Рандел, выглядящий, наверное, так же, как и сто лет назад, вызывал чувство ностальгии.

На углу улицы остановилась карета. Внутри неё сидела прекрасная женщина в середине третьего десятка лет. Почти любой мужчина, которому довелось увидеть её, в восхищении вздыхал.

Даже похожее на японское кимоно одеяние не могло скрыть роскошности её фигуры. Однако хвост рептилии, торчащий из-под её кимоно, и крошечные рожки, выглядывающие из её синих волос, ясно давали понять, что она не была простым человеком.

Изнутри кареты она внимательно слушала шум и суету окружающего её города. Карета стояла неподалёку от таверны, из которой доносилось ворчание пьяниц.

— Что за дела с... этим новым королём?.. Да за кого... он нас... держит?.. Ик!

— Верно говоришь. Мы столько лет поддерживали королевство.

— А этот король плевал на нас и правит как хочет!

— Почему король Альберт отдал страну этому щенку?..

— А его подчинённые тоже хороши! Все они — молокососы без опыта! А что с этим мрачным чёрным ублюдком?! А с этим жирдяем?!

— Хе-хе-хе, я уверен, что он ценит только тех, кто подхалимничает ему.

— Да, как и сделал бы любой молокосос! Выбросил нас, умудрённых опытом, и слушает только тех, кто льстит ему. Этот король недолго протянет!

— Верно! Вернём нашу страну своими собственными руками!

— Да! За наше любимое королевство!

— За наше любимое королевство!

«За королевство, говорите?.. Хо-хо, как же они любят трепать языками», — вздохнула женщина в карете. Даже этот вздох был соблазнительным.

«Именно вы своими воровством и коррупцией предали эту страну. А когда вам пришлось встретиться лицом к лицу с законом, вы сбежали и имеете наглость говорить, что король вышвырнул вас. Король ценит только тех, кто подхалимничает ему? Вы что, не смотрели его набор подчинённых? Этот король будет использовать даже тех, кто недоволен им, если они будут того стоить. И сэр Хакуя, и сэр Пончо получили свои должности за способности. И причина, почему он не использует вас, довольна проста — вы бесполезны».

Они не понимали даже этого, из-за чего она не могла заставить себя высмеять их.

«Прошло несколько месяцев после начала правления Его Величества Сомы, и за это время он не совершил ни одной серьёзной политической ошибки, не потерял поддержку народа. Напротив, он демонстрирует исключительные способности в том, как он неуклонно решает продовольственный кризис, которого мы боялись. Как бы они ни уважали короля Альберта за его проницательность, с их стороны глупо спрашивать: «Почему он выбрал этого щенка?»

Женщина упёрлась локтями на подоконник и подпёрла подбородок руками.

«Как далеко стало дворянство от тех гордых и целеустремлённых людей, которые основали страну... Их предки, наверное, в гробу сейчас переворачиваются».

Хотя она и выглядела на середину третьего десятка лет, эта женщина вспоминала о временах основания этого королевства, которое случилось более пятисот лет назад. Она вспоминала своих товарищей, печально улыбаясь.

Благодаря крови мизучи, текущей в её венах, она проживёт ещё пятьсот лет, прежде чем уйдёт на тот свет.

— Подобные времена для нас, долгожителей, тяжелее всего. Я привыкла к прощанию с короткоживущими, но мне по-прежнему приходится видеть подобные неприятные вещи. Я завидую всем вам, кто может умереть, не заботясь о том, что будет дальше.

С этими словами адмирал флота Эксель Уолтер, одна из трёх герцогов, самоуничижительно рассмеялась.

— Морская принцесса!

Когда с улицы к ней обратился голос, Эксель села прямо.

— ...Да?

— Мэм, пришёл отчёт от Канарии, — сказал голос.

— Показывай, — приказала она.

— Есть, мэм. Прошу. — Говоривший протолкнул документы через щель в двери кареты.

Эксель взяла их, открыла и пробежала глазами. Когда она дочитала их, на её лице, наконец, показалась улыбка.

«Понятно... Вот значит как ты его оценила. Говоришь, что хочешь быть на его стороне. Хм... Это всё прекрасно и хорошо, но я серьёзно думаю, что твоя любовная похвала, которая буквально сочится из твоего письма, вызовет у меня изжогу. Действительно, теперь... Мне нужно завидовать твоей молодости».

Эксель своим вздохом заморозила документы в руке и отпустила их. Они упали и, ударившись о пол кареты, разбились на куски.

«Поправлю свои слова. Когда живёшь столько лет, бывают времена, когда ты находишь новый свет в самых неожиданных ситуациях. Это чувство все вы, кто уже умер, никогда больше не сможете испытать, не так ли?

Так вам и надо».

На лице Эксель красовалась улыбка молодой девушки, и ничто не указывало на её истинный возраст.

В зале аудиенций замка Парнам...

В этом зале, где был призван герой и проведена церемония награждения талантов, сейчас рядами стояло множество людей. Это были чиновники из министерства финансов.

Все они выглядели изрядно уставшими: впалые щёки, мешки под глазами; одни вымученно улыбались, а другие выглядели так, словно в любой момент могли упасть. Но, несмотря на это, их глаза ярко сияли.

Это были глаза воинов, переживших кровавую битву.

С тех пор как я стал королём и начал проводить реформы экономики, которая находилась на грани краха, они стали «рабочими лошадками» нового короля. Всех, кто злоупотреблял своим положением и набивал свои карманы, уволили, и остались лишь честные люди. Они работали упорно, отказываясь даже от сна.

Один из них днями напролёт сравнивал числа в документах, в то время как другой большую часть дня проводил в седле, дабы убедиться, что на каждом месте выделенный бюджет использовался по назначению. Они проводили весь свой день на работе, возвращаясь домой только для сна. Нет... Многие из них даже не возвращались домой, а спали они в комнатах отдыха в замке, возвращаясь к работе сразу же после пробуждения.

У кого-то были семьи.

У кого-то были дети.

Кто-то совсем недавно женился.

Однако время, которое они могли провести со своими семьями, было принесено в жертву работе. Лицо жены было недовольным, когда её муж поставил работу выше неё, лицо ребёнка было грустным, потому что отец не играл с ним, лицо молодой жены было полно искреннего беспокойства за своего мужа... Они повернулись спиной к ним, убеждая самих себя, что это будет единственный раз, и усердно работали.

Всерьёз пытаясь спасти эту страну от краха. Всерьёз пытаясь защитить своих близких, живущих в этой стране.

Я посмотрел на них, сидя на своём троне. Вероятно, сам я выглядел не многим лучшим их. Позволяя неиспользуемым частям своего сознания отдыхать, я взял на себя рабочую нагрузку, в пять раз больше обычной, и работал сутками напролёт. Моё тело, возможно, было в порядке, но я чувствовал, что моя душа опустошена.

— У всех вас хороший взгляд, — сказал я, обращаясь к ним в полной тишине. Затем я спустился к ним и положил руку на плечо тощего человека. — Ваши глаза пусты и безжизненны. Совсем как у упырей.

Никто не сказал ни слова.

— Я знаю, как всё было, — сказал я. — Вы забыли, что такое сон, вы боролись с числами днями напролёт, вы не обращали внимания на просьбы своих близких о том, чтобы вы перестали приходить в замок. Вы, ребята, моё величайшее сокровище! Гордитесь этим! Ваш тяжкий труд, ваши приложенные усилия спасли жителей этой страны!

— УО-О-О-О-О!!!

Эти бледные измождённые люди, которых сейчас кто угодно счёл бы затворниками, взревели как варвары. Они вскинули свои кулаки в воздух и скандировали: «Король Сома! Король Сома!». Я подождал, пока их пыл утихнет, и продолжил речь:

— Благодаря вам мы смогли собрать необходимые средства, и теперь проект Венетинова может начать воплощаться в жизнь. Когда этот проект будет реализован, продовольственный кризис будет окончательно разрешён. Это станет возможным благодаря вам, исполнившим свой долг, вернувшим пошатнувшуюся экономику в колею и собравшим средства, чтобы это произошло! От имени всего народа, я благодарю вас!

— Король Сома! Король Сома!

— Вы в поте лица трудились ради страны! Ваши имена не попадут в книги по истории, но знайте, что вы спасли гораздо больше жизней, чем смог бы спасти герой на поле боя. И я, Сома Казуя, буду помнить этот факт до конца своей жизни! Буду помнить вас, безымянных героев этой страны!

— Слава нашему королю!

— Слава королю Соме и Эльфридену!

— Все вы отлично поработали и превзошли себя, — продолжил я, — и поэтому должны быть вознаграждены. Я даю всем вам пятидневный отпуск, начинающийся с завтрашнего дня! Возвращайтесь к своим семьям, отдыхайте и восстанавливайте силы!

— УО-О-О-О-О!!!

«Это было самый громкий возглас за сегодня, — подумал я. — Я понимаю, как вы себя чувствуете. Все вы изголодались по отдыху. Простите, что заставил вас работать как рабов на галерах».

— Честно говоря, я хочу выплатить вам премиальные, но если я воспользуюсь теми деньгами, что вы так кропотливо собирали, то это будет противоречить нашей цели. Я глубоко извиняюсь за это.

Все молчали.

— Вместо этого, после совещания с премьер-министром, я решил дать каждому из вас по бутылке лучшего вина из винных погребов замка! Можете выпить его, можете продать! Делайте, как вам заблагорассудится!

— УО-О-О-О-О!!! Ваше Величество! Король Сома!

Я удовлетворённо улыбнулся и кивнул, глядя на взорвавшихся от радости чиновников.

Только Лисия, стоящая рядом со мной, явно чувствовала себя некомфортно от этой сцены.

— Сома... Ты измотан, — сказала она.

— ...Не буду отрицать, — ответил я.

Как только мы вернулись в рабочий кабинет, Лисия с обеспокоенным видом сказала мне это.

«Да, не нужно мне было быть таким гиперактивным. Оглядываясь назад, я понимаю, что был слегка не в себе», — подумал я.

— Я работал до самого рассвета. Я чуть не рассыпался в пепел от недостатка сна, — ответил я, ложась в кровать, расположенную в углу кабинета.

«Я не буду настаивать на роскошной комнате, — однажды с кислой миной сказал мне Хакуя, — но возьмите, пожалуйста хоть какую-нибудь. Правитель не может быть хорошим примером для своих поданных, если он спит в рабочем кабинете».

Я, однако, не хочу потерять удобство сразу после пробуждения приступать к работе, так что я оставил всё как есть. Я, наверно, буду спать здесь, пока обстановка в стране немного не успокоится.

Лисия подошла и села на край моей кровати. В этот момент пара маленьких стройных ягодиц внезапно появилась перед моими глазами, так что я повернулся и уставился в противоположную сторону. Лисия всегда носила эту облегающую офицерскую форму, так что я отлично мог разглядеть линии её бёдер.

— Эй, Сома, ты же сделал так, чтобы твои сознания по очереди отдыхали? — спросила она.

— А? Эм-м-м... Да, вроде того. Но мы близки к тому, чтобы позволить себе выделить бюджет на один грандиозный проект, так что, в конечном итоге, я использовал все свои сознания для этого последнего рывка.

Лисия вздохнула.

— Я знаю, что ты усердно работаешь, но... не заставляй меня волноваться. Ты ведь у нас незаменимый, понимаешь?

— Ха-ха, раз уж об этом зашла речь... вы же можете призвать другого героя, разве нет? — спросил я.

— Придурок! Скажешь ещё хоть слово на эту тему — я залеплю тебе пощёчину!

Я повернулся лицом к Лисии. В её глазах я увидел настоящий гнев.

— Даже если мы призовём другого героя, этот человек не будет тобой, — огрызнулась она. — Мне нужен именно ты, Сома.

— П-понятно...

— Никогда не забывай об этом. Я хочу, чтобы королём был именно ты, Сома, и никакой замены я не приму. Если бы мой отец потребовал вернуть корону, я бы сражалась с ним на твоей стороне.

Она сделала это невероятное заявление с такой решимостью, что всё, что я мог сделать, — это кивнуть.

Каким-то образом мне показалось, что я сейчас увидел часть её материнского бесстрашия. Однажды Лисия станет замечательной невестой. Я же (как планировалось) был её женихом, но мне до сих казалось это неправильным.

На данный момент, Лисия, похоже, была удовлетворена моим ответом.

— Так что? Ты сказал о бюджете, но на что ты собираешься его использовать?

— О, для начала я думаю построить город.

— Город? — спросила она.

Я попросил Лисию принести мне карту страны с моего стола и указал на стык в виде символа «<», который образовывала береговая линия страны.

— Вот здесь мы построим прибрежный город. В то же время мы продолжим строить дороги. Если у нас появится транспортная сеть от этого города во все остальные города страны, мы сможем контролировать как морские, так и наземные перевозки. Это должно выровнять движение товаров. Честно говоря, меня удивляет, почему такое отличное место не использовалось ранее.

Кстати говоря, к северо-востоку от этого места находилась Лагуна, портовый город одного из трёх герцогов, адмирала флота Эксель Уолтер. Сейчас он является крупнейшим торговым портом страны, и в то же время он был военно-морской базой с доками для линкоров. То, что рядом с портом, в который стекаются товары со всего света, находится требующая секретности военно-морская база, было не хорошо. В условиях военных кризисов торговля, как правило, останавливается.

Это также было одной из причин, по которой строительство нового города с торговым портом было неотложным делом.

— Этот город станет сердцем страны, а дороги, выходящие из него, — венами, — объяснял я. — Если движение товаров будет равномерным, то при дефиците товаров на юге их можно будет привезти с севера, где товара будет в избытке. Понимаешь, что это значит?

— Ммм... Ты будешь покупать товары там, где цены на них упали из-за избыточного предложения, а затем перепродавать их в тех районах, где цена на них выросла из-за большого спроса... Или что-то в это роде? — спросила она.

— Нет, нет, я не торговец. Король не может таким заниматься.

— Не можешь? — Лисия выглядела удивлённой.

— Какая польза от того, что я забираю деньги у моего народа, когда я пытаюсь сделать его процветающим? — спросил я.

Иди речь исключительно о внешней торговле, то она была бы права, но для внутренней торговли нужно думать о стране в целом, а не о личной выгоде.

— Конечно, поначалу некоторые торговцы будут так делать и наживать состояние, но в конечном итоге дефицит предложения уменьшится. Когда спрос и предложение находятся в равновесии, высокие цены должны постепенно снизиться. Мы можем планировать гомогенизацию цен по всей стране. По существу...

— ...люди смогут покупать вещи, которые раньше для них были слишком дорогими? — закончила она.

Я кивнул, довольный ответом Лисии.

— На текущий момент наибольшим спросом пользуются продукты питания. Чтобы стабилизировать на них цены, нам нужно срочно обеспечить маршруты распространения. Кроме того, более половины границы страны проходит по берегу моря, а значит, у нас есть возможность собирать много морских продуктов. Если мы сможем распространить их вглубь страны, то быстро решим продовольственный кризис.

— Но мы и сейчас можем перевозить сушёные и засоленные продукты, — сказала она.

— Ага, а ты сможешь жить на одной сушёной и засоленной рыбе? — спросил я. —Лично я бы устал от неё.

— Ну... Да, наверное, я тоже.

Сушёная скумбрия вкусна, но я определённо не захотел бы есть её каждый день. Соль используется для противодействия бактериям и разложению, поэтому изменить вкус не получится, даже если он вам уже надоел. Рыба начинает портиться очень быстро, и даже сушёная продержится всего несколько дней. Вот почему скорость, с которой мы можем доставлять рыбу и моллюсков вглубь страны, так важна.

— Для этого и предназначена транспортная сеть, да? — задумалась она.

— В точку... Ладно. — Я сильно зевнул и закрыл глаза. — Я посплю немного. Когда я проснусь, мы вместе отправимся в запланированный район постройки нового города. Людвин с его людьми, наверное, уже начали работу... Нужно проведать их...

— Хорошо, — кивнула она. — Сладких снов, Сома.

— Ага, спокой... ?!

Я почувствовал, как что-то тёплое и мягкое коснулось правой щеки. Я потрясённо открыл глаза, но Лисии уже не было.

«Ох... Поцелуй на ночь... Э-это же был он, да? В других странах в этом нет ничего необычного, да? Да, всё в порядке, это абсолютно нормально. В этом нет ничего особенного. Готов поспорить, Лисия сделала это без какой-либо задней мысли. Никакого глубокого смысла. Наверное. Я уверен».

...В конце концов, мне так и не удалось сомкнуть глаз.

Помните, когда я рассказывал о причудливом развитии технологий в этой стране, я упомянул стальные линкоры, которые тянули за собой гигантские морские драконы? Так вот, когда мы с Лисией прибыли на место строительства будущего города, нас встретил такой стальной линкор.

Линкор «Альберт».

Названный в честь бывшего короля, этот корабль был единственным линкором во владении Запретной армии и был флагманом королевского флота.

Внешне он напоминал «Микасу» — флагман Объединённого флота в Цусимском сражении. Спереди и сзади корабля находились главные орудия, общим числом — четыре пушки, а по бокам были установлены вспомогательные батареи. Однако вся эта артиллерия была не установленными орудиями, а просто погруженными на борт пушками. Также «Альберт» отличался от кораблей нашего мира тем, что у него не было ни двигателей внутреннего сгорания, ни дымовых труб.

Движущей силой этого корабля был морской дракон (выглядел он как плезиозавр, но с короткой толстой шеей и козлоподобными рогами). С гигантским морским драконом, тянущим его, этот линкор мог ходить по воде. Для обычного корабля хватало и одного дракона, но конкретно этот тянули два дракона.

Раз уж представилась возможность, позвольте объяснить неравномерность развития технологий в этой стране.

Вам может показаться странным, что в стране, которая даже не дошла до промышленной революции, были подобные околосовременные корабли. Невозможное стало возможным благодаря могуществу магии и наличию в этом мире магических существ.

Металлический корабль, построенный с надлежащими расчётами, чтобы придать ему плавучесть, можно заставить плавать. Другими словами, такой линкор может быть построен даже с использованием средневековых технологий. Причина же, по которой их не строили до промышленной революции, заключается в том, что двигателей, которые могли бы привести их в движение, попросту не существовало. В эпоху, когда единственными средствами для передвижения судов были паруса и вёсла, строить металлические корабли не было никакого смысла.

Однако в этом мире существуют морские драконы, которые достаточно сильны, чтобы тащить за собой металлические корабли. После их обучения передвижение по океану становится возможным. Вот почему здесь строили металлические корабли.

Похожая ситуация была и с большими пушками на борту.

Порох в этом мире уже существовал. Само по себе это не было странно. Даже в истории Земли были свидетельства использования пороха (одного из трёх великих изобретений Китая) ещё до того, как был изобретён чёрный порох. Во втором веке нашей эры, в эпоху «Записей о Трёх царствах», защитники форта Ченчанг использовали пороховое оружие (что-то вроде петард) против нападавшей армии, возглавляемой Чжугэ Ляном.

Тем не менее, мушкетов в этом мире не было.

Поскольку для атак на дальние расстояния использовалась магия, в огнестрельном оружии не было смысла. Маги земли могли стрелять камнями как из пулемёта, маги огня могли обрушивать огонь как напалмовые бомбы, маги ветра могли атаковать рубящими потоками ветра с невероятной дистанции, а маги воды, несмотря на ограниченный радиус, могли использовать напор воды, чтобы снести препятствие.

Кроме того, существовали так называемые «прикрепляемые заклинания». Прикрепляя заклинания с различными эффектами, объект мог стать крепче или получить бо́льшую проникающую способность. Из-за этого оружие с большей массой, на которое можно было прикрепить больше заклинаний, как правило, было более мощным.

Таким образом, стрела была сильнее пули, а копьё сильнее стрелы. К примеру, пуля с её небольшой массой, даже если на неё наложить атакующее заклинание, не сможет пробить латный доспех с наложенным на него защитным заклинанием. В общем, именно по этой причине здесь так и не было изобретено огнестрельное оружие.

Тем не менее, пушки здесь существуют.

Они были разработаны для атаки на большие расстояния, поскольку вся магия, кроме магии воды, была сильно ограничена в море.

Говорят, что магия этого мира работает от накладывания особых волн, излучаемых людьми, на находящееся в атмосфере вещество, называемое маной, производя тем самым множество эффектов. Эта мана относится к одному из пяти атрибутов (за исключением тьмы), и состав маны сильно различается от местности к местности. Над водой в основном была мана воды, из-за чего магия остальных элементов там была ослаблена... и так далее для других местностей.

Из-за этого во время морских сражений все элементы, кроме воды, были ослаблены, тогда как у магии воды был слишком маленький радиус атаки. Тем не менее, её можно было использовать для управления течениями, что облегчало управление кораблём, из-за чего водные маги и назначались во флот.

В общем, именно по этим причинам были изобретены пушки как средство атаки. В конце концов, технологии развиваются только там, где в них есть потребность.

Вернёмся к линкору «Альберт».

Когда я увидел этот корабль, я подумал: «И что делать с одним единственным кораблём? Только благодаря эскорту из эсминцев и крейсеров линкоры и авианосцы могут показать всю свою мощь. Этот корабль может быть не более чем пугалом».

— Видишь ли, предполагалось, что он будет действовать вместе с флотом. — От слов Лисии стало только печальнее. Было ясно, что этот корабль был как чемодан без ручки.

— Тогда, может, стоит отдать его флоту, заодно сэкономим на его содержании? — спросил я.

— Н-но... Мы ведь смогли использовать для перевозки материалов, разве нет? — спросила она.

— Ну... Да, наверное...

Мы использовали этот бесполезный большой линкор для перевозки материалов, используемых на строительстве города. Он обладал значительной вместимостью, как только с него сняли всё вооружение. Так как дороги до будущего города ещё не были проложены, перевозить материалы на линкоре оказалось во много раз быстрее, чем по суше.

— Но, в таком случае, он был бы куда более эффективным, если бы его изначально построили как транспортный корабль, — сказал я.

— Тьфу! Не будь таким негативным! — запротестовала она.

— Я борюсь с бюджетом, поэтому, стоит мне увидеть что-то, пожирающее деньги, просто не могу с собой ничего поделать.

В этот момент подошла Аиша вместе с Людвином.

— Ваше Величество, я привела сэра Людвина, — сказала она.

— Ваше Величество, Ваше Высочество, добро пожаловать на строительную площадку нового города, — с улыбкой приветствовал нас красивый капитан Королевской гвардии Людвин Аркс. В замке он всегда ходил в серебристого цвета броне, но сейчас он был одет в белую рубашку и кожаный жилет, из-за чего выглядел как красивый моряк из какого-нибудь пиратского фильма.

Я направил Запретную армию на строительство города. Я, конечно, нанял множество людей из инженерно-строительной гильдии, но для проекта такого масштаба их явно было недостаточно.

Именно поэтому я использовал Запретную армию, думая, что я быстро закончу проект, бросив на него большие человеческие ресурсы. После того, как я озадачил себя обучением солдат сапёрным навыкам, не использовать их было бы пустой тратой ресурсов. Здесь находились две десятых Запретной армии, в то время как остальные занимались созданием транспортной сети, которая соединит между собой все города.

— Итак, как продвигается строительство? — спросил я.

— Мы почти разметили территорию. Работа идёт беспрерывно... точнее, должна была... — нерешительно сказал Людвин с горькой улыбкой на устах.

— Сколько мне ещё нужно повторить: вы должны прекратить строительство! — прокричал один человек.

— Слушай, старик, этот город строится по приказу короля, понимаешь? — ответил другой.

Я услышал спорящие голоса, доносящиеся из палатки, которая служила строительным офисом.

— Я говорю это ради блага короля! Нельзя здесь строить город!

— Ты что, не понимаешь, старик? Мы не пытаемся выгнать вас с ваших земель.

— Это ты ничего не понимаешь!

...Это сложно назвать спором, это больше похоже на односторонние крики старика.

Я обратился к Людвину:

— Значит, старик, который живёт здесь, яростно выступает против строительства нового города?

— Да, это местный рыбак. Его зовут Уруп.

— ...Я же вроде говорил вам не скупать агрессивно землю и тому подобное, разве нет? — спросил я.

— Конечно. Мы рассматриваем заявки на поселение здесь, так что прежние жители могут жить здесь, как и жили. Мы даже не будем взимать с них плату за землю. А когда мы будем благоустраивать территорию, мы собираемся бесплатно перестроить им дома.

— Хм... Как по мне, жаловаться здесь не на что.

Насколько я могу судить, здесь не было ничего, кроме бедных рыбацких деревушек. Должно быть, тяжело жить в подобном отдалённом месте. Если бы здесь построили город, многие из неудобств ушли бы с притоком людей. Мало того, что их не выгоняют с такого перспективного места, им даже перестроят дома, так почему же он против нового города?

— Почему этот старик против строительства? — спросил я.

— Ну...

— Я говорю вам, вы навлечёте на себя гнев морского бога! — снова услышал я крик внутри.

«Морской бог?»

— Видите ли, он говорит, что эта земля — владения морского бога, и строительство домов вызовет его гнев.

— В вашем мире есть даже морские боги? — спросил я.

Лисия и остальные энергично покачали головами.

— Никогда не слышала о нём, — сказала Лисия.

— Я тоже не знаю о таком, — согласилась Аиша.

— Это, наверное, просто выдумки старика... — добавил Людвин.

Похоже, никто о нём не слышал.

«Морской бог, да?» — задумался я.

— Впервые в жизни слышу о морском боге, — произнёс голос внутри. — Пожалуйста, ты можешь не мешать строительству из-за своих странных верований?

— Это не верования! Морской бог существует! Если вы будете строить на землях морского бога, то вызовете его гнев и будете уничтожены! Морской бог впадает в ярость примерно каждые сто лет! — закричал мужчина.

«Хм?»

— Когда я был мальчишкой, морской бог разбушевался. Тогда люди, построившие дома на святой земле морского бога, были поглощены им! — добавил он.

«Он говорит о том, о чём я подумал?..»

Я вошёл в палатку. Внутри находились молодой солдат Запретной армии и загорелый старик, на голове которого было скрученное в виде повязки полотенце.

— Простите, сэр. Вы можете поподробнее рассказать о том, о чём вы только что говорили? — вежливо спросил я.

— А ты кто такой? — спросил он. — Я занят разговором с этим молодцем...

— В-ваше Величество! — заикаясь, воскликнул солдат.

— Его Величество?! — увидев, как солдат поднялся и отсалютовал мне, старик издал странный крик.

— Привет, — сказал я. — Я Сома Казуя, (временный) король Эльфридена.

Я подошёл пожать ему руку.

— ...Меня звать Урупом, — ответил старик с напряжённым лицом.

Как только мы закончили с приветствиями, я немедленно перешёл к главному вопросу:

— Итак, Уруп. Вернёмся к тому, о чём ты говорил раньше.

— Хм?! Т-точно! Ваше Величество, пожалуйста, одумайтесь, не стройте здесь город!

— Старик, ты серьёзно собираешься докучать Его Величеству своей чепухой?.. — вмешался солдат.

— Нет, я хочу его выслушать, — я жестом остановил солдата. — Можешь поподробнее рассказать об этом?

— К-конечно. — И Уруп принялся рассказывать мне местную легенду.

По-видимому, эта земля изначально принадлежала морскому богу, но, потерпев поражение от бога земли, он её потерял. Тем не менее, морской бог до сих пор считает её своей и всякий раз, когда здесь строят дома, он уничтожает живущих в них людей.

Именно поэтому в соседней рыбацкой деревушке было правило не строить здесь дома.

Выслушав историю Урупа, Лисия сказала:

— Слишком неопределённо, я ничего не понимаю.

— Только зря время потратили, слушая его, — добавила Аиша.

Обе девушки выглядели раздражёнными, но я испытывал иные чувства.

Я приказал Людвину принести карту и расспросил старика, как далеко простирается «святая земля морского бога». Затем, когда я сузил область, я посмотрел на карту и сказал Людвину:

— Нам нужно внести серьёзные изменения в план города.

— Подожди, Сома, почему ты так заговорил?! — потребовала ответа Лисия.

— Сир, вы же не поверили словам этого старика?! — закричала Аиша.

— Если мы сейчас внесём изменения, это выльется в серьёзную задержку в строительстве... — возразил Людвин.

Я понимаю их чувства, и я тоже не хочу делать что-то столь хлопотное. Но ради благополучия нового города это придётся сделать.

— Сома, ты же не хочешь сказать, что на самом деле веришь в существование морского бога? — спросила Лисия.

— Нет, морского бога, скорее всего, не существует, — сказал я ей.

— Тогда почему...

— Лисия, фольклор — это память народа, — сказал я, сжав виски. — Это знания, передаваемые из поколения в поколения. А зачем, по-твоему, их рассказывают и передают дальше? Потому что наши предки решили, что это важно. Что-то незначимое не будут рассказывать следующим поколениям, а значит, в этой истории есть какой-то урок, мораль или жизненная мудрость.

— Ты имеешь в виду, что к проклятию морского бога это тоже относится? — спросила она.

— Да. Урок этой легенды — не строить дома в определённой области. Если люди проигнорируют этот урок и поселятся там, они обязательно будут уничтожены, — я посмотрел на Урупа и добавил: — цунами, верно?

Глаза Урупа широко распахнулись, и он вдруг весь задрожал.

— В-верно! Это было цунами! Все, кто жил в тех домах, были смыты прочь, вместе с домами и всем остальным!

— Может быть, прямо перед приходом цунами произошло сильное землетрясение? — спросил я.

— К-как вы узнали?! — закричал Уруп, словно только что вспомнил об этом. Возможно, гибель людей и вид смываемых домов были настолько шокирующим событием, что он неосознанно подавил память об этом.

— Истинная природа гнева морского бога — это гигантская приливная волна, вызванная подводным землетрясением, — сказал я.

Даже на Земле совсем недавно смогли в какой-то мере объяснить причины возникновения землетрясений.

Пришлось ждать до двадцатого века, когда было изучено внутреннее строение Земли. До тех пор, даже если мы лично испытывали на себе землетрясение, мы говорили, что вызвано оно было «вулканической активностью» или «подземными водами, превратившимися в пар и образовывающие полости под землёй».

Я использовал руки, чтобы, как в новостных передачах с освещением землетрясения, показать, как одна плита скользит под другой. Однако всё, что я получил в ответ, — это куча пустых взглядов.

— Эм-м-м... Прости. Я совсем ничего не поняла, — сказала Лисия.

— Плиты? Вибрация? Сир, вы сейчас говорите о магии? — спросила Аиша.

— Я тоже не понимаю, — добавил Людвин. — Я не уверен, учат ли таким прогрессивным темам даже в Королевской академии.

Ни один из них меня не понял. Видимо, для таких знаний ещё не настало время.

— Ладно, как именно это происходит, не так важно, — сказал я. — Важно то, что когда происходит подводное землетрясение, оно иногда вызывает цунами. Другими словами, «гнев морского короля», о котором говорит Уруп, происходит не потому, что кто-то строит дома на святой земле, а потому, что это само по себе периодически происходит.

— О боже... Это произойдёт, даже если мы не будем строить там дома? — Старик Уруп стоял с широко раскрытыми глазами.

Я обвёл контуры береговой линии и показал им.

— Также стоит заметить, что береговая линия страны представляет собой символ «<», и мы сейчас находимся на его сгибе. Подобные места получают от цунами гораздо больше урона, чем другие прибрежные районы. Дело в том, что... в том, что вы не сможете понять, даже если я попытаюсь вам объяснить, так что просто примите это на веру.

Если бы я построил миниатюрную модель побережья и вылил воду, чтобы они увидели, как сходятся волны, они смогли бы понять. Однако на это нужно потратить много времени и сил, так что займусь этим как-нибудь в другой раз.

— Но если такое может произойти, то не слишком ли опасно строить здесь город? — заметила Лисия.

Я тяжело вздохнул.

— Хм-м-м... Несколько других мест могут быть лучше этого, но все прибрежные регионы примерно одинаковые, и я могу точно сказать, что это место наиболее близкое к центру страны. Из того, что я услышал, выходит, что между цунами есть долгий промежуток времени, и они происходят раз в сто лет, поэтому, если мы спроектируем город с учётом появления цунами, думаю, всё будет в порядке.

Мы с Людвином смотрели на карту, обсуждая детали нашего плана.

— Для начала нам нужно собрать землю и поднять уровень земли, — сказал я.

— Прямо сейчас? Если делать это голыми руками, это займёт довольно много времени, — ответил он.

— Пусть маги земли из Запретной армии займутся этой работой в первую очередь. Это повлияет на время строительства, но выбора у нас нет.

— Понял, — кивнул он. — Кстати, я слышал, что в Лагуне, центральном городе герцогства Уолтер, есть такие штуки, которые называются волноломами. Может быть, нам тоже их построить?

— Волноломы, да... Они испортят весь пейзаж... — Я задумался над этим предложением. — Если возможно, я хочу использовать этот торговый порт для привлечения туристов. Да и в любом случае, волноломы не справятся с огромными цунами.

— Значит, строить их не будем? — спросил он.

— ...Посмотрим. На самом деле я бы предпочёл построить город, который не будет полагаться на волноломы. В инженерно-строительной гильдии должны быть специалисты по борьбе с наводнениями, стоит пригласить их и узнать их мнение.

— Понял, — сказал он. — Теперь о деталях по плану города...

— Благодаря старику Урупу мы знаем примерную область, которую может поразить цунами, — сказал я. — Мы сможем избежать его, если разместим жилые, коммерческие и промышленные районы подальше от тех мест. И это же касается таких важных строений, как правительственные здания.

— Вы не собираетесь развивать область, которая попадёт под удар? — спросил он.

— Рыбацкую гавань и пристань переместить не получится. Что касается остального, то построим там приморский пляж.

— Понял. Вы собираетесь строить его, исходя из того, что его может смыть.

— Ага, — сказал я. — О, и ещё одно дело, старик Уруп.

— Хм? Какое?

— Я собираюсь назначить тебя зарегистрированным сказителем, и я прошу тебя проследить, чтобы «Легенда о морском боге» не была забыта. Я собираюсь сделать эту должность государственной работой, требующей сертификации, поэтому усердно обучай следующее поколение, рассказывая им эту историю.

— Я, я — государственный служащий?! — воскликнул он.

— Да. И в дополнение к «не стройте дома там, где их достанет цунами» добавь следующее: «Если вы почувствовали землетрясение, ожидайте возникновения цунами» и «Если приближается цунами, уходите на возвышенность». Можешь винить во всём гнев морского бога, просто сделай так, чтобы эту историю можно было легко передавать дальше.

— ...Понял! Я посвящу этому оставшиеся дни моей жизни! — воскликнул он.

— Хорошо. Теперь о стенах, которые будут окружать город...

Трое мужчин оживлённо обсуждали план города. Лисия и Аиша с кривыми улыбками наблюдали за ними.

— Его Величество... похоже, наслаждается этим, — прокомментировала Аиша.

— Определённо наслаждается, — кивнула Лисия. — Если сравнивать с тем временем, когда он пытался найти деньги.

— Не знаю почему, но мне кажется, что я наконец увидела юную сторону Его Величества.

— Юную... ха. Причина, по которой Сома не выглядит юным, почти наверняка заключается в...

— Хм? В чём, принцесса? — спросила Аиша.

— Нет, забудь... Эй, Аиша.

— Да?

— Аиша, тебе... нравится Сома? — спросила она нерешительно.

— Да! Я испытываю к нему огромное уважение и любовь!

— ...Вот как. Тогда давай поддержим Сому, чтобы он и дальше мог улыбаться.

— Да! Конечно! — воскликнула Аиша.

Этот разговор прошёл незамеченным для меня.

◇ ◇ ◇

Тридцать лет спустя произошло землетрясение, и невероятных размеров цунами обрушилось на этот район.

Земля превратилась в потоки грязи, и множество лодок смыло в море, но человеческих жертв было на удивление мало. Все люди, живущие здесь, слышали «Легенду о морском боге», и как только они почувствовали землетрясение, они немедленно начали эвакуацию.

После катастрофы в приморском парке была установлена статуя «Король и старик».

Она была в память о старике, который во времена начала строительства города рискнул своей жизнью, чтобы обратиться к королю и рассказать ему о том, как подготовиться к цунами, и о мудром короле, который прислушался к его советам. Если бы эти двое услышали об этом, они бы криво улыбнулись и сказали: «Они слишком приукрасили».

И особенно интересно, какое выражение лица было бы у старика Урупа, если бы он в загробном мире узнал, что в рассказах он из обычного сказителя превратился в «Легендарного старика»?

Меня зовут Хэлберт Магна, мне 19 лет.

Я старший сын семьи Магна, хорошо известной в сухопутных войсках королевства Эльфриден. Я сам состоял в их рядах, однако случилось всякое разное, и меня насильно перевели в Запретную армию.

Что испортило мне настроение ещё больше, так это то, что моим непосредственным командиром была моя подруга детства, маг земли Каэдэ Фоксия, которая любит заканчивать свою речь словом «нодэсу». Подумать только, теперь я обязан беспрекословно выполнять её приказы... Как бы мне хотелось, чтобы всё это было шуткой.

И сверх того, чем я вообще занимаюсь? Прямо сейчас я размахиваю не мечом, а шанцевым инструментом — лопатой, предназначенной для выполнения инженерных работ и которой также можно пользоваться в ближнем бою.

Запретной армии пришли приказы на марш, и когда я прибыл на место, мне было поручено сваливать в кучу грязь, в оставленную пустой середину заливать вязкую жидкость (?), укреплять стены гравием, а затем сажать саженцы по обочинам. После этого я должен был ставить широко распространённые в столице уличные фонари, наполненные светящимся мхом, который в течение дня поглощает солнечный свет и по ночам выпускает эту энергию в виде свечения. Я повторял и повторял эту работу до бесконечности.

Иными словами, я занимался дорожным строительством.

Лето уже закончилось, но солнце по-прежнему нещадно пекло. Я продолжал рыться в грязи и возводить из неё кучи.

— Какого чёрта... Запретная армия... должна заниматься... такой работой?

— Эй, там. Не болтай попусту и работай усердней, нодэсу!

Смахнув со лба пот, я посмотрел на Каэдэ, стоящей наверху простых подмостков и ударившей по перилам мегафоном, через который она отдавала приказы. Её лисьи ушки, которые обычно стояли торчком, сейчас были повисшими; похоже, из-за жары она чувствовала себя очень неважно.

— Эй, Каэдэ, этой работой... — начал я.

— Ты не можешь так говорить, нодэсу! Хэл, ты мой подчинённый, нодэсу! Ты должен обращаться ко мне правильно, как к начальнику!

— ...Начальник, мэм, этой работой правда нужно заниматься Запретной армии?

— В последнее время у Запретной армии вся работа подобного рода, нодэсу.

— Мы могли бы оставить такие дела строителям.

— Их недостаточно много, нодэсу. Это часть плана по созданию дорожной сети по всему королевству, нодэсу. Мы наняли безработных из столицы, но у нас всё равно так мало рук, что я бы даже не отказалась от помощи элурантропов[✱]Элурантроп — получеловек-полукот. Здесь скрыт каламбур на японскую поговорку, буквально означающую «я бы не отказался от кошачьих рук». Это значит, что вы настолько заняты, что приняли бы помощь даже от кота..

«Пусть и так, но разве в обычных обстоятельствах армия должна заниматься такого рода работами?», подумал я.

— Кроме того, мы не можем отпускать строителей сюда одних, нодэсу, — сказала она. — Чем дальше от поселений, тем сильнее становятся дикие существа. А если для их защиты нанимать авантюристов, то это обойдётся в целое состояние.

— Значит, в конце концов, мы не более чем дешёвая рабочая сила?.. — спросил я.

— Если всё понял, то сейчас же приступай к работе, — сказала она.

— Ты же маг земли, разве не будет быстрее сделать всё магией?

— Я не могу тратить здесь свою магию, нодэсу, — сказала она. — Или, Хэл, ты собираешься прокопать туннель через горы вместо меня?

Я ничего не ответил

Я вернулся к своей работе, выкапывая грязь и складывая её в кучи.

«Уж лучше это, чем копать туннель без магии, — подумал я. — Что это за такое старомодное трудовое наказание?..»

Наконец настал полдень, и мы вернулись в лагерь на двухчасовой перерыв.

Внутри палатки мы ели, болтали либо дремали в своих простых кроватях — носилках с небольшим количеством меха. Во всей видимости, послеобеденный сон сильно поощрялся королём, поскольку он каким-то образом повышал эффективность работы.

Работа в Запретной армии в последнее время включала в себя трёхразовое питание с дневной сиестой, но... никто не стал бы нам завидовать, стоит только узнать, какой работой ради этого нужно было заниматься.

В любом случае, я не собирался ложиться отдыхать, пока не поем, поэтому я с жадностью поглощал содержимое выданного ланчбокса.

Сегодня в нём лежали мясо и свежие овощи, положенные между двумя кусками хлеба. Вкуснотища.

Мясо было слегка приправлено, что, похоже, должно было помочь снять усталость. Это блюдо называется «шогояки», и придумано оно было королём. Оно было приготовлено с приправами под названием «мисо», «соевый соус» и «мирин», которые производили мистические волки.

В Запретной армии нам часто подавали экспериментальные блюда короля, вроде этого. Еда была одной из немногих вещей, которые после моего насильного перевода сюда делали меня счастливым. В сухопутных войсках приоритет количества над качеством был поставлен до такой степени, что это вообще сложно было назвать едой. Если начистоту, стоило мне раз попробовать здешнюю еду, и охоту возвращаться у меня отбило напрочь.

— Этот король... Не могу не признать его талант в кулинарии, — признался я.

— Блюда, которые придумал король, очень вкусные, нодэсу, — согласилась Каэдэ.

В какой-то момент Каэдэ села рядом со мной и принялась есть то же самое.

— И ещё невероятно то, что мы можем каждый день есть свежие овощи, нодэсу, — продолжала она. — Их привозят сюда из ближайших деревень, от которых провели дороги к замку. Чем хороши дороги, так это тем, что они позволяют легко поддерживать линии снабжения, нодэсу.

— Дороги, которые мы строим, сразу становятся полезными, да? — спросил я.

— С такой пропускной способностью почти можно заявить, что продовольственный кризис решён, нодэсу. Мы можем перевозить пищу из районов, где её избыток, в районы, где её не хватает. Мы сможем перевозить еду, которую раньше не могли из-за того, что она портилась, нодэсу.

— ...Он делает это, потому что разбирается во всём этом? — спросил я. — Я сейчас про короля.

— Он невероятный человек, нодэсу. Его предвидение почти пугает.

Я думаю, что Каэдэ тоже невероятна, раз она тоже способна понять всё это. В каких-то аспектах она может быть немного глупой, но у Каэдэ были довольно высокие навыки: она могла использовать магию, а её ум был острым. Возможно, именно поэтому она была выбрана самим королём.

...Как её друг детства, я немного раздосадован.

«...Мне нужно работать усерднее».

— Хэл, когда закончишь с обедом, не хочешь вздремнуть? — спросила она меня.

— Ага... Я так устал, что мне нужно отдохнуть.

— В таком случае, можешь положить свою голову мне на колени, нодэсу, — сказала она.

— Пф! — Я брызнул чаем.

Все внезапно уставились на нас. Я чувствовал кровожадность в большинстве взглядов, направленных в мою сторону от мужчин.

Даже если отбросить суждение о ней как о друге детства, Каэдэ очень симпатичная. Ничего примечательного нет, но её фигура неплоха, а лисьи уши и хвост придают ей очарования. Нет ничего удивительного, что в Запретной армии к ней относились как к идолу.

Король сказал мне держать её подчинённых в узде, если к ней будут высокомерно относиться, но, честно говоря, я думаю, что по просьбе Каэдэ эти парни с радостью пошли бы на смерть. Вот почему их убийственная ярость была направлена на меня, который был так близок к ней.

Я отчаянно закашлялся.

— Что ты такое говоришь?!

— Говорят, принцесса недавно сделала это в столичном парке для короля, нодэсу, — сказала она.

— Я поражён, как они вообще решились сделать подобное на глазах стольких людей...

«Впрочем, они помолвлены и всё такое, так что, наверное, это не так уж и странно, — добавил я про себя. — Это намного лучше, чем иметь напряжённые отношения».

— А ещё говорят, что в следующем году появится королевский наследник. Даже начали делать ставки, какое ему выберут имя, но, так как король прибыл из другого мира, они так и не смогли сократить список имён.

— Вы слишком много болтаете о том, что вас совершенно не касается, — раздался голос.

Каэдэ вскрикнула.

Когда я повернулся в направлении голоса, я увидел поникшего короля Сому и принцессу Лисию с тёмно-красным лицом, стоявшими у входа в палатку.

— Эй, привет. Как поживаете? — неформально спросил нас король Сома.

— Полна энергии, нодэсу, — ответила Каэдэ, взяв себя в руки. — Ваше Величество, вы с принцессой выглядите всё такими же.

— Ну, мы несильно изменились, так ведь, Лисия? — спросил король Сома.

— Ага. И это заставляет меня желать, чтобы ты хотя бы немного стал вести себя подобающе королю.

Король Сома и принцесса Лисия сели за наш стол, как будто это было совершенно естественно для них, и начали вести дружеский разговор с Каэдэ.

«Ха? Чего? Что происходит?»

Король Сома и принцесса Лисия сидели напротив нас с Каэдэ, а тёмная эльфийка, которая была с ними в кафе, стояла у входа в палатку. Я рад, что здесь нет той синеволосой женщины, что, возможно, говорило о психологической травме из-за пережитого мной опыта.

Затем король Сома обратился ко мне:

— Хэлберт, ты привык к жизни в Запретной армии?

— Да, Ваше Величество! Никаких проблем, Ваше Величество!

— Такой формальный... — пробормотал он. — Куда делся твой дух, который ты проявлял раньше?

— Я прошу прощения за своё тогдашнее поведение! — тут же сказал я. — Я был ужасно груб с вами, Ваше Величество...

— Королевские приказы: не расстраивайся из-за этого и не веди себя так формально. И, кроме этого, не нужно называть меня «Вашим Величеством». «Сомы» будет достаточно.

— Но...

— Хэл, ты не расслышал? Это приказ.

— ...Я, я понял... Сома.

— Отлично. Просто я подумал, что мне нужен друг моего возраста, с которым я мог бы обыденно поговорить. — Король Сома... нет, Сома, выглядел удовлетворённым.

«Какого чёрта, мужик? Ты это серьёзно? — подумал я. — Впрочем, раз уж он сам просит, то ладно. Я и так не выказывал ему большого почтения».

— Так... Что ты здесь делаешь, Сома? — спросил я.

— Мы на инспекции. Я хочу посмотреть прогресс дорожного строительства.

— Не говори, что нам нужно серьёзно относиться к своей работе. Мы и так стараемся изо всех сил, — сказал я.

— Кажется, так и есть. Я видел результаты, когда ехал сюда.

— Тебе лучше быть благодарным, — сказал я. — Мы чуть спины не надорвали, когда строили всё это.

— И я награждаю вас хорошей едой и зарплатой, разве нет? Вполне хорошая компенсация.

Я в мгновение ока приноровился разговаривать с ним в непринуждённой манере, и в первую очередь потому, мне было сложно воспринимать Сому как короля.

Когда он увидел, что мы закончили есть, он поднялся со своего места.

— А теперь почему бы вам двоим не присоединиться к нам на время инспекции? Я хотел бы объяснить Лисии дорожное строительство.

— ...А что, одной Каэдэ будет недостаточно? — спросил я. — Она же здесь главная.

— Понимаешь, я хочу показать ей реальный процесс строительства, — объяснял он. — К тому же иногда нужно пользоваться возможностью наладить отношения с начальством и делать то, что оно хочет. Ты же понимаешь, что в будущем это может оказаться полезным для тебя?

— Как это может быть полезным? — спросил я.

— Так... Сейчас я ищу способ сделать зелринг-удон быстрым в приготовлении, — сказал он. — Его можно будет приготовить, где бы ты ни находился, даже в чистом поле, просто добавив горячей воды. Я мог бы отправить несколько пробных образцов в твоё подразделение...

— Идёмте, Ваше Величество, я вам всё здесь покажу. — Я мигом встал и отсалютовал Соме.

Зелринг-удон быстрого приготовления. Это совсем другое дело. Я не могу упустить возможность разнообразить наш скудный рацион полевых пайков.

Принцесса и Каэдэ были изумлены моей неожиданной сменой настроя, но меня это не волновало. В конце концов, еда для меня — на первом месте!

Мы впятером — я, Каэдэ, Сома, принцесса, тёмная эльфийка-телохранитель — прибыли на участок дороги, который находился в процессе укладки. Там Сома попросил меня продемонстрировать для всех процедуру работы.

Первым делом я собрал грязь, чтобы создать обочину дороги.

— Как только он свалит грязь с обеих сторон, мы зальём середину вот этим вязким веществом, — объяснял Сома процесс строительства принцессе.

— Что это за вещество?

— Римский бетон... Смесь вулканического пепла и известняка. Через некоторое время он затвердеет. Он также обладает уникальной вязкостью, из-за чего он не треснет так просто. Как бы объяснить, насколько он прочный... Хм, если посмотреть на него, всё станет понятно.

Сказав это, Сома указал на гигантскую ящерицу, размерами превышающую многие дома. Эта ящерица тянула за собой несколько многоколёсных контейнеровозов, доверху заполненных строительными материалами и провиантом для солдат.

Эту гигантскую ящерицу звали ринозавром.

Также известная как большерогая ящерица, она отличалась двумя огромными клыками, которые росли от вершины носа (Сома описал бы ринозавра следующими словами: «возьмите носорога, добавьте к нему комодского варана, поделите напополам, а затем увеличьте в размерах в десять раз»). Ящерица была всеядной, послушной и легко приручаемой, поэтому их использовали в крупных городах для перевоза больших объёмов грузов. Когда они впадают в ярость, их совершенно невозможно остановить, и я слышал, что поэтому их используют при штурме замков.

— Бетон настолько прочен, что он не треснет, даже если по нему на полной скорости пробежит этот ринозавр, — объяснил Сома.

— Это невероятно, — сказала принцесса. — Он настолько твёрдый?

— Нет, на самом деле он упругий и равномерно распределяет прикладываемую к нему силу. В мире, из которого я прибыл, здания, построенные на этом бетоне 2000 лет назад, стоят по сей день.

«2000 лет? В четыре раза больше, чем существует наша страна? — подумал я. — Ничего себе, это потрясающе».

— По обе стороны дороги установлены дорожные фонари того же типа, что используются в столице. Из-за огромного количества дикой живности я сомневаюсь, что люди будут часто передвигаться по ночам, но зато с ними будет сложно заблудиться. И, наконец, у обочин дороги посажены деревья родом из Защищённого Божеством Леса. Их называют оберегающими деревьями.

— Оберегающими деревьями?

— Аиша, объясни.

— Есть, сэр! Оберегающие деревья постоянно излучают волны, которые не нравятся монстрам и диким животным. Возможно, они это делают для того, чтобы гигантские кабаны не поедали их кору. В Защищённом Божеством Лесу мы плотно садим их вокруг наших деревень, чтобы предотвратить нападения монстров и животных.

— Понятно, — задумчиво сказала принцесса. — Они что-то вроде простого барьера, хм.

Сома, услышав ответ принцессы, удовлетворённо кивнул.

— Это то, что я называю местными знаниями. Во всяком случае, если бы мы плотно посадили их вдоль дороги, то это неизвестно как отразилось бы на местной экосистеме. Поэтому, вместо полной защиты от монстров мы оставляем интервалы, чтобы просто отвадить их приближаться к дороге.

— Зачем? Разве не лучше остановить их полностью? — спросила принцесса.

— Дело вот в чём, Лисия: пепельные волки и красные медведи вместе со сменой времён года меняют свои охотничьи угодья, но если их остановит дорога, то из-за недостатка еды они будут нападать на домашний скот и дома. А гигантские обезьяны и гигантские кабаны, которые в конечном итоге будут оставаться на одном месте, будут спускаться в деревни и разорять поля. И в это же самое время они будут распространять в деревнях всяких паразитов, которые раньше существовали только в горах. И что ты будешь делать, если такое произойдёт?

— Я понимаю, что мы не должны допускать такого, но почему твои примеры насколько конкретные?! — спросила она.

— Потому что справляться с опасными животными — это проблема, заниматься которой должны местные органы самоуправления! — сказал Сома с усталостью на лице.

«Что ещё за «местные органы самоуправления»?», подумал я.

В отличие от меня, Каэдэ, похоже, понимала каждое его слово, и она была очень впечатлена.

— Ого... Вы продумали это настолько далеко. Меньшего от нашего короля нельзя было ожидать, нодэсу, — сказала она.

— Хм-м. Всё, что я сделал, — это собрал кучу знаний мира, из которого я пришёл, — сказал Сома.

Глаза Каэдэ сверкали, и Сома слегка покраснел под её пристальным взглядом.

Принцесса, смотревшая на них двоих, выглядела слегка раздражённой.

— Эмм, принцесса? — сказал я.

— Что? — ответила принцесса.

— Выражение вашего лица пугает.

— П-правда? ...Ты своё-то лицо видел?

И в это самое время...

— Нет!

...раздался внезапный крик. Заинтересованный, что же случилось, я повернулся в направлении крика и увидел тёмную эльфийку, смотрящую на письмо. Её лицо исказилось от эмоций. На её дрожащем плече сидела белая птица.

Это курьер куи?

Используя инстинкт возвращения домой и способность улавливать волны, испускаемые хозяином, куи могут доставлять сообщения между человеком и фиксированным местом. Не считая Вещательной сети, это был самый быстрый способ общения. Получается, она от кого-то получила сообщение?

— Аиша, что случилось? — спросил Сома.

Тёмная эльфийка сказала сквозь дрожащие губы:

— Я только что получила сообщение из Защищённого Божеством Леса, там сошёл крупный оползень!

◇ ◇ ◇

— Я получила сообщение от моего отца, главы деревни тёмных эльфов, — сказала Аиша. — В нём говорится, что прошлой ночью сошёл оползень и похоронил под собой половину деревни. В последнее время в Защищённом Божеством Лесе постоянно шли дожди... Очень много... пропавших без вести... Ох... — Голос Аиша затих посреди рассказа.

Её родная деревня и семья только что пережили страшную катастрофу. Это должно быть большим шоком для неё.

«...Я волнуюсь за неё, но времени успокаивать её нет, — подумал я. — Какие шаги в такой ситуации я, как король, должен предпринять?»

Пока я молча думал, Хэл сказал: «Эй, ты хотя бы мог утешить её...», — но прежде чем я успел ответить, Каэдэ потянула его за ухо.

— Король сейчас думает, — отчитала она его. — Не отвлекай его, нодэсу.

Я наблюдал, как она оттаскивала Хэла. Какой же она хороший друг детства.

«...Так, я собрался с мыслями».

Подняв голову, я тут же отдал приказ:

— Это подразделение должно немедленно отправиться на помощь деревне тёмных эльфов!

Хэл, держась за ухо, удивлённо заморгал:

— Это подразделение? Нас всего человек пятьдесят.

— Помощь при стихийных бедствиях — это гонка со временем, — сказал я ему. — У нас нет времени возвращаться в столицу. К счастью, Защищённый Божеством Лес находится к нам ближе, чем столица. Первым делом я посылаю это подразделение в качестве передовой команды!

Я начал раздавать приказы.

— Лисия, возвращайся в столицу и собери спасательный отряд. И ещё поговори с Хакуей, чтобы он прислал в деревню тёмных эльфов еду, одежду, палатки и прочие вещи для оказания чрезвычайной помощи.

— Я поняла, но... У тебя разве нет «сознания», работающего в столице? Не будет ли быстрее связаться через него? — спросила Лисия.

— Не могу, эффективный радиус Живого Полтергейста — около ста метров. Куклы игнорируют это ограничение, но они не могут заниматься бумажной работой, из-за чего я не оставил ни одной.

Знай я, что произойдёт что-то подобное, я бы оставил хотя бы одну куклу. Будь она там, я, как минимум, мог бы связаться, если бы что-нибудь случилось.

«...Поздно об этом сожалеть», подумал я.

— В общем, — сказал я, — кому-то нужно отправиться лично и запросить помощь.

— Поняла, — сказала она. — Положись на меня.

— Когда отправишься, возьми с собой телохранителей, которые были с нами! Не хватало ещё, чтобы с тобой что-нибудь случилось по пути.

— Думаю, со мной будет всё в порядке, но... Хорошо. Ты тоже будь осторожен, — сказала Лисия и тут же убежала.

Если подумать, может показаться удивительным, что я использую принцессу в качестве посыльного, но сама Лисия была не против этого. По этому вопросу мы с Лисией были на одной волне.

— Аиша, как далеко отсюда Защищённый Божеством Лес? — спросил я.

— Полдня на быстрой лошади, — ответила она. Со средним походным темпом армии, даже если поторопиться, около двух дней.

— Два дня... Когда произошла катастрофа? — спросил я.

— Как я поняла, поздно ночью.

— Значит, прошло примерно полдня? Самое скорое, как мы прибудем — это два с половиной дня после катастрофы... Будет очень тяжело, у нас остаётся всего полдня до того, как закончится 72-часовой период.

— Что за «72-часовой период»? — недоумённо спросил Хэл.

— В случае подобных катастроф существуют определённые временные рамки, после которых показатель смертности среди нуждающихся в помощи резко возрастает. Эти рамки составляют три полных дня с момента катастрофы, и они называются «72-часовой стеной».

— Извини, но ты можешь объясняться понятнее? — спросил он.

— Это значит, что в эти 72 часа можно спасти множество жизней.

— Теперь понял... Э, тогда мы не можем здесь прохлаждаться! Разве нам не нужно как можно быстрее двигаться к Лесу?! До него же два полных дня идти, правильно? — заявил он

— Я знаю, — сказал я. — Здесь есть какой-нибудь транспорт?

— По плану повозки приезжают только чтобы привезти нас сюда или, наоборот, увезти. Чтобы найти транспорт на пятьдесят человек, потребуется какое-то время.

— Чёрт! — сказал я. — Неужели нет другого способа уехать?..

Я кое-что заметил. Хэл и остальные посмотрели на то, на что я уставился, и нервно сглотнули.

Я смотрел на животных, тянувших контейнеры. Возьмите носорога, добавьте к нему комодского варана, поделите напополам, а затем увеличьте в размерах в десять раз — и получите гигантских ящериц, ринозавров. Они были большими, но могли бежать продолжительное время со скоростью, сравнимой с паровозами.

— ...Эй, Хел, Каэдэ, — сказал я.

— Что? — с опаской спросил Хэл.

— Что такое? — спросила Каэдэ.

— Возможно, нас будет укачивать. У вас с этим проблем нет? — спросил я.

— Меня не укачивает, нодэсу, — сказала Каэдэ.

— ...Я справлюсь, — пробормотал Хэл.

— Правда? Тогда я тоже выдержу.

Я немедленно отдал приказ пятидесяти солдатам Запретной армии:

— Выгружайте всё из контейнеров! К счастью, рядом с Защищённым Божеством Лесом проходит дорога, но по лесу нам придётся идти на своих двоих! Чем легче будут повозки, тем лучше! Оставляйте все материалы там, где выгрузили! Никого из вас не обвинят, если они затеряются! Я напишу письменное извинение Хакуе и получу небольшой нагоняй! Также возьмите с собой всю еду, что есть! Мы не можем заявиться к эльфам с помощью, а потом клянчить у местных еду!

— Есть, сэр!

Солдаты Запретной армии, следуя моим приказам, спешно разгружали контейнеры.

Как и ожидалось от людей, которые в последнее время занимались одними строительными работами, действовали они быстро. Они перемещали материалы с эффективностью и слаженностью квалифицированных сотрудников транспортных компаний. Они очень хороши.

— Мы же солдаты, помнишь? — жаловался Хэл.

— Хэл, прекращай трепать языком и принимайся за работу! — сказала Каэдэ.

Каэдэ своей магией с лёгкостью перемещала такое количество материалов, которое в обычных условиях смогли бы поднять только несколько крупных сильных мужчин.

Магия земли, в конце концов, была магией, манипулирующей гравитацией. Она не создавала землю или камни из ничего, а управляла тем, что уже существовало. Вот каким образом она могла проворачивать такие трюки. Это был большой вклад в дело.

...Сейчас самым бесполезным здесь, без сомнений, был я. Будучи ниже среднего по силе, я, пытаясь помочь, только мешался бы под ногами.

Пока я молча наблюдал за работой солдат, не найдя себе никого занятия, ко мне подошла Аиша.

— Ваше Величество...

Она выглядела неважно, словно в любой момент могла рухнуть.

С тех пор, как я нанял её, Аиша всегда была рядом как мой телохранитель, и за это время я повидал много различных выражений её лица. Её полное решимости выражение, когда она обратилась ко мне напрямую; доблестное выражение воина; детское выражение, когда она что-нибудь ела; выражение бездомной дворняжки, которое появлялось на её лице, когда она ждала еду... Я видел много различных выражений, но такое я увидел впервые.

Мне сдавило грудь, когда я смотрел на девушку, которая была гораздо сильнее меня, но сейчас выглядевшей такой слабой. Аиша всегда защищала меня как телохранитель, но сейчас был мой черёд защитить её. Я положил руку ей на голову, которая была примерно на той же высоте, что и моя.

— С-сир?

— Положись на меня, — я потянул её к себе и прислонил её голову к моему плечу. — Пусть я намного слабее тебя, Аиша, но я могу привести в движение большое количество людей. Так что положись на меня. Пока хоть кого-то можно будет спасти, я буду стараться изо всех сил.

— Сир... Си-и-и-и-ир! — Уткнувшись лицом в моё плечо, Аиша заплакала.

Я нежно гладил её голову.

Пока приготовления не были закончены, я утешал рыдающую Аишу.

Защищённый Божеством Лес находится на юге страны.

Название леса берёт своё начало из легенды о том, что лес находится под защитой божественного зверя, который принял форму большого горала.

В последние годы его никто не видел, и единственным доказательством его существования была его божественная защита: она не позволяла саранче пожирать лес, не давала ему страдать от засухи и мороза и поддерживала деревья зелёными круглый год. Божественный зверь, существование которого подтверждается только его божественной защитой... Он действительно существует?

Это тёмные эльфы объявили, что их леса находятся под защитой божественного зверя.

Лес занимал примерно такую же площадь, как Море деревьев у подножья горы Фудзи. Это называлось лесом, но на самом деле это были автономные владения тёмных эльфов, и эта ксенофобская раса никогда не позволяла представителям другим рас входить в их лес. Даже Аиша пришла ко мне с прошением применить суровые меры к нарушителям границ.

В этот момент около пятидесяти человек (в следующих отрядах их будут сотни) собираются войти в лес для оказания помощи. Однако это, видимо, будет рассматриваться как особый случай, поскольку это происходило по просьбе Аиши, дочери главы тёмных эльфов. Тёмные эльфы жили в лесу, защищали свою независимость и ненавидели посторонних.

На самом деле, несмотря на то, что они сильно пострадали от оползня, они бы не отправили в столицу просьбу о помощи. Если бы с Аишей не связались, то мы, возможно, никогда бы и не узнали о случившейся катастрофе. То, что они пытались решить свои проблемы самостоятельно, похвально, но с их стороны было бы глупостью по этой причине увеличивать число жертв.

— Они стали такими закостенелыми, потому что они даже не пытаются взглянуть на внешний мир, — печально сказала Аиша, пока мы шли по Защищённому Божеством Лесу. — Я вступила в контакт с вами, сир, и вы выслушали мои убеждения, и в последнее время есть признаки перемен, но...

В её голосе появилось негодование.

— Сейчас не то время, чтобы в одиночестве жить в лесу. Мы не сможем узнать, когда угроза со стороны Владений Короля демонов начнёт продвигаться на юг! Неужели они серьёзно думают, что божественный зверь спасёт нас, если мы запрёмся в лесу? Божественный зверь — защитник леса, а не расы тёмных эльфов!

— Э-э-э, да... — сказал я, ошеломлённый.

— Вот почему мы, тёмные эльфы, должны больше узнать об этом огромном мире. — Аиша показывала своё рвение. Кажется, это первый раз, когда она выглядела такой представительной.

— Кроме того, если я останусь в лесу, как я буду есть вкусные блюда, которые готовит Ваше Величество?! — добавила она.

...Беру свои слова обратно. Это всё та же Аиша.

«Но пусть лучше она будет такой, чем напряжённой и беспокойной», подумал я.

Вскоре после того, как мы прибыли в деревню, нас встретил красивый мужчина, на вид старше двадцати лет.

— О, Ваше Величество! — прокричал он. — Как хорошо, что вы прибыли.

Его красивое лицо имело определённое сходство с лицом Аиши. Может быть, это её старший брат?

Он был высоким, как минимум 190 см ростом. Судя по украшениям, которые он носил на голове и руках, у него был высокий статус, но плащ высокого качества на нём был запачкан землёй. Он выглядел немного уставшим.

Встав перед этим молодым эльфом, Аиша ударила рукой по своей груди и сказала:

— Отец, я привела с собой Его Величество.

— Хорошая работа, — сказал он. — Твоя дружба с Его Величеством, должно быть, завязалась по воле божественного зверя.

— Отец?! — воскликнул я.

Моё удивление вызвало улыбку на усталом лице эльфа.

— Мой король, рад с вами встретиться. Я глава тёмных эльфов и отец Аиши, Водан Удгард. Спасибо, что приглядываете за моей дочерью.

— Э, конечно. М-м-м... Вы выглядите очень молодо.

— Чистокровные эльфы в определённом возрасте перестают стареть, — объяснил он. — Мы живём в три раза дольше людей, так что, хоть я и выгляжу молодо, на самом деле мне уже 80 лет.

«Понятно, — подумал я. — Это очень похоже на истории, в которых говорится, что эльфы невероятно красивы, очень долго живут и долгое время остаются молодыми. Но мой камергер Маркс полуэльф, а выглядит он старым. Неужели у полуэльфов продолжительность жизни и процесс старения отличаются?»

Отложив этот вопрос в сторону, я прошептал Аише:

— Он довольно приветлив. Разве тёмные эльфы не должны ненавидеть посторонних?

— Мой отец — глава фракции, выступающей за культурную либерализацию, и он понимает важность культурного обмена с внешним миром. Отец был единственным, кто одобрил моё отправление с прошением к вам.

— Понятно. Получается, твоя склонность не волноваться насчёт правил появилась под его влиянием, да? — сказал я. Я пожал руку Водану. — Я — (временный) король, Сома Казуя. Я прибыл сюда по просьбе Аиши для оказания помощи.

— Как хорошо, что вы пришли, — сказал он. — Но вы ведь король, так что, пожалуйста, не нужно так формально говорить со мной.

— ...Договорились.

— Однако я и представить не мог, что король лично прибудет сюда.

— Так получилось, что я в это время проводил инспекцию, — объяснил я. — Я взял с собой пятьдесят человек из Запретной армии, которые были под рукой, в качестве передового отряда. Через несколько дней должна прибыть вторая группа с предметами первой помощи.

— Премного благодарен. По правде говоря, я бы рад устроить вам приветствие со стороны всей деревни, но, надеюсь, вы поймёте, учитывая обстоятельства.

— Я понимаю, — сказал я. — Произошедшее очень ужасно.

Вокруг этой деревни был посажен плотный круг оберегающих деревьев. Поселения, в которых жили тёмные эльфы, были раскиданы по всему лесу, и если рассматривать Защищённый Божеством Лес как страну, то эта деревня могла считаться её столицей. Тёмных эльфов, живущих здесь, было на порядок больше, чем в других поселениях.

Примерно треть деревни с восточной стороны была погребена под землёй и песком. Похоже, это обрушился слегка возвышающийся склон. Возможно, из-за продолжительных дождей земля была ослаблена потоками воды. В настоящее время погода была ясной, что было нам на руку, ведь если бы сейчас шёл дождь, то во время спасательной операции мог сойти ещё один оползень.

— Какой нанесённый ущерб? — спросил я.

— Мы установили почти сто пострадавших. Ещё более сорока человек — пропавшие без вести.

«Так много, — подумал я. — Теперь количество спасённых будет зависеть от того, как быстро мы будем действовать».

— Тогда немедленно начинаем спасательную операцию, — сказал я. — Однако существует риск схода ещё одного оползня, так что будет лучше эвакуировать женщин и детей в безопасное место. И ещё нам нужно, чтобы несколько человек внимательно следили за горой. Если гора начнёт хоть немного двигаться или будет издавать странные звуки, они должны немедленно сообщить об этом. Будет серьёзной проблемой, если сойдёт второй оползень, пока мы будем спасать пострадавших.

— Я всё устрою, — согласился он. — Есть ещё что-нибудь, что я могу сделать?

— Пожалуйста, составьте список пропавших. Будем вычёркивать их из него, как только подтвердим их спасение.

— Понял.

Обсудив всё с Воданом, я отдал приказы Аише и Запретной армии.

— Аиша.

— Да, сэр!

— Займись эвакуацией женщин и детей в место, которое не пострадает от оползня. Посоветуйся по этому вопросу с Воданом. Ты должна сопроводить их и убедиться, что они добрались до туда в целости и сохранности.

— Есть, сэр! Поняла!

— Отлично, — сказал я. — С этого момента Запретная армия начинает поиски людей, считающихся пропавшими. Вы же, ребята, поднаторели в рытье ям, я уверен. Слушайте в оба уха, и, если услышите голоса людей, зовущих на помощь, осторожно спасайте их.

— Есть, сэр! — ответили хором солдаты.

— Однако убедитесь, что не делаете ничего, с чем не сможете справиться. Если будет похоже, что сойдёт ещё оползень, немедленно отступайте, даже если в этот момент кого-то спасаете. Я запрещаю вам, спасателям, кого-либо терять. Всем понятно?

— Да, сэр!

Я кивнул и прокричал приказ:

— А теперь начинаем спасательную операцию!

Спасательная операция была изнурительной битвой.

Все работали сообща, делая всё, что было в их силах. Они звали пропавших по имени, внимательно прислушивались в ожидании ответа, и уловив даже слабейший ответ, осторожно раскапывали грязь и песок.

Все, будь то местные жители или солдаты Запретной армии, вместе перетаскивали землю и рубили упавшие деревья, затем вытаскивая людей, попавших в ловушку под землёй. Каэдэ своей магией передвигала большие камни, в то время как женщины из деревни кормили спасённых и ухаживали за ранеными.

Что же до меня, то я вместе с Хэлом занимался поисками.

— Хэл, под этим большим деревом! Там кто-то дышит! — позвал я.

— Ха?! Я ничего не слышал, — ответил он.

— Давай, они там! Копай быстрее!

Хэл с сомнением посмотрел на меня, но, когда он начал копать в указанном месте, из земли показалась рука маленькой девочки.

— Серьёзно?.. Подожди, мы скоро тебя спасём!

Хэл убрал землю и вытащил девочку-эльфийку.

Она казалась довольно бледной, хоть это было сложно заметить из-за её смуглой кожи. Такое состояние следовало ожидать, учитывая, сколько времени она провела в сырой земле.

Хорошо, что сейчас жаркое лето. Будь сейчас хотя бы ранняя осень, она бы, возможно, умерла от холода к тому моменту, как её бы откопали.

Когда я вернулся с одеялом, Хэл обнимал девочку и гладил по спине.

— Всё хорошо, теперь ты в безопасности.

— ...У-у-у ...уа-а-а-а-а!

— Всё хорошо! Теперь с тобой всё будет хорошо! — Хэл отчаянно пытался успокоить рыдающую девочку.

Если вам интересно моё мнение, в таких ситуациях мужчины совершенно бесполезны. Единственное, на что оказались способны мы с Хэлом, — это повторять «всё хорошо».

Я укутал девочку в одеяло, и как только она успокоилась, я подозвал ближайшего солдата.

— Отнеси эту девочку в безопасное место.

— Есть, сэр! — ответил солдат.

Мы смотрели, как солдат уносит девочку, и Хэл сказал мне:

— Я поражён, что ты узнал, что она там. Я её голоса вообще не слышал.

— Даже сейчас, когда мы говорим, я занимаюсь поиском, — сказал я.

— Используешь какое-то поисковое заклинание? — спросил он.

— Не совсем... Я использую это. — Когда я протянул ладонь Хэлу, из-под земли вырылась маленькая вещь и вскочила на неё.

Хэл, увидев её, удивлённо моргнул.

— Это... мышь?

— Да, деревянная.

Это была мышь длиной десять сантиметров, вырезанная из дерева. Я управлял ей с помощью Живого полтергейста, чтобы искать выживших, погребённых под землёй. Моя способность позволяла мне управлять куклами на большом расстоянии, но, похоже, единственным требованием была форма живого существа, не обязательно гуманоидного. Пока я показывал эту мышь Хэлу, четыре других мыши перемещались по округе, прямо как настоящие мыши, и искали людей, нуждающихся в спасении.

— Удивительно, что ты носишь с собой что-то подобное, — сказал он.

— Я нашёл их в магазине, когда был на свидании с Лисией, — сказал я. — Я подумал, что они могут где-нибудь пригодиться, поэтому положил их в дорожную сумку вместе с другими предметами для самозащиты.

Кстати, в сумке также были две маленьких куклы Мусаси-боя, которые сейчас вели наблюдение в лесу. Даже в местах, где оползень разрушил дороги, эти легковесные ребята запросто перепрыгивали через препятствия.

— Твоя сила гораздо удивительней, чем я думал, — сказал он.

— Ага. По-моему, это первый раз, когда я её использовал не для бумажной ра... Угх! — Я опустился на колени, и меня стошнило.

— Эй, что случилось?! — с беспокойством в голосе сказал Хэл. — Э-эй, Сома.

— Буээ... — Меня стошнило, затем я сильно закашлял.

— Т-ты в порядке? Чего тебя так внезапно стошнило?

— ...П-прости. Одна из мышей во время поиска... нашла сильно пострадавший труп...

— Сильно пострадавший?..

— Его глаза...

— Нет, стой! Не хочу это слышать! — Хэл отвернулся и закрыл уши руками.

Я посмотрел на землю перед нами.

Когда по новостям освещают районы бедствия, в них обычно фокусируются на трагедиях пострадавших и надеждах выживших. Однако сейчас, когда я на собственной шкуре переживал это, это было чертовски бо́льшим, чем я себе представлял. Реальность была слишком суровой для широкой аудитории. Это разобьёт их сердца.

Так, у меня нет времени думать над этим.

— Хэл! Я нашёл двух людей, в тени камня в пятидесяти метрах впереди от нас и налево.

— Понял!

...Сейчас я должен убить в себе эмоции.

Мы старательно продолжали оказывать помощь. Нам удалось выкопать множество тёмных эльфов из заваленных землёй развалин.

Каждый из них был так или иначе ранен, и многие имели серьёзные раны, из-за чего о них приходилось серьёзно позаботиться даже после спасения. Часто, к тому времени, как мы их откапывали, они были мертвы.

Поначалу соотношение выживших и умерших было примерно пятьдесят на пятьдесят, но сейчас был небольшой перевес в сторону умерших. Из почти ста пострадавших, о которых сказал Водан, когда мы прибыли в деревню, только два десятка были мертвы, и было понятно, что со временем ситуация будет неуклонно ухудшаться.

Спасатели также проявляли признаки сильного истощения. Они по очереди отдыхали, но с момента катастрофы прошло уже три дня.

Было очевидно, что тёмные эльфы устали, но солдатам тоже было нелегко, ведь им пришлось пройти долгий путь, а затем целый день заниматься поисками. Они уже выкопали множество тех, кто нуждался в помощи (некоторые были живы, а некоторые нет).

Я подумал, что было бы разумно поговорить с Воданом и свериться, сколько ещё людей считалось пропавшими без вести. Если бы мы могли сократить количество пострадавших, то мы смогли бы сосредоточить наши силы на поисках в том районе, где пропавшие, по нашему мнению, могли бы быть.

Когда я размышлял над этим...

— О божественный зверь! Почему ты позволил этому случиться?!

...я услышал отчаянный крик.

Когда я оглянулся, я увидел молодого (?) тёмного эльфа, чем-то напоминающего Водана. Он бил головой и кулаками по земле.

Я спросил Аишу, которая вернулась после эвакуации женщин и детей:

— Аиша, кто это?

— Это... мой дядя, Робтор Удгард. Он младший брат моего отца.

— И раз он кричит и плачет, это значит...

— Да, — кивнула она. — Его жену и дочь, то есть моих тётю и кузину, до сих не нашли.

— Это должно быть... тяжело. Ты в порядке, Аиша?

— Ну, понимаете... Мой отец — лидер либералов, но дядя — лидер консерваторов. Я не очень много с ними общалась... Его дочь ещё молода и мила, и мне больно от того, что с ней это произошло...

— Понятно...

Мы уже пересекли черту в 72 часа. Если её до сих пор не нашли, то, скорее всего, она...

В этот момент Робтор посмотрел в нашу сторону. Заметив меня, он, спотыкаясь, подошёл к нам.

— Король... О король... Почему?

Робтор схватил меня за отвороты, из-за чего Аиша закричала на него, но я жестом остановил её. Вместо того, чтобы сжать их посильнее и попытаться поднять меня, он просто держался за них, словно цепляясь за меня. Если бы я отошёл от него, он, вероятно, тут же бы рухнул.

— О король. Я делал всё, чтобы защитить этот лес. Так почему, почему лес забрал у меня мою семью?..

Я не мог найти слов. Я посмотрел на Аишу.

— Мой дядя был против периодического прореживания, — сказала она. — Он сказал, что это нелепо, что тёмные эльфы, защитники леса, должны заниматься бессмысленной вырубкой. Место, которое обрушилось, не было прорежено из-за возражений дяди, — объяснила она.

«Вот как... Даже не знаю, что сказать...»

— О король! Скажи мне, почему! Почему лес, который я защищал, уничтожил мою семью? Если бы я срубил деревья, как сделал Водан и остальные, была бы сейчас моя семья цела?!

— Это... знать невозможно, — сказал я.

— Нет! — взвыл он.

— Это правда, что периодическое прореживание способствует росту подлеска и увеличивает способность земли удерживать воду. Это создаёт условия, которые снижают вероятность схода оползня. Однако это лишь делает сход менее вероятным. Сильные дожди в течение длительного периода, как было в этом случае, могут послужить его причиной... Это могло случится где угодно.

— Нет... Ты говоришь, что нам просто не повезло... — пробормотал он.

— Если смотреть с точки зрения того, где случился оползень, то да. Однако периодическое прореживание означает, что в лесу всегда кто-то работает. Люди могут услышать странные звуки, увидеть, как сдвигается лес, и заметить другие признаки надвигающегося оползня. Если их заметят, то можно предприняты меры, и люди смогут эвакуироваться.

Это было одним из преимуществ посадки террасных рисовых полей именно на горных склонах.

Может показаться, что вырубка деревьев для освобождения места для рисовых полей увеличивает риск схода оползней, но фактически количество оползней, приводящих к человеческим жертвам, уменьшается. Дело в том, что люди постоянно работают на полях и быстро замечают признаки надвигающегося оползня, благодаря чему успевают предпринять меры. Самая сильная контрмера против оползней — постоянное наблюдение за лесами. У эльфов нет систем обнаружения селевых потоков, как в современной Японии, из-за чего наличие наблюдателей имеет большее значение.

— Я всё время защищал лес... Это было неправильным решением? — простонал он.

— Твоя вера в том, что ты защищал лес, была неправильной, — сказал я. — Природа не настолько хрупка, чтобы ей нужна была защита людей.

Аиша рассказывала мне, что деревья в Защищённом Божеством Лесу были долгожителями. Вот почему тёмные эльфы не заметили, как лес остался без молодняка, а земля стала слабой. Им просто повезло, что раньше таких катастроф не случалось, но они убедили себя, что они защищают лес.

— Человек эгоистично уничтожает лес, но попытки защитить его также эгоистичны, — сказал я. — Природа проходит через цикл смерти и возрождения, но мы стараемся сохранить её в удобном для нас состоянии. Всё, что могут сделать люди, — это предпринимать некоторые меры вроде периодического прореживания, сохраняя лес в состоянии, в которым мы можем сосуществовать с ним. Изо всех сил пытаясь не будить лихо, пока тихо.

Он потерял дар речи.

В этот момент одна из моих деревянных мышей что-то нашла.

— Вон там! Я нашёл мать и ребёнка! — прокричал я.

— Г-где?! — запинаясь, воскликнул он.

— Подожди... Они в разрушенном доме прямо и слева от нас, в двух метрах от горного хребта!

Мы побежали туда и спешно начали убирать землю и песок. Там, между разрушенными брёвнами, мы нашли маленькую девочку и женщину, которая, как я предположил, была её матерью. Мать крепко обнимала свою дочь, пытаясь защитить её. Когда Робтор увидел их, он пытался что-то крикнуть, но из его рта не выходило ни звука. Очевидно, это были его жена и дочь.

Когда мы вытащили их, то обнаружили, что женщина была мертва.

Как я и думал, надежды нет... Аиша в это время крикнула:

— Сир! Девочка ещё дышит!

— Быстро отнеси её к спасательному отряду! — крикнул я. — Не дай ей умереть!

— Поняла!

Проводив взглядом Аишу, которая несла завёрнутую в одеяло девочку, я посмотрел на Робтора, который рыдал над бездыханным телом жены. Я подумал, что, может быть, будет лучше оставить его в покое, но у этого мужчины всё ещё был тот, кто нуждался в его защите. Я не мог позволить ему оставаться здесь.

Я положил руку ему на плечо и мягко с ним заговорил:

— Она защищала твою дочь до самого конца.

— ...Да...

— Возьми себя в руки! Теперь твоя очередь делать это!

Он выглядел шокированным.

— Да... Да!.. — Говоря сквозь рыдания, Робтор снова и снова кивал.

Некоторое время спустя прибыл второй спасательный отряд, за которым Лисия отправилась в столицу. Завершив поиск всех пропавших, передовая команда была освобождена от его обязанностей.

Для ремонтно-восстановительных работ будет задействована более многочисленная и лучше оснащённая вторая команда.

В последний раз безмолвно помолившись за погибших, передовая команда отправилась обратно в столицу. Покрытые грязью и измученные, члены отряда набились в контейнеры как сельди в бочке. Прямо сейчас Хэл, вероятно, отдыхал, положив голову на колени Каэдэ.

Я тоже был не в лучшем состоянии и ехал в карете с Лисией, которая приехала за мной.

Аишу мы оставили в деревне. Учитывая, в каком ужасном состоянии находилась её деревня, она никак не могла сосредоточиться на своих обязанностях. Я приказал ей остаться в Защищённом Божеством Лесу.

Я прислонился к окну кареты и задремал...

— В этот раз я ничем не смогла помочь, — печально сказала Лисия.

— Ты же привела спасательный отряд, забыла? — спросил я. — Каждый сделал всё возможное. На самом деле... если кто ничем и не смог помочь, то это я.

— Едва ли это так. Я слышала, что ты очень многое сделал. — Лисия попыталась подбодрить меня, но я только покачал головой.

— Я — король. Во время кризисов отдавать приказы на месте событий не является обязанностью короля. Его обязанность — подготовить всё до того, как кризис произойдёт. Я... сделал недостаточно.

— Это не...

— Запретная армия, на мой взгляд, хорошо справилась с работой спасательного отряда. Однако было слишком много слабых мест, которые я упустил. Средства связи, перевозки на дальние расстояния, запасы для оказания помощи в каждом районе, медицинские команды в спасательных отрядах, психиатры для лечения пациентов с ПТСР... Всё это я упустил. Я был так сосредоточен на продовольственном кризисе и проблеме с тремя герцогами, что небрежно отнёсся к этим приготовлениям.

Я посмотрел на отражение своего лица в окне, покрытое грязью и носившее выражение усталости.

Лисия смотрела на меня с беспокойством, но я сделал вид, что не заметил этого.

Рандел, центральный город герцогства Кармин.

В конференц-зале замка, что стоял в центре города и был резиденцией герцога Георга Кармина, собрались три герцога, возглавляющие сухопутные войска, военно-морской флот и военно-воздушные войска.

Во главе стола сидел хозяин замка, Георг Кармин.

Этот зверолюд с головой льва и большим мускулистым телом, одетый в военную форму, имел вид воина, прошедшего через множество битв. Зверолюди жили не дольше людей, но даже в свои пятьдесят он не проявлял признаков дряхления. Одного его присутствия было достаточно, чтобы в воздухе царило напряжение.

По правую руку от Георга сидела адмирал флота, Эксель Уолтер.

Прекрасная мизучи с рожками, выглядывающими из синих волос, носила кимоно, по стилю похожее на японское. Мизучи — это раса, живущая более тысячи лет, и герцогиня прожила уже более пятисот из них, но выглядела при этом на середину третьего десятка лет. Однако, вопреки её внешности, её командование показывало весь опыт, который пришёл к ней с возрастом.

Напротив неё сидел маршал военно-воздушных сил, Кастор Варгас.

Он выглядел как галантный молодой человек, но два демоноподобных рога, торчащие из его красных волос, два перепончатых крыла, растущие из спины, и ящерицоподобный хвост выдавали в нём полудракона — драконьюта. Ему было почти сто лет, но, поскольку драконьюты жили до пятисот лет, он ещё считался юным. Вид у него был такой, словно он был сильно не в духе.

Глядя на этих двоих, Эксель вздохнула:

— ...Я думала, что мы тут собрались, чтобы избежать бессмысленной борьбы.

— Что, герцогиня Эксель, боитесь этого щенка? — агрессивным тоном обратился Кастор к Эксель. — Когда-то внушающая страх мизучи герцогиня Эксель постарела?

— О, я? Помнится мне, кто-то пятьдесят лет назад пытался соблазнить эту старушку. Кто же это был, хм? — спросила Эксель

— Кх.

— И, кроме того, ты должен обращаться ко мне не «герцогиня Эксель», а «мама», разве нет?

— ...Да.

Игривым тоном она приструнила Кастора.

По правде говоря, Эксель была первой любовью Кастора. Возможно, из-за того, что он не смог забыть о ней, когда она его отвергла, позже, когда он встретил её дочь Акселу, он влюбился в неё с первого взгляда, и позже они поженились. Короче говоря, Кастор был зятем Эксель, и она была не тем человеком, с которым он мог вступить в спор и выйти из него победителем.

— Кастор, ты всё ещё хочешь противостоять королю? — спросила она.

— Конечно! Меня не волнует, герой он или как ещё его захотят назвать, но этот ложный король захватил трон, принудил принцессу Лисию к помолвке и незаконно правит страной! Как я могу служить такого человеку?!

— Это говорят только дворяне, которые бежали от обвинений в преступлениях, — поправила она его. — Король Альберт отрёкся от престола по собственной воле в пользу человека, которого счёл лучшим преемником. А отношения короля с принцессой Лисией вполне гармоничные.

— Ничего об этом не знаю! Он может просто притворяться! Если он хочет изменить страну, так пусть делает это как вассал! Что было не так с правлением предыдущего короля? — рявкнул он.

Эксель мудро решила промолчать.

«Никаких проблем не было, но то, что и ничего хорошего тоже не было — само по себе проблема», — подумала Эксель, но сказать это вслух было бы проявлением неуважения к предыдущему королю, так что она оставила свои мысли невысказанными.

Эксель восприняла скорость, с которой Альберт отрёкся от престола, подозрительной, но последующие события указывали на то, что это было мудрым решением. В памяти Эксель Альберт не был правителем, способным на подобное решение, но, возможно, он просто вырос как личность.

— Кроме того, мне не нравится, как он высокомерно относится к нам, трём герцогам, долгие годы защищавшим эту страну! — вскричал мужчина. — Письмо, которое он прислал мне, как только он воссел на трон, гласило: «Выбирайте, подчиняетесь мне или нет», представляете?

— Там было написано: «Если поможете мне с моими реформами, я окажу вам продовольственную помощь и проложу дороги к вашим землям»... Разве нет? — спросила она.

В трёх герцогствах население было меньше, чем в королевских землях, и благодаря запасам на армейских складах продовольственный кризис на их территориях был не таким серьёзным. Однако, когда герцогства вскрыли склады и начали нормировано раздавать продовольствие, все торговцы, торговавшие едой, разорились из-за отсутствия спроса. Следующими из-за роста безработицы стали закрываться магазины, поскольку их товары не продавались. Затем, по цепной реакции, разорились ремесленники, которые обеспечивали товарами эти магазины.

В это же самое время Сома выдавал помощь только бедным и не больше необходимого, продвигал потребление продуктов, которые до сих пор не было принято есть, и расширял транспортную сеть страны, строя дороги. Тем самым ему удалось свести к минимуму масштабы экономического спада. Из трёх герцогств только герцогство Уолтер имело независимые морские торговые пути и едва смогло остановить цепную реакцию, продавая излишки своих товаров за рубеж.

«Но я смогла это сделать только потому, что в моём герцогстве есть порт, — подумала Эксель. — Ни у Кармина, ни у Варгаса нет внешних торговых путей. С его большой армией, а также укрывшимися у него дворян с их частными армиями, у Кармина должна быть самая тяжёлая экономическая ситуация. Если это так, то почему Георг так категоричен в противостоянии королю?»

Пока она размышляла, Кастор проревел:

— «Я буду кормить вас как питомцев, если будете слушаться», вот что это значит! Он смотрит на нас свысока!

— Если это ради блага твоего народа... разве не стоит принять это предложение? — спросила Эксель.

— Меня оно не устраивает! Он думает, что ради этих подачек мы будем ходить по струнке?!

— Сомневаюсь, что королю нужно животное, у которого кроме гордости ничего нет, — сказала Эксель.

Кастор ударил обеими руками по столу.

— ...Что с вами сегодня?! Такое чувство, что вы поддерживаете короля! Я знаю, что он вам не нравится, ведь вы проигнорировали его просьбы о помощи!

— Будь добр, не веди себя так, будто мы одинаковые, — сказала она. — Мы, мизучи, во главе угла ставим мир и безопасность нашей любимой Лагуны. Если он гарантирует мне это, я готова ему подчиниться.

У расы мизучи, во главе которой стояла Эксель, была своеобразная система ценностей.

Мизучи прежде всего думают о нуждах своего города, Лагуне. Их предки когда-то жили на одном из Островов Девятиглавого Дракона, но потерпев поражение в войне за правление островами, они ушли в море и стали пиратствовать.

В конце концов, после долгих лет странствий их предки построили базу, которая позже стала городом Лагуна. Мизучи стойко защищали землю, которую они наконец обрели и к которой относились с гордостью и любовью. Единственной причиной, по которой они вступили в объединительную войну, после которой возникло многонациональное королевство Эльфриден, было стремление защитить Лагуну.

— Если это принесёт выгоду Лагуне, я буду вилять хвостом перед кем угодно, а тех, кто будет ей угрожать, я уничтожу, как много бы их ни было. Такова гордость мизучи, — заявила она.

— Ха, вилять хвостом перед кем-то — это гордость? — фыркнул он.

— Да. Я буду сражаться за то, что должна защитить. Я не дитя малое, которое закатывает истерику, если ему что-то не нравится. Если проблему можно решить путём переговоров, то лучшего исхода и быть не может. Будет глупо развязывать внутреннюю войну, когда наши соседи высматривают возможность нанести по нам удар.

— ...Княжество Амидония? — пробормотал он.

Он говорил о стране к западу от Эльфридена.

Потеряв почти половину своих территорий во время экспансионистской политики короля, правившего перед Альбертом, Амидония искала возможности вернуть потерянные земли. Намереваясь вмешаться в противостояние короля Сомы и трёх герцогов, Амидония отправила герцогам письма, в которых говорилось: «Если вы намерены свергнуть ложного короля, мы готовы отправить вам на помощь войска».

— Ха, что за упрямые люди, — фыркнул он. — Очевидно же, чего они хотят.

— Я уверена, что король получил точно такое же письмо, — сказала Эксель. — Не думаю, что он примет предложение, но они могут послать «подкрепления» в любом случае. Теперь ты понимаешь, как глупо будет перессориться друг с другом?

— Хм. Ладно, тогда почему бы вам просто не перейти на сторону короля.

— Есть ещё пара вещей, которые я хочу увидеть и оценить, и затем я приму решение. Пару вещей о короле и о вас.

Эксель направила взор в сторону Георга Кармина. После нескольких лёгких любезностей, которые она получила, когда она вошла в комнату, он закрыл глаза и ничего не говорил. Слушал ли он разговор Эксель и Кастора или же думал о чём-то своём? Не мог же он просто спать, но... Такое отношение начало раздражать Эксель.

— Георг, а ты что об этом думаешь? — потеряв терпение, спросила Эксель.

— ...О чём об «этом»?

— О, божечки. Так ты не спал, — сказала она. — Конечно же, я спрашиваю о причине, по которой ты, самый патриотичный и лояльный стране среди нас, враждебно настроен к новому королю.

— Герцогу Кармину не нравится ложный король, так ведь? — спросил Кастор.

— Я не тебя спрашивала, Кастор, — сказала она. — Ответь мне, Георг. Отбросив пока его легитимность, его правление было стабильным. Так почему ты нагнетаешь обстановку?

Допрашиваемый Эксель, Георг медленно открыл рот:

— Я решил, что он не способен править этой страной. Вот и всё.

— Почему? Чем тебя не устраивают его способности, если он скоро преодолеет продовольственный кризис и экономические трудности, которые чуть не погубили страну?

— Чтобы добиться этого, этот король от многого избавляется без тени сомнения. — Георг открыл глаза. Одного этого было достаточно, что атмосфера стала ещё более напряжённой.

Эксель и Кастор нервно сглотнули. Георг был самым молодым среди них, но по внешнему виду и мышлению он был наиболее зрелым. Он испускал впечатляющую ауру величайшего воина этой страны.

— Я слышал, что король был призван из иного мира, — сказал он. — А значит, не имея каких-либо привязанностей, он начнёт без сомнений избавляться от того, что посчитает неэффективным, будь то история, традиция, солдаты или вассалы. Я не прав, герцогиня Эксель?

— Ну... — Эксель поняла, что ей нечего ответить. Да, она могла представить, что правление короля Сомы выйдет на этот путь.

— Король прогнал вассалов, долгое время служивших стране, — продолжил он.

— Он сделал это потому, что они коррупционеры.

— Вы продолжаете говорить это, несмотря на то, что своими действиями он вынудил их выступить против него? Вы сами только что говорили о глупости ставить страну под удар в такое время, и семена этого посеял король.

— Пусть и так, но это ты приютил этих дворян, — сказала она.

— Недовольные королём — идеальные пешки для борьбы с ним, — ответил он. — Я не намерен восстанавливать их в правах, когда война закончится.

Эксель вздрогнула, увидев, как поднимаются уголки рта Георга. «Он собирается отправить продажных дворян на смерть в этой войне?!»

Он разгромит короля, уничтожит продажных дворян, а даже если они переживут войну, он найдёт повод казнить их. А повод непременно найдётся, ведь они совершили много преступлений.

Таким образом, столица будет очищена от фракции короля и продажных дворян. Останется пустота, на которой он может построить всё, что его душе будет угодно. Он может восстановить короля Альберта в качестве марионетки или даже сам сесть на трон.

Эксель встала.

— Ты совсем с ума сошёл от амбиций на трон, Георг?!

— Э-эй, успокойтесь, — вмешался Кастор, пытаясь сгладить ситуацию. — Вы же говорите о герцоге Кармине. Я уверен, он и не думал узурпировать трон, так ведь?

Георг кивнул.

— Конечно нет. После свержения короля Сомы я верну короля Альберта на трон, которого мы и будем поддерживать.

— ...Ты меня не убедил. — Эксель села обратно. Она притворилась спокойной, но на самом деле она была очень нервной.

«Ситуация ещё хуже, чем я думала. Это худший возможный сценарий... Возможно, мне нужно отталкиваться от того, что Кармин вступил в сговор с Амидонией. Кх, если бы Кастор хоть немного разбирался в людях, то мы вдвоём могли бы взять вверх над герцогом Кармином...» — Эксель проклинала своего зятя за близорукость.

Её дочь вышла замуж за него и вошла в его дом, позже родив ему двух детей. Её беспокоило то, что могло произойти, если она позволит герцогу Кармину победить, но если Эксель будет единственной, кто присоединится к фракции короля, и король Сома победит, то что произойдёт с женой и детьми предателя Кастора? По законам этой страны при совершении серьёзного преступления родственники до третьего колена также считались виновными в этом преступлении. Если она разорвёт связи с домом Кастор, и дом Уолтер сможет избежать причастности, но как быть с Акселой и её детьми...

— Кастор, — сказала она.

— Что?

— Разорви связи с Акселой, Карлом и Карлой.

— Вы же не думаете, что я проиграю этому щенку?! — вскрикнул он.

— Это на случай, если случится худшее. Ты должен учитывать такую возможность, если собираешься пойти против короля.

Эксель посмотрела на Георга, но его глаза были закрыты, как бы говоря, что он не будет вмешиваться. Несмотря на то, что при нём обсуждали поражение... неужели он настолько уверен в себе?

С другой стороны, Кастор, которому сказали разорвать все контакты с женой и дочерью, выглядел обеспокоенным.

— С Акселой и Карлом проблем не будет... но с Карлой ничего не получится.

— Почему?! — потребовала ответа Эксель.

— ...Потому что она никогда меня не слушается.

В этот момент двери зала с треском открылись.

Через открытые двери вошла молодая девушка поразительной красоты. Её огненно-красные волосы и золотые зрачки поражали. На вид ей было лет 16-17. Одета она была в комплект металлическо-красной тяжёлой брони, а за спиной у неё были пара драконьих крыльев и хвост.

— Карла... — прошептала Эксель.

Эта была дочь Кастора, Карла.

Черты лица она унаследовала от Эксель, и она была прекрасна, но характером она пошла в своего отца. Вместо того, чтобы заниматься свойственными женщинам занятиями, она присоединилась к подразделению ВВС, которое возглавлял Кастор, и тренировалась изо дня в день. Из-за её прекрасного лица множество сыновей дворянских родов пытались привлечь её внимание, но она недвусмысленно заявила: «Я никогда не возьму в мужья мужчину, который будет слабее меня».

Фактически, она была вторым сильнейшим бойцом в ВВС после Кастора, так что все её поклонники так ничего и не добились. У Кастора были противоречивые чувства на сей счёт: он был рад, что она способна постоять за себя, но в то же время волновался, сможет ли она когда-нибудь выйти замуж.

Появление Карлы вызвало у Эксель плохое предчувствие о том, что сейчас произойдёт.

И, как она и ожидала, Карла заявила:

— Бабушка! Если отец решил сражаться, то я буду сражаться вместе с ним!

На лбу у Эксель забилась жилка, и она закричала:

— Нет, ты этого не сделаешь! Ты что, планируешь стать предателем в таком возрасте?!

— Я не могу простить ему свержение короля Альберта и принуждение моей подруги, принцессы Лисии! — заявила она. — Я своими руками покараю его за эту дерзость!

— Ты не так всё поняла! — вскрикнула Эксель. — Король Сома...

— Эх... Это бесполезно, мама. Её в таком состоянии не переубедить, — пожал плечами Кастор.

— Вы все... Боже мой...

Даже когда Эксель в ужасе схватилась за голову, Георг не прервал своего молчания.

◇ ◇ ◇

Ван, столица княжества Амидония.

Территория Амидонии была вытянута с севера на восток, а столица находилась в восточной части страны.

Некоторые считали, что Ван располагается слишком близко к Эльфридену, но его выбор в качестве столицы, вероятно, был проявлением их неразрушимой решимости вернуть потерянные восточные земли.

В замке столицы, в рабочем кабинете мужчина средних лет с длинными усами просматривал документы.

Его покрытая мантией фигура выглядела несколько полной, но причиной этому были широкие плечи. На самом деле он не был жирным. Под его мантией скрывалось очень мускулистое тело.

Этим мужчиной был Гай VIII, князь Амидонии.

— Хо-хо... — сказал он.

— Что-то случилось, отец? — спросил стоящий напротив него молодой, чуть старше двадцати лет, мужчина. У него было красивое лицо, но его глаза излучали холод, вызывающий озноб у всякого, кто смотрел в них. Это был наследный принц Амидонии Юлий.

Гай протянул Юлию документ, который он только что читал.

— Оно от Георга Кармина. Похоже, он «созрел».

— Ох, ну наконец-то, — сказал Юлий. — Я слышал о быстрых, жестоких атаках, которые он проводил в молодости, не давая нам времени перевести дыхание. Для человека таких способностей он действовал ужасно медленно.

— Уверен, дело в том, что он состарился, — сказал его отец. Если бы его ум всё ещё был при нём, он бы никогда не принял наше предложение.

— Действительно...

Когда Юлий вернул ему документ, Гай поднялся со своего места.

— Мы начнём исполнять план, когда новый король объявит войну. Отправьте «подкрепления» в королевство.

— О?.. И какой стороне?

— Какой? Королю мы скажем, что мы с тремя герцогами, а трём герцогам — что мы с новым королём.

— Понятно, — сказал Юлий. — В таком случае нам не нужно выполнять приказы какой-либо из сторон.

— Хе-хе-хе. Точно.

Гай и Юлий посмотрели друг на друга и зловеще ухмыльнулись.

Но рядом была та, кто смотрела на это холодным взором.

«Боже мой... Порой я просто не знаю, что мне делать с моим стариком и идиотом-братцем».

Холодный взор принадлежал молодой девушке.

Ей было 16-17 лет. Её лицо напоминало красивое лицо её брата Юлия, но оно не источало его жестокость. Её глаза были маленькими и блестящими, и со своим круглым лицом она обладала очарованием куклы тануки. Её длинные волосы были собраны в два хвоста на загривке. Эта девушка была первой принцессой княжества, Ророа Амидония. Однако, вопреки её внешнему виду, её внутренний голос в выражениях не сдерживался (и имел торгашеский акцент).

«Наша страна и так ненадолго задержится в этом мире. Неужели эти идиоты намерены сократить и без того жалкие остатки времени?», думала она.

Амидония была горной страной. Она обладала большими залежами металлов, но пахотных земель было мало, из-за чего в ней были постоянные проблемы с продовольствием. В соседнем Эльфридене тоже был продовольственный кризис, но он не был ни в какое сравнение с тем, с чем столкнулась эта страна. Даже слегка плохой урожай приведёт к тому, что люди начнут умирать от голода.

«Я понимаю, почему старик желает получить для нас хотя бы немного больше плодородных земель, правда понимаю, но старик тратит все деньги, которые я с таким трудом сэкономила для него, на армию», — в расстройстве заскрипела зубами Ророа.

Ророа мало того что была принцессой, но и обладала сверхъестественным деловым чутьём, и она из тени занималась финансовыми делами страны. Переведя экономику на торговлю с другими странами, она ограничивала экспорт ресурсов и поощряла экспорт готовых товаров, руководствуясь защитой и развитием собственного производства. Можно сказать, что Амидония, находившаяся на грани экономической катастрофы, до сих пор не разорилась только благодаря денежному чутью Ророа.

Однако Гай не лучшим образом воспользовался способностью Ророа зарабатывать деньги.

«Если бы они вложили средства, которые я заработала, в развитие промышленности, то могли бы получить ещё больше денег. Но нет, эти ничего не смыслящие в экономике и помешанные на войне олухи тратят все деньги на военные нужды. Что ещё хуже, так это то, что они искренне верят: «Если мы нарастим военную мощь, то сможем получить всё, что нам нужно». Они совсем дебилы? Ты тратишь деньги, чтобы зарабатывать деньги, это важный цикл. А если ты просто вливаешь деньги во что-то, это называется расточительством! ...Но даже если бы я заорала на них, они бы, наверное, даже не стали меня слушать...»

— Эй, Ророа, ты согласна? — спросил её брат.

— Да, брат. — Когда разговор внезапно сместился к ней, Ророа ответила с широкой фальшивой улыбкой. На самом деле она не слышала ни слова из их разговора...

«...Это, может быть, конец для нашей страны. Эх, как же я завидую Эльфридену. С их большим населением у них должно быть много денег с налогов, которые можно пустить в дело, и, самое главное, у них есть король, который мог бы понять, о чём я говорю. Честно говорю, я так завидую кошельку нашего соседа... Его кошельку?»

В этот момент Ророа пришло озарение.

«Если я завидую кошельку соседа... Почему бы мне просто не объединить его кошелёк с моим? Провернуть это наиболее законным способом... Получится ли у меня?.. Ага, думаю, получится. В таком случае, мне нужно связаться со стариком, который охраняет Нелву...»

Ророа начала формулировать свой план. Высокий риск — высокая отдача.

Говорят, что когда Ророа взялась за величайшую интригу в своей жизни, её улыбка немного походила на улыбки её отца и брата.

◇ ◇ ◇

Парнам, столица королевства Эльфриден.

В рабочем кабинете я выслушал последний доклад от Хакуи о продовольственном кризисе.

— Как вы можете увидеть в прилагаемых документах, мы можем ожидать хороший осенний урожай. Кроме того, созданная вами транспортная сеть увеличила передвижение людей, и теперь товары распространяются по всей стране, устраняя их переизбыток или нехваток. Это, конечно же, касается и продуктов питания. Исходя из этих фактов, я считаю, что мы можем рассматривать продовольственный кризис более-менее решённой проблемой.

— Рад это слышать, — сказал я. — Весь наш тяжкий труд был не напрасен.

Это был долгий путь, но теперь я, наконец-то, могу взять передышку. Поскольку я уделял этой проблеме всё своё время, этот момент для меня был особенно эмоциональным. Однако...

— Теперь мы можем спокойно приступить к следующему этапу, — игнорируя моё сентиментальное настроение, сказал Хакуя.

«...Следующий этап, да?»

— Нам... в самом деле нужно это сделать, да? — спросил я.

— Это давит на вас? — спросил он.

— Ну, да. Я понимаю, что это необходимо сделать, но...

Да. Это было необходимо.

Политический мыслитель Макиавелли сказал в своём «Государе»:

«Если государь приложит руку в акте жестокости, то, даже совершённый в мирные времена, он поставит своё положение под угрозу. Но, даже когда некоторые государи не сдерживали себя, никаких восстаний или вторжений иноземцев не было. Причина этого в том, как правитель воспользовался своим проявлением жестокости — с хорошими или плохими целями»

«Опытный человек будет жесток в том случае, когда над ним нависла опасность. После устранения угрозы он бы решительно отказался от дальнейших актов жестокости и вернулся к такому правлению, которое бы насколько возможно удовлетворяло общественным интересам. В таком случае он будет называться мудрым государем. И наоборот, если он начал своё правление со зла и в дальнейшем раз за разом совершал акты жестокости, то это неправильное использование жестокости»

Из-за этих изречений гуманисты христианской церкви долгое время критиковали «Государя». Однако упомянутая здесь жестокость — это не действия типа массовых убийств простых людей. Он говорил об использовании хитрости, чтобы раз и навсегда разобраться со своими политическими оппонентами.

Если суметь укрепить свою власть с помощью одного акта жестокости, а затем хорошо управлять, то народ будет счастлив. С другой стороны, если всё время беспокоиться о том, что замыслили твои политические оппоненты, и не проводить какую-нибудь стоящую политику, если не удалить корень неприятностей одним ударом, а снова и снова вычищать предателей, то в результате потеряешь доверие своих поданных.

Чезаре Борджиа, которого Макиавелли считал идеальным правителем, обеспечил себе абсолютную власть, уничтожив влиятельных дворян, которых он пригласил к себе на пир.

Ода Нобунага с умом использовал свою жестокость, за очень короткое время возвысившись с провинциального до великого даймё. Однако чрезмерное использование жестокости стоило ему жизни: в конечном итоге он был предан своим вассалом и убит.

Другими словами, жестокость — это драгоценный меч государя, который может разрубить что угодно, но если слишком часто его использовать, он станет проклятым мечом, который рано или поздно уничтожит своего владельца.

— Как я уже говорил, — сказал я, — я считаю твой план жестоким.

— Да, — согласился он. — Но вы также сказали: «Если мы сделаем это, то должны закончить всё одним ударом».

— Полагаю, ты сможешь так сделать? — спросил я.

— Приготовления уже завершены.

— ...Тогда хорошо.

Я мог бы сказать, что это делается ради страны, но я не испытывал сильной привязанности к этому месту.

Это было и не ради справедливости или по какой-то великой причине. Но когда я спросил себя, зачем я это делаю, у меня в сознании появились лица Лисии и остальных. Улыбающиеся лица тех, кто жил в этой стране: Лисии, Аиши, Джуны и Томоэ.

Я подумал об узах, которые потерял в старом мире. Подумал об узах, которых я создал в новом мире.

Я уже думал об этих девушках как о своей семье.

«Казуя, создай семью. А когда создашь, защищай её, чего бы это ни стоило».

«...Я знаю, дедушка. Я буду защищать свою семью до самого конца, что бы ни встало на нашем пути».

Чтобы сделать это, на один раз я готов стать жестоким королём.

— Приступаем к «покорению».

Авантюристы.

Профессия этих людей, которые бросали вызов подземельям и зачищали их, раскрывая многие сокрытые в них тайны, была полна романтизированных приключений. Однако в то же самое время авантюристы были мастерами на все руки, бравшимся за задания от гильдии (вроде охраны торговцев, устранения опасных зверей и тому подобного) в обмен на вознаграждение. А теперь кое-что об этих авантюристах. Среди новейших городских легенд, что ходят по Парнаму, столице Эльфридена, есть одна, известная как...

«Авантюрист в кигуруми».

В ней рассказывается об авантюристе ростом 1,7 метра, который носит кигуруми — своего рода костюм, покрывающий всё тело. Его оружием была нагината, которую он носил за спиной. Он был пухлым и напоминал неваляшку, но он мог быстро двигаться и, судя по всему, был очень одарённым. Он не вступал в группы, берясь за задания по устранению опасных животных в одиночку, но иногда, если какая-нибудь группа искала себе временного компаньона, он присоединялся к ней для обследования подземелий.

Кстати говоря, в гильдии он был зарегистрирован как «Мусаси-бой».

◇ ◇ ◇

— Эм-м-м... Значит, ты тот авантюрист, который временно присоединился к нашей группе? — с сомнением спросил мужчина-воин.

Пухлый кигуруми стоял возле доски с заданиями в гильдии и перед группой из четырёх авантюристов (состав группы: один мужчина-воин, один мужчина-жрец, одна девушка-вор и одна девушка-маг).

В руках кигуруми была нагината, за спиной висела плетёная корзина, его лицо скрывалось за повязкой из белого шёлка (на самом деле она была пришита), а глаза-жёлуди, которые выглядывали из-под густых бровей, были очаровательны.

Кто это был? Снеговик? Круглая кукла? Нет, это Мусаси-бой!

Мусаси-бой дико замахал руками, имея в виду: «Правильно».

— О, может быть, это ты тот авантюрист в кигуруми, о котором в последнее время говорят?.. — спросил Дек. Он был мечником с привлекательным лицом, и он не выглядел бы неуместно в бой-бэнде.

Мусаси-бой кивнул.

— Т-ты сейчас?.. — Выражение лица Дека стало немного напряжённым.

Учитывая глупую внешность Мусаси-боя, такую реакцию следовало ожидать. Его товарищи тоже были сбиты с толку.

— Ой, да ладно, я знаю, что нам не хватает человека на передовой, но нам правда нужно привлекать такого парня? — спросила красивая молодая девушка, чьи вызывающие глаза производили сильное впечатление. Её голос был полон яда. Эта девушка, одетая с лёгким уклоном в панк-моду, была вором по имени Юно. Авантюристы, которых называли ворами, разумеется, не были настоящими грабителями. Их вспомогательная роль в группе заключалась в обнаружении врагов и обезвреживании ловушек в подземелье, а также они могли вступать в рукопашную схватку.

Мужчина-жрец доброго вида, Фебрал, упрекнул её:

— Ну-ну, может его наряд и выглядит нелепо, но всё, что я о нём слышал, указывает на то, что он надёжный авантюрист. Я не думаю, что у нас возникнут проблемы. Мы всё равно сегодня не собирались в подземелье, а сложность задания должна быть на уровне новичков.

Его роль, жрец, также называли «целителем». Название не указывало на какие-либо религиозные убеждения.

— О, конечно, какой врееед? Он как бы симпатичный, в любом случаеее! — Эта лёгкая и воздушная красавица, женщина-маг Джулия, начала игриво опираться на Мусаси-боя, наслаждаясь его мягкостью. Мусаси-бой был немного раздражён этим.

Сухо посмеиваясь над этой сценой, Дек протянул руку Мусаси-бою.

— В таком случае, рад поработать сегодня с тобой.

Мусаси-бой пожал ему руку.

— ...Ты не можешь говорить?

Мусаси-бой кивнул.

Дек на мгновение замер.

— Ой, да ладно, всё точно будет в порядке?

Никто не попытался развеять сомнения Юно.

Группа вместе с присоединившимся к ней Мусаси-боем отправилась в подземные ходы в столице.

Эти туннели, судя по всему, первоначально были созданы для побега королевской семьи в случае нападения врагов на столицу. Чтобы запутать преследователей, ходы были построены как сложный трёхуровневый лабиринт.

В этот раз авантюристы получили задание «Разведка подземных ходов и исследование обитающих там существ (и, по возможности, их уничтожение)».

Поскольку эта страна не знала войны и хаоса со времён правления предыдущего короля Альберта, значимость этих туннелей уменьшилась, и их больше не поддерживали должным образом. В результате гигантские крысы и другие крупные существа облюбовали это место как свой дом. С текущей ситуацией внутри туннелей не было бы неуместно называть их подземельем.

Теперь о причине, по которой этими туннелями заинтересовались. Судя по всему, недавно севший на трон король захотел использовать их с иной целью, и по этой причине он направил это задание в гильдию. До тех пор, пока в подземных ходах не станет безопасно, сколь угодно авантюристов могли взяться за это задание. Выдаваемая награда зависит от уничтоженных существ. Это было малооплачиваемое, но с малым риском задание, подходящее новичкам.

Группа авантюристов вместе с Мусаси-боем продвигалась по этим подземным туннелям. Раздражённая холодным, влажным воздухом, Юно ткнула голову Мусаси-боя.

— Эй, не давайте этому парню вставать впереди! Он блокирует мне обзор.

— Какой толк от фронтлайнера, идущим сзади? — огрызнулся Дек. — Смирись.

Юно недовольно щёлкнула языком. В этот момент всё и произошло.

Перед авантюристами внезапно возникла гигантская змея. Она была десяти метров в длину и достаточно толстой, чтобы один человек смог обхватить её руками. Она подняла голову, угрожающе зашипев на авантюристов. Дек и Мусаси-бой тут же пришли в движение.

— Мы справимся на передовой! Все остальные поддерживают нас сзади!

Мусаси-бой поднял большие пальцы вверх.

В следующий момент гигантская змея ударила. Удар был нацелен на Дека. С этого момента змея по какой-то причине игнорировала Мусаси-боя, атакуя только мечника.

— Что за, почему она гонится только за мной?! — воскликнул Дек.

Мусаси-бой выглядел сбитым с толку.

Позвольте мне объяснить. Поскольку змеи ищут свою добычу по теплу их тел, эта змея никак не могла увидеть Мусаси-боя, который был всего лишь кигуруми.

Дек принял удар хвостом, и, хотя ему удалось заблокировать его щитом, его стойка нарушилась. Воспользовавшись дырой в защите, змея проскользнула между двумя бойцами на передовой и напала на стоящую позади троицу. Первой целью стала Юно, которая выступала в качестве поддержки и стояла посередине на защите.

— Эй, почему она игнорирует этого кигуруми и идёт ко мне?! М-мне не выстоять против змеиииии!

Похоже, от неожиданной атаки змеи ноги Юно подкосились. Она упала на задницу и не могла пошевелиться, а змея в этот момент широко раскрыла пасть и двигалась прямо на Юно. В тот миг, когда она уже была уверена, что ей конец...

Вжух!

Когда змея уже собиралась вонзить свои клыки в Юно, Мусаси-бой своей нагинатой со спины разрубил её напополам. Разрез прошёл по середине тела от головы до самого хвоста, и обе половины змеи какое-то время продолжали трястись, прежде чем окончательно замереть.

Мусаси-бой взмахнул нагинатой, чтобы очистить её от крови.

Придя в чувства, Юно застенчиво сказала Мусаси-бою:

— С-спасибо...

Мусаси-бой показал ей поднятые большие пальцы, а затем похлопал её по голове.

Увидев, как Мусаси-бой не хвастался, а вместо этого проявил к ней заботу, Юно приложила руку к груди. Она, должно быть, ужасно испугалась, подумала она, потому что её сердце по какой-то странной причине пустилось в галоп.

«О-он странный... но, похоже, не плохой парень».

Переосмыслив своё мнение об этом человеке (?), Юно поспешила за остальной группой.

Группа продолжила разведку. Когда они вошли на второй уровень, атаки гигантских существ стали более интенсивными. Теперь они встречали не только одиночных противников; некоторые из них нападали стаями.

Мусаси-бой разрубил рой гигантских летучих мышей вихревой атакой.

— О, а ты хорош.

Мусаси-бой показал Деку поднятые большие пальцы.

— ...Хм? Эй, приятель...

Мусаси-бой наклонил голову вбок, как бы говоря: «Что?»

— Знаешь, у тебя на спине висят несколько маленьких летучих мышей... — сказал Дек.

Мусаси-бой завертелся вокруг.

— Лааадно... Сейчас я сниму их с тебя, — сказал Дек.

Позвольте мне объяснить. Мусаси-бой не чувствует боли, и поэтому он не заметил, что его кусали.

Несколько минут спустя.

Плеск, плеск.

Мусаси-бой провалился в дыру, полную воды, и начал молотить по ней.

Плеск, плеск.

«Скорее, помогите мне», — взывал он к членам группы.

Этот вид вызвал у Джулии и Фебрала тепло внутри.

— Он сейчас как будто играется... — сказала Джулия.

— Ага, — согласился Фебрал.

— Эй, давайте поможем ему! — сказала Юно. — Давай, ты тоже. Хватайся уже.

Юно потянулась, вытаскивая Мусаси-боя. Спасённый, Мусаси-бой снова и снова кланялся Юно.

«Большое тебе спасибо! Я никогда не забуду твою доброту!» — говорил он.

— Н-не надо благодарить, — пробормотала Юно. — Я задолжала тебе раньше. Для товарищей вполне естественно помогать друг другу.

«Ты готова признать меня товарищем?!» — Мусаси-боя переполняли эмоции.

— Д-да кого это волнует! Давай, пойдём уже.

«А, подожди меня!» — Он последовал за Юно.

Медленные, лёгкие шаги Мусаси-боя затихли вдали. Остальные члены группы были ошеломлены.

— Юно... только что разговаривала с этим кигуруми? — спросил Дек.

— Как по мне, похоже на то, — кивнул Фебрал. — Только кигуруми и слова не сказал.

— Если она на самом деле разговаривала, то, может быть, благодаря силе любви... — хихикнула Джулия.

— Любви?! — одновременный ответ двух мужчин эхом отдавался по тёмному туннелю.

Несколько часов спустя авантюристы наконец добрались до третьего уровня.

Возможно, он был построен таким просторным, потому что потолки здесь, казалось, были двадцати метров в высоту, а проходы были широкими. Этот третий уровень находился в самом низу подземных ходов. Не учитывая небольших неудач по пути, их продвижение здесь проходило гладко.

— Никакого вызова, — сказала Юно. — Теперь я понимаю, почему эти подземные ходы считают уровнем новичков.

Мусаси-бой наклонил голову набок, как бы говоря: «Правда?»

— Понимаешь, мы привыкли к монстрам в подземельях, — объяснила Юно. — Как бы свирепы они ни были, мы ни за что не проиграем каким-то там животным.

Он посмотрел на нее, как бы говоря: «Но ты ведь ужасно испугалась той змеи...»

— О-она не в счёт! У всех есть что-то, чего они боятся! — взорвалась Юно.

Он пожал плечами, словно сказал: «Конечно, конечно, я понял».

— Эй, если тебе есть что сказать, так говори! — злилась она. — Если бы я серьёзно...

Остальная часть группы выглядела ошеломлённой, когда эти двое в подземном туннеле спорили друг с другом (пусть и говорила только Юно).

— Серьёзно, как работает их общение? — спросил Дек.

— Я начинаю склоняться к предположению Джулии о любви, — сказал Фебрал.

И тогда это произошло.

— Ха?! Все, будьте настороже! — закричала Юно.

Расслабленную атмосферу словно ветром сдуло, и все приняли боевые стойки. То, как быстро они это сделали, было частью того, что делало авантюристов такими впечатляющими.

— Юно, сколько их? — спросил Дек.

— Один, — ответила она. — Но он невероятно огромный.

Воры обладали острыми чувствами и на основе слабейшего звука или вибрации могли судить о точном количестве и размере противников.

— О каком размере идёт речь? — спросил Дек.

— Гигантская змея по сравнению с этим ничто, — ответила она.

— Это же обычный подземный ход, верно? — спросила Джулия. — Что здесь делает что-то настолько большое?

— Я слышал, что в подземных пространствах существа могут расти до размеров, которые просто немыслимы при обычных обстоятельствах, — ответил Фебрал. — Как только они достигают определённого размера, у них не остаётся естественных хищников, и, поскольку температура здесь круглый год примерно одна и та же, они не умирают, а просто продолжают расти.

— То есть ты хочешь сказать, что впереди сейчас находится что-то столь же большое? — спросил Дек.

В тот момент, когда слова сорвались с уст Дек, задрожал воздух. Не нужно было обладать навыками вора, чтобы знать, что огромное нечто было почти рядом с ними.

— Оно идёт! — закричала Юно.

Появилось существо. Его массивное тело почти достигало потолка, который был слишком высок для подземного туннеля. У него была слизистая кожа, и, в отличие от его рта, который, судя по его виду, мог широко раскрываться, глаза были такими маленькими, что авантюристы поначалу не поняли, что это были именно глаза.

— Саламандра! — закричали четверо в унисон.

Только у одного человека (?), Мусаси-боя, была отличная от остальных реакция: «Абсурдно огромная саламандра?!»

Дек не мог поверить своим глазам.

— Ой, да ладно... Обычные саламандры ведь максимум двух метров в длину...

«Саламандры в этом мире обычно размером с комодского варана?!» — Мусаси-бой был удивлён, но этого никто не мог заметить.

— Эта явно больше десяти метров длиной, — сказал Дек.

— Значит, они могут вымахать до таких размеров... — Фебрал был впечатлён. — Однако, то, что это саламандра, — большая проблема. Их слизь очень кислотная. Атаковать оружием ближнего боя будет очень опасно, и она устойчива к жаре. С другой стороны, если мы сможем её заморозить, то сражение станет легче лёгкого...

— У нас никто не может использовать магию льда, — сказал Дек. — Если бы огонь сработал, Джулия справилась бы с ней с помощью своей магии, но... Как насчёт вас, мистер Кигуруми?

«Не-а», — он покачал головой.

— Ну, раз ничего другого нет, тогда... убегаем, — сказал Дек, лидер группы, призывая к отступлению. — Нашим заданием были разведка и исследование. Нам нет смысла перенапрягаться. Если мы просто доложим, что мы нашли эту штуку, замок должен будет отправить команду для уничтожения.

— ...Я понимаю ход твоих мыслей, но сможем ли мы так просто уйти? — спросил Фебрал.

Как отметил Фебрал, саламандра пристально следила за авантюристами.

Дек заскрежетал зубами, поднял щит и пошёл вперёд.

— Нам нужно уходить. Фебрал и Джулия быстрее всех, они пойдут первыми. Юно без большого количества снаряжения, она пойдёт следующей. Мистер Кигуруми, могу я рассчитывать на то, что вы вместе со мной прикроете тыл?

«Оки-доки!» — он поднял вверх большие пальцы.

— Окей... Разделились!

Все пришли в движение после приказа Дека.

Фебрал и Джулия побежали назад по пути, по которому они пришли сюда, в то время как Дек и Мусаси-бой остались, держа саламандру под контролем. Юно хорошо использовала свои ноги, проворно бегая вокруг и сбивая саламандру с толку. Саламандра попыталась последовать за двумя убежавшими, но не смогла продвинуться вперёд, когда Дек и Мусаси-бой блокировали её, а движения Юно запутывали её.

Саламандра, в конце концов потеряв терпение, издала крик и взмахнула своим длинным хвостом. Слизь, которая была на её хвосте, повсюду разлетелась.

— Ох, слизь! Берегись! — закричал Дек.

— И-и-и! — закричала Джулия.

Высококислотная слизь падала каплями и задевала авантюристов. Она попала на щит Дека, на нагрудник Юны, на спину облачения Фебрала и на длинную юбку Джулии, шипя и издавая неприятный запах, когда растворяла ткань и металл.

— Слизь саламандры расплавит и кожу! Снимайте снаряжение, на которую она попала! — крикнул Фебрал, скинув верх.

Услышав его, Дек уронил свой щит, а Джулия сняла юбку, продолжая бежать и попутно демонстрируя нижнее бельё.

— Подождите, она попала мне на нагрудник! — закричала Юно.

— Так снимай его быстрее! Если не снимешь, можешь позабыть о своей груди, а вместо неё будешь свои голые рёбра показывать! — закричал Дек.

— Кх...

Юно сняла с себя нагрудник и рубашку, оставшись топлесс. Она изо всех сил старалась прикрыться правой рукой, держа в левой руке короткий меч, но от смущения она стала ярко-красной.

— Юно, просто убегай! Мистер Кигуруми, с вами всё в порядке?

Как только Дек убедился, что Юно начала убегать, он посмотрел на Мусаси-боя и обнаружил, что его лицо было покрыто слизью.

— Э-эй! Ты что делаешь?! Снимай свой кигуруми!

Мусаси-бой в ответ на беспокойство Дека лишь показал головой. При более пристальном рассмотрении, несмотря на слизь, на нём не было никаких признаков разложения.

— ...Твой кигуруми что, устойчив к кислоте? — спросил Дек.

Мусаси-бой показал ему поднятые большие пальцы.

Позвольте мне объяснить. Для «кожи» Мусаси-боя его хорошо зарабатывающий создатель, которому не на что было тратить свою зарплату, использовал особые, высококачественные, устойчивые к ударам, пуленепробиваемые, холодостойкие, жаропрочные, кислотостойкие волокна.

На мгновение Дек был ошеломлён.

— Ха-ха-ха!.. Хорошо, через десять секунд мы тоже побежим. Приготовься... Три, два, один.

На счёт «один» оба развернулись на каблуках и побежали. Саламандра последовала за ними. Однако из-за своего массивного тела двигалась она не очень быстро.

Только они успели подумать: «Мы сможем сбежать!», как саламандра снова взмахнула хвостом. Поскольку сделала она это во время бега, слизь разлетелась в случайных направлениях.

— Ух! — взвыла Юно.

— Юно! — крикнул Дек.

Слизь не попала по Деку и Мусаси-бою, но, к сожалению, задела ногу Юно. Юно присела, прижав ногу. Похоже, она не могла бежать с такой сильной болью. Саламандра, с её скоростью, скоро их догонит. И тогда...

Мусаси-бой побежал вперёд.

— Ува! — взвизгнула Юно.

...Мусаси-бой поднял её на своих руках и бросил в плетённую корзину за своей спиной. Затем, с Юно в корзине, Мусаси-бой побежал медленными лёгкими шагами. Юно высунула голову из корзины, глядя на лицо Мусаси-боя в профиль, пока тот бежал.

— Э-эм... Спасибо.

Мусаси-бой показал ей поднятые большие пальцы.

Затем, в самый последний момент, Дек и Мусаси-бой пробежали через узкую дыру.

Затруднив выход для саламандры и вернувшись на поверхность, авантюристы сделали доклады в гильдию. Пусть им и не удалось убить саламандру, их отчёт был признан действительным, и им выплатили за него огромную сумму. Пару раз прозвучало, что вскоре будет отправлена команда, чтобы разобраться с этой саламандрой. Несмотря на это, задание было завершено.

Получив награду на руки, группа собралась разделить её между собой. Однако, по неведомой причине, Мусаси-бой ничего не хотел брать. Дек не знал, что делать.

— Это несправедливо, мы обязаны тебе за спасение Юно! Прошу, возьми свою награду, — умолял Дек.

Мусаси-бой молча покачал головой.

— Ты правда, правда уверен, что не хочешь?

Мусаси-бой кивнул, потом махнул рукой: «До свидания».

Мусаси-бой уходил от группы медленными, лёгкими шагами. Джулия и Юно, которые уже переоделись в новую одежду, с недоумением на лицах смотрели, как уходит этот человек (?).

— Интересно, кем на самом деле был этот человек (?)? — спросила Джулия.

— Меня не спрашивай, — сказала Юно. — Это вообще человек был?

— Готова поспорить, внутри сидит маленькая фееееяяяя... — дразнила Джулия.

— Сомневаюсь, — сказала Юно. — Но даже если это она... Я уверена...

«Я уверена, что это хорошая фея», подумала Юно.

Мусаси-бой ушёл, оставив после себя только тайну. Была ли девушка-маг права, и он на самом деле был феей?

И, таким образом, в столице родилась ещё одна городская легенда.

◇ ◇ ◇

В большой общественной бане в замке Парнам.

Туловище Мусаси-боя большого размера отмокало в ванной, Сома смывал с него грязь и кислоту, а Лисия смотрела на него с холодом в глазах.

— ...Это моё воображение или он с последнего раза, как я его видела, стал ещё больше? — спросила она требовательным тоном.

— Это был прототип, — объяснил он. — Я использовал его в качестве модели, когда я отправил запрос на работу мастерам в городе.

— Ах! Только не говори, что «Авантюрист Кигуруми», о котором говорит весь город...

— Ага, наверное, этот парень... Что такое, Лисия? Что за страшный взгляд?

— Сначала манекен, теперь вот это! Ты пытаешься убедить людей, что Парнам — столица демонов?! — закричала она.

— Ай, больно! Подожди, ой!

Когда Лисия бросила в него ведро, Сома, ещё одетый, погрузился в ванну с холодной водой. Плавая в воде, Сома вспоминал всё, что пережил сегодня Мусаси-бой.

«Никогда бы не подумал, что под столицей живёт такое огромное существо. Я рад, что нам удалось его найти прежде, чем начали поступать отчёты о потерях, но я подверг Юно и её друзей опасности...»

Он оптимистично предположил, что даже начинающие авантюристы смогут совладать с дикими существами, живущими там, поэтому он и поставил уровень сложности «для новичков». Это почти означало, что авантюристы погибали бы без каких-либо шансов на успех, беря задание, которое он выдал. Причина, по которой он так и не взял награду, заключалась в том, что он считал, что это было наименьшее, что он мог сделать за проблемы, которые он обрушил на Юно и её группу.

...Правда, главная причина заключалась в том, что принимать награду за задание, которое он сам выдал, было бы неправильно.

«Не считая этого, мне нужно крепко подумать над тем, что произошло сегодня. Хотя...»

— Э-эм... Спасибо, — сказала Юно.

Когда он вспомнил лицо Юно, когда та застенчиво произнесла эти слова, пока её нёс Мусаси-бой, уголки губ Сомы слегка приподнялись.

«...Приключение само по себе было весёлым. Надеюсь, у меня будет шанс сходить на ещё одно».

Вот что подумал Сома, сидя в ванне и впитывая грязную воду.

Маленькая тануки-принцесса Амидонии

Ван, столица княжества Амидония.

Как и следовало ожидать от нации воинов, город был окружён высокими стенами, а здания в нём были пепельно-серые, без излишнего стилистического расцвета. Возможно, из-за того, что внимание их правителя так сильно склонялось к делам военным, планировка города представляла из себя беспорядочное скопление переулков.

Прямо сейчас по этим переулкам бежала молодая девушка. На вид ей было лет шестнадцать, а телосложение у неё было маленьким, стройным. Черты её лица были правильным, а волосы она собрала в двойные косы.

Это была дочь нынешнего князя Гая VIII, Ророа Амидония.

Вокруг неё витала атмосфера, совершенно отличная от её строгого и сурового отца Гая или её холодного и расчётливого брата Юлия. То, как она проявляла любопытство ко всему вокруг, делало её очаровательной, как маленькое животное.

Когда она выходила в город, люди всегда быстро окликали её.

— Ой-ой, это же маленькая Ророа. Здравствуй, — обратилась к Ророа женщина, готовящаяся к открытию магазина.

— Здравствуйте, мадам. Получаете хорошую прибыль?

— Нет, куда там. С экономикой везде худо дело.

— Понятно. Простите за это. Мой глупый старик не так хорош в управлении.

— ...Ты, должно быть, единственный человек в этой стране, который может это сказать, — сказала женщина, напряжённо улыбаясь. В милитаристских странах нередко бывает так, что за любую критику находящихся у власти людей быстро арестовывают. Единственная причина, по которой Ророа могла избежать таких последствий, заключалась в том, что она была первой принцессой страны.

Однако Ророа ответила с улыбкой, которая не ощущалась как улыбка принцессы:

— Просто подождите. Я что-нибудь сделаю с этим.

— Ха-ха-ха, с нетерпением жду этого.

— Отлично!

Помахав женщине, Ророа побежала дальше.

На торговой улице в Ване был магазин, который торговал мужской одеждой. На маленькой вывеске стильным шрифтом было выведено «Серебряный олень». Ророа с огромной силой открыла дверь в магазин, громко зовя хозяина:

— Сеееебаааастьяяяян ~ ♪ Дааааваааай играааааать ~ ♪

— ...Леди Ророа.

В магазине показался мужчина средних лет с седеющими волосами и одетый как бармен. Он выглядел как стильный и глубоко мыслящий мужчина, который будет отлично смотреться с чашечкой ароматного чёрного чая в руке, однако сейчас он держался за голову, словно страдал от головной боли.

— Не выкрикивайте так громко имена людей. Что вы имели в виду под «давай играть»?

— Боже, с тобой совсем не весело, Себас.

— Я Себастьян, и я сейчас работаю...

— Хм-м? Я что-то не замечаю у тебя клиентов.

Ророа оглядела магазин, но никого не увидела. В магазине царила приятная атмосфера, и многие выставленные товары были сделаны со вкусом, поэтому было странно видеть, что бизнес настолько мёртв.

— Ну, мужчины Вана никогда сильно не гонялись за модой, — сказал Себастьян, горько усмехаясь.

У «Серебряного оленя» были филиалы в Амидонии, но, несмотря на то, что в Ване был главный офис, продажи в нём были ужасными. Учитывая аскетичность и суровость, которые носили национальный характер, амидонские мужчины несильно заморачивались по поводу того, что они носили, и особенно ярко эта тенденция выражалась в Ване.

— Как правило, это женщины должны приходить за подобными стильными вещами.

— Тот день, когда я начну продавать стильную одежду для женщин, будет днём, когда этот магазин закроется.

В патриархальном обществе Амидонии на женщин, выходящих на улицу в бессмысленно эффектной одежде, смотрели с презрением. Вот почему амидонские женщины носили одежду только приглушенных тонов, поэтому даже если бы этот магазин держал стильную одежду для женщин, она бы вообще не продавалась.

Это была ещё одна вещь, которой Ророа была недовольна.

— Честно говоря, это глупо. Рынок определяется потребительским спросом. Расширяй рынок, и это приведёт к экономическому развитию, но наше общество лишь ставит ограничения на потребительский спрос.

Пусть Ророа и была принцессой, у неё был редкий дар в экономике. Вместе с людьми вроде Кольбера, министра финансов, она управляла финансовым капиталом страны, чтобы получать прибыль и обогащать страну. Однако её отец Гай тратил большую часть прибыли на армию.

— В самом деле, если я хочу перестроить эту страну, возможно, мне сначала придётся всё сровнять с землёй. Для этого потребуется достать все эти закостенелые идеи из людских голов и выкинуть их прочь.

— Честное слово... Не могли бы вы не произносить такие опасные вещи в моём заведении? — со вздохом беспокойства сказал Себастьян. — Итак, леди Ророа, чем могу служить сегодня?

— Хм? О, точно. Я хотела кое о чём тебя попросить.

Ророа посмотрела на Себастьяну снизу вверх, как просящий котёнок. В такого рода жестах она действительно была похожа на маленькое животное.

— Слушай, ты же связан с торговцами за пределами страны, Себастьян?

— Ну... да, в какой-то степени.

— Тогда, в принципе, это значит, что у тебя есть информация о множестве других стран. В таком случае, есть кое-что, что я надеюсь услышать от тебя о королевстве Эльфриден.

— О королевстве Эльфриден?

Королевство Эльфриден было одним из соседей княжества Амидония. Более того, около пятидесяти лет назад княжество потеряло почти половину своей территории в войне с королевством, и из-за этого, среди прочего, их считали заклятыми врагами.

— Итак, о чём вы хотите спросить?

— О, я слышала, как мой старик говорил, что там неожиданно сменился король, знаешь ли.

— Ааа. Вы, должно быть, говорите о том, как король Альберт уступил свой трон Соме Казуе.

— Да, это оно! Я хотела спросить тебя о Соме!

Ророа скрестила руки на груди и наклонила голову набок.

— Я уже немного знаю. Он — тот герой, которого они призвали из другого мира, да? Я не понимаю, как он стал королём, но вот чего я действительно не понимаю, так это почему мы не слышим никаких историй о его героических подвигах. Ну, знаешь, когда говорят о героях, разве не подразумевают уничтожение монстров одним ударом, лёгкую зачистку подземелий и прочее?

Ророа говорила, немного жестикулируя, и это вызвало у Себастьяна улыбку.

— Это правда, я не слышал никаких подобных историй об этом короле.

— Я знаю, видишь? Мой старик думает, что на трон посадили неопытного молодого щенка, и он прав и готов этим воспользоваться, но... Что-то в этом меня тревожит. Я слышала, что их последний король был посредственным лидером, но мог ли он действительно так легко отдать свой трон, если учитывать, что этот парень ещё ребёнок?

— ...Полагаю, нет.

Ророа была умна. У неё была более лучшая способность видеть суть проблемы, чем у её отца или брата. Если бы она могла сесть на трон, то княжество, несомненно, только бы выиграло. Однако ей не хватало жестокости, которая была нужна ей, чтобы причинить вред отцу и брату и забрать трон себе. Себастьян считал прискорбным, что она никогда не сядет на трон, но в то же время он также благосклонно относился к ней за то, что она не обладала характером, который позволил бы ей это сделать.

Вот почему Себастьян передал Ророа информацию, которой обладал.

— Я слышал, что этот Сома строит дороги, чтобы бороться с продовольственным кризисом, или что-то в этом роде.

— Ха? Строить дороги для борьбы с продовольственным кризисом?

На мгновение Ророа была удивлена, но вскоре она рассмеялась. Однако этот смех не был насмешкой над ошибочной политикой.

— А-ха-ха-ха! Понимаю, он хочет построить транспортную сеть, чтобы повысить пропускную способность и именно так пройти через кризис. Он молод, но всё же придумал лучшую политику, чем мой старик.

Ророа точно догадалась о сути политики Сомы. Увеличивая текучесть распределения, он хотел корректировать излишек и нехватку предложения. Ророа вытерла глаза и успокоила дыхание.

— Ага! Этот новый король Сома привлёк моё внимание. Себастьян, ты не возражаешь использовать свою сеть, чтобы получить для меня как можно больше информации о Соме?

Увидев, как Ророа стала переполнять энергия, Себастьян пожал плечами.

— Я не против, но... Мне что с этого?

— Думай об этом как о инвестициях в будущее. Я точно уверена...

...Мы отлично заработаем на этом.

Произнеся эти слова, Ророа надела дерзкую улыбку.

***

Аиша: день отъезда

Это произошло в огромной лесистой местности на юге королевства Эльфриден, также известной как Защищённый Божеством Лес.

Этот лес, который, как утверждается, находился под защитой божественного зверя, также был владениями тёмных эльфов.

Обладая великим боевым мастерством, они гордились своей ролью защитников леса и думали о себе как о людях, которые жили и умирали с лесом. Они не общались с другими расами, и частью королевства они стали только потому, что решили, что если королевство падёт, Защищённый Божеством Лес будет в опасности.

Однако в последнее время ситуация в лесу изменилась. Как правило, вход в Защищённый Божеством Лес был запрещён всем, кроме тёмных эльфов, но теперь представители других рас начали нарушать его границы. Причиной этому был продовольственный кризис, разразившийся после появления Владений Короля демона. Другие расы с окрестностей, пытаясь найти что-нибудь поесть, начали входить в лес в поисках даров природы.

Однако ресурсы леса были не бесконечные. Тёмные эльфы понимали, что продовольственный кризис осложняет жизнь этих людей, но они сами нуждались в дарах леса. В результате на окраине леса начались столкновения между тёмными эльфами, защищающимися от вторжения, и представителями других рас, стремящихся войти в лес.

Если всё продолжит развиваться таким курсом, то был риск того, что стычки перерастут в более крупный вооружённый конфликт. Что-то нужно было предпринять.

Решившись сделать это, одна молодая женщина собиралась выйти из леса.

◇ ◇ ◇

— До свидания, отец. Я скоро вернусь, — сказала девушка со светло-коричневой кожей, на вид лет 18-19, закрепляя за спиной большой меч.

Это была Аиша Удгард, единственная дочь Водана Удгарда, главы деревни тёмных эльфов.

— Клянусь, что я выйду победителем на турнире по боевым искусствам и предстану перед королём, — добавила Аиша, с гордостью ударив себя в грудь.

Недавно трон перешёл от одного короля к другому. Более того, они слышали, что новый король использовал Вещательную сеть для поиска талантливых людей. В рамках этого поиска он проведёт «Турнир на звание лучшего бойца королевства», в котором воины будут сражаться друг с другом, чтобы продемонстрировать свои боевые способности. Если она выиграет этот турнир, она сможет принять участие в церемонии награждения, проводимой самим королём. Другими словами, она сможет лично встретиться с королём. Если бы ей представился такой шанс, она бы смогла обратиться к нему с жалобой о бедственном положении леса.

«Столкновения уже начинают превосходить то, с чем мы можем справиться. Я должна заставить нового короля предпринять меры, чтобы остановить вторжения!»

Таков был план Аиши.

— ...Ты всерьёз собралась идти? — Наблюдая, как она уходит, Водан был обеспокоен. — Прямое обращение к королю будет рассматриваться как оскорбление. Этот молодой человек, Сома, совсем недавно взошёл трон, и неизвестно, какое решение он примет. Разве должен идти кто-то столь молодой, как ты?

Увидев заботу отца, Аиша молча покачала головой.

— Отец, ты знаешь, на что я способна в бою. Я сильнейшая в нашей деревне. Мне по силам выиграть турнир и встретиться с королём. И тогда я обращусь к нему напрямую и расскажу о бедственном положении нашего леса.

— Пф! Человеческий король никогда не будет слушать наши просьбы, — сказал презрительный голос. Это был младший брат Водана и дядя Аиши, Робтор, который тоже пришёл посмотреть на её уход. Робтор всегда был консервативным, но в последнее время каждый раз, когда происходило столкновение, он брал с собой воинов и направлялся к месту событий. Это вызвало у него недоверие к другим расам.

— Дядя, сначала мы должны встретиться с ним и поговорить, — сказала Аиша. — К счастью, я слышал, что новый король — мудрый.

— Ты слишком оптимистична, — возразил её дядя. — Может оказаться, что он на самом деле хитрый тип.

— Тем не менее, я сначала должна собственными глазами увидеть, какой он человек.

— Пф! Делай, что хочешь.

С этими словами Робтор удалился. Горько улыбаясь из-за поведения своего младшего брата, Водан положил руку на плечо Аиши.

— Я прошу, чтобы ты, несмотря ни на что, вернулась ко мне домой в целости и сохранности. Каким бы ни был результат, я не буду винить тебя. Благополучно вернись домой — это всё, о чём я прошу.

— Да! Можешь не сомневаться! — Аиша твёрдо кивнула, и Водан кивнул в ответ.

— Что меня беспокоит, — продолжал он, озабоченно глядя на неё, — так это то, что ты никогда раньше не покидала леса.

— Чего там бояться? Даже среди жителей нашей деревни никто не может сравниться со мной в силе.

— Не все опасности во внешнем мире исходят от тех, кто враждебен к тебе. — Водан попытался выразить свою мысль словами, которые Аиша поймёт. — Аиша, ты отличный воин, но ты та ещё обжора.

— П-правда?..

— Если кто-то из внешнего мира угостит тебя вкусной едой, не последуешь ли ты за ним без задней мысли, куда бы он тебя не повёл?

— Я... я не забуду о своей задаче! — возразила Аиша, но Водан, похоже, ей не поверил.

— А когда твоя задача будет завершена? Что, если тот, кто предложит тебе еду, будет мужчиной? Если мужчина приручит тебя с помощью еды, не захочешь ли ты остаться с ним и больше не возвращаться в лес?

Теперь его жалобы превратились в тревоги отца из-за того, что его дочь может связаться с плохими людьми, и Аиша отреагировала на это с негодованием:

— Я никогда не приму мужчину слабее меня как своего мужа! И меня не приручат едой!

— Серьёзно, сейчас...

— Это правда! Клянусь, я не поддамся искушению едой!

— Л-ладно...

«Почему-то... это кажется безнадёжным случаем», подумал Водан.

— Имей немного больше веры в меня! — возмутилась Аиша. — ...А теперь мне пора идти!

И вот так Аиша вышла из Защищённого Божеством Леса.

◇ ◇ ◇

Позже к Водану прилетел курьер куи (что-то вроде почтового голубя) от Аиши. В письме говорилось, что она выиграла турнир и смогла обратиться к королю, как она и планировала. Далее говорилось, что король дал благоприятный ответ и что её не наказали за то, что она обратилась к нему напрямую. Более того, он предложил ценную информацию о том, как управлять лесом.

...Всё это было в письме, но составляла эта информация только примерно две десятых от того, что она написала. Ещё две десятых письма нахваливали, каким чудесным был новый король, пять десятых рассказывали о том, какую вкусную еду она попробовала с тех пор, как осталась с Его Величеством, а её отчёт о последних событиях составлял менее одной десятой письма.

Испытывая облегчение, что его дочь успешно выполнила свою задачу, Водан знал, что то, чего он так боялся, случилось, и глубоко вздохнул.

— Эх... Что ж, раз она счастлива, то, пожалуй, всё хорошо, — пробормотал Водан, глядя в сторону столицы.

◇ ◇ ◇

Примерно в это же время в столовой замка в Парнаме раздался голос Аиши:

— Ваше Величество, добавку, пожалуйста!

***

Дневник наблюдений Томоэ за людьми

Меня зовут Томоэ Инуи.

Я десятилетний мистический волк. Когда появились Владения Короля демонов, мне пришлось бежать из моего дома на севере и стать беженцем в королевстве Эльфриден. Моя мама и младший брат пришли вместе со мной.

Вот кто я, но совсем недавно меня удочерили старый король и королева этой страны.

Они сделали это потому, что я могу разговаривать с животными и монстрами, и это привлекло внимание нового короля, старшего брата Сомы. Он сказал мне, что это очень важная способность. Они удочерили меня, но моей настоящей маме и моему младшему брату Роу разрешили жить в замке, так что я всегда могу их увидеть.

Это значит, что у меня теперь две мамы. Мама и старая королева заботятся обо мне, поэтому я очень счастлива.

Сегодня я хотела бы рассказать о людях в моей жизни.

Начну я со старшей сестры Лисии.

Она дочь старого короля и королевы, а ещё она помолвлена со старшим братом Сомой. Я её младшая приёмная сестра. Она смелая, и сильная, и красивая, и крутая. Она замечательная старшая сестра.

— Сома, ты серьёзно собрался импортировать что-то подобное?

— Да. Мне всё это нужно, а получить это в Эльфридене я не могу.

— Ладно, поняла. Но... для чего ты собираешься использовать вулканический пепел?

— Ну, подожди и сама увидишь.

Вот какая старшая сестра Лисия, но...

— Спасибо тебе за всю твою помощь, Лисия.

— Что?.. А, ерунда... То есть, ты ведь делаешь это для страны...

...она всё ещё не может быть честной в своих чувствах к старшему брату Соме.

— О, мадам Томоэ. Вы пришли обедать? — окликнула меня Аиша перед столовой замка Парнам.

Мисс Аиша Удгард — тёмный эльф, и она всегда защищает старшего брата Сому. Она очень сильна. Я слышала, что даже если бы на неё набросилась целая куча людей, они всё равно не смогли бы победить Аишу. Она тоже красивая, и высокая, и «грудастая». Я восхищаюсь её фигурой. Стану ли я когда-нибудь такой?

Вот какая Аиша, но...

— Эй, Аиша. Пончо создаёт новый соус для блюд, сделанный из муки. Осталось несколько образцов. Хочешь съесть их? — Старший брат Сома высунул голову из столовой и позвал её.

— Я буду следовать за вами всю оставшуюся жизнь, Ваше Величество! — Аиша побежала к нему.

...это так странно. Аиша — тёмный эльф, но, когда перед ней находятся старший брат Сома и его еда, она виляет своей попой из стороны в сторону. Выглядит это так, будто у неё есть хвост.

Есть ещё один человек, которым я восхищаюсь. Её зовут Джуна.

Она замечательная певица с красивыми синими волосами. У неё есть грация, и она похожа на зрелую женщину, и я восхищаюсь ею, но по-другому, не как старшей сестрой Лисией и Аишей.

Она производит такое впечатление, будто она всегда стоит на шаг позади всех остальных и смотрит на более общую картину. Она поддерживает всех из тени. Она такая зрелая. Я восхищаюсь ей всё больше и больше.

Вот какая Джуна, но...

— ...

— Эм... Джуна?

— О, что такое, Томоэ?

— ...Нет, ничего.

— Хм?

...временами Джуна выглядит немного одинокой, когда она смотрит на старшего брата Сому со старшей сестрой Лисией или Аишей. Но когда старший брат Сома поворачивается, чтобы посмотреть на неё, она всегда нежно улыбается, чтобы скрыть это.

Я думаю, если ей одиноко, она должна сказать это, но Джуна никогда не позволяет старшему брату Соме увидеть её такой. Не понимаю я взрослых.

Существует одна комната, которую я всегда посещаю.

Она принадлежит премьер-министру этой страны, мистеру Хакуе Квонмину.

Когда я постучалась и вошла, Хакуя просматривал кучу бумаг. Старший брат Сома выглядит занятым, но Хакуя тоже всегда занят. Несмотря на то, что у него всегда много дел, Хакуя уделяет мне время.

Когда Хакуя заметил, что я пришла, он сказал:

— О, маленькая сестра. Уже подошло время? — сказал он с небольшой улыбкой.

Я слегка поклонилась.

— Спасибо, что сегодня снова нашли для меня время, учитель.

— Хорошо, — сказал он. — Итак, давай сегодня начнём с рассмотрения истории этой страны.

— Хорошо!

С тех пор, как я пришла в этот замок, Хакуя учит меня. Чтение, письмо, математика и даже история этой страны. Хакуя знает много, и он хороший учитель. Меня не принуждают учиться; это я попросила его учить меня.

Пусть дело было в моей способности, я благодарна, что старший брат Сома и старшая сестра Лисия приняли меня как свою младшую сестру, и поэтому я хочу быть умной младшей сестрой, которой они могут гордиться.

Когда я сказал это Хакуе, он с натянутой улыбкой сказал: «Я уверен, что Его Величество и Леди Лисия хотят, чтобы вы веселились, как подобает ребёнку вашего возраста...»

Тем не менее, я хочу как можно скорее помогать моему старшему брату и сестре. Я хочу сделать это, чтобы мы могли вместе гулять по этой стране. Вот почему я собираюсь усердно учиться!

◇ ◇ ◇

Тук-тук.

— Ваше Величество, можно отвлечь вас на минутку?

— Хм?

— Я принёс вашу младшую сестру.

— Zzz...

— Она снова заснула, да?

— Да. Она много работает над чтением, письмом и математикой, но так всегда случается, когда мы добираемся до истории. ...Как думаете, мои лекции по истории скучны?

— Не записывай это на свой счёт. Ей десять, так что её не за что винить. Я позже отведу её к матери. Положи её пока здесь на кровать.

— Хорошо, сир.

— Честное слово... Незачем ей пытаться так быстро вырасти...

— Она в том возрасте, когда хочется вести себя по-взрослому. У вас тоже был такой период в жизни, так ведь?

— ...Ты прав. Но сейчас...

Спокойной ночи, Томоэ.

***

Джуна: Better Days Are Coming

Парнам, столица королевства Эльфриден,

Певчее кафе «Лорелея» стояло на углу торговой улицы.

Этот бизнес со штаб-квартирой в Лагуне, столице герцогства Эксель Уолтер, был популярным местом, где клиенты наслаждались чаем и закусками днём и алкоголем в стильной атмосфере по ночам, слушая прекрасное пение работающих там певиц.

Среди них была певица, чья популярность была на высшем уровне даже по их меркам; синеволосая дива, среди предков которой были лорелеи, Джуна Дома.

Её прекрасное лицо очаровывало всех, кто смотрел на неё, каждый её жест был полон скромной грации, а её голос во время пения был сильным и красивым.

Во время событий набора талантливых людей она победила в категориях «Красота» и «Талант», и во время аудиенции у короля, как говорят, её голос украл его сердце.

Эта лучшая певица Джуна сегодня снова поёт в «Лорелее».

Она исполняет песню «Better Days are Coming».

Это была одна из тех песен, которым научил её Сома.

Закрыв глаза, она поёт её с силой. И в это же время она представляет себе этого молодого короля.

«Он по-настоящему... Таинственный джентльмен...»

Пев песню, Джуна вернулась к своим воспоминаниям с королём Сомой.

◇ ◇ ◇

— Что ж, приятно поработать с вами, Ваше Величество.

— О, да... Приятно...

В комнате в замке Сома и Джуна сидели лицом друг к другу.

Помимо них в комнате были только две горничные, стоящие у дверей. Со стороны Сомы был только стул, тогда как у Джуны вдобавок был стол с бумагой и письменными принадлежностями. В отличие от уверенной Джуны Сома выглядел немного нервным и беспокойным.

— ...Знаете, я никак не могу привыкнуть к этому.

Возможно, дело было в зрелой ауре Джуны, но, несмотря на то, что она была примерно того же возраста, что и он, и несмотря на то, что он был королём, Сома говорил с Джуной формальным тоном.

Джуна считала это лишней любезностью, но даже если бы она попросила его не делать так, вряд ли бы он изменил свою речь.

— Но мне правда нужно, чтобы вы привыкли. Кроме того, это ведь вы предложили, чтобы мы сделали это, помните?

— Это... Ну, да. Но всё же петь перед кем-то — немного сложно для меня...

— Это смущает только поначалу. Когда вы привыкните, это будет приносить одно удовольствие.

— Вы знаете, что это звучит немного неприлично?! ...Ладно, давайте начнём.

Сказав это, Сома нерешительно начал петь.

Сома пел песню из мира, из которого он прибыл. Джуна записывала мелодию в виде нот. Всё это началось с желания Сомы поделиться песнями из своего мира с людьми из мира этого.

Поначалу Джуна слушала музыкальные файлы прямо с его смартфона. Однако батарея вскоре разрядилась, и они переключились на этот формат. Сначала Сома будет петь, а Джуна записывать ноты, а затем петь уже будет она, чтобы проверить, правильно ли она записала.

Затем, когда песня будет закончена, Джуна переведёт слова песни на язык этой страны, стараясь не исказить смысл. Поскольку музыкальный слух у Сомы был недостаточно хорош, чтобы уловить гармонию или тонкости мелодии, результат всегда звучал как кавер-версия, но даже в таком виде порядочное количество песен с Земли попали в этот мир.

...Конечно, подборка песен была откровенно привязана к собственным вкусам Сомы, а это значило, что песен из аниме, видеоигр и токусацу было неизбежно больше.

Прямо сейчас Сома пел открывающую тему одной игры.

— Будет как-то так?..

Закончив записывать ноты, Джуна напевала мелодию.

Песня была «перезаписана» Аякой Хирахарой.

Ахнув, Сома широко распахнул глаза, и слёзы начали течь по его лицу. Увидев это, обычно спокойная и собранная Джуна перестала петь и бросилась к Соме.

— Ч-что случилось?! Я сделала что-то не так?!

— Нет... Ничего... Ничего подобного...

Сказав это, Сома прикрыл глаза одной рукой и направил лицо вверх.

— Мне понравилась эта песня... Мелодия тоже, она вызывает ностальгические чувства, поэтому... Когда я услышал её, я просто не смог с собой совладать... Она навеяла воспоминания...

Джуна поняла. Она слышала, что молодой король был призван сюда из другого мира.

Другими словами, его насильственно оторвали от родины.

Песня Джуны, должно быть, вызвала у него тоску по дому.

— Сир...

Джуна положила свою руку поверх его. Она подумала, что ей за наглость сейчас сделают выговор, но стоящие у двери горничные закрыли на это глаза.

Джуна заговорила с Сомой самым нежным, на который она только была способна, голосом:

— Сир... Пожалуйста, не мучайтесь так.

— Джуна?

— Людей, которые заботятся о вас, больше, чем вы думаете. Принцесса, мадам Аиша... и я. Я хочу сделать всё возможное, чтобы поддержать вас.

Убрав его руку от глаз, Джуна посмотрела прямо в них и улыбнулась.

— Плакать — это нормально, если это позволит вам снова улыбаться. Если вы не можете позволить принцессе побаловать вас, потому что она моложе вас, то позвольте это сделать мне вместо неё. У женщин из портовых городов широкие взгляды. Позвольте мне поглотить ваши маленькие слёзы с сочувствием таким же большим, как само море.

— ...Это почти похоже на признание в любви, — сказал Сома, криво улыбаясь сквозь слёзы.

— Хе-хе, кто знает, может это оно и есть?

— Вы меня дразните?

— Нет, в моих словах не было и капли лжи.

Сказав это, Джуна прижала голову Сомы к её груди.

— Если принцесса раскрывает ваши сильные стороны, то я буду скрывать ваши слабые.

◇ ◇ ◇

Пока Джуна пела, она вспоминала о том дне. О слезах, которые проливал Сома.

«Когда я сказала, что хочу поддержать его... Слова пришли так легко. Я уверена... Это потому, что я говорила от всего сердца...»

Когда песня достигла припева, она увидела, как открылась дверь в кафе.

Вошли три человека. Молодой человек, девушка и тёмный эльф. Возможно, в целях маскировки они все были одеты в формы офицерской академии.

Когда она увидела молодого человека, на лице Джуны появилась непрошенная улыбка.

«...Всё в порядке, Ваше Величество. Как бы ни было больно, как поётся в этой песне, «лучшие дни идут». Мы не позволим вам ехать на «корабле печали». (В оригинале песни это был поезд, но, поскольку в этом мире поездов не существовало, Джуна заменила его на корабль)

Приняв это решение, Джуна вложила все свои силы в пение.

***

Кем они хотели стать

— Сома, а кем ты хотел стать? — спросила Лисия.

— Что за неожиданный вопрос? — удивился Сома.

— Ну, мы ведь вынудили тебя стать королём ради нашей страны, так ведь? Вот я и подумала, что, по крайней мере, спрошу. Так кем?

— Хм... Государственным служащим. В принципе, я стремился к бюрократической работе. Хотя, если бы ты спросила, действительно ли я хочу им стать, я бы сказал, что не очень. Я просто хотел стабильную работу... А! Но когда я был маленьким, я хотел стать воспитателем в детском саду. Ну, знаешь, вроде того, чем занимается в замке мама Томоэ.

— Ого, этого я не ожидала. Ты любишь детей?

— Когда маленькие дети что-то говорят или делают, это заставляет меня улыбаться, понимаешь? Правда, воспитатели ухаживают за чужими детьми, так что я уверен, что это была бы тяжёлая работа. А ты кем хотела стать, когда была маленькой, Лисия? Ты хотела быть солдатом, а не принцессой?

— Я? Когда я была маленькой, я хотела быть... невестой.

— В-вот как...

«...Н-ну вот, как-то неловко стало...», подумали Сома и Лисия.

***

Лисия: Выбор одежды

— Ааа! Что мне надеть?!

В комнате в замке в Парнаме, столице королевства Эльфриден, Лисия перебирала содержимое своего комода, бормоча себе под нос.

Это была спальня Лисии. Из-за долгих лет учёбы в офицерской академии и службы в армии, наряду с её собственной волевой и слишком серьёзной личностью, комната выглядела совсем не так, как вы могли бы ожидать от комнаты семнадцатилетней девушки.

С технической точки зрения, она когда-то была принцессой этой страны, так что у неё были шикарные платья. Она, как правило, хорошо заботилась о своём имуществе, поэтому куклы, которые её родители когда-то ей подарили, надёжно хранились в комоде. Она не оставляла такие вещи у всех на виду, что было очень в духе личности Лисии.

И всё же Лисия, с её уравновешенным характером, сейчас раскидала одежду по всей комнате. Причина этого заключалась в словах человека, который был нынешним (временным) королём этой страны, а также женихом Лисии, Сомы:

— У нас выходной. Как насчёт того, чтобы мы сходили на свидание в город?

С тех пор, как Сома занял трон её отца Альберта, он трудился не покладая рук. Она знала, что именно поэтому премьер-министр Хакуя заставил его взять выходной. Даже судя по тому, что видела лично она, Лисия знала, что Сома работает слишком много.

Но всё же... неожиданный вопрос о свидании оставил Лисию в состоянии замешательства и смятения.

Раньше у Лисии никогда не было серьёзных романтических отношений. За годы в офицерской академии многие сыновья дворянских родов пытались с ней сблизиться из-за её статуса, но их скрытые мотивы были очевидны, и поэтому никто из них не соответствовал ожиданиям строгой Лисии. Не успела она и глазом моргнуть, как она стала более популярной среди девочек, нежели мальчиков, и её статус как недостижимой романтической цели заработал ей прозвище «Золотого ледяного дворца».

Честно говоря, Лисия считала, что эта репутация непомерно раздута. Она никогда не отталкивала мальчиков. Просто не было стоящих мальчиков. В подтверждение этого сейчас, когда её позвал на свидание парень, к которому она начинала испытывать чувства, она совсем потеряла голову.

— Эй, Серина, Томоэ, как думаете, какая одежда будет хорошо на мне выглядеть?

Лисия подняла два наряда перед двумя девушками. Томоэ была девочкой-мистическим волком, которая недавно стала её приёмной сестрой, а Серина, её личная горничная, была для Лисии как старшая сестра. Они обе наблюдали за Лисией, и Серина находила эту сцену одновременно трогательной и раздражающей.

— Эм... На тебе всё хорошо выглядит, старшая сестра, — отважилась Томоэ. — И я думаю... что бы ты ни надела, старший брат Сома скажет, что тебе идёт.

Томоэ предложила несколько безобидных и невинных слов поддержки. Серина, с другой стороны...

— То, что вы цепляетесь за поддержку десятилетней девочки, — вот что по-настоящему печально.

...не стеснялась бить по чувствам.

— Ууу... — пробормотала Лисия. — Хорошо, Серина, выбери за меня.

— О чём это вы? То, что выбираете одежду именно вы, придаёт этому смысл. То, в каком виде вы хотите предстать перед мужчиной в вашем сердце, то, какую одежду вы выберите, и сделают ваши чувства к нему ясными.

— М-мужчина в моём сердце... Сома не такой, пока нет...

— Если будете так долго бездействовать, ваше мето как его первой королевы будет перехвачено другой женой, которую он возьмёт позже, — бодро сказала Серина. — Я знаю... может быть, мне самой стоит предстать перед Его Величеством? Одетая в то, что я выберу сама?

— Т-ты не можешь! — воскликнула Лисия.

— Хи-хи, шучу. Только посмотрите, как вы заволновались. Это так прелестно.

— Блин!

Серина была способной горничной, но у неё была плохая привычка издеваться над симпатичными девушками. Другими словами, она была полной садисткой. Но вместо причинения физической боли она предпочитала играть с ними психологически и смущать их своими словами. В последние дни большую часть её «наклонностей» принимала на себя Лисия.

— К-как вам это? — спросила Лисия, подняв яркую женскую военную форму. Эта форма не выглядела бы неуместно в театральной постановке о французской революции.

Серина уткнулась лицом в ладонь.

— Почему... Почему военная форма?

— П-потому что Сома сказал... что я хорошо в ней выгляжу, может быть?

Смущение, с которым Лисия это произнесла, было полно девичьего очарования и пиршеством для глаз Серины, но...

— Военная форма не подойдёт, — вздохнула Серина. — Это правда, что вы хорошо в ней выглядите, но это не та одежда, которую можно надеть на романтическое свидание. Вы не думали, что, может быть, в такой особый день будет лучше показать не обычную вас, а другую вашу сторону?

— Другую... мою сторону... — пробормотала Лиша.

— Томоэ. Как в твоих глазах выглядит принцесса?

— Она храбрая и крутая, — сказала Томоэ, её глаза сверкали.

Серина кивнула в знак согласия.

— Да. Вот так вас видят другие люди, принцесса. А теперь, если крутая, храбрая принцесса покажет себя с другой, отличной от обычной стороны, вам не кажется, что это может захватить сердце Его Величества Сомы?

— С другой, отличной от обычной стороны... — пробормотала Лисия.

— Например, я знаю... Почему бы не выйти в чём-нибудь более чувственном? — С этими словами Серина вытащила красное коктейльное платье. У него была открытая спина и довольно непристойное декольте.

У Лисии были такие платья для общественных мероприятий, но она не думала, что они ей идут, и поэтому она никогда их не носила.

— Т-ты хочешь, чтобы я надела это?!

— Вы, как правило, одеваетесь в довольно облегающую и закрытую одежду, — сказала Серина. — Раздевать вас потом может быть весело, но почему бы не попытаться приклеить его глаза к вам, показав немного сексуальности, которую вы обычно не демонстрируете?

— Я чувствую непристойность в каждом твоём слове! И, вообще-то, я беспокоюсь о том, что надеть на свидание! Я не могу ходить в таком по городу!

— Что ж, ваша правда. Уверена, вас бы ошибочно приняли за «ночную бабочку», — кивнула Серина.

— И ты рекомендовала это платье, зная об этом?

— В таком случае... Что думаете об этом?

Не обращая внимания на протесты Лисии, Серина достала ещё один наряд. Это было розовое платье с множеством белых оборок.

— Э-это...

Это платье её мать практически заставила принять в подарок около полугода назад. Вероятно, она беспокоилась из-за слишком мальчишеского поведения Лисии, и «Стань девушкой, которая будет хорошо в этом выглядеть» было сообщением, которое она хотела передать ей со своей материнской заботой. Однако, поскольку оно было не во вкусе Лисии, она похоронила его в глубинах шкафах, даже не примерив.

— Предположу, вы назвали бы его вычурным, — сказала Серина. — Оно может помочь создать совершенно новую вашу сторону, принцесса.

— Я не хочу его надевать! Все эти оборки абсолютно ужасны!

— Я думаю, в нём вы будете выглядеть восхитительно, как кукла...

— Нет! Ни за что!

После этого они вытащили много нарядов, споря о них. Наконец Томоэ, которая нерешительно смотрела со стороны, подняла руку, чтобы сказать.

— Эм...

— Да, что такое, Томоэ? — спросила Лиша.

— Эм... Вы оба очень известны. Если вы собираетесь в город, разве вам не нужно надеть одежду, которая не слишком сильно выделяется?

Лиша молчала.

Томоэ была права. Хакуя сказал что-то о том, чтобы они показали людям, насколько они близки, но, если будущие король и королева просто будут гулять среди бела дня, это вызовет переполох. Другими словами, она не должна была подбирать подходящий наряд для свидания, она должна выбрать одежду, в которой не будет очевидно, кто она такая. Ноги Лисии подкосились, и она рухнула на заваленный одеждой пол.

Глядя на неё, Серина, которая всё это время знала об этом, лучезарно улыбалась.

Иллюстрации

— Лисия, подержи эти документы, — сказал Сома.

— ...Хорошо, давай, — ответила я.

В последнее время Сома странно себя ведёт.

Когда я взяла у Сомы пачку документов, мне в голову пришла мысль.

С недавних пор Сома работает с ещё большим рвением и энтузиазмом. Мы как будто вернулись в то время, когда мой отец отрёкся от престола в его пользу. Он не должен так сильно быть нагружен работой, как тогда, но, как мне кажется, он целенаправленно ищет работу и берёт на себя больше, чем было бы разумно брать.

И когда у него всё же выдаётся перерыв, он только и делает, что пустым взглядом смотрит в окно. Раньше, когда у него было свободное время, он приходил в мою комнату и работал там над куклами или шил милые наряды для Томоэ, но в последнее время он даже этого не делает.

Я смотрела на Сому, молча работающего с документами.

Перемены были едва уловимыми, и я уверена, что вряд ли кто-нибудь ещё в замке заметит их.

Я начала говорить.

— ...Хм? Что-то случилось? — Заметив мой взгляд на нём, Сома поднял голову.

— ...Нет. Ничего.

Сказав это, я развернулась и вышла из рабочего кабинета.

— Ах! Эй, Лисия.

Я услышала позади голос Сомы, но не смогла заставить себя обернуться. Или, если быть точнее, я не могла смотреть на Сому, каким он сейчас был.

Тем вечером Джуна Дома пришла в мою комнату.

— Итак, принцесса, Его Величество странно себя ведёт... Вы об этом хотели поговорить со мной, правильно? — спросила она, вопросительно наклонив голову набок.

Я обратилась к ней, когда она готовилась к программе Вещательной сети, и мы вместе пошли в мою комнату после завершения трансляции. Я была благодарна ей за то, что, она, несмотря на поздний час, пошла со мной, когда я сказала ей, что в поведении Сомы было что-то странное.

— Присаживайся, Джуна. — Я села на кровать, жестом приглашая Джуну сесть рядом.

— Извините, — сказала Джуна, садясь.

Я сразу перешла к делу:

— Я не знаю, как сказать... Он выглядит рассеянным. Иногда кажется, что он погружён в свою работу больше, чем когда-либо прежде, но мгновение спустя он начинает витать в облаках и безучастно смотреть на улицу.

— ...Вот как. Думаю, я понимаю, хотя бы немного. — кивнула Джуна с загадочным выражением лица. Похоже, у неё есть некоторые мысли о том, что происходит. — Я видела то же самое. Когда я встречалась с Его Величеством по поводу нашей программы, его мысли, казалось, были в другом месте. Правда, я не могу сказать, как долго он так себя ведёт.

— Я думаю, что это началось с тех пор, как мы вернулись из Защищённого Божеством Леса, — сказала я.

Это было всего две недели назад. На деревню тёмных эльфов в Защищённом Божеством Лесу сошёл оползень; эта деревня также была родиной телохранителя Сомы, Аиши Удгард. Сома руководил отрядом, с которым он на тот момент был, для оказания помощи.

Когда пришла весть о катастрофе, меня попросили вернуться в столицу, чтобы вызвать подкрепление, поэтому я лично не участвовала в спасательной операции. Сома, однако, был там с Хэлбертом, Каэдэ и другими солдатами Запретной армии, проводя операцию по оказанию помощи в этой ужасной зоне бедствия.

Я чувствовала, что именно тогда Сома начал странно себя вести.

— Может быть, именно после этой спасательной операции он начал вести себя странно...

— Но я слышала, что Его Величество внёс огромный вклад, пока он был там, — сказала Джуна.

— Да, — согласилась я. — Я тоже думаю, что он хорошо постарался.

Я слышала, что он, используя свою способность «Живой полтергейст», контролировал деревянных мышей и искал с их помощью под завалами из грязи и песка. Он помог найти многих людей, которые были похоронены заживо. Тем не менее...

— Но Сома так не считает. Возможно, из-за того, что он видел так много тел, он думает: «Разве я не мог справиться с этим получше?»

— Я не думаю, что думать так — это само по себе плохо, но... — На лице Джуны отражались противоречивые чувства.

Обдумывать такое было важно. Однако чрезмерные размышления могут привести к ненависти к себе, что будет контрпродуктивно.

— Именно поэтому я хочу, чтобы ты поддержала его. — Я взяла Джуну за руку и положила свою руку поверх её.

Джуна широко раскрыла глаза.

— В-вы хотите... чтобы это сделала я?

— Ты — единственный человек, которого я могу попросить сделать что-то подобное. Аиша до сих пор в Защищённом Божеством Лесу, а Томоэ ещё слишком маленькая. Я могла бы попросить матушку или Серину, но они недостаточно близки с ним.

— Но, в таком случае, разве вы сами не были бы лучшим вариантом, принцесса? — спросила она. — Вы двое обручены, и я вижу, что вы беспокоитесь за него.

— Я... не могу быть этим человеком, — сказала я, опуская глаза. — Я моложе Сомы, поэтому он, вероятно, думает: «Я, как мужчина, не хочу показывать ей свои слабости». Когда он со мной, Сома поддерживает образ сильного человека.

— ...Вы же знаете, что мы с Его Величеством ровесники?

— Даже если вы одного возраста, твой образ действий более зрелый, — сказала я. — Я думаю, что ты отлично справишься с потаканием молодому парню, который пытается выглядеть сильным.

Я сидела прямо, а Джуна склонила голову.

— Вот почему, Джуна, — закончила я. — Вот почему я прошу тебя позаботиться о Соме.

— Принцесса... Я понимаю. Возможно, помощи от меня будет немного, но я сделаю всё, что в моих силах, — сказала Джуна, поднося руку к груди и кивая.

◇ ◇ ◇

Покинув комнату Лисии, Джуна направилась в рабочий кабинет, который в то же время был комнатой Сомы. Днём там было довольно шумно из-за снующих туда-сюда чиновников, но поздней ночью было достаточно тихо, чтобы воспоминания о всей этой дневной суматохе казались ложью.

По обе стороны от двери стояли стражники, охраняя Сому.

«Точно, Аиши ведь нет, — подумала Джуна. — Этого следовало ожидать, учитывая...»

Аиша не была рядом с Сомой круглыми сутками, но всё же была поблизости достаточно много времени, чтобы её отсутствие казалось неестественным.

Джуна подошла к двери, легонько кивнув стражникам. Возможно, Лисия уже поговорила с ними, так как они не пытались остановить Джуну.

«Сейчас немного поздно говорить об этом, но принцесса приняла довольно смелое решение, отправляя даму в комнату её жениха посреди ночи...»

Что она собирается делать, если между мужчиной и женщиной, оставленным наедине ночью, «кое-что» случится? Она верит, что ничего не произойдёт? Или она готова смириться со случившимся, если это подбодрит Сому?

«...Почему-то мне кажется, что последний вариант».

Джуна вздохнула с восхищением. Порой в последнее время, когда она смотрит на Лисию, она видит у неё королевское достоинство. Когда было принято внезапное решение о её помолвке с Сомой, между ними царила некоторая неловкость, но сейчас она, похоже, приняла реальность ситуации.

«Она действительно великолепная личность».

С каждым днём, проведённым с Сомой, Лисия становится всё более привлекательной женщиной. Когда-нибудь она станет замечательной королевой, а также хорошей женой и мудрой матерью. Джуна, как женщина, не могла не уважать её.

«Принцесса лично попросила меня. Я тоже должна выполнить свой долг».

Ещё немного укрепив решимость, она осторожно постучала в дверь кабинета и сказала:

— Ваше Величество, это Джуна Дома. Вы не спите?

Она удерживала голос достаточно тихим, чтобы, если он уже спал, не разбудить его.

— Джуна? Входите, — услышала она голос Сомы.

Джуна открыла дверь, произнеся: «Прошу прощения», и вошла. Она обнаружила, что Сома при свете свечей просматривает какие-то документы. Сома положил документ на стол и несколько утомлённо улыбнулся Джуне.

— Что вы так поздно здесь делаете? Вы ночуете в замке?

— Ах... Да, в замке, — сказала Джуна. — Мы с принцессой решили, что я сегодня переночую в её комнате.

— Вечеринка только для девушек? Звучит забавно.

Он ответил ей чистосердечно и беззаботно, из-за чего Джуна, пусть она и не лгала, всё же почувствовала себя виноватой.

— Нет... Так или иначе, что вы делаете, сир? Я слышала, что вы выполнили все государственные дела на сегодня.

— Ну, я уже лёг в кровать... Но я не смог заснуть, так что начал разбирать бумаги, которые собирался посмотреть завтра. Я подумал, что от них меня может потянуть на сон, — сказал Сома, взглянув на стопку бумаг на столе. Джуна видела усталость в его взгляде.

— Может быть... Вы не спите в последнее время? — спросила Джуна.

Сома немного неловко почесал голову.

— Понимаете, моё тело устало, но разум просто не даёт мне спать. Когда я закрываю глаза и пытаюсь уснуть, я в конце концов начинаю думать о всяком разном. Обо всём, что сделал, обо всём, что ещё предстоит сделать, о том, правильные ли решения я принял... Всё это вертится в голове, и я просто не могу заснуть. — Сома слабо рассмеялся.

Джуна вспомнила, что с тех пор, как Сома был призван в этот мир, он был вынужден нести на своих плечах много тяжёлых обязанностей: поставить страну на ноги, разрешить продовольственный кризис и оказать помощь в зоне бедствия. Каждая из задач была слишком тяжела для Сомы, который ещё недавно был студентом. А сейчас ему нужно было найти решение проблемы трений между ним и тремя герцогами, а также проблемы закулисных интриг княжества Амидония.

Всё это давление не давало ему уснуть по ночам. Когда такое происходило с ней...

— Ой! ...Простите меня, минутку. — Джуна взяла Сому за руку и заставила его встать.

— А? Подождите, что? — запнулся он.

Не обращая внимания на взволнованного Сому, Джуна потянула его за руку, притянула к простой кровати, стоящей в углу комнаты, а затем толкнула его в неё. Сома, упав с глухом звуком, лежал с широко раскрытыми глазами, а Джуна сказала ему тихим тоном:

— Пожалуйста, спите.

— Ха? Д-джуна?

— Пожалуйста, просто спите. — На лице Джуны, на котором всегда была тёплая улыбка, виднелось необычное выражение. Такое выражение она могла бы использовать, чтобы отругать непослушного младшего брата, — суровое, но в то же время полное беспокойства за человека, с которым она разговаривала. — Я знаю, что всё сложно, но, пожалуйста, берегите себя. Принцесса Лисия тоже о вас беспокоится.

— Она беспокоится? — спросил он.

— Да. Она видит вашу маску насквозь, сир. Она знает, что что-то не так, и послала меня сюда. Она попросила меня сделать всё возможное, чтобы побаловать вас.

— ...Ну, чёрт возьми. — Сома посмотрел на потолок с кривой усмешкой на лице. — Я думал... я много работал и делал всё возможное, понимаешь...

— Вы и сейчас усердно работаете, сир. Однако вы работаете слишком много. — Джуна села на край кровати, положив руку на лоб Сомы. Он чувствовал, как холодная рука Джуны отнимает у лба тепло. Наслаждаясь этим приятным ощущением, Сома закрыл глаза.

Глядя на Сому, Джуна начала тихо петь:

Спать пора, ведь ночь настала. Спи до самого утра.

Когда проснёшься, иди.

Когда устанешь, поспи.

Чем дольше ты идёшь, тем больше людей будут поддерживать тебя.

Эта песня была не из мира Сомы. Это была колыбельная песня этого мира. Песня, которую матери пели своим детям, когда те научились ходить. Песня, в которой молились, чтобы они много ходили, много спали и росли здоровыми. Тем менее, строка «Чем дольше ты идёшь, тем больше людей будут поддерживать тебя» коснулась сердца Сомы, и слёзы выступили на его глазах.

Сома закрыл глаза рукой, пряча их.

— ...Простите. Простите, что дал вам увидеть меня таким некрутым.

Джуна улыбнулась.

— Плакать — это нормально. Потому что я тоже на вашей стороне.

Сказав это, она нежно погладила голову Сомы.

— Я понимаю, почему вы не хотите представать в плохом свете перед принцессой, — сказала она ему, нежным голосом лаская слух Сомы. — Благодаря этим чувствам вы способны усердно работать и стараться быть сильным. Однако, когда вы устанете от этого, позовите меня. В те ночи, когда вы не можете уснуть, позвольте мне быть рядом и спеть для вас.

Вскоре после этого Джуна услышал лёгкое дыхание спящего юноши. Его тело и разум были достаточно истощены. Должно быть, он уснул в тот момент, когда его сердце успокоилось.

Джуна поднялась с кровати, проверила, что Сома спит, и натянула на него одеяло. Затем она направилась к двери, чтобы тихо уйти, потянулась к ручке и... внезапно остановилась. Джуна вернулась к кровати, и, убрав свою прядь волос за ухо, поднесла губы к уху Сомы и тихо прошептала:

«Всё хорошо. Я на вашей стороне. Если принцесса раскрывает ваши сильные стороны, то я скрываю ваши слабые».

Середина девятого месяца 1546-го года по континентальному календарю.

В Эльфридене, где четыре времени года были особенно ярко выраженными даже по сравнению с другими континентальными странами, затянувшаяся летняя жара наконец спала, и настала пора более умеренного сезона. Сезона обильных урожаев, во время которого ожидалось разрешение продовольственного кризиса в этой стране. Однако, несмотря на близость этого сезона, над королевством по-прежнему висела атмосфера беспокойства.

Источник этого беспокойства заключался в противостоянии между новым королём, Сомой Казуей, и тремя герцогами.

Сома, который, как говорят, был призван из другого мира как герой, обладает потенциалом, который был признал бывшим королём Альбертом Эльфриденом, который впоследствии уступил ему трон. При поддержке дочери бывшего короля, Лисии, которая стала невестой Сомы, Сома решил обогатить государство и укрепить армию. Он собрал под своим крылом разнообразных талантливых личностей, решил продовольственный кризис, создал транспортную сеть королевства и оказался втянут в оказание помощи после стихийного бедствия. Всё это может казаться слегка незамысловатым для человека, которого называют героем, но его стабильное правление пользовалось поддержкой населения.

По другую сторону были три герцога, которые контролировали сухопутные, воздушные и морские силы королевства.

Генерал армии королевства Эльфриден, герцог Георг Кармин — зверолюд с львиной головой.

Адмирал эльфриденского королевского флота, герцогиня Эксель Уолтер — мизучи (морской змей).

Генерал военно-воздушных сил королевства Эльфриден, герцог Кастор Варгас — драконьют.

Эти трое защищали королевство на протяжении многих долгих лет, но они не были преданы новому королю Соме и отвели свои войска на подконтрольные им территории. Намерения каждого из них были неясны, но из трёх герцогов только генерал армии Кармин предоставил убежище дворянам, в отношении которых Сома проводил расследования на предмет коррупции, и занял явно конфронтационную позицию.

Новый король Сома и генерал армии Георг Кармин.

Люди считали, что это только вопрос времени, когда они вступят в конфликт.

◇ ◇ ◇

— Слушай внимательно, Сома, — обратилась ко мне Лисия. — В войнах нашего мира крайне важна координация действий сухопутных и воздушных сил.

Это был один из тех дней, когда мир вокруг постепенно становится холоднее, и вы на собственной шкуре могли почувствовать, что наступила осень. В такой вот день я попросил Лисию рассказать мне о том, как проходят войны в этом мире. По мере того, как неизбежный конфликт с Георгом, который укрывал коррумпированных дворян, и Амидонией, которая плела интриги, приближался, я хотел, по крайней мере, иметь представление о том, на что будет похож поток битвы.

Конечно, будучи абсолютным дилетантом, я не буду командовать войсками. Когда начнётся война, я, вероятно, в конечном итоге оставлю командование своими личными войсками, Запретной армией, капитану Королевской гвардии Людвину. Тем не менее, как король и, следовательно, тот, кто должен принимать решение, начинать или не начинать военные действия, я считал, что должен знать эти вещи, и поэтому я сказал Лисии обучить меня.

Несмотря на то, что она была королевских кровей, она окончила офицерскую академию и была достаточно осведомлена в военных вопросах. Людвин сказал о ней: «Хотя ей не хватает опыта, чтобы руководить большой армией, у неё есть мужество, и у неё не будет проблем с командованием армией поменьше».

...Честно говоря, я лишь хотел получить общее представление о том, как проходят сражения, поэтому она могла бы объяснить всё попроще, но Лисия подошла к делу слишком серьёзно. Она даже подготовила доску для рисования схем по ходу объяснения, превращая это в нечто вроде лекции в офицерской школе.

Лисия нарисовала на доске два круга, обозначив их «Наша армия» и «Вражеская армия». Она также написала слова «сухопутные войска» и «воздушные силы» в обоих кругах.

Здесь я должен предупредить вас об одном моменте. То, что в этом мире подразумевалось под «сухопутными войсками» и «воздушными силами», отличалось от того, что подразумевалось под этим на Земле. Войны в этом мире до сих пор ведут рыцари в доспехах, поэтому, если смотреть на общее направление, они были похожи на Столетнюю войну. Однако в этом мире существовали магия и всякие фантастические существа, вроде виверн.

Сухопутные войска включали в себя не только пехоту, кавалерию и лучников, но и магов. Что касается военно-воздушных сил, они состоят не из самолётов-истребителей, а из виверных рыцарей — солдат, сражающихся верхом на этих огромных летающих ящерицах. Из-за этого поток битвы, естественно, оказался не таким, как на Земле.

— Я не знакома с морскими сражениями, так что я охвачу только наземные сражения, хорошо? — сказала Лисия. — Во-первых, в битвах в поле воздушные и сухопутные войска обоих лагерей начинают сражаться практически одновременно.

Лисия нарисовала стрелки из обеих сухопутных армией и столкнула их друг с другом.

— Битва между сухопутными войсками идёт стандартным ходом. Она начинается с обстрела со стороны лучников и магов, а затем, когда вражеское построение рушится, выдвигается пехота и вступает в ближний бой. Рыцари и кавалерия ищут бреши, нападая небольшими группами с целью разрушить формацию врага, либо собираются в больших количествах, чтобы смять ряды врага, а следом за ними идёт пехота, чтобы разорвать вражескую армию на части. Первую тактику мы называем «рубка», а вторую — «дробление». Это, наверное, очень похоже на битвы в твоём мире?

— ...Ну, мы не бросаем заклинания туда-сюда, но, не считая этого, я думаю, что похоже, — сказал я.

Почему-то у меня в памяти всплыли батальные спецы из «тайга» дорам.

Всё начиналось с перестрелки из фитильных ружей и луков. Затем, когда пехотинцам асигару давали приказ атаковать, они продвигались вперёд через ружейный обстрел даже ценой собственных жизней, чтобы добраться до ограждений противника. Поскольку использовать оружие дальнего боя для борьбы с подошедшим в близь врагом было сложно, защитники посылали свой отряд асигару, и с этого момента два подразделения асигару убивали друг друга. Поскольку в этом мире огнестрельное оружие не изобрели, будет проще думать о магии как о замене фитильных ружей.

Затем Лисия нарисовала стрелки, выходящие из обоих военно-воздушных сил и столкнувшиеся друг с другом.

— В то время, как на поле сталкиваются сухопутные армии, воздушные силы также вступают в бой друг с другом. Если им удастся захватить воздушное пространство над полем битвы, кавалерия виверн сможет летать на высотах, недостижимых для стрел, и будет скидывать пороховые бочки (своего рода бомбы).

— Это... жутко, — сказал я.

Враг сеял ужас и смерть, и не было никакой возможности дать ему отпор.

— Получается, ключ к победе — это битва военно-воздушных сил? — спросил я.

— Нет, — ответила она. — Сражение в воздухе почти никогда не решает исход битвы.

— Что? Но ты только что сказала, что если заполучить контроль над небом, то можно будет атаковать, не рискуя получить отпор...

— Да, сказала. Именно поэтому основная цель воздушного сражения — не заполучить контроль над небом, а не отдать его врагу.

Далее Лисия написала «1000» рядом с ВВС нашей армии и «500» рядом с вражескими.

— Рыцари на вивернах — лишь малая часть всей армии. У Эльфридена в строю 1000 рыцарей, а у княжества Амидония — около 500. Сейчас ты можешь подумать, что в прямом столкновении мы победим, но враги знают, что они находятся в невыгодном положении. Они не будут активно пытаться перейти в наступление: они будут придерживаться исключительно оборонительной тактики. Если мы попытаемся форсировать атаку, мы понесём более серьёзные потери. Подготовка одного-единственного рыцаря на виверне требует много времени, поэтому их потеря нежелательна.

— Хм, думаю, я уловил смысл. По сути, во время наземного сражения задача ВВС состоит в том, чтобы охранять небо над полем до тех пор, пока не будет решена битва между двумя сухопутными войсками, верно?

— Да, правильно. ...Впрочем, бывают ситуации, когда всё может решить сражение в воздухе, если ВВС одной стороны значительно превосходят силы второй.

Лисия повернулась к карте континента на доске и указала на большую страну на западном краю, Империю Гран-Кэйос. Затем она указала на Горный Хребет Звёздного Дракона в центре и на Королевство Драконьих Рыцарей Нотунг[✱]В германо-скандинавской мифологии Нотунг — одно из имён меча Грам, принадлежащему герою Сигурду (Зигфриду) на севере.

— В Империи Гран-Кэйос есть военно-воздушные подразделения, верховыми животными в которых служат не виверны, а грифоны.

— Ты сказала «грифоны»... Это ведь существа с головой орла, туловищем льва и крыльями, верно?

— Да, — сказала она. — Они не могут летать непрерывно столь же долго, сколько виверны, но они могут делать в воздухе крутые виражи и могут одолеть виверн в бою. Помимо этого, в Империи также есть большое количество виверн. Всё это делает её опасным врагом.

Исходя из того, что я услышал, виверны похожи на бомбардировщики, а грифоны — на истребители. У них есть свои сильные и слабые стороны, в зависимости от того, как их использовать, но, если дело дойдёт до прямого столкновения, истребители, которые могут делать более крутые манёвры, будут сильнее. Пока я сидел, довольный собственной интерпретацией, Лисия продолжила:

— Далее, у Горного Хребта Звёздного Дракона и Королевства Драконьих Рыцарей Нотунг есть драконы.

— Сейчас, когда ты об этом сказала... Кажется, я слышал о них, когда мы обнаружили драконьи кости в отстойнике, — сказал я.

Драконы обладали несравнимо большей, в сравнении с вивернами, магической силой; они были умны, понимали человеческий язык, и, по-видимому, даже могли принимать человеческий облик. Хотя по классификации они не считались человеческим видом, они заключили договор о взаимном ненападении с человечеством и основали собственную страну в Горном Хребте Звёздного Дракона. Что же до их внешнего вида, то, в отличие от виверн с крыльями вместо передних лап, как у птерозавров, у драконов были и крылья, и все четыре лапы, из-за чего они больше походили на драконов, какими их представляли в западной земной культуре.

— К северу от горы Звёздного Дракона, в Нотунге, живут драконьи рыцари, которые заключили договоры с драконами из Горного Хребта, — сказала Лисия. — Драконий рыцарь принимает дракона в качестве своего партнёра, и в обмен на помощь с производством потомства дракон предоставляет ему свою мощь на поле битвы. По сути, они женятся на драконах.

— Хм... Могу ли я считать их более продвинутой версией кавалерии виверн? — спросил я.

— Сходство есть, но драконьи рыцари на порядок сильнее. Когда дракон и его рыцарь становятся мужем и женой, они идеально синхронизируются друг с другом. Даже тысяча солдат из сухопутных войск им не ровня. Я слышала, что им даже удалось остановить вторжение со стороны Империи, когда та была на пике силы и с её отрядами из грифонов.

— Что ж... у них определённо самые сильные воздушные силы, — сказал я.

Между прочим, драконьюты (которым является генерал ВВС Кастор Варгас) — раса, возникшая от союза драконов и их рыцарей. Ребёнок дракона и рыцаря может родиться драконом, может принадлежать расе рыцаря или же может родиться драконьютом. Это происходило абсолютно случайных образом, предсказать и исход было невозможно. С другой стороны, драконьют не мог родить дракона. Если драконьют вступал в брак с представителем другой расы, был 50-процентный шанс, что родится драконьют, так что их было довольно много.

— Подожди, что? Почему мы вообще начали говорить об этом? — спросил я.

— Потому что мы говорили о том, как трудно кавалерии виверн быть решающим фактором в битве, помнишь? — Лисия уставилась на меня, потрясённая.

А, ну да, точно, именно об этом.

Лисия нарисовала на доске замок.

— Эта тенденция становится особенно заметной в битвах за замок. Ты можешь подумать, что воздушные отряды могут пролетать над стенами замка, непосредственно атакуя замок и город, но на самом деле это невозможно.

— Почему это? — спросил я.

— Потому что на стенах замков устанавливают то, что ты мог бы назвать убийцей воздушных войск, — противовоздушные метатели болтов.

По словам Лисии, практически с того момента, как в этом мире начали формировать подразделения рыцарей на вивернах, проводились исследования по противодействию им. Из-за того, что рыцари на вивернах могли пролетать над стенами так, как им заблагорассудится, их считали угрозой безопасности государства.

Чтобы противостоять кавалерии виверн, был изобретён противовоздушный метатель болтов.

Внутри большой прямоугольной коробки были маленькие отсеки, похожие на соты, и в каждом из них был толстый, похожий на кол, болт. Дальность полёта болтов была увеличена за счёт наложенных на них заклинаний, и они также могли отслеживать всё, что движется в воздухе. Противовоздушный метатель болтов мог одновременно выстреливать десятки таких болтов.

Если какой-нибудь рыцарь на виверне беспечно подлетит слишком близко к стенам, то выстрелы, производимые противовоздушными метателями, будут атаковать их, как самонаводящиеся ракеты.

— Вот почему перед бомбардировкой города сначала нужно атаковать стены замка наземными отрядами и уничтожить метатели болтов, — объяснила Лисия. — До этого момента воздушные силы занимаются только охраной воздушного пространства над сухопутными войсками.

— Понятно... битвы за замки похожи на трёхсторонний тупик, — сказал я.

Сухопутные войска проигрывают воздушным силам, воздушные силы проигрывают метателями болтов, а метатели болтов — сухопутным войсками. Именно из-за этих взаимосвязанных сильных и слабых сторон Лисия сказала, что важна координация между воздушными и сухопутными силами. В принципе...

— Если не принимать во внимание флот, в нынешней ситуации, когда у нас нет ни сухопутных, ни воздушных сил, мы никоим образом не сможем справиться с Амидонией, если она начнёт вторжение, так ведь?

Лисия не ответила.

В королевстве Эльфриден насчитывалось около 100 000 солдат.

Личная армия короля, Запретная армия, имела более 40 000 человек.

40 000 в армии во главе с герцогом Георгом Кармином.

10 000 во флоте во главе с герцогиней Эксель Уолтер.

1000 в военно-воздушных силах во главе с герцогом Кастором Варгасом.

Для начала, Запретная армия на самом деле могла мобилизовать только около 10 тысяч солдат. Публично заявлялось, что Запретная армия насчитывает более 40 тысяч человек, но это число включало в себя наёмников из страны наёмников Зем, а также личные силы дворян, не связанные с армией, флотом или военно-воздушными силами.

Я уже расторг наш контракт с наёмниками Зема. Причиной этому частично послужило сокращение расходов, а частично — советы Макиавелли касательно доверия наёмникам. Вдобавок к этому, пусть в битве против Амидонии всё может сложиться по-другому, в предстоящем конфликте между мной и тремя герцогами многие дворяне будут весьма ненадёжными союзниками. Если всё действительно дойдёт до войны с тремя герцогами, я, скорее всего, не смогу рассчитывать на использование их личных отрядов.

Таким образом, численность войск, которые я смогу выставить, составит всего около 10 тысяч, состоящих из королевской гвардии и сил, которые я контролировал напрямую.

Моя армия, находящаяся под моим непосредственным контролем, почти полностью состоит из пехоты (800 членов королевской гвардии были тяжёлой кавалерией), но поскольку я с недавних пор использую их для работы над инфраструктурными проектами, все они также обладают навыками военных инженеров. Кроме того, в моих личных войсках также было пять сотен магов земли, таких как Каэдэ.

Теперь, что касается трёх герцогов, я могу дать вам следующее краткое изложение.

Для начала, силы флота насчитывали 10 тысяч человек. Большинство из них состояли в экипажах линкоров, крейсеров, эсминцев или торпедных катеров. Морских пехотинцев, которые могли высадиться на берег и вступить в сражение, было около 2 тысяч. Таким образом, даже если нам придётся сражаться с ними, серьёзной угрозы они представлять не будут.

Однако к их адмиралу, герцогине Эксель Уолтер, нужно относиться с предосторожностью.

Эта невероятная женщина обладает не только мудростью и смелостью, но и политической смекалкой. Я слышал, что она преодолела продовольственный кризис, поразивший всё королевство, используя свой собственный независимый план. Если бы я сделал её врагом, она, вероятно, нашла бы удивительные способы воспользоваться моими слабостями, даже вне поля битвы. Лично для меня она — самый нежеланный враг среди трёх герцогов.

С военно-воздушными силами ситуация обратная: с их лидером было легко справиться, но его войска были опасным противником.

Каждый солдат, как правило, формировал команду с виверной, и таких команд насчитывалось около тысячи. Рыцари на вивернах были так сильны, как их описывала Лисия. Из-за того, что у Запретной армии было всего несколько виверн, которых использовали для передачи сообщений, справиться с ВВС в прямом столкновении будет проблематично.

Генерал ВВС Кастор Варгас был драконьютом, и не будет преувеличением назвать его бесподобным воином. Кроме того, будучи драконьютом, он мог летать без виверны, используя свои собственные крылья. Он вспыльчив, импульсивен и с отвращением относится к идее использования мелких уловок. Хотя его действия легко читаются, он склонен ставить свои убеждения вперёд собственных интересов, поэтому, если бы я попытался убедить его, отталкиваясь от того, что было бы ему выгодно... на нём бы такой подход сработал с наименьшей вероятностью.

Ну и, наконец, сорокатысячная армия, в которой опасность представляли и генерал, и войска.

Впечатляла не только численность — снаряжение и общая подготовка были намного лучше того, что я видел в Запретной армии и подконтрольных мне войсках. Помимо пехоты и кавалерии в этой армии также были осадные орудия и магия огня, которые обладали подавляющей мощью. Это была воистину армия, собранная, чтобы исполнять на войне главную роль.

И во главе этой армии стоит генерал Георг Кармин, яростный командир и ветеран многих сражений.

В боевом мастерстве он не уступает Кастору, но полагается он не только на это. Он был редким воином, который может принимать взвешенные решения, подкреплённые богатым опытом. Честно говоря, я не хотел делать его врагом ещё больше, чем герцогиню Уолтер, но... не похоже, что он собирается отступать. Он приютил бежавших от моих расследований коррупционных дел дворян и занял явно конфронтационную позицию

По словам отца Хэла, Глейва Магны, много дворян и рыцарей из армейской фракции оставили герцога Кармина из-за сомнений относительно занятой им позиции, но его силы пополнили личные солдаты коррумпированных дворян и наёмники из Зема, которых он нанял, так что численность его войск почти не изменилась.

40 000 солдат армии против 10 000 солдат Запретной армии.

В живой силе они превосходят нас в четыре раза.

— В четыре раза... В такой ситуации Сунь-цзы сказал бы бежать или избежать битвы, — сказал я.

— Сунь-цзы? — переспросила Лисия.

— Это военный стратег из моего старого мира.

Имя Сунь-цзы отсылает к Сунь Ву, служившему при дворе императора Ву во времена периода Вёсен и Осеней китайской истории и написавшему «Искусство войны», или к его потомку Сунь Биню, служившему правителю царства Ци в период Сражающихся царств и написавшему «Искусство войны Сунь Биня». Они оба были превосходными стратегами, а их произведения — великими работами по военной стратегии.

Когда я объяснил ей это, Лисия посмотрела на меня с сомнением.

— Сома, ты ведь студентом был? Ты читал книги по военной стратегии?

— Да, потому что мне нравилась история, — сказал я. — Это было связано с моим интересом к этому.

Мне особенно понравилось читать «Ши цзи»[✱]Они же — «Исторические записки», «Записи о трёх царствах» и книги о периоде Сэнгоку в Японии. Как ответвление от этого, я прочитал «Искусство войны» и «Искусство войны Сун Биня», потому что оба Сунь-цзы появляются как персонажи в «Ши цзи».

Прочитайте их, они на самом деле довольно интересные. Как и Макиавелли, они жили в неспокойные времена, и в своей работе они признавали, что «люди такие, какие есть», и поэтому они рассуждали, как лучше всего справляться с бесконечными войнами.

Они оба прославились благодаря войне, но это не значит, что они были воинственными людьми. Оба они высказывались против лёгкого отношения к войне. Сунь Ву в главе «Стратегическое нападение» писал: «Лучшее из лучшего — покорить чужую армию, не сражаясь», а Сунь Бинь, давая совет королю Вэю, сказал: «Тот, кто радуется войне, от войны же и погибнет» (глава «Аудиенция у Вэй-вана»).

Однако в мире, полном хаоса, таких банальностей не всегда бывает достаточно. Если не защищаться и не нападать, то в результате будет только смерть людей.

Оба Сунь-цзы это понимали. Сунь Бинь сказал: «Даже великие правители из легенд, желающие править мирно, не всегда могли это сделать. Вот почему они должны были сокрушить нечестивых царей посредством войны».

Важно отделять идеалы от реальности и делать то, что реально нужно делать.

— Даже если я не хочу этого делать, я должен, — сказал я. — Потому что я теперь король.

— Ха?! Сома!.. — начала говорить Лисия.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Входите, — крикнул я, и моя приёмная маленькая свояченица Томоэ высунула голову из тени двери.

— Старший брат Сома, Хакуя вас зовёт, — сказала она.

Похоже, мой премьер-министр Хакуя послал Томоэ позвать меня.

— Хакуя? — спросил я. — Понял. Лисия, пожалуйста, научи меня остальному в следующий раз.

Попросив Лисию, я вышел из комнаты и пошёл повидать Хакую.

◇ ◇ ◇

— Эм... Что-то не так, старшая сестра? — спросил Томоэ.

Пока я отсутствующим взглядом уставилась на дверь, через которую ушёл Сома, моя приёмная сестра обратилась ко мне с озабоченным видом.

«Ох, это не хорошо, — подумала я. — Я не могу беспокоить такую маленькую девочку...»

— Просто... Есть кое-что, что меня беспокоит... — сказала я.

— Что-то вас беспокоит? — Томоэ вопросительно наклонила голову. Она выглядела восхитительно, когда так делала, что помогло мне немного успокоиться.

— ... Видишь ли, Сома сказал: «Потому что я теперь король».

— Старший брат Сома и есть король этой страны, разве нет? — сказала она.

— Ну, да, но...

Но... я не думала, что Сома, которого я знала раньше, когда-либо сказал эти слова.

Ещё совсем недавно он говорил что-то вроде: «Я только присматриваю за троном» или «Как только я закончу реформацию королевства, я верну корону тебе, Лисия». Как я и подозревала, участие в спасательной операции в Защищённом Божеством Лесу могло послужить причиной того, что Сома изменил мнение. Да, я хотела, чтобы Сома был королём, и меня должно радовать, что он осознал своё положение, но...

«Но не знаю... Почему-то на сердце у меня неспокойно».

Я не могу выразить это словами. В мою грудь проникало какое-то предчувствие. Было такое ощущение, что Сома медленно превращается в кого-то, кем он не является.

— Старшая сестра? Старший брат Сома странно себя ведёт? — Томоэ снова посмотрела на меня с беспокойством.

Похоже, у меня снова было мрачное выражение лица. Я погладила Томоэ по голове.

— Всё будет хорошо. Сома не один. В конце концов, у него есть все мы.

— Да, конечно! — Маленький волчий хвост Томоэ энергично закачался из стороны в сторону.

«...Да, всё верно. Неважно, что ждёт нас в будущем...

...Я буду идти вместе с тобой до самого конца, Сома».

Девятый месяц 1547 года по континентальному календарю — Ван, столица княжества Амидония.

Город Ван, столица княжества Амидония, был окружен высокими замковыми стенами, и его архитектура была лишена стилистических излишеств или украшений. Выражаясь мягко, его можно было бы назвать строгим и суровым. Выражаясь более честно, он был скучным и однообразным. Суровый пейзаж этого города очень напоминали людей, населявших его.

Эта страна, потерявшая часть земель в войне с Эльфриденом в годы царствования короля два поколения назад, сделала идею возмездия Королевству своей национальной политикой. То, что они ценили превыше всего — воинский дух. От своих людей они требовали жизни без излишеств. От своих женщин они требовали услужливости своим мужчинам и благопристойности. Из-за этого на улицах нельзя было увидеть ни мужчин, ни женщин, разгуливающих в модных нарядах.

Такова была суть «тихого города» Ван, но с недавних пор в нем ощущалась атмосфера предвкушения чего-то хорошего. Это началось, когда в соседней стране, вражеском Королевстве Эльфриден, внезапно сменился король.

В 1547 году по континентальному календарю король Альберт Эльфриден отрекся от престола.

Альберт, теперь уже бывший король, был посредственной личностью, но благодаря своему мягкому характеру он пользовался уважением своих вассалов и народа. Однако и из-за этой мягкости он не проводил решительной политики, которая могла бы искоренить коррупцию среди испорченных дворян. Благодаря этому и множеству других, наложившихся друг на друга причин, Королевство постепенно приходило в упадок.

Но недавно Альберт внезапно передал свой трон герою, как заявлялось, вызванному из другого мира.

Героя, очевидно, звали Сома Казуя.

В то же самое время, когда Альберт передал трон Соме, он также устроил помолвку своей единственной дочери Лисии с новым королем, тем самым обеспечив легальность власти Сомы. Этот Сома, которому был передан трон, еще не был официально коронован, но он был, по сути, королем и приступил к ряду политических реформ.

В результате внезапной смены короля поначалу не мало людей подозревали узурпацию власти, но, при поддержке Лисии, он значительно улучшил эффективность работы государственных служащих, собрал новый талантливый персонал, облегчил проблему нехватки продовольствия и развил внутреннюю транспортную сеть для увеличения товарооборота. Благодаря целеустремленной реализации этих политик и многим другим мерам, Сома получил поддержку народа. Возможно, как герой он был довольно невзрачен, но как король — великолепен. Таково было мнение народа о нем.

Однако, правление Сомы не было гладким во всех отношениях.

Во-первых, три герцога, контролировавшие сухопутные силы, военно-воздушные силы и флот Эльфридена (кроме них существовала еще и другая сила, запретная армия, которая служила непосредственно королю), все еще не присягнули на верность Соме.

Зверочеловек-лев, генерал сухопутных сил — Георг Кармин.

Мизучи (морской змей), адмирал флота — Эксель Уолтер.

Драконит, генерал ВВС — Кастор Варгас.

С момента передачи трона Соме, эти трое отвели свои армии на подконтрольные им территории.

Все это происходило в другой стране и их истинные намерения оставались неизвестными для жителей Амидонии, но в любом случае было ясно, что их отношения с Сомой были весьма напряженными. В частности, ходили слухи, что генерал армии Георг Кармине собирал силы, чтобы выступить против Сомы.

Кроме того, дворяне, привлеченные Сомой к ответственности за коррупцию, так же выступали против него.

Лица, совершившие серьезные правонарушения, были лишены своих титулов, земли и имущества. Совершившие особо тяжкие преступления, подлежали тюремному заключению или иным видам наказания.

Коррумпированные дворяне были недовольны этим, попытались забрать свои сбережения и бежать из страны. Однако границы уже были закрыты, и, не имея другой альтернативы, они собрались под крылом Георга Кармина, который открыто выступал против Сомы.

Таким образом, когда раздор между Сомой и тремя герцогами подошел к апогею, граждане Амидонии были в приподнятом настроении. Ходили вполне правдоподобные слухи, что король Сома начал собирать войска, чтобы подчинить себе трех герцогов, которые не хотели отступать от своих мятежных позиций. Королевство переживало конфликт между королем и его вассалами.

В этой ситуации у княжества Амидония потекли слюнки. Это выглядело как беспрецедентный шанс реализовать свою национальную доктрину, «вернуть нашу украденную землю» и «отомстить этому Королевству».

Из-за этого, не только солдаты, но и простые граждане в большинстве своем единодушно заявляли: «Сейчас самое время напасть на Королевство!»

В этом милитаристском государстве армия стояла на первом месте, а жизнь народа — на втором. Главный приоритет распределения бюджетных средств отдавался военным, что негативно влияло на жизнь «гражданских». Конечно, общественность должна была быть недовольна этим, но людей учили, что «все наши страдания — вина Королевства Эльфриден, которое украло нашу землю».

Вместо того чтобы направить свой гнев на политиков или армию, они направили его на Эльфриден. Неважно, какие проблемы испытывали люди, неурожай или очередное повышение налогов — виновато в этом всегда было Королевство. С точки зрения государственного деятеля, не может быть более идеальной ситуации.

Более того, за верой в то, что «это Королевство ответственно за нашу трудную жизнь», естественно, следовала вера в то, что «наша жизнь станет лучше, если мы победим Королевство». Именно поэтому, получив эту, казалось бы, идеальную возможность, набирала популярность идея вторжения в Эльфриден.

Получив этот импульс, смелые слова можно было услышать на каждом углу улицы.

— Наконец-то пришло время сражаться с этим королевством!

— Вот именно! Мы больше не будем тянуть время!

— Храбрый и мужественный Лорд Гай никогда не проиграет этому щенку!

— Война, значит...

В то время как многие люди рвались в бой, были также те, кто чувствовал сомнения по поводу грядущей войны. Они боялись, что они сами, их дома или их семьи могут пострадать от этого.

Однако, сейчас общественное мнение в этой стране не позволит им озвучить эти опасения. У них не было другого выбора, кроме как подавить свою тревогу и плыть по течению.

Один человек молча наблюдал за людьми из тени переулка.

Этот человек был одет в плащ цвета охры, а капюшон полностью закрывал его голову, так что невозможно было разглядеть выражение его лица. Тем не менее, можно было заметить хрупкое телосложение и небольшой рост — 161 сантиметр. Человек вздохнул, увидев, как ведут себя жители города, и быстрым шагом удалился.

Человек направлялся к магазину. Судя по товарам в витрине, здесь продавали мужскую одежду. Вывеска на фасаде гласила: «Серебряный олень».

Человек вошел в лавку и откинул капюшон, явив миру прическу «хвостики». Под капюшоном скрывалось прелестное личико юной девушки.

Из глубины магазина вышел мужчина средних лет с седеющими волосами, одетый как бармен. Человек обладал манерами джентльмена, и, увидев молодую девушку, он приветствовал ее словами:

— С возвращением! Что думаете, Леди Ророа? Как настроения в городе?

— Без вариантов, Себастьян… это ужасно, — ответила девушка.

К владельцу этого магазина на торговом сленге (Кансайский диалект[✱]И вот здесь начинается сложность, так как этот «диалект торговцев» в английском переводе весьма примечателен и интересно отражает ее характер, так что переводить ее обычными фразами = убрать часть ее индивидуальности. Весь вопрос — как ее перевести, пока будет такой стиль, иногда будут встречаться просторечные слова. Сейчас — не особенно заметно, так как достаточно серьезная тема разговора. Был соблазн сделать «одесский говорок», но кому-нибудь это может прийтись не по нраву.) обратилась Ророа Амидония, первая принцесса Амидонии.

— Многие с вожделением ждут войны, — продолжала она. — Они думают, что Король Сома слишком молод и не сможет разрулить ситуацию. Они даже не допускают мысли, что мой старик может проиграть.

— В конце концов, лорд Гай силен и мужествен, — сказал владелец магазина.

— Он просто выглядит крутым, вот и все. Даже если он действительно силен, это всего лишь один человек.

Несмотря на то, что они были отцом и дочерью, Ророа была беспощадна в своей критике. Между Ророой, с ее экономическим чутьем и желанием использовать деньги для восстановления страны, и милитаристом Гаем, вкладывающим все средства в армию, существовала непреодолимая пропасть в их образе мыслей.

Печально было видеть такую пропасть между родителями и детьми, но Ророа, как первая принцесса этой страны, не могла просто смириться с этим фактом. Как человек, обладающий властью над другими, она должна была подготовиться к любым неожиданностям.

Возможно, чтобы поддержать разговор, Себастьян спросил:

— Ну, Леди Ророа, как Вы воспринимаете характер этого Сомы?

— Не знаю. Что я слышу — так это не его личные достижения, а достижения его подчиненных. Потому его так трудно понять. Значиться, делаем вывод — он действительно похож на короля, который умеет слушать своих вассалов.

С этими словами Ророа уперла руки в бока и грустно вздохнула.

— Опасно начинать войну с кем-то, кого не можешь понять. Не суть важно, что король и три герцога не ладят друг с другом. Будь то территория, или влияние, или население — Эльфриден превосходит нас во всем. И это если не вспоминать о количестве солдат, которых они могут выставить, тогда вообще печальная картина. У нас есть много полезных ископаемых, поэтому качество нашего снаряжения хорошее, но… вот, пожалуй, и все, что у нас есть.

Когда Ророа дала эту пессимистическую оценку, Себастьян спросил:

— …Леди Ророа, вы верите, что наша страна проиграет?

— Я же сказала, не знаю, — ответила она, — Война — не по моей части. И все же я точно знаю, что, если мы проиграем — будет очень плохо. Мы должны беспокоиться не только о королевстве. Эта дурацкая теократия на Севере, Лунарское Православное Папское Государство, на юге Республика Тургис, жадная до любой возможности продвинуться на север. У нас есть союз с Государством Наемников Зем на Западе, но что-то я сомневаюсь, что они окажут нам большую помощь, если мы начнем проигрывать по всем фронтам.

Лунарское Православное Папское Государство было центром Лунарского Православия, религии, которая была одной из двух крупнейших религий этого континента, вместе с Культом Матери-Дракона. Эта страна управлялась Лунарианским Православным Папой, обладавшим одновременно светской и религиозной властью, и их система ценностей заметно отличалась от других стран. В Княжестве Амидония было много последователей Лунарского Православия, и при удачном стечении обстоятельств Лунарское Православное Папское Государство могло спровоцировать революцию в Амидонии.

Республика Тургис на юге была зависима от своего холодного климата. В течение долгой зимы их земли были погребены под снегом, а моря скованны льдом. Из-за этого в поисках незамерзшей земли и теплых водных портов они всегда внимательно следили за севером в поисках любой возможности для расширения.

Государство Наемников Зем было уникальной страной. Они придерживались вечного нейтралитета, но получали взаимные гарантии безопасности, посылая своих наемников в каждую страну. Они послали наемников и в княжество, как и в прочие страны, но… наемников интересовали лишь деньги. Если их наниматель когда-нибудь окажется в невыгодном положении, то неизвестно, насколько серьезно они отнесутся к этой войне.

Если случится худшее и они проиграют, как отреагируют эти три страны?

Вот что беспокоило Ророа.

— Сейчас в этой стране распространены плохие, рискованные настроения, — вздохнула Ророа. — Никто не думает о том, что будет, если мы проиграем. Хотя в худшем случае на нас могут напасть сразу трое наших соседей.

Ненадолго задумавшись, она сказала:

— Именно поэтому я и собираюсь сделать то, что собираюсь. Даже если это означает разрыв с моим стариком, я должна быть готова, если все пойдет наперекосяк…

Сказав это, она широко улыбнулась Себастьяну.

— Такие дела, Себастьян. Выручишь девочку, агась?

— …Полагаю, мне придется это сделать, не так ли? — Себастьян пожал плечами, словно стараясь придать своему голосу надменный вид. Именно так он и выглядел, но он уже решил последовать за этой девушкой. Иногда поступки Ророа выдавали ее юность, но она обладала определенным обаянием, притягивавшим к ней людей.

«Иногда я сожалею, что она родилась женщиной…» подумал он.

Если бы Ророа смогла занять трон, возможно, эта страна стала бы лучшим местом для жизни? Себастьян не мог не думать об этом.

Что же касается самой Ророа, то она уже начала думать о следующей задаче.

— Ну, теперь, когда мы более-менее определились с направлением, у нас все еще не хватает рук, — сказала она, — я бы хотела потратить немного больше времени на поиск союзников, я думаю.

— …И вы положили глаз на кого-то конкретного? — Спросил Себастьян, почувствовав что-то в манере Ророа говорить, и она озорно рассмеялась в ответ.

Несколько дней спустя…

В своем замке в столице княжества, Ване, суверенный правитель Амидонии Гай VIII, собрал в зале для аудиенций главных военачальников этой страны. Гай поднялся с трона, обращаясь к собравшимся.

— Время пришло! Собираем наши силы на южной границе с Эльфриденом!

Это была декларация начала войны с Королевством Эльфриден.

Гай получил донесение, что пропасть между Сумой Казуей и одним из трех герцогов, Георгом Кармином, стала непреодолимой и что столкновение между ними — лишь вопрос времени. Очень скоро королевство погрузится в хаос. И в этом хаосе они вернут себе земли, отнятые у них пятьдесят лет назад.

— Как только Георг поднимет восстание, мы начнем вторжение в Эльфриден! — объявил он. — Наша цель — плодородный регион на юге! Настало время вернуть земли, украденные у наших предков!

— Ура! — Собравшиеся командиры разразились радостными возгласами.

Наконец, пришло время отомстить Королевству за прошлые потери. Эти командиры, которые были военными до мозга костей, не могли не чувствовать, как кипит и бурлит в них кровь. В тоже время…

— Пожалуйста, подождите, ваше высочество!

…один человек выступил против, подойдя и преклонив колени перед своим повелителем.

Это был молодой министр финансов Гэтсби Колберт.

С его редким экономическим чутьем ему доверили пост министра финансов, несмотря на его относительно юный возраст — он был в середине второго десятка лет.

В то время как Ророа обладала талантом тратить деньги максимально эффективно, чтобы заставить экономику двигаться, Колберт занимался вопросами экономии и накоплений. Хотя у них были диаметрально-противоположные подходы, они отлично работали в паре, чтобы экономить там, где было можно экономить, и тратить там, где это было необходимо. Именно они удерживали экономику этой страны от падения в бездну.

— А, это ты, Колберт, — Гай строго посмотрел на него. Он был явно недоволен этим вмешательством.

Когда Гай, человек, которого даже генералы, пережившие много сражений, боялись рассердить, обратил свой взгляд на Колберта, простого бюрократа, последний задрожал. И все же он набрался храбрости, чтобы предложить говорить.

— Я говорю это со всем уважением, Сир, — выдавил он, — пожалуйста, подумайте о вторжении в Эльфриден! Народ нашей страны страдает от продовольственного кризиса и слабой экономики! Если мы сейчас начнем войну, наши люди начнут умирать от голода!

— Я это знаю, — отрезал король, — Вот почему захват плодородного региона так важен.

— Войны требуют огромных расходов со стороны государства! —протестовал Колберт. — Если у вас есть свободные деньги в бюджете, вы должны импортировать продукты питания из-за границы! Вместо того, чтобы вести войну, в которой мы не знаем, выиграем мы или проиграем, и которая, даже если мы победим, не дает нам гарантии, что наши усилия окупятся, разве это не то время, когда мы должны наращивать наши силы и…

— Молчать! — взревел Гай.

Он подошел к чиновнику и пнул его достаточно сильно, что бы тот отлетел в сторону.

— Ух…

Когда он посмотрел на распростертого на полу Колберта, на лице Гая отразилась ярость.

— Вы, гражданские чиновники и министры, всегда говорите одно и то же! Работа над внутренними делами, сейчас не время для этого — вот и все, что я от вас слышу! Посмотрите, к чему это привело! Больно осознавать то, как измучена наша страна! В отличие от нас, Королевство, несмотря на застой при болване, последнем короле, начало восстанавливаться с приходом на трон этого нового короля!

— Э-это потому… Что новый король, Сома, работает над обогащением своей страны…

— Ты все еще продолжаешь говорить?!

Гай снова пнул Колберта на пол.

Возможно, он прикусил язык, потому что из уголка губ Колберта текла кровь. И все же, он продолжал говорить.

— Ваше Высочество… Общая численность армии Амидонии составляет лишь половину армии Эльфридена. Это просто… слишком безрассудный план!

— Я знаю это и без того, чтобы какой-нибудь ничтожный чиновник говорил мне об этом! — взревел король. — Именно поэтому сейчас, когда король и три герцога конфликтуют, у нас есть такая возможность!

— Даже если так, неизвестно, как долго это продлится, — возразил Колберт.

— Бва-ха-ха! Не о чем беспокоиться! Георг Кармин начнет восстание. Этому молодому королевскому щенку будет нелегко подчинить его, я уверен. Гражданские войны тянутся очень долго. Все будет по-прежнему, даже если Георг проиграет. Если же мятежники добьются своего — страна не сможет остаться единой!

Колберт в отчаянии закусил губу. «Не потому ли Его Высочество так дерзко себя ведет?!»

Вероятно, именно Георг Кармин, прославленный и свирепый полководец, поднявшим флаг восстания против Сомы, подталкивал Гая к действию.

По правде говоря, не было никакой гарантии, что такая возможность когда-нибудь представится снова. Гай уже давно был не юношей, его возраст перевалил за пятьдесят. Он не мог позволить себе упустить такой идеальный шанс, особенно пока еще был в состоянии стоять во главе армии и отдавать приказы.

«Однако… Это слишком хорошо, чтобы быть правдой!» — Упрямо подумал Колберт.

— Пожалуйста, выслушайте меня, Ваше Высочество! — он взорвался. — Если вы вторгнетесь в Эльфриден, наша страна подвергнется критике со стороны всех остальных стран! Мы подписали имперскую Декларацию Об Общем Фронте Человечества Против Расы Демонов!

— …Декларация Человечества, да? — В первый раз за разговор у Гая был беспокойный взгляд.

Продвигаемая Империей Гран-Кэйос Декларация Единого Фронта Человечества Против Расы Демонов (также известная как Декларация Человечества) касалась декларации и вытекающего из нее международного договора, поддержанного самой большой и могущественной страной на континенте. В нем говорилось, что в свете расширения владений повелителя демонов все конфликты между людьми должны прекратиться. Чтобы помешать монстрам и демонам продвинуться дальше на юг, все человечество должно было работать как единое целое и сотрудничать.

Основные положения Декларации человечества были изложены в этих трех статьях:

Во-первых, не допускаются изменения границ человеческих стран вследствие военных действий между ними.

Во-вторых, должны соблюдаться права всех народов на равенство и самоопределение.

В-третьих, страны, находящиеся вдали от Владений Демонов, должны поддерживать страны, граничащие с Владениями.

Вторая статья была принята для защиты меньшинств в каждой стране. Учитывая, что насильственный захват территорий был недопустим, некоторые страны могут начать притеснять национальных меньшинств, с целью отобрать их богатства. Что бы не допустить подобного и была добавлена эта статья.

Кроме того, хотя это и не было прямо указано в тексте, если какая-либо страна нарушит хотя бы одну из трех статей — Империя, как лидер Декларации, вмешается военным путем.

Проще говоря, эта декларация человечества была договором о безопасности, в котором страны отказывались от возможности вторгаться в другие страны в обмен на защиту от Империи.

— Если мы вторгнемся в Эльфриден, — взмолился Колберт, — то, возможно, это вызовет вмешательство империи! Сир, умоляю Вас, пожалуйста, передумайте!

— Ах ты, шавка! — Гай положил руку на рукоять меча, висевшего у него на бедре.

Как раз в тот момент, когда все присутствующие были уверены, что этот человек сейчас умрет, кто-то проскользнул между Гаем и Колбертом.

— Сэр Колберт, об этом можно не беспокоиться, — тот, кто встал между ними, был наследный принц Юлий Амидония. Его холодные глаза, не выражавшие никаких эмоций, были устремлены на Колберта. — Причина этому в том, что Эльфриден не подписал декларацию человечества.

— Юлий… Господин, — сказал Колберт, — это довольно вольная трактовка Декларации! Мы подписали ее, встали под ее защиту, но в то же время нападаем на страну, которая ее еще не подписала! Если мы это сделаем, это будет словно мы бросаем грязь в лицо Империи!

— Однако в дипломатии важны только подписанные договоры, — холодно заметил Юлий. — Все это было вызвано упрямой глупостью Эльфридена, не поддержавшего возвышенные идеалы империи. Конечно, Империя не сможет винить нас в этой ситуации.

— Но…

— Довольно! — Гай убрал руку с рукояти меча и повернулся к собравшимся командирам. — Настоящим, я освобождаю Колберта от должности министра финансов.

— Сир! — Воскликнул Колберт.

— Колберт, я помещаю тебя под домашний арест на некоторое время, — отрезал король. — Ты будешь наблюдать со стороны. Смотри, как мы отвоевываем землю наших предков.

С этими словами Гай вывел своих командиров из зала аудиенций, даже не взглянув на Колберта. Колберт некоторое время стоял, закусив губу, но в конце концов в гневе ударил кулаком по ковру, поднялся на ноги и встал лицом к лицу с оставшимся позади Юлием.

— Юлий! Неужели это действительно… единственный путь?! — выкрикнул он.

Колберт говорил с Юлием немного свободнее, чем стоя перед Гаем. Отчасти потому, что они были примерно одного возраста, и несмотря на то, что занимали посты наследного принца и вассала. Юлий и Колберт были достаточно близки, что бы их можно было назвать друзьями.

— Он прав, — холодно сказал Юлий Колберту, — такой шанс выпадает раз в жизни. Помимо Георга Кармина, есть много дворян, имеющие тайные связи с нашей страной. Если мы будем координировать наши действия с ними, то сможем отрезать себе немного земли на юге.

— Но если мы проиграем, это может означать гибель нашей страны, — сказал Колберт.

— Однако, с другой стороны, если мы упустим этот шанс, то, возможно, никогда не сможем вернуть свою территорию. Если, как ты сказал, новый король работает над обогащением своей страны, не означает ли это, что разрыв только увеличится, если мы упустим этот шанс?

Было ясно, что Юлий смотрит на ситуацию более спокойным, более рациональным взглядом, чем Гай. Но даже в этом случае его решение оставалось неизменным.

— Это давнее желание княжеского дома Амидонии — вернуть утраченные нами земли и отомстить. Нет, не только княжеский дом, но и солдаты, и народ придерживаются этого желания.

— Это…

«Это потому, что у них нет выбора!» Колберт хотел это сказать, но… это было бы слишком для простого вассала.

Когда Колберт опустил глаза, не находя слов, Юлий положил руку ему на плечо.

— Пожалуйста, пока помолчи, Колберт. Я очень высоко оцениваю твои способности. Ради себя самого, как того, кто когда-нибудь будет править этой страной, я не хотел бы потерять тебя из-за вспыльчивости отца.

— Юлий… — Колберт посмотрел на него пристальным взглядом, но Юлий не ответил ему взаимностью.

Несколько часов спустя, когда подавленный Колберт еле волочил ноги по коридорам княжеского замка, из-за одной из мраморных колонн высунулось очаровательное лицо молодой девушки.

— Приветик, мистер Колберт. Что за угрюмая маска на лице?

— Принцесса?! Хм, это, ну…

Из-за колонны вышла Ророа Амидония, первая принцесса этой страны. Колберт слегка запаниковал, когда понял, что позволил Ророа увидеть, как он чувствует себя подавленным.

Ророа с юных лет имела хорошее чутье в экономике, и по мере взросления она все чаще общалась с владельцами крупных предприятий и чиновниками Министерства финансов. Для Колберта, министра финансов, Ророа была единомышленником, который понимал все тонкости экономики. Кроме того, для него она была чем-то вроде беззащитной младшей сестры.

— Судя по состоянию твоей физиономии… ты пытался вразумить моего старика, не так ли? — Извиняющимся тоном спросила Ророа, глядя на синяки на лице Колберта.

— А? Ах, нет... Это, э-эм…

— Нечего это скрывать, — сказала она. — Извини за моего идиота отца. Божечки мои... Если он отталкивает вассалов, которые пытаются дать ему хороший совет, он ведет эту страну прямо по дороге к гибели. Честно, о чем он думает?

Ророа не стеснялась показывать, насколько она зла. Как бы то ни было, говорить такие вещи в этой стране можно было лишь перед друзьями, которые точно не предадут. Даже для принцессы. Особенно для принцессы. Колберт был рад, что Ророа так про него думает.

— Спасибо, принцесса, — сказал он. — Со мной все будет в порядке.

— Будет? Хорошо. Ну что ж, тогда приготовься.

— Да…? Приготовиться к чему?

Не в силах уследить за этим внезапным поворотом разговора, Колберт несколько раз моргнул.

— Старик просто дал тебе все свободное время в мире, так что тебе нечего делать, верно? — Ророа со смехом помахала ему рукой, — Ну, тогда, может быть, ты поможешь мне с тем, что я делаю. Я уже поговорила со всеми бюрократами, которые могли бы согласиться на это, но я все еще хотела бы привлечь больше людей в помощь, в конце концов.

— А? Эм, принцесса? И что же Вы собираетесь делать?

— Это очевидно, — сказала она. — Мы все вместе исчезнем. Себастьян продвигает проект вперед, ну а мы, думаю, поедем погостить к дяде Герману в Нельву.

— А? А-а-а?! — воскликнул он.

Ророа схватила его за рукав и быстро пошла прочь, волоча за собой Колберта.

Несколько дней спустя, когда Гай VIII и Юлий покинули Ван, произошел инцидент, в результате которого принцесса Ророа и несколько чиновников исчезли.

Этот инцидент должен был бы вызвать большой переполох, но Ророа искусно прикрыла его, и ни Гай, ни Юлий так и не заметили этого.

◇ ◇ ◇

Королевская столица Парнам, конец сентября 1547-го года по континентальному календарю, королевский дворце Королевства Эльфриден, замок Парнам.

В кабинете по правительственным делам я слушал доклады Пончо и Томоэ.

Для начала, я выслушал Пончо.

До недавнего времени он занимал пост Министра по Продовольственному Кризису, но теперь, когда этот вопрос был решен, я назначил его Министром Сельского И Лесного Хозяйства. В дополнение к сельскому, лесному хозяйствам и управлению военными продовольственными запасами, я также поручил ему руководить строительством террасных рисовых полей и другими проектами, которые позволят выращивать новые культуры в этой стране.

Кстати, причина, по которой он также не отвечал за рыболовство, заключалась в том, что эта страна не управляла правами на рыболовство. У различных рыбацких гильдий были свои зоны влияния, но все, что страна делала, это получала налоги от гильдий в обмен на защиту их прав.

В конце концов, я хочу создать что-то и в этой области, но, вероятно, придется подождать, пока я не получу флот под свой контроль. Для того, чтобы страна гарантировала права рыбаков, нам нужно было что-то вроде Агентства Морской Безопасности. Если мы попытаемся навязать рыбакам обязательства без какой-либо гарантии, они их просто проигнорируют.

Похоже, я отвлекся от темы, да?

— Как обстоят дела с поставками (военной провизией и кормом для лошадей), о которых я вас спрашивал? — задал я вопрос Пончо.

— С этим все хорошо. Каким-то образом мне удалось раздобыть их, однако… — Пончо говорил ужасно уклончиво, особенно учитывая заявление, что ему удалось подготовить припасы.

— Что-то случилось?

— Нет… Я просто беспокоился, верны ли эти цифры, — сказал Пончо, вытирая пот со лба. — Видите ли, запрошенный объем поставок вполне мог бы содержать Запретную Армию в течение месяца… Собрать их было нелегко, поэтому, если цифры были ошибочными, это будет означать, что мы понесли огромные потери, да.

О, это имело определенный смысл. Когда он посмотрел на количество солдат, которых я мог мобилизовать в настоящее время в Запретной Армии, он забеспокоился, что количество поставок было слишком велико. В конце концов, там было всего около 10 000 человек.

— Это не проблема, — сказал я. — Нам действительно нужны все эти припасы. На самом деле, можно даже сказать, что именно этот огромный запас припасов решит, выиграем мы или проиграем.

— Д-даже так? — он запнулся. — …Хорошо, что в этом году у нас был такой обильный урожай. Если бы вы спросили меня в прошлом году или раньше, я бы не смог собрать такое количество.

— Да. Хотя это плод упорного труда каждого. Конечно, не преуменьшает твоих заслуг, Пончо.

— В-вы слишком добры, да! — Пончо, смущенный неожиданной похвалой, выпрямился так прямо, что казалось, он вот-вот согнется назад.

Я криво усмехнулась его поведению, затем перевел взгляд на Томоэ.

— Как дела с твоей стороны, Томоэ?

— В-верно. Думаю, у меня есть еще пять ринозавров, которые нам помогут.

Поскольку Томоэ обладала даром говорить с животными и монстрами, я поручил ей «завербовать» нескольких гигантских ящериц, ринозавров, как те, которых мы использовали во время нашей миссии оказания помощи Защищенному Божеством Лесу.

Их возможности по перевозке грузов, как я убедился во время строительства дороги, были поистине удивительны. Я хотел увеличить их число, приписанное к Запретной армии, но поскольку они были дикими животными, требовалось довольно много времени, чтобы приручить ринозавра. В то же время, если мы попытаемся использовать их без обстоятельной тренировки, и, если случится что-то непредвиденное и они взбесятся, эти огромные «звери» причинят колоссальный ущерб всем, кто окажется у них на пути.

Решение этой проблемы стало работой для Томоэ, которая могла понимать языки всех живых существ. Томоэ могла выслушивать просьбы ринозавров.

Интересный факт: похоже, что ринозавры были не были такими уж умными (возможно, на том же уровне, что и стегозавры, у которых мозг был размером с грецкий орех?), поэтому их просьбы обычно сводились к «вкусной еде» и «месту для безопасного размножения».

Для решения этой проблемы я создал в королевстве заповедник ринозавров, но это была небольшая цена за дальнее, высокоскоростное средство передвижения, примерно эквивалентное поезду, верное и не требующее обучения.

— Да, способности м-мадам Томоэ поистине невероятны, — сказал Пончо.

— Это точно, — согласился я. — Я рад, что смог взять ее под свою защиту до того, как она попала в руки какой-то другой страны.

— Т-ты мне льстишь. — Томоэ покраснела и смущенно опустила глаза.

— Сома… — двери кабинета по правительственным делам открылись, и вошла Лисия.

«В выражении ее лица есть что-то тревожное», подумал я. «…Я немного волнуюсь».

— …Пончо, Томоэ, — сказал я. — Могу я попросить вас оставить нас на минутку одних?

— Д-Да, конечно, да.

— Х-хорошо, Старший Брат…

Поклонившись, они вышли из кабинета, оставив нас с Лисией наедине.

Какое-то время мы оба молчали, но потом я встал и подошел к кровати в углу. Затем, усевшись на кровать, я жестом пригласил Лисию подойти ко мне.

Лисия села рядом со мной, как я и просил. Я сидел на своей кровати, рядом со мной сидела красивая девушка, и все это должно было быть прекрасно, но атмосфера была тяжелой и гнетущей.

— …Ты пришла, потому что тебе нужно о чем-то поговорить, верно? — спросил я Лисию, не в силах больше выносить молчание.

Лисия, казалось, пришла в себя и начала говорить, медленно выговаривая слова.

— В замковом городке… Ходят слухи, что ты собираешь армию против трех герцогов.

Я ничего не ответил.

— Говорят, столкновение с Герцогом Кармином неизбежно. — Лисия повернулась ко мне лицом. Ее глаза дрожали от неуверенности.

…Я не мог винить ее за это. Для Лисии я был ее королем и женихом, в то время как генерал Георг Кармин был ее начальником во время службы в армии и человеком, которого она уважала. Если мы начнем противостояние, сердце Лисия будет разрываться между нами. Я знал, что в попытке предотвратить это, она послала немало писем Георгу, изолировавшемуся на своей территории, прося его встретиться со мной.

— Неужели… — она запнулась. — Неужели мы больше ничего не можем сделать?

Когда она спросила меня об этом своими дрожащими глазами, я хотел что-то сказать, но…

Не в силах подобрать нужные слова, я лишь молча кивнул.

Заметив мою реакцию, Лисия пробормотала:

— Верно… Конечно…

С этими словами она направила пустой взгляд прямо перед собой и опустила плечи.

Это было неприятно. Мне пришлось идти этим путем, несмотря на понимание, что это причинит боль Лисии. Это зашло так далеко, что ни Георг, ни я уже не могли отступить. В таком случае… По крайней мере…

— Лисия.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты рассказала мне о Георге Кармине.

— ?!

Лисия подняла голову и посмотрела на меня.

— …Почему именно сейчас, когда уже поздно что-то менять?

— Я хочу знать, что это за человек, с которым мне предстоит драться. Я никогда не встречал его, в конце концов.

Лисия на мгновение замолчала. Она казалась немного озадаченной, но в итоге начала говорить.

— Герцог Кармин… Георг Кармин — воин беспрецедентных способностей. Он крепкий зверочеловек с львиной головой, и, хотя у него есть немалые личные способности в бою, утверждают, что именно во главе армии он показывает свою истинную ценность. Он великий полководец, способный постоять за себя на поле боя, как в нападении, так и в защите. Когда он руководил арьергардом во время отступления армии под командованием предпоследнего короля, как я слышала, он смог забрать голову вражеского командира, даже несмотря на проигранную битву.

— Впечатляюще, хах… — сказал я.

Вы хорошо справились, если смогли просто свести потери своих войск к минимуму во время отступления, но успешно контратаковать врага — это было похоже на то, что сделал бы знаменитый генерал из периода Воюющих провинций. Это напомнило мне историю молодого Такэду Сингэна Харунобу: отступавшего последним, но в итоге вернувшегося к тому же замку, который основная армия не смогла взять осадой в течении месяца, когда основные силы защитников так же покинули его, и обезглавил коменданта крепости.

— Ты прав, это потрясающе, — сказала она. — У него были не только лидерские качества, чтобы поддерживать боевой дух побежденной армии, этот подвиг показал, что он может в кратчайшие сроки найти место для эффективной оборонительной засады и достойно встретить врага.

«В голосе Лисии звучала легкая гордость. Она действительно… действительно уважала его».

— Когда мой отец взошел на трон, эта страна только что преобразилась и расширилась, — продолжала она. — С моим отцом, который был, к лучшему или к худшему, ничем не примечательным королем, мы должны были бы стать легкой мишенью для соседей.

— Ты весьма сурова к нему, хотя он твой родной отец, — заметила я.

— Ну, это горькая правда… Впрочем, худшее так и не произошло. Поскольку Герцог Кармин всегда бдительно следил за западом — ни Амидония, ни Тургис не пытались поднять на нас руку. Несмотря на то, что он был величайшим воином своего поколения, у него не было амбиций, и он служил моему отцу верой и правдой… Нет, не так. Он делал это не столько ради моего отца, сколько из чистой любви к этой стране.

— Почему именно для этой страны?

— Разве ты не знаешь? В этом мире все еще есть страны, в которых процветает дискриминация. Сейчас Империя пытается поддерживать принципы расового равенства, но в некоторых регионах все еще существует дискриминация в отношении нелюдей. Есть также места, где все наоборот; на северо-западе есть островная страна высших эльфов, которая продвигает политику превосходства их расы, и там уже на людей смотрят свысока.

Похоже, в этом мире тоже часто встречались проблемы такого рода.

— Но у нас в стране нет такой дискриминации, — продолжала она. — Даже если что-то похожее появляется — ему не дают развиться. С самого начала, вокруг Первого Короля собрались расы, отвергающие дискриминацию. Они объединились, чтобы эта страна процветала, чтобы им не пришлось жить под чьим-либо гнетом. Вот какая эта страна… и герцог Кармин любит ее больше всех.

Лисия на мгновение остановилась, прежде чем продолжить говорить.

— В личной жизни Герцог Кармин — человек благовоспитанный. У него были близкие отношения с моим отцом, больше, чем профессиональные, и он часто давал моему отцу советы. Они были друзьями с детства. Он даже заботился обо мне, как о собственной дочери. Что касается меня… Я любила герцога Кармина.

Я молчал.

— Когда я поступила в офицерскую академию, потому что хотела стать солдатом, он сначала был против. Он сказал, что это неподобающе для принцессы. Но, в конце концов, он позволил мне поступить по-своему. Заметь, как только я окончила Академию, я была направлена под его командование и занималась только поддержкой и воодушевлением войск.

Ну, да… Он не мог использовать принцессу, кровную родственницу короля, как одну из своих подчиненных. Даже Георгу, столь внушительному человеку, должно быть было нелегко справиться с мальчишеством Лисии.

— Значит, он тебе как второй отец, да?

Когда я это сказал, Лисия печально опустила голову.

— Да… Он был замечательным человеком. Так почему же он это сделал?..

Лисия хотела что-то сказать, но остановилась, покачав головой.

— Я не знаю точно, о чем думает Герцог Кармин… Но, возможно, он сделал это потому, что он — воин.

— Потому, что он — воин? — Спросил я.

— Герцогу Кармину уже за пятьдесят, — сказала она. — Срок жизни зверочеловека не отличается от человеческой. Если бы он был простым генералом, он бы продолжил служить и однажды вышел бы в отставку. Но как воин, он чувствует, как с возрастом становиться слабее, хуже. Думаю, возможно, именно поэтому он пытается сделать что-то большое и значимое для своей страны прямо сейчас.

— …Даже если его заклеймят предателем?

— Если он решил, что это принесет пользу нашей стране, Герцог Кармин сделает это.

В этих словах было столько доверия, что я невольно почувствовал укол зависти.

— Завтра… Я проведу совещание с тремя герцогами по вещательной сети.

В этой стране было четыре кристалла вещательной сети. Один был в распоряжении короля, три принадлежали трем герцогам. Используя эти кристаллы, мы могли бы провести что-то вроде видеоконференции. Там я поставлю окончательный ультиматум трем герцогам, что они должны подчиниться мне как мои вассалы. Мне придется сражаться с теми, кто откажется. Было неизвестно, что решат двое из них, в том, что Георг откажется, сомневаться не приходилось.

— Лисия, если для тебя это тяжело… — Начал я.

— Я буду присутствовать.

Она даже не позволила мне сказать, что ей это не обязательно делать.

Лисия печально улыбнулась.

— Я знаю. Герцог Кармин уже сделал свой выбор. Теперь он не может повернуть назад.

— Лисия…

— Я знаю это и хочу увидеть все до конца. Я хочу посмотреть, как этот человек распорядиться свой жизнью, — Лисия посмотрела мне прямо в глаза.

Действительно… Я не мог подобрать слов. Все, что я мог — крепко обнять ее за плечи. Когда я это сделал, я почувствовал, что она слегка дрожала.

Я положил голову Лисии себе на плечо.

Несмотря на то, что я был королем, я больше ничего не мог для нее сделать, и я злился на себя за это.

◇ ◇ ◇

В тот же день, в Городе Красного Дракона.

— Проклятие… Что, черт возьми, происходит?!

В Городе Красного Дракона, расположенном на севере королевства Эльфриден, командующий Военно-воздушными силами Кастор Варгас сидел за своим столом, обхватив голову руками.

Город Красного Дракона был центром герцогства Варгас, а в его центре возвышался замок Кастора.

Он был построен на небольшом возвышении на расчищенной части горы. Это могло бы показаться не самым лучшим местом для центра города, учитывая неудобства транспортировки товаров, но для герцогства Варгас, отвечавших за воздушные силы королевства, это было наилучшее решение, так как кроме боевых виверн они содержали транспортных.

Виверны могли перевозить столько же припасов, сколько канатная дорога, кроме того, были автобусоподобные транспортные средства, запряженные четырьмя вивернами, на которых можно было легко добраться из замка в город, так что труднодоступность места не имела большого значения.

Кроме того, поскольку замок генерала ВВС находился в Городе Красного Дракона, оборона города так же была укреплена.

Хотя это место уже делало замок похожим на неприступную гору, он также был окружен высокими стенами. В то время как горные склоны не подпускали тараны или лестницы, высокие стены защищали от любых атак пехоты или кавалерии.

Единственным эффективным средством нападения могла бы быть лишь атака с воздуха с помощью виверн, но это была прерогатива семьи Варгас, поэтому было справедливо назвать ее неприступной крепостью.

Более того, Кастор, нынешний правитель города, был превосходным полководцем. Он не был особенно хорош в хитросплетениях политических интриг, но раскрывал свой талант на поле боя. На протяжении ста лет он неизменно стоял во главе отрядов виверн, уничтожая врагов королевства.

Он действовал быстро, нередко слишком быстро, не успев все продумать, из-за чего допускал ошибки, но его свободолюбивая натура, его горячая кровь и его невероятная сила придавали ему харизму, которая очаровывала его подчиненных. Возможно, проще будет понять, если сравнить его с Чжан Фэем в китайской истории или Масанори Фукусимой в японской истории.

Понимая свою слабость в этой области, он полностью передал управление городом своей жене Акселе, дочери Адмирала Уолтер, а также Толману, своему заместителю в военно-воздушных силах и управляющим его домом.

Нет ничего хорошего в посредственном управлении административными делами, так что люди поддерживали эту передачу обязанностей. Кастор знал, что суматоха поля боя подходит ему гораздо лучше, чем управление городом.

Но сейчас Кастор, плохо приспособленный к размышлениям, вынужден был ломать голову над вопросом, что же делать.

— Толман! Неужели герцог Кармин до сих пор ничего не ответил?! — воскликнул он.

— …Пока нет, — ответил стоявший напротив него человек в деловом костюме, стоял он, впрочем, по стойке смирно. Это был человек, которому было поручено административное управление Городом Красного Дракона, управляющий домом Варгаса, Толман.

— Завтра король объявит свой ультиматум! — Кастор хлопнул ладонями по столу. — Чего он добивается, не посылая нам никаких сообщений перед этим?!

Толман ничего не сказал.

Все говорили о противостоянии между новым королем и тремя герцогами, но это не означало, что все три герцога действительно желали этого противостояния. Генерал сухопутных сил Георг Кармин ясно выразил свое несогласие с королем, но Адмирал Флота Эксель Уолтер относился к борьбе с королем негативно. Наконец, Кастор… Он демонстрировал оппозиционное отношение к королю, но внутренне колебался.

Георг был его товарищем по оружию, и он уважал его как воина. Поскольку именно Георг первым поднял флаг восстания, Кастор предположил, что он имеет план победы над молодым королем, из-за чего Кастор отверг увещевания своей тещи, Эксель, и встал на сторону Георга. Иначе говоря, Кастор с подозрением отнесся к внезапной передаче престола, но хотел оставил конечное решение о противостоянии новому королю кому-то другому.

Одной из причин этого была подверженность эмоциям Кастора.

Дракониты, как Кастор, жили дольше, чем люди или зверолюди. Скорость психологического развития, как правило, обратно пропорциональна продолжительности жизни расы. Из-за этого, хотя Кастор прожил более ста лет, его психологический возраст был около тридцати, и он относился к пятидесятилетнему Георгу как к старшему.

Несмотря на то, что он послал Георгу несколько писем с вопросом, как они будут действовать дальше, он не получил никакого ответа.

— Что-то здесь не так! — Воскликнул Кастор. — Если бы он собирался подчиниться королю, то никогда бы не пошел против него. С другой стороны, если он намерен сражаться с королем, то должен отчаянно нуждаться в помощи наших военно-воздушных сил. Так почему же он нам ничего не говорит? Неужели он собирается сражаться с королем одной армией?

— Единственное, что приходит мне в голову… — сказал Толман, немного подумав, — Мог ли он «сойти с ума от амбиций», как предположила герцогиня Уолтер? Мастер, даже если вы не доверяете новому королю Соме, вы же не хотите навредить бывшему королю Альберту, его жене Элисии и даже принцессе Лисии, не так ли[✱]Да, раньше имя королевы перевели как «Элиша», но в одной из более поздних книг описывается, что Альберт назвал свою дочь в честь жены, убрав из ее имени первую букву.?

Навредить королевской семье.

Когда Толман произнес эти слова, Кастор громко сказал:

— Но Герцог Кармин сам сказал: «Как только король Сома будет смещен, я позабочусь, что бы король Альберт занял трон, и мы поддержим его».

— А что, если это ложь? Возможно, он и в самом деле хочет сам занять трон? Если это так, то вы с Герцогиней Уолтер наверняка станете первыми в списке его врагов. Готовясь к этому, не мог ли он попытаться уладить все своими силами, чтобы не дать вам двоим приобрести влияние после окончания войны? Чтобы он мог уничтожить оба ваших дома после войны?

— Это же абсурд! — вырвалось у Кастора. — Герцогу Кармину это и в голову не придет!

Кастор отрицал это, но, как и следовало ожидать от человека, которому доверили управлять его домом, Толман обладал способностью спокойно анализировать происходящее. К этому выводу Толман пришел, отбросив эмоции и глядя исключительно на выгоды вовлеченных лиц.

Однако, Кастор считал Георга другом и не мог принять этот аргумент.

— Нет воина, который заботился бы об этой стране больше, чем Герцог Кармин! — Запротестовал Кастор. — Он никогда не причинит вреда королевской семье…

— Однако разве не из-за своих сомнений в Герцоге Кармине герцогиня Уолтер держит с ним дистанцию? Это зашло так далеко, что она забрала с собой хозяйку и молодого господина Карла?

— …

Опасаясь, что жена Кастора Аксела и их младший сын Карл будут привлечены к коллективной ответственности, Эксель потребовала, чтобы он развелся с Акселой, и теперь она снова стала частью дома Уолтер. По крайней мере, они не будут втянуты в противостояние между Георгом и Сомой, которое, несомненно, произойдет. Это было небольшим утешением для Кастора.

— …Я просто не могу себе представить, чтобы герцог Кармин сошел с ума от амбиций. — сказал Кастор, опершись локтями на стол и закрыв глаза руками.

— Мастер… — Начал Толман.

— Прости, но не мог бы ты оставить меня ненадолго одного?

— …Как пожелаете.

Поклонившись, Толман вышел из кабинета.

Оставшись один в комнате, Кастор откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Затем…

— Карла, — тихо сказал он. — Ты здесь, не так ли?

Окно позади Кастора открылось, и в комнату вошла красивая девушка с красными крыльями, рыжими волосами и смущенным выражением лица. Эта девушка, выглядевшая лет на восемнадцать, была единственной дочерью Кастора, Карлой. В отличие от ее женственной внешности, у нее было мужественный характер и достаточно боевого духа, чтобы командовать отрядом ВВС.

— Значит, ты меня заметил, — сказала она.

— Тебе нужно научиться лучше скрывать свое присутствие. Тебя выдал шорох крыльев, когда ты приземлился на балконе.

— Но это не значит, что ты чувствуешь мое присутствие. — Карла пожала плечами. Затем она вытащила из кармана пачку писем.

— Что у нас тут? — Кастор разговаривал с дочерью, так что говорил менее официально.

— Это от Лисии, — ответила она. — Она послала немало таких писем с просьбой поддержать мир с королем Сомой.

Карла считала Лисию своей подругой. Они познакомились после того, как Лисия пошла в армию. Поскольку обе были настроены серьезно и записались в армию несмотря на то, что были женщинами высокого происхождения, у них было много общего и они быстро подружились.

Впрочем, Карла была еще серьезнее, чем Лисия… или, выражаясь честнее, она была слишком упряма… Карла заподозрила принуждение в помолвке Лисии с королем Сомой и стала враждебно относиться к нему. Из-за этого, даже когда ее мать и брат уехали в дом Уолтер, она осталась здесь с отцом.

Однако, Карла уже не была столь сильно уверенна в своей правоте.

— Я чувствую в этих письмах Лисии настоящие эмоции. Принуждённый к нежеланной помолвке не сможет и не станет так писать. Кроме того, в своих письмах Лисия предупреждала: «Остерегайтесь Герцога Кармина, каким он стал сейчас.» …Возможно, мы ошиблись в своих суждениях.

— Понятно, — сказал Кастор. — Значит, принцесса Лисия чувствует то же самое?

Плечи Кастора поникли. Потом, словно обозначая свои мысли, он поднял голову.

— Карла… Еще не слишком поздно. Последуй примеру Акселы. Я чувствую, что должен присоединиться к Герцогу Кармину, но это должен быть только мой выбор.

Как отец, он, вероятно, не хотел втягивать ее в то, что делал из дружеских побуждений. Однако Карла покачала головой, уже приняв решение.

— Я не знаю, что я скажу Лисии при нашей следующей встрече. Кроме того, ты все еще веришь, что герцог Кармин продумал все это, не так ли, отец? В таком случае давай доведем нашу позицию до конца. Даже если герцог Кармин потерпит поражение, и мы станем предателями, если ты падешь вместе с ним, поверив в вашу дружбу, я сомневаюсь, что люди будут смеяться над тобой за это.

— Но… Тогда ты…

— Я родилась в семье военного, — сказала ему Карла. — Я готова. О, не волнуйся, у нас есть Карл, так что, по крайней мере, дом и наша родословная останутся. Вот почему, как члены Дома Варгаса, мы оставим после себя записи о выдающейся военной службе.

— …Понятно.

Увидев решимость Карлы, Кастор принял собственное решение. Он до конца верил в Георга Кармина и был готов на это пойти.

Так же, он не станет использовать подразделения ВВС, дислоцированные вокруг герцогства Варгас. Даже если он вступит в конфликт с королем после завтрашнего ультиматума, он будет сражаться только своими личными силами, находящимися в Городе Красного Дракона, и не будет втягивать в конфликт остальные воздушные силы.

◇ ◇ ◇

Ночью, в тот же день, в определенном месте.

— Понятно… Значит, эти двое решили сделать так.

Когда адмирал флота Эксель Уолтер узнала о решении Кастора и Карлы от шпионов, которых она послала в Город Красного Дракона, ее лицо омрачилось печалью.

Красавица с небольшими рожками, как у оленя, прожившая пять сотен лет, но выглядевшая не старше двадцати пяти, стояла у окна в своей темной комнате, глядя в ночное небо. Даже одежда, которую она носила, казалось, теперь давила на нее.

Сегодня ночью было облачно, и она почти не видела звезд.

— Кастор готов принести себя в жертву во имя дружбы с Георгом, — печально сказал Эксель. — И Карла готова следовать за ним до самого конца. Как бы глупо это не было, я не могу заставить себя полностью отрицать их выбор.

Эксель медленно закрыла глаза, поднеся руку к своей пышной груди, которая была видна даже сквозь ее похожий на кимоно наряд.

О чем она думала, узнав о решении своего зятя и внучки?

Через некоторое время она снова открыла глаза, повернулась спиной к окну и пошла прочь.

— Во всяком случае, это дает мне еще больше причин сделать то, что должно.

Даже если это означает перешагнуть через их решимость…

Это произошло в комнате с кристаллом вещательной сети, в замке Парнам.

В комнате, в центре которой парил кристалл диаметром два метра, используемый для передачи голоса и изображения, располагалось также и оборудование для приема сигнала от других кристаллов. Приемники в каждом городе использовали оборудование, установленное в фонтанах для создания тумана, затем использовали магию воды для воспроизведения видео и магию ветра для воспроизведения звука. Устройство в этой комнате, однако, проецировало изображение на тонкий, широкий резервуар, наполненный водой.

Чтобы отличить одно от другого, я называл это устройство «простым приемником».

Если фонтан-приемник был похож на театр, то этот простой приемник был похож на телевизор. В то же время, простой приемник показывал изображение лучшего качества.

Кристаллы, используемые как камеры для вещательной сети, были очень редкими предметами, которые изредка находили в подземельях, поэтому на данный момент их невозможно было получить в больших количествах, так что идею с множеством программ для вещательной сети придется отложить до лучших времен.

…Возможно, мы могли бы массово производить эти простые приемники. Если бы это можно было устроить, возможно, когда-нибудь семьи смогут смотреть передачи вещательной сети в своих домах.

Впрочем, вернемся к нашей истории. Сейчас в комнате было установлено три простых приемника. Они показывали генерала армии, зверочеловека-льва Георга Кармина, генерала ВВС, драконита Кастора Варгаса, и Адмирала Флота, мизучи Эксель Уолтер. Уверен, на их стороне была такие же простые приемники и проекция меня и Лисии, стоящих вместе.

— …Это наша первая встреча лицом к лицу, да? — начал разговор я. — Я — тот, кому бывший король Эльфридена, сэр Альберт, доверил трон, временный король, Сома Казуя.

— Это… — услышав, как я представился, Кастор широко раскрыл глаза от удивления.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Нет, я слышал, что ты герой, призванный из другого мира, поэтому ожидал увидеть кого-то более грозного и сурового…

— Герцог Варгас! — перебила его Эксель, словно одернула ребенка. — Если ты называешь себя воином, ты должен проявлять хорошие манеры при разговоре.

После упрека Эксель, Кастор покорно назвал свое имя.

— …Верно. Я — генерал ВВС, Кастор Варгас.

По моей информации, Кастор был зятем Эксель. Возможно, причина, по которой он вел себя более сдержанно, чем я ожидал от такого типа людей («мышцеголовый»), как раз заключалась в его нежелании сердить тещу.

— …Я прошу прощения за то, что только что повысила голос, — сказала мизучи, сопровождая слова изящным поклоном. — Рада познакомиться с Вами, Ваше Величество. Я — Эксель Уолтер, к вашим услугам.

— Я — генерал сухопутных сил, Георг Кармин, — коротко ответил зверочеловек-лев.

На этом знакомство подошло к концу.

«…Этот зверочеловек со львиной головой — Георг Кармин, да?».

У него было впечатляющее телосложение, с которым обычный парень вроде меня не выдерживал никакого сравнения, грива, удивительно подчеркивающая его мужественность, и, наконец, блестящие, словно горящие, глаза льва. Несмотря на то, что я видел только его видеоизображение, ощущения были, словно он прямо здесь, в комнате.

Я мог понять, почему Лисия восхищалась им. Он выглядел как истинный воин.

— Герцог Кармин… — начала Лисия.

Он ничего не ответил.

У Лисии невольно вырвалось его имя, но Георг даже не взглянул в ее сторону.

— В данный момент я предъявлю ультиматум трем герцогам, — чтобы справиться с подавляющим ощущением присутствия Георга, я произнес это максимально ровным голосом. — С тех пор как я занял трон, никто из вас не ответил на мои неоднократные просьбы о сотрудничестве. Хотя передача трона произошла по инициативе сэра Альберта, ее внезапность, бесспорно, не могла вас не удивить. Поэтому я не буду винить вас за то, что вы до сих пор не подчинялись моим приказам. Однако, если вы продолжите игнорировать их и дальше, у меня не останется иного выбора, кроме как объявить вас мятежниками. Я хотел бы услышать Ваше мнение по этому поводу.

— Я хочу кое о чем спросить Вас, Сир, — первой заговорила Эксель.

— О чем же? — спросил я.

— Что Вы собираетесь делать с тремя герцогствами?

Я посмотрел в глаза изображению Эксель. Как и следовало ожидать от женщины, унаследовавшей кровь сирен, ее глаза были бесконечно холодны и, казалось, смотрели в самую глубину моего сердца.

— Если вы будете слушаться меня… Я не стану поднимать руку на ваши герцогства.

— А как же три герцогские армии? — спросила она.

Ее способность точно определять в самую суть вопроса произвела на меня впечатление.

— …Три герцогские армии будут объединены с запретной армией, чтобы создать новые объединенные вооруженные силы, — сказал я. — Кроме того, знатным феодалам будет запрещено содержать личные войска сверх необходимого для поддержания порядка. Эти избыточные войска также будут включены в состав вооруженных сил. В соответствии с этим, особые права, предоставленные трем герцогствам для содержания армии, будут отменены. Отныне с ними будут обращаться так же, как и с любым другим знатным феодом.

— Вот оно что, в конце концов… — пробормотал Эксель.

— …Вы ведь понимаете, что собираетесь сделать, верно? — сказал Кастор, свирепо глядя на меня.

— Кастор… — Эксель, казалось, пыталась снова упрекнуть его поведение, но Кастор поднял руку, чтобы остановить ее.

— Это очень важно, Герцогиня Уолтер.

Когда он ответил таким серьезным тоном, Эксель неохотно закрыла рот.

Приняв это за знак согласия, Кастор посмотрел мне прямо в глаза и заговорил:

— Три герцогские армии — это система, созданная для того, чтобы предотвратить появление короля-тирана. Это многорасовое государство, но королевская семья — люди. Если бы тиран стал королем и ввел политику, благоприятствующую людям, другие расы могли бы столкнуться с угнетением. Чтобы предотвратить это, наши предшественники создали три герцогские армии. Мы, три герцога разных рас, поддерживаем королевскую семью, но мы также следим за ней, чтобы вмешаться и свергнуть тирана, если до этого дойдет. И Вы хотите разрушить эту систему?

Это был прямой вопрос, поэтому я посмотрел Кастору в глаза и ответил:

— Я уверен, что в мирное время эта система была бы хороша. Однако сейчас мир крайне нестабилен. Хотя расширение Владений Демонов на севере прекратилось, это может повториться, неизвестно, когда и насколько внезапно. Намерения огромной державы на западе, Империи Гран-Кэйос, также остаются неясными. Княжество Амидония жаждет отомстить этой стране за прошлые поражения, и Республика Тургис, с их политикой расширения на Север — активно ищут любую возможность захватить нашу территорию. На востоке есть проблемы с Союзом Островов Девятиглавого Дракона из-за нелегальной рыбной ловли на нашей территории.

Я говорил о текущем положении этой страны. Ситуация была крайне нестабильной. По-хорошему, у нас не было времени на эту мелкую перебранку.

— Взгляните на ситуацию в мире в целом, Герцог Варгас, — продолжил я. — В этом опасном положении армия, разделенная по родам войск, с независимым командованием — не будет достаточно эффективна. Время для централизации власти.

— А что, если центр прогниёт? — потребовал он. — Как мы можем быть уверены, что Вы не станете тираном? Если мы оставим всю армию в ваших руках, кто сможет привлечь вас к ответственности?

— Если это случится, можешь сам прийти за моей головой! — я с силой ударил ладонями по столу, понимая, что именно здесь мне придется сражаться.

Краем глаза я смотрел на изображение Георга, сидящего с закрытыми глазами скрестив руки на груди. Этот человек… Он не остановится.

Это делало задачу перетянуть Кастора на свою сторону еще более важной.

— Я всего лишь человек, — сказал я. — Я не могу гарантировать, что не стану тираном. Разумеется, я не собираюсь делать ничего такого, что могло бы огорчить Лисию и остальных.

— Сома… — Печально сказала Лисия, но я продолжал:

— Я расформирую три герцогские армии, но обещаю вам места в национальных силах обороны. Так что, если я стану тираном, то вы сможете возглавить армию и устроить революцию, или что-нибудь в этом роде.

— Говорить легко, — сказал Кастор. — Если это время придет, разве ты не будешь действовать, чтобы защитить себя?

— Политический мыслитель из моего мира, Макиавелли, кое-что сказал по этому поводу: «Лучшая из всех крепостей — не быть ненавистным народу». Если народ на вашей стороне, любой, кто замышляет мятеж, будет разоблачен. С другой стороны, если люди отвернуться от вас, вы сможете переждать восстание или два, спрятавшись в своем замке, но никогда не будет недостатка в чужаках, готовых помочь людям, поднявшим против вас оружие. Если я стану тираном и люди отвернуться от меня — восставшие легко смогут победить.

Кастор молча слушал, что я говорю.

Неужели мои слова дошли до него?.. Я не мог с уверенностью сказать, о чем он думал в этот момент.

Затем, заговорила Эксель.

— Я хотела бы спросить еще кое о чем. Я слышала, что вы строите новый прибрежный город. Что станет с Лагуна-Сити, когда этот город будет достроен?

Лагуна-Сити был административным центром герцогства Уолтер.

Как я слышал, для Эксель и ее расы, мизучи, Лагуна-Сити всегда на первом месте. Мизучи были изгнаны из своего прежнего дома, островов Девятиглавого Дракона, и Лагуна-Сити был местом, где они жили в мире после многих лет скитаний, или что-то в этом роде.

Я не хотел навлечь на себя гнев народа мизучи, так что я постарался объясниться как можно осторожнее.

— Новый город планируется использовать в качестве туристического центра и торгового порта. С точки зрения секретности, индустрия туризма и военный порт очень плохо сочетаются, я не могу использовать новый город в качестве военного порта. Так что Лагуна-Сити, по плану, продолжит действовать в этой роли. Так же, я оставлю военную судоходную верфь в Лагуна-Сити.

Лагуна-Сити будет военным портом, а новый город — торговым, и они будут не конкурировать между собой, а сосуществовать, дополняя друг друга. Когда я объяснил это, Эксель удовлетворенно кивнула.

— Услышанное принесло мне облегчение. Сир, с этого момента я, Эксель Уолтер и флот Эльфридена в вашем распоряжении. Мы ждем ваших указаний.

С этими словами герцогиня Уолтер преклонила колено, принося клятву верности как вассал. Это означало, что 10 000 человек под командованием Эксель во флоте теперь были на моей стороне.

— Я благодарен Вам за мудрое решение, Герцогиня Уолтер, — сказал я. — Пожалуйста, продолжайте работать на благо этой страны.

— Я постараюсь.

Когда Эксель предоставила себя в мое распоряжение, выражение лица Георга нисколько не изменилось, и Кастор смотрел на это с каким-то смирением. Я еще раз попыталась протянуть руку Кастору.

— Герцог Варгас. Пожалуйста, одолжи мне свою силу ради этой страны.

— …Извините, но я не могу этого сделать.

— Кастор! — сердито воскликнула Эксель.

Несмотря на это, Кастор молча покачал головой.

— Похоже, Вы решили, что можете доверять ему, Герцогиня Уолтер, но я… Я защищал Эльфриден еще со времен предпоследнего короля. Я уничтожал внешних врагов и отнимал их территории уже почти сто лет. Несмотря на это, почему король Альберт вообще не посоветовался с нами, прежде чем отдать трон Вам, просто внезапно возникшему из ниоткуда?..

— Да… Мне тоже это интересно. — не подумав, я позволил своим истинным мыслям вырваться наружу. С тех пор как мне передали трон, я отчаянно трудился, чтобы избежать передачи Империи и спасти эту страну от кризиса.

Я был слишком занят, чтобы думать об этом, но, в самом деле, почему отец Лисии так быстро передал трон мне, почти сразу после того, как я был призван? В этой стране герой, по легенде, был «тем, кто возглавляет смену эпох», но можно ли было верить этому?

— Принцесса Лисия, вы что-нибудь знаете? — попытался Кастор спросить стоящую рядом со мной Лисию.

— …Мне очень жаль, — сказала она. — Что касается этого, мой отец настаивает, что он не будет вмешиваться. Я попросила его помочь убедить вас троих, но… «Если я начну что-то предпринимать, это вызовет ненужные спекуляции. Сэр Сома теперь король» — вот и все, что он мне сказал…

— …Понятно.

Кастор выглядел смущенным и явно не мог понять истинные намерения бывшего короля. Впрочем, я испытывал те же чувства. Я понятия не имел, что происходило в голове у этого человека. Я не мог перестать думать об этом, но… Я знал, что не получу никаких ответов здесь и сейчас.

Мне необходимо сосредоточиться на том, чтобы убедить Кастора. Именно так я думал, но…

— Я просто не могу заставить себя служить Вам, — сказал Кастор, снова отвергая меня.

— Герцог Варгас… — начал я.

— Можете не продолжать, — сказал он. — Учитывая, что Герцогиня Уолтер согласилась повиноваться Вам, я понимаю, что в Ваших словах что-то есть. Однако, я не могу себе представить, чтобы герцог Кармин выступил против Вас без веской причины. Если герцогиня Уолтер говорит, что она на Вашей стороне, я встану на сторону герцога Кармина.

Кастор сказал это с болью во взгляде, направленном на своего друга. Однажды я видел это выражение лица… Я знал, что мне больше нечего сказать.

— Это… Ваше окончательное решение, не так ли? — спросил я.

— Да. Однако это только мое решение. На стороне герцога Кармина — я сам и сотня моих личных солдат. Я не буду привлекать оставшиеся части ВВС. Они останутся нейтральными. Если… я буду побежден, пожалуйста, позаботьтесь о тех, кого я оставляю позади.

— …Понятно.

Он действовал, заранее полагая, что проиграет, и раз так, то… здесь бесполезно что-то говорить.

— Сир, Кастор просто… — Эксель попыталась заговорить в его защиту, но я поднял руку, чтобы она остановилась.

— Это бесполезно, — сказал я. — Я не могу больше тратить на это время.

— Урх…

Я понимал, что должна была чувствовать Эксель, но события уже пришли в движение. Я больше не мог тратить время на бесполезные уговоры.

В конце концов, Кастор и ВВС не перешли на мою сторону. Это сильно осложнит ситуацию, но, по крайней мере, большая часть военно-воздушных сил останется нейтральной.

Пытаясь скрыть разочарование, я повернулся к последнему из троих-Георгу.

— Итак, генерал армии Георг Кармин.

Я встретился глазами с грозным генералом, зверочеловеком с львиной головой. Несмотря на то, что я разговаривал с ним через монитор, он был невероятно устрашающим. Если бы я встретился с ним лично, у меня задрожали бы ноги, и возможно я выставил бы себя на посмешище.

— Герцог Кармин, — сказал я. — Я не стану спрашивать, будете ли Вы мне повиноваться. Ответ был очевиден еще когда Вы приютили у себя дворян, находящихся под следствием по обвинению в коррупции. Попытка убедить вас — пустая трата моего времени.

Он продолжал молчать.

— Впрочем, я хотел бы задать вам один вопрос, — сказал я. — Что же подтолкнуло Вас к этому?

— Моя гордость воина, — таков был ответ Георга. — Мне уже больше пятидесяти лет, мое тело будет только слабеть, но сейчас мне дана величайшая из возможностей. Я повлияю на судьбу Эльфридена своими усилиями. Раз в жизни каждый воин желает совершить нечто такое, что запомнится последующим поколениям.

— Из-за такой мелочи… — пробормотал я.

Неужели он все это делал из-за такого пустяка, на подобии фразы «человеческая жизнь длится всего 50 лет» из пьесы театра Но «Ацумори»? Он знал, что это причинит боль Лисии, но все равно сделал этот выбор?

— Я не могу этого понять, — сказал я. — Это… невероятная дурость.

— Это был глупый вопрос, — ответил он. — Нельзя быть воином, не будучи при этом дураком. Я хочу, чтобы Вы были увидели то, как я живу.

— Вы уверены, что не имеете в виду, «увидели то, как я умру»?

— Это одно и то же. Те, кто хотят жить, умирают; те, кто хотят умереть, живут. Это и значит «быть воином».

Он говорил решительным голосом, напоминавшим львиный рык. В нем не было ни следа колебаний.

И поэтому, я тоже не мог колебаться.

— Если Вы будете большим деревом, преграждающим мне путь, я перешагну через Вас.

— Хоть и гибнущее, но я — дерево с крепкими корнями. Вы не переступите через меня с нерешительностью в сердце.

— У меня хватит решимости! — я давно нашел в себе решимость испачкать руки этим одиночным актом жестокости. — Георг Кармин и Кастор Варгас.

Герцог Кармин молчал.

— Что? — спросил Герцог Варгас.

— Поскольку мы скоро сойдемся в бою, у меня есть одно предложение. Я сомневаюсь, что кто-то из нас хочет, чтобы эта война длилась бесконечно, забирая в свои жернова жизни простых людей, которые не имеют к ней отношения. Поэтому, я хочу ввести одно правило: «Если один из нас будет убит или захвачен в плен, его подчиненные немедленно перейдут под командование противоположной стороны». Это нужно для того, чтобы помешать армии, потерявшей своего лидера, мстить или продолжить мятеж.

Услышав мое предложение, они оба кивнули.

— Хорошо, — сказал Георг.

— Я тоже не против, — согласился Кастор. — Я сообщу своим людям, что в случае моего провала все военно-воздушные силы должны перейти под Ваше командование.

— …Спасибо.

— А теперь, я должен удалиться. — Георг поднялся со своего места, намереваясь прервать трансляцию.

— Подожди! — вырвалось у Лисии, до этого молчавшей.

— Принцесса… — Георг немного прищурился.

— Герцог Кармин…

Они обратились друг к другу, но ни один из них не мог найти подходящих слов. Они только молча смотрели друг другу в глаза.

Лисия и Георг. Во дворце они были принцессой и вассалом. В армии они были подчиненными и командиром. Из-за этого у них должен был быть какой-то свой способ понять друг друга.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, наконец, Лисия выхватила рапиру, которую держала у бедра.

Пока я все еще удивлялась этой внезапности, Лисия завела клинок за шею, отрезая свои прекрасные волосы, собранные в хвост.

«Стоп, что-о?!»

Ее волосы, похожие на золотые нити, упали на пол.

Это было настолько неожиданно, что не только я, но и три герцога лишились дара речи.

Лисия сменила прическу на короткую стрижку — каре — но ее это не заботило. Она протянула рапиру к кристаллу вещательной сети и сказала:

— Это мое решение. Я буду идти вместе с Сомой до конца, — она заявила это с непоколебимым взглядом.

Георг поначалу был ошарашен, как и я, но вскоре в его глазах появился острый блеск, и он улыбнулся, как хищник, нашедший свою добычу.

— Я увидел твою решимость, принцесса. Однако я хочу, чтобы Вы показали мне эту решимость на поле боя.

— Рассчитываю на это.

Похоже, они пришли к взаимопониманию. Я сам не мог этого понять, но, вероятно, это был просто способ общения воинов. Встреча закончилась тем, что Лисия застала всех врасплох, но… Во всяком случае, на этом ультиматум трем герцогам закончился.

— Это было нормально… Вот так обрезать волосы? — спросил я Лисию, когда передача Георгу и Кастору закончилась.

Теперь, когда с ультиматумом трем герцогам было покончено, Аиша, вернувшаяся из деревни темных эльфов, Хакуя, Пончо и Томоэ вошли в комнату кристалла вещательной сети. Когда они увидели перемену во внешности Лисии, их глаза широко раскрылись от удивления (за исключением Хакуи, выражение его лица не изменилось).

Покраснев, Лисия проводила руками по своим только что постриженным волосам.

— Я сделала это, чтобы обозначить свою позицию. …Новый образ мне не подходит?

— Нет, я думаю, тебе очень идет, — сказал я. — Верно, ребята?

Все дружно закивали.

— Вы выглядите невероятно галантно, Принцесса, — сказала Аиша.

— Я тоже думаю, что короткая стрижка Вам идет, — сказал Хакуя.

— Я-я думаю, Вам очень идет, — сказал Пончо.

— Выглядит мило, Старшая Сестра, — сказала Томоэ.

Все эти люди делали ей комплименты, и лицо Лисии вспыхнуло от смущения. (Хотя она, казалось, не возражала против такого внимания.)

И, когда атмосфера в комнате стала значительно менее напряженной…

— Сир…

…единственный из трех герцогов, оставшихся на связи, Эксель, окликнула меня.

— …Приношу свои извинения, Герцогиня Уолтер, — сказал я.

— Нет, я уже присягнула вам в вассальной верности, Сир. Пожалуйста, зовите меня просто Эксель.

— Тогда, Эксель. Извини, — сказал я. — За то, что не смог убедить Кастора.

— Вы ничего не могли сделать. Он сделал то, что посчитал правильным. — И все же губы Эксель были плотно сжаты от разочарования.

Насколько я знал, этой прекрасной женщине, которой на вид было лет двадцать пять, на самом деле было больше пятисот, Кастор был ее зятем и ее внучка осталась с Кастором в этом противостоянии. Ее семья находилась на противоположных сторонах конфликта, поэтому напряжение было совершенно естественно

«Кстати говоря, о семье Эксель…»

— Эксель, она там, с тобой? — Спросил я.

Эксель резко вдохнула воздух.

— …Да. Она здесь.

— Вы звали меня, Ваше Величество? — На экране появилась еще одна синеволосая красавица, вставшая рядом с Эксель. Любой моментально влюбился бы в ее прекрасное лицо, в ее безупречное чувство стиля, в ауру зрелости, контрастирующую с юной внешностью.

Это была та самая прима-лорелея, популярность которой стремительно росла по всему Королевству Эльфриден, Джуна Дома.

— Спасибо, Джуна, — сказал я. — Благодаря твоему содействию, нам не придется сражаться с Эксель.

— Нет, я только следовала приказу, — сказала она. — Кроме того, я следила за Вами и докладывала Бабушке. Я прошу у Вас прощения за эту грубость.

Да, Джуна была шпионом, посланным Герцогиней Уолтер.

Благодаря своей осмотрительности, Эксель понимала, что если отец Лисии, бывший король Альберт, уступил трон мне, то на это были какие-то причины, и поэтому она принялась за расследование.

Шпионом для этой цели она выбрала, Джуну, которая на самом деле была командиром отряда морской пехоты.

Более того, Джуна, как выяснилось, была внучкой Эксель. Один из сыновей Эксель женился на девушке из семьи Дома, роде купцов из Лагуна-Сити, среди предков которого помимо прочего, были лорелеи, в этой семье и родилась Джуна. Свою прекрасную внешность она унаследовала от присутствующий здесь бабушки, очевидно.

Джуна использовала конкурс талантов как возможность установить контакт со мной, имея целью выяснить, есть ли у меня необходимые способности, чтобы быть королем. Затем, когда она сочла меня достойным быть королем, она сообщила о своих мыслях Эксель и, в конце концов, решила рассказать мне правду о себе.

Я был удивлен, услышав это, но это объясняло ощущение зрелости, противоречащее внешности юной девушки и уверенные движения, продемонстрированные во время спора с Хэлом, поэтому я смог принять это довольно быстро.

После этого Джуна стала мостом, соединяющей нас с Эксель. Другими словами, Эксель поклялась мне в верности до ультиматума.

Однако, чтобы следить за тревожными действиями Георга и попытаться привлечь на свою сторону Кастора, мы скрыли этот факт, и некоторое время она изображала такие же сомнения на мой счет, как и два других герцога.

Джуна поклонилась, извиняясь, я сказал ей:

— Благодаря Вашей помощи мы смогли договориться с Эксель. Вы приняли мою сторону, так что у меня есть все основания для благодарности, и я не собираюсь винить Вас за то, что Вы сделали.

— Все точно так, как я сказала Вам в тот день, — сказала она. — Я на вашей стороне.

— …Вы ведь уже говорили это, не так ли?

Она сказала мне это в ту ночь, когда я не мог уснуть, а потом пела для меня, пока я не заснул. Позже я узнал от Джуны, что это устроила Лисия.

Лисия всегда заботиться обо мне. Верная словам, сказанным в тот день, Джуна была на моей стороне. Даже Аиша, какой бы бестолковой она ни была большую часть времени, была полна решимости защитить меня, если до этого дойдет.

Я смог стать королем, потому что они все поддерживали меня. Я должен соответствовать их стараниям.

— Хакуя, как идут приготовления? — спросил я.

— Все идет по плану, — Хакуя сложил руки вместе и поклонился. — Сэр Людвин и 10 000 солдат, подчиняющаяся непосредственно Вам часть Запретной Армии, могут быть немедленно мобилизованы.

— Какие движения есть со стороны Амидонии? — спросил я.

— Похоже, их армия уже собралась на границе, — сказал он. — Все так, как мы и предполагали.

Выслушав доклад Хакуи, я кивнул и повернулся ко всем, подняв кулак в воздух.

— Начинаем! Теперь это битва со временем! Мы смахнем падающие искры и покажем Георгу, с чем он столкнулся! Пусть он увидит силу, которая будет поддерживать эту страну с этого момента!

— Да, Сир! — ответил мне многоголосый хор.

Время пришло.

— Да начнется война на покорение.

◇ ◇ ◇

30-й день девятого месяца 1547-го года по континентальному календарю.

Сума, Король Эльфридена, поднял армию, чтобы подчинить Георга.

Такое сообщение было доставлено армии княжества Амидония, собранным у границы.

— Время пришло! Теперь мы сможем осуществить нашу давнюю мечту! — сказал Гай VIII, услышав это.

С этими словами он возглавил армию княжества из 30 000 солдат, чтобы начать вторжение в Эльфриден.

Из Амидонии в Эльфриден вели два пути.

Первый путь проходил через земли Герцога Кармина на северо-западе. Это была открытая равнина, удобная для передвижения армии, но Гай не воспользовался этим путем.

Конечно же, именно из-за того, что это были земли Герцога Кармина. Гай убеждал разные стороны конфликта в желании помочь именно им, так что ему было крайне важно как можно дольше не обозначать свою поддержку одной из сторон (тем более, что он вовсе не собирался никого поддерживать). Кроме того, Герцогство Кармин было местом, где столкнуться силы короля и Георга, поэтому, если армия княжества появится там, был риск, что война закончиться. Княжество же хотело, чтобы конфликт между королем и Георгом длился как можно дольше.

Из-за этого армия княжества решила наступать по другому маршруту, который проходил через горную местность южнее. Горы Урсулы возвышались вдоль южной границы между княжеством Амидония и Королевством Эльфриден. Маршрут проходил через Долину Голдоа в горах.

Проход был узкий и сложный, но как только они пересекут Долину, то окажутся в регионе Альтомура. Благодаря рекам, берущим свое начало в горах Урсулы, он отлично подходил для выращивания зерновых. Кроме того, когда-то он был частью Амидонии.

У Гая VIII, ехавшего на своем коне среди 30 000 солдат армии княжества, в глазах было радостное предвкушение и смелая улыбка на лице.

— Хе-хе-хе. Сома и Георг могут драться сколько угодно. Пока они это делают, мы вернем наши потерянные земли.

Двигаясь в полумраке долины, Гай VIII не сомневался, что его заветное желание вот-вот исполнится.

За несколько дней до ультиматума трем герцогам.

Мы с Хакуйей сидели в темной комнате и изучали большую карту этой страны, разложенную на столе. На ней были расставлены пешки разного размера.

В точке, представляющей королевскую столицу, Парнам, была большая пешка и пешка среднего размера. В административном центре Герцогства Кармин, Ренделе, было четыре больших пешки. В центральном городе герцогства Варгас, Городе Красного Дракона, была одна маленькая пешка. Эти пешки означали военные силы, расположенные в каждом месте.

Хакуя с помощью указки давал пояснения к каждой из пешек.

— Большие пешки соответствуют 10 000 человек, средние — 5 000, а маленькие — 100. Другими словами, количество войск, которое вы можете мобилизовать, составляет 15 000, в то время как герцог Кармин собрал около 40 000. Было не мало перебежчиков из его армии, таких как Глейв Магна, но он, похоже, компенсировал эти потери с помощью личных войск дворян, обвиненных в коррупции.

— Хм, значит, числа не изменились.

— Верно. Более того, согласно информации, полученной нами от Герцогини Уолтер, Герцог Варгас сделал то, что обещал. Он не привлек все Военно-воздушные силы. Похоже, он намерен вступить в бой только с одним отрядом из 100 человек.

— Хм… И все же, если это войска Кастора, то все они — кавалерия виверн, верно? — я взял одну из средних пешек рядом с картой и заменил ею маленькую пешку в городе красных драконов. — Как я слышал, один рыцарь на виверне равен 50 пехотинцам. Если мы посмотрим на сравнительную мощь, мы должны думать о них как о эквиваленте 5 000 наших войск. Даже если их всего 100, мы не можем позволить себе недооценивать их.

— Я восхищен вашей проницательностью и наблюдательностью. — Хакуя почтительно поклонился. Он выставил это как большое достижение, но мне показалось, что он скорее поддразнил меня.

— Пожалуйста, перестань. Я всего лишь указал, что наше положение еще сложнее, чем могло бы показаться. Здесь нечему радоваться.

— Полагаю, это так. И похоже, что ситуация продолжит ухудшаться…

С этими словами Хакуя поставил три большие пешки на юго-западной границе с княжеством Амидония. Это были войска Амидонии, которые собирались вторгнуться в эту страну.

— Армии княжества Амидония готова к вторжению через долину в горах Урсулы, — сказал он.

— Суммарно, армия княжества насчитывает 50 000 человек, верно?

Княжество Амидония было меньше Эльфридена и обладало меньшим количеством ресурсов, но даже с учетом этого, они содержали 50 000-ю регулярную армию. Впрочем, княжество Амидония граничило еще с тремя не особенно дружественными к ним странами, так что им пришлось оставить войска для защиты.

— Учитывая их положение, 30 000 — это много, — сказал я.

— Полагаю, это показывает, насколько серьезен Гай. Он готов победить или умереть, пытаясь.

— Дополнительные проблемы для нас, — вздохнул я. — …Что теперь будет делать княжество?

— Скорее всего, они собираются занять юго-западный город Альтомура. Как только Альтомура падет, они подавят все очаги сопротивления в регионе и организуют оборонительную линию. Когда они получат фактический контроль над этой областью, полагаю, они объявят ее частью своих владений.

Целеустремленность Гая вызывала уважение, но учитывая ситуацию в королевстве, его действия напоминали ограбление горящего здания.

— Несмотря на всю его решимость, он собирается сделать не так уж и много, — сказал я.

— С людскими ресурсами, которые есть у Амидонии, я думаю, это максимум того, что они смогут сделать. Если они зайдут слишком далеко, то дворяне, занявшие выжидательную позицию в Вашем конфликте с Герцогом Кармином, могут перейти на Вашу сторону.

— Понимаю… Что с нашими пограничными силами?

— Я уже отправил 5 000 человек из состава Запретной Армии в район у границы, — сказал Хакуя, передвинув среднюю пешку от Парнама, к юго-западной границе.

— Мы отправляем 5 000 солдат противостоять армии из 30 000, при том, что у них будет авиация, а у нас — нет… — пробормотал я.

Превосходство противника в живой силе было более чем шестикратным. Мы это предвидели и готовились, но… Я беспокоился.

— Как долго они смогут продержаться? — спросил я.

— Даже если они смогут закрепиться в крепости у границы, они получат в лучшем случае день. Наша цель — лишь выиграть время, поэтому командиру было приказано не геройствовать и быть готовым отступать.

— Легче сказать, чем сделать… Хотя, думаю, она справится. Но даже если предположить, что с войсками все будет в порядке… что будет с людьми, живущими там? — я решительно взглянул на Хакую.

Если командование армии не хочет рисковать попасть в засаду и передвигаться достаточно быстро, они должны избегать сильно пересеченной местности, особенно холмов и лесов, а значит, двигаться по дорогам на равнинах. По этим дорогам ежедневно передвигались люди, а возле дорог строились города и деревни. На пути армии княжества, двигающейся в сторону Альтомуры, их будет не мало.

— Очень скоро войска княжества нанесут удар, — добавил я. — Стоит ли нам издать указ о принудительной эвакуации?

— Пожалуйста, воздержитесь от этого, — покачал головой Хакуя. — Мы не можем дать понять, что знаем о их действиях и готовимся к ним. Это сведет на нет все наши приготовления.

— …Хочешь сказать, нам нужно бросить этих людей?

— Я думаю, у нас нет другого выбора, — твердо сказал Хакуя, уверенно встретив мой гневный взгляд. — Раз вы приняли решение сражаться, Сир, вы должны понимать, что прольется кровь Вашего народа. Как король, иногда Вы должны проглотить слезы и быть готовым принести жертвы, чтобы спасти большее число людей.

Хакуя сказал это с серьезным выражением лица. Возможно, это прозвучало холодно, но он взял на себя смелость сказать то, что, как он знал, мне будет больно услышать. Чтобы я не мог убежать от этого выбора.

— Да, — сказал я. — Я понимаю, о чем ты говоришь. Это, вероятно, более безопасный и надежный способ. Но… это действительно единственный вариант?

Он ничего не ответил.

— В данной ситуации я не возражаю против грубого и опасного метода, — добавил я.

В грядущей войне будет принесено в жертву некоторое количество жизней, и не важно, насколько мне это не нравиться. Тем не менее, я не смогу спокойно жить дальше, не будучи уверенным, что сделал все возможное, чтобы снизить жертвы до минимума.

— Я готов выслушать любую идею, какая у тебя найдется, — сказал я напряженным голосом. — Мы можем что-нибудь сделать?

Хакуя на мгновение задумался. Затем… он вздохнул и раздраженно пожал плечами.

— А я-то думал, что в последнее время вы начали вести себя по-королевски, Сир.

— Мне предстоит пройти долгий путь, если я сейчас позволю состраданию взять надо мной верх, не так ли?

— Если вы это понимаете — это очень хорошо. Боже мой… Похоже, у меня нет выбора.

Несмотря на все его жалобы, у него на лице наконец то была улыбка. Похоже, даже у Хакуи были некоторые сомнения в правильности решения бросить простых людей на произвол судьбы.

— У меня есть одна идея, — сказал он. — Однако, это довольно жестко…

План, который он предложил, был определенно жестким. Для людей, живущих в тех краях, это причинит массу неудобств. Все же… Это было гораздо лучше, чем бросить их на верную смерть.

— Давай действовать по этому плану, — сказал я. — У нас мало времени. Немедленно свяжись с гильдией авантюристов.

— Как пожелаете.

◇ ◇ ◇

Новый, неизвестный тип монстров появился на юго-востоке королевства Эльфриден.

Монстры были двуногими, гуманоидными, тела были завернуты в лохмотья, сшитые из лоскутов ткани, напоминающие одежду клоуна, в довершении у них были пылающие головы. Никто никогда не видел таких монстров[✱]https://genkoku.fandom.com/wiki/Kazuya_Souma?file=Flame_Pierrots.png.

Из-за их внешнего вида, монстры стали известны как Огненные Пьеро.

Огненные Пьеро появлялись группами, нападали на деревни, а затем с помощью пламени на своих головах сжигали дома. Это не было типичным поведением для монстров, но в этом мире люди придерживались мышления «каких только удивительных тварей не встретишь в подземельях!», так что их поведение было не более чем немного необычным. Люди не сомневались, что эти Огненные Пьеро зародились в каком-нибудь неизвестном ранее подземелье.

Иметь дело с такими новыми монстрами приходилось в первую авантюристам. Итак, вскоре после того, как поступили сообщения о Огненных Пьеро, Гильдия авантюристов выдала задание: «Защитите беженцев, временно переселенных из-за угрозы нападения Огненных Пьеро».

Это задание было выдано королевством с личной печатью короля. Похоже, он решил в первую очередь эвакуировать людей из деревень, расположенных неподалеку от места, где появлялись Огненные Пьеро. Обычно этой проблемой занимались бы солдаты регулярной армии, но сейчас они были заняты в конфликте короля Сомы и Герцога Кармина.

Разместив задание в Гильдии, король, вероятно, рассчитывал, что авантюристы защитят местных жителей. Это задание считалось государственным запросом, так что за него полагалась весьма высокая награда, в результате, его приняло достаточно много авантюристов.

В числе прочих, это задание приняла одна группа авантюристов.

Лидером был молодой фехтовальщик с хорошо тренированным телом, Дек; воровка с детским лицом, Юна; тихий, располагающий к себе жрец, Фебрал; стройная красавица Джулия. Это была та самая компания, которая однажды нашла гигантскую саламандру в столичной канализации вместе с Мусаси-боем.

Сегодня вместе с этой четверкой был мускулистый мачо, Август. Причина, по которой Мусаси-бой присоединился к их компании в прошлый раз, заключалась как раз в том, что Август не мог участвовать, и они искали кого-то, на подмену.

Чем ближе деревня была к столице, тем быстрее и проще можно было выполнить задание, так что группы авантюристов, взявшие его в числе первых, должно быть, уже успели его закончить. Их же группа немного задержалась с отъездом, поэтому им досталась отдаленная горная деревня у юго-восточной границы. Сейчас они продвигались на восток через густой лес, защищая около тридцати жителей деревни.

«Пока что… Все чисто». Разведчик отряда, Юна осматривала местность с верхушки дерева.

Защищая жителей деревни, они должны были быть начеку не только из-за огненных Пьеро. Здесь водились опасные дикие звери, и был риск встретить разбойников. Из-за этого Юна прыгала с дерева на дерево, как обезьяна, осматривая окрестности.

«Оплата хорошая, проблем немного… Я немного разочарована», — подумала Юна.

Как правило, чем лучше оплата за задание, тем оно сложнее. А если задание не выглядело сложным при хорошей оплате — стоило ожидать неожиданных «подводных камней». «Остерегайся того, что звучит слишком хорошо, что бы быть правдой» — было одним из главных правил авантюристов. Даже если задание было выдано надежным клиентом, например государством.

Однако, никакие Огненные Пьеро им до сих пор не встретились, и это задание ощущалось простым, словно они были на прогулке с жителями деревни.

Когда Юна закончила патрулирование и вернулась, Дек и Фебрал разговаривали.

— Думаю это задание действительно слишком простое, — задумчиво сказал Фебрал.

— Эй, а что плохого в том, что оно простое? — ответил Дек ему, размахивая руками по кругу, чтобы размяться.

Фебрал в их отряде был заместителем лидера, а также отвечал за аналитику.

— Во-первых, мы даже не видели Огненных Пьеро, которые должны были стать причиной этого похода, — сказал Фебрал. — Было много разговоров о том, насколько они опасны, но… Я не могу не чувствовать, что это преувеличение.

— Да, я тоже думала о чем-то подобном, — сказала Юна, присоединяясь к их разговору.

— Как обстановка? — спросил Дек у Юны.

— Все чисто. В лесу тихо.

— Понятно… Так, о чем ты тоже думала, Юна?

— Это задание — сопровождение, мы защищаем людей, вынужденных покинуть свои дома из-за Огненных Пьеро, да? Почему это не задание на уничтожение Огненных Пьеро? Как я слышала, их не так уж много. Вместо того, чтобы перемещать деревенских жителей, не будет ли быстрее уничтожить этих огненных Пьеро?

— Очень хорошее замечание, — кивнул Фебрал, но Дек все еще сомневался.

— Разве это не означает, что они слишком опасны, чтобы объявлять задание на уничтожения? — спросил он.

— Если бы это было так, было бы гораздо больше ущерба, чем мы видим сейчас, — ответил Фебрал. — Единственное, что я слышал — что они сожгли дотла одну или две деревни, хотя жители из них уже были эвакуированы, так что погибших не было.

— Ладно, я согласен, это действительно кажется немного странным, — сказал Дек.

Как и следовало ожидать от лидера партии, Дек умел прислушиваться к словам своих товарищей. Нельзя было сказать, что у него не было своего мнения, или что он был легко внушаемым, но когда он считал, что к чьему-то мнению стоит прислушаться — он это делал.

Дек обратился к Юне, стоящей сцепив руки за головой.

— Юна, рассчитываю на твою разведку. Следи не только за монстрами или животными.

— Принято! — с этими словами Юна снова взобралась на дерево и продолжила разведку, перепрыгивая с ветки на ветку.

— Фебрал, иди и расскажи Августу и Джулии впереди то, что мы тут решили по текущей ситуации, — сказал Дек. — Я останусь охранять тыл.

— Принято.

Глядя вслед ускорившему шаг Фебралу, Дек вздохнул. «Все же надеюсь, что это задание пройдет гладко до самого конца…»

Такова была его искренняя надежда.

Отдалившись от Дека и остальных, Юна продолжила разведку.

В лесу было тихо, как всегда, но, когда она подошла к одной из узких горных тропинок, чуткий слух Юны уловил что-то.

Юна спустилась с деревьев, опустилась на колени и приложила ухо к Земле. Этот шум… Это стук копыт?

Шум доносился откуда-то издалека. Лошадей было несколько и шум был громкий.

Она слышала только стук копыт. Звука колес не было, ток что это были всадники… Группа тяжелых кавалеристов.

«По этой горной дороге скачет тяжелая кавалерия?»

Заподозрив неладное, Юна решила разведать ситуацию. Но, прежде чем она отправляться…

— Авууууууу! — она завыла, подражая крику волка.

Это было послание Деку и остальным, значившее «Обнаружена аномальная ситуация. Будьте начеку».

Теперь они будут настороже. Если что-то задержит ее возвращение, они, вероятно, придут, чтобы спасти ее.

Стараясь двигаться еще тише, чем прежде, Юна прыгала с одного дерева на другое в поисках источника звука.

Через некоторое время она могла различить не только стук копыт, но и отдаленный звон доспехов. Юна спряталась в тени ветвей, осматривая окрестности.

Как и ожидалось, она заметила группу тяжелой кавалерии, скачущую по горной тропе. Всего их было пятеро, каждый был одет в латный доспех черного цвета.

«Что они здесь делают?» Юна подозрительно осматривала их, когда ее внимание привлекла эмблема на их щитах.

«Этот гребень... Это символ княжества Амидония. Значит… эти всадники из княжества?»

Они находились на территории королевства Эльфриден. Очень странно было увидеть здесь всадников из княжества Амидония. Авантюристы постоянно перемещались по континенту в поисках новых подземелий и заданий, поэтому их лояльность к тому или иному государству была весьма слабой. Однако именно благодаря необходимости странствовать, они были очень хорошо осведомлены о взаимоотношениях разных стран.

«Общеизвестно, что Княжество враждебно относится к Королевству», — подумала она. «Если всадники Княжества здесь… неужели Королевство Эльфриден подверглось нападению со стороны Княжества Амидония?»

Она вспомнила услышанные недавно разговоры о том, что княжество Амидония сосредоточило свои войска близ границы.

В гильдии авантюристов была система, позволявшая стране, подвергшейся нападению, за некоторую сумму призвать всех авантюристов, находящихся на ее территории, в армию как наемников. Из-за этого авантюристы, работающие в Королевстве, внимательно следили за происходящим в Княжестве, но гильдия не получала никаких запросов о поддержке от королевства. Из-за этого Юна считала, что проблем с княжеством можно не опасаться.

Кстати, Сома расторг этот контракт с гильдией, объявив его пустой тратой денег, так же как он поступил с наемниками, но простые авантюристы об этом не были проинформированы.

«Судя по их численности, это разведывательная группа. В таком случае, есть ли поблизости главные силы?»

Если солдаты наткнутся на деревенских жителей, которых сопровождал отряд, это будет очень, очень плохо. Отряд мог бы выстоять против пяти всадников, но если их будет больше, у отряда не будет ни единого шанса. Деревенских жителей можно было бы взять как военнопленных, но авантюристов сопровождения наверняка просто убьют. Впрочем, даже если они бросят это задание и деревенских жителей и убегут, они вполне могут оказаться в черном списке гильдии, если не на доске «разыскивается».

Юна тихо вздохнула, пытаясь отогнать свои переживания. «Сейчас мне нужно задержать их.»

Прячась в листве, она постепенно приближалась к всадникам. Затем она вытащила подготовленный заранее камень и бросила его в голову лошади, скачущей во главе отряда.

Получив неожиданный удар камнем в шею, лошадь дёрнулась в противоположную сторону.

— Ох-ха! — удивленно воскликнул солдат княжества, чуть не упав с лошади.

— Что случилось? — спросил один из его товарищей, останавливаясь.

— Я внезапно потерял контроль над лошадью…

— Пчела ужалила или что-то в этом роде?

— Не знаю. Но кажется, что-то пролетело оттуда…

Пока всадники говорили, Юна обошла их с другой стороны. Затем она снова бросила камень в лошадь, стоявшую в хвосте отряда.

Эта лошадь не просто дернулась в сторону, она попыталась убежать.

— Ого! Эй, успокойся!

— Что?! Здесь кто-то есть?!

Всадники беспокойно озирались по сторонам. Двух их лошадей что-то напугало, так что они насторожились.

Увидев это, Юна вздохнула с облегчением.

«Хорошо. Это их ненадолго задержит».

Чем осторожнее они будут следить за окружающей обстановкой, тем медленнее будут двигаться. Теперь ей нужно было только вернуться к Деку и остальным, а потом заставить жителей деревни двигаться быстрее. Думая об этом, Юна уже повернулась, чтобы уйти, когда случилось это.

Она слишком резко повернулась, из-за чего листья на ветке предательски зашуршали. К несчастью, это испугало птицу, сидевшую на ветке над Юной, и она взлетела, громко хлопая крыльями. Солдаты княжества посмотрели в ее сторону.

— Что там?!

— Дерьмо!.. — Юна бросилась бежать.

Быстро приняв решение, она помчалась в противоположном направлении от своего отряда и жителей деревни. Она не могла привести этих парней к ним.

— Не дайте ей уйти! Убедитесь, что вы поймали ее! — всадники гнались за Юной.

Юна слышала голоса у себя за спиной. Она бежала через участки плотно растущих деревьев, петляя, чтобы сбить своих преследователей со следа, но лошади были быстрее. Всадники ловко управляли своими лошадьми, обходя густые заросли и нагоняли ее[✱]Вообще, передвигаться по лесу на лошади очень трудно, почти невозможно. Достаточно небольшого торчащего из земли корня дерева, невидимого из-за мелкой растительности, что бы лошадь сломала ногу. Из-за этого в средние века засады чаще всего устраивали возле лесов — человек в легком снаряжении способен передвигаться по лесу значительно быстрее лошади. Но в этом мире «звери» тоже не совсем обычные, о чем будет рассказано подробнее, кажется, в третьем томе. Так что пока что будем считать, что у этих разведчиков Амидонии были особенные лошади, способные быстро скакать по лесу..

«Проклятье… Эти парни так просто не сдаются!»

Юна не была уверена, что выберется отсюда живой. Как авантюрист, Она не была особенно предана королевству. Впрочем, едва ли их это будет волновать. Неизвестно, что они с ней сделают, если поймают. От этой мысли у нее по спине пробежал холодок.

«Уф… Уф… Кто-нибудь, спасите меня…»

И как раз в тот момент, когда она молилась о спасении…

Она увидела впереди трепещущие языки пламени. Шесть, в общей сложности. С такого расстояния было не просто понять, но они выглядели не маленькими. Едва успев удивиться, Юна неосознанно замедлилась, когда…

«Ох!»

…чья-то неожиданно появившаяся рука потянула Юну в кусты.

— О-оу!..

Юна попыталась вскрикнуть, но что-то мягкое закрыло ее рот. Повернувшись, она увидела нечто округлое и мягкое. Увидев его, Юна тихонько вскрикнула.

— Т-ты?!

Юна знала его. Это тело, по форме напоминающее неваляшку. Это лицо, закрытое белым шелком с глазами, похожими на желуди. Плетеная корзина на спине, массивные четки, нагината в руках.

Это был известный авантюрист-Кигуруми, Мусаси-бой[✱]Напишу здесь, раз вспомнил. В английской версии его зовут «Little Musashibo», так что его имя еще можно было бы перевести и как «Мусасибо» или «Малыш Мусасибо», но для не-японцев это все равно просто выдуманное имя, так что оставлю версию первого переводчика. Кстати, человека, с которого началась эта легенда, звали Бэнкэй Мусасибо..

— Мистер Кигуруми! Что ты здесь делаешь?! — воскликнула она[✱]Кигуруми — название странных пижамаподобных костюмов, но в данном случае Юна использует это слово как имя..

В ответ на вопрос, Юны Мусаси-бой прикрыл рот полной ладонью.

— … (Мусаси-бой словно говорил: «Пожалуйста, не шуми, или нас найдут»).

«Они найдут нас?.. Но мои преследователи уже здесь…», задумалась Юна.

— … («Все хорошо, просто посмотри»), — сказал он, жестом показывая Юне направление.

«Хм?»

Закончив непонятно как происходящий разговор, Юна высунула голову из кустов. Как раз вовремя, чтобы увидеть прошедших мимо существ. Их тела, словно собранные из разных кусков, рваная одежда, движения, как у зомби, и пылающее пламя вместо голов.

«Огненные Пьеро…»

Юна сразу же узнала в них новых монстров, о которых сообщили в гильдию. Однако, когда она внимательно посмотрела на них, что-то показалось ей неправильным. Их движения были странно отрывистыми, почти как у марионеток.

Пока она об этом думала...

— Ааааа!

— Ч-что это за штуки?!

… начали кричать преследовавшие ее всадники княжества.

Как только они увидели пылающие, искаженные тела, двигающиеся к ним с щелкающим звуком, у всадников появились более серьезные причины для беспокойства, чем поиски одной девушки. Они ничего не выиграют, оставаясь здесь и сражаясь с этими неизвестными чудовищами. В первую очередь было необходимо оповестить о этих существах главные силы.

— Ц! У нас нет времени разбираться с этими парнями! Возвращаемся! — крикнул лидер.

Всадники спешно отступили. Юна вздохнула с облегчением, но опасность еще не миновала.

Теперь рядом с ней была стая Огненных Пьеро. Юна вытащила свой короткий меч на случай, если придется отбиваться от них.

«Пуф»

Мусаси-бой похлопал Юну по голове.

— Э-эй, Мистер?! Нашел время! — От неожиданности она чуть не подпрыгнула.

— … («Теперь все в порядке. Опасность миновала»), — сказал он, гладя ее по голове.)

— Опасность миновала?.. Но эти твари все еще здесь!

— … («Не обращай на них внимания. Давай поскорее вернемся к Деку и остальным») — ответил он.

Затем Мусаси-бой поднял легко Юну и бросил ее в плетеную корзину за спиной.

— Что! Опять?!

Не обращая внимания на протесты Юны, Мусаси-бой неторопливо пошел в сторону отряда Юны. Она на мгновение растерялась, но, придя в себя, положила подбородок на голову Мусаси-боя.

— …Ты уже второй раз спасаешь меня, Мистер.

— … («Мусаси-бой показал большой палец»)

— Что ты здесь делаешь?

— … («…»), Мусаси-бой ничего не сказал. Нет, он никогда ничего не говорил, но обычно Юна понимала его, словно пользовалась телепатией. Однако сейчас она не смогла понять, о чем он думал. Единственное, что она смогла понять — он был чем-то серьезно опечален.

Юна почесала в затылке, а потом принялась хлопать Мусаси-боя по спине.

— … («О-остановись, пожалуйста!»), — сказал он, размахивая руками.

— Хм! Если хочешь, чтобы я остановилась, тогда не унывай. В жизни не всегда все получается, но все же, просто выжить — это победа. Это значит, что завтра ты еще сможешь поесть.

— … («…»)

Мусаси-бой снова ничего не ответил. Однако теперь его шаги казались немного легче, чем раньше.

◇ ◇ ◇

— Просто выжить — это победа… Хех.

Юна была немного груба, но она, вероятно, пыталась подбодрить его.

Эхо ее слов продолжало звучать в голове Сомы, управлявшего Мусаси-боем и Огненными Пьеро из столицы.

Это был план, который Хакуя придумал, чтобы спасти жителей юго-востока страны от княжества.

Используя силу Сомы, «живой полтергейст», они заставили несколько причудливых кукол ходить недалеко от деревень, изображая новый вид монстров, Огненных Пьеро. С помощью этих кукол они будут атаковать города и деревни, находящиеся на пути армии Амидонии, вынуждая их эвакуироваться. Затем, они выдали задание гильдии авантюристов, что бы рассказ выглядел правдоподобнее и что бы они защищали беженцев от случайных диких зверей и разбойников.

Более того, с помощью Огненных Пьеро он сжег дотла несколько деревень, которые недавно покинули жители. Для них это станет серьезным потрясением. Конечно, он собирался возместить им материальный ущерб позже, но их дома были связаны с драгоценными воспоминаниями и переживаниями, которые вернуть не получиться.

Понимая это, Хакуя заранее предупредил его, что это был грубый план.

Но Сома все же выбрал его. Он был уверен, что это лучше, чем оставлять ничего не подозревающих людей на произвол армии княжества. Он взвесил доступные варианты и сделал выбор — спасти то, что можно, и отбросить все остальное.

Это давило на него, но слова Юны немного подняли его настроение.

— Она права. Если они не выживут, я даже не смогу извиниться позже, — прошептав это, Сома вышел из кабинета по правительственным делам.

◇ ◇ ◇

Примерно в это же время Юлий, находившийся с главными силами армии Амидонии, озадаченно смотрел на полученное им донесение. Появление Огненных Монстров… В это было сложно поверить.

Так же были донесения о сожженных дотла поселениях…

Когда он только получил донесение, то решил, что какие-то солдаты потеряли голову, отделились от армии и занялись мародерством. Амидония намеревалась аннексировать этот регион после войны, так что не в их интересах было настраивать местных жителей против себя.

Как раз, когда Юлий собирался начать поиск виновных, он получил еще одно донесение, согласно которому эти города и деревни сгорели за несколько дней до прибытия войск княжества. Хотя он был рад, что это не было вызвано мародерством их солдат, возникал вопрос, почему города и деревни сгорели дотла?

Следующее, что пришло в голову Юлию — тактика выжженной земли. Другими словами, он подозревал, что люди сожгли города и деревни вдоль пути следования армии Амидонии, чтобы помешать им пополнить запасы продовольствия на месте. В таком случае это означало бы, что королевство знало, что они задумали. Если так, то наступать сейчас опасно, и Юлий должен посоветовать своему отцу Гаю отступить.

«Все же… Не похоже это на тактику выжженной земли».

Сейчас был конец девятого месяца, они находились в середине сезона сбора урожая. Если бы они использовали тактику выжженной земли, то должны были уничтожить поля и испортить или отравить колодцы.

Но все, что было сожжено — это непосредственно деревни. Поля остались нетронутыми, а колодцы все еще пригодны для использования. Силы княжества все еще могли пополнять запасы в полевых условиях. Кроме того, они находили ценные вещи в сожженных поселениях. Это значило, что жители эвакуировались в спешке.

В конце концов он пришел к выводу, что города и деревни в этом районе, должно быть, были атакованы монстрами или разбойниками.

«Последние сообщение о появлении огненных монстров лишь подтверждают это… Но все же… Не слишком ли это удобно?»

Вот что сейчас чувствовал Юлий.

«Я не могу избавиться от чувства, что здесь что-то не так». — думал Юлий, смотря на северо-запад,

32-й день девятого месяца 1 547 года по континентальному календарю

Война, начатая королем Сомой в этот день, вошла в историю как «Война На Три Фронта»[✱]В оригинале Three Front War., так как битвы происходили против трех противников одновременно, и «Война Одной Недели» из-за ее скоротечности.

Из-за невероятной важности как для Королевства Эльфриден, так и для Княжества Амидония, после этой войны появилось много исторических идиом. Выражение «Лорд Альтомуры» было одним из них.

◇ ◇ ◇

Город Альтомура находился на юго-западе королевства Эльфриден, это был обнесенный стеной город, расположенный в центре плодородного региона. В настоящий момент Альтомура была осаждена 30 000 армией княжества Амидония. Гарнизон Альтомуры состоял всего из 5 000 человек, что значило, что город гарантированно падет в течение нескольких дней, если вражеские войска решат продолжить атаку. Тем не менее, новый король направил свои войска, чтобы бороться с мятежным генералом сухопутных сил, Георгом Кармином, так что подкреплений ждать было неоткуда.

Кто угодно сказал бы, что падение Альтомуры — лишь вопрос времени. Однако, войска Амидонии окружившие город, не предпринимая никаких попыток атаковать.

Почему же возникла такая ситуация?

Это была заслуга одного человека. Сейчас этот немолодой, худощавый человек в главном лагере армии княжества кланялся и расшаркивания перед князем Гаем VIII, даже не пытаясь скрыть свой страх.

Его звали Вейст Гарро.

Он был лордом, который правил Альтомурой и окрестными землями.

Вейст жил в Альтомуре, и сейчас должен был возглавлять защитников города, но он был здесь, простершись ниц перед Гаем VIII.

Гай сидел на походном стуле, рядом с ним стоял наследный принц Юлий. Не вставая со стула и все еще глядя на Вейста сверху вниз, Гай заговорил:

— Понимаю… Значит, Альтомура откроет нам врата без сопротивления.

— Д-да! Мы не станем сопротивляться силам княжества Амидония! — ответил Вейст дрожащим голосом.

— Что у вас на уме? — Прищурился Гай.

— Это очевидно. Мы не сможем защититься от такой мощной армии, как ваша! Альтомура — это город, построенный на равнинах плодородного региона для удобства товарооборота, а не для удобства защиты. Наша единственная защита — городские стены, а гарнизон у нас всего несколько тысяч человек. В ситуации, когда нет никакой надежды на подкрепление из столицы, если Ваши силы пойдут в атаку — город падет быстро и неизбежно!

Гай взглянул на Юлия, и тот молча кивнул в ответ. Он не видел никакого противоречия между словами Вейста и их собственным пониманием ситуации.

Решив, что в его словах нет лжи…

— Хм, и поэтому ты говоришь, что хочешь сдаться нам? — хмыкнул Гай.

— Д-да. Если защититься невозможно, у нас нет другого выбора, кроме как уповать на Вашу милость.

Услышав слова Вейста, Гай хищно усмехнулся.

Для Гая предложение Вейста было настоящим подарком судьбы. Он выступил в этот поход, чтобы воспользоваться разногласиями внутри королевства, так как понимал — если королевство объединится под властью Георга или Сумы, более слабое княжество окажется в очень невыгодном положении. Но если они получат Альтомуру не повредив укреплений и не потеряв ни одного солдата — это станет неплохим подспорьем.

— Очень хорошо, — сказал он. — Тогда немедленно откройте ворота.

— П-прошу, п-пожалуйста, подождите немного.

— Почему? — Гай недовольно нахмурился.

— В-в настоящее время город разделен между фракцией, которая не хочет сражаться, и другой фракцией, которая хочет сопротивляться до конца, — объяснил Вейст. — Во фракции сопротивления говорят: «Амидонцы убьют нас всех, даже если мы сдадимся», и некоторые члены первой фракции тоже опасаются этого.

— Понимаю… и вы — один из них? — спросил Гай.

— И-и в мыслях не было! Я здесь, чтобы умолять о пощаде. Я никогда не стану оскорблять сомнениями человека, с которым веду переговоры! — поспешно объяснил Вейст, покрываясь холодным потом. — Я-я доверяю вам, но некоторые в городе придерживаются иного мнения. Вот почему я пришел в ваш лагерь — чтобы узнать ваше мнение об этом, Ваше Княжеское Высочество.

Гай задумался над словами Вейста. Хотя он не видел в них ничего дурного, но разумно ли доверять этому человеку?

Пока Гай размышлял, Юлий, стоявший рядом с ним, вмешался:

— Даже не уговаривая людей, мы можем захватить Альтомуру в любое время.

— Да. Я хорошо это понимаю, — ответил Вейст Юлию, демонстрируя такое же подобострастие. — Однако есть много глупцов, которые этого не понимают. Уверен, Его Княжеское Высочество не хотел бы потерять ни одного своего солдата из-за глупости этих людей. Если вы гарантируете нам наши жизни, я приведу всех к той же точке зрения.

Голова Вейста подпрыгивала вверх-вниз, как у кузнечика, Юлию стоило не малых трудов скрыть отвращение.

«Неужели все дворяне королевства так миролюбивы и трусливы? — подумал Юлий. — Возможно это потому, что во время правления последнего короля не было больших войн. Тогда нет ничего удивительного в том, что такой грозный генерал, как Георг, отвернулся от них».

Пока Юлий размышлял об этом об этом, Гай хлопнул себя по колену.

— Хорошо. Если вы откроете ворота, я гарантирую безопасность всем в городе. Немедленно возвращайся и убеди своих людей.

— С-спасибо! Я немедленно отправляюсь! — услышав слова Гая, Вейст его поблагодарил, несколько раз ударившись лбом о пол.

После этого, Вейст быстро покинул главный лагерь. Наблюдая за тем, как он убегает, словно мышь, Юлий задал Гаю вопрос.

— Все в порядке? Он не казался таким уж авторитетным человеком…

— Хм. Как только он откроет врата, мы будем контролировать ситуацию. — на лице Гая появилась злая улыбка. — Мне не нужна маленькая мышка, которая льстит своим врагам, съежившись от страха. Как только он перестанет быть полезным, я отделю его голову от тела и использую ее как украшение ворот.

— Ясно. — Юлий отступил, видимо, удовлетворенный ответом.

Когда Гай поднялся со своего походного стула, он приказал своим военачальникам:

— Когда ворота Альтомуры откроются, направляйтесь прямо к замку и немедленно занимайте его.

Однако даже после захода солнца ворота города оставались закрыты.

— Аргх! Что этот Вейст так долго делает?! — вынужденный ждать, Гай злился.

Его военачальники переглянулись, опасаясь, что князь направит свой гнев на них. Юлий был единственным, кто продолжал спокойно анализировать ситуацию.

— Неужели он не сумел убедить всех?.. — он задумался. — Или, возможно, мы, были обмануты Вейстом.

— Проклятье! Как насчет того, чтобы атаковать их сейчас всеми силами? — Гай, казалось, был готов немедленно начать полномасштабную атаку.

Видя Гая в таком состоянии, Юлий дал ему совет самым спокойным тоном, на какой только был способен.

— Прошу, не торопитесь. Если враг что-то замышляет, нас может поджидать ловушка. Если предположить возможность засады под покровом ночи, я считаю, что мы должны усилить нашу оборону и дождаться рассвета, а затем начать атаку с первыми лучами солнца. Мы можем взять этот город за полдня.

Когда Юлий указал на все это, Гай опустил поднятый кулак.

— Эх… Похоже, у меня нет выбора.

Гай принял совет Юлия и приказал своим полководцам атаковать на рассвете. Хотя Юлий почувствовал облегчение оттого, что Гай не пошел в атаку, у него почему-то было плохое предчувствие насчет Альтомуры.

Неприязнь, которую Юлий испытывал к Вейсу. Действительно ли это чувство возникло из-за его раболепного поведения?

«Когда этот человек вытирал лбом пол перед нами, какое выражение было у него на лице, пока мы его не могли видеть? Он радовался, что мы согласились не проливать крови? Или же…»

Было ли за этим… Что-то большее?

Юлий чувствовал, словно его затягивает в бездну. Как будто с ним играл кто-то невидимый…

«Я ощущаю здесь кого-то еще, кроме Вейста Гарро…»

Он посмотрел в сторону Альтомуры. В ней была пугающая тишина.

1-й день десятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю.

Забрезжил рассвет нового дня. Ночной атаки, которой так опасался Юлий, так и не произошло.

Гай VIII уже собирался отдать приказ войскам атаковать, как и было запланировано. Именно тогда это и произошло.

— УОООоооооооооо!

Из прежде невероятно тихой Альтомуры, донесся громогласный боевой клич.

Это был решительный крик, достаточно энергичный, чтобы Гай не спешил отдать приказ атаковать. Что же произошло в Альтомуре? До вчерашнего дня здесь было так тихо. Подкрепление не могло прибыть, не так ли? В голове Гая мелькали разные варианты, но он не мог принять никакого решения.

Тем временем из Альтомуры к лагерю Амидонии мчалась одинокая лошадь. Верхом на ней ехал Вейст Гарро. Когда он спешился, чуть не свалившись, с коня, его встретил разъяренный Гай. Вейст поспешно распростерся перед ним ниц.

— Вейст! Псина! Что случилось с нашим соглашением открыть ворота?! — взревел Гай.

Вейст сжался еще больше.

— Я-я не могу принести достойных извинений! Люди в городе впали в отчаяние. Потребуется больше времени, чтобы убедить их.

— Довольно! Я не хочу слышать оправданий! Гай выхватил меч из ножен и приставил его к шее Вейста.

— «Ик»!

— Я отрублю тебе голову и пошлю ее в город в качестве предупреждения!

— С-со всем уважением, Ваше Княжеское Высочество. Я не решился бы сказать это, но… мы не можем вести рациональную дискуссию, когда окружены армией в десятки тысяч человек… — Вейст неуклюже пытался объяснить, превозмогая панику. — Т-тот боевой клич, который вы слышали от Альтомуры только что, был голосом тех, кто говорит: «Амидонцы никогда не сдержат своего слова, так что давайте заберем с собой как можно больше их солдат!».

Поскольку Гай и в самом деле не собирался сдерживать свое слово, он на мгновение замер.

Если каждый солдат в городе будет готов умереть, было бы слишком рискованно форсировать атаку. Такие солдаты были подобны механизмам: они сражаются до последнего вздоха, забирая с собой столько врагов, сколько возможно. В честном бою против такого противника его войска понесут серьезные потери. Победа Амидонии все еще была неоспорима, но именно поэтому он не хотел растрачивать силы впустую.

Не в силах больше просто смотреть, Юлий заговорил:

— Отец, сражаясь с такими «бешенными» солдатами, мы понесем большие потери. Мы должны постараться избежать этого. Почему бы не продемонстрировать свое великодушие и попросить Вейста попытаться убедить их еще раз?

— Н-на этот раз я не подведу! Клянусь, я сумею убедить людей в городе! — Вейст ухватился за предложение Юлия, как будто думал: «Моя жизнь спасена!»

Гай на мгновение задумался, но в итоге решил последовать совету Юлия.

— Хорошо. Считай, что это твой последний шанс.

— Д-да, Сир! Предоставь это мне.

— Хм… И все же, как мне показать свое великодушие?..

— Почему бы Вам не снять осаду, когда я вернусь в город? — спросил Вейст.

— Снять осаду, говоришь? — предложение Вейста привело Гая в ярость. — Ты что, меня за дурака держишь?!

— И в мыслях не было! Конечно, это только на некоторое время! Если вы соизволите снять осаду хотя бы до полудня, я воспользуюсь этим, чтобы продемонстрировать великодушие Вашего Высочества и убедить людей.

— Хм, — фыркнул Гай… — Хорошо. С этого момента и до полудня мы снимем осаду. Если ворота к тому времени не откроются, мы возьмем их силой. Понятно?

— Д-да! Клянусь, клянусь, я сумею убедить людей!

Как только Вейст ушел, в такой же глупой манере, как прошлый раз, Гай сместил войска, немного отведя их от города. Конечно, он принял меры, чтобы обеспечить захват любого, кто попытается воспользоваться этим шансом для побега. Он оставил на передовой высокомобильное подразделение под командованием Юлия.

«Хм, народу Альтомуры осталось жить под властью королевства всего пол дня…»

Гай посмотрел на Альтомуру полным ярости взглядом.

◇ ◇ ◇

Тем временем, по другую сторону стен…

В поместье Вейста Гарро в Альтомуре, осажденном войсками Амидонии, сейчас находилась женщина, расслабленно отдыхавшая, словно у себя дома.

Несмотря на то, что она находилась в городе, осажденном тридцатитысячной армией, женщина элегантно наслаждалась чашечкой чая. Вернувшись из лагеря княжества, Вейст рассказал, как прошли переговоры.

Он слегка усмехнулся хладнокровию женщины. В его поведении не было и намека на то жалкое зрелище, которое он устроил в военном лагере Амидонии ранее.

— Этого было достаточно, мэм… нет, Герцогиня Эксель? — спросил он.

— Да. Молодец, — сказала она. — Ты хорошо научился манипулировать психологией. Ты такой хороший мальчик, Вейст.

Женщина, попивающая черный чай, была Адмиралом Флота Эльфридена, Эксель Уолтер. Хоть она и выглядела лет на двадцать пять, на самом деле эта женщина была мизучи и прожила более пятисот лет. Пятидесятилетний Вейст для нее оставался ребенком.

— Герцогиня… не сочтите за дерзость, но не могли бы Вы, наконец, перестать обращаться со мной как с ребенком? — спросил он.

— С моей точки зрения, все мои морские пехотинцы — мои дети, — сказала она.

— Хотя я больше не служу в военно-морском флоте?

— Хи-хи! Как бы высоко тебя ни повысили, пока я жива, ты будешь моим подчиненным и ребенком.

— Похоже, со мной будут обращаться как с ребенком всю оставшуюся жизнь, — вздохнул он.

Даже когда Вейст, человек, станет седым старцем, Эксель, вероятно, по-прежнему будет выглядеть молодо и по-прежнему будет относиться к нему подобным образом. Вейст уже видел это вероятное будущее.

— Все же… Наш новый король, должно быть, внушает благоговейный ужас, если он может использовать Вас как девочку на побегушках, — сказал он.

— Его Величество действительно держит своих людей в узде, — согласилась она. — Я ведь с самого начала ясно дала понять, что я к его услугам, но, тем не менее, он вдруг связался со мной и сказал: «Бери кристалл вещательной сети и простой приемник — и тащи свою задницу в Альтомуру», представляешь[✱]Нет, я не придумал, в источнике на самом деле написано именно так.?

Во время ультиматума, выдвинутого Сумой два дня назад, Эксель участвовала не из герцогства Уолтер, а отсюда, из Альтомуры. Передача могла показать только часть комнаты вокруг нее, так что никто не мог точно сказать, где она находится.

Когда шпионы Амидонии доложили, что ультиматум был выдвинут, они были бы уверены, что Эксель находится в Герцогстве Уолтер. Сома решил этим воспользоваться, заранее тайно переправив Эксель в Альтомуру.

Ее задачей было задержать войска княжества.

Предполагалось, что армии княжества сначала займут Альтомуру, центральный город плодородного региона, а затем сметут всех врагов с прилегающей территории, чтобы утвердить свой контроль над ней. Поскольку у королевства не было возможности послать подкрепление, единственным способом предотвратить ненужные потери было удержать Альтомуру, причем избегая прямого сражения, насколько это возможно. Другими словами, это была работа для хитрой старой змеи, Эксель[✱]Напомню, мизучи = морской змей, Sea Serpent..

— Гай никогда бы не подумал, что Вы находитесь здесь, — сказал Вейст.

— В конце концов, от Лагуна-Сити до этого места три дня пути, — согласилась Эксель. — Хотя я здесь уже пять дней… Честно говоря, Его Величество и другие заставляют бедную старушку слишком много бегать.

— Пожалуйста, не изображайте старушку тогда, когда это Вам удобно, — проворчал Вейст.

— Для меня нормально вести себя самоуничижительно, — сказала она. — Хотя я не потерплю, чтобы это говорил кто-то другой.

«Только Варгас мог бы рискнуть это сделать!» Подумал он, но, разумеется, не сказал в слух. Может, ему и было за пятьдесят, но умирать он пока не собирался.

— Кстати, Герцогиня Уолтер, — сказал он, — я смог выиграть время только до полудня. Этого достаточно? Разве не нужно выиграть немного больше времени в соответствии с планом?

— Все нормально. Даже если они начнут полноценную осаду после полудня, им потребуется время на разворачивание войск. Так образом, бои могут начаться лишь ближе к ночи.

— Понятно, — сказал он. — Тогда, полагаю, моя работа здесь закончена.

— Да. Молодец, Вейст. Пожалуйста, расслабься и предоставь это мне, — Эксель одарила его материнской улыбкой.

Вейст был измотан планом Сомы, Хакуи и Эксель, но он мог только посмеяться над собой, поняв, что эта ее улыбка заставила его забыть усталость.

***

Исторические Фразеологизмы Эльфридена: «Лорд Альтомуры»

Тип: Идиоматическое Выражение

Человек, который дает обещания, которые не собирается сдержать.

Происхождение: во время Войны Одной Недели Вейст Гарро, правитель Альтомуры, на которую напал Гай VIII из княжества Амидония, несколько раз давал Гаю пустое обещание «открыть ворота», чтобы выиграть время.

Использование: этот человек — Лорд Альтомуры. Его словам не следует доверять.

***

30-я стратагема в трактате «Тридцать шесть стратагем» гласит: «Превратить роль гостя в роль хозяина».

Чаще всего эта стратагема упоминается в контексте победы слабого над сильным, но она также может относиться к ситуации, когда обороняющиеся (хозяева) меняются ролями с атакующими (гостями). Обороняться всегда проще, чем атаковать, так что нужно создать ситуацию, когда ваши войска будут обороняться, технически атакуя.

Сражение, происходившее в настоящее время на окраине Рендела, центрального города Герцогства Кармин, можно было бы назвать примером того самого второго значения 30-й стратагемы.

32-й день девятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю.

В Герцогстве Кармин запретная армия, которая, технически, была нападающей стороной, вела оборонительную битву против сухопутных сил, технически, защищавшихся от их нападения.

Находящийся за стеной «крепости», осаждаемой сорокатысячной армией, Хэлберт Магна недовольно ворчал.

— Проклятье… Тебе не кажется, что они ведут себя как-то чересчур агрессивно?

— Тут уж ничего не поделаешь, Хэл. — ответила Каэдэ Фоксия, маг Земли, приписанная к Запретной Армии, которая пряталась за той же стеной, что и он.

Она оставалась спокойной, не взирая на постоянно пролетающие над их головами стрелы — как врагов в их сторону, так и их войск в сторону врагов.

— Если посмотреть на это с точки зрения врага, они проснулись и обнаружили рядом крепость, — сказала она. — Достаточно большую, что бы в ней расположились войска всей запретной армии. Вполне естественно, что они торопятся что-то сделать с этим, знаешь ли[✱]Эти «знаешь ли» переводчик на английский в данном случае использует вместо «нодесу», я полагаю..

— Ну, да… — ответил он. — Я думал, что это было более, чем безрассудно, атаковать 40 000 солдат сухопутных сил всего лишь 10 000 наших, но, очевидно, командование изначально спланировало, что мы будем сражаться в этой крепости. Насколько хорошо они подготовились к этому?

— Изначально здесь была крепость, обращенная к Амидонии, — сказала ему Каэдэ. — Когда граница отодвинулась далеко на Запад во времена предпоследнего короля, она была заброшена. Король просто немного отреставрировал ее, знаешь ли. Более того… Эта крепость укреплена даже лучше прежней.

Вчера Сома объявил ультиматум Георгу Кармине. Поскольку переговоры не увенчались успехом, Сома немедленно направил в Герцогство Кармин 10 000 солдат запретной армии.

Запретная армия продвинулась вперед со скоростью, значительно превышающей «нормальную» для этого мира. Они приблизились к центральному городу Герцогства, Ренделу, и возвели «крепость» прямо у них на глазах.

Это быстрое передвижение и строительство было обеспечено наземными поездами, запряженными ринозаврами. Благодаря почтенной младшей сестре Сомы, Томоэ, в распоряжении запретной армии было достаточное количество этих животных, которые и обеспечили быстроту транспортировки. Благодаря их способности перевозить огромные объемы грузов, они смогли в сжатые сроки доставить людей и ресурсы на место.

Детали для строительства крепости были частично собраны в королевской столице. Они использовали деревянную каркасную систему два-на-четыре, так что детали просто нужно было поставить в специально отведенные места.

Сома позаимствовал эту идею у «Замка За Одну Ночь», который Хидэёси (тогда известный как Токитиро Киношита) построил в Суномате. В сущности, ринозавры заменили реку Кисо.

Кроме того, у запретной армии, построившей крепость, было еще одно преимущество. Ранее будучи посланным по приказу Сумы помогать в строительстве нового города и дорог, каждый из солдат запрещенной Армии теперь был квалифицированным военным инженером.

Солдаты копали или насыпали землю там, где это было необходимо, укрепляли фундамент римским бетоном и размещали частично собранные каркасы.

Маги земли выкапывали землю, чтобы сделать рвы, поднимали землю, чтобы сделать стены, с помощью магии заставляли римский бетон, подготовленный солдатами, затвердеть, и использовали магию усиления, чтобы укрепить стены.

В этом мире при строительстве крепостей на открытой местности всю работу обычно делали маги земли, однако их, в целом, было не очень много, а поскольку каждый не-маг в запретной армии теперь мог принимать участие в строительстве — скорость работы была заметно выше.

Таким образом, несмотря на то, что запретная армия прибыла на место только вчера вечером, к утру крепость была готова. С точки зрения жителей Рендела, это должно было выглядеть так, как будто крепость была построена за одну ночь.

Позже это место назовут «Крепостью Рендела За Одну Ночь».

Это молниеносное строительство началось почти сразу после ультиматума, так что и сухопутные войска, и коррумпированные дворяне, находящиеся в Ренделе, не успели смогли ничего сделать, чтобы остановить его.

— И все же, я должна отдать должное Герцогу Кармину, — сказала Каэдэ. — Единственные, кто действует опрометчиво — это личные войска дворян. Сухопутные силы спокойно и уверенно окружают нас.

— Эй! Не высовывай голову! Жить надоело?! — воскликнул Хэлберт, оттаскивая Каэдэ от промежутка между зубцами стены.

Именно в этот момент…

«БУМ!»

…громыхнул взрыв неподалеку.

От неожиданности Каэдэ отшатнулась, потеряла равновесие и начала заваливаться назад, к счастью, Хэлберт успел ее поддержать.

— С-спасибо, Хэл, — сказала она, удивленно моргая.

— Давай, держи себя в руках, — сказал он. «Должно быть, она растерялась из-за внезапности этого звука» — …Это было довольно близко к нам, не так ли?

Вероятно, в стену ударило какое-то мощное заклинание.

Технически, Каэдэ и другие маги дополнительно укрепили стены для противодействия магии. Тем не менее, мощного обстрела они долго не выдержат.

Хэлберт окутал метательное копье магическим огнем и бросил его в сторону группы, которая, как он решил, выпустила последнее заклинание. Огненное копье пролетело, как ракета, пронзив одного человека, а затем взорвалось, испепелив остальных.

— АААааагрх!…

Даже за стеной он услышал их предсмертные крики. Убедившись, что дело сделано, Хэлберт снова спрятался в тени стены.

— Слушай… Тебе не кажется, что именно здесь, на западной стороне, атака особенно интенсивны? — спросил он. — Такое ощущение, что на другие стороны приходятся только эпизодические атаки.

— …Это наемники из Зема, знаешь ли, — сказала Каэдэ, быстро выглядывая из-за зубца. — Должно быть, их наняли коррумпированные дворяне. От этой битвы зависят их жизни, буквально. «Сделай-или-умри», знаешь ли. Если они сейчас проиграют — их гарантированно ждет казнь, так что им нет смысла экономить деньги, на тот свет они их не заберут.

— Знаю, ты сейчас пыталась разредить обстановку шуткой, но я после этих слов почему-то холодным потом покрылся, — сказал Хэлберт, бросая еще одно пылающее копье. Еще одна группа наемников была уничтожена.

— АААааагрх!…

— Горячо, горячо!

— Горю, горююююю!

Хэлберт с болью в сердце наблюдал, как охваченные пламенем наемники катаются по земле. Для него это была первая настоящая битва. Он не привык убивать.

«Что же, это лучше, чем сражаться с сухопутными войсками, в которых много знакомых людей…», подумал он.

Как бывший солдат сухопутной армии, Хэлберт испытывал сложные чувства по поводу всей этой ситуации. Из-за их близких отношений с королем, Хэлберт и Каэдэ были одними из немногих, кто знал горькую правду об этой войне. И он понимал, чего хочет король. Он понимал, но… все еще не знал, как к этому относиться.

— Хэл! — Крикнула ему Каэдэ, приводя Хэлберта в чувство.

— Что такое, Каэдэ?!

— У нас проблемы, знаешь ли, — сказала Каэдэ. — Посмотри, что они тащат.

Она указала на огромные пушки, которые в этот самый момент показались на поле боя. В этом мире, где пороховое оружие особенно не развивалось из-за существования магии, пушки использовались в морских сражениях. Хотя им не хватало мобильности, их независящая от магии разрушительная сила привлекла внимание армии. Сухопутные силы заказали несколько пушек для использования в качестве осадных орудий.

Сейчас в Эльфридене лишь сухопутные силы имели в своем распоряжении пушки, приспособленные для использования не на кораблях.

— Ну, в конце концов, мы знали, что у них есть пушки, — сказал Хэл.

— Странно, что они их не использовали с самого начала битвы, — сказала Каэдэ.

— Ну и зачем они так поздно разыгрывают эту карту? — спросил он.

— Возможно, коррумпированные аристократы паникуют.

— …Это плохо? — спросил он.

— Это очень плохо, — ответила она. — Антимагическое укрепление эффективно только против магии и пламени, знаешь ли. Для грубой силы ядра — это лишь стена из земли, покрытая римским бетоном. Ну, может немного более прочная стена земли и римского бетона, но если они продолжат обстрел…

«Буууум!»

Одна из пушек выстрелила, ядро пропало аккуратно в середину одной из стен крепости и пробило ее насквозь. Земляная стена немного осыпалась вокруг места удара.

Пушечные ядра в этом мире были простыми кусками железа.

Похоже, жители этого мира тоже задумывались о взрывающихся снарядах, но взрыв создавался с помощью магии, как и многие другие обыденные вещи в этом мире, что не могло навредить стенам, укрепленным против магии, так что такие снаряды не использовались. Грубая сила, напротив, была весьма эффективна против укреплений. Только что прилетевшее железное ядро это наглядно показало.

Поняв ситуацию, Хэлберт и Каэдэ хмуро переглянулись.

— И-и ч-что нам теперь делать?! — Каэдэ запнулась.

— Я откуда знаю! Разве ты не можешь что-нибудь сделать своей магией?! — воскликнул Хэлберт.

— Мой запас магии иссяк, пока мы строили эту крепость! А ты, Хэл, не можешь перехватить их с помощью метательного копья или чего-нибудь в этом роде?

— Они слишком быстрые! — воскликнул он. — Это все равно что просить меня поразить камнем летящую стрелу!

Пока они препирались друг с другом…

— Хм. А как насчет лука? — услышали они спокойный голос рядом.

— А? — удивились Хэл и Каэдэ хором.

Они обернулись и увидели крепкого молодого темного эльфа (хотя по внешнему виду трудно было судить о возрасте эльфа), держащего внушительных размеров большой лук. Воин темных эльфов наложил стрелу на тетиву и прицелился.

«Буууум!» — снова выстрелила пушка.

В тот же миг воин темных эльфов выпустил стрелу.

Хэлберту и Каэдэ показалось, что они услышали пронзительный свистящий звук. Воин темных эльфов, вероятно, использовал заклинание магии ветра на стреле. В следующую секунду железное ядро разлетелось вдребезги прямо в воздухе. Хэлберт и Каэдэ только и могли, что открыть рты от удивления.

— Хм, — сказал темный эльф. — легче, чем в летящего Сокола.

— Т-ты кто? — запнувшись спросил Хэлберт

— Простите меня, я забыл представиться. Я пришел из Защищенного Божеством Леса. Меня зовут Сур, — сказал молодой темный эльф с широкой улыбкой. — Рад познакомиться с вами, господин Хэлберт Магна.

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Возможно, Вы не помните, но когда в Защищенном Божеством Лесу случился оползень, моя дочь была среди тех, кого Вы вместе с королем спасли, — ответил Сур. — Когда она позже услышала Ваше имя, то хотела поблагодарить Вас лично, но первый спасательный отряд уже вернулся в столицу… Так что…

«Буууум!»

«Вжух!»

— …Мне ужасно жаль, что я не поблагодарил вас тогда должным образом за спасение моей дочери, — закончил он.

Даже разговаривая, Сур успевал сбивать летящие ядра. Каэдэ и Хэлберт слышали, что темные эльфы были отличными лучниками, но это было действительно впечатляюще.

— Нет, я просто делал то, что говорил Сома… король, — сказал Хэлберт.

— Даже если так, я все равно благодарен Вам. Хотя я должен признать, что был встревожен, когда она заявила: «Когда-нибудь я тоже присоединюсь к запретной армии и буду участвовать в таких спасательных операциях, как и этот человек». Ха-ха-ха.

Продолжая говорить как обычный отец, он не забывал сбивать ядра. Хэлберт и Каэдэ были ошарашены.

— Гм, А почему Вы здесь? Вы ведь не состоите в запретной армии, верно? — растерянно спросила Каэдэ.

— Мы услышали, что Его Величество Сома, спаситель нашей деревни, оказался в непростой ситуации. Чтобы вернуть долг, мы, воины деревни темных эльфов, были посланы ему на помощь. — Сур весело рассмеялся. — Ха-ха-ха, мы всегда по возможности избегали контакта с внешним миром, но в этот раз ни один человек не высказал своего несогласия.

Чтобы вернуть свой долг. Это тоже было проявлением прямого, искреннего правления Сомы.

— Я очень благодарна Вам за это, знаете ли, — сказала Каэдэ.

— «Я чешу спину тебе, а ты мне», — пожал плечами Сур. — Это то, чему мы научились у вас, людей.

После этого Каэдэ почувствовала, что ее напряжение немного отступило.

«У нас больше подкреплений, чем я думала», — подумала она. «И раз так, думаю, нам удастся выстоять здесь».

Запретная армия получила подкрепление не только из деревни темных эльфов. Был также отец Хэлберта, Глэйв Магна, и другие солдаты, переметнувшиеся к ним из сухопутных сил. Они участвовали в сражении в качестве солдат-добровольцев под командованием Глэйва. Суммарно, подкрепление насчитывало около 5 000 человек.

Другими словами, в этой крепости было 15 000 защитников.

«Насколько я знаю, атакующие должны иметь в три раза больше солдат, чем обороняющиеся, чтобы выиграть осаду», — думала Каэдэ. «Ряды сухопутных войск до ультиматума покинуло немало солдат, как отец Хэла, но все же им удалось сохранить свою численность на уровне 40 000 человек с помощью личный войск коррумпированных дворян и нанятых ими наемников. Против них было бы очень трудно выстоять, имея лишь 10 000 подконтрольных лично королю солдат, но если добавить подкрепления — у сухопутной армии уже нет трехкратного преимущества. Наши шансы на победу значительно выросли», — именно эти мысли успокоили Каэдэ.

Кстати, много лет спустя повзрослевшая дочь Сура сдержит свое слово. Она поступит в армию и ей повезет попасть под командование Хэлберта. Каким-то образом она так же умудрится женить его на себе, создав ситуацию, которая несколько напрягала Каэдэ, но это история для другого раза.

На данный момент единственное, о чем Каэдэ должна была беспокоиться — как им с Хэлбертом и остальными пережить эту битву.

— Каэдэ! — окликнул ее кто-то.

Каэдэ посмотрела в сторону позвавшего ее и увидела стоящий перед воротами крепости отряд рыцарей в серебряных доспехах — королевскую гвардию, которая обычно охраняла столицу и королевский дворец. К ней обращался капитан королевской гвардии, а также главнокомандующий запретной армии, Людвин Аркс, красавец-блондин в серебряных доспехах верхом на белом коне. Он выглядел как отважный рыцарь из романов, готовый броситься в логово дракона и всех спасти ради прекрасной принцессы. Он слишком идеально соответствовал этому образу, чтобы поверить в реальность происходящего, «слишком хорошо, чтобы быть правдой».

«Когда-нибудь я хочу стать таким же…» Хэлберт отчаянно завидовал. Но также он был полон решимости работать над собой, чтобы приблизиться к мечте.

Тем временем Каэдэ, не оценив атмосферы, рассерженно надвигалась на Людвина.

— Что Вы себе позволяете?! Вы ведь наш главнокомандующий, знаете ли!

— Прости, Каэдэ, — сказал он, — тебе придется принять командование на некоторое время. Нам надо разобраться с теми громкими штуками. — Людвин указал копьем в сторону пушек.

— У нас есть Хэл для таких глупостей, знаете ли! — ответила Каэдэ.

— Эй! — воскликнул Хэлберт.

—Ха-ха-ха, не стоит, — ответил Людвин, — по сравнению с солдатами, которые так усердно строили эту крепость и защищали ее, у нас в королевской гвардии до сих пор не было ни единого шанса показать себя. Будет плохо для нашей гордости, если мы не исправим это.

— Для вашей гордости… все мужчины такие глупые? — Каэдэ схватилась за голову.

— Ха-ха-ха, можно и так сказать, — усмехнулся Людвин. — Ну, остальное я оставляю Вам.

Прежде чем Каэдэ успела сказать еще хоть слово, Людвин начал выкрикивать приказы.

— Открыть ворота! Цель прямо перед нами, три большие пушки! Мы вернемся, когда они будут уничтожены! Не увлекайтесь вражескими солдатами: не преследуйте их слишком глубоко! Сосредоточьтесь исключительно на уничтожении цели!

— Так точно! — слаженно ответили солдаты.

— Если кто-то мешает вам — пронзите его копьем! Если кто-то преградил ваш путь — пусть его растопчут ваши лошади! Мы — копье, защищающее это страну! Мы несем волю Его Величества! Вперед, и пусть ничто вас не остановит! Мы покажем, что королевская гвардия способна не только стоять в почетном карауле!

— Так точно!

Словно прорвавший платину поток королевская гвардия вырвалась из ворот. В рядах атакующих крепость поднялась паника, так что они больше не могли им помешать. Оказавшиеся на пути королевской гвардии закончили свои жизни, будучи пронзенными копьями, или же растоптанными копытами лошадей. Многие из них были наемниками, нанятыми коррумпированными аристократами.

Каждый из наемников был сильным бойцом, но они не умели работать в большой группе, многие вовсе действовали, словно одиночки.

Они сражались лишь ради денег, о верности и патриотизме говорить не приходилось. Если их жизням начинала угрожать опасность — они без сожалений убегали. Как итог, они ничего не могли противопоставить слаженной дисциплинированной атаке, какую сейчас демонстрировали люди Людвина.

Они не могли противостоять натиску королевской гвардии по одиночке, и не умели действовать сообща. Им оставалось лишь умирать или спасаться бегством. Людвин и его люди быстро добрались до уже брошенных пушек и уничтожили их.

«Его Величество, вероятно, будет огорчен такому расточительству… Но у нас сейчас нет выбора», — подумал Людвин.

Они не могли просто оставить их, и не могли тратить время на то, чтобы тащить тяжелые пушки до крепости. Уничтожить их было единственным выходом.

После заката большая часть сухопутных сил ни с чем вернулась в Рендел. Если смотреть только на итоги сегодняшнего сражения, это была полная победа войск Сомы.

Однако, именно в живой силе потери сухопутных сил были незначительны. У них в распоряжении был город, подготовленный к длительной осаде, так что у них было достаточно ресурсов для затяжного сражения. Напротив, запретная армия и их союзники рано или поздно будут измотаны и падут.

Это понимали все.

◇ ◇ ◇

Вечером того же для в зале заседаний замка Георга Кармина более дюжины дворян требовали от него ответов.

— Герцог Кармин, как это понимать? Как может армия быть такой немотивированной?! — почти кричал один из них.

— Действительно, — сердито согласился с ним другой, — это не похоже на того, кого прозвали «Яросным богом битв».

— Только наши войска сражались серьезно! — воскликнул третий.

Все они бежали, как только Сома уличил их в коррупции. Они собрались, как мотыльки на пламя, под знаменем Георга, который ясно дал понять, что не подчиниться новому королю.

Растратив больше, чем могли когда-либо вернуть, а теперь еще и восстав против короля, им некуда было отступать. Если они проиграют войну с Сомой, это будет их концом. Поэтому они не жалели средств на наемников из Зема и не колеблясь бросили вызов запретной армии[✱]Кстати о наемниках из Зема. Их можно было бы перевести как «Земские наемники», это было бы ближе к оригиналу, но в нашей стране слово «земские» имеет вполне конкретное значение. Имело, если точнее..

Однако их не удовлетворило то, как Георг сражался.

Армия была пассивна в сегодняшнем сражении. Дворяне понимали, что боевой дух солдат, вынужденных сражаться с запретной армией, будет низким, но Георг даже не пытаться поднять его. Такое отстраненное поведение Георга Кармина, прославленного воина, злило дворян.

— Армия действует как бесхребетные трусы! — словно сплюнул один из дворян, — Ты же понимаешь, что битва с королем уже началась?

— Покажи нам силу, которая сделала твое имя известным в этой стране, и которого бояться соседние!

— Не хочешь ли ты сказать, что испугался этого мальчишки короля?

— О?.. — Георг пристально посмотрел на них. Этого было достаточно, чтобы их запал мгновенно иссяк. В воцарившейся тишине было слышно лишь как несколько человек пятятся от него, — По-вашему, я боюсь?

Никто не осмелился нарушить молчание.

С помощью нескольких слов Георг полностью перехватил контроль над ситуацией в комнате.

Проведя взглядом по потерявшим дар речи дворянам, Георг заговорил спокойным, сдержанным голосом:

— Кто-нибудь из вас понимает ситуацию? У врага всего десять, может быть, двадцать тысяч солдат. Они меня удивили, построив эту крепость за одну ночь, верно. Но они в ней как в ловушке. Так почему мы должны безрассудно атаковать их?

— Е-если это так… Если их всего десять-двадцать тысяч, разве мы не должны смести их одним ударом? — один из дворян собрался с духом, чтобы заговорить, но Георг только насмешливо фыркнул.

— Вы пытались это сделать, но они вас отбросили, не так ли? — спросил он. — Более того, вы даже вытащили три пушки из арсенала, а потом умудрились их потерять.

— Ух… Я не могу найти достойных извинений за это, — говоривший дворянин съежился под пристальным взглядом Георга.

Разочарованные невозможностью быстро взять крепость запретной армии, коррумпированные дворяне решили использовать пушки, не согласовав это с армией. С помощью своего авторитета они заставили управляющего складом «одолжить» им пушки, запугав его. В итоге, пушки были уничтожены. Теперь армия с пренебрежением смотрела на войска дворян.

— Есть еще кое-что, что меня беспокоит, — продолжил Георг, — Не похоже, что Сома сейчас в этой крепости.

— Разве он не оставил бы войну своим подчиненным, оставшись сидеть в безопасной столице? — спросил один из дворян.

— Неужели вы думаете, что этот король сделает так? — спросил Георг. — Даже если мы его не видим, он определенно что-то делает. И поэтому нам нужно выманить его.

— Другими словами, вы хотите использовать солдат в этой крепости в качестве приманки? — спросил дворянин.

— Сейчас нет никакой возможности узнать, где находится Сома и что он задумал, — кивнул Георг на предположение аристократа, — Но если он оставит войска, посланные им на смерть, и солдаты, и простые люди отвернуться от него. В конечном итоге, у него нет другого выбора, кроме как появиться на этом поле боя. Когда он это сделает, нам просто нужно раздавить его вместе с солдатами крепости, — он усмехнулся.

Георг был зверочеловеком с головой льва. Усмехнувшись, он обнажил клыки. У увидевших это аристократов по спинам пробежал холодок. Они знали, что никогда не должны делать этого человека своим врагом.

Георг поднялся со своего кресла.

— Однако вы все, должно быть, устали от сегодняшней атаки. Это не та битва, которая закончится завтра или послезавтра. Мы, армия, справимся с этим в одиночку, так что завтра вы все отдохнете.

— Д-да, сэр! — ответил ему нестройный хор голосов.

Посчитав, что последней фразой Георг признал их старания достойными похвалы, дворяне склонили головы и покинули зал.

Как только они это сделали, вошел один человек, словно поменявшись с ними местами.

— Прошу прощения, Герцог Кармин.

— …Беовульф, — сказал Георг.

Мужчину звали Беовульф Гарднер. Зверочеловек с головой волка, одетый в черную военную форму.

Вместе с перешедшим на сторону Сомы Глейвом Магной, он был ближайшим сподвижником Георга Кармина. Так же он был заместителем командующего армией.

— Я полагаю, приготовления закончены? — Георг кратко спросил Беовульфа.

— Так точно! Все безупречно.

— Хорошо.

Когда Беовульф отдал ему честь, Георг удовлетворенно кивнул и широко улыбнулся.

◇ ◇ ◇

Примерно в это же время Хэлберт и Каэдэ ужинали, сидя рядом друг с другом. Они ели очередной изобретение Сомы, «Зерлинг-удон быстрого приготовления».

Зерлинг-удон сначала варили, затем сильно приправляли специями и высушивали. Перед едой его достаточно было залить кипятком и подождать одну минуту (Он поглощал воду быстрее, чем рамен быстрого приготовления). Пока у вас есть чашка и кипяток, его можно есть где угодно. Это по достоинству оценили солдаты запретной армии, получившие его как часть рациона.

— Возможность есть эту штуку даже в полевых условиях… Здорово, правда? — Прокомментировал Хэлберт.

— Его Величество жаловался «Я хотел их обжарить, но они растаяли, когда я положил их в масло! Хотя я предпочитаю пикантный вкус жареной лапши!», знаешь ли, — сказала Каэдэ.

— Я действительно не понимаю, почему он так придирчив к этому, — сказал Хэлберт.

За такими разговорами они и закончили трапезу. После, Каэдэ неожиданно положила голову на плече Хэлберта. Ее прекрасно пахнущие волосы были так близко… Хэлберт удивленно заморгал.

— Э-эй, Каэдэ, что ты делаешь?

— Хи-хи. Хэл, я счастлива, знаешь ли.

— А?! Насчет чего?! — воскликнул он.

— Что ты рядом, как сейчас, — сказала Каэдэ с легким смешком. — Я рада, что ты перешел в запретную армию. Если бы ты все еще служил в сухопутных силах, мы сейчас были бы врагами.

— Да, благодаря этому я окружен сорокатысячной армией, — ответил он.

Каэдэ улыбнулась, смотря, как Хэлберт смущенно потирает переносицу.

— Все решится сегодня и завтра, знаешь ли, — сказала она. — Если мы сможем продержаться…

— Тогда что? — спросил он.

— Если мы преодолеем это, я надеюсь, что и остальное сработает.

— Не заканчивай все вот так! — возмутился он. — Если уж начала говорить — говори до конца!

— Просто постарайся защитить меня, ладно? Хэл.

Когда друг детства так мило спросил его об этом, Хэлберт энергично почесал в затылке.

— Уф, хорошо, я понял! Я буду защищать тебя и все такое!

— Я рассчитываю на тебя, знаешь ли, Хэл, — сказала она.

В крепости посреди поля боя они прижались друг к другу и улыбнулись.

1-й день десятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю.

Ночь подошла к концу, и армия возобновила наступление.

В отличие от вчерашнего дня, со всех четырех направлений были лишь эпизодические атаки.

Стрелы и магия продолжали летать по полю боя, но не было ни одного отряда, пытающегося продавить оборону. Хэлберт был озадачен переходом к такой пассивной тактике, особенно после вчерашнего боя.

— Они словно решили не атаковать, — сказал он.

— И я не вижу наемников из Зема, — сказала Каэдэ, осматривая поле боя, — возможно, противник перешел к тактике войны на истощение.

— Что же, возможно, это немного упростит нашу задачу, — сказал Хэлберт, разминая плечи.

— На поле боя никогда нельзя терять бдительность, Хэл, — сказала она. — Иначе ты рискуешь подставиться, знаешь ли.

— …Знаю.

Эпизодические атаки армии продолжались.

Позже, когда солнце было в зените…

— Множество виверн замечены в небе на востоке! Это же военно-воздушные силы! — громко крикнул солдат на наблюдательном посту.

Когда Хэлберт и Каэдэ подняли глаза к восточному небу, встревоженные голосом дозорного, они увидели около тысячи летящих к ним виверн.

Хэлберт неосознанно крепче прижал Каэдэ к себе.

— Все в порядке, Хэл, — сказала Каэдэ с улыбкой, положив свою руку поверх его, — мы победили, знаешь ли.

Виверны пролетели мимо крепости, где находились Хэлберт и Каэдэ, направляясь к Ренделу.

***

Исторические Фразеологизмы Эльфридена: «Крепость Рендела За Одну Ночь»

Тип: Стратагема

Смысл: использовать все доступные ресурсы для достижения цели.

Происхождение: когда король Сома подавлял восстание Георга, он использовал инженерные навыки запретной армии, чтобы возродить заброшенную крепость.

Синонимы: «Тридцать шесть стратагем», стратагема 14: «Позаимствовать труп, чтобы вернуть душу».

***

32-й день девятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю, Город Красного Дракона.

С момента предъявления ультиматума лорд Города Красного Дракона, Кастор Варгас был невероятно занят. Поскольку он решил поддержать Георга Кармина, используя только свои личные войска, расположенные в Городе Красного Дракона, существовал риск, что город станет полем битвы.

Кастор понимал, что это произошло из-за его собственной гордости. Он не мог допустить, чтобы жители его владений страдали из-за него.

По этой причине он начал эвакуацию горожан в соседние поселения. Обычно Кастор целиком поручал подобную работу своему управляющему, Толману, но в этот раз он хотел сделать что-то сам. У него было чувство, словно это может быть последний раз, когда ему представиться возможность выполнить работу лорда.

— Как идет эвакуация горожан? — Кастор задал вопрос Толману, стоящему перед ним в правительственном офисе в замке Красного Дракона, в Городе Красного Дракона.

— Уже завершена, — ответил Толман. — Теперь в городе Красного Дракона остались только люди из Военно-Воздушных сил и те, кто связан с домом Варгаса.

— Понятно… Рад это слышать, — сказал Кастор, откидываясь на спинку стула с выражением искреннего облегчения на лице. — Может быть, мне не следовало бы этого говорить, но с моих плеч словно груз сняли. Теперь я могу действовать как независимый воин.

— Воистину, такие слова лорд никогда не должен произносить.

— Я никогда не подходил для этой работы, — сказал Кастор. — Хотя я унаследовал военно-воздушные силы и своих подданных от моего старика, у меня никогда не было таланта к управлению. Страшно представить, как бы я справлялся без тебя и Акселы.

Кастор поднял глаза к потолку.

— Когда я думаю о прошлых годах, я понимаю, что король Альберт нес гораздо большее бремя не взирая на свой робкий характер… Теперь его уверенно несет этот новый король, Сома. Весьма впечатляет, для парня его возраста. Я понимаю, почему принцесса решила идти рядом с ним до конца.

Лисия обрезала волосы, чтобы показать свою решительность Георгу, но это так же произвело сильное впечатление и присутствовавшего там Кастора. У него был простой, прямолинейный характер и такое яркое выражение эмоций сильно задело его чувства.

— Вы поменяли свое мнение о нем, после всего этого? — спросил его Толман, удивленный поведением Кастора.

— Да, поменял. …И ты прав, это заняло у меня слишком много времени, — сказал Кастор, признавая свою вину.

Было уже слишком поздно идти на попятный. Да и не стал бы он это делать. Он решил встретиться с Сомой. Даже если он потерпит поражение, то продемонстрирует королю гордость генерала ВВС, много лет служившего этой стране.

— Мы получили запросы от подразделений ВВС по всей стране, они хотят присоединиться к вам, господин… — начал Толман.

Военно-воздушные силы были домом для многих сорвиголов, больше всего уважавших силу, так что такой отважный и свирепый командир, как Кастор, пользовался у них огромным уважением. Однако Кастор отмахнулся от этой идеи.

— Посылай их куда подальше. Я не позволю им присоединиться ко мне в моей упрямой гордыне.

— …Я не сомневался, что вы так скажете, — сказал Толман, глядя на своего проблемного господина с плохо скрываемой досадой, — Итак, господин. Что Вы будете делать дальше?

— Я ничего не собираюсь делать, — сказал Кастор. — Я просто подожду здесь Сому.

— Вы не хотите присоединиться к герцогу Кармину?

— Я не могу оставить Город Красного Дракона. Хоть я и был бы рад сражаться бок о бок с Герцогом Кармином, но эта кучка коррумпированных дворян… Моя гордость не вынесет этого.

Для Кастора исход этой войны был не слишком важен. Победа и поражение, жизнь и смерть — ему было важно лишь сражаться так, чтобы никто не смог над ним посмеяться.

— Я буду ждать Сому на этой земле, — сказал он. — Если он придет с большой армией, я встречу славную смерть в бою. Если он недооценит меня и пошлет небольшое войско, я разорву их на куски. Вот и все.

— Ах, но пойдет ли все так, как вы задумали?.. — сказал Толман, глядя на документы, которые держал в руках. — Согласно донесениям наших разведчиков, 10 000 солдат запретной армии направились к Герцогству Кармин. Неясно пока, сопровождает ли эту армию король Сома, но я не думаю, что у них в резерве есть какие-либо силы, чтобы послать их сюда.

— Хочешь сказать, он игнорирует меня? — спросил Кастор.

— У нас только сотня рыцарей, так что это вполне возможный вариант.

— Ха, ни за что, — Кастор со смехом отмахнулся от предположения Толмана. — 40-тысячная армия во главе с Герцогом Кармином или 100 рыцарей из Военно-Воздушных сил? Кто из них кажется более сложным противником? Кроме того, согласно договоренности, если он победит меня — все Военно-Воздушные Силы встанут на сторону Сомы. Для него это лучший порядок действий — подбить меня, а затем повести ВВС в финальную битву с Герцогом Кармином.

— Однако у короля Сомы нет в распоряжении запасных войск…

— Не знаю насчет этого. Новый король проницателен, и я слышал, что его правая рука, премьер-министр, тоже весьма умен. Они могут придумать что-нибудь, что мы не можем сейчас даже предположить, — сказал Кастор, улыбаясь в предвкушении. Выражение его лица было как у озорного мальчишки, которому не терпится узнать, сработает шутка или нет.

— Господин, сейчас я просто не могу понять вас, — схватился Толман за голову. Для него было потрясением увидеть Кастора, предвкушающего какой-нибудь необычный план в исполнении его противников, более того, не верящего в свою победу.

— Ха-ха-ха, тебе и не нужно понимать. Собственно… Толман, не ввязывайся в эту битву, — сказал Кастор, внезапно став серьезнее.

Толман потрясенно замер, но через мгновение вернул самообладание.

— Но почему? Я готов служить Вам до самого конца, Вы же знаете?

— Если со мной что-то случится, и ты тоже умрешь, кто возглавит Военно-воздушные силы? Кроме того, я беспокоюсь о сыне, которого отправил к Эксель, — сказал Кастор с грустной и одинокой улыбкой. — Герцогиня Уолтер встала на сторону короля Сомы. Даже если с нами что-то случится, я уверен, она поможет ему унаследовать дом Варгас, не взирая на то, что я официально разорвал с ним все связи. Но Карл еще ребенок, а Аксела не может справиться со всем сама. Именно поэтому я хочу, чтобы ты присматривал за Карлом. В конце концов, ты хорошо знаешь дом Варгаса. Вот почему… что бы ни случилось, ты должен выжить. Это приказ.

— Умеете вы отдавать безжалостные приказы, — сказал Толман, с горькой улыбкой. Однако в следующее мгновенье он с серьезным лицом встал по стойке смирно и отдал честь, — Клянусь, я выполню этот приказ.

— …Рассчитываю на тебя.

В этот момент в комнату вбежала запыхавшаяся дочь Кастора, Карла.

— Отец! Войска Сомы появились!

— Он здесь, ха! Итак, насколько велико возглавляемое им войско? — Услышав эти слова, Кастор воодушевленно встал с рабочего места.

От того, сколько войск привел Сома, зависело, сможет ли Кастор продемонстрировать ему гордость генерала ВВС. 5 000? 10 000? Кастор надеялся на большую цифру, но…

— Вражеские силы… один корабль!

— …Чего? — не поверил Кастор своим ушам.

Подойдя к окну, Кастор увидел приближающийся к ним по равнине линкор. Город Красного Дракона был построен на одинокой горе посреди равнины, и поблизости от него не было крупных рек. Тем более странным был вид линкора, двигающегося к ним просто по полю.

— Отец, похоже, это линкор «Альберт», — сказала Карла, глядя в подзорную трубу.

— Тот самый «Альберт»? Что он делает посреди поля? — Недоверчиво переспросил Кастор.

Линкор «Альберт». Названный в честь предыдущего короля, он был единственным кораблем на вооружении запретной армии, а также флагманом королевского флота. Внешне он был похожа на броненосец «Микаса»[✱]http://himkiart.ru/img/balakin/balakin_202.jpg, флагман Объединенного флота Японии во время Цусимского сражения. Впрочем, в этом мире вместо двигательной установки использовались морские драконы, «Альберту» было необходимы усилия двух таких существ.

Но сейчас «Альберт» тянули не морские драконы.

— А! Отец, смотри. «Альберт» тянут ринозавры.

Когда Кастор взял у Карлы подзорную трубу, он увидел, что «Альберт» действительно тянули три ринозавра. Присмотревшись, он понял, что киль линкора был изменен — похоже, по бокам были прикреплены колеса.

— Они поставили на него колеса, чтобы он мог передвигаться по суше?! Но ведь после такого его вряд ли смогут переоборудовать обратно, для воды! Они собираются выбросить здесь свой флагман?!

— Ну, у нас был не большой выбор, — сказал голос, словно передаваемый по радио. — У нас и так не хватает войск.

— ?!

Повернувшись, он увидел Толмана, держащего небольшой простой приемник вещательной сети. Позади него стояли несколько его подчиненных, зачем-то принесших кристалл вещательной сети.

На простом приемнике, который держал Толман, появилось изображение Сомы Казуи, находящегося в какой-то темной комнате.

— Мы только что получили письмо от короля Сомы с просьбой поговорить с вами по вещательной сети и сделали необходимые приготовления, — объяснил Толман.

— …Понятно, — кивнул Кастор. — И? Что делает «Альберт» так далеко от воды?

— Не стоит недооценивать возможности запретной армии по части транспортировки, — в ответ на его вопрос Сома лишь пожал плечами, — учитывая наши новые дороги и ринозавров — перевозить модифицированный линкор было относительно легко.

— Я не об этом. Я спрашиваю, почему вы потрудились доставить его сюда, — Кастор не спрашивал, как, он хотел знать, зачем.

— Чтобы напасть и захватить Город Красного Дракона, конечно. — ответил ему Сома без всякой театральности.

«БУУУУУМ!»

Спустя мгновенье раздался звук удара, стены замка содрогнулись.

Едва не потеряв равновесие от неожиданного толчка, Кастор огляделся.

— Что?! Что случилось?!

— М-мы под огнем «Альберта»! Похоже, они попали прямо в стену!

— «Под огнем»? …А! Понял! Пушки, да?

Огнестрельное оружие не слишком далеко продвинулось в этом мире из-за магии.

Если говорить о королевстве Эльфриден, только сухопутные силы имели пушки, подготовленные для использования на суше. Впрочем, поскольку все виды магии, кроме водной, как правило, были слабее на море, морские сражения чаще всего велись кораблями, стреляющими друг в друга из артиллерии. Конечно, военные корабли были нагружены большими пушками. То же относилось и к «Альберту».

В данном случае Соме был нужен «Альберт» именно из-за его орудий.

— Это не простая задача — атака такой крепости в горах, как замок Красного Дракона, — объяснил Сома. — Кроме того, мы были ограничены по времени и ресурсам, так что пришлось использовать то, что было под рукой.

— И поэтому вы перестроили линкор? — спросил Кастор.

«Что еще этот парень сможет придумать?» — Кастор чувствовал, словно наблюдает за работой фокусника.

Сома всего лишь использовал линкор в качестве бронепоезда, но для людей этого мира, в котором не существовало поездов вовсе, эта идея была весьма шокирующей.

Кастор на мгновение замер, но вскоре громко расхохотался.

— Ха-ха-ха, неплохо! Я никогда не думал, что увижу корабль, двигающийся по суше!

— Любишь такие эффектные фокусы, да? — спросил Сома, на что Кастор кивнул.

— Думаю, Вы можете стать просто чертовски хорошим королем.

— Тебе еще не поздно сдаться. Это бы все упростило, понимаешь? — сказал Сома, но Кастор молча покачал головой.

— К сожалению… Я не могу этого сделать. Я не могу позволить себе трусливо отступить, поняв, что игра складывается не в мою пользу. Теперь, раз дело дошло до этого, позвольте мне быть стеной на Вашем пути. Если Вы достойны быть королем — преодолейте меня.

— …Мне действительно жаль это слышать, Кастор, — увидев, что Кастор полон решимости сражаться, сказал Сома прищурившись.

«БУУУУУМ!»

Еще один выстрел сотряс стены замка Красного Дракона.

— Карла, поднимай кавалерию виверн и пошуми на этом линкоре, — отдал приказ Кастор.

— Мне возглавить атаку? Что будешь делать ты, отец? — удивленно спросила Карла.

— Останусь здесь наблюдать за вашей битвой. Ни смотря ни на что, один из нас должен остаться. А теперь иди туда и уничтожь эти пушки.

— …Понятно!

Карла бросилась к стойлам виверн. Проводив ее взглядом, Кастор повернулся к Соме и сказал:

— Моя дочь придет за тобой. Приготовьтесь встретиться с создателем.

— Я предлагаю тебе сделать то же самое, — ответила Сома.

Двое мужчин пристально смотрели друг на друга.

Так началась битва за Город Красного Дракона.

◇ ◇ ◇

Под командованием Карлы кавалерия виверн взлетела в небо слаженной группой.

Карла, будучи драконитом, могла летать сама, но обычно она летала на спине виверны, чтобы полностью сосредоточиться на битве. Они планировали подняться на высоту, недоступную пушкам, а затем совершить пикирующую атаку на линкор. Когда они закончили построение и Карла уже собиралась отдать приказ атаковать, к ней приблизился один из рыцарей ВВС.

— Госпожа, пожалуйста, подождите.

— В чем дело? — спросила она.

— В этом есть что-то странное. Мы поднялись уже достаточно высоко, но я не вижу никаких войск позади «Альберта». Похоже, один линкор — это и есть все вражеские силы, — сказал рыцарь ВВС с удивленным лицом.

— Разве это не в точности то, о чем нам докладывали наблюдатели? — Карла озадаченно склонила голову набок.

— Да. Тем не менее я считаю, что они могли как-то замаскировать свои войска, или разместить их где-то еще. Госпожа, как вы думаете, можно ли захватить замок с помощью одного осадного орудия?

— …Нет, это невозможно, — задумчиво сказала Карла, — даже если они пробьют стены, им нужна пехота, чтобы захватить и удержать его.

— Да, — согласился рыцарь ВВС. — Однако я не вижу никаких признаков того, что у врага есть что-то, кроме линкора.

— В принципе… И что это значит?

— Даже не знаю. Но думаю, что у врага еще есть туз в рукаве.

Карла задумалась на мгновение, прежде чем покачать головой.

— Даже если и так, это ничего не меняет. Прямо сейчас замок Красного Дракона подвергается обстрелу из пушек. Чтобы обеспечить безопасность отца, мы должны уничтожить этот линкор.

— Хорошо… Да, пожалуй, это так… — рыцарь ВВС тоже это понимал, так что не стал спорить.

Карла высоко подняла правую руку.

— Цель нашей атаки — линкор «Альберт»! Король Сома — цель для захвата! Пусть этот король увидит храбрость дома Варгас!

— ДА!!! — закричали рыцари ВВС, услышав приказ Карлы.

В ВВС ценили силу больше, чем в прочих войсках. Для них сила была определяющим фактором, планирование и расчеты она предпочитали оставлять другим. Поэтому Кастор и Карла, живые воплощения этих принципов, пользовались таким уважением.

— Рыцари ВВС, слушай мой приказ! Спускайтесь, атакуйте, и растопчите врага! — выкрикнула Карла.

Вместе с резко опущенной рукой Карлы рыцари ВВС начали свой стремительный спуск к «Альберту».

Стратегия боя кавалерии на вивернах в этом мире выглядела так: спикировать; выпустить огненное дыхание по атакуемой зоне; подняться вверх; повторить. К тому времени, как солдаты на земле приготовят свои луки, виверны будут уже далеко. С оборудованием, используемым для борьбы с наземными противниками, мало что можно было сделать, чтобы противостоять этим мощным, высокомобильным войскам.

Пушки «Альберта» не смогут отследить их на той скорости, на которой они летят, а его броня не продержится против огня виверн.

Казалось, что падение «Альберта» — лишь вопрос времени, но…

…в следующее мгновение со стороны Альберта множество мелких объектов полетели в сторону пикирующих виверн.

Когда они поняли, что это были болты размером с копье, они уже были посреди смертельного ливня из таких болтов[✱]Болты — снаряды для арбалетов. Короче и толще стрел. В оригинале есть небольшая путаница, в этом участке главы их называют «стрелы», а чуть позже про них будут говорить «болты». Для единообразия я везде буду писать болты. В паре абзацев ниже написано «стрелы» потому, что рыцари сначала не поняли, что в них летит..

— Что?! Стрелы?!

— Кха…!

— Я… я потерял крыло! Падаю!

— Уклоняйся! УКЛОНЯЙСЯ!

Из-за шквала стрел с земли, Рыцари ВВС вынуждены была развернуться и вновь набрать высоту. Хотя они потеряли несколько человек, основной удар приняли именно виверны. Даже среди еще державшихся в строю было несколько раненых виверн, летевших не взирая на боль.

— Что за стрелы?! — глядя на это, Карла в гневе ударила себя кулаком по бедру. — Откуда их так много?!

— Это болты, и они были выпущены не человеком, раз могут поразить виверну на высоте нескольких сотен метров, — ответил один из рыцарей ВВС. — Если учесть еще и число… скорее всего, это был противовоздушный болтомет, зачарованный магией ветра[✱]В оригинале было громоздкое название, которое можно перевести как «Противовоздушный повторитель болтометатель». Не звучит..

Услышав это, Карла озабоченно нахмурилась.

— Противовоздушный болтомет?! Что он делает на корабле?!

— Скорее всего… Они переставили один из них со стены замка на корабль.

Противовоздушный болтомет был зачарован магией ветра, чтобы резко увеличить его дальность и позволить ему стрелять десятками болтов в секунду[✱]Еще был вариант «Противовоздушный болтер», но такая коллаборация миров — немного перебор… Хотя, если пофантазировать… Потом местные ученые создали стрелково-магическое оружие, появились войска, вооруженные им… Потом Сома стал императором, о чем заспойлерили еще в первом томе… Потом они освоили космос… Начали сбрасывать десантные капсулы с космодесантниками с орбиты… И те шли в бой с криком «За Имперотора!»… Что-то меня понесло.. Это было оружие, специально созданное для борьбы с вивернами. Обычно их устанавливали на стенах замков, и было неслыханно, чтобы их использовали на кораблях.

Причина этого была проста — виверны боялись моря. Когда виверна переставала видеть землю, она паниковала и становилась неуправляемой. Иными словами, виверны почти никогда не сражались с боевыми кораблями, так что необходимости в противовоздушном оружии на кораблях не было.

По этой причине Карла и ее рыцари ВВС даже предположить не могли, что на корабле будет стоять противовоздушный болтомет. Карла в гневе еще раз ударила себя кулаком по бедру.

— Черт возьми! Он перехитрил нас, он знал, что мы не будем этого ожидать…

Карла вспомнила, как с самого начала битвы их понимание законов войны этого мира рушилось. По суше двигался корабль, снаряженный оружием, которого на нем не должно было быть. Пока они пытались действовать в рамках здравого смысла — их противник словно играл с ними.

«Я не знаю, был ли это план короля, или премьер-министра в черном, но это мог придумать только очень мерзкий человек», — с горечью подумала Карла.

На самом деле, этот план был результатом совместной работой Сомы и Хакуи.

Сома предлагал идеи, основанные на оружии и тактиках его мира, а Хакуя адаптировал их в план, который должен был застать врага врасплох. Так что они оба были мерзкими типами.

Но в данный момент эти детали мало что значили бы для Карлы.

— Раз у них на борту есть противовоздушный болтомет, этот линкор сам по себе — маленький замок. Это опасно, — сказал ей один из рыцарей ВВС.

Услышав, как один из рыцарей ВВС пытается анализировать ситуацию, Карла прищелкнула языком.

— Черт!.. Что же нам делать?

— Ну… Возможно, сейчас он похож на маленький замок, но это все еще линкор, у него должны остаться те же слепые зоны.

— Где находятся слепые зоны линкора? — спросила Карла.

— Зона между уровнем воды и уровнем палубы. Они не смогут направить орудия ниже палубы, там и находиться его слепая зона «Альберта». Короче, что бы атаковать этот корабль…

— …мы просто должны подлететь к нему на минимальной высоте! —воскликнула Карла, радуясь предложенной тактике.

Конечно, такой полет верхом на виверне был крайне опасным, ведь им придется лететь, почти касаясь земли, столкновение с которой на большой скорости будет фатальным. Однако их подразделение не просто так называлось элитным.

— Вы все слышали! — выкрикнула Карла, — Всем рыцарям на малой высоте приблизиться к «Альберту»! Далее, быстро нейтрализовать все вооружение, в первую очередь противовоздушные болтометы и основные пушки!

— Так точно, но только вооружение? Не быстрее ли будет разрушить мостик? — спросил один из рыцарей ВВС.

— Предположительно, Сома находится на этом корабле, так что вполне возможно, что принцесса Лисия рядом с ним. Это неприемлемо, если из-за наших действий она может пострадать. Поэтому нам нужно нейтрализовать вооружение. Сому взять живым.

Давая это пояснение Карла, впрочем, думала иначе, — «Вдобавок, я уверена: если мы убьем Сому — Лисия расстроиться…».

Карла была в одной комнате с Кастором во время ультиматума. Она видела все, в том числе как Лисия обрезала волосы.

Хотя Кастор и был впечатлен решимостью Лисии, Карла, как ее подруга и женщина, увидела в этом нечто большее — Лисия твердо решила прожить жизнь рядом с Сомой.

Изначально, их помолвка была навязана ей родителями, что очень рассердило Карлу, именно поэтому она и решила остаться с отцом, когда он выступил против Сомы. Она хотела спасти Лисию. …Однако, после увиденного ей не оставалось ничего иного, кроме как принять простой факт: Лисия любила Сому всем сердцем.

«Если бы я прислушалась к тем письмам Лисии, то постаралась бы убедить отца», — подумала Карла. — «Тогда, вместо того чтобы противостоять им, я сейчас служила бы под их началом, уверена, с радостью… Ну, сейчас уже слишком поздно для сожалений. Что теперь мне сказать ей при встрече?»

Карла мотнула головой, пытаясь прогнать ненужные сейчас мысли, затем поклонилась рыцарям ВВС, следовавшим за ней.

— Знаю, что прошу многого, но я рассчитываю на вас.

— Предоставьте это нам, госпожа, — мужчины дружно ударили себя кулаком в грудь, — Клянемся, что захватим Сому для Вас!

Услышав уверенный ответ мужчин, Карла кивнула и подняла правую руку, сжатую в кулак…

— Вперед!

…она опустила руку, отдавая приказ атаковать еще раз.

Виверны нырнули вертикально вниз, головой вперед, как марионетки с перерезанными нитями. Они выровняли полет лишь за мгновение до столкновения с землей и летели на минимальной высоте, как будто скользя по поверхности. Это был опасный маневр, но словно в доказательство их мастерства, отточенного сотнями тренировок, ни один из рыцарей ВВС не совершил фатальную ошибку.

С Карлой во главе Рыцари ВВС на минимальной высоте направлялись прямо к «Альберту». Как они и ожидали, не было ни пушечного огня, ни ливня из болтов. Карла визуально подтвердила наличие противовоздушных болтометов, установленных по бокам «Альберта».

— Нашла их! Все, действуйте по плану, атакуйте вражеское вооружение! Мы не знаем, где находится Сома, так что не повреждайте секции корабля без веской причины!

— Да, мэм! — ответили рыцари ВВС хором.

— Теперь… Огонь!

Виверны по команде своих всадников изрыгнули огненные сгустки, которые один за другим врезались в орудия на борту «Альберта». В главных батареях на носу и корме взорвался порох, деревянные болтометатели же просто сгорали.

Все вооружение было уничтожено в одно мгновение, и отряд рыцарей ВВС поднялся вверх над «Альбертом», словно оседлав поднимающийся дым.

— Хорошо, — уверенная в победе, Карла провела свою виверну по дуге, — а теперь штурмуем «Альберт»! Взять Сому под стражу!

— Даааа!

Но она ничего не ответила на этот радостный возглас.

Рыцари ВВС были взбудоражены, но на лице Карлы было сомнение.

«…Это странно. У “Альберта” есть второстепенные орудия, но огонь вели только главные пушки и противовоздушные болтометы. Думаю, гораздо эффективнее было бы встретить нашу первую атаку шквальным огнем из всего, что есть. Возможно ли, что на линкоре… недостаточно экипажа для этого?»

Пока Карла предавалась сомнениям, Рыцари ВВС уже двигались к мостику. Ей оставалось лишь последовать за ними.

Разумеется, на мостике они никого не нашли.

Вполне логично, что сейчас, в этот конкретный момент, здесь никого не было, но мостик в целом выглядел заброшенным в течении минимум нескольких месяцев. Пока Карла ошеломленно стояла посреди мостика, к ней с докладом подбежал рыцарь ВВС.

— Докладываю! Мы обыскиваем «Альберт» изнутри, но пока не нашли ни одного солдата, не говоря уже о Соме!

— Абсурд! Тогда с кем же мы сражались до сих пор?! — спросила она.

У нее было чувство, что она упускает что-то весьма важное. Безлюдный корабль. Ни следа стрелков, способных вести недавний обстрел. Это был словно один из тех кораблей-призраков, о которых рассказывали в сказках. Возможно ли, что в распоряжении короля Сомы были какие-то странные мистические силы?

По спинам рыцарей ВВС пополз холодок, когда пришел новый доклад.

— У меня доклад! Рядом с разрушенными главными орудиями и болтометами найдены обломки брони!

— Обломки брони? Тел не было? — воскликнула Карла, чего-то такого и ожидавшая.

— На счет этого… внутри одной из перчаток мы нашли руку манекена.

— Манекена?

Манекены вместо солдат…

Ощущение, словно кораблю не хватает экипажа…

Кусочки головоломки в голове Карлы плавно встали на свои места.

— Всем рыцарям, немедленно вернуться в замок!

— Но мы еще не нашли Сому! — рыцари ВВС удивленно смотрели на разъяренную Карлу.

— Сомы нет на борту этого корабля. Я не знаю, какую магию он использовал, но он управлял напавшими на нас манекенами, обломки которых мы нашли. «Альберт» без экипажа был приманкой, и мы проглотили ее вместе с крючком, леской и грузилом.

— Это была приманка?!. Тогда какова же его настоящая цель?!

Увидев, что Рыцари ВВС начинают понимать, Карла серьезно кивнула.

— Скорее всего, это мой отец в замке Красного Дракона.

◇ ◇ ◇

Часом ранее.

Сома Казуя размышлял о том, как неприятно его удивил Кастор своим сопротивлением.

Действия Георга были весьма странными, а Кастор вынужден был отказаться от жены и сына после того, как Эксель попыталась его отговорить от противостояния со мной. И все же мы до последнего момента верили, что он встанет на нашу сторону.

Наивные. Мы недооценили рыцарскую гордость Кастора.

Я не ожидал, что Кастор станет нашим врагом, с готовностью принести себя в жертву ради дружбы с Георгом. Небольшим облегчением было то, что он решил взять с собой лишь сотню своих рыцарей.

И все же, когда шпионы Эксель донесли до нас эту информация, нам с Хакуйей было впору за головы хвататься.

Это означало, что нам придется изменить часть нашего тщательно проработанного плана.

Когда было подтверждено, что Кастор выступит против нас, самой большой проблемой стало то, что у нас не было сил, чтобы послать их в Город Красного Дракона.

Из 15 000 войск в моем распоряжении, 10 000 солдат королевской гвардии и запретной армии должны были отправиться в Герцогство Кармин, в то время как остальные 5000 были переброшены на юг королевства, где должны были задержать армию Княжества Амидония. Хотя мне и удалось отправить им в помощь Эксель, для флота у меня были и другие приказы.

Так что для решения этой проблемы у меня почти не было войск.

Хотя у Кастора была всего сотня солдат, все они были рыцарями ВВС, каждый из которых, как говорят, стоил пятидесяти обычных солдат, так что нам надо было рассчитывать силы так, словно мы противостоим 5 000 солдат. Небольшая армия не сможет захватить Город Красного Дракона.

Учитывая это, мы с Хакуйей решили разыграть обман, скрытый за уловкой, а затем закончить все одним решительным ударом.

Во-первых, мы перестроили линкор запретной армии «Альберт» так, чтобы он мог действовать на суше.

Для нападения на Город Красного Дракона, находящийся на небольшой горе, нам необходимо было оружие дальнего действия, почему я и решил использовать пушки «Альберта». Идею я позаимствовал из одной манги, где похожим образом использовали бронепоезд.

Поставленный на колеса корабль, запряженный тройкой ринозавров, способный двигаться с впечатляющей скорость…

…Хотя, после такой сумасшедшей реконструкции мы, вероятно, не сможем переделать его в нормальный корабль, что значило, что я лишил запретную армию единственного боевого корабля. Но это решение, которое необходимо было принять.

Используя «Альберт» в качестве мобильной артиллерийской платформы, я первым делом обстрелял Город Красного Дракона. Это, должно быть, удивило их.

В смысле, их обстрелял линкор, передвигающийся по полю. Такого этот мир еще не видел.

В то же время я использовал кристалл вещательной сети, чтобы связаться с Кастором. Тогда же он решил, что я нахожусь на борту «Альберта».

У Хакуи был талант создавать планы на основе манипулирования человеческой психологией.

Я не сомневался, что Кастор отправиться с сотней своих рыцарей ВВС в атаку. Кавалерия виверн обладала необходимыми для этого силой и мобильностью. Пушки «Альберта» были достаточно мощными, чтобы разрушить стены, но их мощь не имела значения, если они не могли попасть по быстродвижущимся вивернам. Корабль будет уничтожен в считанные мгновенья. Чтобы предотвратить это, мы установили на него «убийцу виверн», противовоздушный болтомет. С ним на борту виверны не смогут легко приблизиться. Это выиграет нам немного времени.

Кстати, пушками Альберта и противовоздушными болтометами управляли куклы, которых я контролировал с помощью своего «живого полтергейста». Другими словами, «Альберт» был беспилотным.

Пока Кастор и Рыцари ВВС были заняты «Альбертом», нашей задачей было захватить Город Красного Дракона, пока в он был беззащитен.

От Эксель мы узнали, что под городом есть сеть спасательных туннелей, таких же, как под столицей. Используя их, элитный отряд во главе с Аишей сможет пробиться к замку.

Как только город будет взят, мы используем его противовоздушные болтометы против виверн Кастора, когда они будут возвращаться. Если его собственный замок будет захвачен, Кастору придется признать свое поражение… Точнее, так я планировал.

Однако, кое-что произошло не по плану. Кастор остался в Городе Красного Дракона.

Мы столкнулись с Кастором, подходя к одному из болтометов. Позади него стоял мужчина средних лет, похожий на семейного управляющего.

Наши глаза встретились.

— …Кастор Варгас.

— …Сома Казуя, хах.

Так мы поприветствовали друг друга при первой личной встрече.

Экран простого приемника не передавал его впечатляющего, но без излишеств, телосложения, да и выглядел он моложе. Его ярко-рыжие волосы, чешуйчатые крылья и хвост рептилии сочетались с приятными чертами лица, которые больше подошли бы дамскому угоднику, а не генералу.

— Я — временный король Эльфридена, Сома Казуя, — у меня не было такой роскоши, как время, но я все же решил представиться как положено.

— Я — генерал военно-воздушных сил, Кастор Варгас, — когда я назвал свое имя, Кастор ответил тем же. Затем Кастор склонил голову набок и спросил: — Раз вы, парни, здесь, значит тот эффектный выход линкора был лишь отвлекающим маневром?

— Ага. План состоял в том, чтобы захватить Город Красного Дракона, пока он слабо охранялся, но…

— Ха-ха-ха, к сожалению, я остался здесь, — весело рассмеялся Кастор.

— Конечно, Вы здесь, как и еще один ваш человек. Но все равно, вас лишь двое, верно? Не думаю, что Вам стоит сейчас смеяться, — когда я увидел, что Кастор ведет себя подобным образом, я заподозрил неладное.

— Эй, драться буду только я, — сказал он. —Толман в этом не участвует.

— Меня зовут Толман, я — управляющий домом Варгас, — мужчина средних лет за спиной Кастора вежливо поклонился мне. — Я также служил заместителем герцога Варгаса в военно-воздушных силах.

— Сейчас Толман не имеет ко всему этому никакого отношения, — продолжал Кастор. — Если я проиграю, вы можете поручить ему возглавить военно-воздушные силы. Он должен стать прекрасным генералом, — с этими словами Кастор энергично хлопнул Толмана по спине.

Он думал о том, что произойдет после его поражения, и подготовил преемника, да?

— Раз Вы к этому так относитесь, почему бы нам просто не остановиться? — спросил я. — Вы уже должны были понять, верно? Эта битва бессмысленна.

— Она не бессмысленна. Вы можете стать человеком, победившим меня, — сказал Кастор и усмехнулся, — «Человек, победивший генерала военно-воздушных сил Эльфридена, Кастора Варгаса» — вполне престижный титул. Герцогиня Уолтер уже следует за Вами, так что вам останется лишь победить Герцога Кармина. Если у вас и это получиться — занявшие выжидательную позицию дворяне выстроятся в очередь, чтобы присягнуть Вам в верности.

— Вы…

— Хотя, конечно, я не собираюсь облегчать вашу задачу, — сказав это, Кастор вытащил меч из ножен.

— Сир, держитесь сзади!

Аиша и остальные члены группы проникновения встали между мной и Кастором. Среди них стояли несколько моих кукол Мусаси-боев, что создавало сюрреалистичную картину.

— Ты герой или как? — Кастор направил свой клинок на меня, — Сразись со мной один на один!

— Не говорите ерунды. Обычный парень, занимающийся только административной работой, не будет Вам ровней.

Если он хочет вызвать меня на дуэль, я могу лишь пожать плечами.

Я пришел сюда в составе группы проникновения, но в процессе не сразился ни с одним охранником. С другой стороны, хоть здесь от меня и не было никакого толку, в другом месте я все же сражался.

Используя свое разделенное сознание по полной, я контролировал кукол, управлявших вооружением «Альберта». Таким образом, я сражался с рыцарями ВВС.

Однако… Они были талантливее, чем я предполагал.

Я застал их врасплох, но они быстро и почти без потерь ушли из-под первого залпа. Вероятно, даже оружие, называемое «убийцей виверн», не сможет задержать их на долго.

— Кастор! Как долго ты собираешься направлять свой клинок на Его Величество?! — пока я размышлял об этом, Аиша обрушила свой огромный меч на Кастора.

— Ха! Эта девочка обладает просто дурацкой силой! — воскликнул Кастор.

Хоть он так и сказал, но сам остановил меч Аиши своим клинком, так что можно было сделать вывод, что его сила ненамного менее «дурацкая».

— Я бы не хотела говорить этого в присутствии Его Величества, но, чтобы Вы знали, я живу уже несколько десятилетий! — Аиша, похоже, была возмущена тем, что ее назвали девочкой.

— Хм! Что ж, я сражаюсь за эту страну более сотни лет! — заявил он.

— Кх!..

Да ладно, они что соревнуются? Это какая-то особенность долгоживущих рас?..

— Не недооценивай драконитов, рожденных от крови драконов! Или тебе придется заплатить не только болью! — крикнул Кастор, широко расправляя крылья.

Возникший порыв ветра был достаточно силен, чтобы отбросить нескольких солдат к стене. Аише удалось устоять, присев и упершись рукой в землю.

…Так вот ты какая, сила драконита. Похоже, родство с драконами дает не только крутую внешность.

В следующее мгновение Кастор оттолкнулся от земли, взмыв в верх на несколько метров, и нырнул вперед. Он не обращал внимания на остальных, он выставил свой меч, чтобы пронзить меня.

— Сир! — Аиша встала передо мной, используя свой огромный меч чтобы блокировать атаку Кастора. Эхо повторило лязг металла, когда их мечи столкнулись.

— Ха-ха-ха! А ты не плоха, темная эльфийская девочка!

— Меня зовут Аиша! Я не позволю Вам даже пальцем тронуть Его Величество! — Аиша изо всех сил взмахнула мечом, отбросив Кастора в сторону.

— Черт бы побрал твою дурацкую силу! — Кастор ловко приземлился, прежде чем швырнуть в ее сторону еще одно оскорбление.

— Да, возможно, я не очень умна. Но для этого у нас есть Принцесса, или Сэр Хакуя, или мадам Джуна, или Герцогиня Уолтер! Так что если моя сила все еще может помочь правлению Его Величества, если она позволит мне остаться рядом с ним, я не возражаю иметь эту «дурацкую силу»!

Аиша поудобнее перехватила свой огромный меч. Она медленно приближалась к Кастору.

— Прекрасное проявление преданности. Сома для тебя такой хороший господин? — Кастор весело рассмеялся.

— Я не знаю! — заявила она.

— Ох, да ладно… — пробормотал я.

Она не должна была быть такой прямолинейной. Это задевало мои чувства.

— Я глупая, поэтому не знаю, что значит «хороший господин», — продолжала Аиша. — Однако я хочу быть рядом с Его Величеством! Потому что он услышал мою мольбу. Потому что еда в его стране очень вкусная. Потому что он спас мою деревню. У меня есть много причин, но самая большая, должно быть, потому что он мне нравится! Я хочу быть с Его Величеством и принцессой навсегда!

Это был прямой ответ, искренний, что было так похоже на Аишу.

…Это было немного неловко.

Я понимал, что обстановка была немного не подходящая, но как я не мог чувствовать радость, когда у прекрасной темной эльфийки нашлось так много хороших слов обо мне? Я едва сдержал улыбку.

— Ха-ха-ха! — Кастор засмеялся еще веселее, — Я знал, что ты похожа на мою Карлу! Но!.. — Выражение лица Кастора стало серьезным, и он принял боевую стойку с мечом. — Если у тебя не хватит сил поддержать эту преданность, ты не сможешь защитить ни своего хозяина, ни себя.

С этими словами Кастор снова собрался напасть на Аишу, но…

— Не позволю.

— ?!

Одна из кукол Мусаси-бой, стоявших позади Кастора, бросилась на него, размахивая нагинатой. Кастор быстро повернулся, чтобы блокировать его, но в тот момент, когда он начал контратаку, Мусаси-бой крутанулся на месте. Его спина раскололась, как кокон, и кто-то выпрыгнул наружу.

Из Мусаси-боя выпрыгнул никто иной, как Лисия с рапирой наготове.

— Что?! Принцесса Лисия?! — Воскликнул Кастор.

Столкнувшись с неожиданной атакой Лисии, Кастор невольно отвел меч назад. Лисия была членом королевской семьи, которой он поклялся в верности. Не тот, на кого герцог может без раздумий поднять меч.

Если бы он с самого начала знал, что перед ним Лисия, то с со своим мастерством он без особых проблем смог бы вывести ее из строя, не причинив вреда. Понимая и желая предотвратить это, Лисия заранее спряталась внутри куклы Мусаси-боя, ожидая удобного случая.

Эта секундная заминка стала для Кастора фатальной.

— Замри! Гора Ледяного Меча! — крикнула она.

— Ух!

Почти в упор Лисия нанесла удар ледяной магией. Кастор едва успел увернуться, но магия летела не в него, а в пол и стену возле него, создав ледяные шипы, заблокировавшие его немаленькие крылья.

— Черт!

— Аиша! — крикнула Лисия.

— Сейчас, принцесса!

Пока Кастор был обездвижен, Аиша со всей силы ударила его плоской стороной своего меча, отправляя его в неуправляемый полет. Кастор вместе с кусками льда с громким треском ударился о стену.

Я только что увидел сцену из боевого аниме, когда человека швыряют в стену с такой силой, что на ней остаются трещины. Уверен, я от такого мгновенно умер бы. Кастор тоже сильно пострадал, по сознания не потерял.

Думаю, именно это и делает драконитов столь впечатляющими.

Прислонившись спиной к стене, он тяжело опустился на пол и простонал:

— Ух… Так вот оно что, да?.. Я признаю свое поражение, принцесса.

— Герцог Варгас…

— Не смотрите на меня так, — увидев печальное выражение лица Лисии, Кастор слегка улыбнулся. — Я остался верен своей гордости, сражался и потерпел поражение. Я ни о чем не жалею. Но… Я хотел бы спросить тебя о том же, о чем спрашивал девочку темного эльфа.

— О чем? — спросила Лисия.

— Этот Сома… Хороший король?

— Да. Для меня он хороший король, — дала Лисия четкий ответ на вопрос Кастора. — А будет ли он как король хорош для страны и народа — это вопрос, который решается лишь после его смерти. Многие из королей начинали править «хорошо», а заканчивали тиранами. Так что я могу высказать вам только свое собственное мнение.

— …

— Многие его решения кажутся необычными или даже странными, но я не беспокоюсь о них. Я чувствую, что эта страна медленно, но верно улучшается. Так что… Можете называть меня эгоисткой, но я хочу, чтобы Сома стал королем. Если мой отец потребует назад свою корону, я буду сражаться с ним рядом с Сомой.

Я уже слышал эти слова раньше. Кажется, это было перед тем, как мы отправились на стройплощадку нового города. Я был измотан бессонными ночами, и Лисия сказала мне это, когда я пытался вздремнуть.

— Никогда не забывай. Ты — тот, кого я хочу видеть королем, Сома. Я не приму никаких заменителей. Если мой отец решит потребовать корону назад — я буду сражаться с ним на твоей стороне, — отворила Лисия, повернувшись ко мне.

…Я был счастлив. На самом деле был кто-то, кто хотел, чтобы я был королем. Что она чувствует себя хорошо рядом со мной. Пока Лисия на моей стороне — я был готов стать королем.

Пока я думал об этом, я увидел, как вдалеке взорвался «Альберт».

— Лисия, рыцари ВВС возвращаются. Поторопись с этой штукой.

— …Знаю, — Лисия достала из кармана что-то черное и застегнула у Кастора на шее. — Я уверена, что вы понимаете, но поясню на всякий случай. Это — рабский ошейник. Он может затянуться туже, повинуясь желанию хозяина. Если носящий этот ошейник попытается причинить вред своему хозяину — ошейник его обезглавит. То же произойдет, если попытаться снять ошейник без разрешения хозяина. Далее, хозяином для носящего этот ошейник будет Сома Казуя.

— …Я уже не могу найти в себе волю сопротивляться, — сказал Кастор. Оказавшись в ошейнике, он безвольно отпустил меч, который до сих пор держал в руке. Меч с грохотом упал на каменный пол, это был момент, когда битва была закончена.

И как раз тогда…

— Отец!

Девушка с огненно-рыжими волосами, сверкающими золотыми глазами, драконьими крыльями и хвостом почти упала с неба и бросилась к Кастору, стоявшему с поникшими плечами.

Я вспомнил слова Эксель: «…Кастор был ее зятем и ее внучка осталась с Кастором в этом противостоянии», она рассказала мне это с грустным выражением лица. Получается, эта девушка — дочь Кастора, Карла.

«Альберт» только что взорвался, но увидев ее красную броню, мне пришло в голову, что это она, вероятно, сражалась с «Альбертом» все это время.

— Будь ты проклят! Как ты смеешь так поступать с моим отцом?! — увидев меня, Карла выхватила из ножен меч, висевший у нее на бедре.

— Стой, Карла!

— Отец?! Но…

— Достаточно. Мы проиграли.

— Прекрати уже, Карла! — Лисия стояла между мной и Карлой, широко раскинув руки, — Герцог Варгас уже носит рабский ошейник! Если ты убьешь Сому, Герцог Варгас тоже умрет!

— Лисия?!. — ахнула она. — Понятно… Мы проиграли, да.

Силы словно покинули тело Карлы. Меч выпал из ее рук и Карла бессильно рухнула на землю. У нее был ошеломленный вид, из глаз текли слезы.

Мне было немного больно видеть это, но она принимала участие в этом восстании. Я не мог проявить к ней снисходительного отношения. Я попросил Аишу надеть на нее рабский ошейник.

Тогда же начали подлетать рыцари ВВС, сражавшиеся с «Альбертом». Они кипели от гнева, но видя ошейники на Касторе и Карле понимали, что не могут нас тронуть, так что им оставалось только скрежетать зубами от досады.

— Толман, управляющий домом Варгаса! — было неуютно находиться под гневными взглядами рыцарей ВВС, чья сила была сравнима с армией почти в 5 000 человек, но сейчас у меня не было времени беспокоиться об этом.

— …Я здесь, — Я повысил голос, и Толман, который не вмешивался и просто молча наблюдал за тем, как развивались события, как и обещал Кастор, шагнул вперед.

— Надеюсь, вы помните правило, о котором договорились, когда я предъявил свой ультиматум, — сказал я. — «Если один из нас будет убит или захвачен в плен, подчиненные этого человека немедленно перейдут под командование другой стороны».

— Да…

— Как видно, я пленил генерала военно-воздушных сил Кастора Варгаса. С этого момента я временно передаю вам полномочия генерала военно-воздушных сил. Вы должны возглавить военно-воздушные силы под командованием запретной армии!

— Да, сэр. Я понимаю… Однако могу я задать вам один вопрос? — Спросил Толман с лицом, искаженным горем.

— …Что именно?

— Что будет с герцогом Варгасом и Леди Карлой?

— Мы обсудим, что с ними делать после войны. Нет никакой необходимости решать это прямо здесь и сейчас.

Далее, глядя на окружавших меня рыцарей ВВС, я сказал:

— Если вы сейчас перейдете под командование запретной армии, с вами будут обращаться так, как будто вы действовали только по приказу Кастора. Тех, кто не подчинится, будут судить вместе с Кастором как предателей, когда война закончится.

— Вы хотите, чтобы мы продали наших господ?!

— Ага! Мы не оставим Лорда Кастора!

Несколько энергичных голосов выкрикнуло это. Я посмотрел в направлении этих голосов.

— Подумайте хорошенько. В этой стране действует система общей ответственности за преступления. Если вас признают виновным в государственной измене, ваши родственники тоже будут наказаны. Надеюсь, вы были готовы к этому еще до того, как заговорили!

— …

Вокруг воцарилась тишина. Конечно, даже бесстрашные солдаты ВВС не были готовы рисковать жизнями близких.

В этой тяжелой атмосфере Толман склонил передо мной голову.

— …Я буду следовать вашим приказам, Ваше Величество.

— С-сэр Толман!

— Мы еще можем сражаться!

— Молчать! Чем больше вы сопротивляетесь, тем хуже становиться положение герцога Варгаса?!

— Эх…

Заткнув всех недовольных, Толман еще раз поклонился мне.

— Пожалуйста, Сир, мы ждем ваших приказов.

Я отдал приказы почтительно склонившемуся предо мной Толману:

— Во-первых, объявите об окончании битвы, используя вещательную сеть. Объявите жителям ваших владений, что герцог Варгас был взят в плен, и военно-воздушные силы перейдут под командование запретной армии. После этого вызовите тех рыцарей военно-воздушных сил, которых здесь нет. Как только ваши войска соберутся, я отправлю вас в Герцогство Кармин. Кроме того, я хочу, чтобы вы объявили, что любой, кто продолжает сопротивляться, особенно после всего, что произошло, будет осужден как предатель, как только война закончится. Все понятно?

— Да, сэр! Будет исполнено, Толман отсалютовал мне и сразу же отправился выполнять приказ.

На этом битва в герцогстве Варгас, которая была позже названа «бессмысленной битвой» как для проигравших, так и для победителей, подошла к концу. Но это была лишь первое из препятствий, которое мне надо было преодолеть.

«Теперь, наконец-то… Можно отправиться в Герцогство Кармин».

Со стены я смотрел вдаль, на Запад. Я знал, что там меня ждет он.

— Я заставил тебя ждать, Георг Кармин. Я уже иду.

Лисия наблюдала за мной с молчаливым беспокойством.

***

Исторические Фразеологизмы Эльфридена: «Линкор на колесах»

Тип: фигура речи

Значение: делать то, о чем раньше никто не думал.

Происхождение: во время Войны Одной Недели, когда король Сома атаковал мятежный замок Кастора, он применил необычную стратегию, использовав линкора на суше, чтобы победить.

Синонимы: «Коперниковская революция», «Яйцо Колумба».

***

1-й день десятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю — Город Красного Дракона.

Утро после битвы, в которой виверны кружили в небе под грохот пушек линкоров.

Я и Лисия завтракали вместе с дочерью Кастора, Карлой, в правительственном офисе в замке Красного Дракона.

Аиша стояла позади понурой Карлы держа руку на рукояти своего огромного меча, словно говоря: «если ты сделаешь хоть одно подозрительное движение, я готова убить тебя в любой момент».

Мне пришло в голову, что Аиша все еще была моим «самопровозглашенным телохранителем». Учитывая ее успехи в битве за Город Красного Дракона, я подумал, что было бы неплохо официально присвоить ей титул капитана личной гвардии короля.

…Ну, это может подождать до окончания войны.

Захватив Кастора Варгаса и взяв под свой контроль военно-воздушные силы, мы оставались в Городе Красного Дракона, ожидая, пока они соберутся здесь. Сейчас Хакуя, прибывший после битвы, и Толман, должно быть, были заняты тем, что вызывали еще не ответивших, и организовывали уже собравшихся.

Я отправил Кастора в столицу вместе с несколькими мятежными рыцарями ВВС.

Они бы только мешали нам, если бы мы взяли их всех с собой, а Кастор все равно был в рабском ошейнике.

Специальная магия в этом ошейнике заставит его замолчать, если он сделает что-нибудь неподобающее, а в худшем случае вовсе обезглавит. Пока он носит этот рабский ошейник, ему бессмысленно пытаться сбежать.

Дочь Кастора, Карла, осталась здесь, под рукой. Я полагал, что наличие заложника поможет пресечь любое нежелательное сопротивление со стороны ВВС. На ней тоже был рабский ошейник, и Аиша внимательно следила за ней сзади, так что она, вероятно, не сможет сделать ничего, чего не следует.

Не знаю, из-за Аиши или еще из-за чего, но ее буйный темперамент, демонстрируемый вчера, почти исчез, и Карла практически не говорила. И наоборот, словно пытаясь компенсировать молчаливость подруги, Лисия была более разговорчивой, чем обычно.

— По ее виду, возможно, этого и не скажешь, но на самом деле она очень заботливая. Еще она очень порядочная, как бы сильно ей что-то не нравилось, она всегда поможет, когда ее попросят. Я думаю, что она замечательная девушка.

Я молчал.

Все, что она говорила, сводилось к перечислению достоинств Карлы. В основном, ее достоинств как женщины.

Мы сидели в кабинете человека, который до вчерашнего дня был вражеским командиром, и ели сухой паек, привезенный с собой (до вчерашнего дня это была вражеская территория, был риск отравления), в то время как моя невеста и будущая основная королева рекомендовали мне взять дочь вражеского генерала, которая теперь носила рабский ошейник и сидела рядом с нами, в качестве дополнительной королевы. Довольно сюрреалистичная сцена.

Кстати, не лишним будет рассказать о разнице между основными и дополнительными королевами в этой стране. Основными королевами могли стать только женщины, рожденные в благородной семье, дети основных королев имели право наследования. Дополнительными королевами могли стать женщины, рожденные в любом другом социальном классе, их дети прав на престол не имели. Дополнительной королевой могла стать даже рабыня, если король не беспокоился о своем имидже. Можно было иметь любое количество основных и дополнительных Королев (нумерация для обеих категорий одинаковая: Первая […] Королева, Вторая […] Королева, и так далее).

— О-ох, и еще, — продолжала Лисия, — Если Карлу раздеть — у нее убойное тело! Может, за доспехами не видно, но у нее просто потрясающая фигура, гораздо лучше и женственнее моей. А так как дракониты — долгоживущая раса, она останется красавицей, даже когда я буду старухой.

— Ты что говоришь, Лисия?! — рассержено выкрикнула Карла.

Карла все же не смогла продолжать молчать, когда Лисия начала расхваливать в деталях ее фигуру.

— Карла, молчи, — впрочем, Лисия шикнула на нее еще более злым голосом, прежде чем продолжить говорить со мной радостно, — Так вот, у Карлы…

— …Лисия, — произнес я это немного суровым тоном, заставив Лисию резко вдохнуть и замолчать. Когда я увидел ее выражение лица… Как ножом по сердцу. Я не хотел, чтобы она выглядела так. Я яростно почесал затылок. — Лисия, я понимаю, о чем ты думаешь. Но правильно ли ты оценила риски?

Лисия молчала.

В обычных условиях, основная королева никогда не стала бы уговаривать своего короля взять дополнительную королеву. И все же Лисия, первая основная королева, хотела, чтобы я взял Карлу в качестве дополнительной королевы, потому что она всем сердцем пыталась спасти ее.

Офицеры и солдаты военно-воздушных сил, следовавшие за Кастором, находились под подозрением в мятеже, независимо от того, принимали они участие в сражении или нет. Конечно, невозможно было наказать всех их как мятежников, и поэтому формально я должен был рассматривать их как «действовавших только по приказу генерала военно-воздушных сил Кастора и ряда высокопоставленных офицеров», при условии, что они перейдут под командование запретной армии.

Но Кастору придется понести ответственность.

Как дочь Кастора, высокопоставленный офицер и непосредственный участник боевых действий, Карла была уверена, что после войны ее будут судить так же, как и ее отца. В сложившейся ситуации их казнь казалась неизбежной.

И поскольку Лисия тоже так думала, она пыталась затолкать Карлу в королевский гарем.

В этой стране король обладал колоссальной властью. В теории, судебная власть была независимой, но решение короля могло оградить преступника от преследования. Лисия пыталась убедить меня увлечься Карлой, чтобы я отгородил ее от суда. Но это… Не то, что следовало делать легкомысленно.

— Там, где сила — хозяин, справедливость — слуга. Если король не соблюдает закон, люди потеряют уважение к этому королю. Если мы сейчас пойдем на поводу у чувств, мы заплатим за это стократ. Ты ведь должна это понимать, Лисия?

— Ну, да… Но…

Конечно, Лисия это понимала. И все же она не могла отпустить подругу без боя. Честно… Быть королем — крайне скверная роль.

— Все же… — начала Лисия.

— Лисия, не надо умолять пощадить мою жизнь, — сказала Карла, пока Лисия подыскивала нужные слова. — Ты снова и снова посылала нам письма с просьбой присягнуть на верность Соме, но мы предпочли отказаться. Я последовала за отцом понимая, что это может случиться, если мы проиграем. Я получаю только то, что заслужила. Я считаю себя воином. Теперь, когда дошло до этого, я не буду сожалеть о своей жизни.

Карла, казалось, уже смирилась со своей судьбой. Я чувствовал, что могу понять, почему она и Лисия были так близки. У них был схожий характер — серьезный, упрямый и непреклонный, как только они принимали решение. Вот почему все, что я мог сделать, это вздохнуть.

— Жаль, что ты не направила свою решимость на что то, что не опечалило бы Лисию.

— На это мне сказать нечего, — ответила Карла и добавила более резким тоном: — не смей… Кх!

— Карла?! — воскликнула Лисия.

В середине фразы, лицо Карлы исказилось от боли. Рабский ошейник затянулся туже, похоже, он не терпит никакого неуважения к хозяину. Довольно жестокая штука.

— Я… я в порядке, — сказала Карла обеспокоенной Лисии, когда рабский ошейник перестал сдавливать ей шею спустя пару «предупредительных» секунд. Затем, Карла посмотрела на меня, — Похоже, я была недостаточно уважительна. Позвольте мне перефразировать: Король Сома, я прошу Вас не печалить Лисию так, как это сделала я.

— …Я понимаю, — сказал я.

Пока мы разговаривали, в кабинет вошли Хакуя и Толман. Толман отсалютовал, прежде чем начать доклад.

— Ваше Величество, мы закончили собирать военно-воздушные силы.

— Хорошо. Ну тогда… Выдвигаемся.

Я поднялся со своего места и начал отдавать распоряжения.

— Хакуя, я попрошу тебя прибраться здесь. Кроме того, используй кристалл вещательной сети и свяжись с Эксель, скажи, что продержаться им нужно лишь до вечера.

— Как пожелаете, — поклонился Хакуя.

— Толман, возглавь атаку ВВС на Рендел, — продолжил я. — Уничтожить только противовоздушные болтометы на стенах города и в замке. Если обнаружиться, что хоть одна бочка с порохом упала в городе и убила гражданских — я позабочусь о том, чтобы после войны виновного наказали. Все понятно?

— Так точно! Я понимаю! — твердо сказал он.

— Лисия и Аиша, идете со мной. Мы встретимся с Людвином и его людьми.

— Хорошо, — сказала Лисия.

— Понятно, Сир, — согласилась Аиша.

Хорошо. Отдав распоряжения остальным, я повернулся и посмотрел на Карлу.

— Карла, ты тоже пойдешь с нами.

— В данный момент я не представляю для вас особой ценности в качестве пленницы, — сказала Карла. — Пожалуйста, просто бросьте меня куда-нибудь в камеру.

Похоже, она окончательно сдалась, но я отрицательно покачал головой.

— Ты должна увидеть развязку. Понять, под чью дудку вы танцевали.

— А? О чем Вы? Ни под чью дудку мы не танцевали?..

— О нет, ты танцевала, — ответил я. — Все мы и сейчас танцуем под нее.

«Сейчас ни у кого из нас нет представления о картине целиком. И все же, если мы сыграем свои роли до конца, я надеюсь, мы узнаем, кто именно написал сценарий».

◇ ◇ ◇

Тот же день, несколькими часами позже, город Рендел в Герцогстве Кармин.

На стенах Рендела, центрального города Герцогства Кармин, царила непринужденная атмосфера. Вроде бы сейчас должна была кипеть битва между сухопутными силами и запретной армией, но эта битва велась исключительно в крепости, построенной запретной армией близ Рендела.

Как итог, ни одна стрела не пролетела над стенами Рендела.

— Скучно… — пробормотал себе под нос один из солдат.

— Эй, ты не забыл, что мы сейчас воюем с запретной армией? — один из его товарищей услышавших это, нахмурился.

— Так нам говорят, но… Все бои идут возле этой крепости, не так ли? — продолжил жаловаться первый солдат. — Есть ли смысл нам оставаться здесь на страже?

— Что плохого в том, чтобы скучать? Ты бы предпочли быть на передовой против запретной армии? — рассмеявшись сказал третий солдат.

— Этого я не говорил…

— Держу пари, что парни на передовой мечтают поменяться с нами местами, — продолжал второй солдат. — Раз они сражаются с запретной армией, их в итоге могут назвать мятежниками. Еще я слышал, что немало солдат сухопутных сил во главе с сэром Глейвом Магной переметнулись на сторону нового короля. Кому захочется сражаться с людьми, с которыми они когда-то ели из одного котла?

— Все так, — присоединился к разговору еще один солдат, — Я еще слышал, амидонцы зашевелились. О чем только думают Герцог Кармин и король?

— Подводя итог, можно сказать, что охрана городских стен — лучшая работа в мире, — сказал второй солдат.

— …Возможно, вы и правы, — солдат, начавший жаловаться, согласился с этим доводами.

Именно тогда и произошло это.

— Внимание на небо с востока! Что-то приближается! — закричал кто-то.

Услышав это, все повернулись и посмотрели в указанном направлении.

В небе далеко на востоке виднелись черные точки. Поначалу солдаты подумали, что это стая птиц. Достаточно большая стая птиц, около тысячи особей.

Когда стая немного приблизились, стало понятно, что это виверны.

— Хорошо… Герцог Варгас — наш союзник, облегченно вздохнули солдаты.

— Военно-воздушные силы идут нам на помощь!

— Раз так, то битва уже закончена. Эта их крепость мгновенно падет под бомбардировкой с воздуха.

Все солдаты согласно закивали.

…Верно, конец этой битвы был близок. Однако этот конец был прямо противоположным тому, что ожидали эти солдаты.

Военно-воздушные силы прошли над крепостью, построенной за пределами Рандела, где скрывалась запретная армия, и сбросили бочки с порохом на противовоздушные болтометы, установленные на стенах Рандела.

◇ ◇ ◇

Рыцари ВВС на вивернах пролетели над стенами Рендела. Их предводитель, Толман, посмотрел вниз как раз вовремя, что бы увидеть взрыв. Цели, противовоздушные болтометы, разнесло на куски, вместе с частями стены.

Используемые ВВС бочки с порохом на самом деле были больше похожи на снаряды для фейерверков, или же на огненные стрелы, используемые пиратами в период Сэнгоку, чтобы топить вражеские корабли[✱]Период Сэнгоку (или «Эпоха воюющих провинций»)— период в японской истории со второй половины XV до начала XVII века..

Время до взрыва можно было регулировать с помощью фитиля, используемого так же в качестве предохранителя. Просто упав на землю, бочка не взрывалась, но порох из нее рассыпался вокруг и мог взорваться от следующих упавших бочек, что увеличивало площадь поражения.

«Сколько солдат сухопутных сил Эльфридена сейчас погибло в этих взрывах… Нет!» — Толман покачал головой, прогоняя гнетущее чувство — «Я не буду просить за это прощения. Это для моего господина и принцессы».

Толман надеялся, что положение Кастора и Карлы улучшиться, если ВВС отлично справятся с поставленной задачей. Словно пытаясь поднять боевой дух, себе и подчиненным, Толман выкрикивал следующие приказы.

— Болтометы уничтожены! Начинаем бомбардировку замка! Ни при каких обстоятельствах бомбы не должны упасть на жилые кварталы! Клянусь гордостью военно-воздушных сил, мы не можем допустить больше ненужных смертей!

— Так точно! — отозвались рыцари ВВС на слова Толмана.

И так началась бомбардировка замка Георга Кармина в центре Рандела.

◇ ◇ ◇

Примерно тогда же, когда рыцари ВВС уничтожали противовоздушные болтометы, виверны с гондолой, в которой находились Лисия, Аиша, пленная Карла и я, приземлились в крепости, где нас дожидались Людвин и остальные. Высаживаться в крепости в сердце битвы было, конечно, рискованно, но получив сообщение о бомбардировке Рендела, сухопутные силы отступили.

Когда мы вышли из гондолы, Людвин, Хэл и Каэдэ уже ожидали нас. Я с облегчением увидел, что они выглядели усталыми, но невредимыми. Хотя они и находились в осаде всего полтора дня, в бою всегда могло произойти что угодно.

Я поздоровался с Хэлом стукнувшись кулаками.

— Я привел с собой военно-воздушные силы, как и планировалось.

— Что ж, мы выступили против сухопутных сил, как и планировали, — ответил он в том же тоне.

Мы оба с гордостью хвастались своими достижениями.

— Всего то полтора дня, — фыркнул я. — Если бы ты не продержался так мало, я бы не знал, что с тобой делать.

— Болван, — отбил Хэл. — Враги даже пушки притащили, представляешь? Если бы не подкрепление темных эльфов — у нас могли бы быть серьезные потери.

— Понимаю… Надо будет наградить их после после войны. В любом случае, я рад видеть, что у тебя все хорошо.

— И я рад, что у тебя все получилось. Ты слабый, так что не перенапрягайся слишком.

— А ты, Хэл, сильный, но часто не думаешь. Я боялся, что ты слепо бросишься в атаку и погибнешь, — по какой-то причине мы с Хэлом перешли от бахвальства к указанию на недостатки друг друга.

Лисия, Аиша и Каэдэ смотрели на нас, удивленно переглядываясь.

— Чем эти двое занимаются? — пробормотала Лисия.

— Может быть, это и есть та самая мужская дружба? — предположила Аиша.

— Просто Хэл неосознанно соревнуется с Его Величеством, — сказала Каэдэ.

Девочки без малейших стеснений обсуждали нас с Хэлом. Только Карла не ожидала такого, поэтому просто стояла и удивленно моргала.

— Он… Ведет себя с королем так панибратски, это нормально? — спросила она.

— Офицер Хэлберт получил разрешение обращаться с ним как с другом. По сути, так же, как и мы, — объяснила ей Лисия.

В это время, подошедший Людвин преклонил передо мной колено и доложил:

— Сир, мы успешно построили и защитили крепость, как было приказано.

— Вы прекрасно послужили мне, — сказал я. — Я позабочусь о том, чтобы вы и ваши войска были должным образом вознаграждены за ваши усилия после войны.

Он обратился ко мне официальным тоном, и я ответил ему тем же. Вот только Хэл и остальные, увидев эту перемену к важному тону, ухмыльнулись. Ладно, просто не буду обращать внимания. Время сейчас крайне важно.

— Людвин, собирай войска и готовьтесь выдвигаться, — приказал я.

— Так точно! Значит, мы атакуем Рендел?

— Нет… Эта битва уже закончена.

— А? Что Вы…

— У меня доклад! — в следующее мгновение к нам подбежал солдат запретной армии.

Он был крайне взволнован и бежал к нам настолько быстро, что Аиша и Людвин едва не выхватили мечи.

Солдат практически упал ниц перед мной, а затем громко сказал:

— Над Ренделом подняли белый флаг! М-мы победили!

◇ ◇ ◇

Незадолго до этого в замке Георга Кармина поднялся шум из-за внезапного нападения. Люди строили самые разные догадки.

Неужели Кастор Варгас предал их?

Неужели король и Кастор Варгас тайно сговорились?

Нет, такое скорее в духе Эксель Уолтер, невероятной женщины и ветерана многих битв.

Версий было много, но никто даже не предполагал, что Сома провернул хитрый фокус и разгромил Герцога Варгаса за один день.

Сильнее всех шумели те, кто вчера измотал подконтрольные им силы при неудачных попытках штурма крепости, а сегодня просто были удалены с передовой — коррумпированные дворяне. Как только они узнали, что взрывы — результат бомбардировки ВВС, они бросились в управление по правительственным делам, где несмотря на ситуацию, спокойно работал Георг Кармин.

— Герцог Кармин! Чем Вы занимаетесь, пока на наши головы падают бомбы?! — воскликнул один из них.

— Военно-воздушные силы предали нас! Мы должны немедленно придумать план действий!

— Отдавайте уже нам приказы! Что нам делать?

Дворяне приходили в неистовство, постепенно переходя на оскорбления. Беовульф, правая рука Георга, как раз пришедший с докладом о бомбежке, сердито нахмурился. Он уже тянулся к мечу, чтобы ответить на оскорбление, но…

— Беовульф, — обратился к нему Георг.

— Да, сэр! — он встал по стойке смирно.

— Каков ущерб от бомбардировки? — спросил его Георг.

— Сер, бомбардировка замка лишь повредила несколько крыш, к счастью, обошлось без жертв. Тем не менее, мы потеряли все противовоздушные болтометы на стенах города и в замке. Видевшие это солдаты находятся в состоянии паники или замешательства.

— Понятно…

После доклада Беовульфа лицо Георга оставалось все таким же спокойным, а вот дворяне стояли мертвецки бледные. Потеря противовоздушных болтометов означала потерю какой-либо возможности противостоять ВВС. Даже если они попытаются закрепиться в замке — их просто уничтожат с воздуха.

— Иначе говоря, все в этом замке сейчас их заложники. — сказал Георг, поглаживая слившуюся с его гривой бороду.

— Да, сэр. Похоже, что так оно и есть.

Когда он услышал ответ Беовульфа, уголки рта Георга приподнялись.

— Тогда — мы проиграли эту битву.

Он так легко смирился с поражением, что коррумпированные дворяне не сразу поняли, что он сказал.

Они проиграли.

Как только до них дошел смысл его слов, они с новой силой продолжили словесную атаку на Георга:

— Ч-что вы такое говорите, Герцог Кармин?! Мы еще не проиграли!

— В самом деле! Армия до сих пор практически не пострадала! Есть масса возможностей все изменить!

— Если у нас нет противовоздушных болтометов, нам всего лишь нужно отступить в город, где они есть! Давайте встретимся там с королем и запретной армией и вырвем победу из их рук!

— …Вы хотите, что бы я бросил Рендел? — спросил Георг, раздраженно смотря на собравшихся сопротивляться до последнего дворян. — Что за правитель бросает своих подданных? И кто захочет принять у себя такого правителя?

— Что за вздор! — воскликнул еще один дворянин, — У подданных не спрашивают, принимают они правителя или нет! Они повинуются сильнейшему! Даже если они будут недовольны какое-то время, в итоге они вас примут!

— Именно! Все это имеет смысл только если ты жив! Вот и мы должны в первую очередь обеспечить свое выживание! — крикнул другой.

Слушая аристократов, которые даже сейчас были озабочены только своим благополучием, Георг вздохнул.

— В конце концов, вы беспокоитесь только о себе. Теперь я припоминаю, что вы были такими с самого начала. Честно… за то короткое время, что прошло с тех пор, как мы в последний раз сражались с чужеземным врагом, я никогда не ожидал, что наши корни так сильно прогниют. Как я и думал, чтобы новые почки расцвели, сначала нужно избавиться от гниющих листьев и ветвей.

— Герцог Кармин? Что Вы такое говорите?..

Дворяне были озадачены внезапной переменой в поведении Георга.

— Действуй по плану, — Георг отдал приказ, не обращая внимания на дворян.

— …Да, сэр, — ответил Беовульф, подавая знак кому-то за открытой дверью.

По команде Беовульфа в комнату ворвались солдаты с обнаженным оружием и окружили опешивших дворян, начавших понимать, что их обвели вокруг пальца. Их одного за другим разоружили и надели рабские ошейники.

— Что все это значит, Герцог Кармин?!

— Вы не сделаете этого, Герцог Кармин! Хотите отдать королю наши головы, чтобы умолять пощадить свою собственную?!

— Э-это нечестно!

— Будь ты проклят! Это подло, Георг Кармин!

Услышав, что дворяне все еще разговаривают подобным образом, Георг разочарованно вздохнул.

— Меня оскорбляет сама мысль, что нас что-то может объединять… Увести их.

Связанных дворян вывели из комнаты.

Некоторые пытались сопротивляться, но Беовульф, на кого были зарегистрированы ошейники, просто приказал ошейникам немного сжаться, лишив их сознания.

Но даже когда дверь закрылась, из-за нее все еще доносились проклятия в адрес Георга. Через некоторое время, когда голоса стихли, Георг вернулся за свой стол. Глубоко вздохнув, он задал Беовульфу вопрос.

— Что стало с их личными войсками и наемниками из Зема?

— Сэр, прямо сейчас их арестовывают.

Услышав ответ Беовульфа, Георг удовлетворенно кивнул. Затем, словно сбросив суровую маску, которую он носил все это время, на его лице появилась теплая улыбка.

— Я сделал то, о чем мечтал. Больше мне не о чем сожалеть в этом мире.

В отличие от удовлетворенного Георга, Беовульф выглядел подавленно.

Ему было тяжело сделать последний шаг. Понимая это, Георг отдал приказ как можно спокойнее.

— Итак, Беовульф. Могу я попросить вас сделать то же самое для меня?

— …Да, сэр, — он на мгновение заколебался, но все же застегнул на шее Георга рабский ошейник.

Хотя Георг был в ошейнике, способном убить его или заставить подчиниться любому приказу нового хозяина, выражение его лица оставалось спокойным, словно это был причудливый галстук-бабочка. Георг отдал свой последний приказ в качестве генерала армии:

— Пошлите гонца к запретной армии, мы капитулируем и отдаем себя в распоряжение Его Величества. Все солдаты и офицеры, за исключением коррумпированных дворян и их солдат, действовали только по моему приказу. Я несу ответственность за все их преступления. С этого момента… Я оставляю все тебе и Глэйву. Все понятно?

— …Да, сэр. Приступаю немедленно, — Беовульф отсалютовал ему и вышел из комнаты.

Проводив его взглядом, Джордж выдвинул нижний ящик письменного стола. Внутри стояла бутылка вина того же года, в котором родилась принцесса Лисия. Его подарил ему бывший король Альберт с просьбой: «Что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты защитил мою дочь». Георг никогда не забывал этой просьбы.

После того как Лисия окончила офицерскую академию и поступила на службу под его начало, он часто говорил ей: «В день твоей свадьбы я собираюсь напиться до беспамятства этим вином» — и смеялся.

«Ее свадьба… хм, — подумал он. — Жаль, что я не смогу увидеть принцессу в день ее свадьбы, но если думать обо всем этом, как о величайшем свадебном подарке, который кто-либо может предложить — это не так уж плохо. Что касается этого вина… Мне придется попросить кого-нибудь проследить, чтобы его доставили до этого молодого короля. Хотя, поскольку именно он украл у меня принцессу, я не хочу этого делать.»

С радостной улыбкой он представил себе, как Сома и Лисия стоят рядом в день свадьбы.

«Интересно, сам король войдет в этот замок? Мне бы очень хотелось встретиться с ним лично и поговорить хотя бы раз».

Таково было желание Георга, но вбежавший через несколько минут посыльный принес другую весть:

— Докладываю! Король Сома не вошел в Рендел, а уже отбыл, ведя запретную армию на Запад! Так же, нашим войскам поступил приказ: «Как только армия будет реорганизована под командованием Беовульфа и Глэйва Магны, они должны немедленно последовать за запретной армией».

Когда он получил это сообщение, на его лице на мгновение отразилось изумление.

«Если Вы будете большим деревом, преграждающим мне путь, я перешагну через Вас» — он вспомнил лицо Сомы, когда молодой король произнес эти слова. Георг все понял.

— ГХА-ХА-ХА! — от души расхохотался Георг, — Понятно, вот оно что! Король решил выловить рыбу покрупнее! Теперь понял! Меня использовали как ступеньку! Был ли это план короля? Или это был премьер-министр в черном? Как бы то ни было, это было блестяще, молодые люди! Это рассвет нового поколения! Мое время подошло к концу. Ну же, мой король, моя принцесса! Рука об руку, перешагните через это старое дерево и идите вперед! Слава новым почкам и слава Эльфридену!

Став свидетелем конца своей эпохи, Георг от всего сердца благословил ее.

«Пожертвовать сливой, что бы спасти персик» — такова была стратегия Георга, добиться большой победы, принеся себя в жертву.

◇ ◇ ◇

Давайте проясним некоторые детали произошедшего.

Во-первых, все началось когда три герцога выступили против отречения бывшего короля, решив не присягать мне на верность. С тех пор как я получил трон, три герцога уединились в своих герцогствах вместе со своими армиями.

Три герцога не торопились идти на контакт и когда я набирал талантливых людей, пытаясь поставить страну на ноги. Далее, несколько дворян, которых я проверял на коррупцию в рамках моей реконструкции экономики, бежали. Они нашли убежище в Герцогстве Кармин, что можно посчитать началом явного противостояния.

Когда же я выдвинул ультиматум, дело дошло до полноценного вооруженного конфликта.

Однако, один из трех герцогов, Адмирал Флота Эксель Уолтер, поклялась мне в верности, когда я предъявил ультиматум. Благодаря этому, запретная армия и флот оказались на одной стороне.

После этого Георг, отвергший мой ультиматум, и Кастор, который был готов принести себя в жертву за дружбу с Георгом, подняли флаг восстания против меня. Вот что послужило причиной нынешней войны… Ну, во всяком случае, это была история, в который верил не только мой народ, но и Княжество Амидония.

Но истинное положение дел было совершенно иным.

Во-первых, хотя люди и думали, что Эксель поклялась мне в верности после ультиматума, на самом деле она сделала это раньше. Эксель послала ко мне свою внучку, Джуну, чтобы узнать, есть ли у меня необходимые таланты, чтобы стать королем. Получив положительный ответ от Джуны, она поклялась мне в верности. В дальнейшем, Джуна выступала посредником между нами.

Однако, чтобы следить за действиями Георга, а также попытаться убедить Кастора, мы скрыли этот факт, и она некоторое время продолжала работать вместе с двумя другими герцогами.

Во-вторых, причина этого конфликта тоже была иной.

Наш с Хакуйей план изначально вообще не предполагал вооружённого конфликта с тремя герцогами.

Когда Лисия рассказала мне о Георге, я решил, что он прислушается к голосу разума.

Кастор вспыльчив, но я думал, что если мы вместе с Эксель и Георгом будем его убеждать — он неохотно, но подчиниться.

Но когда Георг приютил коррумпированных дворян, все мои планы пошли прахом.

Ни я, ни Хакуя не видели в продажных дворянах опасности. Они уже были изгнаны со своих постов. Когда мы закрыли границу и конфисковали их имущество, мне было бы все равно, куда они пойдут. Однако Георг держал этих дворян под рукой, добавив их силы к своим войскам.

Когда я увидел это его поведение, абсолютно несоответствующее тому, о чем рассказывала Лисия, я был удивлен и возмущен.

Вот тогда-то передо мной и предстал Глэйв Магна.

◇ ◇ ◇

Формально он пришел ко мне, чтобы извиниться за грубость Хэла в городе, но я уверен, он бы пришел и без этого повода. Георг поручил Глэйву секретную миссию.

— Сир, я понимаю, что это невероятно грубо, но мне нужно кое-что Вам рассказать, — сказал он, закончив приносить извинения за поведение Хэла. — Будет лучше, если разговор услышит как можно меньше людей, — ответил он на мой вопрос «что именно» и попросил оставить в комнате как можно меньше людей.

Я велел Лисии, Аише, Хакуе, Хэлу и Каэдэ остаться и отпустил всех остальных. Как только я это сделал, Глэйв наконец заговорил о плане Георга.

— Герцог Кармин намерен собрать всех коррумпированных дворян в одном месте, поднять восстание с их поддержкой и заставить Ваше Величество подавить его.

Георг это делал потому, что считал этих коррумпированных дворян реальной угрозой, если позволить им спокойно скрываться. Когда Георг явно выступил против меня — коррумпированные дворяне слетелись к нему, как мотыльки на пламя.

Далее, по его приказу Глэйв и еще несколько старших офицеров, которым он доверял, «переметнулись» на нашу сторону «потеряв доверие к Георгу из-за того, что он укрывал коррумпированных дворян». Они должны были присоединиться к запретной армии, что бы после войны у нас остались люди, способные реорганизовать сухопутные силы. Отклонив мой ультиматум, он собрал вокруг себя всех коррумпированных дворян в стране, поскольку у них больше не было вариантов. Оставалось только нейтрализовать их всех разом. К сожалению, нейтрализовать было необходимо и дворян, и Георга.

Сухопутные силы имели в своем распоряжении 40 000 солдат, что делало их достаточно грозной силой, но совместными усилиями запретной армии, ВВС и флота мы могли легко их подавить. На самом деле, даже в недавнем сражении с сухопутными силами, все, что потребовалось для их капитуляции — это уничтожить их противовоздушные болтометы внезапной атакой ВВС.

В завершении, после капитуляции подчиненные Георга арестуют коррумпированных дворян и их войска, в том числе наемников из Зема.

Таков был план Георга.

— Какого черта?! Кто вообще просил его об этом?! — услышав от Глэйва этот план, я мог только кричать в гневе.

— Ваш гнев понятен, но… Такова задумка Герцога Кармина, — даже склонив голову, Глэйв не собирался отступать.

— Зачем ему это?! Коррумпированные дворяне уже отстранены от власти!. Мы уже наложили арест и на их имущество. Просто отпусти этих тараканов! — я продолжал кричать.

— Если спросить Герцога Кармина, он назовет это наивной надеждой, — невольно Глэйв вслед за мной начал говорить громче, но быстро взял себя в руки. Он не мог позволить себе повышать голос на короля.

— …Что в этом наивного? — увидев это, я тоже постарался остыть.

— Сир, когда зерно гниет, гниль распространяется на соседнее зерно. Проблема с дворянами заключается в их обширных связях.

Чтобы усилить свое влияние, они организуют браки с другими дворянскими семьями, постоянно укрепляя родственные связи. Если попытаться судить их за что-то не очень серьезное, вроде коррупции, другие дома вмешаются. Даже если Вы уничтожите их дом, вполне возможно, что они найдут убежище в доме родственников. Таким образом, единственная возможность устранить эту угрозу — судить их за измену государству.

Я молчал.

Я понял, что он хотел сказать.

Необходимо было вынудить их совершить приступление, за которое к ответственности можно будет привлечь и их родственников. Опасаясь быть втянутыми в это, другие дома по собственной воле разорвут с ними связи. И только тогда можно будет говорить с беспристрастном суде.

В этом был смысл. Это было похоже на правду, но…

— …Нам действительно нужно заходить так далеко?

— Да, — ответил Глэйв. — Есть еще одна причина.

— Что, есть еще что-то?..

— Вы говорите, что конфисковали их имущество, Сир, но Вы взяли только то, что было на виду. У них есть не только официальные средства и влияние. На самом деле дворяне, уже прибывшие в Герцогство Кармин, использовали свои средства, чтобы нанять наемников из Зема. Полагаю, это доказывает, что Вы забрали у них не все.

Когда он указал на это, мне оставалось только хлопнуть себя ладонью по лицу.

Конечно. Я смотрел на бухгалтерские книги и обманывал себя, что знаю, куда ушли деньги. Я не подумал, что богатство можно накапливать иными способами.

Я посмотрел на Хакую. У него было такое же выражение лица.

Для меня, прежде не не имевшего дел с аристократией, и для Хакуи, до недавнего времени жившего затворником, было сложно понять мир темных дел дворян.

В такие моменты я вспоминал, насколько мне все еще не хватает людей.

— Неужели Георг намерен заставить дворян потратить эти темные деньги? Даже если так, деньги просто отправятся в Зем за отправку наемников… — вот тогда-то я и понял, как можно заставить Зем вернуть деньги, украденные коррумпированными дворянами, — Выкуп пленных!

— Да, — ответил Глэйв. — Мы захватим не только коррумпированных дворян, и всех наемников из Зема, которых они наняли.

Как и в Японии периода Сэнгоку, здесь существовала система, при которой взятых в плен солдат освобождали в обмен на выкуп. Выкуп повышался в зависимости от статуса человека, а если никто не платил выкуп — пленника продавали в рабство. В большинстве случаев люди с низким статусом освобождались большими группами, когда их страна выплачивала единовременную сумму, а за людей более высокий статуса выкуп платили их родственники. Не слишком богатые дома это могло даже разорить.

— Георг хочет, чтобы дворяне использовали свои теневые деньги, чтобы нанять наемников из Зема, а затем мы вернем эти деньги обратно, заставив Зем платить выкуп за пленных наемников? — спросил я.

— Совершенно верно.

Вряд ли среди захваченных наемников мы найдем кого-то с высоким статусом, но итоговая сумма все равно должна быть значительной.

Что же… это был отлично продуманный план. Что было еще одним поводом для злости.

— Почему я должен терять человека, который может так хорошо все продумать? — сказал я с горечью в голосе. — У меня и так не хватает людей, так что если он так решительно настроен помочь, пусть помогает мне нормально!

— Пожалуйста, поймите, Сир, — сказала Глэйв, глядя мне прямо в глаза. — Герцог Кармин доверил Вам будущее.

— Как он может так верить в меня? — я судорожно сглотнул. — …Мы ведь даже никогда не встречались.

— Этого я не знаю. Предлагаю Вам спросить его при личной встрече.

◇ ◇ ◇

Я попытался узнать мотивы Георга во время объявления ультиматума

— Что же подтолкнуло Вас к этому?

— Моя гордость воина. Мне уже больше пятидесяти лет, мое тело будет только слабеть, но сейчас мне дана величайшая из возможностей. Я повлияю на судьбу Эльфридена своими усилиями. Раз в жизни каждый воин желает совершить нечто такое, что запомнится последующим поколениям.

Можно было подумать, что это были слова мятежника, начинающего свою азартную игру. Но на самом деле он заявил, что готов отдать свою жизнь за эту страну.

Повлиять на судьбу Эльфридена и сделать то, что запомниться будущим поколениям… Вот почему он решил уничтожить коррумпированных дворян, даже ценой своей собственной жизни и чести.

Я не мог быть уверен, что все правильно понял, но я видел его непоколебимую решимость. Возможно, Лисия научилась своей решимости именно у него.

Но вернемся к истории.

То, что сообщил нам Глэйв, должно было остаться в той комнате, Если что-то из сказанного просочиться наружу — весь план пойдет прахом.

Из-за риска подслушиваний мы не могли рассказать об этом даже уже сотрудничающей с нами Эксель и Людвину, главнокомандующему запретной армии. В результате, Эксель по прежнему с подозрением относилась к Георгу.

Был допущен еще один просчет. Восстание Кастора.

Кастор решил поддержать Георга, что стало для нас полной неожиданностью. Георг специально вел себя странно, так что мы не думали, что прямолинейный Кастор встанет на его сторону.

Так же, я не предполагал, что он возьмет с собой только сотню своих лучших рыцарей ВВС и броситься с головой вслед за Георгом, готовый принести себя в жертву их Дружбе.

Из-за этого, битва за Город Красного Дракона была абсолютной импровизацией. К счастью, мы выиграли ее быстро и без больших потерь, так что дальнейший сценарий сильно менять не пришлось.

Возможно, Эксель могла бы предвидеть действия Кастора, но я не мог рассказать ей о плане Георга через вещательную сеть, и не мог отправить к ней кого-либо из своих доверенных людей, что указало бы на нашу связь.

Я был уверен, что ситуация была столь запутанной из-за того, что я не смог достаточно хорошо распорядиться доступными мне людьми, над чем мне стоило как следует поразмыслить.

Ну, в этом сценарии было не мало перипетий и внезапных поворотов, но каким-то образом нам удалось доиграть его до конца. Опустился занавес, знаменующий окончание пьесы Георга.

Но это было начало новой пьесы. Мы добрались до главного события, сценаристами которого были мы с Хакуйей. Из-за Георга подготовка заняла чуть больше времени, но сейчас мы готовы снова выйти на сцену.

— А теперь, начинаем подавление.

Именно это я и заявил.

Слово «подавление» обычно используется в контексте «подавление восстания в собственной стране», но в более широком смысле можно «подавить» и враждебную иностранную страну.

Сейчас самое время кое-что вспомнить. Амидония вторглась в Эльфриден, решив воспользоваться суматохой конфликта между мной и Георгом. Они тайно обещали поддержку как мне, так и Георгу.

Вот только Георг был сосредоточен на внутренних проблемах страны и не интересовался помощью из вне. Он никогда не вступал в контакт с Амидонией.

Так кто же обменивался письмами с Гаем VIII?

Начинается истинное представление.

Вечер 1-го дня десятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю.

Согласно договоренности с лордом Альтомуры Вейстом Гарро, армия Амидонии утром этого дня снова отошла от городских стен. Но и после полудня ворота оставались закрыты.

Суверенный Князь Амидонии Гай VIII был крайне недовольный таким положением дел и приказал возобновить осаду и начать полномасштабную атаку по готовности. Но прерванная утром и возобновленная после полудня осада, перемещение армии назад-вперед — все это заняло время. В итоге, к полномасштабной атаке все было готово только к вечеру.

— Проклятье на твою голову… Неслыханно, что бы какой-то мелкий, ничтожный человек вроде Вейста смог выставить меня дураком!

Гай сидел на походном стуле в главном лагере армии Амидонии и едва сдерживал гнев. Находящиеся рядом офицеры и солдаты нервничали, видя его таким. Они понимали, что если сейчас сделают что-нибудь, что окончательно выведет Гая из себя — это будет стоить им головы. Атмосфера в лагере была весьма тяжелой.

Наследный принц Юлий делал все возможное, пытаясь успокоить своего отца.

— Это просто мелкая помеха на нашем пути. Тщетная попытка потянуть время. Нам просто нужно их раздавить раз и навсегда. Это не стоит таких эмоций от Вас, отец.

— …Хм. Да, его борьба определенно была напрасной, — ответил Гай, немного смягчившись. — Для них уже слишком поздно просить пощады. Я уничтожу этот провинциальный городишко еще до захода солнца. Когда придет время, Вейст, твоя отрубленная голова будет украшать ворота замка, но сперва я буду пытать тебя, пока ты сам не станешь умолять меня о смерти!

— …Думаю, стоит сделать так, — сказал Юлий.

Гая распирал гнев, но Юлий сохранял хладнокровие. И все же, сомнения в его голове начали крепнуть, он все острее чувствовал, что за стенами города его ждет что-то не доброе. — «В самом ли деле Вейст просто тянул время?» — Пока Юлий размышлял об этом, в комнату вбежал запыхавшийся солдат.

— До-докладываю! На стене Альтомуры замечена женщина!

— Женщина? — переспросил Юлий.

— Известно кто? — спросил Гай низко поклонившегося солдата, слегка приподняв бровь.

— Ну… По словам одного из командиров, узнавшего ее, это Эксель Уолтер, адмирал флота Эльфридена, — ответил ему солдат.

— Ты сказал «Эксель Уолтер»?! — Гай не мог поверить своим ушам, — В этом городе один из герцогов?!

Король Эльфридена, Сома, всего несколько дней назад предъявил ультиматум трем герцогам. Да, адмирал Эксель Уолтер присягнула ему на верность, шпионы сообщили об этом Гаю, когда они уже добрались до Альтомуры. Но она должна быть в своем герцогстве, на северо-восточной окраине королевства, в то время как Альтомура находилась на юго-западной. Путь от Лагуна-Сити до Альтомуры в лучшем случае занял бы три-четыре дня, Эксель не успела бы добраться сюда так быстро.

— Откуда?! Откуда она здесь взялась?! — закричал Гай.

— Скорее всего, Эксель поддерживала связь с Сомой еще до предъявления ультиматума, — в отличие от сбитого с толку Гая, Юлий наконец то нашел ответы на мучившие его вопросы.

То странное чувство беспокойства, что он ощущал со стороны Альтомуры… Это из-за Эксель?

Бледнея, Юлий пытался представить масштабы уловки врага, — «Если Эксель и Сома тайно действовали заодно, вполне возможно, что и два других герцога делали это же!.. Этот ультиматум был фарсом!..»

Юлий наконец понял истинную цель врага.

— Отец, нужно немедленно отступать! Нас заманили сюда! — преклонив колено перед отцом, Юлий почти выкрикнул это.

— Заманили? Что ты имеешь в виду? — Гай еще не успел понять и лишь удивленно смотрел на своего сына.

— Скорее всего, Эксель участвовала в предъявлении ультиматума из Альтомуры. Кристалл вещательной сети не маленький, но это не значит, что его невозможно перенести куда-то при желании, — пояснил Юрий.

— Зачем ей это? — все еще не понимал Гай.

— Уверен, что бы сковать нас под этим городом, — с горечью в голосе сказал Юлий. — Цель врага…

— Это заявление касается всех граждан Эльфридена, — оборвал Юлия на полуслове голос, хорошо слышный всем окружившим Альтомуру войскам Амидонии. Над одной из стен возвышался гигантский силуэт, высотой около 20 метров. Его можно было бы принять за гиганта из сказок, но возле него были видны несколько полупрозрачных объектов, дававших понять, что это какая-то необычная иллюзия.

Этот силуэт отображал временного короля Эльфридена, Сому Казуя.

Сегодня он был одет не в повседневную одежду, как обычно, а в настоящую военную форму. Говорят, одежда делает человека, и он действительно выглядел гораздо более устрашающим, чем обычно.

Гай и Юлий с ненавистью смотрели на Сому.

◇ ◇ ◇

— Повторяю, это заявление касается всех граждан Эльфридена. Я — временный Король Эльфридена, Сома Казуя.

Стоя на стене замка, Эксель тоже смотрела на гигантское изображение Сомы в военной форме, судя по лицу, испытывавшего непростые эмоции.

Туман, на который проецировался этот огромный образ Сомы, был создан магией Эксель.

С магической силой Эксель, ей было не сложно имитировать один из создающих туман приемников, используемых для трансляций вещательной сети, даже немного усилив эффект. Сейчас она использовала эту силу, что бы армия Амидонии тоже увидела обращение Сомы.

Сома начал с откровенного объяснения событий, приведших к нынешней ситуации.

Как генерал сухопутных сил Георг Кармин укрыл коррумпированных дворян, что привело к вооруженному конфликту между сухопутными силами и запретной армией.

Как генерал военно-воздушных сил Кастор Варгас присоединился к восстанию, готовый принести себя в жертву ради дружбы с Георгом.

И как из трех герцогов только адмирал флота Эксель Уолтер еще до предъявления ультиматума выразила свое намерение служить ему верой и правдой.

Конечно, он излагал факты не вдаваясь в детали. Но граждане Эльфридена в данный момент не очень и хотели знать детали, они хотели знать, не затронет ли гражданская война их города и деревни.

— Многое произошло, подводя нас к этому моменту, но в настоящее время запретная армия, флот, военно-воздушные и сухопутные силы находятся под моим командованием. Таким образом, я объявляю гражданскую войну оконченной.

Конфликт между королем и тремя герцогами был окончен.

Для граждан было достаточно просто знать об этом. Но Эксель была обеспокоена.

С момента предъявления ультиматума прошло всего два дня. Это заявление означало, что за это время Сома разгромил как военно-воздушные силы Кастора Варгаса, так и сухопутные силы Георга Кармина.

Она могла понять поражение Кастора. Он восстал только со своими личными войсками и Эксель поделилась своими знаниями о тоннелях эвакуации, которые могут быть использованы для вторжения в Город Красного Дракона, чтобы помочь в его захвате.

Однако, столь быстрое поражение Георга вызывало у нее вопросы.

«Еще когда меня попросили выиграть столь небольшое количество времени, я подумала, что здесь что-то не так, но… Не похоже, что они действовали сообща с самого начала», — Эксель начала понимать план Георга, но теперь ей оставалось лишь грустно смотреть вдаль, — «Похоже, Кастор, я и даже Его Величество просто танцевали под мелодию Георга. Я этого не заметила. Неужели возраст сказывается?.. Надо было надавить сильнее и остановить Кастора… Интересно, если я рискну своей старой шеей, есть ли шанс спасти их?..», — думала Эксель, слушая голос Сомы.

А его речь приближалась к кульминации.

◇ ◇ ◇

— Гражданская война подошла к концу. Но нам еще слишком рано вкладывать ваши клинки в ножны! Войска княжества Амидония перешли границу и вторглись в нашу страну! В этот самый момент они осадили юго-западный город Альтомура!

Когда король внезапно объявил об амидонском вторжении, примерно половина населения напряглась, а половина отреагировала шоком. Напряженными оказались те, кто находился на Западе и уже получил информацию о вторжении, а потрясенными — те, кто находился на востоке страны, где новость еще не распространилась.

Амидония совсем недавно начала свое вторжение, так что информация еще не успела распространиться. Жители восточной части страны уже собирались впадать в панику, однако…

— Но не бойтесь, — заявила Сома. — Я предвидел, что это может случиться, поэтому послал Герцогиню Эксель Уолтер в Альтомуру. До сих пор врагу не удалось захватить город.

Услышав это, люди немного успокоились. Сома продолжил.

— Под моим контролем находится запретная армия, сухопутные силы, военно-воздушные силы и флот. Армия вторжения Княжества насчитываете около 30 000 человек, мы же можем выставить против них 55 000. Если сейчас двинуться на Альтомуру, мы легко отгоняем этих варваров-захватчиков.

Услышав это, люди вздохнули с облегчением. Впрочем…

— Но, мой народ. Достаточно ли этого?! — с вызовом сказал Сома.

…чувство облегчения улетучилось, когда король повысил голос.

— Княжество Амидония давно нацелилось на земли этой страны. Поколениями их князья призывали «вернуть утраченное», наращивали армию и поддерживали границу в постоянном напряжении. Нынешний принц, Гай VIII, продолжил это делать. Он раздул пламя конфликта между тремя герцогами и мной, действуя за кулисами для достижения своих собственных целей! Затем, когда столкновение между мной и Георгом стало очевидным, он поднял свои армии и повел их по землям, принадлежащим нашей стране!

Да, Сома проделал кое-какие маневры за кулисами, отправив задание гильдии искателей приключений, чтобы они эвакуировали города и деревни на пути армии княжества. Но это не означало, что потерь не было. Были деревни, намеренно преданные огню. Вероятно, были случаи мародерства. Если кто-то из беженцев имел несчастье наткнуться на вражеских разведчиков, то их шансы остаться в живых стремились к нулю.

Вложив весь свой гнев в эти слова, Сома продолжил:

— Я спрашиваю вас еще раз! Достаточно ли просто отбросить их?! В наши неспокойные времена, когда Империя Гран-Кэйос пытается объединить человечество против Мира Демонов, можно ли терпеть столь отсталое, варварское поведение?! Нет! Совершенно точно нельзя! Поэтому, хотя для нашей страны нет необходимости говорить об этом, поскольку она уже подверглась внезапному нападению, я все же скажу это…

Здесь Сома на мгновение остановился, глубоко вздохнул и четко произнес:

— Королевство Эльфриден объявляет войну Княжеству Амидония!

Объявление войны.

Люди напряглись, услышав эти слова.

Эти слова были бы немыслимы во времена прежнего короля, Альберта.

Мужчины были охвачены странным чувством восторга, женщины были напуганы, а старики, заставшие дни войны и хаоса предпоследнего короля, прозванного завоевателем, боялись, что те дни могут вернуться.

Сома, непоколебимо продолжал.

— Уверен, что армии Амидонии тоже смотрят эту передачу. Итак, я заявляю об этом. Я посылаю войска, собранные в Герцогстве Кармин, на запад. Их цель — захват столицы княжества, Ван. Пока вы, войска Княжества, теряете время под Альтомурой, мы, без сомнения, сожжем ваш дом дотла.

Сома завершил свою речь словами, которые, несомненно, еще долгие годы будут повторять в театрах:

— Услышь меня, Гай! Ты поднял руку на мой дом, и я позабочусь, что бы ты заплатил за это!

◇ ◇ ◇

Четыре виверны несли по небу гондолу, роскошную, словно лимузин. Это был «воздушный корабль для официальных визитов за границу» (также известная как «запряженная вивернами гостиная»).

Кстати, одну из четырех вверен я в свое время одолжил Пончо, когда отправил его собирать ингредиенты.

Внутри гондола ожидаемо была просторной и роскошно обставленной. Когда с деньгами поначалу было туго, я подумывал снять все украшения и продать их, но Маркс, который в то время еще был премьер-министром, умолял меня: «Это — лицо нашего королевства, обращенное к внешнему миру. Пожалуйста, не продавайте их!» Так что я их оставил.

Внутри этой гондолы я только что объявил войну Амидонии.

В центре гондолы громоздился кристалл вещательной сети. Хотя гондола и была весьма просторной, что бы погрузить его — пришлось сделать отверстие в крыше.

Из-за этого теперь внутри гондолы во время полета дул сквозняк и было холодно. Оставалось только надеялся, что на трансляции не было видно мои дрожащие ноги…

— Ты молодец, Сома, — сказала Лисия. — Давай, иди сюда.

Пока я терпел холод и объявлял войну, Лисия сидела закутавшись в одеяло. Сейчас же она откинула одну сторону, предлагая сесть рядом.

Два человека, завернутые в одно одеяло. Ох, тепло! Наконец-то я почувствовал, что могу немного отдохнуть. Никогда еще я не был так благодарен за тепло другого человека.

— Ух, было холодно. Знал бы, что будет так холодно — поехал бы по суше.

— Если говорить о чем то запряженном лошадьми, то у нас нет достаточно больших карет, что бы можно было провести трансляцию. А от ринозавра тебя бы укачало.

— Да уж, везде свои проблемы, — пробормотал я.

«На ринозавре мы ехали помогать деревне темных эльфов. Та еще была поездочка. А ведь Хэл и остальные, вероятно, сейчас передвигаются не сильно более комфортным способом. Надо как-то улучшить систему перевозок, причем быстро, пока они не начали бастовать.

Пока я сидел, устало размышляя о таких вещах…

— Х-хм… Немного прохладно, не спорю… Но ничего особенного… — стараясь звучать как можно увереннее сказала Карла, усаживаясь напротив нас и стараясь скрыть, что тоже дрожит от холода.

Возможно, броня рыцарей ВВС, в которую она была одета, и давала небольшую защиту от холода, но определенно не слишком хорошую. А от еще одного одеяла она гордо отказалась.

«Думаю, она будет в порядке, будучи драконитом, но… Если подумать, они рептилии, не так ли? Стоит спросить, я полагаю».

— У драконитов есть слабость к холоду, как у ящериц? — Не стал я медлить с вопросом.

— Не путай нас с ящерицами! — возмутилась Карла, — Хотя мы и правда не очень устойчивы к холоду, но… М…

— Вы ведь должны летать на достаточно больших высотах, верно? — продолжил я, — Неужели вы там не чувствуете холода?

— …Мы принимаем все необходимые меры для защиты от холода, — решительно ответила Карла.

— Ах, да. Уверен, принимаете.

Рыцари ВВС часто имеют дело с таким холодом. Очевидно, у них есть что-то для решения этой проблемы.

Я встал и укрыл ее запасным одеялом. Карла неловко вздохнула и поплотнее обернула его вокруг себя, шмыгая носом.

— Честно… Как Вы можете говорить «Ты поднял руку на мой дом, и я позабочусь, что бы ты заплатил за это»? Это ведь Вы соблазнили Амидонию напасть, использовав конфликт с отцом и Георгом, не так ли, у… Ваше Величество? — Спросила Карла и повернулась к окну.

— Уже поняла, да?

— Это было нетрудно, после того как я увидела всю картину. Ты использовал волнения внутри страны, чтобы заманить амидонцев, а теперь собираешься ударить по ним, верно? Может, герцог Кармин тоже в этом замешан?

— …Ты отчасти права. Действия Георга были исключительно его инициативой. Нашей с Хакуйей целью с самого начала была Амидония.

Расследуя коррупцию дворян стало понятно, что многие из них работали на княжество Амидония. Их связи принимали разную форму: семейные узы, подкуп или незаконная передача ресурсов, но все это было крайне опасно для будущего этой страны. Например, если бы Амидония устроила внезапное вторжение, эти дворяне могли бы спровоцировать восстания по всей стране, что могло бы стать смертельным ударом для нее.

Поэтому мы с Хакуйей придумали план, как устранить эту проблему на корню. «Корнем», очевидно, была Амидония.

— Правители Княжества — неприменимые противники этой страны. Если бы оставили им свободу действия, уверен, они продолжили бы подливать масло в огонь, провоцируя мятеж. И в этом случае пострадает существенно больше людей. Поэтому мы и решили использовать эту возможность, что бы нанести им сокрушительное поражение и лишить политического влияния. Что бы сделать это, мы использовали, например, фальшивые письма от «как бы» Георга, что бы заманить их в ловушку, но… — я на мгновение остановился и напряженно почесал затылок. — Почти в то же самое время Георг придумал свой план. Демонстративно заняв позицию моего противника, он собрал вокруг себя коррумпированных дворян. Затем, он планировал поднять восстание и проиграть, чтобы все они были захвачены вместе с ним. Вот таков был его план.

— И Вы… Не знали об этом, так? — Карла выглядела ошарашенной.

Я молча кивнул в ответ.

Лисия с болью во взгляде смотрела в пол.

— О плане Георга нам рассказали гораздо позже, — сказал я. — Когда все зашло уже слишком далеко и никто не мог отступить. Он, вероятно, думал, что мы остановим его, расскажи он этот план заранее… По правде говоря, если бы я знал о нем раньше, так бы и сделал. Такой… самоотверженный план… Я бы не согласился на такое.

— Понимаю. Похоже то, что сказал мой отец, было правильно, — пробормотала Карла, ее плечи поникли.

— Что сказал Кастор? — спросил я.

— За день до того, как Вы предъявили свой ультиматум, мой отец кое-что сказал: «Я просто не могу себе представить, чтобы герцог Кармин сошел с ума от амбиций»

Что же… Кастор говорил нечто подобное и в день предъявления ультиматума: «я не могу себе представить, чтобы герцог Кармин выступил против Вас без веской причины».

…Он был прав. Причина в самом деле была. Кастор был склонен к опрометчивым поступкам, но в данном случае он, возможно, инстинктивно понял что-то в поведении Георга.

— Почему… — грустно спросила Карла после минутного молчания, продолжая смотреть в окно. — Почему он не предупредил моего отца заранее? Если бы он только сделал это…

— …Чем больше людей знают секрет, тем больше риск того, что план просочится наружу, — объяснил я. — Он не мог себе этого позволить. И если бы Кастор знал, он бы непременно попытался остановить его, не так ли?

— Совершенно… — Карла запнулась на полуслове.

— Мы пожертвовали уже очень многим, включая жизнь Георга, чтобы осуществить этот план, — я крепко сжал кулаки под одеялом. — Мы не можем повернуть назад. Мы должны закончить. Иначе — все впустую. Поэтому я надеялся, что Кастор примет нашу сторону по собственной воле. Мы с Эксель все время пытались его уговорить. И все же… Кастор сказал, что готов умереть за свою дружбу, и встал на сторону Георга.

Я до боли сжал зубы. Почему все пошло так плохо?

Все вокруг просто делали, что им в голову взбредет, руководствуясь своими странными причинами. Когда я это понял, я уже танцевал на сцене под сценарий, хотя не знал его автора. Я даже не знал, играл ли я короля или шута.

Карла опустила голову, не в силах вымолвить ни слова. Лисия, казалось, хотела что-то сказать ей, но сдержалась.

Я незаметно вздохнул, глядя на них.

«Это действительно… неприятная роль. Быть королем».

◇ ◇ ◇

«Их цель — захват столицы княжества, Ван».

После того, как Сома сказал это — армия Амидонии, осаждавшая Ван, поспешно отступила.

Стоя на стене адмирал флота Эксель Уолтер и лорд Альтомуры Вейст Гарро смотрели, как заходящее солнце освещает ограждения и знамена, которые когда-то окружали брошенный лагерь Амидонии.

Повернувшись, Вейст увидел лицо Эксель в профиль. Заходящее солнце придавало ей чарующую красоту.

— …Это нормально — не нападать на них? — спросил Вейст, словно пытаясь скрыть тот факт, что он был почти очарован ее красотой.

Бой сейчас был бы шансом нанести врагу значительный урон.

— В арьергарде кавалерия на вивернах, — Эксель покачала головой, — Если отряд без виверн, как наш, покинет город и пустится в погоню, нас легко раздавят контратакой. Гай VIII… Как и следовало ожидать от человека, который так долго точил свои клыки и готовился нанести удар по нашей стране, в тактике он разбирается. Хотя я сомневаюсь, что этого будет достаточно, чтобы он смог вырваться из хватки Его Величества.

Сказав это, Эксель прикрыла глаза. У Вейста от удивления вытянулось лицо. Он не слышал, что бы Эксель, относившаяся ко всем, словно к детям, хоть когда-то оценивала кого-то настолько высоко.

— Неужели Его Величество так изобретателен? — спросил Вейст.

— Думаю, говоря о простой изобретательности — он не так уж и впечатляет, — ответила Эксель. — Скорее это выглядит так, словно для каждой проблемы, с которой он сталкивается, у него есть заранее подготовленное решение. Как будто он уже видел подобное.

—Хм? Что Вы имеете в виду?

— …Возможно… Его Величество прибыл из гораздо более жестокого мира. Мира бушующего водоворота интриг и обмана.

Вейст вздрогнул от слов Эксель.

Он слышал, что Сома — герой, вызванный из другого мира. Можно ли предположить, что тот мир видел падение множества стран и пережил события, в которых погибли множество людей?

Если по какой-то случайности этот мир соединится с тем, смогут ли они дать отпор людям того мира?

Вейст вспомнил изображение Сомы, виденное им недавно. Этот молодой парень не выглядит особо подходящим для боя, но он строил такие планы…

Конечно, объединение миров так же вероятно, как падение неба, но…

— Об этом даже страшно подумать, да, — наконец ответил Вейст.

— Да, действительно… Ну а теперь, — сказала Эксель, хлопнув в ладоши, словно в знак перемены настроения. — Как ты думаешь, наша работа здесь закончена?

— Понимаю, что уже немного поздно спрашивать об этом, герцогиня Эксель, но ведь вместо того, что бы просто выигрывать время, Вы легко могли бы с помощью своей магии заставить армию Княжества бежать, поджав хвост?

— Божечки. Нельзя же вечно полагаться на эту старушку, — усмехнулась Эксель. — Думаю, это долг стариков — присматривать за юными дарованиями, когда они так стараются.

— Да… — Вейст не знал, что на это ответить, но ему показалось, что под веселой маской она чувствовала раздражение.

«На этот раз, моя роль требовала, чтобы я оставался на заднем плане. Когда я думаю о том, что будет с Карлой и Кастором после войны, мне хочется сделать как можно больше… Но если я буду слишком выделяться, это только испортит впечатление Его Величества обо мне», — Она внутренне вздохнула.

— А теперь, давайте оставим все остальное нашему молодому королю и его друзьям, а сами отправимся на юг, как и планировали.

Сказав это, Эксель мыслями обратились к еще одному юному дарованию.

◇ ◇ ◇

В сумерках, когд даже луна скрылась за тучами, войска княжества бежали с факелами в руках.

30 000 человек с высоты птичьего полета были похожи на змею, скользящую по земле. Со стороны это могло выглядеть весьма впечатляюща, но сами солдаты просто вынуждены были бежать, покрытые потом и грязью.

В голове этой «змеи», окружённый кавалерией, ехал Князь Амидонии Гай VIII. Окруженный пятью телохранителями, нёсшими факелы, он задавал скорость всей армии.

Выражение его лица было мрачным. И виной тому был молодой король Эльфридена.

Он заманил Гая и его солдат в ловушку, приманив их плодородным, зернопроизводящим регионом, который Амидония потеряла пол века назад. Это оставило столицу, обычно защищенную надежной броней, почти беззащитной. И король Эльфридена не собирался отпускать этот шанс.

Георг Кармин, который должен был оказать ему ожесточенное сопротивление, капитулировал спустя два дня после ультиматума. И теперь в сторону Вана двигались 55 000 солдат объединенных войск запретной армии, сухопутных сил и ВВС.

Ван строился как город-крепость, способный как противостоять вторжению из Королевства, так и служить передовой базой при нападении на Королевство. Из-за этого, между Ваном и границей с Королевством не было никаких дополнительных крепостей.

Из-за пассивности бывшего короля Эльфридена, Альберта, Гай потерял бдительность. Он зазнался и легкомысленно отнесся к королевству Эльфриден, полагая, что у них не хватит смелости вторгнуться в чужую страну.

Теперь же Гай понял, что Сома и Георг обманули его.

Слишком много интриг может погубить интригана. Слишком часто интриган забывает, что он сам тоже может пасть жертвой чужих интриг. И именно это произошло с Гаем.

«Какой позор! Подумать только, что эта нация слабаков, Эльфриден, доставит мне столько проблем!» — с досадой думал Гай.

Проклиная собственную беспечность, он гнал лошадь вперед.

Два поколения назад из-за экспансионизма Эльфридена Король Амидонии потерял половину своих земель и умер в отчаянии. Чтобы они никогда не забыли эту унизительную страницу своей истории, отец Гая переименовал страну из Королевства Амидония в Княжество Амидония. Это была демонстрация решимости, так как он чувствовал, что они не могут называть себя королевством, у которого отняли половину их земель. Он назвал себя суверенным князем, и с тех пор Амидония сделала восстановление своих потерянных земель национальной политикой, всегда внимательно следя за любым шансом реализовать эту цель.

Когда умер предпоследний король Эльфридена, трон занял Альберт (точнее, он женился на дочери покойного короля, оставшейся в то время единственным наследником). Амидония воспользовалась его кротким характером, чтобы разными способами манипулировать дворянами Эльфридена и поддерживать инакомыслящие группы внутри Королевства.

Гай после смерти отца продолжил эту политику.

Немало таких дворян были раздавлены Георгом и Эксель, но оставшиеся сделали выводы и ушли в подполье, постепенно подтачивая королевство изнутри.

Альберт не обладал большим талантом как король, но разница в силе между Амидонией и Эльфриденом все еще была велика. Так что Амидонии оставалось только терпеливо ждать.

И вот, наконец, появился шанс, которого они так долго ждали. Возник Мир Демонов и вызванный им продовольственный и финансовый кризис истощили королевство. Затем, внезапная смена правителя, и вот три герцога, которые должны были защищать королевство, восстали против нового короля.

Княжество собралось с силами для атаки. Они знали, что сейчас королевство не может свободно действовать. Наконец-то пришло время Княжеству Амидония осуществить свою мечту… Да, именно в этом был убежден Гай.

Однако, при ближайшем рассмотрении, действительно ли это было так? Не загнали ли их в угол?

«Если мы сейчас потеряем Ван, Амидония уже не сможет оправится», — лихорадочно думал Гай. — «Я не смогу встретиться с призраками моих предков, если позволю этому случиться!» — лицо Гая VIII исказилось от судороги. — «Этого еще не произошло! Мы еще не закончили! Ван — словно крепость. Я оставил там 5000 лучших солдат. Даже против 55 000 они должны продержаться два или три дня. Если мы сможем добраться до них за это время, а затем внезапно атаковать с тыла — у нас будет шанс на победу.»

Так думал Гай, пытаясь подбодрить себя. Но…

— Отец! — Юлий подвел своего коня к Гаю. — Мы движемся слишком быстро! С таким темпом по бездорожью мы не только потеряем повозки снабжения, но и увидим, как наша пехота падает замертво! Необходимо сбавить темп и…

— Молчать! — взревел Гай. — Если Ван падет, мы уже не оправимся! Что бы ни случилось, мы должны добраться до Вана прежде, чем это произойдет! Тогда мы сможем атаковать силы королевства с тыла!

Гай говорил горячо и искренне, но Юлий чувствовал себя немного неловко. Ему казалось, что в данный момент Гай слишком зациклен на столице и слишком возбужден.

— Отец, даже если мы потеряем Ван, наша армия останется целой и невредимой. Разве мы не можем войти в другой безопасный город и обратиться за помощью к Империи? В отличие от Королевства Эльфриден, мы подписали Декларацию Человечества, в конце концов.

Декларация Единого Фронта Человечества Против Расы Демонов (также известная как Декларация Человечества), предложенная и поддерживаемая самой большой и могущественной страной на континенте, Империей Гран-Кэйос.

Во-первых, не допускаются изменения границ человеческих стран вследствие военных действий между ними.

Во-вторых, должны соблюдаться права всех народов на равенство и самоопределение.

В-третьих, страны, находящиеся вдали от Владений Короля Демонов, должны поддерживать страны, граничащие с Владениями.

Таковы были три основные статьи Декларации Человечества.

Амидония подписала ее, но даже после того, как Сома занял трон, Эльфриден этого не сделал. Так что даже потеряв Ван, Амидония еще могла бы обратиться к Империи с просьбой помочь вернуть захваченные земли. Империя, как гарант декларации и союзник Амидонии, вынудит Эльфриден вернуть захваченное (хотя это не распространялось на территории, потерянные до подписания Декларации Человечества).

Сначала они сами вторглись в другую страну, а получив пощечину побежали жаловаться империи. Это был неоднозначный аргумент, но Юлий решил, что это лучше, чем ничего. Однако…

— Не говори как дурак! Империя — не такая добрая, как ты о ней думаешь! Начиная это вторжение, мы воспользовались лазейкой в декларации. Да, если мы попросим, Империя не сможет остаться в стороне, но они не простят нам этот плевок в их сторону! Они используют это как предлог, сместят нас обоих подальше от власти и в итоге превратят Амидонию в марионеточное государство!

На это Юлию сказать было нечего.

Гай посмотрел на него, фыркнул, затем повысил голос и громко приказал:

— Если ты понял — то поторопись! Мы должны прибыть до того, как падет Ван!

Но их марш-бросок ждало препятствие.

Подходя к Долине Голдоа в горах Урсулы, отделявшие Эльфриден и Амидонию, люди и лошади начали вязнуть в грязи

— Ч-что?! Откуда взялась эта грязь?!

— Черт! Моя лошадь застряла в болоте! Кто-нибудь, помогите ее вытащить!

— Да ладно вам! По пути сюда не было ничего подобного, не так ли?!

Повсюду были лошади и люди вязли в грязи.

Увидев это, Гай был поражен.

— Почему?.. — пробормотал он, — не было сильных ливней, тогда почему долина в таком ужасном состоянии?

Словно в ответ на бормотание Гая, один из солдат крикнул:

— В-вражеская атака!

В следующее мгновение в темноте послышался свист стрел и какие-то глухие удары. Солдаты Амидонии падали один за другим.

Когда с приглушенным криком один из солдат, несший рядом с ним факел, упал с лошади, Гай почувствовал, как внутри него шевельнулся страх.

— Что?! Что происходит?! — крикнул Гай.

— Вражеская засада! — подбежал к нему с докладом солдат, — Похоже, войска Королевства поджидали на в долине! Враг спрятался среди деревьев, стреляя в нас стрелами и льдом!

— Льдом?

— Похоже, среди врагов есть маги.

— Маги… Конечно! Будь они прокляты, должно быть, это болото — тоже их работа! — яростно выкрикнул Гай.

Видя, что Гай снова подается гневу, Юлий отчаянно пытался его вразумить.

— Пожалуйста, отец, успокойся! Главные силы Королевства направляются к Вану, в этой засаде не может быть много людей! Кроме того, это довольно узкая долина, мы не сможем маневрировать на ней большими силами! Сейчас у нас нет вариантов, кроме как постараться пройти ее как можно быстрее.

— Угу, только по болоту нет дороги, — сварливо пробормотал Гай.

— …В болоте должны быть не очень глубокие участки. Пошлем солдат вперед, наш путь будет там, где они не застрянут в грязи.

— Ты предлагаешь пожертвовать нашими солдатами, словно пешками? — Гай вытаращил глаза от такого безжалостного предложения.

— …Выбор не велик, — ответил Юлий. — Если случиться худшее, если тебя убьют — армия княжества развалится. Тогда мы вообще ничего не сможем противопоставить Эльфридену. Пожалуйста, прими решение.

— …Полагаю, у нас нет выбора, — сказал Гай.

Отправлять своих солдат почти на верную смерть, что бы найти путь через долину. Если бы они поменялись местами, Сому такой вариант сильно бы расстроил, но Гай колебался лишь мгновение.

Для Княжества Амидония их желание отомстить Королевству Эльфриден давно стало частью их самосознания. Хотя они были окружены могущественными нациями, страдали от продовольственного и финансового кризиса — народ Амидонии продолжал жить с непоколебимой волей благодаря своему желанию отомстить Эльфридену. Им было все равно, что они страдают, лишь бы Эльфриден страдал еще больше.

Даже обычные граждане винили в своих бедах не элиту, тратившую почти все средства на армию, а королевство, лишившее их процветания давным-давно.

Хотя прошло уже 50 лет.

Когда даже простые граждане думали так, элита пошла дальше, они решили, что это нормально — жертвовать чем угодно, чтобы сражаться против Королевства. Ради идеи «Отвоевать былое величие».

Такие как Ророа и Колберт, старавшиеся как можно эффективнее использовать имеющиеся ресурсы, что бы улучшить жизнь здесь и сейчас, в этой стране неминуемо становились изгоями.

Гай же в меньшей степени беспокоился о потерянных жизнях солдат, чем о потере возможности сражаться с Королевством. Он отдал приказ уверенным голосом:

— Выдвигайте войска! Мы должны поспешить на другую сторону Долины Голдоа!

Отдав этот приказ, они изменили порядок войск. Теперь впереди шла пехота, а кавалерия за ними. Но даже в «безопасных местах» можно было увязнуть, а когда сзади шла армия — времени вытаскивать солдат из болота просто не было.

Это была чудовищная картина.

Армия Амидонии преодолевала болото по телам собственных солдат.

◇ ◇ ◇

Из-за деревьев на склоне горы группа людей наблюдала за разворачивающимся адом. Вся группа была облачена в черные доспехи, вооружена луками или волшебными посохами, а лица их были обернуты черной тканью.

Эта группа была отрядом морской пехоты Королевства, и именно они только что атаковали армию Амидонии. Всего их было около двух тысяч человек. Одна из фигур была невысокой, но даже в доспехах пропорции тела не оставляли сомнений, что это женщина.

Она была командиром этого подразделения.

Люди внизу даже не пытались помочь своим товарищам, провалившимся в трясину. Они просто шли по их телам.

«Бывают времена, когда король должен отдавать жесткие и даже жестокие приказы. Но если он даже колеблется, я начинаю испытывать к нему неприязнь скорее как к человеку, чем как к королю».

Пока она думала об этом, один из ее подчиненных пришел к ней с докладом.

— Леди Канария, передовой отряд войск княжества прошёл через долину. Нам отправиться в погоню?

— Нет, — покачала она головой. — Наша миссия — деморализовать и задержать врага. Кроме того, нас всего 2 000 человек. Мы не получим лучших результатов, чем уже достигли. Мы выполнили основную задачу. Приготовьтесь к отступлению.

— Да, мэм!

Когда ее подчиненный ушёл, она сняла маску. Как раз в этот момент облака немного расступились и лунный свет упал на ее прекрасные синие волосы.

Это была Прима-Лорелея Королевства, Джуна Дома.

Представ перед Сомой в первый раз, она представилась лорелеей Джуной, работавшей в поющем кафе, но на флоте она была известна как Канария, командир 2 000 морских пехотинцев, единственного подразделения десантников на флоте.

«Бабушка хорошо справилась со своей ролью. Я не могу все испортить», — Джуна почувствовала облегчение оттого, что успешно справилась со своей задачей.

Под «бабушкой» она имела в виду ни кого иного, как того самого адмирала флота, Эксель Уолтер. Джуна была не только лорелеей и Канарией, но и внучкой Эксель. Конечно, благодаря долгой жизни Эксель и ее романтичной натуре, у нее было много детей, а уж внуков и правнуков… Ну, у нее было достаточно родственников, что бы заселить небольшое поселение.

Такая большая семья могла бы быть серьезным политическим инструментом, а значит нашлись бы недовольные этой ситуацией, так что Эксель держала свою фамилию «Уолтер» при себе. Когда ее дети достигали зрелости, она отрекалась от них, устраивая брак в другие семьи. Джуна была дочерью одного из сыновей Эксель, вошедшего в купеческую семью Дома.

Джуна посмотрела на безжалостно брошенные трупы амидонских солдат и нахмурилась.

— …Если оставить все как есть, у местных зверей может развиться вкус к человеческой плоти. Это может стать проблемой. Спасем выживших, возьмем их в плен и похороним остальных.

— Хотите помочь солдатам Амидонии? — спросил ее еще один подчиненный.

— После того, как они были отброшены в сторону собственным королем, Его Величество Сома, король вражеского государства, спасет их, — сказала она. — Это может улучшить репутацию Его Величества, но никак не повредить ей.

— Понимаю.

Она не только излучала атмосферу зрелости, вела она себя так же соответствующе. Закончив отдавать приказы, Джуна встала лицом на северо-запад. Примерно в том направлении сейчас двигались Сома и остальные. Их ждет финальная битва с Княжеством Амидония.

«Ваше Величество… Пожалуйста, берегите себя», — мысленно обратилась к нему Джуна, закрыв глаза и положив руку на свою роскошную грудь.

Она молилась о его безопасности, а не о победе, так как сейчас чувствовала себя не леди Канарией, командиром морской пехоты, но Джуной Дома, лорелеей Сомы, присматривающей за ним.

◇ ◇ ◇

Засада в долине Голдоа не только значительно задержала скорость продвижения армии Амидонии. После перегруппировки стало понятно, что армия из 30 000 солдат сократилась до 15 000. Конечно, не все были потеряны в недавней засаде, многие дезертировали.

Более того, они вынуждены были бросить обоз снабжения, так что теперь силы княжества еще и страдали от голода.

Солдаты приближались к своему пределу и готовы были взорваться в любой момент. Даже если они успеют подойти к Вану вовремя и атаковать войска Эльфридена с тыла, будет крайне сложно победить с соотношением сил 15 000 против 55 000.

Что бы решить ситуацию, Гай для начала, возложил ответственность за потерю провизии на капитана отряда логистики и обезглавил его, что бы успокоить остальных солдат.

Затем он начал реквизировать провизию из близлежащих деревень и городов, а так же экстренно призывать людей на службу, в итоге доведя численность своей армии до 25 000. Конечно, это вызвало некоторое негодование народа, но Гаю было все равно, когда на кону стояло само существование его страны.

Он смог собрать необходимую провизию и увеличил армию, но это еще больше замедлило его. Лишь на третий день они подошли к Вану. Но они совершили роковую ошибку.

Они слишком торопились.

Вы можете спросить, что в этом такого, или даже вспомнить, что сам Сунь-Цзы сказал: «В войне самое главное — быстрота».

На самом деле, имеется в виду следующее: «Война (потому что она истощает страны) наиболее выгодна, когда она решается быстро, и нет ни одной страны, которая выиграла бы от длительной войны».

Армии Амидонии было бы полезно узнать о следующих строках «Искусства войны», глава «Борьба на войне»:

«Нет ничего труднее, чем борьба на войне. Трудное в борьбе на войне — это превратить путь обходный в прямой, превратить бедствие в выгоду. Поэтому тот, кто, предпринимая движение по такому обходному пути, отвлекает противника выгодой и, выступив позже него, приходит раньше него, тот понимает тактику обходного движения. Поэтому борьба на войне приводит к выгоде, борьба на войне приводит и к опасности. Если бороться за выгоду, подняв всю армию, цели не достигнуть; если бороться за выгоду, бросив армию, будет потерян обоз»[✱]Сунь-цзы Искусство войны (в переводе академика Н. И. Конрада) http://chugreev.ru/st-sun-czi.html.

«Борьба на войне» — это соревнование между двумя силами, претендующими на стратегически важную позицию[✱]Я вставил в этом месте текст из переведенного на русский язык «Искусства войны», на английском он… звучит немного иначе.Глава «Маневрирование»«Маневрирование с армией полезно; с неорганизованной толпой — крайне опасно. Если отправить в поход полностью экипированную армию — вы можете опоздать. С другой стороны, бросить медленный обоз — значит пожертвовать имуществом армии и припасами».https://ctext.org/art-of-war/maneuvering.

В случае битвы при Ямадзаки между Хидэеси Хасибой и Мицухидэ Акэчи, это была гора Тенноузан, в то время как в Русско-Японской войне это была гора Высокая.

Более того, Сунь-Цзы говорит:

«Когда борются за выгоду за сто миль, мчась, сняв вооружение, не отдыхая ни днем, ни ночью, удваивая маршруты и соединяя переходы, тогда теряют пленными командующих всеми тремя армиями; выносливые идут вперед, слабые отстают, и из всего войска доходит одна десятая. Когда борются за выгоду за пятьдесят миль, попадает в тяжелое положение командующий передовой армией, и из всего войска доходит половина. Когда борются за выгоду за тридцать миль, доходят две трети».

Очевидно, если занять стратегически важные позиции раньше противника — битва завершиться в вашу пользу.

Но Сунь-Цзы говорит так же о том, что опасно зацикливаться на этом. Если послать всю армию — они прибудут слишком поздно, но если отправить только быстрые подразделения — вам придется оставить обоз.

В последнем случае, даже если вы займете позицию — это будет бессмысленно.

Армия Амидонии сделала именно то, о чем предупреждал Сунь-Цзы. Они зациклились на стратегически важной столице, Ване, бросили обоз и довели солдат до истощения трехдневным марш-броском.

Добравшись до открытой равнины в десяти километрах к югу от Вана, армия княжества обнаружила что перед ними стоит свежая и отдохнувшая армия Эльфридена.

— Абсурд… — увидев это, Гай чуть не свалился с лошади, словно его покинули силы. — Не мог же Ван пасть так быстро?..

Никто не мог ответить на его бормотание.

◇ ◇ ◇

Чтобы избежать недопонимания: нет, Ван еще не пал.

Прибыв на день раньше армии Амидонии, войска Эльфридена под командованием Сомы не стали делать ничего опрометчивого, вроде атаки прекрасно укрепленного города. 10 000 солдат остались неподалеку от города, что бы следить за гарнизоном, в то время как основные силы заняли поле в десяти километрах южнее Вана, ожидая врага.

С самого начала, целью Сомы была именно армия Амидонии, именно поэтому он сообщил Гаю цель их нападения, то, что обычно держалось бы в тайне.

Сказав, что нападет на Ван, поджидать их по пути к городу, а затем уничтожить.

Этот план похож на шестую стратагему трактата тридцати шести стратагем: «Поднять шум на востоке — напасть на западе», но так же он напоминает битву при Малинге, давшую начало 2-й стратагеме: Осадить Вэй, чтобы спасти Чжао.

Именно эту стратегию использовал второй Сунь-Цзы, Сунь Бинь, чтобы победить своего соперника Пань Цзюаня. Но у Гая уже не было шанса узнать об этом.

У Княжества Амидонии было 25 000 солдат, истощенных из-за потерянного обоза, валящихся с ног после трехдневного марш-броска.

У Королевства Эльфридена было 45 000 солдат, прекрасно питавшихся благодаря усилиям Пончо, целый день отдохнувших после дороги[✱]В оригинале говорилось о 55 000 солдат, но ведь 10 000 остались возле Вана, в десяти километрах от основного поля битвы..

45 000 солдат королевства в отличном состоянии против 25 000 истощенных солдат княжества.

Исход сражения был очевиден.

В главном лагере, в центре войск Эльфридена, выстроившихся в формации «крылья журавля»[✱]Битва при Хансандо́. https://t1.daumcdn.net/cfile/blog/9924F73359941E8F2D?original, Сома встал со своего походного стула, высоко поднял правую руки и резко опустил в сторону армии Княжества.

Над войсками Королевства разнесся воинственный клич.

Так началась последняя битва между Королевством Эльфриден и Княжеством Амидония.

***

Исторические Фразеологизмы Эльфридена: «Соблазнить деревней, что бы захватить столицу»

Тип: пословица.

Смысл: сделать что-то с минимальными усилиями.

Происхождение: во время Войны Одной Недели Сома использовал провинциальный город Альтомура в качестве приманки, а затем атаковал столицу Княжества Амидония.

Синонимы: «проиграть битву, чтобы выиграть войну».

***

В более поздние годы многие посвященные этой эпохе художественные произведения изображали Сому Казую мудрым и мужественным правителем. Он выходил на поле боя, побеждал в единоборстве могучих противников, ставил в тупик вражеские армии своей изобретательностью и принес счастье народу своим превосходным правлением.

Но историки оспаривают такую точку зрения.

Для начала, войны с другими государствами, в которых участвовал Сома, можно пересчитать по пальцам одной руки. У него было очень мало возможностей проявить такую военную доблесть. Почти все военные достижения, которыми запомнился период его правления, на самом деле были достигнуты людьми, служившими под его началом.

Что же касается изобретательности, позволявшей ему играть со своими врагами, словно с марионетками, то нет никаких доказательств, что он сам придумал какой-либо из известных планов. В ту эпоху было много изобретательных людей, известнейшим из которых был премьер-министр Хакуя Квонмин. Так что Сома, возможно, только реализовывал лучшие планы, предложенные такими людьми.

Конечно, его правление еще долгие годы было образцом для подражания многих поколений политических деятелей, но нельзя утверждать, что оно было идеальным. Есть немало признаков, что Сома терзался последствиями неудачных решений.

Таким образом, способности Сомы были не так велики, как их изображают драматурги. Таков был консенсус, достигнутый историками.

Однако…

Даже с учетом сказанного, мало кто утверждает, что Сома не был выдающимся правителем.

Так же, все историки согласны с утверждением: «Сома отлично умел находить талантливых людей и использовать их максимально эффективно». Возможно, Сома и не обладал выдающимися способностями, но он был гением в деле размещения необходимых людей там, где они былы более всего нужны. То же относиться и к войскам, которые он всегда использовал ровно на столько, насколько это было необходимо.

Впервые его имя обсуждали по всему континенту после победы в войне с Княжеством Амидония, которая в значительной мере продемонстрировала его дар. Сома знал и понимал, на что он способен и не стеснялся поручать другим то, что не мог сделать сам.

Возможно, это и есть самое важное качество для правителя.

◇ ◇ ◇

— Они упорнее, чем я ожидал…

Наблюдая за развитием сражения из главного лагеря армии Королевства Эльфриден, я был удивлен тем, как хорошо держались войска Княжества Амидония.

Это была битва 45 000 солдат Королевства Эльфриден в отличном состоянии против 25 000 истощенных солдат Княжества Амидония. Ее результат должен был быть очевиден, но все же, войска Княжества держались хорошо. Хотя возможно, причина этого была в том, то наши войска не могли сражаться в полную силу.

Во-первых, виверны Королевства и Княжества вели в небе воздушный бой. Их виверны не особенно пострадали от засады в долине Голдоа, так что они были самым энергичным видом войск. Их было меньше пятисот, в два раза меньше, чем рыцарей ВВС Эльфридена, но заняв оборонительную позицию, они полностью сковали наши действия в воздухе.

Если бы мы получили господство в воздухе, битва бы уже закончилась, но такое станет возможно еще не скоро.

В итоге, исход битвы зависел от сражения на земле.

Наши войска использовали построение «крылья журавля».

В центре находилась королевская гвардия во главе с Людвином, 10 000 солдат запретной армии и столько же от сухопутных сил.

На левом крыле находилось 12 000 солдат сухопутных сил под командованием Глэйва Магна (Хэлберт и Каэдэ были там же).

И на правом крыле было около 12 000 солдат сухопутных сил под командованием Лисии, а так же воины из деревни темных эльфов[✱]Автор не в ладах с математикой. Сначала он говорит, что в армии Королевства было 55 000 человек, потом 10 000 из них оставили возле Вана. В этой главе против армии Амидонии нам опять сначала говорят про 55 000, а перечисляя войска по флангам их в сумме оказывается… (барабанная дробь) — 50 000. Да простят меня ценители переводов без серьезных изменений, но мне совесть не позволяет все оставить как есть..

Над полем боя находилась почти 1 000 рыцарей ВВС.

Я хотел, чтобы Лисия осталась в главном лагере, но она сказала: «Это решающая битва. Позволь мне тоже сделать что-то», вынудив меня отпустить ее.

Я нехотя согласился на это, отчасти потому, что солдаты сухопутных сил действительно будут ей подчиняться.

Принцесса-офицер. Для сухопутных сил она была практически идолом, а благодаря подготовке Георга, она могла справиться с работой настоящего командира.

По крайней мере я послал с ней Аишу в качестве телохранителя. В конце концов, она была принцессой и я не хотел, чтобы она пострадала, безрассудно бросившись в бой.

Так или иначе, я сейчас находился в главном лагере, в тылу центрального отряда. И единственным человеком, с кем я мог поговорить, была Карла, все еще считавшаяся заложником.

Хоть она и была заложником и бывшим мятежником, она не была связана. На ней был рабский ошейник, который обезглавит ее в тот момент, когда она попытается бежать или причинить вред своему хозяину, так что оставлять ее рядом со мной было безопасно. Предположительно. Я все же думал, что если она выхватит меч у одного из охранников или просто проткнет меня острыми когтями — она убьет меня быстрее, чем сработает рабский ошейник, но… Похоже, он должен был пресечь и такое. Кроме того, Карла, похоже, больше не собиралась причинять мне вред.

— Ну, что думаешь? — попытался я начать разговор, — Я думал, они сломаются быстрее.

— …Никто не идет на войну, желая проиграть, — ответила она. — Они будут отчаянно пытаться избежать поражения.

— Да, полагаю ты права.

Возможно, Карле стало скучно просто стоять рядом со мной, потому что она отреагировала на удивление легко. Как бывший командующий Военно-воздушными силами, она, должно быть, лучше меня понимала ситуацию.

— Наше левое и правое крыло, то есть подразделения под командованием Лисии и Глэйва, не торопятся форсировать события, — я начал озвучивать свои соображения. — Не думаешь, что активнее окружая противника, они бы быстрее победили?

— Раз Вы так думаете, почему не пошлёте гонца с таким приказом? — с некоторой иронией спросила Карла. Она словно спрашивала «Это окончательный ответ?». Я попытался подумать об этом ещё, но не смог придти ни к к каким выводам.

— Не знаю, — ответил я в итоге, — я понимаю военное дело лишь в общих чертах, так что Лисия и остальные командиры разбираются в этом значительно лучше. Чем предлагать глупости, лучше оставлю принятие решений тем, у кого это получиться лучше.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась Карла, — думаю, это хорошая идея.

Похоже, это был правильный ответ.

— Карла, ты знаешь причину? Не хочешь просветить меня?

— Количество войск противника, — без колебаний ответила Карла.

— Количество войск?

— Я знаю только то, что слышала, но это ведь та армия из 30 000 солдат, осаждавших Альтомуру, верно? — указала Карла на поле боя, — Они попали в засаду, когда отступали.

— Да, все так.

— Не похоже, что сейчас их сильно меньше.

— Хм, да, не похоже…

Очень приблизительно, но можно было сказать, что у Амидонии в два раза меньше войск, чем у нас. Действительно, учитывая засаду в долине Голдоа, их должно было быть меньше.

— Засада была не так эффективна, как мы планировали? — удивился я.

— Нет, судя по всему, разные отряды врага отличаются уровнем боевого духа. Скорее всего, они восполнили потери рекрутами из поселений по пути.

— Понятно…

В этом мире у стран обычно были постоянные армии.

Тут нередко можно было встретить огромных зверей, с точки зрения человека с земли вполне подходящих под определения «чудовища», так что были необходимы войска, которые можно в любой момент мобилизовать для борьбы с ними. В Эльфридене такими постоянными войсками были запретная армия, сухопутные силы, флот и ВВС. Конечно, при необходимости можно было призвать на военную службу и простых людей. Еще были личные армии дворян, собранные, как правило, из наемников, но они уже практически остались в прошлом.

После войны я планирую создать единую армию, но на первое время нужно будет временно освободить многих солдат от военной службы и вернуть их в города. Повышение производительности труда для нас сейчас более насущная проблема, чем снижение военной мощи.

Так вот, армия Княжества сейчас так же представляет собой комбинацию войск постоянных и призванных из-за чрезвычайного положения. Должно быть, они призвали всех, кого могли, всех, кого не стали использовать раньше.

Это могли бы быть старики, немощные или случайно оказавшиеся рядом искатели приключений (гильдия авантюристов предлагала странам контракт, по которому в случае нападения другой страны для защиты можно было призвать на военную службу всех авантюристов, оказавшихся на территории этой страны. Взамен, страна выплачивала ежемесячно гильдии определенную сумму. В Эльфридене я уже расторг этот контракт).

— Если на таких неподготовленных солдат просто как следует надавить, в том числе морально — они сами сломаются и убегут, — объясняла Карла мне слабые стороны солдат с низкой моралью. — С другой стороны, если они окажутся в окружении — у них не будет выбора, кроме как сражаться до конца, что сделает их несоизмеримо опаснее. Поэтому Лисия и Глэйв, по сути, просто стоят рядом и запугивают их.

— Ясно. Это очень хорошо, что я не стал лезть с советами к своим командирам. Сейчас я лишь марионетка, мне следует оставаться в главном лагере и ободряюще показывать большие пальцы.

— Думаю, это тоже своего рода проблема, — сказала Карла недовольным тоном. — Вы ведь король, не так ли?

— Работа короля — до и после войны. Ну… Еще, если все совсем плохо складывается, можно предложить свою голову противнику в обмен на жизни солдат и командиров.

Услышав это, Карла посмотрела на меня так, словно я сказал нечто абсолютно невероятное.

Хм? Почему она на меня так смотрит?

— Я сказал что-то странное?

— Ты… Вы разве не боитесь смерти?

О чем это она?

— Боюсь конечно. Я не самоубийца.

— И все же, Вы только что сказали, что предложите свою голову противнику, если дойдет до такого, верно? Это прозвучало так, словно Вы с этим уже смирились.

— А? Ах… Да, полагаю. Странно.

Карла права. Это было странно.

Почему я был готов пожертвовать собой, словно это было абсолютно естественно?

Я знал, чего ждут от короля. В моих руках была сосредоточена власть, я же нес за нее ответственность. Вот что значит быть королем.

Но почему это было «естественно»?

В смысле… Не я ли всегда был немного трусоват? Не я ли ценил свою жизнь? Не я ли, взойдя на трон так усердно работал на благо страны именно затем, что бы не отправиться в Империю, в неизвестность?

«Когда же я перестал бояться за свою жизнь?».

— Эм… С Вами все в порядке? — Карла смотрела на меня с тревогой. — Вы плохо себя чувствуете?

Плохо себя чувствую?.. Нет, это не совсем подходит…

Сломался?.. Сломался как личность… Да, в этом был какой-то смысл.

Лишь когда мне указали на это, я понял, что со мной что-то не так. С моим психическим состоянием. Словно у меня была нарушена внутренняя целостность личности.

Я слишком легко относился к жизням. К своей жизни, к жизням других людей.

Я словно работал с бухгалтерской книгой. Спасенные жизни — доход, потерянные жизни — расход. Если доход был выше расхода — это был хороший план, я его принимал.

Словно компьютер.

Я вспомнил слова, которые сказал Лисии совсем недавно:

«Даже если я не хочу этого делать, я должен. Потому что я теперь король».

«Ох, ясно… Вот оно что».

— В какой-то момент я и правда стал «королем», — пробормотал я.

— Вы о чем? Вы уже довольно долго король, — Карла, похоже, не понимала, что я сейчас говорю.

Но в этом был смысл для меня.

— Я просто наблюдал за происходящими событиями. В какой-то момент, сам того не замечая, я начал работать как часть системы государства, модуль «король». Говоря себе, что это часть моей программы — выбирать «лучший вариант».

— Система? Модуль? Программа? Ты вообще о чем сейчас? — почти выкрикнула недоумевающая Карла.

— Карла, — я иронично вздохнул, — думаю, я — пародия на короля.

— Чего?!.

— В конце концов… Если бы я не принял роль короля — я не смог бы посылать солдат на поле боя.

Я был трусом. Я не хотел, чтобы меня ранили или убили. И я не хотел видеть, как других ранят или убивают.

Что бы отправиться на войну в качестве короля, мне пришлось перестать быть собой, но стать частью системы государства.

Убеждая себя, что именно так поступает король, я сумел подавить собственную волю и сделать то, что требовалось. Не сделай я этого… Меня раздавил бы груз ответственности за все жизни, потерянные из-за моих решений. Когда я понял, как далеко зашел — я мог только презрительно посмеяться над собой.

— Ох… Теперь я понимаю прежнего короля. Если бы у меня нашлась подходящая замена — сразу бы воспользовался этой возможностью.

— Это нормально вообще, позволять мне слышать такое? — недоверчиво спросила Карла.

— С тобой все нормально. Ты же не думаешь, что я позволю Лисии и остальным услышать такое?

Ради Лисии, которая хочет, что бы я стал королем; ради Аиши, которая поклялась служить мне как королю; ради Джуны, Хакуи, Пончо, Томоэ и всех остальных — я не должен говорить при них такое, не должен показывать эту свою сторону. Тем более что из-за своего характера Лисия, похоже, чувствовала вину за то, что ее отец навязал мне трон.

— Ты сражалась против меня, так что я могу сказать такое при тебе, — сказал я с облегчением.

— Как то меня это не сильно радует… — устало вздохнула Карла.

Как раз тогда я заметил, что на поле боя что-то изменилось.

◇ ◇ ◇

Ранее ожесточенно сопротивлявшаяся армия Княжества начала рассыпаться. Первыми начали беспорядочное бегство, предсказуемо, рекрутированные после долины Голдоа.

В Княжестве Амидония существовала обязательная военная служба для мужчин, достигших определенного возраста, так что рекруты умели держать в руках меч. Но все же, эти люди обычно жили жизнью обычных гражданских и, оказавшись в столь невыгодном положении, их боевой дух долго не продержался.

Конечно, они отступали в южном направлении, в сторону от армии Эльфридена.

Их пытались остановить, обезглавливая некоторых, что бы удержать остальных в бою, но убегающих было 10 000, так что это не помогало.

Паника в рядах противника все усиливалась, спасались бегством уже не только рекруты, но и обычные солдаты. Войска Эльфридена не упустили шанс ударить, что бы усилить желание врагов бежать.

— Хэл, пора, знаешь ли! — закричала Каэдэ.

— Я долго этого ждал! — отозвался Хэлберт, — Давайте, ублюдки!

— Да!!!

Получив одобрение от Каэдэ, Хэлберт со своим взводом из двадцати человек бросился вперед, что бы окружить отряд вражеского командира. В этой битве Хэлберт сражался пешим, с помощью двух алебард сокрушая растерянных врагов[✱]Алебарда по английски halberd, персонажа зовут Хэлберт, Halbert. Немного символизма..

— Не дайте им окружить нас! Шквальный огонь всем, чем возможно по передовому отряду! — отдал приказ амидонский генерал, заметив приближающуюся опасность окружения.

Град стрел и магии полетел в сторону Хэлберта и его отряда.

— Земляная Стена! — Закричала Каэдэ.

Из земли выросла стена высотой три метра и шириной около сотни, в последний момент защитив отряд Хэлберта от залпа.

Это, без сомнения, не мало удивило войска Княжества. На всем континенте можно было найти в лучшем случае пятерых магов земли, способных за мгновение создать такую стену. Каэдэ, возможно, была стеснительной, но в отношении анализа ситуации и магии земли она была настоящим гением.

Хэлберт переждал атаку за стеной, а когда шквал иссяк — отдал приказ своему отряду:

— Мы не можем позволить, что бы вся слава досталась Каэдэ! Вернем им должок!

— Да! — решительно отозвались солдаты.

В этот раз стрелы и магия полетели в противоположную сторону, их целью был отряд командира Амидонии. Хэлберт метнул одно из огненных копий, полюбившихся ему во время боя под Ренделом.

У противников не было столь впечатляющих магов, так что ответным залпом было пронзено или сожжено не мало солдат. Отряд погрузился в хаос, их строй распался.

— Это наш шанс! — Хэлберт выпрыгнул вперед, — В атаку! Вперед, пока они в смятении!

— Отставить панику! — генерал Амидонии пытался восстановить порядок. — Держать строй! Они только этого и ждут! Молчать! — он безуспешно пытался докричаться до солдат. Потеряв терпение разобраться по хорошему, он подъехал к одному из паникующих солдат и быстрым движением снес ему голову. — Если не успокоитесь, я обезглавлю каждого, как и этого дурака!

— Нет, — произнес кто-то рядом с ним.

— Что?!.

Генерал заметил слишком поздно. Рядом с ним, стоял Хэлберт, держа руки скрещенными на уровне груди. Он резко развел их в стороны, действуя двумя алебардами, словно ножницами.

Верхняя часть туловища уже бывшего генерала с неприятным звуком упала на землю. Фонтан крови, хлынувший из шеи обезглавленной лошади, и из тела генерала мгновенно лишили окружающих их амидонцев желания сражаться.

Небрежно смахнув кровь с алебард, Хэлберт громогласно выкрикнул:

— Я, офицер запретной армии Хэлберт Магна, убил вашего генерала! Кто хочет умереть следующим?!

Убивший их генерала одним ударом, покрытый кровью врагов и стоящий с парой алебард в каждой руке — Хэлберт выглядел для солдат Амидонии настоящим чудовищем.

«Я не позволю им вырваться вперед!» — именно это чувство испытывал сейчас Хэлберт. Сома собрал эту армию, Каэдэ помогала Людвину в командовании, но сегодня Хэлберт был готов посоревноваться с ними.

Амидонские солдаты, увидев подавляющую силу Хэлберта, отреагировали так, словно встретили огра в темноте. Они могли лишь бежать, с ужасом думая — «Нам никак не победить это чудовище!».

Один из солдат Княжества, видевший тогда Хэлберта и выживший в битве, позже рассказал эту историю так:

— Я был уверен, что умру. Он был молод, но даже суровые ветераны бежали от него. Узнав позже, что это был «Хэл Красный Огр», я… Честно, удивительно, что я выжил.

В этот день родилась легенда об одном из последователей Сомы, Хэле Красном Огре, истории о котором будут жить еще долгие годы.

Он всегда был на передовой, ведя солдат в атаку, и это не изменилось даже когда он командовал целой армией. Сома не раз предупреждал его, что ему не следует так рисковать, но Хэлберт его не слушал, отвечая: «Мне это больше подходит».

В целом, ому всегда удавалось выжить и добиться успеха, так что Соме не на что было жаловаться. Впрочем, Каэдэ от этого не могла волноваться меньше, хотя это история для другого раза.

◇ ◇ ◇

— Ха-а-а! — тем временем на правом крыле Лисия издала боевой клич.

Будучи командиром своего направления, она при этом так же была довольно близко к передовой.

На своей лошади она стремительно приближалась к врагам, после ей было достаточно направить на них рапиру — и появляющиеся в воздухе ледяные клинки разрывали на части солдат Амидонии. Со стороны она была похожа на прекрасную и смертоносную валькирию.

В то же время, в ее действиях была некоторая опрометчивость. Словно она потеряла самообладание.

— Спокойно! Окружите и снимите её голову! — выкрикнул приказ командир амидонцев. Конечно, если вырваться вперед — привлечешь чье-то внимание.

Не важно, насколько храбро сражалась Лисия, против подавляющего численного превосходства она не выстоит, а копейщики не дадут ей отступить.

Вражеские ряды уже практически сомкнулись вокруг нее, когда раздался новый голос.

— Принцесса! Что?! ПРОЧЬ ОТ НЕЕ!

Появившаяся в последний момент Аиша широким взмахом своего гигантского меча отбросила часть окруживших Лисию солдат. Ей поручили охранять Лисию, но ее мечом нельзя было сражаться верхом, так что она передвигалась пешком, из-за чего отстала.

Покончив с ближайшими врагами с помощью меча и разрубающих всё порывов ветра, взволнованная Аиша подбежала к Лисии.

— Принцесса, пожалуйста! Не надо отчаянно бросаться в бой!

— Извини, я немного увлеклась, — увидев обеспокоенные глаза Аиши, Лисия пришла в себя. Она успокаивающе положила руку на голову стоящей рядом с ее лошадью Аиши. — Но я должна быть немного отчаянной… Я хочу поскорее закончить эту войну.

— Принцесса? — Аиша немного наклонила голову на бок, смущенная выражением лица Лисии.

Силы Княжества еще держались, но все больше их солдат бежало с поля боя. Битва складывалась в пользу Эльфридена, не было необходимости торопить эту победу.

— Слушай, Аиша, — Лисия напряженно посмотрела на нее. — Что ты думаешь о поведении Сомы последнее время?

— Что Вы имеете в виду?

— Он словно… Взваливает на себя больше, чем может унести.

— Хм… Да, пожалуй так и есть.

Даже Аишу, поклявшуюся в вечной преданности Соме, выражение его лица последнее время пугало. Нет, она боялась не его, она боялась за него.

Словно в нем вот-вот что-то сломается.

Да, они сейчас были в самом разгаре войны, так что было бы странно, если бы он постоянно грубо ухмылялся. Но все же она не могла отделаться от ощущения, что Сома старается вести себя не так, как раньше.

Аиша хотела, что бы Сома улыбался как прежде.

— После войны… Думаете, Его Величество снова будет улыбаться? — спросила Аиша.

— Мы сделаем так, что бы он улыбался, — широко улыбнулась Лисия после секундной заминки.

— А! Вы правы! — Аиша подняла голову, снова вставая в боевую стойку с огромным мечом. — Однако, принцесса, давайте немного отойдем к нашим войскам. Если с Вами что-то случиться, Его Величество никогда больше не сможет улыбаться.

— …Ты права. Постараюсь вести себя благоразумнее.

— Предоставьте сражение мне! — решительно воскликнула Аиша.

— Нет, этого я сделать не могу. Аиша, ты ведь знаешь, что если с тобой что-то случиться, Сома никогда больше не сможет улыбаться?

— …Думаете?

— Я это знаю.

— Серьезно?

Они обменялись дружескими улыбками.

Мгновение спустя две девушки снова превратились в двух воинов.

— Тогда, принцесса, давайте вместе позаботимся о наших жизнях.

— Да. Покончим с этой войной вместе.

И они вдвоем снова бросились на передовую.

◇ ◇ ◇

Битва между армиями Эльфридена и Амидонии достигла переломного момента.

Князь Гай VIII стоял в центре армии Княжества с мрачным лицом.

Его план ударить осаждающую Ван армию Королевства с тыла пошел прахом. Они не осаждали Ван, они ожидали прибытия основных сил на равнине.

Гай слишком поздно понял, что Эльфриден с самого начала нацелился не на Ван, а на их армию. Точнее, на его голову. Оставалось только скрежетать зубами в бессильной злобе.

Армия Княжества и без того была измотана засадой в долине Голдоа и трехдневным марш-броском, а теперь им предстояло сражаться с армией королевства, хорошо отдохнувшей и почти двукратно превосходящей их численностью. Поначалу они еще держались, но усталость регулярных солдат и неопытность рекрутов уже начали сказываться. Все больше солдат спасались бегством и не было никакого шанса на перегруппировку.

Гай принял решение и отозвал Юлия с передовой.

— Отец! Зачем ты меня сейчас вызвал?! Ты же знаешь, без меня войска Эльфридена продавят нашу оборону?! — рассерженный Юлий стоял перед Гаем.

— Юлий, — начал Гай спокойным голосом. — Ты должен покинуть поле боя.

— Ч-что? Что ты такое говоришь? Бой только начался… — Юлий запнулся.

— Мы уже проиграли, — невесело усмехнулся Гай. — Наши солдаты сильны, но они истощены долгим марш-броском и засадой, врагов же в два раза больше и они в отличном состоянии. Мы не сможем преодолеть эту разницу в силе. Я выиграю время, что бы ты смог выбраться из этой битвы.

Гай смирился с поражением.

Осознав это Юлий почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Конечно, он не мог позволить себе упасть здесь.

— Нет… Если кто-то и должен спастись, то это ты, отец! Я выиграю время, пока ты…

— Это невозможно, — отрезал Гай.

— Почему нет?

— Эльфридену нужно моя голова.

Смирившись со смертью, Гай успокоил свой разум и понял многое, чего раньше не замечал. В том числе план Эльфридена.

— Для Эльфридена я — как бельмо на глазу, — объяснил Гай. — И с нами связано немало дворян в их стране. Полагаю, они надеются устранить угрозу вместе со мной.

Юлий не знал, что сказать в ответ.

— Более того, я лидер фракции противников Королевства здесь, в Амидонии, — продолжил Гай. — Если я исчезну — среди политиков можно будет распространить умеренные настроения.

Разница в силе между Княжеством Амидония и Королевством Эльфриден была очевидна. Территория, население, размер армии или благосостояние, они проигрывали во всем.

Но не только Эльфриден был проблемой.

На севере — Лунарское Православное Папское Государство, теократия с уникальной системой жизненных ценностей.

На юге — Республика Тургис с ее политикой расширения на север.

На западе — Государство Наемников Зем, официально нейтральное, но готовое послать своих наемников любому, кто готов за это заплатить.

Слабые духом легко могли поддаться соблазну и присягнуть на верность кому-то из них.

И что бы сохранить Амидонию единой, Гай должен был постоянно держать все под контролем. А теперь Эльфриден пытался его убрать.

— Нет… Хочешь сказать, Сома затеял все это лишь для того, что бы получить твою голову?! Даже использовал свои земли в качестве приманки?! — Юлий все еще не мог поверить в это.

— Будь осторожен, Юлий. Этот новый король совершенно не похож на Альберта, — Гай больше не недооценивал Сому. — Поэтому Эльфриден не позволит мне сбежать. Если я попытаюсь — они будут преследовать меня до самых глубин ада. Их единственная цель, цель этой войны — убить меня.

Юлий шокировано молчал.

— Поэтому я останусь и покажу им гордость Амидонии, — закончил Гай.

— Тогда я останусь с тобой! — воскликнул Юлий.

— Нельзя! Потеряем тебя — и что станет с княжеством?!

— У нас есть Ророа.

Гай пренебрежительно фыркнул.

— Она не справиться, — хоть он и говорил о родной дочери, в голосе явственно чувствовалась неприязнь, —Что бы вести Амидонию вперед, нужна хитрая ядовитая змея. Ядовитая змея, что однажды вонзит свои клыки в плоть Эльфридена и прикончит его. Ророа хитра, но у нее нет яда.

— Отец, о каком яде ты говоришь? — Юлий вздрогнул, уловив нотки безумия в голосе своего отца.

— Яростное желание отомстить Эльфридену, — торжественно ответил Гай. — Даже находясь в окружении опасных хищников, мы сохраняли независимость, переживали голод, вспахивали неплодородные земли, копали шахты. И все это — лишь благодаря стремлению отомстить Королевству, благодаря ненависти к тем, кто отнял у нас наши земли. Это заставляет нас становиться сильнее, благодаря этому мы будем процветать… К сожалению, у Ророа есть талант к экономике, но нет стремления отомстить. Лишь ты, Юлий, унаследовал хоть немного моего яда, — с этими словами Гай поднялся со своего места и положил руки на плечи Юлия.

— Вот почему ты должен выжить. Ты единственный, кто может воплотить мою жажду мести и сохранить Амидонию такой, какой она должна быть.

— Отец… — Юлий был растерян. Был ли у него этот яд? Конечно, он видел в Королевстве заклятого врага. Но сможет ли он пылать столь страстной ненавистью к ним, как его отец?

— Сейчас мы не можем беспокоиться о том, станем ли марионеточным государством, — продолжил Гай. — Необходимо обратиться за помощью к Империи. Сделав это, мы по крайней мере предотвратим аннексию.

— Но… Простит ли нас Империя за то, что мы пошли против Декларации Человечества?

— Возложи всю вину на меня, — спокойно продолжил говорить Гай. — «Мстительный дух Амидонии отверг предостережения даже собственного сына и вторгся в Королевство, не заботясь о последствиях». Так и скажи.

Юлий был шокирован. Его отец не только собрался умереть здесь, он так же решил принять всю ответственность за случившееся на себя. Даже известный своей холодной расчетливостью Юлий не мог не дрогнуть сердцем в этот момент.

Но в то же время в его глазах разгорался огонь ненависти к королевству.

Увидев это, Гай удовлетворенно кивнул и оттолкнул Юлия от себя.

— А теперь иди, Юлий. Не дай духу Амидонии погибнуть.

— …Прощай, — отдав честь, Юлий развернулся на каблуках и ушел.

Провожая его взглядом Гай некоторое время еще стоял неподвижно. Когда же Юлий скрылся из вида, Гай глубоко вздохнул. Выражение его лица изменилось. Он больше не колебался и не беспокоился. Он решительно вытащил меч из ножен.

— Теперь мне осталось лишь исполнить воинский долг и показать им дух Амидонии.

◇ ◇ ◇

— Нехорошо… — неожиданно сказала стоящая рядом со мной Карла.

Для армии Амидонии поражение уже было делом не скорого будущего, а настоящего и все больше понявших это вражеских солдат спасалось бегством или сдавалось в плен. Лишь возле главного лагеря амидонцы сопротивлялись, но они уже были полностью окружены. Казалось, нам остается только дождаться, когда их уничтожат.

Так что же там могло быть нехорошо?

— В чем проблема? — спросил я.

— Нет признаков, что Гай VIII пытается бежать, — хмурясь ответила Карла. — Думаю, он решил умереть здесь.

— Мы и не собирались его отпускать, так что разве это не упрощает нашу задачу?

— …Трусы сбежали, слабые пали, а элита собралась вокруг него, продолжая сопротивляться. Они могут начать самоубийственную контратаку, которую будет очень сложно остановить. Тем более, что солдаты, чувствуя вкус победы, начинают сильнее дорожить своими жизнями.

Действительно, ситуация на поле боя выглядела так, словно наши войска не могут одолеть 500 солдат противника. Они стояли весьма компактно, так что наши солдаты не могли реализовать численное превосходство, каждого солдата Амидонии одновременно могли атаковать самое большое трое наших.

И говоря об отсутствии страха смерти у амидонцев, похоже, Карла так же была права. И про то, что наши дорожат своими жизнями сильнее, ведь умерев, им уже не будут нужны ни награды, ни слава.

По моей спине пробежал холодок. В истории были похожие ситуации.

Например, во время осады Осаки Юкимура Санада повел 3000 человек в самоубийственную атаку, прорвался через 130-тысячную армию Таданао Мацудайры и почти достиг их верховного главнокомандующего Иэясу Токугавы.

Другой пример был в Китае: после битвы при Гайси победивший Лю Бан отправил несколько тысяч человек преследовать побежденного Сян Юя с двадцатью восьмью его вассалами, которые при этом неоднократно отбивались от преследователей.

Когда разница в боевом духе огромна, даже огромная разница в численности не имеет значения.

«Держу пари, Гай попытается прихватить меня с собой…».

Врать не буду… Мне было страшно. Сунь-Цзы сказал «Никогда не сражайтесь с тем, кто готов умереть».

Но даже так, я не могу отпустить Гая. Если он сбежит, все наши жертвы будут напрасны.

Но… Если случиться что-то непредвиденное… Если все пойдет совсем плохо…

— Послушай, Карла, — решительно заговорил я.

— Что?

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

◇ ◇ ◇

— Нам нужна голова вражеского короля, Сомы Казуи! — крикнул Гай VIII верхом на коне.

Вокруг него собралось около пяти сотен лучших рыцарей, готовых по его приказу броситься в самоубийственную атаку на главный лагерь Эльфридена. Это будет путь в один конец сквозь десятки тысяч врагов, никто даже не надеялся пережить это.

Ненависть к Эльфридену, передаваемая последние пятьдесят лет от отца к сыну, заставляла их радоваться даже простой возможности лично убить короля столь ненавистного им государства. Они не дрогнут перед лицом смерти.

— Покажем Эльфридену дух и доблесть амидонцев! — продолжил Гай.

— ДА! — ответил ему хор мощных голосов.

Услышав то, на что он рассчитывал, Гай направил меч в сторону центра армии Королевства.

— ВПЕРЕ-Е-ЕД! — выкрикнул он приказ к последней атаке.

Почти пятьсот рыцарей мчались вперед. Они сокрушали и втаптывали в землю любого, кто оказывался у нах на пути, будь то враг или друг. Они были словно всепожирающее пламя, вспыхнувшее в последний раз, прежде чем погаснуть навсегда.

— Гай VIII?! Он сошел с ума?! — Людвин, командующий центральными силами, с неприязнью смотрел на приближающуюся волну рыцарей.

«Самоубийственная атака, значит? Похоже, они смирились со смертью и поражением, и теперь ищут места, где можно прихватить с собой как можно больше врагов. Честно, не хотел бы я встречаться с ними…».

Людвин надел шлем, который снял незадолго до этого и поднял свое копье к небу, выкрикнув приказ стоящим позади него рыцарям королевской гвардии:

— Его Величество за нами! Мы — щит королевства! Именем королевской гвардии, мы остановим их, даже если это будет стоить нам жизни!

— Да-а-а!

— Вперед!

Около двух тысяч рыцарей королевской гвардии под предводительством Людвина бросились во встречную атаку. Совсем скоро две волны рыцарей сошлись в одном месте.

Примерно 250 рыцарей Княжества были сметены первым столкновением, королевская гвардия потеряла примерно столько же, но благодаря изначальному численному превосходству для них это было не столь фатально. Затем, начался безжалостный ближний бой под топот копыт.

— Я нашел тебя, Гай! — В этой мешанине друзей и врагов, Людвин наконец нашел того, кого так долго искал.

В центре группы рыцарей по направлению к центральному лагерю, не отвлекаясь ни на кого, кто бы не стоял у них на пути, двигался человек в прекрасной расшитой накидке с гербом Амидонии, которую не стал бы одевать никто, кроме главы государства. Увидев Людвина, человек направил на него обнаженный меч.

— Ты! Кто ты такой?! — выкрикнул он.

— Я — капитан королевской гвардии, Людвин Арк!

— Хи, декоративный солдатик из почетного караула, значит?

— Говори, что хочешь! С твоей смертью война закончится! — с этими словами Людвин пришпорил своего коня. Увидев это, окружавшие его противника рыцари внезапно расступились.

«Вассалы Гая бросили его?!», — Людвин удивился этому, но быстро отбросил ненужные мысли. Сейчас он должен сосредоточиться только на человеке, стоящем перед ним.

— Ох… А ты хорош, учитывая, что ты существуешь лишь для украшения королевского замка! — проворчал его противник, с трудом парируя удары копья Людвина.

— Пусть мое копье и выглядит украшением, оно создано, что бы разить врагов Его Величества!

Людвин отвел меч врага в сторону и быстрым движением пронзил своим копьем и грудь, и накидку своего противника.

— Молодец… — мужчина сплюнул кровь и улыбнулся. — Но моя смерть ничего не изменит…

— Что?!

— Ваше Высочество! Воплотите в жизнь нашу самую заветную мечту!.. — выкрикнул человек из последних сил.

Людвин стоял потрясенный. Если подумать, он ведь не знал лица правителя страны, с которой у них не было никаких дипломатических контактов. Если бы Гай приказал одному из своих солдат надеть свою накидку — Людвин принял бы его за Гая.

«Что, если Гай был среди рыцарей, отошедших от нас?..».

— Ваше Величество! — резко выкрикнул Людвин, поняв задумку врага. Обернувшись в сторону штабной палатки, он увидел уверенно двигающегося к ней одинокого рыцаря Амидонии.

◇ ◇ ◇

— Докладываю! К нам быстро движется один вражеский рыцарь! — выкрикнул вбежавший в штабную палатку солдат.

Я как раз закончил озвучивать Карле свою просьбу. «Слава богу, успел».

— Так это… приказ? — она была удивлена услышанному, но в то же время гневно сжимала кулаки.

— Нет, не думаю, что в этом есть необходимость, — ответил я. — Уверен, ты и так выполнишь мою просьбу.

Я протянул руку к рабскому ошейнику Карлы, но она ее оттолкнула, тут же застонав от боли. Рабский ошейник не позволяет даже оттолкнуть хозяина.

— Ух… Не говорите глупостей, — сказала она, не взирая на боль зло глядя на меня.

— Карла? Ты что делаешь?

— Не говорите глупостей! Я не стану выполнять эту просьбу! — Карла была в ярости и уже почти не обращала внимания на боль от ошейника.

— Я просто говорю, если случиться худшее…

— Ох!.. Довольно! Не спорьте со мной в пустую! Просто дайте мне приказ убить этого гада! Из-за этого рабского ошейника я не могу даже отойти от Вас без разрешения! Так что просто дай мне это разрешение! Я с ним разберусь!

— …Ты готова сражаться ради меня? — я с трудом мог в это поверить, но Карла в ответ лишь хмыкнула.

— Хм! Не ради Вас. Я сделаю это ради Лисии, что бы она не видела вас с такой рожей!

У меня что-то с лицом? Какое-то странное выражение?

Страшное? Грустное? Жалкое?

Я прикоснулся к своему лицу, пытаясь понять это, когда Карла возмущенно топнула ногой и потребовала еще раз:

— Говорю же, отдайте мне приказ! Ради Лисии, скажите «Убей его!».

— …Я разрешаю, — сказал я наконец. Раз она говорит, что это ради Лисии, думаю, я могу ей доверять. — Пожалуйста, Карла. Убей этого рыцаря и прекрати войну.

— Принято! — выхватив у ближайших стражников из ножен по мечу в каждую руку, она взмахнула крыльями и полетела в сторону одинокого рыцаря.

◇ ◇ ◇

— Карла… Я передаю право собственности на тебя Лисии.

Вот что Сома сказал Карле несколькими минутами раньше.

Конечно, хозяин может перерегистрировать рабский ошейник на другого человека. Но если Сома сейчас это сделает, Карла сможет навредить ему. Так почему он это делает?

Когда Карла спросила его об этом, Сома указал на приближающийся отряд.

— Они нацелились на меня. В худшем случае, они сгорят, прихватив меня с собой. Здесь это будет не сложно. Так что вот моя просьба — если я погибну здесь, передай Лисии: «Я отдаю трон тебе». Можешь считать это моей последней волей.

— Последней волей? Вы шутите?

— Я абсолютно серьезен. Как король, я должен рассматривать все сценарии, даже наихудшие. Неловко спихивать все на нее, когда работа сделана только на половину, но… ну, если убить Гая, Ван сдастся. Хакуя знает, что делать дальше, ей нужно будет лишь следовать его советам, — сказав это, Сома улыбнулся.

Лишь сейчас, увидев эту его улыбку, Карла поняла то, чего долгое время не могла понять.

Король был самым могущественным человеком в стране, он мог контролировать все. Таким короля видел любой воин, таким короля видела Карла.

Поэтому Карла и думала, что Сома узурпировал трон.

Она думала, что он был обольщен этой властью, обманул добросердечного короля Альберта, принудил Лисию к нежеланной помолвке, что бы укрепить свою власть. Да, позже из писем Лисии она поняла, что та вовсе не против Сомы, но в глубине своего сердца Карла все еще не верила. Потому она и последовала за своим отцом, Кастором, до их печального финала.

Неужели Сома не был соблазнен этим могуществом? Стоя рядом с ним как пленница, Карла продолжала об этом думать. Она вспомнила его недавние слова:

«Карла, думаю, я — пародия на короля. В конце концов… Если бы я не принял роль короля — я не смог бы посылать солдат на поле боя».

Он играл роль короля. Но он не считал себя королем.

«Сома никогда не хотел быть королем…».

Он мог бы беззаботно править, не думая об ответственности, закатывая пиры и расширяя гарем все новыми красавицами. Но Сома понимал, что власть — тяжкое бремя, и каждое его решение изменяет жизни людей, не всегда к лучшему. И что бы справиться с тяжестью этого бремени, он воспринимал его как свою роль.

«Я думала, он украл трон. Но ему навязали трон. Сир Альберт, бывший король, Лисия, вассалы, народ в целом — заставили его принять это. Когда он так легко говорил о своей смерти, я подумала, что он болен чем-то серьезным, но… Я ошиблась. Физически он здоров, проблема в разуме.

Его разум не выдерживал давления.

Лисия это чувствовала. Потому она так искренне, так отчаянно старалась его поддержать.

Возможно, я могла бы… Нет, уже поздно… Для меня уже слишком поздно…».

Она была преступником, мятежником, ее ждал лишь суд и казнь.

«Наш с отцом мятеж лишь усугубил ситуацию. А после казни Георга, отца… Меня… Тех, кого он хотел бы видеть на своей стороне. Ему будет еще тяжелее. И Лисия будет еще сильнее переживать. Мое глупое упрямство принесло ей уже слишком много боли. Но я не позволю ему умереть! У Лисии не будет новых причин для грусти!».

Карла поудобнее перехватила свои мечи.

— …Вот поэтому я убью тебя здесь и сейчас! — крикнула она всаднику Амидонии, почти добравшемуся до штаба.

— Что?!

Карла пикировала, вложив всю силу импульса в замах двумя мечами. Она рассчитывала покончить с ним одним ударом.

Но всадник блокировал оба ее меча своим. Похоже, он был весьма талантлив.

Карла использовала остатки своего импульса, что бы ударить его ногами в торс, это сбросило его с лошади. Упав на землю он почти сразу вскочил, отлетев совсем не так далеко, как ей хотелось, Он свирепо смотрел на Карлу.

— Ты… Драконит?

— Весьма наблюдательно. Я Карла, дочь Кастора Варгаса.

— Кастор? Разве он не восстал против короля?

— …Да, и поэтому я в таком жалком состоянии, — сказала Карла указывая на рабский ошейник.

— Ха! Тогда отойди! Я здесь за головой Сомы!

— Сожалею, но я тебе не позволю!

— Разве Сома не должен быть твоим врагом?

— Он был им, но его любит моя лучшая подруга. Я не позволю тебе убить его.

— В твоих словах нет смысла! Но не важно, ты просто умрешь здесь вместе с ним! — с этими словами он нанес быстрый рубящий нисходящий удар.

Карла встретила этот удар скрещенными мечами, но от его силы она едва устояла, опустившись на колено.

— Что?! Человек способен на такое? — ахнула она.

Дракониты были физически немного сильнее людей, но такая сила… Сложно было поверить, что он был человеком.

— Пока вы в королевстве почивали на лаврах, мы оттачивали нашу магию и воинскую доблесть! — крикнул мужчина в ответ.

— …Ясно. Магия земли, значит.

Магия земли в том числе управляла тяжестью предметов. Похоже, он увеличил вес своего меча в момент удара.

— Давняя мечта нашей королевской семьи — отомстить Эльфридену! — выкрикнул ее противник, продолжая давить мечем. — Для этого мы полировали годами клыки и точили когти! Я исполню желание трех поколений нашей семьи здесь и сейчас!

— Ясно… Так ты Гай? — удовлетворенно сказала Карла.

Убедившись в личности противника, Карла плавным движением правой руки отвела его тяжелый клинок в сторону, левой рукой нанося диагональный удар снизу вверх. Она почти достала его, но Гай успел отпрыгнуть назад.

— Если ты — Суверенный Князь этой страны… разве не должен ты позаботиться о своем народе, прежде чем мстить?

— Тьфу, — сплюнул Гай. — Я не настолько жалок, как королевская семья Эльфридена. В княжестве лидер — тот, кто может держать народ в узде силой воли и оружия!

— Ясно… В сравнении с тобой, Альберт начинает выглядеть великим правителем.

Альберт не был ни хорошим, ни плохим, но при нем в стране по крайней мере был мир. Гай же начал войну, что бы утолить свою жажду мести, его не заботили судьбы его подданных. Карла никогда не смогла бы признать такого лидера государства.

— Надеюсь, Сома никогда не станет похож на тебя…

— Хм, я не ищу одобрения своих врагов… Ха! — Гай резко опустил руку к земле.

В следующее мгновение вокруг Карлы из земли начали стремительно подниматься шипы. От прямого попадания она каким-то чудом смогла увернуться, но ее крылья застряли среди шипов, и она не могла двигаться. Так же Лисия заблокировала крылья ее отца, только Гай вряд ли пощадит ее жизнь…

— Черт!.. — крикнула она, отчаянно пытаясь освободиться.

— Теперь ты заплатишь за то, что встала у меня на пути, — сказал Гай, подходя для последнего удара.

Карла инстинктивно зажмурилась. Глухой звук удара… Но боли не было.

Карла приоткрыла один глаз, затем второй. Поморгала. Нет, глаза определенно ее не подводили, удар Гая заблокировало странное существо. Немного выше человека, белое, по форме напоминающее ваньку-встаньку[✱]Когда в Призраке Цусимы увидел персонажа Норио, я рассмеялся в голос. Сходство потрясающее. Полагаю, это какой-то национальный образ..

— Что?.. — почти хором сказали Карла и Гай.

— Карла, назад! — новый голос привел ее в чувства. Вырвавшись из уже не таких твердых копий земли (похоже, Гай потерял концентрацию), она отпрыгнула назад и посмотрела в сторону источника голоса. Увидев позвавшего, она снова не поверила глазам.

— Ты… Ты Сома Казуя?! — прорычал Гай.

Сома стоял метрах в двадцати от них, в окружении еще четырех кукол, немного меньше той, что загородила Карлу. Да, это был отряд Мусаси-боев.

— Ты, идио… Ты что здесь делаешь? — за один взмах крыльев Карла оказалась рядом с ним.

— Остался только он, — Сома пожал плечами. — Скоро прибудут войска, так что я решил не убивать время в палатке, а помочь здесь, сражаясь рядом с тобой.

— Если ты умрешь — Лисия будет очень расстроена, и ты это знаешь!

— Знаю. Потому и пришел сюда — чтобы выжить. Вместе у нас больше шансов, чем по одиночке, — сказав это, Сома вытянул вперед руку. В это время два Мусаси-боя, немного меньше остальных, выстрелили из арбалетов в Гая.

Болты летели точно в цель, но Гай отбил оба мечем, одновременно пинком отправив большого Мусаси-боя в полет на пару метров. Настала очередь Сомы удивиться.

— Можно делать и так?

— Осторожнее, — предупредила его Карла. — Он очень сильный противник.

— Сома Казуя! Я одолею тебя и уничтожу Королевство!

— …Жаль тебя расстраивать, но я практически уверен, что королевство продолжит жить даже если я умру, — хотя Гай и выглядит пугающе, Сома широко улыбнулся. — Я собрал талантливых людей, я переработал социальную инфраструктуру, я создал транспортную сеть. Я заложил основы для процветания. Даже если я умру, уверен, кто-нибудь возьмет управление на себя и все будет хорошо.

— Тогда я уничтожу и это! — Гай протянул руку и из земли в Сому на достаточно высокой скорости полетел камень.

— Не позволю! — крикнули в унисон Сома и Карла.

Двое Мусаси-боев, вооруженные щитами, вышли вперед, что бы блокировать эту атаку и помешать Гаю, а Карла быстро обошла его для атаки сбоку.

Гай отразил этот выпад, еще одним пинком отбросив ее и закрывшись плащом от еще двух болтов. В этом мире магии даже ткань могла быть броней.

— Проклятье. Я конечно понимаю, что он король, но это как-то слишком… — проворчал Сома.

— Уверена, он тренировался сражаться гораздо дольше, чем ты… Х-ха! — Карла выбросила сгусток огня в Гая.

— Ух… — Защитившись от огня плащом, Гай запустил еще один камень в Сому.

Камень снова встретился со щитом Мусаси-боя, но Сома видел, что щит уже выглядит повреждённым. Такими темпами он сломается раньше, чем подойдут подкрепления[✱]Где остальные войска? Ну, война войной, а обед по расписанию… Если серьезно, я предпочитаю думать, они решили, что охрана штаба справиться с одним противником..

— Быстрее! — Соме кое-что пришло в голову.

Самый большой Мусаси-бой снова бросился на Гая. Конечно, тот успел отреагировать, красивым взмахом отрубив Мусаси-бою голову. Вот только куклу это не остановило, он крепко вцепился в Гая, словно обнимая.

— ЧТО?! — растерялся Гай.

— Карла! Сожги куклу!

— А?! Зачем!..

— Просто сожги! Быстрее!

— Я-ясно!

Не имея ни малейшего понятия, зачем, Карла бросила сгусток пламени в обхватившего Гая Мусаси-боя. Едва пламя коснулось его…

БУУУУУМ!

…громыхнувший взрыв отбросил Гая на десяток метров.

— Что это было? — спросила Карла, осторожно обходя место взрыва.

— У этой большой куклы в корзине за спиной были кое-какие инструменты и прочие мелкие экспериментальные штуки, — радуясь, что все получилось ответил Сома на ее вопрос. — Я вспомнил, что помимо прочего там был керамический шар, наполненный порохом. Ты его зажгла, он взорвался. Не думаю, что такой взрыв кто-то сможет пере… Эм…

— …Он встал, — изумленно сказала Карла.

Даже услышав Карлу, да и сам видя это, Сома все равно не мог поверить своим глазам.

Его тело было обожжено и изранено взрывом, но он все же встал и ковылял к Соме, словно зомби.

— Я… уничтожу… Королевство… Покажу… дух… Амидонии… — выдавливал из себя Гай. Казалось, он не может сфокусировать взгляд на Соме.

Он был словно комок упорства.

— Невероятно… — прошептала Карла, и Сома не мог с ней не согласиться.

Гай продолжал двигаться вперед, поддерживаемый единственной целью — уничтожить Эльфриден. Сома чувствовал одновременно страх и благоговение перед этим упорством.

В этот момент с тихим свистом несколько стрел пронзили тело Гая. Наконец к ним подошло подкрепление.

Гай замер, Сома подумал, что тот сейчас упадет, но он перехватил меч и, собрав все оставшиеся силы, метнул его в сторону Сомы.

Меч описал дугу и воткнулся в землю в метре от Сомы.

— …Вот на что способно твое упорство? — восхищенно вздохнув, произнес Сома. И продолжил, хоть и не уверенный, что Гай его слышит, — Я увидел дух Амидонии! Еще долго будут рассказывать о твоей доблести, Князь Гай VIII Амидонский! Я… Король Сома Эльфриден, не забуду тот ужас, что ты заставил меня ощутить!

Соме показалось, что Гай слегка улыбнулся, прежде чем упасть лицом вперед.

Сома постарался запомнить этот момент как можно лучше. Затем он задумчиво посмотрел на воткнутый в землю меч.

— Возможно, мне стоит поучиться у него целеустремленности и упорству.

— Если при этом Вы станете таким же, как он — Лисия очень расстроиться, — ответила Карла.

— Да, ты права…

Сома подошел к останкам Гая, сложил руки и помолился. Удивленная незнакомым жестом Карла склонила голову набок.

— Что это значит?

— Умирая, каждый становится Буддой… Ну, богом, иначе говоря. Это обычай из моего старого мира. Я молюсь, что бы он смог найти путь к нирване.

— Вы молитесь за упокоение этого одержимого жаждой мести монстра? — недоверчиво переспросила Карла.

— Что же, причин много. Например, я не хочу, что бы из-за оставшихся сожалений он вернулся в этот мир как гневный дух, что бы мстить мне.

— Очень расчетливая религия.

Отойдя от Гая, Сома грустно хмыкнул, посмотрел на свои руки и сново вздохнул.

— …Впервые вижу чью-то смерть.

— Вы о чем говорите, после всего сделанного? — недоуменно спросила у него Карла. — Вы ведь приказывали солдатам убивать людей и до этого. И многие из них сами были убиты.

— Даже не пытаешься сдерживаться, да?..

Пока они так припирались, к ним наконец то прибыли остальные. Лисия, Аиша, Людвин, Хэлберт и Каэдэ были удивлены, увидев Гая.

— Сома, ты тоже сражался?! — Лисия бросилась к Соме и заключила его в объятия. — Ты в порядке? Ты же нигде не ранен, правда?

— Я в порядке, правда, — на лице Сомы была неловкая улыбка. — Мы вдвоем кое-как с ним справлялись, пока не подошло подкрепление.

— Хорошо… Спасибо, Карла. Спасибо, что защищала Сому.

— Просто… Так получилось… — Карла была слишком смущена, что бы сказать «Я делала это для тебя», так что просто молча отвела взгляд.

— Ну, — Сома хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Здесь более менее закончили. Отправляемся в Ван.

Уже уходя, Сома бросил еще один взгляд на Гая, которого как раз поднимали. Его лицо действительно было умиротворенным.

«Для тебя, с твоей доблестью воина… Думаю, что был единственный путь, который ты мог выбрать», — подумал Сома. — «Ты искренне верил, что месть Эльфридену принесет счастье народу твоей страны. Я не могу сказать, что не понимаю тебя».

Чтобы не испортить победоносного настроения, Сома молча вознес еще одну молитву.

«Я не думаю, что ты был прав. Но я и не думаю, что ты ошибался. Тем не менее, я победил тебя, и я должен двигаться вперед…

…Что бы защитить Лисию и всех тех, кого я считаю своей семьей».

◇ ◇ ◇

Несколько часов спустя Ван, столица Амидонии, открыл свои ворота с условием, что защитников города пощадят, что всем желающим будет позволено покинуть город (взяв с собой не больше багажа, чем они смогут унести сами) и что городу передадут тело Гая. Когда войска Эльфридена вошли в Ван — война, известная как «Война Одной Недели», подошла к концу.

Впрочем, история Амидонии на этом не закончилась.

Примерно во время решающей битвы в Амидонии.

Находящийся в Городе Красного Дракона Хакуя Квонмин разбирался с последствиями восстания. Сома отправился сражаться с Амидонией, так что Хакуя занимался административной работой от его имени.

Хакуя был премьер-министром, так что бюрократия была его полем битвы.

В кабинете, еще недавно принадлежавшем Кастору Варгасу, было слышно лишь скрип пера. В замке было тихо. Прежнего хозяина, Кастор, уже перевезли в Парнам, большинство слуг уехали отсюда вместе с Акселой, его бывшей женой, и сейчас были в Лагуна-Сити. В замке остались лишь стражники и немного чиновников, без которых было бы не обойтись.

В дверь робко постучали.

— Войдите, — громко сказал Хакуя.

— …Извините, я принесла кое-какие бумаги, — сказала вошедшая в комнату Томоэ.

В скором времени Томоэ также предстоит отправиться в Амидонию, договариваться с ринозаврами. Ее пока оставили в Эльфридене на попечении Хакуи, так как поле боя — неподходящее место для ребенка.

— Спасибо, Вы очень добры, — увидев ее, Хакуя отложил перо, его лицо немного расслабилось. — Хоть Вы и не обязаны были это делать, вы же знаете?

— Нет… Но я тоже хочу чем-нибудь помочь, — ее хвост поник, а волчьи ушки беспокойно дергались.

— Вы беспокоитесь о Его Величестве и остальных, не так ли? — увидев поведение Томоэ, Хакуя невольно улыбнулся.

— Ох… Да, — она грустно опустила ушки. — В такое время, как сейчас… Я бесполезна.

— То же относится и ко мне, — ответил Хакуя, погладив ее по голове и забрав документы. — Мы хорошо поработали на этим планом. Было несколько неожиданностей, вроде мятежа Георга Кармина и Кастора Варгаса, но по большей части все идет хорошо. Не беспокойтесь, я уверен, что Его Величество, принцесса и все остальные вернуться в целости и сохранности.

— Хорошо! — увидев спокойствие Хакуи, Томоэ приободрилась и ответила ему бодрым голосом.

В этот момент в кабинет почти вбежал солдат.

— Докладываю! Армия Его Величества Сомы перехватила армию Амидонии близ Вана и успешно разгромила ее! Это замечательная победа нашей страны!

Это был доклад о победе.

Томоэ радостно улыбнулась.

Позади нее раздался грохот. Томоэ повернулась и недоуменно посмотрела на Хакую, с взволнованным лицом вставшего со своего места и опрокинувшего стул, на котором он сидел до этого. Такое проявление эмоций было редкостью для обычно сдержанного премьер-министра.

Увидев ее лицо, Хакуя неловко откашлялся.

— Для приближенного Его Величества естественно волноваться об его успехе, хотя он и не должен это демонстрировать. Что бы не провоцировать волнение окружающих, — он попытался объяснить Томоэ свою реакцию, но звучало все так, словно он пытается скрыть свое смущение.

— Да, сэр! — Томоэ подавила смешок и четко отсалютовала своему учителю, премьер-министру. — Я все-е-е прекрасно понимаю.

Получив такой ответ от Томоэ, почтенной младшей сестры его господина, а так же его ученицы, Хакуя немного поник.

Премьер-министр в черном, славившийся своим умом и сдержанностью, с трудом мог поддерживать свой образ в присутствии своей любимой ученицы.

◇ ◇ ◇

Прежде чем войти в Ван, столицу княжества Амидония, я отдал приказ всей армии:

— Мы входим в Ван, не забывайте, сейчас он уже находиться под властью Королевства Эльфриден! Следовательно, жители города являются гражданами Королевства! Бить, убивать, насиловать или грабить их абсолютно недопустимо! Если кто-нибудь нарушит этот приказ, независимо от его социального положения и тяжести проступка, он будет обезглавлен! Запомните!

Закончив, я отвел Людвина в сторону и украдкой передал ему записку.

— Что это? Список людей? — с озадаченным видом спросил он.

— Людвин… — я старался говорить максимально спокойно, — Нужно найти этих пятерых, обезглавить и выставить их головы над воротами. Причиной укажи «Они пытались ограбить дома жителей окрестностей Вана».

— Что?! Когда они успели?..

— Это сувенир от Георга, мне его Глэйв передал. Они — солдаты сухопутных сил, незадолго до ультиматума занимались грабежами, изнасилованиями, убийствами в Герцогстве Кармин. После войны их в любом случае ждет трибунал и казнь, но будет лучше сделать это сейчас, используя как назидание.

— …Как пожелаете, — Людвин покорно поклонился и ушел.

Вскоре у ворот Вана можно было видеть пять голов рядом с табличкой «попытка грабежа», это помогло поддерживать дисциплину в каждом проходящем через ворота солдате. В итоге они не только не занимались сомнительными делами, но даже не сопротивлялись когда в них бросали камни горожане, не смирившиеся с поражением.

В конечном итоге, внезапно для меня, такое поведение победителей вызывало благоговейный страх и трепет у амидонцев.

Когда путь был признан безопасным, я сам вошел в Ван.

На этот раз я ехал не в карете, а на коне, как подобает победителю.

Недавно я наконец научился ездить верхом, хотя все еще не был хорош в этом. Ну, сейчас поводья держала Аиша, так что все должно быть в порядке.

Пока мы с Лисией двигались вперед бок о бок, я аккуратно осматривал улицы Вана.

Столица княжества Амидония, Ван.

Милитаристское княжество Амидония построило этот город как плацдарм для своего вторжения в Королевство Эльфриден и как опорный пункт для защиты от вторжений из Королевства. Кроме того, они не желали проигрывать королевству ни в чем, так что размеры Вана были сравнимы с Парнамом.

Впервые войдя в город и увидев эту мешанину практичности и тщеславия, у меня у меня было одно желание:

«Я должен перестроить это место…».

Дороги по всему городу были узкими и извилистыми, словно лабиринт. Мы направлялись к главному замку, но при этом постоянно поворачивали. В жилых районах поражал контраст между плотно стоящими домами простых граждан и шикарными особняками, очевидно, аристократии, которые в довершении всего были расставлены по всему городу, а не в одном «районе аристократов», как это делали обычно. Когда я увидел, что эти особняки находятся на небольших возвышенностях, я наконец то понял планировку города.

Все было сделано так, что бы максимально осложнить жизнь прорвавшимся через ворота города захватчикам, заставить их плутать по узким одинаковым улочкам, используя особняки аристократов как небольшие крепости.

«Ох, действительно было необходимо настолько далеко заходить?..».

Такая планировка города была проблемна не только для захватчиков, но и для простых жителей. Передвигаться по нему каждый день или доставлять грузы было бы сущим кошмаром, а пожар очень быстро распространиться по этим прижатым друг к другу домам.

Этот город словно проектировался максимально неудобным для всего, кроме обороны, что значит еще больше головной боли для меня.

Похоже, у меня нет выбора, кроме как перестроить весь город. Не думаю, что где-то найдется другой город, так же сильно нуждающийся в улучшении инфраструктуры. Когда я представил гору административной работы, без сомнения, ожидающую меня в скором времени, я не мог не впасть в уныние.

— Сома? Что-то случилось? — Лисия быстро заметила перемену моего настроения.

— Нет… Все в порядке.

— Хм?

— О, смотри, наконец то видно замок! — мы очень вовремя вышли к замку.

Войдя в замок Вана я сел на трон в зале для аудиенций. Не так давно он принадлежал Гаю VIII.

Как я слышал, у Амидонии были значительные экономические проблемы, но этот зал был весьма впечатляющим. Пожалуй, он был даже роскошнее зала для аудиенций в Парнаме.

«Если у вас нашлись такие деньги, не разумнее было бы потратить их на что-то более полезное?» — хотелось мне спросить бывшего хозяина этого замка.

Я сел на трон, Лисия встала рядом, а Аиша сбоку и немного позади. Остальные мои вассалы выстроились на ковре в ожидании. Давненько мы не устраивали таких королевских сцен…

Я приказал начать давать отчеты, первым вышел Людвин.

— С Вашего позволения. Говоря о семье Гая VIII, мы не смогли никого найти. Его сын Юрий участвовал в битве под Ваном, но в какой-то момент сбежал с поля боя. В городе должна была остаться принцесса, но, как мы выяснили, она исчезла несколько дней назад вместе с министром финансов и еще несколькими чиновниками. Похоже, они покинули Ван еще до того, как наши войска ступили на территорию Амидонии.

— Хм… Даже без учета пропавшей принцессы, очень жаль, что из города уехали чиновники. Свяжись с Парнамом и попроси Маркса прислать кого-нибудь. Хакуя также должен будет приехать из Города Красного Дракона, когда здесь все немного уляжется.

— Как пожелаете, — поклонился Людвин.

Следующим заговорил Пончо.

— Я-я с докладом о государственной сокровищнице и складах, да. Как и ожидалось, и как Вы предсказывали, в них почти нет денег и продовольствия. Зато много оружия и тому подобного, хотя это нам сейчас не пригодиться.

— И как же они планировали продержаться в осаде без запасов продовольствия? — удивленно спросил я

— Ох, нет, запас продовольствия есть, но он предназначался только для солдат замка, его хватило бы на три месяца. Если же распределить на город в целом — его и на неделю не хватит.

— «Горожане позаботятся о себе сами», чокнутые милитаристы… — пробормотал я. — Ясно. Распродадим излишки оружия, превратив их в деньги. Еще, хотелось бы раздавать провиант пока в городе все не успокоится. Его можно переправить сюда из Королевства?

— У нас не так много свободных ресурсов, но это должно быть возможно, в определенных пределах. Мы достаточно близко к Королевству, так что если обезопасить дороги, думаю, мы сможем это сделать, да.

— Значит, в первую очередь обеспечим безопасность дорог. Следующий, Глэйв.

— Полагаю, благодаря устроенному Вами «примеру» — войска придерживаются правил, что горожане оценили. Посмею заметить, если заставлять их сдерживаться слишком долго, они могут взорваться и поднять руку на местных. Тогда общественное мнение быстро измениться к худшему.

— У нас есть такая проблема, да? Ну, в этом городе есть бары и квартал красных фонарей, не так ли? Договоритесь с владельцами, мы покроем расходы, а они пусть обеспечат наших солдат вином и компанией.

— Вы уверены, что все будет в порядке? — удивился Глэйв.

Я сказал что-то странное?

— Мы не можем допустить, что бы они причинили неприятности горожанам, верно? — переспросил я.

— Нет, дело не в этом. Нормально ли сейчас позволять солдатам развлекаться? С нынешним темпом, думаю, мы быстро могли бы захватить всю Амидонию.

Ох, вот он о чем.

— Мы возьмем только Ван, дальше не пойдем, — уверенно ответил я.

— Только Ван? Я думала, что лучше уничтожить всех врагов, пока это возможно… — высказала удивление Лисия.

— Не важно, насколько мы сейчас расширим свою территорию, сколько городов захватим, — объяснил я. — Когда вмешается Империя — мы все равно будем вынуждены все это вернуть. И тогда единственное, что останется — потерянные жизни наших солдат.

В комнате воцарилась звенящая тишина.

— Империя… Точно вмешается? — нерешительно спросила Лисия.

— Почти наверняка, тут мы с Хакуйей сошлись во мнении. Амидония подписала Декларацию Человечества, а сейчас ее граница изменилась в результате военного вмешательства. Страна, создавшая и поддерживающая Декларацию, просто не может не вмешаться.

Между прочим, разрыв в военной мощи между Эльфриденом и Империей был примерно как между современной Японией и Америкой.

— Но это Княжество напало на нас! — запротестовала Лисия. — Какие у Империи есть право вмешиваться в это?

— Именно так и работают международные договоры, — вздохнул я. — Амидония наверняка заявит «Эльфриден сам виноват, что не подписал Декларацию».

— Ух… Раз так, возможно, нам все же стоило тоже подписать эту Декларацию?.. — начала Лисия, но прервала сама себя. — Подожди, кстати. А почему ты ее не подписал, Сома? Ты ведь понимал, что так все и будет после победы над Амидонией, верно?

Я почесал затылок и невесело рассмеявшись ответил:

— Потому что мы не можем ее подписать. В декларации есть подводные камни.

— Подводные камни? — переспросила Лисия.

— Да. Возможно ли, что Империя не заметила их?

Они не заметили или просто решили закрыть на это глаза, надеясь на лучшее? Но они были крайне опасны и легко могут привести к краху Империи. Я не мог подписать такой опасный договор.

Я встал с трона и сказал всем собравшимся:

— Ну, думаю, нам стоит заняться разгребанием послевоенных дел, пока Империя не сделает что-нибудь.

«Начинается моя работа как короля».

Империя Гран-Кэйос располагалась на западе континента.

Если не считать территорию захваченную демонами, Империя была крупнейшей страной на континенте. Говоря о численности населения, военном потенциале, технологиях и даже качестве жизни — ни одна другая страна не могла с ней сравниться.

Вторым по размеру государством было Королевство Эльфриден, но все же оно было почти в два раза меньше Империи.

Но это верно только если мы сравниваем Эльфриден и Империю Гран-Кэйос. В реальности Империя в значительной степени влияла на политику многих других стран.

Вероятно, Королевство могло конкурировать с Империей только в одной области: истории. Империя была моложе Королевства, хотя и не на много.

В конце периода раздора между различными рассами происходили постоянные конфликты, регулярно появлялись новые государства и новые политические системы. В отличии от Эльфридена, созданного объединенными усилиями нескольких рас, Королевство Кэйос было выстроено вокруг короля[✱]В оригинале в этой главе было очень много хаоса, «Период Хаоса», «Королевство Хаоса»… Ну, что Империю можно было бы назвать «Великая Империя Хаоса», думаю, все и так догадались. Я отлично понимаю первого переводчика, решившего написать «Империя Гран-Кэйос». Даже интересно: у нас слово хаос имеет негативный оттенок, но возможно на японском есть какой-то символизм, потерявшийся при переводе на английский и русский?. Он создал централизованную систему власти, сосредоточенную в руках одной рассы, людей. Созданную им систему можно было бы назвать диктатурой.

В неспокойные времена централизованные государства были эффективнее, поскольку решения можно было принимать быстрее, не тратя время на долгие обсуждения и поиск компромиссов. Благодаря такому подходу, к концу периода раздора Королевство Кэйос было одним из наиболее развитых государств на континенте. Но у него было не мало конкурентов, в те времена никто и подумать не мог, что это королевство однажды станет могущественной империей.

Но все изменилось около ста лет назад с рождением одной выдающейся личности.

Манас Кэйос.

Человек, позже известный как Император Кэйос.

Манас был вторым сыном, но унаследовал трон, когда его отец и старший брат погибли в войне с королевством Эйфориа, крупной страной на северо-западе континента. Когда он взошел на трон все ожидали, что из мести он начнет новую войну[✱]Да, продолжается символизм. Хаос, эйфория… Это название я буду писать не «Эйфория», а «Эйфориа», это не опечатка..

Но он не только не стал развязывать войну, но и взял в жены дочь короля Эйфории, скрепив брачными узами дружбу между странами. Более того, он принял фамилию жены, став Манасом Эйфориа, чем так же ослабил бдительность королевства Эйфориа.

Разумеется, в Королевстве Кэйос это не одобрили, но Манас силой подавил всех несогласных.

Будучи отличным стратегом, Манас понимал, что его Королевство обладает примерно одинаковой силой с Королевством Эйфориа, из-за чего война была бы крайне затяжной, тяжелой и не обязательно успешной.

Он решил воспользоваться дружбой с королем Эйфории, при его поддержке поглотить соседние небольшие страны, и лишь когда разница в силе будет подавляющей — снова напасть на своего давнего противника.

Так и произошло, Манас захватил и присоединил соседние страны, а накопив достаточную силу вторгся на родину своей жены и разрушил ее.

Но похоже, некоторые сожаления он все же испытывал, так как не стал возвращать свою прежнюю фамилию Кэйос. По сей день императорская семья Империи Гран-Кэйос использует фамилию Эйфориа.

Захватив Королевство Эйфориа Манас продолжил экспансию, очень скоро его страна превратилась в огромное государство, контролирующее запад континента. Именно тогда Королевство Кэйос было переименовано в Империю Гран-Кэйос.

Появление столь большого и могущественного государства вызывало беспокойство не только у соседних стран, непосредственно граничащих с ним.

Причиной столь агрессивной завоевательной политики предпоследнего короля Эльфридена был как раз страх перед Империей. В те времена в мире войны уже были редки, но он все же решился на это, значительно увеличив территорию своей страны. Но у него не было всех талантов Манаса, в итоге он был убит своими приближенными, недовольными истощением страны. После этого в Эльфридене началась междоусобица между его родственниками, которая привела почти к полному уничтожению королевского рода (три герцога тогда не стали вмешиваться, наблюдая за происходящим из своих герцогств). Каким-то чудом молодая принцесса, впоследствии мать Лисии, пережила все беды, унаследовала трон и смогла примерить все противоборствующие стороны, взяв в мужья Альберта.

Но вернёмся к разговору о Империи.

Империя лелеяла планы по объединению всего континента, но главное действующее лицо в этом процессе, Манас, скончался в возрасте пятидесяти лет, так и не реализовав это. Ходили слухи об убийстве, но правда в том, что его погубила болезнь.

После его смерти ситуация в Империи стала напряженной. Когда страна строиться вокруг сильной личности — смерть личности может разрушить страну. Подобные примеры можно найти и в истории Земли: Империя Александра Македонского, Монгольская Империя, Династия Цинь Шихуанди и многие другие. Чем быстрее растет империя, тем вероятнее, что через три поколения ее уже не будет.

Второй император Империи все еще уверенно правил, во многом благодаря соратникам, доставшимся ему от отца. Но ко времени третьего Императора те верные соратники уже умерли. Империя строилась с идеей верховенства людей, так что среди тех соратников не могло быть никакого представителя долгоживущих рас, поддерживающих правителя в течении нескольких поколений.

Третий император начал войну с несколькими государствами что бы захватить новые земли и, таким образом, укрепить свою славу как приемника Манаса, заручившись поддержкой народа и дворян. Но война, разразившаяся шестьдесят лет назад и затронувшая почти весь мир, привела лишь к истощению многих стран, в том числе Империи. Неожиданно высокие военные расходы, отсутствие особенно ярких военных успехов — не укрепили авторитет Императора, а лишь сильнее его расшатали. В это время в империи произошли несколько мятежей, переросших в гражданские войны. Во время четвертой такой гражданской войны третий Император и погиб от рук мятежников.

По иронии судьбы, огромные потери этой войны, начатой с целью объединения континента, подтолкнули мир к пониманию необходимости мирного сосуществования.

Четвертый Император получил трон вместе с множеством бед, Империя была в смятении. Для решения этих проблем он отказался от политики экспансионизма, сосредоточившись на внутренних делах государства, что можно было бы назвать мудрым решением. Но многие вассалы пренебрежительно называли его чрезмерно пассивным.

Во времена пятого Императора империя уже проявляла признаки централизованной власти и многие, как внутри империи, так и за ее пределами, считали, что она скоро распадется. Но десять лет назад произошло нечто неожиданное.

Появились демоны[✱]По английски территория демонов называется «Demon Lord’s Domain», «Владения Владыки Демонов». Почему автор придумал такое название, учитывая что того самого владыки демонов никто никогда не видел — для меня загадка..

В результате внезапного наступления монстров и демонов были уничтожены многие северные страны, империя же потеряла часть своей территории, в том числе некогда принадлежавшие Королевству Эйфориа. Но угроза монстров и демонов была одинакова для всех стран, и они искали поддержки у крупнейшего государства на континенте — Империи Гран-Кэйос.

В результате этих событий Империи удалось избежать раскола.

Империя заняла лидирующее положение в альянсе наций человечества, но, из-за неслаженности действий, собранные чтобы уничтожить демонов армии были разбиты во время рейда вглубь вражеской территории. Человечество тогда потерпело сокрушительное поражение.

Пятый император не был одарен в военном деле, он был человеком культуры. Напряжение измотала его тело и душу, он умер спустя пять лет.

Поскольку у него не было сыновей, трон унаследовала его старшая дочь, которой тогда было всего лишь четырнадцать.

Мария Эйфориа.

Сейчас она была девятнадцатилетней Императрицей Империи Гран-Кэйос.

Интересно, что прежде в империи не существовало титула «Императрица», он был создан для Марии[✱]Возможно, здесь опять какие-то особенности японского языка. Вспоминается произведение «В другом мире со смартфоном», где тоже сначала переводчик написал «Король Фраза», а потом оказалось, что это женщина..

Многие опасались, что такая молодая девушка не справится с управлением огромной империей, но едва взойдя на трон она продемонстрировала свои таланты.

Сначала она отказалась от идеи превосходства людей, набирая талантливые кадры без учета их расы. В иные времена, возможно, это вызвало бы протесты, но в условиях кризиса было важно использовать любую возможность.

Это и многое другие ее реформы, соответствующие потребностям эпохи, обеспечили ей поддержку подданных.

Величайшим ее достижением многие считают Декларацию Единого Фронта Человечества Против Расы Демонов (также известная как Декларация Человечества), созданную в ответ на угрозу со стороны демонов и призывающую к единству всего человечества.

Три главных пункта этой декларации, «не допускаются изменения границ человеческих стран вследствие военных действий между ними; должны соблюдаться права всех народов на равенство и самоопределение; страны, находящиеся вдали от Владений Короля Демонов, должны поддерживать страны, граничащие с Владениями», были революционными не только потому, что устанавливали общий фронт против демонов, но и запрещали войны и рассовую дискриминацию.

Мария заботилась о бедных и обездоленных, помогала беженцам. Ее прекрасная внешность и мягкий характер, который она демонстрировала всем, независимо от происхождения, так же помогли ей завоевать сердца людей.

В какой-то момент люди стали называть ее:

«Святая императрица».

◇ ◇ ◇

Тихой ночью Святая Императрица Мария стояла возле окна своей спальни.

В комнате, освещенной лишь светом луны, облаченная в цельное белое платье, идеально подходящее ее женственной фигуре, с распущенными волнистыми светлыми волосами — она выглядела завораживающе.

Можно ли было предположить, что она возглавляет самое могущественное государство на континенте?

Впрочем, выражение ее лица было мрачным.

Посмотрев на тускло сияющую в ночном небе луну Мария снова вздохнула. В этот момент раздался стук в дверь.

— Войдите, — сказала Мария, предварительно поправив одежду и волосы.

— Прошу прощения, сестра, — сказала вошедшая девушка. Она была одета в военную форму, но лицом она была неотличима от Марии. Не считая одежды, вошедшая так же отличалась прической, ее волосы были завязаны в конский хвост, а так же более решительным и суровым взглядом. Их почти одинаковая внешность объяснялась тем, что это была младшая сестра Марии, Жанна Эйфориа.

Жанна встала перед сестрой по стойке смирно и отдала честь.

— Я, Жанна Эйфориа, отправляюсь в столицу Амидонии, Ван, в качестве командующего армией.

Жанна обладала выдающимся даром полководца, из-за чего ее прозвали «женским воплощением Манаса». Хотя она и была первой наследницей Империи (у Марии еще не было детей), Жанна была верховным главнокомандующим армий Империи.

Мария занималась административной работой, а Жанна — военными делами. Разделив роли таким образом, сестры справлялись с задачами, сломившими здоровье их отца.

Кстати, Жанна была на два года младше Марии. Была еще третья сестра, но она, по слухам, была крайне эксцентричной, так что ее не часто выпускали на публику[✱]Можно было бы написать должность Жанны по разному, но семнадцатилетняя девушка — верховный главнокомандующий армий Империи. По моему это звучит сюрреалистично, но круто..

— Да… Ты встретишься с этим королем-героем, — Мария грустно посмотрела на свою сестру.

— Верно. Мне не нравиться, что Амидония использует нас таким образом, но нам придется вести переговоры о прекращении оккупации Вана и возвращении его Амидонии, — у Жанны было раздраженное выражение лица.

Несколько дней назад в Столицу Империи прибыл гонец от Юлия, суверенного князя Амидонии, со следующим посланием:

«Оккупация Вана Королевством Эльфриден — это вызов всем странам, подписавшим Декларацию Человечества, запрещающую изменение границ государств. Мы просим Ее Императорское Величество Императрицу Марию Эйфориа, представителя Империи Гран-Кэйос, гаранта Декларации Человечества, использовать свою власть, что бы вернуть Ван под власть Амидонии».

Конечно, в Империи знали, что именно Княжество Амидония начало эту войну. Гонец передал на это таке объяснение:

«Прежний суверенный Князь, Лорд Гай, сделал это не взирая на увещевания Лорда Юлия. Лорд Юлий никак не мог воспротивиться его воли и не может нести ответственность за его действия».

Объяснение звучало весьма вызывающе.

Услышав такую наглую интерпретацию фактов, Жанна хотела было обезглавить гонца, но все же успела успокоиться. Затем, как бы ей этого не хотелось, она взяла на себя ведение переговоров с Королевством Эльфриден.

Хотя Княжество и было виновато, они должны были защитить Декларацию. От этого зависел престиж Империи.

— Мне очень жаль, что ты вынуждена это делать, — извинилась Мария.

— Ты о чем? Уверена, тебя это беспокоит гораздо сильнее, чем меня. Клянусь, когда-нибудь Юлий Амидония заплатит за это.

— Новый король Королевства Эльфриден, Сома, выглядит достаточно мудрым, что бы не начинать войну с нашей страной, — пытаясь успокоить свою сестру, Мария сменила тему, говоря по возможности спокойно.

— Уверена? Его призвали в этот мир по нашему требованию…

— Верно… Должно быть, у него сложилось не слишком хорошее впечатление на наш счет.

Около полугода назад Империя потребовала у Королевства Эльфриден или выплат на войну с демонами, или они должны были провести ритуал призыва героя и в случае успеха передать его Империи. Испытывающее финансовые трудности Королевство выбрали призыв героя.

Ритуал прошел успешно, но призванный герой неожиданно получил трон, став новым королем. В этой истории было много странного, например, почему прежний Король Эльфридена, Альберт, так легко уступил ему трон?..

В любом случае, новый Король Сома быстро оздоровил экономику и нашел деньги для выплаты Империи. Так же он разрешил продовольственный кризис, подавил восстание двух герцогов разобрался с Амидонией (решившей под шум войны с герцогами устроить вторжение), разбив их армию и захватив столицу.

Человек примерно того же возраста, что и Мария, сделал все это за столь короткий промежуток времени. Даже не будь он призванным героем, она хотела бы видеть его на своей стороне.

Без сомнений, она предпочла бы дружить с Королем Сомой, а не с Юлием. Но обстоятельства призыва позволяли предположить, что дружбу Сомы им придется заслужить.

— Судя по слухам, сэр Сома должен понять меня, если ему все аккуратно объяснить.

— Думаешь? — не согласилась Жанна. — А я вот не уверена. Вы с ним — как масло и вода…

Судя по слухам, которые слышала Жанна, он был полной противоположностью Марии. Когда Мария пыталась объединить человечество перед лицом угрозы, Сома, казалось, считал, что его страна должна быть в состоянии сама о себе позаботится. Кроме того, хоть ей самой это не нравилось, Мария уважала законы и традиции, стараясь действовать последовательно, как и подобает императрице. Но Сома, когда дело касалось королевской власти, подданных, социальных систем, придерживался принципа «Если это полезно — я использую это, если нет — я избавлюсь от этого», причем никто не мог предугадать, что он посчитает полезным, а что бесполезным. Если ему что-то не нравилось, он изменял это, если что-то было полезно, он использовал это, даже если никто до него так не делал.

Мария действовала последовательно и логично, тогда как Сома действовал по своей, одному ему понятной логике. Жанна не думала, что они когда нибудь поймут друг друга.

— Мне кажется, вы словно смотрите на вещи под абсолютно разными углами…

Мария немного помолчала, прежде чем негромко хихикнуть.

— О, хи-хи, но раз мы смотрим на вещи под разными углами, мы могли бы устранить слепые пятна друг друга, не так ли?

Жанна не могла не отметить, что с этой озорной улыбкой ее старшая сестра выглядит очаровательно, как и подобает девушке ее возраста[✱]В английской версии и в виденных мною русскоязычных переводах вебки в этом месте пишут примерно так: «Мария действует согласно логике, а Сома руководствуется своими ощущениями». Но, думаю, это не очень точно передает суть. Так же, Жанна говорит «Вы словно смотрите в разных направлениях», что тоже звучит немного странно..

Это послесловие посвящено всем вам, кто сейчас держит в руках эту книгу. Если это наша первая встреча, то рад с вами познакомиться. Если вы один из тех, с кем я общаюсь на сайте Pixiv, то спасибо за вашу постоянную поддержку. Я Dojyomaru.

Первым делом я хочу извиниться за то, что не смог должным образом поприветствовать всех вас послесловием в конце первого тома «Хроник восстановления королевства реалистом». Мне едва удалось уместить длинную «Арку национального обогащения» в рамках выделенных мне страниц, и места для послесловия попросту не осталось. В связи с этим я хочу сделать здесь то, что должен был сделать ещё в первом томе, и выразить благодарность всем, кто имеет отношение к этой книге.

В первую очередь я хочу поблагодарить Fuyuyuki за ваши замечательные иллюстрации. График был плотным, но вам всё же удалось сделать для нас достаточно иллюстраций. Спасибо вам. И я, и мой редактор, обсуждая изображение Томоэ в середине первого тома, говорим: «Да, это очень хорошо».

Раз уж я упомянул редактора, то я хочу поблагодарить вас за поддержку в те моменты, когда меня с такой лёгкостью выбивало из колеи. Именно благодаря вам я сегодня здесь.

И, наконец, всем, кто указывал на опечатки или пропущенные слова в веб-версии; корректорам, дизайнерам, моим друзьям М и К, которые праздновали мой дебют со мной; и больше всего тем, кто продолжал читать мой роман на Pixiv, несмотря на мои многочисленные ошибки, а также тем, кто купил книгу, я выражаю искреннюю благодарность.

...Ага, я должен был сказать всё это в первом томе.

Я знаю, что во мне нет ничего особенного, но я надеюсь, что вы останетесь со мной на долгое время.

На самом деле, когда я пишу это послесловие, я понятия не имею, на сколько страниц оно выйдет. Мой редактор сказал: «Напишите две страницы, пожалуйста», но, кажется, книга в процессе редактуры может стать на страницу больше. Если это произойдёт, то вторую страницу послесловия вырежут целиком. Из-за этого в первую очередь я рассказал о самом важном.

На этой странице, которую могут вырезать, я бы хотел лениво поговорить об этом томе.

Те из вас, кто помнит «Арку покорения» веб-версии романа, на основе которой и написан этот том, могут задаваться вопросом: «Разве этот персонаж всегда был таким?» Мнения по поводу изменений могут разниться, но я считаю, что направление, в котором я сейчас переделываю это мир, — верное.

Различные персонажи беспокоятся о различных вещах, предпринимают различные действия, и благодаря влиянию этого... мир обретает форму. Мне, может быть, и не хватает опыта, но именно такую историю я надеюсь написать.

Это был Dojyomaru, пишущий эти слова во время приближения тайфуна.

Аиша в Защищённом Божеством Лесу

После стихийного бедствия в Защищенном Божеством Лесу Аиша еще некоторое время оставалась в родном поселении темных эльфов, даже когда спасательные работы были закончены и началось восстановление. Сома разрешил это так как понимал, что для ее душевного спокойствия будет лучше на оставлять родных и друзей в таком состоянии.

Она прилагала огромные усилия для восстановления города, но мысли ее были заняты Сомой и остальными. Последнее время их окружала странная, напряженная атмосфера.

Сома, король Эльфридена, никак не мог найти общий язык с тремя герцогами, контролирующими флот, сухопутные и военно-воздушные силы. Казалось, в любой момент могла начаться полноценная гражданская война. Мало того, соседнее государство, Княжество Амидония, ждало удобного случая для вторжение на территорию Королевства. В такой ситуации Сома не мог расслабиться.

Но Аиша знала истинную подоплеку этого конфликта. Она присутствовала в зале для аудиенций, когда Глэйв, близкое доверенное лицо генерала сухопутных сил Георга Кармина, раскрыл истинные намерения своего друга.

Георг был намерен принести себя в жертву этой стране. Так же будучи воином, Аиша прониклась уважением к его самоотверженности и преданности. Но она понимала, что Соме и остальным от этого было не легче.

«Принцесса уважает его как наставника и командира, так что ей было больно слышать такое. Его Величество тоже страдает, так как он должен сделать то, что еще сильнее опечалит принцессу».

Аиша снова посмотрела на письмо от Лисии с подробностями о текущем положении дел, которое недавно принес курьер куи.

Позиции Георга и Эксель, сухопутных сил и флота соответственно, были понятны. Беспокойство у Лисии вызывали военно-воздушные силы под руководством Кастора, личные войска коррумпированных дворян и армия Амидонии, собирающаяся у западной границы Королевства.

К тому же, несмотря на все усилия Лисии, состояние Сомы так же было тревожным. В письме Лисия писала: «Сома, кажется, взваливает на себя слишком многое, повторяя что должен это делать, потому что он король».

«Простите меня, Государь. Я поклялась Вам в верности, но в трудную минуту меня нет рядом!..», — Аише хотелось немедленно вернуться в Парнам, но она не могла бросить работу здесь, не закончив. — «Сир… Вы не один. Пусть я могу немного, но я сделаю все, что бы поддержать Вас!».

Именно об этом думала Аиша, глядя в сторону Парнама.

Вечером того же дня.

Более десятка влиятельных темных эльфов собрались в доме Водана Удгарда, отца Аиши и фактического лидера темных эльфов Защищенного Божеством Леса. Среди присутствующих был и младший брат хозяина дома, Робтор.

Водан сидел на почетном месте, позади него на низком стуле сидела Аиша. Когда все собрались, он спокойно начал.

— Все в сборе, так что я хотел бы начать. Я попросил вас всех собраться здесь по просьбе моей дочери, Аиши. Она хочет о чем-то нас всех попросить, пожалуйста, выслушайте ее.

После слов Водана Аиша склонила голову, встала со своего места и еще раз поклонилась, прежде чем начать.

— Сегодня я стою перед вами не как дочь своего отца, а как слуга Короля этой страны, Сомы Казуи, чтобы обратиться с просьбой к господину Водану Удгарду, представителю Охраняемого Божеством Леса.

— Не как моя дочь, значит… Что же это за просьба? — услышав «слуга Короля», Водан сурово посмотрел на свою дочь. Аиша встретила его взгляд с высоко поднятой головой.

— Пожалуйста, одолжите нам силу храбрецов Охраняемого Божеством Леса.

После этих слов присутствующие темные эльфы начали удивленно перешептываться. Храбрецами называли темных эльфов, основной работой которых было защищать свою землю с оружием в руках, практически солдат, известных непревзойденным мастерством владения луком.

— …Давайте выслушаем причину, — прищурившись сказал Водан.

— В этот самый момент генерал сухопутных сил Георг Кармин собирается поднять флаг восстания против Его Величества Короля Сомы. Более того, Княжество Амидония собирает армию у западной границы Королевства, готовясь к вторжению. Будущее королевства находиться под угрозой, я прошу вас помочь спасти его.

Разумеется, она никому не сказала, что восстание Георга было четко срежиссировано, даже своему отцу.

— Это просьба Короля Сомы? — взгляд Водана был еще более суровым.

— Нет, Его Величество намерен уладить все исключительно своими войсками. Однако на сегодня я чувствую опасения на счет их успеха. Похоже, у сэра Хакуи есть какой-то замечательный план на этот счет, но при значительном превосходстве врага в живой силе ситуация может быть непредсказуемой и они могут потерпеть неудачу. Именно поэтому я прошу вас о помощи.

— Значит, ты действуешь по собственной инициативе? — спросил Водан.

— …Да. Но Его Величество не колеблясь поспешил к нам на помощь узнав о катастрофе, он и его солдаты спасли многих наших друзей. Кроме того, наша деревня смогла так быстро восстановиться благодаря продовольственной помощи и материалам, предоставленных им. Разве мы не должны отблагодарить его?

— Ты обращаешься с просьбой как слуга Сомы, не так ли? Раз так — не следует говорить от «нас».

— Ух… Прошу прощения, — получив упрек от отца, Аиша удрученно склонила голову.

— Что же, я хотел бы услышать ваши мнения, — Все еще изумленный ситуацией, Водан посмотрел на собравшихся. Они приступили к обмену мнениями.

— Я благодарен Его Величеству. Но не противоречит ли нашим принципам участие в событиях внешнего мира?

— Мы уже получили не мало помощи от него. Кем мы будем, если примем помощь в трудную минуту, а затем будем смотреть со стороны на его сложное положение?

— Сражение с Амидонией — это одно дело, но разве битва с Герцогом Кармином не будет гражданской войной?

— Я не раз и не два слышал, что он укрыл в своем герцогстве коррумпированных дворян. Если он победит, эти дворяне получат власть, сможем ли мы тогда сохранить мир в Лесу? Я бы предпочел, что бы Король Сома остался у власти.

— Я согласен, но ввязываться в гражданскую войну…

Все они на разный лад говорили примерно одно и тоже: «Мы в долгу перед Королем Сомой за помощь и хотели бы послать ему подкрепления, но вовлечение в дела внешнего мира, особенно в гражданскую войну, противоречит нашим принципам, которых мы придерживались так долго. Так что мы не решаемся сделать это».

— Робтор, что скажешь? — Спросил Водан своего младшего брата, до сих пор хранившего молчание.

В этот момент Аиша занервничала. Робтор всегда отрицательно относился ко всему, что хоть немного противоречило их принципам или традициям, в том числе он был категорически против, когда Аиша только собиралась отправиться к Соме.

Бросив быстрый взгляд на Аишу, Робтор сказал:

— …Нам не стоит посылать храбрецов с Аишей.

— Дядя?!

— Помолчи, Аиша, — шикнул на нее Водан. Робтор продолжил.

— Аиша служит Королю Соме. Если мы дадим ей солдат и они будут учавствовать в гражданской войне — нас тоже можно будет считать его слугами. Это может быть плохим прецедентом для независимости Леса. Поэтому, думаю будет лучше отправить храбрецов с кем-то другим, а не с Аишей. Так же нужно говорить о них как о добровольцах, идущих на помощь Королю по личной инициативе, а не по решению правителей Защищенного Божеством Леса.

Аиша не верила собственным ушам. Робтор фактически говорил, что готов встать на сторону Сомы. Увидев ее удивление, он быстро отвел от нее взгляд.

— Хм… Я в долгу перед ним за то, что он спас мою дочь. Если я его не верну — это плохо отразиться на чести нашей семьи.

— Дядя…

— Ха-ха-ха! Раз так, позвольте мне вести этих добровольцев! — выступил вперед на вид сильный темный эльф.

— Окажешь нам честь, Сур? — спросил его Водан.

— Я слышал, что сэр Хэлберт так же на стороне Сомы. Он был среди тех, кто спас мою дочь после катастрофы. Она будет в ярости, если узнает, что ее спаситель был в беде, а я ничего не сделал, что бы ему помочь.

— Понимаю… — Водан закрыл глаза и ненадолго задумался. — Я согласен со всеми вами. Я хочу вернуть долг Королю Соме. Я хотел бы принять предложения Робтора и поручить Суру возглавить отряд добровольцев. Все согласны?

В ответ все присутствующие склонили головы в знак одобрения его слов.

— Отец! — Аиша не пыталась скрыть свою радость. Водан сказал ей с улыбкой:

— Твой возлюбленный в беде. Я ведь не могу ничего не делать, верно?

— Мой воз… люб… Что?! Это не так!.. — запнулась Аиша.

— Хотя как отец, я испытываю двоякие чувства… — как ни в чем не бывало продолжил Водан.

Аиша поднесла руку к груди, — «Сир, Ваши добрые действия возвращаются к вам. Люди смотрят на вас и готовы поддержать. Поэтому… Уверена, Вы не проиграете».

Теперь Аиша была уверена в победе и рвалась в бой.

***

Джуна и Эксель

Ночью того же дня, когда Сома предъявил ультиматум трем герцогам.

Эксель готовилась в Альтомуре к скорому прибытию войск Амидонии, когда к ней прибыла ее внучка Джуна, одетая не в наряд певицы, а в офицерскую форму флота.

Встав по стойке смирно перед наслаждающейся чаем Эксель,,Джуна отсалютовала и приступила к докладу.

— Что ж, бабушка… Нет, Морская Принцесса, мы с 2 000 морских пехотинцев отправляемся в долину Голдоа, что бы подготовить засаду на войска Амидонии.

— Это будет непростая работа, — Эксель поставила чашку и улыбнулась своей внучке. — Уверена, ты отлично справишься, но все же скажу: не делай ничего безрассудного. Ты еще молода, я не позволю тебе понапрасну растрачивать свою жизнь. И я уверенна, если с тобой что-то случиться — твой возлюбленный тоже расстроится.

— Ба-бабушка! — Джуна немного покраснела.

— В прошлый раз я отправила тебя примерно так же… — с улыбкой глядя на свою смущенную внучку, Эксель вспомнила, как в первый раз отправила ее к Соме.

— Да, верно…

◇ ◇ ◇

Король Эльфридена Альберт внезапно уступил трон Соме, как сообщалось, призванному герою из другого мира. Когда ее зять и генерал ВВС Кастор услышал это, он немедленно заподозрил в Соме узурпатора. Впрочем, Эксель считала, что каким бы посредственным не был Альберт, он не уступил бы трон кому-то без веской причины. Так что она начала собирать информацию.

Получив подтверждение, что Альберт уступил трон по своей воле, Эксель отправила Джуну к новому королю. Хоть он и не был узурпатором, она хотела убедиться, что он достаточно хорош для того, что бы быть королем. Как раз в это время Сома набирал талантливых людей, чем и воспользовалась Эксель. Она не сомневалась, что красота Джуны, а так же ее прекрасный голос помогут ей подобраться к Соме.

В тот день, когда Эксель отправляла Джуну на ее задание.

— Что ж, бабушка. Я отправляюсь в столицу Королевства, — Джуна была одета не в привычную форму, а в красивое платье, подходящее певице из кафе «Лорелея».

— Прости, что заставляю тебя работать шпионом… — искренне извинилась Эксель.

— Нет, нет. Меня вполне устраивает такое задание.

— Я рада, что ты так говоришь. Уверена, ты сможешь достойно предстать перед Королем.

Она слышала, что Сома ищет талантливых людей, но он так же был мужчиной. Эксель не сомневалась, что он не сможет пройти мимо красоты и голоса ее внучки.

— Однако… Я не заставляю тебя приносить свое тело в жертву этому заданию. Если новый Король потеряет голову от похоти и попытается силой взять тебя — тут же возвращайся. Если он будет чем-то еще недоволен — я его убью, — в этот момент у Эксель было очень опасное выражение лица. Хоть она и выглядела двадцатипятилетней девушкой, она оставалась бабушкой Джуны. Конечно, она беспокоилась о ее безопасности.

— Думаю, об этом можно не беспокоиться, — в отличии от Эксель, Джуна выглядела спокойной. — Все говорят, что у них с принцессой Лисией хорошие отношения. Я с ней не знакома, но она известна своим искренним характером. Если бы Король Сома делал что-то предосудительное — уверена, принцесса бы это так не оставила.

— …Думаю, так и есть, — согласилась Эксель, вспомнив Лисию. Да, пока Лисия рядом, можно было не бояться, что Сома сделает что-то с ее драгоценной внучкой. — Что же… Полагаю, тогда единственное, чего мне стоит опасаться, что ты можешь попасть под влияние нового Короля, пока будешь рядом.

— …Думаешь, я предам тебя?

— Хи-хи… О, что ты, я не об этом. Просто ты не так уж опытна в делах любовных, не так ли?

— Ух… Да, ты права, — Джуна выглядела как зрелая женщина, но она с подросткового возраста служила на флоте и никогда никем не интересовалась. По сравнению с пятисотлетней Эксель, много раз бывшей замужем и лишь иногда остававшейся с одним супругом до самой его смерти, Джуне действительно недоставало опыта.

— Порой удивительные вещи могу сблизить людей, — наставительно продолжила Эксель. — Ты находишься рядом с ним каждый день, служишь ему, потом у тебя словно начинает кружиться голова… Можешь с уверенностью сказать, что этого не произойдет?

— Я… Я буду осторожна.

— Хи-хи, ну, чему быть, того не миновать. Это было бы по-своему интересно.

— Бабушка! — краснея запротестовала Джуна. — Это просто невозможно, что бы я забыла о своем долге и влюбилась!

— О, не собираешься влюбляться?

— Конечно нет! — уверенно ответила Джуна… Ну, тогда она была в этом уверена.

◇ ◇ ◇

— «Это просто невозможно, что бы я забыла о своем долге и влюбилась», — Эксель поддразнила отчаянно краснеющую Джуну.

Джуна не могла глядя в глаза своей бабушки сказать, что не влюбилась.

— Но ведь это прекрасно, не так ли? — ласково продолжила Эксель. — то, что ты хочешь отдать свое сердце Королю.

— Бабушка…

— Ты уж постарайся, Джуна. Если отличишься здесь — Его Величество обратит на тебя внимание. В конце концов, ему нужно больше хороших Королев. Раздор в прошлом поколении едва не положил конец королевской семье…

— …Нет, если я чего-то добьюсь в этой битве, я хочу использовать это во благо нашей семьи, — сказала Джуна с немного грустной улыбкой. — Мы должны подумать о Герцоге Варгасе и мадам Карле.

— Джуна… Ты…

Прежде чем Эксель придумала, что ответить, Джуна снова отдала честь.

— Что ж, Морская Принцесса, приступаю к выполнению задания, — и Джуна быстро вышла из комнаты.

Эксель со вздохом рассматривала только что закрывшуюся дверь.

«…Да, Карла — моя драгоценная внучка. Но ты, Джуна, тоже моя драгоценная внучка, понимаешь? Бабушка должна заботиться обо всех своих внуках…».

— …А для этого мне придется старательно отыграть свою роль, — сказала пустой комнате Эксель.

***

Людвин и…

За день до ультиматума трем герцогам капитан королевской гвардии Людвин Арк посетил одно место неподалеку от столицы.

Никто уже не сомневался в неизбежности боя между запретной армией и сухопутными силами. И Людвину предстоит командовать всей запретной армией, а не только королевской гвардией.

«Это будет моя первая настоящая битва… Причем она будет очень непростой».

В настоящее время запретная армия могла мобилизовать 10 000 солдат, тогда как в распоряжении сухопутных сил должно было быть около 40 000. Более того, неясной оставалась позиция адмирала ВМФ Эксель Уолтер и генерала ВВС Кастора Варгаса. Да еще Княжество Амидония собирало войска возле границы… Ситуация была крайне напряженной.

«Как бы то ни было, я капитан королевской гвардии. Мы — щит и копье Его Величества. Мы будем защищать его, даже если это будет стоить нам жизней… Даже если это значит, что я сюда больше никогда не вернусь… Да».

Перед войной Людвин пришел навестить кое-кого. Он стоял перед простым бревенчатым домом, по некоторым причинам никогда не знавшим солнечного света. Отбросив тяжелые мысли он решительно постучал. Окружающая его тьма эхом повторила этот звук, прежде чем из дома раздался голос.

— М? Это ты, Лу?

Услышав этот легкий, небрежный тон, Людвин почувствовал себя глупо из-за того, что так долго не мог решиться, ехать ли сюда или нет, и заставил себя улыбнуться.

— Да, это я, но может перед приветствием стоит хотя бы убедиться в личности человека?

— Ну так а кто еще может сюда придти? Ты почти единственный, Лу.

— Ну, да, но все же…

Дверь наконец то открылась.

— В любом случае я рада, что ты заглянул, — с этими словами из дома вышла девушка двадцати с небольшим лет.

Она была немного излишне худой, со спутанными волосами средней длинны, у нее были приятные черты лица и она была бы красавицей, если бы чуть лучше заботилась о своей внешности. Длинный белый халат и аккуратные очки завершали образ. Не было сомнений, что она «исследователь».

— Женя, ты опять давно не мылась, да? — вздохнув спросил Людвин.

— А-ха-ха, пожалуй да, — неловко рассмеялась девушка по имени Женя[✱]По английски Genia, но «Гения» как имя звучит не очень хорошо.. — В последнее время я с головой ушла в свои исследования. Я воняю?

— Ох… Обычно девочки с раннего возраста привыкают заботиться о своем внешнем виде.

— Думаю, старовата я для «девочки»… Хм, кстати, Лу, не хочешь потереть мне спинку? Как в старые-добрые.

Женя немедленно начала снимать халат под возмущенные протесты Людвина.

— Это было давно, мы были детьми! И ты сама только что сказала, что уже не девочка! А девушки так вести себя не должны!

— Хе-хе, но я не против, понимаешь?

— Я против!

Ее шуточки быстро вымотали Людвина. Впрочем, как всегда.

По этому разговору можно было сделать безошибочный вывод, что они друзья детства. Девушку звали Женя Максвелл, она принадлежала к дому Максвеллов, известных исследователей сверхтехнологичных артефактов, изредка находимых в подземельях. Семья Людвина, дом Арков, были их соседями.

— Ну что, Лу? По какому поводу сегодня пришел? — Женя впустила своего старого друга в дом, служивший ей так же мастерской, и налила ему чаю.

— …Я скоро отправляюсь на войну, зашел попрощаться, — Людвин изо всех сил старался говорить спокойно. Это могла быть их последняя встреча, он хотел сказать ей это лично.

Но выражение ее лица ничуть не изменилось.

— Хм… Похоже, тебя это сильно беспокоит, — спокойно сказала она, отпив чаю. Это еще немного вывело Людвина из равновесия.

— И… И все?

— Ну, мне будет немного одиноко, ведь ты какое-то время не будешь сюда заходить, очевидно.

— Нет, я имею в виду, что могу вообще не вернуться с этой войны…

— Хм? Ты собираешься там погибнуть?

— Конечно нет! Я собираюсь выжить и вернуться…

— Ну, тогда это не проблема. Иди и постарайся отличиться перед новым Королем, — сказала Женя как ни в чем не бывало.

— Женя, ты… Ты не сомневаешься, что Его Величество победит?

— А? Ну, конечно нет.

— Почему? Для меня ситуация выглядит довольно опасной.

— Да, до меня доходили слухи, что у вас есть некоторые сложности. Но давай попробуем взглянуть на ситуацию иначе, — встав, Женя начала что-то подготавливать. Она налила в стакан (на самом деле бывший мензуркой) воды и положила в него чайные листья.

— Женя? Что ты…

— Это модель текущей ситуации в этой стране. Множество чайных листьев в воде мешают увидеть, что находиться с другой стороны стакана, верно? А если сделать так?..

С помощью стеклянной палочки она перемешала содержимое стакана. После этого чайные листья быстро осели на дне[✱]Весь мой жизненный опыт и проведенный эксперимент говорят, что это какая-то ерунда, но я уверен, что в оригинале написано именно так. Может, в Японии какой-то другой чай?.

— Таким образом, я могу отделить воду и чайные листья, верно. Теперь, если говорить о верхней части стакана, там только вода, а все чайные листья внизу. Думаю, Король собирается сделать примерно так же.

Похоже, Женя была очень довольна своим объяснением, а вот Людвин ничего не понял.

— …Извини, а можно менее абстрактно?

— Врагами короля в настоящий момент являются продажные дворяне и их личные армии, а так же Герцог Кармин и его сторонники, отказывающиеся присягнуть новому Королю, верно? Все они сейчас собрались в Герцогстве Кармин, как чайные листья в этом стакане.

— Ты думаешь, что это ловушка, в которой можно поймать всех его врагов разом? — наконец-то Людвин понял, что она хотела ему сказать.

— Для этого должно совпасть слишком много условий. Единственное объяснение, что это чей-то тщательно продуманный план. Только вот чей?.. Нового Короля? Премьер-министра в черном? Или еще кого-то, я не знаю, — Женя пристально смотрела на чайные листья на дне стакана, словно пыталась рассмотреть сокрытую за ними тайну.

— Ты действительно очень умна, Женя. Ты словно видишь то, чего не вижу я, — не обращая внимания на ее задумчивость, Людвин рассмеялся.

— Ну, я ведь Максвелл, наша семья славиться своими гениями и чудаками, — с гордостью сказав это, Женя поставила стакан с чайными листьями на огонь.

— Спасибо, — усмехнулся Людвин. — Теперь я чувствую себя значительно спокойнее.

— Хорошо. Я рада.

— Спасибо за чай. Мне пора.

— Береги себя. Рассчитываю на твое скорое возвращение.

— Да. Клянусь, я скоро вернусь.

Женя цокнула языком.

— И еще одна фраза, словно ты собираешься погибнуть.

— Не говори таких зловещих предсказаний, я вернусь из чистого упрямства. В конце концов, я обещал представить тебя Его Величеству, — Людвин поднял руку, прощаясь. — Пока.

— Хм, с нетерпением жду того дня, когда познакомлюсь с нашим новым Королем.

Женя смотрела вслед уходящему другу. Чашка чая в ее руке немного дрожала.

***

Переодевание

Конец 9-го месяца 1 546-го года по континентальному календарю. Парнам, столица Королевства Эльфриден.

В этот день я, временный король этой страны, примерял мундир. Делал я это в комнате Лисии, так как своей у меня все ещё не было, а так же потому что это была военная форма, с которой она была хорошо знакома.

В грядущих сражениях с Георгом Кармином и Амидонией мне нужно будет лично появляться хоть и не на поле боя, но рядом с ним. Конечно, в своей повседневной одежде я этого сделать не мог, мне нужна была настоящая военная форма. Но когда я увидел то, что мне принесли, я был обескуражен: непонятно куда крепящиеся элементы, хитрые застежки… Я понятия не имел, как ее надеть.

Кажется, изначально помочь мне одеться собирались горничные, но Лисия вызвалась первой, со словами «Давай я помогу. Я же, как никак, твоя… невеста». Конечно я согласился, мне гораздо спокойнее было переодеваться при девушке, которую я уже неплохо знал, чем перед несколькими горничными.

— …Я не узнаю человека в зеркале, — не мог не сказать я когда мы закончили переодевание.

В целом, эта форма была похожа на ту, что обычно носила Лисия, только основным цветом был черный, с золотой отделкой.

Я выглядел так… Величественно.

— Теперь я чувствую себя почти королем.

— Ты о чем? Ты уже пол года как король, — рассеяно ответила Лисия. Кажется, мы с ней давно вот так просто не разговаривали… Лисия снова осмотрела меня и удовлетворенно кивнула. — Но ты прав. Выглядишь действительно как король.

— Не думаешь, что это сейчас резковато было?

— Ну, с твоей повседневной одеждой у нас действительно есть проблема. Она совершенно не королевская.

— Кто бы говорил, ты тоже одеваешься совершенно не как принцесса с нашей первой встречи.

Лисия почти всегда носила военную форму, я ни разу не видел ее в платье, которое можно было бы ожидать от принцессы. Услышав это, она немного покраснела и отвела взгляд, скрестив руки на груди.

— Не-неважно, эта одежда отлично мне подходит, — хоть ее слова и звучали как отговорка, она была права. Облегающая военная форма хорошо подходила ее гармоничной фигуре.

Ну а что же на счет меня? Я вытянул перед собой руку, словно отдавал какой-то приказ. Действительно, жест выглядел более величественным.

— …Да, это действительно не мое. Такое чувство, словно я пытаюсь выглядеть влиятельнее, чем есть на самом деле.

— Говорю же, ты на самом деле очень влиятельный. Ты не сможешь возглавить армию, если не будешь выглядеть соответственно. Это важно для боевого духа подчиненных.

— Но ведь приказы будет отдавать Людвин и остальные командиры. Моя единственная работа на войне — быть формальным предводителем в штабной палатке.

Обязанностью короля была подготовка до войны и наведение порядка после. Хотя Гай VIII Амидония, вероятно, будет командовать лично, такому неофиту как я не стоит и пытаться имитировать командную работу.

— Раз ты будешь формальным предводителем, то тем более должен выглядеть соответствующе. Ты должен выглядеть как великолепный король, что бы солдаты были готовы на руках тебя носить.

— Полагаю ты права…

— Конечно я права. Кроме того, эта форма так же защитит тебя, — Лисия накинула на меня короткий плащ.

В этом мире существовали так называемые «прикрепляемые заклинания». Если коротко: даже одежда из ткани может защитить вас от магии и стрел, если она зачарована.

Впрочем, тип снаряжения так же влиял на эффективность зачарования, например на тяжелом доспехе защитное зачарование будут эффективнее, чем на простой одежде. С другой стороны, в тяжелых доспевать сложнее двигаться, так что тем, кто должен был двигаться быстро выбирали тканевую форму. Люди выбирали снаряжение исходя из личных предпочтений и своего рода войск (рыцарям были нужны доспехи, а лучниками и магам — форма).

На только что надетый на меня плащ было наложено защитное заклинание.

— Но не будь беспечным, — продолжила Лисия, уперев указательный палец мне в грудь. — Эта форма защитит тебя от случайной стрелы или слабой магии, так что не подставляйся под слишком сильную магию и не пытайся противостоять умелому противнику. Даже не думай идти на передовую, — она выглядела обеспокоенной.

— Я не пойду. Я знаю свои возможности лучше, чем кто-либо другой, — я ласково погладил ее по голове, но это ее не сильно успокоило.

— Но все же ты постоянно берешь на себя слишком многое… Сома?

— М?

— Тебе действительно нужно выходить на поле боя? — ее губы подрагивали от волнения. — Как ты сказал, ты формальный предводитель. На самом деле, не так много королей лично выходят на поле боя. Да, такие люди как Гай хотят лично возглавлять войска, но обычно у короля есть вассалы, делающие это от его имени. Разве ты не можешь оставить это Людвину и остальным?

— …Ты же знаешь, что не могу, — Лисия напряженно сжала губы. — Я совсем недавно получил трон. К тому же, я почти ребенок. Если я не выйду на поле боя, даже как формальный предводитель, солдаты начнут сомневаться во мне. Чтобы Людвин мог командовать войсками вместо меня без осложнений, я должен быть рядом.

— Знаю! — крикнула Лисия, уткнувшись лицом мне в грудь. — Знаю я, но… Я все еще волнуюсь! Когда я думаю о том, что мы можем потерять тебя!.. Что мы будем делать?!. Что я… я… Нет, все!..

Обняв ее покрепче, пока она пыталась подобрать слова, я сказал:

— Спасибо, что заботишься обо мне.

— Сома… — Лисия подняла на меня влажные глаза.

— Но я тоже волнуюсь на твой счет, — я попытался ободряюще ей улыбнуться. — Ты ведь тоже выходишь на поле битвы, причем не как я, ты будешь командовать на передовой, верно?

— Разумеется, — кивнула Лисия, как будто иначе и быть не могло. Ну что за головная боль…

— Знаешь, я бы хотел, что бы тоже не отходила от штабной палатки. Я не нахожу себе место при мысли, что с тобой что-то может случиться.

— Нет. Эта страна переживает кризис. Позволь мне сделать то, что я могу, — безапелляционно заявила Лисия.

Ну что за принцесса-хулиганка.

— Я отправлю с тобой Аишу, поняла?

— Разве это не ослабит защиту главного лагеря?

— Аиша наш самый сильный индивидуальный боец, оставлять ее в тылу — тратить ее талант попусту. Уверен, она тоже хочет быть на передовой. Пожалуйста… Обе, возвращайтесь домой целыми и невредимыми.

— Ты тоже, — Лисия улыбнулась и обняла меня. — Я не хочу обнаружить, что мне не к кому возвращаться.

— Ох… Это все начинает звучать как флаг смерти.

— Флаг смерти?

— Это такие фразы, например «Я женюсь после войны» или «Когда я вернусь — твоя очередь лечить меня» и так далее, понимаешь?

— …Да, вроде бы обычные фразы, но звучат как-то зловеще.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись, пытаясь прогнать тревоги.

***

Закулисная работа Томоэ и Пончо

Конец девятого месяца 1 546-го года по континентальному календарю, заповедник ринозавров, Королевство Эльфриден.

Котловина в окружении высоких гор, с прекрасным озером в центре, с высокой травой на лугах. Заповедник ринозавров, как можно понять по названию, был местом, где эти сверхмассивные ящерицы могли жить и размножаться в безопасности.

Эти существа были размером с локомотив и обладали примерно такой же силой, так что их использовали для транспортировки огромных повозок. Такая мощь привлекла внимание Сомы, он планировал использовать их на манер поездов, для упрощения перевозки грузов и людей по всей стране[✱]В оригинале написано «каждый ринозавр обладал большей силой, чем дизельный двигатель», но дизельные двигатели разные бывают. Решил сравнить его с локомотивом, раз есть отсылка к поездам..

Обычно их нужно было долго дрессировать прежде чем запрягать в повозки, но у Сомы в распоряжении была Томоэ с ее способностью разговаривать с животными, что сделало возможным напрямую вести переговоры о сотрудничестве.

В обмен на помощь ринозавры попросили создать безопасное место для размножения с большим количеством вкусной травы. Так и был создан этот заповедник.

Сейчас Томоэ снова разговаривала с одним из ринозавров.

— Господин ринозавр, господин ринозавр, — она держала ладонь на носу одного из ринозавров, крупнее обычных. Их можно было бы описать так: возьмите носорога, добавьте к нему комодского варана, поделите напополам, а затем увеличьте в размерах в десять раз. Маленькая девочка должна была с ним договориться с этой громадиной. — Я хочу Вас еще кое о чем попросить. Мне сказали, что на этот раз это очень большой корабль. Только такой большой и сильный ринозавр как Вы сможет его тащить. Пожалуйста, одолжите нам свою силу.

Томоэ говорила очень вежливо, но ринозавры были недостаточно умными, что бы понимать все ее слова. На самом деле, ринозавр понял только «Груз, нести, хорошо?».

— «Гррр…» (Я, груз. Ты, самка. Хорошо?).

— Поняла. Я попрошу здешнего хранителя устроить тебе пару во время брачного сезона, — хоть он и говорил только главные слова, Томоэ поняла его желание.

— «Грррах!» (Я, груз)

Готовый сотрудничать ринозавр издал радостный рев. Радующуюся успешным переговорам Томоэ окликнули двое стоящих за ней человека.

— Мадам Томоэ. Полагаю, что переговоры уже закончены, да?

— Отличная работа, младшая сестренка.

Обернувшись, Томоэ увидела идущих к ней министра по продовольственному кризису Пончо Ишизуку Панакотту и главную горничную замка Парнам, Серину. Они приехали сюда вместе с Томоэ, Пончо должен был организовать снабжение ринозавров пищей, а Серина была его помощником.

— Пончо, Серина. Я только что закончила, — идя к ним на встречу, Томоэ старалась идти уверено и красиво, но в процессе чуть не споткнулась. Пончо и Серина не могли не улыбнуться от такого милого поведения.

— Я рад это слышать, да. А теперь, мадам Томоэ, не желаете ли сделать перерыв и присоединиться к нам за ланчем? Да, да.

— Пончо подготовил ланч перед отъездом, — Серина продемонстрировала корзину.

— Ееехххуу! Еда Пончо всегда вкусная! Обожаю ее!

— Да, это стоит того, чтобы сопровождать его, — легко согласилась Серина. Похоже, она приехала вместе с Пончо в первую очередь из-за еды. Подумав немного об этом, Томоэ поняла, что Серина, бывшая не только главной горничной, но и личной горничной ее приемной старшей сестры Лисии, не была сейчас рядом с ней.

— Это нормально, что ты не пошла вместе со старшей сестрицей Лисией?

— Принцесса сказала: «Пожалуйста, помоги Пончо» и с улыбкой отправила меня сюда.

— Д-думаю это потому, что… — Пончо запнулся. Он чуть не сказал «потому что она хотела избавиться от тебя».

Серина была отличной горничной, но у нее была и негативная черта характера — она была немного садисткой, любящей мучить симпатичных девушек. Ничего запредельного, ей просто нравилось заставлять их чувствовать стыд (например, заставляя Лисию одевать платье с оборками).

Последнее время Серина развлекалась, поддразнивая Лисию по поводу ее отношений с Сомой, а затем наслаждаясь ее смущением.

«Да уж. Уверен, принцесса отправила ее с улыбкой…», — подумал Пончо.

Они довольно быстро нашли укромное место для обеда где на них, вероятно, случайно не наступит ринозавр. Когда Серина открыла корзину, их взглядам предстали коричневые котлеты, зажатые между двух булок. Вытащив одну, Томоэ удивленно ее рассматривала.

— Это и есть сэндвич? — спросила Томоэ.

— Э-это похоже, но в мире Его Величества это называется «гамбургер терияки», да. Мясной фарш обжаривают, приправляя водой хишио, которую делают мистические волки, а потом кладут на булочку вместе с овощами, да.

— Ммм… Ммм… Что же, очень вкусно, — пока Пончо рассказывал про это блюдо Томоэ, Серина успела снять пробу. С того самого дня, когда она попробовала тот рамен в замке посреди ночи, она плотно «подсела» на еду, приготовленную Пончо и Сомой.

— Ммм! Действительно, это восхитительно, Пончо! — увидев довольное лицо Серины, Томоэ тоже незамедлительно откусила кусочек гамбургера.

— Я-я рад, что Вы так говорите, да, — увидев ее счастливую улыбку, Пончо смущенно рассмеялся.

— Младшая сестренка, у Вас соус на щеке, — Серина аккуратно вытерла соус салфеткой.

— Спасибо, Серина.

— Хи-хи, не за что. В конце концов, мне стыдно видеть такое очаровательное личико, испачканное соусом, — ласково улыбнулась ей Серина. Она была садисткой для Лисии и других девушек в замке, но с детьми она вела себя очень ласково. Возможно, она и сама этого не осознавала, но рядом с Томоэ она всегда словно становилась другим человеком.

Пончо, наблюдая за ней со стороны, заметил это и всегда с улыбкой смотрел, как Серина ведет себя рядом с Томоэ.

Сейчас они выглядели бы как двое родителей с ребенком на пикнике. Хотя Томоэ выглядела бы слишком взрослой, что бы быть дочерью Серины.

Они выглядели удивительно мирно… для людей, занятых приготовлениями к грядущей войне.

Уважаемый старший брат Томоэ и по совместительству король этой страны, Сома, скоро вступит в противостояние с генералом сухопутных сил Георгом Кармином. Ринозавры могли быстро перевозить большое количество грузов, что делало их использование крайне важным для плана. Томоэ прибыла в заповедник именно для того, что бы договориться с ними.

— Все ли хорошо у большого брата… — прошептала Томоэ, глядя на мирно жующих траву ринозавров.

— В-все будет хорошо, — сказал Пончо, погладив ее по голове. — С силой Аиши, умом Хакуи и многими другими талантливыми людьми, собравшимися вокруг него, уверен, у Его Величества все будет хорошо, да. Надеюсь…

— Пончо, такое надо говорить увереннее, иначе она только больше будет волноваться! — тут же отчитала его Серина.

— Я… Мне ужасно жаль! — Сидя на траве, Пончо склонил голову. Серина усмехнулась, увидев его реакцию, и вновь заговорила с Томоэ, поглаживая ее по голове.

— Позвольте добавить. Пончо управляет поставками продовольствия для грядущих сражений. Он очень надежный человек, даже если и не выглядит таковым. Его Величество окружают надежные и верные ему люди, они не позволят ему потерпеть неудачу.

Судя по ее словам, она доверяла Пончо. Томоэ немного удивилась, услышав как Серина отзывается о ком-то настолько хорошо, но решила, что это чтобы подбодрить ее.

— Да, мэм! — она улыбнулась и шутливо отсалютовала.

Услышав ее бодрый ответ, Пончо и Серина тоже улыбнулись.

***

Маленькая принцесса-Тануки в ночь перед финальной битвой

Конец девятого месяца 1 546-го года по континентальному календарю, Нельва, Княжество Амидония.

Ван был построен для защиты от агрессии Королевства, а также как плацдарм для атаки на Королевство. На другом конце страны город Нельва предназначался для защиты от Республики Тургис и ее политики северной экспансии.

На вершине крепостной стены Нельвы, над южными воротами стояли двое: лорд этих земель, старый генерал, и единственная дочь князя Гая VIII.

— Деда Герман… Ты же хотел пойти с моим стариком, да? — Спросила Ророа. Да, ее покойная мать была дочерью Германа.

Ее старик… В смысле, отец, Гай VIII, вел войска в сторону Эльфридена вместе с ее братом, Юлием. Герман тоже был воином, хоть и не до таких крайностей, как Гай, и Ророа понимала, что он мог бы хотеть поучаствовать в столь грандиозной войне. Но Герман в ответ на ее вопрос лишь рассмеялся.

— Ха-ха-ха, это верно, хороший воин не захочет, что бы такой бой прошел без него. Но, знаешь ли, оставаться здесь и держать Республику в узде — тоже важно.

Большую часть года вся территория Республики Тургис была покрыта снегом, потому они и стремились заполучить хоть немного северных земель, пригодных для выращивания продовольствия, как они не отказались бы и от незамерзающего порта.

— …И чем там занимается Республика? — вздохнув спросила Ророа.

— Похоже, они тоже собрали войска на границе. Нельзя сказать точно, хотят ли они напасть на нас или на Королевство. Хоть они и хотят расшириться на север, они не будут торопиться попусту. Уверен, они еще некоторое время будут выжидать, — в голосе Германа прозвучало раздражение. Республика ожидает результатов противостояния Амидонии и Эльфридена, что бы напасть на того, кто будет больше ослаблен войной. По мнению Германа, они действовали подобно гиенам.

— Да уж… — еще более грустно вздохнула Ророа. — Если проиграем — окажемся в паршивом положении. Но старик об этом даже не задумывается… Ну что за морока…

— Ты думаешь, что Лорд Гай проиграет?

— Без понятия на счет военных дел. Без понятия… Но этот парень, Сома, их новый король, я уверена, не наивный ребенок.

Благодаря ее финансовому чутью, у нее было много друзей среди торговцев. Через них она давно собирала информацию о Соме.

— Этот Сома — невероятный воин? — осторожно спросил Герман, поглаживая бороду.

— Не знаю. Говорят, он какой-то-там герой, призванный из другого мира, но за его силу каких-то разговоров не слышно. Он просто очень рационально использует ресурсы Королевства. Он ищет талантливых людей, строит дороги, создает транспортную сеть…

— Хм… Из сказанного я не могу сделать вывод о его силе.

— Вот-вот, потому его так сложно понять, — Ророа оперлась рукой на крепостную стену. — В одном я уверена: вокруг этого парня полно талантливых людей. Думаю, что средний по способностям король, умеющий находить таких людей и поручать им подходящую работу, гораздо опаснее одного сильного короля. Мой старик умудряется загубить работу даже преданных ему талантливых людей, как мистер Колберт. Его могут легко прибить.

Герман не знал, что можно ответить тоскливо говорящей все это внучке.

Военный и бизнес-леди. Гай и Ророа были слишком разными и между ними выросла стена. Ророа злилась, что ее отец тратит слишком много денег на нужды армии, а Гай злился, что его дочь хотела бы тратить гораздо меньше денег на нужды армии. Сейчас их пути, похоже, окончательно разошлись и она просто смирилась с этим.

«Но ведь… Он ведь все еще остается ее отцом. Она должна что-то чувствовать на этот счет». — подумав об этом, Герман попытался заговорить:

— Ророа…

— Ну, мой старик скоро отхватит люлей, потому мы и здесь, — перебила она его. — После его поражения я… Мы, вся наша страна столкнется с небывалым кризисом. И чтобы преодолеть его, мы не можем позволить Республике вклиниться в наши дела. Дедуль, очень важно, что бы ты держал границу на замке, — закончила она шутливо.

— Конечно я не могу отказать в просьбе своей любимой внучке! — сказал Герман, стукнув себя кулаком по груди. — Пока я на страже — ни один солдат Республики не проскочит тебе за спину. Так что свободно делай, что нужно.

— Мва-ха-ха! Рассчитываю на тебя, дедуль!

Пока они смеялись, к ним подошли еще двое.

Одним из них был бывший министр финансов Колберт. Разгневавший Гая, он сейчас должен был сидеть под домашним арестом в Ване. Вторым был Себастьян, владелец магазина «Серебряный олень» в Ване. Они были надежными товарищами, с ними Ророа собиралась осуществить задуманное.

— Принцесса, пора идти, — Колберт протянул ей огромное пальто. Он и Себастьян были одеты в точно такие же.

— Это?.. — немного удивилась Ророа, но быстро все поняла и надела пальто, опустив капюшон. В низкорослой фигуре ничто не выдавало принцессу.

— Куда-то собираетесь? — спросил Герман, посмотрев на них

— Мы с мистером Колбертом спрячемся в каком-нибудь городе с приемником вещательной сети. Нельва — пограничный город, здесь много солдат и мы привлечем ненужное внимание. Себастьян же вернется в свой магазин в Ване и продолжит следить за ситуацией оттуда и докладывать нам.

— А ты подготовилась. Жаль, что ты не родилась мужчиной…

Если бы Ророа могла унаследовать трон, она бы быстро восстановила экономику. Княжество под ее руководством, несомненно, сделало бы значительный шаг вперед. Герман не мог не сожалеть, что этого никогда не произойдет.

— Ой, перестань, — Ророа энергично замотала головой. — Я просто маленькая девочка, слабая и беззащитная.

— Ха-ха-ха! — от души рассмеялся Герман. — Может ты хотела сказать «дерзкая и решительная»? — он положил руку ей на голову. — Ну что же, даже если ты не можешь быть князем… Надеюсь, ты найдешь мужа, который поможет тебе реализовать твое экономическое чутье.

— Мужа? Как бы, мне только пятнадцать, не забыл?

— Пятнадцать — подходящий возраст для принцессы, что бы начинать задумываться о браке, — спокойно ответил Герман. — И вообще, хочу увидеть правнуков.

— Деда, ты сильно забегаешь вперед! — воскликнула Ророа, закрывая отчаянно краснеющее лицо.

Такая милая реакция была совершенно нормальной для девушки ее возраста и трое мужчин не могли скрыть улыбку[✱]О, пятнадцать. Не помню, что бы где-то писали про ее возраст (эти короткие истории я не читал раньше). Угу. Господа лоликонщики, все готовы?.

***

Бонусное изображение

Иллюстрации

Ночь, 3-й день десятого месяца 1546-го года по континентальному календарю — Парнам, столица Королевства Эльфриден.

В чистом небе ярко светила луна.

Это была тихая, спокойная ночь и было трудно поверить, что всего несколько дней назад эта страна вела полномасштабную войну с Княжеством Амидония.

Конечно, когда весть о их триумфальной победе достигла Парнама, люди шумно праздновали, но по прошествии нескольких дней они успокоились.

Молодой король Эльфридена (хотя он еще не был коронован, так что технически был временным королем) Сома Казуя, объявил войну оконченной после оккупации столицы Княжества, Вана, и прилегающих к нему территорий.

Теперь, затаив дыхание, все взволнованно ждали начала переговоров.

Еще одна тихая ночь в замке Парнам.

Прежний король Альберт и его жена Элисия пили чай, наслаждаясь звездным небом с террасы, примыкающей к их спальне в замке.

— …Сегодня очень тихо, — сказал Альберт.

— Хи-хи. Да, действительно, — ответила его супруга.

На их лицах играла непринужденная улыбка.

— Без Лисии и нашего зятя кажется, словно жизнь покинула это место, — продолжил Альберт. — Хотя совсем недавно такая тишина была сама собой разумеющейся.

— Да, с тех пор, как мы уступили ему трон, все так оживились. Министры, чиновники… даже стража и горничные — все постоянно что-то делали.

— Действительно, — кивнул Альберт. — Но из них всех больше всего трудиться как раз наш зять. Я никогда не думал, что есть так много вещей, которые король может делать, и так много вещей, которые король должен делать… Возможно, как бывшему королю мне не следовало бы так говорить, но думаю, я поступил верно отрекшись от престола.

После отречения Альберта, люди поначалу сопротивлялись внезапным переменам, но действия Сомы достаточно быстро завоевали их расположение, как и помолвка с принцессой Лисией.

И сейчас, когда Сома добился победы в войне как дома, против двух герцогов, так и за границей, против Амидонии, народ этой страны окончательно признал его своим королем.

— Полагаю, люди удивлены моей проницательностью, — весело рассмеялся Альберт.

Признав Сому, люди так же начали видеть Альберта в лучшем свете. Теперь про него говорили примерно так: «Сам бывший король не достиг ничего примечательного, но в итоге, вместо того, что бы цепляться за власть, он принял смелое решение и передал бразды правление своему более способному приемнику».

От души насмеявшись, он опустил взгляд в чашку. Лицо человека в отражении было усталым, одиноким и мрачным.

— Как ты думаешь… Нам удалось что-то изменить? — спросил Альберт свою жену.

— Все должно быть в порядке, — Элисия уверенно кивнула и заговорила успокаивающим тоном. — В отличии от того раза, в этот раз она с ним с самого начала. Вместе, они смогут привести нас к лучшему. Кроме того, они не одни. Сейчас все вокруг еще оживленнее, чем тогда.

— Хо-хо-хо… Да, так и есть. В конце концов, у нас теперь есть еще одна дочь, — Альберт широко улыбнулся, вспомнив усыновленную ими девочку мистического волка.

— Она просто прелесть, — Элисия улыбалась так же. — И эти ее пушистые ушки и хвостик!..

— Лисия в этом возрасте уже была той еще оторвой, хотя это было по своему мило. Но кроткий характер Томоэ просто неподражаем.

— Действительно. То, как она смущаясь называет меня мамой — восхитительно. О, надеюсь Томоэ уже скоро вернется домой.

Из-за своего дара, беженка мистический волк Томоэ была усыновлена Альбертом и Элисией для защиты. Теперь они окружали ее любовью как родную дочь.

— Надо будет еще раз напомнить зятю, что бы держал сомнительных личностей подальше от нее, — решительно сказал Альберт

— Да, королевские семьи и знатные дома не редко усыновляют детей, что бы потом использовать их для политических браков, но я бы не хотела, что бы эта учесть постигла Томоэ.

— Абсолютно точно нет.

…Услышь их сейчас Лисия, она могла бы с полным на то основанием рассерженно выкрикнуть «И это говорите ВЫ?», ведь ее помолвка как раз была устроена в интересах государства без ее согласия (и без ее ведома).

Остаток вечера Альберт и Элисия оживленно обсуждали, насколько очаровательна Томоэ.

◇ ◇ ◇

— Апчхи!

— Пчхи!

Тем временем в замке в Ван, Лисия и Томоэ чихнул в унисон. Переглянувшись они удивленно склонили головы.

«Думаешь, нас сейчас кто-то обсуждает?». — мысленно спросили они друг друга.

5-й день десятого месяца 1546-го года — Ван, столица княжества Амидония.

Несколько дней назад отгремела ожесточенная битва между армиями Королевства Эльфриден и Княжества Амидония, но сейчас мы были в уже оккупированном Ване, в комнате стратегического планирования замка. Мы это: принцесса Лисия, капитан королевской гвардии Людвин Арк, исполняющий обязанности генерала сухопутных сил Глэйв Магна, премьер-министр Хакуя Квонмин и я, король Эльфридена Сома. Мы стояли вокруг стола с развернутой картой.

Глядя на эту карту можно было понять, что мы заняли только Ван и небольшую область вокруг него, в итоге лишь немного сдвинув границу на северо-запад. Дальше по прежнему находилась территория Амидонии.

— Есть какие либо признаки контрнаступления со стороны Амидонии? — спросил я Людвина.

— Нет, они не предпринимают никаких агрессивных действий, — Людвин расставлял небольшие пешки возле городов Княжества, демонстрируя расстановку сил противника. — Как Вы можете видеть, они все свои силы сосредоточили на укреплении обороны ближайших городов. Полагаю, их силы истощены недавней битвой, так что они отказались от идеи отвоевать город и… м…

— …они ждут прибытия имперской армии, да? — закончил за него я.

Империя Гран-Кэйос, самое большое государство на континенте, если не считать Мир Демонов. Мы ожидаем, что они скоро вмешаются в конфликт по просьбе Амидонии.

— Интереса ради, какова разница в силе между нашим Королевством и Империей? — спросил я Хакую.

— Империя превосходит нас по влиянию, населению, войскам, технологиям и финансам. Если говорить только о количестве войск, то примерно пять к одному. Но учитывая технологии и другие факторы, их преимущество можно еще удвоить.

— В десять раз сильнее, да? Хм… Сейчас мы им не противники…

Если мы хотим иметь дело с Империей на равных, нам нужно стать сильнее. До этого момента мы еще могли обходиться тем, что у нас уже было, но в дальнейшем нам необходимо создать что-то кардинально новое.

— Очень жаль, — присоединился к разговору Глэйв, его голос был печален. — С нашим текущим темпом мы быстро захватили бы оставшуюся часть Амидонии.

Но я смотрел на ситуацию иначе.

— Угу, только нам это не нужно, — я сел в кресло, подперев голову руками. — Не спорю, их полезные ископаемые привлекательны, но в стране в целом масса проблем, а мы сами только-только справились с продовольственным кризисом. Поддержка этого города и его окрестностей — это одно, но мы не сможем прокормить всю Амидонию. А если мы захватим только рудники — получим еще больше ненависти от амидонцев.

— Когда Вы это так описали… Да, в этом действительно нет ничего хорошего.

— Верно.

Ну и не будем забывать: как только появиться Империя — все вернется на круги своя. Сколько бы мы сейчас не захватили городов — мы будем вынуждены их вернуть. Это касается и Вана.

— Кроме того, амидонцы — мстительный народ, эту черту характера в них взращивали на протяжении поколений. Даже без учета Империи я не думаю, что мы смогли бы установить здесь стабильную власть.

— Ты прав, — согласилась Лисия. — С одним Ваном у нас все в порядке во многом благодаря огромной армии, остановившийся в нем. Но если мы сейчас просто попытаемся аннексировать город, я не думаю, что люди будут нам подчиняться.

— Да. Мы должны их сначала «укротить».

— Собираешься «укротить» амидонцев? — спросила Лисия.

— Да. И я уже вызвал идеально подходящего для этого человека.

Как по команде, в этот момент в дверь постучали.

— Входи, — громко сказал я.

— Простите, — в открывшуюся дверь вошла синеволосая красавица и элегантно поклонилась. — Джуна Дома по вашему приказу прибыла, — подойдя ближе она четко отсалютовала и еще раз изящно поклонилась.

Сегодня она была одета не в привычный для меня наряд певицы из поющего кафе, а в парадную форму ВМФ.

— Спасибо, что пришла. Военная форма тебе идет.

— Мне очень неловко, что Вы видеть меня в таком виде, Ваше Величество.

— Не стоит переживать понапрасну. С твоей то внешностью…

— Сом-а-а-а? — прервала меня Лисия. — У нас тут важное совещание, будь любезен отложить флирт на потом.

Лисия улыбалась, но за этой улыбкой было что-то пугающее. Да, она права. Нам стоит продолжить совещание. В смысле, я вызвал Джуну сюда с южной границы не затем, чтобы мило с ней побеседовать.

Джуна с улыбкой смотрела на нас с Лисией словно взрослый на препирающихся по пустякам детей. Ладно, проехали.

— Гм, — я прочистил горло. — Разумеется, я вызвал ее сюда не просто так…

— …а потому что тебе нравиться на нее смотреть? — закончила за меня Лисия.

— …Да ладно тебе, ты же знаешь, что причина не в этом.

— Хм, — Лисия сердито склонила голову в бок.

«Как мило у нее получаются все эти девичьи штучки…», — подумал я, но… Как только что сказала сама Лисия, мы были на совещании. Оглядевшись, я увидел натянутые улыбки у всех присутствующих, кроме разве что Джуны. Надо будет задобрить Лисию потом как-нибудь.

— Гм… Вернемся к теме. Я вызвал Джуну сюда не просто так. Пора реализовать план, который мы довольно давно готовили.

— План? — Лисия снова удивленно наклонила голову.

— Да. Я называю его «Проект Лорелея»

Перейдя в зал для аудиенций, мы увидели трех ожидающих нас девушек.

Все три были разных расс и возраста. Первая была светлой эльфийкой с темно-каштановыми волосами, вторая напоминала милую ученицу начальной школы, третьей была зверочеловек с кошачьими ушками. Каждая была красавицей.

— Я привела тех, кого Вы просили, Ваше Величество, — сказала Джуна приложив руку к груди после того, как я сел на трон.

— Нет необходимости в такой официальности. Встаньте, вы все.

Девушки одновременно встали и поприветствовали меня в унисон:

— Рады познакомиться.

«Да, они полны энергии и отлично двигаются». — когда я подумал об этом и удовлетворенно кивнул, Лисия отправила мне еще одну завораживающую улыбку.

— Э-э-э-й, Сома?

— Ч-что?

— Надеюсь, после захвата Вана ты не возомнил о себе лишнего, правда же? Не решил, что все красавицы мира принадлежат тебе?

Да, под этой улыбающейся маской она определенно испытывает другие чувства.

— Ты все не так поняла! Я вызвал их сюда потому, что они необходимы для моего проекта!

— Хм!..

— Правда! И, подожди, ты сама говорила, что позволишь мне взять до восьми жен, не так ли?

— Ну да, говорила. Но я должна или ее знать и быть в ней уверена, например как в Аише, или же если это будет необходимо по дипломатическим соображениям. Но я не буду рада, если ты будешь использовать свою власть, чтобы окружить себя красавицами.

— Говорю же, дело не в этом! Помнишь, я уже проводил поиск талантов?

В конце первого «поиска талантов» мы провели громкое представление, на котором представили Аишу, Джуну, Хакую, Томоэ и Пончо, но было нанято гораздо дольше людей, которые сейчас работали на благо страны.

Например, талантливые в арифметике стали чиновниками, а одна зверочеловек-черепаха (возраст: около 800 лет) сказала: «Я читала книги в течении сотен лет. Я не уступлю никакому молодому хлыщу в том, что касается познаний в книгах». Ее мы назначили главным библиотекарем в строящемся городе.

Кроме того, я нанимал даже проигравших в соревнованиях людей со схожими дарами, если был уверен в их таланте.

Аиша была победителем турнира на звание лучшего воина Королевства, но многих проигравших все равно пригласили присоединиться в запретную армию. Хотя в то время подконтрольные мне войска воспринимались исключительно как декоративные, так что предложение мало кто принял…

Что касается этих трех девушек, вполне возможно, что они проиграли Джуне в конкурсе красоты Эльфридена, или же в конкурсе талантов Королевства, категория «пение». Но бесспорно, в этих конкурсах они заслуженно заняли высокие места.

— После окончания того этапа поиска талантов я попросил Джуну не терять их из вида. Да ладно, я ведь тебе рассказывал, что хочу создать развлекательную программу для вещательной сети.

— О, да… Ты как-то об этом говорил, — Лисия словно только что об этом вспомнила.

— И вот сейчас у нас появляется потребность в развлекательной программе, — продолжил я радуясь, что ее тон стал мягче. — Я решил начать с музыкальной программы. В конце концов, кто не любит красивые песни? Эти девушки — кандидаты на роль певиц в этой программе. С самого конкурса талантов и по сей день они оттачивали свое мастерство пения и танца в поющем кафе Лорелея, как и Джуна.

Честно говоря, я планировал немного другой порядок событий.

Я хотел начать с программы вроде Nodo Jiman («Горжусь своим голосом»), конкурса пения среди любителей, чтобы люди сначала привыкли к самой идеи такой программы, а затем уже ввести этих девушек как айдолов.

Кстати, в данном случае говоря «айдол» я имею в веду «красивую певицу». Таких можно было увидеть несколько лет назад, в эпоху Сёва. Современная поп-группа айдолов в стране, не имеющей представления о таком культурном феномене, вызвала бы удивление.

В то же время, если бы мы подошли к передаче с позиции привычных всем певиц и певцов — люди воспринимали бы их так же, как странствующих менестрелей, уличных музыкантов или певцов в поющих кафе и барах.

— Понятно, вот значит что за Проект Лорелея. Но разве нам необходимо делать это сейчас, когда у нас столько проблем после войны? — она выглядела озадаченной. Похоже, она не видела смысла в создании развлекательной передачи сразу после захвата столицы Амидонии. Но она ошибалась.

— Именно сейчас наилучшее время для такой передачи, — закончив разговор с Лисией я вернул внимание к Джуне и остальным. — А теперь, Джуна, не могла бы ты представить нас друг другу?

— Да, Сир.

Джуна начала с крайней справа, длинноволосой светлой эльфийки.

В этом мире светлокожих эльфов называли светлыми эльфами, а эльфов с смуглой кожей, как у Аиши, темными эльфами. На моей родине эльфов обычно представляли исключительно светловолосыми, но, если задуматься, в иностранных фильмах цвета волос у эльфов были вполне «по-человечески» разнообразными. У стоящей перед мной светлой эльфийки были, как уже упоминалось, темно-каштановые волосы, очень светлая кожа и оранжевые глаза. Полагаю, ее возраст был где-то между двадцатью и тридцатью годами. В ее движениях было некоторое достоинство, как у деловой женщины.

— Это Крис Тахион, — представила ее Джуна. — Как видите, она светлая эльфийка.

— Здравствуйте, Ваше Величество. Я — Крис Тахион, — держа руку перед животом, она слегка поклонилась, не больше чем на 45 градусов. Ее уверенный жест и излучаемая зрелая атмосфера напомнили мне бортпроводниц из моего старого мира.

— В прошлом она была странствующим менестрелем, у нее прекрасный голос, но особенно примечательно она читает стихи. В ее исполнении описываемые события настолько ярки, словно вы видите их вживую. Я считаю, ее талант лучше применить не в музыкальной программе, а в информационной, о которой вы мне рассказывали.

— Понятно, ты думаешь сделать ее диктором, а не певицей.

Когда она представилась, ее голос действительно звучал очень хорошо, в целом говорила она спокойно и у нее была соответствующая внешность. Такой айдолоподобный диктор в новостной программе был бы очень кстати. Я попросил у Хакуи ручку и бумагу, написал несколько слов и попросил передать листок Крис.

— Не могли бы Вы прочитать это для меня?

— Вот это? Что же… «Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения случайны».

— Ага, звучит отлично. Думаю, ты отлично подойдешь для новостной программы, как и сказала Джуна.

— Большое спасибо, — ответила Крис с улыбкой, снова кланяясь.

— Ты дал ей прочитать какую-то важную фразу? — шепотом спросила Лисия.

— Универсальная отговорка из моего старого мира. После этих слов можно говорить что угодно и про кого угодно — и все сойдет тебе с рук.

Лисия снова очаровательно склонила голову набок, не особенно поняв ответ.

В это время Джуна перешла к представлению следующей девушки. Или правильнее будет сказать девочки, выглядевшей не на много старше Томоэ. Она была одета в вычурный наряд в стиле лолиты, весьма ей подходивший.

— Ее имя — Памилла Кэрол, она кобито.

— Меня зовут Памилла. Приятно познакомиться, — она склонила голову в поклоне. Это выглядело мило, но…

— Что значит кобито? Полурослик?

— Нет, она не хоббит. Она из рассы вечно-юных. Некоторые рассы в определенном возрасте перестают стареть, как эльфы, но особенно ярко это особенность выражена у кобито. Они выглядят как дети двенадцати-тринадцати лет даже в глубокой старости. Памилла, например, при своей внешности значительно старше меня.

— Серьезно?! — воскликнул я. — Подумать только, в этом мире есть и такая раса…

«Это какая-то ультимативная расса лолит и шот. Не знаю… Что-то я беспокоюсь за всю их расу. Может, стоит создать для них охраняемый район и повесить табличку ”лоли, руками не трогать”, чтобы защитить его от определенного типа джентельменов и леди[✱]После такого заявления Сомы на счет их расы беспокоюсь уже я…?

Кроме того, хотя я чуть не пропустил это мимо ушей, в этом мире есть хоббиты. Будем надеяться, у них нет никаких странных колец…»

Пока я размышлял о странном, Джуна продолжала объяснять:

— Ее голос чистый, как колокольчик. Легкие песни в ее исполнении звучат еще очаровательнее. …Люди часто говорят мне, что я выгляжу весьма зрелой, так что мне такие песни не подходят. В этом плане я ей немного завидую.

— Я тоже кое в чем Вам завидую, Джуна, — присоединилась к разговору Памилла. — Когда мне сообщили, что я сегодня предстану перед Его Величеством, я хотела надеть платье с открытыми плечами, но такому платью на мне совершенно не на чем держаться.

Джуна и Памилла с одинаково тоскливым выражением лица смотрели куда-то вдаль.

«Я понимаю проблему Памиллы, но, получается, Джуну беспокоит тот факт, что она выглядит старше, чем есть на самом деле? Если смотреть на ее внешность и поведение, действительно трудно поверить, что ей всего девятнадцать».

Обдумывая это, я вспомнил слова из какого-то фильма: девочки хотят выглядеть старше, женщины хотят выглядеть моложе[✱]В оригинале «Относитесь к женщине в возрасте как будто она моложе вас, а к молодой девушке как будто она старше вас»..

«Джуна на год старше меня, я часто полагаюсь на нее как на старшую сестру, а нужно наоборот, давать ей почувствовать себя молодой девушкой, хоть иногда».

Джуна откашлялась, возвращая разговор в прежнее русло, и продолжила представление:

— И последняя, но не по значению: Нанна Камизуки. Как видите, зверочеловек.

— Приве-ет! ♪ Я Нанна! ♪ — девушка с кошачьими ушками поприветствовала меня дружелюбной улыбкой, полной острых зубов.

На вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать. По сравнению с другими двумя девушками, на ней было меньше одежды: она была одета в топ без бретелек и свободные штаны, а ее лицо было раскрашено, как у футбольного фаната[✱]В оригинале tube-like outfit, но поиск картинок гугла и яндекса такого не знает. Использовал tube top (топ без бретелек) и добавил про свободные штаны, должно хорошо подходить к ее образу.. Она выглядела как девушка из племени рыбаков.

Глэйв был готов отчитать ее за столь неформальное обращение к королю, но я жестом остановил его. Мне показалось, я услышал в ее речи незнакомый акцент.

— Возможно, она не привыкла говорить на нашем языке?

— Именно так, — Джуна тоже начала ее защищать. — Кажется, она эмигрировала в Эльфриден с островов Девятиглавого Дракона и какое-то время жила в небольшой рыбацкой деревушке, где и изучала язык. Пожалуйста, простите ее, если иногда она будет говорите немного грубо.

«Ясно… Так она эмигрант из Союза Островов Девятиглавого Дракона?».

Большинство стран континента использовали общий язык на равне со своими национальными, но некоторые страны, по тем или иным причинам изолированные от соседей, использовали только свой национальный язык, именно к последним и относился Союз Островов Девятиглавого Дракона.

— Я понимаю, но… Это не мешает ей петь?

— На счет этого не переживайте. Кроме того, у нее весьма необычный голос, в нем есть что-то и от женского, и от мужского. Думаю, она хорошо подойдет для тех «песен из аниме», которым вы меня научили.

— Ох… Она может сейчас что-нибудь спеть?

— Да. Для проверки я научила ее одной. Нанна, ты не могла бы спеть для нас ту песню?

— Конечно! ♪ Просто оставьте это Нанне.

Нанна с энтузиазмом запела. Это было вступление к одному анимэ жанра меха, в оригинале так же исполненная женщиной. Если не обращать внимание на слова песни, волнующий ритм хорошо подходил к голосу Нанны.

— Кстати, Лисия, ты понимаешь слова песни? — шепотом спросил я.

— Нет, эта песня определено на незнакомом мне языке. Хотя я точно могу сказать, что это классная песня.

— Ну, пока тебе все нравиться, все в порядке… Наверное[✱]Полагаю, в этом месте говорят о какой-то песне из аниме с сомнительным смыслом слов. Мои познания в такой музыке ограничиваются «A Cruel Angel's Thesis», и я не уверен, что речь про нее.?

«Думаю, стоит вместе с Джуной перевести эти песни на язык этого мира».

— Ваше Величество! ♪ Ну как я? ♪ — Закончив песню, Нанна посмотрела на меня с широкой улыбкой.

— …Ух. Это было потрясающе.

— Рада это слышать! ♪

Нанна взмахнула рукой, как бы говоря «Я прошла, верно?» И быстро вернулась к двум другим девушкам.

«Она уникальна… Смелая, с необычной внешностью, а ее уверенные движения должны отлично смотреться на экране. Возможно, из всех присутствующих она лучше других подходит на роль айдола».

— Ты отлично поработала, собирая этих людей. Спасибо, — поблагодарил я Джуну.

— Вы слишком добры, — вежливо ответила она.

— Ладно, все в сборе, — хлопнул я в ладоши. — С этой троицей и Джуной, которая хорошо справиться с мягкими, серьезными песнями, мы сможем создать первую развлекательную программу Эльфридена. Хотя вещать ее мы будем не только на территории Эльфридена, но и в Амидонии.

— И в Амидонии? — переспросила Лисия.

— Да. Нам же удалось заполучить кристалл вещательной сети Амидонии.

Из всего, что мы нашли в замке Вана, самым ценным для меня был кристалл вещательной сети. В Амидонии был лишь один такой кристалл и с его помощью можно было передать сигнал каждому приемнику в этой стране.

Такие кристаллы были артефактами древней цивилизации. Хотя мы пока не могли их изготовить своими силами, они не были чрезмерно редки. Хотя бы один такой кристалл был в распоряжении каждой страны, за исключением совсем уж небольших, вроде некоторых стран-участниц Союза Восточных Наций, так же кристалла не было у драконов Горного Хребта Звездного Дракона.

Однако, было практически невозможно получить передачу из другой страны. Это и к лучшему, иначе конфиденциальная информация могла просочиться за пределы государства. Хотя технически, можно было подобрать частоту простого приемника или настроить кристалл как ретранслятор, что делало вещательную сеть немного похожей на радио.

Другими словами, получив единственный кристалл вещательной сети Амидонии у нас появилось эксклюзивное право вещания на каждый приемник этой страны.

Так что теперь мы можем транслировать первую развлекательную программу Эльфридена сразу в двух странах. Что эта программа изменит в Амидонии? Изменит ли она хоть что-то?

Понять это мы сможем только после эфира.

◇ ◇ ◇

В отличии от Парнама, в Ване, столице Княжества, на центральной площади оборудованной для трансляции вещательной сети не было фонтана.

Да и «центральной площадью» это место только называлось, это было просто поле на окраине Вана. Причина была проста: в Амидонии вещательную сеть использовали лишь раз в год, чтобы князь мог сказать «Мы никогда не должны забывать нашу жажду мести Эльфридену. Возвращение утраченных земель — наша главная национальная задача», или что-то в этом роде, определяя таким образом политику государства на ближайший год.

Не пришедшие на это обращение могли быть казнены за неуважение к государству. Больные или прикованные к постели старики — каждый должен был посмотреть это обращение, даже если это означало, что их должны были нести туда. И вот сегодня молодой король Эльфридена, захвативший Ван, объявил о трансляции.

Конечно, десятилетия идеологической обработки не прошли даром и амидонцы были не лучшего мнения о Королевстве. Но они все равно приходили на поле, чтобы посмотреть трансляцию. Вероятно они считали, что если они этого не сделают — их обвинят и накажут, как и в предыдущие годы. Некоторые несли больных и немощных, но стражники со словами «Не перенапрягайтесь» отправляли их обратно.

Под светом заходящего солнца собравшиеся жители выражали наполовину тревогу, наполовину негодование. Солдаты и дворяне покинули Ван, так что здесь собрались простые люди, которым некуда было идти.

Повсюду в толпе люди с тревогой шептались, пытаясь предположить, что за судьба их ждет.

— Проклятый Король Эльфридена!.. Что он задумал, собрав нас всех здесь?

— Я мельком видел его, когда он ехал к замке. Он не выглядит очень сильным…

— Не обманывайтесь его внешностью. Он заставил князя Гая танцевать под его дудку.

— Он использует вещательную сеть? Что, черт возьми, он хочет нам сказать?

Не имея никакой четкой информации, их предположения становились все более сумасшедшими.

— Нет… Только не говорите мне, что он хочет завоевать всю Амидонию, чтобы отправить мужчин сражаться с демонами…

— Что?! Нет! Без меня, кто прокормит мою семью?!

— Мы проиграли в войне. Право победителя позволяет им сделать все, что угодно.

— Это не худшее, что может случиться. Он еще может продать наших жен и дочерей в рабство. Или он может потребовать отправить всех красивых женщин в Королевство.

— Да, я слышал, что он очень неравнодушен к красавицам.

— Серьезно? Мне стоит спрятать свою жену, пока не поздно.

— Болван, кому нужна твоя жена?

— Что ты сказал!.. Тихо, начинается.

Приемник в середине поля начал показывать изображение.

Люди ожидали увидеть одетого в военную форму молодого короля, но их взору предстала красивая эльфийка с темно-каштановыми волосами, сидящая за длинным столом. По какой-то причине трансляция показывала ее не прямо, а немного под углом. Конечно, она смотрела «в камеру» (на самом деле на кристалл вещательной сети), так что ее голова была немного повернута.

Позой она была похожа на Мону Лизу, что подчеркивала ее красоту. Она немедленно завоевала сердца видящих ее мужчин-амидонцев. Она выглядела как женщина, повернувшаяся к ним в баре.

— Всем добрый вечер. С вами Крис Тахион.

◇ ◇ ◇

— Это Новости Эльфридена. В этой информационной программе мы будем сообщать вам, людям, последние новости из Эльфридена и окрестных стран. А теперь, переходим к нашей первой новости…

Крис читала текст в импровизированной студии новостей, устроенной в замке Вана. Хоть я на сказал «студия новостей», мы только поставили вместе стул и стол. Тем не менее, с уже стоящей в комнате мебелью это выглядело весьма гармонично.

Мы с Аишей наблюдали за Крис из угла комнаты, за пределами области трансляции.

— Хм… — Аиша потянула меня за рукав. — Почему Крис так странно сидит?

— Эм… Так красивее?

Я попытался воссоздать позу диктора новостей из моего старого мира. Впрочем, во время репетиции Крис сказала «Мне кажется, словно у меня сейчас шея сломается», так что это, вероятно, был первый и последний раз, когда мы снимаем ее в такой позе.

В это время Крис читала новости о событиях войны до настоящего момента.

Спокойным голосом она сообщила, что Гай VIII и его сын Юлий решили воспользоваться нестабильностью Королевства и вторглись в один из его регионов, вследствие чего Король Сома Эльфриден провел контрнаступление, разбив войска Гая VIII.

— Не было бы лучше Вам сообщить об этом лично, Сир? — Аиша в замешательстве склонила голову. — Возможно, вы смогли бы таким образом укрепить свой авторитет в этой стране, как было с той трансляцией, где вы объявили о поиске талантов.

— В этот раз все по другому. Мы вещаем не только на территории оккупированного Вана, но и на всю остальную Амидонию. Народ княжества не станет слушать короля вражеского государства, так что лучше, если это сообщит кто-то другой.

Когда мы готовили текст вместе с Хакуйей, была мысль написать что-то вроде «…ради нас всех, Его Величество, наш дорогой Король…» и прочие возвышенные эпитеты, но я из-за них выглядел каким-то диктатором, так что мы остановились на более простой версии.

Пока мы с Аишей разговаривали, Крис продолжала читать новости плавным и приятным голосом, который так высоко оценила Джуна:

— Войска Королевства в настоящий момент заняли столицу Княжества, Ван. Боевые действия не ведутся, в связи с чем Его Величество Король Сома Эльфриден опубликовал следующее заявление:

— «Эта была война против вторгшегося в мою страну Гая VIII, я не желаю разжигать ее огонь дальше, как я не желаю вреда простым гражданам Амидонии. Мы окажем всевозможную поддержку жителям Вана и его окрестностей, чтобы они могли жить спокойно. Кроме того Ван был аннексирован, что делает его частью Королевства, так что я обещаю, что люди будут получать такую же продовольственную помощь как и жители Королевства, и мы будем так же развивать инфраструктуру города, как одного из городов Королевства.

— В связи с этим, министр сельского и лесного хозяйства, господин Пончо Ишизука Панакотта, прибыл в Ван и с завтрашнего дня в городе будут открыты пункты распределения продовольствия. Он просит всех донести эту информацию до своих родных и друзей.

◇ ◇ ◇

— ДА КАК ОН ПОСМЕЛ?! — гневно выкрикнул князь Амидонии Юлий, остановившийся вместе с остатками армии Амидонии в городе неподалеку от Вана, и дожидавшийся помощи Империи.

Ударом меча он разбил приемник вещательной сети и отдал приказ подчиненным:

— Разошлите в каждый город приказ не смотреть эту нелепую трансляцию!

— Так точно! — они тут же выбежали из комнаты выполнять приказ.

«Он намерен покорить своими сладкими речами не только Ван, но и всю Амидонию? Я не могу допустить этого!» — оставшись в одиночестве, Юлий смотрел в сторону Вана.

Он был полон решимости предотвратить это.

Но гонцы не могли мгновенно добраться до каждого города, а после поражения, влияние Юлия так же значительно снизилось. В результате, его распоряжение было выполнено лишь в нескольких близлежащих городах.

Другими словами, почти вся Амидония сейчас смотрели передачу Сомы. Амидонцы по разному реагировали на его заявление.

Жители Вана с облегчением узнали, что их не будут отправлять биться с демонами, не потребуют отдавать свое имущество, жен и дочерей.

В небольших городах и деревнях внимание привлекли не новости о смерти Гая или почему Сома захватил Ван, а то, что Ван и его окрестности, ставшие частью Эльфридена, получат такую же государственную поддержку, как и остальное Королевство.

Конечно, они не поверили вражескому королю безоговорочно. Никто не сомневался, что он так пытается купить их преданность.

…Но народ Амидонии страдал от продовольственного кризиса гораздо сильнее, чем жители Королевства, так что надежда, даже призрачная, не могла не зародиться в их сердцах.

◇ ◇ ◇

— …таким образом, медицина в нашей стране…

Новостная программа шла уже около десяти минут. Крис сейчас зачитывала последнюю новость, после этого наконец-то начнется музыкальная программа.

Стоящая со мной рядом Аиша взволнованно схватила меня за Руку. Кстати, одета она была не в привычную легкую броню, а в вечернее платье. Сам я был в смокинге.

— С-сир! Я не могу успокоиться и перестать дрожать! Что мне делать? — Аиша смотрела на меня глазами брошенного щенка.

— Просто успокойся. Ты ведь уже второй раз будешь выступать по вещательной сети, не так ли?

— В прошлый раз мне не о чем было волноваться, ведь от меня требовалось только поесть…

Сегодня я буду вести музыкальную программу вместе с Аишей.

Я, вообще то, собирался поручить это Пончо, но он сейчас был занят распределением продовольствия, а Хакуя отказался так как плохо подходит для такого шоу.

По большому счету для меня это тоже первый такой эфир, так что если моя ассистентка ошибется из-за страха сцены — это может стать проблемой.

— Куда делась вся та смелость, с которой ты идешь в бой? — сказал я немного раздраженно, пытаясь ее поддразнить.

— Уверена, в боевых искусствах со мной никто не сравниться, — горестно опустила плечи Аиша. — Но я не могу чувствовать уверенность здесь. Есть много людей красивее меня, Принцесса и Мадам Джуна стройны и у них прекрасная белая кожа. А у меня кожа темная и слишком много мышц…

— Серьезно? По моему ты выглядишь как человек, ведущий здоровый образ жизни.

У нее действительно было некоторое количество мышц, но она не выглядела как перекаченный бодибилдер. На самом деле, меня удивляет, как у нее получается размахивать своим огромным мечем с таким телом. Кроме того, с ее ростом она могла бы быть моделью. В довершении, хоть под обычной броней этого особо и не было заметно, ее фигура была достаточно хороша, чтобы вызывать у Лисии зависть.

— Конечно. Аиша, ты очень красивая.

— Я-я… да? — комплимент привел ее в восторг, хотя она быстро вернулась к прежнему состоянию. — Н-но, право же, мадам Джуна или Принцесса были бы лучшими ассистентами…

— Джуна будет выступать как певица, если сделать ее еще и ведущей — это будет слишком тяжело для нее. Что касается Лисии… Я решил, что сейчас ее лучше не брать в помощники.

— Хм? Почему?

— О, Есть одна вещица, которая меня немного беспокоит. Честно говоря, я выбрал тебя не потому что думаю, что ты будешь хорошим ассистентом, а потому что думаю, что ты будешь хорошим ассистентом и телохранителем. Если что-то случиться, ты сможешь защитить меня, если будешь рядом.

— Конечно защищу, но… А?! Вам здесь может что-то угрожать? — Аиша выглядела еще более встревоженной, пытаясь хоть немного успокоить ее я положил руку ей на лоб и рассмеялся.

— Уверен, все будет хорошо. Но как бы неприятно ни было мне как мужчине спрашивать такое, ты же меня защитишь, если что-то вдруг случиться?

— Ваше Величество! Да! Даже ценой моей жи… м-м-м, м-м-м? — я спешно зажал ей рот.

— Ты слишком громко разговариваешь, прямой эфир еще идет.

— М-м-м-стите, мне очень жаль…

«В такие моменты она не прекрасная темная эльфийка, а сплошное разочарование…».

— … сказали они. На этом мы завершаем первый выпуск Новостей Эльфридена, но вещание не закончиться. Сейчас вашему вниманию будет представлена Первая Развлекательная Программа Эльфридена. Если у Вас нет каких-то обязанностей или неотложных дел, надеюсь, во продолжите нас смотреть.

«О, Крис закончила. Ну, наш выход».

Особенных декораций для музыкальной программы у нас не было, это был всего лишь атриум, вероятно, предназначенный для званных вечеров. За столами сидели наши специально приглашенные солдаты, создавая атмосферу Japan Cable Awards. Аудитория была крайне важна для правильного шоу.

— Давай, Аиша. Идем, — сказал я, беря ее за руку.

— Сир, я последую за вами куда угодно!

◇ ◇ ◇

После короткого перерыва на центральной площади Вана вновь появилось изображение. В кадре были молодой человек в смокинге и девушка темный эльф в экстравагантном серебристом платье[✱]В оригинальном тексте платье было красным, но на начальных иллюстрациях оно серебристое.. Молодей человек был уверен в себе, девушка же заметно нервничала.

— Эй, стоп, разве этот парень не Король Эльфридена, Сома? — раздался удивленный возглас из толпы.

— Да! Я видел его, когда он проходил через городские ворота! — поддержал его еще кто-то.

— Это точно Король Сома Эльфриден.

— Без сомнений, это он, — жужжала толпа.

Не имея возможности узнать, что о нем говорят, Сома спокойно поднес ко рту странную трубку со скруглёнными концом (бутафорский микрофон, реальной необходимости в нем не было так как кристалл вещательной сети прекрасно улавливал звуки) и поприветствовал зрителей:

— Добрый вечер. Песни меняются со временем, а времена меняются с песнями. И существуют песни, веками переходящие из поколения в поколение.

— Ч-что, подождите, этого же не было на репетиции! — воскликнула Темная Эльфийка.

Похоже, это приветствие было импровизацией, что сбило девушку с толку.

— Ведущим сегодняшней программы для вас буду я, Сома Казуя.

— И-и я, Аиша Удгард!

— Ну же, Аиша, не будь такой напряженной. Улыбайся, улыбайся.

— Ваше Величество, вы сейчас начали говорить как дворецкий.

— Ну, в данный момент я ведущий, я не могу говорить по королевски величественно.

— Вы только что так говорили!

— Упс, прощу прощения.

Сома не стесняясь шутил, Аише нужно было только правильно подигрывать ему. Видевшие такое раньше жители Королевства с улыбкой наблюдали за ними, а вот на лицах Амидонцев появилось недоумение.

Согласно слухам, благодаря своему грандиозному плану Король Сома выставил на посмешище великого воина Гая VIII, а затем сразил его на поле боя. Король из слухов, мудрый и грозный воин, никак не был похож на юношу, сейчас обменивающегося шутками с мило волнующийся девушкой.

Справедливости ради, большая часть «грандиозного плана» была придумана Хакуйей, а с Гаем сражалась в основном Карла. Но люди этого не знали. Они продолжали удивленно обсуждать увиденное.

— Неужели Князь проиграл в бою вот с ним?!

— Я понял! Это хитрый план, чтобы мы ослабили бдительность!

— Для чего? Ван уже пал, армия разбита.

— Это чтобы они… Ну… Вообще да, для чего?

Пока жители Вана пребывали в замешательстве, Сома продолжил.

— Так вот, эта передача — Первая Развлекательная Программа Эльфридена. Для нее мы нашли прекрасных девушек с потрясающими, разными голосами. У каждой из них замечательный дар, они поистине достойны называться лорелеями.

В этот момент в мире появился термин «лорелея», ставший эквивалентом слова «айдол».

— Я надеюсь, наша программа поможет отдохнуть людям, уставшим за долгий рабочий день. Пожалуйста, слушайте их песни и наслаждайтесь!

— Эм… Сегодня у нас всего трое участниц, но мы всегда рады тем, кто гордиться своим голосом по всему Королевству. Мужчиноженщины…

— Аиша, ты что-то путаешь.

— П-пожалуйста, помолчите… Кхм, Мужчины и женщины всех возрастов, Вы можете рассказать нам о своем таланте, или же о своих талантливых друзьях. Мы будем рады увеличению количества лорелей!

— Верно, я бы тоже хотел сегодня увидеть тут исполнителей. Хотя, полагаю, для парней немного странно будет называть себя лорелеями. Как бы их называть? Тритонами или что-то в этом духе?

— Тритоны к песням отношения не имеют, это просто морские животные. А нельзя выбрать что-то не-морское? Ох, эм… Если вы гордитесь своим пением или просто любите это делать — не стесняйтесь отправиться в ближайший филиал «поющего кафе лорелея», которые можно найти во многих городах.

— Подожди, у них есть филиалы?

— Конечно. Почему Вы так удивлены, Сир? Подготовкой занимались по вашему распоряжению.

— Ну, я просто спихнул всю работу по организации прослушиваний на Джуну…

— …Кстати, главное кафе находиться в Лагуна-Сити.

— Что? В Парнаме только филиал?

Один из зрителей в Ване хихикнул и спешно закрыл рот рукой. В былые времена смеяться во время речи главы государства строжайше запрещалось, его могли линчевать остальные зрители. Из-за этого над площадью повисло тревожное молчание.

Не догадываясь о сложных чувствах некоторых зрителей, Сома продолжил:

— А теперь давайте наконец начнем наше шоу. У нашей первой лорелеи тело ребенка, но разум взрослого. Легальная лоли из расы кобито, Памилла Кэрол.

— Для Памиллы самое большое удовольствие — вздремнуть после обеда. Но в последнее время у нас были таке приятные солнечные деньки, что она спала до самого утра, а потом еще немножечко… Эм, Сир? Это точно необходимо было говорить?

— А теперь послушаем, как она поет! Дамы и господа, Памилла Кэрол[✱]Я так понимаю, в книге не писали названия песен чтобы избежать возможных проблем с авторскими правами. Спасибо соседнему переводу вебки, где есть названия и даже ссылки на песни: Koi no Dig Dug https://www.youtube.com/watch?v=xYL9qr52D6s!

После слов Сомы свет в зале померк и заиграла спокойная мелодия.

Далее, проекция показала девочку лет двенадцати, стоящую на балконе в вычурном платье. Сложив руки на груди, она запела голосом, напоминающим восхитительный звон колокольчика.

Милая девушка пела милую песню. Жители Амидонии, конечно, оценили ее невинную красоту, но все же они были совершенно растеряны. Они не знали, как это понимать. То есть, как понимать то, что вещательная сеть использовалась для показа мило поющей девушки.

— Кто она? Просто очаровашка…

— Ну да, симпатичная, не спорю, но… Можно ли использовать вещательную сеть для такого?

— Не спрашивай меня, я не знаю.

— Лорд Гай использовал ее лишь раз в год…

— Может, в Эльфридене это нормально?

Такие разговоры возникали по всей Амидонии. В чем еще Эльфриден отличается от Амидонии? Какие странные вещи у них еще нормальны и так далее. Жители оккупированного Вана были так же потрясены увиденным.

— Понятно… Так вот каково жить в Эльфридене… Прошептал один из зрителей в Ване.

Эта брошенная вскользь фраза подействовала на людей как дождь на сухую равнину.

— Ван теперь часть Королевства?

Я— Ну, мы под их оккупацией, в конце концов.

— То есть мы теперь не часть Амидонии?

— Получается, теперь можно такое транслировать?

Пока жители Вана переходили на новый уровень удивления, Памилла закончила свою песню. Сома и Аиша вернулись на экран.

— Это была Памилла Кэрол. Ох, разве мелодия не прекрасна?

— Действительно. Я никогда не думала, что музыка позволит мне почувствовать что-то подобное…

— А теперь для разнообразия — энергичная песня от энергичной девушки! Она научилась петь в небольшой рыбацкой деревушке, до этого слышавшей лишь мужской голос, но она им ни за что не проиграет! Простая и непосредственная девушка с кошачьими ушками и удивительно сильным голосом, родом с островов девятиглавого дракона, Нанна Камизуки.

— Она обожает блюда из рыбы-меча, ее сокровенная мечта — когда-нибудь съесть такую рыбу целиком. Зная об этом, рыбаки из ее деревни не подпускают ее к возвращающимся с уловом лодкам… Гм, опять же, это действительно необходимая информация?

— Дамы и господа, Нанна Камизуки[✱]Love Song Sagashite: https://www.youtube.com/watch?v=kZ2t-DXVv_w!

— …Вы решили меня просто игнорировать?

Далее в кадре появилась энергичная девушка с кошачьими ушками, одетая в весьма панковскую одежду. Топ без рукавов и короткие шорты не скрывали ее рук и ног, а иногда выглядывающий пупок лишь подчеркивал ее привлекательность, которую не портила ее слегка мальчишеская внешность.

Едва начав петь, она спрыгнула с балкона.

— Что?! — воскликнул кто-то из зрителей.

— Э-эй…

Они никак не ожидали такого.

Это было неожиданностью и для оператора, «объектив» кристалла начал медленно сдвигаться вниз. Нанна продолжала петь, так что зрители понимали что с ней все в порядке, но через несколько секунд увидев радостно танцующую девушку этажом ниже, по толпе пронесся вздох облегчения.

— Давай, девочка! Так держать!

— Эта песня тоже хороша. Поднимает настроение.

Возможно, они уже привыкли к подобному, потому что среди зрителей Вана все чаще можно было услышать одобрительные слова. Красивая девушка поет и танцует — любой мужчина способен проникнуться таким зрелищем. Как ни странно, женщины обсуждали ее активнее мужчин.

Впрочем, их больше удивила ее одежда.

— Разве ей не холодно в такой одежде?

— Ну, она в помещении, так что все должно быть нормально.

— Но такая одежда… Разве ее не осудят за то, что она отвлекает и соблазняет мужчин?

Амидония была прежде всего милитаристской страной, в которой мужчины ценили силу и старались избавляться от слабостей, а женщины должны были их поддерживать, из-за чего наибольшей добродетелью для женщин Амидонии была скромность.

Считалось, что у мужчин из-за искушения со стороны женщин проявлялись слабости, так что, за исключением некоторых случаев, в Княжестве порицали хоть сколько нибудь откровенную одежду. Женщину могли арестовать за оскорбление общественной морали, появись она в общественном месте с открытыми плечами или коленями.

Женщины продолжали удивляться.

— В Королевстве за такое не наказывают?

— Ну, это совершенно другая страна. Их король выглядет достаточно мягким.

— …Я так завидую…

Для желания женщин быть красивыми не существовало преград в виде государств и рас. Милое платье Памиллы, Смелый наряд Нанны… Женщины уже хотели надеть похожую одежду и также свободно танцевать. Эти наряды разожгли огонь в сердцах женщин Амидонии, особенно жительниц Вана.

— Это ведь уже не Амидония, да?

— Получается, так одеваться можно?

— Да, я полагаю? Солдаты, которые потеряли бы от такого голову, ушли.

И, ну, все в таком духе.

Когда энергичная песня Нанны подошла к концу, жители Вана разразились аплодисментами. Им было уже не до подозрений к королю Эльфридена.

Когда Нанна закончила петь, трансляция на некоторое время отключилась — пока кристалл ставили в прежнее положение. Возобновившись, трансляция сразу показала смущенно улыбающихся Сому и Аишу.

— …Мы недооценили энергичность Нанны.

— …Действительно.

— Подумать только, выйти из кадра стационарной камеры… Нанна, что за возмутительное поведение!

— Вы в курсе, что звучите сейчас как брюзжащая старуха?..

— Вернемся к делу. Ну что же, мы достаточно долго заставили Вас ждать этого. Дамы и господа: гордость нашей страны, Прима Лорелея, Джуна Дома!

— Мадам Джуна невероятно популярна с самого первого эфира, не так ли?

Действительно, Джуна уже была известна как Прима Лорелея Эльфридена. Ее саму удивила и смутила эта популярность.

— Признаюсь, я немного растерялся когда Национальное Собрание обратилось ко мне с петицией «Пожалуйста, транслируйте пение Джуны почаще».

— Ого… Эм, мадам Джуна в последнее время ищет хороший травяной чай, который помог бы ей снять напряжение с мышц спины. Все же, ей каждый день приходиться справляться с нелегкой ношей.

—…Ладно, господа и дамы: Джуна Дома[✱]Lights ~ Haruka naru Tabidachi https://www.youtube.com/watch?v=MHwzve31kNg!

— Что за пауза? Вы о чем то задумались?

— …Я ни о чем не думал, совершенно ни о чем.

— Вот как? Значит, мне показалось?

Вид невинно отвернувшегося в сторону Сомы и сверлящей его взглядом Аиши сменился на синеволосую Джуну Дому.

Ее наряд выше пояса выглядел так, словно она просто обернула вокруг себя кусок ткани, ниже пояса на ней были свободные белые штаны, обтягивающие лодыжки. Довершала образ танцовщицы из сказок тысячи и одной ночи тонкая шелковая вуаль.

Своей красотой она пленила как мужчин, так и женщин, а ее голос опьянял жителей Эльфридена и Амидонии.

Зрители прекрасно понимали, почему Сома назвал ее «Прима Лорелея». Ее голос был не таким удивительным, как у Памиллы, но врезался в память людей. И он не был столь же энергичным, как у Нанны, но благодаря этому он нежно проникал в самые дальние уголки сердец.

Зрители не сомневались: Джуна Дома стояла на голову выше остальных лорелей. Она была Примой Лорелеей.

Амидонцы были очарованы тремя певицами. Они с удивлением понимали, что просмотр вещательной сети может быть настолько приятным. Их уже совершенно не волновало, что Сома пытается купить их преданность.

В японском языке слово «музыка» можно прочитать как «наслаждаться звуком» — и они действительно им наслаждались. Поэтому никто не заметил истинной цели Сумы.

За одним исключением.

◇ ◇ ◇

— Что же, Король, это довольно грязная игра… — пробормотал человек, смешавшийся с толпой зрителей в Нельве, городе-крепости на юго-западе Амидонии. Он был одет в длинный плащ с капюшоном, полностью скрывающий его внешность. Все, что можно было о нем сказать: невысокий рост и, вероятно, женский голос.

— Грязная игра? — переспросил стоящий рядом мужчина, одетый в практически такой же плащ с капюшоном.

— Отвратительно грязная. Он просто взял и отдал людям то, что мой старик сознательно держал от них подальше. У брата нет и пол шанса оправиться после такого… Что же, может быть для народа это и к лучшему, — она пожала плечами, словно хотела добавить: «нет худа без добра».

— Гм, принцесса, что лорд Гай держал подальше от народа? — в замешательстве спросил мужчина в плаще.

— Свободу, мистер Колберт, — ответила девушка в плаще, дочь Гая VIII, Ророа Амидония. Ее собеседником был, очевидно, бывший министр финансов Колберт. — В Княжестве раньше было немыслимо, чтобы по вещательной сети средь бела дня показывали красивых, нарядных молодых девушек, которых мужчины видели бы не просто домохозяйками, верно же? Раньше ни князь, ни народ не хотели провоцировать слабости ни под каким видом. Но сейчас этот король показывает, что в Королевстве это разрешено.

— Иначе говоря… демонстрирует им «свободу».

— Верно. И именно поэтому это грязная игра. Свобода — это свобода. Соме ничего не стоит дать ее людям, но вот Юлию забрать ее будет ой как не просто. Даже если он с помощью Империи вернет Ван, наивно верить, что он сохранит эту «свободу». Не, братец попытается устроить вольный пересказ политики отца. Без вариантов, это вызовет лишь хаос.

— Нет… Хотите сказать, Сома сделал эту передачу, просчитав это?

— Уверена на сто процентов, да.

Колберт шокировано смотрел на свою собеседницу. Она легко поняла замысел Сомы, человека, так легко водившего за нос Гая VIII.

«Если бы только правителем могла бы стать она, а не ее брат, нас ждало бы совершенно другое будущее. Да, без сомнений». — грустно размышлял Колберт.

— А значит, мой старик даже близко не был ровней ему. Вообще, он был безнадежен во всем, что не касалось боя. Ох, как вспомню, так вздрогну… Он даже не пытался понять когда я ему объясняла, что если поднимать налоги чтобы скомпенсировать экономический спад — этот экономический спад никогда не закончиться.

— Гм, принцесса… На счет вашего отца…

— Не заморачивайся. Меня это не слишком беспокоит.

В недавнем сражении войска Амидонии потерпели сокрушительное поражение от армии Королевства под командованием Сомы, а ее отец, Гай VIII, был убит в бою. Колберт хотел выразить ей соболезнования, но она только отмахнулась.

— Удивительное дело, я знаю, что мой старик недавно умер, но мне даже не грустно. Словно у меня не было вообще ничего общего с братом и отцом…

— Принцесса…

— В общем… Я потрясена, что не потрясена. Сома убил моего старика, по слухам даже лично, но я чувствую к нему лишь любопытство. Глядя на то, как он перестроил то замшелое государство, или как он использует вещательную сеть — я хочу узнать о нем больше, о его методах, о том мире, откуда он пришел и где всему этому научился. Я хочу встретиться с ним и поговорить об этом. Эй, Колберт, как думаешь, я бессердечная стерва? — Она робко выглянула из под капюшона. Увидев, как она смотрит на него глазами брошенного щеночка, Колберт поспешил ответить:

— Нет, конечно нет! Вы пытались спасти эту страну не так, как Лорд Гай! Поэтому Вы никогда не ладили ни с ним, ни с лордом Юлием, ставящим идеологию превыше народа! И именно поэтому Вы — истинная принцесса этой страны!

— М? Да? Хе-хе. Ну, хорошо, — Ророа, еще несколько мгновений назад выглядящая как брошенный щенок, начала довольно хихикать.

«Это были крокодиловы слезы?!» — Колберт уже хотел отчитать ее за такое поведение, но передумал. Ророа умела притворяться печальной, но она умела и притворяться притворяющейся печальной. Только она сама знала, что чувствует на самом деле.

В этот момент Ророа решительно откинула капюшон, явив миру очаровательное личико и и волосы, собранные в пару хвостиков. Колберт в очередной раз был изумлен.

— Принцесса, что вы делаете?! — шепотом воскликнул он. — Вы не забыли, что мы прячемся?! А если Вас сейчас кто-нибудь узнает?!

— Не боись, на нас никто не смотрит. Все их внимание принадлежит музыкальному шоу. Прежде чем мы поговорим о встрече с этим человеком, я хочу как следует запомнить его лицо.

Со стороны Сома выглядел как самый обычный парень, но Ророа прекрасно понимала, что за этой внешностью есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Обычный парень не смог бы перестроить королевство, победить двух герцогов и Княжество. И именно из-за его «обычной» внешности его было так сложно оценить.

— А теперь, нам пора идти, — снова надев капюшон, Ророа потянула Колберта за рукав. — Нам стоит еще кое-что подготовить. Сома действует быстрее, чем я ожидала.

— Ох! Да мэм! — Колберт понял, что здесь и сейчас начинается что-то важное.

Сделав еще несколько шагов, Ророа обернулась, еще раз посмотрела на проецируемое изображение Сомы и хихикнула.

«Теперь, когда ты нам это показал, не думай, что сможешь тихонечко свалить. Тебе придется взять ответственность, ох придется! Приготовься, Сома! ♪».

◇ ◇ ◇

После Джуны снова выступила Памилла. Нам по прежнему не хватало лорелей, так что на сегодняшнем эфире каждая должна была выступить дважды.

После Памиллы снова была очередь Нанны, пока она пела я отвел Аишу в сторону.

— Ч-что-то случилось, Сир? Мы же еще в эфире?

— Я говорил тебе в начале, что что-то может случиться, и мне возможно будет нужна твоя защита. Так вот, это что-то произойдет после выступления Нанны, — у Аиши уже было серьезное выражение лица. — Я рассчитываю на тебя как на телохранителя.

— Ваше Величество, Вы же не ходите сказать, что Мадам Дж-м-м-м-м?!

Аиша снова начала говорить громко, пришлось снова зажать ей рот.

— Джуна тут ни при чем. Перед ней выступит еще одна певица, присоединившаяся к нам в последнюю минуту.

— М-м-м… Я-я об этом не слышала!

— Как я уже сказал, она появилась в последнюю минуту, мы решили ее пропустить непосредственно перед выходом в эфир. Кроме того, предупреди я тебя о ней заранее — ты бы только об этом и думала, и могла бы перепутать реплики.

— Эх… Возможно, да.

«Ох, да ладно тебе!» — подумал я.

— Хорошо. Я рассчитываю на тебя, если вдруг понадобиться. Ты ведущая, так что свой обычный меч взять нельзя, хочешь оружие поменьше?

— Нет, в таком случае предпочту сражаться голыми руками… Стоп, она настолько опасна?!

— Нет… Ну, я полагаю, что до этого не дойдет. Просто хочу перестраховаться.

— Ясно… Поняла. Я буду защищать Вас до Самой смерти, Сир! — Аиша решительно ударила себя в грудь. Обычно в этот момент раздавался звон доспехов, но сегодня она была в вечернем платье. Пышные девичьи прелести после такого закачались, так что мне пришлось срочно смотреть куда-нибудь в другую сторону.

«Что же… Посмотрим, как все пройдет».

◇ ◇ ◇

— Эта музыкальная программа очень даже хороша… — сказал кто-то в толпе зрителей.

К концу второй песни Нанны амидонцы уже заметно расслабились и искренне наслаждались музыкой. Они уже предвкушали следующую песню Джуны Дома.

Но в следующее мгновенье от этой атмосферы не осталось и следа.

На экране появилась женщина в возрасте между тридцатью и сорока годами. Почти два метра ростом и с весьма развитой мускулатурой, чтобыло видно даже через ее амидонскую военную форму. У нее был пронзительный взгляд, а ее волосы были просто зачёсанные назад, из-за чего с первого взгляда можно было не понять ее пол. Собственно, Жители Королевства действительно решили, что это мужчина, в отличии от амидонцев.

Рядом с женщиной были Сома и Аиша. Сома продолжал немного натянуто улыбаться, тогда как Аиша откровенно настороженно следила за женщиной.

— У нас неожиданный гость, — начал Сома. — Генерал Амидонии, Маргарита Уандер. Когда амидонский гарнизон отступил из Вана, мисс Уандер осталась чтобы следить, соблюдаем ли мы соглашение и не вредим ли народу.

«Это очень на нее похоже», — подумали зрители из Вана.

Женщинам княжества было почти невозможно сделать себе карьеру, но ее необычайная доблесть и талант руководителя позволили ей подняться до звания генерала. Ее воинские навыки и суровая внешность внушали людям страх, но так же она завоевала их доверие своей репутацией справедливого и прямолинейного человека.

И это делало ее присутствие в кадре еще более удивительным.

— Технически она военнопленная, до этого находившаяся под домашним арестом. Но услышав об этой передаче, она немедленно вызвалась так же выступить. Конечно, мы не смогли ей отказать, — Сома говорил веселым тоном, но вот Маргарита напряженно молчала. От этой разной атмосферы по спинам жителей Вана мурашки пробежали.

— Эм… Сейчас что-то будет?

— Ты же не думаешь, что мадам Уандер воспользуется этим как шансом убить Сому?

— Нет, мадам Уандер никогда бы не опустилась до такого коварства.

— Но посмотри на лицо темной эльфийки. Она на страже.

— Да и Сома улыбается как-то напряженно…

Программа должна была сниматься в замке с множеством солдат внутри, и все же напряжение витало в воздухе. В этой атмосфере Сома продолжил:

— Дамы и господа, мисс Маргарита Уандер с песней «Через долину Голдоа».

Казалось, воздух вокруг смотревших передачу амидонцев застыл.

Это была не просто песня, а национальный гимн Амидонии.

Она собиралась спеть гимн своей страны в оккупированном Ване, прямо перед Сомой, непосредственным оккупантом. Все амидонцы понимали, что это значит.

Она была готова умереть за свою страну.

Как только Сома и Аиша вышли из кадра, зазвучала торжественная музыка и Маргарита начала петь:

Земля за горами, что порождают Урсулу, ♪

Отчий дом и последний приют, ♪

Ведите коней по костям павших братьев, ♪

Пока последний наш враг не падет. ♪[✱]Я не поэт, но как смог. Кстати, в английском переводе я даже близко рифмы не заметил. Примерно можно перевести так:

Земля за горами, где завтра родится Урсула, ♪

Земля, породившая наших предков, земля, в которую мы вернемся. ♪

Вперед, о кони, взбирайтесь на холм наших павших товарищей. ♪

Вперед, о храбрые воины, станьте едины с землей, что лежит за горами. ♪”

Эта мощная песня была спета подходящим низким голосом. Конечно, жители княжества под нее торжественно стояли.

Эта песня напомнила всем жителям Княжества, что они все еще амидонцы, в том числе и жители Вана.

Только распустившиеся бутоны «свободы» королевства мгновенно закрылись, словно от мороза.

◇ ◇ ◇

«Очень сильная песня…» — я сидел в углу и спокойно слушал.

Едва Маргарита начала петь, солдаты в зале начали немного шевелиться и переглядываться — им был дан четкий приказ «сидеть и слушать, пока не происходит чего-то совершенно непоправимого».

Я не мог винить их за беспокойство.

В конце концов, в этой песне говорилось о вторжении в Эльфриден.

«Земля за горами, что порождают Урсулу», очевидно, были той самой территорией, пол века назад захваченной Эльфриденом у Амидонии. Гимн призывал воинов идти вперед ни смотря ни на что, пока они не победят.

В общем, песня призывала пересечь долину Голдоа и отбить у Королевства ту землю.

«Даже не знаю… Действительно нужно было заходить так далеко? Насколько же мстительными милитаристами они были, если даже в национальном гимне говориться, что они должны идти на смерть ради Цели?.» — пока я размышлял об этом, Аиша шепотом спросила:

— Вы знали, что она это споет?

— …Ну, я этого ожидал. Представь, генерал армии противника внезапно заявляет, что хочет учавствовать в нашей музыкальной программе. У этого может быть лишь две причины: она хочет или разжечь патриотизм соотечественников, или подобраться ко мне и убить. После беглого исследования ее характера я был почти уверен в первом, но решил перестраховаться, попросив тебя о защите.

— Вы знали, что она это сделает?! Раз так, не лучше ли было ее не пускать сюда?

— …Ну, просто смотри. Я обращу ее план против нее.

К этому времени Маргарита закончила петь, спокойно дожидаясь нас с Аишей.

— Я показала Вам гордость амидонцев. Можете отрубить мне голову.

Ее поза говорила, что она подготовилась к смерти. И ее отрубленная голова, очевидно, так же была частью ее плана. Сделай я все так — и эта передача была бы напрасной.

Именно поэтому я сказал с максимально искренней улыбкой.

— Думаю, ты очень хорошо поешь.

Маргарита удивленно вытаращила на меня глаза. Да, такого она не ожидала… Мне было почти стыдно делать это с кем-то, обладающим такой решимостью, но я никогда бы не согласился с ее планом.

— С таким потрясающим голосом, думаю, ты хорошо подошла бы для жанра R&B. Да, у меня есть не мало песен, которые я бы с удовольствием послушал в твоем исполнении. Уверен, многие со мной согласятся, — я говорил немного небрежно, чем, похоже, рассердил Маргариту.

— …Как Вы понимаете, я только что спела перед Вами национальный гимн Амидонии. Если вы закроете глаза на это оскорбление — люди будут сомневаться в вас как короле Эльфридена.

— Не говори об этом, как об оскорблении… Ну спела, что с того? В Эльфридене нет закона, запрещающего петь гимн другой страны. Это не Амидония.

Я отвернулся от Маргариты и посмотрел прямо в кристалл вещательной сети, обращаясь к зрителям:

— Что делает страну хорошей? На этот вопрос не так просто ответить. Но лично я думаю, что хорошая страна — это страна, в которой люди могут свободно петь. Радостные песни, грустные песни, песни о любви, национальные, иностранные, военные, антивоенные… Если их можно петь — это хорошая страна, — протянув правую ладонь к зрителям я спросил: — А что думаете вы, зрители?

◇ ◇ ◇

На западной стороне замка Ван высилась одинокая башня.

Эта покрытая причудливым узором из мха башня была тюрьмой для преступников высокого ранга — дворян, рыцарей и выше. Хоть она и предназначалась для знатных людей, ни о какой роскоши и речи не было, внутри это была типичная грязная темница.

Эта башня предназначалась для содержания политических заключенных, обвиняемых в попытке переворота или клевете против руководства страны.

Верно, обвиняемых. Делали ли они это на самом деле — это уже другой вопрос, нередко это обвинение использовалось против политических противников.

Ниже уровня земли располагалась камера пыток, с помощью которой из людей выбивали признание. Похоже, людей под пытками заставляли признать обвинения, а затем отправляли на казнь всей семьей. Пытали их днем, так что проходящие неподалеку от башни ночью слышали стоны заключенных, из-за чего башню стали называть «стонущая башня».

Лисия сидела на полу перед одной из тюремных камер, глядя через решетку на свою подругу Карлу, в настоящее время заключению в этой башне.

Лисия принесла с собой простой приемник и до этого они с Карлой с удовольствием смотрели музыкальную программу, но когда в кадре появилась женщина-генерал, они поняли истинную цель Сомы.

— Он знал, что эта женщина попытается подстегнуть патриотизм… — начала Карла.

— …И он продемонстрировал свободомыслие и великодушие, способное принять этот патриотизм, — закончила Лисия.

Обе подруги восхищенно вздохнули.

— Сома сказал жителям Амидонии, что в Эльфридене можно петь любые песни, какие они захотят, — Лисия провела пальцем по краю простого приемника. — Нет, это касается не только песен. Музыка, литература, живопись, скульптура… Любое самовыражение допустимо.

— Самовыражение, хех… Не думаю, что видела его здесь.

Милитаристским государством, какой недавно была Амидония, было гораздо легче править, когда все жители были одинаковы. Поддержку народа можно было получить только призывом: «Уничтожим Эльфриден!». Они должны были задавить инакомыслие в зародыше, иначе нашлись бы люди, говорящие «Мы должны заключить мир с Эльфриденом, торговать и сосуществовать». Это было бы самым страшным для членов княжеского дома и их приближенных, так что всех, кто хоть как-то поддерживал подобные идеи, немедленно подавляли.

Но после поражения в войне и смерти Гая VIII сторонники княжеского дома утратили свою власть. И именно в этот момент Сома рассказал жителям Княжества о «свободе».

Можно было петь любые песни, рисовать любые картины, писать любые истории.

Он показал жителям Вана, что здесь больше нет тех, кто раньше им это запрещал.

— Теперь… Даже если наследный принц Юлий сумеет вернуть себе власть, уверена, он не сможет править так, как правил его отец. Жители Вана вкусили свободы. И они не отдадут ее без боя… начала Лисия.

— …А применив силу против своего народа, он еще сильнее настроит их против себя… Ха-а-а, — вздохнув Карла прислонилась спиной к решетке. — Кажется, я наконец поняла, что Сома имел в виду говоря «Работа короля — до и после войны». Прямо сейчас… Он все еще сражается.

— Сражается…Понятно, вот почему он выбрил Аишу в качестве партнера сегодня, — вздохнув, Лисия так же прислонилась спиной к прутьям решетки. Теперь две подруги сидели спина к спине, хоть и разделенные тюремной решеткой. — Он не хотел подвергать меня опасности, но все же я немного ревную. Мне бы хотелось, чтобы он больше полагался на меня.

— Ха-ха-ха… — рассмеялась Карла. — Это показывает, как сильно он заботится о тебе.

— Неужели?

— Серьезно. После того, как Сома закончил изливать мне душу во время той битвы, он сказал, что не может позволить чтобы ты или кто-то еще видели его таким.

— Вот как… Подожди, Карла, он тебе жаловался на что-то?

— Уверена это потому, что я для него ничего не значу. В конце концов, я ему противостояла и проиграла.

— Карла, Сома просто!.. — обернувшись посмотреть на Карлу, Лисия уже не могла подобрать слов. У нее на лице не было привычного вызова, лишь одиночество и смирение.

— Я знаю, Лисия. Тогда он показал мне тяжесть, которую решил нести. Он не «пародия на короля», он действительно прекрасный король. Вы с Альбертом были правы. А вот мы с отцом этого не разглядели.

— А?! Карла, раз ты это поняла…

— Именно поэтому я не могу позволить тебе вступиться за меня.

Лисия встала и ударила кулаком по решетке.

— Карла! Ты хоть представляешь, через что мы с герцогиней Уолтер проходим?..

— Нет, дело не в этом, Лисия, — она грустно покачала головой, сложила руки на коленях и все же заставила себя сказать. — Я не хочу причинять тебе еще больше неприятностей. Если ты будешь пытаться помочь нам с отцом выжить, то лишь поставишь Сому в безвыходное положение. А он и так слишком многое на себя взвалил, став королем, я не хочу делать его ношу еще тяжелее.

— Карла… — почти простонала Лисия.

— Я не хочу быть обузой для тебя и того, кого ты любишь, — грустно улыбнулась Карла.

◇ ◇ ◇

— А теперь, в завершении нашей сегодняшней программы снова выступает наша Прима Лорелея, Джуна Дома[✱]Снова песня из вебки, хотя переводчик не был уверен в том, что правильно ее нашел: Mou Hitotsu no Ashita https://www.youtube.com/watch?v=Yv4bzCyw69w!

Закончив с объявлением последней песни, я вышел за кулисы, где кристалл уже не мог меня снимать. Там я увидел стоящую на коленях Маргариту и мрачно смотрящую на нее Аишу.

—…Король Эльфридена, — прорычала Маргарита. — Ты знал, что я это сделаю и решил обернуть это себе во благо?!

— Ага, что-то вроде. В моем прежнем мире я уже видел такое.

Хотя то был художественный фильм. Старый мюзикл, дедушка любил его, так что я видел его не один десяток раз.

— Понятно… Раз вы это уже видели, не удивительно, что я потерпела фиаско.

Я положил руку ей на плечо и сказал:

— Хоть ты и из армии Амидонии, ты не полагалась на грубую силу, и на счет потрясающего голоса я говорил серьезно. Так что не хочешь по настоящему попробовать себя в качестве певицы в нашей стране? В самом деле, что нибудь из R&B.

— …Такие слова у побежденного солдата могут вызвать лишь стыд. Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду под… ар-эн-би, но раз уж я потерпела поражение как солдат, возможно, это не плохое предложение.

— Да, певцов много не бывает. Мы будем тебе более чем рады.

— …Я подумаю, — на ее суровом лице наконец-то появилась легкая улыбка.

◇ ◇ ◇

В тот момент Маргарита Уондер еще колебалась, но в скором времени она действительно дебютировала как певица. Ее сильный, хрипловатый голос в основном находил отклик в сердцах людей среднего возраста.

Более того, обладая незаурядной харизмой, целеустремленностью воина и мужеством, способным посоперничать с любым мужчиной, она в какой-то момент взяла на себя руководство музыкальной программой, в конечном счете став опорой всей индустрии развлечений Королевства.

Как бы то ни было, так опустился занавес весьма насыщенного событиями эфира первой развлекательной программы Эльфридена.

— Хорошо… Следующий документ…

В столице Королевства Парнаме или в столице Княжества Ване — моя работа как короля всегда была одинаковой. Сидеть в кабинете, изучить подготовленные для меня Хакуйей документы, подписать, повторить. И после оккупации Вана нагрузка только возросла.

Несколько дней, потраченные на подготовку музыкальной программы, лишь усугубили ситуацию. Даже работая день и ночь и по полной используя живые полтергейсты, стопки бумаг отказывались уменьшаться. В итоге я был вынужден поставить кровать и в кабинете Вана, чтобы приступать к работе сразу, как только проснусь.

Сегодня, как и вчера, и позавчера, с первыми лучами солнца встав с постели я сел за письменный стол и уставился на кипу бумаг.

— Не пора ли обзавестись собственной комнатой? — немного раздраженно спросила сидящая неподалеку и помогающая мне Лисия. — В этом замке пустых комнат хватает.

— Я работаю от рассвета до заката, нет особого смысла в комнате, в которую я буду приходить только чтобы поспать. Ох… Стоило немного разобраться с делами в Королевстве, как я тут же сделал себе еще больше работы, захватив Ван. Это все равно что послать куда подальше трудовой кодекс.

— Ты сейчас вообще о чем? Давай, вот следующий документ.

— Хорошо… — посмотрев на документ у меня невольно опустились плечи. — Что, опять?

«Жители Вана просят разрешения устроить на площади концерт под открытым небом», это было далеко не первое такое прошение, которое я видел за сегодня.

Люди просили разрешения проводить концерты, спектакли, выставки произведений искусств, цирковые представления. Казалось, после просмотра первой развлекательной передачи, жители Вана решили выплеснуть всю накопившуюся творческую энергию. Да так оно и было…

— Ренесса-а-а-а-а-анс, — протянул я.

— М? Ты о чем?

— …Ни о чем.

Лисия как-то странно посмотрела на меня.

«Да, если я хочу шутить на тему ренессанса, мне сначала придется объяснить ей, что такое ренессанс».

Изначально ренессанс (фр. возрождение) был условным периодом в конце средневековья — начале нового времени, когда в Европе одновременно с уменьшением влияния христианства начали возрождаться идеи греческого и римского гуманизма.

В нашем же случае это будет культурное возрождение после освобождение от милитаризма.

— И все же… Я понимаю, что осень — лучшее время года для творцов, но все эти мероприятия меня беспокоят.

Технически, этот город все еще был оккупирован. Массовые собрания людей могут стать легкой целью для террористов, или же там могут собираться заговорщики. Вот бы люди поставили себя на мое место и поняли, каково это — заботиться, чтобы не произошло чего-то непоправимого.

— Их нельзя винить, — усмехнулась Лисия, глядя как я обхватил голову руками. — Это просто означает, что наша передача сработала так, как надо, верно? Похоже, такое раньше подавлялось на корню.

— Держу пари, это так. Уверен, такое милитаристское государство не приветствовало самовыражение.

«Сжигать книги за легкую критику власти, сажать в тюрьму за песни с призывом к миру, казнить постановщиков за подшучивающую над политическим лидером пьесу… Уверен, прежние Амидония не задумываясь сделала бы именно так. Сейчас же люди стремятся к обратному».

— Хотя благодаря этому мне прибавилось работы, — мрачно добавил я.

— Не ворчи. Это лучше, чем если бы они устроили партизанскую войну.

— Ну, да, но… Может, создать специальное агенство, которое будет заниматься такими мероприятиями. А руководителем туда можно поставить Маргариту, например.

— Идея хорошая… Но необходимую для такого агенства документальную базу кто будет делать?

— О-о-о-х…

Похоже, в ближайшее время уменьшение нагрузки мне не грозит.

Ну, я же король, тут уж ничего не поделаешь.

Мы проработали до полудня, и как раз когда я хотел предложить Лисии прерваться на обед, в комнату вошел министр по продовольственному кризису Пончо Ишизука Панакотта.

— Э-эм, Ваше Величество, не могли бы Вы уделить мне немного внимания? — напряженно поприветствовал меня Пончо. Пока он подходил, его живот подрагивал. Определенно он был чем-то встревожен.

Может Пончо и не выглядел впечатляюще, но он сыграл важную роль в разрешении продовольственного кризиса, и я лично горячо приветствовал его при первой встрече. Так что он был весьма уважаемым в обществе человеком.

«Надеюсь, он скоро перестанет волноваться, стоя передо мной..»

— Что-то случилось?

— Д-да! Да, я хотел Вам кое-что показать, Сир, — с этими словами Пончо вытащил что-то из своей сумки и положил на письменный стол.

— Ты хотел показать… цветок? — удивленно спросила Лисия.

Да, это был цветок. Он был похож на Лилию, но его лепестки имели яркий цвет, розовый, желтый и коричневый, словно предупреждая о яде.

«Гриб такого цвета наверняка был бы ядовитым».

— И это?.. — начал я, подбадривая Пончо.

— Д-да! Этот цветок называется «чарующая лилия», да.

— О, хорошо. «Лилия» я знаю, что такое. А почему она чарующая?

— Пыльца этого цветка обладает мощным галлюциногенным эффектом. Любой вдохнувший ее впадает в состояние, похожее на лунатизм. В основном, этот цветок растет в горах. Есть рассказ о таком инциденте: одно подразделение солдат случайно надышалось этой пыльцой во время марша, после чего спасаясь от только им видимого врага, они спрыгивали со скалы. Из подразделения не выжил никто.

— Жуть! Какой-то сверхсильный наркотик получается. Подожди, и ты его принес сюда?!

— В-все в порядке, с этого цветка пыльцу уже удалили.

— А… Ну, если ты уверен, что все в порядке, то хорошо.

— Да. Кроме того, пыльца от одного или двух цветков не даст заметного эффекта, но если приблизиться к полю, на котором растут сотни таких цветов — тогда эффект появиться. Даже если закрыть нос и рот тряпкой.

Ну, да, чтобы избавиться от пыльцы, нужно носить специальную маску для фильтрации воздуха. Лично я с подобным не сталкивался, но людям с аллергией приходиться не сладко даже в масках.

— Так ты хотел показать мне этот цветок?

— Н-нет, цветок я принес, чтобы удобнее было рассказывать. Я хотел показать Вам это, Сир, — с этими словами Пончо положил на стол небольшой округлый объект.

Это был… Возможно, овощ? Небольшой, белый, бугристый. Немного похож на лук или чеснок.

— …И это?..

— Корневище чарующей лилии, да.

— Корневище чару… А! Корень лилии, ха!

— Ай! Почему так резко? — мой выкрик немного напугал Лисию.

Меня взволновало появление роскошного ингредиента.

«Значит, это корень лилии. Как-то раз я видел кусочек такого в миске тяван-муси, но целиком я вижу его впервые. Кажется, он чем-то похож на картофель».

— Ну что, Пончо Ишизука!..

— Я… Я Пончо Ишизука Панакотта, да[✱]Второе имя Ишизука Сома ему дал в честь Ишизуки Хидехико, ведущего кулинарного шоу, и в этот момент Сома немного забывается и спрашивает Пончо как того ведущего.Здесь в английской версии была непонятная то ли шутка, то ли что. Сома назвал его Пончо Ишизука Парамедик. Парамедик — это практически врач скорой, совершенно непонятно, при чем здесь это, так что я переделал шутку. Уж простите, если был какой-то другой смысл, который я упустил, но почти уверен, что тут была какая-то непередаваемая шутка на японском..

— Его можно есть?

— Да, конечно можно. Корень не имеет галюциногенного эффекта, да.

— И каков он на вкус?

— Если их приготовить на пару, у него будет мягкая, слоеная структура. Хочу так же добавить, эти чарующие лилии в изобилии растут в горах Амидонии.

«Хорошая новость. Думаю, корень лилии должен быть богат углеводами, так что его можно использовать вместо картофеля. Если их не сложно собирать, это станет настоящим прорывом в решении продовольственного кризиса».

— Но учитывая пыльцу, не так то просто их собирать, верно?

— Да. Их можно было бы собирать после периода цветения, но к этому времени в корневищах накапливается яд. Потому их в Амидонии и не едят, да.

— Плохо. Даже если они съедобны, мы не сможем их собрать… Подожди ка, но этот же корень как-то собрали?

Пончо вытащил карту континента и указал на область на северо-востоке Империи Гран-Кэйос.

— Здесь, в горах Империи Гран-Кэйос живет народ, использующий чарующую лилию в качестве основного продукта питания, да. Они разработали особый способ их сбора.

— Что за способ?

— Видите ли, они используют для сбора Сёдзё.

— Сёдзё… Это какие-то обезьяны[✱]В японской мифологии морское чудовище с ярко-рыжими волосами, большой любитель выпить. Внешне похож на обезьяну.?

— Да, — кивнул Пончо. — Это обезьяны, живущие в горах и обладающие устойчивостью к пыльце чарующей лилии. Похоже, они и в естественных условиях выкапывают корневища и поедают их, но жители этой провинции Империи научились дрессировать этих обезьян, чтобы те собирали корневища для них.

«Понятно, это как рыбалка с бакланом[✱]В странах востока есть такой способ рыбалки, специально обученным бакланам на шею одевают кольцо, чтобы они не могли заглотить крупную рыбу. Далее, рыбак выпускает баклана из лодки на воду, и тот, немного отплыв, ныряет за рыбой. Если добыча невелика, баклан беспрепятственно глотает ее, если же улов крупный — рыбак подзывает птицу и забирает рыбину, давая взамен хищной птице мелкую рыбешку, чтобы поощрить ее. Любопытно, что через некоторое время баклан уже перестает пытаться заглотить крупную рыбу, сразу принося ее в клюве хозяину. Источник: https://www.nexplorer.ru/news__11276.htm. Выдрессировать этих обезьян, полагаю, весьма не просто, но у нас в стране есть специалист по этой части…».

— Эти обезьяны водятся здесь, в Амидонии?

— Да. Их можно найти в горах неподалеку от Вана. Томоэ уже ведет с ними переговоры, Сёдзё славятся своей любовью к алкоголю, так что, подозреваю, они будут рады работать на нас в обмен на него, да.

— …Я рад, что вы так слаженно и быстро работаете.

«Мало нам было заповедника ринозавров, теперь мы создаем отряды обезьян-алкоголиков Вана, ха. Скоро в Эльфридене придется вводить законы, защищающие права работающих животных. Ха-ха-ха….»

— …Кстати, Лисия.

— Что?

— Если тебя эта идея кажется слишком безумной — только скажи, и мы не будем это делать, хорошо?

— …Не перекладывай ответственность за это решение на меня, — Лисия демонстративно отвернулась, не желая иметь никакого отношения к этому.

◇ ◇ ◇

Неделю спустя[✱]Напоминаю, в этом мире в неделе восемь дней., среди раздаваемой в Ване еды можно было найти клецки из корня чарующей лилии (клецки из корня лилии для краткости).

— Мы здесь раздаем суп с клецками из корня лилии, да, — Пончо, министр по продовольственному кризису, стоял на раздаче продовольствия. Для амидонцев этот кризис был настоящей угрозой жизни, так что они выстраивались в очереди с кастрюлями в руках, чтобы забрать паек с собой домой. Кроме супа, у Пончо было еще немного другой еды на пробу, которую он раздавал людям.

— Такой сытный, — сказала одна женщина. — Я ожидала совсем не такого.

— Еще и на вкус отличный, — согласилась ее собеседница. — Кажется, он называется мисо, верно?

— Держу пари, жареными эти клецки тоже будут очень хороши, — присоединилась к ним третья. — Я бы с удовольствием попробовала приготовить их.

Услышав этот разговор, Пончо окликнул женщин.

— У нас есть клецки из корня лилии отдельно от супа. Вы можете взять их с собой, чтобы ваши семьи могли их попробовать, да.

Получив свертки с клецками, в глазах домохозяек вспыхнул огонек. Не успел Пончо опомниться, как он был окружен дамами.

— Ох, как мило. Нам это очень пригодиться, молодой человек.

— Вы ведь один из приближенных Короля, не так ли? А кто же Ваша супруга?

— Ах, нет, я пока не задумывался о браке… — растерянно сказал Пончо. Огонек в глазах женщин вспыхнул значительно ярче.

— Какое совпадение! Моя дочь очень красива, не желаете ли с ней встретиться? Возможно, она и есть ваша судьба?

— Эй, это не честно! Моя дочь будет гораздо лучшей женой! От меня ей досталась узкая талия и отличные бедра, так что она родит здорового, сильного ребенка!

— …С таким зятем можно не бояться голода…

Шумом заинтересовались и несколько молодых девушек.

— Один из вассалов Короля? Думаю, это была бы отличная партия.

— С таким мужем будешь жить в достатке. Да, да! Я согласна, запишите и меня!

Пончо не очень понимал, чего хотят все эти столпившийся вокруг него женщины всех возрастов. Лишь недавно Сома научил их не прятать свои желания, так что они говорили весьма откровенно. Как раз когда явилась спасительница:

— Сэр Пончо, что здесь происходит? — окликнули его негромким, но отлично различимым голосом.

Обернувшись на голос, женщины увидели горничную с черпаком в руке. Оценив ее красоту, они невольно забеспокоились.

— Его Величество прислал меня сюда, чтобы я помогла Вам, — подойдя ближе и взяв Пончо за руку сказа горничная. — Не желаете ли отдохнуть, пока я подменю Вас на раздаче?

Серина, а это была именно главная горничная замка Парнам, бросила взгляд на толпу женщин. Этот мимолетный взгляд неслабо их напугал.

«Что такая красавица делает рядом с этим толстяком?! Они держаться за руки, может ли быть…». — думали они.

— Потом все мне объясните, — не беспокоясь о чувствах женщин, сказала Пончо Серина. — Кстати, только клецками вы сегодня вечером не отделаетесь.

Услышавшие это женщины дружно ахнули.

Конечно, Серина не собиралась довольствоваться клецками Пончо, она хотела попробовать еще какие-нибудь его экспериментальные блюда. Она все больше увлекалась фастфудом из мира Сомы.

— Благодарю, я вернусь к работе, да! — правильно ее поняв, Пончо вернулся к раздаче.

Серина же равнодушно пожала плечами, элегантно поклонилась толпе растерянных, отчаянно краснеющих женщин и последовала его примеру.

Женщины смотрели им в след, чувствую себя несколько брошенными.

…Ну, хоть и с некоторыми неприятностями, клецки были действительно очень хороши как вареные, так и жаренные, что очень хорошо оценили жители Вана.

Вскоре блюда из корней лилии стали обязательной частью стола жителей Вана, а Лорд Ишизука Панакотта, лично раздававший их в самом начале, стал чуть ли не святым среди домохозяек, называвших его не иначе как «Лорд Ишизука».

Возможно, однажды фигурки «Лорда Ишизуки» будут ставить на кухне как обереги.

Конец десятого месяца 1546-го года по континентальному календарю — Ван, столица Княжества.

Около трех недель назад армия Королевства Эльфриден оккупировала Ван.

Сначала жители Вана с опаской смотрели на завоевателей, но Сома держал своих солдат в ежовых рукавицах, не допуская грабежей и прочего, так что люди начали успокаиваться. А благодаря продовольственной помощи, в том числе клецкам из корня лилии, людям больше не грозила голодная смерть. В результате, недоверие к солдатам значительно ослабло. Немаловажным фактором в этом было отсутствие в городе добровольно покинувших его непосредственно перед оккупацией дворян и рыцарей, которые наверняка разжигали бы пламя восстания.

В городе постепенно воцарился мир и покой.

Хотя говорить про покой, возможно, было преувеличением. Похоже, развлекательная программа прорвала плотину страсти к искусству. На каждой улице можно было увидеть минимум по одному менестрелю, уличному музыканту, артисту и так далее.

Более того, многие жители перекрашивали свои дома, а некоторые даже рисовали на фасадах фрески с изображением Джуны и остальных лорелей, диктора Крис и Аиши, так же виденной ими в той трансляции. Контролировать все это было уже совершенно невозможно.

Сложно было поверить, что всего месяц назад это была столица милитаристского государства.

Сома назвал этот период в истории Вана Амидонским Возрождением.

Внезапные перемены всегда сопровождаются неразберихой, и в Ване ежедневно возникали разногласия из-за лучших мест для уличных представлений. Войска запретной армии, оставшиеся в Ване для поддержания порядка, выступали посредниками, пока солдаты сухопутных и военно-воздушных сил, стоявшие лагерем за пределами города, могли им только посочувствовать. Впрочем, подобные разногласия никогда не приводили к серьезным беспорядкам.

Но конкретно этот день начался с громкого крика Аиши.

— Принцесса!

— А!?

Ранним утром Лисия как раз одевалась, когда в дверь ее временной комнаты был стука ворвалась Аиша. От неожиданности Лисия сначала замерла, но быстро опомнилась и спросила:

— Почему так волнуешься?

— Э-это… Его Величество… Его Величество, да… — бессвязно бормотала Аиша. Похоже, она бежала со всех ног и запыхалась.

— Успокойся. Сделай глубокий вдох.

— Д-да, верно, — Аиша несколько раз глубоко вдохнула, как и было сказано. При этом она махала руками в такт дыханию.

— Так и что там с Сомой? — спросила Лисия, убедившись, что Аиша успокоилась и продолжая одеваться.

— Да. Сегодня утром я как обычно зашла в кабинет, чтобы поприветствовать Его Величество, но его там не было! Он оставил записку, — с этими словами Аиша передала Лисии листок бумаги.

— «Отправляюсь в путешествие. Пожалуйста, не ищите меня — Сома Казуя» — Лисия со вздохом помассировала висок, пока Аиша опять начала волноваться.

— Ч-что нам делать? Мы должны немедленно его разыскать!

— Говорю же, успокойся. У Сомы сегодня выходной.

— А? Выходной?

— Верно. Он с Томоэ. В последнее время работая круглые сутки он почти дошел до точки кипения, вот я и предложила ему немного отдохнуть. И Хакую предупредила заранее. Узнав об этом, Сома сказал что-то вроде «Ну, тогда я целый день смогу просто поваляться на кровати, делая кукол». Это прозвучало не очень здорово, так что я попросила Томоэ вытащить его на прогулку.

— Я об этом ничего не слышала! Я телохранитель Его Величества, понимаете?! Почему он не взял меня с собой?!

— Ты слишком выделяешься, — пожала плечами Лисия, увидев слезы в глазах Аиши. — В этой стране живут преимущественно люди, темная эльфийка и так бы выделялась, а учитывая славу после трансляции — вы точно не смогли бы затеряться в толпе.

— Совсем недавно это еще была вражеская территория, вы не забыли?! Если что-то случиться с Его Величеством и Томоэ…

— Не бойся, они переодеты, за ними из тени будут присматривать Джуна и лучшие морские пехотинцы.

— Их сопровождает мадам Джуна? Ну, тогда они должны быть в безопас… ности… — прежде чем закончить фразу, в памяти Аиши всплыла улыбка Джуны.

Для Аиши Джуна была идеалом женщины. Красивая, грациозная, нежная… Аиша бы все отдала, чтобы стать хоть немного похожей на нее. Однако сейчас это было не столь важно, воображаемая улыбка Джуны заставила все женские инстинкты Аиши бить тревогу.

«Если мы ослабим бдительность, она незамедлительно использует этот шанс!» — подумала Аиша.

— Он в безопасности… Правда же? — нерешительно спросила Аиша.

Лисия сейчас думала о том же, так что ничего не ответила.

◇ ◇ ◇

— Погода сегодня и правда хорошая, да, старший брат?

— Да, Томоэ, отличная погода.

Я шел по торговой улице Вана вместе со своей почтенной младший сестрой, мистическим волком Томоэ. В последнее время у меня не было возможности вздохнуть из-за объема административной работы, так что Лисия, не в силах смотреть как я выжимаю из себя все до последней капли, предложила взять мне второй за время работы королем выходной.

Узнав о появившемся свободном времени, я планировал потратить его на безделье, как и подобает мужчине в отпуске, но Лисия сказала, что это не очень здорово и поручила Томоэ вытащить меня в город.

Еще недавно это была вражеская территория, так что нам пришлось немного замаскироваться. Чертами лица я был похож на жителей островов Девятиглавого Дракона, так что для маскировки я оделся как путешественник оттуда. В дорожном плаще и соломенной шляпе я выглядел совсем как Китаказа Казуя[✱]Японский мультфильм для детей, 1974 год. https://youtu.be/4oJXHkjMHVw. Томоэ была одета в белую мантию, напоминая светлого мага из какой-то игры. Честно говоря, я не был уверен, стоило ли нам так старательно маскироваться ради одной прогулки, но…

— Юх-ху! Тут столько разных магазинов, старший брат!

…Вид счастливо взбудораженной Томоэ устранил последние сомнения.

— Если что-то понравиться, не стесняйся говорить.

— Ладушки! ♪ [✱]Есть подозрение, что символ «♪» в этой серии используется вместо «~», то есть означает фразы, сказанные игривым тоном.

После ее энергичного ответа я погладил ее по голове. Волосы между ее волчьими ушками были пушистыми и мягкими. Ах! Так успокаивающе…

— Джуна, ты не против? — спросил я девушку, идущую с другой стороны от Томоэ.

— Конечно, — Джуна одарила меня теплой улыбкой. — Как Вам угодно, мистер Казуя.

В сегодняшний выходной для защиты я взял с собой не Аишу, а Джуну и десяток ее морских пехотинцев, скрытно наблюдающих за нами.

…Ага, скрытно.

— Эм, Джуна? Почему ты обняла мою руку?

Да, она обняла мою руку. Она была невероятно близко. Сейчас она была одета как типичная авантюристка, в кожаный доспех, с длинным мечем за спиной. Благодаря нагруднику я не мог почувствовать особой мягкости, но я знал, что они там есть.

— О, я делаю что-то не так? — кажется, она заметила, что я взволнован и весело улыбнулась.

— Да не то, чтобы не так… Но разве ты не должна защищать меня скрытно?

— Мы защищаем Вас наилучшим образом. Мои бойцы движутся впереди, высматривая потенциальные угрозы, я же нахожусь рядом на крайний случай.

— Понятно, но… Разве ты не привлекаешь внимание?

Жители Вана должны знать ее лицо по музыкальной программе. Даже если ее внешность была не такой выделяющейся как у Аиши, меня все равно удивило, что она даже не пыталась спрятать лицо.

— Хи-хи. Все в порядке. Тогда на мне было существенно больше косметики. Мне нужно было произвести совсем другое впечатление.

Действительно… Сегодня на ней был лишь необходимый минимум косметики. Выступая на сцене или по вещательной сети, она использовала обворожительный макияж, ставший неотъемлемой частью ее образа. Но на идущей рядом со мной девушке был минимум косметики, если она вообще была, благодаря чему Джуна выглядела моложе обычного. Сейчас она действительно выглядела на свой возраст.

— Совершенно верно, — Джуна словно прочитала мои мысли. — Благодаря косметике я и выгляжу старше.

— Нет, я почти уверен, что ведешь ты себя тоже соответствующе… Так тебя это беспокоит?

— В конце концов, я же девушка. Кстати, это ничего, что я держу Вас за руку, Сир? — робко посмотрела на меня Джуна. Это выражение лица… Просто нечестно.

— Да… Все в порядке.

— Хи-хи, спасибо.

— Вот это да!.. — восхищенно протянула Томоэ. — Джуна, ты просто потрясающая! Я хочу быть как ты.

— …Не думаете, что Вам стоит быть просто самой собой, Томоэ? — многозначительно посмотрела на нее Джуна. Пока что Томоэ была просто милой, но определенно однажды она станет настоящей красавицей, а если при этом она будет уметь играть с мужскими чувствами как Джуна — этот волчонок станет свирепым хищником.

Размышляя об этом я шел по улице, одной рукой держа Томоэ, пока вторую обнимала Джуна. Нас не узнавали, но мне было не по себе от ревнивых взглядов проходивших мужчин и перешёптываний женщин, пытающихся угадать наши отношения.

— Хорошо… — попытался я отвлечься от странных мыслей. — Куда идем? В отличии от Парнама, здесь не так много мест, которые мне было бы надо проинспектировать.

— Думаю, в свой долгожданный выходной не стоит думать об инспектировании.

— Извини, что я так помешан на работе.

Джуна усмехнулась, глядя на одного трудоголика, прежде чем прошептать мне на ухо:

— Может, стоит посмотреть на одежду для Томоэ? Она ведь ваша почтенная младшая сестра, так что стоит сделать ей подарок.

— О, а это идея.

Если подумать, с тех пор как я принял Томоэ как свою младшую сестру (хотя технически, она была приемной младшей сестрой Лисии и моей будущей своячницей), я был занят административной работой и не мог вести себя как подобает хорошему старшему брату. Томоэ усердно работала, договариваясь о сотрудничестве с ринозаврами и сёдзё, так что было бы неплохо сегодня чем-нибудь ее порадовать.

— Джуна, знаешь подходящий магазин?

— Да, положитесь на меня, — приложив руку к груди она слегка поклонилась.

На небольшой вывеске стоящего на углу улицы магазина, который порекомендовала Джуна, изящными буквами было написано «Серебряный олень». Судя по витрине, здесь торговали не только одеждой, но и обувью и украшениями. Мне было сложно говорить об этом с уверенностью, но одежда выглядела весьма высококласной. Очень серьезный магазин, парень вроде меня, закупавшийся одеждой исключительно на распродажах, никогда не зашел бы в такой.

К слову, почти вся одежда, которую я носил после призыва в этот мир, была сшита мной. Мои навыки шитья значительно улучшились благодаря работе над куклами мусаси-бой, так что я спокойно мог сделать себе всю необходимую одежду, кроме разве что нижнего белья. Конечно, с моей зарплатой я мог бы заказывать любую одежду, но я не был заинтересован в роскоши. Надетая сейчас на мне одежда, накидка с капюшоном Томоэ — все это так же было сшито мной.

— Ты делаешь вещи ничуть не хуже. Старший брат, ты потрясающий, — сказала Томоэ, глядя на витрину. От гордости у меня немного закружилась голова.

— Что же, я не могу купить одежду по своему вкусу. Хотя признаю, наполовину это просто хобби, — попытался я скрыть смущение. — И все же это сюрприз. Я не ожидал увидеть такой магазин здесь, в Ване.

— Как я слышала, они первоначально торговали только мужской одеждой, — объяснила Джуна. — Но после недавней передачи, женщины тоже начали интересоваться красивой одеждой, так что они быстро расширили ассортимент.

Что же, спрос рождает предложение.

— Все же, здесь очень богатый выбор. Откуда они так быстро все это достали? — удивился я.

— Все благодаря торговым гильдиям, — ответила Джуна. — Они могут обеспечить любыми товарами, разве что с дефицитным продовольствием сейчас бывают сложности. Для торговцев Эльфриден и Амидония — не только поставщики товаров, но и отличные покупатели.

— Хитро…

Конечно, пронырливые торговцы с радостью воспользуются внезапным спросом… Что-то я отвлекся, хватит стоять у витрины.

— Может все же зайдем?

Внутри нас встретил одетый как бармен мужчина с пепельно-серыми волосами, расставляющий товары по полкам. Он идеально подходил под типаж джентельмена средних лет с чашечкой черного чая (только без чая). Заметав нас он учтиво поклонился и поприветствовал нас:

— Добро пожаловать. Должно быть, вы путешественники?

— Эм… А… — издал я бессвязные звуки. Конечно, я не мог раскрыть свою личность, но действительно, как объяснить компанию из мужчины в соломенной шляпе, красивой женщины-авантюристки и девочки с волчьими ушками в белой мантии? Пока я отлаяно пытался что-нибудь придумать, Джуна решительно шагнула вперед.

— Верно. Это Казуя, сын торговца тканями из Эчиго, что стоит на островах Девятиглавого дракона, и его младшая сестра Томоэ. Я их покорный слуга, Сильвия. Мастер Казуя однажды унаследует семейное дело, и мы странствуем, чтобы расширить его кругозор.

Она была весьма красноречива.

«Хорошая работа, Джуна. И я впечатлен, что ты не забыла ту глупую историю про ”наследника торговца тканями из Эчиго”. Я вот практически забыл. Кстати, откуда имя Сильвия?..»[✱]Первый том, глава «Выходной день в Парнаме»..

— Понятно, — ответил мужчина без особого интереса. — Прошу прощения, что до сих пор не представился, я — Себастьян, владелец этого магазина.

«С таким именем он точно владелец, а не дворецкий?». — задумался я, но быстро оборвал себя. В конце концов, не все Себастьяны должны быть дворецкими[✱]Вероятно, отсылка к произведению «Темный дворецкий» (манга, аниме, полнометражный фильм)..

— Чем я могу Вам помочь? — улыбаясь спросил Себастьян.

— Что же… Возможно, у вас найдется что-нибудь подходящее моей младшей сестре?

— А?! — удивленно выкрикнула Томоэ.

— Ну так вот, — я начал поглаживать ее по голове поверх капюшона. — Если тебе что-нибудь приглянется — дай мне знать, ладно?

— Хм… Но…

— Все нормально. Позволь мне хоть иногда вести себя как подобает старшему брату, — с этими словами я подтолкнул ее к Джуне.

Джуна кивнула мне, взяла Томоэ за руку и углубилась в магазин. Поначалу Томоэ держалась немного скованно, но ведь она девочка. Я видел, как она втягивается в процесс, рассматривая вещи вместе с Джуной.

Поначалу мне нравилось смотреть, как красавица и девочка наслаждаются выбором, но в итоге мне это наскучило, так что я тоже начал бродить по магазину.

В продаже были одежда, обувь, украшения и даже косметика. Действительно широкий ассортимент. Это словно амидонский 109… Ну, не то, чтобы я бывал в 109, или где либо еще в районе Сибуя, раз уж на то пошло[✱]Большой универмаг женской одежды и прочего в Токио. https://en.wikipedia.org/wiki/109_(department_store). Отвечая на запросы женщин, около восьмидесяти процентов ассортимента предназначалось именно для них. От изначального мужского ассортимента остались только плащи.

Осмотревшись, я приметил несколько интересных вещиц.

Во-первых, губная помада светло-розового оттенка.

Во-вторых, заколка для волос, сделанная из золота и драгоценных камней. Материалы говорили о дорогостоящей престижной вещи, но она была выполнена в виде божьей коровки, что делала ее немного по детски нелепой.

Третье, чокер из голубой кожи с серебристыми звездами, застежка была золотой, в форме расправившей крылья птицы.

Должно смотреться хорошо.

И наконец… Последней приглянувшейся вещью были небольшие аккуратные туфли, отлично подошедшие бы какой-нибудь девочке. Застежки с цветочным узором лишь добавляли очарования.

«Эти туфли… Думаю, отлично смотрелись бы на Томоэ».

— Томо…

— Мистер Казуя, — решительно прервал меня незаметно подошедший Себастьян. Я обернулся, чувствуя растущее беспокойство, пока он продолжал. — Порастите за внезапное вмешательство, я хотел бы у Вас кое-что спросить. Вы не против?

— …Спросить о чем?

— Предположим, на поле боя генералы собрались на военный совет.

«Что? Поле боя? Военный совет? К чему он клонит».

— Предположим, первое предложение, высказанное на этом совете было достаточно хорошим. Будь Вы верховным главнокомандующим армии, вы бы немедленно ее приняли?

— …Думаю нет. Возможно, одно из последующих предложений будет еще лучше.

— Верно. Так же, будь Вы одним из генералов, придумавших хорошее предложение и желающих, чтобы оно было принято, вы не стали бы предлагать его сразу, а подождали бы, пока совет зайдет в тупик.

— Понятно…

— Я хочу сказать, что игры мужчин и женщин — тоже поле битвы.

— …А! Я вас понял.

Я наконец-то понял, что имел в виду Себастьян. Он говорил, что мне стоит подождать немого, прежде чем показывать Томоэ эти туфли.

Джуна с Томоэ пока что наслаждались поиском чего-нибудь подходящего, если я принесу им что-то прямо сейчас, это значительно охладит их пыл. Если они решат принять мое предложение, то их веселое времяпрепровождение закончиться, а если они откажут, мне будет неловко. Разумеется, никто этого не хотел[✱]Это какое-то японское правило приличия, не более одной покупки за раз?.

— Сэр, вы замечательный стратег, — поблагодарил я его за работу.

— Я польщен Вашей похвалой, — Себастьян снова артистично поклонился, приложив правую руку к животу.

И тут мне кое-что пришло в голову.

— Кстати, Вы только что использовали пример с военным советом… — может ли он знать, кто я на самом деле?

— О, боже… — Себастьян поспешно покачал головой. — Простите меня за это. Видеть ли, до недавнего времени я имел дело преимущественно с дворянами и рыцарями, им нравились такие примеры. Сейчас я никак не могу избавиться от этой привычки, прошу прощения, если доставил неудобства. Один из моих постоянных клиентов постоянно подшучивает надо мной из-за этого.

— …Ничего страшного. Этот ваш постоянный клиент — рыцарь?

— Нет, скорее прелестный маленький тануки.

Маленький тануки, ха. Что же объединяет такого владельца магазина и маленького тануки?.. Я был заинтригован. Но отложим это на потом, сейчас я незаметно купил несколько вещей, а затем показал Томоэ туфли. Она не решалась принять их, как я и ожидал, но я был практически уверен, что они ей понравились, так что я их купил и почти принудительно вручил их ей.

— С-спасибо, старший брат… Я буду их беречь… — сказала Томоэ, крепко прижимая коробку с туфлями к груди. В ее глазах проступили слезы радости, так что я ласково погладил ее по голове. Думаю, такие отношения и должны быть между братом и сестрой. Если подумать, раньше всей моей семьей были только бабушка и дедушка… Но теперь моей семьей была Лисия и Томоэ, и я хотел бы называть так и Аишу с Джуной.

«…Да, приятно чувствовать связь с людьми», — думал я, гладя сестренку по голове.

Стоящая рядом Джуна с улыбкой наблюдала за нами.

— О, Джуна, подожди минутку, — попросил я ее.

Мы вышли из магазина «Серебряный олень» заполдень и сейчас искали, где бы пообедать.

— Что-то случилось?

— Я хотел отдать тебе это, — с этими словами я протянул ей небольшой пакет.

— Отдать мне?

Открыв его, Джуна увидела ту самую заколку в форме божьей коровки. Это была одна из вещиц, что я тайком купил ранее.

— А?! Эм, что…

— Ты всегда очень много стараешься для меня, это мой способ сказать «спасибо».

— Нет, я не могу принять что-то подобное… У меня нет права…

— Дай-ка сюда, — взяв заколку я прикрепил ее к волосам Джуны.

Да, именно так я и думал. Для Джуны-женщины это было-бы слишком, но сегодня рядом со мной была Джуна-девушка, пытающаяся вести себя как женщина. Так она выглядит очень мило.

— Джуна, тебе очень идет.

— Ох…

Джуна покраснела и отвернулась, немного склонив голову, словно наконец-то почувствовала себя моложе меня. Наконец-то я одержал первую небольшую победу.

— Сир, если уж дарите что-то женщине, Вы должны подарить что-то и принцессе, — затараторила она, пытаясь скрыть смущение. — У Вас, вероятно, в конечном счете будет несколько жен, в этом случае Вы не можете относиться к кому-то по-особенному. Вы должны или проявлять ко всем одинаковую любовь, или признать брак исключительно политическим инструментом, и не проявлять любви ни к кому. В любом случае, важно не вызывать раздор между женщинами, это практически Ваша обязанность, хорошо?

Она определенно пыталась сменить тему и скрыть смущение.

— Все в порядке. Я купил кое-что и для Лисии, и для Аиши, — говоря об украшениях, Лисия предпочитала те, которые не будут мешать в бою, а не просто красивые. Для нее я купил тот голубой чокер. Аише я планировал подарить помаду, она должна неплохо сочетаться с ее цветом кожи. На съёмках музыкальной программы я узнал, что у нее заниженная самооценка по поводу красоты.

— С-серьезно? Тогда хорошо.

— Да. Кстати, Джуна.

— …Что?

— Не «Сир», а «господин Казуя», помнишь?

— Ох!..

Кажется, она немного забылась от волнения.

— Господин Казуя… — отчаянно краснея, Джуна попыталась изобразить сердитое выражение лица. — Вы тот еще озорник.

— Серьезно?

— Да. И еще дамский угодник, — Она снова обняла мою руку. Кажется, крепче, чем в прошлый раз.

Из-за плеча я видел смущенную улыбку Джуны и блестящую заколку в волосах.

— Ух ты!.. Старший брат, там тоже много магазинов! — радостно воскликнула Томоэ, увидев ларьки на площади.

В поисках места пообедать мы пришли на центральную площадь Вана, ту самую, на которой был установлен приемник вещательной сети. Всего месяц назад это еще было просто открытое поле, сегодня же оно было забито лотками с едой и прочими товарами. Мы только подходили к площади, но уже слышали, как торговцы зазывают покупателей, а покупатели торгуются с торговцами.

В толпе можно было увидеть самых разных людей: домохозяек, покупающих продукты на ужин, ремесленников в поисках необычных материалов, даже свободных от службы солдаты Эльфридена в поисках чего-нибудь вкусного.

«Возможно даже не из запретной армии», — подумал я. Солдатам сухопутных и военно-воздушных сил, стоявшим в лагере возле Вана, разрешалось входить в город в свободное от дежурств время.

Здесь было немало представителей иных рас, выглядящих как путешественники и искатели приключений. Раса, профессия, национальность… Здесь это было не важно. Здесь смешались множество самых разных людей.

— …Как же все так получилось?.. — задумчиво пробормотал я.

— Благодаря усилиям сэра Пончо, продовольственный кризис в Ване в значительной степени смягчился. У людей теперь есть возможность открывать кафе и рестораны. Впрочем, многие предпочитают открыть ларек здесь, а не ресторан ближе к центру города. Это самый крупный рынок во всем Ване.

— На этом поле, на отшибе? Разве главная улица не удобнее?

— Это потому, что здесь находиться приемник вещательной сети.

— О, понял…

После первого пробного эфира мы перешли к ежедневной форме вещания: выпуски новостей с Крис Тахион днем и музыкальная программа вечером. Люди собирались здесь не из-за рынка, рынок появился потому, что здесь собирались люди в ожидании трансляции.

«Это что-то вроде черного ранка в послевоенной Японии. Возможно, когда-нибудь это место станет чем-то вроде Амейоко»[✱]Торговая улица в Японии, после Второй Мировой войны на ней располагался «черный рынок» http://www.embjapan.ru/rajon-amejoko.phtml.

Джуна и остальные лорелеи выступали в программе только по выходным, в остальные дни выступали желающие стать лорелеями. Конечно, Джуне и остальным было бы очень тяжело каждый день участвовать в прямом эфире.

Хорошо показавших себя претендентов мы принимали как певцов, вроде Маргариты, точнее как лорелей. Мужчин мы решили называть орфеями[✱]Орфей — легендарный певец и музыкант, герой древнегреческих мифов..

Программа транслировалась одновременно в двух странах, Эльфридене и Амидонии, ее можно было увидеть с помощью любого приемника. Хотя нужно было помнить, что реакция людей на те или иные песни или исполнителей могла отличаться.

«Мне стоит еще раз оценить экономические последствия этой передачи», — с усмешкой подумал я.

— Старшый брат, я кушать хочу, — Томоэ с жалобными глазами тянула меня за плащ.

— О, верно, — согласилась Джуна. — Как на счет того, чтобы взять что-нибудь в одном из ларьков?

— Ага-ага! ♪ — радостно ответила Томоэ.

— Тогда давайте так и сделаем, — ответила ей Джуна.

Мы начали осматривать торговые лавки. Чуть больше трети предлагали еду и продукты, в остальных можно было найти одежду, украшения, ремесленные материалы и прочее.

Среди готовой еды чаще всего предлагали шашлык. Ван находился далеко от моря, так что в их распоряжении была только речная рыба, а из-за продовольственного кризиса зерна и овощей все еще не хватало. В то же время, мясо можно было получить охотой.

Ни один из киосков открыто не заявлял, из какого мяса сделаны их шашлыки, вероятно потому, что это мясо добывали авантюристы. Лучше так, чем если бы они неправильно указывали мясо и продавали его по завышенной цене.

— Шашлык-лотерея, — пробормотал я.

С мясом рогатого кролика я, пожалуй, справлюсь, а вот мясо гигантской крысы или ящерицы… Не уверен, что моя психика такое выдержит. Кроме того, у диких животных могли быть какие-нибудь болезни или паразиты. В этом мире не существовало санитарных норм и лицензий на приготовление еды.

«Что-же, рано или поздно нужно будет этим заняться…».

— Все в порядке, — сказала Джуна с милой улыбкой. — Несколько морских пехотинцев по моему приказу прибыли сюда заранее и провели дегустацию на наличие ядов. Идёмте к точно безопасному прилавку.

— Дегустация на наличие ядов? Не дегустация вкуса?

— Случись что-то с вами — это будет трагедия национального масштаба. Разумеется, мы должны проверять на яд все, что Вы едите. Ваше тело теперь принадлежит не только Вам.

Я не стал шутить на темя «Я теперь считаюсь беременным?», она была права. Я не был уверен, смогу ли использовать живых полтергейстов мучаясь от пищевого отравления. Если не смогу — администрация недосчитается нескольких меня.

…Да уж, мне придется просто смириться с дегустаторами ядов.

— И каков был результат дегустации?

— Один человек выбыл.

— Отправь кого нибудь в замок! В каждой торговой точке должно быть указано, какое мясо иди рыбу и откуда они используют! Если кто-то этого не сделает, бизнес должен быть закрыт!

— Понятно, — Джуна подозвала одного из своих людей, чтобы передать сообщение.

Так в королевстве Эльфриден появился первый закон «О безопасности пищевых продуктов.»

Со временем надо будет включить в закон и прочие продукты, но начать необходимо с мяса и рыбы. Бактерии и паразиты могут быть угрозой жизни.

— Ох, неизвестный солдат, твоя жертва не будет забыта…

— Вы не так поняли, он не умер, всего лишь пищевое отравление — сказала Джуна, закатывая глаза.

«Как будто от пищевого отравления нельзя умереть», — подумал я. Однажды мой дед съел несколько просроченных сырых яиц, подхватив сальмонеллёз и в итоге провел в больнице не один день. К счастью, никаких непоправимых последствий не было, но бабушка еще долго припоминала, как его нежелание выбросить несколько яиц по десять иен за штуку аукнулось счетом из больницы в несколько десятков тысяч иен.

Возвращаясь к теме, мы купили шашлыки в предложенном Джуной месте и немного сока из ассорти фруктов и устроились перекусить на скамейке.

— Да, очень вкусно, старший брат! — Томоэ решительно набросилась на шашлык.

— Да, вкусное, — согласился я.

— Сок тоже весьма неплох, — поддержала Джуна.

Мясо было сочным и вкусным, не так уж отличающимся от того шашлыка, что я пробовал на фестивалях. На мой вопрос что это за мясо Джуна ответила, что это мясо бигбулла, крупного рогатого животного, наподобие буйволов.

Сок был немного теплым, но поздней осенью это не было проблемой. У него был немного кислый привкус, что хорошо сочеталось с шашлыком. Закончив с едой, мы решили еще немного посидеть.

Томоэ уже клевала носом, и я предложил ей вздремнуть. Положив голову мне на колени и свернувшись калачиком она задремала, размерено засопев, пока я поглаживал ее по голове.

—Хи-хи, ну разве она не прелесть? — тихо спросила Джуна, глядя на спящую Томоэ. После чего она придвинулась ближе, так что мы соприкасались плечами, и грустно продолжила практически шепотом. — Вот бы бы такие мирные деньки не кончались…

— Пожалуйста, не говори так. Именно после таких фраз все идет кувырком. Я же уже вроде бы говорил?

— Да, — кивнула Джуна. — И армия империи уже практически здесь. Около пятидесяти тысяч.

— Хм, меньше, чем я думал.

В данный момент в Ване и возле него было 45 000 подконтрольных мне солдат, почти столько же. Конечно, были еще войска Амидонии, спасшиеся бегством с поля боя и все это время ожидавшие в соседних городах, если добавить их, превосходство получалось более серьезным, но в любом случае я ожидал как минимум в три раза больше сил.

Я очень сомневался, что Империя, призывавшая к объединению против демонов, начнет войну против нас, но я считал, что они приведут достаточно войск для захвата Вана, чтобы припугнуть нас.

— Скорее всего, относительно небольшую армию запросила Амидония, — покачала головой Джуна. — Думаю, они побоялись, что если Империя придет с огромной армией, она наложат руку на эту страну вместо Эльфридена.

— Для страны, создавшей Декларацию человечества, это был бы крайне глупый поступок. Сделай они это — и Декларация Человечества будет стоить не больше, чем бумага, на которой она написана. Они потеряют доверие стран в их союзе, и в целом их стратегия по объединению человечества перед угрозой демонов рухнет. Я имею в виду, им не имеет смысла быть кем-то, кроме как посредниками.

— Да, но Амидония попыталась обойти один из пунктов Декларации Человечества, — возразила Джуна. — Они не могут не бояться последствий.

— …Словно паук, запутавшийся в собственной паутине.

Они действовали наперекор Империи, но сейчас вынуждены просить их о помощи. Конечно они опасаются последствий.

В добавок, никто не любит оппортунистов, так что Амидония значительно уронила свой престиж в глазах других стран. Они должны бояться, что Империя вовсе вычеркнет их из списка стран, подписавших декларацию.

— Не очень красиво говорить такое, но… Для нас это было бы весьма удобно. Если Княжество и Империя рассорятся, у нас появиться не мало возможностей.

— Хи-хи, самое время нашему Королю показать свое мастерство.

— …Мне кажется, ты ждешь от меня слишком многого.

— Боже, а я то думала, Вы сейчас господин Казуя, — игриво ответила Джуна.

Думаю, это была ее маленькая месть. В этом была вся Джуна — стоило только почувствовать вкус победы — она тут же отыгрывалась.

— Всем доброго дня, с вами новости Эльфридена, — услышали мы голос Крис Тахион.

Похоже, сейчас время для ежедневного выпуска новостей. Подняв глаза, я увидел в воздухе проекцию Крис, читающей новости.

«Ух ты… Так вот как выглядят наши трансляции». — Впервые я был на одной из площадей как зритель. Изображение было размером с экран кинотеатра, что производило довольно сильное впечатление.

— Переходим к первой новости на сегодня. Строительство Венетиновы, нового прибрежного города в восточной части Эльфридена, близиться к завершению. С появлением этого города морское и сухопутное сообщение станет более эффективным, что позволит быстрее доставлять товары…

Информация для этой передачи поступала со всего королевства, включая Ван, с помощью курьеров куи. Эти птицы были очень похожи на почтовых голубей, но они могли находить не свой дом, а своих хозяев[✱]В оригинале написано «…волны своих хозяев». Что за волны, не уточняется, так что упрощу немного.. С их помощью люди этого мира и передавали многие послания, в том числе новости. Благодаря этому даже отдаленные деревни в труднодоступных местах, в которых не было приемника вещательной сети, могли получать информацию о происходящем в стране. Хотя в отличии от вещательной сети это и занимало день или два.

Для понимания, информация о чем-то произошедшем, например, в Лагуна-Сити не была бы доставлена сразу в Ван, курьеры куи сначала доставляли бы ее в соседние города, откуда люди рассылали бы новых куи в соседние города… И так далее. Куи могли летать на довольно большие расстояния, но всегда оставалась угроза нападения хищника. Кстати, срочные новости доставляли не курьеры куи, а гонцы на вивернах.

В результате, невозможно было узнать о новостях в тот же день, а многие новости среднего значения могли быть и вовсе забыты.

— К следующей новости. Вчера рано утром в Ване произошел небольшой пожар…

После описания нескольких несчастных случаях в Королевстве Крис рассказала рецепт приготовления клецок из корня лилии и прочей полезной в повседневной жизни информации.

В это время я раздумывал о том, что новостям очень не хватает прогноза погоды, но эту проблему было не легко решить. В этом мире представление о погоде были в зачаточном уровне, и хотя некоторые люди умели предсказывать погоду по облакам, добавить такую информацию в выпуск новостей мы не могли в том числе из-за низкой скорости передачи сообщений.

«Своевременное предупреждение о грядущем урагане может спасти не мало жизней, было бы неплохо найти что-то для этого…».

— Подумать только, что вещательную сеть можно использовать для такого… — вздохнула стоящая в нескольких шагах от меня девушка, одетая как авантюрист. Она отлично держала осанку, а ее волосы были стянуты в хвост. Чем-то она напомнила мне Лисию, но хвост был затянут чуть выше, да и вообще у Лисии сейчас была стрижка каре. — Мы обязательно должны внедрить такую систему и в нашей стране. Оформлю прошение, когда вернусь, — стоящая передо мной девушка повернулась, показав мне лицо в профиль и с невозмутимым видом спросила: — И все же, как Вам в голову пришла такая передовая идея?

«Что?! Откуда?!.»

— Джуна? — спросил я ее, когда она быстро встала между мной и девушкой.

— Осторожнее, — с напряженным голосом ответила она. — Она опасный противник, жаль здесь нет Аиши. Я готова сражаться до последнего вздоха, но не уверена, что смогу ее остановить…

— Она настолько сильна?

— Не беспокойтесь, я Вам не враг, Прима Лорелея Джуна Дома, — усмехнулась девушка.

— Ты меня знаешь… — выдохнула Джуна.

— Конечно. Потому я с вами и заговорила.

«Значит, меня она тоже знает»

Вероятно, она ожидала нас здесь, зная, что я приду переодетым. Это потому, что я постоянно откладывал создание контрразведывательного подразделения из-за проблем с выбором его главы.

«Но если она говорит, что она нам не враг…».

— Так Вы из Империи? — предположил я.

— Верно, — она прижала руку к груди и немного склонила голову. — Рада познакомиться с Вами, Сир Сома Казуя. Я — младшая сестра Марии Эйфориа, Императрицы Империи Гран-Кэйос, и та, что занимается военными делами за нее, Жанна Эйфориа.

— Что с нашей охраной? — шепотом спросил я у Джуны.

— Похоже, с ней так же пришла охрана, так что наши люди не могут действовать.

— Потому она и подошла одна… Позаботься о Томоэ.

Оставив полусонную Томоэ Джуне я встал лицом к лицу с Жанной Эйфориа. Я знал из отчетов, что принцесса империи заведовала военными делами под началом Императрицы, а так же что Мария до сих пор не замужем, из-за чего эта девушка так же первая наследница.

— У младшей сестры мадам Марии какие-то дела в нашей стране? — я старался говорить величественно. Наша страна не подписала Декларацию Человечества, так что мне не нужно было выказывать Императрице Марии уважение как моему лидеру. Другими словами, мы с ней были в равном положении, Жанна же была ее младшей сестрой, технически ее вассалом, так что мой ранг был немного выше. При общении со своими вассалами я прибегал к подобному не часто, но в международных переговорах было нужно четко обозначить свою позицию.

— На сегодня никаких особенных дел, — буднично ответила Жанна. — Я просто изучала человека, с которым в скором времени буду вести переговоры, когда мне сообщили, что сегодня он покинул замок, так что я решила представиться.

Значит, она изначально не планировала встречаться со мной. Она случайно узнала про мой выходной пока была неподалеку и попыталась установить контакт.

— И все же, с Вашей стороны было довольно смело войти в оккупированный город.

— В конце концов я верю только тому, что вижу собственными глазами. О Вас ходят самые разные слухи, даже в Империи. Многие из них, очевидно, не имеют под собой оснований, так что я хотела выяснить все лично.

«Слухи? И какие обо мне в Империи ходят слухи?»

— И что же за слухи, просто интересно?

— О, что-то вроде «Блестящий правитель, спасший экономику страны от краха», или «Изобретатель совершенно новых, невообразимых блюд, спасших страну от продовольственного кризиса», или «Могучий воин, победивший множества врагов»… И так далее.

— Ну, тут многое сильно приукрасили, ха, — прокомментировал я.

Ни одно из этих достижений не было исключительно моим. Экономику спасла тяжелая работа множества бюрократов, а сбором необычных ингредиентов и способов их приготовления занимался Пончо. Что же касается войны — я только привел в движение армии, оставив командование и сражение другим. В конце концов, я сам считал своим достижением только «умение поручать задачи людям, которые могут с ними справиться».

— О, и особенно любимый в народе: «Неутомимый герой-любовник».

— Стоп, стоп!

«Какой еще герой-любовник?!».

— А этот слух откуда?!

— Молва гласит: «Хоть он и был помолвлен с прекрасной дочерью бывшего короля, он собрал красавиц со всего королевства, чтобы выбрать себе наложниц», примерно так. Кстати, разве госпожа Джуна не Ваша наложница?

Чудовищное недоразумение. Они, похоже, говорили о конкурсе красоты Эльфридена, который я провел в рамках поиска талантов. В то время у меня даже не было четкого представления о проекте лорелея. Если подумать, слухи вроде «новый король ищет красавиц, чтобы сделать их своими наложницами» ходили еще тогда, и многие дворяне пытались протолкнуть в этом конкурсе своих дочерей. И другие страны знают про этот слух?

— На-наложница, я? Ну, то есть я знала про эти слухи… — Джуна немного покраснела.

Я и не знал, что такие слухи ходят до сих пор… Это добавляет головной боли. С тех пор, как я взошел на трон, я постоянно был под огромной нагрузкой, из-за чего даже наши с Лисией отношения оставались совершенно невинными. Хоть об этом поздно говорить, когда мы помолвлены, но мы с ней пропустили много важных этапов в отношениях. У нас всего раз было что-то вроде свидания, не говоря уже о поцелуе.

Пока в моей голове проносились все эти мысли, Жанна тоже стаяла задумавшись.

— Хм… Если этот слух ложный, полагаю, не получиться сделать так… — пробормотала она.

— Сделать как?

— Ну, будь Вы на самом деле любителем женщин, я могла бы устроить Вам встречу с моей прелестной сестрой. Она бы Вас мило попросила и переговоры прошли бы гораздо легче.

— И о чем Святая Императрица меня бы попросила?!

— Моя сестра не очень любит ярлык «Святая», но… Кажется, мужчины из-за этого считают ее более привлекательной.

— Хорошо, я понял. «Святая Императрица Мария»… — я задумчиво замер. Звучит действительно впечатляюще. Такая женщина не может не быть возвышенной красавицей. Услышав такое, люди будут мечтать увидеть ее хоть раз.

…Так, стоп. У меня же тоже есть ярлык «герой», просто я не особенно много героического сделал, вот про него и вспоминают не часто.

— Ярлыки, да? Хм… — присоединилась к разговору Джуна. — А «Лорелея» для Вас делает кого-то привлекательнее?

— Джуна, ты то куда?

— О, просто мысли вслух[✱]Спасибо переводу вебки, оказывается, на японском языке игра слов: «Святая» (聖) и «сексуальная» (性) звучит одинаково («sei»). В английской версии про всю эту привлекательность немного странно написано. Особенно непонятно, почему к обсуждению присоединилась Джуна..

— Хи-хи, а у вас тут веселее, чем я ожидала, — хихикнула Жанна.

— Мы это делаем не для того, чтобы кого-то развлечь, — ответил я.

— Нет-нет, дружеские отношения между Вами и Вашими вассалами — признак стабильности в стране. Дома я такого не увижу…

— У вас там все по другому?

— Наша территория огромна, а власть Императрицы и того больше. Ее называют Святой, ей практически поклоняются, но из-за этого все обращаются к ней чуть ли не как к богине. Пожалуй, спокойно она может поговорить только со своей семьей. Более того, сестра крайне серьезно относиться своей должности императрицы, стараясь относиться ко всем одинаково. В итоге, она не может никому открыться, — Жанна провела взглядом по людям на площади. — Происходящее здесь не облегчает ситуацию. После того, как Амидония явно проигнорировала Декларацию Человечества, мы все равно должны выступить на их стороне…

— Я удивлен увидеть столь прагматичный взгляд у младшей сестры мадам Марии, славящейся своим идеализмом.

— Пока старшая сестра витает в облаках, младшая должна быть ее опорой, — усмехнулась в ответ Жанна.

Хм… Похоже, Жанна думает скорее как я, а не как Мария. Она не стремилась к недостижимым идеалам, а предлагала реальные решения.

Придерживаясь идеалов, Вы привлечете людей, но если слишком увлечься, можно потерять ощущение реальности. Кто-то должен быть рядом и поддерживать Вас на земле. Вероятно, Мария может сохранять свои идеалы именно благодаря поддержке прагматичной Жанны.

Среди всех стран у империи была наибольшая численность населения. Не знаю, сколько у них было талантливых людей, но точно не меньше, чему нас.

— Кстати, это очень впечатляющий способ использования вещательной сети, — сказала Жанна, указав на проекцию Крис. — Вы регулярно сообщаете информацию людям, чтобы уменьшить их страх неизвестного. Не возражаете, если мы повторим это у себя?

— …Как вам угодно.

Это ведь не трудно повторить. Я и не мог бы запретить ей.

— Благодарю. Кстати, откуда у Вас такие революционные идеи?

— Революционные? В мире, из которого я пришел, это было совершенно обычное дело.

— Мир, из которого вы пришли… Конечно, — улыбка исчезла с лица Жанны.

Пока я недоумевал, Жанна низко поклонилась, ее тело и ноги оказались практически под прямым углом. Это был достаточно глубокий поклон, чтобы назвать его церемониальным.

— Ч-что случилось? — Я был сбит с толку этим внезапным поклоном.

— Из-за нас вы оказались в весьма затруднительной ситуации. Приношу извинения от имени моей отсутствующей здесь сестры.

— Извинения?

— Я говорю о Вашем призыве в этот мир, — Жанна подняла голову с выражением сожаления на лице. — Королевство Эльфриден сделало это из-за нашего запроса. Моя сестра Мария глубоко сожалеет, что Вы, не причинивший нам никакого зла человек, были похищены из своего родного мира. Пожалуйста, простите нас, — Жанна снова опустила голову.

«…О, всего то».

— Подними голову. Что было, то прошло.

— Но…

— Да, сначала я был зол и делал все, чтобы не попасть к Империи, впрочем… Сейчас я думаю, что у вас нет особой потребности в герое.

Сначала я думал, что Империи нужен герой чтобы справиться с демонами, но чем лучше я узнавал этот мир, тем больше я понимал, что это не так.

Сейчас Мир Демонов не расширяется. Разрозненные атаки монстров с юга были достаточно слабы, чтобы страны могли самостоятельно справиться с ними, в то же время нападать на них по прежнему было слишком опасно. Ситуация была тупиковой, но в то же время стабильной.

Другими словами, у Империи не было потребности в герое. И конечно они не надеялись на ритуал призыва, тем более с низким шансом на успех.

Кроме того, призванным героем был я.

Человек с невероятно сильной магией, сравнимой с оружием массового поражения, или великий воин, непобедимый в бою — это одно дело. Но у призванного героя были способности, облегчающие административную работу. Для Империи с ее огромным населением, еще один чиновник был бы не очень полезен.

Но Империя потребовала выполнить ритуал призыва даже зная о крайне маленьком шансе на успех. Обдумав их действия, мы с Хакуйей пришли к выводу, что это могло значить только одно…

— Вы хотели с пониманием отнестись к тяжелому положению Королевства, не так ли? К Королевству, неспособному оказать помощь деньгами?

— …Верно, — удивленный вид Жанны быстро сменился смирением.

«Так и знал»

В Декларации Человечества говорилось: «страны, находящиеся вдали от Мира Демонов должны поддерживать страны, граничащие с Миром Демонов».

Империи было необходимо, чтобы Королевство Эльфриден оказало эту самую поддержку. Если бы они этого не сделали и Империя простила бы их, это вызвало недовольство окружающих стран.

Но продовольственный кризис и вызванные им проблемы подталкивали Королевство к краху, найти денег на военные субсидии было почти невозможно.

— Вот почему Империя потребовала провести ритуал призыва — чтобы создать видимость поддержки, — закончил я мысль. — И чтобы избежать жалоб от других стран.

— …Все так, — подтвердила Жанна.

— Подождите, — запротестовала Джуна. — Но ведь мы не подписывали Декларацию! Почему Вы говорите о поддержке как о нашей обязанности?

— Наша страна получала выгоду от Декларации даже не подписывая ее, ведь от Мира Демонов нас отделяет Союз Восточных Наций, — Союз Восточных Наций, получал свою часть от общей поддержки. — Если ли бы мы получали выгоду от Декларации, но отказывались оказывать поддержку, мотивируя это тем, что мы ее не подписывали, это вызвало бы недовольство других стран. Кто-нибудь, например Амидония, могли бы использовать это как предлог для создания альянса, чтобы вторгнуться в Королевство и призвать их к порядку. И Империя бы должна была бы возглавить их альянс.

— Нет… — Джуна не могла найти подходящих слов.

Недавняя война была только против Княжества Амидония, мы создали для себя благоприятные условия и победили относительно легко.

Уверен, Амидония собиралась ограничиться только небольшим участком земли, которую они потеряли пятьдесят лет назад, но если бы в войне участвовали другие государства, Государство Наемников Зем, Республика Тургис, несколько стран из Союза Восточных Наций, имперская армия — Королевство было бы уничтожено.

Глядя Жанне в глаза я продолжил:

— Цель Империи — объединить человечество против демонов, так что вы хотели избежать такого развития событий. Так что вы изменили требование, вместо выплаты денег Эльфриден был должен провести ритуал призыва героя, верно?

— …Мне нечего добавить.

— Полагаю, Империя и не ожидала успешного призыва, не так ли? Да, это мир магии, и это могло сработать, но никто не был уверен в успехе. Но для вас было важно, чтобы ритуал провели, а будет ли он успешен — дело десятое.

— Совершенно верно. Но в результате были призваны Вы, — Жанна выглядела озабоченной. — Более того, с тех пор, как Сир Альберт передал Вам трон, Вы активно работали над восстановлением страны, и даже нашли средства для выплат поддержки нам. Моя сестра благодарна за это, но она так же сожалеет, что такое бремя упало на ваши плечи из-за нашего требования. Нам очень жаль, — Жанна снова поклонилась.

— Я уже сказал, что было, то прошло. Теперь я знаю ситуацию и не держу на вас зла. Не то, чтобы я не чувствовал привязанность к своему прежнему миру, но… Но…

Я перевел взгляд с напряженного лица Джуны на Томоэ.

Никто не ждал моего возвращения в моем прежнем мире. Но здесь я нашел небезразличных мне людей, которым был небезразличен я. Когда я возвращался в замок, Лисия, Аиша, Джуна и Томоэ приветствовали меня словами «С возвращением домой!». Однажды избавившись от одиночества, я не хотел возвращаться к нему.

— Я нашел здесь людей, которых хочу защитить, так что я не слишком сильно зацикливаюсь на этом. Хотя я бы не отказался, если бы вы в качестве извинений признали мою власть над Ваном.

В ответ на мою шутку Жанна подняла голову и грустно покачала головой.

— …К сожалению, у меня тоже есть семья, которую я должна защищать.

Не отводя взгляд, мы смотрели друг другу в глаза.

— Понимаю… Что же, значит до встречи на переговорах.

— Да. Прошу Вас быть помягче со мной, когда придет время. Что же, мне пора, — Жанна развернулась и растворилась в толпе.

— Напряжение тоже пропало, — сообщила Джуна. — Ее телохранители ушли.

— Она действительно просто подошла поздороваться… — я продолжал смотреть в сторону, куда ушла Жанна. — Жанна Эйфориа… Младшая сестра реалист, поддерживающая свою старшую сестру идеалиста.

Если бы я вел переговоры только с наследным принцем Юлием, у него не было бы шансов, но посредничество Жанны все значительно осложняет. Она наверняка заметит какую-нибудь слишком явную уловку и использует это против меня.

Надо будет сказать Хакуе, что нам придется действительно выложиться на этих переговорах…

Пытаясь собраться, я хлопнул себя по щекам.

Вечером того же дня.

— Лисия, Аиша. Я принес вам сувениры.

Вернувшись в замок, я отдал им купленные сувениры. Лисия получила чокер из голубой кожи, а Аиша помаду.

— Спасибо, Сома. Я буду его беречь, — Лисия немедленно надела чокер и со счастливой улыбкой играла пальцами на застежке. Ее милая, застенчивая улыбка была достаточно необычной, я мог лишь зачарованно смотреть на нее.

Фух, ей понравилось.

В это время Аиша:

— О-о-о-о, Ваше Величество! Вы позаботились о подарке даже для меня! Когда вы оставили меня, я не находила себе места, но сейчас я просо на седьмом небе от счастья!

— Д-да, мы тоже рады за тебя… Аиша… — сказала ей Джуна.

— Да, Мадам Джуна! С этой помадой, клянусь, я усилю свою женственность, так что Его Величество не отпустит меня от себя… Хе-хе-хе.

— У-удачи с этим…

Аиша была невероятно взволнованна. Ее аура счастья, кажется, немного напугали Джуну. Кстати, она так же стояла с новой заколкой.

— Сир, Сир, ну как? — Аиша незамедлительно накрасила губы и принялась кокетничать. Будь она не темной эльфийкой, а мистические волком, уверен, она бы сейчас беспрестанно виляла хвостом.

— Не думаешь, что ошейник ей больше подошел бы? — спросила Лисия, задумчиво глядя на Аишу и поглаживая свой чокер.

— …Я ничего не буду говорить по этому поводу.

20-е число десятого месяца 1546 года по континентальному календарю, Замок Ван.

— Сир… приготовьтесь!

— Давай, Аиша!

Я стоял на тренировочной площадке замка Вана, расположенной под открытым небом, напротив готовой к бою Аиши. Она была облачена в свои легкие доспехи и направляла на меня гигантский меч, я же стоял в окружении пяти защищавших меня средних мусаси-боев (мусаси-боев размером с игрушку маленькими, а мусаси-боев, в которых мог залезть человек, большими).

Выступающая судьей Лисия взмахнула рукой.

В следующе мгновение Аиша широко взмахнула мечем, отправляя видимую ударную волну в мою сторону. Мусаси-бой с двумя щитами принял удар на себя с громким лязгом, каким-то чудом устояв на месте.

— Еще не все! — выкрикнула Аиша.

Аиша не собиралась давать мне времени расслабиться, встав боком и с силой проведя колющую атаку. Мусаси-бой попытался снова защититься, но ее меч пробил и оба щита и мусаси-боя насквозь.

Ух… Она может пробить насквозь тяжелый щит? Я обескураженно пытался понять абсурдный уровень ее силы, когда замет, что она на мгновение замедлилась.

Решив, что это мой шанс, я послал вперед еще двух мусаси-боев, вооруженных копьем и двумя мечами, пытаясь зайти с двух сторон.

Аиша вонзила свой меч с все еще пронзенным мусаси-боем в землю и прыгнула вверх, но не перепрыгнула мусаси-боев, а так и осталась в воздухе, держась за меч.

— Давай! — выкрикнул я (ненужную) команду двум оставшимся мусаси-боем, вооруженным арбалетами. Два болта с близкого расстояния полетели в Аишу, все еще стоящую на руках на мече и, как я думал, лишенную пространства для маневра.

— Слабо! — выкрикнула Аиша, выполняя что-то похожее на движение из капоэйры (не знаю, как это называется), сбивая оба болта движением ног[✱]Капоэйра — бразильское национальное боевое искусство, сочетающее в себе элементы танца, акробатики, игры и сопровождающееся национальной бразильской музыкой. Как боевое искусство отличается специфической биомеханикой движений, использованием низких положений, ударов ногами, подсечек и, в некоторых направлениях, обилием акробатики. ru.wikipedia.org/wiki/Капоэйра.

—Ох! — удар отбросил мою голову назад.

По середине лба красовался комок глины размером с монету в десять йен. Будь это метательный нож или даже камень — я был бы мертв.

Конечно, это был тренировочный бой, у болтов не было наконечников и мы использовали глину вместо камней. Но проигрыш все равно угнетал.

— Ох… Я для тебя даже близко не соперник, — признал я.

— Н-нет, что Вы… — начала бормотать Аиша, пытаясь меня подбодрить.

— Аиша, точное понимание его боевых способностей крайне важно, — прервала ее Лисия. — Честная оценка необходима.

Сейчас я пытался найти подходящий для меня стиль боя. Как королю, мне полагалась постоянная охрана, но возможность защититься самостоятельно лишней не будет. В недавней битве мне пришлось сражаться с Гаем, в конце концов.

— Лисия права, — обратился я к Аише. — Говори как есть.

— Что же… Ваше Величество, простите, если прозвучит грубо. Сейчас вы распределили роли кукол как в отряде авантюристов, но это не выглядит особенно эффективно. Думаю, когда все пятеро набросились на меня с парными мечами — мне пришло труднее.

«Тактика пикминов?.. Но ведь ты их и в прошлый раз перебила без шансов»[✱]Отсылка к игре «Pikmin». Полагаю, это что-то вроде атаки леммингов или зерг-раша..

— То есть, в этот раз еще хуже, так? — сделала вывод Лисия

— Ух… Я понуро опустил плечи. Когда тактика пикминов не сработала, я решил попробовать сделать что-то вроде отряда авантюристов, как группа Юны, с которыми я несколько раз пересекался «авантюристом Мусаси-боем» но… Я потерпел еще более сокрушительное поражение.

— Группа авантюристов была бы опаснее из-за магов, — Аиша продолжила размазывать мою горе-тактику. — Усиленные магией щиты было бы сложнее пробить, а боевые заклинания я не смогла бы отбить так же легко, как стрелы.

То, что она говорила «сложнее», а не «нельзя», только показало, насколько она нелепо сильна.

— Можно сколько угодно говорить о атакующей магии и магии поддержки, но я все равно не могу ее использовать, — я не мог использовать магию стихий, ни собственноручно, ни через кукол. — Может, где-то найдется школа магии, где меня могли бы научить?..

— Нет, это невозможно, — отвергла Лисия эту идею. — В смысле, я никогда не слышала, чтобы кто-то со склонностью к атрибуту тьмы смог овладеть чем-то другим. Четыре базовых атрибута — огонь, вода, земля и ветер — управляют магициумом в атмосфере и предметах, чтобы вызывать разные неестественные процессы, а атрибут света взаимодействует с магициумом в телах живых существ, чтобы ускорять заживление или укреплять тело. Тьма же работает как-то иначе, так что… Это нужно просто принять.

Похоже, магом мне не быть, сколько бы я не пытался.

«То есть, мне посчастливилось попасть в мир с магией, но сам я не могу применять обычные заклинания. Отлично, просто отлично».

— Чему ты расстраиваешься? — немного раздраженно спросила Лисия. — Атрибут тьмы — очень редкий и всегда дает какую-то уникальную способность за пределами возможного. Я знаю только трех человек со склонностью к атрибуту тьмы.

— Трех? — спросил я. — Догадываюсь, что двое — это мы с Томоэ, а кто третий?

— Мама. По крайней мере, я так слышала. Она мне никогда не рассказывала, что у нее за способность.

«Хм, леди Элисия имеет склонность к атрибуту тьмы?.. Насколько я помню, она унаследовала трон, но оставила управление страной своему мужу, сэру Альберту. Мы с ней не часто говорим, но она всегда улыбается и выглядит очень доброй».

— В любом случае, мои способности не очень подходят для самозащиты…

— Ваше Величество, не беспокойтесь! Я всегда буду рядом, чтобы защитить Вас! — заявила Аиша, решительно ударив по нагруднику, излучая ощущение уверенности.

— Довольно неловко, когда героя защищают девушки… — я же чувствовал себя весьма жалко.

— И ты говоришь это после всего? — Лисия решила не оставлять недосказанностей. — Начнем с того, что раньше ты даже и не стремился называть себя героем. Кроме того, разве делегирование наиболее подходящим людям задач, с которыми ты не можешь справиться, не твоя сильнейшая способность? — в конце она ласково улыбнулась. — Ты защищаешь нас всех так, как способен только ты

Она, конечно, права… Но нельзя ли было сказать это немного иначе?

— Принцесса права! — согласно кивнула Аиша. — Вы защищаете всю нашу страну, Ваше Величество, так что позвольте нам защитить Вас!

Осознание собственной ничтожности от этого не исчезло, но все же к нему примешалось чувство радости. Может, я только называюсь героем, но я должен их защитить по-своему… Нет, я хочу их защитить. Этого хочет мое сердце.

— Ваше Величество! — обернувшись, я увидел элегантно поклонившуюся Джуну, одетую в форму морского пехотинца. — Господин Хакуя искал Вас. Он хочет обсудить планировку города.

— Хорошо, я сейчас приду.

Отряхнув с одежды грязь, я в сопровождении Лисии и Аиши направился в административную часть замка. Пришло время делать то, что у меня получается хорошо.

◇ ◇ ◇

В правительственном кабинете нас уже ожидали премьер-министр Хакуя и капитан королевской гвардии Людвин Арк.

Я сел за свой стол, за мной встали Лисия, давно ставшая почти что секретарем, и Джуна, не так давно из-за нехватки людей начавшая помогать таким-же образом. Возле двери в роли охранника встала Аиша. В последнее время мы постоянно работали в таком составе.

После моего разрешения, явно невыспавшийся Хакуя развернул на столе карту Вана, над которой он работал последнее время.

— Я закончил составлять план перестройки районов Вана, прошу Вас взглянуть.

Стены города формировали квадрат, прямые дороги сходились возле дворца в центре города. От главных дорог через равные промежутки отходили дополнительные, придавая карте вид сетки для игры в го. Чем-то напоминало планировку древних столиц Японии, Хэйдзё-кё и Хэйан-кё, которые я видел в учебнике истории.

На северо-востоке располагался район аристократов, на юго-западе район ремесленников. Гарнизоны стражи были равномерно распределены по всей территории, выглядело это весьма эффективно[✱]Эффективно только для тех, кто не играл в градостроительные симуляторы….

Я молча откинулся на кресле и вздохнул, глядя в потолок.

— Хакуя…

— Да, Сир.

— Это уже чересчур.

«Что за сверхэффективный план?.»

Ane san rokkaku tako nishiki… Уверен, без такой песни улиц там будет легко заблудиться[✱]Детская песня, состоящая из начала названий районов Киото в порядке с севера на юг. Нужна для облегчения их запоминания. Звучит так:Maru take ebisu ni oshi oikeAne san rokkaku tako nishikiShi aya buttaka matsu man gojoПохоже, в Японии названия районов используются гораздо чаще, чем у нас..

«Будет быстрее просто сжечь весь город и отстроить заново. Он хочет превратить меня во второго Нерона?».

— Мне очень жаль. Увидев хаос нынешней планировки города, я решил сделать ее более эффективной… — кажется, он понял, что мне не нравиться. — Но как минимум в качестве контрмеры против пожаров здания все же необходимо разделять. И, думаю, нам необходимо проложить эти главные дороги.

— Согласен, но… Касательно всего остального я бы хотел, чтобы изменения отражали волю жителей этого города. В каком городе они хотят жить, как они хотят его изменить. Я хочу, чтобы жители этого города подумали об этом. В смысле, если мы просто решим все за них, они могут воспротивиться переменам.

— Я уже связался с несколькими местными архитекторами, но… Вы хотите, чтобы жители Вана определили облик города? Учитывая их настроения, они превратят город в объект авангардного искусства.

— Город искусства, ха? Это может быть по своему интересно… — «Можно заранее запланировать места для музеев и художественных галерей. Подожди-ка… Рынок на центральной площади уже сейчас навевает мысли об Амейко, если это дополнить музеями и галереями — это будет настоящий Уэно[✱]Район Токио с множиством объектов культуры https://fujitravel.ru/about-japan/rayon-ueno-v-tokio/. Сразу построить зоопарк, чтобы закрыть вопрос раз и навсегда?».

Если обратиться за помощью к Томоэ, это будет не сложно сделать. Обезьяний питомник мы уже можем создать.

— Ван будет приграничным городом с Амидонией, — покачал головой Хакуя. — Сейчас мы не можем позволить себе слишком увлекаться искусством.

— …Полагаю нет, — вздохнул я. «Город не может быть культурным центром и защищенной крепостью. Вероятно, нам нужно сосредоточиться на сохранении обороноспособности и улучшении условий жизни, отложив остальные идеи на потом». — Что же, продолжим работу в этом направлении.

— Понятно, — Хакуя поклонился, свернул план города и отошел на прежнее место.

— Как продвигается строительство транспортной сети? — спросил я у Людвина.

— Сир, подконтрольные Вам войска занимаются этой задачей. Мы уже закончили строительство главной дороги от Вана к Королевству и приступили к присоединению к сети близлежащих поселений, находящихся под нашим контролем. Также… мы построили восемь мостов через реки, но… — его голос зазвучал уклончиво.

— …Но что?

— Сир, нам действительно нужно сейчас этим заниматься? — Людвин удивленно посмотрел на меня. — Я понимаю важность дороги до Королевства для упрощения снабжения, но разве строительство дорог до небольших поселений не будет бессмысленно, если Империя не признает нашу власть над Ваном?

— Да… Уверена, Империя потребует вернуть Ван. Немного неприятно думать о том, что Юлий и его люди будут использовать построенную нами транспортную сеть, — нахмурилась Лисия.

— Этого не произойдет, — опроверг ее слова Хакуя. — Наследный принц Юлий никогда не станет использовать что-то, созданное Королевством. Уверен, наоборот, он постарается уничтожить любые следы нашего влияния. Он не сможет использовать их из страха, что люди не станут ненавидеть королевство, сделавшее для них что-то хорошее.

— Я бы использовал все, что возможно, не важно чье… — вздохнул я.

— Хе-хе, я в этом не сомневаюсь, Сир, — с улыбкой вставила свой комментарий Джуна. — Вы в серьез решили сделать из той женщины-командира певицу, не так ли?

— О, Маргарита Уондер, да. Отличная находка.

Кстати, изначально я думал о ней в первую очередь как о певице, но сейчас она занимается так же организацией конкурса любительского пения. В полной мере используя свое упорство, позволившее ей подняться на достаточно высокий пост в этом патриархальном государстве, и свою искреннюю прямолинейность, она стала примером для многих женщин.

Ох, опять отвлекся. Пока забудем о Маргарите и сосредоточимся на проблеме Юлия.

— Знаю… Что же, раз это неминуемо, давайте извлечем из этого максимальную выгоду.

— Максимальную выгоду? — переспросила меня Лисия.

— Назовем мосты в честь людей из Эльфридена. Их восемь, так? Будет «мост Сомы», «мост Лисии», «мост Альберта», «мост Хакуи», «мост Людвина», «мост Пончо Ишизуки», «мост Аиши», «мост Джуны». И обязательно высечь названия на перилах. Тогда противники Королевства, вернувшись к власти, просто не смогут не разрушить их.

— Это… Весьма грязная игра, знаешь ли… — сказала Лисия со вздохом то ли впечатления, то ли изумления.

За неимением возражений, эта идея была принята к исполнению. Кроме того, раз эти мосты в скором времени все равно должны были быть разрушены, мы решили сделать упор на надежности, не думая о красоте.

На этом совещание закончилось. Когда Хакуя и Людвин покинули комнату, Лисия спросила меня:

— Ты все еще уверен, что мы не сможем убедить Империю признать нашу власть над Ваном?

— Да… Я не собираюсь менять план, но не думаю, что мы сумеем переубедить мадам Жанну. Империя не может позволить пошатнуться своему авторитету. Мы сейчас не сможем противостоять им, так что если станем для них врагами — это будет дипломатический провал.

— Кстати о Жанне Эйфориа. Это правда, что Империя потребовала провести ритуал призыва чтобы проявить понимание к нашим проблемам?

— Да, что-то вроде.

— И как давно ты это понял?

— Когда узнал, что императрицу Марию называют святой. Тот, кого называют святым, не станет делать чего-то откровенно плохого. Хотя Жанна сказала, что сама Мария не очень любит этот титул.

— То есть, ты поверил в то, что она святая?

— Люди принимают такие ярлыки потому, что это удобно. А раз это удобно, они будут стараться их поддерживать.

В Империи, с ее обширной территорией и огромным расовым и культурным разнообразием, ярлык «святой» помог бы укрепить власть. А поскольку им еще было необходимо объединять человечество против демонов, Мария решила вести себя соответствующе этому титулу, хоть он ей и не нравился.

— Попытавшись рассмотреть то требование Империи в таком позитивном смысле я в итоге пришел к такому заключению, — хотя я все равно не был уверен до разговора с Жанной.

Империя Гран-Кэйос не была клишированной Империей Зла, какие обычно появляются в историях про героев, она даже не была гордой сверхдержавой. Просто большая страна, отчаянно пытающаяся сохранить себя.

— Поэтому мы не должны ослаблять бдительность. Когда имеешь дело с серьезным противником, нельзя проявлять ни беспечности, ни гордости.

— Верно, — согласилась Лисия. — Мы должны быть к этому готовы.

Жанна Эйфориа, сопровождающая наследного принца Амидонии Юлия в качестве посредника в переговорах о возврате их территории, прибудет уже завтра.

◇ ◇ ◇

21-е число десятого месяца 1546 года по континентальному календарю, стены замка Вана.

— Вот это вид! — воскликнул я.

Со стены замка открывался впечатляющий вид на занявшую оборонительную позицию армию Эльфридена из почти 50 000 солдат. Напротив них стояла армия Империи примерно той же численности, а рядом чуть более 5 000 воинов Амидонии. Здесь собралось больше войск, чем во время прошлого сражения.

— Разве сейчас подходящее время для восторгов? — раздраженно спросила стоящая рядом со мной Лисия. — А если они решат напасть на нас?

— Ну, тогда мы почти наверняка проиграем, — не слишком напряженно ответил я, повернувшись обратившись к Хакуе. — Верно?

— Все так, — ответил он с поклоном. — По количеству войск, опыту командиров, оснащенности, подготовке, морали… По всем этим пунктам Империя опережает нашу страну. Если дело дойдет до войны, у нас нет шансов на победу.

Согласно пословице, исход войны зависит от небес, земли и людей. То есть от преимущества во времени (небо), преимущества по территории (земля) и от гармоничного взаимодействия людей.

Преимущество по времени было на стороне Империи, преимущество по территории было у Княжества. И я бы не стал утверждать, что наша страна могла похвастаться выдающимся взаимодействием между людьми. Сухопутные и военно-воздушные силы совсем недавно перешли под мой контроль и хотя они вполне были готовы сражаться с Амидонией, в случае противостояния с превосходящими силами Империи их боевой дух мог довольно быстро упасть.

Короче говоря, мы не могли превзойти объединенные силы Империи и Амидонии ни по одному из трех пунктов.

— Было бы у нас хоть преимущество по снаряжению… — пробормотал я.

Среди сил империи я мог увидеть ринозавров с пушками. Я слышал, что этих животных используют в качестве осадных орудий, но Империя, похоже, превратила их в мобильную артиллерию[✱]Любопытно, это отсылка к Dino-Riders?.

Конечно, я тоже про это думал, но прежде чем мы могли бы установить пушки на ринозавров их нужно было выдрессировать настолько хорошо, чтобы они не пугались грохота выстрела. Наши ринозавры были привлечены с помощью Томоэ, так что ни о какой дрессировке речи не было.

Было немного неприятно видеть, что эта моя идея была вовсе не нова и уже была кем-то реализована но… В общем то, это было ожидаемо. Если есть потребность, найдется и реализация.

В общем, мы не могли противостоять их войскам.

Я изначально не собирался с ними воевать, но если бы мы хотя бы могли их победить — это было бы козырной картой на столе переговоров. Развернувшаяся же перед моими глазами сила была козырной картой противоположной стороны.

Неприятная ситуация, хоть это и было ожидаемо.

— Сир, я вижу незнакомый мне тип войск, — сказала мне Аиша, пристально изучающая вражеские ряды.

— Незнакомый тип войск?

— Тот отряд в черных доспехах!

— В черных доспехах… А! Подожди, ух. Удивительно, как ты их видишь с такого расстояния, — с такого расстояния люды выглядели не больше рисового зернышка.

— У темных эльфов острый глаз! — Аиша гордо выпятила грудь. — Да, отряд в полностью черных доспехах с каким-то длинным оружием.

— Могу предположить, что это «магически-бронированные войска», — объяснил Хакуя.

Еще одно незнакомое название.

— Магически-бронированные войска? — переспросил я.

— Их можно назвать антимагическими тяжелыми пикинёрами. Их черная броня поддерживает постоянный барьер, блокирующий все виды магии. В народе говорят, каждый их шаг расширяет границы Империи. Эти войска — сокровище Империи и их гордость.

«Хм… Насколько я помню, пики больше копий в два-три раза, а пикинёры как род войск предназначались для противостояния кавалерии, или как-то так. Конечно, мои познания в этой области я получил из компьютерных игр — военных симуляторов, но я практически уверен, что и в реальности они выстраивались в фалангу для того, чтобы остановить вражескую кавалерию. Это мощный тип войск, но они хороши только в обороне».

— Даже если они могут блокировать магию, стоит ли называть их прям сокровищем?

Хакуя удивленно посмотрел на меня и спросил, немного подумав:

— Вы помните, почему огнестрельное оружие не получило развития на этом континенте?

— Магия сильнее и обладает большей дальностью, так что в огнестрельном оружии не было необходимости. Поэтому пушки используют или в морских сражениях, потому что на море все типы магии слабее, кроме магии воды, или же для осад, где они все еще эффективны.

— Да. В дополнение к этому, у многих животных кожа достаточно толстая и жесткая, огнестрельное оружие просто не может повредить им.

То есть такое оружие не было смысла развивать и для охоты.

Конечно, ситуация могла бы измениться, если бы здесь изобрели патроны и нарезные стволы, но их появление в моем прежнем мире было результатом повсеместного развития стрелкового оружия (фитильное ружье хинаваджа, эквивалента раннего мушкета)[✱]Мушкеты и подобные им типы огнестрельного оружия были, по сути, компактными пушками. Если без подробностей, стреляли из них так: с передней части оружия засыпали порох, сверху опускали круглый свинцовый шарик, поджигали фитиль, направляли в сторону противника и ждали выстрела. О точности и дальнобойности и речи не было, поэтому несколько человек стреляли залпом — хоть кто-то, да попадет. Фитильные ружья появились примерно в XV веке, а привычные нам пули появились только в XIX.. Но у жителей этого мира не было особых поводов разрабатывать этот тип вооружения.

Я уже начал планировать, как лучше объяснить принцип работы винтовки, когда Хакуя снова разбил надежду на привнесение современного оружия в этот мир.

— Кроме того, существуют зачарования. Броня может быть не только прочной, но и зачарованной для увеличения защиты. Верно и обратное, оружие можно зачаровать для преодоления этой защиты[✱]Парень — гуманитарий, так что он даже не подумал об альтернативных способах разгона пули, которые в мире магии могут быть значительно эффективнее, чем в нашем. Ну и ладно, значит рельсотроны по прежнему остаются прерогативой Хадзиме….

— Какого черта, что за порочный круг…

— При всем моем уважении, я уверен, что именно так устроены наши технологии. К слову о зачаровании, есть еще один принцип: чем больше предмет, тем сильнее будет зачарование. Иными словами, в нашем мире пуля слабее стрелы, а стрела слабее копья.

«То есть, даже если мы разработаем винтовки — маленькие пули не будут обладать достаточной силой атаки? Создание стрелковых подразделений выглядит все менее практичным. Ну, я все равно не собирался превращать граждан этой страны в оружейных фанатиков….»

— И вот теперь представьте: мы имеем дело с воинами в полностью черной броне, против которых не действует магические атаки и дыхание виверн, которые отлично защищены от кавалерии и при этом по размерам практически не отличаются от людей, из-за чего против них нельзя использовать пушки. И эти воины медленно надвигаются на врага. Для их врагов это словно…

— …словно армия из глубин ада. Ужасная и неудержимая.

«В открытом бою они непобедимы, полагаю. Намек на шанс может быть только если сражаться в горах или на болоте, или если заманить куда-то с большим количеством ловушек, сломать строй и окружить по-одному…».

Но все эти идеи основывались на оборонительных тактиках, эффекте неожиданности и использовании неблагоприятных условий окружающей среды. Но если их противник не может выбрать место для боя?.. В этом смысле вполне можно было понять, почему говорят, что они с каждым шагом расширяют границы Империи.

— Кроме того, у Империи есть и другие мощные войска, кроме магически-бронированных, — присоединилась к обсуждению Лисия. — У них есть рыцари на грифонах, по силе лишь немного уступающие драконам; боевые маги, превосходящие наших числом и мастерством; осадные ринозавры… А ведь при сражении они еще могут взаимодействовать друг с другом.

«Ну, да… Я понял уже. У противника было очень много силы».

Это была наивная фантазия дилетанта — подумать, что мы могли бы победить эту армию, заманив в невыгодные для них условия.

— …Мы действительно не ровня Империи, да?

— Сома… — похоже, я заставил Лисию снова волноваться за меня.

— Пока мы и не будем с ними сражаться, — стараясь унять ее беспокойство, я ободряюще улыбнулся. — Ну а однажды мы построим страну, достаточно сильную, чтобы они не могли диктовать нам свои условия.

Я хлопнул в ладоши, подавая сигнал.

— А теперь, как на счет пойти поприветствовать мадам Жанну?

Встреча пройдет в зале для аудиенций замка Вана.

Я сидел на троне в просторном зале, украшенном значительно богаче такого же зала в замке Парнама, несколькими ступенями ниже передо мной стояли Жанна Эйфориа, младшая сестра императрицы империи Гран-Кэйос Марии и Юлий, старший сын Гая VIII, покойного князя Амидонии.

Итак, это и есть Юлий. На вид ему было двадцать пять, достаточно красивый, расчетливым выражением лица напоминал Хакую, только холоднее. Он старался не показывать свои эмоции, но в глубине глаз я видел бледно-голубое пламя гнева.

Жанна, напротив, выглядела великолепно и произвела на меня впечатление. Хоть она сейчас была, формально, на вражеской территории, она излучала храбрость и силу, придя сюда без телохранителей, лишь с Юлием на буксире.

Лисия и Хакуя встали по обе стороны от меня, а Аиша по диагонали сзади.

— Вот так сюрприз, — Жанна немного наклонила голову на бок. — Я ожидала больше солдат.

— Приведи я больше солдат, это лишь сделает атмосферу напряженной, осложнив переговоры, не так ли?

— Понятно. Смелый ход.

Жанна произнесла это так, словно была впечатлена, но в душе я усмехнулся.

В каком-то историческом произведении (не помню, или в «Исторических записках», или в «Троецарствии») была сцена, в которой посол говорил правителю что-то вроде: «В вашей стране это такой признак уважения — встречать одного человека с таким количеством солдат? Или Вы не чувствуете себя в безопасности без их защиты?» Весьма унизительно. Я вовремя вспомнил этот эпизод, хотя посвящать Жанну в это счастливое стечение обстоятельств я не буду.

— Конечно, с ней за спиной Вы чувствуете себя в безопасности, — сказала Жанна посмотрев на Аишу. Похоже, будучи воином она смогла по одному только взгляду определить ее силу. — Могу с уверенностью сказать — она прекрасный воин. Я хотела бы предложить ей дружеский поединок, но она может оказаться мне не по зубам. У Вас прекрасный вассал, Сир Сома.

— …Спасибо, — не могу сказать насколько искренне она хвалила Аишу, но судя по напряжению последней, Жанну тоже не стоило недооценивать как воина. — Вам я могу сказать тоже. Было весьма смело придти сюда без свиты и стражи. Не боитесь, что я попытался бы Вас убить?

— Я пришла как посол мира, зачем мне бояться того, что мне могут навредить?

Ей бы в театре играть. Пусть с ней не было официальной охраны, но уверен, во дворце уже есть не мало ее людей. Уверен, где-то там, подальше от наших глаз, у них жаркое противостояние с Джуной и ее морскими пехотинцами.

Затем я посмотрел на Юлия.

— Это наша первая встреча. Я — Сома Казуя.

— …Я — суверенный князь Амидонии, Юлий Амидониа.

Юлий не скрывал враждебного взгляда, произнося этот титул. Он унаследовал его после смерти Гая VIII. Мы сейчас заняли столицу, так что он не мог быть официально коронован, но одному временному королю было бы неправильно на это указывать.

— А теперь давайте послушаем, почему вы здесь, — не стал я откладывать начало переговоров.

Юлий незамедлительно заговорил.

— Давайте сразу к делу. Я требую, чтобы вы вернули Ван.

— Господин Юлий… — Жанна была обеспокоена его бурной реакцией, но Юлий не обратил на нее внимания.

— Наша нация подписала Декларацию Человечества. В тексте соглашения ясно говориться: «не допускаются изменения границ человеческих стран вследствие военных действий между ними» — Королевство Эльфриден захватило Ван силой. В соответствии с декларацией я прибыл сюда с мадам Жанной, послом от Империи Гран-Кэйос, чтобы добиться возвращения Вана и прилегающих территории для восстановления прежних границ.

— Вы весьма грубо интерпретируете факты, — я уперся локтями в подлокотники и положил голову на ладони, глядя на Юлия сверху вниз. — Вы первыми вторглись в Эльфриден. Сначала вы собирались расширить свои границы силой, а проиграв пытаетесь прикрыться Декларацией Человечества и цепляетесь за власть Империи, пытаясь вернуть территории. Вам не кажется, что это выглядит несколько жалко?

— Решение о войне с Эльфриденом мой отец, Гай VIII, принял самолично, не взирая на наши протесты, — напряженно ответил Юлий.

— И Вы сопровождали его в походе, так что Вы причастны к его преступлению. Кроме того, прежде чем начинать переговоры о возврате территории, разве не следует извиниться за вторжение в мою страну?

— Кх…

— Господин Юлий, — сказала ему Жанна. — Господин Сома прав. Мы вправе требовать возврата вашей земли, но сначала мы должны продемонстрировать искренность.

Похоже, Юлий был не в восторге от этого, но по требованию его единственной опоры в сложившейся ситуации, Жанны, он неохотно, очень неохотно склонил голову.

— …Хотя вторжение в Вашу страну было решением исключительно прежнего князя, Гая VIII, мне не хватило силы и смелости остановить его. Прошу прощения за это.

Это было не очень похоже на искренние извинения, но на большее расчитывать не приходилось.

— Однако именно ваша страна сейчас сдвинула границу силой. Как подписавшие Декларацию Человечества, мы имеем право обратиться за помощью к Империи, чтобы вернуть нашу территорию.

— …Ваша позиция ясна, Юлий. А что об этом думает Империя? — спросил я, переведя взгляд на Жанну.

— Империя предпочла бы не помогать Амидонии, которая получила то, что заслужила… Но из-за декларации у нас нет выбора, кроме как откликнуться на их просьбу.

— Таким образом Вы говорите, что Империя требует у Эльфридена вернуть Амидонии все захваченные территории, включая Ван?

— Да, все именно так.

«Да… Ну, было вполне ожидаемо, что Империя займет эту позицию. Конечно, раздражает, что Юлий ведет себя так, словно это само собой разумеется, но в остальном все так, как мы ожидали. Итак, позвольте дать вам ответ, который вы тоже должны были ожидать.»

— Я отказываюсь.

— Чт… А?.. — ахнула Жанна.

Юлий, похоже, не ожидал такого решительного отказа, так что по началу просто потерял дар речи. Но довольно быстро взял себя в руки и с выражением ярости на лице спросил:

— Ты в своем уме?! Собираешься бросить вызов Декларации Человечества?!

— Я не собираюсь бросать вызов Декларации Человечества. Но я и не могу смириться с поведением Амидонии. Сначала вы вторгаетесь в Эльфриден, а получив отпор вы жалуетесь, что мы силой изменили границу. Это не очень логично.

— Это… Решение о войне с Эльфриденом мой отец принял самолично… — начал бормотать Юлий.

— Это чистой воды софистика, и Вы это знаете.

Юлий немного растерялся, но достаточно быстро решил зайти с другой стороны.

— Говори что хочешь, это не изменит того факта, что мой народ живет под оккупацией. Как правитель этой страны, я должен его освободить.

Хороший аргумент. Освобождение от оккупации, ага…

— Не думаю, что народ Вана хочет, чтобы их освобождали, — решительно сказал я.

— Что?

— Господин Юлий, разве Вы не видели улицы Вана, пока ехали сюда?

— Я родился и вырос в этом городе. Я знаю его лучше тебя, — уставился на меня Юлий.

— Знаешь, да?.. Ну, и что ты думаешь о его новых красках?

— О новых красках? Я видел несколько домов, раскрашенных в кричащие, безвкусные цвета, но что с того?

Ну… Не то, чтобы я стал спорить с этими эпитетами…

— У каждого свои представления о прекрасном, я не буду это комментировать. Однако, господин Юлий, скажите мне: захотели бы люди красить свои дома в яркие цвета, если бы они на самом деле задыхались под гнетом оккупации? — Следующие слова я старался подбирать особенно аккуратно, чтобы не вызвать еще один приступ гнева. — При деспоте, люди будут стараться не привлекать внимание, ведь никто не знает, как он отреагирует на их инициативу. И чем сильнее угнетаем народ, тем меньше жалоб вы услышите. Они не покажут своих истинных чувств и желаний, заперев их глубоко в своих сердцах. Им и в голову не придет идея красить свои дома в яркие цвета, — я на мгновение замолчал, глядя в глаза Юлию. — А теперь скажи мне, какого цвета был Ван до нашей «оккупации»?

Юлий мог лишь покрепче стиснуть зубы.

Когда мы вошли в Ван, нас окружал только серый цвет.

В лабиринте улиц бессистемно стояли дома со серыми стенами и крышами цвета земли, без намека на индивидуальность. Это не был установленный правилами для всего города единый цвет, жители сами выбрали его. Потому что они не были свободны духом.

— Сравнив Ван под моим правлением и Ван под вашим правлением — который можно назвать «оккупированным»?

— Ты… Хочешь сказать, это мы угнетали народ?! — выкрикнул Юлий.

— Да. Потому что это факт. Большая часть вашего бюджета уходила на военные нужды. Налоги должны возвращаться народу в виде социальных благ, но вы не облагораживали город, не строили дороги, не поддерживали производства. Вы лишь обескровливали народ непомерными налогами, пуская их на нужды армии. Что это, если не угнетение?

— Ах ты, псина!

— Юлий! — рявкнула Жанна, одновременно протягивая руку, чтобы его остановить.

Он успел сделать лишь пол шага и сейчас снова скрежетал зубами от злости. Конечно, их не пустили бы сюда с оружием, но это могло бы быть рискованно, если бы Жанна не вмешалась.

— Аиша, ты тоже убери руку с меча, — я почувствовал жажду крови за спиной.

— …Да, Сир, — голос Аиши был подавленным, словно ее отчитали.

Ей не о чем было расстраиваться. Я мог так открыто давить на Юлия была как раз потому, что был уверен в ее защите.

— Господин Сома… Я бы попросила Вас не провоцировать Юлия, — со вздохом сказала Жанна.

— Я говорил лишь правду. Управлять страной и помогать людям… Таковы обязанности правителя. Они же обложили людей налогами, чтобы оплачивать свои военные расходы. Это отлично описывается словом «угнетение».

— И чья же это вина?! — крикнул Юлий. — Если бы король Эльфридена не отобрал землю у моего деда!..

— Опять двадцать пять… — слыша это снова я мог только вздохнуть. — Князь Амидонии во всех смертных грехах готов обвинить Эльфриден и постоянно призывает ему отомстить, но ни ты, ни даже Гай не были участниками тех событий! Я в этом мире вообще только пол года, но тоже в чем-то виноват?

— Э… Это…

— Именно ваша страна из кожи вон лезла, пытаясь нам навредить. …Хакуя, пожалуйста.

— Да, Сир, — Хакуя достал и развернул свиток, показав содержимое Жанне и Юлию.

Там был список имен. Жанна просто немного удивилась, а вот у Юлия тревожно забегали глаза.

— И… Что это? — спросила Жанна.

— Здесь имена нескольких дворян Королевства Эльфриден, которых подстрекало к мятежу Княжество Амидония, некоторые из них восстали и были подавлены еще во время правления прежнего короля. В любом случае, у нас есть множество доказательств, что именно Амидония подталкивала их из тени, разжигая мятежные настроения, соблазняя на коррупцию и поощряя неподчинение королевской семье.

— Ох, боже… — Жанна метнула холодный взгляд на стоящего со стиснутыми зубами Юлия.

Мы не сомневались в том, что Амидония пыталась повлиять на трех герцогов, так что я попросил Хакую просмотреть оставшиеся в Ване документы. И что мы там нашли… В списке было не мало коррумпированных дворян, но мы с удивлением нашли среди них имена нескольких людей, оставшихся в стороне от конфликта. По возвращению в королевство надо будет заняться этой проблемой.

— Мадам Жанна, — начал Хакуя. — хотя Княжество Амидония на словах поддерживает Декларацию Человечества, они не чураются вредить нашей стране из-за кулис. Это зашло гораздо дальше обычной мести.

— Кстати о мести, они говорят о ней только тогда, когда им это выгодно, — продолжил я линию Хакуи, сердито глядя на Юлия. — «Наша страна бедна из-за Королевства», «Все голодают из-за Королевства», «Наши люди страдают от тяжкого труда из-за Королевства», «Мы изымаем тяжёлые налоги, чтобы противостоять Королевству»…

— К чему ты клонишь? — спросил Юлий.

— Это ужасно удобно. Это лозунги можно использовать для того, чтобы скрыть собственные политические ошибки и перенаправить гнев народа на Эльфриден.

— Псина! Да как ты смеешь!..

— Господин Юлий, — снова прервала его Жанна, затем перевела суровый взгляд на меня. — Господин Сома, я же просила Вас его не провоцировать.

— …Прошу прощения. Я хотел обозначить, что мы тоже в ярости от действий Амидонии.

— Я… Могу это понять.

— Спасибо. А теперь, у меня есть предложение, — я всем видом старался показать, что пора переходить к делу. — Для начала, я хотел бы попросить господина Юлия выйти из комнаты.

— Не говори глупостей! — его лицо снова исказилось от ярости. — Почему я должен уходить с переговоров, определяющих будущее столицы моей страны?!

Его гневное выражение лица было даже более устрашающим, чем можно было ожидать, во многом благодаря его обычному холодному расчетливому облику. Увидь я такое сразу после призыва, я был бы ошеломлен, но… Спустя пол года на должности короля я имел дело с гораздо более грозными противниками, например с Гаем. Сейчас этот уровень угрозы уже не мог сбить меня с толку.

— Все очень просто, — сказал я. — Нам вовсе не нужно вести переговоры с Амидонией.

— Что ты сказал?!

— Я сажусь за стол переговоров для того, чтобы убедить Империю признать мою власть над Ваном. Империя же не может признать изменение границ из-за применения силы, так что они будут вести переговоры о возврате Вана, верно? Короче говоря, это будут переговоры между Королевством и Империей.

С самого начала это были переговоры лишь между Королевством и Империей, Княжество Амидония же на них было лишь балагуром. Вспышки гнева Юлия лишь мешали бы переговорам, так что я был счастлив отослать его куда подальше, пока мы не придем к какому-то решению. Жанна, кажется, тоже так думала.

— Господин Юлий, пожалуйста, предоставьте переговоры мне.

— Мадам Жанна?! Но…

— Переговоры ни к чему не приведут, пока вы сцепились друг с другом. Империя не желает тратить свое время на посредничество в бесконечных спорах других народов. Я обязательно верну Ван, так что я хотела бы, чтобы Вы предоставили это мне.

— Это… Это же будут какие-то односторонние переговоры! — сердито воскликнул Юлий. Кажется, он был готов спорить дальше, но Жанна его прервала:

— Тогда Империя выйдет из переговоров, вы сами сможете их проводить так, как вам нравиться. По моему мнению, это будет виной Амидонии. Мы делаем все возможное, так как вы подписали Декларацию Человечества, но империя откажется от переговоров, если Вы нам не доверяете.

Юлий понимал, что Княжество не сможет вернуть Ван самостоятельно. И если Империя серьезно решит покинуть стол переговоров, он ничего с этим не сможет сделать.

— Просто… Верните нам Ван, хорошо? — с трудом выговорил расстроенный ситуацией Юлий.

— Клянусь именем моей сестры, Императрицы Марии Эйфориа.

— Рассчитываю на Вас, — Юлий поклонился и вышел из зала для аудиенций.

Проводив его взглядом, мы с Жанной переглянулись и вздохнули.

— …Прошу прощения, — сказала Жанна. — Некоторые подписавшие декларацию страны могут быть той еще занозой.

— …соболезную вашей боли.

Мы обменялись улыбками. Конечно, это были не особенно искренние улыбки, но они хотя бы немного разрядили окружающую атмосферу. Или так нам хотелось бы думать, по факту атмосфера стала даже еще более плотной.

Сейчас начнутся настоящие переговоры, которые повлияют на будущее как Империи, так и Эльфридена.

— Может ли быть так, что Вы специально провоцировали Юлия, чтобы избавиться от него на время переговоров?

— По большей части я говорил совершенно искренне. Благодаря Юлию и его отцу, восстановление королевства затянулось, а у меня значительно прибавилось работы. Хотелось немного выпустить пар.

— Вот как? — хоть Жанна и задала этот вопрос, ее похоже это не сильно заботило. Приложив руку к груди, она вежливо поклонилась. — Позвольте представиться еще раз, господин Сома. Я — Жанна Эйфориа, эмиссар Империи Гран-Кэйос. Я говорю от имени моей сестры, Императрицы Марии Эйфориа.

— Добро пожаловать, мадам Жанна. Я — (временный) Король Эльфридена, Сома Казуя, — обозначая, что мы начинаем с чистого листа, мы снова представились друг другу.

— Рада видеть Вас в добром здравии, Принцесса Лисия, — Жанна прежде была немногословна, но сейчас она заговорила приветливым, дружеским тоном, даже улыбнувшись Лисии.

— Вы, похоже, так же в порядке, мадам Жанна, — Лисия вернула ей улыбку.

— Хм? Вы знакомы? — спросил я.

— Да, — ответила Лисия. — Хоть мы встречались всего раз, еще совсем детьми. До появления демонов, полагаю?

— Верно, — согласилась Жанна. — Как я помню, одного посла отправили провести какие-то переговоры в вашим прежним королем, господином Альбертом, а я вынудила его взять меня с собой. Мы были примерно одного возраста, так что нас оставили играть вместе.

«Ну, это логично. Они обе члены королевских семей».

Затем Жанна оглядела Лисию с ног и головы и сказала:

— Похоже, Вы стали сильнее. Видно невооруженным взглядом.

— Тоже самое могу сказать о Вас, — ответила Лисия. — хотя даже тогда Вы не пропустили ни одного удара.

«Эй-эй, стоп, полегче! Как мы перешли от игр к ударам?!».

— Да вы обе были оторвами… — пробормотал я.

— Это слабо сказано, — ностальгически протянула Лисия. — Мы даже терпеливого Маркса смогли вывести из себя.

— Ха-ха-ха, а наш посол просто плакал, — присоединилась к воспоминаниям Жанна.

«Нет-нет, в этом нет ничего смешного…». Мне было жаль Маркса и того неизвестного посла Империи.

— Ну ладно, хватит вспоминать старые добрые времена, — решительно сказала Жанна. — Думаю, время для разговора по душам.

— Согласен, — кивнул я. — Предлагаю для начала перейти куда-то в более комфортное место.

Я не хотел упускать шанс начистоту переговорить с представителем Империи, а чтобы это стало возможным, мы оба должны были чувствовать себя комфортно. Еще нам пригодиться бумага и письменные принадлежности.

— Но сначала… Лисия, не могла бы ты вызвать сюда Серину?

Лисия кивнула и вышла из комнаты, вскоре вернувшись в сопровождении главной горничной.

— Я пришла по вашему приказанию, Ваше Величество, — с этими словами главная горничная, интеллигентная красавица чуть старше меня, сделала элегантный реверанс, приподняв подол своего передника.

— Серина, — начал я. — Принц Ами… Нет, Суверенный князь Амидонии Юлий сейчас скучает в комнате для посетителей. Мы с мадам Жанной еще некоторое время будем беседовать, так что начинайте банкет без нас и позаботьтесь о радушном приеме для гостя.

— Очень хорошо. В таком случае могу я попросить разрешения открыть бутылку хорошо выдержанно «текера» из винного погреба[✱]tequeur?

Мне показалось, или у нее подозрительно заблестели глаза?

«Ей так хочется попробовать этого алкоголя, как его там? Возможно ли, что за этой строгой внешностью скрывается любитель выпить? Она говорит, что это для гостя, но на самом деле хочет выпить сама?».

— Действуй по своему усмотрению, — сказал я после секундной заминки. — Главное, чтобы гость получил удовольствие.

— Понятно. Я лично займусь его развлечением, — с ледяной улыбкой Серина поклонилась и вышла из комнаты.

Меня немного обеспокоила эта ее улыбка, но ведь она четко сказала «развлечением», так что все должно быть нормально. Так я думал, пока не повернулся и не увидел гримасы на лицах Лисии и Хакуи.

— Ч-что такое?

— Сома… Текер известен тем, что это весьма убойная выпивка— ответила Лисия.

— Поначалу чувствуется только приятный вкус, из-за чего хочется выпить все больше. Если к этому не быть готовым, быстро отправишься в страну снов. Его не редко подмешивают в обычное питье, чтобы незаметно обезвредить человека, — объяснил Хакуя с таким видом, словно вспомнил что-то весьма неприятное.

— А? Подожди, если она нальет ему целый стакан этой дряни…

— Банкет закончиться, не успев начаться.

— Она это понимает под развлечением?

Главная горничная Серина. Красива, элегантна, вежлива, безупречно выполняет свои обязательства. Немного садистка. Ей особенно тяжело было сдерживаться с молодыми симпатичными девушками.

Не то, чтобы она их мучала, не физически, по крайней мере. Скорее она заставляла их мучаться от смущения[✱]Не смог придумать, как перевести эту игру слов: When it came to cute girls, she always wanted to “buwwy” them. Not “bully,” “buwwy.”.

В общем, у Юлия не было и шанса.

«Ну, цель банкета была как раз в том, чтобы Юлий не мог подслушать, о чем мы будем говорить с Жанной. Заставить его напиться до потери сознания — это тоже вполне себе вариант….»

— Не думала, что скажу такое, но мне жаль Юлия, — сказала Лисия с глазами мертвой рыбы. — Серина… Обожает играть с такими людьми.

— З-звучит так, словно ты знаешь это не понаслышке… — пробормотал я.

— В детстве Маркс ругал меня за плохое поведение, но наказание придумывала Серина. Конечно, она горничная, так что наказать тело она не могла. Нет, она наказывала разум. Как только… Как только она узнавала все это?.. Нет, не только это, но и это?.. Ох, почему она всегда, всегда находила все мои уязвимые места?..

Пытаясь утешить обхватившую голову руками Лисию я вздохнул. «Ох, сколько же у нее должно быть материалов для шантажа?..».

— Хе-хе, это действительно весьма… Интересное государство, — безуспешно пыталась скрыть улыбку Жанна.

Наконец мы с Жанной прошли в правительственный кабинет. Я решил, что это лучшее место для переговоров.

Он был достаточно велик, чтобы все необходимые люди могли в нем работать, а так же у нас была возможность быстро достать какой-либо документ.

— Господин Сома, зачем здесь кровать? — …Однако войдя в комнату, Жанна в первую очередь обратила внимание на кровать в углу.

— Это моя. Я слишком занят, чтобы тратить время на поход в свою комнату и обратно.

— Вы спите в этом кабинете?

— Стыдно сказать, но да, — смущенно сказал Хакуя.

— Вот уж не думала, что кто-то будет делать так же, как сестра… — похоже, Жанну удивил не сам факт, что я сплю в кабинете.

— Что-что? — «Ее сестра… Это ведь мадам Мария, верно? Э? Императрица тоже спит в кабинете?».

— Конечно, у нее есть своя комната, но когда у нее много работы — она спит в кабинете, да. Более того, она не ограничилась простой кроватью, она устроила в углу кабинета полноценную спальню.

«Интересно, почему я сейчас думаю о Святой Императрице, как о родственной душе?». — молча думал я.

— Моя сестра словно не понимает, что она — правитель огромной империи. Я пытаюсь донести до нее, что так нельзя, что ее вассалы могут усомниться в ней, но в ответ я слышу только «Я не вижу никаких проблем. Это кровать такая удобная». Совершенно меня не слушает, — Жанна тяжело вздохнула.

— Понимаю, — почему-то кивнул в ответ Хакуя. — Не знаю, сколько раз я советовал Его Величеству спать в отдельной комнате, но каждый раз он отмахивается от меня со словами «Так эффективнее».

— Понимаю, она устает от работы, но что могут подумать ее подчиненные? Ей не стоит делать ничего потенциально неприличного, особенно учитывая ее образ святой.

— Как я Вас понимаю. Я уже сдался на этом фронте. Его Величество мог бы носить титул героя, но его поведение…

Эти двое и дальше продолжили обмениваться «понимаю, понимаю». Они удивительно хорошо поладили…

— Ох, вижу, Вам тоже пришлось нелегко, господин Хакуя.

— Нет-нет, мадам Жанна. Вам много хуже.

Я был почти уверен, что они сейчас пожмут друг другу руки и обнимутся.

…И прямо здесь и сейчас появилось общество жертв нерадивых господ. Мда, над этой шуткой я не мог смеяться. Мне хотелось перевести разговор с этой неловкой темы, но я опасался получить затрещину бумажным веером.

— Кхм. Ну, в любом случае, присаживайтесь пожалуйста. Давайте перейдем к переговорам, — улучив момент, когда их разговор немного затих, я вежливо кашлянул и пригласил Жанну сесть за длинный стол в центре комнаты.

— Ох… Верно. Хорошо, — Жанна сменила выражение лица на «деловое» и села за стол.

Как только я сел напротив нее, Жанна посмотрела мне в глаза и начала:

— Полагаю, первым делом стоит обсудить ситуацию с Ваном.

Я ответил молчанием.

— Как бы мне не хотелось это говорить, я дала господину Юлию слово, и Империя должна его сдержать. Так что, не могли бы Вы вернуть Ван?

— В спешке нет нужды. Нам сейчас выпал редкий шанс провести переговоры на высоком уровне. Есть множество вещей, которые я хотел бы обсудить, и много информации, которой я хотел бы поделиться. Давайте обсудим тему, которая гарантированно испортит нам настроение, в последнюю очередь.

Несколько секунд Жанна думала, в итоге кивнув:

— Что же. Тогда я хотела бы пригласить Имперских чиновников, которых я оставила ожидать возле замка. Это возможно?

— Конечно. Но все равно их должны досмотреть… — в этот момент в дверь постучали. — Войдите!

— Прошу прощения, — в комнату вошла Серина.

«Стоп, почему она здесь?».

— …Разве я не просил заняться развлечением господина Юлия?

— Я уже закончила с развлечениями, — ответила мне Серина с безразличным выражением лица.

«Только начали, как его тут же вырубили? Серина… Ты действительно страшная женщина».

— Что-то случилось, Сир?

— О, нет… Пригласи сюда наших чиновников и тех, что пришли вместе с Жанной. И не забудьте про досмотр.

— Очень хорошо, — изящно поклонившись Серина удалилась.

…Я ни в коем случае не должен делать ее своим врагом.

Переговоры проходили в головокружительном темпе.

— Как дела у Империи с урожаем в этом году?

— Все в порядке, большая часть посевов дала хороший урожай. Пшеница особенно порадовала. А как дела в Эльфридене? Я слышала, некоторое время назад у вас были серьезные проблемы.

— Объемы урожаев растут. Во многом благодаря своевременным усилиям по изменению приоритетных посевов. Думаю, мы сейчас можем не бояться нового кризиса. Тем не менее, наши запасы не так велики, как нам бы хотелось, так что если в следующие два года будет неурожай — может произойти рецидив.

— Уверена, подобное беспокоит каждую страну. Но мы мало на что можем повлиять, разве что молиться о хорошем урожае.

Во время нашего разговора чиновники из обеих стран усердно работали.

Одни старательно записывали наш разговор, стараясь не пропустить ни слова. Закрепленное на бумаге устное соглашение было вполне официальным договором. Другие следили за значением слов, чтобы исключить неверное толкование. Третьи обменивались заранее подготовленными документами сравнивая товары двух стран, чтобы найти дефицит или избыток. Хоть у нас не было общих границ и мы не могли торговать напрямую, какой-то очень ценный ресурс можно было переправить через третью сторону.

Это было настоящие поле боя.

Хакуя внимательно изучал передаваемые ему документы, Лисия выступала как секретарь. Только мой телохранитель, Аиша, стояла неподвижно, не проявляя никакого интереса к документам и цифрам. Она пристально следила за присутствующими, хотя было заметно, что ей уже надоело.

«Давненько мы так не работали…».

Эта рабочая суматоха напомнила мне о тех днях, когда я только взошел на трон.

Для внешней политики было в порядке вещей, когда после десятиминутной встречи лидеров государств бюрократы продолжали работу неделями, а то и месяцами.

Дополнительную важность этой встрече придавал тот факт, что последний раз подобное было еще до появления демонов десять лет назад. Кстати, первым принятым решением было возобновление дипломатических отношений между нашими странами.

— Кстати о еде. Я нахожу эти клецки из корня лилии весьма вкусными. Я так понимаю, главным ингредиентом служит корень чарующей лилии. Не раскроите секрет, как вы их собираете?

— С удовольствием. Пончо узнал метод сбора у народа, живущего в горах Империи. Думаю, они не откажутся рассказать вам все подробности, если коротко…

— …Ох, боже. Это придумали в один из народов Империи? Хоть я в ней и родилась, стыдно признать, что я про это никогда не слышала.

— Так оно всегда. Сложнее всего заметить то, что просто лежит у ног.

В нашей стране произошло то же. На мой призыв «Если у вас есть талант, я найду ему применение!» откликнулось довольно много талантливых людей. И, уверен, мы найдем еще больше.

«И я должен найти их всех, чтобы развить эту страну».

— А теперь, поскольку я рассказал о корне лилии, я бы хотел узнать кое-что взамен, — сказал я, отпив приготовленный Сериной кофе.

— Чтобы Вы хотели узнать? — Жанна поставила чашку черного чая и вопросительно склонила голову.

— Полагаю, еда за еду — справедливая сделка. Знаете ли вы какие-нибудь необычные ингредиенты, которые обычно не едят в других местах?

— …Что же, кое-что знаю, — сказала Жанна с хитрой улыбкой. Она словно собиралась нас всех шокировать чем то. — Мясо монстров.

— М-можно еще раз?

— Можно есть мясо монстров.

«Мясо… монстров? Стоп, серьезно?».

— Говоря о монстрах вы имеете в виду тех, что водятся на территории демонов? Не те, которые появляются в подземельях?

— Верно. Удивительно, но у них совершенно нормальный вкус.

— Вы сами их ели?!

«Более чем дико услышать такое от ухоженной, красивой девушки. Однако, она ела монстров с территории демонов, ха… Еще услышав о кобольде, предупредившем Томоэ я подумал, что мы могли бы договориться с этими демонами, как вариант… Ох, но ведь есть ”монстры”, а есть ”демоны”, верно? Как я помню, кобольды считаются демонами».

— То мясо монстров, которое Вы ели… Случайно не кобольдов? — нерешительно спросил я.

— Боже упаси! — шокированно воскликнула Жанна, качая головой. — Конечно я ела только звероподобных монстров! Я ни за что ни стала бы есть демонов с их почти человеческими телами!

— Простите, я не знаком с различиями.

— Понятно… Ну, не удивительно. Королевство не граничит с их территорией, — Жанна кивнула сама себе. — Позвольте рассказать, в качестве ремарки, что нам известно о территории Демонов, самих демонах и монстрах.

И Жанна начала свое подробное объяснение.

— Во-первых, мы не знаем откуда появились демоны. Честно говоря, мы знаем лишь, что они однажды возникли словно из ниоткуда.

— Значит, даже Империя не знает…

— Да. Итак, на их территории есть более менее обычные существа, они сбиваются в стаи, но не обладают интеллектом, яростно пожирая все живое. Но есть и другие существа, например кобольды, действующие вполне организованно и не сильно отличающиеся от людей. Чтобы отличать первых от вторых мы называем их монстрами и демонами соответствующе.

Примерно это же я слышал от прежнего короля Альберта.

На северной окраине континента из ниоткуда появился проход в так называемый «Мир Демонов», и оттуда хлынули монстры самых разных видов и размеров, повергнув северные страны в хаос. Люди заключили союз и направили карательную экспедицию, но их разгромили.

В Мире Демонов существовали «монстры», обладающие минимальным интеллектом (а по некоторым предположениям и вовсе лишенным его) и «демоны», умные и сильные бойцы. Поражение тем карательным войскам нанесли как раз демоны. После этого люди некоторое время не могли противостоять демонам которые воспользовались этим, опустошая северные страны одну за другой и расширяя свою территорию. Теперь эту территорию нередко называют «Владениями Демонов».

Услышав мой пересказ слов Альберта, Жанна с мрачным видом кивнула.

— Верно. Именно Империя Гран-Кэйос возглавляла те карательные силы. А командовал ими прежний Император, наш отец.

«Империя возглавляла карательные войска, да? Ну, это логично, как и сейчас, тогда их страна так же была крупнейшей и сильнейшей».

— Это значит, что Империя вступала в контакт с демонами?

— Если считать сражения как вид контакта… Тогда да, вступала. Хотя нам с сестрой в то время было лишь семь и девять лет, так что сами мы этого не видели. Но позже, анализируя рассказы спасшихся людей, мы поняли положение вещей.

— Положение вещей?

— В самом начале, когда уничтожались страны, а люди гибли или бежали — нападали только монстры.

— Монстры? Демонов не было?

— Да. По крайней мере, по началу, — Жанна сделала паузу, отпила чаю и глядя в чашку продолжила. — Первый раз встретили демонов карательные войска. Собственно, эти демоны их почти полностью уничтожили. В итоге, наша боеспособность упала и мы были вынуждены отступать, отдавая им все большую территорию.

— Получается, нападение демонов проходило в два этапа.

На первом этапе монстры нападали на все подряд, на втором этапе демоны уничтожили войска, а монстры добивали ослабленных людей. Полагаю, события, сделавшие Томоэ и других мистических волков беженцами, произошло немного позже.

Жанна кивнула и продолжила:

— Похоже, стиль ведения войны сильно различается между монстрами и демонами. По рассказам, нападения монстров были чудовищны. Они изрыгали огонь, сжигая дома дотла. Пожирали людей вне зависимости от возраста и пола. Приходя в деревни после них, очевидцы видели лишь ужасающие остатки их пиршества.

«Вот уж точно, монстры. Они кишели на севере, словно саранча, и люди для них не более чем еда».

— Второй этап, атака демонов, был больше похож на войну. По рассказам, они действовали организованно, сокрушая карательные силы своей подавляющей мощью. Кроме того, есть рассказы, как демоны атаковали их деревни, хоть таких людей и было немного. Иногда демоны словно позволяли людям сбежать, не преследуя их, в то время как в других местах демоны насиловали грабили и устраивали массовые казни.

— Как обычные люди…

Различное поведение демонов делало сходство с людьми еще более очевидным. Даже в одной армии всегда найдутся дисциплинированные и недисциплинированные солдаты, которые будут вести себя различно. Заняв Ван, я с помощью наглядного примера «что будет, если…» постарался сдержать в узде армию, но уверен, если бы я этого не сделал — без произвола бы не обошлось.

«Монстры… и демоны, хех».

— Как вы думаете, из-за чего такая разница? Демоны эволюционировали из монстров?

— «Они обрели разум, поедая человеческие мозги!» — так кричали люди в какой-то секте, но… Но это же чепуха. Будь это правдой, демонов было бы гораздо больше. С тех пор, как наше противостояние зашло в тупик — на нас нападают только монстры. Хотя, благодаря этому мы и поддерживаем текущую границу.

«Другими словами, мы совершенно не знаем, что такое демоны и монстры на самом деле».

— Если подумать, при строительстве канализации в Парнаме мы нашли множество ископаемых останков странных существ. Похоже, они пролежали там не одну тысячу лет.

— Что такое… ископаемые останки?

«Что, в этом мире это слово не используют».

— Не вдаваясь в подробности, это кости, оставшиеся в земле после смерти живых существ. Благодаря множеству факторов, спустя долгое время кости становятся, по факту, каменными, из-за чего их так же называют окаменелостями. Но даже пролежавшие лишь несколько тысяч лет кости называют ископаемыми останками.

— Понятно… Значит ли это, что несколько тысяч лет назад на поверхности могли жить монстры?

Удивительно спокойная реакция. Лисия услышав это в первый раз была шокирована.

— Я ожидал большего удивления…

— Если подумать, монстров можно было встретить в подземельях и до появления демонов… А не может ли быть, что в том месте было подземелье?

— Мы не нашли никаких записей или легенд об этом. Хотя, это было несколько тысяч лет назад, возможно ничего не сохранилось.

— Хм… Быть может, нам стоит заняться поисками на нашей территории?..

«Я не мог мечтать о лучшем».

— Буду рад, если вы займётесь этим. Мы так же планируем проводить раскопки по всей стране.

— Пожалуйста, сообщите, если узнаете еще что-то. Разумеется, мы сделаем так же.

— Хорошо.

Империя занимала значительно большую территорию, так что шанс сделать открытие у них так же был выше. Конечно, я не собирался отказываться от планов дальнейших исследований у нас.

Таким образом, появилось официальное соглашение между Королевством и Империей об обмене информацией о раскопках и их исследовании.

Жанна задержала дыхание, допивая чай, прежде чем продолжить:

— Думаю, что мы довольно сильно отклонились от темы съедобности монстров.

— А, верно… Мы говорили об этом, — я тоже допил остатки кофе и попросил Серину подготовить нам новую порцию.

— Мы тогда ели мясо крылатой змеи.

— Крылатая змея? Как дракон?

Я читал, что у народов Центральной и Южной Америки был бог Кетцалькоатль, которого так же изображали как крылатого змея. Но мы были не на земле, да и Жанна назвала его монстром, так что предположение с драконом выглядело логичнее.

Так я думал, но Жанна в ответ покачала головой.

— Нет, ничего настолько впечатляющего. Это просто большая змея с четырьмя крыльями, как у птицы.

«Что за… Звучит как какая-то неудачная химера».

— Я удивлен, что Вы отважились съесть подобное…

— По вкусу обычная змея. Больше похожа на рыбу, чем на курицу. Очень вкусно, правда.

Я был удивлен тому, что она съела змею но… Ну, их ведь и правда едят в некоторых странах на земле. Когда я думал о змеином мясе, на ум приходил только образ фальшивого рыбьего мяса из рассказа «Ворота Расёмон» Рюноскэ Акутагавы, который я читал на уроке современной литературы… Это было вкусно?

— Это нормально, что принцесса есть всякую странную дрянь?

— Я так же командую армией. Пользоваться ресурсами дикой природы — неплохой способ сэкономить провизию.

— Весьма… практичное мышление.

— Я решила попробовать монстра, когда один из разведчиков доложил, что видел «останки приготовленного демонами монстра».

— Вы сказали «приготовленного»? Не просто сожранного?

— Да. Похоже, ее зажарили целиком, разрезали каким-то лезвием и съели, а голову и кости просто выбросили. Я подумала, что мы тоже могли бы попробовать поймать такого монстра и съесть его, — Жанна съела один из поданных к чаю кексов. — Разумеется, сначала мы проверили, не ядовита ли она. Мы скормили его животным, прежде чем давать людям. Затем, когда мы были уверенны в безопасности, мы тоже попробовали, в порядке от рядовых до старших офицеров.

— Не так просто проверить еду на яд, ух…

— Вкус был простой, но по своему приятный. Это было вкусно, как бесхитростная еда в походе.

— Нет, меня волнует не вкус. Вы мне сейчас сказали нечто гораздо более важное.

Демоны поедали монстров. Это было гораздо более шокирующая новость. Это значило, что они не считают монстров представителями своей рассы.

Я любил говядину и свинину, но я не думал попробовать мясо орков и минотавров, хотя их морды и похожи на этих зверей. Даже змея предпочтительнее кого-то с гуманоидным телом. Возможно, демоны чувствовали то же самое.

Размышляя об этом, я пришел к определенной теории.

— Мадам Жанна.

— Да.

— Может быть, демоны и монстры — это то же самое, что и «люди» и «звери»?

После моих слов воцарилась гробовая тишина. Не только Жанна, Лисия, Хакуя и остальные присутствующие шокировано на меня смотрели.

А? Я сказал что-то настолько странное?

— С чего Вы так решили, — спросила Жанна, восстанавливая спокойный вид.

Я уже собирался начать объяснять свою идею… Но заколебался. Она могла бы показаться дискриминацией в зависимости от толкования.

«Может, сначала убрать посторонних из комнаты?..».

— Хм, я бы не хотел, чтобы то, что я хочу сказать, услышало слишком много людей.

— Хорошо…

По сигналу Жанны имперские чиновники прекратили работу и тихо вышли из кабинета. Я так же попросил уйти своих чиновников, поставив Аишу у дверей, чтобы точно никто не смог подслушать. В комнате остались только Жанна, Лисия, Хакуя, Аиша и я.

— Лисия, ты тоже пока не записывай, — попросил я.

— Хорошо… — сказала Лисия, отложив ручку.

В комнате была настолько тихо, что прежняя оживленность казалось иллюзией.

— Раз вы выпроводили посторонних из комнаты, вы хотите сказать что-то серьезное. Что же это за ошеломительное заявление?

— Прошу прощения, просто то, что я собираюсь сказать, может быть расценено как дискриминация.

— Дискриминация? В разговоре о демонах и монстрах? — Жанна все еще не очень понимала, так что я тщательно подбирал слова.

— Да. Вы спросили, «с чего я так решил», так вот… Я не вижу разницу между зверями и монстрами в этом мире. Звери здесь крупнее, чем в моем, у них гораздо опаснее когти, клыки и прочее, да и в целом они более агрессивны. Если «зверь» из этого мира попал бы в мой, его без сомнений назвали бы монстром.

Особенно если говорить о таких зверях, как ринозавры. Появись они в моем мире — поднялась бы паника, своими огромными телами они напоминают толи динозавров, толи что-то из научной фантастики.

— Хм… Вот как? — Жанна с улыбкой склонила голову набок. Не зная животных из моего мира, она не могла понять меня.

— Именно так. И… заходя немного дальше, я не могу понять, в чем разница между, например, зверолюдьми, драконитами и демонами.

— Это… — Жанна шокирована вздохнула, Но я поднял руку, чтобы остановить ее.

— Да, я знаю. Если бы зверолюди или драконы услышали меня, они бы возмутились: «Не сравнивай нас с ними». Но для меня, как для человека, жившего в мире без демонов, зверолюдей, драконитов, эльфов и так далее, трудно понять разницу

Впервые увидев Каэдэ в певчем кафе «Лорелея» в Парнаме я не мог отличить ее расу от расы Томоэ, мистических волков.

Тогда я спросил: «Они оба относятся к семейству псовых, разве мы не можем просто называть их мистическими собаками?»

Лисия тогда ответила: «Скажешь такое — разозлишь и мистических волков, и мистических лис. Мистические собаки — это кобольды, так что объединять их равнозначно смешиванию в кучу людей и обезьян.»

Тогда я просто принял это как данность этого мира, но если задуматься, в чем разница между мистическими волками, мистическими лисами и кобольдами?

— Вы можете отличить мистических волков, лис и кобольдов? — спросил я Жанну.

— Конечно могу. У мистических волков и лис звериные уши и хвосты, но лица и тела не сильно отличаются от человеческих. У кобольдов же собачьи морды.

— Но есть зверолюди со звериными лицами, верно?

Для примера можно вспомнить генерала сухопутных сил Георга Кармина. Если бы этот человек-лев появился в современной Японии, все решили бы, что это какой-то демон.

После моих слов Жанна скрестила руки на груди и задумалась.

— Тогда… Да, в этом есть смысл. Хм… О, знаю. Кобольды покрыты мехом. Можно сказать, что зверолюди имеют лишь некоторые черты зверей, тогда как кобольды — просто собаки, ходящие на задних лапах.

— В таком случае, как отличить демонов без волос на теле? Чем отличается зверочеловек от орла или минотавра, ведь у них практически человеческие тела.

— Эм… — промычала Жанна. Немного подумав, она подняла руки вверх. — Сдаюсь. Я никогда не задумывалась о разнице между людьми и демонами. Сейчас я понимаю, что отличаю одно от другого чисто инстинктивно.

— Ты прав… — пробормотала Лисия. — Я не могу найти четкого критерия, определяющего эту разницу.

— И почему мы раньше про это не подумали?.. — присоединился к удивленному бормотанию Хакуя.

Они оба несколько раз кивнули.

Вероятно, это был своего рода безусловный рефлекс для большинства людей этого мира. Иначе говоря, все народы инстинктивно различали людей и демонов.

Можно привести пример из жизни японца: вы можете любить моллюсков в своем мисо супе, во вы испытаете отвращение, увидев сухопутных моллюсков, слизней.

Или другой пример, вас может шокировать видео с африканскими аборигенами, поедающими личинки насекомых, а потом увлечённо есть креветок (причем сырых), в очищенном виде выглядящих точно так же.

Среда, в которой мы выросли, обычаи, которые мы впитали с младенчества — определяют наше понимание вещей.

Возможно, отношение к демонам можно объяснить так же?

— В моем мире существует только одна раса — обычные люди. Я жил в мире, в котором не было ни эльфов, ни зверолюдей, ни драконитов, ни демонов, поэтому я не могу инстинктивно отличать их. Для меня, демоны выглядят просто как еще одна раса человечества.

— С-сир! — сорвалась Аиша со своего места от двери. — Вы… Ненавидите темных эльфов? — У нее был взгляд брошенного щенка.

— Нисколько, — улыбнулся я ей. — Темнокожие эльфы просто прелестны. Конечно, тоже я думаю по отношению к обычным человеческим девушкам.

Первая фраза предназначалась Аише, вторая Лисии.

— Правда?! — со счастливой улыбкой воскликнула Аиша.

— Да, да. Спасибо, — коротко ответила Лисия, но судя по ее улыбке, она не возражала против комплимента.

— Вижу, Вас любят, — ухмыльнулась Жанна.

— Я не заслуживаю таких телохранителя и невесту.

— Что же, это прекрасно… — Жанна облокотилась на спинку стула. — Ну, я рада, что этот разговор остался между нами. Если бы Вы не выпроводили чиновников мне, вероятно, пришлось бы убить своих.

«Убить?! Разве это не чересчур, вот так просто взять и убить?!».

— Эм… Было бы необходимо заходить настолько далеко?

— Было бы. Если бы об этом стало известно, это не просто ухудшило бы мнение о Вас. Это вызвало бы войны по всему континенту. Не так ли, господин Хакуя?

— Вы совершенно правы. Сожалею, что не объяснил ему этого раньше, — Хакуя смотрел на меня с легким упреком.

«Ого, он злиться на меня?».

— Сир, вы должны понимать, если ваши слова «трудно отличить демонов от зверолюдей» распространяться, это даст повод странам с одной господствующей расой, таким как Амидония или Королевство Духов Гарлан, напасть на своих соседей. Жители этих стран и так верят, что их раса избранна высшими силами. Зверолюди и дракониты будут приравнены к демонам и подвергнуться неоправданным преследованиям.

Я вспомнил то, что знал о Королевстве Духов Гарлан, островном государстве к северо-западу от континента.

Эта страна занимала два острова, один большой, второй немного меньше. Меньший остров был захвачен демонами, как и часть большого. По крайней мере такие были слухи, это была крайне закрытая страна, про которую было известно крайне мало.

Населяющие эту страну высшие эльфы были очень красивы, как и прочие эльфы, но они использовали это как еще один предлог поставить себя выше людей. Они называли себя народом, избранным духами и с высока смотрели на остальные расы, презирая всякое общение с ними.

И даже вторжение демонов это, похоже, не изменило.

Такие страны наверняка используют мою идею, чтобы еще больше возвысить свою расу. И мы даже успели убедиться на примере Амидонии как можно облегчить правление своим народом, используя слепую ненависть и предрассудки.

— Господин Хакуя прав, — кивнула Жанна. — Но для многорасовых стран, как моя или ваша, угроза не меньше. Если появятся сторонники такого мышления, мы столкнёмся с межклассовыми конфликтами внутри страны. И если на фоне внутренних распрей появиться еще одна внешняя угроза…

— …Простите. Я не думал об этом так далеко, — извиняясь, я склонил голову.

Они были правы, на кону было кое-что поважнее моей репутации. Мне нужно быть осторожнее в своих словах.

Пока я мысленно занимался самобичеванием…

— Нет, — покачала головой Жанна. — Я не подумала бы о этом, если бы вы не сказали. Это непростой вопрос, но лучше так, чем если бы такая ситуация застала нас врасплох. Теперь мы сможем подготовиться.

— Благодарю за эти слова. Тем не менее, у меня пока нет даже предположений, как с этим можно было бы справиться.

— Декларация Человечества должна не допускать дискриминацию, но это международный договор, — Жанна со вздохом опустила плечи. — Если это будет национальная политика, то есть кто-то из руководства отдаст соответствующее распоряжение — мы сможем вмешаться. Но если это будут стихийные действия обычных граждан, все, что мы сможем сделать — наблюдать и призывать эту страну разобраться.

— А еще есть страны, не подписавшие декларацию, как наша. И, в любом случае, если вы попытаетесь вмешаться во внутренние дела других стран, это приведет к недовольству, а в худшем случае к войне.

— Согласна. Но хуже всего то, что мы до сих пор ничего не знаем о демонах и монстрах наверняка. С таким количеством неизвестных факторов опасно спешить с выводами.

Таким образом было решено, что Империя и Королевство продолжат поиск решения этой проблемы.

Мы пригласили чиновников обратно и переговоры продолжились. Уже была поздняя ночь, когда мы почувствовали голод.

Жанна была важной гостьей из другой страны, так что нам было бы положенно устроить полноценный банкет для нее, но мы с ней ценили свое время, так что решили поесть в том же кабинете. Такая обстановка требовала соответствующей еды, которую можно есть прямо на рабочем месте, так что я решил подать Жанне и ее чиновникам недавно созданное блюдо, которое я в скором времени планирую распространить по всей стране. Стоило ей откусить первый кусочек, ее реакция была очень красноречива:

— Ммм! Это невероятно! Сначала идея смешать эти два блюда в одном кажется странной, но стоит попробовать и понимаешь, что они отлично сочетаются! А томатный соус придает удивительно приятный острый привкус! Более того, переместив то, что обычно едят с тарелки в булочку, стал возможно есть одной рукой! Снимаю шляпу перед вами за эту идею! Это просто чудо!

…нахваливала она это экспериментальное блюдо.

Думаете, это бутерброд или гамбургер? Огорчу, вы не правы. Это булочка с лапшой.

Вообще, я хотел воссоздать булочку с якисобой, но не смог повторить тот соус, так что использовал обычную лапшу и томатный соус. Кстати, я не отказался от идеи создать «правильную булочку с якисобой», Пончо сейчас занимался поиском подходящих ингредиентов[✱]Якисоба — жареная лапша в соусе, ее едят с тарелки. Якисоба пан — «фастфудная» версия этого блюда, лапшу кладут между булочками для хотдогов..

— Впервые увидев это — я усомнилась в твоем здравомыслии, но эта булочка действительна хороша, — согласилась Лисия.

— Как еда, ни хлеб, ни макароны не новы, но идея есть их вместе — весьма удивительна, — присоединился Хакуя.

Похоже, им тоже понравилось.

Продовольственный кризис был более или менее решен, так что я решил, что можно внедрять не только необычные блюда этого мира, как например зерлинг удон, но и но и привнести сюда блюда из моего мира. Развитие кулинарии в нашей стране могло бы улучшить наш имидж и принести дополнительный доход, в том числе иностранный капитал.

Что касается Аиши, она их тоже оценила по достоинству. Позади себя я мог слышать только сосредоточенную работу челюстей. Она увлеченно поглощала булочки, стоя у меня за спиной в качестве телохранителя.

«Подожди-подожди, Аиша, сколько булочек ты уже успела съесть?».

То, что не так давно было горой булочек на блюде, превратилось в холм. Вечно голодный темный эльф в своем репертуаре…

Как только мы закончили есть булочки и сделали небольшой перерыв, Жанна подняла вопрос, ради которого она сюда приехала.

— Хм, не пора ли на перейти к вопросу вашего занятия Вана? Позиция Империи такова, что в соответствии с Декларацией Человечества мы не можем признать изменение границ государства в следствии применения силы. Мы требуем, чтобы Королевство Эльфриден вернула Ван и прилегающие территории Княжеству Амидония.

— Позиция Королевства такова, что мы не можем принять это требование. Княжество Амидония было агрессором в этом конфликте. Я думаю, наши действия оправданны.

— Есть данные, что вы их спровоцировали.

— Они долгое время тайно вмешивались в наши внутренние дела, а как только мы поменялись ролями — они начали на это жаловаться. Империю такое устраивает? Если вы простите им это возмутительное поведение, другие страны, как подписавшие Декларацию, так и не подписавшие, будут относиться к ней гораздо более вольно.

— Да, будут. Поэтому Империя готова заставить Амидонию выплатить соответствующие репарации. В данной ситуации у Империи, полагаю, нет другого выбора, кроме как наказать обе стороны конфликта.

«Ну, да… Именно такого решения от вас я и ожидал.»

Амидония подписала Декларацию Человечества, так что у Империи нет выбора, кроме как встать на ее сторону и потребовать, чтобы Эльфриден вернул Ван. Но они не могут позволить Амидонии выйти сухими из воды, так как это вызовет недовольство других стран. А значит, они должны были наложить суровые санкции на Амидонию, чтобы удержать в узде другие страны.

— И если мы не подчинимся, вы прибегните к силе? — я посмотрел на Жанну, испытывая ее.

— Я бы предпочла этого не делать, но… Если возникнет такая необходимость — у меня не будет иного выбора. Численность наших войск примерно равна армии Королевства, но я уверена, мы сможем разбить силы Королевства и Княжества одновременно, если потребуется.

Магически-бронированные войска, эскадрильи грифонов, ринозавры с пушками… У них было не мало войск, эффективных в осаде. В словах Жанны не было пустого хвастовства.

— …Уверен, сможете. Мы тоже не хотим сражаться, — я облокотился на стол, переплетя пальцы у рта. Вот почему я бы хотел сначала определиться с намерениями друг друга.

—…Намерениями?

— Да. Империя не хочет признавать изменение границ, поэтому вы просите, чтобы Королевство вернуло Ван Княжеству, верно?

— …Да, все так, — кивнула Жанна.

— Теперь, что касается наших намерений. Мы хотим уменьшить силу Княжества Амидония, которое долгое время продолжает агрессивную политику в отношении нашей страны, чтобы они не могли ее продолжать. Более того, мы хотим, чтобы они заплатили за вторжение к нам. Мы захватили Ван, в качестве этой компенсации.

— …Понятно. Таким образом, вы не хотите получить именно Ван. Иными словами, вы не хотите его возвращать просто так, но готовы это сделать, если Княжество заплатит соответствующую цену.

Приятно видеть, как она схватывает суть на лету. Когда я кивнул, Жанна бросила на меня суровый взгляд и спросила:

— Вы потребуете голову господина Юлия?

— Не думаю, что его жизнь может сравниться с целым городом.

— Значит… вам нужны деньги?

— Верно. Если Княжество выплатит достойные репарации, мы вернем Ван. Вы сами хотели, чтобы княжество ответило за свои действия, так что это было бы идеально, не так ли?

Если смотреть на ситуацию в долгосрочной перспективе, то было не очень выгодно в обмен не единоразовую выплату отдавать территорию, которая при должном управлении приносила бы доход еще долгие годы, но поскольку эта территория до недавнего времени принадлежала Амидонии, и учитывая отношения с Империей, это было не плохое решение.

Для Империи это тоже было бы выгодно, они бы выполнили свои обязательства, вернув землю Амидонии, а так же могли бы использовать эту ситуацию как назидание остальным: «вы, возможно, и не потеряете свои земли, но вам все равно придётся заплатить». В дополнение, это позволит заработать дополнительное доверие от неподписавших декларацию стран.

— Господину Юлию это не понравиться… — вздохнула Жанна.

— Я не могу жалеть одного из виновников проблем. И еще, компенсацию необходимо платить в валюте Империи. В конце концов, господин Юлий, полагаю, не слишком сведущ в вопросах экономики, он может решить, что можно просто отчеканить больше амидонских золотых монет и расплатиться ими.

— Не хотите, чтобы мы остались в стороне?

— Как лидер Декларации Человечества, Империя так же виновата, что не заметила намерений Амидонии вовремя. Я прошу у вас лишь это.

— …На это мне нечего ответить, — пожав плечами Жанна грустно усмехнулась, после чего ее лицо снова стало серьезным. — Я хочу спросить, почему Королевство не подписывает Декларацию сестры? Думаю, мы бы могли избежать многих сегодняшних проблем, — взглянув на Лисию, Жанна добавила. — Не уверена, что стоит говорить это в присутствии принцессы Лисии, но… Я могу понять, почему прежний король, Сир Альберт, не подписал Декларацию Человечества. Дело не в том, что она ему не нравилась, скорее… М…

— Он не мог решиться на это, — прямолинейно закончила за нее Лисия. — Он весьма нерешительный.

— …Именно так, — сказала Жанна, словно извиняясь взглядом перед Лисией. Потом снова обратилась ко мне. — Но в Вашем случае, полагаю, ситуация иная. Вы понимаете угрозу демонов, как и необходимость единства человечества. Сначала я думала, что Вы ее не подписываете потому, что вините нас в насильственном призыве в этот мир и не можете из-за этого нам доверять, но недавно Вы сказали, что не держите на нас зла за это. Так почему же вы не принимаете Декларацию сестры?

Она спросила это глядя мне в глаза, это был непростой вопрос.

Сейчас я еще не мог дать ей честного ответа на него, но если я солгу или уклонюсь от ответа — это испортит наши отношения с Империей.

Немного подумав, я начал медленно и спокойно говорит:

— Есть в моем мире… Скажем так, притча. Давным давно были два бога, один жил на востоке, второй на западе.

◇ ◇ ◇

Бог Востока сказал: «Мир должен быть равным. О люди, возделывайте поля все вместе и делите урожай поровну».

С другой стороны, Бог Запада сказал: «Мир должен быть свободным. О люди, возделывайте поля и пусть те, кто трудиться усерднее, получат больше урожая».

Бог Востока сказал Богу Запада: «Но богатые будут богатеть, а бедные беднеть. В таком мире неизбежно возникнет конфликт между богатыми и бедными».

Бог Запада возразил Богу Востока: «Если работавшие усерднее всех получат столько же, сколько работавшие меньше всех, им незачем будет стараться. В следующий сезон они будут работать меньше и урожая в стране будет меньше. Из-за этого, люди в целом будут беднее».

И два бога устремили друг на друга свирепые взгляды. Их конфликт повлиял на страны, поклонявшиеся им: «Мы правы, а они нет!» думали страны востока и запада, обмениваясь колкостями.

Больше всего страдали от этого страны, оказавшиеся между ними. Они боялись, что если страны, верящие в двух богов начнут войну, они будут первыми жертвами. «Что же нам делать?» Задавались они вопросом, когда их посетило озарение.

— Если их противостояние неизбежно, нам просто нужны правила, которые недопустим войну!

И тогда страны, находящиеся между востоком и западом, объединились со странами востока и запада, чтобы установить правила:

Они гласили: «давайте не позволим изменять границы с помощью военной силы».

Они гласили: «давайте позволим людям каждой страны самим определять свою судьбу».

Они гласили: «давайте устроим культурный обмен между Востоком и Западом, чтобы примерить их».

◇ ◇ ◇

— Что это за история?! — вырвалось у Жанны.

Она смотрела на меня с сомнением, когда я вдруг начал рассказывать какую-то легенду, но чем дальше заходил рассказ, тем шире открывались ее глаза. От прежнего спокойного выражения лица не осталось и следа.

У Лисии и Хакуи была похожая реакция.

Когда я закончил, Жанна наклонилась ближе, хлопнув по столу, и сказала:

— Если отбросить детали, то эти правила очень похожи на Декларацию Человечества! Итак, чем все закончилось?

Жанна с нетерпением ждала ответа, но я лишь покачал головой.

— Что касается дальнейших событий… Я пока не могу Вам это рассказать.

— Сир Сома!

— Но я, конечно, знаю, чем закончилась эта история.

— Этих правил… Оказалось недостаточно, чтобы предотвратить войну? — встревоженно спросила Жанна, на что я снова покачал головой.

— Нет. Хоть они и смотрели друг на друга сверху вниз, по крайней мере они не довели до худшего сценария, не допустили тотальной войны. В конце концов, Бог Востока не выдержал и рассыпался на части, а Бог Запада успокоился и решил передохнуть.

— Похоже на счастливый конец. В чем же тогда проблема?

— Если бы все закончилось только этим, то это был бы конец «И жили они долго и счастливо».

— Значит, в этой истории было еще что-то?

— …Это все, что я могу Вам рассказать на данный момент. Прошу прощения, но я не могу раскрыть свои карты, — я решительно оборвал разговор. Жанна, похоже, хотела давить на меня дальше, но сдалась. — Не волнуйтесь, однажды я эту историю расскажу до конца. Я никак не хочу навредить Империи.

— …Звучит тревожно.

— Я бы хотел, чтобы Вы мне доверяли. Пока Императрица Мария верна своему идеалу объединения человечества против угрозы демонов, обещаю, Королевство не станет вашим врагом.

— Вы ведь не собираетесь подписывать Декларацию сестры? Но все же просите доверять Вам.

— Декларация Человечества — не единственный возможный договор. Мы не можем ее подписать, но мы хотели бы создать альянс с Империей. Тайный.

— Тайный альянс?..

— Нам наконец удалось стабилизировать внутреннюю обстановку в стране. Теперь я намерен реформировать вооруженные силы, переведя их под единое командование. Более того, нам удалось вырвать клыки Амидонии в этой войне. Сейчас наша страна может достаточно свободно оперировать своими войсками.

Жанна выжидательно молчала.

— Итак, вот мое предложение. Сейчас Империя предоставляет военную помощь Союзу Восточных Наций, верно?

— …Да. Содружество средних и малых государств, большинство подписало Декларацию Человечества. Мы направляем им войска в помощь, вполне естественно.

— Конечно. Могу предложить вам впредь оставить эту обязанность нашей стране?

— Вы серьезно? — удивленно воскликнула Жанна.

Вот мое предложение:

Континент разделен по центру неприступным Горным Хребтом Звездного Дракона, домом и крепостью тех самых драконов. Если демоны пойдут на юг, им придется обойти эти горы с востока и запада.

По моему плану, Империя будет противостоять им с запада, а Королевство — с востока. Иными словами, если Союзу Восточных Наций будут угрожать демоны — Королевство пошлет войска на помощь.

Однако это требовало определенного порядка действий.

— В случае поступления запроса от Союза Восточных Наций на военную помощь Империи, вы передадите этот запрос нам. Мы пошлем войска, как ответ на запрос Империи.

— …Довольно кружный путь. Почему?

— Хоть у нас и не хватает мощи, чтобы называть себя сверхдержавой, мы все еще остаемся вторым по величине государством на континенте, не считая владений демонов. Если станет известно о сотрудничестве двух крупнейших государств — это может вызвать беспокойство у некоторых стран. В особенности у тех, кто находиться между ними: Королевство Амидония, Государство Наемников Зем, Республика Тургис. Поэтому, пока это возможно, я бы хотел держать в тайне наше сотрудничество.

— Понимаю. Поэтому тайный альянс.

Жанна сидела глубоко задумавшись, взвешивая все «за» и «против» этого альянса. Но в моем предложении не было никаких минусов для Империи.

Они сэкономят военные силы не посылая их на восток, тем самым укрепив оборону запада. Единственное, что вызывало у Жанны сомнение — какая для нас в этом выгода.

— Ну, когда на карту поставленно само существование человечества, мы не можем подходить к проблеме с точки зрения меркантильного интереса. Кроме того, другим странам может не понравиться, если наша страна будет усиливаться, никак не реагируя на угрозу демонов.

— Понятно… — Жанна скрестила руки на груди и вздохнула. — В таком случае вопрос в том, насколько эффективно мы сможем сотрудничать. Империя и Королевство находятся на противоположных частях континента, на передачу сообщений понадобиться время. Переправить вам запрос о помощи от Союза будет, конечно, хорошо, но если подкрепления придут слишком поздно — это будет катастрофа.

— У нас есть идея, как решить эту проблему. Хакуя, принеси это.

— Да, Сир.

Хакуя вышел из комнаты, вскоре вернувшись с деревянным ящиком, размером с коробку для обуви, и поставил его перед Жанной.

— Чтобы это могло быть? — Жанна с сомнением рассматривала ящик.

— Откройте, пожалуйста. Я хочу попросить Вас передать это мадам Марии.

— Это… Приемник вещательной?.. А! — Жанна поняла. Да, в коробке лежал простой приемник вещательной сети.

— Этот приемник настроен на частоту одного из наших кристаллов вещательной сети. Когда вы вернетесь в Империю, отправьте нам такой же приемник, настроенный на частоту одного из ваших кристаллов. Таким образом, мы сможем мгновенно связаться друг с другом в любое время.

Другими словами, используя вещательную сеть мы могли создать прямую линию связи между Империей и Королевством.

Если одна из сторон «звонила» на простой приемник другой стороны, для ответа нужно было лишь включить вещание соответствующего кристалла. Это позволит нам передавать видео и аудио, так что подписать какой-либо документ будет невозможно, но для этого можно посылать друг к другу чиновников.

— Это позволит Вам легко встречаться с моей сестрой, которая не может просто так покинуть Империю, — увиденное произвело на Жанну сильное впечатление. — Сир Сома, ваша фантазия поистине невероятна.

— Не преувеличивайте. В моем прежнем мире это совершенно обычный способ общения.

— Совершенно обычный… Эм, Сир Сома, разрешите сказать кое-что безумное?

«Кое-что безумное? Что она собирается сказать?.»

— Разрешаю.

— Благодарю. Что же… Принцесса Лисия.

— М? Я? — Лисия удивилась, когда Жанна внезапно к ней обратилась, но Жанна продолжила с невозмутимым видом.

— Вы не думали о возвращении на трон господина Альберта? Империя готова полностью поддержать вас в этом.

«Предлагаешь свергнуть меня? Я вообще-то тоже в комнате, не забыла?».

— … — Лисия была сбита с толку, но быстро пришла в себя, покраснев. — Я на такое никогда не пойду!

— В чем проблема? Еще недавно он был королем и никто особо не жаловался, насколько я знаю. Технически, вернуть его на трон будет не большой проблемой. А освободившегося Сира Сому отдайте нам! Я предоставлю ему любую должность, какую он захочет! Господи, я даже дам ему свою сестру как бонус! Пожалуйста, будьте нашим Императором!

«Э-э-э… Не слишком ли легкомысленно ты обращаешься с императрицей, предлагая ее как бонус, словно бутылку чистящего средства?!».

— Вы хоть понимаете, что говорите?! — возмутилась Лисия.

— Да, я все отлично понимаю. Действия Сира Сомы опережают время. Я хочу увидеть Империю, созданную им и сестрой. Знай мы это раньше, мы бы никогда не приняли от вас ту выплату, настояв на передаче Сира Сомы. Хотя, ему еще не поздно переехать в Империю.

— Конечно же нет! — Лисия хлопнула ладонями по столу. — Мне… Королевству нужен Сома!

Злилась не только Лисия, Аиша тоже испускала агрессивную ауру. Ее рука уже тянулась к мечу.

Я понимал, что они так заботиться обо мне, но Жанна была важным послом другой страны, я не мог позволить этому зайти слишком далеко.

— Тише-тише, Лисия, я никуда не пойду, ясно? — сказал я, погладив ее по голове.

— …Прости. Я сорвалась.

— Аиша, стоять! Убери руку с меча!

— А… А почему мне так грубо?!

Не обращая на это внимание, я снова перевел взгляд на Жанну:

— Мне очень жаль, но я не могу принять это предложение. Я наслышан о достоинствах мадам Марии, но я хочу быть королем этой страны, в которой живут Лисия и остальные.

— Вот как… Понятно. Очень жаль, что вы так решили. Спасибо, что позволили высказать эту безумную идею, — Жанна слегка склонила голову. — Вернемся к теме альянса… Это крайне важное предложение, я не могу принять по нему решение. Учитывая представленную вами систему связи, полагаю, будет лучше Вам обговорить это непосредственно с сестрой. А пока, я бы хотела пригласить нескольких ваших дипломатов в Империю. Так же, я оставлю несколько человек здесь, пожалуйста, переправьте их в Королевство.

— Понимаю, это упростит дело. Хорошо… Как на счет того, чтобы назначить во главе отправляемых дипломатов постоянного представителя и открыть посольства в наших странах? Это избавит нас от необходимости ездить туда-обратно, когда мы что-то решаем.

— Чудесно! Мы обязательно так сделаем. Боже… Вы выдаете гениальные предложения, словно из рога изобилия!

Ох, это не мои гениальные предложения. Она оценивала меня слишком высоко, это немного смущало… Как бы то ни было, мы продолжили говорить о разных вещах после этого.

Например, я узнал, что мадам Мария хочет запретить рабство.

Она уже давно хотела уничтожить систему торговли людьми, но сейчас представилась возможность сделать это под лозунгом единства человечества перед угрозой демонов. В мирное время общество это бы не приняло, но сейчас — другое дело. Похоже, она была не просто мечтательницей-идеалисткой.

Я бы тоже с радостью запретил рабство, но я понимал, что общество к такому пока не готово, так что попросил их подождать. Внезапные перемены, пусть и к лучшему, часто сопровождаются хаосом, который может свести на нет все усилия. Французская революция с ее призывам к свободе, равенству и братству, закончилось террором, а «арабская весна», начавшаяся как движение за демократию, принесло хаос в страны региона (хотя я ничего не имею против стремления к демократии). Учитывая такие прецеденты, мы должны были действовать осторожно.

Поэтому я попросил Империю, чтобы они проводили эту реформу аккуратно, шаг за шагом. И по возможности вместе с Эльфриденом.

Важные вопросы поднимались один за другим, так что чиновники работали до седьмого пота. Даже ночью, когда мы с Жанной закончили основную часть переговоров, они продолжили работу.

Скорее всего, их ожидает бессонная ночь. С жалостью посмотрев на них, в компании Лисии и Жанны я вышел на террасу.

Стояла поздняя осень, так что было прохладно. По моей просьбе Серина принесла горячего молока и, хотя это было не совсем празднование окончания переговоров, мы подняли тост:

— Во славу Империи! — подняла кружку Лисия.

— За развитие Королевства! — присоединилась к ней Жанна.

— И за дружбу наших народов! — закончил я.

— Ваше здоровье! — чокнулись мы нашими деревянными кружками.

Конечно, мы не могли осушить чашки горячего молока, так что лишь немного отхлебнули, но… Ох, какое-же оно вкусное. Придя в этот мир, я полюбил этот вкус. Конечно, оно было не пастеризованное (вероятно, коров доили в простое металлическое ведро, как в «Фландрийском псе», а затем охлаждали в речной или колодезной воде), так что вкус был на сто процентов натуральным. Конечно, это было немного опасно… Но оно того стоило!

— Это были очень плодотворные переговоры, — сказала Жанна, когда мы немного согрелись горячим молоком. — Мы долго говорили, скоро рассвет.

— Верно… Если подумать, мы сегодня обсудили даже то, что можно было отложить на следующий раз, — я понимал, что благодаря новой линии прямой связи с помощью вещательной сети мы могли бы обсудить некоторые из тем на потом. Оставалось только посочувствовать чиновникам обеих стран, которым мы случайно прибавили работы. — Ночью в голову приходят странные мысли…

— Вас что-то не устраивает? Я, например, в восторге от того, что у нашла новых друзей.

Друзья… Хех.

Хоть наш альянс был тайным, нас с Империей теперь можно было назвать друзьями. Какое влияние мы вместе окажем на мир?.. Я не знал. Но меня радовало то, что я нашел единомышленников, разделяющих мои ценности. Империя, должно быть, чувствовала то же.

— Я должна вам еще кое что сказать, мой друг с востока, — Жанна вдруг снова приняла серьезное выражение лица.

— В чем дело, мой друг с запада?

— Это на счет Повелителя Демонов, который, как говорят, обитает во владениях демонов.

Повелитель Демонов. Если использовать мои знания из ролевых игр из моего прежнего мира, можно предположить, что это существо, которому подчиняются остальные демоны и монстры. Хотя его существование и не было подтверждено, прежний король, Сир Альберт, сказал мне, что во владениях демонов предположительно есть нечто подобное.

— Вы его видели? — спросил я.

— Нет. Более того, никто никогда даже не пытался его найти. В глубь их территории заходили только карательные войска, но они были почти полностью уничтожены.

— А? Тогда откуда известно, что он вообще существует?

— Во время боев демоны, способные говорить, не редко повторяли одно слово. Наши исследователи предположили, что это может быть именем Повелителя Демонов.

— Это слово… Жанна сделала паузу, прежде чем немного торжественно произнести. — Дивалрой.

— Дивалрой… Повелитель Демонов Дивалрой?

— Да. Мы думаем, это имя Повелителя Демонов, — Кивнула с мрачным лицом Жанна.

Повелитель Демонов Дивалрой, ха… Хм?

— Повелитель Демонов Дивалрой… Повелитель Демонов… Дивалрой, Повелитель Демонов… — пробормотал я.

«Хм? Что это? Я точно где-то слышал это слово. Это дежавю?.. Нет, хотя звучит знакомо. Где-то. Где-то я это уже слышал. Где-то, но не здесь. Не в этом мире. В другом мире?

Нет, полегче. С чего мне думать о земле? На земле нет и не может быть никаких Повелителей Демонов. И я не знаю никакого Дивалроя. По крайней мере, не должен знать. Тогда что там шевелится в глубине сознания?...»

— С-сома, что случилось? — вывел меня из задумчивости встревоженный голос Лисии.

Придя в себя я понял, что она меня поддерживает. Похоже, я схватился рукой за голову и чуть не упал.

— Я в порядке, — улыбнулся я, пытаясь успокоить взволнованных Лисию и Жанну. — Просто усталость накатила.

— Хм… В конце концов, уже поздно, — сказала Жанна. — Как на счет того, чтобы лечь спать?

Как и предложила Жанна, мы решили встретиться завтра в зале для аудиенций вместе с Юлием, чтобы объявить о принятой договоренности, а сейчас отправились спать.

Я попросил Серину показать Жанне гостевую комнату, а мы с Лисией направились в ее временную комнату. Я хотел лечь спать как можно скорее, но моя кровать была в правительственном кабинете. Там все еще работали чиновники, так что я решил занять уголок в комнате Лисии.

— Сома… Ты точно в порядке? — обеспокоена спросила Лисия, когда мы уже подходили к ее комнате.

— …В порядке. Просто немного устал.

— Так я и поверила! Ты постоянно не спишь по три ночи подряд, а тут ты пытаешься сказать мне, что сильно устал не поспав всего одну?

— Нет, серьезно, это не стоит твоего беспокойства…

— Иди сюда, — вздохнув сказала Лисия.

Она села на кровать, практически приказав мне сесть рядом. Мое сердце забилось быстрее от мысли, что я буду сидеть с красивой девушкой на ее кровати, но она была по-командирски серьезна, так что я без пререканий подчинился.

Как только я сел, Лисия решительно положила мою голову себе на колени. Это была моя первая подушка на коленях за долгое время. Я услышал над собой ее нежный голос:

— Я не знаю, почему, но позволь побаловать тебя, раз ты устал, — сказала Лисия, поглаживая мой лоб.

— …Извини. И спасибо.

— Хи-хи, пожалуйста.

Я закрыл глаза, позволяя напряжению покинуть мое тело. Меня обеспокоило чувство, что я раньше уже слышал «Повелитель Демонов Дивалрой». Пусть это и не решало эту проблему, от прикосновения Лисии на сердце стало легче.

Благодаря Лисии я смог спокойно уснуть.

22 число десятого месяца 1546 года по континентальному календарю.

На следующий день после заключения тайного альянса с Империей Гран-Кэйос, в полдень, в зале для аудиенций снова встретились я, Жанна и Юлий, в том же порядке, что и вчера.

Стоявший сбоку от меня Хакуя подошел к Юлию и вручил ему бумагу, на которой подробно описывалось решение, принятое на вчерашних переговорах.

— Королевская армия покидает Ван и возвращается домой, в Королевство Эльфриден, — озвучил Хакуя краткое содержание документа.

Юлий стоял с надменным выражением лица, как будто это было единственным возможным исходом, но услышав последующие слова Хакуи его лицо быстро сменило цвет.

— В обмен на это Княжество Амидония обязана выплатить контрибуции Королевству Эльфриден. Выкуп военнопленных будет оговариваться отдельно.

— Не может быть! Мадам Жанна, что все это значит?!

— Что значит?.. Ну, полагаю, я успешно провела переговоры и Королевство согласно вернуть ваши земли, как вы и просили.

— Это какая-то шутка?! — никак не мог смириться с таким исходом Юлий. — Контрибуции? Словно мы — побежденная нация!

— Учитывая ваше текущее положение — иначе и не скажешь. В конце концов, вы потеряли свою столицу.

— Нет! Мы еще не проиграли! — выкрикнул Юлий. — Они взяли только один город!

— …Тогда можете делать все, что вам заблагорассудиться. Но в этом случае Империя умывает руки. Заключайте сами мир, начинайте войну — как Вам будет угодно.

Не находя слов, Юлий застонал. Видя это, Жанна вздохнула и продолжила:

— Что касается города… Я серьезно сомневаюсь, что потерю столицы можно описать словами «только один город». Полагаю, вы обратились к нам за помощью именно потому, что не могли вернуть его самостоятельно, да? В таком случае, вы проиграли войну. Империя, согласно Декларации Человечества, предоставила вам возможность восстановить ваши границы. Вмешивать больше мы не можем.

— Но контрибуции… — жалобно пробормотал Юлий.

— Господин Юлий, — от холодного взгляда Жанны Юлий словно отшатнулся. — Эта история глубоко опечалила мою сестру Марию. Вы вторглись в другую страну воспользовавшись лазейкой в Декларации Человечества, которая создавалась, чтобы объединить всех людей перед угрозой демонов. Как лидеры этого договора, мы не можем не ответить на это.

— Это… Наш прежний государь, Гай… — бормотал Юлий.

— Даже если так, Вы все равно несете ответственность за то, что не остановили его. Как бы то ни было, я считаю, что чтобы ни одна другая подписавшая Декларацию Человечества страна не совершила таких неразумных действий, этот прецедент необходимо сурово пресечь. Я хочу, чтобы вы стали для них примером.

«Ух… Слова вежливые, но она говорит ”Я хочу, чтобы вы стали для них примером, чтобы держать их в узде“, да?»

— …А если я откажусь? — Юлий дрожал, крепко сжав кулаки, его лицо было искажено гневом и болью.

— Я уже говорила об этом. Можете делать все, что вам заблагорассудиться. Империя умывает руки, а Княжество будет исключено из Декларации Человечества.

— Стойте! Если вы сделаете это, наша страна… — потрясена ахнул Юлий.

— Да. «Раз они не члены Декларации Человечества, мы не нарушим ее, напав на них». Таким образом идея, созданная Вами… Простите, Вашим отцом, может обернуться против Амидонии.

Княжество с четырех сторон окружали четыре государства. На западе — Государство Наемников Зем, придерживающееся нейтралитета, на с радостью посылающее своих наемников тем, кто готов за них заплатить. На юге — Республика Тургис, не подписавшее Декларацию Человечества и продвигающее идею экспансии на север. На севере — Лунарское Православное Папское Государство, религиозное государство со своей необычной системой ценностей. Наконец, на востоке — Королевство Эльфриден.

Если сейчас они потеряют защиту декларации, не говоря о том, что мы с ними готовы сделать, три другие государства тоже не против их сожрать.

Гай, их прежний правитель, сохранял страну, заручившись помощью Империи, подписав контракт о найме наемников из Зема, запугивая Эльфриден и прежнего робкого короля Альберта и демонстрируя военную мощь северным и южным соседям. Можно сказать, его внешняя политика была вполне сбалансированной. Но был ли такой талант у Юлия?

И даже если у него был такой талант, обладал ли он необходимым влиянием?

Передавать влияние приемнику лучше всего постепенно, при живом прежнем правителе, однако Гая уже нет. Юлию предстоит решить сложную задачу — справиться с внешней угрозой иностранных держав, одновременно беря под контроль людей внутри своей страны. Если в это время его страна будет исключена из Декларации Человечества, он уже не сможет полагаться на авторитет империи и кто-нибудь быстро поставит ему шах и мат.

— …Я принимаю ваше решение, — Юлий понимал эту опасность и с горестным выражением лица склонил голову перед Жанной.

— Мудрое решение, господин Юлий, — сказала Жанна.

Он выглядел подавленно, но я не мог позволить себе милосердие, так что молча наблюдал.

Уладив этот вопрос, мы перешли к обсуждению конкретной суммы.

Мы потребовали два годовых национальных бюджета Амидонии, разделенных на ежегодные выплаты в течении десяти лет, с условием выплаты имперскими монетами. Проще говоря, в течении десяти лет они будут выплачивать нам ежегодно двадцать процентов от своего бюджета.

Конечно, Юлий возражал, но Жанна его убедила (заставила?) принять эти условия. Половина годового бюджета Амидонии уходили на военные расходы, если они их немного сократят, я не думаю, что у них будут какие-то проблемы с этими выплатами. Вопрос в том, пойдет ли Амидония на это?

— Мадам Жанна, если будут задержки выплат…

— Конечно. Империя поддержит Королевство Эльфриден в аннексии Вана.

— Кх… — Юлий был раздосадован, но ничего не сказал.

— Мадам Жанна, — определившись с суммой, я сделал одно предложение. — Я легко могу представить, как они задерживают платеж, в то же время усиливая оборону Вана. Даже с согласием Империи, будет хлопотно брать город штурмом. Поэтому я хотел бы получить в качестве залога что-нибудь равноценное.

— Равноценное?

— Что-то, что мы будем хранить у себя, пока не будет выплачена вся сумма. Если же контрибуции не будут выплачены — мы получим это в свою собственность. Разумеется, если все будет выплачено, мы вернем это.

— Понимаю… Так что вы хотите? — спросила Жанна

— Кристалл вещательной сети.

— Чт-то?! У нас есть только один такой кристалл! — воскликнул Юлий.

Нынешнее развитие технологий не позволяет создать такие кристаллы. Если оценивать его, вероятно, его стоимость равна годовому бюджету Амидонии.

— Вы все равно его почти не используете, что плохого в том, чтобы отдать его нам?

— Не говори ерунды! Вы хотите спровоцировать наш народ на восстание?!

— Это вопрос простого изменения частоты приемников. Лишь это нужно сделать, чтобы вы не принимали сигнал из Эльфридена.

— Кх… Ну, да… — Юлий выглядел расстроенным, но принял это требование на удивление легко.

Они использовали это невероятно удобное устройство лишь для того, чтобы раз в год напомнить цель Княжества, так что Юлий, будучи милитаристом, не осознавал истинной ценности кристалл. Возможно, он думал о нем как о материальной ценности.

Пока я размышлял об этом, ко мне обратился Хакуя:

— Сир, можно Вас на пару слов? — после этого он кое-что прошептал мне на ухо. Услышав это, я нахмурился.

— Это… ведь личный интерес, не так ли?

— Что Вы! Знания — это кристаллизованная мудрость.

— Ну, ладно. Господин Юлий.

— …Что?

— Так же в качестве залога мы хотим взять книги из библиотеки этого замка[✱]Снова прошу прощения за вольность в переводе, в оригинале было «архив»..

Да, Хакуя предложил взять на хранение книги, пылящиеся в библиотеке замка столицы Амидонии.

В этом мире бумага все еще стоила дорого, а книги не были широко распространены. Вполне возможно, что в библиотеке Амидонии хранились книги, которых не было у Эльфридена. Более того, мы могли бы скопировать эти книги, пока они были у нас.

— Хорошо, — пренебрежительно фыркнул Юрий. — Но больше ничего не трогайте. Я не потерплю, если вы попробуете взять наше оружие или доспехи.

— Мы уже продали кучу снаряжения, чтобы собрать средства на благоустройство Вана и транспортную сеть возле него, знаете ли. Мы уже потратили эти средства на город, так что не сможем их вернуть, даже если вы попросите.

— Кх. Тогда ничего больше не трогай! — рявкнул Юлий.

— …Хорошо.

Оружие было важнее книг, да? Конечно, он был окружен странами, с которыми не мог ослабить бдительность, но похоже он не понимал, насколько страшным поступком было отдавать другой стране книги его народа, кристаллизованную мудрость.

Взглянув на Жанну я увидел усмешку на ее лице, похоже она думала о том же.

Вопрос с репарациями был решен, так что мы перешли к другим вопросам.

— Я хочу, чтобы солдаты моей страны, плененные Королевством Эльфриден, вернулись домой, — потребовал Юлий.

— Хорошо, но вам придется заплатить выкуп за офицеров и дворян.

— …Понял.

— Кроме того, мы провели расследование и составили список военных преступников, нападавших на деревни и занимавшихся грабежами и мародёрствами во время вашего вторжения в нашу страну. Заключенные из этого списка будут судимы по законам нашей страны, их мы выдать не можем.

Придуманная Хакуей крайняя мера — использование вымышленных чудовищ Огненных Пьеро, чтобы заставить людей эвакуироваться с пути армии Амидонии, не сообщая им про эту армию — позволила снизить количество жертв. Но это не значит, что мы смогли их полностью предотвратить.

Войска княжества отправляли разведчиков, и беженцы, которым не посчастливилось встретиться с ними, были убиты. Я позабочусь, чтобы сделавшие это солдаты заплатили за пролитую невинную кровь моего народа.

— Мы так же требуем, чтобы те люди из этого списка, кто все еще находиться на свободе в вашей стране, так же были переданы нам. Только после этого мы начнем возвращать вам военнопленных.

— …Хорошо, — коротко ответил мне Юлий, принимая от Хакуи список военных преступников. — Кстати, Ророа входит в число военнопленных, которых вы вернете?

«Кто? Ророа?».

— Мне на знакомо это имя. Кто это?

— Ророа Амидония. Моя непутевая младшая сестра. Она должна была быть в Ване во время войны.

— Ваша младшая сестра? Когда перед нами открыли ворота Вана, мы позволили уйти всем, кто этого хотел. Полагаю, Маргарита была единственным оставшимся высокопоставленным человеком. И я не получал никаких сообщений, что мы пленили члена королевской семьи.

— …Тогда все в порядке, — Юлий закрыл дискуссию, словно это его больше не волновало.

Его сестра пропала без вести, неужели он не беспокоиться? Он казался крайне равнодушным к этому.

— Если хотите, я могу опросить своих людей, может кто-то о ней что-то слышал.

— В этом нет необходимости.

— Нет необходимости?..

Хакуя зашептал мне на ухо:

— Скорее всего, он опасается кризиса престолонаследия. По моей информации, принцессу Ророа поддерживают многие гражданские чиновники. Юлий же отдает предпочтение военным. Полагаю, он опасается, что они могут поддержать принцессу в борьбе против него.

— Может и так, но сейчас, когда Гая больше нет, она одна из ближайших оставшихся у него родственников, — прошептал я в ответ.

— Это обычная ситуация для королевской семьи.

— Понимаю, но… Не хочу понимать.

Войны за престолонаследие не были редкостью и в истории Земли. И в Королевстве Эльфриден, прежде чем мать Лисии, Элисия, взошла на престол, конфликт между родственниками чуть было не привел к уничтожению королевской линии.

Если я правильно помню, Макиавелли сам призывал к чистке политических оппонентов, но… Как человек, познавший одиночество потери всей семьи, я не понимал, как он может не дорожить своей сестренкой. Пусть это было немного наивно, я не собирался отказываться от какого мышления.

— О, кстати. Я только что упомянул Маргариту. Мы бы хотели, чтобы она осталась в Королевстве. Полагаю, вам будет сложно решить ее судьбу, учитывая что она помогала нам поддерживать порядок в Ване.

— Генерал Маргарита Уандер, да? — Юлий на мгновение задумался. — Если отпустите пятерых захваченных дворян, я согласен.

Полагаю, он оценил ее ценность как пленника и решил, что выгоднее получить нескольких верных ему вассалов, чем одного генерала, к которому непонятно как относиться. Вполне разумно, обменять одного человека на пятерых.

— Хорошо, я принимаю эти условия.

— …Она хороший командир, да. Но достаточно ли она хороша, чтобы Вы так хотели ее заполучить? — с сомнением спросил Юлий.

Я лишь усмехнулся. Юлий оценивал людей лишь как военный актив и не понимал ее истинной ценности. Как певица и ведущая, Маргарита стала неотъемлемой частью наших передач.

Ну, я не был обязан ему это объяснять, так что просто промолчал.

Когда все вопросы были улажены, я объявил об успешном завершении переговоров.

Эльфриден получит контрибуции и в обмен покинет Ван. Амидония вернет себе контроль над Ваном в обмен на выплату контрибуций. Империя продемонстрировала свое влияние, выступив посредником на этих переговорах.

…На данный момент, я был доволен этим результатом.

Можно сказать так, в этом кризисе Амидония понесла убытки, Империя ничего не потеряла, а Эльфриден хорошо заработал.

Когда обсуждение было закончено, Юлий повернулся на каблуках и направился к выходу, словно говоря, что ему больше нечем со мной говорить, но я его окликнул.

— Господин Юлий!

— …Что? — бросил он, даже не обернувшись.

— Политический мыслитель из моего мира, Макиавелли, однажды сказал примерно так: те, кто добивается власти с трудом, легко ее удержат, а тем, кто легко получает власть, трудно ее сохранить.

— А? Что это значит? — Юлий обернулся, злобно глядя на меня.

— Я взял Ван, победив тебя и твоих людей. Я избавился от аристократов и дворян, устранив почти всех политических противников. Уверен, у меня бы не было никаких проблем, если бы я продолжил править Ваном, но… Можете ли Вы сказать тоже? Вернув этот город, сможете ли Вы править им без проблем? — спросил я Юлия, глядя ему в глаза.

— Вы о чем? Это моя страна.

— Но некоторое время это была часть Эльфридена. Вы вернули ее, воспользовавшись влиянием Империи, то есть чужими силами. Именно это имел в виду Макиавелли, говоря «тем, кто легко получает власть, трудно ее сохранить».

В истории было не мало случаев, когда кто-то получал власть благодаря родственным связям или могущественным соседним странам. Но для тех, кто забрался на вершину власти с помощью покровителей, потерять их поддержку — значит потерять все.

Как пример можно вспомнить человека, которого сам Макиавелли считал идеальным государем, итальянца Чезаре Борджиа. После смерти своего покровителя, бывшего ему не только родным отцом, но и папой римский, Александра VI, Чезаре быстро все потерял.

Другой пример: война Чу и Хань, когда Сян Юй боролся против Лю Бана. Аристократ из знатной семьи, у которого был лишь один советник, и крестьянин, поднявшийся с самых низов, народный герой, у которого было три советника. В результате интриги, Лю Бан вынудил своего противника отказаться от его советника. Сян Юй, талантливый полководец, но жестокий правитель, потеряв советника, быстро проиграл это противостояние[✱]https://ru.wikipedia.org/wiki/Лю_Бан.

Юлий вернул столицу, обратившись за помощью к Империи, что снизит его авторитет как среди офицеров, так и среди простых людей. Гай мог бы запугать и подчинить всех силой, но его больше не было.

Сможет ли умный, но слабый духом Юлий сохранить контроль над своими людьми? Сможет ли он стать для жителей Вана лучшим правителем, чем я?

— Тем, кто легко получил власть, нужно очень постараться, чтобы сохранить ее, — сказал я. — Прежде чем говорить о обиде, я предлагаю Вам усердно работать над тем, что действительно принесет пользу Вашему народу.

— Это Вас не касается, — отмахнувшись от моего искреннего совета, Юлий ушел.

Жанна лишь пожала плечами, закатив глаза. Я же подошел к ней, чтобы пожать руку:

— Это были очень плодотворные переговоры. Передайте от меня привет сестре.

— Конечно. И вы берегите себя, господин Хакуя. Мы должны как-нибудь обсудить наши проблемы за хорошей выпивкой.

— Звучит неплохо. Я приготовлю бочонок для Вас.

«И что это должно значить? У них достаточно жалоб, чтобы им был нужен целый бочонок?» — на мой немой вопрос Хакуя демонстративно отвел глаза.

— Ха-ха, — увидев это, Жанна весело рассмеялась. — Надеюсь, при следующей встрече мы будем на одной стороне. Пожалуйста, найдите время поговорить с моей сестрой.

— Полностью согласен. Я буду с нетерпением ждать этого разговора.

В завершении, мы обменялись крепкими рукопожатиями.

◇ ◇ ◇

Когда решение об отступлении было принято, мы быстро вывели войска из Вана.

Раз мы все равно оставляли город, дальнейшее пребывание здесь было бы пустой тратой ресурсов. Армия королевства покидала Ван так же торжественно, как и когда входа в него. Небольшое количество солдат Амидонии возле Вана были в подавляющем меньшинстве, да и находящаяся рядом армия Империи внимательно наблюдала за обеими сторонами, так что мы могли не бояться преследований.

Как и в прошлый раз, я находился в середине процессии верхом на лошади, чьи поводья держала Аиша, а рядом со мной на другой лошади ехала Лисия. Когда мы только вошли в город, глаза смотрящих на наши войска людей были полны страха, но сейчас все немного изменилось.

Мы не делали никаких объявлений, но люди неуверенно выстаивались на улицах вдоль нашего маршрута. Лисия забеспокоилась, увидев их взгляды.

— Как думаешь, почему у них такие лица? Я бы поняла, если бы они с облегчением смотрели на уходящих захватчиков, но…

— Полагаю… Они встревожены. Встревожены возвращением под правление Амидонии.

— Встревожены? Хотя все возвращается на круги своя?

— Именно поэтому. Они беспокоятся, что их прежняя жизнь вернется, — говоря это, я смотрел прямо перед собой. — Жителей Вана угнетал княжеский дом Амидонии. Это их не беспокоило, пока они думали об этом как о чем-то само собой разумеющемся, но во время нашей оккупации они узнали, что можно жить иначе. В отличии от княжеского дома, я дал им свободу выражать свои чувства и мысли. И сейчас, когда мы уходим, они встревожены, что вместе с Юлием и его последователями вернуться и прежние порядки.

Они встревожены потому что… Ну, полагаю, именно это и произойдет. Как только Юлий войдет в Ван, он начнет подавлять инакомыслие.

— Когда они узнали вкус свободы, они не хотят возвращаться к прежней жизни… — Лисия с жалостью смотрела на выстроившихся вдоль улиц людей. — Это словно зависимость, да?

— Полагаю, это вполне верно, но… Не могла бы ты подобрать сравнение получше?

— Но это так, верно? — Лисия вздохнула. — Но ведь это их страна? Можно ли так легко изменить мнение людей?

— В моем прежнем мире есть пословица «Деспот страшнее тигра», в данном случае я бы сказал «Тиран страшнее захватчика». Людей не особенно заботит понятие долга и чести, если им выгодно жить в своей стране, они будут ее защищать, но если другая страна заметно лучше — они сами откроют им врата замка[✱]В английской версии тут почему-то написано «Люди не действует в соответствии нормам морали или этики». Это здесь вообще не к месту, заменил на более подходящее из перевода вебки..

— Рядом с тобой я все лучше узнаю изнанку мира, — вздохнула Лисия.

— Ты устала быть рядом?

— Еще чего! — Отозвались Лисия и Аиша хором.

С чего вдруг к ней присоединилась Аиша?

— Аиша, почему ты тоже это сказала? — удивленно спросил я.

— Пока Ваше Величество идет рядом со мной — никакая дорога не трудна, — гордо заявила Аиша.

Звучит, словно она мне чрезмерно преданна. Если Аиша продолжит в таком духе, у нее может появиться прозвище «верная собачка короля».

— Хи, — хихикнула Лисия, глядя на Аишу. — Я тоже так думаю. Пока я с тобой, я могу принять любую реальность.

— Понятно… Ну что же, возвращаемся.

Возвращаемся в нашу страну, где нас уже заждались.

◇ ◇ ◇

Неделю спустя.

Когда Жанна вернулась в Империю Гран-хаос и добралась до замка в столице империи, ее немедленно вызвала сестра, императрица Мария, не дав ей перевести дух. Усталая и раздраженная, она кое-как дошла до кабинета Марии, где сестра дожидалась ее, сидя на кресле в центре кабинета по правительственным делам.

Обычно в это время в этой комнате суетились бюрократы, но сегодня Мария была там одна, похоже, выпроводив их. Ее мягкая улыбка и элегантные движения создавали атмосферу величественной императрицы.

— Сестра, я только что вернулась из столицы Княжества, Вана, — Жанна прижала руку к груди и поклонилась Марии.

— Рада видеть, что ты уже вернулась. Как все прошло?

— Были некоторые проблемы, но в итоге все прошло более или менее согласно нашим ожиданиям. Королевство Эльфриден вернуло Ван и прилегающую к нему территорию Княжеству Амидония.

— Отлично. Благодарю за службу. Ну так вот… — Мария хлопнула в ладоши и улыбнулась. — На этом с официальной частью можно закончить. Добро пожаловать домой, Жанна! — Сорвавшись с кресла, Мария бросилась обнимать Жанну.

— С-Сестра?! — сконфуженно воскликнула Жанна. — Ты чего?! Такое поведение не подобает императрице, понимаешь?!

— Мне было так одиноко без тебя! Все обращаются ко мне «Ваше Императорское Величество» и раболепно склоняют головы! Кроме семьи мне не с кем поговорить, а наша вторая сестра как всегда безвылазно сидит в лаборатории! — жаловалась Мария.

— Не надо это так преподносить! Ты уже не маленькая! — в противовес своим протестам, Жанна похлопала Марию по спине. Она знала об бремени одиночества императрицы, с которым жила ее сестра, и не хотела ее отталкивать

В конце концов Мария отпустила ее, села на стоящую в углу кабинета великолепную кровать и похлопала рукой рядом с собой, приглашая Жанну тоже присесть.

— Ну так и каков этот джентельмен, господин Сома? — нетерпеливо спросила Мария.

Глаза Марии сверкали как у ребенка, просящего родителей рассказать ему сказку на ночь. Увидев это, у Жанны начала болеть голова, но она понимала — крайне маловероятно, что ее отпустят, пока она не расскажет о произошедшем. Так что она сдалась и начала свой рассказ:

— Хорошо. Для начала позволь мне рассказать, что случилось, когда я отправилась в Ван на разведку…

Жанна рассказала все, начиная со встречи с Сомой на улицах Вана. По мере рассказа, выражение лица Марии несколько раз менялось. Она вздохнула с облегчением узнав, что Сома не держит на них зла за призыв в этот мир, и что он сам правильно понял их изначальные намерения.

Услышав слова Сомы «Может быть, демоны и монстры — это то же самое, что “люди” и “звери”» она была удивленна и растерянна.

Когда же речь зашла о булочке с лапшой, которую они ели во время конференции, и о том, насколько она была восхитительна…

— Жанна, это несправедливо! — воскликнула Мария, сердито надув щечки.

Но сильнее всего она отреагировала на новость о секретном договоре и предложении Сомы, согласно которому Империя будет защищать Запад, а Королевство — восток. Услышав это, Мария откинулась на кровать, держась за живот и смеясь.

— Сестра, я не думаю что это то, над чем стоит смеяться, — реакция сестры застала Жанну врасплох.

— Ха-ха-ха, п-прости. Это просто так смешно, — сказала Мария, вытирая выступившие от смеха слезы.

— Смешно? — Недоверчиво переспросила Жанна.

— В смысле, задумайся: не так давно мы были вынуждены относиться к ним по-особенному потому что они были на грани краха, а в какой-то момент они превратились в надежного союзника, которому мы можем доверить защиту восточной половины континента. У меня такое ощущение, словно это какая-то иллюзия феи.

— Что же… Действительно, это стремительно преображение.

— Да. Да, все так, Жанна, — улыбка внезапно исчезла с лица Марии и она стала совершенно серьезна. — Кстати, Жанна, ты помнишь, кто такой герой по легенде Королевства?

— Да, это было в отчетах. Если я правильно помню… Герой — это «тот, кто возглавляет смену эпох», верно?

— Да. Не «тот, кто победит повелителя демонов» и не «тот, кто завоюет весь мир», а «тот, кто возглавляет смену эпох». Сому призвали как героя, но он занимается административной работой, из-за чего некоторые люди сомневаются, действительно ли он герой.

— Верно, он не ощущается героем, каким его представляешь. Вообще, он не кажется хоть сколько-то сильным.

— Ты права, — кивнула Мария. — Думаю, он очень далек от того, что мы представляем себе при слове «герой». Но если не зацикливаться на этом образе, а думать о нем как о «том, кто возглавляет смену эпох»? Если вспомнить, с какой скоростью все движется последнее время, разве нет чувства, что времена меняются?

Услышав это, Жанна невольно сглотнула. Мария же встала с кровати и подошла к окну.

— О, я очень надеюсь, что вскоре смогу поговорить с ним лично, — смотря на восточное небо, Мария мягко улыбнулась.

Гильдия авантюристов.

Эта организация занималась покупкой собранных с монстров в подземельях материалов у авантюристов, зарабатывавших этим на жизнь. Они так же были посредниками в заданиях за пределами подземелий, как то: уничтожение опасных зверей, защита торговцев и уничтожение монстров, выбравшихся из подземелья.

Авантюристы путешествовали по многим странам в поисках работы, так что гильдия была во многом независима от страны, в которой она действовала.

Одна группа авантюристов посетила филиал гильдии в Парнаме. Группа состояла из Дека, эмоционального мечника с накаченным телом; Юны, миниатюрной воровки с детским личиком; Августа, мускулистого бойца; Фебрала, вежливого и любезного жреца; и Джулии, стройной чародейки.

— Группа Дека, верно? — непринужденно поприветствовала их регистратор гильдии. — Вот ваша награда за задание по сопровождению деревенских жителей.

С этими словами девушка вручила им сумку серебряных монет. Ее слегка распирало, отчего глаза Юны и Августа заблестели в предвкушении.

— Кажется, мы тут заработали больше, чем за последние несколько месяцев, да? — взволнованно спросила Юна.

— Получиться немало, даже если разделить на пять частей, правда же? — присоединился к ее восторгу Август. — Я смогу купить новые тканные обмотки для кулаков!.. Нет, может даже что-то получше!

— Даже если смотреть на эти деньги не как оплату группе, а вообще — здесь удивительно много, — Фебрал удивленно склонил голову набок, не обращая внимание на восторги двух стоящих рядом товарищей. — Здесь есть какая-то премия?

— Да, — регистратор усмехнулась и кивнула. — Изначальное задание было выдано королевским замком: «Новый, неизвестный тип монстров, Огненные Пьеро, появился на юго-востоке Королевства Эльфриден. Мы просим вас помочь в сопровождении эвакуирующихся жителей окрестных поселений», но тогда же произошло вторжение Княжества Амидония и многие наши люди столкнулись с их войсками.

— А, верно, — согласилась Юна. — Я тоже с ними столкнулась.

— Да, — кивнула регистратор. — К счастью, жители были эвакуированы, так что войска Княжества нанесли минимальный вред жителям королевства. Однако из-за неожиданных осложнений, авантюристам была выдана премия за риск. В этом мешке основная сумма и премия.

— Понятно, — сказала Юна. — Звучит разумно…

Взяв деньги, группа устроилась за одним из столиков кафе-ресторана в здании гильдии. Как только деньги были поделены, Дек спросил Фебрала:

— На счет того, что нам рассказала регистратор… Что думаешь?

— Ты про эту неожиданную премию?

— Да. Атакованные Огненными Пьеро поселения оказались на пути армии Амидонии, но поскольку жителей эвакуировали — человеческие потери были минимальны… Не слишком ли удобное стечение обстоятельств?

— Ты прав… — согласился Фебрал. — Возможно, Королевство следило за армией Княжества. Может быть, они специально устроили эту эвакуацию чтобы свести жертвы к минимуму?

— Хм? — услышав его теорию, Юна удивленно склонила голову набок. — Но Огненные Пьеро действительно существуют, я их сама видела, когда наткнулась на Мусаси-боя, не забыл?

— Они выглядели как манекены с пылающим огнем вместо голов, верно? Такое вполне несложно сделать, не так ли?

— Зна-а-ачит, это просто чья-то выдумка? — спокойно спросила Джулия.

— Да, весьма вероятно, — кивнул Фебрал. — Должно быть, у короля были на то причины.

— Хе, это не то, чтобы имело большое значение для нас, — Август по дружески положил свою массивную руку на плечи Фебрала. — Авантюристам нет дела до интриг государств. Нам важно выполнить задание и хорошо на этом заработать. Я прав?

— Прав, — усмехнулся Дек. — Давайте лучше подумаем о том, что будем делать со всеми этими деньгами.

— На счет сегодня: как на счет небольшой пирушки, хм-м-м? — с улыбкой предложила Джулия.

А потом случилось это…

Чудо-юдо ванька-встанька вошел в гильдию. В его руках была нагината, за спиной плетеная корзина, на лице шелковая маска, из под которой виднелись пара очаровательных глаз-желудей и густые брови. Кто же это был?! Большой кокон мотылька?! Монстр-яйцо?!

— Эй, это же господин Кигуруми! — воскликнула Юна.

В здание гильдии авантюристов переваливающейся походкой вошел Мусаси-бой и направился к стойке регистратора, протянув ей что-то… Письмо?

— О! Доставка, — сказала регистратор. — Спасибо за помощь.

— … (Мусаси-бой поднял вверх большой палец).

Он уже собирался уходить, но Юна не собиралась этого допустить.

— Эй, давненько не виделись, — сказала она, облокотившись на его макушку. — Вижу, ты тоже вернулся с юга.

— … («Ю-Юна?») — удивился Мусаси-бой. Под весом Юны его голова немного съежилась, от чего он отчаянно замахал руками.

— Кстати, спасибо, что спас тогда. Солдаты Княжества меня почти достали, — Юна по прежнему находилась сверху, игриво теребя его щеки.

— … («Ничего, я просто рад, что с тобой все хорошо»), — сказал он, хлопая ее по спине.

— А-ха-ха! Но если подумать, разве ты тогда был не в большей беде, разгуливая там в одиночестве? Могу поспорить, ты был там на таком жа задании, как и мы, так что мог бы попросить у нас помощи, знаешь ли.

— … («Это большая честь, слышать такое!») — он несколько раз поклонился.

Остальная часть группы вытаращив глаза наблюдала за происходящим.

— Как у них получается так разговаривать?.. — удивился Дек.

— Может… Сила любви? — предположил Фебрал.

— О, так ты теперь тоже веришь в теорию Джулии, а, Фебрал? — сказал Август.

Джулия лишь хихикнула.

В это время их окликнула регистратор, только что прочитавшая письмо.

— О. Эй, там. Вы же выполнили задание эскорта деревенских жителей, да?

— Хм? Да, выполнили… Что-то случилось? — спросил Дек.

— Похоже, в замке приготовили еще одно вознаграждение, — усмехнулась регистратор. — В письме написано так: «Труд авантюристов сохранил жизни многих жителей нашей страны, в благодарность за их работу они приглашаются на небольшой банкет, который будет устроен в замке».

— Банкет в королевском замке? — удивленно нахмурился Дек. Они уже получили премию за риск, такой банкет был немного чересчур.

— Я не хочу идти, — сказала явно не заинтересованная Юна, по прежнему обкатившаяся на голову Мусаси-боя. — Это же королевский замок, мы там будем выглядеть неуместно.

— Хе-хе-хе, уверены? Вы знаете, что банкет пройдет «У Ишизуки»? — усмехнулась регистратор гильдии.

— «У Ишизуки»?! — ахнули Август и Фебрал.

— Вы о нем слышали? Август, Фебрал? — Спросил Дек, в ответ оба закивали.

— Мы не просто слышали — об этом говорит весь город, — сказал Август. — Говорят, в замке есть ресторан с потрясающе вкусной едой.

— По слухам, этот ресторан открыли король Сома и министр по продовольственному кризису Пончо Ишизука. Вроде бы там подают блюда из старого мира короля Сомы, чтобы выяснить, понравятся ли они нашим людям, — сказал Фебрал.

— Да-да-да, именно! — по какой-то причине регистратор гильдии говорила крайне взволнованно. — Там есть самые разные блюда, но все они вкусные, недорогие и быстро готовятся. Потрясающе. Однако, это место находиться внутри замка и открыто только по ночам, туда почти невозможно попасть, если только вы не работаете в замке. У меня была такая возможность только однажды, когда я сопровождала главу гильдии… Вкус был незабываемым! — регистратор громко сглотнула.

— Вы в порядке? Уверены, что в той еде ведь не было никаких странных ингредиентов, верно? — взволнованно спросил Дек глядя на регистратора гильдии, вытирающую слюну с уголка рта с восхищенным выражением лица.

— Уверена, все-е-е в порядке. В конце концов, это еда для короля, — сказала Джулия.

— Вы тоже пойдете, господин Кигуруми? Вы ведь тоже выполняли это задание, да? — спросила Юна у Мусаси-боя, все еще облокотившись на него.

— … («Ох, нет, я не могу…») — сказал он, вытянув руки перед собой и качая головой.

— Что? Пойде-е-ем! — надулась Юна. — Если ты этого не сделаешь, я прямо сейчас вытащу тебя наружу.

— … («Н-нет, перестань пожалуйста!») — запротестовал Мусаси-бой, отчаянно размахивая руками и ногами.

Юна продолжала тискать Мусаси-боя, пока он не пообещал присутствовать на банкете.

Итак, в ночь банкета.

Ресторан «У Ишизуки» располагался на месте старого винного погреба, переделанного в духе бара-ресторана, или изакая бара[✱]Бар-ресторан, в котором подают как еду, так и алкогольные напитки. Насколько я понял, в Японии есть традиция ходить в такие бары после работы.. Сейчас несколько десятков авантюристов праздновали здесь успешное окончание задания сопровождения.

Этот банкет был больше похож на фуршет, столы с большими блюдами с едой были выстроены в ряд в центре помещения. Авантюристы жадно набросились на необычные и аппетитные на вид блюда (особенно на те, в которых был соевый соус и мисо).

Как раз когда группа Дека с Мусаси-боем на буксире, дождавшись своей очереди и набрав еду и напитки, какие только могли желать, вернулись за свой стол, на возвышенность напротив входа поднялась красивая девушка в красной военной форме с прической каре.

— Что?! Принцесса?! — удивленно воскликнул кто-то.

В комнате поднялся шум. Без сомнения, на трибуне стояла принцесса Лисия, дочь прежнего короля Альберта и невеста нынешнего (временного) короля Сомы Казуи.

Лисия поклонилась и начала говорить хорошо поставленным голосом:

— Авантюристы, приветствую вас в замке Парнам. Я — невеста короля Сомы, Лисия Эльфриден. Я здесь, чтобы поприветствовать всех вас сегодня вместо Сомы, он перетрудился и не может присутствовать. Я хочу поблагодарить вас всех за то, что вы приняли это задание.

Лисия снова поклонилась.

— Вот это принцесса. Кажется, мы примерно одного возраста, но она ощущается как настоящая утонченная и благовоспитанная леди, — Юна была глубоко впечатлена ее видом.

Мусаси-бой демонстративно отвел глаза. Эта утонченная и благовоспитанная леди совсем недавно возглавляла войска на поле боя.

— Благодаря вам, множество наших людей были спасены. От имени Сомы и всех тех, кого вы спасли, воздаю вам честь! — Лисия подняла бокал вина. — Ваше здоровье!

— Ваше здоровье! — воскликнули авантюристы.

Так начался банкет. Авантюристы пили вино и пробовали новые для себя блюда, такие как хрустящая рыба (тацута агэ), булочки с лапшой, шашлыки из морепродуктов и многие другие блюда, еще не распространенные в этой стране.

— Эта хрустящая рыба проста великолепна! Она отлично сочетается с пивом, кстати налейте еще! — с энтузиазмом воскликнул Август, на что Фебрал согласно кивнул:

— Похоже, они используют в рецепте соевый соус мистических волков. Весьма недурно.

— Жареные осьминоги тоже хорошо, — сказала Джулия — Эй, Дек, скажи а-а-а-а.

— Подожди, Джулия?! Ты что, уже пьяна?! — воскликнул Дек. Они оба наслаждались ситуацией.

— Ну же, господин Кигуруми, вам тоже надо выпить! — Юна со слегка затуманенным взглядом обнимала Мусаси-боя, прижимая к его щеке деревянную кружку с пивом.

— … («Ты… уже набралась?!»).

— Если ты не хочешь пить сам, можно сделать это рот-в-рот.

— … («Ты просто испачкаешь ткань, так что пожалуйста, не надо! Я сам выпью»).

Мусаси-бой повернулся к недоумевающей Юне спиной и из шва на спине показалась мужская рука.

— Ха?! — от такого шокирующего вида Юна ошеломленно отшатнулась, пока внезапно выросшая из Мусаси-боя рука взяла кружку из ее рук и скользнула обратно. После нескольких глотательных звуков пустая кружка была выброшена из того же шва.

— У-а-а-а! Это что это такое было?!. — вскрикнула Юна.

— … («Оптический обман зрения»), — сказал он, кивая головой.

— А? Но я же видела…

— («Обман зрения. Иллюзия. Понятно?»), — он склонил голову на бок.

— Ух, конечно, — вот и все, что Юна могла в этот момент ему ответить.

И они продолжили праздновать вместе, время от времени устраивая «обман зрения».

В это время Лисия то и дело поглядывала на них.

Двадцать минут спустя.

— … — тело Мусаси-боя внезапно наклонилось и он упал на спину.

— Эй, господин Кигуруми, ты в порядке?! Не слишком ли быстро ты отключился?! — удивленно воскликнула Юна.

Она его трясла, но Мусаси-бой, казалось, не мог подняться.

— Извините, — внезапно произнес чей-то голос.

— А? — подняв глаза на окликнувшего ее человека, Юна увидела приближающуюся к ней молодую девушку в военной форме. Она еще сильнее удивилась, когда поняла, что это принцесса Лисия, от чего ее рот несколько раз беззвучно открылся и закрылся.

В это время Лисия прижала ухо к области рта Мусаси-боя, после чего сказала:

— Похоже, ты достиг предела. Из-за спиртного. Вполне логично, — Лисия подняла Мусаси-боя и обратилась к Юне. — Я позабочусь о нем, вы же развлекайтесь здесь сами.

— Ко-конечно, — растеряно ответила Юна.

Лисия продолжала пристально на нее смотреть.

— Хм?.. Эм… У меня что-то на лице?

— Нет, все нормально. В любом случае, надеюсь, вы хорошо проведете время, — с этими словами Лисия потащила Мусаси-боя из зала.

Юна смотрела им в след, не зная, что и думать.

◇ ◇ ◇

— Почему ты так далеко зашел, чтобы поучаствовать в этом? Даже надел костюм кигуруми, — спросила Лисия, ведя опершегося на ее плече Мусаси-боя по коридорам замка.

— Ты меня осуждаешь? У меня есть знакомые, с которыми я хочу иногда общаться.

— Хоть ты так и говоришь, но это не твои знакомые, а знакомые твоих кукол, верно? А теперь быстренько вылезай из этой штуки. Здесь тебя уже не увидят.

После слов Лисии шов на спине Мусаси-боя широко распахнулся, являя миру взмокшего от пота Сому. Из-за жары внутри костюма и выпитого спиртного его лицо было красным. Выбравшись наружу, он в изнеможении опустился на пол.

Обычно Сома управлял Мусаси-боем дистанционно, с помощью своей способности «живой полтергейст», но сегодня ему нужно было есть и пить, так что он забрался внутрь куклы.

Раздраженно посмотрев на него Лисия все же подставила ему плечо.

— Слушай, раз ты хочешь отдохнуть, делай это в кровати в своем кабинете, а не здесь. Я поручу кому-нибудь убрать куклу позже.

— О-ох, извини. Было бы очень хорошо, если ты это сделаешь.

Он шел на подкашивающихся ногах, опираясь на Лисию.

— Кстати, эта девушка, Юна? Выглядит мило, а?

— Я не делал с ней ничего, из-за чего мне было бы стыдно, ясно?

— О, но я ничего такого не говорила, знаешь ли? — Лисия пристально на него смотрела, в то время как Сома старательно отводил взгляд.

Со стороны можно было подумать, что это разговор супругов, проживших вместе не один год.

Несколько дней назад мы вернулись из Вана в столицу Королевства, Парнам.

Я стою перед темницей, расположенной под замком Парнам. Мрачное место, освещаемое лишь несколькими свечами. Большинство заключённых здесь были достаточно высокого статуса, хотя это можно было понять по тому факту, что это место находилось под королевским замком. Темница для политических заключённых.

Я пришёл сюда, чтобы встретиться кое с кем, кто сейчас находился по другую сторону железной решетки. После недолгого молчания, я заговорил:

— Полагаю, это наша первая личная встреча. Я — временный король, Сома Казуя.

— Для меня большая честь познакомиться с Вами. Я — Георг Кармин, — с этими словами бывший генерал сухопутных сил, зверочеловек-лев Георг Кармин низко склонил голову.

Я сидел на стуле, а Георг прямо на полу, напоминая позу генерала времён воюющих провинций, приветствующего своего господина.

— Позвольте ещё раз поздравить Вас с недавней победой, — сказал он, все ещё не поднимая головы.

Георг знал о последних событиях, так как до недавнего времени был под домашним арестом в замке Рендела и лишь за несколько дней до нашего возвращения его перевезли сюда.

— Подними голову. Неудобно говорить, когда ты в таком положении.

— Ха-ха!

Когда он поднял голову, я смог лучше его рассмотреть. Мускулистый, ростом почти два метра. Наши глаза были примерно на одном уровне, хотя я сидел на стуле, а он стоял на коленях. Вдобавок, благодаря ауре воина-ветерана он казался ещё больше.

Величественный. Именно это слово лучше всего описывало этого воина.

«Тот разговор по вещательной сети не передавал и половину атмосферы вокруг него…»

Я изо всех сил старался не поддаваться этому чувству. Эта сила была похожа на то, что я чувствовал рядом с Гаем. У Георга была невероятная харизма, хотя он и был самым молодым из трёх герцогов — Кастору было около ста шестидесяти лет, а Эксель более пятисот.

— Кажется, что реальный возраст трёх герцогов и «возраст по ощущениям» нужно воспринимать наоборот. Ох, психологический возраст, полагаю, тоже.

— Ха-ха-ха, возможно Вы правы. Обычно говорят, что чем дольше живет представитель долгоживущих рас, тем больше времени уходит на умственное и физическое развитие. Если взять их фактический возраст, умножить примерно на сто (среднюю продолжительность жизни людей и зверолюдей), а затем разделить на срок их максимальной продолжительности жизни — тогда и получиться их примерный психологический возраст.

«Ясно. У нас в Японии говорят: «Что для журавля тысяча лет, для черепахи десять тысяч лет». Дракониты живут пятьсот лет, мизучи — тысячу (хотя, в отличии от пословицы, они на самом деле живут так долго). Иначе говоря, если взять для примера Кастора, получиться 160 × 100 ÷ 500 = 32. С этой точки зрения можно понять его импульсивность… Стоп! А? Минуточку!

— Тогда получается, что психологический возраст Эксель больше пятидесяти, так?

— …У любого правила есть исключения.

— Не увиливай от ответа.

Похоже, даже бесстрашный Георг не решался затронуть тему возраста Эксель. И я его понимаю.

Потратив немного времени на светскую беседу, я перешел к сути дела.

— У меня много вопросов, ответы на которые я хочу услышать, раз мы, наконец, встретились лично.

— Спрашивайте.

— Прежде всего, ты не хочешь встретиться с Лисией?

Георг в ответ лишь молча закрыл глаза. Кажется, после возвращения в Парнам, Лисия хотела с ним встретиться, но он ее отчитал и прогнал (точнее, он приказал тюремщику передать его слова).

— Зачем будущей королеве приходить к заключенному?

Лисия из-за своего характера приняла это близко к сердцу и больше не пыталась его навестить. Словно пытаясь отвлечься, она ушла с головой в работу.

— Она пытается выглядеть сильной, но… Я знаю, что она не в порядке.

— Последний раз мы говорили во время ультиматума. Да и слова уже не нужны.

— Ты о том, как она отрезала волосы?

— Я увидел ее отвагу и решимость. Как личность, как женщина, принцесса выросла и крепко стоит на ногах. Я не хочу, чтобы она утратила это, цепляясь за покойника.

«Он отталкивает Лисию ради ее же блага. Вот же… Упрямый старик».

— Я тоже хочу кое-что спросить, — сказал Георг.

— Что же?

— Что стало с солдатами сухопутных и военно-воздушных сил, участвовавших в восстании под нашим с Кастором командованием? И что на счет коррумпированных дворян?

— В знак признания их доблести в войне с Амидонией я простил восставших солдат сухопутных и военно-воздушных сил. Дом Варгас восстал против меня, но я должен учитывать их заслуги на службе этой стране вплоть до прежнего короля, так что судить будут только Кастора и Карлу. Я упразднил герцогство Варгас, но позволил сыну Кастора унаследовать его фамилию и передал ему в качестве феода Город Красного Дракона. Хотя он еще маленький ребенок, так что его мать Акелла и семейный управляющий Толман пока будут помогать ему в управлении. Что же касается Кастора и Карлы, Эксель попросила меня в знак признательности ее заслуг в этой войне судить их лично.

Георг молчал с закрытыми глазами. Он меня все еще слушает?

— Что же касается коррумпированных дворян… Их дома были уничтожены, их владения и имущество были конфискованы… А сами они были казнены по моему приказу. Активные участники восстания были казнены публично, а тех, кто действовал из тени, казнили не придавая широкой огласки.

Согласно законам Эльфридена, государственная измена каралась смертной казнью не только обвиняемого, но и его потомков до третьего колена. Если бы они, как Георг, разорвали отношения со своими семьями, их не вовлеченные в восстание родственники были бы в порядке, но подавляющее большинство дворян пренебрегли этим шансом. Должно быть, они не сомневались в своей победе.

Но они обвинялись не только в государственной измене, но так же в коррупции, взяточничестве, сотрудничестве с Амидонией и других преступлениях в своих владениях (под защитой своего статуса они безнаказанно убивали, насиловали, обирали и так далее). Одним словом, ни в чем себе не отказывали.

Мы получали прошения пощадить тех, кто обвинялся лишь в измене и мятеже, как Георг и Кастор, но вот коррумпированных дворян просили казнить максимально жестоко.

— Система общей ответственности наказывает семьи за то, что они не остановили их, так? Разве три колена потомков — не слишком сурово?

— С этим ничего не поделаешь. Люди и зверолюди должны прожить очень долгую жизнь, чтобы увидеть правнуков, но некоторые рассы видят праправнуков, пока сами все еще на пике сил. Поэтому и наказание должно быть соответствующим.

— И все же, погибло слишком много ни в чем не повинных людей! Мы с Хакуей каким-то чудом успели провести реформу, ограничившую казнь только двумя коленами потомков и запрещающую казнить детей младше тринадцати лет, отдавая их в детские дома! Но это лучшее, что мы смогли сделать…

Точнее, детей до десяти лет отправляли в государственные детские дома, а детей от одиннадцать до тринадцати отдавали в церковные приюты.

Разница между этими учреждениями была в том, что выросшие в детских домах могли в будущем создать семью, а воспитанники церковных приютов были отстранены от мирского и не могли вступить в брак. Кроме того, среди причастных к преступлению была женщина, родившая меньше месяца назад, ее так же направили в монастырь под присмотром. Если она снова будет будет уличена в чем-то противоправном — тогда и разберемся.

Это все, что я мог сделать на данный момент.

— Я… Против системы общей ответственности. За преступление должен отвечать лишь тот, кто его совершил. Неправильно казнить невиновного, родственник он или нет. Тем более публично. Но это удерживает людей от многих страшных преступлений, так что я не могу от этого отказаться. Но я все же не хочу делать это представлением для широкой публики, я хочу изменить мышление людей, которые хотят этого.

— Страна в ваших руках. Думаю, Вы должны поступать так, как считаете нужным.

— …Верно.

— Сир, Вам тяжело отнимать чужие жизни?

Георг говорил так, словно собирался меня подбодрить. Наверное, я выглядел крайне подавленно.

— А может быть иначе? — вырвался у меня. — Из-за моих решений обрываются бесчисленные жизни. Тяжесть осознания этого меня вот-вот раздавит. Всего пол года назад я был обычным простым парнем, черт возьми!

— Я читал об этом в письмах принцессы. Она превозносит Вас как короля королей. Она хочет поддержать Вас и телом, и душой.

— Лисия… Прекрасно справляется. Но я должен принять решение, которое ее огорчит. Я… должен подписать твой смертный приговор, — тихо вздохнув я приложил руку ко лбу. — Твой план был великолепен. Старик Хэла… Глейв нам рассказал. Собрав в одном месте всех коррумпированных дворян, мы смогли одним махом схватить их вместе с имуществом. Это был прекрасный план, заполнивший наш с Хакуей недосмотр, но… Мы не можем обнародовать эту историю, а значит, мы должны обращаться с тобой так же, как и с теми дворянами.

Мы не могли это обнародовать по двум причинам:

Во-первых, в боях погибли люди. В битве за Город Красного Дракона мы потеряли лишь один корабль, но возле Рендела были потери с обеих сторон. Люди не приняли бы, обнародуй мы истинные намерения Георга.

Во-вторых, это еще сильнее ухудшит отношения с Государством Наемников Зем, заплативших выкуп за своих наемников, выступавших на стороне коррумпированных дворян. Они хотели отомстить мне за то, что я расторг контракт, по которому мы нанимали их наемников для службы в вооруженных силах Эльфридена, но в итоге поддержали проигравших. О чем сейчас сожалеют.

Если Зем узнает, что мы с Георгом в тайне работали сообща, они решат, что Королевство их подставило. Я не мог бы винить их за такой ход мысли, пусть даже это был план одного только Георга. У нас и так напряженные отношения, не следует портить их еще больше.

Таким образом, сейчас мы не могли обнародовать план Георга.

При этом, сам Георг тоже это должен был понимать. Он решил унести эту тайну с собой в могилу, буквально. Упертый… Идиот.

— Эй, неужели не было другого выхода? Это то, чего ты хотел? Запятнать своё имя и совершить коллективное самоубийство вместе с коррумпированными дворянами? — вскочив со стула, я ударил кулаком по решетке. — Куда ты так торопился? Мы могли постепенно вычистить их! То же про Кастора! Он поверил, что ты знаешь, что делаешь, пошёл с тобой до конца и тоже стал предателем из-за этого! У меня были планы на ваш счёт, работа, которую я надеялся вам поручить, а теперь они рухнули! Согласен, было очень хорошо за один присест разобраться с коррумпированными дворянами. Страна хорошо очистилась, наши с Хакуей акции выросли и это облегчит реализацию будущих решений. Но это будет уже без тебя! Ты хоть понимаешь, насколько болезненна для страны потеря таких талантливых людей? Это точно не равноценно нескольким продажным дворянам!

Георг молча слушал меня, закрыв глаза. Я снова ударил по прутьям.

— Ответь, Георг! Тебя все это устраивает?!

— Все так, как должно быть, — спокойно ответил Георг. — Из корней огромного дерева, увядающего и умирающего, как и мое тело, я увижу новую поросль. Я могу лишь молиться, чтобы они хорошо выросли.

— Даже если это свалит огромное дерево?!

— Это радость наблюдать за тем, как вырастает новое сильное поколение. Со временем, вы тоже поймёте, Сир.

— …Пойму?

— Гарантирую, поймёте. Когда у вас с принцессой родиться ребёнок.

Я тяжело плюхнулся обратно на стул. Чувствуя себя выжатым и обессиленным я задал ему последний мучавший меня вопрос:

— Ответь пожалуйста… Этот план ты придумал сам?

— Что Вы имеете в виду?

«Не валяй дурака!»

— Это наша первая личная встреча, и все же ты удивительно высокого мнения обо мне. Ты отдаёшь в мои руки свой план, Лисию, которую ты любишь как дочь, и будущее этой страны. Как не посмотри, это странно. Откуда взялась такая лояльность?

— Разве недостаточно того, как принцесса восторженно описывала Ваши удивительные таланты в своих письмах?

— Нет, недостаточно. Я не могу представить, чтобы ты сделал что-то такое только из-за горстки слов на бумаге. Нет, если уж ты решил принести себя в жертву, то это было бы ради дома Эльфриден.

Если подумать, здесь что-то было не так с самого начала.

С того момента, как я взошел на трон, я словно двигался по подготовленному пути.

Мне внезапно дали трон, доверили всю полноту власти над национальной политикой, отдали Лисию и поручили ей обеспечить легитимность моей власти, а немного позже выкурили коррумпированных дворян. Глядя назад можно увидеть, что все двигалось так, чтобы облегчить мне жизнь. И если предположить, что это чей-то план… Это мог сделать только один человек.

— Этот план был создан по его приказу?

— …Я промолчу.

— Отвечай, что знает он и что заешь ты?

Я ждал ответа, но ему нечего было мне сказать. В темнице воцарилась звенящая тишина. Я понял, что это бессмысленное ожидание может длиться вечно.

— Почему молчишь?

— Уверен, когда придет время — он сам вам все расскажет.

Поднявшись на ноги я вытащил небольшую бутылку и поставил перед Георгом.

— Отравленное вино. Хоть я и не одобряю сложившуюся ситуацию, я не могу позволить публично казнить человека, принесшего себя в жертву этой стране. И… Я предложу тоже тем, кто, как и ты, решил пожертвовать собой ради этого плана.

Возможно, это из-за его харизмы, но в сухопутных силах было немало солдат и офицеров, решивших следовать за Георгом до конца. Его бывший заместитель Беовульф и еще несколько высокопоставленных офицеров потребовали для себя то же наказание, что и для Георга. Даже среди простых солдат, прощенных после войны с Амидонией, были решившие совершить самоубийство перед замком, требуя пощадить своего командира, пришлось их сдерживать и отговаривать. Честно говоря, тошнит уже от этих желающих умереть.

— Благодарю, — беря бутылку, лицо Георга немного расслабилось. На месте грозного воина я теперь видел счастливого старика. Открыв бутылку он отдал ей салют. — Сир, я прошу Вас заботиться о принцессе вместо меня.

— Обещаю. Лисия уже стала для меня незаменимым членом семьи. «Чтобы не случилось, защищай свою семью»… Чтобы ни случилось в будущем, я не изменю этого решения.

Я познал боль одиночества, и я буду защищать свою семью, чтобы ни случилось.

И не важно, насколько это будет нерационально.

— Рад это слышать, — наверное почувствовав мою решимость, Георг удовлетворенно кивнул. — Под тенью травы и листвы, я всегда буду молиться за светлое будущее Королевства Эльфриден, и за счастье и удачу Вашего Величества. Теперь… Простите.

С этими словами Георг залпом осушил бутылку.

Спустя мгновения его тело начало заваливаться на бок, а бутылка выскользнула из его рук и разбилась.

В темнице раздался звук упавшего тела, затем снова воцарилась тишина… На лице лежащего на боку Георга застыла удовлетворенная улыбка.

Я встал со стула и пошел прочь от его камеры.

Сделав несколько шагов, гулким эхом отразившихся в подземелье, я обернулся.

— …Не заставляй меня нести все это.

И я пошел дальше, не оборачиваясь.

На следующий день в новостной программе Крис Тахион одна из новостей началась со слов «Бывший генерал сухопутных сил Георг Кармин покончил с собой в тюрьме».

Утром, через неделю (восемь дней) после нашего возвращения в Парнам.

В правительственном кабинете были слышны лишь скрип моей ручки и шелест подаваемых Лисией бумаг. В Ване я продолжал работать, но по возвращению в Парнам нагрузка только увеличилась.

Теперь, когда система трех герцогов развалилась, мне нужно было срочно реорганизовать армию.

Чтобы быть с Империей на равных, мне нужно было увеличить военные расходы и противостоять угрозе демонов. Иначе говоря, усилить армию. Именно об этом я говорил во время ультиматума трем герцогам — об объединении вооруженных сил.

Глядя на историю другого мира, можно увидеть, что сила армии сильно зависит от ее мобильности. Как быстро можно добраться до нужного места и успеют ли они развернуть необходимую боевую мощь.

Мы смогли одержать сокрушительную победу над Амидонией во многом благодаря тому, что добрались до поля боя раньше противника. Наши войска прибыли на день раньше и успели хорошо отдохнуть, а сражались мы с истощенной марш-броском армией Княжества. Если бы мы прибыли примерно в одно время, мы были бы истощены в равной степени и, хотя силы Княжества все еще были бы в меньшинстве, они могли бы окопаться и бой был бы гораздо сложнее.

Для обеспечения необходимой мобильности нужно было развернуть транспортную сеть, параллельно ликвидировав разделение между флотом, сухопутными и военно-воздушными силами, создать единую командную структуру для оперативного перемещения войск. Это и будут объединенные вооруженные силы.

Запретная армия, сухопутные силы, военно-воздушные силы, флот и, наконец, личные войска дворян, формально считавшиеся частью запретной армии — все будут реорганизованы в единую силу под названием «Силы Обороны Эльфридена (СОЭ)»[✱]Elfrieden Defense Force (EDF). Лично я предполагаю отсылку к одному из названий сил самообороны Японии « Self-Defense Forces (SDF)», но это лишь предположение. В переводе вебки написано иное «Название «Эльфриденские силы обороны» — отсылка к японской игре Earth Defense Force («Земные силы обороны», «Силы обороны Земли»)»..

При организации СОЭ мы опасались сопротивления со стороны всех родов войск, но после восстания сухопутные и военно-воздушные силы потеряли часть своего влияния, да и их временные командиры, Глэйв и Толман, были готовы сотрудничать, так что с этой стороны проблем удалось избежать.

Более того, флот встал на нашу сторону и, следовательно, не потерял влияния, поэтому назначив адмирала Эксель Уолтер верховным главнокомандующим СОЭ мы могли ожидать лишь незначительного сопротивления. Сама Эксель не очень то хотела быть верховным главнокомандующим, но я уговорил ее, пообещав, что это только пока Людвин не наберется необходимого опыта.

Этого было достаточно для флота, сухопутных и военно-воздушных сил, но настоящий головной болью были войска дворян.

Они считались частью Запретной армии, но командование над ними было рассредоточено в руках разных аристократов, затрудняя взаимодействие с ними.

В мире, заполненном опасными дикими зверями и монстрами (хотя до появления демонов последние почти не появлялись за пределами подземелий), ворами, пиратами и разбойниками — в каждом регионе нужны были определенные силы для поддержания порядка.

Поэтому имеющая землю знать содержала личные войска для защиты своих владений. Но из-за экспансионистской политики позапрошлого короля их было слишком много.

В то время заслуги на поле боя были кратчайшим путем к славе и власти, потому дворяне активно набирали в свои ряды простых людей. Набор в войска дилетантов позволял добиваться впечатляющей численности войск, но приводил к снижению их эффективности, так что это была пустая трата ресурсов. В итоге, хоть прежний король Альберт и отказался от агрессивной военной политики, аристократия все еще сохраняла свои многочисленные войска.

И теперь мне нужно было реорганизовать их до необходимого минимума. Люди, имевшие какую-либо гражданскую профессию, получили выходное пособие и освобождались от службы, а стремящиеся войти в СОЭ могли пройти экзамены.

Вообще, заниматься реорганизацией вооруженных сил должны были Эксель, Глэйв, Людвин и прочие штабные командиры, но увидев мои предложения они решили, что у них нет другого выбора, кроме как принять их.

Пока мы с Лисией молча работали, между нами была неловкая атмосфера.

…Нет, вероятно, неловко было только мне. Лисия выглядела нормально.

В тот день, когда я рассказал ей о смерти Георга Кармина, она сохранила бесстрастное выражение лица, лишь тихо сказав «Ясно…».

Не то, чтобы я ожидал истерики. И я не думал, что она начнет меня во всем обвинять. Я знаю, Лисия не такая девушка.

Но я не ожидал, что она сможет работать, как ни в чем не бывало, как будто все нормально. Я думал, что она будет выглядеть хоть немного расстроенной. Ситуация должна была быть для нее болезненной, душераздирающей, но видя, как она ведет себя так, словно ничего не изменилось, я просто не знал, что сказать.

Было бы легче, если бы она набросилась на меня с обвинениями…

«Почему ты не пощадил герцога Кармина?!».

…Да уж. Было бы ничуть не легче.

Достаточно было представить, как Лисия на меня кричит, чтобы начать чувствовать себя подавленно.

Если бы она меня ударила, мы могли бы потом об этом забыть… Нет, единственным, для кого это принесет облегчения, буду я. Вообще, о чем я думаю? После того, что я сказал Георгу на прощание, неужели я не смогу защитить даже сердце самого дорогого мне человека?

— Сома.

— А? Что? — подняв голову, я увидел удивленный взгляд Лисии.

— Твоя ручка замер посреди слова, между прочим.

— …Ох, извини.

«Это никуда не годиться, я должен держать себя в руках. Сейчас я должен вернуться к работе и сосредоточиться на решении стоящих передо мной мелких задач».

Пока я работал с этой мыслью, раздался стук в дверь.

— Войдите, — после моего приглашения, вошла старшая горничная Серина.

— Прошу извинить, приготовления закончены, мы начнем, когда вы будете готовы.

— Верно.

Прекратив работу и надев королевскую накидку я направился в зал для аудиенций. Сегодня день награждения отличившихся в войне с Амидонией.

◇ ◇ ◇

— Глэйв Магна, — начал я. — Благодарю вас за верность и отвагу. В благодарность за это, я поручаю Вам править Ренделом и его окрестностями.

— Так точно. Почту за честь.

— Отлично. Кроме того, пусть и временно, я так же передаю Вам некоторые полномочия Георга как генерала сухопутных сил. Пока они не будут полностью реорганизованы с СОЭ, поддерживайте их боеспособность.

— Так точно. Клянусь, сделаю все возможное, чтобы оправдать доверие Вашего Величества.

После моих торжественных слов благодарности, старик Хэла, Глэйв Магна, низко поклонился мне. Мы не передавали это по вещательной сети, так что я мог не соблюдать особо строгих формальностей, но все же в углу был секретарь, записывавший каждое мое слово, так что я должен был вести себя царственно. Это было важно, так как будущие поколения не должны смотреть на меня с высока, читая это… Так с немного кислой миной сказал Маркс. Честно говоря, мне было все равно, что там про мои слова будут думать люди после моей смерти.

В войне с Амидонией Эльфриден, возможно, и не завоевал никаких территорий, но мы получили огромные репарации. В дополнение к ним, мы получили выкуп за пленных наемников от Зема и конфисковали земли и имущество коррумпированных дворян. Так же, герцогства Кармин и Варгас потеряли свою автономию.

Но несмотря на эти достижения, нам почти не надо было награждать солдат. Большая их часть изначально принадлежала сухопутным и военно-воздушным силам, и наградой для них было снятие подозрений в измене.

Еще были занявшие выжидательную позицию дворяне, чьи войска считались частью запретной армии, но они не участвовали в войне, так что никакой благодарности не требовалось. Они упустили возможность выслужиться, но это была их проблема, не моя.

Вознаграждения полагались лишь для флота и подконтрольной мне части запретной армии. Рыцари получили землю, отнятую у коррумпированных дворян или бывшую частью герцогства Кармин и Варгас, а солдаты более низкого статуса получили просто денежную премию.

Итак, сегодня я лично награждал тех, кто внес наибольший вклад в победу. Обычно давали аристократические титулы и землю, но награждаемые могли попросить и что-нибудь другое, если хотели. Если это было в моей власти как короля и награда была равноценна их усилиям — они бы это получили. Если им нужны были деньги или какие-то редкости — без проблем.

Когда-то один рыцарь попросил в качестве награды право взять в жены принцессу, в которую был влюблен, другой потребовал привлечь к ответственности коррумпированного дворянина. В этой ситуации вы никогда не знали, насколько сумасшедшей будет просьба, это была одна из причин, почему мы не транслировали награждение по вещательной сети.

Список награждаемых был следующим:

Командующий сухопутными силами в битве с Амидонией, Глэйв Магна.

Лорд Альтомуры, тянувший время, чтобы задержать войска Амидонии, Вейст Гарро.

Командир морской пехоты, так же задержавшая войска Амидонии в долине Голдоа, Джуна Дома.

Отправивший нам подкрепление во время битвы за Рендел, вождь темных эльфов из Защищаемого Божеством Леса, Водан Удгард. Отец Аиши.

Адмирал военно-морского флота, Эксель Уолтер. Она должна была бы идти первой в списке, однако она отказалась от своих заслуг ради того, чтобы двое Ваграсов получили шанс помилования на суде, так что награды ей не полагалось.

Прежде чем вручать награды, я официально назначил Аишу, моего самопровозглашенного телохранителя, на должность кочиджи.

До этого она официально считалась нанятым мной наемником, теперь же она была рыцарем с государственным жалованием.

Кстати, название этой должности — это небольшая игра слов на японском. Она берет начало от прозвища Ксу Чу, телохранителя Цин Цао, сильного, но простодушного человека, которого прозвали «Глупый тигр», или «простак, сильный как тигр». В оригинале это прозвище на японском читается «Кочи», но я заменил его на иероглиф «восточный ветер», звучащий так же.

…Не то, чтобы мне нужно было зацикливаться на этих значениях. При переводе с кандзи на язык этого мира все равно останется просто непонятное никому слово.

При назначении на эту должность я так же дал Аише перчатку из сокровищницы, зачарованную на уменьшение физического и магического урона (кажется, она называлась «Перчатка Железной Стены»). Конечно, было бы логично дать телохранителю щит, но Аиша сражается гигантским двуручным мечем, щит ей был бы бесполезен.

Ее реакция так же заслуживает упоминания:

— О-ох… Ваше Величество… С-спасибо огромное! — невнятно пробормотала она сквозь слезы, прижимая перчатку к груди.

…Я, конечно, рад видеть ее счастливой и все такое, но не слишком ли это бурная реакция?

Окружающие тоже смотрели на нее с усмешками.

Вернемся к награждению.

— Вейст. Ты хорошо послужил мне, отвлекая амидонцев. Пожалуйста, продолжай работать на благо своих земель как лорд Альтомуры. Кроме того, я рассчитываю поручить Вам управление Венетиновой, когда строительство будет завершено.

— Да, Сир. Может я и слаб, но буду стараться.

Было решено, что Вейст по совместительству будет лордом Венетиновы, строящегося прибрежного города. Его изначальные владения располагались в плодородных землях, так что у него есть и влияние среди торговцев, и опыт. В войне он сыграл важную роль, изображая из себя труса перед Гаем и Юлием.

Далее мне предстояло вознаградить Водана Ударда, отца Аиши, приславшего подкрепления во время битвы за Рендел.

Для нас с Хакуей это подкрепление было приятным сюрпризом. Мы знали о силе темных эльфов, но думали, что они сейчас заняты восстановлением после оползня и им не до внешних проблем, так что даже не посылали запрос. Но вопреки нашим ожиданиям, Водан и его люди прислали войска. Думаю, помощи попросила Аиша, как раз тогда находившаяся в Защищаемом Божеством Лесе.

Судя по рассказам Хэла, без помощи темных эльфов мы бы понесли существенно больше потерь в ходе той безрассудной атаки пушками коррумпированных дворян. Поистине счастливое стечение обстоятельств.

Подойдя к Водану я пожал ему руку и поблагодарил:

— Примите мою благодарность за то, что послали подкрепления в это трудное время.

— Не стоит, мы лишь возвращали долг. Во время стихийного бедствия возглавляемые Вашим Величеством спасатели напомнили нам о важности связи с внешним миром.

— Рад это слышать. Это еще раз доказывает, что эту страну строят множество рас. Если у Вас есть желание, только скажите.

— Мы и так перед Вами в неоплатном долгу, — Водан покачал головой. — Посылаемая Вами после оползня гуманитарная помощь и была наградой нашим войнам. Большего мы от Вас не можем желать.

— Пожалуйста, не скромничайте. Без Вашего решения этих подкреплений не было бы. Если хотите, мы могли бы, например, высадить деревья возле Леса, увеличив его территорию.

— Благодарю за предложение, но лес хорош как есть.

«Хмм… Я в тупике», — подумал я. Мне хотелось как-то выразить Водану свою признательность, но чтобы я не предлагал в качестве награды — он отказывался.

— Вы действительно ничего не хотите?

После этого моего вопроса Водан задумчиво посмотрел на меня и сказал:

— …В таком случае, у меня есть к Вам одно пожелание.

— Назовите. Если это в моей власти — я это выполню.

— Что же… Вы возьмете в жены мою дочь?

— Отец?! — удивленно вскрикнула стоявшая немного позади трона Аиша.

«Его дочь… Он говорит про Аишу, да?».

— Я вижу, что моя малышка, никогда прежде не интересовавшаяся ничем, кроме еды и боя, выросла в прекрасную женщину. И эта перемена произошла из-за ее чувств к Вам, Сир. Могу я попросить Вас взять ее в жены?

К разговору немедленно подключился мой камергер Маркс:

— Сэра Водана называют вождем и главой деревни, по статусу он дворянин, а Защищаемый Божеством Лес — его владения. Вы можете взять его дочь Аишу в качестве второй основной королевы.

Маркс сегодня присутствовал вместо приболевшего пример-министра Хакуи.

Я уже упоминал об этом, но в Эльфридене можно было иметь несколько основных и дополнительных королев.

Изначально была только одна основная королева, а остальные были либо дополнительными, либо наложницами (любовницами) без власти, но несколько поколений назад один из королей сказал «Я не хочу называть наложницами своих любимых».

…Должно быть, он был очень любвеобильным человеком.

В результате, прежде дополнительные королевы стали основными (прежняя основная королева стала называться «первой королевой», следующие за ней были «второй основной», «третьей основной» и так далее, чтобы отличать их), а прежние наложницы были возведены до ранга дополнительных королев (также с нумерацией), эта традиция существует и по сей день.

Раз уж об этом зашла речь, позвольте объяснить разницу между основными и дополнительными королевами.

Чтобы стать основной королевой, леди должна была принадлежать к сословию не ниже рыцарей и аристократов. Леди более низкого статуса могла стать основной только если ее принимали в какую-нибудь семью, отвечающую требованиям. Дополнительным же королевам это не требовалось.

Право наследования имели только дети основных королев. Линия наследования определялась не порядком рождения, а порядком королев: дети первой королевы, дети второй основной королевы и так далее. Хотя в случае большой разницы в возрасте порядок могли изменить.

С другой стороны, любая женщина могла стать дополнительной королевой (даже рабыня или проститутка), но их дети не имели права наследования. Впрочем, они все еще оставались членами королевской семьи, из-за чего рыцари и дворяне стремились создать кровное родство с королевской семьей, заключая браки с такими детьми. Определенно, это была одна из форм брака по расчету.

Положение дополнительной королевы не давало никакой власти, но и ответственность была значительно меньше, и дополнительные королевы были во многом более свободными в своих действиях, в некоторых пределах, конечно. Для простых не амбициозных женщин это было хрустальной мечтой.

Но… Аиша моя вторая основная жена…

— Для вас это награда?

— Как отец, я испытываю сложные чувства… Но она, кажется, мечтает об этом, а отец всегда хочет исполнить желания своей малышки. Кроме того, жители Защищаемого Божеством Леса все чаще смотрят на внешний мир и, думаю, им будет полезно будет увидеть свадьбу дочери вождя и короля. Это не только укрепит связь королевского дома с Защищаемым Божеством Лесом, но будет символом единства людей и темных эльфов.

Значит, это не только ради его дочери, но и по политическим соображениям.

Для меня укрепление связей с Защищаемым Божеством Лесом тоже было выгодно, так как я получу в свое распоряжение элитных лучников, показавших свою силу под Ренделом.

Нет, даже отбросив прагматизм в сторону… Аиша — славная девушка. Если честно спросить себя, хочу ли я взять ее в жены… Да, хочу.

Возможно, она была чрезмерно преданна мне, но это выглядело скорее непосредственно. Хотя у меня было чувство, что я приручил ее едой.

Не приходилось ждать от нее многого в области политики, но она компенсировала это воинской доблестью. И она определенно была из тех женщин, с которыми просто приятно быть рядом.

«Но… Это нормально?»

Я снова сел на трон и посмотрел на стоящую рядом Лисию.

В свое время я сказал ей, что наша помолвка временная и ее можно в любой момент разорвать, но после войны с Амидонией я изменил свое отношение к этому вопросу.

По моему приказу люди убивали и умирали. Для моей кармы это был слишком тяжелый груз и я не думаю, что смогу вернуться к обычной жизни.

Я не мог оставить трон и эту страну.

То же касается наших с Лисией отношений. С нашей первой встречи мы преодолели немало боли и трудностей. Я не мог и не хотел разрывать нашу помолвку. Если Лисия будет моей королевой, я согласен быть королем.

«Но эта ситуация — другое дело».

Хоть я и решил быть королем, я не был уверен на счет более чем одной королевы. Лисия, Маркс и даже Джуна неоднократно говорили мне, что все в порядке и это нормально, но как человек, придерживающийся моральных взглядов современной Японии я колебался.

…Ну, не то, чтобы я считал невозможным любить нескольких женщин. Я не настолько самонадеян, чтобы критиковать чью-то точку зрения. Но я решил, что давать немедленный ответ было бы нечестно по отношению к Лисии.

«Я словно изменяю ей…».

Посмотрев на меня Лисия поняла, что я не нахожу слов и раздраженно сказала:

— Сома, тебе следует жениться на Аише.

— Следует?.. Лисия, тебя это устраивает?

— У меня нет причин быть против, да и Аиша и ее отец сказали тебе, что все в порядке, не так ли? На самом деле, будет больше проблем, если ты сейчас не возьмешь ее в жены.

— Ты о чем?

— Сома, ты — король. Может возникнуть ситуация, когда тебе будет необходимо брать в жены дочерей крупных дворянин или принцесс соседних стран в интересах внутренней или внешней политики. Я тоже должна к этому готовиться, а значит среди основных королев у меня должны быть те, кому я могу доверять, — озвучила Лисия свою прагматичную позицию.

— Нет… Но… В смысле…

Видя, что я все еще колеблюсь, Лисия вздохнула.

— Сома, ты способен принимать решения о будущем страны, висящей на волоске, но ты невероятно нерешителен в отношении женщин.

— Ух…

— Ну что с тобой делать… Аиша!

— Д-да! — подпрыгнула от неожиданности темная эльфийка, стоявшая на месте телохранитель и с тревогой наблюдавшая за развитием событий.

Лисия решительно направила на нее палец.

— Я не откажусь от роли первой королевы, ясно? Ты же будешь второй основной королевой, понятно? Если тебя это устраивает, меня это тоже устраивает. На самом деле, я даже буду этому рада.

— Д-да! Если это позволит мне быть рядом с Его Величеством!

Лисия кивнула Аише и сказала, глядя мне в глаза:

— Я обо всем для тебя договорилась. Теперь… Сделай все как следует.

— …Верно, — медленно произнес я.

Да уж.. Я словно видел, как рушиться будущий баланс сил между нами. Лисия настолько решительна.

Я не могу продолжать мямлить.

Я подошел к Аише. У этого бесстрашного на поле боя воина сейчас неуверенно дрожали глаза.

«Боже, не смотри на меня такими глазами».

— Аиша.

— Д-да!

— Так… Ты выйдешь за меня замуж?

— Да! — резко выдохнула она. — С превеликим удовольствием!

Я воздержался от шуток на тему того, что она ответила как официант в японском ресторане. Мое лицо словно горело от смущения. Среди окружающих меня улыбок лицо сэра Водана отражало противоречивые чувства отца.

Я снова обратился к нему, в этот раз используя не королевский тон, а более уважительный, как подобает обращаться к старшим:

— …Вот как то так все обернулось. Что же, позже я встречусь с вами, чтобы официально поприветствовать вас, отец.

— Да. Я буду ждать. Сын, — ответил он с улыбкой.

Таким образом, Аиша стала моей второй женой.

И когда мы определились с второй основной королевой, Маркс облегченно выдохнул:

— Наконец то у меня с души упал один из камней.

Он был очень обеспокоен малым количеством членов королевской семьи, вызванный кризисом престолонаследия предыдущего поколения. Поэтому, хотя мы с Лисией еще не были в официальном браке, он постоянно приставал ко мне со словами «больше жен, больше детей». Похоже, его даже не очень волновало, если бы они были зачаты вне брака.

Ладно… А что мне делать с недавно созданной должностью кочиджи? Я не мог использовать одну из королев как своего личного телохранителя.

В прочем, когда я сказал об этом Аише:

— Предоставьте это мне! Даже став Вашей женой, я всегда буду защищать Вас, Сир! — ответила она с широкой улыбкой, так что я решил оставить все, как есть.

Я решил, что все в порядке, потому что знал, что если Аиша что-то решила — она будет непреклонна. Но ранее счастливый Маркс схватился за голову — только что появившаяся вторая основная королева приняла на себя довольно опасную должность. У него появился новый повод для беспокойства.

Джуна наблюдала за происходящим со слегка одинокой улыбкой, значение которой никто еще не понимал.

«…Джуна, ты…».

Кроме Эксель.

После весьма щедрого награждения Водана, наконец настала очередь Джуны.

После нескольких слов благодарности, я спросил:

— Есть ли у Вас какие-то пожелания, которые я мог бы исполнить?

Конечно я ожидал, что она попросит передать ее достижения Эксель. Чтобы спасти Кастора и Карлу, Эксель пригодятся дополнительные заслуги к своему имени. Джуна была заботливой, я был уверен, что она сделает это из уважения к Эксель.

Глядя мне в глаза, Джуна начала говорить:

— Ваше величество, я прошу, чтобы все мои…

— Могу я сказать? — прервала ее Эксель. — Простите, что прервала. Я прошу разрешения говорить.

— Хм?.. Можно.

— Спасибо, — Эксель поклонилась и начала медленно говорить. — Как Вам известно, Ваше Величество, Джуна Дома — моя внучка. Ее отец, мой сын, через женитьбу вошел в семью купцов Дома в Лагуна-Сити. Другими словами, Джуна — простолюдин.

Я слышал об этом, когда Джуна рассказала мне о своей бабушке. Но почему Эксель сейчас об этом заговорила?

Эксель продолжила:

— Я дала ей воинское звание и она моя внучка, но это не меняет того факта, что Джуна — ребенок из обычной семьи. Она не связанна ни с одним благородным домом.

— …К чему вы клоните, герцогиня? — спросил я.

Следующие слова Эксель сказала не мне, а Джуне:

— Я уверена, что ты хочешь использовать свои достижения ради меня, но в этом нет необходимости.

— Но, бабушка…

— Все в порядке, — покачала головой Эксель. — Ты не связанна с домом Варгас и не должна использовать свои достижения ради людей, которых никогда даже не встречала. Использую этот шанс ради себя.

— Бабушка…

— Я не могу жертвовать счастьем одной своей внучки ради зятя и другой внучки. Не беспокойся об этом. Назови твое желание, — сказала Эксель, Ласково глядя на свою внучку.

Джуна опустила глаза и, казалось, внутренне напряглась. Через несколько мгновений она решительно посмотрела на меня, шагнула вперед и преклонила колено.

— Ваше Величество, у меня есть просьба.

— …Чтобы это могло быть?

— Если возможно… Как и Аиша… Я хочу продолжать петь для Вас.

Может, она имела в виду… Нет, без сомнений она хочет, чтобы я взял ее в жены.

— Сир, — радостно заговорил Маркс. — Вы можете взять мисс Джуну Дому как дополнительную королеву. Если же вы хотите взять ее как основную королеву, ее сначала должны принять в благородную или рыцарскую семью.

Он был более, чем счастлив появлению еще одной потенциальной королевы.

Я вопросительно посмотрел на Лисию и она кивнула, соглашаясь.

Но…

— Прости, это невозможно, — я дал четкий отказ.

Лисия от удивления широко раскрыла глаза.

— Что?.. — спросила Эксель, умоляюще смотря на меня.

Джуна продолжала стоять на одном колене глядя в пол, так что я не видел ее лица.

Атмосфера мгновенно стала чрезвычайно тяжелой… Надеюсь, они позволят мне закончить то, что я должен был сказать.

— Я не могу сделать этого сейчас. Вы — сердце проекта «Лорелея», музыкального шоу для вещательной сети. Вы — Прима Лорелея. Люди без ума от Вас. Как вы думаете, что произойдет, если будет объявлено о нашей помолвке? Начнутся массовые беспорядки.

Кажется, мое объяснение немного успокоило окружающих. Они знали про регулярно присылаемые народным собранием просьбы «пожалуйста, чаще показывайте Джуну по вещательной сети».

В моем прежнем мире, когда выясняли, что у идола был любовник — среди фанатов вспыхивало пламя негодования, сейчас же я беспокоился, что Парнам может постичь та же участь, только пламя будет не метафорой. Пылающее завистью королевство… Да, не стоит о таком шутить[✱]В Японии культура айдолов очень странная. Айдолами называют молодых девушек и парней, выглядящих как подростки. Их позиционируют как светлый и чистый идеал и недосягаемый предмет любви неистовых поклонников. Очень странно отношение к «чистоте»: идолам запрещено встречаться с противоположным полом. Поэтому нередки «бойфренд-скандалы» — публикация в прессе разоблачительных материалов о романтических отношениях идола. За скандалом может последовать неожиданный уход со сцены..

Вот поэтому я сказал:

— Джуна, ты согласна немного подождать?

Она охнула.

Увидев ее лицо я понял, что должен сказать что-то еще.

— Мне нужно твое влияние как Примы-Лорелеи для развлекательной передачи. Я прошу тебя пока что остаться певицей для народа. Когда мы найдем достаточно исполнителей, чтобы держать передачу на плаву, клянусь, я возьму тебя в жены.

— Я с нетерпением буду ждать этого дня, Сир, — сказала Джуна, вытерев слезы. Теперь на ее лице была улыбка счастливой, чистой и невинной молодой девушки.

В тот же день, когда временный король Эльфридена обзавелся еще двумя невестами, в другом месте два человека разговаривали по вещательной сети.

Напротив премьер-министра Эльфридена Хакуи Квонмина на экране простого приемника проецировалось изображение младшей сестры императрицы Марии из Империи Гран-Кэйос, Жанны Эйфориа.

— Сигнал четкий, — сказал Хакуя. — Похоже, присланный Вами простой приемник работает нормально. Мадам Жанна, я благодарю Вас за то, что послали грифона, чтобы доставить его.

— Моя сестра понимает важность горячей линии, о создании которой говорил Сома. С ее помощью Королевство и Империя, при необходимости, смогут быстро координировать действия. Конечно, мы не стали откладывать этот вопрос, — Жанна широко улыбнулась.

После переговоров в Амидонии Жанна передала своей сестре, императрице Марии, предложения Сомы: создать тайный альянс между Королевством Эльфриден и Империей Гран-Кэйос, установить горячую линию для общения между странами, обменяться дипломатами и постоянными представителями, а так же создать посольства для их размещения.

Как Хакуя и предполагал, Мария с радостью одобрила эти предложения (на самом деле она каталась по кровати, счастливо смеясь).

— Я никогда не видела сестру такой. Похоже, она была счастлива.

— Счастлива?..

— Что нашелся кто-то, разделяющий ее систему ценностей… Тот, кто понимает ее, если хотите. В империи таких не много. Людей, способных понять сестру.

— Понимаю.

Восток и запад, Идеалистка и реалист, но все же Мария и Сома понимали друг друга, хоть и казались полными противоположностями.

«Это может быть интересно», — подумал Хакуя.

— Что же, я бы хотела как можно скорее устроить по горячей линии встречу сестры и Сомы.

— Они оба очень заняты и тяжело согласовать их расписания. Давайте проведем встречу, когда все уляжется.

— Да, безусловно.

После они немного поболтали на отстраненные темы (в первую очередь пожаловались друг другу на своих лидеров). В какой-то момент Жанна спросила:

— Кстати, меня некоторое время беспокоит один вопрос. Я вижу позади вас много книг, господин Хакуя, где Вы сейчас находитесь?

— О… Это книги, которые мы взяли у Амидонии в качестве залога. Я хочу, чтобы с многих из них успели сделать копии, прежде чем мы их вернем. Сейчас я занимаюсь их категоризацией.

— Этим занимается сам премьер-министр? — удивилась Жанна.

— Конечно, у меня есть помощники, но это мое увлечение. Я люблю разбирать книги. Я делю их на категории, выстраиваю по порядку, перелистываю одну-две, которые привлекут мое внимание, и чувствую радость от хорошо выполненной работы, глядя на упорядоченную книжную полку. Книги — это человеческая мудрость. Отражение развития страны. Когда я думаю о них, аккуратно расставленных передо мной, доступных для чтения, когда мне заблагорассудиться…

Жанна смотрела на увлеченно рассказывавшего о книгах Хакую широко раскрытыми глазами.

Хакуя Квонмин, гордость Королевства, премьер-министр в черном, один из гениев, чей талант открыл Сома, человек, выставивший князя Амидонии Гая VIII дураком.

После первой встречи у Жанны осталось впечатление о нем как о сдержанном и интеллигентном человеке. Но сейчас он говорил о книгах с сияющим взглядом мальчика. От этой перемены у Жанны что-то екнуло в груди.

— …Так вы любите книги?

Хакуя вернулся в реальность. Он быстро принял свое обычное спокойное выражение лица, лишь кончики ушей были немного красными.

— …Простите, я увлекаюсь, когда речь заходит о книгах.

— Хи-хи, кажется я увидела Вас с неожиданной стороны.

— Неужели это было так неожиданно? Лично я вообще думаю, что библиотекарь из меня был бы лучше, чем премьер-министр.

Хакуя встретился с Сомой лишь благодаря своему дяде, без спроса отправившего его на призыв «Если у вас есть талант», секция «талант мудрости».

Он был лучшим в своей секции и удостоился аудиенции у Сомы, на которой он был очарован молодым королем. Решив что, возможно, Сома сможет спасти эту страну от краха, Хакуя добровольно отказался от роли книжного червя и предложил ему свои услуги. А потом он внезапно стал премьер-министром.

Да, он хотел поддержать правление Сомы, но лишь как советник. Однако прежний премьер-министр, Маркс, пошел и порекомендовал его как лучшего премьер-министра. Из-за этого дни Хакуи стали загруженными и он не мог выкроить достаточно времени, чтобы читать любимые книги.

— Хм… А если мы дадим Вам должность главного библиотекаря императорской библиотеки, Вы переедете к нам? — спросила Жанна. — Уверена, в нашей библиотеке больше книг, чем у Эльфридена и Амидонии вместе взятых.

— Ах… Заманчивое предложение, да.

— Но Вы его не примите, верно?

— Уверен, раньше я бы схватился за этот шанс без малейших колебаний.

Но теперь Хакуя начал любить свою напряженную работу. Раньше история была для него тем, что можно найти в книгах, но теперь это было то, что создавал он сам. Служа Соме, направляющему эту страну вперед, он чувствовал себя историческим персонажем. Неплохое чувство.

— Теперь я хочу идти в новую эпоху рядом с Его Величеством и остальными. Однажды мне на смену придет приемник, тогда я стану историком и смогу подробно записать то, что происходит сейчас.

— Спокойная старость, ха… В наше время это может быть непозволительной роскошью.

Скорее всего она права. Времена слишком тяжелые, чтобы мечтать о простой отставке.

Угроза демонов медленно надвигалась с севера, а страны заключали союзы для достижения своих целей или противостояния друг другу. Хакуя не мог бы спокойно уйти на покой, пока остается так много не решенных проблем. Что же касается вопроса, возможно ли решить все эти проблемы — даже со всей своей мудростью Хакуя не знал ответа.

— Что же, я с нетерпением буду ждать нашего следующего разговора, господин Хакуя.

— Да, еще встретимся, мадам Жанна.

После этого Жанна прервала связь.

«Что же…», — Хакуя выдохнул и поднялся на ноги, направившись к книгам Амидонии.

На эти драгоценные книги в Амидонии долгое время не обращали внимания и теперь им была нужна реставрация. Если бы Хакуя не взял их, некоторые из книг могли бы быть потерянны навсегда.

Со вздохом Хакуя взял одну из книг, в этот момент его окликнули:

— Премьер-министр.

В углу комнаты приклонил колено человек в черной одежде. Его лицо тоже было скрыто черной тканью и казалось, что он растворяется во тьме тускло освещенной комнаты.

— Как идут приготовления, — спросил Хакуя.

— Все в порядке, однако… — мужчина, казалось, колебался.

— Что-то случилось? — нахмурился Хакуя.

— Дело в том, что… Мне кажется, что все идет слишком хорошо. Словно в этом представлении есть еще один актер, по чьей воли все происходит.

— Понятно…

Отпустив мужчину Хакуя продолжил пролистывать книгу.

Хакуя взял эти книги не только ради хобби, он хотел найти информацию о знатных домах Амидонии и их возможностях. В конце концов, такие записи должны храниться в архивах столицы. Имея эти книги, можно было добраться до сердца страны.

Он предложил Соме взять эти книги в залог потому, что княжеская семья Амидонии все внимание уделяла военным делам и он надеялся, что они не осознают их важности. Но вопреки его ожиданиям, среди всех книг была лишь одна такая.

Эту книгу он сейчас и держал, она была посвящена недавней генеалогии княжеской семьи Амидонии. Пролистав ее, между последней страницей и обложкой он нашел сложенный листок бумаги.

Развернув листок, Хакуя увидел рисунок маленького зверька с черными пятнами возле глаз, проказливо оттягивающего веко и показывающего язык.

Увидев рисунок Хакуя несколько раз удивленно моргнул, а затем усмехнулся:

— Понятно. Да, в Амидонии должен был быть кто-то такой.

— В чем дело, учитель? — неожиданно спросил кто-то.

Обернувшись, Хакуя увидел недоуменно смотрящую на него Томоэ. Он громко откашлялся чтобы скрыть неловкость от того, что она застала его врасплох.

— Ух, младшая сестра, простите, я Вас не заметил.

— Нет, я только что пришла. Мне показалось, что Вы закончили разговор. Вы выглядите веселым, да? На что Вы смотрите?

— А, это? — Хакуя передал ей картинку с маленьким зверьком.

Томоэ поднесла листок бумаги к лицу, потом отодвинула на расстояние вытянутых рук, затем подняла его к потолку и наконец сказала, склонив голову на бок:

— Вас развеселил рисунок этого животного? Ну, выглядит мило.

— На этом рисунке изображен бронзовый енот, — взяв листок обратно, Хакуя погладил Томоэ по голове. — Говорят, они большие любители подшутить над людьми.

Начало одиннадцатого месяца 1546-го года по континентальному календарю, полночь. На территории, принадлежащий некоему аристократу Королевства Эльфриден.

В поместье дворянина, правящего этой территорией, в темной комнате встретились двенадцать закутанных в темные одежды фигур.

— Что вы думаете об этом вызове? — спросил один из них.

— Из всех аристократов этой страны были приглашены только четырнадцать семей. Вероятно… нацелились на нас.

— Так же есть доклады, что ищейки человека в черном что-то вынюхивают возле нас.

— Значит, цель этого вызова…

— …показать нам пример, без сомнений.

— Показать пример? Это не ловушка? — переспросил один из них истеричным голосом.

— Хе-хе-хе, — сухо рассмеялся другой. — В отличии от коррумпированных дворян, нас они не тронут. Без преступления, за которое нас можно судить, этот король и тот, в черном, ничего не смогут сделать.

— Ясно… Поэтому они хотят сделать это примером для нас.

— Верно. Держать нас в узде, чтобы мы думали «завтра я могу быть на их месте».

— Из трех герцогов двое вне игры, а дворяне, не поддержавшие и не выступившие против короля, сильно потеряли влияние. Если он заставит нас молчать, его уже никто не остановит.

— Хм… Пока все идет по плану короля. Или того, в черном?

— Не имеет значения, чей конкретно это план. Если смотреть на происходящее с другой стороны, это самое лучшее, что король мог попытаться сделать против нас.

— Хех-хе-хе, вы совершенно правы. Вот поэтому мы сейчас должны залечь на дно. Мы должны действовать так, чтобы не рассердить короля, чтобы у него не было поводов наказать нас. Раз на то пошло, мы должны поддерживать то, что он делает.

— Мне эта мысль глубоко неприятна.

— Не имеет значения… Это ненадолго, — сказал тот, что несколько раз смеялся — Как только он избавиться от препятствий, уверен, он начнет вводить свои революционную политику еще быстрее, чем сейчас. А быстрые реформы неизбежно порождают сопротивление, нам будет достаточно немного подтолкнуть нужных людей из тени. И чем больше этих людей он казнит, тем больше людей будут видеть в нем тирана, что породит больше сопротивления.

Остальные лишь согласно кивнули, впечатление его словами.

— Верно. Значит, надолго он не задержится.

— Да. Когда придет время, мы отстраним его от власти и посадим на трон кого-нибудь более податливого.

— И тогда мы сможем жить так, как было при короле Альберте.

— Но сейчас он контролирует почти все, мы не должны подставиться. Нужно выждать и делать то, что требует король. Но когда придет время…

Присутствующие мрачно рассмеялись.

— Но что делать с домами Джабана и Сарацин? У них сменились главы.

— Оставьте их. Если они разгневают короля, он их раздавит, но это их забота, нам не следует вмешиваться.

— Конечно. А теперь, джентельмены, прошу вас следовать намеченному плану.

— Да. За возвращение нашей эпохи.

— За возвращение нашей эпохи.

Они не знали, что из тени за ними наблюдают.

◇ ◇ ◇

Солнечным днем я снова помогала Соме с административной работой.

— Хорошо, — сказал он. Передай пожалуйста эти бумаги Хакуйе.

— Сделаю.

Взяв бумаги я уже собиралась выйти из кабинета, когда Сома меня окликнул.

— Лисия!

Я обернулась, гадая, к чему это могло бы быть. Сома, казалось, хотел что-то сказать, но или не находил слов, или просто колебался, говорить или нет.

— В чем дело?

— Ах… Нет, эм… ничего.

— Хорошо… Тогда я пойду.

Закрыв за собой дверь правительственного кабинета я невольно вздохнула.

Сома, вероятно, хотел поговорить со мной о том, что случилось с Герцогом Кармином.

«Боже… Он не должен винить себя в случившемся».

Я не потеряла самообладание, когда узнала о его самоубийстве. Умер человек, которого я уважала как учителя и практически отца, но я была странно спокойна. Я сама этому удивлялась.

Не то, чтобы я не скорбела о нем. Вообще то, мое сердце словно разрывалось на части, но тем не менее я могла вести себя как обычно. Возможно это потому… потому что я понимала, что все закончиться так и готовилась к этому. К тому, что герцог Кармин выберет погибнуть, забрав с собой всю тьму этой страны. И что Сома примет его решение.

Георг Кармин и Сома Казуя.

Георг Кармин был великим человеком, которого я очень уважала. Сильный и благородный воин, живое воплощение всего того, чем я восхищалась и к чему стремилась. Я уважала его и подражала ему.

Что касается Сомы… Это человек, которого я решила поддержать.

Я жила не особенно задумываясь о любви и романтике, поэтому не знаю, что чувствую по отношению к нему. Как член королевской семьи, я не питала иллюзий по поводу своего будущего брака.

Но увидев улыбку Аиши, ставшей его второй невестой, и улыбку Джуны, когда он сказал: «клянусь, я возьму тебя в жены», я почувствовала легкую боль в груди.

…Да. Это оно. То самое чувство. Я достаточно сильно привязалась к Соме, чтобы испытывать эти эмоции.

В любом случае, это были решения двух небезразличных для меня людей. Даже если это грустно, если это больно — я должна принять их, или я бы наплевала на их решимость. Я решила поверить в них.

Поэтому, услышав о смерти герцога Камина, я не стала вымещать свои переживания на Соме.

Герцог Кармин не хотел навредить нашим отношениям. Поэтому я останусь здесь, с Сомой, как и прежде. Это мой способ отдать дань уважения герцогу Кармину.

Вот что я чувствовала.

Я продолжу верить в Сому. Не важно, какое решение он примет, я его поддержу.

Сегодня состоится суд над герцогом Варгасом и Карлой. Я по прежнему надеялась спасти подругу, но я приму решение Сомы. Каким бы печальным оно не было.

И все же…

«Эй, Сома, почему ты выглядишь так, словно страдаешь больше всех?».

В зале для аудиенций замка Парнам царила странная атмосфера.

Сегодня здесь вынесут приговор Кастору и Карле.

Герцогиня Уолтер в качестве награды за ее вклад в прошедшей войне попросила Сому лично судить их. Для короля было не совсем правильно лично вмешиваться в это дело, но герцогиня Уолтер была готова на все, даже отказаться от всех своих прежних заслуг, так что он решил выполнить ее просьбу.

И теперь Сома будет судить их лично.

Люди расположились примерно так же, как если бы это была обычная аудиенция.

Выше остальных сидел Сома. Он сидел не на обычном троне, а на стуле, который все же выглядел довольно внушительно. По бокам от него стояли мы с Аишей. Раньше Аиша как телохранитель стояла немного позади Сомы, но теперь она была кандидаткой в королевы. Она неизбежно привлекала к себе внимание, отчего чувствовала себя весьма неловко.

Перед нами стояли на коленях со связанными за спиной руками бывший генерал военно-воздушных сил Кастор Варгас и его дочь Карла. Похоже, они смирились со своей судьбой, так как держали спину ровно и спокойно смотрели на нас.

Между нами стояли премьер-министр Хакуя и герцогиня Уолтер, друг напротив друга. Хакуя выступал в роли прокурора, а герцогиня Уолтер была адвокатом защиты. В обычном судебном разбирательстве они бы отстаивали позиции виновны/невиновны, но виновность двух Варгасов была неоспорима.

Поэтому задачей Хакуи было настаивать на положенном наказании, а работой Эксель — постараться как можно сильнее смягчить это наказание. Иначе говоря, об оправдании и речи не было.

Кроме того, за установленным неподалеку длинным столом сидели четырнадцать дворян в ряд. Сома сказал, что его интересует их мнения во время суда.

Их выбрали случайно, но… Так ли это? Они шептались друг с другом и казалось, были знакомы.

«Чтобы нас не ждало, я не удивлюсь», — подумала я. В конце концов, этот процесс запланировал Сома.

Пусть нечасто, но король и раньше иногда забирал дело у суда, но, как правило, в этих случаях вердикт был неоспорим. Такой формат, где король как судья должен был выслушивать доводы сторон, был чем то неслыханным. Таких прецедентов не было и никто не мог предсказать, что сегодня произойдет.

— Начинаем суд над Кастором и Карлой, — негромко произнес Сома.

Хакуя зачитал список их преступлений:

— Бывший генерал ВВС Кастор Варгас и его дочь Карла виновны в том, что несмотря на законную передачу трона Его Величеству воспротивились его власти, отвергли его ультиматум и даже обратили мечи против запретной армии. Это государственная измена, потому я считаю целесообразным наложить арест на их землю и имущество и приговорить их к смертной казни.

Хакуя ожидаемо настаивал на смертной казни.

…Понятно почему. Государственная измена была тяжелейшим преступлением, за которое казнили не только обвиняемого, но и всех его потомков до третьего колена.

В данном случае будет минимальное число жертв, так как Кастор прислушался к совету Эксель и официально разорвал связи со своей семьей, кроме Карлы. Кроме того, учитывая заслуги Эксель на войне, было принято решение о том, что Карл, маленький сын Кастора, от которого тот отрекся и которого приняли в дом Уолтер, унаследует дом Варгас и Город Красного Дракона с окрестностями в качестве феода. Дочь Эксель, мать Карлы и Карла, будет его наставником.

Когда Хакуя закончил представлять требуемое наказание, настала очередь Эксель защищать их и просить смягчения наказания.

С ней это уже обсуждали и ее предложение «в обмен на жизни Кастора и Карлы отдать ее голову или Герцогство Уолтер, за исключением Лагуна-Сити» уже было отвергнуто. Не могло быть и речи о том, чтобы казнить ее вместо них, а если Сома уничтожит последнее герцогство, это может настроить дворян против него.

— Со стороны Кастора и Карлы было глупо учавствовать в этом восстании, — сказала Эксель. — Но, безусловно, они сделали это не для того, чтобы захватить власть. С пути истинного их сбила чрезмерная преданность прежнему королю Альберту и дружба с генералом сухопутных сил Георгом Кармином. Конечно, Сир Альберт официально передал Вам трон и для вассалов должно быть немыслимо сомневаться в его решении. Однако внезапная смена правителя повергла в смятение не только Кастора, но и многих других людей, Карла же следовала за ним, как его дочь. Ни у кого из них не было личных амбиций. Так же, к счастью, ни их подданные, ни солдаты запретной армии не понесли потерь в битве за Город Красного Дракона. Учитывая это, неужели Вы не можете пощадить их жизни?

Поклонившись герцогиня Уолтер закончила озвучивать смягчающие обстоятельства.

Сома слушал ее с непроницаемым лицом.

Было невозможно понять, о чем он думает. Наверное, он специально подавлял свои эмоции.

Выслушав доводы обвинения и защиты, Сома заговорил:

— Кастор, Вам есть, что сказать в свою защиту?

— Нет, — твердо ответил Кастор. — Побежденному командиру нечего говорить. Пожалуйста, можете забрать мою голову.

— …Ясно.

— Прошу об одном. Я начал эту войну, Карла лишь выполняла приказ. Я готов принять наказание за нас обоих, будь то пытки или публичное унижение. Прошу лишь сохранить жизнь Карле.

Хоть и связанный, Кастор поклонился настолько низко, что почти коснулся головой пола.

— Отец! — удивленно воскликнула Карла, увидев действия своего обычно гордого отца.

Сома лишь вздохнул, не меняя выражение лица.

— В битве за Рендел именно Карла возглавляла ВВС, я не могу оставить это безнаказанным. Вы должны были знать о последствиях, поднимая флаг восстания.

— Кх… — Кастор прикусил губу, но больше ничего не сказал.

— Карла, тебе есть, что сказать?

— …Нет, — покачала головой она.

— И это все? Больше ничего не хочешь говорить?

— В таком случае… Я прошу прощения за мою глупость. Лис… Принцесса пыталась нас убедить, но мы не слушали, — с этими словами Карла опустила голову.

В тюрьме Карла сказала, что она не хочет больше причинять нам неприятностей, вынуждать заступиться за нее. Наверное, сейчас она думает о том же.

— Ты не будешь молить о прощении? — спросил Сома.

— Нет, не буду. Судите меня так, как считаете нужным.

— Ясно… — Сома перевел взгляд на сидящих за столом дворян. — Эти люди по недомыслию подняли флаг восстания против меня, действующего короля. Как вы думаете, какое решение уместно для этих глупцов? Я хочу услышать ваше непредвзятое мнение.

Сейчас Сома даже мне показался пугающим. И я почувствовала, что что-то не так. Он говорил так, словно уже все решил, и хоть он и спрашивал их мнения, сквозь строки слышалось «Даже не представляю, что кто-то из вас осмелиться возражать против казни этих изменников, правда же?». Он словно пригласил их наблюдать за процессом, чтобы запугать и приструнить…

Обычно Сома прислушивался к любому мнению и принимал его, если считал правильным, но сейчас он был своей полной противоположностью.

Снова посмотрев на дворян я поняла, что все они принадлежали домам, окруженным темными слухами, но державшихся в стороне от проблем. Может, Сома хочет использовать Карлу и ее отца как пример, чтобы заставить их подчиняться?

Казалось, он демонстрировал им свою силу и говорил «если не хотите оказаться на их месте — повинуйтесь мне». Или такое у меня сложилось впечатление.

Один из дворян встал и громко заговорил:

— Ваше Величество! Вы говорите так, словно их судьба уже решена!

Это был молодой человек примерно одного возраста с Хэлбертом, но более утонченный. Он казался серьезным, но добрым человеком.

— Кто это? — спросил Сома.

— Это глава дома Сарацин, Пилтори Сарацин, — ответил Хакуя.

— Как я понимаю, мы здесь собрались, чтобы определить тяжесть их преступления — продолжил Пилтори. — Если вы просто навяжете нам свою волю, этот суд не имеет смысла!

— Гха-ха-ха, хорошо сказано, юный Сарацин! — другой дворянин поднялся на ноги. Крупный мускулистый мужчина, только начавший проявлять признаки старения, с зачесанными назад пепельно-серыми волосами и густой бородой того же цвета.

— Глава дома Джабана, Оуэн Джабана, — прищурившись представил его Хакуя.

— Премьер-министр в черном, — продолжил Оуэн. — Герцог Варгас защищает эту страну более ста лет, то есть дольше, чем я живу. Возможно ему все еще не хватает зрелости, но я сомневаюсь, что его чувства к этой стране могу измениться. Он восстал против Его Величества не из-за амбиции или корысти, а потому что был готов умереть за свою дружбу с Георгом Кармином.

— Вы говорите, что ему можно простить измену потому, что он пошел на нее из-за дружбы? — спросил Хакуя, пристально смотря на него.

— Нет, нет, — покачал головой Оуэн. — Я не это имею в виду. Трон перешел к Его Величеству королю Соме по всем правилам, так что действия герцога Варгаса можно назвать безрассудными. Это не то преступление, которое можно простить. Однако его уже лишили положения, славы, земли и имущества. Разве не слишком забирать еще и жизни, его и дочери?

— «Простить изменника», вы это предлагаете?

— Я, как не молодой человек, считаю текущее положение вещей прискорбным. Герцог Варгас — это человек, который может командовать военно-воздушными силами еще лет двести-триста. Есть ли в нашей стране хоть кто-то, способный делать это так же хорошо?

Ободренный словами Оуэна, Пилтори присоединился к спору:

— Сир! Вы сами говорили «Если у вас есть талант, я найду ему применение!», не так ли?! Неужели вы легко откажитесь от такого редкого таланта?! Я не могу поверить, что герцог Варгас, обнаживший на Вас клыки из-за доверия своему другу, намного хуже нас, оппортунистически отказавшихся принять чью либо сторону в том конфликте дворян! Молю, прислушайтесь к словам герцогини Уолтер и смягчите приговор!

Выслушав их Сома на мгновение закрыл глаза… а потом приказал:

— Увести их.

Тут же стражники окружили двоих дворян и вывели из зала. Оуэн спокойно повиновался с разочарованным выражением лица, а Пилтори продолжал кричать «Сир! Пожалуйста, одумайтесь!».

Когда их увели, в зале повисла гнетущая тишина. Все затаили дыхание, не в силах вымолвить и слова. Наконец, Сома нарушил молчание:

— Есть еще какие-то мнения?

Мнения остальных аристократов сводились к фразе «казнить обоих»:

— Закон есть закон.

— Если закрыть на это глаза, это будет плохим примером для остальных вассалов.

— От дураков, перечащих Вашему Величеству, нет никакой пользы.

…И так далее. Хотя их слова звучали разумно, было ясно, что они думают «мы не хотим рассердить короля, как те двое».

…

Я… не понимала. Да, оставшиеся дворяне боялись Сомы и им было бы трудно действовать против него, но сравнивая их с теми двумя, которых только что увели из зала, я не могла не задуматься, кто был бы полезнее для Сомы и этой страны.

«…Нет. Не сомневайся в нем. Ты же решила верить в него, несмотря ни на что?».

Я ущипнула себя за бедро. Пока я отчаянно боролась с внутренним конфликтом, я услышала шепот Сомы:

— Это то… что я должен сделать.

«Сома?.»

— Я понял вашу позицию, — Сома встал и высоко поднял руку.

Увидев этот жест, герцогиня Уолтер широко раскрыла глаза, дворяне затаили дыхание а Кастор и Карла смиренно опустили головы.

Сома опустил руку и отдал короткий приказ:

— Казнить их.

Раздался звук рассекающего плоть клинка и льющейся крови.

…А затем, на пол упали двенадцать отрубленных голов.

◇ ◇ ◇

Я искал ответы на вопрос «как быть королем» в книге «Государь» Никколо Макиавелли.

Эту книгу называли «дьявольской книгой» и еще несколько сотен лет после написания она подвергалась нападкам христианской церкви. Наиболее часто осуждались «Глава VIII. О тех, кто приобретает власть злодеяниями» и « Глава XVII. О жестокости и милосердии и о том, что лучше: внушать любовь или страх»[✱]«Государь» (пер. Г.Д. Муравьевой) в библиотеке Максима Мошкова. URL: http://lib.ru/POLITOLOG/MAKIAWELLI/gosudar.txt.

В главе VIII говорилось: «…почему Агафоклу и ему подобным удавалось, проложив себе путь жестокостью и предательством, долго и благополучно жить в своем отечестве, защищать себя от внешних врагов и не стать жертвой заговора со стороны сограждан, тогда как многим другим не удавалось сохранить власть жестокостью даже в мирное, а не то что в смутное военное время».

На этот вопрос Макиавелли отвечает так: «…жестокость жестокости рознь. Жестокость применена хорошо в тех случаях — если позволительно дурное называть хорошим, — когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности, не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных; и плохо применена в тех случаях, когда поначалу расправы совершаются редко, но со временем учащаются, а не становятся реже».

Далее, в XVII главе он рассуждает о том, что «…о людях в целом можно сказать, что они неблагодарны и непостоянны, склонны к лицемерию и обману, что их отпугивает опасность и влечет нажива: пока ты делаешь добро, они твои всей душой, обещают ничего для тебя не щадить: ни крови, ни жизни, ни детей, ни имущества, но когда у тебя явится в них нужда, они тотчас от тебя отвернуться. […] …люди меньше остерегаются обидеть того, кто внушает им любовь, нежели того, кто внушает им страх, ибо любовь поддерживается благодарностью, которой люди, будучи дурны, могут пренебречь ради своей выгоды, тогда как страх поддерживается угрозой наказания, которой пренебречь невозможно». Иными словами, «безопаснее, чтобы тебя боялись, чем любили».

Он так же говорил: «когда государь ведет многочисленное войско, он тем более должен пренебречь тем, что может прослыть жестоким, ибо, не прослыв жестоким, нельзя поддержать единства и боеспособности войска».

В пример он привел Ганнибала: «отправившись воевать в чужие земли, он удержал от мятежа и распрей огромное и разноплеменное войско как в дни побед, так и в дни поражений. Что можно объяснить только его нечеловеческой жестокостью, которая вкупе с доблестью и талантами внушала войску благоговение и ужас».

Конечно, христианская церковь, проповедовавшая любовь и доброту, была рассержена такими словами. «Как можно советовать правителям совершать жестокие поступки, когда они должны править добродетельно?!». В итоге, эта книга была запрещена.

Далее, во многом благодаря устоявшийся репутации «книги дьявола», цитаты использовались без учета контекста, особое внимание уделяя наиболее радикальным утверждениям. В итоге, ошибочные мнения «в “Государе” одобряют жестокость» или «в “Государе” призывают казнить всех, кто Вас не поддерживает» получили широкое распространение. Такие настроения не редки и по сей день.

Однако я настаиваю на том, что Макиавелли никогда не давал четкого определения жестокости.

В главе VIII он действительно говорит: «…тот, кто овладевает государством, должен предусмотреть все обиды, чтобы покончить с ними разом, а не возобновлять изо дня в день; тогда люди понемногу успокоятся, и государь сможет, делая им добро, постепенно завоевать их расположение». Но в исторических примерах Макиавелли никогда не говорит «делайте именно так!».

Так же и говоря о деяниях Ганнибала и его «нечеловеческой жестокости» он не объясняет, что понимает под этой жестокостью.

Итак, что же это за жестокость, которую по славам Макиавелли нужно совершать разом, а не возобновлять изо дня в день? Жестокость, к которой должен прибегать государь?

Во первых, в главе XVII сказано: «Однако государь должен внушать страх таким образом, чтобы, если не приобрести любви, то хотя бы избежать ненависти, ибо вполне возможно внушить страх без ненависти. Чтобы избежать ненависти, государю необходимо воздерживаться от посягательств на имущество граждан и подданных и на их женщин».

В той же главе: «Даже когда государь считает нужным лишить кого-либо жизни, он может сделать это, если налицо подходящее обоснование и очевидная причина, но он должен остерегаться посягать на чужое добро, ибо люди скорее простят смерть отца, чем потерю имущества».

Можно сказать иначе: «Даже если у государя есть справедливая причина, он не должен поднимать руку на на землю, имущество и женщин подданных, а казнь допустима только с надлежащей причиной (то есть, убийства без причины недопустимы)».

Другими словами, когда Макиавелли говорил о «применении жестокости», он ограничивался «убийством тех, для кого есть справедливая причина». Следовательно, насколько допустимы эти убийства в целом? Говорил ли он, как приписывала ему церковь, «убивать всех несогласных»?

Я знаю, мнения людей по этому вопросу разделались, но я думаю, что ответ «нет».

В главе XX сам Макиавелли говорит: «Нередко государи, особенно новые, со временем убеждаются в том, что более преданные и полезные для них люди — это те, кому они поначалу не доверяли.»

Людей, не поддерживавших государя с начала, потом можно было легко завербовав, оказав им помощь в час нужды, после этого они будут отчаянно стараться избавиться от негативного первого впечатления. Потому они будут гораздо полезнее людей, не сопротивлявшихся и рассчитывающих на его благоволение.

В качестве примера в японской истории можно привести свирепого полководца Сибата Кацуиэ, служившего под началом Оды Нобунаги.

Он служил отцу, Оде Набухидэ, а после его смерти перешел на службу к его сыну Оде Нобуюки и поддержал его в борьбе со старшим братом, Одой Нобунагой, но когда Нобунага разбил их войска, Сибата Кацуиэ перешел на его сторону и стал одним из наиболее влиятельных вассалов. Однако если бы его усилия были недостаточны, его бы изгнали, как Хаяси Хидэсада, тогда же сдавшегося Нобунаге. Во многом поэтому Кацуиэ усердно работал.

Возвращаясь к теме «применения жестокости». Что же имел в виду Макиавелли?

Нам нужно обратиться к историческим примерам «правильной жестокости», которые он приводил.

Агафокл, заручившись помощью карфагенян, захватил Сиракузы, убив всех сенаторов и влиятельных людей, укрепил свою власть, а затем успешно отражал агрессию тех самых карфагенян.

Чтобы захватить власть в своем родном городе Фермо, Оливеротто обманул и убил своего дядю, воспитывавшего его как сына, вместе с влиятельными гражданами, а затем правил Фермо. Правда, всего один год, пока его самого не перехитрили и убили.

Что же касается того, кого сам Макиавелли считал идеальным правителем, Чезаре Борджиа, он убивал своих оппонентов, чем укреплял свою власть. Одним из убитых оппонентов был вышеупомянутый Оливеротто.

Это то, что одобрил Макиавелли. В этих примерах мы можем видеть, что целью «жестокости» были люди, в некоторой степени бывшие союзниками убийц.

Сенаторы, которые может и поддержали бы Агафокла, но все равно постаравшиеся бы протолкнуть выгодную им политику.

Отчим, который еще долго не подпустил бы пасынка к власти.

И наконец те, кто решили стать союзником сильного правителя, но при первой возможности, вероятно, начавшие бы действовать в своих интересах.

Именно эти «неудобные союзники», или «потенциальные враги» и были целью жестокости, о которой говорил Макиавелли.

То же можно сказать о «жестокости» в главе XVII, когда он говорил о Ганнибале: «Что можно объяснить только его нечеловеческой жестокостью, которая вкупе с доблестью и талантами внушала войску благоговение и ужас; не будь в нем жестокости, другие его качества не возымели бы такого действия».

Для сравнения, Макиавелли приводит Сципиона. Он мог быть отличным стратегом, но воины предавали его доверие, а мирные жители восставали. Причиной этого было то, что из-за своей мягкости он не мог наказать злоупотреблявших его добротой подданных.

И наоборот, Ганнибал был способен должным образом наказать подчиненных, в итоге из страха они бы никогда не пошли против него, не важно, после победы или поражения.

Таким образом, целью «правильной жестокости» Макиавелли являются союзники, которые в будущем легко могут стать вашими врагами. Так же необходимо упомянуть о другом его утверждении из главы XXI: «Государя уважают также, когда он открыто заявляет себя врагом или другом, то есть когда он без колебаний выступает за одного против другого — это всегда лучше, чем стоять в стороне».

Такова идея Макиавелли.

В общем:

«Не доверяйте оппортунистам, поддерживающим победителя».

…Вот и все.

Макиавелли был политиком во времена, наполненные интригами и предательством. Должно быть, он часто видел, как под ковер прятали чьи-то проступки, которые позже становились источником проблем. Поэтому он и сказал, что источник болезни необходимо вырезать, даже если это «жестоко».

Поэтому я приказал обезглавить этих дворян.

◇ ◇ ◇

Чуть больше десятка человек стояли позади двенадцати обезглавленных тел. Их лица и тела были закрыты черной тканью, напоминая образ ниндзя, а окровавленные мечи в их руках не оставляли сомнений, что именно они обезглавили дворян.

Их внезапное появление и стремительное убийство заставили всех присутствующих нервно сглотнуть. Лишь мы с Хакуей оставались спокойными.

— А?! Сома?! — воскликнула Лисия.

— Сир, назад! — воскликнула Аиша. — А вы еще кто?!

Девушки выхватили клинки и шагнули вперед, чтобы меня защитить, но я положил руки им на плечи.

— Все в порядке. Это мои подчиненные.

— Подчиненные… — Лисия запнулась, — А?

Пока Лисия пыталась понять произошедшее, один из людей в черном подошел к нам. Остальные были одеты в неприметную черную одежду, но он носил впечатляющие блестящие доспехи. Почти два метра ростом с развитым телом, которое не могла скрыть его броня. Ниже шеи он походил на какого-то Темного Рыцаря, в то время как его лицо была закрыто маской, изображавшей тигра.

Преклонив предо мной колено и склонив голову он сказал:

— Господин. Задание выполнено, — его низкий голос вполне соответствовал внешности.

— Это го- Ох! — Лисия начала что-то говорить, но я крепче сжал ее плечо. Она удивленно посмотрела на меня, на что я покачал головой… После чего она спокойно вложила меч в ножны. Похоже, она все поняла.

Эксель, похоже, тоже поняла общую ситуацию. Хотя за ее легкой улыбкой угадывался гнев.

«Я жду… надлежащего объяснения позже» — или как то так говорил ее взгляд. Невероятное зрелище, смотреть на эту злящуюся красавицу. Но я почувствовал, как по спине прошел холодок.

— Аиша, ты тоже убери меч, — я еще раз похлопал не ослабившую бдительность Аишу по плечу.

— Н-но…

— Его зовут Кагетора, «Теневой Тигр». Он возглавляет разведывательное подразделение «Черные Коты», находящееся под моим непосредственным управлением.

После моих слов Черные Коты синхронно подняли мечи, отдавая честь.

В Ване я столкнулся с секретной службой Империи и ничего не мог им противопоставить, поэтому по возвращению я организовал это подразделение под моим руководством для проведения разведывательных операций.

Точнее, я значительно расширил штат агентов, уже работавших на Хакую, улучшил их тренировки и снаряжение, привлек Кагетору с его командирскими качествами, а затем реорганизовал их в подразделение под моим непосредственным руководством

Они были окружены тайнами. Их личности были неизвестны, так же никто не должен был знать, почему члены только что созданного спецподразделения так слаженно действуют.

Самой большой загадкой был сам Кагетора. Он командовал отрядом, словно это были его собственные руки и ноги… Словно он был ветераном, досконально знавшим своих подчиненных, но был ли в этой стране кто-то подходящий под это описание?

Никто не знал, кем он был на самом деле.

— Эм, Сома, — медленно произнесла Лисия. — Кагетора…

— Никому не надо знать, кто он на самом деле, понятно?

— А, понятно.

Лисия все еще была в смятении, но все же кивнула. Я же отдал Кагеторе и Черным Котам следующий приказ:

— Уберите тела и свяжитесь с солдатами запретной армии, ожидающих возле особняков этих дворян. Они должны предьявить обвинения и собрать улики. Если кто-то будет противиться — можно применить силу.

— Как пожелаете, — ответил Кагетора.

Черные Коты тут же собрали тела и ушли. Кагетора же перед уходом снова взглянул на Лисию. После этого Лисия бросила не меня суровый взгляд.

— …Ты ведь мне все объяснишь, да?

— Конечно. С чего бы начать…

— Может, стоит начать с того, почему ты казнил этих аристократов?

— Что же, раз хочешь начать с этого…

И я приступил к объяснению причин этой казни.

◇ ◇ ◇

— Что касается причины их казни, это потому, что они, помимо прочего, были связанны с Амидонией, — сказал я. — Это то, что Хакуя и Георг выяснили независимо друг от друга.

— То есть, они работали на Амидонию? — спросила Лисия.

— Не совсем, — я покачал головой. — Я сказал «помимо прочего». Они были связаны и с Амидонией, и с коррумпированными дворянами, и с нами.

— А? Что ты имеешь в виду?..

— Они были оппортунистами. Они поддерживали тех, кто в данный момент побеждал.

Они старались иметь связи со всеми, чтобы быстро поддержать победителей и избежать проблем.

Когда Эльфриден был в упадке, они сотрудничали с Амидонией, когда разразилась гражданская война, они из тени поддержали коррумпированных дворян, сами оставшись с чистыми руками. Они разжигали беспорядок вокруг тем самым создавая для иллюзию собственной благонадежности. Заботясь только о своей выгоде и безопасности.

— Они обогащались, снабжая бунтарей материальными и людскими ресурсами, а когда они проигрывали — сокрушали своих прежних союзников. Если бы у кого-то возникли подозрения, они провоцировали мятежи где-то еще, чтобы отвлечь на них внимание следственных органов. Похоже, именно так они неоднократно действовали во времена правления твоего отца.

— Нет… — узнав, что подобное происходило во времена ее отца, Лисия не могла найти слов.

— Но по настоящему опасными их делало то, что они сами никогда напрямую не участвовали в восстаниях. Когда преимущество было на нашей стороне, они вели себя почти как верные вассалы, так что было трудно призвать их к ответу. Ведь они действитель делали то, что было правильно в этот момент. Чем сильнее правитель уверен в своей власти, чем больше у него терпения и чем больше он хочет доверять своим вассалам — тем легче ему попасть в эту ловушку. «Если я создам стабильную администрацию, все будет в порядке», или «Не стоит уменьшать число моих союзников», думал бы он.

— Но… Просто приказать их убить?..

— Потому что я не питаю иллюзий о том, что мое правление не будет иметь проблем. Однажды мы будем стоять на перекрестке судеб, и тогда бы они нанесли удар. Я не хочу, чтобы ты, Аиша, Джуна или кто-то еще из дорогих мне людей пострадал от их действий, ведь я потом буду думать «Если бы я только избавился от них тогда…». Если так будет я, наверное, сойду с ума. Поэтому я решил пресечь эту опасность в зародыше.

В «Государе» было сказано: «судьба распоряжается лишь половиной всех наших дел, другую же половину, или около того, она предоставляет самим людям».

Взлеты и падения человека определяются тем, соответствуют ли его действия эпохе, в которой он живет. Но судить об этом будут следующие поколения. Оду Нобунагу и Наполеона при жизни считали гениями, но новые времена растоптали их имена.

Макиавелли сравнивал судьбу с бурлящей рекой.

Мы не можем остановить реку перемен, но если подготовиться, ее течение можно сделать безопаснее. Главное не придаваться слепому оптимизму, а быть решительным и делать то, что должно быть сделано и тогда, когда оно должно быть сделано.

По этому поводу Макиавелли говорит: «натиск лучше, чем осторожность, ибо фортуна — женщина, и кто хочет с ней сладить, должен колотить ее и пинать — таким она поддается скорее, чем тем, кто холодно берется за дело» — хоть эти слова и могут не понравиться феминисткам. Но не будем отвлекаться на его выбор слов, чтобы уничтожить корень проблем здесь и сейчас, я приказал казнить этих дворян.

Выслушав меня, Лисия медленно кивнула.

— Я поняла твои доводы, Сома. Что ты будешь делать с домами Сарацин и Джабана, представителей которых ты приказал увести?

— Позвольте мне объяснить это, — вышел вперед Хакуя. — Прежде, дома Сарацин и Джабана действовали заодно с остальными двенадцатью, но после смерти их прежних глав эта связь прервалась. Действующий глава дома Сарацин, господин Пилтори — замечательный молодой человек, прекрасно владеющий пером и мечом, а глава дома Джабана, господин Оуэн — рассудительный и честный человек с горячей кровью. Можно расчитывать, что они будут служить Его Величеству без притворства. Думаю, это можно было понять по их поведению сегодня.

— …Значит, вы тщательно выбирали, кого казнить.

— Верно. Все казнённые сегодня виновны в разных преступлениях, сейчас наши люди обыскивают их особняки в поиске доказательств. Конечно, не слишком правильно, что мы собираем улики после вынесения приговора, но прошу нас понять, на то были причины, — с этими словами Хакуя склонил голову.

Возможно, он пытался поддержать меня, говоря, что я казнил двенадцать человек не по одним только подозрениям, чтобы не испортить наши с Лисией отношения.

Сама Лисия, похоже, тоже это понимала, потому что не стала развивать эту тему.

— Хорошо, я поняла на счет тех двенадцати, но что было бы, если бы двое оставшихся согласились с тобой, Сома? Ты бы их тоже казнил?

— В этом случае я должен был бы их спровоцировать, — покачал головой Хакуя. — Хотя, если бы они попытались выслужиться перед Его Величеством, как остальные, они вряд ли были бы нам полезны.

— Ты продумал все настолько далеко… — Лисия взглянула на меня потрясенным взглядом.

«Нет, такие планы и чтение причуд человеческих сердец — дело Хакуи. У меня нет такой мерзкой черты характера… Надеюсь».

Увидев, что я отвел глаза, Лисия лишь вздохнула и сменила тему:

— Итак, что будет с Карлой и ее отцом?

— …Я как раз собирался к этому перейти.

Я встал перед связанным Кастором. Он все еще был шокирован тому, что клинок опустился не на его шею.

— Кастор Варгас. Поскольку ты отказался выполнять мой ультиматум и подчиниться, ты виновен в измене.

— …Я понимаю, — Кастор снова склонил голову. После секундного раздумья он склонился еще ниже, на этот раз прижавшись к полу лбом. — Я виновен, но это только мое преступление. Молю, пощадите Карлу.

— Это не тебе решать, — холодно сказал я. — Это твое решение. Твоя измена очевидна… Однако, как говорил Пилтори и Оуэн, я не могу игнорировать более чем сотню лет, которые ты защищал эту страну. Я уже лишил тебя поста, земель, имущества и даже фамилии. Поэтому я сохраню твою жизнь, но не более того.

Я повернулся к Эксель, молча наблюдавшей за развитием событий.

— Кастор останется под твоей опекой. Однако ему запрещено въезжать в свое прежнее герцогство, а также общаться со своим сыном и прежней женой, Акселой. Эксель, проследите за своим зятем.

— Ах! …Да, все будет по Вашему приказу, — со слезами на глазах Эксель должным образом поклонилась.

Когда она поднимала голову, я увидел, как она беззвучно произнесла «Спасибо». Никак не отреагировав, я подошел к Карле.

Хоть ее отец был спасен, Карла сохраняла спокойное выражение лица.

— Карла. Ты виновна в том же преступлении. Более того, у тебя нет послужного списка и сотни лет службы этой стране, как у Кастора. Мне жаль это говорить, но я не могу смягчить твое наказание.

— …Я понимаю, — тихо ответила она.

— П-подождите! Тогда убейте лучше меня! — Кастор в отчаянии снова уткнулся лбом в пол. — Карла обратила свой клинок против Вас по моему приказу! Пусть мой послужной…

— Уведите его.

Пока его тащили из зала, он продолжал кричать «Я готов понести наказание вместо нее!», но я не обязан был его слушать.

Когда шум исчез, я продолжил:

— Ты явно виновна в измене, но будет неправильно пощадить зачинщика, но казнить его дочь. Поэтому я сохраню твою жизнь, но ты будешь жить как раб. Твоими хозяевами будут члены королевской семьи, то есть я и Лисия.

В этой стране вторым по тяжести наказанием был принудительный труд в качестве каторжного раба. Здесь не существовало пожизненного заключения, каторжные рабы, если только им не выдавали амнистию, должны были до самой смерти работать в шахтах. Хотя ситуация Карлы была немного иной, она останется в королевском дворце в качестве абсолютно покорного слуги.

— …Хорошо, — Карла приняла мое решение, слегка кивнув.

Эксель хотела что-то сказать, но сдержалась. Должно быть она тоже решила, что это лучше, чем смерть. Хакуя молча закрыл глаза, Аиша была встревожена атмосферой в зале, а Лисия с непроницаемым выражением лица молча наблюдала за тем, что я буду делать дальше.

— Я позже дам тебе более подробные указания, но сейчас у меня есть один приказ.

— …Как пожелаете.

Я подошел к опустившей голову Карле, присел на корточки и прошептал приказ, так тихо, что услышать его могла только она.

И от этого приказа Карла широко раскрыла глаза.

◇ ◇ ◇

Услышав приказ Сомы, я не поверила своим ушам.

— Если будет нужно — убей меня.

Увидев мое изумление, Сома кивнул и серьезно продолжил:

— Не сейчас, конечно. Но если я стану тираном, нужен кто-то, кто меня остановит С твоими боевыми навыками ты легко сможешь меня убить, не так ли?

«Убить его, если он станет тираном?!. Почему он вдруг мне такое приказывает?!»

— Почему вы это говорите? И почему именно мне?! — прошептала я в ответ.

— Потому что Лисия и остальные, вероятно, не смогут, — прошептал он в ответ с нервной улыбкой. — Я внезапно оказался окружен множеством небезразличных мне людей. Недавно я обручился еще с несколькими девушками кроме Лисии, там стоит одна из них, Аиша.

«Та темная эльфийка теперь его невеста, а я об этом даже не слышала? И Лисия это нормально восприняла? Хотя, зная ее характер, она наверняка думала весьма прагматично…».

— Э-э… Поздравляю?

— Спасибо. Как видишь, у меня появляется все больше людей, о которых я должен заботиться. Само по себе это хорошо, но я с ужасом представляю, что будет, если однажды власть меня развратит и я стану тираном… И тогда, смогут ли Лисия и остальные остановить меня?

— Лисия сможет. Вы же знаете ее характер.

— Сможет ли? Конечно, если я буду распутничать или убивать людей налево-направо, она будет меня ругать, но если у меня будет оправдание, как в этот раз? Отдельные чистки не большая проблема, но если они будут регулярными — значит, я достиг точки невозврата. И в этом случае, сможет ли Лисия и остальные отказаться от меня?

«Это… Нет, вероятно нет», — поняла я.

— Не мне это говорить, но… Лисия в Вас по уши влюблена. Если Вы отправитесь в ад, она будет рядом.

Лисия была слишком серьезной и слишком преданной девушкой. Она будет следовать за Сомой до конца.

— Я знаю, — кивнул Сома. — С Аишей примерно то же самое. Возможно, Джуна смогла бы?.. В любом случае, из-за меня могут пострадать дорогие мне люди. И я этого не хочу. Если из-за моей тирании вспыхнет революция, разгневанная толпа захочет казнить не только меня, но и Лисию и остальных. А я не хочу, чтобы их постигла та же участь, что и Марию-Антуанетту.

«Марию… Кого?»[✱]Супруга короля Франции Людовика XVI. После начала Французской революции была объявлена вдохновительницей контрреволюционных заговоров и интервенции. Осуждена Конвентом и казнена на гильотине..

— Вот поэтому, Карла, если все будет плохо, прежде чем пострадает кто-то дорогой мне, я хочу, чтобы ты меня убила.

— …Я же теперь рабыня. Если я убью своего хозяина, ошейник убьет меня.

— Да. Так что, пожалуйста, сделай это только если будешь во всем уверена. И еще, если мне удастся передать корону следующему поколению, ты получишь свободу.

«Он… Так обыденно говорит эти невероятные вещи».

Сома приказал мне стать клинком, что остановит его, если он станет тираном, хотя это убьет так же и меня. И находясь рядом, я буду якорем, удерживающим его от этого превращения.

— Вы и правда… Безжалостны.

— Я берегу жалость для тех, кто мне дорог.

— Нет. Вы безжалостны по отношению к себе. Хоть Вы сами этого не понимаете.

Я уже думала об этом во время битвы в Амидонии, но он себя совершенно не ценит. Если он не начнет больше заботиться о себе, это станет головной болью окружающих.

«Лисия, тебе повезло полюбить весьма проблемного парня…».

Понятно. Чтобы уберечь счастье моей лучшей подруги, я стану его якорем.

— Я поняла приказ, — я низко поклонилась — Пока не придет день, когда мне придется сделать это, я буду усердно работать и молиться, чтобы этот день не настал никогда.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул Сома. — Сейчас у нас в замке нет работы, предназначенной для рабов, так что пока ты присоединишься к силам горничных… Но… Эм… Что же, подробности тебе объяснит старшая горничная.

Под конец он начал говорить немного неуверенно. Проследив за его взглядом, я увидела красивую горничную лет двадцати, смотрящую на меня со счастливой улыбкой.

Пытаясь понять, что в этой ситуации такого, я увидела, что Лисия смотрит на меня с глубокой жалостью.

«…Э?»

◇ ◇ ◇

Сома, я и Аиша возвращались в правительственный кабинет после окончания суда над Кастором и моей подругой Карлой, как вдруг Сома споткнулся на ровном месте.

— Сома! — воскликнула я.

— Сир! — присоединилась Аиша.

Мы с Аишей потянулись поддержать его, но он успел опереться о стену.

— Я в порядке. Просто немного споткнулся, — сказал он, останавливая нас свободной рукой.

— Но…

— Все в порядке… Я бы хотел немного побыть один.

С этими словами он направился в правительственный кабинет.

Не знаю, где там «в порядке», его лицо в профиль было бледным и нездоровым. Оставшись в коридоре наедине с замершей Аишей, я заговорила:

— Минуту назад он был таким же, как всегда. Как думаешь, что случилось?

— Я не уверена, но…

— Но?

— Он был похож на солдата, вернувшегося из своего первого сражения, — обеспокоена ответила она. — Солдата… что впервые в жизни убил.

— Хочешь сказать, он плохо себя чувствует из-за того, что убил двенадцать дворян? Но Сома сделал это потому, что считал это необходимым, верно? Тогда ему не о чем сожалеть. Кроме того, он пережил свое первое сражение в войне с Амидонией, убил Гая VIII Амидония, а потом приказал казнить коррумпированных дворян. Так что это не было его первое убийство.

В ответ на мои слова Аиша покачала головой.

— Я лишь предполагаю, но бой с Гаем был ситуацией «убей или убьют тебя», да и коррумпированные дворяне без сомнений были его врагами. Но сегодня другое дело, эти двенадцать дворян пока еще ничего не сделали. Даже если он понимает, что их нельзя было оставлять в живых, он сомневается, нужно ли было их убивать. Возможно, в глубине души он не считает это правильным, — Аиша с тревогой смотрела на дверь правительственного кабинета.

«Он не может смириться с этим… Да уж».

…Думаю, Аиша все правильно сказала. Я знала, что Сома пришел из более спокойного мира, в котором для многих стран войны уже были редкостью. В итоге он не хотел, чтобы люди умирали, но он не был настолько оптимистичен, чтобы думать, что сможет разобраться со всеми проблемами без жертв. Поэтому в своих решениях он всегда старался получить максимум с минимальными жертвами.

Это было нормально для правителя целой нации, но в глубине души Сома не был готов принять даже эти минимальные жертвы.

— Аиша, что нужно делать, чтобы поддержать таких солдат?

— Ну… Я никогда не была полноценным солдатом, так что не эксперт в этом… Но я слышала, что лучше всего отвлечь их чем-нибудь.

— Отвлечь?

— Я слышала, что более старшие и опытные сослуживцы устраивают небольшие вечеринки, на которых можно выпить вина и… пообщаться с женщинами. Это такая травма, которую может исцелить лишь время, поэтому лучше всего, чтобы солдаты просто не думали о произошедшем.

«Вино и… Ух. Раз так…».

◇ ◇ ◇

Судебный процесс начался в полдень, а сейчас уже глубокая ночь.

Я лежал на своей постели в правительственном кабинете с выключенными лампами в кромешной темноте.

У меня еще было много работы, но сегодня я решил уклониться от своих обязанностей. У меня не было сил что-то делать, Хакуя это понимал и не настаивал. Мне хотелось просто провалиться в сон.

Но вопреки этой надежде, я продолжал бодрствовать.

Пытаясь занять чем то голову я начал размышлять, оправданна ли была казнь.

Раньше я уже решил, что это оправданно в долгосрочной перспективе. Если бы я оставил их в живых и кто-нибудь пострадал из-за посеянного ими раздора, уверен, я бы сожалел об этом. Так я думал раньше, но сейчас у меня отчаянно щемило в груди.

«…жестокость нужно проявлять разом, а не возобновлять изо дня в день…»

«…государь не должен бояться быть жестоким…»

«…чтобы не быть уничтожены, надо бороться…»

«…перед ликом смерти поздно сожалеть…»

Я снова и снова прокручивал в голове идеи Макиавелли. Но я лишь это искал оправдания.

Раз все равно придется сожалеть о выборе, то лучше выбрать путь, более безопасный для дорогих мне людей. Я думал, что уже убедил себя в этом до суда и сейчас злился на себя за то, что колеблюсь.

Пока я об этом думал, дверь в кабинет открылась. В дверном проеме стояли Лисия и Аиша.

Довольно откровенно одетые.

— А?!

На них были своего рода короткие халаты. По декольте и вырезам на бедрах можно было предположить, что кроме халатов на них ничего больше нет. Падающий на них из открытого дверного проема свет подчеркивал впечатляющую фигуру Аиши и немного более сбалансированную фигуру Лисии, делая их образ весьма соблазнительным.

Для моего уставшего мозга это было чересчур и я некоторое время просто завороженно смотрел на них.

…Если честно, не будь я так подавлен, вероятно, все лишние мысли наверняка вылетели бы у меня из головы. Но сейчас, происходящие казалось мне какой-то неудачной шуткой.

— …Что вы тут делаете? — резко спросил я.

Я сам вздрогнул от своего тона. Нет, мне не стоит так говорить и я знаю это. Я словно вымещаю на них злость.

— Кажется, я попросил немного побыть один, — поправился я, приведя в порядок свой тон.

— Мы не можем оставить тебя в одиночестве, пока ты в таком состоянии, — не обращая внимания на мои слова Лисия села на на кровать.

— П-прошу извинить за вторжение, — Сказала Аиша, садясь с другой стороны кровати.

Слева и справа я мог видеть очаровательные обнаженные бедра двух девушек. В этой ситуации я мог спокойно смотреть лишь в потолок.

— Что… Что вы хотите?

— Ну, эм… Мы хотим отвлечь тебя от тяжелых мыслей, — сказала Лисия.

— Что-что?

— В общем! Можешь делать с нами все, что захочешь! — выпалила Лисия.

— Я… Я в этом неопытна, так что полагаюсь на Вас, Ваше Величество! — добавила Аиша.

«Можешь делать с нами все, что захочешь», «полагаюсь на Вас»… Что они задумали?

— Слушайте… Я сейчас не в настроении.

— Ох… Если бы только здесь была мадам Джуна… — разочарованно пробормотала Аиша.

«Ну, Джуна сейчас занята, оформляя перевод из флота в запретную армию», — я вздохнул. — «Ох, ладно… Уверен, они делают это из беспокойства».

— Кхм, Сома, — пока я думал, Лисия начала ерзать.

— Что?

— Здесь довольно прохладно, можно нам под одеяло?

«Она дрожит, да… Ну, уже почти зима. Конечно им будет холодно в таких нарядах».

Прежде чем я успел сказать, что это не проблема, если они оденутся должным образом — обе уже нырнули под одеяло. Односпальная кровать была весьма тесной для троих, и они неизбежно прижались ко мне. Достаточно крепко, чтобы я чувствовал биение их сердец.

— Фух, а так гораздо теплее, — выдохнула Лисия.

— В самом деле. Так можно и уснуть, — согласилась Аиша.

— Но ведь это не только моя комната, но и кабинет… — я улыбнулся их комментариям, но… Было действительно тепло.

От этого тепла мои тревоги таяли, как туман. Это и есть тепло близких людей? Просто от того, что они рядом, на сердце становилось легче.

Я снова вспомнил, что сделаю все, чтобы их защитить.

— Вы двое.

— Хм?

— Да?

— Спасибо.

После моих слов они улыбнулись.

Наверное от усталости, в том же положении мы в скорости заснули[✱]https://www.youtube.com/watch?v=cC2vKoRSw8c&feature=emb_title.

Сегодня я был в детском саду, некоторое время назад организованном при замке, чтобы работники замка, в основном горничные, могли оставлять здесь детей.

— Король! Поиграй с на-а-ами!

— Король, покатай нас ещё на плеча-а-ах!

На ковре сидели славный мальчик с волчьими ушками лет трёх и человеческая девочка, ещё одна девочка с кошачьими ушками занимала мои колени, раскачивая хвостом.

— Хм, у меня заняты руки, забирайтесь сами.

— Ага! — радостно воскликнули дети.

Двое игравших на полу детей начали взбираться мне на спину. Да, они невероятно очаровательны. Я уже привык, что они регулярно катаются у меня на плечах.

— Хи-хи, дети Вас любят, Ваше Величество, — сказала Томоко, родная мать моей дорогой младшей сестры Томоэ, с улыбкой наблюдавшая за нами, убирая детскую одежду.

Когда мы добровольно-принудительно попросили Томоэ стать приемной дочерью прежних короля и королевы, мы так же поселили ее родную мать Томоко в замке и отрядили ее работать в детском саду. Кстати, маленький мальчик, прямо сейчас хлопавший по моему лицу обслюнявленной рукой в поисках опоры, был ее сыном (и младшим братом Томоэ) по имени Роу.

— Старший брат, я рада, что ты играешь с Роу и его друзьями, но все точно в порядке? Старшая сестра не будет на тебя сердиться?..

Томоэ оставалась здесь помогать матери, когда ей не нужно было договариваться с ринозаврами или что-то подобное. Прямо сейчас она занималась ещё одним ребёнком. Если подумать, ей всего десять лет, но на неё уже можно положиться. Какая же она замечательная.

— Все в порядке, у меня сейчас нет горы работы, а с оставшимся справятся мои живые полтергейсты.

— А, понятно. Значит, ты можешь играть с ними весь день? Здорово, да, Роу?

— Ага! — Роу выпрямившись поднял руки.

Ох, как же мило…

Я очень люблю детей, я могу круглыми сутками смотреть, как они бегают вокруг своими маленькими ножками. Это подстегивает мой инстинкт защитника. Когда-то я помогал бабушке и дедушке читать детям книги в детском саду.

Через некоторое время, пока я играл с детьми…

— Удивительно видеть Вас таким, Господин

Обернувшись, я увидел Карлу. В костюме горничной.

— Вот кто бы говорил.

— Справедливо… — сказала Карла, понурив плечи.

— Униформа горничной тебе абсолютно не подходит.

— Я знаю… Пожалуйста, просто ничего не говорите.

У Карлы, как у драконита, было больше дополнительных элементов тела, чем у людей: драконий хвост, крылья и рожки. Если добавить к этому униформу горничной — будет чересчур необычно.

— Более того, не слишком ли короткая юбка в этом костюме горничной?

— Не… Не смотрите!.. — Карла стыдливо пыталась натянуть подол юбки пониже.

Вообще, горничные замка носили обычную униформу с юбками нормальной длинны, но костюм Карлы больше подошел бы для Мэйдо-кафе[✱]Японские косплей-кафе. Название происходит от английского слова maid — горничная. Одежда юных официанток в кафе напоминает форму горничных средневекового английского поместья. Обязательные элементы стиля — короткие юбки, длинные гетры, передники, заколки и бантики. Юбка и близко не доставала до колен, более того, пышная юбка лишь сильнее подчеркивала ее фигуру.

— Ух… Старшая горничная… приказала мне надеть это… — смущенно пробормотала Карла.

— А. Ясно, я так и думал, что это проделки Серины.

Старшая горничная Серина была талантлива в своей работе, но при общении с милыми молодыми девушками у нее просыпалась садистская сторона личности. Похоже, ей очень нравилось вынуждать их носить смущающие наряды, а потом смотреть, как они мучаются от стыда.

Более того, чем крепче была сила воли девушки, тем больше удовольствия получала Серина от процесса, так что Лисия и Карла были для нее идеальными жертвами.

Да пребудет с вами обеими Будда.

— Но… Неужели прошла уже неделя? Твое обучение как горничной уже закончилось?

— Обу-бучение… Ух… Ох… — Карла обхватила голову руками.

«Нет, серьезно, что с ней? Разве там не должны были обучать базовым навыкам, необходимым горничным?».

— Пл… Плетка.

— Плетка?

— Она пользовалась… плеткой.

— Даже так?!

— Более того, она так зачарованна, что не оставляет следов… А удары приносят не только боль, но и удовольствие…

Это что за плетка?! Такая нужна не чтобы дисциплинировать, а чтобы сломать!

— Старшая горничная говорит: «боль не дает потеряться в удовольствии, а удовольствие позволяет терпеть боль, и так по кругу». Когда я стала рабыней и служанкой я решила, что не позволю себе быть бесполезной и хотела научиться этой работе как следует, но… Эта плетка меня пугает. Возможно, если бы я смогла начать получать от этого удовольствие…

— Горничные — верные псы своего господина. Среди нас нет места извращенной свиноматке, — прервал ее чей-то вежливый голос.

— Ияй! — взвизгнула Карла.

Обернувшись она увидела широко улыбающуюся Серину. Заставить Карлу, бесстрашного воина, так вскрикнуть… Насколько же страшна Серина?

— Сир, что-то случилось? — спросила Серина.

— …Нет, нечего такого.

«Извини, Карла, но под ее взглядом я лучше промолчу. Все будет хорошо, ты не пострадаешь… по крайней мере физически. Про психическое здоровье я не уверен».

— Так вот, Карла, кажется, я просила тебя застелить постель Его Величества в правительственном кабинете, не так ли?

— Нет, гм… Мне было неловко убирать простыни, так что…

— Ты о чем? Если ты называешь себя горничной, то ты должна понимать, что Его Величество и принцесса в конце концов будут [цензура], и тебе придется менять постель, где они [цензура] и [цензура], в [цензура], сохраняя невозмутимое лицо.

— Я…Я надеюсь, вы не будете мне на самом деле это поручать?! — сказала Карла, густо краснея.

Подожди ка, разве нормально так открыто говорить такие вещи обо мне и Лисии? Я вот сейчас чувствую себя крайне неловко.

Томоко тоже оказалась в неудобной ситуации, ей придется отвечать на невинный вопрос Томоэ «Что такое [цензура]?».

«Не говори при детях такие вещи, это может повлиять на их психику!..».

Пока я думал об этом, Серина спросила меня, удивленно склонив голову:

— Кстати, Сир, с Вами все будет в порядке?

— А?

— Просто к Вам кто-то бежит сзади, Сир, — улыбнулась Серина.

После слов Серины я обернулся посмотреть…

— Черт!

Быстро ссадив Роу с плеч я попытался сбежать, но… Меня крепко схватили за воротник.

— Кх.

— Гха-ха-ха! Я Вас обыскался, Ваше Величество!

Снова обернувшись я посмотрел на едва начавшего проявлять признаки старости мускулистого мужчину с зачесанными назад серыми волосами и того же цвета бородой.

Во время суда над Кастором и Карлой он был одним из двух дворян, не испугавшихся меня и продолжавших их защищать. Глава дома Джабана, Оуэн Джабана.

После суда я предложил ему стать моим наставником и консультантом (и тренером боевых искусств). Позже об этом еще расскажу.

Ох, кстати, на счет второго дворянина, Пилтори Сарацина. Когда я рассказал ему о злодеяниях прежнего главы его дома (его отца), он сказал: «У меня нет слов… Не могу поверить, что отец делал такое. Я не в праве просто просить прощения. Я готов служить Вам до конца, Сир. Ради Вас я пройду через что угодно».

Его мышление вполне подходило для серьезного молодого дворянина, поэтому я поручил ему именно ту работу, что он хотел — сложную и ответственную. Работу «постоянного представителя при посольстве Королевства Эльфриден в Империи Гран-Кэйос». Такая концепция для этого мира была в новинку и мы пока не были уверены, что в случае чего его защитит экстерриториальность.

Но вернемся к Оуэну.

Он был из той категории людей, что способны без колебаний говорить правду вышестоящим. По его собственным словам: «Этим старым костям нечего терять. Я собираюсь прожить оставшиеся годы верным себе!».

Хоть он и говорил про оставшиеся годы, я был уверен, что и после смерти он вернется ко мне…

Полезно было держать рядом того, кто может сказать правителю в лицо правду, это поможет мне не сбиться с правильного пути. Конечно, я приказал Карле при необходимости пожертвовать собой и убить меня, но все же хотелось бы дожить до пенсии.

Итак, после небольшого разговора с Оуэном я попросил его помочь мне в обучении, но…

— Гха-ха-ха, Сир! Если Вы свободны от административных дел, просто сказали бы! Давайте-давайте-давайте, начнем сегодняшнюю тренировку!.

— …

По мнению Оуэна, обучение обязательно должно включать в себя физическую подготовку, так что всякий раз как я был свободен от своей административной работы, он начинал «обучать» меня. И если он до меня доберется, это будет означать бег, упражнения и тренировочные бои — все, что есть в меню новобранцев.

— Нет, Аиша меня уже тренирует, так что…

— Вы о чем, Сир? Принцесса Защищаемого Божеством Леса, госпожа Аиша, слишком снисходительна к Вам! С ней Вы тренируетесь лишь с вашими куклами!

— Слишком громко. Да и вообще, используя свои марионетки я, по крайней мере, могу хоть как-то сражаться.

— А что Вы будете делать, если не сможете ими воспользоваться? Ваша жизнь — это жизнь страны. Если на Вас нападет убийца и вы сможете продержаться хоть несколько ударов, пока телохранители добираются до Вас, это спасет Вам жизнь. Эти несколько ударов определят жизнь и смерть нашей страны, принесут ей величие!

Ух… Но он прав, на это мне нечего ответить. Глядя как я опустил плечи Карла, которую Серина тоже держала за воротник, сказала мне с легким сочувствием:

— Вижу, Вам тоже приходиться нелегко, господин…

— И тебе тоже, — сказал я без эмоций.

— Давайте-давайте, Сир! На тренировочную площадку!

— Ты тоже, Карла. Тебе нужно как можно скорее научиться правильно застилать постель.

Итак, нас обоих потащили за воротники в разные стороны.

Спустя несколько дней мы получили сообщение, что в Амидонии вспыхнуло восстание.

◇ ◇ ◇

— Определенно, брат все же не справился, — сказала Ророа.

В небольшой комнате постоялого двора в городке близ Вана первая принцесса Амидонии смотрела но двух собеседников. Один из них, бывший министр финансов Колберт, покачал головой:

— Эта страна потерпела поражение в войне, на переговорах нужно было лишь ограничить ущерб. Думаю, слишком сурово винить Лорда Юлия в этом.

Юлий выглядит холодным и расчетливым человеком, но он высоко ценил финансовые таланты Колберта и они были практически друзьями, отчасти из-за того, что были почти одного возраста. Колберт не мог заставить себя критиковать своего господина и друга.

— Может и нет, — Ророа усмехнулась, увидев реакцию Колберта. — но репарации больно ударят по нашим гражданам. Мы называем этот город столицей, но это лишь один из наших городов, да еще окружающая территория не сильно продуктивна. Разве не лучше было бы оставить его Королевству и избежать этих тяжелых последствий? Потеряв Ван мы не были окончательно уничтожены, и если бы оставили все как есть, Империя и Королевство не стали бы ничего больше предпринимать. В этом случае у нас бы еще оставались карты, которые можно было бы разыграть.

Ророа говорила это таким тоном, словно это были какие-то пустяки, наподобие погоды за окном.

— Не все могут так легко с этим смириться, — Себастьян, ее второй собеседник, пожал плечами. — Люди не руководствуются исключительно математикой прибыли и убытка, у всех есть что-то, чем мы дорожим. У Лорда Юлия одно, У Вас другое… Уверен, и у молодого короля Эльфридена тоже.

— У меня и Сомы?

— Да. Так же, как Дух Амидонии был дорог Лорду Гаю и Лорду Юлию, Вам дороги улыбки мужчин и женщин, жителей Княжества, не так ли? Сможете ли Вы отбросить это, потому что этого требует ваша математика?

— Ясно…

«Точно, это то, что я хочу защитить несмотря на возможные убытки. Интересно, у Сомы тоже есть что-то, что ему дорого и не важно, насколько это прибыльно?».

— Ты же пересекался с Сомой лично, да, Себастьян? — спросила она. — Я видела ту передачу, он мне показался смышленым забавным парнем. А что ты думаешь после личной встречи?

— Что же, дайте подумать… Он выглядит как обычный молодой человек, умеющий прислушиваться к мнению окружающих, а еще он чувствуется как человек, больше всего на свете ценящий близких ему людей.

— Полная противоположность моего старика, — кивнула Ророа. — Ну, тогда еще не все потеряно.

Она по кругу взмахнула кулаком, словно собиралась бросить кости для настольной игры.

— Сработает или не сработает? Думаю, пятьдесят на пятьдесят, что не так уж и плохо. Он будет прекрасным противником в самой крупной игре в жизни этой девицы.

— Принцесса… Вы абсолютно уверены? — Колберт выглядел обеспокоена, но Ророа ответила ему с серьезным видом.

— Мы должны это сделать. Дядя Герман прикроет нас на юге… Но вот на севере ситуация пахнет жареным. Похоже, войска Лунарского Православного Папского Государства притоптали к границе.

Крупнейшими религиями на континенте были культ матери-дракона и Лунарское православие, центром последней было Лунарское Православное Папское Государство, опасное теократическое государство с уникальной системой ценностей. И они могли попытаться что-то сделать с этой находящейся на грани краха страной.

Ророа поднялась на ноги, и хлопнула в ладоши:

— И вот он, поворотный момент. Мы больше не позволим ни брату, ни Папскому Государству, ни Соме делать, что им заблагорассудиться. Мы будем смеяться последними! — гордо произнесла Ророа, выпятив скудную грудь. И мысленно добавила:

«Сома, ты будешь смеяться вместе с нами. Хотя, возможно, твоя улыбка будет немного натянутой!».

Ророа улыбнулась как озорной ребенок, придумавший новую шалость.

Спасибо, что купили книгу «Хроники восстановления королевства реалистом III». На этот раз у меня есть одна страница для послесловия. Итак, как мне ее использовать?

Пожалуй, немного скажу о содержании этой книги. О, и будут спойлеры, так что если Вы читаете послесловие до самой книги, лучше прервитесь и вернитесь сюда после прочтения основной истории.

Итак, этот том включает в себя примерно треть событий, что в веб-версии были обозначены как арка «после войны». В этом томе мы узнали, что Сома собирается делать со столицей Амидонии, завоеванной в прошлом томе, а так же как он поступил с восставшими против него. Надеюсь, эта книга достаточно хорошо показала как светлую, так и темную сторону истории, и я с трепетом думаю, как читатели это воспримут. В конце концов, здесь было немало всевозможных философско-политических идей.

Далее, была чуть лучше представлена девушка, которую можно назвать «сокрушителем серьезности», и которая будет активно учавствовать в истории начиная со следующего тома. Более того, я планирую залатать сюжетные огрехи веб-версии, вызванные неправильным хронологическим порядком глав. Одним словом, буду рад встретиться с вами в следующем томе.

Наконец, я выражаю огромную благодарность Фуююки, снова нарисовавшего для нас эти прекрасные иллюстрации, моего редактора, копирайтера и всех вас, читателей.

Это был Доджемару.

Тайные переговоры Аиши и Джуны

Конец десятого месяца 1546 года по континентальному календарю, замок Парнам.

— Аиша, поставь пожалуйста этот шкаф сюда.

— Хорошо.

Аиша осторожно поставила шкаф в угол комнаты. Шкаф был выше ее и такой тяжелый, что по полу пробежала дрожь, на она даже не запыхалась, пока несла его.

— Спасибо, — Джуна смущенно улыбнулась Аише. — И… Извини, я не должна была заставлять будущую вторую королеву Его Величества помогать мне с переездом…

— А-ха-ха, этой мебели недостаточно, чтобы доставить мне какие-то реальные неудобства. Кроме того, мадам Джуна — однажды вы тоже станете женой Его Величества и королевой, так что наши позиции равны.

Несколько дней назад они были помолвлены с королем Эльфридена Сомой Казуей. Хотя обнародовали пока что только помолвку с Аишей, Джуне придется подождать с этим, пока она закончит с работой айдола.

Объявлено это было или нет, но факт оставался фактом: они помолвлены, и для Джуны в замке Парнам была приготовлена комната. Тем не менее, если бы для переезда позвали кого-то — информация о помолвке могла бы просочиться на публику, так что Аиша использовала свою физическую силу, чтобы помочь с переездом.

— Вроде все. Перерыв? — предложила Джуна.

— Хорошо.

Они сели за стол и попросили одну из горничных принести кипятка, после чего Джуна налила воду в стеклянный чайник с чайными листьями и немного подождала, прежде чем налить две чашки свежезаваренного чая.

— Мне на прощание подарили немного чая в певчем кафе «Лорелея», в котором я некоторое время работала. Такое ощущение, что я куда-то переезжаю из Парнама.

— Так теперь Вы будете жить в замке, Мадам Джуна?

— Да, здесь близко находиться студия вещательной сети и… Мне будет удобнее выступать посредником между Его Величеством и бабушкой.

— Хм… И все? — многозначительно спросила Аиша, потягивая чай.

— Конечно, даже без этих причин я хотела бы жить ближе к Его Величеству, — усмехнулась Джуна.

— Хе-хе, — Аиша услышала именно то, что хотела.

— Ты действительно любишь Его Величество, да? — спросила Джуна, опершись локтями на стол.

— Конечно. Я еще в первую нашу встречу поклялась служить ему душой и телом.

— Но ведь это была клятва верности воина темных эльфов? А когда ты начала думать о нем, как о мужчине?

— Должно быть… Когда беда обрушилась на Защищаемый Божеством Лес, — ответила Аиша с ласковым выражением на лице. — Я уверена в своей силе и не проиграю не одному мужчине, но…

— Понимаю, — кивнула Джуна пока Аиша подбирала слова. Не было бы преувеличением назвать Аишу сильнейшим человеком Королевства, в открытом бою она могла одолеть любого ветерана.

— Но тогда моя сила практически ничего не значила, — покачала головой Аиша. — Я могу прорубить себе путь через любую кровавую битву, но я была бессильна перед мощью природы. Получив весть из деревни я просто стояла и не знала, что делать. И тогда Его Величество сказал «Положись на меня», — Аиша улыбнулась. — он сказал «Пусть я намного слабее тебя, но я могу привести в движение большое количество людей. Так что положись на меня. Пока хоть кого-то можно будет спасти, я буду стараться изо всех сил». Тот, кого я считала намного слабее себя, который нуждался в моей защите — вместо этого защищал меня. Я была так счастлива, а он был таким надежным… Я просто прижалась к груди Его Величества и плакала.

— Да… Понимаю тебя, — Джуна понимала, что кто-то, кого Аиша считала слабее себя, внезапно показал себя сильным (хоть и в другом смысле) и защитил ее. Это ее и покорило.

— Раз на то пошло, я хочу спросить у Вас тоже, мадам Джуна. Вас послала Герцогиня Уолтер, верно? Общаться с Его Величеством сначала было Вашей работой, так когда вы к нему привязались?

— Хороший вопрос. Думаю, меня привлекла его беззащитность.

— Без… Беззащитность?

— Да. Как раз перед ультиматумом, Его Величество был сильно измотан.

В то время Аиша была в Защищаемом Божеством Лесу и только слышала о происходившем, но она знала, что Сома был сильно измотан ментально из-за предстоящего конфликта с тремя герцогами и Амидонией.

— И все же, — сказала Джуна. — Ради Лисии он продолжал делать вид, что все в порядке, наверное, не хотел показывать перед ней слабость. Наблюдая, как он трудиться, как несет бремя этой страны на своих хрупких плечах… Я решила, что во чтобы то ни стало должна его поддержать, неважно как.

— Понятно… Очень в вашем духе, мадам Джуна, — Аиша кивнула и отправила в рот печенье к чаю. — Евфи повуфать, эфо довфовльно уфифивельно…

— Я ни слова не поняла. Пожалуйста, сначала прожуй, потом говори.

— …Простите. Если подумать, это довольно удивительно. Мы любим одного и того же человека, но я влюбилась в его силу, а Вы — в его слабость.

— Все правильно. У людей столько же сторон души, сколько у луны в ночном небе. Сильная сторона, слабая сторона, нежная сторона, жестокая сторона… Уверена, если спросить Лисию, она влюбилась в еще какое-нибудь его сторону.

— Хи-хи, уверена, это так, — улыбнулась Аиша. Затем ее выражение лица стала серьезным и она, наклонившись к Джуне, прошептала: — Кстати, пока мы одни, я хотела поговорить еще кое о чем.

— О чем же? — спросила Джуна шепотом, поддавшись атмосфере заговорщиков. У нее не было идей, о чем хотела поговорить Аиша.

Аиша широко распахнула глаза, как бы воскликнув «Неужели ты забыла?!».

— Это было когда мы с Его величеством вышли погулять по Парнаму в его первый выходной! Мы зашли в певчее кафе, помните, я спросила: «Если нас будет восемь, то каждая сможет быть с ним лишь один день в неделю?», а Вы ответили: «Если приглашать друг друга в наши дни, мы сможем проводить с ним больше времени».

— Ах… Если подумать да, я так сказала, — она действительно это сказала, причем достаточно громко, чтобы Сома услышал — небольшая шутка, чтобы его поддразнить, но похоже, Аиша восприняла ее всерьез.

— Но даже со мной у него всего три невесты, у тебя точно будет больше одного дня в неделю…

— Нет. Его Величество — король, я уверена, у него будут еще жены из политических интересов. Нам обеим стоит договориться обо всем заранее.

— Полагаю, ты права, — согласилась Джуна. Чем больше дней она сможет проводить с Сомой, тем лучше. И вместо слепой веры в светлое будущее, нужно искать возможности. Этому она научилась у своего будущего мужа.

— Но Вам ведь не помешают и дни, когда он будет в Вашем полном распоряжении, не так ли? — спросила Аиша.

— Да. Тогда как на счет составления расписания с учетом нашего физического состояния…

Тайные переговоры продолжались до глубокой ночи.

***

Счастливая семейная встреча Лисии

Конец десятого месяца 1546 года по континентальному календарю, замок Парнам.

Сегодня войска Королевства Эльфриден во главе с временный королем Сомой Казуей, победившего в войне с Амидонией и благополучно прошедшего через переговоры с Империей, триумфально вернулись в столицу, Парнам. Лисия направлялась в комнаты родителей, чтобы встретиться со своим отцом, прежним королем Альбертом, и матерью Элисией.

— Отец, Мама. Я вернулась, — отдав честь она доложила о прибытии.

— Ох… Как я рад видеть тебя дома целой и невредимой, — ответил Альберт.

— Добро пожаловать домой, Лисия, — добавила Элисия.

Сначала Лисия обрадовалась их улыбкам, но потом заметила свою младшую сестру Томоэ, с обеспокоенным выражением лица сидящую на коленях у матери.

— Опять… — вздохнула Лисия. — Отец, Мама… Вы снова пристаете к Томоэ?

С тех пор, как они усыновили Томоэ, они обожали ее и заботились, как о любимой кошке… Хотя учитывая ее расу, как о домашнем волчонке. Лисия предполагала, это потому что она сама в этом возрасте была не «прилежной девочкой», а оторвой. Теперь же у них была та самая милая дочка, которую можно было холить и лелеять.

— Томоэ ведь тоже только сегодня вернулась, — недовольно сказала Лисия. — Проявите немного сдержанности.

— Но мы так давно ее не видели, — сказала Элисия, поглаживая Томоэ по голове.

— Нам было очень одиноко, когда две наши любимые дочурки уехали, — кивнул Альберт. — Разве ненормально, что мы хотим увидеться сразу по возвращению?

— Вы… Вы не видите выражения лица Томоэ?

— С-старшая сестра, все в порядке, правда. Просто это слишком большая честь для меня… — робко сказала Томоэ, пытаясь всех примирить. Наверное, она не хотела, чтобы кто-то из-за нее ругался.

— Томоэ, нельзя им так потакать, — Лисия в смятении покачала головой, массируя виски.

— Разве тебе есть на что жаловаться? — спросил Альберт.

— Думаешь, это смешно? Это вас тут балуют, — парировала Лисия.

— Ну-ну, Лисия, присядь рядом, пожалуйста, — сказала Элисия, ссадив Томоэ с колен.

Немного неохотно Лисия села рядом с ней, Томоэ же села рядом с Альбертом, так что можно было сказать, все семья собралась за столом. Затем Элисия встала и подошла к Лисии сзади.

— Мама?

— О, Лисия, ты в самом деле обрезала волосы, — сказала Элисия, проведя рукой по краю волос Лисии. — Для девушки волосы — это ее жизнь, ты же знаешь. Как ты смогла их так просто обрезать?

— Я… Я в тот момент хотела показать свою решимость… — надувшись сказала Лисия. Если она и немного колебалась с ответом, то потому, что сама понимала: даже если это было нужно, чтобы показать герцогу Кармину ее решимость — это было поспешное решение. Хотя слова Сомы «думаю, тебе очень идет новый образ» ее успокоили, если бы он сказал «было лучше» — она бы сильно расстроилась.

— Но ты ведь носила такую прическу давным-давно, — усмехнулась Элисия, понимая переживания дочери.

— Старшая сестра уже была с такой прической? — спросило Томоэ, на что Элисия кивнула.

— Да. Эта леди в детстве была оторвой и почти никогда не вела себя как девочка.

— Ма-мама! Прекрати! Только не перед Томоэ! — но Элисия приложила палец к ее губам и продолжила.

— Примерно в твоем возрасте Лисия присоединилась к утренним тренировкам рыцарей замка. Я мечтала, чтобы она отрастила длинные волосы, которые я могла бы красиво заплетать, но она заявила: «длинные волосы будут мешать на тренировках» и постоянно их подрезала.

Томоэ восхищенно слушала.

— Такой характер ей достался от матери, — прошептал ей на ухо Альберт. — У меня нет талантов к военным наукам, а вот Элисия в юности…

— Дорогой, ты что-то сказал? — с широкой улыбкой спросила Элисия.

— Н-ни слова! — резко выпрямился Альберт.

Пока Томом улыбалась выходкам окружающих, Элисия продолжила:

— …А в четырнадцать ты ни с того ни с сего начала отращивать волосы. Давно хотела спросить, тебе кто-то что-то сказал в академии?

— Ух… — пробормотала Лисия. Похоже, ее мать попала в точку. — Эм… Одна из моих одноклассниц сказала: «Лисия, ты конечно классная, но совершенно не женственна, знаешь ли», я начала спорить: «Чтобы выглядеть женственно мне всего лишь тоже надо отпустить волосы!..», с тех пор я позволяла им расти. Но все же я не очень беспокоюсь о их длине…

— Но ты была такой красивой со своими прекрасными длинными волосами, старшая сестра! — воскликнула Томоэ.

— А-ха-ха, спасибо, — смущенно рассмеялась Лисия.

— Планируешь их снова отрастить? — с улыбкой спросила Элисия.

— Пока не решила. В смысле, он сказал, что я так тоже хорошо выгляжу.

— Полагаю «он» — это наш будущий зять, — хмыкнул Альберт. — Приятно видеть, как близки вы двое.

Лисия поняла, что сказала лишнее и покраснела.

— Такая юная и невинная, — рассмеялся Альберт. — А всего то пол года назад ты чуть не выбила двери в нашу комнату с криком «Как вы могли решить вопрос о моей помолвке, даже не спросив меня?».

— Я уже не расстроена этой помолвкой, но, для ясности: я все еще не могу смириться с мыслью, что вы сделали это, даже не поговорив со мной! — отрезала Лисия. — По вашей милости это были весьма насыщенные событиями пол года!

— Но вы же смогли вместе преодолеть все сложности? — спросил Альберт, с нежностью глядя на Лисию. — За пол года страна уверенно начала меняться. Уверен, ты не смогла бы сделать это в одиночку, как и наш будущий зять. Пока он прокладывает путь, а ты поддерживаешь его, уверен, вы сможете вести страну вперед.

— Мы сможем… — Лисия не была уверена, что у них с Сомой такие отношения. С тех пор, как Сома занял трон, она делала все возможное, чтобы поддержать его, но все же не была уверена, насколько хорошо у нее получалось. Она не была уверена в себе.

— Ты отлично справляешься, Лисия, — ласково улыбнулась Элисия.

— Мама?

— Ты делаешь более, чем достаточно, чтобы поддержать своего жениха. Я была на троне и знаю, что с большой властью приходит большая ответственность. И это разрушает душу, люди теряют способность беспокоиться о других и, в конце концов, теряют себя. Но с ним такого не случиться. Он выбиваясь из сил восстанавливал эту страну, пережил гражданскую и внешнюю войну, но он все еще заботиться о тебе. Это ведь его подарок, не так ли?

Лисия прикоснулась к чокеру на шее.

— Его душа в порядке. Не знаю, осознает ли он это, но именно ты поддерживаешь и сохраняешь ее.

— Я поддерживаю и сохраняю его…

«Надеюсь это так».

— Спасибо, отец, мама, — на лице Лисии была ласковая улыбка, очень похожая на улыбку Элисии.

***

Сеанс обмена жалобами Жанны и Хакуи

По предложению временного короля Эльфридена Сомы, с помощью вещательной сети была создана горячая линия между Королевством Эльфриден и Империей Гран-Кэйос. Эта горячая линия предназначалась для контакта чиновников обеих стран и для организации встреч между Королем Сомой и Императрицей Марией, но из-за разницы часовых поясов и загруженности делами эту встречу еще не успели провести.

Как результат, если нужно было обсудить вопросы, слишком ответственные для простых чиновников, но недостаточно важные, чтобы изменять расписание лидеров стран — переговоры проводили премьер-министр Хакуя Квонмин и младшая сестра императрицы Марии, верховный главнокомандующий войсками Империи Жанна Эйфориа, а потом они просто отчитывались лидерам о результатах. Потребность в таких переговорах возникала в среднем раз в пять дней.

Сначала обсуждались вопросы, ради которых создавался сеанс связи и за которые нужно будет отчитываться перед Сомой и Марией, потом был обмен мнениями по более мелким вопросам политик обеих стран, а после завершения основной части переговоров они переходили к светской беседе. Хотя эта беседа, как правило, сводилась к высказыванию накопившихся жалоб на лидеров своих стран…

Сегодняшний день был точно таким же, в конце встречи они оживленно обсуждали, что было не так с их господами.

— Эх… Ну почему сестра такая неопрятная?

— Что случилось?

Жанна по другую сторону вымученно улыбнулась, словно говоря «Если расскажу, что ты можешь сделать, кроме как посмеяться?».

— Я уже рассказывала, что моя сестра распорядилась поставить кровать в своем кабинете, как и Сир Сома, да? Как обычно… Хотя сам факт, что это «как обычно» — уже проблема… Как обычно, проснувшись сестра приступила к правительственной работе, но, видите ли, она даже не подумала сменить пижаму на что-то более подходящее! И это в кабинете, в который постоянно заходят мужчины-бюрократы, знаете ли!

— Это… — Хакуя не мог найти слов.

По слухам, Святая Императрица Мария была невероятно красива, и судя по красоте ее младшей сестры это было не преувеличение. Мужчинам-бюрократам не стоит видеть ее в таком виде.

— Ха… — Жанна сново громко вздохнула. — К счастью, сестра спит не в неглиже или чем-то таком же открытом, что выставляло бы ее тело напоказ[✱]В оригинале говорили «Камисоль», это элемент женского гардероба, представляющий собой короткий топ на бретельках свободного покроя или в обтяжку. Я решил заменить на более известный у нас тип ночного белья., но когда я увидела ее работающей в ночном колпаке вместо короны!.. В этот раз я не смогла сдержаться и накричала на нее: «Ты же императрица! Думай немного, как показываться людям!».

— …Понимаю вашу боль.

— Знаю, она несет бремя правления целой державой, поэтому я стараюсь на нее не давить… Но это было просто чересчур… — простонала Жанна.

— Думаю, вы не могли поступить иначе. Уверен, на вашем месте я бы ее тоже отругал.

Вероятно, Жанна чувствовала вину за то, что ей приходилось иногда заставлять сестру что-то делать, хотя она и так испытывала колоссальные нагрузки, но это было необходимо.

Хакуя попытался поддержать Жанну:

— Даже если бы мы были очень великодушными и простили пижаму, ночной колпак — это абсолютно точно перебор.

— Да! То то и оно!

— Голова правителю нужна для короны, — с серьезным лицом сказал Хакуя. — И правитель не должен появляться перед вассалами с чем попало на голове. Если бы я увидел такое — тут же подал бы в отставку.

Мысль, что можно простить пижаму, но не ночной колпак была странной и Жанна немного растерялась. Но в следующее мгновенье расхохоталась.

—Б-ха-ха-ха!.. Вы… Вы правы… Мы определенно не можем простить ночной колпак…

Чтобы подбодрить Жанну, Хакуя с невозмутимым лицом рассказал нелепую шутку.

— У вас и Сира Сомы не бывало такого? — с улыбкой спросила Жанна.

— Его Величество не неопрятен. Скорее, он придирчив и рассудителен. Можно сказать, он почти во всем стремиться к максимальной эффективности. Он потому и решил спать в кабинете, что «так эффективнее». В некотором смысле это еще хуже, мне трудно его за это критиковать, — в этот раз была очередь Хакуи делать кислое лицо.

— Эффективно или нет, он не работает в пижаме, верно?

— Его невеста, Принцесса Лисия, держит его на коротком поводке с подобными вопросами. Работать в пижаме… Да, до такого не доходило, но как-то раз она застала Его Величество спящим в повседневной одежде, чтобы проснувшись не тратить времени на переодевание. Она его разбудила, заставила сесть на пол и прочитала длинную лекцию.

С тех пор Его Величество всегда переодевается в ночную одежду. Временный король, легко игнорирующий неудобные ему нормы и традиции, не хочет снова испытать лекцию принцессы Лисии.

— Хе-хе-хе, они хорошая пара.

— Да, я тоже так думаю, но… — Хакуя словно пытался решить, стоит ли еще о чем то рассказывать.

— Какие то проблемы? — удивленно склонила на бок голову Жанна.

— Не совсем… Кое в чем принцесса сама находиться под его влиянием, — Хакуя думал о Соме и реакции окружающих на его привычки в еде. — Дело в том, что последнее время Его Величество сам готовит себе еду. Получив от мистических волков эти зерна, рис, он постоянно его готовит. А к нему яйца и мисо суп. Он готов есть это каждый день, три раза в день.

— И принцесса Лисия его за это не ругает?

— Нет, — вздохнул Хакуя. — Ей самой нравятся эти блюда.

— Что?!

— Принцесса Лисия закончила военную академию, там она привыкла к простой еде. Думаю, она еще больше Его Величества была бы огорчена, если бы ей навязывали официальные обеды. Что же касается новых кандидаток в королевы, госпожа Аиша жила в Защищаемом Божеством Лесе и будет есть все, что съедобно, а госпожа Джуна простолюдинка и бывший солдат, так что тоже не видит ничего неправильного в такой еде. Я не раз видел, как они с удовольствием едят эти блюда, — Хакуя подавленно опустил плечи.

— Думаю, это хорошо, что они так ладят, — усмехнулась Жанна. — Но Сир Сома — король, несомненно, ему придется взять больше жен и для него может стать проблемой, если новая жена не согласиться на такую еду.

— Именно. Сомневаюсь, что принцесса другого государства или дочь из дворянской семьи легко станет это делать. Вообще, я с ужасом думаю, что будет, если у нас прибавиться любителей такой еды.

— Моя сестра была бы обеими руками за, — Жанна представила, как ее сестра сидит за одним столом с Сомой и есть бесхитростную еду… Да, это весьма подошло бы кое-кому на «Т». — Кстати, не говоря о простоте, как на счет вкуса?

— Что же, однажды я присоединился к трапезе и могу сказать, что вкус весьма хорош. Пропитанные бульоном яйца не уступали лучшим деликатесам. Вкус простой, но глубокий.

— Ммм, звучит восхитительно. Жаль я не смогла попробовать это в прошлую нашу встречу, — Жанна задумчиво кашлянула. — Кстати… Возможно, новую королеву, привыкшую к изысканной еде, можно будет достаточно легко завоевать вкусом этой еды?

— Полагаю, мне стоит это обдумать… — пробормотал Хакуя.

За увлекательным разговоров время сеанса связи незаметно подошло к концу.

— Что же, мадам Жанна. Полагаю, нам пора заканчивать?

— Да. С нетерпением буду ждать нашего следующего разговора, господин Хакуя.

— Как и я, — он сделал паузу. — И я очень надеюсь, что у нас не появиться новых тем, на которые можно жаловаться.

— Не могу не согласиться.

Когда связь прервалась, на лицах обоих можно было видеть грустную улыбку.

***

В лагере беженцев

За стенами столицы Королевства Эльфриден, Парнама, было одно место, где можно было увидеть мини-город, состоящий из лачуг — временные жилища для беженцев из стран, поглощённых Владениями Демонов. Придя сюда еще во время правления прежнего короля Альберта, беженцы выживали, поддерживая друг друга. Для многих стран была актуальна проблема, что делать с беженцами, и решали ее по разному: от призыва в армию и отправки на охрану границы с владениями демонов до использования в качестве дешевой рабочей силы.

Что же до мягкого короля Альберта — он молча не обращал на них внимание. И пока его преемник, король Сома, не успел помочь им интегрироваться, он приказал своему министру по продовольственному кризису Пончо помочь им.

В княжестве Амидония Пончо оказывал экстренную продовольственную поддержку жителям Вана, и здесь он делал то же.

Итак, надев бандану и каппоги (еще одна идея Сомы[✱]Каппоги — японская рабочая одежда, похожая на фартук. Изначально был создан, чтобы предохранять кимоно от загрязнения в процессе приготовления пищи. В отличие от привычного фартука, каппоги имеет ещё и рукава и удерживается с помощью двух полос ткани, завязывающихся за спиной в районе талии и шеи.), как тетушка в годах — он возглавлял раздачу еды беженцам.

— Мы здесь подаем еду, да, — сказал он, стоя перед большой кастрюлей с черпаком в руке. — Сегодня у нас мисо суп мистических волков и суп из свинины с клецками из чарующей лилии. Пожалуйста, постройтесь в очередь и не толкайтесь, не толкайтесь, да.

— Конец очереди здесь, — добавила Томоэ. — Еду раздают не только здесь, не толпитесь.

Пончо помогала Томоэ, которая сама еще недавно была беженцем, а теперь стала приемной младшей сестрой короля Сомы. Кроме Томоэ было не мало других мистических волков, помогавших раздавать еду. Благодаря умению готовить соевый соус и мисо они получили право жить в столице, но они не забывали про лагерь беженцев, какое-то время бывший их домом. Часть денег от продаж соевого соуса и мисо под маркой «Киккоро» они жертвовали жителям лагеря.

— Спасибо за вашу тяжелую работу, Пончо, Томоэ, — сказала подошедшая девушка, получив свою порцию.

Ей было около семнадцати и она была одета в одежду коричневых тонов, напоминающую наряды коренных американцев. Она была энергичной, красивой, здоровой девушкой со смуглой кожей и стройным тренированным телом. Увидев ее, Пончо и Томоэ приветливо улыбнулись.

— Не-не за что, мадам Комаин, да. Давно не виделись.

— Привет, Комаин.

Это была Комаин, младшая сестра негласного лидера этого лагеря беженцев. Приветствуя ее, Пончо снял бандану и начал кланяться, из-за чего она запаниковала.

— По-пончо, не склоняйте голову перед кем-то вроде меня! Это мы должны вам кланяться! Больно видеть, как Вы это делаете!

— Ох!.. Я… Мне очень жаль, да, — Пончо виновато склонил голову. Это поведение было результатом его робости и никакие слова Комаин не могли это исправить.

— Думаю, Вы должны быть более уверенны в себе, — понимая его переживания, она могла лишь усмехнуться.

— Ух… В-вы правы, да. Будь здесь мадам Серина, она бы сказала: «Как уважаемый человек, вы должны демонстрировать больше чувства собственного достоинства», и снова бы расстроилась из-за меня. Ха-ха… — Пончо смущенно улыбнулся. С тех пор, как старшая горничная Серина полюбила еду, которую готовил Пончо, она все чаще вмешивалась в его дела. Это не ускользнуло от внимания Сомы и он регулярно поручал ей помогать Пончо, но сегодня она была занята в замке.

— Серина это Ваша жена? — спросила Комаин, не видевшая Серину прежде.

— Н-н-нет, она мне не жена! — поспешно покачал головой Пончо. — Хотя я действительно сильно полагаюсь на нее, как на коллегу. Из-за моей внешности, я все еще одинок, да.

Услышав его ответ, Томоэ в замешательстве склонила голову на бок. Даже десятилетний ребенок думал, что они не «просто коллеги».

— Правда? — удивилась Комаин. — Ну, знаете, среди девушек в лагере не мало ваших поклонниц.

— П-пожалуйста, не стоит так шутить, да.

Похоже, Пончо решил, что Комаин над ним подшучивает, но она говорила правду. Хоть и говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, с женщинами это тоже работает, и в лагере беженцев было не мало женщин, заочно влюбившихся в него за его блюда. Но из-за неуверенности в себе, Пончо этого совершенно не осознавал, он был «тугой» в этой области. Хотя Комаин находила эту его скромность милой.

— Мы искренне признательны Вам и королю Соме за поддержку, когда нам некуда податься, Вы же знаете. Спасибо огромное.

— Ах! Всегда пожалуйста, да, ха-ха. — Пончо застенчиво рассмеялся на искренние слова благодарности Комаин.

— Ну, я пойду, сообщу всем, что Вы раздаете еду! — улыбнувшись, Комаин поспешила прочь. Отойдя на несколько шагов она еще раз повернулась и помахала рукой Пончо и Томоэ на прощание.

Пончо провожал ее взглядом с улыбкой, но едва она скрылась из виду, его улыбка сменилось задумчивостью. Заметив это, Томоэ спросила:

— Что случилось, Пончо? Ты выглядишь расстроенным.

— Ах, — опомнился он. — Нет… Я просто задумался, что ждет Комаин и остальных.

— Что их ждет?..

— Сейчас мы им помогаем, но мы не можем оставить их в таком состоянии навсегда. Лишь благими делами нельзя править страной. В конце концов, Его Величество, премьер-министр или еще кто-то попытаются решить эту проблему, тогда Комаин и остальным придется принять трудное решение. Когда это время придет, я боюсь, ее улыбка померкнет, да.

«Лишь благими делами нельзя править страной».

Эти слова тяжелым эхом отозвались в ее сердце, но…

— Все будет хорошо, — улыбнулась Томоэ Пончо.

— Мадам Томоэ?

— Старший брат Сома очень добрый, — уверенно заговорила она. — Он не гордый, хоть и король, и всегда заботиться о мне, бывшем беженце. Учитель… Хакуя тоже хороший человек. Может, он таким не выглядит, но я его ученик номер один, так что я знаю, — сцепив руки за спиной, Томоэ посмотрела в сторону замка. — Если они что-то планируют, это точно будет не что-то плохое. Уверена, они придумают что-то, чтобы все в итоге были рады.

Томоэ нисколько не сомневалась в своих словах. Она верила, что те, кого она любила, никогда не оставят беженцев в печали.

— У-уверен, Вы правы, — кивнул Пончо. — Я доверюсь Его Величеству и остальным, да.

— Хорошо!

— А теперь, давайте усердно поработаем с раздачей еды, да! — с этими словами он закатал рукава и поднял черпак.

***

Тренировка горничной

Одним прекрасным днем, ранней осенью…

— Теперь делай то, что я тебе сказала.

— Т-так точно, мэм!

Старшая горничная Серина и Карла, на днях назначенная в отряд горничных, находились в танцевальной студии замка Парнам. Серина вбивала в голову Карлы необходимые для горничной знания.

Они были одеты в униформу горничных, или так сказала Серина — если она была одета в обычную униформу горничных с обычной длинной юбкой, то на Карле было подчеркивающее все изгибы ее тела платье с пышной юбкой, и близко не достававшей до колен. Разумеется, старшая горничная-садистка была невероятно горда выбором наряда, Карла же, надевшая его впервые, стояла красная, как рак.

Сейчас Карла должна была учиться грациозно ходить, для этого она должна была пройти с лежащими на голове пятью большими книгами. Карла смогла с первой попытки пройтись быстрым шагом, от которого небрежно сложенные книги даже не качнулись.

— Хм… Как и ожидалось, прошедшие воинскую подготовку уже обладают некоторыми навыками, — стоящая рядом с плеткой в руках Серина была впечатлена. — Похоже, ты крепкий орешек. Обычно новички долго мучаются с этим уроком.

— Хе-хе, для воина контроль тела — это основа основ, — Карла гордо выпятила грудь, как бы говоря: «Как тебе, а?».

— Не зазнавайся, — Серина слегка щелкнула плеткой Карлу пониже спины, заставив ее подпрыгнуть.

— Ийяй!

Плетка Серины была особым образом зачарована. Она не оставляла следов, а жертва чувствовала в месте удара смесь боли и удовольствия. Удовольствие помогало терпеть боль, боль не давала погрузиться в удовольствие.

— За-за что, старшая горничная?! — со слезами на глазах запротестовала Карла.

— Кажется, я совсем недавно объясняла. Что нужно отвечать, когда тебя хвалят? — строго спросила Карла.

— Ах!.. Вы слишком добры, — Карла спешно сложила ладони на груди и поклонилась.

— Правильно. Горничная всегда должна оставаться скромной.

— Д-да, мэм!

— Хорошо. Возможно будет лучше, если с остальным ты ознакомишься в процессе работы. А теперь я покажу, как правильно заправлять кровать. Идем.

— Да, мэм, так точно! — сказала Карла отдавая честь, чем заработала еще один удар хлыстом.

— Ой!

— Не отдавай честь. Мы служим королевскому дому, но мы не солдаты.

— Я-я поняла, — ответила Карла, потирая некую часть тела, все время получавшую удары плетью.

Выйдя из танцевальной студии они направились по коридору в комнату с кроватью.

— И все же, это немного неожиданно, — внезапно заговорила Серина.

— Что неожиданно? — идущая позади нее Карла склонила голову набок.

— Когда Его Величество поручил мне сделать из тебя горничную, я ожидала большего сопротивления. Раньше уже были случаи, когда выросшая в аристократической семье леди была вынуждена стать горничной. Часто выполнять свою работу им мешала гордость. Может, сейчас ты и рабыня, но раньше ты была дочерью одного из трех герцогов, верно?

— …Была.

— Я думала, мне придется сначала разбить твое высокомерие, но, к сожа… К счастью, мне это не нужно делать.

«Она точно хотела сказать ”к сожалению“, верно?» — Карла почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки. Гордые девушки были идеальными жертвами этой старшей горничной-садистки. Она бы сломила их волю и воспитала как верных собак, готовых выполнить любой приказ господина. Карла с облегчением подумала, что ей повезло не подходить под этот профиль.

— Кажется, ты смирилась с положением горничной? — Спросила Серина, повернув к Карле голову. — Ты была дворянкой и солдатом. Что ты думаешь о своем текущем положении?

— Не могу сказать, что меня ничего не беспокоит, — призналась Карла. — Как горничная, я должна буду выполнять много незнакомой мне работы. Кроме того, я раньше искала славы на поле боя и никогда не интересовалась, как должна вести себя девушка.

Она решила, что все равно не сможет скрыть свои истинные чувства от старшей горничной, так что решила все честно рассказать.

— Значит… Ты недовольна своим положением?

— Нет! Вовсе нет! — спешно быстро опровергла это предположение, и добавила, смущенно почесав щеку. — Я немного сбита с толку, но не недовольна. На самом деле, я благодарна.

— Благодарна?..

— Да. По глупости я совершила страшное преступление, а моя лучшая подруга и тот, кто ей дорог, спасли мою жизнь. Уверена… Им это стоило немалых хлопот.

Это была запутанная ситуация с множеством участников, но в конечном счете Карла все же участвовала в восстании против короля Сомы, за что по закону она должна была быть казнена. Но жизнь Карлы спасли ее лучшая подруга Лисия и король Сома. Они смогли смягчить смертную казнь до жизни в рабстве, более того, ей поручили работу горничной, оправдывая такое не-рабское назначение словами «в замке не предусмотрено работы для рабов». Карла не сомневалась, что было очень непросто все так обернуть.

— Быть может, я больше не могу служить им как солдат, но я готова служить в любом другом качестве, какое только возможно. Вот поэтому я стараюсь как можно быстрее и лучше освоить работу горничной.

— …Прекрасное стремление, — тон Серины стал немного мягче. Вероятно, она испытывала решимость Карлы быть горничной и ее удовлетворил полученный ответ.

— Ох, но… Нельзя ли что-то сделать с этим платьем горничной? — спросила Карла, смущенно поежившись. — Мои бедра у всех на виду и меня это беспокоит…

— Это почему? По-моему, оно очень хорошо смотрится на тебе.

— Но, Если я нагнусь или присяду… Кто-то может увидеть…

— Карла… — вздохнула Серина. — Ты получила работу горничной в королевском замке, потому что стала рабыней Его Величества. Если я буду обращаться с тобой так же, как с остальными горничными, усердно работавшим чтобы попасть сюда — это вызовет обоснованное недовольство. Как ты думаешь, что чувствуют твои коллеги сейчас, глядя на тебя в этом наряде?

— Мне кажется, им меня жаль.

Видя как Серина игра… *кхем* …обучает Карлу, остальные горничные относились к ней мягче, чем можно было ожидать от отношения к рабыне. Ведь пока внимание Серины было сосредоточенно на Карле — остальные могли передохнуть. Немного.

— Это значит, что эта одежда имеет определенный смысл, — сказала Серина.

— Старшая горничная… — Карла пристально посмотрела в глаза Серины. — …Нет, я полностью уверена, что этого хотите лично Вы, верно?

— Конечно, — беззаботно согласилась Серина. — Я просто не могу насмотреться на твои терзания из-за этого унижения.

— И вас совсем не беспокоят такие мысли?

— Поторопимся. У меня еще много, очень много уроков для тебя!

— Ух… Конечно…

Дни страданий Карлы только начались.

Иллюстрации

20-й день десятого месяца 1547 года по континентальному календарю — Парнам, столица Королевства Эльфриден.

Сегодня был ясный осенний день, немного прохладнее предыдущих.

Говорят, что осень — это время для еды, чтения и искусства, но сейчас для меня осень — время спорта.

— Давайте, еще три круга! Выше ноги! Внимание на бицепсы бедра! — кричал Оуэн.

— Ух… — простонал я в ответ.

Вот уже более получаса я бегал кругами по тренировочной площадке замка, а мой наставник и консультант Оуэн Джабана орал мне эти «мотивирующие» фразы. Кто-то может решить, что полчаса — не много, но для такого домоседа как я это было весьма трудно. Возможно, было бы легче, если бы я бежал в собственном темпе, но стоило замедлиться, как я слышал громогласные подбадривая Оуэна.

— Гха-ха-ха! Позаботьтесь о мышцах и они никогда Вас не предадут! Говорят: «в здоровом теле здоровый дух»! А у нас будет: «у здорового правителя здоровая политика»! А теперь вперед, к новым высотам! Помучайте свои икроножные мышцы!

— Я не… любитель… мучать себя… — выдохнул я.

С тех пор, как я поручил Оуэну стать моим наставником, он при любом удобном случае таскал меня на тренировочную площадку, где меня подвергали бегу, упражнениям тренировочным боям и многому другому. Похоже, целью было довести мои навыки хотя бы до уровня младшего офицера.

Закончив с бегом я без сил рухнул на землю.

— В-вы в порядке, Сир? — обеспокоено спросила Аиша, протягивая мне полотенце.

— Я-я был уверен… Что умру тут…

— Гха-ха-ха! — рассмеялся услышавший мои слова Оуэн. — С Вами все будет в порядке, я отлично понимаю, когда это может стать опасным. За последние дни я выяснил Ваш запас энергии, Вы вполне могли бы бежать еще десять минут.

— Прояви хоть немного милосердия… У меня сегодня еще были дела, — пробормотал я.

— Сидя за столом Вы не будете двигаться, так что как на счет еще немного размяться перед административной работой?

— Если я так сделаю, то просто засну за работой! Потому мне и нужна передышка! — огрызнулся я.

Справедливости ради, даже если мое основное тело заснет, части сознания, управляющие живыми полтергейстами продолжат бодрствовать, так что это будет потеря лишь одной рабочей единицы, но все же это изматывало меня.

— Эм, Сир? Если это для Вас так тяжело, возможно, не стоит заставлять себя…

Однако…

— Физическая подготовка очень важна, — решительно заявила только что пришедшая Лисия. — Нам необходимо, что бы Сома был здоров. Кроме того, на самом деле все не так плохо с его состоянием, как он показывает.

— Что? Правда? — спросила Аиша.

— Сома жил со своим дедом в прежнем мире, да? Думаю, он ворчит, но не сдается, потому что господин Оуэн напоминает ему про его дедушку, я права?

— …Ну, не без этого, — признал я.

Этого жизнерадостный старик… Ну, дедушка не был мускулистым мачо, но Оуэн в самом деле напомнил мне его.

— Итак, Лисия, ты пришла с какой-то целью или просто так?

— О, верно. Хакуя тебя искал. Что-то о каком-то важном докладе.

— Ясно… Оуэн, ты ее слышал. Тебе придется меня отпустить.

— Хорошо, — покорно согласился Оуэн. — Мы продолжим, когда Вы выслушаете этот важный доклад.

— Значит, ты собираешься продолжить? Хо… — энергичность этого старика несколько утомительна.

Вернувшись в правительственный кабинет я увидел с невозмутимым видом ожидавшего меня Хакую.

— Доклад о той операции? — спросил я.

— Да, — учтиво поклонился Хакуя. — Работа продвигается без проблем… Если так можно сказать.

— Хм? Тебя что-то беспокоит?

— Я думаю, все идет слишком гладко. Словно здесь действуем не только мы, и если это так — результат может быть отличным от наших прогнозов.

— Хотелось бы избежать неожиданностей… Но останавливаться уже поздно.

— Это так.

Сколько бы хитрых планов мы с Хакуей не создали, каждый раз все получалось не совсем так, как мы бы хотели, это наглядно показали события прошедшей войны. Так что сейчас мы должны быть готовы среагировать на что угодно.

— Не стоит править наш план на ходу без особого повода. Продолжаем, но следим за ситуацией.

— Понятно.

— Тогда… — я взмахнул руками, разминая плечи. — Пожалуй, вернусь на тренировочную площадку. Буду тянуть — и Оуэн из меня все соки выжмет.

— Вижу, несмотря на постоянные жалобы, вы возвращаетесь за добавкой, — Хакуя закатил глаза.

— Ну, можно сказать, что я так тоже готовлюсь к непредвиденным ситуациям.

Капитан королевской гвардии Людвин Аркс.

Он был лишь в середине второго десятка, но уже возглавлял не только королевскую гвардию, но и сорокатысячное войско запретной армии во время недавнего кризиса. С тех пор, как запретная армия, флот, сухопутные и военно-воздушные силы были реорганизованы в унитарные войска, он считался одним из главных кандидатов на пост верховного главнокомандующего и сейчас проходил подготовку у действующего временного главнокомандующего Эксель Уолтер в качестве ее заместителя.

Он был весьма красив, его внешность в сочетании с длинными светлыми волосами отлично подходила для аристократа. Многие горничные замка парнам вздыхали при мысли о нем, но несмотря на это никогда не было слухов о его женщине. В итоге (чем он был сильно встревожен) начали распространяться слухи, что он предпочитал подходить к данному вопросу с другой стороны.

Был ещё один странный слух: что его дом испытывает финансовые проблемы. Причина была в том, что он всегда обедал в столовой для горничных и стражи, словно пытаясь минимизировать расходы. Было сложно предположить иную причину, почему уроженец хорошей семьи, занимающий важный пост и получающий хорошее жалование, часто заказывает себе самый дешевый обед.

Были и более позитивные теории для его поведения: «разделяя одну еду с подчиненными он хочет разделять их радости и печали», «он приучает себя к умеренности на случай нового кризиса», но были и другие… «Возможно, он просто очень скупой», «возможно у него есть любовница и тайный ребёнок, которым идут все деньги», сплетничали люди

Впрочем, никто не знал, на что он мог бы тратить жалование, и никто не знал, на что он мог бы его экономить. Так что же происходило на самом деле?

Ответ на этот вопрос мы скоро узнаем.

◇ ◇ ◇

Начало десятого месяца 1547 года по континентальному календарю, Парнам, столица королевства.

С наступлением осени дни становились все холоднее.

После подписания послевоенных соглашений с Амидонией и устранения коррумпированных дворян, Эльфриден наслаждался мимолетным миром.

Поскольку одновременно были устранены как внутренняя угроза коррумпированных дворян, так и внешняя угроза в лице Амидонии, мнение народа обо мне как о короле и Хаки как о премьер-министре заметно возросло. Оставшиеся дворяне, не принимавшие ничью сторону в конфликте с тремя герцогами, наконец присягнули мне на верность, в результате я смог быстро централизовать власть.

Сейчас вполне можно было просто представлять, как мои реформы продвигаются вперед семимильными шагами.

— Взгляни. Что думаешь? — Сейчас я был в правительственном кабинете и кое-что показывал Лисии.

— Весьма… длинный, тонкий и изогнутый.

— Хочешь попробовать?

— А можно? Что же…

Тонкие белые пальцы Лисии потянулись к висящей на поясе рапире. Прищурившись, она быстро выхватила ее и ударила, раздался скрежет металла и на пол упал аккуратно отрезанный кончик ее клинка.

— Мой… Мой меч? — не веря глазам, Лисия несколько раз перевела взгляд с рапиры на обломок клинка.

— Ну и с чего вдруг ты это сделала? — вздохнул я, глядя на растерянную Лисию.

— Ну, ты же сам спросил, не хочу ли я попробовать!

— Я хотел, чтобы ты подержала в руках, может, сделала несколько движений на пробу. Ума не приложу, почему ты сразу начала пытаться сломать…

Иногда Лисия может быть немного мышцеголовой. Было ли это последствием влияния Георга?

— Кроме того, ты же понимаешь что произойдет, если ударить два клинка таким образом, верно?

— Ну, знаешь… — Лисия старательно отводила взгляд. — Это же катана с Островов Девятиглавого Дракона, да? Мне было интересно, насколько острая режущая кромка…

— Это просто…

Меч Лисии пострадал от удара по мечу наподобие катане, выкованному на Островах Девятиглавого Дракона к востоку от Эльфридена. Заточенный с одной стороны, тонкий, слегка изогнутый клинок с аккуратной канавкой. Любой увидевший это сразу поймет, что катана с Островов Девятиглавого Дракона очень похожа на японскую катану.

В отличии от мечей этой страны, созданных чтобы рубить, (западный стиль), этот клинок должен был разрезать. Так же, как и японская катана. Возможно, их ковали схожим образом.

Сейчас эта катана девятиглавого дракона была вынута из ножен и стояла на специальной стойке лезвием вверх.

— Хм, невероятная режущая кромка, — сказала Лисия, пристально осматривая клинок катаны девятиглавого дракона.

— На моей родине были похожие мечи, если говорить о режущих свойствах, они превосходны.

Я видел программу, в которой режущие свойства катан сравнивали с водяным резаком (станок, выпускающий струю воды под высоким давлением для разрезания чего-либо)[✱]Немного изменил смысл предложения. В оригинале написано «I had even seen a katana cut through the stream of a water cutter», то есть «катана разрезала струю водяного резака». Или я что-то не так понял, или переводчик на английский что-то странное написал..

— Да, это что-то с чем-то, — хмыкнула Лисия. — Но откуда у тебя катана с Островов Девятиглавого Дракона?

— Подарок от Эксель. А она, как я понял, получила ее как трофей с рыболовецкого судна браконьеров с островов, которое они захватили.

— Судно браконьеров?

— Я слышал, в последнее время все чаще корабли с Островов Девятиглавого Дракона заходят в наши воды и незаконно ловят рыбу.

В этом мире были большие существа, называемые морскими драконами (выглядели как чудовищные плезиозавры с козлиными рогами), которых использовали для буксировки металлических кораблей. Эти существа были относительно послушны в сравнении с многими другими морскими обитателями, такими как гигантские акулы, мегалодоны. Наиболее опасные существа обитали в глубоководных участках морей и океанов, из-за чего рыболовство вынужденно ограничивали прибрежными водами континента и островов.

Обычно рыбы хватало на всех, так что это не было проблемой, но в последние годы все больше кораблей с Островов Девятиглавого Дракона незаконно приходили ловить рыбу в наших водах.

В этом мире было принято, что рыболовством можно было заниматься или в прибрежных водах этой страны, или в открытом море (последнее, очевидно, опаснее из-за монстров). Рыбная ловля в прибрежных водах другой страны была незаконной, нарушителей могли арестовать или потопить без лишних разбирательств. И несмотря на это, в наших прибрежных водах было все больше таких судов.

В итоге, увеличилось число столкновений между рыбаками.

— Мы направили официальную ноту протеста Союзу Островов Девятиглавого Дракона, но… Ответа не последовало. Я отправил флот Эксель патрулировать наши воды, но особого эффекта это не дало.

— В конце концов, это островное государство, — ответила Лисия. — Ожидаемо их кораблестроители и штурманы опытнее и лучше.

Она была права. По слухам, на Островах Девятиглавого Дракона дрессировали какой-то невероятно скоростной вид тягловых морских животных. Прибавьте к этому легкие скоростные деревянные суда без пушек — и нашим военным кораблям будет просто невозможно их догнать.

— Этот корабль нам просто повезло захватить, когда они сели на мель, — добавил я.

— Тогда почему бы нам не построить свои быстроходные деревянные суда?

— Если мы это сделаем и окажется, что они все же хорошо вооружены, мы понесем большие потери.

— Да, ты прав…

Прискорбно, но у нас в этой ситуации был минимальный набор инструментов для защиты наших вод.

Лисия скрестила руки на груди и задумалась.

— И все же это странно. Да, они ловят рыбу в наших прибрежных водах, но для этого они вынуждены рисковать, пересекая глубоководные участки с опасными морскими существами, верно? Зачем им идти на такой риск?

— Кто знает… Возможно, на островах что-то происходит, но мы не можем это выяснить. Они почти не допускают утечек информации о себе.

Даже если нашему тайному разведывательному подразделению «Черные Коты» удасться проникнуть на их территорию, будет тяжело передать разведданные по морю. Курьер куи не может пересекать большие расстояния без отдыха, а кристалл вещательной сети слишком большой, что затруднит проникновение. Не говоря уже о риске его потерять.

В итоге нам просто пришлось бы организовать обмен информацией с помощью обычных посыльных, но на это уходили бы многие дни, а информация должна быть свежей, ведь если наши разведчики обнаружат что-то важное, необходимо об этом сообщить как можно скорее.

Я пытался узнать о этой стране у эмигрировавших оттуда людей, например у одной из наших лучших лорелей, Нанны, но выяснилось, что хоть острова и присягают общему правителю, уклад жизни на каждом острове отличается и из получившийся мозаики было сложно составить целую картину.

— Должен сказать, гораздо проще иметь дело с явным врагом, чем с тем, кого ты совершенно не понимаешь. Я даже не знаю, чего нам опасаться.

— Все так…

Некоторое время мы с Лисией безрезультатно ломали голову над этой дилеммой.

— Что же, бесполезно думать об этом сейчас, наконец подитожил я. — Возвращаясь к катане девятиглавого дракона. Катаны из моего мира были невероятно острыми, но у них был существенный недостаток: из-за хрупкости они легко ломались или деформировались от удара. Но в этом мире есть зачарование, верно? Именно так эта катана стала достаточно прочной, чтобы выдержать твой удар.

— Это значит, что среди мечей это лучший клинок, да. Но… Только лишь клинок.

— А? Ты о чем?

— Мы сражаемся не просто оружием. Каждый в этом мире может использовать магию в большей или меньшей степени и большинство из нас использует элементарную магию огня, воды, земли или ветра. В бою мы можем «обернуть» этими элементами наши клинки.

«О, верно, я видел это», — подумал я. Аиша использовала магию ветра, чтобы увеличить остроту своего меча и атаковать на расстоянии, а Хэл с помощью магии огня заставлял свои копья взрываться после броска.

— Таким образом, собственная острота оружия не так важна. Хотя я понимаю, что в битвах на море, когда сложно использовать что-то кроме магии воды, это существенное преимущество. На то и опирается тактика боя людей с Островов Девятиглавого Дракона — быстро сблизиться и взять на абордаж. Тактика пиратов.

— Хм… Это оружие прекрасно подходит для морской державы, да… — слушая объяснение Лисии я продолжал рассматривать клинок. — Но… Я все же хотел бы получить в свои руки эти кузнечные техники.

— А? Я же только что объяснила, что для нас это почти бессмысленно.

— Для оружия да, но можно найти много других применений для столь острых лезвий, не думаешь?

Даже банальные кухонные ножи с такими лезвиями будут удобнее при готовке, а лезвия инструментов помогут на производствах. И медицинские нужды, те же скальпели. Наверное, это нужно будет развивать в первую очередь, в хирургии чем острее инструмент, тем меньше нагрузка на тело пациента.

И техника, с помощью которой создали эту катану, могла мне с этим помочь. Я очень хотел ее.

— В целом, этот вопрос уже исследуют, но… Похоже, это будет не быстро, — сказал я.

Говоря о создании японских мечей, я знал, что металл нагревают, формируют пластину, складывают пополам, сковывают вместе, и так много раз подряд. Но на этом мои знания заканчивались. Тамахаганэ или хихироканэ, что существовало на самом деле? Одним словом, я никак не мог воссоздать японский меч.

— Если бы у нас были с ними дипломатические отношения, я бы немало заплатил за эту технику… — задумчиво произнес я.

— Поэтому ты так хочешь узнать, что у них на уме?

— Именно.

— Да, дилемма.

Это слабо сказано. Амидония определенно была к нам враждебна, потому я и принял решение начать войну, пока инициатива была на нашей стороне. Но я не смогу создать безопасную страну, если мы год за годом будем противостоять нашем соседям. Я хотел наладить с ними диалог, чтобы избежать недопонимания.

— Ну, в любом случае нам нужно будет создать и свои уникальные технологии. Научно-технический прогресс станет непоколебимой основой этой страны.

— Звучит разумно. Уже есть какие-то конкретные идеи?

— Технологии создаются людьми. У нас нет выбора, кроме как искать любого, кто на это способен. И у меня есть кое-кто на примете.

— Есть?

— Помнишь, Людвин хотел познакомить нас с безумным ученым, работающим на запретную армию? Думаю, пора это сделать.

Именно в этот момент раздался стук в дверь и в кабинет вбежал, непосредственно, Людвин. Но на этом неожиданности не закончились — он упал на колени и поклонился так низко, что почти коснулся лбом пола.

— Ваше Величество! Мне так жаль! — отчаянно выкрикнул он.

— За что ты так извиняешься?

— Что случилось, сэр Людвин?

Мы с Лисией одновременно спросили, шокировано глядя на него.

— Ну… Видите ли, — подняв голову заговорил Людвин, тщательно выбирая слова. — Один мой знакомый сделал кое-что возмутительное…

— Кое-что возмутительное? — осторожно спросил я, предчувствуя проблемы.

Что плохое могло случиться? Я только разобрался с горой проблем, доставшихся мне в придачу к трону — и вот опять? Я уже сыт этим по горло.

— Кхм, Сир… — нерешительно начал объяснять Людвин. — Возможно, вы помните, как я говорил, что хочу Вас познакомить с одним человеком?

— Хм? Ох, да, мы с Лисией только что о этом вспоминали. Безумный ученый, твой знакомый? Давно хотел с ним познакомиться, да все не получалось. Извини, не мог найти время.

— Нет, все в порядке, я прекрасно понимаю. Просто… — собравшись с силами, он закончил фразу. — Так получилось, что это вина моего знакомого.

◇ ◇ ◇

Феод дома Арксов находился примерно между Парнамом, столицей Королевства, и новым прибрежным городом Венетиновой. Этой землей правил Людвин, глава дома Арксов, но поскольку он почти все время находился в замке, управлением занимался его магистрат.

Его владения были среднего размера в сравнении с прочими, а поскольку он отличился в недавней войне, я хотел выдать ему больший участок в другом месте, но он наотрез отказался. Я не видел причин форсировать это, так что просто немного расширил его владения.

Лисия, Людвин и я прибыли во владения Арксов в гондоле, которую несла одна из виверн королевского замка, чтобы проверить то, о чем Людвин нам рассказал несколько дней назад.

— Это нормально, идти без Аиши? — спросила Лисия.

— Ну, с нами Людвин, в конце концов, — ответил я.

Я не взял с собой телохранителей в эту поездку. Конечно, Аиша была этим обеспокоена и немного пошумела на меня по этому поводу, но с нами капитан королевской гвардии, так что полагаю, все будет в порядке. Кроме того… Я хотел сохранить это в тайне, так что чем меньше людей участвует — тем лучше.

С воздуха мы могли наблюдать землю Арксов, окрашенную в яркие осенние цвета опавшей листвой. Вкупе с полями и пастбищами, пейзаж получался крайне умиротворяющий.

Я не был уверен, но по ощущениям на этом континенте, немного превосходящим по размерам Китай эпохи троецарствия, климат между севером и югом сильно отличался[✱]Предположу, что этот континент Ландия размером примерно с современную Монголию..

Мало того, на севере было гораздо жарче, чем на юге, это было заметно даже в масштабах нашей страны — в южных регионах уже выпал снег, тогда как здесь, ближе к северу, была скорее середина осени.

— Жаль нельзя просто отдохнуть, устроить пикник или что-то в этом духе.

— Понимаю. Правда понимаю, но в другой раз, хорошо? — мягко возразила Лисия. — Мы пришли сюда по делу, не так ли?

— Я знаю, но сегодня такой чудесный день…

— А, это здесь, — прервал нашу тихую беседу Людвин. — Пожалуйста, приземлитесь там.

Следуя указаниям Людвина мы приземлились на опушке небольшого леса. Выйдя из гондолы я мог видеть лишь деревья, на первый взгляд в этом лесу не было ничего необычного.

Я приказал вознице ждать нас здесь, после чего спросил у Людвина:

— В этом лесу?

— Да. Хотя точнее будет не «в», а «под».

— Под лесом?

— Думаю, проще будет показать, — Людвин направился к лесу. — Сир, принцесса, прошу за мной.

Бок о бок с Лисией мы шли за Людвином. На всякий случай я разведывал окружающую местность игрушечными мышами, которых впервые использовал во время оползня в деревне темных эльфов, но вокруг не было никаких представляющих угрозу животных. Это был небольшой лес и похоже, здесь регулярно проходили какие-то люди, которые могли избавиться от опасных зверей. Кроме того, с деревьев уже опала почти вся листва, так что видимость была хорошей. Я решил, что если что-то вдруг случиться, Людвин и Лисия справятся.

Людвин шел первым, мечом расчищая все случайные ветки, нам оставалось только следовать за ним. Неспешно идя по ковру опавших листьев я снова начал погружаться в настроение пикника. Даже начал напевать себе под нос соответствующую песню.

— Приятная мелодия. Что это?

— Главная музыкальная тема из одного аниме про монстров, которое знает каждый житель моей страны.

— Понятно, что ничего не понятно, — закатила глаза Лисия, но через мгновение над чем-то задумалась. Пока я пытался понять что случилась, она обняла меня. — А так больше похоже на пикник?

Увидев ее застенчивую улыбку, я сказал:

— …Меня сейчас в жар бросило.

— Что? Почему?

— Ты выглядишь слишком мило, от этого мое сердце начало биться чаще.

— А?! Ох… Да, мое тоже.

— Это здесь, Сир, принцесса, — сказал Людвин, остановившись.

Увидев, что он оборачивается, я быстро отошёл от Лисии на вежливое расстояние. И тут я заметил то, что должен был заменить некоторое время назад — прямо перед нами возвышался…

— …Гараж? — это было самое точное описание прямоугольной постройки перед нами.

Несмотря на мох, было видно, что она была построена из чего то вроде бетона, а с одной стороны были гаражные ворота. Он был достаточно велик, чтобы вместить одну машину. Удивительно, ведь несмотря не редкие опережающие развитие технологии, в основном этот мир был на уровне доиндустриального общества, так что эта постройка выглядела весьма неуместно.

— Это не гараж, — покачал головой Людвин, видя мою растерянность. — В конце концов, он недостаточно большой для кареты и лошадей.

Ну да, в этом мире гараж предназначался для хранения экипажей. Это в моем мире сюда поместилась бы легковушка, хотя вот с фургоном будут проблемы. Наверное, не стоит пытаться обьяснить… В любом случае, теперь совсем непонятно, что это за здание.

— Ну, и это?..

— Вход в подземелье, Сир, — ответил Людвин со всей серьезностью.

Подземелья.

Лабиринты с уникальной и загадочной природой.

До появления демонов лишь в подземельях существовали монстры.

Играя в авантюриста под видом Мусаси-боя я уже слышал о подземельях от Дека, Юны и других, но они мне рассказывали о них как о пещере, в обычном смысле. Такой явно искусственный вход был необычен. Я высказал свои сомнения, но похоже, что подземелья были весьма разнообразны.

— Подземелья бывают самыми разными, — объяснила Лисия. — Они возникают где угодно, на равнинах, в лесах и горах, даже в море. Иногда они похожи на обычные пещеры, иногда на вымощенный камнем подземелья замка, или же бывают причудливые помещения из металла.

Я вспомнил, что используемые нами кристаллы вещательной сети находили именно в подземельях. Раз там можно найти такое сверхтехнологичное устройство, не стоит удивляться, что подземелье тоже может выглядеть сверхтехнологично… Наверное?

— Эй, подожди. Как люди находят подземелья в море?

— Некоторые рассы могут долгое время находиться под водой. И в некоторых таких подземельях есть воздух, так что обычные расы могут спуститься туда в этих больших колоколоподобный штуках.

«О, водолазный колокол, да?» — это одно из ранних приспособлений для погружений. Тяжелый металлический контейнер без дна в форме колокола, в который по шлангу с поверхности нагнетали чистый воздух. Ныряльщики должны были постоянно возвращаться к нему, чтобы вдохнуть. Я знал о них только по манге, но… Думаю, я бы не отказался попробовать.

— Ну, а в этом подземелье есть какие-нибудь монстры? — спросил я.

— Нет, — покачал головой Людвин. — Это место можно назвать руинами подземелья. Монстры и прочие опасности давно устранены.

— То есть оно уже очищено?

— Да. Теперь здесь живет один человек из дома Максвелл, эксцентричной семьи, они получили права на использование этого подземелья и превратили его в свою лабораторию.

Людвин со входом наклонился к концу металлической трубки рядом с воротами и заговорил:

— Женя, это я! Людвин Аркс! Ты почти не выходишь наружу так что уверен, ты там! Ответь!

Вероятно, это переговорная трубка, я видел такое ла линкоре «Альберт». Интересно, кто же этот почти не выходящий наружу затворник? Похоже, его зовут Женя (хотя это может быть и она).

В ответ из переговорной трубки раздался…

*ТРАХ, БАХ!*

— Ой… Э, братец Луу, как дела? — …раздался грохот, а следом молодой женский голос.

— Нет, не «как дела». Что там так громко упало?

— Я удивилась, внезапно услышав твой голос и кое-что опрокинула. Ну, там не было опасных химикатов или чего-то такого, так что все в порядке.

— Это совсем не в порядке. Ты постоянно занимаешься…

— А-ха-ха, слушать нравоучения через разговорную трубку — достаточно новый опыт.

Услышав по голосу, что она ничуть не сожалеет о произошедшем, Людвин понурил плечи. Кажется, по этой сцене я более-менее понял, как работают их отношения: она делает разные безумства, а он бежит следом и пытается не дать ей пораниться.

Людвин покачал головой и попытался вернуть себя в колею:

— Как бы то ни было, сегодня я привел важных гостей. Впусти нас.

— Важных? Хорошо. Сейчас открою.

После этих слов ворота сами по себе начали подниматься. Дистанционное управление? Все больше неуместных в этом мире вещей… Когда секции ворот полностью поднялись, я увидел спускающуюся вниз лестницу. Похоже, это в самом деле всего лишь вход.

— Хорошо. Луу и важные гости, заходите, — не зная о моем удивлении, дружелюбно пригласила нас войти Женя.

Мы начали спуск и скоро оказались в довольно просторном помещении.

Как сказал Людвин, изначально в нем было шесть или семь этажей небольшой площади. Получив права на это подземелье, дом Максвеллов убрал все стены и полы, в итоге получилось просто большое свободное прямоугольное пространство.

Широкая лестница, тянущуюся вдоль стен этого помещения, ощущалась как край утеса. Довольно страшно, могли бы и перила сделать…

Стены, казалось, были сделаны из металла. Наверное, именно про такие подземелья Лисия и говорила «причудливые помещения из металла», но я чувствовал себя, словно попал на борт инопланетного космического корабля. Хоть мы и были под землей, здесь не было темно, так как стены испускали слабый свет, что добавляло футуристичности.

Я был потрясен до глубины души этой несообразно продвинутой технологией, но Лисию и Людвина, похоже, это совершенно не беспокоило. Наверное, они думали, что стены светятся из-за магии или чего-то вроде. В этом мире магия позволяет творить удивительные вещи, так что у людей нет особого чувства чуда.

Пока мы спускались, я решил расспросить о доме Максвелл.

— Максвеллы — благородный дом, несколько поколений правящий этим местом, — объяснила Лисия. — Тяга к исследованиям у них в крови и они дали этому миру многих великих ученых, как говорят, значительно продвинув развитие нашей страны. Они особенно известны своими исследованиями технологий, обнаруженных в подземельях. Именно Максвеллы открыли, что с помощью особых кристаллов можно передавать видео и звук и научились создавать устройства для приема.

«Ого… Так это Максвеллы открыли вещательную сеть?»

— Подожди ка, в Империи же их тоже используют?

— Это открытие сделали довольно давно, а несколько поколений назад один король продал эти знания разным иностранным державам.

— Хм… Ну, не могу сказать, что не одобряю это.

С одной стороны, всегда неприятно осознавать, как передовые технологии твоей страны попадают в чужие руки, но если эта технология даёт не такое уж большое преимущество, разумно продать ее или обменять на сравнимые по ценности знания, пока кто-то другой не сделал такое же открытие.

— Именно за это достижение им и дали эти руины подземелья и землю вокруг них, — сказал Людвин. — Однако Максвеллы слишком увлечены своими исследованиями и не интересовались управлением своими владениями, узнав об этом, королевская семья передала правление землей их соседям, дому Арксов. Половина дохода с земли идёт нам, половина — на их жизнь и исследования. Эта система существует уже несколько поколений.

— Это… В некотором смысле довольно удивительно, — сказал я. Управление своими землями было почетной обязанностью дворян, Максвеллы же предпочли заниматься исследованиями… Подожди, но разве дом Арксов не проигрывает от этой сделки?

— Достижения дома Максвеллов были настолько огромны, что мы это приняли. Кроме того, их исследования усиливают страну. Хотя со временем земли Максвеллов были включены во владения Арксов и теперь к нам относятся как к их покровителям.

То есть дом Максвеллов сохранили, хоть их земли были сведены к этому подземелью, а финансы они получали от дома Арксов.

— …Ты ведь глава дома Арксов, верно?

— Да.

— А эта Женя живет здесь одна?

— Да, Женя Максвелл. Сейчас она — последняя из рода Максвеллов.

— Другими словами, сейчас ты оплачиваешь все расходы этой Жени, да?

— Ух… — Людвин не нашел, что ответить. Тогда то я и вспомнил о слухах, что у его дома финансовые трудности.

— Только не говори мне, что именно поэтому ты питаешься самыми дешевыми обедами… — медленно сказал я.

— Женя на пять лет младше, но мы росли как брат и сестра, — начал рассказывать Людвин, смотря перед собой в пустоту. — Есть определенная ставка выплат дому Максвеллов, но… Мои родители уже умерли, как и ее… Так что мы — ближайшие родственники друг для друга… И, ну… Если моя младшая сестра что-то просит, я просто не могу ей отказать. Как последний болван готов отдать все, до последней копейки из жалования.

Пытаясь утешить, но не найдя слов, я похлопал его по плечу.

Закончив спуск я наконец понял масштаб этого места.

Стены излучали тусклый свет, но в центре помещения была непроглядная тьма. Здесь, внизу, пол тоже светился и я мог видеть несколько тканевых тентов, какие обычно используют на строительных площадках.

Один из тентов особенно выделялся своим размером, по сути занимая половину всего свободного пространства.

На оставшейся половине была еще один тент среднего размера, несколько накрытых тканью ящиков и невзрачный двухэтажный дом из бревен.

Мне было очень интересно, что находится за большой ширмой, но увидев дом, который бы уместно смотрелся в лесу, но не в этой футуристичной обстановке, я не мог не подумать, что это чья-то шутка. Но вероятно, именно в этом доме жил (и работал) тот самый единственный обитатель этого подземелья.

— Женя, это я, — сказал Людвин, постучав в дверь. — Я привел гостей, так что пожалуйста открой.

— Ладно-ладно, открыва-а-а-а-аю, — ответили с той стороны, в процессе явно зевнув.

Дверь открылась и мы увидели женщину двадцати с небольшим лет в мятом лабораторном халате. Она выглядела немного недоедающей, но у нее были правильные черты лица и если бы она заботилась о себе должным образом, то ее без сомнений можно было бы назвать красавицей. Хотя ее растрепанные волосы средней длинны немного портили образ.

Вероятно, это и есть Женя Максвелл. Небольшие круглые очки на носу были именно тем, что я ожидал увидеть у исследователя.

— Привет, Луу, — улыбнулась Женя. — Рада снова видеть… А это кто?

— Эй, ты ведёшь себя слишком непочтительно! — услышав ее приветствие Людвин поспешно повернулся к нам и склонил голову. — Я… Ужасно сожалею, Сир, принцесса! Женя! Это его величество король Сома и принцесса Лисия!

— О, хм… И правда. Я видела Вас в трансляции вещательной сети, — в противовес тихо паникующему Людвину, Женя была спокойна. Она приподняла края своего лабораторного халата словно подол платья и присела в реверансе. — Ваше Величество, меня зовут Женя Максвелл, добро пожаловать в мой дом и не обращайте внимания на бардак.

Я не уверен, что это можно считать формальным приветствием, но не похоже, что она пыталась нас оскорбить. Если предположить, что она немного не от мира сего — для неё это могло быть очень уважительным обращением.

— Я — (временный) король Эльфридена, Сома Казуя. Это моя невеста Лисия.

— Я — Лисия Эльфриден.

— Хи-хи, я знаю. Смиренно приветствую Вас в добром здравии.

В отчаянии Людвин закрыл лицо руками, ее попытка говорить вежливо больше подошла бы клоуну.

— Можно говорить неформально, если Вам так удобнее, — сказал я. — Мы пришли без предупреждения.

— Уверены? Ну, хорошо, так и сделаю.

— Же-Женя! — воскликнул Людвин.

— Все нормально, здесь только мы, — Людвин попытался протестовать против перехода Жени к простому тону, но я поднял руку, чтобы его остановить.

— Н-но… Учитывая, зачем мы приехали… — неуверенно произнёс Людвин.

— О, это может подождать. После нашего короткого разговора я почти уверен, что она не замышляет ничего плохого. Прежде чем перейти к основной причине визита, я хотел бы узнать ее лучше.

— Понял… — растерянно ответил Людвин.

— Ну, не стоит стоять в дверях весь день, — улыбнулась Женя. — Входите! У меня найдётся кофе.

Она провела нас внутрь, во что-то вроде гостиной, и посадила за стол, после чего принесла четыре кружки кофе. Ожидаемо, сливок или сахара у неё не было.

Расставив кофе и тоже сев за стол, Женя ещё раз представилась:

— И ещё раз: я — Женя Максвелл. Глава дома Максвеллов, владелец этого подземелья, исследователь, учёный и изобретатель. О, ещё я формально была магом запретной армии. Я разрабатывала для них кое-какое оружие, но кое-что пошло не по плану…

Начала представляться она гладко, но вот в конце стала говорить как-то расплывчато.

— Что-то пошло не по плану?.. Что там произошло?

— Она сделала нечто возмутительное, — нахмурившись ответил Людвин.

— Эм, Вы же понимаете, что войны вредят земле и растениям? Ну, чтобы восстанавливать их после битв я сделала быстрорастущие семена и наполнила ими несколько стрел.

— Стимулировать рост растений на полях прошедших сражений? Что в этом возмутительного?

«Хм, хоть это и не то, чем должен заниматься отдел разработки оружия, это все же недостаточный повод, чтобы увольнять ее».

— Хм… — похоже, она погрузилась в воспоминания. — Думаю, идея была хороша, но не стоило зачаровывать их магией света чтобы стимулировать рост. Они весьма быстро начали разрастаться. А-ха-ха, никогда не думала, что один мой пробный выстрел так быстро превратит в море деревьев тренировочный полигон и лабораторию.

— Так это было ваших рук дело? — удивилась Лисия.

Похоже, это был довольно известный инцидент, случившийся ещё до моего призыва.

…Да. Теперь понятно, почему ее выгнали.

Пока Женя смеялась, Людвин продолжал сидеть, обхватив голову руками.

— Ну, мне все равно не очень нравилась атмосфера в той лаборатории, так что все к лучшему. Они все двигались в одном направлении, но разве не лучше и эффективнее свободно изобретать?

— Нет, думаю, это ты слишком свободолюбива.

— Нет-нет, я уверена, что высокая культура и цивилизация может родиться только из свободных идей! — настаивала она. — Если спросить меня, развитие — это взрыв!

— Вот взрывов не надо!

«Пожалуйста, пусть взрывы будут касаться только культуры. В смысле, взрыв на испытаниях — это просто несчастный случай».

— Мне кажется, словно здесь три Сомы, — вздохнула Лисия. У Людвина появился товарищ по подавленности.

— А? Хочешь сказать, со мной не намного проще, чем с ней?

— С самой нашей помолвки ты постоянно что-нибудь отчибучиваешь. Хотя… Последнее время я нахожу это довольно милым.

—А-ха-ха, приятно видеть, что будущая королевская чета так хорошо ладит, — поддразнила нас Женя, отчего Лисия покраснела и опустила взгляд.

— Такой момент испортила, — вздохнул я.

— Извините. Ну, вот и все, что можно сказать обо мне. Кстати, Ваше Величество, Вы знаете историю нашего дома?

— Ваш дом славиться своими исследованиями артефактов, найденных в подземельях, так?

— Именно! — Женя щелкнула пальцами. — Моя семья многие поколения занималась изучением артефактов. Они выходят далеко за рамки доступных нам технологий, но за прошедшие годы мы смутно достигли определенного понимания.

— Понимания?

— Это что-то, отличное от магии.

«“Что-то, отличное от магии”? Что?»

— Вы ведь часто пользуетесь кристаллом вещательной сети, — спросила Женя с многозначительной улыбкой. — Вы понимаете, как он работает?

— Насколько я помню… Это артефакт из подземелья, наполненный магией сильфов и ундин. С помощью кристалла можно передавать картинку и звук на простые приемники… верно?

— Ага, уверена, так ответят 99% жителей этого мира, знающих о вещательных кристаллах. И они дважды ошибутся.

— Ошибутся?

— Их действительно нашли в подземелье, с этим все в порядке, — торжественно кивнула Женя. — Первая ошибка: «наполненный магией сильфов и ундин». Вы сказали это как что-то само собой разумеющееся, но вы хоть раз видели Сильфиду или Ундину?

— Ну, не видел, но… Я не из этого мира, но мне про них рассказывали. Их не существует?

— Хорошо, спросим присутствующую здесь принцессу. Принцесса, вы когда-нибудь видели духа?

— Я ни-никогда их не видела. В смысле, только слышала придания о них. Но магия, управляющая магициумом, считается даром духов. Они же где-то должны существовать, верно?

— Это не доказывает их существование, — рассеяно пожала плечами Женя. — Теперь видите, Ваше Величество? Может, будучи уроженцем другого мира, Вы сможет понять? В этом мире существует загадочная сила, магия, и из-за нее людям сложнее увидеть истину. Зимой падает снег и замерзают реки, а весной теплеет, слег и лед тают. Но такие очевидные вещи скрыты от людей, считающих это результатом магии.

Это… Это было похоже на мои собственные недавние мысли: «магия позволяет творить удивительные вещи, так что у людей нет особого чувства чуда».

— Все таинственное и чудесное мы воспринимаем как магию или действия маленьких невидимых духов. Пока мы не поймем эту штуку под названием магия, величайшую из тайн этого мира, мы не сможем избавиться от абсурдных теорий. Такая морока, — Женя поморщилась, и вероятно не от глотка кофе. — Вот так вот. Мы изучали найденный в подземелье кристалл и случайно выяснили, что если пропустить через него магию воды и ветра — он будет воспринимать окружающее пространство, а простые приемники, найденные в том же подземелье, проецируют картинку и передают звук. Уже потом кто-то придумал про благословение сильфов и ундин, для удобства или еще почему.

— Значит, не существует ни сильфов, ни ундин?

— Я не могу взять на себя ответственность и утверждать, что их не существует. Возможно, где-то они есть, в конце концов, есть государство под названием «Королевство Духов Гарлан». Но все же сейчас у меня нет доказательств их существования.

Ну, довольно сложно доказать, что чего-то не существует, особенно если этого на самом деле нет.

Я решил воспринимать этот мир как мир меча и магии, наподобие какой-нибудь RPG. Ну, у них в самом деле были и мечи, и магия, так что я не удивился бы духам. Наверное, я сам себя в этом убедил?

— А как на счёт божественного зверя, защищающего лес темных эльфов? — спросил я.

— О, божественные звери определенно существуют на самом деле, или по крайней мере существовали. Не знаю, есть ли сейчас хоть один из них в лесу.

— То есть они существуют?!

— Ну, величайший божественный зверь, Мать-Дракон, точно живет в Горах Звездного Дракона. Да-да, я понимаю Ваше замешательство, грань между реальностью и вымыслом в нашем мире расплывчата. Как раз поэтому так сложно найти истину.

— Просто голова кругом…

— Ты в порядке? — Лисия обеспокоено погладила меня по плечу.

— Все хорошо, — ответил я, положив свою руку поверх ее, но… На самом деле я был совершенно не в порядке. За эти несколько минут мое понимание этого мира рухнуло.

Магия была фактом, реальны ли были духи мы не знали, но божественные звери все же существовали… Я уже ни в чем не мог быть уверен. Чтобы снова сказать «я понимаю этот мир» мне придётся составить и проверить довольно большой список вопросов.

— Вернёмся к теме, — продолжила Женя. — Вторая ошибка. Ну, я вроде говорила, что кристалл вещательной сети передаёт изображение и звук. Это мы обнаружили случайно, использовав на нем магию воды и ветра, иными словами мы используем его всего лишь для передачи изображения и звука.

— А?!

Она хочет сказать… Вещательный кристалл может что-то ещё?

— Смотрите: мы используем водяное колесо для самых разных задач. Для орошения, обмолота и измельчения пшеницы, и даже для прялок. И вот представьте, что кто-то, никогда прежде не видевший водяное колесо, увидел его присоединённым к прялке. Этот человек бы решил, что водяное колесо используется с прялками, согласны?

— В этом есть смысл… — медленно ответил я.

Хотя пример был не совсем удобен для понимания, нужно было что-то более многофункциональное. Например, можно представить, как кто-то в этом мире нашёл сотовый телефон и случайно понял, как делать фотографии. В итоге, люди начали бы воспринимать телефоны исключительно как фотоаппараты. Точно так же мы сейчас воспринимаем вещательный кристалл как телевизионную станцию.

— Но тогда… Что такое вещательный кристалл на самом деле?

— На это я могу уверенно ответить. Это то, что обычно называют Ядром Подземелья.

Ядро подземелья.

Самый важный элемент подземелья, поддерживающий в нем уникальную среду на самых глубоких уровнях (звучит разумно, но ведь это тоже только чьи-то предположения…).

Если ядро подземелья разрушить или вынести из подземелья — уникальная среда подземелья (температура, влажность и все остальное) и его экология вернутся к нормальному состоянию, а само подземелье превратиться в разрушенное подземелье. Также в нем больше не будут появляться монстры, хотя дикие звери извне все ещё могут поселиться внутри. По этим причинам считалось, что такие ядра — главная часть подземелья.

Кстати, подземелья были главным источником дохода для авантюристов. Они их исследовали, зачищали и искали ядро, стараясь в итоге забрать его в целости и сохранности.

Как я только что услышал, эти ядра подземелий используются как кристаллы вещательной сети, так что добывшие такой кристалл авантюристы могли продать его государству за огромные деньги и прославиться. Впрочем, на нижних этажах подземелий обитали сильные монстры и коварнее ловушки, так что на всем континенте новости о очистке подземелья появлялись лишь раз в несколько лет, а порой и десятилетий, так что обычные авантюристы, такие как Дек и Юна, зарабатывали на жизнь защитой торговцев от бандитов и диких зверей, убийством выбравшихся из подземелий или пришедших с территории демонов монстров. Если же авантюристы и отправлялись в подземелья, они делали это ради ценных материалов с монстров и в надежде найти сундук с сокровищами (согласен, нет ничего лучше, чем найти сундук с сокровищами).

Но вернёмся к ядрам подземелий.

Пока подземелье функционирует, в нем неизвестно как будут продолжать появляться свирепые монстры. Никто никогда не приносил из подземелья работающее ядро, ведь никто не хотел, чтобы монстры начали появляться на поверхности.

Иначе говоря, изучались только поврежденные ядра подземелий.

Продолжая аналогию с сотовым телефоном, это как починить телефон так, чтобы работала камера, и использовать его только для этого. Можно подумать, что неплохо было бы отремонтировать его полностью и исследовать все возможности, но есть нюанс.

Сотовые телефоны не создают монстров.

Вы бы стали исследовать в телефоне какие-то ещё функции, если бы одной из них была функция самоуничтожения?

В том числе поэтому исследование ядер подземелий застопорилось.

— Ну, на данный момент мы не сможем перезапустить остановленное ядро подземелья, даже если захотим. В смысле, мы вообще не понимаем, как оно должно работать изначально, — Женя пожала плечами, глядя в свою кружку. — Я понимаю, почему люди пытаются объяснить это какой-то удивительной магией. Это страх перед неизвестным. Страшно, когда есть что-то, чего ты не можешь воссоздать и использовать самостоятельно. Потому люди и придумывают такие объяснения, чтобы понять и принять это… Нет, чтобы почувствовать, что они могут это понять и принять, возможно?

— Поэтому они объясняют это магией или чудом.

— Вот именно! О, как хорошо, что у нас такой понимающий король! Скажи я такое в Лунарском Православном Папском Государстве, за такие разговоры меня бы бросили в тюрьму или отправили на костёр.

— Отправили на костёр?.. — я подумал, что она говорит образно, но Женя выглядела крайне серьезно.

— В этом мире магию обычно воспринимают как дар богов или духов, особенно сильно это отстаивают религиозные люди. Для теократии боги или духи — сама основа их власти. Они не допустят существования исследования… Или исследователя, приподнимающего завесу религиозного таинства.

— …Вероятнее всего.

В странах, придававших большое значение религиозным вопросам, исследователей законов природы нередко подавляли. Те, кто объяснял что-то не так, как религия, становились еретиками или вовсе врагами общества, которых… Убивали. Тот же Галилей был вынужден публично отказаться от своей теории.

…Идиоты.

— Эта страна так не кончит. Я этого не допущу.

— Рада это слышать, — с широкой улыбкой на лице Женя хлопнула себя по коленям. — Итак, мы, дом Максвеллов, считаем, что в этом мире есть ещё что-то, отличное от магии, и мы это изучаем. Да, с помощью магии мы можем включить некоторые функции ядра подземелья, но мы убеждены, что ядро было создано с помощью инженерии и математики. Это не чудо, мы верим, что исследование поможет нам понять их и использовать эти знания во благо мира. Для удобства, мы называем это «другое» явление сверхтехнологией.

— Сверхтехнология…

— СТ, для краткости.

— Ох, — я вздохнул. — Не очень удачное сокращение.

— Итак, поскольку мы изучаем сверхтехнологии, мы решили называть себя сверхучеными, — Женя гордо выпятила грудь.

— Но я слышал о вас как о «безумных ученых».

— Я бы предпочла не такое глупое имя.

— То есть, «сверхученый» — круто, а «безумный учёный» — глупо? — я не совсем понял ее логику.

— А теперь… — встала Женя. — Я хотела бы продемонстрировать свои изобретения этому королю, в котором я уже вижу единомышленника.

— Да, именно за этим мы и пришли. Покажите.

— Так точно. Я даже знаю, с чего начать. Не могли бы Вы проследовать за мной? — сказала она с довольным видом.

Женя направилась к выходу из дома, похоже она хотела показать мне что-то, находящееся снаружи, под одним из тентов.

— Господи… — тихо вздохнул Людвин и направился за ней, так что мы с Лисией могли поговорить наедине.

— Ну что я могу сказать, это что-то с чем-то, — усмехнулась Лисия.

Вероятно, она про Женю. В целом я согласен, но у меня начали зарождаться определенные надежды на ее счёт.

— И все же она может оказаться именно тем, кого мы ищем, — я сложил руки на груди. — Глядя на имперскую армию возле Вана я понял, что мы не можем пускать ситуацию на самотёк. Тогда мы обошлись тем, что было в нашем распоряжении, но в следующий раз нам может так не повести, мы должны создавать что-то новое, что никто никогда не видел. Создавать революционные технологии самим или перенимать их у кого нибудь — не важно, но без этого мы никогда не сможем встать на один уровень с Империей.

— …Ты прав.

— И я наконец понял, с помощью чего мы войдем в новую эру.

— С помощью чего же?

— В истории моего мира были люди, опережавшие своё время. Словно благодаря прозрению, они ломали ржавые устои общества и изменяли ход истории. Хотя многие терялись в потоке времени или отсеивались естественным отбором.

Возьмём к примеру «универсального человека», Леонардо да Винчи.

Леонардо известен не только как художник, он оставил после себя чертежи удивительных изобретений, среди которых можно увидеть водолазный костюм, танк, и вертолёт. Если бы эти чертежи должным образом исследовали, это кардинально изменило бы историю Европы.

Но инженерией его интересы не ограничивались, он создавал потрясающие, анатомически точные рисунки тел людей и животных. В эпоху господства христианской церкви он платил за трупы, вскрывал и исследовал строение тела, рискуя быть обвинённым в богохульстве. Если бы результаты его исследований были распространены, это поспособствовало бы развитию медицины, но он вынужден был держать их под надежным замком, боясь разгневать церковь.

— Такие люди, как говорят, «родились слишком рано». Но что, если бы государство ценило таких людей, защищало и помогало бы им? И если бы не только власть имущие понимали их ценность, но и весь народ в целом? Не думаешь, что это привело бы к ускоренному прогрессу?

— Хочешь сказать, надо заставить время приспосабливаться к человеку, а не наоборот?

— Вот именно! Я приятно удивлён, что ты все поняла с первой попытки.

— Знаешь, я за эти пол года рядом с тобой не груши околачивала, — рассмеялась Лисия, но быстро снова стала серьезной. — Но если так думать, разве не ты должен продвигать наши технологии и все остальное вперёд семимильными шагами? Технологии того мира ведь значительно опережают наши…

— Ну, я понимаю, почему ты спросила, но… Нет, я этого не могу.

— Почему?

— Потому что развитие моего мира пошло по другому пути, чем будет развиваться этот.

В моем прежнем мире не было магии.

Я чувствовал, что технологии этого мира должны развиваться иным путём из-за магии, а некоторые вещи, такие как кристалл вещательной сети, даже опережали технологии моего мира. И таких отличий со временем будет все больше.

— Если я вмешаюсь где не надо, я могу задержать развитие, а не подтолкнуть его. Потому я и хочу, чтобы прогресс этого мира определялся жителями этого мира.

— Понимаю, — сказала Лисия. Хотя она выглядела не очень довольной моим объяснением… Нет, скорее одновременно сердитой и грустной.

Пока я гадал в чем дело, она взяла мою руку и крепко сжала.

— Сома, я понимаю, что ты хочешь сказать, но есть кое-что, что я не могу принять.

— …Что же?

— Про «жителей этого мира»! Ты теперь тоже часть мо… нашего мира, нашей страны! Мой отец призвал тебя из твоего прежнего мира, так что возможно, не мне это говорить… — Лисия прижала мою руку к своей щеке. — Но когда ты говоришь «мой мир» и «этот мир» — у меня словно сердце разрывается!

— Ох… Эм, прости.

— Пожалуйста, никогда больше не говори, что ты чужой в этом мире. Это не так, — в тот момент, когда она просила меня об этом со слезами на глазах, я не мог отказать ей. Она была неописуемо прекрасна.

— Хорошо… Больше не буду, — я положил вторую руку на другую ее щеку[✱]Простите любители точного перевода, здесь я добавил от себя немного эмоций..

— Э-й-й-й-й-й-й, Ваше Величество-о-о-о, сюда-а-а-а! — позвала нас снаружи Женя.

Ей слова вырвали нас с Лисией из нашего собственного маленького мирка. Переглянувшись мы неловко рассмеялись.

Выйдя из дома мы последовали за Женей к одному из тентов среднего размера.

Да, тент была немаленький, около двадцати метров в высоту, но мне все же было интересно, что находиться под самым большим. Она же мне это покажет?

Пока я раздумывал об этом, Женя подняла руки перед собой и скомандовала:

— Явись, голем.

После этой команды на небольшом, очищенном от металлического пола участке земли, начал подниматься бугор, в конце концов сформировавшийся в пару трёхметровых големов, неуклюже зашагавших к нам.

— Это твоя магия, Женя? — спросил я.

— Ага. С помощью своей магии я могу создавать земляных голевом и управлять ими. Они не могут выполнять тонкую работу, но благодаря своей силе они крайне полезны при транспортировке грузов.

— Управление големами… Это немного похоже на мою способность. Это какая-то магия тьмы?

— Нет, это магия земли. Я могу создать их только из земли, а способность управлять их движениями, вероятно, относиться к управлению гравитацией. Кроме того, я уверена, что деление магии на четыре стихии, свет и тьму — это тоже просто то, что люди придумали для облегчения понимания. Не думаю, что это на самом деле такое строгое ограничение.

— И чему теперь верить?.. — пробормотал я.

Последние события разбили иллюзию моего миропонимания. Прежде я знал, что если чего-то не знаю, я должен спросить тех, кто знает, но теперь я знал, что они тоже не знают, а только убедили себя, что знают… Похоже, теперь мне придётся с сомнениям относиться ко всем «общеизвестным» явлениям этого мира.

— Ну, не важно. Вот что я хотела Вам показать, — сказала Женя протянув руку в сторону тента, который в данный момент сдвигали големы.

Увидев объект за ширмой мы с Лисией ошеломлённо замерли от невероятного зрелища. Объект был размером с двухэтажное здание, и если попытаться описать его максимально кратко…

— Огромный вентилятор Dyson?! — вырвалось у меня.

— Хм? О чем речь? — удивилась Женя.

— Ах, ничего, мысли в слух.

И все же, я смотрел на нелепо большой вентилятор Dyson.

Средне-нижняя часть была похожа на куклу кокэси, которые обычно вытачивали из бруска дерева и покрывали росписью и лаком. У таких кукол продолговатое цилиндрическое туловище, рук и ног нет, только голова, впрочем у этого объекта вместо головы было установлено большое кольцо. Так сразу нельзя было понять, зачем нужна эта штука, он мог бы даже быть каким-то причудливым экспонатом выставки современного искусства. Впрочем, нижняя его часть была надежно прикреплена к земле, что меня беспокоило…

— Что это такое? — спросил я Женю.

— Это «Малыш Сусуму, модель 5».

«Что за дурацкое название! Момент… Модель 5?!»

— То есть, есть ещё четыре таких штуки?

— Что? Это твой первый вопрос при виде вот этого?! — воскликнула Лисия.

— Ну, знаете… — Женя проигнорировала возглас Лисии. Похоже, она была удовлетворена нашей реакцией, — Один разбился, другой взорвался и все такое… В общем, моделей с первой по четвёртую больше нет.

— Это настолько опасно?! — воскликнул я.

— С пятой моделью все в порядке. Это… Уже готовый образец, — Женя призналась объяснять, пока мы не развили тему предыдущих моделей. — Полагаю, вы уже знаете, но повторюсь: корабли в нашем мире используют для движения либо силу ветра, либо их тянут морские драконы. Так вот, этот Малыш Сусуму модель 5 — замена этих драконов. Будучи прикрепленным к днищу, один такой агрегат будет способен привести корабль в движение с той же эффективностью, что и один морской дракон.

— Так это силовая установка!

«Двигатель и винт в одном корпусе, да?»

Услышав мои слова, Женя улыбнулась и ласково погладила Малыша Сусуму модель 5.

— Принцип работы такой: этот малыш затягивает все, что находится перед кольцом, а потом выбрасывает с противоположной стороны. В случае моря, он всасывает воду и выбрасывает ее под давлением, что создает достаточную для металлического военного корабля движущую силу.

«Словно внутри кольца есть невидимый пропеллер».

— Хм? Раз он засасывает все, что произойдет, если включить его здесь, не в воде?

— Вы крайне проницательны. На суше он будет на большой скорости всасывать и выталкивать воздух. Давайте проведем небольшой эксперимент!

По команде Жени големы подняли большой кусок ткани как киноэкран, мы же в это время отошли на безопасное расстояние, около двадцати метров.

— …И теперь, господа наблюдатели, вы увидите, как Малыш Сусуму будет всасывать воздух с нашей стороны и с силой выталкивать его с противоположной. Узрите же его мощь.

— Ах! Женя, подожди!.. — Людвин попытался ее остановить, но она не обратила внимания.

— Вжик, — мелодично сказала она, нажимая какой-то переключатель. В следующее мгновенье…

ВЖЖЖЖЖУУУУУУХ!!!

…на нас обрушился поток воздуха, отбросив нас к противоположной стене.

— Ого!

— Й-ай! — вскрикнули мы с Лисией.

— Бх-вау! — почему-то радостно выдохнула Женя.

— Опя-я-ять! — отчаянно прокричал Людвин.

«Стоп-стоп… Давление воздуха слишком сильное!». — прокричал я мысленно. Меня прижало к стене так, что я не мог особо пошевелиться, Лисия и Женя были в том же положении.

Мы были прижаты к стене, слова насекомые. Только лишь Людвин, прилагая нечеловеческие усилия, смог подползти к пульту и снова нажать ту же кнопку, выключив механизм.

— А-ха… — Женя натянуто рассмеялась. — Упс, извините. Похоже, я перепутала переднюю и заднюю стороны. Я старалась сделать его форму максимально эффективной, но без дополнительных элементов теперь непонятно, где входное отверстие, а где выходное.

— Знаешь, для этого и существуют меры предосторожности… — пробормотал я.

— Я же сказала, извините, — без тени раскаяния ответила Женя. — В любом случае, полагаю, вы убедились в силе Малыша Сусуму модель 5, да?

— …буквально на себе испытал, — саркастически ответил я. Но это действительно невероятное устройство.

«Не будь он надежно прикреплен к полу, он бы отлетел к стене и взорвался… А, так вот что произошло с прошлыми моделями». Пока я это осознавал, Женя начала объяснять мне, как это все работает.

— Часть в форме кольца сделана из особого металла, зачарованного модифицированным заклинанием перенаправления энергии. Это зачарование когда-то использовалось Империей в снаряжении магически-бронированных войск для отражения магии, но от него в итоге отказались. Перенаправление заклинаний хорошо работало для самих магически-бронированных войск, а вот стоящие за их спинами обычные солдаты оказывались под ударом. Я подумала: если это заклинание перенаправляет магию, нечто похожее должно происходить с магициумом. Судя по всему, магициум есть как в воздухе, так и в воде, и если бы я смогла правильно организовать перенаправление — я смогла бы создать что-то, что создавало бы поток воздуха или воды, ведь воздух и вода движутся вместе с магициумом, и если сконцентрировать этот поток, получиться создать тягу… Ну, примерно такая была идея. Итак, разместив это модифицированное зачарование на кольце и сделав еще несколько улучшений, я получила Маленького Сусуми модель 5, при поступлении энергии засасывающего магициум с одной стороны и выпускающего под давлением с другой, а вместе с магициумом и воздух или воду!

Я был ошарашен.

Женя дала весьма развернутое объяснение, но примерно с момента про зачарования я не был уверен, возможно ли это. Хотя, эксперимент прошел именно так, так что я решил считать, что это правдивая теория… Возможно.

— Лисия, ты что-нибудь поняла?

— Отдельные слова понимаю, общий смысл нет.

Похоже, для большинства людей этого мира, это была весьма сложная мысль. Поняв, что мы не поняли ее объяснений, Женя вымученно улыбнулась, пожала плечами и резюмировала:

— Ну, как я говорила, достаточно знать, что это устройство может делать то же, что и один морской дракон.

— Но ведь эта штука бесполезна! — Людвин наконец перестал сокрушенно сжимать голову и заговорил. — В смысле, ее создание слишком дорого!

— Это да… За эти деньги можно было бы содержать десять морских драконов десять лет.

— И раз он заменяет работу лишь одного, не слишком ли это расточительно? Кроме того, в отличии от морских драконов, с этой штукой почти невозможно поворачивать.

— Ты… Ты чего, Луу?! Разве ты не видишь, какие возможности дает это изобретение?!

— Какие еще возможности? Возможности с невероятной скоростью тратить деньги?

Похоже, Людвин не понимал. Я поспешил поддержать Женю, пока их спор не зашел слишком далеко.

— Она права. Это действительно невероятное изобретение.

— И Вы, Сир?

— Просто подумай, если это устройство сравнимо с одним морским драконом, десять устройств сравнимы с десятью, так?

— Да, я полагаю?..

Кажется, он не очень понял, что я хочу сказать. Попробую объяснить подробнее.

— Хорошо, а теперь подумай, можно ли запрячь в корабль десять морских драконов? У «Альберта» было два, и это уже было необычно.

— Ну… Да, это так. Десять морских драконов невозможно заставить двигаться синхронно. Я слышал, что где-то когда-то смогли запрячь трех, но это предел, наверное.

— Другими словами, говоря только о кораблях, с этим устройством мы могли бы привести в движения большие корабли, чем это было возможно раньше. Например, представь… Огромный грузовой корабль с пятью такими двигателями. Это была бы революция в морской торговле.

Ведь это позволит перевозить больше грузов. Больше половины границы этой страны проходит по берегу, и такие корабли вкупе с новым прибрежным морским городом значительно расширили бы наши судоходные возможности. Кстати, одна из причин почему я хотел захватить Амидонию была в том, что через их территорию тоже можно было проложить несколько торговых маршрутов.

— В этом… Есть смысл… — пробормотал Людвин. Похоже, он наконец то понял потенциал этого изобретения.

— Ты что-то говорила о энергии, которая приводит этот двигатель в действие? Что это за энергия? — спросил я Женю. В этом мире я не видел не только электрических генераторов, но даже паровых двигателей. Значит, это устройство работает на магии?

— Ну, Сир, энергию Малыш получает из этого, — Женя вытащила из кармана халата сверток и передала мне его содержимое. Гладкий черный камень, легко поместившийся на ладони, но при этом казавшийся довольно тяжелым.

— Что это?

— Это кристалл, обычно называемый проклятой рудой.

— Ты сказала, это проклятая руда?! — воскликнула Лисия.

— Ты знаешь про это? — спокойно спросил я.

— Ты странно спокоен… Мы используем магию для добычи руд и прочего. Магия воды помогает рыть туннели, магия земли их укрепляет, магия ветра помогает подавать свежий воздух, магия огня плавит металлы. Но рядом с такой проклятой рудой мы не можем использовать магию, более того, если попытаться применять ее через силу… — Лисия подняла сжатый кулак и резко его раскрыла. — БУМ!

— Она взрывается?! Взрывы в шахте очень опасны.

— Это настоящая проблема для шахтеров. Если при углублении шахты они натыкаются на жилу этого вещества, они не должны пытаться копать дальше. Мы воспринимаем магию как благословение духов и богов, так что раз эта руда устраняет магию — ее считают проклятием. Самое неприятное, что на территории Эльфридена ее довольно много, некоторые говорят, что наше королевство когда-то было проклято, — с грустью закончила Лисия.

У Эльфридена были проблемы с полезными ископаемыми. Немного железа еще получалось добыть, но вот золота и других ценных ископаемых у нас было крайне мало. Если же добавить сюда проблему проклятой руды, из-за которой приходилось останавливать добычу… Да, мне еще многое предстоит узнать.

— Это проклятие? — дерзкой улыбкой Женя прервала мои мысли. — Глупости, правильнее сказать, что эта страна благословлена богами, раз у нас ее так много! — она начала преувеличенно размахивать руками. — Именно потому, что мы воспринимаем ее через призму мистики и предубеждений, в наши головы приходят по-детски наивные мысли, будто она проклята. На самом деле проклятая руда не устраняет магию, она ее поглощает! Сами подумайте: мы не можем применять магию рядом с этой рудой, а если мы все же насильно будем пытаться это делать, руда взорвется, но откуда ей получить энергию для взрыва? Разве не очевидно, что она взрывается из-за того, что поглотила магии больше, чем способна удержать?

Хм… По сути, проклятая руда — это как аккумулятор магии? И если зарядить ее слишком сильно, она взрывается.

«…Что это за ощущение? Словно мы прямо сейчас присутствуем при каком-то значимом событии, что навсегда преобразит этот мир?»

— В общем, мне удалось понять, как извлекать из этой руды накопленную энергию. Этот принцип и используется для подачи энергии этому Малышу.

— Ха?! — воскликнул я.

«Так это действительно аккумулятор!»

Я еще не все понимал, но было очевидно, насколько невероятным был секрет этой руды и насколько невероятна была женщина, открывшая его. В этом мире не было электричества и даже паровых двигателей, так что если мы раньше остальных стран получим технологию хранения и использования какой-то энергии для механизмов — это будет настоящий прорыв. Достаточно большой прорыв, чтобы мечта превзойти Империю перестала быть просто мечтой.

Но я понимал и опасности этой силы.

Во-первых, суеверия на счет этой руды. Если люди узнают, что мы исследуем руду, отнимающую у них благословение богов — к нам станут относиться с подозрением.

Если говорить только про Эльфриден, я мог бы со временем поднять уровень просвещения, но я не сомневался, что это сделает нас врагом теократии, например Лунарского Папского Государства. Для управляемого религиозными догмами государства все, что может пошатнуть уверенность людей в абсолютной истинности их учения, приведет к падению авторитета. Даже если это не официальная часть религии, а лишь суеверие. Они этого не смогут просто так принять.

Во-вторых, не слишком религиозные страны потребуют, чтобы мы поделились с ними такой технологией. Как сказала Лисия, у нас этой руды много, но если у другой страны ее будет очень мало? Если мы не будем осторожны, они могут напасть на нас из-за этого.

После заключения тайного альянса с Империей и устранения угрозы Амидонии мы разобрались с основными внешними проблемами, но если станет известно про эту технологию, нашу страну сотрут с лица земли. Хотя в то же время она может сделать нас величайшей державой на континенте.

— Что же делать?.. — пробормотал я, немного пошатнувшись.

— С-сома, что с тобой?! — воскликнула Лисия, поддержав меня.

— Извини… Я просто представил себе все риски и возможности этой технологии.

— Что представил?..

Я объяснил свои соображения Лисии и остальным. К концу рассказа Лисия и Людвин были мертвецки бледные, должно быть, они испытали тот же страх, что и я до этого.

Впрочем, кое-кто оставался невозмутим.

— О чем тут беспокоиться? Нам просто нужно закончить исследования до того, как прочие страны решат напасть на нас. Это сделает нас достаточно сильными, чтобы они не могли и слова против нас сказать.

— …Это слишком оптимистично, но полагаю, это единственное, что нам остается сделать. Ха… Тем не менее, исследования необходимо проводить в строжайшей секретности…

Значит, мы должны позаботиться о Жене, сейчас она стала так же важна для будущего этой страны, как и Томоэ. Я не мог допустить, чтобы она переехала в другую страну или была похищена, значит я должен был доверить ее кому-то, в ком я был уверен. Конечно, сейчас она полностью поглощена своими исследованиями, но все же она молодая девушка немного за двадцать. Я должен был избежать ситуации, когда какой-нибудь аристократ осознает ее важность и попытается сблизиться с ней.

«Раз так…»

Мы с Лисией немного пошептались, после чего я повернулся к красавцу капитану королевской гвардии.

— …Эй, Людвин.

— Да? В чем дело, Сир? — спросил он, чувствуя подвох.

— Скажи, ты любишь Женю?

— Ч… Что?!. Откуда?!. С чего вдруг?! Сир?! — потрясено воскликнул он.

— Неважно откуда, — сказал я серьезно. — От твоего отношения к Жени… И от ее отношения к тебе, зависят наши будущие действия по поводу ее исследований.

Теперь Женя была крайне важной персоной в этой стране, я хотел, чтобы она вышла замуж за кого-то, близкого ко мне, чтобы дополнительно закрепить ее в этой стране. Так что… Если Людвин не против, отлично, если нет — мне придется придумать еще что-то.

Вот о чем мы шептались с Лисией, прежде чем предложить это Людвину:

— Лисия, думаю, мы должны устроить брак Жени и Людвина. Как тебе подсказывает женская интуиция, насколько он нравиться Жене?

— …Процентов шестьдесят, я бы сказала. Наверное, — прошептала она в ответ.

— Довольно размыто. Это так сложно определить?

— Девушек тяжело читать. В любом случае нам не стоит волноваться. Женя из знатного рода, понимаешь? Если король прикажет, она не станет перечить.

— Может и так, но… Не хочу никого принуждать, если в этом нет крайней необходимости.

— Ясно… Ну, а что говорит твоя мужская интуиция на счёт Людвина?

— Думаю, он с девяносто девяти процентным шансом влюблён в неё.

— Похоже, ты в этом практически уверен.

— Парни в этом плане читаются легко.

Вот о чем мы шептались незадолго до этого вопроса.

Людвин понял, что я спросил серьезно и раздумывал над ответом, плотно сжав губы.

— Я буду женой Луу? — спокойно спросила вторая вовлеченная сторона, мило склонив голову набок. По ее спокойному голосу можно было подумать, что ее это совершенное не касается.

— Ты не рада идеи выйти замуж за Людвина? — прямо спросил я.

— Нет, меня это нисколько не расстроит, — Женя произнесла это так просто, что стало даже неловко. — В конце концов я — женщина. Я подумывала сойтись с кем-нибудь, например с Луу. Но учитывая его популярность среди дам, я решила немного подождать, а потом предложить взять меня третьей женой, или что-то в этом роде.

Услышав признание Жени Людвин вытаращил глаза, в то время как Лисия понимающе закивала ей.

— Сир, — Людвин немного пришел в себя и с несчастным видом начал спорить. — Как бы не была важна для нашей страны Женя, вот так внезапно связывать ее узами брака — это чересчур…

— Ты об этом говоришь нам двоим?

Прежний король, Сир Альберт, отдал свою дочь Лисию мне в жены, чтобы сделать мою власть легитимной, в то время как Лисия решила стать моей невестой, чтобы удержать меня на троне. И хоть наши отношения начались таким неестественным образом, пройдя бок о бок через множество испытаний нас связала нерушимая связь.

— Я через такое уже прошел и могу сказать: важно не то, как брак начинается, важно, чтобы люди друг с другом ладили. И у вас есть море времени, которое вы провели вместе в детстве, согласен?

— Сир… — пробормотал Людвин.

— Нужен еще один стимул? Хорошо. Если возьмёшь Женю в жены, можно будет объединить ваши дома, назвав их Максвел-Аркс, что позволит сохранить ее дом, в том или ином виде. Кроме того, королевская семья возьмет на себя расходы на вашу свадьбу. Кроме того… Государство будет финансировать исследования Жени на девять десятых, так что тебе не придется нести это бремя в одиночку.

— Я… Я очень благодарен за столь щедрое предложение, но… Мы все же должны будем покрывать одну десятую самостоятельно?

— Если я не оставлю на вас хотя бы часть суммы, уверен, Женя будет пытаться вкладывать в свои исследования все деньги, какие найдутся в бюджете.

Какими бы потенциально полезными не были ее изобретения, я не мог позволить ей направить всю экономику страны на исследования. Женя в это время отвела глаза и начала что-то невинно насвистывать.

— Понятно… — усмехнулся Людвин, увидев ее реакцию. — Значит Вы хотите, чтобы я держал ее в узде.

— Не уверен, кто будет рабочей лошадкой, зарабатывающей деньги.

— Тоже верно, — грустно улыбнулся Людвин.

— Хорошо, Женя сказала свое слово. Полагаю, теперь твоя очередь?

— Т-так точно, Сир! — с этими словами Людвин встал перед Женей. Вообще, о был значительно выше, но из-за напряжения казалось, что они одного роста. Его лицо было пунцовым, тогда как у Жени лишь немного зарумянились щеки. Я даже забеспокоился, все ли с ним будет порядке и не перенервничает ли он, но несравненный капитан королевской гвардии, возглавлявший армию из десятков тысяч человек, все же смог взять себя в руки и спросить:

— Женя, ты выйдешь за меня?

— …Ты уверен, Луу? Не уверена, что я буду для тебя достойной женой.

— Я знаю. И все же я хочу, чтобы ты всегда была рядом.

— Твои вкусы странные… Но ладно. Хорошо, позаботься обо мне. Дорогой.

С этими словами они… Пожали руки.

Не обнялись или поцеловались? Ну… Это было вполне в их духе. Они выглядели вполне счастливыми, так что я не буду ничего говорить. Я просто рад, что мы уладили эту проблему.

— Что же… Наверное, здесь мы закончили?

— …Нет, Сир. Еще нет, — Людвин прервал мою попытку облегченно выдохнуть. Мгновение назад он выглядел счастливым, но сейчас снова был напряжен. Что произошло? — Я тоже почти забыл, но… Вспомните, зачем мы вообще пришли сюда?

— Ну… Да, ты прав. Я совершенно забыл, что мы пришли не просто чтобы увидеть изобретения Жени.

— Что-то не так? — спросила Женя. В ответ Людвин отвесил ей подзатрещину. — Ой! Луу, я против насилия в семье, особенно когда мы только обручилось!

— Балда! Просто извинись перед Его Величеством вместе со мной! — Людвин схватил ее за затылок и заставил опуститься на колени в своего рода двойном поклоне. Это был один из принятых в этой стране поклонов для извинения. — Моя… Невеста сделала нечто возмутительное…

— Луу, больно! Ты мне сейчас волосы повыдёргиваешь!

— Женя, тихо. Ваше Величество, я нижайше, нижайше прошу Вас проявить к ней снисхождение.

Нет, не нужно так извиняться… Меня это не настолько беспокоит.

— Людвин, Женя, поднимите головы. Я здесь не чтобы наказывать виновных.

— Сир… Спасибо! — воскликнул Людвин.

— Ах, но мне все же любопытно, — я присел перед Женей и спросил, глядя ей в глаза. — Женя, скажи пожалуйста, зачем ты взяла скелет дракона?

Возможно вы помните, это было примерно полгода назад.

Во время создания отстойников для канализации мы наткнулись на большое количество костей монстров, среди которых был полный скелет взрослого дракона.

Я слышал, что затаившие злобу в момент смерти драконы могли воскреснуть в виде монстра «костяной дракон», так что некоторое время я этого опасался. Но если бы появился такой костяной дракон, город пострадал бы от его миазмов, а поскольку в Парнаме все было в порядке, я решил, что этого можно не бояться.

Следующим было предположение, что кто-то их украл, но я не мог предположить, кто мог бы это сделать. Оставайся в них магия, их можно было бы использовать в качестве магического катализатора для инструментов, но эти кости были полностью пусты. На самом деле, именно из-за отсутствия хоть какой-то пользы я просто поместил их на склад, чтобы позже выставить в музее. В итоге нам осталось только предположить, что их выкрал какой-то странный коллекционер.

Это происшествие было странным, но не увидев серьезных последствия я довольно скоро забыл о этом… Или забыл бы, если бы на днях не всплыла правда.

Людвин нашел среди горы рабочих бумаг записку: «Дорогой Луу, я взяла кости дракона, разберись с бумагами, спс. — Женя».

В общем, кости дракона зачем-то взяла Женя.

Полагаю, оставив Людвину записку, Женя не дожидаясь разрешения пошла на склад и с помощью своих големов вынесла кости. Это было бы весьма в ее духе.

Во время творившегося тогда административного хаоса записка легко и просто затерялась среди прочих бумаг и Людвин нашел ее только на днях. Узнав, что это его друг детства был тем самым похитителем, он пришел ко мне вымаливать для нее прощения. И вот сегодня мы прибыли в лабораторию Жени, чтобы подтвердить, что кости здесь.

В итоге мы узнали, что стало со скелетом дракона, вот только…

— ЧТО?! — воскликнули я, Лисия и Людвин при виде скелета… Хотя это уже не выглядело как скелет.

Незадолго до этого мы спросили Женю где кости и она проводила нас к тому самому огромному тенту, занимавшую почти половину территории подземелья. Увидев содержимое, у нас глаза на лоб полезли при виде огромного блестящего механического дракона. Увидем то, что нельзя было назвать иначе чем мехадраконом, у меня в голове немедленно заиграла главная тема из фильма «Годзилла против мехагодзиллы».

Нет, этот мехадракон был не так уж велик, всего метров двадцать в длину, но вид в целом был чем-то совершенно нереальным. Пока я стоял ошеломленный, Женя начала гордо объяснять:

— Я называю этого малыша Мехадрой. Я присоединила броню и некоторые другие части монстров к скелету дракона, добавила несколько загадочных штук из подземелий и вуаля! У меня есть собственный механический дракон!

Голос Жени был веселым, но… Не знаю. Комбинация костей дракона, материалов монстров и чего-то совсем неизвестного из подземелий не давали мне ничего, кроме плохих предчувствий.

…Лисия так и продолжала стоять с открытым ртом, а Людвин был в предобморочном состоянии…

— Эта штука ведь не выйдет из под контроля, правда? — спросил я Женю.

— А-ха-ха, это абсолютно исключено, — Женя подошла к Мехадре и слегка похлопала по одной из массивных лап. — В смысле, он не может двигаться.

— А? Не может двигаться?

— Конечно нет. Внешняя рама более-менее завершена, но ей не хватает самого важного — системы управления. В общем… Это просто великолепное пугало.

«Ну здравствуй парень “Я ТЕБЯ И ТАК ПРИКОНЧУ-У-У”» — придумал я шутку, которую никто не поймет[✱]Nostalgia Critic "i'm gonna KILL YOU NOW!!!" — https://www.youtube.com/watch?v=-PamE2lZhmY.

Теперь я понял. Она сделала механического дракона, но здесь не существовало компьютеров, которые могли бы заставить его двигаться. Похоже, она хотела изучить работу суставов живых существ и даже не пыталась сделать его самодвижущимся. Ну, хоть для Жени это было лишь мимолетное увлечение, это тронуло меня до глубины души.

— Только посмотрите, как легко двигается, — сказала Женя, двигая один из когтей Мехадры вверх-вниз.

— Да, потрясающе, но… Зачем ты вообще сделала это?!. — я обхватил голову руками, предчувствуя проблемы с Горным Хребтом Звездного Дракона.

Не было большой проблемой выставить в музее окаменелые кости древних людей, но если использовать их как части механизмов — люди решат, что вы переходите черту и назовут это осквернением тел умерших. Если драконы узнают, что нечто подобное произошло с останками одного из их древних сородичей, они могут рассердиться и напасть на нас.

«…Как вернусь в замок, первым делом напишу письмо с извинениями в Горный Хребет Звездного Дракона. В зависимости от их реакции мы разберем эту штуку и или закопаем обратно, или отправим им».

В этот момент я вспомнил слова Жени «Это просто великолепное пугало».

«Пугало… Набитое соломой чучело для отпугивания птиц от полей… Набитая соломой кукла… Кукла? Да ладно?!»

Дотронувшись до кончика одного из пальцев Мехадры я перенес в него одну и копий моего живого полтергейста. С чудовищным скрипом… Мехадра встал.

«Ого! Я могу им управлять?!».

— Подождите, Ваше Величество?! Вы что-то сделали?! — воскликнула Женя. Такой поворот событий удивил даже ее.

Глядя на Мехадру, раскинувшую передние лапы как монстр из фильма про кайдзю, а потом начавшую делать гимнастику, я мог только схватиться за голову.

Серьезно, что мне с этим делать? Может ли способность управлять огромным механическим драконом рассматриваться другими странами как угроза?

— Даже если ты можешь управлять этим механическим драконом, будет ли от него польза в бою? — спросила Лисия.

Я резко вернулся с небес на землю. Если подумать, она права, если этот дракон может только двигаться, это будет не очень полезно в бою, а огромное тело просто сделает из него легкую мишень. Если всадники ВВС сосредоточат на нем огонь, они в считанные секунды разнесут его в клочья.

— На Мехадре есть какое-нибудь вооружение? — спросил я.

— Конечно нет. Даже я не настолько эксцентрична, чтобы добавлять оружие к тому, что даже не должно было двигаться самостоятельно.

— Я бы не был так в этом уверен… — пробормотал я.

Но если все так, то это действительно достаточно бесполезная штука. Лучшее, что я мог придумать с этим — установить его где-нибудь для привлечения туристов, как та гигантская модель гандама на острове Одайба. В общем, это могло бы обеспокоить другие страны, но по факту было абсолютно бесполезно. Белый слон. Что-то, о чем мы должны будем беспокоиться, но от чего не получим никакой пользы.

В итоге, вся информация о Мехадре была объявленна совершенно секретной, по крайней мере пока я не получу ответ от драконов. Узнает ли общественность об этом когда-нибудь?..

Что касается Жени, мы перевели ее в специально построенную лабораторию поближе к столице, где она с радостью приступила к новым исследованиям. Финансирование от государства подстегнуло ее обратиться к тем областям, которыми она раньше не могла заняться.

…Думаю, мне нужно послать Людвину лекарство от живота[✱]В Японии принято считать, что из-за стресса у людей болит живот..

Конец десятого месяца 1547 года по континентальному календарю, столица Королевства Парнам.

Почти месяц назад закончилась война с Амидонией.

В этот день, когда уже чувствовалось приближение зимы, я стоял в комнате с кристаллом вещательной сети перед простым приемником.

Моим собеседником была молодая стройная женщина в достаточно простом белом платье со светлыми волнистыми волосами. Хоть я и был знаком с ее младшей сестрой, она производила совершенно иное впечатление. Их лица были схожи, но в ее глазах было что-то по детски наивное, из-за чего она выглядела совсем юной, хотя как я слышал, была на год старше меня. Так же, она была очень красива.

Я думал, что общество разных и прекрасных Лисии, Аиши и Джуны сделали меня привычным к подобному, но все же я был поражен ее красотой.

— Приветствую Вас, господин Сома. Я — Мария Эйфориа, — представилась императрица Империи Гран-Кэйос.

— Приветствую, мадам Мария. Я — Сома Казуя.

Это была встреча глав крупнейших государств востока и запада. Обычно в этот момент мы пожали бы друг другу руки, но по трансляции это сделать невозможно.

— Рад наконец встретиться с Вами, мадам Мария. Я давно хотел поговорить с Вами подольше.

— Я тоже давно хотела увидеть Вас. Мы в Империи наслышаны о ваших замечательных способностях.

— Это не мои способности… Мне помогает множество талантливых подчиненных.

— Скромность — благо, но талантливые люди будут служить лишь великому правителю.

Некоторое время мы вели светскую беседу. Не обсуждая ничего важного, я пытался почувствовать, что скрыто за ее невинными глазами, но ее улыбка и по-детски наивное лицо заставляли меня чувствовать себя неловко. Хотя я прекрасно понимал простую истину.

Чистая и невинная девушка никогда не смогла бы править огромной империей.

— Могу я задать вопрос, господин Сома?

— Конечно.

— Что Вы думаете о событиях в Амидонии, произошедших за последний месяц? — при этих словах глаза Марии немного сузились, это простое изменение полностью преобразило атмосферу вокруг нее. Хоть она продолжала улыбаться, было ясно, что она крайне рассержена.

Не то, чтобы у нее не было поводов злиться. С точки зрения Империи, мои действия были близки к предательству.

— Услышав отчет Жанны о переговорах я подумала, что мы нашли надежного союзника на востоке. Я в чем-то ошиблась?

— …Нет, мы по прежнему считаем себя верными друзьями Империи. Это может звучать как оправдание, но итог произошедших событий для нас тоже был полностью неожиданным.

— Вы хотите сказать, что Королевство это не подстроило?

— Ну… — я кивнул и почесал в затылке. — Не стану отрицать, что у нас были некоторые планы, но я не думал, что это зайдет настолько далеко. Честно говоря, все это превратилось для меня в новую порцию головной боли.

— Не могли бы Вы объяснить подробнее? — гнев Марии, кажется, немного утих. По крайней мере пока что.

— Конечно. Итак, согласно докладам наших разведчиков в Княжестве…

◇ ◇ ◇

Месяц назад, когда Ван только вернулся в руки Амидонии.

Юлий вернул столицу и прилегающую территорию, воспользовавшись влиянием Империи Гран-Кэйос. Он сразу был коронован как суверенный князь, приемник своего отца Гая VIII, и первой идеей его вассалов было уничтожить любые следы влияния Эльфридена.

— Ван стал ужасно безнравственным, — сухо сказал один из приближенных.

— Действительно, — согласился второй. — Суровая атмосфера времен лорда Гая — вот такой должна быть Амидония. Мы должны пресечь все, что разрушает основы нашего общества.

— Почему бы не начать с демонтажа трущоб возле центральной площади?

Юлий закрыв глаза слушал, как приближенные советуют ему вернуть город в прежнее состояние, но все же он не мог забыть его слова.

«— Захотели бы люди красить свои дома в яркие цвета, если бы они на самом деле задыхались под гнетом оккупации?»

Сома Казуя сказал это несколько дней назад.

«— При деспоте, люди будут стараться не привлекать внимание, ведь никто не знает, как он отреагирует на их инициативу. И чем сильнее угнетаем народ, тем меньше жалоб вы услышите. Они не покажут своих истинных чувств и желаний, заперев их глубоко в своих сердцах.»

«Почему?.. Почему я постоянно вспоминаю его слова?..» — слова ненавистного врага крепко засели у него в груди.

«— А теперь скажи мне, какого цвета был Ван до нашей «оккупации»?»

«Заткнись! Мне не нужно твое одобрение! Наша семья всегда заботилась в первую очередь о народе…»

«Неужели?»

«А?»

Этот риторический вопрос задал не голос Сомы, а его собственный.

«…Ты в это действительно веришь?» — продолжал его голос.

Проблемой были не слова Сомы, а то, что Юлий не мог перестать об этом думать. О том, правильно ли он поступал.

Еще совсем недавно он был наследным принцем, все важные государственные решения принимал Гай VIII. С точки зрения Юлия, он лишь выполнял его приказы.

Но теперь он сам был князем, принимавшим важные решения, определяющим судьбу нации. Впервые освободившись от власти отца, Юлий должен был думать сам.

Юлий разделял идеологию отца приоритета военных интересов, но он был менее импульсивным и более разумным. Перед принятием решения он должен был тщательно обдумать все обстоятельства. В этом он был близок к своей младшей сестре.

«Ророа… Интересно, где она и что делает?..» Его сестра словно испарилась вместе с несколькими чиновниками ещё до захвата Вана Эльфриденом.

Поймав себя на мыслях о ней, Юлий не смог удержаться от грустной улыбки. Они никогда не ладили, а сейчас были политическими противниками. Слишком поздно изображать заботливого старшего брата.

— Ваше Высочество! — громкий голос слуги вывел его из задумчивости.

— Очень хорошо. Давайте сотрем все следы влияния Королевства, — принял Юлий решение.

— Да, Сир! — хором выкрикнули слуги и покинули правительственный кабинет.

В итоге, Юлий решил уничтожить любые следы влияния Королевства, чтобы Княжество могло вернуться к своему прежнему состоянию. Уничтожение наследия прежнего руководства… Это должно было быть верным решением. Можно было бы подумать, что были более аккуратные пути, но ни один из них не был доступен Юлию.

«Прежде всего я должен утвердиться как суверенный князь».

Передача власти от прежнего правителя к новому должна происходить постепенно, при жизни прежнего, иначе вассалы будут снисходительно смотреть на молодого и неопытного правителя, и чем больше в стране зависит от лидера, тем важнее этот процесс передачи власти. Но Гай Погиб в бою, а Юлий пришел к власти, не упрочнив свое положение, поэтому сейчас он должен был сам, всеми правдами и неправдами собирать власть в своих руках. И в первую очередь он должен был стереть из памяти жителей Вана чувство свободы Эльфридена.

— Да… Даже если меня назовут деспотом… — едва слышно прошептал Юлий с мрачной решимостью на лице.

Во-первых, он издал указ, запрещающий кому бы то ни было в Амидонии смотреть трансляции вещательной сети.

Принадлежащий Амидонии кристалл вещательной сети сейчас в качестве залога находился в Эльфридене, так что амидонцы могли увидеть их передачи. Конечно же был разрушен и стихийно возникший рынок на центральной площади Вана, хотя это было на удивление легко — все торговцы таинственным образом исчезли и людям Юлия осталось лишь разобрать брошенные ларьки.

Можно догадаться, что думали люди, когда уничтожали их уже привычную рыночную площадь.

Далее, как и предполагал Сома, Юлий и его люди разрушили мосты, названные в честь известных людей Эльфридена. Было вполне естественно разрушить мосты на дороге в Королевство, но «поскольку они были построены Королевством» — пострадали и другие построенные вокруг Вана мосты. И это в то время, когда эффективность транспортной сеть была вопросом жизни и смерти для людей.

Далее, Юлий не распределял еду, как это делало Королевство, жестко пресекал нарушение общественной морали, запрещая праздники и нарядную одежду для женщин, художественные движения… Изображения лорелей на нескольких домах Вана не закрасили, а уничтожили. Вместе с домами.

Жители Вана, только вкусившие свободы, а теперь снова потерявшие ее, говорили:

— При короле Соме было лучше.

— Нам не нужно было преодолевать боль и страдания, когда мы били частью Королевства.

— Мы могли нормально накормить детей.

— Почему лорд Юлий заботиться о нас, своем народе, меньше, чем король другой страны?

— Как думаете, Его Величество король Сома вернется и еще раз захватит Ван?

…И так далее, бросая негодующие взгляды на княжеский замок.

Справедливости ради стоит заметить, что далеко не все беды людей были виной Юлия. Между Эльфриденом и Амидонией была значительная разница по территории и экономике, и если говорить честно — Княжество при всем желании не смогло бы сохранить уровень поддержки Королевства. Но простые люди этого не знали и не понимали, они лишь видели, что чем больше Юлий избавлялся от влияния Королевства, тем тяжелее становились их жизни.

Но не только в Ване были проблемы, в остальных областях тоже все было не очень хорошо. Как отмечалось выше, из-за внезапной смерти Гая власть не была передана Юлию должным образом, и региональные вассалы не воспринимали его всерьез.

Этих вассалов можно было разделить на две группы:

Представители первой группы смотрели на него с высока и думали: «Кому теперь какое дело до княжеского дома? Почему я должен склонять голову перед этим щенком?»

Вторые просто не доверяли ему и думали: «Этот юнец ничего не знает и не умеет! Мне надо позаботиться о себе своими силами!»

Ко второй группе относились большинство дворян и рыцарей, владевших землями Амидонии.

В феодальной системе общественного устройства вассалы присягали на верность синьору в обмен на гарантии безопасного владения землями, но если синьор не может им этого гарантировать — они будут защищать свои земли своими силами. И они будут преследовать свои интересы, а не синьора.

Сома перефразировал Юлию слава Макиавелли: «те, кто добивается власти с трудом, легко ее удержат, а тем, кто легко получает власть, трудно ее сохранить». Так и произошло, вернув Ван с помощью Империи, у Юлия были проблемы с правлением.

Некоторые события почти напрямую показывали крах его власти. Как уже упоминалась, Юлий запретил смотреть Эльфриденские передачи вещательной сети, но это соблюдалось только близ Вана, в прочих городах нередко можно было услышать «кого там волнует какой-то указ из Вана?» от людей, смотрящих на площадях те самые трансляции.

И когда доверие к столице настолько упало, города вполне ожидаемо начали собирать собственные отряды солдат и наёмников. Интересно, что это было противоположно созданной в тоже время в Эльфринеде единой системы войск.

Даже самые мелкие лорды собирали свои войска, и это было не тем, что Юлий должен был терпеть. Хотя если бы он попытался их за это осудить, это могло перерасти в восстание.

Впрочем, зная, чем все закончится, это был шанс выпустить гной. Макиавелли назвал бы это подходящим временем для жестокости, ведь подавив бунт, Юлий смог бы устранить все враждебные силы и запугать сомневающихся.

Но Юлий этого не сделал.

Возможно, он решил оставить в покое спящих собак, а возможно он не хотел больше человеческих жертв, когда Амидония и так многих потеряла в ходе войны. Лишь один человек знает, о чем думал Юлий — сам Юлий.

В любом случае… Юлий все глубже погружался в болото.

Спустя месяц на севере Амидонии вспыхнуло народное восстание.

Началось все с беспорядков из-за нехватки продовольствия.

Похожая ситуация до недавнего времени была в Эльфридене — продовольственный кризис был более заметен именно в сельской местности. Похоже, территория к северо-западу Вана особенно пострадала, умерших голодной смертью было намного больше сотни.

Жители обращались к лорду, но он направлял свои скудные запасы на содержание недавно набранных солдат. От такого отношения терпение людей лопнуло и они напали на его поместье, в итоге лорд вынужден был использовать войска против своих людей. Более того, его солдаты были в основном местными и понимали положение крестьян, ожидаемо они не торопились противостоять разъяренной толпе, предпочитая тихо дезертировать.

Каким-то чудом лорд спасся и добрался до столицы, где призвал Юлия подавить беспорядки.

Обдумав варианты Юлий решил, что если бунт затянется, его пламя может перекинуться на другие регионы, где тоже тлели угли недовольства. Более того, если он покажет здесь силу, дворяне охотнее его поддержат.

С этими мыслями Юлий лично возглавил карательные войска. Разгневанные крестьяне конечно же не могли противостоять регулярной армии и на северо-западе Амидонии можно было видеть ужасающие картины деревенских улиц с трупами бунтовщиков.

Юлий уже собирался объявить о подавлении восстания на северо-западе, когда ему пришло еще более удивительно сообщение.

Уходя в карательный поход, он оставил Ван почти без защиты, народ воспользовался этим и тоже восстал. Более того, они отправили гонцов с клятвой верности Королевству Эльфриден и запросили подкрепление, Королевство приняло их просьбу и немедленно отправило войска.

Другими словами, Ван был захвачен. Опять.

◇ ◇ ◇

— И вот… так Вы снова заняли Ван? — требовательно спросила Мария.

— Да. В конце концов, этого желали жители Вана.

Конечно, на самом деле я использовал Черных Котов, чтобы восстание произошло более гладко. Они наблюдали за происходящим из укрытия, поддерживая связь с посредниками в городе и наблюдая за развитием событий, чтобы подобрать наилучший момент. Захват произошел настолько быстро именно потому, что когда к нам прибыли гонцы с клятвой верности, наши войска уже были возле границы.

— Декларация Человечества запрещает любые изменения границ стран вследствие военных действий, — сказала Мария. — Народ Вана восстал и силой захватил власть в городе, если после этого будут изменены границы Амидонии — это будет нарушением Декларации Человечества. В этом случае Империи снова придется выступить посредником между нациями. Уверена, в этот раз нам придется быть не такими мягкими с обеими сторонами.

— И вы действительно это сделаете?

Мария замолчала.

— Декларация человечества также признает право народов на самоопределение, — сказал я. — Если народ Вана хочет быть частью Эльфридена, а не Амидонии, разве Империя, главный гарант Декларации, не должна принять и поддержать их решение?

Мария не могла этого не понимать, потому просто молчала.

— Ох… — вздохнул я. — Именно поэтому Королевство Эльфриден не подписало Декларацию Человечества.

Три главных статьи Декларации Человечества выглядели так:

Во-первых, не допускаются изменения границ человеческих стран вследствие военных действий между ними.

Во-вторых, должны соблюдаться права всех народов на равенство и самоопределение.

В-третьих, страны, находящиеся вдали от Владений Демонов, должны поддерживать страны, граничащие с Владениями.

С точки зрения идеологии все было прекрасно, но в двух первых статьях притаилось противоречие.

Декларация действительно помогала бы предотвращать внешние конфликты, но в то же время она делала внутренние конфликты практически неразрешимыми.

Это отлично демонстрирует ситуация с Ваном. Чтобы соблюсти право народа Вана на самоопределение, подписавшие Декларацию Человечества страны должны были принять изменение границ в результате вооруженного восстания, что противоречило первой статье. Но тогда они были бы должны поддержать Амидонию в подавлении восстания в Ване, тем самым ущемив их право самоопределения, то есть нарушив вторую статью.

Довод «народ Вана не подписывал декларацию, так что к ним она не относиться» и вовсе не выдерживал никакой критики.

Проще говоря, страны, подписавшие декларацию, ничего не могут предпринять.

Можно долго удивляться, как Империя раньше не заметила этой потенциальной проблемы, но наверное это нечто такое, что ты не можешь даже представить, пока оно не случиться. В конце концов, на земле в двадцатом веке это тоже не заметили.

— Вы знаете притчу, что я рассказал Жанне?

— …Да. Притча о противостоянии двух богов и людях между ними, пытавшихся избежать войны?

В той истории было два бога, Бог Востока, считавший что «Мир должен быть равным» и Бог Запада, считавший «Мир должен быть свободным». Их страны-последователи ненавидели друг друга, а расположенные между ними страны боялись войны и создали правила, которые должны были ее предотвратить.

Первое правило: «давайте не позволим изменять границы с помощью военной силы».

Второе правило: «давайте позволим людям каждой страны самим определять свою судьбу».

Третье правило: «давайте устроим культурный обмен между Востоком и Западом, чтобы примирить их».

— Я слышала эту притчу от Жанны. Это очень похоже на Декларацию Человечества, не так ли? Я хочу знать, чем закончилась это история? Что случилось с миром?

— Были некоторые проблемы, но в целом все шло довольно хорошо. В конце концов Бог Востока распался и можно было уже не бояться тотальной войны.

— И… Разве это плохой конец?

— Да, поначалу так и думали. Но позже, в одной многонациональной стране один из народов начал вооруженную борьбу за независимость. Другие страны не могли вмешаться, они не могли запретить им самим определять свою судьбу, но и не могли позволить изменение границ в результате военных действий. Они могли лишь наблюдать.

— Как и Империя сейчас?

Я утвердительно кивнул на вопрос Марии.

Вероятно вы уже поняли, что это за притча.

Бог Востока, сказавший «Мир должен быть равным» — социализм.

Бог Запада, сказавший «Мир должен быть свободным» — капитализм.

Приверженцы этих идеологий враждовали во время холодной войны.

Чтобы избежать войны, страны объединили усилия и в рамках организации «Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе» (СБСЕ)» (позже переименованному в «Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ)») приняли «Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе», или «Хельсинкские соглашения».

Я увидел противоречие в Декларации Человечества именно благодаря тому, что знал о аналогичной ситуации в нашем мире. В конце концов, я старательно изучал историю для поступления в университет.

Хельсинкские соглашения были эффективны в годы холодной войны, но они никак не помогли во время конфликта между сербами и хорватами в Югославии.

— Это и есть те самые подводные камни Декларации? — грустно спросила Мария.

— Да. И это смертельная опасность для многонационального государства, такого как наше. Именно поэтому Королевство Эльфриден не может подписать Декларацию Человечества.

Это может показаться циничным, но этой проблемы бы не было, будь наше государство похоже на Амидонию. Малочисленные и бедные нации внутри страны не могут начать борьбу за независимость, но в нашей стране это было бы вполне возможно.

Это не было проблемой, пока в стране все было хорошо, но если что-то очень плохо — люди начнут задумываться об отделении и независимости. Хуже всего то, что даже если сейчас все хорошо, завтра это может измениться независимо от нас. Как сказал Макиавелли, нужно быть готовым к превратностям судьбы.

— Это очень неприятно слышать. В конце концов, Империя тоже многонациональное государство.

Полагаю, это так. Но сейчас ветер дул Империи в спину и им пока нечего бояться.

Из-за угрозы демонов не было места безопаснее, чем в сильнейшей из стран. Ни одна нация Империи не захочет выходить из ее состава.

Но если власть не будет справляться с управлением страной, если исчезнет угроза демонов — что станет с Империей, так рьяно отстаивающей Декларацию Человечества?

— Мадам Мария…

— Я знаю, что Вы хотите сказать, но я не опущу этот флаг, — Мария решительно улыбнулась. — Хоть путь тернист, я хочу, чтобы Империя была светом надежды для людей, ведь мы обязательно должны объединиться против угрозы демонов. Даже если это только на время.

— …Кажется я понял, почему Вас называют святой.

Я мог считать ее идеалы наивными, но в ее словах действительно было что-то завораживающее.

Возможно, она понимала, что однажды ей придется столкнуться с реальностью лицом к лицу, но она продолжала придерживаться своих идеалов, принимая этот риск. Мне было тяжело смотреть на это, но не смотреть я не мог. Это было ее своеобразное очарование.

«Уверен, заботам Жанны не будет конца…» — вспомнил я младшую Сестру и верховного главнокомандующего Империи. Хотя если бы мои мысли услышал Хакуя, он мог бы только простонать «Кто бы говорил».

Мария тряхнула головой, пытаясь отогнать невеселые мысли.

— Я поняла что произошло и как Ван вновь оказался в Ваших руках. Можно сказать, технически вашей вины в этом нет. Даже если Вы стояли за кулисами.

Похоже Мария знала, Что Черные Коты присутствовали в Ване во время восстания. Думаю, она не пыталась меня в этом обвинить, потому что ее разведчики тоже там были.

— Но кое-чего я все еще не понимаю, — вздохнула Мария.

— Чего?

— Каким образом Эльфриден поглотил всю Амидонию? — спросила Мария, внимательно глядя мне в глаза.

Ну… Я ожидал этого вопроса, ведь мы получили контроль не только над Ваном, но и над всей остальной Амидонией. Впрочем, мягко говоря это было не по плану.

— Конечно я дам Вам исчерпывающее объяснение, но начать позвольте заявить: Не мы стояли за произошедшим. Можно сказать, мы стали участниками поневоле.

— …Что же там произошло?

— Забегая вперед скажу: нас перехитрила одна девица, — вздохнул я.

◇ ◇ ◇

Если вам интересно, почему она смогла нас перехитрить, признаюсь — потому что мы слишком узко мыслили. Наш взгляд был сосредоточен исключительно на Ване.

Мы планировали ответить на зов помощи жителей Вана и его окрестностей, и вновь оккупировать его, не нарушая тем самым условия мирного договора. Так мы планировали.

Причин было несколько. Во-первых, хоть нам и должны были выплатить большие контрибуции, я не сомневался, что Амидония под управлением Юлия не сможет на самом деле их выплатить.

Чиновники, прежде управлявшие финансами Амидонии бесследно исчезли и не появились даже после коронации Юлия, так что не было шансов, что милитарист Юлий и его приближенные смогут эффективно действовать в этой области.

Кроме того, внезапная смерть Гая вызвала хаос среди вассалов. Даже без нашего вмешательства Амидонию ждали бы крайне неспокойные времена.

Всевозможные лорды не воспринимали Юлия всерьез и своевольничали, а очередное поднятие налогов для выплаты контрибуции неминуемо вызвало бы недовольство народа. Все это привело бы к гражданской войне, и в результате Юлий все равно не смог бы выплачивать контрибуции.

Поэтому я постарался взять Ван, пока его жители не пострадали.

Возможно, это было не очень равноценно контрибуциям, но это помогло бы мне выйти победителем из этой ситуации. В конце концов, после ликвидации автономии герцогств Кармин и Варгас у нас было достаточно ресурсов. Что же касается просьбы жителей Вана, это был инструмент воздействия на Империю. Если бы они пришли требовать возвращения Вана, мы могли бы настоять на предоставлении им независимости в соответствии со вторым пунктом Декларации Человечества, поставить во главе этого «государства» правильного человека, а спустя некоторое время мирным путем принять их в состав Эльфридена.

Тем не менее, я решил ввести в город войска, чтобы у Империи был повод вмешаться как посредникам, и после не осталось недосказанностей.

Если бы мы сразу после войны воспользовались дырой в Декларации и приняли Ван в состав Эльфридена, это был бы плевок в сторону Империи, поэтому я согласился вернуть его, чтобы Империя могла сохранить лицо. В итоге, по условиям мирного договора, даже если мы в конце концов его заберем — это не пошатнет авторитет империи.

Но пока мы были сосредоточенны на Ване, за его пределами тоже проходили некоторые события.

Наши войска заняли город и готовились отразить атаку войск, возглавляемых Юлием, но… Юлий так и не вернулся в Ван. Когда он закончил с восстанием на северо-западе и уже собирался отбивать Ван обратно, он получил донесение. И не одно.

Одновременно с вводом войск Эльфридена, по всей Амидонии как по команде вспыхнули беспорядки, и каждый случай был чем-то особенным.

Где-то угнетаемые лордом жители подняли мятеж, убили его вместе с семьей и захватили власть над городом.

Где-то крупный аристократ счел Юлия недостойным власти и начал собирать силы, чтобы занять его место.

Где-то другой аристократ проникся жалостью к людям, пострадавшим в ходе подавления мятежа на северо-западе и взял на себя заботу приютить их, в тоже время открыто осуждая действия Юлия.

Где-то дворяне, объявшие себя сторонниками принцессы Ророа и разгневанные тем, что заняв трон Юлий проигнорировал ее существование, решили собирать войска для ее поддержки…

Были даже города, просившие принять их так же, как Ван.

Список можно продолжать долго, причин было не меньше, чем восстаний. Но по какой-то причине все эти события произошли одновременно.

Прежде чем мы поняли что происходит, на воображаемом столе для игры в го под названием «Амидония» черные камни мятежников надежно заблокировали белые камни Юлия в комбинации дамэзумари, не оставив ему свободы действия.

Юлий со своими войсками уже не мог с уверенностью сказать, кто друг, а кто враг, фактически оказавшись в окружении со всех сторон, хоть и находился на территории своей страны.

Очевидно, сражаться с Эльфриденом и подавлять восстания они не могли. Более того, в его армии как пожар разгорелось дезертирство, а приближающиеся шаги мятежников стали финальным аккордом. В итоге, армия распалась, а сам Юлий бежал в Империю с небольшой свитой приближенных.

Таким образом Амидония была раздробленна на части и лишена лидера, а мы могли без помех занять Ван. Это было неожиданно, но о лучшем стечении событий мы и мечтать не могли.

…Так мы думали некоторое время.

Но эта раздробленность продлилась недолго. Она и не могла продолжаться долго.

В Амидонию вторглись новые захватчики.

В движение пришли Лунарское Православное Папское Государство на севере и Республика Тургис на юге. Государство наемников Зем на западе вроде бы сохраняло нейтралитет и открыто не нападало, но охотно поставляло наемников в обе начавшие действовать страны.

Лунарское Православное Папское Государство было центром лунарского православия, религии, поклонявшейся богине Лунарии. В этом теократическом государстве папа был одновременно и религиозным, и светским лидером. Лунарское православие было одним из крупнейших религиозных учений на континенте, наравне с культом матери-дракона, жившей в горах Звездного Дракона.

Лунарское православие проповедовало любовь ко всем людям, сотрудничество и терпимость, но некоторые особо ревностные верующие добавляли это идеями превосходства рассы людей. В целом, эта религия была похожа на иудаизм, христианство или ислам на Земле.

Кстати, Эльфриден был политеистическим государством, у нас не было никаких ограничений и каждый человек мог следовать любой религии.

Вернемся к теме.

В ответ на подавление восстания на северо-западе Амидонии, Лунарское Православное Папское Государство начало стягивать войска к границе, мотивируя это необходимостью защитить своих единоверцев. Они принимали беженцев из Амидонии и давали понять, что при необходимости готовы ввести войска на территорию Княжества. Однако они не торопились это делать.

Вероятно, они знали о войсках Эльфридена, готовых занять Ван и решили пока занять выжидательную позицию, чтобы избежать столкновений с нами.

А вот Республика Тургис ждать не стала и пересекла границу.

Климат этого континента был немного своеобразен: чем дальше на юг, тем холоднее. Самое южное государство, Республика Тургис, страна сурового холода, занимали полуостров, большую часть года покрытый снегом и льдом, а ветра не нем были достаточно холодными, чтобы виверны и им подобные существа не держаться в воздухе. Говорят, даже Империя в годы своего расцвета не смогла их захватить из-за суровой погоды.

Воины Тургиса сражались верхом на якоподобных животных, водившихся только на территории их страны. Как говорили, они были непобедимы на своей территории.

Весть о вторжении Республики Тургис быстро распространилась по Амидонии, но в нынешнем состоянии они были дезорганизованы и легко были бы разбиты. Если Тургис добился бы успеха на юге, Лунарское Православное Папское Государство на севере, без сомнения, не упустит шанс отхватить свой кусок пирога. Амидония падет и, не считая Вана, будет поделена между этими двумя странами.

К счастью, войска Тургис встретили ожесточенное сопротивление со стороны города-крепости Нельвы и его лорда, опытного генерала Германа Неймана.

Амидонцы задумались, если их страну собираются разорвать на части двое соседей, где им найти помощи? Где им найти сильного господина, что их защитит?

При этой мысли им вспоминалось улыбающееся лицо молодого короля соседней страны, которое они видели в трансляциях вещательной сети. Того самого, что уже правил Ваном, и даже принял генерала Уондер, хотя она поначалу пыталась противостоять ему и подстегнуть патриотизм амидонцев.

…В общем, они подумали обо мне.

Не успел я опомниться, как в Амидонии уже укоренилась идея добиться аннексии Эльфриденом, избежав таким образом участи быть разделенными между Тургисом и Лунарским государством.

Очень скоро «аннексионисты» подавили любое сопротивление со стороны сторонников независимости Амидонии (большинство начали свои восстания, стремясь свергнуть Юлия и занять его место).

Фракция аннексионистов смогла набрать такое влияние во многом потому, что ее участниками были старый опытный генерал Герман Нейман, остановивший войска Республики Тургис, а так же бывший министр финансов Гэтсби Колберт, известный своим талантом удерживать экономику Амидонии на плаву.

В таких вот условиях мне передали просьбу принять Амидонию под свое правление.

…

«Да уж. Как все так сложилось?»

…

Вернемся к Амидонии и попробуем взвесить все «за» и «против» аннексии.

Положительной стороной был тот факт, что это увеличит нашу территорию и население, что очевидно хорошо в долгосрочной перспективе.

Кроме того, Амидония была богата полезными ископаемыми и металлами, которых на территории Эльфридена почти не было.

С другой стороны, были и минусы.

Во-первых, мы только-только решили проблему продовольственного кризиса в Эльфридене, теперь нам будет необходимо разбираться с такой же проблемой в Амидонии.

Кроме этого, эта нация еще несколько месяцев назад была нашим врагом, так что ими может быть непросто править.

Далее, до сих пор мы делили границы только с тремя странами: Союзом Восточных Наций, Княжеством Амидонией и совсем немного с Республикой Тургис, после аннексии Амидонии у нас увеличиться продолжительность границы с Республикой Тургис и появятся границы с Государством Наемников Зем и Лунарским Православным Папским Государством. Чем больше у нас непосредственных соседей, тем сложнее будет дипломатия.

Ну и нам придется забыть о контрибуциях, хоть я серьезно на них не рассчитывал.

Увидев этот список я подумал, что было бы проще отказать им в аннексии, но это было невозможно. Решение не аннексировать Амидонию принесет еще более неприятные проблемы.

Во-первых, это повредит нашей репутации борцов за правое дело, «принявших Ван в состав Эльфридена по просьбе его жителей». Если мы примем Ван, но откажемся от остальной Амидонии, о нас вполне обоснованно будут говорить: «В итоге, они просто взяли лучшую землю, на которую нацелились изначально».

Во-вторых, если мы дадим Республике Тургис и Лунарскому Государству свободу действий, то в любом случае получим с ними общие границы.

В-третьих, решить продовольственный кризис в Амидонии Лунарскому государству и, особенно, Республике Тургис, будет трудно. На территории бывшей Амидонии неминуемо будут вспыхивать бунты, а возможно и полноценная гражданская война, и в результате у нас будет еще больше беженцев.

В этой ситуации нам стоит взять на себя заботу о них с самого начала. Сейчас это может быть не слишком просто, но в долгосрочной перспективе наши инвестиции окупятся.

Таким образом я согласился объединить Амидонию и Эльфриден и уведомил об этом наших соседей. Я так же переместил некоторую часть наших войск под командованием Эксель поближе к границе с Республикой Тургис, тем самым давая понять, что мы в любой момент можем перейти в контрнаступление.

Очевидно, Республика Тургис не хотела бы столкнуться с нашими войсками, пока их основные силы безуспешно осаждали Нельву. Подобно отливу они немедленно покинули территорию Амидонии.

Увидев, что хаос в Амидонии стихает, Лунарское Государство прекратило подготовку к вторжению.

В отличии от Тургиса, они не предприняли никаких активных действий, поэтому было трудно сказать, о чем они думали. Это была довольно неприятная ситуация.

Так или иначе, именно эти события привели к аннексии Амидонии.

Через некоторое время после того, как войска Республики Тургис покинули территорию Амидонии…

Чтобы быстрее разобраться с административными проблемами после аннексии Амидонии, я приехал в замок Ван. Конкретно сейчас я сидел на троне в зале для аудиенций, чтобы наградить людей, отличившихся в противостоянии войскам Тургиса. Все произошло внезапно, так что я не взял с собой большую свиту, но основные участники подобных церемоний были на своих местах: Лисия и Аиша стояли по обе стороны от меня, Хакуя руководил процессом.

К награждению были представлены двое: пожилой, закаленный в боях генерал Герман Нейман, остановивший вторжение Тургиса возле Нельвы; и бывший министр финансов Гэтсби Колберт (вообще, мне следовало бы называть его Гэтсби, но по какой-то причине я постоянно говорил «Колберт», в итоге я просто оставил это как есть)[✱]Изменил предложение, чтобы не было вопросов, почему Сома называет Колберта по фамилии. В оригинале было примерно так: «Его звали Гэтсби, но поскольку он был бывшим министром, я чувствовал, что должен называть его Колбертом». Предположительно, в японской версии была какая-то шутка, но сейчас это просто что-то непонятное.. Фактически, именно их действия удержали Амидонию от распада. Герман немного напомнил мне Георга и Оуэна, в то время как Колберт был скорее хрупким интеллектуалом двадцати с небольшим лет.

Позади них было сложенно что-то, накрытое тканью. Ранее они заявили, что это подарок.

Церемония началась и они склонились предо мной.

— Поднимите головы, — когда они выполнили мое распоряжение, я начал с Колберта. — Господин Колберт, я благодарю Вас за то, что Вы не только не оставили народ Амидонии в трудный час, но и помогли им сплотиться. Если бы не Ваша тяжелая работа, хаос бы затянулся, а народ Амидонии страдал.

— Вы слишком добры, — Колберт снова низко склонил голову.

Я сразу начал говорить об амидонцах как о своих подданных, но он никак на это не отреагировал. Ну… Он и так старался передать мне власть над Амидонией, так что отсутствие недовольства было вполне естественно.

Колберт поднял голову и заговорил:

— В любом случае, Ваше Величество, я хочу кое-что отдать Вам.

С этими словами он стянул ткань с одного из «подарков», являя нашему взору гору документов.

— Ясно, — пробормотал Хакуя с натянутой улыбкой.

— Что это? — спросил я Колберта.

— Это записи о расходах и доходах, о правах собственности и прочем, касающимся финансов в Амидонии, — пояснил Колберт. — Они хранились в архиве Вана, но перед началом военных действий мы их вывезли, чтобы они не пострадали в творившемся хаосе. Сейчас мы возвращаем их на положенное место.

О, верно. Когда мы взяли книги из библиотеки замка (одновременно бывшей архивом), мне доложили, что там не было ни одного такого документа. Вероятно, Хакуя так отреагировал потому что узнал, кто разрушил его спонтанный план.

— Понятно. Прекрасный подарок, это поможет нашему правлению.

— Для меня большая честь слышать это.

— Впрочем, будет лучше, если Вы сами вернете их на место.

— А? — удивился Колберт.

«Хм, давай сравняем счет».

— Бывший министр финансов Амидонии Гэтсби Колберт! Ты готов служить мне? — громко спросил я, пряча ухмылку.

— Д-да, Сир! — рефлекторно ответил Колберт. Хорошо, теперь не отвертится.

— Очень хорошо. В таком случае я поручаю вам должность, аналогичную вашей прежней. Отныне, как министр финансов Королевства Эльфриден и Княжества Амидония, я прошу вас позаботиться о финансах нашей новой нации.

— Я в-ведь амидонец, как вы знаете… Разве нормально поручать мне такой важный пост?

— Мне не важно происхождение, раса или пол, использую любого, кого смогу. Если я буду придираться к этому — никогда не восстановлю эту страну.

— Да, С-сир…

Нет, без шуток — я очень хотел найти такого человека. Лично я был склонен к гуманитарным наукам, а математика и прочие точные науки давались мне с трудом, что осложняло управления финансами Эльфридена. Если у Колберта получалось удержать от банкротства эту далеко не процветающую страну, пока военные забирали большая часть бюджета — я хотел заполучить его любой ценой. С таким министром финансов мы, возможно, сможем найти денег еще для одного-двух важных проектов.

«Хе-хе-хе… Возможности, возможности…»

— Министр финансов Колберт. Эти документы без сомнения помогут Вам в вопросах торговли. Используйте это, чтобы восстановить регион Амидония.

— Да… Да, Сир! Я понял! — сказал Колберт, снова упав на колени.

Кивнув ему, я перешел к награждению генерала Германа.

— Господин Герман, Вы отлично сражались против войск Республики Тургис. Уверен, не окажите Вы им такого ожесточенного сопротивления, они успели бы пройти гораздо глубже, наши войска не могли их быстро перехватить, из-за чего они успели бы посеять немало хаоса.

Хоть я его благодарил, его выражение лица нисколько не смягчилось.

— Долг воина — защищать народ. Даже когда он лишается господина.

Строго и официально… Вероятно, он из тех, кто до последнего будет верен себе. Если Оуэн — жизнерадостный старик, то Герман — непреклонный старик.

Его предыдущая фраза словно кричала: «Я… Э-это сделал не ради Вас, ясно? Я потерял прежнего правителя и просто выполнял свою работу, защищая родину!» Да, он похож на японских стариков-цундере[✱]Цундере — японский архетип персонажей, старающихся сначала выглядеть сильными и независимыми, но в тайне питающие к главному герою сильную симпатию. Обычно это девушки, но это не абсолютное правило..

— Я тоже привез дары. Надеюсь, вы не поручите мне что-то с этим делать, — С этими словами Герман убрал покрывало со второго подарка, которым оказались несколько рулонов разноцветной ткани. Немного напоминает скрученные слоеные пирожные.

— На юге Амидонии мы производим отличную шерсть, из которой и сделано эта ткань. Прошу вас принять этот скромный дар.

— Хм… Я посмотрю ближе?

— Как пожелаете.

Встав с трона и подойдя к рулонам я провел по ткани рукой. Да, приятная на ощупь. Я никогда не видел ковров вживую, но как-то так себе их представлял. Это в самом деле ковер? Я в них не разбираюсь, но думаю, это хороший подарок.

— Хм, ковер?.. — неуверенно пробормотал я.

Ковер в подарок… Ох… Где-то я про такое слышал. В истории земли была такая, то ли история, то ли легенда… Как одна царица пробралась на прием цезаря… Э[✱]Ковер Клеопатры — https://ru.wikipedia.org/wiki/Ковёр_Клеопатры?

— Сэр Герман…

— В чем дело?

— В одном из этих ковров же не завернута девушка, правда?

В ответ на мой вопрос лицо Германа напряглось.

«Стоп, серьезно?!»

Один из рулонов начал извиваться. Неужели убийца? Солдаты и Аиша мгновенно напряглись…

— Нечестно, нечестно! Это должен был лучший розыгрыш в моей жизни! Угораздило же тебя подойти и все понять! — раздался девичий голос.

Таинственный вторженец в ковре наконец смог выбраться из своего убежища и оказалось, что это девушка. На вскидку, ее едва можно было назвать старшеклассницей, у нее было красивые, правильные черты лица и маленькие глаза-бусинки, дополняли образ две косички, смещенные к затылку.

Девушка положила правую руку к затылку, а левую на бедро, немного приноровилась к этой позе модели и представилась:

— Может и без приглашения, но — там-тара-дам! Вот и Ророа!

После этого она кокетливо хихикнула и попыталась выглядеть соблазнительно. Впрочем, она была ниже Лисии и ей явно не хватало изгибов тела, так что она выглядела скорее как девочка, пытающаяся казаться взрослой. Ну, это по-своему мило и все такое… Стоп, разве она не младшая сестра Юлия?!

Я продолжал просто изумленно на нее смотреть, что, похоже, немного ее рассердило.

— Ау, ты какой-то скучный, мистер Сома.

— Мистер Сома?!

Вот мистером меня еще никогда не называли… Стоп, я не о том думаю. Вообще, что происходит?!

И Гай, и Юлий были опасными противниками, мечтавшими увидеть мой труп, так почему же она выглядит такой дружелюбной? Разве княжеская семья Амидонии не должна ненавидеть Эльфриден и все, что с ним связано?

Пока я стоял в прострации, Ророа подошла и начала тыкать меня в плечо.

— И все же за испорченный сюрприз тебе персональное а-та-та. Я проторчала там почти час, если что! И там было жарче, чем я думала…

«Ну, завернувшись в несколько слоев плотной шерстяной ткани…»

— Все же, как ты догадался? Я этого как бы вообще никак не ожидала.

— Ну, в моем прежнем мире одна женщина как-то раз сделала так же.

— Ррр, мой трюк уже кто-то когда-то провернул? Ну что за отстой…

— …Хотя та женщина была обнажена, как считается[✱]Прим. анг. пер.: *Мнения по этому поводу расходятся..

— С какой радости? Она была какой-то извращенкой?

— Говорят, она была красивейшей женщиной из когда-либо живших, идеальной во всем[✱]Прим. анг. пер.: *По этому поводу мнения тоже расходятся.… — пожал плечами я[✱]На английском «It’s been said that she was so great that if her nose had been shorter, the whole face of the world would have been changed…» и я без понятия, что тут имеется в виду. Но думаю, отсылка к невыдающимся формам некой принцессы-тануки….

Скрестив руки на скудной груди, словно пытаясь скрыть ее, Ророа тяжело вздохнула.

Кстати, Ророа была одета. У нас бы не получилась такая непринужденная беседа, будь она голой. Я уж молчу о реакции присутствовавших здесь двух моих невест, случись такое.

— Эм, Ророа… Можно же просто Ророа? Ты ведь та самая принцесса Амидонии?

— Ясен пенек. У кого еще есть такая комбинация милой мордашки, обаяния и остроумия? О да, я та самая Ророа «потрясающая красотка »Амидония.

— О боже, я даже не знаю, какую шутку вставить сначала…

— Вставить? Куда и что ты собираешься вставить? *краснеет…

— Зачем ты сказала «краснеет»? Выбрось из головы эту чепуху!

— Ни за что! Мы только познакомились, а уже подкалываем друг друга как муж и жена, заметил, да?

— Это ты почему-то начала с финальной стадии, а надо начинать с «друзей»!

— Вы… Как так получилось, что вы впервые встретились, но так легко понимаете друг друга? — удивленно спросила Лисия.

Пока я старательно изображал стойкого парня, а Ророа ломала комедию, Лисия успела немного придти в себя.

«Упс, если подумать, а ведь она права!».

— Хе-хе, Неплохо держишься для «мистера». Ты хорошо поддерживаешь образ стойкого парня.

— Кхм, почему ты так дружелюбна? Ты в самом деле принцесса Амидонии?

— Конечно. Если хочешь, я могу изобразить официальное приветствие, — с этими словами Ророа перестала ухмыляться и сделала изящный реверанс. — Я — Ророа Амидония, дочь Гая VIII из бывшего княжества Амидония.

Удивительное преображение, я словно смотрел на самую настоящую принцессу.

— …И что вы здесь делаете, принцесса Ророа Амидония?

— Ох, у меня есть для этого одна веская причина.

— Ты уже вернулась к прежнему тону, да?

— Не обращай внимания, так вот… — с милой улыбкой на лице она сбросила мощнейшую бомбу. — …Я приехала, чтобы стать твоей женой.

— Стоять! — выкрикнула Лисия.

Взволнованная Лисия подбежала к гостье, пока я стоял в ступоре а мой мозг переваривал новость, что она хочет стать моей женой.

— Принцесса Амидонии, ты о чем вообще говоришь?!

— Я просто делаю тоже, что и ты, сестричка.

— «Сестричка»?!

— Сестричка, ты ведь тоже принцесса? Ты поначалу согласилась стать невестой Сомы, чтобы узаконить его власть, так ведь?

— Откуда ты это знаешь? — удивилась Лисия. Действительно, похоже Ророа многое знала о наших отношениях.

— Никогда не недооценивай информационную сеть торговцев! Ну так вот, я собираюсь сделать тоже самое, что и ты. Выйду за него замуж с Амидонией в качестве приданного, что узаконит его власть. От этого брака все останутся в выигрыше.

— Это… — Лисия понимала, что это действительно выгодно обеим странам, но все же не могла так просто это принять. — В смысле да, поначалу наша помолвка была ради страны. Но сейчас я искренне хочу быть рядом с Сомой, поддержать его во всем! Между нами действительно что-то есть! И Аиша, и Джуна — мы по собственной воле решили быть рядом с ним!

В конце она практически выкрикнула признание в любви. Я был поражён тому, насколько она ко мне привязалась. После ее пылкой речи у меня начали пылать щеки.

Ророа тоже немного покраснела после слов Лисии, но тут же хихикнула:

— Хи-хи, это не проблема. Я тоже влюблена в Сому.

— Ты в него влюблена?.. — ошарашено спросила Лисия. — Но ведь ты его впервые в жизни видишь!

— Я видела его в той первой развлекательной программе. Кстати, классная идея так использовать вещательную сеть, хотя я могу придумать ещё парочку интересных штук. Из этого можно сделать курочку, несущую золотые яйца! Вот смотрите, — Ророа довольно щелкнула пальцами. — Есть же система королевских (и княжеских) заказов и одобрений, да? Когда правящая семья получает в дар какие-нибудь вещи, одобряет их, а сделавшие их люди потом могут использовать это в рекламе. Этакая гарантия качества, достойного королей. Так вот, почему бы время от времени не проводить трансляции, в которых за определенную цену рекламировать эти товары? Уверена, производители будут выстраиваться в очередь на такую передачу.

— Интересно…

Запустить рекламу, да? Я упустил из виду эту возможность.

Я рассматривал вещательную сеть как что-то для исключительно для людей, так что о рекламе и прибыли от неё даже не задумывался. И я не ожидал, что кому-то в этом мире так скоро придёт такая идея, но многие поставщики товаров действительно рекламировали себя как поставщиков товаров для королевской семьи. Реклама по вещательной сети действительно может принести определенные деньги, и тогда мы сможем экономить бюджетные средства.

Пока я представлял возможную прибыль, Ророа подбоченилась и довольно улыбнулась.

— Не сомневаюсь, ты сможешь привести Королевство и Княжество к процветанию. И уверена, рядом с тобой я увижу много удивительного, а я уже давно решила, что если уж и выходить замуж, то это должен быть кто-то интересный.

— Я понял твою позицию, но… Ты на самом деле этого хочешь? — Спросил я, глядя ей в глаза. — Ведь именно я… Убил твоего отца.

Я почувствовал, как после этих слов напряглись присутствующие амидонцы.

Ее отец, Гай VIII, пал в битве с Эльфриденом и именно я возглавлял наше войско.

— Ну, раз на то пошло, я использовала свои связи, чтобы организовать одновременные восстания, согнать брата с трона и пинками выдворить его из страны куда подальше.

— Что?! Так это твоих рук дело?!

Мы поспособствовали только восстанию в Ване, все остальные я считал просто стечением обстоятельств, но оказалось, что за ними стояла она…

«Ну и девица…»

Пока я в очередной раз пытался осмыслить произошедшее, Ророа пренебрежительно махнула рукой:

— И не парься на счёт моего старика. Или ты наоборот хочешь, чтобы я причитала «Как ты посмел убить моего отца?!», чтобы все же подчинить и услышать «Не могу поверить, что родила ребёнка от убийцы моего отца…» — сказала Ророа, старательно переигрывая.

— Эй, у меня нет такого садистского фетиша! — практически выкрикнул я.

— Сома, это уже чересчур… — встревоженно пробормотала Лисия.

— Лисия, ты чего? Это же она сама придумала!

Ох, я растерялся и повысил голос больше, чем надо было. Просто голова кругом… Это девушка с кансайским акцентом заставила меня плясать под свою дудку.

— Послушай, Ророа… — вздохнул я.

— А-ага?

— Давай серьезно. Ты правда не держишь на меня зла?

— Ну, не могу сказать, что мне совершенно все равно, — Ророа скрестила руки на груди и закрыла глаза. — Каким бы он не был, он все равно был моим стариком. Но ведь он вышел против тебя на поле боя, не так ли? Убей или будешь убит, тут уж ничего не попишешь. И я слышала, что вы вернули его останки, так что мне не на что жаловаться.

Я молча слушал.

— Ну… В любом случае наши отношения как отца и дочери были паршивыми. Мой старик и брат были одержимы местью и ничего другого не замечали. Амидония — бедная страна, хоть у нас достаточно много минеральных ресурсов, но… Не более того. Мы с трудом можем обеспечивать себя. И народ наш страдает вовсе не из-за Эльфридена, а из-за голода и нищеты, вот с чем мы должны бороться. Вот что мы должны создавать. Так думали Колберт, некоторые другие чиновники и я, отчаянно пытаясь наскрести денег для людей. Но мой старик и остальные тут же спускали все на армию, — ее прежняя игривость исчезла, ей на смену пришёл леденящий взгляд одинокой девушки, полный горечи и разочарования в семье и судьбе. — Используй они то немногое, что у нас все же было — семьям не пришлось бы продавать сыновей и дочерей в рабство, пытаясь сократить количество ртов, чтобы протянуть ещё немного. Разжигать ненависть к королевству, чтобы люди не винили тебя в своих проблемах — не правильно. Эта система просто не может существовать долго, но… Старик просто не слушал, когда я пыталась ему это объяснить. Интересно, как давно… Я перестала видеть в них семью…

— Ророа… — тихо произнёс я.

Она тряхнула головой, взяла себя в руки и улыбнулась.

— Для меня семья — дедушка Герман, мистер Колберт, который мне как старший брат, и все те прекрасные мужчины и женщины, работающие на рынках Амидонии. Я забочусь о них не потому, что нас объединяют кровные узы, а потому что они мне на самом деле дороги.

Семья, о которой заботишься не потому, что вы родственники, а потому что действительно любишь…

Во время послевоенных переговоров Юлий отмахнулся от неё, потому что она стала его политическим оппонентом. А она совсем недавно уничтожила его власть и вынудила покинуть страну.

Они сделали почти одно и тоже, но тогда почему я так хорошо понимаю ее? Может потому, что в отличии от Юлия она понимала важность семьи.

— Я должен спросить ещё кое-что. Восстание на северо-западе Амидонии, которое подавил Юлий — тоже спровоцировано тобой?

— Я на такое никогда бы не пошла! — Рогов впервые за разговор выглядела действительно возмущённой моими словами. — Все восстания произошли одновременно именно для того, чтобы не допустить такого кровопролития! Это бы связало руки брату, он не знал бы, с которого восстания начать! Я бы никогда не организовала восстания, которое принесёт людям столько горя!

Несмотря на запал, в ее голосе была и печаль. Не похоже, чтобы она лгала.

— Значит, то восстание было спонтанным?

— Это тоже не верно. Вспомни карты. С кем граничит регион, в котором вспыхнуло восстание?

— А!.. Лунарское Православное Папское Государство!

На севере Амидония делила границу с Лунарским Православным Папским Государством. Более того, мы получали донесения, что они стягивают войска к границе.

— Для религии не существует государственных границ, — печально кивнула Ророа. — Из-за близости Лунарского Государства на севере Амидонии особенно много последователей этой религии. Уверена, они взбудоражили людей каким-нибудь посланием от Папы, чтобы потом отправить войска для «защиты».

— Но на севере Амидонии нет ничего выдающегося, ни плодородной земли, ни шахт. Ничего. Во многом поэтому люди так быстро начали восстание. Зачем Лунарскому Государству нужна эта земля?

— Им нужна не земля, им нужны люди, точнее паства. Для верующих не важно, насколько тяжела жизнь, для них беды и лишения — ниспосланные им испытания, они лишь укрепляют их веру. Поэтому Лунарскому Государству вовсе не надо заботиться о своем народе. Пока они проводят нужные ритуалы — народ следует за ними и поддерживает их, жертвует последнее. Поэтому им нужно как можно больше верующих.

— Весьма проблематично… — пробормотал я. — Подожди, Ророа, тебе настолько не нравиться лунарское православие?

— Дело не в лунарском православии. Я ненавижу людей, использующих религию для поддержания власти и обогащения, легко переходящих из крайности в крайность и распоряжающихся жизнями простых людей как своими игрушками.

— Да уж. С этим я полностью согласен.

Вероятно, смешивание политики и религии будет приносить проблемы, не важно в каком мире. Религия должна успокаивать сердца людей, давать им надежду и стимул, но кто-то может использовать ее для обоснования и оправдания своих действий. Получив власть над государством, религиозные деятели могли интерпретировать учение, как им угодно, а всех несогласных можно было называть еретиками и наказывать «во имя бога». Честно, я даже не уверен, есть ли что-то хуже этого.

— Если бы это было возможно, я бы не отказался никогда в жизни не иметь с ними дела.

— Жаль тебя огорчать, но это вряд ли возможно. Они наверняка скоро свяжутся с вами.

— Почему? Я не слишком религиозен.

— Потому что они ненавидят Горный Хребет Звездного Дракона и Империю Гран-Кэйос, вот почему.

— Я понимаю, почему они не любят драконов, но почему Империя?

Горный Хребет Звездного Дракона был, по сути, государством разумных драконов. Их главой была Мать-Дракон, которой так же поклонялись последователи религии Матери-Дракона, одной из двух наиболее распространенных религий этого континента, с которой могло сравниться только лунарское православие (хотя я не знаю, какое религии придерживаются демоны). В общем я понимал, почему Лунарское Православное Папское Государство враждует с Горным Хребтом Звездного Дракона, религиозным центром религии-оппонента. На какая у них может быть причина не любить Империю Гран-Кэйос?

— Ты же слышал, что Императрицу Марию называют Святой, да?Так ее стали называть простые люди за ее поступки, но в лунарском православии «Святая» — вполне существующий титул, который папа может кому-то присвоить. По факту, у них там сейчас есть женщина, носящая этот титул, поэтому Лунарское Государство считает непростительным злодеянием тот факт, что Императрица Мария выдает себя за святую.

— Но если люди сами начали называть ее так называть, как это может быть ее злодеянием?

— Да Лунарцам на это плевать, — пожала плечами Ророа. — В этой теократии что важнее всего? Харизматичный лидер, за которым последует народ. Но если где-то есть такой неподконтрольный им человек — это может подорвать доверие к их власти. Так что теперь, Когда Эльфриден окреп и даже поглотил Амидонию, Лунарское Государство от тебя не отстанет. Где-то, как-то, но они с тобой свяжутся, возможно попытаются привлечь каким-нибудь свежевыдуманным титулом, типа «Святой Король», а потом натравят на Империю.

Ух… Очень может быть так они и поступят. И очень хотелось бы этого избежать.

Наш тайный альянс с Империей был, очевидно, тайным, чтобы другие страны не начали нас чрезмерно бояться и не ставили под сомнение авторитет Декларации, так что наши и имперские разведчики в обеих странах усердно работали, чтобы эта информация не просочилась наружу. В общем, мы не могли в открытую об этом объявить.

В истории земли было немало случаев, когда представители какой-то религии предлагали власть имущим людям значимые религиозные титулы, чтобы усилить свое влияние. Они вполне могут попытаться превратить нас в Священное Королевство Эльфриден и вынудить встать на острие противостояния Империи, в то время как Лунарское Государство останется в стороне с чистыми руками.

Тем не менее, я должен был любыми путями избежать конфликта с Лунарским Государством. Самым неприятным с политической точки зрения фактором религии было то, что ее очень тяжело уничтожить. Сокрушите центр — верующие рассеяться по миру и их будет сложнее найти, убейте их лидеров — и их назовут мучениками, что еще больше поднимет мораль верующих. Но хуже всего то, что большинство верующих были простыми людьми, не знающими ни о каких интригах внутри организации, так что если начнется серьезная война с ними — это будет сродни геноциду мирного населения.

Лунарское Православное Папское Государство… Я не хотел бы иметь с ними никаких дел, ни сотрудничать, ни противостоять.

Пока я снова погружался в напряженные фантазии, Ророа хлопнула в ладоши, словно переключая свое настроение.

— Ну, завязываем пока с Лунарским Государством! Поговорим о более важных вещах, о нашем браке, — она посмотрела на меня щенячьими глазами. — Мистер Сома… Ты этого не хочешь?

— Ух… — как бы правильно сказать… Умеет она задавать вопросы, сейчас мог дать только только один ответ. — Хочу.

Причем отчаянно. Тут и сомнений не было, выгода от такого брака была невероятна.

Прежде всего, этот брак сделает полностью законным мое правление над аннексированной Амидонией. Народ любил Ророа, и если они будут знать, что она счастлива в браке со мной — это улучшит их отношение к Эльфридену.

Далее, меня очень привлекали ее таланты. Опережающее время предпринимательское чутьё и то, что она придумала телевизионную рекламу (вещательную рекламу?), а так же созданная ею сеть торговцев — все это было невероятно. Более того, было похоже, что она была знакома с миром подковерных интриг аристократов, в котором мы с Хакуей многое упускали из виду. Я мечтал найти такого человека.

Кроме того… Мне нравился ход ее мыслей. Можно сказать, она была по-хорошему корыстна. Она считала, что «Миром правят деньги», но не забывала о чести и сочувствии. Она старалась тратить деньги на благо народа, хотя благодаря Гаю ее работа почти не приносила плодов. В итоге, чтобы защитить тех, кто был ей дорог, она даже пошла против собственного брата.

Ну и в довершении всего, она выглядела мило.

В общем, у меня не было причин не хотеть видеть ее своей королевой.

Оставалась только одна проблема… Как к этому отнесётся Лисия? Они — принцессы долгое время враждовавших стран, смогут ли они ужиться ужиться в одном доме, будучи в равном положении?

— Лисия, что думаешь?

— Все в порядке, раз ты решил, что она тебе нужна, — спокойно ответила Лисия.

Она очень легко согласилась. Все действительно нормально?

— Я и сама вижу, что у неё талант, — видя мое удивление, Лисия только пожала плечами. — Я согласна, что такая королева нам пригодиться, главное, позаботься о порядке престолонаследия.

— Лисия, эм… Спасибо.

— Да и в целом позаботься о нас, хорошо?

— Конечно.

Она действительно… замечательная девушка. Я должен быть благодарен, очень благодарен судьбе за то, что встретил Лисию.

— Эм… Извините, что вырываю вас из вашего личного маленького мира, но по части престолонаследия вам не о чем беспокоиться. Мне плевать на трон Амидонии, — прервала наш с Лидией трогательный момент Ророа.

— Вот как?

— Да, но вместо этого я хочу у тебя кое-что попросить, дорогой.

«Дорогой, серьезно? Ну, не важно…»

— Мне нужна своя компания, — сказала Ророа, робко посмотрев на меня и подключив все своё обаяние. Впрочем, она больше была похожа на умилительно выпрашивающего что-то ребёнка.

— Компания?

— Да. Послушай, дорогуша, я хочу видеть, как заработанные мной деньги меняют страну к лучшему. Твоя политика выглядит дальновидной, но тебе ведь иногда не хватает финансирования на что нибудь, да? У тебя могут быть какие нибудь рискованные проекты, на которые не стоит использовать бюджетные деньги, что-то, что может оказаться бесполезным.

— Ну… Да.

Когда я укрепил свою королевскую власть, стало достаточно легко направлять финансирование на проекты с очевидной пользой, такие как расширение сети дорог и благоустройство городов, но на проекты с неочевидной выгодой найти средства все ещё было сложно.

Например, передовые исследования. Даже если я или кокой-то специалист понимали, что результаты казалось бы неудачного эксперимента могут пригодиться позже, для обычного человека это были просто впустую потраченные деньги.

— Вот, что я предлагаю. Когда у тебя появляется потребность профинансировать что-то рискованное, тебе будет достаточно просто сказать об этом мне. Я поддержу твой проект деньгами, полученными от моей компании.

— Звучит привлекательно… Но ты уверена? Народ может не принять королевы-торговца.

— Я буду руководить компанией из-за кулис, не бои́сь. О, знаю! Формально главой компании я поставлю Себастьяна, моего старого знакомого из магазина «Серебряный олень»

Себастьян из «Серебряного оленя»… А, точно! Тот магазин, куда мы заходили с Джуной и Томоэ! Я еще думал, что с таким именем ему бы быть дворецким, потому его и запомнил.

Значит Ророа и была его постоянным клиентом, которого он называл «прелестный маленький тануки»? Себастьян был приятным мужчиной средних лет, ощущавшимся опытным торговцем, он вполне подходит на роль главы крупной торговой компании. Даже если это именно что «роль».

— Подожди-подожди, так Себастьян работает на тебя? Ты через него за мной наблюдала?

— Конечно. Должна же я заранее узнать человека, за которого собираюсь выйти замуж.

— А ты ничего не пускаешь на самотек, да? Впечатляет.

Вот уж точно — маленький тануки. Озорной и хитрый. Я практически чувствовал, что она меня обхитрила, хотя еще не понял, в чем именно.

— Кхем… — вклинился в наш разговор Колберт. — Как министр финансов можно кое-что предложить?

— В чем дело? — спросил я.

— Если у вас есть лишние деньги, не лучше ли будет положить их в казну?

Ну… Я его вполне понимаю. И Амидония, и Эльфриден, до недавнего времени работа в режиме жесткой экономии. И все же…

— Нет.

— Нет.

…Я и Ророа ответили хором.

— Каким образом вы так быстро вошли в один ритм?!

— Все будет в порядке, — заверила Колберта Ророа. — Я буду зарабатывать деньги своими силами.

— А с таким дополнительным бюджетом я смогу свободнее проводить некоторые проекты, — закончил мысль я.

— Но, Сир…

— Ну-ну, не дергайся так, — Ророа успокаивающе помахала рукой. — Мы не будем тратить их так же бездумно, как мой старик. И вообще, считай это разделением ролей: я зарабатываю деньги, ты затягиваешь наши пояса, мистер Колберт. Так все будет хорошо.

— …Если вы будете безрассудно тратить деньги налево-направо, я сделаю все, чтобы вас остановить, понятно? — Колберт неохотно отступил.

Значит, теперь он будет следить за нашими тратами. Замечательная новость, причем это не ирония. Люди, умеющие зарабатывать, были важны, но когда с ними работают люди, умеющие экономить — это намного лучше.

— Кроме того, — Ророа подошла ближе и взяла меня под руку, — Я хочу в последствии передать эту компанию по наследству. Надеюсь, никто из наших детей не захочет заниматься политикой.

Что же, согласен. Если ребенок унаследует от меня характер «я хочу жить в мире», а от нее «я хочу веселиться» — он ни за что не захочет всех проблем, приходящих с большой властью.

Вообще… Если так подумать, только ребенок Лисии с ее «чувством долга» будет подходящим кандидатом для наследования трона. Характер Аиши не подходит для правителя, Джуна рада быть дополнительной королевой, «потому что это не так сильно ограничивает ее свободу».

Такими темпами нас ждет борьба за престол в поддавки.

Попрошу Лисию при воспитании ребенка особенно стараться сформировать чувство ответственности. Хотя я уже представляю, как она на это ответит «как будто к тебе воспитание ребенка не относится».

— Как я слышала, у Себастьяна недавно родилась дочка. Если у нас будет мальчик, можно будет принять ее в семью, если же у нас будет девочка… Ну, тогда и подумаем.

— Ты сильно забегаешь вперед! — возмутилась наконец Лисия. — Эй, и вообще, отойди от Сомы!

С этими словами Лисия потянулась, чтобы оторвать от меня Ророа, но та ловко прицепилась к другой руке, используя мое тело как щит.

— Не жадничай, у тебя было достаточно времени, что бы нафлиртоваться с ним по самое не могу, не так ли, сестричка? Кому будет плохо, если я немного влезу без очереди?

— Не было у нас достаточно времени! Мы постоянно чем-то заняты!

— А? — Ророа удивленно на неё посмотрела. — …Только не говори мне, что вы до сих пор не…

— Да, мы до сих пор ничего «не». Какие-то проблемы?

— Дорогой… Это слишком… — сказала Ророа, холодно смотря на меня.

— Я в чем то виноват?!

— Да, виноват! Ты не уделяешь мне «должного внимания»! — сердито огрызнулась Лисия.

— Вот-вот, а «это» очень важно! — усмехнулась Ророа.

С чего они начали так слаженно действовать?!

Аиша, до этого молча наблюдавшая за всем со стороны, подошла и робко потянула меня за рукав со словами:

— Эм, надеюсь… Кхем… Мне бы тоже хотелось получить от тебя немного «внимания».

Ух… Внезапно оказался в окружении невест. Присутствующие подчиненные наблюдали за сценой, кто с улыбками, а кто закатив глаза.

Спустя несколько дней королевство Эльфриден объявило о присоединении к себе Княжества Амидония, образовав тем самым Объединённое Королевство Эльфриден и Амидония, в народе также известное как Королевство Фридония, (от анг. Freedom — свобода).

Я вытянул страну из кризиса и значительно расширил ее территорию меньше чем за год правления, так что люди стали называть меня Великим Королем Фридонии.

Только вот мне это не очень нравилось, на ум сразу приходили мысли о гигантских кальмарах, гигантских жуках… Даже о Дидиди, персонаже из одной игры. В японском варианте у них всех в названиях была часть «Великий Король».

Далее, поскольку мы объявили о помолвке с Ророа, люди начали говорить: «С каждой женой Король Сома раздвигает границы своей страны и набирает могущество», или «Ради того, чтобы принцесса Ророа стала его женой, он захватил целое государство».

Как все так обернулось?..

◇ ◇ ◇

— …Вот что произошло.

— Ну… Даже не знаю… Пфф! — сидящая по другую сторону переговорного устройства императрица Мария держалась за живот, тщетно пытаясь сдержать смех. Так смеяться на официальных переговорах было бы плохим тоном, но мне было бы проще, если бы она просто рассмеялась. Собственно, похоже она это поняла. — Хи-хи-хи, похоже, вы не ожидали такого поворота событий.

— Да. Мне кажется, я ловил на креветку окуня, а поймал акулу, — пробормотал я.

— Позаботьтесь как следует о том, что поймали.

— Уже поздно пытаться отпустить акулу на волю, да?

Мария ещё некоторое время хихикала и подшучивала надо мной, пока не смогла взять себя в руки.

— Вернёмся к тому, как Православное Папское Государство действовало за кулисами…

— Ророа говорила, они Вас очень не любят за то, что люди называют Вас Святой.

— Это правда. Я получала просьбу перестать называть себя святой… или, скорее, официальную жалобу на это. Но проблема в том, что я так себя никогда не называла, так что ничего не могу с этим делать.

— Да, как-то странно требовать, что бы Вы запретили людям называть Вас святой. Но это поведение даёт понять, что они действительно могут попытаться нас стравить, как и предполагала Ророа.

— Господин Сома… Вы бы хотели получить ту власть, что они могут вам предложить? — спросила Мария, выжидательно глядя на меня.

— Не говорите глупостей, — я решительно покачал головой. — Я пытаюсь направить страну вперёд, в новую эру. Я не намерен откатываться назад, во времена правления «по воле божьей».

Нам не нужно повторять опыт Джироламмо Савонароллы. После смерти герцога Флоренции, Лоренцо Медичи, он оказался у власти благодаря своему красноречию и даже успел принять несколько неплохих реформ, но в итоге попытался установить власть духовенства, настроил против себя людей, был отлучен от церкви и казнен.

Вернёмся к теме разговора. Мой решительный отказ от этой идеи, похоже, немного успокоил Марию.

— Православное Папское Государство — постоянный источник головной боли для Империи. У нас очень много их последователей, а Декларация Человечества их никак не ограничивает. Я опасаюсь, что они могут воспользоваться той же дырой в декларации, что нашли Вы.

Что-то в духе: «собрать большую группу верующих в одном регионе и заставить их объявить независимость», да? Что же, это будет очень непростая ситуация, сформировавшуюся группу будет очень сложно устранить, ведь пламя веры тем жарче, чем активнее вы пытаетесь его потушить. Пожалуй, единственной возможностью было бы заранее найти и устранить подстрекателей, тем самым помешав верующим объединиться.

Декларация Человечества с ее дырами не была панацеей.

— Неужели Империя так и не хочет отказываться от неё?

— Нет. Мы должны объединиться вокруг декларации, и если кто-то должен размахивать этим флагом, мы возьмём эту роль на себя. Даже Православное Папское Государство должно понимать, что если из-за междоусобных конфликтов человечество не объединиться перед угрозой демонов — нас всех уничтожат… Так что я не думаю, что они что-то предпримут прямо сейчас.

— Будем надеяться…

Уверен, эту проблему нельзя пускать на самотёк. Чем страшнее времена, тем сильнее люди тянутся к религии, а она прочно укореняется в их сердцах, обещая спасение.

Некоторые уже верили, что демоны — вестники конца света, если отчаяние в обществе будет нарастать — Православное Папское Государство может им питаться, что бы в конце концов обрести невероятную силу. И чтобы этого не допустить… Мы должны показать людям свет надежды.

Люди должны верить, что мир продолжит жить, что завтра наступит, а будущее будет лучше настоящего. И чтобы достичь этой цели…

— Мадам Мария.

— Да?

— Пока Империя Гран-Кэйос будет придерживаться идеи объединения человечества, мы в Королевстве Фридония будем идти рядом с вами.

Мне нужна Империя… Нужна Мария… Чтобы она была светом надежды для человечества. А я поведу Королевство в новую эру, в которой люди не будут впадать в отчаяние, а если и будут, то смогут подниматься сами, не полагаясь на богов.

— Поддерживая друг друга, мы справимся со всем, — сказал я.

— Да. Пусть наш альянс существует вечно.

Если она всегда будет смотреть на высокие идеалы, она может споткнуться о камень, если я буду следить за дорогой, я могу потерять нашу цель.

Вот поэтому мы должны идти по этому пути вместе.

Исторические фразеологизмы Эльфридена: «Ловить на креветку окуня, а поймать акулу».

Тип: Идеоматическое выражение.

Смысл: (1) Пытаться достичь большой цели малыми усилиями, в итоге получить нечто гораздо большее, но не очень полезное, (2) а потом понять истинную ценность полученного (смысл части про акулу: мясо акул не слишком вкусное, а вот их плавники ценятся).

Происхождение: Эти слова сказал Великий Король Сома, пытавшийся аннексировать только Ван, столицу Княжества Амидония, но получивший всю эту бедную страну, а позже (2) встретивший принцессу Ророа.

Синонимы: «Сначала считай тануки, потом начинай ловить», «алмаз в навозной куче».

— 30-й день десятого месяца 1547 года по континентальному календарю — Парнам, столица Королевства.

Наступила настоящая зима и мне становилось все сложнее покидать теплую постель. Вот и этим утром, несмотря на легкий щелчок открывшейся двери, мой разум отказывался просыпаться.

«Бррр… Холодно. И голова какая-то тяжелая. Я что-то подхватил? Наверное, нужно еще одно одеяло. Попрошу горничных…»

Примерно об этом я думал, когда немного сменил положение и почувствовал, как что-то мягкое прикоснулось к моему лбу.

— Хнм… — нежно вздохнул чей-то голос.

«…Странно».

Моя голова быстро прояснилась и я начал осознавать свое текущее положение. Во-первых, моя голова была захвачена. Кто-то ее крепко обхватил, похоже именно поэтому мне показалось, что она была тяжелой. Ну, спасибо, что не простуда…

Так, стоп! Проблема не в этом! Я лбом прижался к груди, и судя по мягкости…

— А?! Что?! — я поспешно вырвался из объятий.

Моему взору предстала счастливо спящая Ророа. В углу рта даже была струйка слюны, но я решил, что ничего не видел.

«Э?! Как?!. Как так получилось, что Ророа спит со мной в одной постели?!».

Комната… Определенно, это мой правительственный кабинет. Кровать тоже, без сомнений, моя. Но почему я делю ее с Ророа? Она… по крайней мере одета.

На самом деле, мы оба спали в своей повседневной одежде.

«…Что было прошлой ночью?..». — ломал я голову.

— Сома? Что, скажи на милость, здесь происходит? — раздался леденящий душу голос.

Я медленно повернул голову, почти наяву слыша скрип плохо смазанных шестерней. Возле кровати стаяли Лисия с вселяющей ужас улыбкой, чем-то похожей на Хання, маску театра но[✱]Хання — маска, которая используется в японском театре но, представляющая собой страшный оскал ревнивой женщины, демона или змеи, при прямом её положении. Однако если маску немного наклонить, то из-за скошенных бровей создаётся видимость безутешно рыдающего лица. Маска обладает двумя острыми бычьими рожками, металлическими глазами и полураскрытым ртом от уха до уха (вики).. Позади нее стояла Аиша, почему-то в слезах.

— О… Доброе утро, Лисия, Аиша.

— Не смей мне так просто доброутрать! — крикнула Лисия, стаскивая с нас одеяло. Ророа заерзала и свернулась калачиком, но так и не проснулась.

— Как сие понимать?! Аиша в слезах прибежала ко мне в комнату и рассказала, как она пришла утром разбудить тебя и увидела спящим в объятиях Ророа!

— Сир, почему ты наложил руки на Ророа перед принцессой и мной?! Я не могу такого принять!

«Не так громко!» — мысленно взмолился я. Была серьезная опасность, что горничные начнут сплетничать, как меня «поймали с поличным».

— Успокойся, Аиша! И я, и Ророа одеты, так что я практически уверен, что между нами не было ничего, что вы могли успеть навоображать.

— Тогда почему ты «практически уверен», а не «абсолютно уверен»?! — крикнула Аиша.

— Ну, я не помню, как заснул. И я не знаю, почему она тоже спит здесь.

— Так что-же произошло на самом деле? Неужели ты не помнишь? — спросила Лисия.

Я послушно начал восстанавливать в памяти недавние события.

После аннексии Амидонии мне было необходимо внести изменения в налоговую систему (в Амидонии было меньше населения, чем в Эльфридене, в итоге налоговое бремя для каждого отдельного человека было больше). Я, Ророа, Колберт и прочие финансовые чиновники проводили совещание по этому вопросу. Это было ещё позавчера и одну ночь мы уже провели за обсуждениями (разумеется, с небольшими перерывами).

В конце концов, когда мы составили план, на часах было три часа утра сегодняшнего дня, а все уже были изрядно не в себе.

Колберт и чиновники вышли из кабинета как зомби, я же не снимая одежды рухнул на свою кровать, все ещё стоящую в кабинете и… полагаю, заснул. Возможно, Ророа тоже заснула здесь, а не в своей комнате.

— Эй, Ророа, вставай, — я по возможности аккуратно потряс жадно придававшуюся сну девушку за плечо.

— Хм… Что там, дорогой?.. Я ещё не выспалась… — сказала Ророа, сев на постели и потерев глаза.

— Нет, не «что там», почему ты спишь в моей постели?

— Эй, дай девочке поблажку. Я измотана после вчерашнего, у меня даже не было сил тащиться обратно к себе, вот я и присоединилась к тебе в кроватке, дорогой, — потянувшись, Ророа встала с кровати на нетвердых ногах, все ещё сонно прикрыв глаза. — Не-не-не, никуда не годиться. Я пошла досыпать к себе.

— Да-да… Аиша, помоги девочке добраться до ее комнаты, — Лисия определенно была счастлива поскорее избавиться от этой ситуации.

— Так точно! Сию минуту, принцесса, — Аиша немедленно вышла из ступора и вытянулась по стойке смирно.

— Кроме того, разве я не просила не называть меня принцессой?

— Конечно, при… Леди Лисия.

Аиша теперь тоже была будущей основной королевой, так что формально они с Лисией были практически одного ранга. Из-за этого Лисия попросила ее обращаться к ней не «принцесса», а по имени, но Аиша все ещё часто оговаривалась.

Когда Аиша вывела пошатывающуюся Ророа из кабинета, я робко взглянул на Лисию.

— Эм… Прости? — почему то я заговорил как мужчина, извиняющийся за супружескую неверность. Вот значит каково это…

— Ох… — Лисия надулась и уселась на кровать. — Все это потому, что у тебя здесь стоит кровать. Может, сломать ее наконец?

— Пожалуйста не надо. Где я тогда буду спать?

— В твоей недавно обустроенной комнате, например? Или ты бы предпочёл спать в моей постели? Или чередовать? — Лисия обратила на меня тяжелый взгляд.

Она хочет сказать, что я должен по очереди использовать кровати моих невест?..

— Думаю, мои нервы не выдержат такого предложения, так что не торопи события, пожалуйста.

— Господи, Маркс мне все уши прожужжал «Скорее родите наследника!», понимаешь!

— Ух… Не сейчас. Мне ещё необходимо кое-что сделать.

— Что-то задумал?

Я встал с постели и потянулся.

— Я наконец-то стабилизировал внутриполитическую ситуацию в стране, во внешней политике все тоже неплохо: у нас есть тайный альянс с Империей, хотя ещё есть несколько тревожащие меня соседи, в ближайшее время проблем быть не должно. Ну, если демоны чего-нибудь не предпримут.

— Надеюсь…

— Также… Мне удалось убедить себя стать королем.

— Я надеялась услышать, что ты так решил.

— Что я так решил… Возможно, так оно и есть? Я готов к последствиям.

— Я не совсем понимаю.

— Теперь мне ничего не мешает, — я приосанился, стараясь выглядеть увереннее. — Теперь я могу делать то, что считаю правильным. До сих пор я старался только упрочнить свою власть и избегал реформ, которые вызвали бы слишком большой переполох в обществе, так как это могли бы использовать внешние противники, но сейчас я могу этого не опасаться. Я могу перестраивать эту страну все больше и больше.

Я говорил уверенно, но Лисия продолжала дуться.

— Это прекрасно, но… Как это связанно с тем, что ты до сих пор не притронулся ко мне?

Похоже, мне не удалось ни уклониться от ответа, ни сменить тему…

Конечно же , я не боюсь делать это с Лисией и остальными. Нет, я бы даже хотел стать с ними ближе, но прежде мне ещё нужно кое-что сделать, ради них самих.

— Ну-у… Ты скоро все узнаешь.

— То есть ты не просто пытаешься уклониться от ответа и сменить тему?

Лисия пыталась заглянуть в мои глаза, пока я старательно рассматривал интерьер комнаты.

— Ладно, мне действительно нужно больше талантливых людей.

Я решил затронуть эту тему, когда мы с Лисией, Аишей и выспавшейся Ророа обедали, сидя за котацу, низким столом с подогревом снизу и одеялом.

Мы находились не где нибудь, а в моей комнате в замке, Хакуя наконец-то добился своего после многократного повторения «Вам давно пора обзавестись своей комнатой». Справедливости ради стоит сказать, что формально это комната считалась моей уже давольно давно, но прежде я использовал ее скорее как склад для мусаси-боев… Но когда я сдался перед уговорами Хакуи, и используя средства из финансовой поддержки для поддержания образа жизни короля (практически зарплату), я пустился во все тяжкие с капитальным ремонтом комнат в соответствии своим вкусам… И что же получилось?

Две небольшие комнаты, каждая площадью примерно в шесть татами (около десяти квадратных метров), соединенные проходом создавали ощущение японской квартиры.

В одной комнате с ковром на полу было мое рабочее место с педальной швейной машинкой. В этой комнате я мог сосредоточиться на хобби в виде пошива одежды и аксессуаров по своему вкусу и на куклах, как мусаси-бой.

Вторая комната была жилым помещениям и благодаря нескольким штрихам дизайнера (меня) идеально соответствовала японскому стилю. Как только я узнал, что культура островов Девятиглавого Дракона так похожа на японскую, я немедленно раздобыл несколько татами (которые все называли соломенными циновками), и постелил их в этой комнате.

Далее, в центре комнаты было углубление, сверху которого стоял круглый стол с одеялом, которым можно было накрыт ноги. В углублении под столом был обогреватель, созданный Женей по моей просьбе.

В общем, я воссоздал хори-готатсу.

Обогреватель был закрыт куполообразной решеткой, так что мы могли не бояться случайно дотронуться до него ногой. Это было прекрасное место, теплое зимой и комфортное летом, когда можно было убрать одеяло. В общем, здесь можно было ощутить внимание дизайнера (меня) к деталям.

Одним словом, я подготовил комнату для себя, но моим невестам она неожиданно тоже очень понравилась. Особенно обогреватель, в конце концов, на улице было весьма холодно.

После аннексии Амидонии со словами «Пожалуйста поймите, это важно для Вашей репутации» Хакуя категорически запретил мне пользоваться общей столовой, поэтому я завтракал и ужинал здесь, вместе с невестами (обедал я обычно в правительственном кабинете).

Еду, как правило, готовили повара замка, но иногда (например сегодня) мне хотелось чего-нибудь японского, и я готовил сам. В конце концов, у меня был рис, соевый соус и мисо.

Моя стряпня быстро понравилась Лисии и остальным, но Хакуя и Маркс были недовольны. И дело было не во вкусе, дело в том, что это была довольно простая еда, и хоть мы все ели ее с огромным удовольствием, это было совсем не по-королевски изысканно. Я не понимаю, почему еда, которую я ем в кругу близких, должна быть какой-то особенной.

Ни Лисия, ни я, ни остальные не желали предаваться роскоши. Нас с Джуной можно назвать бывшими простолюдинами, Лисия привыкла к по-армейски сдержанной еде, Аиша могла есть все, что угодно, лишь бы было вкусно, даже Ророа не видела ничего плохого в такой еде и уже планировала использовать ее рецепты для какого-нибудь бизнеса.

Кроме того, хоть эта еда и выглядела просто, в ней использовался рис, который мы только недавно начали выращивать, так что он был достаточно дорогим.

Кстати, сегодня на обед были оякодон, мисо-суп и нукадзуке (или как их называли здесь: омлет с курицей и рисом, суп с пастой мисо, и маринованные овощи).

— Большая сестрица Ай, передай пожалуйста соленья.

— Ммф, Мф-ммф (вот, Ророа) — сказала Аиша с набитым ртом.

— Эй, Ророа, у тебя рис на щеке, — сказала Лисия.

— Спасибо, старшая сестрица Сиа, — Ророа замерла, пока Лисия убирала с уголка ее губ рисовое зернышко.

В это время Джуна с улыбкой наблюдала, как Аиша набивает рот.

Сейчас можно было нарисовать картину «счастливый семейный обед».

— Леди Аиша, не хотите ли ещё порцию мисо-супа?

— Ммф. Д-да, не откажусь, мадам Серина.

— Ма… Леди Джуна, у нас… Есть ещё порция риса для Вас.

— Хи-хи, не стоит вести себя так чопорно и официально, Карла, — хихикнула Джуна.

— В-вы слишком добры.

Ладно, поправлюсь: можно было бы нарисовать картину «счастливый семейный обед», если бы не две совершенно неуместные горничные, стоящие в углу за сервировочным столом, какой можно увидеть в начальной школе, время от времени подающие нам новые блюда.

— Так вот… Меня же никто не слушает, да? — пробормотал я.

— Не депрессуй. Слушаем мы, слушаем, — ответила Ророа.

— Сказал кто-то, явно этого не делающий…

— Слушаю я. Тебе не хватает рук, да?

— Собираешься снова объявлять поиск талантов? — нахмурилась Лисия. — Мне казалось, мы уже собрали весьма разностороннюю группу…

— Талантов много не бывает, но на самом деле я хочу немного иного, — ответил я.

— Ты о чем?

— Хм… Это не совсем правильно, но если оценивать таланты людей по шкале «S, A, B, C, D, E», я сейчас собираюсь нацелиться на B-C категорию. И мне их надо очень много.

— Извини, все ещё не понимаю.

— Например вот, — с этими словами я положил руку на голову Ророа, от неожиданности замершей с ложкой во рту. — Ее экономический талант далеко не посредственный. Она может оперировать огромными суммами денег, находить финансирование для общепризнанно странных проектов и получать с них большую прибыль. Если бы она была просто моим подчиненным, я бы оценил ее талант как наивысший, то есть «S». Но ведь ее одной недостаточно, что бы управлять страной, так ведь? Ей нужны подчиненные, которые будут ее руками и ногами. И не всем им необходим полный набор ее навыков, пригодятся даже просто знающие арифметику. И вот таких людей нам сейчас очень не хватает.

Средний уровень образования в этом мире был очень низким, привычное для нас обучение существовало только для рыцарей и дворян, купцы изучали арифметику, но на этом все. Персонала среднего звена, умеющего читать и писать, то есть категории «B» и «C» — катастрофически не хватало.

— Раз они тебе так нужны, как на счёт разорившихся торговцев или образованных людей, почему-то попавших в рабство? — предложила Ророа.

— Я уже пробовал, но ничего не вышло, — покачал я головой. — Если у кого-то была хоть капля таланта — дворяне и рыцари их уже приняли. Ну… Возможно в этом я сам и виноват.

— В смысле «ты сам виноват?» — иронично склонила голову Ророа.

— Ну, я немного изменил систему оценки достижений рыцарей и дворян.

В этой стране дворян и рыцарей можно было назвать одним словом — помещики. Получившие землю за военные заслуги назывались рыцарями, а гражданские чиновники — дворянами. Поэтому у них не было большой разницы между графами, виконтами и так далее, к ним просто обращались «лорд»[✱]…И в этот момент я с грустью подумал, что стоило с самого начала писать не «дворяне», а «аристократы»..

«Дворяне бюрократы» работали где-то ещё, а управление своей землей поручали магистратам, «местные дворяне» управляли своими владениями лично. Из моих знакомых, дворянами бюрократами можно назвать Хакую и Маркса, а местным дворянином был например Вейст Гарро, лорд Альтомуры. Баланс сил между ними работал по-разному. Некоторые дворяне бюрократы работали на государство, некоторые служили другим, более могущественным местным дворянам.

Рыцари обычно поручали магистратам управление своими землями, пока сами служили в армии, но это было не абсолютным правилом. Они могли уйти в отставку и стать обычными дворянами, как все тот же Вейст Гарро, или можно было передать свою воинскую обязанность детям.

Что же касалось повышения или понижения их статуса (проще говоря, получения или потери земель), то рыцарей повышали в звании за заслуги или понижали за нарушение приказов. С этой системой все хорошо ровно до тех пор, пока не понимаешь, что в ней не предусмотрено наказания рыцарям за плохое управление землями. За проблемы в управлении рыцари просто сами наказывали (увольняли) магистрата и брали на его место нового. Конечно, если такое происходит раз за разом — это повлечёт последствия, но такого почти никогда не случалось.

Для дворян продвижение статуса было постепенным, пока они работали чиновниками на государственной службе в столице или каком-то крупном городе, если они не были особенно амбициозны — они обычно становились местными дворянами, как только их земли достигали желаемого размера, ведь быть местными дворянами было выгоднее. Впрочем, местные дворяне не могли свалить ошибки управления на магистратов.

Возвращаясь к теме изменения системы оценки достижений рыцарей и дворян…

— Я дополнил уже существующие критерии новым пунктом — эффективностью управления своими землями.

…иначе говоря, я добавил оценку эффективности управления своими землями, если дворянин управлял своими владениями хорошо — его землю увеличивали, если же в его владениях были какие-то проблемы — землю уменьшали, вплоть до полной конфискации. Наблюдать за дворянами и оценивать их было поручено подконтрольному лично мне тайному разведывательному подразделению «Черные коты».

Заодно это позволяло выявлять и избавляться от жестоких помещиков-эксплуататоров, которых часто можно увидеть в исторических произведениях земли. Все это я делал, чтобы помещики больше взаимодействовали с жителями своих владений, сближались с ними. Ну и мне полезно знать, что думают простые люди.

Что же получилось в итоге?.. Дворяне и рыцари, прежде передававшие все дела магистратам, начали спешно разбираться со своими владениями.

Хорошо, если им везло выяснить, что у их магистратов были хотя бы средние таланты, но если же они были некомпетентны — теперь это было угрозой карьеры помещиков.

Некоторые спешно оставили свои посты чиновников и стали местными дворянами, полностью сосредоточенными на своих владениях, но для подавляющего количества рыцарей и многих чиновников, занятых на важных постах — это было неприемлемо, в итоге они поспешили найти себе талантливых магистратов и персонал для них.

Услышав мои объяснения, Джуна задумчиво прижала руку к лицу и сказала:

— Если подумать, бабушка не так давно рассказывала, что среди дворян сейчас полный хаос. Даже ходит байка, что где-то дворяне ходили по улицам города бормоча «лю-ю-юди, лю-ю-юди…», словно упыри.

— Да уж… Честно говоря, думаю, я немного поторопился с этой реформой.

Жажда рыцарей и дворян в хоть сколько-то образованных людях намного превзошла мои ожидания, они жадно набрасывались на любого, кто хотя-бы мог читать-писать и знал простейшую арифметику. Даже к простолюдинам они обращались как к равным, если не как к мудрецам. В конце концов, рыцари и дворяне не могли рисковать забирать к себе на службу таких людей силой, тогда бы их тоже наказали.

Рабы (не каторжники, осужденные за преступления), проститутки или бездомные — все приветствовались на службе. Но все не ограничивалось банальным освобождением из рабства, если человек был особенно хорош в административной работе, события принимал ранее невиданный оборот:

«— Я хочу назначить тебя магистратом! Но нельзя, ты из недостаточно высокого класса… Знаю! Я могу усыновить тебя, подняв до необходимого класса!»

Благодаря таким настроениям многие простолюдины и бывшие рабы внезапно, как гром среди ясного неба, поднялись по классовой лестнице. Таким образом, сразу после того, как я рекомендовал Марии отменять систему рабства в Империи постепенно, потому что это вызовет сопротивление и проблемы — я устроил коллапс классовой системы в своей стране.

— Интересно, получиться ли обернуть ситуацию так, чтобы рабство сохранилось только на словах?.. — пробормотал я.

— А, к слову о рабах! — Ророа с довольным видом хлопнула в ладоши. — Короче, Себастьян же недавно открыл филиал своего магазина в Парнаме, знаешь, да? Так вот, он мне шепнул на ушко один слушок, дескать все говорят о недавно появившемся необычном работорговце.

— О необычном работорговце?

— Думаю, он как раз из тех людей, которые тебе нужны, дорогой. Хи-хи! Как насчет в ближайшее время прошвырнуться по городу, заглянуть в пару магазинов? Может и до него дойдем?

— Ммм… Эх, похоже на свидание. Нечестно, — расстроенно пробормотала Аиша.

— Я наслышана, что у вас всех уже были свидания с нашим дорогим, не так ли? — отмахнулась Ророа. — Мы с ним вроде как тоже помолвлены, так что я тоже хочу провести немного времени с моим возлюбленным.

— Да не была я на свидании! Ну, только как телохранитель!

— Ну так даже лучше! Присоединяйся к нам, большая сестрица Ай! Нам в любом случае нужен телохранитель.

— Отлично, так и сделаем, — немедленно воспрянула духом Аиша.

— Развлекитесь там, — практически хором сказали Лисия и Джуна, таким образом было решено, что я, Ророа и Аиша в скором времени пойдем в город на свидание.

«Необычный работорговец, да? Интересно, что же будет…».

◇ ◇ ◇

Меня зовут Джинжер Камю, 17 лет, живу в Королевстве Эльфриден… О, теперь уже в Королевстве Фридония, да. Так или иначе, я работорговец в столице.

Да… Работорговец.

Мы торгуем людьми. Не самая приятная работенка, а?

Ну, кроме каторжников, большинство было экономическими рабами, продавшими свою свободу, чтобы не умереть с голоду или потому что им были нужны деньги на что-то еще. В каком-то смысле это был один из социальных институтов, но… Это та работа, для которой необходимо быть весьма толстокожим.

Моя же кожа была недостаточно толстой. Что-то вроде листа бумаги, полагаю. Каждый день я с трудом засыпал.

Вы можете спросить, как же я стал работорговцем? Я получил это дело по наследству от умершего деда. Мои родители умерли очень рано, так что он меня вырастил, и до самой его смерти я, буквально, не знал, чем на самом деле он торговал.

После похорон я просто разбирался с его имуществом и случайно наткнулся на этот магазин.

«Я так не могу! Я понятия не имею, что мне с этим всем делать!.»

Сначала я собирался просто перепродать их другим работорговцам, начать какое-то свое дело в другой области и зарабатывать на свою скудную жизнь, но… Я едва ли мог что-то сказать, глядя на них.

— Эм…

Сегодня я собрал всех рабов в одной комнате, передо мной выстроились около двадцати человек, многих расс и возрастов, от совсем детей до людей среднего возраста. Все были одеты в грубую простую одежду. И все они сейчас с тревогой смотрели на меня. Чего они так бояться?

— Вы не понимаете, мастер? — одна из рабынь вызывающе вышла вперед.

Достаточно красивая девушка-зверочеловек немного старше меня, с решительным лицом, треугольными ушами и длинным полосатым хвостом, под ее одеждой угадывалась стройная фигура.

— Мистический тануки?.. — удивленно пробормотал я.

— Енотообразный, — поправила она меня, не в силах скрыть раздражение.

Для человека мистические тануки и енотообразные выглядели совершенно идентично, но при этом они ненавидели, когда их путали.

— И-извини. Так ты?..

— Простите меня. Я Сандрия, рабыня.

— Хорошо, Сан, приятно познакомиться.

— А? Э… Да.

Изумленно раскрыв глаза, Сан пожала протянутую мной руку. Не знаю, что ее так удивило, но думаю, она сможет объяснить мне причину напряженной атмосферы среди рабов.

— Сан, почему все так напряжены?

— Потому что Ваш дедушка умер, мастер.

— Хоть вы и рабы, но вы о нем скорбите?

— По сравнению с многими другими работорговцами Ваш дедушка обращался с нами хорошо.

Из последующих объяснений Сан я понял, что работорговцы обращались с рабами по-разному.

Технически, рабство было одной из социальных систем и должно было дать возможность людям хотя бы избежать смерти, так что насилие над рабами, в том числе сексуальное — официально запрещалось (хотя некоторые включали это в свой рабский контракт, чтобы поднять цену). Но на соблюдение этого правила сильно влияли общественный уклад конкретного региона и моральные качества рабовладельца.

Например, если рабыня будет изнасилована своим владельцем, она имеет право заявить на него жалобу, но даже если его накажут — она так и останется рабыней и ее просто передадут какому-нибудь работорговцу, так что многие выбирали молча все терпеть (по крайней мере пока их жизням ничего не угрожало).

Положение рабов-мужчин было не лучше. Их покупали в основном для тяжелого ручного труда и даже если они теряли сознание от изнеможения — было почти невозможно доказать, что их рабовладельцы злоупотребляют своей власть.

Среди работорговцев тоже нередки были темные делишки всех форм и размеров. Некоторые обращались с «товаром» как с животными, не позволяя им носить ничего кроме рабских ошейников, не взирая на время года, если же рабы заболевали, они просто позволяли болезни делать свое дело. Еще, у них не редко были контракты с дворянами, имеющими весьма экстремальные наклонности, и никто не хотел думать, что происходило с рабынями, которых им отправляли…

Список несчастий можно продолжать долго.

Новый король, похоже, был обеспокоен положением вещей и боролся с такими работорговцами, их регулярно арестовывали, но все же в темных городских кварталах и глухих провинциях их еще оставалось достаточно.

В сравнении с ними, дедушка обращался с рабами хорошо. Он давал им одежду, пусть и не очень новую и качественную, не унижал и и лечил, если они заболевали. И не продавал подозрительным покупателям. В общем, он был относительно порядочным работорговцем.

Ее рассказ снова напомнил мне о дедушке, добром и заботливом. Возможно, он не рассказывал мне о этом своем бизнесе именно для того, чтобы я в нем не разочаровался.

— Я понял, что он был неплохим человеком, но ведь у тебя и нет причин любить его, не так ли?

— Он был достаточно хорошим для нас. По крайней мере мы могли не бояться, что случиться что-то страшное и непоправимое. Но сейчас мы не уверены в своем будущем.

— А?

— Ваш дед говорил, что Вы вряд ли продолжите его дело. Эта работа будет слишком тяжелой ношей для его доброго и робкого внука.

«Так вот почему он мне никогда про это не рассказывал. Он знал, что мысли о подобном не будут давать мне покоя».

— Если Вы решите не заниматься этим делом, Вы должны будете продать нас другим работорговцам, но вряд ли нас перекупит один, вероятнее всего мы будем разделены. Среди нас есть супруги и сестры, но для большинства работорговцев это ничего не значит. Но больше всего пугает мысль, что другие работорговцы не будут такими порядочными, как Ваш дед.

— Это…

— Кроме того, Вы можете видеть здесь детей. Нынешний король, Его Величество Сома, запретил рабство людей в возрасте до двенадцати лет, так что формально они не рабы, но если покупатели пожелают получать родителей без детей — их придется отдавать в сиротский приют. Поэтому мы опечалены смертью вашего дедушки.

Судя по всему, они огорчены не самой смертью дедушки, а тем, в какой ситуации оказались из-за этого…

Я не мог представить себе их терзаний, этого безнадежного чувства, что светлое будущее для них не настанет никогда. Пока я терялся в мыслях и не знал что сказать, я понял, что Сан протягивала мне что-то.

Плеть?

Я все еще недоумевал, когда она повернулась ко мне спиной и начала снимать платье. Оставшись в одном белье и прикрыв тканью платья грудь (ее белье ограничивалось одним элементом, так что выше пояса она теперь была обнажена), она опустилась на колени, словно в покаянии. Я мог лишь шокировано смотреть на обнаженную гладкую спину и пушистый хвост.

— Стой, Сан! Что ты делаешь?

— Я сказала гораздо больше, чем полагается говорить рабу. Я должна понести наказание.

— Почему?!

— Раб не должен без разрешения говорить, тем более высказывать свое мнение. Вы можете убить меня, пытать или продать худшему из покупателей, я не буду жаловаться. Но я этого не хочу, так что надеюсь, порки на глазах у остальных будет достаточно, чтобы Вы меня простили.

— Нет, это…

— Не беспокойтесь, эта плеть зачарованна. Он причиняет боль, но не оставляет следов. Вы не снизите мою цену.

— Да я не об этом! — бросив плеть на землю я обошел Сан и причел на корточки перед ней, желая заглянуть ей в глаза. — Ты что, извращенка, которой нравится, когда ее бьют?

— …Я не считаю себя таковой.

— Тогда почему ты это делала, если знала, что тебя за это должны ударить? — спросил я настолько спокойным голосом, насколько мог.

— Что бы Вы поняли наше положение… Даже если вы закроете магазин… — она опустила голову. За волосами не было видно выражения лица, были слышны только всхлипы. — По крайней мере… Чтобы вы продавали нас тем… Кто не станет разлучать семьи…

— У тебя здесь семья, Сан?

Она лишь молча покачала головой.

Она делала это не для себя…

Я снова оглянулся на рабов.

Одна из женщин прижимала к груди ребенка.

Еще двое, лет по семнадцать, наверное, выглядели как сестры и держались за руки. Одна была тихой, но волевой и пыталась успокоить вторую, пытающуюся выглядеть смело, но явно сильно волновавшуюся.

— Ты заботливая, да?

Она продолжала молчать в ответ.

— Не могла бы ты одеться?

— Но!..

— Все в порядке.

Сан нерешительно начала одеваться. Я начал отворачиваться, когда случайно заметил небольшую, аккуратную, мягко покачивающуюся…

Собрав волю в кулак, я все же отвернулся.

Когда Сан привела себя в порядок, я обратился ко всем собравшимся:

— Я понял вашу ситуацию. Тем не менее, я не собираюсь вести этот бизнес. Я не смогу стать работорговцем.

Сан напряженно молчала.

— Но и перепродавать вас какому нибудь другому работорговцу я тоже не хочу. Так что, пока вы не будете проданы, я буду этим заниматься. Я не буду продавать вас каким-то странным людям, насколько это возможно, я постараюсь убедиться, что они порядочные люди. И я буду стараться не разлучать семьи.

Были бы у меня деньги, я бы просто закрыл магазин и освободил их всех, но я не мог этого сделать. И все же, я не мог не делать для них ничего. После моих слов на лицах рабов можно было видеть облегчение.

— Это лучшее, что я могу сделать, — улыбнулся я все еще удивленной Сан. — Достаточно хорошо?

— Более чем. Вы слишком добры, мастер.

— Не могла бы ты так меня не называть? Я Джинджер Камю.

— Понятно, господин Камю[✱]В английской версии «господин Джинджер», но это звучит нелепо, так что переделал в общепринятую форму уважительного обращения. Кроме того, в первой книге было написано, что в этом мире европейская система «имя, фамилия», чем была вызвана неожиданная для Сомы проблема — все думали, что Сома — имя, и это уже было закреплено в документах..

После этого мы сново пожали руки.

— Эй, дружище! Славный раб!

— Сколько она тебе стоила? Ты из богатой семьи?

— Эм… Эм… Спасибо.

Мы с Сан шли по торговой улице, вежливо обращая минимум внимания на обращавшихся ко мне торговцев. Сегодня мы купили еду, мыло и немного ткани для новой одежды.

Очевидно, это для рабов.

— Что-же, нам повезло за недорого найти достаточно хорошую ткань, — сказал я — Хороший магазин этот «серебряный олень». Продавец выглядел щеголем, но узнав, что это для рабов — продал нам достаточно материала по весьма скромной цене, и при этом не выглядел недовольным.

— Благодарю, что позаботились об этом.

— Ох, да! Сан, извини, что ты тоже вынуждена нести покупки.

— Вам незачем так беспокоиться обо мне. Можете приказать мне все, что пожелаете.

Она была немного выше меня и шла грациозно, с гордо поднятой головой. Сложно было поверить, что она действительно рабыня. Вероятно, она получила хорошее воспитание?

— Слушай, почему во многих магазинах за прилавками стоят только рабы и за ними никто не присматривает?

— Рабские ошейники гарантируют верность. С ними можно поручить рабам работу и не переживать об этом.

— А, понятно…

— Важнее другое… Почему Вы заботитесь о том, что бы хорошо накормить нас и дать нам новую одежду, господин Камю?

— Как ты думаешь, что предпочтут люди: чистые вещи или грязные вещи?

— Очевидно… Чистые…

— Верно. Здесь такая же ситуация.

Немного неправильно сравнивать людей с вещами, но по отношению к рабам это было фактически верно. Я хотел, чтобы покупатели заботились о них. Пусть это несколько лицемерно, но это то, что я сейчас мог сделать.

— Чистые, здоровые и нормально одетые рабы должны выглядеть ценнее. Надеюсь, это поможет держать подальше покупателей, которым нужна одноразовая рабочая сила.

— Для торговца самое важное — умение продать товар. Не уверена, что ваш подход к этому правильный.

— Вот поэтому я и говорю, что не быть мне работорговцем.

— Разве? Думаю, из Вас получился бы удивительно хороший работорговец.

— Ты же понимаешь, что это противоречит твоим предыдущим словам?

— Это всего лишь глупая болтовня раба, не обращайте внимания, — усмехнулась Сан. Ух, она определенно издевается. — Если я Вас рассердила, плеть…

— Не хочу я тебя наказывать, ясно?!

— Возможно, Вы просто еще не пробудили ничего внутри себя?

— Не хочу я ничего будить! Ты точно не извращенка, которой такое нравиться, да?

— Возможно, это зависит от того, кто меня будет наказывать?

— А?! И что это должно значить?..

— Хи-хи, всего лишь шутка, — с этими словами она весело улыбнулась и ускорила шаг, вынуждая меня ее догонять.

Вы можете задуматься, кто из нас господин, а кто раб?..

Несколько дней спустя.

— Хорошо, народ. Теперь, умножение цифры три. Вперед!

— Один раз три — три, дважды три — шесть, трижды три — девять… — начали рабы повторять таблицу умножения.

Неподалеку другая группа рабов упражнялась в письме на грифельных досках. В конце концов, я не мог позволить себе бумагу и чернила. Хотел бы, но… Мои финансы были весьма ограниченны.

— Что Вы задумали на этот раз? — немного раздраженно спросила Сан, я ее отправил с некоторыми поручениями и она только что вернулась.

— Хм? Я решил научить всех писать и считать.

— …Зачем?

— Я недавно задумался, что люди больше ценят вещи, обладающие некоторыми дополнительными возможностями, верно? Поразмыслив немного о том, какие дополнительные возможности могут быть у людей, я не придумал ничего лучше образованности.

Прискорбно, но большинство людей воспринимали рабов лишь как дешевую одноразовую рабочую силу, инструмент, который ты используешь, пока он не сломается, а после просто выбрасываешь.

Это конечно условная крайность, но правда была не намного лучше. Для большинства рабов единственной работой мог быть физический труд, но что на счет тех, кто знал арифметику и мог писать? Разве эти знания не сделали бы его слишком ценным для «одноразовой рабочей силы»?

Рабы с такими знаниями продавались дороже, так как могли выполнять более сложную, более важную и прибыльную работу, например им поручали торговать на рынке, а иногда даже они становились помощниками знатных людей.

Можно подумать, что в связи с этим все работорговцы должны учить своих рабов арифметике и письму, но на самом деле это не эффективно: обучение требовало времени, а на содержание рабов требовались деньги. Кроме того, большинство покупателей искали именно дешевую рабочую силу и лишь немногим были нужны образованные рабы, так что работорговцы иногда были вынуждены продавать таких рабов по цене необразованных, чтобы не тратить лишние деньги на их содержание. В конце концов, это был в первую очередь бизнес.

Впрочем, меня это не волновало. Я все равно не собирался оставаться в этом бизнесе надолго.

Даже если мне придется пожертвовать на это часть оставшихся сбережений дедушки, я согласен, если это поможет им попасть в руки хороших покупателей. Даже если я не получу с этого прибыли, но их будет ждать немного лучшая судьба, чем большинство других рабов — я согласен. А после закрою этот магазин. Так я хочу отдать дань уважения дедушке.

— Так меня учил дедушка, и так я собираюсь учить других. Сан, хочешь тоже научиться?

— Мне не нужно. Я из семьи купцов, так что умею считать и писать.

Она из семьи купцов? Тогда как она стала рабыней?..

— Хм… Ты не могла бы рассказать подробнее?

— Это довольно скучная история. Как-то раз один хозяин магазина был обманут и понял, что ему придется продать в рабство одну из своих дочерей, чтобы защитить остальную семью и свое дело.

— Что ты имеешь в виду, говоря что это скучная история?..

— Это вполне обычная история. Такие… Злоключения можно встретить повсюду.

Какой бы процветающей не была страна, каким бы хорошим не было руководство — зло в людях не исчезнет никогда. «Просто мне не повезло оказаться в этой ситуации», мог я прочитать в ее бесстрастных глазах. Словно она уже и не мечтала о нормальном будущем.

— Что же, мне повезло обладать этими способностями, так что позвольте мне помочь Вам обучать других, — сказала Сан.

— …Пожалуйста.

«Возможно, для рабов это пустая надежда, но я все же хочу, что бы ее ждало светлое будущее».

По прошествии нескольких месяцев мои продажи оставались низкими. Точнее, я не продал никого.

«Ха-ха-ха… И что с этим делать?»

— Кажется, у нас были клиенты. Вы им никого не продали? — спросила Сан, ставя передо мной чашку с чаем, пока я сидел за стойкой, обхватив голову руками.

Да, к нам заходит немало клиентов. Но поговорив немного с ними я понимал, что сам не хотел бы попасть к ним, так что никого им не продавал.

— Если я в чем-то и уверен, так это в своем умении видеть сущность людей.

— Значит, они не соответствовали Вашим стандартам, господин Камю?

— Им всем были нужны лишь инструменты, которые можно использовать, а после выбросить. Не важно, насколько они были вежливы, грязь в сердце тяжело скрыть.

— Вот как?..

— Я обещал всем, что найду им хороших хозяев. Я должен отбирать тщательно.

— Если продолжите в таком духе, рано или поздно деньги закончатся и Вы сами станете рабом, понимаете?

— Не хотелось бы, но… Когда-то, давным-давно, дедушка сказал мне о любом деле так: «Любой штиль рано или поздно заканчивается, а течение может внезапно измениться. Важно не сдаваться, дождаться своего часа и получить заслуженную награду».

Поэтому я упорно буду продолжать делать то, что делаю, как бы не было сложно. Я не сдамся, и однажды это окупиться.

Пока я об этом думал, Сан слегка улыбнулась.

— Как странно… Хоть я и рабыня, рядом с Вами, господин Камю, я словно чувствую надежду на светлое будущее.

Увидев эту легкую, искреннюю улыбку я чувствовал, что готов продолжать ждать своего часа.

«Все будет хорошо. В итоге, все получиться, как надо. Возможно… Нет, я уверен!»

Я подбадривал себя такими мыслями и продолжал ждать…

…Пока однажды не настал тот самый час.

Однажды утром, едва я открыл магазин…

— Прошу прощения! Это здесь есть рабы, умеющие читать и писать?!

— Они мне срочно нужны! Я заплачу хорошую цену, так что дайте мне их!

— Я тоже! Если у Вас есть еще какие-то требования, только скажите!

…С такими возгласами в магазин ворвалась масса людей. Все были хорошо одеты и ухожены, можно было предположить, что это близкие подручные каких-нибудь дворян, тогда как в других безошибочно можно было определить непосредственно рыцарей и дворян. Мы с Сан были ошеломлены таким зрелищем.

— Э… Да, наши рабы умеют читать и писать… — наконец сказал я.

— Правда?!!

— Пожалуйста, прошу, позвольте мне их у Вас выкупить!

— Я пришел раньше! И мне надо как можно быстрее решить некоторые проблемы в своих владениях, так что я не отступлю!

— У-успокойтесь пожалуйста! Что здесь вообще происходит?! — воскликнул я.

Отправив Сан и еще нескольких девушек приготовить нам чаю, я попросил клиентов объяснить, что происходит.

Похоже, наш молодой государь, Его Величество Король Сома, изменил политику в отношении оценки эффективности рыцарей и дворян. Он многого добился за свое недолгое правление, сверг двух выступивших против него герцогов и заручился верностью третьего, разгромил в войне Княжество Амидонию и буквально на днях аннексировал ее. Его власть была прочна, что и дало ему возможность провести такие реформы.

Он сказал примерно так: «С этого момента я добавлю эффективность управления вашими землями как один из факторов повышения или понижения в службе рыцарей и должностях дворян. Удачи с этим» (хотя я сомневаюсь, что Его Величество мог бы говорить так неформально).

Это вызвало переполох, граничащий с паникой у тех рыцарей и дворян, которые не слишком интересовались своими землями, передав все управление магистратам. Чиновники, работающие в городах, рассчитывали получить повышение за эффективную работу на государство, а рыцари стремились отличиться на поле боя. Но теперь, когда они отвечали за состояние своих владений, они должны были искать талантливых магистратов и тех, кто будет работать под их началом.

От чиновников в небольших владениях требовался минимум знаний, лишь умение считать и писать, но в этой стране было не слишком много тех, кто обладал такими навыками. Письму и счету необходимо было учиться, но к этому стремились только люди с вершины социальной лестницы (или точнее, они должны были учиться). Возможно, решить проблему могли бы торговцы, но у них всех было свое дело, они знали себе цену и не очень стремились «осесть» в глубинке, так что это было бы весьма недешево. Иными словами, вдали от городов почти не было людей, которые могли бы быть чиновниками.

Конечно, были в этой стране и люди невысокого социального статуса, упорно учившиеся и верившие, что когда-нибудь им это пригодиться, их мгновенно наняли дворяне и рыцари, способные предоставить наилучшие условия. А вот дворяне и рыцари низкого ранга были в беде, ведь им тоже нужны были люди, но у них не было того, что могло бы их привлечь. Их последней спасительной соломинкой были рабы.

«Вполне логично, ведь рабы бывают из всех слоев общества. Грамотных выставляют нечасто и по более высокой цене, но все же их можно найти».

Осознавшие это дворяне и рыцари немедленно бросились к работорговцам, мгновенно скупая грамотных рабов, сначала у крупных работорговцев, потом у средних, и в итоге у мелких. Вот так они и пришли в мой магазин.

— Ладно… Я понял ситуацию. У меня есть ряд требований, я должен поговорить с вами перед продажей, — сказал я.

Итак, я начал опрос потенциальных покупателей. Меня интересовала не цена, а то, как они будут обращаться с ними после покупки, на что многие отвечали «мне нужны чиновники, так что я готов освободить их от рабства», этим людям я отдавал предпочтение. Я должен был не продавать рабов людям с недобрыми намерениями и стараться не разлучать родственников.

По поводу женщины с маленьким ребенком:

— Я ее освобожу из рабства! Конечно она может взять ребенка! Прошу, только пусть она согласиться отправиться в мои владения! — умоляла меня женщина-рыцарь чуть ли не со слезами на глазах. Сейчас немало женщин поступали на службу, вдохновлённые доблестью принцессы Лисии, но способности этой женщины-рыцаря, очевидно, были направленны строго на военное дело и она совершенно не знала, как управлять своими владениями, так что она спешила найти себе кого-то в помощь. Думаю, она хороший человек и рабыня с ребенком должна с ней поладить.

Рабов продавали одного за другим, но… Меня действительно удивило то, что произошло с двумя сестрами.

Один из молодых дворян был настолько поражен ими, что не только был готов купить их за любые деньги и освободить, но и немедленно предложил им стать его женами. Это при том, что он явно был из весьма знатной семьи.

— Разве Вы пришли сюда не в поисках будущих магистратов и чиновников? — спросил я.

— Конечно, изначально за этим я и пришел, но я сражен их красотой и умом. Мой дом сейчас в таком положении, что лучше не связывать себя кровными узами с каким-то другим домом, и я уверен, Его Величество будет доволен, если я возьму в жены женщину из простого народа. А учитывая мое будущее назначение, я не думаю, что дочери какого-нибудь другого знатного рода пожелают выйти за меня замуж.

Этим дворянином был никто иной, как Пилтори Сарацин, молодой глава весьма влиятельного дома Сарацинов. Он был весьма энергичен и приветлив.

«Зачем человеку его происхождения рабы? Должно быть, это из-за этого его назначения или….

— Кхм, я не могу позволить Вам взять их в какое-то опасное место… — начал я.

— Уверяю Вас, мне просто необходимо недолго вести дела за пределами этой страны, все безопасно. Но даже случись какая-то катастрофа, клянусь здесь и сейчас, они никогда не погибнут раньше меня!

— Ух… Л-ладно, давайте послушаем, что они скажут по этому поводу.

Я был немного ошеломлен его запалом, так что мне оставалось только спросить мнения сестер. Впрочем, им он тоже понравился, он был молод, красив, дружелюбен и богат, что делало его настоящей находкой для девушек, хотя главным фактором для них, кажется, было то что они останутся вместе. Их немного обеспокоило то, что господин Пилтори по приказу Его Величества отправиться в Империю Гран-Кэйос, но в конце концов они согласились последовать за ним.

«Ну, думаю, он хороший парень, так что если сестер это устраивает, я тоже не против».

Несмотря на мои жесткие условия отбора, постоянно приходили новые покупатели, в итоге через несколько дней из рабов осталась только Сан.

Сан осталась одна потому, что помогала мне, так как я бы не справился с продажами в одиночку. Конечно, учитывая ее прекрасное лицо и стройную фигуру было немало покупателей, предлагавших условия не хуже, чем для сестер Андзу и Сихо, но Сан сказала, что останется со мной, пока не будут куплены все остальные рабы[✱]Возможно, отсылка к Girls und Panzer, там тоже есть персонажи с такими именами. Ну или совпадение. В английской версии было написано Anzu и Shiho, то есть я бы написал «Анзу и Шино», Но в итоге я оставил имена, взятые из вики «Тянки в танках» (сам я его не смотрел).. Конечно я не отказался от ее великодушного предложения.

Незадолго до начала еще одного рабочего дня я стоял за стойкой и смотрел на Сан, подававшей мне чай.

— Сан, ты…

— В чем дело, господин Камю?

— Эм… Ну… Ничего…

— Хм?

Сан очень старалась помочь рабам и мне. Теперь, глядя на нее, я чувствовал что-то странное.

В любом случае, дела у нас шли хорошо. Все были куплены, а поскольку покупателями были не бедные люди — у меня было достаточно средств. Вполне можно было освободить Сан из рабства и начать с ней новое дело. Я уже обдумывал варианты, что это могло бы быть.

«Но… Я не уверен, что будет лучше для нее. Нет гарантий, что мое дело будет успешным, возможно в другом месте жизнь Сан будет лучше…»

Мои мысли прервала открытие дверей магазина, хотя я уверен, что на них ее висела табличка «Закрыто». Подняв взгляд я увидел вошедшего молодого человека.

— Могу я попросить Вас продать мне этого раба?

Вошедший был одет как путешественник из какой-то далекой страны, на нем был дорожный плащ, а на голове низко надвинутая коническая шляпа. Эта одежда… Он с островов Девятиглавого Дракона?

— Кхм, мы сегодня еще не открылись…

— Прошу прощения, я просто был очарован этой енотообразной девушкой и не смог удержаться. Есть ла какая-нибудь возможность получить ее? Конечно, я заплачу гораздо больше рыночной цены и обещаю ее сразу освободить.

— Насколько больше вы готовы заплатить? — тут же спросила Сан.

— Сан?!

Я все еще был потрясен тем, как быстро она взяла ситуацию в свои руки.

— Вы хорошо потрудились для блага остальных рабов, господин Камю, сейчас осталась только я. В качестве последней помощи я буду рада быть проданной за высокую цену. Пожалуйста, используйте эти деньги, чтобы начать свой новый бизнес.

— Что ты такое говоришь?!

Сан действительно все это время собиралась так поступить?

Молодой иностранец достал небольшой мешочек с монетами.

— Здесь десять больших золотых и пятьдесят обычных золотых. Эта цена приемлема?

Десять больших золотых и пятьдесят обычных золотых, это получается… Миллион золотых эльфриденских?! В среднем, раб стоил от десяти до двадцати тысяч золотых! И он может просто так бахнуть такую сумму на стол[✱]Не помню, чтобы переводил главы с местной системой денег, беглый поиск ничего не дал. В английской версии указано просто «1,000,000G». Возможно, правильнее было бы перевести просто «золотых», но ранее, когда обсуждали контрибуции Амидонии, было указано, что у разных стран своя валюта, так что в итоге я написал «золотых эльфриденских». Если это все же это описывалось — пишите в комментариях, исправлю.?!

Этот парень… Что-то в нем есть странное…

Он вел себя так, как обычно действуют богачи: использовал силу денег, чтобы добиться желаемого, но при этом у меня не было неприятных предчувствий на его счет. Также в нем не чувствовалось увлеченности Сан, которую я увидел у господина Пилтори по отношению к сестрам. В целом… Его внимание было сосредоточенно на мне. Он словно следил, что я буду делать, получив такое щедрое предложение.

— Этого достаточно. Пожалуйста, возьмите меня, — пока я настороженно разглядывал посетителя, Сан согласно поклонилась.

— Говорю же, не решайте все без меня! — встав между ними я решительно сунул мешок с монетами обратно мужчине. — Мне очень жаль, но она не продается. Я вскоре начну новое дело и хочу, чтобы она продолжала помогать мне.

— Господин Камю… — Сан удивленно распахнула глаза. Я… тот еще эгоист, да.

— Прости, Сан. Возможно, для тебя это было бы лучше. Он определенно богат, а я не могу гарантировать, что мое новое дело будет успешным, — но я не мог иначе. Когда ее… Чуть было не отняли у меня, я наконец понял. Понял, как сильно я боюсь ее потерять. — Пусть это эгоистично, но я не хочу отпускать тебя.

— Господин Камю… Я вела себя слишком дерзко… — со слезами на глазах она подошла и склонила голову. — Пожалуйста… Позвольте мне остаться с Вами, господин Камю…

— Да. Разумеется, — я нежно ее обнял.

Через некоторое время я все же вспомнил про молодого иностранца. Взглянув на него я увидел, что он неловко улыбается.

— М-мне очень жаль! — отпустив Сан я поклонился ему.

— Нет, эм… Я тоже немного перегнул палку. Я просто хотел Вас немного проверить и не ожидал, что вы вдруг начнете практически признаваться друг другу в любви… Э-э, поздравляю.

— С-спасибо… Б-большое…

Как же неловко. Вспоминая только что произошедшие события я чувствовал, как мое лицо начинает гореть.

…Стоп, что? Проверял меня? Он только что сказал, что проверял меня?

— Видишь? Интересный, необычный работорговец, как Себастьян и говорил, да? — из-за спины посетителя вышла очаровательная молодая девушка в плаще с капюшоном, из под которого выбивались пара косичек и с веселой улыбкой обняла его за руку.

— Это слабо сказано. Сомневаюсь, что где-то в мире найдется еще кто-то такой. Наверное правду говорят, темнее всего под фонарем, кто бы мог подумать, что такой талант скрывает в столице. Вот поэтому я никогда не перестану охотиться за талантливыми людьми, — с этими словами посетитель снял шляпу. Это лицо… Я видел его по вещательной сети!

— Ва-Ваше Величество?! — воскликнул я.

Определенно, я стоял перед Его Величеством Сомой Казуей.

Более того, девушка рядом с ним была принцессой бывшего Княжества Амидония, Ророа Амидония, о чьей помолвке с королем Сомой недавно объявили по вещательной сети! Мы с Сан поспешно попытались склониться в поклоне, но Его Величество остановил нас:

— Ох, я здесь инкогнито, так что не надо ничего такого.

— Кхм, Сир… Так как Вы здесь оказались? — в моей голове все еще бушевал хаос.

— Я слышал о Вас не мало хорошего, — усмехнулся Сома. — О том, что Вы учите рабов читать и писать и стараетесь устроить их туда, где с ними будут хорошо обращаться. Сейчас работорговцы по всей столице равняются на Вас.

— Я-ясно…

— Хех, похоже вы даже не осознаете, сколь невероятны Ваши достижения. Ну, возможно вы этого добились именно благодаря своей скромности.

Король Сома кивнул сам себе, удовлетворенный этим объяснением.

— Джинджер, Вы улучшили отношение к обездоленным, дали им работу и в итоге они перестали быть рабами. Это то, что люди наверху, я и Мадам Мария, не смогли бы сделать так же легко, как бы ни пытались, понимаете? А Вы с этим справились.

— Нет… Я просто… Хотел позаботиться о них, теми немногими способами, которыми располагал…

— Я искал тех, кто способен на такое, — Его Величество оперся на стойку. — Я намерен национализировать работорговлю в этой стране. Работорговцы будут государственными служащими и им придется проходить необходимые проверки, что в конце концов облегчит управление ими. Кроме того, чтобы гарантировать, что рабов не используют как одноразовую дешевую рабочую силу, прежде чем выбросить, мы создадим учебные центры для подготовки их к работе. В тоже время, мы создадим службы надзора, чтобы защитить их от негуманных условий труда.

— Это…

— Верно. Это именно то, что сделали вы. И теперь это будет работать по всей стране.

«Невероятно! Это несомненно поможет таким людям, как Сан!»

— Так же я хочу нанять Вас как первого главу первого учебного центра для подготовки к работе, — с этими словами Сома протянул мне руку.

— Ме-Меня?!

— Вы это придумали и успешно реализовали. Думаю, Вы лучше прочих подходите для этой работы. Можете взять деньги, что я вам предлагал раньше и подготовиться. Кстати, почему бы Вам не освободить ее и не начать работать над этим вместе?

Я вопросительно посмотрел на Сан.

— «Любой штиль рано или поздно заканчивается, а течение может внезапно измениться», — ласково повторила она слова моего дедушки.

«Вот именно, дедушка, Сан. Это и есть та самая награда.»

— Я это сделаю! Положитесь на меня! — кивнув, я пожал протянутую мне руку.

— Спасибо. Не терпится увидеть Ваш талант в действии.

Такой был заключен договор.

«Дедушка, теперь я служу лично королю. Ты можешь больше не беспокоиться обо мне, хорошо?.»

— Похоже, ты разобрался с этим дельцем, — с этими словами Леди Ророа снова обняла руку Сомы. — Что же, на сегодня хватит с работой. Не пора ли нам продолжить свидание? Верно, большая сестрица Ай?

После ее вопроса в двери вошла высокая красивая темная эльфийка. Разве это не будущая вторая основная королева, Леди Аиша?! Я видел ее в той музыкальной передаче вместе с королем!

— По-почему бы и нет. Так и сделаем, — слегка смущаясь, леди Аиша все же обняла вторую руку Сомы.

— Эм, вы не могли бы не делать это на людях?

— НЕТ!

— НЕТ!

— …Ох, ладно, — после их решительного и громогласного отказа он обреченно понурил плечи.

Можно было подумать, что он должен быть счастлив держать по прекрасному цветку в каждой реке, но все же он явно о чем-то беспокоился. Он мог быть выдающимся королем, уничтожившим угрозу Княжества Амидония и присоединившим его к своей стране, но он был слаб в том, что касалось окружающих его женщин.

— Возможно, мне тоже стоит поостеречься… — пробормотал я.

— Вы что-то сказали, господин Камю? — подражаю двум будущим королевам, Сан с улыбкой обняла мою руку.

Эта улыбка делала меня счастливым, так что я ничего не мог сказать против.

Похоже, и король, и простолюдин одинаково не могли противостоять своим женщинам.

После полудня в тот же день, когда я встретил Джинджер Камю.

Завербовав его и покинув лавку, Аиша, Ророа и я решили прогуляться по городу, что Ророа называла свиданием. В общем, сейчас я вел под руки двух прелестных девушек.

— Несмотря на то, что мы на свидании, мы одеты не совсем соответствующе, — пожаловалась Ророа.

Конечно, наши лица были всем хорошо известны, так что мы должны были избежать ненужного внимания. Я был одет в свою обычную одежду для выхода инкогнито с штиле путешественника с островов Девятиглавого Дракона (стиль Китаказа Казуя), на моих спутницах были плащи с капюшонами поверх их обычных нарядов.

— Думаю, иначе свидание не получиться. Если окружающие поймут, кто мы — это превратиться в еще одну церемонию, — сказала Аиша.

— Верно. Особенно мне не стоит светить лицом. Уверена, здесь многие не обрадуются спокойно разгуливающей по округе принцессе Амидонии.

Хоть Ророа говорила это шутливым голосом я не сомневался, что это правда. Хотя наши страны были объединены вполне мирно и это было хорошо для обеих сторон, Королевство Эльфриден и Княжество Амидония долгое время были врагами. Быстро такое не забыть.

Я почувствовал что-то странное, но Ророа с улыбкой продолжила, не давая мне сосредоточиться на этом чувстве:

— Хотя для такой милахи это лишь вопрос времени, скоро я доберусь до струн их душ. А вот на твой счет, дорогой, я беспокоюсь. Тебе надо активнее работать на публику, иначе народ княжества может тебя невзлюбить.

— Думаю, ты права… — пробормотал я. Мне очень нравилось это ее умение честно вываливать правду. — Хотя я не смогу вести себя так-же, как ты, так что я буду медленно, но верно заботиться о их жизнях и достатке, пока они не признают меня своим королем.

— Хе-хе, — Ророа крепче прижалась ко мне. — А не думаешь, что они успокоятся, если они увидят, как мы воркуем?

— М-мы посреди людной улицы! Это возмутительное поведение! — с этими словами Аиша начала оттаскивать Ророа от меня.

— Хм, да что с тобой? Мы же на свидании! Может, тебе тоже стоит воспользоваться случаем и позаигрывать с дорогим?

— Я бы с радостью, но… Возможно нам не стоит увлекаться, хотя бы из уважения к первой основной королеве, Лисии, позволившей нам пойти на это свидание?

Аиша была второй основной королевой, а Ророа третьей. В этой стране многоженство было обычным явлением среди дворян и купцов (полиандрия, или многомужество, тоже встречалось, пусть и не так часто), так что для предотвращения неприятностей в семье, были разработаны своего рода правила поведения среди жен, или иерархия.

— Да, конечно, но ведь дорогой и старшая сестрица Лисия помолвлены уже пол года, не так ли? Может они и не забацали малыша, но хотя бы поцеловаться должны были, да?

Мне оставалось лишь стараться не встречаться с ней взглядом. Я дремал, положив голову на колени Лисии, целовал в щеку и спал рядом, но на этом наша «романтика» ограничивалась.

Сделав вывод из моего молчания Ророа холодно посмотрела на меня и спросила:

— …Дорогой, ты же не хочешь мне сказать, что даже этого не делал?

— Ну, понимаешь ли… Я был весьма занят и…

— Тебе что, совсем не жаль старшую сестренку Сию?! — воскликнула Ророа.

— Вот, Ророа тоже так думает! — тут же поддержала ее Аиша. — Я понимаю, сначала вы колебались, потому что ваша помолвка была организована без вашего согласия, но теперь всем уже понятно, что вы действительно любите друг друга! А наше положение таково, что мы не должны пытаться… Опередить ее в некоторых вещах! Так что пожалуйста, уделите ей больше внимания!

На это мне было нечего ответить, ведь Аиша наблюдала за развитием наших с Лисией отношений практически с самого начала.

— Вот-вот-вот! — покивала ей Ророа, скрестив руки. — А после ты сможешь продемонстрировать и свою любовь к нам.

— Обещаю, когда придет время, я обязательно уделю вам «должное внимание».

— Так-то лучше. И не забывай про это обещание, — удовлетворенно кивнула Ророа.

И вот девушка на три года младше отчитывает меня за неправильное поведение в отношениях… Я чувствую себя немного жалко.

— Ха, впрочем, мы ведь на свидании, так что нам все же надо повеселиться, — Ророа рассмеялась и легко взмахнула рукой

— Верно, в конце концов леди Лисия тоже сказала, что нам нужно сегодня хорошо провести время.

И в этом они тоже правы.

— Ну, сегодня один из наших редких выходных. Куда бы вы хотели пойти?

— В таком случае, я бы хотела начать… — начала Аиша.

— Никакой еды до вечера.

— Ч-что, Почему? Я еще не сказала, а ты уже отказал? — Аиша смотрела на меня глазами щенка, которого заставляют ждать угощения.

— Когда я ем с тобой, я постоянно наедаюсь до отвала, так что нам будет не так комфортно гулять. Обещаю, мы перекусим где-нибудь, но позже.

— Эх, ладно…

— Ладушки, я не так давно приехала в столицу, так что еще не знаю, что тут где, — задумчиво склонила голову Ророа. — Есть ли здесь место, куда обычно ходят на свидание?

— Место для свиданий, хм?..

В моем прежнем мире это обычно были театры, парки развлечений, зоопарки, океанариумы, караоке, игровые салоны, но в этом мире… Именно из-за отсутствия таких мест отдыха развлекательные программы по вещательной сети стали так популярны.

Хотя нам нужно место для свиданий, а не развлечений… Точно!

— Может подойти… — пробормотал я.

— Ага-ага, ты что-то придумал? — нетерпеливо спросила Ророа.

— Есть одно место, мы его совсем недавно открыли. Думаю, это будет достаточно интересно. Хотя это место больше познавательное, чем развлекательное.

— Познавательное? Учиться чему-то, хотя мы на свидании? Что же это за место?

— Королевский музей Парнама. Ну, не сказать, что мы долго выбирали название…

— Громадина!.. — удивленно воскликнула Ророа, когда мы только подошли к музею. Если в случае национального музея природы и науки в Уэно перед входом установлена фигура синего кита в натуральную величину, то в королевском музее Парнама перед входом красовался десятиметровый скелет животного.

— Кому принадлежали эти кости? Похож на ящерицу или что-то в этом роде…

— Это гигантская саламандра, еще недавно жившая под этим городом.

— Саламандры бывают такими большими? В Амидонии водятся максимум до двух метров… Подожди, она жила под королевской столицей?!

— Ага, удивительное рядом.

Эту саламандру обнаружили авантюристы после того, как мы разместили в гильдии авантюристов задание по уничтожению опасных животных в катакомбах (спасательных туннелях) под столицей, чтобы переделать их в канализационную систему. Точнее, ее обнаружила группа Дека, Юны и остальных. Я тоже там был, пусть и не лично, а в теле куклы мусаси-боя.

Ни государство, ни гильдия не ожидали увидеть что-то настолько большое и опасное под столицей, что в итоге подвергло опасности жизнь Юны и остальных. К счастью, каким-то чудом им удалось отступить, не получив серьезных травм, но все могло закончиться гораздо хуже, так что мне было о чем поразмыслить.

Но вернёмся к гигантской саламандре. Получив доклад от Юны и ее спутников я послал отряд рыцарей запретной армии устранить угрозу. Для Юны и ее группы это был сложный противник потому, что у них не было мага, способного использовать магию воды, так как саламандра крайне уязвима против льда (части магии воды). Сформировав отряд с достаточным количеством таких магов, ее легко убили и по частям вытащили наверх. Именно так и появился этот скелет.

— В любом случае это всего лишь копия, созданная с оригинальных костей, — добавил я, проведя по одной из костей рукой. Если бы мы выставили оригинал, пришлось бы беспокоиться по поводу воров.

Рядом со скелетом стояла табличка: «Это копия скелета в масштабе один к одному. Можете потрогать, что бы лучше осознать его размер».

— Это… Как бы сказать? Будоражит мои чувства авантюриста, — сказала Аиша со сверкающими глазами. — Уверена, молодым воинам будет очень интересно посмотреть на это.

— Хм… Я думал, что это может помочь в образовании детей, стимулировать их творчество, так что показал настоящие кости, которые мы держим в замке, младшему брату Томоэ, Роу, и другим детям, но… они только испугались и расплакались. Потом Лисия устроила мне изрядную взбучку.

— А ты чего ожидал? — шокировано воскликнула Ророа.

Да уж, стоило подумать про их возраст…

— Ладно, скелет интересный, но здание музея тоже впечатляет. Большое, солидное… Почти-что поместье какого-нибудь дворянина, — заметила Аиша, разглядывая здание музея.

— Без «почти-что», это действительно бывшее поместье дворянина, пусть и немного перестроенное.

— Правда?

— Да. Помните, я казнил влиятельных дворян? Сотрудничавших и с нами, и с Амидонией, из тени контролировавших коррумпированных дворян во время войны и так далее? Так вот, это здание предлежало одному из них.

Это огромное, роскошное здание действительно было… Просто жильем дворянина.

Главный корпус мог бы принадлежать университету с богатой историей, а ведь были еще два пристроенных крыла и ухоженный сад. Я был почти впечатлен тем, что тот дворянин не привлекая особого внимания накопил такие богатства, и это в то время, пока страна страдала от экономического кризиса. Расследование Хакуи показало, что значительная часть денег была получена через коррумпированных дворян.

В любом случае, этот особняк освободился после казни прежнего владельца. Если бы я передал его кому-то из своих подчиненных, это вызвало бы ненужную ревность, а просто снести его было бы слишком расточительно, так что мы нашли элегантное решение — превратить это место в королевский музей Парнама.

— Ох-ох, вот теперь я с ужасом буду думать, что это место пропитано злобой прежнего владельца… — сказала Ророа с подергивающимися уголками рта.

— А… А-ха-ха, да, не ты одна о таком думаешь. Уже пошли слухи, что по ночам призраки в доспехах ходят по залам сами по себе.

— Естественно.

— Но пойми, мы должны использовать все, что есть в нашем распоряжении, иначе этой стране не жить.

— Надеюсь, тебе не придется переоборудовать его в аттракцион «дом с приведениями»…

«Мда, не хотелось бы…»

— В любом случае, давайте уже зайдем, внутри тоже много интересного.

Возможно, если бы я поговорил с кем-то из руководства, нас бы просто пропустили, но мы здесь были инкогнито, так что прошли вместе со всеми, заплатив за троих.

При входе нас встретил ряд доспехов, которые носили прежние командиры королевской гвардии. Они уже устарели и просто пылились на складе, так что я не преминул возможностью подарить их музею.

— Конечно, они хуже современных, но вот так выстроившиеся в ряд они выглядят действительно впечатляюще, — восхитилась Аиша. Должно быть, они привлекли ее как воина.

— Кстати, дорогой, а что вообще такое музей?

— А? Тебе не знакомо это слово?

Если задуматься, когда я впервые подготовил проект музея, Хакуя сказал: «Я о таком не слышал, но должно быть интересно. Обязательно надо будет сходить и лично посмотреть».

Получается, это первый музей, созданный в Королевстве. Вполне очевидно, что Ророа и остальные про них ничего не знали. Интересно, в Империи есть музеи?

— Если коротко, музей — это место, где собирают различные вещи, ученые могут их изучать, а обычные люди могут просто посмотреть на них в виде экспонатов. Это нужно, чтобы люди лучше понимали историю своей страны и мира, ну а иногда это просто интересно. В моем прежнем мире люди в том числе ходили на свидания в музеи.

— Хм… Это все равно что выставить королевскую сокровищницу на всеобщее обозрение, да? — спросила Ророа.

— Ага, примерно так и получилось. В музейной коллекции содержатся предметы, имеющие культурную или историческую ценность, а так же скелеты и чучела животных, что интересно и познавательно в области естествознания.

Пока я это объяснял, я заметил знакомые доспехи.

— Разве это не современные доспехи капитана королевской гвардии? — спросила Аиша, тоже их заметив.

Хоть мы видели их со спины, эти начищенные до зеркального блеска доспехи определенно были похожи на те, что носил Людвин.

«Странно. Здесь должна быть выставлена только броня прежних лет, и только та, что принадлежала государству. Как я помню, у Людвина были свои, личные доспехи…»

В этот момент закованная в доспехи фигура начала поворачиваться к нам.

— Ух! — воскликнул я от неожиданности.

— О, простите… Э, подождите, Ваше Величество? — сказал Людвин.

А? Это на самом деле Людвин?! Пока я не еще не оправился от шока, из-за Людвина высунулась голова еще одного знакомого человека.

— Что там, братец Луу? — спросила Женя.

— О, и Женя с тобой. Вы здесь на свидании?

— Нет, — устало отозвался он, — Вы распорядились, чтобы королевская гвардия занималась охраной этого музея, так что мы здесь посменно дежурим.

— А, понятно. Извините за неудобства.

Здесь находились довольно ценные предметы, так что я должен был обеспечить достойную и надежную охрану, в итоге я поручил это королевской гвардии, и так занимавшейся чем-то подобным.

— А я здесь, чтобы установить одну из защитных систем, о которой меня просил братец Луу. — добавила Женя. — Кстати, тут есть еще несколько новых, не до конца настроенных зачарований, так что лучше не заходите, куда не положенно.

— Вот это уже тревожно…

Система безопасности, созданная сверхразумом Жени… Даже боюсь предположить, что она могла придумать. Я немедленно представил себе механизм наподобие тех, что можно было увидеть в той детской познавательно-развлекательной передаче PythagoraSwitch, с шариковыми дорожками и прочими увлекательными механизмами. И это все запускает небольшую катапульту, выбрасывающую злоумышленника из музея.

— Кстати, Сир, Вы здесь на свидании? — спросил Людвин.

— Все так, — вклинилась в разговор Ророа, снова обнимая мою руку. — Мы здесь втроем: дорогой, большая сестрица Ай и я.

— Втроем? Но… А! По-понятно. Что же, не буду мешать, развлекайтесь, — смутился Людвин и немедленно ушел вместе с Женей.

Кажется, он хотел сказать еще что-то… Или это просто мое воображение?

— Как бы то ни было, идем дальше? — предложил я.

Пока мы шли дальше, Аиша несколько раз замирала и оглядывалась. Что ее беспокоит?

— Аиша?

— …Нет, ничего, — она быстро подошла ближе и взяла меня за руку.

Не могла же она испугаться еще одних двигающихся доспехов… Их же на самом деле нет? Как раз когда я хотел спросить Аишу об этом, Ророа потянула меня за рукав.

— Эй, дорогой, почему здесь столько костей?

После ее вопроса я еще раз огляделся и увидел несколько стеклянных витрин с собранными скелетами разных существ. Для современного человека это было нормальное явление для музея естествознания, но возможно жители этого мира воспринимают это иначе?

— Такое чувство, словно здесь готовят какой-то странный ритуал, продолжила Ророа.

— Ха-ха-ха, нет конечно, — ответил я. — В этом музее собраны и выставлены интересные и значимые исторически предметы, книги, а также скелеты и некоторые другие части тел живых существ, представляющие естествоведческий интерес. Конкретно эти кости мы нашли в земле, когда создавали канализационные отстойники. После тщательного изучения их выставили здесь. Кстати, здесь скелеты не только животных, но и монстров.

— Скелеты монстров? Все точно-точно в порядке? Как бы, есть монстры, состоящие только из костей, если ты не нал.

— Ну… Исследователи объяснили мне, что кости скелетов-монстров содержат в себе магию, когда из них ее как-то убрать — они становятся просто костями. Хотя я сам не очень понимаю, как это работает.

Профессиональные маги удостоверились, что с этими костями все в порядке, так что я об этом мог не беспокоиться.

Почти…

— И все же, тут так много костей. Это что, гигантский олень? — восхищенно вздохнула Аиша, глядя на скелет большого существа, похожего на большерогово лося, давно вымерший на земле вид. — Никогда таких не видела, даже в нашем лесу. Удивительно, что когда-то такие существа жили недалеко от столицы.

— Да уж, — согласился я. — То, как такие мысли будоражат воображение — одна из лучших черт музеев.

— Мдя, что-то я не уверена на счет вот этого, — сказала Ророа, глядя на скелет, напоминающий азиатского буйвола. Конечно, значительно больше земного аналога. — Интересно, сколько такой мог бы стоить? Можно получить целую кучу мяса, но у существа такого размера оно будет не шибко вкусным… Хотя с таким размером их вряд ли можно использовать в сельском хозяйстве или еще где. Да, думаю, только разводить на дешевое мясо…

— Это то, о чем ты сразу начала думать?! Как их продавать?!

— Мясо? — тут же оживилась Аиша, чуть ли не роняя слюни.

— Ох, теперь еще Аиша что-то странное представила. Наверняка зажаренную целиком тушу.

Ну, ожидаемо у нас одни и те же экспонаты вызывали разную реакцию. Но все равно не стоит в таком месте веселиться, даже не громко.

Немного отойдя мы оказались перед еще одним экспонатом.

— Э? — негромко удивился я.

За стеклом стояли скелеты древних людей, и кое-что меня беспокоило. Рядом стояли скелеты человека и зверочеловека, и я мог видеть как различия, так и сходства: у зверочеловека были кости хвоста и длинные клыки.

— В чем дело, Сир? — спросила Аиша.

— Ничего, просто смотрю на них и… Это весьма удивительно.

— Удивительно? Что именно?

— Как они эволюционировали?

Я изучал в основном гуманитарные науки и не очень хорошо знал биологию, но примерно помнил теорию эволюции. Люди произошли от обезьяноподобных предков, а те произошли от существ, похожих на больших крыс, живших еще во времена динозавров… Или что-то в этом роде.

Так почему в этом мире такое разнообразие разумных расс? Применима ли вообще земная теория эволюции к людям, зверолюдям, эльфам и другим расам этого мира? Может мы просто не слишком активно искали, но мы не нашли и ни одного окаменевшего скелета динозавров. Возможно жизнь в этом мире развивалась иначе?..

— Дорогой. Дорогой, — голос Ророа вернул меня в реальность.

— А? Ох, Ророа, что такое?

— Божечки, мы же на свидании, не игнорируй своих спутниц. И не смотри на них с таким напряженным лицом.

— Ах… Верно. Извини, извини.

Да, сейчас не лучшее время погружаться в свои мысли и пренебрегать Аишей и Ророа. Да и в любом случае у меня сейчас слишком мало фактов, чтобы что-то решить.

— Ну что, двинули к следующей штуковине? — Ророа потащила нас с Аишей за руки дальше.

Поднявшись по лестнице на следующий этаж мы оказались в секции, посвященной разным древним орудиям труда. Инструменты, которыми люди пользовались с незапамятных времен, ранние образцы оружия и доспехов, сельскохозяйственные орудия. Даже пожелтевшие от времени бумаги.

— А что на этом этаже? — спросила Ророа.

— Недавно я перебрал предметы из королевской сокровищницы, когда искал деньги на выплаты Империи и финансирования своих реформ. Тогда сокровища были разделены на три категории: А — предметы, имеющие историческую или культурную ценность; Б — предметы, не имеющие исторической или культурной ценности, но которые можно выгодно продать; В — магические и не магические предметы, с высокой или с невыясненный практической ценностью. Мы продали только вещи из категории Б, а многие вещи из категории А сейчас выставлены на этом этаже. Можно сказать, это «исторический этаж».

— Историческая или культурная ценность… У этих пожелтевших бумаг она тоже есть? — нахмурилась Ророа.

— Конечно. Вот это письмо, отправленное одним из прежних королей своему вассалу. Письма — очень личная часть жизни людей, по ним мы можем лучше понять время, в которое жил тот человек, и то, как он думал.

— Я поняла его ценность, но все равно не стала бы специально приходить сюда, чтобы посмотреть на него.

— Ну а как на счет этого? Любовное письмо, написанное неким аристократом давным-давно, от сладости скулы сводит. А рядом ответ, в котором леди элегантно отвергает его.

— Конечно, это уже интереснее, но… Не думаешь, что тот аристократ сейчас плачет в могиле?

— Возможно…

Конечно, это представляло некоторый интерес, но мы действительно могли выставить здесь что-то, что человек предпочел бы никогда не придавать публике.

— Письма, инструменты — это все хорошо, но слишком просто. Так нам толпу не привлечь, — сказала Ророа, скрестив руки на груди. — Разве здесь нет главного аттракциона, который будет привлекать людей?

— О, пожалуй, кое-что есть, пойдемте, — с этими словами я подвел их к одной из витрин.

— Уох?!

— Ах?!

Прекрасные доспехи, украшенные серебром и золотом, ослепительно сверкающие в свете ламп (ламп со светящимся мхом, который использовали в том числе для освещения улиц, так что свет было действительно ярким). Все элементы были выполнены в едином стиле, даже щит и меч, а на нагруднике красовался герб королевского дома Эльфридена.

— Главная достопримечательность нашего музея — полный комплект снаряжения первого короля-героя, — представил я этот экспонат в стиле заправского экскурсовода.

Да, это было снаряжение первого героя, по легендам, вызванного из другого мира, как и я, и основавшего Королевство Эльфриден. Кстати, этот артефакт был подлинным. Наши кузнецы сказали, что они не смогут сделать достаточно похожую копию, не говоря уже о том, что это было бы весьма дорого.

Аиша и Ророа завороженно смотрели на этот великолепный доспех.

— До чего же он прекрасен… — пробормотала Аиша.

— Это… Подожди, это подлинное национальное достояние?! — воскликнула Ророа.

— Ну, полагаю, можно сказать и так.

— Разве нормально вот так просто выставлять его напоказ в таком месте? — Ророа напряженно помассировала виски, я же попытался отшутиться.

— Мы его изучили, единственное зачарование этого снаряжения повышает сопротивляемость магии до почти нелепого уровня. Похожее снаряжение сейчас есть у магически-бронированных войск Империи, а поскольку это снаряжение короля-героя, нам было бы проблемно отдать ее кому-то, кроме меня. А учитывая мои навыки, крайне маловероятно, что я когда-нибудь смогу ее использовать. Вот я и решил, что чем пылиться в королевской сокровищнице — эффективнее выставить его здесь.

Если в музей будет приходить больше людей, чтобы посмотреть на это снаряжение, это будет приносить чуть больший доход, который можно будет тратить на содержание музея. Оставалась проблема охраны, но для этого я направил сюда элитный отряд запретной армии.

Выслушав мои объяснения, Ророа вздохнула.

— Божечки… Разве старшая сестрица Сия не закатит истерику, узнав об этом?

Ох!.. Да, вполне возможно. Это можно было назвать символом нации.

— Н-ну, я же не собираюсь их продавать или что-то в этом духе? Они здесь просто лежат, как лежали бы в сокровищнице. Не думаю, что мы должны все бросать и говорить Лисии мелкие нюансы…

— Эм… Думаю, уже поздно, — с жалостью в голосе сказала Аиша, как раз в этот момент я почувствовал на плече чью-то руку.

— А?

— Со-о-ома-а-а?

Обернувшись, я увидел широко улыбающуюся Лисию, а за ее спиной Джуну, сложившую руки, словно в молитве.

— А-а-а вы здесь какими судьбами?

— Я сказала, что отдам тебя Ророа, но я не обещала, что не буду присматривать за вами, — сказала Лисия таким тоном, словно это было совершенно нормально.

— Мне очень жаль, — извинилась Джуна. — Мы правда собирались просто наблюдать…

Так они все это время следили за нами?!

— Значит, это вас я чувствовала, — кивнула Аиша.

— Аиша? Могла бы сказать…

— СОМА!

— Д-да?!

Что бы не мешать другим посетителям, мы отправились в сад, где в укромном месте я стоял на коленях на траве, пока Лисия читала мне нотации[✱]Сэйдза, традиционная манера сидения в Японии. По неизвестной мне причине сейчас в массовой культуре используется в как часть наказания (как правило, главного героя) — провинившийся садится в эту позу и ему читают нотации. Очевидно, это весьма неудобная поза….

Как я позволяю себе обходиться с сокровищем всей нации?! Как я посмел выставить снаряжение героя-короля на всеобщее обозрение, словно диковинку?! Я должен лучше осознавать свою роль короля! И все в таком духе… Лисия, к лучшему или к худшему, была слишком серьезной девушкой, так что не могла спокойно спустить мне такое небрежное отношение к одной из важнейших реликвий.

— Эм… Леди Лисия, Его Величество не хотел причинить никакого вреда, — наконец вступилась за меня Аиша.

— Он делал это ради нашей страны, дай ему небольшую поблажку, — добавила Ророа.

— Сегодня у леди Ророа свидание, так что может уже хватит его ругать?.. — пробормотала Джуна.

После поддержки Аиши, Ророа и Джуны лекция закончилась довольно быстро. Обычно они были гораздо дольше.

— Ладно, на этот раз прощаю, но только из уважения к вам троим, но… В любом случае, Сома, послушай, некоторые дворяне крайне серьезно воспринимают все, что связано с авторитетом власти и такое им может очень не понравиться. Ты должен посоветоваться со мной, прежде чем принимать такие решения, и уже если я, кровный представитель королевского дома, дам согласия, тогда не будет риска задеть чувства дворян.

— …Да, мэм. Мне очень жаль, мэм.

Она была права и мне нечего было возразить в свою защиту. Я смиренно это слушал так как понимал, что она это делает потому, что действительно заботиться обо мне.

Когда головомойка закончилась, Ророа дважды хлопнула в ладоши.

— Ладненько, давайте вернемся к теме сегодняшнего дня?

— Ах! Ророа прости! Прости, что пошла за вами, хотя обещала дать возможность побыть наедине!

— Хм… Ну, не то, чтобы я не понимала, почему ты это сделала. Не важно, раз ты уже здесь, осталось только продолжить всем вместе, — Ророа нежно обняла Лисию за руку. — Тут довольно много народу собралось, может по такому поводу пройтись по магазинам?

— Неплохая мысль, — кивнула Лисия. — И почему бы не поручить Соме нести сумки с покупками в качестве наказания?

— К-кстати, я проголодалась… — пробурчала Аиша.

— Хе-хе, тогда для начала предлагаю пойти в кафе «Лорелея», — предложила Джуна.

— Неплохая мысль, — хором согласились все девушки.

Вот так, не успел я и слово вставить, как наши планы на вторую половину дня были решены.

Может я и был королем и героем, но ничего не мог противопоставить силе этих девушек.

— Давай, Сома, поторопимся, — сказала Лисия, взяв меня за руку.

— Не тормози, дорогой, сегодня будет еще столько интересного, — добавила Ророа, взяв другую.

Пока меня так тащили я вдруг ясно осознал, что именно так в итоге будет выглядеть баланс сил между нами.

Кстати, мы позже вернулись к вопросу экипировки короля-героя и решили, что ее будут выставлять в музее лишь раз в год, это позволит нам не так сильно беспокоиться о безопасности, а также это будет ощущаться особенным событием для людей.

Очередной день двенадцатого месяца 1547-го года по континентальному календарю.

В столице Королевства уже ощущалось дыхание зимы, казалось еще немного, и выпадет первый снег. В такую погоду по утрам совершенно не хочется вылезать из-под одеяла.

Сегодня я, как всегда, завтракал со своими четырьмя невестами.

— У меня сегодня важное дело в городе… Было бы хорошо, если со мной будет женщина. Кто-нибудь хочет присоединиться?

— Дело? Не похоже, что ты собираешься на прогулку, — заметила Лисия, на что я мог только ухмыльнуться.

— К сожалению. Это очень важное дело и я должен сделать это сам.

— Понятно… Я могу пойти. А как на счет вас? — спросила Лисия остальных девушек. Кажется, она уже выработала авторитет первой королевы и стала лидером.

Первой отказалась Ророа, подняв руки в виде буквы Х:

— На меня не рассчитывай. Дорогой попросил меня обговорить кое-что с гильдией торговцев.

— О том, что работорговцы теперь будут работать на государство? — уточнила Лисия.

— Именно. Ранее дорогой сделал что-то похожее со скупщиками металла, организовав перерабатывающую промышленность или что-то в этом роде, но сейчас все будет не так просто. Скупщиков металла считали кем-то вроде мусорщиков и у них не было защиты гильдии. Работорговцы же, хоть тоже относились к не самой престижной профессии, были частью гильдии торговцев. Если мы переведем их в подчинение государству, это будут рассматривать как желание установить монополию на рабов, — взяв солонку, Ророа немного ее покрутила в руках и продолжила. — Если бы дело касалось металла или соли — прецеденты были, так что это еще поняли бы, но никто никогда не монополизировал на государственном уровне торговлю рабами. Рабами становятся не только жители нашей страны, их также привозят из-за рубежа, если национализовать работорговлю — нам придется оборвать этот импорт. Далее, работорговцы будут работать на государство, так что у них будет гарантированная зарплата, но при этом у них не будет шанса сорвать «большой куш», так что многие работорговцы сейчас собираются отправиться в другие страны. Вот такие вот у нас с этим проблемы.

— Я готов принять эти проблемы, — сказал я. В целом меня устраивало существование осужденных рабов-каторжников, но я не хотел видеть, как женщин и детей когда-нибудь еще продавали в рабство, чтобы прокормить остальную семью, и когда для всех было само собой разумеющимся, что ребенок раба тоже был рабом. Я это хотел сделать не только из гуманности, но и чтобы помочь это стране процветать.

— Уверена, ты хочешь свести систему рабства на нет, дорогой, но… — у Ророа было мрачное выражение лица, когда она думала о грядущих переговорах. — Не думаю, что у нас хватит осужденных на рабство, чтобы удовлетворить спрос. Вот в чем настоящая проблема.

— Это будет слишком сложно?

— Я это сделаю. В конце концов, я хочу увидеть мир без рабства, о котором ты мне рассказал. Мир, где каждый человек свободно зарабатывает день и свободно их тратит, вращая экономические шестеренки… Надеюсь, я такое застану.

Я понимал что Ророа достаточно умна, так что немного рассказал ей экономическую историю моего мира. Особенно подробно я остановился на периоде индустриальной революции, когда начало развиваться массовое производство. Производители были заинтересованы в как можно большем количестве покупателей, а бесправные и бедные рабы не могли обеспечить спрос. Эта ситуация в некотором смысле поспособствовала исчезновению рабства.

Конечно, я не забыл про движение за равноправие. Я не собирался отрицать тяжелый труд рабов, боровшихся за свободу и тех, кто их поддерживал. Но в любом случае, для каждого времени подходила своя система.

Можно вспомнить историю США, войну севера и юга. Северяне поддерживали идею освобождения рабов, но в первую очередь чтобы заручиться их поддержкой против южан, в конце концов с обеих сторон конфликты было немало владельцев плантаций с рабочими-рабами. Прежде ненужная и непрактичная идея внезапно была реализована благодаря ситуации, хоть и не в полной мере.

Бывает и наоборот, прекрасно звучащая идея будет растоптана, если она не соответствует времени. В конце концов, это все зависит от времени, в которое мы живем. В следующей эпохе, когда мы избавимся от рабства, у нас вероятнее всего начнется конфликт между капиталистами и рабочими.

Хотя кажется, Ророа увидела нечто иное в том, что я ей рассказал.

— Может, мы одни это и не потянем, но вместе с Империей дело вполне может выгореть. Если две сильнейшие державы мира начнут избавляться от рабства, остальные просто не смогут это проигнорировать. Далее, это поначалу и вызовет нехватку рабочей силы и люди начнут совершенствовать технологии производства, чтобы это компенсировать, хоть это и поменяет причину и следствие в сравнении с твоей историей. Такие вот пироги, дорогой.

— Да, я к этому и стремлюсь.

— Надеюсь, все получиться. Лично я сделаю все, что в моих силах.

— Полагаюсь на тебя.

— Мва-ха-ха! Скажи это еще раз.

Мы в шутку обменялись официальными рукопожатиями. Я действительно насчитываю, что она прикроет меня на экономическом поприще.

Ладно, раз Ророа тоже не сможет пойти со мной, как на счет Аиши и Джуны?

— Мне очень жаль, но у меня назначена важная встреча по поводу нашей следующей музыкальной программы, так что я не смогу сопровождать тебя, — сказала Джуна.

— М-меня попросили присоединиться к тренировке новобранцев… Конечно, если Сир настаивает, я откажусь от этого и пойду с Вами.

— Нет, я не стану настаивать. Хм… Ну ладно…

Я с самого начала не хотел брать с собой много людей, чтобы «они» не решили, что я на них давлю. В тоже время я не чувствовал нас в безопасности идя без телохранителей, ведь со мной будет Лисия.

«Хотя в бою она лучше многих….

Черные коты сейчас были заняты тайными операциями в других странах, я не мог уводить из замка немногих оставшихся. Хотелось бы, конечно, взять с собой или Аишу, сильнейшего воина нашей страны, или Джуну, разбирающуюся в тайных операциях…

— Ваше Величество, можно высказать предложение? — прервала мои размышления старшая горничная Серина, изящно поклонившись.

— Серина? Конечно, что хочешь сказать?

— Да. Если Вам нужен кто-то для охраны, я хотела бы кое на кого обратить Ваше внимание.

— На кого же?

— На личного тренера Вашего Величества, господина Оуэна.

— Ох… Старик Оуэн, да?..

Старый генерал и глава дома Джабана, Оуэн Джабана. Добродушный, ответственный и крайне эмоциональный человек, мне понравилась его готовность высказывать свое мнение, так что я взял его в качестве тренера и наставника.

Он действительно хороший боец, но кроме моих тренировок у него есть достаточно работы. А еще, его эмоциональность часто весьма громогласна, так что он не очень подходит для незаметного передвижения, но…

— Вам также следует взять с собой Карлу.

— А?! — удивленно воскликнула стоящая рядом Карла.

— Она зачислена в силы горничных, но она также рабыня Вашего Величества. Вы можете использовать ее как мяс… Рабочую лошадку.

— Стойте, Вы хотели сказать «мясной щит»?! И хоть Вы исправились на «рабочую лошадь», это все еще звучит не очень хорошо!

В ответ Серина молча вытащила откуда-то плетку.

— А! Да, мэм! Готова служить душой и телом! — Карла спешно отсалютовала.

Похоже, ее полностью сломили…

— В любом случае, Карла, рассчитываю на тебя, — сказал я.

— К-конечно, господин.

Таким образом, мы решили отправиться вчетвером: Лисия, Карла, Оуэн и я.

Я уже чувствую себя вымотанным…

Середина дня. Лисия, Карла, Оуэн и я шли по торговой улице Парнама. Мы были инкогнито, так что шли пешком, а не ехали в экипаже.

— Гха-ха-ха! Я рад, что Вы выбрали меня своим телохранителем, Ваше…

— Тсс! Оуэн… Сколько еще раз мне тебе повторять, чтобы ты не называл меня «Ваше Величество», пока мы инкогнито? — прошептал я.

— Ох, да. Прошу прощения.

Его небрежный ответ давал понять, что он нисколько не раскаивается в этом, отчего у меня заболела голова. Похоже, он был в восторге от мысли, что его выбрали моим телохранителем.

— Сегодня мы здесь тайно… Так что пожалуйста, не забудь про это.

— Конечно, я понимаю, — громыхнул он на всю улицу.

Серьезно? Для тех, кто должен был теряться в толпе, мы привлекали чрезмерно много внимания.

Я, одетый в свой обычный наряд для передвижения инкогнито, костюм Китаказы Казуи; Лисия, в той же униформе академии, как и во время нашей первой прогулки в Парнам; Карла, драконит в укороченном костюме горничной; и не молодой мачо в легких доспехах, какие часто носили искатели приключений. Я вполне понимал людей, оглядывающихся на нашу нелепую компанию.

— Даже наспех собранные группы искателей приключений выглядят более гармонично… — проворчал я.

— Тогда почему ты просто не надел форму академии, как прошлый раз? Все было бы прекрасно, даже господин Оуэн в своей броне сошел бы за одного из тренеров.

— Точно также, если бы ты оделась как обычный искатель приключений, мы выглядели бы как обычная группа.

Немного попрепиравшись, мы синхронно обернулись на девушку-драконита.

— Ч-что? Почему вы оба на меня смотрите? — воскликнула Карла.

— Как бы мы не одевались, Карла будет выделяться, — кивнула Лисия.

— Ну, это точно, в таком-то платье. Оно просто ни к чему не подходит, — согласился я.

— Разве Вы ведете себя не чрезмерно жестоко, особенно учитывая, что я ношу его не по своей воле?! — громко запротестовала Карла, но…

Конечно, перед выходом мы хотели дать ей более подходящую одежду, но Серина и слышать ничего не хотела. В итоге Карла вынуждена была сопровождать нас в своем обычном платье горничной, с короткой пышной юбкой (еще немного, и это платье можно было бы использовать в Мэйдо-кафе). Она постоянно краснела от стыда при мысли, что главная горничная-садистка вынудила ее в таком виде ходить по центру города.

— Кстати, Ваше… Господин Казуя, Вы действительно ходите идти этим путем? — несколько смущенно спросил Оуэн.

— Хм? Да, все правильно… А что?

— Ничего, просто так мы попадем в… Эм…

— Ах, верно! Эта дорога ведет… — Лисия тоже поняла и тоже не была уверенна, стоит ли это говорить.

— …Ох, вот о чем речь. Вы хотите сказать, что если пойдем по этой дороге, то попадем в старые трущобы, да?

— Верно, — кивнул Оуэн. — Это не то место, куда я хотел бы вас двоих вести.

В любом городе есть темная сторона жизни, Парнам не исключение. Среди большого количества жителей были те, кто добился успеха; те, кто просто спокойно жил и работал; и те, кого выбросило на обочину жизни. Люди из последней категории, потерявшие почти все, кроме свободы, жили в трущобах, перебиваясь однодневной работой.

Лачуги, антисанитария, болезни и, конечно же, темные делишки и высокий уровень преступности.

Таким был этот район.

— Это все в прошлом, — сказал я.

— Что-то изменилось? — спросила Лисия.

— Быстрее будет показать. В общем, когда я обдумывал, что делать с трущобами… — я изобразил, словно держу шланг. — …я встретил одного энтузиаста, постоянно приговаривавшего «Стерилизовать здесь все!».

Когда мы прибыли в бывшие трущобы…

— А?

— Хм?

…Лисия в замешательстве склонила голову, как и Оуэн.

— Что-то не так, Лисия? — увидев их реакцию, Карла неосознанно сделала так же.

Да, хотя Карла была Рабыней, Лисия приказала разговаривать с ней как и прежде, так как все еще считала ее своей подругой. Конечно, на официальном мероприятии это могло бы вызвать проблемы, но я не собирался указывать ей, как вести себя с друзьями наедине.

— А?.. Ох, да. Я раньше не была в трущобах, но они сильно отличаются от того, что я слышала, — растеряно ответила Лисия.

— А что ты слышала? — спросила Карла.

— Полагаю, тоже, что и я: это темное и опасное место со скверным запахом в воздухе и отвратительным общественным порядком, — объяснил Оуэн.

Все так, именно такими трущобы были до недавнего времени.

— Ну, они выглядят не богато, но здесь довольно чисто, не так ли? — спросила Карла.

Перед нами простиралась улица со стоящими в ряд домами, напоминающими кубики сыра или тофу. Возможно, понятнее будет привести в пример временные дома для пострадавших от стихийных бедствий из моего прошлого мира. Они выглядели по-спартански скромно, но окна были достаточно большими и пропускали много света, что в совокупности с хорошей вентиляцией позволяло избавиться от сырости и плесени, хотя зимой воздух в них был суховат. В довершении, возле домов играли дети, так что было сложно представить себе, что здесь могут быть какие-то проблемы с преступностью.

— Это правда трущобы? — спросила Лисия.

— Да. Стало значительно лучше, не так ли? — ответил я, гордо выпятив грудь. — Занимаясь проблемой антисанитарии в городе, я поработал и над ними тоже.

— Проблемы с антисанитарией? Это когда ты ограничил движение экипажей только несколькими улицами, установил водопровод и канализацию? Перестройка трущоб тоже была частью этого плана?

— Я рад, что ты это запомнила. Все так: для патогенных бактерий темные, сырые и не проветриваемые места — идеальная среда обитания, люди здесь часто недоедают, так что им тяжелее бороться с болезнями. Такие места были благодатной почвой для появления и быстрого распространения болезней.

— Патогенные бактерии… Кажется, я когда-то про них уже слышала… — сказала Лисия.

Все Троя смотрели на меня, слано спрашивая взглядом «Что это такое? Они вкусные?»

— А? Разве в прошлый раз я не объяснил?

«Ах, должно быть я упомянул это, когда говорил про канализацию, но не объяснил подробнее. Тогда, полагаю… Начну с того, почему люди болеют».

— Что же… Существуют крошечные существа, слишком маленькие, чтобы увидеть их глазами без дополнительных приспособлений. Они живут повсюду, в воздухе, на земле и в наших телах и их настолько много, что невозможно сосчитать. Они вызывают гниение и болезни, но в тоже время их можно использовать для брожения и других полезных эффектов.

Используя свои скудные познания в естественных науках (не забывайте, я гуманитарий), я объяснил Лисии и остальным, что такое бактерии и микробы. Не уверен, что они поняли, но удовлетворенной выглядела хотя бы Лисия, привычная к моим знаниям из другого мира, в некоторых областях далеко опережающих обычных ученых этого мира:

— Если Сома говорит, что есть такие существа, значит есть такие существа.

Медицина и гигиена были не слишком развиты в этом мире, во многом из-за магии света. Этот тип магии усиливал естественное восстановление организма, позволяя залечить очень серьезные раны. Если действовать быстро, можно было даже присоединить отрубленную конечность.

Кажется, именно поэтому большинство людей не очень интересовались медициной и гигиеной, а следовательно и не знали о бактериях и микробах.

Но магия света лишь стимулировала естественные способности организма к исцелению, с ее помощью нельзя было лечить инфекционные заболевания и стариков, чей организм уже не мог исцелить сам себя. В итоге, до недавнего времени для лечения таких случаев широко использовались сомнительные препараты и прочие народные способы. Я начал заниматься проблемой гигиены в первую очередь для того, чтобы это исправить.

Но прежде всего мне было нужно, чтобы люди узнали о существовании бактерий и микробов, которых они не могли видеть.

— Но как люди могут узнать о том, чего они не видят? — спросила Лисия.

— На самом деле в этом мире уже были люди, знавшие о бактериях и микробах… Скорее, целая раса таких людей. Они могут видеть их с помощью своего третьего глаза. Я заручился их помощью.

— Третий глаз… Ты про расу трёхглазых? — спросила Лисия, на что я кивнул.

Раса трёхглазых. Как очевидно из названия, у них три глаза.

Они жили в северной части королевства, их отличительной чертой был третий глаз, расположенный в середине лба. И если вы подумали о ком-то вроде Тянь Шинхана или Хосуке Шараку, огорчу, нет, они выглядят иначе. У представителей расы трёхглазых их третий глаз был не похож на глаз, скорее он выглядит как небольшой красный драгоценный камень.

— Я удивлена, что они согласились помочь. Говорят, они не любят контактировать с другими расами, — вздохнула Лисия.

— Думаю, причина этого так же связана с их третьим глазом.

Трёхглазые могут видеть то, что недоступно другим, и похоже именно по этой причине они привыкли сторониться других рас. Кроме того, они могли с первого взгляда определить, насколько хорошо человек соблюдает гигиену, из-за чего их считали расой чистоплюев, так что другие расы тоже не очень стремились с ними контактировать.

Но именно благодаря своему третьему глазу трёхглазые узнали о существовании бактерий и что именно из-за них возникают болезни, которые нельзя вылечить магией света. Впрочем, им практически никто не верил. В этом полном суеверий мире могло показаться, что они просто пытаются взбудоражить людей какой-то сомнительной теорией.

В итоге трёхглазые начали жить в своем изолированном обществе и создали свою систему медицины только для представителей своей расы. В некоторых областях, например в области инфекционных заболеваний, они опережали остальной мир на столетия. Для понимания эффективности их медицины: изначально средняя продолжительность жизни трёхглазых не отличалась от остальных не долгоживущих рас, но сейчас, когда для людей и зверолюдей было редкостью дожить до шестидесяти, для трёхглазых считалось нормальным доживать до восьмидесяти.

— Понимая, что они говорят правду, я смог с ними договориться и заручиться их помощью. Конечно, мне пришлось убеждать представителей других рас, но для этого было достаточно создать специальный инструмент, с помощью которого кто угодно может увидеть бактерии и микробы.

Проще говоря, микроскоп. К счастью, в этом мире умели делать стеклянные оптические линзы (в основном, для очков), я нарисовал схему по тому, что смутно помнил, а ученые и ремесленники сделали остальное. Этот микроскоп доказал, что трёхглазые говорят правду.

— Но, серьезно, трёхглазые невероятны. Никогда бы не подумал, что они используют антибиотики.

— Анти-би-о-тики?

— Лекарство, которое не дает бактериям активно вредить организму, я про это уже говорил.

Как пенициллин, полагаю. В смысле, даже гуманитарий в моем лице слышал про него (хотя я узнал о нем из манги). Кажется, его получили из сине-зеленой плесени?

В любом случае, трёхглазые получали главный компонент своего лекарства из особой разновидности зелрингов (монстров типа слизь), способных очищать места с обилием антисанитарии, внешне похожих на монстров из серии игр Dragon Quest (словно лужица ртути с выпирающей «головой», парой глаз и своеобразной улыбкой). Им никто не придумывал отдельного названия, так что я воспользовался возможностью и назвал их «зелмед»[✱]В английском варианте «gelmedics». Первый переводчик перевел название монстра «gelin» как «зелринг», хотя как мне кажется, там очевидно была связь со словом гель, то есть «гелинг».. И еще, хоть это лекарство работало как антибиотики, я не исключал возможности, что это что-то совершенно другое.

Кстати, трёхглазые называли это лекарство просто «препарат». Опасаясь путаницы в будущем, я воспользовался властью короля и назвал его «триглазолин». Не то, чтобы название «препарат» было очень плохим, но услышав это слово я постоянно думал о других препаратах[✱]Three-eyedine…

— Этот… Триглазолин, да? Он предотвращает размножение бактерий, но все же чем это хорошо? — спросила Лисия.

— Это лекарство от инфекционных заболеваний. В сущности, его можно назвать чудо-лекарством, помогающим бороться с эпидемиями и предотвращающем нагноение ран у солдат.

— Бороться с эпидемиями?! Оно это может?!

Вполне понимаю ее удивление. Благодаря магии, некоторые аспекты обычной медицины в этом мире были эффективнее существовавших в моем прежнем мире (в частности, методы заживления травм), но большой часть они соответствовали Японии периода Эдо (XVII-XIX вв.). В случае инфекционных заболеваний здесь обычно пили целебные отвары чтобы облегчить симптомы, но антибиотики позволяли устранить первопричину болезни.

— Ужас… Мы так долго не обращали внимания на такое лекарство… — ошеломленно сказала Лисия.

— Ну, другие расы не признавали существования бактерий и микробов, так что даже если бы трёхглавые рассказали им об этом лекарстве, им бы просто не поверили.

— Итак, можем ли мы массово производить этот триглазолин? — взволнованно спросила Лисия.

Я понимал ее возбуждение, примерно также я вел себя, когда разговаривал со старейшиной трёхглазых. Хотя вот Карла и Оуэн удивленно таращились на нее.

— У нас пока не хватает производственных мощностей, но мы их постепенно наращиваем. Армия его уже получает, возможно ты не заметила, мы уже использовали его во время войны с Амидонией?

— К счастью, у меня не было причин его принимать… А! Если подумать, я и правда читала в отчетах, что у нас были низкие потери, при том что раненых было достаточно много! Так это благодаря триглазолину?

— Вероятно. В конце концов, люди чаще всего умирают не от ран, а от бактерий, через раны попадающих в тело, а это лекарство может это предотвратить.

— Невероятно… — прошептала она.

— Как бы то ни было, трёхглазые открыты для сотрудничества и страна не будет скупиться на нужды развития медицины. Самым узким местом сейчас остается разведение зелмедов, из которых получают триглазолин, но с этой проблемой нам помогает Томоэ.

Технически, слизь относиться к растениям, так что Томоэ не может общаться с ними так же, как с животными, но все же она может понимать их эмоции, благодаря чему мы смогли определить оптимальную для них среду обитания и условия быстрого размножения. Теперь у нас достаточно ферм зелмедов.

— Наша младшая сестра весьма полезна, не так ли? — спросил я.

— Безусловно, — согласилась Лисия.

За ум и желание помогать людям несмотря на юный возраст, ее уже называют Премудрой Принцессой-Волчицей. Ринозавры, обезьяны сёдзё, теперь еще и зелмеды… Она действительно оправдывает свое прозвище.

— Таким образом, наша страна находиться в разгаре революции в области медицины и гигиены, одним из проявлений этой революции стало приведение трущоб в порядок. Мы снесли старые дома, заодно разбираясь с преступниками и торговцами нелегальными веществами, что тоже своего рода очистка. Людей мы переселили в новые, модульные дома. Конечно, они маленькие, зато чистые, светлые и хорошо проветриваемые. Дав этим людям государственную работу по уборке города, мы поддерживаем их финансово, получая необходимый контингент дворников и прочих необходимых рабочих.

— И снова ты продумываешь что-то до мелочей, да уж… Не взваливай на себя слишком много, хорошо?

— Да, это не просто… Но результат того стоит, — сказал я, положив руку ей на голову. — Я вижу, как город и страна изменяются в результате моей работы. Если в результате будет больше счастливых людей — я только за.

— Ну… Тогда хорошо. Но если я могу для тебя что-то сделать — только скажи.

— Конечно. Рассчитываю на тебя.

Мы с радостными улыбками смотрели друг на друга, когда нас отвлек необычный звук…

*ПШШШ!

Словно из баллона со жатым воздухом.

Оглядевшись, я увидел женщину с объемным баком за спиной. К баку шлангом была подсоединена трубка, с помощью которой человек распылял что-то.

Сама женщина обладала экзотической внешностью: темная кожа, не как у темных эльфов, блице к коричневому, и светлые волосы; выглядит лет на двадцать пять. Вероятно, она была красива лицом и телом, но маска на лице и баллон за спиной не давали возможности это оценить. На лбу можно было увидеть третий глаз, говоривший о ее расе.

— Хе-хе-хе… Хо-хо-хо… А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Стерилизовать здесь все! — Издав три вида маниакального смеха за раз, женщина продолжала опрыскивать чем-то землю и дома.

Пока Лисия, Карла и Оуэн в шоке смотрели на это невероятно абсурдное зрелище, я думал о том, что у меня появился еще один повод для головной боли.

— Что ты делаешь, Хильдэ? — устало спросил я.

Хильдэ Норг. В благодарность за оказанную поддержку и как часть нашего соглашения, трёхглазые отправили ее в Парнам, чтобы она помогла реформировать нашу систему здравоохранения. Она была их лучшим доктором.

В этом мире было очень мало «докторов» в том смысле, как этот термин понимает современный японец. Лечением травм занимались в первую очередь маги света, а отвары из целебных трав для облегчения болезней делали знахари.

Многие маги света также были связанны с церковью, так что большинство больниц располагались «при церквях». Таким образом, люди шли за исцелением в церковь (буквально), но у трёхглазых это было реализовано немного иначе.

Благодаря своей развитой медицине они могли лечить большинство болезней и травм самостоятельно на дому, если же болезнь была слишком тяжелой, они обращались к доктору. Как главный доктор, она разбиралась во множестве заболеваний.

Хильдэ была лучшей среди лучших, даже по меркам трёхглазых ее талант считался выдающимся, впрочем, сейчас она распыляла какое-то дезинфицирующее вещество (вероятно, гашеную известь) и благодаря своему наряду больше напоминала фермера, опрыскивающего свои посевы каким-то странным составом.

— Что такое… Я же говорила, что необходимо убирать кошачий помет! Почему их постоянно оставляют лежать на открытом воздухе?! Здесь повсюду бактерии! О, ради всего святого! Грязно, грязно! — еще минуту назад она радостно смеялась, сейчас же вокруг нее образовалась давящая атмосфера.

Снова распыляя дезинфицирующее средство, она возмущенно топнула ногой. Можно было подумать, что она эмоционально неустойчива, но для нее это было обычным состоянием.

Ее умение видеть бактерии тоже было выдающимся даже среди представителей ее расы, в итоге она была просто одержима чистотой. Иными словами, было бы удивительно увидеть ее без баллона дезинфектора.

Не всегда полезно много знать и много видеть.

— Вижу, ты как всегда, Хильдэ.

— Хм? Ты… Кто?

Сняв свою коническую шляпу я показал ей лицо.

— О, ясненько. Всего лишь король, — не особенно удивившись, она продолжила распялить дезинфицирующее средство.

— Не думаешь, что говорить «всего лишь король» немного чересчур? Технически это довольно значимая работа.

— Тогда почему бы Вам не одеться соответствующе? Тогда я не приняла бы Вас за бродягу.

Сурова, как всегда. Что в моем прежнем мире, что в этом — врачи остаются такими же. В частности, Хильдэ не волнует социальное положение собеседника.

Ее философия была проста: «болезнь поражает всех, добрых и злых, богатых и бедных, мужчин и женщин, любой расы. Для доктора все пациенты должны быть равны».

Хорошая философия.

— В любом случае, Хильдэ, позволь представить тебе…

— Знаю я, — вздохнула она, словно это было что-то очевидное. — Они знаменитости, не так ли? Принцесса и дочь бывшего генерала ВВС, не так ли?

— А? А что на счет господина Оуэна?

— Знать ничего не хочу об этом грязном старике.

— Что?! Какой еще грязный? Я забочусь о чистоте!

— Держись от меня подальше, накаченный болван! Хоть бы умылся как следует!

*ПШШШ

— Эй, малышка, не распыляй на меня этот странный туман! Я чистый, понимаешь? Я каждое утро обливаю обнаженное тело водой и обтираюсь чистым сухим полотенцем!

Я представил себе, как этот мачо купается напишем в свете рассвета. Да… Жуткое зрелище. Судя по зеленоватым лицам, Лисия и Карла тоже это представили.

«Д-думаю, еще немного и психика всех присутствующих необратимо пострадает, необходимо сменить тему».

— К-кстати, Хильдэ, что ты сегодня здесь делаешь?

— Если я оставлю людей здесь на произвол судьбы, они мгновенно забудут про гигиену, поэтому я их регулярно навещаю, — фыркнула она.

— Вполне возможно… Кстати, твой напарник сегодня с тобой?

— Не называй его моим напарником, — Хильдэ практически выплюнула эти слова. — Если ищете Брэда, он «снаружи». Он нес какую-то околесицу, наподобие «чем изучать откормленных свиней, я лучше займусь бродячими собаками», или как-то так.

— …Вижу, он не меняется.

— Можете ему так и сказать, сир. Он постоянно учит молодых врачей, не советуясь со мной.

— Ясно…

Упомянутый Брэд Джокер был вторым выдающимся доктором, вместе с Хильдэ продвигающим медицину этой страны вперед. Его навыки в медицине были хороши, но… Он был сложным человеком.

«Не думаю, что он сможет когда-нибудь объяснить что-то своим ученикам. Он может руководить ими во время практического обучения, но теорию должна объяснять Хильдэ…».

— Эй, Вы меня слышите, С-И-Р? — окликнула меня Хильдэ.

— Я-я понял. По крайней мере попробую поговорить с ним, — если я не хочу, чтобы она давила на меня этой своей угрожающей ухмылкой, я должен просто согласиться.

— Ну и? Что здесь делает король со свитой?

— Ох… Я собирался навестить лидера мистических волков, а еще, раз я рядом, заглянуть в учебный центр к Джинджеру.

— А, так вот зачем мы здесь, — всплеснула руками Лисия.

Ох, если подумать, я ведь ей не сказал раньше, да?

— После этого мы выйдем «наружу», — добавил я.

— О, так Вы собираетесь «наружу»? В таком случае я составлю вам компанию.

— А? Что вы хотите?

— Очевидно же, хочу вбить немного ума в голову одного помешенного на тестах идиота.

Ее улыбка не доходила до глаз.

— Ну… Только постарайся не переборщить, хорошо?

— Эм, вы постоянно говорите о каком-то «снаружи», но что это значит? — спросила Карла, робко поднимая руку.

— Если мы говорим «снаружи», когда сами находимся в городе, значит «снаружи» — это за пределами города, — сухо ответила ей Хильдэ.

— За пределами города… Вы про… — кажется, Лисия что-то поняла и задумалась.

«Ага. Это именно то, о чем ты сейчас думаешь.»

В любом случае, к нашей группе из иностранца-путешественника, студентки-отличницы, горничной-драконита и накаченного мачо присоединилась доктор.

…Да, группа становилась все абсурднее и абсурднее.

Первой остановкой был учебный центр Джинджера Камю.

Далее мы отправимся к управляемой мистическими волками фабрике «Киккоро», среди прочего производящих мисо, соевый соус и саке. И для фабрики «Киккоро», и для учебного центра требовалось немало свободной территории, так что мы могли их построить только здесь, на месте снесенных хибар.

Учебный центр поднимал уровень образования в этом районе, а фабрика обеспечивала рабочие места, что уже было достаточным аргументом, чтобы привести эту территорию в порядок.

Учебный центр располагался в нескольких зданиях, окруженных кирпичной стеной. Поскольку это место только недавно открылось, тут обучали только основам: чтению, письму и арифметике, но мы планировали экспериментировать со всеми возможными типами знаний, поэтому мы заранее построили больше зданий, чем было нужно сейчас.

Подойдя к воротам, мы увидели выбирающих из них детей.

— До свиданья, мисс Сан!

— До свиданья!

Думаю, им около десяти. Одеты не богато и не слишком ухожены, но выглядели вполне счастливыми.

— До свиданья, дети! Аккуратнее по дороге домой! — за воротами им махала рукой Сандрия, бывшая рабыня, а сейчас секретарь Джинджера. Ее нежная улыбка совсем не была похожа на то резкое поведение, которое она продемонстрировала при первой встрече.

«Значит, она может вести себя и так…»

— Ваше Величество, как хорошо, что Вы приехали к нам, — заметив меня Сандрия почтительно поклонилась.

— Привет, Сандрия. Джинджер здесь?

— Он в своем кабинете. Я провожу.

Мы последовали за ней к одному из зданий.

Здание было простой прямоугольной формы без дизайнерских излишеств, по его виду легко можно было понять, что внутри много комнат. Современный человек легко бы принял это место за больницу или школу.

Мы поднялись на второй этаж к двери с табличкой «кабинет директора», Сандрия предупредила его о посетителях и открыла дверь. Увидев нас Джинджер, вероятно, работавший с документами, спешно встал из-за стола.

— Ва-Ва-Ваше Величество, какая честь! — сказал Джинджер, подбегая к нам. В отличии от Сандрин он все еще сильно нервничал, разговаривая со мной.

— Не стоит так волноваться, это я пришел и отвлек тебя от работы.

— Н-нет-нет… Вы не отвлекли…

— Бери пример со своего секретаря. Он стоит с высоко поднятой головой, не так ли?

— Потому что я подчиняюсь только господину Камю, — спокойно ответила Сандрия, подходя к нему.

Ее слова можно было бы назвать непочтительными, но что-то в ее поведении подсказывало мне, что этом не стоит придавать значения. Она была как горничная Серина, служившая Лисии, или Себастьян, формальный глава компании Ророа. Эти люди нашли для себя господина и были готовы служить ему всю оставшуюся жизнь. От них исходила невероятное ощущение, словно они были готовы спорить с самим королем ради своего господина.

— Джинджер, позволь представить. Моя невеста, Лисия.

— Здравствуй. Я — Лисия Эльфриден, — Лисия улыбнулась и вежливо поклонилась, вызвав у Джинджера новый приступ паники.

— П-принцесса?! Б-благодорю, что пришли посетить наше скромное заведение! Я-я, э… Ох, нет, меня зовут Джинджер Камю. Благодаря огромной поддержке Его Величества, большей, чем я заслуживаю, я могу возглавлять это учреждение…

— Ха-ха, не стоит так усердствовать. Приятно познакомиться, Джинджер.

— Д-да, мэм! — с этими словами он напряжённо пожал ее руку.

— Кажется, перед ней он волнуется еще сильнее… — пробормотал я.

— Уверена, так и есть, — ответила мне Карла. — Задолго до вашей помолвки, господин, Лисия уже была для жителей Королевства практически лорелеей. Прекрасный цветок, растущий на недосягаемой высоте, возможно даже выше облаков. И сейчас он стоит перед ней. Конечно он взволнован.

Ее объяснение немного прояснило ситуацию. Члены королевской семьи, особенно принцессы и королевы, всегда были для людей кем-то вроде идолов. Помню выпуски новостей, показывающий охвативший Англию ажиотаж, когда там родилась принцесса. Даже в Японии новости об императорском доме и их родственниках привлекала большое внимание[✱]В Японии конституционная монархия и формальным главой государства там считается император, но в реальности у него гораздо меньше полномочий, чем у, например, британских монархов. Реальный глава государства — премьер-министр..

После я представил Карлу и Оуэна, когда же речь дошла до Хильдэ…

— Мы с Хильдэ знакомы, она проводит бесплатные медицинские осмотры детей. Ее помощь трудно переоценить, — Джинджер почтительно скопил перед ней голову, тем самым немного смутив ее.

— Хм! Негодники всегда умудряются найти грязь, потому я и прихожу! Кто знает, какие болезни они переносят.

— Хоть Вы так и говорите, но всегда приходите один-два раза в неделю, — сказала Сандрия. — Если с детьми что-то случается, Вы всегда им помогаете. Думаю, несмотря на Ваши слова, Вы любите детей, не так ли?

— Сандрия… Будешь много болтать — рот зашью, поняла? — огрызнулась Хильдэ.

— О, конечно. Прошу прощения, — беспечно извинилась Сандрия, пока Хильдэ сверлила ее сердитым взглядом.

Да уж… Глядя на Хильдэ, мне вспомнилась одна старушка из пекарни, недалеко от которой я когда-то жил. Она тоже всегда говорила при виде детей: «Опять пришли шуметь» с угрюмым лицом, затем добавляя: «Сорванцы всегда выглядят такими голодными», и в конце дня часто раздавала им оставшиеся сладкие булочки. Если подумать, эти люди так могут скрывать смущение.

— Я подожду снаружи, пока вы не закончите, — фыркнула Хильдэ.

— Если интересно, все дети уже разошлись по домам.

— Заткнись, Сандрия! С чего ты взяла, что я хочу с ними поиграть?

— Я этого не говорила…

— Хм!

Хильдэ вышла, громко хлопнув дверью, а нам оставалось только смущенно улыбаться ей в след.

…Ладно, вернемся к тому, зачем мы сюда пришли.

Мы сели за стол для совещаний, я и Лисией по одну сторону, Джинджер и Сандрия по другую. Карла и Оуэн стаяли позади нас с Лисией.

— Кхм, у меня несколько вопросов… Чем конкретно вы тут занимаетесь? — спросила Лисия, предварительно подняв руку.

— На данный момент мы обучаем наших учеников чтению, письму и арифметике, — с улыбкой ответил Джинджер.

— То есть, это что-то вроде школы для детей?

— Да, это школа, в которую может прийти учиться любой человек, независимо от класса.

Конечно, в Эльфридене и до этого были школы: королевская офицерская академия, форму которой сейчас носила Лисия, готовящая высококлассных солдат; просто королевская академия, занимавшаяся исследованиями в самых разных областях; а также школа магов, специализирующаяся на изучении магии. Но эти в эти учреждения могли попасть лишь дети рыцарей и дворян, а общеобразовательных школ для простого народа не существовало. Новый учебный центр как раз должен стать примером такого учреждения.

— Кроме того, у нас могут учиться не только дети, но и взрослые, — добавил Джинджер.

— Взрослые тоже?

— Многие взрослые не умеют читать, писать и считать, особенно если они небогаты, так что мы обучаем и их. Днем мы обучаем детей, а взрослых по ночам, после работы.

— Хм, вы разделили их по времени…

— Это была идея Его Величество, что можно обучать взрослых по ночам.

На самом деле не я это придумал, я только воссоздал вечерние школы из другого мира.

— Это все, что мы сейчас можем делать, но… В будущем мы этим не ограничимся, верно, Сир?

— Да, — кивнул я. — Здесь скоро начнут преподавать более специализированные направления, например исследования подземелий и безопасность исследователей; технологии гражданского строительства; повышение эффективности сельского и лесного хозяйства, рыболовства. Хильдэ и ее люди уже согласились готовить здесь новых врачей… А еще было бы неплохо обучать будущих поваров.

— Весьма разностороннее заведение… — сказала Лисия.

Думаю, по моему описанию же понятно, что этот учебный центр весьма похож на колледж или даже университет с разными факультетами.

В этом мире главной темой академических исследований обычно становились либо магия, либо монстры. Магия была в некоторой степени универсальна и помогала во всех областях жизни, а так же была тесно связанна с наукой и медициной.

Изучение монстров стало одним из важнейших направлений из-за появления владений демонов. Раньше их можно было встретить только в подземельях пока оно не было очищено, но теперь их количество, разнообразие и уровень угрозы многократно увеличились, так что ученые стремились найти решение этой проблемы.

Кроме того, это подстегнуло исследование собранных с монстров материалов, что было важно для развития технологий. Сейчас такого рода исследования в основном проводятся в королевской академии, без сомнений они могут привести к новым достижениям и научным открытиям.

Так же я был уверен, что есть еще масса невероятных, революционных открытый, которые мы сможем найти среди, казалось бы, бессмысленных идей (можете считать это предчувствием японца). Это словно небольшой, ничем не примечательный завод в центре города, развивающий и шлифующий свои технологии, чтобы в итоге создавать детали для космических кораблей.

Не важно в какой отрасли, если ты что-то освоил в совершенстве — ты будешь лучшим, если ты лучший — ты лидер отрасли.

Вот почему я хотел создать место, где будут развивать то, чем обычно жители этого мира пренебрегали: образование, гражданское строительство, сельское и лесное хозяйства, рыболовство, кулинарию, искусство. В дальнейшем на основе этого экспериментального учреждения мы сможем построить такие же в других городах.

Но, прежде чем отправлять в колледж (ну практически колледж), мы должны дать гражданам Королевства базовые школьные знания: чтение, письмо, арифметику.

— Ну, что скажешь? Как успехи учебного центра? — спросил я.

— Что же… Мы успешно набрали расчётное количество детей в возрасте до двенадцати лет, — ответил Джинджер. — Я бы сказал, что предложенная Вами система бесплатного школьного питания работает хорошо. Конечно, иногда все выглядит суматошным, но мы смогли наладить цикл, в котором дети приходят, учатся, обедают и уходят домой.

— Система бесплатного школьного питания? — переспросила Лисия.

— Учащиеся младше двенадцати лет обедают бесплатно. Как только это станет широко известно, дети из испытывающих финансовые трудности семей охотно будут здесь учиться, ведь для их родителей и опекунов выгоднее отправлять их сюда и экономить деньги на еду, чем заставлять их работать за копейки. В итоге, если дети будут учиться должным образом, то в будущем смогут вырваться из нищеты.

— Хм… Звучит разумно. В твоем мире тоже так делают, Сома?

— Да. Это часто делают в школах бедных стран.

Кажется, Лисия была впечатлена, но Джинджер в это время хмурился.

— Верно, у нас хорошо получается привлекать детей, но со взрослыми ситуация далеко не такая оптимистичная, ведь на них система бесплатного школьного питания не распространяется. Мы делаем, что можем, но… «Я всю жизнь не умел ни читать, ни писать, ни считать, и нормально, жив. Зачем мне сейчас учиться?» — говорят они.

— Не удивительно, что они так думают, ведь они никогда не получали образование.

Ценность образования можно понять, только получив его. Дети могут спрашивать «зачем мне учиться?», но повзрослев они задаются вопросом «Почему я не учился усерднее?».

— Ну, объяснить людям ценность образования — это тоже наша работа. Я что-нибудь с этим придумаю.

— Пожалуйста, Сир.

Наконец, осудив еще ряд вопросов, мы закончили встречу и покинули учебный центр, Джинджер и Сандрия проводили нас до ворот.

Следующим пунктом для посещения была фабрика «Киккоро», расположенная недалеко от учебного центра.

Фабрикой, производящей соевый соус, мисо, саке и мирин, владели мистические волки, сородичи Томоэ, так что фирменный знак, шестиугольник с волком, был выбран не случайно.

Здесь мы встретили еще одно знакомое лицо.

— Хм? Пончо? — спросил я, увидев полного человека. Несмотря на прохладную погоду, он был одет довольно легко.

— Чт-то, Ваше Величество? Доброго Вам дня, да, — увидев нас, Пончо поклонился. Похоже, он наконец научился кланяться только один раз, раньше это выглядело так, словно он просто мотает головой вверх-вниз.

— Пончо, ты сюда тоже пришел по делу?

— О, верно! Послушайте, Сир! — Пончо придвинулся ко мне своим массивным телом.

— Оу, полегче, ты слишком близко! Что такого произошло?

— Наконец, наконец-то я это сделал! Тот «соус», о котором Вы говорили! — обычно сдержанный и застенчивый пончо сейчас возбужденно протягивал мне бутылку с черной жидкостью.

Соус, о котором я говорил?..

…А!

— Хочешь сказать, что это наконец готово?!

— Да! Прошу, попробуйте.

— Конечно! — я тут же капнул несколько капель черной жидкости на тыльную сторону ладони и слизнул.

Немного фруктовый, немного овощной вкус и пряный аромат. Без сомнения это то, что мы в Японии называем соусом. В отличии от обычного вустерского соуса этот заметно слаще, с небольшой ноткой кислинки и глубоким послевкусием.

Это определенно соус якисоба, лучший соус для мучных блюд.

— Этот вкус… Простое блюдо с соусом — вот что нравиться мужчинам, — процитировал я некую мангу про гурмана[✱]Предположительно отсылка к манге «Самурай гурман», спасибо товарищу Faityartos. Так же, «процитировал» в данном случае — сильное преувеличение..

— Что за чушь ты сейчас несешь? — сказала Лисия закатывая глаза, в тоже время возвращая меня в реальность.

— Просто мы долго экспериментировали, пытаясь получить этот соус, и он наконец готов, так что меня переполняют эмоции!

— Это… Неужели это настолько важно?

— Конечно! С помощью этого соуса я могу сделать настоящую якисобу, окономияки, монджаяки, такояки и собамеши! Его можно использовать и для других блюд!

— Могу предположить, что это названия каких-то блюд…

— Я скоро сделаю их для тебя! Хотя, тебе придется быть внимательной и не упустить момент, пока они не исчезли в животе Аиши.

В любом случае… Наконец-то мы создали этот соус.

Это было весьма непросто. В этом мире уже был соус на подобии вустерского, но он был недостаточно густой. Не имея реальных знаний о соусах, я работал над рецептом методом проб и ошибок, пока не смирился с мыслью, что это выше моих сил и не сделал вместо булочек с якисобой булочки с лапшой. Я практически отказался от этой идеи, но похоже, Пончо продолжил этот эксперимент.

— Впечатляет, что ты действительно смог воссоздать то, что никогда не пробовал.

— У меня было данное Вами описание: «этот соус гуще обычного вустерского, сладкий и думаю, с небольшой кислинкой». Благодаря созданным вами булочкам с лапшой и соусом, и макаронах с соусом, которые Вы называете булочкой с Якисобой и спагетти по-неаполитански, я получил необходимые намеки для этого соуса.

— Спагетти помогли понять это?

— Да. Вы добавили к спагетти томатный соус под названием «кетчуп», который мы с Вами так же создали, верно Сир? Я понял, что он хорошо сочетается с мучными блюдами, так что решил совместить его с тем, что вы использовали для якисобы, да.

— Ааа…

Понятно! Сладость и кислинку давали фрукты и овощи! Иными словами, этот соус для мучных блюд сделали, добавив к вустерскому соусу томатный кетчуп и другие ингредиенты? Пончо обладал невероятным чувством вкусов, раз смог разобраться в этом.

— Далее, чтобы вкус смеси вустерского и томатного соусов был глубже, я попробовал добавить соевый соус и мирин, производимые на этой фабрике… Что скажете, получилось? — нерешительно спросил он.

— Пончо… Ты молодец, — сказал я, положив руки ему на плечи.

— Сир! Вы слишком добры, да!

— Этот соус можно производить массово?

— Думаю, фабрика «Киккоро» с радостью этим займется, да.

Превосходно! Я могу написать еще одну страницу в кулинарной книге королевства. Пока мы с Пончо говорили о соусах, остальные члены нашей группы… особенно девушки, Лисия, Хильдэ и Карла… закатывали глаза, глядя на нас.

— Сома не большой любитель поесть, но иногда он может быть весьма придирчив к очень странным мелочам. Интересно, почему? — сказала Лисия.

— Таковы мужчины, принцесса. Они страстно увлекаются бесполезными вещами, которые женщины не понимают, и готовы ради этого на многое. Они такие странные создания.

— Говорите так, словно у вас есть личный опыт, — сказала Карла. — Вы знаете такого человека, Мадам Хильдэ?

— Не спрашивай лишнего, если не хочешь однажды проснуться и понять, что у тебя зашит рот, девочка-драконит, — отрезала Хильдэ.

— Д-да, мэм! Я ни о чем не буду Вас больше спрашивать, да! — Карла поспешно отсалютовала, хотя к концу фразы она говорила прямо как Пончо.

Что же, это был приятный сюрприз, но пора переходить к тому, для чего мы сюда пришли. Попрощавшись с Пончо, я прошел в кабинет директора фабрики «Киккоро», где встретился с управляющим этого места, старейшиной общины мистических волков.

Мы разместились за столом практически так же, как в учебном центре. Напротив нас сел старик с седыми волосами, бровями и бородой. Вспомнив, что это мистический волк я не мог не подумать, что он больше похож на мистическую болонку, но конечно не подал виду. Все же под этими волосами был человек.

Не вставая, старик низко поклонился.

— Мы, мистические волки, бесконечно благодарны Вашему Величеству за покровительство, строительство этой фабрики и всю остальную поддержку. Я благодарю вас от имени нашего народа.

— Все в порядке, малышка Томоэ тоже многое для нас сделала. Кроме того, нам тоже очень повезло вас встретить. Благодаря вам мы можем выращивать рис и производить соевый соус, мисо, саке, мирин и многое другое, так что я и многие другие люди могут получать эту прекрасную еду.

— Вы очень любезны. Итак, сир, по какому делу Вы пришли сюда сегодня?

— М-да… я решил, что пришло время решить тот вопрос снаружи.

— Говоря «снаружи» вы имеете в виду… Лагерь беженцев?

Я молча кивнул.

Когда меня только вызвали в этот мир, Эльфриден боролся со множеством проблем. Продовольственный кризис, коррумпированные, подрывающие государство дворяне, агрессивные соседние страны, угроза демонов, взаимоотношения с Империей… Список можно продолжать долго.

Но сейчас я чувствовал, что большинство этих проблем уже решены. Мы как-то справились с продовольственным кризисом и избавились от внутренних вредителей, смели опаснейшего внешнего врага и заключили тайный альянс с Империей для совместного поиска путей решения проблемы с демонами. И теперь мы могли заняться не такими срочными проблемами, например лагерем беженцев.

За стенами Парнама было развернуто поселение беженцев, чьи страны сейчас стали территорией демонов. Это место называлось поселением, но скорее это было сборище палаток и хибар. Здесь жили представители множества рас, я уже нашел достойное применение талантам мистических волков, но они составляли лишь небольшой процент от общего числа беженцев.

Сейчас там жило немало беженцев. Строго говоря, они получали гуманитарную помощь даже когда в стране все было не очень хорошо, но долго это продолжаться не могло. Кроме проблемы гигиены и здоровья, дальнейшая поддержка вызовет недовольство граждан Эльфридена.

Лучше всего было бы, если бы они согласились стать гражданами нашей страны, как мистические волки, но… Думаю, их будет не просто убедить. Они хотели вернуться на родину, так что принять гражданство Эльфридена для них равнозначно отказу от этой цели. Они не могли на это так просто согласиться.

Я уже несколько раз посылал людей поговорить с ними об этом, но они всегда отвечали отказом.

«Мы хотим вернуться на родину», отвечали они, или «Мы просто ждем, когда придет время возвращаться».

Я понимал их чувства, так что был мягок. Но времени для этого уже не оставалось.

— Зима наступает, с каждым днем будет все холоднее, — сказал я. — Если они останутся в этих палатках и лачугах, самые слабые — дети и старики — могут заболеть и даже умереть. Прежде чем до этого дойдет, я хочу лично прийти и надавить на них, чтобы они наконец приняли решение.

— Сир… — пробормотал старейшина.

— Я бы хотел, чтобы Вы отправили перед мной гонца. Сообщите, что я иду, это поможет избежать сумятицы.

— Я понял, — старейшина встал со стула, после чего опустился предо мной на колени, склонив голову. — Мы, мистические волки, уже спасены рукой Вашего Величества. Если это возможно… Пожалуйста, спасите и наших товарищей.

— М-да… Сделаю все, что в моих силах, — ответил я старейшине, уткнувшемуся лбом в пол.

— Может, стоит четко сказать «предоставьте это мне»? — спросила Лисия. Кажется, она довольно легкомысленно относиться к этой проблеме.

— Я постараюсь убедить их, но… Окончательное решение буду принимать не я. Они должны сами определить свое будущее, лишь узнав их решение, я буду знать, что делать дальше. Даже если придется показать им суровую реальность.

— Сома… — теперь Лисия начала беспокоиться, но от этой работы никуда не деться.

Надеюсь… Они будут смотреть на реальное положение вещей, а не на свои мечты.

Территория лагеря беженцев начиналась примерно в ста метрах от ворот Парнама. Палатки и хибары были разбросаны как попало, тут и там можно было увидеть грядки с овощами. В этом лагере жило около восьмисот беженцев.

Люди, эльфы, зверолюди, гномы… Можно было найти представителей многих рас. Сколько стран было опустошено — столько народов и вынужденно было бежать.

Жители этого лагеря вели почти примитивный образ жизни, делясь друг с другом ресурсами и припасами, которые им предоставляло королевство, а недостающее добывали охотой и рыбалкой.

В нормальной ситуации для охоты и собирательства требовалось получить разрешение от специального ведомства, но король Альберт просто закрывал на это глаза. Взойдя на трон я делал так же, в конце концов у меня гора других проблем, так что последнее время им как и прежде просто оказывали минимальную поддержку и не трогали.

Конечно, я не считал их условия жизни даже близко нормальными, но все же это лучше, чем ничего.

Положение беженцев было тяжелым по всему континенту, лишь сильные страны могли позволить себе позаботиться о них, например Империя и наша страна. В других странах все было намного хуже: находящиеся близко к границе владений демонов государства принудительно призывали их в армию и отправляли на фронт, а другие использовали их как рабов и дешевую рабочую силу, отправляя их в шахты под видом предоставления временного убежища.

Тот факт, что беженцы дошли до страны, настолько далекой от линии фронта только доказывал, что в прочих странах на их пути они не смогли найти убежища.

Я шел по лагерю беженцев за юношей-проводником, которого с нами отправил старейшина мистических волков. Окружающий пейзаж напоминал о городском районе трущоб, каким он был совсем недавно — с первого взгляда можно было понять, насколько ужасны здесь санитарные условия: люди ходили в заношенной до дыр одежде, а их тела были покрыты грязью и пылью.

И все же я не видел в их глазах опустошенности и отчаяния. Напротив, они были полны жизни.

— Это место убого, но… Их глаза сияют внутренней энергией, — заметила Хильдэ. Когда мы вошли в лагерь, она прикрыла нос и род куском ткани, это было не самое приятное место для чистюли.

На лицах Лисии и остальных отразилось болезненное выражение.

— Они пришли издалека, с севера, имея только желание жить, — сказал я. — Но уверен, их дух гораздо сильнее, чем мы думаем.

Люди, столкнувшиеся со смертельной опасностью, с которой они нечего не могут сделать, будь то война или стихийное бедствие, но все же не поддавшиеся отчаянию — обладают уникальной силой, и все же эта сила… Опасна. Она укрепляет их волю, помогает преодолевать трудности и объединяет их, но в конечном счете она может уничтожить их индивидуальность, поставить интересы группы выше отдельных ее членов и в итоге отучить их самостоятельно принимать решения. И если в этот момент появляется сильный лидер — люди последуют за ним, его мнение станет мнением всей группы.

Страшно представить, куда таких людей может направить какой-нибудь фанатик, например, связанный с Лунарским Православным Папским Государством.

Эти мои размышления прервала Лисия.

— Кстати, С… Казуя, ты говорил о поддержке, но что конкретно мы делаем?

По привычке она чуть было не назвала меня Сомой, но это было не подходящее место, так что я попросил ее не называть моего имени (ну, вообще-то это фамилия…).

— Мы делаем не так уж и много, на самом деле. Мы предоставляем им продукты и дрова, прочие предметы первой необходимости, а также разместили в гильдии искателей приключений задание по охране этого места.

— Я поняла, что их нужно кормить и все остальное, но почему искателям приключений нужно их охранять?

— Технически они е граждане нашей страны, более того — их собственные страны уничтожены, так что сейчас никто не может их защитить. Представь, что было бы, если бы наших граждан грабили и убивали, пока они находятся на территории другой страны? Мы потребовали бы наказать виновных, а если бы они оставались безнаказанными, мы могли бы наложить санкции на их страну, если бы ситуация того заслуживала. И наоборот, если бы наши граждане бесчинствовали на территории другой страны, они могли бы высказать нам претензии. Это международный инцидент, который может сильно испортить отношения между странами, поэтому в моем прежнем мире особенно тщательно рассматривают любые проблемы, связанные с иностранцами. Все это — механизм, поддержания уважительных отношений между странами, но в данном случае… — я обвел взглядом людей в лагере. — За этими людьми не стоит страна, так что всегда найдутся те, кто подумает: «У них нет страны, которая будет их защищать, они ничего не делают для нашей страны, они просто нахлебники, ничего не будет, если мы покажем, где их место, на самом деле нам даже должны быть благодарны». Безусловно, их стран больше нет, но это не значит, что мы не будем их защищать или не осудим их по законам нашей страны, но некоторые люди не придают этому большого значения. Именно поэтому я хочу, чтобы они как можно скорее прошли натурализацию и стали гражданами нашей страны.

В этом случае мы сможем защитить их, как граждан нашей страны. Но я прекрасно понимал, что это не так просто, как кажется. Не всегда мы руководствуемся разумными доводами.

— Когда дело касается людских сердец, все очень сложно.

— Это так… — кивнула Лисия.

В этот момент мы услышали крики и звон металла.

— Кто-то сражается. Несколько человек, — напряглась Лисия.

— Пойдем, — кратко сказал я.

Мы все побежали на шум.

Подбежав ближе, мы увидели группу мужчин и женщин, похожих на искателей приключений, совместно с горсткой местных жителей сражавшихся с другим отрядом более чем из десяти человек, кажется, наемниками. Среди искателей приключений мое внимание привлекли молодой фехтовальщик, мускулистый мачо, девушка с коротким мечем и красавица волшебница…

…Знакомые все лица.

Итак, Юна и ее товарищи взялись за это задание, да?

Фехтовальщик Дек, боец Август, воровка Юна и маг Джулия. Отряд авантюристов, вместе с которыми я часто выполнял задания гильдии под видом Мусаси-боя.

— Скажите на милость, что за переполох? — спросил Оуэн у стоящего рядом человека, дрожащего от страха.

— Эти люди пришли и пытались похитить детей! Они даже ранили нескольких взрослых, попытавшихся их остановить! Авантюристы прибежали на шум и бьются с ними!

Ранили нескольких взрослых? Оглядевшись, я увидел возле одной из хибар нескольких покрытых кровью людей, которых еще лечил жрец, Фебрал.

Я быстро начал отдавать распоряжения.

— Карла, Оуэн, поддержите авантюристов.

— Поняла, господин!

— По вашей воле!

— Хильдэ, иди помоги тому жрецу, Лисия, жди здесь.

— Ладно, ладно. Похоже, придется…

— Эх… Хорошо.

Карла и Оуэн немедленно бросились в атаку, а Хильдэ направилась к раненым. Я уже хотел подготовить одну из своих кукол, когда понял, что не взял с собой ни одной. Ну да… Я решил, что их будет слишком тяжело тащить аж за пределы города. Мне оставалось только выхватить меч, который я носил скорее как украшение, и встать в стойку.

— Ты сможешь сражаться, если придется? — спросила Лисия, так же обнажив рапиру.

— Не уверен, — признался я. — Оуэн меня постоянно тренирует, но он говорит, что я все еще лишь немногим лучше новобранца.

— Не очень обнадеживает. Впрочем, на их стороне численное превосходство, но нет никого особенно сильного. Впрочем, и откровенно слабых нет. Если до этого дойдет, держись за мной.

— Довольно постыдно мужчине прятаться за женщиной, но хорошо, я понял.

Мне не нравилось демонстрировать свою слабость, но если вмешаюсь, вероятно, просто помешаю нашим. Кроме того, не стоит рисковать получить даже легкую травму. Примерно так я думал, но…

— А!

— Стоять! Мы же только что…

Я слышал голос Лисии за спиной, но не остановился. Юне бросили палку в ноги, отчего она потеряла равновесие, чем немедленно решил воспользоваться нападающий с волосами, зачёсанными под ирокез.

— Юна! Ложись! — крикнул я, швыряя в него подвернувшуюся под руку доску.

— А? Яй! —Юна взвизгнула и спешно пригнулась.

Удар ирокеза пришелся на летящую доску. Эта атака застала его врасплох, он не смог правильно расположить клинок и разрубить доску, более того, зачарованный меч разбил часть доски в щепки. Кажется, они попали ему в глаза.

— Оу, черт! — ирокез опустил голову и промаргивался, одновременно отступая назад и бешено размахивая мечем.

Я воспользовался этой паузой и встал между ним и Юной, но, к сожалению, он быстро оправился и двинулся на меня.

«Спокойно! Просто заблокируй! Просто заблокируй один удар, пока Юна встает на ноги! Просто вспомни основы, которые в твою голову вбивал Оуэн!»

Ирокез поднял меч высоко над головой, похоже, он собирался разрубить меня начиная с головы.

Я встал в стойку, слегка сместив левую ногу вперед и в сторону, речь поднят горизонтально над головой, кончик слегка наклонен…

*Дзинь!

После удара меч ирокеза со скрежетом скользнул по-моему и упал на землю справа от моих ног.

«Я смог… Я смог! Руки онемели, но я каким-то образом умудрился блокировать этот удар!»

— Не стой столбом! — Лисия и Юна хором прикрикнули на меня.

Пока ирокез снова пытался восстановить стойку, Лисия и Юна синхронно вонзили в него свои клинки, после чего противник рухнул на землю.

Убедившись, что противник не двигается, Лисия схватила меня за шиворот, притянула к себе и прошипела:

— О чем ты только думал, бросаясь сейчас вперед?! — Она выглядела разъярённой, но я видел слезы в уголках глаз.

— О, эм… Прости…

— Нет, никакого «прости»! Ты меня чуть до инфаркта не довел! Случись что с тобой… Чтобы я… Чтобы мы без тебя делали?!.

Ее голос срывался от волнения, показывая, как она беспокоилась о моей безопасности. У меня защемило в груди от смеси счастья и чувства вины.

— Нет, ну правда, прости! Я увидел, что знакомому угрожает опасность и двинулся, не подумав…

— Эй, ты! — меня снова схватили за шиворот и развернули в другую сторону, где я увидел переполненные подозрением глаза Юны. — Ты назвал меня по имени, не так ли? Откуда ты знаешь меня?

— Нет… Эм, кхм…

— Подожди, Со… Казуя, — Лисия снова развернула меня к себе, правда, сейчас она злилась по другой причине. — Кто эта девушка?

К счастью, она не назвала меня Сомой перед этой девушкой, но я в любом случае очень хотел бы, чтобы они перестали сверлить меня взглядом.

Итак, я был зажат двумя разгневанными девушками. Кто-то мог бы позавидовать такой ситуации, но у меня не было необходимых фетишей, чтобы получить удовольствие от этого.

«Это… И как я должен это объяснить?».

Точнее, с чего начать? Должен ли я признаться, что я тот человек в костюме Мусаси-боя (хотя технически, я управляю куклой Мусаси-боя дистанционно)?

В это время Юна перевела взгляд на Лисию и внимательно ее разглядывала.

— Эй, тебя я тоже где-то встречала…

После этого Лисия быстро притянула меня к себе за руку и прошептала на ухо:

— Это та девушка, с которой ты выпивал на банкете, да?

А? Ох, верно! Лисия уже встречала Юну. К счастью, Юна ее пока еще не узнала, наверное благодаря небольшой маскировке.

— О чем вы там шепчетесь? Подозрительно, — Юна сердито подбоченилась.

— Э, нет, ничего такого… Ничего подозрительного, правда… — я чувствовал себя весьма неловко под ее непреклонным взглядом, к счастью в это время вернулись Карла и Оуэн, разобравшиеся с нападавшими.

— Что произошло, господин?! Вы тоже сражались?! — выкрикнула Карла.

— Гха-ха-ха! Я это видел! Мои уроки Вам пригодились, верно?

Я не преминул воспользоваться этим шансом и вырвался из окружения Лисии и Юны.

— А? Эй! Ты еще не объяснился! — крикнула мне в след Юна.

— Так кто же это был? — не обращая внимание на возмущение Юны, спросил я Карлу и Оуэна.

— По словам выживших, это был работорговец и его люди, — ответила мне Карла.

— Работорговец?

— Вы недавно национализировали работорговлю, господин, и как я слышала, ввели строгие квалификационные экзамены. Теперь приезжие работорговцы спешно покидают нашу страну, тоже делают наши работорговцы, провалившие экзамены, именно к последним относятся нападавшие.

Мы буквально на днях превратили работорговцев в госслужащих. Я еще не мог полностью отменить систему рабства, так что я оставил ее существовать только на словах, изменив ее так, что с рабами больше нельзя было обращаться, как с вещами. И чтобы добиться этого, я ввел проверку и наказание для нарушивших это.

— Но почему они напали на беженцев?

— Чтобы компенсировать затраты на переезд. За женщин и детей они, без сомнения, получат хорошую цену. Беженцы — не граждане этой страны, так что они решили, что никто не будет особенно рьяно их защищать, — ответила Карла.

— Как будто мы ничего не делаем! — воскликнул я.

— М-мне не надо это говорить, — встревоженно ответила Карла, приводя меня в чувства. Верно, на нее кричать не за что.

— Извини, я потерял самообладание.

— Нет…

— Карла тебя не затруднит слетать в замок и доложить Хакуйе о этом нападении? Уверен, он немедленно сообщит об этом кому надо и придумает способ пресечь подобное.

— Да, сэр. Поняла.

Едва успев договорить, она взмахнула крыльями и взмыла вверх, направившись к замку на максимальной скорости. В этот момент я мельком заметил подвязки и поспешно отвернулся.

«Нет, честно — больше я ничего не видел, так что Лисия, пожалуйста, хватит так на меня смотреть».

В этот момент как раз подошла Хильдэ.

— Мы закончили лечить раненых. Раны нельзя назвать легкими, но жрец сработал хорошо, так что их жизням ничего не угрожает. Раны уже закрыты магией.

— Понятно… Это хорошо…

— Что будете делать? Похоже, собирается толпа.

Оглядевшись я действительно увидел беженцев, так же прибежавших на шум. Пока что нам удавалось оставаться в тени, и я надеялся, что так будет и дальше.

— Пусть искатели приключений передают этих ребят властям, а мы отправляемся на встречу с местным лидером, как и планировали, — сказал я Оуэну и Лисии.

— Понятно, Сир.

— Ты ничего не хочешь сделать с этой девушкой?

— Не вижу хорошего способа объяснить произошедшее. Кроме того, будет не очень хорошо если выясниться, что это я все это время был внутри Мусаси-боя.

— Верно, люди могут не понять короля, играющего в куклы. Это не слишком величественно, — кивнула Лисия, кажется, чем-то удовлетворенная.

Таким образом мы поспешили удалиться…

— А, эй! Подожди! — крикнула мне вслед Юна, но я не собирался больше задерживаться.

«Валим, валим!»

Это название ее профессии «вор» меня навело на такие слова?..

Оставив Юну и ее товарищей разбираться с последствиями нападения, мы снова направились в центр лагеря беженцев, вернувшись к первоначальной задаче — встретиться с лидером этого лагеря. Некоторое время проследовав за нашим проводником мы подошли к палатке, немного напоминающей монгольскую юрту. Войдя, мы увидели двух ожидавших нас людей. Ближе к нам прямо на полу сидел, скрестив ноги, высокий мужчина. Руки он тоже держал на полу, а голову склонил, приветствуя нас. Я видел такую позу в исторических драмах, так вассалы приветствовали своих господ.

Мужчина выглядел на тридцать и был одет во что-то на подобии наряда коренных американцев. Несмотря на погоду у его кожаной одежды не было рукавов, и в целом она не слишком сильно закрывала загорелое мускулистые тело. Так же на его лице был какой-то ритуальный узор.

Позади него в такой же позе и схожем наряде сидела девушка. Возрастом она, кажется, не сильно отличался Лисии или Ророа. Симпатичная, с темно-каштановыми волосами и какой-то приятной деревенской простотой.

Они были похожи, так что вполне могли быть братом и сестрой.

— Благодарю Вас за то, что почтили нас своим визитом, Великий Король Фридонии, — поприветствовал меня мужчина.

— Пожалуйста, не называйте меня великим или как-то так. Мне это прозвище не очень нравиться.

Я сел перед мужчиной, не на стул, а прямо на пол. Для японца это было не слишком удивительно.

Кажется, ковер лежал не на голой земле, а на досках.

Лисия села рядом со мной, Оуэн, Хильдэ и успевшая вернуться Карла — позади нас.

— Понятно… Тогда как же мне вас называть? — удивленно спросил мужчина.

— Король Сома… Ваше Величество… Как-нибудь так.

— Понятно, Король Сома. Меня зовут Джирукома, я лидер этого поселения беженцев. Я слышал, вы только что помогли нашим людям, от всего сердца благодарю Вас, — Джирукома снова глубоко поклонился.

— Сома Казуя, исполняющий обязанности короля этой страны. В недавнем происшествии вам помогали искатели приключений, которым мы выдали задание охранять лагерь. Благодарите их.

— Нет, они здесь из-за Вашей поддержки. Благодарю Вас за это и за все остальное, что Вы делали.

— В таком случае я принимаю Вашу благодарность. Но, как Вы понимаете, я пришел сюда по другому поводу.

Лицо Джирукомы напряглось. Конечно он понимал, в конце концов он уже много раз говорил с людьми, которых я сюда посылал.

— Я пришел сюда, чтобы помочь тебе принять решение. Ты ведь не раз слышал это мое предложение от посланников, верно? Сегодня я пришел лично, и вы должны что-то решить. Так что вы выбираете?

— Это!..

— Комаин, стой.

— Но брат!

Девушка уже собиралась подняться, но Джирукома ее остановил. Значит ее зовут Комаин, да? И похоже, они в самом деле брат и сестра.

— Наши слова повлияют на каждого жителя этого поселения, мы не можем поддаваться гневу, — после этих слов Джирукомы Комаин снова села на место.

Оуэн и Карла, уже готовые перехватить угрозу, снова немного расслабились.

В палатке повисла напряженная атмосфера.

— Сома, не мог бы ты объяснить нам ситуацию?.. — заговорила Лисия, обеспокоенная их реакцией.

— Да… Я хочу решить проблему беженцев, потому что она не приведет ни к чему хорошему ни для нашей страны, ни для живущих в таких лагерях беженцев. Мы не можем оставить все как есть, так что они должны решить.

— Решить?

Тяжело кивнув, я четко произнес:

— Они могут или оставить свою тоску по дому и стать гражданами этой страны, или уехать.

Потерявшими свои дома из-за появления демонов беженцы сильнее всего хотели вернуться на родину, к своей прежней жизни, но сейчас никто не мог сказать, как скоро это произойдет, и произойдет ли вовсе.

Последняя крупная попытка отбить у демонов землю закончилась полным провалом, и это заставило все страны бояться демонов. Даже сильнейшая нация человечества, Империя Гран-Кэйос, без энтузиазма воспринимала идеи новой попытки. Сейчас все старались лишь удержать границу.

И ситуация не измениться ближайшие дни. И не в ближайшие месяцы. На самом деле сложно даже предположить, сколько на это может уйти лет.

В таком случае, что они должны делать? Продолжать надеяться на возвращение, путешествовать по другим странам, не присягая никому?

…Это неправильно. Это приведет к проблемам, рано или поздно.

— Бывший король закрывал глаза на их присутствие. У меня поначалу тоже была гора проблем, с которыми нужно было срочно разобраться, так что я делал как он, оказывая небольшую поддержку. До сего дня.

Джирукома тоже молча слушал.

Но теперь все неотложные проблемы решены, и я должен заняться этим. Мы не можем поддерживать их лагеря вечно, кроме того, остается проблема незаконной охоты и рыбалки. Со временем это неминуемо вызовет недовольство граждан этой страны.

Все же они в этой стране чужие.

Сейчас люди им сочувствовали, ведь они потеряли свои страны, дома и родных. Но настроения людей подобны ветру, никогда не знаешь, как скоро он перемениться.

На самом деле у них почти не было шансов вернуться домой, а если мы будем постоянно поддерживать неграждан и игнорировать мелкие нарушения закона с их стороны — граждане страны не станут долго терпеть это. В худшем случае это может привести к открытому противостоянию.

— Поэтому я настаиваю, чтобы они приняли это решение. Они могут отказаться от мечты вернуться на родину и стать гражданами этой страны, или они могут и дальше надеяться на возвращение, но тогда им придется покинуть эту страну, как чужакам. Я пришел сегодня, чтобы услышать их ответ.

— Но, Сома, это…

Ее лицо отражало смесь волнения и грусти, но я мог только покачать в ответ головой.

— Ты можешь считать, что это жестоко, но это необходимо сделать.

Как-то раз я читал книгу, в которой государство сравнивали с чудовищем, а народ — с его бесчисленными чешуйками. На обложке книги это чудовище было изображено в виде человека, больше горы.

— Страна… Чем-то похожа на гигантского человека. А люди — это зеркала, отражающие друг друга. Если вас любят, вы можете любить в ответ, несмотря ни на что. Если к вам безразличны, вы ответите тем же. И если ты не святой, ты не сможешь любить того, кто тебя ненавидит.

— Со странами то же самое… Вот что Вы хотите сказать, — серьезно кивнул Джирукома.

Я кивнул в ответ.

Я понимал, что если ничего не измениться, люди будут недовольны, так что я должен был действовать, ассимилировать их, пока народ относился к ним с сочувствием. Наша страна многонациональна, так что почва для их принятия была относительно плодородной, но для этого сами беженцы должны были решить осесть здесь.

О чем-то подобном я говорил, указывая на недостатки декларации человечества — сильный этнический национализм может привести к гражданской войне.

— Если Вы, господин Джирукома, и ваши люди упорно будете продолжать цепляться за мечту вернуться на родину и утверждать, что не хотите жить в этой стране… Я буду вынужден изгнать вас.

— Все, чего мы хотим — это вернуться на родину.

— Я понимаю. Более того, я не требую отказываться от этой мечты, можете сохранить ее в своем сердце. Если ситуация измениться к лучшему и для вас появиться шанс вернуться — я не буду вам препятствовать. Но пока вы находитесь в этой стране — мне необходимо, чтобы вы считали ее хотя бы своим вторым домом. Если вы этого не делаете, я не могу позволить вам оставаться здесь.

Пока Джирукома пытался подобрать слова, до сих пор молчавшая Комаин решительно поднялась.

— Да что… Что Вы понимаете!

— Комаин, сядь!

— Нет, брат, я должна это сказать! Вы ведь король, да?! У Вас есть своя страна! Вы не понимаете, что значит потерять родину…

— Я понимаю, — прервал я ее.

Она уже практически кричала, но я говорил спокойно, глядя ей в глаза.

— Уверен, Вы слышали, что меня призвали из другого мира. Это был билет в один конец. У вас есть хоть какая-то надежда вернуться на родину, а у меня нет и ее. Я не смогу вернуться. Так что я прекрасно понимаю вашу боль.

— Кх… — Комаин не знала, что на это ответить.

Лисия тоже понуро опустила голову. Она была очень серьезной и ответственной, так что чувствовала вину за то, что именно ее отец вырвал меня из моего мира, лишил меня родины, даже если этого требовала Империя.

— Тоска по дому… От нее трудно избавиться, я знаю. Для каждого человека место, где он родился и вырос — особенное. И лишь потеряв то, что мы считаем само собой разумеющимся, мы понимаем, насколько это было ценно. Легко сказать, что это то, через что живя мы проходим через это снова и снова, но от этого не легче.

— Сома… — пробормотала Лисия. Уверен, ей больно такое слышать.

Я положил свою руку поверх ее, отчего она удивленно распахнула глаза. Я слегка улыбнулся, чтобы приободрить ее.

— Но… Я встретил Лисию и остальных, кто был готов поддержать меня. Они заботились обо мне, так что я отчаянно работал на благо этой страны, чтобы отблагодарить за это, и в какой-то момент начал думать о Эльфридене «моя страна». И если я однажды потеряю ее, я буду тосковать также, как и по своей прежней родине.

В конце концов, родина — это в первую очередь связь. Связь между землей и людьми, живущими на ней. И если что-то и может заполнить пустоту утраты такой связи, так это новая связь.

Комаин без сил опустилась на ковер и опустила голову. Эту мысль нельзя было принять так просто, но чтобы двигаться вперед, необходимо сделать шаг.

— Поэтому я хочу сделать для вас тоже, что Лисия и остальные сделали для меня. Если вы готовы полюбить эту страну и стать ее гражданами, страна вас примет.

— Скажите конкретнее… Как именно страна нас примет? — Джирукома словно прощупывал меня суровым взглядом, пытаясь выяснить истинные намерения. — Я понимаю, что невежливо так говорить, но по пути сюда мы видели суровую реальность. Некоторые другие страны обещали принять беженцев, а затем отправляли их как каторжников работать в шахте за гроши, другие давали им в руки оружие и посылали сдерживать демоном. Мы повидали многое.

— Я слышал об этом, да… Но это очень большая глупость с их стороны.

— Это большая глупость?

— Да. Во-первых и в главных, заставлять их служить в армии — абсолютная глупость. Национальная оборона — основа любого государства, но если они заставляют иностранцев этим заниматься, то в конечном итоге столкнуться с серьезным национальным кризисом.

В истории земли было много таких примеров, например Западная Римская Империя во время великого переселения народов пыталась использовать проживающие на их территории варварские народы для защиты от варваров-кочевников, в результате создав сильную армию наемников. Именно эти обученные Римом солдаты и командиры и уничтожили Западную Римскую Империю.

Другой пример: китайская династия Тан дала власть военачальнику Ань Лушаню, бывшему согдийцу на службе тюркского каганата, бежавшего в Китай. В конце концов он устроил восстание, унесшее около тридцати шести миллионов жизней.

— Обращаться с ними как с рабами тоже глупо, это усилит враждебность беженцев. Что эти страны будут делать, когда уставшие от угнетений беженцы будут устраивать мятежи и теракты? Они своими руками взращивают семена будущей катастрофы.

— Тогда… Что на счет подхода Империи Гран-Кэйос? — спросил Джирукома, продолжая смотреть мне в глаза.

— Ну, это очень в духе Мадам Марии, — я смущенно почесал в затылке.

Конечно, Империя так же приняла множество беженцев. Им предоставили участки неразработанных земель на территории страны, признавая их временными жителями, чтобы они могли работать на этой земле. Другими словами, они создали деревни беженцев, позволив им самим собой управлять. Для Империи это казалось беспроигрышной сделкой, ведь если беженцы могут себя прокормить — это не будет вредить государственной казне, а если они позже вернуться на север — после них останется приведенная в порядок земля.

Что же, вероятно именно так Мария преподнесла эту идею своим приближенным. Ее не просто так называли святой, уверен в глубине души ей на самом деле было жаль беженцев. Сделав их самодостаточными, она дала им возможность спокойно жить на территории Империи, не отказываясь от мечты вернуться на родину. Возможно она надеялась, что если они никогда не смогут вернуться, они постепенно ассимилируются и станут частью Империи.

Ее подход был полной противоположностью тому, что сейчас делал я, предлагая беженцам отказаться от прежней родины и ассимилироваться здесь.

Но…

— Извини, но… Наше королевство не может так действовать.

— Почему? — спросил Джирукома.

— Это слишком рискованно.

Если им дать землю, на которой сейчас никто не работает, это действительно не повредит государственной казне. И пока влияние Империи не ослабнет, беженцы будут им подчиняться, а вероятно еще и чувствовать себя в долгу перед мини. И по прошествии лет ста они действительно могут ассимилироваться.

Однако это только если ничего не случиться.

Для любого мира нормальна ситуация, когда сегодняшняя сила завтра превращается в ничто. И если власть Империи ослабнет, что будут делать беженцы?

— У них будет земля, над которой они будут трудиться с потом и кровью. Да, возможно они не будут думать о ней как о своей земле, это не проблема для тех, кто хочет вернуться на родину. Но что будет со следующими поколениями, родившимися на этой земле и знавшими о какой-то родине только по рассказам старших? Смогут ли они смириться с мысль, что земля, над которой работали их родители, на которой они родились и выросли — была просто отложена им Империей? Разве не будет они считать эту землю своей?

Это очень напомнило мне то, что случилось с сербами. Когда средневековое королевство Сербия было разрушено Османской империей, многие сербы бежали в империю Габсбургов (Австро-Венгерия). Те охотно приняли их и дали земли вблизи линии фронта с турками-османами, используя их как линию обороны. Развитие земель и сражение с противником породило у сербов сильное стремление к самоуправлению, создало благоприятную почву для этнического национализма.

Со временем сформировалась националистическая концепция Великой Сербии, приведшая к инциденту в Сараево, спровоцировавшему Первую Мировую войну. Националистические настроения появились и у других этнических групп, что в итоге привело к краху Австро-Венгрии.

В итоге, агрессивный национализм этих народов еще долго приносил людям боль и страдания, что ясно показал ужасный конфликт между сербами и хорватами конца двадцатого века.

Да, сейчас беженцы — многорасовая группа, но они наверняка смогут развить новую национальную идентичность «Беженцев» через общие радости и общее горе, а позже это может вылиться в националистические идеи, отделяющие их от «не беженцев». Империя Гран-Кэйос собирала искры, которые однажды могут разгореться в пожар.

— Вы считаете, что политика Империи ошибочна? — нахмурился Джирукома.

— Нет… Я бы так не сказал. Мы по-разному смотрим на ситуацию, Мадам Мария делает это потому, что верит в лучшее; я не могу так сделать потому, что опасаюсь худшего. Вот и вся разница.

Я заметил это еще по Декларации Человечества: Империя часто принимала решения с высокой отдачей и высокими рисками; наше же Королевство заботилось не столько о прибыли, сколько на минимизации рисков.

По сути, нельзя было сказать, что какой-то один подход будет лучше. Эффективность этих подходов сильно зависела от эпохи и множества других факторов, и лишь время покажет, кто был прав.

— Тогда, Ваше Величество, что вы собираетесь с нами делать? Вы хотите, чтобы мы отказались от возвращения домой и стали гражданами этой страны, или убирались отсюда, если не согласны. Вы не выдадите нам землю, не призовете в армию и не поработите… Что именно вы собираетесь с нами делать?! — в конце он впервые повысил голос. Даже Комаин, ожидавшая чего-то такого, вздрогнула.

Он нес на своих плечах судьбы всех беженцев в этой стране, так что, разумеется, он чувствовал бремя ответственности. Но мое бремя было не легче.

— …Оуэн.

— Да, Сир.

— Принеси мне это.

— Понятно.

Вскоре он вернулся с тубусом для карт и чертежей, или, если так понятнее, примерно в два раза толще тубуса для японского диплома и в пять раз длиннее. Достав содержимое я расстелил лист бумаги перед всеми. Увидев рисунок, Джирукома и Комаин не смогли скрыть шока.

— Это… Город? — спросил Джирукома.

— Верно. Наш новый, строящийся прибрежный город. Венетинова.

Перед нами была разложена карта нового города, Венетиновы, центрального транспортного и торгового узла.

— Я заложил этот город одновременно с модернизацией транспортной сети, еще когда только попал в этот мир, но только недавно мы довели его до пригодного для жизни состояния. Пока что у нас готовы жилой район, торговый район и торговый порт. Конечно, мы этим не ограничимся, я планирую развивать его как культурный и социальный центр страны. Так же в ближайшее время мы будем активно приглашать туда жителей, — внимательно смотря на Джирукому и Комаин, я добавил: — И в числе первых я хочу пригласить туда беженцев.

Услышав это, Джирукома и Комаин судорожно сглотнули.

— Если вы откажитесь от идеи вернуться на родину и станете гражданами этой страны, я обеспечу вас жильем и работой. Это новый город, так что работы будет много, самой разной: начиная от физического труда, например, в транспортных предприятиях, и заканчивая работниками магазинов. Так же, некоторое время я буду продолжать оказывать финансовую поддержку. Став гражданами этой страны и честно работая, как мистические волки, вы получите место, где вам не придется страдать от голода и холода.

— Это…

Лица Джирукомы и Комаин неровно дрогнули.

«Странно говорить такое про себя, но интересно, кем они меня сейчас видят? Спасителем, пришедшим в трудную минуту?.. Или дьяволом, соблазняющим сладкими речами?».

Джирукома и Комаин наконец заговорили, практически одновременно.

— Вы правда предлагаете это чудо?! — воскликнул Джирукома.

— Это же просто ужасно! — крикнула Комаин.

После этого они молча посмотрели друг на друга. Похоже, они удивились произошедшему даже сильнее нас. Они заговорили одновременно, но их слова были диаметрально противоположны!

— Ты-ты что, брат?! Это звучит практически как «Вот угощение, сиди и виляй хвостом»!

— Комаин, Его Величество предлагает хорошие условия жизни. И нам не придется начинать все с нуля, как в Империи Гран-Кэйос.

— Пусть так, как он может требовать отказаться от нашей цели вернуться домой?! Тебя это не беспокоит?!

— Если мы отбросим мечту, которую все равно сейчас не можем осуществить, он убережет нас от голода и зимних морозов. Неужели ты не понимаешь, насколько это важно для беженцев?

У брата и сестры были диаметрально противоположные точки зрения на мое предложение… Наверное, так всегда бывает.

— Немудрено, что вы сомневаетесь. Я сам думаю, что это предложение можно назвать то ли слишком хорошим, то ли слишком жестким. Никогда нельзя быть уверенным, что два человека глядя на одно и тоже будут думать одинаково. Посчитают ли это добром или злом — зависит лишь от точки зрения человека и от его чувств.

Оба моих собеседника продолжали хранить молчание. Я глубоко вздохнул и положил руку на карту.

— Это лучшее, что я сейчас могу для вас сделать. Теперь мне остается надеяться, что вы примите руку, что я вам протянул. Дальше решать вам.

В ответ на мои слова Джирукома горестно вздохнул.

— В этом поселении есть те, кто не откажется от этой мечты несмотря ни на что.

— Как… Твоя сестра?

— Нет! У Комаин гибкое мышление! Она возражала от имени тех, кто не мог это сказать.

— Брат…

— Я уверен, ты сказала, что это ужасно из уважения к тем, кто, как ты знаешь, действительно так думает. Ты… Ты та, кто умеет понимать чувства других.

— Кх… — сдержалась Комаин. Он попал в яблочко?

Джурикома повернулся ко мне и низко склонил голову.

— Мы глубоко благодарны за Вашу доброту, Сир. Это не то, что я могу решить один, так что я хотел бы собрать всех жителей лагеря и обсудить это с ними.

— Кажется, я уже говорил, что пришел сюда, чтобы услышать Ваш ответ, не так ли?

— Я понимаю. И я хочу убедить как можно больше людей принять протянутую Вами руку, Сир, даже если… Если это значит, что беженцам придется разделиться.

Разделиться. Другими словами, кто-то не примет это и будет выслан из страны.

Это действительно лучшее, что я сейчас мог сделать? Но если слишком их торопить, ничего хорошего тоже не выйдет.

— У нас не так много времени. Я могу подождать, пока они решаться, но холода ждать не будут, как ты понимаешь. Зима уже началась.

Зима без должной подготовки была равнозначна смерти от холода и болезней. Первыми рискуют умереть дети и старики — те, у кого меньше всего сил для борьбы. Если это возможно, я бы хотел, чтобы они решили это сейчас, когда мы можем спокойно их перевезти в город, до наступления холодов.

— Да, Сир! Я это понимаю, — он снова поклонился.

— Ну, тогда все хорошо.

Остальное зависит от них, а я должен просто принять их решение, каким бы оно ни было.

По возможности хотелось бы не показывать безжалостную сторону моего характера…

Как раз когда мы уже решили, что переговоры на сегодня закончены, в палатку ворвался человек в белом халате.

Человек, мужчина с проницательным взглядом, на вид лет двадцати пяти. Внимание привлекали его растрепанные волосы — несмотря на возраст, абсолютно белые.

— Я слышал, Хильдэ здесь, — отрывисто сказал мужчина.

Карла и Оуэн уже тянулись к оружию, но мужчина не обратил на них внимание. Найдя Хильдэ, он решительно пошел к ней.

Увидев его, она тоже встала.

— Брэд! Как ты смеешь спихивать свои лекции на меня!

Этого беловолосого человека звали Брэд Джокер, он и Хильдэ возглавляли нашу революцию в области медицины.

Не обращая внимания на слова Хильдэ, он быстро схватил ее за руку.

— Подожди, как это понимать?! Невежливо так обращаться с женщиной! — немедленно возмутилась Хильдэ.

— Если хочешь, я выслушаю твои жалобы потом, — оборвал он ее. — Извини, но… Мне нужна твоя помощь.

— Что-то случилось? — возможно, Хильдэ что-то поняла без лишних слов, потому что теперь была тоже предельно серьезна.

— Да. У нас срочное дело, — кивнул он, отпустив ее руку и спокойно кивнув.

Брэд Джокер, доктор-отступник.

В мире, где почти все использовали для лечения магию света, стимулирующую естественные способности организма к заживлению, он был единственным хирургом этой страны. Он пытался лечить серьезные болезни полагаясь не на магию, а на медицинские обследования и хирургию.

«Даже не полагаясь на богов, люди могут исцелять друг друга» — такова была его жизненная позиция. Многие люди воспринимали магию света как благословении богов, особенно приверженцы Лунарского православия, что делало это его высказывание довольно опасным.

Он побывал на многих полях сражений в самых разных странах, собирая брошенные тела погибших солдат и проводя вскрытия, чтобы изучить строение тела. Он разработал свою собственную, уникальную для этого мира систему хирургического лечения болезней и травм.

Он так же без предубеждения воспринял знания трёхглазых и впитал их. Он знал о микроорганизмах и применял антибиотики.

Его эффективность была достойна богов (хотя он отрицал их существования, так что счел бы такую фразу забавной). Признание он получил за то, что мог хирургически удалить злокачественные опухоли, с которыми не могла справиться никакая магия света.

«Свет — не единственное, что может исцелять. Тьма тоже может сработать».

Звучит как речь подростка-восьмиклассника, но я его понял. Я попросил его о помощи, но убедить его было не просто.

В смысле…

«Я искал эту силу (хирургию), чтобы спасать бедных людей, которые не могут позволить себе обратиться к магам света, и жителям отдаленных районо, где целителей просто нет. Меня не интересуют деньги, власть и тому подобное.

…вот что он мне сказал тогда.

В итоге я смог подку… Эм, договориться с ним используя не деньги или влияние, а кое-что другое.

Я предложил ему следующее: чтобы все жители королевства имели свободный доступ к медицинской помощи, я создал государственную систему медицинского страхования, подобную той, что существует в моем мире. Далее, я пообещал, что лучший кузнец в стране выкует для него скальпели, иглы и остальной полный набор необходимого оборудования. Наконец, в новой системе здравоохранения у нас будут партнерские отношения, а не подчинение вассала господину. Только на этих условиях он согласился сотрудничать.

На сегодняшний день я поручил ему совместно с Хильдэ возглавить систему здравоохранения этой страны.

Тот факт, что он собирал и вскрывал трупы, разгневал многих людей, за что его и прозвали отступником, еретиком, так что самой трудной частью его привлечения на мою сторону было избавить людей от предубеждений против него. И судя по его поведению, мне не стоило рассчитывать на его активную помощь в этом вопросе.

За неимением лучшего я поручил ему осмотреть одного важного чиновника со связями, страдавшего от неизлечимой, как все считали, болезни. Увидев, что болезнь действительно отступила, этот чиновник мог лишь признать его способности.

Удивительно, как быстро люди меняют свои взгляды на что-то, когда это начинает приносить им пользу — даже уже работающие целители теперь были готовы изучать хирургию. Поручив глобальное управление новой социальной сферой тому самому чиновнику, мы уже начали готовить новых хирургов для этой страны.

Я же сейчас спешил оптимизировать правовую составляющую медицинских услуг и наладить выдачу лицензий хирурга, чтобы предотвратить появление фальшивых хирургов. Мы начнем с лицензий хирурга, но в итоге я намереваюсь ввести их и для владеющих магией света целителей, и для всех, кто связан с фармакологией.

Ладно, вернемся к нашей истории.

— Расскажи мне о пациенте, — услышав, что это срочно, Хильдэ тут же стала серьезной.

— Беременная женщина, воды уже отошли, ребенок может родиться в любой момент, но положение плода плохое — поперечное, — коротко объяснил ситуацию Брэд.

— Дистоция плода, да?.. Необычно и опасно…

Из их разговора я понял только то, что роды будут трудными.

— Повитуха, похоже, уже сдалась, — добавил Брэд.

— Ну, это не удивительно. Плод наверняка застрянет в тазовых костях. Обычно матерью или ребенком… приходится жертвовать. Чтобы спасти обоих…

— Да… Хирургическая операция, вероятно, единственный вариант.

Хирургическая операция… А, кесарево сечение! Но Хильдэ смотрит на Брэда с сомнением.

— Ты можешь это сделать? Я слышала, что только двадцать процентов женщин переживает хирургическое вскрытие матки.

— Тому есть элементарная причина.

— О… И тоже это за причина?

— Этого не делали ни ты, ни я.

— Ты постоянно говоришь абсолютно невероятные вещи так, словно это пустяки, — нахмурилась Хильдэ.

— Это факт. Конкретнее, такая высокая смертность вызвана тем, что у них нет моих навыков и знаний трёхглазых о инфекционных заболеваниях. Они просто вскрывают живот, вынимают плод, закрывают рану и просто исцеляют ее магией света. У них нет анестезии, так что женщина страдает от боли; их техника разрезов и наложения швов никуда не годиться, поэтому даже с использованием магии света раны часто не закрываются должным образом и женщины умирают от кровопотери; наконец, они не используют антибиотики трёхглазых, так что после операции у пациента часто развивается инфекционное заболевание. Вот почему выживаемость такая низкая, — Бред протянул руку к Хильдэ. — Даже в одиночку я смогу вытянуть шанс успеха до восьмидесяти процентов, но с твоей помощью, заботясь о гигиене, мы будем невероятно близко к ста процентам.

— Боже, тогда у меня нет выбора, верно? — Хильдэ почесала в затылке и пожала протянутую Брэдом руку. — Перед доктором все пациенты равны. Мы никем не должны брезговать.

— Спасибо. Твоя помощь стоит помощи сотни человек.

Хильдэ повернулась к нам лицом.

— Ваше Величество! Глава беженцев! Вы все слышали. Извините, но нам понадобиться помощь ваших подчиненных.

— Конечно, раз нужно.

— Конечно. Мы — одна семья, долг главы — защищать семью.

— Спасибо. Девочка драконит! — сказала Хильдэ.

— Й-я?! — Карла слегка подпрыгнула, когда ее позвали.

— Как можно скорее отправляйся в медицинскую лабораторию в столице, принеси мне оборудование и медикаменты. Скажи сотрудникам, что мне нужна моя черная сумка врача, они поймут.

— П-поняла! — Карла поспешно вышла из палатки.

— Глава беженцев, я хочу позаимствовать эту палатку. Операцию лучше проводить в самом чистом месте, какое только можем найти.

— Не возражаю. Используйте все, что нужно, — ответил Джирукома.

— Кроме того, нам нужен кто-то с такой же кровью, что и у матери, так что соберите несколько десятков беженцев неподалеку.

— Понятно.

Позже я узнал, что в этом мире тоже четыре группы крови (система AB0, хотя тут ее, конечно, называют иначе). По неизвестной причине у разных рас был один и тот же тип крови, то есть если у человека и зверочеловека группа совпадала — почти всегда можно было успешно провести переливание крови. «Почти всегда» я сказал потому, что иногда это все же заканчивалось неудачей, возможно потому, что в этом мире еще не придумали способ определение резус-фактора крови.

В это время Хильдэ продолжила отдавать команды.

— Далее, Вы ведь кое-что понимаете о чистоте, верно Сир? Объясните это главе и его людям, я хочу, чтобы мы работали в как можно лучше подготовленном помещении. Кроме того, вскипятите побольше воды, нужно продезинфицировать инструменты.

— Понял! Лисия, Оуэн, помогите с этим!

— Хорошо.

— Понятно.

— Па-позвольте мне тоже помочь! — вклинилась Комаин.

Вместе мы переставляли вещи в палатке и вскипятили немного воды. Не обращая внимания на титулы, каждый делал то, что было в его силах.

Если подумать, это была словно миниатюра, отражающая положение всей страны.

Вскоре приготовления были закончены и нам оставалось только ждать снаружи. Брэд и Хильдэ в палатке, похоже, уже приступили к операции, было слышно лишь прерывистое дыхание матери.

Стоящая возле входа Лисия наконец не выдержала и заговорила, переполняемая беспокойством:

— Они говорили, что вскроют живот матери. С ней все будет в порядке?

— В твоих устах это звучит как какое-то зверство. Тебе не о чем беспокоиться, все в порядке, — сказал я, погладив ее по голове. — Эта операция существует и в мире, отгула я родом. Она называется кесарево сечение, и в том числе благодаря ему, женщины лишь изредка умирают при родах. На самом деле, никто даже не воспринимает роды как что-то опасное для жизни матери или ребенка.

— Сома, твой прежний мир удивителен. Впрочем, как всегда.

— Ага, типа того. В любом случае… Эти двое могут создать что-то похожее на медицину моей родной страны. Ну, в моем мире нет магии света, так что их нельзя сравнивать в лоб, — повернувшись к стоящему рядом Джирукоме я задал вопрос, мучавший меня последние минуты. — А как на счет мужа матери?

— Мы не знаем, жив ли он. Похоже, они разделились, когда бежали с севера, тем не менее она твердо решила родить ребенка и дожидаться отца вместе.

— Понятно…

У матерей сильная воля. Похоже, это верно для любого мира.

— Для жителей лагеря, этот ребенок — символ нашей надежды. Он позволяем нам чувствовать, что мы не только постоянно теряем что-то, что жизнь продолжается. Поэтому мы решили, что все вместе будем его растить и любить.

— Понимаю… Джирукома, я знаю, на что способны Брэд и Хильдэ и не сомневаюсь, что и мать, и ребенок выживут. Поэтому я хочу тебе кое-что сказать.

— …Что же?

— Этот ребенок родился в этой стране, в этой стране он будет расти. Эта страна — его родина, даже если его предки жили где-то в другом месте.

Джирукома молча закрыл глаза. Похоже он понял, что я хочу сказать.

— Ты сказал, что все вместе будете его растить и любить, да? Это хорошо, но тогда вы не должны заставлять его наследовать ваше горе. Вы вольны решать за себя, остаться в этой стране или уехать, но у этого ребенка есть возможность называть эту страну родиной, а не жить с тоской о потерянном.

— Можете не продолжать, — тихо ответил он.

— Брат…

— Я уже принял решение. Я доверяю роль лидера беженцев Комаин, — сказал Джирукома, положив руки ей на плечи.

— Чт-то ты сказал, брат?!

— Что ты сделаешь? — удивился я.

Вздохнув, Джурикома заговорил.

— Все так, жители этого лагеря устали скитаться. Если эти измученные люди могут назвать эту землю домом — это замечательно. Но есть горстка непреклонных сторонников возвращения на родину, убеждающие остальных делать также. Думаю, я смогу уговорить их отделиться и уйти на север, в какую-нибудь страну, набирающую добровольцев, где мы сможем ждать на передовой, пока не придет время вернуть нашу родину.

— Брат! — Комаин схватила его руки, не желая отпускать. — Ты нужен этим людям, Брат! Это я сказала, что предложение короля ужасно, это я должна идти на север!

— Ты не можешь. Ты назвала это предложение ужасным лишь из заботы о жителях этого лагеря, не так ли? С таким сердцем ты будешь лучшим лидером, чем я.

— Но разве не ты сказал, что это замечательное предложение?!

— Я просто лучше тебя умею прятать чувства, — Джирукома мягко отстранил руки Комаин. — В глубине души я не могу отказаться от возвращения на родину, но мне доверили честь представлять этих людей, так что я запечатал эти чувства глубоко в груди.

— Брат…

— Впрочем, в этом больше нет необходимости. Его Величество сказал, что если люди готовы полюбить эту страну как свой дом, страна готова их принять. Люди наконец нашли землю, где смогут жить в мире и безопасности, так что моя работа как предводителя беженцев закончена. И я могу дать волю своему настоящему желанию.

Комаин плакала, но сам Джирукома улыбался. Его взгляд был полон решимости.

«Боже…»

— Хватит доводить сестру до слез, болван.

— Вы правы. Пожалуйста, позаботьтесь о Комаин и остальных.

— Все, на что я способен — это заниматься бумажной работой. Если кто-то и может по-настоящему их защитить, то это только сама страна.

— Тогда пожалуйста, сделайте так, чтобы эта страна выдержала испытание временем. Чтобы ее никто не смог уничтожить.

— …Постараюсь.

В этот момент из палатки донеся детский плач. Пока я растерянно думал, что это, Лисия взволнованно воскликнула:

— Родился!

— Ах! Так это младенец, да? Я думал, что это будет громче и пронзительнее.

Что же, ребенок родился благополучно. Что же с матерью?..

Мы продолжили молча смотреть на вход в палатку, молясь о ее благополучии.

◇ ◇ ◇

Неделю спустя.

— Мила-а-ашка! — сказала Лисия.

— О-он такой мягкий… — пробормотала Комаин.

— Лисия, м-можно мне тоже подержать? — попросила Карла.

Малыш с острыми кошачьими ушками спал, Лисия, Комаин и Карла по очереди держали его.

В тот день, неделю назад, Брэд вышел из палатки и сказал, что операция прошла успешно, но тогда мы не смогли их увидеть. Всем не терпелось узнать, как у них дела, так что сегодня мы снова приехали в гости тем же составом.

Я тоже хотел взглянуть на ребенка поближе, но три девушки не давали мне шанса вклиниться. Э-это у них материнский инстинкт проснулся?

— Ах, похоже мои спутницы совсем потеряли голову. Простите, — извинился я.

— Нет, что Вы. Нам несказанно повезло, что принцессе и остальным так понравился мой малыш, — улыбнулась мать ребенка.

Это была спокойная женщина зверочеловек с кошачьими ушками. Я был очень рад увидеть ее здоровой. Похоже, она шла на поправку.

— Нам действительно повезло. В конце концов, Ваше Величество беспокоиться о нас.

Мы сказали матери, кто мы. Наши с Лисией лица и так были широко известны, так что было бессмысленно скрывать это от нее, раз мы говорили лично. Сначала она была шокирована (словно Мастер Комон раскрыл свою личность), но сейчас уже привыкла[✱]Спасибо Дурилке за подсказку, речь про японский сериал, выходивший с 1969 по 2011. Если кратко, сюжет серий такой: главный герой, Токугава Мицукуни, бывший дайме (крупный феодал-самурай), инкогнито путешествует по стране с двумя слугами-самураями. В начале эпизода случается какая-то несправедливость, главный герой в ней разбирается, побеждает в драке негодяев, после чего раскрывает свою личность, выносит приговор плохим парням, хвалит хороших, после чего отправляется дальше. (Мне почему-то в этот момент вспомнился мультфильм «Скуби-ду»). https://en.wikipedia.org/wiki/Mito_Kōmon.

— Ну, ребенку действительно повезло, — согласился я. — Невероятно повезло, если задуматься — он родился именно тогда, когда рядом были оба лучших врача в стране.

— Верно. Они спасли не только моего ребенка, но и меня.

Да, Хильдэ посетила эту деревню по чистой случайности. Мы случайно встретились в бывших трущобах, пока направлялись в лагерь беженцев, и она спонтанно решила присоединиться к нам, благодаря чему она помогла Брэду. Если бы ребенок родился днем раньше или днем позже — этих отличных докторов здесь не было бы и все могло закончиться совсем иначе.

Можно сказать, ребенок спас жизнь матери.

— Бог удачи помог… Фуку… — пробормотал я.

— Фуку? — переспросила мать.

— Это слово из моего мира. Означает удачу и благополучие.

— Благополучие… Эм, Ваше Величество? — мать быстро подошла ко мне. — Это имя, Фуку. Не могли бы вы дать его моему ребенку?

— Хм? Вы хотите, чтобы я дал ему имя?

Лисия с ребенком на руках начала объяснять:

— Есть такая примета, когда высокопоставленный или просто очень сильный человек дает ребенку имя, он делиться с ним своей энергией, так что пожалуйста, дай ребенку это имя.

Ну, думаю это можно.

— Это мальчик, верно?

— Да.

— Что же, тогда тебя зовут Фуку. Расти умным и здоровым, — сказал я и погладил его по головке.

В ответ Фуку сквозь сон издал какой-то милый младенческий звук и даже, кажется, слегка качнул головой.

«Он мне кивнул?! Этот ребенок… Он может вырасти большим человеком».

В этот момент я понял, что Лисия пристально на меня смотрит.

— Ч-что?

— Чужие дети прекрасны и все в таком духе, но ведь свой ребенок был бы еще лучше, согласен? — многозначительно спросила она.

Эм, да… Полагаю, я понял, к чему она ведет. Хакуя и Маркс давно говорят, что нам нужен наследник, а сейчас, когда ситуация в стране стабилизировалась, они давят на нее еще сильнее, полагаю.

— Ага… Ты права, — застенчиво ответил я. — Теперь у нас есть метод кесарева сечения, да и в целом акушеров и гинекологов все больше. Теперь я могу не бояться на счет твоего здоровья.

Услышав это, Лисия широко распахнула глаза.

— Я думала, ты опять начнешь отнекиваться.

— Слушай… Ладно, не без этого. Я готов стать твоим мужем, но еще пока не готов стать отцом.

— Ох! Ве-верно… Понятно…

Конечно, я хотел Лисию и остальных, но из-за того, что борьба за престолонаследие после предпоследнего короля почти уничтожила королевский род (точнее, выжил только один прямой потомок короля), окружающие были заинтересованы в как можно большем количестве наследников. Камергер Маркс мне прямо сказал: «Пока вы не дадите нам хотя бы одного наследника, даже не думайте делать это лишь ради удовольствия!». Вот поэтому я и не мог торопиться.

— Ну, высокая смертность при родах меня, конечно, тоже беспокоила, — добавил я.

Когда я только начал изучать этот мир, я был удивлен уровнем смертности новорожденных и беременных женщин. В современной Японии мы, конечно, тоже беспокоимся, не будет ли осложнений при родах, но нам практически никогда не приходиться бояться, что мать может умереть, но в этом мире было иначе. Из тысячи беременных женщин несколько не переживут роды. В этом мире не обучали акушеров и гинекологов, так что женщины буквально рисковали жизнью, чтобы родить ребенка.

Как королю, я должен был произвести на свет много детей с более чем одной женщиной, но если с Лисией, Аишей, Джуной или Ророа что-то случиться во время родов и я ее потеряю… Я этого не вынесу.

— Чтобы убедиться, что все будет хорошо, чтобы свести к абсолютному минимуму риск потерять кого-то дорогого мне, я продвигал медицину этой страны вперед. Хотя, возможно, я при этом немного злоупотребляю авторитетом.

— Но все хорошо, правда же? В результате ты улучшил жизнь всех людей, — сказала Лисия, обняв меня за плечи. — Кстати, Сома, раз сейчас это намного безопаснее, не хочешь поработать над этим сегодня вечером?

Услышав, как она говорит это, мило переминаясь, я не мог не воспылать в душе. Но, как я уже говорил, я еще не был готов стать отцом, так что мне пришлось отвести взгляд.

— О, эм… Ты не могла бы подождать еще немного?

— Боже! Какой же ты тюфяк! — воскликнула она.

— У… Уаааааааааа! — Ее вскрик напугал Фуку.

Мы спешно вернули его матери и попытались развеселить забавными гримасами. Оуэн тоже присоединился, но только сильнее его напугал, так что все стало еще сложнее.

«Когда-нибудь такая же шумная сцена будет и у нас в королевском замке», — думал я посреди этого радостного переполоха.

31 день двенадцатого месяца 1547 года по континентальному календарю, Парнам, столица Королевства.

Неделя в этом мире длилась восемь дней, в каждом месяце было ровно четыре недели или 32 дня соответственно, в году было 12 месяцев или 385 дней.

С третьего по пятый месяц была весна, с шестого по восьмой лето, с девятого по одиннадцатый осень и с двенадцатого по второй зима. В общем, как и в Японии.

Сегодня 31 день двенадцатого месяца. По земному календарю это был бы канун нового года, но в этом мире это был просто один день в конце года.

Обычно в этом мире новый год отмечали тихо, в кругу семьи и друзей, в замке тоже обычно было немноголюдно (политический год начинался в первый день четвертого месяца), лишь священнослужители в это время были заняты церемониями смены одного года другим. Но сейчас замок был похож сумасшедший дом.

— Аиша, поставь это справа.

— Конечно, прин… Леди Лисия.

Следуя командам Лисии, Аиша подняла декорацию (которую в ином случае должны были бы нести несколько сильных мужчин) и легко взвалила ее на плечо. На Аишу всегда можно было положиться при переездах и всем таком… О!

— Карла, Хэл! Закрепите те две бутафорские колонны.

— Поняла, господин.

— Хорошо, хорошо… уф…

После моего распоряжения Карла и Хэл, командир авангарда национальных сил обороны, начали закреплять на полу «как-бы» мраморные колонны в стиле Парфенона. Мы с Лисией руководили процессом, отдавая распоряжение подчиненным (и временно причисленным к ним) в соответствии с планом в моих руках.

— Подумать только, Вы не только национальные силы обороны, но даже будущую королеву заставите таскать тяжести… — усмехнулся Людвин, капитан королевской гвардии. Он и его заместитель, Каэдэ, стояли позади нас с Лисией и обсуждали план обеспечения безопасности мероприятия.

— В любой другой стране такое было бы просто немыслимо, — согласилась Каэдэ. — Эй, Хэл, ты можешь быстрее! Давай-давай!

— Хорошо-хорошо, Каэдэ!

— Да ладно вам, — отмахнулся я от их комментариев. — Аиша сама вызвалась помочь. Кроме того, это просто неоспоримый факт: в замке нет никого сильнее ее.

Будь у нас в распоряжении маги земли, проблем было бы значительно меньше (они могли бы «уменьшить» вес предметов, управляя гравитацией), но сейчас мы практически всех таких магов отправили прокладывать дороги в недавно аннексированной Амидонии. У нас не было никаких технических средств, которые можно было бы использовать в помещении, так что оставалось полагаться только на физическую силу, и я не видел причин не использовать мышцы Аиши.

— Честно… Скажи ты об этом немного раньше, мы бы могли избежать такого аврала, — раздраженно вздохнула Лисия.

— Не спорю, но ведь это была спонтанная идея. Неделю назад она пришла мне в голову и… Вот.

— Просто невероятно, что все сказали: «Сделаем это!», едва услышав твое мимолетное предложение.

Ну… Да, мне тоже кажется, что в последнее время никто даже не пытается тормозить мои идеи.

Когда к команде присоединились Ророа и Колберт, мне стали доступны больше финансовых средств, сверхученый Женя самозабвенно порождала все новые изобретения, а после всех наших реформ жители Фридонии встречали все новое и необычное с восторгом и любопытством. Это напоминало дух японских ремесленников: «Неважно, насколько это бесполезно, если этим овладеть в совершенстве — это станет искусством».

В общем, неделю назад я мимоходом упомянул: «Ох, да, уже почти конец года. Самое время для “Кохаку ута гассэн”…».

…что и привело к сегодняшним событиям.

— Что-что-что-что?! Ну-ка расскажи подробнее об этом, звучит как прибыльное дело! — Ророа, первой обратившая внимания на мои слова, немедленно начала расспрос.

После этого я рассказал ей о этом музыкальном фестивале «Кохаку», в котором артистов делят на две команды «красных» и «белых» и традиционно транслируют непосредственно перед новым годом.

— Музыкальный фестиваль? Это будет потрясающая возможность продемонстрировать наши таланты! — неожиданно горяче поддержала Джуна.

Памилла, Нанна и остальные лорелеи вместе с присоединившейся к ним недавно Маргаритой, бывшем генералом Амидонии, тоже с энтузиазмом поддержали эту идею и прежде чем я это понял уже было поздно давать задний ход и говорить: «Нет, все-таки мы не будем это делать!».

С поддержкой певчего кафе «Лорелея», в какой-то момент превратившегося в практически продюсерскую компанию, и участников конкурса любительского пения «Надо Джиман», зародившейся в Ване, мероприятие стало неожиданно масштабным, из-за чего подготовка и шла кувырком.

Ну, было по-своему приятно смотреть, как все вместе создают новый для этого мира фестиваль, но в тоже время у меня появилась дополнительная работа…

Самая большая проблема будет с «белой», мужской командой. «Красная команда» (девушки-певицы) во главе с Джуной была многочисленна и разнообразна, но мужская команда им в этом значительно уступала — большинство певцов начали с Нодо Джимана и пели обычные, традиционные песни. А было бы странно представить фестиваль-соревнование Кохаку только с одной командой, не так ли? В общем, нам отчаянно не хватало айдолов-парней.

В итоге я занялся экспериментальном симметричном мужским ответ лорелеям — поющим рыцарям, орфеям, которых я уже некоторое время тренировал.

— Что-ж, мои орфеи, сбор!

— Так точно!

После моей команды ко мне подошли трое парней, до этого обсуждавших что-то в углу.

— Отряд орфеев «Яйба» готов! Ждем приказаний! — отсалютовав, сказал высокий парень двадцати с чем-то лет с серебристо-белыми волосами.

Уроженец Вана и лидер группы «Яйба» (с японского «клинок»), Акс Штайнер. Приятное лицо сочеталось с поразительно холодными глазами, хотя именно его подчеркнуто официальная манера речи создавала серьезную атмосферу.

— Блин, наш лидер всегда такой чопорный. Да, Кукри? — беспечно отреагировал на слова Акса другой парень с полосатыми волосами.

— Думаю, это ты слишком расслаблен, Котецу, — ответил ему третий.

Легкомысленный и беззаботный на вид молодой зверочеловек-тигр, Котецу Бурай. Пылкий темперамент, волосы в желто-черную полоску, атлетичное телосложение, выдающиеся танцевальные навыки — все это выделяло его даже среди товарищей по группе.

Его собеседник, Кукри Кэрол, выглядел как парень в пред-переходном возрасте. Думаю, вы могли понять по его фамилии, что это родной старший брат одной из наших лорелей, Памиллы Кэрол. Будучи кобито, в группе он, очевидно, занимал место шоты, хотя технически был старше остальных[✱]Напомню, представители расы кобито выглядят как дети двенадцати-тринадцати лет даже в глубокой старости..

…Ух, что за жуткая раса.

Как бы то ни было, это были участники первой Айдол-группы Фридонии, «Яиба». Я предложил это название потому, что у всех имена звучали как названия холодного оружия[✱]Axe (анг.) — топор; котецу — меч из серии игр игр Final Fantasy (выглядел по-разному); кукри — нож с обратным изгибом клинка, как считается, родом из Непала (вероятнее всего, читатели могли видеть это оружие в игре Assassin’s Creed Syndicate).. В конце концов, я не мог позволить себе слишком долго раздумывать над названием.

Кстати, я подумывал включить в группу еще и Хэла, у которого тоже довольно «острое» имя (по английски Halbert — «алебарда»), но он решительно отказался. Как сказала Каэдэ: «Ему в детстве медведь на ухо наступил, знаете ли».

Впрочем, сейчас это все не столь важно, я хлопнул в ладоши, чтобы собраться.

— Я хочу, чтобы ваша группа приступила к репетиции сразу, как только все будет готово.

— Так точно! Вы уверены, что мы должны идти первыми? — спросил Штайнер.

— Нужно проверить, достаточно ли прочна сцена, — объяснил я. — В этот раз только в вашей группе есть несколько поющих и танцующих участников. Если сцена без проблем выдержит вас, у остальных тем более все будет хорошо.

— Да, сэр! Так точно!

Акс направился к только что завершенной сцене, как всегда невозмутимый и строгий. Двое его товарищей с улыбками последовали за ним.

— Господи, почему наш лидер всегда такой зажатый? — спросил Котецу.

— Наверное он на самом деле нервничает, да? — ответил Кукри. — Хотя думаю, его характер с этим тоже как-то связан.

— Эй, вы! — окликнул их кто-то, пока они медленно шли к сцене.

— Ой! — они аж подпрыгнули.

Нерешительно обернувшись, они увидели хмурую Маргариту в темно-красном платье. Этот цвет делал ее не только более эффектной, но в данный момент еще и более грозной.

Оглядев обоих с головы до ног, Маргарита громко продолжила:

— Ты — лицо и гордость Фридонии! Спину ровно! Соберись!

— Д-да-а!

— Выполнять! Живо!

— Т-так точно!

После ее слов они поспешили к сцене так же, как и Акс. Маргарита добралась до звания генерала в суровом патриархальном обществе Амидонии, в итоге привнеся свои методы и в зарождающуюся индустрию развлечений. Она была словно инструктор по строевой подготовке, перемалывающая новобранцев.

В этот момент Маргарита наконец заметила меня и поспешно поклонилась.

— Ч-что же, Ваше Величество, я позволила вам увидеть нечто весьма смущающее.

— О, я не против. Они — сильные личности, им будет полезно, если ты ими займешься. Кстати… Этот наряд — что-то с чем-то.

— О, да… Я ушла в небольшую самоволку из примерочной…

— Самоволку?

— Ха, вот ты где! Свалила с примерки? Нехорошо, Марго.

— П-принцесса?! — воскликнула Маргарита.

— «Марго»? — переспросил я.

Подбежав к нам, Ророа ловким и плавным движением обняла мою руку.

— Дорогой, я тоже не штаны просиживаю. Хвали меня, хвали, — она даже потерлась щекой о мою руку. Эти ее жесты как у милого маленького зверька… Хотя определенно она действовала очень расчетливо.

— Ты мне очень помогла. Спасибо, — сказал я, погладив ее по голове. Без ее финансовой помощи мы бы не смогли это организовать.

— Мр-хи-хи!

— Давай уже, Ророа! Тебя похвалили, довольна? Мы тут тоже работаем, так что и тебе пора, — строго сказала Лисия.

Схватив за загривок, как кошку, Лисия оттащила от меня шутливо мяукнувшую Ророа.

— Ладненько, у меня и правда нет лишнего времени, — прервала сама себя Ророа. — Марго, пошли, мы еще не закончили с костюмом.

— Костюм? Ты про это платье? — уточнил я.

— Мя-ха-ха-ха! Это будет сногсшибательно! Жду не дождусь увидеть!

— Принцесса! Я протестую! Избавьте меня от «этого»! — возмутилась Маргарита.

— Я уже обо всем договорилась, так что просто сдайся и прими это как данность! — ухмыльнулась Ророа.

— Не-е-ет! Хотя бы не восемнадцать метров!

С улыбкой настоящего безумного злодея Ророа потащила вяло сопротивляющуюся Маргариту прочь.

В нормальной ситуации Маргарита может напугать обычного мужчину до полусмерти, но при этом она ничего не может противопоставить Ророа, бывшей принцессе Амидонии. Я не совсем понимаю, как это работает.

— Стоп, что там за «восемнадцать метров»? — запоздало спросил я в пустоту.

— Подол платья, полагаю, — ответила только подошедшая Джуна.

После Яибы начнут свою репетицию лорелеи. Кстати, одета она была не в свой обычный «наряд для танца», а в милое голубое платье с блестками.

— Подожди, восемнадцатиметровое платье?

— Ророа говорила, что хочет сделать что-то сногсшибательное. Она хочет выпустить мадам Маргариту на сцену в платье грандиозной длинны, а еще я слышала, что это платье будет покрыто порошком из измельченного светящегося мха. Того, который в уличных фонарях используется. Это будет буквально «яркое и блистательное платье».

— Ну, это… Как-то чересчур.

Даже не знаю. Я практически вижу, как новогоднее представление с каждым годом будет все абсурднее и абсурднее.

Маргарита… Я думал о ней как о «Биг Боссе» индустрии развлечений, но похоже, с ней тоже все не просто[✱]Здесь насовсем понятная мне шутка, перевел как понял. Про Биг Босса: В серии игр Metal Gear Solid был персонаж с таким именем, и там все было весьма запутанно, то он союзник, то противник, то вообще главный герой… В английской версии говориться: «I had thought she was the big boss of the entertainment industry, but she was apparently the last boss», что как мне кажется имеет скрытый подтекст и игру слов. На связь с этими играми указывает следующее предложение..

«Что же делать? Я планировал, что Маргарита споет песню из “MGS3: Snake Eater”, но возможно стоит сменить ее на “Kaze to Issho ni”»[✱]Песня из MGS3 Snake Eater (японская версия): https://www.youtube.com/watch?v=8C9niRuUb5g Вторая песня из фильма «Покемон: Фильм первый», точнее «Mewtwo no Gyakushuu», в описании этого видео говориться, что не-японская версия фильма имела другую музыку: https://www.youtube.com/watch?v=MOi6_Km120Y.

Наконец я заметил еще одну девушку позади Джуны.

На вскидку ей было пятнадцать-шестнадцать, симпатичная, но не более того. Такая в прежнем мире вполне может оказаться вашей соседкой.

— Джуна, кто это?

— Позвольте представить Вам, Сир, это — Комари Корда. Она долго тренировалась на роль лорелеи, я собираюсь устроить ей дебют в этой песенной битве.

— Я-яа Комари Корда! Оч-чень рада па-познак-комиться! — выдохнула девушка, впечатляюще запинаясь через слово, а в конце низко поклонившись. Пока я старался улыбаться не слишком явно, Джуна продолжила объяснять:

— У ее голоса прекрасный потенциал, а в купе с ее целеустремленностью и энтузиазмом, думаю, вскоре она может преобразиться до неузнаваемости. Думаю, однажды она превзойдет меня.

— Что же, впечатляет…

— Ч-что Вы! Я никогда!.. Это слишком большая честь — предполагать, что я могу Вас превзойти, леди Джуна! — воскликнула Комари.

«О, понятно», — подумал я, видя как робко и неуклюже она ведет себя.

Вероятно, именно эта ее робость и делает ее привлекательной, вам просто подсознательно хочется ее поддержать, этого не было у практически совершенной Джуны. Верно, однажды эта девушка станет выдающейся лорелеей, и сможет возглавить мир песен нашего королевства.

С нетерпением жду, когда ее талант раскроется в полном объеме…

— О, мадам Джуна, мадам Комари, вот вы где, — сказал подошедший к нам действующий министр финансов Фридонии, Колберт.

С ним были еще две наши лорелеи, но по какой-то причине Нанна, зверочеловек с кошачьими ушками выглядывала из-за его плеча, а Памилла, девушка-кобито, держала его за рукав. Ох… Они словно отец и дочь.

— Кажется, они к тебе ужасно привязаны, Колберт…

— Это Вы спихнули их на меня, Ваше Величество…

Ну, не без этого. В дополнение к его обычным обязанностям как министра финансов, я поручил ему вести бухгалтерию проекта лорелея. Поскольку страна переживала беспрецедентный бум популярности лорелей, вокруг Джуны, Нанны и Памиллы вращалось гораздо больше денег, чем они могли бы использовать на благое дело. Даже если живущая в замке кандидатка на роль дополнительной королевы Джуна с этим и справиться, Нанна и Памилла все еще были обычными гражданами нашей страны, для них было просто опасно этим заниматься.

Вот поэтому я получил одаренному в области экономики Колберту управлять их финансами. Так же он должен был обеспечить их телохранителей (в основном это были девушки из национальных сил самообороны) и заниматься для них прочими вопросами. В каком-то смысле он похож на их менеджера.

В общем, я понимал, что он проводит рядом с ними много времени, но почему они к нему так привязаны? Я не преминул возможностью спросить это, и вот что услышал в ответ:

— Вкусности! Он балует меня! Я могу есть рыбу каждый день! — восторженно воскликнула Нанна.

— После деловых встреч мы часто вместе ужинаем, — добавила Памилла. — И во время поездок он обращается со мной не как с ребенком, а как с настоящей леди.

…Вот оно что, он завоевал их сердца едой, ха! Или подожди, в случае Памиллы…

— Колберт, ты же не собираешься ничего делать, пока они немного не подрастут, правда?

— Ничего я не собираюсь делать, ясно?!

— А я при всем желании не подрасту… — вздохнула Памилла.

«Экхм… Эм… Извини…».

— У вас же скоро репетиция, да? — поспешил я замять свою промашку.

— Верно. Мы пойдем сразу после Яибы, — ответила Джуна.

Посмотрев на сцену, я увидел зажигательное выступление трио Яиба. Они пели песню одной мужской группы из другого мира, вообще я был не очень знаком с модными веяниями в музыке, но эту песню я слышал в рекламе, и она прочно засела у меня в голове. Группа крутых парней от всего сердца поет крутые песни, думаю этого будет более, чем достаточно, чтобы покорить сердца многих дам.

— Внимание! Мы принесли обед! — громко сказала Серина.

— Чт-тобы не задерживать вас, мы решили подать рисовые шарики и бутерброды. Конечно, есть и булочки с лапшой, да.

— Старший брат, Старшая сестра, пора обедать! — позвала нас Томоэ.

Пока я наблюдал за Яибой, служанки под руководством Пончо, Серины и Томоэ принесли большие корзины с обедом. Когда обед был разложен на столах, все собрались вокруг них.

— О, выглядит неплохо. Можно нам немного? — сказал Хэл.

— Хэл, сначала вытри руки, знаешь ли, — одернула его Каэдэ.

— Карла, пожалуйста, приготовь чай для всех, — распоряжалась Серина.

— По-поняла, старшая горничная!

Пока люди вокруг оживленно разговаривали и обедали, я рассеянно смотрел вдаль.

— Надо же, как все закрутилось… — пробормотал я.

— Это точно. Кажется, мы только недавно начали искать людей, потом они сами к нам потянулись, и вот уже вокруг такая толпа, что не протолкнуться, — Лисия словно подслушала мою мысль. Я чувствовал себя немного неловко, но она лишь широко улыбнулась.

— Это радует, но в тоже время тревожит. Ведь теперь меня окружает гораздо больше людей, о которых я должен позаботиться.

— Да что ты говоришь, — Лисия подбоченилась левой рукой, направив указательный палец правой мне на нос и произнесла мистическим тоном. — Те, о ком ты хочешь позаботиться, тоже заботятся о твоем правлении. Так что… Позаботься о них, а они позаботятся о тебе.

— Вот как?

— Вот так.

— Хорошо… Ну, Лисия, я могу попросить тебя не долго заняться тут всем одной?

— Можешь, но… Ты куда-то собрался?

— Похоже, у меня появились еще кое-какие дела. Смотри, Хакуя идет. Пока. Я скоро вернусь.

— Конечно. Положись на меня.

Лисия проводила нас до выхода из зала, по коридору мы с Хакуей шли лишь вдвоем, не разговаривая.

Было около восьми часов вечера и за окном уже темнело. Вспомнив обстановку в большом зале я понял, что нам предстоит бессонная ночь…

Еще нужно будет убедиться, что артисты отправятся домой отдохнуть. Это будет прямой эфир, так что если они свалятся без сил… Это будет катастрофа.

За такими мыслями мы дошли до места назначения.

Перед дверями в одну из комнат замка Хакуя отступил в сторону, давая мне дорогу. Похоже, он решил подождать здесь. Я не запрещал ему входить, он сам решил остаться снаружи.

— Черные коты контролируют территорию, можете говорить столько, сколько потребуется, — сказал он, встав спиной к окну и скрестив руки на груди.

— Понятно, — кивнул я и вошел в тускло освещенную комнату.

В дрожащем свете свечей мое внимание впервую очередь привлекла кровать королевских размеров и залитая лунным светом трасса за ней. Те, с кем я должен был поговорить, пили чай за прозрачным столиком возле окна. Когда я подошел к ним, они поставили чашки и встали поприветствовать меня.

— Что-же, Сир Сома, прошло довольно много времени.

— Рада снова видеть Вас, Ваше Величество.

— Давно не виделись, сэр Альберт, леди Элисия.

Меня ждал разговор с родителями Лисии.

— Вот, пожалуйста.

— Спасибо.

Подав мне чашку чая, леди Элисия улыбнулась. Она была очень похожа на свою дочь, но сдержаннее, в ней ощущалось какое-то зрелое женское очарование. Будет ли Лисия однажды похожа на нее?

Я сидел за прозрачным столиком напротив сэра Альберта, закончив подавать чай, леди Элисия встала за его спиной. Похоже, она решила играть роль официантки.

…Если задуматься, я ведь почти не говорил с леди Элисией, да? Казалось бы, это моя будущая свекровь, но она всегда немногословна, всегда просто стоит рядом с сэром Альбертом с теплой улыбкой. Лисия тоже говорила, что она не часто говорит.

— Я рад, что ты сегодня пришел к нам, — вывел меня из размышлений сэр Альберт. — Также хочу поздравить с победой в войне с Амидонией и последующей аннексией княжества. Я передал корону всего полгода назад, и все же ты достиг столь многого. Не удивлюсь, если за достижения скоро люди будут называть тебя «Сома Великий».

— Нет… Это стало возможно лишь благодаря помощи Лисии и остальных, — я сделал глоток чая и посмотрел сэру Альберту в глаза. — Наконец-то мы можем поговорить.

— Прошу прощения, что заставил так долго ждать, — бывший король извинился и склонил голову.

Я не раз пытался с ним встретиться: в самом начале, когда пытался понять, что происходит; потом я хотел, чтобы он убедил трех герцогов сотрудничать; потом чтобы он вразумил Кастора отказаться от бунта. Даже когда я уже сам все понял, я хотел встретиться и услышать объяснение.

Но каждый раз я получал отказ.

По началу: «Это страна теперь принадлежит тебе, я не вправе вмешиваться».

Последнее время он отвечал иначе: «Я скоро раскрою тебе все. Пожалуйста, подожди».

Ничего более я не смог из него вытянуть.

Я не мог форсировать события, иначе не было никаких гарантий, что он расскажет всю правду, так что когда он начал говорить: «Я скоро раскрою тебе все» — я мог только ждать.

И вот этот день настал.

— Вы ведь мне все расскажите?

— Если ты этого хочешь.

— Думаю, пришло время Вам дать объяснения о некоторых событиях. И что Вы о них думаете.

Он сказал, что ответит на все вопросы, так что пойдем по списку.

— Есть три вопроса, на которые я хочу услышать ответ. Во-первых, почему Вы уступили мне престол? Меня только призвали в этот мир и Вы меня совсем не знали, но едва услышав мой план обогащения страны и укрепления армии — передали мне всю полноту власти. И отдали мне Лисию, как приятный бонус. Это помогло притворить этот план в жизнь… но само решение выглядело крайне странно. Почему Вы так легко отдали корону какому-то парню из другого мира, с которым только что впервые встретились?

Сэр Альберт молча слушал. Похоже, он ответит только после того, как я скажу все.

— Во-вторых, Георг. Наш бывший генерал сухопутных сил Георг Кармин пожертвовал жизнью, забрав с собой всех, кто мог стать моим врагом. Я встретился с ним лишь в самом конце, но очевидно, что он начал действовать задолго до этого. И даже до тех писем, в которых Лисия пыталась убедить его одуматься. Он отдал все ради меня и моего плана, но это было бы невозможно без безоговорочного доверия и верности.

Альберт продолжал хранить молчание.

— Мы с Георгом не были знакомы даже мельком, так что он не мог проникнуться ко мне этим чувством. Но кому же он тогда был верен? Вариант только один… Он был предан Вам, прежнему королю.

Я пытался подтвердить это предположение при последней встрече с Георгом, но он сказал лишь: «Уверен, когда придет время — он сам Вам все расскажет». Должно быть, он говорил о этом дне.

— И наконец: почему Вы отказывались встретиться со мной до сегодняшнего дня? Если Вы ждали, когда мы разберемся со срочными проблемами, Вы могли бы поговорить после победы над Амидонией или аннексии. Так почему было необходимо так долго ждать? Это мой третий вопрос.

— …Это все вопросы? — спросил Альберт.

— Более-менее. Услышав ответы на эти вопросы, я могу что-то уточнить.

— Понимаю, — кивнул Альбер и начал свой неторопливый рассказ. — Во-первых, кое-что связано со всеми тремя твоими вопросами.

— Кое-что?

— Прежде чем я перейду к этому, я отвечу на эти три вопроса. Мы должны решить. Решить, отвечать ли на этот вопрос. Мы думали, что возможно будет лучше ничего тебе не говорить…

Я молча слушал.

— Но мое сердце не настолько сильно, чтобы я мог запереть в нем свои прегрешения.

Прегрешения? Что он имеет в виду?

— Сэр Сома… Ты когда-нибудь хотел прожить свою жизнь заново? — задал мне Альберт неожиданный вопрос.

— …Постоянно, — ответил я, переполняясь подозрениями.

Многое произошло с тех пор, как я получил престол: стихийные бедствия, война… Я не мог не задаваться вопросом, не было ли другого пути? Лучшего решения? Мог ли я спасти больше жизней? Даже в отношении тех, с кем я сражался как с врагами и кого убивал — я не мог не думать, возможно, случись все иначе, мы смогли бы прийти к взаимопониманию? Хотя я и знал, что эти мысли ничего не изменят.

— Почему Вы спросили?

— Я расскажу тебе историю некоего мира, некой страны и некоего глупого короля.

◇ ◇ ◇

В одной стране жил-был король.

Он не был мудрецом, но не был он и глупцом. Он правил не плохо, но и не хорошо. Он был просто заурядным королем.

Будь мир стабилен, а страна процветающей, он был бы отличным королем без недостатков. Но мир погрузился в Хаос после появления демонов и монстров.

Огонь войны, возможно, еще не добрался до его страны, но голод губил народ, а экономика приближалась к краху. Заурядный король не мог найти выход из этой ситуации.

Однажды, могучая западная держава попросила их призвать героя, что, по легенде, могли сделать только они. Пусть они и называли это просьбой, отказать король не мог. Заурядный король выполнил церемонию призыва героя, как его и просили.

Неожиданно для всех церемония увенчалась успехом, перенеся молодого человека из другого мира. Теперь король мучился вопросом, отдавать ли юношу западной державе или нет, ведь им больше ничего не нужно от их страны.

Пока король думал, он решил поговорить с юношей, и услышал от него следующее: «Если Вы хотите сражаться с демонами, Вам нужно обогатить страну и укрепить армию».

Звучит знакомо…

Впрочем, дальнейшие события отличались от того, что знал я.

Услышав слова юноши, король почувствовал, что у него есть талант, которого он сам был лишен и назначил его на пост премьер-министра. Юноша оправдал его надежды и трудился, проводя разные реформы, благодаря чему страна начала справляться с продовольственной и экономической проблемами.

Но нашлись те, кому юноша мешал. Дворяне этой страны, особенно те, о ком ходили не лучшие слухи.

Они были недовольны тем, что юноша, о котором они ничего не знали, стал премьер-министром, но особенно их рассердили продвигаемые им реформы. Чтобы найти столь необходимые стране деньги он решительно боролся с коррупцией и продвигал реформы, которые уменьшили бы влияние дворян. Они много раз приходили к королю и пытались его убедить, что юноша погубит страну и его необходимо лишить власти.

Но у юноши был союзник — рассудительный и порядочный генерал этой страны оценил его талант и стал его покровителем. Но дворян это не беспокоило, и они продолжали свою клевету.

Слушая клевету изо дня в день, король невольно начал сомневаться.

Да, юноша одарен, но он завел слишком много врагов. Если ничего не сделать, это расколет страну.

С такой мыслью король принял роковое решение. Юноша был снят с поста премьер-министра.

Король сожалел о потере талантливого человека, но сделал это, чтобы сохранить страну. Кроме того, это спасло бы жизнь юноши, потому король не возражал, когда юноша отправился в замок к генералу.

Именно так убеждал себя король.

Но на этом история не закончилась.

Дворяне оказались настойчивее, чем король ожидал. Нет, даже не так: всем было понятно, что они не оставят юношу в покое. В тот же год соседняя страна, давний враг страны короля, начала собирать войска на границе. Генерал поднял свои силы, чтобы перехватить их.

Вот тогда-то это и случилось.

Как будто только этого и дожидаясь, дворяне подняли свои войска и атаковали город с замком генерала. Время было подобранно идеально, не вызывало сомнений, что они сотрудничали с соседней страной.

Земли генерала прежде принадлежали той другой стране, так что они их прекрасно знали. Да и сама соседняя страна была рада устранить юношу, который однажды может стать для них серьезной угрозой.

Город был хорошо укреплен, но почти все войска отправились защищать границу. В гарнизоне осталось менее пяти сотен человек, войска же дворян насчитывали более десяти тысяч.

Генерал в это время был в городе и руководил отчаянной обороной, но… С таким численным перевесом даже чудо не помогло бы, и он был повержен.

Город полыхал, а юноша сгинул среди пепла и пламени. Все это произошло в течении нескольких дней, и король уже ничего не мог сделать.

Лишившись генерала, его войска не смогли удержать границу и с поражением отступили, а войска соседней страны объединились с дворянами и продолжили свой путь к столице.

Король спешно начал собирать войска для защиты города, но…

Солдаты сухопутных сил знали, что юноша и их генерал погибли из-за действий короля. Они восстали и решили вернуться и защищать свои земли. Две другие части вооруженных сил страны тоже не могли помочь: воздушные войска были малочисленны, а флот мало что мог сделать вдали от моря, кроме того, они так же должны были защищать свои земли.

Последней надеждой было набрать ополчение из простого народа, но даже у него не получилось. Реформы юноши возмущали дворян, но для простых людей он был спасителем, пришедшим к ним в трудный час, так что они не торопились защищать короля, так легко от него отказавшегося.

В конце концов как и юноша незадолго до этого, король был окружен врагами, безнадежно превосходящими его числом. И ему тоже не долго осталось.

Что же… Что посеешь, то и пожнешь. Он сам навлек на себя эту беду, когда поверил сладким речам тех, кто на самом деле был его врагами и отказался от тех, кто действительно желал этой стране процветания.

◇ ◇ ◇

Услышав эту историю я не знал, что сказать.

Он говорил о альтернативных событиях. Когда меня только вызвали в этот мир я не знал, чего на самом деле хочет Империя и не хотел попасть к ним, пока все не выясню. Рассказав королю о своем плане, я собирался воплощать его в жизнь как один из многих чиновников этой страны, я не сомневался, что найду денег для военных выплат Империи, а после спокойно разберусь в происходящем. Однако сэр Альберт уступил мне престол, и я оказался у руля этой страны.

Но что было бы, если бы он этого не сделал?

Будь я не королем, а премьер-министром… Все могло сложиться именно так, как описал сэр Альберт. Описанный им мир дал мне достаточно поводов для размышления, а многие детали заставляли усомниться, что это лишь выдумка.

Если он спланировал все это с самого начала, то это довольно точную симуляция. Но это странно. Немного невежливо так говорить, но я не думаю, что сэр Альберт настолько прозорлив, чтобы так точно спланировать возможные события.

— Вы говорите это так, словно сами все видели.

— Потому что я действительно это видел. Хотя не сам, мне это показали.

— Вам это показали?

— Верно. У моей супруги есть удивительная способность.

Способность леди Элисии? Я невольно взглянул на нее, она ответила широкой улыбкой.

— Ты знаешь, что моя супруга может использовать магию тьмы, как и ты?

— Да, я слышал об этом. Хотя Лисия, похоже, не знала подробностей.

— Это известно лишь немногим избранным, прошу сохранить это в тайне. Особая способность моей супруги позволяет переносить воспоминание в прошлое.

И сэр Альберт продолжил свой рассказ.

◇ ◇ ◇

Потерявшему все королю оставалось лишь сожалеть.

Почему он прогнал юношу?

Почему не ценил его?

Не поверь он в ложь дворян, доверься он юноше и генералу, позволь ему и дальше реформировать страну, он не оказался бы в таком положении.

Будь у него гнилая душа, он бы кричал «Это все из-за него!», или «Не будь его — этого бы никогда не случилось!», отмахиваясь от ответственности. Но нет, этот король, возможно, был глуп и слаб, но он также был добр, и такие мысли не появлялись в его голове.

Он винил лишь себя за то, что не ценил юношу.

Если бы юноша был королем, что бы он сделал?..

Несомненно, он бы правил страной гораздо лучше.

И тогда бы… Его дочь…

Король был в отчаянии и королева поняла, что больше не может надеяться на него.

— Ты потерпел поражение. Наша судьба решена. Но мы еще можем использовать мою способность и рассказать «нам» прошлым об этом, — сказала она.

Королева обладала удивительной способность. Она могла отправить воспоминания человека ему в прошлом.

Для человека в прошлом это выглядело бы так, словно он действительно пережил эти воспоминания, словно само время повернулось вспять. Именно эта способность когда-то позволила королеве пережить кровавую войну за престолонаследие (точнее, она много раз возвращала свои воспоминания за мгновенье до смерти, а затем избегала опасности).

Рассказав ему об этом, королева извинилась, потому что использовала эти знания даже для выбора супруга.

Не важно, был ли это отважный воин или мудрец — королевство было обречено. Вторжение внешнего врага, орды чудовищ, заговор дворян — причины были разными, но столица всегда оказывалась охвачена пламенем.

Этот король, которого люди тогда считали просто заурядным провинциалом, хоть и не мог привести страну к новым высотам, но хотя бы мог продлить ей жизнь. Похоже, лишь с ним королева дожила до того дня, когда у нее родился ребенок.

— Даже с этой силой мы не сможем изменить наше настоящее, — объясняла королева. — Но мы хотя бы сможем попытаться привести нас в прошлом к будущему, отличному от этого. Дорогой… Если нашим жизням все равно суждено прерваться здесь, не лучше ли попробовать создать такое будущее?

Узнав о том, что это возможно, король принял решение. Он решил, что отправит прежнему себе весть о своем провале и велит передать престол юноше.

Возможно, он пытался успокоить себя, но он думал об этом как об искуплении за то, к чему в итоги привел его провал.

Король и королева перенесли свои воспоминания в прошлое, как раз в тот момент, когда они впервые слушали предложение юноши об обогащении страны и укреплении армии.

◇ ◇ ◇

— Проще говоря, эти воспоминания оказались в моей голове, — закончил Альберт.

Я пребывал в замешательстве. Это изменение прошлого?.. Нет, прыжок во времени?

По его словам, это магия тьмы, но она действительно позволяет такое делать? О, но ведь переносятся только воспоминания, не сознание.

Хотя все равно это должно создать временной парадокс, потому что в момент получения «будущих» воспоминаний реальность изменялась и события развивались бы иначе.

Тогда возможно ли, что способность Элисии позволяет ей влиять на альтернативную землю в другом пространстве, просто очень похожую на ее изначальную? Тогда это не «Машина для ремонта жизни», а скорее «Телефонная будка “Что, если”», так получается? Или, если не приводить примеры из Дораэмона, способность Элисии отправляет воспоминания не человеку в прошлом, а человеку в другом измерении?

Хотя даже заговори я об этом — сомневаюсь, что они поймут. Вряд ли они знают концепцию других измерений, да и я сам тоже в этом не очень хорош.

«Господи, почему это не может быть простой мир меча и магии?!»

Пока я терялся в догадках, сэр Альберт отпил чая и вздохнул.

— Честно говоря… Другому мне было тяжело решиться послать эти воспоминания, но получить их было не легче. Я словно прожил жизнь, в которой сначала сделал тебя премьер-министром, выставил себя полным дураком, а потом просто повернул время вспять. И если бы не объяснение Элисии с той стороны, я бы действительно поверил, что время пошло вспять. Пусть я сам ничего не сделал, я все же чувствовал вину перед тобой. Я приношу извинения от имени будущего меня. Мне ужасно жаль, — с этими словами сэр Альберт низко склонил голову.

— Нет, извинения ни к чему… В смысле, я же ничего этого не помню…

— Понимаю… Но это важно для моего спокойствия. Я должен. Пожалуйста, извини.

— …Ну, раз уж на то пошло…

Если он так хочет извиниться, то лучше всего просто позволить ему это. Происходящее выходило за рамки моего понимания, я не мог и представить, что он чувствует.

Сэр Альберт продолжил, глядя мне в глаза.

— Таким образом, чтобы избежать будущего из моих воспоминаний, я уступил тебе престол. Думаю, я ответил на первый вопрос.

— …В самом деле.

На вопрос «Почему Вы так легко отдали корону какому-то парню из другого мира, с которым только что впервые встретились?», был дан ответ: «На самом деле, мы встретились не первый раз» (хотя не совсем).

Это же был ответ на третий вопрос «Почему Вы отказывались встретиться со мной до сегодняшнего дня?» — вероятно он не был уверен, стоит ли раскрывать мне существование этой способности. Возможно он хотел убедиться, что мы достигнем иного будущего, чем в прошлом мире.

Оставался второй вопрос о верности Георга…

— Только не говорите, что рассказали ему обо всем!

— Я слаб… Я не мог нести это бремя в одиночку, — сэр Альберт перевел взгляд на окно. С такой погодой скоро может пойти снег. — Я не думал, что сам смогу создать иное будущее, так что рассказал обо всем единственному человеку, которому могу доверять, Георгу Кармину. Я попросил его о помощи, и он предложил план по уничтожению коррумпированных дворян, которые в будущем станут твоими врагами. К сожалению, из-за наших скрытых действий Кастор начал относиться к тебе с подозрением, а мы уже не могли раскрыть ему этот план, не насторожив дворян. Я прошу прощения за те волнения, что ты был вынужден пережить.

Вот значит… с чего началось это представление с изменой Георга. Он действительно решил одним махом забрать с собой в могилу всех моих противников. По иронии судьбы его план совпал с планом усмирения Амидонии, созданным мной и Хакуей, а еще был план Ророа… Все вместе привело к абсолютно неожиданному грандиозному представлению за авторством нескольких сценаристов.

Те, кто хотел заставить других танцевать под их музыку, в итоге танцевали под еще чью-то музыку. И хотя мы думали, что прокладываем собственный путь, на самом деле мы шли по заранее кем-то для нас установленным рельсам.

— Просто нет слов… Моя уверенность в себе стремительно рушиться…

— В этом нет необходимости. Тебе ведь удалось достичь иного будущего, не так ли? Ты спас Эльфриден от краха, аннексировал Амидонию и объединил их в Королевство Фридонию. Со всей ответственностью заявляю: я не ошибся, отдав тебе престол.

— Это приятно слышать и все такое… Но когда Вы поняли, что будущее начало изменяться?

— Без сомнений почти сразу. В этот раз с самого начала Лисия была рядом с тобой.

— Лисия?

Да, Лисия поддерживала меня с первой встречи, но почему ее имя сейчас всплыло?

— В будущем, в котором я сделал тебя премьер-министром, Лисия тоже была рядом с тобой, — грустно сказал сэр Альберт. — Она была помощником Георга, через него вы и познакомились. Как и в этот раз, она поняла твой талант и влюбилась в тебя. Когда я отстранил тебя от должности она пришла и прямо требовала восстановить тебя, однако… Я не прислушался к ее увещеваниям. Разочарованная, она вернулась в Рендел, к тебе. В замок Рендел, вскоре сожженный дотла мятежными дворянами. Уверен, в последние мгновенья… она была рядом с тобой…

Лисия… Погибла рядом со мной, да? Если подумать, ранее он говорил, что король того мира «потерял все», так значит это касалось даже его дочери.

— А что на счет других моих соратников, которых я завербовал?

— Их не было. Я прислушался к ценившим традиции консерваторам и не позволял тебе использовать вещательную сеть, так что ты не организовал тот масштабный набор талантов и всего остального, что ты сейчас делаешь с ее помощью.

Работать без вещательной сети, да?.. Это было бы трудно. Если задуматься, именно с ее помощью я нашел большую часть своих соратников. Ко мне не пришли бы Аиша, Хакуя, Томоэ и Пончо, Эксель не отправила бы ко мне Джуну и позже я вряд ли встретил бы Хэла и Каэдэ.

Можно сказать, тот поиск талантов стал поворотным моментом в наших жизнях.

И самая главная, пусть и не очевидная, роль в этом была у Лисии. Без ее поддержки меня бы не признали как короля, без нее я не смог бы заткнуть тех, кто был против такого использования вещательной сети. Если так подумать…

— Проклятье, Лисия практически моя богиня победы.

— И я рассчитываю, что ты о ней позаботишься, — кивнул сэр Альберт.

— Конечно.

Моя богиня победы никогда не покидала меня, какой бы тяжелой н была ситуация. Если я не буду ей дорожить, вероятно, карма настигнет меня.

— Ну что-же, я рассказал все, что знаю. Я сыграл свою роль до конца, дальнейшее… оставляю вам, — сказал сэр Альберт, встав со стула и обняв за плечи леди Элисию. — Думаю, мы покинем замок и будем спокойно жить в моих владениях в горах.

— Что?! — удивленно выдохнул я.

— Если прежний король будет слишком долго оставаться рядом, люди могут начать думать что-то нехорошее. Я убедился, что будущее изменилось и могу уйти на покой. Я так решил с самого начала.

Сейчас у него было выражение лица не неуверенного в себе короля, но заботливого отца, присматривающего за детьми. Этот взгляд… Он смотрит так на меня?

— Похоже, Вы уже все решили, — медленно произнес я.

— Я могу доверить тебе Лисию и эту страну. Мы с Элисией в это верим. Позаботься о них, сын мой.

— «Сын»… — пробормотал я, затем тоже встал прямо и ударил себя кулаком в грудь. — Даю слово. Отец, мама, спасибо вам за все.

Я низко поклонился. Сэр Альберт кивнул, леди Элисия снова улыбалась. Поклонившись еще раз, я собирался уходить… Но перед дверью остановился.

— Хочу спросить еще кое-что.

— Что же?

— В мире, в котором я был премьер-министром, после падения Рендела нашили наши с Лисией тела?

— Нет… Как я и говорил, город сожгли дотла. Ничего не осталось.

Ясно, значит они не нашли тел, да? Тогда…

— В таком случае мы с Лисией могли выжить, — улыбнулся я.

— Что?! — удивленно распахнул глаза сэр Альберт.

— Один я мог бы умереть, но с Лисией? Если я из той реальности испытывает к ней те же чувства, что и я, он бы никогда не позволил ей умереть. Когда над ними нависла опасность, уверен, он бы взял Лисию и бежал, и плевать, что скажут люди. За городом их могли бы перехватить вражеские солдаты, но тогда остались бы тела, а раз их не было, я уверен, они смогли сбежать.

Возможно, Георг использовал себя как приманку, чтобы выиграть им время. Хотя это на уровне теории выжившего Ёсицунэ, но какая разница, если это поможет хоть немного унять чувство вины моего тестя[✱]Минамото-но Ёсицунэ: идеальный самурай, ставший джедаем https://diletant.media/articles/45268482/?

Снова потянувшись к двери я услышал за спиной негромкий голос:

— Спасибо, зять…

◇ ◇ ◇

— Что ты здесь делаешь? — спросила Лисия, подходя ко мне с пледом в руках.

— Я удивлен, что ты меня нашла, — я стоял на террасе правительственного кабинета и смотрел на ночной город.

— Хакуя сказал мне, где тебя искать. Ты в курсе, там все в мыле, работают над новогодним шоу.

— Извини… Позволь мне побыть тут еще немного.

— Боже… Хоть накинь что-нибудь, — сказала Лисия, укрыв меня пледом, тоже быстро нырнув под него. Тепло ее тела создало атмосферу уюта. — Фух… Сейчас по ночам очень холодно.

— Ну, зима все-таки.

— Ах! Снег пошел!

— Ого, и правда.

Вокруг нас медленно падали снежинки, а в небе еще можно было увидеть луну.

Огни ночного города и снег в лунную ночь. Сказочная атмосфера.

— Красиво, — пробормотала Лисия.

«Лисия практически моя богиня победы». — вспомнил я свои недавние слова.

Взглянув на лицо завороженно глядящей на пейзаж Лисии я понял, что больше не могу топтаться на месте. Я решительно выбрался из одеяла и обнял ее вместе с пледом.

— Ах? Сома?! — удивленно воскликнула Лисия.

Я ничему не позволю помешать мне обнять ее еще крепче.

— …На самом деле… — из-за холодной погоды я выдыхал пар, но мое лицо и тело словно горело. Кажется, я даже чувствовал слезы. — На самом деле, я должен сказать тебе кое-что… Сказать тебе кое-что, до Аиши, Джуны и Ророа…

Лисия удивленно молчала.

— Лисия… Я тебя люблю. Пожалуйста, выходи за меня, — сказал я ошеломленной Лисии.

— …Долго же ты заставил меня ждать, — она застенчиво улыбнулась, от чего у меня мурашки по всему телу пробежали. Слегка отодвинувшись, она положила руки мне на грудь и встала на цыпочки. Пока плед мягко соскальзывал на пол, ее лицо приблизилось к моему. — Я тоже тебя люблю, Сома. Надеюсь, мы будем вместе всегда…

Наши губы встретились.

Часы пробили полночь, наступил 32-й день двенадцатого месяца по континентальному календарю, канун нового года.

Мы стояли на террасе, слушая приближающиеся шаги нового года.

Всем купившим четвертый том «Хроник», большое вам спасибо. Это Доджемару, только на днях обновивший текстовый редактор Ichitaro до новейшей версии. Спасибо за все, версия 2016…

На это послесловие, точнее среднесловие, мне выделили три страницы. Этот том знаменует окончание первой части «Хроник», мне многое хочется сказать, для чего я и выделил дополнительное место.

С точки зрения истории этот том завершает 1556 год к.к., год, в котором был призван Сома. Возможно для меня странно такое говорить, но композиция этой истории довольно странная. Первый том посвящен внутренней политике, второй — войне, третий — послевоенным процесса, четвертый — продолжение этих процессов и решение оставшихся проблем.

Думаю, когда я изложил все таким образом вы понимаете, что тома 1-4 образуют одну общую большую историю. Как веб-новелла.

В целом каждый том посвящен одной из четырех стадий ки-шо-тен-кецу (введение — развитие — поворот — заключение), поэтому события часто «перескакивают» между томами, например намерения трех герцогов становятся очевидны во втором томе, намерения Империи в третьем, а причина передачи трона Соме в самом начале истории и вовсе в четвертом. Это может довести рецензентов до слез, не так ли? Полагаю, в этой ситуации сложно оценить каждый том по отдельности.

Десять лет я посылал свои работы на конкурсы молодых талантов и не разу не выиграл. Но я уверен, отправь я это произведение на такой конкурс, оно бы не прошло дальше отбора, ведь один том был бы просто незавершенной историей, а все четыре не прошли бы из-за ограничения на количество слов, и никто бы не стал вдаваться в детали. На самом деле я сам удивлен, что кто-то решился это печатать.

Думаю, эта новелла ушла в печать именно благодаря тому, что она началась как веб-новелла.

Я мог писать все, что хотел, не беспокоясь о количестве слов, а читатели были готовы читать длинные тексты. Именно благодаря этой среде история нашла своих поклонников и в итоге ее заметил издатель. Люди часто говорят о важности рекламы и рейтингов на конкурсах, но думаю это показывает истинную ценность выпуска как веб-новеллы.

Я безмерно благодарен прежнему дому этой новеллы в интернете и ее читателям, а также тем, кто следит за продолжением истории на Pixiv. Большое вам всем спасибо.

Далее, поскольку новелла достигла определенного переломного момента, я немного расскажу о ней. Для меня этот том был сродни подведению черты под этой частью истории. То есть, даже если на этом все закончится, я по крайней мере могу показать что-то законченное. Это переломный момент еще и потому, что именно в этом месте истории название веб-новеллы было изменено с «Хроники восстановления королевства реалистом» на «Хроники перестройки королевства реалистом». И похоже я все же не закончу на этом томе, что не может не радовать.

Кстати, мне сказали, что изменение названия после нескольких томов вызовет ненужную путаницу, так что по плану следующий том будет называться «Хроники восстановления королевства реалистом. Том 5».

…Хотя восстановление уже практически закончено, если что.

Впрочем, есть много существующих долгие годы программ, чье название давно не отвечает реальному содержанию, не так ли? Как, например, некое шоу, в котором в котором почти никогда не говорят правду, но в названии которого все еще написано «кабинет консультаций» («Consultation Office») или то шоу, прославившееся на весь мир своими викторинами, а затем переставшее их проводить, но все еще оставившее в названии букву «Q» (англ. «quizzes»). Вот и я буду продолжать писать «Хроники восстановления королевства реалистом», хотя королевство уже восстановлено.

Кстати, если вам интересно почему у нас на этот раз «среднесловие», потому что после него будет еще одна короткая история. Те, кто следит за мной со времен веб-новеллы могут ее узнать. Эта короткая история происходит после окончания событий четвертого тома, в канун нового года, она была опубликована не как часть основной истории, а через быстрые обновления. Именно тогда я объявил, что история обзаведется печатной версией.

Мне нравиться мягкое тепло этой истории и я хотел добавить его в основной сюжет, но после финальной главы она выглядит лишней, так что я решил подвести черту этим среднесловием, а ту историю добавить в качестве своего рода бонуса.

Надеюсь, вам понравиться.

В завершении, как обычно, благодарю Фуююки (Fuyuyuki) за иллюстрации; моего бывшего редактора, которого я поздравляю с повышением до помощника главного редактора; моего нового редактора, который впредь будет за мной присматривать, дизайнеров, корректоров и всех, кто сейчас держит эту книгу в руках.

С вами был Доджемару (Dojyomaru).

Немного за 23.00, 32-й день двенадцатого месяца 1547 года по континентальному календарю, комната Сомы.

Спонтанный «Первый новогодний фестиваль песни Фридонии “Кохаку”» закончился в 19.00, всего через три часа после начала, во многом потому, что проводили мы подобное впервые и нам очень не хватало исполнителей.

Прибравшись, мы впятером, Лисия, Аиша, Джуна, Ророа и я, отдыхали за котацу. Накануне мы не спали почти целую ночь (ну, может пару часов вздремнули), так что все ожидаемо устали.

Это новогоднее мероприятие было очень похоже на то, что происходило в моем прежнем мире.

Вот бы еще у меня была тошикоси соба, традиционное новогоднее блюдо, было бы просто идеально… но мы не успели приготовить собу, так что довольствовались только якисобой с соусом. Новогодняя якисоба с соусом… даже звучит странно.

— Эак шоо эо? — спросила Аиша с отсутствующим видом, не отрываясь от тарелки якисобы с соусом. — М-м-м, очень вкусно.

Последние два дня она только и делала, что таскала тяжести, но по какой-то причине она все еще была полна энергии.

— Конечно, а ты как думала, Аиша? — спросил я.

— Аиша, у тебя соус на лице, между прочим, — заметила Джуна.

— М-м-н, большое спасибо, мадам Джуна, — сказала Аиша, пока Джуна салфеткой вытирала с ее лица соус.

Было приятно видеть, что кандидаты в королевы хорошо ладят, но почему-то сейчас они выглядели как воспитатель и его подопечный.

— Старшая сестрица Сия, я тоже так хочу, — понаблюдав некоторое время за этими двумя, сказала Лисии Ророа.

— С чего вдруг? Ты ведь и сама можешь вытереть себе губы.

— Ой, да что с тобой! Эт-ж твоя очаровашка младшая сестренка просит! Ох, у меня всегда был только старшый брат, а я так хотела старшую сестрицу! Так что давай, вытри-вытри, старшая сестрица!

— Боже… Я ведь была единственным ребенком, откуда мне знать, как обращаться с младшей сестрой? — Впрочем, несмотря на жалобы Лисия уже вытирала каплю соуса с лица Ророа. У нее отлично получалось заботиться о других, хотя сейчас она была больше похожа на заботливую мать, а не на старшую сестру.

— Хорошо-хорошо, должно аж блестеть!

— Хочешь сказать, блестеть как зеркало?

— Если так, старшая сестрица Сиа, то мое лицо сейчас — отражение твоего!

— Эй, не гримасничай, говоря такое, — Лисия слегка шлепнула кривляющуюся Ророа по голове. Постепенно это превратилось в комедийную сценку-манзай «повседневность двух сестер».

Наслаждаясь непринужденной атмосферой, я отпил чая и вздохнул.

— Давно не чувствовал себя так спокойно…

— В самом деле, — смотря куда-то вдаль согласилась Лисия с моей невольно вырвавшейся мыслью. — После твоего появления дни и даже месяцы пролетали как мгновенье в каком-то безумном темпе… Мы достигли многого, но это была та еще дикая скачка.

Э? Звучит, как будто я во всем виноват.

— Се-серьезно? А мне кажется, мы то здесь, то там могли притормозить и перевести дух.

— Смотрите кто заговорил! Может спросить остальных, что они об этом думают?

Я повернулся к Аише и Джуне, но они быстро отвели глаза.

Ладно… Видимо, она права.

— Да-да, определенно было хлопотно, — авторитетно поддакнула Ророа.

— Вот как? Ты же присоединилась только на половине пути? — парировала Лисия.

— Да ладно, старшая сестрица Сия, эти парочка месяцев, что я была рядом с тобой и дорогим — определенно были богаче на события, чем все прожитые годы в Амидонии. Это было действительно суматошно, хотя и весьма результативно, врать не буду.

— Ох, а ведь я чувствую тоже, — согласилась Джуна. — Полгода назад я была простой лорелеей в песенном кафе, как самая обыкновенная девушка.

— Подожди-подожди, Джуна, не надо тут сказки рассказывать. Много ты знаешь «самых обыкновенных девушек в песенном кафе», по-совместительству внучек адмирала и командиров отряда морской пехоты?

— Подловил, — ответила Джуна, ехидно показав язык.

Весьма очаровательно.

— Уверенна, следующий год будет не менее напряжённым, — вздохнула Лисия.

— Верно. В следующем году будет церемония коронации Его Величества, — согласилась Аиша.

Как и сказала Аиша, в следующем году мы планируем наконец провести церемонию коронации. Я получил титул короля, но еще не был коронован, это словно я был королем, но ни разу не надевал на голову корону. По-хорошему, это нужно было как можно быстрее исправить, но, что-же, планы на то и планы, чтобы их постоянно откладывать.

— Не только это, — покачала головой Лисия. — Ты не забыла? Одновременно с коронацией будет свадебная церемония.

Верно. Проведение нескольких крупных церемоний в разное время будет слишком большим бременем для наших финансов, так что коронация и свадьба с Лисией и остальными девушками пройдут в один день.

Кроме того, два этих торжественных события превратились в одно, несомненно, более масштабное, так что мы с Ророа, большой любительницей хороших праздников, собирались получить от этого максимум. Хотя, конечно, планирование еще находилось на весьма ранней стадии.

«Но… Свадьба, да?..»

— Все же… Вериться с трудом, — пробормотал я.

— Что? — переспросила Лисия. — Прошлой ночью ты… Эм…

— «Прошлой ночью»? Что было прошлой ночью? — тут же заинтересовалась Ророа.

— Ни-ничего такого, ясно? — быстро ушла от ответа Лисия.

Уверен, она вспомнила о моем предложении, но смутилась говорить об этом в присутствии Ророа и остальных. Я тоже чувствовал себя неловко и был счастлив сохранить этот наш маленький секрет.

— Ты… Не хочешь брать нас в жены, Сома? — спросила Лисия, глядя мне в глаза. Ее голос был спокоен, но в глазах читалась неуверенность.

Этот взгляд… Это просто не честно.

— Разумеется хочу, ты же знаешь. Просто в моем родном мире мужчине в двадцать еще рано жениться. Большинство в этом возрасте еще студенты.

— Вот как? Ну, у нас девушкам разрешено вступать в брак с пятнадцати. Хотя у некоторых рас иначе, да, Аиша?

— Верно. Темные эльфы живут долго, так что и взрослыми мы становимся позже. Хотя при этом нам достаточно трудно завести детей.

Ох… Ну, если бы долгоживущие расы могли штамповать детей как кролики, одного за другим, мы бы в мгновение ока столкнулись с проблемой перенаселения. На земле тоже зачастую у долгоживущих существ довольно небыстрый процесс размножения, так что законы природы этого мира в этой области без изменений.

— Н-но я уверена, что смогу родить хотя-бы одного еще при Вашей жизни, Сир! Я буду усердно работать над этим! — добавила Аиша, решительно сжимая кулак.

— Нет, я не уверен, что в таком стоит так страстно признаваться… — пробормотал я.

— Ты тоже постарайся, Сома, — поддразнила меня Лисия, подмигнув. — Со всеми нами, хорошо?

— Ух… Я… Я постараюсь.

Дон! Дон!

Мы услышали отдаленный звон полночного колокола, сообщающий о начале нового года. При этих звуках я сел ровно и поклонился всем четырем.

— Лисия, Аиша, Джуна, Ророа. С Новым годом!

— Это что-то значит, Сома? Почему так официально? — удивилась Лисия.

— Такая традиция есть в мире, откуда я пришел. Разве вы здесь так не делаете?

— Нет, не делаем, — ответила Джуна. — Самое большое, это произнести тост «За новый год!». Уверена, сейчас внизу на рынке люди уже собрались вокруг большого костра, а лоточники открыли свои палатки. Все пьют, поют и веселятся именно с таким тостом.

Как на новогоднем празднике, да? Ну, звучит интересно.

— Может быть, в следующем году мы сможем оставить фестиваль «Кохаку» на кого-нибудь другого и сможем присоединиться к празднику.

— Звучит заманчиво, — согласилась Ророа. — Как думаешь, если я поставлю палатку с якисобой с соусом, будет продаваться?

— Боже, Ророа, как всегда, ты сразу начала думать о деньгах, — вздохнула Лисия. — Но… Может быть, было бы интересно.

Остальные тоже пришли в восторг от этой идеи, так что позже мне, возможно, стоит это обдумать. Будет немного проблемно организовать охрану, но не считая меня и Ророа, остальные могут за себя постоять, так что я чувствовал, что из этого что-то могло бы получиться.

— Новый год, да?.. — пробормотал я, уперевшись в стол руками и прикрыв глаза. — Интересно, каким он будет?..

— Он будет хорошим, — подняв глаза, я увидел ласковую улыбку Лисии. — Что бы нас ни ждало, вместе мы справимся. Ты однажды сказал, что защитишь свою семью, и что бы ни случилось, мы тоже защитим ее. — Лисия на секунду замолчала. — И когда я говорю «семья», я имею в виду и тебя, Сома.

Аиша, Джуна и Ророа согласно кивали.

— Понятно… Спасибо. Теперь я не сомневаюсь.

«Это будет хороший год».

Приветствую читателей, с вами iNikolai.

Вот и закончился четвертый том, а вместе с ним и первая «арка» этой истории, как принято говорить в веб-новеллах. Спасибо что прочитали, надеюсь, Вам было интересно.

Раз уж автор в своем послесловии отправился в дебри предистории, я тоже хочу.

Кажется я этого еще не писал, но для меня это первая подобная работа. Случайно наткнувшись на эту историю на одном сайте (Rulate), я решил, что это будет что-то весьма необычное, прочитав на этом сайте (novel.tl) первый том я понял, что мне определенно нравиться эта история. Да, я нашел ее на рулейте, потому что там много разных переводов, но я не отрицаю, что среди них крайне мало хороших и гораздо приятнее читать здесь. А еще здесь лучше книги в fb2/epub конвертированы…

Так вот, я был крайне удивлен, что был переведен только один том и пара глав второго. В очередной раз разочаровавшись в жизни я все же не бросил на середине, как это обычно происходит, а решил совместить приятное с полезным и заодно подкачать свой скил английского (который, мягко говоря, не очень высок), купил книгу в Kindle и как-то втянулся. А потом появилось желание сделать хорошо другим людям и… Вот, уже три тома перевел. Надеюсь, есть некоторое улучшение текста, так как уверен, в раннем переводе с этим было не все хорошо.

К чему это я? Я с самого начала решил, что не буду бороться за стопроцентно точный перевод каждого слова (что-то такое было написано в «Методичке начинающему переводчику» с этого сайта), но к этому тому я достиг некоторого уровня просветления. Это касается изменения текста.

В этом томе я начал немного смелее изменять текст по сравнению с оригиналом. Эти случаи можно разделить на три категории:

Во-первых, изменение некоторых фраз из-за разницы в языке. Даже в прошлых томах встречались места «непереводимого фольклора», которые приходилось заменять на отсебятину, особенно большой привет хочется передать Ророа. Сначала я планировал перевести ее речь с «одесским акцентом», но у меня таки ничего не получилось, так что я решил ну мучать вас и себя клишированными диалогами и в итоге ее речь стала просто немного игривой.

Во-вторых, и это проявилось только в этом томе, я начал дополнять текст. Некоторые места было сложно понять без гугла, например, что за фестиваль «Кохаку»? Что там за команды? О чем вообще речь? В исходном тексте (английский перевод) предполагалось, что читатель это и так знает, но я добавил пояснение прямо в текст. Или когда рассказывали про интерьер новой комнаты Сомы (ура, он больше не бомж!). Да, я и прежде старался пояснять некоторые непонятные места в сносках, но это было все же не совсем хорошо, теперь же не зная об этом, можно и не заметить, благо автор и раньше давал пояснения к тем или иным вещам.

В-третьих… И вот в этом изменении я не уверен… Иногда я сознательно менял текст, когда мне он казался… неправильным, неподходящим моменту. В первый раз я об этом задумался в первой главе, когда Сома и Лисия недолго говорил наедине в доме Жени. Абзац «Про “жителей этого мира”! Ты теперь тоже часть мо… нашего мира, нашей страны! …» в оригинале звучал немного иначе, как-то… сухо и не интересно, в итоге я решил «добавить эмоций». Я понимаю опасность исказить смысл фраз в сравнении с задумкой автора, но буду надеяться, что все будет в порядке и никакой несостыковки позже не всплывет.

Вот такие «проблемы переводчиские», теперь можно и о будущем поговорить.

Для начала — да, автор и дальше будет придерживаться своей концепции растягивания арки на четыре тома, так что следующий, пятый, том будет по большей части введением в грядущие события. Но не стоит думать, что не произойдет ничего важного, нам дадут некоторые подробности на счет новой образовательной политики; расскажут, что же случилось с Кастором после суда; как девочки готовятся к семейной жизни; и немного про дела религиозные (и связанные с ними проблемы). Но не стоит думать, что не будет ничего очень важного, ближе к концу там случиться такое, ТАКОЕ!..

Ну, узнаете. В первый раз прочитав — у меня был разрыв шаблона.

Ладно, не буду больше лить воды, спасибо всем читателям, тем, кто помогал советом при переводе, кто помогал вычитывать текст и так далее.

На очереди бонусные короткие истории. До встречи в следующем томе.

iNikolai, конец связи.

Экстренное совещание Лисии и Аиши

Через несколько дней после того, как Ророа переехала к Соме.

Несмотря на то, что сейчас была середина ясного осеннего дня, шторы в правительственном кабинете были плотно задернуты, лишь небольшой лучик солнца пробивался сквозь щель и освещал комнату. Единственный обитатель молча сидел за столом, подперев голову руками.

— Извините, — предварительно постучав, в кабинет зашел посетитель.

— Спасибо, что пришла, — поприветствовал ее человек за столом.

— Эм… Принцесса? Что Вы делаете в кресле Его Величества? — удивлено спросил посетитель.

Очевидно, посетителем была телохранитель короля Сомы и кандидатка на роль второй основной королевы, Аиша. Человек за столом, Лисия, встала и раздвинула шторы, наполняя комнату светом.

— Я просто пыталась создать правильную атмосферу. Кроме того, я уже не раз просила тебя не называть меня принцессой.

— …Леди Лисия? Ты позвала меня, чтобы пошутить? — неуверенно улыбнулась Аиша, не совсем понимая, что происходит.

— Нет, дело не в этом. У меня к тебе серьезное дело, — Лисия снова уселась за стол. — На днях к нам присоединилась Ророа, теперь она тоже невеста Сомы. Она будет третьей основной королевой, после нас с тобой.

— О, да. Это дало Его Величеству законный повод поглотить Амидонию, да и сама Ророа выглядит вполне способной, так что в итоге все получилось хорошо… Верно?

— Это лучшее, на что наша страна могла надеяться, — кивнула Лисия. — Но… Это также несет серьезную опасность, и для тебя, и для меня.

— О чем ты?

— Ророа… — Лисия вздохнула и решительно продолжила, словно вынося приговор. — Ророа умеет готовить.

«Это… Э-э… Что?» — Аиша все еще стояла в растерянности.

— Это полный провал с нашей стороны, — продолжила Лисия, не обращая внимания на недоуменный взгляд собеседницы. — Я была уверена, что она просто станет одной из нас… Но похоже, пока она помогала всем своим многочисленным «дядям» и «тетям» на рынке, она научилась готовить некоторые простые блюда. Она коварно скрывает это за фасадом своего поведения и жаргона торговки, но эта девушка действительно умеет делать некоторую работу по дому.

— Эм… Леди Лисия? Но почему это плохо?

«Даже если Ророа умеет готовить, почему это так плохо для нас?» — недоумевала Аиша.

— Это огромная проблема, Аиша! — Лисия сердито хлопнула ладонями по столу. — Вот ты умеешь готовить?

— О, нет… Я никогда особо не интересовалась «женскими» занятиями.

— Я тоже. До недавнего времени я посвящала все свое время армии, сознательно избегая того, что могло бы наводить на мысли о свадьбе и домашнем очаге. В итоге, сейчас я просто ничего не умею в этой области, — Лисия сложила ладони одна над другой перед ртом и задумчиво посмотрела в пустоту. — Джуна всегда поддерживала порядок, пока мы мотались туда-сюда, ведь она из семьи простых купцов, так что умеет готовить, стирать и убирать. Она будет хорошей женой и хозяйкой в доме.

— Она потрясающая женщина, как ни посмотри, — согласилась Аиша.

Они говорили о приме-лорелее, Джуне Дома. Красива, элегантна, ласкова и отлично справляется с домашними делами — живое воплощение мужской мечты о идеальной женщине.

— Аиша, ты должна понять! Из четырех кандидатов в королевы две умеют готовить! Другими словами, семья будет разделена на тех, кто что-то делать по дому, и тех, кто этого не может! И мы с тобой во второй группе!

Немного подумав Аиша кивнула и сказала, глядя в глаза Лисии:

— Нет, я не думаю, что мы должны стыдиться того, что не умеем готовить. Ведь это ситуация два на два, да? Они талантливы в искусстве и торговле, мы же сосредоточены на военном деле, так что у нас нет причин принижать себя, не так ли?

Аиша хотела подбодрить Лисию, но та лишь покачала головой.

— Нет, это не «два на два». Ты кое-что забыла.

— Забыла? Что я забыла?

— Я сказала «семья». В нашей семье есть еще один человек, не так ли? Кое-кто, умеющий заниматься домашними делами даже лучше Джуны.

— Подождите… Ты же не о… — после такого непрозрачного намека, до Аиши наконец дошло, о ком она. — В самом деле… Его Величество?

— Да. Ты ведь не хуже меня знаешь, что он прекрасно готовит, не так ли?

— Ну конечно. Мой желудок этого никогда не забудет.

Сома и помогавший ему Пончо старательно воссоздали многие блюда из его прежнего мира. В последнее время они часто собирались за одним столом на завтрак в японском стиле, приготовленный лично Сомой. Каждое блюдо было восхитительно, пленяя язык и сердце Аиши. Достаточно было одного только воспоминания об этом, как у нее текли слюнки.

— Но не только готовка, — продолжила Лисия. — Он также хорошо шьет. Он умеет шить как руками, например своих кукол, так и на машинке, как например халаты Томоэ.

— Значит, он хорошо готовит и шьет? Будь я мужчиной, я мечтала бы о такой жене.

— Согласно, но, к сожалению, это мы будем женами, — Лисия, отчаянно сжимая кулак. — Проще говоря — мы, не умеющие готовить, в этой семье будем в меньшинстве. Не думаешь, что это было бы унизительно? Тот факт, что мы не можем сравниться в домашних делах с мужчиной, Сомой, будет клеймом на нашей женской гордости. Мы обязаны принять контрмеры!

— Я поняла, но… Что именно ты хочешь сделать? Даже если нам надо чему-то научиться до свадьбы, никто из нас не знает, с чего начать.

— Ты права, — кивнула Лисия. — Нам понадобиться помощь.

— Вот как? И к кому ты собираешься обратиться за помощью?

— У нас есть только один вариант, не так ли? Та, кто не раз была замужем за последние пятьсот лет, родила немало детей и жила с каждым из мужей до конца, пока смерть не разлучит их. Та, кого можно назвать профессиональной женой.

В голове Аиши немедленно промелькнул образ синеволосой красавицы с таинственной, сексуальной улыбкой. Джуна была во многом похожа на нее, но при мысли о той женщине женские инстинкты Аиши били несравнимо большую тревогу.

— Та л-леди? В смысле… Честно говоря, я уверена, что она будет просто играть с нами, так что не могу сказать, что мне нравиться эта идея.

— У нас нет выбора, Аиша. Просто будь готова ко всему.

— Д-да, леди Лисия.

Несколько дней спустя, на небольшом островке в герцогстве Уолтер.

— Божечки…

Эксель Уолтер с улыбкой читала письмо, написанное Лисией.

«Хи-хи… Эта девочка-оторва так разволновалась. Теперь, когда Джуна и амидонская принцесса тоже стали его невестами, она, вероятно, беспокоиться о своем положении. Хотя это показывает, насколько Его Величество важен для нее. Божечки, она очаровательно невинна! Просто читая ее письмо, я чувствую себя лет на сто моложе».

Эксель вздохнула, ее мысли определенно противоречили ее внешности молодой женщины.

— …В чем дело? — неуверенно спросил Кастор. Бывший генерал военно-воздушных сил Эльфридена сейчас был на ее попечении.

— Хи-хи… Просто подумала «молодость, молодость», вот и все. Возможно, бабушке в самом деле стоит немного позаботиться о молодом поколении, готовящимся выйти замуж?.. Может даже не ограничиваться готовкой и шитьем, но и научить, что муж и жена должны делать в постели?..

— «Бабушке»? Ну, с Вашим возра… (*ИК!) Ни-ничего, такого! Не обращайте внимания, мэм!

Почувствовав на себе кровожадный взгляд свирепого чудовища, Кастор мог лишь спешно встать по стойке смирно и отсалютовать. Эксель могла шутить о своем возрасте, но она не потерпит, если кто-то другой это сделает.

Впрочем, она довольно быстро вернулась к прежнему приподнятому настроению.

«Хи-хи, с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи, Принцесса и Ваше Величество».

При виде улыбки на лице Эксель, Кастор мог только посочувствовать принцессе, которой когда-то служил.

***

Преемник Джуны

Меня зовут Комари Корда, человек, девушка, семнадцать лет.

Я родилась в фермерской семье, вторая из шести детей. Денег у нас было не много, так что чтобы помочь накормить моих многочисленных братьев и сестер, с четырнадцати лет я начала ездить в столицу, Парнам, на подработку у знакомого моего отца.

Знакомому принадлежал ресторан, там я и работала официанткой.

Ресторан был открыт с полудня до десяти вечера, но… Многие клиенты приходили сюда, чтобы выпить, так что к вечеру тут становилось неспокойно.

— Эй, Комари, не хочешь выпить со мной? — спросил один из посетителей.

— Я-я еще на работе… — это была моя работа, так что я мягко отказала ему и пошла к следующему клиенту. После моего ухода сосед этого пьянчуги отвесил ему тумак.

Причина проста: хозяин ресторана ясно сказал, что если кто-то меня обидит — он и все его друзья будут занесены в черный список. Конечно, все еще встречались те, с кем я не знала, что делать, но завсегдатаи были хорошими людьми и с ними я могла быть спокойна. Это может быть непростая работа, но я должна стараться ради моих братьев и сестер дома.

Вот, в общем-то и все, что можно рассказать о моей работе. Хотя есть еще кое-что, что я в тайне любила.

— Комари, я дам тебе чаевые, не могла бы ты спеть что-нибудь для нас?

— О, звучит неплохо! Я тоже хочу послушать.

— Ага! Давай ту, что на днях пела лорелея в музыкальной программе!

Таким образом, на столе начала вырастать небольшая горка медных монет, моих чаевых.

— Хорошо… Тогда, пожалуйста, послушайте песню, которую Нанна Камизуки недавно спела в музыкальной программе.

Встав между столами, я начала петь. Именно это я так любила делать.

Точно не помню, когда это произошло впервые, просто однажды владелец услышал, как я негромко напевала какую-то песню, протирая столы перед открытием, ему понравилось и он попросил меня попробовать спеть перед клиентами. Посетители были в восторге, и с тех пор меня время от времени просят спеть им что-нибудь. Кроме того, владелец разрешает мне оставлять себе все чаевые от этого, так что я очень рада это делать.

После последних слов песни посетители разразились аплодисментами.

— Ух ты! Комари, сколько не слушаю — поражаюсь, как хорошо ты поешь!

— Лорелеи невероятны, но мне больше нравиться простота Комари.

— Кстати, у музыкальной передачи же есть конкурс исполнителей-любителей, верно? Не хочешь попробовать свои силы там, Комари?

— Ты ведь очаровательна и прекрасно поешь! Может из тебя получиться замечательная лорелея, не думаешь?

— Н-нет… Я — лорелея? Это слишком большая честь для такой девушки… — отвечала я, пряча лицо за подносом.

Мне стать лорелеей?.. Ни в жизни не смогу. Я видела их в музыкальных передачах, они настолько прекрасны и блистательны. Особенно прима-лорелея, Джуна Дома. Ее мелодичный голос и прекрасная внешность неподражаемы, даже я, женщина, была очарована ею. Только они могут стоять на сцене, простой девушке из фермерской семьи там нет места… Но…

«Ничего же не мешает мне тихо мечтать, как я однажды тоже буду петь на все Королевство, правда?»

С этими мыслями я вернулась к работе.

Некоторое время спустя.

В мире происходило много всего, даже наша страна сменила название с Королевства Эльфриден на Объединенное Королевство Эльфриден и Амидония (сокращенно: Королевство Фридония), а я продолжала жить своей прежней жизнью, работать официанткой и изредка петь.

Но однажды…

— Простите, здесь есть Комари Корда? — окликнула меня чистым, мягким голосом женщина, занявшая столик в углу. Она была одета в плащ с низко опущенным капюшоном, так что я не видела ее лица.

— Да, я Комари… — сказала я, подходя к ней.

— Могу я попросить Вас спеть для меня? — вежливо спросила женщина, положив на стол золотую монету.

— Подождите, это… Золотая монета?! Я-я не могу принять так много!

«Это в сто раз больше, чем мне давали на чай обычно. Буквально, в сто раз больше. Мое пение не стоит таких денег!»

— Я хочу услышать лучшую песню, какую ты только можешь спеть, — мягко, но непреклонно ответила женщина.

Ее искренние интонации давали мне понять, что это не просто прихоть богатой дамы. В ней было что-то… Какая-то аура, притягивающая к ней людей… Если она так настойчиво просит, я это сделаю.

— Хорошо… — наконец согласилась я. — Я приложу все силы.

После я пела песню, стараясь изо всех сил. Эту песню пела Джуна Дома в музыкальной программе. Как я слышала, эта песня с родины Его Величества короля Сомы, но мисс Джуна переписала ее слова на языке этой страны или как-то так. Думаю, песня ей очень хорошо подходит — тихая и нежная, но в тоже время сильная.

Когда я закончила, первой захлопала женщина, за ней последовали остальные посетители. Я чувствовала некоторое смущение…

— Кхем… Что скажите? — рискнула я спросить.

— У Вас хороший, мелодичный голос, — ответила женщина, уголки губ, видимых из-под тени капюшона, слегка приподнялись. — Хотя технике не достает выразительности. Думаю, здесь большую роль играет факт, что Вы самоучка и не получали специальных знаний.

Ух… Это не очень приятно слышать, но это правда, так что я ничего не могла сказать в ответ.

— Впрочем, это означает лишь то, что Вы еще не раскрыли свой потенциал. Набравшись опыта и поставив себе цель достичь новых высот — мечта стать лучшей лорелеей этого поколения может перестать быть мечтой, а станет явью.

А теперь она хвалила меня гораздо активнее, чем я ожидала.

— Нет, ч-что Вы… Я, л-лучшая из этого поколения? — пробормотала я. — Невозможно.

— Ну и ну, почему Вы так говорите?

— Ну, что бы я превзошла потрясающую красоту и прекрасный голос примы-лорелеи, госпожи Джуны Дома… Это просто невозможно.

— Хе-хе… Ладно Вам, не настолько я хороша, — сказала женщина, откинув капюшон.

— А? А-а-а-а-а-а?!

За столиком сидела сама госпожа Джуна Дома.

«Э-э-это действительно она?! А?! Ха?! Почему она здесь?!»

— До меня дошли слухи, что в этом ресторане можно встретить певицу с неплохим потенциалом стать лорелеей, так что я пришла посмотреть на Вас, — сказала леди Джуна с легкой улыбкой, пока я просто стояла в шоке.

— Ме-меня?!

— Да. И услышав твое пение, я в этом уверена. У тебя отличный потенциал стать лорелеей, которую полюбит каждый житель нашей страны. Так что скажешь? Придешь ли ты в поющее кафе Лорелея, чтобы научиться петь по-настоящему и стать лорелеей? Конечно, я не возражаю, чтобы Вы в тоже время продолжали работать здесь.

— Н-но…

Оглядевшись, я поняла, что окружающие клиенты начали подбадривать, крича «Поздравляю, Комарик!», «Я так за тебя рад!», «Нужно это отметить! Бармен, добавки!», и так далее. Хозяин тоже выглянул с кухни и показал большой палец вверх.

«Все вы… Спасибо!»

Под одобрительные возгласы я решительно ответила леди Джуне:

— Да! Я с нетерпением буду ждать возможности поработать с Вами!

Именно в тот день я сделала свой первый шаг как лорелея.

◇ ◇ ◇

Когда Комари думала о своем первом шаге как лорелеи, Джуна улыбалась от всей души. На самом деле она была рада даже больше Комари.

«Я нашла в самом деле хорошее дарование. И не мечтала, что найду такого многообещающего преемника»

Однажды Сома ей сказал: «Когда мы найдем достаточно исполнителей, чтобы держать передачу на плаву, клянусь, я возьму тебя в жены».

Она ответила: «Я с нетерпением буду ждать этого дня, Сир», впрочем, она не говорила, что не будет работать, чтобы приблизить этот день.

«Когда эта девочка вырастет, вы придете за мной, как и обещали, Ваше Величество».

Думая об этом, Джуна широко улыбнулась.

***

Оплошность Ророа

— Ох, ёк-макарёк… И что мне с этим делать? — пробормотали Ророа.

Это было необычно теплым зимним днем, 28 день двенадцатого месяца, то есть, до Нового Года оставалось четыре дня.

В наконец-то открытом в Парнаме всего месяц назад магазине одежды «Серебряный олень — 2», Ророа, бывшая принцесса Амидонии, а ныне кандидат на роль третьей главной королевы короля Сомы, столкнулась с проблемой.

Прямо сейчас она стояла перед темно-красным платьем без рукавов.

— Как? Каким хитровыдуманным макаром это случилось? — продолжила она жаловаться.

— Никаких «Макаров»… В этом виноват только один человек — Вы, леди Ророа, — слегка раздраженно ответил стоящий рядом с ней приятный мужчина средних лет.

Мужчиной был Себастьян, владелец сети «Серебряного оленя». Официально, главный магазин располагался в Ване, но поскольку Ророа, один из его лучших клиентов, переехала в Парнам — он оставил управление главным магазином кому-то другому, чтобы тоже работать здесь. Платье, вызвавшее такую головную боль у Ророа, он приготовил по ее заказу.

— Портные сшили это платье точно в соответствии с Вашим заказом, леди Ророа.

— Ну, ага… Возможно это из-за моей шутки…

— Не «возможно», я с уверенностью могу сказать, что это из-за Вас.

— Не-не-не, это же должно было быть очевидно, что я просто валяла дурака, да? Кто в здравом уме согласиться такое платьице носить?!

Перед схватившейся за голову Ророа лежало всего одно платье, но оно было невероятной длинны — восемнадцать метров. Даже частично сложенное, оно все равно занимало весь пол магазина.

— Это должна носить Марго, если что! Или кто-то решил, что мы хотим натянуть его на дракона?

Маргарита Уандер, или как ее называла Ророа, Марго — бывший генерал Амидонии, сейчас же она сменила профессию и стала певицей. Это платье Ророа заказала для нее, но хотя та и была относительно рослой женщиной, немного не достающей до двух метров, платье определенно было чрезмерно длинным.

— Как я уже сказал, платье сделано в точности по Вашему заказу. Вы не забыли, что написали в колонке «рост»?

— 1950 сантиметров…

— Этот ноль определенно был лишним. Или она великанша?

— Да разве-ж не очевидно, что я написала это в шутку, потому что Марго дичайше высокая?! Средний рост женщин — 160 сантиметров, а она вон…

Между Ророа и Маргаритой была разница в возрасте и происхождении: одна была дочерью государя, а вторая ее вассалом, но все же они были близки, возможно потому, что оба заботились о простых людях. Ророа думала о Маргарите как о подруге, а та не стеснялась ругать ее, когда это было необходимо. И конечно, шаловливая Ророа часто подшучивала над ростом подруги, нередко получая за это подзатыльник-другой.

В этот раз она записала «рост: 1950 см», за что получила подзатыльник, и в итоге забыла это исправить.

— В смысле, вообще никому это не показалось странным, не?! Рост под двадцать метров — это типа нормально?!

— Понимаете ли, Вы — бывшая принцесса Амидонии и женщина, которая скоро станет королевой? Даже если это кому-то показалось странным, ни один ремесленник не станет ставить под сомнение ваши требования.

— Ух… Это что-же, мне уже и пошутить нельзя?

— Правитель не должен шутить, не предупредив, что это шутка, иначе это считается правдой, — открыл ее суровую правду Себастьян. — Эх… В любом случае, даже если мадам Маргарита наденет другое платье для этой передачи, что делать с этим? Даже если Вы оставите его здесь — у меня будут проблемы с продажей.

— Ох, ладушки-оладушки, собрались! — чтобы взбодриться, Ророа хлопнула себя по щекам. — Я не буду просто сидеть сложа руки! Я покажу, на что способна самая умная невеста Дорогуши, когда становиться серьезна! Как и в тот раз, когда я обернула поражение в войне нам на пользу — я найду применение для этого чудовищного платья!

Ророа явно распалилась и была готова что-то делать, но Себастьян все еще сомневался.

— Вы говорите, что найдете ему применение, но что конкретно вы задумали? Лучшее, что могу придумать я — распороть и повторно использовать материал…

— Ммм, — протянула Ророа, прижав пальцы к вискам. Секунд через пять она решительно хлопнула в ладоши, вероятно что-то придумав. — Знаю! Себастьян, нам просто надо переиначить то, как мы воспринимаем эту проблемку! Вместо того, чтобы распороть платье и переделывать его под размер Марго, мы просто должны сделать так, чтобы она смогла носить то, что есть сейчас!

— Хм? Разве сейчас его можно хоть как-то носить?

— Если носить его как обычное цельное платье — конечно нет, но если сделать своеобразный длинный подол… — Ророа подняла платье за воротник. — Вот отсюда делаем разрез, чтобы Марго могла передвигаться, а остальное будет красиво тянуться за ней! Еще можно сделать смелый вырез, чтобы было видно ножки… Хотя нет, для Марго это будет уже слишком[✱]Вообще, в английской версии платье описывается иначе, но… Я так и не смог понять и представить это, так что описал по-своему, как платье с ультра-длинным шлейфом..

— Но разве не получается, что большая часть платья будет просто лежать на полу?

— Не-а, — цокнув языком, Ророа покачала пальцем и бесстрашно улыбнулась. — Если бы мы заставили ее надеть это платье для любого другого случая — уверена, так бы и получилось, но это платье для песенной битвы! Важно, чтобы оно хорошо смотрелось лишь пару минут на сцене! В этом смысле Марго должна просто покорить зрителей, так что если мы поставим ее на какую-нибудь платформу, а платье будет свисать… или лежать на ступенях лестницы — это будет выглядеть весьма впечатляюще, правда же?

— То есть Вы предлагаете сделать платье, по сути, частью декорации?

В самом деле, если она должна только спеть песню, стоя на одном месте — длинное платье не будет проблемой, а только вызовет интерес у зрителей. Себастьян был поражен идеей Ророа.

— Что же, в этом что-то есть… Хотя уверен, мадам Маргарите это не понравиться…

Это была Маргарита Уандер, (бывший) генерал Амидонии, ценившая простоту и лаконичность. Такой эффектный образ был совершенно не в ее характере.

Хотя Ророа, похоже, воспринимала ее иначе.

— Может Марго и не достает неземной красоты старшей сестрицы Джуны, но у нее хватает смелости высказывать свое мнение в лицо кому угодно, не говоря уже о ее лидерских качествах. Лорелеи и Орфеи — это те, кто будут нести свет этой новой культуры программ вещательной сети в этой стране. Конечно, среди них будут появляться и сильные личности, так что нужен лидер, чтобы собрать их вместе и направить в одну сторону. И мы с Дорогушей хотим, чтобы Марго стала этим лидером для всего королевства. Чтобы люди сразу понимали: где развлечения, там Марго.

Она говорила с такой убежденность, что на мгновение Себастьян был поражен ее аргументами. Он удивлялся, насколько же продуманный план составили Ророа и Его Величество… Пока не вспомнил, что Ророа придумала все это только что, как оправдание для своей ошибки.

— Полагаю, Вы уже обсудили это с Вашей семьей?

— Я-я уверена, Дорогой думает также, ага.

— В первую очередь я имел в виду леди Лисию.

— Ни слова Старшей Сестрице Сиа! Она слишком серьезна, она уже говорила: «Важно вежливо относиться даже к простым слугам! Нельзя доставлять им неприятности своими ошибками». Скажешь ей — и она час будет читать мне нотации, как она обычно делает Дорогуше! — со слезами на глазах она обняла его руку, умоляя. — Пожалуйста, пожалуйста, не говори ей!

Конечно, Себастьяну не оставалось ничего другого, кроме как молчать.

В конце концов, Маргарита выступала на новогоднем фестивале именно в этом платье.

Она возненавидела это платье, но ее запоминающийся образ стал хитом у людей, так что невзирая на ее протесты, это стало традицией ежегодного фестиваля кохаку.

В итоге все остались довольны (кроме Маргариты).

***

Пополнение общества жертв нерадивых господ

Однажды в двенадцатом месяце 1546-го года по континентальному календарю.

Зимняя ночь, такая холодная, что даже в помещении, без огня в очаге люди выдыхали бы облачко пара.

В комнате кристалла вещательной сети в замке Парнам, премьер-министр Эльфридена Хакуя и верховный главнокомандующий армии Империи, младшая сестра императрицы, Жанна, проводили одну из своих регулярных встреч по вещательной сети.

В конце недели они связывались друг с другом, используя в качестве посредника посла Эльфридена в Империи Гран-Кэйос, Пилтори. Они обсуждали дела, не требующие внимания Короля Сомы и Императрицы Марии, а после рассказывали друг другу о разных событиях, произошедших в их странах. После, когда все официальные дела были закончены, они за чашечкой чая изливали друг другу жалобы на своих правителей. Это был их просвет в трудовых буднях.

Обычно они были наедине, но сегодня, внезапно, был еще один гость.

— Эм, господин Хакуя? Кто это с Вами? — спросила Жанна.

Когда официальная встреча закончилась и она думала, что пришло время для очередного сеанса обмена жалобами, Хакуя пригласил в комнату еще одного человека, что и удивило Жанну.

Хакуя пригласил человека встать перед кристаллом вещательной сети и представил его:

— Позвольте представить, это господин Колберт, бывший министр финансов Амидонии, ныне занимает ту же должность в нашем Королевстве.

— Приветствую, мадам Жанна, я — Гетсби Колберт, — мужчина вежливо поклонился.

— Ох! Эм, здравствуйте… — Жанна с небольшим запозданием тоже поклонилась. — Эм, могу я называть просто Гэтсби?

— Ох, по какой-то причине и Его Величество, и Принцесса постоянно обращаются ко мне в дружеской манере, но по фамилии, а не по имени. Так что, мадам Жанна, можете тоже обращаться ко мне «Колберт».

— Гм… Что же, господин Колберт, очень приятно познакомиться, — Жанна перевела взгляд на Хакуйю. — Господин Хакуя, так зачем Вы представили мне господина Колберта?

— Дело в том, что… Его Величество стал называть эти наши встречи «встреча жертв общества нерадивых господ».

— Хм… Это весьма точное название, но… Скажи такое моя сестра, я бы ей ответила «вот кто бы говорил».

Фактически, Жанна адресовала свои слова не Соме, а своей старшей сестре Марии. Не важно, насколько дружескими были их отношения с Хакуей, она понимала, что не должна оскорблять правителя другой страны.

— Не могу не согласиться, — кивнул Хакуя. — Было бы прекрасно, не будь у нас необходимости в таком обществе, но… В реальности наши господа не дают нам покоя, так что нам необходимо это общество, чтобы мы могли поделиться своими проблемами и возможно найти способ справиться с ними. По этой причине я хотел представить Вам господина Колберта, находящегося в том же положении, что и мы.

— Понимаю… — удовлетворенно кивнула Жанна. — Короче говоря, господин Колберт тоже страдает от своего господина? Вы ведь подчиняетесь господину Соме, не так ли?

— Нет… Ох! Полагаю, можно сказать и так, но чаще всего причиной моей головной боли становиться бывшая принцесса Амидонии, кандидат на роль третьей основной королевы Его Величества Сомы, принцесса Ророа.

— Принцесса Ророа? Вы о той, кто после войны заставил господина Сому взять ее в жены с ее страной в качестве приданного, тем самым лишив его военных контрибуций, а по факту просто переложившая не него заботу о народе своей страны?

Используя всю мощь сети торговцев, девушка перехитрила и Сому, и Хакую, и даже собственного брата, чтобы в итоге добиться для себя лучшей судьбы. Сам Сома сказал о случившемся: «Я ловил окуня на креветок, а поймал акулу».

— Так в чем дело? Я слышала, что она весьма умна? — спросила Жанна.

— Это так, но… Есть некоторые проблемы с ее личностью, — ответил Колберт.

— С ее личностью? В чем дело?

— Она крайне любознательна и очень любит эффектные шоу. Если бы мы говорили только о экономической стороне вопроса, я бы сказал, что ее характер идеально подходит для ведения бизнеса, но проблема в том, что в повседневной жизни она ведет себя так же, что доставляет много хлопот окружающим. За несколько часов перед первой встречей с Его Величеством она ни с того, ни с сего распорядилась, чтобы мы принесли с собой несколько десятков ковров…

Точнее, в ночь перед аудиенцией у Сомы Ророа вдруг заявила: «Я собираюсь заарканить Сому, так что первое впечатление нереально важно, въехал? Не то, чтобы я сомневалась в своей внешности, но его, вероятно, окружает не мало красавиц, ага? Так что я должна на первой встрече сделать что-то максимально нестандартное, чтобы произвести на него впечатление!».

Она решила спрятаться в одном из ковров, что преподнесут ему в подарок, а затем выйти из него, тем самым удивив Сому. Но, к несчастью для ее плана, в родном мире сомы есть история о женщине, сделавшей то же самое, так что он легко разгадал ее план…

При этих воспоминаниях плечи Колберта поникли.

— Ночью перед приемом я выбился из сил, пока нашел достойные этого представления ковры, но в итоге план был легко раскрыт… И к чему были все мои усилия?

— Ч-что же… Соболезную… — Жанна не могла не посочувствовать ему.

— Вам пришлось платить за ковры из своего кармана? — спросил Хакуя.

— Ох, нет, в подобных вопросах она весьма ответственна, ковры были оплачены из ее карманных денег… Хотя я и думаю, что это слишком большая сумма для такой цели, но я их взял…

— А, значит она действительно не лишена здравого смысла, — радостно сказала Жанна.

— Да. Впрочем, ответственна она только в том, что касается денег. Как я говорил, в ту ночь я купил довольно много ковров, чтобы выбрать лучшие. Я преподнёс лишь часть, остальные все еще лежат в моем доме. По всему дому лежат свернутые ковры, похожие на штабеля бревен…

— Кошмар… — выдохнула Жанна.

Конечно, у Колберта, как у представителя высших слоев дворянства, была своя земля, оставшаяся у него еще со времен службы Амидонии, но сейчас он почти все время жил в небольшом доме в Парнаме. И сейчас этот дом был забит коврами.

— Господин Себастьян обещал забрать у меня эти ковры и перепродать их в магазине, но пока он этого еще не сделал, так что у меня дома почти некуда встать… Я подумывал их раскатать, но их слишком много… Ну хотя бы мне не нужно искать стул, если хочу присесть.

— О сколько нам открытий чудных, готовит безысходность… Вы прошли через многое, — вздохнула Жанна.

— А-ха-ха… Ну, в целом, служить принцессе не так уж и плохо. Ророа может приходить с такими идеями только к тому, кому доверяет, так что я думаю о ней скорее как о непоседливой младшей сестре.

— Как и в случае моей сестры, и с господином Сомой… Почему у тех, кто должен возглавлять нас, всегда находятся такие темные стороны? Возможно… Это для баланса?

— И не говорите… Итак, мадам Жанна, согласны ли Вы принять господина Колберта в наше Общество?

— Ничего не имею против. Добро пожаловать, товарищ по несчастью.

— А-ха-ха… Спасибо, что приняли меня.

Таким образом, «Общество жертв нерадивых господ» официально приняло нового члена.

— Впрочем… — Колберт удивленно посмотрел на Хакую. — Никогда бы не подумал, что всегда строгий господин Хакуя будет учавствовать в такой забавной и неформальной организации… О, простите, должно быть, это было невежливо?

— Хе-хе, Вы совершенно правы. По нему не скажешь, но он — весьма озорной человек, — хихикнула Жанна.

— …Пожалуйста, не дразните меня так. Я служу Его Величеству, непредсказуемому и любящему далеко идущие коварные шутки. Мне тоже необходимо время от времени выпускать пар.

— И Вы совершенно правы. Я бы очень хотела, чтобы моя сестра тоже немного придержала коней.

— Как я Вас понимаю. Вот, совсем недавно…

…И до поздней ночи они обменивались жалобами на своих господ.

***

Пончо и Серина: Причудливый полуночный перекус

— Хм… Не понимаю, как должно быть, да.

Это произошло через некоторое время после присоединения Княжества Амидония к Королевству Эльфриден.

Министр сельского и лесного хозяйства Пончо бессонными осенними ночами ломал голову над одной проблемой. Источником его беспокойств был соус, который он должен был воссоздать для Его Величества. По его словам, это был абсолютно необходимый элемент для многих блюд из прежнего мира Сомы.

По словам Сомы, этот соус гуще обычных, горько-сладкий и удивительно хорошо сочетается с лапшой и любой жареной едой.

«Я очень хотел бы попробовать настоящие якисобу и окономияки, о которых рассказывал Его Величество», — взволнованно подумал Пончо, сглотнув слюну в предвкушении.

Благодаря его более чем сильному интересу к еде, Пончо в прошлом тратил непомерные деньги на путешествия из гастрономических интересов, стоило только ему узнать о ранее неизвестных ему деликатесах. Но в этот раз он сначала должен был изобрести что-то самостоятельно.

«Какая жалость, что я никогда не пробовал его сам, ведь я теперь могу только воссоздавать его вкус, полагаясь только на намеки, оставленные Его Величеством, да…».

Отталкиваясь от подсказки «он отлично сочетается с лапшой», Пончо добавлял свои экспериментальные соусы и к булочкам с лапшей, и к жареной лапше. Получалось довольно вкусно, но чего-то не хватало.

«Вообще, что имел в виду Его Величество под “сладостью”? Сладость, как у сахара? Или как у карамели? Или сладость фруктов? Не зная этого, я мало что могу…»

— Господин Пончо, — внезапно окликнули его из кафетерия, на кухне которого он и экспериментировал.

— Яй! Да?! — подскочил Пончо. Поспешно обернувшись, он увидел старшую горничную, Серину. — О-ох… Это Вы, мадам Серина. Вы меня напугали, да.

— Я часто сюда захожу, удивляться нечему. Ваши слова меня ранят, — вздохнула Серина, но ее лицо было как обычно безэмоциональным, так что не было уверенности, расстроена ли она в самом деле.

— Мне ужасно жаль, да, — продолжил Пончо, несколько раз поклонившись. — Видите ли, я задумался, да.

— Насчет этого соуса… верно? Вы его все еще не закончили?

— Мне еще не удалось создать ничего, о чем бы я мог сказать: «Вот он, соус моей мечты!», да.

— Прискорбно. Я надеялась, что смогу поучаствовать… — сказала Серина все так же спокойно, но Пончо показалась, что он услышал нотки разочарования в ее голосе.

— Так вот зачем Вы приходите сюда каждую ночь?

— Соус якисоба, о котором рассказывал Его Величество… Такой простой, но очаровательный, не так ли? Ох, господин Пончо… Пожалуйста, поспешите с этим, — на лице Серины не осталось и следа от прежней строгости, словно это было наваждение, теперь она выглядела как восторженная девушка. С тех пор, как она попробовала морепродукты Сомы и раме из свиных костей Пончо, она попала в зависимость от нездоровой еды из мира Сомы, которую делал для нее Пончо.

— Я хочу, чтобы Вы первой попробовали его, так что конечно позову Вас, когда он будет готов. Вам незачем приходить сюда каждую ночь, да… — усмехнувшись ее перемене сказал Пончо.

— Разумеется, я здесь не только из-за этого соуса. В конце концов, здесь я могу спокойно поесть ночью.

— Я понимаю, что не следовало бы такое говорить, но… Вы не боитесь набрать лишний вес?

— Работа горничной достаточно тяжела, у меня нет шансов набрать лишний вес. В любом случае, я могу увеличить свою нагрузку днем, чтобы наслаждаться этими ночными перекусами, — ответила Серина как ни в чем не бывало. В самом деле, у Серины было много дел: обучение с нуля новой горничной Карлы; уход за принцессой Лисией; обязанности главной горничной по управлению остальными горничными… — Это действительно выматывает. Мне просто необходимо съесть что-нибудь вкусное перед сном, чтобы закончить день на хорошей ноте.

— В-вот как, да?

— Вот так. А теперь, господин Пончо, пожалуйста… — Серина подошла настолько близко, что ему показалось, что он чувствует ее дыхание, и прошептала. — Накормите меня этой ночью.

Конечно, когда его так просили, Пончо не мог отказать.

— Ко-конечно. Впрочем, сейчас могу предложить только спагетти по-неаполитански. Согласны?

— Этого достаточно. Невероятно, никогда бы не подумала, что просто спагетти и этот «кетчуп» так хорошо подойдут друг к другу, ведь вы просто обжариваете их вместе, но в итоге получается удивительный вкус, совершенно не похожее на лапшу с мясным соусом или соусом аррабиата. Вкус простой, но почему-то его хочется назвать по-домашнему простой. От одной только мысли слюнки текут… — Серина говорила все быстрее, страстно, что совершенно на нее не похоже. Пончо слушал ее с ухмылкой, но в это время одна из ее фраз привлекла ее внимание.

— Спагетти и кетчуп хорошо подходят друг к другу…

— Хм? Что-то случилось, господин Пончо?

— Ничего, просто Его Величество упомянул, что этот соус для мучного хорошо сочетается с лапшой, да. Спагетти — это разновидность лапши, так что это вполне подходит…

— …Звучит убедительно, да? А еще соус должен быть густым, что тоже похоже на кетчуп.

— Может ли быть тот соус, о котором говорил Его Величество, быть смесью вустерширского соуса с кетчупом или какими-нибудь другими овощами?! М-мадам Серина, я прямо сейчас должен попробовать сделать это! Вы не против?

— Конечно нет. Позвольте помочь.

И вот, они начали эксперимент. Пончо смешал немного кетчупа и соус, Серина вылила эту смесь на сваренные спагетти, после чего их обжарили с овощами и прочими ингредиентами. Непередаваемый аромат заполнил помещение.

Когда спагетти подрумянились, они выложили блюдо на тарелку. Настало время дегустации.

Сев друг напротив друга за одним из столиков кафетерия, они накрутили спагетти на вилку и одновременно принялись за еду.

После первой порции они посмотрели друг на друга широко раскрытыми глазами.

— …Я не могу поверить, да.

— Да. Боже, это убийственно вкусно.

Вот он! Именно тот вкус, который искал Его Величество! Хоть Пончо и не пробовал оригинал, он не сомневался, что у него наконец получилось.

Сильный, очень сильный привкус просто прекрасен. Хотя спагетти были основным блюдом, к ним хотелось добавить еще что-то.

«О, так вот для чего была нужна булочка! Его Величество создал булочку со спагетти, когда пытался воссоздать что-то под названием ”Булочка с якисобой“. Верно, если добавить эти спагетти к булочке, будет потрясающе вкусно».

— Это… полный успех, если позволите, да.

— Не могу не согласиться. Ох, это так вкусно.

— А-ха-ха… Вы действительно наслаждаетесь этим, да, — сказал Пончо, увидев блаженную улыбку Серины. Серина была одержима едой Пончо, но ему нравилось смотреть на ее лицо в такие минуты.

«Видеть, с каким наслаждением она ест то, что я приготовил… Превосходно.»

— Хм? Что-то не так? — спросила Серина, удивленно склонив голову, на что Пончо усмехнулся и покачал головой.

— Нет… Мы сделали достаточно спагетти, так что можно сходить за добавкой, да.

— Ох, прекрасно, господин Пончо.

Обычно Пончо вел себя робко, а Серина — как доминирующая госпожа-садистка, но в такие моменты они словно менялись местами. Он нашел, чем ее обуздать[✱]В оригинале «Poncho had a firm grasp on Serina’s stomach», то есть «Пончо крепко держал Серину за живот», но звучит не очень хорошо….

Причудливый полночный перекус только начался…

С данного тома начался фанатский/любительский перевод. Подробнее в комментариях новеллы.

_______________________________

Первый день  первого месяца 1547 года по континентальному календарю

Наступил «Новый год», первый с тех пор, как королевство Эльфриден поглотило княжество Амидония и стало Объединенным королевством Эльфриден и Амидонии, или сокращенно - королевством Фридония.

В столице королевства, Парнам, и бывшей столице княжества, Ван, а также в любом другом городе, где на площади был установлен приемник вещательной сети  по-прежнему собиралось большое количество людей. Ведь сегодня молодой король должен был использовать трансляцию, чтобы поздравить народ с Новым годом. Люди собрались, чтобы услышать его.

Не то чтобы Сома делал что-то, заставляя людей слушать. Но каждый раз, когда он использовал трансляцию вещательной сети, он начинал мероприятие по сбору талантливых людей; или рассказывал о новых продуктах питания в качестве контрмеры против продовольственного кризиса; или запускал музыкальную программу... Все это было так внезапно, что людям было интересно узнать, не планирует ли он снова что-нибудь интересное. Кроме того, когда люди собирались подобным образом, торговцы выходили на улицы  чтобы заработать и соответственно, еще больше людей собиралось посмотреть, что это за суета... Хотя Сома только объявил, что выступит с новогодним обращением, на площадях уже собралось  много людей

Мать и ее ребенок разговаривали в ожидании трансляции.

—  Его Величество снова собирается что-то сделать?

—  Да, дорогой. Интересно, что это будет?

Приемник, установленный на фонтане, начал проецировать изображение Сомы.

Позади него стояли его невесты, принцесса Лисия и принцесса Ророа, последняя - бывшая суверенная принцесса Амидонии, о помолвке которой с Сомой было объявлено одновременно с аннексией ее страны.

Лисия и Ророа махали людям  и улыбались безупречными улыбками. На одном экране улыбались принцессы двух стран, которые когда-то были врагами. Это успокоило жителей Эльфридена и Амидонии по поводу их нового объединенного королевства.

В конце концов, изображение Сомы заговорило.

— Мой любимый народ  наших объединенных королевств Эльфридена и Амидонии, я желаю вам счастливого нового года.

Сома, Лисия и Ророа одновременно склонили головы.

Раздался шепот по поводу того, что король только что склонил голову в начале нового года, но когда его лицо вновь поднялось, на лице Сомы появилась дразнящая улыбка.

— Это традиционное новогоднее приветствие в мире, из которого я пришел. "Ты много сделал, чтобы помочь мне в прошлом году. Надеюсь, в этом я снова смогу рассчитывать на тебя". Это то чувство, которое оно должно выражать.

Пока жители королевства все еще были ошеломлены, Сома перешел к главной теме.

— Я слышал, что в регионе Амидония принято, чтобы ваш правитель объявлял национальную политику на предстоящий год. Ророа предложила мне сделать то же самое, так что... Что за черт, я попробую. Пока что целью нации на этот год будет...

Волна напряжения прокатилась по толпе, слушавшей трансляцию в регионе Амидония.

Люди, ранее принадлежавшие к княжеству Амидония, вспоминали лицо Гая VIII, когда он делал свои прокламации каждый новый год. С суровым выражением лица он клялся отомстить Эльфридену, а затем ставил перед ними задачу вернуть украденные земли.

Для амидонцев объявление политики в первый день нового года всегда делалось для того, чтобы поднять их боевой дух. Вряд ли их можно обвинить в том, что они напряглись в ожидании того, что снова может начаться война с какой-нибудь другой страной.

Но куда направлялась эта страна? Они собирались вторгнуться куда-то еще? Разрушить Империю и установить гегемонию на континенте? Или нанести удар по Домену Владыки Демонов и тем самым освободить северные земли...?

Слушатели затаили дыхание в предвкушении, и наконец Сома заговорил.

— Думаю, я выберу вариант "Сделать страну лучше".

На толпу опустилась тишина.

Это слишком расплывчато! Все присутствующие подумали о том же. Сома ожидал этого и рассмеялся .

— Я думаю, что это может быть слишком расплывчато, но это очень важно. Во-первых, есть вопрос о том, как описать "хорошую страну". Возможно, будет проще начать с размышлений о том, что такое "плохая страна".

Сома сжал одну руку в кулак, показывая номера пунктов поднимая пальцы один за другим, пока объяснял.

—  Во-первых, страна, где люди голодают. Во-вторых, страна, где люди замерзают. Вы могли бы перефразировать эти два слова как страна, где люди страдают в нищете. Люди голодают или замерзают до смерти, потому что не могут купить еду, не могут приобрести жилье или одежду. Я думаю, само собой разумеется, что страна, где допускается любое из этих явлений, является плохой. В стране, где люди голодают или замерзают до смерти, невозможно скрепить сердца людей.

Это были слова, с которыми могли согласиться жители и Элфридена, и Амидонии. Оба они имели опыт борьбы с нехваткой продовольствия. Амидонцы ощущали это особенно остро. Из-за ненависти к Элфридену они отводили глаза от этой проблемы, но теперь, когда благодаря поддержке, оказанной им королевством, они оправились от нее, они почувствовали сильное желание никогда не возвращаться к тому, что было год назад.

—  В-третьих, страна с плохим общественным порядком", - продолжил Сома - Например, даже если в стране нет недостатка в еде и тепле, если там бесчинствуют воры, бандиты и пираты, это, скорее всего, не то место, где вы захотите жить. Однако, как правило, такие люди рождаются по той же причине, о которой я уже говорил, это нищета. В мире, откуда я родом, существовала поговорка: "Только когда мы сыты и одеты, мы можем позволить себе быть вежливыми". Когда вы  отдаете все чтобы просто выжить, вы теряете место в своем сердце, которое необходимо для заботы о других.

В-четвертых, страна, которая проводит все свое время в войне. Даже если они выигрывают все сражения, война - это бремя для национальной казны, и в ней гибнут люди. Еще хуже, когда вы проигрываете. Если вы заслужите вражду другой страны, начнется терроризм, а это ведет к ухудшению общественного порядка. Это лишает вас всего того, что для вас наиболее важно.

В-пятых, страна, которая не может защитить себя. Если страна пренебрегает защитой, потому что люди не хотят воевать, другие страны воспользуются этим. Результат будет таким же, как и для страны из четвёртого пункта. В наше время это было бы еще хуже, так как Домен Владыки Демонов представляет собой непредсказуемую угрозу.

Пока он говорил это, Сома протянул свою теперь уже полностью открытую руку к людям.

— Даже с таким грубым наброском, я думаю, вы можете видеть, что все пять из них - плохие страны. Что же тогда является хорошей страной? Является ли она противоположностью этих плохих?

Сома перевернул свою руку так, чтобы тыльная сторона ее была обращена к ним, затем сгибал пальцы, когда говорил.

— Независимая страна, где люди не голодают, не дрожат от холода, где поддерживается общественный порядок, где нет чрезмерных вторжений в другие страны, и где мы будем в порядке, даже если другая страна или Домен Владыки Демонов нападет на нас. Я думаю, что это, вероятно, будет "хорошей страной", и это цель, к которой эта страна должна стремиться.

Сома поднял руку, которая снова сжалась в кулак, чтобы люди могли видеть.

— Даже если все эти вещи, взятые по отдельности, кажутся очевидными, их всех довольно трудно достичь сразу. Особенно, когда появление Домена Владыки Демонов повергло все в хаос. Сейчас трудные времена, чтобы сделать то, что должно быть сделано. Для этого потребуется во много раз больше сил, чем в мирное время. На самом деле, это потребует столько сил, что я чувствую, что завоевание всего континента будет относительно простым по сравнению с этим.

Здесь Сома сделал паузу, глубоко вздохнув.

—...Итак, учитывая все вышесказанное, я бы очень хотел, чтобы вы, жители этой страны, кое-что сделали.

Толпа снова зашумела.

Чтобы получить власть, о которой он говорил, что он хотел, чтобы они сделали?

Первое, что пришло на ум, - это повышение налогов. Если бы налоги были более высокими, доходы страны выросли бы, и они могли бы тратить больше на вооружение. В зависимости от ситуации, это может быть и правильным шагом, но это сделает жизнь простых людей труднее.

Второе, что приходит на ум, - это воинская повинность. В этой стране уже были профессиональные солдаты, но люди боялись, что даже гражданские лица должны будут проходить базовую подготовку для призывников.

Они думали, что "сила", о которой говорил Сома, - это "военная сила". Однако это было ошибочно.

Сома твердо сказал "Мой народ, я призываю вас учиться!".

***

— Мой народ, я призываю вас учиться! — крикнул я в зале вещательной сети замка. — Позвольте мне представить вам метафору. Представьте, что два человека собираются сражаться на мечах. В большинстве случаев побеждает тот, кто сильнее, или тот, у кого меч лучше. А когда два одинаково сильных человека сражаются на одинаково хороших мечах, разве результат зависит только от удачи?

Нет, говорю вам. Победит тот, кто лучше владеет мечом. Даже если бы их уровень силы был одинаковым, а оружие одинаковым, если бы повар и кузнец сражались на мечах, я уверен, что победил бы кузнец. Кузнец видит мечи каждый день, как часть своей работы, и хорошо знает их длину и силу.

Я постучал пальцем по виску.

— Если ты знаешь больше, чем другие люди, это само по себе может быть оружием. Великий полководец может провести сотню сражений и выиграть их все, потому что он знает войну, знает свои силы и даже знает силы своего врага. Он избегает невыигрышных сражений, предпочитая сражаться только в тех, которые он может выиграть. Причина, по которой посредственный генерал проиграет в критический момент, заключается в том, что он не знает войны, не знает ни своих сил, ни сил противника. Он без нужды сражается за повторяющиеся победы и поражения, не умея сосредоточиться только на самом важном.

В мире, откуда я родом, был стратег, который говорил: " Знай врага и знай себя: тогда в тысяче битв не потерпишь поражения" (Сунь Цзы), но... это то, что применимо и за пределами войны.

Если они торгуют одними и теми же товарами, но торговец А преуспевает, а торговец Б - нет, то это потому, что торговец А больше знает о том, как вести дела.

Хотя они могут использовать одни и те же базовые материалы, причина, по которой работы великого ремесленника на много уровней выше работ среднего ремесленника, заключается в том, что он обладает глубокими знаниями о свойствах этих материалов.

Хотя вы оба выращиваете одно и то же, но продукты с поля вашего соседа вкуснее, чем с вашего собственного, потому что, фермер по соседству знает как правильно выращивать эту культуру.

Хотя вы оба готовите одно и то же, блюдо шеф-повара вкуснее вашего собственного, потому что шеф-повар знает хорошие и плохие черты каждого ингредиента и обладает глубокими знаниями о способах их приготовления.

Причина, по которой лучший охотник каждый раз возвращается с добычей, заключается в глубоком знании местности, а также особенностей животных.

В мире развлечений известный актер способен вызывать эмоции у людей каждым своим выступлением, потому что он обладает глубоким знанием сердец людей.

То же самое касается королей и знати. Короли, которых называли великими, были теми, кто обладал глубокими знаниями о том, как хорошо управлять страной, не сталкиваясь с сопротивлением своего народа. Мне самому еще предстоит пройти долгий путь, но я упорно стараюсь учиться.

Я сделал паузу.

—  Юкити Фукудзава сказал в книге " Призыв к учению": " Небеса не создают людей выше других, и людей ниже других не создают ". Так почему же в реальном мире существует такой разрыв между богатыми и бедными?

Он предположил, что это вопрос обучения. Те, кто не умеет учиться, могли заниматься только ручным трудом, поэтому их положение в обществе было ниже. Те, кто получил образование, могли выполнять более сложную работу, поэтому они становились более важными.

Я подумал, что это немного экстремальный аргумент, но, читая дальше, я обнаружил, что с ним можно согласиться.

Я продолжил.

— Способ получить глубокие знания о вещах - это учиться. Учитесь у тех, кто обладает лучшими знаниями и навыками. Если у тебя есть знания и навыки, превосходящие знания и навыки других, то ты должен обучить их. Те, кто просит научить, должны оказывать почтение тем, кто учит; а те, кто учит, должны проявлять сострадание к тем, кто стремится учиться у них. Учась друг у друга подобным образом, мы можем породить еще более великие способности. Я уверен, что, независимо от того, чем вы занимаетесь, это позволит вам жить более благополучной жизнью, чем сейчас.

Молча, я повторил: Те, кто просит научить их, должны отдать дань уважения тем, кто учит, а те, кто учит, должны проявлять сострадание к тем, кто стремится учиться у них... Я вставил эту фразу, чтобы учесть права обеих сторон. Как государственный деятель, я должен был позаботиться о том, чтобы те, кто учит, не делали это себе в убыток. Тем не менее, даже если бы я попытался объяснить это людям прямо сейчас, они бы не поняли, поэтому у меня не было желания углубляться в эту тему.

—  Я хочу повысить средний уровень жизни людей, живущих в этой стране, —  сказал я. — Это потому, что это увеличит "мощь" этой страны. Если вы все станете более богатыми, налоговые поступления возрастут. С увеличением налоговых поступлений я смогу направить часть средств на военное оборудование и развитие новых отраслей промышленности. Вся страна станет процветающей и сильной.

Для этого я хочу, чтобы вы, мой народ, учились. Я хотел бы, чтобы вы начали с чтения и письма. Если вы умеете только читать и писать, это позволит вам общаться с людьми на расстоянии. После этого я хочу, чтобы вы изучили арифметику. Если ты сможешь это сделать, это значительно расширит круг предметов, которые ты сможешь начат изучать.

Я подал сигнал, и Лисия вышла из-за моей спины и протянула лист бумаги, на котором был написан кандзи, означающий "Письмо".

Я указал на этот символ и продолжил.

—  Мы хотим, чтобы каждый взрослый человек в этой стране умел читать, писать и считать. В настоящее время мы работаем над тем, чтобы открыть образовательные центры, называемые учебными заведениями, в каждом крупном городе, а также более простые школы в каждом городе. Этот знак "Письмо" покажет, какие учебные центры и школы были одобрены государством. Днем в них будут проходить занятия только для детей, но вечером там смогут учиться и взрослые. Если у вас остались силы на участие после работы, я бы хотел, чтобы вы приходили и учились, пусть даже понемногу. Кстати, этот знак "Письмо" означает, что вы можете бесплатно научиться читать, писать и заниматься арифметикой в тех местах, где он выставлен. Мы не собираемся мешать кому-нибудь создавать свои частные школы, так что имейте это в виду..

Я сделал небольшую паузу, чтобы перевести дух. Из-за того, что я не соблюдала темп, когда я энергично пыталась все объяснить, у меня начала кружиться голова. Но я не могла остановиться. Я еще не все им рассказала.

— ...Также я хотел бы обратиться ко всем вам, кто уже умеет читать, писать и считать. Пожалуйста, не довольствуйтесь только этим. Потому что мы все еще ничего не знаем.

Когда я дал сигнал, на этот раз Ророа вышел вперед, открыв карту этого мира.

Я указал на нее.

— Как вы уже знаете, на севере этого континента появился Домен Владыки Демонов. Однако, должен заметить, мы ничего не знаем о нем. По-видимому, там есть Владыка Демонов... или так говорят люди, но никто никогда не видел его на самом деле. Что такое представляет собой Домен? В домене владыки демонов есть монстры, но монстры есть и в подземельях. В чем разница между ними? Есть ли она вообще? Как связаны между собой Владыка Демонов, демоны и монстры? Это иерархические отношения? Или они враждебны друг другу? ...Мы ничего не знаем.  Когда-то в прошлом вторжение без этих знаний привело к большой трагедии. Если бы люди понимали разницу в силе, они бы не начали безрассудную войну и не убили бы столько людей, я уверен".

Я жестом попросил Лисию и Ророа вернуться и встать позади меня, а затем продолжил.

—  Это относится не только к Домену Владыки Демонов. В этом мире есть слишком много вещей, о которых мы не знаем. Магия - хороший пример. Она является частью нашей повседневной жизни, но мы ничего не знаем о ней.

Для начала, что такое магия? Почему все могут использовать ее, казалось бы, естественным образом? В мире, откуда я родом, не было магии, поэтому для меня это загадка. Как можно добыть огонь из воздуха? Потому что есть магия? Тогда что такое магия? Это газ, жидкость, твердое вещество? Трехглазые могут видеть бактерии и микроорганизмы, которые другие расы не могут увидеть без микроскопа, но даже они не могут увидеть ничего из этой так называемой магии. Как мы можем доказать, что она существует?!

Я сделал акцент в своих словах.

—  Как видите, этот мир полон загадок. Не переставайте думать только потому, что эти тайны всегда существовали! Не верьте только потому, что так говорят традиционные истории! Не ведитесь на уловки тех, кто обладает большим влиянием! Не убегайте, говоря, что это дело Божье, недоступное человеческому пониманию! Не говорите, что в этом виноваты демоны! Сомневайтесь во всем; изучайте, пусть ваше мнение столкнется с мнением других, и найдите истину! Потому что сердце, ищущее истину, - это признак разумного существа!

Наконец, я закончил свою речь.

—  Это то, что я определил в качестве нашей национальной политики. Спасибо, что выслушали меня.

Этими последними словами закончилась первая в новом году трансляция вещательной сети.

Как только я убедился, что мы больше не вещаем, я опустился на землю.

—  Фух, это было утомительно...

— Хорошая работа, - сказала Лисия — Я думаю, что ты неплохо выступил, знаешь?

— Конечно, —  согласился Ророа — Ты вел себя как настоящий король. Я влюбляюсь в тебя снова и снова, дорогой!

Они могли так говорить, но я был на пределе своих возможностей. Я привык вести различные программы, но произносить королевскую речь перед народом все еще заставляло меня напрягаться. В кризисные времена у меня не было возможности думать об этом, поэтому я мог произносить речи и тогда, но быть королевской персоной в мирное время тоже было утомительно.

— Уф, я ужасно вспотел, —  сказал я — Извините, не могли бы вы принести мне чашку воды?

— Хорошо, —  кивнула Лисия — Ророа, ты не могла бы принести?

— Так точно, сэр. —  Ророа отдала честь, а затем пошла за подносом с кувшином воды и чашками, которые были оставлены в углу комнаты.

Когда я взял чашку, Лисия налила мне воды.

—  Фух... Это вернуло меня к жизни. — Выпив всю чашку, я наконец почувствовал себя немного спокойнее.

—Хи-хи, —засмеялась Лисия  —Как ты думаешь, может быть, теперь люди поймут важность чтения, письма и арифметики?

Она все еще держала кувшин с водой.

—Ха-ха, это будет не так просто, -  сказал я.  Учеба может быть скучной и утомительной, в конце концов. Такое небольшое поощрение не заставит их долго заниматься.

— Вы имеете в виду, что речи об этом не очень-то помогут?

— Если все, что я делаю, это говорю с ними, то да, - кивнул я. - Но есть способы.

— Способы?  - повторила она.

— Есть способы развлекаться и при этом учиться естественным образом.

В дверь неожиданно постучали. Когда я сказал "Войдите", вошли Джуна и Айша, которая несла какую-то большую коробку.

—  Мы пришли по вашему приказу, Ваше Величество, - формально сказала Джуна.

—  Кроме того, отдел производства вещательной сети попросил нас принести все это вам, ваше величество.

Когда Айша поставила на пол коробку, которая выглядела такой же высокой, как и она сама, изнутри раздался грохот.

— Эй, дорогая, что в коробке? Она гремит. - Ророа с любопытством смотрела на коробку.

— О, это, наверное, "оборудование", о котором я их просила.

—  Оборудование? Ты собираешься носить его, Сома? -  спросила Лисия, над ее головой плавал вопросительный знак.

Я не выходил на поле боя, как по практическим причинам, так и из-за своего положения, поэтому, когда они услышали слово "снаряжение" из моих уст, все, не только Лисия, посмотрели на меня с сомнением.

Я усмехнулся в ответ.

—  Это не для меня. Ну, просто подожди и посмотри.

—Сома...когда у тебя такое выражение лица, ты всегда собираешься сделать что-то безумное. - Лисия посмотрела на меня с отчаянием, а другие мои невесты кивнули в знак согласия.

—...Ты не веришь в меня, да? - спросила я.

—  Я могу не верить в тебя, но я доверяю тебе, - сказала Лисия.

—  Хм? В чем разница?

—  Исходя из прошлого опыта, я не верю в тебя одного,   но  ты заставишь нас всех бегать как сумасшедших и мне кажется, что в конце концов, нашими усилиями, все получится, несмотря на головную боль, поэтому я доверяю тебе ".

—Мы согласны! -  Все остальные кивнули и согласились с Лисией с серьёзными лицами.

Ха-ха-ха, они все так хорошо меня понимают... Вздох...

Десятый день первого месяца 1547 года по континентальному календарю – столица королевства - Парнам

Праздничное настроение «Нового года»  уже начало утихать.  На фонтанной площади в Парнаме, где можно было посмотреть трансляцию по вещательной сети, по-прежнему было полно народу. Новый король, очевидно, собирался транслировать еще одну новую программу, поэтому люди собрались, чтобы посмотреть на нее. На данный момент это была привычная картина практически в любом городе, где можно было посмотреть трансляцию вещательной сети. Люди собирались каждый раз, когда планировалась новая программа; торговцы приезжали со своими тележками, и все это превращалось в атмосферу фестиваля.

Дек, Юна и их отряд искателей приключений находились на этой праздничной площади с фонтаном.

— Ого, здесь так много людей - прокомментировала Юна

— Это ожидаемо, это же главная площадь столицы.

Именно такое мнение высказала стройная женщина-воровка с детским лицом, когда ее ошеломили все проходящие мимо люди. Завершив квест по защите, который они взяли в гильдии, группа решила посмотреть на трансляцию вещательной сети, поскольку они уже были в этом районе.

Мужественный драчун Август таскал за собой от ларька к ларьку приветливого молодого священника Фебрала, так что здесь были только Юнона, вспыльчивый и красивый мечник Дек и тихая, стройная магесса Джулия.

— Эти передачи уже стали одной, из знаменитых достопримечательностей этой страны, — сказал ей Дек, — Музыкальные программы - лучшие, а Лорелеи милые, и когда я думаю о том, что больше не смогу слышать их голоса, хотя я и искатель приключений, мне не хочется ехать в другие страны... Ой!

Дэйс начал было бредить на эту тему, но Джулия с улыбкой ущипнула его за руку.

Видя, что ее лидер просто не понимает женского сердца Джулии, Юна в досаде пожала плечами. Она уже начала думать, что, возможно, ей стоит проявить тактичность и исчезнуть куда-нибудь ради них... но тут это случилось.

Трансляция вроде бы началась, и все люди устремились к фонтану, но то, что там показывали, было... каким-то  кувыркающемся вперед-назад существом..? Все жители королевства были ошеломлены этим, но Юна отреагировала громче всех.

— А?! Что там делает мистер Мусашибо?!

Да. Что было скрывать? На экране появился не снеговик и не кагами-моти а маленький Мусашибо.

Маленький Мусашибо повернулся к экрану и замахал руками.

— Привет всем. Я - Маленький Мусашибо. Приятно познакомиться.

— Он заговорил?! — Услышав очаровательный детский голос Маленького Мусашибо, Юна, Дек и Джулия одновременно вскрикнули от удивления.

Маленький Мусашибо, который никогда не произносил ни слова, в какие бы неприятности они ни попадали во время квеста, теперь появился на экране и заговорил. Их нельзя было винить за удивление.

— Этот голос... он звучит как детский или женский. Неужели человек внутри него все это время был женщиной?! — потрясенно воскликнул Дек, но Юна тут же опровергла его слова.

— Нет, я видела его руку один раз раньше, и он был обычным парнем, понимаешь?

— Но это же девичий голос, не так ли?

— Это костюм кигуруми, так почему он не может быть просто другим человеком внутри?— предложила Джулия спокойным тоном.

Дек и Юна вздохнули, поняв логику комментария.

—...Да, конечно, так и есть.

Они забыли, насколько человеческими были его жесты, но человек, о котором идет речь, был в костюме кигуруми.

Возможно, костюм был просто одолжен замком.

Не представляя, какое замешательство это вызвало у Юна и остальных, Маленький Мусашибо громко объявил:

—  Итак, "Вместе со старшей сестрой" начинается.

****

В то же время - Большой зал замка Парнам.

В это же время Маленький Мусашибо танцевал под легкую мелодию прямо у нас на глазах. Лисия, которая стояла рядом со мной и наблюдала за происходящим с места за границей области трансляции, стояла с открытым ртом и пустым выражением лица. Между нами повисло неловкое молчание.

— Эм... Не могла бы ты что-нибудь сказать? - нерешительно спросила я.

— Я даже не знаю, с чего начать... Нет, я имею в виду, что это вообще такое?

— Маленький Мусашибо.

—  Да. Это, я знаю. Это не то, что я имел в виду. Почему оно разговаривает?

—  Ну, потому что внутри него есть человек, конечно, — сказал я. — Это голос Памилла Кэрол.

—  Памилла внутри этой штуки?!

Да, собственно говоря, так оно и было. У нас не было оборудования для записи, поэтому мы не могли добавить голос в пост-обработке, а значит, голос должен был исходить изнутри Маленького Мусашибо. Я управлял его движениями, поэтому для Памиллы это было не слишком тяжело, но она все равно жаловалась, что внутри жарко и душно.

— У тебя этот костюм кигуруми зарегистрирован как костюм искателя приключений, не так ли? — спросила Лисия. —Это нормально, что он появился в голосовой трансляции вещательной сети? Разве не будет плохо, если люди узнают, что он связан с королевской семьей?

Ооо, да, если Юнона и остальные смотрят, это может обернуться головной болью.

— Ну, в конце концов, это костюм кигуруми, — сказал я. — Мы увидели этого кигуруми в городе и подумали, что он симпатичный, поэтому замок попросил копию, и теперь мы используем его как персонажа в нашей программе. ...Разве такая история не сработает?

— Даже если и так... —  пробормотала она. — И подожди, о чем вообще должна быть эта программа?

— О чем? Это образовательная программа.

— Образовательная?

— О, смотрите, сейчас начнется основная программа, - сказал я, указывая.

Легкая песенка закончилась, и на сцене началась новая сцена для трансляции.

На сцене был фон из деревьев, травы и пней, чтобы показать, что это лес. В центре этого редкого леса маленький Мусашибо что-то рисовал мелом на земле. Если присмотреться, то это были цифры.

— Хм... 1+1 - это 2, 2+2 - это 4... Хм, эта арифметика сложна.

Маленький Мусашибо в замешательстве покрутил головой. Жест был очень детским.

Мимо проходила девочка постарше с голубыми волосами, одетая в мальчишеский наряд: шапку и комбинезон. Когда синеволосая девочка заметила маленького Мусасибо, она обратилась к нему веселым голосом.

— Эй, что случилось, малыш Мусашибо? Почему у тебя такое озабоченное выражение лица? — Маленький Мусашибо поднял голову и подошел к девочке медленными, легкими шагами.

—Здравствуй, старшая сестра Джуна.

В этот момент взрослые зрители заметили, в чем дело. Старшей сестрой была знаменитая прима Лорелеи - Джуна Дома.

Поскольку Джуна была известна в основном тем, что была настолько красива, что ее хотели увидеть даже девочки, они не заметили, как она появилась в этом мальчишеском наряде. Ее тон голоса был более прямым, в соответствии с нарядом. Хотя эта версия Джуны потеряла зрелую сексуальность, которая заставляла ее казаться старше, она стала более милой, что можно было ожидать от девочки ее возраста.

Маленький Мусасибо обратился за помощью к "старшей сестре Джуне".

— Старшая сестра Джуна, арифметика дается мне с трудом, и я не знаю, что с этим делать. Я смотрю книги, но там только цифры и символы, и это совсем не интересно.

Многие зрители кивнули в знак согласия.

Девять дней назад Сома призвал людей учиться читать, писать и заниматься арифметикой, но те, кто вел образ жизни, в котором не нуждался в вычислениях, видимо, подумали: "Ладно, читать и писать - возможно, но какой смысл учиться вычислениям для тех, кто не торговец?".

Однако Джуна хихикнула и игриво подмигнула малышке Мусашибо, которая озвучила мнение зрителей.

— О боже, разве ты не знаешь, что математика может быть веселой?

— Что? Правда? —  с сомнением спросила малышка Мусасибо.

— Это правда,— сказала она с большой уверенностью.

Веселая, радостная мелодия снова заиграла, казалось бы, из ниоткуда и Джуна начала петь вместе с ней.

Это была песня "Веселая арифметика". Она была из " Minna no Uta - Minna no[ii]", или "Песни для всех", в мире, откуда родом Сома. В этой песне, которую исполнял Сэйдзи Танака, рассказывалось о сложении, вычитании, о том, что когда у вас есть группа из десяти, она переходит на новую цифру, и о том, что любое число, независимо от его размера, исчезает при умножении на ноль, и все это в комичной форме.

Джуна и Маленький Мусашибо пели эту песню, радостно танцуя в кругу.

Когда они закончили, Маленький Мусашибо взволнованно захлопал в ладоши.

— Мне кажется, что арифметика только что стала веселее. Если я буду учиться, будет ли еще веселее?

— Конечно, - заверила его Джуна — Если ты будешь хорошо учиться, ты сможешь делать еще более удивительные вещи.

Затем Джуна спела для маленького Мусасибо песню о том, что он сможет сделать, если будет учиться арифметике. У песни была веселая мелодия и игривый текст, но если вы внимательно слушали, то в ней выражался целый ряд математических явлений. Это была именно та песня, которой место в образовательной программе.

Дети, смотревшие передачу, невинно подражали Джуне и маленькому Мусашибо, напевая про себя слова песни и пританцовывая. Взрослые, в свою очередь, вдумывались в смысл текста, с интересом кивая, когда до них доходил смысл.

Среди них был только один человек, Юна, которая думала о чем-то совершенно другом.

Неужели он только что одолжил им свой костюм кигуруми? Нет... Этого не может быть. Юна внимательно следила за движениями маленького Мусашибо. То, как он двигается, прямо как господин Маленький Мусашибо. Но голос, который я слышала, был голосом милой девушки. Рука, которую я видела в тот раз, была мужской. Внутри другой человек, но он двигается так же... Что это значит?

Пока она глубоко размышляла, Юне кое-что пришло в голову.

Теперь, когда я думаю об этом, не было ли случая, когда я видела, как господин Маленький Мусашибо доставил письмо в гильдию? После того как секретарь увидела его, она сказала нам, что в замке состоится банкет. Другими словами, это письмо было из замка. Эта передача, как я слышала, тоже организована замком. Может быть, господин Маленький Мусасибо как-то связан с замком?

Юно пристально посмотрела в сторону замка Парнам, откуда шла трансляция.

...мне любопытно. Я хочу разобраться в этом, но... Я не могу пробраться в замок тайком. Если меня поймают, я уверен, что буду наказана. Хм, а нет ли какого-нибудь способа узнать об этом?

Пока Юна размышляла обо всем этом, программа продолжалась. Когда короткий театральный сегмент Маленького Мусашибо и Джуны подошел к концу, видео трансляции переместилось в другое место.

****

На этот раз это была не сцена, а большой зал. Там находилось около десяти детей от трех до пяти лет. В силу своего юного возраста они совсем не были скоординированы, сидели, бегали, лежали и вообще свободно передвигались. Это были дети работников замка, которых оставили в детском саду.

Сома решил, что аудитория образовательной программы должна состоять из детей, поэтому, с разрешения их родителей (хотя, раз король попросил их об услуге, они вряд ли могли отказаться...), он организовал их выступление.

Кроме того, вместе с детьми выступала молодая девушка, которой на вид было около шестнадцати лет.

— Эй, разве это не принцесса Ророа? - заметил один проницательный зритель.

Этой девушкой действительно была Ророа, бывшая принцесса Амидонии. Ророа была одета в мальчишеский наряд, как у Джуны, и сказала веселым голосом: — Смотрите все. Ваша поющая старшая сестра собирается выйти и выступить. Раз, два, три...!"

—  Старшая сестра Джуна!!! - закричали дети.

Когда Ророа подала им сигнал, дети все вместе назвали ее имя. Когда они это сделали...

— Привееет! — Джуна появилась снова, размахивая руками. Она встала рядом с Ророа — А теперь пришло время для песни.

Затем она начала хлопать в ладоши.

****

Тем временем, там, где мы записывались в замке, Лисия удивленно воскликнула.

— Ророа?! Что делает эта девушка?!

— Когда я сказала Ророа, что мы будем делать образовательную программу.

— « Звучит заманчиво! Дорогой, я тоже хочу в ней участвовать!»  сказала она и заставила меня сделать это. У меня не было других вариантов, поэтому я решил позволить ей участвовать в шоу в качестве Джуны.

— Ты действительно можешь вот так по прихоти выбирать роли? — скептически спросила Лисия.

— Я неравнодушен к плачущим детям или спонсорам, знаете ли. Кроме того, эта программа предоставлена вам "Серебряным оленем", публичным лицом которого является Себастьян, но Ророа управляет им за кулисами, в конце концов.

Прямо сейчас наша страна предоставляла финансирование множеству предприятий и исследованиям по самым разным темам. Мы уделяли большое внимание продуктам питания, медицине и военному делу, потому что это были вещи, которые влияли на жизнь людей. Благодаря этому национальная казна постоянно находилась на грани краха.

Со временем, по мере роста населения, увеличение налогов вернуло бы вложенные средства, но рассчитывать на то, что это произойдет сразу, не приходилось.

Учитывая это, министр финансов Кольбер держал в узде казну страны, и он не собирался выделять средства на какую-то новую программу, не имеющую истории успеха. Именно поэтому я попросил компанию Ророа профинансировать ее.

Поэтому теперь у меня не было другого выбора, кроме как слушать Ророа, инвестора, когда она просила меня о чем-то.

Когда Лисия услышала подробности, она вздохнула.

— Это всегда из-за денег, ха. Это тяжелая жизнь.

— Ты это сказала.

...Хотя я уверен, что Ророа создала свою компанию, имея в виду именно такую ситуацию.

Правда в том, что если бы Ророа не вложила деньги, я бы не смог сделать эту передачу. Кроме того, если бы я не позволил ей получить немного того, что она хотела, меня, вероятно, когда-нибудь постигнет божественное возмездие.

Я посмотрел в зал, где Джуна и Ророа вместе с детьми пели "Musunde Hiraite"[iii].

Дети наблюдали за преувеличенными движениями Ророа, а затем подражали ей. Когда я увидел, как они подпрыгивают, двигая руками и ногами, на моем лице появилась улыбка. Пока мое сердце согревалось их ангельским поведением, Лисия задала мне вопрос.

— Я понимаю, почему вы хотите сделать образовательную программу, но почему так много песен?.

— Разве у вас нет песен из вашего детства, которые запомнились вам на странное время? —  спросил я.

— Например, колыбельные?

— Да, именно так. Песни и мелодии застревают в голове, и людям легко в конце концов самим напевать или петь их. Вот почему использование песен в обучении лучше запоминается, чем обычное преподавание материала, да и распространяется дальше.

Например, прежде чем нам в школе преподали " Irohanihoheto ", я уже выучил ее из песни "iroha matsuri " группы Minna no Uta. Кроме того, мне кажется, что в значительной степени я запомнил порядок китайского зодиака, не запутавшись, потому что выучил песню "Eto wa Merry-go-Round". Если я до сих пор помню эти песни даже сейчас, когда я уже взрослый, то " Minna no Uta " действительно была невероятной.

— Понятно...—  с восхищением сказлися Лисия . — Честно говоря, я думаю, что это было действительно хорошо продумано.

— Хм... Ну, в конце концов, думать - это моя работа.

— Это не так просто, как ты говоришь. Думать о людях и придумывать политику на их благо - Лисия одобрительно смотрела на меня...

Я отвел глаза.

— Подожди, почему ты отвернулся?

— Ну... Если ты спросишь, действительно ли это для людей, то мне придется признать, что в этом есть и доля моего собственного интереса...

— Правда? Как? —  Лисия пристально посмотрела на меня.

...Ну, ничего не поделаешь, подумал я.  Пожалуй, я признаюсь.

— Мы проводим свадебную церемонию, когда я официально наследую трон, верно? —  спросил я.

— Да, полагаю, да.

Щеки Лисии покраснели, когда я произнес слово "свадьба". Только недавно, в канун Нового года, я сделал Лисии предложение, и она согласилась, и мне до сих пор немного стыдно об этом вспоминать. Это было восхитительно, когда она так поступила, но... давайте продолжим рассказ.

— Итак, на свадьбе я хочу показать всех своих королев, без различия между первичными и вторичными.

Поскольку второстепенные королевы, чьи дети не имели права наследования, изначально были наложницами царей, они считались ниже первостепенных цариц. В результате, даже сейчас, когда к ним относились как к королевам, было много случаев, когда им не устраивали большую свадебную церемонию перед народом. Бывали даже случаи, когда второстепенные королевы чувствовали себя ниже первостепенных и отказывались от участия на этом основании. Наверное, они боялись, что это послужит семенем для последующих бед.

Я хочу изменить этот обычай.

—  Ророа сказала, что ее вполне устраивает быть второстепенной королевой, но поскольку мы будем править регионом Амидония, я хочу сделать ее третьей первостепенной королевой, —  сказал я.

— Это сделает Джуну единственной, кто не сможет участвовать в церемонии, верно? Я подумал, что, если это возможно, я бы хотел, чтобы все были там вместе.

— Ты права. Думаю, так будет лучше —  Лисия кивнула и согласилась без колебаний. — Айша и Джуна были с нами в трудные времена, и мы прошли через них вместе. Они мне кажутся боевыми товарищами. О, я не хотела оставлять Ророа без внимания. Я думаю, что иногда она может быть занудой, но то, как она играет со мной, как с младшей сестрой, очень мило. Просто Айша и Джуна особенные. Неважно, кто из них первичен, а кто вторичен; я не хочу, чтобы кто-то чувствовал себя обделенным вниманием.

— Понятно... Я чувствую облегчение.

Хорошо, что первая королева была такой терпимой. Лисия и остальные хорошо ладили, так что я не волновался, но... даже в этом случае, услышать от самой Лисии такие слова было облегчением. Честно говоря, все эти замечательные девушки были лучше, чем я заслуживал.

Лисия наклонила голову в сторону.

— Но разве это имеет какое-то отношение к этой передаче?

—  Да, —  сказал я. —  Пока что моя помолвка с Джуной остается тайной, но это станет несостоятельным по мере приближения церемонии, верно?

— Ну, конечно. Свадьба будет транслироваться на всю страну.

— Ага. Значит, в какой-то момент должно быть сделано объявление... Я тут подумал, когда это произойдет, выбирая между Джуной-лорелеей и Джуной, которая поет песни с детьми, кто из них меньше расстроит людей свадьбой... ну, ты понимаешь....

Лисия сузила глаза и посмотрела на меня тяжелым взглядом

— Только не говори мне, что ты спланировал эту программу только ради этого. Правда?

— О, нет. Сам план с самого начала был предназначен для того, чтобы помочь просвещению народа, - сказал я, стараясь не смотреть в глаза. — Просто... Я позволил своим эгоистичным интересам немного вмешаться, можно сказать....

Лисия вздохнула.

— Ты безнадежен. Неужели ты так сильно беспокоишься о том, как тебя воспринимают люди?

— Нет, нет, это довольно критический вопрос, понимаешь?!

В конце концов, Джуна стала таким национальным кумиром, что мы получали петиции от Конгресса народа: "Пусть она почаще появляется в передаче "Голос Джуны". Если бы я просто объявил о нашей помолвке в таком виде, как сейчас, это могло бы привести к беспорядкам. Поэтому, чтобы держать их под контролем, я планировал постепенно перевести Джуну с работы с идолами на детские песни.

Когда я сказал об этом Джуне, как бы больно мне ни было это делать, она ответила: "Если я могу петь рядом с вами, сир, мне все равно, в каком положении", - и улыбнулась мне.

Судя по тому, что она тут же порекомендовала нового лорелея, Комари Корду, которая могла бы продолжить ее нынешний стиль, Джуна была в восторге от этой идеи.

И пока мы это обсуждали, та часть, где они пели с детьми, подошла к концу.

—  Хорошо, все молодцы, - сказала Джуна.

—  А вы все, кто наблюдал за нами, тоже смогли подпевать? - спросила Ророа.

Джуна и Ророа завершали первый этап передачи.

— Что запланировано после этого? —  тихо спросила Лисия.

— Далее - время упражнений. Это программа, чтобы заставить тела всех двигаться.

— Упражнения? Поскольку до сих пор вы использовали только членов семьи... А Айша занимается?

— Нет. Для сегмента упражнений я привлек соответствующего эксперта.

— Эксперта? —  Лисия в замешательстве склонила голову набок.

Ророа в зале снова взяла инициативу в свои руки.

— Итак, пришло время для упражнений. Мы все вместе позовем физкультурника. Раз, два, аааа...!"

— Упражнение! — закричали все дети по команде Ророа.

— Хаххх! — Мужчина спрыгнул вниз с балкона на втором этаже. Мужчина стильно приземлился перед детьми, сверкнул своими яркими белыми зубами, затем повернулся к экрану и показал зрителям большой палец вверх.

Молодой человек был высокого роста, около 185 сантиметров. У него было мускулистое телосложение, которое было заметно даже в одежде. Его лицо в целом можно было бы назвать красивым, но его густые, вздернутые брови, острые глаза и сверкающие белые зубы... Каждая из отдельных частей обладала большим "характером".

Молодой человек положил руку на бедро, затем повернулся к детям.

—  Извините за ожидание, дети! А теперь двигайте вашими телами вместе со мной!

Это был молодой человек, который говорил страстные слова со страстной улыбкой.

Лисия смотрела на юношу с открытым ртом и прошептала: "...Кто это?".

****

Ранее, примерно в середине двенадцатого месяца 1546-го года по континентальному календарю.

В тот особенно холодный день...

— Мы изменили способ производства зерна на нашей территории. Это значительно повысило наш уровень самообеспечения продовольствием, - сказал мне мужчина. — Благодаря вашей транспортной сети, сир, моя земля процветает как никогда.

— Ох— сказал я. — Понятно..."

Я стоял рядом с грузным мужчиной средних лет и улыбался, пока он бесконечно рассказывал. Его звали Молто Джуниро. Он был главой одного из десяти самых влиятельных дворянских домов в стране - Дома Джуниро. Сегодня я был приглашен на банкет, который они устраивали.

В эти дни меня почти каждый день приглашали на банкет, который устраивал тот или иной влиятельный дворянин. Казалось, что в этой стране в середине и в конце года вельможи приглашают близких им гостей и устраивают банкет. Там они благодарили их за общение в течение всего года и выражали надежду на то, что и в следующем году они останутся такими же близкими.

По сути, это была вечеринка по случаю окончания года.

Кроме того, похоже, что количество и уровень гостей, которых они могли привлечь, использовались как показатель власти и влияния дворянина. Поэтому в это время года дворяне приглашали как можно больше людей, особенно высокопоставленных.

Если бы вы спросили, кто в этой стране самый высокопоставленный человек - то это был бы я, тот, кто сейчас занимает трон. Естественно, даже если бы они захотели, ни один обычный дворянин не смог бы пригласить короля, не имея с ним особых связей. В конце концов, я и сам не слишком любил эти банкеты. Обычно, даже если я получал приглашение, я отказывался от него, потому что был занят.

Если же мне все же приходилось присутствовать на чьем-то банкете, это означало, что он не был обычным дворянином. Пусть они и не были на уровне трех великих герцогов, но в этой стране все равно были могущественные дворяне. От приглашений таких людей было трудно отказаться. Долг начальника - общаться с теми, кто служит под его началом.

Поскольку я отклонил так много приглашений, Хакуя сказал мне: "Пожалуйста, по крайней мере, посети банкеты в конце года". Поэтому последние несколько дней подряд я был вынужден посещать банкеты влиятельных вельмож.

Наряжаясь к банкету еще больше, чем обычно (это был очень благородный наряд, даже на рукавах были оборки), я стонал: "Фу, какая боль", или: "Я не хочу идти", или: "Это так хлопотно", а Лисия, которая помогала мне переодеться, упрекала меня за это.

— Это твой долг как короля, - говорила она —Как твои невесты, мы тоже будем там, так что приведи себя в порядок, ладно?

Как она и сказала, Лисия и другие мои партнеры тоже присутствовали. Но даже в этом случае у них все было не так плохо, как у меня. Мои невесты, не считая Джуны, сменяли друг друга и сопровождали меня по очереди. Меня же, напротив, заставляли присутствовать каждый раз.

—  Как видите, мои владения в отличной форме... —  пробурчал Молто.

—  ….

Если вы спросите, что мне не нравится в банкетах, то это необходимость подыгрывать "гостеприимству" хозяина, которое заключалось в том, что он долго рассказывал о том или ином. Даже если еда выглядела роскошно, у меня не было времени ни есть, ни пить. Более того, все дворяне, как правило, говорили об одном и том же.

Сначала они хвастались тем, как управляют своими владениями. Это, несомненно, в значительной степени объяснялось тем, что я включил управление их доменами в оценку их работы. Большинство дворян старались показать, что в их управлении нет никаких проблем, а более способные пользовались случаем, чтобы показать, насколько прекрасны их управленческие навыки.

Оценки проводились инспекторами, направленными специально для этой цели, и они должны были получить надлежащий вклад от людей, живущих на их земле. Это делало попытки убедить меня на банкете практически бессмысленными, но человеческая природа такова, что они хотели использовать любой шанс. Если они думали, что король внимательно следит за ними, и это приводило к улучшению жизни их людей, это было хорошо. Тем не менее, мне надоело выслушивать подобные рассказы на каждом банкете.

— Сир, позвольте мне сходить за напитками для вас, —  предложила Айша тоненьким голоском, моя напарница на этот день.

Серебристое платье, которое она надела на музыкальную программу, которую помогала мне вести в Амидонии, сейчас ей очень шло. Должно быть, она почувствовала мою усталость и старалась быть внимательной.

У меня просто пересохло в горле, поэтому я попросил ее об этом, и Айша молча удалилась.

Как только Айша ушла, в поведении разговорчивого Молтова произошла резкая перемена.

—  …Кстати, мессир

Его глаза были острыми, как у змеи, нашедшей свою добычу.

В тот же миг я понял, что только что облажался. Я уже несколько раз проходил через эту схему. Когда партнер короля покидал его сторону, они видели в этом свой шанс.

—  Ты не против, если мы немного поговорим в другом месте?

— ...Айша еще не вернулась, вы же понимаете, - сказал я.

—  Это не займет много времени. Я уверен, что вы двое сможете встретиться в кратчайшие сроки.

Сказав это, Молтов взял меня за руку и наполовину потащил прочь оттуда.

Да... Это определенно была та самая модель поведения.

Мне это не нравится... Возможно, Молтов считает, что это его большой шанс, но я чувствую себя здесь как на иголках... Пока я размышлял об этом, как я и предполагал, когда мы прибыли к месту назначения, меня ждала одинокая молодая женщина. Ей было где-то около шестнадцати лет. Она явно была прекрасной девушкой с хорошим воспитанием.

—  Позвольте представить вам, сир. Это моя дочь, Сиена.

—   Приветствую вас, Ваше Величество. Я Сиена Джуниро, - сказала она, сделав реверанс.

...Я знал это. Они видели в этом возможность познакомить меня с юными леди, с которыми состояли в родстве.

В любую эпоху кровные узы с королевским домом были предметом гордости знати. Если бы она стала моей королевой, их дом был бы в безопасности, и она могла бы даже родить наследника. Кроме того, поскольку о моей помолвке с Джуной еще не было объявлено, у меня было всего три невесты. Это число, за исключением особых случаев, таких как мой предшественник, король Альберт (он женился в семье королевы), считалось низким. Из-за этого все дворяне отчаянно пытались продать мне своих дочерей.

Всего за полгода с тех пор, как мне доверили трон, я присоединил Амидионию и добился множества других крупных, показушных успехов, поэтому люди возлагали на меня большие надежды. В замок постоянно поступало множество предложений о браке, и мой камергер Маркс был постоянно занят их рассмотрением.

—  Мне больно постоянно отказывать им, так не могли бы вы хотя бы встретиться с некоторыми из них? —  Маркс спросил меня с умоляющими глазами, но это прозвучало как боль, поэтому я не стал отвечать.

Несмотря на это, мне все равно приходилось иметь дело с дворянами, которые подходили ко мне подобным образом, желая не упустить свой шанс.

Конечно, дворяне не были настолько наглыми, чтобы заводить подобные разговоры, когда рядом находилась одна из моих невест, но будь то Лисия, Ророа или Айша, они всегда гарантированно создавали возможность для этого. Мое мнение о мастерстве дворян в этом деле перешло за грань раздражения и перешло в область восхищения.

Не имея другого выбора, я поприветствовал девушку.

— Приятно познакомиться, госпожа Сиена. Я - Сома Казуя.

— Я уже слышала ваше великое имя, господин, - сказала она — Я слышала, что вы великий государь, наделенный храбростью и мудростью, но, встретив вас таким образом, я с облегчением убедилась, что вы также кажетесь добрым человеком.

— Слухи обо мне не просто преувеличены, они проросли конечностями и обрели собственную жизнь".

—  Боже, ты говоришь о них просто восхитительно —  Сиена тихо улыбнулась.

Она казалась простой девушкой. С такими всегда было труднее всего иметь дело.

Легко было отмахнуться от того, кто откровенно пытался жениться ради денег и статуса, но я не мог быть таким жестоким по отношению к чистой, невинной девушке. Трудно сказать, осознавала ли она, что это попытка сватовства. Что ж, независимо от того, как она сама к этому относилась, ее отец определенно пытался выдать ее замуж за деньги и положение.

Молто отвел меня на небольшое расстояние от Сиены и заговорил.

—  Что ты думаешь о моей Сиене?

— ...Она кажется очень чистой и простой молодой леди, - сказал я— Очень милая.

—  О, я вижу! Если она вам понравится, вы подумаете о том, чтобы взять ее в жены?

—  Нет, у меня уже есть три (на самом деле четыре) невесты...

—  Что вы такое говорите? Вы еще молоды, сир. Вам следует увеличить число своих жен. Ради королевского дома. Если вы не желаете этого из чувства долга перед принцессой Лисией, то я не возражаю, чтобы она была второстепенной королевой...

Говоря быстро, как пулемет, Молто пытался подтолкнуть события. Как раз в тот момент, когда я подумал: «Фу, серьезно, какие страдания. Айша, ты можешь поторопиться и уже вернуться? И вдруг случилось это»

—  Хахх, ха, ха, ха! Хахх, ха, ха, ха, ха!

Этот страстный смех вдруг эхом разнесся по залу.

—  Иван?! Этот идиот!

У Молто, который всего мгновение назад имел лицо приятного старика, предлагающего мне свою дочь, теперь было кислое выражение лица, когда он смотрел вверх через открытый потолок на второй этаж банкетного зала.

Проследив за его взглядом, я обнаружил, что кто-то стоит на перилах балкона.

Это был мужчина лет двадцати пяти, высокий и мускулистый. С его густыми бровями, острыми глазами и сверкающими белыми зубами, у него было странное выразительное лицо. Это был страстный молодой человек, который не скоро запомнится всем, кто его видел.

...Нет, серьезно, кто этот парень?

Крикнул мужчина и спрыгнул с балкона. В тот момент, когда он это сделал... Ба-бам!

Прямо позади молодого человека раздался сильный взрыв. Пламя поднялось вверх, и раздался ревущий взрыв, от которого у меня затрясся живот. На мгновение я подумал, что он террорист, и уже собирался паниковать, но по какой-то причине другие гости вокруг него просто смотрели на молодого человека с кривыми улыбками.

А? Что? Что я должен сделать с этим?

—  Ваше Величество! —   Айша, наконец, нашла меня и бросилась ко мне —  Сир, это может быть нападение! Пожалуйста, держитесь позади меня!

—  ...Нет, тут что-то странное.

—  А? Что значит "что-то странное"?

Я огляделся вокруг, но никто не выглядел настолько взволнованным. Большинство из них просто смотрели на молодого человека с кривыми или насмешливыми улыбками. При ближайшем рассмотрении, несмотря на сильное пламя, место, где произошел взрыв позади молодого человека, не было даже слегка обожжено.

— Вот ведь, глупый братец.

Когда я обернулся, Сиена смотрела на меня с обеспокоенным видом.

— Брат? —  повторил я.

— Да, сир. Это мой старший брат, Иван Джуниро.

— Хм... Мне показалось, что произошел взрыв, - сказал я.

— Это способность моего брата. Она создает яркое зрелище из огня и шума, но это что-то вроде иллюзии. За этим не стоит никакой реальной силы. Хи-хи-хи. Разве он не крут?

— Э... Конечно...

Если она смогла списать это на просто "круто"... в некотором смысле, эта девушка может быть довольно впечатляющей.

Понятно, подумал я. Приглашенные сюда люди были теми, кто имел регулярные дела с Домом Джуниро. Естественно, они должны были знать о странном сыне этой семьи. Поэтому, даже когда произошел взрыв, они отреагировали лишь кривыми улыбками.

Молтов в гневе крикнул — Иван! Как ты можешь вести себя так грубо в присутствии Его Величества?!

— Заткни свою морду, старик! —  Иван принял позу, и на этот раз позади него сверкнула молния — Ты, жадный старик, пытаешься воспользоваться невинностью Сиены, чтобы подтолкнуть ее к браку! Даже если небеса позволят тебе это, я, ее брат, не позволю!.

Когда он это заявил, в глазах Ивана вспыхнул огонь. Буквально; огонь вырывался из его глаз.

...Я не знаю, что сказать. Я начал немного веселиться. Молто, с другой стороны, был в ярости.

—  Выйти замуж за короля —  это величайшая честь для женщины, родившейся в знатном доме! Что плохого в том, что отец хочет, чтобы его дочь обрела счастье?!

—  Сиена может сама решать, как ей быть счастливой! Это не то, что ты должен решать за нее! —  крикнул Иван.

—  Заткнись! Это все показуха, как и ваши способности!

— У тебя такая же способность, старик! Это у нас в крови!

Их глаза встретились, и полетели искры. Между ними образовались темные тучи, и молния ударила прямо в центр. Я говорю не в метафоре, все это произошло на самом деле. И, тем не менее, не было нанесено никакого ущерба. За этим было интересно наблюдать, если только вы не были в этом замешаны.

Я повернулся к Сиене и спросил ее

— Эй... Разве мы не должны остановить их?.

— Они делают это все время, —  ответила она с ухмылкой.

— О, тогда ладно...

Даже во время нашего небольшого обмена мнениями, они оба продолжали разогреваться.

— Сегодня тот день, когда я наконец-то вобью в тебя немного здравого смысла! —  крикнул Молтов.

— Это моя реплика! Давай, старик!

Когда двое приблизились друг к другу, между ними появилась куча рук и ног, бьющих, пинающих и блокирующих. Это было похоже на то, как будто кто-то сделал живую адаптацию игры Dragon Ball, и это меня очень взволновало. Некоторое время я с энтузиазмом наблюдал за ними, думая: "Да, дайте мне еще! Но потом...

— Почти все эти конечности - иллюзия, —  сказала Айша — Это просто их настоящие тела в центре, избивающие друг друга до полусмерти.

Я замолчала. Когда Айша, которая видела все это кинетическим зрением воина, сказала мне об этом, это несколько убило веселье.

Через пять минут Молто и Иван рухнули, оба почти одновременно упали лицом на спину.

— Ургх... Неплохо, старик.

— Хмф. Я еще не так стар, чтобы позволить тебе победить меня.

Ладно, это было показушно и все такое, но все, что они делали, это избивали друг друга, так что если они собирались провернуть на мне эту процедуру "соперников, которые общались через кулаки", я не был уверен, как реагировать... Ну, не то чтобы это имело значение.

В любом случае, я подошел к Молто, который рухнул на землю.

— Молто

— Что вы, государь! Мы выставили себя в жалком виде! Я прошу у вас прощения! —  Молтов поспешно поднялся и смиренно извинился, но я махнул рукой и сказал, чтобы он не беспокоился об этом.

— Я не возражал. Это было забавное шоу. На этой ноте я хотел бы поговорить с вами кое о чем...

— Что-что бы это могло быть?

—  Забудь о Сиене. Может быть, вы готовы отдать Ивана мне ради блага страны?

— ...Еще раз?? —  Молтов и Иван оба удивленно моргнули в ответ на мою просьбу.

****

— ...И, в общем, так я нанял нашего физкультурника, Ивана Джуниро, — закончил я.

—Вы, я вижу, подобрали еще одного чудака... — Лисия посмотрела на меня с отчаянием.

Да, это была ее обычная реакция.

В коридоре Иван Джуниро, занимающийся физкультурой, поднял детям большой палец вверх, сверкнув своими жемчужно-белыми зубами, и сказал: "В здоровом теле - здоровый дух". Идите, дети! Тренируйтесь со мной, чтобы вырасти сильными, добрыми и выносливыми!".

Хотя Иван так говорил, дети реагировали на это противоречиво. Были дети, которые были полны энтузиазма; дети, которые были напуганы его чрезмерной страстью и доведены до слез; дети, которые испугались и прижались к Джуне... и, в подавляющем большинстве случаев, это были дети, чьи маленькие мозги не могли понять человека, который только что появился перед ними, и стояли, уставившись на него пустыми глазами.

Увидев положение дел в зале, Лисия обеспокоенно спросила меня

—  Подожди, Сома, все будет в порядке?.

— Ммм... Он немного скован, я думаю? Может быть, Иван чувствует напряжение?

—  Это должно быть время упражнений, верно —  спросила Лисия — Они не могут делать это так, не так ли?

И правда, не похоже было, что дети будут  делать упражнения.

В части упражнений в образовательных детских передачах, на которых я основывался, были дети, которые бегали и кувыркались, нападали на физкультурника и вообще делали все, что хотели, но…

— Я думаю, все будет хорошо, —  сказал я наконец. — В конце концов, есть некая хитрость.

— Хитрость?

"Хехехе... Хахаха... ахахаха!"

Женский голос, трехступенчатый смех эхом разнесся по залу.

— Кто там?! —  Иван огляделся.

Когда он это сделал, дети закричали: "Там!". "Там!" и указали вверх. На втором этаже, где раньше был Иван, кто-то стоял.

— Сделай детей сильными, добрыми и выносливыми, говоришь? - позвала женщина — Как смешно! Мы, Черная группа, стремящаяся к мировому господству, никогда не допустим этого!

Эти реплики, напоминающие пояснительный диалог, произнесла женщина в маске, закрывавшей верхнюю половину лица, в наряде, похожем на купальник, с накидкой, распахнутой по центру, чтобы обнажить декольте, и наплечниками с шипами в стиле конца века. На висках у нее торчали два рога, на спине - крылья, похожие на драконьи, а из затылка рос хвост, похожий на кнут.

Иван повернулся к женщине и закричал.

— Кто ты такая?!.

— Я - злая женщина-командир Черной группы, мисс Дран, - объявила женщина.

Лисия, которая наблюдала за происходящим с моей стороны, на мгновение оцепенела, но вскоре пришла в себя, повернулась ко мне и спросила:

— Это... Карла, верно?

—  Нет. Это злая женщина-командир, мисс Дран.

— А...?

— Это злая женщина-командир, мисс Дран, понятно? —  сказал я.

—  О, тогда ладно... Да, ты знаешь, что я не собираюсь просто так это принимать!

Даже когда Лисия душила меня, история развивалась в зале...

Мисс Дран расправила крылья, чтобы запугать Ивана.

—  Если ты заставишь детей стать сильнее, это может помешать плану Черной группы завоевать мир. Я задержу тебя до того, как это случится, Иван!

В этом откровенном наряде она, вероятно, была настолько смущена, что отчаяние взяло верх. В выступлении мисс Дран чувствовалась настоящая, накаленная страсть.

Каждый раз, когда мисс Дран совершала одно из своих неожиданных действий, некоторые части ее тела покачивались. Качество видео в трансляции было не очень хорошим, поэтому я не думал, что зрители  не заметят, но... честно говоря, я не знал, куда смотреть. Ведь Лисия была прямо там и смотрела на меня.

—  Тебе не кажется, что костюм мисс Дран слишком откровенный? —  потребовала она.

— Серина полностью контролировала дизайн, - защищался я —  Должен заметить, что я просил ее сдерживать себя, потому что это должно быть детское шоу, но... поскольку я попросил ее помочь с созданием костюма, мне было трудно отказать ей.

— Я так и знала... —  вздохнула Лисия — Если уж на то пошло, разве сама Серина не была бы лучшей злой женщиной-командиром?

— Ты могла бы сказать это ей в лицо?

—  Ни за что!

Пока мы говорили об этом, Иван ткнул пальцем в сторону мисс Дран.

— Мировое господство?! Я никогда не позволю тебе уйти от этого!

— Хмпф, ты силен, но что ты действительно можешь сделать? Держите его, мои приспешники!

Когда госпожа Дран отдала приказ, появилась толпа людей, одетых во все черное, и окружила Ивана. Главное, чтобы они держались на небольшом расстоянии от детей, чтобы не показаться слишком опасными.

Иван встал в боевую стойку и крикнул.

— Давай!.

С этим криком люди в черном по очереди напали на Ивана. Иван сражался с ними один на один.

Биф, баш, бам!

—  Каждый раз, когда он ударял одного из миньонов, раздавался преувеличенный звуковой эффект. При ударе миньоны переворачивались в воздухе или падали на землю и разбивались. Выглядело это впечатляюще, но звуки исходили от способности Ивана, а то, что они разлетались в стороны, было притворством, так что никакого ущерба нанесено не было.

Кстати, дети разделились пополам на тех, кто был напуган, и тех, чьи глаза сияли от восторга, когда они смотрели, как Иван сражается. Звуки, в конце концов, были довольно громкими. Не стоит делать эффекты слишком показушными.

Испуганные дети, естественно, прижимались к Джуне и Ророа, которые говорили им. "Не волнуйтесь, все будет хорошо" и "Этот парень их побьет, так что можете не волноваться", чтобы успокоить их.

В конце концов, Иван победил всех миньонов.

Однако мисс Дран сохранила самоуверенную улыбку.

—  Хе-хе-хе. Ты неплох, Иван Джуниро. Ну, что же ты будешь делать с этим? Выходи, монстр из бумажной коробки, Данбокс!

—  Данбоооооокс! ...Это я! — С этими словами появился монстр, похожий на человека, сделанного из картонных коробок.

Хотя на его лице были раскосые глаза из бумаги... в целом, он выглядел как-то неубедительно. Его силуэт создавал впечатление, что он построен из блоков лего, а при каждом движении раздавался скребущий звук.

Лисия холодно посмотрела на Дэнбокса.

— Не слишком ли низкокачественный этот монстр по сравнению с остальными?

— У нас была страсть, - сказал я — Чего нам не хватало, так это времени и бюджета.

— Это действительно суровый мир, да...

Я не мог самостоятельно сшить полноразмерный костюм кигуруми. Если бы я собирался заказать его где-нибудь, это заняло бы время. Вот почему в этот раз я согласился на совершенно халтурного монстра. Это было напоминание о том, как тяжело приходилось людям, создававшим вражеских монстров в ранних сериалах.

Тем не менее, несмотря на то, что он выглядел довольно безвкусно, Дэнбокс был сильным. Когда он напал на Ивана, то поднял 180-сантиметрового, 90-килограммового мужчину так же легко, как серфингист поднимает доску для серфинга. Затем, как борец, демонстрирующий свою силу, Дэнбокс крутанулся на месте, сохраняя при этом позу.

Эта нелепая сила, не соответствующая его внешнему виду, ошеломила Лисию.

— Это какая-то невероятная сила монстра. О! Может быть, человек внутри...

— Да. Это Айша....

— Что? Ты заставляешь делать это свою будущую вторую главную королеву...? - простонала она.

— Поздновато говорить об этом, когда Джуна и Ророа уже в программе. Ты тоже хочешь участвовать, Лисия? Если ты будешь действовать сейчас, роль закадычной подруги Ивана все еще открыта.

— Нет... я... пас.

В этот момент Иван начал бороться.

— Черт возьми, отпустите меня!

— Я Данбокс!

— Гва!

Возможно, слова Ивана дошли до монстра, потому что Данбокс кивнул и сильно швырнул его к стене, которая была приготовлена как раз для этой цели. Когда он врезался в нее, Иван пробил стену насквозь.

Кстати, она была сделана из легких материалов, чтобы он мог легко пройти сквозь нее, поэтому он лишь немного пострадал. Однако Иван вел себя так, будто получил тяжелую травму, и стонал от боли.

— Уф, какой сильный монстр...

— Даааан, бо, бо, бо, бокс! Это я! —  Данбокс торжествующе рассмеялся.

Иван отпрянул от стены, спотыкаясь, затем повернулся лицом к детям и крикнул.

—  Если так пойдет и дальше, мы проиграем. Все вы, добрые дети, одолжите мне свою силу!

Ророа и Джуна объяснили детям, что он имел в виду.

—  Хорошо, все вместе, - сказал Ророа — Идите и покрутите светящиеся палочки, которые мы вам дали. Кричите: "Ты можешь это сделать!".

— Давайте все пошлем Большому Брату Ивану нашу силу, - сказала им Джуна — Раз, два...

— Вы можете это сделать!!! — кричали дети

По подсказке этих двоих дети начали использовать светящиеся палочки размером с кусочек мела, чтобы рисовать круги.

Мы раздали эти палочки перед началом программы. Они тускло светились, потому что в них был замешан лайтмосс, который использовался в городских фонарях, потому что он поглощал свет, а затем выпускал его в темноте.

Иван продолжал делать вид, что ему больно, повернулся к детям и закричал:

— Этого недостаточно! Еще не достаточно! Сделайте это громче, я рассчитываю на вас!.

Дети всегда приходят в восторг, когда взрослый говорит, что рассчитывает на них.

В этот раз, когда они подбадривали его, они были громче и серьезнее, чем в прошлый раз.

—Ты сможешь!!!

— Еще! Еще громче!

— Ты можешь сделать !!!!!!!!

Дети кричали до тех пор, пока их горло не стало почти сырым, а в следующее мгновение...

— Хорошо! Я точно принял энергию детей!

Тело Ивана окутала вспышка света. Затем изнутри света раздался голос Ивана.

—Трансформируйся!

Когда это произошло, из ниоткуда вылетели металлические доспехи, браслеты и модифицированный шлем с козырьком на все лицо. Иван стоял неподвижно, широко расставив руки и ноги, пока все это "автоматически" надевалось на него. Эта крутая сцена превращения вызвала восторг у детей.

А я в это время находился за сценой, используя свою способность "Живые полтергейсты" для манипулирования металлическим оборудованием.

Да, я управлял оборудованием Ивана с помощью своей способности, чтобы создать впечатление, что он был автоматически экипирован. Потому что на таком расстоянии я мог это делать, даже если бы это были не куклы.

Лисия смотрела на меня так …..

В  общем...сегодня я увидел от неё много видов отчаяния.

— Это ужасная трата твоих способностей.

— Эй, фокус есть фокус, даже если это просто фокус для вечеринки, - сказала я —  А теперь пора идти.

— Эй, погоди, Сома?!

Как только я убедился, что снаряжение Ивана полностью экипировано, я переместился к приемнику вещательной сети, конечно  убедившись  что я не появляюсь в трансляции. Тем временем в зале вспышка света утихла, и появился герой, одетый в металлическое снаряжение. Иван принял позу, завершающую трансформацию, и крикнул.

—  Заряжай! Сильван!

Как только он назвал свое имя, я заговорил в приемник так, чтобы в трансляции звучал только мой голос.

— Позвольте мне объяснить. Когда Иван Ученик получает энергию от детей, он превращается в металлического героя Сильвана — Я сжал кулак, объясняя с жаром.

Это был стандарт жанра, когда после превращения героя рассказчик объясняет, что происходит. Однако я не собирался делать то, что они делают, когда возвращаются назад и снова просматривают сцену процесса превращения.

Закончив свою роль, я вернулся к Лисии. Она выглядела ужасно измученной.

—  Я не знаю, мне начинает кажеться глупым говорить что-либо...

— Шоу Токусацу - это очень похоже на "Не думай, чувствуй" - объяснил я — Если не думать об этом слишком глубоко, просто плыть по течению, то нет ничего более забавного, чем наблюдать.

— ...Я так и сделаю.

Теперь, возвращаясь к рассказу о зале, преображенный Сильван был силен.

Если раньше Данбокс издевался над ним, то теперь он осыпал монстра шквалом ударов и пинков, все время держа его в обороне.

Сильный. Ты сильный, Сильван, подумали все. Дети тоже были на взводе.

— Да, дан... бокс... —  В конце концов, Данбокс споткнулся и встал на колено.

Теперь это был его шанс!

— Съешь это, Дэнбокс! Удар грома!

Когда Сильван выпустил летящий удар, по кончику его ноги пробежала молния. Этот удар, пронизанный молнией, вонзился в Данбокса.

Я знаю, что постоянно говорю об этом, но молния была сделана его способностью. По сути, это была просто иллюзия, поэтому она не причинила никакого вреда Айше, человеку внутри Дэнбокса.

Тем не менее, Данбокс оступился на несколько шагов назад.

— Да... Данбоооооооокс! Это я! — Оставив после себя крик, он взорвался, разбрасывая части во все стороны.

Конечно, все, что произошло на самом деле, это то, что он спрятался, пока способность Ивана создавала эффект взрыва.

Когда Данбокс был повержен, мисс Дран, злая женщина-командир, которой нечем было заняться, пока она наблюдала за их поединком, возмущенно топнула ногой, словно только что вспомнила, что должна была делать.

—  Будь ты проклят, Сильван! На этот раз я отпущу тебя легко! Когда я вернусь, тебе лучше быть готовым!

С этими напутственными словами она повернулась и убежала со съемочной площадки туда, где зрители не могли ее видеть.

Проследив за ее уходом, Сильван снял только свой шлем с полным лицом и погрозил кулаком в ту сторону, куда ушла мисс Дран.

— Ты и твоя злая организация, которая замышляет захватить мир, Черная группа! Если вы собираетесь прийти, то приходите! Я сокрушу ваши амбиции снова и снова!

Иван заявил о своей решимости, а затем снова повернулся к детям. Затем, с улыбкой, которая казалась немного удушающе страстной.

— Итак, все! Давайте потренируемся с помощью Сильванских энергетических упражнений, чтобы не проиграть плохим парням! Встаньте на некотором расстоянии друг от друга, чтобы не столкнуться со своими друзьями!

Мгновением позже в зале зазвучала веселая мелодия, и Джуна с Ророа вошли в нужный момент, чтобы разделить детей. Затем Джуна начала петь вместе с музыкой. «Если хочешь вырасти сильным, делай Сильванские  упражнения!»

— Итак, давайте начнем с упражнений для верхней части тела, — позвал Сильван. — Все повторяйте!

Когда Иван двигался в такт музыке, дети подражали ему.

Это упражнение включало в себя подражание различным животным этого мира, пока Джуна пела комичные тексты. Их тексты были адресованы детям, но сами упражнения были основаны на радиоупражнениях, с которыми знакомо большинство японцев, поэтому они должны были быть логичной тренировкой.

—  Вы делаете много нелепых вещей... Но это просто шикарно! —  вдруг пробормотала Лисия, наблюдая за упражнениями — Это ведь образовательная программа, верно? Какой смысл скрывается за короткой драмой и этим упражнением?

Не так давно, я уверен, она бы спросила: "Есть ли в этом какой-то смысл?". Но сейчас Лисия спросила " Какой смысл?". Разница была всего в нескольких словах, но была тонкая разница в нюансах.

В первом случае было предположение, что смысла, скорее всего, нет. Во втором - уверенность в том, что какой-то смысл должен быть, и что она хочет знать, в чем он заключается. Я чувствовал ее доверие в этом тонком изменении, и это сделало меня немного счастливее.

— Конечно, смысл есть, —  сказал я — Если мы привлечем их внимание короткой драмой, больше людей будут смотреть. Упражнения полезны для здоровья и развития детей. Я активно пытаюсь их распространять. Но больше всего я хочу распространить слово "герой"".

— Слово "герой"?

Как раз в это время в зале началась интерлюдия упражнений Сильвана.

Иван повернулся к детям и обратился к ним.

—  Вы все молодцы! А теперь я хотел вам кое-что сказать. Чтобы стать по-настоящему сильным человеком, нужна не только сила. Если ты забываешь быть добрым, то ты просто грубиян!.

Затем он повернулся к драгоценному камню трансляции, то есть к зрителям, и произнес.

— По правде говоря, я бы тоже хотел подружиться с Черной группой. Если бы мы могли все обсудить, то, возможно, нам не пришлось бы прибегать к кулакам. Вот почему, с кем бы вы ни столкнулись, никогда не отказывайтесь от попыток понять их. Что делать, если они все еще неразумны и жестоки, спросите вы? Правильно! Чтобы убедиться, что вы сможете защитить близких вам людей, делайте упражнения с «Сильванской Энергией»!.

Интерлюдия закончилась как нельзя вовремя, и Иван снова начал упражняться вместе с песней.

Услышав слова Ивана, Лисия, на мгновение закрыв глаза, сказала:

— Быть сильным недостаточно. Не забывай быть добрым. Никогда не отказывайтесь от понимания друг друга... Вот что ты хотел донести до нас.

Она снова прошептала эти слова, как бы размышляя над ними.  Я молча кивнул.

— Когда ты маленький, слова, которые говорят тебе взрослые, странным образом остаются с тобой, верно?  Особенно если они исходят от героя, эти слова останутся в каком-то уголке твоего сердца, даже когда ты вырастешь. В качестве бонуса, когда мы говорим эти слова детям, мы можем рассчитывать на то, что их услышат и родители.

Затем я отбросил легкомысленное, шутливое отношение и перешел на более серьезный тон.

— Сейчас затишье, но в конце концов каждой стране придется столкнуться с Доменом Владыки Демонов. Эти слова - то, что я говорю сейчас, чтобы предотвратить превращение этого в полную трясину, которая не закончится, пока одна или другая сторона не будет уничтожена. Благодаря способностям Томоэ и информации, которой мы обменялись с Империей, мы поняли, что нельзя объединять всех в Домене Владыки Демонов. Если возможно, до начала боевых действий, я бы хотел провести переговоры с теми, кто кажется сговорчивым, например, с кобольдами, которые пощадили мистических волков.

— Верно...

—  Мне кажется, что когда придет время, судьбу страны решит количество взрослых людей в этой стране, которые сильны, добры и готовы не сдаваться, чтобы понять другую сторону, —  сказал я —  Если большинство из них может думать только: "Истребляйте демонов", то мы движемся прямо к тотальной войне. Чем больше будет людей, которые думают: "Должны быть демоны, которые могут понять нас", тем больше других путей мы сможем увидеть.

Когда я сказал это, Лисия слегка рассмеялась, затем ткнула меня в плечо.

— Я довольна объяснением, но... не слишком ли все это идеалистично для тебя?

— Это детское шоу, понятно? Я хочу, чтобы у детей были идеалы. А вы бы не хотели? Я имею в виду, когда дети странно реалистично смотрят на вещи, это просто невыносимо видеть.

—...Наверное, ты прав.

— Кроме того, это работа взрослых - смотреть на реальность так, чтобы дети могли продолжать говорить об идеалах.

Это тоже была работа короля. Находясь в поисках светлого будущего, я должен был готовиться к тому, что может наступить и темная эпоха. Для того чтобы оставаться добрым, сила была абсолютной необходимостью. Мне нужно было поднять силу нации, расширить наш арсенал и подготовить все так, чтобы мы могли выдержать тотальную войну, если до этого дойдет дело. Создать нацию, которая была бы подобна великому дереву, крепко держащемуся корнями за землю, которое не дрогнуло бы даже во время бури.

Пока я размышлял об этом, оказалось, что выступление закончилисось.

— Молодец! —  сказал Иван и погладил по голове стоящего рядом ребенка.

Дальше слово взяла ведущая Джуна.

— Как вам понравилась программа, которую мы только что показали, "Поем со старшей сестрой"? В этот раз мы снимаем внутри замка, но в будущем мы думаем вести прямые трансляции из театров по всей стране. Когда мы это сделаем, мы будем искать детей, которые будут петь и заниматься с нами, так что все вы, мамочки и папочки, приводите своих детей поиграть с нами! А теперь, до следующего раза, все вместе....

Когда Джуна дала сигнал, дети, Ророа, Иван и маленький Мусашибо, который незаметно пробрался обратно к финалу, повернулись лицом к камере и помахали руками.

— Пока, пока!

Голосами всех присутствующих первая в мире образовательная передача подошла к концу.

****

—Так жарко... Просто дай мне умереть... — стонала Памилла.

—Хорошо поработала, Памилла, — сказала Джуна.

Памилла, которая была внутри Маленького Мусашибо, теперь содрогалась от жары. В костюме кигуруми, должно быть, было очень жарко. Джуна обмахивала ее веером.

Рядом с Памиллой лежала Карла, обхватив колени и всхлипывая в позе эмбриона.

— Приходится выходить в эфир в таком наряде... Мне так стыдно, что я могу умереть.

Похоже, что трансляция этого супер-скупого наряда мисс Дран повергла ее в состояние шока.

...Да, я могу посочувствовать. Серина может быть такой полной и абсолютной садисткой.

— Чья это была вина? — прорычала она —Не твоя ли хозяин?

— Почему я?! Этот костюм был решением Серины, ясно?!

— Ахахаха... — засмеялась она странным голосом. —Ну, знаешь, говорят, что начальник несет ответственность за решения, которые принимают подчиненные, не так ли?

У Карлы были глаза, как у какого-то персонажа яндере. Я боялся, что меня могут убрать с хрустом, или с треском, или  ударом, и  еще  ударом,  и завершающим ударом!

—  Успокойся, Карла! —  крикнул я — Если ты убьешь меня, ты тоже умрешь!

— Мне так стыдно, что я могу просто умереть... Я заберу тебя с собой...

Вот дерьмо, подумал я. Этот взгляд в ее глазах, она серьезна.

— Айша, помоги! —  крикнул я.

—  Госпожа Карла! Мы в замке, в замке —  крикнула Айша.

— Не останавливайте меня, госпожа Айша! — закричала Карла — Если я не убью его, я не смогу умереть сама!

Пока Айша держала ее в оцеплении, я поспешно ретировался.

Почему именно на меня обрушились все обвинения в садистских наклонностях Серины? Ну, без сомнения, это просто Карла выплеснула свое безнадежное смущение в виде гнева.

...Возможно.

****

Итак, перейдем непосредственно к делу, "Вместе со старшей сестрой" был хитом. Особенно среди взрослых.

Я знаю, что создавал его для детей как целевой аудитории, но по какой-то причине их родители, опекуны и даже взрослые, у которых вообще нет детей, были увлечены им еще больше.

Для женщин это была очаровательность маленького Мусасибо и немного слишком страстная, но все еще горячая привлекательность Ивана.

Для мужчин это была крутость первого героя сериалов, которого они когда-либо видели, в паре с сексуальной злодейкой в исполнении Карлы.

Что ж, даже в Японии иногда встречались матери, которые увлекались программой даже больше, чем их дети, потому что смотрели ее из-за горячих актеров. Вероятно, это было что-то вроде этого.

Так и в Королевстве Фридония, в дни, когда показывали "Вместе со старшей сестрой", вместо того, чтобы дети умоляли родителей сходить на передачу, и люди часто видели, как родители умоляют своих детей.

Так или иначе, дети смотрели программу, так что все было хорошо, но...

— «Это работа взрослых - смотреть на реальность» говорил он, —  когда она узнала о ситуации, я получил холодный взгляд от Лисии.

— Ну, что плохого в том, что взрослые мечтают? —  заикался я.

Лисия молча смотрела на меня.

—...Нет, серьезно, как такое вообще получилось? —  пробормотал я.

Мне показалось, что уровень странности Фридонии еще чуть-чуть повысился.

________________________

кагами-моти -  разновидность моти, лепешек из клейкой рисовой муки. Эти традиционные сладости готовят в Японии перед Новым годом.

Песня  Kyary Pamyu Pamyu ♪ Minna no Uta  - https://www.youtube.com/watch?v=Xae1r_0l8bA

Песня «Musunde Hiraite » https://www.youtube.com/watch?v=qGA84ockV8M

Приятного чтения!

Антракт 1: Человек в черной мантии и младшая сестра генерала, сейчас ведут переговоры

Первый день второго месяца 1547-го года по континентальному календарю.

В этот день гордость Королевства Фридония, премьер-министр в черной мантии, он же Хакуя, проводил встречу с младшей сестрой принцессы Империи Гран-Кэйос и командующей великими армиями Жанной Эйфориа по вещательной сети с помощью простых приемников. На переговорах между Королевством и Империей все вопросы, которые считались недостаточно важными чтобы проводить прямые встречи непосредственно для короля Сомы и императрицы Марии, обычно решались этими двумя.

Сегодня встреча началась с извинений Жанны.

— Сэр Хакуя, прежде всего, позвольте мне извиниться за задержку в выборе посла Империи во Фридонии — Она продолжила. — Видите ли, нет никого, кто бы особенно подходил на эту должность. Если мы ищем кого-то достаточно надежного, чтобы мы могли раскрыть ему наш тайный договор, и в то же время способного рассматривать Королевство как равноправного партнера в альянсе, то это не так-то просто...

— Общее мнение таково, что наша страна не подходит для того, чтобы называться равной вам, вы хотите  так сказать? — спросил Хакуя.

— Я прошу прощения, если я оскорбила вас.

— Ничего подобного. В конце концов, между нашими странами вполне объективно существует разница в силе.

— Само собой разумеется, и я, и моя сестра полагаемся на королевство, сэра Сому и вас —  Жанна улыбнулась.

Хакуя непринужденно рассмеялась.

— Я думаю, что вы явно переоцениваете нас.

— Неужели? Когда речь идет о наших вассалах... Я думаю, что они были предвзяты из-за того, что происходят из страны, которая раздулась до слишком больших размеров. Слишком многие из них путают большие территории с силой и достоинством страны.

—  А вы не думали о том, что они могут быть не совсем неправы? —  спросил Хакуя.

Чем больше земли у страны, тем больше ее население. Увеличение земли и населения может быть напрямую связано с увеличением производственных мощностей. Производственный потенциал страны был напрямую связан с ее военной доблестью.

Но Жанна покачала головой.

— Это далеко не так. Вы думаете, сэр Сома сказал бы такое?

— ...Нет, не сказал бы. Больше всего его величество ищет "людей"—  с немного задумчивым выражением лица, Хакуя продолжил. —  Раньше, когда я спросил Его Величество: "Что заставило вас сделать сбор персонала своим главным приоритетом?", он сказал мне следующее: "Люди - это ваш ров, ваши каменные стены и ваша крепость".

—  «Народ - это ваш ров, ваши каменные стены и ваша крепость»... Понятно. Хорошая поговорка —  Жанна одобрительно хмыкнула.

— Ну, это не то, что Его Величество придумал сам. Очевидно, это слова военного стратега в мире, из которого он прибыл — он проболтался об источнике, но в душе он понимал, почему Жанна так хрюкнула.

Сома также сказал следующее: "Это сказал тот, кто действительно существовал в моем мире, даймё... Это слово означает человека, который был способным военным стратегом и феодалом. Примерно в то же время политический мыслитель Макиавелли говорил то же самое в стране далеко на западе. Что в мирное время лучше сносить стены, а именно: «Стены полезны в мирное время только тогда, когда народ восстает против тебя. Если вы будете опираться на стены и править жестоко, народ ополчится против тебя и пригласит в твою землю чужеземные силы. Поэтому князю безопаснее не строить стены, а привлекать народ на свою сторону. Интересно, что и на Востоке, и на Западе в одно и то же время в истории говорили примерно одно и то же».

Сома рассмеялся, но его слова произвели на Хакую сильное впечатление. Это было очень похоже на то, что сказал бы Сома, который извлекал уроки из истории для обоснования своей политики. Поскольку Сома извлекал уроки из слов древних, он собрал разнообразную группу со многими "дарами", и среди них был Хакуя.

Жанна кивнула.

— Моя сестра тоже говорила нечто подобное. 'Народ - основа страны'".

— Похоже, мы оба служим хорошим хозяевам.

— Хотя, в моем случае, она еще и родственница... Но я думаю, что она хороший хозяин. Даже если иногда она бывает немного ненадежной.

Увидев кривую улыбку на лице Жанны, Хакуя вспомнил своего собственного мастера, который обычно фокусировался на эффективности, но никогда не отказывался от сострадания к близким людям. Иногда он считал его неэффективным, и иногда это могло расстраивать, но, как ни странно, он не чувствовал в себе желания заставить его отказаться от этого сострадания.

—  Я более или менее чувствую то же самое... — сказал Хакуя —  Наша задача - поддержать их, когда это случится.

— В этом вы правы. А теперь давайте приступим к делу.

Переговоры начались.

Жанна начала.

—  Итак... Я полагаю, мы должны были обсудить обмен нашей пшеницы на ваши приправы - соевый соус, мисо и тому подобное. Мы не возражаем против этого. Моя сестра очень любит эту приправу, которую вы называете "соевым соусом". Он очень хорошо сочетается с рыбными блюдами.

—  Он хорошо сочетается и с мясными блюдами —  сказал Хакуя—  Давай я научу вас нескольким простым рецептам.

— Я буду благодарна за это. Итак, вы хотите пшеницу в обмен, но меня убедили, что ваш продовольственный кризис разрешился, не так ли?

— Это верно, но у нас все еще есть некоторые сомнения относительно наших излишков. Мы хотим импортировать продовольствие на случай, если в этом году будет плохой урожай.

— Я понимаю. ...Кстати, мы хотели бы со временем сами делать эти приправы. Могу я попросить вас прислать несколько торговцев?

— Мистические волки все еще имеют монополию на продажу внутри страны, так что... это будет зависеть от того, какую компенсацию вы предложите, —  сказал Хакуя.

— Я могу это понять. Как насчет метода смешивания специального компоста, который повышает урожайность?

— Думаю, это подойдет. Думаю, я расскажу об этом Его Величеству и получу разрешение.

—  Далее... По примеру передачи "Драгоценный голос" королевства, мы попробовали производить программы и здесь, в Империи.

— Хм... И что из этого вышло?

—  Программы о пении и тому подобное были в основном хорошо приняты, но я никогда бы не подумал, что самой популярной будет программа, которая следует за тем, что моя сестра делает в течение дня. Я понятия не имею, что в этом должно быть интересного...

— Ну, в конце концов, они называют ее святой, —  сказал Хакуя. — Я уверен, что госпожу Марию должны любить так же сильно, как приму Лорелею в нашей стране.

— При всем том, что ее личная жизнь - сплошной бардак, у нее, по крайней мере, красивое лицо, —  согласилась Жанна. —  Я отдаю должное своей сестре.

—  Не знаю, может быть, дело только в ее лице... но ее сестра мадам Жанна тоже красивая.

—...Никогда бы не ожидала такой лести из ваших уст, господин Хакуя.

— Хм? Я не льщу людям за столом переговоров, знаете ли, —  сказал Хакуя.

— Ооо...

— Хм?

Десять минут спустя.

— Хм, насчет сэра Сомы. Возможно, он уже разрабатывает какую-то интересную технологию, о которой мы даже не подозреваем?

—...А вот это уже интересно, —  сказал Хакуя.

— Хи-хи. Мы можем заплатить значительную сумму, так не могли бы вы раскрыть нам хотя бы малую часть деталей?

— Ну... если вы расскажете нам, как главные силы Империи, эскадрильи грифонов, воспитывают и тренируют своих скакунов, а также предоставите нам несколько пар для разведения, я мог бы это рассмотреть.

— Ооо, этого не будет, —  сказала Жанна с широкой улыбкой.

— В таком случае, пожалуйста, сдавайтесь, —  с ухмылкой ответил Хакуя.

— Хи-хи-хи.

С этого момента переговоры шли гладко, сохраняя расслабленную атмосферу.

Обычно переговоры проходили с упорным торгом, каждая сторона упиралась, чтобы получить наиболее выгодную сделку для своей страны. Однако Хакуя и Жанна оба были остроумны, и они с самого начала знали, где находится точка компромисса, поэтому им оставалось лишь обмениваться идеями, пока они не придут к ней. Поэтому через тридцать минут после начала переговоров большинство вопросов уже было решено.

Когда переговоры были завершены...

— Ну и ну, —  вздохнула Жанна. —  Когда я веду с тобой переговоры, все всегда проходит так гладко. Хотя это означает, что я не могу ослабить бдительность ни на минуту... Я бы хотела, чтобы здешние твердолобые люди поучились кое-чему на вашем примере.

— Я согласен, но... это действительно вопрос того, с кем я разговариваю. Если бы вы не умели находить компромиссные точки и не были таким надежным и верным партнером, все было бы не так.

— Это очень верно... Ну что, поставим чай?

— Звучит как план.

Каждый из них встал и начал готовить себе чай.

Для этих двух очень занятых людей, их встречи были запланированы на час, не больше. Однако, поскольку их переговоры проходили так гладко, они почти никогда не использовали все отведенное время. Поэтому в какой-то момент у них вошло в обычай пить чай вместе, обсуждать последние события и сетовать на своих хозяев.

Хотя это происходило через простой приемник, им обоим очень нравилось проводить время вместе.

Жанна отпила глоток чая и немного расслабилась.

— Фух... Насчет посла - жаль, что я сама не смогла поехать. Если бы я поехала, я могла бы увидетьвас лично, без экрана между нами, и мы могли бы выпить вина вместо чая...

— Я не очень хорошо переношу алкоголь, —  ответил Хакуя с кривой улыбкой. — Хотя это не значит, что я вообще не могу пить...

— О, вот это сюрприз.

— Алкоголь быстро действует на мою голову, —  объяснил он. — Стоит мне выпить два бокала, и я моментально отключаюсь.

— Хи-хи. Если бы получилось, я бы всегда ухаживала за вами, когда вы в таких ситуациях.

— Я бы чувствовал себя жалким, как мужчина, поэтому я бы предпочёл, чтобы вам не пришлось этого делать.

— Ахаха... Хаха... —  улыбка Жанны постепенно уменьшалась. — Ну... Я говорю это, но я не могу покинуть империю. У меня есть свои обязанности; и кроме того, без меня здесь моя сестра действительно была бы совсем одна.

—...Как она может быть одна? —  спросил Хакуя. — В Империи больше способных людей, чем звезд на небе.

— Я не это имела в виду. Есть разница между гостями и семьей.

Жанна опустила глаза, обсуждение явно причиняло ей боль.

— Моя сестра изо всех сил старается вести империю, которую оставил ей наш отец. У неё много сторонников, которые клянутся ей в верности. Однако они не могут предложить моей сестре никакого утешения. Обычно это должны делать мы, члены её семьи, но я занята своими обязанностями, а наша младшая сестра - эксцентричная... Ну, скажем так, я не могу рассчитывать на её помощь в этом отношении. Думаю, мне следовало бы подыскать ей мужа, который вошел бы в нашу семью; но трон отбрасывает длинную тень, и только люди с амбициями приблизятся к ней. Даже если бы человек без амбиций попытался подойти к моей сестре, честолюбивые просто встали бы у него на пути, я уверена...

Хакуя замолчал.

Одиночество императрицы. Услышав это, Хакуя подумал о своем собственном господине, о Соме, который, когда не был занят политикой, проводил свое время в окружении четырех невест и своей почетной младшей сестры, ничуть не заботясь о том, чтобы поддерживать достойный вид.

Когда Хакуя видел, что он ведет себя так неподобающе, он много раз жаловался: "Твои вассалы смотрят. Я знаю, что это твое личное время, но, пожалуйста, будь боле собраным"; но, возможно, для Сомы было важно это время. Чтобы не впасть в одиночество.

Когда эта мысль пришла ему в голову, Хакуя слегка улыбнулся.

— Хм? В чем дело, господин Хакуя?

Когда Жанна подозрительно спросила его об этом, Хакуя покачал головой и ответил.

—  Нет... Я просто подумал, что, как ни удивительно, может хватить всего одного чувства, чтобы заполнить это одиночество.

После этого их приятное времяпрепровождение вместе продолжалось еще некоторое время

Середина 2-го месяца, 1547-й год, континентальный календарь

— О! Ваше Величество, добро пожаловать и спасибо, что осчастливили нас своим присутствием.

Когда я прошел через дверь в студию трансляции Голос Драгоценности, которую мы создали в замке, хорошо сложенный дворянин средних лет приветствовал меня с преувеличенной пышностью.

Это был Молто Джуниро, отец Ивана Джуниро, который сыграл Сильвана, первого героя токусацу Королевства Фридония.

— Привет, Молто, — сказал я. — Как идут дела в программе?

— Сир, мы делаем все возможное, чтобы следовать вашему примеру.

Дело в том, что на днях, отчасти из-за того, что «Сильван» его сына стал так популярен, я решил пойти до конца и назначить Молто директором по производству эфирных программ. Я сделал это, потому что хотел иметь возможность продолжать производство программ, даже когда я был занят.

Молто, как и его сын Иван, обладал способностями, которые позволяли обходиться без спецэффектов, и я решил, что это делает его подходящим кандидатом на эту должность.

Молто погладил бороду и сказал.

— Ну, дело создания программ глубже, чем вы думаете. Есть вещи, которые люди хотят видеть, есть вещи, которые они не хотят видеть, есть вещи, которые мы хотим, чтобы они видели, есть вещи, которые мы не хотим, чтобы они видели... Довольно трудно найти правильный баланс.

Молто застонал в смятении.

Мне было приятно видеть, что он так серьезно относится к своей работе.

— Вы хотите уволиться?

— Нет! Я ценю этот вызов! —  ответил Молто с оживленной улыбкой.

Почему-то мне показалось, что так он выглядел лучше, чем когда пытался навязать мне свою дочь Сиену.

По этому поводу Сиена, которая теперь появлялась вместе со своим братом Иваном в качестве героини второго плана, сказала с мягкой улыбкой:

— Я считаю, что мой отец нашел свою цель в жизни. Существует ограниченное число способов возвыситься как дворянин. Вы можете отличиться на военной службе или в администрации, или стать родственником королевского дома по материнской линии. Это всегда были единственные пути, поэтому он всей душой стремился к ним. Однако, Ваше Величество, Вы научили моего отца кое-чему: радости создания передач для развлечения народа. Спасибо вам большое.

Вздох... Она была такой хорошей дочерью, что я почти сомневался, что она действительно кровная родственница этих буйных отца и сына.

В любом случае, давайте вернемся к теме.

Как и говорила Сиена, Молто с энтузиазмом работал над созданием программ вещания.

Я протянул ему руку.

— У меня большие надежды, Молто. Если вы продолжите развивать свое ремесло, я уверен, что в конце концов я оставлю на твое попечение Драгоценность.

— Боже мой! Вы дадите мне Драгоценность?!

— Да. Я бы хотел, чтобы вы использовали ее не для публичных трансляций, а для открытия собственной радиовещательной станции.

Другими словами, чтобы он стал частным вещателем. Если бы у нас был только общественный вещатель, то, в конце концов, количество программ, которые можно было бы производить, было бы ограничено. Для того чтобы это произошло, необходимо дальнейшее развитие технологий и принятие соответствующих законов, так что это не может произойти сразу. Тем не менее, лучше всего начинать готовиться к этому лет через пять-десять.

Молто весело рассмеялся.

— Вы дадите мне мою собственную независимую станцию, а! Мечты бесконечны!

— Да. Так что потрудитесь для этого.

— Предоставьте это мне! —  Молто гордо выпятил грудь. — Кстати, мессир, что вы здесь сегодня делали?

— Ах, да, верно. Кажется, Джуна должна была быть где-то здесь...

— Если вы имеете в виду госпожу Джуну Дома, то она сейчас снимает образовательную программу. — Молто указал в сторону студии.

Так получилось, что Джуна в данный момент находилась в середине прямого эфира образовательной программы. Песня, под которую она сейчас пела и танцевала, была детской песенкой из другого мира с немного азиатским стилем. Джуна выглядела так, словно танцевала с развевающимися струнами на рукавах, как небесная дева. Мне захотелось молиться:

— Закрой путь сквозь облака.

В конце концов, трансляция подошла к концу. Джуна заметила меня и бросилась ко мне, все еще в своем сценическом наряде.

— Что происходит, Ваше Величество? Я не думала, что вы планируете прийти сюда сегодня, не так ли?

— Ну, нет, я не собирался, но... я хотел попросить вас об одной услуге.

— У меня? —  спросила Джуна.

Я кивнул.

— Примерно три дня, начиная с завтра, я буду отсутствовать в замке, чтобы встретиться кое с кем. Я бы хотел, чтобы ты меня сопровождала.

— Я не против, но... ты оставишь столицу без присмотра на целых три дня? —  Джуна наклонила голову в сторону, выглядя слегка озадаченной. — При всем уважении, не помешает ли ваше отсутствие работе правительства?

— О, все будет в порядке. То, что я поручил Жене разработать, уже завершено .

— Что... я должна сказать...? — Джуна растерялась.

Я подождал, пока Джуна переоденется, потом мы пошли в офис. Теперь она смотрела на то, о чем я говорил.

Я заказал невесте Людвина и самопровозглашенному — сверх научному специалисту, Жене Максвелл, чтобы она разработала для меня определенную вещь.

Моя способность, «Живые полтергейсты», могла наделять предметы частью моего сознания, заставлять их парить и позволять мне видеть их с высоты; но она действовала только в радиусе ста метров или около того. Если у меня была ручка, которой я оформлял бумаги в офисе по правительственным делам, я должен был постоянно находиться в радиусе ста метров от неё. Из-за этого в период после передачи трона, когда дела были очень напряженными, я никогда не покидал столицу более чем на день, если только не возникал кризис.

Кроме того, как вы уже знаете, дальность действия этой способности можно было игнорировать, если целью была кукла; но, к сожалению, куклы не умели писать очень хорошо. Писать было легко, когда я управлял пером напрямую, но по какой-то причине было необычайно трудно делать это, когда перо держала кукла. Это было похоже на использование пульта дистанционного управления для управления рукой робота, который держал ручку. Это требовало огромной концентрации внимания, и то, что я писал, в итоге выглядело как куриная возня.

Я не мог писать неаккуратно на важных документах. Было много документов, неправильное прочтение которых могло привести к серьезным проблемам.

В конце концов, хотя куклы и отменили ограничение на дальность действия моих способностей, это не изменило ситуацию, которая не позволяла мне покидать замок на длительное время. Я знал, что если бы у меня была машина, способная писать письма, я мог бы выполнять свою работу на расстоянии, и это позволило бы мне без проблем покидать замок.

Примерно тогда же,  я открыл для себя способную Женю.

Она использовала кости дракона в качестве основного каркаса, комбинируя их с различными механическими и органическими частями, чтобы создать механического дракона Мехадру. Я подумал, что, возможно, она сможет создать куклу, которая двигается как человеческая рука.

С этой мыслью я сделал заказ, и буквально на днях фабричная рука № 1 (названная по имени) была завершена.

Со стороны это выглядело так, будто рука причудливо проросла из L-образной платформы. Проще говоря, это было похоже на протез руки или манипулятор. Однако она была странно реалистичной и похожей на человеческую, что было жутко и неприятно. Это было видно по реакции Джуны, когда она увидела эту штуку.

О, Женя, зачем тебе понадобилось делать его таким реалистичным?

Ну, я экспериментировал с использованием живых полтергейстов для управления фабричной рукой №1. Искусственная рука плавно двигалась, хватала ручку и писала буквы на листе бумаги.

...В движении она была вдвое более жуткой. Так это и была - долина сверхъестественного, да?

— Когда бюрократы видят, как эта штука работает, они всегда пугаются до смерти, — сказал я. — О, а когда горничные приносят чай, они часто кричат и падают в обморок.

— Я полностью понимаю их чувства. — Даже улыбка Джуны слегка дрогнула, когда она это сказала. В конце концов, это выглядело как что-то из истории ужасов.

— В любом случае, теперь, когда я могу поручить — Фабричной руке №1 выполнять за меня работу, я могу выезжать за пределы столицы, — сказал я. — У меня уже есть несколько таких машин.

— Перевозить целую кучу... Я даже не хочу представлять, на что это похоже, —   извиняющимся тоном сказала Джуна, но я с ней согласился.

«Ручные» куклы, в пустой комнате, бесконечно пишущие. Даже воображение этого заставляло меня содрогнуться.

Джуна покачала головой, пытаясь выбросить образ из головы, чтобы вернуть все на круги своя.

— Но, сир, почему вы хотите, чтобы я была с вами в качестве партнера? Разве принцесса, Айша или Ророа не подойдут так же хорошо?

— Хм... Учитывая, с кем я имею дело на этот раз, я хочу, чтобы ты одолжила мне свою силу, — сказал я. — Я думаю, что для остальных... они не сравнятся с ней.

— Ей? О ком ты говоришь?

— Командующий силами национальной обороны Эксель.

— ...понятно. Бабушка, да? Так вот зачем я тебе нужна.

Джуна казалась удовлетворенной этим объяснением. Однако вскоре она недоверчиво склонила голову набок.

— Но, сир, бабушка все это время была вашим союзником, не так ли? Когда вы говорите, что они не смогут ей противостоять, есть ли какая-то причина, по которой вы занимаете позицию против нее?

Когда я увидел обеспокоенное выражение лица Джуны, я сказал:

— О, это не то, — и покачал головой. — Мы покидаем столицу на три дня, чтобы проверить, как продвигается проект, над которым работала Эксель; но кроме этого... Я слышал, что Маркс недавно контактировал с Эксель.

—  Камердинер? Зачем он это сделал...? Это было для чего-то важного?

— О, нет, ничего такого важного. Кажется, он не делал из этого секрета. Он просто хотел получить от нее совет по некоторым вопросам, но... меня беспокоит то, о чем он советовался...

— ...И о чем, по-вашему, он советовался?

— Кажется... это как-то связано с — сексуальным инструктором для меня.

В тот момент, когда я это сказал, Джуна слегка вздрогнула.

Сексуальные инструкторы были обычаем высших классов в этой стране. (Рыцари, дворяне и выше.) Когда мужчина достигал совершеннолетия, к нему присылали — опытную женщину. Чтобы убедиться, что он не опозорится, когда возьмет жену, она учила его... ну... — этикету в спальне и другим подобным вещам.

Стандартно эти уроки проводились за столом, как уроки здоровья и физкультуры, но в некоторых домах было - практическое обучение.

Я неловко почесал голову.

— В этом году мне исполняется двадцать лет, и рядом со мной такие красавицы, как Лисия, Аиша и ты. Полагаю, они думали, что если оставить нас в покое, то я, как здоровый молодой человек, в конце концов, наложу руку хотя бы на одну из вас, поэтому раньше об этом не заходило речи. Но из-за того, что я так долго тянул, Маркс стал нетерпеливым, и он сказал, что, возможно, необходимо какое-то образование.

Похоже, Хакуя с ним согласился.

— Понятно... Так вот что это было. — Джуна кивнула, выражение ее лица все еще подергивалось.

Королевский дом этой страны находился на грани исчезновения из-за кризиса престолонаследия, разразившегося после смерти предыдущего короля, поэтому Маркс постоянно умолял меня — поторопиться и произвести на свет наследника. Хотя свадьба еще не состоялась, я уже был обручен с Лисией и остальными, так что, по его мнению, это не считалось добрачными сексуальными отношениями. Вот как плохо обстояло дело с нехваткой королевских особ в этой стране.

— И вот они вдвоем обратились к Эксель, которой пятьсот лет и у которой богатый опыт в романтических делах, — продолжил я. — У нас нет на примете подходящей женщины для этой работы, — сказали они. А когда нашли...

— ...у меня плохое предчувствие.

— ...Эксель подняла руку и вызвалась сама.

— Наглость! воскликнула Джуна, что она делала редко.

Похоже, когда она представила, что ее суженый (даже если это все еще секрет) может иметь отношения с ее бабушкой, она не смогла сохранить самообладание. Она показала смесь паники и гнева.

Она тоже может делать такие выражения... Это несколько освежает, подумал я.

Кстати, когда Маркс пришел к ней за советом, Эксель сказала:

— О боже, в таком случае, почему бы мне не поучить его за вас? В конце концов, у меня приличный опыт в этой области. Если хотите, я могу даже лично проводить практические занятия, понимаете? Я происхожу из расы долгожителей, так что вероятность того, что я забеременею, невелика. Хи-хи-хи, —  рассмеялась она так, что трудно было понять, насколько она серьезна.

По словам Маркса, видевшим ее двадцатилетнюю внешность, в ее глазах был блеск змеи, нашедшей добычу.

...Полагаю, она не зря принадлежала к расе морских змей.

Когда я сказал об этом Джуне, она прижала палец к виску, выглядя обеспокоенной. — Я слышала об этом от тети Акселы. Это была дочь Эксель и мать Карлы. — Когда она была еще маленькой девочкой, бабушка соблазняла мужчин, которые влюблялись в мою тетю, и дразнила их.

— Вау... Это довольно ужасно...

— Нет, она делала это только с теми, к кому моя тетя сама не испытывала никаких чувств. Это должно было заставить их отказаться от незаконной связи с ее дочерью, но... моя мать однажды сказала мне с измученным выражением лица:

— Я никогда не хотела видеть одноклассников, которые пытались ухаживать за моей матерью и получили отпор .

Ну, нет, я не думаю, что она хотела бы. Подумав об этом, Кастор изначально подошел к Эксель, не так ли? Неужели она была холодна к нему, потому что он первым обратился к ней? Безусловно, это правда, что она была потрясающей красавицей. Если бы я не был крепок духом, находясь рядом с Лисией и остальными, я мог бы и сам влюбиться в нее.

— Итак, теперь, когда вы знаете, в чем дело, я хотел бы попросить вас сопровождать меня, — сказал я. — Могу ли я рассчитывать на вас в этом?

— ...Я понимаю. Я сделаю все возможное, чтобы защитить вас, сир. —  Джуна отсалютовала мне, ее лицо было исполнено решимости.

Защитить меня от чего? ...Да, ответ на этот вопрос напрашивался сам собой.

Джуна посмотрела на меня, как будто хотела что-то сказать, но ей было трудно произнести что-то, и она отвела взгляд. Мне стало интересно, что это может быть, и я подождал ее. Джуна, казалось, решилась, затем открыла рот и сказала:

— Хм... Насчет проблемы, которая у вас возникла, ну... Разве она не решится, если ты просто наложишь руки на одну из нас? Это может быть принцесса, или Айша, или Ророа, или даже... гм... я....

Когда она сказала это, опустив лицо и подняв глаза, меня это сильно задело, но я сдержался и сглотнул.

— Я... э-э... еще не готов стать отцом, —  сказал я. — Послушай, я, конечно, люблю вас всех, и мне определенно интересно заниматься с вами подобными вещами, но... когда мне говорят, что я обязательно должен сделать ребенка, я колеблюсь. Со мной, какой я сейчас, с этой страной, какая она сейчас, я сомневаюсь, смогу ли я сделать всех вас и детей, которые родятся, счастливыми.

— Понятно... Джуна выглядела немного разочарованной, но она быстро скрыла это мягкой улыбкой. — Это очень похоже на вас, сир. Я чувствую, как сильно вы заботитесь обо всех нас.

— Конечно, я тоже чувствую вашу заботу!

— В таком случае, я буду с нетерпением ждать, когда вы будете готовы.

Улыбка Джуны была такой чудесной, что я крепко обнял ее. Она выглядела удивленной, но не сопротивлялась.

Она была мягкой и хорошо пахла.

Я еще не был готов, но... Я мог сделать хотя бы это, подумал я.

***

Несколько дней спустя - Лагуна-Сити

Лагуна-Сити был центральным городом герцогства Вальтер.

Он располагался на северо-востоке Фридонии, и, как можно было предположить из названия, это был город, построенный в лагуне. Из-за сильной жары и влажности он был построен подобно Венеции в Италии, и в городе повсюду проходили каналы.

Когда я смотрел на этот город, он напоминал мне определенную мангу, которую я читал давным-давно, но, к сожалению, здесь не было симпатичных девушек, выступающих в роли гондольеров. Вместо этого я увидел крепких мужчин, которые грузили и выгружали грузы из маленьких лодок по всему городу.

Сейчас была зима, поэтому мужчины были плотно закутаны, но если бы это было лето, то, вероятно, все они были бы практически голыми. (Даже мысль об этом была удушающей.)

Я был там, наблюдая за пейзажами Города из кареты вместе с Джуной.

— Ты родилась здесь, Джуна? — спросил я.

— Нет, я родилась чуть дальше на северо-западе, в маленьком портовом городке у границы с Восточным Союзом. Там не так оживленно, как здесь, но мы ловим там много вкусной рыбы.

— О, да? Я бы хотел когда-нибудь туда съездить.

— Да, надеюсь, что так и будет.

Пока мы мило беседовали, карета подъехала к поместью Эксель.

В Лагун-Сити, оплоте флота, была база, но не было замка. Это объяснялось тем, что они не ожидали осады города сухопутными войсками. Это отражало тот факт, что флот мог показать всю свою мощь на море, и если бы на эту землю когда-нибудь вторгся иностранный враг, они бы просто сели на корабли и уничтожили врага, город и все остальное, с помощью береговых бомбардировок.

Раса морских змей любила эту землю больше всех, и если они не могли получить ее, то никто не мог. Они были довольно яндере, когда речь заходила об их чувствах к этой земле.

Когда мы въехали на территорию в нашей карете, я увидел, что Эксель стоит перед усадьбой, ожидая нашего прибытия. Ее голубые волосы блестели на солнце, а из-за них выглядывало прекрасное лицо.

Как и всегда, Эксель была так красива, что это было видно даже издалека. Можно было действительно сказать, что она бабушка Джуны. (Хотя было мало людей, которым слово — бабушка подходило бы меньше). На ней был голубой наряд, похожий на кимоно, скрещенное с платьем.

Когда я оглянулся, Джуна с мрачным выражением лица смотрела на меня.

— Джуна? Что случилось? —  спросила я.

— Это кимоно...

— Кимоно?

— Это любимое бабушкино. Кажется... осторожность действительно может быть оправдана.

— Хм... Технически, моя единственная цель здесь - осмотреть военный объект...

Когда я сказал это, встревоженная Джуна обхватила мою руку, крепко сжав ее, а затем посмотрела на меня с серьезным выражением лица. — Сир, когда вы находитесь перед морским змеем, вы никогда не должны давать возможность нанести удар. Если вы это сделаете...

— Если я это сделаю?

— Тебя загрызут.

— ...

...Я не знал, что именно это должно означать, но мысленно пометил, что нужно быть осторожным.

Когда мы вышли из кареты, Эксель встретила нас с улыбкой.

— Прошло слишком много времени, Ваше Величество. Добро пожаловать в Лагуна-Сити.

Я знал, что сказала Джуна, но пока что она ничем не отличалась от обычной Эксель. Я постарался не выдать своей настороженности, ответив дружелюбным тоном. — Мы не виделись с тех пор, как я назначил вас верховным главнокомандующим Национальных сил обороны, верно? Я рад видеть, что вы в добром здравии.

— Хи-хи! О, сир, вам так нравится перекладывать основные обязанности на эту старушку. (Похоже, она была не против так себя называть) — Но спасибо. Надеюсь, у тебя все хорошо, Джуна.

— Рада снова видеть вас, Морская Принцесса. — Рядом со мной Джуна сделала изящный поклон.

В бывшем флоте Эксель называли — Морской принцессой. Возможно, для них это было похоже на обращение к ней — мэм.

— Но Эксель покачала головой. — Джуна, ты уволена из флота. Ты выйдешь замуж за Его Величество, даже если будешь второстепенной королевой. Единственное положение, которое мы сейчас занимаем по отношению друг к другу, это положение семьи.

— Морска... Нет, я понимаю. Бабушка.

Да. Это была хорошая сцена, которая показала их семейные узы... или мне так показалось.

— Хи-хи-хи. Значит, Джуна, теперь мы с тобой равны.

...Что это было? Мне показалось, что она сделала ударение на слове «равны» ?

Кроме того, когда она услышала слово «равны», мне показалось, что я заметил, как на виске Джуны вздулась жилка. — ...Хи-хи-хи. Что вы хотите этим сказать, бабушка?

— Видишь ли, ключ к тому, чтобы не уставать от слишком долгой жизни, - это всегда интересоваться кем-то или чем-то.

— Как сейчас? — спросила Джуна. — У тебя есть интерес к Его Высочеству?

— В конце концов, он первый наш герой со времен первого короля. Я нахожу его очаровательным.

Эксель улыбалась. Но я чувствовал странное давление за этой улыбкой. Джуна ответила такой же улыбкой.

...Что это была за атмосфера? Я действительно хотел выбраться оттуда.

— Так, может, мы пойдем внутрь? —  предложил я. — Нет никакой необходимости стоять здесь, конечно.

— Хи-хи! Простите меня за это, —  сказала Эксель. — Пожалуйста, проходите сюда.

В общем, когда формальности были завершены, нас провели в здание.

Внутри оно было похоже на стильный особняк в западном стиле. Мебель, выставленная на витринах, не была слишком вычурной, вместо этого она сливалась с непринужденной атмосферой. Даже я, не обладающий никакими художественными способностями, мог оценить хорошее эстетическое чувство Эксель.

В конце концов, нас привели в комнату с табличкой, на которой значилось, что это гостиная.

В салоне уже находился один человек, стоявший наготове.

Этот высокий человек, одетый в форму унтер-офицера национальных военно-морских сил Фридонии, имел крылья, похожие на крылья летучей мыши, и хвост, как у ящерицы. Мужчина отдал честь, а затем начал готовить чай.

Даже когда мы расселись и он закончил раздавать всем чай, этот человек продолжал стоять за спиной Эксель, ожидая распоряжений.

Я помассировал виски.

— Если он так и будет стоять там, это будет слишком сильно беспокоить меня, чтобы не думать об этом.

— Я сказала ему, что он может вести себя как обычно, — сказала Эксель с кривой улыбкой.

Человек, стоявший позади нее, был Кастор. В прошлом он был одним из трех герцогов и генералом военно-воздушных сил. Он также был отцом Карлы.

После того, как его привлекли к ответственности за неповиновение своему королю и лишили должности, он был вынужден уйти в отставку и оставить главенство в семье своему маленькому сыну Карлу, а его самого поместили под опеку Эксель.

Кстати, помощником Карла по его просьбе стал бывший управляющий дома Варгас и нынешний генерал Национальных сил противовоздушной обороны Толман.

Во всяком случае, судя по тому, что рассказала мне Эксель, она усердно занималась Кастором, как рядовым солдатом Национальных военно-морских сил обороны.

Возможно, превращение в побежденного генерала лишило его упрямой гордости и сделало более кротким. А может быть, он просто из упрямства делал вид, что действует только как рядовой солдат Национальных военно-морских сил обороны.

Если он встречал их на улице, то кланялся даже тем, кто еще недавно был намного ниже его по званию, а когда наступал его день дежурства, он чистил все туалеты на корабле.

Я так же дума  Карле, представители их рода, как правило, были слишком преданы тем должностям, на которых они оказались.

— ...Это приказ, —  сказал я. — Садись, Кастор.

— Да, сэр! Прошу прощения, сэр! Кастор наконец-то сел.

— Кроме того, меня это немного пугает, так что отбросьте излишнюю формальность,- добавил я. — Если мы не на публике или рядом нет других подчиненных, я хочу, чтобы вы разговаривали нормально, когда это касается личных вопросов. Это тоже приказ.

— Да, сэр... Но...

— Кастор, разве унтер-офицер может ослушаться приказа своего короля? —  потребовал Эксель.

— ...Понял. —  Кастор неохотно согласился.

Фух... Теперь мы наконец-то можем спокойно поговорить, подумал я.

— В любом случае, давно не виделись, Кастор, —  сказал я. — Как жизнь на флоте?

— Вполне хорошо, сэр. Я уже привык... Я привык к запаху моря. А еще...

— Хм? Что случилось?

— Как дела у Карлы? — Казалось, он беспокоился за свою дочь, которая теперь была моей рабыней. В конце концов, он был ее отцом.

— Расслабься. Карла... Ухх, она прекрасно себя чувствует.

— Что это была за пауза?! Зачем это «ух» ?!

— Нет, я уверен, что у нее все хорошо и все такое, просто...

Если бы я вспомнил, то сейчас Карла была бы в замке...

***

Тем временем, в студии в замке Парнам...

— Бвахахахаха! Сильван, сегодня я покончу с тобой! Хватай его, колёсный монстр Диалгон!

— Диалгон! (Молто перенял игру монстров у Айши).

— Будьте вы прокляты, госпожа Дран и Диалгон! Я буду защищать мир в этой стране!

**

—...Ага. Она (вероятно) в порядке. Физически она - само воплощение здоровья. Я знаю, что она рабыня, принадлежащая королевскому дому, но я не накладывал на нее руки или что-то в этом роде.

Что касается ее психического здоровья, я не был так уверен. Я имею в виду, что Серина постоянно играла с ней...

— Вы ничего ей не сделали... Когда я слышу это, я волнуюсь еще больше.

— Хм? Почему это заставляет тебя выглядеть таким подавленным? — спросил я.

— Потому что если бы вы наложили на нее руки, я бы подумал, что так Карла была бы в большей безопасности. — Кастор слегка вздохнул. — Я слышал от герцогини Эксель. Вы из тех людей, которые ценят свою семью и готовы на все, чтобы защитить ее. За то время, что прошло с тех пор, как меня оставили здесь, до меня дошли слухи о том, чем вы занимаетесь, и... Я придерживаюсь того же мнения. Вот почему я считаю, что если Карла забеременеет и вы признаете ее своей семьей, ничто не сможет сделать ее более защищенной.

Не для того, чтобы он мог стать родственником королевского дома, а для того, чтобы его дочь была в безопасности. Это заставило меня задуматься о том, насколько сложны чувства отца.

Но...

— У меня нет ни малейшего намерения брать Карлу в королевы.

Он замолчал.

— Тем не менее, Лисия будет расстроена, если с Карлой что-то случится, — сказал я. — Я бы не хотел видеть Лисию расстроенной. Я могу гарантировать вам, что не сделаю ей ничего плохого.

— Вы не сделаете...? Я рад это слышать. Пожалуйста, я прошу вас хорошо заботиться о моей дочери. —  Кастор глубоко склонил голову.

Я уверен, что он принял этот более официальный тон в самом конце, потому что это была искренняя, сердечная просьба. Учитывая то, как Эксель обращался с ним, возможно, это помогло ему немного вырасти как человеку. (Ну, вообще-то, как дракону.)

Я посмотрел на Эксель.

— Итак, Эксель, как вы думаете, мы можем использовать этого парня?

— Хи-хи! Я хорошо его подготовила. Как и следовало ожидать от человека, который когда-то возглавлял армии, он быстро учится. Судя по тому, как все идет... я бы сказала, что это возможно.

— Понятно... Ну, тогда пойдем.

Закончив этот обмен мнениями, понятный только нам двоим, мы с Эксель поднялись на ноги. Когда они увидели, что мы внезапно встали, глаза Джуны и Кастора расширились.

— Эм, сир? Куда мы идем? Джуна спросила меня с пустым взглядом.

Я криво улыбнулся.

— Вы уже забыли? Наш план на день - обследовать военный объект, помнишь?

— О, раз уж вы об этом заговорили... Точно. — Щеки Джуны покраснели от смущения.

Ее ум, должно быть, был занят тем, чтобы быть начеку против Эксель. Когда она смущалась, то вела себя соответственно своему возрасту. Это было очень мило. Я хотел бы просто смотреть на нее вечно, но у меня были королевские дела, которые нужно было сделать.

— Итак, первое дело... — Я повернулся к Кастору, который выглядел так, будто не понимал, что происходит. — А сейчас давайте наденем на Кастора повязку.

С завязанными глазами мы сели в гондолу виверны и ехали около часа, включая время пересадки на корабль на полпути.

Когда мы, наконец, достигли места назначения, я сказал Кастору:

— Хорошо, теперь вы можете снять повязку.

— ...Почему вы говорите так высокопарно? —  ворчал Кастор.

Даже ворча, Кастор снял повязку. Когда он это сделал, то оказался посреди леса.

Там были только Джуна, Кастор, Эксель и я, и единственное, что было в поле зрения, это куча деревьев.

— Что мы делаем в таком месте? —  Кастор выглядел сомневающимся, но потом он вдруг, казалось, что-то понял и нахмурил брови. Он спросил меня: — Это... остров или что-то вроде того?

— О...? Почему вы так думаете?

— Я чувствую запах соленой воды во всех направлениях. Мы ведь рядом с морем, верно? В конце концов, мы сели на лодку в середине пути.

— ...Проницательный, — сказал я.

Несмотря на то, что у него все это время были завязаны глаза, он сразу понял, что мы окружены морем. Это было впечатляюще. Видно, что Эксель хорошо его обучила.

В этот момент я заметил, что Джуна ошарашена тем, что она видит.

— В чем дело? — спросил я.

— О, нет... Просто по дороге сюда я видела много невероятных вещей... — немного смущенно сказала Джуна, поняв, что я застал ее врасплох.

Ооо... Если подумать, я ведь никогда не рассказывал Джуне об этом месте, не так ли? В конце концов, я полностью отдал это в руки Эксель.

Видя Джуну в таком состоянии, Кастор выглядел еще более подозрительным.

— Что это за место?

— Хм? Ну, если говорить простыми словами... Это наше секретное оружие и  возможно полигон для испытания какого-то вида войск?

— Секретное оружие? — повторил Кастор.

— Быстрее будет просто показать вам. Пойдемте сюда. Я начал идти и повел всех за собой.

Когда мы прошли немного, мы пришли на поляну. Это был луг, поросший короткой травой.

Высоко вверху ничего не было, поэтому над нашими головами простиралось голубое небо. Когда я посмотрел на небо, там в строю летали рыцари на вивернах.

Я указал вверх на этих рыцарей.

— Кастор, что вы думаете, когда видидете это?

— Они очень... быстрые, хм... —  сказал Кастор, сузив глаза, как будто они были яркими. — Слишком быстрые, если что. Виверны не могут летать с такой скоростью. Они используют магию или что-то еще?

— Ну, если говорить о магии... можно сказать, что они используют ее, в каком-то смысле, да. Но, если бы они использовали магию для создания попутного ветра, как вы думаете, смогли бы они лететь в таком строю?

— ...Нет, не возможно. Если бы они ускоряли себя с помощью магии, они были бы менее синхронизированы.

Как и говорил Кастор, у людей были разные уровни мастерства, когда дело доходило до магии. Даже если они использовали магию одного типа, сила, дальность действия и стоимость зависели от человека. Поэтому, даже если бы мы собрали группу людей с одинаковой способностью манипулировать ветром, они, вероятно, не смогли бы летать в аккуратных формациях, ускоряясь с помощью магии. Так что эта скорость пришла не от магии, а от технологии.

— Я хочу, чтобы вы посмотрели на заднюю часть их сёдел, — сказал я.

— У них там что-то прикреплено, —  заметил Кастор, посмотрев туда, куда я ему указал. — Это те кольца?

Если присмотреться, то да, на спине седла рыцарей на вивернах было два кольца: одно слева, другое справа.

Я ответил ему, продолжая смотреть на небо:

— То, что вы видите на спинах их седел, - это миниатюрная, облегченная версия Маленького Сусуму Марк V. (Максвелловское двигательное устройство (МДУ)). Оснащенные им, виверны могут летать быстрее и с большей дальностью полета, чем когда-либо прежде.

Это случилось в тот день, когда Людвин повел меня посмотреть на лабораторию Жени в подземелье.

Они показали мне такие изобретения Жени, как Марк V и Мехадра, и хотя по дороге домой я все еще испытывал некоторые сомнения (особенно по поводу того, что мне делать с Мехадрой), я был уверен, что нашел ключ к революции в этой стране. Именно тогда мне пришла в голову одна идея.

— ...Эй, Женя. Может ли этот Марк V выпускаться серийно? И можно ли сделать его меньше и легче?

— Хм... —  ответила Женя, немного подумав. — Это действительно вопрос того, смогу ли я найти источник определенного специального металла, но если об этом можно позаботиться, то массовое производство возможно. Теперь, что касается миниатюризации и облегчения, вы ведь понимаете, что производительность при этом уменьшится?.

Металл, да? Это было до того, как мы поглотили Амидонию, так что достать металл было бы сложно, учитывая бедность минеральных ресурсов в королевстве...

Женя недоуменно наклонила голову в сторону и спросила:

— Для чего вы собираетесь их использовать?

— Ну, они всасывают воздух и выдувают его обратно, верно? В таком случае, я подумал, что мы могли бы прикрепить их к животам виверн, или, может быть, к спинам их сёдел.

— О?! Понятно! Я и не думала использовать их таким образом!

В этом мире существовало три вида существ, используемых подобно самолетам: виверны, которые были широко распространены, грифоны, которых удалось вывести только в Империи, и драконы горного хребта Звездного Дракона. Если бы я назначил им оценку S, A, B или C за скорость полета, поворотливость и дальность полета, то это выглядело бы следующим образом:

[Виверна] Скорость полета: B, Способность к повороту: C, дальность полета: A

[Грифон] Скорость полета: A, способность поворота: S, дальность полета: C

[Дракон] Скорость полета: S, способность поворачивать: A, дальность полета: S

...Ну, более или менее.

Если посмотреть на эти показатели, то можно увидеть, что виверны похожи на бомбардировщики, способные летать на большие расстояния, но не сильные в бою; а грифоны похожи на истребители, не способные летать на большие расстояния, но сильные в бою. Драконы были сильны во всех категориях, но их было гораздо меньше, чем двух других, и они были разумны, поэтому их нельзя было контролировать. На севере была страна, заключившая договор с драконами, но они были исключением среди исключений.

Другими словами, хотя я хотел избежать этого любой ценой, если мы вступим в войну с Империей, наша виверновая кавалерия не сравнится с грифоньей кавалерией Империи.

Однако, если бы мы смогли сделать миниатюрную, облегченную версию двигательного устройства Жени и прикрепить ее к ним, что тогда? Разве это не повысит все их способности, кроме способности поворачивать? Если бы мы могли его сделать:

[Виверна (с пропеллером)] Скорость полета: B (S), Способность поворота: C (C-), дальность полета: A (S+)

Тогда, даже если они не смогут сражаться с кавалерией грифонов в ближнем бою, они смогут конкурировать, используя стиль боя — бей и беги. Это то, о чем я думал.

Однако мне не удалось найти источник этого особого металла, поэтому идею пришлось на время отложить. Однако после того, как Ророа навязала мне Амидонию, все изменилось.

Хотя уровень продовольственной самообеспеченности Амидонии был низким, она производила множество ценных минеральных ресурсов, помимо железа. Среди них был и особый металл.

Получив стабильные поставки необходимого металла, я снова попросил Женю разработать миниатюрную версию Марк V, которой можно было бы оснастить виверн.

— И вот она разработала лёгкую версию  Марк V,- заключил я.

Массивный Марк V был сделан меньше, легче и мог быть установлен на седле виверны. Причина наличия двух колец заключалась в том, что при наличии только одного кольца он затягивал всадников, которые оказывались перед ним. Чтобы предотвратить это, кольца располагались слева и справа. Кстати, когда они не использовались (когда всадник хотел сосредоточиться на крутых поворотах, или виверна сама хлопала крыльями), их можно было закрыть, как раковины моллюсков. Напротив, когда устройство использовалось (для высокоскоростных полетов на большие расстояния), виверна могла держать крылья в открытом положении, сосредоточившись только на создании подъемной силы.

С изобретением  Марк V Лайт, виверны нашей страны, как я и надеялся, смогли превзойти эскадрильи грифонов Империи во всем, кроме скорости поворота.

Услышав это объяснение, бывший генерал ВВС Кастор был глубоко впечатлен. — Это невероятное изобретение, да, но... неужели нельзя было что-нибудь сделать с этим именем?

Это было единственное, что его разочаровало. Я могу ответить.

— Я, по крайней мере, зарегистрировал его как Легкое Максвелловское Двигательное Устройство,- сказал я.

— Да, думаю, так будет лучше.

В этот момент я заметил, что у Джуны мрачное выражение лица.

— Эй, что случилось, Джуна? спросил я.

— Эм... вы планируете сражаться с Империей, сир? обеспокоенно спросила Джуна.

О... Выслушав мое объяснение, она могла так подумать. Это было правдой, я использовал Империю в качестве воображаемого врага при разработке оружия. В конце концов, всегда нужно готовиться к тому, что враг сильнее тебя. Но...

— Пока императрица Мария из Империи Гран Хаоса остается верной своим идеалам и стоит на своем, я не думаю, что у нас будут проблемы,- сказал я. — У меня тоже нет намерения сражаться против Империи в ее нынешнем виде.

— ...Ты не хочешь?

— Нет. Но... никто не знает, что ждет нас в будущем. Нет никакой гарантии, что Империя будет придерживаться своей нынешней политики, и вполне возможно, что другая крупная держава, кроме Империи, может однажды восстать, чтобы противостоять нам. Я не хочу наивно смотреть на вещи, а потом оказаться в затруднительном положении, когда придет время. Вот почему я всегда должен исходить из худшего возможного сценария.

Для этого нужно делать то, что похоже на снос каменного моста и его замену с использованием новейших технологий. Макиавелли говорил, что принц всегда должен быть готов к переменам судьбы, в конце концов.

— Вы предполагаете худший из возможных сценариев... Понятно, — сказала Джуна и больше ничего не говорила на эту тему.

Я был уверен, что она все еще чувствует беспокойство, но, в конце концов, она доверяла мне. Лисия и Айша иногда были такими же. Ророа была единственной, кто не чувствовал беспокойства и действительно помогал мне.

Честно говоря... они все были слишком хороши для меня.

Кастор спросил:

— Ранее вы говорили, что это полигон для испытания секретного оружия и типов войск, так? Я понимаю, что касается оружия, но что это за секретный вид войск?

— Если вы хотите это узнать, нам нужно пройти немного дальше,- ответил я.

Я начал идти, ведя группу к нашей следующей остановке. Пока мы продвигались по открытому полю, трава вдруг остановилась, и обнажилась голая земля. То место, где лежала красная глина, было похоже на спортивную площадку. Однако здесь не было ни базы для бейсбола, ни ворот для футбола. Здесь были только две палатки, чтобы защититься от солнечного света, и один противовоздушный метатель болтов.

Внутри палатки маг с лисьими ушами, который теперь был вторым помощником Людвина, Каэде Фоксиа, беседовала с группой людей, похожих на исследователей и инженеров.

Когда мы подошли, Каэде тоже заметила нас.

— Ваше Величество, и герцогиня Эксель. Добро пожаловать, — сказала Каэдэ и поприветствовала нас с улыбкой.

— Давно не виделись, — ответил я. — У вас все хорошо?

— Да. У нас с Хэлом все хорошо. О? Принцесса сегодня не с вами?

— Да... Эта леди - мой партнер на сегодня, — сказал я ей шепотом, положив руку на поясницу Джуны и слегка подтолкнув ее.

Джуна сделала шаг вперед, затем слегка склонила голову перед Каэдэ.

— Приятно познакомиться. Я - Джуна Дома, ранее служившая в военно-морском флоте.

— О, Боже! Вы - прима Лорелеи, не так ли?! Я ваша поклонница, вы знаете! Пожалуйста, позвольте мне пожать вам руку! Каэдэ взяла руку Джуны обеими своими и пожимая дергая ее вверх и вниз.

— Я никогда бы не поверила, что вы служите на флоте... А? Разве Его Величество только что не сказал, что вы его партнер...?

Каэдэ быстро моргнула, затем посмотрела на меня.

Я сказал, что она мой партнер, думая, что Каэдэ не будет знать, что мы помолвлены, но было немного неловко объяснять это своими словами. Когда я посмотрела, Джуна тоже немного покраснела.

— Эм, эм, ну... Вот как это бывает, — сказал я наконец.

— ...Я поняла,- сказала Каэдэ. — Так вот оно как, да?

Глядя на оба наших лица, Каэдэ, умная девочка, какой она была, сразу же соединила точки.

Немного понизив голос, она спросила

— Поскольку об этом еще не объявили, я полагаю, это все еще секрет, верно?.

— Я рад, что вы быстро улавливаете такие вещи, — прошептал я в ответ. — Джуна невероятно популярна, в конце концов.

— Ну, это правда. Думаю, если бы вы объявили об этом сейчас, начались бы беспорядки. — Каэдэ была совершенно серьезна.

Я знал это, поэтому и пытался сместить популярность Джуны с идола на певицу для маленьких детей.

— Оставим это в стороне, я бы хотел показать Эксель и остальным новый вид войск, — сказал я.

— Понятно. В таком случае, мы как раз собирались провести учения.

С этими словами Каэдэ начала отдавать приказы ближайшим инженерам. Она приказала им нарисовать мелом двойной круг в центре глиняного поля. Затем Каэдэ с помощью магии земли (гравитационное манипулирование) переместила противовоздушный метатель болтов в центр круга. Когда Каэдэ закончила установку противовоздушного метателя болтов, она вернулась к нам.

— Ух! Все готово к работе.

— ...И что вы собираешься здесь начать? — спросил Кастор, и я в ответ указал на небо.

— Если вы посмотрите вверх, думаю, это быстро станет очевидным, — объяснил я.

— Вверх?

В небе, куда мы посмотрели, пролетала еще одна формация вивернов. До этого момента описание было таким же, как и то, что он видел раньше, но на этот раз виверны несли что-то на задних лапах.

(У виверн, в отличие от драконов и птиц, вместо передних лап были крылья). Когда строй виверн прошел над нашими головами, они в унисон бросили все, что там было.

Эти бесчисленные вещи, которые были выброшены, падали к нам по прямой линии.

Чем ближе они подходили к земле, тем больше их форма постепенно становилась очевидной.

Это были люди. Бесчисленные люди падали. Более того, мы могли сказать, что у всех у них было оружие.

Затем мы услышали слабые крики.

— Вахххххххх!

Халберт был там, среди кричащих и падающих людей.

— Эй! Они только что сбросили кучу людей! — крикнул Кастор, в голосе которого звучала паника.

Если вы не знали, что случилось, это была естественная реакция, я думаю.

— Все в порядке, —  сказал я. — Просто смотрите.

Почти в тот же момент, когда я это сказал, на спинах всех падающих людей появились круглые парашюты. Внезапно скорость их падения снизилась. Парашюты распустились в небе, как белые цветы, как будто мы наблюдали фейерверк на расстоянии. Хотя, если бы они исчезли, как фейерверк, Халберт и остальные оказались бы вверх тормашками.

Кастор ошарашенно смотрел на отряд парашютистов.

— Что именно... это такое?

— Вы  имеете в виду снаряжение? Или тип войск? — спросил я.

— И то, и другое.

— Оборудование называется парашютом. Когда он расправляется, он снижает скорость их падения, обеспечивая безопасное приземление.

Я обратился к команде разработчиков и сказал:

— Эй, такая штука существует, и попросил их сделать их для меня. Теперь, что касается типа войск... Это десантники-виверны. Я называю их «дракшутистами»

— Десантники?  —  спросил Кастор.

— Это тип войск, которые сбрасываются с неба, чтобы удивить врага, повергнуть в хаос его тылы и захватить вражеские позиции. Обычно для создания таких войск нужны самолеты, но у нас в этом мире есть виверны, в конце концов. Я решил, что основа для их создания уже заложена, и организовал ее.

Когда я думал о том, смогу ли я воссоздать здесь те виды войск, которые существовали в моем прежнем мире, первыми на ум пришли десантники. В Германии их называли – Фольширмъегер (Fallschirmjäger),и они использовались со времен Второй мировой войны. Их основными задачами, как я уже объяснял, были засады, создание хаоса и захват позиций. Многие из них были мачо, и в японской 1-й воздушно-десантной бригаде о них рассказывали такие истории, что можно было подумать, что они вышли из какой-то манги. (Пример: разрывание проволоки толщиной в два миллиметра голыми руками).

Первоначально десантники моего старого мира сбрасывали свое снаряжение в отдельных контейнерах, так что если они спускались не в том месте, где находился контейнер, им приходилось сражаться только с пистолетами.

Но это был мир меча и магии, поэтому если наши могли взять с собой только одно специализированное оружие, они все равно могли дать хороший бой. Если бы у Хэла было только одно копье, он, возможно, в одиночку устроил бы полный хаос во вражеском лагере. С этой точки зрения, они хорошо подходили для этого мира.

Кастор недоуменно посмотрел на меня.

— Они дракшутисты, хотя на вивернах?

— Х-хей, а в чем проблема? К тому же, - «дракшутист»  звучит круче, чем – «виверншист» в любом случае.

— ...Наверное, так и есть.

Да, крутизна была важна. Им не обязательно было прыгать с драконов.

— Это в сторону... У меня была еще одна цель - организовать подразделение дракшистов,- добавил я.

— Хм? Есть еще что-то?

— Смотри и увидишь. Хорошо, Каэдэ, действуй.

— Да, сэр.

Когда я подал сигнал, Каэдэ подняла правую руку. Затем:

— Теперь... Огонь!

Когда Каэдэ опустила руку, противовоздушный метатель болтов в центре двойного круга выпустил все свои болты сразу. Болты, дальность и точность которых была увеличена магией, устремились к Хэлу и остальным. К сведению, наконечники болтов были сделаны из материалов, которые не причинили бы вреда, даже если бы попали в них, но когда они летели с такой скоростью, то причиняли сильную боль  при попадании просто своим весом.

— Да пошла ты!

Хэл издал непонятный боевой клич, отбивая летящие стрелы копьем, которое держал в руке. Остальные рубили их мечами, блокировали огромными щитами, отражали пряжками или находили другие способы защититься от града снарядов.

В конце концов, приблизившись к земле, Хэл окутал свое копье огнем... или нет. Он просто метнул его прямо в противовоздушный метатель болтов.

Тук!

Копье пронзило насквозь противовоздушный метатель болтов. Если бы Хэл окутал свое копье пламенем, оно бы пронзило насквозь ретранслятор и подожгло его, полностью заглушив. Другими словами... бросок был успешным.

— Прекратить огонь!

По сигналу Каэдэ противовоздушный ретранслятор остановился. Хэл и его товарищи-дракшутисты один за другим приземлились в двойном круге.

Наблюдая за ними краем глаза, я объяснил Кастору:

— Это еще одно их применение. Они - убийцы противовоздушных болтомётов.

Противовоздушный метатель болтов был разработан, чтобы противостоять значительной воздушной мощи, которую обеспечивали кавалерия виверн, эскадрильи грифонов и рыцари дракона. Дальность стрельбы и способность к отслеживанию были значительно увеличены магией, что делало его естественным врагом летающих частей, таких как рыцари-виверны. Из-за этого атакующие не могли использовать свою воздушную мощь для внезапной бомбардировки города. Если они хотели бомбардировать город с воздуха, то сначала им нужно было уничтожить эти противовоздушные метатели болтов, которые находились на стенах замка.

Благодаря этому, им пришлось бы начать осаду с помощью наземных сил, таких как армия. Только после того, как армия возьмет стены или уничтожит на них противовоздушные болтометы с помощью осадных орудий, их воздушные силы смогут провести бомбардировку города.

При этом, если город подвергался бомбардировке, защитники уже проиграли. По всей видимости, с точки зрения здравого смысла, они должны были сдаться, как только станет возможной воздушная бомбардировка. Вот почему в осадных сражениях задача ВВС заключалась в том, чтобы уничтожить ВВС другой стороны, чтобы они не могли атаковать армию.

Это заставило меня задуматься. Если бы существовал более простой способ атаковать противовоздушные ретрансляционные болтометы, то ВВС можно было бы развернуть быстрее, и это позволило бы ускорить битву.

— Итак, то, что я сформулировал в качестве ответа на этот вопрос, - это дракшутисты, — объяснил я. — Потому что, как вы видели, наблюдая за Хэлом, элита, очевидно, может срубить стрелы, летящие в них. Дракшутисты - это специальное подразделение, которое пробивает себе путь сквозь бурю стрел, чтобы приземлиться там, где находятся противовоздушные ретрансляционные болтометы, и нейтрализовать их.

— Хахх... Хахх... Ты говоришь так просто... —  Хэл подошел и присоединился к нам, пыхтя и выглядя измученным.

Должно быть, это была тяжелая тренировка. Несмотря на то, что был еще только второй месяц года, он был весь в поту. Он отрезал свой парашют, и, возможно, ему было жарко, потому что он разделся, до майки на верхней половине тела.

Жалуясь, Хэл взял у Каэдэ флягу с водой.

— Честное слово, вы сбрасываете меня с неба снова, и снова, и снова.

— Я просто напомню вам, что существуют меры предосторожности, — сказал я. — Если вы попадёте в опасную зону без раскрывшегося парашюта, рыцари-виверны должны тебя забрать.

— Проблема не в этом, — сказал Хэл. — Это чертовски страшно, когда тебя выбрасывают в небо. Ветер ревет, проносясь мимо твоих ушей. Не знаю, сколько раз я думал, что умру.

— Ооо. Да... Я никогда не хотел бы сделать это сам.

— Я тоже делаю это не потому, что хочу! — крикнул он.

Пока я пререкался с Хэлом, Кастор поднял вопрос, который у него возник.

— Для того чтобы высадить дракшутистов, разве не нужно сначала сломить воздушную мощь противника? Если кавалерия виверн несет дракшутистов, они не смогут так хорошо сражаться, не так ли?

Хм... Это бывший генерал ВВС. Он уловил хорошую мысль.

— Вот почему мы усилили способности виверн с помощью —облегченного Mark V, — сказал я. — Это инновация, которая одновременно влияет драков, которые принадлежат армии, и на кавалерию виверн, которая принадлежит ВВС. У нас еще нет системы массового производства, поэтому мы должны определить приоритеты, где они будут развернуты.

— Понятно... Это модернизация, которую вы можете осуществить именно потому, что вы объединили всех под Национальными силами обороны, — сказал Кастор со стоном восхищения. Он посмотрел в небо, где в строю летела конница виверн, и грустно пробормотал:

— Виверны, которые летают быстрее грифонов и дальше драконов, ага. Хотел бы я прокатиться на такой. Никогда еще я так не расстраивался из-за перевода на флот, как сейчас...

— ...Кастор? — спросил я.

— Ха-ха... Это просто вой побитой собаки. Не обращай на меня внимания.

— ...Правда? — спросил я.

Побитая собака... да?

Правда, я выиграл, а Кастор проиграл. Теперь мы стояли рядом друг с другом и смотрели в небо. Это было странное чувство.

Эксель наблюдала за нашим обменом с язвительной улыбкой.

— Итак, давайте проверим, что там внизу —  сказал я.

Расставшись с Хэлом и Каэдэ, мы вернулись на открытую равнину, по которой шли раньше. Я указал на небольшую скалистую гору, которая была достаточно большой, чтобы ее можно было увидеть с того места, где мы находились.

— Вон та скалистая гора, наверное, ближе всего. Пойдемте туда.

Я повел нас вперед. Когда мы достигли подножия этой скалистой горы, рыцари-виверны приземлились, только что закончив тренировку. У подножия той скалистой горы было отверстие пещеры, достаточно большой, чтобы в нее мог легко пройти носорог. Виверны собирались войти внутрь.

Увидев это, Кастор спросил меня:

— Там находятся конюшни виверн?

— О, догадался.

— Обычно виверны строят свои гнезда в скалистых пещерах, как эта, —  объяснил он. — Мы построили подобные сооружения в Городе Красного Дракона. По сравнению с обычными конюшнями, вивернам легче расслабиться в таком месте.

А, это имело смысл. Он должен быть экспертом в этом вопросе.

— Верно, —  сказал я. — Эта пещера соединена с уровнем под этой. Внизу на этом уровне есть около ста или около того маленьких комнат, которые ответвляются в стороны от главной пещеры. В них живут виверны. Правда, сейчас их здесь около двадцати.

— Сто?! —  вскрикнул он. — Это десятая часть всех вивернов, которые были в нашем распоряжении, когда я был командиром! Неужели вам нужно столько виверн на этом острове?! Это что, передовая база или что-то в этом роде?!

— Ну, есть много того, что входит в мое обоснование этого, —  сказал я.

Пока я успокаивал Кастора, мы вошли в пещеру. Внутри воняло, как на ферме. (Или, может быть, зоопарк.) Мы делали все возможное, чтобы проветрить помещение, но ничего не помогало.

— Так... то место внизу, которое вы хотели мне показать, это гнездовье виверн? —  спросил Кастор, нахмурившись. Возможно, вся эта секретность начинала его раздражать.

— Нет, это еще ниже, —  сказал я ему. — Идемте сюда.

Перед нами была искусственная дверь, которая явно была не на своем месте в пещере. По обе стороны от нее были краны, и возле каждого крана стоял охранник. За дверью находилась небольшая квадратная комната.

— Мм, сир... Похоже, это ужасно маленькая комната? — прокомментировала Джуна, над ее головой плавал вопросительный знак.

О, точно. Для Джуны это тоже было впервые. Будет забавно увидеть ее реакцию.

— Ладно, народ, —  сказал я. — Все на борт.

— На борт? Это какое-то транспортное средство?

— Не беспокойтесь об этом. — Я повернулся к солдатам с каждой стороны. — Хорошо, на нижний уровень, пожалуйста.

Они отдали честь.

—  Есть, сэр! Как прикажете!

Когда все оказались внутри маленькой комнаты, солдаты заговорили в трубку связи.

— Переход со среднего уровня на нижний — Затем, после ответов….

— Верхний уровень, роджер

— Нижний уровень, роджер

Они начали вращать краны рядом с дверью. Когда они это сделали, маленькая комната начала медленно опускаться.

— Ик! —  вскрикнула Джуна.

Падение было небольшим, но оно произошло внезапно, и Джуна потеряла равновесие, прислонившись к моей груди для поддержки. Когда я поймал ее, я почувствовал близость ее мягкого тела, а аромат ее волос щекотал мне нос. Это было приятно для меня.

— Простите, сир,- сказала Джуна, покраснев.

— Эй, я не жалуюсь,- сказал я. — Ты в порядке?

— Д-да. ...Эта маленькая комната спускается ниже?

— Да,- сказал я. — Ты видела краны у двери, верно? Поворачивая их, можно поднять или опустить эту комнату.

Так и есть. Эта комната, похожая на коробку, была чрезвычайно простым ручным лифтом. Дизайнером была Женя Максвелл.

Я (не будучи настолько хорош в науках) не очень хорошо понял систему, но там был шкив с противовесом на противоположной стороне лифта, и это каким-то образом позволяло им поднимать и опускать лифт с силой, не большей, чем требуется, чтобы крутить педали велосипеда.

Правда заключалась в том, что первоначально он был спроектирован для установки в лаборатории подземелья Жени. Но когда она подумала об этом, оказалось, что даже если убрать необходимость подниматься и спускаться по лестнице, Женя не захочет чаще выходить на улицу, поэтому план был отменен.

Команда, которую я послал привести в порядок чертежи Жени (они хранились так бессистемно, что я отправил команду уборщиков, возглавляемую Людвином, конечно), нашла планы, и мы попробовали установить один здесь в качестве теста. Он управлялся вручную, был не очень быстрым и требовал постоянного присутствия лифтера, но если они работали в часовую смену, это было не так утомительно для них.

В настоящее время было всего три остановки:  Вход в пещеру,  Нижний уровень и  Верхний уровень, поэтому для управления одним лифтом требовалось всего шесть солдат.

На самом деле, для управления лифтом требовался всего один человек (два, если они работали посменно), но солдаты говорили, что когда запросы поступали с нескольких уровней, это приводило к путанице, поэтому в итоге мы сделали систему из шести человек, в которой солдаты объявляли, что они делают, прежде чем повернуть рукоятки.

Здесь было установлено несколько лифтов. (Хотя этот, в пещере, был единственным трехуровневым.) Я планировал установить их и в замке, когда-нибудь в ближайшем будущем. Дворец был большим местом, и было много работы, в конце концов, постоянно подниматься и спускаться...

Когда я дал ей это объяснение, Джуна почему-то сексуально вздохнула.

— Мне кажется, я понимаю, почему у принцессы иногда измученное выражение лица.

— Почему ты заговорила о Лисии именно сейчас? — спросила я.

— Я понимаю, что это замечательная машина, но когда ты один за другим вываливаешь на меня вещи, которые находятся за гранью моего понимания, трудно удержаться.

— Тебе действительно нужно так глубоко об этом задумываться? — спросил я. — Я уверен, что парни здесь думают только: Эй, какая удобная новая вещь.

— Так не пойдет. — Джуна все еще прислонялась к моей груди, и она мягко улыбнулась мне. — Даже если это утомительно... мы хотим понять тебя.

— ...Это немного смущает,- признался я.

Пока мы разговаривали, мы прибыли на самый нижний уровень. Двери лифта открылись в широкое, открытое пространство с высоким потолком.

Здесь находилось большое количество машин, причудливых экспериментальных приборов и — нечто, что, похоже, находилось в стадии строительства. Это было похоже на сцену, которую я наблюдал раньше в лаборатории подземелья Жени.

Если и было какое-то отличие, так это количество людей. Тут и там были люди в белых лабораторных халатах, которые делали их похожими на исследователей, а также строительные рабочие, снующие туда-сюда.

Я объяснил это место трем посетителям, которые были со мной.

— Здесь сейчас располагается отдел военных исследований и разработок. Тот образец летательного оборудования для виверн облегчённый Марк V, тоже разрабатывается здесь.

— Вы делаете их на острове? Я бы подумал, что это неудобное место для организации мастерской... Кастор представил проблему, которую он видел. Он, конечно, был прав, но на это была своя причина.

— Когда речь идет о военных технологиях, мы должны беспокоиться об утечке информации в другие страны,  — объяснил я. — В таком месте, как это, окруженном морем, мы можем установить ограничения на то, кто входит и что выходит. Это удобно. Но здесь стало тесновато, поэтому я думаю, что со временем мы переедем в более просторное место.

Пройдя еще немного, в поле зрения попала небольшая стеклянная комната. Внутри исследователи проводили испытания Марк V.

Технически, стекло было армированным (не в смысле используемых материалов - это было стекло, усиленное магией), так что если бы случилось что-то ужасное, например, оборудование взорвалось, или исследователя засосало и выдуло, это не повлияло бы ни на что за пределами комнаты. Тем не менее, это не могло предотвратить повреждений и жертв внутри комнаты, поэтому я надеялся, что исследователи будут осторожны в своей работе.

— Это и арсенал, и исследовательский институт, — сказал я. — Учитывая это, большая часть того, чем они сейчас занимаются, это тестирование изобретений Жени Максвелл.

Ученый и изобретатель Женя была стереотипным гением. Как только она создавала одно из своих творений, этого было достаточно, чтобы удовлетворить ее. После этого она, очевидно, не занималась дальнейшим изучением предмета или его усовершенствованием. Она предпочитала посвятить время и энергию созданию чего-то другого, что она хотела создать.

— Это... ужасное расточительство, — сказала Эксель, наклонив голову набок.

Да, я чувствовала то же самое. В конце концов, нам удалось использовать ее Марк V для создания облегченной версии. Но...

— Я думаю, что это самый эффективный способ работы для Жени. Вполне естественно, что у людей есть свои сильные и слабые стороны. Есть типы гениев, как Женя, у которых есть безумные идеи и они вынашивают их одну за другой, но есть и типы ремесленников, как здешние исследователи, которые сосредоточены на изучении чего-то одного и достигают результатов таким образом. Я хочу одинаково похвалить оба типа.

— Хи-хи, —  хихикнула Эксель. — Я думаю, это достойный восхищения образ мышления, сир.

Когда меня так безоговорочно похвалил  важный вассал (вопреки её внешнему виду соответствующему двадцати летней), который поддерживал эту страну на протяжении почти пятисот лет, мне стало немного щекотно.

— Ну, не похоже, что мы увидим стоящие результаты от всего этого, — признал я.

— Хм? Почему вы так говорите? — спросила она.

— Чтобы объяснить... Может быть, это было здесь?

— Почему вы ведете нас так неуверенно?

— Я видел чертежи этого места, но на самом деле я тоже впервые здесь, — сказал я. — Было легко понять, где что находится на верхнем уровне, так что это одно, но внутри все как-то запутано.

Следуя моим смутным воспоминаниям о чертежах, мы вскоре пришли к месту назначения. Это было стрельбище, окруженное стенами и сетками. К стене были прислонены луки, а в качестве мишеней почему-то были установлены два кожаных доспеха. Глубина тира была всего около десяти метров.

— У вас даже есть стрельбище? — спросил Кастор. — Но с мишенями, расположенными так близко, он не очень подходит для тренировок, — он поднял один из луков, прислоненных к стене.

— Это потому, что он не для тренировок — сказал я. — Если они хотят тренироваться, они могут делать это в поле на верхнем уровне.

— Наверное, это имеет смысл...

— Скорее, это место предназначено для испытания луков и стрел, или проверки прочности доспехов. — Объясняя это, я протянул Кастору стрелу. — Кастор. Как у вас дела с луком?

— Не смейся надо мной. Может, я уже и не генерал, но генерал должен быть знаком со всеми боевыми искусствами.

— Тогда хорошо, — сказал я. — Просто попробуй сделать обычный выстрел в доспех справа от тебя.

— Я просто должен попасть в нее, так? Отлично.

Кастор приготовил лук, натянул тетиву... и отпустил. Со звоном стрела полетела прямо к доспехам, вонзившись в кожаный костюм. Однако стрела вонзилась только в головку, но не пробила ее насквозь.

Кастор вопросительно склонил голову набок.

— Эта кожаная броня... Они что-то с ней сделали?

— Да, — сказал я. — За ней тонкая железная пластина. Ладно, следующий. На этот раз стреляй, как в бою, наполняя стрелу магией.

— ...Хорошо.

Кастор выстрелил снова. Визуальной разницы в его действиях не было, но на этот раз стрела пробила кожаную броню. Несомненно, это произошло благодаря магии, которую он вложил в нее. Это доказывало, что стрела может пройти сквозь доспехи из металла, если они зачарованы каким-либо элементом.

— Хорошо, следующий, стреляй в костюм слева, используя другую магическую стрелу, — сказал я.

— Вас понял.

Кастор выстрелил снова. Когда он выстрелил, раздался звон, и стрела отскочила. Кожаная броня осталась неповрежденной.

— Это доспех Корпуса магических доспехов Империи... или его бледная имитация, — сказал я.

— Бледная имитация?

— У нас нет технологии, чтобы полностью его воспроизвести, как я слышал. Но этот доспех усилен защитной магией. Вы видели, как он отрицает магию, и стрела была отражена, верно? Так вот, эти стрелы были одной из наших неудачных попыток придумать способ противостоять доспехам, подобным этому. Я протянул Кастору стрелу с черным наконечником.

— Что это за стрела? — спросил он.

— Я называю ее антимагической стрелой. Наконечник сделан из проклятой руды.

— Проклятая руда?! Кастор внимательно посмотрел на наконечник стрелы.

Проклятая руда была рудой, которая поглощала магическую энергию. Вы, наверное, помните, что Женя использовала эту руду в качестве источника энергии для  Марк V. Поскольку вы не могли использовать магию, когда она была рядом (точнее, энергия магии поглощалась), а магия считалась благословением богов или духов в этом мире, ее называли проклятой рудой.

— Мы узнали, что проклятая руда не отрицает магию, а только поглощает ее энергию, — объяснил я. — В таком случае, я подумал, что она может поглотить магическую силу, помещенную в предмет снаряжения с помощью чародейской магии. Так что мы проверили это, и... я оказался прав.

— Это невероятно, не так ли?! — взволнованно сказал Кастор. — Если это правда, то нам не о чем беспокоиться со стороны Корпуса Магических Доспехов!

Но я покачал головой.

— Разве я уже не сказал вам? Это была неудачная попытка. Проклятая руда поглощает не только магию противника. Мы не можем зачаровывать вещи элементарной магией или усиливать наши стрелы.

— А! Это значит...

— Попробуй сам и посмотри.

— Конечно. Кастор выпустил одну из антимагических стрел. Когда он это сделал, антимагическая стрела слегка поцарапала поверхность зачарованных магией доспехов, но головка стрелы разлетелась на мелкие кусочки при попадании.

Пока Кастор и остальные все еще были ошеломлены, я пожал плечами.

— Похоже, мы вернулись к тому, с чего начали, пробив обычный доспех обычной стрелой. Проклятая руда довольно хрупкая, поэтому сама по себе она не годится в качестве наконечника стрелы. А если мы расплавим ее и поместим внутрь железного наконечника стрелы, уменьшенное количество проклятой руды ослабит эффект. Если же увеличить количество, то наконечник стрелы станет слишком большим, и он вообще перестанет быть стрелой. Говоря прямо, мы зашли в тупик.

— ...Вот почему это провал.

— Верно.

Тем не менее, даже если мы почти ничего не получили от этой попытки, это не было полным провалом. Мы сделали небольшую вмятину в заколдованных доспехах.

Доспех, покрытый осколками проклятой руды, потерял свою чарующую способность. Если бы в него попала пуля или что-то другое, обладающее высокой пробивной силой даже без магии, то броню можно было бы пробить.

Да, разрабатывая антимагическую стрелу, я думал о введении пистолета, который не был разработан в этом мире, потому что не давал особых преимуществ.

Когда я узнал о существовании проклятой руды, я подумал, что можно будет прострелить корпус магической брони. Однако результат оказался таким, как я и предполагал.

Обычная пуля была бы отклонена чарами. Если бы мы попытались использовать в пуле проклятую руду, она стала бы слишком хрупкой, чтобы ее можно было использовать. Кроме того, хотя проклятая руда в королевстве была обычным явлением, у нее было много применений, так что у нас не было такого избытка, чтобы мы могли позволить себе тратить ее впустую.

Кроме того, при использовании в пуле, проклятая руда могла создать проблемы в дальнейшем. Если бы земля была усеяна пулями, которые не попали в цель, это сделало бы невозможным использование магии в течение некоторого времени. В этом мире, где магия была частью повседневной жизни людей, это сделало бы землю непригодной для жизни.

Хотя она и не была столь смертоносной, с точки зрения того, что оставалась после войны и негативно влияла на жизнь мирных жителей, проклятая руда была так же плоха, как кассетные бомбы или пули с обедненным ураном. Именно поэтому необходимо было быть осторожными в ее использовании и продолжать исследования.

— ...Вот так, с повторяющимися успехами и неудачами, они проводят здесь свои дни, —  заключил я. — И хотя это всего лишь один шаг за раз, они ведут нас к новой эре.

— ...Вы охватываете здесь довольно широкий круг вопросов,— заметил Кастор, выглядя наполовину впечатленным, наполовину возмущенным.

— Ну, хотя некоторые из наших исследований будут бесплодными, я должен принять все возможные меры, как король, — сказал я.

— Как король... Верно. Теперь вы действительно стали королем... пробормотал Кастор.

— Ну, да. Ну что, теперь поднимемся?

— Есть еще что-то?

Увидев так много, Кастор выглядел немного уставшим от всего этого, поэтому я сказал ему:

— Следующее — главное событие на сегодня.

— Вверх? Мы теперь будем подниматься на гору?

Я потупился и ткнул пальцем в Кастора. (Это было слишком старомодно?)

— Еще выше  вверх, чем гора.

Вернувшись на поверхность, мы сели в гондолу виверны.

Гондола поднималась, оставляя поверхность все дальше и дальше позади.

На этот раз Кастор не завязывал глаза, а бросил на меня подозрительный взгляд, как бы говоря:

— Что вы мне сейчас показываете? Но как только мы набрали высоту, и он смог увидеть, что находится под нами, он в шоке воскликнул.

— Что?! Что это?!

Под нами был один массивный корабль, плавающий посреди открытого моря. На поверхности корабля была насыпана почва, там были скалистые горы, лес, травянистая равнина, поле красной глины и многое другое. Сверху он выглядел как одинокий островок в далеком море. Но под землей это была глыба металла. Если присмотреться, то скалистая гора была местом, где должен был находиться мостик корабля.

Именно так. До этого момента мы вообще не были на "острове". Мы были на корабле. — Виверны боятся моря, — сказал я Кастору, который, казалось, растерялся от невероятного зрелища. — Это потому, что виверны, не обладая дальностью полета, как драконы, не могут пересекать море, верно? Точнее говоря, виверны ненавидят находиться так далеко в море, что не видят суши. Вот почему было принято считать, что нельзя использовать виверн в морских сражениях, верно?

— Верно... Кастор кивнул.

Поскольку драконы могли непрерывно летать на невероятные расстояния, они могли пересечь море за один полет, а значит, у них не было причин бояться его. Однако виверны, с их меньшей дальностью полета, исчерпали бы силы на полпути, если бы попытались пересечь море. Поэтому они опасались улетать так далеко, чтобы потерять из виду сушу. Это относилось и к эскадрильям грифонов Империи, у которых дальность полета была еще меньше, чем у виверн. (На самом деле, они даже боялись рек, если не могли увидеть другой берег, так что у них все было еще хуже).

— А?! воскликнул Кастор. — Раз уж вы об этом заговорили, виверны ведь летели строем, не так ли?! Нет, даже виверна, несущая эту гондолу, кажется, в полном порядке здесь, посреди моря!

Наконец-то Кастор начал понимать ситуацию. Однако чем больше он разбирался в ней, тем шире раскрывались его глаза от удивления. Его губы задрожали.

— Вы... Что, черт возьми, вы здесь создали...?

— Судно, которое переносит воздушную силу через море, а также действует как база для нее, — сказал я. — В моем мире такой корабль назывался авианосцем.

Все верно. Этот островерхий корабль был аналогом авианосца, а рыцари-виверны - аналогом истребителей. Когда я увидел, что в этом мире есть виверны и стальные корабли, я подумал, не объединить ли мне эти два понятия, чтобы создать авианосец.     Когда я только начал планировать его, первой проблемой, на которую мне указали, был страх виверн перед морем.

— Тогда у меня возникла идея, — объяснил я, — попытаться обмануть виверн, чтобы они не боялись моря.

Нужную подсказку я получил из первой из тридцати шести стратегий моего мира:

«Обмануть императора, чтобы пересечь океан» Речь идет о том, чтобы придать своей стратегии вид ничего необычного, а затем действовать, пока враг не теряет бдительности. В основе стратегии лежал случай, когда для того, чтобы император Тан, который боялся моря, сел в лодку, его приближенные навалили на нее грязь, чтобы она выглядела как суша. Я подумал, что, возможно, смогу использовать тот же трюк с вивернами.

Сначала я создал гигантский корабль, а затем насыпал на него землю. Хотя часть грунта осталась в виде грязи, большая часть была покрыта травой или деревьями, чтобы создать равнины и леса. Мост был покрыт римским бетоном и покрашен, чтобы замаскировать его под скалистую гору. Затем, чтобы снизить уровень стресса виверн, их конюшни и все, что находится под палубой, было сделано похожим на пещеру.

По сути, я пытался заставить виверн признать этот носитель — островом.

Проблема заключалась в том, как мне найти движущую силу для перемещения моего корабля островного типа, но она была решена благодаря Mark V. Они не были видны с воздуха, но было четыре Mark V, прикрепленных к бортам этого корабля островного типа ниже ватерлинии. Причина, по которой  облегчённая модель не была распространена больше, заключается в том, что я отдал приоритет производству этих больших моделей.

Что касается построенного нами авианосца островного типа, то он все еще был не достроен. Потребовалось много времени, чтобы приучить виверн к перевозчику.

Нашими первыми приоритетами было придать ему минимальные характеристики, необходимые для корабля, сделать внешний вид островным и сосредоточиться на обеспечении мореходности. Что касается двигателей, то планировалось удвоить количество Mark V (с нынешним количеством он мог двигаться только ползком), а территория, которая в настоящее время используется как лаборатория военных исследований и разработок, в конечном итоге будет использоваться для хранения оборудования и кают экипажа. (В настоящее время они жили в палатках на палубе).

Кастор, который в оцепенении смотрел на полуразрушенный крейсер, повернулся ко мне, его глаза были полны неверия.

— Но эта штука грамадная... Как долго вы его строили?

— Хм? Если вы имеете в виду, когда я начал собирать средства и материалы, то я сделал это сразу после вступления на трон, понимаешь?

— Что?! До того, как вы сразились со мной и Амидонией?!

— Это было частью моего плана по обогащению страны и укреплению армии, — сказал я. — Как козырь против Империи.

Скрестив руки, я откинулся на спинку дивана гондолы.

— В конце концов, я не знал, о чем думает Империя в то время. Я работал над планом, который дал бы мне козырь, когда нам придется противостоять им. Против более мощной и более населенной Империи у нас не было бы шансов в наземной гонке вооружений. Я думал, что путь к выживанию может лежать в расширении нашей воздушной или морской мощи, где технологии играют гораздо большую роль. Ну... на том этапе я только распределял средства и материалы. Строительство всерьез началось только после окончания войны с Амидонией.

Кроме того, поскольку я одновременно продвигался с проектом нового города, я не смог собрать достаточно средств и ресурсов для проекта. Если бы Ророа и Колберт не присоединились к нам, предоставив мне источник финансирования, и если бы я не смог обеспечить источник ресурсов, аннексировав Амидонию, строительство могло бы начаться еще позже.

Тем не менее, как только работы начались, строительство кораблей пошло быстро. Вообще-то, я чувствовал это и при развертывании транспортной сети и строительстве нового города, но в этом мире строительство шло необычайно быстро.

Поскольку здесь была магия, не было необходимости в большой строительной технике. Например, если вы пытаетесь построить что-то большое на Земле, вам сначала нужно построить краны и прочее, что будет использоваться при строительстве. В худшем случае даже могло понадобиться оборудование, чтобы построить оборудование, необходимое для строительства оборудования... и так далее.

Однако, поскольку в этом мире существовали маги земли, которые могли манипулировать гравитацией, это оборудование здесь было не нужно. Кроме того, опытный маг огня мог в мгновение ока справиться с литьем металла и сваркой. В этом мире с его странным балансом того, что можно и чего нельзя делать, казалось, что на поиск средств и материалов уходило больше времени, чем на что-либо другое.

Я встал перед Кастором, который все еще был ошеломлен всем происходящим.

— Ну, вот что я делал как король, Кастор, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Вы восстали против меня, потому что считали меня узурпатором. Похоже, ваши сомнения уже развеялись благодаря попыткам Лисии и Эксель отговорить тебя от этого, но в итоге вы все равно решили выступить против меня, готовый пойти на мученичество ради своей дружбы с Георгом Кармином. Тогда вы проиграли и попали под опеку Эксель.

Кастор опустил глаза.

— Вам не нужно говорить мне об этом сейчас. Я проиграл... Вот и все.

— Это не то, что я пытаюсь сказать, — сказал я. — Прямо сейчас я показываю вам свою власть короля этой страны.

— Вы имеете в виду этот авианосец? — спросил Кастор.

Но я покачал головой.

— Нет. Сам авианосец - это не моя сила. Если чем я и могу гордиться как король, так это тем, что собрал одаренных товарищей, подготовил место для сияния их талантов и создал страну, способную построить этот авианосец. Когда вы видете, на что я способен, разве вам не кажется достойным служить под моим началом?

Кастор покачал головой с язвительной улыбкой.

— Вы меня совсем запутали. Теперь я ясно вижу... почему король Альберт оставил страну вам. Но я не гожусь для того, чтобы служить вам.

— Могу ли я считать, что вы признаете меня королем этой страны? — спросил я.

— Хм? Да, я признаю вас. Вы чертовски хороший король.

Он признал меня королем. Теперь, когда я вытащил эти слова из Кастора, я был окончательно уверен в этом. Я не чувствовал никакого высокомерия, которое было у Кастора раньше. После поражения и с некоторой полировкой Эксель он вырос как личность. Учитывая это... я могу доверить ему это.

Я положил руку на плечо Кастора и, глядя ему прямо в глаза, сказал:

— Кастор, этот авианосец —  чрезвычайно уникальное оружие. —Хотя это корабль военно-морского флота, он несет войска военно-воздушных сил. Чтобы эффективно управлять им, требуются не только знания по управлению кораблем и ведению боевых действий на море, но и знания и опыт командования ВВС. Я хочу оставить этот корабль под командованием человека, обладающего такими навыками.

Глаза Кастора широко раскрылись.

— А?! Нет... Вы не можете иметь в виду...

Казалось, он понял, к чему я клоню. Это был человек, бывший генерал ВВС, но теперь он проходил обучение под руководством Эксель, чтобы научиться управлять военно-морскими силами.

Я усмехнулся, спросив его:

— Я уверен, что вы продолжаете учиться, даже теперь, когда вы служите во флоте, верно?

— ...Да, сэр! Эксель вбила в меня все это!

Кастор поднялся со своего места, затем встал на колени, сложив руки перед собой и склонив голову. Я надел на склоненную голову Кастора капитанскую фуражку, которую принес с собой. Поскольку у Кастора были рога, в ней были специально сделаны отверстия для них.

— Хорошо, — одобрил я. — Ну, а теперь... Кастор, у которого нет фамилии! Я назначаю вас первым капитаном этого авианосца!

— Да, сэр! Я покорно принимаю, мой господин!

Мой лорд... хм. Было немного неловко, когда меня так называли, но это был знак того, что Кастор действительно принял меня как своего господина, поэтому я был более чем счастлив принять это.

Пока я размышлял об этом, Эксель, которая до этого момента спокойно наблюдал за происходящим, заговорила.

— Хи-хи, я рада. Это одна ноша с моих плеч. —  Затем она улыбнулась.

Я уже сказал ей, что хочу сделать Кастора капитаном этого корабля еще до того, как она начала его обучать.

— Кстати, сир, — продолжала Эксель. — Я действительно считаю, что этот носитель замечательный корабль, но не стоит вечно называть его просто — носителем. Почему бы тебе не дать ему имя сейчас?.

— Хм? О... Вы правы, — сказал я. — Какое имя было бы хорошим для него?

— Давай посмотрим... Я думаю, что название места или имя короля, который его построил, были бы самыми распространенными вариантами. Как тебе авианосец Сома? Когда вы построите их больше, они будут принадлежать к классу «Сома».

— Ни в коем случае.

Я не хотел этого. Если я поставлю свое имя на корабль, который будет центром нашего флота, это заставит меня выглядеть тщеславным, а я этого не хотел. Кроме того, если корабль будет носить мое имя, они будут говорить такие вещи, как

— Сома, отходим!,— Сома, уходим с линии боя! и — Сома потоплен!, верно?

...Я ни за что не хотел этого. Мне нужно было предложить альтернативное название.

— О, эй, я знаю, — сказал я. — Почему бы не дать ему имя корабля из моего мира?

— Из мира Вашего Величества?

Я кивнул. Если я должен был дать ему имя, почему бы не использовать то, которое существовало в моем мире? Пусть это будет тот, кто никогда не сдавался перед лицом трудностей и не отказывался от борьбы. Он будет перевозить виверн, так что это было идеальное название.

Я посмотрел вниз на островной корабль под нами и объявил:

— Я называю этот корабль «Хирю»* !.

***

После назначения Кастора капитаном моя работа была закончена, и мы вернулись в Лагун-Сити в герцогстве Вальтер. Поскольку солнце уже садилось, когда мы прибыли, мы решили провести ночь в особняке Эксель.

По крайней мере отчасти потому, что это был прибрежный город, мы поужинали с большим использованием морепродуктов, а затем Джуна, Эксель, Кастор и я беседовали за чаем в гостиной.

В середине этой непринужденной атмосферы Эксель вдруг отставила чашку и спросила:

— Теперь, когда я думаю об этом, мессир, у вас нет никаких планов сегодня больше?

Это было так неожиданно, что Джуна склонила голову набок и недоуменно посмотрела на нее.

— Бабушка?

Я тоже был озадачен. Что она могла захотеть так внезапно?

— Да... сказала я. — Когда я вернусь в замок, я уверен, что для меня найдется работа.

— Понятно. Значит, у вас есть время прямо сейчас?  — Как только она это сказала, в глазах Эксель появился тревожный блеск.

Я вздрогнул, почувствовав, как по позвоночнику пробежал холодок. По коже побежали мурашки, каждый мой инстинкт предупреждал меня. Я почувствовал... опасность? Я почти вскочил с дивана, когда...

Джуна, которая сидела рядом со мной, упала на бок. Она облокотилась на руку дивана, уже засыпая.

—  Джуна??

Даже спящая, она очаровательна... Стоп, у меня не было времени подумать об этом! Я посмотрел на Эксель, которая улыбалась, держа в руке крошечную бутылочку.

— Не стоит беспокоиться. Я просто даю ей немного вздремнуть.

— Снотворное?! Вы накачали свою собственную внучку?!

— Мне показалось, что она будет мешать, если проснется. Эксель приложила руку к собственной щеке и вздохнула.

Нет, нет, нет, нет! Она смотрела на меня, «О, боже, с ней хлопот не оберёшься», но то, что она только что сделала с Джуной, было довольно мерзко!

— Я не мог ничего поделать, —  сказал Эксель. — Я получила просьбу от камергера дать тебе несколько уроков.

— От Маркса?! Вы не можете иметь в виду...

— То, что вы можете назвать — сексуальным образованием, —  улыбнулась она. — Как пожилая женщина, он хотел, чтобы я научила вас некоторым вещам, сир.

— Вы не просто «старше»!

— О боже, как грубо. Мое тело все еще полно молодости, вы знаете.

— Только не сердце! —  крикнул я.

Эксель поднялась со своего места, медленно приближаясь ко мне.

— Создание наследника - серьезный вопрос для страны. Особенно учитывая нехватку королевских особ. Несмотря на то, что ваши помолвки, по сути, уже считаются браком, и несмотря на то, что окружающие призывают вас поторопиться и произвести на свет наследника, вы до сих пор не подняли руку ни на принцессу, ни на Джуну, ни на Айшу. Неудивительно, что камергер так беспокоится.

— Н-нет... Я надеялся подождать, пока не буду более готов... ну, вы понимаете.

— Значит, мы беспокоимся, —  сказал Эксель. — Сейчас это можно простить как юношескую неосторожность, но когда вы официально станете мужем и женой, если вы будете неловкими и неумелыми, когда перейдете к - делу, это может повлиять на ваши отношения. Такие разногласия между королевской парой могут привести к будущим раздорам в доме.

Эксель присела на спинку дивана, обхватив меня за шею. Что это было?! Я был как олень, попавший в свет фар, не в силах пошевелиться!

— Вот почему камергер попросил такую опытную женщину, как я, дать вам некоторые указания. А теперь, мессир, давайте перейдем в спальню. До рассвета я буду давать вам подробные уроки, как обращаться с женщиной. Для начала, давайте начнем с лекций в классе.

Лекции?! Я собирался посещать уроки здоровья и физкультуры в моем возрасте?! Я уже закончил среднюю школу... Подождите, я думаю, они не вдавались в такие подробности на уроках здоровья и физкультуры.

— Подожди, подожди! Вы только что сказали -  для начала?! — крикнул я.

— Хи-хи! В любой области знаний лучше всего учиться на собственном опыте, не так ли? Если вы хотите, я не против сохранить это в тайне от Джуны и остальных, понимаете? Мы можем считать это одной ночной неосторожностью, и я дам вам немного практического обучения.

— Я не хочу этого, ясно?!  —  мысленно воскликнула я.

Эксель улыбнулась, положив руки мне на плечи и наклонившись поближе, чтобы заглянуть мне в лицо. Да, ей определенно было весело наблюдать за моей реакцией.

Я повернулась за помощью к Кастору, который сидел и пил чай, как будто ничего не происходило.

— Кастор! Вы узнали во мне своего господина, верно? Твой господин в затруднительном положении! Помоги мне, будь добр!

— ...Я действительно поклялся вам в верности, милорд, —  Кастор отхлебнул чай и продолжил со слишком серьезным выражением лица. — Однако я бы хотел, чтобы лорд, которому я посвятил себя, оставил после себя потомков, которые будут процветать. Я не могу встать на пути герцогини Эксель. Я могу только сдерживать слезы, игнорируя просьбу моего лорда о помощи.

— Вы так говорите, но вы просто не хотите быть втянутым в это! —  крикнул я.

Он демонстративно отвел глаза.

Я попал в самую точку, не так ли, придурок?!

— Ну что, мессир, поехали? —  Эксель крепко ухватил меня за шею и начал тащить к двери салона.

Я готов был бежать, но не мог оказать ни малейшего сопротивления. Даже с учетом моей собственной слабости, ее сила была невероятной. Откуда в ее стройном теле столько силы?

— Нет, подожди, пожалуйста, Эксель, ну же, —  умолял я.

— Да, да. Вы можете просто оставить все этой большой девочке. Я научу вас очень хорошо.

— Нет, я имею в виду... Хорошо, я буду брать у вас уроки! Только уроки! Никаких этих практических занятий, ясно?! — закричала я.

— ...Хорошо, полагаю, ничего не поделаешь. Но если вам захочется заняться со мной физическими упражнениями, скажите, ладно?

— Как будто я захочу!

В конце концов, я был подвергнут длительным лекциям Эксель.

С этого момента пришлось посещать уроки здоровья и физкультуры у Эксель, которая была так похожа на Джуну, что мне было так стыдно, что я думал, что могу умереть.

___________

«Хирю» (яп. 飛龍, Летящий дракон) — японский авианосец.

https://en.wikipedia.org/wiki/Japanese_aircraft_carrier_Hiry%C5%AB

Антракт 2: Определенное направление исследования

Исследовательский институт в бывших трущобах Парнама, королевской столицы королевства Фридония.

Учебный центр Джинджер, который был открыт при поддержке короля Сомы как одно из средств привлечения талантливых кадров и превращения рабства в вещь, существующую только номинально. Теперь было множество предметов, которые можно было в нем изучать.

После того, как под школу выделили больше земли, она стала называться Профессиональной школой Джинджер. Сохранив начальную школу, они также создали школы, посвященные различным специализированным предметам. Если какая-либо область обучения достигала результатов здесь, то в других городах создавались школы, посвященные этой области.

Уже существовало несколько областей знаний, которые стали самостоятельными, и специализированные школы для них строились в других городах; но школы земледелия и медицины все еще оставались здесь. Это объяснялось тем, что здесь были соответствующие учителя: министр сельского и лесного хозяйства Пончо Панакотта, а также такие врачи, как Хильде Норг и Брэд Джокер. Это также показывало, что Сома, который знал, что исторически производство продуктов питания и знание медицины напрямую связаны с поддержанием и ростом населения, придавал большое значение этим областям.

Сейчас через порог главных ворот Профессиональной школы Джинджер прошли две пары - мужчина и женщина. Первая пара состояла из тучного мужчины, которому было почти тридцать лет, и интеллигентной красавицы, которая была элегантна во всем, включая внешность. Вторая пара состояла из молодого человека, чье лицо было настолько нежным, что его можно было принять за девушку, и красивой девушки-енота, в глазах которой был непреклонный взгляд, оставляющий неизгладимое впечатление.

Странно, но женщина в каждой из этих пар была одета в классическую форму горничной с длинной юбкой.

Двое, которые собирались войти на территорию школы, были министр лесного и сельского хозяйства Пончо Панакотта и Серина, главная горничная замка Парнам, которая также являлась личной сопровождающей принцессы Лисии.

Двое, приветствовавшие их на пороге, были Джинжер Камю, директор Профессиональной школы Джинджер, и Сандрия, служившая ему секретарем и горничной.

Пончо и Джинджер улыбнулись и пожали друг другу руки.

— Приветствую вас, и спасибо, что пришли, сэр Пончо.

— С-сэр Джинджер, мне приятно видеть, что вы в добром здравии.

— Гм... Не нужно быть таким формальным, понимаете? Вы старше меня.

Пончо заикался:

— Это моя привычка. Я просто не могу избавиться от нее...да...

— Вы же видите, он робкий человек. Пожалуйста, не обращайте внимание — вмешалась Серина, пока Пончо неловко пытался объясниться. — Честно говоря... Учитывая, что он спас столько людей этой страны своими знаниями, я бы хотела, чтобы он стал хотя бы немного более уверенным в себе.

— Хм, а вы? —  спросила Джинджер.

— Простите за столь позднее представление. Я Серина, главная горничная в королевском замке. Она отвесила элегантный поклон.

— Спасибо вам за это. Я Джинджер, директор этой школы.

Когда Серина склонила голову перед ним, Джинджер запаниковал.

Видя его реакцию, Серина захихикала.

— Лорд Джинджер, не стоит быть таким формальным, обращаясь к такой простой служанке, как я.

— Это не...

— Мой господин питает слабость к привлекательным пожилым дамам , — вклинилась Сандрия.

Джинджер была озадачена тем, что она сказала.

— Сан?! Что ты так неожиданно говоришь?!

— Ничего такого, что не было бы фактом, уверяю вас. Когда вы находитесь в присутствии леди Хильды, вы всегда так напряжены... О, простите, я еще не представилась. Сандрия приподняла подол своего платья-фартука и сделала реверанс. — Приветствую вас. Я секретарь, горничная и домашняя рабыня лорда Джинджера, Сандрия.

— Эй, ты говоришь обо мне слишком плохо! Я лишь поручил тебе быть моим секретарем; ты сама начала выполнять работу горничной! И что значит «домашняя рабыня» ?!—  запротестовал Джинджер, но Сандрия сделала вид, что не слышит его, и глубоко поклонилась Пончо.

— Вы, должно быть, лорд Пончо. Я время от времени слышу о вас. Благодаря вам мои товарищи-рабы не умерли с голоду, когда дела шли хуже некуда. От имени всех я хотел бы поблагодарить вас.

— Н-нет! Тебе не нужно этого делать, да! —  Пончо запаниковал, когда Сандрия поклонилась ему.

Серина наблюдала за ним с немного холодным взглядом в глазах.

— Сэр Пончо, даже если она одна из тех «несовершеннолетних девочек» , которые вам так нравятся, пожалуйста, не теряйте голову из-за маленькой похвалы.

—  Эй, я бы хотел, чтобы вы не вешали на меня никаких странных ярлыков!

— О? Но разве это не правда? я знаю некоторые вещи…. —  Серина улыбнулась, но ее глаза не улыбались. — Ранее, было блюдо, которое вы разработали с Его Величеством, — поджаренный бутерброд. Вы подали это блюдо только леди Томоэ, не так ли?  Не потрудившись пригласить меня!

— Так вот почему вы  выглядите такой расстроенной в последнее время?!

Если бы кто-то спросил, кто самый большой обжора во всем замке Парнам, то это была бы, конечно, Айша; но Серина должна была бы занять второе место. Но в природе их обжорства была небольшая разница.

В отличие от Айши, которая готова была съесть что угодно (особенно сладости), и чем больше, тем лучше... Серина не требовала количества, но у нее появился вкус к нездоровой пище и блюдам класса Б, которые создавали Сома и Пончо.

Сома и Пончо собрали множество различных блюд. Если быть точным, они воссоздавали блюда, существовавшие в прежнем мире Сомы. Из этих блюд сердце Серины покорили такие вещи, как спагетти и булочки якисоба -  то, что не увидишь в шикарном ресторане.

Дело в том, что Серина происходила из знатной семьи, из которой вышло много горничных и дворецких, служивших королевской семье. Поэтому они старались привить ей культурные вкусы с раннего возраста, чтобы она была презентабельной и не опозорилась перед королевскими особами. Они уделяли пристальное внимание ее питанию, и от нее всегда ожидали хорошей еды и соблюдения этикета. Конечно, это означало, что ей никогда не разрешалось просто выйти на улицу, купить еду в тележке и съесть ее там. Для Серины, выросшей в таком доме, блюда Сомы и Пончо оказали на нее большое влияние.

Основная еда поверх другой основной еды!

Когда Серина впервые столкнулась с булочкой со спагетти, первый же укус разрушил все ее устоявшиеся представления о еде. Как такое вульгарное блюдо может быть таким вкусным?

С тех пор Серина взяла за правило следовать за Пончо повсюду. Потому что, если она была рядом с ним, ее угощали вкуснейшими образцами. Блюда, которые готовил Пончо, были единственной вещью, кроме симпатичных девушек, которая заинтересовала Серину. Поэтому, когда ей не удавалось попробовать их, она затаивала обиду.

Почувствовав ее недовольство, Пончо поспешил объясниться.

— Это было еще только экспериментальное блюдо, поэтому их было недостаточно...

— Зная, что вы не привыкли выходить к людям, по приказу Его Величества и принцессы, я старательно и искренне пыталась помочь вам, — холодно сказала Серина. — Тем не менее, вы не позволили мне попробовать блюдо. Может быть, это потому, что я уже взрослая женщина?

— Когда мы вернемся! Когда мы вернемся, я обещаю, что приготовлю его для тебя! —  поспешно сказал Пончо.

Немного грустное выражение исчезло с лица Серины.

— Это обещание, —  сказала она, выглядя совершенно нормально.

Очевидно, все это было притворством, чтобы заставить его согласиться на это. Плечи Пончо опустились.

Джинджер не знал, как реагировать, наблюдая за этим обменом, но Сандрия согласно кивала.

— Я вижу, что ваши отношения имеют много общего с нашими.

— О? Но мой хозяин — принцесса Лисия , —сказала Серина.

— Я не это имела в виду...

Когда Серина недоуменно наклонила голову в сторону, Сандрия просто улыбнулась, не зная, что сказать. После этого обмена вопросами над головами обоих мужчин поплыли вопросительные знаки.

Когда формальности были убраны, Джинджер отвела Сан, Пончо и Серину в место за пределами Профессиональной школы Джинджер. В школе было здание для изучения методов ведения сельского хозяйства, и в основном они занимались изучением сельскохозяйственных культур, компоста и селекции. Однако на территории школы не было полей для демонстрации результатов. Бывшие трущобы находились рядом с городскими стенами, поэтому поля были засеяны с противоположной стороны. Исследовательское здание и поля разделяла городская стена, но с точки зрения расстояния они находились рядом, и добраться от одного к другому было легко.

Как только они прошли через ворота, Джинджер повел Пончо и компанию к полям, принадлежащим его профессиональному училищу. Поприветствовав охранников, которые следили за полями, они оказались перед двумя конкретными полями. Ни на одном из полей ничего не было посажено, но одно выглядело как обычный чернозем, а другое было сухим и потрескавшимся.

Увидев перед собой эти поля, Джинджер спросил:

— Вы пришли сюда сегодня в связи с этим направлением исследований, верно, сэр Пончо?

— Да, — кивнул Пончо. — И Его Величество, и я возлагаем большие надежды на это направление исследований.

Джинджер извиняюще покачал головой.

—  ...Позвольте мне сказать сразу. Мы не смогли достичь тех результатов, на которые вы надеетесь.

Область исследований, на которую Сома и Пончо возлагали большие надежды, была связана с одним из  «неудачных экспериментов»  сверхнаучного ученого Жени Максвелл.

Еще во времена правления бывшего короля Женя разработала наконечники стрел с семенами внутри, надеясь, что места сражений покроются зеленью. Под воздействием магии светлых элементов, которой были пропитаны стрелы, семена росли с ужасающей скоростью, и это привело к огромной неудаче, в результате которой половина ее исследовательского здания было почти поглощено растениями. В результате Женя была переведена в Запретную армию, а ее исследования приостановлены.

Однако после того, как трон сменился, Сома увидел практическое применение ее исследованиям и приказал Жене возобновить их. Его не очень интересовал наконечник стрелы, но с помощью растений, которые росли так быстро, что могли поглотить здание, он мог заставить пустыню цвести, и он надеялся, что это приведет к увеличению производства продовольствия. Однако Женя уже потеряла всякий интерес к этому предмету, поэтому Сома приказал Школе сельскохозяйственных технологий в Профессиональной школе Джинджер сделать это вместо нее.

Но... Джинджер объяснил, что они не смогли добиться результатов.

— Мы, конечно, смогли сделать быстрорастущие растения. У этих растений было два особых качества: рост и пролиферация. Мы смогли устранить только распространение, а это значит, что территория больше не будет утопать в зелени.

— Вы смогли их контролировать? Разве это не успех? —  спросил Пончо, выглядя озадаченным: но Джинджер покачал головой с язвительной улыбкой.

— Мы проводили это исследование в надежде увеличить производство пищи и заставить пустыни цвести, но... из результатов наших исследований мы узнали, что это не поможет ни в одном из этих случаев. Заклинание Жени только ускоряет рост растений. Сэр Пончо, вы знаете, что необходимо для роста растений?

Пончо задумался на мгновение, затем ответил:

— Плодородная почва и вода... а также солнечный свет.

Джинджер кивнул.

— Да. Солнце - это не проблема. Если поработать, то и с водой можно справиться достаточно хорошо. Проблема была в плодородной почве. Хотя мы ускорили рост растений, количество воды и питательных веществ, которые они требуют от почвы, не изменилось. Госпожа Женя, должно быть, тоже это знала, потому что ее заклинание включало функцию высасывания воды и питательных веществ из почвы.

Сказав это, Джинджер указал на высохшее и потрескавшееся поле.

— Вот как выглядит поле после того, как мы собрали нашу быстрорастущую пшеницу.

...Это почти как песчаная пустыня, да.

— Независимо от того, насколько мы можем ускорить рост растений, удобрение почвы занимает много времени, —  сказал Джинджер. — В результате растения высасывают из почвы все питательные вещества и воду, оставляя ее сухой и потрескавшейся, как сейчас. В такой почве ничего не вырастет.

— Неужели нет способа обеспечить постоянное поступление питательных веществ в почву? —  спросил Пончо.

— Сомневаюсь. Вода - возможно. Но постоянно поставлять удобрения со скоростью, соответствующей их росту, просто нереально. Я имею в виду, что запас удобрений у нас все равно ограничен. Если мы исчерпаем его, чтобы увеличить скорость роста, мы можем вообще не увидеть никакого роста производительности.

— Ну... Это нехорошо, —  сказал Пончо.

Если позволить растущим растениям сгнить, они вернут питательные вещества в почву, но они не могли сделать это с культурами, предназначенными для употребления в пищу. В конце концов, люди не могли бы вернуть все экскременты от съеденного на поле.

— Вот почему мы решили, что это место не подходит для выращивания пищи , —  сказал Джинджер. — Что касается того, чтобы заставить пустыню цвести, то там изначально нет воды, так что это невозможно. Даже если бы мы проложили акведуки, скорость роста растений стала бы еще одним узким местом. Они так же быстро гниют, видите ли.

— Мы не всегда можем добиться своего, я полагаю,—  Пончо опустил плечи. При тех больших надеждах, которые он возлагал на это исследование, он не мог не быть разочарован тем, что оно не принесло никакой пользы.

Но Джинджер снова покачал головой. — Нет, это не значит, что нам совершенно нечего показать за всю нашу работу. Посмотри на поле рядом с ним.

— ...Но я не вижу на нем ничего, кроме почвы?

— Да. Единственное, что здесь есть - это обычная почва. Мы превратили ее в обычную почву.   — Джинджер наклонился и зачерпнул немного мягкой почвы в свои руки. — Эта почва была привезена из подземелья, где обитало множество монстров-нежити. Естественно, когда мы впервые принесли ее сюда, она была загрязнена миазмами, который выделяют монстры-нежить.

— Вы сказали миазмы?!—  Пончо закричал, не смотря на себя, его голос был неустойчивым.

Просто существуя, неживые монстры, такие как драконы-черепа и зомби, испускали миазмы, которые были вредны для живых существ. Миазмы вызывали распространение болезней и гниение вещей, делая невозможным существование живых существ в этой области. Более того, он попадал в почву и оставался там надолго. Из-за этого земли, где бушевал дракон-череп или появлялись орды зомби, становились непродуктивными и долгое время не давали урожая.

— Однако Джинджер без всяких колебаний набрал горсть этой почвы, которая должна была быть опасной.

Пончо внимательно посмотрел на эту почву.

— Эта почва... безопасна?

— Да. Миазмы уже полностью исчезли.

— Как вы это сделали?

— Это было прикладное использование тех быстрорастущих растений, о которых мы говорили ранее. Есть цветы, которые цветут только в подземельях, где много монстров типа нежити.

Сказав это, Джинджер попросил Сандрию сходить за одним цветком. Этот цветок был красновато-фиолетовым с зеленовато-черными пятнами; цвет говорил о том, что он ядовит. Это был не тот цветок, который хотелось бы получить на празднике, даже случайно.

— Искатели приключений, которые ходят по подземельям, называют эти цветы миазмами. Они говорят, что если где-то растут эти цветы, то это доказательство того, что там обитают монстры нежити. Поэтому, когда они находят эти цветы в подземелье, они знают, что нужно принять меры предосторожности против миазмы.

— Хм, значит, там есть такие цветы, — сказал Пончо. — Я никогда не знал.

Пончо знал много о съедобных растениях. Он также знал много о растениях, которые были похожи на съедобные, но сами такими не были. Это было потому, что знания Пончо основаны на его аппетите.

Поэтому, когда речь заходила о таких растениях, как это, которое было и выглядело откровенно несъедобным, он не проявлял к ним никакого интереса и не был настолько хорошо о них осведомлен.

Джинджер хихикнул.

— Эти цветы миазмы, как можно догадаться по их названию, питаются миазмами. Вот почему они растут гроздьями в подземельях, где есть монстры-нежить. Если мы воспользуемся заклинанием Жени для ускорения роста этих цветов миазмы и посадим их в зараженную почву...

— О?! Я понял! Они быстро высосут все миазмы из земли! —  Пончо хлопнул в ладоши.

Если заклинание ускорения роста использовалось на обычных растениях, они быстро высасывали питательные вещества из почвы. Однако цветы миазмы высасывали только миазмы.

Джинджер кивнул.

— Значит, нам нужно собрать их, когда они закончат расти, и утилизировать в мусоросжигателе. Они уже израсходовали миазмы для своего роста, поэтому, когда мы их сожжем, останется только пепел. Если мы сделаем два таких цикла, они снова станут обычной почвой.

— Это невероятное открытие! С его помощью мы сможем уменьшить влияние монстров-нежити на наши поля и посевы!—  взволнованно отреагировал Пончо.

Мало того, что исследование, на которое он возлагал такие большие надежды, оказалось не напрасным, ему даже нашлось полезное применение! Затем Пончо пришла в голову одна мысль.

Если подумать... Когда он нанимал меня, Его Величество что-то сказал. Что мы будем решать, полезно что-то или нет. Возможно, он хотел сказать, что в этом мире не так уж много вещей, которые совершенно бесполезны. Например, даже я, человек, чей единственный талант заключается в еде... смог в какой-то мере помочь этой стране...

Пончо смог почувствовать себя немного увереннее.

Пока Пончо и Джинджер вели оживленную беседу, Серина и Сандрия в отчаянии наблюдали за происходящим с небольшого расстояния. Двое мужчин даже не взглянули в их сторону, весело обмениваясь мнениями об исследованиях. Обе служанки не сомневались, что в сознании мужчин они перестали существовать.

Глядя на своего хозяина, Сандрия спросила:

—...Вы полагаете, что все джентльмены такие?.

— Возможно, вы правы —  сказала Серина. — Я часто видела, как принцесса с тревогой наблюдает за Его Величеством. Мне кажется, что когда Его Величество посвящает себя работе по управлению государством, она должна находить в этом одновременно и успокоение, и разочарование.

— Как это для вас, Серина?

— Я?

— Чувствуете ли вы сейчас беспокойство и нетерпение?

— Хм? Моя госпожа - принцесса, —  сказала Серина, не дрогнув. — Это правда, что я близка с сэром Пончо, но я никогда бы не чувствовала беспокойства и нетерпения из-за того, что видела, как он с кем-то разговаривает.

Сандрия задумалась на мгновение, а затем спросила,

—  ...Тогда, как бы вы себя чувствовали, если бы лорд Джинджер был женщиной? Если бы это была женщина, с которой лорд Пончо сейчас так хорошо проводит время, вы бы не испытывали ни малейшего беспокойства по этому поводу?.

Спросив это, она пристально посмотрела на Серину.

В ответ на вопрос Серина посмотрела на Пончо и Джинджер. Что, если бы сейчас Пончо разговаривал с женщиной?

Поразмыслив над этим вопросом некоторое время, Серина наконец открыла рот, чтобы ответить.

— Неважно, с кем бы он ни разговаривал, я бы ничего не подумала об этом.

—...Ты уверена?

— Да. ...Однако, если бы сэр Пончо позволил этому человеку делать все свои пробы... что ж... мне бы это не понравилось. Даже если бы это был кто-то вроде члена его семьи или его жены, человек, с которым ему совершенно естественно готовить... меня бы это все равно расстроило. Странно. Интересно, почему я так себя чувствую?.

Судя по ее выражению лица, казалось, что даже Серина не понимает своих собственных чувств. Сандрия была немного удивлена, но больше ничего не спросила.

Даже сама Серина не была уверена, что ее слова прозвучали исключительно от обжорства. Она положила руку на грудь, которая была переполнена сдерживаемыми эмоциями.

"Когда я вернусь в замок, я попрошу его сделать мне обещанный бутерброд с тостами. Уверена, это поможет развеять это смутное чувство".

Таковы были мысли Серины.

Первого дня третьего месяца 1547-го года по континентальному календарю

Здравствуйте, я - кандидатка на звание первой королевы Сомы, Лисия Элфриден.

В день когда близился конец зимы и наступала весна, все невесты Сомы собрались в одной комнате в замке Парнам. Я, Лисия, была одной из них. Остальные - Айша-Кочиджи, Джуна-Лорелея и Ророа, бывшая принцесса Амидонии.

Сомы здесь не было видно. Сегодня попросили уйти даже служанок, которые всегда ждали в углу комнаты. Кроме того... эта комната была странной. Здесь была доска, парты, четыре стола и стулья. Парты были выстроены в ряд, что делало комнату почти похожей на классную комнату в Офицерской Академии.

— Эй, старшая сестра Сиа.(Лисия)? —   спросила Ророа. — Для чего нас всех сюда сегодня вызвали?

— Я не могу тебе сказать, — ответила я. — Если бы кто-нибудь здесь знал..

Я посмотрела на Джуну. Однако Джуна лишь опустила глаза и покачала головой.

— Мне жаль. В последнее время даже я не знаю, что творится в голове у этой госпожи.

— Если госпожа Джуна не знает, то у остальных из нас нет шансов это выяснить. Айша положила руки на спинку стула, наклонив голову в сторону в недоумении.

Это была справедливая оценка. Эта дама была совершенно непредсказуема. О чем же она думала на этот раз?

Затем дверь в комнату открылась, и появился тот, кто собрал нас здесь.

— Я вижу, все в сборе.

Это была синеволосая красавица клана морского змея, Эксель Уолтер.

Помимо того, что она была главнокомандующим Национальных сил обороны, она была красивой женщиной, которой на вид было около двадцати пяти лет. Ее голубые локоны, из которых торчали крошечные рожки, тянулись за ней, когда она шла, Эксель всегда была живописной красавицей. Но на этот раз она также что-то несла в руках: два свертка, толстые, как словари. Один был завернут в белую, другой в черную бумагу.

Эксель оставила свертки на пюпитре, затем достала и надела очки и квадратную академическую шапочку.

— Итак, вы все займите свои места.

— Э-э-э... Бабушка? —  Джуна нерешительно подняла руку и спросила.

— В чем дело?

— Эм... Я думала, у тебя хорошее зрение?

— А, эти очки? Это обычное стекло, а не корректирующие линзы.

— Тогда почему ты их носиш?

— Это поднимает мне настроение.

Ее настроение?! В этом был вопрос?! Подождите, что она собиралась начать?!

В конце концов, каждый из нас был посажен на свое место Эксель, не имея ни малейшего представления о том, что происходит. С точки зрения Эксель, слева направо, сидели Аиша, Ророа, я и Джуна.

Эксель начала что-то писать на доске.

Когда я прочитала, там было написано:

— Первая лекция - курс подготовки невест.

Да, я даже не была уверена, с чего начать.

Во-первых, под словом «первая»  она подразумевала, что таких собраний будет несколько?! Что вообще должны были представлять собой лекции по подготовке невест?!

Затем Эксель легонько постучала пальцем по пюпитру.

— Итак, все вы станете невестами Сомы в этом году.

...

Мы все притихли. Мы, конечно, были готовы к этому, и даже хотели этого сейчас, но то, что кто-то другой указал нам на этот факт, все равно немного смущало.

Эксель сказала :

— Хотя некоторые из вас будут первичными, а некоторые - вторичными, фундаментальная природа вещей будет одинаковой для всех вас. Есть муж и жена, они строят семью, со временем рождаются дети, и они становятся семьей. Если семья гармонична, то они будут счастливы; если нет, то они станут несчастными. Проблема в том, что если в королевской семье разлад, то это ведет к разладу в королевстве. Принцесса Лисия.

— Да!—  ответила я и встала, сама того не желая. Это было точно так же, как снова оказаться в офицерской школе.

Эксель серьезно посмотрел на меня и спросил:

— Принцесса Лисия, у вас нет родственников, кроме отца и матери, да?

— Э-э... Да. Так мне сказали.

— А почему?

— Когда отец моей матери... то есть король  умер, произошел кризис престолонаследия, и почти все члены королевской семьи, кроме моей матери, были уничтожены.

— Да. Это было мучительное время, — сказала Эксель с действительно страдальческим выражением лица. — Мы с тремя герцогами дистанцировались от этого конфликта. Если бы наши военные силы вмешались, это превратилось бы в гражданскую войну, в конце концов. Мы все отчаянно пытались сдержать свои силы. Вместо этого в королевском доме началась ожесточенная борьба, которая настроила друг против друга даже самых близких родственников.

— Хм... проблема в этом конфликте в конечном итоге заключалась в том, кто займет трон? —  Айша подняла руку и спросила.

Эксель покачала головой.

— Мы думаем, что это был лишь второстепенный фактор. Первой и главной причиной должна была стать политика быстрого расширения бывшего короля.

— Его экспансионизм? —  спросила Айша.

— Да. Во времена предыдущего короля наша страна начала ряд внешних войн, которые значительно расширили нашу территорию. Между тем, расширенная территория посеяла семена конфликта внутри страны. Оккупанты и оккупированные; завоеватели и завоеванные; убийцы и родственники убитых... Это породило множество подобных конфронтационных отношений. Были вмешательства других стран, которые тоже потеряли землю.

—...Ну, мой старик очень сильно вам всем насолил, — пожав плечами, сказала Ророа, бывшая принцесса Амидонии.

Было немного приятно, что она сказала это так, словно это не имело к ней никакого отношения. Княжество Амидония несколько раз использовало коррумпированных дворян для вмешательства в наши дела. То, что они делали, доставляло мне много хлопот, но на самом деле мы пожинали то, что посеяли.

— Я была благодарна, что Ророа, будучи принцессой Амидонии, заняла позицию, что для нее это не имеет значения. Если бы Ророа, которая смотрела на меня как на свою « старшую сестру», в итоге обиделась на меня из-за спора между нашими странами... Я был бы опечалена этим, — кивнула она и продолжила. — Эти семена раздора нужно медленно удалять, но быстрое расширение не позволило этого сделать.

В конце концов, старый король умер, и затянувшиеся семена раздора проросли в кризис престолонаследия. Так спор о престолонаследии превратился в косвенную войну за все разногласия в королевстве.

— Вот почему это превратилось в такую трясину.

—  Эксель печально вздохнула, затем посмотрела прямо на нас.

— К счастью, правление Его Величества Сомы не так опасно, как правление его предшественника. Причина того, что страна не пошатнулась даже после поглощения Амидонии, в том, что он усердно работал над созданием достаточно прочной базы, чтобы предотвратить это. Он не такой гламурный, как первый король, но если судить только по стабильности его правления, то он лучший король, который когда-либо был у этой страны. Вот почему, даже когда Его Величество Сома больше не будет на троне, не будет уродливой войны за престол, как в тот раз.

Так Эксель оценила правление Сомы. Я молча  согласилась с ней.

Возможно, иногда его правление казалось мне слишком окольным, но он осторожно и осмотрительно двигал страну вперед. Если учесть, что он был призван как герой, то я не думаю, что раньше был такой простой и обычный герой. Несмотря на это, Сома заставлял меня чувствовать себя уверенно. Хотя сам он был слаб, он заставлял меня чувствовать, что меня защищает что-то большое.

Эксель стукнула по доске.

— Тем не менее, мы не должны успокаиваться! Никогда нельзя забывать, что если между королем и королевой, или даже между королевой и королем есть трещины, найдутся те, кто явится, чтобы ими воспользоваться. Ради блага страны вы должны построить гармоничные отношения между мужем и женой и гармоничное домашнее хозяйство. Чтобы помочь вам в этом, я попрошу вас пройти мой « Курс подготовки невест» .

Я могла более или менее согласиться с тем, что она настойчиво говорила. Но что это был за «курс подготовки невест», к которому она все время подводила?

— Эм... почему это вы читаете нам лекции, герцогиня Уолтер? —  спросила я.

Эксель хихикнула и одарила меня уверенной улыбкой.

— Я не выгляжу так, но я живу уже пятьсот лет. За это время я влюбилась в свою долю джентльменов, но смерть всегда была единственной вещью, которая могла разлучить нас. Я всегда заботилась о том, чтобы у каждого из них был хотя бы один ребенок.

Это было... Ладно, да, это было даже удивительно. Теперь, когда она упомянула об этом, Эксель выглядела на свои двадцать с небольшим лет, но она была женщиной, имевшей опыт родов. У нее даже были внучки, как Джуна, в конце концов.

Эксель с гордостью надула свою пышную грудь.

— Я научу всех вас, как королев... нет, как женщин... оставаться с любимым мужчиной, пока смерть не разлучит вас. Как вам следует вести себя в качестве жены; как думают джентльмены; и всему, начиная с того, как поддерживать своего мужа, и заканчивая тем, как выполнять свои ночные «обязанности»  в спальне таким образом, чтобы ваши супружеские отношения проходили более гладко.

Н-ночные обязанности...

Как только мы услышали эти слова, мы все отреагировали довольно бурно. Должно быть, все мы представляли себе, как окажемся в подобной ситуации с Сомой.

Ророа покраснела с кривой улыбкой, а щеки Джуны стали розовыми, и она прикрыла рот рукой, ее глаза блуждали.  На лице Айши было глупое, счастливое выражение, так что было очевидно, о чем она думает.

...Я тоже почувствовала, как горят мои щеки.

Увидев нашу реакцию, Эксель вежливо кашлянула.

— Думаю, я попрошу вас всех начать изучать такие вещи прямо сейчас. Его Величество Сома уже берет у меня индивидуальные уроки.

В тот момент, когда она это сказала, Джуна выглядела так же потрясенно, как и я.

Несколько недель назад Сома, взяв с собой Джуну, покинул королевскую столицу. Тогда Эксель напоила Джуну, и когда они осталась наедине с Сомой, она... ну... дала ему несколько уроков о том, чем занимаются мужчины и женщины по ночам. Я была единственной, кому Джуна рассказала об этом. Я держала это в секрете от Айши и Ророа. Потому что если бы они узнали, то непременно устроили бы скандал.

Джуна попросила меня, как ту, которая дольше всех была с Сомой, тонко расспросить его о том, что произошло за то время, что они были вместе.

— Эм, принцесса...—  Джуна наклонилась и прошептала мне на ухо, чтобы Айша и Ророа не услышали.

— Итак... что Его Величество сказал о том времени?

— Дело в том, что Сома говорит, что не помнит этого, — прошептала я в ответ.

— Он не помнит?

— Да. Он помнит, что ходил на лекции о том... как делают детей, но все, что было после этого, как в тумане.

Когда я спросила его о том дне, Сома наклонил голову в сторону и сказал:

— Я помню все о той постыдной лекции, которую она мне прочитала, но... После этого я ничего не помню. Нет, не то чтобы я не помню, а просто мой разум отказывается мне это вспоминать, может быть? ...Честно говоря, что тогда произошло? Я знаю, что мне было неловко из-за уроков, и я чувствовал себя очень голодным... Эксель дал мне выпить и... Это нехорошо, я ничего не могу вспомнить после этого.... Нет, мне кажется, что лучше не вспоминать.

Сома пытался выжать из себя все, что мог вспомнить, но в итоге, похоже, ничего не вспомнил. Однако не было ощущения, что он что-то скрывает от меня или пытается уклониться от ответа. Казалось, что он действительно потерял память или запечатал ее.

Что же случилось с Сомой после урока в классе? Я задавалась этим вопросом...

— В браке, как и на войне, главное - разведка, — читала лекцию Эксель. — Как только вы узнаете, что думает о вас партнер, как он на вас смотрит, вы сможешь понять, как вам следует себя вести. Если вы сможете застать их врасплох и показать им разрыв между их впечатлением о вас и тем, как вы себя ведете, так, чтобы это не вызывало недовольства, это поможет избежать скуки. Знайте своего партнера, знайте, на что он смотрит, и ваш брак никогда не будет в опасности.

Айша подняла руку.

— Вы правы, мне действительно интересно, что Его Величество думает обо мне. Но Его Величества здесь нет, и если мы позовем его, как вы думаете, он согласится прийти?

Эксель одарила ее злобной ухмылкой. У меня... было плохое предчувствие на этот счет.

— Не беспокойтесь. У меня есть вот это.

Сказав это, Эксель развернула белый сверток. Внутри было несколько белых блокнотов. Эксель дала по одной из них каждому из нас.

На обложке моей было написано « Совершенно секретно»  и «Не выносить за пределы». Это было сверх подозрительно...

— Герцогиня Уолтер, а что это за блокноты? —  нерешительно спросила я.

Эксель пролистала свой собственный блокнот и сказала:

— Хи-хи. Видите ли, в белых тетрадях, которые я только что дала вам... В них написано, что Его Величество Сома думает о каждом из вас!.

—  Что?!— Все в унисон посмотрели на свои блокноты.

В этой тетради?! Нет, но... Как?

Эксель объяснила это со странно блестящей и сверкающей улыбкой.

— В этих тетрадях записано то, что я услышала от его величества во время - частного урока. Когда мы закончили лекцию в классе, его величество сказал, что ему хочется пить, и я дала ему немного сока, смешанного с текилой. Когда после этого я задавала ему разные вопросы, он был очень красноречив.

Так вот оно что! Мы с Джуной посмотрели друг на друга.

Текила был очень крепким алкоголем. У него был легкий вкус, и он был бы совершенно незаметен, если бы был смешан со стаканом сока. Сома, должно быть, выпил много, сам того не замечая, а затем подвергся тщательному допросу со стороны Эксель о своих чувствах к каждой из нас. Смущение от всего этого, должно быть, заставило его подавить воспоминания об этом.

Размышляя об этом, я посмотрела на лежащий передо мной блокнот. Если Эксель говорит правду, значит, эта записка содержала тайные чувства, которые Сома обычно прятал глубоко в сердце.

Ох... Когда я думаю об этом, мое сердце вдруг начинает бешено колотиться...

Я хотела знать, но в то же время вроде как не хотела... но в конце концов я хотела знать. То есть, я достаточно заботилась о Соме, чтобы хотеть знать, что он думает о нас.

Пока я думала об этом, Эксель, не обращая внимания на нашу нерешительность, открыла свою книгу и продолжила.

— Как я уже говорила, секрет гармоничных супружеских отношений заключается в том, чтобы знать своего партнера и знать, как он видит вас. Давайте посмотрим, как Его Величество Сома смотрит на каждого из вас. Первый... Ророа.

— Мяу-что?!—  Ророа отреагировал как испуганный кот.

— Сначала мы начнем с его оценки Ророа.

— Почему я?! Разве вы не должны сначала заняться главной невестой, старшей сестрой Лисией?

— На это нет никакой особой причины, — сказала Эксель. — Я просто подумала, что мы начнем с той, кто совсем недавно впервые встретился с Его Величеством.

— Ну, конечно, я здесь новичок, но... Ну, это лучше, чем быть последним, я думаю. Ророа, казалось, неохотно согласилась.

...А? Значит, я иду последней? Уф... Это означало, что напряжение будет длиться дольше, а мне это не нравилось...

Эксель подняла очки, затем опустила взгляд на свой блокнот.

— Итак, это оценка Ророа  Его Величеством Сумой.

Что это? Я как-то странно напряжена.

— Кхм... По словам Его Величества, - мне нравится, что Ророа такая яркая и дружелюбная. Удивительно, как ей удается сблизиться с тем, с кем она разговаривает. Она может быть немного черносердечной, но это лишь одно из ее очарований. Мне приятно видеть, что она относится к Лисии как к старшей сестре. Кроме того, финансовое чутье Ророа - это нечто из ряда вон выходящее. Если быть до конца честным, экономика королевства не могла бы работать так, как она работает сейчас, без Ророа и Колберта. Я благодарен за то, что она со мной, и за то, что она моя невеста.

— О-о-о...—  Ророа опустила голову на стол. Она прикрывала свои ярко-красные щеки руками. — Это... Это чертовски стыдно, — сказала Ророа, немного поморщившись.

Да, мне было немного неловко, просто услышав это. Сома был не из тех, кто открыто говорит нам о таких вещах, поэтому, когда он открыто выражал свои чувства и говорил такие вещи, как «Я люблю тебя»  или «Я благодарен, что ты рядом со мной» , это действительно производило впечатление. Теперь, когда дело дошло до этого, мне вдруг стало очень интересно, что он думает обо мне.

Пока мы мучительно размышляли о том, что должно произойти, Эксель продолжала читать с таким выражением лица, словно это не имело никакого значения.

— Более того, когда я спросил Его Величество: «Есть ли у вас что-нибудь на уме, когда дело касается Ророа?», его ответ был: « Я знаю, что это была война, но меня все еще беспокоит, что я убил ее отца» .

— Что?!—  Ророа в смущении перестала писать и тут же опомнилась.

— Это была ситуация «убей или будь убит» , но я все равно убийца ее отца. Ророа говорит, что они не были близки, но что если это не так, и она на самом деле не хочет выходить за меня замуж... Бывают моменты, когда я беспокоюсь об этом, сказал он.

— Он что, дурак?!—  закричала Ророа.

Я тоже почувствовала себя так, словно мне на голову вылили  холодной воды. Ах, да... Я поняла. Если бы это были истинные чувства Сомы, то они включали бы в себя неуверенность, которую он обычно не показывал нам. Если бы он так относился к Ророа... Я бы никогда не заметила.

Ророа встала и возмущенно топнула ногой.

— Дорогой, ты тупица! Я уже все это обдумала! Я с тобой, потому что сама этого хотела, так почему ты думаешь об этом?!

— Ророа!—  Я встала и обняла Ророа. Она перестала топать ногами со слезами на глазах.

Я также могла понять, почему Сома чувствовал себя виноватым, когда дело касалось Ророа. Это было потому, что Ророа была важна для него. Тем не менее, даже несмотря на это, было неправильно, что он не принял ее привязанность к нему за чистую монету.

Ророа всхлипнула и прижалась лицом к моей груди.

— Ооо... Старшая сестра

— Я знаю. Нам придется отчитать Сому позже.

Айша и Джуна кивнули. Возможно, он сделал это неосознанно, но он должен был заплатить за то, что заставил нашу «младшую сестру»  плакать.

Подождав, пока Ророа успокоится, Эксель заговорила с ней.

— Его Величество думает об этом потому, что он любит тебя, и ты важна для него. Ты ведь это понимаешь?

—  ...Да, — сказала Ророа. — Вот почему, хотя мне досадно, что мои чувства не доходят до него, я была немного счастлива.

— Если вы это понимаете, то все будет хорошо, — с улыбкой сказала Эксель Ророа.

Это было немного бурно, но теперь очередь Ророа подошла к концу. Затем Эксель назвала имя своей внучки.

— Джуна. Его Величество оценивает тебя так: «Она красива, она прекрасна, и на этом все  не заканчивается. Я имею в виду не только ее внешность или голос - я имею в виду и ее сердце. Мне кажется, что из всех моих спутниц она единственная, кто всегда делает шаг назад, чтобы посмотреть на картину в целом. Она действительно идеальная женщина. Иногда я думаю, можно ли мне иметь ее в качестве невесты, но я не хотел бы позволить ее иметь кому-то другому. Я стараюсь изо всех сил быть мужчиной, который достаточно хорош, чтобы стать ее мужем, но меня огорчает, что я не смогу справиться с этим»

— Так вот что чувствует Его Величество...—  Джуна слабо, но радостно улыбнулась. Ну, конечно, любая девушка, услышав «Я бы не хотел позволить кому-то другому обладать ею... понимаете»?

Эксель продолжал читать дальше.

— Итак, когда я спросила его: «Есть ли у тебя что-нибудь на уме, когда дело касается Джуны?» , он ответил: — Джуна слишком взрослая и не умеет позволять другим баловать ее, поэтому, когда она иногда позволяет мне баловать ее, как более молодому парню, я чувствую себя особенным» .

...Простите, но у меня сложилось впечатление, что мы с Его Величеством одного возраста? —  вмешалась Джуна.

Теперь, когда она упомянула об этом, я услышал, что Джуне, как и Суме, в этом году исполняется двадцать лет.

— Это Его Величество понял позже, но в его мире год - это 365 дней, — сказал Эксель. — В нашем мире 384 дня, так что с учетом разницы между ними, в мире Сомы ты была бы на год старше.

Разрыв между годами двух миров составлял 19 дней. 365 разделить на 19... Через 19 лет разница составит целый год.

Этот факт поверг Джуну в редкую панику.

— Я была старше Его Величества Сомы? Простите, а что Его Величество хотел сказать по этому поводу? Он ведь не против иметь женщину старше себя?.

Я не думала, что Сома отвергнет Джуну только потому, что она старше его, но, вероятно, она не могла не волноваться. Кстати, когда она упомянула о возможности того, что он не хочет женщину старше себя, Айша выглядела так, будто в нее только что попала шальная пуля. Ведь по внешнему виду никогда нельзя было определить, сколько лет кому-то из долгоживущих рас. Нам тоже не сказали, сколько ей сейчас лет.

Эксель широко улыбнулся Джуне.

— Не волнуйся. Вот что сказал Его Величество Сома: « В моем мире есть пословица: « Найди женщину на год старше себя, даже если для этого тебе придется надеть металлические сандалии» Джуна - женщина, ради которой стоит надеть металлические сандалии, которые не износятся, и обыскать весь мир, чтобы найти ее. В этом нет никакой проблемы.»

—...Я рада.—  Джуна выглядела счастливой.

Затем настала очередь Айши.

— Его Величество оценил Айшу...

— Эм? Почему вы вдруг сделали паузу? — вспыхнула Айша.

— Ну... «Она как домашнее животное.»

— Что сказал?!

— …..

— Что?! Почему вы все выглядите довольными этим ответом?!—  крикнула Айша.

Нет, я имею в виду... Понимаете? Когда Айша была с Сомой, она была как домашняя собака, которая ловит добычу для своего хозяина, а потом говорит: « Хвалите меня, хвалите меня», виляя хвостом, в конце концов.

— По словам Его Величества Сомы, «Аиша - сильный, благородный и красивый воин. Было бы справедливо назвать ее величайшим воином этого королевства. То, что она рядом со мной, успокаивает... или так и должно быть, но иногда я чувствую, что не могу оставить ее одну. Она должна защищать меня, но в итоге я хочу защитить ее... Ну, когда произошла та катастрофа в Лесу под защитой Бога, я увидел, насколько эмоционально хрупкой она может быть, в конце концов.» На мой вопрос: «  Есть ли у тебя что-нибудь на уме по поводу нее?» , он ответил: «Я надеюсь, что мы сможем сидеть за одним обеденным столом вечно, я полагаю.»

— Уваххх! Я провалилась как телохранитель! —  причитала Айша. — Но все же, когда он говорит: «Я не могу оставить ее одну»  и «Я хочу защитить ее», это заставило меня почувствовать себя немного счастливой, я  глупая!

Пока Айша опустила голову на парту, застряв между чувством счастья и жалости, Ророа нежно похлопала ее по спине. Похоже, Айша была в шоке, но что касается меня... Я чувствовала, может быть …что немного завидую ей? Если она была как домашний питомец, значит, он так дорожил ею, и я хотела, чтобы он сказал, что хочет защитить и меня.

Подождите! Неужели я всегда была так склонна к ревности?

Услышав, как Сома хвалит других своих невест, я поймала себя на том, что завидую им, и это немного шокировало меня. Это было чувство, которое я не могла себе позволить, не так ли? Я была кандидаткой на то, чтобы стать первой главной королевой Сомы. Как никто другой здесь, я должна была уважать гармонию между моими коллегами-королевами. Я почувствовала, как рука, которой я держала свой ошейник, сжалась сильнее.

Наконец, подошла моя очередь.

— Наконец-то, принцесса Лисия... Для этого я должна начать с его ответа на мой вопрос: « Разве у тебя нет ничего на уме, когда дело касается принцессы Лисии?»

— А...?

Почему мы начали с вопроса «У тебя нет ничего на уме?»  для меня? Я хотела узнать, что Сома думает обо мне, как и все остальные. Пока я об этом думала, Эксель молча покачала головой с улыбкой.

— В этом нет необходимости. Я думаю, что его оценка тебя достаточно кратко выражена в его ответе на этот вопрос. Вот что сказал Его Величество: « Ничего».

Ничего? У него ничего не было на уме, когда дело касалось меня? Нечестно... У него было что-то для всех остальных, не так ли? И все же... когда дело дошло до меня, он сказал «Ничего»...

Почему...?

— Принцесса! —  рявкнула Эксель.

Я почти потерялась в своих мыслях, но голос Эксель вернул моё внимание.

— О! Простите.

— Послушайте, пожалуйста, пока я не закончу. Его Величество продолжал говорить следующее: «Я сказал ей самое важное в тот снежный день. Мне больше нечего сказать, кроме этого.» Что же касается того, что он сказал в тот снежный день... Я воздержалась от подробных расспросов, но думаю, вы должны иметь представление о том, что он имел в виду, верно?.

Это вспомнилось мне. Из всех дней, проведенных с Сомой, был один день, в который я отчетливо помнила, что шел снег. Это был последний день 1546-й года по континентальному календарю. Прошлогодний Новый год.

— По правде говоря, это нечто... Я действительно должна был рассказать тебе до Айши, до Джуны и до Ророа....

Той ночью, на террасе офиса по правительственным делам, Сома сказал.

— Лисия... Я люблю тебя. Пожалуйста, выходи за меня замуж.

Сома сделал мне предложение под снегом, который только начал падать. Он уже сказал мне самое главное, и больше не о чем было думать. Так сказал Сома.

Понятно... Я уже получила их, не так ли? Чувства, которые Сома считал самыми дорогими. Как только я подумала об этом, в моей груди стало тепло. Затем...

Шлёп,  шлёп, шлёп, шлёп... Ророа, Айша и Джуна начали шлепать меня по спине.

— Ой...! Эй, прекратите! Больно!—  крикнула я.

—  ...

— Не знаю, — сказал Ророа. — Мне кажется очень несправедливым, что это досталось только старшей сестре Лисии.

— Ооо... Что-то особенное только для вас двоих, я так завидую, — стонала Айша.

— О! Дорогая, как мне стыдно...—  сказала Джуна.

Когда я посмотрел на ревнивых Ророа и Аишу, а также на Джуну, которая покраснела от смущения из-за того, что она только что сделала, я улыбнулась.

Да... Это было верно. Каждый может чувствовать зависть или то, что все несправедливо. Тот факт, что я была кандидатом на роль первой королевы, не имел к этому никакого отношения. Это было чувство, которое я испытывала просто из-за того, как сильно я заботилась о человеке. Так что...

...Эй, Ророа, я тоже ревную тебя к остальным, понимаешь? — сказала я.

— Хм? Правда?  - спросила она.

— Да. Я хотела, чтобы мне сказали: «Мне нравится в ней это» , или: «Я не хочу, чтобы она досталась кому-то другому» , или: « Я хочу защитить ее.»

— Хм. Ну, может, так оно и есть.

Вот почему я должна была принять это, а не отрицать. Потому что я поняла, что это чувство было важным.

Когда все наши оценки закончились, Эксель хлопнула в ладоши.

— Теперь вы все понимаете, что Сома думает о вас. Дальше, я думаю, мы перейдем к более практическим знаниям о том, как улучшить ваши супружеские отношения.

— Практические знания? —  отозвалась я, не подумав, на что Эксель одарила меня невероятно милой улыбкой.

— Разве я не сказала вам в самом начале? На этой лекции я научу вас, как вы должны вести себя в роли жены, как думают джентльмены, и всему, начиная с того, как поддерживать мужа и заканчивая тем, как выполнять свои ночные обязанности в спальне таким образом, чтобы ваши супружеские отношения протекали более гладко. Я буду очень тщательно учить вас этому.

—...—  Мы все погрузились в мертвую тишину.

Точно. Теперь, когда она упомянула об этом, она сказала, что именно об этом был этот курс.

— Эм, бабушка? Если отбросить другие детали, ну... нужно ли нам обязательно слушать твои лекции о наших ночных, гм, « д-деяниях» ?  —  спросила Джуна.

— Как сказала Джуна, — добавила Айша. — Это просто слишком неудобно..

— А мне немного интересно!  —  добавил Ророа.

— Р-Ророа!—  крикнула я.

— А? Тебе не интересно, старшая сестра Сиа(Лисия)?

— Это... Может быть, немного ….

Пока мы изображали нежелание, Эксель одарила нас взглядом, который, казалось, говорил:

— Я уже все спланировала, чтобы вы так себя чувствовали,  и она уверенно похлопала по оставшемуся черному свертку.

— Вот как? Вы уверены, что хотите упустить эту возможность? Если вы прослушаете мои лекции до конца, то получите один из них на память.

Сказав это, Эксель развернула черный сверток, и внутри оказались тетради, как и раньше. Однако эти книги были тонкими, а их обложки - черными. На обложках стояли еще более опасные надписи: —«Документы содержат совершенно секретную секретную информацию»  и «Утилизировать путем сжигания после прочтения.»

С ними обращались как с запрещенными книгами, но Эксель открыл одну и начал листать ее, словно демонстрируя нам.

— Эта черная тетрадь содержит [censored], что Его Величество Сома хочет, чтобы вы сделали для него, или что он хочет сделать для вас, и соответствующие ситуации.

—А...? Что?!

Взгляды всех изменились.

[Censored]? Подождите, серьезно?! —  подумала я.

— Я услышала все это после того, как напоила его еще большим количеством чая, так что я уверена в этом, — сказала Эксель. — Короче говоря, в этих тетрадях содержится голая правда о его желании к вам четверым, которую Его Величество Сома обычно держит под контролем и прячет подальше.

Так вот оно что!

Мы с Джуной снова посмотрели друг на друга. Неудивительно, что он подавил это воспоминание. Если бы он вспомнил, что проболтался обо всех этих постыдных вещах, я была уверена, что он никогда больше не сможет смотреть в глаза никому из нас.

Все пристально смотрели на черные тетради. Эксель сделала вид, что листает одну из них так, чтобы только она могла видеть.

— Боже, как интересно. Похоже, он хочет сделать с каждым из вас разные вещи. С Ророа... Хохо. С Аишей... Понятно, так вот как ему это нравится, да. С Джуной... О, Боже, снова стать таким молодым. И с принцессой... Хи-хи.

Хи-хи, что?! Что именно там было написано?!

Хотя Эксель была прекрасна, когда бросала на нас боковой взгляд с соблазнительной улыбкой, она также была похожа на повелителя демонов. Не знаю... После всего этого мне пришлось пожалеть Сому.

— Эм... Герцогиня Уолтер? Я думаю, что эти тетради заходят слишком далеко...—  Я колебалась.

— О, значит, они вам не нужны? В таком случае, их придется сжечь, как написано на обложке...

—  Мы хотим их! — крикнули мы четверо в унисон.

Эксель удовлетворенно кивнула.

...Прости, Соума. Но я уверена, что это на благо королевства. Оправдываясь перед отсутствующим будущим мужем, я сдалась.

— Итак, начнем лекцию, — удовлетворенно сказала Эксель.

Так началась первая лекция курса подготовки невест Эксель.

Содержание курса, естественно, заставляло нас иногда чувствовать себя неловко, но невесты Сомы относились к занятиям серьезно. Это касалось и меня.

Ну, конечно, я хотела эту черную тетрадь... Я чувствовала, что это необходимо для построения стабильной семьи и стабильной страны.

Чтобы мы все жили долго и счастливо.

Теперь об этих черных тетрадях: говорят, что в более поздние времена кандидатки в королевы просили Эксель регулярно наставлять. Сначала они сжигали их, когда заканчивали читать, но со временем стали хранить в надежном месте, думая, что они могут пригодиться в будущем.

В более поздние годы один ученый-историк, обнаруживший коробку с несколькими такими брошюрами, попытался огласить их содержание на исторической конференции, но остановился перед самым объявлением, заявив, что обнаруженные документы являются — подделкой. Были сообщения о том, что за несколько дней до этого с ним вступила в контакт группа подозрительных людей, но истинность этих слухов остается в тени.

В последнее время Лисия и остальные вели себя странно. Лисия, Айша, Джуна и Ророа... Все они вели себя как-то странно.

Если бы вы попросили меня объяснить, что именно не так, мне было бы трудно ответить, но почему-то при каждой нашей встрече они становились пунцовыми, поворачивались и тут же уходили в противоположном направлении, словно смущаясь. Не то чтобы они намеренно игнорировали меня, но было немного тоскливо от того, что они избегали меня.

...Сделал ли я что-то, что обидело их? Я думал об этом, но ничего не приходило на ум.

В последнее время у нас были только спокойные дни, и я не думал, что сделал что-то, что могло бы заставить их чувствовать беспокойство. Я вонуюсь, что мог сделать что-то непреднамеренно, поэтому решил напрямую обсудить этот вопрос с ними четырьмя. Когда я это сделал...

— Это не твоя вина, Сома. Не волнуйся, — заверила меня Лисия.

— Гм... Можно сказать, что я стесняюсь смотреть вам в глаза, сир, или что-то в этом роде, — сказала Айша.

— Мне жаль, — сказала Джуна. — Это абсолютно не наша проблема. Тебе совсем не нужно об этом беспокоиться.

— Ну, давайте просто скажем, что это секрет между нами, девочками, и оставим все как есть, хорошо?—  добавила Ророа.

...Таковы были мои ответы. Честно говоря, это не имело никакого смысла.

О, точно. И если говорить о странностях, были и другие вещи в том, что они делали и говорили, которые были немного странными.

Первый случай произошел утром, когда я сидел напротив Ророа на диване в офисе по правительственным делам, и мы проводили совещание по бюджету. Когда мы закончили говорить о государственных отраслях, разговор перешел на мои личные предприятия, которые компания Ророа будет спонсировать. В основном речь шла о производстве по программе токусацу.

— Итак, о Овермане Сильване, как ты думаешь, можно ли еще немного увеличить бюджет?—  спросил я. — Мы не можем использовать одних и тех же монстров каждый раз, и если мы собираемся использовать их повторно, нам нужно немного больше разнообразия....

—...Угу...

Хм? Она просто кивает? Тут я заметил, что Ророа смотрит на меня, а ее мысли явно где-то в другом месте.

— Ророа?

— А?! О, да, я слушаю, я слушаю.

...Она, очевидно, не слушала. Что заставило ее так уставиться в пространство?

— У тебя что-то на уме?—  спросил я. — Если я могу чем-то помочь, я помогу.

— Нет, это не то, но... Конечно. Давай посмотрим, сможешь ли ты подыграть мне. Ророа придвинулась ко мне, настолько близко, что наши плечи соприкасались.

Хм... Она хочет, чтобы я в ней души не чаял? —  начал размышлять я.

Затем Ророа посмотрела мне прямо в глаза и сказала:

— Эй... Старший брат Сома?

— Что?!

Когда она назвала меня так с выпученными глазами, моя голова удивленно откинулась назад. Что это было, ни с того ни с сего?!

— Серьезно, что происходит, Ророа?!—  воскликнул я.

Я боялся, что у нее жар или что-то в этом роде, поэтому я попытался положить руку ей на лоб, но она не выглядела особенно лихорадочной или что-то в этом роде.

Ророа начала бить ногами и размахивать руками в расстройстве.

— Оу... Это не та реакция, которую я ожидала. Ты говорил, что тебе нравится, как я обращаюсь со старшей сестрой Сией, как с сестрой. И я подумала, что тебе нравятся маленькие сестры, не так ли?.

— Младшие сестры?—  спросила я, озадаченный. — О чем ты вообще говоришь?

И что она имела в виду, говоря, что я это сказал? Я не помнил, чтобы я это говорил... Хм, нет, подождите, может, и говорил. Что это было за странное чувство?

— Хмф! Мне уже все равно!—  Ророа надулась и посмотрела в другую сторону.

Я не совсем понял, как, но, похоже, я ее расстроил.

Хм, что же мне делать... Я задумался, затем положил руку на голову Ророа.

— Ты моя драгоценная невеста, так что я не хочу, чтобы ты превратилась в младшую сестру.

—...Ты уверен?—  Ророа все еще отворачивала от меня голову, но на этот вопрос она снова посмотрела в мою сторону.

Я кивнул, чтобы успокоить ее, а затем погладил ее по голове.

— Конечно. То, как ты играла в « младшую сестру», было мило, но я бы предпочел, чтобы ты стала моей женой. Просто присутствие тебя рядом со мной всегда поднимает мне настроение, в конце концов.

Когда я прямо сказал ей о своих чувствах к ней, лицо Ророа стало ярко-красным. Должно быть, я смутил ее. Когда я увидел ее реакцию, мне тоже стало неловко.

— Так что, пожалуйста, перестань называть меня Старшим Братом, — сказал я. — Если ты не...

— Что, если я не перестану?

— Это будет похоже на то, что я намеренно заставляю свою невесту называть меня «старшим братом», — сказал я дразняще. — Это было бы как-то развратно.

Ророа разразился смехом.

— Ха-ха! Может, ты и прав. Да, больше не буду называть тебя «старшим братом». Я не получила той реакции, на которую рассчитывала, но я не чувствую себя плохо из-за того, как все прошло.

Когда она это сказала, Ророа обняла меня за руку. Похоже, теперь она была в лучшем настроении.

Ну, я действительно имел в виду, когда сказал, что она милая, как младшая сестра, хотя...

Когда очаровательная Ророа с выпученными глазами назвала меня старшим братом, у меня сердце екнуло. Но я не хочу развивать странные фетиши, поэтому я был очень рад, что она остановилась.

Следующая странная вещь произошла во второй половине дня. Это было около двух часов, после того, как я немного задержался с обедом.

Я работал с самого утра, поэтому я сделал небольшой перерыв за столом котацу в своей комнате. Айша, которая обычно стояла у двери и охраняла меня, вошла и села напротив меня за котацу.

Когда я посмотрел на лицо Айши... у меня не было слов. На Айше почему-то были надеты кошачьи ушки.

...Что за мяуканье здесь происходило?

Айша с кошачьими ушами, что не имело для меня абсолютно никакого смысла.

Пока я все еще не мог найти слов для этого странного поворота событий, Айша сжала руки в кулаки и подняла их вверх, как манящая кошка. — М-мяу...

Она мяукает?!

Она точно только что мяукнула. Нет, серьезно, что здесь происходило?

Очевидно, не в силах вынести тишину, Айша закрыла лицо руками.

— О... Это действительно неловко.

— Ты говоришь это после того, как сделала это сама?! Чего ты пыталась добиться?!—  крикнул я.

— Чего, вы спрашиваете? Я хотела, чтобы вы ты обожали меня, Ваше Величество, — сказала Айша. — Как домашнее животное.

— Как домашнее животное?! Не человек?!

— Я хотела одолжить у принцессы чокер, чтобы носить его вместо ошейника, но она отказалась, потому что это был важный подарок от вас, государь. Снять рабский ошейник было бы трудно, поэтому...

— Ты пытаешься превратить меня в какого-то сексуального маньяка?!

—Я не люблю заставлять женщин носить ошейники! — тихо воскликнул я. —...Да, по крайней мере, я так не думаю.

Пока я беспокоилась о себе, Айша со слезами на глазах сказала:

— Ооо... Я слышала, что вы думаешь обо мне, как о домашнем животном, поэтому я надеялась, что вы будете хотя бы ласкать меня, как домашнее животное.

— Я... действительно так думаю, да, но не мог бы ты позволить мне хотя бы ласкать тебя как человека?!—  воскликнул я.

—...Как я могу заставить тебя восхищаться мной?

Когда Айша посмотрела на меня умоляющими глазами, мой мозг заработал на полную катушку, пока я пытался найти для нее ответ. Если я не подскажу ей план, Айша снова впадет в уныние. Я огляделась вокруг и заметила футляр для аксессуаров, где хранились щипчики для ногтей и другие предметы повседневной необходимости.

Я знаю!

— Как насчет того, чтобы почистить тебе уши?—  спросил я.

— Пожалуйста, — мгновенно откликнулась она.

Я достал средство для чистки ушей и попросил Айшу сесть рядом со мной.

— Знаешь, глядя на твои длинные уши, я всегда хотел попробовать почистить их хотя бы раз, — сказал я.

— М-м-м, сир? Это хорошо, но... когда вы чистите кому-то уши, разве это не нормально, когда он кладет голову вам на колени?—  нерешительно спросила она.

— Ушная сера может попасть на барабанную перепонку, если делать это таким образом, поэтому моя бабушка всегда говорила, что так делать нельзя. Правильно делать это прямо рядом с человеком, вот так.

— Это так?—  спросила Айша, а затем прошептала: — О,  а я на это надеялась.

Я зачесал волосы Айши назад за ее заостренные уши и просунул внутрь чистящее средство для ушей.

— Ик!—  Тело Айши вздрогнуло.

— Двигаться опасно, ты же знаешь, — сказал я ей. — Оставайся на месте.

— И-иш... А-а-а!—  Пока я копался внутри, Айша вдруг начала извиваться. — Ах...! О... Хахх...

По какой-то причине она стонала невероятно сладким голосом. Мне стало казаться, что я делаю с ней что-то непотребное.

— Не издавай странных стонов, — сказал я.

— Но... Я там чувствительная... Ахххх!

Я прочистил ее противоположное ухо, слушая ее сладкие вздохи, а затем чистка ушей была закончена. К концу чистки лицо Айши совсем разгладилось, но она выглядела довольной, так что это было хорошо.

...Может быть, я когда-нибудь сделаю это для нее снова, подумал я.

Кстати, голос Айши был слышен снаружи, пока мы занимались этим, так что одна из служанок, проходивших в это время мимо, пустила слух, что —

Его Величество и госпожа Айша были [censored] в его комнате. Услышав это, Камергер Маркс заявил: — Наконец-то у нас будет наследник, — и заплясал от радости.

С другой стороны, когда Лисия, Джуна и Ророа услышали этот слух, они отчитали меня, сказав:

— Эй, это не тот порядок! (Если я собирался начать накладывать на них руки, то Лисия, как кандидат на то, чтобы стать моей первой основной королевой, должна была быть первой).

К счастью, Айша объяснила ситуацию, поэтому я был избавлен от их гнева, но этот случай показал мне, что если я пренебрегу любой из моих будущих королев, остальные тоже рассердятся.

Естественно, у меня не было намерения плохо обращаться с ними, но... об этом нужно было помнить.

Вечер.

Занимаясь бумажной работой утром и днем, я пригласил Лисию, которая помогала мне, наконец-то отдохнуть со мной, и мы наслаждались послеобеденным чаем.

Каждый день был битвой с моими тяжелыми обязанностями короля, поэтому просто иметь возможность расслабиться с Лисией и вести бесцельные разговоры, как сейчас, было весело.

Во время нашего разговора произошло нечто странное, как и в предыдущих встречах с Ророа и Аишей. После того, как мы закончили говорить обо всем, что пришло в голову, Лисия кивнула, как будто была чем-то довольна.

— Понятно... Эти двое сразу же используют его.

— Применяют что?—  спросил я.

— О, ничего. Просто разговариваю сама с собой. Лисия изобразила неопределенную улыбку.

Нет, правда... что это было?

Лисия хихикнула.

— Но могу поспорить, что ты не возражал против их попыток привлечь твое внимание?

— Ну... Нет, не возражал, — сказал я. — Я имею в виду, они обе симпатичны

Когда я честно признался в этом, Лисия поднесла палец к губам с таким выражением лица, словно она что-то обдумывала. Она пробормотала что-то под нос, что я не смог разобрать. (У них все просто, у них есть фактические намеки. Мне сказали, что у него нет для меня ничего особенного. Я была рада этому, но это усложняет решение, как привлечь его внимание.).

— Хм? Ты что-то сказала?—  спросил я.

Лисия покачала головой, сказав:

— Да так, ничего особенного, — а потом хлопнула в ладоши, как будто только что о чем-то подумала. — Я знаю. Привет, Сома. Есть ли что-нибудь, что ты хочешь, чтобы я для тебя сделала?

— Чего это вдруг?—  спросил я.

— Не беспокойся об этом, — сказала она. — Давай, расскажи мне какой-нибудь душераздирающий сценарий, вроде того, что был у тебя с двумя другими.

Хм, сценарий, который я хочу разыграть с Лисией... Я попытался придумать один... но это оказалось сложнее, чем можно было подумать. Лисия была супер-главной героиней ортодоксального стиля, поэтому добавление ненужных колокольчиков и свистков для придания ей дополнительного характера казалось излишним. В таком случае, вместо того, чтобы что-то менять в самой Лисии, может быть, мы могли бы что-то сделать с отношениями между нами.

— Эй, Лисия, мы ведь обручились, не зная друг о друге почти ничего, верно?—  сказал я. — Более того, это было не то, что мы решили для себя, это было то, что сэр Альберт решил сам.

— Ну... Да, так и было.

— Я больше не расстраиваюсь по этому поводу, и я даже благодарен, ему за то, что он свел нас вместе, но... как ты думаешь, что было бы, если бы мы знали друг друга с самого начала? Если бы мы были друзьями детства, как Хэл и Каэдэ.

У Лисии появилось такое выражение лица, словно она обдумывала эту идею.

— Хм... Я бы не запуталась и не подумала, что Сома - это твое имя, может быть? Возможно, я буду называть тебя Казуя.

— Да, возможно, — кивнул я. — У нас тоже было бы много общих воспоминаний из детства.

И мы решили попробовать вести разговор так, как будто мы друзья детства.

— Если подумать, Казуя, ты всегда прятался в своей комнате и шил, как девчонка, — играла Лисия. — Если ты не будешь больше бывать на солнце, на твоем теле начнет расти плесень, понимаешь?

— Ну, ты тоже такая же сорванец, как и всегда, — сказала я ей. — Элисия беспокоится, что никогда не найдет мужа, который согласится взять тебя.

— Ну, это меня вполне устраивает. Когда придет время, я планировала, что ты все равно возьмешь меня в жены.

— Не говори так, будто ты выходишь за меня, потому что у тебя нет другого выбора. Когда ты была маленькой, ты всегда говорила:

— Когда я вырасту, я выйду замуж за Казую, не так ли?

—Это было так давно, что я уже забыла об этом!

—  Тогда ты была более честной с собой и симпатичной

— Что значит «тогда»?! Фу, Казуя, ты тупица!

— ...

— ...

Ничего себе, как неловко! — подумали мы оба.

Не прошло и минуты после нашего маленького спектакля, как мы с Лисией оба покраснели.

— О боже, мое лицо пылает, — признался я. — Как ты думаешь, друзья детства действительно так разговаривают?

— Мне так стыдно, что хочу умереть, — сказала Лисия. — Я думаю, наши нынешние отношения подходят нам больше.

Пока мы оба раздували горящие щеки...

— Нет, учитель, — перебила Карла. — Я думаю, что это я больше всего смущалась, когда меня заставляли смотреть на это, понимаешь?

Карла, которая, как оказалось, наблюдала за всем этим обменом, сказала это с неловким выражением лица, заставив нас еще сильнее корчиться от стыда.

Затем наступил вечер.

Когда закончилась вечерняя песенная программа, мы с Джуной провели встречу после шоу, а затем отправились в кафетерий Исидзука в замке.

Это место было открыто до поздней ночи, поэтому, когда мы пропускали приемы пищи из-за встреч, мы часто приходили сюда, чтобы поесть и выпить вместе. У нас была отдельная комната, так что мы могли пить, не опасаясь посторонних глаз моих помощников.

Конечно, когда это было в начале дня, мы иногда приходили группой со всеми остальными моими невестами, но в таких случаях выпивки не было. Ророа, в конце концов, захотела бы выпить, если бы остальные из нас пили. Хотя формально в этом мире пить могли 16-летние под присмотром взрослых (или 18-летние самостоятельно), ничего хорошего не было в том, чтобы начать пить в раннем возрасте. Поэтому на семейном собрании, посвященном будущему, мы решили не позволять Ророа пить и не пить в ее присутствии. Поэтому я пил только по вечерам, когда работа затягивалась допоздна, как сейчас.

— Ну тогда за вас, — сказал я.

— Ваше здоровье, сир, — согласилась Джуна.

В нашей отдельной комнате мы с Джуной произносили тосты с деревянными кружками, наполненными вином. Когда я влил вино в свое тело, измученное работой умственно и физически, я наконец-то смог почувствовать, что мой рабочий день закончился. Я знаю, я рассуждал как зарплатник, но работа, которую я выполнял, действительно была очень тяжелой, так что вряд ли можно было винить меня.

— Твой голос был прекрасен, как и всегда, Джуна, — сказал я.

— Хи-хи! Я польщена комплиментом, мессир.

Попивая вино и закусывая салатом из спагетти, овощей и жареного осьминога, заправленным майонезом, мы говорили о наших днях. Мне было так хорошо.

Однако, когда я упомянул, как сегодня вели себя Ророа, Айша и Лисия, Джуна слегка сузила глаза. Это не нарушило ее улыбку, но мне показалось, что я увидел в них панику. Пока я смотрел на нее, гадая, в чем дело, Джуна вдруг встала.

— Давай я сяду рядом с вами, — сказала она и подошла ко мне.

Это было так же, как с Ророа. Неужели Джуна теперь тоже начнет называть меня «старшим братом»?

Джуна отпила вина и выпила его до дна, затем наклонилась и положила голову мне на плечо.

А? Что здесь происходит?

— Эм... вы пьяны?—  рискнул я.

— Да. Немного, — ответила она. — Мне очень жаль, но не могли бы вы позволить мне остаться в таком состоянии на некоторое время?

— Конечно.

— Спасибо.

Некоторое время мы оба молчали. Ни один из нас ничего не сказал другому, мы просто прижались друг к другу и пили. Несмотря на то, что мы только этим и занимались, это было странно головокружительно. Когда ее лицо было так близко к моему, запах волос Джуны щекотал мне ноздри, и я чувствовал, что опьяняюсь чем-то еще, кроме алкоголя.

Затем, не глядя на меня, Джуна сказала:

— Я... хорошо делаю, когда позволяю вам потакать мне?.

— А?

— Я знаю, что у меня плохо получается позволять другим потакать мне, — сказала она. — Я хочу отвечать на возложенные на меня ожидания наилучшим образом, и я счастлива, когда это всем нравится. Но я хочу, чтобы вы тоже мне потакали, сир. Поскольку я восхищаюсь вами, я хочу принять это, когда вы потакаете мне.

Возможно, она действительно была пьяна, потому что Джуна выглядела немного не в себе. Джуна была такой способной во всем, что делала, но когда дело доходило до таких вещей, возможно, она была немного неуклюжей.

— Пожалуйста, позвольте мне побаловать вас, — сказал я. — Я сделаю все возможное, чтобы порадовать вас.

Затем я погладил ее по голове, и Джуна одарила меня довольной улыбкой.

И вот, день подошел к концу. Многое произошло, но в целом это был хороший день.

__________________________________

Камергер (Чемберлен а англ , аналог в европе)  -  чиновник, отвечающий за управление домашним хозяйством государя или другого благородного деятеля.

Антракт 3: Случайная встреча на севере

Союз Восточных Наций, расположенный к северу от Фридонии, представлял собой совокупность малых и средних государств.

Когда-то эта земля была наводнена множеством малых и средних государств, которые иногда вступали в союз, а иногда воевали друг с другом. Это была разобщенная земля. Однако, более десяти лет назад появился Домен Владыки Демонов и угроза, которую он представлял, начала надвигаться на них, государства объединились в Союз Восточных Наций.

Каждая страна в Союзе управлялась самостоятельно, но каждая страна также была обязана предоставить солдат, соизмеримых с ее национальной силой. В случае малых государств, они должны были предоставить десятую часть своих солдат, а в случае средних государств - три десятых. На основе этих солдат была сформирована сила, не знающая границ между государствами, «Объединенные силы восточных государств» (или Объединенные силы). Если другая страна или Владыка Демонов пытались вторгнуться в одну из стран Союза, Объединенные силы отправлялись на борьбу с ними.

На северо-западной окраине Союза, граничащей с Доменом Владыки Демонов и Королевством Рыцарей Дракона Нотунг, находилось Королевство Ластания.

Это была небольшая монархия с населением около двадцати тысяч человек. Это была настолько маленькая страна, что казалось, будто ее может унести ветром, и она располагалась рядом с Королевством Рыцарей Драконов Нотунга и Доменом Владыки Демонов, поэтому ее жители, должно быть, дрожали от страха, ожидая пожара войны, который мог разгореться в любой момент. Так можно было бы подумать. Однако на самом деле ситуация была несколько иной.

Правда, когда речь шла о Домене Владыки Демонов, у них были некоторые сомнения, но граница с Королевством Рыцарей Дракона их успокаивала. Хотя Ластания принадлежала к Союзу Восточных Наций, у них был давний союз с Королевством Драконьих Рыцарей. Заключив договоры с драконами горного хребта Звездного Дракона и обладая мощными рыцарями-драконами, Королевство Драконьих Рыцарей Нотунг было сильной державой, способной противостоять Империи Гран-Кэйос в чисто оборонительной войне. Однако они не использовали эту мощь для расширения своих границ. Это было связано с их договором с Горным хребтом Звездного Дракона.

Драконы станут партнерами рыцарей, вместе с ними они будут мчаться по полю боя.

Рыцари будут приветствовать драконов как своих партнеров и помогать им производить потомство.

Однако если рыцари используют силу драконов для удовлетворения собственной жадности, этот договор будет считаться недействительным.

Таков был договор между Нотунгом и горным хребтом Звездного Дракона.

Другими словами, в обмен на заимствование силы дракона они брали драконов в жены и делали им детей. Этот договор стал возможен благодаря тому, что драконы горного хребта Звездного Дракона могли принимать человеческую форму. Кроме того, если бы они использовали силу драконов в своих корыстных целях и попытались вторгнуться в какую-нибудь другую страну, договор был бы разорван, и Королевство Рыцарей Дракона потеряло бы связь с горным хребтом Звездного Дракона. По этой причине Королевство Рыцарей Дракона было страной, придерживающейся политики неагрессивной обороны. Эта страна также не участвовала во вторжении Империи в Домен Владыки Демонов.

Наличие союзника рядом было одним из компонентов, способствующих спокойствию Королевства Листании. Даже если бы Владыка Демонов напал, их территория была небольшой, поэтому рыцари-драконы защитили бы их.

Возможно, именно поэтому в Королевстве Ластания король и многие жители отличались беззаботным характером.

Это было предпочтительнее, чем делить границу с амбициозным соседом, поэтому Королевство рыцарей дракона приветствовало это. С точки зрения Союза Восточных Наций, Ластания служила дипломатическим окном для Королевства Драконьего Рыцаря, поэтому они разрешили это.

Итак, в королевской усадьбе в Ласте, центральном городе королевства Ластания, был человек, преклонившийся перед королем Ластании.

Кстати, королевская усадьба была местом, где жил король этой страны. В такой маленькой стране, как эта, не было больших замков, поэтому король жил во внушительной резиденции под названием королевская усадьба внутри городских стен.

На коленях в зале для аудиенций королевской усадьбы стоял смуглый мужчина, которому на вид было около тридцати лет. Его лицо было раскрашено, и он чем-то напоминал коренного американца.

— Вы... говорите, что желаете присоединиться к моей армии? — обратился к нему с трона любезный король Ластании.

Мужчина ответил, все еще склоняясь перед королем.

— Да, господин. Я - Джирукома. Я пришел во главе воинов северного народа.

— Господин Джирукома, пожалуйста, подними голову.

Когда Джирукома поднял голову, он увидел, что у короля Ластании было доброе лицо. Стоявшая рядом с ним королева и стройная, очаровательная принцесса улыбались.

Король Ластания смотрел на Джирукому нежными глазами.

— Я рад приветствовать вас. Это маленькая страна. У нас мало воинов. Настолько мало, что в случае вторжения народ будет вынужден сам взяться за оружие. Люди севера славятся своей храбростью. Даже если вы сможете вернуться в свои страны, мы будем очень рады вашей помощи.

— Да, господин, — сказал Джирукома, снова склонив голову.

— Если вы позволите нам остаться на вашей земле, я намерен отплатить вам тем, что буду сражаться от вашего имени, пока мы ждем того дня, когда сможем вернуться на родину.

В тот день Джирукома, оставивший свой пост вождя беженцев в Королевстве Фридония своей сестре Комаин, прибыл в Королевство Ластания во главе тех беженцев, которые были сторонниками жесткой линии и испытывали особенно сильное чувство верности своим прежним странам. В ответ на призыв Королевства Ластания о предоставлении войск они прибыли сюда, чтобы дождаться того дня, когда смогут вернуться на родину.

Король Ластании встал и подошел к Джирукоме, положив руку ему на плечо.

— Да. Это страна, которой нечего предложить, но пока твое желание не исполнится, я буду рад, если вы станете считать ее своим вторым домом. Я познакомлю вас с человеком, который завтра станет вашим командиром. На сегодня вы можете отдохнуть.

— Да, господин. — Джирукома преклонил колено.

С точки зрения Джирукомы, король Ластания не давал ему того ощущения стабильности, которое было у Сомы, но он считал его добрым и великодушным. По крайней мере, он не был похож на человека, который будет жестоко обращаться с беженцами или заставлять работать на них до смерти.

Успокоенный этим фактом, Джирукома завершил аудиенцию с королем Ластанией.

Завершив аудиенцию с королем, Джирукома шел по коридорам королевского поместья, когда увидел кого-то, стоящего возле колонны. Человек в белом капюшоне, низко надвинутом на глаза, прислонился к колонне, скрестив руки. Даже в капюшоне, несмотря на стройное телосложение, было видно, что это мужчина.

Когда Джирукома попытался пройти мимо мужчины, тот заговорил.

— Это вы привели сюда беженцев?

Джирукома нахмурил брови.

— Я бы... я  могу вам помочь?

Король казался добрым человеком, но, возможно, его приближенные не были такими. Неужели один из тех, кто не очень-то жалует беженцев в своих рядах, пришел, чтобы поставить его на место? Пока Джирукома размышлял об этом, мужчина, возможно, почувствовав настороженность Джирукомы, сбавил вопросительный тон.

— О, простите меня. Просто я хотел кое-что спросить. Я слышал, что ваш народ пришел из Эльфридена... или теперь это Фридония? Это так?

...Да, — сказала Джирукома. — Верно.

Мужчина казался спокойным, и поэтому Джирукома ответил ему честно. Похоже, у этого человека были некоторые опасения относительно королевства Фридония.

Но кто же он такой? В то время как Джирукома начал подозревать его, человек в капюшоне издал смешок, который, казалось, был наполовину издевательским.

— Все-таки, вы  странный. Эта страна, королевство Фридония... Как бы мне не было неприятно это признавать, но сейчас там все стабильно. Вам посчастливилось бежать оттуда, но теперь вы возвращаетесь в маленькую страну на передовой, чтобы поступить на службу. Я не могу этого понять.

— ...Вы говорите не как житель этой страны, — сказал Джирукома.

— Я приезжий генерал, — сказал ему мужчина. — Я могу говорить свое мнение, потому что я не местный.

Хотя Джирукома подумал, что ему попался неприятный человек, мужчина ответил на его вопрос.

— Это правда, король Сома предложил нам путь, на котором, в обмен на отказ от возвращения домой, мы могли бы стать жителями королевства Фридония, — сказал Джирукома. — Однако не все беженцы смогли принять эту политику. Были и те, кто совершенно не мог отказаться от возвращения домой. Если бы эти люди остались в королевстве, они бы встали на пути тех, кто пытается обрести мир, став гражданами королевства. Вот почему я веду их обратно на север.

— Мне трудно понять, зачем вам отказываться от гарантии мира, но... в таком случае, почему вы выбрали эту страну? — спросил мужчина. — Это маленькая страна. Если бы вы спросили, хорошо ли здесь платят, я не могу сказать, что хорошо. Кроме того, каким бы мягким ни был король Ластании, ему не хватает амбиций. Он посредственный человек, который напоминает мне бывшего короля Элфридена. Даже если вы будете ждать в этой стране, день, когда вы сможете напасть на Домен Владыки Демонов, никогда не наступит.

— Ни у одной страны нет силы, чтобы вторгнуться в Домен Владыки Демонов, — ответил Джирукома. — Куда бы мы ни отправились, нас оставили бы только в качестве одноразовых защитников. Зная это, мы выбрали место, ближайшее к нашей родине.

— Родина... Ваши родные земли, ага. Услышав это слово, человек в капюшоне скрестил руки и застонал. — Это... то, ради чего стоит отказаться от мира, чтобы сражаться?

— Хм? О чем вы спрашиваете? —  спросил Джирукома. — Конечно, у вас должна быть родина, ведь так?

— Да, была... Нет, в каком-то смысле и сейчас есть... но я человек, которого выбросила его родина..., — бесстрастно сказал мужчина.

В нем не было и намека на печаль, но Джирукома почувствовал некоторое недоумение и нерешительность. Затем мужчина начал что-то бормотать про себя, как бы глубоко задумавшись.

— Я знаю, что мы сражались за народ. Но почему...? Почему воля народа отвернулась от нас? Нет, разве не так? Разве наша война не была волей народа? Но мы преследовали цели нашей родины. Нет... Может быть, сами эти цели были ошибочными? Чего на самом деле хотел народ? Чего они хотели от меня и моего отца? Может быть, это потому, что я не понимал, что мы... что я потерпел поражение...?

Джирукома понятия не имел, о чем идет речь, но он видел, что мужчина занят самокопанием, пытаясь найти ответ.

— Вы выглядите ужасно потрясенным. Неужели у вас так мало уверенности в себе?

—...Уверенности? Моя была разбита давным-давно, — сказал мужчина с самодовольным смешком. — Было время, когда я был полон уверенности в себе. Однако, когда меня выгнали с родины, эта уверенность разбилась вдребезги. То, что, как я думал, я делал для своей страны, не принесло ей никакой пользы, и меня предали те, кого я любил и думал, что они любят меня в ответ. В то время я был возмущен предателями... и своей родиной. Однако, задавая себе вопросы снова и снова, я обнаружил, что больше не знаю. Было ли то, что я считал правильным, действительно правильным? Размышляя об этом, я понял, что больше не могу верить в себя. Что такое страна? Что такое суверен? Разве суверен - это не воля государства? Что такое народ? Что такое их воля? Являются ли народ и его воля двумя разными вещами? Почему произошел разрыв между троном и волей народа?.

Наблюдая за тем, как этот человек постоянно задает себе вопросы, Джирукома почувствовал себя искателем. Тот, кто сбился с пути и продолжает искать дорогу. Однако по тому, что он говорил, можно было понять, что он ищет не просто путь. Этот человек, которому приходилось думать о «королях» и «народе...» Возможно, когда-то он занимал высокое положение.

— Кто... вы? —  спросил Джирукома.

Мужчина откинул капюшон.

— Я Юлий Амидония. Хотя теперь эта фамилия не имеет никакого значения. Я тот дурак, которого победил король Фридонии Сома, а страну которого украла младшая сестра.

Середина третьего месяца, 1547-й год  по континентальному календарю

Королевская столица Парнам.

Когда солнце село и опустился занавес ночи, три тени промчались по королевской столице. Тени, казалось, избегали света, двигаясь по задним улицам, не освещенным фонарями. Было видно, как они поворачиваются и оглядываются, снова и снова, и снова, и снова, как будто их что-то преследует. Затем...

Гух!  —  Одна из теней споткнулась и упала. Из его спины торчал нож кукри (кинжал с изогнутым лезвием).

Наши преследователи почти настигли нас! Мгновенно поняв, что держаться вместе опасно, две другие тени отделились влево и вправо, направившись в разные стороны.

Преследовавшие их устремились за тем, кто бежал слева. Хотя тому, кто пытался скрыться справа, было жаль своего товарища, его успокаивало то, что он, скорее всего, сможет убежать. Однако...

— ...?!

Тень остановилась. Ведь путь ей преградил крупный мужчина, от которого исходила внушительная аура.

Внешность мужчины была причудливой и пугающей. На его большом, мускулистом теле были доспехи, выкрашенные в черный цвет, а на лице - маска в виде тигра с мечом. Он был похож на какого-то монстра.

— Черный тигр Парнама..., — прошептала тень про себя. В последнее время о нем ходили слухи среди шпионов.

Шпионы говорили, что в королевстве Фридония живет черный тигр, и ни один из тех, кто его видел, не вернулся живым. Можно было бы удивиться, откуда кто-то узнал о существовании такого человека, если те, кто его видел, не вернулись, но тигр собственноручно уничтожил шпионов, не тронув при этом ни одного купца, который случайно увидел, как он это делает. На основании неясных слов того купца и исчезновения части шпионов точно в то время, когда он сказал, поползли слухи, что в королевской столице есть такое существо.

Они также говорили следующее:

Если шпион сталкивался с Черным Тигром Парнама, он должен был бросить все и бежать. Он не был врагом, которого можно победить в бою. Эти слухи также всегда заканчивались словами: ...ну, если ты сможешь убежать.

Когда тень встретилась со слухами о Черном Тигре, она убедилась, что эти слухи были правдой. Он просто стоял на месте, но тень не могла найти возможности для удара. Поза у него была почти как у старого воина, который десятилетиями защищал линию фронта.

— Сдавайся, — сказал Черный Тигр. — Мой хозяин милосерден. Если ты не будешь сопротивляться, я гарантирую, что тебе не причинят вреда.

Возможно, из-за своей маски Черный Тигр говорил приглушенным голосом. Он говорил это не из уважения к своему врагу. Это была чистая формальность; он предъявлял ультиматум.

Однако тень, которую он преследовал, усмехнулась.

— Будь ты проклят, *******, — сказала тень. — Мы не умоляем о жизни.

С этими словами тень выхватила два коротких меча у себя на бедрах и бросилась на Черного Тигра.

Оба меча приблизились к Черному Тигру. Однако Черный Тигр спокойно достал одати*, висевший у него на бедре, и диагональным ударом разделил человека надвое. Когда он это сделал...

— ?!

В следующее мгновение тело разрубленного человека охватило пламя. Должно быть, он с самого начала намеревался умереть, чтобы заставить себя замолчать, и сжечь свое тело, чтобы уничтожить улики.

С отвращением Черный Тигр стряхнул кровь со своего одати и вернул его в ножны. В свое время Черный Тигр счел бы это великолепным проявлением верности. Однако теперь он уже не мог смотреть на это так. Если и был какой-то смысл в смерти за преданность, то он должен был исходить от хозяина, который оплакивал бы твою смерть. Умереть за хозяина, который вот так использовал, а потом отбросил своих последователей, означало умереть напрасно.

Когда он вернулся к своим мыслям... Кагетора, «Теневой Тигр» как назвал его король, был окружен людьми в черных масках. Это были элитные люди, которые служили непосредственно под началом Сомы, защищая Фридонию из тени: подразделение тайных операций, - Черные коты.

— Мастер Кагетора, — сказал один из Черных котов.

—  ...А остальные?— спросил он.

— То же, что и этот.

— Понятно...

Кагетора задумался на мгновение, затем отдал приказ своим Черным котам.

— Уберитесь тут за нами, следов не должно остаться. Я доложу об этом его величеству.

—Есть, господин!

Проследив за тем, как Черные коты разбегаются, Кагетора вспомнил слова, которые произнесла тень.

— Будь ты проклят, неверный.

Последнее слово тень произнесла под дых, и Кагетора едва расслышал его.

Неверный. Это... может быть неприятно, подумал Кагетора, сливаясь с темнотой.

***

Полчаса спустя

Офис правительственных дел в замке Парнам

Это была мартовская ночь, когда погода начала заметно теплеть.

Сегодня, как и в большинстве других дней, мне помогала Лисия, пока я занимался бумажной работой. Что-то случилось как раз в тот момент, когда мы говорили о том, что скоро обед и пора заканчивать.

Стеклянная дверь на террасу распахнулась. Когда я удивленно обернулся, там стоял Кагетора, его черные металлические доспехи были испачканы кровью. Хорошо, что в комнате были только мы. Если бы одна из служанок, которые иногда заходили сюда, увидела это, она бы, наверное, упала в обморок. Несомненно, он специально подбирал время, когда здесь больше никого не будет.

— Кровь?!—  Лисия попыталась вытереть кровь тряпкой, но Кагетора поднял руку, чтобы она остановилась.

— Это не мое. Вам не о чем беспокоиться, моя принцесса.

— О... Понятно.

— Кроме того... одати, который подарил мне Ваше Величество, имеет невероятную режущую кромку.

Кагетора положил руку на одати, который он носил на бедре, затем склонил голову передо мной.

О да. Я ведь отдал Кагеторе одати, который мы разработали во время исследования катаны Девятиглавого Дракона. Я создал его для улучшения остроты и дальности колющих атак, но его длина в итоге сработала против него. Если человек не высокого роста, ему было бы трудно использовать его правильно. (Для такого высокого человека, как Кагетора, я решил, что это не проблема, и отдал его ему). Приятно было слышать, что она хорошо ему служит.

— Ну, раз ты в порядке, мне этого достаточно, — сказал я, наполовину в отчаянии.

Из-под его маски послышался легкий смешок.

—...Что? Я сказала что-то странное?—  спросила я.

Он снова захихикал.

— Я просто подумал, что мне достался хороший мастер.

— Хм? Вы язвите в мой адрес?

— Нет, я говорил искренне.

Возможно, это затронуло что-то, о чем он думал, потому что в голосе Кагеторы звучало удовлетворение, когда он это сказал. Я не был полностью удовлетворен, но... Ну, сейчас это было неважно. Глава элитного подразделения тайных операций «Черные коты»  никак не мог быть здесь, чтобы вовлечь меня в пустые разговоры.

— Итак, у вас есть что сообщить?—  спросил я.

— Да, сэр. В последнее время трава стала более активной.

Трава... Шпионы. Другими словами, в городе-замке действовали шпионы другого государства.

— Это Империей Гран-Кэйос?—  спросил я.

— Если бы это была Империя, у нас не было бы с ними таких проблем. У нас с ними есть некоторые - связи, и мы бы договорились, прежде чем убивать друг друга.

— Связи...? Вы заключаете с ними сделки?

— Мы часто обмениваемся разведданными о других странах.

— Полагаю, у тьмы свои правила...

Это была та область, где мне лучше всего было держать рот на замке и позволить ему делать свое дело.

— Итак, эти шпионы, которые у нас бегают, из какой они страны?—  спросил я.

— Они уничтожили улики, так что у нас нет доказательств, но... скорее всего, из православного папского государства.

—...Ортодоксальное папское государство Лунарии, ха,— пробормотал я.

Ортодоксальное Лунарское Ортодоксальное Папское Государство (Лунария). Это была теократия, управляемая православным папой Лунарии. Последнее, что я слышал о них, это то, что они подстрекали своих верующих в Амидонии к восстанию, а затем попытались вмешаться.

— Но мы ведь не враждуем открыто с православным папским государством?—  спросил я.

— Шпионы существуют не только для того, чтобы их посылали во враждебные страны. Даже если это страна, с которой вы хотите установить дружеские отношения, шпионы могут быть посланы для сбора разведданных и создания основы для переговоров.

— Хм... Ну, если они становятся более активными, это значит...

— Вполне вероятно, что в ближайшем будущем они могут предпринять какие-то шаги.

— Это хлопотно...

Я вспомнил некоторые вещи, которые говорила Ророа, когда я впервые встретил ее.

— Потому что эта страна ненавидит Горный Хребет Звездного Дракона и Империю Гран Хаоса, вот почему.

— В лунарианской ортодоксии только Папа может признать кого-то святым. На самом деле, в Лунарийской религии есть женщина, которую называют святой. Вот почему Ортодоксальное папское государство Лунария считает госпожу Марию непростительной злодейкой, которая выдает себя за таковую.

— Вот почему теперь, когда Эльфриден стал больше, поглотив Амидонию, ортодоксальное папское государство не оставит нас в покое. Где-то, как-то, они попытаются установить контакт. Возможно, они предложат вам какой-нибудь выдуманный титул вроде «Святой Король»  и попытаются втянуть вас в свой конфликт с Империей.

Если все было так, как сказала Ророа... это будет еще одна неприятность.

А через несколько дней пришел запрос на аудиенцию от святого папы православного государства Лунарии.

— ...Вот так я и согласился на аудиенцию у святого православного папского государства Лунарии, — закончил я.

— Понятно...

Я находился в Зале Драгоценного Голоса в замке Парнам. По какой-то причине на лице святой Марии Эйфории из Империи Гран-Кэйоса, которое проецировалось в простой приемник, появилось выражение тревоги. Хотя Империя была могущественнейшей из всех человеческих наций, маневры ортодоксального папского государства Лунария, должно быть, беспокоили ее.

Неделю назад я получил просьбу об аудиенции, а вчера пришло известие о том, что святой православного папского государства въехал в страну. Завтра я должен был провести аудиенцию с ним.

Когда возникла эта ситуация, я сразу же использовал Хакую и ее младшую сестру Жанну Эйфория в качестве посредников, чтобы организовать срочные переговоры с Марией. Лунарская православная святая никак не могла приехать просто так, для пустой болтовни.

Я еще не знал, каковы намерения Папского государства, но независимо от того, хорошо это для моей страны или нет, это точно не будет хорошо для Империи, к которой Ортодоксальное Папское государство относилось враждебно. Вот почему я хотел уведомить Марию заранее, чтобы укрепить сотрудничество между нами в нашем тайном союзе. Я бы не хотел, чтобы она узнала позже, что я встретил святого, и в результате стала бы излишне подозрительной.

Я спросил Марию:

— Неужели даже у великой святой Империи есть проблемы с другим святым?

—...Пожалуйста, не называйте меня святой, великий король Фридонии.

— Уркх...

Она поразила меня идеальным ответом. Да, когда меня выставляют неким образцом, хотя я никогда не стремился к этому, это было не более чем неприятно.

Пока я размышлял об этом, Мария испустила глубокий вздох.

— Я никогда не встречалась со святой православного папского государства, поэтому не могу сказать о ней многого, но... Когда люди моей страны сами начали называть меня так, кажется несправедливым, что она жалуется мне на это.

— Разве Ортодоксальное папское государство не пыталось выяснить, что вы думаете по этому поводу? — спросил я. — Если бы я был с православным папским государством, а вы прославились как святая, разве не быстрее было бы назвать вас официальной святой, а не пытаться протолкнуть своего собственного кандидата?

— О... Теперь, когда вы об этом заговорили, был разговор о том, чтобы сделать это. Но я отказалась, — равнодушно сказала Мария.

— Вы отказались?—  спросил я, пораженный.

— Позвольте мне ответить на это обратным вопросом. Вы бы согласились?

— Да, я бы точно отказался.

— Я знаю —  Мария улыбнулась мягко, но с легкой грустью. — Что бы они заставили меня делать в качестве святой? Кому бы я отдавала приказы и о чем? Ортодоксальное папское государство всегда находит какую-нибудь справедливую причину, а потом посылает людей на войну, говоря при этом, что защищает слабых. Я не хочу нести знамя таких людей.

В этих словах я увидел решимость женщины, которая несла на своих плечах груз сверхдержавы.

— Я могу быть императрицей, но я по-прежнему всего лишь человек, — сказала Мария. — Вместо того чтобы  мне поклонялись как святой, я хочу оставаться человеком, и чтобы меня любили как человека.

Оставаться человеком и быть любимой как человек... хм. Сказав ей, что я согласен с ней, я вырезал эти слова глубоко в своем сердце.

Позвольте мне немного подробнее рассказать о православном папском государстве Лунария.

Штаб-квартира лунарийской ортодоксии была теократией, которой управлял лунарийский ортодоксальный папа, и история ее насчитывала примерно столько же лет, сколько и история Элфридена. Говорили, что во времена, когда на континенте царил хаос, первый король Элфридена, который также был героем, сумел построить страну, объединив различные расы. Тем временем ортодоксальное папское государство Лунария прошло через процесс государственного строительства, объединив людей силой религии. Их учения, такие как предложение спасения слабым, были основаны на их опыте того времени.

Похоже, что лунарийская ортодоксия изначально была религией расы лунариев, жителей Луны.

Теперь об этих лунных людях: Говорили, что они не были коренными жителями этого континента и пришли сюда извне. Я не знаю, было ли это «извне»  в данном случае с какого-то острова, например, с архипелага Девятиглавого Дракона, или из другого мира, как мой, но в легендах говорилось, что они пришли с луны, парящей в небе, отсюда и пошло их название.

Объектом поклонения лунариев была луна, которая считалась их родиной, и которой они молились как богу Лунарии. Поскольку Лунария сияла на небе, запрещалось возводить ее идолов. Кроме того, во внутреннем святилище центральной церкви в столице православного папского государства находилось нечто, называемое лунарилит, лунные надписи, на которых были высечены божественное откровение Луны.

Поначалу к этой вере принадлежали только лунарии, но она распространилась среди других рас и народов, опиравшихся на нее в хаотические времена, и число приверженцев росло. После этого внутри религии начались фракционные распри, а также конфликты между ортодоксальными и еретическими толкованиями. К тому времени, когда лунарианская ортодоксия приняла свою нынешнюю форму, она стала одной из двух самых популярных религий на континенте, наряду с поклонением Матери-Дракону.

Их доктрины включали в себя спасение слабых и взаимопомощь.

Эти доктрины, простые как «Давайте все помогать друг другу в трудные времена» вероятно, помогали им приобретать новых верующих. Адепты поступали так, как призывало их учение, и собирали деньги для тех, кому повезло меньше, обеспечивая бедняков едой и другими услугами.

Я уверен, что вы можете понять, увидев это, но лунарианская ортодоксия и сами верующие были безобидны. Однако, когда оно появилось в виде православного папского государства, все вдруг начало пахнуть чем-то подозрительным. Из того, что я слышал, они использовали своих верующих в каждой стране, чтобы влиять на политику, или подстрекали их к восстанию.

Позвольте мне еще раз подчеркнуть, что были и безобидные верующие, которые были чисты в своей преданности помощи слабым. Я не мог приструнить их вместе со смутьянами, а религия - это такая вещь, которая пылает еще жарче, когда ее пытаешься искоренить. Неважно, насколько велика военная мощь страны, если ее солдаты - последователи лунарианской ортодоксии, то как только они станут враждебны православному папскому государству, общественный порядок начнет нарушаться.

Как видите, власть, связанная с религией, представляет собой опасную комбинацию.

***

Конец третьего месяца, 1547-й год  по континентальному календарю

В этот день передо мной предстала святая православного папского государства Лунарии.

Понятно, подумал я, глядя на нее. Да, она определенно святая, все верно...

Возможно, вы подумаете, что мне следовало бы сказать больше, но для описания этой девушки не было более подходящего слова, чем - святая. Настолько она соответствовала своему званию.

Ей было около восемнадцати лет, плюс-минус год. У нее были правильные черты лица и влажные чувственные глаза. Ее серебристые волосы были завязаны в два хвоста. Ее красота была такова, что стоявшая рядом со мной Айша издала вздох восхищения. Одетая по привычке, она действительно выглядела как святая женщина.

Сейчас в зале для аудиенций в замке Парнам было очень мало людей. Это было связано с тем, что Ортодоксальное Папское Государство попросило, чтобы на аудиенции присутствовало как можно меньше людей. Святая из православного папского государства будет присутствовать на аудиенции только со мной.

Я восседал на троне, слева от меня сидела Лисия, претендентка на то, чтобы стать моей первой главной королевой, справа - Айша, мой телохранитель и претендентка на то, чтобы стать моей второй главной королевой, а премьер-министр Хакуя стоял посередине между мной и святой. Если эта женщина окажется убийцей в обличье святой, у меня здесь была Айша, так что я, вероятно, буду в порядке.

Ну... судя по тому, что я мог видеть красивую молодую девушку, стоящую на ковре в нескольких шагах ниже меня, это не должно было вызывать беспокойства. Если бы я не укрепил свою сопротивляемость красоте, постоянно находясь рядом с Лисией и другими, одного взгляда в ее глаза было бы достаточно, чтобы я влюбился в нее с головой.

...Хм? подумал я. Но... что это было?

Я считал ее внешность очень привлекательной, но по какой-то причине она меня совершенно не интересовала. Мало того, когда я смотрел на нее, мне казалось, что что-то не так. Я считал ее очаровательной девушкой, но... что-то меня в ней настораживало.

Даже когда я боролся с этим неприятным чувством, я старался обращаться к ней как можно более спокойным тоном.

— Добро пожаловать, святая православного папского государства Лунария. Я - король, Сома Казуя.

Когда я это сделал, лунарийская православная святая вежливо поклонилась мне.

— Рада познакомиться с вами, великий король Фридонии. Я - смиренная Мэри Валенти. Сегодня я здесь в качестве эмиссара православного папского государства Лунария. Вместо нашего папы я от всего сердца благодарю вас за удовлетворение нашей просьбы об аудиенции, хотя она и была столь неожиданной.

Мэр... Даже ее имя напоминало имя Марии. То, как она говорила, тоже было вежливым.

Я ожидал, что она будет более властной, приказывая мне верить в их бога, поэтому был немного ошеломлен. Ну... Думаю, когда они имеют дело с королем нации, они не могут позволить себе быть слишком властными при первой встрече.

Когда Мэри подняла лицо, она посмотрела мне в глаза и сказала:

— Слухи о ваших подвигах дошли и до нас в православном папском государстве Лунария. Призванный как герой, вы всего за год поставили на ноги Эльфриден, уничтожили княжество Амидония и присоединили его территорию к своей. Поистине, героический подвиг.

—...Вы слишком много мне приписываете, — сказал я. — Я не совершил ничего героического. Я смог восстановить страну только потому, что у меня были хорошие подчиненные; и хотя я изгнал Амидонию, аннексия была просто чем-то, что произошло в потоке событий после этого.

— Поток событий - это судьба, неподвластная человеческому знанию, — сказала Мэри. — Конечно, вы должны были находиться под божественной защитой, сир.

Божественная защита, ага... Такого мнения я ожидал от религиозного человека. Не то чтобы я на него купился.

— Нет, этот поток был создан одним конкретным человеком, — сказал я. — Не меня вы должны хвалить, а суверенную принцессу Амидонии, которая приняла решение всей жизни.

—Вы имеете в виду Ророа Амидонии. Хотя она еще молода, она взяла на себя две страны и нашла путь к наибольшему благу для своего народа. Я восхищаюсь ею как женщиной.

Я был почти уверен, что Ророа ненавидела ортодоксальное папское государство.

Когда старший брат Ророа Юлий был суверенным принцем Амидонии, ортодоксальное папское государство подстрекало своих сторонников в стране к восстанию. Восстание было подавлено Юлием, но Ророа злилась, что в результате пролилась кровь ее народа.

Честно говоря, я хотел, чтобы Ророа была здесь, как кандидат на то, чтобы стать моей третьей основной королевой и той, кто несет ответственность за финансы этой страны, но, учитывая ее враждебность к ортодоксальному папскому государству, я решил, что она будет ждать в офисе по правительственным делам вместе с Джуной и всеми остальными. Ророа была не из тех, кто позволяет себе показывать вражду, но я не хотел заставлять ее сдерживать свои эмоции.

Но... насколько серьезной была эта девушка, когда говорила это?

Тон ее голоса был ровным, и я не мог уловить в нем никаких особых эмоций. Не похоже, чтобы она что-то замышляла.

Если она могла так говорить, зная, что сделала ее страна, то она была великим актером, но вполне возможно, что она жила защищенной жизнью и ничего не знала о действиях своей страны.

...Нет, если бы это был кто-то из этих двоих, она бы проявила больше эмоций. Она была слишком тихой.

Если бы это было первое, она бы, вероятно, больше апеллировала к своей искренности, пытаясь обмануть меня. Если бы это было второе, она должна была бы проявить больше энтузиазма в том, что находится здесь, чтобы сделать правильную вещь. Однако отношение Мэри, казалось, говорило о том, что она здесь для того, чтобы сделать что-то совершенно нормальное.

Возможно, эмиссар страны должен был вести себя именно так, но в ее случае мне показалось, что она дошла до крайности. Я чувствовал, как в моей груди нарастает то неприятное чувство, которое я испытывал раньше.

Чтобы это чувство не отразилось на моем лице, я спросил ее прямо.

— Ну, тогда, мадам Мэри, по какому делу вы здесь сегодня?

— О, верно, — сказала Мэри и покорно склонила голову. — Я пришла сюда сегодня с просьбой к вам, ваше величество.

— С просьбой? —  спросил я, предчувствуя неладное; Мэри ответила мне улыбкой, в которой я не почувствовал никакого злого умысла.

— Мы хотели бы, чтобы вы приняли Лунарскую Ортодоксию в качестве государственной религии Королевства Фридония.

Государственная религия...

Государственные религии. Это концепция, от которой в основном отказались в развитых странах Земли. Я думаю, что страны использовали государственные ресурсы для защиты и поклонения определенной вере. Они превратили религиозные праздники в государственные функции, если я помню.

...Как бы там ни было, пока мы были многорасовым государством, это было нереальным предложением.

— Мадам Мэри, вы понимаете, чего вы от меня требуете? —  спросил я. — Если в такой многорасовой стране, как наша, одной религии будет отдаваться предпочтение, это приведет к расколу государства. Вы просите меня совершить такую глупую ошибку?

Я взял несколько более жесткий тон, когда говорил это. Я сделал это, чтобы показать, что меня раздражает то, что она сказала. Возможно, я не всегда казался таким, но я приобрел достаточно власти, чтобы люди называли меня великим королем. Если бы я не был такой важной персоной, то злиться из-за такой мелочи, наверное, было бы против меня. Однако выражение ее лица ничуть не изменилось.

— Мы не просим вас оказывать нам предпочтение. Мы были бы благодарны, если бы вы сделали это, но пока достаточно просто принять нас в качестве государственной религии. В лунарианской ортодоксии мы проповедуем терпимость к другим. Это относится и к другим религиям. Мы не изгоняем последователей других религий и не требуем от них обращения в другую веру.

Затем Мэри подняла ладонь к потолку.

— Луна на небе меняется в зависимости от времени года, и ее лицо меняется в зависимости от дня и места, с которого вы ее видите. Более того, узоры луны для одних выглядят как животное, а для других - как человек. С верой дело обстоит точно так же. Даже если наши взгляды отличаются, мы все равно поклоняемся Богу. То, что мы видим как леди Лунарию, представители других верований просто считают чем-то другим.

Я молчал.

Это было ужасно поэтичное мнение. Если она говорила о своих истинных чувствах, то это, конечно, было толерантно, но... Я просто не думал, что то, как ведет себя ее страна, соответствует этому.

— Но вы же не признаете поклонение Матери-Дракону, не так ли?—  спросил я.

— Бог находится на небе и в наших сердцах, — ответила Мэри. — Если вы поклоняетесь чему-то существующему, то только из страха перед этим существом. Что собирается сделать Мать-Дракон для своих поклонников? Разве не правда, что горный хребет Звездного Дракона не имеет никаких отношений ни с одной страной, кроме королевства рыцарей дракона Нотунг?

— Вполне естественно, что страх перед чем-то большим, чем ты сам, перерастает в религиозную веру, — сказал я. — Разве Мать-Дракон не является символом самой природы, находящейся за пределами человеческого познания?

— Это разница в нашем мышлении, — равнодушно объяснила Мэри. — Мы думаем о вере как о связи, возникающей в результате того, что Бог думает о человечестве, а человечество думает о Боге. Для нас поклонение Матери-Дракону выглядит как незаконная любовь к Матери-Дракону. Мы не можем признать это законной верой. Конечно, мы понимаем, что есть люди, которые так думают.

Я полагаю она не сказала ничего особенно необычного. Если уж на то пошло, она выглядела логичной. Если это были ее личные взгляды, то я почти хотел как-нибудь подробно поговорить с ней об этом. Но в некоторых вопросах она была не права.

— Кажется, это хорошая возможность, поэтому я хотел бы услышать ваше мнение кое о чем, — сказал я.

— Что бы это могло быть?

— Я слышал, что в последнее время в королевскую столицу засылают шпионов из какой-то другой страны...

— В эту страну, вы имеете в виду? Она кажется ужасно стабильной, так что это неожиданно. Мэри сказала это, разумеется, без малейшего изменения выражения лица. Все это время в ее эмоциях не было никаких колебаний.

Когда дело зашло так далеко, я начал думать, что она, возможно, действительно ничего не знает о темной стороне ортодоксального папского государства.

— Когда один из моих подчиненных отправил одного из тех шпионов, мне сказали, что тот сказал: «Будь ты проклят, неверный». Наверное, они были последователями какой-то религии. Вы тоже верите в Бога, так что, возможно, вы понимаете, что означали слова шпиона, госпожа Мэри?

— Я не та шпионка, поэтому не могу вам сказать, но...  Мэри, казалось, задумалась на мгновение, затем ответила, не особенно напрягаясь. — Вероятно, они воспринимали свою жизнь как испытание, данное им Богом. Те, кто противостоял им, были неверующими. Короче говоря, так они считали вашего подчиненного неверным.

— То есть, по сути, не имело значения, был ли он последователем другой религии или нет?

— Из того, что вы мне рассказали, я поняла именно это. Я прошу прощения за свой эгоцентричный взгляд.

—...Нет, это было познавательно, — сказал я.

Что это было? Я чувствовал, что все меньше и меньше понимаю ее. Я не мог почувствовать ничего похожего на мотив за словами Мэри. Она давала серьезные ответы на мои вопросы.

...В таком случае, это были переговоры?

В переговорах у обеих сторон были свои цели, и обе стороны обменивались идеями друг с другом, пока не примиряли свои разногласия. Именно поэтому они скрывали информацию, которая была им невыгодна, чтобы направить дискуссию в выгодное для них русло. В том, как она говорила и вела себя, я не почувствовал никакой попытки вести разговор.

— ...Давайте вернемся к теме, — сказал я наконец. — Вы хотели сделать лунарианскую ортодоксию нашей государственной религией, верно?

— Да.

— Так какая польза в этом для нашей страны? Кроме того, если вы говорите, что терпимы к другим религиям, то не должно иметь значения, кто чему поклоняется. Почему лунарианская ортодоксия стремится стать нашей государственной религией?

— Я отвечу на ваш первый вопрос, — сказала мне Мэри. — Если вы сделаете Лунарианское Православие своей государственной религией, мы готовы признать Ваше Великое Высочество святым. Вы уже являетесь королем, так что вы станете святым королем. Кроме того, я, скорее всего, буду послана православным папским государством, чтобы служить вашим личным епископом. Я буду служить вам, как служила бы Богу.

С этими словами Мэри склонила голову.

Все шло более или менее так, как говорила Ророа. Однако я никогда не ожидал, что сама святая придет служить мне.

— То, как вы это говорите, похоже на то, что вы собираетсь выйти за меня замуж, — прокомментировал я.

— Если Ваше Святейшее Величество пожелает, Вы можете делать с моим телом все, что Вам заблагорассудится. Я предложу вам свое тело и сердце, как я служу Богу.

— Я еще не сказал, что собираюсь принять эту святую королевскую штуку.

— Простите мое самомнение. — Мэри еще раз склонила голову. Она совсем не выглядела виноватой... вернее, выражение ее лица заставило меня подумать, что она даже не осознает, что сделала что-то не так.

Когда я упомянул о браке, Айша слегка подпрыгнула, но Лисия, казалось, ничуть не удивилась. Она лишь смотрела на Мэри с серьезным выражением лица. Как Мэри выглядела в глазах Лискии?

— И? —  спросил я. — Если я стану святым королем и ко мне будет послана святая, какие плюсы, по твоим словам, это даст этой стране?

— Эта страна выросла до масштабов, сравнимых с Империей Гран-Кэйос. Это, несомненно, результат вашей добродетели. Если вы получите влияние Лунарианской Ортодоксии, эта страна обретет силу, превосходящую силу Империи.

— Это еще одно смелое утверждение, — сказал я. — Но у Империи все равно больше территории и больше власти, чем у нас, понимаете?

Ну, были области, где наши технологии опережали их, но я не собирался упускать это из виду.

Мэри молча покачала головой.

— Четверо из десяти людей, живущих в Империи, являются последователями лунарианской ортодоксии. Эти цифры - результат того, что поклонение Матери-Дракону не смогло закрепиться, потому что Империя воевала с горным хребтом Звездного Дракона в период, когда они расширялись. Другими словами, почти половина населения является последователями лунарианской ортодоксии. Если бы эта страна вступила с ними в конфликт, то с нашим влиянием можно было бы развалить Империю.

— Вы говорите довольно страшные вещи, как будто это ерунда, — сказал я. — У нас нет намерения ввязываться в какие-либо конфликты с Империей.

— Это была всего лишь гипотеза. Короче говоря, я говорю вам, что вы можете получить власть, чтобы соперничать с Империей; власть, чтобы быть сильнейшими среди человеческих наций.

...Да. Что ж, глядя на отношения между князьями Европы Средних веков и Римской католической церковью, это не было немыслимым. Сила правителя и церкви, вместе взятых, позволяла им управлять страной и изгонять иностранных врагов. Это был простой способ решения проблем. Но это только в том случае, если вы закрывали глаза на борьбу за власть между правителем и церковью, которая происходила после этого.

Сейчас мы пытались двигаться вперед, в новую эру. Я не хотел подражать тому, что люди делали в старые времена.

— Если позволите, я скажу пару слов, — заговорил Хакуя, который до сих пор молча наблюдал за развитием событий. — Простите, что так поступаю с госпожой Святой, но я хотел бы немного поговорить с Его Величеством.

— Пожалуйста.

С разрешения святой, Хакуя подошел ко мне вплотную. Затем, наклонившись и приблизив свой рот к моему уху, когда я сидел на троне, он прошептал мне:

— Вы выглядите не в духе, сир.

— Да...  прошептал я в ответ. — По какой-то причине я не могу настроиться на нужный лад. Мне кажется, что в ней есть что-то странное.

— В связи с этим, я думаю, нам нужно думать о ней отдельно от них, — прошептал он.

— Правда?

Хакуя кивнул.

— Я наблюдал за ней все это время, и мне кажется, что она демонстрирует отсутствие эмоций.

— Да, я тоже это заметил.

— Я уверен, что у православного папского государства была какая-то причина отправить ее сюда, но, возможно, сама госпожа Мэри не знает, что это такое? Может быть, она пришла сюда как просто святая, только для того, чтобы передать волю высших эшелонов Православного Папского Государства, как своего рода посланник Куи?

— А?! Значит, она просто посланник?.

Значит, Мэри не была переговорщиком?! Это имело большой смысл... У меня не было ощущения, что я веду переговоры, когда разговариваю с ней.

Я полагал, что ей дали типовые вопросы и сказали, что отвечать, если я спрошу определенные вещи, и она вела переговоры со мной, основываясь на этом. Это объясняет, почему, когда я задавал ей вопросы, которых они не ожидали, например, о мышлении того шпиона, она давала мне откровенные и честные ответы.

Или так, или, возможно, ее попросили отвечать на подобные вопросы честно. Даже если ее партнер по переговорам попытается вытянуть из нее жизненно важную информацию, если ей ничего не сказали, она просто честно ответит «Я не знаю» в конце концов.

Это уже были даже не переговоры. Это было похоже на то, как если бы читатель текста зачитывал за меня мое электронное письмо.

Я перевел взгляд на Мэри. Заметив мой взгляд, она слегка склонила голову набок без всякого выражения.

—  ...Понятно, — понял я. В каком-то смысле она похожа на Диву.

В моем мире существовала антропоморфная программа для чтения текста под названием - Дивалоид. Она стала знаменитой, потому что можно было использовать синтезированный женский голос для чтения отрывков или пения песен, и это вызвало большой бум, особенно на сайтах обмена видео. Они добавили к нему иллюстрации симпатичной девушки, и она даже давала живые концерты в качестве виртуального идола.

Когда я разговаривал с Мэри, мне казалось, что я разговариваю с одной из них.

— Хакуя... Как, по-твоему, мы должны вести переговоры дальше?—  прошептал я.

— Я думаю, что было бы неплохо попросить ответ на ваш второй вопрос, заданный ранее, — прошептал он в ответ. — Однако вам следует взвесить не ее собственную реакцию, а намерения ортодоксального папского государства.

...Понял.

Как только Хакуя вернулся в прежнее положение, я обратился к Мэри.

— Извините за ожидание. Кстати, я так и не получил ответа на свой второй вопрос. Почему лунарианская ортодоксия стремится стать нашей государственной религией?

— Ради всего человечества, — без колебаний ответила Мэри. — Север континента теперь стал владением Владыки Демонов. Хотя его экспансия на время остановилась, пока существует Владыка Демонов, человечество никогда не обретет мир. Чтобы достичь мира, необходимо вторгнуться в Домен Владыки Демонов и уничтожить корень проблемы. Однако демоны Домена очень сильны, и ни одна страна не может противостоять им в одиночку. Все страны человечества должны сотрудничать.

Это была жесткая позиция, но... это было понятно, я полагаю.

Мэри продолжила:

— Вот почему мы хотим, чтобы вы стали святым королем. Я уверена, что с помощью вашей и нашей власти можно будет объединить все различные народы. Если после объединения других стран вы попросите их о сотрудничестве, то даже эта империя будет следовать твоим приказам. Двое из пяти их граждан придерживаются лунарианской ортодоксии, так что они не смогут позволить себе игнорировать вас. Таким образом, все человечество будет объединено, и мы вторгнемся во владения Владыки Демонов. Затем, убив Владыку Демонов, который является корнем всего зла, мы освободим север континента.

Мэри говорила все это без колебаний. Звучало так, будто она говорила о крестовых походах. Чтобы вернуть наши потерянные земли, мы будем объединять страны с помощью силы религии. И поэтому они хотели, чтобы я стал святым королем и размахивал флагом ради этого дела.

Но... Я уверен, что это только публичное лицо.

Только увидев людей, стоящих за Мэри, я смог бы получить полное представление о том, каковы были их намерения. Мэри, вероятно, искренне верила, что это для того, чтобы вернуть север, но люди, стоявшие за ней, вероятно, думали иначе.

Мое внимание привлекла фраза об объединении народов человечества. В этом мире уже существовала система, пытавшаяся объединить все человечество: та, которую возглавляла Мария, «Декларация человечества». Это был несовершенный договор, но на данный момент он, похоже, выполнял свою функцию.

Ортодоксальное папское государство не могло радоваться ситуации, когда Мария, которая была (с их точки зрения) «ложной» святой, была лидером этого договора и завоевывала уважение. Чем больше Мария выделялась, тем слабее было бы влияние их собственной святой, в конце концов. Теократия управляла через свой религиозный авторитет. Другими словами, потеря авторитета была для государства вопросом жизни и смерти.

Именно поэтому ортодоксальное папское государство, вероятно, хотело создать еще один орган международного сотрудничества, отдельный от Декларации человечества. Им нужно было создать новую систему, в которой они могли бы утвердить свою власть. И они выбрали для этого меня.

Я посмотрел на Хакую.

Когда Хакуя заметил мой взгляд, он закрыл глаза и кивнул один раз, затем покачал головой. Скорее всего, он пришел к тому же выводу, что и я.

В свете этого он намекнул мне:

— Мы не должны принимать это предложение.

...Ну, конечно же, нет. В таком случае, я должен был кое-что спросить.

— Кстати, что будет, если я откажусь принять вас в качестве нашей государственной религии?

— Это будет разочаровывающе, но у нас не будет другого выбора, кроме как принять, — сказала Мэри. — Мы не можем заставить вас принять это.

Они отступили на удивление легко. Я думал, что они скажут что-то вроде: « Если вы не примете наши требования, мы заставим всех наших последователей в вашей стране устроить бунт, или что-то в этом роде.»

Пока я так думал, Мэри продолжала:

— Однако, я подозреваю, — выражение ее лица все еще не изменилось. — Я подозреваю, что в итоге мы будем ждать.

— Ждать?—  спросил я.

— Да. Мы могли бы ждать только до тех пор, пока либо вы не передумаете, либо не появится новый кандидат на роль святого короля.

Я резко вдохнул от удивления.

Угх... Так вот как они собирались играть. По сути, если какая-либо страна начнет усиливаться, или правитель начнет становиться известным, она говорила:  «Мы сделаем точно такое же предложение прямо им.»  Если бы они это сделали, то ее предыдущий комментарий о том, что «Двое из пяти граждан Империи - последователи, так что если нам захочется, мы можем разделить их страну», стал бы тем, что может произойти и с нашей страной.

Возможно, Мэри сама не имела такого намерения, но это была чертовски сильная угроза.

Это... Я не должен решать это прямо здесь и сейчас.

Я не хотел принимать его, но если я собирался отказаться, я должен был сказать им об этом только после тщательного рассмотрения доступных мне контрмер. В крайнем случае, я хотел хорошо обсудить это с Хакуей.

Я поднялся со своего места и сказал Мэри:

— Я понимаю вашу просьбу, госпожа Мэри. Однако я не могу дать немедленный ответ из-за серьезности просьбы. Мне нужно время, чтобы все обдумать. Мы продолжим этот разговор позже.

— Но, конечно, — сказала она. — Я буду молиться, чтобы вы приняли правильное решение.

Мэри кротко удалилась. Переговоры не были завершены, но она не выглядела разочарованной.

Я внимательно посмотрел на лицо Мэри. Я смотрел на него все время, пока мы вели переговоры, но мне казалось, что выражение ее лица почти не менялось. Она была как кукла.

Кукла... Искусственная...?!

И тогда я понял. Что именно в ней было  не так.

К тому времени, когда моя встреча с Мэри подошла к концу, была уже глубокая ночь.

Когда мы вернулись в офис по правительственным делам, там нас встретили Ророа и Джуна. Я заметил Карлу с горничными, которые стояли в центре комнаты.

— С возвращением, дорогой... Подожди, что случилось?!—  воскликнула Ророа.

— Что-то случилось, Ваше Величество?—  осведомилась Джуна.

Эти двое сначала улыбались, но как только они увидели мое лицо, то сразу же приняли озабоченный вид.

Ха-ха... Неужели выражение моего лица сейчас было настолько плохим? Вполне возможно.

Джуна прикоснулась своими пальцами, мягкими и холодными, как маленькие белые рыбки, к моему лбу.

— Кажется, у тебя нет температуры, но... вы плохо себя чувствуете? Не хотите ли вы немного отдохнуть?—

— Эй, старшая сестра Сиа! Что случилось с дорогим?!—  вскричала Ророа, надвигаясь на Лисию.

— Не спрашивай меня! Я не знаю!

Я сказал:

— О... Все в порядке, я в порядке, слабо отмахнулся от руки Джуны, затем сел за стол в офисе по правительственным делам. Затем: — Извините. Лисия, Айша, Джуна, Ророа... не могли бы вы подойти сюда? — Затем: Все четверо посмотрели друг на друга и медленно подошли ко мне. Когда они подошли достаточно близко, я широко раскинул руки и крепко обнял всех четверых.

— Ик?!—  вскрикнула Лисия.

— Боже мой!— воскликнула Айша.

— Уф... — сказала Джуна.

— Подожди! Дорогой?!—  крикнула Ророа.

Все они издали странные возгласы удивления, но я не обратил на это внимания и крепко обнял их.

Я чувствовал тепло  всех четверых. Это позволило мне окончательно успокоиться. Как только я получил хорошую полную минуту этого блаженства, я отпустил их.

Лисия поправила свою теперь уже слегка грязную одежду и спросила меня, выглядя при этом немного сердитой:

— Боже... Ты ведь собираешься объяснить нам, что это было?

Беспокойство за меня, которое я услышал за гневом в ее голосе, меня немного обрадовало.

— Да, я расскажу вам.

— Сома, ты стал таким ближе к концу встречи, верно? Что именно произошло?—  спросила Лисия.

— Все это время в этой девушке, Мэри, было что-то такое, что казалось мне... неправильным, — сказал я.

— Что-то не так? Но ничто из того, что она делала, не казалось мне подозрительным. Айша в замешательстве склонила голову набок.

Я покачал головой.

— Все немного не так, как ты думаешь. Когда я впервые увидел Мэри, она показалась мне невероятно красивой. Но... в то же время я почувствовал, что она какая-то странная.

— Странная? Что значит странная?—  спросил Ророа.

— Она должна казаться мне привлекательной, но я не мог ее так воспринимать. Вот как это ощущалось.

— Хм... А мне она показалась симпатичной девушкой, — сказал Хакуя.

Да... Наверное, ни один другой человек не заметил бы этого. Я заметил, потому что был тем, кем я был, и благодаря этому я смог разглядеть правду.

— Я и сам сначала не заметил этого, — сказал я. — Но в тот момент, когда я подумал, что она была кукольной в своем отсутствии эмоций... или искусственной, если зайти еще дальше... Я понял, что именно мне казалось неправильным все это время. Она... выглядела как они.

— Похожа на них? На кого?

Когда она спросила меня об этом, я положил руку на плечо Лисии.

— На тебя, Лисия.

— А?! Как я?!

— Да. И как Айша, и как Ророа тоже.

— А? А она?

— И я тоже?

Айша и Ророа посмотрели друг на друга, услышав мои слова. Я посмотрел на Хакую.

— Хакуя, если бы ты описывал лицо Мэри для тех из нас, кто не был там, как бы ты это выразил?

— Ну, дайте подумать... у нее были обычные черты лица, серебряные волосы, и они были завязаны в два хвоста...?! —  Хакуя, казалось, уловил это, и его глаза расширились.

Я кивнул.

— Вот как я бы ее описал. Ее обычные черты лица были как у Лисии. Ее серебряные волосы были похожи на те, что у Айши, темной эльфийки, а прическа - на прическу Ророа. Другими словами, лицо Мэри было похоже на сочетание лиц Лисии, Айши и Ророа.

— Наших лиц?! —  вскрикнула Лисия.

Да. Причина, по которой она меня не привлекала, несмотря на то, что она была такой молодой и красивой, заключалась в несоответствии моих ожиданий. Если бы однажды, ни с того ни с сего, Айша вдруг обрела человеческие черты лица, это бы меня удивило, а если бы волосы Лисии или Ророа стали серебряными, я бы, естественно, подумал, что что-то не так.

Айша подняла руку и сказала:

— Подождите, подождите. Если в ней сочетаются черты всех ваих невест, то какая часть ее, по твоему мнению, могла достаться от Джуны? Из того, что я видел, ее фигура тоже была средней.

— Видите, вот оно, — сказал я. — Из того, что я видел, у Мэри практически нет ничего общего с Джуной. Если бы мне нужно было что-то назвать, я бы сказал, что ее чувственные глаза похожи, но это слабовато, если говорить о чертах характера. Это должно быть просто совпадение. Также... может ли кто-нибудь из вас сказать мне, в чем разница между Джуной и Лисией, Айшей и Ророа?.

— Я единственная, кто является второстепенным кандидатом в королевы, — сказала Джуна. — Кроме того, я также... единственная, чья помолвка с тобой еще не объявлена! —  Джуна захлопала в ладоши, поняв это.

Я кивнул.

— Моя помолвка с остальными тремя уже объявлена, но мы еще не смогли объявить о помолвке Джуны, потому что она работает лорелеем. Другими словами, неизвестно, что она моя невеста. Итак, если мы подумаем о том, как Мэри, обладающая определяющими характеристиками всех моих невест, кроме Джуны, была послана сюда, а также о том, что шпионы Ортодоксального папского государства становятся все более активными в городе-замке, мы можем сделать вывод, что шпионы собирали сведения о том, как выглядят мои невесты. Они делали это для того, чтобы создать женщину, которая бы мне понравилась или, по крайней мере, не показалась неприятной, и послать ее ко мне в качестве святой.

— Сома, это...  начала Лисия.

— Да... Когда я сказал: «То, как вы это говорите, почти похоже на то, что вы собираетесь на мне жениться»,  помнишь ли ты, что сказала в ответ Мэри?

— Если Ваше Святейшее Величество пожелает, Вы можете делать с моим телом все, что Вам заблагорассудится. Я предложу вам свое тело и сердце, как я служу Богу. Мэри сказала это без колебаний.

Мне прислали девушку, соответствующую моим вкусам, и эта девушка сказала: «Вы можете делать с моим телом все, что пожелаете»  и «Я предложу вам свое тело и сердце». Затем, как бы требуя компенсации, они попытались протолкнуть свои собственные требования. Другими словами...

— Для православного папского государства святой - это медовая ловушка, расставленная для государственных деятелей, — сказал я.

— То, что они делают, это то же самое, что дворяне пытаются продать вам своих дочерей...  сказала Лисия, в голосе которой звучало раздражение.

Честно говоря, для страны, которой правят люди из знати, они выдвинули несколько вульгарных идей. Похоже, как страна, Ортодоксальное папское государство было очень человечным предприятием.

— Как только я понял, что в ней не так... Я спросил Мэри о том, как ее выбрали в святые, — сказал я. — Когда я спросил, она любезно дала мне подробное объяснение.

Мне рассказали, что святая была выбрана из числа монахинь центральной церкви благодаря божественным откровениям, содержащимся в Луналите. Большинство из этих монахинь изначально были сиротами, и их было около пятидесяти. Скорее всего, цель была в том, чтобы сохранить разнообразный запас потенциальных святых для любых правителей, которых они хотели соблазнить.

Монахини проходили обучение в центральной церкви и воспитывались, изучая доктрины веры в месте, отрезанном от светского мира, чтобы они стали послушными верующими. Затем, если они достигали определенного возраста, не будучи избранными святыми, их рассылали по церквям каждого региона в качестве епископов.

— Это... ужасно, — сказала Айша с открытым отвращением. — Тогда они действительно похожи на кукол. Как будто у них нет собственной воли.

— Ну-ну, старшая сестра Сиа, — вмешалась Ророа, — по-моему, это не такая уж плохая сделка.

Айша критиковала систему, но Ророа, похоже, придерживалась другого мнения.

— В какой бы стране вы ни оказались, нет ничего сложнее в управлении, чем нормальные детские дома, — сказал Ророа. Если они не получат образования к тому времени, когда станут достаточно взрослыми, чтобы работать, их просто будут использовать в качестве дешевой рабочей силы. Редко можно найти такие места, как наши, где учат чтению, письму и арифметике. Для девочек, вышедших из приютов... часто продажа себя - единственное, что они могут сделать. Если их поднимают из этой ситуации, дают им еду, одежду и кров в церкви, разве вы не думаете, что это счастье для них?

— Но их поднимают, чтобы они могли быть отданы в качестве подношения иностранным правителям, понимаешь?—  ответила Айша.

— Я не говорю, что мне это нравится. Но использование девочек для создания связей - это то, что делает каждый дом, благородный, рыцарский или более великий. Я имею в виду... в некотором смысле, я тоже использовала себя политически.

— О...

Когда Ророа указал ей на это, Айша растерялась. Действительно, когда Ророа организовала свой брак, чтобы защитить свой народ, можно сказать, что она использовала свое положение женщины.

— Простите...  извинилась Айша.

Ророа просто сказала:

— Не думай об этом, — и махнула рукой. — Кроме того, я никогда не слышала, чтобы было несколько святых. Другими словами, со всеми монахинями, кроме этой Мэри, такого не случится. Даже для святой, конечно, называть ее «предложением» - звучит плохо, но если лорд наложит на нее руки, она выйдет замуж за деньги. Я женилась по политическим причинам, и сейчас я вполне счастлива, так что ей решать, устраивает ли ее это в конечном итоге.

Ророа сказала это твердо. Она действительно... была сильной девушкой.

— Я согласна с мнением Ророа, — сказал я. — Мне не нравятся их методы, но это не та система, о которой нам нужно что-то говорить. В конце концов, это проблема другой страны.

— Ну... тогда почему ты выглядишь таким измученным?—  спросила Лисия, глядя мне прямо в глаза.

Я приложил руку к голове.

— Что меня потрясло... так это то, что Мэри признала, что она святая, и была готова согласиться с этим, точно зная, что это означает.

Когда встреча заканчивалась, я спросила Мэри об одной вещи, которая меня беспокоила.

— Мадам Мэри, у вас нет сомнений по поводу того, что к вам относятся как к святой? Вдруг на вас свалится достоинство вашей страны, вам придется предстать перед иностранным королем, и от вас будут ожидать, что вы скажете этому королю: «Я предложу вам свое тело и сердце». Это слишком большое бремя для одного человека. Я бы подумал, что такая жизнь была бы слишком жестокой для обычной молодой девушки.

Мэри улыбнулась и сказала:

— По воле госпожи Лунарии я была благословлена великой честью стать святой. Святой - это лицо православного папского государства. Получив эту роль, вместо того чтобы жить ради собственных чувств, я хочу выполнять возложенные на меня обязанности. Потому что так будет лучше для страны и, в свою очередь, для всех людей.

—  ...Вы откажетесь от своего «я»  ради других? —  спросил я.

— Это мой естественный долг как того, кто удостоился большей чести, чем большинство. Я думаю, как король, вы понимаете это, не так ли, сир?

Я молчал.

— Жить так, как хотят другие, — сказала она. — Я считаю, что это прекрасный образ жизни, которым я могу гордиться. Для людей, которые почитают меня как святую, я намерена полностью посвятить себя служению им.

Для людей, которые почитают ее как святую... хм.

Должно быть, она всем сердцем верила, что жить так, как хотят другие, это то, чем она может гордиться. Когда я увидел улыбку Мэри, в моей голове промелькнули слова другой святой.

— Я могу быть императрицей, но я все еще человек. Вместо того чтобы мне поклонялись как святой, я хочу оставаться человеком, и чтобы меня любили как человека.

Для одной из них быть святой - это повод для гордости, и она решила вести себя как святая.

Другая, отвернула быть святой и настаивала на том, чтобы оставаться человеком.

— Я думаю, как король, вы это понимаете, не так ли, сир?— спросила Мэри.

Какой путь я выберу...?

— Было время... когда я думал так же, как Мэри, — сказал я своим собравшимся спутникам, словно исповедуясь в церкви в своих грехах. — Ты ведь помнишь, Карла? Что произошло во время битвы с силами княжества?

— В тот раз, вы имеете в виду...?—  Карла, которая стояла в стороне в углу комнаты, сказала шепотом.

Я имел в виду время войны с Гаем VIII и коррумпированными дворянами, когда, чтобы защитить свое сердце от давления, давящего на меня, я отгородился стеной и попытался сосредоточиться исключительно на роли короля. Если бы я этого не сделал, я бы не смог выдержать тяжесть всех тех жизней, которые погибли по моему приказу.

— Мы люди, поэтому мы страдаем из-за размера наших обязанностей, — сказал я. — Мы люди, поэтому мы мучаемся над принятыми нами решениями. В тот раз, когда меня заставили участвовать в войне, которой я не хотел, но у меня не было другого выбора, кроме как сражаться, мало-помалу, сам того не осознавая, я начал действовать как система под названием — король... как будто я был машиной. Потому что если бы я был машиной, мне не нужно было бы страдать, думать и мучиться над чем-то.

— Сома... — У Лисии было обеспокоенное выражение лица, но я криво улыбнулся и покачал головой.

— Когда Карла спросила меня «Не боитесь ли вы умереть?», я понял, насколько искаженным было то, что я был готов принять смерть как король. Благодаря этому я смог остановиться. Когда я думаю, как бы все обернулось, если бы Карла не указала мне на это тогда... Я содрогаюсь. Я вполне мог бы закончить как Мэри. Когда я думаю об этом, мне становится не по себе.

Когда я подумал о том, что было бы, если бы та версия меня, которая стала системой, называемой королем, была бы сейчас здесь, стоя перед Лисией и остальными... это напугало меня.

Смог бы я, который стал способен принять все, потому что я был королем, сделать Лисию и остальных счастливыми? ...Нет, не смог бы.

— Я хочу оставаться человеком, и чтобы меня любили как человека.

Да... Именно так, госпожа Мэри, подумал я.

Если я не мог заметить слезы Лисии и других, если я не мог заставить Лисию и других улыбнуться, даже если это означало страдать под тяжелым бременем и мучиться над принятыми решениями...

Я не хотел становиться простой системой.

— Да. Я тоже. Я бы предпочел быть личностью.

— Сома? —  спросила Лисия. —  ...Ик!

Я встал со стола, подошел к Лисии и крепко обнял ее стройное тело. Мой неожиданный поступок ошарашил Айшу, Джуну и Ророа.

— Что?!

— О, Боже мой!

— Вау, старшая сестра Сиа, это нечестно.

Когда все трое уставились на нас, Лисия стала ярко-красной, ее глаза быстро забегали.

— Э-э-э... Сома? Могу я попросить тебя отпустить меня? Это немного неловко... Все смотрят...

Лисия говорила это, но я игнорировал ее и продолжал обнимать. Если ей это действительно не понравится, я знал, что Лисия более чем способна оттолкнуть меня.

Я прижимал Лисию к себе, пока говорил Хакуе:

— Я не стану святым королем. Я также не позволю ортодоксальному папскому государству получить свой путь. У меня в голове есть политика, обходящая план ортодоксальных папских государств, но... она, вероятно, хороша только для того, чтобы потянуть время. Если мы собираемся придумать более фундаментальное решение проблемы, то все последователи лунарианской ортодоксии в стране станут проблемой. Я надеюсь, что это сможет лишить их силы, или сделать их безвредными...

— Подожди, почему вы говорите о серьезных вещах, держа меня вот так?!—  воскликнула Лисия.

— Хм... В таком случае, позволь мне заняться контрмерами для этого, — сказал Хакуя. — У меня есть несколько собственных идей. Для своих целей я позаимствую Кагетору и некоторых членов «Черных котов» .

— И ты тоже, Хакуя! Почему ты ведешь обычный разговор?!

— Понял, — сказал я. — Давайте подкинем друг другу идеи и поработаем над нашими завтрашними планами.

— Согласно твоей воле.

— Игнорируют?! Меня игнорируют?!

— Спасибо, я буду на тебя рассчитывать. А теперь...

Почесав щеку, я повернулся к Айше, Джуне и Ророа.

— Извините, но не могли бы вы сегодня оставить нас с Лисией наедине?

—  ?!

Как только они поняли, что означают эти слова, глаза Айши, Джуны и Ророа выпучились от удивления. А что касается Лисии, которая уже некоторое время протестовала...

— Э... Э...

Казалось, она даже не могла правильно составить слова, и просто открывала и закрывала рот, как золотая рыбка. Обычно Лисия была такой своенравной, но когда я подумал:

— Эй, она тоже делает такие лица, это было довольно забавно.

— Дорогой, значит ли это, что вы двое собираетесь...

Ророа пришла в себя и попыталась выудить из меня ответы, но Джуна положила руку ей на плечо и остановила ее.

— Ророа.

Затем она что-то шепотом сказала Ророа и Айше, после чего повернулась и отвесила мне глубокий поклон.

— Итак, принцесса, Ваше Величество, мы покидаем вас.

С этими словами Джуна тихо удалилась.

— Эмм... Спокойной ночи, Ваше Величество, принцесса, — сказала Айша.

— Мург... Старшая сестра Сиа! Расскажи мне потом, как он справился, ладно?—

Айша и Ророа последовали за Джуной из комнаты.

— Ну, тогда до завтра, — сказал Хакуя. — Отдыхай хорошо.

— Я буду стоять на страже возле комнаты... Пожалуйста, успокойтесь, учитель...

Когда Хакуя и Карла ушли последними, мы с Лисией остались в комнате одни.

Я поднял Лисию, которая застыла на месте.

Эй, она была довольно легкой. У нее было немного мышц, но в целом у нее была стройная фигура, так что разница в весе между нами позволила мне легко поднять ее. Когда я усадил ее на простую кровать, которая, как всегда, стояла в углу комнаты, Лисия окончательно пришла в себя.

При свете свечи мы сидели бок о бок на кровати, глядя друг другу в глаза.

— Э-э-э, Сома? Это значит... то, что я думаю, да?— спросила она со свекольно-красным лицом.

Мои щеки тоже стали горячими.

— Э-э... Да. Это было... вроде как намерение...

— О-о, я понимаю...

—...А мы не можем?

— Нет! Дело не в том, что мы не можем! Я имею в виду, я ждала этого...  Лисия поспешно покачала головой. Ее слова обрывались и становились все слабее. — Но почему вдруг сейчас? Ты так долго от меня сбегал.

— О... Да, ну... Я думал, что мне стоит подождать, пока королевство станет более стабильным, пока я смогу взять на себя ответственность за него, пока мы не пройдем все этапы, но...

О, Боже, это было действительно неловко! Я почесал затылок.

— Но... Когда я увидел Мэри и подумал о том, каким я хочу быть человеком... я просто не мог больше сдерживаться. Я хотел... действовать по моим человеческим желания, и чтобы ты приняла меня.

— Я-я вижу...

Это, а также слова Мэри: «Я хочу оставаться человеком, и чтобы меня любили как человека», вероятно, тоже повлияли на меня.

Я хотел оставаться человеком, и я хотел любить Лисию и других как людей.

Я хотел, чтобы Лисия и другие любили меня как человека.

Я чувствовал это сильно, и я не мог больше сдерживаться.

...В такой момент я не собирался говорить ей, что слова другой женщины оказали на меня такое глубокое влияние.

— Эм, но... когда мы впервые в офисе по правительственным делам, это, конечно, не очень сексуально, — сказала Лисия, спотыкаясь на своих словах, когда она складывала свой топ, который она сняла, и отложила его в сторону, чтобы он не помялся.

Я тоже снял рубашку и притянул к себе Лисию, на которой теперь не было ничего, кроме белого белья.

Это я дрожал, или она...? Возможно, это были мы оба. Никто из нас не привык к такому, и мы неловко обнялись. Мы поцеловались один раз, а потом...

— Ну, ты хочешь перейти куда-нибудь?—  прошептал я на ухо Лисии.

Когда я это сделал, Лисия усмехнулась и молча покачала головой.

— Нет. Здесь хорошо. Я имею в виду, это......место, где мы с тобой впервые встретились, в конце концов.

****

—…..Хм?—  пробормотал я.

Когда свет, проникающий через окно, разбудил меня, лицо Лисии было прямо напротив моего.

Мы делили одну подушку, так что было довольно тесно. Она мирно спала.

С каждым неглубоким вдохом Лисии ее мягкая грудь поднималась и опускалась под одеялом. Один только вид ее в таком состоянии вызвал во мне неописуемую смесь ликования, смущения и любви, и я потянулся, чтобы коснуться ее щеки.

Когда я это сделал,

— Мург...  Лисия дернулась, как будто ее что-то щекотало, а затем медленно открыла глаза.

Вероятно, она все еще была в полудреме. Похоже, она не понимала, где находится, и начала беспокойно оглядываться по сторонам. Потом она заметила мое лицо рядом со своим.

— О... Сома. Доброе утро..., — сказала она с ухмылкой. Это была улыбка, такая же нежная, как утренний свет.

Ее реакция была невыносимо милой, поэтому я обнял ее и поцеловал в полузакрытое левое веко. Лисия, еще не оправившаяся ото сна, издала щекочущий смех.

— Боже, Сома, что ты себе позволяешь?

— Хм, я бы с удовольствием продолжал смотреть на тебя вот так, но... Прости, Лисия, вставай, пожалуйста.

—  ...А?— спросила она.

Когда я легонько встряхнул ее, на этот раз глаза Лисии открылись полностью. В тот момент, когда она открыла глаза, лицо Лисии покраснело так быстро, что я почти услышал комический звуковой эффект взрыва. Скорее всего, когда она поняла текущую ситуацию, все ее смущение разом вспыхнуло. Конечно, этого хватило и на прошлую ночь.

Я ласково погладил Лисию по голове.

— Доброе утро, Лисия.

— Доброе утро. Ооо... Не смотри на меня так много.

— Не смотреть на тебя? Я насмотрелся в последний раз когда... Ммф!

Лисия ткнула мне в лицо подушкой.

— Это не делает это менее смущающим! — кричала она.

Лисия прижала одеяло к себе и обиженно посмотрела на меня.

Да, она действительно была милой. Я почти хотел наброситься на нее прямо там. Но вместо этого я просто отодвинул подушку и потянулся.

— Да... Не думаю, что когда-нибудь снова захочу заниматься этим в офисе по правительственным делам.

—...Почему? — спросила она.

— Потому что это наше рабочее место, и мне придется попросить их сразу же убрать за нами. Я хочу еще пофлиртовать с тобой, и мне больно вставать.

— Я-я вижу...

Я встал с кровати и надел одежду, в которой был вчера. Я не взял с собой сменную одежду, так что мне придется вернуться в свою комнату, чтобы взять ее.

Быстро одевшись, я спросил Лисию:

— Ну что... ты хорошо себя чувствуешь?

— Д-да... Я чувствую себя немного вялой, хотя...

— Хорошо. Тогда давай я попрошу горничных прибраться.

— Да, — сказала она. — Ты можешь сделать это для меня?

Я поцеловал Лисию в лоб, а затем покинул кабинет правительственных дел.

Когда я вышел через дверь, меня встретили краснолицая Карла, которая отводила глаза, и мягко улыбающаяся Серина. Я понял, почему Карла была там, поскольку она стояла на страже, но почему Серина?

Серина слегка бесстрастно улыбнулась и сказала:

— Вы двое повеселились прошлой ночью.

Вау... Эта фраза, когда кто-то говорит ее тебе в реальной жизни, очень расстраивает.

— ...Вы рано встали, главная горничная, — сказал я.

— В конце концов, я личная горничная принцессы. —  С этим ответом, который я не был уверен, что можно считать ответом, Серина отвесила мне элегантный поклон.

Я подумал:

— О, да, она определенно забавляется этим... но я знал, что если скажу что-нибудь, то в мою сторону полетит в три раза больше словесных кинжалов, поэтому я промолчал. Лучше было позволить спящим садистам лежать. Если закрыть глаза на ее дурную привычку издеваться над симпатичными девушками, она была чрезвычайно компетентна в своем деле.

— Серина, Карла... Позаботьтесь о Лисии и комнате для меня, — сказал я.

— Поняла, — ответила Серина. — Давай займемся этим, Карла.

— Да, мэм!

Серина и Карла поклонились мне, а затем вошли в комнату. Мгновение спустя, изнутри...

— С-Серина?! Я все еще голая здесь!—  крикнула Лисия.

— Нам нужно привести вас в порядок, поэтому, пожалуйста, уже вставайте с постели. Если вы этого не сделаете, я попрошу Карлу вынести вас из этой комнаты, кровать и все остальное.

— Стой, Карла! Не поднимай кровать!

—...Прости, — сказала Карла. — Если я брошу вызов старшей горничной, я сама потом буду унижена...

— Иик!

...Ну, я слышал эти голоса и много стука.

Хорошо, Лисия. Живи долго, подумал я.

— Ну вот...  Я хлопнул себя по щекам. Пришло время сменить образ мыслей. Поскольку мои отношения с Лисией стали еще глубже, я почувствовал, что должен быть еще более решительным.

Чтобы защитить свою любимую семью, я собирался одержать верх над теократией.

— Ну что ж, пойду строить планы с Хакуей.

Я побежал по коридору.

***

Дни спустя.

Я отправил сообщение Святой Мэри, которая жила в Лунарианской церкви в Парнаме, чтобы сообщить ей, что у меня будет еще одна встреча с ней. Мэри ответила, что сразу же приедет в замок.

И вот мы с Мэри снова оказались лицом к лицу в зале аудиенций замка Парнам. Это была аудитория с теми же лицами и на тех же местах, что и в прошлый раз. Во время предыдущей встречи я не мог сосредоточиться, потому что в Мэри было что-то не так, но теперь, когда я знал, что это, я мог смотреть на нее с ясной головой.

Когда я снова увидел ее через несколько дней, Мэри была все так же красива и все так же похожа на куклу. Я обменялся с ней короткими любезностями, а затем решил сразу перейти к делу.

— Итак, что касается вопроса о том, чтобы сделать лунарианскую ортодоксию нашей государственной религией...

Она молча ждала.

— Если вы можете принять два условия, я не возражаю против этого.

— Условия...?—  Мэри вопросительно склонила голову набок.

Я ответил ей настолько легким тоном, насколько смог.

— О, ничего сложного. Первое - это то, что вы не будете делать меня Святым Королем Лунарианской Ортодоксии. Я не хочу, чтобы вы односторонне начали называть меня так же. Я хочу твердого соглашения по этому вопросу.

— Почему это? Если бы вы стали нашим святым королем, вы бы стояли выше приверженцев лунарианской ортодоксии в каждой стране, понимаете?—  Мэри выглядела озадаченной.

Я покачал головой с язвительной улыбкой.

— Это потому, что я сам не являюсь приверженцем лунарианской ортодоксии. Даже если бы кто-то вроде меня вдруг был назван святым королем, я уверен, что со стороны верующих было бы сопротивление. Мне жаль, но я вынужден отказаться от этой должности.

— О... Понятно.

Хотя Мэри выглядела разочарованной, она смиренно отступила от своего мнения.

Конечно, причина, которую я ей назвал, была лишь прикрытием. У меня не было желания стать их святым королем или чем-то подобным, и я не мог позволить нам вернуться в страну, где церковь контролирует образование. Моя цель заключалась в том, чтобы помешать ортодоксальному папскому государству назвать меня святым королем и заставить меня нести флаг в их конфликте с Империей.

— Теперь, что касается второго условия... Я попрошу премьер-министра Хакуя объяснить его, — сказал я.

Хакуя поднес руку к груди и поклонился, прежде чем сделать шаг вперед.

— Позвольте мне объяснить. Другое условие, которое мы выдвигаем, заключается в том, что мы хотим пригласить епископа из православного папского государства, чтобы он приехал сюда и управлял верующими лунарианского православия в стране.

— Конечно, мы можем это сделать, — сказала Мэри. — Я и сама собиралась приехать сюда.

Хакуя ответил:

— О, мы никогда не могли просить вас об этом, — и махнул рукой. — У нас нет желания навязываться святым. У нас есть конкретный человек, которого мы хотели бы пригласить сюда в качестве нашего епископа.

— У вас есть человек, которого вы хотите пригласить сюда? Кто бы это мог быть?

— Епископ Соуджи Лестэр.

Мэри молчала. Как только она услышала это имя, ее бровь слегка нахмурилась.

Я видел это только одно мгновение, но это был взгляд отвращения. Это была первая человеческая реакция, которую я увидел у кукольной Мэри.

Мэри спросила Хакую с немного жестким выражением лица:

— Господин Хакуя, вы... знаете, что он за человек?.

— Да. Я слышал, что он очень острый на язык.

— Нет, он просто хитрый, — сказала Мэри. — Я не могу сказать... что я бы рекомендовала его. Он вымогает большие суммы денег у верующих, много пьет, играет с женщинами и занимается многими другими непристойными вещами. Обычно, как человек духовный, он должен был бы поклясться в подобных желаниях, но этот человек погряз в мирском и делает все, что ему заблагорассудится. Его Святейшество и кардиналы рассматривают его поведение как проблему. Я сама... также нахожу его неприятным.

Это был решительный отказ. Он был человеком, которого, казалось, возненавидела бы даже эта кукольная девочка. Теперь мне стало интересно.

— Как такой человек стал епископом?—  спросил я.

Губы Мэри напряглись. Возникла небольшая пауза, прежде чем она снова разомкнула их, чтобы сказать:

— Об этом... неловко говорить, но нас, священников, поддерживают пожертвования последователей. Были кардиналы, которые защищали епископа Соуджи, потому что, независимо от его методов, он мог приносить большие пожертвования...

А... Я начинал понимать, как это работает.

Скорее всего, этот Соуджи давал взятки нескольким кардиналам. Даже если их святым не был, высшие эшелоны церкви чувствовали себя очень человечными и очень гнилыми. Поэтому даже если бы они захотели сместить его, то не смогли бы.

— Однако, — сказала Мэри Хакуе, — сейчас в церкви раздаются голоса о том, что его следует изгнать. Я считаю, что его отлучение от церкви - лишь вопрос времени. Вы хотите пригласить сюда такого человека?

Даже когда она смотрела на него с явной оппозицией в глазах, Хакуя ни разу не нарушил своей спокойной улыбки.

— По-моему, это просто идеально. Если вы хотите выслать его, мы возьмем его под опеку здесь, в нашей стране. Его Величество очень любит собирать талантливые кадры, видите ли, и он сказал мне, что если есть такой епископ, он хочет с ним познакомиться.

Я не помнил, чтобы когда-нибудь говорил подобное. Я ничего не знал об этом Соуджи и даже не знал, как его зовут, в конце концов. Однако мне заранее сказали, что этот Соуджи будет ключевой фигурой в заговоре Хакуи, поэтому я кивнул, как будто это было правдой.

Мэри посмотрела на Хакую с явным неудовольствием.

— Если он прибудет сюда в качестве епископа, это поставит его во главе всех верующих лунарианской ортодоксии в этой стране. Я не вижу, как он справится с этой задачей.

— Если его не хватит, мы можем просто пригласить другого человека позже, — сказал Хакуя с леденяще холодным взглядом в глазах. — Если он не будет соответствовать нашим стандартам, я не буду возражать против того, чтобы избавиться от него лично.

Ого... У Хакуи точно было злодейское выражение лица. У него и так было умное лицо, так что холодная улыбка ему очень шла. Честно говоря, он был довольно страшным.

Мэри на мгновение была ошеломлена его силой, а затем обнаружила, что не может больше ничего сказать. ...Очень хорошо. Если по каким-либо обстоятельствам он не сможет прийти, я займу его место.

Хакуя склонил голову.

— Да, если это случится, пожалуйста, сделайте это.

Они смотрели друг на друга, каждый пытался разгадать мотивы другого. Кукла и злодей смотрели друг на друга, и не только искры летели, но и ледяной воздух опустился на всю комнату.

Этот воздух был неприятен и мне, и Лисии, а Айше, не привыкшей к такой атмосфере, стало немного не по себе. Тем не менее, на этом все было решено.

Если подытожить то, что было решено, то все сводилось к следующим трем пунктам:

1. Королевство Фридония примет лунарское православие в качестве своей государственной религии.

2. Ортодоксальное папское государство Лунария не будет называть меня святым королем.

3. Соуджи Лестэр будет послан православным папским государством в качестве епископа.

Решив этот вопрос, Мэри попрощалась с нами и ушла. Ей не удалось сделать меня их святым королем, но она смогла добиться принятия лунарской ортодоксии в качестве нашей государственной религии, так что это был достойный результат для нее. Я решил, что с этим она должна спокойно вернуться в Ортодоксальное папское государство.

Я дождался сообщения о том, что она покинула замок, и наконец-то смог почувствовать себя немного менее напряженным.

— Фух... Как ты думаешь, это более или менее помогло?—  спросил я.

— Скорее всего, — ответил Хакуя. — Святая считает, что она чего-то добилась, я уверен.

Затем он рассмеялся.

Как и планировалось... — казалось, смех Хакуи говорил об этом.

Я пожал плечами и сказал ему:

— Хакуя, у тебя все еще злодейское лицо.

—...Пардон, — сказал он и снова принял свое обычное бесстрастное выражение лица.

Я спросил его:

— Итак, вы подготовились к встрече епископа, Соуджи, или как там его звали?

— Да. Черные коты под предводительством сэра Кагеторы уже проникли в Ортодоксальное папское государство. Я уверен, что они уже сопровождают господина Соуджи до места, расположенного недалеко от границы. Я предполагаю, что они перемесят его в королевскую столицу в течение нескольких дней.

Глядя на способность к сбору информации, которую он продемонстрировал, узнав о епископе по имени Соуджи, а также на готовность, которую он проявил, предприняв шаги по его защите, я понял, что именно такого тщательного внимания к деталям я и ожидал от нашего чернорукого премьер-министра.

— Но действительно ли вам нужно было посылать Черных котов, чтобы сопровождать его?—  спросил я.

— Судя по реакции святой, похоже, что они не решаются послать кого-то, кто может опозорить их страну в качестве епископа, — сказал Хакуя. — Чтобы заручиться нашим обещанием признать лунарианскую ортодоксию в качестве государственной религии, она приняла наши условия здесь, но по возвращении домой есть риск, что она откажется от них по  какой-то причине. Например, нам могут сказать, что Соуджи пострадал в аварии, и поэтому они пришлют кого-то другого... или еще какую-нибудь подобную историю. Вот почему я решил, что сначала «Черные коты»  отправятся и привезут его.

Пострадал в аварии... хм. В своем воображении я мог представить, как это делает ортодоксальное папское государство. Не было никакой гарантии, что он не «пропадет без вести»  в тюрьме или не «умрет от внезапной болезни, которая на самом деле была убийством». Если он принял это во внимание, то я должен отдать должное Хакуе.

— Честно говоря, я впечатлен тем, что вы можете так составлять схемы, — сказал я, поддразнивая его.

Лисия, которая стояла рядом со мной, посмотрела на меня холодным взглядом.

— Ты и сам неплохо интригуешь, не так ли, Сома? В каком-то смысле, ты обманываешь эту бедную, невинную святую.

— Не надо говорить обо мне так плохо, — сказал я. — Я не сказал ей никакой лжи.

Не было никакой лжи, когда я сказал ей, что сделаю лунарианскую ортодоксию нашей государственной религией.

— Однако мы можем работать под разными определениями того, что такое «государственная религия», — добавил я.

— Честно говоря... Все дело в том, как вы это сформулируете. —  Судя по возмущенному взгляду, брошенному на меня Лисией, у меня, должно быть, тоже было довольно злодейское выражение лица.

***

Прошло еще несколько дней после этого...

Королевский замок в королевстве Фридония объявил, что все конфессии и религии должны быть зарегистрированы государством, и что все религии, получившие признание таким образом, будут считаться государственными религиями. Другими словами, значение государственной религии в королевстве было изменено на то же самое, что и значение религиозной корпорации.

Король Сома впервые за долгое время появился в эфире программы Голос Драгоценности, чтобы обратиться к своему народу.

— В этой стране до сих пор каждый человек, каждая семья и каждая раса поклонялись любым богам, которые им нравились, — объявил он. — В дополнение к самым верующим религиям, а это поклонение Матери-Дракону и лунарианская ортодоксия, темные эльфы поклоняются богу-зверю, который, как говорят, охраняет богохранимый лес, и есть те, кто поклоняется морским и горным богам. Мы все происходим из разных рас и выросли в разных условиях, поэтому очень естественно, что все сложилось именно так.

Люди, жившие во внутренних городах, в горных деревнях и в приморских городах, кивнули в знак согласия с его словами. Они жили в разных местах, поэтому было само собой разумеющимся, что вещи, которых они боялись, и вещи, которым они поклонялись, были разными.

Изображение Сомы продолжало говорить с жителями всей страны.

— Это многорасовое государство. В нашей стране обычаи многих различных групп расплавились и смешались, создавая каждый день новые формы культуры. Я считаю, что вера должна быть такой же. Этому царству нужно не единство под одним богом. Я думаю, что это гармония, которая приходит от признания свободы людей выбирать то, во что они хотят верить. Как у вас есть существа, в которых вы верите, так они есть и у других. Я хотел бы, чтобы все вы приняли это и были терпимы. Если вы будете терпимы, я уверен, что и другие будут терпимы к вашим убеждениям.

Люди лишь наполовину поверили словам Сомы.

В этой стране, где средства массовой информации еще не были развиты, они имели ограниченные знания о других религиях. По сути, они понятия не имели, чему учат в церквях других конфессий. Поэтому они сомневались. Подозрения порождали людоедов в темных местах и превращали высушенную пампасную траву в призраков.

Даже если группа была простыми поклонниками гор, те, кто относился к ним с подозрением, могли подумать, что это тайная злая организация. Сома хорошо знал об этом.

— Что нам нужно для того, чтобы воспитать в себе эту терпимость?—  спросил Сома. — Взаимопонимание. Как бы я ни просил вас быть терпимыми к другим религиям, мы не можем принять злые религии, которые делают такие вещи, как принесение в жертву девственниц, чтобы вызвать дьяволов. Я не буду просить вас быть терпимыми к таким религиям. Однако я уверен, что со стороны трудно определить, является ли религия другого человека доброй или злой.

Здесь Сома сделал паузу и подчеркнул:

— И именно поэтому мы национализируем религию.

Он продолжил:

— Я хочу, чтобы представители каждой религиозной организации зарегистрировали свою религию в стране. Если вы сдадите экзамен, то ваша религия будет признана государственной религией, подлежащей дальнейшему изучению раз в несколько лет.

— Процесс сдачи экзамена прост. Вам нужно только пообещать не заниматься незаконной деятельностью, такой как убийство, грабеж чужого имущества или сексуальное насилие во имя своей религии.

— Причинение вреда людям, как правило, тоже запрещено, но представители некоторых религий могут заниматься членовредительством. По вопросам о конкретных деталях, например, о том, считается ли нанесение кому-то татуировки причинением вреда, обращайтесь к местным властям. Я дал им конкретные указания, например, принимать вещи, когда люди сами просят об этом, но запрещать вещи, когда их навязывают людям, которые этого не хотят, поэтому, пожалуйста, следуйте их указаниям.

— Если какая-либо религия не сможет выполнить это обязательство или откажется от регистрации, с ней будут разбираться власти, поэтому, пожалуйста, имейте это в виду. Я уверен, что нашим людям будет трудно спать по ночам, если рядом с ними будут жить люди, придерживающиеся таких опасных верований. Я хочу, чтобы вы это поняли.

Сказав все это, Сома глубоко вздохнул. Затем он продолжил, как будто обращаясь лично к каждому из своих людей.

— Наконец, я считаю, что вера - это то, что существует для живых, а не для мертвых. Чтобы не тащить с собой печаль, чтобы пережить боль повседневной жизни и прожить жизнь как хорошие люди, мы должны иметь веру.  И я молюсь, чтобы ни один человек не пострадал от этой веры.

Это было то, что Сома больше всего хотел сказать.

С тех пор, как появился Домен Владыки Демонов, у людей было много поводов для беспокойства. В такие времена религия становилась все более активной, поскольку сердца людей полагались на ее поддержку, а когда религия становилась все более активной, возникали конфликты между различными религиями и сектами. Поддержка людей превращалась в то, что им вредило.

Возможно, в Царстве было не так много людей, которые полностью понимали это. Однако его слова засели у них в голове.

Словно пытаясь изменить настроение, Сома хлопнул в ладоши.

— Ну, хватит серьезных разговоров. Теперь, когда каждая зарегистрированная религия станет государственной, у нас запланировано небольшое мероприятие. Ророа все объяснит.

— Правильно! Просто предоставь это мне!—  воскликнула Ророа.

Когда Сома отошел в сторону, рядом с ним появилась очаровательная девочка с волосами, завязанными в два хвостика.

— Здравствуйте, я бывшая принцесса Амидонии и третья невеста Сомы, Ророа. Как поживаете в королевстве Фридония?

Видя ее неиссякаемый запас веселья, жители Элфридена были ошарашены, а жители Амидонии криво улыбнулись и сказали:

— Это точно наша принцесса.

Серьезная атмосфера, царившая до этого момента, исчезла, как будто все это было ложью, и ее не было изначально. Даже король Сома был ошеломлен.

—...И в таком тоне ты это делаешь, Ророа?—  спросил Сома.

— Все в порядке, дорогой, — уверенно ответил Ророа. — Поскольку я участвую в шоу Джуны «Вместе со старшей сестрой», люди уже знают, что я за персонаж.

— Мне показалось, что выбор был довольно вынужденным, хотя...

Сома опустил свои измученные плечи. Он меньше всего походил на ее жениха и больше на старшего брата, которого изводит младшая сестра; но жители королевства чувствовали себя спокойно, наблюдая за ними.

Затем Ророа повернулась к экрану, положила руки на бедра и сказала:

— Сейчас мы собираемся сделать все религии, которые зарегистрируются у нас, государственными религиями, но у меня есть небольшая просьба ко всем вам, когда вы будете регистрироваться. Если у кого-то из вас есть интересные фестивали для ваших богов, не забудьте сказать нам, хорошо? В мире дорогого я слышала, что некоторые религиозные события превратились в национальные фестивали, и верующие и неверующие наслаждаются ими вместе. Почему бы и нам не устроить себе такой праздник в этой стране?

Ророа вскинула руки вверх, и народ одобрительно загудел. Казалось, даже если они не понимали, что она говорит, они реагировали на слово - фестиваль. Они были рады, что произойдет что-то веселое.

Кстати, сразу после этого Ророа прошептала:

— Кроме того, если мы сделаем из этого фестиваль, то деньги пойдут в дело, а это меня просто умиляет, — но ее голос был настолько низким, что заставил Сому, который был рядом с ней, только криво улыбнуться.

Ророа подмигнула экрану.

— Ну, поскольку я уверена, что просто разговоры об этом не дадут вам понять, что я имею в виду, я, должна привести вам конкретный пример. Итак, старик Соуджи, подойди сюда и объясни для людей.

— Да ладно, маленькая мисс Ророа, называть меня стариком - это слишком... —  Тот, кто появился, говоря это, был человеком, около сорока лет, с мускулистым телом. Он говорил язвительным тоном, потирая свою гладкую голову, которая была такой же загорелой, как и все его тело. — Я все еще Лунарский православный епископ, знаете ли.

Теперь, когда он упомянул об этом, на мужчине была форма  лунарского православного священника. Он носил ее свободно... Слишком свободно, на самом деле, и она была открыта и переделана почти до скандальной степени. Длинные рукава были обрезаны, а штаны и церемониальная мантия спускались только до уровня чуть ниже колен. Когда этот подтянутый и загорелый мужчина надевал наряд, он выглядел как самуэ (одежда, которую носят японские дзен-буддийские монахи, занимаясь простой физической работой).

Ророа возразила.

— Старик есть старик. Кроме того, я думаю, что для вас это чересчур - называть скоро будущую третью главную королеву «маленькой мисс» .

Это были боевые слова, и мужчина ответил тем же.

— Не добавляй сюда осьминога! Слушай сюда, маленькая мисс, вы скоро станете замужней женщиной, так что вам лучше развить хотя бы один вид переполняющей вас сексуальности.

— Что это было?! Просто смотри...  —  Ророа внезапно приняла позу и попыталась эротично застонать, но мужчина лишь усмехнулся.

Тот факт, что он посмеялся над лучшей сексуальной позой, которую она смогла показать, привело Ророа в ярость, и Соме пришлось поспешно завести ее руки за спину.

— Отпусти меня, дорогой!— кричала она. — Я сварю этого осьминога!

— Успокойся, Ророа. Я думаю это было мило, — сказал Сома и погладил ее по голове.

Ророа повернула голову, чтобы посмотреть на него.

— ...Ты серьезно?

— Конечно, ты была очень милой.

— Хм... Ну, тогда я его прощу.

И это все?! подумали люди, наблюдавшие за происходящим. Эти люди не были знакомы с комедийными номерами про мужа и жену, поэтому они не знали, что именно им показывают, но они почувствовали облегчение от того, что все разрешилось мирно.

Сома криво улыбнулся и сказал человеку в форме священника:

— Теперь, господин Соуджи, не могли бы вы продолжить объяснения?

— Как прикажете, король Сома.

С этими словами мужчина сделал один шаг вперед.

— Приветствую вас, жители Фридонии. Я - епископ, посланный православным папским государством Лунария для организации верующих в этой стране: Соуджи Лестэр.

_____________________

*Одати (яп. 大太刀, «большой меч») — один из типов длинных японских мечей. Термин нодати (яп. 野太刀, «полевой меч») означает другой тип меча, но часто ошибочно используется вместо одати.

*Кукри́, в ином написании Кхукри и Кукури (непальск. खुकुरी) — национальный нож, используемый непальскими гуркхами. Клинок кукри имеет характерный профиль «крыла сокола» с заточкой по вогнутой грани.

Конец третьего месяца 1547-го года по континентальному календарю

Священная столица Юмуэн.

Один из членов следственного суда заговорил. — С нас достаточно, епископ Лестэр.

В этот день в Юмуэн, священной столице православного папского государства, в главной церкви, которая была центром православной веры, проводилось дознание по делу некоего человека.

Человека, стоявшего в темной комнате в окружении членов следственного суда, звали Соуджи Лестэр. Он был епископом.

Для приверженцев лунарианской ортодоксии предстать перед членами следственного суда было то же самое, что предстать перед судьей, имеющим право объявить о невиновности или виновности. Если бы его отлучили от церкви здесь, он лишился бы всех защит и прав, которые предоставляла ему эта страна. В этой стране перестать быть членом веры означало поставить себя в положение, когда тебя могут убить, и никто не будет жаловаться.

Однако, несмотря на то, что Соуджи был на суде, он не казался ни капли напряженным. На самом деле, он нагло улыбался и, казалось, даже наслаждался своим положением. В ответ на его поведение один из членов следственного суда подал жалобу.

— Понимаете ли вы всю серьезность вашего положения,  за что вас вызвали сюда? — сказал он угрожающим тоном.

Однако смелая улыбка Соуджи не дрогнула.

— Да. Здесь судят, будет ли член веры отлучен от церкви или нет. Если бы они поступили неправильно, любой бы дрожал от страха перед этим местом. Однако мне нечего стыдиться, и поэтому я спокоен. — Мужчина говорил вежливо, но его отношение казалось насмешливым.

— Как вы смеете...—  С таким выражением лица, словно он укусил что-то неприятное, член суда просмотрел документы, которые держал в руках. — Ваши проступки непростительны. Леди Лунария сказала, что «Если священнослужители не живут в почетной бедности, верующие не будут их слушать.» Однако вы, похоже, поступаете наоборот.

— Что? Разве я не кажусь вам бедным? —  сказал Соуджи, расправляя свою священническую одежду, чтобы они могли видеть. Его одеяние было обрезано на рукавах и ниже колен, что делало его похожим на самуэ. — Я ношу эту никудышную одежду и живу в ветхой лачуге на окраине города. Если это не жизнь в почетной бедности, то что это? Если уж на то пошло, то все вы здесь носите более красивую одежду и живете в лучших домах, чем я.

—...Однако мы слышали, что вы получаете значительные пожертвования от последователей, — настаивал член суда.

Соуджи пожал плечами.

— Конечно, у меня нет причин отказываться от того, что мне предлагают.

— Как вы смеете так говорить! Для чего вы берете пожертвования верующих?

— Если бы я использовал их пожертвования, чтобы откормить себя, то это было бы грехом, — сказал Соуджи. — Но только посмотрите на эти мышцы. У меня идеальный пресс. Соуджи снял свою майку, чтобы продемонстрировать пресс.

Когда он продемонстрировал свое тело, которое, трудно было поверить, принадлежит священнослужителю, и начал боксировать с тенью, члены суда на мгновение остолбенели, но быстро покраснели и рассердились на него.

— Мы не об этом говорим! — закричал один из членов суда, хлопнув руками по столу, но Соуджи, казалось, совершенно не волновался.

— Я готов поспорить. У вас ведь тоже есть довольно толстый кардинал.

Когда Соуджи бросил на них взгляд, члены суда на мгновение потеряли дар речи.

Упомянув толстого кардинала, он, скорее всего, имел в виду кардинала Голда. Его пухлое тело было непростительно для священнослужителя. На самом деле, следственный суд уже знал, что большая часть пожертвований, собранных Соуджи, шла кардиналу Голду. Другими словами, Соуджи намекал, что они должны давить не его, а кардинала.

Однако в православии кардиналы по рангу стояли рядом только с папой. Он был недосягаем для суда. Если они собирались вынести ему порицание, то для этого нужен был сам папа или единогласное решение остальных кардиналов. Папа также может быть смещен единогласным решением кардиналов, поэтому ни один из них не хотел создавать прецедент для собственного смещения. Именно так кардиналу Голду удалось удержаться на своем посту, несмотря на свою непопулярность.

Следственный суд хотел надавить на Соуджи, который был связан с кардиналом Голдом, чтобы подтолкнуть Папу к порицанию кардинала, но Соуджи находился под защитой кардинала. Если бы они попытались вынести необоснованное решение против Соуджи здесь, члены суда могли бы подвергнуться порицанию со стороны кардинала Голда за превышение своих полномочий. Поэтому вероятность отлучения Соуджи от церкви из-за вопроса о пожертвованиях здесь всегда была нулевой. Именно поэтому его самообладание не подвело его.

Следственный суд решил сменить направление.

— Кроме того, мы получили сведения о том, что вы каждую ночь переходите из паба в паб.

— Разве это грех - пить? Я думал, что вино священно.

— Все же есть ограничения.

— Ну, извините, — сказал Соуджи. — Многие из тех, кто приходит послушать мою проповедь, - пьяницы. Они просят меня прийти в бар, а не в церковь, так что получается, что в итоге я выпиваю слишком много.

Кстати, когда Соуджи выступал со своими проповедями в пабах, он делал это на вечеринках...

— Леди Лунария однажды сказала: «Живи сегодняшним днем и будь благодарен за него». Ваше здоровье!

...и все, что он делал, это цитировал какое-нибудь священное писание как часть тоста. Он пользовался большой популярностью у ленивых верующих, потому что (они эгоистично полагали, что) слушать его там было так же добродетельно, как ходить в церковь и слушать скучные проповеди священника в день отдыха.

Следственный суд казался раздраженным, поэтому они снова сменили угол атаки.

— Это еще не все! Я слышал, что у вас есть проститутка, которая часто посещает ваш дом! Разве вам не должно быть стыдно за это, как представителю духовенства?!

— О боже, — сказал Соуджи. — Вы хотите сказать, что женщины в некотором роде нечисты? В таком случае, все вы здесь, откуда вы родились в этот мир? Конечно, вы не хотите сказать, что выросли на полях? Если так, то вы никогда не смогли бы есть овощи. Вы бы ели своих братьев и сестер.

— Хватит бредить бессмысленной софистикой! Единственная, кого мы должны по-настоящему любить и уважать - это Леди Лунария. Вот почему, даже пройдя все необходимые процедуры для вступления в брак, благочестивые верующие все еще испытывают чувство вины перед леди Лунарией. Непростительно, что вы встречаетесь с проституткой!

Члены суда совсем растерялись, но Соуджи захихикал.

— Я не знаю об этом. Наша госпожа Лунария сказала следующее: «Верующие должны быть честны с другими». Для нас, как для живых существ, вполне естественно хотеть обнимать женщин. Это потому, что госпожа Лунария создала нас такими. Между теми, кто, несмотря на брачные обеты, скрывает свое положение в духовенстве и тайком посещает проституток, и мной, который открыто приглашает их к себе, я задаюсь вопросом, кто из нас честнее!

Соуджи заявил об этом так гордо, что члены суда растерялись. Если вдуматься, это был пустой спор, но Соуджи говорил такие глупости с такой серьезностью, что члены суда не могли вымолвить ни слова.

Воспользовавшись тишиной, Соуджи долго и увлеченно рассказывал о красоте женского тела (особенно груди). Бессмысленность всего, что он хотел сказать, уже разрушила атмосферу заседания.

—...Достаточно, — огрызнулся, наконец, один из членов следственного суда. — В будущем будьте более осторожны в своих действиях.

В итоге суд был распущен, так и не сумев ничего сделать с Соуджи.

Выйдя из комнаты, Соуджи шел по коридору, напевая себе под нос, когда мимо него прошла молодая монахиня. Это была необыкновенно красивая девушка с серебряными волосами, завязанными в два хвоста.

Этот наряд... Это одна из молодых святых, проходящих обучение, да? — подумал Соуджи, глядя на девушку.

Он не смотрел на нее как-то особенно странно. Соуджи нравились сладострастные девушки постарше, поэтому красотка перед ним ничуть не возбуждала его аппетит, и он смотрел на нее только из невинного любопытства.

Однако сереброволосая девушка, которая шла без выражения, как будто почти не испытывала эмоций, слегка нахмурила брови, когда увидела Соуджи. Затем, когда они прошли мимо друг друга, она отвернулась, чтобы не смотреть на него, и пошла дальше более быстрым шагом.

Увидев это, Соуджи почесал затылок и криво усмехнулся. ...Боже правый. Похоже, кто-то меня ненавидит.

Этот человек, Соуджи. Несмотря на свою неряшливость, он пользовался странной популярностью у мужчин всех возрастов и пожилых женщин. С другой стороны, молодые девушки ненавидели его.

Что ж, наверное, слишком многого ожидать от такой юной особы, как она, чтобы оценить переполняющее старика взрослое обаяние, подумал Соуджи, оправдывая себя, поглаживая покрытый щетиной подбородок.

***

Примерно через две недели после этого...

В ту ночь Соуджи находился в неком квартале удовольствий в священной столице Юмуэн.

Юмуэн можно было бы назвать Меккой лунарианской ортодоксии, но пока там жили люди, там был квартал развлечений, где они могли пить алкоголь и дурачиться с женщинами. Хотя в квартале развлечений не было видно священнослужителей, они, вероятно, были в обычной одежде и смешивались с обычными посетителями. Пожалуй, только один священнослужитель был достаточно смел, чтобы прийти сюда и валять дурака в своей (уже измененной) форме священника, и это был Соуджи.

Единственная причина, по которой большая часть пожертвований, собранных Соуджи, шла кардиналу Голду, заключалась в том, чтобы защитить этот его свободный образ жизни. У самого Соуджи не было желания иметь большие деньги. Чтобы жить свободно в этом городе ханжей, ему нужна была мощная поддержка.

Когда Соуджи шел по улице, пьяный старик, выпивавший перед одним из магазинов, окликнул его.

— Эй там, провинившийся епископ. Как дела?

Соуджи повернулся к старику и помахал рукой.

— Привет, папаша. Спасибо за все пожертвования.

— Ну, не то чтобы на меня кто-то еще рассчитывал, — сказал старик. — Если страна заберет все это, когда я умру, я лучше использую их для своего собутыльника.

— Ха-ха-ха, — засмеялся Соуджи. — Рад за тебя. Давай как-нибудь снова выпьем.

Он распрощался со стариком, и не успел он пройти и десяти шагов, как его окликнула пожилая дама в изысканной одежде.

— Что, вас еще не уволили? Я не знаю, зачем леди Лунария сделала епископом такого человека, как вы...

— Эй, мне показалось, что я слышал чьи-то гадости, но это всего лишь вы, бабуля, — проворчал в ответ Соуджи. — Вы все еще брыкаетесь? Вы уверены, что леди Лунария не пытается сказать вам, чтобы вы держалась от нее подальше?

— Хмф! Если я умру раньше вас, вы будете молиться за меня? — отмахнулась она. — Если за меня будет молиться такой ужасный монах, как вы, то я заблужусь по дороге в царство мертвых! А я этого не хочу!

— Ха-ха-ха. Ну, тогда живи как можно дольше.

Они говорили друг другу ужасные вещи, но оба были так оживлены. Это был такой разговор, который они могли вести, потому что так хорошо знали друг друга.

Затем его окликнула женщина в откровенной одежде.

— Су, малыш, ты в последнее время не выходишь поиграть. Понимаешь, девочки в магазине скучают по тебе.

— Хорошо, я зайду в следующий раз, когда представится возможность, — пообещал Соуджи.

— Ты так говоришь, но до меня дошли слухи, что ты нашел себе кого-то особенного.

— Хех, ты думаешь, любая женщина подойдет ко мне с такой головой? —  Когда он сказал это и хлопнул себя по макушке своей гладкой, загорелой головы, все вокруг разразились смехом.

В главной церкви к нему относились как к зануде, но здесь, в квартале удовольствий, Соуджи был популярным парнем.

Прогуливаясь таким образом по кварталу развлечений, Соуджи вдруг остановился. Затем, повернувшись, он заговорил в направлении темного переулка.

— Почему бы вам просто не выйти и не показать себя? Я не люблю, когда парни ходят за мной по пятам.

Когда он это сделал, из темноты вышел человек, изображавший из себя паломника, все тело которого было закрыто грязным плащом с капюшоном. Его лицо было закрыто капюшоном, но из-под него виднелся заостренный нос звероподобного мужчины.

Мужчина поклонился Соуджи, не откидывая капюшона.

— Прошу прощения за это. Когда вы заметили?

— Вы следили за мной с тех пор, как я вошел в квартал удовольствий. Я бывший искатель приключений, и обнаружение врагов было одной из моих ролей в команде. Я чувствителен к присутствию других.

— А что такой человек, как вы, делаете в качестве епископа? — спросил зверочеловек в капюшоне.

— Однажды я напортачил в подземелье и сильно пострадал. Это было в этой стране, и пока я помогал старому епископу, который заботился обо мне... Все произошло само собой. Тогда я установил связь с верующими, и поддерживаю ее с тех пор, как старик скончался.

— Понятно...—  Человек в капюшоне удовлетворенно кивнул, затем подошел к Соуджи. Затем, засунув руку в карман, он попытался что-то вытащить.

Соуджи приготовился, думая, что это оружие, но, увидев протянутый предмет, напрягся. В руках у мужчины была бутылка дорогого вина.

— Я хотел бы выпить с вами. Где-нибудь в тихом месте, если возможно.

...Хм.

Этот человек не был похож на убийцу, посланного кем-то из высших чиновников церкви, которые хотели избавиться от него, поэтому Соуджи ослабил бдительность. В этой стране было не так много зверолюдей. Если он не был убийцей, нанятым церковью, то этот человек, скорее всего, прибыл из другой страны. Какое дело может быть у иностранца к нему?

Соуджи рассмеялся.

— Ну что ж, тогда вы хотите вернуться ко мне?

Человек в капюшоне ответил:

— Да, подойдет.

И вот они вдвоем шли по ночному рынку.

***

Соуджи жил в ветхом доме на окраине Юмуэн.

Когда они вошли в темную комнату, в которой никого не было, нос человека в капюшоне дернулся.

— Этот запах...

— Воняет? —  со смехом спросил Соуджи, зажигая свечи. — Я человек, живущий сам по себе, так что извините за это. Ну, просто постарайтесь смириться с этим.

— Нет, я думаю, что это место хорошо сохранилось.

На самом деле, для такого легкомысленного и открытого человека, как Соуджи, комната была тщательно убрана. Не было ни мусора, ни пыли, скопившейся в углах. Больше всего внимание мужчины привлекло...

— Этот запах... лекарства?

Когда человек в капюшоне указал на это, Соуджи перестал смеяться. Он некоторое время смотрел на мужчину, а потом, словно сдаваясь, пожал плечами.

— У вас хороший нюх.

— Да, у нас, зверолюдей, довольно острые носы по сравнению с людьми. Мужчина откинул капюшон, открыв морду волка. Он склонил голову.

— Я известен как Инугами. Рад знакомству с вами.

Соуджи поднес руку к подбородку и спросил:

— Я не против нашего знакомства, но... это ваше настоящее имя?

— Как вы уже догадались, это псевдоним.

— Конечно, псевдоним. Если парню приходится скрывать свою личность, чтобы пробраться в страну, он никак не может честно назвать мне свое настоящее имя, логично же?

Пока он это говорил, Соуджи готовил все необходимое, чтобы они могли выпить. На узком столике он поставил два стакана, хлеб и сыр. Двое мужчин сели за стол напротив друг друга и начали с непринужденного тоста.

Соуджи налил в стаканы содержимое бутылки, полученной от Инугами, и, потягивая понемногу, спросил:

— Итак, откуда вы?

— Эльфриден... хотя, наверное, сейчас я должен сказать, что из королевства Фридония.

— Место, где королем является герой из другого мира?

Служение в качестве епископа в замкнутой среде, такой как церковь, обычно делает человека немного невежественным в отношении событий во внешнем мире, но даже Соуджи слышал слухи о короле-герое Эльфридена. Ему уступили трон сразу после того, как он был призван, затем он вывел королевство Эльфриден из постепенного упадка, устранил угрозы своему правлению со стороны как внутренних, так и внешних сил, а теперь он даже присоединил княжество Амидония, превратив свою страну в державу, способную противостоять даже Империи.

Даже просто услышав об этом, можно было подумать, что это достижения человека с множеством талантов, но о личном вкладе короля Сомы во все это было сказано мало. В других странах только и слышали, что о серебряном капитане королевской гвардии и рыжеволосом капитане ударного отряда из армии, о премьер-министре в черной мантии и боге еды Исидзуке из бюрократии, и обо всех других людях, творящих великие дела вокруг него.

Если бы они могли видеть трансляции Голоса Драгоценности, все могло бы быть иначе, но единственное достижение короля Соума, о котором говорили в других странах, заключалось в том, что у него хватило мудрости нанять этих людей. Поэтому Соуджи не знал, как судить о короле-герое.

— Сама страна, кажется, процветает, но что за человек ваш король? —  спросил Соуджи.

— Ну... я и сам не очень-то его понимаю.

— Да ладно...

— Его боевые способности ничем не отличаются от способностей простых людей, — сказал Инугами. — Даже с обучением он будет лишь на уровне рядового солдата. Что касается его способности командовать, он оставляет это своим подчиненным, так что я не могу сказать. Похоже, что у него хорошая степень изобретательности, но он использует ее для создания новых систем для страны и для других вещей, которые не сразу заметны.

— По-моему, он не так уж и хорош, — сказал Соуджи.

Инугами усмехнулся.

— Однако, если я могу сказать о нем что-то одно, то это то, что те, кто недооценивает Его Величество, всегда оказываются в неприятной ситуации. Даже святая лунарийской ортодоксии не стал исключением.

— Святой? Неужели кто-то из высших чиновников что-то сделал?

Инугами рассказал Соуджи о том, что только что произошло.

Он упомянул, что православное папское государство предложило Королевству Фридония сделку, в которой они назовут короля Сому «Святым Королем» в обмен на то, что лунарское православие станет их государственной религией. Из-за опасности того, что они подстрекают последователей лунарианской ортодоксии в стране к восстанию, королевство оказалось в таком положении, что ему было трудно отказаться.

В ответ на эту ситуацию король Сома отказался от титула святого короля и решил признать Лунарскую ортодоксию «государственной религией». Затем Сома обратился ко всем религиям страны, уведомив их о своем намерении: «Каждая религия, которая зарегистрируется и пройдет проверку страны, будет признана государственной религией», тем самым заявив, что религии, действующие в стране, в будущем будут находиться под его управлением.

Соуджи сначала немного опешил, но вскоре разразился восторженным смехом.

— Ха-ха-ха, молодец! Интриги высших чиновников точно не удались!

В каком-то смысле он смеялся над тем, как победили его соотечественников. Затем, осушив бокал, он поставил его на стол.

— Хм... Но будут ли высшие чины действительно молчать после этого? Эти ребята настойчивы. Даже если вы пока выиграли немного времени, они скоро придумают новый ход, как думаете?

— Да, — сказал Инугами. — Это было то, о чем Его Величество также беспокоился. Это подводит нас к этому. — Он достал из кармана письмо и протянул его Соуджи. — Это письмо адресовано вам от премьер-министра Хакуя.

— Мне?

— Если вы прочитаете его, я думаю, вы поймете, почему, но наш премьер-министр хочет, чтобы вы приехали в королевство и стали епископом, который управляет православными верующими там.

— Я как епископ королевства...—  Когда Соуджи бегло просмотрел письмо, он обнаружил, что в нем в вежливой форме было написано примерно то же самое, что и сказанное Инугами. Он дочитал письмо и положил его на стол. — Это имеет смысл. Другими словами... поставив такого продажного человека, как я, своим епископом, вы хотите отделить последователей лунарианской ортодоксии в королевстве от последователей ортодоксального папского государства.

Когда Православное Папское Государство давало указания своим последователям в других странах, они сначала проходили через местного епископа, который представлял верующих в этой стране. Оттуда этот епископ передавал указания родины отдельным церквям по всей стране. Таким образом, если бы царство могло заполнить место епископа человеком, не очень лояльным к родине и главной церкви, которого можно было бы легко переманить на свою сторону, то можно было бы перекрыть любые указания с родины.

Понятно. Они все хорошо продумали, подумал Соуджи.

— Это был план короля? Или премьер-министра? — спросил он.

— Это был план премьер-министра пригласить вас, господин Соуджи.

— Понятно. Они оба хитрые... Нет, они полные мошенники.

Соуджи скрестил руки и задумался.

Это правда, наверное, нет никого, кто бы подходил под их критерии лучше, чем я. Ходят слухи, что кардинала Голда тоже скоро исключат. Если этот жадный кардинал пойдет ко дну, я знаю, что следственный суд воспримет это как повод для порицания меня. Когда это произойдет, настанет время платить по счетам. Так что сейчас не самое плохое время для меня уехать из страны... Но все же...

У Соуджи было одно беспокойство.

— Что будет, если я откажусь?

— Мне трудно это сказать, но это было бы неразумно, — сказал Инугами. — Мы уже попросили святого передать наше желание взять тебя под опеку в высшие эшелоны Православного Папского государства. Я уверен, что те, кто здесь командует, не захотят видеть вас представителем лунарианской ортодоксии для всех, кто живет в королевстве, поэтому...

...Значит, я в опасности. Соуджи вздохнул, услышав замечание Инугами.

— Ну, давай. У меня с самого начала не было выбора.

— Мне очень жаль, — сказал Инугами. — Однако, если вы согласитесь, мы безопасно сопроводим вас в королевство, гарантируя, что вам не причинят ни малейшего вреда.

— Проблема не в этом...—  Соуджи сильно почесал в затылке. Подумав некоторое время, он посмотрел Инугами прямо в глаза, как будто принял решение, а затем спросил. — Я, кажется, помню, вы говорили, что король Сома помешан на сборе талантливых кадров, так?

— Я бы не согласился с тем, что вы называете его сумасшедшим, — сказал ему Инугами. — Разве это не естественная обязанность любого правителя - искать далеко и широко отличные кадры для службы под его началом?

— Ооо, простите, если я вас обидел. Я не хотел оскорбить вашего короля. Просто... Я хотел проверить, действительно ли король Сома нанял отличных людей. Неважно, кто этот человек, если у него есть какой-то дар, будет ли он его использовать?

Когда Соуджи спросил его об этом с серьезностью, не свойственной ему, судя по их общению до этого момента, Инугами задумался и ответил.

— Ну... это только мое личное мнение, но я считаю, что Его Величество принимает решения, основываясь на том, есть ли у человека дар или нет. Он не зацикливается на расе, возрасте, поле, истории или внешности, и ищет таланты среди широкого круга людей.

— Правда? Это относится даже к тому, кто объявлен лунарианской ортодоксией «ведьмой»?

— «Ведьма»? —  Инугами повторил зловеще звучащее слово с вопросительным взглядом.

Дверь внезапно распахнулась. Когда Инугами обернулся, там стояла женщина в яркой цветной ткани, накинутой на голову.

Носить простую одежду с красивой тканью на голове было признаком проститутки в этой стране. Сначала проститутки закрывали лицо тканью, чтобы их не заметили, когда они входили в дом мужчины, но когда к этому добавилось тщеславие, они стали носить более яркие ткани.

Когда вошедшая женщина заметила присутствие Инугами, она сказала:

— Вижу, вы были заняты разговором. Я прошу прощения за свою грубость.

Она склонила голову и сразу же собралась уходить.

Соуджи остановил ее прежде, чем она успела уйти.

— Подожди, Мерула. Тебе не стоит беспокоиться об этом парне. С ним все в порядке.

Женщина остановилась, затем медленно повернулась.

—...Он правда такой?

— Да. Если что, он на стороне тех, кто борется с этой страной.

Проститутка выглядела ошеломленной.

— Ты должен быть епископом этой страны, Соуджи...  Почему ты пьешь с таким человеком? —  сказала женщина, опустив плечи. Затем она подошла к столу и села на свободный стул. Пока Инугами оставался в замешательстве, она сняла с себя одежду. Когда она это сделала...

— Что?! —  воскликнул Инугами.

Из-под ткани показалась красивая женщина двадцати с небольшим лет с белой кожей, бледной настолько, что она просвечивала, золотистыми волосами и заостренными ушами.

Эти заостренные уши были признаком эльфа. Кроме них, в ней выделялась еще одна черта: Ее глаза были рубиново-красными.

— Высший эльф... Нет, не может быть! Неужели это действительно она? —  Инугами задохнулся.

Глубокие малиновые глаза были характерны для высших эльфов. Эльфы и темные эльфы не любили контактировать с другими расами, но в многорасовых государствах, таких как Королевство Фридония, были люди, которые жили вперемешку с другими расами. Некоторые из них даже женились на представителях других рас и имели детей. Камердинер Сомы Маркс был полуэльфом, родившимся от родителей - светлого эльфа и человека.

Однако высшие эльфы были еще более категоричны в своей ненависти к контактам с другими расами. Из-за этого высшые эльфы жили только в своей собственной стране, Королевстве Духов Гарлана, которое располагалось на двух островах, большом и малом, к северо-западу от континента, и куда другим расам вход был запрещен.

Высшие эльфы также занимались своей собственной уникальной формой поклонения духам, из-за чего они имели меньше всего общего с теократией вроде ортодоксального папского государства Лунарии.

Именно это так потрясло Инугами. Он не мог поверить, что здесь, в стране, которая была центром другой веры, он видит высшего эльфа, одетого в костюм проститутки.

Увидев, что Инугами растерялся, Соуджи криво улыбнулся и положил руку на голову высокому эльфу.

— Позвольте мне представить ее. Это Мерула Мерлин. Как вы уже заметили, она - высший эльф. Я знаю, что она не выглядит таковой, но она старая женщина, прожившая в два раза дольше меня, так что будьте осторожны.

— Как грубо, — возмущенно сказала Мерула. — Для высшего эльфа сто лет - это то же самое, что для человека чуть меньше двадцати, понимаете? В Царстве Духов, если бы я сказала людям, что мне сто лет, они бы отнеслись ко мне не более чем к ребенку.

Затем она начала непринужденно беседовать с Соуджи.

— Хм... а какие у вас двоих отношения? — сумел выдавить из себя все еще недоумевающий Инугами.

Мерула и Соуджи посмотрели друг на друга.

— Кто мы...? Может быть, соседи по дому? —  спросила Мерула.

— Нет, нет, я хозяин дома, — ответил Соуджи. — Я выступаю здесь в роли твоего опекуна.

— Погоди! Кто за кем здесь присматривает?! Если я не убираю за тобой, ты оставляешь вещи повсюду! —  крикнула Мерула.

— Ты просто слишком чувствительна к таким вещам!

Вдвоем они затеяли нечто похожее на ссору между супругами средних лет.

Инугами сжал виски, а затем потребовал объяснений.

— Могу я попросить вас начать с самого начала... и объяснить, что здесь делает такой высший эльф, как госпожа Мерула?

— Хм? О, простите, простите. Когда Соуджи успокоился, он скрестил руки и посмотрел на Мерулу. — Ты не против, если я объясню?

— Хм... Пожалуйста, объясни.

И вот, с разрешения Мерулы, Соуджи начал рассказывать ее историю.

Высший эльф Мерула родилась около ста лет назад в стране высших эльфов, Королевстве Духов Гарлан. Домен Владыки Демонов в то время еще не появился, поэтому Высшие эльфы защищали два острова, составлявших их Королевство Духов Гарлан, один большой и один маленький, и жили без контактов с другими расами.

Несмотря на то, что Мерула была одной из тех высших эльфов, которые были замкнуты и не интересовались внешним миром, она была полна любопытства. С раннего возраста она интересовалась всем, что попадалось ей на глаза, и расспрашивала взрослых о том, что это такое. Когда она стала достаточно взрослой, чтобы думать самостоятельно, и начала видеть, что взрослые лгут, чтобы скрыть это, когда они чего-то не знают, ей захотелось пойти и найти правду самостоятельно. И так, она провела двадцать лет, изучая различные вещи.

Примерно в то время, когда она стала полноценным исследователем, она столкнулась с великой тайной.

Что это были за духи, которым поклонялись высшие эльфы?

Высшие эльфы считали себя расой, которую любят духи. Доказательством этого, по их словам, служила могущественная магия, которую могли использовать Высшие эльфы.

Высокородные эльфы умели использовать мощную магию, которую среди других рас могли использовать только те, кого называли магами, и делали они это так, словно в этом не было ничего особенного. Это было доказательством того, что духи всегда были на стороне высших эльфов, давая им свою силу... или так они рассуждали.

Мерула сомневалась в их поклонении духам.

Это правда, Высшие эльфы могут использовать сильную магию, думала она. Но действительно ли это благодаря духам? Как мы можем верить в духов, которых мы не видим?

Были люди, которые утверждали, что видели духов. Однако все их рассказы были полной чепухой, на уровне: «Я видел своих умерших бабушку и дедушку, стоящих у моей кровати».

Кроме того, живя в стране, где запрещен въезд всем, кроме высших эльфов, даже если высшие эльфы могли использовать сильную магию, как они могли с уверенностью сказать, что духи даруют свои благословения только высшим эльфам?

Вполне вероятно, что духи могли бы благословить представителей других рас. С другой стороны, что если высший эльф покинет острова? Если духи всегда будут на их стороне, даже если они покинут остров, они должны иметь способны использовать сильную магию.

Так и не проверив это, высшие эльфы просто слепо верили, что они - народ, любимый духами, и Мерула не могла с этим смириться. Ее знания не могли быть полными на островах. Только отправившись во внешний мир и впитывая знания из разных источников, она могла приблизиться к истине.

Мерула стала думать именно так, и в свой пятидесятый день рождения она покинула острова. Изменив цвет глаз с помощью магии, она приняла облик светлого эльфа-авантюриста, путешествуя из страны в страну и впитывая все новые знания. В ходе этого процесса она кое-что поняла.

Как только она покинула Королевство духов, сила магии Мерулы упала.

Было ли это потому, что «высшие эльфы могут проявлять свою силу только в Королевстве духов», «или потому что, покинув Королевство духов, Мерула потеряла защиту духов», она не знала. Если бы ее сила вернулась, когда она была в Царство Духов, она смогла бы с большой вероятностью доказать, что это было первое, но тех, кто покидал Царство Духов, считали предателями. Если бы она вернулась, ее бы убили без вопросов, поэтому она не смогла проверить это.

Давайте вернемся к теме.

Мерула продолжала свои путешествия, и ее внимание привлекло православное папское государство Лунария, которое имело уникальную веру, как и ее собственный народ.

Королевство духов поклонялось духам, существование которых они не могли доказать. А как же ортодоксальное папское государство, поклонявшееся богине Лунарии? Существовала ли эта леди Лунария и луналит, на котором, как говорили, были высечены ее пророчества, на самом деле?

Если бы ей удалось выяснить отношения между ортодоксальным папским государством, леди Лунарией и луналитом, возможно, она смогла бы понять связь между Царством Духа и поклонением духам. С этой мыслью Мерула пробралась в главную церковь Лунарийской ортодоксии, чтобы увидеть Луналит, который, как говорили, точно там находится.

— Подождите, пожалуйста. Инугами прервал рассказ. — Вы же не хотите сказать, что госпоже Меруле удалось пробраться в главную церковь? Это место славится своей строгой охраной. Это не то место, куда дилетант мог бы пробраться в одиночку.

— Ну, вы правы, но...—  сказал Соуджи, почесав затылок, а затем положил руку на голову Мерулы. — Обычно это было бы сложно, но... Мерула обладает особой способностью.

Соуджи ткнул рукой в голову Мерулы и надавил на нее, пытаясь убедить ее сделать что-нибудь.

Мерула раздраженно отмахнулась от его руки, а затем что-то прошептала. В следующее мгновение Мерула исчезла.

— Что?! —  воскликнул Инугами.

Все это время она была рядом, но теперь он нигде не мог разглядеть ее следов. Однако обоняние Инугами уловило запах Мерулы. Он не мог ее видеть, но она определенно была там.

Наблюдая за тем, как Инугами беспокойно озирается по сторонам, Соуджи рассмеялся и положил руку на то место, где всего несколько мгновений назад была Мерула.

— Я уверен, что это выглядит так, будто она ушла, но Мерула не сдвинулась с места. Если я прикоснусь к ней, то смогу сказать, что она определенно все еще... а?!

Соуджи внезапно упал со стула. Инугами напрягся, соображая, что происходит, как вдруг Мерула снова появилась с сердитым выражением лица и вытянутым кулаком. Должно быть, она выбила его из кресла.

— Не пользуйся ситуацией, чтобы попытаться схватить меня за грудь, ты, сексуальный маньяк! —  крикнула Мерула упавшему Соуджи.

— Ой... Твоя грудь? Я думал, это твоя спина... аааа!

— Извини, что я недостаточно фигуристая!

К тому времени Соуджи уже топтали ногами.

Инугами был ошарашен, но все же смог спросить:

— Госпожа Мерула может исчезнуть?

— Да. Именно так, — подтвердила Мерула. — Я сама не очень понимаю, как это работает, но я могу сделать так, чтобы цвета моего тела и одежды сливались с окружающей средой. Когда я была в Царстве Духов, я могла заставить исчезнуть и окружающих меня людей, но... сейчас просто исчезнуть самой - это лучшее, что мне удается.

Соуджи ожил и добавил:

— Она похожа на ящерицу, да? — поддразнивая ее, за что получил еще один пинок. Однако, по сравнению с цветовой мимикрией ящериц, ее способность была идеальной.

Если бы здесь был Сома, он мог бы указать на то, что способность Мерулы контролирует преломление света, и что она создает идеальный оптический камуфляж. Но, к сожалению, никто из присутствующих не мог сделать такое замечание.

Соуджи вернулся в кресло и сказал:

— В любом случае, — пытаясь вернуться к теме. — Ее способности позволили ей проникнуть в главную церковь и добраться до Луналита.

— Даже если вы можете исчезнуть, они должны были почувствовать ее присутствие и учуять ее, — сказал Инугами. — Я впечатлен, что она прошла весь этот путь.

— Я уверен, что отчасти это была удача, но это также место, куда нет доступа никому, кроме Его Святейшества и кардиналов, — объяснил Соуджи. — Охрана на входе очень строгая, но как только вы попадаете внутрь, вас вряд ли обнаружат. Мерула пробралась внутрь, когда Его Святейшество и кардиналы уже уходили. Учтите, из-за того, что она пробралась внутрь, охрана была значительно усилена.

Он пристально посмотрел на Мерулу, и она неловко отвела взгляд.

Как могла одинокая женщина в одиночку совершить такое безумие? Инугами был ошеломлен.

— Вы сказали, что охрана была усилена. Значит ли это, что ее обнаружили?

— Да, — сказал Соуджи. — Она могла обмануть их глаза, но она должна была пойти и прикоснуться к Луналиту. Когда она это сделала, похоже, она увидела оракула.

Согласно рассказу Мерулы, Луналит находился в огромной комнате, лишенной всяких признаков жизни.

Помещение было тускло освещено, а в центре этой комнаты с высоким потолком находилось то, что выглядело как монумент из черного камня. Его высота составляла пять или шесть метров, ширина - два метра, а длина - менее метра.

При ближайшем рассмотрении Мерула заметила, что от каменного монумента исходит бледный свет.

Так это и есть Луналит... — подумала она. Он действительно существует.

Это объект поклонения в лунарианской ортодоксии, на котором, как говорили, были высечены письмена Лунарии. И хотя она предполагала, что так и будет, увидев, что он действительно существует, Мерула обрадовалась. Немедленно переключившись в режим исследователя, она начала наблюдать и анализировать луналит.

В настоящее время, хотя предмет излучает свет, на нем не появилось никакого текста, подумала она. Однако в лунарианской ортодоксии считается, что оракулы лунной богини Лунарии спускаются к ним через Луналит.

Когда Мерула находилась в режиме исследования, ее мысли становились настолько аналитическими, насколько это вообще возможно для исследователя. Даже женственность исчезала из ее слов, и она начинала составлять предложения так, словно они были частью научной работы, убирая все лишнее.

Мерула обвела взглядом Луналит.

Гипотеза: Письмена Лунарии высечены в Луналите, подумала она. Если эта гипотеза верна, то письмена Лунарии каким-то образом высечены в Луналите. Неясно, в какой форме - письменной или изобразительной - высечены письмена. Если эта гипотеза ложна, то письмена не будут высечены в Луналите. В этом случае можно предположить, что они установили этот фосфоресцирующий объект, который казался им значимым, в качестве Луналита, и что лунарианская ортодоксия использует его для поддержки своего авторитета... но...

Задумавшись так далеко, Мерула покачала головой.

Можно предположить, что вероятность этого невелика. Метод слишком извилист, чтобы это могло быть способом укрепления их власти. Если бы они собирались увековечить памятник, который на самом деле не принимает оракулов (голос бога), было бы гораздо проще заявить, что это некий инструмент, используемый Лунарией. На самом деле, есть много подобных примеров, когда другие религии поступали именно так.

Мерула обошла вокруг, чтобы встать перед Луналитом.

Давайте проверим, верна ли гипотеза. В этом случае, в общих чертах, есть две схемы, на которые ее можно разделить:

Схема 1: Оракулы передаются периодически или через случайные промежутки времени.

Схема 2: Получатель оракулов выполняет некую операцию, чтобы их получить.

Мерула смотрела на предмет, ее глаза были совершенно спокойны, пока она размышляла об этом.

В случае схемы 1  - Папа или другие подобные получатели не могут получать оракулы в то время, которое они сами выберут. В этом случае они будут отражать волю богини Луны Лунарии.

В случае с пунктом 2   - Папа и другие могут получать оракулы в то время, которое они выберут. В этом случае можно предположить, что богиня Луны Лунария не является существом, которое постоянно влияет на своих верующих.

Затем Мерула медленно протянула руку к Луналиту.

Луналит излучает свет. Можно предположить, что это означает, что Луналит находится в активном состоянии. Если каким-то образом я смогу получить озарение, то вероятность появления пункта 2 возрастет. Думаю, так оно и было бы.

Сознание Мерулы вернулось из моря мыслей, и она коснулась Луналита. Мгновение спустя...

— Ах!

Луналит вдруг засиял ярче, и на его черной поверхности появилось несколько золотых линий. Мерула удивленно отпрыгнула назад, но когда она успокоилась и присмотрелась, то смогла увидеть в их узорах закономерность. Мерула предположила, что это были символы. Несомненно, эти узоры должны были быть оракулами, начертанными в Луналите.

Мерула попыталась расшифровать оракул, но эти символы не только не были теми, которые обычно используются в официальных целях на всем континенте, они настолько отличались от письменности всех стран, с которыми Мерула сталкивалась в своих путешествиях, что она не смогла их прочесть.

Мерула была немного разочарована, но быстро переключилась на другую тему.

Несмотря ни на что, я заставила оракула спуститься. Следующий вопрос - сможет ли лунарский ортодоксальный папа и его люди прочесть это...

Когда Мерула размышляла об этом, она вдруг услышала шаги нескольких приближающихся людей. Эти шаги были грубыми, и она могла сказать, что они бегут.

О, черт... Они заметили мое проникновение, потому что я коснулась Луналита?! Мерула поспешно использовала свою способность исчезать и прижалась к стене.

Сразу после этого в комнату ворвались шесть вооруженных до зубов мужчин. Эти люди, на щитах которых красовалась эмблема лунарской ортодоксии, были членами элитного подразделения ортодоксального папского государства - Ордена Святых Рыцарей.

Мужчина, который казался их лидером, оглядел комнату. ...Я все еще чувствую их присутствие здесь. Они где-то прячутся! Двое из вас, прикройте дверь! Остальные обыщут комнату!

Это плохо!

Их лидер обнаружил Мерулу. Кроме того, раз вход был наглухо закрыт, то ее поимка была бы лишь вопросом времени.

Придя к такому выводу, Мерула бросилась бежать. Перед тем как закрыть вход, она успела оттолкнуть одного из святых рыцарей и выбраться через дверь.

— А! Они сбежали! Бросайтесь к выходу! — крикнул предводитель.

— Есть, сэр!

Под руководством лидера один из святых рыцарей, наблюдавших за дверью, вытащил кинжал, хранившийся в задней части его щита, и бросил его в сторону Мерулы.

— Гух...

Она не смогла увернуться, отчасти потому, что коридор был очень узким, и кинжал святого рыцаря вонзился в плечо Мерулы. Боль нарушила ее концентрацию, заставив Мерулу показаться.

Когда святые рыцари увидели ее, они удивленно воскликнули.

— Эльф?! Остановитесь!

— Как будто кто-то мог...—  Мерула снова заставила себя исчезнуть с помощью магии и скрылась.

Из-за ранения она оставила кровавый след, и хотя погоня за ней затянулась надолго, в конце концов ей удалось оторваться от преследователей, нырнув в небольшую речку, окружавшую главную церковь.

Однако, поскольку она попала в воду, истекая кровью, она начала терять кровь быстрее, и Мерула потеряла сознание, пока плыла по течению.

— Поэтому, когда я нашел ее смытой вниз по течению, как какой-то потрепанный кусок ткани, я подобрал ее и взял под свою защиту, — закончил Соуджи. — С тех пор я прячу ее.

—...Гух.—  Мерула ударила Соуджи по спине. Казалось, она была недовольна этим, но правда заключалась в том, что он спас ее, поэтому она не могла ничего сказать.

Инугами склонил голову набок.

— Предполагается, что вы лунарский православный епископ. Мне кажется удивительным, что вы решили ей помочь.

— В то время я думал, что она просто случайный человек, потерявший сознание. Я был удивлен через несколько дней после того, как спас ее, когда в городе появились ее подобия, и она была объявлена в розыск как «ведьма».

— И все же вы не сдали ее в церковь?

— ...Ну, раз я уже помог ей, я не мог передумать и сдать ее так просто. —  Сказав это, Соуджи сделал глоток из своего бокала. — Я имею в виду, говорят, что она обрушила оракул с Луналитом. В лунарианской ортодоксии мы знаем, что только Папа и немногие избранные могут спускать оракулы. Если бы распространилась весть о том, что языческий высший эльф смог получить оракул, это был бы сильный удар по церкви. Они перестанут быть такими особенными, в конце концов. Потеря авторитета церкви означала бы уменьшение централизованной силы в этой стране. Вот почему они назвали Мерулу ведьмой и так отчаянно пытались ее найти. Чтобы заставить ее исчезнуть.

— Понятно...—  сказал Инугами.

—...Я благодарна Соуджи. —Хотя раньше Мерула вела себя раздраженно, на этот раз она говорила искренне. — Я благодарна ему за то, что он защитил такую беглянку, как я, и залечил мои раны. Также я не могу не поблагодарить его за то, что он приютил меня, когда мне некуда было идти.

— О, Мерула, — вставил Соуджи. — Ты сейчас ужасно покорная.

— Это то, что я действительно чувствую. Я тоже хочу сделать что-то, чтобы отплатить тебе. Поэтому, пока ты приютил меня здесь, я взяла на себя обязанность делать за тебя всю работу по дому. Но! —  Мерула поднялась со своего места, указывая пальцем на Соуджи. — Ты слишком грязный! Если бы ты лучше убирал за собой, ты бы не тратил столько времени на поиски вещей!

— Ты так говоришь, но сама ты не намного лучше. —  Соуджи встал и посмотрел вниз на Мерулу. — Я позволил тебе немного присмотреть за домом, а в следующее мгновение мой винный погреб превратился в место для каких-то странных экспериментов. Говорю тебе, ты не можешь просто переделывать мой дом без разрешения владельца.

— Я исследователь, так что это мне нужно. Я заплатила за материалы из своего кармана, так в чем проблема?

— Ты имеешь в виду деньги, которые ты получила, заставив меня продать аксессуары, которые, по твоим словам, ты привезла с собой с родины? Было очень трудно убедиться, что их не отследят до нас. Честно. —  Возможно, Соуджи просто вспомнил все эти хлопоты, потому что он начал чесать затылок.

Кто же из них на самом деле был здесь хранителем...? Было трудно определить соотношение сил между этой парой.

Соуджи сказал:

— Честно говоря...—  и с грохотом сел на свое место. — Как видишь, я не могу отправиться в королевство, пока не решу, что мне с ней делать.

— А, подожди?! Что это значит - отправиться в королевство?!

Инугами объяснил Меруле, что они хотят предложить Соуджи стать епископом королевства Фридония в качестве контрмеры против ортодоксального папского государства.

Выслушав это объяснение, Мерула на мгновение задумалась, а затем кивнула, как будто пришла к какому-то решению. Она повернулась к Соуджи и сказала:

— Какая прекрасная возможность. Я тоже хочу поехать в королевство Фридония.

— Да ладно, ты уверена? Ты действительно хочешь так легко принять решение?

— Если ты уедешь, мне негде будет оставаться в этой стране, — сказала Мерула. — В таком случае, я хочу уехать с тобой в королевство, пока я еще в безопасности. Я уже изучила почти все, что могла, в этой стране, так что, думаю, сейчас не самое плохое время для того, чтобы перенести свои исследования на новые рубежи.

Сказав это, Мерула посмотрела ему прямо в глаза.

— Что вы скажете, господин Инугами? Как вы думаете, король, которому вы служите, примет женщину, которую ортодоксальное папское государство разыскивает как «ведьму»?

Если по какой-то случайности православному папскому государству удастся узнать, что она находится в королевстве, это может привести к сложным дипломатическим проблемам. Мерула спрашивала, согласится ли он принять ее, зная о таком риске.

Если бы ее выдали ортодоксальному папскому государству, ее жизнь была бы закончена. Если бы она не могла получить обещание, что этого не случится, она не могла бы поехать в королевство.

Инугами понял, насколько серьезно она настроена, поэтому тщательно обдумал вопрос, прежде чем ответить.

—...Ну, давайте посмотрим. Его Величество всегда говорит: «Если у них есть дар, я им воспользуюсь.» Я уверен, что он окажет теплый прием тому, кто обладает такой широкой базой знаний, как вы.

Это был Сома, человек, о котором можно было сказать, что он без ума от сбора талантливого персонала. Даже если бы это означало некоторый политический риск, он вряд ли колебался, нанимая такого образованного человека, как Мерула.

— Чтобы быть уверенным, я пришлю вам письмо с рекомендацией в замок за подписью мастера Кагеторы и меня, — закончил Инугами.

—...Это все решает, — сказала Мерула. — Пойдем, Соуджи.

Мерула побуждала его идти дальше, но Соуджи мог только криво усмехнуться.

— Честно говоря, вот так, решать за меня такие важные вещи...—  Хотя Соуджи, похоже, не очень-то и возражал против этого. — Ну, даже если я останусь в этой стране, она слишком удушлива для такого парня, как я. У меня нет выбора, так что, думаю, я пойду навязываться этому вашему королю.

Даже когда он вел себя так, словно его принуждали, он легко согласился отправиться в Королевство Фридония. Таким образом, королевство пополнилось двумя новыми талантливыми сотрудниками.

Соуджи Лестэр, нарушающий заповеди епископ ортодоксального папского государства Лунария, и высокородный эльф-исследователь Мерула Мерлин. Какое влияние может оказать присоединение этих двоих к королевству на его будущее?

Никто не мог знать этого на данный момент, хотя, возможно, Луналит знал.

****

Давайте вернемся к настоящему.

В этот день епископ Соуджи Лестэр, присоединившись к Королевству описанным выше способом, впервые предстал перед народом Фридонии через голосовую трансляцию Голос Драгоценности.

Сома только что закончил объявлять, что каждая зарегистрированная религия будет признана государственной. Поскольку епископ такой монотеистической религии, как Лунарианская Ортодоксия, выступал сразу после него, последователи всех религий, включая Ортодоксию, ждали с затаенным дыханием, чтобы увидеть, что он скажет и сделает.

Однако, как бы говоря, что ему нет ни малейшего дела до их предвкушения, Соуджи коротко представился, а затем начал говорить непринужденным тоном.

— Итак... Король Сома говорил, что признает любую религию, которая зарегистрируется в качестве государственной, но, по счастливой случайности, нашей Лунарианской Ортодоксии было позволено стать государственной религией раньше остальных. Похоже, что поклонение Матери-Дракону тоже, а поклонение богам-зверям, практикуемое темными эльфами Богохранимого леса, также было зарегистрировано второй основной королевой, госпожой Айшей. Что касается остальных представителей других религий и сект, то вам следует поторопиться и побыстрее зарегистрировать свои.

Горожане были в недоумении от того, как непринужденно говорил Соуджи. Особенно удивились верующие лунарианской ортодоксии. Это было потому, что их епископ, глава верующих королевства Фридония, говорил так, что признавал другие религии.

Из-за того, что королевство было многорасовым государством, подавляющее большинство верующих в королевстве были умеренными людьми, которые не желали вызывать трения с другими расами. Тем не менее, они все еще не решались активно взаимодействовать с последователями других религий. Однако то, как Соуджи говорил сейчас, устранило эти колебания.

Ох. Думаю, мы можем поладить...

У верующих было такое выражение лица, как будто они освободились от чего-то сковывающего их.

Соуджи продолжил.

— Кроме того, юная госпожа Ророа спрашивала, проводятся ли у нас какие-нибудь религиозные мероприятия. Я уверен, что все наши верующие уже знают об этом, но сейчас почти наступило время Фестиваля Пришествия Весны.

Праздник Пришествия Весны был самым большим весенним событием для Лунарианской Ортодоксии. Это был праздник в честь окончания зимы и наступления сезона, когда распускаются цветы.

Во время этого праздника дети верующих наряжались феями и ходили с корзинами собранных цветов, раздавая их взрослым. Другими словами, дети становились - посланниками весны. Затем взрослые давали посланникам весны конфеты в обмен на цветы и молились об обильном урожае в том году.

И, в общем, этот фестиваль был похож на весеннюю версию Хэллоуина.

— Теперь о празднике Пришествия Весны... У меня радостные новости, — сказал Соуджи. — Молодая госпожа Ророа согласилась признать его национальным событием. Это может показаться неожиданным, но он состоится в следующие выходные. Города и поселки с лунарианскими православными церквями уже должны были получить уведомления. Все желающие могут принять участие. Независимо от того, верующие они или нет, каждый ребенок получит конфеты. Мы бы хотели, чтобы взрослые, принадлежащие к другим конфессиям, тоже помогли, если смогут. Если к вам подходит ребенок, возьмите у него цветок и дайте ему конфету, вот и все. Просто, правда? Я думаю, что это будет веселый фестиваль и для взрослых, так что, пожалуйста, примите в нем активное участие.

Толпа разразилась аплодисментами в ответ на слова Соуджи. Казалось, что для них это звучит как веселье.

За то время, что прошло с тех пор, как Сома создал широковещательные программы, в народе королевства укоренилась тенденция получать удовольствие от такого рода мероприятий. Когда наступит день, многие из них обязательно придут на фестиваль.

Соуджи сказал:

— Спасибо, что выслушали, —отошел назад, а Ророа снова вышла вперед.

— На этот раз мы проводим фестиваль лунарианской ортодоксии, но если у кого-нибудь из вас, связанных с другими религиями, есть интересный фестиваль, которым можно поделиться, дайте нам знать. Мы собираемся придать этой стране немного красок с помощью событий из самых разных религий. Я думаю, что это будет замечательно. Давайте оживим эту страну, как верующие, так и неверующие!

Когда Ророа подняла в воздух кулак, народ одобрительно загудел.

— А теперь пусть начнется подготовка к празднику!

****

Последний день третьего месяца, 1547-го года по континентальному календарю

День праздника Пришествия весны

В этот день я взял с собой Айшу и Томоэ в город-замок. Город был переполнен людьми, пришедшими на праздник. На мне была моя обычная одежда для инкогнито - одежда путешественника из Союза Архипелага Девятиглавого Дракона, но при таком количестве людей, возможно, мне не стоило беспокоиться о маскировке.

— Я пришла с благословением весны...—  заикнулась Томоэ. — Хорошо!

Во всей этой суете и суматохе Томоэ, одетая в белую мантию мага с пришитыми к ней перьями, протягивала цветок старушке у уличного лотка.

Старушка улыбнулась и сказала:

— О, дорогая, какая очаровательная маленькая фея, —приняла цветок Томоэ с мягкой улыбкой и протянула ей пакет с конфетами.

Приняв конфеты, Томоэ покачала головой вверх-вниз, поблагодарив даму, а затем поспешила обратно в мою сторону своими маленькими шажками и показала мне свой пакет с конфетами.

— Старший брат, посмотри, что у меня есть!

— Да, я видел. Молодец.

— Да!

Когда я погладил ее по голове, хвост Томоэ радостно завилял туда-сюда. Увидев Томоэ в таком виде, Айша, переодетая в школьную форму, глупо улыбнулась.

— Оххх, — сказала Айша. — Госпожа Томоэ такая очаровательная.

— Вот. У тебя тоже есть немного, возьми Айша, — предложила Томоэ.

— Можно мне?! Я люблю вас, госпожа Томоэ!

— Ик!

Айша взяла Томоэ на руки и погладила её. Как всегда, мне показалось, что я вижу невидимый хвост, виляющий взад-вперед на задней части Айши.

...Подождите, что она делает, позволяет одиннадцатилетнему ребенку приручить ее с помощью еды?

Пока я наблюдал за Айшей с некоторым отчаянием...

— Эй, если это не сам король, — вдруг окликнул меня кто-то.

Когда я посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос, там был Соуджи, который сидел на одном из мест во внутреннем дворике перед баром и пил вино. В руках у него была деревянная кружка, и он уже выглядел довольно пьяным. Действительно ли этот человек, пьющий средь бела дня, был членом духовенства? Напротив Соуджи сидела женщина, которая понемногу потягивала вино.

—...Сейчас еще только полдень, вы же понимаете, священнослужитель, — сказал я. — Это Мерула?

— Приветствую, Король Сома, — весело помахала мне Мерула в капюшоне.

Это была Мерула. Будет проблемой, если люди узнают, что она высший эльф, поэтому она, вероятно, старалась держаться в тени.

Соуджи отпил из бокала и сказал с остекленевшими глазами:

— Фух... Это действительно фестиваль. Не будьте таким чопорным. Разве вы не гуляете по городу с Айшей и Томоэ? У вас на каждой руке по красивому цветку.

— Ну, да... я должен проводить время с семьей, знаешь ли.

Причина, по которой я сегодня тайно отправился в путь, заключалась в осмотре города-замка, а также в свидании с Айшей.

Хотя я... гм... развивал свои отношения с Лисией, я еще не прикоснулся ни к одной из своих других невест. Это было сделано для того, чтобы не допустить проблем с порядком рождения детей, чтобы это не переросло в проблему престолонаследия. Особенно в случае с Ророа, которая находилась в сомнительном положении суверенной принцессы бывшего вражеского государства; ради нее и ради ребенка, который в итоге родится, я пока не мог поднять на нее руку.

Возможно, это не стало бы проблемой, если бы я приложил руку к моей второстепенной королеве Джуне, чьи дети не имели бы права наследования, или к Айше, которая была из долгоживущей расы, и ей было бы трудно зачать ребенка, но они сдерживались из уважения к Ророа.

Честно говоря... все они были такими милыми женщинами.

В результате Лисия заставила других моих невест просить ее: «Поторопитесь уже с наследником,» а сама жаловалась мне: « Клянусь, от давления у меня болит живот.

...мне даже стало жаль ее.

Гм... В любом случае, даже если бы я не мог наложить на них руки, было важно, чтобы я по-прежнему занимался другими делами с Аишей и остальными.

Когда я объяснил это Соуджи, он сказал:

— Хм. Должно быть, тяжело быть семейным человеком, когда вы так молоды, — как будто это не его проблема, а затем он опрокинул свою кружку и выпил остатки вина, как бы говоря мне об этом. — Пвах!

— Вам не кажется, что вы выпили более чем надо? —  спросил я.

— В лунарианской ортодоксии вино священно. Другими словами, вливая эту жидкость в свое тело, я накапливаю добродетель.

— Это абсолютно точно звучит как оправдание пьяницы, — сообщил я ему. — Вы действительно безответственны.

— Но вашему народу удобно, что я такой безответственный.  —  усмехнулся Соуджи.

...Честное слово, этот осьминогоголовый старик.

Я пожал плечами.

— Ну, да. В смысле, план Хакуи состоит в том, чтобы использовать вас, чтобы оторвать верующих от родины.

— Ну, вы чешете мне спину, а я чешу вашу, Ваше Величество. Я ваш со всем, что у меня есть.

— Я рассчитываю на вас, — сказал я. — А теперь мне пора возвращаться к Айше и Томоэ.

— Конечно. Да пребудет Божья защита и мир над вами и вашей семьей.

Услышав позади себя молитву провинившегося епископа, по которой трудно было понять, насколько серьезно он настроен, я направился туда, где находились Айша и Томоэ.

Первый день четвертого месяца 1547-го года по континентальному календарю

Это был день после проведения Весеннего фестиваля объявленный Лунарианской Ортодоксией.

Вчерашний праздник был довольно оживленным, так что сегодня в городе-замке будет идти активная уборка после него. Я проводил этот день в канцелярии по государственным делам, уставившись в единственный лист бумаги.

Лисия, которая только что вошла в комнату, подозрительно посмотрела на меня и спросила: — Что-то случилось, Сома?

—Хм? О, я смотрел на это. Я показал Лисии лист бумаги, на который смотрел.

На листе бумаги были выстроены три символа, или знака, что-то, что я не мог разобрать. Начиная с левой стороны был - треугольник, похожий на стрелу, направленный влево, в сочетании с квадратом, две вертикальные линии и что-то, сделанное из вертикальной линии с пятью горизонтальными линиями, пересекающими ее  и символ в форме зонтика.

Лисия посмотрела в сторону на лист бумаги, который я ей дал.

— Что это?

—Очевидно, это часть оракула Луналит, который видела Мерула.

Мерула Мерлин приехала вместе с Соуджи Лестером, епископом, которого мы пригласили в качестве контрмеры против лунарианской ортодоксии. Ее исследования в основном были посвящены духам и магии, и за долгие годы исследований она накопила невероятное количество знаний, поэтому я принял ее с распростертыми объятиями.

Сейчас Мерула находилась в лаборатории сверхнауки Жени, где имелось всевозможное оборудование.

Похоже, проклятая руда, поглощающая магию, была очень интересным предметом исследования для Мерулы. Они с Женей проводили день за днем вместе, поглощенные своими исследованиями.

Какую химическую реакцию вызовет в этой стране встреча ученого и исследователя магии? Я с нетерпением ждал этого и в то же время беспокоился...

Что-то случилось, когда я впервые встретил Мерулу.

В разговоре зашла речь об оракуле, который, по ее словам, появился на Луналите, и когда я попросил ее рассказать подробности, Мерула разочарованно покачала головой.

— Они называют это оракулом, поэтому я думаю, что то, что появилось, было текстом; но он не был написан ни в одной из стран этого мира, поэтому я не смогла понять, что там было написано. Если бы у меня было немного больше времени, я бы, возможно, смогла понять, были ли это фонограммы или идеограммы, но...

Похоже, у нее не было времени, чтобы как следует все запомнить. Ее жизнь была в опасности, поэтому я вряд ли мог винить ее за это.

Когда я спросил ее, помнит ли она что-нибудь, пусть даже самое незначительное, она ответила:

— Это действительно лишь малая часть, но я помню... это было так....

А затем она написала на листке бумаги три непонятных знака или символа. Воспоминания Мерулы были смутными, поэтому, вероятно, эти символы были именно такими, какими она их видела.

В конце концов, единственное, что мы знали, это то, что эти непонятные знаки или символы появились как оракул.

Лисия, казалось, что-то поняла и сказала:

— Ах...! Если письмена не из этого мира, может быть, они из вашего?

—Да, — сказал я. — Я тоже это подозревал, но я совершенно не представляю, что это такое...

Я не мог утверждать, что знаком со всеми системами письма на Земле, конечно, но я мог, по крайней мере, сказать, что за более чем десять лет жизни в Японии я не помнил, чтобы видел этот вид письма  раньше. Тот, что посередине, мог бы немного напоминать кандзи для — молитвы—  или — самурая— , если бы вы посмотрели на него правильно, но что касается стрелоподобного, который был перед ним, и зонтикоподобного, который был после него... Я понятия не имел.

Я сдался и убрал бумажку в стол в кабинете правительственных дел. — Ну, даже если бы я смог прочитать всего три символа, это не принесло бы мне никакой пользы. Я не могу пренебрегать своими обязанностями только потому, что мне это интересно, в конце концов. Давай пока забудем об этом.

И вот, мы с Лисией приступили к моим бумажным делам на сегодня, но... Одно из сознаний, от которого я отделился, размышляло об этом.

События иногда происходили за пределами королевства Фридония. Если что-то беспокоило меня, когда это было внутренним делом, я мог привлечь новых людей, назначить персонал для решения проблемы и выделить бюджет на расследование. В конце концов, у меня было положение короля.

Однако, когда дело касалось другой страны, я не мог проводить расследование.

Если это было что-то, что соответствующая страна уже расследовала, то я мог получить информацию с помощью дипломатии или шпионажа. Однако, если они еще не расследовали это дело, у меня не было возможности получить информацию о нем. Поскольку это была другая страна, я также не мог послать группу для расследования.

Что, если среди той информации, которую эта страна не могла получить, было что-то, что могло решить судьбу нашей собственной нации? Что, если мы узнаем об этом слишком поздно? Всякий раз, когда я думал об этом, я чувствовал, что не могу усидеть на месте.

Мир не был полным только с одной страной. Особенно если я оставался в замке, то вполне естественно, что были вещи, которые я не мог узнать таким образом. Мне еще... многое предстоит узнать об этом мире.

Мне нужно узнать больше. Гораздо больше, о других странах...

Пока я был поглощен работой в правительстве, я думал только об этом.

Это было таинственное пространство.

Казалось, что я нахожусь в бездне, куда не проникает свет; или, возможно, меня выбросило в глубокий космос, в место, где я не могу отличить верх от низа.

Я парил в центре этого пространства.

Я мог нормально дышать. Но мое мышление было каким-то затуманенным.

О... Это, наверное, сон. Я нахожусь в мире снов.

Иногда во время сна я осознавал, что это сон.

Когда я спал на чем-то вроде котацу, где было трудно полностью заснуть, я понимал, что это сон, и думал, что мне нужно быстро проснуться, видел сон о пробуждении, понимал, что снова сплю, мечтал о пробуждении... и так продолжалось. Это было близко к тому, что я чувствовал сейчас.

Пока я дремал, передо мной внезапно появился свет.

Свет постепенно увеличивался в размерах, в конце концов достигнув размеров, во много десятков раз превышающих мои собственные. Свет, который вырос до огромных размеров, в конце концов начал формироваться во что-то. По мере того как он обретал форму, некогда сильный свет постепенно ослабевал. А потом...

Перед моими глазами появился огромный серебряный дракон.

Ощущение его присутствия было ошеломляющим. У него были свернутые рога, как у козла. Когти и клыки, которые, казалось, могли пронзить сталь. Мощные широко раскинутые крылья. Его тело было покрыто гладким серебристым мехом, а голубые глаза казались какими-то нежными. Этот дракон был мужественным, но в то же время в нем чувствовалась материнская забота.

Раньше мне говорили, что виверны и драконы - это совершенно разные существа, но... теперь я понимал. Это существо было настолько ослепительно божественным, что сравнивать его с виверной было просто абсурдно.

—Может ли быть, что вы... Мать Драконов?—  спросил я.

Это была догадка. Я слышал об этом раньше. Говорили, что в горном хребте Звездного Дракона живут разумные драконы, и ими правит очень массивный белый дракон. Дракон на моих глазах был настолько красив, что я бы назвал его серебряным, а не белым, но он идеально подходил под образ Матери-Дракона.

Мать-Дракон не подтвердила и не опровергла, но ее непоколебимые глаза, которые смотрели в мои, сказали мне, что ответ - да.

Затем Мать-Дракон вытянула свою длинную шею. Даже ее голова сама по себе была невероятно большой, и если бы она захотела, то легко могла бы проглотить меня целиком прямо здесь. Я немного запаниковал, но мое тело не двигалось, как будто было приковано к месту.

К счастью, голова Матушки Дракона не открыла пасть, когда она приблизилась, и ее большой нос просто приблизился к моему телу. Затем она осторожно вдохнула через ноздри. Мы оставались так некоторое время, а затем Мать-Дракон медленно отстранила свою голову от меня.

—У вас знакомый запах, — проговорила она.

А?! — подумал я, потрясенный.

Я услышал голос. В нем звучал тон мягкой пожилой женщины. Может быть, это голос Матери Дракона? Я подумал, что так и есть, но она не открывала рта.

—У вас знакомый запах.

Я услышал эти снова. Да, я определенно чувствовал, что они исходят от Матери Дракона.

—Этот... голос, который, кажется, обращается прямо к моему мозгу, он ваш?—  спросил я.

Мать-Дракон как будто кивнула.

— Это единственный способ, которым мы можем говорить, когда находимся в драконьей форме.

—Это интересно...

Какая это была загадочная способность. Я не знал, была ли это магия общения или, возможно, телепатия, но, в общем, это был сон, так что все сработало, я думаю. Но все же... разговор с Матерью Драконов во сне был похож на что-то из старого фантастического фильма.

—...Может быть, это вы показываете мне этот сон?—  спросил я.

—Нет, — ответила она. — Это сон, но это не сон. Синхронизировав наши сознания, я породила псевдо-сон и таким образом смогла создать пространство для нашего разговора.

Мать-Дракон объясняла все это так, словно все это было очень естественно.

Синхронизация сознания, псевдо-мечты... Декорации были похожи на что-то из фантастического фильма, но словарный запас был ужасно систематизирован. Было похоже, что она знакома с научной фантастикой.

Я слышал, что в горном хребте Звездного Дракона обитают разумные драконы, и предполагал, что их интеллекта достаточно, чтобы они могли говорить как люди, но, возможно, их интеллект намного превосходит интеллект человеческих рас. Если это так, то какой же непостижимой страной они были.

—...Итак, госпожа Мать-Дракон, почему вы решили, что мы встретимся именно так?—  Я обратился к ней, как к королеве, изо всех сил стараясь изобразить самообладание.

Хотя я спросил, чтобы узнать, что она ответит... Я догадывался, почему она связалась со мной.

Это должна была быть Механдра, та штука, которую Женя сделала из костей, которые мы раскопали. Если бы горный хребет Звездного Дракона рассердился на нас и сказал: «Не играйте с останками нашего рода» , у нашей страны не было бы другого выбора, кроме как принести искренние извинения. Впервые встретив настоящего дракона, я смог подтвердить для себя одну вещь: Мы должны были быть уверены, что никогда не наживем себе врагов.

Говорили, что чудовище, в которое могут превратиться останки дракона, «дракон-череп»  способно уничтожить целую страну, верно? Это, вероятно, означало, что драконы изначально обладали таким большим потенциалом. Это помогло мне понять, почему даже на пике своего могущества Империя не смогла приложить руку или ногу к горному хребту Звездного Дракона. Вернее, было безрассудно, что они вообще решили вступить в бой с подобными существами.

Пока я чувствовал, как холодный пот стекает по моей спине, Мать Дракон, казалось, слегка улыбалась.

—Мне нечего сказать по этому поводу.

—А?!—  Она прочитала мои мысли?!

—Я же говорила вам, что это место создано синхронизацией вашего и моего разума. Даже не разговаривая, вы должны быть в состоянии услышать мой голос.

—...Значит, мы можем общаться, просто думая, да?

Когда я решил подумать о том, что хотел сказать, не выражая это словами, Мать Дракон кивнула.

Ну, черт. Мы не просто разговаривали по душам; то, что было в наших головах, было открыто для другой стороны.

Не может быть более справедливого места для переговоров, но это означало, что и я не мог лгать ей. Нет, может быть, как бы ни была велика Мать-Дракон, она была достаточно хороша, чтобы говорить ложь в своем собственном сердце? Когда я подумал об этом, Мать-Дракон покачала головой.

—Даже я не могу этого сделать. Ни одно существо не может лгать в своем сердце.

—Это правда?—  спросил я.

—Да. И еще, вам не нужно говорить вслух.

—Нет... Я нахожу это немного тревожным, поэтому, пожалуйста, позвольте мне говорить вслух.

Это было пространство, где ничего нельзя было скрыть. Я решил спросить ее об этом прямо.

—Итак, о Механдре... вы говорили, что вам нечего сказать об этом?

—У меня нет намерения говорить вам, что можно и что нельзя делать с останками, когда душа уже ушла, а на физическом уровне кости были заменены камнем.

—...Даже если это были кости одного из вашего вида?

—Вы, люди, тоже выставляете на обозрение окаменелые останки своих предков, — сказала она. — Я не могу сказать, что у меня нет никаких сомнений по этому поводу, но это неизбежно. Все живые существа в конце концов умирают, а затем сгнивают. Животные, растения, люди и драконы - все мы в конце концов возвращаемся в почву. В таком случае, стоит ли нам сетовать на то, что, ступая по земле, мы пинаем тех, кто когда-то был нашими братьями?

Я был удивлен. Несмотря на то, что она была объектом поклонения, Мать Дракон говорила реалистично. Кроме того, если ее упоминание о возвращении в почву было связано с разложением микробами, я действительно не мог позволить себе недооценивать знания драконов.

— Если дело не в проблемах с Механдрой, зачем вы назначили эту встречу?—  спросил я.

Мать-дракон слегка сузила глаза.

— Вы, у которого знакомый запах, король Эльфридена и Амидонии, сэр Сома Казуя. Я бы хотела, чтобы вы посетили горный хребет Звездного Дракона.

— Горный хребет Звездного Дракона?—  спросил я.

Мать Дракон молча кивнула.

— В ближайшем будущем мы проведем церемонию, на которой молодые драконы горного хребта Звездного Дракона заключат «контракты о верховой езде»  с рыцарями Королевства рыцарей дракона Нотунга. Я бы хотела, что бы вы приняли участие в этой церемонии.

—А?

Я собирался участвовать в церемонии рыцарей дракона? ...Подождите, разве горный хребет Звездного Дракона не имеет дипломатических отношений с кем-либо за пределами королевства рыцарей дракона Нотунг? Когда я попытался узнать подробности, тело Матушки Дракона начало сиять, как при ее первом появлении. Оно было таким ярким, что я прищурил глаза.

Перед тем, как ее форма исчезла, Мать Дракон оставила мне такие слова:

Есть кое-что, что я хочу поручить вам.

***

Когда я открыл глаза, я лежал на кровати в темной комнате.

Я огляделся вокруг, мой разум все еще был затуманен. Вероятно, была еще ночь. Было темно, но лунный свет, проникающий через окно, позволил мне разглядеть внутреннее убранство этой аккуратной и опрятной комнаты в западном стиле.

Это... О, точно. Я в комнате Лисии.

Вчера вечером... вернее, в последнее время каждый вечер, если только я не был особенно занят работой... я засыпал и просыпался в комнате Лисии. Конечно... ну... это было для того, чтобы мы могли вдоволь повалять дурака.

Когда я посмотрел рядом с собой, как и ожидал, я обнаружил спящее лицо Лисии. На следующее утро было суматошно, если мы делали это в офисе по правительственным делам, а когда дело доходило до моей комнаты, половина ее была моей мастерской по изготовлению кукол, а другая половина была местом, где мы проводили время как семья, что делало ее неудобной, поэтому, в результате, мы использовали комнату Лисии каждую ночь.

—Ннгх...—  Лисия, которая лежала на спине рядом со мной, спящая и обнаженная, казалось, приподняла голову, но затем перекатилась на бок. Затем, медленно открыв глаза, она стёрла с них сон и посмотрела на меня. — Ммм...Сома?

—Прости. Я тебя разбудил?

—...Нет. Все в порядке. Что случилось?

—О... Мне просто приснился какой-то невероятный сон...

—Сон?

Тогда-то это и произошло.

Охххххххххххх...

Внезапно раздался звук. Это был таинственный звук, почти как сирена, или, возможно, вой какого-то существа. Мы слышали его на значительном расстоянии, так что он, должно быть, был очень громким, но от него совсем не звенело в ушах. Вероятно, это не могло разбудить тех, кто спал. Я никогда не слышал его сам, но мне показалось, что он похож на пение китов.

Я надел рубашку и натянул штаны, затем встал с кровати и подошел постоять у окна. Когда я это сделал, то увидел в небе большую тень, улетающую на северо-запад.

—Как необычно, — сказала Лисия. — Это Мать-Дракон во время одного из своих обзорных полетов.

Лисия стояла рядом со мной, обнаженная, если не считать одеяла, обернутого вокруг нее.

—Обзорные полеты?—  спросил я.

—Я сама вижу это впервые. В редких случаях бывают времена, когда Мать-Дракон облетает континент. Она не делает ничего особенного, но поклонники Матери-Драконов говорят, что удача приходит к тем, кто видит ее во время полетов.

—Удача... хм.

Лисия, похоже, считала это совпадением, но когда я подумал о сне, который только что видел...

Это был сон, и в то же время не сон... Вот как?

У меня было предчувствие, что что-то должно произойти снова, и я испустил небольшой вздох.

***

На следующий день...

Хотя я все еще был обеспокоен событиями прошлой ночи, я работал как обычно в офисе по правительственным делам, когда вошел измученный премьер-министр Хакуя.

—Что случилось?—  спросил я. — Ты выглядишь ужасно уставшим.

Хакуя подошел, а затем сказал мне с измученным видом:

— Ваше Величество... Могу ли я попросить вас ненадолго покинуть замок?

—...Покинуть снова?

Уйти из замка? Он просил меня уйти из замка? Я был здесь вроде как королем, понимаете?

—Вы свергаете меня?—  спросил я. — Правда, Хакуя, если ты хочешь трон, то все в порядке, я не против, чтобы он достался тебе.

— Не говорите ерунды. Я не хочу эту штуку.

— Эта штука? Послушай...

—Все в порядке. Просто послушайте. Совсем недавно вы объявили  дату вашей свадебной церемонии, верно?

Когда Хакуя спросил меня об этом, я кивнул.

На днях я объявил, что церемония коронации, которая сделает меня четырнадцатым королем, а также свадебная церемония с Лисией и остальными, состоится в конце этого года. Я решил сделать это так, потому что проведение крупных мероприятий за один раз было бы легче для государственной казны.

Однако Хакуя сказал, что это создает проблему.

— Сейчас замок наводнен предложениями от дворян, а также от королей средних и малых государств Союза Восточных Наций, все они хотят заключить с вами брачные узы, сир. Они надеются проскользнуть к вам сейчас, до того, как состоится брачная церемония.

—Значит, это наплыв невест в последнюю минуту?—  сказал я. — Разве вы не можете просто отказать им?

—Мы могли бы, но... это все дома, чье положение не позволяет отказаться, когда они говорят: «Даже если вы собираетесь отказаться, мы хотели бы встретиться с вами хотя бы раз, прежде чем вы это сделаете». В последнее время количество брачных предложений, поступающих в замок, растет, и отдел, отвечающий за них, вот-вот готов лопнуть по швам.

—...Так много людей присылают мне брачные предложения?—  с тревогой спросил я.

— Нет, они не только для вас, сир. Холостые мужчины на вашей стороне, которые считаются перспективными, все до одного, тоже получают довольно большое количество предложений о браке.

Итак, если они не могли выйти замуж в королевскую семью, они, по крайней мере, хотели выйти замуж за человека с многообещающим будущим. В конце концов, это было для них более легкой задачей, чем стать членом королевской семьи. Честно говоря... если бы вы сказали, что дворяне только этим и занимаются, это было бы правдой, но... все равно впечатляет, что они могут так держаться.

—Кстати, самый популярный из ваших помощников - сэр Пончо, — сказал Хакуя.

Пончо? Вот это был сюрприз.

—А не Людвин, красавец-капитан королевской гвардии?

—Это правда, сэр Людвин невероятно популярен, но Дом Дуг - великий дом, и единственные люди, которые могут сделать ему предложение, - это дворяне и рыцарское сословие, — сказал Хакуя. — Что касается сэра Пончо, то он низкого происхождения, и поэтому даже простые торговые семьи посылают ему предложения о браке. Более того, в то время как сэр Людвин чувствует себя недосягаемым, многие женщины думают, что смогут легко соблазнить сэра Пончо.

—...К нему относятся легкомысленно.

Если Пончо поступали предложения о браке, значит, он тоже был популярен. Хотя он был пузатым и тучным, он также был нежным и внимательным молодым человеком. Кроме того, его еда была вкусной. Кроме того, он привел страну к решению продовольственного кризиса, а если учесть, что в регионе Амидония ему поклонялись почти как богу еды, то наверняка найдется немало женщин, которые захотят выйти за него замуж.

Пончо был известен тем, что уступал, когда на него давили, что они видели по его выступлениям в передачах. Любая женщина, хоть немного уверенная в своей внешности, не без оснований полагала, что сможет преодолеть его защиту с помощью силы воли. На самом деле, Пончо не очень хорошо умел отражать подобные атаки.

Хм... Я был рад услышать, что такой хороший человек, как Пончо, пользуется успехом у дам, но я надеялся, что он будет продолжать хорошо работать на меня и в будущем, поэтому я не хотел, чтобы кто-то слишком странный поймал его.

—Вы приняли контрмеры?—  спросил я.

—Да. Я уже попросил мадам Серину выступить в качестве помощницы сэра Пончо. Она посещает с ним брачные встречи и отгоняет женщин, которые обращаются к нему исключительно из личных амбиций.

О... Тогда не стоит беспокоиться. Если бы Серина была там в качестве помощницы Пончо, все было бы в порядке.

С характером Серины были некоторые проблемы, но она была очень грациозна и красива. Если бы она была рядом с ним, женщины, которые были немного уверены в своей внешности и думали, что смогут соблазнить его, отступили бы.

До этого я часто просил ее стать помощницей Пончо, но Серина всегда говорила что-то вроде:

— Когда я прилагаю такие усилия ради джентльмена, я надеюсь, что он еще немного придет в себя. Я очень много работаю, так что, пожалуйста, угостите меня как-нибудь еще раз.

Хотя она жаловалась, и было очевидно, что она делала это только потому, что хотела получить его еду, она, казалось, проявляла инициативу в заботе о Пончо. Пончо любил и есть, и готовить, а Серина подсела на нездоровую пищу с Земли, которую мы с ним вместе разрабатывали.

Серина, казалось, не осознавала этого, потому что позволила своей садистской склонности издеваться над симпатичными девушками выйти из-под контроля, но чувствовалось, что он полностью приручил ее с помощью еды. Он был робким мужчиной, которого нельзя было оставлять одного, а она была волевой женщиной, склонной вмешиваться, поэтому они хорошо ладили и... Подождите?

—Серина посещает брачные встречи Пончо, верно?—  спросил я.

—Да. Я слышал, что многие женщины задаться, когда видят, как выглядит женщина, стоящая рядом с ним.

—Разве это не похоже на... Серина бессознательно «скрывает» Пончо?

— ...

— ...

Мы посмотрели друг на друга, на лицах сеньора и вассала появились неловкие выражения.

...Да, нам лучше не вмешиваться в это дело. С нашей стороны было бы невежливо вмешиваться и что-то говорить. На данный момент я решил сменить тему.

— Кхм... В любом случае, я уверен, что это не только Людвин и Пончо? У вас, наверное, тоже есть значительное количество предложений, верно?

Хакуя был красив, и он был самым близким из всех близких мне мужчин. Я не мог представить, что дамы и вельможи мира позволят ему уйти. Когда я заговорил об этом, у Хакуи появилось такое выражение лица, будто он укусил что-то неприятное.

—Я... пока не намерен брать жену.

—Но ведь не то чтобыв ы не интересовались женщинами, верно? Вы из тех парней, которые считают, что брак - это слишком хлопотно?

—Нет, — ответил Хакуя. — Я действительно собираюсь когда-нибудь завести жену и детей, но я хочу найти и выбрать партнера для себя. Я бы не хотел, чтобы кто-то другой навязывал мне брак.

—...Ты говоришь это мне?—  спросил я.

Для нас с Лисией наша помолвка была полностью принудительной. Даже Айша и Джуна изначально подходили ко мне с другими мотивами из-за своего положения; а когда дело дошло до Ророа, она привела с собой всю свою страну, чтобы защитить народ княжества, женившись на мне. Я не встретил ни одного из них обычным образом.

Когда я указал на это, Хакуя склонил голову передо мной, более взволнованный, чем я ожидал от него.

— Я прошу прощения. Я не хотел говорить плохо о ваших помолвках, сир...

— Все в порядке. В моем мире большинство людей думали так же, как и ты

В Японии браки заключались, как правило, по любви и с согласия обеих сторон.

В этом мире, не успевшем сбросить феодальную систему, чем выше было положение в обществе, тем меньше свободы было у людей в этом отношении. В частности, когда речь шла о браках рыцарей и дворян, их значение как связи между домами было очень важным. Как в случае с Людвином и Женей, бывали случаи, когда дома уже были связаны друг с другом, но это были редкие исключения. В большинстве случаев, чем выше вы поднимались по социальной лестнице, тем больше ожидания дома определяли выбор брака.

Хотя, с другой стороны, если у кого-то был достаточный авторитет, как у меня, то этот вопрос можно было решить. Так было с моей помолвкой с Джуной, но если бы мы договорились о ее удочерении в благородной семье, можно было бы скорректировать разницу в статусе между нами.

В случае с Хакуей, он был премьер-министром этой страны, так что он мог сделать что-то подобное. Так что в данном случае речь шла о взглядах Хакуи на брак.

Ну, если я и могу что-то сказать, так это то, что независимо от того, как это началось, любовь есть любовь. Моя связь с Лисией и остальными была настолько глубокой, что я не мог представить, как расстанусь с ними.

— Эй, некоторая любовь началась с отношений, которые были навязаны людям. —  сказал я, с нежностью говоря о своих любимых.

Хакуя выглядел ошеломленным, затем слегка улыбнулся.

— ...Наверное, вы правы. Когда я вижу вас и вашу семью, сир, я начинаю думать, что, возможно, все будет хорошо.

—Но пока что у тебя нет намерения жениться на ком-либо?

—Я прошу прощения.

Хм... Ну, если он хочет подождать, пока появится его идеальная женщина, я полагал, что это вариант. Может быть, он уже встретил такую женщину и сейчас занят односторонней любовью.

—Но как твой король, позволь мне сказать, что вам лучше начать готовить своего наследника на случай, если случится худшее, — сказал я. — Я уверен, что ты тоже хочешь бы иметь возможность пораньше уйти на пенсию, верно?

—Это правда. Думаю, я поищу подходящее время, чтобы взять подмастерье.

—О, я думаю, ученик тоже подойдет. Если подумать, ты ведь учишь Томоэ, верно?

Томоэ была моей младшей сестрой по удочерению, и я очень ее любил. Недавно она училась у Хакуи чтению, письму и арифметике, а он, судя по всему, преподавал ей и историю этой страны. Я слышал, что она с энтузиазмом учится, а Хакуя в ответ на это с энтузиазмом обучает ее.

Когда я заговорил об этом, Хакуя криво улыбнулся.

— Я уступил стремлению вашей младшей сестры быть полезной своей старшей сестре. Хотя она не особенно умна, у нее есть страсть, поэтому я считаю, что со временем она может стать выдающимся человеком. Хотя, учитывая это, у меня нет желания перекладывать свое тяжелое бремя на плечи вашей младшей сестры.

—Разве ты уже не превратился в заботливого учителя?—  спросил я.

—Мое мнение основано на спокойной оценке.

Хм... Ну, если Хакуя думал об этом по-своему, то это было достаточно хорошо.

—Эй, подожди! Как мы снова перешли к этой теме?—  спросил я.

—Из разговора о том, что мы завалены предложениями о браке для вас, сир, — сказал Хакуя. — И на этой ноте я хочу, чтобы вы на некоторое время покинули замок. Если вы не будете присутствовать в замке, легко отказать вельможам, которые настаивают на том, чтобы вы «просто встретились с ними один раз» .

О, точно. Если бы я не присутствовал, я не смог бы встретиться с ними, даже если бы захотел. Без сомнения, его план заключался в том, чтобы быть уклончивым и не давать прямых ответов, пока мы ждем, пока эта волна утихнет.

—А как же моя государственная работа в это время?

—К счастью, нет никаких неотложных проблем, и страна сейчас стабильна. Для обычной государственной работы вы можете использовать свой жуткое изобретение - протез руки, и она прекрасно справится с работой, верно?

—Не называй ее жуткой, — сказал я. — Ну... Думаю, ты прав.

Он говорил о манипуляторе типа человеческой руки, который разработала  Женя. Прикрепив руку, которая могла двигаться как настоящая человеческая рука, к манекену, я мог выполнять свою правительственную работу на расстоянии. На него было жутко смотреть, поэтому он не пользовался популярностью у тех, кто должен был посещать комнату, например, у бюрократов или камергеров, но это была очень удобная вещь.

Правда, пока она у меня была, мне не было нужды оставаться в замке.

—Итак, когда я выйду из замка, что ты ждешь от меня?—  спросил я.

—Ну, чтобы создать условия, в которых легко отгородиться от дворян, желающих встретиться с вами, и в то же время быть закрытым и легко охраняемым, я рассматривал возможность краткосрочного поступления в Королевскую академию или Королевскую офицерскую академию для вас, но...—  Хакуя вытащил одно письмо. — Теперь, когда пришло нечто подобное, я думаю, что отправлю вас за границу.

—За границу?—  спросил я, глядя на письмо. На сургучной печати был изображен герб дракона.

Хакуя склонил голову.

— Я взял на себя смелость открыть его и ознакомиться с содержанием. Это приглашение на церемонию заключения договора в горном хребте Звездного Дракона.

—Госпожа Мать Дракон работает быстро, это точно.

—Хм? Что вы имеете в виду?

Хакуя вопросительно посмотрел на меня, и я объяснил ему, что произошло прошлой ночью. Когда Хакуя услышал, что я разговаривал с Матерью-Драконом во сне, на его лице появилось взволнованное выражение, которое я не часто видел у него.

—Какая это, должно быть, честь!

—Ты выглядишь ужасно взвинченным. Хакуя, ты один из тех, кто поклоняется Матери-Дракону?

—О, нет... Это правда, что моя семья поклонялась Матери-Дракону, но сам я не настолько благочестив.

—Хорошо, тогда что тебя так взволновало?—  спросил я.

Хакуя с досадой пожал плечами.

— Единственная страна, с которой горный хребет Звездного Дракона установил дипломатические отношения, - это королевство рыцарей дракона Нотунг, но бывают редкие случаи, когда Мать-Дракон делает исключение и приглашает конкретного человека, чтобы заключить с ним договор о верховой езде на драконе. Насколько я слышал, первый король этой страны также был приглашен для заключения контракта с драконом.

О, первый король, который был призван из другого мира, как и я.

Объединив различные расы, основав королевство Эльфриден, заключив договор с драконом... он вел себя гораздо более как герой, чем я. Эксель, вероятно, знала все о тех временах, так что, возможно, было бы неплохо как-нибудь подробно поговорить с ней о его достижениях.

—Что ж, как бы необычно это ни было, неужели нам стоит так торопиться?—  спросил я.

—Между вами и первым королем есть нечто общее, сир. Вы оба были призваны из другого мира. Вот почему некоторым вы напоминаете первого короля. Если вам удастся заключить договор с тамошним драконом, как это сделал первый король, число людей, которые рассматривают вас и первого короля в одном свете, увеличится. Если люди будут больше уважать вас, страна станет еще более стабильной.

—Тогда я бы заимствовал власть первого короля, — размышлял я. — Похоже, это приведет к завышенным ожиданиям, а мне это не нравится.

—Будьте готовы мириться с этим, пожалуйста. Вы выполняете свою работу как «король», но ваш титул «героя»  оставлен на произвол судьбы. Чтобы не проиграть Империи или ортодоксальному папскому государству в плане достоинства, учитывая, что у обоих есть святые, я подумал, что нам нужно что-то престижное.

—Я понимаю, что ты хочешь сказать, но... не надейтесь слишком сильно, хорошо? Не гарантировано, что я заключу контракт с драконом. Я имею в виду, что меня могли позвать туда только в качестве почетного гостя.

Предупредив Хакуя, я положил голову на ладони и задумался. Для начала, если предположить, что уже решено, что я отправлюсь в Горный Хребет Звездного Дракона... то дальше нужно было решить, кого я возьму с собой.

—...Итак, решение принято, я иду к горному хребту Звездного Дракона.

***

Прошло несколько часов. Я собрал своих спутников в конференц-зале для объявления.

Присутствовали четыре мои невесты, Лисия, Айша, Джуна и Ророа, а также премьер-министр Хакуя, капитан королевской гвардии Людвин, министр финансов Колберт, моя почетная младшая сестра Томоэ, горничные Серина и Карла, всего одиннадцать человек, включая меня.

—Ты ведь уедешь из страны? С тобой все будет в порядке?—  спросила Лисия, звучащая обеспокоенно, и я кивнул.

—Черные коты будут присматривать за мной из тени на протяжении всего пути. Учти, я не могу допустить, чтобы они вошли со мной на территорию горного хребта Звездного Дракона. Тем не менее, когда мы окажемся на территории горного хребта Звездного Дракона, вряд ли кто-то попытается нам помешать. Кроме того, я получил разрешение взять с собой на территорию хребта Звездного Дракона нескольких компаньонов. Хакуя, какое ограничение?

—До пяти - так было написано в письме.

Кивнув в ответ на ответ Хакуи, я повернулся лицом к остальным.

— В таком случае, я хочу взять с собой около пяти человек. Мы идем инкогнито, поэтому я не хочу выделяться, но это за пределами страны, и мы не знаем, что может случиться. Поэтому, насколько это возможно, я хочу, чтобы люди были способными воинами. Айша, я определенно хочу, чтобы ты была со мной.

—Да, господин. Я буду защищать вас своей жизнью, Ваше Величество.

—Это нехорошо, — сказал я. — ты уже признана народом как кандидат на то, чтобы стать моей будущей второй основной королевой. Я знаю, что мне странно говорить это, когда именно я нуждаюсь в защите, но не говори, что отдашь свою жизнь за меня. Убедись, что ты тоже будешь под защитой.

—Да! Понятно!—  Айша покачала головой вверх-вниз, кивая.

Затем я посмотрел на Лисию.

— С другой стороны, единственный человек, которого я не могу взять с собой в этот раз, это Лисия.

—...Ты можешь назвать мне причину?—  спросила Лисия с выражением недовольства на лице. Она явно была недовольна, но сначала хотела выслушать меня.

—Если я - высший авторитет в этой стране, то ты - номер два, — сказал я. — По нашим расчетам, поездка за границу продлится около месяца. Мы не можем допустить, чтобы высший руководитель и его второй номер отсутствовали так долго. Я уверен, что нашей жизни ничего не угрожает, но подумайте, что произойдет, если что-то задержит наше возвращение. В случае, если это случится, я должен оставить кого-то, кто сможет управлять страной вместо меня.

—...Ты прав. Это прискорбно, но... Я могу принять это, — сказала Лисия со вздохом.

Я тоже сожалел об этом. Она была надежной девушкой, и я действительно хотел взять ее с собой.

Лисия поднесла руку к груди, как бы пытаясь переключить свое внимание.

— Я буду держать оборону, пока тебя нет. В обмен на это ты можешь постараться не быть слишком безрассудным?

—Да. Я буду полагаться на тебя.

Когда Лисия согласилась, я обратился к Джуне.

—Что касается Джуны, которая может и сражаться, и собирать разведданные, я бы очень хотел взять тебя с собой, но мы не можем отрывать тебя от образовательной программы надолго, верно?

—...Это верно. Очень жаль.

—О, о! Я! Я! Я хочу пойти!—  Ророа подняла руку и начала прыгать вверх-вниз, пытаясь привлечь мое внимание.

Колберт тут же прижал ее руки за спиной.

— Вы не можете, принцесса! Мы расширились до такого количества различных предприятий, что вы нужны мне здесь, чтобы помочь управлять ими всеми! Кроме того, вы должны выступать вместе с Джуной по образовательной программе, верно?

Плечи Ророа опустились.

— Ой... но я тоже хотела поехать в отпуск с дорогим.

—Это поездка за границу, понятно?—  сказал я. — В конце концов, мы все вместе поедем в семейный отпуск.

—Дорогой!

Из оставшихся членов я обратил внимание на Карлу.

—Карла, я хочу, чтобы ты тоже поехала в качестве телохранителя.

—Я-яяя?!

—Из всех присутствующих здесь, я ищу кого-то с боевыми способностями и без важных дел, так что ты - самый подходящий выбор.

—П-понятно, мастер!—  воскликнула Карла.

—Карла, позаботься о Соме для меня, хорошо? —  Лисия подошла к ней и осторожно взяла ее за руку.

Карла отпустила ее, сделала шаг назад и отдала честь.

— Поручите это мне, Лисия. Я клянусь, что мой хозяин вернется невредимым!

Наблюдая краем глаза за этим обменом между двумя подругами, я обратился к группе.

—Что касается остальных, то их здесь нет, но я думаю, что возьму Хэла и Каэдэ. Боевое мастерство Хэла гарантировано, и я хорошо его знаю. Каэдэ, в конце концов, тоже сильный маг земли. Пока что я думаю, что возьму этих четверых в компаньоны. Все, поработайте над этим предположением и...

—У-Ум! Большой брат.—  Томоэ нерешительно, но отчетливо слышимым голосом, подняла руку.

—Томоэ? Что такое?—  спросил я.

—Т- возьми меня с собой, пожалуйста!

— Что?!— удивленно воскликнули все.

Робкая Томоэ, которая делала все возможное, чтобы держаться подальше от взрослых в замке, вдруг стала вести себя смело. Пожалуй, единственным, кто не был удивлен, был ее учитель Хакуя.

—Эм... это за пределами страны,  ты понимаешь?—  сказал я. — Это может быть опасно...

—Я хочу увидеть большой мир! Не только замок. Я хочу увидеть больше всего, и в конце концов стать кем-то, кто сможет поддержать моих старших брата и сестру!—  Томоэ крепко сжала кулаки, произнося свой призыв.

До сих пор мы защищали Томоэ, но она сказала, что хочет быть в состоянии поддерживать нас. Томоэ было уже одиннадцать лет. Если бы она была мальчиком, это был бы период в ее жизни, когда она все еще совершала бы глупости; а как у девочки, у нее наступал чувствительный период. Я был рад видеть эту перемену в ней как в члене семьи, и в то же время обеспокоен.

—Сир...—  сказал Хакуя. — Если возможно, я бы хотел, чтобы вы взяли с собой свою младшую сестру.

Я все еще не мог подобрать слов.

—В этот период я решил, что расширение кругозора поможет ей развиваться, — продолжил он.

Конечно, даже в моем мире была поговорка: « Если ты любишь своего ребенка, отпусти его в путешествие», но все же. Я скрестил руки и задумался о том, что делать.

—Пожалуйста, старший брат...—  Томоэ умоляла со слезами на глазах.

Когда она спросила меня с такими милыми щенячьими глазами, которые напомнили мне старую рекламу с чихуахуа, я действительно затруднялся с ответом.

С точки зрения боевых способностей у нас все было в порядке. С Аишей и Халбертом мы могли ответить почти на любую ситуацию.

Но все же... это может быть опасно...

Я находился в противоречии между беспокойством за нее как за старшего брата и желанием исполнить ее желание как старшего брата. После почти двух минут мучительных раздумий... в конце концов, я уступил искреннему взгляду Томоэ и поднял белый флаг.

—Хорошо... Я разрешаю. Но только после того, как ты получишь разрешение от Томоко. (Это была мать Томоэ) — Если ты не сможешь получить ее разрешение, я не смогу взять тебя с собой. Кроме того, никто из нас не будет говорить с ней об этом вопросе. ты должна убедить свою мать сама. Это все еще нормально?

—Да!—  Томоэ энергично кивнула.

Я не знаю, что произошло между Томоэ и Томоко после этого. Однако, в конце концов, Томоэ удалось убедить ее.

Когда позже Томоко появилась рядом с Томоэ, она, должно быть, в глубине души волновалась.

— Ваше величество, пожалуйста, позаботьтесь о моей дочери, — сказала она и решительно склонила голову.

Похоже, яблоко от яблони недалеко упало. Я имел в виду, конечно, в хорошем смысле.

Что ж, мои спутники для поездки были определены.

Мы отправляемся в путь.

В страну драконов, в горный хребет Звездного Дракона.

Конец 12-го месяца 1546-го года по континентальному календарю. ( до шоу "Вместе со старшей сестрой")

В этот день я позвал Джуну и Ророа в конференц-зал, чтобы провести совещание по поводу образовательной программы для просвещения народа, которую мы запустим в новом году. Я участвовал в этой программе как организатор, Джуна была исполнителем, а Ророа - спонсором.

— Итак, по сути, эта программа сосредоточена вокруг Джуны и маленького Мусашибо, которые обучают людей математике и другим академическим предметам с помощью песен. Однако... я думаю, что это само по себе слабовато. Люди не решатся учиться, если это будет скучно.

— Это точно, — согласилась Ророа. — Мне нравится арифметика, потому что она помогает зарабатывать деньги, но я не знаю, когда речь идет о классической литературе и тому подобном. Невозможно, чтобы кто-то третий знал, что хотел сказать автор. — Она подняла руки вверх в притворном поражении.

Джуна усмехнулась.

— На самом деле, поскольку нет правильного ответа, если ты можешь просто сказать что-то, что звучит правильно, значит, так оно и есть. Мне так проще. В арифметике даже малейшая ошибка в расчетах дает неправильный ответ.

— Ну, некоторые люди сильнее в естественных науках, а другие лучше в гуманитарных, — сказал я. — Я изучал гуманитарные науки, поэтому мое мнение ближе к мнению Джуны. Хотя история мне нравилась больше, чем литература.

— Как вы думаете, какие Сиа и старшая сестра Ай? — спросила Ророа.

— Я бы сказал, что они обе специализируются на атлетике.

Джуна хихикнула.

— Без сомнения.

— Ну, раз так, — сказал я, — учеба - это что-то вроде раздражителя, поэтому, чтобы заставить людей смотреть программу, которая подтолкнет их к этому, я думаю, нам нужен какой-то крючок. Если все, что у нас есть, это Джуна и Маленький Мусашибо, поющие веселые песенки, я думаю, это слишком слабо.

— Но разве старшая сестра Джуна не популярна во всей стране? —  спросила Ророа.

— Ну, да, у нее невероятная популярность как у лорелеи. Но это образовательная программа. Важно, чтобы то, как она поет здесь, было веселым, а не глубоко эмоциональным. Кроме того, из-за того, что это образовательная программа, я не могу наряжать ее в красивые платья.

— Вы имеете в виду, что у старшей сестры Джуны слишком много вещей, которые сковывают ее. — Ророа удовлетворенно кивнула.

Ну, в конце концов, с учетом предстоящего объявления о моей помолвке с Джуной, изменение ее образа с «Джуны-лорелеи» на «Джуну-девочку, которая поет песни для детей» было частью моего плана.

— Я думаю, если у нас будут Джуна и Маленький Мусашибо в качестве декораций, дети обязательно будут смотреть, — сказал я. — Проблема во взрослых. Если учесть уровень грамотности и академической успеваемости в этой стране, то я больше всего хочу, чтобы это смотрели именно взрослые. Дети гибкие, когда дело доходит до обучения, но у взрослых уже есть свои ценности.

— Ты прав. —  Джуна кивнула в знак согласия. — «Мне никогда не нужно было делать это раньше, так почему я должен начинать сейчас»... это то, что они скажут. Особенно те, кому больше всего нужно учиться.

Да, такие люди, как она описала, обязательно найдутся.

— Вот почему, чтобы зацепить этих взрослых, я думаю, мы запустим еще один проект, который  я запланировал, — сказал я. — И я только что нашел идеального человека для этой работы.

— Другой проект? —  спросила Джуна.

— Геройская программа.

Недавно я обнаружил человека по имени Иван Джуниро, который мог создавать спецэффекты, например, взрывы в виде иллюзии. Я продвигался вперед в производстве программы о героях с ним в центре.

— Быть крутым героем, который борется с плохими парнями, - это фантазия многих мальчиков и юношей, поэтому должен быть спрос на шоу, где женщины могут наблюдать за действительно крутым парнем. Объединив эти две вещи с образовательной программой, я хочу заставить их смотреть ее, пока они настраиваются на программу о героях.

Это был мой бесстрастный аргумент, но Ророа, казалось, сомневалась.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, дорогой, но я просто не понимаю, что это должна быть за программа о героях. В конце концов, я сама никогда не видела ни одной. На что это похоже?

— Ну... ранние токусацу-шоу были о действительно сильном человеке с тайной личностью, который легко побеждал плохих парней.  В основном они скрывали свою личность с помощью ткани, обернутой вокруг лица, или пары солнечных очков.

— Не знаю, для секретной личности они не очень хорошо ее скрывали, — сказала Ророа.

— ...Это было начало, так что, пожалуйста, не обращайте внимания на то, что внимание к деталям в таких вещах было немного слабым.

Кстати, все это я узнал от дедушки. Он был большим поклонником таких героев токусацу, и у него была коллекция выцветших плакатов, которые были для него важны.

— Дальше все развивалось, и позже появились герои, которые трансформировались, ездили на транспортных средствах и создавали боевые команды, но... Я не думаю, что мы можем сделать что-то слишком сложное с нынешним уровнем технологий в этой стране. Для начала нам стоит взять уроки из ранних сериалов токусацу.

— Я думаю, что это звучит интересно, но... создание программы будет стоить дорого, — сказала Ророа. —  Если я могу выступать здесь в качестве спонсора, то я хотела бы каким-то образом заработать на всем этом.

Просьба Ророа была вполне ожидаемой.

— Когда речь идет о программах для героев, всегда есть сопутствующие товары, — сказал я ей. —  Предметы, которые герой использует, когда перевоплощается и сражается, становятся игрушками, которые захотят купить дети. Если ваша компания будет заниматься сопутствующими товарами, я думаю, вы получите неплохую прибыль, если шоу станет хитом.

— Понятно... Да, думаю, у нас все получится.

Должно быть, она быстро подсчитала прибыль, потому что Ророа удовлетворенно усмехнулась.

Тем временем Джуна с задумчивым видом спросила:

— Я действительно думаю, что это привлечет внимание людей, но... зрители, которых ты упомянула, - это дети, юноши и женщины, верно? Вам не хватает мужчин постарше, верно?

— ...Да, это станет проблемой. — Это острое замечание заставило меня почесать голову. — Было бы неплохо, если бы у нас было что-то, что могло бы привлечь мужчин среднего возраста, которые уже слишком стары, чтобы переживать из-за героев.

— Это легко, — сказала Ророа с пустым выражением лица. А? Легко? Затем Ророа внезапно приняла сексуальную позу и застонала. —  Если мы хотим чем-то зацепить стариков, то это должна быть сексуальная привлекательность.

— Да, да, очень мило, — сказал я.

— Эй, перестань гладить меня по голове — Ророа возмущенно надула щеки.

Когда Ророа пыталась принять сексуальную позу, она выглядела как ребенок, который слишком старается казаться взрослым, но сексуальная привлекательность, хм... если бы я собирался привнести что-то из этого в шоу героев...

— Злая женщина-командир, возможно. Некоторые из них носили довольно сексуальные наряды.

— Мне это нравится, — сказала Ророа. —  Сладострастная плохая девочка подошла бы очень хорошо.

— Но кого мы могли бы пригласить на ее роль?

Когда я это сказал, в комнате воцарилась тишина.

Если бы я искал кого-то сладострастного среди близких мне людей, то и у Айши, и у Джуны была подходящая фигура, но сексуальная злая командирша - это злодейская роль, а не то, что я хотел бы ассоциировать с будущей королевой страны.

Я размышлял.

—    Хм, если бы только у меня был кто-то с отличной фигурой, кто был бы готов носить сексуальные наряды, кто сыграл бы злодея, если бы я попросил его об этом... Эй, подожди.

— ...Хм? —  спросила Ророа.

— Ваше Величество, разве это не... —  медленно сказала Джуна.

Казалось, мы трое пришли к одному и тому же выводу.

Она была бы идеальна!

**

— Апчки!

— Что случилось, Карла? —  спросила Лисия. — Ты простудилась?

— О, нет, я в порядке. Наверное, кто-то говорит обо мне.

**

Вот так мы выбрали мисс Дран.

Начало второго месяца 1547-й года по континентальному календарю (по времени до событий  "Секретное оружие королевства")

Город Лагуна-Сити

Была зима, но в это утро небо было ясным, а погода - теплой. На борту одинокого крейсера, остановившегося в военном порту Лагун-Сити, кто-то пел не в такт.

— Вместо полетов - море мне дорога. Держи штурвал ровно! Держи штурвал ровно! Лай-лай-лай-лай-лай-лай.

Голос принадлежал бывшему генералу ВВС Кастору, который в настоящее время находился в заключении у Эксель Уолтер после того, как принял участие в восстании. Он как раз протирал палубу, напевая при этом песню, которую придумывал на ходу.

— Д-герцог Варгас, что вы делаете? — К Кастору подбежал человек средних лет. Он был вторым по старшинству на этом крейсере.

— А? — Кастор поднял свою швабру и посмотрел на мужчину сбоку. — Вы не видите? Я мою палубу.

— Это работа для молодых морских пехотинцев. Если этим будет заниматься бывший герцог, это заставит нижних офицеров чувствовать себя напряженно, а высших - неловко.

Кастор ответил с несколько самодовольной ухмылкой:

— Я теперь новобранец. Разве герцогиня Уолтер не велела вам обращаться со мной как с новобранцем?.

Находясь под опекой Эксель, Кастор днем проходил обучение в качестве обычного морского пехотинца, а ночью получал от Эксель инструкции по работе флота.

По началу Кастор был озадачен тем, что ему вдруг пришлось изучать военно-морской флот, но от нечего делать, находясь под опекой другого дома, а также из-за глубоко укоренившегося военного мышления, он наслаждался возможностью служить в вооруженных силах, даже если между ВВС и ВМФ были различия.

— И еще, не называйте меня герцогом Варгасом, — добавил Кастор. — Меня лишили фамилии.

— А... Тогда сэр Кастор. Нет, но все же, вы также племянник герцогини Уолтер...

Хотя Кастор и принял свое новое положение, окружающие не приняли его. Поскольку ранее он был одним из трех герцогов, а также мужем дочери Эксель, главы Национальных сил обороны (хотя официально он и его жена были в разводе), люди здесь не знали, что с ним делать. Чем выше в командной цепочке находился человек, тем очевиднее это становилось.

Кастор заметил реакцию второго командира и раздраженно сказал:

— Не беспокойтесь об этом. Теперь я просто Кастор. Кроме того, мне не противно драить палубу. Когда я служил в ВВС, я сам ухаживал за своей виверной. Это то, на чем я буду ездить верхом и чему доверю свою жизнь, так что в этом смысле корабль и виверна не такие уж разные. Вычистив каждый уголок, я смогу почувствовать форму корабля.

— Хотел бы я, чтобы кто-нибудь из молодых морпехов, которые ноют о том, что им приходится убираться, услышал, как вы это говорите, — со вздохом сказал второй командир.

Когда-то он сам был новобранцем и ненавидел свои дни, когда ежедневно мыл палубы и получал солнечные ожоги. Лишь много позже он понял, что это время постепенно преподнесло ему важные уроки. Способность Кастора сразу понять это впечатляла, но не меньше, чем можно было ожидать от человека, который много лет командовал целой армией.

Кастор положил подбородок на конец своей швабры, прижатой к палубе.

— Кроме того, если я не буду работать, я не смогу пойти выпить.

— Это вопрос денег? ...Если подумать, что с вашей зарплатой?

Им было приказано обращаться с Кастором как с новобранцем, но технически он находился под опекой Эксель и формально не был морпехом. Естественно, это означало, что он не будет получать зарплату от Национальных сил обороны.

Плечи Кастора опустились. — Я живу исключительно на карманные деньги герцогини Уолтер.

— Хм... С деньгами туго? — спросил солдат.

— Нет, она дает мне хорошую сумму для человека, находящегося под стражей. У меня нет никаких расходов на проживание в особняке Уолтер ... Но все же.

— Есть ли что-то, что вас не устраивает?

— Мы говорим о герцогине Уолтер, — сказал Кастор. — Если я не буду серьезно относиться к своей подготовке в качестве морского пехотинца и не узнаю от нее, как работает флот, неизвестно, что она мне скажет. Я уверен, что она начнет укорять меня с улыбкой на лице.

— ...Я понимаю.

Второй командир сочувствовал ситуации Кастора.

Все морпехи называли Эксель мамой из уважения, но они также хорошо знали, что у нее был характер, который заходил слишком далеко, чтобы называть этот титул просто игриво-озорным. У нее было красивое, стройное тело, которое делало ее похожей на женщину лет двадцати пяти, и она была весьма искусна как в военной, так и в политической стратегии, но только новобранец, не знающий ее истинной природы, мог искренне радоваться тому, что она обращается к нему.

Кастор глубоко вздохнул.

— Хотел бы я вернуться назад и предупредить одного молодого человека, который тосковал по герцогине Уолтер: « Остановись. Эта женщина - больше, чем ты можешь осилить».

— Так вы тоже прошли через это, сэр Кастор? Каждый мужчина на флоте в какой-то момент влюбляется в прекрасную герцогиню Уолтер. Естественно, эта любовь никогда не сбывается и приносит только мучения, когда они вспоминают о ней годы спустя.

— Я знаю, что они чувствуют, — сказал Кастор. — Но иногда какому-то сумасшедшему ублюдку удается пустить стрелу в ее сердце. В конце концов, именно так родилась Аксела

— О, раз уж вы об этом заговорили...— Второй командир начал что-то говорить, но остановился.

Кастор насторожился и спросил:

— Что? Если вас что-то беспокоит, скажите, пожалуйста.

— Нет... Ваша жена - дочь герцогини Эксель, и ходили слухи, что вы ухлестываете за ее дочерью, потому что герцогиня Уолтер отвергла вас..."

— ...О. Да, я слышал эти слухи.

Кастор в отчаянии пожал плечами. Это была правда, такие слухи ходили уже давно. Но когда стало известно, насколько близки они с Акселой... вернее, насколько она держит его под своим контролем, слухи сами собой утихли.

— Ну, правда немного другая. Можно сказать, наоборот...

— А? Что это значит?!

— Это значит, ну... Позвольте мне сохранить это в секрете.

— Ооо, теперь мне стало любопытно.

Увидев выражение искреннего интереса на лице второго командира, Кастор криво улыбнулся и сказал:

— Ну, как насчет того, чтобы угостить меня выпивкой сегодня вечером? Если угостите, я расскажу что произошло тогда.

— Я покажу вам лучшее место в округе.

И вот, в тот вечер они пошли выпить.

**

Кстати, место, в которое второй командир повел Кастора, было из тех, в которых,пока пьешь, можно приятно поболтать с хорошенькими дамами,  что впоследствии привело к некоторым неприятностям, но Кастор не мог знать об этом в данный момент.

С конца 1546-го года до начала 1547-го года по континентальному календарю

Примерно в это время временный король Фридонии, Сома Казуя, почти каждую ночь получал приглашения от знати королевства посетить банкеты и другие общественные мероприятия.

Было решено, что коронация Сомы и его свадьба с Лисией и другими произойдет в конце 1547-го года, поэтому дворяне отчаянно пытались привести дочерей из своих домов, чтобы они тоже стали невестами Сомы.

Он мог отклонить просьбы мелких домов, но крупные дома он не мог игнорировать, потому что это могло повлиять на политику королевства. Сома должен был, по крайней мере, посещать эти мероприятия, но при этом мягко игнорировать дворян, которые пытались продать ему своих дочерей.

При этом важно было, чтобы у него был партнер. Если одна из его невест всегда была на его стороне, дворянам было сложнее рекомендовать ему своих дочерей. Три его официальные невесты, Лисия, Айша и Ророа, а также пока еще не объявленная невеста Джуна, по очереди находились рядом с ним.

— Сома — король, поэтому мы должны смириться с тем, что ему придется брать других жен по политическим причинам, как внутренним, так и внешним, — напутствовала Лисия трех своих невест. — Тем не менее, мы не можем позволить женщине со скрытыми мотивами стать королевой. Мы должны охранять Сому должным образом и не позволять тем, кто жаждет власти, вступать в супружеские отношения с королевским домом.

Айша, Джуна и Ророа кивнули.

****

В этот день Лисия присутствовала на светском приеме в качестве партнерши Сомы.

Среди присутствующих было много женщин в пышных платьях, но почему-то….. в общем Лисия была одна в своей униформе.

— ...Почему ты в форме, Лисия? — спросил Сома.

— В ней будет легче передвигаться, если что-то случится. Кроме того, моя форма была разработана специально для меня. Я могу надеть ее на любую вечеринку и не чувствовать себя при этом неловко.

— Хм... Это как удобная студенческая форма, которую можно надевать на свадьбы и похороны,

— Ну, да, но... неужели тебе больше нечего сказать по этому поводу? — Лисия слегка надула щеки, что заставило Сому криво улыбнуться.

— Ты всегда говоришь мне, чтобы я вел себя как король, но ты сама не очень-то похожа на принцессу. Я не помню, чтобы я когда-нибудь видел тебя в платье.

— Уф, ну, это потому, что они мне не очень нравятся...

— Но я бы хотел увидеть тебя нарядной.

— ...Я подумаю об этом.

Эти двое приятно болтали. Тем временем женщины, пришедшие на этот светский раут в надежде выйти замуж за богатого, наблюдали издалека, кусая в досаде свои платки.

Что это за вибрации?! Из-за этого я не решаюсь с ним заговорить! — думали они все.

Техника охраны Лисии: «Бессознательное создание атмосферы, в которую никто не может вторгнуться. »

****

В этот день Ророа присутствовала на дне рождения влиятельного дворянина в качестве партнера Сомы.

Несмотря на то, что это был день рождения, почти все дворяне проводили его в формате банкета, так что единственным отличием было то, что участники должны были дарить подарки дому, празднующему день рождения.

Кстати, в случае с Сомой, его присутствие на мероприятии уже считалось подарком, поэтому ему не нужно было преподносить никаких других подарков. Взамен он должен был поговорить с дворянином, для которого устраивался праздник. Это была возможность для дворян, которые хотели послать своих дочерей стать его королевами.

Однако маленькая тануки* из Амидонии не желала ничего подобного.

Ророа встала посреди зала, широко раскинула руки и возвысила голос.

— Итак, дамы и господа, мне было неловко, что я пришла на этот праздник без подарка. В таком случае, вот небольшой сюрприз, приготовленный для всех вас.

— Хахх! — С потолка внезапно упал человек. Это был мускулистый мужчина в серебряной маске и красном шарфе. Это был герой, о котором говорили во всем королевстве, Владыка Сильван. — Заряжай! Сильван!

— Ну вот и все, — удовлетворенно сказала Ророа. — Мы привели с собой суперпопулярного Владыку Сильвана.

Дворяне зааплодировали. Сильван был популярен и среди взрослых, и все они, спотыкаясь, спешили к нему, чтобы пожать ему руку. Даже сам хозяин вечеринки забыл о своих делах и присоединился к ним.

Когда он смотрел на них, стоящих рука об руку с Ророа, плечи Сомы опустились.

— Эта страна... будет в порядке?

— Мвахаха, это очень весело, — засмеялась она.

Охранная техника Ророа: «ее пугающая способность подстраивать все заранее».

****

В этот день Джуна присутствовала на бале-маскараде в качестве партнера Сомы.

Это был знатный банкет, но хозяин было задумал нечто особенное. Он заставил всех участников надеть маски и принять участие в танцевальном вечере. Замысел состоял в том, чтобы люди лучше узнали друг друга, не заботясь о размерах своих домов, наличии супруга или суженой, но большинство женщин здесь были нацелены на Сому.

Даже в маске внешность Сомы была хорошо известна, поэтому его быстро вычислили. Теперь женщины должны были направиться к Соме... но не могли.

— ...

Потому что рядом с ним стоял образ потусторонней красоты.

Красота ее лица, которую они могли различить даже сквозь маску, ее прекрасные, блестящие голубые волосы, ее удивительная фигура и грациозные движения, она была как концентрированная масса женской привлекательности, и это заставляло других присутствующих женщин чувствовать себя настолько неполноценными, что они не могли даже приблизиться.

Тем временем, Сома разговаривал с женщиной рядом с ним слегка обеспокоенным тоном.

— Как ты думаешь, это нормально? Мы еще не объявили о нашей помолвке.

Джуна усмехнулась.

— Сейчас мы с тобой просто еще одни мужчина и женщина в масках, сир.

Охранная техника Джуны: «Сокрушить соперницу своей переполняющей ее грацией.»

****

В этот день Айша присутствовала на банкете в качестве партнерши Сомы.

Здесь же вельможи внимательно следили за своим шансом наладить связи с Сомой.

— О, Ваше Величество, как приятно?! — вскричал кто-то из знати.

— Что вы, Ваше Величество, как я рад вас видеть. Что скажете, не желаете ли присоединиться ко мне для... Вау?!

Каждый раз, когда кто-то из благородных пытался приблизиться к Соме, женщина на его стороне проецировала на них свою ауру воина, чтобы запугать их. Хотя она была красивой темной эльфийкой в серебряном платье, она заставляла дворян чувствовать себя так, будто на них смотрит тигр с мечом, и они не могли подойти к Соме.

Айша даже не осознавала, что делает; она просто была на страже против любого, кто приближался к Соме, потому что это был ее долг как его телохранителя. Итак...

— Здравствуйте, Ваше Величество, — сказала женщина. —  Для меня честь познакомиться с вами.

— Ваше Величество, пожалуйста, расскажите мне о войне в Амидонии, — умоляла другая женщина.

— О. Нет, эм... —  заикнулся Сома.

Поэтому Айша не стала использовать свою подавляющую ауру против молодых женщин, которые явно не желали Соме зла, и женщины удивительно легко подошли к нему.

Женщины приблизились к Соме, уверенные, что это их шанс понравиться ему.

— Ваше Величество, после этого, почему бы нам не найти какое-нибудь место, где мы могли бы побыть вдвоем...

— ...Сир, — сказала Айша, дергая его за рукав.

Когда она посмотрела на него глазами, почти как у брошенного щенка, Сома не мог оставить ее одну, и он отстранился от женщин, чтобы они могли пойти куда-нибудь, где меньше людей.

— Ты в порядке, Айша? Тебе нехорошо?

— ...Нет, теперь я в порядке. Однако, давайте останемся здесь еще ненадолго.

Айша наклонилась к Соме, умоляя его побаловать ее. Наконец-то она полностью завладела вниманием Сомы, поэтому Айша удовлетворенно улыбнулась.

Охранная техника Айши: «Способность переключаться между представлением себя как способного воина и потерянного щенка.»

Это была битва, которую эти женщины не могли позволить себе проиграть.

________________________________

Тануки (яп. 狸 или タヌキ) — традиционные японские звери-оборотни, символизирующие счастье и благополучие. Обычно описываются в виде енотовидных собак.

Иногда тануки любит подшутить над человеком, но он сам доверчивый и невезучий, из-за чего часто попадает в неприятности. Тануки может превращаться в человека и даже в предмет. В одной сказке, например, тануки превратился в чайник, а люди его поставили на огонь. В переводе на русский язык, особенно адаптированном, название животного часто меняют на енота или барсука.

Поздно вечером второго месяца 1547-го года по континентальному календарю.

В этот день министр сельского и лесного хозяйства королевства Фридония Пончо и главная горничная Серина вместе пришли в ресторан Ишизуки в замке Парнам.

Здесь в экспериментальном порядке подавались рецепты с Земли, воссозданные Сомой и Пончо, и все, кто работал в замке, были здесь желанными гостями.

Однако, поскольку часы работы были с вечера до поздней ночи, в итоге сюда могли ходить только те, у кого были ночные смены. Рабочие часы уже закончились, и Пончо и Серина были в магазине одни.

Эти двое были здесь не просто так: чтобы выполнить обещание, данное ранее в тот день.

— Хорошо, я сделаю тебе поджаренный сэндвич.

— Спасибо, — сказала Серина.

Это было обещание сделать Серине поджаренный сэндвич.

Пончо поднял кухонный инструмент, который выглядел как две сковородки, соединенные вместе.

—Их легко сделать. Вы кладете кусок хлеба на одну сторону этого сэндвич-мейкера, сверху кладете начинку, затем кладете другой кусок хлеба, а потом просто закрываете сэндвич-мейкер и готовите с обеих сторон. В качестве начинки я использую обычную ветчину и сыр.

Пончо объяснил, когда он искусно готовил сэндвич. Обычно Пончо казался немного туповатым, но его дух приключений, когда дело касалось еды, и его мастерство в ее приготовлении были просто великолепны. Он перевернул сэндвич-мейкер, поджарив хлеб с обеих сторон, снял его с жара, когда тот как раз подошел, затем открыл устройство, достал сэндвич и разрезал его на две части. Когда он разрезал его, с боков  сэндвича вытекал расплавленный сыр.

Пончо положил его на тарелку и подал Серине.

—  Вот, держите.

— О, этот чудесный аромат действительно возбуждает аппетит, Пончо. —  Серина смотрела на сэндвич в зачарованном состоянии, чего никак нельзя было предположить по ее обычному дерзкому поведению. Затем, взяв один кусок, она медленно откусила его. — Горячий...!

— Ты в порядке?! Возможно, вам стоит подождать, пока он немного остынет...

— ...Нет, я в порядке. Он горячий, хрустящий и вкусный.

Серина откусывала кусочки от поджаренного сэндвича. Пончо, который с облегчением увидел, что с ней все в порядке, объяснил Серине, пока она с жадностью поглощала сэндвич:

—  Поджаренный сэндвич обжаривается сдавленным, поэтому даже немного зачерствевший хлеб вкусен в таком виде, да. Если срезать корочки и хорошо прожарить, то можно запечатать начинку внутри, так что их удобно носить с собой.

— Это замечательное блюдо. Я наслаждалась каждым кусочком. —  Серина, закончив есть, вытерла рот салфеткой.

Пончо нравилось видеть, как другие наслаждаются его едой, так же как и он сам, поэтому ее довольное выражение лица было для него приятным зрелищем.

Затем Серина заметила какой-то сладкий запах. Запах, казалось, исходил от кастрюли, которая стояла на огне.

— ...Что-то кипит?

— О, точно,  —  Пончо поспешно бросился к кастрюле, открыл крышку и помешал содержимое лопаткой. От этого сладкий запах еще больше наполнил воздух. Серина заглянула в кастрюлю рядом с ним. Внутри находилось зеленое комковатое вещество, которое было густым и кипящим.

— Это... горох?

— Да, это горох. Горох, сваренный с сахаром.

— С сахаром? Это не суп?

— Нет. По словам Его Величества, это называется Анко*.

— Анко?

— Похоже, в мире Его Величества это Анко использовали для приготовления сладостей. Сейчас я пытаюсь воссоздать его методом проб и ошибок по приказу Его Величества.

Стандартно для приготовления анко использовались бобы азуки*, но в этой стране их не было (хотя в других странах они могли быть), поэтому Пончо заменил их зеленым горошком, пытаясь создать анко.

Помешивая кастрюлю, Пончо добавил, как будто только что вспомнил:

— Если подумать, одно из самых известных блюд с использованием анко в мире Его Величества называлось Тайяки*.

Услышав это название, Серина, казалось, засомневалась.

— Тайяки... Они добавляют анко в жареную рыбу? Звучит не очень аппетитно.

— О, нет, это не рыба, это сладость в форме рыбы. Это как поджаренный сэндвич с анко в качестве начинки, или что-то в этом роде. Не хотите ли попробовать?

— Несомненно! — с нетерпением ответила Серина.

Пончо криво усмехнулся, положив хлеб в тостер для сэндвичей, как и раньше, положил на него зеленый горошек анко из кастрюли, затем положил сверху еще один кусок хлеба и поджарил его с обеих сторон. Он разделил готовый поджаренный сэндвич с анко на две части, и на этот раз (поскольку они проверяли его вкус), каждый взял по половине.

— О... Это тоже вкусно, — сказала она.

— Да. Я думаю, что это очень вкусно.

У Серины было восхищенное выражение лица, а Пончо удовлетворенно улыбнулся. Как только было создано это  оборудование, тосты стало легко делать. Если бы подсластителей, таких как сахар, стало больше, их можно было бы продавать в уличных ларьках. Так думал Пончо, но тут он заметил задумчивое выражение лица Серины.

— В чем дело, госпожа Серина?

— О, ничего... Просто это намного вкуснее, чем поджаренный бутерброд, который я ела раньше, поэтому я была немного озадачена.

— Я вижу, вы любите сладкое, мадам Серина.

— Нет, не особенно, просто... это было вкусно, потому что это успокоило меня... или что-то в этом роде. Странно. Хотя я чувствовала, что оба были вкусными.

— Хм... — Пончо пришла в голову идея. — Как вы думаете, это может быть потому, что мы разделили их? Любая еда вкуснее, когда она разделена с другим человеком, чем когда ты ешь ее один.

— ...Понятно…

Для Серины все встало на свои места. Есть с другим человеком было вкуснее. Есть с Пончо было вкусно. Это был ответ.

— Я теперь уверена. Тогда, чтобы я могла и дальше наслаждаться вкусной едой в самом лучшем виде, сэр Пончо, давайте и в будущем есть вместе. Нет, пожалуйста, накормите меня.

Сказав это, Серина мягко улыбнулась ему.

Пончо смотрел на нее  в восхищении, наблюдая за улыбкой красивой главной служанки, которая была известна как полная садистка.

_______________

Анко, паста адзуки — уваренные с сахаром или мёдом бобы фасоли адзуки(вид бобов). Анко была изобретена в Китае. Используется в японской, китайской, корейской кухнях.

Тайяки (яп. 鯛焼き; запечённый морской лещ) — японское печенье в форме рыбки. Наиболее популярная начинка — джем анко из бобов адзуки.

Последний день третьего месяца, 1547-й год, континентальный календарь

— Бабушка, я здесь, чтобы принести весну! —  закричал ребенок.

— О, как хорошо, что ты пришел. Вот, возьми конфетку.

Этот яркий солнечный день был днем Праздника прихода весны.

Дети нарядились феями и раздавали взрослым цветы, а взрослые в ответ дарили им конфеты. Повсюду слышались радостные детские голоса. В городе Парнам, который праздновал этот праздник, лунарианский православный епископ Соуджи Лестэр сидел на балконе и пил вино.

—Мирно... — весело заметил он. — Вино вкуснее всего, когда ты можешь пить его в середине дня, окруженный голосами играющих детей.

— Тебе нравится пить в любое время суток, и ты это знаешь, — сказала женщина, сидевшая напротив него, с низко надвинутым на глаза капюшоном. Это была высокая эльфийка Мерула Мерлин, которая сопровождала Соуджи в эту страну. — Ты епископ, не так ли, Соуджи? Разве это нормально, что ты напиваешься в день праздника?

— Когда епископа нет, народ играет. Для верующих в этой стране будет лучше, если я не буду действовать по указаниям основной церкови. Я должен быть правильно ленивым.

— Если правильно сформулируешь, ты можешь заставить что угодно звучать безобидно, ...

Пока Мерула делала глоток вина с измученным выражением лица, Соуджи искренне смеялся.

— Почему бы тебе тогда не присоединиться к фестивалю? С твоим телом, я уверен, ты сможешь уговорить их дать тебе конфеты.

— Что? Ты смеешь говорить, что у меня тело ребенка?! Я слишком высокая, так что это явно не сработает!

— Ну, если бы у тебя был рост ребенка, это не позволило бы тебе  тут пить со мной.

Успокаивая сердитую Мерулу, Соуджи посмотрел на улицу.

Возможно, из-за праздничной атмосферы, люди, приходящие и уходящие, казались какими-то возбужденными. Это была мирная сцена, но сколько среди них последователей лунарианской ортодоксии? В ортодоксальном папском государстве, где они были ограничены учениями церкви и придавали большое значение поддержанию внешнего вида, Праздник прихода весны никогда не был таким большим событием.

Честно говоря... Это заставляет задуматься, какая из наших стран действительно благословлена Богом. Соуджи криво улыбнулся, отпивая из бокала.

Затем он заметил пару, которая немного выделялась из толпы, приближаясь с другой стороны улицы.

— Здесь, конечно, оживленно, — сказала девушка. — О, Хэл, как ты думаешь, для чего этот ларек?

— Эй, Каэдэ, не тяни так сильно!

Молодого офицера с выразительными рыжими волосами тащила за руку белобрысая девушка-зверь с лисьими ушами. Это были Халберт и Каэдэ. Эти двое тренировались на борту "Хирю" до недавнего времени, но вернулись в королевскую столицу на первый за последнее время длительный отпуск.

****

Халберт почесал голову и вздохнул.

— Честно говоря, это редкий выходной день, поэтому я хотел бы, чтобы ты позволила мне отдохнуть. Я измотан днями тяжелых тренировок, тебе понятно?

— Именно потому, что это редкий выходной день, мы должны использовать его по максимуму! — сказала Каэдэ.

— Слушай, для тебя это, наверное, нормально, раз ты занимаешься умственным трудом…

— О? Тебе не весело со мной, Хэл?

Когда Каэдэ спросила это, подняв глаза, Халберт застенчиво отвел взгляд.

— Я... я никогда этого не говорил...

— Ну, вот и  хорошо. Я всегда заставляю тебя выполнять суровые приказы, поэтому я хотела убедиться, что сегодня ты получишь все возможные удовольствия.

Каэдэ обхватила руку Хэла. Когда его очаровательная подруга детства прижалась к нему так близко, что он почувствовал тепло ее тела, Халберт был не совсем недоволен ситуацией.

— ...Вздох. Если ты могла быть такой милой во время тренировок.

— Хи-хи! Тогда ты хочешь, чтобы я и на тренировках так к тебе прижималась?

— Прекрати. Завистливые взгляды, которые я получаю от других парней, и так достаточно напрягают.

Халберт часто находился рядом с Каэдэ, которая стала идолом Национальных сил обороны, поэтому он ежедневно сталкивался с ревнивыми взглядами других мужчин. Они знали друг друга, потому что их семьи были близки, и Халберт и Каэдэ думали, что им пора обручиться, но Халберт чувствовал боль в животе всякий раз, когда думал о необходимости объявить об этом.

—Люди которые служат под моим началом, тоже постоянно дразнят меня по этому поводу. Это настоящая проблема.

— Хи-хи, это просто показывает, какой ты везучий парень, — игриво сказала Каэдэ.

Халберт не смог ничего сказать в ответ.

Соуджи, подслушивавший их разговор, язвительно улыбнулся. «Эй, брат, судя по тому, как все идет, в будущем она своего добьётся.»

Соуджи допил остатки из своего бокала.

Но, в общем, даже король настолько привязан к своим невестам, что вынужден тратить свой выходной день на то, чтобы заручиться их благосклонностью. Может быть, то, что женщины имеют преимущество в браке, типично для этой страны. Я бы не хотел, чтобы это случилось со мной.

Пока Соуджи жалел Халберта, Мерула смотрела на него с презрением.

—Чего ты ухмыляешься?

— Хм? Да так, ничего особенного. Просто думаю, что жизнь холостяка хороша и легка, вот и все.

Затем Соуджи налил себе еще один стакан.

От автора:

Привет, это я Додзёмару. Спасибо, что приобрели пятый том "Героя-реалиста".

Из-за поколения, из которого я родом, Zyuranger (Супер Рейнджеры) - это команда героев, к которой я привязан больше всего. Я хотел быть Zyusouken (Рейнджером)...

В веб-версии новеллы начиналась новая эпаха. С этого момента количество второстепенных персонажей в актерском составе расширяется, количество историй, посвященных второстепенным персонажам, увеличивается, и история превращается в ансамблевое произведение. Персонажей очень много, и я уверен, что буду доставлять  много хлопот иллюстратору, придумывающему дизайн для всех них, но я надеюсь продолжить совместную работу  с ним в будущем.

Как раз на этом этапе написания веб-романа иллюстратор Mizuka Sasa прислала рисунок в мою поддержку, я также получил невероятную карту мира от человека по имени Tofu-chan-san ( ране было в иллюстрациях 4 тома). Это дало мне понять, что самые разные люди читают мою работу. Есть люди, которые указывают на опечатки, пропущенные слова и несоответствия. Я благодарен всем.

А теперь тизер к следующей книге.

Сома отправляется на горный хребет Звездного Дракона, но затем все превращается в необычную историю  встречи мальчика с девочкой. Собственно, появиться новый персонаж -  черноволосая  девушка.

А теперь я благодарю Фуюки за прекрасные иллюстрации, моего редактора, дизайнеров, корректоров и всех, кто держит эту книгу в руках.

Это был Додзёмару.

****

От переводчика-редактора:

Приветствую читателей. Спасибо что читали мой перевод, надеюсь, вам было интересно.

Просто общайтесь, делитесь впечатлениями и комментируйте! Я стараюсь выпускать главы максимально часто, для того что бы люди не теряли нить рассказа и наслаждаться новеллой вместе с вами

Спасибо всем кто поддерживает перевод в комментариях. И спасибо людям которые указывают на опечатки, пропущенные слова и несоответствия. Благодаря вашим комментариям текст становиться лучше с каждой главой.

Начало 6 тома начнется с 24-25 числа( вторник-среда), нас ждет том посвященный драконам.

Если взглянуть на карту этого мира, то там был один ромбовидный континент, Ландия, и несколько отдаленных островов разного размера.

В центре этого континента, называемого Пуп Ландии, находились горы высотой более трёх тысяч метров, которые составляли горный хребет Звездного Дракона.

Здесь жили драконы, собравшиеся вокруг живого бога-зверя, Матери-Дракона, которая была предметом поклонения. Местных драконов можно было даже назвать нацией.

Человеческие народы определили горный хребет Звездного Дракона как государство драконов. Здесь не было четко очерченной границы, но ни одна страна не хотела посягать на их территорию настолько сильно, что готова была воевать из-за нее с могущественными драконами. Поэтому человечество и драконы, естественно, держались в стороне друг от друга.

Несмотря на то, что после появления на континенте Домена Владыки Демонов времена были хаотичными, Горный Хребет Звездного Дракона был естественной крепостью, изолированной от последствий.

На высоком плато в центре горного хребта Звездного Дракона находился Дракул, рай для драконов.

Возможно, благодаря каким-то действиям Матери-Дракона, на плато была вечная весна, несмотря на то, что оно находилось на высоте более пяти тысяч метров. Это была плодородная и зеленая земля с обильными запасами чистой воды.

В Дракуле драконы вели уникальный образ жизни.

Несмотря на огромное тело, массивные крылья, мощные рога и клыки, драконы могли говорить на человеческом языке. Они также могли принимать красивые человекоподобные формы. Они заключали с рыцарями своего союзника, Королевством рыцарей-драконов Нотунг, договоры о верховой езде, согласно которым они становились любимыми союзниками для рыцарей, давая клятву сражаться вместе на поле боя. В то же время они должны были стать спутницами жизни и рожать рыцарям детей.

Представители расы драконов были сексуально неоднозначны и не могли производить детей между собой. Другими словами, в обмен на то, что они будут сражаться вместе с рыцарями Нотунга, рыцари должны были гарантировать им благополучное потомство.

Каждый ребенок рождался либо драконом, либо драконенком, либо расой рыцаря.

Если это был дракон, то он появлялся на свет в виде яйца, и его забирали у родителей, чтобы Мать-Дракон хранила его в горном хребте Звездного Дракона. Отчасти это делалось для того, чтобы не придавать значения происхождению дракона, но также было неясно, сколько времени потребуется драконьему яйцу, чтобы вылупиться. Поскольку иногда на это могли уйти сотни лет, его нельзя было оставлять у родителей.

В любом случае, эти партнерские контракты заключались между новыми рыцарями и драконами на церемонии заключения договора, которая проводилась в конце весны каждого года.

Это время... почти наступило.

***

В середине третьего месяца 1547-го года по континентальному календарю.

Это был лес на восточной стороне плато Дракул в горном хребте Звездного Дракона.

С вечной весной леса горного хребта Звездного Дракона всегда были украшены свежей порослью. Листья были насыщенного зеленого цвета, и если смотреть на них из леса, то они сверкали в солнечном свете, проникающем сквозь верхушки деревьев. Однако дальше, на уровне земли, солнечного света было мало, и там было мрачно.

В этом мрачном лесу была небольшая пещера.

Перед этой пещерой приземлился белый дракон. ее белая чешуя блестела на свету, а ее серебристая грива развевалась на ветру. На голове у нее красовалась изящная пара рогов, похожих на козлиные. Серебряный дракон сложила свои большие крылья и, выгнув шею, заглянула в пещеру.

— Надин, ты там? — позвала белый дракон, входя в пещеру.

Хотя она и говорила, но не вслух. Драконы могли разговаривать по своей воле, не используя голоса. Ответа на зов белого дракона не последовало, но изнутри пещеры донесся небольшой шум. Вероятно, ее обитатель притворялся, что его там нет.

Белый дракон застонала.

— Хватит меня игнорировать! Я знаю, что ты там! — воскликнула она с досадой, а затем сделала глубокий вдох. Она вдохнула, из уголков ее губ потекли оранжевые языки пламени. Если бы она сейчас открыла рот, то выпустила бы дыхание дракона - огненную атаку, способную уничтожить целые страны.

— Если ты будешь слишком несговорчивой, ты знаешь я все сожгу!

— Стой, Пай! Ты сожжешь книги! — раздался панический голос девушки из пещеры.

Услышав этот голос, Пай развеяла пламя, а затем издала вздох.

— Честно... Перестань прятаться там и выходи сюда.

— Но я смотрела Музыкальную передачу...

— Музыкальную передачу? Что?

— Это музыкальная программа из Империи Гран-Кэйос.

— Империя Гран-Кэйос?! — воскликнула белая драконша.

Империя Гран-Кэйос была сильной страной с прочно укоренившейся властной базой на западе континента. Хотя с момента появления Домена Владыки Демонов они находились в обороне, они все еще оставались самой могущественной из всех наций человечества.

В то время, когда Империя Гран-Кэйос пыталась установить свою власть на континенте, она вторглась в Горный Хребет Звездного Дракона. Это была империя на пике своего могущества, ее армия насчитывала сотни тысяч человек, а противостояли ей около тысячи драконов. Как и следовало ожидать, учитывая, что, как говорят, один дракон может уничтожить небольшую нацию, Имперские войска были подавлены, и им не оставалось ничего другого, как отступить. После этого сражения отношения с Империей трудно было назвать хорошими.

— Империя враждебна нам, пойми! — воскликнула Пай. — О чем ты думаешь?!

— Мы же сейчас не на войне, верно? — ответила Надин. — Нынешняя императрица, Мария, прекрасна и кажется мирной. Я думаю, нам стоит воспользоваться шансом и попытаться подружиться с ними.

— Ты так говоришь, но... не рассердится ли леди Тиамат, если услышит тебя? — запротестовала Пай.

Тиамат была предводительницей горного хребта Звездного Дракона, которую человечество знало и почитало как Мать-Дракона. Она была как мать для всех драконов, живших в этой местности, и когда прозвучало ее имя, девушка в пещере немного запаниковала.

— Ахаха... Это немного страшно... ты меня пугаешь, так что молчи об этом, хорошо?

— О, ради всего святого... —  Пай вздохнула. Все ее тело излучало яркий свет, и она мгновенно превратилась в красивую молодую девушку с бледной кожей и длинными, струящимися белыми волосами, одетую в белое цельное платье. Она выглядела вполне по-человечески, но козлиные рога, растущие из-под ее волос, и белый хвост, тянущийся от ее крестца, ясно показывали, что она была прежним белым драконом.

Пай вошла в пещеру. Там было не так уж и холодно, как казалось. Воздух был свежим. Это было нормально для пещер в горном хребте Звездного Дракона.

Пай продвигалась по пещере и дошла до места, где она внезапно остановилась.

Перед ее глазами открылась совсем девчачья  комната, которая сильно выделалась на фоне каменных стен пещеры. Здесь были милый комод и кровать. Книжные полки были уставлены книгами всех народов мира (в основном романтическими романами). Пай обратилась к человеку, наблюдавшему за простым приемником голосовой трансляции в центре этой комнаты.

— О, Надин, опять ты смотришь на этот простой приемник...

— Да, и что? — ответила девушка по имени Надин. У нее были черные волосы, и она была одета в черный комбинезон. — Я могу смотреть то, что хочу.

Из ее объемных черных волос по обе стороны головы росли рога, похожие на оленьи, а из задней части головы торчал черный хвост. На первый взгляд, ей было около пятнадцати лет. Она была невысокого роста и выглядела незрелой. Однако при взгляде в профиль на ее юное лицо проступал намек на красоту, и если бы она правильно оделась, то выглядела бы очень мило.

Зная это, Пай еще больше вздохнула, глядя на свою разочаровывающую  подругу.

— Вздох... Даже не знаю, что хуже: это или то, когда у тебя голова была забита мечтами, когда ты читала слишком много романтических романов.

От неожиданного упоминания о прошлом, Надин удивленно кашлянула.

— Я... я просто читала книги! Не то чтобы я читала только романтические романы!

— Ты была одержима ими. Говорила что-то вроде: «Я бы поставила любовь выше долга!»

— Я читала и обычные приключенческие романы!

— Драконы обычно не читают человеческие книги...

Причина этого была проста. Поскольку единственной страной, имевшей дипломатические отношения с горным хребтом Звездного Дракона, было Королевство Рыцарей Дракона Нотунг, сюда попадало не так много товаров из человеческих стран. Если кто-то хотел приобрести продукцию человечества, ему нужно было отправляться непосредственно в эти страны, минуя Горный Хребет Звездного Дракона. Большинство драконов не настолько интересовались внешним миром и продуктами человечества, чтобы делать это. Такие, как Надин, которые использовали любую возможность, чтобы выйти наружу и вернуться с иностранными товарами, были большой редкостью.

— Подожди, откуда у тебя этот приемник? — удивлено спросила Пай.

— Хм? Я нашла его на блошином рынке в империи. Он был сломан, по сути, кусок хлама, но когда я его немного подергала, он начал что-то  показывать. Хи-хи-хи! Это была отличная находка.

Как только она это сказала, черный, похожий на хвост ящерицы хвост Надин пополз в сторону простого приемника. Когда он добрался до него, раздался щелчок, и изображение на приемнике исчезло.

Надин могла накапливать электричество в своем теле. Выпуская накопленное электричество, хотя сама Надин не понимала принципа его действия, она могла включать и выключать простой приемник. Конечно, были и другие существа, способные накапливать электричество в своем теле, но Надин, вероятно, была единственной, кто мог так искусно им управлять.

Наблюдая за ее действиями, Пай в отчаянии пожала плечами.

— Ты искусна в самых странных вещах Надин…

— Эй, мне повезло, что у меня наэлектризованное тело. Я не собираюсь этим не пользоваться.

— Я знаю, но разве это действительно то, что должен делать дракон...?

В Дракуле с ее вечной весной драконы, которые еще не заключили контракт, жили так, как им заблагорассудится. Они занимались тем, что летали в драконьей форме, играли в воде и охотились.

Бывало, что жрицы драконов, служившие Тиамат, учили их драконьим традициям, внешнему миру, чтению, письму и арифметике, но в остальном каждый из них мог заниматься тем, что ему нравилось.

Среди всех этих драконов, живущих по старинке, Надин была, пожалуй, единственной, кто мог так искусно пользоваться инструментами из внешнего мира.

Пай спросила ее с некоторым раздражением:

— Ты действительно дракон?

— ...Хотела бы я сама это знать, — ответила Надин, вернув взгляд на экран.

На лице Пай появилось выражение, говорящее:

— Упс, я облажалась. — Эта тема, вероятно, была болезненной для Надин.

— Эм, эм... И так, Эта музыкальная программа? Что это такое? — спросила Пай, пытаясь сменить тему.

— Они показывают, как милые девушки в милых нарядах поют и танцуют, — сказала Надин. — Забавно просто смотреть на это. Хотя, как я слышала, настоящими создателями и мастерами по производству программ являются не жители Империи, а жители Королевства Эльфриден. Жаль, что я не могу поймать их на этот простой приемник.

— Королевство Эльфриден? Ты имеешь в виду ту страну, где они вызвали героя, и он стал их королем? — спросила Пай, удивленная. Когда она услышала название «Эльфриден»,  в ее воображении возник образ очень традиционного, или, говоря менее мягко, старомодного королевства.

Надин ткнула пальцем в сторону Пай и наставительно произнесла.

— Можешь забыть все, что ты думаешь, что знаешь об Эльфридене. О, подожди, они ведь теперь королевство Фридония. У меня нет всех подробностей, поскольку я получаю информацию из Империи, но похоже, что они очень быстро набирают силу в рамках программы реформ нового короля.

Надин подняла хвостом простой приемник и поиграла с ним.

— Я думаю, то, как он использовал голосовую трансляцию, которую королевская семья включала только для односторонних объявлений о вещах, которые уже были решены, и пристроил ее для создания чего-то забавного, как эти программы, показывает невероятную дальновидность. В отличие от этой страны, которая никогда не меняется, Королевство Фридония идет все дальше и дальше вперед. Я бы хотела сама встретиться с этим их королем-героем. Может быть, я приземлюсь во Фридонии в следующий раз, когда отправлюсь в путешествие.

Пай в негодовании топнула ногой.

— Боже правый! О чем ты думаешь?! Уже почти наступило время церемонии заключения договора! Тебе ни за что не позволят сделать это в такое важное время, когда будет решаться наше будущее!

— Это... не имеет значения, — сказала Надин. — Я уверена, что ни один рыцарь никогда меня не выберет. В конце концов, я не умею летать и не могу дышать огнем.

— ...

Глаза Надин наполнились покорностью судьбе.

Пай ничего не могла сказать в ответ.

Хотя она, Надин Дэлал, была драконом горного хребта Звездного Дракона, у нее не было крыльев, с помощью которых она могла бы летать по небу, и она не могла дышать огнем. Да и внешне она сильно отличалась от других драконов.

Поэтому другие драконы за глаза называли ее червяком (говорили, что она длинная, худая, а больше ничего не умела). Это было одной из причин, почему Надин старалась прятаться в пещере. Пай была одним из немногих друзей Надин, но она ничем не могла ей помочь.

— Эм... —  сказала Пай, судорожно соображая. — Но ты же можешь стрелять молниями, Надин!

— ...Что в этом хорошего? Ни один рыцарь не выберет меня в качестве партнера. Если бы они это сделали, они были бы единственными рыцарями, которые не могут летать, понимаешь? — Надин отвела глаза.

Рыцари-драконы Нотунга славились на весь континент.

Эти рыцари, восседавшие на сильных и мощных драконах, парили в небесах, прорываясь сквозь ряды врагов и сжигая все вокруг драконьим огнем. Хотя они были маленькой страной, рыцари-драконы сделали королевство рыцарей-драконов Нотунг способным сражаться на равных с Империей, даже если оно только оборонялось. В их рядах не могло быть места бескрылому и не огнедышащему Дракону.

— Ты хорошо устроилась, Пай, — вздохнула Надин. — Такой красивый белый дракон, как ты... Я уверена, что у тебя будет выбор.

— ...Я чувствую в этих словах некоторую враждебность.

На церемонии, проводимой для заключения контрактов с рыцарями-драконами, рыцарь сначала выбирал дракона, который станет его гостем, а затем дракон решала, соглашаться ей или нет. Это означало, что дракон, получивший несколько предложений, мог выбрать одного из них. Надин, вероятно, думала, что Пай непременно получит это предложение.

— Может, мне стоит просто уехать из страны? — спросила Надин, хмурясь. — Возможно, я смогу выдать себя за морского змея.

Из того, что слышала Пай, раса, известная как морские змеи, и Надин в ее человеческом облике выглядели довольно похоже. Что касается различий, то рога на голове Надин были больше, а морские змеи не обладали способностью превращаться, как настоящие драконы, но их было достаточно мало, чтобы никто не заметил, Пока она не скажет об этом.

Пай застонала в отчаянии.

— Если ты будешь терпеть поражение раз за разом, то просто сломаешься!

— Но...

— Кроме того, разве леди Тиамат не дала тебе пророчество? Все будет хорошо.

Драконы, которые будут участвовать в церемонии заключения договора в каждый конкретный год, выбирались Тиамат. Воля человека и его возраст не имели значения. Те драконы, которые были выбраны, получали прорицание от Матери-Дракона в начале года. Надин была одним из них.

— В конце концов, появится тот, кто знает твою ценность. Тогда-то ты и покинешь гнездо.

Именно это Тиамат сказала Надин, которая уже практически отказалась от своего будущего. Тиамат говорила это с нежностью матери. Надин не могла представить, что Тиамат ей лгала. Но в то же время она не могла представить, что это пророчество сбудется.

— Это... должно быть, Тиамат сказала что-то, чтобы утешить меня, — наконец сказала Надин. — Даже я не знаю, в чем моя ценность. Что должен увидеть во мне совершенно незнакомый человек?

— Но, как я слышала, у леди Тиамат все предсказания сбывались.

— Отлично, я буду первым неудачником. Ура мне!

Пай застонала.

— Ты такая депрессивная.

— Пай, если ты будешь продолжать издавать этот стон, у тебя появятся черные пятна, как у коровы, понятно?

— Му! Му! Му! — ответила Пай.

Наблюдая краем глаза за тем, как Пай сердится, Надин вздохнула. Если в моем существовании действительно есть какая-то ценность, и кто-то может найти ее для меня... как это было бы замечательно! Если бы случилось такое чудо, и меня забрали бы из этого скучного места, где всегда весна и ничего интересного не происходит... Но ведь это просто невозможно, верно?

Надин спрятала это искреннее желание глубоко в глубины своего сердца.

Пятнадцатый день третьего месяца 1547-й года по континентальному календарю

Раскинувшаяся степь в северо-западной части Королевства Фридония.

Через степь проходила единственная широкая дорога, с которой открывался прекрасный вид, а по обеим сторонам дороги через равные промежутки росли уничтожающие демонов деревья из Богохранимого леса. Это одно из национальных шоссе, проложенных как часть транспортной сети. Если бы кто-то пошел по этой дороге, он мог бы проехать мимо торговых караванов, охраняемых искателями приключений, или товарных поездов, запряженных носорогами.

Стоял тихий весенний день с ясным небом. По шоссе ехала крытая повозка, запряженная двумя лошадьми. В крытой повозке находились товары обычного странствующего торговца, но лошади, которые ее тянули, были великолепными зверьми.

Мы были внутри этой крытой повозки. И я разговаривал с парнем, который бежал за нами.

— Что ты думаешь, Хэл? — спросил я. — Каково это - бежать по дороге, которую ты сам построил?

— Не буду отрицать, что это приятно, но... когда вы  так говорите, это немного бесит... —  сварливо сказал Халберт, все ещё бегая за повозкой.

Сейчас в крытой повозке ехали четверо: Айша, Каэдэ, Томоэ и я.

Это была группа, отправившаяся в Горный Хребет Звездного Дракона по прямому приглашению Матери Дракона.

Однако мы не знали причину  приглашения, и только несколько ближайших помощников были оповещены о нашем отьезде, поэтому нам нужно было ехать инкогнито. Поэтому я был одет в свой обычный наряд путешественника с архипелага Девятиглавого Дракона, состоящий из конической соломенной шляпы и плаща путешественника, Томоэ - в белую мантию мага с капюшоном, а Айша, Хэл и Каэдэ - в костюмы искателей приключений.

Конечно, как только мы прибудем в горный хребет Звездного Дракона, мы собирались переодеться в наши формальные костюмы, которые были погружены в повозку.

Кстати, последний член нашей группы, Карла, отправилась вперед, чтобы разведать обстановку в том направлении, куда мы направлялись. В такие моменты было полезно иметь подчиненного умеющего летать.

Мы с Айшей отдыхали в повозке,Томоэ сидела на месте водителя,, а Каэдэ учила ее управлять повозкой. Поскольку Томоэ и Каэдэ были похожими расами мистического волка и мистической лисы, когда они сидели вместе на водительском месте, они действительно выглядели как сестры, что вызвало улыбку на моем лице.

Хэл тоже был в повозке, по крайней мере, вначале, но потом сказал:

— Мое тело занемеет от долгой езды —  и вылез, чтобы начать бежать.

— Ты ведь проходил тяжелую подготовку в качестве дракшутиста, верно? — спросил я. — Ты должен воспользоваться возможностью расслабиться, по крайней мере, сейчас.

— Вы слишком легко к этому относитесь... —  Хэл бросил на меня строгий и немного потрясенный взгляд.

Да, возможно, он был прав.

Сейчас я сидел в крытой повозке, положив голову на колени Айше. Моя шляпа лежала у меня на груди, и я воспринимал происходящее, возможно, немного слишком легко. Я сдвинул голову назад, чтобы задать вопрос Айше, которая гладила меня по голове с глупым выражением лица.

— Айша, ты в порядке? Я не слишком тяжелый?

Айша пришла в себя и быстро замотала головой.

— Вовсе нет! Меня волнует.. я должна спросить.... не слишком ли жесткие для вас мои колени? У меня много мышц...

— Нет, я думаю, у них как раз подходящий уровень упругости. Смотри, мой палец погружается прямо внутрь.

— Вах! Стой, щекотно!

Когда я ткнул ее в бедро, Айша слегка вздрогнула. Это было даже мило.

— О, ради всего... Я не хочу быть в вагоне с такой атмосферой, — сказал Хэл с эмоциями «Я не могу больше терпеть эту ерунду».

Да, если бы я был на месте Хэла, я наверное, чувствовал бы то же самое. Томоэ тоже наседала на Каэдэ.

— Но если бы я не выбрал вас в качестве сопровождающих, вы двое были бы на борту «Хирю»,  и тренировались бы как обычно — сказал я. — Разве не здорово иметь возможность расслабиться?

— Ну, да, но... почему мы вообще отправились в это "расслабляющее путешествие"? — потребовал Хэл. — Они встретят нас на границе, так? Разве мы не могли просто взять  виверну?

Как он и сказал, кто-то из горного хребта Звездного Дракона должен был приехать за нами в деревню на северо-западной границе Королевства Фридония. Как только мы туда доберемся, дракон перенесет нас к горному хребту Звездного Дракона.

С точки зрения эффективности, мы могли бы остаться в столице до самого отъезда, а затем отправиться в деревню на виверне в день отъезда. Но это было бы не интересно.

— Наконец-то мне дали длинный отпуск, — сказал я. — Тебе не кажеться,  что было бы обидно испортить его, торопя события?

— Правда? Я не думаю, что путешествия - это то, чем можно наслаждаться...

Это было различие между тем, как люди в этом мире смотрели на вещи, и тем, как смотрел бы современный человек.

В этом мире, где были злобные дикие существа и даже монстры, которые могли появиться, невозможно было спокойно путешествовать даже внутри своей страны.

В истории Земли только недавно появилась возможность путешествовать так легко. Даже в эпоху Эдо, когда общественный порядок был в сбалансированном состоянии, когда Мацуо Басё* отправлялся в путешествие, он должен был признать, что может не вернуться живым.

Подумав об этом, я еще раз осознал, насколько невероятным был Пончо, объехавший столько разных стран и потративший огромное количество денег, и все это ради своего интереса к еде.

— Мне нравится путешествовать, — сказал я. — Увиденные незнакомые места заставляют мое сердце танцевать. Мои бабушка и дедушка тоже любили путешествовать, поэтому они часто брали меня с собой.

— Ваши дедушка и бабушка так делали, сир? — спросила Айша.

— Да. Хотя, поскольку они были пожилой парой, то было много поездок в храмы, святилища и замки.

Поездка в Нару* осенью.

Красные листья и крекеры сенбэй*.

Это были хорошие времена.

Тогда даже в соседних префектурах мне казалось, что я еду куда-то очень далеко. Тогда я и представить себе не мог, что спустя годы окажусь в другом мире.

Пока я грелся в этих воспоминаниях, Айша сказала:

— Теперь, когда я думаю об этом, мне кое-что стало интересно... —  ее голос звучал озадаченно, когда она продолжила. — Этот вагон не трясется. Обычно мы бы не смогли так расслабиться, да?

— Ну, он может выглядеть как обычная крытая повозка, но... Женя спроектировала эту штуку, — сказал я.

— Эм, почему вы вдруг выглядите таким измученным? — спросила Айша.

— Сейчас поезд-носорог в основном перевозит грузы, но если мы захотим, чтобы он со временем стал тянуть пассажирские вагоны, то тряска станет проблемой, — начал я.

— Раз уж вы об этом заговорили , когда мы отправились в лес темных эльфов, его очень сильно трясло, — перебил Хэл, поморщившись.

Возможно, он вспоминал, как это было в тот раз. Мы шли туда для оказания помощи при стихийном бедствии, поэтому каждый момент был на счету. Поэтому мы ехали так быстро, как только могли, не обращая внимания на тряску, и большинство членов Запретной армии, ехавших с нами, в результате страдали от укачивания.

— Вот почему я попросил Женю разработать установку, которая уменьшает тряску в машине, — объяснил я. — Просто... Женя всегда умудряется превзойти мои ожидания так, как я никогда не ожидал.

Я представлял себе что-то вроде спиральной пружины. Моя учеба была сосредоточена на гуманитарных науках, а не на инженерии, поэтому я не понимал, как именно это устроить. Но я дал Жене приблизительный образ того, о чем я думал, и надеялся, что она сможет разработать что-то близкое к этому. То, что Женя разработала, превзошло все мои фантазии.

— Я никогда не думал, что она первой придумает амортизирующие материалы... —  пробормотал я.

— Амортизирующие... Что? — спросила Айша.

— Я сам не видел, но, видимо, на этом континенте есть броненосец, такой огромный, что его можно принять за глиптодона, верно? — сказал я.

— Я не знаю, что такое глиптодон, но вы говорите о броненосце гиганто, верно? — спросила Айша. — Они в основном живут в лесах. У них твердый панцирь, и даже мне трудно его пробить.

— Подожди, подожди?! Ты можешь пробить его броню?! — удивленно воскликнул Хэл. — Говорят, их панцирь практически невозможно разбить физической атакой!

— Правда? — спросила Айша. — Я ударила по нему около десяти раз, меняя мечи в промежутках, и мне удалось сломать его.

— ... —  Мы с Хэлом оба потеряли дар речи. Похоже, что не только Женя могла удивить...

— Ну, оставим это в стороне, — сказал я. — Итак, мы знали, что броненосец гиганто защищает себя от физических атак своим твердым панцирем, но Женя задалась вопросом, куда девается удар от этих атак. Как бы ни выглядели внешние повреждения, она думала, что удар может попасть в мягкие внутренние органы. Когда она препарировала одного из них, то обнаружила, что жировые отложения на внутренней стороне его панциря обладают мощными амортизирующими свойствами.

Другими словами, внутренняя часть панциря имела мясистую текстуру, но, выражаясь языком современного человека, она обладала рядом свойств, которые делал ее похожей на резину.

Я дважды топнул ногой по полу вагона.

— Оси и колеса этой повозки сделаны из переработанной формы того жира, который находится внутри их бронированных панцирей. Вот почему этот вагон трясется меньше, чем другие вагоны.

— Понятно... это госпожа Женя для вас сделала, хорошо, — сказала Айша. — Придумать что-то вроде этого так легко.

Айша казалась искренне впечатленной, но мои чувства по этому поводу были немного сложнее.

Возможно, это звучит немного требовательно, но я хотел бы, чтобы она придумала материал, который можно легче использовать для общего пользования. Жир броненосца был ценным, и это делало крытый вагон дорогим, что не соответствовало его внешнему виду. Если  я попытаюсь сделать поезд, который бы не трясло, используя этот метод, мы скорее всего закончили охотой на броненосца гиганто.

Он должен быть дешевле, чтобы им могла пользоваться широкая публика... — подумал я про себя.

Однако Женя была прирожденным гением, и как только она что-то создавала, не в ее характере было думать о том, как создать более бюджетную версию или улучшить ее функциональность. Ничего не поделаешь, поэтому я передал материалы прилежным исследователям и попросил их найти замену материалу, который можно было бы производить массово.

Что касается их результатов, то, очевидно, существовал вид шелкопряда, чьи коконы обладали схожими с этим материалом амортизирующими свойствами. Эти коконы можно было производить массово, поэтому я с нетерпением ждал их дальнейших исследований. Естественно, я рассказал им, что знаю о пружинах, и поручил им исследовать и их.

По правде говоря, страну поддерживали не правители вроде меня, не гении вроде Жени, а эти безымянные исследователи. Важно было не забывать об этом.

***

Это случилось, когда я лежал, положив голову на колени Айше с закрытыми глазами и думал об этом.

— Эй, — прокомментировал Хэл. — Похоже, юная мисс Карла вернулась.

Услышав это, я встал. Я позвал Томоэ и Каэдэ, сидящих на водительском сиденье, чтобы они остановили повозку.

Когда я вышел из машины, Карла уже приземлилась. Это было не вертикальное падение; она заходила на посадку под углом, как пассажирский самолет. Вероятно, она садилась так, чтобы убедиться, что никто не увидел ее платье-фартук.

— Я вернулась из разведки, мастер, — доложила Карла, поправляя юбку, которая немного задралась при посадке. Похоже, она уже привыкла обращаться со своим нарядом горничной в мини-юбке.

Когда я решил, что Карла будет сопровождать меня, я подумал, что это слишком - заставлять ее носить форму горничной во время путешествия, и я планировал позволить ей носить доспехи, которые она использовала на войне. Но Серина, главная служанка, сказала:

— Я подумала, что это может случиться, поэтому я приготовила наряд служанки для путешествий, — и с невозмутимым выражением лица передала мне эту вещь.

Я использовал некоторые материалы, которые были предложены королевской семье в качестве подарков, те, для которых не было другого применения, для улучшения моих Мусашибо, и похоже, что этот наряд для горничной тоже использовал их. Это был превосходный продукт: устойчивый к лезвиям, стрелам, кислотам и высоким температурам; его трудно испачкать и легко постирать.

...Откуда берется и куда уходит страсть нашей главной горничной? — задался я вопросом.

Не говоря об этом, я похвалил Карлу за работу.

— Молодец. Как все прошло?

— Опасных существ впереди не было... Однако... —  неловко сказала Карла, глядя на свою  спину.

Я смотрел на нее, гадая, в чем дело, когда заметил две крошечные лапки, торчащие из-под подмышек Карлы. Карла повернулась лицом в другую сторону, и я увидел, что к ее спине прилип маленький человеческий мальчик лет пяти. Мальчик выглядел испуганным и крепко держался.

Карла выглядела обеспокоенной и сказала:

— Я нашла этого мальчика  одного и плачущего на открытом месте в горах, и я не могла оставить его одного, поэтому я взяла его с собой. Кажется, он чего-то боится... и не хочет слазить. — Карла пожала плечами, как бы говоря, что вообще не понимает причины.

— А не боится ли он просто потому, что ты летала по небу? — спросил я. Похоже, что она летела на довольно большой высоте, поэтому мальчик, вероятно, крепко держался, чтобы не упасть.

Когда я указал на это, глаза Карлы широко раскрылись от осознания.

— Ах! Вы правы. Я забыла, что люди не летают.

— Да ладно...

Когда я бросил на нее не очень веселый взгляд, Карла демонстративно отвела глаза.

Каэдэ и Томоэ мягко поговорили с мальчиком, и им удалось уговорить его спуститься со спины Карлы. Но как только он оказался внизу и напряжение спало, мальчик начал плакать.

Вероятно, он был из соседней деревни и потерялся, забредя в горы. У нас на руках был мальчик, который не знал своего имени, не знал, где он живет, и продолжал плакать.

Мальчик, похоже, принял Карлу, потому что он все еще цеплялся за нее, а она все еще была в панике, когда я спросил ее:

— Нам есть о чем беспокоиться?

— Э... АХ! — вспомнила Карла. — Раз уж вы об этом заговорили. Я видела несколько странных мужчин в горах.

— Странных мужчин? — повторил я.

— Да. Они были похожи на грязных бандитов. Тот факт, что в округе скрываются такие люди, было одной из причин, по которой я решила взять этого ребенка с собой.

— Горные бандиты? — размышлял я. — Я не слышал никаких сообщений о появлении бандитов на нашей территории...

Когда я только взошел на трон, все еще иногда появлялись сообщения о ворах и горных бандитах. Однако после того, как была проложена транспортная сеть, позволяющая войскам быстро перемещаться по стране, я перестал слышать сообщения о подобных разбойниках в стране. Единственные «воры»,  о которых я слышал, были авантюристами, которые взяли это название. Всякий раз, когда поступало сообщение о происшествии, оно немедленно пресекалось, а если обнаруживалась вооруженная банда, то посылались военные, чтобы следить за ними или, если нужно, усмирить их.

Именно так многие группы бандитов были разгромлены или ушли из бизнеса по собственному желанию. Некоторые из этих бандитов были на самом деле безобидны, и для таких людей... Ах!

— Эй, Карла, ты не помнишь, в чем они были одеты? — спросил я.

— Раз уж вы об этом заговорили... на них были одинаковые оранжевые нагрудные знаки.

— Да, как я и думал... —  сказал я, кивая.

— Значит, вы имеете представление о том, кто они такие?

— О, у меня есть больше, чем просто идея...

Я был тем, кто создал их организацию.

После этого мы путешествовали еще минут тридцать. Когда мы привели мальчика  к подножию горы, где, по словам Карлы, она видела людей, мужчины в оранжевых нагрудных пластинах вышли поприветствовать нас. Я послал Карлу вперед, чтобы она объяснила им ситуацию.

Как и сказала Карла, мужчины действительно были похожи на бандитов. Их кожа была загорелой и смуглой, лица заросли щетиной, и они представляли собой отряд громил. Они выглядели достаточно плохо, чтобы Айша и Хэл при виде их (Томоэ и Каэдэ ждали внутри крытой повозки) напряглись для битвы, но мужчины не проявляли ни малейшего признака жажды крови и не демонстрировали никакого напряжения.

Один мужчина, который был крупнее остальных, вышел вперед.

— Это вы, господин? Мне сказали, что вы взяли под стражу ребенка.

Мужчина ухмыляясь раскинул руки в преувеличенном жесте.

— Да, — сказал я. — Член нашей группы взяла его к себе, когда нашла его одного в горах. — Было хлопотно иметь с ним дело, если  наши личности всплыли, поэтому я вежливо объяснил ему ситуацию. — Пришли ли родственники мальчика , чтобы забрать его?

— Конечно, — ответил мужчина. — Эй, вы, негодяи! Поторопитесь и выведите родителей ребенка!

Один из мужчин крикнул «Да Сир!» и бросился бежать назад.

По тому, как они разговаривали, они были похожи на главаря бандитов и одного из его приспешников.

Вскоре после этого женщина, похожая на трактирщицу из деревни, пробилась сквозь мужчин и предстала перед нами. Эта женщина, которая выглядела растерянной, когда проходила через группу мужчин, умоляюще посмотрела на меня с отчаянием на лице.

— Этот мальчик... мой сын, все в порядке?! Он ушел в горы один, и с тех пор я ничего о нем не слышала!

Так это была мать мальчика? Должно быть, она очень волновалась.

— Пожалуйста, успокойтесь, — сказал я. — Не было никаких признаков того, что он ранен.

Я попросил Карлу привести мальчика. Когда Карла вывела его из тележки, мальчик сразу же направился к женщине и прыгнул в ее объятия.

— Мамаамаа!

Женщина крепко обняла его.

— Слава богу... Честное слово, глупый мальчик! Ты заставил меня сильно волноваться!

— Я изв... ве... ве...

— Я очень... рада, что ты в безопасности...

Мальчик и его мать воссоединились и обнялись.

Пока мы наблюдали за этим краем глаза, большой человек заговорил со мной.

— Вы действительно оказали нам услугу, мистер. Мы разделились, чтобы искать ребенка, но нам просто не везло. Я не был уверен, что мы будем делать.

— Нет, как я уже говорил, мы нашли его только по совпадению.

— Тем не менее, я должен поблагодарить вас. Я лидер этой группы. Меня зовут Гонзалес. Судя по вашему виду, вы торговец, верно?

— Да, — сказал я. — Я Кадзума Суя из «Серебряного оленя».

Если бы стало известно, что я король, это вызвало бы неприятности, поэтому я использовал псевдоним, который приготовил.

Гонзалес сказал:

— Хм? — и нахмурил брови. — Мистер... Мы уже где-то встречались?

— Встречались? Я впервые в этих краях...

— Мне кажется? Мне кажется, что я вас уже где-то видел...

— Ну, тогда, надеюсь, вы запомните мое лицо, — сказал я. — Мы будем благодарны вам за ваш бизнес в «Серебряном олене».

— Гахаха! Не зря вы торговец, да? — Похоже, Гонзалесу это понравилось, потому что он сильно хлопнул меня по спине.

...Было немного больно.

Когда я вернулся к своим спутникам, Хэл сказал:

— Может быть, вы уже объясните ситуацию? Кто эти люди? Они похожи на банду разбойников.

— Ну, в конце концов, раньше они были горными разбойниками.

— А?! Что вы только что сказали?!

— Успокойся, Хэл, — сказал я. — Есть разные виды горных бандитов.

Были горные бандиты, которые нападали на торговцев и жителей деревень, крали их имущество, похищали их женщин и детей и даже убивали людей. Таких бандитов можно было назвать злодеями.

Однако были и такие, которые занимали горные дороги, взимали плату за проезд купцов и защищали их в обмен. Это были относительно респектабельные бандиты.

Когда приходили сообщения о первых, я просто посылал военных, чтобы уничтожить их; но что касается вторых, было жаль терять таких талантливых людей.

В некотором смысле, они были экспертами по горам. Они часто пускали корни в этом районе, поддерживая хорошие отношения с близлежащими деревнями, и было бы расточительством просто выбросить их знания и опыт.

Вот что я сделал.

— Я нанял этих горных бандитов и заставил их сформировать «горные спасательные команды».

— Горные спасательные команды? — повторил Хэл.

— Когда кто-то теряется в горах, как это случилось здесь, они ищут его. Они также патрулируют горы, следят за любыми странными событиями, и защищают путешественников на дорогах, как они делали это раньше. Страна платит им зарплату. Они берут плату за охрану горных дорог, но деньги, которые они собирают, идут в государственную казну. Если обнаруживается, что они наживаются на этом, то, естественно, мы поступаем с ними как с обычными горными бандитами.

— Ого, у вас тут много всего происходит... —  сказал Хэл, похоже, впечатленный, но мне пришлось криво улыбнуться.

— Ну, я же король, в конце концов.

— О, да, раз уж вы об этом заговорили, вы так близки к обычным людям, что я иногда это забываю.

— Да, я тоже.

Мы вместе рассмеялись.

После этого мы попрощались с матерью, ребенком и командой горных спасателей и снова отправились в путь.

С каждой встречей приходит и расставание, а у нас впереди были другие встречи и новые приключения.

Каких людей мы встретим в нашем путешествии?

________________________

Мацуо Басё (яп. 松尾芭蕉) — японский поэт, теоретик стиха, сыгравший большую роль в становлении поэтического жанра хайку. Происходит из самурайской семьи

Крекеры  Сенбей -  Это традиционные, японские рисовые крекеры. Их делают разными по форме, размерами и с разными вкусами. Чаще всего они соленые, но бывают и сладкими. Сенбей предпочитают подавать к зеленому чаю в качестве закуски.

Нара (город) -центральный город Японии, административный центр префектуры Нара, знаменит своей историей. Со старых времён в городе остались многочисленные храмы, кумирни и другие сооружения.

— Ах... Пейзаж прекрасен, просто прекрасен! — Я не мог не выпустить вздох восхищения.

Это был северо-запад Королевства Фридония, небольшая деревня на границе с православным папским государством Лунария.

Если посмотреть на запад от центра деревни, то голубовато-зеленые вершины горного хребта Звездного Дракона возвышались там с невероятным ощущением присутствия. Несмотря на то, что до них было еще далеко, они все равно казались такими огромными. Это была целая серия гор размером с гору Фудзи, поэтому я мог понять, почему вид был таким впечатляющим.

Неужели Дракул, где жили драконы, находился посреди этих величественных гор? Что это было за место? Я даже представить себе не мог.

— В чем дело, братик? — позвала Томоэ, пока я безучастно смотрел на горы.

— Хм? Я подумаю, что горы очень большие.

— Да. Они действительно высокие.

Увидев, что мы с Томоэ смотрим на горы, Хэл возразил.

— Да ладно. Из замка  тоже можно увидеть горный хребет Звездного Дракона.

— Хэл, ты просто не понимаешь, — с язвительной улыбкой укорила Каэдэ не сентиментального Хэла — И издалека, и вблизи они представляют собой захватывающее зрелище, знаешь ли, но по-разному.

Оставив лошадей в конюшне гостиницы Айша и Карла вернулись.

— Ну что ж, господин Кадзума, —  сказала Айша, —  нам придется ждать здесь, в этой деревне, Пока они не приедут за нами?

— ...Э-э, да, — сказал я. — Вот как это должно работать.

Упс. Поскольку Айша обратилась ко мне как к Кадзуме, как и в предыстории, которую я подготовил для нее, мне потребовалось мгновение, чтобы ответить.

Кстати, в той предыстории я был молодым наследником «Серебряного Оленя» и путешествовал по многим странам в поисках потенциальных торговых товаров. Томоэ была моей младшей сестрой, и я заставил ее спрятать свои волчьи уши и хвост под мантией с капюшоном.

Остальные четверо, Айша, Хэл, Каэдэ и Карла, играли роль авантюристов, которых мы наняли для защиты в наших путешествиях. Для этой поездки я обговорил всё с гильдией авантюристов и зарегистрировал их.

В альтернативном плане я бы тоже был авантюристом, но так уж вышло, что мой уровень мастерства был ниже, чем у этих четверых, так что мне пришлось отказаться от этой затеи. Что ж правда, я был слаб по сравнению с ними, но  и они были слишком сильны. В конце концов, с нами были лучшие бойцы королевства.

Вернемся к рассказу.

Мы договорились, что будем ждать здесь, пока не прибудет наш эскорт с горного хребта Звездного Дракона. Однако время заранее не согласовывалось. Вполне возможно, что мы задержимся в пути сюда, поэтому мы могли выбрать только неопределенное время, в течение дня или двух после нашего прибытия.

— Ну, если мы просто подождем...

— Они выйдут на связь с... Э-э... Подождите, что?

Я отвечал Айше, но внезапно она исчезла с моей стороны. Я оглянулся, Томоэ, Хэл, Каэдэ и Карла тоже исчезли. Более того, всё, включая деревню и ее здания, исчезло в одно мгновение.

В следующий момент я понял, что стою один посреди поля.

Что, почему я в поле?! Куда все делись?!

Это было пустынное поле без признаков людей или зданий.

Позвольте... Позвольте мне рассказать вам, что случилось! Я был в деревне, но каким-то образом оказался в поле. Вы... Вы думаете, что я не знаю, о чем говорю...

Подождите, сейчас не время для шуток.

Не в силах поверить в ситуацию, в которой я оказался, я беспокойно оглядывался по сторонам, пытаясь найти кого-нибудь еще, как вдруг все вокруг потемнело. Неужели солнечное затмение...? Нет, это было не так! В небе было что-то огромное, и оно закрывало солнце. Когда я поднял голову, чтобы посмотреть, что это было, там летел огромный дракон, метров двадцать в длину.

— огооо.?! — бессвязно пробормотал я, глядя на невероятное зрелище.

***Тем временем в одной пещере в Дракул***

«А? Только что, на мгновение, я почувствовала что-то на своей щеке...» — подумала я.

В это же время в своей пещере на плато Дракул Надин недоуменно наклонила голову набок.

Сегодня Надин снова закрылась в пещере, чтобы посмотреть передачи из Империи Гран-Кэйос, но тут она почувствовала что-то странное на своих щеках. Оно было маленьким, как будто туда приземлился маленький жучок. Однако, когда она потерла свои щеки, там ничего не было.

— ...Ну, неважно. —  Надин вернулась к просмотру телепередачи.

Вдруг к ней подбежала Пай в человеческой форме.

— Это грандиозно, Надин!

Пока бежала Пай ударила ногой по столу. Пай  начал приседать и хвататься за ногу от боли, в это время еще горячий чай, стоявший на столе, забрызгал весь хвост Надин.

— Хиииа! — Было так горячо, что Надин издала крик, который мог бы исходить от кинозвезды кунг-фу.

Размахивая руками, она чуть не опрокинула приемник, но в отчаянии остановилась, чтобы не сломать его. Тем временем Пай, которая уже оправилась от боли в ноге, в отчаянии смотрела на Надин.

Ворча, Пай спросила,

— Что ты делаешь, Надин?

— Что я делаю?! Это все твоя вина! Было горячо, ясно?!

— Подожди, сейчас это не имеет значения, — сказала Пай. — «Это» гораздо важнее.

— Для меня это была большая проблема! Если я сломаю этот приемник, я могу не найти другого...

— Говорю тебе, есть кое-что поважнее!

— Ты можешь говорить сколько хочешь. Я пойду спать.

Надин собралась лечь на кровать, которую она приобрела в чужом мире, но Пай с сердитым выражением лица пресекла это.

— Никакого сна! Слушай меня! Леди Тиамат вызывает тебя!

— ...Ип. —  Надин застыла на месте, как раз когда собиралась лечь в постель.

Тиамат, которую также называли Матерью-Драконом, правительницей горного хребта Звездного Дракона, была священна и неприкосновенна, и ее существование было абсолютным. Даже драконы не могли взглянуть на ее почитаемый лик без веской причины. Только по ее приглашению или по каким-то другим делам они могли находиться в ее присутствии.

Более того, она вызывала их только тогда, когда хотела оказать им честь или сурово наказать.

Пай с жалостью посмотрела на Надин.

— Что ты натворила на этот раз, Надин?

— Не могла бы ты сразу не предполагать, что меня накажут? — пробурчала Надин.

— Ну, а ты сделала что-нибудь, за что заслуживаешь похвалы?

— ...Нет...

Пока Надин ломала голову, думая, «что же я могла сделать...», ее внимание привлек идол, танцующий и поющий на своем простом приемнике. Некоторые драконы с более традиционными ценностями выступали против привнесения подобных вещей из мира людей.

— Ты думаешь, это оно? — Надин уставилась на простой приемник.

Пай вздохнула.

— Говорят, Тиамат может видеть все на свете. Она определенно знает.

— Если бы это была проблема, она бы отчитала меня за это раньше! — запротестовала Надин. — Этого никогда не было, ясно?

—Ты можешь придумать другую причину?

— Причина... Может быть, то, что я пересекала границу уже более тридцати раз?

— Ты так часто выходишь?! Подожди, у меня есть другая идея. Надин, ты ведь отказалась участвовать в церемонии заключения контракта?

— Но... Я имею в виду... —  Лицо Надин стало мрачным.

Церемония заключения договора, когда молодые рыцари Королевства рыцарей-драконов Нотунга заключали брачные контракты с драконами, была для драконов грандиозным событием, которое случалось раз в жизни. Однако для такого странного бескрылого дракона, как Надин, это было лишь местом, где она стала бы посмешищем.

Пай знала, как Надин к этому относится, но она также знала, что пропуск события только еще больше изолирует Надин, поэтому она была строга.

— Ты пропустила танцевальную практику для церемонии заключения договора, верно?

Во время церемонии рыцарь и дракон танцевали вместе в доказательство того, что они заключили новый контракт. Затем, когда дракон заканчивала танцевать в человеческой форме, она принимала форму дракона, и их контракт был официально закреплен, когда они вместе покидали горный хребет Звездного Дракона. Уроки танцев должны были подготовить их к этому.

Надин надула щеки и насупилась, отвернув голову в сторону и не желая смотреть в глаза.

— Нет смысла тренироваться для мероприятия, на которое я не собираюсь идти.

Пай застонала.

— Разве ты не поссорилась с Руби и остальными некоторое время назад?

— Они смеялись надо мной за то, что я не умею летать!

— Не думаешь ли ты, что из-за сочетания всего этого тебя сейчас вызывают? На мой взгляд, впечатляет, что она так долго спускала все это тебе с рук.

— Уф... —  У Надин не было ответа на это.

— Но, в общем, если она никогда не говорила тебе ничего раньше, я не думаю, что тебя вдруг накажут за это. — сказала Пай со вздохом. — Если ты делаешь что-то не так, то сначала тебя нужно отругать.

— Да! — с облегчением сказала Надин.

— Но даже если на этот раз это будет просто предупреждение, изменит ли это твое поведение? — Пай положила руку на простую трубку, пока говорила. — Если бы она сказала тебе избавиться от всех этих вещей, которые ты подобрала в нижнем мире...

— Это все равно, что сказать мне умереть!

— Все так плохо? — спросила Пай.

Надин отдернула руку взволнованной Пай от приемника и спрятала его за спину.

— Я не могу выбросить это. Простой приемник - это моя тоска по внешнему миру.

— А романтические романы?

— Моя тоска по тому, чтобы кто-то выбрал меня.

— Кто ты, дева с головой, забитой мечтами?

— Я и есть дева. ...Даже если я такая.

Пай в досаде пожала плечами.

— Неважно; просто будь готова к этому. Даже если она будет сердиться на тебя, лучше покончить с этим по быстрее.

Получив от Пай такое напутствие, Надин неохотно выключила приемник.

****Тем временем рядом с Сомой****

Большой дракон, спустившийся с небес, начал светиться, когда коснулся земли. Очертания его формы расплылись в свете, уменьшившись до размеров человека.

Когда свет угас, передо мной стояла женщина в полностью белых одеждах, с квадратным капюшоном на голове и тонкой вуалью на лице. Трудно было сказать наверняка, так как ее лицо было почти полностью закрыто, но на вид ей было около сорока лет. Впрочем, в мире с долгоживущими расами полагаться на то, сколько кому-то лет, было практически невозможно.

Женщина в белом подошла ко мне.

— Вы - король Сома Казуя из Объединенного Королевства Эльфриден и Амидонии, я полагаю?

— Я... Вы приехали из горного хребта Звездного Дракона?

Женщина поднесла руку к груди и поклонилась мне.

— Я пришла от имени леди Тиамат, нашей матери-дракона. Сейчас я приведу вас на плато Дракул в горном хребте Звездного Дракона.

— Наша «Мать-Дракон»... О, это, наверное, та самая Мать-Дракон. Тиамат - это ее имя...?

Подожди, а? Тиамат... Разве не так звали самого старого дракона, появившегося в легендах? Я смутно помнил об этом, потому что это имя встречалось в самых разных вещах.

Для начала, говорили, что Мать-Дракон существовала еще до того, как люди на этом континенте образовали государства, так что она, по крайней мере, соответствовала своему имени.

Я спросил у дамы в белом:

— А могу ли я поинтересоваться, с кем имею удовольствие говорить?

— Не нужно быть со мной таким вежливым. Я одна из жриц на службе у леди Тиамат.

— Жрица?

— Да. Драконы - раса, живущая тысячу лет. Однако, если партнер дракона покидает этот мир до того, как у них появляются дети, дракон долгое время живет в одиночестве. Такие драконы возвращаются в Горный хребет Звездного Дракона и становятся жрицами, которые служат госпоже Тиамат. Они заботятся о ней, поддерживают Хрустальный замок и присматривают за молодыми драконами.

Другими словами, драконы, потерявшие свои семьи, возвращались в Горный Хребет Звездного Дракона, чтобы стать жрицами.

— А разве они не могут снова выйти замуж за другого рыцаря? — спросил я.

— Есть и такие, кто может, — ответила женщина. — Однако это вопрос судьбы. Это зависит от веления судьбы и благословения леди Тиамат, которая связывает судьбы людей и драконов.

Судьба , хм. Может быть, Мать-Дракон - это бог сватовства или что-то в этом роде?

Не говоря об этом, я решил задать вопрос, который беспокоил меня уже некоторое время.

— Кстати, где мы? Я почти уверен, что был со своими спутниками в деревне, где мы договорились встретиться всего минуту назад...

— Это поле лежит в пяти километрах к северо-востоку от той деревни, — сказала женщина. — Леди Тиамат использовала свою силу, чтобы переместить вас сюда.

Кто бы мог ожидать телепортации?! Появляться во сне, мгновенно перемещать людей... Сила Матери-Дракона действительно зашкаливала. Я понимаю, почему люди поклоняются ей.

— Неужели все драконы могут делать такие вещи?! — воскликнул я.

— Нет, — ответила жрица. — Это возможно только для леди Тиамат, которая живет вечность, и которой поклоняются как богу. Можно сказать, это ее божественное вмешательство. Будь уверен, она никогда не будет использовать эту силу для своих эгоистичных желаний.

— ...Надеюсь, я могу в это поверить.

При правильном использовании это была сила с безграничным разрушительным потенциалом, в конце концов. Это был человек, которого я не хотел и не мог позволить себе сделать врагом. Я очень хотел, чтобы она была богом, который наблюдает за миром, но не вмешивается в него.

Я почесал голову.

— В любом случае, вы говорили, что отвезете меня в Дракул, но как быть со спутниками, которых я оставил в той деревне? Может, меня еще не короновали, но я король. Разве мое внезапное исчезновение не вызвало там полную панику?

Жрица дракона извиняющее посмотрела на меня и глубоко склонила голову.

— Я должна извиниться. В связи со срочностью наших обстоятельств, хотя я и понимаю, что это невежливо, я прошу вас прийти в Дракул одному. Одна из моих коллег-жриц сейчас направляется к вашим последователям, чтобы объяснить ситуацию. Мы пригласим ваших последователей прийти в другой день, за некоторое время до дня церемонии.

— Я получу объяснение этих обстоятельств? — спросил я.

— Пожалуйста, спросите подробности у леди Тиамат. Я просто скажу... Леди Тиамат желает, чтобы вы приняли участие в Церемонии Контракта в этом году.

Церемония заключения договора... Это было место, где рыцари и драконы заключали брачные контракты. Значит ли это, что, как и надеялся Хакуя, я буду участвовать как один из партнеров?

— Я - король Фридонии, вы понимаете, что я не из Королевства рыцарей дракона Нотунга? — сказал я. — И пока у меня нет абсолютно никакого желания становиться рыцарем дракона.

— Это не проблема, — уверенно сказала жрица. — Если леди Тиамат скажет, что вы достойны, участвовать, это все, что нужно. Кроме того, я слышала, что первый король Эльфридена был героем, заключившим договор с драконом.

Жрица говорила с уверенностью, как будто слова Матери Драконов были абсолютны. Даже если это так... Я не знал, что сказать по поводу того, что мне вдруг сказали жениться на драконе, которого я даже никогда не встречал. Ну, мои помолвки с Лисией и Ророа были такими же, но к этому нельзя было привыкнуть.

— Но разве контракт не является клятвой между мужем и женой? — спросил я. — Я еще не женился на них, но у меня уже есть четыре невесты. Это нормально?

— Это, повторюсь, не проблема, — сказала жрица. — Этот контракт ни в коем случае не является чем-то, что уже решено. Если вы не хотите заключать контракт ни с кем, ни с человеком, ни с драконом, вы можете принять такое решение.

Понятно, подумал я. Церемония заключения договора - это не то, к чему меня будут принуждать? Это больше похоже на сватовство, из которого трудно выйти, потому что я не могу позволить себе обидеть родителей или другую сторону. Если это все... Я начинал чувствовать себя лучше в этой ситуации.

— Однако леди Тиамат - та, кто связывает судьбы людей и драконов, — сказала женщина. — Леди Тиамат пошла на то, чтобы позвать вас сюда, поэтому я подозреваю, что есть кто-то, с кем вам суждено встретиться здесь.

Я потерял дар речи.

Жрица говорила это с той же уверенностью, что и раньше.

Означало ли это, что в горном хребте Звездного Дракона есть дракон, которому суждено быть со мной? И если я отправлюсь туда, то мне придется взять ее в жены? Как и утверждал бог сватовства, Мать Дракон?

Когда я подумал о том, как отреагируют  Лисия и остальные, моя голова начала болеть.

Затем жрица дракон снова засияла и превратилась в дракона.

— Теперь я немедленно отведу вас в Дракул.

— Что?! Прямо сейчас?!

— Да. Леди Тиамат сказала, что это срочно.

Срочно? Неужели обстоятельства были настолько серьезными?

Жрица дракона крепко схватила меня своей большой передней лапой. О, она была покрыта тонким слоем меха и была вроде как теплой... Стоп, сейчас не время думать об этом!

— Подожди, я эмоционально не готов к... подожди, а!

— А теперь, давайте отправимся в путь.

— Подожди! Ааааааааа!

Меня мгновенно унесло в небо.

****

Надин

— Ох... —  На мгновение Надин почувствовала, что ее щеки снова запылали.

Это было легкое онемение, как будто по ним прошел электрический разряд. Это было сильнее, чем в прошлый раз.

Надин задалась вопросом, что бы это могло быть, но... у нее были более важные заботы. В конце концов, она была призвана Матерью Дракона прямо сейчас.

В центре плато Дракул находилось озеро Драг, достаточно большое, чтобы на его поверхности образовывались волны. В этом озере находился Хрустальный замок, где жила Мать Дракон.

Этот дворец был сделан из неизвестного материала, полупрозрачного, как хрусталь, и был массивнее, чем любой замок в мире за пределами горного хребта Звездного Дракона. Хозяйка этого замка, Мать Дракон, сама была размером с холм, поэтому вполне естественно, что ее резиденция была такой большой.

Надин находилась в приемной Хрустального замка. Все, кого вызывала Мать-Дракон, ждали в этой комнате, а затем магическим образом вызывались, чтобы предстать перед ней, когда у нее будет время их принять.

Кстати, хотя строгих правил на этот счет не существовало, на встрече с Матерью-Драконом было принято принимать форму дракона, а не человека. Это объяснялось тем, что человеческая форма была временной, принятой для обещания с рыцарем, и появляться в ней перед таким богом-зверем, как Мать-Дракон, считалось неуместным. Однако Надин все еще была в человеческом облике.

Она не сделала этого, потому что ей предстояло предстать перед Матерью-Драконом. Надин обычно была в человеческом облике. Она ненавидела свою драконью форму, из-за которой ее высмеивали как «бескрылую ящерицу» и «червяка». Проще говоря, у нее развился комплекс по этому поводу.

«Неужели наличие крыльев... и возможность летать делает вас всех такими великими...?» —  мысленно пробормотала Надин.

Область вокруг нее внезапно начала светиться. А в следующее мгновение появился огромный серебряный дракон размером с холм.

Ее глаза сверкали, как сапфиры, ее рога выглядели невероятно сильными, ее крылья были большими и мощными, с перьями, как у птицы, и каждое из них было размером с меч.

Кроме того, все ее тело было покрыто гладкой шерстью, а в свете, падавшем с открытого потолка, она переливалась цветами, переходящими от серебра к радуге. Она была существом настолько абсолютным, что даже Надин, которая видела ее уже много раз, при каждой встрече замирала и смотрела в благоговейном ужасе.

Она была королевой драконов, священной матерью-драконом: Тиамат.

Когда Надин пришла в себя, она опустилась на колени, положив руку на грудь и склонив голову.

— ...Надин Дэла́л. Здесь по вашему приказу.

Надин притворялась спокойной, но сердце ее колотилось. Она не могла не волноваться о том, почему Мать-Дракон может быть недовольна ею.

Это из-за того, что я пропустила тренировку для церемонии заключения договора? Из-за того, что я поссорилась с другими драконами? Или... из-за того, что я привезла сюда простой приемник, сделанный в Империи Гран-Кэйос? О, что я буду делать, если она скажет мне избавиться от него...?

— Подними голову, Надин.

Надин услышала мирный голос, прозвучавший над ее головой. В нем была такая глубина, как будто одновременно говорили три человека, как будто он отдавался эхом в сердце слушателя.

Когда она подняла голову, как велел голос, сапфировые глаза смотрели прямо в лицо Надин. В этой напряженной атмосфере Надин показалось, что она чувствует, как пот струится по ее спине.

— Э... Э...

Надин пыталась что-то сказать, но язык никак не хотел двигаться.

Тиамат не выглядела рассерженной. На ее лице было мягкое выражение.

Она не собирается сердиться на меня? Тогда зачем меня позвали сюда? Почему леди Тиамат смотрит на меня такими нежными глазами?

Эти вопросы возникали в голове один за другим, повергая сердце Надин в смятение.

— Эм... Леди Тиамат...?

Когда ей удалось выдавить из себя только эти слова, Тиамат начала тихо говорить.

— Быстро движущаяся шестеренка приближается к шестеренке…. которая остановилась.

— ...А? — Надин понятия не имела, что ей только что сказали. Шестеренки? О чем она вообще говорила?

Не обращая внимания на замешательство Надин, Тиамат продолжила.

— В конце концов, две шестеренки войдут в зацепление. Остановившаяся шестеренка будет вынуждена двигаться, а шестеренка, которая бешено вращается, словно подгоняемая чем-то, замедлит свой ход. Однако в этом нет ничего печального. Это просто означает, что они будут вращаться в одинаковом темпе.

— Э-э-э... Я понятия не имею, о чем вы говорите...?

Это было слишком абстрактно, чтобы Надин могла понять смысл. Неужели ее позвали сюда, чтобы услышать это? Быстро вращающаяся шестеренка... Остановившаяся шестеренка... Зацепление двух...?

— Надин.

— Да!

Под пристальным взглядом Тиамат, Надин выпрямилась.

— Будь готова. Скоро оно начнёт двигаться.

Приготовиться? Начнет двигаться? Что именно...?

— Гм... Леди Тиамат... что именно начнет двигаться? — отважилась Надин на вопрос.

Тиамат приняла облик ангела, сообщающего откровение, или матери, присматривающей за своим ребенком, и сказала:

— Твое время.

— Холодно... Высоко... Страшно...

Прямо сейчас я летел по небу, несомый жрицей дракона.

Я был помещен в лапу дракона, так что было достаточно тепло, но мое лицо постоянно обдавало ветром.

К тому же было страшно находиться так высоко. Это не имело ничего общего с фобией, я уверен, что любой, кто внезапно обнаружил бы себя прыгающим с парашютом, не имея никакого опыта в прошлом, испугался бы. Вот на что это было похоже.

— Я извиняюсь за причиненные неудобства, — сказала жрица дракона. — Однако дракон позволяет ездить  на спине только своему партнеру. Пожалуйста, простите меня за то, что я несла вас так.

Жрица дракона звучала извиняющее, но я не был уверен, что проблема в этом.

— Нет, дело не в том, что я хочу ехать на вашей спине...

Честно говоря, единственная причина, по которой я не испугался еще больше, заключалась в том, что у меня была открыта только голова. Если бы я ехал на ее спине, ощущая скорость и давление ветра всем телом, я уверен, что потерял бы сознание.

Военнослужащие наших ВВС тоже летают так высоко... подумал я.

Через некоторое время, жрица дракона обратилась ко мне:

— Вы боитесь высоты, господин Сома?

— А? Э, да. Вроде как...

— В таком случае, я полечу быстрее, чтобы мы могли быстрее добраться до места назначения. — С этими словами жрица дракона резко ускорилась.

— Нет, это не значит, что я хочу, лететь быстрее!

****

— Ай! — взвизгнула Надин.

Покинув Хрустальный замок, она уже возвращалась в свою берлогу, когда ее поразил сильнейший толчок за весь день.

Это не было похоже на статическое электричество; это было похоже на то, как если бы вы крепко сжали ногу, когда она онемела от долгого сидения на ней, или как если бы кто-то внезапно схватил вас за бока. Это было такое щекочущее и стимулирующее ощущение.

Надин потерла щеки и сказала:

— Я подумала, мне это показалось, но может ли это быть...

Тут ее прервало что-то еще.

— Ты там, червяк, — презрительно сказал высокий голос.

Когда Надин повернулась, чтобы отреагировать, там было три девушки. Одна из них была красивая молодая девушка с вызывающими глазами и кудрявыми волосами, которая выглядела как воплощение надменности, а две другие были ее сине- и зеленоволосыми подружками.

Девушка с рыжими кудрями была Рубином, девушка с короткими голубыми волосами - Сапфиром, а девушка с длинными зелеными волосами - Эмерадой.

Надин шла по небольшой дороге в лесу. Они втроем стояли, преграждая ее путь.

С выражением полного презрения на лице, Надин подошла к ним троим.

— О, смотрите... три дуры.

— Кого ты называешь дурами?! — воскликнула Руби.

— Может, мне лучше называть вас…. драконами? — спросила Надин.

— А? Откуда «Эта» пауза в середине?

—Ты продолжаешь беспокоить меня без всякой причины.

Как можно было догадаться из этого разговора, Надин ненавидела этих троих. Эта страна была неприветливой как в географическом, так и в дипломатическом смысле, поэтому многие из драконов тоже имели замкнутые характеры. Поэтому не было недостатка в драконах, которые высмеивали ее как «бескрылого дракона» или «червяка».

Драконы гордились тем, что являются существами, почитаемыми как боги, поэтому большинство из них не стали бы говорить Надин в лицо, как они смотрят на нее свысока. Но они все равно злобно говорили это за ее спиной.

Эти трое были единственными, кто открыто шутили с Надин.

Рыжеволосая Руби насмешливо сказала:

— Хмф! Я слышала, что тебя вызвала леди Тиамат, и пришла посмотреть, не выгнали ли тебя наконец. Ну как? Она разозлилась?

— Мне очень жаль тебя разочаровывать, — ответила Надин. — Не было ничего такого, из-за чего бы она расстроилась.

— Хмф. Тогда зачем тебя вызвали?

— Я не понимаю, какое это имеет отношение к тебе. А теперь уйди с дороги.

Надин попыталась пройти мимо них троих, но Руби тут же преградила ей путь.

Надин попыталась повернуть обратно, но Сапфир и Эмерада преградили ей путь.

— ...Вы трое, прекратите это!

Когда Надин уставилась на них, Руби мерзко ухмыльнулась.

— О, да, ведь скоро Церемония Контракта, верно?

Надин сглотнула. Все трое обступили ее, а Руби внимательно изучала ее лицо.

— Это так романтично, — сказала Руби. — Молодые драконы и рыцари встречаются, благородные рыцари предлагают свои руки драконам, а драконы принимают их руки, чтобы стать партнерами на всю жизнь. Это главный момент в жизни каждого дракона. Момент, когда мы, можно сказать, сияем ярче всех.

Надин молчала.

— В этот самый важный день, интересно, найдется ли рыцарь, который соизволит выбрать тебя? — Уголки губ Руби приподнялись, и показались клыки. Это была неприятная улыбка. — Драконы предпочитают сильных рыцарей. Сильные рыцари производят процветающих потомков, что является предметом гордости для любого дракона. Рыцари предпочитают великолепных, величественных драконов. Для рыцарей Нотунга драконы являются их партнерами как в браке, так и на поле боя. Чтобы отличиться в бою и продвинуться по служебной лестнице - не говоря уже о том, чтобы выжить, - они выбирают сильных, величественных и свирепых драконов.

Триумфальные и насмешливые слова Руби били по ушам Найдена.

— А как насчет тебя? Найдется ли рыцарь, который выберет тебя? Тебя, у которой нет крыльев, которая не дышит огнем и не умеет летать? А даже если и найдется, что он будет делать? Оседлает ли он тебя? Смотреть, как остальные рыцари-драконы летают по небу, пока он сражается на драконе, который немногим лучше лошади? Ахаха, какой идиот. Он не продвинется в мире, это точно!

Бззт!

Руби отпрыгнула назад, когда этот звук внезапно раздался от Надин.

Волосы Надин начали вставать дыбом, а ее тело окутал бледно-голубой электрический разряд, ее объемные волосы разметались, извиваясь в воздухе, как щупальца.

Надин повернулась к Руби и указала на нее пальцем:

— Закрой свой грязный рот. Если ты этого не сделаешь, я тебя парализую.

— Хмф! Сделай это, если сможешь.

В следующее мгновение из кончика пальца Надин вырвался синий электрический разряд. Однако, когда он достиг цели, Руби уже не было на месте, а вместо нее полыхал ствол дерева, стоявшего позади нее.

Надин посмотрела в небо и завыла:

— Тч! Спускайся сюда, грязная трусиха!

В воздухе висели три дракона - красный, зеленый и синий; это были не кто иные, как Руби и ее подручные. Они хлопали своими перепончатыми, похожими на виверны крыльями, глядя вниз на Надин.

— В чем дело? Разве ты не собиралась парализовать нас? — В облике красного дракона Руби, казалось, стала еще более злобной. — Ну да. Даже если ты можешь управлять электрическими разрядами, ты не сможешь поразить нас, если не сможешь летать.

— Заткнись! — крикнула Надин.

— Кто вообще тебя выберет?

— Заткнись, заткнись, заткнись!

— Тебе лучше принять участие в церемонии. Не убегай. Хотя я уверена, что никто тебя не выберет, было бы неплохо увидеть, как тебя поставят на место.

— Нгх! — воскликнула Надин.

Надин убежала, повернувшись спиной к Руби и двум другим.

Проклятье... Проклятье...

Она не хотела, чтобы они видели ее слезы грусти и разочарования. Если она заплачет, это только даст им возможность насладиться своим чувством превосходства. Ни единого шанса.

«Хотя я уверена, что никто не выберет тебя».

Когда слова Руби эхом отдавались в ее ушах, она представила, как другие драконы насмехаются над ней на церемонии заключения контракта.

Пай и леди Тиамат велели ей участвовать, но она не позволит никому выставить себя на посмешище!

Кто... Кто пойдет на эту глупую церемонию заключения договора?!

Надин исчезла в лесу.

****

Привыкнув к скоростному полету, я заговорил со жрицей дракона, когда мы приблизились к горному хребту Звездного Дракона.

— Итак, я хотел бы задать один вопрос.

— Что это может быть? — спросила она.

— Это место Дракул, где живут драконы – оно находится на вершине тех гор, верно?

— Да. Это верно.

— Сейчас я еще в порядке, но если вы понесете меня туда, будет ли у меня все в порядке с воздухом и прочим? Я бы не хотел страдать от высотной болезни.

Это был горный хребет Звездного Дракона, ряд гор размером с гору Фудзи. Само плато Дракул поддерживалось в состоянии вечной весны магией Матери Дракона, и воздух там ничем не отличался от воздуха на уровне земли, но как насчет маршрута?

Если мне предстоит пережить испытание, эквивалентное внезапному взлету на вершину горы Фудзи, это будет опасно для моего здоровья.

Жрица дракона покачала головой.

— Вам не стоит бояться. Как только мы войдем в горный хребет Звездного Дракона, магическая сила леди Тиамат перенесет вас прямо к Хрустальному замку в Дракул.

...Вот и все. По сути, это была еще одна телепортация, подобная той, что я испытал ранее.

— В таком случае, разве она не могла просто перенести меня в тот замок или куда-нибудь еще?

— Леди Тиамат может использовать всю свою силу только в пределах горного хребта Звездного Дракона. В других землях ее возможности сильно ограничены. Когда вы окажетесь так далеко, как в той деревне, она сможет телепортировать вас лишь на небольшие расстояния.

...Неужели несколько километров можно назвать небольшим расстоянием?

Что ж, похоже, она не могла внезапно отправить драконов в любую точку континента, по крайней мере, так что это было небольшим облегчением. У меня не было даже намека на намерение противостоять ей, но все равно было тревожно от того, что она в одностороннем порядке распоряжается властью жизни и смерти надо мной. Хотя, конечно, я мог сказать, что Мать-Дракон находится на совершенно ином уровне, чем другие существа.

Пока я размышлял об этом, жрица дракон набрала скорость.

— Скоро мы войдем в горный хребет Звездного Дракона. Пожалуйста, приготовьтесь к транспортировке.

— Приготовиться? Как я должен это сделать?

— Не удивляйтесь, если пейзаж вокруг вас внезапно изменится.

— О, так вот что вы имели в виду...

Скорость жрицы драконов замедлилась, и когда она почти остановилась...

...пейзаж изменился. Только что мы были в воздухе, а теперь под моими ногами был пол.

Жрица драконов опустила меня на землю, и я наконец-то смог встать на ноги.

Я огляделся, пытаясь понять, где я нахожусь. Было светло, поэтому я мог хорошо видеть, но это было невероятно огромное пространство, в котором я оказался. Перед глазами была белая стена, но когда я повернулся, чтобы посмотреть за спину, стена на противоположной стороне была очень далеко. Это место могло бы быть больше, чем куполообразный стадион.

Когда я поднял глаза к потолку, все еще думая об этом, я снова задержал дыхание. Это не стена?!

То, что я увидел, было головой гигантского дракона. Прямо сейчас я находился у груди массивного дракона, который сидел, как сфинкс. Эта голова... Это был тот самый дракон, которого я видел во сне.

Значит ли это, что этот сверхмассивный дракон был Матерью Драконов? Когда я видел ее во сне, она показалась мне большой, но поскольку это был сон, ее размеры были неясны. Когда я увидел ее вблизи, как сейчас, она показалась мне еще больше, чем я предполагал во сне.

Я услышал голос сверху.

— Ты хорошо поработала. Позволь нам побыть наедине.

Дракон, который пронес меня так далеко, ответила:

— Поняла.

Она склонила голову, а затем была стерта. Мать-дракон, вероятно, телепортировала ее.

Пока я все еще был ошеломлен, Мать-Дракон обратилась ко мне нежным голосом.

— Теперь я думаю, что с моей стороны было бы слишком надменно оставаться в этой форме перед повелителем нации.

С этими словами ее тело начало светиться, а затем уменьшилось. Когда яркий свет угас, передо мной предстала женщина примерно одного со мной роста, ее лицо было закрыто вуалью, поэтому я не мог определить ее возраст или внешность, но женщина была одета в блестящую серебряную одежду, похожую на халат, и имела хорошо сбалансированную фигуру. Как и в случае с руками Венеры Милосской, не имея возможности видеть ее лицо, я представлял его невероятно красивым.

— Это... ваша человеческая форма? — Я был потрясен, но каким-то образом сумел вымолвить эти слова.

Она усмехнулась.

— Вы спрашиваете  моя ли это «человеческая форма»? Что ж это подходящее название для этой формы. — Женщина приподняла подол своего халата и поклонилась. — Я рада встретиться с вами лично. Приветствую вас, король Сома из Эльфридена и Амидонии. Я - Тиамат, ответственная за горный хребет Звездного Дракона.

— Для меня честь познакомиться с вами, госпожа Мать Драконов. —ответил я  на ее поклон. — Я король Сома из Фридонии.

Мать-Дракон захихикала.

— Это имя - то, чем другие стали называть меня по собственному желанию. Пожалуйста, зовите меня Тиамат.

— Как пожелаете, госпожа Тиамат. Прошу прощения за мой внешний вид.

Слишком поздно я понял, что все еще в том наряде путешественника. Мне было неловко стоять в таком виде перед божественной фигурой, которую я видел перед собой. Ведь у меня не было времени переодеться. Но когда я сказал это, госпожа Тиамат покачала головой.

— Нет, вы выглядите так, потому что я так внезапно позвала вас сюда. Если кто и должен извиниться, так это я. Для начала... давайте присядем.

Между нами внезапно появился стол из стекла и два подходящих стула. Телепортация была очень удобной способностью. Если бы она у меня была, я мог бы мгновенно находить нужные мне документы во время работы, так что я очень хотел этого...

Я думал, как полный раб своей работы.

Как только мы сели, госпожа Тиамат начала с глубокого поклона головы. — Во-первых, позвольте мне извиниться за то, что я привела вас сюда так насильно.

— Я принимаю эти извинения, — сказал я. — Но могу ли я попросить вас объяснить ваши причины? Я уже направлялся сюда со своими спутниками, когда вы это сделали.

— Конечно, я расскажу вам. Но сначала...

Внезапно перед моими глазами появился чайный сервиз. Чашка, стоящая передо мной, была уже наполнена теплой порцией черного чая.

— Давайте пить чай. Вы будете сахар или молоко?

— Нет, без ничего пожалуйста.

Пора было перестать удивляться каждой мелочи. В конце концов, ей поклонялись как богу.

Я сделал глоток чая, чтобы успокоить нервы. Честно говоря, я больше люблю кофе, но... у чая был хороший аромат. Тиамат отпила чай, затем вздохнула, прежде чем открыть рот, чтобы заговорить.

— Что касается того, что заставило меня заставить вас прийти сюда, то это потому, что возникла срочная ситуация, угрожающая горному хребту Звездного Дракона. Чтобы разрешить ее, мне нужны ваши силы, ….нет, силы всех вас. Вот почему я вызвала вас сюда, прекрасно понимая, что могу нанести обиду.

У нее какая-то ситуация? И что она имела в виду, говоря о силе каждого из нас? Насколько я мог судить, я был здесь единственный.

— О какой именно срочной ситуации вы говорите? — спросил я.

— К горному хребту Звездного Дракона приближается буря, — сказала госпожа Тиамат с таинственным оттенком в голосе.

Шторм? Разве Дракул не является плато на высоте, эквивалентной вершине горы Фудзи? Разве они не услышали бы здесь гром, доносящийся снизу? Но, подумав еще немного, я вспомнил, что на пике горы Фудзи тоже могут быть грозы. Говорят, кучево-дождевые облака могут подниматься до самой стратосферы, в конце концов. Нет, но до этого...

— Даже наша страна ничего не может сделать с природными явлениями, — сказал я.

— Конечно, это не «природное явление».

— ...Это какая-то метафора?

— Да, именно так. Я выразила надвигающуюся угрозу в виде бури. Чтобы справиться с этой бурей, нам понадобится ваша сила, господин Сома, и сила еще одного человека. Чтобы связать вас обоих вместе, мне нужно, чтобы вы сами пришли к горному хребту Звездного Дракона.

Госпожа Тиамат говорила тихим голосом, как будто сочиняла стихи.

— У нас мало времени. Если бы мы ждали, Пока вы придете вместе со своей свитой, был бы риск, что ситуация выйдет из-под контроля. Однако даже если бы мы объяснили ситуацию, вассалы короля ни за что не позволили бы ему отправиться в другую страну одному. Поэтому мы прибегли к более силовым методам. Я еще раз приношу свои извинения. Мне жаль, что мы заставили вас пройти через это.

Госпожа Тиамат искренне поклонилась.

Мать-дракон, которую почитали как бога, склонила передо мной голову. Что бы сказали  Лисия и остальные, если бы узнали об этом?

Она сказала, что забрала меня, потому что у нее было «мало времени», но причину этого она объяснила весьма туманно.

— Вы уже достаточно извинились, — сказал я. — Могу я попросить вас дать более конкретное объяснение по поводу этого шторма, или что это там?

— Буря обязательно придет. Я не могу прикоснуться к буре напрямую. Однако мои дети не могут справиться с ней сами. Кроме... одного из них. Буря будет несчастным бедствием. Нам нужны вы, который станет ключом к ее преодолению, и та девочка, которая будет нести вас. — Это чудо, что бедствие и средство его разрешения встретились друг с другом в этот промежуток времени, но если взглянуть на вечный поток времени в целом, то это, возможно, было неизбежностью.

Я молчал. Я действительно не понимал.

Я почесал затылок.

— Я думаю, что такой окольный путь обсуждения вещей подходит богу, но...

— Если вам это непонятно, я еще раз прошу прощения. Однако это самое «лучшее руководство»,  которое я могу дать.

— Руководство... —  пробормотал я.

— Я - существо, существующее для того, чтобы воспитывать и присматривать за теми, кто живет на этом континенте Ландии. Я могу дать совет, который направит все в лучшую сторону, но мне не дано полномочий вмешиваться непосредственно в индивидуальные дела.

— Если вам не дали полномочий, значит ли это, что есть кто-то, кто существует на более высоком уровне, чем вы?! — воскликнул я.

Практикующие поклонение Матери-Дракону считали ее высшим богом. Если бы существовало существо, способное наделить ее властью, разве это не делало бы это существо фактически высшим богом? Если последователи поклонения Матери-Дракону услышат это (оставим в стороне вопрос о том, поверят ли они вообще), это может вызвать невероятный хаос...

Пока я ошарашено смотрел на это, госпожа Тиамат молча покачала головой.

— Когда-то они были. Но их больше нет.

— Правда?

Это было все равно, что сказать, что Бог умер? Я не мог принять решение на основе имеющейся у меня информации, но госпожа Тиамат слегка грустно улыбнулась.

— Да. Однако ограничения, наложенные на меня, продолжают жить. Такой я родилась, и поэтому я должна продолжать придерживаться этих ограничений. Даже зная, что мои собственные дети подвергнутся воздействию бури, я сама ничего не могу с этим поделать.

— Так вы позвали меня сюда из-за этой бури? — спросил я.

— Верно.

— Я думаю, что если говорить о людях, то я один из самых слабых в этом мире.

— Боевое мастерство не имеет к этому, никакого отношения, — сказала она. — Само твое существование является ключом.

— Это как-то связано с тем, что я был призван в качестве героя?

— Да. Однако я не могу сказать, как именно.

— Я не знаю... —  Я почесал голову.

Исходя исключительно из предоставленной мне информации, это не выглядело чем-то, что я мог бы легко решить. Однако, видя, насколько искренней была госпожа Тиамат, я мог быть абсолютно уверен, что ситуация, как минимум, назрела.

Ужас. Будь у меня здесь Хакуя с его ораторскими способностями, я бы смог вытянуть из госпожи Тиамат столько информации, сколько было возможно в рамках ее ограничений; а если бы со мной были Лисия , Айша, Джуна и Ророа, я бы мог посоветоваться с ними о том, что делать.

Кстати, о Лисии и остальных...

— Госпожа Тиамат, — сказал я. — Я хотел бы, чтобы вы ответили мне на один вопрос.

— Что это может быть? Надеюсь, это то, что мне не запрещено говорить вам.

— Это вопрос «да»  или «нет». — Я допил чай и успокоился, затем сел, посмотрел прямо в глаза госпоже Тиамат и спросил ее: — Является ли  эта  буря или что бы это ни было, чем-то, что может навредить мне или тем, кто станет моей семьей?

Если я все равно не мог знать всех подробностей, то, по крайней мере, хотел убедиться в одном, что было для меня самым важным.

Ответ госпожи Тиамат:

— Да.

Это более или менее решило мой ответ за меня.

****

Надин бежала по лесу.

Она бежала прямо по тропам, стараясь ни о чем не думать. Это было потому, что если бы она хоть на мгновение задумалась о своей ситуации, то почувствовала бы, что раздавлена под тяжестью своей печали.

Пока она бежала, тело Надин трансформировалось. Она стала четвероногой, ее тело уплотнилось и стало длиннее, у нее выросли рога, похожие на оленьи, длинный хвост и два кнутовидных уса. Она приняла форму дракона.

Она извивалась своим гигантским телом, пробираясь между деревьями, как змея. На спине у нее, конечно же, не было крыльев.

Разве наличие крыльев делает тебя таким великим?! Она задала себе тот же вопрос, что и много раз в жизни. Разве это так плохо - не иметь крыльев? Боже... Я уже даже не знаю! Что ты хочешь, чтобы я сделала?! Я ничего не могу сделать!

В какой-то момент из ее красных глаз начали капать слезы. Они не останавливались.

Хватит! Мне уже все равно!

Она продолжала бежать и в конце концов вышла из леса.

Она пришла на скалистое место. Это был отвесный утес, дальний край территории, которую магия Тиамат поддерживала в состоянии вечной весны. Это был край Дракула. Заходящее солнце окрасило море облаков, расстилавшееся под ней, в красный цвет.

Здешние пейзажи действительно можно было назвать захватывающими дух. Однако сейчас у Надин не было настроения любоваться ими.

Она наклонилась над обрывом, вытянула свою длинную шею и как можно громче крикнула мысленно:

—Тупое солнце!

А вслух добавила:

— Рууууууууууууууууууууар!

Ооооооар...

Выкрикивая и одновременно издавая рёв, ее голос отдавался эхом, исчезая где-то за облаками.

Надин стояла там, глядя на солнце.

Голос, в котором не было напряжения, раздался сзади Надин.

—…. У этого «Рю» (японский дракон)* похоже начинается подростковая драмма.

— Что?!

Когда удивленная Надин обернулась, там стоял молодой человек в незнакомой одежде и смотрел на нее так, словно увидел что-то невероятное. Молодой человек в плаще путешественника, накинутом поверх рубашки, и конической соломенной шляпе почесывал щеку, глядя на нее, не зная, что делать.

— Я знаю от госпожи Тиамат и жрицы драконов, что можно разговаривать с драконами в их форме, но когда я вижу девочку Рю, кричащую что-то из подростковой драмы... Я просто не знаю, как реагировать, — добавил он.

Глаза Надин расширились. Что здесь делает человек? Да еще и в таком странном наряде... Он ведь не рыцарь из Королевства рыцарей дракона Нотунга?

Получая информацию из Империи через свой простой приемник, Надин почти ничего не знала об Архипелаге Девятиглавого Дракона, поэтому не знала, что наряд молодого человека оттуда.

Продолжая смотреть на Надин, молодой человек открыл рот и сказал:

— Я слышал, что в Горном хребте Звездного Дракона живут драконы. Но я никогда не думал, что здесь есть и «Рю». Мне кажется, что я все меньше и меньше понимаю этот мир.

«Рю» ... Так молодой человек назвал Найдин. «Рю»  это другое слово, означающее «дракон».

— Надин широко раскрыла глаза.

— Рю, да..., — холодно сказала она, подумав, что он, возможно, сказал это с сарказмом.

— У меня нет крыльев.

Но молодой человек наклонил голову в сторону.

— А? Это же очевидно! У Рю нет крыльев.

— А? О чем ты говоришь? У Рю должны быть крылья, разве нет? – сказала я.

— А? Если ты говоришь о «Рю» с крыльями, то есть «Орю», но разве они не должны быть своего рода уникальным случаем?

— А? — спросила Надин.

— А?

Казалось, в их понимании была какая-то нестыковка.

— Подожди, — сказала Надин, - Когда ты говоришь Рю... ты имеешь в виду дракона, верно?

— Дракон?.. А, понятно. Так вот оно что.

Юноша хлопнул в ладоши, как будто что-то вдруг обрело для него смысл. Затем, подняв ветку, он нарисовал на земле два символа

— В мире, из которого я пришел, у нас был восточный дракон, также называемый Рю или длинный, и западный дракон, два похожих, но непохожих существа.

— Твой мир? Похожие, но непохожие...?

Пока над головой Надин все еще висел вопросительный знак, молодой человек нарисовал круг вокруг  первого символа.

— В моем мире драконы западного типа получили этот символ, который читается как «Рю».  Это существа, похожие на гигантских рогатых ящериц, но с крыльями.

— Гигантские ящерицы, но с крыльями... Как раз то, что надо. — Надин подумала, что это подходящее описание.

Было приятно слышать, как другие драконы, которые всегда называли ее червяком,  были названы большими ящерицами. Это освежало.

— Хм? Тогда что насчет этого другого Рю? — добавила Надин, указывая на второй символ.

— Говорят, что у них голова верблюда, глаза кролика, уши коровы, рога оленя, шея змеи, брюхо морского змея, ноги тигра, когти орла и сто семь чешуек, покрывающих их тело.

Это было гораздо более причудливо, чем какая-то большая ящерица. Что это было за загадочное существо?

— Судя по тому, что ты говоришь, они похожи на химер, — сказала Надин.

— Нет, нет... Я говорю о тебе.

— ...

Я?!

Это имело смысл. Длинное тело, покрытое чешуей, передние и задние лапы с острыми когтями, рога, похожие на оленьи... Если попытаться описать тело Надин с помощью животных, могло бы получиться именно так. Она не знала, что за существо верблюд, но действительно ли она похожа на него?

— Я... Рю..., — медленно произнесла она.

— В моей стране, когда вы слышите слово Рю, образ, который первым приходит на ум, очень похож на тебя, — объяснил он. — Возможно, это влияние известной манги и аниме.

— Манга? Аниме?

— Неважно, это я просто разговариваю сам с собой. Не беспокойся об этом. Кстати...

Молодой человек внезапно опустился на землю. Он почему-то держался за живот.

— Погоди, что случилось?! У тебя болит живот?! — воскликнула Надин.

— Нет... Я голоден... Меня оттащили перед завтраком, и теперь, когда я думаю об этом, я не ел весь день.

— Так ты просто голоден! — возмущенно воскликнула Надин.

Бзззт! Снова появилось чувство онемения.

В своей «Рю» форме она могла это заметить. Щеки немного онемели, но больше всего на это реагировали два длинных, похожих на хлысты, усика. Эти усики были самыми чувствительными органами чувств Надин, и малейшего дуновения ветерка было достаточно, чтобы сказать ей, какая погода будет на следующей неделе.

Мои усики... Они реагируют на него?

Надин вернулась в человеческую форму и встала перед сгорбленным молодым человеком, его лицо было обращено вниз, поэтому она не могла видеть его выражения. Она протянула руку, чтобы мягко коснуться его лица, ее рука была так близко, что она уже не могла сказать, прикасается она к нему или нет, когда...

— В какую милую форму ты превратилась, — подняв голову, сказал молодой человек, увидев Надин в форме девушки.

Надин покраснела от того, что ее назвали милой.

— Ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч?! Я-яяя-я?!

— А? Ты  же здесь единственная

— Но я такая простая... и маленькая.

— Правда? Я думаю, ты хорошая. Если бы ты одевалась немного ярче, я думаю, ты могла бы хорошо смотреться на экране. Если бы ты еще и хорошо пела, я бы уже хотел завербовать тебя в лорелеи, — сказал молодой человек с легким смешком.

Хотя в этих словах было несколько незнакомых терминов, таких как «на экране» и «лорелея», — голова Надин мгновенно вскипела, когда она поняла, что ей делают комплимент по поводу ее внешности.

Пока Надин все еще прижимала руки к раскрасневшимся щекам, молодой человек нерешительно спросил:

— Кстати....

— Что?

— У тебя есть что-нибудь поесть? — Из желудка юноши раздалось слабое рычание.

...

— ...Пфт. —  Надин разразилась смехом. — Ахахахахаха! Что за хрень...? Хахаха!

Это был искренний смех. Куда делась вся та грусть, что была раньше?

— Ты такой странный. —  Она искренне рассмеялась.

Затем Надин трансформировалась обратно в свою форму Рю и подхватила юношу за шиворот, как кошка-мать несет своего котенка.

***

Чавк... Чавк, Чавк...

— Может быть будешь есть  немного медленнее? — в отчаянии сказала девушка Рю, видя, как я поглощаю свою еду.

Я был в пещере, куда меня привела девушка Рю, и вгрызался в кусок мяса. Снаружи это ее логово выглядело не более чем пещера, но внутри была кровать, книжные полки с романтическими романами и ковер. Это было похоже на комнату девушки.

Она подала мне что-то вроде соленого вареного мяса вместе с фруктами. Обычно такой большой кусок мяса был бы пугающим, но я был так голоден, что это показалось мне пиршеством. Я почувствовал себя так, как вела себя Айша, когда перед ней была еда. Я набросился на него с диким остервенением.

— Ммм, — сказал я с благодарностью. — Я не знаю, что это за мясо, но оно очень вкусное!

— О, Боже, не говори с набитым ртом, — сказала девушка на противоположном конце стола, положив щеки на ладони. — Ты был так голоден?

— Да. Я тебе очень благодарен. Кстати, что это за мясо?

— Это от большого оленя, на которого я охотилась в горах.

— Оленина, да?.. Подожди, ты охотилась на него?

— Так большинство драконов добывают себе пищу. Мы летаем вокруг горного хребта Звездного Дракона, охотимся на животных и собираем фрукты, чтобы поесть. Так мы вырастаем в сильных драконов.

— Ты живешь гораздо более дикой жизнью, чем можно предположить по твоей комнате...

Пока я ел, она объяснила, что драконы сильно привязываются к своим семьям, как только вступают в брак с рыцарем, но в Горном хребте Звездного Дракона они живут каждый сам по себе. В Горном хребте Звездного Дракона не было магазинов, и они охотились и собирали себе пропитание каждый день.

Кроме того, драконы не собирались в большие группы, поэтому им было хорошо, если у них был один, может быть, два друга. Говорили, что они приняли такой менталитет, потому что большинство драконов женились и ушли в королевство рыцарей-драконов Нотунг, и они сделали это, чтобы не испытывать томительного сожаления о том, что покинули родину.

Слушая все это, я доел свое мясо и фрукты и хлопнул в ладоши.

— ...Фух. Это был пир.

— Вообще то, это был не такой уж и пир, — сказала Рю.

— В моей стране так говорят после еды. О, это напомнило мне. Ты угощала меня, но я еще не узнал твое имя. Это вылетело у меня из головы. — Я сел прямо и глубоко поклонился девушке напротив меня. — Спасибо, что помогла мне. Я... Кадзума Суя.

Я колебался мгновение, но решил использовать свое вымышленное имя. Если бы я сказал ей, что я король Фридонии, объяснение этого показалось бы хлопотным. Объяснение госпожи Тиамат было слишком абстрактным, а значит, я не очень хорошо понимал ситуацию, так что пока этого было достаточно. Я не хотел беспокоить того, кто помог мне, если в этом не было необходимости.

— Я был приглашен госпожой Тиамат и прибыл сюда из Королевства Фридония, — добавил я.

— О, как вежливо с твоей стороны. — Зацепившись за мой собственный поклон, девушка тоже склонила голову. — Я Надин Дэла́л.

— А? Дендера?

— Надин Дэла́л! Не переделывай его странным образом!

— Дендера рю... Дендерарюу...

Что это было? Мне вдруг вспомнилась та детская песенка.

— Дендерарюуба детекурубаттен, дендераренкен детеконкен? — спел я.

— Что это за странное заклинание? — воскликнула она.

— О, это детская песенка из моей страны.

— «Дендера Рюба»*  была детской песенкой из сельской местности Кюсю*.

Кстати, в ней не было дракона под названием  «Дендера Рюба». На диалекте этого региона «Дендера Рюба» означало «если я захочу выйти».  Эта строчка песни означала: « Если бы я хотел выйти, я бы мог, но я не могу выйти, поэтому я не буду.» Так я слышал. Это было про то, что я замкнутый человек?

— Ну, в любом случае, приятно познакомиться, Дендера, — сказал я.

— На-ди-н! Не называй меня Дендера! — Надин насупилась.

Я подумал, что она была милой девушкой, выражение лица которой часто менялось от переживаемых эмоций.

Так я попал в Горный Хребет Звездного Дракона и встретил Дендеру ...ой простите... как я встретил Надин Дэла́л.

___________________________

1)       Песня для детей «Дендера Рюба» (でんでらりゅうば )  https://www.youtube.com/watch?v=Vx9UrQ0A9Ls

Довольно забавная мелодия кстати, перевода на неё особо нет. В Кюсю (откуда родом песня)  используется западные диалекты японского языка которые обладают некоторыми характерными особенностями.

2)      Японский дракон (яп. 竜, 龍 рю:, рё:, тацу) — существо из японского фольклора и мифологии. Множество сведений о драконах попали в Японию из китайской мифологии. Заметны и иные влияния, в частности японский дракон имеет и некоторые индийские черты, которые были позаимствованы у буддийских змееподобных существ нагов. Согласно учёному-востоковеду М.В. Де Фиссеру (нем.), японцы имели собственные представления о драконах еще до того, как информация о китайских змиях пришла с материка.

Классификации драконов

3)      В Японии нередко использовались устоявшиеся китайские классификации драконов. В буддийском словаре Буккё ироха дзитэн (яп. 仏教伊呂波辞典, «словарь основ буддизма») встречаются следующие виды змиев:

·         Чешуйчатый (яп. 蛟龍 Ко:рю:)

·         С крыльями (яп. 応龍 О:рю:)

·         С рогом (яп. 虬龍 Кю:рю:)

·         Без рогов (яп. 螭龍 Ти:рю:)

·         Свившийся дракон (яп. 蟠龍 Ханрю:), который еще не поднялся на небеса

В этой же статье буддийского словаря даются иные пять классов драконов: драконы-вороны, драконы-змеи, драконы-жабы, драконы-лошади и драконы-рыбы

Было утро после того, как Надин и Сома встретили  друг с друга.

Недалеко от пещеры сквозь ветви деревьев пробивался свет, освещая небольшой ручей и человека, умывающегося в нем. Возможно, потому, что им не нужно было беспокоиться о взглядах других людей в лесу, на них было только нижнее белье, они плавали в реке и обливали свое тело водой.

Сегодня был еще один ясный день в горном хребте Звездного Дракона с его вечной весной.

В самом деле, дождь здесь никогда не шел в середине дня. Возможно, это было результатом того, что Мать-Дракон использовала свою силу для этого. Каждый день в Дракул в определенное время выпадало фиксированное количество осадков. Поэтому, несмотря на то, что небо каждый день было ясным, богатая природа на плато сохранялась.

Поскольку день был теплый, прозрачная вода реки, прохладная, но не слишком холодная, успокаивала. Полуголый человек сел на камень, вытирая лицо тряпкой, оставленной там для этой цели.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Надин.

Надин, которая до сих пор была наполовину сонная, внезапно была потрясена.

— О, привет, Надин. Ты проснулась?

— Не смотри сюда, извращенец!

Это был Сома, купающийся в реке. На его обнаженном теле, возможно, благодаря его личному тренеру Оуэну, не было лишнего жира.

Не в силах больше смотреть на это, Надин отвернулась.

— Почему ты  раздет?!

— Я все еще в нижнем белье.

— Это все равно мало!

— Ну, поскольку я положился на твое гостеприимство, я подумал, что будет невежливо, если я буду слишком грязным, поэтому я моюсь...

— Все равно... ты не можешь показываться перед юной девой в таком виде...

Отвернув голову, Надин краем глаза бросила несколько взглядов. Хотя драконы, как раса, могут быть несколько двусмысленны в вопросах пола, видеть представителя противоположного пола было необычно, и она не могла удержаться, чтобы не посмотреть.

Не обращая внимания на невинную реакцию Надин, Сома начал одеваться и спросил ее:

— Если подумать, когда ты с госпожой Тиамат находитесь в своих формах Рю или драконов, вы такие огромные. Но когда вы переходите в человеческую форму, на вас уже есть одежда. И нет никаких признаков того, что она рвется, когда вы увеличиваетесь в размерах. Может ли быть, что эта одежда - часть твоего тела, или что-то вроде этого?

Когда Сома спросил ее о том, что его беспокоило, Надин ответила с пустым выражением лица.

— Эмм... Да. Мы трансформируем наши чешуйки, так что это один из вариантов. Мы не можем ничего сделать с цветом, но мы можем изменить дизайн, и даже заставить ее полностью исчезнуть, если нам этого захочется. Кроме того, если мы будем мыть наши тела в драконьей форме, мы сможем одновременно мыть наши человеческие тела и одежду.

— Хм... Звучит удобно, но будет ли больно, если одежда порвется, или что-то в этом роде?

— А ты чувствуешь боль, когда стрижешь волосы или ногти, Кадзума?

— О, теперь я понял.

В принципе, у драконов не было нервов, проходящих через чешую. На самом деле, их чешуя может быть чем-то вроде панциря, которым они могут свободно управлять, покрывая свое тело и защищая внутренности.

— Хм? Значит, даже когда дракон одет, он все равно голый... —  пробормотал Сома.

— Не говори больше ни слова!

Треск, треск.

С небольшим треском волосы у Найдена встали дыбом. От волос к волосам протянулись голубые полосы молний. Сердитый вид Надин заставил Сому немного запаниковать.

— Электричество?! Эй, держись! Я тут весь мокрый, понимаешь?!

Бзззт!

Сома вышел от ручья, а электрический разряд, выпущенный Надин, ударил по поверхности воды. Бедная рыба, попавшая под разряд, всплыла на поверхность.

Сома был ошеломлен тем, чему только что стал свидетелем, но тут же накинул остатки одежды и поспешно ретировался. Он не мог перенести удар током.

Надин побежала за ним, крича: — Стой!

Даже когда он почувствовал ужас перед треском электричества, преследовавшего его, спокойная часть разума Сомы уже придумывала практическое применение способностям Надин.

Рю, управляющая электричеством?! В Горном хребте Звездного Дракона даже есть такая? Если бы у нас было электричество, мы могли бы делать с ним всевозможные вещи. Разве появление Надин не даст толчок нашим исследованиям в области электричества?

Всякий раз, когда он встречал человека с особым талантом, первое, что делал Сома, это придумывал эффективное применение его дару. Это была профессиональная обязанность короля.

— Стой, Кадзума, не убегай!

Могу ли я заставить ее приехать в королевство, без необходимости заключать контракт или партнерство...?

Вот о чем размышлял Сома, даже когда Надин гналась за ним по пятам.

**

По воле госпожи Тиамат, обо мне теперь заботились в пещере Надин.

Это произошло потому, что до церемонии заключения договора, в которой меня попросили принять участие, оставалось еще пять дней, и она предложила пещеру Надин в качестве места, где я мог бы остаться. Оказалось, что, несмотря на всю грандиозность Хрустального замка, в нем было мало развлечений, и я, скорее всего, просто заскучал бы, если бы остался там.

С другой стороны, Надин собирала письменные материалы из нижнего мира, и в ее комнате было довольно много необычных предметов. Да и мне, наверное, было удобнее всего остановиться в комнате, рассчитанной на обитателя человеческого роста.

Хотя сейчас все это начинает казаться отговорками... заметил я.

Госпожа Тиамат, похоже, хотела, чтобы мы с Надин поближе познакомились друг с другом.

Когда наша встреча завершилась, и она собиралась телепортировать меня к Надин, чтобы та могла присмотреть за мной, госпожа Тиамат посмотрела на меня, ее глаза были полны искренности, и  она сказала:

— Пожалуйста, научи эту девочку за меня. О том, чего она не знает.

— А? Что это значит?

— Вы уже должны знать путь. Пожалуйста, помогите ей.

Когда она это сказала, у госпожи Тиамат был взгляд матери, переживающей за своего ребенка. Как раз когда я собирался спросить ее, почему у нее такое выражение лица, декорации изменились, и меня встретила черный Рю с криком  «Тупое солнце !!!!» наполненное страданиями..

После этого в дом Надин пришел официальный посланец от госпожи Тиамат, и Надин была назначена моим опекуном на время моего пребывания здесь. Вид у Надин был такой, будто она считает это мучением, но она не могла ослушаться приказа госпожи Тиамат, поэтому неохотно согласилась.

С тех пор я оставался здесь, жил в пещере Надин, пил чай и читал материалы, которые она собирала в нижнем мире... То есть романтические романы, которые были написаны в странах человечества.

Напротив меня сидела Надин, лежала в постели и смотрела простой приемник. Рю смотрела трансляцию Голоса Драгоценности... Очевидно, она купила его на блошином рынке в Империи, и, слегка потряся его, заставила снова работать. Серьезно, это что… старый телевизор, который снова заработает, если его ударить?

Надин взглянула на меня и спросила:

— Интересно ли мужчине читать романтические романы, предназначенные для женщин?

— Больше, чем ты думаешь. Это показывает тебе, что различные женщины мира считают своими идеалами.

Когда я услышал, что это романтические романы, я ожидал, что это будут грязные драмы о любви и ненависти, как дневная мыльная опера, но они оказались легкими и пушистыми, как новеллизация сёдзё-манги.

При беглом просмотре большинство из них были рыцарскими историями. Там был рыцарь, который клялся в верности прекрасной даме, и он совершал достойные поступки во имя этой любви... Так было во многих из них. Были и истории о Золушке, где простая деревенская девушка помогала молодому лорду или принцу, покинувшему дворец под покровом ночи, он влюблялся в нее, и в конце концов они венчались. Сюжеты в основном можно разделить на эти два типа.

— Это то, о чем вы мечтаете? — игриво спросил я.

— ...Ну, - сказала Надин, задумчиво повернув голову в сторону, - я бы хотела, чтобы меня оседлал крутой рыцарь, и мы вместе полетели по небу.

— Ааа, если ты Рю или дракон, ага...

Для обычной девушки это было бы: « Я хочу скакать на лошади с крутым парнем,» но для расы драконов это, очевидно, было: « Я хочу быть лошадью, и пусть рыцарь скачет на моей спине.»

Когда вы общаетесь с представителями разных культур и рас, интересно видеть эти небольшие различия в интерпретации.

— Так что ты там смотришь, Надин? — спросил я.

Я слышал оживленные звуки, доносившиеся из простого приемника, который держала Надин, и мне стало любопытно. Она сказала, что нашла его в Империи, так что это была  программа оттуда?

— Хм? Это музыкальная программа из Империи Гран-Кэос. Хочешь посмотреть ее со мной, Кадзума?

— О! Да, конечно, хочу. — Мне было интересно посмотреть, что за музыкальную программу делает Империя.

Надин села рядом со мной, поставив простой приемник в такое место, чтобы мы оба могли его видеть. Во избежание утечки новостей, находясь в другой стране, нельзя было просматривать передачи, записанные с помощью каких-либо драгоценностей, кроме тех, которые использовались для трансляционных встреч. Во время наших послевоенных переговоров с Княжеством и Империей, когда Жанна, младшая сестра императрицы Марии и генерал, увидела передачи нашей страны, она сказала, что хотела бы подражать им в Империи. Мне стало интересно, что за передачи они делают.

Размышляя об этом, я сделал глоток чая, посмотрел на простой приемник и...

— Всем привет! Это Мария.

— Бвух?!

— Вау, Кадзума?!

Я выплюнул чай, который пытался выпить, куда попало. На экране, одетая в платье с оборками в стиле идола, была сама императрица Мария из Империи Гран-Кэос.

—  А теперь я хочу, чтобы вы все послушали мою песню.

С этими словами Мария начала танцевать легкий танец, а затем запела чистым голосом.

Хотя ее пение и танцы могли бы сравниться с нашей Примой лорелей, Джуной, Мария обладала большей харизмой, которая притягивала к ней людей.

...И, подождите, разве Мария не была в восторге от этого? Она выглядела так, будто в любой момент может начать искриться.

Эм... На что именно я смотрел?

Успокойся... Во всем есть причина и следствие.

Из того, что сказал мне Хакуя, самой популярной программой в Империи была та, которая следила за тем, что Мария делала днем. Например, «Императорский семейный альбом.» ее сестра Жанна жаловалась: « Как же так получилось?»

Возможно, так все и было:

1. Империя начинает выпускать программы, где поют лорелеи.

2. Самой популярной стала программа, подробно рассказывающая о жизни мадам Марии.

3. Если мы превратим госпожу Марию в лорелею, разве количество зрителей не взлетит до небес?

4. Родится поющая, танцующая императрица! ? Где мы были сейчас.

...Ну, вероятно, это было все, более или менее близко к тправде. Похоже, Империя проходила через процесс проб и ошибок, чтобы найти способы развлечь свой народ. Но …это было похоже на ошибку.

Ну, сама программа была забавной, так что я некоторое время смотрел «Марию» с Надин, но...

— О, нет, теперь их стало больше... услышал я голос девушки сзади нас.

Когда я обернулся, чтобы посмотреть, там была девушка в белом цельном платье, которая смотрела на нас в отчаянии. На голове у девушки были рога, похожие на козлиные, а из задней части торчал белый хвост. Неужели эта девушка тоже была драконом?

Когда девушка посмотрела на меня, она вздохнула.

— Я думала, здесь стало оживленно... Надин, ты наконец-то начала приводить домой мужчин? Обязательно отведи его обратно туда, где ты его нашла.

...Я что, был брошенной собакой? Это заставило меня представить себя в картонной коробке с надписью: «Я брошенный временный король. Пожалуйста, заберите меня домой.» Получился сюрреалистический образ.

Тем временем Надин, которую обвинили в том, что она таскает домой мужчин, надулась.

— Не выставляй меня такой плохой! Он гость!

— Гость?

— Вот именно! Леди Тиамат приказала мне быть его сопровождать.

— Так ты его опекун, да... Мне кажется, что вы просто дурачитесь вместе?

— Уф...

Девушка была права, и Надин ничего не могла на это сказать. Мне давали еду, и она присматривала за мной, но больше она ничего не делала в качестве моей опекунши. Я был более или менее предоставлен самому себе.

Белая девушка указала на меня.

— Я Пай Лонг, подруга Надин. А вы кто?

— Кадзума Суя из Королевства Фридония.

Я улыбнулся и пожал руку Пай. Когда я это сделал, она наклонила голову в сторону.

— Королевство Фридония? Это та страна на востоке, о которой Надин говорила раньше, верно? У нас нет с ними отношений... Что вы здесь делаете, Кадзума?

— Ааа, ну, меня пригласила сюда госпожа Тиамат по какой-то причине.

— Госпожа Тиамат? — В этот момент на лице Пай появилось выражение, как будто она только что что-то поняла, и она повернулась к Надин. — Эй, Надин, не думаешь ли ты, что Леди Тиамат может планировать, чтобы этот парень принял участие в Церемонии Контракта?

— А? Кадзума, принять участие в Церемонии Контракта? — спросила Надин с расширенными глазами. — Кадзума не один из рыцарей Нотунга.. Может ли он вообще принимать участие?

— Ты забыла? В последнее время такого не было, но говорят, что леди Тиамат иногда приглашает тех, кто, вероятно, станет героями своего времени, позволяя им заключить независимый контракт с драконом. Как это сделал первый король Эльфридена.

— Герой нашего времени, ха... —  Надин взглянула в мою сторону. Это выражение ее лица... Она ни капли не верила в это. — Не знаю, мне он не кажется таким уж впечатляющим.

— Это жестоко, даже если это правда, — сказал я.

— Разве леди Тиамат ничего не сказала вам, Кадзума? — спросила Пай, но я пожал плечами, не подтверждая и не отрицая.

Это была правда, госпожа Тиамат сказала, что хотела бы, чтобы я участвовал в церемонии заключения договора. Однако я не решался сказать об этом этим двоим. Если бы они узнали, что я буду участвовать, следующий вопрос, очевидно, был бы о том, кто именно я такой. Если бы они узнали, что я король страны, то это была бы головная боль.

— Я не имею права говорить. Если вы хотите знать, спросите госпожу Тиамат.

— Ахаха! — рассмеялась Пай. — Правда, с ней не так-то просто поговорить. О, я знаю! — Пай хлопнула в ладоши: — Надин, ты ведь отвечаешь за Кадзуму? Это не так часто случается, так почему бы не показать ему горный хребет Звездного Дракона?

— О! Мне это было бы интересно, — сказал я. — Могу я побеспокоить тебя?

— Э-э... —  Надин открыто сделала вид, что это будет очень неприятно. — Горный хребет Звездного Дракона довольно большой, понимаешь? Не будет ли Кадзуме тяжело идти пешком?

— Ты можешь нести его на  спине, — сказала Пай.

— Пай, дракон позволяет только своему партнеру ехать на спине. Ты ведь хорошо это знаешь, верно?

— А где вред? Почему бы ему не заключить с тобой контракт?

— У меня тоже есть право выбора, — отмахнулась Надин. — Этот скучный тип парней не в моем вкусе. Мне нравятся сильные парни, которых все уважают.

— ...Ты уже давно становишься довольно резкой по отношению ко мне — пожаловался я. Это было похоже на нож, который вонзили в мое сердце... Затем я кое-что понял. — Эй, а то, что ты позволяешь кому-то, кроме своего партнера, кататься у тебя на спине, считается как-то нецеломудренно?

— Да.

— Ну, и где же твоя спина, Надин?

— А?

Надин не была драконом западного стиля, она была Рю восточного стиля. ее тело представляло собой цилиндр от затылка до хвоста. Хотя она немного расширялась в районе передних и задних лап, у нее не было четко очерченной спины, как у дракона западного типа.

— Например, если бы я ехал прямо за твоей головой, это была бы не спина, а шея, верно? — спросил я.

— Как насчет этого? Нет никаких правил, запрещающих кому-то, кроме твоего партнера, ездить на твоей шее, верно?

— ...

На это у Надин не было возражений, так что было решено, что мы пойдем.

Леса, полные свежей поросли, покрывали более половины Дракула. Обычно в этих лесах не было ни слишком темно, ни слишком светло, а из-за отсутствия ветра не было слышно шелеста ветвей. Это были тихие леса, не слишком сырые и влажные.

Сейчас между деревьями этих лесов быстро пробиралась черная Рю. Конечно же, это была Надин в форме Рю. Я сидел на ее голове.

Отчасти из-за того, где я сидел, я чувствовал себя главным героем аниме, которое я смотрел давным-давно. Держась за два ее оленьих рога, словно за ручки мотоцикла, я держался за жизнь и старался не соскочить.

Мы были явно не на своем месте в тихом лесу.

— Надин... Подожди, ты не слишком быстро едешь..? — нервно спросил я.

— Тебя бесплатно подвезут, так что не жалуйся.

Я заговорил, потому что меня пугали ветки, проносящиеся над моей головой, Надин, похоже, не собиралась снижать темп. С формой тела Надин это было похоже на катание на американских горках, но наслаждаться ими можно было только потому, что у тебя там была планка безопасности. Ну, не то чтобы я был одним из тех, кто катается на таких развлекательных машинах...

— Если подумать, Надин, что ты говорила Пай перед тем, как мы вышли? — спросил я.

Перед тем, как мы вышли из пещеры, они о чем-то тихо переговаривались. Они косо поглядывали в мою сторону, и я поинтересовался, в чем дело, но она отвернулась, чтобы посмотреть в сторону.

— Н-ничего! — Затем, отвернув от меня голову, Надин, казалось, что-то пробормотала. — Черт возьми, Пай... Кому нужны твои «Если ты будешь усердно работать», чтобы продать себя сейчас, возможно, Кадзума выберет тебя на церемонии заключения контракта»? Не будь такой занудой.

— А? Прости, — сказал я. — Твой голос был таким тихим, что я не смог разобрать, что ты говоришь.

— Я же сказала тебе, это ерунда!

Мы продолжали ходить туда-сюда, двигаясь через лес. Затем... через несколько минут...

Когда мы вышли из леса, я спрыгнул с головы Надин на травянистый луг.

В обычных условиях он был бы достаточно обширным, чтобы назвать его большой равниной, но при взгляде на него у меня не возникло такого ощущения. А все потому, что в центре этой великой равнины стояло одно массивное дерево, корни которого пересекали травянистое поле, а ветви раскинулись так, будто покрывали весь луг. Благодаря этому массивному дереву у меня не было ощущения, что я стою на большой равнине.

Если смотреть снизу вверх, то дерево поднималось в небо, как возвышающийся замок. Однако его листья были золотыми, и казалось, что они почти ослепляют своим блеском в солнечном свете.

Я вздохнул от восхищения, несмотря на себя. — Это... довольно удивительно, да.

— Конечно, — сказала Надин, которая в какой-то момент вернулась в человеческую форму, гордо выпятив грудь. — Это одно из знаменитых мест горного хребта Звездного Дракона, Великое Древо Ладона.

— Радон? Атом? Или гигантский монстр неба? — спросил я.

— О чем ты говоришь? Это Ладон, имя дракона, который, как говорят, защищал это дерево давным-давно.

— Хм...

Здесь жил дракон по имени Ладон, да? По словам Надин, существовала легенда, согласно которой в ветвях этого дерева давным-давно жил золотой дракон по имени Ладон, и именно под его влиянием листья приобрели золотой оттенок.

Если подумать, в греческой мифологии тоже был дракон, охранявший золото...

Может быть, он охранял золотое руно и золотые яблоки? Судя по тому, как листья собрались в пучок, это не было похоже на золотое руно. Хотя оно было таким массивным, что больше походило на золотое облако.

— Это похоже на что-то из мира легенд, — пробормотал я.

— Хе-хе! Это довольно удивительно, да? — Надин кивнула с видимым удовлетворением, затем подняла взгляд на дерево. — Это великое дерево никогда не умирало, не сбрасывало листья и стоит здесь с незапамятных времен. Это как символ того, что горный хребет Звездного Дракона вечен и неразрушим.

— Вечный и неразрушимый...

— Это воплощение гордости драконов. Во всем мире вы не найдете другого такого красивого дерева, — уверенно сказала Надин.

Наверное, не было на свете ни одного человека, который бы не признал красоту этого дерева. Настолько это дерево было красивым, элегантным и впечатляющим. Если бы оно стояло здесь вечно, я бы понял, почему драконы гордились им. Но...

— Называть его номером один, наверное, чересчур, — сказал я.

— А? — Моя реакция заставила глаза Надин расшириться.

— Я согласен, что это невероятное зрелище, но я люблю цветение сливы и вишни.

— Слива? Вишня?

— В моей стране это были деревья с красивыми цветами. Сливы распускались, неся на себе тяжесть снега, а вишни расцветали в полную силу, а потом опадали. У каждого из них была своя привлекательность, и они были очень красивы.

— Но ведь цветы опадают? Они распускаются лишь на короткое время. Великое дерево Ладона никогда не засохнет, — настаивала Надин.

Я криво улыбнулся и широко раскинул руки.

— Конечно, важно иметь вещи, которые остаются с нами надолго. Например, природные пейзажи, традиции, культурное наследие и так далее. Но в моей стране не меньше, а может быть, даже больше ценят то, что движется вперед.

Я присел и сорвал один из цветков, похожих на одуванчик, которые росли повсюду. Когда я встряхнул его, семена унесло ветром. Вечная весна Дракула придавала этой сцене мирный, воздушный характер. Я улыбнулся Надин.

— Тебе не кажется, что это по-своему красиво?

— Но каким бы красивым не было мгновение, оно мгновенно заканчивается. — запротестовала Надин.

— Вот что позволяет нам с нетерпением ждать следующего. — Я сел в траву, потом лег на спину. — Разве тот факт, что ты не можешь просто посмотреть его в любое время, когда захочешь, не делает его еще более ценным? Даже если оно закончится, ты можешь с нетерпением ждать того дня, когда оно снова появится.

— ...Я не совсем понимаю.

Хм... Драконы были долгоживущей расой, поэтому, возможно, японское понимание непостоянства вещей, было немного сложно для их понимания.

— Видите ли, это разница в ценностях, — сказал я. — Есть более чем один способ смотреть на вещи. Так же и с драконами, верно? Для поклоняющихся Матери Драконов, драконы - священные существа. Для рыцарей Нотунга вы - их партнеры и товарищи по оружию. Для ортодоксального папского государства лунария вы мало чем отличаетесь от монстров. В моей бывшей стране Рю, подобно тебе, поклонялись бы как богу, управляющему погодой.

— Я... бог? — Надин на мгновение опешила, но потом разразилась смехом. — Пфт... Ахахахахаха!

Надин схватилась за бока, хихикая. Пока я смотрел на нее, гадая, что же я такого смешного сказал, Надин весело улыбнулась мне, вытирая уголки глаз.

— Ахаха... Это все так глупо. Подумать только, здесь надо мной насмехаются, называя червяком, а в вашей стране я стала бы богом. Так вот что ты имел в виду под разницей в ценностях, ага.

Посмеявшись от души, Надин напустила на себя пустой вид и пробормотала:

— А они не будут против... дракона, который не умеет летать?

...А? Она не может летать?

— А? Ты не умеешь летать, Надин? — спросил я.

— Как я могу? У меня нет крыльев.

— Нет, нет, это совершенно естественно, что у Рю нет крыльев.

— А?

— А?

Мы посмотрели друг на друга. Что? Что-то не сходилось в нашем разговоре...

— Нет, нет, у меня нет крыльев, поэтому очевидно, что я не могу летать.

— Есть ли какая-то связь между тем, что у Рю нет крыльев, и тем, что они не могут летать? — спросил я.

— А?

— А?

Было что-то странное. Как будто в нашем понимании была какая-то нестыковка.

— Кадзума, что ты...

Надин как раз собиралась что-то сказать, когда это произошло. С сильным порывом ветра три дракона, красный, синий и зеленый, спустились с небес и приземлились перед нами.

***От лица Надин

Три дракона, которые приземлились перед нами, были красного, синего и зеленого цвета.

Честно говоря... Почему я столкнулась с ними именно сейчас?

Как только все трое приняли человеческую форму, они подошли ко мне на близкое расстояние.

— Я слышала, что ты подобрала человека, и пришла посмотреть... Это он? — спросила Руби.

Я ничего не ответила.

Руби перевела взгляд на Кадзуму.

— Странная одежда. Вы не из Нотунга?

— ...Да. Я Кадзума Суя, приехал из Фридонии.

Кадзума, который был немного обескуражен враждебной атмосферой между нами, бегло представился.

Я слегка прищелкнула языком.

— Тебе не нужно называть свое имя этим людям.

— Я слышу тебя, Надин, — огрызнулась Руби.

— Я сказала это, чтобы ты услышала, мерзкий кусок мяса

— Кого ты называешь мерзкой? Ты всего лишь жалкий червяк.

Ситуация была не из легких. Огонь извергался из ее рта, а электричество искрилось в моих волосах. Кадзума, который все еще не понимал ситуации, стоял и чесал голову.

— Э-э... Похоже, вы двое не ладите?

— Если ты думаешь, что это похоже на то, что мы ладим, то мне придется усомниться в твоем зрении. Красный - Рубин, синий - Сапфир, а зеленый – Эмерада. Они любят называть меня «бескрылой неудачницей» и «червяком», — среди прочего, и постоянно затевают со мной драки.

— Неудачница... хм. —  Кадзума скрестил руки и, казалось, о чем-то глубоко задумался.

...К чему он клонил раньше?

Что бы это ни было, я повернулась к Руби и ее подружкам, чтобы сказать им:

— Вы пришли повидаться с Кадзумой, верно? Ну, как насчет того, чтобы пойти домой?

— Не думаю, что я оценю твой снисходительный тон, — усмехнулась Руби. — Я пришла не к тебе.

С этими словами Руби прошла мимо меня и встала перед Кадзумой.

— Я слышала... что вас пригласила сюда леди Тиамат, так ли это?

— Хм? Да. —  Кадзума, который, казалось бы глубоко задумался, ответил так, как будто только что заметил ее.

— Это значит, что вы будете участвовать в церемонии заключения контракта, верно?

— ...Ну, видимо, это действительно означает это. Не то чтобы я считал себя достойным этого.

— Если леди Тиамат сочла нужным пригласить вас, значит, вы достойны.

Я сглотнула. Руби, которая насмехалась надо мной как над червем, узнала Кадзуму. Может ли быть так, что Руби собиралась подкатить к Кадзуме?

Если леди Тиамат позвала его сюда, то даже если он не очень-то похож, он все равно может быть человеком, достойным уважения. Во время церемонии заключения контракта предложение обычно делал рыцарь. Однако, если дракону приглянулся однин из рыцарей, он мог представиться, чтобы побудить рыцаря выбрать ее.

На церемонии заключения контракта... будет ли Кадзума танцевать с одним из драконов?

...Не думаю, что мне бы это понравилось.

То, что я представила себе, вызвало боль в моей груди. При мысли о том, что человек, который сказал мне, что я «Рю», может заключить контракт с драконом, у меня сжалось сердце. Хотя я и не собиралась сама участвовать в церемонии.

Пока я мучилась, думая об этом, Руби приблизилась к Кадзуме.

— Эй, оставайся со мной в моем доме.

Моя голова поднялась в шоке. Когда я посмотрела, Руби протянула руку Кадзуме.

— Вы меня очаровали. Я бы хотела узнать о вас побольше.

— Обо мне? — повторил Кадзума.

— Да. Вы должно быть особенный, чтобы леди Тиамат признала вас. Если вы оправдаете мои ожидания, я, возможно, даже соглашусь заключить с вами контракт.

Контракт с рыцарем дракона... Не могла же Руби влюбиться в Кадзуму с первого взгляда?

Бросив взгляд на меня, Руби добавила:

— Я гораздо лучший дракон, чем этот затворник. В отличие от Надин, я умею летать и дышать огнем. Я могу показать вам любой уголок горного хребта Звездного Дракона с высоты небес.

— Уф... —  Меня до крайности расстраивало то, что я не могла опровергнуть слова Руби.

Правда, Руби была красным драконом, который был популярен среди рыцарей. Говорили, что красный цвет отпугивает врагов, поэтому наезднику легче заслужить военную славу. Кроме того, у нее были большие крылья, которых мне не хватало, и она могла дышать огнем, как и полагается любому дракону. Когда я посмотрела, как Кадзума реагирует на то, что она так откровенна с ним... на его лице была немного обеспокоенная улыбка.

— Я рад что вы такого высокого мнения обо мне и все такое...

Я задохнулась. От слов Кадзумы по моему телу пробежал электрический ток, а волосы встали дыбом.

Услышав, как он положительно отозвался о Руби, моя грудь наполнилась яростью... и печалью. Я не хотела слышать эти слова от человека, который сказал мне, что я Рю. Мне так хотелось плакать. Может быть, я бы даже выпустила электрический удар по Руби и остальным, а потом начала бы буйствовать, но..

— Но... —  Кадзума покачал головой и сказал: — Разве способность летать и дышать огнем так уж ценна?

...А?

— А? Что вы говорите? — зашумела Руби.

Все взгляды сфокусировались на Кадзуме.

Кадзума почесал голову и ответил:

— Ну... Я из страны, где драконы не так часто встречаются, так что простите меня за мое невежество. Как вы уже говорили, способность летать и дышать огнем - это то, что делает дракона ценным?

— Конечно, это так, — ответила Руби. — Хотя дракон и является партнером своего рыцаря, он также является его товарищем по оружию. Больше всего на свете дракону нужны крылья, которые будут высоко и быстро нести его по полю боя, и пламя, которым он может испепелять своих врагов.

— Понятно. Значит, внешность не имеет значения. Что ж, похоже, среди драконов много красивых людей. — Кадзума кивнул на ответ Руби. — А вы, девочки, все умеете летать и дышать огнем, верно?

— Все верно, за исключением вон того червяка.

— ...Понятно. —  Затем, с серьезным выражением лица, Кадзума посмотрел Руби в глаза и спросил ее: — Тогда скажите мне, что делает вас лично, ценной?

Ценность Руби и остальных? Разве не в их способности дышать огнем и летать?

— А? Что вы хотите сказать? — спросила Руби. Казалось, ее не удовлетворил этот ответ.

Кадзума покачал головой

— То, что драконы могут дышать огнем и летать - это само собой разумеющееся, верно? Ну, в таком случае нет ничего особенного в том, что вы это умеете. Это способность, которой обладает каждый дракон, а значит, это не особая причина, по которой я должен выбрать вас, верно?

Когда он так сказал, у Руби и остальных отпали челюсти, и они уставились на него пустыми глазами. У меня, вероятно, было похожее выражение лица.

Кадзума продолжал, не обращая внимания ни на кого из нас.

— Если другие драконы тоже могут это делать, то это не является причиной, почему я должен выбирать именно вас. Ценно иметь что-то универсальное, но в этом нет ничего особенного. Если вы все начнете с одинаковых условий, разве не победит более сильный или более красивый дракон? Быть таким же, как все, - это даже не очко в твою пользу.

Я не могу в это поверить.

— Кадзума... ты...

Критика Кадзумы была настолько точной, что я начала сомневаться, действительно ли он не знаком с традициями этой страны. Дело в том, что церемония заключения контракта была напряженным соревнованием между драконами. Поскольку от того, будут ли они выбраны кем-то из присутствующих, в большей или меньшей степени зависела вся их дальнейшая жизнь, это было вполне естественно.

Пока мы были заняты удивленными реакциями, Кадзума вздохнул.

— Стандартизированная основа оценки, отказ от тех, кто обладает индивидуальностью... Я думал, что уже где-то сталкивался с такой атмосферой, но это практически то же самое, что и экзаменационные войны. Блин, как же мне было тяжело два года назад... —  пробормотал Кадзума с отрешенным взглядом в глазах.

...Войны? Что это было? Это была серия войн, произошедших в какой-то другой стране? Но почему он говорит о них сейчас?

— Ну, это лучше, чем вообще не быть избранной! — Руби, пришедшая в себя, сказала с искаженным лицом. — Кто выберет Надин, которая не может делать то, что могут все остальные?!

Она обвиняющее посмотрела на меня.

Кадзума мгновенно ответил

— Это правда, как дракону, Надин не хватает универсальности. Но что у нее есть, так это индивидуальность.

— Индивидуальность?

— То, что отличает ее от других. Когда оцениваешь ценность вещей, самый простой стандарт - это «вещь», которая есть только одна во всем мире.  Если что-то существует в единственном экземпляре, даже если это всего лишь детская игрушка или крышка от банки, логично, что это будет иметь ценность, верно? Это в равной степени относится и к людям. Король моей страны делает все возможное, чтобы собрать людей с особыми достоинствами.

Король вашей страны... Он имел в виду короля-героя Фридонии?

— И вы говорите... что Надин ценна? — спросила Руби, выглядя ошеломленной.

— Здесь, в Горном хребте Звездного Дракона, есть ли еще какой-нибудь дракон, кроме Надин, который может создавать молнии? Она может делать то, что не может никто другой. Это само по себе ценно. Но, вы правда, понимаете, что здесь происходит?

— Что...?

— Причина, по которой вы постоянно ссоритесь с Надин, — сказал Кадзума. — Это потому, что вы завидуете ее индивидуальности, верно?

— Что... —  Руби выглядела ошарашенной тем, что указал Кадзума.

А? Это действительно так?

Я не знала, как реагировать на правду, которую нам сунули в лицо, как и остальные.

В то время как рот Руби продолжал открываться и закрываться, Кадзума продолжал говорить.

— Я бы сказал, что другие драконы, которые питают к Надин неприязнь, вероятно, делают это по той же самой основной причине. С точки зрения этих драконов, которые борются внутри стандартизированной системы оценки, существование кого-то вроде Надин, которая полностью игнорирует эти стандарты и идет своим путем, является объектом негодования и ревности, и поэтому они просто не могут принять ее, верно? Во время экзаменационных войн, если в подготовительном классе есть хоть один ученик, который говорит: «Я собираюсь взять на себя семейный «бизнес»»... что ж, да, он будет выделяться. Очевидно, что в их жизни будут проблемы, которых нет у окружающих, но у тех, кого поставили в ситуацию конкуренции, не хватит самообладания остановиться и подумать об этом.

Кадзума, похоже, был единственным, кого удовлетворило его объяснение. Я тоже потеряла его где-то по пути, и он оно было  бессмысленным, но единственное, что я поняла, это то, что он говорил, что я особенная.

Я уставилась на спину Кадзумы. Может быть, это потому, что мы родились в разных странах, но за последние несколько дней мне не раз приходилось осознавать, что мы с Кадзумой смотрим на вещи по-разному.

Однако Кадзума предлагал мне новый набор ценностей, особенно тот, в котором я не была никчемной. В моей груди стало жарко, и я почувствовала, что могу заплакать по другой причине, чем раньше.

«В конце концов, появится тот, кто знает твою ценность.»

Пророчество леди Тиамат оказалось правдой. Сейчас этот человек был передо мной.

— Хмф, это не отменяет того факта, что от бесполезного дракона нет никакой пользы! — заявила Руби, похоже, придя в себя.

Бесполезный дракон; раньше эти слова сильно обеспокоили бы меня. Однако... как ни странно, сейчас они меня ничуть не беспокоили. Это было потому, что Кадзума сказал мне, что я Рю, что у меня есть индивидуальность.

С озадаченным выражением лица Кадзума наклонил голову в сторону.

— Это беспокоило меня все это время, но кто решил, что Надин не может летать?

— А? Должно быть очевидно, что этот бескрылый червь не может летать.

— Я имею в виду, зачем Рю нужны крылья, чтобы летать?

— Что?

— А?

...Мне казалось, что я уже где-то слышала этот обмен мнениями не так давно.

Мне надоела здешняя атмосфера, и я осторожно оттащила Кадзуму, над головой которого, казалось, плавал вопросительный знак, за воротник.

— Хватит... Пойдем.

— Хм? Что случилось, Надин? Твои щеки выглядят ужасно красными.

— Тебе показалось! Пойдем, я как раз показывала тебе горный хребет Звездного Дракона, помнишь?

— О, раз уж ты об этом вспомнила...

Оставив позади ошарашенную Руби и остальных, мы развернулись и пошли обратно тем же путем, что и пришли.

— Надин, тебе лучше быть на церемонии заключения договора! — Руби кричала мне вслед. — Не смей убегать! — Казалось, она пришла в себя.

В ответ я обернулась, опустила веко и высунул язык.

— Итак, куда дальше? Ты ведь уже видел Хрустальный замок? — спросила я.

Как только мы ушли от Руби и остальных, я попросила Кадзуму снова оседлать меня, чтобы я могла показать ему горный хребет Звездного Дракона. Это больше не казалось мне хлопотным делом. На самом деле, мне даже захотелось продолжать в том же духе и увидеть с ним много интересного. Не только в горном хребте Звездного Дракона, но и в окружающем мире.

— Меня телепортировали, когда я вошел и когда вышел, — сказал Кадзума. — Я хотел бы увидеть его красоту снаружи, но... перед этим, есть одно место, куда бы я хотел, чтобы ты меня отвела, — добавил Кадзума с задумчивым выражением лица.

— Есть место, куда ты хочешь пойти?

— Госпожа Тиамат сказала, что я уже знаю дорогу. Если она имела в виду то, что я думаю... то стоит попробовать, — сказал Кадзума с уверенным выражением лица.

Десять минут спустя, промчавшись по дороге в форме Рю...

— Неужели это место  действительно подходящее?! — крикнула я.

— Даааааа, оно подойдет! — отозвался он.

Грохот, грохот, грохот...

Мы оба кричали. Из-за бесконечного грохота мы не могли услышать друг друга.

Источником грохота перед нами, с его водяными брызгами, которые в течение дня постоянно вызывали радугу, был Большой водопад. Он представлял собой водяную завесу высотой в несколько десятков метров и шириной в несколько сотен метров, создающую туман, который распространялся далеко вдаль. Даже среди многочисленных достопримечательностей горного хребта Звездного Дракона, которые, как правило, отличались масштабностью, этот и Великое Ладонское дерево стояли в одном ряду.

Не в силах молчать при виде такого зрелища, Кадзума закричал:

— Ооо, пейзаж прекрасен, просто прекрасен!

— А? Что? Я тебя не слышу!

— Я сказал, что это красиво! И еще, я хочу, чтобы ты кое-что попробовала!

— Что же ты хочешь, чтобы я попробовала?!

— Ооооо!

Кадзума начал раздеваться. Это произошло внезапно, поэтому я повернулась к нему спиной и закричала:

— Что-что?! Почему ты вдруг раздеваешься?!

— Чтобы залезть в воду, конечно.

— Что?! Зачем?!

— Давай, ты тоже полезай, Надин.

— Опять, почему?!

Кадзума снял только верх, оставив свободные брюки, начал делать легкие упражнения, а затем залез в воду. Я тоже попробовала погрузить только кончики ног. Вода была идеальной температуры, ни слишком прохладной, ни слишком теплой. Это было приятно... Но прежде.

— Если мы собираемся купаться, есть более спокойные места, например, озеро, понимаешь? — сказала я.

— Это должно быть место вроде этого. Поторопись, Надин.

— Ты предлагаешь мне раздеться?

Я крепко обняла свое тело. Мысль о том, чтобы заставить мою одежду исчезнуть и войти в воду перед Кадзумой... Это было так неловко, что я думала, что могу умереть.

Пока я изображала застенчивость, Кадзума криво усмехнулся и сказал:

— Нет, нет, тебе нужно сделать это в своей драконьей форме.

— О... Это верно, хм. —  Я покраснела от поспешных выводов.

Пока я оставалась в таком состоянии, Кадзума позвал меня .

— Ты же Рю, значит, должна хорошо плавать, верно?

— Я не знаю, что это из-за того, что я Рю, но... я уверена в своих способностях. Но почему это так неожиданно?

— Есть одна маленькая вещь, которую я хочу опробовать. Хорошо, Надин. Пойдем к подножию водопада.

По настоянию Кадзумы я превратилась в свою форму Рю и с плеском погрузилась в воду. Там была большая волна, которая подняла Кадзуму вверх и вниз. Я спросила у дрейфующего Кадзумы:

— Почему внизу водопада? Ты хочешь, чтобы я тренировалась таким образом, или что-то в этом роде?

Я слышала, что в нижнем мире существует подобный метод тренировки. Может быть, они пытались сфокусировать свой разум, когда на них обрушивался водопад? Однако, даже если бы я оказалась под Великим водопадом, который, вероятно, сломал бы кости обычному человеку, если бы он попытался тренироваться под ним, .. с возросшей массой и защитной силой моей формы  Рю, это, вероятно, было бы не больше, чем массаж.

— Возможно, это поможет с жесткими плечами, — наконец прокоментировала я.

— У тебя нет ничего, что могло бы придать тебе жесткости... Ладно, я ошибся. Пожалуйста, никаких молний.

— Ну и дела! — Когда я подняла волосы на спине в своей форме Рю, показав несколько электрических искр, Кадзума поднял руки вверх. — Если не хочешь получить удар током, можешь просто не говорить то, что меня разозлит.

— аааа... Когда я с тобой, я вспоминаю своих подруг с родины, — сказал Кадзума, застенчиво почесывая щеку. — Вот почему я шучу так, как шутил бы там.

— Правда? — спросила я.

— Да. Все женщины в этом мире живут жизнью, сдерживаемые чем-то, будь то большое или малое. Это может быть знаменитая семья, необходимость произвести на свет наследника... Для тех, кто достаточно высокого происхождения, это может быть даже их родной город или страна. Эти ограничения также дают им защиту. Но, Надин, у тебя нет ничего подобного, верно? Ты сильная, потому что ты Рю, и если ты решишься, ты даже сможешь жить одна. Свободно. На всем этом континенте ты, наверное, ближе всех к женщинам с моей родины.

Я не очень поняла, о чем говорил Кадзума. Но...

— Даже мне... бывает одиноко, когда я совсем одна, — сказала я.

Слово вышло само собой: одиноко. Я была удивлена больше, чем кто-либо другой, что я это сказала. Я никогда не думала так раньше. Я была счастлива не общаться ни с одним драконом, кромеПай, потому что так было меньше хлопот. Но несмотря на это... Я только что сказала, что мне одиноко.

— Ну, конечно, — ответил Кадзума с улыбкой. — Даже если ты можешь жить одна, это действительно одиноко - быть одной.

Когда я услышала эти слова, я поняла, что я уже не та, кем была до сих пор.

«Остановившаяся шестеренка будет вынуждена двигаться.»

Это было то, о чем говорила Тиамат.

Находясь с Кадзумой, я познала чувство безопасности, которое возникает, когда ты находишься с кем-то, кто принимает тебя. Я узнала, что такое одиночество, когда ты один. Теперь, когда я знала эти вещи... Я не могла вернуться к одиночеству.

Я не хотела возвращаться.

Я не хотела возвращаться... поэтому я должна двигаться вперед.

— Надин? — спросил он.

— Ничего страшного!

Фух... Хорошо, что я была в своей черной форме Рю. Если бы я была в человеческой форме, Кадзума бы точно заметил, что мое лицо ярко-красное. Нехорошо. Мне нужно было занять свои мысли чем-то другим.

— Итак... О! Точно. Почему мы идем к подножию водопада?

— А? О. Я вспомнил одну вещь. Пока что, давай просто пойдем рядом с водопадом.

С Кадзумой, подбадривающим меня, мы подошли к заполненному туманом бассейну водопада. Тогда Кадзума указал на вершину водопада и сказал:

— Надин, ты можешь поплавать в этом водопаде?

— Плавать, внутри этих водопадов? Они ведь довольно громко ревут.

— Ну, да, это водопад.

— Но почему?

— У меня на родине есть такая поговорка: «Поднимаясь по водопаду, Рю возносится к небесам».

— Возносится к небесам?! Правда?!

Неужели я могу обрести способность летать, взобравшись на водопад?

Он прошептал:

— Хотя поговорка гласит, что карп, взобравшийся на водопад, превратится в дракона...

— А? Ты что-то сказал? Я не могла расслышать тебя за ревом водопада.

— Ничего. Ты должна быть готова попробовать. Давай сделаем это.

Я посмотрел на водопад.

— Хм... Я думаю, что борьба с этим течением может сломать несколько костей...

— Ты не можешь сделать это?

— Не думаю, что будут проблемы.

— И еще, Надин, закрой глаза, когда будешь в воде.

— А? Почему?

— Поверь мне, просто попробуй.

С этими словами Кадзума помахал мне рукой, как бы говоря: «Счастливого пути.»

— Почему ты ведешь себя так, будто это чья-то проблема? — ответила я.

— Скорее, проблема кого-то другого, я прав? — пошутил он.

— Если я сделаю это и ничего не изменится, тебя ударит электричеством!

Мысленно подготовившись, я многократно входила и выходила из воды, подобно морским змеям, изображенным на картинах. Я оставила свое тело торчать из поверхности воды в форме половинки пончика, направляясь к центру Великого водопада. Когда я вошла в водопад, на этот раз я повернула свое тело горизонтально, поднимаясь все выше и выше.

«Надин, закрой глаза, когда будешь в воде.»

Слова Кадзумы, сказанные ранее, вернулись ко мне.

О, тихо! Я просто должна закрыть их, да? Отлично!

Закрыв глаза, я поплыла против течения водопада.

Уркх, это довольно страшно - плыть с закрытыми глазами...

В полной темноте я продолжала плыть, чувствуя только воду на своей коже и шум водопада, который немного приглушился под водой. Мое ощущение того, в каком направлении плыть - вверх или вниз, постепенно становилось все более сомнительным. Плыла ли я вверх, как и должна была? Или стены уже остались позади, и я плыву горизонтально?

Возможно, это было всего несколько десятков секунд реального времени, но мне казалось, что это в несколько десятков раз дольше. Затем...

Ах!

Давление на мое тело внезапно исчезло.

Это было похоже на то, как если бы меня выбросило в космос. Несмотря на это... я все еще плыла. Как будто я потеряла чувство осязания вместе со зрением. Я плыла, но не чувствовала воды.

Что это было за ощущение? Мне было не по себе, но ощущение было приятным.

— Погодите, как долго мне нужно держать глаза закрытыми... А?

Когда я открыла глаза и посмотрела вниз, чтобы пожаловаться Кадзуме, земля была далеко подо мной.

Водопад давно закончился. Но я все еще плыла.

Я «плавала» в небе. Я ясно ощущала потоки воздуха.

Заставив свое тело плыть по ним, я могла плавать по небу. Я была в небе, на которое раньше могла только смотреть, смотрела вниз на горный хребет Звездного Дракона, на землю, на этот мир.

Подумать только, мир был настолько прекрасен...

Слезы начали естественным образом вытекать из моих глаз Рю. Когда слезы высохли, я неловко плыла в небе и спустилась вниз, где Кадзума смотрел на меня с разинутым ртом.

— Кадзума... ... Я могу летать.

— Да..., — сказал он. — Хотя это было больше похоже на плавание, чем на полет. В легендах моей родины говорилось, что Рю поднимаются в небо с помощью ветра, облаков, молний и дождя, путешествуя по небу, как будто они плывут по дну моря.

— Путешествуя по небу, как будто плавая...

— Хотя я не ожидал, что все пройдет так хорошо, как прошло. — Кадзума почесал щеку, криво улыбаясь.

— А? Ты не был уверен, что я смогу летать, если залезу на водопад?

— Я думаю шансы были пятьдесят на пятьдесят. Если подумать, то даже драконы и виверны умеют летать. Даже если у них есть крылья, они не созданы для полета так, как птицы. Для того, чтобы заставить их летать эти массивные тела, должен быть какой-то элемент магии. В таком случае, я подумал, что раз ты Рю, то наличие или отсутствие крыльев не повлияет на твою способность летать. Я подумал, может, ты просто не знаешь, как это делается. Да и госпожа Тиамат сказала что-то, что навело меня на мысль, что я знаю, как ты умеешь летать. Единственное, что пришло мне на ум, когда я подумал о том, как Рю могут летать, это подъем по водопаду в легендах моей родины. Поэтому я и попросил тебя проверить это.

Казалось, Кадзума думал о чем-то, когда предлагал это. Значит, леди Тиамат сказала ему что-то подобное... Это практически гарантировало, что он тот человек, который найдет во мне то, что не смогла найти даже я.

Значит ли это, что... Кадзума - тот, кого я так долго ждала?

Мы вернулись на берег, и я спросила Кадзуму, Пока он надевал оставленную там одежду:

— Эй, Кадзума. Скажи мне... Если бы я не смогла так летать, что бы ты планировал делать?

Кадзума немного подумал над моим вопросом, а затем честно признался:

— Если бы дошло до этого, я бы извинился. «Извини, не получилось» вот что бы я сказал.

— Подожди, и это все?

— Это все. Даже если бы ты не могла летать, твоя ценность не изменилась бы. Я не знаю, что ценят рыцари дракона, но если исходить из системы ценностей моей страны, то мне отчаянно нужна твоя способность управлять электричеством. Если никто не выберет тебя на церемонии заключения контракта, пожалуйста, приезжай в мою страну. Там тебе будут рады.

Я молчала.

«Приезжай в мою страну», сказал он без малейшего смущения.

Казалось, что в горном хребте Звездного Дракона нет места для меня. Но Кадзума сказал, что я ему нужна. Мне казалось, что я снова могу плыть по небу от радости.

Но... то, как он сказал:  « Если никто не выберет тебя» вывело меня из себя. Поэтому я решила отвлечься от этого.

— Эй, эй, Надин?

Я схватила Кадзуму за воротник и заставила его сесть мне на спину.

— Вау?!

Затем, вздохнув, я взлетела в небо. Через мгновение земля была уже далеко, а паникующий Кадзума прижался к моей спине, крича,

— Надин, я падаю! Я падаю!

— Ты не упадешь, — сказала я взволнованному Кадзуме раздраженным тоном. — В конце концов, ты у меня на спине.

— А...?..Раз уж ты об этом заговорила, мы поднимались по почти вертикально, но я не упал.

— Это сила дракона. Мы защищаем людей, которые едут на наших спинах, чтобы они не упали. Это значит, что рыцари могут ехать, не держась руками, и они защищены от ветра и холода. Заметьте, нам не холодно, хотя мы и находимся в воздухе.

— Теперь, когда ты упомянула... понятно. Неудивительно, что рыцари-драконы такие сильные. — Кадзума выглядел впечатленным.

Я хихикнула.

— Я знаю. Я не была уверена, что такой Рю, как я, сможет использовать его, но...

— А? Если бы ты не смогла, разве я не упал бы насмерть?

— Я чувствовала, что смогу справиться с этим, и даже если бы ты упал, я просто должна была поймать тебя.

— Знаешь, я бы не хотел внезапно прыгать с тарзанки без троса...

— Ахахаха. Считай, что это расплата за то, что было раньше.

— За восхождение на водопад?

— За слова: « Если никто тебя не выберет»... Эй, Кадзума? — Я набралась храбрости и спросила Кадзуму. — Ты ведь собираешься участвовать в церемонии заключения контракта, верно? Разве ты не выберешь меня?

Когда я спросила это, рот Кадзумы плотно закрылся. Заключить контракт означало взять меня в супруги. Другими словами, я делала ему предложение. Причина, по которой он не ответил сразу, заключалась в том, что он серьезно обдумывал это, я была уверена. В конце концов, он медленно открыл рот.

— Меня просто пригласила госпожа Тиамат. Я не из Королевства Рыцарей Дракона Нотунга.

— Я знаю.

— Даже если ты заключишь со мной контракт, я не смогу стать рыцарем-драконом.

— Я тоже не похожа на других драконов.

— Кроме того, я ничего не рассказал тебе о себе. Даже своего настоящего имени.

— А?! Кадзума Суя - это вымышленное имя?!

— И у меня уже есть четыре невесты в моей стране.

— Четыре?!

О-о-о... Но, в общем, даже в королевстве рыцарей-драконов Нотунг разрешено многоженство. Если дракон был партнером, который сопровождал рыцаря-дракона на поле боя, рыцарю нужен был еще один партнер, чтобы оставаться и следить за домашним фронтом. Поэтому у меня не было никаких проблем с тем, что у него были другие невесты, но иметь четырех - это не то, что он мог сделать, не имея очень высокого положения. Это было совсем другое, чем взять наложницу после того, как он уже женился на своей официальной жене.

— Кадзума... Кто ты такой? — потребовала я.

— Этого я пока не могу сказать. — Кадзуме удалось вымолвить эти слова. — Я также не могу самостоятельно принять решение о контракте.

Меня... только что отвергли? Мое сердце посерело, когда я подумала об этом, но затем...

— А ты не хочешь вернуться я в мою страну вместе со мной? — спросил Кадзума. — Ты можешь довольно быстро передвигаться в этой форме Рю, я уверен. Я бы хотел ненадолго вернуться в королевство Фридония и узнать мнение всех остальных по этому поводу. Таким образом, если мы вернемся в Горный Хребет Звездного Дракона, то окажемся здесь задолго до начала Церемонии Контракта. Не будет ли это... проблемой для тебя?

Кадзума говорил извиняющимся голосом. Я покачала головой и сказала ему:

— ...Нет. Я не против.

Если бы это означало, что есть какая-то возможность, что Кадзума заключит со мной контракт, я бы полетела в Королевство, Империю или куда угодно, куда он захочет. Теперь у меня была сила сделать это.

— Итак, куда мне лететь? — спросила я.

С выражением облегчения на лице Кадзума ответил.

— Хорошо, в Парнам, столицу Королевства Фридония, пожалуйста.

И с этим человеком я улетела в восточное небо.

Парнам, столица Королевства Фридония.

С древним, но все еще впечатляющим замком, оранжевыми крышами, придававшими городу его цвет, и круглыми городскими стенами, окружавшими их, это был город, который в какой-то степени навевал ностальгию.

Однако под всем этим скрывались реформы Сомы в области общественной гигиены, а также создание канализационной системы и транспортной сети, благодаря которым город стал эффективным и удобным для жизни, что не соответствовало его старомодному виду. Этот город стал символом Королевства Фридония, которое начало набирать силу.

При всем том, что Парнам стремительно развивался, в городе время от времени распространялись странные слухи. Их можно назвать городскими легендами.

В прошлом году появились слухи о движущемся манекене. Они, естественно, утихли, когда наблюдения за движущимися манекенами прекратились, а упоминания об авантюристе  стали вызывать реакцию типа: «А, вы имеете в виду маленького Мусашибо.»

Однако в последнее время их место заняли новые слухи.

Это была...

— Темная тень, которая движется по ночному небу.

Вот как рассказывал об этом один продавец металлических изделий, господин А:

— В тот день я крепко приложился к бутылке, поэтому не очень хорошо помню, но... Я был пьян в стельку, лежал на спине и смотрел в небо, когда что-то пролетело над головой. Оно было... черноватое, свернутое и длинное.

А вот еще один рассказ торговца, мистера С:

— В тот день я возвращался с доставки в замок. День был ясный, луна и облака были видны отчетливо, но почему-то вокруг меня вдруг стало очень темно. Тогда я понял, что над головой прошла большая тень. Она загораживала свет луны. Мне стало страшно, ноги подкосились, но тень пролетела над замком и тут же исчезла. Надеюсь, это не дурное предзнаменование грядущих событий....

Подобных наблюдений было много, и это вызвало неуверенность среди горожан, которые были обеспокоены тем, что могло появиться чудовище. Однако, когда Крис Тахион сообщил из замка правду об этих наблюдениях, все начало успокаиваться.

Говорят, что двое, ответственные за эти слухи, позже получили за это строгий выговор от своих опекунов.

***

Теперь я находился на спине Надин  и летел по ночному небу. Фантастическая ситуация полета через море облаков под звездным небом на спине Рю заставила мое сердце танцевать. Это так завело меня, что, сам того не желая, я начал напевать вступительную тему к аниме, которое смотрел давным-давно.

Кстати, по пути обратно в королевство мы проезжали над православным папским государством Лунария. В моем прежнем мире, возможно, было бы справедливо спросить, не нарушаю ли я их воздушное пространство, но здесь, хотя цивилизации и освоили небо, понятия о правах на воздушное пространство не существовало. В этом мире еще не было системы международного права, которая позволила бы другим странам возражать против использования виверн и других подобных летающих существ для пролета над их территорией на большой высоте.

На это была одна ясная и простая причина: Они не могли обеспечить его соблюдение.

Например, если виверна входила в воздушное пространство какой-либо страны, в этом мире не существовало радарных систем, с помощью которых ее можно было бы обнаружить. Без такой системы, как радар, невозможно было бы контролировать все воздушное пространство, используя только патрули.

Поэтому патрулирование ограничивалось зонами над крупными городами. Это было сделано для того, чтобы предотвратить проникновение в воздушное пространство небольших воздушных сил для сброса бомб над городом или высадки шпионов. Кроме того, если бы группа летела в строю близко к поверхности, их быстро заметили бы те, кто находиться на земле, и их можно было бы поймать.

Таким образом, если мы не будем летать вблизи земли, в строю или над городами, то можно будет пролететь над другой страной.

В прошлом я посылал Пончо в другие страны для сбора кулинарных ингредиентов. В таких случаях мы посылали гонцов в эти страны, чтобы получить соответствующее разрешение на посадку. Однако, когда мы пролетали над другой страной на большой высоте, как сейчас, не было необходимости сообщать им об этом.

Однако, если бы что-то случилось, страна, о которой идет речь, не могла бы нести за это ответственность. Это была ситуация, когда мы не могли пожаловаться, даже если бы нас сбили; но Надин летала выше, чем может летать обычная виверна, поэтому я не беспокоился об этом. Вот почему, путешествуя от горного хребта Звездного Дракона до Королевства Фридония, мы пересекли ортодоксальное папское государство Лунария.

Надин пролетела маршрут, на который у нашей расслабленной поездки ушла почти неделя, всего за два-три часа.

— Эй, Кадзума... это действительно нормально? — спросила Надин. Чем ближе мы приближались к столице Парнама, тем более обеспокоенно звучали ее вопросы. — Парнам - столица Фридонии, верно? Летать по их территории - это одно, но если я буду летать над городами, не станет ли это дипломатическим вопросом и не заставит ли это их напасть на нас?

Я похлопал Надин по спине, чтобы успокоить ее.

— Все будет в порядке. Я уже уведомил их.

— Ты говоришь, что уведомил их, но... мы все это время были в воздухе!

— Это слишком сложно объяснить, но, в общем, считайте это моей магией.

Я использовал манекен с фабричной рукой №1, в котором я оставил часть своего сознания при помощи способности «Живой полтергейст», чтобы он мог заниматься бумажной работой, пока меня не было, чтобы написать сообщение. Сообщение гласило: « Скоро вернусь. Приеду на длинном свернутом существе. Не удивляйтесь».  Так что они знали, что мы приедем. Заводская рука №1 была невероятно жуткой на вид, но ее можно было использовать для передачи сообщений вроде этого, так что она все равно была удобной.

— Мне больше интересно, как ты смог объяснить ситуацию целому королевству... —  сказала Надин.

Я не мог прочитать выражение ее лица, когда она была в форме Рю, но голос Надин звучал сомнительно.

— Ну, скажем так... Я в состоянии это сделать, — сказал я.

— Ты говоришь, что у тебя четыре невесты, так что ты не простой парень, верно, Кадзума? Может быть, ты действительно важная персона в королевстве? Например, крупный дворянин?

— Я обычный парень, — сказал я. — Тот, кто был вынужден занять необычное положение, вот и все.

Когда я дал ей ответ, из которого она могла сделать сколько угодно выводов, показался город Парнам с его фонарями из светлого мха и освещенный луной замок Парнам.

Я вернулся, подумал я.

То, как я себя чувствовал, хотя меня не было всего полмесяца, доказывало, что этот замок уже стал для меня местом, куда я возвращаюсь домой.

— Надин, приземляйся во дворе этого замка, — приказал я.

— Замок?! Это нормально?!

— Все в порядке.

Именно там люди ждали моего возвращения домой.

Надин оставалась парить в воздухе, держа меня, пока не смогла опустить меня на землю. Затем она тут же приняла человеческую форму и тоже приземлилась.

Двор замка был довольно большим, но все же Надин было слишком тесно, чтобы приземлиться там в форме Рю. Если бы она попыталась приземлиться таким образом, королевские садовники наверняка бы расплакались. Технически у нас было и вертолетное пространство для приземления виверн, но двор был ближе к внутренней части замка.

Когда мы приземлились во дворе, стражники застыли, словно не могли поверить в то, что видят, но тут же отдали честь и поспешили внутрь. Вскоре после этого вышли Лисия , Хакуя, Джуна и Ророа.

Когда Ророа увидела меня, она тут же подбежала ко мне и, используя весь свой импульс, прыгнула на меня и обняла с лету.

— Добро пожаловать домой, дорогой!

— Ургх... Я... я дома, — сумел сказать я.

Ророа была легкой и хрупкой, поэтому я не упал на заднюю часть тела или что-то в этом роде, но мне пришлось крутануться около полутора раз, чтобы погасить импульс. Руки Ророа надежно обхватили мою талию, и она прижалась ко мне, как кошка, уткнувшись лицом в мою грудь.

— Дорогой, мне было так одиноко без тебя.

— Одиноко? — возразил я. — Прошло всего около недели.

— Если я не вижу твоего лица, будь то день или год, это все равно.  Джуна тоже вела себя беспокойно, и пока старшая сестра Сиа притворялась спокойной, ее брови были наморщены.

— Ророа!

Пока они обе кричали на нее за то, что она разглашает подробности того, как они жили, пока меня не было. Ророа рассмеялась и спряталась за меня.

Ах... Это было немного смутно, но ощущение было такое, будто я вернулся домой.

— Лисия , Джуна, я дома, — сказал я, улыбаясь.

— О! Добро пожаловать домой, Ваше Величество. — Джуна выпрямилась и поклонилась.

— Добро пожаловать домой. —  Лисия говорила возмущенным тоном. — Ты вернулся так внезапно, что я удивилась.

— Внезапно? — спросила я. — Разве ты не получила сообщение о том, что я вернусь?

— Оно шло слишком долго. Ты хоть представляешь, сколько гонцов послала Айша, беспокоясь о твоей безопасности, Сома?

...Ох. Теперь, когда она упомянула об этом, я оставил Айшу и остальных в той деревне. Думаю, мы могли бы забрать их по дороге сюда.

— Я слышал, что Горный Хребет Звездного Дракона собирался объяснить им ситуацию, — сказал я.

— Это бессмысленно, Пока ты сам им не объяснишь, — ответила Лисия. — В письме, которое она мне прислала, Карла сказала, что Айша чуть не замахнулась на гонца, который пришел оттуда.

— Что? Это страшно...

— Карла и остальные отчаянно остановили ее. Честно говоря, это чуть не превратилось в дипломатический инцидент. Хотя, кажется, они признали, что виноваты в основном они, что забрали тебя так внезапно, и тогда посланник начал извиняться.

— Айша... Когда дело касается меня, она может быть такой неразборчивой, — вздохнул я.

Начинать тотальную войну с драконами было бы не смешно. Прояви немного сдержанности, пожалуйста.

— Это просто показывает, как сильно она заботится о тебе. Загладь свою вину перед ней в следующий раз, когда вы будете вместе.

— Хорошо...

Затем я обратился к Хакуе, который сидел в стороне от разговора.

— Случилось ли что-нибудь необычное, пока меня не было?

— Ничего особенного. Если вы хотите  что то услышать, то …. то мы дали разрешение сэру Пилтори, который был отправлен в Империю, временно вернуться сюда.

— Пилтори? С ним что-то случилось?

Пилтори Сарацин. Он был одним из моих приближенных, и, чтобы укрепить нашу координацию с Империей Гран-кэос, я отправил его в качестве нашего посла в Империю. Если Пилтори вернулся, значит ли это, что в Империи что-то произошло?

Но Хакуя покачал головой со спокойным выражением лица.

— Похоже, одна из жен, которую он взял с собой в Империю, забеременела. Он вернулся только на время, чтобы оставить ее со своей семьей, у которой больше свободных рук, чтобы присматривать за ней. Как только он оставил жену на их попечение, сэр Пилтори тут же вернулся в Империю.

— Это... замечательная новость, - сказал я.

Значит, он вернулся домой, потому что они зачали ребенка. Я был рад услышать, что это не плохая новость.

Если мне не изменяет память, когда Пилтори отправился в Империю, он взял с собой только двух своих жен и небольшое число своих помощников. Возможно, вместо того, чтобы заставлять жену рожать в незнакомой обстановке, Пилтори чувствовал себя спокойнее, оставив ее дома. Это казалось вполне справедливым.

Однако меня беспокоило еще одно обстоятельство.

Выражение лица Хакуи.

Хотя обычно он был таким спокойным и уравновешенным, сегодня он выглядел немного счастливым.

— ...Хакуя, случилось что-то хорошее? — осторожно спросил я.

— Хм? Ничего особенного. Почему вы спрашиваете?

— Нет, просто ты выглядел немного взволнованным.

— ...Вы так думаете?

С этим Хакуя вернулся к своему обычному спокойному и уравновешенному поведению. Хм, мне показалось? Меня это немного беспокоило, но... Ну, это было лучше, чем если бы он нахмурился.

Как только Хакуя закончил давать мне более подробный отчет о том, что произошло, Пока меня не было, Ророа, которая все еще цеплялась за меня и, казалось, устала ждать, заговорила.

— Итак, дорогой, это та самая драконица, с которой, как ты говорил, ты хочешь заключить контракт?

Когда она спросила меня об этом, я понял, что совершенно не обращал внимания на Надин.

— Нет, то есть, да, она дракон, но не дракон, как таковой... Подожди, Надин?!

Когда я оглянулся, Надин застыла на месте, уставившись на меня пустыми глазами с отвисшей челюстью. Как компьютер, который завис, потому что слишком многое нужно было обработать. В ее голове, вероятно, происходили самые разные вещи, и выражение ее лица не менялось уже некоторое время, вероятно, потому, что эмоции не успевали за ней.

Я отцепил от себя Ророа и помахал рукой перед лицом Надин.

— Алоо, Надин?

— Кадзума - это Сома, а Сома - это ….., так что он... Кадзума? — Надин запнулась.

— Эй, Надин, соберись!

— А?!

Когда я схватил Надин за плечи и потряс ее, одновременно взывая к ней, она, наконец, пришла в себя. Затем, с сердитым выражением лица, Надин внезапно схватила меня за воротник.

— Стой, Кадзума! Они называют тебя Сома, и Ваше Величество, и что, черт возьми, здесь происходит?!

— Сома... только не говори мне, что ты ничего ей не сказал, — сказала мне Лисия , явно взволнованная.

— Учитывая мое положение, я не знал, можно ли мне называть ей свое имя или нет, — сказал я. — Но... ты права. Сейчас самое время это сделать. Эм... Надин?

— Д-да?

— Мое настоящее имя – Сома Казуя. Я король этого королевства, Королевства Фридония.

“...”       Глаза Надин расширились, и она застыла на месте. Я слышал, что когда люди испытывают настоящее потрясение, они теряют способность говорить, и похоже, что это относится и к Рю.

***

Если бы мы продолжали разговаривать во дворе ночью, то, вероятно, все слегли бы с простудой, поэтому мы решили переместиться в конференц-зал. Мы сели за круглый стол, и я вкратце рассказал, как все прошло.

Как госпожа Тиамат решила отправить меня на горный хребет Звездного Дракона раньше остальных.

Как к горному хребту Звездного Дракона приближалась «буря».

Как она собрала нас с Надин вместе, чтобы справиться с ней.

Как Надин была единственным Рю в группе драконов западного стиля.

Как Надин хотела заключить со мной договор о верховой езде... В общем, все.

Лисия и остальные не знали, что произошло после того, как я отправился на горный хребет Звездного Дракона, а Надин не знала, как я туда попал, так что в итоге мне пришлось все объяснять.

Ророа первой открыла рот, выслушав все, что я сказал.

— Ну, черт, похоже, что Мать Дракон все это время видела ситуацию как на ладони. Такое ощущение, что твоя встреча с Нади, все это было заранее подстроено ею.

— Н-Нади? — Глаза Надин расширились от неожиданного прозвища.

Они встретились меньше часа назад, а к ней уже обращались как к другу. Как всегда, я был поражен тем, как хорошо Ророа умеет общаться. Она подходит к собеседнику вплотную и не дает ему почувствовать ни малейшего отдаления от нее.

— Ну, Мать-Дракон горного хребта Звездного Дракона известна как бог сватовства, знаете? — добавила  Лисия

Ророа пожала плечами.

— Даже если это так, не слишком ли все это точно? Для большинства людей на этом континенте, если вы произносите слово «дракон», — они представляют себе большую ящерицу с крыльями. Я бы сказала, что дорогой - единственный человек, который смог бы понять, что Нади - это особый, другой вид дракона, Рю. Поскольку она отправилась и доставила его прямо туда, где была Нади, я должна сказать, что все это выглядит несколько надуманно.

— Я считаю, что леди Ророа права, — сказал Хакуя в поддержку мнения Ророа. — Единственное я бы мог добавить, что Мать Дракон... Госпожа Тиамат... в какой-то степени знакома с вашим миром. Если она была уверена, что вы знаете о Рю, значит, она должна была знать, что мир, из которого вы пришли, имеет представление о том, что такое Рю.

— Госпожа Тиамат... знала о мире, из которого я пришел? — медленно спросил я.

Она знала, что я человек, пришедший с «Земли» или из «Японии».  Я был уверен в этом. В таком случае, она могла предположить, что я знаю о Рю и легендах о том, как они взбираются на водопады. Поэтому она свела нас с Надин вместе?

— Хм... Это не пришло мне в голову, — сказал я. — Мне следовало задавать более конкретные вопросы.

— Думаю, это было бы сложно, — ответил Хакуя. — Из того, что вы нам рассказали, сир, если бы госпожа Тиамат заявила, что не имеет «полномочий» говорить вам что-то, вы бы не смогли спросить.

Я понял, что он, вероятно, прав. Похоже, она делала как можно меньше, чтобы повлиять на человечество. Это было вполне возможно.

Я заметил, что Джуна пристально смотрит в лицо Надин.

Надин слегка откинулась назад.

— Что? У меня что-то на лице?

— Нет, я просто подумала, что твои рога похожи на те, что у бабушки...

— Правда?

— Да, — сказала Джуна. — Она принадлежит к так называемой расе морских змей, но рога у нее меньше твоих.

Если я правильно помню, у расы морских змей были хвосты и маленькие рога, и они были похожи на Надин в ее человеческой форме. Однако у меня была теория на этот счет.

— Считается, что Эксель и другие представители расы морских змей произошли от вида морских змей, который также называется Кюрю или цзяолун, верно? — спросил я. — Я думаю, что эти морские змеи могли быть Рю, как Надин.

Например, в семье Джуны, Дома, говорили, что их предки были лорелеями. Так как лорелеи имели человеческий облик, то не было ничего странного в том, что они произошли от Рю.

Когда речь зашла о морских змеях, они были настолько больше и имели настолько другую форму, что я с самого начала сомневался в том, что их спаривание с людьми вообще возможно, а тем более в том, что от такого спаривания может произойти что-то вроде расы морских змей. Но если бы эти «морские змеи» были Рю, как Надин, все эти сомнения рассеялись бы.

— Люди этого мира не знали о Рю, — сказал я. — Кроме того, Надин была настолько искусна в плавании, что могла вплавь преодолеть Великий водопад. Если бы они увидели Рю, которая так умело плавает, то не было бы ничего странного в том, что человек в этом мире принял бы его за морского змея. Между тем, как и Надин, те Рю могли принимать человеческий облик, и поэтому они могли оставить потомков в виде расы морских змей.

Джуна хлопнула в ладоши, как будто все поняла.

— Понятно! Значит, раса морских змеев - это не полу драконы, а полу Рю.

— Ну, это все еще только теория.

— Для меня это имело смысл. Тогда получается, что Надин - мой дальний родственник.

— А? Это так? — спросила Надин.

Когда Джуна улыбнулась в ответ, щеки Надин на мгновение порозовели, но потом ее взгляд случайно упал на пышную грудь Джуны, и улыбка стала принужденной. Она опустила взгляд на свою собственную скромную грудь, и ее плечи опустились так сильно, что можно было представить себе преувеличенный звуковой эффект.

— Мы никак не можем быть родственниками... —  удрученно пробормотала Надин.

— Не знаю, в чем дело, но у меня такое чувство, что я смогу найти общий язык с этой девушкой. — Ророа сочувственно кивнула.

У меня... было некоторое представление о причинах, но я не собирался ставить на этом точку, поэтому не стал затрагивать эту тему.

— В любом случае, сейчас меня беспокоит этот «шторм»,  которого опасалась госпожа Тиамат, — сказал я. — Похоже, он может затронуть не только горный хребет Звездного Дракона, но и эту страну.

Я перевел разговор на более серьезную ноту, поэтому ко всем вернулось чувство напряжения.

— Она сказала, что ты – «ключ»  к тому, чтобы справиться с этим штормом, верно? — спросила Лисия , и я кивнул в знак подтверждения.

— Да. Если учесть, откуда она узнала о Земле, то, наверное, это как-то связано с тем, как я был вызван из другого мира. Также, похоже, она выбрала Надин в качестве того, кто будет нести меня.

Госпожа Тиамат упоминала, что ей нужен я, ключ к решению этой проблемы, и девушка, которая будет меня нести. Было более или менее ясно, что девушка, которую она имела в виду, - это Надин. Если я в чем-то и сомневался, так это в том, почему эта девушка должна быть  именно Надин.

Лисия склонила голову набок.

— Это довольно туманно. Эта «буря» не похожа на природное явление, верно?

— Не может быть, — твердо сказала Надин. Она казалась ужасно уверенной в этом. — Когда я в форме Рю, мои усы настолько чувствительны, что я могу сказать, какая погода будет в том или ином районе на ближайшую неделю. Если скоро начнётся гроза, я ни за что не смогу этого не почувствовать.

— Серьезно?! — воскликнул я. — Это очень удобно!

Если бы у нас была Надин, мы могли бы запустить прогноз погоды! Мы могли бы запустить погодный уголок в новостной программе и транслировать его по всей стране.  В своей форме Рю Надин могла бы облететь всю страну за день, так что если бы мы могли использовать это для составления хотя бы приблизительного прогноза погоды, это было бы большой помощью людям.

Я должен был попросить Надин переехать в королевство прямо сейчас!

— Сома... слишком легко понять, о чем ты думаешь, — сказала мне Лисия , когда я уже начал волноваться.

Очевидно, это было написано на моем лице.

Мне стало неловко, поэтому я прочистил горло и вернулся к главному вопросу.

— Так или иначе, чтобы справиться с этим «штормом»,  чем бы он ни был, я уверен, что мне снова придется вернуться в Горный Хребет Звездного Дракона.

— Я не хочу, чтобы ты ввязывался во что-то опасное, — сказала мне  Лисия с озабоченным видом. Но я не мог ее обязывать.

— Если я не ввяжусь в это сейчас, будет так же плохо, если та же беда постигнет нас позже. Кроме того, я не знаю, можно ли откладывать решение этой проблемы. Если я потом буду жалеть об этом, думая: « Почему я ничего не сделал тогда?», то лучше решить проблему сейчас, пока у меня есть гарантия госпожи Тиамат, что я смогу это сделать.

— Ну, да... это может быть правдой, но...

Я положил руку на плечо все еще недовольной Лисии.

Обычно я оставляю то, что не могу сделать, тем, кто может. Но если есть что-то, что могу сделать только я, я должен быть инициативным в этом. Я должен показать пример людям.

— ...О, хорошо, я поняла. —  Лисия неохотно согласилась.

Я встал и подошел к сиденью Надин. Затем, положив руки ей на плечи, я сказал:

— Чтобы разобраться с этой ситуацией, я хочу заключить с Надин контракт рыцаря дракона. По сути, это означает, что я возьму Надин в качестве пятой невесты. Надин не подходит на роль главной королевы, поэтому она, скорее всего, станет второстепенной королевой, что даст ей больше свободы. — Я внимательно смотрел на лица Лисии, Джуны и Ророа, пока говорил. — Но я не намерен игнорировать ваши чувства. Если у вас есть какие-то возражения, сейчас самое время их высказать.

— М-м-м... Я с нетерпением жду возможности работать с вами. — Надин встала и склонила голову.

Лисия и двое других посмотрели друг на друга, но Ророа криво улыбнулась и вскинула обе руки вверх.

— Я воздерживаюсь. Я оставлю это дело старшей сестре Сии, как первой главной королеве.

— В этом есть смысл, — сказала Джуна. — Я - второстепенная королева, поэтому я тоже подчинюсь решению леди Лисии.

Первая главная королева находилась в положении, когда ей приходилось руководить другими главными и второстепенными королевами, так что в некотором смысле это был естественный результат. Лисия , которой было доверено решать за них двоих, должно быть, тоже это понимала, потому что она испустила глубокий вздох.

— ...Позволь мне спросить тебя вот о чем, Сома. Эта девушка... ты хочешь взять ее своей королевой, так?

— Да.

— Это твое решение как правителя? Или оно основано на твоих личных чувствах?

— На данный момент, я думаю, что это больше как правитель. — Я не хотел говорить это при Надин, но даже если бы я попытался скрыть это,  Лисия увидела бы меня насквозь. Поэтому я решила честно рассказать им о своих чувствах. — Как правитель, я не хочу отпускать такую способную особу. Она даст мне связь с горным хребтом Звездного Дракона, а заключив с ней договор, я смогу обратиться к авторитету первого короля-героя. Кроме того, способности Надин тоже привлекательны. ее способность знать погоду и манипулировать электричеством... и то, и другое позволит этой стране сделать большие шаги вперед. Я не хочу отдавать столь способного человека в другую страну. Она нужна нашей стране.

Я взглянул на Надин, у которой было немного страдальческое выражение лица. Я говорил о ней как о каком-то подручном средстве, так что вряд ли я мог винить ее за это. Я знаю, что для меня было странно говорить это, но это было отвратительно. Тем не менее... в моем положении короля я должен был учитывать подобные вещи в процессе принятия решений.

Лисия понимала это, поэтому она просто кивнула.

— Тогда как ты относишься к ней наличном уровне?

— У меня хорошее впечатление о ней... но я еще не знаю, — признался я. — В конце концов, мы только познакомились.

Надин повесила голову.

Нет, я не пытался вызвать у нее такое выражение лица. Я хотел убедиться, что она выслушала все, что я хотел сказать, до конца, поэтому я положил руку на  плечо Надин.

— Но я думаю, что смогу полюбить ее.

Лицо Надин поднялось. Я улыбнулся ей.

— В отличие от всех остальных женщин в этом мире, Надин не связана такими вещами, как заботы о доме или необходимость произвести на свет наследника. Даже в такие времена, как сейчас, у нее есть возможность жить одной, если она захочет. ее свободный дух напоминает мне женщин на моей родине. Когда я был с Надин, отдыхал в ее пещере, читал книги или смотрел передачи по ее упрощенному приемнику, это напоминало мне о жизни в моем старом мире. Если Надин будет со мной, я чувствую, что это не даст мне потерять из виду то, кем я когда-то был.

Я смотрел Лисии прямо в глаза, когда говорил.

— Кроме того, хотя врожденные и способности Надин могут быть особенными, она невероятно обычная девушка.

— Эй, Сома! — возразила Надин.

Но я не имел в виду ничего плохого. То, как она смеялась, плакала, справлялась со своими комплексами, дулась, влюблялась... В ту эпоху было не так много девушек, которые были бы настолько девчачьими.

— Я нахожу эту обыденность очаровательной, — сказала я. — Поэтому... я уверен, что смогу полюбить ее.

— Понимаю... —   Лисия опустила глаза вниз, как будто что-то обдумывая. Затем, когда она снова подняла глаза, она повернулась к Надин. — Я знаю, что сейчас чувствует Сома. Так что... Надин, теперь твоя очередь.

— Хорошо! — буркнула Надин.

Лисия кивнула, затем повернулась ко мне.

— Сома, не мог бы ты дать нам с Надин немного времени побыть наедине?

Наедине... А? Она хотела поговорить с Надин наедине?!

— Это...

— Ророа, Джуна, позаботьтесь о Соме, —  приказала Лисия .

Ророа и Джуна крепко взяли меня за руки. Я попытался стряхнуть их, но они не собирались отпускать меня.

— Ну, в конце концов, это приказ будущей первой королевы, так что мы мало что можем с этим поделать, — сказала Ророа.

— Хи-хи, — хихикнула Джуна. — Думаю, нет. У нас нет другого выбора.

Они сказали, что у них нет выбора, но разве они не наслаждаются этим?!

Когда я обратился за помощью к Хакуе...

— Похоже, это семейный разговор, так что я ухожу, — только и сказал он и быстро вышел из комнаты.

Он убежал?!

***

Лисия взяла Надин за руку и начала уходить от нас.

— Теперь, Надин, немного неудобно делать это здесь, поэтому давай вернемся в мою комнату. О, но прежде... Как насчет того, чтобы сначала принять ванну? —  добавила она, проводя пальцами по длинным черным волосам Надин.

— А? Ванна?

— У тебя спутанные волосы. Как девушка, ты должна лучше заботиться о них. Пойдем, я помою их для тебя.

— А? Мы пойдем вместе? А?

Потащив за собой Надин, которая совершенно не понимала, что происходит,  Лисия вышла из комнаты. Я попытался остановить ее, но Джуна и Ророа сильно дернули меня.

— Нет, сир, вы не можете этого сделать. Лучше позволить девочкам самим решать такие вопросы.

— Предоставь это старшей сестре Сиа, дорогая. А ты оставайся здесь ради Нади.

— Джуна, Ророа... —  медленно сказал я.

Казалось, что все заботятся об интересах Надин. Я был рад видеть, что они делают все возможное, чтобы принять ее, даже если это могло оставить их со сложными чувствами. Однако улыбки Ророа и Джуны имели угрожающий оттенок, который не оставлял места для споров.

— Перед этим мы заставим тебя рассказать нам, что произошло между тобой и Нади в Горном хребте Звездного Дракона, и почему ты ей так чертовски нравишься! — крикнула Ророа.

— Сегодня тебе не удастся поспать, так что готовься, — добавила Джуна.

— ...Полегче со мной, пожалуйста, — вздохнул я.

Прости, Надин. Пожалуйста, постарайся со своей стороны.

***

— Как себя чувствуешь? Нигде не чешется?

— Я... я в порядке...

Я - Надин. В данный момент я нахожусь в ванне, меня моет леди Лисия.

Стойте-кто-нибудь, объясните мне эту ситуацию!

Чтобы успокоить себя, я немного проанализировала ситуацию на данный момент.

Чтобы заключить с Кадзумой контракт рыцаря дракона (или, в моем случае, рыцаря Рю?), я приехала в королевство Фридония, где он жил. Но тут меня ждало шокирующее открытие: настоящее имя Кадзумы – Сома Казуя, и он - король (но он еще не коронован, так что только временно).

К тому времени, как я приземлилась во дворе замка Парнам, который, хотя и не был столь впечатляющим, как Хрустальный замок леди Тиамат, но все же был респектабельным, меня провели в замок приветливые стражники. Я встретила леди Лисию, главную из невест Кадзумы... нет, Сомы, которая, таким образом, была будущей королевой этой страны. Я была в таком замешательстве, что мне казалось, будто я уже не знаю, кто я такая.

Затем Сома сказал, что хочет взять меня в королевы.

— М-м-м... Я с нетерпением жду возможности работать с вами.

Я сумела ответить и поклониться, но в голове был полный хаос.

А? Неужели это действительно нормально, что я вышла замуж за Сому вот так? Я мечтала выйти замуж за рыцаря, но Сома был королем, понимаете?

Конечно, были драконы, которые женились на королевских особах Нотунга. Но мы говорили о Фридонии, стране, которая до сих пор стояла плечом к плечу с Империей. Неужели я действительно могу стать там королевой?

Пока мои мысли все еще витали в воздухе...

— Теперь я знаю, что чувствует Сома. Следующая очередь... твоя…. Надин.

Одна из его невест, леди Лисия, которая, по их словам, должна была стать первой основной королевой, заговорила со мной.

Она была принцессой с красивыми, платиновыми светлыми волосами, одетая в блестящую красную военную форму. На вид ей было около восемнадцати лет, но в ее облике чувствовалось достоинство.

Я выпрямилась и ответила:

— Хорошо!

Леди  Лисия уставилась прямо мне в лицо, потом почему-то кивнула и сказала:

— Сома, не мог бы ты оставить нас с Надин наедине?

А? Время наедине? Кандидат на звание первой королевы и я? Что я собиралась делать?

Неужели меня будут называть «Ты, вороватая кошка!»   как в том романтическом романе, который я читала раньше? Нет, поскольку я была Рю, то, возможно, это будет «Ты, вороватый Рю!» Но у Рю больше имидж защитников, так что... Стоп, сейчас это не имеет значения!

— Итак, Надин, здесь это делать немного неудобно, так что давай вернемся в мою комнату. О, но прежде... Как насчет того, чтобы сначала принять ванну? — сказала леди Лисия , и не успела я опомниться, как меня повели в ванную.

Так я и оказалась здесь.

Я была голой, а столь же голая леди  Лисия мыла мне волосы. Чистая, белая кожа леди Лисии заставила биться даже мое сердце, несмотря на то, что мы с ней одного пола. Я сидела, сложив ноги буквой «W», а леди  Лисия стояла на коленях позади меня, расчесывая мои длинные черные волосы. Хотя ее грудь, возможно, была не такой большой, как у синеволосой леди, я чувствовала, как ее очень красивые выпуклости прижимаются к моему затылку.

...Да, мне нужно было повторить это в голове еще раз...

Кто-нибудь, объясните мне эту ситуацию!

Что, черт возьми, здесь происходило? Кандидатка на роль первой королевы Фридонии почему-то мыла мне волосы.

Я повернулась к леди Лисии и нерешительно спросила:

— Эм, леди Лисия? Если позволите спросить, почему именно вы моете меня...?

— Потому что твои волосы были в беспорядке, вот почему. У тебя хорошие данные, так что тебе следует уделять больше внимания своему внешнему виду...

— Я-я вижу...

Пай уже говорила нечто подобное, верно?

Тогда Лисия  усмехнулась.

—  И еще, ты можешь звать меня просто Лисия.

— Я не могу. Вы собираетесь стать королевой этой страны в будущем, верно?

— Ты тоже пришла сюда, чтобы стать ею, верно? Сома, кажется, очарован тем, какая ты нормальная, поэтому я буду рада, если ты будешь относиться ко мне, как к другу. Хорошо, закрой глаза.

— Ах...!

Я закрыла глаза, когда она это сказала, а затем она вылила мне на голову ведро горячей воды. Мыльная пена, прилипшая к моей голове, была смыта, и мои волосы плотно прилипли к коже. Я энергично потрясла головой.

Когда она увидела, как я это делаю, леди Лисия ...  Лисия  одарила меня чудесной улыбкой.

— Ты похожа на Томоэ, когда ты так делаешь.

— Томоэ?

— Моя приемная младшая сестра. Она одиннадцатилетняя девочка-волчица, и она просто прелесть.

— Правда? Тогда я, наверное, захочу с ней познакомиться...

— Если ты выйдешь замуж за Сому, она тоже будет тебе как младшая сестра. Будь с ней по ласковее.

Пока мы говорили о подобных вещах, мы залезли в ванну. Это была большая, круглая ванна, и в ней легко поместились бы три женщины. Хотя я все еще чувствовала напряжение, я погрузилась в воду.

— Чтобы ты знала, Эта ванна предназначена исключительно для членов королевской семьи, — объяснила Лисия , которая отмокала в воде напротив меня. — Я часто купаюсь здесь с Айшей, Джуной, Ророа и Томоэ.

— Семья... А Сома тоже иногда приходит сюда с тобой? — Мое сердце бешено забилось при этой мысли.

Лисия  покачала головой с язвительным смешком.

— Сома говорит: «Нам повезло, что у нас в замке есть хорошая большая ванна, так что я лучше воспользуюсь ею», поэтому он всегда ходит в купальню, которой пользуются охранники замка. Он планирует свои походы туда, когда там не будет много людей.

— Понятно...

— Ты хотела залезть в эту ванну с Сомой, Надин? — поддразнила Лисия.

— Нет! Я думаю, я бы все еще была немного... смущена... —  Буркнула я.

Подожди, что я имела в виду под «все еще»?! Подожди! Я знаю, что это я сказала, но это было слишком неловко!

Я погрузила лицо на половину в воду.  Лисия наблюдала за мной с улыбкой.

— Надин... ты ведь хотела заключить контракт рыцаря дракона с Сомой? Это означает, что ты хочешь стать его женой...

— ...Да.

— Почему ты решила, что хочешь выйти замуж за Сому?

Лисия смотрела мне прямо в глаза. Выражение ее лица было мягким, но она не отводила взгляд и пыталась тщательно оценить, что я за человек. Даже если я отвечу ей красиво, чтобы добиться ее расположения, она быстро меня раскусит.

Поэтому я выпрямила спину и ответила честно.

— Потому что... Сома показал мне ту меня, которую я никогда не знала! — Я решила встать в ванне и высказать ей все, что я чувствую. — Он научил меня, что я - вид дракона, называемый Рю. Он научил меня летать. Он научил меня тому, что я всегда хотела знать, о том, что я за существо. Вот почему я хочу быть с Сомой, с тем, кто понимает меня! Я хочу стать драконом, на котором ездит Сома!

— Я слышала все это в объяснениях Сомы, — тихо сказала Лисия. — Но можешь ли ты с уверенностью сказать, что эти чувства - твои собственные? Ведь именно госпожа Тиамат отправила Сому на вашу сторону, верно?

Она задела больное место. Но... если бы я отступила, какой бы женщиной я была?

Я поднесла руку к груди, затем посмотрела прямо ей в глаза.

— Вы правы, госпожа Тиамат могла устроить нашу с Сомой встречу. Но я могу с уверенностью сказать, что мое желание быть с Сомой полностью принадлежит мне.

Глаза Лисии расширились, когда она услышала мое признание, сделанное первый  раз в жизни.

Я перевела вопрос на Лисию.

— Или что... вы собираетесь сказать мне, что любовь, которая начинается по чьей-то указке, не является настоящей любовью?

Мне стало немного грустно, когда я это сказала.

Лисия сильно наклонилась вперед, погружая верхнюю половину своего тела в воду с плеском. Она так и осталась лежать, не поднимая на поверхность ничего, кроме пузырьков. Неужели она оставалась под водой около десяти секунд? Я забеспокоилась и позвала ее.

— Э-э-э... Лисия ?

— Бва!

С громким всплеском  Лисия всплыла обратно. Что это было?! Я села обратно в ванну, а Лисия стряхнула воду с волос и неловко почесала щеку.

— Прости. Твое признание заставило меня немного смутиться.

— Что?! Что вы говорите, Лисия ?!

— Как я уже сказала, извини. Но у тебя был идеальный ответ. Разве любовь, которая начинается по чьей-то указке, не является настоящей любовью? Если ты так говоришь, то моя была такой же, и я не думаю, что кто-то из других мог бы с тобой поспорить. Я имею в виду, что все наши встречи были так или иначе организованы.

Лисия улыбнулась, словно предаваясь приятным воспоминаниям.

— Моя помолвка с Сомой была чем-то, что мои родители просто взяли и сделали, не посоветовавшись со мной. Когда мой отец, бывший король, отрекся от престола в пользу Сомы, он объявил о нашей помолвке, чтобы закрепить легитимность Сомы. Это было так неожиданно, что в то время я очень расстроилась и ворвалась в комнату отца.

— Правда?

Я была удивлена, узнав, что отношения Сомы и Лисии начались именно так. Особенно после того, как я увидела, как глубоко они доверяют друг другу.

— Это не только я. Ее сейчас здесь нет, но кандидат на роль второй основной королевы, Айша, пришла, чтобы напрямую обратиться к Соме, чтобы он сделал что-нибудь для ее родины. Джуна, та, что с голубыми волосами, была шпионом, посланным нынешним главнокомандующим Национальных сил обороны, Эксель, чтобы судить, подходит ли Сома на роль короля. Ророа, та, что говорит на торговом жаргоне, была принцессой враждебной страны, понимаешь? Она решила выйти замуж за Сому, чтобы заставить его заботиться о своем народе, который обеднел и страдал от нехватки продовольствия.

Я потеряла дар речи. Если все, что она только что сказала, было правдой, то ни одна из невест Сомы не встретила и не полюбила его при обычных обстоятельствах. Нет, я читала романтические романы, поэтому знала, что ограничения, наложенные на людей их семьями, могут вмешиваться в их любовную жизнь. Да и взгляды драконов на любовь, когда их брак с рыцарем практически уже предрешен, были не намного лучше... Но все же!

— И... никто из вас не недоволен? — нерешительно спросила я.

Лисия усмехнулась.

— Это ты сказала, что любовь, заранее подстроенная кем-то другим, все равно может быть настоящей любовью, Надин. Я думаю, что не важно, что нас свело вместе, важно то время, которое вы проводите вместе после этого.

Лисия пересела рядом со мной. Сейчас мы с ней сидели так близко, что наши плечи почти соприкасались.

С веселым взглядом в глазах  Лисия сказала:

— По правде говоря, я немного волновалась.

— Волновалась?

— Мы вместе с Сомой многое преодолели. Например, как страна встала на ноги, война с Амидонией и последующие переговоры. Именно пройдя через все это вместе, мы установили тесную связь между нами. Мы как семья.

Семья...

Лисия продолжала говорить.

— Вот почему я беспокоилась... о том, присоединишься ли ты к нам в этом, и сможешь ли ты привыкнуть к этой семейной атмосфере. Сома придает большое значение тому, насколько мы чувствуем себя семьей. Это потому, что мы - семья, которую Сома наконец-то обрел после того, как его единственные оставшиеся родственники в его первоначальном мире, его бабушка и дедушка, скончались.

Я не могла вымолвить ни слова. Я думала в первую очередь о своих чувствах, но  Лисия думала о Соме и их семье. Я понимаю, почему Сома доверял ей.

Это... та самая решимость, которая нужна, чтобы стать первой королевой, поняла я.

Проявляя заботу обо мне, потерявшей способность говорить,  Лисия продолжила спокойным тоном.

— Если мне бы показалось, что ты не сможешь вписаться в эту атмосферу, я намеревалась воспротивиться тебе. Если бы ты не смогла стать членом семьи, я не думаю, что Сома или я, или даже ты сама, Надин, были бы этим довольны. Я хотела сама убедиться, сможешь ты или нет, и поэтому я устроила так, чтобы мы остались вдвоем.

Лисия повернулась и посмотрела мне прямо в глаза.

— Итак, Надин, как ты думаешь, сможешь ли ты вписаться в коллектив? Как ты думаешь, ты сможешь воспринимать не только Сому, но и всех нас как семью? Если ты сможешь... мы примем тебя.

Я посмотрела на свои собственные чувства. У меня еще не было решимости  Лисии. Но... это было верно только сейчас.

— Я не очень понимаю эти «семейные» вещи, — призналась я. — Мы, драконы, будем защищать кровных родственников наших контрагентов до смерти, но мы не являемся расой с сильным понятием семьи.

— Понятно...

— Тем не менее, это тем более причина, почему я знаю, что такое одиночество. Я Рю, и была еще более изолирована по сравнению с другими драконами, поэтому я понимаю, как приятно иметь друзей, как радостно найти кого-то, кто тебя понимает, и желание Сомы иметь кого-то рядом. Так что... —  Я встала, повернулся к Лисии и склонила перед ней голову. — Пожалуйста, сделайте меня членом вашей семьи.

Пока мои глаза были плотно закрыты, и я ждала ответа  Лисии, что-то коснулось моих рук, которые лежали на коленях. Открыв глаза, я увидел, что  Лисия взяла меня за руку. Затем, рука об руку со мной,  Лисия тоже встала, повернувшись ко мне с ухмылкой.

— Надин Дэлал, как кандидат на роль первой первичной королевы Сомы, я приветствую тебя. Спасибо, что приехала в эту страну, приехала, чтобы быть с Сомой.

— Лисия ...

— Хи-хи! По тому, какие мы сейчас, можно подумать, что это мы вдвоем женимся.

— Ахаха, возможно, ты права.

Мы держались за руки, обнаженные догола. Что это было за соглашение?

— О, но ты должна получить разрешение от Айши, которой сейчас здесь нет, хорошо? — добавила Лисия.

— Уркх... Я... я постараюсь сделать все возможное.

— Ну, если Сома попросит ее, я уверена, что Айша будет не против. — С этими словами — Ммм... —   Лисия потянулась. — Сейчас я чувствую легкое головокружение, так что, может быть, нам пора выйти?

— Конечно.

— Ах, да, Надин. Если ты зайдешь ко мне в комнату, я хочу, чтобы ты мне кое в чем помогла.

— Вы хотите, чтобы я вам помогла?

Что это может значить?

На лице Лисии появилась озорная улыбка.

***Сома***

— Фух...

Это было на следующий день. Я был в офисе по правительственным делам, просматривал кипу бумаг, которые Хакуя передал мне, сказав: « Раз уж вы все равно здесь, пожалуйста, просмотрите эти важные документы.»  Но... Я очень хотел спать.

Ророа и Джуна измотали меня прошлой ночью, задавая всевозможные вопросы о том, что случилось с Надин, так что я немного не выспался.

Было решено, что в течение дня мы с Надин вернемся на горный хребет Звездного Дракона.

Я уже доложил Лисии и остальным о Надин, и то, что госпожа Тиамат говорила о буре, тоже меня беспокоило. По плану мы должны были забрать Айшу и остальных по пути туда.

Пока я работал, в дверь постучали, и вошли Лисия и Надин.

Увидев, как выглядит Надин, когда она вошла в комнату, я выдохнул впечатленное «Вау....»

Заметив, что я смотрю на нее, Надин посмотрела на меня, покраснела и сказала

— Что...?

— Нет, я просто подумал, что ты сейчас очень красивая.

— П-красивая?!

Я думал, что у Надин были хорошие природные данные, но она не заботилась о своей внешности, и ее волосы были полны перегибов, так что трудно было убедиться в ее полном потенциале. Но теперь, когда Надин  показала свои прямые, длинные, гладкие, черные волосы, она была аккуратной и опрятной красавицей, как гипотетическая идеальная японская женщина. Похоже, после того, что произошло, она пошла мыться с Лисией, так что Лисия, должно быть, хорошенько ее вымыла.

— Да, я думаю, ты очень милая.

— Оу... Эм... Спасибо. —  Надин удалось выдавить из себя только этот ответ. То, как она вела себя, было так невинно и мило.

...Да, Надин выглядела хорошо.

Прижав пальцы к вискам, я посмотрел на другую, которая была настоящей проблемой.

— Лисия ... Что, по-твоему, ты делаешь в такой одежде?

— Мне это не идет? —  Лисия медленно повернулась, давая мне хорошенько рассмотреть ее наряд.

— Если ты спрашиваешь, как это на тебе смотрится, то, конечно, ты выглядишь в этом потрясающе! Но я спрашиваю, почему ты носишь такой наряд.

В данный момент  Лисия носила нагрудную пластину, помимо всего прочего, поверх рубашки и штанов. Это было то, что можно назвать внешним видом искателя приключений. Позади нее виднелось что-то похожее на багаж.

Как бы я ни смотрел на нее, она была готова к путешествию. Она явно собиралась ехать со мной.

— ...Лисия, я ведь просил тебя остаться в замке, верно?

— Мы не можем допустить, чтобы главный парень и его второй номер отсутствовали так долго. — Это было твое обоснование, верно? Я слышала от Найдин, что вы добрались от горного хребта Звездного Дракона до этого места примерно за два часа, так? Если мы можем вернуться в случае необходимости, то нет причин, чтобы мне пришлось держать оборону, верно?

— Это... может быть правдой, да...

— Эйййй! — Ророа вошла в комнату и громко закричала, увидев, как одета Лисия. — Старшая сестренка Сия, это нечестно! Ты явно планируешь пойти с ним!

— Я не могу одобрить твою попытку обойти всех нас, леди Лисия. — Джуна была следующей, кто поднял жалобу.

Лисия сложила руки вместе, словно умоляя о прощении.

— Кто-то должен убедить Айшу, так что позвольте мне уйти. Надин сказала, что она будет совершать поездки туда и обратно между нашим пунктом назначения, так что вы двое можете прийти позже, хорошо?

— Хрмф... Ну, если ты так говоришь, — нехотя согласился Ророа.

— Мы просто должны принять это... —  пробормотала Джуна.

Они вдвоем приняли это?! А? Она действительно собиралась пойти со мной?

— Хорошо, Сома. Давай отправимся к горному хребту Звездного Дракона и предъявим свои права на Надин! - сказала Лисия.

— ...

Получив разрешение двух других,  Лисия сказала мне это с широкой ухмылкой.

Действительно ли это было хорошо? Пока я стоял и думал,  Надин похлопала меня по плечу,чтобы успокоить.

На северо-западе Королевства Фридония находилось место, которое впоследствии стали называть Равниной Скорби.

Говорили, что это название произошло от имени прекрасной девушки, которая, плача о своем возлюбленном, который не вернулся, создала своими слезами пруд.

Действительно, на Равнинах Скорби был пруд, и местные крестьяне использовали его как источник воды для сельскохозяйственных нужд. Говорят, что эта драматическая легенда о трагической любви заставила трепетать сердце многих юных дев, посетивших эти земли.

Однако те, кто знал правду об этой легенде, могли лишь криво усмехнуться.

— Ух ты, - сказала Лисия, любуясь видом за окном гондолы.

Сейчас мы находились в воздухе. Я мог ехать на спине Надин, но если бы  Лисия присоединилась ко мне, защита Рю не покрыла бы ее, и она оказалась бы под ветром и холодом. Поэтому мы с Лисией поехали в гондоле, предназначенной для перевозки виверн, а Надин везла ее в форме Рю.

Надин плыла по небу гораздо быстрее, чем летела бы виверна. Наблюдая за проносящимися мимо пейзажами,  Лисия сказала несколько взволнованно:

— Смотри, Сома. Она намного быстрее виверны.

— Ах! — воскликнул я.

— Подожди, что случилось?! Почему ты вдруг схватился за грудь?

— Нет... Я знаю это только как фразу из старой ролевой игры, но услышать это из твоих уст было шоком...

— Но почему?!

Да, она никогда не поймет, почему мне было так больно это слышать, да ей и не нужно было этого понимать. Я крепко обнял Лисию, пока она смотрела на меня недоуменным взглядом.

— Пожалуйста, останься со мной, — сказал я ей.

— Я не знаю, что тебя так встревожило, но... конечно, я останусь. —  Лисия положила голову мне на плечо. — Мы двое... будем вместе навсегда.

— Лисия ...

— Эй-эй-эй! — Когда мы начали создавать хорошую атмосферу, сверху раздался сердитый рев. — Вы заставляете меня носить вас в руках, а потом вы едете и флиртуете друг с другом?!

— О, прости, — сказал я. — Не мог удержаться...

— Что значит «не мог удержаться»?! Для начала, ты мог бы взобраться ко мне на спину!

— Но тогда мы втроем не могли бы разговаривать.

В своей форме Рю Надин говорила с помощью чего-то вроде телепатии, поэтому она могла говорить, не обращая внимания на стены гондолы или шум проносящегося мимо ветра. Но если я ехал на спине Надин, я не мог говорить с Лисией в гондоле.

Лисия наклонилась и прошептала мне на ухо:

— Ты делаешь это нарочно, потому что реакция Надин такая милая?

— Нет, — прошептал я в ответ. — Ну, может быть, немного.

— У тебя у самого появилось немного неприятная черта, ты знаешь об этом?

— Ну, будучи окруженным такой сложной группой девушек, у меня было много тренировок.

— ...Ты включаешь меня в эту группу?

— Да ладно, я же просила тебя не оставлять меня без... А...? — жалобы Надин оборвались на середине. Пока я размышлял, почему так получилось, Надин вдруг добавила:

— Эй, не могли бы вы двое взглянуть на землю на минутку?

Я открыл окно, и мы с Лисией посмотрели на землю внизу, вздрогнув от ветра, ворвавшегося в гондолу.

— Что?!

В полях под нами было несколько больших дыр. Там образовались большие и маленькие кратеры. Было похоже, что эта местность пострадала от локальной метеоритной бури.

— Как будто местность подверглась бомбардировке отрядом виверн... —  прошептала Лисия.

— Бомбардировке?! Я ничего не слышал об этом от Хакуи! — воскликнул я.

— Подожди, Сома! Это же совсем рядом с деревней, где ждали Айша и остальные, верно?!

— А! Давайте поторопимся. Надин, я рассчитываю на тебя!

— Хорошо!

Надин резко нырнула вниз, к деревне, где ждали Айша и остальные.

Мы попросили Надин опустить нас возле деревни и принять человеческий облик, затем мы прошли через вход в деревню. В отличие от побитых полей, деревня ничем не отличалась от той, что была, когда я был здесь в последний раз.

А зачем тогда эти большие дыры? Пока я размышлял над этим...

Топ, топ, топ, топ. Я услышал звук тяжелых шагов, а затем:

— Ваше Величество!

Я увидел Айшу, мчащуюся к нам с невероятной скоростью.

С той силой инерции, которую она имела за спиной, она была почти как бегущая лошадь или дикий носорог, и по мере того, как она приближалась, я слышал тревожные звоночки в своей голове. Это было плохо. Я попытался повернуться и побежать в другую сторону, но...

— Ваше Величество! Я наконец-то поймала вас!

— Гва!

— Сома?!

Не успев даже полностью развернуться, она стремительно приблизилась ко мне, и я поймал летящий захват-объятие своим боком. Удар был похож на то, как если бы меня переехала маленькая машина.

...Все будет хорошо? Неужели она только что сломала мне два ребра?

Однако мой ад только начинался.

— Почему вы вдруг исчезли?! Это было так подло с вашей стороны, бросить меня вот так! Позвольте мне всегда оставаться с вами! — Айша крепко обняла меня сквозь слезы.

Слова, которые она говорила, были милыми, и она выглядела как молодая девушка, пытающаяся заставить меня потакать ей; но это была Айша, самый могучий воин во всей нашей стране. С ее силой, когда она крепко сжимала меня, я чувствовал, как скрипят мои кости.

— Айша! Это уже не просто объятия! Это медвежье объятие! — застонал я.

— Охххх, господииииин! — вскрикнула она, сжимая меня еще сильнее.

— Я даю, я даю, я даю обещание! — Я пытался выстукивать по земле как на ринге, но Айша не собиралась останавливаться.

Не в силах больше наблюдать за нами,  Лисия со вздохом обратилась к Надин:

— ...Надин, можно?

— Можно? В их нынешнем состоянии я в конце концов ударю и Сому, понимаешь?

— Я бы сказала, что это частично его собственная вина. У тебя есть мое разрешение.

— ...Поняла.

С этими словами Надин наставила на нас палец. А?! Что она собиралась сделать?!

— Все в порядке, я могу отрегулировать уровень мощности.

— Нет, нет, дело не в этом...

— Получите это! — Бззап!

— Гяххх!

Получив удар током от Надин, мы с Айшей оказались на земле.

Хотя я наконец-то освободился из медвежьих объятий, мне хотелось, чтобы она спасла меня более мирным способом. Честно говоря... Меня схватили, сдавили, раздавили и, наконец, ударили током. Эти последние несколько минут оставили меня совершенно без сил.

Когда мы прибыли в гостиницу, где остановились Айша и остальные, Томоэ встретила меня улыбкой, похожей на распустившийся цветок.

— Старший брат! Слава богу, с тобой все в порядке!

Я  с нежностью погладил ее по голове.

— Прости, что беспокоил тебя. А где все остальные?

Томоэ ответила: — Насчет этого... — оглядываясь назад.

Проследив за ее взглядом, я увидел, что Хэл, Каэдэ и Карла потеряли сознание за одним столом. У них троих был вид, который говорил: «Я сгорел, как белый пепел»,  с их лиц исчезла вся энергия и жизненная сила. Их одежда тоже выглядела немного поношенной.

— Что случилось...?

— Все трое... Они старались изо всех сил.

Томоэ смотрела вдаль, рассказывая о том, что произошло за то время, Пока меня не было.

История вернулась на несколько дней назад...

***

— Сир... Сирррррррррррр!

Халберт едва увернулся от меча Айши, которым она размахивала, крича.

— Вау! Это было опасно!

Прорезав лишь воздух, меч Аиши вонзился в землю, оставив вмятину около пяти метров в поперечнике. Увидев такую мощь, щеки Халберта дернулись.

— Это уже похоже на убийство одним ударом. Разве это не должно было быть тренировкой?

— Будь начеку, — сказала Карла, держа меч наготове. Она стояла рядом с Халбертом. — Теперь это настоящий бой.

— О, черт возьми. Как до этого дошло...? — со вздохом сказал Халберт, держа в обеих руках свое любимое короткое копье. — Честно говоря... Я держу обиду за это, Сома.

— Господин не виноват, но... я не могу сказать, что не понимаю этого чувства, — согласилась Карла.

— Можешь повторить это еще раз, — добавила Каэдэ. Она стояла позади них, положив обе руки на землю. — Думаю, я буду просить его Величество Сому об оплате за вредность... ну, вы понимаете!

Треск! Хруст.

Когда Каэдэ надавила обеими руками, земля вокруг Айши вздыбилась, образовав стены, окружающие ее. Они думали, что этого будет достаточно, чтобы связать ее, но...

— Почему, сир... Почему...? — Со слезящимися глазами Айша снова и снова ударяла по стенам, окружавшим ее.

Через несколько секунд земляные стены рухнули, рассыпавшись, как небрежно собранная куча деревянных брусков. При ближайшем рассмотрении оказалось, что земля была разрезана на куски размером с кирпич. И твердые камни, и мягкая земля были вырезаны одинаковой формы. Это не могло быть сделано без острого края меча и пугающей силы.

Когда они увидели это зрелище, все трое почувствовали, что их щеки дергаются.

— Мне нравится думать, что я сам довольно силен, но... —  начал Халберт.

— Я чувствую, как слабеет моя гордость как военной женщины, - призналась Карла. Хотя я понимаю, что теперь я служанка.

— Я всерьез подумываю о стратегии, при которой мы просто бросим госпожу Айшу в центр вражеской армии одну, — сказала Каэде.

Не обращая внимания на трех своих явно обеспокоенных спутниц, Айша завопила:

— Сиииииррр! Почему, почему вы оставили меня и пошли дальше один?!

— Она говорит так, будто Сома/Господин/Его Величество умер! — воскликнули три ее спутницы.

— Что же мне теперь делать, раз вы меня оставили?!

— Нет, Сома/Мастер/Его Величество не умер!

Все трое продолжали указывать на это, но Айша не слушала.

Что касается вопроса о том, почему Айша и остальные трое ссорятся, то все началось позавчера, когда Сома отправился в горный хребет Звездного Дракона один. Даже если у людей с горного хребта Звездного Дракона были обстоятельства, которые сделали это неизбежным, факт оставался фактом: Сома внезапно был похищен. Айша, которая была телохранителем Сомы, а также претенденткой на роль второй королевы, была расстроена.

Когда одна из жриц-драконов, состоящих на службе у матери-дракона Тиамат, была отправлена на встречу с ней, Айша попыталась схватить посланника с сосредоточенным взглядом. К счастью, Халберту и Карле удалось ее удержать, так что конфликт не превратился в серьезный инцидент.

Поскольку в данном случае вина лежала на Горном хребте Звездного Дракона, жрица дракона извинилась.

Даже получив объяснения, Айша все еще была подавлена. Вскоре она стала так беспокоиться о Соме, что ее мысли постоянно были где-то в другом месте.

Когда Томоэ забеспокоилась о ней, она посоветовалась с Карлой, что делать, и они решили, что тренировки помогут ей отвлечься.

Да, все началось с тренировки.

— Вахххх... Господин....

Но как только они начали, это превратилось в то, как Айша выпустила пар.

Айша всегда славилась своим боевым мастерством, но оказалось, что она сдерживалась. Теперь, когда ее чувства дали волю, а ограничитель, сдерживающий ее истинную силу, не работал, земля была изрыта ее безудержной доблестью, а ее партнеры по тренировкам, Халберт, Каэде и Карла, были избиты и измотаны.

Наблюдая за тем, как Айша плачет, словно ребенок, Карла сухо улыбнулась.

— Если она испытывает к нему такие сильные чувства, то Мастер - счастливый человек.

— Это тяжелая любовь, — сказал Халберт, вращая плечами, чтобы расслабить тело. — В том смысле, что она разобьет тебя за один удар. Подожди, а у нас нет никакой поддержки? Ты ведь послала гонца Куи в замок, верно?

— Похоже, лучшее, что они могут сделать, это выставить кордон безопасности и не пускать население в этот район, — сказала Каэдэ. — Наверное, они рассчитывают на то, что мы что-нибудь придумаем на месте. Они не могут допустить людей, не знающих ситуации, в место, где будущая вторая главная королева может сделать что-то, чтобы опозориться.

Плечи Халберта опустились. — Ты говоришь, что все это звучит так просто. Они не знают, через какие страдания мы проходим в поле.

— Нытьем мы ничего не добьемся, — сказала Карла. — Сосредоточьтесь пока на текущем вопросе, сэр Халберт. — Хотя она была так же избита, как и он, Карла почему-то казалась полной жизни.

— Эй... Почему ты такая энергичная? — спросил Халберт.

— Я чувствую, как во мне бурлит кровь воина, впервые за долгое время. В последнее время я только и делаю, что прислуживаю, так что я уже почти забыла, что когда-то была военной. О, не волнуйтесь. По сравнению с унижением, когда меня заставляли носить этот «сексуальный костюм»  «и играть мисс Дран» это ничто!

Халберт, который до недавнего времени был вынужден проходить тренировки по спуску в составе отряда десантников, предложенного Сомой, не мог не сочувствовать другому человеку, которого начальство изводило.

Глядя на них двоих, Каэдэ в досаде пожала плечами.

— Думаю, хватит этих глупых разговоров.

— Не называй его глупым! Это важно для нас, ясно?!

— Говорю тебе, сейчас не время! Если ты ослабишь бдительность... ты погибнешь!

— А-а, ну и дела! — Получив предупреждение, Халберт посмотрел на Айшу, которая держала свой меч наготове. — Как скажешь! Давайте сделаем это!

Халберт и Карла оттолкнулись от земли и бросились на Аишу.

Битва Халберта и Карлы только начиналась.

***

— ...И вот как мы оказались там, где мы сейчас, — сказала Томоэ.

— Насколько сильно она разбушевалась, чтобы довести Халберта и остальных в такое состоянии? — спросил я.

— Они пытались, по крайней мере, не беспокоить жителей деревни, ведя ее в поля рядом с деревней и сражаясь там. Но все равно было страшно, взрывы были такие, будто идет война.

— Что, это ты оставила все эти дыры в земле? — сказал я шутливо, посмотрев на Айшу, хотя и не собирался ругать её. Но Айша намеренно смотрела в сторону и делала вид, что не слышит меня.

Когда Айше давали полную свободу, она вызывала изменения в рельефе местности? Раньше я считал ее верной собакой, но когда она зашла так далеко, она стала похожа на оружие массового поражения.

Я свяжусь с замком и попрошу их заделать кратеры, подумал я.

Пока что мы ждали, пока Хэл и остальные придут в себя, а затем поднялись в комнату на четырех человек, где они остановились. Я представил всем Надин.

— Это Надин Дэлал, Рю с горного хребта Звездного Дракона, с которой я собираюсь заключить контракт. Контракт предполагает, что мы поженимся, так что она станет моей второй второстепенной королевой. Надин, этот темный эльф-воин - моя будущая вторая главная королева, Айша. Маленькая мистическая волчица - моя почетная младшая сестра Томоэ. Остальные трое - мои вассалы, Халберт, Каэдэ и Карла.

На самом деле Карла была моей рабыней, но объяснять все подробности было бы слишком долго, поэтому достаточно было просто назвать ее моим вассалом.

Надин повернулась ко всем и слегка склонила голову.

— Я Надин. Приятно со всеми вами познакомиться.

— О, госпожа Надин, верно? Как подруги-королевы, давайте работать вместе, чтобы возвысить его Величество. — Айша дружески пожала руку Надин.

...А?

— Я был уверен, что ты будешь против...— сказал я.

— Хм? С чего бы это?

— Нет, просто ты пыталась убить посланника из Горного хребта Звездного Дракона, верно?

— Это было потому, что они просто пошли и забрали вас! — объяснила Айша, фыркнув. — Я была зла на Горный хребет Звездного Дракона, потому что они забрали у меня моего Сому. Но госпожа Надин вернула мне моего Сому. У меня есть все основания быть благодарной ей, и совсем нет причин для злости.

— Я не очень понимаю, на чем основано это рассуждение...

— Люди, которые берут твою еду, - плохие люди, — сказала Айша. — Люди, которые приносят тебе еду, - хорошие люди.

— Это так просто?! И, подождите, я теперь как еда?!

Что ж, учитывая, насколько Айша была предана еде, я не чувствовал себя плохо, зная, что она любит меня так же сильно. Однако меня немного беспокоило, что моя вторая главная королева становилась все больше и больше похожа на щенка.

— Значит... ты не хочешь забрать всю еду себе? — спросила Лисия у Айши.

Что это был за вопрос?!

Айша окинула ее пустым взглядом и недоуменно наклонила голову в сторону.

— Хм? А разве не будет вкуснее, если мы будем есть все вместе, как одна семья?

Лисия засмеялась.

— Ахаха! Я рада, что ты такой человек, Айша.

— ???

Лисия улыбнулась, когда над головой Айши пролетела куча вопросительных знаков.

Мне неловко говорить это, когда у них такое гармоничное согласие, но было немного неприятно, что со мной обращались как с едой.

...По крайней мере, это было лучше, чем если бы они бросали друг в друга кинжалы.

Пока я размышлял об этом, Томоэ представилась Надин.

— Я приемная младшая сестра старшего брата и старшей сестры, Томоэ. Приятно познакомиться с тобой, Надин.

— Мне тоже приятно с тобой познакомиться. Ты, похоже, симпатичная девушка с хорошей головой на плечах, как и говорила мне Лисия.

— Хи-хи! Правда?

— Да. Это настоящий плюс - иметь такую милую сестренку, как ты!

— Ик! Щекотно!

Надин обняла Томоэ. Надин была миниатюрной, но все же намного крупнее одиннадцатилетней Томоэ, поэтому младшая девочка прижалась к ее груди.

Теперь, когда все представились, я объяснил ход событий всем, кто остался на месте. Я рассказал им о причине, по которой госпожа Тиамат позвала меня, и о буре, о которой она беспокоилась. Это, а также о том, что Надин была особым существом, которого называли Рю.

— Это мой сир, который всегда вынюхивает талантливых людей, куда бы он ни пошел! — заявила Айша.

Она выбрала странную вещь, чтобы произвести впечатление. Кем я был? Свинья, вынюхивающая трюфели...?

В любом случае, когда они выслушали все, что я хотел сказать, Карла первой подняла руку.

— Я понимаю, что  Лисия теперь может пойти с нами, но ведь ограничение на свиту, которую вы берете с собой в Горный Хребет Звездного Дракона, было пять человек, верно? Разве это не оставляет нас с одним лишним?

— Да... Я думал оставить Томоэ здесь, в деревне.        — Что...? — Томоэ была ошеломлена, когда узнала, что ее оставят.

Я чувствовал себя виноватым, видя выражение ее лица, как у ребенка, чью экскурсию только что отменили из-за дождя, но ее безопасность действительно должна быть на первом месте.

— Теперь, когда у нас есть неизвестный элемент «бури»  в горном хребте Звездного Дракона, я больше не могу взять Томоэ с собой, — объяснил я. — Как бы ни было жалко, но я нахожусь в таком положении, когда мне нужно, чтобы другие защищали меня. Может возникнуть ситуация, когда они не смогут защитить нас обоих. Нельзя допустить, чтобы со мной что-то случилось, но если что-то случится с Томоэ, я не смогу сохранять спокойствие.

— ...Я понимаю, — сказала Томоэ, будучи разумной девушкой, но то, как опустились ее уши и хвост, слишком ясно говорило о ее разочаровании. — Я подожду здесь, пока ты и все остальные вернутся.

Я погладил Томоэ по голове.

— Даже когда вопрос с горным хребтом Звездного Дракона будет решен, я намерен продолжать путешествовать, пока количество предложений о браке, которые я получаю в замке, не уменьшится. Я хочу попробовать посетить и другие страны, и я обязательно возьму тебя с собой, так что пока потерпи. Это обещание.

— Хорошо.. старший брат.

Тогда я взял мизинцем ее палец, чтобы скрепить наше обещание, уши и хвост Томоэ слегка приподнялись.

Как только все почувствовали облегчение от того, что Томоэ немного успокоилась,  Лисия спросила:

— Я понимаю, о чем ты говоришь, но неужели мы вот так просто оставим Томоэ одну в деревне? Я немного волнуюсь.

— Все в порядке, — сказал я ей. — Хотя они себя не проявили, члены «Черных котов» были направлены в эту деревню. Так что она не будет одна.

— Правда?

— Да... Инугами.

Дверь в комнату на четыре человека открылась, и вошел человек в черной маске собаки. Это был Инугами, член подразделения тайных операций под названием «Черные коты» и второй помощник лидера Кагеторы.

Инугами встал передо мной, затем опустился на одно колено.

— Я пришел по вашему приказу.

— Прими указания, — сказал я. — Пока мы будем отсутствовать в горном массиве Звездного Дракона, я хочу, чтобы Черные Коты присматривали за Томоэ.

— По вашей воле.

— Также, Инугами, что касается тебя лично, вместо того, чтобы наблюдать за ней из тени, я хочу, чтобы ты оставался рядом с Томоэ и дал ей возможность поговорить с кем-нибудь. Твое лицо мало известно простым людям. тебе разрешено снять маску, Пока ты в этой деревне.

— ...Понял.

С этими словами Инугами снял черную собачью маску, которая была на нем, чтобы показать лицо мужчины-зверя с волчьей мордой. Увидев это лицо, Хэл вскочил со стула.

— В-вы! Вы – Бео….!

— Следите за своим языком, офицер Халберт, — резко сказал он. — Я всего лишь Инугами.

— ... —  Хэл посмотрел на меня.

Нет, он мог смотреть сколько угодно, но я не собирался давать ему объяснения. Единственными, кто был знаком с Беовульфом, были Лисия и Хэл, который, в конце концов, служил в армии.

Глядя на Инугами, Томоэ наклонила голову набок.

— Вы тоже мистический волк, Инугами-сан?

— Нет, мой народ называет себя расой серых волков. Потому что наши лица все-таки не человеческие.

— Но ведь мы оба из народа волков, верно? Давайте будем друзьями, пожалуйста.

— Вы слишком добры, младшая сестра. — Инугами склонил голову перед Томоэ.

Они были серым волком и мистическим волком, двумя расами, внешне похожими друг на друга, и их возраст разнился на двадцать лет, так что любой, глядя на них, увидел бы в них отца и дочь. Несмотря на это, они находились в странной позе, когда отец кланялся своей дочери. Что ж, похоже, они поладили, так что все будет в порядке.

Разобравшись с этим, я обратился к остальным.

— Надин отвезет нас к горному хребту Звездного Дракона. Если мы отправимся сейчас, то прибудем в середине ночи, поэтому мы отправимся завтра утром. Планируйте соответственно.

— Тогда мы останемся в этой деревне на ночь? — спросила Каэдэ, и я кивнул.

— Это значит, что да. Посмотрим, как мы разделим комнаты...

— Давайте снимем одну комнату на двоих и две комнаты на четверых, — сказала Лисия, прежде чем я успел продолжить. — Халберт, Каэдэ, Карла и Инугами займут одну комнату. Надин, Томоэ и я возьмем другую. Сома и Айша, вы займете двухместную комнату.

— А можно?! — Услышав, что она будет жить в одной комнате со мной, Айша улыбнулась во весь рот.

Я не мог спорить с этим лицом, поэтому я прошептал Лисии:

— Эм... ты не против?

— Ты заставил ее сильно волноваться, так что будь с ней ласков, по крайней мере, сегодня.

— ...Хорошо.

Я не знал, что сказать.  Лисия превращалась в прекрасную женщину, подходящую для роли первой основной королевы.

Думаю, дело было не только в Лисии. Джуна, Ророа и даже Айша росли с каждым днем с тех пор, как я их встретил, и все они становились все более привлекательными. Я был уверен, что Надин, вероятно, будет такой же...

Мне тоже нужно было расти, чтобы быть уверенным, что они не покинут меня.

***

В ту ночь мы с Айшей спали в одной комнате.

«Ты заставил ее сильно волноваться, так что будь с ней ласков хотя бы сегодня.» Я вспомнил, что шепнула мне Лисия.

...Она права, подумал я. В этот раз я заставил ее сильно волноваться, поэтому сегодня я буду очень добр к Айше. Я сделаю для нее все, что смогу, все, что она захочет.

Я был готов сделать это, но...

У Айши была неожиданная просьба.

— Это все, что ты хочешь?.. Ты уверена? — спросил я.

— Да! Это лучшее, сир.

Так что теперь я сидел на кровати, а Айша лежала боком, положив голову мне на колени. Другими словами, это была подушка для коленей. Айша просила подушку на коленях и поглаживание по голове. Даже просто погладить ее по голове, как она просила, и провести пальцами по ее волосам, которые в данный момент были опущены, было достаточно, чтобы лицо Айши растаяло. Это было даже мило.

С очарованным выражением лица Айша одарила меня довольной улыбкой.

— Когда ты лежал у меня  на коленях, когда ехали сюда в повозке, я подумала: «Я бы хотела, чтобы его Величество сделал это и для меня.» Мне очень приятно, что теперь это делаете  вы.

— ...Я дешево отделался? — Я не мог не улыбнуться, задаваясь вопросом, достаточно ли хорошо то, что так просто. — Хотя я был готов сделать для тебя все, что угодно.  Лисия сказала мне быть с тобой сегодня ласковым, так что если ты хочешь, Айша, мы могли бы сделать что-то более... сексуальное....

О, боже! Как неловко было просто говорить об этом!

Но учитывая, что  Лисия поместила нас в одну комнату... вероятно, это и было ее намерением.

Если бы Айша родила раньше   Лисии, это могло бы привести к кризису престолонаследия, но Айша была из расы долгожителей, так что зачать ребенка ей было бы не так-то просто. Даже если бы мы сделали это здесь, было бы практически гарантировано, что она не забеременеет раньше   Лисии.

— Наверное, поэтому  Лисия и оставила нас вдвоем, — робко сказал я.

Айша хихикнула.

— Хи-хи. Это так похоже на леди Лисию. Она думает не только о вас двоих, но и обо мне, госпоже Джуне, госпоже Ророа и... это была госпожа Надин? Мне странно это говорить, но я думаю, что она прекрасная женщина.

— ...Это точно.

— Вот почему я хочу быть для нее такой же прекрасной. Конечно, я бы хотела, чтобы ты занялся со мной любовью, но если я позволю себе поддаться желанию здесь, я буду просто потакать доброте леди  Лисии. А я этого не хочу. — Айша фыркнула. — Вот почему я подожду, Пока у вас с леди Лисией не появится ребенок. В любом состязании, кто бы ни был моим противником, и даже если это битва за любовь, я хочу победить в честном бою.

Честный бой в битве за любовь. Это было так похоже на Айшу.

— Я думаю, ты и сама очень мила, Айша, — сказал я.

— Хи-хи... ты меня смущаешь.

Затем Айша села и перевернулась, глядя на меня выпученными глазами: — Но, сир, я все еще думаю о том, как я хочу, чтобы вы занялись со мной любовью, понимаете? Когда ты внезапно исчез, я почувствовала себя такой одинокой.

— Р-правильно...

— Поэтому, пожалуйста, поторопись и сделай ребенка. Как можно быстрее.

— ...Я постараюсь.

Айша приблизила свое лицо, прижавшись губами к моим.

Если подумать... это был мой первый поцелуй с Аишей.

Пока мои глаза все еще были расширены от удивления, Айша усмехнулась и сказала:

— Позволь мне хотя бы это. И... когда ты сделаешь ребенка, не забудь заняться любовью и со мной, ладно? Дорогой.

Само собой разумеется, этот милый жест оставил меня красным, как вареный осьминог.

** На следующий день...

— Итак, Ваше Величество! Давайте отправимся к горному хребту Звездного Дракона!

Лицо Айши сияло, когда она это заявила, полное энергии, поэтому  Лисия и Надин бросили на меня знающий взгляд.

Вспомнив наш разговор накануне, я почувствовал себя неловко.

— Хмм-хмм-хмм! — Надин плыла по небу в своей форме Рю, напевая себе под нос.

Я, сидевший верхом на ее спине, погладил ее и спросил:

— Надин, ты в порядке? Гондола не слишком тяжелая?

— Хм? Я в полном порядке, почему ты спрашиваешь? — ответила Надин, как будто это действительно было для нее пустяком.

Была причина, по которой я ехал на спине Надин. Из-за того, что Айша присоединилась к остальным катающимся в гондоле, она стала переполненной. Гондола была размером с лодку, и обычно в ней хватило бы места для десяти взрослых, но мы готовились к «Буре», поэтому семь из этих десяти мест были забиты вещами, которые мы привезли из королевства.

Я подумал, что гондола сейчас должна быть очень тяжелой. Когда гондола становилась тяжелой, для ее переноски обычно связывали от двух до четырех виверн, но Надин легко несла эту ношу в одиночку. Надин в своей форме Рю была гораздо крупнее виверны, но неужели для нее это было не тяжело?

— Все ли драконы такие сильные? — спросил я ее.

— Я не знаю, как другие драконы, но мне она не кажется такой тяжелой. Как будто я толкаю деревянную доску по воде.

— Хм...

Означало ли это, что она бессознательно манипулировала гравитацией? Ну, она заставляла свое собственное массивное тело плавать, так что здесь может быть какой-то магический эффект.

— Хмм-хмм-хмм-хмм-хмм! — Надин снова начала напевать.

— У тебя ужасно хорошее настроение.

— Хмм-хмм-хмм! Ну, конечно, хорошее. На этот раз ты едешь на моей спине.

— Это как-то отличается от того, что ты чувствешь в гондоле?

— О, да. Совершенно по-другому. Но... наверное, это трудно объяснить кому-то из представителей другой расы. Я не знаю, просто это правильное ощущение. Когда я в своей форме Рю, кажется, что кто-то сидит там, где надо. Можно сказать, что это снимает зуд. Это как-то успокаивает меня.

— Хм...

Любимая лошадь   Лисии всегда выглядела такой оживленной, когда  Лисия была на ее спине. Я не должен сравнивать свою невесту с лошадью, хотя...

— Но... —  добавила Надин обеспокоенным тоном, - Это нормально? Привезти Лисию и остальных без спроса?

Очевидно, она думала о том, как госпожа Тиамат сказала, что моих спутников пригласят позже.

— Ну, мы еще не знаем, что это за «буря»,  поэтому я бы хотел, чтобы мои товарищи были рядом со мной, когда что-то случится, — сказал я. — Ей придется простить нас за то, что мы не предупредили ее заранее.

— Наверное, ты прав. Но, в таком случае, я бы хотела, чтобы мы взяли с собой и Томоэ.

— Да... Хотелось бы показать ей пейзажи в Дракул.

Великий водопад... Великое дерево Ладона... там было много впечатляющих достопримечательностей. Мне бы очень хотелось показать их Томоэ, которая с любопытством изучала мир.

Надин вдруг сказал:

— А? Сома,  Лисия и остальные что-то говорят.

Я ехал на спине Надин, поэтому не мог подслушать их разговор в гондоле. Если бы я хотел поговорить с ними, мне пришлось бы использовать Надин с ее способностью к телепатии в качестве ретранслятора.

— Что они говорят? — спросил я.

— Посмотрим... 'Смотрите в сторону горного хребта Звездного Дракона'... говорят они. Они о чем-то шумят.

— Горный хребет Звездного Дракона?

Надин летела в сторону горного хребта Звездного Дракона, поэтому я всегда мог видеть его прямо перед нами. Еще мгновение назад там не было ничего необычного, но...

— А?! — Наши глаза расширились.

Горный хребет Звездного Дракона представлял собой цепь гор размером с гору Фудзи. В центре неба над ними висело одно большое кучевое облако.

— Разве это не над Дракул?! — Надин была в панике.

Она говорила о плато, где жили драконы. Когда я только прибыл, госпожа Тиамат телепортировала меня туда, поэтому я не мог его увидеть, но оно действительно находилось прямо посреди горного хребта Звездного Дракона. Кучевые облака, проплывающие над головой, и буря, которую пророчила госпожа Тиамат... У меня было плохое предчувствие.

— В вашем прогнозе не было никаких признаков приближающейся бури, верно? — спросил я.

— Да. Да, и странно, что над Дракул висит всего одно облако.

— ...Возможно, это не просто облако. Давайте пока попробуем подойти поближе. Мы здесь слишком далеко, и нет возможности сказать, как выглядят вещи в Дракул.

— Поняла. —  Надин поплыл к облаку. Оно было видно даже издалека, но когда мы приблизились, его масштаб стал очевиден.

Я был потрясен.

— Что это, черт возьми, такое...?

Кучевое облако было конической формы, с раздробленной, куполообразной вершиной. Более того, при ближайшем рассмотрении оказалось, что там собралось множество облаков, двигавшихся слева направо вдоль поверхности кучевого облака. Возможно ли... что облака образовывали вихрь?

— Я никогда раньше не видела таких облаков, — сказала Надин.

— Да. Я видел такие облака только в кино.

— Кииинооо? — повторила она незнакомое слово.

— Просто разговариваю сам с собой. В любом случае, кажется, оно достаточно большое, чтобы накрыть Дракул.

Глядя на Дракул, это облако просто накрыло плато, так что оно загораживало свет и оставляло его темным. Похоже, что шел сильный дождь. Ветры звучали яростно, так что погода в Дракул должна была быть действительно суровой. Хотя за пределами облака погода была хорошей и ясной. Это было странное облако.

— Это слишком сконцентрировано в одном месте, чтобы быть просто локальным проливным дождем, — прокомментировал я.

— Почему ты так спокоен?! Не может быть, чтобы дождь шел только над Дракул!

— Как говорится, поспешишь - пропадешь. Сначала нужно внимательно понаблюдать.

Потирая спину Надин, я осмотрел облако. Дождя было много. При таких темпах был риск, что масштабная катастрофа, подобная той, что случилась в Богохранимом лесу, произойдет и здесь. Там причиной был дождь, который продолжался долгое время, но такое количество дождя в одном месте может привести к такому же эффекту за более короткий промежуток времени, если это будет продолжаться.

Но если бы мы собирались придумать контрмеры... Да, со стороны мы не смогли бы узнать достаточно.

— Надин, тебе удалось проплыть по водопаду, так что дождь и ветер не помешают тебе? — спросил я.

— Д-да.

— Ну, тогда... Мне не очень хочется это делать, но ты слетаешь в середину облака?

— Что?!

Удивилась Надин, но казалось, что мы ничего не добьемся, просто глядя на это со стороны. К счастью, трещин от молний не было, так что, наверное, лучше было заглянуть внутрь.

— Трудно понять ситуацию снаружи, — объяснил я. — Мы пойдем внутрь облака, чтобы исследовать его, и в то же время будем пробираться к Хрустальному замку. Конечно, если ты почувствуешь, что это опасно, немедленно отступай. Скажи Лисии и остальным в гондоле, чтобы приготовились.

— Хорошо.

Надин медленно двинулась к клубящимся облакам. Поколебавшись мгновение прямо перед ними, она, казалось, приняла решение и медленно поплыла внутрь.

Сначала все было как в тумане, но по мере продвижения постепенно становилось все темнее. Ветер и дождь, бьющие по моему телу, быстро усиливались. Не прошло и минуты после входа в облако, как на мое тело обрушился проливной дождь и боковой ветер. Если бы не защита Надин, меня бы уже давно сдуло.

— Надин! ты в порядке?! — заговорил я, стараясь оставаться непобежденным перед лицом ветра и дождя.

— Да! Не знаю почему, но я вижу что-то похожее на поток! — ответила Надин.

И правда, Надин плыла по небу, это ничем не отличалось от того, какой она была раньше. От Рю, которая, как говорят, может путешествовать сквозь ветер, облака, молнии и дождь, я ожидал не меньшего. Даже этот свирепый ветер и дождь нисколько ее не пугали.

Обычные драконы или виверны, с другой стороны, не смогли бы летать в таких условиях. Потому что их большие крылья пострадали бы от сильного ветра.

Может ли это быть... то почему это должна была быть Надин? задался я вопросом.

Надин была единственным, кто мог летать в таких условиях. Госпожа Тиамат сказала, что я – «ключ». Затем, сказав, что есть существо, которое меня перенесет, она устроила мне встречу с Надин.

Тогда неужели этот дождь и ветер и есть та «буря», о которой беспокоилась госпожа Тиамат? задался я вопросом.

Я попытался оглядеться, но было темно, а дождь лил так, словно кто-то вылил ведро на землю, и попадал в глаза, не давая ничего разглядеть.

— Надин! Ты что-нибудь видишь?! — позвал я.

— Нет! Слишком темно!

Похоже, что Надин тоже не могла ничего разобрать.

Затем Надин закричала:

— Сома! Я в порядке, но  Лисия и остальные в гондоле могут быть в опасности!

Нас колотило ветром. Послышался грохот, и Лисия и остальные в гондоле, должно быть, переживали страшные события. Прямоугольная гондола не могла прорваться сквозь ветер, и если бы она сломалась в воздухе, у нас была бы огромная трагедия.

— Надо будет попробовать позже... Давайте Пока приземлимся в Хрустальном замке!

— Поняла! — Надин начала плавно снижаться.

Когда она это сделала...

— ...не... —

А?!

Я был уверен, что только что что-то услышал.

— Подожди, Надин! ты только что что-нибудь слышала?!

— А? Я ничего не слышала.

— Что... ты... собираешься... делать... с... этим...

—  Вот! ты ведь слышала, да?!

— ты прав... —  Похоже, что Надин тоже услышала его на этот раз. Это был... голос, может быть? Я отчетливо слышал некоторые слова.

Похоже, для Надин это было не так.

— Да, но... Я не понимаю, что они говорят.

А? Она не знает? Даже если она слышит?

— Там было «ты»... Разве ты не слышала?

— Это то, что они сказали? Я вообще ничего не уловила.

Что здесь происходило? Возможно ли, чтобы я мог слышать, а Надин - нет?

Что-то было не так. Кроме того, этот голос... Что-то в нем меня беспокоило. Он был слишком высоким, чтобы быть мужским, но если это был женский голос, что-то в нем было не так...

— Если это сти... не... достаточно... —

Я услышал его снова. Этот голос... Он доносился сверху?

Посмотрев вверх, я увидел, хотя и слабо, черную тень сквозь разрыв в облаках. Из-за мешающих облаков у меня был лишь смутный вид, но тень выглядела большой для того расстояния, на котором она находилась. Возможно, она довольно массивная.

— Я... уничтожу... чтобы...

Уничтожить что?!

Уничтожить. Я отчетливо слышал это опасное слово.

Черная тень была скрыта облаками. Должно быть, Надин выбралась из них, потому что я видел залитое дождем плато Дракул, раскинувшееся под нами. Звук дождя, похожий на статическое электричество, доносился до моих ушей.

Пока дождь хлестал меня, я смотрел вверх, на облака, которые мы только что покинули. Со стороны Дракул они выглядели чисто белыми, но прямо под нами они казались темными и тяжелыми.

Голос, который я слышал, говорил на языке, который я знал как язык... В этом нельзя было сомневаться.

Что-то было в этих облаках.

Под дождем мы приземлились перед Хрустальным замком.

Хотя при свете он, должно быть, был прекрасен, но в такой мрачной погоде замок выглядел уныло.

Когда Надин начала принимать человеческую форму, я спрыгнул с ее спины и бросился к гондоле. Когда я открыл дверь, интересуясь, все ли в порядке с Лисией и остальными, Лисия , Айша и Каэдэ вылезли наружу, их лица были бледными. Хэл и Карла последовали за ними. Все они выглядели нормально.

Я бросился к ним.

— Вы в порядке?

Лисия и Айша прижались ко мне.

— ах... Сома, ты слишком безрассуден, — пробормотала Лисия.

— Ветер так сильно тряхнул нас, что мне стало плохо... Блееее...

— О... Э... Прости.

Я погладил их по спинам, чтобы успокоить, пока их тошнило. За Каэдэ присматривали Хэл и Карла.

В отличие от тех троих, Хэл и Карла выглядели вполне нормально.

— У вас двоих все в порядке? — спросил я.

— Я служила в ВВС и часто летала на вивернах, — сказала Карла.

— Это лучше, чем быть сброшенным с виверны, — сказал Хэл.

Опыт Карлы в ВВС и тренировки Хэла в дракшутистах, должно быть, приучили их к подобным вещам.

Меня беспокоило, что Хэл, казалось, смотрел куда-то вдаль, но... В любом случае, наверное, лучше было забраться куда-нибудь под крышу, чем продолжать оставаться под дождем.

— Хэл и Карла, привяжите гондолу, чтобы ее не унесло! — позвал я. — Все остальные, мы идем внутрь! Надин, ты ведешь!

—  Хорошо!

Мы вошли внутрь Хрустального замка. Как только  Лисия и остальные успокоились, а Хэл и Карла вернулись, я спросил Надин

— Я хочу встретиться с госпожой Тиамат. Куда мне пойти для этого?

— В большой зал, я думаю. Когда в Дракул случается кризис, драконам велено собираться в большом зале Хрустального замка.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда давайте отправимся туда.

Мы решили, что Надин поведет нас в этот большой зал. Телепортация госпожи Тиамат заняла всего одно мгновение, но передвигаться по этому смехотворно огромному замку было очень трудно. Мы все бежали, но на то, чтобы добраться до места назначения, уходило немало времени.

Когда после пяти минут бега мы достигли большого зала, нас ждали два сюрприза. Первый заключался в том, что зал был настолько огромен, что слово «великий» просто не подходило для него. Второй заключался в том, что при ближайшем рассмотрении большой зал оказался тем самым пространством, в которое я телепортировался, когда впервые попал в Горный хребет Звездного Дракона. Похоже, именно в большом зале я встретил горную госпожу Тиамат.

Когда мы вошли в большой зал, в центре стояло около сотни человек. Все они отращивали рога и хвосты, так что, скорее всего, это были драконы в человеческом обличье.

По словам Надин, в горном хребте Звездного Дракона жило не более трехсот человек (драконов?).

Даже учитывая их огромный размер, это была невероятно низкая плотность населения для страны.

Поскольку в эти триста человек входили также молодые драконы и жрицы, находящиеся на службе у госпожи Тиамат, это означало, что сотня или около того здесь - это все взрослые драконы, способные передвигаться.

Как только мы вошли в большой зал, мы почувствовали в воздухе что-то угрожающее. В помещении, где могли бы поместиться десятки тысяч людей, драконы по какой-то причине собрались в одном компактном месте.

Было шумно, и никто не обращал внимания на людей, которые только что вошли в зал. Похоже, госпожи Тиамат здесь больше не было, так что же могло случиться?

Что бы это ни было, мы подошли к группе. Когда мы подошли...

— Надин! — Из группы выскочила девушка в белом комбинезоне. Это была... подруга Надин... Пай, верно?

Надин поймала свою подругу, которая крепко обняла ее.

— Пай! Слава богу ты в безопасности.

На лице Надин было выражение облегчения, но отчаяние Пай не ослабевало.

— Надин, где ты была?! Я волновалась!

— О, прости. Я совершала небольшое путешествие в страну Сомы...

— В страну Сомы? Кого?

О! Точно, я ведь  назвал свой псевдоним для Пай. Похоже, Надин тоже это поняла.

— Может, ты поймешь, если я назову ее страной Кадзумы. Королевство Фридония.

— Фридония?! Так далеко?! Как...?

— Ахаха, это долгая история, но...

— Подождите, у нас нет на это времени!

Надин попыталась объяснить историю, но Пай тут же прервала ее. Пай с серьезным выражением лица прижалась к недовольной Надин.

— Пожалуйста, Надин! Останови всех! Такими темпами Руби...

Руби? Руби была... красным драконом, который постоянно устраивала драки с Надин, верно?

Пай объяснила нам текущую ситуацию.

Здесь история немного поворачивает назад.

Оказывается, сегодня утром в небе над Дракул внезапно появилось загадочное облако.

Несмотря на то, что до этого момента небо было ясным, эта туча внезапно появилась и принесла сильный ветер и дождь на Дракул. Сильный дождь заставил озера переполниться и повалил деревья.

В ответ на это драконы собрались в Хрустальном замке.

Казалось, ветер и дождь затронули только Дракул, поэтому я подумал, что они просто эвакуируются в другое место, но была причина, по которой они не могли этого сделать.

Дело было в том, что яйца драконов находились под Хрустальным замком.

Я уже слышал, что когда дракон, заключивший контракт с рыцарем, откладывал яйцо, его оставляли на попечение горного хребта Звездного Дракона. Очевидно, простого течения времени было недостаточно, чтобы они вылупились.

Их оставляли в месте под названием Колыбель под Хрустальным замком, и они ждали своего часа пробуждения. Это время наступало только тогда, когда они могли встретить того, с кем им было суждено заключить договор. Бывали случаи, когда яйцо оставалось невылупленным почти столетие, и это было одной из причин, почему их не могли вырастить родители.

Поскольку яйца нельзя было вынести из Колыбели, драконы должны были защищать Хрустальный замок, несмотря ни на что.

Именно это заставило драконов исследовать это причудливое облако, но крылатые драконы были потревожены сильным ветром, и ни один из них не смог достичь облака.

В связи с этим драконы обратились за советом к госпоже Тиамат.

Госпожа Тиамат ответила:

— Бескрылый дракон может пролететь сквозь этот ветер и дождь. — Далее она добавила: — У нее уже есть ключ. Пока они не вернутся, я буду защищать своих детей, яйца, которые ждут своего часа пробуждения.

Затем она взяла с собой жриц драконов и спустилась в Колыбельную.

Оставшиеся там драконы пришли в ужас. Их ужаснуло то, что им сказали, что они ничего не могут сделать, чтобы исправить ситуацию. Они подумали, кем может быть бескрылый дракон, и быстро вспомнили о Надин Дэлал. Было хорошо известно, что Надин была уникальной личностью, у которой не было крыльев.

Однако, когда они уже собирались позвать Надин Пай велела им остановиться. Она сказала им, что в пещере, которую Надин использовала как свое логово, последние несколько дней никого не было.

Когда они пошли проверить, Надин действительно не было в ее пещере.

Естественно. Надин отправилась со мной в королевство Фридония, и сегодня утром мы были в деревне у границы, где ждали Айша и остальные.

И вот, драконы были поражены. Надин, которая, как заверила их госпожа Тиамат, могла разрешить эту ситуацию, отсутствовала.

— Сначала раздались недовольные голоса. Но поскольку ее здесь не было, это не имело значения. В конце концов, вопрос сменился на «Почему Надин не в Дракул?» И тут до них дошло, что это из-за их собственных чувств к Надин. Их сердца насмехались над ней за то, что она была бескрылым драконом, червем. Может, ей надоело, что ее называют червяком, и поэтому она покинула горный хребет Звездного Дракона?- стали думать они. А потом они ополчились на Руби и ее друзей.

Все знали, что Руби часто шутила с Надин, и это часто приводило к дракам между ними. Поэтому драконы осудили Руби и ее друзей. Это и стало причиной нынешнего переполоха.

Пай прижалась к Надин и сказала:

— Руби - эмоциональная особа, которая недостаточно хорошо все обдумывает, и она гордая, поэтому она сказала, что возьмет на себя ответственность за действия ее подруг. Я тоже злилась из-за всего того, что она говорила раньше, но видеть, как все так на нее ополчились... Мне так жаль ее....

— Не надо мне этого, — с болью в голосе сказала Надин.

Когда я посмотрел на нее, волосы Надин искрились электричеством. Это было похоже на визуализацию гнева и возмущения Надин.

Надин оставила рыдающую Пай на меня, а сама направилась к месту, где собрались драконы, и на ее лице застыло выражение гнева.

— Они все такие эгоисты!

— Надин... — задыхалась дракон.

На мгновение я подумал, что должен остановить ее. Надин не была той, кого сейчас осуждают. Если уж на то пошло, она стала ключевой фигурой в разрешении этой ситуации, поэтому она должна была получить определенную степень уважения в Горном хребте Звездного Дракона. У нее не было причин ссориться с драконами и ухудшать свое положение. Но... Я не хотел, чтобы Надин приняла такое умное решение.

Поэтому я сказал ей:

— Ты должна делать то, что хочешь. Даже если драконам это не понравится, твое место в королевстве Фридония... в нашем доме.

— Ты сказала, что хочешь стать частью семьи, Надин, — подтвердила Лисия. — Тогда для тебя есть только одно место, куда ты можешь вернуться.

— В конце концов, семья всегда возвращается в теплое место, которое они называют домом, — добавила Айша, очаровательно подмигнув.

— Сома, Лисия , Айша...

— Так пойди и дай им то, за что ты их любишь, Надин! — воскликнул я.

— Поняла!

Надин вытерла уголки глаз, затем приняла форму Рю, широко открыла рот и заревела так громко, как только могла.

Роааааааааааааааааар!

Рев Надин был настолько громким, что потряс большой зал, заставив все взгляды сфокусироваться на ней. Затем, когда все драконы смотрели на нее, Надин взлетела в воздух.

— Не может быть... Надин летит... —  Пай закрыла рот руками. Остальные драконы тоже выглядели так, словно не могли поверить в то, что видят.

Тело Надин изящно извивалось перед их глазами.

Когда Пай в немом шоке подняла голову, она проронила одну слезинку.

— Понятно... Вот почему леди Тиамат... Молодец, Надин...

Сказав это, Пай вытерла слезы и улыбнулась, не переставая плакать. Должно быть, все это время она беспокоилась за нее. У Надин был хороший друг.

Треск, треск!

Она обрушила молнию туда, где стояли драконы. Тут и там раздавались крики, и драконы падали один за другим.

...Сдерживалась ли она вообще? Это был неприятный звук... Я тоже почувствовал запах гари. Ну, это были драконы. Может быть, они справятся с подобным шоком... Или я так думал, но напряженное выражение лица Пай сказало мне, что даже по драконьим меркам она перестаралась. Должно быть, Надин чувствовала себя так же, не в силах сдерживаться.

Суматоха прекратилась, и Надин приземлилась в центре собрания, где никого не осталось, в своем человеческом облике. Затем Надин посмотрела вниз на что-то, лежащее у ее ног.

Это была... Руби? ее волосы были в беспорядке, уголки рта были в  крови, а одежда, сделанная из ее чешуи, была повреждена. Короче говоря, она была избита. Было ясно, что она подверглась интенсивному линчеванию.

Надин взглянула один раз на Руби, затем повернулась назад и снова начала кричать.

— Стоять! Мне никогда не нравилось, как Руби затевала со мной драки, но разве вы, люди, которые оскорбляли меня за моей спиной, лучше?! Ну и что?! Теперь, когда вам больше не удобно, вы собираетесь свалить всю вину на Руби и повесить ее на веревку?! Вы что, дураки?!

Словно прорвало плотину. Эмоции, которые копились внутри Надин все это время, хлынули наружу. Темные, черные чувства, которые она держала в бутылке внутри себя, не в силах их высказать.

— Мы просто...

Драконы пытались что-то сказать в ответ, но их заглушала тирада Надин.

— Уже поздновато! Вы все это время насмехались надо мной, как над червяком, бесполезным драконом, а теперь хотите переложить на меня все свои беды?! У вас есть крылья, верно?! Вы лучше меня, да?! Тогда, может, вы сами пойдете и сделаете что-нибудь с этим!

— Надин... —  С грустным тоном в голосе Пай начала подходить к своей подруге, но я остановил ее. Сейчас для Надин было самое время все выложить. Я чувствовал ... это было то, что Надин нужно сделать, чтобы жить дальше.

— Вы все время надо мной смеялась! Теперь, когда есть что-то, что могу сделать только я, вы собираетесь повернуться и попросить меня об одолжении? Не делайте этого! Слушайте, я ненавижу атмосферу здесь, в Горном Хребте Звездного Дракона! за исключением Пай и леди Тиамат, драконов я тоже ненавижу! Почему я должна что-то делать для вас?! Меня ничуть не волнует, если это место будет разрушено!

Надин посмотрела на драконов, которые растерянно молчали, и топнула ногой.

— Вы все время говорили обо мне за моей спиной! «Она червяк», «Она должна знать свое место» и многое другое! Что дает вам право обращаться ко мне по любому поводу? И что такое мое место? Может быть, вы хотите попробовать опустить голову на землю и попросить? Может быть, это заставит меня передумать?

Ах... Она выплеснула слишком много желчи, и теперь у нее было странное настроение. Надин, наверное, уже даже не понимала, что она говорит. Ну и дела...

— Пойдем, нам надо спешить... —  сказала Пай.

— Ладно, оставим это.

Я положил руку на плечо Надин и остановил ее.

*****

— Я думаю, ты сказала достаточно. Если ты пойдешь дальше, ты просто обесценишь себя, Надин. —  Сома схватил меня за плечо с серьезным выражением лица.

— Что? Не вставай у меня на пути. — Я отмахнулась от руки Сомы, а затем сердито на него накинулась. — А?! В чем моя ценность?! В том, что я могу летать, даже без крыльев?

— Нет.

— Моя ценность в том, что я могу летать в бурю? Так лети же, да?

— Нет.

— Тогда что же это должно быть?!

— Твое сердце не зациклено на ценности вещей. Вот что делает тебя ценной, Надин!

Сома снова положил руки мне на плечи и сказал это твердо. Он крепко сжимал меня, так что было даже больно. Эта боль... привела меня в чувство.

— Твоя способность видеть хорошее в вещах, независимо от того, что говорят о них другие, - это твое обаяние, Надин! Если это весело, ты будешь читать романтические романы из внешнего мира, и даже смотреть голосовые трансляции из Империи. Ты даже способна ужиться с таким иностранцем, как я, который внезапно появился из ниоткуда, как будто в этом нет ничего особенного. Тебя не волнует, что думают другие люди. Ты делаешь то, что хочешь. Этот твой обычный, свободный дух - то, что я в тебе люблю. Я решил заключить договор не с каким-то другим драконом, а с тобой, Надин!

Я замолчала.

Услышав его слова о любви, я быстро остыла. Нет, наоборот. Я закипела. Мое лицо было горячим. Мой рот открывался и закрывался, как у рыбы, задыхающаяся от жажды воздуха, но слова не выходили.

Сома продолжал, как будто это не имело значения.

— Если ты будешь топтать личности других людей только потому, что твои позиции изменились, ты станешь тем, кого ненавидишь больше всего. Я не хочу, чтобы ты так закончила.

— С-сома...

— Кроме того, тебе больше нет необходимости терпеть все в одиночку.

В следующий момент я заметила, что  Лисия и Айша тоже были рядом с нами.

— Надин, ты теперь часть семьи, так что полагайся на нас, когда понадобится, — сказала Лисия.

— Действительно, — согласилась Айша. — Я не такая умная, как его Величество и другие, поэтому я делаю все возможное, используя свои боевые способности. Если кто-нибудь обидит вас, госпожа Надин, позвольте мне зарубить его этим клинком.

На лице Лисии появилась кривая улыбка, а Айша говорила опасные вещи с искренним смехом.

О... Я поняла. Теперь у меня было так много людей, не только Пай, которые воспринимали мою боль как свою собственную. Я была уверена, что и я буду воспринимать их боль как свою.

Я повернулась к Соме и остальным с поклоном.

— Простите. Я немного разбушевалась.

— Хаха, ну, я уверен, что тебе нужно время от времени выходить из себя, — сказал он. — Кроме того,  я тоже разозлился. Давай прокрутим нож.

С этими словами Сома встал перед драконами, которые наблюдали за происходящим на расстоянии. А? Что он собирался делать?

— Я король Сома Казуя из Королевства Фридония, — неожиданно назвал себя Сома.

Драконы зашумели.

— Он сказал король...?!

— И Фридонии?! Той большой страны на востоке?!

Было удивительно, что человек пришел сюда до церемонии заключения договора, да еще и сказал, что он не из Королевства рыцарей-драконов Нотунга, а король Фридонии.

Даже Пай, которая знала Сому, воскликнул:

— Подождите, Кадзума - это Сома? И  король?, — удивленно моргая.

Царственным голосом Сома продолжил.

— По этому случаю я, Сома Казуя, пришел заключить договор с Надин под руководством госпожи Тиамат. Это также способ справиться с «бурей». Другими словами, Надин Дэлал станет одной из королев Фридонии. — Сома уставился вниз на драконов. — Так что, если кто-то из вас после этого будет связываться с Надин, будьте готовы к тому, что это станет дипломатическим инцидентом.

Когда он так запугивал драконов, Сома меньше походил на короля страны, а больше на короля демонов. Он сказал, что провернет нож, но этот нож был слишком велик, чтобы быть ножом. Это было похоже на кол, и он вбивал его в них, в землю, чтобы убедиться, что они останутся там и поймут суть. В доказательство этого драконы застыли, не в силах произнести ни слова.

На самом деле, он был всего лишь хрупким человеком, которого они могли бы сдуть одним дыханием, но Сома доминировал в комнате. Это дало мне новое ощущение того, насколько велика была страна, которую Сома нес на своих плечах.

Но обычно Сома не вел себя так, будто хотел использовать такую власть. Я имею в виду, что он даже назвался вымышленным именем, когда мы впервые встретились. Если Сома полагался на свой авторитет, чтобы запугать их... он действительно……. действительно злился?

От моего имени, потому что они насмехались надо мной... Нет, возможно, я слишком самонадеянная.

Пока я так размышляла о нем, краем глаза я увидела Руби, избитую и лежащую на боку. Я медленно подошла к ней.

Я посмотрела вниз на Руби, которая лежала на земле, ее дыхание было неровным. Это была полная противоположность всем тем случаям, когда она смотрела на меня с неба.

Я задала ей вопрос.

— Ты проснулась, глупая Руби?

— Да, я не сплю, тупая Надин.

Избитая или нет, но, похоже, она все еще была в достаточно хорошей форме, чтобы отвечать. Даже в таком состоянии Руби была Руби. Может быть, потому что я только что выпустила гнев, у меня не осталось злости к ней. У меня должно быть еще много поводов для жалоб, но сейчас мне было все равно.

— Я бы сказала, что драконы перестарались, но ты заслужила половину этого, — сказала я ей.

— Хмф...!

— Я имею в виду, разве ты не могла отделаться меньшим, чем это? Например, если бы ты сказала, что я сбежала.

— Если бы я это сделала... Я была бы такой же, как они, — возмущенно сказала Руби. — Они только и делают, что говорят о людях за их спинами. Я не хочу быть такой. Если я что-то думаю, я скажу это прямо тебе в лицо.

— Мне это только мешало, — огрызнулась я.

Что ж, поскольку это давало мне кого-то, с кем я действительно могла сражаться, это было лучше, чем другие драконы, которые держали свои комментарии за моей спиной. Когда я злилась, я могла ударить ее электрическим током, в конце концов. Если бы она молчала, я бы не смогла этого сделать.

Руби слегка вздохнула.

— ...У тебя все так хорошо. Ты так выглядишь, но все еще можешь летать. И ты выходишь замуж за короля? Насколько же ты особенная? Я не могу не завидовать.

Зависть... Похоже, то, что сказал Сома, было правдой. Несмотря на это, я не знала, как на это реагировать. В конце концов...

— Столько раз я мечтала родиться обычным драконом, как ты, Руби.

Если бы я была обычным драконом, я бы никогда не прошла через все это. Если бы я была нормальной, как Руби. Но Руби теперь говорила, что завидует тому, что я особенная.

Обычная и особенная. Если бы только наши позиции поменялись местами... Но, вероятно, все было не так просто. Если бы я была обычной, я бы хотела быть особенной, а если бы Руби была особенной, она бы хотела быть обычной. В конце концов, люди хотят быть теми, кем они не были.

— Надин... Просто все сложилось не лучшим образом для нас обоих, — сказала Руби.

— Такова жизнь, Руби.

Мы оба криво улыбнулись.

Честно говоря... дела наши  никогда не шли хорошо.

— Надин, пойдем с нами, — позвал меня Сома. Похоже, пришло время планировать, как мы справимся с бурей.

— Они зовут меня, — сказала я Руби.

— Да, да. Иди, куда хочешь. Будь то к облакам или в королевство.

Оставив Руби позади себя с ее обычной злобой, я подбежала к Соме.

***От лица Руби

О, боже... Это хуже всего... жалобно подумала я.

Все мое тело болело. Все еще избитая и посиневшая, я лежала на спине и смотрела вверх.

Меня, Руби, упрекнули в том, что я затеяла драку с Надин, и драконы все вместе напали на меня. Даже в драконах я чувствовала себя довольно сильной, но шансы были слишком велики против меня.

Нападавшие на меня драконы говорили ужасные вещи о Надин за ее спиной, но теперь, когда им понадобилась ее сила, они повернулись и осудили меня.

— Ты заслужила половину этого. — Вспомнились слова Надин, сказанные ранее.

Я знаю это, ясно?

Будущий муж Надин был прав. Я ревновала ее. Я всегда завидовала Надин, которая родилась особенной, в горном хребте Звездного Дракона, месте, где наша система ценностей была жесткой и негибкой, а индивидуальность была похоронена. Мне хотелось чего-то особенного, чего-то такого, чего не было у других драконов, как у Надин...

— Столько раз я мечтала родиться обычным драконом, как ты, Руби.

Все действительно складывается не так, как ты хочешь. В конце концов, мы оба просто желали того, чего у нас не было.

Я подняла глаза к потолку, который был так высок, что я не могла его видеть. Слезы из уголков моих глаз текли к ушам. О, Боже, где я ошиблась...?

— Да, я не могу воспринимать это как чужую проблему. — Внезапно раздался голос над моей головой. Когда я подняла голову, на меня смотрел хорошо сложенный молодой человек с рыжими волосами. — Когда я вижу, как ты облажалась, как тебя избили до потери сознания и оставили лежать здесь, это напоминает мне о том, каким я был не так давно. Я тоже напортачил с Сомой, и мой старик отлупил меня за это.

Пока он это говорил, рыжеволосый юноша почесал голову. Затем, наклонившись, чтобы взглянуть в мое лицо, лежащее лицом вверх, он рассмеялся.

— Ах... Возможно, это не мое дело, но один совет: Ты не можешь изменить тот факт, что ты облажалась. Этого не исправить.

Я молчала.

— И как ты собираешься это исправить? В этом мире есть вещи, которые нельзя исправить, конечно. Но если ты сможешь, ты захочешь это сделать, тогда будешь наполнена гордостью, только так ты шагнешь дальше.

Загладить вину и надуть грудь от гордости...

— Загладить вину перед человеком, которого я обидела, ты это имеешь в виду? — спросила я.

— Нет. Себе.

Исправить то, что я сделала неправильно. Чтобы я могла относиться к себе с гордостью. Я не знала почему, но по какой-то причине я легко согласилась со словами этого молодого человека. Тогда...

— Почему ты так важно себя ведешь, Хэл? — спросила лисоглазая девушка.

— Что, Каэдэ?! Где тут вред? Я просто проявляю сострадание!

— Хм...

Лисоглазая девушка холодно посмотрела на него, и рыжеволосый юноша начал отчаянно пытаться объясниться. До этого момента он выглядел немного крутым, но его паника все испортила.

Иногда он был крут, а иногда глуп... за ним было интересно наблюдать. И кроме того...

— Ты хочешь сделать это, чтобы надуть грудь от гордости? – повторил он.

— Для себя.

Я почувствовала, что слова этого молодого человека дали мне направление. Я подняла свое ноющее тело.

— А! Эй, ты уверена, что тебе стоит вставать? — спросил молодой человек.

— Если болит, можно остаться лежать, понимаешь? — ответила лисичка.

Правда, у меня болело все тело, но... если бы я просто лежала здесь, то не смогла бы гордиться за себя. Поэтому я повернулась к рыжеволосому юноше, которого лисичка назвала Хэлом. Я повернулась к Хэлу и глубоко склонила голову.

— Я хотела бы попросить вас об одолжении.

*** От лица Сомы

Теперь, когда драконы были твердо предупреждены о Надин, пришло время подумать о том, что мы будем делать с бурей.

Из уважения к основательно побитым драконам мы покинули большой зал, в котором царила атмосфера, ожидаемая на поминках, и переместились в комнату поменьше.

Судя по словам Надин, это была комната ожидания для тех, кому предстояла аудиенция у госпожи Тиамат. В этой комнате я обратился к своим спутникам.

— Мы с Надин кое-что видели в ту бурю.

— Что-то видели? — спросила Лисия.

Я кивнул. — Я лишь мельком увидел черную штуку сквозь разрыв в облаках.

— Вы уверены, что вам это не привиделось?

— Мы тоже слышали голос, так что я уверен. Правда, я уловил только обрывки слов, таких как «ты» и «уничтожить». Ты ведь тоже слышала его, верно, Надин?

— Да, я слышала, но я не смогла разобрать это так четко. — Надин скрестила руки и застонала в раздумье. — Это, и я не думаю, что это было на нашем языке. То есть, я могла сказать, что они что-то говорят, но я понятия не имела, что именно?

— Хм? Мастер мог слышать, а госпожа Надин не могла? — удивленно спросила Карла, наклонив голову в сторону в замешательстве.

— ...Могу я вмешаться? — Каэдэ, которая до сих пор молчала, подняла руку.

Благодаря своему восприятию, Каэдэ работала штабным офицером у Людвина, которого считали будущим главнокомандующим сил национальной обороны. В нашей нынешней ситуации, без Хакуи рядом, она была надежным мыслителем.

— Насколько я помню, вы не из этого мира, верно, сир? — спросила она.

— А? О, да, верно.

— В вашем мире, должно быть, использовали другой язык, чем тот, на котором мы говорим в этом. Несмотря на это, вы понимаете наш язык, а мы понимаем ваш благодаря странной силе.

Это было верно. Точнее говоря,  Лисия и остальные слышали японский язык, на котором я говорил, как японский, но они, очевидно, могли его понимать. Обратное тоже было верно. Например, если я пел по-японски,  Лисия и остальные понимали слова, но если Джуна затем идеально имитировала мое пение,  Лисия и остальные не имели ни малейшего представления о смысле слов.

Если подумать... Я ведь могу читать и писать на языке этого мира, верно?

Таинственным образом я смог распознать систему письма, используемую в этом мире. Я мог писать и читать на нем.

С другой стороны, если бы я показал Лисии что-то на японском, она бы понятия не имела, как это прочитать. Таким образом, способность к переводу работала только на моей стороне. Благодаря этому я смог сделать свою работу, но... может ли быть какой-то смысл в том, почему перевод работает по-разному для устной речи и текста?

Пока я размышлял об этом, Каэдэ спросила Надин:

— Госпожа Надин, вы и ваши собратья-драконы способны говорить напрямую с нашим сознанием, верно?

— Да. Мы называем это «говорить сердцем», — или «психическая речь».

— Вот тут-то мне и пришла в голову одна мысль, — сказала Каэдэ. — Я думаю, что способности его Величества могут быть похожи.

Это имело смысл. Телепатия, да? Она действует не непосредственно на слух, а на ту часть мозга, которая обрабатывает информацию. Возможно, способность Томоэ разговаривать с животными и демонами работает аналогично.

Но почему эта тема вдруг всплыла...? Ах, да.

— Возможно, причина, по которой я смог разобрать, что оно говорит, а Надин не смогла, в том, что у одного из нас есть подобная сила, а у другого нет.

— Да. Я не могу не подозревать этого.

— Значит ли это, что тот, кто был в облаке, использовал язык мира, из которого пришел Сома? — спросила Лисия.

О, да. Это было возможно, верно?

Но Каэдэ решительно покачала головой на это предположение.

— Я так не думаю.

— Почему ты так уверена? — спросила Лисия.

— Было бы быстрее проверить это на практике. Сир, я понимаю, что это может быть немного хлопотно, но не могли бы вы научить меня, как вы приветствуете друг друга по утрам на языке того мира, из которого вы пришли? Медленно, пожалуйста.

Когда она сказала мне это, я разложил для нее по слогам. — О-ха-йо-у.

— Охайоу, да? — спросила Каэдэ. — Охайоу, принцесса.

Лисия выглядела удивленной, ее глаза широко раскрылись.

— Странно! Они оба звучат как "Ohayou, — но я понимаю, что это означает «Доброе утро»,  когда это говорит Сома, а когда я слышу это от Каэдэ, это звучит как незнакомый язык.

— Так вот оно как? — спросил я.

Каэдэ кивнула.

— Да. Я думаю, это доказательство того, что тот, кто был в облаке, говорил не на языке мира, из которого вы пришли. Если бы они говорили на языке твоей страны, Надин услышала бы, как они произносят слова «ты» и «уничтожить»,  даже если бы она их не понимала.

Даже если бы она не слышала их как слова, она бы услышала, как их произносят... хм.

Каэдэ поднесла руку ко рту и заговорила, словно размышляя вслух.

— Его Величество понял то, что в облаке, а Надин - нет. И трудно предположить, что это был язык мира, из которого пришел Его Величество. Из этого можно сделать вывод, что тот, кто был в облаке, говорил на языке, который не является общим языком этого континента и не является языком мира, из которого пришел Его Величество.

Что это было? Значит ли это, что человек в облаке был не из этого мира, не из моего мира, а из какого-то другого мира? Если бы там был кто-то подобный, мы бы не знали, как с ним справиться.

...Подождите, а?

Нет, это не то, подумал я. Им не обязательно приходить из другого мира. Они уже есть у нас. Здесь, на этом континенте, уже есть люди, использующие совершенно другой язык.

— Демоны...

Когда я произнес это слово, все ахнули.

Таинственные расы, отличающиеся от монстров, по слухам, живут глубоко в пределах Домена Владыки Демонов. Единственным известным случаем диалога с ними был короткий обмен мнениями между Томоэ и кобольдом. Это было то, что получилось только благодаря особым способностям Томоэ, так что этого следовало ожидать.

Было бы совсем не странно, если бы у них была своя языковая система, совершенно отдельная от общего языка этого континента и языков мира, из которого я пришел. Кроме того, если бы демоны могли говорить, моя таинственная способность к переводу могла бы позволить мне услышать их. Точно так же, как в разгар бури я был единственным, кто смог разобрать, что было сказано.

Моя способность не позволит мне услышать, что говорят животные, как у Томоэ, но, может быть, она позволит мне разговаривать с демонами?

— ...Как ты думаешь, может ли это быть причиной того, что госпожа Тиамат назвала меня «ключом»? — спросил я.

— Я думаю, что скорее всего так и есть. — Каэдэ кивнула.

Положив голову на руки,  Лисия сказала:

— Предположим на мгновение... что это действительно демон в облаках....

— Предположим, что это так? — спросил я.

— Я не хочу, чтобы ты шел туда, Сома. —  сказала Лисия, глядя мне прямо в глаза. — Это слишком опасно. Если что-то случится с тобой, с нашей страной... Я бы...

Айша была следующей, кто заговорила.

— Правильно! Я пойду вместо его Величества и уничтожу это зло!

Я был уверен, что они обе беспокоились за мою безопасность. Я знал, насколько я слаб, поэтому обычно избегал подобных опасностей. Но в этот раз я чувствовал, что без этого не обойтись.

— Если бы это можно было решить с помощью боевого мастерства, госпожа Тиамат не стала бы звать меня сюда. В конце концов, есть много людей, которые сильнее меня. Поскольку это не так, госпожа Тиамат, должно быть, считает, что этот инцидент должен быть решен путем диалога.

— Но... —  пожаловалась Айша.

— Я думаю, что это ценная возможность. Нашей стране посчастливилось быть далеко от Домена Владыки Демонов. Но если мы упустим этот шанс, неизвестно, когда представится следующая возможность вести диалог с демоном. Мы должны собрать всю возможную информацию, пока у нас есть такая возможность.

— Сома... —  Все еще выглядя обеспокоенной,  Лисия положила руку мне на плечо.

— Конечно, я намерен обеспечить себе максимальную безопасность, — заверил я ее. — У нас есть оборудование, которое мы привезли из королевства. Я также попрошу Айшу сопровождать меня. Я хочу, чтобы все остальные ждали на земле. Надин, я хочу, чтобы ты позволила Айше тоже ехать на твоей спине. Это будет нормально?

Надин задумалась на некоторое время.

— Хм, мне это не нравится, но... Айша - партнер моего партнера, так что, думаю, мы можем относиться к ней как к моему партнеру? Только помни, что она не получит моей защиты, так что ей лучше быть крепко привязанной.

Карла скрестила руки и застонала.

— Партнер моего партнера - это мой партнер,  да? Похоже, тогда я не смогу сопровождать вас. Я тоже не могу летать в этих ветрах. А я ведь хотела чем-то помочь...

— Ничего не поделаешь, учитывая ситуацию, — сказал я. — Айша, прости, что заставляю тебя это делать, но защити меня.

— Я уже защищаю тебя! — сказала Айша, гордо выпятив грудь.

Лисия взяла ее за руку.

— Айша, присмотри за Сомой для меня.

— Леди Лисия ... Да! Пожалуйста, предоставь это мне! — Айша положила свою вторую руку поверх руки  Лисии.

Ну вот... На данный момент, это было все. Все распределили свои роли... Подождите, а? Я оглядел своих товарищей и кое-что заметил.

— А? Куда делся Хэл?

— А? Раз уж ты об этом заговорил... его здесь нет. —  Лисия беспокойно огляделась вокруг. В этой комнате было всего шесть человек: Лисия , Айша, Надин, Карла, Каэдэ и я. Куда делся Хэл?

— Об этом... —  сказала Каэдэ, похоже, не желая больше ничего говорить. — Ему нужно кое-что подготовить, понимаете? Так что он пропустит эту встречу.

— Подготовка? — спросил я.

— Ну... Считай это страховкой на случай, если что-то случится. — Каэдэ сказала так, что это подразумевало какой-то более глубокий смысл.

Возможно, Каэдэ готовила что-то на случай непредвиденной ситуации. Каэдэ обладала большой прозорливостью, так что если она готовит что-то, чтобы помочь нам, это обнадеживает.

— Я бы не стала обнадеживать вас... (С Хэлом все будет в порядке...? Он ведь понял смысл ее предложения, когда принял его?).

— Хм? Твой голос стал тихим в конце, — сказал я.

— ...Нет, ничего страшного, вы же знаете. —  Каэдэ поспешно покачала головой.

Я не очень поняла, но... Ну, неважно.

— В любом случае, все, я рассчитываю на вас, — сказал я.

— Итак, почему именно ты надел эту штуку, Сома? — спросила Лисия, с отвращением глядя на меня, когда мы готовились войти в облако.

Я был одет в костюм кигуруми. В руках - нагината, через плечо - нитка молитвенных бус, на лице - шелковый покров, из-под которого выглядывали два очаровательных глаза, похожих на желуди. Это была одна из кукол которую я сам не носил с тех пор, как пил с Юнноной и ее партией. Эта Маленький Мусашибо был одним из тех, что я взял с собой из королевства, на всякий случай.

— Я же говорил тебе, что намерен максимально обезопасить себя. — Я широко распахнул верхнюю часть и повернулся лицом к Лиссии.

Тот, что я носил раньше, был из тех, в которые входишь через отверстие сзади, но на этом голова открывалась вверх, как крышка рисоварки. Надевать и снимать его было заметно легче, чем предыдущие. Даже сейчас я работал над еще более простыми усовершенствованиями.

— Даже если он выглядит вот так, я потратил больше денег, чем следовало, чтобы сделать его из хороших материалов, так что он прочнее, чем обычный кусок брони. Он очень прочный, пуленепробиваемый, холодостойкий, жаропрочный и кислотостойкий. В нем можно сражаться с монстрами в подземельях. Мои «Живые полтергейсты» тоже работают на нем, так что в нем легко передвигаться.

— И все же... Вздох, я чувствую себя глупо из-за беспокойства. —  Лисия держалась за голову.

Ух ты, давно она так не делала. Когда мы только познакомились, мне казалось, что  Лисия всегда тащилась за мной, что бы я ни делал, и постоянно держалась за голову.

Ну... теперь у нее была компания...

— Что-то не так, — пробормотала Надин, увидев меня в моем снаряжении кигуруми. — Я мечтала, чтобы на моей спине сидел рыцарь, так почему я должна позволить этому загадочному существу летать со мной...? — Она схватилась за голову.

— Нет, нет, я не хочу слышать это от настоящего загадочного существа, такого как Рю.

— Я собираюсь лететь с тобой в этой штуке?! Не слишком ли это глупо?!

— ...

Дендера, дендера, Рю летит через море облаков. На ее спине сидит глубоко довольный Маленький Мусашибо.

...Да. Только представив себе это, я почувствовал, как разбушевалась таинственная фантазия.

— Ну, это срочно, — сказал я. — Просто поторопитесь пожалуйста.

— Уф... Ладно, я поняла.

— Айша, ты тоже готова? — позвал я.

— В любое время! — Перекинув свой обычный меч через плечо, Айша решительно кивнула мне.

Поскольку нам предстояло пройти через ветер и дождь, Айша надела плащ с защитой от дождя, который закрывал все ее тело поверх ее обычного легкого снаряжения.

Теперь, когда все наши приготовления были готовы, настало время идти. На встречу тому, кто был в этих густых тучах.

И вот, Рю влетела в бурю. На ее спине ехали темный эльф в плаще и загадочное существо.

Ветер ревел у нас над ухом.

Надин несла нас вперед, как будто это не имело никакого значения, но ветер и удары о наши тела были такими же сильными, как всегда.

— Айша, ты в порядке?! — позвал я.

— Просто отлично! Тряска здесь не такая сильная, как в гондоле!

В отличие от меня, защита Надин не покрывала Айшу, поэтому она в полной мере ощущала на себе воздействие ветра, дождя и гравитации. Поэтому Айша сидела передо мной, привязанная веревкой, как и Мусашибо. Хотя, учитывая то, как была сложен Мусашибо, это выглядело немного похоже на то, что он был пристегнут к креслу первого класса.

— И все же, как вы думаете, сможем ли мы найти того, кто там, в этой буре? — спросила Айша, защищая лицо от дождя руками. — Из-за дождя видимость ужасная.

Действительно, искать что-либо под таким дождем было трудно.

...На самом деле, теперь, когда я уже надел его, я понял, что этот костюм кигуруми оставляет мне очень узкое поле зрения. Вы можете подумать, что это должно было быть очевидно, но поскольку моя способность, Живые Полтергейсты, позволяла мне смотреть на вещи с высоты, это никогда не беспокоило меня раньше. Однако в этот шторм я не мог заставить верхний обзор работать должным образом.

То есть, да, я мог видеть, но это было похоже на то, как будто смотришь на помехи в старом телевизоре с плохим приемом. Я не замечал этого раньше, потому что никогда не пробовал перемещать предметы во время шторма, но были ли у моей способности другие подобные слабости?

Не имея другого выбора, я раскроил голову маленького Мусашибо. В лицо мне ударил внезапный мощный порыв ветра, но если я не мог использовать свои способности, мне пришлось полагаться на собственные глаза. Как сказала Айша, видимость все еще была плохой, но, возможно, не было никакой необходимости искать с самого начала.

— Если это «что-то» вызывает эту бурю, то оно наверняка находится в ее центре, Надин, — сказал я.

— Я знаю. Скоро мы будем в центре бури.

Затем, внезапно, шум ветра и дождя ослаб. Неужели буря ослабла?

Ощущение, что капли дождя бьют меня по лицу, исчезло. Ветер по-прежнему был сильным, но отсутствие дождя значительно облегчило мою участь. Тем не менее, мы были окружены облаками.

Но, если бы мы находились внутри облака, это было бы похоже на туман. Если я мог сказать, что  нас окружают облака, это означало, что это место было единственным, где не было облаков.

— Это...

— Сир! Смотрите вверх! — позвала Айша.

По настоянию Айши я поднял голову, и там...

— Что это за штука...?

Там плавала огромная серая масса. Это был более или менее куб, около десяти метров с каждой стороны. Надин в своей нынешней форме Рю была около сорока метров в длину, так что было сомнительно, что она сможет обернуться вокруг него. Этот массивный куб игнорировал гравитацию и парил.

— Это то, что вы видели, сир?

— ...Я не уверен. Я видел только его тень.

— Но это определенно та штука, которая находится в центре этого течения! — сказала Надин, глядя на куб.

Это было... то, что вызвало бурю? Каэдэ утверждала, что это демон, но была ли эта штука вообще живой? Неважно, оценивал ли я его по стандартам этого мира или по стандартам моего прежнего, он был причудливым. Тогда...

— Почему... ты... не... отвечаешь...

Я снова услышал этот голос. Он звучал прерывисто, и его трудно было разобрать, но он был высоким, как женский голос, только что-то в нем было не так. Неужели он исходил из того куба?

— Айша, Надин, вы поняли этот язык? — спросил я. — Он говорил что-то об ответе.

— Правда, сир? Я ничего не слышала.

— Я могу сказать, что оно что-то говорило, но это все...

Как мы и ожидали, они не могли понять слов, которые слышали. Я повторил слова, которые слышал, для их пользы.

— Тиама... ты уничтожаешь... моих детей... так почему...

— Давайте посмотрим... «Тиама, ты уничтожаешь, моих детей, так почему,» — перевел я.

— Почему ты не дез... У меня не осталось... ничего...

— «Почему ты не дез... у меня не осталось.»

Надин и Айша оба застонали.

— Тиама... Это ведь леди Тиамат, да? — спросила Надин. — Должно быть.

— Конечно, похоже, что им есть что сказать госпоже Тиамат, — сказала Айша.

Я согласился с ними обоими. Знала ли госпожа Тиамат что-то об этом кубе? Если подумать, не предсказала ли госпожа Тиамат эту бурю?

Может быть... этот объект уже был в контакте с Тиамат? Пока я размышлял об этом, качество голоса внезапно изменилось.

— Даже после... все еще ты... не реагируе...

— «Даже после... все еще ты... не реагируе»

Голос, который я слышал, был ровным, без интонаций. Но, судя по выбору слов, я почувствовал что-то похожее на гнев. Полная картина происходящего была неясна, но было ощущение, что он жестко критикует ее.

— Мне кажется, что я понимаю, но это не так, — сказала Айша, повернув голову в сторону. — Я бы хотела, чтобы оно вышло и сказало это более четко.

Надин тоже задумалась.

— «ты» - это... наверное, леди Тиамат, да? Значит ли это...

— Подожди! Оно все еще что-то говорит. — Я прервал Надин и прислушался.

— В таком случае...

— В таком случае, — повторил я.

— Я... уничтожу... мир твоих детей.       — Что?!

— Вау, Сома?! Что оно сказало?! — крикнула Надин, но я не сразу смог выразить это словами.

Я разрушу мир твоих детей?

Если Надин была права, и «ты» здесь была госпожа Тиамат, то ее детьми были Надин и драконы, а миром, в котором они жили, был Дракул. Намеревался ли этот голос уничтожить его? Это было ясное предупреждение о разрушительных намерениях.

Это... не то, что мы можем решить с помощью диалога...?

— Я... уничтожаю. Чтобы ты... уничтожил меня...

— Что?!

Я уничтожу. Чтобы ты уничтожил меня. Вот как это звучало для меня.

Уничтожить, чтобы быть уничтоженным? Обладатель этого голоса не хотел уничтожить Дракул, он пытался заставить госпожу Тиамат уничтожить их, сделав это. Оно злилось, потому что госпожа Тиамат отказалась это сделать? Другими словами, эта буря была порождена желанием обладателя голоса быть уничтоженным.

— Сома! — позвала Надин, приводя меня в чувство.

— Ах!

— Соберись! Ты единственный здесь, кто понимает, что говорит эта штука!

— Извини. Похоже, эта штука пытается уничтожить Дракул, потому что хочет, чтобы госпожа Тиамат уничтожила ее.

— А? Это оно хочет, чтобы его уничтожили, но уничтожает чужую родину? Признаться, я не понимаю желания быть уничтоженным, но не являются ли его цель и метод несколько несогласованными? — Айша выглядела озадаченной.

Даже я не понимал причины.

— Ну, как бы там ни было, эта тварь проделала весь путь до Дракул, желая быть уничтоженной. Но госпожа Тиамат, похоже, отказалась, возможно, по веской причине. Видимо, поэтому эта штука и вызвала бурю. Похоже, оно думает, что если оно подвергнет опасности детей госпожи Тиамат... то есть драконов... то госпожа Тиамат будет вынуждена уничтожить его.

— Многовато «кажется» и «видимо»,  не находишь?

— Эй, я ничего не могу с этим поделать. Я работаю с обрывочной информацией.

Госпожа Тиамат знала все подробности, вероятно, но, как и Хакуя, она сказала мне, что у нее нет «полномочий»,  чтобы рассказать мне об этом, так что на этом все и закончилось.

Может быть, причина, по которой госпожа Тиамат решила не уничтожать эту вещь, тоже связана с этим «ограничением»?

— Я... уничтожаю. Значит... ты... уничтожишь...

Голос повторил эти слова еще раз. Затем из верхней половины серого куба вылетело около двадцати маленьких сферических объектов. Ну, я назвал их маленькими, но они были маленькими только по отношению к кубу. По размеру они были, наверное, метр в диаметре. Эти сферы не плавали, а тянулись вниз под действием гравитации.

Увидев это, Надин спросила в панике:

— Эй, Сома, это...?

— Да. Мне тоже кажется, что это плохие новости.

Бесчисленные загадочные сферы появились после того, как оно заговорило о разрушении. У меня было плохое предчувствие.

— Надин! Ты можешь сбить их, не приближаясь?! — попросил я.

— Я сделаю это!

Роааааааааааааар!

Прорычала Надин, выпуская электрический удар по вылетевшим шарам. Электрический удар расширялся по мере продвижения вперед, пробивая рассеянные сферы. Затем...

Бум!

В тот момент, когда электричество ударило по ним, сферы испустили яркую бело-голубую вспышку и раздулись, превратившись в шары света. Вслед за светом мы услышали грохот, а давление ветра, которое обрушилось на нас после этого, слишком ясно сказало нам, насколько невероятным был взрыв.

Я знал это... Эти черные сферы были чем-то вроде бомб!

Айша обернулась ко мне, как будто только что что-то вспомнила.

— Это плохо, сир!  Лисия и остальные там, внизу!

— Я знаю. Надин, я рассчитываю на тебя! Сбей их, несмотря ни на что!

— Таков был план с самого начала!

Плывя по небу, Надин выпускала электрический разряд за электрическим разрядом, сбивая падающие объекты один за другим. Но их было слишком много.

— Госпожа Надин! Я помогу вам! — Айша развязала веревки, фиксирующие ее на месте, и встала. — Сир, держите меня на месте, пожалуйста!

— Вот так?! — Я вытащил свою верхнюю часть туловища из куклы Мусашибо и обхватил бедра Айши. В то же время, я управлял куклой Мусашибо, заставляя ее держать лодыжки Айши, чтобы удержать ее на месте. Айша, которая теперь сидела на спине Надин в стоячем положении, приготовила свой обычный меч.

— И так, сир, не опускайте голову, пожалуйста!

— Конечно.       —  Вот так... Хаххххх! — С громким криком Айша взмахнула своим мечом.

Порыв ветра, который я видел раньше, наблюдая за ее тренировкой с Лисией, вылетел вперед, разделив один из падающих объектов на две части. Затем взмах в сторону; диагональный удар слева; диагональный удар справа. С каждым взмахом меча Айши вылетала острая струя ветра, разрубая один из падающих предметов.

В повседневной жизни Айша всегда была немного разочаровывающая, но на поле боя она была надежным и самым сильным воином в королевстве.

Пока Надин и Айша занимались своими делами, шарообразные предметы, брошенные кубом, были либо взорваны, либо разрублены на две части. Однако оно продолжало сбрасывать их один за другим.

— Это бесконечно... —  простонала Айша.

— Но если мы не собьем их, они нанесут ущерб внизу, — сказала Надин.

— Мы не сможем наступать и не сможем отступать. Мы так ни к чему не придём!

Айша, вероятно, была права. Проклятье! Если бы только мы могли связаться с землей, мы могли бы предупредить их об опасности и заставить эвакуироваться. Надо было взять с собой Заводскую Руку, чтобы она служила ретранслятором... Ну, нытье о том, чего у меня нет, не поможет.

— О, черт. Что мы можем сделать? — Я посмотрел на куб, ломая голову.

Потом это случилось.

— Эй, эй, эй...

Услышал я откуда-то голос. Он не был похож на те голоса, которые я слышал до сих пор. На этот раз это был мужской голос.

— Эййййй! Сомаааа!

Этот голос доносился... снизу?!

Когда я перегнулся через бок Надин, чтобы посмотреть вниз, я увидел красного дракона, несущегося к нам с невероятной скоростью. Ее крылья были сложены, и она была почти стреловидной. Постойте, разве она не летела ужасно быстро для того, чтобы не бить крыльями?

Более того, Халберт лежал на ее спине, держась за жизнь.

— Хэл?! — крикнул я.

— Руби?! — одновременно закричала Надин.

Руби пронеслась  мимо нас с Халбертом на спине. Они продолжали подниматься вертикально, но в конце концов потеряли инерцию и начали падать вниз головой. Ее крылья не были расправлены... Ах, вот оно что! Ведь если бы она расправила их, они бы пострадали от ветра.

— Надин! — позвал я.

— Я знаю!

Надин поднырнула под падающую Руби и поймала ее. Оттуда она обернула свое тело вокруг Руби и закрепила ее на месте. В голосе Руби звучало облегчение, когда она сказала: — Этот способ полета... нелегкий для тела.

— Руби, как ты...?

— Оставь болтовню на потом! Мы не можем позволить этим тварям достичь земли!

С этими словами Руби глубоко вдохнула и пустила в ход огонь, известный как дыхание дракона. Пламя полыхнуло, как паяльная лампа, поджаривая предметы и заставляя их взрываться.

Увидев это, Надин закрутила свое тело, разбрасывая во все стороны электрические разряды. Вслед за этим дыхание Руби пошло по кругу, как стрелки часов, приводя в действие падающие предметы на еще большей площади.

Вокруг нас все наполнилось ярким пламенем, электричеством и взрывами. Это раздражало мои глаза.

Спровоцировав взрыв всех объектов сразу, он дал нам некоторую свободу действий, Пока не упадет следующий комплект.

— Ну, как ты здесь, Руби? — спросила Надин у Руби, которая неровно дышала, когда все успокоилось. Теперь, когда она упомянула об этом, разве мы не говорили о том, что крылатый дракон не может летать в этих диких воздушных потоках?

— Я заставила этого человека сотрудничать со мной... и сделала несколько безумных вещей, чтобы взлететь сюда... —  сказала Руби, пытаясь отдышаться. Вытянув свою длинную шею, она указала мордочкой на свою спину.

Под «этим человеком» она подразумевала Хелберта?

— Хэл, что ты натворил...? — спросил я, чувствуя себя совершенно измотанным.

Хэл указал позади себя.

— Сома... ты принес это ? Мы использовали его... чтобы прилететь сюда.

Хэл указывал на Максвелловское двигательное устройство, прикрепленное к спинке его седла.

Мои глаза расширились.

Так вот о чем говорила Каэдэ!

*** От лица Рубин

Ранее...

— Я хотела бы попросить вас об одолжении. — Я усадила свое ноющее тело, поправила осанку, а затем склонила голову перед рыжеволосым юношей.

Когда я это сделала, Хэл обменялся взглядом с лисоволосой девушкой... Каэдэ

— Я не уверен, что сейчас подходящее время, чтобы внезапно просить об услугах...

— Сначала я бы хотела услышать, в чем заключается эта услуга, — сказала Каэдэ. — Есть ли что-то, о чем вы хотели бы попросить Халберта?

— Мне все равно, что это. Просто дайте мне что-нибудь, что я могу сделать! — умоляюще сказала я. Я снова глубоко склонила голову. — Я не хочу полагаться на Надин, чтобы исправить эту ситуацию! Если я оставлю судьбу Дракул на волю Надин, а сама ничего не сделаю... я больше не смогу гордиться собой.

Я не могла летать в этот шторм. Даже если бы я позволила Надин сделать всю работу, я бы не оправдала репутацию драконов горного хребта Звездного Дракона.

Но и это еще не все. Если бы я заставила Надин взять на себя все риски, а потом с ней что-то случилось, я бы никогда не смог простить себя.

— Вы ведь вассалы того короля, Сомы, верно? Мы ничего не можем сделать, но поскольку вы двое пришли из-за пределов горного хребта Звездного Дракона, я подумала, что у вас может быть какой-то способ сделать это.

— Я не знаю... —  сказал Халберт.

— Мне все равно, насколько это опасно. Я хочу, чтобы вы позволили мне тоже что-нибудь сделать. — Мои чувства разрывали меня изнутри.

Хэл почесал голову с озабоченным выражением лица.

— Хм, я понятия не имею, как летать, когда небо настолько плохое, что даже дракон не может летать. Магия Каэдэ манипулирует гравитацией, но даже с ней она может заставить вещи лишь немного парить над землей. Верно?

— Да. Не думаю, что магия земли сможет здесь что-то сделать, — кивнула Каэдэ.

Неужели все так, как я боялась? Неужели я ничего не могу сделать?

Когда отчаяние уже начало зарождаться, Каэдэ вдруг сказала: — Но ведь у нас есть..

— У вас что-то есть?!

— Это опасно, но... если твои крылья будут ловить ветер……вы можете просто не раскрывать их….

Не раскрывать крылья? Она говорила мне летать, не хлопая крыльями? Это было... что-то, что могла делать только Надин.

— Нет, нет, как крылатый дракон может летать без крыльев? —У Халберта тоже было сомнительное выражение лица

— Ты забыл, Хэл? То, что у нас есть в гондоле. — Каэдэ лишь с недоумением посмотрела на него.

— В гондоле? Посмотрим, там есть та странная штука, которую использует Сома, и... О, это! Пропеллер!

Пропеллер? Я понятия не имела, о чем они говорят, но, похоже, они думали, что это сработает.

Каэдэ указала мне на спину и сказала:

— Драконы и виверны разных размеров, да, но их общая форма похожа. Если мы поместим на ее спину облегченный Марк 5, как мы это делаем для кавалерии виверн, а затем запустим его на полную мощность, то даже со сложенными крыльями, я думаю, она сможет подняться прямо с земли.

— Я понимаю твои рассуждения, но... разве это не опасно? — с сомнением спросил Хэл. — Она ведь может подняться только прямо вверх, верно?

Каэдэ кивнула, подтверждая его опасения. — Конечно. Нет никакого способа изменить направление. Она способна только подниматься. Кроме того, мы не испытывали ее в штормовых условиях, так что я не знаю, возможно ли то, о чем я только что говорила. — Каэдэ выглядела обеспокоенной. — Однако, если она хочет что-то сделать, это единственный способ...

— Я не возражаю, — твердо сказала я. — Я прекрасно осознаю опасность. Позвольте мне сделать это.

— Руби...

— О, боже ….. Похоже, у меня нет другого выбора! — Хэл почесал голову, на его лице появилась ухмылка. — Это я подтолкнул тебя к этому. Мне придется пойти с тобой.

Предложение Халберта заставило Каэдэ широко раскрыть глаза. — Хэл... ты ведь понимаешь, что твои слова означают?

— Что я буду в опасности? Да, я готов к этому. Кроме того, дракон, носящий Марк  5, не может им управлять. Ей нужен кто-то, кто оседлает ее и будет управлять ею.

— Это не единственная моя забота... О, черт возьми, другого выбора нет, верно? — пробормотала Каэдэ. — Хорошо. Я найду хороший способ сказать об этом его Величеству.

Каэдэ пожала плечами в покорном отчаянии, одобрив эту идею.

— Спасибо. Хэл, Каэдэ.

Я снова склонила голову перед ними обоими. Я не могла быть более благодарной.

Здесь и сейчас родился  рыцарь красного дракона.

*** От лица  Сомы

Пока Надин и Айша продолжали перехватывать падающие объекты, я вкратце рассказал Хэлу и Руби о ситуации.

Этот куб вызвал бурю, объекты, которые он сбрасывал, были бомбами, и было бы опасно позволить им упасть на поверхность. Я не упомянул, что эта штука, очевидно, пыталась уничтожить Дракул, чтобы уничтожить себя самого. У меня не было доказательств, и я не хотел тратить время на объяснения.

Выслушав мое объяснение, Хэл и Руби кивнули в унисон.

— Понятно, — сказал Хэл. — Мы справимся с падающими  минами.

— Другие драконы тоже могут сражаться с земли. — Руби вытянула шею, приблизив свое лицо к лицу Надин. — Так что, Надин, не волнуйся о том, что внизу. Направляйся прямо к этой штуке.

— Могу ли я доверить тебе это? — спросила Надин.

— Твоя задача - нести Сому, верно? Как дракон горного хребта Звездного Дракона, я, возможно, не смогу расчистить тебе путь, но я, по крайней мере, прикрою твою спину.

— ...Хорошо.

Надин размоталась и отпустила Руби. В тот момент, когда их освободили, Хэл и Руби позволили гравитации взять свое и упали прямо вниз.

Я крикнул им вслед:

— Хэл! Позаботься о Лисии и остальных!

— Рассчитывайте на это! Вы тоже сделайте все возможное!

Хэл и Руби падали  головой в низ, в противоположную сторону от того пути, которым они пришли. Даже когда они падали, Хэл бросил копье, которое держал в руках, и сбил один из падающих предметов. Похоже, его обучение принесло свои плоды.

Рыжеволосый Халберт, верхом на красном драконе и с копьем... хм.

— Они делают всю эту историю с рыцарями-драконами сюжетно правильно, а мы...

— Можешь повторить это еще раз, — сказала Надин. — Между тем, мы все странные.

— Сейчас, сейчас, сир, — сказала Айша. — Они - это они, а мы - это мы. Почему мы не можем просто оставить все как есть?

— Пфф! — Когда Айша подвела такой итог, мы с Надин расхохотались. Когда она так легкомысленно отмахнулась от этого, даже если Дракул грозила опасность, казалось, что это не так уж и важно.

Да, я начинал чувствовать, что мы можем что-то с этим сделать с этой ситуацией.

— Хаха... Тогда давайте оставим падающие предметы тем, кто на земле, а сами пойдем посмотрим на этот куб, — сказал я.

— Да. Пойдем, Сома, Айша.

— Хорошо! — воскликнула Айша.

С резким ускорением Надин начала подъем.

***

Когда Халберт и Руби вернулись на землю, драконы уже собрались перед Хрустальным замком. Они увидели Каэде, Лисию и Карлу, стоящих у ног этих огромных существ, поэтому Халберт и Руби приземлились рядом с ними.

— Хэл, как там дела в небе? — спросила Каэде.

Халберт указал вверх и сказал:

— Там был странный парень. Сома и остальные направляются к нему, чтобы установить контакт. Но что еще важнее, там будут падать бомбы. Мы должны их перехватить.

— Ты говоришь о том, чтобы перехватить их, но со всем этим дождем пламя будет лишь наполовину мощнее, — заметила Карла, которая тоже пользовалась магией огня.

Пламя, которое могли извергать драконы, было мощным, но оно, скорее всего, ослабнет и сдуется под этим ветром и дождем.

Лисия с горечью кивнула.

— Мой лед тоже не то, что я могу запустить в небо.

— Знаешь, есть способ, — сказала Каэдэ, затем присела и провела рукой по земле.

— Правда, придется немного изменить рельеф.

С этими словами земля начала вспучиваться, и повсюду покатились куски камня и песка около метра в диаметре. Каэдэ использовала свою магию земляного типа. Даже на первый взгляд этих земляных масс должно было быть около сотни. Должно быть, на это ушло немало магической силы.

Как и следовало ожидать, Каэдэ споткнулась, перенапрягшись, и Лисия поспешила ее поймать.

— Ты в порядке?

— Прости. Я немного перестаралась.

Поддерживая Лисию, Каэдэ объяснила всем стратегию.

— Я хочу, чтобы драконы бросали эти массы грязи в падающие предметы. С силой дракона вы должны быть в состоянии бросить их довольно высоко. Что касается всех остальных, я хочу, чтобы вы использовали луки, зачарованные магией. Приоритетная задача - защитить Хрустальный замок и яйца дракона, лежащие под ним в спящем состоянии. Даже если вам придется игнорировать остальных, пожалуйста, приоритетом будет перехват любых предметов, падающих в сторону Хрустального замка.

— Поняла... Вы слышали ее, все! —  Лисия помогла Каэдэ встать, а затем крикнула своим спутникам и драконам. Поскольку она была принцессой нации, то, естественно, отдавала здесь команды. — Мы собираемся поддержать Надин и Сому отсюда!

— Даааа!

— Роааааааааааааар!

Ее спутники издали боевой клич, и все драконы разом взревели.

— Руби, мы возвращаемся, чтобы перехватить их в небе, — сказал Халберт.

— Да. Пошли, Хэл.

Халберт и Руби полетели обратно.

Все изо всех сил старались сделать то, что могли в данный момент. Наблюдая за разворачивающейся сценой,  Лисия наложила стрелу на лук.

Мы сделаем все возможное, чтобы защитить это место. Натягивая тетиву,  Лисия подумала о Соме и остальных в небе.

Итак, все... Убедитесь, что вы вернетесь домой.

Позволив себе эти чувства,  Лисия выпустила стрелу в небо, затянутое облаками.

***От лица  Сомы

— Стоп, — внезапно сказала Айша.

— Ты в порядке, Айша? — спросил я с беспокойством.

— Д-да!

Когда мы поднялись, то забыли, что Айша развязала веревки, которые удерживали ее на месте. Я поймал ее, когда она потеряла равновесие, и обвязал веревку вокруг себя, чтобы зафиксировать нас в нужном положении. Пока я это делал, Надин продолжала уклоняться от падающих предметов и приближаться к кубу. Кроме разбрасывания бомб, куб не сделал ничего, чтобы перехватить нас, и мы легко смогли подойти к нему.

Этот куб... игнорирует нас?

Значит ли это, что его единственной целью или единственной вещью, которая его интересовала, была госпожа Тиамат? Или он был абсолютно уверен, что никто, кроме госпожи Тиамат, не сможет его уничтожить? Как бы то ни было, мы подошли достаточно близко, чтобы можно было перепрыгнуть на него, и смогли рассмотреть куб вблизи.

Это был, как я и предполагал, куб со стороной в десять метров.

Поверхность, которая издалека казалась серой, была сделана из слоев блестящего камня, похожего на ограненный обсидиан, и на ней имелись возвышающиеся геометрические узоры. Она была явно искусственной, но некоторые ее части были покрыты мхом. По другим частям трудно было определить, старые они или новые. Не было никаких признаков какого-либо пропеллера или реактивного двигателя; он действительно плавал.

Хм... Я слышал голос, поэтому ожидал увидеть какое-то существо или транспортное средство...

Как бы я ни смотрел на него, это был просто куб. Не транспортное средство или что-то подобное.

Тем не менее, обычный куб без средств передвижения никак не мог парить высоко в небе. Возможно, в отличие от простого внешнего вида, внутренности этой штуки были действительно сложными.

Не знаю, было ли это доказательством, но в верхней части передней стороны было бесчисленное множество отверстий, из которых вылетали эти предметы, похожие на бомбы. Изображение того, как оно выплевывает бомбы через регулярные промежутки времени, было очень систематическим и механическим.

Если это было так, то, возможно, это был пример того, что Женя называла сверхтехнологией, как драгоценные камни Голоса Трансляции, или луналит, который, как говорили, находился в ортодоксальном папском государстве Лунария.

— Если посмотреть на поверхность... я не думаю, что его невозможно разрезать, — сказала Айша. — Вы не возражаете, если я попробую?

— ...Ты можешь прицелиться в угол? Если он сломается и упадет, неизвестно, какие последствия это может иметь, в конце концов.

— Да, сэр... Ха!

Айша взмахнула своим мечом, выпустив резкий поток ветра. Взрыв ветра приземлился на угол куба... Или должен был. Однако куб не проявил никаких признаков изменения.

Айша опустила свой меч и застонала. — Хм... Эта поверхность гораздо тверже стали.

Означало ли это, что она могла прорезать сталь?

Айша достала из кармана нож и бросила его в куб. Нож полетел прямо на него, затем раздался странный высокочастотный звук, и он упал.

— Смотри. На поверхности нет даже крошечной царапины.

— Это значит, что он очень твердый?

— Нет, не похоже, что был контакт. Было похоже, что он отклонился прямо перед тем, как коснуться поверхности.

— Хм... У него есть какое-то силовое поле?

— Силовое поле? Что это? — спросила Айша, выглядя озадаченной.

— Это научный вид барьера. Даже в моем старом мире они существовали только в фантастике.

Это была научно-фантастическая способность, но я чувствовал, что это возможно с помощью сверхнауки, которая выходит за рамки человеческого понимания.

У меня была идея, что мы могли бы попробовать.

— Надин, ты можешь ударить его электрическим током? — спросил я.

— Хорошо, но... ты уверен, что хочешь, чтобы я ударила на полную мощность?

— Да. Дай ему все, что у тебя есть.

— Хорошо, тогда... Ха!

Треск! Треск!

Грива Надин встала дыбом, когда она пустила в куб электрический разряд.

Фиолетовая молния пронзила воздух, и в тот момент, когда она уже собиралась ударить по кубу, по округе разнесся еще один неописуемый звук, гораздо громче предыдущего. Как будто кто-то увеличил звук скрежета на меловой доске, а затем пропустил его через фильтр. Это был шум, который очень резал слух.

Однако, несмотря на то, что шум был достаточно громким, чтобы причинять боль, в кубе не произошло никаких изменений. Насколько прочной была эта штука...?

Я почесал голову.

— Физические атаки, магия и электричество - все неэффективно.   Оно говорит, что хочет быть  уничтоженным, но оно слишком прочное.

— Не поэтому ли оно хочет, чтобы леди Тиамат сломала его? — спросила Надин.

— Да, наверное, поэтому...

Пока я ломал голову над тем, что делать, я снова услышал этот голос. — Я уничтожу. ……что бы ты уничтожила меня.

Я слышал его отчетливо. Голос был слишком высоким, чтобы быть мужским, поэтому казалось, что он женский, но что-то в нем было не так. Теперь, когда я услышал его отчетливо, что-то привлекло мое внимание.

Этот голос...

Я уже где-то слышал его раньше. По какой-то причине у меня возникло именно такое ощущение. Но где?

Я попытался поискать в своих воспоминаниях, но куб не давал мне времени.

—  Тиамат... если этого недостаточно, чтобы ты уничтожила меня...

Из глубины куба раздался звук.

— Надин, смотри вниз! — сказал  я.

— Вижу!

Мы двинулись вниз, и нижняя грань открылась, как коробка. Что-то в форме объектива телекамеры росло прямо из дна.

Эта штука, похожая на телеобъектив... У меня было очень плохое предчувствие.

— Я действительно уничтожу все твое.

Объектив, торчащий из дна, начал излучать свет. Сначала это был бледный свет, но постепенно он становился все ярче.

Эта сцена... Я видел нечто подобное в старом фантастическом фильме. Дно массивного космического блюдца открылось, оно постепенно наполнялось все большим и большим количеством света... а затем свет хлынул наружу и снес здания и города под ним.

Подождите,  Лисия и остальные были под этой штукой!

— Айша, Надин, атакуйте эту часть снизу! — крикнул я.

— Хорошо!

— Вас поняла! Хахххх!

Айша выпустила из своего меча взрыв ветра, а Надин - электрическую атаку. Однако, несмотря на громкие звуки, телефото-линзоподобная штука не пострадала и продолжала собирать свет.

В этот момент я мог только представить себе будущее, в котором этот свет будет падать на землю.

— Стооооооп! — закричал я, несмотря на себя, так громко, как только мог.

— С-сир? — сказала Айша.

— Сома? — замялась Надин.

Я продолжал кричать на куб.

— Если хочешь, чтобы тебя разорвало, тогда иди и упади куда-нибудь, или погрузись в океан, и разобьешься сам! Не втягивай других людей... не втягивай мою семью в свои само-разрушительные порывы, болван!

— кххх...кххх... обнаруже... функции.

С этими словами свет внезапно перестал собираться, а торчащая из дна штука, похожая на телеобъектив, постепенно теряла свой блеск. В конце концов она исчезла совсем, и куб засунул линзу обратно в себя. Неужели она... остановилась?

Присмотревшись, куб перестал ронять даже мины.

— Ты полагаешь, оно остановилось? — спросила Айша.

— То, что сказал Сома, остановило его?

Айша и Надин были озадачены. Как сказала Надин, время, с которым это произошло, говорило о том, что оно прислушалось к моим крикам. Может быть, мои слова дошли до него? Если подумать...

— ...подд… зык... обнаруже... отключение функций.

Это точно было то, что сказал куб. Его прерывал шум, поэтому я не смог разобрать все, что он сказал, но было ли это «отключение функций» тем, что он сказал?

Если да, то первая половина фразы «подд… зык… обнаруже» меня заинтересовал. — «Обнаруже» казалось довольно простым, но «подд… зык..» означало... А?!

Этот куб остановился, потому что я закричал. Если куб обнаружил мои слова и в результате отключил свои функции, тогда это «подд… зык…» относилось к тому, что я сказал.

Другими словами...

— Поддерживаемый язык... «Обнаружен поддерживаемый язык. Отключение функций».

Неужели это было то, что сказал куб?

Поддерживаемый язык... язык, на котором я говорил... Японский?!

Неужели куб отключился из-за того, что я использовал японский?

Японский был ключом...? Нет, он говорил «поддерживаемый язык»,  так что он мог поддерживать и другие языки, кроме японского. Если мыслить шире, то куб выключился потому, что я использовал один из языков Земли, или потому, что я использовал язык из другого мира?

Когда я пришел к такому выводу, осколки различных воспоминаний внутри меня начали соединяться.

Причина, по которой госпожа Тиамат назвала меня ключом и пригласила в Горный хребет Звездного Дракона. Не потому, что я был героем, а потому, что я был японцем, или с Земли, или из другого мира?

Язык, который я использовал... Я не знал, был ли это японский язык, язык Земли или язык другого мира, но госпожа Тиамат должна была знать, что это ключ к остановке куба.

У меня был разговор с Хакуей всего несколько дней назад.

«Возможно, госпожа Тиамат в какой-то степени знакома с вашим миром, — ранее сказал Хакуя. — Если госпожа Тиамат была уверена, что вы знаете о Рю, значит, она должна была знать, что мир, из которого вы пришли, имеет представление о том, что такое Рю.

— Госпожа Тиамат... знала о мире, из которого я пришел? — пробормотал я.»

Мы предположили, что госпожа Тиамат может знать что-то о моем мире. Теперь я был в этом уверен. Госпожа Тиамат, куб и мир, из которого я пришел.

Если между ними была какая-то связь, значит ли это, что этот мир и тот мир тоже как-то связаны? Другими словами...

Этот мир, который я считал другим миром, на самом деле мог и не быть другим миром.

О, Боже... Я уже просто не знаю.

У меня в голове крутилось множество различных предположений, но все они были не более чем предположениями.

Даже если бы я захотел вынести об этом суждение, мне не хватало информации.

Я знал об этом мире только одно, и это было то, что я до сих пор ничего о нем не знаю. В тот момент, когда мой разум достиг крайнего состояния замешательства...

— Понятно... Вот почему Тиамат...  —  Куб снова начал что-то говорить. — ... все еще... не... потеряны...

Его голос прерывался. Трудно было разобрать, что он говорит, но он не казался ни сердитым, ни печальным. Он звучал одиноко, но почти как молитва о чем-то.

— ...знакомый... у меня есть... просьба...

— Знакомый... знакомый? О, знакомые? Но что это за просьба? — спросил я у куба.

Возможно, потому что он понял меня, куб начал объяснять.

— Прошу тебя... знакомый... прежде чем твоя жи... закончится... умоляю тебя... облегчи... дай моим детям спокойные... дни....

Черт! Мы наконец-то завязали разговор, но слишком многое терялось в середине. Казалось, что куб говорит бегло, но помехи были настолько сильными, что я не мог разобрать, что он говорит.

— Я не могу тебя слышать, когда ты говоришь слишком долго! — воскликнул я. — Скажи мне, что ты хочешь, как можно короче!

Куб ответил на одном дыхании.

— Иди на север.

На север, да?

С этим куб исчез.

— Я... он исчез... —  пробормотал я.

Он не улетел, или что-то в этом роде. Он просто исчез в одно мгновение. Скорее всего, он использовал технику телепортации, как госпожа Тиамат.

Когда куб исчез, буря, бушевавшая так сильно, превратилась в обычную массу облаков, которые в конце концов рассеялись и исчезли. Не успел я опомниться, как мы остались под небом с заходящим солнцем. Чистый воздух и красный цвет заходящего солнца сверкали почти ослепительно.

— Такое ощущение, что все это нам приснилось, — сказала Айша в оцепенении. Это была такая резкая перемена, которая может так подействовать на вас.

— Но ведь это был не сон, верно, Сома? — сказала Надин. — Что эта блочная штука сказала в конце?

Я ответил ей, находясь в таком же оцепенении, как и Айша. — ...Иди на север. Так это звучало.

— На север? На север, это должно означать...

— Владения Владыки Демонов... ?

Я чувствовал, что получил много информации из этого инцидента. Однако это создало больше вопросов, чем ответов. О моем мире, обо мне, о связи между миром, из которого я пришел, и этим миром...

Единственное, что я мог сказать с полной ясностью, это то, что ни один из ответов не будет получен в ближайшее время.

— Что бы это ни было, буря миновала... —  сказал я. — Давайте вернемся к остальным.

Надин кивнула.

— Да. Я чувствую себя очень уставшей.

Ситуация была более или менее разрешена, но, когда возвращались на землю, мы не чувствовали что это конец.

— Это ужасно... — пробормотал я.

Когда мы спустились на землю, я увидел, в каком состоянии остался Дракул. Он выглядел разрушенным

Ручей, протекавший возле пещеры Надин, пропал, а реки повсюду разлились, затопив равнины.

Климат Дракул всегда контролировала госпожа Тиамат, и, похоже, она никогда не задумывалась о дренаже. Учитывая силу драконов, сомнительно, что кто-то из них погиб от наводнения, но коричневые грязные реки разрушили некогда прекрасный пейзаж.

— Как ты думаешь, с Лисией и остальными все в порядке? — спросил я.

— Я волнуюсь, но если что-то случится, я уверена, что Руби прилетит сюда, — сказала Надин.

— Я уверена, что драконы, в конце концов, теперь могут летать, — согласилась Айша. — Отсутствие плохих новостей - хорошие новости.

Когда Надин и Айша сказали это, чтобы подбодрить меня, мы направились в Хрустальный замок, где нас ждали Лисия и остальные. Хотя уровень озера, окружающего Хрустальный замок, поднялся, и оно занимало более обширную территорию, в самом замке не было никаких признаков изменений. Возможно, он был спроектирован как плавучий остров.

Мы опустились на землю, когда я все еще чувствовал облегчение от увиденного, и Лисия с остальными сразу же бросились к нам.

— Сома! — Лисия сразу же обняла меня. — Слава богу... ты в порядке...

— Я тоже рад видеть, что с тобой все в порядке. — Я снова обнял Лисию и погладил её волосы. Я был очень рад, что с ней все в порядке.

Когда мы немного по обнимались, Лисия отпустила меня и с немного сердитым выражением лица и сказала:

— Боже, ты заставил меня волноваться! Там были вспышки в облаках, а потом взрывы. Если бы Халберт и Руби не отправились туда, я была готова поставить пропеллер на гондолу и отправиться туда сама, ясно?

Запустить гондолу?! Это было бы слишком безрассудно.

— Прости, что заставил тебя волноваться, — сказал я. — Так что, пожалуйста, не делай ничего такого опасного.

— Смотрите, что он говорит! — Лисия потянулась к моей щеке.

Она... вроде как была права.

Тем не менее, она бы сама пришла за мной... хм. Я думал, что Лисия вела себя больше как будущая королева первой ступени, но в такие моменты в ней все еще можно было увидеть частички ее девчачьей стороны. Ну, такой была Лисия, и я любил ее за это.

Затем Лисия оставила меня и повернулась к Аише и Надин.

— Я рада, что вы двое тоже в безопасности.

— Конечно, в безопасности! Я доставила Сому туда невредимым, как и должна была, — похвасталась Надин, гордо выпячивая свою не слишком пышную грудь.

Айша, у которой грудь была гораздо больше, со вздохом облегчения опустила свою. — Все, что я сделала, это срубила бомбы, но приятно видеть, что все обошлось.

Наблюдая за ними тремя, я повернулся к подошедшей Карле и задал ей вопрос

— Были ли какие-нибудь повреждения здесь, на поверхности?

— Нет. Благодаря тому, что сэр Халберт предупредил нас об опасности, драконы смогли перехватить падающие предметы, так что заметного ущерба не было. Лисия , госпожа Каэдэ и я тоже использовали зачарованные луки, чтобы перехватить предметы. Но... — Карла отвела глаза. Похоже, ей было трудно что-то сказать мне.

— Что-то случилось?

— Нет... Но что-то должно произойти, я уверена. — Сказав это, она оглянулась назад.

Проследив за ее взглядом, я увидел Каэдэ со скрещенными руками и внушительной улыбкой, а перед ней на коленях стоял Хэл. Руби стояла позади него и вела себя взволнованно.

А? Что? Похоже, у него были проблемы.

*

— Хэл, ты понимаешь, что ты сделал? — сказала Каэдэ, глядя на Хэла сверху вниз и не сбрасывая улыбки. — Ты ехал на спине неженатого дракона, понимаешь? Ты ведь знаешь, что это значит?

— Нет... Я... я понятия не имел! Ни о том, что они позволяли садиться себе на спину только тем, кого собирались взять в мужья, ни о том, что не позволять другим мужчинам ездить на них - знак целомудрия! — отчаянно объяснял Хэл, обливаясь потом.

О, теперь, когда он об этом вспомнил, Надин сказала что-то подобное. Мог ли Хэл оседлать Руби, ничего не зная? Это было все равно что украсть поцелуй у незамужней женщины, или что-то в этом роде. Я не ошибся, когда подумал, что он в беде.

— Для справки, что будет, если он оседлал ее, ничего не зная заранее? — спросил я Надин, которая с обеспокоенным выражением лица почесала щеку.

— Хм... Если он заключит с ней контракт, проблем не будет, но если она попытается заключить контракт с кем-то еще, пока он жив, ее сочтут «легкой» или бродяжкой. Если она не сможет заключить контракт с Халбертом, Руби, возможно, не сможет заключить контракт еще восемьдесят лет.

Даже если все, что они делали, это позволяли людям кататься на своих спинах, драконы, очевидно, имели очень строгое чувство целомудрия.

Каэдэ недоверчиво пожала плечами.

— Даже если ты не знал об этом раньше, если бы ты слушал его Величество и госпожу Надин, когда они разговаривали, ты был бы в курсе!

— Нет, я действительно думаю, что напортачил здесь! Но, Каэдэ, тогда... ты не мешала мне ездить на ней!

— Потому что это был кризис, — огрызнулась она. — Зная тебя, я сомневалась, что ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь, но, учитывая ситуацию, я решила смириться, понимаешь? Да, несмотря на то, что мы только на днях обручились.

— Ульп...

О, Хэл и Каэдэ обручились, да? Поздравляю. Ну, в конце концов, они были друзьями детства, и я ожидал, что в конце концов это произойдет, так что я не был удивлен, но... если это так, то это не могло произойти в худшее время.

Каэдэ вздохнула, и ее плечи опустились.

— И что? Что ты не знал? А как же Руби, которую ты взял с собой на прогулку? Она больше не сможет присутствовать на церемонии заключения договора. Если ты не возьмешь на себя ответственность, она будет одна, пока ты жив, понимаешь? Ты планируешь потратить десятилетия жизни девушки?

— Э-э-э... Каэдэ, — отважилась Руби. — Я была готова принять это, когда я...

— Заткнись, Руби!

— Да, госпожа... — Руби поспешно отошла в сторону.

— Подумать только, она может заткнуть Руби одним криком... — Надин выбрала странную вещь, чтобы впечатляться.

Обычно Каэдэ была нерешительной, но когда нужно было отстоять свою позицию, ничто не могло ее испугать. То, что обычно это касалось Хэла, говорило о ее глубокой любви к нему.

В этот момент Карла прошептала мне на ухо:

— Господин, может нам остановить их?

— Ты думаешь, что все то, что я скажу, будет убедительным? — пробормотал я в ответ. — Даже если бы и были какие-то обстоятельства, я пытаюсь заключить договор с Надин, когда у меня уже есть четыре невесты.

— ...Полагаю, в этом есть смысл. — Карла отстранилась от меня.

Да... это была примерно та реакция, которую мне следовало ожидать.

Подняв палец к виску, Каэде заявила:

— Похоже, у меня нет выбора. Пожалуйста, поступи с ней правильно.

— Ты не против, Каэдэ? — слабо спросил Халберт.

— На этот раз я не буду мешать. Мне нужно подумать о том, что будет лучше для Дома Магна в дальнейшем. Если я думаю только о том, как развивать Дом Магна, то заключение контракта с таким драконом, как Руби, не так уж и плохо. Если ты рыцарь-дракон, к тебе будут относиться с почтением и враги, и все остальные, и это должно помочь тебе в войне. Я могу принять это как благо для моего дома.

— Каэдэ...

— Но это последний раз, когда я хочу видеть, как ты подбираешь себе других жен, потому что плывешь по течению!

— Ну да... Я приму это к сердцу.

— Большое спасибо, Каэдэ. — Руби с облегчением склонила голову перед Каэдэ.

Хэл, казалось, не мог поднять голову из почтения к ней. Похоже, Каэдэ удалось показать свою терпимость как главной жены, одновременно поставив себя выше Хэла и Руби. Теперь Хэл никогда не сможет спорить с ней о домашних делах. Прямо как я.

Теперь, когда я об этом подумал, дедушка как-то сказал: «Секрет счастливого домашнего хозяйства заключается в том, чтобы с умом подходить к тому, как оказаться под властью своей жены.» Даже моя бабушка, которая всегда улыбалась, устраивала дедушке ад, когда он плохо себя вел, когда они были моложе.

Неужели Лисия и другие в конце концов станут такими же...? Мне казалось, что я видел признаки этого.

— Ты думаешь о чем-то грубом, верно? — спросила Лисия, бросив на меня холодный взгляд. Очевидно, она меня раскусила.

— О, нет... Я просто подумал, что мы должны попросить мадам Тиамат разобраться с Руби... или что-то в этом роде, — поспешно сказал я. — Да.

— Хм... — Лисия посмотрела на меня со своей обычной сомнительностью.

Пора сменить тему.

— О, точно. Куда делись остальные драконы? Карла говорила, что они перехватывают вещи с земли.

— Хм? О, точно. Жрицы драконов оставили для тебя сообщение. — Лисия хлопнула в ладоши, как будто только что вспомнила.

— Послание?

— «Пожалуйста, приходи в большой зал» сказали они. Похоже, госпожа Тиамат ждет тебя там.

— Понятно... Ну, тогда пойдем?

Госпожа Тиамат ждала... хм. У меня была гора вопросов, но на сколько из них она ответит?

Мы вошли в Хрустальный замок и направились в большой зал.

— А?!

По пути, когда мы вошли в коридор, ведущий в большой зал, вдоль обеих сторон коридора выстроились драконы в человеческой форме. Когда мы подошли, все драконы опустились на колени и склонили головы. Они были похожи на крестьян, приветствующих процессию.

— Что?! Что происходит?! — воскликнула Надин.

— Все драконы собрались, чтобы поклониться кому-то... — прошептала Руби.

Увидев эту сцену, Надин и Руби выразили свое удивление и благоговение. Для Лисии, Айши и меня это была знакомая сцена, поскольку мы жили в замке, но для остальных членов группы это было странное зрелище. Я с испугом понял, что в какой-то момент привык к этому.

Пока я думал об этом, между коленопреклоненными драконами появилась жрица дракона. Она склонилась перед нами.

— Леди Тиамат ожидает вас в большом зале. Король Сома, принцесса Лисия и их вассалы, пожалуйста, следуйте за мной.

С этими словами жрица дракона пошла по коридору, уставленному коленопреклоненными драконами. Следуя ее примеру, мы добрались до большого зала, где, как и тогда, когда я впервые прибыл в Горный хребет Звездного Дракона, нас ждал горный серебряный дракон, который был госпожой Тиамат.

Члены группы, впервые увидевшие ее, дружно ахнули.

— Ого, она огромная... Ой! — вскрикнул Халберт.

—Ты должен вести себя тихо, знаешь, Хэл, — шипела Каэде, наступая Хэлу на ногу.

Затем госпожа Тиамат опустила свою длинную толстую шею.

Увидев это, Надин и Руби вытаращили глаза.

— Не может быть, госпожа Тиамат кланяется! — закричала Надин.

— Какая большая честь! — воскликнула Руби.

О, так это она склонила голову. Она была такая большая, что я не мог понять.

Если бы госпожа Тиамат, на которую драконы горного хребта Звездного Дракона смотрели как на мать, а практикующие поклонение Матери-Дракону считали богом, склонила голову в нашу сторону, да, я бы понял, почему они были шокированы. Госпожа Тиамат медленно подняла голову и начала говорить спокойным тоном.

— Во-первых, король Сома из Объединенного Королевства Эльфридена и Амидонии, как представитель тех, кто живет в горном хребте Звездного Дракона, и как мать всех драконов, позвольте мне выразить вам свою величайшую благодарность за ваши усилия по разрешению кризиса, с которым столкнулся Дракул. — Госпожа Тиамат снова склонила голову. — Кроме того, позвольте мне также поблагодарить тех, кто сопровождал вас, за их усилия. Надин, Руби, вы тоже хорошо справились.

— Да, госпожа!

— Вы слишком добры!

Надин и Руби встали на колени и склонили головы.

Я сделал шаг вперед и заговорил как представитель группы.

— Пожалуйста, поднимите голову. Я не могу представить, что эта проблема коснулась только вашей страны. Как только то существо в облаке, вызвавшее бурю, закончило уничтожать Дракула, неизвестно, куда оно направится дальше. Это могло навредить и моей собственной стране. Вполне естественно, что я должен был сотрудничать.

Затем, сделав паузу, чтобы перевести дух, я перешел к сути вопроса.

— Я бы сказал, что этого достаточно для наших любезностей как глав двух государств, госпожа Тиамат. Я хочу спросить вас о многом.

Тиамат, подняв голову, кивнула в знак согласия.

— Я знаю. Однако я не так много могу сказать.

— Это прекрасно. Вы должны сказать мне только то, что можете, поэтому, пожалуйста, объясните.

— ...Хорошо.

После этого госпожу Тиамат окутал свет, и она приняла облик женщины в серебряной мантии, как и в прошлый раз. Я закрыл глаза от яркости, а когда открыл их, то увидел большой круглый стол и стулья, достаточные для всех присутствующих.

— Наверное, трудно говорить, глядя вверх. Пожалуйста, садитесь. — Госпожа Тиамат положила руку на один из стульев и предложила остальным присесть.

— Вы правы, — кивнул я.

Когда я увидел, что все сели, я спросил госпожу Тиамат

— Позвольте мне перейти сразу к делу. Что это была за штука в облаке, которая вызвала бурю?

— Это... не то, на что у меня есть полномочия отвечать.

Я знал это: вопрос о полномочиях будет стоять на пути. Но я не мог просто отступить.

— Вы можете просто сказать мне то, что можете, и если эти... полномочия не позволяют вам сказать что-то, вы можете быть расплывчатым, но дать нам как можно больше информации.

— Давайте посмотрим... Это, как и я, один из Старейших.

Стариков? Старые... Они были как боги, может быть?

— У каждого из Древних есть свой долг, — сказала Тиамат. Моя – «присматривать», куба – «создавать». Обычно Древние не должны взаимодействовать, а Древние должны делать все возможное, чтобы не влиять на Новых. Однако это существо вырвалось из своих уз и попыталось причинить вред моим детям. Хотя это непростительно, но это также показывает, как сильно это существо хотело...

— Погоди, подожди секунду. — Я остановил госпожу Тиамат, которая быстро пересказывала свою историю.

Справедливо; я попросил дать мне столько информации, сколько она могла дать, и сказал, что она может быть расплывчатой, где нужно, но если она будет продолжать, не давая нам понять, что она сказала, мы останемся ни с чем. Может быть, мне нужно расспросить ее о деталях.

Кроме того, наверное, было бы лучше попросить одного из Фабричных Рук, в которых я оставил свое сознание в замке, сделать записи, чтобы я мог просмотреть их позже. Я хотел посоветоваться и с Хакуей.

— Что такое «Древние»? — спросил я.

— Те, кто имеет иное происхождение, чем Новые, которые живут на этом континенте.

— Вы одна из этих Древних, госпожа Тиамат? А как насчет других драконов?

— Я единственная Древняя в горном хребте Звездного Дракона.

Похоже, госпожа Тиамат действительно была существом другого уровня, нежели остальные драконы.

— Есть ли еще Старейшие, кроме вас и куба? — спросил я.

— Когда-то были. Однако мы с этой штукой единственные, кто остался. Другие Древние исчезли со временем, оставив свои имена в виде богов-зверей и других подобных вещей.

— Вы сказали «боги-звери»?! — удивленно вскрикнула Айша. — На моей родине, в Лесу, охраняемом Богом, есть легенда, в которой говорится, что лес охраняет бог-зверь.

— Это лес темных эльфов во Фридонии. Это правда, в том лесу когда-то был Старый, принявший облик зверя.

Слово «однажды» в словах госпожи Тиамат заставило Айшу схватиться за голову.

— Что... я должна думать об этом? — вырвалось у нее. — Должна ли я радоваться тому, что он когда-то существовал? Или я должна быть опечалена тем, что его больше нет?

— Ну, разве это не то же самое, что вера? — спросил я.

— О... Должна ли я рассказать своему народу правду об этом? — спросила она нерешительно.

— ...Давай поговорим с твоим отцом, прежде чем решать это.

Это было существо, которое, как утверждали, никто не видел уже очень давно, так что даже если сейчас его не существует, это не создаст для него никаких проблем в качестве объекта поклонения. В конце концов, боги - это всегда такая штука, где никогда не знаешь, реальны они или нет, но было бы неплохо, если бы они были.

Но все же... Старые и новые, да? Время отделяло новых от старых? Течение времени в этом мире? Если так... то кем же тогда был я, пришедший извне этого времени?

— Нет. Вы не являетесь ни тем, ни другим, — сказала госпожа Тиамат, как бы отвечая на мои сомнения, прежде чем я успел спросить.

Ах, да, госпожа Тиамат могла читать мои мысли, верно?

— Я думал, что я человек, как Лисия и другие, — сказал я.

— Да. Твоя раса, безусловно, человеческая. Однако тебя нельзя отнести к категории Новых, как и остальных представителей человеческой расы.

— Это потому, что я был вызван из другого мира?

— ...Я не могу найти ответа на этот вопрос.

— Куб назвал меня знакомым, — сказал я. — И вы сами однажды назвали меня «у которого знакомый запах», в том сне, где наши сознания были синхронизированы.

Сначала я подумал, что она сравнивает меня с первым королем Эльфридена, который, как я слышал, тоже был героем, призванным из другого мира, и заключил договор с драконом из горного хребта Звездного Дракона. Однако тот куб в облаке также назвал меня «знакомым».

Этот куб не имел никакой связи с первым героем.

Более того, госпожа Тиамат и куб, назвавшие меня «знакомым», также были Старейшинами. Я был человеком, но не подпадал под категорию Новых, а Старые называли меня знакомым. Это означало...

— Может быть, я еще более древний, — или что-то в этом роде? — предположил я.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Лисия, и я решил объяснить свою гипотезу.

— Я думаю, может быть, этот мир …и мир, из которого я пришел, находятся на одной временной оси. В принципе, это значит, что для меня это не другой мир.

— Сома... не герой из другого мира? — пробормотала Лисия с выражением шока на лице.

Все выглядели озадаченными моим заявлением, но я был озадачен больше, чем кто-либо из них. В моей голове царил полный хаос. Но это многое прояснило.

— Если вспомнить, то с тем миром, в котором я был раньше, есть много связей. Это наиболее очевидно в именах. Томоэ и Каэдэ происходят от языка моей бывшей страны, японского.

— Правда? — Глаза Каэдэ расширились.

Я кивнул и сказал:

— Да. Каэдэ – это название растения, которое осенью становится красным. Красные листья выглядели красиво в лучах заходящего солнца, и девочек часто называли в честь этого растения.

— Я знала, что это распространенное имя среди семей, связанных с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона, но... я никогда не знала, что оно происходит от растения.

Они использовали его, не зная об этом? Я посмотрел на госпожу Тиамат.

— Также... больше всего мое внимание, госпожа Тиамат, привлекло ваше имя.

Тиамат молчала.

— Я знаю это только из игр и тому подобного, но Тиамат - это имя дракона, который фигурировал в старых легендах моего мира. И, как вы знаете, Мать-Дракона, которая правит драконами в этом мире, тоже зовут Тиамат. Если имя так подходит, я не собираюсь списывать его на случайность. Разве вам не дали имя Тиамат, потому что вы была Матерью-Драконом?

Госпожа Тиамат не подтвердила и не опровергла. Должно быть, у нее не было на это полномочий. Если это так, то не потому ли, что мои мысли были верны?

Возьмем, к примеру, сверхнаучные реликвии из подземелий, которые изучала Джиния. Драгоценности, использованные в Трансляции Голоса Драгоценности, были полной сверхтехнологией с точки зрения общества, чей технологический уровень приближался к концу средних веков, и они все еще были таковыми по стандартам мира, из которого я пришел. Но если это был мир будущего, то этому было хоть какое-то объяснение.

Однако это лишь породило еще больше вопросов.

Если предположить, что эти два мира были связаны на одной временной линии, то что могло превратить научный мир в мир меча и колдовства? Кроме того, в этом мире были не только люди. Здесь было множество рас: зверолюди, эльфы, драконы и другие.

Как все они появились на свет?

Что именно представлял собой этот мир, магия, сверхнаука, другие расы, монстры и демоны...?

Ни на один из этих вопросов у меня не было четкого ответа. Это было нехорошо. Вопрос стал слишком большим, чтобы разрешить его в моей маленькой голове.

— Ответы на твои вопросы могут стать ясными со временем. — Тихий голос госпожи Тиамат донесся до меня, когда я в замешательстве схватилась за голову. — Я не могу рассказать вам всего, но если вы хотите узнать об этом мире, я уверена, что со временем вы докопаетесь до истины.

— Это... пророчество? — спросил я.

— Нет. Это желание.

— Желание? — спросил я, но Тиамат просто одарила меня мягкой, одинокой улыбкой.

— В конце концов, вы придете к истине, а затем отправитесь на север, туда, где вас ждет тот ребенок.

В конце концов, все, что я узнал из разговора с Тиамат, это то, что этот мир может находиться на той же временной шкале, что и мой собственный. Даже когда я спросил больше, госпожа Тиамат ничего не ответила.

Понятно, что, глядя на форму континента, я не собирался переживать момент «Это все время была Земля!» но... хотя, когда речь зашла о кубе и о том, как возник этот мир, я должен был представить, что мир, из которого я пришел, был каким-то образом вовлечен в это, я остался разочарован, не в силах придумать четкого объяснения.

Даже после того, как меня провели из большого зала в то, что казалось комнатой ожидания, я, сидя на удобном диване, прокручивал в голове наш разговор.

«В конце концов, вы доберетесь до истины, а затем отправитесь на север, туда, где вас ждет тот ребенок.»

Что она имела в виду под «правдой»? Если бы на моих плечах не лежала страна, я бы начал летать повсюду, ища следы прошлого мира.

— Ты позволяешь словам госпожи Тиамат беспокоить тебя? — спросила Лисия, положив голову мне на плечо.

— ...Ну, да. Это касается моего происхождения, так что я не могу не беспокоиться.

— Это правда. Но, Сома, ты - это ты... и ты также король. — Лисия положила свою руку поверх моей. — Как король, ты можешь просвещать людей. Уровень грамотности народа растет, и ты собрал так много умных людей, чтобы они работали на тебя. Так что... не пытайся нести все бремя в одиночку. Неважно, кто ты, откуда ты, или что случилось с твоим миром, я приму тебя.

— Лисия ...

— Хотя, я говорю это эгоистично, потому что хочу, чтобы ты остался королем. — Лисия одарила меня озорной улыбкой, когда сказала это.

Айша, которая сидела на противоположной стороне от Лисии, наклонилась к ней настолько близко, что наши плечи соприкоснулись.

— Действительно! Неважно, кто вы, сир, мы с вами!

— Айша... Спасибо. Вам обоим.

Благодаря их поддержке, я почувствовал, что наконец-то могу немного расслабить плечи.

Тем временем Хэл сидел на диване напротив нас с выражением лица, которое было на половину изумленным, а на половину восхищенным.

— Я поражаюсь, как вы можете добиться такого сиропно-сладкого настроения с двумя партнершами, Сома.

Каэдэ сидела рядом с ним, тесно прижавшись к нему, а Карла, за неимением других мест, сидела на том же диване, чувствуя себя немного неловко.

Халберт вздохнул, затем начал чесать голову.

— Для меня... все еще нет ощущения реальности того, что я беру Руби в невесты. Конечно, политические браки - нормальное явление в благородном и рыцарском сословиях, но у меня уже есть Каэдэ. Мы были друзьями детства, и... ну... я хотел сделать ее своей единственной женой.

Он собирается хвастаться ею? подумал я, но молчал и слушал.

— Но теперь я пошел и решил найти вторую жену.

— О... я рад за тебя, Хэл, — сказал я. — Я рад, что госпожа Тиамат приняла ситуацию с тобой и Руби.

В самом конце предыдущей конференции я извинился перед мадам Тиамат за то, что Хэл ездил на неженатом драконе, как Руби. Хотя в конечном итоге это пошло на пользу Дракул, мой подчиненный поступил необдуманно, поэтому я принес надлежащие извинения, чтобы предотвратить дипломатический инцидент.

Госпожа Тиамат улыбнулась Хэлу и Руби.

— Я уверена, что эта связь тоже была судьбой. — Затем она опустила голову и для Хэла. — Сэр Халберт. Я оставляю Руби на ваше попечение до самой вашей смерти.

Когда существо, которому поклонялись как Матери-Дракону, склонило перед ним голову, Хэл рефлекторно встал со стула и ответил: — Да, мэм! — с напряженным выражением лица.

Вспомнив тот момент, я натянул кривую улыбку и сказал:

— Тиамат склонила перед тобой голову, тебе лучше сделать Руби счастливой.

— Насчет этого... — Хэл обхватил голову руками. — Я никогда не думал, что до этого дойдет, поэтому понятия не имею, как с ними взаимодействовать. Должен ли я принять это как политический брак? Должен ли я любить их одинаково? Как только я начинаю думать: — Не не справедливо ли это по отношению к Каэдэ? или не несправедливо ли это по отношению к Руби?, этому нет конца.

— Тебе не нравится идея жениться на Руби? — спросил я.

— Если бы я ненавидел ее, она бы не беспокоила меня так сильно!

Хэл был в своей основе простым и преданным парнем, поэтому ему, должно быть, было трудно смириться с мыслью, что он любит двух женщин. Это заставило меня, парня с пятью невестами, чувствовать себя очень плохо.

Когда я посмотрел на Каэдэ, интересуясь, что она думает о том, как Хэл, она прижала руку ко рту и дрожала. Казалось, она подавляет смех. Было смешно, что Хэл ломает свои несуществующие мозги и переживает из-за того, с чем Каэдэ уже смирилась.

Мне было бы жаль Руби, если бы он сохранял такое подавленное выражение лица, поэтому я решил попробовать немного поднять градус.

— Хэл, ты знаешь, что ты довольно глуп?

— А? Да, я в курсе, но когда вы говорите это так прямо, меня это бесит. — Конечно, он выглядел рассерженным.

Я вздохнул и сказал ему:

— Плохое мышление сродни отсутствию мышления. С твоими мозгами ты не придумаешь ничего приличного, так что не трать время на размышления. Кроме того, ясно одно: Пока ты не решаешь, что делать, ты не делаешь счастливее ни Каэдэ, ни Руби.

— Уркх...

— Кроме того, ты больше делаешь, чем думаешь, верно? Если у тебя есть время беспокоиться о том, не ведешь ли ты себя неискренне, используй его, чтобы показать им двоим искренность.

— Не волноваться и показать им своим отношением, а... вы правы. — С этими словами Хэл встал, подхватывая Каэдэ на руки.

— Ик!

— Не похоже на меня, чтобы я тратил время на обдумывание, — сказал он. — Возможно, я еще не совсем смирился со всем этим, но я сделаю все возможное, чтобы и Каэдэ, и Руби были счастливы.

Это был простодушный... э-э, искренний Хэл. Как только он решил не думать слишком много, он обрел решимость. Это было очень здорово, что он смог подхватить ее на руки и сказать такую страстную фразу, будучи трезвым. Лицо Каэдэ тоже было ярко-красным.

— Хорошо... тогда. Пожалуйста, сделай все возможное, понимаешь, Хэл...

Из-за того, что она была смущена, похоже, это было все, что Каэдэ смогла выдавить из себя.

Хаха, похоже, Хэл отомстил ей, подумал я и улыбнулся, но потом...

— Раз уж ты это сказал, то и ты постарайся, Сома. — Лисия ухмыльнулась.

— О! О! Сир! Мы с принцессой тоже хотели бы, чтобы нас понесли! — добавила Айша.

Затем...

Внезапно появилась жрица дракона и сказала нам:

— Сэр Сома, сэр Халберт, приготовления завершены.

— Сома, это ее важный день, так что держи себя в руках, хорошо? — сказала Лисия.

— Действуйте, сир! — воскликнула Айша, отправляя меня в путь.

— И ты, Хэл, — добавила Каэдэ. — Не позорь Дом Магна.

— Что, никаких добрых слов для меня?!

Каэдэ тоже отослала Хэла. Она была похожа на жену эпохи Эдо, которая прогоняла мужа, ударяя по огненному камню так, что искры падали ему на спину.

Ну что ж... пора было идти. Надин и Руби ждали.

***

Было две причины, по которым я пришел в Горный Хребет Звездного Дракона.

Первая - просьба госпожи Тиамат помочь справиться с бурей, надвигающейся на горный хребет Звездного Дракона. Вторая - заключить контракт с рыцарем дракона, связав меня и Надин, который могла летать во время бури. По этой причине меня попросили принять участие в церемонии заключения договора, которая проводилась между рыцарями-драконами Королевства рыцарей-драконов Нотунг и драконами горного хребта Звездного Дракона.

Однако из-за того, что события развивались так быстро, порядок событий перепутался, а так как предыдущая буря нанесла ущерб Дракул, вызвав, помимо прочего, наводнение, церемония заключения договора, на которую должно было быть приглашено королевство рыцарей дракона Нотунг, была отменена. Несмотря на это, мы с Надин, Руби и Халбертом уже заключили контракты. Поэтому было решено, что церемония заключения договора будет проведена сегодня только с нами двумя.

Когда мы с Хэлом перенеслись в большой зал, госпожа Тиамат уже была там в драконьей форме, а нас окружали драконы в человеческой форме. Там же были друг Надина Пай и бывшие подружки Руби.

Пока мы все еще нервничали, оказавшись в центре внимания, Надин и Руби появились в черном и красном платьях, соответственно.

Руби и так была красивой девушкой, но Надин Лисия сделала макияж, поэтому она сияла так же ярко. Платья выглядели так, будто их переплели металлическим волокном, и контраст между черным платьем Надин и красным Руби был потрясающим.

Тем временем мы с Хэлом были одеты в наши обычные военные костюмы. Мой был черным, а Халберта - зеленым.

Они подошли к нам, встали на колено и прижали левые руки к груди, а правые протянули к нам.

Руби первой открыла рот.

— Мой рыцарь, мой партнер. Я хочу заключить с тобой договор о партнерстве.

Хэл резко вдохнул.

— Согласен! — Он взял ее за руку и потянул к себе.

Позже я узнал об этом от Надин, но порядок, в котором заключались контракты, определялся статусом людей, становившихся рыцарями дракона. Рыцаря самого высокого ранга оставляли напоследок, а потом все шло по порядку. Вот почему Надин была последней, но, поскольку здесь присутствовали только две пары, она не чувствовала ничего особенного в том, что ее приберегли для этого.

Ну, это в сторону, дальше Надин открыла рот.

— Мой король, мой партнер. Я хочу заключить с тобой договор о партнерстве.

—Я согласен. — Я взял Надин за руку и потянул ее к себе.

Я удивился, когда она назвала меня своим королем, но она была права; я был не рыцарем, а королем нации.

Как только она встала, мы с Надин сцепили руки. Мы были в идеальной позе для танцев в высшем обществе. В тот же момент в большом зале зазвучала музыка. Сначала тихо, но постепенно все громче. Жрицы драконов, стоявшие перед госпожой Тиамат, начали играть на музыкальных инструментах. Это был медленный ритм, спокойная мелодия.

— А?! — воскликнул я. — Это произведение...

— Что это, Сома? — спросила Надин.

— ...Нет, ничего.

Я начал шагать в такт музыке.

Я танцевал вместе с Надин, повторяя мелодию. Хэл и Руби тоже начали танцевать.

Когда мы танцевали, я наклонился и прошептал на ухо Надин: — Они всегда используют эту композицию для танца на церемонии заключения контракта?

— Я так не думаю. Я никогда не слышала эту пьесу раньше.

— Понятно...

В таком случае, госпожа Тиамат устроила это. Произведение, которое они играли, было из моего мира. Это была главная тема из фильма, где красавица танцевала с чудовищем. Мы с Надин танцевали под знаменитое произведение, которое играло во время танцевальной сцены, ставшей кульминацией фильма.

Увидев лицо Надин вблизи, я задумался: Кто из нас был красавицей, а кто - зверем? Если рассматривать фильм как историю о браке человека и животного, как Рю , то Надин будет зверем, но она также заслуживает звания красавицы. Девушка перед моими глазами действительно была прекрасным зверем.

— Какой у меня шикарный партнер по танцам... — пробормотал я.

— Хм? Ты что-то сказала?

— Нет, ничего. Я просто думала о том, как мне повезло.

Пока мы танцевали, я оглянулся, чтобы посмотреть на Хэла и Руби. Должно быть, Хэл не привык к таким вещам, потому что его движения были немного неуклюжими, но Руби хорошо руководила им.

— Ты действительно хорошо танцуешь, Сома, — сказала мне Надин. — Я думала, у тебя плохо получается.

— Да, но я отчаянно старался научиться танцевать лучше. В конце концов, меня вызывали на многие общественные мероприятия.

— Ахаха! Это нелегко.

— Да, вроде того. Для всей той практики, которую ты пропустила, ты сама неплохо справляешься, Надин.

— Я начала пропускать только недавно. До этого я тренировалась, как положено.

Я с нежностью смотрел на Надин, пока она оправдывалась, когда...

— Надин. — Голос госпожи Тиамат внезапно прозвучал в моей голове.

— Госпожа Тиамат? — Казалось, Надин тоже слышала этот голос.

О, да. Она звала Надин, так что, конечно, она могла.

Пока мы продолжали танцевать, нежный голос госпожи Тиамат эхом отдавался в наших головах.

— Надин. Я должна кое за что извиниться перед тобой.

— А? Извиниться?

— Когда тебя беспокоил тот факт, что ты выглядишь не так, как другие драконы, я не смогла сказать тебе: ты - Рю. То, что ты родилась в эту эпоху, означало, что появится тот, кто знает твою ценность. Я скрыла твою природу, чтобы не помешать этой встрече, и за это я прошу прощения.

— Не надо!

Продолжая танцевать, Надин повернулась лицом к госпоже Тиамат. Музыка уже перевалила за середину и нарастала. Наши эмоции нарастали вместе с мелодией.

Надин крикнула со слезами на глазах:

— Вы всегда поддерживали меня, госпожа Тиамат! «В конце концов, появится тот, кто знает твою цену», - сказали вы! Когда я услышала это, я поверила лишь на половину... Нет, я вообще почти не верила.. Но я действительно встретила Сому!

По лицу Надин скатились крупные капли слез.

— Так что... Я благодарна. Спасибо... мама.

Казалось, что госпожа Тиамат улыбнулась, услышав слова благодарности Надин.

— Береги себя, моя любимая дочь.

Музыка была близка к завершению. Я прижал к себе Надин, лицо которой было залито слезами.

— Надин, я знаю, что я не самый надежный парень, но давай отныне будем вместе.

Надин всхлипнула. — Да. Да!

Здесь, сегодня, мы с Надин заключили договор как партнеры.

На крайнем западе Империи Гран-Кэйос находилась столица Валуа. По своим размерам она превосходила столицу Королевства Фридония, а на вершине соседнего холма находилась резиденция величественной императрицы Марии - замок Валуа.

Поскольку он стоял на вершине горы, врагу было трудно напасть на него, но он был построен со слишком большим вниманием к дизайну, чтобы назвать его функциональным. Говорили, что это было сделано для того, чтобы продемонстрировать другим странам, что они являются самыми большими и могущественными среди народов человечества.

В одной из комнат замка Валуа, в кабинете Жанны Эйфории, напротив друг друга сидели мужчина и женщина.

Тот, кто сидел за столом, была Жанна, хозяйка этой комнаты и генералом, а также младшей сестрой императрицы Марии. Перед ней сидел посол, направленный из Фридонии для проживания в Империи, Пилтори Сарацин.

Жанна произнесла. — Ах, да. Вы должны были вернуться сегодня.

— Да. —  Пилтори отдал честь. — Ради моей жены я возьму временный отпуск.

Пилтори был направлен в качестве посла-резидента в Империю, но перед отъездом он взял в жены двух прекрасных рабынь-сестер, Андзу и Сихо, и привез их с собой в Империю. Он получил их от Джинжер Камю  который в то время еще был работорговцем.

В конце концов старшая сестра, Андзу, забеременела. Было решено, что чем рожать в незнакомой стране, лучше родить ее в доме семьи Пилтори, доме сарацин.

Чтобы доставить Анзу обратно в королевство, Пилтори возвращался на некоторое время, а затем сразу же возвращался, как только оставлял ее на попечение своей семьи.

Пилтори сказал: — В мое отсутствие Сихо останется здесь, чтобы служить вашим связным с королевством.

— Мне очень жаль, — сказала Жанна. — Я уверена, что ваша жена тоже предпочла бы поехать с вами.

— Нет... Моя жена понимает важность моих обязанностей.

Между королевством и Империей существовал тайный союз. Постоянные послы, служившие связными, были незаменимы для обеих сторон, и это был секрет, известный лишь избранным.

С тех пор как Королевство и Империя заключили свой секретный пакт, у них была система, позволявшая им в любое время проводить эквивалентные телеконференции, используя голосовую трансляцию и простые приемники.

В критических вопросах Сома и Мария проводили переговоры лично, а в менее важных (таких как обмен информацией) вместо них беседовали их посредники, Хакуя и Жанна. Роль Пилтори заключалась главным образом в составлении графика их встреч.

— Ах, да, — сказала Жанна. — Поскольку вы возвращаетесь в свою страну, я хотела попросить вас об одолжении...

— Об одолжении?

Жанна открыла ящик своего стола и достала оттуда какую-то красивую деревянную шкатулку. — Пожалуйста, передайте это сэру Хакуе, вашему премьер-министру.

С этими словами Жанна открыла коробку. Внутри оказалась бутылка дорогого вина с причудливой этикеткой, упакованная древесной стружкой, которая, вероятно, должна была поглощать любые удары.

— Я случайно получила две бутылки прекрасного вина и решила послать одну ему.

— Это для премьер-министра? — спросил Пилтори.

— Оно не отравлено, уверяю вас. Если вы беспокоитесь, вы можете попросить дегустатора ядов проверить его.

— О, нет! Не то чтобы мы подозревали вас в этом!

Наблюдая за тем, как Пилтори спешит извиниться, Жанна разразилась веселым смехом. — Хахаха! Я знаю это. Второй главнокомандующий Империи посылает подарок второму главнокомандующему королевства. Я понимаю, почему вы хотите узнать о моих намерениях. Но это всего лишь небольшая благодарность господину Хакуя за то, что он всегда выслушивал мои жалобы на сестру.

— О-о-о... Если это все...

Когда Пилтори принял бутылку, это случилось.

Вне комнаты послышались торопливые шаги, а затем двери в кабинет с громким стуком распахнулись. Женщина, ворвавшаяся в комнату, держала в одной руке красное платье, а в другой - синее. Это была не кто иная, как императрица этой страны, Мария Эйфория.

— Эй, Жанна! Как ты думаешь, какое платье лучше подойдет для сегодняшней передачи? — воскликнула Мария. Она протянула оба платья своей сестре.

Оба платья были с оборками, короткими юбками, обнажали живот и подчеркивали грудь. Такие, что если бы их увидел Сома, он бы сказал: «Серьезно,  костюмы идолов?» и наклонил голову в замешательстве.

Жанна стукнула ладонями по столу. — Сестра! У меня посетитель!

— О, Боже. Это сэр Пилтори. Добро пожаловать, — сказала Мария с мягкой улыбкой, не обращая внимания на крики Жанны. Перед лицом внезапного появления главы государства Империи разум Пилтори на мгновение заблокировался, но когда он пришел в себя, он встал прямо и отдал честь.

— Да, Ваше Императорское Величество! Это мое самое скромное удовольствие... оказаться в вашей... уважаемой компании?

После странного вторжения императрицы, несущей два платья идола, ответ Пилтори был беспорядочным и произнесен со слишком большими паузами.

Видя реакцию Пилтори, Мария хихикнула и улыбнулась. — Не нужно быть таким напряженным. вы один из вассалов сэра Сомы, так что вам не нужно быть со мной таким формальным. Давай, расслабьтесь, расслабьтесь.

С этими словами Мария одарила его улыбкой, от которой растаяло бы сердце любого, кто ее увидел.

Между тем, у Жанны было такое выражение лица, будто она только что укусила что-то неприятное. — Вы слишком расхлябанны! Что императрица этой страны думает, что она делает, бегая по залам в таких вульгарных нарядах!

— О, но это работа, которую я делаю для народа! — сказала Мария с дразнящей улыбкой. — Это для трансляции развлекательных программ с помощью трансляции голоса. Предоставление минуты отдыха людям, которые так тяжело работают каждый день... Я думаю, это прекрасная идея, которую придумал господин Сома.

Услышав комплимент в адрес господина, которому он служил, Пилтори снова выпрямился. — Я рад это слышать.

Жанна, с другой стороны, надавила на лоб, качая головой, как бы говоря: — О, Боже правый....

— Даже если это правда, нет никакой необходимости в том, чтобы вы сами становились лорелеем.

— Но ведь было много просьб о том, чтобы я спела.— ссказала Мария.

— Ну... да, но...

Понятие лорелей было тем, что Сома принес в этот мир. Если объяснять быстро, то, что на Земле называлось идолом, здесь называлось лорелеем.

Если бы вы спросили, что нужно идолу, то это было бы красивое лицо и харизма. Умение петь и танцевать тоже неплохо иметь, но если у кого-то была внешность выше среднего (это должно было быть отнесено к природному дару) и обаяние, чтобы привлекать людей, этого было достаточно, чтобы стать идолом.

Если бы вы спросили, у кого в Империи самое красивое лицо и самая большая харизма, то первым ответом, без сомнения, была бы Мария Эйфория. К тому же Мария была искусной певицей и танцовщицей, и ее потенциал был настолько велик, что даже стать идолом высшего класса было для нее не просто мечтой. Ее талант даже соперничал с талантом Джуны.

Из-за этого у людей было много просьб послушать ее пение, и недавно к популярному имени Марии, «Святая Империи»,  стали добавлять «Поющая и Танцующая».

— Они называют тебя поющей и танцующей святой империи... —  в отчаянии сказала Жанна. — Тебя это устраивает?!

— Что касается меня, то «святой» - это то, без чего я могу обойтись. Если меня нужно как-то называть, я бы хотела, чтобы это была поющая и танцующая императрица Мария.

— Это не дело вкуса, знаете ли... —  Жанна опустила плечи.

Глядя на Жанну, Пилтори понял. Так вот о каких вещах премьер-министр выслушивает ее рассуждения... подумал Пилтори, находя себя странно удовлетворенным этим ответом.

-Несколько дней спустя, примерно в то время, когда Сома был доставлен на горный хребет Звездного Дракона, Пилтори вернулся в Парнам, столицу Королевства Фридония, в кабинет премьер-министра Хакуи Квонмина в замке Парнам.

Оставив свою беременную жену Андзу с семьей, он приехал в замок для визита вежливости перед возвращением в Империю. Однако сейчас, как выяснилось, Сома находился с дипломатическим визитом в Горном хребте Звездного Дракона, поэтому он приехал навестить Хакуя, который в отсутствие Сомы занимался делами.

Пилтори встал перед столом, за которым сидел Хакуя, и отдал честь. — Итак, премьер-министр, я снова отправляюсь в Империю.

— Спасибо за вашу службу. Хотя я уверен, что вы предпочли бы быть рядом со своей женой... —  Хакуя сказал это с выражением, которое не выдавало никаких эмоций.

Возможно, это прозвучало грубо, но именно Хакуя рекомендовал ему вернуться в королевство, когда он узнал, что его жена беременна.

Сома занимался проблемой городской гигиены и в настоящее время проводил медицинские реформы, так что теперь эта страна стала «лучшей страной на континенте для родов».

Хакуя также устроил так, чтобы Хильдэ и ее люди посмотрели на беременную Анзу. Более того, он также предусмотрительно обеспечил транспортировку на гондоле виверн в новый город, где находилась Хильдэ, и обратно.

Так что, даже если он и был груб, Хакуя относился к нему хорошо, и Пилтори был благодарен за это.

— Нет... Я прекрасно понимаю важность своих обязанностей, — ответил Пилтори, подумав, что буквально на днях у меня был похожий разговор с госпожой Жанной.

Затем Хакуя поднялся со своего места и направился к полке. Он взял с нее деревянный ящик и поставил его на стол. — Поскольку вы будете путешествовать в Империю, у меня есть предмет, который я хотел бы доставить госпоже Жанне.

— Вы хотите что-то доставить? — Пилтори вопросительно наклонил голову в сторону.

Хакуя открыл крышку коробки. Внутри лежало дорогое стекло с вырезанными на нем узорами.

Рядом с бокалом было отверстие, в которое помещался другой такой же бокал, что свидетельствовало о том, что этот бокал был одним из двух. На днях я получил прекрасное вино, поэтому в ответ посылаю этот подарок. Это мой небольшой знак признательности госпоже Жанне за то, что она всегда выслушивала мои жалобы на его Величество.

— Жалуетесь... Вы тоже, премьер-министр?

Жанна сказала, что жаловалась Хакуе на свою старшую сестру. Неужели Хакуя тоже жаловался Жанне?

Пока Пилтори размышлял над этим, по коридору раздались торопливые шаги, затем раздался небрежный стук, после чего дверь в комнату распахнулась. Вошедшая была дочерью бывшего короля и кандидатом на то, чтобы стать первой королевой Сомы.

Войдя в комнату, принцесса Лисия не обратила внимания на Пилтори, поспешно протягивая письмо Хакуе. — Хакуя, мы получили еще один извещение от Карлы! «Нам троим будет трудно остановить цель! Требуется немедленное подкрепление!».

— Уф... Опять? — Холодное выражение лица Хакуи слегка опустилось. — Очень хорошо. Я бы не хотел увеличивать число свидетелей, поэтому не могу послать подкрепление, но я попрошу Национальные силы обороны оцепить район. Я также наложу на регион запрет. Если это пойдет дальше... это может привести к плохому мнению о будущей второй основной королеве

— Я оставлю это на ваше усмотрение. — С этими словами принцесса Лисия покинула комнату так же быстро, как и пришла.

Когда Хакуя положил руку на голову и откинулся в кресле, Пилтори нерешительно спросил  —  Эм... Что случилось?

Хакуя сухо улыбнулся ему. — О, ничего... Просто еще одна вещь, на которую я могу пожаловаться Жанне.

Судя по тому, как он это сказал, скорее всего, возникла какая-то проблема, связанная с королем Сомой.

У Пилтори было какое-то предчувствие.

Когда-нибудь в ближайшем будущем Хакуя и Жанна будут пить вино одной и той же марки из одинаковых бокалов вместе через свои экраны голосовой трансляции. Вместе они начнут жаловаться на своих хозяев, Сому и Марию.

Пилтори представил себе эту сцену, когда возвращался в Империю.

Каждый вечер в королевстве Фридония по трансляции выходило множество эстрадных программ.

В зависимости от дня, это могла быть программа о пении, или многосерийная драма, программа представления, основанная на комедии и фокусах, но все они прочно завладевали сердцами людей. Благодаря высокой оценке этих программ жителями королевства, количество стационарных приемников вещания постоянно росло. Теперь они были установлены даже в небольших городах, а в крупных городах их было несколько, что увеличивало количество мест, где люди могли смотреть передачи. Средств записи не было, и все передачи шли в прямом эфире, так что свободы не хватало, но вещание прочно укоренилось как часть культуры этой страны.

Среди всех этих передач была одна документальная драма, которая стала хитом среди людей.

Программа называлась «Безымянные герои».

[Безымянные герои Эпизод 3: Ликвидаторы разрыва].

Отличительной особенностью этой драмы был черный занавес, установленный в задней части экрана.

Поскольку голосовое вещание все еще позволяло вести только прямые трансляции, в драматических программах актеры исполняли сценарии в момент начала трансляции. Поэтому было нормальным иметь соответствующие декорации (задники и т.п.) позади выступающих актеров, чтобы это было как можно меньше похоже на спектакль; но эта драма была снята перед черным занавесом.

Еще одна вещь, которая бросалась в глаза, это то, что все персонажи были в черных капюшонах. И это несмотря на то, что на них были наряды, соответствующие их роли.

Теперь о том, какой эффект это произвело:

В сочетании с черным занавесом создавалось впечатление, что у них нет лиц. Поскольку перед их лицами была тонкая черная ткань, актеры могли видеть достаточно хорошо, чтобы действовать, но зрители, смотрящие трансляцию, не могли видеть лиц актеров.

Я думаю, вы поймете, почему была использована такая манера представления, когда мы будем смотреть программу.

Итак, на сцене сегодняшней драмы была сцена, переполненная всякими вещами, которые можно увидеть в экспериментальной лаборатории.

Там были два молодых исследователя, мужчина и женщина, в белых халатах, которые с помощью весов отмеряли количество порошка или заглядывали в круглодонную колбу, нагреваемую спиртовой горелкой.

— О, боже! — Мужчина-исследователь, который проводил измерения с помощью весов, стукнул по столу.

— Эй, Тото, эти химикаты опасны, так что не надо все трясти, — критически сказала женщина-исследователь, увидев, как ведет себя ее младший коллега.

Мужчина-исследователь, которого она назвала Тото, еще не закончил сердиться. — Но, Момо! Когда мы закончили Королевскую Академию, мы поступили в Лабораторию Косно из страстного желания разработать что-то, что поможет людям этой страны! Как это делает госпожа Женя из Дома Максвелл! И все же... работа, которую мы получаем, всегда сводится к «исследованию ее исследований»...

Не в силах опровергнуть его слова, женщина-исследователь по имени Момо вздохнула. — ...Это правда, Женя создала множество невероятных изобретений. Но разве доктор Маттис не говорил, что фундаментальные исследования не менее важны?

— Да, понимаете, я не могу с этим согласиться! — Костяшки пальцев Тото побелели от разочарования. — Доктор Маттис - великий исследователь! Великий исследователь, который добился результатов медленным, неуклонным прогрессом... но единственная, кто получает публичную похвалу, это Женя, за ее череду эксцентричных изобретений!

— ...Да, — сказала Момо. — Ну, я могу понять это чувство...

— Вы говорили обо мне? — Пока эти двое разговаривали, появился пожилой мужчина-исследователь.

Этот человек также был одет в черный капюшон. Чтобы донести мысль о том, что он пожилой, когда зрители не могли видеть его лица, он носил свой белый халат немного свободнее, чем Тото или Момо, как будто привык к нему, и на нем была изношенная обувь.

— Доктор Маттис!  —  в один голос закричали Тото и Момо.

Этот человек был главным исследователем этой лаборатории, Маттис Косно.

Увидев, что они стоят прямо, Маттис рассмеялся. — Пожалуйста, не хвали меня так высоко, Тото. Я лучше других знаю, что воображение госпожи Гении намного превосходит мое собственное. Мне больше подходит медленно развивать свои исследования, а не выдвигать революционные идеи, как она.

— Но, доктор!

Тото собирался сказать еще что-то, но Маттис поднял руку, чтобы остановить его.

— Вы хотите «разработать что-то, что поможет жителям этой страны». Вы только что сказали это? Самым большим желанием исследователей и инженеров является и всегда будет являться создание вещей, которые сделают завтрашний день лучше, чем сегодняшний. Я не могу сказать, что мы не хотим, чтобы нас хвалили за то, что мы делаем, но это не наша главная мотивация.

— Доктор...

— Теперь, если вы это понимаете, давайте сегодня снова усердно поработаем над нашими исследованиями. Я слышал, что мы только что получили еще один объект исследования из столицы. — С этими словами Маттис положил на стол какую-то глыбу.

Глядя на красновато-черный предмет, похожий на кирпич, Момо нахмурила брови.

— Что это, доктор?

— Это, вот, амортизирующий материал.

— Амортизирующий материал?

— Да. Когда его Величество попросил госпожу Женю: «Я бы хотел, чтобы вы разработали систему для уменьшения тряски поезда-носорога», она придумала использовать такие амортизирующие материалы на колесах.

— Опять госпожа Женя, а... —  В голосе Тото прозвучал недовольный тон, но Маттис рассмеялся.

— Это исследователь из Дома Максвелла. Проницательный, как всегда... Однако, поскольку в этом амортизирующем материале используется плоть жесткого панциря броненосца гиганто, его нельзя производить массово. Есть надежда, что поезда-носороги будут развиваться как средство перевозки грузов и передвижения для людей. Но без возможности их массового производства они бессмысленны. Полученный нами исследовательский запрос был направлен на разработку жизнеспособной альтернативы для этого материала.

Может показаться, что он слишком много объясняет, но дело в том, что реплики Маттиса объясняли происходящее зрителю.

Момо стукнула по амортизирующему материалу. — Он ужасно твердый, верно? — прокомментировала она.

— С таким уровнем силы вы ничего не сделаете с куском этого материала, — сказал Маттис. — Более того, если на него воздействовать мощной силой, он изменит форму, чтобы рассеять удар. Другими словами, важными свойствами этого материала являются прочность и эластичность.

— Жесткий, но эластичный... Подождите, разве это не противоречит друг другу? — воскликнул Тото.

Маттис рассмеялся. — Противоречиво или нет, но мы смотрим на это. Задача, возложенная на нас, состоит в том, чтобы найти массово производимую альтернативу этому материалу. Я буду рассчитывать на вашу помощь.

— Да, доктор!

С этими словами все члены Лаборатории (хотя, для целей этой пьесы, актеров было всего трое) занялись поиском материала, который можно было бы использовать в качестве замены этому амортизирующему материалу. Однако они перепробовали все материалы, какие только могли придумать, но так и не смогли найти его.

Жесткий, но обладающий эластичностью. Если они испытывали вещи с прочностью, им не хватало упругости, и они не работали как амортизаторы. Если они испытывали вещи на упругость, они могли работать как амортизаторы, но быстро ломались.

Это были детали для грузовых и пассажирских вагонов, запряженных огромными носорогами. Если бы они вышли из строя один раз из тысячи или даже один раз из миллиона, это было бы большой трагедией. Поэтому они должны были тщательно и строго выбирать материалы.

У всех троих постепенно проявлялись все большие признаки усталости.

Наступило затемнение, и когда свет вернулся на сцену, Тото рухнул на свой стол. — Это безнадежно! Мы просто не можем найти материал, который был бы одновременно прочным и эластичным!

— Да, — со вздохом сказала Момо, положив руку на спину Тото. — Я начинаю думать, что это чудо, что этот материал вообще был найден.

Видя, как они оба измотаны, Маттис издал кривой смешок и попытался подбодрить их. — Так, так, не нужно так спешить. Если вы будете слишком сильно себя подгонять, у вас не будет хороших идей. Давайте попробуем выпить чашку горячего молока, хорошо?

С этими словами Маттис поднялся со своего места... и это случилось.

— Хм?..Вау?! Д-доктор! — закричал Тото и внезапно упал со стула.

— Что на тебя нашло, Тото?! — закричала Момо.

— Что-то случилось? — спросил Маттис.

Когда Момо и Маттис подошли к нему, Тото указывал в одну сторону, казался каким-то испуганным. На что он указывал, так это на ручку, которая упала на пол и, казалось, парила в воздухе. Двое других были ошеломлены.

— Не может быть... Это волшебство? — спросила Момо.

— Нет, в этой лаборатории не должно быть магов, способных использовать магию гравитационного манипулирования, — сказал Маттис.

— Но, доктор, пока мы говорим эта ручка плавает!

— Хм... Но то, как она плавает, странно. Как будто ее что-то зацепило.

С этими словами Маттис подошел ближе и провел рукой по верхней части пера. Когда он это сделал, перо двинулось вместе с его правой рукой, как будто она была прикреплена к его нижней части.

— А?!

— Понятно... Так вот оно что.

Пока двое исследователей удивленно реагировали на происходящее, Маттис благоразумно кивнул. Затем, взяв левой рукой плавающую ручку, он попросил их внимательно посмотреть на пространство между нижней частью его руки и ручкой.

— Смотрите внимательно. Разве вы не видите что-то между ними?

— ...Ах! Оно очень тонкое, но я вижу что-то похожее на нить!

— Эй, ты прав! Она очень тонкая, но нить есть!

Услышав их слова, Маттис улыбнулся и кивнул. — Точно. Это паучья нить. Если бы я мог предположить, то сказал бы, что упавшее перо прилипло к нити паучьего шелка, свисающей со стола.

— О-о-о... Это меня удивило... —  Тото рухнул и обессилено опустился на пол. — Но паучий шелк удивителен, знаешь ли. Несмотря на то, что он такой тонкий, он может удержать перо.

— Я знаю. И даже если он такой мягкий….

— ...Ах! — Маттис повел себя так, как будто в его голове пронесся электрический разряд.

До этого момента они работали с предметами фиксированной формы, но что насчет этой нити? Паучий шелк был прочным, но в то же время эластичным. Что, если попробовать его упрочнить?

К счастью, в этом мире есть все виды пауков, больших и маленьких, и другие существа, которые тоже производят шелк. Если они смогут найти подходящего кандидата на амортизирующий материал от одного из них, возможно, его можно будет производить массово.

— Мы нашли его! Наконец-то мы нашли его!

Как только Маттис выкрикнул это, экран потускнел до черноты.

Когда сцена снова засветилась, декорации изменились.

Они находились в помещении, похожем на приемную, где на стульях лицом друг к другу сидели два человека.

На этот раз эти два человека не были актерами, и оба их лица были хорошо видны.

Одной из них была Джуна Дома, широко известная как Прима лорелея, которая недавно занялась пением для детей в образовательной программе.

Другой был спокойным мужчиной лет сорока, одетым в белый халат. У него были кустистые седые усы, которые подходили к его волосам. Это был настоящий (а не сыгранный актером) главный исследователь Маттис Косно.

Джуна держала в руках черный комок и спросила Маттиса: — Итак, после этого вы создали этот ударопрочный материал?

— Именно. Когда мы протестировали шелк, произведенный различными существами, было обнаружено, что определенный вид шелкопряда является наиболее подходящим. Это и есть то, что вы держите в руках, — уверенно ответил Маттис.

Теперь начался сегмент диалога с этими двумя.

Предыдущая драма была воспроизведением событий. Эта документальная драма, «Безымянные герои», состояла из двух сегментов. Сначала рассказывалось о достижениях человека, на котором сосредоточено внимание в этом эпизоде (в данном случае Маттиса), с помощью повтора событий, а затем начинался диалог этого человека с Джуной.

— Итак, Маттис, — сказала Джуна. — Возможно ли массовое производство этого материала?

— Да. В качестве основы для него используются коконы шелкопрядов, поэтому массовое производство возможно, как и в случае с шелком. Однако он плохо реагирует на тепло и пламя, поэтому в процессе обработки мы применяем процесс защиты от огня и жара. Что касается метода... Это считается государственной тайной.

— Понятно. Передовые технологии – это национальное достояние, в конце концов. Честно говоря... я думаю, вы создали нечто замечательное. его Величество, должно быть, был очень доволен.

— Да, — сказал Маттис. — Когда меня вызвали в замок, я недоумевал, в чем может быть дело, но потом меня похвалили за мою работу по разработке этого материала. Мы, исследователи, не часто встречаем признание за свою работу, но в тот раз... да. Я рад, что проделал эту работу.

Услышав, как Маттис подводит итоги, Джуна склонила голову. — Спасибо, что нашли время для этого важного разговора с нами сегодня, доктор.

Маттис склонил голову в поклоне.

Когда Джуна подняла голову, она повернулась к камню трансляции и сказала: — И так, мы проведем реконструкцию того момента, когда Маттис встретился с его Величеством, королем Сома, а затем завершим эту программу.

Когда Джуна сказала это, экран снова стал черным.

— Хорошая работа, старшая сестра Джуна, — сказала Ророа.

Когда трансляция закончилась, Джуна попрощалась с Маттисом, а затем ушла со сцены в место, где ее не было видно. Там ее встретила улыбающаяся Ророа.

Джуна ответила ей своей улыбкой. — Спасибо, Ророа. Как я выступила?

— Ты хорошо справилась. Жаль, что мы не смогли показать это дорогому и старшей сестре Сия.

В настоящее время Сома и Лисия вместе с Надин отправились к горному хребту Звездного Дракона. Очевидно, они собирались противостоять «буре»,  которая вот-вот должна была обрушиться на горный хребет Звездного Дракона.

Ророа и Джуна, конечно, волновались за Сому и остальных, но у этих двоих, оставшихся в королевстве, были свои дела, и они будут держать оборону, пока Сома и остальные будут в отъезде.

Однако Ророа, похоже, была разочарована одним обстоятельством. — О, но парень, играющий Сому, который вышел в конце, он мне не очень понравился.

Ророа говорила о «Соме»,  который появился в финальной сцене реконструкции, вызывая Мэттиса и его команду, чтобы пожать им по очереди руки и похвалить их за разработку массово производимого амортизирующего материала.

Ророа скрестила руки и сказала: — Тот актер, он носил корону, на нем был шикарный плащ, а в руках в перчатках он держал скипетр, слышишь? Я никогда не видела Дорогого в таком наряде.

— Это было, ну... чтобы было понятнее.

Церемония коронации еще не состоялась, так что бывший король Альберт все еще носил корону, а Сома не любил плащи и скипетры. Тем не менее, если бы актер был одет в обычный для Сомы повседневный наряд - рубашку и брюки, - трудно было бы подумать, что это сцена аудиенции с королем.

— В этом есть смысл, — со смехом сказала Ророа. — Тем не менее, эта программа «Безымянные герои» выглядит очень популярной.

— Я думаю, для обычных людей, наверное, легче отождествить себя с таким высококвалифицированным мастером, как сэр Маттис, чем с настоящим гением, как госпожа Женя, - сказала Джуна.

Обычным людям легче сопереживать тем, кто пришел к своим дарованиям благодаря упорному труду, чем тем, кто обладает природным талантом.

— Ну, я думаю, это хорошо, — сказала Ророа. — Когда вы смотрите на политику дорогого, кажется, что все это стало возможным благодаря небольшой группе гениев, но общественность должна знать, что есть такие «Безымянные герои», которые работают за кулисами.

— Да. Я думаю, вы абсолютно правы.

Надеюсь, люди поймут это, подумали они оба, с улыбкой глядя друг на друга.

— Пришло время для Жени...

— ...и Мерулы...

— ...Давайте проверим!

Двое, которые кричали это и поднимали кулаки в воздух, были ученая Женя, которая на днях обручилась с Людвином Арком, капитаном королевской гвардии, и Мерула Мерлин из Королевства Духов Гарлана, высокий эльф, чье слишком сильное любопытство привело к тому, что ее обвинили в ведьмовстве и заставило бежать из ортодоксального папского государства Лунарии.

Сейчас они вдвоем находились в разрушенной мастерской подземелья, принадлежащей Дому Максвелла.

— ...Хм, был ли какой-то смысл за этим выкриком? — Мерула спросила Женю, ее бледное лицо покраснело.

— А? Очевидно, это была просто случайная мысль.

— Случайная...? Послушай, Женя...

— Ну же, Мерумеру. Время ограничено. Давай приступим к тестированию!

— Пожалуйста, не называй меня Мерумеру!

Не обращая внимания на протесты Мерулы, Женя вытащила что-то из-за спины. Это был убогий мешок, размером примерно с мешок с песком, используемый в боксерских тренировках.

— Вот это - предмет для сегодняшнего испытания, — объявила Женя. — Дун-дурун -дун-дун: мешок героя.

— Мешок героя?

— Говорят, что этот мешок использовал первый король Эльфридена, который, как и наш король (Сома), был призван из другого мира как герой. На вид он не очень большой, но вмещает много, и в последнее время сэр Пончо использует его для хранения ингредиентов, которые он собирает по всему континенту и приносит обратно.

— Первый король... подождите, разве это не настоящее сокровище? — спросила Мерула, тыкая в мешок.

Если речь идет о первом короле Эльфридена, то он был великим героем, объединившим множество рас, чтобы создать это королевство. О его истории рассказывали легенды, и он до сих пор любим и уважаем народом. Если первый король использовал это, то, вероятно, это была невероятно ценная вещь.

— Технически это национальное сокровище, да, — сказала Женя, как будто в этом не было ничего особенного.

— Н-национальное сокровище?! — Мерула удивленно отпрыгнула назад. — Подождите, разве можно так плохо обращаться с национальным сокровищем?!

— Когда я сказала королю: «Я хочу изучить его», он сказал: «Не ломай его», и позволил мне одолжить его.

— Так легко?! Как будто ты просила одолжить новые карманные часы, которые он только что купил?!

— Похоже, что король хочет исследовать сверхнаучные реликвии, — пожала плечами Женя. — Ты думаешь, что-то случилось?

— Я... я не знаю...

Узнав о существовании связи между его прежним миром и этим после инцидента в Горном хребте Звездного Дракона, Сома поручил своим исследовательским организациям провести более конкретные исследования сверхнаучных реликвий, которые, несомненно, были ключом к изучению этой связи. Однако он не стал объяснять им эту ситуацию.

— В любом случае, сегодня, я думаю, мы проведем тесты на Мешке Героя. — Женя поднял реликвию. — Сначала посмотрим на его вес и объем. Как видишь, сейчас даже такой хрупкий обитатель подвала с тонкими руками, как я, может легко его поднять.

— Было ли необходимо такое самоуничижение? Но да, он действительно выглядит легким.

— Но, поймите, внутри уже полно всякой всячины. Ладно, мои големы, вытаскивайте.

С этими словами Женя приказала големам, которых она создала с помощью своей способности, принести большой прямоугольный бак с водой. Он был размером с большой сарай. Основание было примерно четыре на пять метров, а высота - более четырех метров. Жене пришлось подставить лестницу, чтобы встать на ее край.

Мерула, которая осталась смотреть на нее сверху, спросила: — Э, Женя? Для чего это?

— Дело в том, что этот мешок уже оставляли погруженным в реку на полдня.

— Что ты делаешь с национальным достоянием?! Разве ты не будешь наказана?!

Мерула была в замешательстве, но Женю это не волновало.

— Мы не можем позволить мелочам встать на пути академического прогресса.

— Я... я всегда думала, что слишком увлечена исследованиями, но... это …..

— Хаха! Пожалуйста, не делай мне таких комплиментов, Мерумеру.

— Я не делаю тебе комплиментов!

— Ну, в любом случае, благодаря тому, что его погрузили в реку на полдня, здесь много речной воды. Мы не знаем его объема, поэтому остается неизвестным, полон он или нет. В любом случае, я думаю, если мы откроем мешок в этом резервуаре для воды, мы сможем узнать, сколько воды внутри. Если станет опасно, мы сможем просто закрыть мешок, в конце концов. — С этими словами Женя повернула мешок к резервуару с водой. — А теперь - торжественное открытие.

С этим непринужденным заявлением Женя открыл мешок, и вода хлынула с невероятной силой. Отдача заставила Женю отклониться назад, но она сумела предотвратить это, попросив своих слуг-големов удержать ее на месте.

Вода продолжала набираться, и через мгновение резервуар был уже наполовину полон. Из-за того, что он был наполнен речной водой, он был мутным, и в нем было много водорослей, кусков коряги и мусора.

— О, рыбка... —  Мерула, которая смотрела снизу вверх, заметила несколько рыб, плавающих внутри резервуара. Должно быть, они попали внутрь, Пока он был погружен в реку.

Если отбросить все остальное, рыба в мешке была еще жива. Это восхитительно. Я не знаю, каков мешок внутри, но, как минимум, в нем есть условия, необходимые для существования живых рыб.

Мерула, как правило, тащилась за Женей, но она была не менее любопытна. Она быстро переключила свой разум в режим исследования и начала анализировать.

Вода, которая, казалось, могла литься бесконечно, в конце концов остановилась, заполнив резервуар на девять десятых.

— Хм, — сказала Женя. — Невозможно представить, что это все, что вошло после того, как он был погружен в реку на полдня. Следовательно, это может быть примерно вместимостью мешка. Больше или меньше, чем один полный сарай? Обычно, если бы внутри было столько воды, я бы не смогла его поднять. Значит ли это, что вес вещей внутри можно игнорировать?

Спустившись с лестницы, Женя размышляла, подперев рукой подбородок.

— Невероятно, чтобы можно было игнорировать вес такого количества воды... —  размышляла Мерула. — О! Смотри, Женя. ты видишь рыбок, плавающих в аквариуме?

— Хм?..Ты права. Они плавают вокруг, полные энергии.

— Они такие энергичные, потому что прошло всего полдня? Но ведь внутри нет света? Даже если бы там все время была вода, они бы, наверное, думали, что сейчас ночь, и были бы более вялыми.

— Рыба внутри энергична, да... В этом факте есть что-то, что привлекает мое внимание. Если я помню, король сказал, что пища, которую кладут внутрь, не так легко гниет. Если это так...

Девушки обменялись аргументами, которые, казалось, ни к чему не привели.

В это время двое мужчин наблюдали за ними с террасы бревенчатого домика, построенного внутри разрушенной мастерской подземелья. Один из них был капитан королевской гвардии Людвин Аркс, который был женихом Жени. Другим был опекун Мерулы , Соуджи Лестэр, «прогнивший епископ», присланный из ортодоксального папского государства лунария.

Эти двое пили пиво на террасе, наблюдая за женщинами, занятыми своими исследованиями. Один имел озорную улыбку, а другой держался за голову.

— Опять эта Женя, опять безрассудство. — Тот, кто держался за голову, был Людвин. Сегодня, как и каждый день, серьезного капитана королевской гвардии доводила его друг детства Женя. — Она сказала, что оставила национальное сокровище в реке на полдня? О чем она думала?! Если оно потеряется, они сделают больше, чем просто упразднят Дом Максвелл!

— Хахаха! — Соуджи весело рассмеялся, а Людвин схватился за голову. — О, а что в этом плохого? В любом случае, в твоем поколении Дома Арков и Максвелл сольются и станут Домом Максвелл-Арков, верно?

— Уф, проблема не в этом! Кроме того, разве вы должны позволять госпоже Меруле разгуливать на свободе, сэр Соуджи? Вы ведь ее опекун, верно?

— Даже если вы называете меня ее опекуном, моя работа заключается в том, чтобы не беспокоиться и не действовать по просьбам, которые присылает мне моя страна, — сказал Соуджи. — Я буду защищать ее от требований моей страны арестовать ее, но меня это не волнует настолько, чтобы открывать рот о чем-то еще. Когда дело доходит до чего-либо, кроме исследований, она лучше меня разбирается в этом.

Говоря это, Соуджи отхлебнул пива. Обычно от человека, исповедующего лунарианскую ортодоксальную веру, ожидается, что он воздержится от таких мирских желаний, но он был как всегда прогнившим.

— Фух..., — добавил он. — Когда дело доходит до того, что один из нас отчитывает другого, именно Мерула оказывается самой шумной,  ты понимаешь что мне это не выгодно? Это всегда: «Приберись в комнате» или «Ты ведешь себя как неряха. Соберись».

— Нет, я думаю, мадам Мерула права... Они оба исследователи, но то, как она аккуратна и опрятна, как противоположность Жени.

— Возможно, ты можешь быть удивлен, обнаружив, что тебе было бы лучше сойтись с Женей.? — спросил Соуджи.

— В то же время, если бы мы поставили тебя в пару с Женей, думаю, вы бы еще больше разбушевались, чем сейчас.

Представляя себе пары Людвина и Мерулы, а также Соуджи и Жени... Они оба криво усмехнулись. Это было потому, что, хотя в результате получались пары с похожими характерами, они просто не чувствовали себя правильно.

— Ну, в конце концов, трудно найти общий язык, когда оба партнера слишком похожи, — сказал  Соуджи.

— ...Так вот как это работает?

Пока они беседовали по душам, Женя помахала  Соуджи рукой. — Эй, у тебя есть минутка, старик  Соуджи?

— Хм? Ты имеешь в виду меня, юная госпожа Женя?

— Да. Извините, но не могли бы вы подойти сюда на минутку?

— Боже, похоже, мне придется...

Шатаясь от алкоголя,  Соуджи направился к Жене и Меруле.

Быть названным по имени, когда Женя экспериментировала...

У Людвина было плохое предчувствие на этот счет. Но если он остановит его, то, скорее всего, именно ему придется съесть шальную пулю, поэтому он замолчал и смотрел, как Соуджи уходит.

-Незадолго до того, как Женя подозвала  Соуджи...

— Я подозреваю, что причина, по которой пища, помещенная в мешок, не гниет легко, заключается в том, что время, необходимое пище для гниения, увеличивается, — сказала Женя.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Мерула.

— Я думаю, что течение времени внутри мешка отличается от течения времени вне мешка. Возможно, причина того, что рыба, пролежавшая внутри полдня, была все еще такой энергичной, тоже связана с тем, что течение времени иное. Итак, вот идея.

Женя достала песочные часы. Если перевернуть их вверх дном, песок, заполнявший верхнюю часть, начал падать на дно. В таком состоянии Женя положила песочные часы в мешок.

— Эти песочные часы устроены так, что нужно пять минут, чтобы весь песок достиг дна. Мы подождем пять минут в таком состоянии.

— ...Понятно. Так вот оно как.

-Пять минут спустя-

Когда Женя вытащила песочные часы, песок еще не полностью осыпался. Более того, количество песка в верхней части почти не изменилось.

Женя поднесла руку к подбородку и простонала. — Хм... Я ожидала, что песок не упадет полностью, но если количество песка в верхней части не изменилось, значит ли это, что время практически остановилось?

— Время остановилось внутри этой сумки?! Разве такое возможно?!

— Наш здравый смысл не действует, когда речь идет о том, как работают сверхнаучные реликвии, моя дорогая Мерумеру.

— Не называй меня так... Но как мы можем определить, остановилось ли время внутри или нет?

— Хм... Похоже, мы вынуждены прибегнуть к последнему средству.

— Последнее средство?  —   пробурчала Мерула, когда Женя одарила ее улыбкой.

— Пойдем внутрь, чтобы посмотреть.

Именно поэтому и был вызван Соуджи.

Мерула перевела холодный взгляд на Женю. — Значит, ты не собираешься идти внутрь.

— Я наблюдатель, — сказала Женя. — Я обязана оставить записи об эксперименте.

— Честно... Все действительно будет хорошо, да?

— Ты беспокоишься о старике? — Женя ухмыльнулась, и Мерула отвернулась, чтобы посмотреть в сторону.

— Даже если бы это был он, мне было бы трудно спать по ночам, если бы что-то случилось.

— Все будет хорошо, — сказала Женя. — Ты же видела, как энергично плавали рыбы, верно?

— Может, на поверхности они и выглядели так, но невозможно сказать, действительно ли рыба в порядке, если она молчит.

Затем подошел  Соуджи. — Вы звали, юная госпожа Женя?

— Хи-хи! Я знаю, что это неожиданно, но мы хотим, чтобы вы нам немного помогли.

— Помочь?..Подождите, что?!

Не дожидаясь его ответа, Женя натянула мешок Героя на  Соуджи.

У Соуджи было ужасно мускулистое телосложение для человека в одежде, и обычно он никогда бы не поместился в такой мешок; но как только мешок оказался у него над головой, он легко вошел внутрь. Он оказался внутри в мгновение ока.

Мерула была ошеломлена тем, что внезапно произошло. — Подожди! Это правда нормально?!

— Не беспокойся, не беспокойся... Возможно.

— Что значит «возможно» … ?

— Пока что, давай подождем.

Прошло около десяти секунд?

Женя медленно вытащила тело  Соуджи из сумки.

Когда  Соуджи вылетел и приземлился на задницу, Мерула бросилась к нему.

— Соуджи! Ты в порядке?!

— Ой, ой, ой... Что? Что только что произошло?

— С тобой все в порядке, да?! У тебя есть две руки и две ноги?! У тебя два глаза, носа и ушей?!

— Нет, было бы странно, если бы у человека было два носа. Подожди, но, а?

Когда  Соуджи беспокойно огляделся по сторонам, Женя задала ему вопрос.

— Старик Соуджи, только что я поместила вас в мешок. Сколько времени, по вашим ощущениям, прошло?

— Времени? Я не считал, но... вы ведь сняли его с меня сразу после этого?

— Нет. На самом деле вы были внутри мешка около двадцати секунд.

— Не будь дурой. Не может быть, чтобы это было так долго.

— Хм... Ой!

Пока Женя пыталась думать, на ее голову опустился кулак.

Когда Женя обернулась, Людвин стоял там с улыбкой на лице и пульсирующей веной на виске. В ответ на этот угрожающий взгляд, Жене удалось заставить себя улыбнуться, ее лицо дернулось.

— Б-большой брат Луу? Я не могу сказать, что одобряю домашнее насилие.

— Замолчи! Что, по-твоему, ты делаешь, внезапно используя сэра Соуджи для своих экспериментов?!

— Это было для развития науки...

— Есть вещи, которые можно делать, и вещи, которые нельзя! Так, слушай сюда, ты...

В то время как Людвин начал читать Жене подробную лекцию, Мерула смотрела на мешок Героя, который остался лежать на земле.

Соуджи заметил ее взгляд и заговорил. — Эй... Мерула?

Даже после того, как он назвал ее имя, глаза Мерулы все еще были прикованы к мешку.

Соуджи вспомнил. Мерула Мерлин была сгустком любопытства, и она продолжала идти вперед даже после того, как это убивало кошку. Например, она пробралась в святое место, главную церковь Лунарианской ортодоксии, чтобы украдкой взглянуть на луналит - монолит, передающий пророчества от лунного бога лунарии, который, как говорили, был объектом поклонения в Лунарианской ортодоксии. Именно так она была объявлена ортодоксальной церковью ведьмой и оказалась в бегах.

Словно решившись на это, Мерула вскрикнула и сунула голову в мешок.

— Мерула?! — крикнул Соуджи.

Затем Людвин и Женя тоже заметили ситуацию.

— Госпожа Мерула?!

— Мерумеру!

В отличие от Людвина, который искренне беспокоился о ее благополучии, Женя переместилась рядом с Мерулу, которая была по плечи в сумке, затем достал карманные часы и позвала ее.

— Мерумеру, ты слышишь мой голос?

— Да. Я слышу тебя, — раздался ответ из глубины сумки. Похоже, с ней все было в порядке.

— Мерумеру, как там внутри? Ты что-нибудь видела?

— Я видела что-то черное недалеко от входа. Не знаю, как сказать, но это было похоже на темноту. В итоге я просунула голову внутрь, но теперь ничего не вижу.

— Темнота, да... ты слышишь мой голос без задержки во времени?

— Да. Я слышу тебя. В моей нынешней ситуации, похоже, течение времени ничем не отличается от того, что снаружи.

— Хм... Интересно, как далеко ты должна зайти, чтобы течение времени изменилось? Ты продвинешься вперед?

— Я попробую. Могу я попросить тебя держаться за мои лодыжки, на всякий случай?

— Поняла. Я буду держать крепко.

Женя обхватила Мерулу за лодыжки, Пока та медленно ползла вперед к мешку. Даже когда она была наполовину внутри, Мерула, казалось, слышала Женю правильно, без каких-либо задержек.

— Мерула, могу я попросить тебя спеть что-нибудь, когда ты будешь двигаться вперед? — позвала Женя.

— Хорошо. ...Ла. Ла-лу-ла.

Чистый, красивый голос запел изнутри мешка.

Это была мелодия, которую никто здесь не знал, но песня, возможно, была с родины Мерулы, Королевства Духов Гарлана. Пока они слышали это пение, тело Мерулы продолжало продвигаться в мешок. Затем, когда ноги Мерулы и руки Жени оказались внутри мешка до самых запястий, это случилось.

Пение Мерулы прекратилось.

— Мерула, ты меня слышишь? — позвала ее Женя, но ответа не последовало.

Однако руки Жени все еще держали Мерулу за лодыжки. С помощью Людвина и  Соуджи Женя вытащила Мерулу из мешка. Когда они это сделали...

— Ла-ла-ла.

В тот момент, когда они начали тянуть, они услышали пение Мерулы. Она продолжала петь, как ни в чем не бывало. Когда ее вытащили, Мерула наклонила голову в сторону в замешательстве.

— Мне показалось, что едва я начала петь, как вы тут же вытащили меня. Я даже не успела закончить свою первую песню.

Услышав это сообщение от Мерулы, Женя сказала

— Хм... —  и глубоко задумалась. — Похоже, что когда «цель» помещается внутрь мешка, время цели останавливается, когда она полностью находится внутри. Вот почему, когда ноги Мерулы торчали наружу, а у меня внутри были только руки, мы не пострадали.

Сказав это, Женя хлопнула в ладоши.

— Ну, а пока давайте подытожим то, что мы узнали, в отчете. Реликвии сверхнауки действительно очень интересны. Думаю, даже того, что мы узнали сегодня, будет достаточно, чтобы удовлетворить короля.

— Вы правы. Это был действительно интересный предмет.

Женщины принялись писать отчет о прошедшем дне, почему-то полные энергии.

Глядя на них двоих, мужчины вздохнули.

— Хахх... Похоже, все закончилось без особых проблем, — сказал Людвин.

— Эй, Людвин, тебя что, все время так мучают? — спросил Соуджи, звучащий обеспокоенно, и Людвин ответил сухой улыбкой.

— Да... Но теперь у нас будет немного тишины...

— Если подумать, Мерумеру, - прокомментировала Женя, - у меня есть просьба от короля исследовать Комнату Вызова, ты знаешь?

— О, та комната, которую они использовали для ритуала вызова, который привел его Величество сюда из другого мира? Звучит очень интересно.

— ...

Похоже, второй эпизод  «Давай проверим!»  был подтвержден.

Увидев ошарашенное выражение глаз Людвина,  Соуджи похлопал его по плечу.

Заключив контракты с Надин и Руби в Горном хребте Звездного Дракона, мы вернулись в королевство.

Как я и говорила Томоэ, замок все еще был завален предложениями о браке, поэтому я планировал продолжить поездку за границу. Правда, у нас были некоторые вещи, такие как Марк V и Маленький Мусашибо, которые были громоздкими и не подходили для нашей поездки, поэтому мы вернулись, что бы оставить их.

Когда Надин, черный Рю, и Руби, красный дракон, вошли в замок Парнам, охранники замка начали паниковать. Даже если они уже знали о Надин, вряд ли они могли предположить, что Руби тоже присоединится к нам...

Если подумать, я совсем забыл сообщить об этом.

Тем не менее, я слез с Надин и направился к гондоле, которую несла Руби. Надин несла гондолу по дороге туда, но она собиралась стать моей королевой. Если бы она несла ее обратно, а жена Хэла приехала бы с пустыми руками, это плохо отразилось бы на статусе, поэтому мы решили, что Руби понесет ее.

— Руби, — сказала Надин. — Надеюсь, ты несла его без тряски?

— Отвали, Надин. Я несла его очень плавно.

Надин и Руби начали препираться, как только вернулись в человеческую форму.

Между ними должны  существовать иерархические отношения, как между женами короля и одной из его приближенных, но, похоже, ни одну из них это не волновало, и они весело проводили время, подкалывая друг друга. Такие отношения были для них проще.

Затем дверь гондолы открылась, и из нее вышла Лисия. — Уф...

— Лисия?! — воскликнул я.

Спустившись на землю,  Лисия споткнулась, и я поспешил поймать ее. Взяв Лисию на руки, я посмотрел на нее и увидел, что она бледная и прикрывает рот рукой.

— Ты в порядке?! Что случилось?!

— Прости... Я немного неустойчива на ногах... Это укачивание?

Укачивание от гондолы... Неужели это оно? Увидев Лисию в таком состоянии, Надин обвинила Руби.

— Ты же сказала, что не позволяла ей трястись! — крикнула Надин.

— Я не думаю, что она тряслась, ясно?!

— Успокойся, пожалуйста, — сказала Айша, высаживаясь. — Я не думаю, что она так сильно тряслась.

Лисия слабо рассмеялась и добавила

—  Я не думаю, что это вина Руби —что бы прикрыть ее. — Я думаю, усталость от долгого путешествия наконец-то взяла свое. Наверное, я не справилась со своим здоровьем должным образом.

— Ты действительно в порядке? — спросил я.

— Да... Но я пойду отдохнуть в своей комнате. Карла, ты не могла бы пойти со мной?

— Хорошо. Вы можете опереться на меня.

— Мне тоже пойти с тобой? — спросил я.

— Тыдолжен дать Хакуе отчет о том, что произошло. Тебе нужно устроить жизнь Надин и Руби. Со мной все будет в порядке, так что иди и делай свою работу.

Уркх... Когда она так сказала, я ничего не смог ей ответить.

В конце концов, все, что я мог сделать, это смотреть, как Лисия уходит в свою комнату, опираясь на плечо Карлы для поддержки. Если я буду слишком волноваться, она, скорее всего, рассердится, поэтому я решил пока сосредоточиться на том, что нужно сделать.

—  Теперь, когда мы собрали всех вместе...

К тому времени, когда я вернулся в офис по государственным делам, обсудил с Хаакуей произошедшие события, позаботился о различных процедурах, которые необходимо было провести для Надин и Руби, и отправил приказ в исследовательский институт о проведении расследования по сверхнаучным реликвиям. Теперь, когда с работой было покончено, я снова созвал членов своей свиты.

В комнате находились те шестеро, которые вернулись вместе с нами: Айша, Надин, Карла, Халберт, Каэдэ и Руби; и еще трое - Хакуя, Джуна и Ророа, которые держали оборону.  Лисия все еще неважно себя чувствовала, поэтому она отдыхала в своей комнате.

— Это все еще хорошая идея для меня - быть вдали от замка? — спросил я, взглянув на Хакую.

Он кивнул в подтверждение. — Да... Количество брачных предложений, поступающих в замок, все еще не уменьшилось.

Вот это да. Ситуация в Горном хребте Звездного Дракона развивалась так быстро, что прошло меньше дней, чем я ожидал. Нет, со всем тем, что произошло, я должен быть счастлив, что все разрешилось так быстро.

— ...Что ж, раз так, думаю, я отправлюсь с дипломатической миссией в другую страну. Здоровье Лисии беспокоит меня, но она сама сказала мне ехать.

На самом деле я думал остаться в замке до полного выздоровления Лисии, но она сказала: « Я не хочу, что бы мое слабое здоровье помешало тебе воспользоваться этой важной возможностью посетить другие страны.» Она решительно подчеркнула: «Контакт с другими культурами поможет развиваться тебе. Поэтому я хочу, что бы ты поехал и посмотрел мир.»

Если она собиралась сказать это таким образом, у меня не было другого выбора, кроме как поехать.

— Томоэ ждет в той деревне, поэтому я хочу отправиться завтра, — сказал я. — Теперь, что касается нашего следующего пункта назначения... Думаю, я хотел бы отправиться в Республику Тургис.

Республика Тургис была страной на самом юге континента. Это была недоступная страна, зимой покрытая снегом и льдом, а небо там нарушалось теплыми воздушными потоками, из-за чего виверны не могли летать. У них была национальная политика экспансии на север, и недавно, во время войны с княжеством Амидония, они проявили признаки продвижения на север.

Я посмотрел на каждого из своих спутников, а затем сказал:

— Я не очень понимаю, какие шаги предпринимает эта страна. Я вообще не очень хорошо понимаю эту страну, поэтому хотел бы сам посмотреть, как там обстоят дела. Будут ли у нас с ними враждебные или сердечные отношения в будущем, я думаю, что, зная больше об этой стране, я смогу принимать более правильные решения.

Битва с княжеством Амидония произошла потому, что они уже твердо решили противостоять нам, поэтому у меня не было возможности изучить их внутреннюю ситуацию. Можно также сказать, что именно поэтому Ророа в конце концов одолела меня. Что бы не допустить этого в следующий раз, я хотел заранее все тщательно изучить.

— Республика Тургис? — спросила Надин.

— ...Это не совсем то место, куда мне хотелось бы попасть, — добавила Руби.

На лицах были неприятные выражения.

Я знал, что виверны ненавидят холодные места, но, похоже, это относилось и к Рю и драконам.

Была середина мая, и в королевстве уже потеплело. Однако в Республике температура поднялась лишь до десяти градусов по цельсию. Такой климат был бы суров для Надин и Руби.

— Все-таки это холодная страна. Не думаю, что от меня будет много пользы в качестве телохранителя, — сказала Карла, которой тоже было трудно переносить холод.

Если бы она носила толстую одежду, то могла бы прийти, но она, видимо, хотела сказать, что если это замедляет ее, то брать ее с собой в качестве телохранителя бессмысленно.

Невозможность взять с собой этих троих сильно сократит нашу общую огневую мощь, но они ничего не могли поделать, если их расы делали их непригодными для выполнения поставленной задачи. Если бы они заставили себя делать то, чего от них нельзя было ожидать, и в результате подорвали свое здоровье, меня бы это обеспокоило. На этот раз мне пришлось отказаться от них.

— Надин, Руби, Карла: пожалуйста, оставайтесь в королевстве, — сказал я. — Я попрошу Лисию отдохнуть и восстановиться и на этот раз. Айша, Хэл и Каэдэ, я бы хотел, что бы вы трое продолжали оставаться моими телохранителями. Мы возьмем с собой Томоэ и Инугами.

— Предоставь это мне. — Айша стукнула кулаком в грудь.

— Д-да, сэр. Хэл и Каэдэ отдали честь.

— Также... Ророа.

— Хм? Я? — У Ророа было пустое выражение лица.

— Я бы хотел, что бы ты тоже пошла со мной. Я хочу, что бы ты поискала товары, которыми мы могли бы торговать с республикой. Ты владеешь компанией, так что я уверен, что ты знакома с товарами для торговли.

Лицо Ророа расплылось в лучезарной улыбке.

— О! Вы не возражаете, если я пойду с вами? Ура! Мвехехех, просто предоставь это мне, дорогая. Я найду тебе хорошие товары для торговли. — Она обхватила меня за руку.

Погладив ее по голове, я обратился к Джуне.

—Джуна...

— Да?

— Джуна, я  хочу, что бы ты тоже пошла со мной. Ты можешь включить это в свое расписание?

Как Прима лорелей, Джуна был алицом Голоса Драгоценности. Она была ведущей образовательной программы, и ей нужно было выступать и в вокальной программе. Поэтому в ее расписании не было свободных мест, и вопрос звучал так: «Возможно ли для вас скорректировать свое расписание?»

Джуна широко улыбнулась. — Хи-хи. Все в порядке. Я сделаю так, что все будет хорошо, — сказала она решительно, поднеся руку к груди и поклонившись. — Если Комари и Сиена прикроют меня в образовательной программе, проблем не будет. Младшие лорелеи растут, и я думаю, что они прекрасно обойдутся без меня какое-то время.

— Справятся? Это поможет.

—Как и Ророа, я хочу путешествовать с вами, сир. — Джуна дразняще подмигнула мне. Да, она была очень очаровательна.

На данный момент, члены группы были выбраны.

— Хакуя, могу я попросить тебя обратиться с просьбой о переговорах с Республикой Тургис? — спросил я. — В основном я собираюсь ехать инкогнито, но мне может понадобиться запросить встречу на месте. Организуй все для меня.

— Понял. — Хакуя поклонился и принял задание.

Итак, все было более или менее готово.

— Ну, тогда все, — сказал я. — Ну что, отправляемся в путь?

И вот мы отправились в замерзшую страну юга: Республику Тургис.

*** Томоэ, держащая оборону***

Это случилось примерно в то время, когда Сома и остальные находились в горном хребте Звездного Дракона, противостоя шторму.

Томоэ, которую оставили в городе на границе с Лунарским ортодоксальным папским государством, потому что было слишком опасно брать ее с собой, смотрела в сторону горного хребта Звездного Дракона на северо-западе и молилась, чтобы все были в порядке.

— Старший брат. Старшая сестра, — молилась она. — Все... пожалуйста, возвращайтесь целыми и невредимыми.

Инугами, которому было поручено охранять ее, был обеспокоен. — Маленькая госпожа...

Сегодня, с тех пор как над горным хребтом Звездного Дракона появилось большое черное облако, Томоэ смотрела из окна на горный хребет Звездного Дракона и молилась о всеобщей безопасности. Молиться было единственным, что она могла делать, поэтому она делала это от всего сердца.

Не в силах долго выносить это зрелище, Инугами попытался подбодрить ее.

— Все в порядке. С его Величеством и принцессой есть госпожа Айша, офицер Халберт и юная мисс Карла, лучшие бойцы нашего королевства. Если к ним добавить госпожу Надин, дракона, то, что бы ни случилось, я уверен, что эти бойцы смогут защитить их двоих.

Инугами сказал это, чтобы ободрить ее, но Томоэ опустила глаза.

— Я понимаю это. Понимаю, но... я беспокоюсь. Я думаю, что Айша готова отдать свою жизнь за старшего брата, но это заставляет меня беспокоиться, что она пострадает...

Инугами замолчал.

Поскольку Сому защищали близкие ему люди, Томоэ, должно быть, беспокоится о том, что случится, если кто-то из них получит опасную для жизни травму. В конце концов, легче представить себе худшее, когда речь идет о ком-то, кого вы знаете.

Было бы легко сказать ей, что все в порядке... но даже если бы это было легко сказать, без всяких оснований, этого было бы недостаточно, чтобы успокоить ее. Лучше было бы перенаправить ее внимание.

Инугами положил руку на плечо Томоэ. — Для вашего здоровья вредно так волноваться. Вместо того чтобы представлять себе неприятное будущее, почему бы не поговорить о том, что вы будете делать после этого? Вы можете поговорить со мной.

— Что я буду делать после этого...? — спросила она, подняв голову.

Томоэ заинтересовалась, поэтому Инугами продолжил. — Да. Его Величество сказал, что его поездки за границу будут продолжаться. Он ясно сказал, что возьмет с собой и вас. Как вы думаете, какую страну вы посетите следующей?

— Вы ведь имеете в виду какую-нибудь другую страну, кроме горного хребта Звездного Дракона?

Томоэ начала пытаться предсказать следующую страну. Хороший знак.

— У нас хорошие отношения с Империей, но она слишком далеко. Значит, это будет одна из соседних стран....

— Ну, а какие соседи есть у Королевства Фридония?

— У нас их пять. Союз Восточных Наций, Республика Тургис, Государство наемников Зем, Лунарианское Ортодоксальное Папское Государство, и Союз Девятиглавого Дракона за морем.

Благодаря урокам Хакуи, Томоэ теперь могла произносить эти названия так гладко, что трудно было подумать, что она еще ребенок.

— Какие из этих мест кажутся вам такими, куда бы вы не поехали? — спросил Инугами.

— Я думаю, что с учетом проблем, связанных с пересечением моря, и споров о правах на рыбную ловлю, это, вероятно, не будет Союз Девятиглавого Дракона. К тому же он находится в противоположном направлении от города, в котором мы остановились. Кроме того, Лунарианское ортодоксальное папское государство на днях пыталось сделать старшего брата своим святым королем, так что я не думаю, что он захочет туда ехать.

— Я должен согласиться, — кивнул Инугами. — Кроме того, Союз Восточных Наций представляет собой собрание малых и средних государств, и переговоры о посещении его Величеством каждого из них в отдельности были бы затруднительны. Кроме того, многие просьбы о браке, наводнившие замок, исходят из этих стран, поэтому он, скорее всего, не решится их посетить.

— В таком случае... это будет Республика Тургис или государство наемников Зем? — предположила Томоэ.

Хотя во время войны с Амидонией у вечно нейтрального Зема были проблемы, они не были открыто враждебны. Что касается Республики, то было не совсем понятно, враждебны они или нет.

Томоэ спросила: — Вы знаете о Земе и Республике, господин Инугами?

— Поскольку Республика - закрытая страна, я знаю, что их пять основных рас контролируют страну через совет, но... это все. Однако, когда речь заходит о Земе, я слышал кое-что от наемников.

Хотя договор был расторгнут после того, как Соме доверили трон, у Королевства Эльфриден ранее был контракт с Земом. Именно поэтому земские наемники находились в королевстве.

— Похоже, что у них меритократия... или, скорее, похоже, что там все правильно.

— М-может? — заикнулась Томоэ.

— Да. Похоже, что даже право на правление может быть востребовано боевой доблестью. Раз в год страна собирается вместе, чтобы провести большой турнир по боевым искусствам, и они делают все возможное, чтобы исполнить одно желание победителя. Если победитель желает стать королем, ему дается право бросить вызов нынешнему королю, и если он выходит победителем, то сам становится королем. Вот почему король Зема всегда является самым могущественным воином в стране.

— А это идет на пользу стране? Кто-то становится королем только потому, что он сильный...

— Бюрократия, которая занимается внутренними делами, не зависит от короля, так что, вероятно, все в порядке. Король отвечает за военные вопросы, так что даже если таланты короля исключительно военного характера, он должен быть в состоянии управлять страной как король. Похоже, что граждане тоже находят это обнадеживающим. Поскольку они заявляют о нейтралитете, их страна не будет нападать на другие страны, а если они сами подвергнутся нападению, их будет защищать самый сильный из возможных королей. Это своего рода харизма, я полагаю.

— Ого... Есть много способов управлять страной. — Томоэ издала впечатленный вздох и улыбнулась. — В мире так много разных стран. Может быть, именно это имел в виду мой «учитель» (Хакуя), когда говорил, что нужно расширять кругозор?

— Возможно.

— Я хочу узнать больше обо всех других странах. Узнав больше, я думаю, я смогу научиться любить эту страну, которой правит большой брат и остальные, еще больше.

— Хех... Я буду сопровождать вас везде, где вы пожелаете, младшая сестра.

С этими словами Инугами погладил Томоэ по голове, и...

— Ах! Простите меня!

Он поспешно отдернул руку. Увидев Томоэ в таком восторге, он, погладил ее по голове, но это было явно неприлично по отношению к приемной сестре своего сеньора.

На лице Томоэ появилось пустое выражение, но она быстро покачала головой, увидев, что Инугами кланяется ей. — О, нет! Не беспокойтесь об этом! Я не возражала!

— Но...

— Эм... Это напомнило мне о папе. Навеяло приятные воспоминания.

Отец Томоэ скончался вскоре после рождения младшего брата. Наверное, поэтому Инугами, принадлежавший к той же расе, напомнил ей о нем.

Томоэ взяла Инугами за руку. — Итак... я хочу, чтобы вы продолжали учить меня, хвалить и гладить по голове.

— Маленькая сестра... понял.

Когда Томоэ попросила об этом, подняв глаза, Инугами не смог ей отказать.

Кстати, Инугами был не единственным членом «Черных котов»,  и его соотечественники еще долго будут вспоминать о том неописуемом выражении, которое он сделал.

*** Надин и королевская столица ***

Меня зовут Надин Дэлал.

Я черная Рю с горного хребта Звездного Дракона, и буквально на днях я заключила контракт рыцаря дракона с королем Фридонии Сомой, а затем приехала в эту страну, чтобы стать его невестой.

Учтите, даже если это контракт рыцаря дракона, Сома- король, а я - Рю, так что мы своего рода исключение из правил.

Так вот, в ту ночь, когда мы вернулись в замок Парнам, Сома позвал меня в офис по государственным делам.

— Эй, Надин, в Горном хребте Звездного Дракона тебя учили вести себя как подобает леди, верно?     — Да, — сказала я. — Леди Тиамат научила меня всему, что мне нужно знать, чтобы я была готова стать женой рыцаря.

— Судя по тому, как хорошо ты танцуешь, уровень образования в Горной цепи Звездного Дракона, похоже, высок. Не думаю, что тебе нужны новые уроки о том, как стать королевой.

По словам Сомы, в отличие от первичной королевы, вторичная королева отказывалась от права своих детей наследовать трон в обмен на то, чтобы не быть сдержанной всеми строгими правилами этикета. Если она всегда поддерживала главных королев на публике и поддерживала определенный базовый уровень этикета, этого, очевидно, было достаточно.

Поскольку женщина могла стать второстепенной королевой независимо от своего социального статуса, по этому, многие женщины стремились стать второстепенными королевами.

Сома почесал щеку, говоря: — Ну, даже если ты будешь второстепенной королевой, ты все равно королевская особа, так что обычно тебе нужна охрана, когда ты выходишь на улицу, но... Я сомневаюсь, что для Рю будет что-то опасное. Если ты примешь форму Рю, никто не сможет наложить на тебя руку, а если станет действительно опасно, ты сможешь улететь.

— Думаю, ты прав, но... к чему ты клонишь? — Я не понимала, почему он говорит об этом так окольными путями.

Сома криво улыбнулся и сказал мне: — Я скоро отправлюсь в Республику Тургис, но ты не сможешь поехать с нами, потому что там очень холодно. Так что, пока меня не будет, тебе нечего будет делать.

Он был прав – Рю и драконы плохо переносят холод. Если бы я, вопреки здравому смыслу, поехала с ним в такую холодную страну, как Тургис, это могло бы подорвать мое здоровье и создать проблемы для Сомы. Вот почему я не смогла сопровождать Сому в его поездке в Республику Тургис. Мне было обидно, что я не могу помочь.

— Не делай такое лицо. — Сома поднялся со своего кресла и погладил меня по голове. — У меня к тебе просьба. То, с чем можешь справиться только ты. Как только мы вернемся из республики, я хочу встретиться с тобой по этому поводу.

— Сома...

— Вот почему, ну, я хотел сказать, что до тех пор тебе будет полезно осмотреть столицу на свое усмотрение. В конце концов, в столице безопасно. Мне нравится, что ты свободна и раскована. Я не хочу привязывать тебя к замку. — Сома улыбнулся.

— Сома... Спасибо.

Сома думал о моих нуждах. Я была благодарна за это.

— Ха-ха..., — хихикнул он. — О, также позаботься о Лисии для меня.

— Да, она выглядела немного не в духе.

Она сказала, что это усталость догнала ее, но я немного волновалась.

— Поняла. Я присмотрю за Лисией. — Я стукнула себя в грудь одной рукой, обещая ему это.

Через несколько дней после того, как Сома и остальные уехали в Республику Тургис, я спустилась в город-замок.

Что касается   Лисии, которая плохо себя чувствовала, то, возможно, она еще не совсем выздоровела, но состояние ее стабилизировалось. У нее не было жара, и у нее был аппетит. Но, чтобы подстраховаться, ей нужно было немного успокоиться и дать организму отдохнуть. Завтра к ней придет хороший врач, так что мне ничего не оставалось делать.

Поэтому я спустилась в город-замок, но не знала, что делать. В конце концов, это была незнакомая для меня земля. Я могла видеть замок из любой точки города, так что не было риска, что я заблужусь, но куда мне идти? Пока я думала об этом...

— Хм?

Вдруг я почувствовала, что меня дергают за юбку, и когда я посмотрела вниз, там была маленькая девочка, которая доходила мне только до пояса, плакала и цеплялась за подол моей юбки.

— Ха, кто ты? Нет, что случилось?

— Я пришла сюда... со своим другом, но... я не знаю дороги назад..., — сказала мне девочка сквозь рыдания.

Ух ты, она потерялась, да?

Я присела, чтобы оказаться на одном уровне с ней, и погладила девочку по голове. — Эм... ты пришла со своим другом, верно? Куда вы шли?

— На... площадь... с фонтаном...

Площадь с фонтаном, ага. Я вспомнила, что видела это с воздуха. Может быть, вместо того, чтобы отдать ее стражникам, мне было бы быстрее отнести ее туда самому. Я подняла девочку на руки.

— А?

— Все в порядке. Я отведу тебя туда.

Я подпрыгнула, оттолкнулась от стены и приземлилась на одну из оранжевых крыш. Даже в человеческой форме я могла сделать так много. Я направилась по крышам в сторону фонтанной площади.

— Ты такая быстрая... —  Маленькая девочка, которую я несла, удивленно моргнула. — Но так быстро... немного страшно. Может быть, ты покатаешь меня на спине?

— Нет, не могу.

— Почему?

— Потому что единственный, кому я позволяю кататься на своей спине, - это мой муж, — сказала я дразняще.

Девочка посмотрела на меня пустым взглядом.

Как только я проводила девушку до площади с фонтаном, где находился ее друг, я тоже стала играть с ними, и к тому времени, как вернулась в замок, была вся в грязи.

Узнав об этом, меня вызвала Лисия, которая отчитала меня по полной программе.

— Надин... ты слишком много играла, — отругала она меня.

— Да...

Прошло около пятнадцати минут с тех пор, как меня заставили сесть перед кроватью, на которой сидела Лисия.

— Больше заботься о том, как тебя воспринимают люди, даже если ты второстепенная королева, покажи понимание своего положения, и, действительно, должна ли женщина идти и покрываться грязью вот так, для начала...? — Из лекции, которую я получила, мне показалось, что она была вполне здорова.

— Надин, — сказала Лисия и посмотрела прямо на меня.

Я ожидала большего? Я напряглась, ожидая этого, но Лисия улыбнулась.

— Тебе нравиться эта страна?

Я улыбнулась и твердо ответила ей. — Да!

*** Пончо становится губернатором ***

Это случилось незадолго до того, как Сома отправился в Горный Хребет Звездного Дракона.

В этот день Сома вызвал министра сельского и лесного хозяйства Королевства Фридония Пончо в офис по правительственным делам.

Когда Пончо вошел в комнату, Сома сидел в своем кресле, а главная служанка Серина почему-то стояла в углу комнаты.

Присутствие Серины, которая стояла там со спокойным выражением лица, казалось, привлекло его внимание, но Пончо сначала обратился к временному королю.

— Я пришел по вашему приказу, да.

— Хорошо, что ты здесь, — ответил Сома. — У меня есть для тебя работа.

— Работа, верно?

Сома развернул карту страны на столе. — Вы уже знаете, что мы построили новый город, как ключевой пункт для распределения товаров.  Учитывая важность города, я решил, что вместо магистрата я создам новую должность «губернатора» и поручу этому человеку управлять городом. Я планирую поручить это человеку, который отличился во время войны, но, похоже, он занят процедурой смены домена. Поэтому на данный момент мне нужен кто-то другой, кто будет исполнять обязанности губернатора вместо него. Я хочу, чтобы ты справился с этой работой, Пончо.

— Я, управлять таким важным городом?!

—Потому, что это важный город. Это, а также потому, что город принял большое количество бывших беженцев в качестве граждан. Если я совершу ошибку, оставив его гордым дворянам, есть риск, что они вызовут ненужные трения. Мне нужен кто-то с мягким характером, и тот, кто имеет достаточную поддержку со стороны населения.

— Но... Мне не хватает опыта... —  Пончо выглядел неуверенным.

Но Сома криво улыбнулся и дал ему свою печать одобрения. — Все должно быть хорошо. Я попросил Серину послужить тебе помощницей. Кроме того, Комаин, которая раньше была помощником лидера беженцев, тоже находится в городе. Ты ведь знаешь ее, верно?

— Д-да... Да. Мы встречались несколько раз, когда я распределял продовольственную помощь...

Комаин была молодой женщиной, которая была помощником руководителя лагеря беженцев, и именно она собрала вместе бывших беженцев, которые решили оставить свои родные места и стать гражданами королевства. В ее характере никогда не было робости, даже в общении с мужчинами, и это делало ее популярной. С ее помощью граждане легко примут Пончо.

— Ты можешь посоветоваться с этими двумя, пока работаешь, — сказал Сома. — Я рассчитываю на тебя.

Теперь, когда временный король сказал ему это, Пончо не мог сказать, что он не хочет этого делать. — Д-да. Я понимаю. Я тоже буду рассчитывать на вашу поддержку, госпожа Серина.

— Если это приказ моего господина, то, похоже, у меня нет выбора, — сказала Серина с серьезным выражением лица, затем поклонилась. — Я буду поддерживать вас по мере своих возможностей.

Дело в том, что когда Сома сказал Серине: — Я хочу, чтобы ты отправилась в новый город в качестве помощницы Пончо, — она сразу же согласилась. Похоже, она не хотела остаться без еды Пончо, пока его не будет в замке. Зная этот факт, Сома мог только криво улыбнуться.

— Что ж, постарайся. О, и еще, я думаю, что все предложения о браке, которые поступали в замок для тебя, начнут поступать в этот город, так что удачи тебе в сортировке всех этих предложений.

— Опять? — Внезапное упоминание о брачных предложениях заставило глаза Пончо расшириться, а его голос зазвучать весело. — Т-там были предложения для меня?

— Да. Ты ведь знаешь, что одна из причин моей поездки за границу - дать повод отклонить все просьбы о встрече с молодыми женщинами с намерением выйти замуж, которыми завален замок? Ну, у нас было несколько таких же просьб к тебе. Ради блага замка я бы хотел, чтобы вы тоже отправились в другое место.

— Тогда причина, по которой меня выбрали магистратом, тоже...

— Это тоже часть дела. Я дал тебе Серину в помощники, так что постарайся.

После этих слов Пончо мог только стоять, словно в оцепенении.

Несколько дней спустя, в кабинете в губернаторском особняке ...

— Сейчас я составлю список беженцев, которые присоединились к нам, — сказала Комаин.

— Пожалуйста, сделайте это.

Пончо смотрел, как девушка, которая раньше была помощником лидера беженцев, вышла из комнаты с бумагами в руках. Это было последнее, что ему сегодня нужно было одобрить в качестве губернатора.

— Ваши государственные обязанности на сегодня закончены, но есть еще дела, которые нужно сделать, — сказала его помощница Серина.

Пончо, поняв, что имела в виду Серина, нерешительно спросил:

— ...Так сколько их будет сегодня?

— Пять человек. Относительно небольшое число, — сказала Серина, заставив Пончо опустить плечи.

Всякий раз, когда его обязанности заканчивались, наступало время встречи с потенциальными кандидатами на брак. Дочери дворян и влиятельных купцов, которые хотели выйти за него замуж, уже стояли в зале ожидания. Это был обычный рабочий день, поэтому он обходился всего пятью, но в выходные дни к нему стекалось столько претенденток, что им приходилось выстраиваться в очередь.

Это был Пончо, человек, почитаемый как Бог Еды Ишидзука. Он был настолько популярен, что не мог отдыхать даже в свои выходные дни. Если бы он уже женился на одной из них, все могло бы немного успокоиться, но, к сожалению, даже со всеми этими предложениями, ни одно из них не было реализовано.

— Простите, что вынуждаю вас пройти через это, госпожа Серина, — сказал он.

— Это приказ моего хозяина, так что пусть это вас не беспокоит.

Серина сопровождала Пончо на все эти брачные встречи. Это было потому, что Сома попросил ее присматривать за ним и следить, чтобы Пончо не влюбился в женщину или Дом, у которых были скрытые мотивы.

У Серины было холодное выражение лица, когда она говорила, и Пончо вел себя очень обязанным ей.

— Я действительно благодарен вам, госпожа Серина.

— Болтовня ничего не стоит. — Серина отвернулась, затем посмотрела в сторону Пончо. — Я бы хотела, чтобы вы показали свою искренность.

— Я понимаю, да. — С кривой улыбкой Пончо достал из ящика стола какой-то предмет. Когда он положил эту длинную черную штуку на свой стол, Серина пристально посмотрела на нее.

— Может быть, это... морские водоросли?

— В конце концов, это приморский город. Мне удалось приобрести комбу хорошего качества. Сегодня вечером я использую бульон из него и яйца для приготовления блюда под названием «Чаван муши», которому меня научил его Величество.

— Чаван муши... Что это может быть за блюдо? — ее тон был ровным, но в глазах Серины появился блеск, и было ясно, что она заинтригована.

— Оно мягкое, как пудинг, но как мне сказали вкус у него глубокий, как море.

— Ооо... Давайте поскорее покончим с этими встречами, сэр Пончо.

Серина взяла Пончо за руку с зачарованным выражением лица. Когда Серина, чья голова, без сомнения, была полна чаван муши, торопила его, Пончо покинул офис с натянутой улыбкой.

Кстати, из-за того, что Серина была на взводе, планку для встреч Пончо с потенциальными партнерами предстояло поднять, но... это история для другого раза.

(Продолжение будет в седьмом томе).

*** Джуна и Ророа требуют ответов ***

Это случилось в ту ночь, когда я временно вернулся с горного хребта Звездного Дракона в королевство Фридония, чтобы посоветоваться с остальными о том, стоит ли заключать с Надин контракт рыцаря дракона, который по сути был помолвкой.

Когда я представил Надин Лисии, Джуне и Ророа, оставшимся в королевстве,  Лисия увела Надин (почему-то она сказала, что они будут вместе принимать ванну), а я, держа Ророа и Джуну за руки, пошел в комнату Ророа.

Комната Ророа была наполнена множеством девчачьих мелочей.

Там меня усадили на стул, а Ророа села напротив меня за маленький столик. Джуна широко улыбалась, стоя рядом с Ророа.

Что это было...? Судя по тому, как все было устроено, это была комната для допросов или что-то вроде того?

— Давай, дорогой. Колись. —  Ророа сложила руки вместе перед ртом, когда говорила это.

— Ч... что именно? — нерешительно спросил я.

— Я имею в виду все, что касается Надин, очевидно. Прошло всего полмесяца с тех пор, как вы отправились в Горный Хребет Звездного Дракона. Чем же ты ей так приглянулся за столь короткое время?

— Это тоже привлекло мое внимание. О, выпейте чаю, — сказала Джуна, протягивая чашку черного чая, который она приготовила в какой-то момент. — Я почувствовала, что она очень хочет выйти за вас замуж. Вы ведь познакомились совсем недавно, верно? Что именно сделало это время таким насыщенным?

— Насыщенным? Я просто занимался обычными делами, правда...

— Расскажи нам больше.

— Хорошо...

Они давили на меня, и я сдался и рассказал им о Надин.

О том, как Надин была единственной Рю в стране драконов, и она казалась изолированной, потому что выглядела иначе, чем окружающие.

Как я случайно узнал, что такое Рю, и когда я сказал Надин, что она одна из них, она выглядела так, будто с ее плеч сняли огромный груз.

Как мы смотрели в ее комнате трансляцию «Голос Драгоценности» имперского производства, читали романтические романы и бездельничали.

Как я вмешался, когда красный дракон по имени Руби затеял с ней драку.

Как я смог научить ее летать...

И так далее, и так далее. Они задавали вопросы и обсуждали каждую мелочь из того времени, что я провел с ней.

Выслушав все, что я хотел сказать, Ророа раскраснелась. — Что это за чудесная встреча? Дорогой, ты просто принц на белом коне.

— Но я не ездил ни на каком белом коне, — сказал я. — Меня донес дракон до горного хребта Звездного Дракона.

— Какая разница, был ли ты на нем на самом деле! Ты появился перед молодой девушкой, попавшей в беду, и быстро решил ее проблемы. Это больше, чем может просить любая девушка!

Постойте, неужели Ророа действительно сказала, что встреча была надуманной? Но это было правдой: казалось, что мы танцуем на ладони Матушки Дракона.

— Я согласна с Ророа.

Даже ты, Джуна?

— Выслушав твою историю, я почувствовала, что могу понять, как ты стал для Надин особенным человеком. Я бы сказала, что ты уже стал для нее человеком, без которого она не может обойтись. Наверное, поэтому она так сильно хочет быть вместе с тобой.

— Все было драматично, вплоть до того, как вы познакомились. — Ророа кивнула в знак согласия.

— Если мы говорим только о том, как мы встретились, разве то, как я встретил вас обоих, не было очень драматичным? — спросил я. — Джуна, ты была шпионом, посланным Эксель, а Ророа, ты пришла ко мне со своей страной на буксире, так? Черт возьми, ты даже пришла, завернутая в ковер, и удивила меня «дун-да-да-дун».

— Я сама это срежиссировала! И я завидую Нади, которая получила драматическую встречу, не делая ничего, кроме как быть собой.

— Это верно, — сказала Джуна. — Встреча с тобой как со шпионом тоже оставляет плохое впечатление...

Ророа встала со стула и отвернулась от меня, а Джуна выглядела немного подавленной. Их индивидуальные реакции... казались очень милыми.

Я поднялся со своего стула и обнял их обеих. — Без вас двоих, я уверен, меня бы здесь не было. Джуна, ты принесла мне мои связи с Эксель. Ророа, ты успокоила сердца жителей княжества. Конечно, то же самое можно сказать и о моих встречах с Лисией и Айшей. Как бы мы ни встретились, если бы кого-то из вас не было, я не смог бы построить такой хороший подарок, как тот, что мы имеем сейчас.

— Сир...

— Дорогой...

Я широко улыбнулся Ророа и Джуне. — Благодаря всем вам я как-то справляюсь с ролью короля. Я благодарен.

— Хи-хи! Ты слишком добр, — хихикнула Джуна.

— Ха-ха-ха! Если ты хочешь так говорить, то я точно не буду жаловаться.

Они обе улыбнулись. Пока я чувствовал облегчение...

— Но все же, дорогой. Я думаю, что ты должен проявить больше благодарности, — сказала Ророа.

А? Проявить?

Ророа схватила мою руку и начала размахивать ею. — Так что, раз уж так, дорогой сегодня будет спать в моей постели.

— Ро-Ророа?! — глаза Джуны расширились.

— Как это понимать?! — воскликнул я.

— Я пока не могу позволить тебе прикоснуться ко мне, потому что это вопрос престолонаследия, но если ты будешь держать руки при себе, все будет хорошо, правда? Я слышала, что ты уже спал рядом со старшей сестрой Сией и старшей сестрой Ай, так почему бы тебе не спать со мной и Джуной?

— О, если это все... Я пойду принесу подушки. — Джуна, похоже, удовлетворившись этим объяснением, вышла из комнаты.

А? Это уже было решено?

— Ха-ха-ха! Сегодня мне будут сниться сладкие сны, — хмыкнула Ророа.

— ...Ладно, я понял, — сказал я.

И вот, в тот день мы втроем спали вместе.

Ророа прижималась ко мне сильнее, чем нужно, а от чудесного аромата Джуны у меня немного кружилась голова, но я чувствовал усталость от путешествия, поэтому быстро заснул.

Что касается того, что мне снилось... это неловко, поэтому я лучше промолчу.

*** Руби отправляется в дом семьи Халберта ***

Я Руби, дракон, заключивший контракт рыцаря-дракона с Халбертом, офицером Королевства Фридония.

Для дракона горного хребта Звездного Дракона необычно жениться в любой другой стране, кроме Королевства рыцарей-драконов Нотунг, но если говорить об исключениях, то та черная девушка, которая вышла замуж за короля, меня обошла.

Сегодня я пришла в дом семьи Хэла, Дом Магна, но...

— Ты большой идиот! — крикнул мужчина.

— Гвах!

В тот момент, когда дверь в особняк открылась, Хэл был внезапно отправлен в полет. Передо мной, вытянув кулак, стоял щеголеватый старик, очень похожий на Халберта. У старика была рыжая борода, а его телосложение делало его похожим на опытного воина.

— Ай, что ты делаешь, папа, ни с того ни с сего? — кричал Хэл, потирая щеку.

Означало ли это, что пожилой джентльмен был отцом Халберта?

Отец Хэла... которого, как мне позже сказали, звали Глейв... направил свой сжатый кулак на Хэла и сказал: — Я слышал отчеты. Обо всем, что ты сделал в горном хребте Звездного Дракона. Я признаю, что это было время кризиса, и даже то, что вы сыграли важную роль в решении проблемы. Но все же, разве тебе не стыдно за то, что ты сделал с Каэдэ? Вы двое были помолвлены и собирались пожениться! То же самое касается и этой девушки. Твои необдуманные действия решили за нее ее будущее!

— Гух...

Хэл неуверенно поднялся на ноги, но, видимо, у него было что-то на уме, потому что он ничего не сказал в ответ. Это было ужасно, видеть, как Хэла укоряют за то, что он заключил со мной договор.

— Прекрати это! Это я ошиблась! — Я поспешно встала между ними. — Я навязалась им, потому что хотела иметь возможность что-то сделать. Хэл и Каэдэ просто приняли это! Так что, пожалуйста, накажите меня вместо этого!

Когда я обратилась к нему с таким призывом, Глейв моргнул. Как будто он был удивлен чем-то, чего не ожидал.

А? Почему он так отреагировал? Разве он не расстроился из-за того, что мы заключили контракт?

Наступило неловкое молчание, а затем...

— Ладно, ладно. Подойди сюда.

Меня внезапно потянули за руку, уводя из-под них двоих. Когда я обернулась, там стояла женщина с нежным выражением лица. Женщина отпустила мою руку, затем приложила указательный палец к моим губам.

— Не вставай у них на пути. Эти двое просто общаются как отец и сын.

— Общаться? — Я заикалась. — Вот так?

Мне показалось, что Хэла все-таки ударили!

Леди приложила руку к щеке и озабоченно улыбнулась. — О, мужчины такие идиоты. Когда он услышал, что его сын стал первым рыцарем дракона в этой стране со времен первого короля-героя, он обрадовался и сказал: — Этот идиот - рыцарь дракона, ха!

— Так вот что он говорит, когда счастлив?!

— Но если бы он только изображал счастье, это было бы нечестно по отношению к Каэдэ, с которой Хэл только что обручился, и к людям Дома Фоксии, верно? Ситуация сложилась так, как сложилась, Каэдэ и Дом Фоксии не будут винить Хэла за то, что он сделал. Вот почему он сердится от их имени.

— Что за неловкие отец и сын... —  сказала я в отчаянии, и леди хихикнула.

— Теперь они будут твоей семьей. Кстати, я мать Хэла - Эльба.

— Вы его мать?!

— О, Боже, как мило. У тебя такие же рыжие волосы, как у моего мужа и Хэла, так что это будет похоже на настоящую дочь, — сказала леди Эльба с бесстрастной улыбкой. Она кажется очень теплым человеком.

Тем временем, когда леди Эльба открыла всем его истинные чувства, сэр Глейв покраснел от смущения.

— Ты счастливчик! — воскликнул Глейв, побив своего сына.

— Гва...! Подожди, я не соглашусь, чтобы меня за это били, придурок!

На этот раз Хэл бил в ответ.

— Нгх... тебе было мало Каэдэ, так ты пошел и соблазнил еще и такую милую девушку!

— Тьфу... Я никого не соблазнял!

Рыжеволосые отец и сын начали драку. При ближайшем рассмотрении они оба казались полными жизни, так что леди Эльба, должно быть, была права, и именно так общались в клане Магна.

Кстати, их общение закончилось победой сэра Глейва. Это произошло потому, что Хэл, вероятно, чувствовал себя немного виноватым. Таща за собой окровавленного Хэла, сэр Глейв сказал леди Эльбе: — Извини, мы пойдем извиняться перед Домом Фоксии.

Она хихикнула. — Возвращайтесь скорее.

Глейв отправился в путь в приподнятом настроении, таща за собой Хэла, а леди Эльба смотрела им вслед с нежной улыбкой на лице. Когда я спросила ее об этом, мне сказали, что Хэл уже однажды проявил неуважение к королю и получил подобное наказание, после чего его притащили в замок, чтобы извиниться. Неужели в доме Магна так принято извиняться?

...Смогу ли я выжить в этом доме?

Пока я беспокоилась об этом...

— Я говорила это и Каэдэ, но самое главное в супружеской жизни - это «привыкнуть»,  ясно? — сказала леди Эльба.

— ...Я приму это к сердцу, матушка Эльба.

Я могла только кивнуть.

Несколько дней спустя Хэл и Каэдэ сопровождали короля на юг, в республику Тургис.

Однако я в итоге осталась в Доме Магна и наблюдала за домашним фронтом. Драконы и Рю были слабы против холода, и я бы только мешала, если бы сопровождала короля в холодные земли республики.

Поэтому пока что я наслаждалась первой в своей жизни семьей.

— Что вы думаете, отец Глейв? — спросила я, поглаживая его по плечу.

— У-у-у... Неплохо.

У Глейва было суровое лицо, и он мог быть грубым, но его уши покраснели, и я легко могла сказать, что он чувствует себя смущенным. Я считала его щеголеватым стариком, но в нем была и довольно милая сторона.

— Руби, дорогая, я собираюсь приготовить ужин, — сказала леди Эльба. — Не могла бы ты помочь?

— Да, матушка Эльба!

И я радостно пошла на кухню.

*** Что-Если***

Выброшенные элементы сеттинга

*Примечание: Эта история не имеет ничего общего с основным сюжетом!

**

— ...Их действительно много, — сказала Лисия. — Гораздо больше, чем прогнозировалось.

— Это просто то, насколько серьезно княжество.

Когда мы с Лисией стояли на стенах Альтомуры, мы могли видеть, как наступающие войска княжества Амидония приближаются к нам. 30 000 солдат армии княжества, которые двинулись в Эльфриден, чтобы воспользоваться раздорами между тремя герцогами и мной, продвигались с юга в сторону плодородного зернопроизводящего региона Альтомура.

Мы только что расправились с тремя герцогами, и наша главная сила, Запретная армия, находилась в процессе поглощения армии герцогства и реорганизации в Национальные силы обороны. Вновь реорганизованные Силы национальной обороны не собирались идти сюда, а вместо этого начали бы контрнаступление на север и взяли бы столицу княжества, Ван.

Именно поэтому в Альтомуре был только местный гарнизон из пятисот солдат и отряд из двух тысяч морских пехотинцев под командованием адмирала флота Экселя. Мы должны были остановить 30-тысячную армию княжества, имея всего 2500 солдат, и выиграть время, пока основные силы не смогут начать контр вторжение.

— Это будет тяжелая битва, — сказала Лисия.

— Мы это знали. Вот почему мы взяли с собой эту штуку, верно?

Мы повернулись, чтобы посмотреть на сверкающего металлическим серебром массивного механического дракона. Созданный гордостью нашего королевства, сверхнаукой Женей Максвелл, это был Мехадра. Это было оружие с броней, непробиваемой для пушек, у него был встроенный Тип-10, который отражал магические атаки, но никаких функций, которые заставили бы его двигаться. Это был белый слон, не имеющий никакого назначения, кроме как служить гигантским пугалом. Однако моя способность, — Живые полтергейсты, — смогла сдвинуть его с места.

— Ваше Величество, на моей стороне все готово, — позвала Айша.

— Люди готовы отправиться в любое время, — добавила Джуна.

Пришли величайшая воительница Королевства Айша и певица, которая также была командиром морской пехоты, Джуна. Они обе доложили о готовности. Если бы мы отправили Мехадру, это гарантированно посеяло бы смуту в рядах княжества, за это время Айша и пехотинцы выйдут из задних ворот, а затем сделают большую петлю вокруг, чтобы отрезать линии снабжения противника с тыла.

Я кивнул им двоим. — Хорошо. Ну, давайте начнем.

— Есть, сэр!

Наблюдая за убегающими Айшей и Джуной, я попытался забраться в Мехадру. Вот тогда-то это и произошло. Внезапно...

— Сома! —  Лисия выкрикнула мое имя и заставила меня остановиться.

Я обернулся, чтобы посмотреть, а Лисия бросилась ко мне и обняла меня.

— Л-Лисия?

После того, как я поймал ее, слегка спотыкаясь,  Лисия сказала напряженным голосом: — Послушай... Мне жаль. за то, что втянула тебя в такую битву.

В ее глазах стояли слезы. ее увлажненные глаза были бледными от чувства вины за то, что она оторвала меня от моей родины, но все же заставила меня сражаться за эту страну. Должно быть, все это время ее разъедало чувство вины.

Я не хотел, чтобы Лисия смотрела на меня так, поэтому положил руку ей на макушку. — Не делай такое лицо. Я теперь король, и есть вещи, которые я должен делать.

Лисия продолжала вести себя обеспокоенно. — Но если с тобой что-нибудь случится... ... Эй!

Я крепко обнял ее. Обнимая ее тело, которое, несмотря на всю ее силу, было довольно хрупким, я нежно погладил ее по затылку.

— Все в порядке. Мы с Мехадрой не проиграем.

— Сома...

— Так что жди меня. Я отправлю их собирать вещи, а потом вернусь обратно.

— ...Хорошо!

Я отпустил Лисию и забрался в кабину. Затем, сев на свое место, я прижал руки к бокам кабины, перенося одно из своих сознаний в Мехадру.

В следующее мгновение Мехадра начала двигаться, словно у нее была своя собственная воля, и издала механический рев.

Хорошо... Вперед, Мехадра.

— Это СомаКазуя в Мехадре, запуск.

**

— ...Подожди, а?

Когда я открыл глаза, я находился в офисе правительственных дел в Парнаме.

Передо мной лежала гора бумаг, которые нужно было просмотреть. Да... как обычно.

Казалось, что я задремал, пока занимался бумажной работой. У меня было такое чувство, будто я долгое время смотрел довольно реалистичный сон, но... я не мог вспомнить детали.

Ну, вот такие бывают сны.

Когда я потянулся, Лисия , которая занималась со мной бумажной работой, посмотрела на меня с удивленным выражением лица.

— Ты в порядке? Если ты устал, тебе нужно отдохнуть.

Лисия проявляла беспокойство о моем самочувствии, но я ответила ей с принужденной улыбкой: — Нет, ничего страшного. Я просто задремал, и мне приснился странный сон.

Пояснение от автора: Так выглядит история, если сняты все ограничители и рассмотрены способности Сомы, функции Мехадры и реакция окружающих стран на то и другое. На ранних стадиях написания «Героя-реалиста» я подумывал о том, чтобы дать Суме по-настоящему раскрепоститься со своими способностями, но мне показалось, что так будет сложнее выделить это произведение среди других, к тому же это противоречило желаниям читателей, поэтому я отказался от этой идеи.

*** Лисия в процессе восстановления ***

Я -  Лисия Элфриден. Кандидат на пост Первой Первоначальной Королевы Сомы.

Когда вопрос с горным хребтом Звездного Дракона был решен, мы все вернулись в королевство вчера, но я, должно быть, вымоталась от всех этих переездов, потому что мое здоровье сдало. Симптомами были головокружение и вялость, которые я почувствовала во всем теле, когда выходила из гондолы. Кроме того, мой аппетит был немного слабее, чем обычно.

Поскольку это была, скорее всего, просто простуда, я отдыхала и восстанавливала силы в своей постели. По замку всегда носились люди, но сегодня было тихо. Я была уверена, что они, должно быть, старались не шуметь в этой комнате, потому что я плохо себя чувствовала.

— Такое ощущение, что... время остановилось, — пробормотала я.

С тех пор, как приехал Сома, дни проходили ослепительно быстро, так что, возможно, давно я не чувствовала себя такой расслабленной. У Сомы всегда была какая-то работа, и с тех пор, как я начала помогать ему, у меня уже давно не было времени, когда мне ничего не нужно было делать. Хорошо, что я могу расслабиться, но...

— ...Но мне скучно.

Я всегда присоединялась к тренировкам стражей замка с Айшей, когда у меня было свободное время, но в моем состоянии я не мог этого делать. Я подумывала почитать книгу, но все, что у меня было в этой комнате, это учебники по военной тактике и стратегии. Если бы я читала их сейчас, то наверняка осталась бы без обеда. Мне было больно это признавать, но комната у меня была безвкусная. Единственной девчачьей вещью в этой комнате была кукла, которую Сома сделал как часть своего хобби, так что я чувствовала себя довольно жалкой. (У Сомы было слишком много девчачьей силы).

Пока я сидела там от нечего делать, в дверь постучали.

— Войдите, — позвала я, и вошла Ророа с Айшей, которая несла какой-то большой закрытый предмет.

— Привет, старшая сестра Сиа, как твое здоровье?

— Простите нас... Уф. —  Айша положила свою большую посылку на пол.

Я моргнула. — Мое здоровье стабилизируется, но... что это за штука?

Ророа озорно рассмеялась.

— Я подумала, что тебе будет скучно, поэтому мы пошли и одолжили это у дорогого. Правда, старшая сестра Ай?

— Да. Та-дам.

Айша откинула крышку, чтобы открыть простой приемник голосового вещания. Когда Ророа нажала на переключатель, они оказались прямо посреди певческой программы.

— Пошла и настроила одно из устройств королевской семьи на прием общественных передач, — сказала Ророа с самодовольно-уверенным видом. — Это поможет развеять скуку, пока ты не можешь выйти на улицу.

— Можно ли мне его использовать? У нас не так много простых приемников...

— Мы получили разрешение от его Высочества. Мы не планировали использовать его в ближайшем будущем, поэтому он сказал, что все в порядке, — объяснила Айша.

Если они получили разрешение, значит, все в порядке?

— Спасибо, Ророа, Айша.

— Ха-ха-ха! — Ророа засмеялась. — Не волнуйся об этом.

— Выздоравливайте скорее, — добавила Айша.

Они были обеспокоены тем, что долгое пребывание здесь может быть мне в тягость, поэтому они быстро вышли из комнаты. Оставшись одна, я рассеянно смотрела музыкальную программу. Обычно я занималась их производством, поэтому раньше не расслаблялась и не смотрела так, но... это было удивительно хорошо.

Пока я размышляла об этом, в дверь снова постучали.

— Войдите, — позвала я, и на этот раз вошли Джуна и Надин.

— Простите нас, — сказала Джуна.

— Мы входим.

У них обоих, похоже, были охапки книг. Они втащили их и оставили у моей кровати. Судя по обложкам и названиям, это были приключенческие и романтические романы.

— Что это за книги? — спросила я.

— Они мои, привезены сюда с горного хребта Звездного Дракона, — сказала Надин, надув грудь от гордости.

Джуна криво улыбнулась и добавила: — Мы слышали от леди Ророа, что тебе скучно, поэтому Надин принесла свои книги, чтобы одолжить тебе.

— Потому что я слышала, что у тебя нет ничего, кроме военных книг. Эти книги просто замечательные.

Похоже, Джуна и Надин, как до них Ророа и Айша, пришли с чем-то, что поможет развеять мою скуку. Я улыбнулась и поблагодарила их.

— Спасибо, Джуна, Надин.

— Пожалуйста, береги себя, — сказала мне Джуна.

— Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи нам, — добавила Надин.

Они вдвоем вышли из комнаты. Я помахала им рукой, прижимая к груди одну из книг, которые они принесли, когда они неохотно закрыли за собой дверь. Я была очень благодарна всем за доброту.

— Нгх... —  пробормотала я.

Похоже, в какой-то момент я заснула, держа в руках книгу Надин.

Когда я проснулась, солнце уже село. Но в комнате все еще было светло. Это потому, что были зажжены фонари. Вероятно, одна из служанок сделала это для меня, пока я спала.

Когда я встала, в дверь постучали.

— Как дела? Лисия.

Вошедший после этого стука был Сома. В руках он держал поднос, на котором стоял небольшой котелок. Карла тоже стояла позади него, неся тарелку с супом и еще что-то.

— Я слышал, что у тебя нет аппетита, но я подумал, что ты должна хотя бы что-нибудь съесть, — сказал мне Сома. — Я поручил работникам кухни приготовить это.

С этими словами Сома поднял крышку кастрюли, чтобы показать мне, что находится внутри.

— Та-да. Специальный бабушкин рецепт для больных,  Тама Тама Удон.

— Тама Тама Удон?

— Ты варишь лук в бульоне, пока он не станет мягким, затем добавляешь лапшу удон, как ту, что Пончо приготовил для меня. Когда она сварится до мягкости и станет легко усваиваемой, вы добавляете яйцо. В нем также есть имбирь, так что он согреет вас, и он очень питательный.

На моих глазах от бульона с супом поднимался пар. У меня все еще не было аппетита, но, похоже, ….. запах заставил меня очень сильно захотеть есть.

— Спасибо, я съем немного, — сказала я.

— Только столько, сколько сможешь осилить, хорошо? Я уверен, что Айша съест остатки.

— Хи-хи! Может быть, я съем все и расстрою Айшу... Да, это вкусно.

Сома и Карла улыбались, глядя, как я ела удон. Я чувствовала доброту каждого...

Это секрет, но я подумала: «Знаете, это не так уж плохо, время от времени.»

Но я не мог допустить, чтобы все вечно беспокоились обо мне. Сома и остальные должны были отправиться в Республику, но, похоже, скоро приедет врач Хильда. Мне нужно, чтобы она тщательно осмотрела меня.

*** Бывшие король и королева наслаждаются медленной жизнью ***

Королевство Фридония имело владения в горах, которые находились под непосредственным контролем королевской семьи.

Это были бывшие владения предыдущего короля Альберта, когда он был дворянином, а теперь они служили местом отдыха для бывшей королевской четы.

Это была пастораль (мирная и простая сельская жизнь), и люди там днем работали на полях и в молочных коровниках, а затем, хотя у них был только звук, они наслаждались музыкой и другими программами по передатчику, выпивая по вечерам. Это был расслабленный образ жизни. Это были палочки, но люди были мирными, и жить в этом районе было удивительно легко.

— Ла, ла, ла, — пел Альберт.

В этом спокойном месте, в поместье Альберта, бывший король подстригал деревья в своем саду, напевая про себя. Хотя Альберт запомнился людям как хороший человек и посредственный король, был один талант, в котором он преуспел: садоводство.

Альберт особенно хорошо умел заставлять распускаться прекрасные цветы и аккуратно подстригать ветви деревьев. Это объяснялось тем, что в бытность свою обедневшим дворянином он сам занимался садоводством в поместье. Поскольку для него это было отчасти хобби, его мастерство в этом деле быстро возросло. По правде говоря, даже после женитьбы на Элисия и вступления в королевскую семью он все еще иногда помогал поддерживать внутренние сады замка.

В частности, Альберт умел подрезать деревья так, чтобы их ветви принимали форму животных. Листья и ветви, которые он обрезал сейчас, должны были выглядеть как лебедь, чистящий свои крылья. Ему еще предстояло проработать некоторые мелкие детали, но это уже была достаточно качественная работа, и в ней чувствовалось движение. Затем...

— Эл, не мог бы ты сделать перерыв и выпить со мной чаю? — позвала его жена.

Бывшая королева находилась на террасе, примыкающей к садам, служанка стояла рядом с ней с уже приготовленным чаем.

Альберт вытер пот со лба и улыбнулся ей. — О, Элисия. Я сейчас приду.

И вот, двое молча наслаждались послеобеденным чаем на террасе. День медленно проходил вокруг них. Элисия с удовольствием смотрела на сады, потягивая чай.

— Количество цветов и животных определенно увеличилось. Как будто мы живем в книге сказок.

— А-ахахаха... Возможно, я увлекся и сделал их слишком много после того, как наш зять похвалил меня за них, — сказал Альберт со смущенным смешком.

Садоводческие навыки Альберта были прекрасны, и нынешний временный король Сома относился к ним с почтением. Поэтому Сома оплачивал расходы Альберта на садоводство из собственных карманных денег. Он построил в саду оранжерею, и всякий раз, когда ему попадались необычные цветы, он отправлял их Альберту, чтобы узнать, можно ли их выращивать в этой стране. Благодаря этому нынешний сад был полон цветов и деревьев в форме животных всех цветов.

Увидев, как смутился Альберт, Элисия хихикнула. — О, что за беда? Этот сад очень популярен, в конце концов.

Внезапно раздался звук шагов. Похоже, что дети из соседней деревни пришли поиграть.

— Коороооль! Король! Здраствуйте!

— Привет!

Дети приветствовали их безупречными улыбками.

— Эй, госпожа королева, — сказал один из детей. — Можем ли мы снова исследовать сад?

— Хи-хи! Можно.

Получив ее одобрение, дети закричали: — Ура! —  подняли руки вверх и побежали в сад.

Этот сад, переполненный разноцветными цветами и деревьями в форме животных, был привлекательным местом для детей, и они часто приходили сюда играть. Альберт и Элисия не возражали против этого, но родители детей, знавшие об их статусе, относились к этому очень скромно и всегда присылали свежие овощи в знак благодарности за то, что они разрешают своим детям играть.

— Мне приятно видеть их такими энергичными, но мы больше не король и королева, да и вообще никто, — сказал Альберт, с беспокойством потрогав свои усы.

— А в чем проблема? — сказала Элисия. — Пусть они называют нас как хотят.

— Я это понимаю, но мне кажется, что я забираю нечто у зятя и Лисии, которые так много работают в замке.

—  Хи-хи! Эти дети совсем не против. — Сказав это, Элисия наблюдала за детьми, резвившимися в саду. — Подумать только, мы можем вот так спокойно проводить наши дни... Я и представить себе такого не мога.

— Действительно. Все-таки первая половина нашей жизни была особенно трудной.

Они поддерживали друг друга, чтобы пройти через войну за престол, которая последовала за смертью короля до Альберта. В то время они оба, наверное, и представить себе не могли, что наступит такая мирная жизнь, как сейчас.

Улыбаясь, Эсия положила свою руку поверх руки Альберта. — Но именно поэтому я рада, что выбрала тебя. Только потому что «я этого мира» выбрала тебя, мы можем прожить наши дни в мире, как сейчас.

— Элисия... Благодаря твоей силе я смог доверить трон нашему зятю. Благодаря этому я могу спокойно возиться в саду и проводить время с теми, кого я люблю.

— Я люблю тебя, Ал.

— Я тоже тебя люблю, Элисия.

Слуга мог только криво усмехаться, наблюдая за этой пожилой парой, от которой исходила аура любви.

Затем к ним подошел другой слуга и передал Альберту письмо. — Мастер Альберт, письмо от   Лисии, адресованное вам двоим.

— Хм. От Лисии? У нее все хорошо?

Приняв письмо, они вдвоем просмотрели его. А потом...

— О, дорогая, — сказал Альберт.

— О, о. О, Боже, — сказала Элисия.

Содержание письма заставило их обоих удовлетворенно улыбнуться.

*** Послесловие от автора***

Спасибо, что купили шестой том! Это Додзиомару, и я считаю, что, хотя в мире гораздо больше мехов, вдохновленных драконами, многие мехи, вдохновленные Рю тоже классные.

На этот раз я хочу многое сказать, поэтому у меня есть три страницы, чтобы сделать это. Я буду объяснять вещи, которые содержат спойлеры, поэтому я рекомендую не читать этот раздел, пока вы не закончите основную историю.

В этом томе пятая невеста, Надин, черная Рю, наконец-то присоединилась к семье Сомы.

Хотя она была единственной Рю, живущей среди драконов, Надин - обычная девушка, с характером, очень похожим на тех, кто живет в мире, откуда родом Сома. Я хотел передать ощущение того, что она - влюбленная девушка, и мне кажется, что она получилась очень похожей на юную девушку.

Кроме того, в этом томе была показана связь между миром, из которого пришел Сома, и миром Лисии и остальных. Короче говоря, намекнули, что это может быть не другой мир. Если это так, то что тогда для этого мира магия, различные расы, демоны и монстры? Я бы хотел постепенно раскрыть это по ходу повествования. Это такая же странная история, как и всегда.

Обычно, если вы начинаете с мира меча и магии, вы строите свою историю на этой платформе; но в этой истории мы будем обсуждать, почему он вообще стал миром меча и магии. Это может показаться педантичным, но я думаю, что именно это придает этой истории ее «индивидуальность».

Я говорил об индивидуальности и универсальности и в основной истории. Сома сравнил это с экзаменационными войнами, но я чувствую, что это наиболее применимо к созданию литературы. Если то, что вы создаете, слишком причудливо, никто не примет это и не обратит на это внимания. Однако, когда речь идет о материале, который легко принимается всеми, формулы и шаблоны уже установлены, и вы будете утопать в похожих работах.

Работая с материалом, который будет принят большим количеством людей, даже если он может быть доступен не всем, я хочу найти какой-то способ привнести себя и отличить его от других работ. Это тот зазор, который писатели (хотя, возможно, не только писатели) пытаются найти путем постоянных проб и ошибок.

Если я и хочу сказать что-то еще, так это об адаптации манги Сатоси Уэды, которая выходит одновременно с этим томом. Каждый раз, когда я вижу черновой вариант главы, я потрясен качеством рисунков. Он проделал хорошую работу, обобщив то, что я подробно объяснял в романе. Я должен отдать ему должное и сказать, что если вы хотите просмотреть прошлые события, вам стоит прочитать манга-адаптацию.

Спасибо, господину Уэда. Пожалуйста, продолжайте работать над этим романом.

Теперь, что касается продолжения этой истории... вы можете прочитать его. Я выложил на Pixiv все, что было после арки «Горный хребет Звездного Дракона».  Там вы можете прочитать примерно четыре тома вперед. Я сомневался, можно ли об этом объявлять, но мой редактор сказал: — Конечно, почему бы и нет? Это работает как реклама, — и не посчитал это большой проблемой.

Для тех, кому интересно, поищите на Pixiv по ключевому слову. Вы узнаете, что нашли его, по значку «Маленький Мусашибо».  Но версия на Pixiv разбита на множество маленьких частей, поэтому тем, кто хочет прочитать все сразу, я рекомендую дождаться опубликованных томов.

В моем случае, я много переписываю и дополняю опубликованные тома, так что было бы хорошо, если бы вы тоже могли продолжать их покупать.

Позвольте мне сказать определенно: Что бы ни говорилось в веб-версии романа, то, что есть в опубликованных томах, является «каноном».

Так что позвольте мне на этом закончить.

Я выражаю благодарность Фуюки за то, что он всегда делала такие замечательные рисунки персонажей, Сатоси Уэда за великолепную адаптацию манги, моему редактору, дизайнерам, корректорам и всем, кто сейчас держит эту книгу в руках.

Это был Додзёмару.

Перед этим было три коротких рассказа о том, чем занимались те, кто остался в королевстве, в течение этого тома. Я рассматривал возможность вставить их в хронологическом порядке, но решил, что лучше читать сразу основную историю, поэтому книга организована таким образом.

С точки зрения хронологии, побочная история 1 происходит непосредственно перед тем, как Сома и Надин совершают свое короткое путешествие назад; побочная история 2 происходит, когда Сома,  Лисия и остальные отправились противостоять буре; и побочная история 3 происходит, когда все закончилось, и они вернулись в королевство. После них идет второй эпилог, который вводит в следующий том.

Если быть до конца честным, то «Побочная история 3»  на самом деле происходит сразу после Эпилога 2.

Я надеюсь, что вы дочитаете до конца.

*** послесловия от переводчика

Приятного чтения, выходим в 7 том

-Середина 5-го месяца, 1547-й год по континентальному календарю-

Томоэ, оставленная в городе у границы с Лунарским православным папским государством, пришла на полуденный рынок со своим телохранителем Инугами. Посыльный Куи уже доставил весть о том, что Сома и остальные в безопасности и заберут Томоэ с собой с их следующий пункт, Республику Тургис, поэтому она должна была ждать здесь, пока они встретятся с ней. Однако, похоже, было бы обидно просто сидеть и ждать, поэтому они с Инугами решили осмотреть шумный рынок.

Благодаря тому, что рынок находился недалеко от границы, здесь собиралось множество торговцев, путешествующих между двумя странами, и товары из обеих стран были выставлены на продажу.

— Эй, маленькая девочка, — сказал один из них. — Почему бы тебе не попросить папу купить тебе эту заколку?

— У меня тут есть отличные сушеные продукты! — крикнул другой. — Посмотри пожалуйсто!

Пока Томоэ и Инугами ходили по рынку, торговцы в своих лавках окликали их на купеческом жаргоне. Казалось, их принимают за родителя и ребенка. Лица у них были совершенно разные, но среди зверолюдей принято, чтобы мужчины и женщины имели очень разную внешность, поэтому, возможно, они и выглядели как отец и дочь.

Томоэ подняла голову и хихикнула. — Господин Инугами, они думают, что вы  мой отец.

— Да, госпожа, —  сказал он. — Невежливо с моей стороны говорить это, младшая сестра, но нам удобно, что они так неправильно понимают наши отношения. Если мужчину видят гуляющим с девушкой, которая достаточно молода, чтобы быть его дочерью, но таковой не является, люди начинают думать то, чего мы не хотим.

Другими словами, если альтернатива - быть принятым за похитителя, то гораздо лучше, чтобы о них думали как об отце и дочери.

Томоэ подняла на него глаза. — Хм... Тогда не будет ли лучше, если ты будешь говорить со мной менее уважительно и более как отец?

— Нет... Я не могу этого сделать...

— Ты не можешь?

— Не то чтобы я... не могу. Наверное, ты права, Томоэ. — Смирившись, Инугами отбросил свой формальный тон.

Томоэ хихикнула. — Тогда ладно, папа.

— Что такое, «моя дочь»?

— Я хочу посмотреть, что за лавки сегодня здесь у купцов, приехавших из других стран.

— Хм... В таком случае, один из них вон там. — Инугами указал на ларек, которым управлял толстый мужчина. Похоже, он продавал сушеные фрукты, которые долго хранились.

Томоэ наклонила голову в сторону. — Откуда ты можешь знать?

— Видишь аксессуар с символом лунарской ортодоксии, который он носит на груди?

Теперь, когда Инугами указал на него, она увидела, что толстяк носит на левой груди аксессуар с символом, похожим на сочетание полной луны и полумесяца.

Томоэ не могла этого знать, но Мэри, которая была посланницей Лунарского православного папского государства, носила ожерелье с таким же символом.

— Благочестивые верующие лунарской ортодоксии носят их постоянно, —  объяснил Инугами. — Вы видите, что цвет на нем тоже особенный. Это знак того, кто сделал значительный вклад в главную церковь.

— О, я поняла. Вот как ты узнал, что он из православного папского государства.

— Верно. Хочешь пойти посмотреть?

— Да! — воскликнула она.

Они вдвоем подошли к ларьку. Впереди были сушеные фрукты и орехи, а сзади стояло несколько бочек, в которых мужчина хранил фрукты, законсервированные в меду.

— Эй, девочка, у меня есть вкусные фрукты, законсервированные в меду, — с ухмылкой сказал хозяин магазина. — Почему бы тебе не купить немного?

В ответ Томоэ спросила: — Вы ведь не местный, верно, мистер? Есть ли у вас какие-нибудь интересные истории о вашей стране?

— А? — Владелец магазина был озадачен неожиданным вопросом.

— Эй, невежливо вот так неожиданно его задавать! — выругался Инугами.

Когда она застыла от крика, он поднял ее за капюшон. Томоэ была беспомощна, как котенок, подвешенный в воздухе.

Инугами изобразил фальшивую улыбку и многократно поклонился хозяину магазина. — Простите, господин. У нас есть дела в Республике Тургис, но для моей дочери это впервые, и она вся извелась. Каждый раз, когда она что-то видит, она спрашивает: «Что это?», «Что это?» Она просто не может успокоиться...

— О... Хахаха, приятно видеть, что ребенок так полон любопытства.

— Вы правда так думаете? О, я буду немного этих консервированных фруктов.

— Спасибо! Приходите еще!

С Томоэ, все еще удерживаемой в воздухе, Инугами расплатился за товар, затем получил аккуратно порезанную дыню, законсервированную в меду, и с улыбкой покинул лавку.

Как только они оказались в месте, которое не мог видеть владелец магазина, Инугами опустил Томоэ на землю, скрестил руки и посмотрел ей прямо в глаза. — Я прошу простить меня за то, что накричал на тебя. Но маленькая сестра...

— Д-да...?

— Почему ты задала такой вопрос?

Инугами сохранял настолько спокойный тон, насколько мог, чтобы не напугать ее.

Томоэ посмотрела на него выпученными глазами, затем нерешительно призналась: — Я подумала, что если я хочу быть в состоянии помочь старшему брату и остальным, мне нужно изучить другие страны. Вот почему... эм... я хотела спросить его...

Голос Томоэ постепенно становился все тише, пока она говорила.

Инугами вздохнул. — Есть шпионы, которые маскируются под торговцев. Если бы он был одним из них, на тебя могли бы обратить особое внимание, потому что ты хотела получить эту информацию. Это очень опасно.

— Мне очень жаль... —  Томоэ выглядела искренне раскаивающейся, и ее волчьи уши поникли.

Видя, что она совершенно обескуражена, Инугами положил руку на плечо Томоэ. — Так что, если хочешь узнать о других странах, расскажи мне. Я научу тебя всему, чему смогу. Естественно, я не могу рассказать тебе ничего секретного.

Затем Инугами протянул Томоэ чашу с фруктами в меду. Она взяла один, откусила кусочек и улыбнулась.

— Это так мило, папа.

— Я не могу не быть милым. Особенно для моей «дочери».

После этого обмена мнениями, в котором они могли быть, а могли и не быть на одной волне, оба улыбнулись. Для любого, кто смотрел, они выглядели как близкие отец и дочь.

На следующий день Сома и остальные встретились с ними.

Эта история произошла примерно в то время, когда Сома уехал в республику.

Место действия - Венет( сокращенно от Венетиновы), прибрежный город на востоке королевства Фридония.

Побережье королевства было изогнуто в форме «<». Чтобы стимулировать более активное распространение товаров по стране, король Сома спонсировал строительство Венета на углу этой формы.

Если что и было уникальным в этом городе, так это его двухуровневая планировка. На нижнем уровне, обращенном к морю, располагались рыбацкий порт, площадь, парки и многое другое, в то время как жилой квартал, особняк губернатора и другие подобные здания были сосредоточены на верхнем уровне.

Почти все торговые площади располагались вдоль холмистой дороги между этими двумя уровнями. Такая планировка города была разработана для подготовки к великому землетрясению, которое, как говорили, случается раз в сто лет.

В одной из клиник, расположенных вдоль дороги на холм в Венет, находился восьмимесячный малыш, раскачивающийся на руках у матери.

— Гу-гу-гу! — ворковал малыш.

Этого здорового малыша назвали Фуку. Во время визита Сомы в лагерь беженцев Хильде Норг, женщина-врач, принадлежащая к расе трехглазых, и Брэд Джокер, хирург, приняли роды путем кесарева сечения. Кстати, Сома сам дал мальчику имя.

Сегодня маленький Фуку пришел с мамой на очередной осмотр.

Хильда была врачом, который его осматривал.

— Хм... Я не вижу ничего необычного. Он полон энергии.

Еще совсем недавно она работала в профессиональной школе Джинжер в столице Парнама, готовя врачей. Как только дело пошло на лад, Хильда, которая всегда больше любила лечить простых людей, чем сидеть в лаборатории, оставила свои обязанности младшим ученикам школы. Чтобы следить за бывшими беженцами, беспокоясь о них, она последовала за ними в этот новый город и открыла клинику.

При этом Хильда считалась одним из двух величайших умов в мире медицины, а другим был хирург Джокер. Поэтому их обоих часто вызывали в медицинскую школу в Парнаме, но в последнее время, по определенной причине, она оставалась в Венет.

Услышав от Хильды, что с ее ребенком все в порядке, мать Фуку склонила голову. — Большое спасибо. Благодаря вам и доктору Джокеру мы с Фуку все еще здесь.

— Не нужно меня благодарить, — сказала Хильда. — Вы знаете, это моя работа,. Более того, как сказал вам король, вы должны благодарить своего ребенка за то, что он родился, когда мы оба были там.

Возможно, чтобы скрыть свою застенчивость, Хильда отвернулась, чтобы посмотреть в другую сторону, пока она расчесывала волосы Фуку, которые наконец-то начали расти равномерно.

Фуку радостно захлопал в ладоши.

Мать Фуку наблюдала за этим с легкой улыбкой. — Думаю, вы правы. Теперь мы можем вместе ждать возвращения моего мужа.

— О, верно, они нашли вашего мужа?

— Да, — сказала другая женщина, выходя вперед. — Я получила весточку от своего старшего брата.

На этот вопрос ответила восемнадцатилетняя девушка в наряде, похожем на наряд коренного американца, и с краской на щеках, которая казалась волшебной.

Ее звали Комаин. Изначально ее брат, Джирукома, поручил ей заниматься беженцами, а теперь она стала лидером общины бывших беженцев, пустивших корни в Венет.

Сегодня Комаин пришла сюда, чтобы поддержать Фуку и его мать во время планового осмотра. — По словам гонца Куи, которого прислал мой брат, он уже должен быть на пути сюда.

Джирукома вернулся на север, возглавив всех тех, кто отказался стать членом этой страны и кто настаивал на попытке вернуть свои родные земли. Сейчас он находился в Королевстве Ластания, одной из небольших стран, входящих в Союз Восточных Наций, в качестве солдата-добровольца, откликнувшись на призыв о наборе войск.

В этой стране он также собирал информацию о тех, кто был потерян, когда их гнали с севера. Отец Фуку был одним из тех, кого он нашел таким образом.

— Он сказал, что твой муж искал тебя в одной из соседних с Ластанией стран, — сказала Комаин. — Когда  мой брат сказал ему, что ты в безопасности и родился твой ребенок, он бросил все дела, чтобы примчаться сюда и быть рядом с тобой.

— Честно говоря... этот человек всегда так спешил, — сказала мать Фуку, но выглядела она очень счастливой.

Хильда с досадой пожала плечами. — Что ж, хорошо, когда семья вместе. Только позволь мне предупредить вас об одной вещи.

— А? Конечно.

— Ваш живот уже однажды вскрывали для родов. Процедура прошла отлично, и вы, вероятно, сможете родить второго, но... после того, как живот разрезали один раз, он слабеет, и естественные роды становятся сложнее. Поэтому, когда вы будете рожать в следующий раз, будет безопаснее и для вас, и для ребенка, если мы разрежем вас и вытащим его.

Мать Фуку и Комаин захлопали.

Хильда усмехнулась им обоим. — Когда ваш муж вернется, у вас будет романтическое время вместе. Если после этого вы решите, что очень хочете второго, вам лучше обратиться к врачу, одобренному мной или страной.

— Точно! — Мать Фуку с энтузиазмом кивнула.

Услышав это, Фуку тоже издала уверенный возглас, который заставил всех троих посмотреть друг на друга и улыбнуться.

— Осмотр закончен? — Брэд высунул голову из глубины клиники. Он был человеком, чье выражение лица обычно было более сдержанным, но сейчас он с беспокойством смотрел на Хильду. — Эм... все в порядке?

— Они в порядке, — сказала Хильде. — И мать, и ребенок здоровы.

— Нет... Я не это имела в виду...

— Честно говоря... ты нервничаешь больше, чем я ожидала. — Хильда встала и выпихнула Брэда в заднюю часть клиники. — Для начала, здесь не должно быть мужчин, пока я принимаю пациентку!

— Нет, ты принимаешь ребенка... Я просто...

— Хватит. Иди туда и готовься к завтрашнему дню! Тебе нужно будет отправиться в столицу и осмотреть принцессу. Говорят, она заболела.

Насильно заставив Брэда уйти, Хильда вернулась на свое место. — Боже правый, — пробормотала она.

Увидев это взаимодействие между ними, Комаин недоуменно наклонила голову в сторону. — Доктор Брэд тоже здесь? Я слышала, что у него появилась жажда странствий, и он принимает пациентов по всей стране.

Брэд действительно был склонен к странствиям. Он был из тех, кто сказал бы королю Соме в лицо: — Я хочу лечить бедных, а не богатых. — Говоря более лестным языком, он был одиночкой; говоря менее лестным языком, у него все еще был легкий случай синдрома школьника.

Несмотря на то, что он получил от Сомы просьбу проводить лекции, он все еще ездил по стране, чтобы принимать пациентов и лечить их. Формально он брал с собой учеников и называл это обучением на месте.

Вот почему Комаин удивилась, увидев здесь Брэда.

Однако Хильда фыркнула. — Чему тут удивляться? Мужчины так просты, — сказала она, потирая живот.

Этот жест сказал Комаин все, что ей нужно было знать. — Вы тоже, доктор?!

— Ого, поздравляю! — воскликнула мать Фуку.

— Хмф... —  Хильда смущенно отвернулась. Но, тем не менее, исчезающе малым голосом она ответила: — Да, да... Спасибо.

То, как она это сказала, заставило Комаин и маму Фуку разразиться смехом.

— Комаин, спасибо, что пошла со мной сегодня, — сказала мать Фуку, склонив голову.

— Дааааа, — согласился ее маленький сын.

Время было чуть больше трех часов дня. На холмистой дороге возле клиники Хильды Комаин засучила рукава и сказала: — Ничего страшного. Брат попросил меня присмотреть за всеми. Если я могу что-то сделать, пожалуйста, скажите мне.

— Спасибо. Вы уже собираетесь домой?

— Нет, мне нужно подать кое-какие документы губернатору, поэтому я планирую отправиться туда следующим.

— О, это правда? Что ж, продолжайте в том же духе.

— Обязательно! До встречи, Фуку.

Взяв руку Фуку и пожав ее, Комаин попрощалась с ними двумя и помчалась вверх по холму. Особняк губернатора находился на самом высоком месте в этом городе. Когда Комаин мчалась по торговой улице, хозяйка одного из фруктовых магазинов окликнула ее.

— Кома, ты всегда выглядишь такой занятой. Ты правильно питаешься?

— А? Ну, раз уж ты об этом заговорила, возможно, я сегодня пропустила обед.

— Это нехорошо. Даже если ты занята, ты должна есть! — Женщина бросила Комаин одно из яблок, которые она продавала.

— Вау... Спасибо! — Комаин поймала яблоко, энергично помахала женщине, а затем пошла дальше.

Люди часто махали Комаин, когда она бежала по улицам.

В последнее время у нее было много работы: от уборки, стирки и присмотра за детьми до доставки и удаления пчелиных гнезд. Хотя она была совсем юной девушкой, она твердо взяла на себя роль общественного организатора беженцев, а поскольку у нее хватало смелости высказывать свое мнение местным мужчинам, даже если они были работягами и могли быть немного грубыми, неудивительно, что она стала такой популярной.

Но... я не могу делать это вечно, думала Комаин, бегая по улицам Венет. Беженцы начинают пускать корни в этом новом городе. Если мы собираемся ассимилироваться в этой стране, будет лучше, если не будет «стены» между теми, кто раньше был беженцем, и теми, кто им не был. Моя роль организатора для общины является олицетворением этой стены, так что в конечном итоге я им больше не понадоблюсь. Это само по себе хорошо, но...

Комаин откусила яблоко, которое ей дали, и слегка вздохнула.

Возможно, мне пора начать искать способ жить самостоятельно, как это сделал брат, когда ушел на север.

Комаин размышляла об этом, пока бежала по улицам. Пока она размышляла, она добралась до места назначения.

Особняк губернатора; здесь жил губернатор, управлявший городом.

Это не был господский особняк, потому что город Венет  был частью королевских владений, и поэтому господином этого города был король Сома. Однако король Сома находился в столице, поэтому ему нужно было послать кого-то для управления городом.

Бывало, что управление крупными городами возлагалось на дворян и рыцарей, работающих в правительственной канцелярии, но, учитывая важность этого города, простого магистрата было бы недостаточно.

Для управления городом был создан титул «губернатор».  Это была новая должность, созданная для человека, который будет управлять этим важным городом от имени Сомы, а место, где этот губернатор жил и работал, называлось особняком губернатора.

Что же касается того, кто был нынешним губернатором города...

— Простите. Губернатор Пончо сейчас у себя?

Действительно, это был бывший министр продовольственного кризиса и нынешний министр сельского и лесного хозяйства, Пончо Панакотта.

Поскольку этот важный город нельзя было оставлять в руках кого-то менее компетентного, близкий соратник короля Пончо был назначен, хотя и временно, для выполнения этой работы. Из-за этого дни Пончо проходили ослепительно быстро: каждое утро он отправлялся на работу в замок, а после обеда возвращался в Венет.

Формально, его замена уже была выбрана - им стал лорд Алтомура, Вейст Гарро, отличившийся на войне, но пока он не был готов вступить в должность, напряженные дни Пончо продолжались.

Более того, Пончо ожидала еще одна порция неприятностей.

— Губернатор присутствует, но вам придется долго ждать, если вы хотите получить аудиенцию у него, — сказал охранник с принужденной улыбкой и таким тоном, будто на что-то намекал.

— Я понимаю, — сказала Комаин. — Мне нужно представить некоторые документы, так что вы не возражаете, если я подожду?

— Я понимаю. Идите, госпожа Комаин. Вы можете остаться в комнате ожидания.

Отчасти благодаря тому, что она была знакома, охранник легко пропустил Комаин внутрь.

Служанка, стоявшая у входа в здание, которой было поручено сопровождать гостей, провела ее в комнату ожидания, где уже ждали четыре женщины.

Женщины, казалось, собрались в одном углу комнаты и о чем-то разговаривали. Все они были одеты в вульгарные наряды, и Комаин могла предположить, что это молодые леди благородного происхождения. Женщины переглянулись, когда она вошла в комнату, затем прижались друг к другу и стали перешептываться.

Комаин, чувствуя себя неловко, села на расстоянии от этих женщин. Когда она это сделала...

— Что это за наряд? Неужели эта девушка хочет стать женой сэра Пончо?

— Какая обычная девушка. Неужели она думает, что если это сэр Пончо, то даже такая девушка, как она, сможет его соблазнить?

Комаин прекрасно слышала их шепот. Она была из племени охотников, живших на севере, и они были чувствительны к присутствию добычи и другим шумам. Она могла слышать такие приглушенные голоса, как у них, хотела она того или нет.

Комаин вздохнула. Я так и знала... Это женщины, которые пришли обсудить возможный брак с сэром Пончо, как я и думала.

Уже было публичное объявление о том, что король Сома проведет церемонию в честь своего брака с принцессой Лисией и другими его королевами. В ответ на это посыпались предложения о браке от тех, кто хотел обеспечить себе положение королевы. Мало того, предложения о браке массово поступали и всем неженатым мужчинам из числа вассалов Сомы, которые казались перспективными.

Умный и привлекательный премьер-министр Хакуя и красивый капитан королевской гвардии Людвин пользовались популярностью, но больше всего предложений поступало Пончо.

Будучи начинающим дворянином, Пончо происходил из семьи с низким статусом, что создавало низкий барьер для подобных предложений. Вдобавок ко всему, его тело было пухлым; те, кто был уверен в своей внешности, считали, что его будет легко соблазнить. Кроме того, многие испытывали к нему искреннюю привязанность как к одному из тех людей, которые помогли положить конец продовольственному кризису.

Короче говоря, Пончо посещали люди с высоким и низким статусом, те, кого интересовали амбиции, и те, кто был чист... Это была поистине разнообразная группа женщин, которые делали ему предложение. В группе, собравшейся здесь в данный момент, несомненно, было много женщин из амбициозных домов.

— Только смотри, — сказала одна из них. — Я сделаю этого пузатого мужчину своим с таким красивым лицом.

— Он кажется робким, так что, если я надавлю достаточно сильно, он должен легко подчиниться.

— Судя по его виду, он не может привыкнуть к красивым женщинам.

Женщины продолжали разговаривать тихими голосами.

Это довольно неприятно, подумала Комаин. Мне все равно, что обо мне говорят, но сэр Пончо работал с Его Величеством, обеспечивая продовольствием нас, беженцев, когда нам было трудно. Я хочу, чтобы он был счастлив, и мне бы не хотелось, чтобы его женой стала кто-то слишком странная.

Однако, как говорили эти женщины, Пончо был несколько мягок. Если женщины будут настаивать достаточно сильно, то, учитывая его характер, он, возможно, не сможет отказаться. Комаин беспокоилась за Пончо, но тут ей в голову пришел вопрос.

А? Тогда почему он до сих пор не женился?

Действительно, Пончо было легко подтолкнуть к чему-то. Однако, несмотря на это, она ничего не слышала о его помолвке. И это несмотря на множество предложений.

Он отвергает все эти предложения от таких женщин? Сэр Пончо, которого я знаю?

Пока Комаин размышляла об этом, за ними пришла служанка, и всех женщин, присутствовавших на обсуждении потенциальных браков, вывели одну за другой.

В следующее мгновение Комаин осталась одна.

Затем за ней пришла служанка, сообщив Комаин, что ее очередь подошла.

— Прошу прощения за ожидание. Госпожа Комаин, пройдите сюда, пожалуйста.

Следуя за служанкой по коридору, Комаин увидела одну из тех женщин, которые до этого находились в комнате ожидания и быстро шли к ним с противоположной стороны. Ее лицо было напряженным, и она прошла мимо Комаин, казалось, не обратив на нее внимания.

Что это было? Она выглядела так, словно была на взводе. Неужели ее встреча прошла не очень хорошо?

Пока она размышляла об этом, они подъехали к приемной. Служанка легонько постучала в дверь, затем дождалась ответа изнутри, открыла ее и объявила о прибытии Комаин.

— Пожалуйста, входите.

Услышав голос Пончо, Комаин ответила: — Извините, — и вошла в комнату.

В приемной на диване сидел немного уставший Пончо, а за ним стояла служанка.

Как только Комаин увидела служанку, ее глаза расширились. На мгновение она была ошеломлена этой женщиной, которой на вид было чуть больше двадцати лет, с красивым лицом и уравновешенностью, говорившей о ее большом интеллекте.

Неудивительно, что эта женщина выглядела такой насупленной...

Когда за спиной Пончо стоит такая красавица, это, несомненно, разрушает всю уверенность пришедших женщин в собственной внешности. Неужели только благодаря ей, несмотря на все предложения, ни одна женщина не смогла протолкнуть свое? В таком случае...

А?! Она смотрит на меня?! Комаин показалось, что служанка, стоявшая позади Пончо, бросила на нее взгляд.

А когда взгляд бросала красавица, эффект был многократно усилен. Комаин почувствовала холодок по позвоночнику, но это была та же самая Комаин, которая проводила дни, открыто высказывая свои мысли громилам.

Она ответила взглядом, как бы говоря: — Я не проиграю.

В ответ на взгляд Комаин, служанка еще больше напряглась.

Их взгляды столкнулись. Казалось, что за ними виднеется образ волка и ястреба.

— Вы двое, что-то случилось? — нерешительно спросил Пончо, почувствовав ненормальную атмосферу между ними.

Обратившись к нему, Комаин первой пришла в себя. — О, точно. Пончо, я принесла список вновь прибывших беженцев.

— Так, так. Спасибо вам за твашу тяжелую работу.

Когда Комаин передала бумаги Пончо, гнетущая атмосфера, которую она чувствовала от служанки, исчезла. Более того, служанка поклонилась ей и сказала: — Я пойду приготовлю чай—, после чего вышла из комнаты.

Пока над головой Комаин все еще витал вопросительный знак из-за внезапной перемены в ее отношении, Пончо заговорил.

— Простите, кажется, мы заставили вас ждать, да, — извинился он, просматривая документы.

— О, нет. У вас много желающих выйти за вас замуж?

— Д-да. Давайте посмотрим. Как я слышал, многие неженатые мужчины среди вассалов Его Величества получали такие предложения. Даже я получил их изрядное количество. Если бы госпожа Серина, старшая горничная в замке, не занималась ими для меня, я уверен, все стало бы еще хуже.

Серина... Это та самая невероятно красивая горничная? Если она главная служанка в замке, она должна быть очень способной.

Пончо изобразил обеспокоенную улыбку. — Конечно, может быть, это из-за того, как я выгляжу. Я получил ужасно много предложений, но ни одно из них не сработало. Мне часто говорят: — Вообще-то, давайте все отменим, как только видят мое лицо на собеседовании.

А? Значит ли это, что...

Комаин вспомнила момент, когда она впервые вошла в комнату. Она увидела любезного Пончо и суперкрасивую горничную Серину, стоящую позади него.

Да... Это был первый барьер. Те, кто был немного уверен в своей внешности и думал, что сможет легко соблазнить Пончо, увидев прекрасное лицо Серины, скорее всего, поспешно ретировались. Даже если бы они устояли на ногах, следующим ударом для них стала бы волна запугивания от Серины. Обычная женщина, вероятно, не смогла бы выдержать такого давления.

Даже Комаин почувствовала нечто похожее на дрожь, которую она испытала бы при встрече с крупным волком.

— Серина была достаточно добра, чтобы управлять делами, так что мне жаль ее, да, — извиняющее сказал Пончо.

Нет, разве это вина Серины, что ни одно из этих предложений не сработало?!

Комаин чуть не сказала это вслух, но служанка прервала её.

— Прошу прощения. Я принесла чай. — Серина принесла чай, как будто тщательно спланировав время, так что слова так и не сорвались с уст Комаин.

Пока она пила вкусный чай, мысли Комаин вращались в голове путаными кругами. Госпожа Серина встает на пути брачных предложений сэра Пончо? Но почему? Раз ее прислали из замка, значит, это по приказу Его Величества? Нет, этого не может быть. Я не могу представить, чтобы король сделал что-то настолько мерзкое. Тогда это ее собственная воля? Может быть, она имеет что-то против сэра Пончо?

Пока Комаин размышляла об этом, Пончо осторожно заговорил с ней. — Как поживают бывшие беженцы в эти дни? Есть ли что-нибудь, что их беспокоит?

— О, верно, — сказала Комаин. — Все привыкают к жизни здесь. Это постепенный процесс, но я получаю меньше просьб о посредничестве, чем раньше.

— Это хорошо. Мир - это самое главное.

— Это так. С моей точки зрения, как организатора сообщества, я чувствую, что это груз с моих плеч, и мне стало легче. В то же время, у меня все меньше и меньше дел, поэтому я подумываю о том, чтобы начать что-то новое. Сэр Пончо... вы заняты как никогда, не так ли?

— Да. Помимо работы губернатора, я также должен встречаться со всеми людьми, делающими предложения, и Его Величество поручил мне изучать что-то новое. Так что я занят.

Пончо посмотрел на гору книг рядом со своим столом и вздохнул.

— Изучать...? Что именно? — спросила Комаин.

— Перевозку провизии. По словам Его Величества, от того, будет ли мое имя значиться среди людей, управляющих питанием наших солдат, будет зависеть моральный дух всей армии. Вот почему, пусть даже для вида, он, очевидно, хочет поставить меня на важный пост, так что сейчас мне вдалбливают минимум базовых знаний.

Пончо был настолько широко известен как специалист по еде, что простые люди называли его «Исидзука, Бог Еды». Даже простого упоминания его имени в качестве начальника военного снабжения было бы достаточно, чтобы убедить солдат, что они могут есть что-то хорошее, и это подняло бы их боевой дух.

С такой проблемой сталкиваешься, когда становишься знаменитым, подумала Комаин.

Серина наклонилась, чтобы прошептать что-то на ухо Пончо. — Госпожа Комаин - ваш последний посетитель на сегодня. Спасибо за вашу тяжелую работу.

— О, правда? Спасибо и вам, госпожа Серина.

— Нет, в конце концов, мне приказал Его Величество поддерживать вас.

— Тем не менее, я всегда благодарен

Слишком чуткие уши Комаин уловили их шепот.

Услышав их голоса, Комаин быстро перечеркнула свою прежнюю теорию. В голосе Серины не было и следа враждебности. Более того, в нем звучала возбужденная «сладость». Удивительно, как Пончо мог сохранять спокойствие, когда она так шептала ему.

— Если ты так благодарен, то сделай это еще раз сегодня вечером, — прошептала Серина.

— Вам действительно это нравится, госпожа Серина? — прошептал Пончо в ответ.

Комаин чуть не расплескала свой чай.

Сегодня вечером?! Ей нравится?! Что?! О чем они двое говорят?!

Притворяясь, что пьет, Комаин смотрела на них через край чашки.

Может быть, у них двоих такие отношения?! О! Это объясняет, почему госпожа Серина была такой запуганной! Чтобы никто не смог отнять у нее сэра Пончо... А? А вот это уже сюрприз. Интересно, почему такая красавица, как она, так сильно влюблена в сэра Пончо...

В голове Комаин царило иное смятение, чем прежде, и это ее встревожило.

— А, точно, — сказал Пончо. — Госпожа Комаин.

— А?! Э, да...?! — Комаин невольно позволила своему голосу стать немного пронзительным.

— У вас есть какая-то работа после этого, госпожа Комаин?

— Нет, это было последнее дело на сегодня... Почему вы спрашиваете?

Пончо надел счастливую улыбку и сказал: — О, ничего особенного. Я просто решил пригласить вас на ужин, да.

Как же так получилось...?

Комаин не понимала, в какой ситуации она сейчас оказалась.

Она находилась в личной столовой губернатора в особняке губернатора. Серина и Комаин сидели друг напротив друга. Пончо был отошел и готовил, поэтому Комаин чувствовала себя неописуемо неловко.

Серина вдруг склонила голову. — Госпожа Комаин, я должна извиниться за то, что сделала раньше.

— А? Почему это?

— За то, что смотрела на вас оценивающими глазами. Я подумала, что вы еще одна из тех женщин, которые думают, что могут так легко соблазнить сэра Пончо.

Похоже, этот взгляд был не пристальным, а оценивающим. Комаин с облегчением поняла, что Серина защищала Пончо от ядовитых клыков женщин с амбициями.

— Мне интересно, многие ли из тех, кто ищет встречи с Пончо и говорит о браке, такие? — отважилась Комаин.

— Да. Как вы видели, он человек со многими слабостями. Его Величество поручил мне следить за тем, чтобы сэр Пончо не попался в сети незнакомых женщин, но многие из них убегают при первом же моем взгляде. Мне бы хотелось, чтобы они хотя бы оказывали нам элементарное уважение.

«Ну да, конечно, еще б они не испугались» чуть было не сказала Комаин, но успела проглотить слова, прежде чем они покинули ее рот.

Серина, возможно, хотела лишь поинтересоваться, но даже те, у кого нет дурных намерений, могут испугаться и убежать при виде этого взгляда.

— Но вы ведь не убежали, госпожа Комаин? — спросила Серина.

— Я происхожу из племени охотников. Мне казалось, что на меня смотрит большой волк, но ты не сможешь стать охотником, если позволишь страху взять верх.

Слова Комаин, казалось, немного шокировали Серину. —  Мой взгляд был на уровне большого волка?

В этот момент вернулся Пончо, неся большой котел. — Извините, что заставил вас ждать. Это наше экспериментальное блюдо на сегодня.

Пончо стал накладывать порции из кастрюли на тарелки каждого из них. Увидев, что ей подали, Комаин на мгновение поморщилась. Вся ее тарелка была покрыта коричневым цветом. Более того, она выглядела неаппетитно.

Это... рис, который выращивали люди мистического волка? Но я вижу тут и там кусочки, похожие на тонко нарезанные макароны. К тому же, все это коричневое...

— Ооо, это замечательно, сэр Пончо. — В отличие от Комаин, Серина была очарована видом этого блюда. — Это похоже на «соус якисоба», который вы подавали раньше, но в этот раз вы добавили рис. Лапша тонкая, поэтому ее легко есть вместе с рисом. — Этот греховный вид основной пищи, приготовленной вместе с другой основной пищей, в сочетании с ароматом соуса, просто великолепен.

Серина расхваливала блюдо, словно влюбленная юная дева. Разрыв между ней и той интеллектуальной красавицей, которой она казалась раньше, был настолько велик, что Комаин нашла это немного обескураживающим. Однако Пончо, похоже, привык к такой реакции и спокойно продолжил объяснять блюдо.

— В мире Его Величества это блюдо называется «Соба Меши».  Сначала вы готовите соус якисоба, затем добавляете рис. Затем добавляются такие вещи, как сухожилия, и все это перемешивается. Я думаю скоро подавать это в моем экспериментальном ресторане в замке.

— Я сейчас попробую.

Серина зачерпнула ложкой немного собы меши и поднесла ко рту. Как только она положила его в рот, она расплылась в улыбке экстаза, как будто только что получила откровение свыше.

Пончо наблюдал за ней с улыбкой на лице. — Должен сказать... вам это действительно нравится, госпожа Серина.

Услышав эти слова, Комаин вспомнила их прежний шепот. Похоже, это было то, что ей «понравилось», что они будут делать «сегодня вечером».

Чувствуя себя немного неловко от того, что она себе вообразила, Комаин, не раздумывая, откусила кусочек собы меши на своей тарелке, и...

Оооо! Комаин почувствовала себя так, словно ей только что было откровение с небес. Что это?! Выглядит ужасно, но это так вкусно!

Сладкий и острый соус возбудил ее аппетит, и ее ложка возвращалась за черпаком собы меши. Какой манящий вкус. Она поняла, почему лицо Серины так растаяло. Пока она была довольна своим объяснением, она вспомнила, что сказала Серина.

«Если ты так благодарен, то сделай это еще раз сегодня вечером...»

Сделай это еще раз сегодня вечером... Серина сказала «еще раз». Другими словами, не означает ли это, что Серина почти каждый вечер ела с Пончо такие вкусные блюда?

Как только эта мысль пришла ей в голову, Комаин не смогла сдержать себя. Она отпихнула стул и встала, а затем опустилась на колени на пол перед Пончо.

— Сэр Пончо!

— Да! Госпожа Комаин? Что вы делаете, вдруг так встали на колени?

— Госпожа Комаин? — спросила Серина, пораженная.

Увидев сомнительные взгляды на их лицах, Комаин выплеснула чувства, которые больше не могла держать в себе. — Если я могу есть такую еду, я хочу служить вам, сэр Пончо! Пожалуйста, держите меня рядом с собой!

Комаин вдруг предложила служить под его началом.

Пока Пончо все еще терял дар речи от неожиданного поворота событий, Серина поднялась со своего места и встала перед стоящей на коленях Комаин. В ее глазах была та же сила, которая отталкивала женщин, желавших обсудить с сэром Пончо брак.

Окинув Комаин взглядом, который должен был заставить тех, на кого он падал, сжаться, она спросила: — Это... то, что ты действительно чувствуешь?

— Да! Клянусь честью моего народа.

Комаин смотрела прямо на нее, глаза были непоколебимы.

Серина и Комаин игнорировали мужчину, который, как правило, должен был быть центром этого разговора, и смотрели друг на друга.

Пончо, как обычно, был просто взволнован.

Вскоре Серина покорно опустила плечи.

— Похоже, это серьезно... хорошо. — С этими словами Серина протянула руку Комаин. — Я принимаю тебя. Добро пожаловать за стол семьи Ишизука.

— Госпожа Серина!

Оба обменялись крепким рукопожатием. Их сердца были украдены одним и тем же.

В этот день двое, очарованные изысканными блюдами класса "Б", были связаны узами, которые были крепче любой тарелки.

Кстати, Пончо, который остался в стороне, продолжал спокойно есть собу меши в одиночестве.

Более того, со следующего дня, когда женщины приходили поговорить с ним о браке, за спиной Пончо стояли две женщины.

___________

Венет(Венетиновы) - Я  намерено сократил название, слово очень тяжело склоняется по тексту и читается.

Республика Тургис.

Это была страна, расположенная на южной окраине континента Ландия.

На этом континенте средняя температура падала по мере продвижения на юг. Южная окраина континента, где располагалась Республика Тургис, была страной льда и снега.

Это была горная страна, но по сравнению с Амидонией здесь было больше равнин и больше пахотных земель. Однако, поскольку зима здесь была длинной, а лето коротким, период, в течение которого можно было обрабатывать землю, был ограничен, и земледелие не было очень процветающим.

Население этой страны поддерживалось за счет животноводства. Люди жили за счет свободно живущих животных, которые могли жить в холодных регионах, таких как яки, шерстистые носороги и мамонты.

В этой стране большинство населения составляли зверолюди, принадлежавшие к так называемым пяти расам «Снежных равнин». К этим пяти расам относились снежная обезьяна, белый кролик, белый орел, снежный медведь и морж.

В этих пяти расах, как и у других зверолюдей, женщины выглядели как люди с ушами, крыльями и хвостами, а мужчины имели лица, довольно близкие к настоящим животным. Межрасовые браки были разрешены, но, похоже, дети, рожденные от такого союза, всегда были похожи только на одного из родителей, так что смешение их уникальных черт не происходило.

Самой распространенной расой была раса белых кроликов, известная своей высокой рождаемостью; наименее распространенной расой была раса моржей, известная тем, что их средний рост превышал два метра.

Эти расы смешивались, образуя племена внутри страны, но их распределение по земле отражало различные способности, которыми обладала каждая раса.

Моржи и снежные медведи, которые могли нырять в ледяные воды, чтобы поймать рыбу, составляли большую часть населения на побережье. Племена, живущие в горах, напротив, имели больший процент представителей рас снежных обезьян и белых орлов, которые легко справлялись с местностью. Наконец, многие из тех, кто жил на равнине и работал на полях в короткий летний сезон, были представителями расы белого кролика.

Были здесь и человеческие торговцы, и представители других рас, но из-за суровых зим другим расам было трудно жить в стране. За исключением рабов, они обычно покидали страну до того, как дороги закрывались снегом.

Поскольку климат был настолько суровым, эта страна никогда не была разрушена иностранным врагом.

Воздушные потоки в небе всегда были бурными, а температура была прохладной даже летом. Эти факты не позволяли использовать воздушные силы, такие как виверны, а ледяные моря не позволяли использовать морские силы.

Поэтому единственным способом нападения был наземный, и если страна занимала сильную оборону и держалась в течение лета, «генерал Зима» приходила и разрывала линии снабжения противника, заставляя его отстать.

Кроме того, захват этой страны мало что давал.

Говорят, что во времена своего расцвета Империя Гран-Кэйос могла бы померяться силами с Горным Хребтом Звездного Дракона, но даже тогда Империя ни разу не рассматривала возможность вторжения.

Республика Тургис управлялась по примитивной республиканской системе.

Сначала вожди - представители каждого племени - собирались на Совет вождей. Затем Совет вождей голосованием выбирал номинального представителя страны, главу государства.

Вопросы внутренних дел решались путем обсуждения между главой государства и советом вождей, но внешние дела (дипломатия, войны и т.д.) контролировались главой государства.

Обычно должность главы государства занимало одно поколение, но с одобрения Совета вождей титул мог передаваться по наследству. Нынешний глава государства в 1547-м году по Континентальному календарю был, по-видимому, представителем второго поколения.

Итак, сказав все это о Республике Тургис, если вспомнить их отношения с Королевством Фридония, то их нельзя назвать сердечными.

В поисках незамерзающих земель и портов с теплой водой республика всегда смотрела на север, ища любую возможность для расширения. Даже во время недавней войны между королевством Эльфриден и княжеством Амидония они перебросили свои войска к южной границе королевства в поисках возможности вмешаться.

Я разместил Эксель и флот вблизи границы, и этого запугивания было едва достаточно, чтобы удержать их от вторжения. Если бы война с княжеством застопорилась, они, несомненно, напали бы.

С ними нельзя было ослаблять бдительность. Тем не менее, я не хотел ссориться с этой страной.

Если мы нападем на них, то ничего не выиграем. Даже если бы мы заняли их территорию, образ жизни людей в Королевстве Фридония и Республике Тургис был слишком разным. В королевстве было довольно холодно на юге, но в республике зима была еще более холодной. Жители республики приспособили свой образ жизни к этому климату, и какого бы способного магистрата я ни прислал, он не сможет правильно управлять страной с другой культурой, ценностями и образом жизни. А если мы попытаемся навязать им свои порядки, это закончится восстанием.

Страна, на которую мы не хотели нападать, но нападать самим было бы слишком хлопотно - такова была Республика Тургис.

Именно поэтому я, как король Фридонии, хотел установить теплые отношения с Республикой Тургис. К счастью, во время недавней войны наши войска не вступали в прямое столкновение с их войсками. Настроение каждого из наших народов по отношению друг к другу не должно быть особенно плохим.

Если бы мне удалось проникнуться их культурой и мышлением и найти разумный способ дать им то, что они хотят, я подозревал, что смогу наладить теплые отношения.

Я знал, что это наивная надежда. Тем не менее, ненужная война истощила бы страну.

Войны, подобные той, что мы вели против княжества, должны быть крайним средством, а не чем-то, что можно сделать нормой.

Та похожая на куб штука, которая вышла за пределы человеческих представлений у горного хребта Звездного Дракона, тоже существовала как элемент неопределенности. Я никогда не знал, что и когда может произойти, поэтому я хотел избежать ненужной траты сил моей страны.

Мы прибыли в Республику Тургис, чтобы узнать, может ли это желание исполниться.

Мы прибыли в город в восточной части Республики Тургис, Беппу. Это место, находившееся недалеко от границы королевства Фридония, было тихим постоялым двором, окруженным горами на севере и морем на юге.

Был конец мая, и лед и снег, загромождавшие дороги, наконец-то растаяли. Холода немного ослабли, и это был период, который, по меркам этой страны, был комфортным для жизни. Из-за этого в городе было много торговцев из других стран, и город был оживленным.

Мы гуляли по этому городу.

Наша группа состояла из Айши, Джуны, Ророа, Томоэ, Хэла, Каэдэ и меня, всего семь человек. Телохранитель Томоэ, Инугами, тоже пошел с нами, но сейчас он был в другом месте, патрулируя и охраняя нас вместе с остальными Черными котами.

Честно говоря, я хотел, чтобы Надин и Лисия тоже приехали, но Надин, как это типично для Рю и драконов, не переносила холода, а Лисия заболела после возвращения с горного хребта Звездного Дракона, поэтому она отдыхала в королевстве.

Я очень волновался за Лисию, но она сама сказала мне: — Со мной все будет хорошо, так что иди и посмотри мир, как и положено королю. — После этого я не мог оставаться рядом, чтобы ухаживать за ней.

Я волновался, но я договорился, что за ней присмотрят лучшие врачи страны, Хильда и Брэд, так что с ней все будет в порядке. Если что-то случится, Надин придет и сообщит мне. А чтобы ответить на чувства Лисии, я должен был как следует поездить по республике.

— Я слышала, что здесь холодно, поэтому ожидала только снега, но все не так уж плохо, — прокомментировал Ророа.

— В конце концов, сейчас конец мая, — сказала Джуна. — Но все равно холодно.

Ророа и Джуна были одеты более тепло, чем в королевстве.

Формально в этой поездке я играл роль молодого купеческого сына, ищущего перспективные товары для торговли. Томоэ была моей младшей сестрой, а Айша, Хэл и Каэдэ - нанятыми нами искателями приключений. Что касается оставшихся двух, то Ророа был служащим, работавшим в магазине моей семьи, а Джуна - моей женой.

Джуна наклонилась ко мне и задала вопрос. — Эм, это нормально? То, что я играю роль жены, а не основная королева...?

— Это был выбор, сделанный с учетом безопасности, — ответил я. — Джуна, ты мастерски владеешь и пером, и мечом, поэтому я хочу, чтобы ты скрывала свои боевые способности на случай, если что-то случится.

Даже если на нас нападут хулиганы, они, скорее всего, будут смотреть на Айшу, Хэла и Каэдэ, которые были одеты как искатели приключений. Они бы решили, что Джуна просто красивая девушка. Тогда Джуна подкараулила бы их сзади, потому что они ослабили бдительность.

Сейчас уже поздно об этом говорить, но мои жёны были слишком боеспособны. Теперь, когда к ним присоединилась Надин, их средний уровень силы тоже значительно вырос.

— И, учитывая это, у нас было ограниченное количество людей, которых мы теоретически могли бы взять с собой в путешествие и которые не обладали бы боевыми способностями, — сказал я. — Ты не похожа на человека, которого мы могли бы нанять, Джуна, и я не уверен, что смогу заставить тебя играть роль горничной, как Карла.

— Я бы не возражала против этого, — сказала она. — Отдайте мне любой приказ, какой пожелаете, господин.

Она поднесла руки к груди, улыбнулась и слегка наклонила голову, так что мое сердце заколотилось.

— Когда это Лорелея превратилась в кафе для служанок?! — воскликнул я.

Она собиралась поднять мне настроение,  но я хотел чтобы она прекратила.

— Ну, Джуна, ты ведь тоже его невеста, так что, думаю, ничего страшного в этом нет, — сказала Ророа.

— Это правда?

— Чертовски верно. И ты играешь роль жены, так почему бы ему не побаловать тебя? — Ророа обхватила меня за руку.

— А ты - работник, верно? — ответила Джуна. — Неужели для тебя в порядке вещей так обнимать молодого хозяина?

— Конечно, да, — заявила она. — Я, конечно, работница, но я «работница, которая стремится стать второй женой, поддерживая молодого хозяина, и, возможно, выбить первую жену из колеи, если дела пойдут хорошо».

— Не надо менять нашу предысторию! — возразил я. — Да и ладно, это странная предыстория.

— Значит, Джуна будет называть меня «ты, лисица».

— Я что, играю такую роль?

— Не воспринимай ее так серьезно, Джуна, — сказал я. — Кроме того, в ее случае, Ророа должна быть тануки...

— Пон-пок-пон!

— Да. Очень мило.

Когда я похлопал Ророа, которая имитировала шлепанье по животу, по голове, она усмехнулась. Неужели тануки в этом мире барабанят по животу...? Ну, не похоже, что бы в моем оригинальном мире они делали это в реальной жизни.

— Хи-хи! Когда я вижу Ророа, мне кажется глупо сдерживать себя. — Джуна обхватила меня за другую открытую руку. — У нас не так часто бывает такая возможность, так что побалуй и меня, дорогой.

— Эм... Конечно. Я сделаю все возможное, чтобы сопровождать тебя.

Пока мы говорили об этом, Каэдэ, принадлежавшая к расе зверолюдей-лисиц, наблюдала за нами с небольшого расстояния, наклонив голову набок. — Лисица? Руби тоже будет так меня называть?

— В твоем случае она даже не ошибется, — устало сказал Халберт. — Пожалуйста, просто постарайтесь найти общий язык.

— Ну, тогда нам придется привезти для нее подарок. Но прежде чем говорить мне об этом, попробуй сам быть таким внимательным, Хэл.

«Да, мэм...» Плечи Хэла опустились.

С тех пор как он взял Руби в качестве второй жены, он полностью потерял контроль над ситуацией. Ну, не то чтобы я был из тех, кто любит поговорить.

Рядом с Хэлом и Каэдэ, Томоэ сидела верхом на плечах Айши. — Смотри, Аиша! Вон там продают картошку на пару!

— О, ты права. Они выглядят очень аппетитно, — ответила Аиша, пуская слюни.

Не имея возможности побывать в Горном хребте Звездного Дракона, если исключить то, несомненно, трудное время, которое она провела в качестве беженки, Томоэ впервые выезжала за пределы страны. Сейчас ей было одиннадцать лет, поэтому она, должно быть, радовалась, как ученица начальной школы, впервые отправившаяся в лес или на море с ночевкой. Она немного выделялась, но было похоже, что она получает удовольствие, поэтому я не обращал на это внимания.

— Ах! Привет, дорогая... Э, нет, молодой господин. Подождите минутку. — Внезапно Ророа остановил меня перед ларьком какого-то торговца.

Я присмотрелся, гадая, что бы это могло быть, и оказалось, что это место, где продают одежду. — ты что-то хочешь? Если это не так дорого, я мог бы купить это для тебя...

— Это не то. Нет, если ты хочешь купить мне что-нибудь, я буду рада, но дело не в этом. Посмотри, что они здесь продают. — Ророа подняла один из выставленных на продажу предметов и протянула его мне.

Когда я взял его у нее, это оказалась богато украшенная металлическая заколка для волос. Она была сделана в виде дерева, но... это было невероятно. Используемые узоры были очень сложными. Каждый листик был вырезан в деталях, и я даже смог разглядеть птицу, сидящую на ветвях.

— Вот эта серьга с рыбой тоже имеет тщательно вырезанные чешуйки, — сказала Джуна.

— Эта ослиные поводья тоже, — сказала Айша, усаживая Томоэ. — Поводья сделаны на цепочке, но они очень детализированы.

Они продолжали говорить о том, как они впечатлены. Это было правдой: каждое изделие было тщательно проработано.

Старушка с кроличьими ушами, которая управляла магазином, заговорила.

— Здравствуйте, молодые люди. У вас тут прекрасные девушки. Почему бы вам не купить им что-нибудь из моих товаров в подарок? Это покажет им, какой вы мужчина.

Ушастая старушка от души рассмеялась и заговорила на том купеческом жаргоне, который я всегда слышал как кансайский диалект. Если у нее были кроличьи уши, значит ли это, что она принадлежала к расе белых кроликов? Слыша о зверолюдях-кроликах, я представлял себе девушек-кроликов, но... Да, но ведь существует целая раса таких людей, так что, конечно, и среди них найдутся люди ее возраста.

Я взял в руки одно из ее изделий и спросил: — Мне нравится вот это, и я хочу его купить, но скажите, это работа известного мастера?

— Нет, их делают в мастерских повсюду. Это не так уж и дорого.

— А? В мастерской вон там?

Может ли что-то настолько сложное быть сделано так легко? Я сомневался.

Ророа надула грудь и с гордостью объяснила. — Аксессуары, сделанные в Республике Тургис, славятся своим детальным орнаментом. Целая толпа купцов приезжает сюда летом, чтобы заполучить их в свои руки.

— В конце концов, зимой Тургис утопает в снегу, — добавила старушка с кроличьими ушками. — Мы не можем выходить далеко, поэтому многие из нас остаются в своих домах и работают там. Мы живем так уже несколько веков, так что мы, тургиши, умеем работать руками.

Понятно... значит, так оно и есть. Пока я был занят впечатлением, Ророа дерзко ухмыльнулась.

— Эй, молодой господин. Если тургишские мастера могут делать такую детальную работу, не думаете ли вы, что они могли бы помочь с изготовлением тех вещей, о которых вы давно думали?

— Эти вещи...? О, эти!

Это было правдой, я уже давно думал о том, чтобы сделать одну вещь, но проект разработки не продвинулся, учитывая уровень мастеров в нашей стране. Но, возможно, мастера этой страны смогут их сделать. Если то, что сказала старушка, правда, то в этой стране повсюду есть очень способные мастера. Возможно, мы сможем не только разработать их, но и запустить в массовое производство.

Республика Тургис... я думал, что у них ничего нет, но они скрывали огромный потенциал. Я повернулся к старушке, которая управляла магазином.

— Госпожа, я собираюсь купить несколько штук, не могли бы вы познакомить меня с ремесленником, который живет неподалеку и знает толк в своем деле?

— Спасибо за ваше предложение. Ну, почему бы вам не попробовать обратиться в мастерскую Озуми? Тару молодая, но способная. Она немного застенчива и может быть упрямой, когда дело касается ее работы, но если я напишу вам рекомендательное письмо, она хорошо к вам отнесёться.

— Пожалуйста, напишите. О! Ророа, Джуна, Айша, Томоэ, если здесь есть что-то, что вам понравится, вы можете это купить.

Ророа немедленно отреагировала. — Это  мой дорог... э, нет,  мой молодой господин! Ух ты, как щедро!

— Спасибо, дорогой, — добавила Джуна. — Томоэ, не хочешь ли ты выбрать с нами вместе?

— А...? О, конечно!

Джуна, которая знала, что мужчина выглядит лучше, если не колеблется в такие моменты, поклонилась, а затем пригласила Томоэ, которая обычно сдерживалась в такие моменты, посмотреть на женские товары вместе с ней.

Это были женщины с непростым прошлым, но когда мы видели их перед магазином аксессуаров, хихикающими таким образом, это обнадеживало, насколько они были похожи на обычных людей

— Это прекрасно, Хэл, — сказала Каэдэ. — ты должен купить свой подарок для Руби.

— Конечно. О! Но не могла бы ты помочь мне выбрать? Я, конечно, куплю что то особое и для тебя, Каэдэ.

— Наверное, придется. Но я ожидаю, что ты сам выберешь мой подарок.

— Конечно.

Похоже, Каэдэ и Хэл тоже планировали что-то купить.

— Я думаю, что золото будет хорошо сочетаться с рыжими волосами Руби, — предложила Каэдэ.

— Да, возможно, ты права. Мне кажется, что серебро подошло бы к твоим золотым волосам.

— Хи-хи, я думаю, у тебя хороший вкус, Хэл.

Они мило беседовали, рассматривая товары в магазине.

Подождите, а...? Куда делась Айша?

Если подумать, я уже давно не видел Аишу.

Оглядевшись по сторонам, я заметил Айшу чуть поодаль с двумя посылками на плечах. Похоже, она получила письмо.

Почему-то я вспомнил тот день, когда она получила известие о стихийном бедствии, обрушившемся на Богохранимый лес. Как я ни старался забыть выражение страдания на лице Айши в тот раз, я не смог.

Я напряженно ждал, гадая, что за новость пришла, но выражение лица Айши не менялось. Затем, дочитав письмо, Айша подошла ко мне.

— Было ли там послание для нас? — спросил я.

— Да. Два письма от леди Лисии.

— От Лисии?

— Да. Первое было адресовано мне, а второе - вам, сир.

С этими словами Айша передала мне одно незапечатанное письмо. Принимая его, я вопросительно наклонил голову. Она послала отдельные письма Айше и мне?

— Что-то случилось в столице? — спросил я.

— Ну... в моем письме она просила меня сделать что-то конкретное.

— Что-то конкретное?

— Прости. Она написала, чтобы я не говорила вам о том, что написано в письме, сир. — Айша извиняющее склонила голову.

Теперь я еще меньше понимал, что происходит. Придется посмотреть, что написано в моем собственном письме.

Посмотрим...

«ДорогойСома , я думаю, что это письмо придет вместе с другим для Айши, поэтому пусть Айша сначала прочтет свое. Убедись, что ты прочитаешь это письмо после этого.»

Так начиналось письмо.

Я ничего не понял, но она казалась настойчивой. Айша, похоже, уже прочитала свое, так что я, наверное, могу продолжить. Я продолжил читать, и...

— А...?

Когда я заметил определенный отрывок, я вдруг почувствовал, что меня ударили по голове.

Что...? Это было на самом деле? Она серьезно? Нет... Она должна была быть серьезной. Не было смысла говорить такую ложь. Что означало... Что?!

— Что случилось?!

Должно быть, у меня было довольно серьезное выражение лица, потому что Айша начала трясти меня за плечо. Это привело меня в чувство, но по спине все еще струился холодный пот, а колени дрожали.

Серьезно? Я имею в виду, серьезно?

Я повернул голову к Аише, как сломанный оловянный робот. — Я иду домой.

— А?

— Я возвращаюсь в королевство прямо сейчас! — объявил я всем с налитыми кровью глазами.

Вспоминая об этом позже, я думаю, что в то время я был не совсем в здравом уме. Все планы, которые были у меня в голове до этого момента, разлетелись в прах. В конце концов, все мои мысли теперь были полностью заняты одной вещью, написанной в письме Лисии.

Это одно предложение повергло меня в состояние шока и восторга. Там говорилось...

«Я беременна.»

« Я позвонила доктору Хильде, чтобы она пришла и посмотрела на меня, так что я в этом уверена. О! Доктор Хильде тоже была беременна. Мне стало стыдно, что я ее позвала. Она сказала, что это доктор Брэд. Кажется, они не очень-то ладили, так что это удивительно?»

Это правда, я был удивлен, но сейчас меня это не волновало!

Письмо продолжалось. «Но как бы то ни было...»

Это было ужасно смутно написанное письмо. Возможно, Лисия сама чувствовала себя напряженно, когда писала.

« Это наш ребенок. Ты счастлив? Ты ведь счастлив, верно?»

Еще как счастлив! Нет,  мой разум еще не до конца осознал этот факт, но я был настолько же счастлив, насколько и удивлен. Если бы Лисия была сейчас здесь, я бы, без сомнения, обнял ее. Руки, в которых я держал письмо, дрожали.

«Кстати, больше всех от этой новости был в восторге Маркс, который постоянно давил на нас, чтобы мы произвели на свет наследника. Он пролил потоки слез, затем встал и заявил: «Я должен немедленно приготовить комнату и одежду для юного принца!»  и сразу же принялся за работу. Хотя мы еще не знаем, мальчик это или девочка.»

«Маркс ,что ты сейчас делаешь?»  - подумал я. Но я был рад.

«Я очень счастлива», — говорилось в письме. « Я смогу выносить твоего ребенка. Я могу сказать это сейчас, когда я беременна, но я немного волновалась. Знаешь, ведь ты из другого мира. Леди Тиамат говорила, что, хотя мы оба люди, происхождение у нас разное, поэтому я думала, сможем ли мы иметь детей, и что я буду делать, если не сможем. Похоже, я напрасно беспокоилась.»

Лисия...

Я не мог больше сидеть на месте. Я хотел немедленно лететь на встречу Лисии. Это чувство овладело мной, и я попытался односложно объявить всем, что мы повернем обратно в Королевство, прежде чем бежать.

Однако...

— Прости меня! — Айша внезапно набросилась на меня сзади, повалив меня на землю.

— Гва!

С ее руками, обхватившими мою спину, я был похож на беглеца, которого удерживают власти.

Под Аишей я изо всех сил пытался освободиться от ее хватки.

— Отпусти, Айша! Я должен ехать к Лиссии...

— Я не знаю почему, но леди Лисия попросила меня сделать это!

А? Лисия попросила?

Когда я перестал сопротивляться, Айша сунула мне в лицо свое собственное письмо.

— Дорогая Айша, - говорилось в нем, - если Сома скажет, что собирается домой после прочтения моего письма к нему, держи его. Затем скажи ему, чтобы он внимательно прочитал письмо и сделал то, что в нем написано. Также, пока ты не усмиришь его, держи то, что написано в этом письме, в секрете.

Похоже, Лисия предугадала мою реакцию на чтение письма. Я сдался и, встав, продолжил чтение.

«Ты можешь быть слишком заботливым, когда дело касается семьи, поэтому я уверена, что ты захочешь вернуться домой, когда прочтешь это, но... ты не можешь. У тебя будет не так много шансов свободно осмотреть другую страну, так что обязательно сделай это в этот раз.»

« Тебе не нужно беспокоиться обо мне. У меня есть Серина и Карла, которые примчались сюда, как только узнали, и я думаю пожить у своих родителей, пока не родится ребенок. В старом владении моего отца тише, чем в столице, и оно находится в деревенской глуши. Поеду и буду задавать им всякие вопросы о том, как растить ребенка. Так что, Сома , ты тоже делай то, что тебе нужно делать сейчас.»

Казалось, Лисия все тщательно спланировала со своей стороны. Не похоже, чтобы мне было о чем беспокоиться, но... но даже если так, это было в моей мужской природе - беспокоиться в любом случае.

Тем не менее, раз уж Лисия рассказала мне все это, я решил, что не могу бросить то, что делаю, и повернуть назад.

Когда мои плечи опустились, последняя строчка письма привлекла мое внимание.

« P.S. Теперь ты можешь начинать накладывать руки на других своих невест.»

Лисия... В самом конце она решила написать именно это? Возможно, это был ее способ скрыть смущение.

Как бы то ни было, я решил показать письмо всем остальным. Старушка, присматривающая за магазином, посмотрела на нас с сомнением, когда мы все отошли на минуту, чтобы пошептаться об этом, но сейчас наши семейные проблемы были на первом месте.

Когда они увидели письмо, все на мгновение удивились, но все поздравили меня.

— Боже мой! — воскликнула Айша. — Это действительно счастливое событие!

— Как замечательно, — улыбнулась Джуна. — Поздравляю, мессир.

— Я бы сказала, что престолонаследие пока обеспечено? — Ророа ухмыльнулась. — Хе-хе-хе! Думаешь, следующей будет одна из нас?

— Поздравляю, старший брат! — воскликнула Томоэ.

— Поздравляю, — согласилась Каэдэ. — Теперь ваш дом в безопасности. Если бы это была не чужая страна, мне бы хотелось крикнуть: — Слава Фридонии!

— Поздравляю, — сказал Халберт. — Сома отец, да... это трогательно, как для парня из того же поколения.

— Это мотивирует тебя наконец-то сделать наследника для Дома Магна? — спросила его Каэдэ.

—  Мой старик все еще остается нынешним главой дома. Но... это заставляет меня думать, что это было бы неплохо.

Хэл и Каэдэ, казалось, были в хорошем настроении. Они собирались использовать хорошие новости другого дома, чтобы начать флиртовать? Ну, не то чтобы я возражал.

Я сунул письмо в карман и позвал Ророа.

— Ророа, подойди на минутку.

— Хм? Что случилось... Подожди, стоп?!

Я просунул руки под подмышки Ророа и высоко поднял ее, как ребенка.

Ророа была маленького роста, поэтому даже с моими слабыми руками я легко смог ее поднять. Если бы я выбрал высокую Айшу или стройную Джуну, вряд ли бы я смог это сделать.

Подняв Ророа в воздух, я крутанулся на месте.

— Что, что, что?! — Ророа звучала нехарактерно взволнованно.

Покрутившись еще немного, я разжал руки и поймал ее в объятия, когда она падала. У Ророа разбежались глаза.

— Что ты делаешь со мной... ни с того ни с сего?!

— Прости, — сказал я. — Я немного разволновался. Я хотел сделать это с Лисией, но ее здесь нет. Я сделал это, потому что у тебя самая близкая к ней фигура.

— Эй... я не очень хочу быть заменой старшей сестры Сии, но… ну… это было весело для меня, так что я спущу тебе это с рук. Но….знаешь, не слишком ли редко ты так распускаешь руки?

— Да... Ну, это только на сегодня.

Я имею в виду, я сделал ребенка. Новый член семьи. Со смертью дедушки и бабушки я потерял последних людей, которых мог назвать семьей. Вот почему, чувствуя, что Лисия и Томоэ были чем-то вроде семьи, я хотел защитить их.

Теперь, когда мы с Лисией зачали ребенка, мы перешли от чего-то похожего на семью к настоящей семье. Ничто не могло сделать меня счастливее.

— Если бы мы сейчас были в замке, я бы, наверное, предложил систему поддержки по уходу за детьми! — заявил я, сжимая кулаки.

— Ну, я не вижу, чтобы это было чем-то чрезмерным, — сказала Ророа, выглядя ошеломленной. — Может, и хорошо, что мы увезли тебя из замка на некоторое время, чтобы ты остыл.

Да, я должен согласиться.

Хэл с досадой спросил: — Ну и что? В конце концов, что мы сейчас делаем?

— Хм... — сказал я. — Я хочу лететь обратно, но Лисия сказала, что пока не стоит...

— Ты - король, поэтому ты должен в первую очередь осмотреть эту страну, как говорила леди Лисия, — посоветовала Джуна.

— Верно, — укорила Ророа. — Тебе нужно, чтобы королевство развивалось. Для тех, кто живет в нем сейчас, и для ребенка, который родится.

Для ребенка, который родится, да... Если она так сказала, я не мог ничего ответить.

— Хорошо, — сказал я. — Планы не меняются. Для начала мы пойдем на ту встречу.

Решив это, мы вернулись к женщине и ее мастерской.

— В чем дело, молодой человек? — спросила хозяйка магазина. — Вы уже закончили говорить?

— Да. А где находится мастерская Озуми, о которой вы упоминали?

— Вы можете увидеть ее из этого города. Смотрите, она находится вон на том холме, — сказала женщина, указывая на холм в задней части города.

Это был травянистый холм с пологим склоном. С обеих сторон был лес, и летом он выглядел как лыжная трасса. В лесу то тут, то там еще оставался снег; даже если бы мы наблюдали за ним весь год, он, вероятно, не успел бы полностью растаять.

На полпути вверх по холму стояло здание из красного кирпича. Я мог видеть, что оно примыкает к лесу. Это была мастерская Озуми?

Мы рассчитались за купленные вещи, попросили старушку написать нам рекомендательное письмо и сразу же направились к этому зданию.

Покинув город Беппу, мы провели следующие тридцать минут в пути на каменистой повозке. Затем мы оказались у здания из кирпича - мастерской Озуми.

В этой мастерской, стоявшей посреди поля высокой травы с лесом за ним, был дымоход. Похоже, что помимо производства аксессуаров здесь занимались и кузнечным делом. Удобно.

Мне сказали, что Тару стесняется, и я, скорее всего, удивлю ее, если притащу с собой кучу людей, одетых как искатели приключений, поэтому мы оставили Айшу и остальных у повозки, а Джуна, Ророа, Томоэ и я пошли внутрь.

Судя по всему, у них не было прилавка. Здание находилось в отдалении, так что, вероятно, они продавали свои товары оптом в городе. Я услышал, как внутри что-то колотят.

Я постучал в дверь, но никто не отозвался. Неужели никто меня не услышал? Похоже, внутри кто-то был, поэтому я попробовал постучать еще раз, и через некоторое время дверь медленно открылась.

Вышла девушка с банданой, обмотанной вокруг головы. — Вы кто...?

Девушка была маленького роста, с детским лицом. На  мой взгляд, ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Хотя на улице было очень холодно, она была одета в рубашку с короткими рукавами, длинные штаны и фартук кузнеца. В руках в перчатках она держала молот, который казался несочетаемым с ее миниатюрной фигурой. Может быть, это и есть тот мастер, о котором говорила старушка?

— Э-э, простите... вы случайно не госпожа Тару? — спросил я, выпрямляясь.

Девушка склонила голову набок и посмотрела на меня сонными глазами.

— Да, это я. В чем дело?

«Общение с вами утомляет. Если у вас здесь нет никаких дел, идите домой.» Это было то, о чем говорило ее общее поведение.

Некоторые люди могли бы обидеться, но я привык иметь дело с такими людьми, как Женя, поэтому не придал этому значения.

Я вежливо поклонился, затем представился. — Я пришел сюда по рекомендации одной дамы из Беппу. Меня зовут Кадзума Суя.

Естественно, я использовал вымышленное имя. Потому что, если бы мое имя стало известно, не говоря уже обо всех остальных членах нашей группы, это могло бы обернуться неприятностями.

Затем я представил остальных. — Это моя жена Джуна, моя младшая сестра Томоэ и  мой работник Ророа.

— Я Джуна. Рада познакомиться с вами.

— Я... я Томоэ.

— Ророа. Приятно познакомиться.

— Тару Озуми. Приятно познакомиться.

Мне показалось, что Тару немного ослабила бдительность после того, как девушки представились. А уж услышать заикающееся представление Томоэ - это вообще любому сердце согреет.

Когда Тару сняла бандану и представилась, я заметил два медвежьих уха на ее голове. Она была медведем-звероловом? Я догадался, что она принадлежит к расе снежных медведей, одной из пяти рас Снежных равнин. Атмосфера немного разрядилась, поэтому я сразу перешел к сути нашего визита.

— Я увидел аксессуары, сделанные ремесленниками этой страны в Беппу, и, о боже, я был впечатлен. Глядя на детальный и тонкий орнамент на них, я понял, что вы все очень умело владеете своими руками. Это заставило меня подумать, что если бы мы использовали ремесленников этой страны, мы могли бы сделать определенную вещь. Я спросил, нет ли поблизости хороших ремесленников, и женщина, с которой я разговаривал, познакомила меня с этим местом. Вы готовы меня выслушать?

— Входите... —  Тару жестом пригласила нас войти в мастерскую.

Я подумал: — Фух... Мне удалось говорить как молодому сыну бизнесмена, но...

— И еще, говори нормально. Я уверена, что вы старше меня. Кроме того, я сомневаюсь, что вы привыкли так разговаривать.

Казалось, Тару видела меня насквозь.

Видя, как я неловко почесываю затылок, Ророа сдержала смех.

Эй, не надо смеяться! Я тут смущаюсь!

Когда нас привели в мастерскую, от ревущего пламени печи стало довольно тепло. Неудивительно, что Тару смогла быть так легко одета. Мы тоже сняли свои плащи, но когда Томоэ сняла с меня белый капюшон мага ручной работы, глаза Тару сузились.

— Ты собака... Нет. Волк-зверолов?

— О, да! — Томоэ засияла. — Из расы мистических волков.

Тару посмотрела на меня, как будто хотела что-то спросить. — Разве она не должна была быть твоей сестрой?

О... Вот что ее беспокоило. Справедливо, ведь мы с Томоэ не были одной расы, и наши лица совсем не были похожи. Должно быть, мы не похожи на брата и сестеру.

— От другой матери, — сказал я. — Это семейное дело, поэтому я был бы признателен, если бы вы не лезли слишком глубоко.

— Понимаю...

Я сказал это так, словно речь шла о сложной истории, и Тару не стала больше ничего спрашивать. Когда речь заходила о подобных темах, даже если она была заинтересована, лучше всего было оставить их в стороне, в конце концов.

С этими словами Тару пошла дальше, и как раз когда мы собирались занять место за столом, я заметил что-то странное, прислоненное к стене в углу комнаты.

Оно было в форме шеста, но оба конца слегка выпуклые. Если бы это была ролевая игра, я бы, наверное, назвал это дубиной. У нее был характерный дизайн: вокруг нее обвивалась длинная толстая сороконожка, которая продолжалась вниз до того места, где ее держал владелец. Я подумал, что это выглядит круто, но не был уверен, что это оружие.

Пока я с сомнением смотрел на него, Тару спросила: — Тебе нравится?

— О, я имею в виду, это впечатляющий дизайн, это точно, но...

Я не хотел говорить ничего странного о ее товарах, поэтому уклонился от ответа, но Тару просто пожала плечами, как бы говоря: — Я знаю, что вы хотите сказать.

— Все в порядке. Ваш взгляд совершенно нормален. Что ненормально, так это вкус идиота, который это заказал.

— Идиота? Правда? Это ведь ваш клиент, о котором вы говорите, верно?

— Я хорошо его знаю, и я называю его так в лицо.

Того, кого она назвала бы "идиотом без вкуса" в лицо? Что это был за человек, и какие отношения были у Тару с ним?

Что ж, отбросив странную дубину, пора было заняться своими делами. Тару подождала, пока все усядутся, затем спросила: — Итак, что вы хотите, чтобы я изготовила?

— Можете сделать что-то вроде этого? — Я нарисовал пером на заранее приготовленном листе бумаги, чтобы объяснить, что именно мне нужно.

Увидев  мой рисунок, Тару наклонила голову в сторону. — Сама форма проста. Но я думаю, что это будет невероятно сложно.

— Я так и думал, — вздохнул я.

— Особенно сложно то, что вы хотите, чтобы она была "как можно тоньше", но в то же время "прочной. — Если бы это было первое или второе, я бы справилась, но сбалансировать оба варианта довольно сложно. Сколько примерно вы хотите?

— Чем больше, тем лучше. Я хочу, чтобы их количество исчислялось тысячами или десятками тысяч. Я, конечно, не говорю, что хочу сделать их все здесь. Я буду вести такой же разговор и с другими ремесленниками.

— Десятки тысяч? — удивленно сказала Тару, пристально глядя на меня своими сонными глазами.

— Что-что? — спросил я. — Так вы можете их сделать?

— Прежде чем я отвечу, я хочу, чтобы вы сказали мне одну вещь, — сказала Тару серьезным тоном. — Как именно они будут использоваться?

Я молчал.

Как они будут использоваться, хм. Я обратился со странной просьбой, поэтому вполне естественно, что ей было любопытно.

Но можно ли мне было сказать, почему я заказываю их именно здесь? В своей стране это было бы одно, но это была чужая страна. Они были мне нужны, но я не хотел раскрывать слишком много новой революционной информации, которой располагала моя страна.

— Я действительно должен сказать? — спросил я.

— Должен. Или я не буду их делать, и не буду направлять вас в другое место.

Она говорила прямо, поэтому я шепнул Ророа: — Что ты думаешь?

— Я знаю, что ты не хочешь говорить почему, дорогой, но, глядя на то, что она сделала, я думаю, что эта девушка может сделать то, что тебе нужно.

— Тогда, как ты думаешь, можно ли раскрыть, как они будут использоваться?

— Не знаю. Если мы собираемся приобрести целую партию, это больше, чем эта мастерская сможет осилить в одиночку, так что мы должны надеяться, что тот, кто управляет этой страной, не слишком твердолобый...

— В конце концов, все к этому и идет... — пробормотал я.

Пока мы перешептывались, Тару медленно оттянула часть своего фартука, вытаскивая что-то между фартуком и рубашкой. То, что она протянула нам, было обсидиановым наконечником стрелы. Похоже, она носила его как ожерелье. Наконечник стрелы был отполирован и тускло блестел.

Держа его в руках, Тару сказала: — Этот наконечник стрелы - урок моего деда, кузнеца.

— Это от твоего деда? — спросил я.

— Лук и стрелы можно использовать для охоты на животных и наполнения желудков людей, но их также можно использовать как оружие для убийства людей. — Наконечник стрелы - это часть лука и стрелы. Даже если это всего лишь одна из частей изделия, которое мы, ремесленники, делаем, мы должны знать, как будут использоваться вещи, которые мы делаем.

Тару смотрела прямо мне в глаза, пока говорила.

— Ремесленник обязан знать, как будет использовано то, что он делает. Если бы то, что я сделала, было использовано во зло, мне было бы очень грустно. Вот почему я не делаю вещи, когда не знаю, как они будут использованы. Я не могу.

— Что случилось с твоим дедушкой? — спросил я.

— Он скончался в прошлом году.

— Понятно...

Это была девушка, которая приняла слова своего дедушки близко к сердцу, когда вела свою мастерскую. «Я потеряла своего дедушку только в прошлом году (хотя тот год для меня перешел на календарь этого мира на полпути), поэтому я чувствовала странное родство с ней.» Я всегда питал слабость к подобным историям. Человеческая часть внутри меня говорила: «Разве ты не можешь просто сказать ей?», в то время как часть меня, которая была правителем, говорила: «Будь осторожен во всем.»

Пока я серьезно размышлял над тем, что делать, я вдруг почувствовал что-то холодное в своей руке. Когда я посмотрел, Джуна, сидевшая рядом со мной, положила свою левую руку поверх моей правой. Я удивленно посмотрела на нее, но Джуна ничего не сказала, только тихо улыбнулась.

«Пожалуйста, делай то, что хочешь.»

Мне показалось, что она говорит мне это. В тот же миг на сердце стало намного легче, и холодная рука Джуны показалась мне приятной.

Ну... тогда ладно. Тару, похоже, хорошо подумала над этим вопросом, так что, вероятно, можно было сказать ей об этом.

Решив так, я задал Тару вопрос.

— Могу ли я надеяться, что это останется конфиденциальным?

— Это опасно? — спросила она.

— Нет, не в этом дело. Ну, если ими неправильно пользоваться, то может быть… но то же самое можно сказать и о ноже. Это одна из частей инструмента, который спасет жизнь.

— Инструмент, который спасет жизнь? — Тару вопросительно наклонила голову в сторону, и я твердо кивнул в ответ.

— То, что я думаю сделать, это игла для подкожных инъекций.

Убеждая Брэда и Хильду стать двумя столпами моих медицинских реформ, я дал два обещания:

Первое - создать национальную систему здравоохранения, которая позволит любому гражданину королевства получить медицинскую помощь. Второе - поручить лучшим кузнецам страны изготавливать скальпели, иглы для наложения швов и другое медицинское оборудование.

Чтобы обеспечить финансирование для выполнения первого из этих пунктов, я в первую очередь повысил налоги. Предстояло пройти еще долгий путь, но дело неуклонно продвигалось вперед.

Что касается последнего, разработки медицинского оборудования, то в некоторых частях дела шли хорошо, а в других - не очень.

Медицина в этом мире состояла в основном из магии светлых элементов (магия восстановления) и трав, заваренных знахарем или знахаркой (лечебные ванны), а хирургия практиковалась лишь в очень ограниченном числе мест. Инструменты, созданные одним крайне редким примером хирурга, Брэдом, нужно было специально заказывать для себя. Хотя он самостоятельно разработал скальпели, швы и шприцы, их функциональность была ограничена. Он не смог сделать свои скальпели маленькими, а его шприцы были значительно больше тех, что я привык видеть.

Его средства на исследования, вероятно, были ограничены, поэтому его трудно винить, но это все равно создавало большую нагрузку на пациентов. В связи с этим я хотел начать национальный проект по улучшению нашего медицинского оборудования. Пока что мне удавалось производить инструменты, которые удовлетворяли Брэда и Хильду, но я пока не мог запустить их в массовое производство.

Даже если бы у меня был один мастер, умеющий делать тонкие иглы для подкожных инъекций, существовали бы ограничения на то, сколько их может сделать один человек. Они не производились на фабрике, и это было само собой разумеющимся, а ремесленников, способных изготовить тонкую иглу, было не так много. В нынешней ситуации, когда мы пытались увеличить число врачей, нам явно не хватало оборудования. Поскольку медицинское оборудование нельзя было сразу же использовать повторно, а для каждого пациента его нужно было делать заново, количество необходимого оборудования увеличивалось.

Итак, мы испытывали трудности с производством медицинского оборудования, но, похоже, в этой стране было много талантливых ремесленников, которые могли делать детальные декоративные работы, поэтому я подумал, что в этой стране можно наладить массовое производство.

Наша страна сейчас изучает многие области, и везде не хватает рабочих рук, поэтому я подумал, что будет лучше, защищая наших существующих кузнецов, оставить то, что можно оставить другим странам, этим другим странам.

Размышляя об этом, я объяснил Тару применение иглы для подкожных инъекций. Поскольку сама хирургия в Республике Тургис была неизвестна, мне пришлось начать с этого, так что это заняло довольно много времени.

Как только я вкратце рассказал ей об этом, глаза Тару широко раскрылись от удивления. — В королевстве вы можете исцелять людей без магов, использующих магию светлых элементов? Я думаю, это невероятно.

— Правда? — спросил я.

— В этой стране земля покрыта снегом с октября по март. Те, у кого слабые ноги, даже не могут нормально выйти на улицу. Если бы у нас был хотя бы один врач в каждой деревне, я думаю, жить здесь было бы намного легче.

— Что ж, это очень предусмотрительная политика, которую проводит король. — Ророа усмехнулась при этих словах.

Это был комплимент, так что я не сильно возражал, но все же.

Тару скрестила руки и нахмурилась. — Я понимаю, что эти иглы для подкожных инъекций очень важны. Я думаю, что с ремесленниками нашей страны вы должны быть в состоянии производить их серийно. Я хочу принять этот вызов. Это работа, которая заставит мое сердце танцевать.

— О! Тогда ты...  — «...возьмешься за эту работу»  хотел сказать я,  но Тару поднял два пальца.

— Тем не менее, даже если я их сделаю, есть две большие проблемы с доставкой их в королевство. Во-первых, экспорт оружия в другую страну требует разрешения от государства. Если это просто авантюристы, покупающие оружие для личного пользования и провозящие его, их ни в чем не обвинят, но если мы экспортируем товар в больших количествах, нам нужно разрешение правительства. В Королевстве Фридония тоже так.

— Ну... да, это так...

Это была правда, наша страна также управляла импортом и экспортом оружия.

Не совсем на уровне запретов эпохи Эдо на ввоз оружия в город и вывоз женщин, но... чрезмерное количество оружия, ввозимого в страну из других мест, могло представлять угрозу миру. Если оружие вывозилось из страны, это снижало нашу способность защитить себя, а если ввозилось, это могло предвещать восстание. Именно поэтому в любой стране произвольный ввоз и вывоз оружия зажимается.

— Но ведь иглы - это не оружие? — сказал я.

— Если это так, то вам придется доказать это властям. Ни в одной стране до этого не было игл, поэтому будет трудно с первого взгляда определить, оружие это или нет. Если мы попытаемся торговать ими без гарантии, что это не оружие, есть риск возникновения проблем.

— Если это просто иглы, то, конечно, никто не подумает, что это оружие, верно?

— Даже если они сами не являются оружием, все будет кончено, если их заподозрят в том, что они являются частями оружия.

— Я понимаю...

К сожалению, Тару был права.

Действительно, если кто-то незнакомый со шприцами увидит иглу для подкожных инъекций саму по себе, он не будет полностью уверен, что это не оружие. Если бы нам пришлось объяснять их применение каждый раз, когда нас останавливали на въезде в город или на границе, это было бы хлопотно, и не было бы никакой гарантии, что нам поверят. В конце концов, похоже, что мне нужно будет получить разрешение от этой страны на их ввоз и вывоз.

Но эта страна была республикой. Формально у них есть глава государства. Но пока я не увижу соотношение сил между главой государства и Советом вождей, я не смогу точно сказать, кого убеждать. Это была сплошная волокита.

Мне нужно было все обдумать более тщательно.

— Итак, в чем еще проблема? — спросил я.

— Дело в транспортировке. Зимы в этой стране длинные. Земля закрыта снегом, а море покрыто льдом. Вы сказали, что вам нужны десятки тысяч, значит, в них есть постоянная потребность, так? Одно дело летом, но как вы собираетесь перевозить их зимой, когда сухопутные и морские пути непригодны?

— Интересно... — Я мог только опустить голову. Это правда, транспортировка будет проблемой.

Даже в королевстве Фридония юг зимой был заперт в снегу и льду. Похоже, было бы очень трудно обеспечить поставки из Республики Тургис, где зимы длиннее и суровее. Это была чужая страна, и я не мог развернуть транспортную сеть.

Я спросил Ророа шепотом: — Можем ли мы пока торговать с ними только летом? Ну, даже для этого нам нужно получить официальное разрешение, я уверен. Что скажешь?

Ророа поднесла руку ко рту и задумалась, прежде чем тихо ответить. — Да... но если ты решил это сделать, дорогой, я думаю, тебе следует вести переговоры напрямую с их высшими должностными лицами. Если ты попытаешься продвигать дела как торговец, то потребуется время, чтобы сообщения о происходящем просочились наверх.

— Не вести переговоры под вымышленным именем, а как Сома Казуя?

— Ты не можешь встретиться с ответственными людьми, нося маску.

— Справедливо, — сказал я. — Ну, тогда, думаю, нам нужно забрать это дело домой. А когда казалось, что мы сможем производить их массово....

В то время как мои плечи опустились в знак покорности, Тару весело посмотрела на нас. — Я думала, вы - молодой хозяин и его работник? Вы выглядите так, будто ведете себя на равных.

Уркх... Это было неестественно только что, верно? Ророа всегда чувствовала себя моим партнером, когда дело касалось подобных дел.

— Мвахаха, ты так думаешь? — Ророа хмыкнула. — Ну, я же не просто работник, я его любовница с одобрения его жены Джуны!

С этими словами Ророа крепко обняла меня за руку. Подождите, любовница, которую одобрила моя жена?!

Что это за нелепая предыстория?! И теперь я должен ей подыгрывать?!

Я хотел пожаловаться, но мы были перед Тару, поэтому я сдержался.

Ророа счастливо улыбалась, глядя на меня. Почему эта маленькая... она знала, что здесь я не смогу ее поправить, поэтому накинулась еще сильнее.

Воздух словно застыл. Джуна улыбалась, но в ее улыбке была какая-то странная напряженность, и Томоэ запаниковала, увидев ее лицо.

Почувствовав тревогу в воздухе, Тару немного отступила.

— Это тоже... твоя семейная ситуация?

— Я был бы признателен, если бы вы не лезли... — Это было все, что я смог сказать.

Внезапно Джуна встала. — Дорогой, мы на минутку отлучимся.

— А, Джуна?

У нее была такая же оштукатуренная улыбка, как и раньше. Затем она встала позади Ророа и положила руки ей на плечи.

Выражение лица Ророа мгновенно стало жестким. Это была прохладная страна, но она явно вспотела.

— М-м-м, Джу... госпожа, что-то случилось? — Ророа повернула шею, чтобы посмотреть на Джуну.

Она улыбнулась и сказала: — Почему бы нам двоим не пойти вместе подышать свежим воздухом?

— Нет... Я хочу остаться здесь... понимаешь...

— Не будь такой. Пойдем со мной. Мисс Ророа.

В этих словах был вес, не терпящий возражений.

Говорят, "чем тише человек, тем страшнее он в бешенстве", и, похоже, Джуна была именно таким человеком.

Ророа бросила взгляд в мою сторону. Ее глаза кричали: «Помогите мне!»

Но я лишь молча покачал головой. Ты слишком много шутишь, Ророа. Смирись с этим.

—  Я просто немного увлеклась!

—  Оправдывайся перед Джуной...

—  Нееееет...

— Хи-хи-хи! Нам пора... Хм?

Как раз когда Джуна готовилась утащить Ророа, это случилось.

Грохот...... Вдалеке раздался звук сотрясения земли. В то же время комната задрожала. Это было землетрясение небольшой силы.

Инструменты, висевшие на стенах, дребезжали. Звук и тряска становились все громче и громче.

— Что происходит? Это землетрясение? — спросила Ророа.

— Это кажется... немного странным, — сказала Джуна.

— Томоэ, если тряска усилится, укройся под столом, — приказал я.

— Точно!

Пока мы паниковали, выражение лица Тару ничуть не изменилось. Мало того, оно казалось немного холодным, и она вздохнула, сказав: — Это не землетрясение. Это просто пришел идиот.

— Идиот? — спросил я.

Затем тряска утихла, и Хэл бросился в мастерскую. — Эй! Там снаружи огромная штука!

Огромная штука?

Когда мы все вышли на улицу, там стояла огромная волосатая тварь. Оно появилось, как только мы открыли дверь, и я, несмотря на себя, издал «Вау», и моя голова откинулась назад в шоке. Затем, в этот момент, я увидел лицо волосатой твари.

Его длинный, толстый нос.

Его четыре больших, крепких клыка.

Удивительные глаза-бусинки, которые выглядывали из-под кустистой шерсти. Если бы я мог описать стоящее передо мной существо...

Мамонт с четырьмя бивнями?!

Волосы на его теле были достаточно длинными, чтобы касаться земли, а ноги довольно короткими, но это кажется подходящим описанием этого существа. Я знал, что жители этой страны держат длинношерстных существ в качестве вольного скота. Однако для меня было слишком странно, чтобы сразу же признать это существо передо мной мамонтом.

Однажды, когда дедушка взял меня на мероприятие в научный музей, я увидел репродукцию скелета мамонта. Его высота от земли до лопаток составляла четыре, может быть, пять метров.

Тот, что стоял передо мной, был около десяти метров.

Я привык видеть массивных существ, таких как носороги и драконы, но это было несколько иное ощущение, чем видеть увеличенную версию существа из моего старого мира.

Затем четырехбивневый мамонт согнул передние ноги и сел. В тот же миг его шерсть коснулась земли и расправилась. Даже сидя, он все еще был огромным. Возможно, он был всего на два-три метра ниже.

Пока я размышлял об этом, сверху донесся голос, принадлежавший молодому человеку. — Хм? Это необычно. Обычно в этой мастерской не бывает так много людей.

Мамонт заговорил!

Да... нет. Этого не может быть.

Голос звучал как голос молодого человека, так что он, вероятно, был верхом на этом мамонте.

— Сир, встаньте позади меня. — Айша бросилась ко мне и встала передо мной.

Хэл и Каэдэ тоже были напряжены и готовы к действию, а Джуна ждала рядом со мной.

Возможно, из-за внезапного появления такого огромного животного все перешли в боевой режим.

Ророа, как не участвующая в сражении, взяла Томоэ и эвакуировалась в другое место, чуть подальше. Вероятно, почувствовав наше беспокойство, голос наверху стал угрожающим.

— Кто вы такие? Вы же не планируете напасть на эту мастерскую?

— А?! Нет, мы не планируем! Мы...

— Укя! — Прежде чем я успел объяснить, кто-то спрыгнул вниз с мамонта.

Тот, кто перевернулся в воздухе, прежде чем приземлиться, был белой обезьяной-зверолюдом. Белая обезьяна... может быть, он принадлежал к расе снежных обезьян, одной из пяти рас Снежных равнин?

Его рост составлял около ста шестидесяти сантиметров, а на вид ему было пятнадцать, может быть, шестнадцать лет. Вместо полного обезьяньего лица у него были большие уши и длинные бакенбарды, а также черты, которые можно было бы назвать обезьяньими.

Даже в таком прохладном климате он был одет в рубашку с короткими рукавами и полудлинные штаны, а на руках и ногах, растущих из них, были густые волосы того же цвета, что и волосы на голове. Из штанов у него рос длинный хвост, как у лемура, и если быстро описать его, то он был похож на живую версию Сунь Укун (версия белой обезьяны) из «Путешествия на Запад.»

Тот (белый) Сунь Вуконг вытянул руку, как бы принимая позу.

— Укя! У тебя есть наглость, пытаться силой проникнуть в мастерскую Тару! Я, великий Ку Тайсэй, не проявляю милосердия перед лицом такой наглости! Надеюсь, ты готов...

— Мастер Ку! — слабый голос позвал с вершины его мамонта. Девушка с кроличьими ушами высунула голову и крикнула: — Пожалуйста, не надо внезапно затевать драки с людьми!.

Эта девушка лет семнадцати, очевидно, принадлежала к расе белых кроликов, как и хозяйка магазина в городе. Сейчас она больше походила на крольчиху, хотя на ней был толстый вещевой плащ, который не слишком обнажал кожу.

Девушка спрыгнула вниз и встала рядом с Ку. — Если ты устроишь сцену, твой отец снова разозлится.

— Оооо? Но, Лерина, эти парни вооружены, значит, они бандиты!  Ты думаешь, я могу стоять в стороне, когда на мастерскую Тару собираются напасть?

Бандиты...? Похоже, видимо нас не за тех приняли.

Девушка по имени Лерина положила руку на бедро и сказала: — Да ладно, это явно не тот случай. Посмотрите туда. Видишь маленькую девочку? Какой бандит возьмет с собой в набег ребенка? Это обычные искатели приключений, которых напугал твой нумот (мамонт).

Сказав это, Лерина одной рукой погладила... нумота, а другой указала на Ророа и Томоэ.

Глаза Ку широко раскрылись от удивления. —Ты права, там симпатичная девушка.

Прежде чем я успел остановить его, Ку направился к Ророа. Спрятав Томоэ за спиной, Ророа положила руки на бедра и уставилась на Ку.

— Ах! Эй... — начал я.

— Что? У меня уже есть мужчина, которому я отдала свое сердце.

— А? У меня нет никаких дел с такой, как ты, у которой их нет.

—Нет...? — Взгляд Ророа опустился на ее грудь, затем ее глаза расширились.

Пока Ророа издавала тихий возглас удивления, Ку выглянул из-за ее спины.

Он преследовал Томоэ?!

— Ты просто прелесть! Как тебя зовут?

— Т-Томоэ...

— Томоэ, да! Хорошее имя! Эй, Томоэ...

— Д-да...?

— Будешь ли ты моей невестой?

С этими словами атмосфера замерла. Климат и так был холодным, но теперь он казался еще более холодным.

Томоэ... его невеста? Они только познакомились, а этот человек уже пытается наложить руки на нашу милую сестренку? Не успел я это осознать, как почувствовал гнев, исходящий от Айши рядом со мной.

Это был... вызов для нас.

Мы должны были поставить его на место.

— Айша, — горячо сказал я.

— В чем дело, мессир? Знаешь, мне сейчас хочется разделать обезьяну.

— Я разрешаю.

Кровь бросилась мне в голову, потому что он издевался над Ророа, членом моей семьи, и пытался подкатить к моей младшей сестре Томоэ. В моем старом мире была такая история. Убийство демонической обезьяны было работой для собаки Шиппейтаро*. Когда я собирался натравить свирепую собаку Айшу на эту наглую обезьяну...

— Вы оба, успокойтесь, — приказала Джуна.

— ….!

Джуна схватил нас обоих за шеи. Не в силах дышать, я обернулся, чтобы посмотреть на нее, и Джуна упрекнула меня, гнев просочился в ее улыбку.

— Вы двое, это другая страна, вы понимаете? У вас обоих есть свои позиции, которые нужно учитывать, поэтому, пожалуйста, воздержитесь от того, чтобы создавать проблемы.

— Ну да...

— И-извините.

— Честно... теперь слушайте, сир, госпожа Айша. — Джуна вдавила палец в мою грудь, затем, с властной улыбкой, она поместила свое лицо между моим и Айши и прошептала нам на ухо: — В такие времена, как это, вы должны избавиться от него так, чтобы его не обнаружили.

— Что?!

Мы с Айшей уставились на Джуну, несмотря на себя.

Затем Джуна сказала: — Хи-хи, просто шучу, — и одарила нас очаровательной улыбкой.

Хотя я почувствовал облегчение от того, что это была шутка... только что увидев, какой страшной она была, когда злилась, я засомневался, действительно ли это была шутка.

Может быть, гнев, который я увидел в ее улыбке, был направлен не на нас двоих, и Джуна тоже была рассержена поведением Ку? Когда я посмотрел на Джуну, подумав об этом...

— Если я говорю, что это шутка, значит, это шутка, — настаивала она с улыбкой.

Да. Лучше не думать об этом слишком много.

Как бы я ни думал об этом, это будет провоцировать проблемы, которые мне не нужны. Благодаря ей мне удалось в основном успокоить свою голову. Сейчас меня больше волновали Томоэ и Ророа.

Оглянувшись, я увидел что Ророа  уже затеяла драку с Ку. — Эй, ты! Ты сказал, что у меня их нет, так чего же ты пытаешься соблазнить такую маленькую девочку, как она.!

— А? Ты меня не поняла? Я говорю, что у тебя нет меха и ушей, ясно?

— А? Мех?

Видя, что Ророа так ошеломлена, Ку захихикал. — Мне нравятся такие девушки, как она, с пушистыми ушами и хвостами. К тому же, эта девушка выглядит так, будто через десять лет будет просто сногсшибательной. Я решил, что сделаю ей предложение сейчас. Итак, как насчет этого? Будешь моей женой?

Томоэ молча, но энергично качала головой из стороны в сторону.

Сзади я почувствовал на себе пристальный взгляд. Когда я обернулся, Инугами, ее телохранитель, пристально смотрел в ту сторону. Казалось, он скрывал свою жажду крови, чтобы цель не заметила, но блеск в его глазах говорил: — Пожалуйста, позвольте мне убрать этот мусор.

Да... Когда кто-то злится сильнее тебя, разве не бывает так, что ты внезапно успокаиваешься?

Успокоившись, я подошел к Ку. Если уж на то пошло, то я должен был признать, что у него острый глаз, чтобы распознать милашку Томоэ. Однако, будучи ее старшим братом, я не собирался отдавать свою младшую сестру мужчине, с которым она только что познакомилась.

— Вы беспокоите мою сестру, поэтому могу я попросить вас остановиться? — холодно спросил я.

Глаза Ку расширились. — А? Ты старший брат этой девочки? Ты на неё не похож.

— У нас сложная семейная ситуация.

— Хм... Ну, похоже, она все равно меня отшила, так что у меня нет особого выбора. Укя! — Сказав это, Ку переплел пальцы за головой и усмехнулся.

Судя по тому, что он не выглядел разочарованным, предложение, сделанное только что, должно быть, было почти полной шуткой. Ну, конечно же, так оно и было. Он только что познакомился с ней, а Томоэ была еще совсем ребенком. Если бы у него не было такого пристрастия, он бы ни за что не сделал ей серьезного предложения. Похоже, это нам нужно было успокоиться.

Подумав об этом, я понял, что мы еще не обменялись приветствиями, и, вздохнув, протянул ему руку.

— Я Казума Суя, торговец из королевства Фридония, прибывший сюда для изучения возможных торговых товаров. Эти люди здесь - моя семья и работники.

— О, это все.— Ку принял мою руку и энергично пожал ее. Было немного больно. — Я Ку Тайсэй. Мы с Тару - друзья детства. Я пришел, потому что решил, что то, что я заказал, должно быть уже готово, но потом я увидел, что вокруг мастерской стоят крепкие парни с оружием. Я решил, что вы готовитесь напасть на это место, и это меня насторожило.

— Можно сказать то же самое, — сказал я. — Когда вы приехали на этом огромном существе, было вполне естественно, что мы будем начеку, пока не выясним, в чем дело.

— Оооокия. Без шуток. Но мой нумот более послушный, чем кажется.

Словно отвечая Ку, нумот громко затрубил.

Услышав его голос, Томоэ подошла ко мне и прошептала на ухо: — Господин Нумот сказал: «Простите, что напугал вас, юная леди.»

— Он удивительный джентельмен?!

Может быть, этот Нумот был лучше своего хозяина...? Нет, он не был человеком, он был псевдо-мамонтом, но все же.

Затем Ку задал вопрос. — Итак, почему вы пришли в эту мастерскую? Это ведь за городом, верно?

— Мы пришли, потому что слышали, что здесь есть талантливый мастер, — сказал я. — Я подумал, что, возможно, здешний человек сможет создать вещь, о которой я думал как о предмете торговли.

— О! Если вы открыли талант Тару, то у вас хороший вкус. Может, у Тару и нет изгибов тела, но у нее есть способности, как ни у одного другого чернокожего... Ой, больно!

Ку вдруг схватился за голову и присел на корточки. Позади него стояла Тару, размахивая дубиной с золотой сороконожкой, прислоненной к стене в ее мастерской. Дубинка издавала приятный звук, так что, должно быть, она ударила ею Ку по голове.

Тару выглядел раздраженным. — Не говори, что у меня нет изгибов на теле. И не приставай к девушкам в присутствии моих партнеров, это вред для моего бизнеса.

— О-хо? Ты ревнуешь?

— Хочешь, чтобы я снова к тебе «приставала» по голове?

— Хе-хе, я пас... Подожди, это та вещь, которую я заказывал?

Ку вскочил, выхватил дубину из рук Тару и закрутил ее, как ветряную мельницу. Он был похож на Сунь Укун, размахивающего дубиной «Руйи Банг.» Покрутив дубину вертикально и горизонтально, попрыгав вокруг себя, Ку вдруг остановился.

Ооо, это было похоже на китайские боевые искусства.

— Приятное ощущение. Это  моя Тару. Ты хорошо работаешь. Я люблю тебя.

— Мне не нужна твоя любовь, — сказала Тару. — Я просто хочу, чтобы мне платили за мою работу.

— Я заплачу. Боже... ты всегда играешь со мной с таким трудом, — сказал Ку, немного надувшись.

А? Он был в порядке, когда Томоэ отвергла его, но он сделал такое лицо, когда Тару была холодна с ним?

О, я понял... Так вот оно как.

Его было очень легко раскусить.

— Ах... —  сказала Тару, похоже, что-то поняв. — Это может быть хорошей возможностью. Может, расскажем  этому тупому господину о том, о чем мы говорили раньше? Это может решить одну из наших проблем.

— Эм... о чем мы говорим? — спросил я.

— О том, что для заключения сделки нужно разрешение этой страны. У тупомого господина есть связи с высшими чинами в этой стране. В конце концов... при всех его недостатках, он сын нынешнего главы государства.

_________________

*Беппу - (Ноблебеппу в транслите. В переводе Благородный Беппу)

**Сунь Укун — китайский литературный персонаж, царь обезьян, известный по роману «Путешествие на Запад» У Чэнъэня. Как и Нэчжа, является одним из наиболее популярных образов  в культуре Восточной Азии.

***Шиппейтаро - так зовут собаку-помощника в одноименной японской сказке .

«Уничтожение обезьяны-демона»

Горный дух и его приспешники (в обличье кошек или  обезьян в большинстве вариантов сказки) требуют ежегодные человеческие жертвы в виде девы из местной деревни. Молодой воин слышит, как духи говорят, что их врагом был «Шиппейтаро», который оказывается собакой. Эта собака заменяет девушку, которую помещают в жертвенный сосуд, и когда духи прибывают, воин и собака нападают на кошек/обезьян и побеждают их.

Продолжать дискуссию на улице не было смысла, поэтому мы переместились внутрь мастерской.

Помимо тех, кто был в мастерской раньше, на этот раз в качестве телохранителя пришла и Айша.

Видя, как он размахивает дубиной, можно было судить, что этот парень Ку был довольно опытным. Поэтому, готовясь к маловероятному случаю, если дела пойдут плохо, я хотел, чтобы Айша была рядом с нами. Попивая кофе, который предоставила Тару, я объяснил Ку свою просьбу.

— ...И, в общем, вот в этом суть предложения, — закончил я наконец.

В Королевстве Фридония проводились медицинские реформы, в будущем возникнет нехватка медицинского оборудования, и нам нужно было заставить ремесленников в этой стране массово производить это оборудование для импорта. Нам также нужно будет получить разрешение от правительства, чтобы медицинское оборудование не было воспринято как оружие при экспорте.

Поскольку Ку был сыном главы их государства, и было неясно, смогут ли эти две страны установить сердечные отношения, я не решался проявлять слишком много инициативы. Но я уже обсудил все это с Тару, поэтому решил, что нам не удастся его обмануть.

Кстати, когда я попытался взять официальный тон в обсуждении...

— Давайте покончим со всеми этими душными формальностями! — бодро заявил он. — Да, я сын главы нашего государства, но мы не знаем, позволит ли мне Совет вождей унаследовать этот пост. От того, что люди так вежливы со мной, у меня чешется задница.

Поэтому я решил поговорить с ним в непринужденной обстановке. Он был ужасно открытым, учитывая его положение, но, в общем, кто я такой, чтобы говорить?

Услышав, что я хочу сказать, Ку на мгновение задумался, а затем вздохнул. — Фух... Медицинские реформы, ага... это круто. Это то, что делает наш сосед? У нас здесь не так много новостей извне. Наш доступ к новостям настолько плох, что нам приходится получать информацию о том, что происходит в конце и начале года, от купцов, которые приезжают летом. Например, мы узнали, что королевство Эльфриден поглотило княжество Амидония и стало королевством Фридония только после того, как растаял снег.

Он был прав, у них были проблемы с получением регулярной информацией извне.

Аннексия Амидонии произошла с конца осени до начала зимы прошлого года. Если он говорит, что информация дошла сюда только весной этого года, то да, это было очень плохо. Это просто показывало, насколько интенсивным был снегопад в этом регионе. Возможно, это было похоже на то, как если бы вечерний и утренний выпуски газеты пришли в одно и то же время.

— Насколько я слышал, король, которого поставили по соседству, довольно молод? — добавил Ку.

— В этом году ему исполнится двадцать лет, — сказал я.

О, но по календарю этого мира мне уже исполнилось двадцать. Ну... неважно.

Услышав, что (условному) королю исполнилось двадцать, Ку разразился резким громким смехом. — Двадцать, ха! Мне в этом году будет шестнадцать, так что он не намного старше меня!

— Разве разница в четыре года между людьми и зверолюдьми не очень большая?

Когда я учился в первом классе средней школы, этот парень все еще был бы в начальной школе, верно?

— Неа. — Ку со смехом покачал головой. — Это ошибка округления, не более того. Если это всего лишь четыре года, то это все еще в пределах моей зоны поражения.

— О чем ты говоришь?!

— О женщинах, конечно, — сказал он. — Я согласен на любую от двенадцати до тридцати.

— Мне все равно! Ты и пальцем не тронешь Томоэ!

— Это чертовски сме... Ой! Эй, Тару, не бей меня, это штука.

Тару ударила Ку по голове подносом, на котором она принесла кофе. Раздался громкий звук. Эта девушка не сдерживалась, когда била сына главы их государства.

Тару схватилась за поднос и фыркнула.

— Тупой Куу, твоя вульгарность позорит нашу страну. Тебе стоит поработать над исправлением этого.

— Да, она права, — сказала ушастая девочка Лерина. — А разве ваш отец не сердиться на вас из-за этого? Начнем с того, что вы ведете себя так, как будто у вас все в порядке с женщинами, но на самом деле …. притворяться, что у вас есть чувства к другим женщинам, только чтобы привлечь внимание той, которая вам интересна, это... ой, ой, ой! Не тяните меня за уши!

— Это потому, что ты продолжаешь болтать! — крикнул Ку.

Думаю, этот обмен мнениями немного рассказал мне о Ку как о человеке.

Так вот оно что... если в этом году ему исполнится шестнадцать лет, значит, сейчас ему пятнадцать. По расчетам моего старого мира, он был бы в третьем и последнем классе средней школы. Когда я вспомнил, какой я был в этом возрасте, мне показалось, что я могу понять его.

Я вертелся на месте от нетерпения и стеснения, а когда приходил в себя, то часто путал средства с целью, а средства, которые я выбирал, часто даже не соответствовали цели, которую я преследовал.

— Что случилось, дорогой? Почему такое хмурое лицо? — спросила Ророа, пока я предавался сентиментальности.

— Нет, просто я смотрел на то, как ведет себя Ку, и увидел в нем немного себя...

— Хм? Правда?

— Хи-хи. Бабушка говорила мне, что мужчины такие, — сказала Джуна с улыбкой, полной очарования, и я не смог ничего возразить.

Затем, чтобы скрыть свою неловкость, Ку громко прочистил горло и вернулся к теме.

— Итак, каков молодой король? Я слышал, что он присоединил Амидонию вскоре после прихода к власти, так неужели он такой великий воин?

— Нет, ничего подобного, — сказал я. — Он поглотил Амидонию не потому, что хотел этого, просто ход событий сделал это необходимым... или я так слышал.

Хм... Было трудно объяснять, притворяясь, что это не я.

— Но, в общем, даже если сам король не военный, он собрал талантливую группу подчиненных, — добавил я. — Их поддержка позволяет ему как-то поддерживать страну, можно сказать.

— Способные подчиненные... этому можно позавидовать. Единственный человек, которым я сейчас могу приказывать, это Лерина. Я хочу поторопиться и найти себе вассалов.

— Я не твоя подчиненная, я твоя сопровождающая! Не приказывай мне! — запротестовала Лерина, но Ку даже не слушал ее.

— Ну и что? — спросил Ку, глядя прямо мне в глаза и пытаясь оценить меня. — Ты один из тех способных подчиненных, которые поддерживают короля, верно?

— Я всего лишь торговец, понимаешь...?

— Укя, врать нехорошо. Эти медицинские реформы спонсируются королем. Оборудование для них - это не то, о чем может вести переговоры один купец, не говоря уже о молодом сыне того, кто даже не унаследовал бизнес. Ты играешь в купца, но на самом деле ты действуешь по воле короля. Я не прав?

— ...

Он попал в самую точку, поэтому я не смог придумать достойного ответа. По крайней мере он не считал меня самим королем,  но действовать по воле короля было равносильно тому, чтобы действовать по моей собственной воле, так что он не ошибся.

Тару называла его «тупым господином», но он мог быть удивительно проницательным. Если я недооцениваю его, то могу пострадать.

— А что, если это так  есь? — спросил я. — Ты бы отменил эту сделку?

— Я бы так не сказал, — ответил он. — Со стороны нашей страны массовое производство этого медицинского оборудования или чего-то еще стало бы новой отраслью. Просто... есть один момент, который меня беспокоит.

— И что же это?

Он наклонился, поставив локти на стол и положив щеки на руки, и ответил. — Я думаю, что медицинские реформы соседнего короля звучат потрясающе. Эти... врачи? Они не полагаются на магию света, и даже лечат болезни, которые трудно излечить с помощью магии.

Я кивнул.

— Я хочу, чтобы эти врачи были и здесь. Экспорт оборудования - это хорошо, но если оно производится в массовых количествах, я не могу смириться с тем, что мы не сможем использовать его сами. В каждой стране есть большое количество больных и раненых. Если есть инструменты, которые могут их лечить, было бы расточительством не иметь под рукой людей, которые могут их использовать. Поэтому, если вы хотите получить от нас медицинское оборудование, то взамен вы дадите нам врачей.

Ку говорил сильным тоном. Я почувствовал в его глазах напряженность, которой он имел полное право гордиться как сын главы их государства. Несмотря на то, что в этом году ему исполнилось всего шестнадцать лет, он уже умел вести бои, необходимые для того, чтобы нести свою страну и народ.

Это был... человек, который может совершить великие дела в будущем. Наполовину впечатленный, наполовину настороженный, я выдержал взгляд Ку, а он вдруг усмехнулся и выпустил напряжение из плеч.

— И, в общем, я думаю, так бы сказал  мой старик.

— Твой отец... хм.

Хотя это были явно его слова, Ку упомянул своего отца, чтобы размыть это различие. Он был проницателен.

— Я все как следует обдумал, — сказал я наконец. — Если вы экспортируете нам оборудование, я предоставлю врачей... так сказал наш король предоставит врачей.

— Что ж, это хорошо. Но зимы в этой стране суровые. Сможет ли чужак выдержать их?

— В таком случае, мы можем сделать врачей из людей этой страны.

— Наших людей? — спросил Ку, и я кивнул.

— Если быть более точным, то, что предоставит королевство, это изучение медицины. Когда дело доходит до подготовки врачей, мы уверены, что намного опережаем другие страны. Поэтому, если кто-то в этой стране захочет стать врачом, он может приехать в королевство для обучения. Если эти люди вернутся домой, получив знания в области медицины, у вас будут врачи, которые смогут остаться здесь.

Ку хлопнул себя по колену, как будто теперь он все понял.

— Понятно... похоже, это сработает. Так мы будем торговать врачами и медицинским оборудованием?

— В принципе, это правильно, — сказал я. — А ты что думаешь?

Ку стукнул себя в грудь одной рукой. — Звучит неплохо! Я поговорю со своим стариком. То есть, я настаиваю, чтобы ты встретился с ним и обсудил это сейчас, — добавил он с довольной улыбкой.

У меня было неплохое предчувствие. Если мы могли рассчитывать на поддержку Ку, сына главы их государства, это было бы большим подспорьем.

О, подождите.

— Что касается этого, есть человек, которому я хочу поручить переговоры с главой вашего государства.

— Вы хотите поручить это кому-то? Вы не собираетесь делать это сами?

— Да. Я думаю, что переговоры должен вести не я, Кадзума, а Его Величество, король Сома.

— Оооо?! Встреча между главами государств!

— Да. Так будет быстрее.

— Ну, да, но... ты сможешь уговорить короля Сому приехать сюда?

— Я думаю, что все будет в порядке. Этот король любит делать работу на ногах. — Ророа посмотрела на меня с ухмылкой.

Ну, в конце концов, я был здесь...

— Оооокья! — Ку искренне рассмеялся. — Хорошо! Я поговорю со своим стариком. От него будет зависеть, что произойдет, но вы, люди, поговорите со своим королем Сомой!

— Понял.

— Теперь все становится интересным! Это будет грандиозное событие! — Ку выглядел глубоко взволнованным. — Эй, Лерина!Ты сейчас же беги к старику и сообщи ему, в чем дело!

— Сейчас?! — запротестовала она. — Уже вечер, так что позвольте мне отправиться в путь завтра!

— Ты тупица! — крикнул он. — Ты должна принимать немедленные решения и действовать быстро, когда речь идет о деловых возможностях!

— Дайте мне передохнуть, пожалуйста.

Ку был на взводе, а Лерина от него не отставала. Наблюдая за этим буйством хозяина и слуги, Тару, которая до сих пор слушала и ничего не говорила, позволила себе вымолвить несколько слов.

— Я так и знала... тупой господин действительно тупой.

Ее тон был холодным, но уголки губ как будто слегка приподнялись.

Эта незапланированная встреча с Ку привела к решению устроить внезапную встречу с главой республики.

Чтобы подготовиться, я отправил гонца Куи к Хакуе в королевство, а Ку - к своему отцу, чтобы договориться о времени и месте встречи. Затем, когда эти приготовления были завершены, было решено, что мы останемся в стране до дня встречи. Учитывая скорость связи куи с посланником, встреча должна была состояться самое раннее через неделю (восемь дней в этом мире).

Однако я объяснил Ку, что останусь в качестве связного.

Поскольку существовали вопросы безопасности и тому подобное, когда король оставался в другой стране, я решил сохранить свою личность в тайне еще некоторое время. Поскольку технически я въехал в страну под ложным предлогом, я решил попросить Хакуя тонко проинформировать главу государства об этом факте перед встречей.

В связи с этим я решил использовать оставшееся до встречи время, чтобы продолжить углублять свое понимание страны, как и планировалось изначально. Но Ку сказал, что хочет сопровождать меня.

— Если ты хочешь узнать о нашей стране, тебе нужен проводник. Поскольку я родился и вырос в Тургише, я бы сказал, что подхожу для этого.

— О, э... Я ценю твое предложение, но я не могу заставить сына главы государства быть моим гидом...

Я попытался слегка подвести его, но Ку рассмеялся.

— Эй, не парься. Может, я и его сын, но у меня нет никакой власти. Кроме того, Кадзума, теперь, когда я знаю, что ты иностранный VIP, я не могу упустить тебя из виду. — Ку бросил резкий, слегка провокационный взгляд в мою сторону. — Осмотр достопримечательностей - это хорошо, но я не хочу, чтобы ты ходил туда куда не следует. Если ты попытаешься пойти, например, на военные объекты, думаю, у нас могут возникнуть небольшие проблемы.

Это имело смысл.... воздух стал немного напряженным, но я пожал плечами и пропустил взгляд Ку мимо ушей.

— В любом случае, я никогда не планировал этого.

— Ооо, я просто перестраховываюсь, — сказал он. — Вы же не хотите, чтобы вас подозревали в том, чего вы не делаете.

— Справедливо...

В данный момент мы находились в стране не для того, чтобы собирать разведданные. Мы были здесь исключительно для того, чтобы расширить наше представление о стране; не было никакой необходимости искать их критически важные объекты. Если Ку будет сопровождать нас, нам не придется беспокоиться о лишних проблемах с местными жителями, так что это был удобный вариант.

Я протянул Ку свою правую руку. — Если все так, то, пожалуйста, пойдем с нами.

— Конечно! — Ку взял мою руку и крепко пожал ее. — Кстати, ребята, у вас забронирована гостиница на ночь?

— Да. Мы забронировали жилье в гостинице "Белая птица" в городе Беппу.

— Гостиница "Белая птица"! Это хорошее место. Если вам интересно, что в нем такого хорошего, то это то, что там есть горячие источники.

Горячие источники.

Да, горячие источники.

Я слышал, что в республике много горячих источников. Город Беппу был одним из немногих мест с горячими источниками в стране, что также было одной из причин, по которой мы выбрали его для нашей оперативной базы. В регионе Амидония нашего королевства, очевидно, было приличное количество горячих источников, но на бывших территориях Элфридена их было немного, и ни один из них не находился в окрестностях столицы Парнама.

Я хотел воспользоваться возможностью использовать Беппу и его знаменитые источники в качестве нашей операционной базы и наслаждаться, одновременно углубляя свое понимание страны. Это и было причиной нашего приезда.

Гостиница "Белая птица", где нам предстояло остановиться на некоторое время, была постоялым двором для путешественников, которым управлял представитель расы белых орлов. Более того, за дополнительную плату мы могли зарезервировать баню под открытым небом на час в день исключительно для нашей семьи.

Когда острые глаза Ророа уловили эту деталь во время регистрации...

— Эй, эй, дорогой. У нас не часто бывает такая возможность, так что давай забронируем ванну и пойдем туда всей семьей? Под «мы» я подразумеваю меня, тебя, старшую сестру Ай и старшую сестру Джуну, конечно, — сказала она с ухмылкой.

Как мужчина, это было заманчивое предложение, но я понятия не имел, как объяснить трактирщику наше семейное положение, и мне казалось, что это плохо повлияет на Томоэ, которая путешествовала с нами. И, более того... мне было невероятно стыдно, поэтому я нанес Ророа сильный, но не болезненный удар карате по голове.

Пока я вспоминал это, Ку вдруг хлопнул себя по колену.

— Хорошо! Тогда я тоже останусь сегодня в гостинице "Белая птица"!

Лерина издала странный возглас. — Стоп, что вы говорите, молодой господин?! У вас здесь вилла?!

Но Ку проворчал и ткнул в нее пальцем. — Кадзума и его друзья хотят лучше понять нашу страну. В таком случае, мы должны позволить им познакомиться с нашей традиционной культурой.

— Традиционная культура? — спросил я.

— Ооокхяхя! — Ку гоготнул от радости. — В этой стране, когда друзья приезжают издалека, чтобы навестить тебя, принято зарезать животное и устроить пир. В конце концов, мы с тобой уже как друзья! Давай попросим трактир устроить пир!

С этими словами Ку обнял меня за плечи.

Это должно было показаться чересчур заботливым со стороны молодого парня, но почему-то меня это не так уж и беспокоило. За этим не было никакого злого умысла, и я мог сказать, что он просто такой, какой есть, так что я даже не мог заставить себя почувствовать: «Ну, думаю, ничего не поделаешь....». Вполне возможно, что это была своего рода харизма.

— Я ценю ваше предложение, но не будет ли это неприятно для гостиницы, получить такую внезапную просьбу? — спросил я.

— О, не волнуйтесь, я знаю хозяина. Если я заплачу деньги и сам предоставлю ингредиенты, проблем не будет. Лерина, сбегай к трактирщику и собери необходимые материалы.

— Уф... я понимаю, но, молодой господин, вы такой рабовладелец, — пожаловалась Лерина. — Вы же завтра отправляете меня к своему отцу...

Ку от души рассмеялся. — Пока ты ходишь по магазинам, можешь купить и то дорогое вишневое вино, которое тебе нравится.

— Я займусь этим! — Отсалютовав, Лерина сорвалась с места и выбежала из мастерской.

Ку удивительно хорошо умел обращаться со своей подчиненной.

Ку повернулся к женщине рядом с ним. — Тару, ты тоже приходи на вечеринку. Чем больше, тем веселее, в конце концов.

— Честное слово, тупой господин, ты такой трудный. — Тару покорно согласилась. Однако ее белые медвежьи уши слегка подергивались.

Может быть, уши у снежных медведей функционируют так же, как хвосты у мистических волков? Если так, то, несмотря на то, какой холодной она себя представляла, она могла проявить неожиданный энтузиазм.

Как бы то ни было, импровизированный пир был устроен.

Солнце зашло, и большой ковер в большом зале гостиницы "Белая птица" был плотно заставлен тарелками с различными блюдами. В основном это было мясо, мясо, мясо... Просто шведский стол из мясных блюд. Трактирщик с белым орлом ставил очередную большую тарелку с новым мясным блюдом. Представители расы белых орлов, как и следовало из названия, были зверолюдьми-орлами с крыльями на спине, но их крылья становились коричневыми от середины вверх, так что они не производили впечатления ангелов. Что касается мужчин, то их лица были настоящими орлиными мордами, что делало их похожими на полулюдей-полузверей, изображавших богов на древнеегипетских фресках. Наблюдая за тем, как  трактирщик раскладывает еду, я разговаривал с Ку, который был рядом со мной. — Я вижу ужасно много мясных блюд...

— Так проходят наши пиры. Обычно мы забиваем скот, а потом едим мясо.

— Это ведь праздничная еда. А каков ваш обычный рацион?

— Кроме мяса, мы едим моллюсков, рыбу и молочные продукты. У нас есть картофель, но фрукты и овощи можно собирать только в северных районах, поэтому они редкие и дорогие.

— Хм...

Если он говорит, что на овощи есть спрос, то мы могли бы разработать торговый маршрут и экспортировать их сюда. А как они получают витамин С и тому подобное? Я читал в какой-то манге, что давным-давно моряки страдали от цинги из-за недостатка витамина С, и это было очень тяжело для них.

— Вы не заболеваете от недостатка овощей? — спросил я.

— А? Никогда не слышал, чтобы такое случалось. Мы вообще редко болеем. У нас нет причин бояться смерти от болезни. Мы больше боимся смерти от замерзания.

— Хм...

У них есть какой-то особый способ получения питательных веществ?

Пока я размышлял об этом, подготовка к празднику, похоже, была завершена. На празднике присутствовали Айша, Джуна, Ророа, Томоэ, Хэл, Каэдэ и я из Фридонии, а также Ку, Тару и Лерина из Тургиса, всего десять человек.

Что-то похожее на деревянные кубки было передано по кругу, по одному каждому из нас.

Когда я посмотрел, внутри кубка была белая жидкость. Покрутив ее, я увидел, что она немного густая. Вместо молока она больше походила на нерафинированное саке.

— Таинственная белая жидкость...? — пробормотал я.

— Это? Это наше знаменитое ферментированное молоко, — ответил Ку.

— Кисломолочное?

— Это напиток, приготовленный путем заквашивания молока снежного яка (это, по-видимому, волосатое животное, похожее на корову, обитало в этой стране), так что это ферментированное молоко. У него сильный вкус, но когда вы привыкнете, он становится приятным.

— Ферментация... —  пробормотал я. — Если это молоко яка, то... молочнокислые бактерии?

Если подумать, разве молочнокислые бактерии не вырабатывают витамин «С»? Если я не ошибаюсь, это было частью процесса ферментации... Впрочем, я помнил об этом лишь смутно. Может быть, жители этой страны восполняли недостаточное потребление витамина «С» с помощью этого напитка?

После того, как все получили свои кубки, было решено, что мы с Ку поднимем тост. Когда все собрались вокруг, мы встали.

— Длинные речи перед пиром - это так неприлично. Поэтому я буду краток. — С этими словами Ку повернулся ко мне и поднял свой кубок. — За наших гостей из Фридонии!

В ответ на эти слова я тоже поднял свой кубок за Ку. — За народ Тургиса!

Затем мы дружно хлопнули бокалами.

— Ваше здоровье! — сказали мы оба.

— Выпьем! — все остальные.

Потом начался пир.

— Ну, давай, выпей еще, — сказал мне Ку.

— П-правильно...

Я попробовал выпить перебродившее молоко снежного яка. У него был странный вкус.

Он был более мягким, чем можно было предположить по внешнему виду, но... как бы это описать...? Это было похоже на простой питьевой йогурт. Но в нем был и алкогольный привкус. Даже в таком виде он был лучше, чем я ожидал, но мне показалось, что с медом он был бы вкуснее.

Все, кроме Томоэ, чмокали губами, глядя на это ферментированное молоко.

Кстати, в этой стране, как и в нашей, не было закона, определяющего минимальный возраст для употребления алкоголя. Похоже, было принято, что с пятнадцати или шестнадцати лет дети могут открыто пить в общественных местах. Я подумывал о том, чтобы ввести соответствующий закон, но в некотором смысле это было частью местной культуры, поэтому я пока оставил все как есть. Если я буду вмешиваться без необходимости, это может вызвать обратную реакцию со стороны населения, в конце концов.

Если бы люди стали заботиться о здоровье, голоса, призывающие установить минимальный возраст употребления алкоголя, возникли бы сами собой. Я мог бы подождать с принятием закона до тех пор.

Попивая кисломолочку, я огляделся по сторонам.

Проверяя самое шумное место в комнате, Айша и Ку сидели перед большими тарелками, уставленными едой, и почему-то соревновались в том, кто больше и быстрее съест. Похоже, что Ку, увидев, как ест Айша, бросил ей вызов. Соревнование, очевидно, заключалось в том, кто первым сможет зачистить тарелку с едой.

— Ном, ном, ном, ном...

Они отчаянно запихивали еду в рот.

В таком простом соревновании я бы не подумал, что Айша может проиграть, но, если добавить элемент скорости, кто знает? Судя по всему, еда исчезала с их тарелок примерно с одинаковой скоростью.

— Ном, ном... (Оухяхя, а ты неплоха, для такого стройного человека.)

— Ном, ном... (Вы тоже. Я запечатлена.)

Их взгляды время от времени пересекались, и когда они это делали, казалось, что они обмениваются мнениями. За ними наблюдали возмущенная Ророа и недоумевающая Томоэ.

— Честно... старшая сестра Аи, зачем ты устраиваешь соревнование по скоростному поеданию? — спросила Ророа.

— Айша ест так же быстро, как и всегда, — прокомментировала Томоэ.

— Томоэ, не позволяй ей победить тебя. Ешь. Иначе ты не вырастешь.

— Если я буду много есть, я смогу вырасти большой, как Айша?

— Наверное...

Я был уверена, что Томоэ говорит о росте, но Ророа смотрела вниз на свою грудь мертвыми рыбьими глазами. Должно быть, она впала в депрессию, когда представила, что наша младшая сестра в будущем станет больше ее. Я думаю, она просто выбрала плохого человека для сравнения, и не похоже, чтобы у нее их не было, но... слишком глубоко заходить с ней в эту тему было бы самоубийством, поэтому я решил этого не делать. Посмотрев на другое место, Хэл и Каэдэ пили с Тару и о чем-то разговаривали. Хэл задал вопрос, наливая Каэдэ еще одну порцию.

— Тару, ты ведь кузнец. Не знаешь ли ты, какое оружие мне подойдет?

— Какое оружие тебе нужно? — спросила Тару.

— Я специализируюсь на том, что окутываю свое оружие огнем, а затем бросаю его, но обычные копья сгорают после того, как я их брошу. Между тем, зачарованные магией копья стоят дорого, поэтому я не могу их выбросить, а на поле боя их очень трудно достать.

— Это, и Хэл часто ездит верхом на Ру... большом существе, — добавила Каэдэ. — Так что ему лучше всего подойдет оружие, которое он сможет использовать, сидя сверху на таком существе.

Большим существом, на котором часто ездил Хэл, была Руби, но она не упомянула об этом. Если люди узнают, что Хэл заключил контракт с драконом, не будучи жителем горного хребта Звездного Дракона, они будут гадать, кто он такой, поэтому она умолчала об этом.

— В таком случае, есть оружие под названием «Копье Двойного Змея» — Тару, казалось, немного задумалась, пока она говорила.

— Копье Двойного Змея? — спросил Хэл. — Что это за оружие?

— Как двухголовая змея, у которой вторая голова на конце хвоста. Это оружие с двумя копьями, соединенными у основания. Они соединены тонкой цепочкой, и если ты используешь одно копье как метательное, то можешь потянуть за другое, чтобы достать его. Изначально оно было сделано для того, чтобы кто-то верхом на большом звере, вроде нумота тупого хозяина, мог атаковать солдат у его ног.

— Хм, похоже, это потрясающее оружие.

Хэл выглядел впечатленным, но Тару тихо покачала головой.

— Просто... его невероятно трудно использовать. Длину цепи можно регулировать с помощью магии зачарования, но чем длиннее она становится, тем больше техники и силы требуется для ее использования. Она не очень широко используется даже в нашей стране.

— Я думаю, что все должно быть в порядке, — добавила Каэдэ. — Если в чем Хэл и может быть уверен, так это в своей силе.

— Это жестоко... неужели ты не могла найти более любящий способ сказать это?

— Именно любовь заставляет меня искать оружие, чтобы вы двое не погибли на поле боя.

— Уф...

Видя, как Хэл словесно переигрывает Каэдэ, Тару хихикнула. — Если я помню, у нас есть один в запасе в мастерской. Я думаю, было бы неплохо сначала проверить, как он работает для тебя. Если тебе понравится, я приму заказ.

— О! Спасибо, я буду рассчитывать на тебя, — сказал Хэл.

— Мы примем твое предложение, — добавила Каэдэ.

Все трое дружно хлопнули бокалами. Была ли заключена сделка? Я надеялся, что он найдет хорошее оружие.

Теперь, что касается тех, кто остался, Джуна, игравшая роль моей жены, села, а белый кролик Лерина разлила напитки. Отчасти потому, что мы сидели прямо на полу, а не на стульях, это напомнило мне прием в японском стиле в комнате на татами.

— Извините — сказала Лерина, наливая в  мой бокал кисломолочный напиток. — Обычно развлекать наших гостей - это работа мастера Ку...

— Нет, нет, я очень благодарен, что у меня вообще есть такой долгожданный пир.

— Мне очень приятно слышать это от вас. О, позвольте мне позаботиться и о вашей жене.

— Хи-хи. Спасибо. —  Джуна попросила Лерину налить и ей напиток. Похоже, она была в хорошем настроении.

— Похоже, ты наслаждаешься собой, Джуна, — сказал я.

— Да. Теперь мы выглядим как муж и жена.

— Ты думаешь...?

Это было как-то неловко. Лерина наблюдала за нами с широкой улыбкой.

Джуна зачерпнула что-то, что было в соседнем горшке, в деревянную миску и предложила мне. — Все блюда здесь такие новые для меня. Этот суп очень вкусный.

— О? Судя по виду... это похоже на суп с клецками.

В бульоне, похожем на мисо-суп с красным мисо, плавали корнеплоды и тонкие белые клецки.

Я сделал глоток, и неожиданный вкус распространился по моему рту. Это был не мисо-суп, а тушеная тыква. Пельмени были пельменями, но тонкими и вытянутыми. Это было похоже на... Как бы это сказать? Это было что-то среднее между хуту* и тушеной тыквой.

— Это не тот вкус, которого я ожидал, но... это вкусно.

— Да, — согласилась Джуна. — Это как-то согревает тело.

— Хи-хи! Это тыквенное рагу - старый стандарт в нашей стране — Лерина охотно объяснила, пока Джуна чмокала губами. — В нашей стране трудно достать листовые овощи, но можно достать много тыквы. Поэтому у нас большое разнообразие блюд из тыквы. Во многих наших сладостях тоже используется тыквенная начинка или тыквенный крем. Правда, в них обильно используется сахар, поэтому они могут показаться слишком сладкими тем, кто живет за пределами страны.

— О? У вас много сахара? — спросил я.

— Да. Как и в случае с тыквами, у нас много свеклы.

Свекла. Она говорила о сахарной свекле.

Как следует из названия, она была одним из растений, из которых можно было получить сахар. Большая часть сахара, циркулирующего в нашей стране, тоже была сделана из сахарной свеклы. Существовал также кленовый сахар, который собирали с кленовых деревьев. Поскольку сахарный тростник можно было выращивать только в некоторых местах на севере королевства, тростникового сахара в обороте было немного.

В этой стране можно было собрать много свеклы, так...

— Еда - это одно из тех мест, где земля действительно показывает свой характер, — прокомментировал я.

— Вы правы, — согласилась Лерина. — Но только недавно мы начали добавлять клецки в тыквенное рагу. Мы начали добавлять их после того, как услышали от одного амидонского торговца, что можно есть корень растения лилии.

— Подождите, это были клецки из корня лилии?!

— Да. Похоже, что божество, известное как Лорд Ишизука, Бог Еды, спустился в Амидонию и научил их тому, что они съедобны. Благодаря этому мы смогли есть суп, который когда-то был гарниром, как основное блюдо. Мы должны поблагодарить этого бога.

«...» Мы все молчали.

Подумать только, культура питания, которую мы распространяли в Амидонии, дошла и до этой страны.

Более того, Пончо возвысился до божества как Бог Еды; не только в Амидонии, но и здесь...слухи, как правило, раздувают из мухи слона, но при таком темпе развития событий я подумал, не построит ли кто-нибудь в конце концов храм богу Ишизука.

О, Пончо, кем же ты становишься? Наверное, он и сам этого не знал.

Ку подошел, похлопал себя по животу. — Эй, вы двое. Веселитесь?

— Да, спасибо, — сказал я. — А ты? Конкурс по поеданию закончился?

— Оооохяяя! Эта девушка крута. Скоростной прием пищи - это одно, но у меня никогда не было шансов против нее, когда дело доходило до количества. Я в шоке, что она может столько съесть и еще больше.

Айша выиграла конкурс? Оглядываясь назад, можно сказать, что это было предрешено.

Ку забрал у Лерины кубок и уселся рядом со мной. — Я займусь остальным, а ты, Лерина, можешь присоединиться к остальным.

— Хорошо. — Лерина помахала рукой и пошла туда, где находились Айша и остальные.

Джуна сказала: — Я тоже пойду проверю, как там Айша и остальные, — и освободила свое место.

Похоже, что дальше мы будем пить один на один. Мы налили друг другу напитки, потом подняли тост.

Ку выпил свой напиток одним глотком, а затем весело рассмеялся. — Вот это да! Выпивка, которую пьешь на празднике, имеет особенный вкус.

— Не слишком ли эта фраза по-стариковски для пятнадцатилетнего подростка? — прокомментировал я.

— Оооохихи! Не беспокойся об этом. Если отбросить возраст и звания, это единственный способ повеселиться.

— ...О?

Я налил Ку еще выпить. На этот раз Ку отпил глоток, а затем хлопнул рукой по моему плечу. Что? Он хотел со мной поспорить? Я так и думал, но...

— Ну, как дела, Кадзума?

— Что?

— Эта страна, я имею в виду. Тебе нравится?

Я немного подумал, прежде чем ответить. — Да. Я думаю, это хорошая страна. Тут есть горячие источники, а местные блюда и кисломолочные продукты очень вкусные. У вас также есть способные ремесленники, так что я думаю, что это привлекательная страна.

— Ооохяхя! Да, это точно. Я тоже люблю эту страну. — Ку издал еще один ехидный смешок, а затем принял более серьезное выражение лица. — Честно говоря... я думаю, что это хорошая страна. Летом мы выгоняем скот на пастбище, а зимой делаем отличные поделки в домах. Здесь холодно, но люди держатся вместе, чтобы выжить в этой стране. Правда, есть несколько твердолобых стариков, которые, похоже, хотят расширяться на север.

Я молчал.

Я слышал, что Республика Тургис проводит национальную политику экспансии на север. На самом деле, в то время, когда нашу страну сотрясали внутренние проблемы и конфликт с княжеством Амидония, эта страна разместила войска на границе, демонстрируя свое намерение вторгнуться к нам. Хотя между нашими странами не было прямого конфликта, я был удивлен, что в Республике Тургис нашелся кто-то, кто думает так же, как Ку.

— Кроме того, даже если мы захватим земли на севере, мы не сможем её удержать, — продолжил Ку, скрестив руки и кивнув. — Во внешнем мире наиболее эффективны воздушные силы, такие как виверны. Такая холодная земля, как наша, не подходит для разведения виверн. Это плюс, когда это затрудняет вторжение к нам других, но без виверн невозможно отрезать часть территории соседней страны. Как бы мы ни старались, мы возьмем максимум один-два города. Кроме того, когда наступит зима, снег закроет связь с материком, так что поддерживать их будет трудно.

По его глупому поведению трудно было это заметить, но он невероятно точно понимал ситуацию в своей стране. Разговаривая с ним, я чувствовал харизму, которая притягивала к нему людей. Если бы Ку родился в королевской семье королевства с лучшим территориальным положением, он мог бы стать редким героем.

Ку снова одним глотком выпил кисломолочный напиток. — Послушай, Кадзума, я серьезно думаю, что у этой страны есть свой собственный путь к процветанию. Нам не обязательно идти на север. У этой страны есть все возможности для саморазвития. Вот что я чувствую.

— Я понимаю, — сказал я трезво.

— Понимаешь? — засмеялся он. — Я рад, что ты понял! Надеюсь, переговоры между моим стариком и вашим королем пройдут успешно!

— Да. Я уверен... что встреча будет значимой для обеих сторон.

С этими словами мы еще раз хлопнули друг о друга нашими кубками.

Когда переговоры закончились, было решено, что встреча состоится через десять дней в обстановке строжайшей секретности на постоялом дворе, где мы остановились в Беппу.

Причинами секретности были вопросы безопасности и то, что для проведения открытых переговоров требовалось разрешение Совета вождей. Если бы мы не торопились, это разрешение, скорее всего, было бы получено, но мы не хотели идти на это.

В любом случае, дата была назначена, а остальные детали Хакуя и отец Ку решат между собой.

Что касается нас, то до этого времени у нас не было никаких особых дел, поэтому мы решили исследовать страну, как и планировали. Ку, в конце концов, уже вызвался быть проводником.

Поэтому сегодня мы приехали в Моран, рыбацкий порт неподалеку от Беппу. В нашу группу входили семь человек: я, Айша, Джуна, Ророа, Томоэ, Ку и Лерина.

Хэл и Каэдэ сказали, что они будут в мастерской Тару, проверять оружие, которым будет пользоваться Хэл, и отправились по своим делам.

Теперь, когда он стал рыцарем-драконом, Хэл был асом сил обороны. Поскольку в том, что у Хала есть оружие, которое позволит ему проявить свою доблесть в полной мере, был большой смысл, я с радостью дал ему разрешение отделиться от группы.

— Вау... — воскликнула Томоэ, проходя через город Морлан. — Старший брат! Этот  человек действительно огромен!

Это было правдой. Когда мы шли по городу, то время от времени встречали очень больших и высоких людей. Их рост мог превышать два метра.

Помимо роста, при котором их голова могла бы пробить крышу среднего дома, у них у всех было плотное телосложение, как будто они были борцами сумо в тяжелом весе.

В любом случае, даже просто прогуливаясь, они производили сильное впечатление. Я боялся, что они раздавят маленькую Томоэ под ногами.

Увидев, как мы испугались, Ку весело рассмеялся. — Укякя! Это интерестно, увидеть их в первый раз? Они представители расы моржей.

Раса моржей, ага...

Раз уж он упомянул об этом, у крупных людей, которые оказались мужчинами, изо рта росли два бивня. Что касается женщин, я только подумал, что у них длинные клыки.

— Представители расы моржей зарабатывают на жизнь рыболовством, — сказал Ку. — Представители расы снежных медведей, такие как Тару, тоже хорошие пловцы, но они не сравнятся с моржами.

Нырять в замерзшее море?! Это было невероятно. В этом мире ни у кого не было гидрокостюмов, так что было удивительно, что они не замерзли до смерти...

О, подождите, я понял. Вот почему они так устроены.

Жир под их кожей обеспечивала повышенную изоляцию, делая их расой, специализированной для действий в замерзшей воде. Было ли это результатом эволюции, направленной на адаптацию к окружающей среде, или только расы, приспособленные к окружающей среде, смогли здесь прижиться? Этот вопрос завораживал меня.

Когда мы последовали за Ку на пляж, мы увидели группу людей расы моржей, собравшихся вокруг костра.

Ку подошел и позвал их. — Эй, ребята! Устроили посиделки на пляже?

— О! Молодой господин, — сказал один мужчина. — Да. Мы сегодня привезли большой груз моллюсков, креветок и тому подобного, так что мы как раз говорили, что собираемся дать волю и веселиться весь день.

При дальнейшем осмотре оказалось, что поверх костра моржей была накинута сеть, на которой жарились различные моллюски. Там были двустворчатые моллюски, широко раскрывшиеся, и пузырьки, выходящие из клапанов спиралевидной раковины, напоминающей раковину тюрбана. В сочетании с ароматом моря они выглядели невероятно аппетитно.

Глядя на них, Ку радостно засмеялся. — Ухяхя! Как вкусно! Я сейчас как раз показываю гостям из-за границы наш город. Если мы предоставим выпивку, мы сможем присоединимся к вам?

Мужчины развеселились, услышав предложение Ку.

— О, вы серьезно?

— Конечно! Теперь мы можем выпить!

Ку обернулся, достал из кармана мешочек и бросил его Лерине. Очевидно, это был его кошелек. — Лерина! Принеси нам бочку картофельной водки.

— Что?! — Лерина моргнула, услышав приказ Ку. — Бочку...? Это слишком много! Это будет слишком тяжело, чтобы донести это одной!

— Если она слишком тяжелая, кати ее.

— Не чесно…

Лерина была подчинена внезапным идеям Ку.

Мне было неприятно видеть, как её босс нагружает её, поэтому я решил немного помочь. — Айша. Извини, но не могла бы ты пойти с Лериной и понести для нее бочку?

Мне было неловко заставлять кого-то другого делать это, но Айша, вероятно, могла бы с легкостью поднять бочку или две.

Она с гордостью постучала по своей нагрудной пластине. — Предоставьте это мне. А теперь пойдемте, госпожа Лерина.

— Что?!

Айша потащила за собой все еще ошеломленную Лерину.

Глядя, как они уходят, Ку хихикнул. — Да, я уверен, что эта темная эльфийка может без проблем перетащить бочонок-другой спиртного.

— Ты сильнее неё? — спросил я.

— Ну. Думаю, даже я смог бы дать хороший бой твоему рыжеволосому приятелю, но... эта девушка как будто в другом измерении. — Ку покрутил рукой по кругу. — По крайней мере, это не тот уровень силы, которым обладает обычный искатель приключений. Она военачальник в королевстве, или что-то вроде того?

— ...Без комментариев.

— Я хочу получить ее в качестве вассала...

— Ты не можешь получить ее.

— Оооохихи! О?

Пока мы разговаривали, ракушки продолжали жариться. Потом один из рыбаков-моржей достал из банки что-то молочно-белого цвета и положил на ракушки.

— Что это? — спросил я.

— Масло, сделанное из того же молока яков, которое мы используем для приготовления ферментированного молока, — сказал мужчина. — Когда мы едим морепродукты, мы поливаем их спиртом, пока они готовятся, а потом кладем это сверху, когда все готово.

Это имело смысл. Масло. Например, жареные в масле гребешки или короткошеие моллюски. Моллюски и масло хорошо сочетаются.

Рыбак нарезал несколько моллюсков, которые, вероятно, были гребешками с маслом. Он предложил их Ку и мне. — Давайте, молодой хозяин.

— Вы, тоже, — сказал другой мужчина. — Не сдерживайтесь. Ешьте на здоровье.

— Конечно! — воскликнул Ку.

— Спасибо, — добавил я.

Мы поблагодарили рыбаков и приняли их. Сразу же запах моря и аромат масла наполнил мои ноздри.

О, я не знаю, как это описать... это был очень ностальгический опыт. Это напомнило мне шампуры с сыром, которые продают в маленьких ларьках на фестивалях. Я никогда не думал, что захочу есть их регулярно, но когда я проходил мимо этих ларьков и чувствовал этот аромат, я не мог не остановиться. Именно это чувство я испытывал сейчас.

Я воспользовался вилкой, которую мне дали, чтобы съесть их. Да, это были гребешки с маслом. Вкус и масла, и гребешков был нетронутым, и это были лучшие гребешки с маслом, которые я когда-либо ел.

Я издал непроизвольный стон благодарности. — Они хороши...

— Я знаю — радостно согласился Ку. — Жарить их на пляже, а потом есть с маслом - это гордая часть нашей культуры питания.

— Понятно.

Культура питания? Ну, я не собирался позволить ему превзойти себя.

Я позвал Ророа, которая с большим интересом наблюдала, как один из рыбаков вонзает металлический шампур в спиральную раковину, крутит ее, чтобы извлечь мясо и органы.

— Эй, Ророа!

— Хм? Что тебе нужно? — Ророа рысью подбежала.

— У тебя это сейчас при себе? Ну, та штука, которую ты положила в металлический контейнер и привезла из дома?

— Ооо, я думаю, это в багаже, который я привезла с собой. — Ророа порылась в сумке с дорожным оборудованием, которое она взяла с собой из кареты. Достав металлический контейнер размером с коробку для обеда, она спросила: — Это оно? — и протянула его мне.

Ку с любопытством посмотрел на него. — Укя? Что это за коробка?

— В ней приправа, которую мы привезли с собой из нашей страны.

Когда я открыл металлический контейнер, он был наполнен густой пастой желтовато-коричневого цвета.

— Приправа?

— Да. Она называется мисо.

В контейнере находилось мисо, которое я просил приготовить мистических волков у себя дома.

Как японцы, отправляясь за границу, хотят взять с собой растворимый рамен или мисо-суп, так и я в эту поездку взял  мисо и конбу для приготовления бульона. С помощью воды и любых овощей, которые были под рукой, я мог приготовить мисо-суп в любом месте. Если у меня было мясо, я мог бы добавить и его.

В таком случае я зачерпнул ложку мисо и добавил небольшое количество на мои масляные гребешки. Теперь масляные гребешки превратились в гребешки с мисо и маслом.

Я немного перемешал их, затем предложил их Ку. — Окажи мне услугу и попробуй их.

— ...Конечно.

Ку с сомнением взял один из кусочков гребешка и бросил его в рот. В следующее мгновение глаза Ку распахнулись в шоке. — Что это?! Вкус теперь супер сложный! Нет, это вкусно! Это вкусно, но я не могу не хотеть выпивки с этим!

— Хе-хе-хе, — усмехнулся я. — Ну и как? Что ты думаешь о культуре питания в моей стране?

Я сказал это уверенно, и после секундного замешательства Ку разразился веселым смехом.

— Ооокякя! Я вижу! Ты почувствовал себя соперником, потому что я упомянул культуру питания! На этот раз ты меня раскусил!

— Я бы сказал, что только сравнял счет, — сказал я. — Я думаю, что жарить их на пляже - это хорошая культура.

— Оооокияяя! Без сомнения! Ооо, когда же выпивка прибудет?

Пока мы разговаривали, вернулись Лерина и Айша. Лерина несла маленькую бочку, а Айша - две большие.

После этого к нам присоединились Хэл, Каэдэ и Тару, и мы устроили большую вечеринку на пляже.

Картофельная водка, которую предоставил Ку, была, очевидно, крепкой, и к тому времени, когда солнце село, все были слишком веселы. Некоторые начали слишком распускать руки.

Люди-моржи начали танцевать и скандировать то ли заурядную песню, то ли аплодисменты, я так и не смог определить, что именно. По тому, как они кривлялись и извивались, было похоже, что они танцуют танец живота.

— Как танцует человек-морж под водой?

— О! Он танцует вихляющее - вихляющее - вихляющее!.

В другом месте несомненно пьяный Хэл исполнял какой-то огненный танец с двумя кусками дерева, объятыми пламенем.

— Отлично! Я весь горю! — кричал он.

Не менее пьяная Каэдэ смеялась и каталась по земле, наблюдая за ним.

— Это здорово, знаешь ли! Хэл!

Тем временем у пьяного Ку на плечах сидела счастливая Томоэ.

— Укякя! Пойдем.

— Ахахаха! Я так высоко!

Судя по тому, в каком приподнятом настроении она находилась, Томоэ тоже могла быть пьяна. Естественно, я не позволил ей выпить ни глотка алкоголя, но, возможно, она опьянела от запаха, или спирт, которым обрабатывали моллюсков, не полностью испарился. Как бы то ни было, я не справился со своей ролью ее опекуна. Если Лисия узнает об этом, меня ждет лекция.

Рядом с ними, возможно, подстрекаемая Ку, пьяная Айша держала Джуну на своих плечах.

— Ха-ха-ха! Как весело мы проводим время, госпожа Джуна!

— Стой, Айша! Опусти меня, пожалуйста!

Джуна не казалась такой уж пьяной, но ее лицо раскраснелось от смущения из-за внимания к ней.

Я еще выпил и просто наблюдал за хаосом, который постепенно разворачивался на пляже.

— Мвехехех, дороой. — Ророа прижалась ко мне сзади. Положив подбородок мне на плечо, она потерлась об меня щекой. Это был милый, кошачий жест, но от нее слегка пахло алкоголем. — Ты пьешь, как  и положено, дорогой?

— Пью, да, — сказал я. — Но Ророа... ты уверена, что не выпила слишком много?

— Мвехехе. — В одной руке у нее был стакан, в другой - ракушка. Они оба были уже пусты, поэтому тот факт, что она не собиралась отпускать ни один из них, доказывал, что она уже изрядно пьяна.

— Эй, Ророа... —  начал я.

…Храп...

— Подожди, это было быстро! Мы как раз разговаривали!

Ророа тихонько похрапывала, положив подбородок мне на плечо.

Из ее рта вытекало немного слюны, но... я решил притвориться, что не заметил этого. Не имея другого выбора, я спустил ее с плеча и позволил ей использовать мои скрещенные ноги в качестве подушки.

— Мурлыка...

— ...

Честно... она выглядела такой счастливой, спящей. Поглаживая Ророа по голове, я смотрел на дурацкий шум, который Ку и остальные все еще поднимали. Они пили, ели и веселились вместе.

После совместного веселья во мне зародилась какая-то мысль.

Я молча размышлял об этом.

Затем, чтобы стереть это чувство, я выпил стакан, который держал в руках. В этот момент я не заметил, что на меня смотрят обеспокоенные глаза.

***

Вечеринка в Моране продолжалась до позднего вечера, и в итоге мы остались там на ночь. Это произошло потому, что почти все были в стельку пьяны, и, хотя это место находилось неподалеку, оно было достаточно далеко, чтобы нам пришлось использовать кареты для возвращения в Беппу.

В итоге мы все остались спать на полу в большом зале трактира, в который нас устроил Ку благодаря своей репутации.

Эти трудности остались позади, наступил следующий день.

Ку, Джуна и я отправились на прогулку и посетили рыбацкий порт рядом с пляжем, где мы устроили пиршество. Остальные члены группы были с похмелья и не в состоянии работать.

Особенно сильно пострадали Ророа, Хэл и Каэдэ, и Томоэ занималась с Айшей и Лериной, у которых симптомы были менее серьезными, чтобы выхаживать их. Похоже, картофельная водка Ку вызвала у тех, кто не привык ее пить, неприятное похмелье.

Но почему я был в порядке?

Я мог понять, почему Ку, который привык к этой водке, был в порядке. И я мог понять, почему Джуна, которая в какой-то момент начала сдерживаться, была в норме. Но почему-то у меня тоже не было похмелья.

Я пил только во время участия в банкетах знати или когда ел у Пончо в те дни, когда работа задерживала меня до поздней ночи и я пропускал ужин. Я сказал об этом им двоим с недоумением.

— Может, ты просто хорошо воспринимаешь спиртное от природы? — предположил Ку.

Я хорошо воспринимаешь спиртное? Может быть, это генетическая особенность?

Но, подумав, я вспомнил, что  мой дедушка мог быть очень плохим пьяницей. Я смутно помнил несколько случаев, когда он напивался после обильной вечеринки с приятелями, не доходил до дома, потому что его забирала полиция, а на следующий день получал от бабушки хорошую взбучку.

— Неужели это действительно что-то естественное ? — пробормотала я.

— Ах... —  Джуна быстро отвела взгляд.

Что это было?

— Джуна?

— ...Что такое? — Джуна показала мне свою обычную спокойную улыбку. Однако ее щеки как будто слегка подергивались.

Я всмотрелся в ее лицо. — Что-то случилось?

Джуна демонстративно отвела глаза. Для Джуны, которая редко показывала свои эмоции, она выглядела необычно не в духе.

Подозрительной.

— Ты что-то знаешь? — спросил я.

— Что ты имеешь в виду?

Я уставился на Джуну, которая пыталась уклониться от вопроса.

— Наверное, это из-за "увабами", — сказала она наконец, отводя глаза. "Увабами"... это значит - сильно пьющий. Может быть, это связано с моей генетикой... подождите. Увабами - это слово, которое также означало большую змею, верно?

Хм, меня что-то беспокоило в этом. Какое-то время мы играли в игру, где я пытался заглянуть Джуне в глаза, а она отводила взгляд, но потом Ку указал на море и заговорил.

— Эй, Кадзума. Ты видишь это?

— Это? — Я посмотрел на море, чтобы понять, что он имеет в виду, и там был белый объект, раскинувшийся по горизонту.

Это был лед? Эта страна находилась на южной оконечности континента. В таком случае это мог быть лед южного полюса этого мира. Поскольку карты были нечеткими, нельзя было точно сказать, есть ли под льдом континент.

Ку посмотрел прямо под лед и сказал.

— Это ледяные острова. Они постепенно приближаются к этой стране в конце лета. Когда наступает зима, тот лед и этот берег соединяются, а когда выпадает снег, уже не отличишь, что здесь суша, а что нет. Это море покрывается льдом такой толщины, что по нему можно проехать на повозке, и он не сломается.

Ку сел прямо на берег и скрестил ноги.

Затем, упершись локтями в колени, он положил щеки на ладони и обиженно посмотрел на море. — Крупные морские существа ненавидят это прохладное море. Именно поэтому здесь собирается средняя и мелкая рыба, и именно поэтому в нашей стране много мест для рыбалки. Но это также означает, что большие морские суда не могут сюда заходить.

— Тяжело, да, — кивнул я.

Большие корабли этого мира тянули крупные морские существа, такие как морские драконы, подобно тому, как лошади тянут повозку. Если эти морские драконы ненавидели это море, то это было хорошо, так как на них не могли напасть иностранные флоты, но это было и плохо, так как большие транспортные корабли тоже не могли сюда приплыть. Они могли вести торговлю методами, не зависящими от морских обитателей или воздуха, но это было возможно только летом. В этом мире не было ледокольных судов, которые могли бы пробиться через замерзшие зимние моря.

— Сухопутные перевозки ограничены, — сказал Ку. — Странствующие купцы приезжают только летом, а зимой земля скована льдом, и по ней трудно даже ходить. Если мы используем таких существ, как нумот, мы можем перевозить вещи даже зимой, но их не так много. Подавляющее большинство, которые у нас есть, были выращены для военных целей.

— А вы не можете перевести их на работу в судоходстве? — спросил я.

— Они - наше единственное средство передвижения зимой. Если из подземелья выходят монстры, или разбойники нападают на деревню, или небольшая деревня оказалась изолирована лавиной... нам нужны их ноги, чтобы перенести нас туда в такие моменты.

— Понятно...

Тогда они уже использовали их по максимуму. Вероятно, они не могли использовать их для перевозки.

Ку энергично чесал голову. — Так, ну, я не могу понять, почему старики хотят продвинуться на север. Если бы мы могли принимать большие транспортные корабли и зимой, это многое бы сделало для процветания этих земель. Но даже если мы вторгнемся и захватим порт с теплой водой, что из этого выйдет? До тех пор, пока трудности судоходства не изменятся, от торговли выиграет только территория вокруг этого порта. Вторжение на землю, которую будет трудно поддерживать, кажется эквивалентом ухаживания за красивой женщиной в своих мечтах.

Ухаживать за красивой женщиной в своих мечтах. Похоже, это была местная поговорка, эквивалентная тому, что в японском языке называется картинка с рисовыми лепешками. По сути, неважно, насколько усердно вы старались соблазнить красивую женщину, которую встретили во сне, это было бессмысленно и оставляло лишь чувство пустоты.

Хм... зимние методы доставки, ага...

Я пошевелил мозгами.

Этот вопрос был проблемой для нашей страны, которая тоже хотела торговать. Если период торговли будет ограничен, это наложит ограничения на потенциальные торговые товары. Овощи казались хорошим товаром для экспорта в эту страну, но многие свежие продукты не хранятся долго.

У нас есть Марк V (двигательное устройство типа Максвелл), поэтому мы можем отправлять большие корабли даже зимой, размышлял я. Однако оно не позволит нам пробить толстый лед. У меня есть люди, которые изучают этот вопрос, но кто знает, сколько времени потребуется, чтобы создать ледокол…

Может, мы как-нибудь обойдемся тем, что у нас есть сейчас? Может, поставить на корабль мага и попросить его проложить путь?

...Нет, в море трудно использовать магию, верно? Замерзшее пространство было слишком широким, поэтому, сколько бы магов ни было на борту, они все равно бы выдохлись. Между тем, если бы мы попытались переправиться по воздуху, воздушные потоки были бы слишком бурными, так что летающие маунты были бы непригодны. Кроме того, поскольку земля покрыта снегом, если не использовать таких существ, как нумоты, сухопутный транспорт будет затруднен.

Снегоочистителей тоже нет. Если бы было что-то вроде саней, мы могли бы скользить по снегу... подождите, а разве нам не нужны нумоты, чтобы тянуть эти сани?.. Хм? Скользить по снегу?

В этот момент я вспомнил о существовании одной вещи.

Ранее, когда я думал, как использовать Mark V, было кое-что, что я разработал почти в шутку.

Может быть, с этим... размышлял я.  Наверное, я попробую связаться с Женей.

Я еще не знал, как все пройдет, поэтому, чтобы не давать ему ложных надежд, решил не говорить Ку и связаться с королевским замком тайно.

***

Когда наступила вторая половина дня, похмельные члены группы начали чувствовать себя гораздо лучше, и мы решили вернуться в город Беппу. Уже вечерело, когда поездка на каменистой повозке подошла к концу.

Ку говорил, что сегодня у нас будет еще одна вечеринка, но поскольку большинство из нас еще не до конца выработали вчерашний алкоголь из организма, мы вежливо отказались и решили дать нашим желудкам и печени отдохнуть на ночь. Тряска кареты усугубила похмелье Ророа, Хэла и Каэдэ, поэтому они отправились в свои комнаты, как только мы добрались до гостиницы, и легли спать без ужина.

Аиша повела Томоэ гулять по ночному городу. Очевидно, они собирались посмотреть сувениры. Оставшись вдвоем, мы с Джуной болтали ни о чем серьезном и расслаблялись.

В конце концов, когда я уже думал, что осталось только принять ванну в горячих источниках и лечь спать, Джуна вдруг сказала: — О, я только что вспомнила, что мне нужно кое-что сделать. Извините меня, — и вышла из комнаты.

У нее были дела, которыми она должна была заняться в такой час?

Может быть, она пошла искать Айшу и Томоэ?

Оставшись в одиночестве, мне нечего было делать, и я решил принять ванну. В этой гостинице была одна большая ванна под открытым небом со свободным потоком воды, разделенная на мужскую и женскую половины.

Я ополоснулся горячей водой, а затем сразу же отправился отмокать в ванне.

Обычно я хотел бы сначала помыться, но ночи здесь были холодные, а эта ванна была под открытым небом, и если я не войду в нее быстро, то простужусь и случится что-то плохое.

Когда я погрузился в парную воду с холодного наружного воздуха, мое тело как будто приятно растаяло.

Теперь мы были единственными постояльцами гостиницы, и Хэл был единственным человеком, который мог зайти в мужскую часть, так что я мог расслабиться, не обращая внимания на других.

Ух ты, как тепло.

Вода проникала в мое тело, смывая усталость, которую я накопил во время пути.

Откинувшись на край ванны, я напевал песню горячих источников из Беппу, когда услышал, что кто-то идет.

Это было не направление женской купальни. В таком случае, неужели Хэл проснулся и пришел в ванну?

Я подумал об этом, когда обернулся, но...

Что?!

Там стояла обнаженная Джуна.

В правой руке она держала поднос, а в левой - полотенце, которое едва прикрывало ее. Ее слегка покрасневшая кожа и округлая женственная фигура запечатлелись в моей памяти.

Я все еще был ошеломлен этим неожиданным событием, когда Джуна поставила поднос и начала лить на себя горячую воду.

— Извини меня, я залезу рядом с тобой, — сказала она, забираясь в ванну. Затем она села так близко ко мне, что наши плечи соприкасались. Ее мягкая, белая плоть была совсем рядом со мной.

Когда она намокла до плеч, она выдохнула. — Ух!

Этот сексуальный вздох окончательно привел меня в чувство. — Э-э-э... Джуна? Это мужская ванна, ты понимаешь?

— Я попросила трактирщика зарезервировать ее для нас на час или около того. Так что все в порядке.

Теперь, когда она упомянула об этом, Ророа говорила, что такая система существует.

— Нет, но это все равно неловко...

— Хи-хи! Где тут неловкость? Мы же пара, в конце концов. — С этими словами Джуна прислонилась ко мне. — Так что, пожалуйста, не стесняйся называть меня по имени, дорогой. Мы совсем одни, так что я не хочу, чтобы ты был таким формальным.

— С тобой вежливость кажется естественной, — возразил я. Тем не менее, я попытался расслабиться, как она и хотела. Хм, да, это было неловко. — На самом деле мне приходится стараться говорить менее формально.

— Я думаю, с точки зрения наших отношений, вполне естественно, что ты говоришь неформально, — сказала она мне.

— Рядом с тобой мне просто хочется быть предельно вежливым. Естественно, это не попытка выделить тебя среди других моих невест или что-то в этом роде. Ты как моя надежная старшая жена.

— Хи-хи! Правда? — Джуна наблюдала за мной со спокойной улыбкой, пока я изо всех сил старался объясниться.

Джуна придвинула к себе поднос, который она принесла. На подносе стояли два небольших стакана и бледно-желтая бутылка.

Она передала мне один из стаканов и протянула бутылку. — Сначала выпьем.

— Это алкоголь?

— Нет. Учитывая вчерашний вечер, я решила выпить сок. Этот сок сделан почти по тому же принципу, что и вишневое вино, которое, по словам Лерины, ей нравится. Похоже, разница лишь в том, что в полученный сироп добавляется вода или алкоголь.

С этими объяснениями Джуна налила мне стакан.

Хотя это был сок, по ощущениям он был похож на алкоголь, поэтому я налил Джуне в ответ, как и подобает.

Наконец, когда я привык к виду белой кожи Джуны... ну, конечно, я не устал ее видеть, просто мне стало легче держать себя в руках... мы выпили.

Потом, отмокая в ванне, мы вместе пили, причем вместо вина пили сок.

В это время я не мог не смотреть на эти выпуклости, которые были больше, чем у Лисии. Ее влажная кожа глянцево блестела.

Джуна, конечно же, заметила. — Хи-хи! Можешь смотреть.

— Пожалуйста... пощади меня, — пробормотал я.

В соке не должно было быть алкоголя, но у меня кружилась голова. У меня скоро закружится голова от жары. В моей голове разворачивалась эпическая битва между похотью и разумом.

—О чем ты думаешь? — неожиданно спросила Джуна.

Я был на грани, думая, что она поняла, насколько похотливыми мыслями полна сейчас моя голова, но Джуна серьезно посмотрела мне в глаза.

— С тех пор, как мы пообедали на пляже, ты о чем-то думаешь. И сегодня тоже... казалось, что твои мысли где-то в другом месте.

— Ты это заметила?

Это было правдой, у меня было что-то на уме с тех пор, как я устроил вечеринку. Нет, правильнее было бы сказать, что я был озадачен этим.

Джуна прислонила голову к моему плечу и заговорила со мной, опустив глаза. — Возможно, не стоит говорить мне, что это такое. И все же, если рассказ кому-то уменьшит твое беспокойство, пожалуйста, дорогой, не неси это бремя в одиночку. У тебя есть партнеры, включая меня, с которыми ты можешь поделиться чем угодно.

— Джуна...

Среди всех моих невест Джуна была единственной, кто всегда делал шаг назад, чтобы посмотреть на общую картину. Было справедливо сказать, что она была лучшей из всех, когда дело доходило до проявления заботы. Вот почему она легко видела насквозь те переживания, которые, как мне казалось, я скрывал.

Затем Джуна взяла тон, как у погрустневшей девочки. — Я думала, что ты сам мне все расскажешь, как только мы останемся наедине. Несмотря на это, ты ничего не сказал. Вот почему я устроила так, чтобы мы были вместе. Там, где ничто не скрыто, я подумала, что ты можешь обнажить свое сердце и передо мной.

— Ты сделала все это с этой целью? — прокомментировал я. — Я действительно не подхожу тебе...

— Хи-хи.

Она выглядела мило, когда дулась, поэтому я погладил ее по лицу, и она счастливо улыбнулась. Она видела все насквозь, но улыбка Джуны развеяла все мое разочарование по этому поводу.

Поэтому я рассказал о том, что меня беспокоило.

— Джуна... что ты думаешь о Ку?

— Сэр Ку? Он кажется немного буйным, но я нахожу его приветливым молодым человеком.

— Да, — кивнул я. — У него есть загадочная способность привлекать людей. Я уверен, что когда-нибудь он станет хорошим правителем. Если бы он был экспансионистом, он был бы врагом, которого мы не можем позволить себе недооценивать, но Ку устраивает внутреннее развитие. Он из тех правителей, которых я хотел бы видеть в соседях.

— Однако все это звучит не так уж плохо. — Джуна наклонила голову в сторону.

Это была правда, это было не плохо.

— Если он станет моим заклятым другом, то нет никого надежнее, — сказал я. — Имея проблему незаконного рыболовства с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона на нашем востоке, Союз Восточных Наций, борющийся с Доменом Владыки Демонов на нашем севере, и непредсказуемое Государство Наемников Зем и теократическое Лунарианское Ортодоксальное Папское Государство на нашем западе, было бы намного легче, по крайней мере, если бы мы могли иметь дружественные отношения с Республикой Тургис на нашем юго-западе. Это дало бы нам сухопутную связь с нашим тайным союзником Империей Гран-Кэйос.

Она молча слушала.

— Однако мы еще не заключили союз. Я слишком много узнал о Ку, прежде чем это произошло.

Я уставился в бокал в своей руке.

— Когда мы пили с Ку, Тару, Лериной и другими людьми в этой стране и вели себя как идиоты, это было весело. Было весело, но тогда у меня была и другая мысль. Если дело дойдет до этого, смогу ли я нажить врагов среди этих людей?

— Врагов...? — Выражение лица Джуны потемнело.

С чего бы это? Ее лицо словно спрашивало.

— Я думаю, что Ку - хороший парень, — сказал я. — Но помимо того, что я сам по себе, я еще и представитель нации. Я должен думать о своих предпочтениях как человек и о предпочтениях как страна отдельно.

— Потому что у нас еще не сложились теплые отношения с Республикой Тургис?

— Да. Если в будущем Республика Тургис станет враждебной, смогу ли я воевать со страной, в которой живет Ку и его народ...? Вот что я подумал.

Это было смутное беспокойство, которое я испытывал.

— Когда я решил начать военные действия с Амидонией, планы врага уже были в действии, и это была ситуация «убей или будь убит.»  Именно поэтому я решил начать войну. Но если бы я знал, что до начала войны там были такие люди, как Ророа, Колберт и Маргарита, смог бы я принять такое решение? Даже если бы это могло означать потерю Ророа и остальных?

Она замолчала.

— На этот раз будет то же самое, — сказал я. — Если республика выступит против меня, то пострадают мои вассалы и мой народ, если я буду медлить с решением. Зная это, могу ли я все же решиться на это? Возможно, я слишком привязался к Ку и его друзьям. Я чувствовал беспокойство, думая об этом.

Теперь, когда я открыл свои чувства, Джуна положила руку мне на щеку.

— Джуна?

— Я уверена, что ты примешь решение, дорогой. — Ее голос был бесконечно спокойным и нежным.

Затем Джуна обхватила меня за шею и прижала к себе. Удивленный внезапностью происходящего, я уронил свой бокал в ванну. Мою левую руку окутало мягкое ощущение.

— Вау, Джуна?!

— Я уверена, что ты будешь бороться с этим решением. Возможно, потом ты даже пожалеешь об этом, — нежно прошептала Джуна мне на ухо. — Однако, даже если ты будешь колебаться и сожалеть, ты из тех мужчин, которые делают то, что должны делать. Я наблюдала за тобой все это время. Я знаю твои сильные и слабые стороны. Неважно, что твое сердце кричит, что ты не хочешь драться, ты из тех, кто может ударить, когда это необходимо.

Я молчал.

— Если выбор разрывает твое сердце на части, скажи нам. Мы будем нести твои колебания, сожаления и грехи вместе, как семья. — Хи-хи-хи! У тебя пять будущих жен, так давай разделим сожеления на шесть равных частей? — Джуна сказала последнюю часть дразняще.

Я почувствовал, что теперь у меня на сердце стало немного легче.

— Спасибо, Джуна.

— Хи-хи! Кроме того, думать о борьбе с Республикой Тургис сейчас - все равно что беспокоиться о том, не скатится ли валун с далекой горы. Если ты это сделаешь, то можешь споткнуться о камни у своих ног.

— Ахахаха, правда.

Если я слишком долго буду смотреть в вдаль, я споткнусь о то, что лежит у моих ног? Она была права.

Вместо того, чтобы думать о том, что делать, если они станут враждебны ко мне, сейчас лучше подумать о том, как предотвратить это. Если я не хочу сражаться с ними, это еще более верно. Да... теперь у меня было направление действий.

— Чтобы заключить официальный союз, мне нужно показать «выгоду», которую можно получить от установления дружеских отношений с нами, и «угрозу», которая заставит их колебаться, чтобы противостоять нам, — сказал я. — Я должен внушить старику Ку, что наша страна может быть ценным союзником, но страшным врагом.

— Усиление и угроза, верно? — сказала она. — Но как ты это сделаешь? Вы же не собираетесь привлечь к встрече наших военных?

— Не волнуйтесь. У меня есть несколько идей.

В отличие от прежних лет, теперь мой разум работал правильно.

Хорошо, что вместо того, чтобы бояться, что они станут враждебными, я теперь мог решить сделать все возможное, чтобы не дать им стать такими. Это было благодаря Джуне.

— Спасибо, Джуна, — сказал я. — Благодаря тебе, я думаю, что путь... А?

Внезапно мое зрение затуманилось. Мир вращался. О, черт, это было плохо.

— Д-дорогой?

Похоже, у меня закружилась голова от жары. Теперь, когда я подумал об этом, я был в ванне еще до прихода Джуны.

Последнее, что я увидел в кружащемся мире, была белая кожа Джуны, а затем я потерял сознание.

**

Когда я пришел в себя, я лежал на кровати в комнате, где я остановился.

Эм... Я потерял сознание в горячих источниках.

И сейчас я был... не голый.

Неужели Джуна отнесла меня обратно и одела?

Я почувствовал легкий ветерок на своем лице. Джуна сидела на краю кровати и обмахивала меня веером.

— Джуна? — спросила я.

— О, ты пришел в себя? — сказала Джуна с выражением облегчения. — Ты потерял сознание в горячем источнике, поэтому я попросила персонал гостиницы помочь мне отнести тебя в твою комнату. Снаружи воздух был слишком холодным, чтобы вытаскивать тебя из источника и кидать там.

— Прости. Это было неловко с моей стороны.

— Не беспокойся об этом. Это дало мне возможность осмотреть твое тело. — Джуна поднесла руку к щеке и озорно улыбнулась.

Эммм... даже если это было в горячем источнике, мне было неловко от мысли, что она так много видела меня, пока я был без сознания. Словно разгадав  мои сокровенные чувства, Джуна хихикнула. — Кстати, мы уже вернулись к тому, что ты так вежлив со мной?

— Ааа... Да, просто это кажется более естественным.

— Понятно, — сказала она. — Тогда прошу тебя быть более свобоным со мной, когда мы останемся вдвоем.

— Мне неловко, что ты так говоришь, но... давай так и сделаем.

Разговаривать по-другому, когда мы были вдвоем. Я подумал, что это может быть нормально.

— Кстати, Аиша и остальные уже вернулись? — спросила она.

— Нет, еще нет. Тебя не было всего минут десять.

— Я...?

— Да. Чтобы мы могли заниматься подобными вещами.

Джуна наклонилась, зачесав назад свои прекрасные голубые волосы, и прижалась своими губами к моим. Затем она отдернула лицо и хихикнула.

— Может быть, оставим тот факт, что мы вместе принимали ванну, в тайне на некоторое время?

— А?

— Если Айша и Ророа услышат, я уверена, что они начнут ревновать и захотят тоже принять ванну вместе с тобой. Я хочу, чтобы ты мог отдохнуть, дорогой.

Я понял ее. Так что, по крайней мере пока, пусть это будет нашим секретом.

__________________________________

К сожалению Игра с вежливостью потерялась при двойном переводе напрочь. В японском «ты», «вы» пишутся по разному, на английском одинаково, то же самое касается и отдельных слов с  частичкой уважения, коих в японском много.  Предполагаю что эта вежливость относилась к тонкостям слов чем к местоимениям, все таки  Джуна его предположительная жена и находиться рядом  с начала истории, отстраненное "вы" не совсем подходит для неё. Но вопрос спорный.

До моей встречи с главой государства Тургис оставалось еще несколько дней, поэтому мы поручили Ку показать нам близлежащие города. Побывать в незнакомых местах, посмотреть, как живут местные жители, и выявить сходства и различия между ними и нашим народом было весело. Всякий раз, когда мы находили что-то новое, мы встречали открытия с восторгом.

— О, что это? — спросил я. — Я никогда раньше не видел таких фруктов.

— Старший брат, здесь продают каких-то странных животных! — позвала Томоэ. — Они маленькие и милые.

— Дай мне посмотреть... Подожди, Томоэ, разве там не написано, что они предназначены для еды?

— Люди их едят?!

Мы с Томоэ с большим энтузиазмом оглядывались вокруг, а Джуна и Ророа улыбались.

Эти беззаботные дни продолжались, но сегодня все было по-другому.

Оставалось два дня до встречи с главой республики.

Было еще раннее утро, но Ку уже пришёл в комнату, где мы остановились. Он запыхался и выглядел так, будто очень спешил. Позади него стояла Лерина, выглядевшая такой же изможденной.

— Ха... Ха... Ка-Казума..., — задыхаясь, позвал он.

— Что случилось? — спросил я. — Ты совсем запыхался.

Когда я пригласил их в комнату и попросил Айшу принести воды, Ку поднял руку, чтобы остановить меня, и попытался отдышаться, говоря: — Все в порядке... Мне не нужна вода. Перед этим у меня есть просьба.

— Просьба?

— Пока что, не мог бы ты собрать всех своих людей в этой комнате?

Увидев серьезное выражение лица Ку, которое я никогда не встречал у него раньше, несмотря на некоторые опасения, я собрал всех своих попутчиков.

В комнате на четырех человек нас было девять: я, Айша, Джуна, Ророа, Томоэ, Хэл и Каэдэ, а также Ку и Лерина. Для девяти человек было ужасно тесно, но он сказал "всех", так что ничего не поделаешь.

— Итак, Ку. Что ты задумал, собрав нас всех здесь? — спросила с подозрением Ророа.

Он был сыном главы государства, поэтому мне показалось, что обращаться к нему так фамильярно - это чересчур, но... учитывая напряженную ситуацию, я решил сделать вид, что не заметил.

Ку встал и склонил голову перед нами. Пока мы все еще были ошеломлены внезапностью происходящего, он отчаянно сказал: — Я буду краток! Прошу вас! Одолжите мне своих телохранителей!

— П-пожалуйста. — Лерина тоже поспешно встала и склонила голову, как и Ку.

— Простите, что втягиваю в это вас, иностранных жителей! Но все же! — закричал он.

— Успокойся, Ку, — сказал я. — Что, собственно, случилось-то?

— А... П-правильно.

Ку наконец-то успокоился С большим, глубоким вздохом он похлопал себя по щекам, возможно, чтобы привести себя в чувство.

— Дело в том, что было подтверждено существование ранее не обнаруженного подземелья вблизи горной деревни, которая находится примерно в двух часах езды на повозке к северу отсюда. Похоже, это была скалистая гора, и когда произошёл оползень, появился вход в подземелье.

Подземелье.

Я привык, что они есть в ролевых играх, но в этом мире под подземельем понималось место в виде лабиринта со своей экологией. Кроме того, это было единственное место за пределами владений Владыки Демонов, где можно было встретить монстров. Но монстры, обитавшие в таких местах, обладали интеллектом на уровне диких зверей, и они совсем не походили на разумных демонов, обитавших во владениях Владыки Демонов. На этом континенте было довольно много таких подземелий.

То, что я знаю о подземельях на данный момент:

·             Они были самых разных типов, и в них обитали монстры с низким уровнем интеллекта.

·             В самой глубокой точке находилось то, что называлось ядром подземелья.

·             Пока существовало ядро, монстры продолжали появляться, независимо от того, сколько их было побеждено.

·             Если ядро было разрушено, монстры переставали появляться... и так далее.

Связь между монстрами и ядрами подземелий все еще была неопределена.

Однако, разрушенные ядра подземелий можно было использовать как простые приемники вещательной сети.

Помимо ядер, были случаи, когда находили и другие артефакты и сверхтехнологии.

Существовали даже группы, для которых изучение артефактов стало делом всей жизни. Дом Максвелл, к которому принадлежала "сверхгений" Женя, был одним из них.

Существование таких артефактов привело к безумному прогрессу в технологиях этого мира.

Кроме того, существовали такие искатели приключений, как Дэйс и Джулия, которые зарабатывали на жизнь исследованием подземелий, и близлежащие города, которые наживались на сборах таких искателей приключений. Поскольку различные требования накладывались друг на друга, подземелья считались опасными, но и потенциально прибыльными.

Ку рассказывал нам с таким выражением лица, словно он укусил что-то неприятное, что одно из таких подземелий было обнаружено всего в двух часах пути отсюда на повозке.

— Я уверен, что в подземелье есть полезные вещи, которые можно получить, — сказал он. — Однако, это можно обсуждать только после того, как будет обеспечена безопасность жителей деревень, расположенных рядом с входом. Ведь никогда не знаешь, что находится в недавно открытом подземелье.

— Значит, уже что-то появилось? — спросил я.

— Да. Я слышал, что вышло десять огров, или что-то вроде этого.

Огры или что-то в этом роде, а...

В японской мифологии они были символическим представлением тех, кто не соответствовал системе, и изображались могущественными и ужасающими, но в чем-то трагичными. Однако в западной мифологии они были человекоподобными монстрами-людоедами и часто являлись варварами или полулюдьми. Судя по тому, что я слышал, эти людоеды были похожи на последних.

— Примерно в то же время, когда парни из деревни, которые нашли его, поспешили в столицу, чтобы сообщить о своей находке, чуть больше десяти огров выползли наружу и напали на деревню, — сказал Ку. — Судя по тому, что рассказали парни, которым удалось спастись... они видели, как огры пожирали людей без разбора.

— Поедание людей...—  пробормотал я.

Если огры нападали на людей без разбора и съедали их, то это ничем не отличалось от нападения опасных зверей. В отличие от войны, ведущейся с определенной целью, здесь не было места для переговоров, и мы могли только истреблять их, как животных.

— Естественно, мы собираем силы, чтобы уничтожить их самостоятельно, и мы обратились в гильдию с просьбой нанять искателей приключений для уничтожения монстров, вышедших из подземелья, но... время не ждёт, — сказал Ку. — Как только чудовище почувствует вкус человеческой плоти, оно обязательно снова нападет на людей. С этими тварями будет то же самое. Мы не знаем, когда они нападут на другую деревню. Я не знаю, огры они или кто-то ещё, но я больше не позволю им творить то, что они захотят.

Ку выглядел более серьезным и героическим, чем когда-либо раньше. Он был совершенно не похож на того Ку, который всегда отмалчивался и смеялся. Это был его гнев на то, что люди его страны подверглись нападению. Он вёл себя так, будто то, что он сын главы их государства, ничего для него не значит, но в этом гневе мне показалось, что я вижу гордость того, кто стоит выше других.

— Понятно, — произнёс я, кивнув. — Мы должны предотвратить дальнейшие жертвы.

— Да. Вот так, Казума. Я хочу, чтобы вы, ребята, помогли! — сказал Ку и снова склонил голову. — Отсюда мы можем быстро добраться до деревни. Кроме того, я знаю, что у тебя есть надежные телохранители. Особенно девушка, темная эльфийка, и рыжеволосый парень. Если бы они пошли, то это было бы обнадеживающе. Как думаешь, ты сможешь попросить их об этом?

Внутри я чувствовал, что хотел бы помочь, но... Тогда я бы рисковал безопасностью своей семьи, поэтому я не мог так легко согласиться. Мне нужно было немного больше информации.

— Айша? — спросил я. — Насколько сильны огры?

— Ну, они обладают силой, способной крушить валуны голыми руками, но даже обычные солдаты могут победить одного, если окружат его десятью людьми. Я могу сделать это одна, — добавила Айша с уверенным фырканьем.

— Похоже, их больше десяти, — сказал я. — Сможем ли мы сразиться с ними теми силами, которые у нас есть?

— Если их будет около десяти, я не думаю, чтобы мы потерпим неудачу. Госпожа Джуна, сэр Халберт и госпожа Каэдэ - превосходные бойцы, да и сэр Ку сам весьма искусен.

— Понятно...

В таком случае, если бы мы могли подтвердить ситуацию на месте, мы могли бы помочь.

— Хорошо, — сказал я. — Позвольте нам помочь.

— Вы серьезно?! — Ку заплакал.

— Это проблема, которая может случиться в любой стране. Это практически стихийное бедствие. Сейчас не время беспокоиться о том, Фридония это или Тургис.

— Спасибо! Я ваш должник! — Ку, казалось, почувствовал облегчение, услышав о нашем участии.

Я добавил: — Однако, я хочу, чтобы ты взял и меня.

— Дорогой?! — воскликнули Джуна и Ророа.

Прежде чем они успели сказать что-то еще, я поднял руку, чтобы остановить их. — Я не умею драться, но моя магия подходит для разведки. Позвольте мне помочь.

— Если ты так хочешь... Хорошо, — сказал Ку. — Я рассчитываю на тебя.

— Да. Мы немедленно соберёмся, так что жди нас снаружи.

Ку сказал: — Побыстрее, — и вышел из комнаты с Лериной на буксире. Как только мы услышали звук удаляющихся шагов, Ророа обратилась ко мне.

— Погоди, дорогой! Ты что, с ума сошёл?! Идти в такое опасное место?!

— Я тоже против этого, — возразила Джуна. — Если с вами что-нибудь случится, сир, я...

По тому, что она обращалась ко мне "сир", а не "дорогой", я понял, что она серьезно обеспокоена.

Ророа продолжила. — Ты не такой сильный, как старшая сестра Ай, верно?! Почему ты не можешь просто подождать здесь?!

— Слушай, я прекрасно понимаю, что я не сильный, но я хочу, чтобы ты меня отпустила. — Я положил руку на голову Ророа. — Я не думаю, что Ку лгал, но, чтобы быть готовым к возможным ловушкам или любым другим незапланированным событиям, мне было бы удобно находиться рядом с нашим самым большим боевым активом. Если я собираюсь одалживать свою семью и вассалов, я должен быть уверен, что их мне вернут.

— Ну, может быть, но...

— Кроме того... Я думаю, что это хорошая возможность для меня узнать о том, какие бывают монстры.

— Узнать о монстрах? — спросила Ророа.

— Да. С момента прихода в этот мир я видел порочных существ глазами Маленького Мусашибо, которого я заставлял работать авантюристом, но когда дело доходит до монстров, у меня есть только знания из вторых рук. Думая о будущем, я хотел бы увидеть их наяву и оценить их угрозу для себя.

Возможно, когда-нибудь наступит время, когда мне придется столкнуться с демонами из владений Владыки Демонов. Если это случится, я могу оказаться в затруднительном положении, если буду подходить к этому с наивной мыслью, что все будет хорошо, потому что они разумны. Помимо демонов, в Домене Владыки Демонов, очевидно, было множество монстров. Вот почему я хотел использовать этот шанс, чтобы узнать о монстрах.

— Конечно, я собираюсь обеспечить свою собственную безопасность, насколько это возможно... Инугами.

— Я здесь.—  Инугами внезапно появился из тени двери, через которую вышли Ку и Лерина.

Поблизости всегда находилось более десяти членов "Черных котов", которые незаметно наблюдали за нами. Так было с тех пор, как мы отправились к горному хребту Звездного Дракона.

Я передал ему кое-что и отдал приказ. — Ты ведь слышал нас.Я хочу, чтобы ты послал нескольких Черных Котов разведать это место и убедиться, что ситуация и количество монстров соответствуют тому, что сказал нам Ку. Выбор членов я оставляю за вами. Если их окажется больше, чем мы сможем справиться с нашим числом, доложите мне об этом деревянной мышью. Если это окажется так, мне будет жаль Ку, но нам придется отказаться.

— Слушаюсь.

Инугами взял деревянную мышь, одержимую моим Живым Полтергейстом, а затем исчез так же внезапно, как и появился. Он становится все более и более похожим на ниндзя, верно?

— Хм... Ну, если ты собираешься оставаться в безопасном месте, думаю, это нормально...—  пробормотала Ророа.

— Придется смириться, — согласилась Джуна.

Я улыбнулся. Мои тщательные меры безопасности заставили Ророа и Джуну неохотно согласиться с тем, что я пойду с ними.

— Не беспокойтесь! — заявила Айша. — Мы немедленно уничтожим этих монстров. Мы не позволим им и пальцем тронуть Его Величество. Верно, сэр Халберт, госпожа Каэдэ?

— Конечно! — согласился Хэл. — Я тут подумал, что тоже хочу испытать свое новое оружие!

— Ну и дела, Хэл...—  пробормотала Каэдэ. — Но если это королевский приказ, мы выполним его, ты же знаешь.

Айша гордо выпятила грудь, а Хэл с Каэдэ кивнули. Какие надежные у меня были невеста и товарищи.

Теперь, когда наше направление было определено, я отдал каждому из них индивидуальный приказ. — Ророа и Томоэ останутся в этом городе. Мы оставим нескольких членов "Черных котов" охранять их.

— Ну, даже если бы мы пошли, мы бы только мешали, — сказала Ророа.

— Оставайся в безопасности, старший брат, — добавила Томоэ.

— Конечно. Я не сделаю ничего опасного, так что просто доверьтесь мне и ждите. — Я положил руку на каждую из тревожных голов и нежно похлопал их. — Остальные пойдут с Ку, чтобы уничтожить монстров. Я буду поддерживать связь с Черными котами и разведывать обстановку с тыла. Я попрошу Джуну быть моим телохранителем.

— Предоставь это мне, — сказала Джуна.

— Айша, Хэл и Каэдэ, вместе с Ку вы расправитесь с монстрами. Но не давите на себя. Если вам покажется, что это опасно, немедленно отступайте. Это касается и того случая, что если я обнаружу больше врагов, чем предполагалось во время разведки, и отдам приказ отступать. Я не потерплю, чтобы мы потеряли хоть одного человека здесь, на чужой земле!

— Есть, сэр! — воскликнула Айша.

— Да! — сказал Хэл.

— Вы можете оставить это нам, — подтвердила Каэдэ.

Выслушав ответы всех, я отдал приказ.

— Итак, все... Вперед!

— """ Да, сэр! """

В повозке, по дороге туда, я объяснил Ку и Лерине суть своей магии.

Очевидно, что если бы я подробно рассказывал ему об ограничениях или области действия, это заняло бы много времени, поэтому я рассказал ему только то, что ему было необходимо знать.

— Моя магия переносит мое собственное сознание в объекты, созданные по образцу живых существ, например, в манекены, и позволяет мне свободно управлять ими. Например, если я перенесу свое сознание в эту деревянную мышь, я получу вид сверху на... ну, просто предположим, я смогу видеть то, что видит мышь.

— Ого, это чертовски хорошая способность! — сказал Ку, впечатленный тем, что деревянная мышь двигалась на моей руке почти как настоящая. — Оооо, если бы у меня была такая способность, я мог бы подглядывать за женской баней сколько угодно!

— Тебе нужно было срочно туда идти?! — воскликнул я.

— Молодой господин, вы ставите меня в неловкое положение как своего подчиненного, поэтому, пожалуйста, проявите самообладание, — запротестовала Лерина со слезами на глазах. В отличие от задумчивого выражения его лица, когда он спешил в трактир, Ку уже вернулся к своему обычному состоянию.

Я проигнорировал их и продолжил. — Вот почему, если я пошлю эту деревянную мышь на разведку, я смогу получить точную картину ситуации без ведома другой стороны. Проблема в том, что если я не знаю, в каком направлении находится враг, я могу послать её только патрулировать территорию вокруг нас.

Может быть, Айша и могла, но я не мог сделать что-то вроде ощущения присутствия врага. Если бы я знал, в каком направлении находится враг, я мог бы послать одну немедленно, но до тех пор мне пришлось бы рассредотачивать их по территории вокруг нас для патрулирования.

Но как только мы увидим Черных Котов, которых мы послали вперед, я сразу же узнаю нужное направление. Однако я не мог позволить Ку и Лерине узнать о тайном подразделении, действующем по моему приказу.

— В таком случае, мы можем попросить Лерину посмотреть, — сказал Ку, как будто в этом не было ничего особенного. — У Лерины и её собратьев - белых кроликов - хороший слух. Даже в лесах с плохой видимостью она может определить направление движения по звукам, которые они издают.

— Я знаю только направление звука и то, один ли это источник или много, — добавила Лерина.

О, это хорошо сочетается с моей способностью. Лерина могла определить направление, а мне оставалось только послать мышь.

Затем я получил сообщение.

— Инугами на связи. Цель обнаружена.

Сообщение от Инугами и его людей пришло в  мой разум через отделенную часть моего сознания.

— У нас есть визуальное подтверждение пяти отсюда. Цели - огры. Однако, Ваше Величество... их форма несколько искажена.

Искажена? Я мог видеть кукол, которыми управлял, сверху, но это также означало, что я мог видеть только область вокруг них. Поскольку Черные коты следили за целями на расстоянии, я не имел возможности видеть их сам, поэтому я мог только предполагать, основываясь на отчете.

— Их лица и размеры соответствуют ограм, но их руки массивные и касаются земли, в результате чего они ходят на четвереньках, — сказал Инугами. — Я слышал, что многие монстры имеют причудливую форму по сравнению с теми, о которых рассказывают в легендах. Скорее всего, это одна из таких подрас.

Подраса огров... хм. Я заставил мышь, которую он нес, встряхнуться в знак того, что всё понял

Договорились, что Инугами и его люди пока будут следить за подземельем, из которого появились огры. Это было сделано для того, чтобы подготовиться к ситуации, когда оттуда выползут новые монстры, и потому, что я не мог допустить, чтобы отряд шпионов делал что-то слишком заметное.

Несмотря на это... мое внимание привлекло то, что многие монстры, обитающие в подземельях, имели причудливые формы.

Большое количество монстров и демонов появилось после появления домена Владыки Демонов. Они отличались от множества монстров странной формы, населявших подземелья этого континента. В чем же заключалась разница между ними? И была ли она вообще?

Чтобы получить полное представление об этом мире, мне, возможно, придется обратить свой взор и на это.

Это было смутное чувство, но именно такое ощущение у меня возникло.

Пока я размышлял, мы добрались до горной деревни, на которую, по слухам, напали монстры.

Это деревушка, в которой было всего около десяти зданий, но выглядела она так, словно на нее обрушился тайфун. Ни одно из зданий не сгорело, но почти все они были разрушены или имели дыры в стенах. Если и было какое-то отличие от тайфуна, так это брызги крови, которые виднелись то тут, то там.

Особенно тревожили линии крови, которые выглядели так, будто кого-то тащили.

— Черт... Сначала надо проверить, есть ли здесь кто-нибудь! — произнёс Ку, стиснув зубы.

Мы все огляделись вокруг, чтобы посмотреть, нет ли здесь выживших. Однако, мы не смогли найти даже трупов.

Те, кто мог убежать, убежали, а тех, кто не мог, должно быть, сожрали или утащили.

Убедившись, что в деревне никого не осталось, мы снова собрались и начали поиски.

— Лерина, — сказал я. — Ты можешь сказать, в каком направлении находятся монстры?

— Я попробую. — Лерина навострила свои кроличьи уши и подергала ими. Через несколько секунд она добавила: — На два часа - пять, на три часа - семь, и звуки указывают на присутствие еще нескольких.

— Я слышала, что огры передвигаются группами, — объяснила Айша. — Пять и семь - это, скорее всего, огры.

Несколько других, вероятно, были членами отряда Черных котов, расставленных по всему лесу.

Я отправил деревянных мышей в направлении, указанном Лериной. Когда они отошли метров на восемьсот от деревни, я обнаружил пять огров, а еще через километр их стало семь.

Как и в отчете, который я получил от Черных котов, огры действительно имели причудливую форму. Их руки были необычайно толстыми и большими, что делало их тела крайне неуравновешенными.

Из манги и игр я представлял себе огров как толстых мачо с рогами в соломенных юбках, размахивающих дубинками, но хотя у этих огров определенно были огрские головы, они не носили никакой одежды, не имели оружия, а их тела были покрыты длинным волосяным покровом. Они были похожи на тех, кого можно получить, если скрестить Они с гориллой, и напоминали иджуу, которых я видел в энциклопедии "Юкай", которую читал в детстве.

Деревянные мыши подползли ближе и подтвердили, что обе группы сидят в кругу и что-то едят. У меня было плохое предчувствие, поэтому я решил не смотреть, но тут я мельком увидел одного из деревенских... Нет, лучше не думать об этом.

Гориллоподобные огры, с налитыми кровью глазами, поглощали свою пищу с неистовством. Единственное, что я понял по их виду, - они были очень голодны.

Хорошо, что мы не взяли с собой Томоэ...

Если бы я думал только о своей цели - узнать о монстрах, способности Томоэ были бы полезны. Но я мог сказать, просто посмотрев на них - в этих парнях было что-то другое. Они думали только о еде.

Если речь шла о людях и животных, то, как только их желудки наполнялись едой, они успокаивались. Однако, эти огры ели, но не выказывали никаких признаков удовлетворения. Они были похожи на голодных упырей из ада. Если бы Томоэ могла понять, что они говорят, она бы, наверное, упала в обморок от шока. Это было довольно суровое зрелище.

Подавляя тошноту, я рассказал всем о том, что только что увидел.

Выслушав  мой доклад, Ку стукнул кулаком по земле, словно желая выместить на ней свое разочарование. — Вот ублюдки! Я никогда их не прощу!

Хэл скрестил руки и сказал: — Есть ли расстояние между двумя группами? Было бы неприятно, если бы они объединились.

— Победа над разделенными силами - это базовая стратегия, знаешь ли, — согласилась Каэде, которая был штабным офицером Людвина в Силах национальной обороны. — Если возможно, я хотела бы быстро избавиться от меньшей группы.

Каэдэ положила на землю пять и семь камней, затем палкой вырыла между ними траншею.

— Я бы хотела устроить ловушку между этими двумя группами. Такая, которая позволит нам задержать семерых, если они заметят, что с пятью что-то не так, и поспешат им на помощь, и которая, возможно, ранит их, если нам повезет.

— У нас есть время, чтобы расставлять ловушки? — спросил я.

— Я легко могу использовать свою магию для создания ловушек, если не больше, ты же знаешь. Вот почему я хотела бы не вступать в бой с этими пятью, а сосредоточиться на том, чтобы держать их отдельно. Если возможно, я хотела бы иметь лучника, который мог бы прицельно стрелять, нанеся им раны и ослабляя их...

— Тогда Лерина может пойти с тобой, — сказал Ку. — Она ведет себя как идиотка, но она способная лучница.

— Не нужно было называть меня идиоткой, — запротестовала Лерина, но все же выполнила приказ.

Это более или менее дало нам план битвы. Пока Каэдэ и Лерина задерживали прибытие семерых, Айша, Хэл и Ку уничтожали пятерых, используя весь свой боевой потенциал. Я сам буду только мешать, поэтому буду поддерживать их на расстоянии, используя принесенного с собой Маленького Мусашибо (малый) с луком.

Джуна должна была быть наготове в качестве моего телохранителя и ударного отряда.

Когда операция началась, Ку произнёс. — Простите, что втягиваю вас, людей из другой страны, в проблемы моей страны. Но сейчас, пожалуйста, одолжите нам свои силы! Давайте запустим эти импровизированные объединенные силы!

— """ Да! """

Хотя мы были маленькой, наспех собранной командой, первая совместная битва с участием Королевства Фридония и Республики Тургис уже началась. Чтобы победить их всех до того, как семеро прибудут из других мест, мы решили, что сначала нанесем по ним внезапный удар с максимально возможной силой. Цель заключалась в том, чтобы хотя бы один из них пал во время первого удара.

И среди нас тем, кто обладал наибольшей силой, была... Айша.

— Хаххххх!

С боевым кличем Айша взмахнула своим мечом.

Застигнутый врасплох нападением, один из огров был разрублен на части, не успев ничего с этим поделать. Остальные четверо запаниковали, увидев, что один из них упал.

Тогда Айша, Хэл и Ку бросились на них.

— Я уверен, что ты знаешь это, рыжий, но у нас мало времени! — крикнул Ку.

— Я знаю, белобрысый! — ответил Хэл.

Подожди, Хэл, он же сын главы их государства, ясно?

Ку держал дубину, украшенную золотой сороконожкой, которую мы видели в мастерской Тару. Хэл держал два коротких копья, но нижние части их древков были скованы тонкой цепочкой. Это и было то новое оружие, которое, по его словам, он купил у Тару? Кажется, оно называлось "Двойное змеиное копье.

— Вы, сопляки, заплатите за то, что сделали с нашим народом! — Ку раскрутил свою дубину, как ветряную мельницу, затем проворно проскочил сквозь стремительные руки противника и нанес точный удар в лоб, солнечное сплетение и другие жизненно важные точки огра. — Слишком медленно! Вот, можешь съесть и это!.

Скорее всего, эта дубина была усилена чарами. Каждый раз, когда она ударяла по плоти, раздавался стук. Огр держался за место удара и морщился от боли.

По сравнению со стилем борьбы Ку, Хэл действовал на средней дистанции.

Он окутал свое правое копье пламенем и бросил его в огра. Когда огр уклонился, копье воткнулось в дерево позади него. В этот момент пламя вспыхнуло. Раздался громкий рев, и дерево разлетелось на куски.

Огр приблизился к Хэлу, ничуть не испугавшись, и замахнулся своими огромными ручищами.

— Вот дерьмо! — воскликнул Хэл.

Прежде чем он успел замахнуться, Хэл потянул за оставшееся копье.

То потянуло за цепь, соединяющую копья у их основания, и второе копье плавно вернулось в его руку. Хэл скрестил два копья и блокировал нисходящий удар огра.

— Ургх... Да, я не так уж и хорош, взяв его в бой без всякой практики, — простонал он.

В то время как он вскинул скрещенные копья и перенаправил руки огра вправо, Хэл крутанул свое тело и нанес огненный круговой удар назад по флангу огра. Тело огра, ростом более двух метров, отбросило назад примерно на пять метров.

Хэл повернул голову и посмотрел на огра. — Ну и дела... Придется тренироваться, чтобы уметь пользоваться им быстрее.

Хэл усмехнулся, а затем бросил в огра свое левое копье.

Огр снова попытался увернуться, но Хэл использовал оставшееся копье и цепь, чтобы изменить курс летящего копья. Огр не смог уклониться, и копье попало ему в правое плечо.

— Взрывайся! — крикнул Хэл.

Охваченное пламенем копье разнесло правую руку людоеда.

В то время как Ку и Хэл, казалось, имели преимущество в битве, Айша сражалась с двумя ограми в одиночку. Несмотря на это, не было никаких признаков того, что Айша в беде.

Отбив все тяжелые удары огров своим мечом, она стала наносить им режущие удары. Время шло, и количество порезов на телах двух огров увеличивалось.

— Так неопытно. Это даже не разминка, — сказала Айша, отрубая толстую руку одного из огров у плеча.

Все трое прекрасно справлялись с боем.

Кстати... со своей стороны я наблюдал за ними издалека.

Это позволяло мне следить за теми семью, которые задерживались, а также следить за любыми признаками дальнейшей активности врага в окрестностях.

Хотя время от времени я видел брешь и мог выстрелить из лука, но толстые мышцы огров мешали мне, так что мой поддерживающий огонь не приносил бы ничего, кроме беспокойства.

— Все такие сильные, — пробормотал я про себя.

— Конечно, — сказала Джуна. Она стояла рядом со мной в качестве моего телохранителя. — Айша и сэр Халберт - одни из лучших воинов в нашей стране. Сэр Ку тоже силен, могу добавить. Я не уверена, что смогу победить его.

— О. Теперь, когда ты об этом заговорила, ты была одним из них, а...

Командир морской пехоты в бывшем флоте. Она была кем-то, у кого была сила, которую сравнимая с другими.

— Я знаю, что могу положиться на тебя. — добавил я.

— Хи-хи.—  Она выглядела довольной. — Но... не теряй бдительности, хорошо?

Джуна вдруг вытащила несколько ножей и бросила их вперед.

Ножи, покрытые водяным венком, оставили след, летя вперед, затем вонзились в большой валун, который в какой-то момент полетел в нашу сторону, и в следующее мгновение он разлетелся на куски. Похоже, один из огров, с которым билась Айша, был загнан в угол и в отчаянии начал швыряться всем, что попадалось под руку. Одна из этих вещей, должно быть, летела в нас.

— Потому что то, чего действительно стоит бояться в такое время, - это шальная стрела, которая летит в тебя без цели убить, — закончила она.

— О! Хорошо...

Когда она зачесала волосы назад и признесла это, я почувствовал, что снова влюбляюсь в Джуну.

Когда остался только один огр, мы узнали, что остальные семеро начали движение.

— А! Семеро идут сюда! Каэдэ и Лерина тоже!

Я сообщил об этом всем, а затем снова приготовился к битве.

Лерина и Каэдэ бежали сюда. Они двигались по плану, но Лерина почему-то выглядела взволнованной. Она бросилась прямо ко мне.

— Что такое? — спросил я.

— Ха, ха... К-Казума! В дополнение к семи, еще одна группа идет с восьми часов! Их пятеро!

Группа?! Подкрепление?!

Но я не получал никаких сообщений от Черных котов. Как бы там ни было, я послал деревянную мышь в направлении, указанном Лериной. Затем, когда я подтвердил наличие группы... я был шокирован.

А?! Что они здесь делают?!

Я был так удивлен, что не мог подобрать слов. Когда я пришёл в себя, я спрятал свою куклу Мусашибо в кустах. Будет плохо, если эти ребята увидят её.

— Что это?! Это что-то плохое?!

У Лерины было обеспокоенное выражение лица, поэтому я поспешно покачал головой.

— О... Все в порядке. Они нам не враги.

И тут они вышли с другой стороны кустов.

С первого взгляда можно было понять, что это пятеро искателей приключений. Красивый мечник, зеленоволосая бойкая женщина - воровка, мускулистый мужчина - мастер боевых искусств, мягкий священник с нежным лицом и тихая красавица, которая была магом. Я... хорошо знал этих людей.

— Мы пришли поддержать вас в ответ на просьбу гильдии искателей приключений! — крикнул красивый мечник, известный как Дэйс. — Здесь есть кто-то главный?

Всякий раз, когда Маленький Мусашибо отправлялся играть в авантюриста, он часто объединялся именно с этой партией.

Мечника звали Дэйс.

Женщину-воровку звали Юнона.

Мягкого парня в форме священника звали Фебрал.

Женщину-мага звали Джулия.

Мускулистого мужчину звали... Кто он? Его не было там в первый раз, когда я объединился с их командой... О! Аугус. Это был Аугус.

— Хм?

Затем Юнона подошла ко мне, и...

— Эй, ты. Разве мы не встречались где-то? — спросила она, глядя мне в лицо.

Это просто напоминание, но искатели приключений были людьми, которые зарабатывали на жизнь, зачищая подземелья, существовавшие по всему континенту, убивая опасных существ, которые иногда выходили из них, и выполняя такие задания, как защита торговцев и подчинение бандитов.

Конечной целью группы искателей приключений было очистить подземелье и заработать богатство и славу, уничтожив и вернув обратно ядро подземелья.

Между собой они имели названия профессий в зависимости от роли, которую выполняли.

Если они специализировались на ближнем бою, они были мечниками или драчунами. — Если они специализировались на дальнем бою, то были лучниками. — А если они специализировались на магии, то были магами. — Кроме того, вор играл роль разведчика и ударной силы, а священник - роль целителя, но это были только названия должностей, и это не означало, что они были настоящими ворами или священниками.

Они были кем-то вроде валетов, чьи тела были их основным капиталом, что означало, что их положение в обществе не было особенно высоким, но если им удавалось извлечь что-то полезное из подземелья, они могли разбогатеть, поэтому эта профессия была достаточно популярной и романтизированной.

Кроме того, в силу характера своей профессии они часто работали за границей, поэтому регистрация в гильдии искателей приключений также позволяла упростить проверки при въезде в страну или выезде из нее.

Можно было бы подумать, что это облегчает их использование в качестве шпионов, но это также означало, что им было легко привлечь к себе внимание. Если авантюрист по неосторожности подберется слишком близко к важным секретам, его, несомненно, уберут без вопросов.

Тем не менее, это был удобный способ проникнуть в другую страну под прикрытием, и именно поэтому младшая сестра главы Империи Гран-Кэйос, Жанна, использовала его для установления контакта с Сомой в прошлом.

Теперь вернемся к сюжету. Полдня назад.

В этот день мечник Дэйс, воровка Юнона, священник Фебрал, маг Джулия и мастер боевых искусств Аугус покинули свою обычную зону действий во Фридонии, чтобы посетить республику Тургис.

Они прибыли сюда, чтобы купить снаряжение. Им нужно было приобрести новое оружие и доспехи взамен тех, что они израсходовали в своих приключениях, и все они согласились, что, если уж им все равно придется их покупать, то лучше приобрести тургийское снаряжение, которое отличалось высоким качеством.

Для подрядчиков, которые брали работу у других, важна была не только функциональность, но и внешний вид.

Поскольку импортное оборудование было относительно дорогим, они решили отправиться туда, где его производили, чтобы сэкономить деньги.

Дэйс и остальные улыбались после покупки нового снаряжения, но тут гильдия искателей приключений выдала срочный квест.

Оказалось, что недалеко от горной деревни было обнаружено подземелье, из которого выползли огры и напали на небольшое поселение. Квест заключался в сотрудничестве в покорении огров.

Такие экстренные задания выдавались от имени гильдии и страны, и искателей приключений в пострадавшем районе заставляли принимать их наполовину. Они могли отказаться, но в случае отказа им грозили суровые меры, например, лишение статуса искателя приключений.

— Ну, если это срочный квест, мы не можем отказаться, — прокомментировал Дэйс. — Пойдемте, все.

— Уф... Я только что получила это новое снаряжение, и мне уже нужно его пачкать? — пожаловалась Юнона.

Их плечи опустились, так как они поняли, что их втягивают в настоящие неприятности.

Тем не менее, они не могли игнорировать срочный квест.

Ничего другого они сделать не могли, поэтому Дэйс и остальные поспешили в горы, чтобы присоединиться к группе, которая уже была на месте и решала проблему.

— ...Эй, ты, — спросила Юнона. — Разве мы нигде не встречались?

У женщины-воровки были характерные зеленые волосы, ей было семнадцать, может быть, восемнадцать лет. Её вызывающие глаза, казалось, плохо сочетавшиеся с детским лицом, пристально смотрели на меня.

В своей команде она специализировалась на разведке и засадах, поэтому одевалась легко, в лёгкие штаны и майку с нагрудником поверх нее. Но из-за холодного климата этой страны она теперь носила плащ поверх этого.

— Твое лицо..., — продолжала она. — Мне кажется, что я его уже где-то видела?

— Эм...—  сказал я.

Я не был уверен, какое именно лицо она имела в виду. Было ли это мое лицо на трансляции Вещательной сети в качестве Короля Фридонии, или мое лицо, когда мы столкнулись друг с другом в бывших трущобах, или лицо человека внутри авантюриста Маленького Мусашибо...? О, подождите, я управлял этим Маленьким Мусашибо дистанционно. Что ж, независимо от того, какая из моих альтернативных личностей это была, объяснить это будет сложно.

Судя по морщинам на лбу Юноны, похоже, она сама не могла вспомнить, где она меня видела. В таком случае, решение было принято.

Я протянул Юноне правую руку. — Приятно познакомиться. Вы случайно не авантюристы, приехавшие поддержать нас?

— А? Э... Да, но...

— Фух, хорошо, что вы здесь. — Я взял правую руку Юноны и крепко пожал её.

Мой план заключался в том, чтобы ускорить процесс, пока она ничего не поняла. Все еще держа правую руку Юноны, я указал на последнего из пяти огров, над победой над которыми работали остальные.

— Мы также пришли сюда, чтобы уничтожить огров и ответить на просьбу о помощи, которую озвучил сэр Ку.

— Вы? — Юнона безучастно посмотрела на меня.

Фух... Похоже, мне удалось сыграть достаточно хорошо.

— ...Дорогой? — Джуна, которая стояла рядом, смотрела на меня с улыбкой.

Хотя она не произнесла больше ни слова, я мог понять, о чем она думает...

— О, Боже, как долго ты собираешься держать её за руку?

— И какие у вас с ней отношения...?

Я чувствовал себя так, будто меня допрашивают. Я был как лягушка, парализованная взглядом змеи. Нет, не просто змея, а огромная морская змея. В такие моменты я действительно чувствовал. что Джуна - внучка морской змеи Эксель.

Я отпустил руку Юноны, а затем перевёл разговор на лидера команды Дэйса, у которого было выражение лица, словно он не понимал, о чем мы говорили.

— Мы закончили истребление этих пятерых, но еще семь огров идут сюда, — сказал я. — Я хотел бы получить твою помощь в их покорении.

— Конечно, — сказал он. — Понял. Все,вперёд!

— Да! — сказал Аугус.

— Да, сэр! — крикнули Фебрал и Джулия.

Юнона продолжала смотреть мне в лицо, но благодаря тому, что Джуна незаметно встала между нами, мы смогли прервать её взгляд.

Юнона сделала раздраженное выражение лица из-за того, что кто-то встал между нами.

Джуна не позволила своей улыбке рассеяться, даже когда другая женщина с сомнением посмотрела на нее.

Между ними проскочили искры.

...Почему? Я почувствовал боль в животе.

Ну, это в сторону.

Вскоре после этого появились семь огров, а поскольку к нашей первоначальной группе из семи человек добавились пять авантюристов, нас стало двенадцать.

Даже без учета меня, поскольку я не мог использовать свою куклу Мусашибо в присутствии Юноны и её команды, что означало, что я был сведен к роли разведчика, а Джуна охраняла меня, у нас все еще было достаточно людей, чтобы одолеть их.

Хотя Дейс и Юнона были намного хуже Айши и Хэла по способностям, Дейс и Аугус держали огров под контролем на передней линии, Фебрал залечивал их раны, Юнона выводила огров из строя и резала их двойными мечами, покрытыми ядом, а Джулия добивала их магией.

Они использовали такую командную работу, как на вечеринке, чтобы уничтожить двух огров. Они побеждали врагов, которых не могли победить в одиночку, благодаря силе командной работы.

Это был стиль, который отличался от солдат на поле боя, и он подходил им как искателям приключений.

Маленький Мусашибо был частью этого...

Маленький Мусашибо, которого я заставлял выступать в роли искателя приключений, часто составлялс ними временную команду. Его роль заключалась в том, чтобы сражаться на передовой, как это делали Дейс и Аугус. Даже если это было временно, он присоединялся к ним несколько раз, поэтому я был уверен, что он может работать вместе с ними.

Ему также предлагали официально присоединиться к партии, но я не мог позволить, чтобы одно из моих сознаний постоянно было посвящено приключениям, поэтому я вежливо отказался.

Подумать только, что я встречу их в этой стране... размышлял я. Неужели это должно было случиться...?

— Судьба - переменчивая госпожа, и несчастье знакомит человека со странными соседями...—  пробормотал я.

— Хм? ты что-то сказал? — спросила Джуна.

— Нет, ничего. — Я покачал головой.

То, что в какой-то момент было последним огром, получило огненное копье Хэла в свой бок, в результате чего образовалась большая дыра, когда оно взорвалось.

Теперь мы уничтожили всех, кто был в этой области.

От Черных котов, наблюдавших за входом в подземелье, не было никаких сообщений о новых врагах, так что миссия была выполнена.

— Вы все отлично справились, — сказал Ку. — Казума и компания, и вы, приключенцы, тоже. Я благодарю вас от имени жителей этой страны.

Ку и Лерина склонили головы. Он говорил формально, несомненно, потому, что был автором квеста.

Затем Ку поднял голову и со смехом улыбнулся Дейсу и остальным. — Вы действительно спасли нас. Мы сообщим гильдии, что квест завершен. И о вашем участии в нем, конечно, тоже. Идите к ним за наградой.

— П-правильно, — сказал Дейс. — Понял. Тогда мы пойдем.

Дейс и остальные поклонились и повернули назад по дороге, по которой пришли.

Когда они уже почти скрылись из виду, Юнона, казалось, запаниковала из-за чего-то и помчалась назад одна.

О, черт! Неужели она что-то задумала?

Она встала передо мной и ткнула пальцем в мою сторону. — Теперь я вспомнила! Ты был тем парнем в лагере беженцев Парнама!

Ах, вот кого она вспомнила...

Похоже, она узнала меня не как короля, не как того, кто находится внутри Маленького Мусашибо, а как парня, которого она случайно встретила в лагере беженцев. Я думал, как мне уклониться от ответа, но у меня было чувство, что попытка солгать, когда она так пристально смотрит на меня, может привести к обратному результату.

Я положил руку на голову и слегка поклонился. — Ооо... Спасибо за то время...

— Я так и знала! Я хотела спросить тебя всё это время! Тогда, я никогда не называла своего имени, но ты назвал меня Юноной! Как ты узнал мое имя?!

— Это...

Как лучше всего было ответить на этот вопрос? Я не мог сказать, что это потому, что я был Маленьким Мусашибо и часто работал с её командой... верно?

Но. Была ли необходимость держать это в секрете? Было бы проблематично, если бы они узнали, что я сейчас король, но если они узнают, что я связан с Маленькой Мусашибо... это не будет проблемой.

— Ну... Правда в том...

—  Эй, Юнона! Мы оставим тебя здесь! — Дейс позвал её издалека.

Юнона оскалила  зубы, затем снова ткнула указательным пальцем в мою сторону. — В следующий раз, когда мы встретимся, я получу от тебя ответы!

Оставив эти слова, Юнона побежала к остальным членам своей группы.

— В следующий раз, когда мы встретимся... хм.

Я был не против рассказать ей, но в конце концов я сохранил секрет.

Если честно, я всегда находился в центре Парнама, а в город-замок выходил не так уж часто, так что мог ли я вообще когда-нибудь встретить Юнону во плоти?

Пока я размышлял об этом, Ку хлопнул в ладоши. — Итак... Лерина, Казума, снаружи больше не осталось огров, верно?

— Верно, — ответила Лерина. — Я не слышу больше никаких движущихся групп.

Я согласился. — Я послал своих деревянных мышей за отдельными источниками звука и могу подтвердить, что поблизости не осталось огров.

Ку кивнул. — В таком случае, теперь все должно быть в порядке. Армия должна прибыть сюда в ближайшее время, так что мы можем оставить охрану подземелья на них. Ты ведь следил за входом на всякий случай, верно?

— Да, — ответил я. — Похоже, там нет никакого движения.

Хотя, если быть до конца точным, теми, кто следил за входом, были Черные коты. Больше никаких сообщений не поступало, так что, вероятно, все было в порядке.

Ку некоторое время размышлял.

— Тогда могу я попросить тебя понаблюдать за ними до прибытия военных? — спросил он наконец. — Если появятся еще какие-нибудь монстры, нам придется с ними разбираться.

Это говорило о нем, как о человеке, стоящем выше других. Его позиция заключалась в том, что необходимо соблюдать всякую осторожность, пока все не будет полностью защищено. Естественно, я от всего сердца согласился это сделать.

— Вас понял, — сказал я. — Я подежурю до прибытия военных.

— Я рассчитываю на тебя. Ладно, тогда и нам пора возвращаться? Парень, извини. Вот так втянул тебя в наши проблемы, — сказал Ку с ухмылкой. — Я очень благодарен. Давай я заплачу тебе такое же вознаграждение, какое мы заплатим искателям приключений.

Но я покачал головой. — Нет, это было в рамках международного сотрудничества. Мне не нужна никакая компенсация.

— А? Я не чувствую себя вправе оставить это вот так...

— Не чувствуешь? Хм... Если вы настаиваете, то не могли бы вы попросить своего отца, чтобы он был готов пойти на всевозможные уступки моей стране в ходе предстоящих переговоров? — спросил я шутливо.

Ку рассмеялся и приобнял меня за плечи. — Укьякья, этого не будет! Когда речь идет о переговорах с другими странами, речь идет о средствах к существованию моего народа. Я могу быть благодарен, но мы не можем идти на уступки.

— Ха-ха-ха, правда? Тогда это очень плохо.

— Ты не это имел в виду, — усмехнулся Ку. — Если да, то постарайся выглядеть более разочарованным.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Айша и Джуна наблюдали за нами с улыбками.

— Не знаю, как сказать, но они такие молодые, когда смотришь на них вот так, — сказала Айша.

— Хи-хи, — хихикнула Джуна. — Это как-то расслабляет.

Я почувствовал себя немного неловко.

______________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Передав управление подземельем военным республики, мы поспешили обратно в город Беппу, где нас ждали Ророа и Томоэ. Там нас ждали переговоры с отцом Ку, главой республики Тургис. Было решено, что переговоры будут проходить в комнате на постоялом дворе, где мы остановились, и на них будет присутствовать очень ограниченное число людей. Это было сделано в результате того, что тургисская сторона приняла во внимание ситуацию, в которой более крупная встреча потребовала бы времени на прохождение процесса с Советом вождей.

Мы смогли вернуться в Беппу к полудню в день переговоров. После уничтожения огров мы остановились на одну ночь в горной деревне неподалеку от подземелья, а затем отправились в путь перед самым рассветом, но в итоге нам потребовалось некоторое временя, чтобы добраться до места.

Хотя ситуация была объяснена другой стороне, мы, должно быть, заставили их ждать довольно долго.

Когда я сошел с повозки перед трактиром, Ророа и Томоэ вышли из него, чтобы поприветствовать нас.

— С возвращением, дорогаой — позвала Ророа. — Ты заставил меня поволноваться.

— С возвращением, — сказала Томоэ. — Я рада, что ты в порядке, старший брат.

— Я вернулся, Ророа, Томоэ.

Когда я погладил их по головам, они ворковали и улыбались. Видя их такими, я почувствовал облегчение что вернуться целым и невредимым.

С учетом того, что нам помогали Дэйс, Джуно и остальные, могло показаться, что особой опасности не было, но вид этих мерзких людоедов, которые выглядели так, будто выползли из ада, пировали человеческим мясом, заставил меня почувствовать слабость в сердце. Это было травмирующее зрелище.

— Фух, мы здесь, мы здесь. — Выйдя из повозки, Ку разминал руки. — Уже полдень, так неужели ваш король и  мой старик уже начали переговоры?

Мы вопросительно смотрели на него , но...

Ах, да, все быстро поняли. Единственные, кто здесь не знал, были Ку и Лерина.

Я натянуто улыбнулся и сказал Ку: — Нет, еще нет. Один из лидеров только что прибыл.

— А? Что это значит...

Когда Ку собирался спросить, группа из пяти человек подошла к нам с другой стороны дороги. Их возглавлял крупнотелая снежная обезьяна с суровым лицом.

Он представлял собой гору мышц. Его бакенбарды и борода сливались в нечто похожее на гриву белого льва.

Если Ку был Сунь Укун, то этого человека можно было назвать Королем Обезьян. Его белый халат и белый плащ с наплечниками придавали ему вид человека высокого положения, каким он и был.

С солдатами, идущими позади него, большой подошёл к нам.

— Хм? Ну, привет, — сказал Ку снежной обезьяне. — Что случилось с переговорами?

Да, как я и предполагал, эта великая снежная обезьяна была стариком Ку, а также главой Республики Тургис.

Мужчина проигнорировал Ку и встал передо мной. — Рад познакомиться с вами, король Фридонии. Добро пожаловать в Республику Тургис. Я - глава государства, Гуран Тайсэй.

Сэр Гуран улыбнулся и протянул свою правую руку. У него было суровое лицо, но на нем была вежливая улыбка.

Я взял его правую руку. — Я тоже рад познакомиться с вами, сэр Гуран. Я король Сома Казуя из Объединенного Королевства Эльфридена и Амидонии.

Мы свели наши левые руки  нашим пожатым  правыми для двуручного, перекрестного рукопожатия.

Наблюдая за нами, Ку разинул рот, словно не понимая, что происходит. В конце концов, он, должно быть, догадался, потому что глаза Ку расширились.

— Что?! Кадзума - король?!

— Ку, ты грубишь господину Соме, — отругал его отец.

— Нет, это я виноват, что ничего не сказал, — сказал я. — Прости, что не сказал тебе, Ку. Мое настоящее имя - Сома Казуя. Ранее тя связался с главой вашего государства по этому поводу.

Когда я извинился за то, что держал это в секрете, Ку вздохнул. — Подумать только... парень, с которым я столкнулся в мастерской Тару, был королем соседней страны...

— Я могу сказать то же самое, — сказал я. — Кто бы мог подумать, что сын главы государства этой страны приедет на нумоте, пока я буду обсуждать дела с Тару?

Все, что мог сделать каждый из нас, это криво усмехнуться.

Сэр Гуран, наблюдавший за нами, от души рассмеялся. — Если вести счет, то я запутался больше всех. Кто бы мог подумать, что  мой собственный сын работает с иностранным королем? Более того, похоже, что вв помогли нам подчинить себе чудовищ, вырвавшихся из подземелья. Я сердечно благодарю вас от имени моего народа.

Гуран склонил голову. По его прямой позе я почувствовал, что он родственник Ку.

— Пожалуйста, поднимите голову, — сказал я. — Монстры в подземельях - угроза для всего человечества. Они подобны стихийному бедствию, поэтому вполне естественно, что я предлагаю помощь, независимо от того, где это случилось - в королевстве или республике.

— Что ж, я рад услышать это от вас... О? — Сэр Гуран заметил Ророа, которая стояла рядом со мной, и моргнула. — Прошу прощения. Вы, случайно, не принцесса Ророа из Амидонии?

— Да, лорд Гуран. Я - Ророа Амидонии. — Ророа приподняла подол плаща и сделала реверанс.

На мгновение этот жест был настолько отточенным, что я усомнился, действительно ли она Ророа. Подавила ли она свой обычный купеческий жаргон и ответила вежливо, потому что он был представителем нации?

Для нас, знавших обычную Ророа, она выглядела как маленькая тануки, играющая в невинность, хотя...

— Откуда вы знаете, кто я, лорд Гуран? — добавила она.

— Мы не знакомы напрямую, но вы напомнили мне вашу мать, — сказал он.

— Мою мать? — Ророа склонила голову набок.

Если мне не изменяет память, мать Ророа умерла, когда она была маленькой. Я вспомнил об этом, потому что, когда мы устраивали похороны Гая, его похоронили в гробнице княжеской семьи, где уже покоилась его жена.

От души посмеявшись, Гуран продолжил. — Когда я был молод, были лишь мелкие стычки, но я несколько раз скрещивал клинки с амидонскими военными. В процессе этого я собирал информацию об Амидонии. Вы знаете, твой отец был грозным противником. Ничто не могло быть более хлопотным.

— Я... я понимаю... — Ророа с трудом пыталась подобрать слова.

Между ней и ее отцом произошел конфликт. Когда кто-то смеялся и говорил ей о нем вещи, которые могли быть комплиментами или оскорблениями, она, должно быть, не знала, как реагировать.

Сэр Гуран продолжал, несмотря на реакцию Ророа. — Я слышал, что твоя мать была человеком настолько веселым, что могла рассмешить его  лицо. Я также слышал разговоры о том, как вы выдали себя замуж, а вместе с вами и вашу страну, за короля Сому. Вы, должно быть, унаследовали ее смелость.

— Спасибо... — ответила Ророа, бросив на меня взгляд, который кричал: — Дорогой, помоги мне!.

Казалось, ее беспокоит, что он поднимает неудобные темы, на которые ей трудно ответить, и, очевидно, он делает это без злого умысла.

В отличие от Ророа, сэр Гуран произвел на меня хорошее впечатление. Несмотря на то, что он жил в этой закрытой стране, он не был небрежен в сборе информации о внешнем мире.

Ну, не говоря уже об этом, Ророа рвалась заткнуть его, поэтому я решил помочь ему.

— Сэр Гуран, мы должны начать переговоры.

— О, простите, я был груб, — сказал сэр Гуран и принял чрезвычайно серьезное выражение лица. — Я знаю, что переговоры были запланированы на сегодня, но между подчинением огров и путешествием, вы, должно быть, устали. Пожалуйста, отдохните сегодня, а завтра мы проведем переговоры.

— ...Ну, хорошо, — сказал я. — Я буду благодарен, если мы сможем пообщаться после нашего отдыха.

Я не хотел торопить переговоры; я хотел, чтобы мы не торопились. И это было правдой, я устал. Поэтому я решил принять учтивое предложение сэра Гурана.

Мы остановимся на постоялом дворе, а сэр Гуран со своей свитой - на вилле, где неподалеку останавливался Ку.

Затем, завтра, мы зарезервируем весь этот постоялый двор для проведения встречи.

Вот здесь-то все и решится.

В ту ночь я использовал передатчик, который  тайно привез, чтобы связаться с Хакуей в столице Парнама. Когда я объяснил ситуацию в Тургисе...

— Честно говоря... о чем вы думали? — спросил он в отчаянии. — Это должно быть немыслимо, чтобы король страны отправился истреблять огров.

Это было первое, что вырвалось из уст Хакуи.

— Ну, я думал, что должен...

— Похоже, ругань со стороны леди Лисии в этот момент неизбежна, — продолжил он.

— Уркх... Лисия тоже там? — нерешительно спросил я, но Хакуя покачал головой.

— Нет. Леди Лисия уже отправилась на покой во владения лорда Альберта.

— Слава богу... я бы не хотел беспокоить ее сейчас.

Она носила нашего ребенка. Я не мог позволить себе излишне ее волновать.

Но было очень грустно не видеть лица Лисии и не слышать ее голоса. Я хотел напрямую поблагодарить ее за то, что она родит нашего ребенка. Это заставляло меня чувствовать себя отцом, живущим вдали от семьи из-за дел.

Хакуя выглядел обескураженным. — Если вы знаете это, я хочу, чтобы вы были благоразумны. Вы скоро станете отцом, Ваше Величество.

— Я приму это ...

Больше я ничего не мог сказать в ответ. Я должен был быть честным с самим собой и поразмыслить над этим. Тем не менее, если в будущем я столкнусь с подобной ситуацией, я не знал, смогу ли я быть благоразумным или нет.

— Итак, как продвигается план с вашей стороны? — спросил я.

— Я уже получил согласие от другой стороны. Подготовка завершена, но... что вы думаете о сэре Гуране, сир?

— Что именно ты имеешь в виду?

— Как вы думаете, переговоры будут успешными или нет?

Я немного подумал об этом. Я вспомнил, что я видел сегодня о сэре Гуране.

— Он кажется резким, но я вижу в нем и более чувствительную сторону. Он выглядит как воин, но это не все, что в нем есть. Если мы недооценим его, он этим воспользуется. Не зря же он глава нации.

— Сир... чтобы переговоры шли гладко, вы хотите продемонстрировать силу нашей нации, я угадал?

— Чтобы установить дружеские отношения, я хочу показать им достоинства заключения союза с нами и недостатки превращения нас во врагов. Но, судя по всему, его просто так не запугаешь. Тем более, уловка, которую ты придумал, будет полезной.

Я усмехнулся.

— Пожалуйста, не ходите завтра на переговоры с таким выражением лица. — Хакуя вздохнул в отчаянии.

***

Тем временем, примерно в это время, глава Республики Гуран и его сын Ку находились в гостиной своей виллы в Беппу, обсуждая за выпивкой Сому и его компаньонов.

— Ты долге время был рядом с  этим королем, какого твоё мнение? — спросил Гуран, опрокидывая в себя кубок с кисломолочным напитком.

— Странный он, — усмехнулся Ку. — Он выглядит слабым, но есть в нем что-то такое, чего ты просто не можешь понять, примерно так.

Гуран склонил голову набок, услышав слова сына. — Так... какой же он в итоге?

— Как я уже сказал, я не знаю. Возможно, он король, который правит пером, а не мечом. Казума... нет, Сома выглядит слабым, и он действительно слаб, но у него хорошая коллекция подчиненных вокруг. Особенно эта темная эльфийка. И даже если Сома выглядит так, будто он открыт, если вы совершите ошибку, попытавшись наложить на него руки, его подчиненные оставят после себя груды трупов.

— Хм... — размышлял Гуран. — Значит, он король, которого любят и защищают его вассалы?

— Уук... Мне кажется, что это не просто так. Он умен, поэтому не будет безрассудным, но нельзя сказать, что он совсем лишен храбрости. Неважно, насколько он доверяет своим подчиненным, слабый парень не решился бы так просто сопровождать меня в таком опасном деле, как подчинение этих огров. Если он может поставить на чашу весов свою собственную жизнь, это доказательство того, что он прошел через свою долю испытаний.

— Говорят, он победил такого военного человека, как Гай VIII, — кивнул Гуран.

После восхождения Сомы на трон началась война между королевством Эльфриден и княжеством Амидония. Судя по рассказам, которые они слышали, война закончилась сокрушительной победой королевства, но Гай VIII до конца проявил свою воинскую гордость.

Несмотря на то, что война была предрешена, а его войска разбиты и рассеяны, наследный принц Юлий сбежал, сам же Гай отправился со своими личными помощниками и напал на огромную армию, и был в нескольких шагах от того, чтобы свернуть Соме шею.

Даже потерпев поражение, Гай сохранил гордость воина.

Тех, кто проигрывал войну, сначала всегда очерняли. Победители распространяли эти истории, чтобы продемонстрировать праведность своих действий.

Однако в случае с Гаем, поскольку его дочь Ророа собиралась выйти замуж за Сому и была предпринята попытка объединить две страны, Сома никогда не говорил о нем плохо, и у него не было незаслуженной репутации.

Если оставить в стороне мнение людей о его деятельности в качестве суверенного принца, репутацию Гая как воина защищали дочь, которая с ним не ладила, и ее жених, который сражался с ним как с врагом. Было ли это изящным историческим вымыслом или иронией - решать каждому самому.

Вот что думал Гуран.

Возможно, столкнувшись с Гаем, Сома обрел мужество, которое не соответствовало его собственному слабому телу.

Если так... выходит Гай оставил после себя невероятное наследие.

Хотел того Гуран или нет, но нити судьбы продолжали обвиваться вокруг него. Чувствуя течение времени, он смотрел на Ку, который пил перед ним заквашенное молоко.

Приведет ли связь с Сомой к каким-то изменениям в моем сыне-идиоте? Это может иметь большое значение для республики...

Гуран допил остатки кисломолочного напитка и принял решение.

Наступила ночь, и наступил день встречи.

Мы заказали большой зал в гостинице, где остановились, и мы с Гураном сели друг напротив друга. Это было место, которое мы использовали для вечеринки, поэтому здесь не было ни столов, ни стульев. Мы сидели, скрестив ноги, на блестящих разноцветных подушках, разложенных на ковре.

По обе стороны от меня сидели Джуна и Ророа, которым больше не нужно было скрывать свои личности, а Ку сидел рядом с Гураном.

Позади нас стояли Айша и остальные члены нашей группы, за исключением Томоэ, а позади Гурана и Ку - группа солдат  этой страны во главе с Лериной.

Каждая из этих групп стояла наготове и охраняла своих лидеров.

Я слегка поклонился, затем посмотрел прямо в лицо сэру Гурану.

— Во-первых, позвольте мне поблагодарить вас за организацию этой встречи.

— Не стоит, — сказал он. — Не часто выпадает возможность поговорить с королем соседней страны. Я бы очень хотел использовать этот редкий шанс, чтобы открыто поговорить о вещах, которые будут полезны для обеих наших стран.

Сэр Гуран ответил на  мой легкий поклон и посмотрел мне прямо в глаза.

Мы оба были лидерами своих стран, поэтому ни один из нас не мог отвесить глубокий поклон, подразумевающий, что один из нас выше или ниже другого.

Гуран повернулся и посмотрел в сторону. — И все же... я удивлен. Подумать только, что вы принесете сюда такую вещь...

Он смотрел на передатчик для трансляций. Массивный кристалл, который я также использовал вчера для связи с Хакуей, занимал угол комнаты.

Сэр Гуран нахмурил брови. — Это драгоценный камень для передачи голоса. Это передается куда-то?

— Нет, это только для целей связи, — сказал я. — Я не показываю нашу встречу сейчас.

— ...Понятно.

— У вас есть драгоценный камень для передачи голоса в этой стране? — спросил я.

— Только один. Я бы хотел иметь больше, но они сделаны из ядер подземелий. К сожалению, мы очистили только одно подземелье в этой стране.

— Понятно...

Конечно, было неудобно, что ядро подземелья было только одно. У страны была довольно большая территория, поэтому я бы хотел иметь одно для вещания и одно для связи, по крайней мере.

Если бы у нас были свободные, я бы охотно продал или обменял их, но из пяти ядер подземелий, которыми мы располагали, одно использовалось для трансляций из замка, одно - для связи с Империей, а три - для вещательных программ. К сожалению, у меня не было возможности помочь.

Что ж, отложив эти любезности, я приступил к делу. — Итак, сэр Гуран, у меня к вам предложение...

— Медицинский альянс—  «... Я полагаю.» Прежде чем я успел это сказать, сэр Гуран скрестил руки и простонал. — Лечение, которое не зависит от светлой магии... это действительно увлекательно. Доктора, верно? Для этой страны, где зимой трудно даже выйти на улицу, было бы очень важно иметь возможность постоянно держать в каждой деревне одного человека, который мог бы проводить лечение. Кроме того, вы говорите, что они могут лечить болезни, которые не может лечить светлая магия. Я бы очень хотел иметь такую возможность.

Сэр Гуран выглядел впечатленным. Казалось, что мы начали не так уж плохо.

Но затем выражение лица сэра Гурана стало суровым.

— Тем не менее, есть вещи, которые я не понимаю. Зачем вы принесли это нам? Разве изучение этого само по себе не позволит вашей стране стать более могущественной?

Подозрительный взгляд. Он пытался понять, нет ли у меня скрытых мотивов.

Когда он спросил меня об этом, я на мгновение задумался о том, как могла бы ответить императрица Империи Мария. Она могла бы сказать: «Медицина не знает границ.»

Эта особа, которая не была самопровозглашенной святой, была из тех, кто думает о том, что лучше для всего мира, и поэтому такие слова ей подходили.

Для меня, с другой стороны, подобный идеализм плохо подходил. Я всегда думал в первую очередь о благе своей страны. Я не считал, что это плохо, но если кто-то вроде меня скажет: «Медицина не знает границ», то эти слова могут показаться пустыми.

Поэтому я посмотрел в глаза сэру Гурану и ответил: — Это... из соображений практичности.

— Практичности?

— Да. Это правда, было бы лучше изучать его только внутри моей страны. Однако это потребует слишком много времени и средств. Медицина - это не тот предмет, который одна страна может полностью изучить самостоятельно. Если бы я попытался сделать все сам, у меня не хватило бы ни времени, ни персонала, ни финансирования.

Мне нужно было продемонстрировать реальную пользу от разделения исследований. Если бы я смог доказать, что это будет полезно как для королевства, так и для республики, я мог бы начать действовать.

— Вот почему, как я и предлагал Ку, я хочу, чтобы республика производила медицинское оборудование и экспортировала его нам. Мы направим врачей, которые смогут использовать это оборудование. Если это удастся осуществить, то медицина в обеих наших странах должна значительно продвинуться.

— Это правда. Похоже, что обе страны получат выгоду. — Гуран многозначительно кивнул.

Это... сработает?

— Ну, тогда...

— Однако. — Казалось, что все сходится, но затем сэр Гуран устремил на меня суровый взгляд. — Можно ли это назвать равноценным обменом?

— ...Что вы имеете в виду?

— Услышав ваше предложение о медицинском альянсе, я хорошенько обдумал его со своей стороны. Это может выглядеть передовым, но я думаю, что на самом деле это просто развитие того, чем медики будут работать.

— ...Вы правы, — признал я.

Он не ошибся. Нам удалось сократить большую часть процесса благодаря существованию трехглазой расы, которая могла видеть микроорганизмы, но врачи были просто дальнейшим развитием знахаря или женщины, которые варили целебные настои.

— В таком случае, это то, что мы тоже можем понять, — сказал сэр Гуран. — По сути, королевство обучает «невероятных знахарей», а наша страна должна создавать «невероятные инструменты», которые они используют. Если бы это было все, с чем мы имеем дело, я уверен, вы могли бы назвать это справедливым, но есть еще один элемент: лекарственные настои, которые использует знахарь.

— Лечебные настои... вы имеете в виду лекарства?

— У каждого из нас по одной карте:  «врач» и «медицинское оборудование.»  Однако карта «лекарства» парит в воздухе. Мы пока не можем взять карту «лекарства» себе. Если королевство возьмет эту карту, баланс сил в значительной степени изменится в вашу пользу.

Антибиотики.

Это было правдой, что в королевстве раса трехглазых разработала трехглазку (антибиотик). Трехглазку добывали из подвида «гелины», которое мог жить даже в ядовитых болотах.

В этой стране было очень холодно, и жидкие «гелины» замерзали, поэтому они здесь не жили. Они не смогли бы разработать его самостоятельно.

Естественно, они будут зависеть от импорта. Если бы королевство контролировало этот импорт, в королевство бы легко поступало больше средств.

...Честно говоря, я не думал об этом, пока на это не указали.

Очевидно, я учитывал элемент медикаментов, но я не ожидал, что республика будет подозрительно относиться к этому.

Тем не менее, теперь, когда я об этом подумал, это было вполне естественно. Они подходили к этим переговорам с большой решимостью. Они отчаянно думали о том, что может быть невыгодно их стране, и пытались это убрать.

Поскольку сэр Гуран  так много думал об их позиции в переговорах, он натолкнулся на этот элемент медикаментов.

Должно быть, он хороший правитель... впрочем, в данном случае его опасения не обоснованные.

Я мысленно пожал плечами. Не похоже, чтобы я намеренно избегал темы медикаментов, чтобы получить прибыль в будущем. Я повернул обе ладони в сторону сэра Гурана.

— Не стоит беспокоиться. Эта карта больше не в руках королевства, вы же видите.

— Хм? Что вы имеете в виду?

— Джуна. Вытащи эту штуку.

— Да, сир. — Джуна достала дощечку, которая умещалась в ее руках, и положила ее перед транслятором так, чтобы все могли ее видеть.

Это был простой приемник голосовой трансляции. И на этом простом приемнике была изображена одна красивая женщина.

Когда они увидели эту женщину, глаза сэра Гурана и Ку расширились.

— Это...! — воскликнул Ку.

— Да...

— Хи-хи, простите, кажется,  я удивила вас.

Женщина на экране улыбнулась, затем слегка поклонилась сэру Гурану и остальным.

— Рада познакомиться с вами, глава Республики Тургис, сэр Гуран Тайсэй. Я - императрица Мария Эйфория из Империи Гран-Кэйос

За несколько дней до встречи...

С помощью доставленного камня вещательной сети, являющимся простым приемником, я связался с Хакуей в замке Парнам и сообщил ему, что хочу продемонстрировать силу Фридонии, чтобы переговоры прошли гладко. Демонстрация того, что наша страна может быть как надежным другом, так и неприятным врагом, сделает союз более прочным.

Когда я попросил Хакую высказать свое мнение по этому вопросу, первой идеей, которую он предложил, была: — Может быть, нам разместить войска вдоль границы?

— Подожди, мы прибегнем к методу открытого запугивания? — ошеломлённо спросил я.

— Я считаю, что это легко объяснимая демонстрация силы, — сказал Хакуя с холодным выражением лица.

...А? Возможно ли, что он был серьезен?

— Ты шутишь? Это только заставит другую сторону излишне насторожиться, верно?

— Я шучу, конечно. Я просто предлагаю быстрый и легкий способ. Если вы надеетесь на долгую дружбу, это не исключает её, но это далеко не лучший вариант.

— ...

Он сказал всё это совершенно бесстрастно. Должно быть, Хакуя решил пошутить.

Как ты так шутишь, что не попадаешь после впросак... подумал я, глядя на него.

Следующее предложение, которое он выдвинул, было: — Давайте вовлечем в эти переговоры Империю Гран-Кэйос.

Императрица Империи Мария?

— Если ваши переговоры пройдут успешно, вы намерены поднять вопрос о медицинском союзе с Империей?— спросил он. — В таком случае, вы сможете значительно сдвинуть график и ускорить выполнение плана.

— Это... Ну, да, это правда, я думал об этом...

Если мы собираемся разработать медицинские методы лечения и сделать их общедоступными, то нам понадобиться помощь.

Если бы мы продвигались вперед в одиночку, то мы могли бы создать разрыв между собой и другими странами, но наше финансирование и трудовые ресурсы имели бы свои пределы. Если бы мы попытались заставить только одну страну провести все исследования, то прогресс был бы слишком медленным.

В этом мире внешние повреждения можно было лечить с помощью светлой магии, даже серьезные, но все еще было много людей, страдающих от болезней, на которые магия не действовала.

Если бы кто-то из моих близких заболел, пока я терял время... Я бы точно пожалел об этом. Не мешало бы поторопиться с разработкой методов лечения.

Ради этого я хотел, чтобы Империя Гран-Кэйос, крупнейшая нация человечества, обладающая значительным бюджетом и рабочей силой, стала одним из столпов этой разработки. В конце концов, у меня был дипломатический канал связи с Империей, а их лидер, императрица Мария, была женщиной, с которой можно было вести переговоры. Она наверняка поддержит эту идею.

Однако, прежде чем поднимать этот вопрос в Империи, я хотел уладить дела с Республикой Тургис. Поскольку королевство и империя находятся на большом расстоянии друг от друга, нам нужна была страна-посредник между нами, иначе все это было бы лишь пустым желанием.

И всё же, Хакуя хотел вовлечь Империю... вовлечь Марию... в наши текущие переговоры.

— Есть не один способ показать силу, — сказал он. — Наши связи - это еще одна форма силы. Если мы сможем представить на встрече госпожу Марию, которая является императрицей Империи, сэр Гуран будет потрясен. Это покажет ему, что у государств к востоку и западу от республики есть своя независимая линия связи.

— Верно, я уверен, что это его шокирует...

Если Империя и Королевство тайно координируют свои действия, республика может оказаться в клещах в тот момент, когда она выступит против любой из них. Учитывая их географическое положение (зимой республика были полностью изолирована льдом), вторжение и оккупация территорий республики вряд ли принесут какую-либо пользу, но всё же это окажет на неё давление.

— ...Но всё же...— Я напряженно почесал голову. — Было бы невероятно, если бы мы смогли это сделать, но, вероятно, нереально позвать госпожу Марию на эти переговоры. До встречи осталось не так много дней. Разве это возможно, учитывая безопасность, необходимые процессы и все остальное?

— О чём это вы, сир? — возразил Хакуя, выглядя раздраженным. — С кем каждый из нас сейчас разговаривает, и где этот человек?

— ...О. — Я наконец-то понял, что он имел в виду.

Это было верно. Если бы она присутствовала на встрече удаленно через голосовую трансляцию вещательной сети, то не было бы необходимости просить Марию приехать сюда из Империи. Я представлял себе их личную встречу, так что, должно быть, я был немного не в себе, раз не заметил такой простой вещи.

Я почувствовал себя неловко и громко прочистил горло. — Кхм... Учитывая это, даже если встреча будет проходить через трансляцию вещательной сети, госпожа Мария найдет время из своего плотного графика, чтобы присутствовать?

— С большой уверенностью, да.

— Ты, кажется, ужасно уверен в этом.

— Во время моих переговоров с младшей сестрой госпожи Марии, Жанной, я уже попросил их поучавствовать в переговорах о медицинских технологиях и сказал, что мы готовы выплатить им соответствующую компенсацию.

— Ты уже сделал это? — удивился я. — Молодец.

— Мы еще не определились с политикой в отношении медицинских технологий, поэтому мы просто потихоньку прощупывали друг друга по этому вопросу.

Хакуя и Жанна "прощупывают" друг друга? Они оба были остроумны, поэтому их разговоры, вероятно, были похожи на раскладывание камней в игре Го. Но я сомневался, что они были напряжены по этому поводу. С нашего с Марией разрешения Хакуя даже обменялся с ней подарками, пока Пилтори временно возвращался в страну.

Что касается их отношений, Мария как-то сказала мне во время встречи в эфире: — В последнее время Жанна чувствует себя такой полной жизни. Хи-хи, как вы думаете, она и ваш премьер-министр нашли что-то общее, о чем можно поговорить?(п/п: ты даже не представляешь насколькоХD)

Она выглядела такой счастливой. Единственное, о чем я мог представить их общий разговор, это жалобы на своих хозяев. Я не уверен, что это хорошо, если они прекрасно проводят время, разговаривая об этом.

— Неважно, — сказал я, — короче говоря, если мы поднимем тему переговоров о медицинских технологиях, то мы сможем вызвать госпожу Марию на встречу с сэром Гураном.Тогда, показав нашу связь с ними, мы шокируем этим сэра Гурана, и сможем направить переговоры в выгодное для нас русло?

— Да.

— Это похоже на убийство двух уток одним камнем, но... разве это не означает, что мы должны эффективно убеждать две отдельные страны одновременно?

— Думаю, это будет зависеть от ваших способностей, сир.

— Ты так говоришь, будто это очень просто, — проворчал я.

Честно говоря...

Но, что ж, вероятно, это был самый эффективный способ сделать это.

— Давай продолжим, — сказал я. — Хакуя, проведи переговоры с Империей и продвигай подготовку. Проследи, чтобы не было ошибок в другом вопросе, который я попросил тебя решить.

— Понял.

Хакуя почтительно поклонился.

И вот мы подошли к настоящему моменту.

Здесь сейчас встречались главы Республики Тургис, Империи Гран-Кэйос и Королевства Фридония, пусть и по трансляции.

Сэр Гуран на некоторое время остался ошарашен внезапным появлением Марии, но вскоре выражение его лица вернулось к нормальному.

— Очень приятно познакомиться с вами. Я - глава Республики, Гуран Тайсэй. — Он кивнул императрице на простой приемник.

Через камень вещательной сети, расположенный на другой стороне, Мария могла видеть, что он кивает ей.

Мария, отображавшаяся в трансляции, хихикнула и улыбнулась сэру Гурану. — Пожалуйста, простите меня за грубость, что я не сообщила вам заранее, что буду участвовать в этой встрече. Я слышала, что здесь будет обсуждаться медицинский альянс, и Империя очень хотела бы принять участие в переговорах.

— Я бы тоже хотел извиниться, — произнёс  я. — Это решение было принято так внезапно, что у меня не было времени связаться с вами заранее.

Мы с Марией склонили головы в унисон.

Сэр Гуран на мгновение посмотрел на нас с пустым выражением лица, но затем разразился искренним смехом. — Гахаха! Похоже, сэр Сома перехитрил меня! Я никогда не подумал бы, что вы связаны с императрицей Империи!

Несмотря на то, что он смеялся, его глаза были прикованы ко мне. Вероятно, он с осторожностью пытался выяснить мои намерения.

Я поправил позу, стараясь не отводить глаза от его взгляда. — Я прошу прощения за то, что умолчал об этом. Однако, я хочу заключить этот медицинский союз между Королевством Фридония, Республикой Тургис и Империей Гран-Кэйос - тремя государствами, составляющими юг континента.

Я проговорил это четко для сэра Гурана и Марии.

— Я считаю, что знаниями в области медицины и лечения следует делиться со всем человечеством в равной степени. Болезни поражают всех, независимо от расы или границ. Если эпидемия разразится в одной стране, ущерб обязательно перекинется на её соседей. Когда это произойдет, если хотя бы у одной страны будут знания, лекарства или оборудование, сможем ли мы защитить наших людей?...Я считаю - нет. Даже если между странами нет никаких переговоров, люди, такие как торговцы и искатели приключений, постоянно перемещаются туда-сюда. Мы можем попытаться защитить только своих людей, но инфекционные заболевания будут продолжать распространяться.

— Это правда, — сказала Мария. — К счастью, я сама не сталкивалась с подобным, но в истории есть записи о периодических эпидемиях на этом континенте, и о том, как серьезно они потрясли страны, пережившие их.

Да, история зафиксировала то же самое и в моем предыдущем мире.

Изучая историю для вступительных экзаменов, я узнал, что "Черная смерть" передалась из Азии в Европу по Шелковому пути, принесла хаос во многие страны, а затем распространилась по Африке, способствуя падению Мамлюкского султаната.

В борьбе с эпидемиями важно было предотвратить распространение вспышки на ранних стадиях. Для этого необходимо было обмениваться медицинскими знаниями.

— Пока наши три страны обмениваются медицинскими знаниями, если эпидемия начнет распространяться в одной из них, мы сможем ограничить её распространение до минимума, — сказал я. — Более того, если вспышка произойдет в другой стране, кроме трех наших, мы сможем координировать свои действия, чтобы ограничить площадь наших границ, на которых нам придется досматривать людей.

— Вы правы, — согласился Гуран. — Со стороны республики было бы полезно не беспокоиться о наших границах с Империей и Королевством.

— Я согласна, — кивнула Мария. — Наши границы неоправданно длинны, так что нет ничего, что мы оценили бы больше, чем небольшое сокращение количества контрольно-пропускных пунктов.

Сэр Гуран и Мария кивали. Вероятно, я мог считать, что они меня пока поддерживают.

— Подтвердив необходимость обмена медицинскими знаниями между нашими тремя странами, я вернусь к разговору, который я вёл с сэром Гураном, — сказал я. — Разговор о том, как королевство будет стремиться обучать врачей и совершенствовать их методы, республика будет производить и развивать медицинское оборудование, и как мы будем обмениваться нашими результатами. Я думал, что лучше всего разделить труд, а сфокусированные исследования будут эффективны в развитии медицины. Если Империя присоединится к нам в этом, я надеюсь, что они займутся массовым производством лекарств и их усовершенствованием.

— Лекарства...? — спросила Мария, и я кивнул.

— В моей стране раса трехглазых разработала особый антибиотик - трехглазник. Это лекарство хорошо помогает при инфекционных заболеваниях, но подвид гелина, из которого его добывают, требует земли и рабочей силы для выращивания, поэтому мы еще не дошли до массового производства. Если мы не сможем получить его в большом количестве, лекарства по-прежнему будут стоить дорого. По этой причине я хочу попросить Империю с её землей, рабочей силой и финансированием заняться производством этого антибиотика.

— Это замечательно, — произнесла Мария с улыбкой. — Если вы можете рассказать нам, как он производится, я бы хотела сразу же создать систему для его массового производства.

За этой улыбкой я мог только представить, как дублирующий голос говорит: "Мне нужна твоя технология" - поэтому я не мог не криво улыбнуться.

— Я расскажу вам о том, как это делается... — сказал я. — Однако я хочу кое-что взамен.

— Конечно. Сколько вы хотите, чтобы мы вам заплатили?

Я задумался над тем, о чем размышлял ранее. — Мне не нужны деньги. Я хочу от вас кое-что другое.

— Чего-то другого? Что это может быть?

— Камень для вещательной сети. Другими словами, ядро подземелья. Если посмотреть на масштабы Империи, разве их у вас не намного больше, чем у нас? Я бы хотел, чтобы вы позволили мне взять одно.

— Ядро подземелья, это...? — У Марии появилось задумчивое выражение лица, но она, должно быть, почувствовала, что в этой сделке для нее нет никаких потерь, потому что вскоре она кивнула. — Очень хорошо. Я принимаю эти условия.

— Спасибо, — сказал я. — И сэр Гуран.

— Хм?

На этот раз я посмотрел на сэра Гурана. — Должно быть, неудобно иметь только один приемник для использования во внутренних передачах. Я подумываю о том, чтобы отдать камень, которую я получу от Империи, вам. Как вы относитесь к тому, чтобы предоставить нам медицинское оборудование безвозмездно на это время?

— Хм... Это, конечно, правда, что мы не можем просто приобрести этот камень, когда захотим. — Гуран ненадолго задумался, а затем хлопнул себя по колену. — Очень хорошо! Однако, я хотел бы обсудить точные суммы, которые мы должны предоставить.

— Да. Это будет прекрасно.

— Это какие-то ужасно неправильные переговоры, — сказала Мария с легким раздражением.

Я криво улыбнулся и пожал плечами. — Я сделал все возможное, чтобы всё устроило все три стороны. Если у республики есть только один приёмник, то это неудобно для координации между тремя странами. Я подумал, что они обязательно захотят иметь один дополнительный приёмник.

— Гахаха! — засмеялся сэр Гуран. — Похоже, ты видел меня насквозь.

— Понятно...— У Марии было серьезное выражение лица. — Кстати, сэр Сома , у меня к вам один вопрос.

— Что же это может быть?

— Что касается трех стран, каждая из которых берет на себя область исследований, разве не разрешается исследовать другие области? В моей стране, например, не смогу ли я исследовать подготовку врачей или медицинское оборудование?

— Нет, вы можете свободно исследовать другие области. На самом деле, я очень надеюсь, что вы это сделаете.

— Значит, все в порядке? — спросил Сэр Гуран, чтобы получить подтверждение, на что я кивнул.

— Я говорю, что хочу, чтобы каждый из нас специализировался в чём-то ради эффективности, — сказал я. — Однако, если каждый из нас будет заниматься только этим, то в тот момент, когда одна из трех стран начнет халатно относиться к своим обязанностям, все дело развалится. Кроме того, чтобы улучшить наши лекарства и медицинское оборудование, я уверен, понадобятся знания врачей и их техники. Прошу и республику, и империю прислать в нашу страну всех, кто желает овладеть изучением медицины. Они будут учиться у нас, преподавать то, чему научились в нашей стране, когда вернутся домой, и "рождать" больше врачей. Если они это сделают, то Империя и Республика тоже должны иметь возможность обучать своих врачей. С другой стороны, я бы хотел, чтобы республика тоже присылала к нам ремесленников, умеющих производить медицинское оборудование. В конце концов, я хочу создать систему, которая позволит нам производить собственное медицинское оборудование, если того потребует ситуация.

— Однако, если мы сделаем это, не окажется ли в конечном итоге, что мы все будем изучать каждую область? — спросил сэр Гуран. — Разве это не уничтожит цель разделения исследований между нами?

— Нет, сэр Гуран, — сказал я. — Это лишь страховка. Если мы полностью разделим вещи, все будет кончено в тот момент, когда одна страна решит разорвать эти отношения. Изучая каждую область, мы можем подготовиться к такой ситуации, если она возникнет. Кроме того, тот факт, что другие страны также изучают это, означает, что если вы пренебрежете своими исследованиями, другие страны могут опередить вас.

— Понятно, — задумчиво произнесла Мария. — Чтобы предотвратить это, вы и  придумали такую страховку.

Похоже, она намекает на то, что мы очень глубоко задумались над этим вопросом.

Ну, конечно. Я очень тщательно обсуждал это с Хакуей. Мы провели почти все время между созывом конференции и моим выходом на истребление огров, обсуждая это.

— Хм...— Произнёс сэр Гуран с задумчивым выражением лица.

— Был ли какой-то момент, который был неясен? — спросил я.

— Нет, я думаю, ты всё хорошо обдумал, но... остаётся одна проблема.

— Проблема?

— Я уверен, что вы в курсе, но зимой наша земля покрыта глубоким снегом, а моря - льдом. В этот период средства судоходства ограничены, и мы можем вести торговлю только летом.

Другими словами, сэр Гуран был озабочен судоходством.

В этом мире, когда вы пытались перевозить большие объемы, это означало либо сухопутные перевозки с использованием крупных существ, таких как носороги, либо морские перевозки с использованием лодок. Ни то, ни другое не подходило для зимы Республики Тургис.

Моря зимой замерзали, не позволяя кораблям приплывать, а земля была покрыта снегом, что делало невозможным проход существ, чувствительных к холоду, таких как носороги. Существовали животные, живущие в холодном климате, такие как нумот, но их количество было ограничено, к тому же они были медлительны. Именно поэтому купцы приезжали в эту страну только летом.

Я не мог винить сэра Гурана за беспокойство. Однако, я уже слышал об этом от Ку.

— У меня есть кое-какие идеи на этот счет, — сказал я. — Ророа.

Ророа, молчавшая до этого момента, вскинула руку, как бы говоря:"Я ждала этого."

— Наконец-то моя очередь! Так давайте же покажем им эту штуку!

Мария и сэр Гуран были ошеломлены её внезапным энтузиазмом, но удивляться было рано.

В конце концов, у нас ещё была карта в рукаве.

Я попросил временно прервать заседание, чтобы я смог подготовиться.

Заручившись согласием Марии и сэра Гурана, я объяснил ситуацию сэру Гурану и получил разрешение привезти из королевства одну вещь.

Я полагал, что если я привезу это без разрешения, то это вызовет большой переполох. Если бы все пошло плохо, они могли бы даже подумать, что это вторжение.

Я попросил сэра Гурана составить документ, который нужно было предъявить на границе, а посыльному Куи отнести этот документ на границу, где доджна была ждать эта вещь.

— Я, конечно, дал свое разрешение, но... мне трудно в это поверить, — сказал он.

— Я того же мнения, — добавил Ку. — Не то, чтобы я думал, что Сома лжет.

Отец и сын Тайсэй высказали свои искренние реакции, глядя вслед улетающему куи-посланнику.

Я пожал плечами с кривой улыбкой. — Возможно, вам трудно в это поверить, но в наших словах нет ни лжи, ни преувеличения, понимаете?

— Да, вам двоим просто не терпится это увидеть. — Ророа в какой-то момент вернулась к своему менее формальному стилю речи, но говорила она уверенно.

— Хм, в таком случае, в это тем более трудно поверить, — сказал сэр Гуран.

— Укьякья! — рассмеялся Ку. — Если это правда, то это стоит увидеть, верно?

Гуран сомневался, в то время как Ку с энтузиазмом смеялся. Это были весьма контрастные реакции.

Несмотря ни на что, до приезда гостей мы решили расслабиться и выпить чаю.

Примерно, часа через два, снаружи вдруг раздался шум, что позволило мне убедиться в прибытии.

Когда мы все вышли за пределы гостиницы, это уже было видно.

Это был большой объект, нижняя часть которого была черной, верхняя - оранжевой, размером примерно со спортзал начальной школы, стоявший на въезде в город, где раньше ничего не было.

Когда мы приблизились, стало видно, что он имеет двухслойную структуру. Верхняя половина, оранжевого цвета, была похожа на большой корабль, и её поддерживала нижняя половина, которая была сделана из чёрного вещества, похожего на резину.

Она также издавала постоянный звук, как будто из нее выходил воздух.

— Как оно вам? Это корабль-амфибия, Ророа Мару! — прокричала Ророа достаточно громко, чтобы её можно было услышать поверх шума, который издавал корабль.

У Гурана и Ку рты разинулись от величественного вида "Ророа Мару".

Это был корабль-амфибия. Корабль, который мог передвигаться как по суше, так и по морю.

Я объяснил, как он работает, для Гурана и Ку, которые все еще были ошеломлены.

— Как сказала Ророа, это корабль, который может двигаться по водной поверхности без волн или по суше. Этот большой корпус плавает, постоянно нагнетая воздух в черную резиновую часть. Если же под ним нет воды, то он может двигаться по суше. В мире, из которого я пришёл, его бы назвали судном на воздушной подушке.

— Судно на воздушной подушке...— Гуран повторил незнакомое слово.

Этот массивный объект был судном на воздушной подушке "Ророа Мару", за которым я и послал в королевство.

Это судно на воздушной подушке, "Ророа Мару", было единственным в своем роде, построенным в качестве эксперимента, пока мы искали применение изобретению сверхнаучного гения Жени - "Маленькому Сусуму Марк V."

"Маленький Сусуму Марк V" представлял собой кольцеобразную машину, которая создавала движущую силу, выталкивая воду или воздух, находящийся перед ней, через заднюю сторону. Я подумал, что можно было бы создать судно на воздушной подушке, которое оторвалось бы от земли, если бы это кольцо было обращено к земле, а воздух выдувался бы в корпус, сделанный из недавно открытого вещества, похожего на резину.

И вот, благодаря проекту Жени и финансированию компании Ророа и Себастьяна "Серебряный олень", строительство "Ророа Мару" было завершено. Кстати, когда я спросил Ророа, как она хочет его назвать, поскольку она вложила деньги в его разработку...

— Эй, эй, дорогой, в мире, из которого ты пришёл, как назывались корабли?

— Хм... Большинство использовали имена людей или мест.

— Хм, это не сильно отличается от того, как мы делаем это здесь.

— Да. О, и для рыболовных судов, многие из них имели "мару" на конце своих названий.

— Мару? Эй, это мило звучит... Хорошо, тогда я решила! Этот корабль будет "Ророа Мару"!

— "Ророа Мару"?! Ты поставишь на него свое имя?!

...Так и получилось это название.

Он был зарегистрирован на компанию "Серебряный олень", которая была инвестором. Торгуя всем, от одежды до земных блюд, которые мы с Пончо воссоздали, "Серебряный олень" был очень успешен, но планировали ли они теперь заняться и торговым бизнесом? У них была одежда, еда, транспорт... почти всё на данный момент.

— Корабль, который плывёт по суше...— произнесла Мария, вздохнув в восхищении, с другой стороны приемника, который несла Айша. — Королевство может создавать даже такие вещи?

Мы несли драгоценность позади нас, чтобы она тоже могла ясно видеть эту сцену.

— Не продадите ли вы нам этот корабль? — спросила Мария. — Я готова заплатить солидную сумму.

— В нем используются технологии, которые являются государственной тайной, поэтому я не могу его продать.

— Не можете? Это прискорбно. — Мария была похожа на ребенка, которому сказали, что он не может купить игрушку. Она была такой же тихой красавицей, как и Джуна, но её действия были немного детскими.

— Ну, он выглядит впечатляюще, но им трудно пользоваться, — сказал я с кривой улыбкой. — У него плохое соотношение стоимости и производительности, и для его перемещения требуется изрядное количество труда.

— Это правда?

— Да. Его максимальная скорость лишь немного выше, чем у носорога, идущего на полной скорости, и его грузоподъемность не так уж велика. Технически, это амфибия, но использование носорогов на суше и кораблей на море - гораздо более дешевый вариант.

На нем был установлен Маленький Сусуму, и он работал на магической силе, хранящейся в проклятой руде. Для Маленького Сусуму Марк V, который был установлен на вивернах, мы попросили людей заряжать его самостоятельно, но зарядка больших моделей Маленького Сусуму, используемых на кораблях и тому подобных объектах, осуществлялась несколькими магами, прикрепленными к военным.

Из-за этого количество магической энергии, которую можно было зарядить за день, было ограничено, поэтому я отдавал предпочтение установке Ророа Мару на линкорах или авианосцах, а не замене поезда-носорога на суше.

Это также были причины, по которым было трудно применить Маленького Сусуму для использования на гражданских транспортных судах. Чтобы обеспечить движущую силу на гражданских судах, нужно было дождаться развития двигателя как альтернативной технологии.

Однако, если оставить это в стороне, у Ророа Мару были свои преимущества.

— Он недостаточно эффективен как средство передвижения в мирное время, но, поскольку, он не соприкасается с поверхностью, его преимущество в том, что на него трудно повлиять рельефом местности, — сказал я. — Если быть более точным, то в местах, где обычно трудно передвигаться, таких как болота, песок и даже снежные равнины, он движется плавно вперёд.

— Снежные равнины... Понятно. Так вот оно что.— Сэр Гуран, казалось, понял, к чему я веду.

— Да. Этот Ророа Мару пока единственный, но если только зимой, я уверен, что он будет служить надежным средством передвижения, связывающим мою страну, республику и империю.

— Конечно, если он сможет связать три страны как средство зимнего транспорта, который быстрее носорога и имеет такую же вместимость, как корабль, даже если пока есть только один из них, он станет ценным торговым маршрутом. — Сэр Гуран скрестил руки и хмыкнул.

Затем, как и следовало ожидать от главы государства, он начал думать о торговом маршруте, созданном этим Ророа Мару.

— Даже зимой, внутри страны, мы можем использовать наших военных нумотов и другой подобный скот для обеспечения перевозок. Если мы соберем все наши товары в портовом городе, сможем ли мы использовать этот корабль-амфибию для торговли с другими странами? Похоже, нам придется расширить портовый город, как Мулен.

Мария хихикнула. — Хи-хи! Я тоже думаю, что нам нужно будет открыть портовый город у нашей границы с Республикой Тургис... Думаю, я все-таки хочу один из этих кораблей.

Она украдкой взглянула в мою сторону, но я ответил ей: — Ничего не поделаешь —, пожав плечами. — Пожалуйста, не делайте ничего такого, чтобы захватить его, как только он войдет в порт. Его трудно построить, и вы заставите нас его уничтожить, чтобы сохранить наши секреты.

Я сказал это, чтобы вскользь намекнуть им двоим, что если они попытаются украсть его, мы уничтожим его сами. Я тоже не блефовал. Если мы будем использовать этот Ророа Мару для торговли, я намеревался предусмотреть механизм, который бы при захвате привёл к его самоуничтожению.

Я не мог допустить, чтобы Маленький Сусуму и другие технологии попали в руки других стран. Чтобы отправить единственный в своем роде Ророа Мару в другие страны, я должен был быть готов уничтожить его, если потребуется.

Мария криво улыбнулась. — Я знаю. Я не могу подвергать опасности отношения между нашими странами из-за одного корабля. Но я действительно хочу его.

Она уже в третий раз сказала, что хочет его. Было ли это одним из тех случаев, когда это важно, поэтому я сказал это три раза?

Как бы то ни было, я хотел бы сейчас завершить эту тему.

— С помощью этого Ророа Мару я хотел бы заключить медицинский союз между нашими тремя странами, как я уже говорил. Как вам это?

Сэр Гуран от души рассмеялся. — Гахаха! Если вы зашли так далеко, я не собираюсь отказываться. Я приму ваш союз.

— Мы, из Империи Гран-Кэйос, тоже примем.

С согласия Гурана и Марии был сформирован Трехсторонний медицинский союз между Королевством Фридония, Республикой Тургис и Империей Гран-Кэйоса.

Создание этого альянса не только обещало, что медицина будет развиваться семимильными шагами, но и было важно, что в эту эпоху неопределенности, когда на севере находится домен Владыки Демонов, он закладывал основу для координации действий трех наших государств.

Пока я молча вздыхал от облегчения, что мы успешно заключили медицинский союз, сэр Гуран протянул мне руку.

— Сэр Сома . Теперь мы заклятые друзья. Я с нетерпением жду возможности работать с вами.

— Да, сэр Гуран. — Я протянул свою руку, и мы обменялись крепким рукопожатием. — Я тоже надеюсь на сотрудничество с вами.

Мария, наблюдавшая за нами, сказала — Жаль. Если бы я не была по другую сторону приемника, я бы тоже могла пожать вам руку.

Это заставило нас с сэром Гураном посмотреть друг на друга и рассмеяться.

Как только мы закончили смеяться, сэр Гуран вдруг принял серьезное выражение лица. — Итак... Поскольку ты стал моим заклятым другом, я хотел бы попросить тебя об одной услуге.

На его лице появилось задумчивое выражение.

— Услуга? — спросил я.

— Да. Услуга касается моего мальчика, Ку. Могу ли я попросить вас оставить Ку с вами в королевстве на два-три года?

— Ха...

— Что?! — воскликнул Ку.

На его лице было выражение шока и недоумения. Он услышал, как прозвучало его имя, а теперь сразу же заговорили о том, чтобы его оставили в чужой стране, так что его трудно было винить.

Как только Ку пришёл в себя, он в гневе набросился на сэра Гурана. — О чем ты говоришь, отец, ни с того ни с сего?! Ты хочешь, чтобы я стал заложником в королевстве?!

— Дело не в этом, — сказал Гуран с серьезным выражением лица. — Я хочу, чтобы ты пошёл посмотреть, что такое королевство сейчас. — Он сделал паузу. — Я думал об этом со вчерашнего вечера. Когда молодая императрица Империи ,Мария, была приглашена принять участие в нашей сегодняшней встрече, это окончательно убедило меня в этом.

— Убедило? Что?! — потребовал Ку.

— Что на этом континенте дует "новый ветер", — сказал сэр Гуран, затем повернулся ко мне. — Если вы простите мою грубость, сэр Сома , могу я спросить, сколько вам лет?

— В этом году мне исполнится двадцать.

Сэр Гуран удовлетворенно кивнул. — Насколько я могу судить, госпожа Мария, должно быть, примерно того же возраста. — (Если я помню, ей был двадцать один год). — Империей на западе правит молодая королева, а в королевстве на востоке появился молодой король. Когда ты стареешь, как я, ты начинаешь чувствовать в этих вещах что-то, сродни судьбе.

Ку, Мария и я внимательно слушали, что говорил сэр Гуран, единственный представитель старшего поколения, присутствовавший здесь.

Сэр Гуран продолжил тихим голосом: — В мире людей есть что-то вроде "потока". Хотим мы того или нет, но этот поток оказывает влияние на все вещи. Одни плывут по течению, другие борются с ним, а третьи тонут в нем. Вот почему один может стать знаменитым, а другой - пасть. Так одна страна может процветать, а другая - погибнуть. Свирепый воин сэр Гай пал, а сэр Сома , культурный человек, победил. С помощью принцессы Ророа он присоединил Амидонию и создал новую страну.

Трудно было реагировать на его слова. Судя по выражению лица Ророа, она тоже не знала, какое выражение ей следует сделать.

Однако, услышав слова сэра Гурана, на ум пришли слова Макиавелли о том, что нужно готовиться к переменам судьбы.

Гуран положил руку на плечо Ку. — Таковы времена. Никто не может предсказать, куда движется этот мир. Однако, когда и на востоке, и на западе лидирует молодое поколение, наша страна может оказаться позади эпохи, если мы одни будем цепляться за старые порядки. Чтобы избежать этого, я хочу воспитать собственное дыхание молодости.

— Дыхание молодости... Ты имеешь в виду меня? — спросил Ку.

Гуран решительно кивнул. — Ты еще неопытен, но у тебя гибкий ум. Если ты увидишь, как изменилось королевство при правлении господина Сомы, это послужит тебе компасом, когда придет время стать лидером этой страны.

— Нет... Я еще не решил, стану ли я главой государства или нет...

— Ты можешь не быть главой государства.

— А?

Сэр Гуран ответил на вопросительный знак, висящий над головой Ку, с серьезным выражением лица. — В зависимости от течения времени, нашей стране может потребоваться централизация власти и упразднение Совета Вождей в пользу монархии. В этом случае ты должен стать королем, который сможет стоять плечом к плечу с Сомой и Марией. Возможно, такая эпоха наступит. Тем более, я хочу, чтобы ты расширял свой кругозор, пока ещё есть такая возможность. Пока ты будешь в королевстве, я возьму под контроль Совет вождей и заложу основу для того, чтобы ты смог применить свою проницательность на практике.

...Это были невероятные вещи, которые он говорил. Выражение лица сэра Гурана сейчас напоминало лицо бывшего короля Альберта, когда он доверил мне Лисию и покинул замок.

Это было лицо человека, доверяющего дела следующему поколению.

Несмотря на то, что я был потрясен атмосферой, я нерешительно поднял руку. — Один вопрос. Вы сказали, что хотите оставить Ку с нами, но вы имеете в виду, что хотите, чтобы он учился за границей в нашей стране?

— Нет, не как студент. Я хочу, чтобы вы использовали его как временного вассала. Я думаю, это будет лучшим опытом для Ку.

— Значит, незваный вассал...— пробормотал Ку.

С точки зрения положения, он будет таким же, как Айша вначале. В принципе, я мог бы относиться к нему как к вассалу, который является ещё и другом, как Хэл. Я мог бы позволить ему жить в комнате в замке.

— Я не против, но Ку? — спросил я.

— Неважно, возражаю я или нет... Я не имею права отказываться, верно? — Ку взглянул на отца, ища подтверждения.

Сэр Гуран просто кивнул, ничего не сказав.

Ку, чувствуя несокрушимую волю этого человека, почесал голову. —  Мой упрямый старик уже все решил, так что истерикой я ничего не добьюсь. Кроме того, мне тоже интересно, что за страну строит Сома .

Он не мог полностью смириться с тем, что ему вдруг сказали, что он будет доверен чужой стране, но это было очень похоже на Ку, что он уже думает об этом так позитивно.

— ...Понятно, — сказал я. — Добро пожаловать на борт, Ку.

Когда я протянул ему руку, он крепко пожал её.

— Укьякья! Но раз я навязываю себя в качестве вассала, это значит, что ты меня превосходишь, верно? Тем не менее, я из чужой страны, поэтому называть вас Ваше Величество как-то не очень правильно. Поэтому с этого момента я буду называть вас Брат.

— Брат?

— Да. Считай меня своим младшим братом. Ну, пока. — Ку положил руку на бедро, ухмыльнулся, как всегда, и сказал: — С этого момента я рассчитываю на тебя! Брат!

______________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

После успешного заключения трехстороннего соглашения о создании медицинского альянса между королевством, республикой и империей, в тот вечер в трактире, где проходила встреча, был устроен пир.

С момента прибытия в эту страну вечеринки устраивались при каждом удобном случае, но в этот раз на них присутствовало большое количество людей, так что это был самый большой праздник.

К сожалению, одна из трех лидеров, Мария, которая участвовала в переговорах, не смогла присутствовать.

— Пожалуйста, посетите мою страну, — сказала она, прежде чем прервать связь. — Когда приедете, давайте выпьем вместе.

— Да. Когда-нибудь.

Учитывая, как далеко находится Империя, я не знал, наступит этот день или нет. Если политическая ситуация в мире стабилизируется, мы сможем ездить друг к другу на встречи, но... не было никаких признаков того, что это произойдет в ближайшее время.

Пока я размышлял об этом...

— Брат! Тебе весело?! — ворвался Ку.

Ку, который был уже пьян, внезапно положил руку мне на шею. От удара я чуть не выронил свой напиток.

— Вау! Это опасно... отойди от меня. Я не люблю объятия с парнями.

— Это потому, что ты выглядишь таким мрачным, брат, — усмехнулся он. — ты должен веселиться, когда пьешь.

Ку отодвинулся от меня с гогочущим смехом.

— Я наслаждаюсь обстановкой, — сказал я, почувствовав облегчение от того, что он отошел. — По крайней мере, так же, как и все остальные.

— Хм? Ну, тогда ладно.

Поскольку с начала вечеринки прошло так много времени, каждый сейчас занимался своими делами. Джуна разливала напитки для сэра Гурана, который теперь был нашим другом, а Айша и Хэл устраивали соревнование по выпивке, и Каэдэ наблюдала за ними и подбадривала.

Лерина ухаживала за Томоэ, которая была сбита с ног запахом алкоголя, а Ророа разговаривала с Тару, которую пригласил Ку.

Это превращалось в довольно хаотичную сцену.

— Похоже, у тебя ужасно хорошее настроение, Ку, — сказал я.

— Чертовски хорошее. Я имею в виду... ну, ты понимаешь. — Ку поднял большой палец и указал Тару, с которой разговаривала Ророа.

Понятно. У него хорошее настроение из-за этого...

«Это» произошло за несколько часов до этого.

Когда встреча закончилась, Ку повел нас посетить мастерскую Тару на холме возле Беппу. Это было сделано для того, чтобы сообщить своей подруге детства Тару, что он на некоторое время задержится в королевстве Фридония.

Пока мы были там, мы раскрыли и свои личности, но она не особенно удивилась. Для такого ремесленника, как Тару, возможно, положение ее клиентов не имело такого уж большого значения.

— ...И так, решено, что я отправлюсь в королевство учиться у Брата, и возьму с собой

только Лерину, — закончил Ку, положив ногу на стоявшее рядом ведро и приняв позу моряка, поставив ногу на один из коротких столбов, используемых для швартовки лодок.

Возможно, он думал, что это крутой способ попрощаться, или просто пытался изобразить крутость, но в любом случае, упираясь ногой в ведро, он этого не добьется.

Пока мы все холодно смотрели на него, Ку продолжал свою речь. — О, не волнуйтесь, мисс Тару. Наше расставание будет недолгим. Я останусь с Братом, буду учиться тому, как он правит, и, клянусь, когда-нибудь я вернусь к вам настоящим мужчиной. Я с нетерпением жду того дня, когда вернусь со славой в свой старый родной город.

Несмотря на то, что Тару ничего не говорила, Ку продолжал произносить свою напутственную речь.

Тем временем Тару не обращала внимания на его слова и колотила по раскаленному металлу.

Не знаю... это была такая сцена, которая заставила меня пожалеть Ку.

Отсутствие реакции со стороны Тару заставило Ку выглядеть расстроенным. — Эй! Эй теперь, госпожа Тару! Вот он я, произношу прощальную речь, так что отреагируйте хоть немного. Тебе будет одиноко без меня.

— Не особенно... мне не интересно, куда ты пойдешь, тупой господин.

— Не интересно...? Разве это не жестоко? Даже если тебе не интересно, твой друг детства здесь, чтобы попрощаться, так что будь немного... добрее ко мне.

— То, что ты ворчишь на меня, когда я работаю, только мешает.

На это Ку ничего не мог сказать, поэтому разочарованно опустил плечи.

...Ну да, если девушка, которая ему нравилась, собиралась так с ним обращаться, то, конечно, он был бы удручен.

Сегодня вечером привидеться слушать, как он будет грустить на вечеринке... подумал я со вздохом.

Но тут я услышал звук, с которым Тару опускала в воду металл, который она отбивала. Она разложила на столе несколько металлических изделий, включая то, над которым только что работала. Эта форма с небольшим лезвием на конце была ничем иным, как скальпелем.

— Я попробовала сделать то, что вы заказали, из разных металлов, — сказала она. — Железо, медь, серебро и несколько сплавов. Знаете ли вы, какой из них лучше всего подходит для этого?

Тару склонила голову набок.

Ооо, значит, образец скальпеля - это то, над чем она работала.

Даже если бы она спросила меня, что лучше, я не был врачом, поэтому не знал. Кроме того, нужно было учитывать реакцию организма на металл и тому подобное, так что нельзя было выбирать только по прочности и остроте.

— Мне придется вернуться в свою страну и спросить кого-нибудь, кто знает...

— Понятно... ну, тогда я тоже поеду в королевство, — небрежно сказала Тару.

Глаза у всех расширились. Но больше всех удивился Ку, который еще мгновение назад произносил свою напутственную речь.

— А?! Ты тоже идешь, Тару?!

— Не потому, что я хочу быть с тобой, глупый господин, — задумчиво сказала Тару. — Я иду в королевство только по своим собственным причинам. — Потом она пристально посмотрела на меня и сказала: — Я слышала, что король просил, чтобы в случае необходимости изготовления медицинского оборудования для себя, республика прислала ремесленника, чтобы он помог ему. Я вызвалась быть этим мастером.

— Ты собираешься приехать и учить? — вытаращился Ку.

— Меня также интересуют техники Фридонии, — сказала она с непоколебимым видом. — Я хочу не только передать свой опыт, но и учиться новым вещам.

— ...Отлично. Мы приветствуем вас, госпожа Тару. — Я протянул ей руку. — Позвольте мне подготовить для вас специальную мастерскую в замковом городе. Мне бы очень хотелось, чтобы вы приехали в нашу страну в качестве ремесленника.

— Я буду под твоей опекой. — Тару крепко взяла меня за руку.

Казалось, Ку был ошарашен таким неожиданным поворотом событий, но он быстро взял себя в руки и захихикал. — О, я вижу! В конце концов, ты тоже придешь! Мне все равно почему. Я рад, что мы можем быть вместе! — И он сильно хлопнул ее по спине.

— ...Ай. Не бей меня по спине. — У Тару было обеспокоенное выражение лица.

Но с другой стороны, раз она просто сидела и терпела, может, она не была так уж недовольна? Может быть, она едет, чтобы быть с Ку?

— Как бы это сказать...? У нее сложный характер, — сказала Джуна с язвительной улыбкой.

— Может быть, это все очень просто — с радостной улыбкой сказала Ророа, стоя на противоположной стороне от меня.

В заключение можно сказать, что женское сердце - это загадка, сложная и одновременно простая.

Итак, решив, что Тару присоединится к нам, Ку был в приподнятом настроении.

С начала вечеринки он довольно быстро выпил свое кисломолочное молоко.

Ку подошел к Тару, а Ророа подошла ко мне.

— Няхаха, — усмехнулась она. — С тех пор как мы приехали в эту страну, здесь нет ничего, кроме вечеринок.

— Ты права... Эй, подожди!

Ророа легла и использовала мои колени как подушку. Боже правый.

Я положил руку на голову Ророа — Это неприлично, вот так внезапно лечь.

— Я не пьяна, но когда кругом выпивка, нужно вести себя свободно и непринужденно, — с самодовольным смехом сказала Ророа, и повернула голову. — Итак, дорогой, что дальше? Еще путешествия?

«Что дальше... а?»

— Сейчас нам нужно подумать о Ку, так что, думаю, мы временно вернемся в королевство — сказала я. — Я уверен, что у меня накопилась работа, требующая моего внимания, и я беспокоюсь о Лисии. Кроме того...

— Кроме того?

— Нет, ничего страшного.

«???» Над головой Ророа плавали вопросительные знаки, пока я продолжал поглаживать ее.

Наконец, Ророа удовлетворенно улыбнулась, и вскоре после этого она сонно засопела. Когда обычно буйная Ророа спала, она выглядела как милая юная дева. Глядя на ее лицо, я подумал о том, что чуть было не сказал раньше.

«Кроме того... меня беспокоит  сказанное Императрицей Марией»

Это случилось после встречи, когда я прощался с Марией. Ее ранее расслабленное выражение лица вдруг стало серьезным.

Пока я гадал, в чем дело, она сказала мне тихим голосом: «Монстры на севере пришли в движение»

— Что касается медицинского союза, который недавно был подписан с Республикой...

— Мама, похоже, что эта программа скоро начнется, — сказал ребенок.

— Да, это так, — согласилась его мать. — Это действительно спасает жизнь.

Мать и ребенок пришли на фонтанную площадь, чтобы посмотреть передачу по вещательной сети. — Недавно, во время вечернего выпуска новостей в Королевстве Фридония, был один сегмент, который стал особенно популярным.

Прекрасная полуэльфка Крис Тахион, ведущая новости, повернулась к зрителям. — Итак, мы представляем вам погоду на завтра. Надин.

Заиграла весёлая мелодия и песня.

Какая погода будет завтра?

Дождь, говорят мне мои усы.

Позже небо, наконец-то, прояснится.

Вот прогноз погоды Фридонии!

Девочка в черном цельном платье, которое выглядело так, будто в него были вставлены чешуйки, вошла в зал, напевая при этом.

У этой девушки с очаровательным лицом были длинные черные волосы, и на вид ей было около четырнадцати лет. Из её крестца рос черный хвост ящерицы, а на голове красовались рога, более великолепные, чем у морских змей.

Ее звали Надин Делал.

Этот дракон недавно прилетел с горного хребта Звёздного Дракона в королевство Фридония, чтобы выйти замуж за Сому.

Несмотря на то, что она была драконом, это был не обычный дракон западного типа, а Рю - дракон восточного типа. Её истинная форма была большой и змеевидной, из-за этого, когда она впервые спустилась в замок в форме Рю, жители запаниковали, как будто на них внезапно напало чудовище. Однако, паника улеглась, как только в замке рассказали о её сущности.

Надин склонила голову перед горожанами, которые смотрели трансляцию. — Добрый вечер. Я - Надин, и я расскажу вам о завтрашней погоде.

Подняв голову, она посмотрела в сторону Крис, уже слегка наклонив голову.

— Эй, я думаю об этом каждый раз, но есть ли какая-то причина для того, чтобы я пела, когда выхожу в эфир?

— Потому что каждой программе о погоде нужна песня... так считает Его Величество Сома , — ответила Крис с деловой улыбкой.

— Понятно...— У Надин не было выбора, кроме как принять этот ответ.

Люди с расслабленным выражением на лицах наблюдали за этим обменом мнениями.

Когда впервые было объявлено, что Сома привезет невесту-дракона с горного хребта Звёздного Дракона, люди зашумели, думая, что это будет похоже на пришествие первого короля Эльфридена.

Первый король был призван как герой, подобно Соме, затем он построил предшественника королевства Фридония, многорасовое королевство Элфриден, и взял в жёны дракона, несмотря на то, что не принадлежал к королевству рыцарей-драконов Нотунг. Жители этой страны считали его великим героем.

Однако Сома сильно отличался от этого героя, его правление было простым и стабильным.

Девушка, ставшая его невестой, Надин, производила впечатление не столько чудовища-бога, сколько невинной девушки, поэтому пыл людей постепенно угасал.

Тем не менее, не то, чтобы она была непопулярна в народе. Она действительно пользовалась большой популярностью среди пожилых людей. Они смотрели на нее не как на будущую королеву, а как на дочь или внучку.

Надин тоже по-своему наслаждалась жизнью в Парнаме.

Ее положение делало её второй второстепенной королевой, поэтому она не замыкалась в замке и часто ходила в город, чтобы прогуляться и купить что-нибудь поесть. В обычной ситуации нам пришлось бы беспокоиться о том, что её могут похитить, но, будучи Рю, её ничего не сковывало, поэтому она могла делать всё, что ей заблагорассудится в Парнаме. По замыслу Сомы, Надин, которая была необузданной и похожей на независимых женщин старого мира Сомы, не должна была чувствовать себя "задушенной" в столице.

Однако, когда она помогла потерявшемуся ребёнку найти его друзей, поиграла с ними, а потом вернулась в замок вся в грязи, ей досталось от принцессы Лисии.

Для Надин и таких драконов, как она, большинство их достижений было достигнуто на поле боя. То, что она могла вести себя так свободно, доказывало, насколько мирным стало королевство.

Это можно было только приветствовать, но было скучно ничего не делать, пока не наступал кризис. К тому же ей хотелось, чтобы Сома полагался на неё в чём-то, кроме езды на спине.

— Привет, Сома . Я могу что-нибудь сделать? — попыталась спросить Надин.

— О, как вовремя. Вообще-то я хотел, чтобы ты кое-что сделала.

И работа, которую Сома приготовил для неё, была этой должностью "девушки-погоды". Усики Рю чувствительны к воздушным потокам, и говорили, что одного легкого порыва ветра достаточно, чтобы узнать погоду в этом районе на ближайшую неделю. Очевидно, он планировал использовать эту способность и сделать прогноз погоды.

Трансляцию Голоса Драгоценности можно было увидеть на видео только в крупных городах, где было установлено приёмное оборудование, но даже отдаленные деревни в сельской местности могли принимать что-то вроде радио. По сути, передавая прогноз погоды по вещательной сети, можно было сообщить о погоде каждому человеку в стране.

— Вот и всё, — объяснил он. — Ты сможешь это сделать, Надин?

— Поняла. Я займусь этим.

Таким образом, Надин стала первым в мире синоптиком.

И вот сегодня Надин в очередной раз сообщала всему королевству о погоде на завтра.

— Хм... Мы ожидаем, что завтра на небе не будет ни облачка, и в целом будет день хорошего настроения. Это должен быть хороший день для стирки. В регионе Амидония, на западе страны, и вокруг Альтомуры, на юге, вечером могут пройти рассеянные ливни вдоль гор, поэтому не забудьте пораньше сдать вещи в стирку. Также, на северо-востоке, небо над Лагуна-Сити завтра прояснится, но возможны грозовые дожди, поэтому будьте осторожны.

Ах, она оплошала!( п/п: так я и не понял, где она оплошала, может была какая-то игра слов в японском)

Надин пыталась продолжать, как будто она не оговорилась, но зрители улыбались. Они никогда не уставали смотреть на эту очаровательную будущую королеву.

Несмотря на то, что она спотыкалась о слова, прогнозы Надин пользовались репутацией точных.

Те, кто занимался сельским хозяйством и рыболовством, были особенно благодарны ей за штормовые предупреждения. В случае шторма продукты, над выращиванием которых они так усердно трудились, могло унести ветром, а море могло стать таким бурным, что выход в него на лодке стал бы катастрофой, подвергающей риску их жизни. Однако, если приход штормов можно было предсказать заранее, к ним можно было подготовиться.

Фермеры могли собрать урожай или укрепить растения, чтобы их не повалило.

Рыбаки могли поставить лодки в сухой док, чтобы их не унесло волнами.

Это привело к увеличению производства продовольствия в стране. Ходили даже слухи, что в некоторых рыбацких деревнях уже начали поклоняться Надин как богине, гарантирующей хороший улов. Со временем это может быть связано с поклонением морскому богу Урупу, и тогда она станет Рюдзином, богом-драконом моря. Но пока что Надин была только девушкой-погодой.

Итак, как же составлялся прогноз погоды Надин?

Давайте посмотрим на процесс создания.

— Сома ! Проснись!

— Гвух! Что?!

Внезапно на  мой живот обрушился удар. До этого момента я спал глубоким сном, поэтому был не в состоянии осознать ситуацию, когда увидел, что Надин сидит на моем животе. Похоже, удар был от того, что Надин прыгнула на меня.

Я огляделся вокруг, голова всё еще была в тумане. Это было... Точно, офис правительственных дел.

После моего возвращения из Республики Тургис, Хакуя поручил мне гору накопившейся работы, и я занимался ею до поздней ночи. Спать я лёг на простой кровати в кабинете.

Даже находясь в Республике Тургис, я продолжал использовать свою магию, живых полтергейстов, чтобы перемещать Заводскую Руку №1 и заниматься бумажной работой, но, как бы я ни старался, работы только прибавлялось. Честно говоря... Я наконец-то вернулся в страну, но не мог даже навестить Лисию, которая находилась во владениях бывшего короля, сэра Альберта.

Как бы то ни было, я очень хотел спать, и мне не хотелось просыпаться, но Надин не собиралась этого допустить. Повернувшись боком, чтобы кровать, на которой я спал, образовала с ней крест, Надин вытянулась и стала кататься взад-вперед на моем животе.

— Сома-а, проснись.

— Прости, Па*раш, — пробормотал я. — Я устал. Я очень хочу спать.**

— Кто такой Пат**раш? Вставай уже.(п/п:какие-то слова под звёздочками - так и должно быть)

Как школьник, пытающийся разбудить отца в воскресенье, Надин каталась на мне взад-вперед. В таком состоянии я не мог снова заснуть, поэтому неохотно решил встать.

Сев, я бросил на Надин несколько обиженный взгляд. — Я вчера допоздна работал. Дай мне поспать еще немного.

— О чём ты говоришь? Если ты не встанешь, я не смогу сделать свою работу.— Надин поднялась с кровати и положила руку на бедро.

— Работу?

— Я должна предсказывать погоду, верно?

— ...О, боже. Ладно, я понял.

В конце концов, это была важная работа, поэтому я сдался и встал с кровати.

Создание программы прогноза погоды.

Когда мы начали создавать программы для этого мира, я задумался, есть ли способ сделать такую программу реальностью. В моем прежнем мире прогноз погоды был само собой разумеющимся во время новостных программ, поэтому я никогда не испытывал особой благодарности за то, что он есть. Однако, попав в этот мир, где люди жили без прогноза погоды, я с болью осознал, что всё это время он был невероятной вещью.

Если бы они знали погоду в будущем, то люди могли бы быть более активными.

Когда пора было стирать? Когда пора сеять семена? Когда пора было отправляться на рыбалку? Когда пора чинить дом, готовясь к шторму? Зная погоду, которая будет в будущем, можно было заранее подготовиться к этим вещам. Это сделало бы жизнь людей более эффективной.

Сейчас же идеальный человек для составления такого прогноза погоды был рядом со мной.

В форме Рю два длинных уса Надин были очень чувствительными органами, и лишь легкое дуновение ветерка могло сказать ей о погоде в этом месте на ближайшую неделю. Именно поэтому я заставлял Надин летать по королевству каждые несколько дней и узнавать, какая погода будет в каждом районе.

Помимо Надин, были люди, жившие в этих краях на протяжении многих поколений, которые могли предсказать большие изменения в погоде. Это было нормально, даже если это было что-то вроде: — Если вокруг этой горы облака, то на следующий день будет проходящий ливень. — Мы заставляли их посылать такую информацию нам посыльными куи, а статистику хранили в столице.

Используя в качестве основы прогноз Надин и отчеты людей, которые могли предсказывать погоду во всех этих разных местах, мы смогли составить достаточно точный прогноз погоды.

Он пользовался популярностью у людей. Они говорили, что он был довольно точным.

— Ла, ла, ла! — пела Надин.

Если бы я мог высказать только одну претензию, то это было бы то, что каждый раз, когда она летала по стране, Надин тащила меня с собой.

Я сидел на спине Надин, пока она пела себе под нос, плывя по небу, и моя голова бессознательно кивала, когда на меня накатывали волны сонливости.

Те, кто заключил контракт с драконом, были защищены его магией, поэтому на меня не влияло давление ветра или сила тяжести, и я не мог упасть. Это означало, что поездка была очень удобной, но это только усиливало сонливость. Это было похоже на то, что сидя в поезде, чувствуешь себя ужасно сонным, когда он начинает раскачиваться.

Надин, со своей стороны, чувствовала себя великолепно, когда я ехал на её спине, пока она летела. Она объясняла раньше, что когда её партнёр сидит на её спине, это похоже на то, что "будто он чешет зуд, или как будто что-то находится там, где и должно было быть".

Это было чувство, которое трудно понять человеку, но именно такими существами были драконы.

Вот почему меня взяли с собой. И поэтому Надин так весело напевала песню.

В своей форме Рю Надин не говорила, а общалась с помощью чего-то, вроде телепатии, поэтому я мог слышать её пение прямо в своём мозгу. Она удивительно хорошо пела, и это расслабляло, что только еще больше усыпляло меня.

— И, мы здесь, — сказала Надин. — Ало, Сома . Мы уже над Лагуна-Сити.

— ...А?..О, да.

— Погоди, ты что, спал, пока у нас была такая приятная прогулка по небу? — спросила Надин, похоже, обидевшись.

Даже по её морде Рю было видно, что она надувает щеки.

— На твоей спине так удобно, что я ничего не могу с собой поделать.

— Гррр, когда ты так говоришь, это не кажется таким уж плохим...

Я достал из сумки, висящей на плече, пачку бумаги, чернильницу и перо. — Теперь, не говоря уже об этом, давайте приступим к работе.

У Надин все еще было несколько недовольное выражение лица, но она, должно быть, переключилась в рабочий режим, потому что пустила два своих усика по ветру. Затем...

— Сегодня в Лагуна-Сити будет солнечно. И завтра весь день тоже. Послезавтра тоже будет ясно, но вечером будет облачно. Через три дня, похоже, начнутся небольшие дожди с утра. Они будут идти весь день.

Надин составляла прогноз погоды для этого района.

Я записал его слово в слово, стараясь ничего не упустить.

— Через четыре дня будет облачно, через пять дней тоже будет облачно, но после обеда прояснится. Через шесть дней будет ясно весь день. Через семь дней снова будет ясно весь день.

Мы знали погоду на семь дней вперёд, то есть, в общей сложности, на восемь дней.

В этом мире неделя равнялась восьми дням, так что прогноз погоды на неделю для этого региона был готов.

Отложив написанное, я издал вздох восхищения. — Твои усы очень удобны, Надин.

— Хи-хи! Можешь похвалить меня еще, знаешь?

— Эй, ты номер один! Теперь, если бы мы только знали температуру на следующую неделю, все было бы идеально.

— Ты слишком многого хочешь!

Я попытался поддразнить её, а Надин разозлилась. Ожидать слишком многого, да... Без сомнения.

То, что Надин стала моей невестой, было большой удачей. Не только для меня, но и для всей страны. Если я забуду об этом, то буду наказан.

Я погладил Надин по спине. — Я благодарен. Спасибо, что ты пришла, чтобы быть со мной, Надин.

— Ооо... Когда ты так откровенен со мной, это заставляет меня чувствовать себя застенчивой. Эхехехе...

— Это то, что я действительно чувствую. Теперь переходим к следующему месту.

— Поняла! Я отнесу тебя куда угодно, Сома .

— О? Тогда, Республика Тургис...

— Я ненавижу холод!

Ведя такие бессодержательные разговоры, мы облетели всю страну.

...И, в общем, примерно так составлялся прогноз погоды. Сегодня Надин передавала этот прогноз погоды людям, которые смотрели или слушали голосовую трансляцию вещательной сети.

— Это Надин. Сейчас я расскажу о завтрашней погоде.

______________________________

( Прости, Па*раш, — пробормотал я. — Я устал. Я очень хочу спать.**)

Отсылка на «Нелло и Патраш» - роман о мальчике по имени Нелло и его собаке Патраше, написанный Марией Луизой де ла Раме под псевдонимом Уида в 1872 году. Книга получила широкое распространение в Японии и была адаптирована в нескольких фильмах и аниме.

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

В середине 7-го месяца 1547-го года по континентальному календарю...

Крыши домов в жилом квартале Парнама были равномерно оранжевыми.

Если посмотреть вниз из замка Парнам, чтобы увидеть центр города, крепостные стены, окружавшие город, и небольшую гору рядом с городом, то все это выглядело бы как огромное море оранжевого цвета.

Над этими оранжевыми крышами прыгала тёмная фигура.

Фигура бежала, перепрыгивая с крыши на крышу, но потом остановилась, чтобы вытереть пот. В это время солнце было высоко в небе.

Лето уже началось, и в королевстве наступали жаркие дни.

— Боже, как жарко, — ворчала фигура. — В республике никогда не бывает так жарко.

Это был гость из республики, Ку Тайсэй.

Прошло уже два месяца с тех пор, как король Фридонии Сома заключил медицинский союз с главой государства Тургис Гураном и императрицей Марией из Империи Гран-Кэйос.

Чтобы посмотреть, как правит Сома, и поучиться у него, Ку приехал во Фридонию вместе со своей сопровождающей Лериной и подругой детства Тару.

Он жил у Сомы бесплатно, но поскольку он не был официальным вассалом, у него не было никакой определенной работы, и он проводил большую часть своего времени, путешествуя по королевству.

Ку подавал запрос на посещение и изучение того или иного места, и если Сома давал разрешение, он мог относительно свободно осматривать территорию королевства. Таким образом он побывал во многих местах и вместе с Лериной зарегистрировался как искатель приключений, зарабатывая на стороне небольшое количество монет, выполняя задания.

Ку присел на край крыши, оглядывая город Парнам.

И все же... я знаю, что слышал об этом от Сомы, но эта страна еще удивительнее, чем я ожидал.

Приехав в эту страну и пожив здесь, он узнал много нового.

Сначала его внимание привлекли броские вещи. Вначале это были программы вещания. Идея использовать передатчик вещательной сети, который до этого использовался только для официальных заявлений, для развлечения граждан была потрясающей.

Программа пения, где пели самые разные лорелеи, программа новостей, где Крис Тахион сообщал о событиях и происшествиях, случившихся в стране, прогноз погоды, который вела одна из невест Сомы, и многое другое... все они были новыми для Ку и заинтересовали его.

Из них всех его любимой была программа токусацу Сильван.

Это была хорошая вещь. Наблюдение за тем, как герой борется за добро и наказывает зло, приводило его в восторг.

Ку так увлекся «Сильваном», что, когда наблюдал за съемками программы в замке, даже взял автограф у Ивана Джуниро, актера, игравшего главного героя. Невероятно, чтобы в такую эпоху сын главы государства просил автограф у актера из другой страны.

Что касается следующей бросающейся в глаза вещи, которая привлекла его внимание, то это были религиозные функции.

Обычно страны, которые с большим рвением относятся к религиозным функциям, как правило, монотеистические, но религиозные функции в этом многорасовом, многорелигиозном государстве были удивительно популярны.

Похоже, что с тех пор, как Сома издал прокламацию, гласившую: «Любая религия, зарегистрированная правительством, будет признана государственной», в этой стране появилось множество государственных религий, и они стали проводить крупные религиозные мероприятия для привлечения верующих.

Более того, превратив эти религиозные мероприятия в общенациональные, в них даже смогли принять участие представители других религий и сект.

В результате, за исключением самых ревностных верующих, увеличилось число граждан, исповедующих несколько религий, и возникли отношения сотрудничества, когда различные религии предоставляли друг другу помещения для проведения мероприятий.

Это объяснялось тем, что если можно придерживаться нескольких верований, то нет необходимости бороться за то, чтобы отнять друг у друга верующих.

Такой подход к религии в стиле шведского стола казался чем-то, что сравнительно толерантный культ Матери-Дракона мог бы допустить, но лунарианская ортодоксия с ее упором на единство через веру в единого бога была бы ненавистна.

Однако глава Лунарской ортодоксии в королевстве, епископ Соуджи Лестер, сказал: «Несколько религий? Конечно, почему бы и нет?»

И с этим единственным высказыванием они постепенно были включены в список религий.

Соуджи был нечестив, как всегда, но его вольное управление пользовалось поддержкой приверженцев православия в королевстве. Адепты, давно живущие в королевстве, даже если оно было центром их религии, были не в восторге от того, что они принимают приказы папского государства по разным вопросам.

На это Суджи сказал: «Если соблюдать умеренность, то можно делать все, что угодно», и предоставил их самим себе, так что верующим стало легче.

Теперь в королевстве шел открытый религиозный диалог между всеми конфессиями, и они пребывали в изысканном состоянии гармонии.

Если вы отправитесь в город, то в один из выходных там будет лунарианский ортодоксальный фестиваль, в другой - день празднования поклонения Матери-Дракону, а в следующий уик-энд поклонники морского бога проведут церемонию открытия морей... Всегда находился какой-нибудь повод для проведения того или иного мероприятия.

Поэтому люди собирались там, где происходили события, а вещи и деньги собирались там, где были люди. Проведение религиозных мероприятий было напрямую связано с ростом экономической активности.

Легко смотреть на яркие вещи, но что действительно удивительно, так это то, чего вы не видите.

Ку встал и снова начал прыгать по крышам.

Внизу он мог видеть, как люди в этой стране занимаются своими делами. Он пересек торговую улицу, где жены ходили за покупками, а затем спустился на улицу ремесленников, где непрерывно раздавался стук молотков.

Пока он бежал, Ку пришла в голову одна мысль.

Самое невероятное в этой стране - это то, как легко в ней жить.

Королевство, каким оно было сейчас, все еще имело оранжевые крыши, что придавало ему вид ретро, но под этим оно стало невероятно удобным для жизни.

В крупных городах были водопроводные и канализационные системы, а сбор мусора был национализирован, что привело к улучшению санитарных условий. Несмотря на то, что это был большой город, воздух был не таким уж плохим, а вода, используемая для ежедневного потребления, не была загрязнена.

Существовала транспортная сеть, и многие люди приезжали и уезжали. В результате существовала сеть распределения товаров, цены на них были стабилизированы, а общественный порядок был хорошим, потому что военные могли быстро направить в любое место.

Если бы человек прожил здесь хотя бы несколько дней, жизнь в любой другой стране начала бы казаться ему неудобной.

Единственной страной, которая могла бы сравниться с этой по удобству жизни, была великая держава запада - Империя Гран-Кэйос. Республика Тургис и близко не стояла.

Папа, мы не можем оставаться на месте.

Они создали равноправный медицинский союз между тремя странами, но при таких темпах между ними когда-нибудь образуется невероятная пропасть. Чтобы предотвратить это, Ку должен был узнать, как Сома правит здесь, и найти путь развития для республики.

— Для этого... мне нужно хорошенько изучить страну брата!

Выразив свою решимость, Ку рассмеялся.

Затем сзади него раздался слабый голос. — Юный Мастер подождите меня.

Когда Ку остановился и оглянулся, к нему, хрипя, подошла девушка с кроличьими ушками. Это была помощница Ку, Лерина.

— Ну и медлительная же ты, Лерина. Что случилось с твоими обычными здоровыми ногами?

— Хахх... Хахх... Это потому, что вы бегаете по крышам, юный мастер. В отличие от вашей расы снежных обезьян, раса белых кроликов не привыкла бегать по крышам. Кроме того, здесь есть нормальные дороги, так что давайте пойдем по ним.

— Быстрее рассекать по крышам, чем тратить время, волоча ноги по земле, верно? Я приглашаю Тару на обед. Если я не потороплюсь, время обеда закончится.

Ку торопился, потому что у него была встреча с Тару.

В отличие от Ку, который был нахлебником и жил в замке Парнам, Тару снимала дом недалеко от улицы ремесленников с пристроенной мастерской. Ей было предложено жить в замке, но она считала, что каждый день добираться из замка в город будет хлопотно. Ку часто заходил в дом Тару.

Ку уже собирался снова пуститься бежать... но потом остановился и спросил Лерину: — Так где же сейчас Тару?

— Вы бежали, не зная об этом?! — Лерина с недоверием посмотрела на Ку.

— Нет, я знаю, где ее дом. Но сегодня она пошла тренировать кузнецов. Я не знаю, где это место тренировок... Как оно называется?

— Это профессиональная школа Джинжер, — ответила Лерина.

Профессиональной школой Джинжер руководил Джинжер Камю, бывший работорговец. С одной стороны, он учил детей читать, писать и заниматься арифметикой, а с другой школа была учебным заведением, где изучались многие области знаний и технологии, которые только зарождались.

Из всех областей знаний и технологий, изучаемых здесь, были признаны те, которые считались перспективными для будущего, и если удавалось найти несколько исследователей по какому-либо вопросу, создавалась новая независимая специализированная школа. По этой причине «Профессиональную школу Джинжер» называли «школой для школ».

Область медицины совсем недавно стала независимой, и в бывшей столице герцогства, Ранделе, теперь располагалась школа для врачей и медсестер «Рандельская медицинская школа».

Теперь, когда персонал был достаточно развит, чтобы преподавать основы медицины, Брэд и Хильда были освобождены от преподавательских обязанностей. Они открыли медицинскую практику в новом городе Венет, и теперь у них не было причин быть прикованными к столице.

Причина открытия школы в Ранделе заключалась в том, что поблизости находился тренировочный полигон Национальных сил сухопутной обороны, что означало бесконечное количество солдат со свежими ранами, которые могли бы стать хорошими подопытными кроликами.

Кстати, хотя Брэд и Хильда, как и хотели, вернулись в строй, их все еще иногда вызывали в медицинскую школу Рандела для проведения лекций. Несмотря на то, что они оставили должность преподавателей, в мире медицины королевства они стали живыми легендами.

Сейчас, Хильда все время отказывалась от лекций, потому что была беременна, но как только она родит и привыкнет к воспитанию своего ребенка, она обязательно получит множество просьб о проведении.

Давайте вернемся к теме.

Профессиональная школа Джинжера была местом, где Тару преподавала кузнечное дело.

Лерина вздохнула и побежала впереди него. — Думаю, тут уже ничего не поделаешь. Следуйте за мной, молодой мастер.

Пъёнг! Пъёнг! Лерина прыгала по оранжевым крышам. Похоже, что в конце концов они все-таки переберутся через крыши.

— Хорошо!— Ку со смехом последовал за ней.

***

С Лериной во главе, Ку пришел к месту с широкой территорией, окруженной кирпичной стеной с несколькими зданиями внутри. Очевидно, это была профессиональная школа Джинжер.

Когда они подошли к воротам, то увидели внутри одну служанку, которая подметала землю бамбуковой метлой. Это была красивая девушка, чьи треугольные уши и пушистый хвост были типичны для расы зверолюдей.

— О! Я нашел себе милашку! — взволнованно воскликнул Ку.

— Ох... Только не это... —  Плечи Лерины опустились.

Ку нравились женщины с пушистыми звериными частями тела. Если у них была грудь, это было еще лучше.

Именно поэтому он спросил Томоэ: «Будешь ли ты моей невестой?» во время их первой встречи, а затем начал пытаться ухаживать за ней. Правда, с грудью ему пришлось повременить. В этом отношении служанка-зверь, стоявшая перед Ку, оправдала все его ожидания.

— Укякя! Интересно, что она за зверь? Может быть, я пойду свататься к ней прямо сейчас.

— ...и он говорит, что не смотрит ни на кого, кроме Тару, — сказала Лерина себе под нос.

— А? Ты что-то сказала?

— Нет, ничего... вернее, я скажу Тару об этом позже.

— Уф... Я... я... это нормально смотреть!

Ку надулся. Его было так легко понять.

Пока дуэт хозяина и слуги спорил, служанка-зверь, которая убиралась, заметила Ку и Лерину. Служанка настороженно сузила глаза. Приготовив метлу перед грудью, она решительно подошла к ним.

— Какие у вас дела в нашей школе?

— А? — Ку и Лерина, которые были в середине спора, смотрели на нее с ошарашенными лицами, когда она внезапно прервала их.

Служанка отвесила им легкий поклон, не сводя с них глаз. — Я Сандрия, служанка лорда Джинера, директора Профессиональной школы Джинер. Прошу прощения, но... какое дело, позвольте спросить, у вас в этой школе?

В ее голосе звучал опасный тон. Как будто она опасалась их или злилась. Ку не обратил внимания на атмосферу, которую излучала Сандрия, и непринужденно назвал свое имя.

— Хм? Я Ку. А это моя служанка Лерина.

— Приятно познакомиться.

В отличие от Ку, Лерина почувствовала тревожную атмосферу и поприветствовала её более нерешительно.

Сандрия держала свою бамбуковую метлу обратным хватом и направила ее конец на лоб Ку. — Для чего вы пришли сюда... вот о чем я вас спрашиваю.

Сандрия нахмурила брови. Эта враждебная позиция разозлила и Ку.

— Что это, ни с того ни с сего? Разве так в вашей школе встречают гостей?

— Я не думаю, что мы называем гостями тех, кто пытается войти в нашу школу вооруженным.

— Вооруженными?..  О, думаю, так и есть. — В этот момент Ку, наконец, понял, в чем дело.

У Ку была дубина, перекинутая через спину, а его сопровождающая и телохранительница Лерина несла на себе лук и стрелы. Сандрия, должно быть, опасалась, что это разбойники, пришедшие напасть на школу.

Учебные заведения были местом, где собиралась мудрость страны, и вполне можно было представить, что они станут мишенью для разбойников или агентов других стран, охотящихся за их исследователями и результатами. Они оба были беспечны.

Когда Ку понял это, он протянул дубину, которую нес в руках, служанке. — Простите, что так неожиданно пришли и застали вас врасплох. Мы просто пришли повидать кое-кого.

— Но ведь все не так, как кажется? — сказала Сандрия и взглядом указала за спину Ку.

Когда Ку повернулся, Лерина уже наложила стрелу и прицелилась в Сандрию.

— Подожди, Лерина?! Почему ты делаешь что-то такое угрожающее?!

— Я думала, что мой молодой господин в опасности, поэтому...

Да, она сразу же перешла в кризисный режим, когда подумала, что ее хозяин в опасности. Это был образец того, как должен поступать слуга, но... в данном случае это только усложнило разговор.

— Успокойся! Это всего лишь метла!

— Будьте уверены. У этой бамбуковой метлы есть кое-что внутри.

Со вспышкой, лезвие размером с нож выскочило из бамбукового веника с той стороны, которую она держала. Сандрия прижала острый край к горлу Ку.

— Это тростниковый меч?! Почему служанка несет что-то настолько опасное?!

— Видите ли, в этой школе многие проводят необычные исследования.

— Пожалуйста, не двигайся! — Увидев трость, Лерина еще больше натянула тетиву. — Если ты пошевелишь хоть мускулом... я выстрелю.

— ...Очень хорошо, — сказала служанка. — Я, по крайней мере, убью твоего хозяина до этого. — По обе стороны от Ку стояли две красивые женщины и смотрели друг на друга. Если бы не оружие, такой ситуации позавидовал бы любой мужчина, но даже Ку не мог насладиться этой ситуацией.

— Да успокойтесь вы уже оба! Кто-нибудь, сделайте что-нибудь с этим!

Возможно, крик Ку кого-то услышал, потому что подошел молодой человек. — Эм... Сан? Что это за ситуация?

Позади Сандрии стоял худой, хрупкий на вид молодой человек, и его щеки подергивались, когда он с недоумением смотрел на эту сцену.

— Уходите, хозяин! — крикнула Сандрия, впервые выглядя запаниковавшей.

Его звали Джинжер Камю. Несмотря на свою молодость, он был директором Профессиональной школы Джинжер.

Джинжер только что пришел пригласить Сандрию пообедать с ним, но он запаниковал, увидев ситуацию возле ворот.

Сандрия держала метлу с ножом на конце, направленную на мальчика, похожего на обезьяну, а девочка, похожая на кролика, нацелила на Сандрию свой лук. Джинжер был ошеломлен опасной сценой, но...

— С-стоп, пожалуйста! — закричал он.

В следующее мгновение его тело пришло в движение. Джинжер встал между Сандрией и лучником, чтобы перекрыть линию огня, и даже в своем ужасе он смог раскинуть руки и крикнуть Ку и Лерине: — Это школа, санкционированная Его Величеством Королем Сомой! Пожалуйста, прекратите это!

— Как. Я. Продолжаю. Продолжаю. Говорю. Это все недоразумение...

— Учитель?!

Прервав Ку, Сандрия отбросила в сторону свой меч-метлу, обняла Джинжер и закружила их, чтобы изменить положение. В итоге она оказалась спиной к Лерине, которая все еще целилась из своего лука.

— Подожди, Сан?! Это опасно! — крикнул Джинжер.

— Я буду защищать вас, даже если это будет стоить мне жизни, хозяин.

Здесь был Джинжер, который волновался за Сандрию, и Сандрия, которая рисковала своей жизнью, чтобы защитить его. Это была сцена, которая с первого взгляда показала, какие чувства они испытывают друг к другу. После сцены Ку неловко почесал щеку и сказал им: — Э-э-э... Извините, что останавливаю вас, когда вы так разгорячены, но мы здесь не для того, чтобы атаковать это место. Эй, Лерина. Я теперь свободен, так как долго ты собираешься держать этот лук?

— А...? Ах! Да, сэр!

Лерина была так сосредоточена на своей задаче, что только сейчас поняла, что Ку освободился. Она поспешно опустила лук и вернула стрелу в колчан.

Усмехнувшись, Ку повернулся к Джинжер и Сандрии и сказал: — Извините, что устроил сцену. Я Ку Тайсэй. Я из Республики Тургис, но в настоящее время нахожусь на попечении у моего брата Сомы. Ну, считайте меня чем-то вроде его младшего брата. Кроличьи ушки - это моя служанка, Лерина.

— П-приятно познакомиться. О, и простите за беспокойство. — Лерина склонила голову.

Джинжер удалось как-то отодвинуть Сандрию от него и встать перед Ку. — Значит, вы знакомый Его Величества. Я Джинжер Камю, которому поручено управлять этой школой. Это мой секретарь, Сандрия.

— Я Сандрия. — Сандрия слегка приподняла подол юбки и сделала реверанс.

Ее прежняя растерянность казалась ложью, и она сделала вид, будто ничего не произошло. Однако внутри она, должно быть, чувствовала смущение, потому что ее щеки слегка покраснели.

Тем не менее, единственным, кто мог это заметить, был Джинжер, который был с ней вместе уже долгое время.

Ку улыбнулся и пожал руку Джинжер. — Приятно познакомиться, Джинжер. У вас хорошая подчиненная, которая заботится о своем хозяине.

— Да. Она надежный партнер.

— Похоже, я не могу забрать ее себе. Хотя ее внешность как раз в моем вкусе.

— А?!

Этот внезапный разговор о том, чтобы забрать ее, и то, что она была в вкусе Ку, заставило Джинжер запаниковать.

По сравнению с этим, Сандрия не выглядела взволнованной. — Я с сожалением должна сообщить вам, что я уже посвятила свое тело, свое сердце и все до последней капли своей крови своему хозяину.

— Ух ты, Сан, что ты говоришь?! — воскликнул Джинжер.

— Само собой разумеется, что если мой хозяин прикажет мне провести с ним ночь, я готова сдержать слезы и сделать это.

— Не говори так, обо мне плохо подумают! Я бы никогда не приказал ничего подобного!

Джинжер был в панике. Это, казалось, немного порадовало Сандрию.

Глядя на то, как служанка издевается над Джинжер, Ку, несмотря на себя, почувствовал сочувствие. — Не знаю, как сказать, но... у вас тоже не все гладко?

Теперь, когда Ку подумал об этом, ему показалось, что его брат, Сома , который также был королем этой страны, тоже переживал времена, когда не мог противостоять своим невестам. Были ли женщины сильнее мужчин частью национального характера этой страны?

Она слишком садистская, поэтому я не могу заставить себя спросить, хочет ли она стать моей женой, как это было с малышкой Томоэ... подожди. Может, она к этому и стремится?

Пыталась ли она заставить Ку не проявлять к ней интерес, намеренно садистски обращаясь с Джинжер? Чтобы Ку не пытался отбить ее у него? Учитывая преданность, которую она продемонстрировала, используя себя как щит, чтобы защитить Джинжер, это не исключено.

Ку думал об этом, глядя на них двоих, но...

— Хозяин... вы оставите меня рядом с собой на всю жизнь? — спросила Сандрия.

— Конечно. ты важный партнер для меня. Я не могу управлять этой школой сам, в конце концов. Так что... пожалуйста, не покидай меня.

— Это не совсем те слова, которые я хотела услышать, но... конечно, я останусь на вашей стороне и буду служить вам всегда.

Нет, подумал Ку. Похоже, что большая половина этого была просто характером Сандрии.

Джинжер казался немного легкомысленным, поэтому он смог увернуться от нее, не распознав ее намерений, но если бы служанка сказала это Ку, он бы уловил это, и она бы его тут же схватила.

— Какая страшная служанка, — тихо сказал Ку Лерине.

Лерина хихикнула в ответ. — Это просто показывает, как важен для нее Джинжер. Вы видели это проявление преданности, молодой господин? Если это ради мужчины, которого она любит, женщина может стать настолько расчетливой, насколько ей нужно.

— Так вот как это работает? .. Теперь я немного боюсь девушек. — Ку вздохнул. — Слава богу, что мой слуга так прост.

— О, я бы не была так уверена в этом, — сказала Лерина с озорной улыбкой. — Неужели вы думаете, что любой простой девушке разрешат служить вашим телохранителем? Возможно, глядя на меня, вы не думаете об этом, но мастер Гуран ценит меня очень высоко.

Лерина гордо выпятила грудь. Хотя ее грудь сдерживала нагрудник, который она носила, когда она принимала такую позу, было ясно, что у нее больше, чем у Тару.

На мгновение Ку чуть не уставился на нее, но факт размера ее груди не понравился ему, и он заставил себя отвести взгляд.

— Хмф... Ну, по крайней мере, я признаю твое мастерство владения луком.

—  Я с детства дружу с Тару, и мы отлично ладим. Когда придет время, я уверена, что мы двое сможем поладить.

— ...Когда придет время?

— Придет время. — Лерина уклонилась от вопроса со своей обычной слабой улыбкой. От этой улыбки по спине Ку пробежала дрожь.

Потому что, хотя ему всегда казалось, что он управляет Лериной, в какой-то момент она стала для него важным человеком. Если Лерина надоест ему, это повредит его отношениям с Тару, с которой она тоже была близка. И на данный момент она стала для него настолько надежным помощником, что он и не подумал бы заменить ее другим слугой.

Пока Ку все еще был в замешательстве, Лерина начала хихикать. — Хи-хи-хи, я просто шучу. Вы всегда меня изводите, вот я и решила вас немного подразнить. Простите.

— Поддразнить меня?

— Да. Теперь вам не нужно беспокоиться о том, что я сказала, ни в малейшей степени.

О-о, так вот оно как... Правда?

Ку был почти доволен, но какая-то часть его души не могла с этим смириться.

Лерина сказала, что она просто дразнит его, но позиция Лерины не изменилась. Ку ничего не знал о земных историях, но, должно быть, именно так Сунь Укун чувствовал себя в ладони Будды.

И вообще, Ку не знал, о чем на самом деле думает Лерина.

Хм... кажется, молодой господин неправильно понимает, что я имела в виду, говоря «когда придет то время». Пока смущенный Ку настороженно смотрел на нее, Лерина лукаво улыбнулась. Хи-хи, я никогда не сделаю ничего такого, что вам не понравится, мастер Ку. Я очень хорошо знаю, что чувствуете вы и Тару. Поэтому, когда придет время, я уверена, что смогу поладить с Тару. Я не буду мешать вам обоим, поэтому не относитесь ко мне плохо. Хорошо, мастер Ку?

Лерина одарила Ку тревожной улыбкой.

Заметив эту улыбку, Ку подумал: — Ик... Брат, я не понимаю девушек, в конце концов...

Ему показалось, что он немного понимает чувства Сомы.

***

— Что случилось, тупой господин? — спросила Тару у Ку, у которого было немного странное выражение лица, пока они ели.

Когда Ку объяснил Джинжер и Сандрии, что пришел пригласить Тару на обед, они предложили пойти всем вместе, и все пятеро отправились в кафетерий, расположенный внутри Профессиональной школы Джинжер.

Ку неловко рассмеялся и сказал Тару: — Ну, знаешь... многое произошло, — и посмотрел на Лерину, которая стояла рядом с ним.

Ку, Тару и Джинжер сидели за столом, а Лерина и Сандрия выполняли роль официантов. В итоге они оказались в таких позах, словно это было собрание, но Ку и Джинжер смогли завести оживленную беседу о своих обстоятельствах.

— Понятно, — сказал Джинжер. — Вы сын главы Республики Тургис. Хотя она не знала этого, Сан... наша Сандрия... была ужасно груба с вами.

Когда Джинжер склонил голову, Ку рассмеялся.

— Не беспокоитесь об этом. Это отчасти моя вина, что я явился без предупреждения.

— Тупой господин был просто тупым. Нет никакой необходимости склонять перед ним голову, сэр Джинжер, — сказала Тару с холодным выражением лица.

Тару была как всегда безжалостна с Ку, но ее поведение заставило Джинжер расширить глаза.

— Вы же мастер, верно, Тару? Не слишком ли вы непринужденно ведете себя по отношению к сыну главы государства?

— Хм? Тупой господин- это просто тупой господин. Вот и все.

— Видите ли, она мой друг детства,— сказал Ку. — Мы не церемонимся. Я имею в виду, я ей нравлюсь настолько, что она последовала за мной в эту страну... Ха!

Ку попытался обнять Тару за плечи, но Тару оттолкнула его локтем.

Она отвернулась от него и резким тоном сказала: — Тупой господин здесь ни при чем. Я пришла сюда по просьбе короля Сомы.

— Ай... Честно говоря, ты точно не можешь быть честной с собой.

— Ты просто слишком честен со своими желаниями.

Видя оживленную перепалку между Ку и Тару, Джинжер более-менее разобрался в их отношениях и криво улыбнулся. — Ахаха... Кажется, я понял, о чем идет речь.

Ку откусил немного хлеба и спросил у Джинжер: — Ну что, Тару хорошо здесь устроилась?

— Да. Люди в нашем отделе кузнечных техник рады, что у нас появился талантливый мастер.

— Люди здесь увлечены своей учебой. Им предстоит долгий путь, но я думаю, что в конце концов они его освоят, — сказала Тару с серьезным выражением лица, попивая чай.

Ку, который редко видел, чтобы Тару кого-то хвалила, было трогательно видеть это лицо.

— У вас даже есть кафедра кузнечных техник...? — сказал он в изумлении. — Какими еще исследованиями вы здесь занимаетесь?

— Все виды, на самом деле, — сказала Джинжер. — От науки до технологий всех видов. Мы изучаем широкий спектр тем, от таких вещей, как сельское хозяйство, которые, как мы знаем, важны, до вещей, которые, на первый взгляд, совсем не важны. Для примера, у нас даже есть недавно созданный факультет подземелье-ведения.

— Подземелье-ведение?

— Да. Изучение подземелий, которые существуют повсюду на этом континенте, и являются местом, где монстры существуют за пределами Домена Владыки Демонов. Мы записываем и классифицируем расположение подземелий и монстров, обитающих в них. Он был создан при поддержке Его Величества, который хотел знать больше о монстрах.

—  Мой брат Сома?

Если Сома участвовал в этом, то за этим должен был стоять какой-то значимый замысел. Монстры, да... - на лице Ку появилось задумчивое выражение, но Джинжер продолжал, не замечая этого.

— Мы сотрудничаем с гильдией искателей приключений и просим активных искателей приключений рассказать нам о своем опыте для нашего изучения. Иногда начинающие искатели приключений пользуются здешним спортзалом, а ветераны приходят их тренировать... хотя, по какой-то причине, Сан идет и присоединяется к ним в тренировках.

— Как та, кто служит вам, лорд Джинжер, я хочу иметь хотя бы минимальные знания о самообороне, — невозмутимо сказала Сандрия, вызвав у Джинжер язвительную улыбку.

— Так вот почему... — Ку почувствовал, что это наконец-то имеет смысл. Ее движения, когда она приставила меч-метлу к его горлу, были тем, чему ее научил один из искателей приключений.

Ку скрестил руки и откинулся в кресле. Подземелье-ведение? В этой стране даже это предмет для академического изучения...

Стипендия. Для Сомы, чья политика особенно подчеркивала важность фундаментальных исследований, профессиональная школа Джинжер была ярким тому подтверждением. Они накапливали груду простых и, возможно, бесполезных исследований. Однако, даже если эти исследования считались бесполезными, они не были бессмысленными. Эта куча исследований в конечном итоге станет движущей силой для развития страны. Общаясь с Сомой, Ку дошел до того, что стал думать именно так. Эта страна еще более невероятна, чем кажется. Мы не можем позволить им превзойти нас.

Затем Ку что-то пришло в голову. — Эй, Джинжер. Эта школа, можем ли мы с Лериной тоже в ней учиться?

— Тупой господин? — спросила Тару.

— Молодой мастер? Что вы вдруг говорите?

Тару и Лерина склонили головы набок, но Ку проигнорировал их и обратился к Джинжер с просьбой.

— Пожалуйста. Я тоже хочу научиться разным вещам в этой стране.

Получив такую искреннюю просьбу, Джинжер почесал щеку.

— Эээ... Мы не отказываем никому, кто хочет учиться, но вы ведь из другой страны. Простите, но я думаю, вам потребуется разрешение Его Величества.

Ку встал с выражением ликования на лице. — Понял! Я сейчас же пойду и получу разрешение от своего брата!

— А?! Прямо сейчас?!

— Как говорится, пей, пока горячо! Давай, Лерина, поехали!

— Подождите, подождите, молодой господин!

Ку сорвался с места, и Лерина бросилась за ним. Эти двое умчались как ураган, а Джинжер остался ошарашенным.

— Что я могу сказать? Он очень решительный человек? — сказал наконец Джинжер.

— Вот так всегда, — сказала Тару, спокойно попивая чай, который налила для него Сандрия. — О, господин Ку... вы действительно глупы.

Однако, когда она прошептала эти слова, она слегка улыбалась.

***

Несколько дней спустя...

— Хорошо, Лерина, пойдем сегодня учиться на кафедру подземелье-ведения. Я слышал, что мы сможем увидеть реликвию подземелья, предоставленную Домом Максвелл.

— Я-я поняла, так что, пожалуйста, перестаньте тянуть. Ну и дела.

В Профессиональной школе Джинжер   находились Ку с энтузиазмом посещающий занятия после получения разрешения от Сомы, и Лерина, которую он таскал за собой, но которая, казалось, не возражала против этого, и...

— О, тупой господин, ты такой тупой. — Тару наблюдала за ними издалека, уголки ее рта слегка приподнялись.

Что бы они изучали в этой стране, и что бы это принесло в Республику Тургис?

Это мы узнаем еще нескоро.

_________________________________________

**Пъёнг! Пъёнг!  -  думаю как то так прыгают кролики в японии

Летнее солнце начало опускаться за горизонт, а на улице становилось всё прохладнее.

Я находился в отделе правительственных дел, сражаясь с документами, накопившимися за время моего отсутствия в республике. Почему, когда я так много работал, количество оставшихся дел не уменьшалось?

Всегда была работа, которую нужно выполнить. Я не мог "сражаться" 24 часа в сутки... Я хотел домой... Это и так был дом, хотя...

Ааа... Я больше не могу сосредоточиться...

Сегодня я весь день работал в офисе, поэтому мой мозг был измотан.

Физический труд приводил к вялости тела, а умственный труд - к нарушению психического состояния.

Я откинулся в кресле.

Чувство усталости ощущалось сильнее, чем обычно.

Это потому, что Лисии нет рядом... С тех пор, как выяснилось, что Лисия, которая всегда помогала мне в секретарской работе, беременна, она отдыхала в бывших владениях сэра Альберта. Я всё никак не мог найти время, чтобы навестить её. Проходили дни, и пока я её не видел, я осознал, что Лисия успокаивала меня просто находясь рядом. Даже когда я уставал, глядя на её сбалансированные пропорции, обтянутые красной военной формой, я чувствовал, что могу ещё немного постараться.

Если я скажу ей, что глазел на неё во время работы, меня ждет ещё одна лекция...?

Я хотел поговорить с Лисией... Нет, пока что, это не обязательно должна быть она. Я просто хотел с кем-то поговорить.

Вздох... Пора закругляться, наверное.

Если, заставляя себя работать, я вписывал где-то неправильную информацию, то это создавало еще больше работы в дальнейшем. У меня заканчивалась концентрация, так что лучше оставить всё до завтра и немного отдохнуть.

С террасы, которая должна была быть свободной, внезапно раздался голос.

— Ваше Величество, можно вас на минутку?

Учитывая время, это, вероятно, был один из Чёрных котов. Раньше я подпрыгивал всякий раз, когда внезапно слышал своё имя, но... это случалось достаточно часто, так что, я уже привык.

Как и ожидалось, второй командир подразделения, Инугами, открыл дверь террасы и вошёл внутрь.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Да, сир. У меня есть кое-что, о чем я хотел бы сообщить.

Выслушав доклад Инугами, я застыл на месте.

— А? Почему она здесь?

— Я не могу сказать ничего конкретного, поэтому, предлагаю вам обратиться с этим вопросом к тому, о ком идёт речь.

— Наверное, ты прав... но я поражён, что они узнали.

— Тот, кто нашёл её, был одним из членов, отправлявшихся в Республику Тургис, — сказал мужчина. — Если бы кто-то из других членов нашёл её первым, это было бы опасно. Для неё, конечно же.

— Я знаю. Как она могла додуматься сделать что-то настолько опасное...?

Я прижал ладонь ко лбу и вздохнул. Серьезно, о чём она вообще думала?

— Итак, что вы будете делать? — спросил Инугами, ожидая моего ответа.

— ...Ты можешь привести её сюда? — устало спросил я.

— Вы хотите встретиться с ней?

— Мы могли бы прогнать её, но она не из тех, кто легко сдастся.

— Понятно. Пожалуйста, подождите минутку.

Инугами вышел на террасу. Он должен был пойти за ней.

Откинувшись в кресле, я задумался о том, что будет дальше, и немного помрачнел.

Теперь мы вернёмся назад во времени, примерно к тому моменту, когда солнце ещё было низко в небе.

В Парнаме, кишащем людьми, закончившими свой ежедневный труд, по торговой улице шла зеленоволосая девушка.

— Ишь, все просто уходят, когда им вздумается...

Эта девушка, бормотавшая себе под нос, была авантюристкой Юноной. Отряд, в котором она состояла, вернулся из Республики Тургис на свою обычную базу в королевской столице Парнам.

Юнона сунула руку в мешочек на поясе. Там было больше денег, чем обычно.

Вот она, плата за опасность, но пить в одиночку не очень-то хочется...

Экстренный квест, который они взяли в республике, принес солидную награду.

Даже поделенных на пятерых, денег хватило на всё новое снаряжение, и они решили, что проведут день так, как им захочется.

Мечник Дейс пригласил на ужин мага Джулию, к которой он был неравнодушен, а танк Аугус сказал, что отправится на вечеринку в какое-нибудь заведение с красивыми девушками. Священник Фебрал с детства дружил с дочерью трактирщика, поэтому он сказал, что пойдет к ней.

Вот как это было, и теперь Юнона оставалась одна.

Вздох... Неужели здесь нет ничего интересного...?

— Хм?

Вдруг Юнона заметила что-то на дороге. Розовощекий силуэт, который шёл медленными, легкими шагами.

— Кажется, я нашла, — произнесла она с ухмылкой. — Что-то интересное.

Объектом, идущим по улице, был искатель приключений в кигуруми, Маленький Мусашибо.

Когда-то его считали городской легендой и воспринимали как чудака, но теперь, когда он стал главным героем передачи Примы Лорелей Джуны Дома "Вместе со старшей сестрой", он стал популярен среди детей.

— Эй, это же Маленький Мусашибо! — закричал один ребенок.

— Он такой круглый. И такой большой.

В доказательство этого дети махали ему руками. Это была впечатляющая демонстрация популярности.

Маленький Мусашибо помахал детям большим пальцем.

Юнона наклонила голову в сторону, глядя на искателя приключений в кигуруми. Если подумать, я ведь видела передачу с Маленьким Мусашибо, верно? Дейс и другие говорили, что он, вероятно, просто одолжил им свой костюм кигуруми, но эти движения... Он выглядит как настоящий.

Юнона, которая смогла узнать настоящего Маленького Мусашибо по его движениям, поняла, что внутри этого Маленького Мусашибо находится один и тот же человек, что и в прошлый раз на задании. Мало того, она уже сталкивалась с ним, когда выполняла поручения для замка.

Неужели это то, что я думаю... и он как-то связан с замком?

Её подозрения переросли в уверенность.

Юнона ходила хвостиком за маленьким Мусашибо. Она постоянно держалась от него на расстоянии, не сводя глаз с его спины, и, как и ожидалось, Маленький Мусашибо направился к главным воротам замка Парнам.

Маленький Мусашибо что-то показал стражникам, они отдали честь, и разрешили войти.

Показал ли он им что-то вроде пропуска? Но, даже имея пропуск, разве они пропустили бы такого вопиюще подозрительного человека?

Даже если этот кигуруми появлялся в передаче, которую готовили в замке, неизвестно, кто был внутри него, так что, разве они не должны быть более осторожными? Или у него было что-то, что заставило бы охранников пропустить его, просто показав это?

Был ли он человеком с достаточно сильной связью с замком, чтобы иметь такую вещь?

Юнона понимала маленького Мусашибо меньше, чем когда-либо.

Даже прождав некоторое время после этого, не было никаких признаков того, что Маленький Мусашибо покинул замок. То, что он пришёл только для того, чтобы выполнить небольшое поручение... казалось маловероятным.

К тому времени, как она заметила это, солнце уже село, и вокруг стало темно.

Может быть, я права. Может, он действительно связан с замком? Интересно, как? Но это же замок... Наверное, это плохая идея - пытаться пробраться внутрь.

Если она пересечет стены замка Парнам без разрешения, её, скорее всего, арестуют за незаконное проникновение. Если это случится, то это будет не только её проблема; она доставит неудобства Дейсу и остальным членам отряда.

Что же делать?

Юнона оказалась в ловушке, парализованная на границе любопытства и разума. Она не осознавала, что в этот момент она стала "подозрительной личностью, смотрящей на замок". Или что существует группа, которая защищает от таких людей и разоблачает их в случае обнаружения.

Юнона уже давно перешла от роли наблюдателя к роли наблюдаемого.

А! Когда она заметила это, было уже слишком поздно. Юнону окружало бесчисленное множество людей.

Нет, как такой разведчик, как я, не смогла не заметить, пока меня окружили?!

Юнона, которая прекрасно чувствовала присутствие врагов в подземелье, позволила им так легко окружить себя. Без сомнения, её противники были опытными.

Что мне делать...? Что теперь...?

Юнона попыталась разобраться в присутствующих. Напрягая каждый нерв своего тела, она искала их местоположение.

Когда ей это удалось, она поняла, что есть только одно направление, в котором нет людей. Несмотря на идеальное окружение, в направлении замка людей не было.

"Чую ловушку," - подумала она. Это слишком очевидно, но... у меня нет другого выбора.

Юнона решилась и пошла в том направлении. Присутствия вокруг неё тоже зашевелились.

Они не нападают? Но я все ещё окружена.

Пока она искала присутствующих, она также искала место, где можно было бы скрыться. Она бежала в том направлении, где не было никаких присутствий, но при этом чувствовала, что её куда-то ведут.

Подождите, я совсем близко к замку?!

Сосредоточившись только на бегстве, в какой-то момент она пересекла крепостную стену и приблизилась к самому замку. Если бы её поймали сейчас, с ней поступили бы как с нарушительницей.

Юнона вскарабкалась на стену, и, прыгая по крышам, отчаянно убегала.

В конце концов, она приземлилась на террасе. Там была открыта стеклянная дверь.

Могу я войти сюда, спрятаться и переждать?!

Подумав так, она попыталась войти в комнату...

— Остановись.

— Что?!

Молодой человек, вышедший из комнаты, преградил ей путь.

— Здесь, в конце концов, важные документы, — сказал парень спокойным тоном, которого не ожидаешь от человека, неожиданно столкнувшегося с подозрительной личностью на террасе. — Существуют правила, запрещающие входить тем, кому это не нужно.

Однако, находясь в бегах, Юнона была в отчаянии.

— И-извините! Я могу показаться подозрительной, но это не так! За мной просто гнались, и они загнали меня в угол, так что... спрячьте меня ненадолго!

Юнона заговорила так быстро, как только могла, но молодой человек просто вздохнул.

— Успокойся немного, Юнона. Я более или менее знаю ситуацию.

— ...А? Откуда вы знаете моё имя?

— Сколько раз ты уже задавала этот вопрос, интересно...?

С этими словами молодой человек сделал ещё один шаг вперёд. Когда она ясно увидела его лицо, которое до сих пор было скрыто тенью, глаза Юноны расширились от удивления.

— Это ты! Вы тот парень, которого мы только что встретили в республике, верно?!

— Да. Мы также встречались в лагере беженцев, — сказал молодой человек с кривой улыбкой и пожал плечами. — Могу добавить, что мы также ходили в приключения и пили вместе.

— А? Что вы... А?!

Затем молодой человек указал в сторону комнаты. Там стоял Маленький Мусашибо, приближаясь медленными, легкими шагами. — Голова Маленького Мусашибо была широко открыта, чтобы ошеломленная Юнона смогла увидеть, что внутри он был... пуст.

Юноша произнес. — Я двигаю им с помощью своей уникальной магии. Я - человек в костюме, несмотря на то, что нахожусь вне костюма, можно сказать.

— Значит, вы - настоящая личность господина Маленького Мусашибо?!

— Ну, да, это более или менее то, что я имею в виду.

Молодой человек протянул руку Юноне.

— Рад познакомиться с вами... хотя, полагаю, это не в первый раз. Тем не менее, я не назвал вам своё имя должным образом, так что позвольте мне представиться. Я - Сома Казуя. Тот, кто контролировал Маленького Мусашибо.

— Сома Казуя... подождите, это имя...

Пока они пожимали друг другу руки, Юнона нахмурила брови, услышав знакомое имя.

Молодой человек с кривой улыбкой сказал: — Неужели я действительно произвожу такое малое впечатление в своем обычном наряде? Да. Я временный король Фридонии.

В этот момент разум Юноны полностью помутился.

Юноне потребовалось некоторое время, чтобы оправиться от замешательства.

— Тогда что? Вы - Маленький Мусашибо, и вы же - король, значит, Маленький Мусашибо - король?..Ах! Простите, мне нужно помнить о манерах.

— Нет, то, как ты обычно разговариваешь, вполне нормально, — сказал я Юноне с кривой улыбкой. Теперь она лепетала бессвязно. — Я уже говорил тебе, что мы товарищи, верно?

Юнона надула щёки и отвела взгляд. — ...Я не хочу, чтобы товарищем был тот, кто держал в секрете что-то настолько важное.

— Я не мог рассказать тебе, потому что это было очень важно. Кроме того, даже если бы я это сделал, сомневаюсь, что ты бы мне поверила, верно?

— Это... Ну, может, и нет. Ладно, я буду вести себя как обычно.

С этими словами Юнона села на перила у края террасы.

Я стоял, прислонившись спиной к тем же перилам, и мы, наконец, смогли спокойно поговорить.

Затем, глаза Юноны начали метаться по окрестностям.

— Что такое, Юнона? — спросил я.

— Нет, мне просто интересно, куда делись те люди, которые преследовали меня минуту назад.

— О. Это мои люди. Я попросил их провести тебя сюда.

— Это были твои подчиненные?! Я была очень напугана.!

— Это была твоя вина, что ты шпионила за замком. Если бы не повезло, тебя могли бы убить за то, что ты потенциальный нарушитель спокойствия. Кто знает, что бы случилось, если бы они не связались со мной...

Юнона простонала, не в силах придумать ответ на этот разумный довод.

— Эм... извини, — сказала она. — Я просто очень хотела узнать, кто ты..

Юнона вела себя кротко. Это было на неё не похоже, поэтому я рассмеялся.

— Ну, всё в порядке. И? Что ты чувствуешь, узнав мою истинную сущность?

— Я чувствую облегчение от того, что мои сомнения рассеялись, — призналась она. — Но почему король играет с куклами?

— Сначала это был просто эксперимент.

Затем, я вкратце рассказал Юноне о том, как появился Маленький Мусашибо.

Желая проверить диапазон своих способностей, я зарегистрировал его как искателя приключений и отправил во всевозможные места, благодаря этому он встретил Юнону и её группу, а после мы вместе отправились в поисках приключений, и так далее.

Я также объяснил, что могу видеть все, что видит Маленький Мусашибо.

— Что?! Значит, ты тоже видел, как расплавился мой нагрудник...

— Э... Да. Хорошо, что ты не стала показывать...

— Не говори о моей груди! — Юнона нанесла мне сильный удар ногой в бок.

Я просто перефразировал Дейса!

— Ой... Эй, я вроде как король.— пожаловался я.

— Ты сказал, что мы товарищи, и чтобы мы должны вести себя как обычно!

Моя агония, должно быть, заставила её гнев улечься, потому что Юнона засмеялась — Если подумать, что случилось с этой ужасной саламандрой?

— Я послал военных, чтобы её уничтожить, — ответил я. — Мы не могли оставить её в покое. Потом разобрали тело до костей и отправили его в исследовательский институт. Перед музеем выставлена копия.

— Эти массивные кости были той самой саламандрой?!

— Похоже, это она в конце концов показала свои ребра, — сказал я в шутку.

— Это точно! — ответила она со смехом. — Понятно. Тогда рука, которую я видела, когда мы ели в кафетерии, была твоей рукой?

— Да. Из-за жары от костюма кигуруми и выпитого алкоголя я был немного не в себе.

— Ах! Вот почему принцесса так удачно появилась. — Юнона хлопнула в ладоши, похоже, удовлетворившись объяснением.

Может, она говорила о том случае, когда я упал в обморок на банкете, а Лисия пришла за мной? Теперь, когда я подумал об этом, Юнона знала Лисию, верно? Если учесть время в лагере беженцев и нашу встречу в республике, то она также общалась с Айшей, Джуной и Томоэ.

Когда я сказал ей об этом, Юнона опешила.

— Сама того не зная... я познакомилась с очень важными людьми.

— Мир действительно тесен, — согласился я.

— Обычно он немного больше! — сердито сказала Юнона.

Ее реакция была забавной, так что я наслаждался этим.

Затем, убрав улыбку, она произнесла с лёгким беспокойством. — Но всё же, какого это - быть королем?

— Чего это ты?

—  Нет, я просто подумала, что это, наверное, хлопотно.

— Ну, да, — согласился я. — Но так же и с любой работой.Быть искателем приключений - значит постоянно ставить свою жизнь на кон, верно?

Я безучастно смотрел в тёмное небо. О, эй, звёзды погасли.

— Король, авантюрист или пекарь - всё это одно и то же. Если ты встретишься со свей работой лицом к лицу, ты поставишь на кон свою жизнь. Если ты будешь продолжать так же стараться, то кто-нибудь обязательно тебе поможет. Для меня это была моя семья и помощники, а для тебя - Дейс и твоя группа, верно?

— Конечно. Чем дольше ты идешь, тем больше будет рук, чтобы поддержать тебя.

— Я уже слышал это раньше.

— Это строчка из детской песенки. Ту, которую мы поём детям, когда они начинают ходить.

О, Джуна спела её для меня в тот раз. Когда мне казалось, что я буду раздавлен своими обязанностями короля, и не мог заснуть, она спела мне колыбельную...

С тех пор прошло много времени, и количество рук, поддерживающих меня, увеличилось, но как далеко я смог зайти?

— Вообще-то я хотел бы спросить тебя коё о чем, — сказал я. — Что ты думаешь об этой стране, Юнона?

— Что я думаю?

— Я имею в виду, считаешь ли ты, что это хорошая страна? Я хочу услышать твое откровенное мнение.

— Хм... это легкая страна для жизни. — Юнона положила руку под подбородок и задумалась, пока говорила. — Здесь большое разнообразие продуктов питания, а для искателя приключений возможность передвигаться на носорожьем поезде - это просто и приятно. Наличие нормальных дорог облегчает выполнение заданий по защите путешествующих купцов. А ещё эта страна расторгла контракт с гильдией о призыве всех искателей приключений в стране во время войны. Возможность оставаться здесь и знать, что нас не призовут в армию, если начнется война, это хорошо.

— Понятно, понятно...

Как я и думал, это отличалось от того, что обычный гражданин считал "хорошей страной". — Мне не часто доводилось слышать мнение искателей приключений, так что это было интересно.

— Хотя, если посмотреть на это с другой стороны, то искателям приключений будет проще собираться здесь, — сказала Юнона. — Если собирается слишком много искателей приключений, конкуренция за подземелья становится выше, так что можно сказать, что это проблема.

— Что ж, со стороны страны мы рады, что подземелья очищаются раньше.

— Для нас, искателей приключений, они наполняют наши животы и питают наш дух приключений. Ты отправилишся в приключение, используя эту куклу, так что ты понимаешь ? Это возбуждение.

— Ну, да... Я знаю, что истории о твоих боевых подвигах тоже являются источником развлечения для людей.

Кроме того, подземелья играли определенную роль в местной экономике. Именно поэтому государство не должно вмешиваться больше, чем необходимо. Мне нужны были ядра подземелий для вещательной сети, но я также хотел избежать непредвиденных проблем.

— Ну что ж, постарайся, искатель приключений, — сказал я.

— Не говорите так, будто это не имеет к вам никакого отношения! Если ты можешь использовать эту куклу, то ты тоже можете быть авантюристом!

— Но теперь ты знаешь, что это я управляю ею. Я подумываю прекратить приключения.

— Это было бы пустой тратой времени, — сказала она. — Теперь я знаю, что кукла пуста, так что я могу использовать её, чтобы замедлить врага, принести в жертву или использовать как приманку, не задумываясь.

— Ты точно планируешь её разбить! Она была не дешёвой, знаешь ли.

— Эй, давайте снова отправимся в приключение вместе. Клянусь, я ни слова не скажу о том, кто вы.

Юнона сложила руки вместе и умоляла, поэтому я просто пожал плечами.

— Ну, если ты проболтаешься, думаю, я смогу просто отправиться на пенсию.

— Говорю тебе, этого не произойдет!

Дальше мы спорили о всяких глупостях, и к тому времени, как я это понял, прошло уже достаточно много времени. Это было похоже на хороший разговор с другом, которого я давно не видел. Разговаривать с единомышленником действительно было весело.

Вот почему...

— Надеюсь, мы когда-нибудь снова сможем так поговорить. — Эти слова вырвались у меня сами собой. — Я хочу узнать больше о городе-замке и о других несущественных вещах.

— ...Ты хочешь сделать меня своим шпионом? — спросила Юнона.

— Не в этом дело. В конце концов, у меня есть шпионы получше.

— Ну, конечно, есть... Я знаю это не понаслышке. — Юнона схватилась за грудь и слегка вздрогнула. Должно быть, она была действительно напугана, когда за ней гнались Чёрные коты.

— Если я всё время буду находиться в замке, мне кажется, что я буду оторван от людей, — произнёс я. — Вот почему, я хочу услышать о мелочах, которые происходили в городе. Например, как одна леди говорила:" Эти овощи слишком дорогие! Сделайте их дешевле!" - или: "Ребёнок Гонбе простудился."

— А кто такой Гонбе? — Юнона хихикнула и кивнула. — Конечно. Когда у меня будет свободное время, я поболтаю с ввами. Сейчас подходящее время суток?

— Посмотрим. Я скажу шпионам, чтобы они проводили тебя.

— Я получу эскорт от этих парней...? Что ж, всё в порядке. — С этими словами Юнона встала на перила. — Мы действительно разговорились, верно? Ну, мне пора идти.

— Да. Будь осторожна на обратном пути. Я с нетерпением жду того дня, когда мы снова сможем поговорить.

— Конечно. Я постараюсь подготовить интересную историю, когда придет время.

— Хорошо, в следующий раз я приготовлю что-нибудь поесть.

— Звучит неплохо. Все-таки еда в том кафетерии была вкусной.

Юнона повернулась, чтобы уйти, но потом вдруг посмотрела в мою сторону.

— Если тебе надоест жить в замке, просто скажи мне. Я в любое время возьму тебя с собой в приключение, — сказала она с улыбкой.

— Ну, если тебе надоест жить как перекати-поле и ты захочешь где-нибудь осесть, скажи мне, — ответил я со смехом. — Я могу познакомить тебя с любым количеством мест, где ты сможешь жить и работать.

— Ха-ха, отлично. Ну, тогда увидимся.

— Да. Увидимся в следующий раз, Юнона.

Юнона спрыгнула с перил и поскакала по крышам, исчезая во тьме ночи. Как и следовало ожидать от разведчика группы, она была проворна.

Глядя вслед удаляющейся Юноне, я прошептал про себя: — Если мне надоест жить в замке... хм.

Этот день, конечно, никогда не наступит. Потому что здесь были дорогие мне люди.

Существует спор о том, кто счастливее: цветок, распустившийся в поле, или птица в клетке.

Это бессмысленно.

Цветок и птица, каждый счастлив по-своему.

______________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

- Середина 8-го месяца, 1547-й год по континентальному календарю-

В этот ясный день я летел по небу на спине Надин, которая была в форме Рю.

Такая высота сначала пугала меня, но после нескольких долгих полетов  из за сводки погоды, я уже полностью привык к ней. Теперь я даже могу спать на высоте 1000 метров.

Хотя Надин злится, если я сплю...

— Что-то случилось, сир? — спросила Айша.

— Ничего страшного, — ответил я ей.

Просто сегодня Айша сидела позади меня, ее руки крепко обхватили мою талию. Это было потому, что мы направлялись на родину Айши, в охраняемый богом Лес.

— И все же, почему мы так внезапно отправляемся в Богохранимый лес? — спросила Айша.

— Потому что мы обручились, но я не поехал передать привет сэру Водану. Мы общались письмами, но я все хотел найти время, чтобы повидаться с ним.

— Это чтобы увидеться с ним по поводу помолвки?!

— Да. Я уже поговорил с родителями Лисии, а опекуном Джуны является Эксель, так что я поговорил и с ней. Для Надин Тиамат - как мать, так что формальности тоже улажены. Что касается Ророа... я намерен вскоре посетить их могилу.

Недалеко от Вана, бывшей столицы княжества, находилась могила королевской семьи Амидонии. Там покоились родители Ророа. Я не мог представить, что Гай благословит наш брак, но должен был верить, что мать Ророа, жизнерадостная женщина, по словам сэра Гурана, успокоит и подтолкнет его.

— Итак, раз так, мы посещаем дом семьи Айши? — спросила Надин.

— Уф... если дело  в этом, ты должен был сказать мне. Я не готова морально..— Айша прижалась лбом к моей спине.

Оставив на время растерянную Айшу в покое, я поговорил со своей второй невестой, которая любезно подвезла нас.

— Прости, Надин. Заставляю тебя снова подвезти Айшу.

Я похлопал ее по спине.

Она повернула голову, чтобы посмотреть в нашу сторону, и ответила: — Я не против, если это Айша — используя свою телепатию. — Она уже ездила на мне раньше. Кроме того, партнер моего партнера похож на моего партнера.

— Да, ты уже говорила что-то подобное.

Айша, которая, казалось, оправилась от смущения, наклонила голову в сторону. — Хм... Если мы с Надин партнеры, то кто из нас муж?

Что за глупость вдруг изрекла Айша?.. подумал я, но Надин задумалась над вопросом с удивительной серьезностью.

— Хм, может быть, это будешь ты, Айша? ты же сильная, в конце концов.

— В своей форме Рю ты тоже сильна.

— Но по сравнению с Джуной, ты больше похожа на мужа, верно?

— Сравнивать меня с Джуной несправедливо! Она больше женщина, чем кто-либо другой.

— В этой форме моя грудь больше, чем у нее... стоп, говоря это, я просто расстраиваюсь. Но если так подумать, разве Лисия не больше всех похожа на мужа?

— Леди Лисия смелая, — согласилась Айша. — В каком-то смысле, она лучший вариант  мужа, чем Его Величество.

— Ты просто говоришь все, что хочешь..— Услышав их разговор, мои плечи опустились. Это было правдой; я не был таким смелым, как Лисия. — И все же, в конце концов, вы оба предпочли бы стать женами, верно?

— Ну, конечно.

— Со своей стороны, мне нужно, чтобы вы обе стали моими невестами.

— Сир! — Аиша заплакала.

— Сома !

Оба смущенно улыбнулись.

Я тоже смутился, сказав это.

— Неловко, когда  мой начальник флиртует рядом со мной.— пожаловался Хэл.

Он летел рядом с нами на спине Руби, которая была в форме красного дракона. Он смотрел на нас с таким лицом, будто его заставили выпить вареного сахара.

Его дракон тоже смотрела на Надин своими золотыми глазами.

— Ты тоже, Надин, — упрекнула Руби, а затем угрюмо отвернулась. — Если ты дракон горного хребта Звездного Дракона, держи себя в руках, когда на тебе едет твой рыцарь. Это достоинство, ожидаемое от партнера рыцаря.

— Сома не рыцарь, он король, так что вот.

— Не спорь! Это делает его выше, чем рыцарь!

— О, черт возьми, заткнись!

Эти двое начали спорить высоко в небе.

Хотя они уже не были такими враждебными, как при моей первой встрече, ни один из них не изменил своего упрямого характера, поэтому такие ссоры были ежедневным явлением.

Тем не менее, они делали это как друзья.

Так как моя невеста, Надин занимала гораздо более высокое положение, чем Руби, тот факт, что они могли драться на равных, показывал, что Надин и Руби не позволяли этому встать между ними. В конце концов, каждый из них был единственным человеком, которого другой знал здесь со своей родины.

Тогда Надин сказала: — Няхх! — и заскрипела зубами. — Ты можешь перестать беспокоиться обо мне и заняться своим собственным рыцарем?! Этого лисьего ушастого мага сегодня нет, так что ты можешь заниматься любовью сколько угодно.

— Что ты говоришь?! Я бы не...

— О, Боже, что это? Твое лицо покраснело, Руби? — поддразнила Надин.

— Это от природы такой цвет!

После этого Надин и Руби продолжали кричать и веселиться. Куда делось достоинство, ожидаемое от партнера рыцаря...? Ну, если они ладят и дерутся друг с другом, я могу это забыть.

— Но ведь не было никакой необходимости в моем участии? — спросил Хэл. — Если юная мисс Айша и юная мисс Надин с вами, разве этого не достаточно, чтобы защитить вас?

Это было правдой; когда со мной были величайший воин королевства, Айша, и Надин, которая в своей форме Рю, вероятно, могла справиться с десятью вивернами одновременно, не было смысла брать с собой Хала для защиты.

Однако была веская причина взять его с собой.

— Когда я отправил сэру Водану письмо со словами:  "Я скоро приеду в гости", меня попросили взять с собой и тебя, — объяснил я. — Кажется, сэр Сур хотел тебя видеть.

— Под сэром Суром ты подразумеваешь... Ооо, тот темный эльф, который приходил к нам на подкрепление раньше? — сказал Хэл, хлопая в ладоши.

Когда Запретная армия и Армия сражались друг с другом под Ранделом, к ним на помощь поспешил отряд лучников темных эльфов в благодарность за помощь, которую они получили после оползня. Во главе подкрепления был сэр Сур. Наши войска в то время были сильно растянуты, поэтому я все еще был очень благодарен, вспоминая эту помощь.

— Но почему он хочет встретиться со мной? — спросил Хэл. — Он ведь уже вернул свой долг?

— О, ну, похоже, тот, кто действительно хочет встретиться с тобой, - это дочь Сура. Очевидно, она была одной из тех, кого ты спас, когда искал выживших вместе со мной.

— ...Да, я не помню ее. В тот раз мы спасли много людей, в конце концов.

— Даже если ты забыл ее, она не забыла тебя. В конце концов, вы тот человек, который спас ей жизнь.

— Только потому, что таково было задание...— Хэл почесал голову.

Он не умел принимать чрезмерную похвалу. Временами он бывал диковат, но эта его прямолинейность была очень похожа на Хэла, и это произвело на меня хорошее впечатление.

— Пусть она хотя бы поблагодарит тебя, — сказал я. — А теперь... давай, Недин, Руби, не будем вечно ссориться. Давайте поспешим в Богом хранимый лес. Сэр Водан ждет нас.

— О! Да.

Два дракона пришли в себя и ускорили полет. Мы направились в Богом хранимый лес.

***

Зеленые листья богом хранимого леса сияли под летним солнцем.

Прибыв для оказания помощи, мы остановили поезд носорогов снаружи и направились в деревню пешком, но на этот раз мы прибыли с воздуха, поэтому смогли приземлиться прямо в деревне темных эльфов.

— Он действительно прилетел на драконе! — воскликнул один из эльфов.

— Какой большой...

Они не насторожились, потому что мы предупредили их заранее, но темные эльфы с любопытством наблюдали за тем, как Рю и красный дракон спускаются издалека.

Когда мы приземлились, а Надин и Руби приняли человеческий облик, люди, наблюдавшие издалека, бросились внутрь, словно только что прорвало плотину. Окруженные темными эльфами всех возрастов, от детей до взрослых, мы оказались на руках.

— Что?! Вы, девочки, драконы?!

— Ух ты! Эй, трансформируйтесь еще раз!

— Король Сома , как хорошо, что вы пришли в гости.

— В прошлый раз вы мне очень помогли.

— Эй, леди Аиша, хорошо, что вы вернулись.

— Леди Аиша, поздравляю вас с обручением с Его Величеством.

— Эта рыжеволосая девушка - партнерша сэра Хала? Она красавица.

— Кто этот черноволосый парень? А? Она не ребенок?

Примерно так все и происходило, вопросы сыпались быстро, и было непонятно, кто кому что говорит, пока кто-то не хлопнул в ладоши.

Посмотрев в сторону шума, отец Айши сэр Водан с кривой улыбкой наблюдал за происходящим.

— Хаватит! ... Его Величество и его свита только что прибыли. Невежливо окружать и допрашивать их таким образом.

Когда Водан слегка отчитал их, темные эльфы отступили назад, казалось, немного смутившись.

Теперь, когда толпа отступила, мы могли, наконец, перевести дух.

— Вы спасли меня, сэр Водан, — сказал я с благодарностью.

— Нет, нет, жители деревни были грубы. Но это потому, что когда они узнали, что вы, пришедший на помощь нашей деревне, собираетесь посетить ее, они все заволновались, как они должны приветствовать вас. Пожалуйста, простите их.

— Не беспокойтесь об этом. Я благодарен за теплый прием.

Мы с сэром Воданом обменялись крепким рукопожатием. В этот момент все темные эльфы начали хлопать...

Не знаю, но быть таким желанным гостем было как-то неловко.

— Теперь нам не стоит стоять здесь и разговаривать вечно, — сказал сэр Водан, указывая, в каком направлении нам идти. — Пожалуйста, пройдемте в  мой дом.

— Вождь. — Из толпы темных эльфов поднялась рука.

Тот, кто поднял руку, был сэр Сур, который возглавил подкрепление, прибывшее во время нашей битвы с армией.

— Я хотел пригласить сэра Халберта в свой дом, — сказал он. — Вы не против?

— Хм, что скажешь, король Сома ? — спросил сэр Водан.

Я улыбнулся и кивнул. — Я не возражаю. Именно поэтому я и взял его с собой.

— Спасибо, — сказал Сур. — А теперь, сэр Халберт, прошу вас пройти в  мой дом. — Хорошо?

Хэл потащился прочь, Сур тащил его за руку. Руби поспешила за ними.

Расставшись с Халом, Айша, Надин и я пошли к дому сэра Водана.

Осматривая по пути деревню, я не заметил почти никаких следов катастрофы, которая случилась здесь раньше. Их дома изначально находились в лесу, и многие из них были простыми, так что на их восстановление, должно быть, не потребовалось много времени.

— Вы уже проделали долгий путь к восстановлению, — прокомментировал я.

— Это благодаря вашему щедрому предоставлению материалов, — сказал сэр Водан. — Искренне благодарю вас.

— Я должен поблагодарить вас. Спасибо, что прислали подкрепление во время недавней войны.

— Ничего страшного. Это те времена, когда мы больше всего нуждаемся в помощи друг друга.

Пока мы шли, мы вошли в дом Водана.

Пройдя в гостиную, Водан предложил мне место во главе стола, но я решительно отказался.

— Сегодня я здесь не как царь, а как холостой мужчина, который хочет взять Айшу в жены. Пожалуйста, садитесь во главе стола, сэр Водан.

— ...хорошо.

Сэр Водан сел во главе стола, а я сел напротив него. Я попросил Айшу сесть рядом со мной, а Надин села немного позади нас, ожидая  начала действия.

Затем я склонил голову. — Хотя моя помолвка с Айшей была согласована, я должен извиниться за то, что был так занят, что задержал свой приезд, чтобы передать вам, ее отцу, мои пожелания. Пожалуйста, отдай мне свою дочь... отдай мне Айшу в жены.

— П-пожалуйста, отец. — Айша поспешно склонила голову.

Когда я оглянулся, Надин склонила голову вместе с нами.

Сэр Водан слегка вздохнул. — Поднимите головы, — сказал он.

Когда я поднял лицо, сэр Водан попытался изобразить улыбку, но не смог. Это было неловкое выражение.

— Я уверен, что Айша попросила об этом браке. Вам нет нужды склонять голову, сэр Сома . Это сложно для меня как для отца, но если таково желание моей дочери... похоже, я должен дать вам свое благословение.

— Отец... — со слезами на глазах произнесла Айша, ее голос был полон эмоций. Сэр Водан улыбнулся ей, затем, вернув эмоции на лице в первоначальное состояние, посмотрел мне в глаза.

— Мы, темные эльфы, - долгожители. Айша моложе вас и проживет дольше, я уверен. Даже если вы доживете до конца своей естественной жизни, в конце концов вы оставите Айшу . Вы понимаете это?

— Да.

Жизнь обычного человека, вроде меня, по сравнению  с такими представителями долгоживущих рас, как Надин или Айша, должна была показаться короткой. Несмотря на это, и Айша, и Надин хотели быть со мной.

Чтобы они не пожалели о времени, проведенном со мной, я от всего сердца решил, что постараюсь быть хорошим королем и хорошим партнером. Даже если настанет время, когда нам придется расстаться...

Однако, похоже, то, что хотел сказать сэр Водан, было несколько иным, чем то, о чем я размышлял. Он заговорил так, словно на него снизошло озарение.

— Однако, какими бы долгожителями ни были наши расы, если мы не можем дожить до конца нашей естественной жизни, мы можем прожить меньше времени, чем люди. Мы можем погибнуть на войне или в результате несчастных случаев. Если мы заболеем, то умираем довольно легко. Моя собственная жена, мать Айши, потеряла свою жизнь от такой болезни. Если вы ослабите бдительность из-за того, что она долгожительница, Айша может умереть раньше вас.

Я молчал.

— Поэтому, пожалуйста, позаботьтесь об Айше. Подарите ей новую семью и приятные воспоминания на то время, пока  однажды вы не уйдете впереди нее. — Сэр Водан молча склонил голову.

Отец всегда желал счастья своей дочери.

Я сам скоро стану отцом. Я еще не знал, будет ли это мальчик или девочка, но, возможно, настанет день, когда я, подобно сэру Водану, доверю кому-то своего ребенка.

Я тщательно подбирал слова и ответил ему спокойным тоном. — Айша гораздо сильнее меня. Отныне... я уверен, что она будет защищать меня на поле боя.

Он замолчал.

— А я  постараюсь защитить улыбку Айши от всего остального. Чтобы однажды она могла провожать с радостью, и чтобы она не жалела о том времени, что мы провели вместе.

— Сир...— Айша заплакала и прижалась ко мне ближе.

Сзади меня тоже послышалось сопение. Вероятно, из-за ее слез, Надин тоже начала плакать.

Сэр Водан встал и подошел ко мне. Затем, положив свои руки поверх моих и Айши, он улыбнулся и сказал: — Сэр Сома , я рассчитываю на то, что вы позаботитесь об Айше.

— Да, отец, я буду.

— Айша. Будь счастлива.

— Я буду... папа.

— Госпожа Надин, я уверен, что вы тоже станете женой господина Сомы. Пожалуйста, относитесь к Айше хорошо, как к члену одной семьи.

— Конечно, буду! Поняла!

Выслушав наши ответы, сэр Водан широко улыбнулся и удовлетворенно кивнул.

***

Тем временем, примерно в это же время...

Оторвавшись от Сомы и остальных, Халберт оказался практически втянутым в дом Сура.

Он шел, когда его тянули за руку. С силой Халберта, которая была одной из лучших в королевстве, было бы легко освободиться от этой руки, но он не чувствовал от Сура ничего, кроме доброжелательности, и поэтому не мог относиться к нему плохо.

Руби поспешила за этими двумя.

Халберт повернул голову в ее сторону и спросил шепотом: — Эй, Руби, что здесь происходит?!

— Не спрашивай меня, — прошептала она в ответ. — Ты не можешь уйти?

— Если бы он был настроен враждебно, это было бы одно, но мне было бы неприятно отмахнуться от приглашения, сделанного по доброй воле...

— Тогда все, что мы можем сделать, это подождать и посмотреть, как все пойдет.

Пока они обменивались мнениями, Сур с улыбкой обернулся. — Хорошо, мы здесь. Добро пожаловать в  мой дом.

— А? — К тому времени, как они поняли это, их привели к небольшому дому с соломенной крышей. Это явно было жилище фермера, но крыша была причудливо крутой.

— Ужасно остроконечный у вас дом... хм...

Мнение Халберта было более или менее точно таким, как он выглядел, поэтому Сур рассмеялся.

— Здесь, в этом лесу, когда наступает зима, у нас скапливается изрядное количество снега. Если мы не будем использовать такие крыши, чтобы снег с них сходил, они рухнут.

— У вас так много снега скапливается? — спросил Хэл.

— Да. Из-за этого мы не можем охотиться зимой, и все проводят время в помещении, чинят вещи или занимаются обслуживанием своего оружия. Хотя в прошлом году зима была другой.

— Как это?

Сур указал на груду пиломатериалов рядом с лестницей. — Потому что у нас были пиломатериалы от деревьев, поваленных оползнем, а также от периодического прореживания, которое посоветовал нам делать Его Величество. Раньше мы делали предметы традиционного искусства, например, статуи, но, похоже, они стали популярны во внешнем мире и приносят нам значительные доходы. Время от времени появляются купцы, которые получают разрешение как от королевства, так и от Богохранимого леса, чтобы приехать и купить их.

— Ничего себе...

— Самым популярным из них был... посмотрим, кажется, у меня где-то здесь был один...— сказал Сур и начал копаться в куче дров.

Прошло совсем немного времени, прежде чем он вытащил из кучи длинный, тонкий предмет.

— А, вот он.— Он протянул его Халберту и Руби. — Вот оно. Это самый популярный предмет.

— Под этим ты подразумеваешь... деревянный меч?

То, что Сур держал в руках, было мечом из дерева. Более того, это был не ортодоксальный двулезвийный меч, используемый в королевстве, а меч, созданный по образцу катаны, которая была основным стилем, используемым в Союзе Архипелага Девятиглавого Дракона. Кроме того, на рукояти были вырезаны какие-то письмена или символы.

— Его Величество назвал это сувенирным бокуто*, — сказал Сур.

— О... конечно же, Сома в этом замешан. — сказал Халберт, качая головой в отчаянии.

Когда Сур начал говорить о традиционном искусстве, а потом сказал, что самым популярным товаром является бокуто, у него возникло некое чувство руки Сомы. Если в королевстве былая популярная вещь,  и он не мог понять в чем  её суть, то это должен был придумать Сома .

— Значит, то, что выгравировано на рукоятке, тоже его рук дело?

— Да. Он говорит, что это символы, которые на языке его мира обозначали бы название этого леса, — Сур показал им рукоять и объяснил.

Халберт и Руби, конечно, не могли их прочитать, но на ней были вырезаны четыре кандзи ????

Кстати, Сома подумывал вырезать название одного озера на Хоккайдо, поскольку все равно никто не мог прочитать, что там написано, но когда он представил себе солдат, усердно тренирующихся с одним из этих деревянных мечей в руках... нет, он сам отказался от этой идеи.

Сур протянул бокуто Халберту. — Сэр Хэл, не желаете ли вы себе такой же?

Халберт уставился на предложенный бокуто.

Руби подумала: "Чего ты так серьезно размышляешь? Но... в конце концов, Халберт спокойно взял его."

— А?! ты таки возьмёшь его?! Это же просто деревянная палка?! — Руби отреагировала на действия Халберта с широко раскрытыми глазами.

— Я не знаю, почему! Я не понимаю, но я действительно хочу ее!

Сур кивнул, когда Халберт попытался объясниться. — Я понимаю. Есть что-то, что тебя, как мужчину, странно тянет .

— Именно так! Если ты видишь что-то подобное, ты не можешь не взять это! Есть ли какая-то магия, наложенная на эти предметы?

— На самом деле я не чувствую никакой магической силы, — с сомнением сказала Руби. Красные драконы были чувствительны к магической силе.

Скорее всего, то, что чувствовали Халберт и Сур, было тем же, что и все те мальчишки, которые покупали сувенирные бокуто на экскурсии. Однако Халберт не знал об этом, поэтому ему казалось, что его каким-то образом очаровали. В этом и заключался ужас сувенирного бокуто.

Пока они вели этот бессодержательный разговор, что-то вырвалось из дома Сура.

Халберт, будучи воином по натуре, приготовился к бою, как только это произошло, но когда он понял, что это маленький ребенок, его напряжение ослабло...

Однако это было ошибкой.

— Лорд Хэл! — закричал ребенок, нанося энергичный удар в живот.

— Гуххх! — простонал Халберт.

— Хэл?! — закричала Руби.

Он поднял руки, чтобы дать знак обеспокоенной Руби, что с ним все в порядке.

Сейчас Халберта обнимала маленькая темная девочка-эльф.

Ей было лет двенадцать. Ее волосы были коротко подстрижены, и у нее было милое личико. Не обращая внимания на реакцию Халберта, девочка потерлась лицом о его живот.

— Лорд Хэл! Я так хотела увидеть вас!

— Эээ... ты дочь сэра Сура? — сказал Хэл, вспомнив, что Сур упоминал, что она хотела его видеть. Эта девушка, которая обнимала его в полете, должна была быть ею.

Девушка отпустила его и вежливо склонила голову. — Простите меня за это. Я дочь Сура - Велза.

Велза подняла лицо и усмехнулась.

— Не знаю, помнишь ли ты меня, лорд Хэл, но я одна из тех, кого вы спасли из-под песка и грязи. Большое спасибо тебе за это.

И она снова склонила голову.

Халберт был взволнован. — Нет, тебе не за что меня благодарить. Я лишь выполнял приказ Сомы...

— Но это все равно сделало меня счастливым. Я никогда не забуду тот день, когда вы спасли меня. Я также не забуду вас, лорд Хэл, и  мой долг благодарности.

— Я не знаю, что сказать...— Халберт был ошеломлен настойчивой благодарностью девушки.

— Хе-хе. Она действительно вежливая девушка! — сказал Сур. — Когда это моя дочь-сорванец успела стать такой  милой!

— Сэр Сур?!

На полуслове Сур начал пищать от боли. Велза пнула кусок дерева, лежавший у ее ног, и он угодил прямо в голень Сура.

При всем этом Велза ни разу не сбавила своей улыбки.

Когда Халберт и Руби увидели, что Велза так улыбается, это напомнило им сердитую Каэдэ, и по их позвоночнику пробежал холодок.

Поскольку Халберт и Руби были людьми прямолинейными, они часто ссорились, не доводя дело до драки, но если они переступали черту, то знали, что их ждет лекция от улыбающейся Каэдэ. Улыбка этой девушки была такой же, как у Каэдэ в те времена.

Велза подбежала к Руби. — Гм... Вы случайно не жена лорда Хэла?

Руби была ошеломлена на мгновение, но потом кивнула.

— Да. Я Руби - дракон. Я заключила с Хэлом контракт рыцаря-дракона. Поскольку контракт между драконом и рыцарем делает их спутниками жизни, можно сказать, что мы помолвлены.

Когда Велза услышала ответ Руби, она захлопала в ладоши. — О, Боже! Вы и есть тот самый дракон, мисс Руби? Подумать только, он стал рыцарем дракона! Это лорд Хэл для вас.

Сказав это с невинным выражением в глазах, Велза взяла Руби за руки.

— В будущем я хочу вступить в Национальные силы обороны, как лорд Хэл. Если возможно, я хочу быть назначенной в подразделение лорда Хала. Рада знакомству с вами, мэм.

—Хорошо ...

Похоже, Руби была не совсем недовольна тем, что к ней так обращаются.

Видя, как Велза быстро вошла в доверие к Руби, Халберт почувствовал, что ситуация развивается так, что он не может ее контролировать.

Что это...? Это ощущение, будто ров вокруг моих стен заполнился без моего ведома...?

Пока Халберт размышлял об этом, Сур, оправившийся от боли, со вздохом положил руку на плечо Велзы.

— Невежливо заставлять наших гостей вечно стоять на улице. Как насчет того, чтобы зайти в помещение?

— О, Боже! ты прав! Как неосторожно с моей стороны. Я так обрадовалась приезду лорда Хэла, что сама на себя взволновалась. Теперь пойдемте, лорд Хэл, леди Руби.

Велза взяла Халберта и Руби за руки и провела их в дом.

Если бы это увидел кто-нибудь другой, то это выглядело бы так, словно младшая сестра потакает своему старшему брату и сестре. Халберт и Руби тоже не чувствовали себя плохо от того, что маленькая девочка их обожает.

Однако позади двоих, которых Велза водила за нос, Сур криво улыбнулся.

Боже мой, подумал он. Должно быть, она берет пример со своей страстной матери... если вы не возьмете ее за поводья, вам придется несладко, сэр Хэл.

Размышляя так, Сур последовал за всеми тремя в дом.

Вечером, пообщавшись с сэром Воданом, Айша, Надин и я отправились навестить могилу матери Айши.

В богом хранимом лесу людей хоронили у основания деревьев. По обычаю, их тела, выросшие на благословении леса, возвращались в лес.

Мы слышали шелест ветвей и жужжание насекомых.

Я встал на колени перед деревом, где покоилась мать Айши, сложив руки вместе, молясь в японском стиле. Как я поклялся сэру Водану, я буду защищать Айшу от печали, насколько это в моих силах.

Поэтому, пожалуйста, отдай мне свою дочь, - молился я.

Постояв так некоторое время, я встал и посмотрел на Айшу и Найдена.

— Мне есть что сказать вам двоим.

— Что это может быть, сир? — спросила Айша.

— Что? Почему так официально?

Они оба посмотрели на меня пустыми глазами. Я тщательно подбирал слова.

— Это насчет... после того, как мы уйдем.

Они оба широко раскрыли глаза в безмолвном шоке.

В конце концов, это было то, с чем им двоим придется столкнуться.

— Если ослабить бдительность, то даже представитель долгоживущей расы может прожить короткую жизнь, — сказал я. — То, о чем говорил сэр Водан, имеет смысл. Однако более вероятный исход заключается в том, что Лисия, Джуна, Ророа и я в конечном итоге оставим вас двоих. Я обращаюсь с этой просьбой.

Я посмотрел в их ошарашенные глаза и продолжил.

— Пожалуйста... не будьте одинокими. Я счастлив, что познакомился с вами. Я не хочу, чтобы этот момент стал тем, о котором вы будете с грустью вспоминать, думая, что тогда все было лучше.

Они оба ничего не сказали, просто продолжая слушать мои слова.

— Я хочу, чтобы вы оба были счастливы. В идеале, вы сможете улыбаться и думать: "Я счастлива сейчас, но тогда я тоже был счастлива". Когда нас не станет, поддерживайте связь с нашими детьми, с долгожителями, которых вы знаете, такими как Карла и Эксель... и если вы найдете хорошего партнера, я не возражаю, если вы снова поженитесь.

Они оба посмотрели вниз и ничего не сказали.

— Убедитесь, что вы всегда с кем-то связаны, и не будьте одиноки, — сказал я. — Никогда...

Айша и Надин обняли меня, не говоря ни слова.

Они не приняли и не отвергли мои слова. Потому что каждый из нас слишком хорошо понимал, что чувствуют другой.

Если бы они были на моем месте, они могли бы подумать то же самое, что и я. Если бы я был на их месте, я уверен, что чувствовал бы то же самое, что и они. Поэтому в ответе не было необходимости.

Если бы они оба вспомнили, что я сказал им это позже, это могло бы подтолкнуть их, если бы они почувствовали себя потерянными, когда неизбежное случится. Это было лучшее, что я мог для них сделать. Их отсутствие ответа, должно быть, было их собственным способом быть внимательными.

Я похлопал их обоих по спине и, рассмеявшись, сказал: — Я никогда не отпущу вас, пока я жив. Я буду с вами, пока вы не устанете от меня.

— Хорошо, — сказала Айша. — Давайте будем вместе так долго, как только сможем.

— Мы тоже не собираемся легко отпустить тебя, — согласилась Надин.

У обоих в уголках глаз стояли слезы, но они улыбались.

— Давайте сделаем так, что  б у нас тоже будут дети, — добавила Айша. — Я сделаю все возможное.

— Да, — сказал я. — Определенно.

— Одного тоже будет недостаточно, — продолжила Айша. — Вам придется много работать, сир.

— Конечно... я сделаю все, что в моих силах.

Видя такой энтузиазм Айши, я почувствовал себя немного ошеломленным.

Надин тоже присоединилась. — Если у нас будет Рю, нам придется оставить его в горном хребте Звездного Дракона, поэтому, если это возможно, я бы предпочла еще одно дитя. Я бы хотела родить хотя бы одного Рю, чтобы выразить свою благодарность леди Тиамат, так что... но если это будет дракончик, то это будет представитель расы морских змей. Что мы будем делать, если он вырастет таким же, как герцогиня Вальтер?

Ребенок, как Эксель, ха...

— Давайте все вместе займемся воспитанием нашего ребенка, чтобы этого не случилось, — горячо и сулыбкой сказал я.

— Действительно, — согласилась Айша.

— Согласна!

С этими словами мы рассмеялись, продолжая обнимать друг друга.

__________________________________________________

Бокуто (Боккэн) — деревянный макет японского меча, используемый в различных японских боевых искусствах, в том числе айкидо, для тренировок.

Фестиваль памяти

- В конце 8-го месяца, 1547-го года по континентальному календарю -

Это случилось в королевской столице Парнам, в день, когда летняя жара еще не спала, в большой комнате замка Парнам, где работали бюрократы, занимающиеся финансами (она же Финансовая комната).

В одном из углов этой комнаты стояли диваны в приемной, и в настоящее время их занимали Ророа Амидония, бывшая принцесса Амидонии, которая теперь была кандидатом на то, чтобы стать третьей основной королевой Сомы, и министр финансов Гэтсби Колберт, оба с угрюмым выражением лица.

На столе между ними лежало несколько документов. Эти документы были источником их нынешней головной боли.

— Что мы будем делать, принцесса? — спросил Колберт.

— Мы ничего не можем сделать, — ответила Ророа, откинувшись на спинку дивана и глядя в потолок. Необычно для всегда веселой Ророа, она выглядела подавленной. — Конечно, я сказала: «Если у кого-нибудь из вас есть интересный фестиваль, которым можно поделиться, дайте нам знать». Я сказала бюрократам, чтобы они придумали идеи мероприятий, которые могли бы принести деньги. Но все же... разве это не плохо?

Ророа смотрела на слова в документе, который она взяла в руки, с таким выражением лица, словно укусила что-то неприятное.

Колберт чувствовал себя точно так же. — Вы правы. Если все сделать неправильно, это может вызвать серьезную проблему, которая пошатнет основы этой страны.

— Я знаю! Честно! Фестивали должны быть для того, чтобы поднять экономику, поэтому мне нужны идеи повеселее.

Когда Ророа опустила плечи и вздохнула, Колберт посочувствовал ей. Он был ее помощником с тех пор, как они оказались в княжестве Амидония, и был экспертом в экономических вопросах, поэтому он прекрасно понимал, что она чувствует.

— Тогда... мы проигнорируем это? — спросил он.

Внимательные слова Кольбера заставили Ророа на мгновение заколебаться, но в конце концов она смирилась и тихо покачала головой.

— Боюсь, ничего не выйдет. Он собрал большое количество подписей.  Я бы побоялась его игнорировать.

— ...это правда.

— Кроме того, если мы позволим тебе или мне сказать последнее слово о том, будем мы проводить мероприятие или нет, это может привести к ненужным неприятностям. Наши позиции таковы, каковы они есть, — самонадеянно добавила Ророа.

Не в силах больше смотреть на нее, Колберт собрался с духом и сказал: — Думаю, лучше всего посоветоваться с Его Величеством.

— Мы собираемся втянуть Дорогого в эту проблему?. Я не хочу.

— Ну, если мы собираемся осуществить этот проект, нам нужно получить разрешение от Его Величества, независимо от этого. Разница лишь в том, произойдет ли это раньше или позже.

— Ну, да, ты прав, но... если это я пойду спрашивать его об этом и заставлю Дорогого так себя чувствовать... Не сочтет ли он меня проблемной женщиной?

В какой-то момент беспокойство Ророа перешло в беспокойство девочки-подростка.

Даже с ее уникальным финансовым чутьем и даже если она могла принимать решения, определяющие судьбу княжества, Ророа все еще оставалась семнадцатилетней девушкой. Вполне естественно, что ее волновало, какой ее видит мужчина, который ей нравится.

У Колберта, который воспринимал Ророа как младшую сестру, ее отношение вызвало улыбку на лице. — Из того, что я знаю о Его Величестве, он не станет плохо относиться к вам из-за такой мелочи, как эта, принцесса.

— Ты серьезно?

— Если вы хотите, я могу сам поднять этот вопрос.

— ...Ннх, я думаю, что должна сделать это сама.

Ророа приняла решение, встала, решилась и пошла к Соме.

Наблюдая за ее уходом, Колберт в душе подбадривал ее.

— Фестиваль памяти Гая? — повторил я.

Ророа молчала.

***

Сегодня я, как обычно, занимался своими бумагами в офисе по правительственным делам, когда пришел Ророа и вручила мне документ на несколько страниц.

Подумав, что обычно энергичная Ророа сегодня выглядит ужасно сдержанной, мой взгляд упал на бумаги, и... там было название «Проект предложения фестиваля памяти Гая».

Гай... хм.

Гай... это значит Гай VIII.

Гай VIII. Человек, который был отцом Ророа, а также князем Амидонии.

Княжество Амидония потеряло больше половины своей территории в войне с последним королем. Чтобы отомстить за это унижение, Гай начал провоцировать беспорядки внутри королевства и искать возможность отомстить.

Затем, когда у меня возникли разногласия с бывшим генералом армии Георгом Кармином, Гай увидел свой шанс и повел войска княжества на вторжение в королевство.

Силы княжества прошли через горы Урсула, нашу юго-западную границу с ними, и осадили центральный город южного зернопроизводящего региона, Альтомуру. Гай намеревался взять Альтомуру, пока мы с Георгом сражаемся, и присоединить к своей стране близлежащие зернопроизводящие области. Я был уверен в этом.

Однако это была ловушка, которую устроил Хакуя, используя ложное восстание Георга, чтобы выманить Гая. Чтобы искоренить смутьянов внутри королевства, нам сначала нужно было уменьшить влияние их сторонников в княжеской семье Амидонии.

Покончив с фальшивым мятежом Георга и приведя трех князей в порядок, мы немедленно объявили войну княжеству.

Затем, создав видимость молниеносного вторжения в Ван, столицу княжества, я дождался, пока силы княжества, отступившие для защиты своей столицы на равнине близ Вана.

Затем, наконец, силы королевства и княжества столкнулись возле Вана.

Если посмотреть на результат, то более многочисленные силы королевства разгромили силы княжества, которые были измотаны отступлением, но при этом силы Гая проявили серьезное упорство в битве.

Даже когда силы княжества находились в состоянии полного развала, Гай и его ближайшие помощники предприняли самоубийственную атаку, чтобы позволить наследному принцу Юлию сбежать, и приблизились к главному лагерю королевства, в котором находился я.

Из-за экстремальной ситуации я так основательно вжился в роль «короля» в то время, что ничего не почувствовал, но... сейчас, оглядываясь назад, я содроГайь.

В итоге, благодаря помощи Карлы и ряду других факторов, клинок мести Гая так и не достиг меня.

Гай пал на поле боя, а я выжил без дальнейших происшествий, но один неверный шаг, и я бы погиб там.

К тому моменту Гай стал настолько похож на свирепого бога поля боя, что я поверил, что он действительно им был.

Устроить фестиваль памяти этого Гая... хм.

Пока я все еще пребывал в задумчивости, Ророа открыла рот, похоже, обретя решимость. — В регионе Амидония уже собрано достаточное количество подписей. Через месяц или около того пройдет год после битвы под Ваном.  Они говорят, что хотели бы установить памятник всем воинам княжества, погибшим там.

— Если прошел год с той битвы... значит, сегодня первая годовщина их смерти, — медленно сказал я.

Ророа молчала.

Это означало, что сегодня будет первая годовщина смерти отца Ророа.

Я был вынужден убить отца Ророа ради блага королевства. Это произошло на поле боя, и он ей никогда не нравился, поэтому Ророа часто говорила, чтобы я не беспокоился об этом, но... несмотря на это, внутри меня осталось неприятное чувство.

Я уже считал Ророа своей семьей. Что бы ни случилось, я должен был защищать свою семью.

Я чувствовал, что зашел так далеко с этим своим основным убеждением.

Однако... я убил члена семьи своей семьи. Это был факт, от которого никуда не деться.

Возможно, ее встревожило мое молчание, потому что Ророа заговорила с принужденной веселостью.

— Вот это меня действительно поразило. Даже я не знаю, что делать. Проведение такого мероприятия чревато тем, что они могут воспылать патриотическим духом. Но раз уж мы обратились с предложением о проведении мероприятия, мы должны его провести. Кроме того, нужно подумать о моем положении бывшей принцессы Амидонии. Если я проигнорирую его, это может вызвать еще большую реакцию.

Ророа говорила быстро, одно за другим. Ее болтливость, должно быть, отражала ее беспокойство.

Скорее всего, она боялась, что, предложив это, она вызовет разлад в отношениях с Лисией и со мной. Ее глаза дрожали от беспокойства.

Я не мог ее винить. Она была зажата между своей семьей, которая была на стороне королевства Элфриден, и народом княжества Амидония, который все еще смотрел на нее как на свою принцессу.

Я не могу позволить Ророа вечно выглядеть так...

Я хотел, чтобы Ророа снова начала смеяться, как всегда, и опять показалась её раздражающе веселая сущность.

— Конечно, я не вижу причин для этого. Давайте устроим этот фестиваль памяти Гая. — Я отложил бумаги, сделал вид, что ничего особенного не произошло, и улыбнулся Ророа.

Лицо Ророа, которое было немного опечалено, сразу же поднялось, и ее глаза расширились. — А?! Ты серьезно?!

— Имя, наверное, и так неплохое, — сказал я. — Но сделайте его не только как мемориал для жителей княжества, но и для всех людей, погибших в войне. В конце концов, когда войска княжества вторглись в Эльфриден, со стороны Эльфридена было не мало жертв. Переделайте это в мероприятие, посвященное всем погибшим в войне, пожалуйста.

— Это прекрасно, но... правда? Это действительно нормально? — Ророа все еще выглядела обеспокоенной. —  Мой старик... Гай VIII был врагом королевства, верно?

Я поднялся со стула и встал перед Ророа. Я положил руку ей на голову, пока она неуверенно смотрела на меня, и слегка взъерошил ее волосы.

— Эй, дорогой, не так грубо, — запротестовала она.

— Когда ты ведешь себя сдержанно, это выводит меня из равновесия. Держу пари, ты думала: «Я не хочу, чтобы он возненавидел меня из-за неприятной ситуации в княжестве» или что-то в этом роде.

— Ах!

Казалось, я попал в яблочко. Ророа несколько раз моргнула.

Я вздохнул. — Не стоит так волноваться. Лисия и остальные разозлятся, волнуясь за тебя.

— Ну, я же твоя невеста, дорогой! Вполне естественно, что я волнуюсь!

— Но если бы ваши позиции поменялись местами, ты бы тоже злилась, верно? — спросила я.

Ророа замолчала, и я снова погладил ее по голове, на этот раз более нежно.

— Тебе не стоит беспокоиться. В моей стране не было ничего необычного в том, чтобы поклоняться тем, кого мы победили в войне, как богам после их смерти.

— Не было? — спросила она обеспокоенно.

— Да. Потому что после смерти побежденные несут в себе обиду и сожаление. Чтобы избежать таких проклятий, мы успокоили их гневные духи, закрепив их в качестве божеств-покровителей той земли.

Куницуками (п.п. земные боги), были побеждены Амацуками (п.п. небесными богами), Сугавара-но Митидзанэ** изгнанный из столицы, Тайра-но Масакадо** мечтавший о регионе Канто и порабощенный... Возможно, в моей стране любят хорошие истории о неудачниках, но тех, кто старался изо всех сил и потерпел неудачу, поклонялись как богам и божествам-покровителям.

Конечно, это был и расчетливый ход. Они делали это, чтобы успокоить свои трагические души и избежать проклятия и обид.

Когда я объяснил это, Ророа удивленно моргнула. — Я думала об этом, когда у нас были проблемы с лунарианской ортодоксией, но, дорогой, у вашей страны очень свободный взгляд на религию. Можно сказать, она ужасно светская...

— А разве верования и фестивали не являются такими по своей природе? — спросил я. — Я думаю, что поминальные фестивали больше предназначены для живых людей, чем для мертвых, чтобы компенсировать печаль от потери дорогого нам человека, или чтобы позволить нам смириться с этим и жить дальше.

— ...Да. Возможно, ты прав.

Ророа наконец-то показала мне улыбку. Затем, возможно, сумев настроиться на новый лад, она показа выражение лица, в котором ее обычное очарование сочеталось с хитростью торговца.

— В таком случае, дорогой, раз уж ты согласен дать добро на фестиваль памяти, если уж мы собираемся его проводить, давай сделаем его с размахом. Именно для этого мы и собирали предложения. Я бы хотела, чтобы на него собралось много людей, которые будут сбрасываться деньгами.

Ророа усмехнулась, как будто она была ребенком, просящим меня о чем-то.

Это было очень похоже на Ророа - начинать деловые переговоры, как только она входила в новое состояние духа. Меня это немного раздражало, но... это было лучше, чем если бы она смотрела вниз.

— Поминальный фестиваль с показушным мероприятием, — Услышав это, я вспомнил один случай из другого мира. — Как насчет того, чтобы устроить «Торо-нагаси»?

— Торо-нагаси? — Ророа наклонила голову в сторону.

Не буду скрывать, что мне показалось милым, когда она так сделала.

— Это способ отпускать мертвых с помощью огня. В моем мире берега морей и рек ассоциировались со смертью. Например, река Сандзу, которая отделяет этот мир от другого... для примера.

— Ооо. У нас в этом мире тоже есть такой миф. Есть великая река между этим миром и следующим, и тебе нужен паромщик, чтобы переправить тебя через нее.

Ооо, в этом мире тоже так было? Если я помнил, ассоциации «вода = смерть» и «берег воды = граница между жизнью и смертью» существовали как на Востоке, так и на Западе в другом мире. Похоже, здесь было то же самое.

Удивительно, но это может быть фундаментальным пониманием, которое есть у всех живых существ.

— Торо-нагаси включает в себя пускание лодок с подношениями вниз по реке, которая ассоциируется со смертью, чтобы успокоить духов, — сказал я. — Это похоже на что-то из области фантастики, когда видишь, как все эти огни медленно плывут по реке.

— Ух ты, звучит красиво, даже если послушать, как ты об этом рассказываешь!

Затем Ророа схватилась обеими руками за руку, которую я положил ей на голову.

— Я принимаю эту идею! Давай сделаем это с Торо-нагаси на Мемориальном фестивале! Теперь, когда все решено, я не могу терять здесь время! Пойду попрошу мистера Колберта провести подсчеты!

С этими словами Ророа вышла из комнаты... и остановилась у двери.

Затем, повернувшись всем телом, она мягко улыбнулась мне.

— ...Спасибо, дорогой, — сказала она певучим голосом, а затем энергично вышла из комнаты.

В отличие от ее прихода сюда, я мог слышать ее громкие шаги, отдающиеся эхом вдалеке.

— Вот такая Ророа  мне нравится ... —  пробормотал я.

Ее гулкие шаги словно отражали ее энергию, и мне это нравилось.

Приняв решение, Ророа действовала быстро.

Она сразу же составила бюджет вместе с Колбертом и начала работу над фестивалем памяти.

Я тем временем был занят своими политическими обязанностями, поэтому единственное, что я сделал для Фестиваля Памяти, это убедил Хакую в том, что можно чествовать Гая, нашего бывшего врага.

Из-за этого я оставил большую часть подготовки Ророа и ее людям.

...Теперь, когда я думаю об этом, это, возможно, было ошибкой.

- В середине 9-го месяца, 1547-го года по континентальному календарю -

***

Я моргнул и уставился на него. — Что это...?

Мы находились на берегу крупной реки недалеко от Вана, столицы бывшего княжества Амидония.

Глядя на флот на этой великой реке, я прошептал это.

Назвать это флотом не было преувеличением. Там были десятки маленьких, быстрых лодок, украшенных в великолепные цвета, и они ярко сияли на вечерней реке.

— Что? Это же Торо-нагаси, верно? — спросила Ророа с пустым выражением лица. — Лодки с фонарями на них плавают по реке, как ты и говорил, дорогой.

— Нет, нет, они слишком большие... Упс. Я ведь ничего не говорил о размере, правда?

Я только сказал ей послать лодки с фонарями вниз по реке. Я имел в виду лодки такого размера, чтобы их можно было нести в руках, но, судя по тому, как я это объяснил, я не мог винить ее за то, что она подумала, что я имел в виду маленькие лодки.

Однако, когда они достигали таких размеров, это уже не было Tourou Nagashi, а больше походило на другое мероприятие под названием Shourou Nagashi, или шествие лодок духов. Та самая, из известной песни Масаси Сада, которая нравилась моему дедушке. В Нагасаки лодка духа шествует по суше, но я слышал, что есть места, где ее пускают по реке.

Да... Я слышал забавные истории о людях, которые слышали песню Духовный поток (精 霊 流 し) и думали, что это про Торо-нагаси, но я никогда не думал, что увижу обратное.

— Кроме того, ты вложила много труда в дизайн всех лодок, — добавил я.

Маленькие, быстрые лодки на реке были раскрашены в кричащие цвета. У большинства из них был какой-то мотив. Одни были похожи на баркасы викингов, другие - на Надин в ее Рю-форме или пегаса, были и такие, которые по форме напоминали дыни, редьку дайкон или другие фрукты и овощи. Были даже лодки с музыкальными группами на борту, и все они играли веселые мелодии.

Шествие огней и веселая музыка напомнили мне парад в парке развлечений, посвященном одному королевству.

— Это выглядит очень весело, но это не похоже на фестиваль памяти.

— Что ты хочешь сказать? — спросила Ророа с выражением недовольства. — Это отчасти твоя вина, что все так получилось, верно, дорогой?

— Моя вина?

— Именно так. Когда ты занимал Ван, ты научил здешних людей, насколько веселой может быть свобода самовыражения, верно? С тех пор Ван стал городом искусств.

— Так я слышал. Я думал, что это лучше, чем если бы они сопротивлялись, поэтому никогда не задумывался об этом, хотя...

— Из-за этого сюда со всего королевства съезжаются молодые художники. Этот причудливый флот - продукт переполняющей их страсти.

— ...Серьезно?

Подумать только, моя политика привела к этому.

Что бы мы ни делали, всегда был результат, хороший или плохой, но на этом результат не заканчивался. Влияние того, что мы делали, продолжалось и после результата. Это будет продолжаться до тех пор, пока есть люди, которые что-то делают. Когда я думал об этом, причудливая сцена передо мной казалась трогательной.

— Если бы Гай мог это увидеть, он бы сошел с ума от ярости, — прокомментировал я.

—  Мой старик, да, наверняка...

Вспомнив суровое лицо Гая, мы с Ророа криво улыбнулись.

Он заставил меня опасаться за свою жизнь во время нашего боя, но теперь он остался только в моих воспоминаниях. Настроение немного испортилось, и я решил сменить тему.

— Так вот почему ты подготовила и это?

— Остальные все очень нарядные, — сказал Ророа. — Ты ведь хочешь, чтобы лодка, на которой мы плывем, тоже произвела впечатление, верно?

— И все же... неужели тебе пришлось вытаскивать «Ророа Мару»?

Действительно. В данный момент мы находились на палубе транспортного корабля-амфибии «Ророа Мару».

Если бы мы продолжали использовать Little Susumu Mark V, чтобы парить над водой все это время, то волны, которые он вызывал, разрушили бы маленькие лодки вокруг нас, поэтому в настоящее время мы установили его на минимум, необходимый для того, чтобы резиновая часть, которая удерживает воздух, натянулась, и были на берегу.

На палубе стояло несколько столов с аппетитно выглядящей едой, а также драгоценный камень для трансляции, установленный для показа моих вступительных слов.

— Ньяхаха, это как раз то, что надо, — с веселым смехом сказала Ророа. — Если нам все равно придется заставлять солдат, бегающих за охраной, тащить драгоценность на борт, то лучше иметь большой корабль. Это будет хорошей демонстрацией для транспортного корабля-амфибии.

Ророа смеялась, но Колберт, отвечавший за финансы, должно быть, держался за голову. Чем более пышным она делала мероприятие, тем больше нужно было готовиться к его охране, в конце концов.

Пожав плечами, я огляделся.

Джуна и Томоэ стояли у борта корабля, весело показывая на флот и смеясь.

— Эта сцена похожа на что-то из фантастики, — пробормотала Джуна.

— Это действительно красиво, да, Джуна? — согласилась Томоэ.

Они вдвоем стояли здесь ночью, когда томительная летняя жара угасла, на фоне темной реки и великолепных кораблей. Эта пара из красивой женщины и прелестной маленькой девочки создавала неплохую картину. Тем временем за столиками на палубе...

— Нямк, нямк, нямк.

— Ном, ном, ном.

Айша и Надин поглощали еду на столах.

Для Айши это было обычным делом, но Надин был из тех, кто не может устоять перед хорошей едой. Технически они должны были быть моими телохранителями, но... о, хорошо, они прекрасно справятся.

Язвительно улыбнувшись им двоим, Ророа сказал: — Было бы неплохо, если бы старшая сестра Сиа тоже смогла прийти.

— Я думал позвать ее, но мы не можем заставить ее, — сказал я.

Ребенок в животе Лисии, очевидно, постоянно рос. Однако это был критический период, поэтому я не хотел заставлять ее проделывать долгий путь и вызывать у нее ненужный стресс.

— Кроме того, Лисия в своем письме настояла на том, что «Ророа - звезда сегодняшнего дня, поэтому позаботься о том, чтобы быть для нее достойным эскортом.» — Так что я постараюсь быть с тобой все время сегодня.

— Ньяхаха, это точно старшая сестра Сиа, хорошо. — Ророа улыбнулась кривой улыбкой, в которой было немного счастья. — Теперь...  мой король, как насчет того, чтобы начать это шоу?

— У тебя получится, моя принцесса Ророа, — сказал я.

И я взял руку, которую она мне протянула.

***

— Скоро исполнится год с той битвы.

Голос Сомы эхом разнесся по реке, выбранной для этого мероприятия. На сцене, установленной на борту судна "Ророа Мару", Сома в роли короля произносил речь, открывающую фестиваль памяти Гая.

Ророа стояла рядом с ним, не отходя от него ни на шаг.

Стоя в гармонии, они олицетворяли солидарность между королевством Элфриден и княжеством Амидония, которые объединились в единое государство.

Эта сцена транслировалась по всей Фридонии через голосовую трансляцию. Сома продолжил свою речь.

— В этом конфликте обе страны пролили много крови, погибли люди. Мир, который мы имеем сейчас, зиждется на этих жертвах. Чтобы не забыть об этом, мы решили провести фестиваль памяти Гая, чтобы поразмышлять о достоинствах покойного сэра Гая.

Сома сделал паузу на мгновение, выравнивая дыхание, прежде чем продолжить.

— Даже сейчас я помню это. На заключительном этапе той битвы, когда он смело направился ко мне со своими ближайшими помощниками, сэр Гай предстал в героическом образе. Невозмутимый и искренний. Эти слова созданы для описания такого человека, как он. Хотя он потерпел поражение, он был истинным воплощением духа амидонского народа. Позвольте мне сказать это определенно. Я боялся Гая VIII!

Шумная река стала тихой. Все молчали, чтобы услышать, что скажет Сома .

— То, как он боролся, продолжая мстить королевству Элфриден, почти заставляло его казаться свирепым божеством. Для человека из королевства Элфриден он был необычайно сложным человеком. Однако я не могу отвергнуть это его упорство. Потому что, несомненно, это упорство было направлено на благо его народа. Оно было направлено на то, чтобы княжество Амидония возвысилось. Для такого воина, как сэр Гай, я уверен, это был единственный доступный ему путь.

— О, принц Гай, — стонал один человек в толпе.

— Твоя галантная фигура выжжена в моих глазах! — вскричал другой.

— Ты сохранил свою гордость воина! Может ли быть большее счастье?

С лодок доносились причитания бывших офицеров княжества.

Политика Гая была направлена на укрепление вооруженных сил, и это не могло не отразиться на положении жителей княжества, но, безусловно, все еще были те, кто уважал его достоинство.

У каждого человека есть свои хорошие и плохие стороны. Его больше не было среди нас, так почему бы не позволить им закрыть глаза на его недостатки и с нежностью обсуждать свои хорошие воспоминания? Не было необходимости продолжать бичевать его, когда он уже умер.

Зная, что это самая сложная часть, Сома повысил голос.

— Итак, позвольте мне объявить об этом здесь! Пусть обида, которую долго держала княжеская семья, утонет глубоко, вместе с сэром Гаем! Я унаследую его «любовь к своему народу»! Я буду защищать принцессу Ророа здесь всю свою жизнь, защищать жизнь и имущество жителей этой страны, независимо от того, откуда они родом - из региона Элфриден или из региона Амидония! Если я сойду с этого пути и сделаю что-нибудь, что заставит принцессу Ророа или ее народ плакать, сэр Гай, без сомнения, восстанет из Аида, встанет у моей подушки и проклянет меня до смерти! Чтобы избежать этого, я намерен исполнять свои обязанности короля наилучшим образом!

Когда Сома заявил об этом, с лодок поднялись громкие аплодисменты.

Казалось, он удовлетворил сердца амидонского народа.

Король победителей произносил речь перед побежденным народом.

Если бы он был высокомерен, они бы воспротивились этому, а если бы он был слишком слаб, они бы смотрели на него свысока.

Сома должен был быть осторожен с такими вступительными замечаниями, но ему удалось это сделать, сосредоточившись на достоинстве Гая.

Внутренне чувствуя облегчение, он завершил свое выступление.

— Ладно, хватит этих чопорных вступительных речей! Теперь нет ни царства, ни княжества! Пусть обиды и печали канут в Аид вместе с мертвыми! Сегодня давайте оплакивать ушедших и праздновать радость совместной жизни! Итак, пейте, ешьте и пойте! Вспоминая Гая и всех тех, кто покинул нас! Настоящим я объявляю об открытии фестиваля памяти Гая!.

При этих словах Сомы поднялось самое большое ликование за сегодняшний день.

— Не кажется ли тебе, что ты слишком высоко оцениваешь моего старика? — с ухмылкой спросила Ророа, когда я закончил свою вступительную речь.

Народ уже весело проводил время на реке.

На блестящих лодках люди пили, рассказывали истории, слушали игру музыкантов, а Джуна и ее лорелеи пели. Теперь не было ни Элфридена, ни Амидонии, и первоначальная цель - помянуть мертвых - была забыта. Но это было прекрасно. Потому что мы должны были праздновать. Живые должны были праздновать радость жизни всем, что у них сейчас есть.

— Ом, ном, ном, ном!

— Эй, эй, Айша, — буркнула Надин. — Не слишком ли много за один раз?

— Уф... — Айша била себя в грудь, как будто подавилась чем-то.

— Вот видишь, я же тебе говорила. Томоэ, принеси воды, — сказала Надин, ухаживая за Аишей.

— Хорошо, Надин!

О... Возможно, я слишком много праздную.

Я в отчаянии пожал плечами, положив руку на голову Ророа. — Возможно, я немного преувеличил, но в моих словах не было лжи. Сэр Гай действовал так, как считал нужным для этой страны.

Возможно, наши пути и не сходились, но я был уверен, что он прожил свою жизнь наилучшим образом. И как правитель, я мог ему в чем-то сочувствовать.

Поэтому, по крайней мере, я бы защитил Ророа и эту страну, доказательство того, что он существовал. Я бы связал то, что унаследовал от него, со следующей эпохой.

Пока я обновлял свою волю к этому, Ророа усмехнулся. — Когда ты сказал, что будешь защищать меня всю жизнь...?

— Конечно, я это имел в виду.

— Мвехехех. Я действительно люблю тебя, дорогая.

Ророа обвила руками мою шею и подпрыгнула, впиваясь поцелуем в мои губы.

Ой! У нее был слишком большой импульс, и наши зубы столкнулись. Я обхватил Ророа за талию, и Ророа зависла в воздухе. Это была странная позиция для поцелуя.

Когда через некоторое время Ророа отодвинула свое лицо от моего, она одарила меня самой лучшей улыбкой за сегодня.

— Я обещала это вместе с тобой! Так что, если ты не будешь заботиться обо мне всю жизнь, я не оставлю это просто так, дорогой!

_________________________

Минутка японской истории (Не  будем грузить именами и фактами)

**

Сугавара-но Митидзанэ изгнанный из столицы

Сугавара был учёным, поэтом и политиком, впавшим в немилость при дворе и умершим в изгнании .  Во время «Инцидента с ако:», поддержал императора Уду в его противостоянии. Этот поступок принёс ему большое политическое влияние.

Но аристократы были возмущены тем, что неблагородный учёный возведён в такие элитные чины. Они говорили следующего императора, сына Мотоцунэ лишить Сугаварут всего.. Сугавару лишили высокого положения, звания и титулов, понизив до незначительной должности управителя Дадзайфу. Там, в куда более суровых условиях, чем в Киото, ему пришлось испытать нелёгкое житье и тяжёлый труд.

После смерти Митидзанэ Киото поразил ряд бедствий  Разгневанный дух Сугавары-но Митидзанэ продолжал насылать на столицу бедствие за бедствием. В конце концов, император возвёл для него святилище и посмертно восстановил в ранге и должностях. А также убрал из официальных записей все упоминания об изгнании Митидзанэ. Тем не менее, это не упокоило духа, и бедствия продолжались. Наконец в 987 году, во времена правления императора Итидзё:, Сугавара-но Митидзанэ был обожествлён и возведён в высший ранг государственного ками (духа-бога). В северном Киото для него выстроили специальное святилище и устроили фестиваль в его честь. Митидзанэ стал известен под именем Тэмман Тэндзин — божество науки. Проклятию наконец-то пришёл конец.

***

Тайра-но Масакадо** мечтавший о регионе Канто и порабощенный...

Масакадо участвовал во внутренней борьбу земельной знати, что привело к формированию в Канто оппозиции правительства. В результате серий успешных походов против её лидеров Масакадо захватил земли, а также уничтожил государственные провинциальные администрации провинций

Захватив контроль над большей частью региона Канто и имея поддержку местных самураев, он решил основать независимое государство и пошёл на неслыханный в японской истории шаг, провозгласив себя Новым Императором.

В 940 году японское центральное правительство направило карательную армию против Масакадо под командованием лидеров знати. Они разбили их. Масакадо погиб в бою. Его голову отвезли в японскую столицу и выставили на всеобщее обозрение. После того как его голова была захоронена, появились люди утверждавшие, что видели, как голова покойного летала. Когда спустя почти 400 лет в Токио разразилась чума, её также приписали мстительному духу Масакадо

***

Хозяин и слуга не на одной волне

Недалеко от города Беппу на востоке молодой юноша из племени снежных обезьян по имени Ку Тайсэй, сын нынешнего главы республики, ехал верхом на нумоте, пробивавшемся сквозь снег и лед. Он направлялся в гости к своему другу детства кузнецу Тару со своей служанкой Лериной.

Лежа на спине нумота, Ку безучастно смотрел в небо.

Там было голубое небо и белые облака. Отчасти потому, что приближалось лето, сегодня был ясный день. Однако в этой стране, когда наступала зима, густые облака закрывали небо, а частые метели препятствовали передвижению людей. Это означало, что люди обычно сидели дома, что делало их еще более интровертами.

Если бы только такая погода продержалась подольше...

Ку всегда говорил, что быть сыном главы республики ему не подходит, но он хотел изменить ситуацию в этой стране. Зимы здесь были слишком мрачными. Он предпочитал, чтобы все было ярким. Он хотел, чтобы мужчины и женщины в городе улыбались с хорошим настроением. Поэтому он старался хотя бы улыбаться сам, но это была не та проблема, которую он мог решить без посторонней помощи.

Если бы я только знал, что делать, я мог бы упорно трудиться, чтобы сделать это... - размышлял он.

— О чем-то думаете, мастер Ку?

Лицо Лерины вошло в поле зрения Ку. Поскольку он лежал головой на коленях Лерины, ее лицо казалось перевернутым, когда она смотрела на него сверху вниз.

Ку и Лерина были хозяином и слугой, но они знали друг друга с раннего детства, поэтому были близки. В юности они часто играли вместе с Тару, и в те времена Лерина была для них как старшая сестра, потому что была немного старше. Поэтому не было ничего неестественного в том, что его голова покоилась у нее на коленях.

— Хм... я думал о том, как заставить всех улыбаться. — Ку потянулся, отвечая.

— Это было бы просто... если бы вы просто открыто выражали свои чувства, вы всегда такой скрытный, что трудно понять, воспринимает ли она вас всерьез.

— ...чего? О чем ты говоришь? — спросил Ку, чувствуя, что они говорят не об одном и том же, что заставило Лерину наклонить голову в сторону.

— А? Это было не о Тару?

Ку думал о том, как заставить жителей республики улыбаться, но Лерина не могла представить, что он думает о чем-то настолько серьезном, поэтому она не поняла и решила, что он думает о девушке, которую любит.

Ку понял, что Лерина ошиблась, заметив, что он думал о чем-то нехарактерно серьезном для своего всегда веселого характера, и поскольку ему было неловко сообщать об этом Лерине, он решил продолжить.

— Хм? О, ты права. В последнее время Тару стала колючей. Раньше она охотнее улыбалась.

— Вы так говорите, но разве тогда вы не были более честны со своими чувствами? — спросила Лерина.

— А? Я всегда говорю ей о своих чувствах.

— Я говорю вам, что то, как вы это делаете, искажено. Когда мы были маленькими, вы подарили ей венок из белых цветов, верно? Это сделало Тару счастливой!  Но в последнее время вы пытаетесь заставить ее ревновать, приставая к таким же мохнатым девушкам, как она. Это дает обратный эффект.

— Ооки... но если этого не делать, то в последнее время она даже не смотрит на меня, — угрюмо сказал Ку.

— Я понимаю это чувство, но... — Лерина вздохнула.

Она прекрасно понимала, почему эти двое были на разных страницах. Ку играл в шутника, но у него был потенциал стать следующим главой республики. Тару старалась овладеть своим ремеслом кузнеца, чтобы не остаться позади него. Чем больше Тару посвящала себя работе, тем больше она пренебрегала Ку, и чем упорнее Ку пытался привлечь внимание Тару, тем больше упрямился он.

Можно сказать, в конечном счете, что они - люди одного типа...

Суть дела в том, что они оба были упрямы. Ни один из них не признает поражения другого, а их упрямые попытки выставить себя в выгодном свете ставят их в тупик.

Что ж, именно это и освобождает место для меня...

У Лерины всегда были чувства к Ку.

Именно Ку обладал наибольшим потенциалом для создания нового будущего для этой страны, и Лерина всегда хотела быть рядом с ним, наблюдать за ним. Было бы справедливо сказать, что она тосковала по нему. Она не хотела вставать на пути Ку и Тару и хотела поддержать их, поэтому надеялась, что ей позволят остаться рядом с ним.

Но господин Ку никогда не пытался ухаживать за мной...

Чтобы заставить Тару ревновать, Ку приставал к девушкам-зверушкам с пушистыми ушами и хвостами, как у нее. Короче говоря, он приставал к девушкам, похожим на Тару.

Но если он пытался сделать именно это, то кроличьи ушки Лерины тоже должны были подойти. Однако Ку никогда не приставал к Лерине.

Неужели я такая непривлекательная... мастер Ку?

Размышляя об этом, Лерина неосознанно погладила Ку по голове.

Оокиа?! Ку был сильно удивлен этим. Это было неуважительно, потому что она, будучи его служанкой, должна была погладить своего господина по голове.

Когда Ку поднял на нее глаза, Лерина смотрела куда-то вдаль, ее мысли были заняты другим.

Что? Лерина... О чем ты думаешь?

Понимая, что она действовала бессознательно, Ку решил ничего не говорить. Обычно ему нравилось видеть, как его действия портят людям жизнь, но он не хотел ставить ее в неловкое положение, указывая на ее ошибку.

Черт, это меня напугало...

Ку не приставал к Лерине... потому что, если бы он к ней приставал, это не закончилось бы просто шуткой. Если бы он сделал это с кем-то, с кем встретился впервые, они бы отнеслись к этому как к простому подшучиванию. Однако из-за его близких отношений с Лериной, если бы он пошутил, приставая к ней, это причинило бы ей боль. Он любил только Тару, но Лерина тоже была важна для него. Поэтому Ку никогда не пытался ухаживать за ней.

«Поэтому я хотела бы, чтобы он перестал бессознательно пытаться соблазнить меня...» вздохнула про себя Лерина. Неужели мне нужно больше демонстрировать свою женственность...?

Ку и Лерина, как и Ку и Тару, тоже находились во сложных отношениях из-за того, как сильно они заботились друг о друге.

Но нумоты шли вперед, ведя за собой двух людей, которые не были на одной волне.

***

Лисия пишет письмо

— Дорогой Сома , как дела? Я слышала, что ты отправился в холодное место, и я беспокоюсь, что ты испортишь свое здоровье. Погода здесь продолжает быть....

— Подождите, это слишком формально! — Лисия скомкала все, что написала до сих пор, в клубок и бросила его на пол.

Это была комната Лисии в замке Парнам, но пол был усеян такими же скомканными бумагами. Она потратила впустую большое количество бумаги, которая, будучи благородной, могла легко получить ее, но все же была ценным товаром, но это было простительно, по крайней мере, на сегодня.

Она писала письмо, чтобы передать что-то важное своему жениху, Соме. Но, не в силах выразить это словами, Лисия схватилась за голову.

Сома отправлялся в дипломатический вояж в холодную республику Тургис на юге. Лисия честно хотела сопровождать его, но поскольку ее здоровье в последнее время ухудшилось, в этот раз ей пришлось держать оборону дома. Затем ее осмотрела Хильда, лучшая женщина-врач в королевстве.

— Принцесса, о причине вашего плохого самочувствия. Вы... — Хильда наклонилась и прошептала свой диагноз на ухо Лисии.

Услышав это слово, лицо Лисии побелело от шока, а затем из глубины ее желудка поднялось чувство эйфории. Наконец, успокоившись, она начала чувствовать себя все более и более неуверенно.

Диагноз привел окружающих в неистовую активность, но самой Лисии теперь было приказано отдыхать, и делать ей было нечего.

Пока что она взялась за перо, чтобы сообщить Соме новости, но никак не могла найти способ сформулировать их так, чтобы ей понравилось.

Затем раздался стук в дверь.

— Да, входите! — позвала Лисия.

В комнату вошла Надин, подруга невесты, которая тоже оставалась дома. — Лисия, ты все... подождите, здесь какой-то беспорядок?

Она звучала раздраженно, глядя на катастрофическое состояние этой комнаты с разбросанными по полу неудачными письмами.

— Ахаха... — Лисия неловко рассмеялась. — Я писала письмо Соме, чтобы он узнал о моем диагнозе, но... все идет не очень хорошо.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, но если ты будешь переутомляться, разве не получится так, что ты снова почувствуешь себя больной?

— Сейчас я чувствую себя сравнительно спокойно.

— Боже правый... —  Надин поднял одну из отброшенных бумаг и просмотрел ее. — Есть только одна вещь, которую ты должна ему сказать.Почему бы просто не написать это?

— Но если подумать, что будет чувствовать Сома , когда прочтет это... Я действительно не могу написать только одну вещь.

— Что ж, справедливо. Я уверен, что он будет очень удивлен. — Надин сел на кровать Лисии. — Так удивится, что может прилететь прямо сюда. Не то чтобы Сома умел летать.

— Это нехорошо! У Сомы будет не так много шансов не спеша осмотреть другую страну, поэтому мне нужно написать, чтобы он выполнил свой долг в этом письме.

— Как ты думаешь, предупредить его в письме будет достаточно, чтобы Сома послушался?

Лисия покачала головой в ответ на вопрос Надин. Сома был ориентирован на семью, и когда речь шла о члене его семьи, его поле зрения сужалось. Если бы ему сообщили об этом диагнозе, она подозревала, что он поспешил бы вернуться в деревню. Написание в ее письме о том, что ему не следует этого делать, скорее всего, его не остановит.

— Сначала надо написать Айше, — решила Лисия. Она напишет письмо Айше и попросит ее сдержать Сому.

Когда Лисия повернулась обратно к своему столу, Надин пожала плечами.

— Думаю, с этим мы можем быть спокойны.

— ...Действительно можем?

— А?

Рука, держащая перо Лисии, остановилась, когда она задумалась об этом. — Айша делает практически все, что скажет ей Сома. Она может удерживать его силой, но если Сома серьезно прикажет ей отпустить его, я думаю, она это сделает. — Хм... чтобы остановить этого чрезмерно заботливого Сому, мне нужно будет убедить его в своей правоте с помощью логики.

— Ты убедишь?

Видя, как Лисия придумывает многоуровневый план, чтобы удержать Сому от возвращения, Надин это немного обескуражило. В глубине души Лисия, конечно, хотела, чтобы Сома поскорее вернулся домой, но она твердо приказала ему не делать этого для его же блага.

Кого ты называешь чрезмерно заботливым? Ты сама проявляешь излишнюю заботу, Лисия.

В конце концов, они были мужем и женой... нет, женихом и невестой.

Надин внутренне возмутилась, но Лисия продолжала бормотать, не замечая этого.

— Может, мне все-таки не стоит находиться в замке? Если он знает, что не сможет увидеть меня сразу же, вернувшись в замок, думаю, это должно держать под контролем желание Сомы вернуться домой. — Затем Лисии что-то пришло в голову, и она хлопнула в ладоши. — Я решила. Я покидаю замок.

— А?! Что ты говоришь, ведь ты больна?! — воскликнула Надин.

Однако Лисия усмехнулась. — Я знаю, почему мне сейчас нездоровится. Через некоторое время все уляжется. Кроме того, я сказала, что покину замок, но только для того, чтобы отдохнуть в сельской местности, где воздух более свежий. Так получилось, что бывшие владения моего отца, которые теперь являются частью коронного поместья, как раз такое место.

— О! Вы просто собираетесь отдохнуть, да...

Облегчение Надин заставило Лисию хихикнуть.

— Это хорошая возможность, так что я попрошу матушку научить меня разным вещам, пока я там. Дальше... мне понадобятся эти знания. — Сказав это, Лисия повернулась обратно к столу. — Теперь, когда все решено, я должна сообщить об этом Соме. Если я напишу: «Ты не сможешь меня увидеть, даже если вернешься сейчас», он не станет пробиваться сюда силой, я уверена. О! Мне придется сказать Айше, чтобы она тоже не позволяла ему возвращаться.

Глядя на то, как перо Лисии радостно танцует по странице, Надин преисполнилась отчаяния. — ...О, просто делай, что хочешь.

Не в силах больше терпеть все это, Надин вышла из комнаты.

Оставшись в комнате одна, Лисия быстро начала писать.

— Я беременна.

***

Нелепая история Юноны

— Если подумать, то в то время ходили слухи о том, что господин Маленький Мусашибо – «искатель приключений кигуруми», — неожиданно сказала Юно.

Мы с Юной теперь встречались раз в неделю на час или два, чтобы поговорить. Мы делали это с самого первого раза.

Я выносил стеклянный стол и стулья на террасу офиса по правительственным делам в замке Парнам и беседовал с Юной за легкой едой из ресторана.

Кроме того, из напитков были сок и чай, никакого алкоголя. Если бы мы напились, возникла бы проблема безопасности, не говоря уже о том, сможет ли Юнона нормально добраться до дома. Это было похоже на чаепитие поздним вечером.

Юнона потягивала чай, вспоминая события. — Были и другие странные истории о призраках.

— О, что это были за истории? — спросила Айша, сидя рядом с нами. Во время разговора она запихивала в себя бутерброды.

Все мои невесты знали, что я встречаюсь с Юно, как и подобает, и я приглашал их иногда участвовать в наших чаепитиях. Я не хотел, чтобы кто-то ошибочно заподозрил, что это были романтические свидания и я им изменяю.

Айша и Джуна (и Лисия, но она была в отъезде) были по крайней мере знакомы с Юно, а Ророа и Надин тоже не отличались застенчивостью, так что они быстро привыкли к ней. Если уж на то пошло, у меня возникло ощущение, что Юно была единственной, кто чувствовал себя напряженно.

— Я - Юно, и я часто отправляюсь в приключения с Сомой... э-э, я имею в виду Его Величеством... э-э, не лично, я имею в виду с его марионеткой...

Так она заикаясь представилась Айше, но, кажется, после третьего раза привыкла.

Но я отвлекаюсь. Давайте вернемся к истории о призраке, которую должна была рассказать Юно.

Например, «Ночью в замке видели гигантскую змею» или «Кости гигантской саламандры перед музеем двигаются по ночам».

— Первое, должно быть, Надин, — сказал я. — А вот насчет второго понятия не имею.

— Вы имеете в виду скелетный экземпляр перед Королевским музеем? Он двигается? — спросила Айша.

— Не припомню, чтобы я разрешал этот трюк... —  пробормотал я.

Мы с Аишей оба были в недоумении.

— Это просто слухи, — объяснила Юно, попивая свой чай. — Они думают, что «душа владельца костей все еще живет в них и заставляет их двигаться», видимо. Как дракон-череп, знаете?

Дракон-череп - это чудовище, созданное из костей дракона, который умер с затянувшимися сожалениями. Кости начинали двигаться и распространяли миазмы по округе. На самом деле, независимо от того, умер дракон с затянувшимся сожалением или нет, если кости пролежали много лет, они могли спонтанно превратиться в дракона.

— Но эти кости - копия, вы понимаете? — сказал я. — Я отправил оригинал на изучение.

— Ооо, тогда я полагаю, что душа оригинала никак не может быть внутри, — сказала Айша.

— Я не знаю, — пожала плечами Юно. — Я просто говорю, что это слухи.

Хм... это звучало как просто история о призраке. В другом мире были такие истории, как «бегущая статуя Ниномия Киндзиро»** или «портрет Бетховена в музыкальной комнате, который улыбается посреди ночи». — Возможно, люди просто говорили о том, что ночью что-то движется, потому что думали, что это будет жутко.

Пока я думал об этом, я понял, что Юнона смотрит на меня.

— ...Что? — спросил я.

— О, нет. Я просто подумала, что эта история с костями может быть связана и с тобой тоже.

— Не надо валить все на меня. Ну, я уверен, что мог бы перемещать их с помощью своих «Живых полтергейстов», но я этого не делал.

— Нет, но большой процент странных слухов до сих пор был связан с тобой или кем-то из твоих людей.

— Я просто не вижу смысла в том, чтобы заставить двигаться образец скелета. Никто не стал бы делать что-то настолько бессмысленное, как... Ах!

Был один человек. Тот, кто стоял на тонкой грани между гениальностью и идиотизмом, кто создал Мехадру, не имея возможности двигать ее.

Позже, когда я попросил Людвина привести ее на допрос в офис по правительственным делам, Женя ответила без малейших признаков чувства вины: — Ооо, я рада, что кто-то заметил.

Я знал, что это должна быть она.

— Сама установка проста, видите ли. Я вставляю резиновый материал в плечи и другие суставы. Образец находится в месте, куда попадает много солнечного света, поэтому материал расширяется от тепла днем, а ночью остывает и сжимается. Из-за этого меняются углы наклона рук и т.д. Если вы будете проверять его ежечасно, то увидите, что он движется, хотя и совсем немного.

Если люди все время стояли и смотрели, то изменения были слишком тонкими, чтобы их заметить, но прикол был в том, что если кто-то, увидевший образец скелета утром, снова посмотрит на него вечером, то подумает: — А? Он отличается от того, что я видел утром, верно?

Для чего она это сделала?

— Истинная сущность призрака находилась на тонкой грани между гениальностью и идиотизмом... —  пробормотал я.

— Женя... Почему ты делаешь такие вещи? — Людвин схватился за голову из-за странных выходок своей невесты.

Да, держись, Людвин.

— Я знала, что это должен быть кто-то, связанный с тобой, — с досадой сказала Юно, когда позже я рассказал ей, как все прошло.

— Я не могу этого отрицать, но я не могу принять то, как ты это говоришь, как будто это моя вина.

— Но ведь это ты нанимаешь того чудака, верно?

— Ну, да, но...

Пока я был не в состоянии оправдываться, Юнона засмеялась.

— Ты сказал, что хочешь узнать о том, что происходит в городе, но, судя по тому, как я стою, похоже, что все самое интересное происходит вокруг тебя. Не похоже, что тебе когда-нибудь станет скучно.

— Ну, нет, мне никогда не бывает скучно, — признался я. — Я просто завален работой каждый день.

— Это хорошо, верно? Я стала искателем приключений, потому что не хотела бы жить скучной жизнью, но мне кажется, что ты можешь жить без скуки независимо от того, какую работу ты выберешь. Все дело в том, как ты к этому относишься.

— О, теперь ты готова бросить жизнь в приключениях?

— Не говори глупостей. Эта жизнь мне подходит, — сказала Юно, высунув язык.

Я рассмеялся. Было очень весело разговаривать с человеком, который обычно вел совершенно иной образ жизни, чем я.

— О! — сказала она. — Раз уж мы заговорили об этом, мне кажется, я вспомнила еще один слух, который ходил вокруг!

— ...О чем на этот раз?

— По крышам в городе очень быстро бегают какие-то твари. Там были силуэты, похожие на обезьяну, кролика и ящерицу, как я слышала.

— ...

Это явно были люди, которых я знал. Честно говоря... никогда не было недостатка в вещах, о которых можно поговорить.

***

Медсестра Джуна

— ...А? — Джуна вздохнула.

В горячем источнике в городе Беппу в Республике Тургис, когда Джуна и Сома были вместе в ванне под открытым небом, Сома внезапно начал терять сознание.

— Дорогой? — Джуна поймала его голову в свои руки, когда он упал на ее широкую грудь. Глядя на него, он был красным, как вареный осьминог. Симптомы человека, у которого от жары закружилась голова. — О-о, нет! Мы должны вытащить тебя из воды, сейчас же!

Джуна вытащила Сому из воды и потащила его в сторону раздевалки.

Будучи командиром в морской пехоте, Джуна могла сама нести Сому. Когда она это делала, его самые интимные места были хорошо видны, но сейчас у нее не было времени беспокоиться об этом.

Джуна отнесла его в раздевалку, одела его и пошла звать кого-нибудь... и тут она поняла, что тоже раздета. Хотя ей нужно было торопиться, ведь она, как незамужняя женщина, не могла позволить никому, кроме своего жениха Сомы, увидеть ее обнаженную плоть.

— Простите, господин, пожалуйста, подождите минутку. — С этими словами Джуна поспешно оделась и поспешила за кем-то.

Все их спутники либо напились до беспамятства, либо были в отъезде, поэтому Джуна попросила персонал гостиницы отнести Сому в комнату, где они остановились. Персонал гостиницы согласился с ее предположением, сказав: «Наверное, жара просто доконала его», поэтому она решила дать ему полежать и остыть.

Поблагодарив персонал, Джуна положила голову Сомы себе на колени, а на лоб положила прохладную ткань, обдувая его лицо.

Глядя на бессознательное лицо Сомы, Джуна извиняющее опустила глаза. — Это потому что... я слишком долго не решалась?

По правде говоря, Джуна была готова войти в ванну сразу после того, как это сделал Сома. Однако, когда пришло время, она вдруг смутилась.

— Это... мне тоже было неловко..., — пробормотала она.

Джуна смело вела себя так: «Я не против, чтобы меня видели обнаженной, если это делаешь ты», но она была Джуной девой, и от того, что она увидела его обнаженным, и от того, что ее саму увидели обнаженной, у нее все время колотилось сердце.

Из-за ее нерешительности Сома пробыл в ванне дольше, чем она, и у него закружилась голова от жары.

«По правде говоря... у меня не так много самообладания из-за того, что я старшая, сир,» - подумала Джуна, глядя на Сому с закрытыми глазами.

Сома и другие его невесты смотрели на Джуну как на старшую сестру, но в некотором смысле она пыталась вести себя более взросло, чем была. Когда она чувствовала, что это идеальное представление о ней, которого придерживаются люди, она не могла не стараться быть такой.

В последнее время Сома начал понимать эту ее особенность, поэтому он стал разговаривать с ней так, будто они одного возраста, когда они оставались наедине, как это было только что, но...

Дело в том, что Айша и Надин должны быть старше меня.

Хотя эти два представителя долгоживущих рас упрямо не хотели раскрывать свой истинный возраст, они, скорее всего, прожили гораздо дольше, чем Джуна и остальные. Она была немного недовольна тем, что, несмотря на это, они обращались с ней так, будто она старше их. Да, это было связано с высоким умственным возрастом Джуны, но...

Джуна убрала ткань со лба Сомы и похлопала его по лбу.

— О, но возможность слышать жалобы Его Величества может быть одним из преимуществ этой должности.

Джуна вспомнила, что сказал Сома в ванной.

Он сказал, что слишком много узнал о Ку и других, прежде чем узнать о республике. Если когда-нибудь наступит время, когда ему понадобится стать враждебным по отношению к республике, он боялся, что не сможет отдать приказ к бою. Даже когда все остальные расслаблялись на вечеринке, Сома думал о своих обязанностях короля. Беспокоился, не ставя никого в известность.

В те времена я тоже... беспокоились о многом.

Она вспомнила ту ночь, когда война с коррумпированными дворянами и княжеством Амидония была уже близка. Джуна по просьбе Лисии спела колыбельную для бессонного Сомы.

Ты не изменился с тех пор. Мне это нравится.

Должно быть, с тех пор было много случаев, когда ему, как королю, приходилось принимать решение. Причина, по которой Сома сейчас был в растерянности, заключалась в том, что даже после этих решений он не утратил своей природной доброты.

Он был королем, но не мог полностью стать им. Таков был Сома.

Это может быть слабостью, и только перед Джуной Сома мог хорошо показать эту слабость. Перед другими своими невестами он всегда старался быть жестким.

— Я думаю, что ты прекрасно справишься с потаканием молодому парню, который пытается показать себя сильным, — сказала тогда Лисия.

Когда Сома находился перед Джуной, он был готов показать сравнительно слабую сторону себя. Это вызвало в ее груди сладкое чувство превосходства над другими невестами. Почувствовав это, она подумала: — Простите все.

— Все в порядке, сир, — пробормотала она. — Я скрою вашу слабость.

Она произнесла те же слова, что и в тот раз, с осознанием собственных чувств, которые не изменились с тех пор... нет, с тех пор они стали еще сильнее. И тогда...

— ...Джуна? — Похоже, что Сома проснулся.

— О! Ты проснулся?

Джуна объяснила, что он потерял сознание в горячих источниках, и она перенесла его сюда с помощью персонала гостиницы.

Когда он узнал, что она хорошо рассмотрела различные части его тела, пока он был в отключке, Сома натянул смущенную, вынужденную улыбку. После этого они наслаждались спокойным моментом вместе, когда...

— Кстати, Айша и остальные вернулись? — неожиданно спросил Сома.

Джуна внутренне немного обиделась. Ну и дела... наконец-то мы можем побыть вдвоем, а он думает о других людях.

Ей хотелось, чтобы мысли Сомы были заняты только ею. Чтобы...

— Чтобы мы могли заниматься подобными вещами. — Джуна прижалась губами к губам Сомы.

Его удивленные глаза видели только Джуну. Удовлетворенная, Джуна озорно хихикнула. Ее улыбка обладала достаточной силой, чтобы поразить любого, кто ее увидит.

— Может, оставим тот факт, что мы вместе приняли ванну, в тайне? — очаровательно спросила Джуна, и Сома больше не мог отвести от нее взгляд.

***

Стражи бога еды

Зал ожидания губернаторского особняка в новом городе Венет королевства Фридония сегодня, как и каждый день, был заполнен амбициозными женщинами, уверенными в своей красоте, стремящимися стать женами министра сельского и лесного хозяйства Пончо Ишидзука Панакотта.

— Я займу место главной жены, с моим прекрасным лицом.

— Хмф! Это я завоюю сердце сэра Пончо.

Каждая из ожидающих женщин верила, что именно она выйдет замуж за богатого Пончо.

И все же среди них была одна женщина с суровым выражением лица.

Это была женщина лет двадцати, не менее красивая, чем другие хвастливые женщины, но на ее лице было отчаянное и почти трагическое выражение, когда она смотрела на окружающих ее женщин.

Эту битву... будет не так-то просто выиграть.

Глядя на окружающих ее восторженных женщин, собравшихся здесь, чтобы обсудить возможный брак, женщина свела руки вместе и переплела пальцы.

Она тоже поначалу считала, что сможет легко соблазнить такого мужчину, как Пончо, своим красивым лицом. Однако от других женщин ее отличало то, что перед этой встречей она тщательно собирала информацию, чтобы ее добыча не ускользнула от нее. Таким образом, собирая информацию, она быстро поняла, насколько сложной будет эта встреча.

Примечательно, что, несмотря на количество встреч, никому не удалось добиться помолвки с Пончо.

Хотя многие женщины считали, что Пончо легко соблазнить, никому еще не удавалось это сделать. Она пыталась расспросить тех, кому это не удалось, но, как будто в их историях было что-то скандальное, никто из женщин не говорил об этом ни слова.

Однако из всего этого она узнала только одну вещь. Служанка, работавшая в доме одной из таких женщин, услышала, как ее хозяйка пробормотала что-то:

— У Пончо страшный опекун.

Опекун. Вспомнив это слово, женщина почувствовала, как напряглось ее тело. В этом не было сомнений. Тот, кто отвергал потенциальных кандидаток на брак сэра Пончо, был этот опекун, или как его там.

Но если я буду знать заранее, что такой человек есть, я смогу принять контрмеры.

Она делала ставку на эту встречу.

Я собираюсь удачно выйти замуж и изменить свою судьбу!

Дело было не в том, что она испытывала чистую привязанность к Пончо. Просто у нее было больше амбиций, чем у других женщин, окружавших ее.

— Вы хотите стать женой сэра Пончо? — неожиданно спросил голос.

— А?!

Когда она повернулась, чтобы посмотреть на человека, который внезапно заговорил с ней, перед ней стояла симпатичная девушка с заплетенными в косички волосами. Ее кожа была слегка загорелой, а яркое цветное платье ей очень шло. Неужели эта девушка тоже пришла обсудить возможный брак?

— ...Да. Это неправильно? — настороженно сказала амбициозная женщина, но девушка с косичками покачала головой.

— О, нет. Просто у меня было чувство, что вы отличаетесь от других женщин. Я подумала, что вы можете полюбить сэра Пончо.

— Мир знати не настолько прост, чтобы выходить замуж по любви, — сказала честолюбивая женщина, отводя глаза от невинной на первый взгляд девушки с косами. — И мои родители, и  мой старший брат - посредственные, но добродушные мелкие дворяне. Нет никакой надежды, что они расширят свои владения, и я вижу только будущее, в котором они в конечном итоге окажутся в долгу перед кем-то, и тогда я буду выдана замуж за дом, который сможет взять на себя их долг. Я не хочу этого.

— ...

—  Вот почему я хочу выйти замуж за сэра Пончо, который так многообещающ, и построить будущее для себя! — Она не знала, почему она так откровенна во всем этом, но чистые глаза девушки заставили ее захотеть быть упрямой.

Девушка с косами посмотрела на нее с мягким выражением лица. — Понимаю. Я думаю, это прекрасное чувство.

Мгновение спустя честолюбивую женщину позвала одна из служанок Дома Панакотта.

Наконец-то настал ее черед для встречи!

Когда она шла по коридору, ведомая служанкой, мимо нее прошла одна из тех женщин, которые уверенно хвастались в приемной. Куда делась эта уверенность? Ее лицо исказилось, и она торопливо убегала.

Должно быть, она попала под удар того опекуна, подумала честолюбивая женщина. Мне нужно подготовиться к этому...

Наконец, когда ее провели в кабинет Пончо, она столкнулась с тем самым стражником, о котором ходили слухи. Позади Пончо с тихой улыбкой стояла потрясающе красивая служанка.

— А?!

Интенсивная волна страха, исходящая от этой красивой служанки, заставила ее ноги застыть от страха.

Но... я не сдамся! Ей удалось как-то выдержать этот взгляд.

И тут она услышала сзади себя нежный голос. — Простите меня.

Неужели кто-то вошел, когда она должна была быть в середине встречи? Когда она удивленно оглянулась, там была девушка, которая до этого была в комнате ожидания. Девушка подошла к Пончо и встала позади него, напротив красивой служанки.

В этот момент честолюбивая женщина почувствовала, что произошло, и у нее подкосились колени.

— О! С вами все в порядке? — обеспокоенно спросил Пончо. — Да?

Она не могла даже поднять лицо, чтобы ответить на его вопрос.

За мной следили... все это время... с того момента, как я вошла в приемную...

Не было никаких сомнений, что девушка с косами связана с Пончо. Миссия девушки, должно быть, заключалась в том, чтобы выяснить намерения тех, кто находился в приемной. Собрав информацию и узнав об опекуне на стороне Пончо, амбициозная женщина успокоилась.

Нет... не говорите мне, что защитников было двое...

Когда она стояла на коленях, раздавленная, в поле ее зрения попали две маленькие ноги.

Когда она подняла голову, перед ней стояла та самая прекрасная служанка.

— Я слышала о ситуации от Комаин, и твоя смекалка и способности к сбору информации исключительны. Как насчет этого? Хотите ли вы работать служанкой в замке? — С этими словами Серина протянула руку женщине, которая ошеломленно молчала. — Многие высокопоставленные вельможи приезжают и уезжают из замка. Возможно, вы встретите кого-нибудь, кто вам подойдет.

Честолюбивая женщина почувствовала возможность, и без колебаний взяла Серину за руку. — Ах! Я сделаю это!

В результате того, что Серина набирала людей, которые казались ей полезными, Пончо все еще не нашел себе невесту, но штат прислуги замка пополнялся и расширялся.

Кроме того, хотя это и отступление, в будущем эта амбициозная женщина, работая во дворце, встретит сына знатного вельможи и выйдет за него замуж, но... это уже история для другого раза.

***

Послесловие от автора

Привет! На этот раз у нас была арка "Республика".  С присоединением Ку, Лерины и Тару из Республики, приходит новая эпоха на следующий этап с молодыми людьми во главе... и все же, Лисия теперь в декретном отпуске.

Не думаю, что вы найдете много сериалов, в которых главная героиня временно отстраняется от сюжета из-за декретного отпуска.

Состав этой истории как всегда странный, но я надеюсь, что вы останетесь со мной.

Теперь о том, что я написал в четвертом томе об истинной ценности веб-романов, на это был некоторый отклик, так что, думаю, я скажу еще немного.

Когда вышел четвертый том, я хвастливо написал, что истинная ценность веб-романов в том, что вы можете писать столько, сколько хотите, не беспокоясь о длине, но у них есть еще одно достоинство.

Вы можете сами выбирать время, когда они будут опубликованы как книги.

Вот и все.

Конечно, если вы не решите самостоятельно издавать физические книги, необходимо, чтобы издатель обратился к вам по поводу прав на печать. Я говорю о сроках выпуска физических книг после того, как с вами свяжется издатель.

Например, при присуждении премии новому автору результаты объявляются на домашней странице издательства с громким криком.

— Этот роман выиграл главный приз. Скоро он будет опубликован!!.

Это объявляется таким образом, что также действует как реклама. Новые произведения должны привлечь внимание читателей, так что это правильный способ сделать это. Однако это также накладывает временные ограничения на публикацию произведения. Если промежуток слишком велик, люди спрашивают: — Когда же будет опубликовано т о произведение, которое получило главный приз?

В связи с этим, когда речь идет о веб-романах, даже если придет запрос на публикацию романа в печати, можно повременить с ответом. Если вы не уверены в себе, или беспокоитесь о реакции читателей на еще не опубликованные части произведения, или у вас недостаточно материала, вы можете отложить ответ на просьбу о публикации.

Естественно, некоторые издательства могут не разрешить вам откладывать публикацию. Однако такие издательства, как Overlap, будут ждать, если вы их об этом попросите.

Запрос на публикацию в виде романа поступил как раз тогда, когда я писал финал первого тома веб-версии романа. Это было примерно в то время, когда люди начали обращать внимание на эту историю. Однако я попросил отложить  мое решение.

Моя причина заключалась в следующем: "Я не знал, будет ли принята читателями арка "Порабощение", которая войдет во второй том, или послевоенная арка, которая составит части третьего и четвертого томов", и "Если я не смогу дописать до последней сцены четвертого тома, я не уверен, что смогу завершить историю".

Благодаря этому, я был благословлен читателями, которые остались со мной после "Порабощения" и послевоенного периода, и я обрел уверенность, чтобы продолжать писать эту историю, поэтому я решил принять просьбу примерно тогда, когда написал последнюю сцену четвертого тома.

И вот мы подошли к настоящему моменту.

Если бы я тогда сразу принял просьбу о публикации... я уверен, что сейчас я был бы в другой ситуации. Я медленный писатель, и было несколько случаев, когда я откладывал написанное, думая:" Это не то", а потом переделывал.

Если бы я начал свою карьеру профессионального автора, не имея ни уверенности, ни запаса материала... эта мысль пугает меня. Наверное, у меня не было бы такой свободы действий, а еще меньше свободы, чтобы написать историю так, как я хочу. В моем случае был риск, что после того, как я один раз облажался, моя воля могла сломаться.

Писатели работают сами на себя и сами за себя отвечают. Если среди вас есть начинающие авторы, читающие это, я хочу, чтобы вы помнили, что такой выбор - это вариант.

Все в порядке.

Теперь я выражаю благодарность Фуюки, извиняясь за то, что в этот раз попросил четыре новых дизайна персонажей, Сатоси Уэда, чьи черновые наброски манги я с удовольствием читал, а также моему редактору, дизайнерам, корректорам и всем, кто сейчас держит эту книгу в руках.

Это был Додзёмару.

____________________________________

***

Послесловие от переводчика

Здравствуйте,  спасибо всем кто поддерживает перевод в комментариях.  Спасибо так же за каждое "спасибо за главу" в виде лайка.

Перевод содержит все бонусные и доп истории.

Просто радуйтесь новым главам.

Немного о 8 томе.

8 том  содержит 12 глав  сюжетных (основных) , а так же пролог и эпилог, что говорит о довольно насыщенной действиями арке. Дополнительные глав в томе нет (предполагаю из за объема), но как всегда, есть небольшие бонусные рассказы.

Что ж к сюжету....нет это не спойлер, это трейлер)

Сома встречается с огромным количеством монстров, появляющихся в «Демонической волне», группа малых и средних стран, известная как Союз восточных наций, сталкивается с кризисом.  Стоя плечом к плечу с бывшим врагом, Сома использует силу своих подданных в операции по спасению Ластании!

Домен Владыки Демонов раскинулся на севере континента Ландия.

Это была земля, которую человечество потеряло, когда однажды внезапно появилось огромное количество монстров. Теперь дикие монстры бегали по этой земле, и ходили слухи, что в глубинееё скрываются демоны с их Владыкой. Однако, такие слухи были не более чем догадками, и было бы справедливо сказать, что реальная ситуация внутри в это время была совершенно неизвестна.

Хотя это место и называлось доменом Владыки Демонов, чёткой границы не существовало.

После жалкого поражения объединенных сил человечества под предводительством Империи Гран-Кэйоса, вся территория, которую покинули люди, потому что не смогли отбиться от нападающих монстров, стала называться доменом Владыки Демонов.

В настоящее время, в связи с первоначальным и чрезвычайно быстрым расширением земель Владыки Демонов, концентрация монстров стала достаточно маленькой, чтобы различные страны могли справиться с ними, и поэтому расширение прекратилось.

Для стран, граничащих с владениями Владыки Демонов, борьба с монстрами стала ежедневной заботой.

Несмотря на то, что расширение домена Владыки Демонов было подавлено, сражения между людьми и монстрами с севера происходили почти каждый день.

Бывало, что они нападали поодиночке, а бывало, что одновременно нападали стаи примерно по десять особей.

В исключительно редких случаях нападали и стаи из более чем сотни монстров,  в таких случаях одна маленькая страна из Союза Восточных Наций не могла справиться с ними в одиночку и была вынуждена координировать действия с соседними странами, чтобы справиться с ситуацией.

В одной из таких стран, граничащих с доменом Владыки Демонов, небольшом королевстве Ластания, которое принадлежало Союзу Восточных Наций, в настоящее время происходила битва недалеко от границы с землями Владыки Демонов.

В последние годы такое случалось нечасто, но сейчас около двадцати монстров только что появились возле королевства Ластания. Все они не были одного вида, поскольку происходили из разных рас. Они варьировались от зомбированных, гниющих огров и гоблинов до причудливых чудовищ, не поддающихся объяснению, таких как крылатая змея и двухголовая черная пантера.

Общим для всех монстров был блеск их голодных глаз, которыми они смотрели на свою добычу. В королевстве Ластания с населением в 20 000 человек было всего около 500 постоянных солдат, и только сотня из них могла быть немедленно мобилизована, так что справиться с этим числом было нелегко. Если бы дело дошло до опасноти - уровня угрозы королевству, люди сами должны были бы взяться за оружие. Однако, сейчас в этом не было необходимости.

— Защищайтесь! Защищайтесь! — крикнул солдат.

— Построиться! Если мы оставим хоть одну брешь между нами, они проникнут внутрь!

На поле боя солдаты останавливали яростную атаку зомби-гоблинов.

Гоблины-зомби избегали любой тактики, предпочитая просто нападать, поэтому, сдерживая их щитами и выпуская копья из щелей между ними, солдаты уничтожали монстров одного за другим.

Среди этих щитоносцев был один в доспехах и с еще большим щитом, который кричал остальным.

— Лучники, цельтесь во всё, что летит первым! Если мы пропустим хотя бы одного, наши семьи будут съедены заживо!

Слова были смелыми, но слишком высокопарными. Носителем же большого щита была женщина.

Ей было двадцать три года. Её рост составлял 180 сантиметров, она была довольно мускулистой, но черты её лица всё ещё сохраняли женственность.

Это была Лорен, которая, несмотря на свой юный возраст, была капитаном войск королевства Ластания.

Хотя её звание было всего лишь капитанским, с учётом того, что королевство Ластания располагало небольшим количеством войск, она командовала всеми.

По приказу Лорен отряд, оснащенный арбалетами, обрушил дождь болтов на летающую змею, пытавшуюся пролететь над их головами, и сбил её.

Затем раздался крик щитоносцев.

— Капитан! Это огр!

Один огр, высотой более трёх метров, с гнилой, как у зомби, плотью, мчался к щитоносцам. Гнилой или нет... это всё равно был огр. Он оказал огромное давление на строй, отправив в полёт сразу четырёх солдат.

— Ургх! — воскликнула Лорен. — Соберитесь вместе и остановите его атаку! Не дайте этой твари войти в город!

Отдав приказ, Лорен подняла свой большой щит и сама встала перед огром-зомби.

— Капитан! Эй, мы идём на помощь! — позвал солдат.

— Резервисты, соберитесь вокруг капитана!

Когда восемь солдат с щитами, включая Лорен, блокировали огра, им, наконец, удалось остановить его продвижение. Хотя он оттеснил их назад, огр был остановлен как раз вовремя.

— Копейщики, лучники, прикончите его, пока мы задерживаем его! — приказала Лорен.

— Да, госпожа! Лучники, огонь!

— Падай, безразмерное чудовище!

Стрелы и копья вонзались в гнилую плоть огра-зомби.

Однако, несмотря на то, что бесчисленные стрелы и множество копий пронзили его тело, огр-зомби не умирал. С каждым взмахом его бревноподобных рук в полет отправлялся то один, то другой солдат. Другой солдат немедленно подходил, чтобы заполнить брешь в обороне и сдержать его, но их строй превратился в хаос.

— Раааааааааааааар! — прорычала двухголовая пантера.

— Вау! Гагх!

Пробираясь сквозь бреши, двухголовая черная пантера прорвалась мимо щитоносцев и откусила голову одному лучнику. Его голова была прокушена и разорвана с двух сторон, и он упал, залитый собственной свежей кровью. Убив свою жертву, двухголовая черная пантера нацелилась на спины Лорен и щитоносцев, сдерживающих огра-зомби.

— Проклятье! Он позади нас...

— Гррр! — Двухголовая черная пантера попыталась напасть на Лорен сзади.

— Я не позволю тебе! — Кто-то встал между Лорен и двухголовой черной пантерой.

Это был мускулистый мужчина в одежде коренных американцев и с кукри в каждой руке. Он защищал Лорен. Мужчина заблокировал клыки монстра с помощью кукри в правой руке. Затем, держа левый кукри обратным хватом, он вонзил его в верхнюю часть одной из двух голов существа.

Чтобы добить её, он ударил другим в горло.

Двухголовая черная пантера с грохотом упала на землю.

Убедившись, что враг полностью обезврежен, мужчина вырвал свой кукри и бросился к Лорен.

— Вы в порядке, госпожа Лорен?!

— Сэр Джирукома! Вы пришли! — Лицо Лорен вспыхнуло от радости при виде надежной поддержки... но быстро вернулось к выражению серьезности. Она не отступала от огра-зомби, которого сдерживала, спросив: — Если вы здесь, то добровольческая армия тоже здесь?

— Да. Однако, я пришёл один. Нам нужно продержаться еще некоторое время...— Пока Джирукома говорил, монстры на другой стороне внезапно начали реветь.

Группа из примерно пятидесяти вооруженных людей вступила в бой, настигая монстров сзади.

Среди них был молодой человек, который командовал отрядом, разъезжая верхом на лошади. Этот человек, в котором чувствовалось благородство, пристально смотрел на поле боя и отдавал приказы группе людей.

— Эти безмозглые монстры видят только то, что перед ними. Атакуйте с тыла и флангов, чтобы быстро справиться с ними!

Молодого человека звали Юлий Амидония. Когда-то он был наследным принцем Амидонии.

Войско, которое он сейчас возглавлял, было добровольческой армией, состоящей из беженцев, стремящихся вернуться на родину, которая теперь была частью владений Владыки Демонов.

Обычно, добровольческой армией должен был командовать её лидер, Джирукома, но Джирукома предпочитал сражаться как один из обычных воинов. В большинстве ситуаций, он оставлял командование Юлию, который был приглашенным генералом в королевстве Ластания.

— Действительно. Команды сэра Юлия как всегда точны. Я могу чувствовать себя спокойно, наблюдая за ним, — сказала Лорен, чувствуя себя впечатленной.

— Ты права, — согласился Джирукома. — Когда дело доходит до командования войсками, он гораздо способнее меня. Правда, он постоянно жалуется:" Почему это я всегда должен убирать за вами?".

— Сэр Юлий всё-таки надежен. Я понимаю, почему вы в конечном итоге полагаетесь на него.

Пока они разговаривали, Юлий и добровольческая армия всколыхнули ряды монстров. Не упустив возможности, когда давление ослабло, щитоносцы двинулись вперед, сбивая с ног огра-зомби и других монстров.

Копейщики сгрудились вокруг упавшего огра-зомби, нанося ему новые и новые удары. Лучники пускали стрелы издалека, и когда его тело окончательно превратилось в игольницу из копий и стрел, огр-зомби наконец перестал двигаться.

Убедившись, что их враг мертв, солдаты повысили голос.

— Он мертв! Мы убили его!

— Мы убили большого!

— """Даааааа!"""

Убийство сильного врага подняло боевой дух солдат.

Теперь они перешли к зачистке оставшихся монстров, а Джирукома и Лорен вздохнули с облегчением.

Пока они потирали брови, Юлий подъехал к ним на своей лошади.

— Джирукома! Ты бросил войска на меня и снова напал в одиночку! Ты должен быть лидером этой добровольческой армии! А вы, госпожа Лорен! Для капитана должно быть немыслимо находиться на передовой! Если с вами что-нибудь случится, кто будет держать солдат этой страны вместе?!

Как только он появился, Юлий начал высказывать им обоим свои мысли.

Джирукома и Лорен слушали с кривыми улыбками.

Выслушивание замечаний от Юлия стало обычной частью того, что происходило после битвы с монстрами. Эти двое продолжали нападать, сколько бы им ни читали нотаций, а Юлий продолжал читать их им, даже зная, что это безнадежно.

Никто из троих не усвоил урок.

— Кроме того, проблема в вас, люди...— настаивал Юлий.

Прервав его, Лорен произнесла: — Итак, монстры уничтожены. Давайте возвращаться. Так, народ, мы отходим!. — Она хлопнула в ладоши.

— Эй, я не закончил...

— Сейчас, сейчас, Юлий, — сказал Джирукома. — Мы можем послушать, как ты будешь отчитывать нас на обратном пути, так что давай пока пойдем. Есть люди, которые с нетерпением ждут нашего возвращения, ты же знаешь?

— ... Хмпф. — После того, как Джирукома утихомирил его, Юлий отвернулся.

Он больше ничего не произнёс, так что он, должно быть, смирился с этим.

Видя, как ведет себя Юлий, Джирукома и Лорен посмотрели друг на друга, а затем разразились смехом.

— Джирукома, — произнёс Юлий. — Что ты думаешь о недавних нападениях монстров?

На обратном пути в замок с солдатами, Джирукома шёл рядом с Юлием, пока тот ехал верхом. Джирукома тоже умел ездить на лошади, но предпочитал ходить пешком, потому что его стиль больше подходил для пешего боя, и это служило тренировкой.

Услышав вопрос, Джирукома наклонил голову набок.

— Было ли в них что-то, что привлекло твое внимание?

— В последнее время увеличилось как количество монстров, так и частота нападений. Если их число возрастет ещё больше, солдаты не смогут справиться с ними в одиночку.

— Если ты прав...— серьезно сказала Лорен, — Людям придется взяться за оружие.

Хотя Ластания и называлась королевством, она была не больше, чем владения знати среднего ранга в Элфридене или Амидонии. Население составляло около 20 000 человек, и в это число, естественно, входили некомбатанты - женщины, дети и старики. Даже если бы они ввели воинскую повинность, только 5 000 из них могли бы сражаться, в лучшем случае.

Юлий подпер подбородок рукой с задумчивым выражением лица.

— Даже если бы мы смогли набрать необходимое количество, бессистемно собранные силы не принесут особой пользы в бою. Даже если добавить к ним добровольцев, в этой стране менее 600 солдат. Если монстры придут в большем количестве, чем сейчас, мы неизбежно столкнемся с трудностями. Если их число превысит 1000... это будет конец этой страны.

У Юлия было серьезное выражение лица. Вероятно, он не преувеличивал. Чтобы стереть гнетущую серьезную атмосферу, Джирукома намеренно решил быть оптимистом.

— Союз восточных наций был создан, чтобы предотвратить это.Чтобы они могли координировать свои действия, когда возникнет ситуация, с которой малая или средняя страна не сможет справиться в одиночку. Кроме того, если дело дойдет до этого, разве Объединенные силы не придут на помощь?

Объединенные силы, о которых говорил Джирукома, были сокращением от Объединенные силы восточных наций - батальон, созданный из войск, собранных от каждого из членов Союза восточных наций. (В случае малых стран это составляло десять процентов их армии, а в случае средних - тридцать процентов).

Если члену союза угрожала опасность со стороны земель Владыки Демонов или другой страны, Объединенные силы отправлялись на помощь.

Однако Юлий покачал головой.

— Это правда, если бы только эта страна подвергалась вторжению, мы могли бы рассчитывать на то, что Объединенные силы придут нам на помощь. Однако, судя по информации, которую я получил от странствующих торговцев, не только в этой стране участились случаи нападения монстров.

— Вы ведь приглашенный генерал, верно? — спросил Джирукома. — Они даже поручили тебе заниматься разведкой?

— Больше некому этим заниматься, так что, какой у меня выбор? Я на собственном опыте убедился, что может случиться, если халатно относиться к сбору разведданных, — нахмурившись, сказал Юлий. О важности сбора разведданных он узнал из опыта неправильного понимания политической ситуации в королевстве Элфриден, слишком легкой отправки войск и последующего крупного поражения.

Юлий покачал головой и попытался продолжить. — По словам торговцев, нападения монстров участились во всех странах, граничащих с владениями Владыки Демонов. Если произойдет крупное наступление монстров на обширную территорию границы, даже Объединенные силы не смогут с ним справиться. Кроме того, Объединенные Силы, я уверен, в первую очередь отправятся на помощь тем странам, которые предоставят наибольшее количество войск.

Поскольку эти силы состояли из войск, предоставленных каждой страной, было в некотором роде неизбежно, что страны, которым принадлежит большинство этих войск, будут иметь более высокий приоритет. Если страны с наибольшим количеством войск окажутся в беде, Объединенные силы могут полностью развалиться, а помощь другим странам не поднимет боевой дух.

Именно поэтому такая маленькая страна, как королевство Ластания, может оказаться в самом конце списка.

— Уф...— простонал Джирукома. — Тогда как насчет того, чтобы попросить королевство Рыцарей-Драконов Нотунг предоставить подкрепление? Ведь у Ластании с ними союз.— Королевство драконьих рыцарей Нотунг, на службе которого находилось множество могущественных рыцарей-драконов, теоретически могло сражаться с Империей Гран-Кэйос на равных в оборонительной войне. Королевство долгое время было в союзе с Ластанией, ещё до основания Союза Восточных Наций.

Союз сохранился даже после вступления королевства Ластания в Союз Восточных Наций, и теперь их королевство служило контактным пунктом королевства Рыцарей-Драконов Нотунг в Союзе.

Не было преувеличением сказать, что эта страна, которая казалась такой маленькой и незначительной, что её могло бы унести ветром, все еще существовала благодаря этому союзу.

Но Юлий покачал головой.

— Я же говорил, что увеличение числа нападений монстров затронуло все страны, граничащие с Владыкой Демонов, верно? Королевство Рыцарей-Драконов Нотунг тоже граничит с этими землями. Должно быть, они и сами наблюдают увеличение числа нападений.

— Ты имеешь в виду, что они могут быть слишком заняты заботой о себе, чтобы выделить что-то для нас? — спросил потрясенный Джирукома.

Если бы случилось худшее, им пришлось бы сражаться только с силами этой страны. Эта реальность повергла Джирукому в мрачное настроение.

Юлий слегка вздохнул. — В такие моменты я не могу не жалеть о том, что у меня нет 10 000 солдат, которыми я когда-то командовал.

В период между смертью своего отца, Гая VIII, и изгнанием его сестры, Ророа, из страны, Юлий был суверенным принцем Амидонии. Он пробыл на посту принца совсем недолго, но в это время под его командованием находилось 10 000 солдат.

— Если бы у меня все ещё были эти войска, мне не пришлось бы так беспокоиться..., — пробормотал он.

— Но в то время, когда ты командовал этими войсками, ты бы не задумывался о такой маленькой стране, как эта, верно?

— Возможно, вы правы. — Юлий на мгновение принял печальное выражение лица, а затем горько рассмеялся. — Честно говоря... Есть так много вещей, ценность которых понимаешь только после того, как их потеряешь.

— Но бывает и так, что ты думаешь, что потерял что-то, а на самом деле это вовсе не так, — сказал Джирукома, а Юлий насмешливо усмехнулся про себя. — Мы были изгнаны из родных мест как беженцы, но они не потеряны для нас. Хотя сейчас они являются частью владений Владыки Демонов, горы и реки, которые взрастили нас, все еще находятся в тех землях. Так же и с нашими семьями. Хотя мы с ней расстались, моя сестра Комаин все ещё жива и здравствует в королевстве.

Правда, в последнем письме Комаин было написано:" Я нашла того, кому мне суждено служить!" - написанное несколько взволнованным почерком, поэтому Джирукома более чем немного волновался за неё.

— Моя родина и семья... хм, — пробормотал Юлий.

Для Юлия родиной было княжество Амидония, а единственной семьей - его младшая сестра Ророа. Последние воспоминания о каждом из них были горькими, но они не угасли и не исчезли совсем.

Он слышал, что княжество Амидония теперь входит в состав королевства Эльфриден, а Ророа - невеста короля Сомы из Эльфридена, но... они оба, конечно, все ещё существовали.

— Ты прав... Если дойдет до этого, я полагаю, что склоню голову перед своей сестрой, — сказал он. — Это будет унизительно, но если это принесет нам подкрепление, мое самоуважение - небольшая цена.

Чтобы подбодрить Юлиуса, который слабо улыбался, Джирукома шлепнул его по пояснице.

— Ой! За что это?!

— Я знаю тебя только с тех пор, как ты оказался в этой стране. Неважно, каким человеком ты был в прошлом.

Юлий молчал.

— Но то, какой ты сейчас, не так уж и неприятно, — продолжил Джирукома. — Когда мы впервые встретились, у тебя были глаза потерянного человека, ищущего ответы, но сейчас ты кажешься мне полным жизни.

Услышав такую оценку от Джирукомы, Юлий издал "Хмф" и отвернулся от мужчины. — Дом Амидонии - это дом воинов. Должно быть, я вновь обрёл свою истинную сущность, сражаясь с этими монстрами.

— Хм... Это действительно всё?

— Что ты пытаешься сказать?

— А не могло ли это быть чьим-то влиянием? Слушай, похоже, что у тебя есть кто-то, кто ждет твоего возвращения.

Джирукома направил внимание расстроенного Юлия на ворота замка.

Перед ними стояла очаровательная девушка в светлом платье, напоминающем тирольский дирндль длиной до колен, и махала Юлию рукой. Её наряд был обычным, но, при ближайшем рассмотрении, на её голове красовалась великолепная диадема.

У милой девушки были короткие, воздушные волосы и лицо, сохранившее следы молодости.

— Лорд Юлий! Я ждала вашего благополучного возвращения! — Девушка размахивала руками, как бы выражая свою радость всем телом, пока звала его.

В этот момент солдаты ухмыльнулись, и их завистливые взгляды устремились на Юлия. Эта девушка была принцессой Ластании, Тиа Ластания.

Когда она позвала его на глазах у всех солдат, Юлий обхватил голову руками.

— Принцесса Тиа... Почему она у ворот замка? Это опасно.

— Это, должно быть, просто из-за того, что она очень соскучилась по тебе. Отправляйся в путь, да побыстрее.

Джирукома сильно хлопнул лошадь, на которой ехал Юлий, по заду. От того, что лошадь вдруг начала бежать, Юлий чуть не упал, и на мгновение бросил на Джирукому мстительный взгляд, но быстро продолжил скачку к принцессе Тии.

— Эти двое - милая пара, верно?

Когда Джирукома обернулся на голос позади него, капитан Лорен стояла там с улыбкой.

— Сэр Юлий тоже королевской крови, так что к его родословной не может быть претензий, — продолжила она. — Более того, принцесса Тиа очень любит его, поэтому король намерен взять его в женихи.

— Юлий говорит, что он" ещё не готов к семье".

— Значит, у принцессы нет шансов? — спросила Лорен.

— Нет, я думаю, это вопрос решимости. Юлия, похоже, спасла поддержка

принцессы, так что, если он найдет в себе решимость жить здесь до самой смерти, остальное может пройти быстро.

Они вдвоем наблюдали, как Юлий подошёл к принцессе Тии и тут же начал её за что-то ругать. Принцесса Тия закрыла уши, как бы говоря:" Я не слушаю"- и раздраженно отвернулась. Они были похожи на близких брата и сестру.

Разочарованный, Юлий подхватил принцессу Тию на руки и усадил её перед собой. Оттуда они вдвоем поскакали в замок.

Принцесса Тия уютно устроилась перед Юлием и прислонилась к нему спиной, мягко улыбаясь.

Джирукома и Лорен наблюдали за ними, ухмыляясь.

— Они действительно хорошо ладят, верно? — спросила Лорен.

— Хаха! Возможно, ты права.

— ...Э-э-э... сэр Джирукома, — рискнула Лорен. — Мы оба одиноки, так что не могли бы вы выпить со мной сегодня вечером в честь нашей победы?

— Я не могу просить большего. Давайте выпьем вместе.

— Хорошо!

С этими словами они вдвоем прошли через ворота. А Джирукома, получив на ночь в свое распоряжение любимую Лорен, подвергся завистливым взглядам всех холостых солдат.

______________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Конец 9-го месяца, 1547-й года, по континентальному календарю...

— Давно не виделись, господин Сома.

В этот день я находился в зале системы ретранслятора в замке, разговаривая с красивой женщиной по ту сторону простого приемника, чьи выразительные волнистые волосы приводили меня в восторг.

Это была императрица Мария Эйфория из Империи Гран-Кэйос.

За мной стоял мой премьер-министр Хакуя, а за Марией - ее младшая сестра и генерал Жанна.

То, что на этой встрече присутствовали главы каждой страны и их заместители, говорило о том, насколько она важна.

Рассчитывая начать встречу с дружеской беседы, Мария улыбнулась. — Я слышала, что у вас будет ребенок. Поздравляю.

Я улыбнулся в ответ и ответил на приветствие. — Спасибо. Это еще не до конца это осознал...

— Хе-хе! Это же ребенок Лисии,  я уверена, что он будет милым. Я слышала, что вы на год младше меня, господин Сома, но, похоже, тут вы меня опередили, верно? — дразняще сказала Мария.

Если я правильно помнил, Джуна, которая была одного возраста со мной по календарю этого мира, была на год старше по земному календарю, так что это означало, что Мария, которая была на год старше меня, была на два года старше.

Ну, я слишком боялся поднимать вопрос о возрасте с женщиной, поэтому решил оставить все как есть.

— Но, в общем, теперь мы с Лисией оба будем избавлены от Маркса, постоянно умоляющего нас «поскорее произвести на свет наследника!», так что это уже облегчение.

— Я завидую вам, — сказала Мария. — Мне все еще говорят: «Поторопись и возьми выйди замуж!»

— У вас нет никого на примете?

— Когда ты императрица, это сложно. Это должен быть кто-то, кто может нести вес империи на своих плечах вместе со мной.

— Тогда, я думаю...  вы слишком отстранены от всех.

Совсем не так как  мне, мою помолвку с Лисией устроил бывший король, сэр Альберт. Похоже, императрице Империи было довольно сложно выйти замуж.

Затем госпожа Мария дразняще улыбнулась мне. — Хе-хе, может быть, мне стоит взять меня в жены, сэр Сома? Было бы отлично, если бы вы могли решать за меня все проблемы Империи, как вы это делали для принцессы Ророа.

— Что вы говорите, сестра?! — Жанна повысила голос, прежде чем я успел вымолвить хоть слово. — Вы несете вес Империи! Вы не должны говорить такие вещи так легкомысленно...

— Не надо так сердиться, Жанна, — сказала Мария. — Это была всего лишь маленькая шутка.

— Есть вещи, над которыми можно шутить, и есть вещи, над которыми нельзя!

О, Мария... ты просто разыгрываешь и дразнишь Жанну, подумал я.

Жанна обладала прямолинейным характером, как и Лисия, поэтому ее реакция каждый раз должна быть забавной.

— Для меня было бы честью иметь такую замечательную женщину, как вы, в качестве своей невесты, госпожа Мария... но я должен сказать, что у меня нет уверенности в себе, чтобы управлять такой огромной территорией, как Империя. Управление Эльфриденом и Амидонией - это лучшее, что я могу сделать.

— Я не думаю, что это правда, но... если вы не возражаете, я был бы счастлива занять место вашего чернорукого премьер-министра. Я уступлю трон Жанне, так что не могли бы вы подумать о том, чтобы жениться на Жанне и стать императором?

— Сестра?! — Жанна заплакала.

Похоже, Мария теперь была настроена против Хакуи.

Сам Хакуя выглядел невозмутимым, задумчиво поглаживая подбородок, прежде чем ответить. — Я действительно считаю госпожу Жанну привлекательной женщиной. Однако я не смогу стать императором. Если вы отправите ее в эту страну, чтобы она стала моей невестой, я с радостью приму ее.

— С-сэр Хакуя, вы тоже?!

— Бу, — надулась Мария. — Если вы не позволите мне уйти на пенсию, вы не сможете получить ее.

— Сестра, не могли бы вы «заткнуться»?!

Из-за того, что они вдвоем дразнили ее, лицо Жанны было ярко-красным.

Мария в стороне, Хакуя был не из тех, кто так шутит с людьми, поэтому, как ни удивительно, он мог говорить серьезно.

Что ж, как бы там ни было, у нас не было времени тратить время на разговоры о глупостях.

— Итак, мадам Мария, — сказал я, — не пора ли нам перейти к текущей теме?

—Думаю пора — Ее мягкая улыбка исчезла, Мария сделала серьезное выражение лица и сказала: «Король королевства Фридония Сома Казуя, в соответствии с пактом, заключенным между нашими двумя странами, я бы хотела, чтобы вы предоставили подкрепление Союзу Восточных Наций.

— Это касается Домена Владыки Демонов? — спросил я.

Мария молча кивнула.

Тайный договор между королевством и Империей гласил: «В обмен на неприсоединение к Декларации Человечества, возглавляемой Империей, в случае, если восточная часть континента (сторона с Союзом Восточных Наций) будет подвержена угрозе со стороны Домена Владыки Демонов, королевство займется этим вместо Империи».

— Как я уже говорила вам, когда вы были в республике, участились случаи нападения на северные страны монстров из Домена Владыки Демонов, — сказала Мария. — Их число и частота увеличиваются с каждым днем.

— Только монстры? А как насчет демонов?

В Домене Владыки Демонов были как монстры, которые не считались разумными, так и демоны, которые были разумными. Это было общее понимание Марии и меня.

Те, кто без разбора нападает на человечество, были монстрами, и если мы попытаемся справиться с ними и демонами одинаково, истребление вредителей превратится в войну, и это может привести к повторению ужасного поражения человечества более десяти лет назад.

Мы надеялись сохранить статус-кво и, если возможно, установить контакт с демонами.

Однако Мария разочарованно покачала головой. — Нападают только монстры. Было несколько подобных случаев, когда огромное количество монстров появлялось и продвигалось на юг. Мы называем это «манами» или «демоническими волнами».

— Манами... —  повторил я.

Это звучит как женское имя, подумал я. Я знал, что с этим не так-то легко справиться.

— Глядя на записи прошлых волн демонов, кажется, что этот всплеск монстров и увеличение количества атак - временное явление. Если мы сможем уничтожить нападающих монстров, то на некоторое время все вернется в состояние относительного спокойствия.

— Понятно... —  размышлял я. — Тогда это действительно похоже на очередную волну.

— Тем не менее, их очень много, что ставит угрозу на такой уровень, с которым маленькая или средняя страна не может справиться в одиночку.

Мария попросила Жанну развернуть подготовленную ими карту и показать ее мне. Затем Мария указала на каждую страну на карте, говоря при этом.

— Мы будем защищать запад континента и те страны, которые подчиняются Империи. Я уверена, что с их могучими рыцарями-драконами королевство рыцарей-драконов Нотунг справится само.

И правда, Империя, которая была сильнейшей из человеческих наций, и те страны, которые подчинялись ей, вместе с королевством рыцарей дракона Нотунг, у которых были такие сильные драконы, как Надин или Рубин, могли легко защитить себя.

Затем, с напряженным выражением лица, она указала на страны на востоке.

— Речь идет о Союзе восточных наций, который является большим альянсом, но состоит из средних и малых стран. Хотя у них есть «Объединенные силы», состоящие из живой силы, предоставленной каждой страной, по своей природе они распределены неравномерно. Если малые страны не получат достаточной поддержки, появятся места, которые не смогут удержать линию фронта.

— Я понимаю вашу точку зрения, — кивнул я. — Вы бы хотели, чтобы мы послали подкрепление в эти небольшие страны?

Мария кивнула. — Пожалуйста, отправляйте. Место и методы я оставляю на ваше усмотрение, но, пожалуйста, действуйте со всей поспешностью, чтобы спасти жизни людей. После прихода Домена Владыки Демонов появилось много беженцев. Я не хочу, чтобы боль людей, изгнанных из родных мест, распространялась дальше.

— Для этого и существует наш договор. Хотя, поскольку мы будем поддерживать вас, посылая войска, пожалуйста, не просите пока субсидий на войну.

— Конечно, нет.

Военные субсидии выплачивались странами, удаленными от Домена Владыки Демонов, странам, граничащим с ним. Это было значительное бремя, но с гуманитарной точки зрения, а также с практической точки зрения, что, если север падет, мы будем непосредственно затронуты, было бы трудно отказать в возобновлении выплат, если бы нас об этом попросили.

Гораздо проще было обойтись без оплаты.

Разобравшись с этим, Мария начала с помощью палочки указывать на новую карту Восточного союза, которую подготовила Жанна, объясняя, куда следует послать подкрепление.

— В Восточном союзе есть два места, которые особенно нуждаются в подкреплении. Первое находится на западном краю границы Союза Восточных Наций с владениями Владыки Демонов, Королевством Ластания, которое также граничит с Королевством Рыцарей Дракона Нотунга. Это небольшая страна, но у нее есть союз с Королевством Рыцарей Дракона, и они могут обратиться за помощью в трудную минуту. Но Королевство Рыцарей Дракона также подвергается нападению монстров из текущей волны демонов, поэтому ожидается, что любая помощь от них может быть отложена.

— Королевство Ластания... —  пробормотал я.

Это та страна, где остановились Джирукома и бывшие беженцы, решившие вернуться на север, подумал я. Есть сведения, что тот человек тоже находится в этой стране... нет, сейчас это не имеет значения.

Далее Мария указала на место недалеко от центра границы с Доменом Владыки Демонов. — Другая страна - герцогство Чима. Это небольшая страна, основанная герцогом Чима, который был дворянином в стране среднего размера, пока не получил независимость. Это страна, которая в регионе, полном малых и средних стран, умело присоединилась к разным лагерям в зависимости от ситуации и сумела сохранить свою независимость.

— Полагаю, они хороши в переговорах и стратегии.

Как и клан Санада при Масаюки, который умело вел переговоры, находясь в окружении крупных держав Токугава, Ходзё и Уэсуги, и сохранил свою независимость. Герцогство Чима было маленькой страной, но его лидер, несомненно, обладал большими способностями.

Затем Мария хихикнула. Неужели случилось что-то забавное?

— Что-то случилось? — спросил я.

— О, нет... просто это герцогство Чима, видимо, делает что-то интересное с этой ситуацией.

— Что-то интересное?

— Кажется, у нынешнего герцога Чимы семеро детей, и все они прекрасны, как мальчики, так и девочки. Я слышал, что каждый из них искусен в разных областях. Люди со всего Союза Восточных Наций просили этих семерых в качестве брачных партнеров или вассалов.

Это была действительно выдающаяся семья. Поскольку наша страна ищет талантливых людей, мне было интересно, какими именно дарами обладают эти семеро, но... что же такого интересного в этой ситуации?

— Когда герцог Чима послал запрос о помощи в ответ на текущую волну демонов, вот что он сказал: «Странам, которые пришлют нам подкрепление, в ответ на ваши действия, я дам каждому из вас одного из моих шести детей, кроме моего старшего сына, который является моим наследником, чтобы он служил вам....»

— Он использует своих детей в качестве залога, чтобы получить подкрепление?!

Это была довольно смелая мысль. Более того, раз он одалживал их в качестве помощников, а не заложников, значит, он был уверен в способностях детей.

Кроме того, раз он назначал их в каждую страну, в зависимости от их успехов... это означало, что он отправлял своих детей служить только во влиятельные и крупные страны.

Даже в условиях кризиса он хитро пытался усилить свое влияние в Союзе Восточных Наций. Герцог Чима... очевидно, он был проницательным человеком, и с ним нельзя было не считаться.

Пока я размышлял об этом, Мария улыбнулась, намекая на что-то.

— Из шести детей старшая дочь, Муцуми Чима, красивая женщина и опытный воин. Я слышала, что многие страны послали подкрепление из-за желания заполучить ее. Хотя в ее случае, похоже, они хотят видеть ее в качестве невесты, а не гостьи.

— Понятно... я полагаю, даже повелители наций могут иметь слабость к красивым женщинам.

— Что это? — поддразнила Мария. — Вы не заинтересованы, господин Сома?

Я пожал плечами и пошутил: «Если она просто красивая и сильная, то у меня уже есть много будущих невест, у которых все это есть».

Мария хихикнула. — Хе-хе. Я поняла, кого вы имеете в виду.

— Меня больше интересовали не госпожа Муцуми, а то, какими дарами могут обладать оставшиеся пятеро. Но если подкрепления прибывали, не было необходимости немедленно отправлять войска во владения герцога Чимы. В таком случае, моя политика должна была быть...

Я немного подумал, а затем сказал Марии:

—   Я понимаю. Наша страна отправит подкрепление в королевство Ластания. У меня там есть знакомые. Если у нас останутся силы, когда проблема там будет решена, и если к тому времени дела в герцогстве Чима не будут улажены, я направлю свои войска и туда.

Мария мягко улыбнулась и склонила голову по другую сторону экрана. — Спасибо. Мы будем рассчитывать на вас.

Таким образом, было решено, что мое Королевство Фридония направит войска в Королевство Ластания в Союзе Восточных Наций.

Убедившись, что связь с Марией прервана, я перевел дух и обратился к человеку, стоявшему позади меня.

— Теперь ты можешь выйти, Ророа.

Ророа высунула лицо из тени мебели. — Что, дрогой, ты заметил?

— Я заметил, как кто-то крадется краем глаза.

Я не видел, кто именно, но если предположить, что это был кто-то, кого Айша, охранявшая снаружи, пропустила бы без шума, и кто-то, кто пробрался бы в такое место, то кроме нее никого не было.

— Няхаха! Я попалась. — С неловкой улыбкой на лице, Ророа подошла ко мне.

Как только Хакуя закончил уборку после конференции, поклонился и вышел из комнаты, мы с Ророа остались одни.

Как только мы остались одни, Ророа сбросила улыбку. — Ты посылаешь войска в Королевство Ластания?

— Да. Я только сейчас решил это сделать.

— Это я виновата, что тебе пришлось отправиться на север? Ведь это я показала тебе это, чтобы ты захотел отправиться туда, верно, дорогой?

Ророа достала из кармана одно запечатанное письмо. На печати, которую я разглядел, был изображен герб княжеской семьи Амидонии. Я уже ознакомился с содержанием этого запечатанного письма.

Зная, что там было написано, я покачал головой. — Это было решено между мной и Империей заранее. Я имею в виду, что я поддержу Союз Восточных Наций, если будет казаться, что он может распасться. Даже если бы это письмо не пришло, я уверен, что послал бы военных. Тебе не о чем беспокоиться.

Я сказал это, чтобы подбодрить ее, но Ророа ничего не ответила, открыла конверт, вынула письмо и, сжимая его так крепко, что оно помялось, прошептала.

— Старший брат...

Я молчал.

Отправителем был Юлий Амидония. Он был сыном Гая VIII, который был суверенным принцем Амидонии, а также старшим братом Ророа. Он также был человеком, который вместе со своим отцом Гаем разжигал ненависть против королевства Элфриден и работал за кулисами, чтобы разжечь восстание внутри королевства.

В период смуты после моего вступления на престол Гай вторгся в королевство, чтобы воспользоваться разногласиями между мной и тогдашним генералом армии Георгом Кармином. Однако это была ловушка, расставленная Хакуей и мной, использовавшими инсценировку мятежа Георга, и княжество попало в нее.

Позже Гай погиб в битве возле столицы княжества - Вана, и Ван оказался под контролем королевства.

Когда Гай пал в битве, Юлий взял бразды правления в свои руки и принял титул князя Амидонии, а затем привлек гаранта Декларации человечества, Империю Гран-Кэйос, к переговорам о возвращении Вана и его окрестностей. Хотя это и привело к возвращению Вана, Юлий также был вынужден выплатить репарации и возложить тяжелое бремя на народ княжества, тем самым вызвав сопротивление народа и дав Лунарскому ортодоксальному папскому государству возможность воспользоваться этим. Что они и сделали, подстрекая приверженцев лунарской ортодоксии в княжестве к восстанию. Подавив их, Юлий еще больше потерял поддержку своего народа.

В конце концов, изгнанный своей сестрой, Ророа, которая объединила страну через сеть купцов, он отправился в изгнание в Империю. Это было все, что мы знали о нем до этого момента.

Однако, похоже, после этого он покинул Империю и скитался по разным странам, а в настоящее время нашел приют в королевстве Ластания.

Королевство Ластания, которое в настоящее время столкнулось с сильным ударом демонической волны.

— Зачем ты пошел и сделал это? — Ророа крепче сжала письмо, которое держала в руках.

В письме были слова заботы о благополучии Ророа, а также описание его действий на данный момент. Затем, вместе с извинениями за свои проступки до сих пор, он вежливо просил Ророа, которая должна была стать моей третьей основной королевой, побудить меня, как короля Фридонии, послать подкрепление в королевство Ластания. В самом конце было даже сказано: «Если король Сома желает получить мою голову в обмен на это, я не возражаю. Поэтому, пожалуйста, не могли бы вы найти в себе силы спасти Дом Ластании, который так много сделал для меня?»

Чтобы спасти королевскую семью ничтожного королевства, он отбрасывал свой позор и репутацию, прося помощи у меня, убийцы своего отца Гая, и Ророа, изгнавшей его. Я не мог связать это поведение с тем Юлием, которым он был, пока исполнял обязанности принца Амидонии.

Так я смог понять, что Юлий серьезно настроен. Во время скитаний по разным странам в нем, должно быть, что-то изменилось.

— Почему...? Не слишком ли поздно для этого...? — Из опущенных глаз Ророа капали слезы.

Отношения Ророа и Юлия были сложными. Хотя они были братом и сестрой по крови, между ними существовала неустранимая пропасть. Это было вызвано желанием Юлия унаследовать стремление отомстить королевству Элфриден, и желанием Ророа прекратить наращивать военную мощь, а вместо этого восстановить экономику и сделать страну процветающей.

После смерти Гая Юлий унаследовал княжество Амидония и попытался устранить Ророа как потенциального политического соперника. Это закончилось неудачей, когда Ророа исчезла, и Юлий начал притеснять народ, пока Ророа не объединила страну и не изгнала его.

Хотя они были братом и сестрой, они считали друг друга врагами.

Теперь она вдруг получила от брата извинения и просьбу о подкреплении, так что Ророа, должно быть, все еще не разобралась в своих чувствах по этому поводу.

— Что ты думаешь о письме, Ророа? — спросил я. — За ним стоит что-то еще?

— Дело не в этом... я не думаю, — сказала Ророа, вытирая глаза рукавом.

— Раньше...  мой гордый брат никогда бы не додумался послать такое письмо. Он был не из тех, кто показывает людям свои слабости. Должно быть, случилось что-то серьезное, чтобы это произошло. Я не думаю, что в том, что он написал, есть какая-то ложь.

— Это соответствует информации, которую мы получили от госпожи Марии. — Независимо от того, были ли его извинения перед Ророа искренними или нет, факт оставался фактом: Королевство Ластания ожидал кризис, вызванный волной демонов. Если Юлий был там, логично, что он будет искать подкрепление.

Ророа издала вопль «уняааааа» и сильно взъерошила волосы. — А-а-а, все это имеет смысл, и вот что не имеет смысла! Почему  мой холодный, рациональный брат присылает мне письмо, которое звучит так чертовски по-человечески?! Он так не похож на себя прежнего! Я должна подозревать, что он фальшивка!

— В моем старом мире была поговорка: «Не встречай мальчика три дня и смотри, что будет.» Пока он скитался из страны в страну, что-то должно было изменить Юлия, как ты думаешь?

— Ты уверен? Я не вижу, что бы  мой брат так легко изменился...

Когда Ророа сказала это и наклонила голову в сторону, я обнял ее и потянул к себе поближе. Ее тело было таким стройным, что она легко обмякла в моих руках. С таким хрупким телом Ророа приняла решение, которое определило судьбу княжества, да и ее собственную судьбу тоже. Я еще раз вспомнил, какой удивительной девушкой она была.

— Люди меняются, — сказал я. Встреча с новыми людьми может кардинально изменить нас. — Я был всего лишь студентом, но я встретил Лисию, я встретил Айшу и Джуну, я встретил тебя, и в следующее мгновение я уже был королем, правящим двумя странами. На днях я заключил договор с Надин, и теперь я не рыцарь дракона, а король на драконе. Тот я, который был два года назад, никогда бы не смог представить себе меня сегодняшнего.

— Ты немного особенный случай, не находишь, дорогой?

Ророа прозвучала немного раздраженно, когда она это сказала, поэтому я рассмеялся.

— Справедливо. Возможно, моя ситуация была экстремальной, но мы все в той или иной степени влияем друг на друга, в большой или малой степени. В тебе тоже кое-что изменилось с тех пор, как мы познакомились, верно, Ророа?

— Конечно — В моих объятиях Ророа наконец-то слегка улыбнулась. — С тех пор как я встретила тебя, дорогой, я стала думать обо всех веселых вещах, которые мы можем сделать с деньгами. До этого у меня хватало времени только на то, как эффективно их использовать или как с их помощью облегчить жизнь жителей княжества. Я чувствую, что это придало моей любви к праздникам дополнительный импульс.

— Это хорошая перемена? — спросил я.

— Мне нравится быть такой.

— Ну, тогда хорошо.

Затем Ророа сжалась, крепко обхватив меня за талию. — Как ты думаешь,  мой брат встретил кого-то вроде тебя, и это его изменило?

— Возможно. Судя по тому, что он написал, это должен быть кто-то из королевского дома Ластании.

— Что, он пошел и нашел себе женщину в Ластании или что-то в этом роде?

— Это немного грубо. — Я легонько потрепал Ророа по голове. — Ты не должна была так говорить...

Она хихикнула.

Да, улыбка определенно лучше смотрелась на Ророа, чем слезы. Если возможно, я хотел, чтобы она всегда радостно улыбалась.

Для этого... мне нужно было сделать это.

— Эй, Ророа, — сказал я. — Если это касается тебя, почему бы тебе не пойти с нами? Если ты пойдешь, то сможешь увидеть своими глазами, каков сейчас Юлий. — От моего неожиданного предложения глаза Ророа расширились.

— Я тоже могу пойти с тобой? Я не буду полезна тебе на поле боя.

—Если смотреть так, то я тоже, по сути, бесполезен, но... на этот раз мы, вероятно, отправим десятки тысяч солдат. Предстоят переговоры с Союзом Восточных Наций, поэтому я планирую взять с собой несколько бюрократов. Также... я думаю взять с собой Томоэ.

— Что?! Ты и Томоэ с собой возьмешь?! — Ророа отреагировала с удивлением.

Я брал Томоэ, которой было всего одиннадцать лет, в страну, граничащую с владениями Владыки Демонов, так что вряд ли я мог винить ее. Тем не менее, это было совершенно необходимо.

— Мы отправляем войска в страны, граничащие с владениями Владыки Демонов, — объяснил я. — Мы никогда не знаем, когда мы можем столкнуться с демонами, и, если это произойдет, я не хочу упустить шанс установить связь. — Для этого способности Томоэ просто необходимы. Это может быть суровое путешествие для такой малышки, как она, но я намерен взять ее с собой.

Я положил руку на голову Ророа.

— Так что взять тебя с собой тоже не проблема. Конечно, я никогда не поставлю тебя на передовую, поэтому я уверен, что ты будешь сидеть в тылу и оставаться на месте, пока мы не убедимся, что все в безопасности. Взятие вас увеличит нагрузку на министра финансов Кольбера, но, учитывая ситуацию, я уверен, что он не будет против. Я слышал, что он и Юлий, в конце концов, были друзьями.

— Вы уверены... что я могу пойти? — спросила Ророа, подняв на меня глаза.

Я кивнул ей. — Если ты этого хочешь, Ророа.

— Няхаха! Конечно, если  мой брат действительно ушел и изменился, я хочу его увидеть. — Ророа сняла мою руку со своей головы и прижала ее к своей щеке. — Спасибо, дорогой. Я тебя очень люблю.

— Я тоже тебя люблю, Ророа. А теперь, похоже, мы будем заняты. — Я отнял руку от щеки Ророа и зевнул. — В конце концов, это наша первая большая переброска войск а такое расстояние. Мы не можем тянуть время, но нам нужно как следует подготовиться к этому. Решить, кого взять с собой, где расположить тех, кого мы оставим, подготовить провизию и логистику. Я уверен, что мне придется призвать всех основных людей Сил Национальной Обороны.

— Что ж, похоже, здесь будет оживленно, — сказала Ророа с довольной улыбкой.

Похоже, она снова стала обычной Ророа.

Я почувствовал облегчение, но одна вещь все еще беспокоила меня.

— Нам... придется рассказать об этом Лисии, верно?

— О... точно...

Ророа  тоже  выглядела  неловко, она знала о моём нежелании беспокоить Лисию.

-Начало 10-го месяца 1547-й года по Континентальному календарю-

В горах королевства было небольшое владение. Это был бывший домен отца Лисии, бывшего короля, сэра Альберта. Он был мелким дворянином, правившим этим доменом, но однажды он встретил мать Лисии, леди Элисию.

В то время королевские особы были вовлечены в кризис престолонаследия по поводу того, кто займет трон после смерти предыдущего короля. Даже сейчас его личность была, в благоприятном смысле, мягкой и не жаждущей власти; в менее благоприятном смысле, банальной и не амбициозной. Он избегал создавать себе врагов там, где они были не нужны. Таким образом, поддерживая тогда еще молодую леди Элисию своим добродушным характером, сэр Альберт непреднамеренно создал ситуацию, в которой другим королевским особам было трудно обратить свою ненависть на леди Элисии.

Таким образом, кризис престолонаследия завершился уничтожением всех королей, кроме леди Элисии, и трон перешел к ней, как к единственной выжившей. В знак признательности за постоянную поддержку сэру Альберту было разрешено жениться на леди Элисии, и он стал королем.

Теперь бывшие земли сэра Альберта стали частью королевского домена, но поскольку он решил удалиться в них, то, по сути, снова стал там лордом.

Сейчас я находился над владениями сэра Альберта, глядя вниз со спины Надин в ее Рю-форме.

Пейзаж представлял собой воплощение сельской местности, причем так, что казалось, будто старые народные песни подходят к нему как нельзя лучше. Здесь были горы, ручьи, поля и пастбища, а также фермерские дома.

Для человека, привыкшего ежедневно сталкиваться с убийственной нагрузкой в столице, здесь казалось, что время идет медленнее. Не было места лучше для тех, кто хотел жить спокойной жизнью.

— Если бы я перестал быть королем, жизнь в таком месте была бы не так уж плоха, — размышлял я.

— Ты еще слишком молод, чтобы тосковать по деревне. — Возмущенный голос Надин прозвучал прямо в моей голове. — Я имею в виду, у тебя еще даже не было коронации. Или нашей свадьбы. Это пустая трата времени - думать о том, что ты будешь делать, когда уйдешь. Во-первых, при нынешних временах трудно будет легко выйти на пенсию? Если бы ситуация на севере резко изменилась, ты бы вообще мог не дожить до старости.

С неохотой я сказал:  — Наверное, ты права.

Надин был права. Если ситуация на севере (другими словами, в Домене Владыки Демонов) изменится, неизвестно, когда это королевство может быть втянуто в нее. Сейчас в королевстве все стабильно, но если Домен Владыки Демонов расширится еще больше, беженцев станет еще больше, и хаос, который был, когда я только взошел на трон, вполне может вернуться.

Западную часть континента защищала Империя Гран-Кэйос, поэтому я был уверен, что с ними все будет в порядке, но я не мог избавиться от ощущения, что Союз Восточных Наций на восточной стороне континента - это всего лишь слабое сборище малых и средних государств. Если они распадутся, это затронет и нашу страну. Вот почему я должен был послать подкрепление.

Я вздохнул. — Нелегко выйти на пенсию.

— Так оно и есть. Кроме того... ты должен создать хорошую страну для детей, верно? Папа.

— Ахаха...

Папа... хм. Это еще не дошло до дома, но я собираюсь стать именно им.

— О, я хочу поскорее увидеть Лисию, — с тоской сказал я.

— Ты собираешься сказать это, лежа на моей спине?

— Если у нас будет общий ребенок, Надин, я уверен, что буду чувствовать к тебе то же самое.

— Ну, тогда все в порядке. Я понесу тебя туда, так что потерпи.

— Понял.

— Это моя фраза!

Надин повернула свое тело и поплыла по небу еще быстрее. Она поплыла сквозь ветер в сторону особняка сэра Альберта, где остановилась Лисия.

Сегодня был день, когда я наконец-то смог увидеть Лисию. Даже после возвращения из Республики Тургис мое свободное время съедала вся накопившаяся работа, не давая мне возможности поехать.

Поэтому возможность увидеть Лисию впервые за долгое время так радовала меня, но... в то же время немного тяготила.

Я должен сказать ей, что мы все-таки едем в Союз Восточных Наций...

Как раз в тот момент, когда я думал, что вся моя работа сделана, Империя направила запрос на отправку подкрепления в Союз Восточных Наций. Я не смогу увидеть ее снова в течение некоторого времени, и было больно осознавать, что я буду беспокоить ее.

Я бы не хотел беспокоить Лисию, пока она беременна.

Намеренно не говорить ей об этом было нельзя. Я собирался организовать армию, и скрыть это было невозможно. Именно поэтому я хотел заранее объяснить Лисии все как следует, чтобы она меньше волновалась. Но это все равно тяготило меня.

Интересно, так ли чувствует себя муж, который не может сказать жене, что его переводят на должность, где ему придется жить одному в другом месте...

Так я думал, глядя в ясное осеннее небо.

***

Особняк с голубой крышей на холме был особняком бывшего короля сэра Альберта.

Когда мы с Надин приземлились перед входом, первой нас поприветствовала Карла в платье горничной. Пока нас не было, Карла служила Лисии личным помощником и телохранителем. Сюда также были направлены люди из «Черных котов» и «Сил национальной обороны», которые защищали Лисию и ее семью как в тени, так и при свете солнца.

Карла встала перед нами и поклонилась. — Давно не виделись, хозяин.

— Давно не виделись, — легко ответил я. — Что-нибудь изменилось с Лисией или ее семьей?

— Да. Госпожа Хильда говорит, что и Лисия, и ребенок здоровы, но... ну, будет лучше, если вы узнаете об этом от нее самой.

— В этом есть смысл... простите. Я вроде как решил оставить Лисию полностью на тебя.

— Нет, нет. Лисия - партнер моего господина, но она также и  мой незаменимый друг. Если я могу помочь, ничто не сделает меня счастливее. Кроме того...

— Кроме того?

Когда я подтолкнул ее сказать больше, Карла одарила меня чудесной улыбкой и сказала: — В отличие от главной горничной, леди Элисии не заставляет меня носить постыдные наряды!

— О...

Пока она была в замке, главная горничная-садистка, Серина, «хорошо заботилась" о Карле. Работать под началом леди Элисии, которая всегда улыбалась с нежностью, ей, конечно, было легче.

— Знаешь, есть просьба от съемочной группы «Сильван», они хотели бы, чтобы ты снова появилась в роли мисс Дран в ближайшее время... —  размышлял я.

— Уф... Если вы приказываете, я подчинюсь, — сказала Карла с искренне недовольным выражением лица.

Казалось, она приспособилась к короткой юбке своего платья горничной (идея Серины), но, очевидно, она все еще не могла привыкнуть к сексуальному костюму мисс Дран (тоже идея Серины).

— Очевидно, они получают много писем с просьбой «Верните мисс Дран.» — Отправители... в основном взрослые мужчины, как я слышал.

— Вся эта страна должна быть разрушена... — стонала она.

— Не говори так при короле!

Ее глаза выглядели вполне серьезно, но, вероятно, для Карлы будет лучше, если я просто посмеюсь над этим как над шуткой. Это не было прямым оскорблением в  мой адрес, поэтому ее рабский ошейник никак не отреагировал на это, но если бы кто-нибудь подслушал, мне пришлось бы судить ее за оскорбление, поэтому я надеялся, что она прекратит это.

Тема казалась опасной, поэтому я решил оставить ее.

— Давай сразу перейдем к делу, Карла. Покажи мне, где находится Лисия.

— А! Точно. Но сначала, почему бы не пойти засвидетельствовать свое почтение бывшему королю? Он ждет твоего прихода в гостиной.

— Да, это было бы вежливо. Хорошо, тогда сначала отведите меня к сэру Альберту.

— Поняла. Сюда, пожалуйста.

Карла повела нас в особняк, а мы с Надин пристроились за ней. Как только мы прошли в гостиную, нас встретили сэр Альберт и леди Элисияа.

— Ну что, зять, — приветствовал нас сэр Альберт. — Как хорошо, что ты пришел повидаться с нами.

— Вы, должно быть, Надин, — сказала леди Элисиа, улыбаясь. — Вы такая же милая, как  и рассказывала мне Лисия.

Сэр Альберт взял меня за руку, а леди Элисия взяла руку Надин.

— Прошло много времени, — сказал я. — Отец, мама. Я рад видеть, что вы, кажется, здоровы, как никогда.

— Я - Надин. Приятно познакомиться. — Надин была напряжена и невнятно говорила.

Увидев Надин в таком состоянии, леди Элисия хихикнула и крепко прижала голову Надин к своей шикарной груди.

— ..?!

Внезапно оказавшись в объятиях, Надин запаниковала и замахала руками. Должно быть, она тоже чувствовала себя скованно.

Элисия ласково погладила Надин по голове. — Моя дочь тоже выйдет замуж за господина Сому. Так что, Надин, если что-то случится, пожалуйста, положись на меня как на мать. Я счастлива, что у меня появилась еще одна такая милая дочь, как Томоэ.

— Ваш запах напоминает мне о леди Тиамат. — Надин обхватила руками талию леди Элисия. Она была приручена в одно мгновение.

Запах, как у святой матери-дракона...? Это был запах материнства или что-то в этом роде? Как у Рю, у Надин не было родственников. Руби была единственной подругой, оставшейся у нее на родине. Если бы леди Элисия могла стать ее матерью в этой стране, ничто не сделало бы меня счастливее. Ведь это счастье, когда есть кто-то, кто балует тебя, как ребенка.

Пока я с улыбкой наблюдал за ними, сэр Альберт начал говорить.

— Зять, мы позаботимся о госпоже Надин здесь, так что, пожалуйста, иди побудь с Лисией. Она на террасе во дворе, с нетерпением ожидает вашего прибытия.

— Спасибо. Я так и сделаю.

Я оставил Надин и вышел из гостиной. Затем, под руководством Карлы, я направился на террасу, выходящую во внутренний двор.

На освещенной солнцем белой террасе стоял стол с уже приготовленным чаем, за которым сидела одинокая девушка. ЖДевушка стояла спиной ко мне и смотрела на деревья, раскачиваемые осенним ветром.

Когда я подал Карле знак, указывающий на то, что она завела меня достаточно блзко, она поклонилась, затем повернулась на пятках и вернулась в особняк.

Я молча подошел к столу и сел так, чтобы видеть ее лицо. Женщина повернулась ко мне и мягко улыбнулась.

— Мне кажется, что прошло так много времени, Сома.

— Да, мне кажется, что мы не виделись целую вечность. Я хотел увидеть тебя, Лисия.

— Хе-хе! Я тоже. —  Улыбка Лисии была похожа на распустившийся цветок.

Это была моя невеста, которую я не видел больше месяца с тех пор, как отправился в Республику Тургис. Увидев ее впервые за долгое время, Лисия выглядела гораздо взрослее, чем раньше.

Пока мое сердце колотилось при виде ее, я открыла рот, чувствуя, что должен что-то сказать. — Твои волосы... они стали длинней?

— Да. В последнее время я их не стригла.

Волосы Лисии, которые она коротко остригла, когда предъявляла ультиматум Георгу, теперь наполовину вернулись к той длине, которая была у нее, когда мы только познакомились.

— Ты отпустишь их до прежней длины? — спросил я.

— Я все еще решаю. Сейчас мне нравится более короткая прическа. Как ты думаешь, Сома, какая мне больше идет?

— Мне нравятся обе.

— Боже, ты такая нерешительный.

— Пока ты не станешь скинхедом или не сделаешь что-нибудь еще слишком экстремальное со своими волосами, я уверен, что мне это понравится.

— Я не буду делать это со своими волосами.

Мы с Лисией посмотрели друг на друга и улыбнулись. Мы хорошо посмеялись, а потом я сильно почесал голову.

— Почему я начал говорить о твоих волосах? Есть куча вещей, о которых я хочу спросить и рассказать тебе, но... я не могу найти нужных слов.

— Перебирай их по порядку, — приказала она. — У тебя ведь есть время расслабиться сегодня, верно?

— Да. Верно... ну, сначала... —  Я повернулся к ней лицом, склонив голову перед Лисией с ее набухшим животом. — Спасибо за то, что ты сздала нового члена моей семьи, Лисия.

— Хе-хе! Ты имеешь в виду нашу семью, верно? — сказала Лисия, поправляя меня с нежной улыбкой. — С этим, я теперь полноправный член твоей семьи.

— Я считал тебя семьей все это время, но... теперь я чувствую это еще сильнее.

Кровные узы. Душевные узы. Казалось, что если выразить это словами, этого не хватит, но я был уверен, что между мной и Лисией теперь существует прочная связь.

Лисия хихикнула. — Значит, теперь Айша, Джуна и Ророа тоже должны стать частью семьи.

— Они все ждут рождения этого ребенка, — сказал я, положив руку на живот Лисии. — Раньше мы провели семейное собрание и решили, что когда родится ребенок, неважно, кому он достанется, мы заставим его называть всех королев, первичных или вторичных, своей матерью. Таким образом, мы будем воспитывать всех детей вместе. Я уверен, что Айша и Надин, будучи долгожителями, все-таки родятся позже всех.

Лисия радостно засмеялась. — Значит, у наших детей будет пять матерей!

Дети будут расти в окружении матерей, включая Лисию, которая обладала сильным характером. Кто будет влиять на них, и как они будут расти...? Я немного волновался, но в то же время с нетерпением ждал этого.

Дальше мы рассказали друг другу о последних событиях и вели в целом бесцельную беседу. Лисия с радостью рассказывала о своих днях отдыха здесь.

— В последнее время, знаешь, я учусь у мамы готовить.

— Ты, Лисия? Зачем?

— Я хочу, чтобы ребенок мог есть мою домашнюю стряпню, конечно. Кроме того, ты ведь умеешь готовить. Не хотелось бы, чтобы я умела готовить меньше, чем их отец.

Подумать только, Лисия, которая проводила каждую свободную минуту, присоединяясь к стражникам для тренировок, серьезно отнеслась к тому, чтобы научиться быть достойной невестой... Это было трогательно.

— Итак? Как результаты на данный момент? — спросила я.

— Я испекла вон те закуски. — Она указала жестом на большую тарелку на столе, наполненную булочками и печеньем.

Домашняя еда Лисии? Они не выглядела плохо, так что, думаю, были вкусными.

Я взял печенье и отправил его в рот. — Посмотрим... ном.

Во рту появилось жесткое ощущение сладкого вкуса. Она положила слишком много сахара. И, наверное, она замесила тесто так сильно, как только могла. Кроме того, масло полностью растаяло, что сделало их твердыми при выпечке.

Я посмотрел на Лисию, которая сильно вспотела. — Эррррм... я бы с удовольствием сказал, что это было вкусно, но... учитывая, что ты хочешь накормить ими нашего ребенка... я не могу тебе лгать.

— Я знаю это. По крайней мере, я могу сказать, когда я облажалась. — Лисия криво улыбнулась, но ее кулак был крепко сжат. — Это то, что я могу сделать сейчас. Но когда-нибудь, я уверена, я смогу сделать их еще вкуснее.

— Да, — сказал я, кивая. — Я буду с нетерпением ждать этого.

— Да... но дело в том, что Карла начала учиться в то же время, и она совершенствуется гораздо быстрее. Я думала, что мы одинаковые, поэтому мне трудно с этим смириться.

— Ну, в Карле есть кровь Эксель.

Мать Карлы, Аксела, была дочерью Эксель. Она также была родственницей Джуны, которая была как ходячая масса сил старшей сестры, так что, возможно, у нее была сильная скрытая способность к домашним делам.

Лисия вздохнула. — К тому же, мама тоже хорошо готовит...

— Может быть, на тебя слишком сильно повлиял Георг, твой учитель в армии?

— Уркх... я не могу этого отрицать.

Мы продолжали вести бесцельный разговор в том же духе. Говорили ни о чем... это было невероятно весело.

Затем, внезапно, Лисия сделала серьезное выражение лица. — Сома.Ты ведь пришел сюда сегодня не только для того, чтобы увидеть меня, верно?

Мое сердце пропустило удар, так как она попала в точку.

— ...Как ты догадалась?

— Ну это же ты. Пока мы разговаривали, было ощущение, что ты скрываешь что-то, о чем трудно сказать.

— ...

—  Ты нашел новую кандидатку на роль королевы? — Лисия уставилась на меня, и я покачал головой.

— Нет, нет! Просто ... похоже, мы отправим войска на север.

— Под «севером» ты имеешь в виду Союз Восточных Наций?

— Да. Похоже, что нападения из Домена Владыки Демонов участились. Если Союз Восточных Наций падет, эта страна тоже пострадает. В соответствии с нашим договором с Империей, мы должны послать подкрепление.

Когда я вкратце пересказал содержание своего разговора с Империей, Лисия сделала обеспокоенное лицо. — Ты пойдешь с войсками?

— Да, — признал я. — Так что... пройдет некоторое время, прежде чем мы сможем снова увидеться.

— Почему? Это отличается от того, когда ты сражался с силами Амидонии. — Ее тон не обвинял меня, но я мог сказать, что она не хотела, чтобы я уходил. — Тогда ты только что получил трон, и войска не доверяли бы тебе, если бы ты сам их не возглавил. Но теперь все видят в тебе короля. Разве ты не можешь доверить это полководцу вроде сэра Людвина?

— Чтобы подготовиться к непредвиденным событиям, я хочу взять с собой таких сильных бойцов, как Айша и Надин, — сказал я. — Будет лучше, если я буду там, чтобы вести их. Кроме того, я хочу сам посмотреть на ситуацию на севере.

Подробности о Юлие только заставили бы ее волноваться, так что я их опустил.

Я встал, подошел к Лисии и нежно обнял ее. — Мне больно, что я не могу быть рядом с тобой, когда ты собираешься рожать, но сегодня, когда я увидел тебя с ребенком в животе, я еще больше убедился, что должен ехать на север. В конце концов, я хочу оставить своим детям лучшую страну, какую только смогу.

— Сома ... —  Лисия закрыла глаза, а я продолжал крепко обнимать ее.

Между нами наступила тишина, затем Лисия мягко положила свою ладонь на мою руку и улыбнулась.

— Я понимаю. Но обязательно возвращайся.

— Да. Если станет опасно, я прибегу обратно. В конце концов, я не могу умереть, не увидев лица своего ребенка.

Она усмехнулась. — Обязательно вернешься. Я буду ждать тебя с детьми.

— Конечно! — Я решительно кивнул, но затем запнулся на формулировке Лисии. — ...А? Детьми?

Когда я повторил эти слова, Лисия с пустым выражением лица спросила:

— Что? Разве Хильда не сказала тебе? Я беременна близнецами.

— А...? Что?!

Какой шокирующий факт! Я вдруг стал отцом близнецов!

Теперь, когда она упомянула об этом, Лисия выглядела ужасно большой для этого периода беременности. Но все же, близнецы...

Чувство, что я должен вернуться домой в целости и сохранности, стало еще сильнее.

-10-й день, 10-й месяц, 1 547-й год по континентальному календарю- замок Парнам -

В этот день аудиенц-зал в замке Парнам был переполнен людьми.

Даже без учета стражников собралось более тридцати человек, и в якобы большом зале было тесновато.

Лица собравшихся тоже были самыми разными.

Большинство из них были членами Сил национальной обороны, как Эксель или Людвин, но были и бюрократы, как Пончо и Колберт. Были и иностранцы, например, епископ Лунарского православного папского государства Соуджи и Ку, сын главы государства Республики Тургис. Присутствовал даже бывший генерал ВВС Кастор, который должен был находиться под стражей у Эксель, отчего присутствующие зашумели от волнения.

Здесь присутствовали почти все основные вассалы Сомы, независимо от должности.

Здесь были и те, кто давно не видел друг друга, то тут, то там слышались звуки возобновления знакомства.

— Господин, рад снова видеть вас. — Нынешний глава воздушного подразделения Сил национальной обороны и бывший управляющий Дома Варгас, Толман, кланялся своему бывшему хозяину, Кастору.

Кастор поспешно заставил его прекратить поклон. — Не называй меня господином. — Я больше не глава Дома Варгас. Я оставил главенство Карлу и теперь нахожусь под опекой Дома Вальтера. Если ты склонишь передо мной голову, это будет выглядеть плохо.

— А... Понятно. Тогда как мне называть вас отныне?

— Можешь называть меня просто Кастор, мне все равно, но... если тебе нужно называть меня как-то иначе, пусть это будет капитан.

— Капитан... вы говорите?

— Именно так! — Кастор кивнул, затем надел капитанскую фуражку, которая была у него в руках, обратно на голову, надвинув её на глаза. — Теперь у меня есть корабль и команда под моим командованием. Это не так много людей, как было раньше, но мне нравится эта работа больше, чем вы думаете.

— Теперь, когда вы об этом заговорили... у вас появился загар. Прямо человек с моря.

Как отметил Толман, Кастор был гораздо более загорелым, чем раньше. Он был худым, подтянутым и выглядел молодо, так что был похож на серфингиста на пляже летом.

Когда Кастор закатал рукава, чтобы продемонстрировать это, он весело рассмеялся. — По сравнению с высокогорным Городом Красного Дракона, в Лагуна-Сити жарко и влажно. Я все время одеваюсь легко, и вот что получилось.

— Вы выглядите таким сильным и надежным. Если бы хозяйка дома увидела вас, я думаю, она бы влюбилась заново, вы согласны?

— У Акселы... все хорошо? — нерешительно спросил Кастор.

— Да. И у нее, и у Карлы все хорошо. Однако, в отличие от Карлы, которая появляется в голосовых трансляциях, я нечасто слышу о вас, мас... капитан, поэтому я немного беспокоюсь. У меня есть сообщение, которое меня просили передать, если у меня будет возможность встретиться с вами.

— Сообщение? — спросил Кастор.

— Леди Аксела сказала мне следующее:" Я сама драконевт, поэтому проживу долгую жизнь. Поэтому я могу ждать столько, сколько нужно."

Леди Аксела была ребенком Эксель и драконевта.

— Понятно... Аксела будет ждать меня, верно...? — Услышав сообщение от своей разлученной жены, Кастор немного грустно улыбнулся.

Атмосфера была мрачной, но... Сообщение Толмана на этом не закончилось. — Хм... Там было еще кое-что."Однако, если это займет слишком много времени, я попрошу разрешения у Его Величества навестить тебя. Если я увижу, что ты ведешь неряшливый образ жизни, когда я приеду, мы с матушкой вместе прочтем тебе лекцию, так что будь готов к этому...." — Это было другое сообщение.

— Уф...

Мрачное настроение мгновенно испарилось, и Кастор начал обильно потеть. Должно быть, ему было за что чувствовать себя виноватым, потому что его глаза беспокойно метались по сторонам.

— А-Аксела не должна получать информацию обо мне, верно?

— Не должна, но... что-то приходит на ум? — спросил Толман.

— Нет, это не моя вина! Да, я отправился в бордель со своими товарищами-моряками, но только как средство общения!

— Капитан...— Толман помассировал лоб и в отчаянии покачал головой.

Это был разговор между хозяином и слугой, ничем не отличающийся от того, который они когда-то вели в Городе Красного Дракона.

Пока бывшие хозяин и слуга вели этот обмен мнениями, нынешние хозяин и слуга, Ку и Лерина, снова встретились, впервые после пребывания в Республике Тургис.

— Оокия! Прошло немного времени, Хэл! — воскликнул Ку.

— Эй, Ку! Прошло немного времени!

Ку и Халберт, которые вместе сражались в республике, обменялись крепким рукопожатием. Рядом с ними пожимали руки Каэдэ и Лерина.

— Я тоже давно тебя не видела, Лерина.

— Рад снова видеть тебя, Каэдэ.

"???" — Руби, которая стояла рядом с Халбертом и Каэдэ с пустым выражением лица, выглядела совершенно потерянной. Она потянула Халберта за рукав, требуя объяснений. — Кто эти люди, Хэл?

— Ах. Это твоя первая встреча с ними. Это сын нынешнего главы Республики Тургис, Ку Тайсэй, и его последовательница Лерина. Ку, это Руби, дракон, с которым я заключил контракт в горном хребте Звездного Дракона. Это моя вторая невеста.

После этого они представились друг другу. Ку и Лерина улыбались, но Руби была в замешательстве, услышав, что Ку - сын главы Республики Тургис.

— Сын главы их государства?! — воскликнула она. — Он сын лидера соседней страны! Разве можно быть с ним таким непринужденным?!

— Оокяя! Мне все равно, юная мисс Руби. Хэл помог мне в Тургисе, а здесь я просто гость старшего брата Сомы. Мне приятнее, когда он относится ко мне как к другу. — Ку разразился веселым смехом.

Каэдэ в отчаянии пожала плечами. — Хэлу сходит с рук то, что он относится к Его Величеству Соме как к другу. Я бы побоялась так поступить, но... может быть, нам просто нужно сдаться и принять, что именно под такой звездой родился Хэл?

— Я не думаю, что нравиться нашему господину - это плохо, — высказала своё мнение Руби.

— Его Величество возлагает на Хэла большие надежды, я уверена, — сказала Каэдэ, кивнув. — Когда те, кто выше него, возлагают на него большие надежды, Хэл делает все возможное, чтобы оправдать их. Я беспокоюсь, что он может увлечься и совершить огромную ошибку, ты же знаешь.

— Я... понимаю, почему вы так считаете.

— Вот почему мы должны крепко держать его за поводья, чтобы этого не случилось.

— Дракон, который держит поводья своего рыцаря? Неплохо.

Халберт проигнорировал разговор между его будущими первой и второй женами, сделав вид, что не слышит его. Даже если бы ему не нравилось содержание разговора, было ясно, что если он сейчас откроет рот, они тут же отвернутся от него. К счастью, Халберт начал осваивать те же приемы ладить с миром (или, по крайней мере, со своими женами), что и Сома .

Не зная, что чувствует Халберт внутри, Ку толкнул его локтем в ребра. — И все-таки, Хэл, мы не можем оставить тебя одного ни на секунду! У тебя была прекрасная невеста Каэдэ, а потом ты пошел и нашел себе другую невесту-дракона, такую же прекрасную.

— Наверное, да, — признал Хэл с улыбкой. — Это дает мне меньше пространства для движения, но я чувствую, что так веселее.

Халберт почувствовал, что теперь понимает, почему, несмотря на то, что Сома был во власти своих невест, он все равно, казалось, получал удовольствие. Наличие семьи, которую нужно защищать, и твердое ощущение того, что у него есть дом, куда можно вернуться, увеличивало количество обязанностей, но делало его дни более приятными.

— У тебя самого есть такие милашки, как Тару и Лерина, верно? — спросил Хэл.

— Ну, Тару - это одно... а вот мы с Лериной не такие.

Ку, который только на днях узнал, как сложны женщины, заколебался.

Хэл недоумевал, почему Ку вдруг стал таким неловким, но тут сзади раздался громкий голос.

— Эй, вы двое!

Халберт и Ку подпрыгнули в воздух. — "Ааа?!"

Они обернулись, быстро моргая, а отец Халберта, Глейв, стоял там с суровым выражением лица.

— С-старик?! Что это было, ни с того ни с сего?! — воскликнул Халберт.

Пока Халберт протестовал, сжимая грудь из-за колотящегося сердца, Глейв скрестил свои мощные руки и объяснил ему.

— Как долго ты собираешься оставаться безмолвным здесь, на этом собрании, где собрались самые важные люди в этой стране! Особенно ты, Халберт! Ты скоро станешь женатым человеком. От тебя будут ожидать еще большего для Его Величества. Если ты будешь таким, это будет позором для юной госпожи Каэдэ и Руби, которые делают тебе одолжение, выходя за тебя замуж! Я не могу пока отдать тебе главенство в Доме Магна, как я вижу.

— Ты так говоришь, но мы оба знаем, что ты не собираешься в ближайшее время уходить на покой, — обиженно надув щеки, сказал Халберт.

Видя этот обмен между отцом и сыном, Ку начал говорить с Лериной шепотом. — Похоже, отцы одинаковы, куда бы ты ни пошел...

— Я знаю. Это как если бы я смотрел на вас и Его Превосходительство. Я уверена, что сэр Глейв пытается действовать как стена, которую сэр Халберт должен преодолеть. Это отражение его высоких ожиданий в отношении сына. Например, как Его Превосходительство отправил вас в мир, чтобы расширить ваши горизонты.

— ... Хмф, — пробормотал Ку. — Что ж, приятно видеть, что они полны энергии.

Пока Ку и Лерина вели этот разговор, Халберт и Глейв продолжали ссору между отцом и сыном, и Каэдэ с Руби вмешались, чтобы успокоить Глейва.

Когда обе его будущие невестки выступили в роли посредников, Глейву ничего не оставалось, как успокоиться.

Пока хозяин и слуга из Республики Тургис с кривыми улыбками наблюдали за перепалкой отца и сына, несколько человек беседовали с министром сельского и лесного хозяйства Пончо.

С Пончо беседовали Колберт, министр финансов, бывший вассал княжества Амидония; Герман, дед Ророа, а также владыка города Нельва на юге региона Амидония; и Маргарита Вандер, бывшая женщина-полководец из княжества, которая теперь работала певицей.

Позади Пончо стояли Комаин и главная служанка Серина. Комаин совсем недавно стала его личной служанкой.

Пончо нервно сказал: — Вас тоже вызывали, сэр Колберт?

Колберт кивнул. — Да. Я слышал, что Юлий... нет, сэр Юлий, старший брат

леди Ророа... вовлечен в это дело. Кроме того, поскольку по этому случаю из страны будет отправлено большое войско, нас, вероятно, призовут управлять регионом Амидония в отсутствие Его Величества.

— В-вы будете? Тогда в таком случае, да, госпожа Маргарита была вызвана в качестве командира, а не певицы?

Маргарита была облачена в доспехи, и она стучала кулаком по своему нагрудному щитку. Будучи высокой женщиной, одного этого действия было достаточно, чтобы она выглядела устрашающе.

— Я рада, что впервые за долгое время могу выступить в роли командира! Я не позволила своей подготовке воина ослабнуть за то время, что я была певцом.

— Хм, твой боевой дух впечатляет, — усмехнулся Герман. — Кровь этого старого солдата начинает закипать.

Возможно, Маргарита его подстегнула, и теперь Герман был в приподнятом настроении. Воинственная аура, излучаемая этими двумя милитаристами, заставила двух бюрократов, державшихся вдали от поля боя, почувствовать себя немного странно.

Тем временем, Серина и Комаин, наблюдавшие за этим обменом мнениями...

— Госпожа Маргарита демонстрирует впечатляющую энергичность для женщины, — сказала Комаин. — Я чувствую, как моя кровь как члена охотничьего племени тоже начинает будоражиться.

— Ты слишком горячишься, — сказала ей Серина. — Те, кто служит, должны всегда сохранять холодный ум.

— Вы так говорите, госпожа Серина, но ведь вы и сами неплохо сражаетесь, верно? Разве это не стимулирует ваши боевые инстинкты?

— Чем больше ты раскаляешься, тем больше это создает возможностей для твоих врагов. Успокой свое сердце, притворись спокойной и похорони своих врагов так, чтобы твой господин ничего не заметил. Таков путь королевской служанки.

— ...Королевские служанки - убийцы или что-то вроде того?

Их разговор был более бурным, чем можно было бы ожидать от служанок.

В отличие от служанки, похожей на убийцу, командир Черных Котов, которые были скорее ниндзя, чем убийцами, находился в углу комнаты, прислонившись к колонне. Поскольку Кагетора носил плащ, созданный для разведки, зачарованный магией, благодаря которой его трудно было заметить, даже если бы он носил маску черного тигра и совершенно устрашающие черные доспехи, никто вокруг не обращал на него внимания.

Кроме одного человека. К Кагеторе, который должен был быть трудно воспринимаем, подошла одинокая молодая девушка.

— Давно не виделись. Как здоровье? — Небрежно обратившаяся к нему девушка была Эксель - главнокомандующая Национальных сил обороны.

Похоже, что, будучи представителем расы морских змей, чувствительных к магической силе, она могла почувствовать магию Кагеторы, отключающую восприятие.

Когда к Кагеторе обратилась эта морская змея-красавица, которой на вид было лет двадцать пять, он отодвинулся спиной от колонны, встал прямо и поклонился, скрестив руки перед собой. — Что ж, герцогиня Вальтер, очень приятно. Для меня большая честь, что вы разговариваете с таким человеком тени, как я. Однако, хотя вы и говорите "давно не виделись", где мы виделись? У меня сложилось впечатление, что это наша первая встреча.

— О... Если подумать, это ведь была та самая история, верно? — Эксель прижала пальцы ко лбу и покачала головой, словно в отчаянии. Хотя Эксель было неприятно слушать подобные истории, она не могла вести разговор иначе, поэтому решила пока подыграть. — Ну что ж... приятно познакомиться, сэр Кагетора. Это Его Величество вызвал вас сюда?

Когда она имела дело с командиром "Черных котов", главнокомандующий Национальных сил обороны занимал гораздо более высокое положение, поэтому Эксель не стала утруждать себя формальностями и просто заговорила начистоту.

— Да, — сказал он. — Я ожидаю, что мне поручат разведывательные операции в Союзе Восточных Наций.

— Если он собирает такое количество своих вассалов... это будет отправка войск такого размера, какого мы не видели со времен Амидонии, — сказала Эксель. — В конце концов, это было достаточно важно, чтобы позвать тебя сюда.

— Чтобы перебросить большие силы, мы не можем пренебрегать нашими приготовлениями против соседних стран. Я ожидаю, что будет большое движение в позициях наших войск, даже среди тех, кто остается позади.

— Я должна посочувствовать Его Величеству, это происходит в важный момент, когда его ребенок вот-вот родится. — Эксель вдруг посмотрела на лицо Кагеторы и хихикнула. — О, кстати... я слышала, что у принцессы Лисии родятся близнецы. Ты навещал её во владениях сэра Альберта?

— Для такого шпиона, как я, было бы неуместно встречаться с принцессой.

— О? Я подумала, что ты не можешь не волноваться?

— ...

Эксель дразняще улыбнулась, в то время как рот Кагеторы сжался в прямую линию. Однако, в конце концов, он уступил ухмыляющейся Эксель и открыл рот.

— Я не встречал её, — сказал он наконец. — Однако, я обратился с просьбой к своему хозяину, и мне разрешили охранять владения сэра Альберта в течение короткого периода времени. Вот откуда я знаю, что она здорова.

— Хе-хе! — Эксель улыбнулась с выражением лица, которое говорило: — Я тебя поняла.

Хотя лицо Кагеторы не было видно под маской черного тигра, он неловко отвернулся, чтобы посмотреть в сторону.

В этот момент в комнате внезапно воцарилась тишина.

Сома появился в зале вместе с Айшей, Ророа и Хакуей.

Все присутствующие поспешили занять свои места, которые определялись титулами. Когда Сома встал перед троном, все сразу сели.

Сома окинул взглядом своих вассалов и объявил.

— Я благодарю вас за то, что вы откликнулись на  мой внезапный вызов. Было решено, что мы отправим подкрепление в Союз Восточных Наций по просьбе Империи Гран-Кэйос. Сейчас я объявлю, кто будет отправлен в составе этих сил, а кто останется в королевстве. —  Посмотрев на лица собравшихся офицеров и бюрократов, я объявил имена, которые, как мы с Хакуей договорились, присоединятся к экспедиции в Союз Восточных Наций.

— Во-первых, мы отправим примерно 60 000 солдат из армии Сил национальной обороны, — сказал я.

— ""Оооо..."""- Люди в зале изумленно воскликнули.

Национальные силы обороны Королевства Фридония, организованные из бывшей Запретной армии, армии, флота и ВВС Эльфридена, а также сил Княжества Амидония, имели общую численность сухопутных войск около 130 000 человек.

Эта отправка войск использовала бы почти половину этой численности, поэтому трудно обвинить собравшихся здесь людей в том, что они впечатлены. Фактически, это будет наша первая военная операция после войны с княжеством.

— Я сам отправлюсь с войсками, — сказал я. — В связи с этим я буду главнокомандующим подкреплениями, но на практике командование будет возложено на заместителя главнокомандующего Сил национальной обороны Людвина. Кроме того, главнокомандующая Силами национальной обороны, Эксель, останется в этой стране, и пока меня не будет, она будет отвечать за укрепление обороны страны. Я полагаю, что всё в порядке. Верно, вы оба?

— Да, сэр! Как прикажете! — сказал Людвин.

— В ваше отсутствие я буду защищать эту страну своей жизнью, — добавила Эксель.

Людвин и Эксель стояли на коленях в первом ряду, оба склонили головы в унисон.

Я кивнул, затем позвал генерала ВВС, который ждал рядом с ними. — Толман!

— Да, сэр.

— Эта отправка подкреплений будет отличаться от военной операции внутри страны. Внутри страны мы можем быстро перебрасывать войска и провиант с помощью дорожной сети и ринозавров, но это будет невозможно внутри Союза Восточных Наций. Из-за этого мы заставим половину ВВС перевозить припасы. Пончо!

— Д-да! Я здесь, да! — Пончо поспешил вперед и поклонился, когда его позвали.

— По этому случаю я поручаю вам управление снабжением, главным из которых будет провизия для наших войск. Поработайте с Толманом из ВВС и обеспечьте бесперебойное снабжение подкреплений.

— Я... это будет сделано, да! — твердо сказал Пончо, принимая приказ.

Я получил доклад, в котором говорилось, что одного присутствия Пончо, которого простые люди почитали как Ишизуку - Бога Еды, в качестве ответственного за управление снабжением войск, будет достаточно для поднятия боевого духа, поэтому я заставил Пончо изучать управление линией снабжения, пока он был в Венетинове.

Он был еще новичком в этом деле, но фактические команды будут исходить от бюрократов, назначенных работать под его началом, так что все будет в порядке. Ему просто нужно было номинально быть главным.

Я кивнул, затем обратился к собравшимся в зале людям.

— Я уверен, что проконсультируюсь с Хакуей, Эксель, Людвином и Толманом, чтобы принять решения относительно армейских и военно-воздушных подразделений, которые будут отправлены в качестве подкрепления позже. Отдельно от этого я объявлю о назначении командиров в качестве меры предосторожности против соседних стран, пока я нахожусь в кампании!

Я сделал паузу, чтобы перевести дух, затем назвал их имена.

— Герман! Оуэн!

— Да, сэр!

В ответ на то, что я назвал их имена, оба подняли свои сильные голоса.

Дед Ророа, Герман, был военным командиром. А Оуэн,  мой учитель боевых искусств, также служил мне помощником.

— Я поручу вам двоим защищаться от государства наемников Зем на западе, — сказал я. — Они заявляют о своем нейтралитете, поэтому я не ожидаю, что они вторгнутся к нам как к государству. Однако, после последней войны, я уверен, у этой страны сложилось плохое мнение о нас, поэтому они могут предпринять что-нибудь, чтобы притеснить нас. Сохраняйте должную бдительность и защищайте народ региона Амидония.

— Да, сэр! Предоставьте это нам!

— Мы не можем позволить молодым превзойти нас!

Герман и Оуэн в унисон били себя в грудь.

Эти старики были более мускулистыми, чем можно было ожидать в их возрасте, поэтому они выглядели надежными.

— Далее, что касается подготовки против Лунарского ортодоксального папского государства на северо-западе... Глейв!

— Да, сэр! — ответил старик Хэла - Глейв.

— Я хочу, чтобы ты вошел в Ван и подготовился к встрече с Лунарским Ортодоксальным Папским Государством там.

— Да, сэр. Предоставь это мне.

— Действительно, поручу. Но будь осторожен. Ортодоксальное Папское Государство использует не только военные операции; мы предполагаем, что они также могут подстрекать своих верующих к восстанию или использовать другие уловки. В качестве контрмеры я пошлю с вами Маргариту и епископа Соуджи. Вы оба, выйдите вперед.

Маргарита и Соуджи вышли вперед и преклонили колени. В отличие от Маргариты, которая глубоко склонила голову, Соуджи принадлежал к другой стране, поэтому он лишь слегка кивнул мне.

— Маргарита пользуется уважением жителей региона Амидония за свою бывшую работу в качестве военного командира, а теперь в качестве певицы, — объявил я. — Если она прочно завладеет сердцами людей на северо-западе, высшим чинам православного папского государства будет труднее их взбудоражить. Кроме того, я хочу использовать епископа Соуджи как представителя лунарианской ортодоксии в этой стране, чтобы разорвать связь между верующими в этой стране и ортодоксальным папским государством. Епископ Соуджи, могу ли я рассчитывать на вас в этом деле?

Несмотря на то, что он был епископом Лунарской ортодоксии, Соуджи не испытывал особой лояльности к Православному Папскому государству. Но формально он все еще был одним из их людей, поэтому в его случае я обратился к нему с просьбой, а не с приказом.

Если бы я отдал ему приказ, это было бы расценено как то, что я отношусь к Соуджи как к рекруту, и Ортодоксальное Папское Государство могло бы отлучить его от церкви как еретика, вышедшего из-под их контроля, и попытаться послать другого епископа. Чтобы избежать подобной головной боли, мне нужно было, чтобы Соуджи пока публично оставался на стороне Православного Папского государства.

— О, Боже. Похоже, у меня нет выбора...— Соуджи пожал плечами с язвительной улыбкой. — Будучи посланным в эту страну в качестве епископа, мне трудно принять ситуацию, когда наши верующие и народ этой страны будут настроены друг против друга. Позвольте мне сотрудничать с вами.

— Спасибо. Глейв, работай с ними, чтобы защитить нашу границу с православным папским государством.

— Да, господин. Это будет сделано.

Когда я закончил отдавать им приказы (и просьбы), все трое встали, и я обратился к Эксель.

— Я попрошу вас остаться в Парнаме. В это время есть ли кто-нибудь, кто мог бы управлять Национальными военно-морскими силами обороны и подготовиться к борьбе с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона?

— В таком случае... я думаю, вы могли бы поручить это Кастору, — с поклоном сказала Эксель.

Имя Кастора вызвало ропот в толпе. Она рекомендовала человека, который, хотя это и было результатом переплетения различных сложных намерений, однажды поднял флаг восстания против меня, поэтому неизбежно возникло сопротивление этой идее. Однако Эксель, казалось, не волновало настроение в комнате, и она продолжила как ни в чем не бывало.

— За то время, что прошло с тех пор, как он остался под моей опекой, я тщательно обучила Кастора военно-морскому делу. Кастор также пытался общаться с морскими пехотинцами, углубляя свои отношения с ними и завоевывая их доверие. Тем не менее, бывали случаи, когда он становился слишком буйным.

Пока Эксель говорила это, она бросила косой взгляд на Кастора.

В этот момент его плечи вздрогнули, и он отвел взгляд.

Это было похоже на реакцию ребенка, которого застали за чем-то непозволительным. У неё есть на него компромат?

Это меня немного беспокоило, но, судя по тому, что говорила Эксель, это не имело особого значения, так что я, пожалуй, могу не обращать на это внимания.

Я задал вопрос Кастору. — Кастор. Ты слышал, что сказала Эксель. Могу ли я оставить флот под твоим командованием?

— Д-да, сэр! Если это ваш приказ, я сделаю все возможное, чтобы выполнить его. — Кастор склонил голову.

Я кивнул, а затем отдал приказ. — Кастор. Возьми на себя управление флотом вместо Эксель и готовься к выступлению против Союза Архипелага Девятиглавого Дракона. Однако, ограничьте операции захватом судов, занимающихся незаконным промыслом, и сделайте всё, что в ваших силах, чтобы избежать ситуации, которая может привести к вооруженному конфликту. Мы не можем вступить в серьезное состояние войны с другой страной, когда у нас так много войск, отправленных на север, в конце концов.

— Есть, сэр! Как прикажете!

— И еще...— Я спустился по лестнице, чтобы прошептать на ухо Кастору: — Не смей использовать Хиро. Я не хочу, чтобы другие страны узнали о его существовании.

Строительство островного псевдо-носителя "Хиро", который мог быть загружен кавалерией виверн, было более или менее завершено. Было решено, что будет построен второй корабль, Сорю, и третий, Унрю (оба, конечно же, названы нашим именем), но мы хотели, чтобы первый был закончен до этого. Хотя его можно было ввести в эксплуатацию, мы не могли использовать наш козырь в споре о рыбалке, чтобы другие страны узнали об этом. Использование виверн для патрулирования моря значительно упростило бы задачу.

Возможно, Кастор все это понял, потому что он кивнул.

— Понял, — прошептал он в ответ. — Я буду использовать только традиционные корабли для их пресечения.

— Я рассчитываю на тебя, — прошептал я. — О, и...

Дальше мы обсудили некоторые другие вещи, затем я вернулся к своей прежней позиции.

— Теперь, Кастор, я буду рассчитывать на тебя.

Когда я объявил это, Кастор сказал: — Да, сэр, — и поклонился.

Теперь были сделаны приготовления для запада, севера (северо-запада) и востока страны. Оставался только юг.

— Наконец, что касается наших приготовлений против Республики Тургис...

— Подожди, брат! — Ку встал и прервал меня.

— Молодой господин! Вы не должны прерывать господина Сому, когда он говорит! — Лерина, которая была рядом с ним, поспешно потянула его за рукав.

Однако, Ку не обращал на неё внимания и, продолжая говорить, смотря мне прямо в глаза. —  Мой старик... глава республики, Гуран Тайсэй... поклялся тебе в дружбе, верно? Неужели вы думаете, что он собирается предать вас и вторгнуться?

По толпе пробежал ещё один ропот. Этот молодой человек вдруг проявил неуважение к королю и в то же время показал себя сыном главы республики. Многие из собравшихся здесь не знали о личности Ку.

Чтобы успокоить их, я ответил так, чтобы не показать неуважения к Ку. — Я доверяю сэру Гурану. Однако, работа короля - готовиться к неожиданностям. Кроме того, это не только сэр Гуран; есть еще совет старейшин, состоящий из вождей каждой расы.Я не думаю, что ты можешь сказать, что ни одна из этих рас не попытается вторгнуться к нам без ведома сэра Гурана.

Я попытался применить к нему логику, но Ку не был удовлетворен.

—  Мой старик позаботится о любом таком человеке на своей стороне. Гуран Тайсэй не из тех, кто легко предает своих друзей!

— Но все же...

— Оокиякя, ты так волнуешься? Как насчет того, чтобы взять меня с подкреплением в качестве приглашенного генерала? — Ку показал на себя большим пальцем.

...Опять?

— С каких пор это стало возможным - взять тебя с собой? — спросил я.

— В качестве заложника, понимаешь, заложника. Держите меня там, где меня могут немедленно казнить, и я уверен, что мой старик будет держать ястребов в узде из страха потерять своего дорогого наследника. — Ку сказал это со смехом, как будто в этом не было ничего особенного.

Интересно, почему... У меня начала болеть голова.

— Ты... ты хоть понимаешь, что говоришь? — осторожно спросил я.

— Ещё бы, брат. Я имею в виду, я думаю, что это хороший шанс для меня. Я приехал в эту страну, чтобы расширить свои горизонты. Не так уж много шансов для парня из самой южной страны на этом континенте посетить границу земель Владыки Демонов на севере, в конце концов!

— Не то, чтобы я не понимал, почему ты хочешь этого, но...

Именно потому, что возможностей было так мало, я отказался от предложения Лисии:" Может, оставишь это своим помощникам?"- чтобы самому возглавить подкрепление. Однако, правильно ли я поступил, взяв с собой мальчика, которого мне доверила другая страна, в место, которое, как я знал, будет опасным?

Я засомневался и посмотрел на Хакую.

Хакуя в отчаянии пожал плечами и коротко ответил мне. — ...Да, я думаю, это должно быть нормально.

Видимо, он решил, что в словах Ку есть хоть какой-то смысл. Неужели ничего нельзя было поделать? Судя по его глазам, Ку, вероятно, собирался пойти со мной, даже если я откажусь.

Я вздохнул. — ...Хорошо. Я позволю тебе сопровождать меня в качестве генерала. В настоящее время, я не буду предпринимать никаких специальных действий против Республики Тургис. Однако, если возникнут какие-либо движения, я оставлю это на усмотрение Эксель.

— Оокия! Спасибо, брат.

— Но обязательно доложите об этом сэру Гурану, хорошо? Кроме того, я разрешаю тебе действовать как приезжему генералу, но ни в коем случае не действуй безрассудно. Я знаю, насколько ты храбр, но сердечные отношения между королевством и республикой лежат на ваших плечах. Вы непременно должны уважать мои приказы. Понятно?

— Да, я понял! Клянусь, я не сделаю ничего безрассудного! — энергично ответил Ку.

Но был ли он серьезен? Вероятно, мне придется попросить Лерину, чтобы она держала его под контролем... Боже правый.

Ну, в конце был спор, но на этом большинство вопросов было решено.

В конце я обратился к собравшимся. — Итак, я буду рассчитывать на всех вас.

— ""Да, сэр!""

В ответ на мои слова все собравшиеся дружно встали на колени.

Вместе с Айшей, Ророа и Хакуей я вышел из зала собраний тем же путем, что и пришёл. Проходя мимо Кагеторы, который прятался за колонной, я прошептал ему приказ.

— Изучи ситуацию в Союзе Восточных Наций. И ещё, пришли ко мне Инугами.

— По вашей воле.

После этого короткого обмена мнениями Кагетора исчез из зала, прежде чем мы успели уйти сами.

Не знаю... Мне кажется, его игра ниндзя стала ещё более отточенной, чем раньше.

Теперь оставалось только решить, кто пойдет со мной, кроме военных.

Мы перешли в кабинет правительственных дел, где снова собрались те, с кем нам нужно было все обсудить.

В кабинете со мной были Айша, Джуна, Ророа и Надин, мои невесты, а также Хакуя, Томоэ, Хэл, Каэдэ, Руби, Пончо, Серина, Комаин и Колбер, всего четырнадцать человек.

Я приказал собравшимся сесть за длинный стол, за которым обычно работали бюрократы, и, убедившись, что все готово, начал говорить.

— Итак, начнем с обзора текущей ситуации?

Затем, я объяснил все детали отправки подкрепления в Союз Восточных Наций с самого начала. Здесь присутствовали те, кто ещё не был в зале заседаний.

И хотя я намеренно не затрагивал эту тему раньше, в этот раз я объяснил, что хотя эта отправка была в ответ на просьбу Империи, она также была вызвана просьбой о подкреплении от брата Ророа, Юлия.

Я решил, что это не столько международный, сколько семейный вопрос, поэтому знать о нем должны только самые близкие нам люди.

Услышав, что Юлий прислал запрос на подкрепление, Хэл изобразил на лице забавное выражение. — Юлий?! Это же тот парень, с которым мы вели войну, верно?! Разве можно доверять что-то такому парню, как этот... ой! Что это было, Каэдэ?!

Хэл удивленно посмотрел на Каэдэ, которая сидела рядом с ним. Похоже было, что Каэдэ либо ущипнула его под столом, либо наступила ему на ногу.

Каэде потерла виски и в отчаянии покачала головой. — Это сэр Юлий, Хэл. Неважно, какое положение он занимал раньше, он старший брат третьего основного кандидата в королевы - Ророа, и эта кровная связь делает его будущим шурином Его Величества. Вы должны проявить к нему должное уважение, знаете ли.

— Уркх... Прости. — Столкнувшись с разумным аргументом, Хэл склонил голову и извинился.

Ророа махнула рукой. — Ооо, не беспокойся об этом. Дело в том, что мой старший брат был врагом. Если он сейчас пытается сказать:" Спаси меня!"- то, похоже, уже поздновато.

— Принцесса...— Колберт бросил на неё обеспокоенный взгляд. Он был единственным в этом собрании, кто знал братьев и сестер Амидонии с раннего детства, поэтому ему были известны сложные чувства Ророа.

Затем Ророа встала и склонила голову перед всеми остальными. — На этот раз я не думаю, что мне удастся избежать обвинений в том, что я отдаю предпочтение члену семьи. Просто, судя по тому, о чем говорилось в письме брата, он, похоже, изменился по сравнению с тем братом, которого я знала. Я не знаю, что послужило причиной такой перемены, но... я думаю, что мы можем общаться с ним более конструктивно, чем раньше. Так что, я надеялась... Я надеялась, что ты сможешь, пожалуйста, одолжить ему свою силу.

Ророа закончила фразу не своим обычным купеческим жаргоном, а вежливо сформулированной просьбой на обычном языке. Должно быть, она говорила как принцесса бывшего княжества Амидония.

Я положил руку на плечо Ророа. — Я понимаю. Именно потому, что я согласен с тобой, я решил послать подкрепление в королевство Ластания.

— Дорогой...— Ророа подняла голову, затем посмотрела на Комаин. — Кроме того, похоже, что Джирукома тоже в Королевстве Ластания.

— Старший брат...— прошептала Комаин. Её брат находился в районе, где шли интенсивные бои из-за манами, демонической волны, поэтому она, должно быть, волновалась

— Комаин, — сказал я. — Ты теперь работаешь на Пончо, верно?

— Да! Он любезно разрешил мне служить под его началом.

— Пончо будет следить за перевозкой провизии для подкреплений, которые мы отправим. Я хочу, чтобы ты помогала ему вместе с Сериной. Скорее всего, ты тоже отправишься в королевство Ластания.

— Ах! Вы позволите мне поехать с вами?!

Я улыбнулся широко раскрытым глазам Комаин. — Ророа, у которой были антагонистические отношения с братом, беспокоится о нем. Ты ладила с братом, так что для тебя все должно быть ещё хуже. Кроме того, с таким боевым опытом, как у тебя, ты не будешь помехой. Ну, вот и всё, Пончо. Мы возьмем твоих помощников с собой. Ты не против?

Пончо энергично кивнул. — Если вы этого хочете, то, конечно. — На лице Комаин появился намек на радость, когда она склонила голову. — Большое спасибо! Ваше Величество, Пончо.

Пончо сказал.

— Я рад за тебя, да.— положив руку ей на плечо.

Я посмотрел на Серину, которая стояла рядом с ними с бесстрастным выражением лица. — Серина, вот как это бывает. Могу ли я рассчитывать и на тебя?

— Похоже, у меня нет другого выбора. Кроме того, принцесса в отъезде, и если Карла будет присматривать за ней, мне нечем будет заняться. Я попрошу вас позволить мне пока позаботиться о сэре Пончо.

— Да, простите за беспокойство, — извинился Пончо.

Уголки рта Серины слегка приподнялись. — Да, конечно. Я считаю, что вы должны выразить свою благодарность делом.

Пончо кивнул, на его лбу выступили бисеринки пота. — Я приготовлю блюдо, которое вам понравится.

— Хе-хе. Это обещание.

Серина слегка улыбнулась довольной улыбкой. Пончо, казалось, почувствовал облегчение от того, что её настроение улучшилось. Комаин вытирала тряпкой пот, выступивший на лбу Пончо.

Трудно было определить баланс сил между этими тремя, но, несмотря на некоторые неровности то тут, то там, они, казалось, были в гармонии друг с другом, так что всё было в порядке.

Я вернулся к текущей задаче и обратился ко всем. — Что ж, на этой ноте мы также пригласим Ророа. Колберт. Я знаю, что, взяв Ророа, я создам вам проблемы, но держите оборону, пока нас не будет.

— Да, сэр. В конце концов, это для моей принцессы. Пожалуйста, предоставьте финансы мне.

— Я рассчитываю на тебя. — Кивнул я. — Далее, учитывая возможность того, что мы столкнемся с демонами, Томоэ пойдет с нами. А учитывая их боевой потенциал, Айша и Надин тоже пойдут с нами. По большей части, мы будем действовать вместе, но я поручу Айше и Надин служить телохранителями для меня и Ророа. Инугами будет телохранителем Томоэ.

— Старшая сестра Ай, Нади, мы будем на вас рассчитывать. — Ророа покачала головой вверх-вниз.

Айша стукнула одной рукой по груди. — Оставь это нам! Я буду защищать госпожу Ророа! А ты, госпожа Надин, присмотри за Его Величеством!

— Поняла. Я поставлю на карту свою драконью гордость. — Надин подражала ей и тоже легонько стукнула рукой по груди.

Видя, как они оба надувают грудь друг перед другом, я не мог не почувствовать тепло внутри.

Затем, я обратился к Джуне, которая наблюдала за ними с нежной улыбкой. — Если быть честным, я хочу, чтобы ты тоже поехала, Джуна, но я бы предпочел избежать ситуации, когда король и все его невесты находятся вдали от замка, поэтому, пожалуйста, останься.

— Ничего не поделаешь, — сказала она. — Леди Лисия тоже в отъезде, поэтому кто-то должен присматривать за замком.

Хотя Джуна выглядела немного разочарованной, она сложила руки на груди и слегка поклонилась.

— По вашей воле, Ваше Величество. Пожалуйста, позвольте мне держать оборону за вас. Но, если я могу чем-то помочь, только скажите. Я мигом прибуду.

— Хорошо. Если возникнет необходимость, я буду рассчитывать на тебя.

Мы некоторое время смотрели друг другу в глаза. Мне показалось, что эти глаза говорят мне:" Будь уверен, что ты благополучно вернешься домой "

Когда я кивнул ей, надеясь как можно больше успокоить её, Джуна слегка улыбнулась.

Затем Хакуя сказал: — Сир... На пару слов, если можно?

Он просил разрешения говорить, и я его дал.

— Это касается отправки войск, — сказал он. — Мы должны рассмотреть возможность того, что это может стать долгосрочным мероприятием. Что мы будем делать с коронацией и свадебной церемонией, назначенной на конец этого года?

— О! Я совсем забыл об этом.

У нас была церемония коронации, чтобы официально сделать меня королем этой страны, и свадьба с Лисией и остальными, запланированная на конец года.Невозможно было знать, когда волна демонов спадет, и даже если я смогу вернуться к концу года, всё будет слишком суматошно. Возможно, это совпадет с родами Лисии.

Ну, когда я спросил Лисию об этом, она ответила: — Я всё ещё могу присутствовать, даже если у меня торчит живот.— Похоже, её это не беспокоило, но меня бы это волновало, если бы она так поступила, поэтому я надеялся, что она перестанет говорить такие вещи.

— Давайте пока отложим это до следующей весны, — сказал я. — Лисия должна справиться с родами, поэтому будет лучше сделать это, когда дети родятся и всё уляжется. Так и договоритесь.

— Понял, — произнес Хакуя с поклоном.

На этом все было улажено.

Когда я встал, все остальные практически вскочили со своих мест. Я опустил правую руку в их сторону и отдал приказ.

— Итак, народ! Чтобы роды Лисии, коронация, свадьба и прочие приятные вещи прошли спокойно, давайте все вместе преодолеем этот кризис!

— ""Да, сэр!""

А теперь давайте отправимся на север, который кишит монстрами.

______________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Манами, или волна демонов. Это был феномен массового появления монстров из земель Владыки Демонов и их продвижения на юг.

Второй год после вступления Сомы на трон, 1547-й год по континентальному календарю, стал годом, когда разразилась третья демоническая волна после появления домена Владыки Демонов.

В тех случаях, когда монстры выходили из подземелья, даже если они образовывали группы, их было максимум несколько десятков. Но в случае демонической волны, более 10 000 монстров внезапно вторглись бы в страны человечества.

Естественно, в отличие от монстров, вышедших из узкого подземелья, при вторжении они будут рассеяны по всей границе, поэтому на каждом конкретном поле боя будет меньше монстров, а давление на оборону будет разным в зависимости от слабости или силы монстров.

Однако, если тысячи сильных монстров вторгнутся одновременно, маленькая страна будет безжалостно растоптана, а страна среднего размера, скорее всего, столкнется с экзистенциальным кризисом.

Одним из мест, где в этом году происходили тяжелые бои во время демонической волны, было королевство Ластания, расположенное на северо-западном краю группы малых и средних стран, известных как Союз Восточных Наций.

Население этой страны составляло менее 20 000 человек, а численность армии - всего 500 регулярных солдат, но сейчас на неё надвигалась стая из более чем 5000 монстров.

Большинство из них были ящеролюдьми, у которых были головы ящериц и чешуйчатые верхние части тела, похожие на человеческие, но их ноги больше соответствовали маленькому зверю. (Если сравнивать их с динозавром из мира Сомы, то ближе всего был бы дейнонихус).

Их можно назвать ящеролюдьми, но их действия носили чисто звериный характер, и не было никаких признаков высокого интеллекта, которым, как говорят, обладают демоны.

Рядом с ящеролюдьми также таились бесчисленные химеры.

Количество этих монстров было больше, чем королевство Ластания могло осилить в одиночку, но и Союз Восточных Наций, к которому они принадлежали, и королевство Рыцарей-Драконов Нотунг, с которым они были в союзе, пострадали от демонической волны и были слишком заняты своими проблемами, чтобы послать помощь.

Поэтому, в ответ на эту ситуацию, королевство Ластания собрало людей, которые не смогли вовремя сбежать на юг, в единственном городе страны, обнесенном стеной, Ласте, и приготовились к осаде.

К сожалению, регулярная армия королевства Ластания насчитывала всего около 500 человек, и даже с учетом еще пятидесяти добровольцев у них оставалось менее 600 человек. Это было не то количество, которое могло бы отразить атаку более 5000 монстров.

Чтобы исправить ситуацию, они призвали 3000 боеспособных мужчин из 10 000 принятых ими граждан и назначили их охранять стены замка. Таким образом, число защитников достигло 3 500 человек, но большинство из них были обычными людьми. Обычный человек не мог в одиночку справиться даже со слабым монстром, поэтому их положение можно было назвать отчаянным.

Но королевство Ластания все еще держалось молодцом.

-Полудень 15-го дня, 10-го месяца, 1,547-го года по континентальному календарю-На стенах Ласты -

— Лучники, прицельтесь! Не нужно целиться в далеких врагов на земле! Сосредоточьте огонь на тех, кто карабкается по стенам, и обязательно попадите в них!

Юлий отдавал команды у южных ворот стен, пока их атаковали ящеролюди.

Юлий был приезжим генералом в этой стране, но никто здесь не был более опытным полководцем, чем он, поэтому он временно получил полный контроль над силами Ластании.

Перед глазами Юлия были солдаты, сосредоточенные на врагах, подошедших к воротам. Они нацелили стрелы и повернулись к воротам, которые не должны были пасть.

Юлий поспешно крикнул им. — Глупцы! Сосредоточьтесь на враге перед вами!

— Нет, но если ворота падут..., — начал возражать один из солдат. — Ува?!

Его ноги подкосились, когда ящеролюд просунул голову через прорезь для стрельбы перед ним. Он взобрался на стену.

Ящеролюд стоял перед солдатом, который был слишком потрясен, чтобы опомниться. Он щелкнул языком ящерицы и широко раскрыл пасть, чтобы полакомиться солдатом.

— Ик! — Солдат поднял руки, чтобы закрыть лицо от ужаса.

В следующее мгновение до слуха солдата донесся тупой звук чего-то, пронзающего плоть. Однако тот не почувствовал боли, поэтому нерешительно опустил руки.

В пасти ящера была сабля, пронзившая его насквозь.

— ...Я предупреждал тебя, — произнёс Юлий.

Это его сабля пронзила ящера.

Юлий оттолкнул ящера к краю стены вместе со своей саблей. Затем, ударив его ногой в туловище, он перевернул его, вырвав саблю. Тело мертвого ящера упало прямо на внешнюю сторону стены.

В конце концов, осознав, что его спасли, солдат поднял глаза на Юлия. — Большое спасибо!

— ...Хмф. — Юлий взмахнул своей саблей, сбрасывая с нее кровь ящера, затем снова повысил голос. — Слушайте! Враг не ведет осаду! У тех, кто окружает этот замок, не хватает ума, чтобы войти в дом через парадную дверь! Они пытаются взобраться и на стены, и на ворота! Вот почему вы все должны сосредоточиться на враге перед вами!

— ""Есть, сэр!""

Под впечатлением от храбрости своего командира, боевой дух солдат немного поднялся.

Солдаты открыли огонь по ящерицам, пытавшимся взобраться на стены, и сбивали их с ног ударами копий. Это зрелище принесло Юлию минутное облегчение, но он продолжал кричать.

— Правильно! Не забывайте охранять противовоздушные метатели болтов на углах стен! Если их уничтожить, флайеры смогут пересечь стены и атаковать тех, кто позади нас!

Он имел в виду тех искаженных монстров-химер, которые бродили вокруг стаи ящеролюдей. Эти монстры представляли собой мешанину из различных звериных черт, и описать их единообразно было невозможно. Одни ползали по земле, другие летали, что усложняло задачу реагирования на них.

Не то чтобы ящеролюди и монстры-химеры работали вместе. Химеры были падальщиками. Когда ящеролюди напали на солдат, химеры стали обследовать местность, чтобы забрать себе мертвых солдат и мясо ящеролюдей.

Они были всего лишь падальщиками, а окружающие были слишком опасны для них, например, солдаты и ящерицы. Но если химерам попадалась более слабая добыча, они яростно нападали.

Если противовоздушные метатели болтов будут уничтожены, крылатые монстры нападут на некомбатантов, прячущихся за стенами. Это нужно было предотвратить любой ценой.

Один из опытных солдат бросился к Юлию. — Сэр Юлий, как вы думаете, другие стены в безопасности?

— Госпожа Лорен защищает восточные ворота, а Джирукома - западные. Мы разместили много регулярных войск на северной стороне, где нет ворот. Если быть честным, то оборона здесь самая слабая. Пока здесь нет прорыва, я сомневаюсь, что они прорвутся куда-то еще.

— Понятно...— Опытный солдат удовлетворенно кивнул, а затем вернулся на свой пост.

Юлий продолжал руководить войсками, наблюдая за его уходом. — Слушайте! Те, кто позади нас, не могут сражаться! Чтобы защитить их, мы не должны позволить врагу обойти нас здесь! Если мы будем упорно сражаться и выиграем время, я уверен, что в конце концов прибудет подкрепление из другой страны! Мы должны быть терпеливы до тех пор! Все, будьте храбрыми и сражайтесь!

— ""Да-а-а-а!"" — закричали в ответ солдаты.

Возможно, солдаты на восточной и западной стенах услышали, потому что их группы тоже закричали.

Даже окруженный накаленной атмосферой смертельной битвы, Юлий сохранял свое природное хладнокровие и твердо осознавал текущую ситуацию.

"Я знаю, что сказал это солдатам, но... я понятия не имею, когда придет поддержка," - мрачно размышлял он. Я не могу быть уверен, что она придет. Пока нам удается сдерживать их, но если они продолжат изматывать нас, то в конце концов...

Юлий покачал головой. Если их командира одолеют негативные мысли, люди запаникуют. Он должен был сохранять хладнокровие и спокойствие.

Юлий посмотрел на север, в сторону королевского поместья. Позади него был человек, которого он хотел, должен был защитить, что бы ни случилось.

Я не позволю этим тварям съесть Тию!

Цепляясь за невинную улыбку девушки, которая спасла его сердце, Юлий продолжал отдавать приказы.

В конце концов солнце зашло, и на Ласту опустилась ночь.

Возможно, у ящеров было плохое ночное зрение, потому что ночью они не нападали. Вместо них активизировались монстры-химеры, и хотя никто из них не пытался перебраться через стены, они питались трупами солдат и ящеров, которые были разбросаны за стенами.

Они не могли ослабить охрану, но для солдат, сражавшихся днем, ночь была важным временем отдыха.

Юлий, который всё это время командовал с вершины стены, тоже ушёл на перерыв и сидел у костра вместе с Джирукомой и Лорен. Они оба упорно сражались на своих позициях, и на лицах каждого из них были видны следы усталости.

Юлий задал Лорен вопрос. — Уже пять дней, верно? Скольких мы уже потеряли?

Лорен прикусила губу. — Еще сотню сегодня... Если бы мы подсчитали всех убитых и тяжелораненых, то их было бы около 600.

Это означало, что почти шестая часть из 3500 обороняющихся солдат была выведена из строя.

Джирукома вздохнул, поправляя свои клинки-кукри. — У нас осталось менее 3000 защитников... Между тем, врагов, похоже, меньше не стало. Хотя я уверен, что сегодня мы убили достаточное количество из них.

Юлий скрестил руки и выплюнул свои следующие слова. — Похоже, что с севера их приходит всё больше и больше. Честно говоря, меня это беспокоит.

Ужас демонической волны заключался в том, что монстры будут пополняться, причем одна группа будет следовать за другой, как волны. Утомительно было думать, что, сколько бы они ни победили, количество врагов никогда не уменьшится.

Конечно, это были неразумные монстры, поэтому, если их было слишком много, то не все они могли участвовать в битве. Это означало, что они пройдут мимо этого города и двинутся дальше на юг. Другими словами, их численность не уменьшится, но и не увеличится.

— Как ты думаешь, земли на юге в порядке? — размышляла Лорен.

— Мы не в том положении, чтобы беспокоиться о других. — Юлий полностью отверг её беспокойство. — Пока мы держимся здесь, количество монстров, идущих на юг, будет меньше. С точки зрения южных стран, даже если наша страна будет в конечном итоге уничтожена, я уверен, что они хотят, чтобы мы продержались как можно дольше и убили как можно больше монстров.

— Хотя у них есть свои страны и семьи, о которых они должны думать, это кажется немного бессердечным, — признала Лорен.

— Просто так сложились обстоятельства. Если ты сначала не позаботишься о себе, то ты не можешь протянуть руку помощи другим.

— Наверное, вы правы... Простите, сэр Юлий, сэр Джирукома. — Лорен глубоко поклонилась им двоим. — Мне жаль, что иностранцы, как вы, оказались втянуты в подобную битву. Даже то, что сэр Юлий взял на себя полное командование нашими силами... Я чувствую себя жалкой.

Хотя Лорен сжала кулаки и склонила голову с болезненным выражением лица, Джирукома искренне рассмеялся и положил руку на плечо Юлия.

— Поднимите голову, пожалуйста, госпожа Лорен. Мы любим это королевство больше, чем вы думаете. Правда, сэр Юлий?

— Отойдите от меня. Это уже удушение. — Юлий отмахнулся от руки другого человека, затем громко прочистил горло. — Ну... в конце концов, у меня не было времени сбежать на юг. Что касается командования войсками, то не было никого способнее меня, так что это неизбежный результат. В конце концов, я бы не хотел умереть под командованием какого-то некомпетентного дурака.

— Хахаха! Ты так говоришь, но у тебя не было ни малейшего намерения сбежать без принцессы Тиа.

— ...Ты слишком много говоришь.

Неловкое хмурое выражение лица Юлия заставило Джирукому и Лорен разразиться смехом.

Тут, они услышали легкие шаги, приближающиеся к ним. Когда все трое подняли голову, они увидели маленькую фигурку, несшую что-то большое. Когда этот человек подошел к костру, глаза Юлия расширились. Он понял, кто это.

— Принцесса, почему вы покинули королевскую усадьбу?!

Это была принцесса этой страны, Тиа Ластания. Она была одета в свой обычный дирндль в тирольском стиле с фартуком поверх, а в руках держала глиняный горшок в варежках.

Когда Тиа увидела Юлия, её лицо расплылось в улыбке.

— Я помогала дамам в городе раздавать еду, — объяснила она, протягивая им горшок. — Лорд Юлий, Лорен, сэр Джирукома. Это хлебная каша с тыквой и молоком. Мне жаль, что это все, что у нас есть для вас после того, как вы так упорно сражались...

— Не будьте смешны, принцесса! Мы с благодарностью принимаем это! — прошипела Лорен.

Она отсалютовала, принимая котелок, а Джирукома со смехом похлопал себя по животу.

— В конце концов, мы проголодались после боя. Я уверен, что в данный момент нам что угодно покажется вкусным.

— Это грубо сказано...— Юлий в отчаянии покачал головой, но выражение его лица немного смягчилось.

Затем, они втроем уселись вокруг горшка с хлебной кашей Тии, чтобы поесть.

Тиа проницательно уселась так, чтобы её плечи касались плеч Юлия. Это вызвало кривую улыбку на лице Лорен, но она вдруг вернулась к более серьезному выражению и задала Юлию вопрос.

— В конечном счете, укрываться здесь - это наш единственный выход?

— Теперь, когда мы окружены, побег невозможен, — ответил Юлий спокойным тоном между глотками каши. — Если бы враг был разумным, мы могли бы вести переговоры, но у них в голове нет ничего, кроме того, чтобы съесть лежащую перед ними добычу. Они просто постоянно пытаются броситься на стены. Поэтому нам едва удается отбиваться от них. Но... если это битва на истощение, то будет трудно.

— Лорд Юлий...— Тиа схватила её за рукав, а её глаза неуверенно дрогнули.

Юлий положил свою руку на её и сказал: — Как бы там ни было, мы должны продержаться, чего бы это ни стоило. Мы будем удерживать город, ожидая подкрепления, которое должно прийти откуда-нибудь. Это всё, что мы можем сделать сейчас.

— А подкрепление... действительно придет? — нерешительно спросила Тиа. — Отец говорил, что попросил королевство рыцарей-драконов Нотунг и Союз Восточных наций прислать помощь.

Юлий покачал головой. — Они могут приехать, но поскольку другие страны союза и Королевство рыцарей-драконов также затронуты демонической волной, их прибытие задержится. В конце концов, все они должны уделять первостепенное внимание своим собственным странам.

— Ох...— Плечи Тии опустились.

Сочувствуя ей, Джирукома спросил Юлия: — Ты послал запрос на подкрепление, используя свои собственные связи, верно? Есть ли у нас надежда, что они появятся?

— Ты их послал?! — Голова Тии резко поднялась, и она посмотрела на Юлия.

Не в силах смотреть на её умоляющий взгляд, Юлий отвернулся, отвечая. — Я даю нам шансы пятьдесят на пятьдесят. В конце концов, это вопрос того, пошлет ли этот человек войска или нет.

Связи Юлия. Это означало полагаться на его младшую сестру Ророа, которая сейчас была кандидатом на то, чтобы стать третьей основной королевой временного короля, Сомы Казуя из Королевства Фридония. Это означало, что Ророа должна была замолвить словечко перед Сомой, чтобы тот отправил войска.

Для Юлия они оба были людьми, с которыми он воевал, но сейчас он никак не мог позволить себе зацикливаться на этом. Чтобы защитить дорогую девушку, которая была рядом с ним, Юлий был готов склонить голову перед теми, с кем враждовал.

Однако, услышав его слова о том, что шансы пятьдесят на пятьдесят, Джирукома вопросительно склонил голову набок. — Действительно ли пятьдесят на пятьдесят? Я понимаю, что у Сомы есть два варианта - послать войска или нет, но разве не стоит вопрос о том, передаст ли твоя сестра просьбу или нет?

— Нет, Ророа обязательно передаст.

— Ты говоришь уверенно.

— Моя сестра расчетлива, но как только в дело вмешиваются эмоции, она становится нерешительной. Если брат, которого она изгнала, придет к ней за помощью, она не сможет сама решить, что делать. Она оставит решение за Сомой.

— Так вот почему решение принимает король Сома , а...— Джирукома пожал плечами, демонстрируя намек на недовольство. Если Юлий попросил сестру о помощи, зная его характер, то он был очень хитрым парнем.

Юлий насмешливо усмехнулся про себя, а затем посмотрел на Тию. — Принцесса. Вот такой я человек. Я даже воспользуюсь своей собственной семьей, если потребуется. Кровь ядовитой змеи княжеского дома Амидонии все ещё течет в моих жилах. Так что...

— Но ты ведь делаешь это для нас.— Тиа прервала самоотрицающие слова Юлия. Она обхватила его левую руку своей и тепло улыбнулась ему. — Ничего страшного, если вы ядовитая змея. Когда я вижу, как вы делаете всё, чтобы защитить нас, лорд Юлий... вы такой надежный и любимый. Если придет подкрепление, и ты почувствуешь вину за то, через что заставил пройти свою сестру, я склоню голову рядом с тобой. Потому что я хочу, чтобы твоя сестра поняла, что ты сделал это ради нас.

— Принцесса...

Когда его тронула улыбка Тии, Юлий почувствовал, как старые навязчивые мысли внутри него тают.

Юлий естественно положил свою правую руку на руки Тии, которые были обхвачены его левой рукой.

Они сидели вместе в тишине.

Почувствовав атмосферу между ними, Джирукома и Лорен тихонько удалились.

На следующий день ящеролюди начали атаковать стены Ласты на рассвете.

Их численность не уменьшилась с 5 000, поэтому было ясно, что к ним присоединилась ещё одна стая ящеров.

После нескольких дней непрерывного сражения защитники всё больше изнемогали.

Если бы это была обычная осада, атакующие избегали бы натиска, который только увеличивал бы потери, стремясь найти брешь в обороне. Они бы сразу отступили, когда стало ясно, что защитники не сломаются, стараясь ограничить ущерб для собственных сил.

Однако, ящеролюди пытались взобраться на стены, сколько бы их товарищей ни пало, и врывались внутрь, чтобы сожрать людей. Смерть их союзников и истощение сил ничего для них не значили.

Из-за этого у защитников почти не было времени на отдых, и они были доведены до предела как умственно, так и физически.

Несмотря на это, солдаты Ластании на стенах сражались изо всех сил, чтобы не допустить прорыва в обороне.

Пока Джирукома отдавал команды возле западных ворот, один из добровольных солдат из беженцев, подошёл задать ему вопрос.

— Как ты думаешь, о чем думают эти твари, когда нападают?

— Что ты имеешь в виду... — о чем они думают?

— Такое ощущение, что вместо того, чтобы попытаться захватить город, они хотят только съесть нас, — сказал солдат. — Если они так голодны, то, конечно, они могли бы просто съесть монстров, которые скрываются вокруг. Насколько я могу судить, они не похожи на приятелей.

Джирукома молча кивнул. Он тоже это почувствовал.

Первое, что сделали ящеролюди, взобравшись на стены, - попытались укусить солдат. Он считал это действие признаком сильного голода.

Судя по тому, как они продолжали бросаться на стены в поисках пищи, сколько бы их ни пало, казалось, что они почти не обладают разумом. Однако если это так, то почему они не пытались утолить голод на монстрах-химерах, которые находились неподалеку? В конце концов, монстры-химеры питались их трупами.

"Может быть, в этом есть какая-то глубокая причина...?" - задался вопросом Джирукома, но тут же отогнал эту мысль. Он не мог почувствовать никакого интеллекта от ящеролюдов. Скорее всего, глубокой причины не было, и она была невероятно проста.

Например...

— Может быть, мы кажемся им вкусными? Может быть, поэтому они бросаются на нас? — предположил он.

— Как будто они считают нас деликатесом? — спросил солдат.

— Кто знает. Пожалуйста, спросите у ящериц.

Пока они говорили об этом, раздался крик солдата у западных ворот.

— Сэр Джирукома! Они близки к тому, чтобы прорваться с северной стороны западной стены!

Как только он услышал этот голос, Джирукома приготовил сдвоенные кукри, которые были его любимым оружием.

Человек, задававший Джирукоме вопросы, напрягся и положил руку на рукоять меча, висевшего у него за спиной.

— Ударная группа, вперед, — просто сказал Джирукома солдатам-добровольцам, стоявшим вокруг него, и побежал в сторону севера.

За ним последовали около пяти добровольцев.

Когда они достили места, где ящеролюди уже почти прорвались, Джирукома одновременно отрубил головы двум, которые только что взобрались на стену. Те, кто следовал за ним, заваливали ящериц рядом с собой, укрепляя стену.

Когда Джирукома увидел, что они закончили, он отдал приказ тем, кто следовал за ним. — Мы облегчим работу. Следуйте за мной!

Не успел он это договорить, как Джирукома спрыгнул вниз за стену, где кишели ящерицы.

Используя магию ветра для безопасного приземления, он закружился, разрубая ящериц вокруг себя. Затем он прорубил себе путь через середину стаи, уничтожая одну цель за другой.

Члены так называемой ударной группы делали то же самое, уничтожая всех ящеров, до которых могли дотянуться.

Будучи бойцом по натуре, Джирукома не мог управлять всем отрядом так хорошо, как это мог бы делать Юлий. Однако, как одиночный воин он был лучше всех в этом королевстве. Поэтому, когда в западной обороне появлялась точка, которая, казалось, могла провалиться, он и его люди бросались туда и использовали свои редкие боевые способности, чтобы отбросить врага назад.

Помимо боевого мастерства Джирукомы и его людей, всякий раз, когда он демонстрировал свою силу, это поднимало боевой дух, поэтому оборона западной стены была прочнее, чем любая другая.

— Достаточно, — приказал он. — Мы возвращаемся.

Как только число ящеролюдей у стены хоть немного уменьшалось, Джирукома тут же приказывал отступать. Хотя шестеро из них могли совершать подлые атаки, в конце концов их окружили бы и разгромили.

Кроме того, поскольку им приходилось постоянно перемещаться, чтобы избежать окружения, они не могли продолжать это долго. Независимо от причин, оставаться надолго было неразумно.

Джирукома и его люди нашли углубления в стене высотой более десяти метров и быстро вскарабкались по ним обратно.

— Всё равно... им нет конца? — жаловался один из добровольцев, пока Джирукома вытирал пот со лба.

Джирукома хлопнул солдата-добровольца по спине, чтобы подбодрить его. — Мы пришли на эту землю, чтобы вернуться на родину. Если ты позволишь чему-то вроде этого заставить тебя хныкать, возвращение домой никогда не будет чем-то большим, чем мечта.

— Я знаю, но...

И тут это случилось.

Из центра Ласты донесся звук горна.

Это был знак проверить наличие дымовых сигналов, и солдат, стоявший на страже, закричал: — Сэр Джирукома! Есть дымовые сигналы от восточных ворот!

— От госпожи Лорен? — отозвался он. — Что они говорят?

— Это знак для командиров собраться!

Дымовой сигнал призывал командиров, то есть Джирукому и Юлия, собраться. Это должно было означать, что Лорен должна была что-то обсудить с ними.

— Понял.— Джирукома резко кивнул. — Я ненадолго покину это место! Всем оставаться на своих местах! Вы должны продержаться до моего возвращения! Понятно?!

— ""Даааа!"", — заревели солдаты.

Джирукома кивнул, затем вскочил на лошадь, приготовленную и ожидавшую с внутренней стороны стены.

Когда Джирукома достиг центра города, Юлий и Лорен уже были там.

— Госпожа Лорен, что-то случилось? — спросил он, слезая с лошади.

Лорен сняла свой шлем и сунула его под мышку, затем вдруг воскликнула, —Простите! — и склонила голову. — Я только что получила отчет, но, судя по тому, что говорит человек, управляющий арсеналом замка, наши запасы стрел скоро закончатся.

— Никаких стрел...— пробормотал Юлий.

Это была серьезная проблема. Призывники могли сражаться только потому, что у них было оружие дальнего боя - луки и стрелы. Без достаточного количества стрел их способность защищать стены сильно пострадает.

Юлий сжал виски. — Прошло всего шесть дней с тех пор, как мы расположились для осады. Неужели у нас не было резервов?

— Это потому, что количество регулярных солдат у нас изначально было невелико. При нынешней численности нам должно было хватить на две недели, но вражеское наступление было интенсивным. Не говоря уже о том, что многие из мужчин не привыкли пользоваться луком и стрелами, так что, думаю, это заставило нас использовать их быстрее. Сейчас кузнецы в городе делают новые, но с той скоростью, с которой мы их тратим, они не успевают.

— Тогда это безнадежно...

— Мне жаль. — Лорен склонила голову в отчаянии.

Джирукома положил руку ей на плечо. — Поднимите голову, госпожа Лорен. Конечно, это не ваша вина. Я считаю, что народ этой страны хорошо держится, находясь в невыгодном положении. Если дело дойдет до этого, мы будем сбрасывать кирпичи и масло с вала, и отобьемся от них копьями.

— Сэр Джирукома...

Глаза Лорен были влажными, и Джирукома похлопал её по плечам, чтобы успокоить.

Как только он увидел, что Лорен пришла в себя, Джирукома обратился к Юлию. — Тем не менее, если дело дошло до этого, нам действительно придется рассчитывать на подкрепление. Не думаю, что кто-нибудь из них может оказаться поблизости?

Однако Юлий покачал головой.

— Когда мы окружены, информация не поступает. Мало надежды на подкрепление из Союза Восточных Наций, так что... думаю, всё зависит от королевства рыцарей-драконов Нотунг.

— А как насчет подкрепления из королевства Фридония? Вы сказали, что отправили туда запрос, верно?

— Даже если Сома пошлёт подкрепление, эта страна находится далеко оттуда. Если учесть скорость передвижения их войск, то я не думаю, чтобы они прибудут сегодня или завтра.

— Понятно...

Двое мужчин нахмурились, а затем это произошло.

Один из солдат поспешно бросился к ним, опустился на колено, как будто споткнулся и упал. Если присмотреться, на руке у него были порезы, как будто его царапали когтями.

— У меня есть рапорт, капитан!

— Откуда у тебя такие раны?! — воскликнуа Лорен.

Солдат склонил голову и быстро доложил. — Ящеролюди бросились на северную стену и местами прорвались! Более десяти из них направились к замку и сейчас сражаются со стражниками!

Не успел солдат закончить свой доклад, как Юлий начал движение.

— Юлий! — крикнул Джирукома.

Не обращая внимания на своего товарища, он сел на коня и помчался к замку. Он не мог усидеть на месте, услышав, что замок атакуют.

Принцесса Тиа...

Королевская чета и принцесса Тиа находились в замке. Принцесса, девушка, которая освободила ожесточенное сердце Юлия.

Мчась по мощеной дороге, Юлий достиг замка и увидел ящериц, ползающих по замку, как гекконы.

— Проклятье! Хааааа! — закричал он.

Решив не обращать внимания на ящериц снаружи замка, он бросился в здание верхом на лошади. Недалеко внутри он обнаружил трех ящеров, пировавших на телах тех, кто, должно быть, был стражниками. Он промчался мимо них, и в гневе сделал взмах и отсек голову одного из них.

Сделав над собой усилие, он успокоился и подумал: — Если они пробрались в замок, то принцесса Тиа и её семья бежали всё глубже и глубже внутрь. Внутри замка тоже были беженцы. В таком случае, они направились в... большой зал!

Если кому-то нужно было место в глубине замка, способное вместить много людей, то большой зал был единственным подходящим местом.

Придя к такому выводу, Юлий помчался по коридорам с высокими потолками. По пути ему встретился один ящеролюд, но он спокойно расправился с ним мечом. Затем он заметил трех ящеров, сгрудившихся вокруг двери в большой зал. Они били когтями по двери, пытаясь попасть внутрь.

— Живее! — Юлий соскочил с коня и уперся руками в землю.

В следующее мгновение из пола коридора вырвались шипы земли, поразив сразу трех ящеров. Это была та же магия земли, которую когда-то использовал его отец - Гай.

Ящеролюди издали приглушенный крик и больше не двигались.

Юлий даже не взглянул на них, бросившись к двери большого зала. Он попытался открыть дверь, но... не смог.

Юлий прижался к двери всем телом, постучал в неё и позвал с другой стороны. — Принцесса Тиа, вы в порядке?! Это я! Юлий!

— Лорд Юлий?! — услышал он изнутри голос молодой девушки. Как только он понял, что это голос Тии, Юлий почувствовал такое облегчение, что ноги едва не подкосились под ним.

Однако, ящериц оставалось еще довольно много, поэтому Юлий повернулся спиной к двери и остался настороже.

Скорее всего, внутри была устроена баррикада. Некоторое время он слышал движение внутри, затем дверь распахнулась, и Тиа выскочила наружу, чтобы обнять его.

— Лорд Юлий! — кричала она.

— Принцесса Тиа... Слава богу, вы в безопасности. — Юлий нежно обнял её в ответ.

За дверью он увидел родителей Тии и беженцев. Одни с облегчением увидели Юлия, другие были до смерти напуганы и не могли осознать ситуацию. Их реакция была очень разной.

Юлий отделился от Тии и обратился к остальным через дверь.

— Пожалуйста, подождите пока в этом большом зале. По поместью бродят ящерицы. Наши союзники скоро будут здесь, я уверен.

Пока Юлий успокаивал людей в большом зале, Джирукома догнал его. — Юлий, это было слишком безрассудно идти сюда одному!

— Хмф, ты просто был слишком медлителен.

Юлий сделал ехидное замечание, но Джирукома потянул его за руку, как будто ему было не до этого.

— Просто пойдем. Снаружи происходит что-то странное.

— Странное? — спросил Юлий, насторожившись.

Он велел Тиа и остальным еще раз плотно закрыть дверь, а затем вместе с Джирукомой прорубил себе путь через ящериц, чтобы выбраться наружу.

Когда они подняли глаза к небу, то увидели, что над Ластой пролетает строй из более чем сотни виверн. Должно быть, они летели высоко, потому что выглядели ужасно маленькими.

Вероятно, они летели на такой высоте, что противовоздушные метатели болтов не могли их зацепить.

Это явно были не монстры. Это были воздушные силы на стороне человечества.

Джирукома прищурился. — Это... солдаты Нотунга?

— Нет, Нотунг не стал бы использовать виверн... Кроме того, они идут с юга.

Когда Юлий произнёс это, он увидел, как что-то упало с виверны. Когда они прищурились и посмотрели в небо, несметное количество этих предметов внезапно раскрылось, словно распустившиеся цветы.

Белые круглые предметы рассыпались по небу. Они были похожи на рой медуз.

Пока они порхали по направлению к стенам замка, стало ясно, что под этими белыми круглыми штуками висят вооруженные солдаты. И в этот момент между белыми плавающими предметами на землю опустилась большая черная тень.

Проплыв по воздуху, как рыба в воде, перед Юлием приземлилось существо, похожее на огромную черную морскую змею.

У него были длинные усы и рога на голове. В руках оно держало нечто, напоминающее гондолу.

Увидев, что оно не похоже ни на виверну, ни на дракона, Юлий и Джирукома испугались, что это новое чудовище, и приготовили оружие. Когда они это сделали, чудовище уменьшилось на глазах.

Наконец, перед тем, как оно совсем уменьшилось, с его спины спрыгнула фигура.

Этот человек в военной форме с черным плащом повернулся к ним и сказал: — Давно не виделись, Джирукома. И вы тоже... сэр Юлий.

Юлий был ошеломлен еще больше. — Сэр... Сома , хм.

Это была первая встреча нынешнего короля Фридонии, Сомы Казуи, и бывшего наследного принца Амидонии, Юлия Амидонии, после целого года.

______________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

-Минуты до воссоединения Сомы и Юлия...

— Не позволяйте себе усомниться! — Лорен, капитан солдат Королевства Ластания, кричала с вершины северной стороны крепостных стен. — Мы не должны пропустить мимо себя ни одного монстра!

Используя свой щит, чтобы отбить ящеро-человека, когда тот перелезал через стены, она подбадривала своих товарищей, которые были близки к победе.

Услышав, что несколько ящеров прорвались и атакуют замок, Лорен хотела пойти им на помощь, но поскольку Юлий и Джирукома уже были в пути, она присоединилась к защитникам на северной стене и приняла командование там.

Она беспокоилась за благополучие принцессы Тии, но чтобы защитить принцессу, а также всех остальных за стенами, она не могла пропустить больше захватчиков.

— Вперед! — крикнула она. — Все, гоните их назад!

Военная доблесть Лорен подняла боевой дух на северной стене. Ей каким-то образом удалось завести в тупик стаю ящеров, которые лезли вверх.

Хорошо. Нам удалось как-то справиться. Теперь...

Лорен уже начала чувствовать облегчение, но тут это случилось.

— Капитан! Посмотрите на небо! — Один из солдат указывал на южное небо и кричал.

Когда Лорен посмотрела вверх, с юга летело бесчисленное множество тварей. На мгновение она забеспокоилась, что это новые монстры, но если это так, то они должны были прилететь с севера.

В конце концов, когда они приблизились, она поняла, что это были виверны с людьми верхом. Это был отряд виверновой кавалерии.

Военные силы?! Из какой страны...?!

Затем она увидела, как отряд виверн что-то уронил. Это что-то упало прямо на Ласту, и по пути вниз открылось что-то белое. Как только белое нечто раскрылось, скорость его падения стремительно уменьшилась.

Наконец, когда оно пролетело еще ближе к Ласте, Лорен поняла, что под белой штукой висит человек.

— Подождите, люди?! — воскликнула она.

Зачем вивернам сбрасывать человека? Такого она даже представить себе не могла. Лорен была в замешательстве, но тут противовоздушный метатель болтов открыл огонь по человеку, который спускался вниз.

— А?! О, черт!

Антивоздушный метатель болтов нацелился на приближающиеся объекты. К тому времени, как Лорен поняла это, в сторону спускающегося человека уже летело большое количество болтов. Она думала, что человек будет сбит, но...

— Тч?! Давай сделаем это! — Падающий человек удивленно вскрикнул, а затем отбил сдвоенными копьями один за другим летящие болты размером с копье.

У Лорен отвисла челюсть. Он сбил все антивоздушные болты болтомета?! Он что, монстр или что-то в этом роде?!

Когда этот человек подошел достаточно близко, она смогла разглядеть, что это был молодой человек с рыжими волосами. — Остановите антивоздушные болтомёты, пожалуйста! Мы здесь в качестве подкрепления! — крикнул он.

Подкрепление... подкрепление?! Лорен повторяла это слово в голове, и когда ее наконец осенило, она поспешно отдала приказ своим солдатам.

— Дать сигнал противовоздушным ретрансляционным болтометам на каждой из стен не стрелять! Это наше подкрепление!

— Да, госпожа!

Солдаты, получившие приказ, бросились подавать дымовой сигнал. Вскоре после этого зенитные установки на каждом из четырех углов крепостных стен замолчали.

Как будто они этого и ждали, виверны в воздухе выгружали человека за человеком, и, как и прежде, белые штуки раскрывались в воздухе.

Скорее всего, эти белые штуки были приспособлениями, призванными помочь при посадке. Но когда более сотни этих круглых белых посадочных устройств раскрылись в небе, они были похожи на семена одуванчика, танцующие на ветру.

Пока Лорен размышляла о том, что они выглядят неуместными в этой зоне жестокой войны, она заметила рыжеволосого молодого человека, который первым начал спускаться, а теперь приземлился.

Рыжеволосый молодой человек освободился от плоского посадочного устройства и бросился к Лорен.

— Фух. Я знаю, что тренировался для этого, но я думал, что умру там, — сказал рыжеволосый молодой человек, разминая плечи.

Несмотря на то, что он продемонстрировал невероятный подвиг, отбив летящие в него гигантские болты, молодой человек, казалось, мог выдержать и больше.

— Только... кто вы такой?! — изумленно спросила Лорен, и рыжеволосый молодой человек встал прямо, отдавая честь в ответ.

— Прошу прощения за столь позднее представление. Я - капитан ударных сил Халберт Магна из специального десантного подразделения королевства Фридония, «Дракшутисты». Вы здесь командующий?

— А...? Э, да! Я Лорен Фран, капитан солдат Королевства Ластания. Сэр Халберт, вы только что сказали, что принадлежите к армии Королевства Фридония...?

Она запнулась, начиная чувствовать надежду.

Халберт твердо кивнул ей. — Да. Сома ... Король Фридонии Сома Казуя получил просьбу от сэра Юлия, бывшего кронпринца Амидонии, и я прибыл сюда по его приказу, чтобы оказать поддержку.

— Подкрепление, о котором говорил сэр Юлий... а! Тогда ваши главные силы тоже приближаются?

Королевство Фридония было сейчас главной державой на востоке. Маловероятно, что они послали бы войска численностью менее 10 000 человек. Эти силы должны были быть уже близко.

По крайней мере, на это надеялась Лорен, с надеждой глядя на Халберта, но Халберт неловко почесал щеку.

— Нет. Мы - передовая группа. До прибытия основных сил пройдет еще некоторое время, поэтому нас отправили вперед из-за нашей высокой мобильности. Мы здесь, чтобы прощупать силы монстров и поддержать местных защитников, чтобы город не пал до прибытия основных сил.

— Я... я вижу... —  Значит, основные силы были еще далеко. Плечи Лорен опустились.

Халберт положил руку на ее ссутуленные плечи и усмехнулся. — О, не волнуйтесь. Дракршутисты - лучшие в Силах национальной обороны Королевства Фридония. Теперь, когда мы здесь... вау!

Халберт вскочил на край стены и пронзил одного из карабкающихся ящеров своим правым копьем. Затем, в то же самое время, он сжег пронзенного ящера магией пламени, а затем отшвырнул его вниз, в группу, собравшуюся перед стеной. Когда он упал на землю...

Бум!

...горящий ящер взорвался. Близлежащие ящеролюди разлетелись от взрывной волны. Мало того, пламя распространилось на остальных ящериц, и все они превратились в извивающиеся огненные шары.

— Гугья..., — закричали ящеролюди.

— Вот так, — сказал Халберт. — Я не пущу их за эту стену.

Когда позади него поднялись пламя и дым, Халберт притянул к себе брошенное копье с помощью тонкой цепи, соединенной с основанием древков обоих копий. Он надул грудь так, чтобы выглядеть надежным.

Лорен была ошеломлена быстротой его действий, но тут с неба послышалась жалоба.

— Не смей говорить: «Я справлюсь!» Глупый Хэл! Что за рыцарь прыгает вниз один и бросает своего дракона, болван?!

— Что?! — Лорен издала еще один возглас удивления.

Посмотрев в ту сторону, откуда доносился голос, она увидела красного дракона, пикирующего прямо на них с неба. Дракон широко раскрыл пасть и изверг огонь, прочертив прямую линию через стаю ящеров, пытавшихся взобраться на стену замка.

Бвууууууууууууууууууууш!

Стена пламени поднялась вверх, испепеляя ящеров на глазах. В центре этой невероятной сцены Халберт склонил голову перед красным драконом.

— Эй, Руби, извини! Здесь внизу все выглядело плохо, и я не смог удержаться...

— Нет, никаких прости! Не пугай меня так, болван!

Красный дракон отвернулся, надувшись, как маленькая девочка.

Лорен больше не могла воспринимать происходящее перед ней как реальность. Ее рот был открыт. — Неужели фридонская армия настолько... нелепа?

— Я бы не хотела, чтобы вы считали нашу семью типичной, — сказала девушка-зверь с лисьими ушами и хвостом, спрыгивая со спины темно-красного дракона. Девушка с лисьими ушами подошла к Лорен и протянула ей правую руку. — Вы, должно быть, командир. Очень приятно познакомиться с вами. Я - начальник Хэла, а также оперативный командир Дракшутистов, Каэдэ Фоксия.

— ...О! Я капитан Лорен! — Лорен поспешно взяла Каэдэ за руку. Но даже когда они обменялись крепким рукопожатием, Лорен с сомнением посмотрела на Каэдэ. — Хм... Раз вы сошли с дракона, значит ли это, что вы рыцарь дракона, госпожа Каэдэ?

— Нет. Рубин... Рыцарь этого красного дракона - Халберт. Мы с Халбертом помолвлены, поэтому она разрешает мне ездить на ней, считая, что супруг моего супруга похож на моего супруга.

— А...? Вы - супруга и начальник сэра Халберта, а этот красный дракон - тоже его супруга? — Лорен была в замешательстве.

Каэдэ лукаво улыбнулась. — Я могу объяснить подробности позже, вы знаете. Сейчас есть более важные вещи. — Каэдэ посмотрела в сторону замка. — Мне приказано, чтобы наши 200 дракшутистов сотрудничали с защитниками с каждой из стен, чтобы не допустить монстров. Первым делом нужно защитить стены.

— Я благодарна за это, но... если у вас 200 солдат, то это по пятьдесят на стену.— спросила Лорен. — Неважно, насколько вы все элитные, будет ли этого достаточно, чтобы прорваться через нынешнюю ситуацию?

Лорен была обеспокоена, но Каэдэ усмехнулась. — Это правда, количество войск, которые мы высадили в замке, составляет 200 человек, но... вы забываете о чем-то важном.

— Забыла что-то важное?

Каэдэ подняла указательный палец и указала прямо вверх.

Лорен следила за тем, куда она указывает, и... наконец, до нее дошло, что Каэдэ пытается сказать.

— Верно... у нас все еще есть силы, которые очень сильны против наземных войск там, наверху, — сказала Каэдэ с ухмылкой.

Тем временем, примерно в это время, на южной стене раздался энергичный голос.

— Оокьякья! Кавалерия здесь! Пора пуститься в бой!

— Молодой господин, почему вы так нетерпеливы?!

Это были Ку и Лерина, дуэт хозяина и слуги из Республики Тургис.

Они спустились вместе с Дракшутистами.

Когда Ку, участвующий в качестве приглашенного генерала, узнал о существовании Десантников, он попросил Сому разрешить ему тоже спуститься на парашюте.

Естественно, Сома сначала колебался. — Я же говорил тебе не делать ничего опасного, верно?

— Да ладно, брат! Если это имеет значение, я могу сделать свой собственный парашют!

Слова Ку поставили Сому в затруднительное положение. Парашют был вопросом жизни и смерти во время падения, и даже если любитель мог сделать его сам, это было не то, что он должен был попробовать. Однако, если он откажется, Ку может сделать его сам и все равно упасть, поэтому Сома смирился с энтузиазмом Ку и нехотя дал добро... при условии, что вместе с Лериной их будут сопровождать опытные Дракшутисты.

Как инструктор с начинающим парашютистом, Дракшутисты прикрепились к Ку и Лерине во время падения, и теперь они присоединялись к защитникам на южной стене.

В отличие от Ку, воодушевленного своим первым падением, Лерина все еще выглядела испуганной, потому что ее лицо было бледным, а кроличьи ушки были опущены вниз. — Я думаю... это, возможно, самое большое сожаление, которое я когда-либо испытывала, находясь у вас на службе.

— Оокия! Значит, раньше ты никогда не была так недовольна?

— Да, бывало! Я говорю, что это самое худшее!

— Что ж, очень жаль для тебя? Ну что ж. —  Ку запрыгнул на край стены, глядя на стаю ящеров, снующих под ним. Массивная сила, давящая на стены, была необычным зрелищем для Ку. — Их действительно много. В Тургисе такого не увидишь.

— Эй? Кто вы такие? — нерешительно спросил один из защитников, когда Ку заглянул за край стены.

Ку постучал по плечу своей любимой дубиной, затем улыбнулся защитнику. — Разве я уже не сказал? Подкрепление. Вот кто мы.

— Подкрепление?! Это было подкрепление, которое упало с неба?! Откуда вы?!

Ку усмехнулся. — Откуда, вы спрашиваете? Республика Тургис.

— Республика Тургис? Эта страна далеко на юге прислала нам подкрепление?

— Да. Только двое из нас.

— Д-двое?! — Защитник моргал, не в силах разобраться в ситуации.

Уже трудно было поверить, что Республика Тургис, расположенная на южном краю континента, пошлет подкрепление в эту маленькую страну в уголке Союза Восточных Наций, поэтому, когда ему сказали, что их всего двое, солдат, должно быть, почувствовал, что его обманывают.

Удовлетворенный недоуменной реакцией солдата, Ку спрыгнул со стены и энергично хлопнул его по плечу. — Я шучу, парень. Мы действительно здесь по поручению Королевства Фридония. Мы просто оказались приезжими генералами из Республики Тургис.

— Конечно...

— Ну, теперь, когда мы здесь, тебе не о чем беспокоиться! — Ку снова запрыгнул на край стены и ударил двух ящериц, которые забрались наверх, сбив их обратно в рой внизу. — Хах... Хох... алле-оп!

Подпрыгивая на неровностях стены, Ку всякий раз, когда находил ящерочеловека, нападающего на кого-то, бил его дубиной, которую Тару сделал специально для него, и отправлял монстра в полет.

— Эй, ребята! Вы когда-нибудь слышали это раньше? — крикнул Ку защитникам с края стены. — Говорят, один тургишский солдат стоит ста человек! Это значит, что мы с Лериной стоим двухсот подкреплений! Оокякя!

Видя, как Ку искренне смеется, все солдаты почувствовали себя немного спокойнее. Возможно, этот мальчик и преувеличивает, но, судя по его буйству, это не было полной ложью. Когда они посмотрели на его беспричинную улыбку, то подумали: «Мы не можем позволить ему победить нас. Мы можем продолжать.»

Солдаты, которые до этого повесили головы, теперь подняли лица, их боевой дух был восстановлен.

Затем позади Ку появился особенно крупный ящерочеловек. В отличие от остальных, поверхность его тела тоже была красной. Красный ящер замахнулся на Ку когтями обеими руками.

— Вау! — Ку поймал удар, держа дубину горизонтально. Однако...

— Кишааа! — шипел ящер.

— Ургх...

В задней части открытой пасти ящера Ку увидел красное пламя.

Вот дерьмо. Некоторые из них тоже могут дышать огнем?!

Ку уже делал все возможное, чтобы отбиться от его когтей. Если бы оно сейчас дыхнуло на него огнем, он бы не смог увернуться. Ку покрылся холодным потом. И тут... это случилось.

Вууш!

— Гугяа?!

Стрела влетела и ударила точно, вонзившись в правый глаз ящера.

Лицо ящера устремилось вверх и в сторону, а огненный шар, который он выплюнул, полетел в совершенно другом направлении.

Ку повернул шею, чтобы посмотреть: Лерина стояла на противоположном краю стены с луком наготове. Она тут же нацелила еще одну стрелу.

— Я не позволю тебе убить мастера Ку!

Полетела вторая стрела Лерины, на этот раз пронзив левый глаз.

Красный ящер зажмурил глаза и замахал руками.

— Вот еще кое-что. Съешь и это!

Пока враг пятился, Ку крутанул дубину и ударил его снизу в челюсть. Раздался треск, и красный ящер упал на стену.

— Фух... —  Ку вытер пот со лба. — Оок... ты спасла меня, Лерина.

— Действительно. Стоило сотни подкреплений? Я никогда не слышал ничего подобного, знаешь?

— Ну? Я прослежу, чтобы теперь все это знали! — Ку демонстративно покрутил дубину перед тем, как прислонить ее к боку. — Может, это и преувеличенное бахвальство, но мы можем сделать его реальным. Если я раздавлю сотню таких штук, это будет звучать правдоподобно!

— Не говори так, будто это легко!

— Мы сделаем это, Лерина! Покажем северным землям, насколько сильными могут быть тургишские воины!

Не успел он это сказать, как Ку помчался на поиски следующей цели. Обещание, данное им Соме, что он не будет делать ничего опасного, было давно забыто.

— Оокякя! Эй, солдаты Ластании! Пришло время держать оборону! Если вы думаете, что не можете выиграть бой, зовите меня! Я справлюсь! — хвастался Ку, избивая приближающихся к нему ящеролюдей.

Как всегда, было непонятно, на каком основании он все это говорит, но его энергичный голос как-то бодрил.

— Да! Давайте сделаем это дело! — призывали солдаты.

— Хех! Мы не можем позволить нашему тургишскому гостю захватить всю славу!

— Это наша страна! Мы должны защищать ее сами!

Боевой дух солдат поднялся еще выше, и все на стенах воспрянули духом.

Лерина, которая чувствовала накаленную атмосферу, следуя за Ку, улыбнулась. Вот оно. Вот она, харизма молодого мастера.

Он был немного идиотом и иногда выходил из себя, но Ку всегда шел впереди, сам рискуя, и увлекал за собой тех, кто следовал за ним.

Были короли, подобные Соме, которые умели использовать людей. Были императрицы, подобные Марии, которые вызывали уважение своего народа. Но Лерина хотела служить только Ку, и только Ку.

Хотя... если бы он мог воздержаться от безрассудства, было бы еще лучше...

Пока Лерина размышляла об этом, Ку подтолкнул ее поторопиться. — Давай, Лерина! У нас еще девяносто или около того!

— Когда ты сказал, что одолеешь сотню, ты говорил серьезно?! — недоверчиво воскликнула Лерина, и тут это случилось.

Далеко в небе над Ку и Лериной раздался звук труб. Бвун! Бвун! Они протрубили несколько раз, как бы предупреждая их об осторожности.

Услышав этот звук, лица Ку и Лерины напряглись.

— О, черт! Это начинается! Эй, вы, люди! Отойдите немного от стен!

— Все! — воскликнула Лерина. — Рыцари-виверны скоро начнут бомбардировку! Ожидается, что все разлетится, так что отойдите от внешних стен и пригнитесь!

Действительно. Трубы были сигналом виверн, что они собираются начать бомбардировку.

— Б-бомбардировка?! — закричал солдат.

— Эй, скорее отходите от стен!

Защитники поспешили отойти от внешней стороны стены, пригнувшись к булыжникам.

Затем 200-верстная кавалерия, которая стояла в воздухе с тех пор, как высадила дракшутистов, внезапно спустилась вниз и обрушила бочки на стаи ящеров вокруг стен замка. Бочки были наполнены взрывчаткой. Бочки со взрывчаткой, время взрыва которых регулировалось взрывателями, взорвались прямо перед падением на стаи ящеров.

Бум!

Взрывы происходили непрерывно, во всех направлениях. Взрывные волны и вибрации задели даже солдат, которые пригнулись и укрылись на стене.

Когда они наконец подняли лица, чтобы оглядеться, за стенами на севере, юге, востоке и западе поднимались столбы пламени. Распространяющиеся огненные шары поджаривали паки ящериц, и в воздухе витал странный аппетитный запах.

Кавалерия виверн, сбросившая бочки со взрывчаткой, снова бросилась в атаку, опаляя своим огненным дыханием оставшиеся стаи ящеров. Пламя привело в действие взрывчатку, которая была разбросана бочками, долетевшими до земли и не взорвавшимися, и превратило внешнюю сторону стен в море огня.

Ящеролюди просто сгорели, не в силах что-либо сделать.

— Оок. Виверны просто потрясающие, а... —  восхищенно сказал Ку, выглядывая через трещину в стене.

Потоки воздуха были сильными, а в Республике Тургис было слишком холодно, поэтому у его страны не было своих воздушных сил, и ни одна страна никогда не использовала их против них.

Первый воздушный налет, свидетелем которого он стал, превзошел все, что он когда-либо мог себе представить.

Там было, наверное, пять тысяч ящеров, и в одно мгновение семьдесят-восемьдесят процентов из них были сожжены.

Ящеролюди, которым посчастливилось спастись от пламени, ползали, и он видел, как они разбегаются в ближайший лес.

Если на каждой из других стен разворачивалась такая же картина, то ящеров оставалось не более тысячи. По крайней мере, они не станут нападать, пока их численность не пополнится.

Ку встал и отряхнулся. — Оокякя! В конце концов, мне удалось взять только около десяти из них?

— Тогда почему бы тебе не устроить погоню? Одному. — спросила Лерина, измученная.

Ку только пожал плечами. — Я бы с радостью, но я ничего не вижу сквозь дым. На сегодня я их отпущу.

— ...Отпустишь?

— Ну, у меня есть дела поважнее. — Ку хлопнул дубиной по булыжникам, затем крикнул всем ластанским солдатам, ошарашенным воздушной бомбардировкой. — Так, атаки отбиты! Давайте послушаем ваши радостные крики! Победа!

— Победа! — Услышав это слово, солдаты Ластании наконец-то поняли, что они победили.

Вскинув дрожащие руки к небу, они закричали во всю мощь своих легких.

— ""Даааааааааааааааааааааааааа!"""

Ликование солдат эхом разнеслось по вечернему небу Ластании.

***

С северной, южной, восточной и западной стен послышались взрывы, а затем во всех четырех направлениях поднялся черный дым.

Скорее всего, это был результат воздушной бомбардировки того же отряда виверн, которая сбросила Дракшутистов.

У ящеролюдей не было средств для противовоздушной атаки и защиты от воздушной бомбардировки, поэтому их в одностороннем порядке разбомбили до смерти. Даже если этого было недостаточно для их полного уничтожения, можно было ожидать, что это ослабит давление ящеролюдей, прижимающихся к каждой стене.

Между тем, примерно в это же время битва возле замка подходила к концу.

Узнав о ситуации от Юлия, я приказал Айше и нескольким королевским гвардейцам в гондоле, которую везла Надин, работать вместе с Юлием и Джирукомой, чтобы уничтожить ящеров, атакующих замок.

Конечно, Айша была сильна, но королевские гвардейцы тоже были уверены в своих силах, и вместе они могли быстро расправиться с десятью или около того ящерами в окрестностях здания.

— Надин, там еще один! — позвал я.

— Поняла! Уняяяя!

Треск!

Надин, все еще в форме молодой девушки, выпустила электрический разряд, пронзивший ящера на крыше замка.

Ящер, которого она ударила, застыл, не в силах произнести ни звука, а затем рухнул на землю, дергаясь. Очевидно, он еще дышал.

— Ну, это было великолепно! — Айша подняла свой меч, чтобы нанести завершающий удар.

— Стой, Айша! — Я протянул руку и остановил ее. — Возьми этого живым.

— А? Мы берем пленных?

— Это может научить нас чему-то об экологии монстров. Я хочу поймать хотя бы одного.

— Понятно. Вот... получи!

Айша вонзила свой меч в землю, а затем нанесла удар рукой по шее дергающегося ящера. Спина ящера на мгновение выгнулась дугой, а затем он обмяк и перестал двигаться. Его глаза закатились, а изо рта пошла пена.

...Не знаю, даже если это был монстр, мне было неприятно видеть, что с ним такое случилось.

Я нерешительно задал вопрос Айше, пока она тащила его за хвост. — Я услышал неприятный звук. Ты уверена, что не убила его?

— Я сдержалась, так что все должно быть в порядке... наверное.

— Тогда ладно...

Если присмотреться, монстр был холоден и не выглядел мертвым, поэтому я попросил королевского стражника связать его тело и закрыть чем то рот, а затем запереть его в башне рядом с замком.

Это было все для врагов за пределами королевского особняка.

Прибежал Джирукома. — Королевская семья и беженцы остались в королевском особняке. Я хочу спасти их, но внутри здания еще могут быть ящеролюди. Я хотел бы попросить помощи у королевской стражи.

— Хорошо. — Я кивнул и отдал приказ. — Работайте с Джирукомой, обыщите каждый уголок, чтобы уничтожить всех ящеров, и спасите королевскую семью и беженцев! Они могут прятаться в тени, так что проявляйте должную осторожность!

— ""Есть, сэр!""

Королевские стражники отсалютовали мне, а затем вместе с Джирукомой вошли в замок.

Только Айша, Надин, Юлий и я остались позади. Время текло незаметно, и все хранили неловкое молчание. Юлий смотрел в сторону замка, а Айша настороженно наблюдала за ним. Я решил, что пришло время мне что-то сказать.

— Я слышал, что там остались люди, но с ними все в порядке?

— Я решил, что чем пытаться вывезти их, безопаснее оставить их в одном месте, пока все не уляжется, — сказал Юлий. — Они находились в каком-то месте глубоко внутри, и вход был плотно запечатан, так что с ними все должно быть в порядке.

— Понятно.

— Да...

...Да, это было неловко.

Мы с Юлием встретились на поле войны во главе противоборствующих армий.

Юлий вторгся в королевство Эльфриден вместе со своим отцом Гаем VIII, который погиб во время этой войны. Он должен был попытаться отомстить мне, как убийце своего отца, но я также был помолвлен с его младшей сестрой Ророа, так что все было непросто.

Вдобавок ко всему, именно он просил подкрепления, а я его предоставлял.

Пока мы оба не могли подобрать слов, Айша настороженно смотрела на него. Ее руки не покидали рукоять меча, словно говоря: «Если ты сделаешь хоть один неверный шаг, я убью тебя.»

Нас охватила напряженная атмосфера.

Надин, единственная из всех, кто не был знаком с Юлием, почувствовала это напряжение, и ее глаза деловито забегали туда-сюда между нашими лицами. — Что? Почему все так напряжены?

— Брат... Старший брат... —  нерешительно сказала Ророа.

Повернувшись на ее нерешительный голос, я увидел, что Ророа и Томоэ, которым было велено оставаться в гондоле, где безопасно, пока все не уляжется, выходят наружу. Позади Томоэ шел ее телохранитель Инугами.

Увидев сестру, глаза Юлия сузились. — А, это Ророа...

Она медленно подошла и встала рядом со мной. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не могла подобрать слов, и ее рот просто открывался и закрывался. Я не мог ее винить.

Мои отношения с Юлием были сложными, но и ее тоже.

Они были братом и сестрой по крови, но они также были политическими врагами. Она изгнала его ради народа Амидонии, а затем защитила её, выйдя за меня замуж и приведя с собой свою страну.

Несомненно, она чувствовала вину за изгнание брата.

Тем временем Юлий использовал свою связь с Ророа, чтобы спасти королевство Ластания. В кризисной ситуации, когда речь шла о жизни или смерти, Юлий положился на младшую сестру, которая была его врагом.

— Ророа, — сказал он наконец.

— Ах!

Юлий прошел вперед и встал перед Ророа. Это, естественно, означало, что миниатюрная Ророа должна была смотреть на него снизу вверх. Прежде чем неуверенная Ророа успела поднять глаза, Юлий тихо опустил голову.

— Ты хорошо сделала, что привела сюда короля Сому. Спасибо.

Глаза Ророа расширились. — Брат... я...

— Я больше не являюсь наследным принцем Амидонии. Теперь я просто гость, ищущий убежища в этой стране. Тебе не нужно быть вежливым со мной. С Колбером и остальными ты говоришь на купеческом жаргоне, верно?

Юлий поднял голову.

— ...О, прекрасно! Я поняла. — Ророа почесала голову, затем скрестила руки, как будто смирилась с этим. Затем она посмотрела прямо на Юлия. — Так... давно не виделись? Как ты поживаешь?

— Ну, я достаточно здоров, как ты видишь. Люди этой страны хорошо ко мне относятся, и благодаря вашим подкреплениям мы смогли отразить сегодняшнее наступление. Позвольте еще раз поблагодарить тебя за то, что передала мою просьбу о помощи королю Соме.

— Х-хмф. Тебе лучше быть благодарным. — Ророа отвернулась и поджала губы. — Я не ожидала, что все будет так, когда мы снова встретимся.

— Хех, я могу сказать то же самое.

— Я не собираюсь извиняться за то, что заставила тебя бежать из страны, — агрессивно добавила Ророа. — В тот раз... это было все, что я могла сделать, чтобы защитить жителей княжества.

— Я не справился с ролью правителя, так что мне не на что жаловаться, — сказал Юлий. — Если ты действовала в интересах народа, гордись этим. Ты не должен чувствовать себя виноватой за это.

— Я не чувствую себя виноватой! — сказала Ророа, сверкнув зубами на Юлия. — Ньяхх!

Я не знаю... наблюдая со стороны, они выглядели как брат и сестра, которые разговаривают.

По словам Ророа, они говорили только о том минимуме, который был необходим в Амидонии. Она прикидывалась невинной из опасения, как на нее посмотрят отец и брат. Теперь, когда все закончилось и она открыто заявила о своих чувствах, я был удивлен, насколько они похожи на обычных брата и сестру.

Юлий в отчаянии покачал головой. — Я вижу, ты как всегда ребячлива. Прошел уже год с тех пор, как ты отправилась к королю Соме, верно? Разве ты не должна была уже зачать ребенка?

— Что?! — запаниковала Ророа. — Что ты говоришь?! Я и Дорогой, мы не... э...

— Только не говори мне, что вы еще даже не прикоснулись к ней? — в отчаянии сказал Юлий, очевидно, поняв, что Ророа имеет в виду.

Ророа так покраснела, что я подумал, что ее лицо может вспыхнуть. Похоже, ей не нравилось, когда вопрос решался напрямую. Такую реакцию я наблюдал у нее нечасто, поэтому она показалась мне немного милой.

Пока она находилась в таком состоянии, Юлий продолжал говорить. — Ророа. Теперь ты - глава княжеского дома Амидонии. Если у тебя родится ребенок, кровная линия княжеского дома Амидонии будет защищена. Вы обязаны произвести на свет наследников, которые будут рассказывать о военных достижениях королевского дома Амидонии. Я умоляю тебя сделать так, чтобы король Сома влюбился в тебя как можно скорее.

— О, боже! Отстань! Теперь я знаю, что чувствовала старшая сестренка Сиа! — Ророа быстро спряталась за меня. Затем она высунула мордочку, чтобы шипеть и угрожающе смотреть на Юлия.

С каких это пор она произошла от кошачьего зверолюда...?

Теперь, когда Ророа спряталась, я снова предстал перед Юлием. — Я пришел в ответ на твою просьбу о помощи. До прибытия основных сил пройдет еще некоторое время, но я привел 200 Дракшутистов в качестве передового отряда.

— Я глубоко благодарен за вашу помощь. — Юлий встал на колени и склонил голову.

Человек, с которым я когда-то соперничал во время переговоров с мадам Жанной, теперь склонился передо мной... Это было странное чувство.

— Странное ощущение. Пожалуйста, встань и говори нормально. Иначе...

— Иначе?

— Я буду называть тебя «старшим братом».

— ...Я попрошу тебя избавить меня от этого. — Юлий встал и посмотрел мне прямо в лицо.

В нем не было прежней мрачности, он выглядел расслабленным, как будто что-то, что владело им, ушло.

Затем Юлий перевел разговор в другое русло. — Я знаю, что мне странно говорить об этом как человеку, обратившемуся с просьбой, но почему ты откликнулся на  мой призыв о помощи? Мы уже сражались друг с другом. Ты мог бы проигнорировать меня, верно?

— Я не хотел причинять Ророа еще большую боль, чем та, через которую она уже прошла.

— Как мягко... так бы сказал прежний я, но теперь... думаю, я могу понять. Неужели Ророа так важна для тебя?

— Теперь Ророа - семья, — сказал я. — Я буду защищать свою семью, что бы ни случилось.

— Семья... хм.

Мы с Юлием смотрели друг на друга. Как будто мы выясняли намерения друг друга.

Я слышал, как Айша и Надин разговаривали позади меня.

— Госпожа Надин, мы с вами тоже семья Его Величества, верно?

— Еще бы. А если учесть еще и младшую сестру Томоэ, то нас уже семь человек.

— Тогда, вы полагаете, это делает сэра Юлия моим шурином?

— Нет, я не думаю, что это так работает.

Я хотел сказать: «Не могли бы вы двое перенести эту непринужденную беседу в другое место...? Но нет, меня успокаивало то, что рядом были два сильных человека. Таким образом, мне не нужно было бояться Юлия.

Юлий снял с пояса свою саблю в ножнах и протянул ее мне.

Я сузил глаза и спросил его: — Что это значит?

— Когда я посылал запрос, я сказал, что готов предложить тебе свою голову. Если она тебе нужна, позволь мне сделать то, что я обещал.

— ...Ты говорил серьезно?

— Конечно. Если ты сразишь меня, то у тебя будет на одну заботу меньше относительно твоего правления над Амидонией. В обмен я хотел бы, чтобы ты до конца заботился об этом королевстве.

В глазах Юлия не было нерешительности. Казалось, он уже принял решение.

Я медленно взял саблю, а Юлий наклонился и вытянул шею, чтобы легче было резать.

— Дорогой….

Ророа собиралась что-то сказать, но потом заставила себя замолчать. Подумав, что ей не следует ничего говорить, она проглотила слова.

Что же теперь делать...

— Лорд Юлий!

Девушка, вышедшая из замка вместе с Джирукомой, бросилась к нам, встав между мной и Юлием. Она обняла Юлия, который все еще преклонялся повесив голову.

Девушка посмотрела на меня, ее глаза были наполнены силой эмоций, которая не соответствовала ее очаровательной внешности.

— Я вижу, вы - король Сома Казуя из королевства Фридония. Я - принцесса этой страны, Тиа Ластания.

— Ах, да... я - Сома Казуя. — Я был поражен интенсивностью девушки и ответил так, как обычно. Значит, это принцесса этой страны?

Принцесса Тиа обратилась ко мне с отчаянным призывом. — Мы очень рады и благодарны получить подкрепление из королевства Фридония. Однако, хотя я не решаюсь сказать об этом как человек, получающий помощь... я должна просить вас, пожалуйста, будьте великодушны и простите лорда Юлия!

— Принцесса Тиа! Это опасно! Пожалуйста, отступите! — рявкнул Юлий.

— Я не отпущу тебя! Я не хочу, чтобы тебя убили!

Хотя Юлий пытался оторвать ее от себя, принцесса Тиа крепко держалась и не отпускала. Она ставила свою жизнь на кон, чтобы спасти Юлия.

— Я слышала ситуацию от лорда Юлия! Я знаю, что лорд Юлий рисковал головой, чтобы обратиться к нам с просьбой о помощи! Но он сделал это ради нас, Королевства Ластания! Я не знаю, каким человеком был лорд Юлий во время своего пребывания в княжестве Амидония. Однако за время, проведенное здесь, Юлий возглавил отряд добровольных солдат, поражая нападающих монстров и служа этой стране. Он незаменим для этой страны! А также для меня!

Видя, как Тиа быстро говорит и пытается убедить нас...

О, это имеет смысл...

Мы с Ророа поняли. Причина, по которой Юлий, казалось, вырос как личность, скорее всего, была связана с этой принцессой. Я мог читать между строк и видеть ее любовь к Юлию. Ее чувства к нему, а его к ней, сделали Юлия тем, кем он был сейчас.

Хотя, постойте, я никогда не собирался рубить голову Юлия.

Не похоже, чтобы лишение его головы что-то изменило, и, более того, я не хотел огорчать Ророа. Кроме того, мне казалось, что Юлий предложил мне меч, зная, что я так подумаю. Возможно, это была символическая формальность, как будто мы обрывали наши прошлые отношения.

Но принцесса Тиа, не знавшая этого, отчаянно пыталась защитить Юлия.

«Как же мне теперь взять эту ситуацию под контроль?» задавалась я вопросом. И вдруг меня осенило.

— ...Очень хорошо. Если ты примешь определенное условие, я воздержусь от возмездия Юлию.

— Если я могу что-то сделать, то все, что угодно!

— Принцесса Тиа! — Юлий поспешно попытался заставить ее взять свои слова обратно, но принцесса Тиа упрямо отказывалась слушать.

— Итак, каково может быть ваше условие? — спросила она.

— Я хочу, чтобы ты своими руками отобрала у Юлия фамилию Амидония.

— Отнять его фамилию? Ты полагаешь, что это то, что я могу сделать?

— Да, и если речь идет о тебе, то это можно сделать довольно легко.

— Можно? — Тиа была озадачена.

Тем временем Юлий, поняв, что я говорю, тут же принял сердитый вид и уставился на меня. О! В его лице все еще было какое-то подобие прежнего.

Затем, очевидно, поняв это, Тиа хлопнула в ладоши. — О, я вижу. Мне просто нужно, чтобы сэр Юлий женился в моей семье. Если он это сделает, то будет Юлием Ластанией, а не Юлием Амидонией.

— Принцесса Тиа, такие вещи нужно тщательно обдумывать... —  поспешно сказал Юлий.

Но Тия согласилась с улыбкой и кивком. — Я приму ваше условие. Я знаю, что мои мать и отец примут сэра Юлия.

— ...Укххх.

— Вахахах! — Джирукома засмеялся. — Похоже, пришло время тебе заплатить, а, Юлий. Поздравляю. Судя по вам двоим, это был вопрос времени.

— Это похоже на видение из ада... —  пробормотал я, глядя на сцену под нами.

Был звездный час, и мы с Юлием стояли вместе на вершине стен Ласты.

На случай, если что-то случится, Айша стола немного позади нас. Это была мера предосторожности не против Юлия, а против существ внизу.

Химероподобные существа кишели под нами, пируя жареными останками ящеров, убитых нашей воздушной бомбардировкой. Эти мерзости с удовольствием питались как людьми, так и ящерицами.

Раздавались разрозненные крики, когда монстры дрались за еду.

Смотреть или даже просто слушать всё это не могло благоприятно сказаться на моём душевном состоянии.

— Со всеми этими ящеролюдьми, окружающими их, я удивлен, что эта крошечная страна продержалась так долго, — произнёс я  с тревогой. — Не было бы неожиданностью, если бы они поглотили вас в мгновение ока.

— Возможно и так, но мы не могли отказаться от борьбы за жизнь, — сказал Юлий. — Мы здесь, потому что все упорно боролись за выживание.

Было удивительно слышать от Юлия такие слова. Казалось, он действительно изменился. Тот Юлий, которого я знал раньше, не стал бы так заботиться о солдатах, участвующих в боях. Его дни странствий и время, проведенное с принцессой Тией, действительно сделали его другим человеком.

— Кстати... —  начал Юлий,— что случилось с конницей виверн?

— Я отправил их обратно к основным силам, — ответил я. — Поскольку они израсходовали бочки со взрывчаткой, которые принесли с собой. Кроме того, у вас нет резервов, чтобы держать их здесь бесконечно.

— ...Действительно.

За один прием пищи виверны съедали эквивалент одной коровы. Однако, после того, как они наедались, им не нужно было кормиться снова почти неделю, так что общие затраты были не слишком велики. Тем не менее, это было бы тяжелым бременем для страны, находящейся в осаде, поэтому я не мог разместить их здесь.

Кстати, если Надин или Руби использовали свое огненное дыхание или электрические разряды в драконьей форме, то на это уходило значительное количество энергии, и они, некоторое время после этого, жадно ели, чтобы пополнить её запасы. Из-за этого я пока не мог позволить им разгуливать в драконьей форме.

— Я, по крайней мере, попросил конницу виверн привезти припасы, которых вам не хватает, но... это примерно полдня пути, так что раньше, чем завтра вечером, они не прибудут, — сказал я. — Нам придется ещё некоторое время

сражаться только солдатами этой страны и дракшутистами.

— В таком случае... будет важно решить, как будет осуществляться командование войсками двух стран. — Юлий посмотрел на меня. — Вы уверены в этом? Позволить мне командовать войсками Фридонии?

— Ну, в данной ситуации альтернативы нет.

После разговора с моим штабным офицером, Каэде, мы решили, что на то время, которое потребуется основным силам, чтобы встретиться с нами, Юлию будет поручено командование дракшутистами.

Это была мера, которую мы предприняли, чтобы предотвратить любые конфликты в командных структурах фридонийских и ластанских вооруженных сил.

— В конце концов, вы здесь самый опытный командир, — сказал я. — Может, я и занимаю высокий пост, но я, скорее, бюрократический тип, а дракшутисты - яростные бойцы, но все они - кучка мускулистых голов. Каэдэ - лучший командир, но, хотя она талантлива в планировании операций, она не подходит для принятия командования в центре поля боя. Короче говоря, ты здесь единственный настоящий генерал, Юлий.

— Я понимаю это, но... я спрашиваю, можете ли вы или ваши люди доверять мне. Если они проигнорируют мои приказы, потому что не захотят подчиняться, это станет проблемой. Я также могу использовать дракшутистов, как расходный материал. Разве вас это не беспокоит?

Я криво улыбнулся его почти параноидальному вопросу и сказал,— В нынешней ситуации, ты ничего от этого не выиграешь. Кроме того, если ты выкинешь что-нибудь этакое, то ты станешь врагом почти 60 000 солдат, идущих сюда.

— Полагаю, в этом есть смысл.

Я облокотился на край стены и посмотрел на вечернее осеннее небо. — Я никогда не думал, что наступит день, когда мы будем сражаться вместе.

— Я могу сказать то же самое. Я никогда не ожидал увидеть день, когда меня спасет мой злейший враг. — Юлий скрестил руки и тоже прислонился к стене.

Когда-то мы были врагами, а теперь стали союзниками. Мир был непредсказуемым местом. Наступила тишина, пока я размышлял над этой мыслью.

Через некоторое время Юлий нерешительно открыл рот. — Я хочу, чтобы ты рассказал мне. Мой отец, Гай VIII... каким был его конец?

Я сделал паузу. — Что ты имеешь в виду, спрашивая, каким он был?

— Из того, что мне рассказали солдаты, после того, как мы расстались, он сказал, что "покажет дух Амидонии". Смог ли отец достичь своей цели?

Я молчал.

Его тон не был обвинительным. Юлий просто хотел знать, каким был конец Гая VIII, суверенного короля Амидонии.

— Это было страшно, — признался я. — Когда Гай пришел за моей головой, он был действительно страшен. Честно говоря, клинок этого человека был всего в шаге или двух от того, чтобы достать меня.

Даже сейчас, я иногда вижу события того дня в своих снах. В них результат был другим, и меч, который он бросил из последних сил, пронзил мою грудь насквозь.

Это показывало, насколько травмирующим был для меня тот день. Я никогда не забуду лицо Гая, искаженное, как у демона, и полное убийственных намерений, до конца своих дней.

Юлий усмехнулся. — Правда, взгляда моего отца было достаточно, чтобы заставить любого опасаться за свою жизнь.

— Я не могу смеяться над этим. Я серьезно принял свою смерть и обдумывал, какие слова я оставлю своей невесте.

— Понятно... Похоже, тогда отец смог проявить свой дух. — Юлий немного грустно улыбнулся, а затем хлопнул себя по щекам, как бы помогая себе переключить передачу. —  Мой отец смог прожить остаток своей жизни как воин. Не мне сейчас говорить об этом. Как и мой отец, я буду стараться жить так, как я действительно хочу.

— Что это будет за образ жизни? — спросил я.

— Я буду жить, защищая тех, кого люблю, всеми фибрами своего существа. Поэтому, Сома , чтобы защитить принцессу Тию и эту страну, позволь мне одолжить тебе свои силы. — С этими словами Юлий склонил голову передо мной.

Он... действительно изменился.

Я хлопнул Юлия по плечу, а затем начал идти. — Пойдем, Юлий. Ты мне понадобишься, чтобы руководить военным советом.

— Хорошо. Ты справишься.

И вот, мы направились к замку, где все уже ждали.

Тем временем, примерно в это же время...

Перед одной из смотровых башен возле замка стояли две фигуры, одна большая, другая маленькая. Это были младшая сестра Сомы - Томоэ и её телохранитель Инугами.

В полумраке ярко горел только сторожевой огонь, зажженный у входа в башню.

В этой необычной атмосфере Инугами с беспокойством посмотрел на Томоэ.

— Ты действительно пойдешь? — спросил Инугами.

Томоэ кивнула. — Старший брат сказал:" Я хочу, чтобы ты проверила, можно ли разговаривать с монстром, находящимся здесь, внутри.". Он хотел, чтобы я также узнала как можно больше.

Томоэ собиралась использовать свою способность на монстре внутри... то есть, она собиралась допросить ящерочеловека, пойманного во время предыдущей битвы. Если бы они смогли узнать природу ящериц, то это можно было бы использовать при планировании будущих операций. Однако, это было существо, которое пыталось полакомиться плотью людей. Возможность понять его слова могла привести к психологической травме для Томоэ.

Сома тоже очень переживал по этому поводу, но, поддавшись энтузиазму Томоэ, он неохотно попросил её собрать информацию.

Обеспокоенный Инугами призвал Томоэ быть настолько осторожной, насколько того требовала ситуация. — Его Величество также приказал:" Убедись, что не делаешь больше, чем сможешь осилить.". Если я пойму, что это плохо влияет на твои чувства, младшая сестра, я уведу тебя отсюда силой, если потребуется.

— Хорошо. Пожалуйста, сделайте это, господин Инугами.

Томоэ крепко держала руку Инугами. Поскольку она была мистическим волком, а Инугами - серым волком, то, держась за руки, они выглядели как отец и дочь.

Они открыли дверь в башню и вошли внутрь. Затем, спустившись по винтовой лестнице, они встали перед клеткой.

Там, внутри, один ящер был связан по рукам и ногам.

— Кшааа! — Он широко раскрыл свою зубастую пасть и загремел цепями.

— Ип... —  прохрипела Томоэ.

— Младшая сестра?! Будь ты проклят! — Инугами встал между Томоэ, которая споткнулась и упала на бок, и ящерицей.

Томоэ тряхнула головой, словно прогоняя дурные предчувствия. — Я в порядке.

Она вытерла холодный пот, вцепилась в руку Инугами, пока вставала, и крепко держала её, когда снова столкнулась с ящерицей.

— У этого ящера нет ничего, кроме голода, — произнесла она, наконец. — Он видит в нас только пищу. "Я хочу есть.". Это всё, что он говорит. Мы не сможем с ними разговаривать.

— Значит, основа их действий именно такова, какой она представляется?

— Да. Но... Хм?

Томоэ наклонила голову в сторону. Может быть, её что-то беспокоило?

— Что-то случилось? — спросил Инугами.

— Интересно, почему... —  произнесла Томоэ. — Мистер ящеролюд здесь, он кажется странным.

— Странным? — спросил Инугами.

Томоэ кивнула. — Я не знаю, что и думать, но... мне кажется, что ему не хватает чего-то, что должно быть у любого живого существа. Чего-то очень важного...

— ???

То, что говорила Томоэ, не имело для Инугами никакого смысла.

Томоэ и сама не могла выразить это словами, что было вполне естественно. Хотя это и расстраивало её, в конце концов, она сдалась, покачав головой.

— Это бесполезно. Я не знаю, как это сказать. В любом случае, я расскажу старшему брату и всем остальным, что я здесь узнала.

Томоэ и Инугами покинули башню, оставив ящерицу позади.

Чувство неправильности, которое Томоэ испытала от ящерицы... должно пройти ещё некоторое время, прежде чем они узнают истинную природу этого чувства.

Был уже поздний вечер. В освещенной свечами комнате в замке Ласта собрались важные персоны Королевства Фридония и Королевства Ластания. С фридонской стороны присутствовали Айша, Ророа, Надин, Халберт, Каэде, Руби и я. Со стороны Ластании - Юлий, которому король Ластании доверил полное командование войсками, капитан солдат Лорен и Джирукома, возглавлявший отряд добровольцев. Присутствовала также принцесса Тиа, пожелавшая наблюдать за ходом событий как член королевской семьи.

Айша, которая и так не очень-то умела пользоваться своей головой, была там исключительно в качестве моего телохранителя, а Ророа и принцесса Тиа, которые не были специалистами в военных вопросах, просто сидели в самом конце стола.

Кроме того, поскольку он шумно заявил:" Мы тоже хотим быть на военном совете!" - Ку и Лерине, паре хозяин-слуга из Республики Тургис, было разрешено принять участие, пока они обещали оставаться в конце стола и вести себя хорошо.

— Итак, я хотел бы начать военный совет, — произнес Юлий.

После того, как ему доверили командование обеими армиями, ему доверили и руководство военным советом.

Юлий оглядел присутствующих офицеров. — Во-первых, для начала... по этому случаю король Ластании доверил мне командование ластанской армией. Командование дракшутистами, которые прибыли к нам на подкрепление, также передано мне сэром Сомой. Есть ли кто-нибудь, кто возражает против этого? Я хочу адресовать этот вопрос в первую очередь тем из вас, кто прибыл из королевства Фридония.

— Думаю, сейчас самое время. Я не люблю лгать, поэтому скажу прямо. — Хэл почесал голову и заговорил. — Мне не по себе от этого. Я не уверен, что смогу сражаться под командованием бывшего врага.

— Хэл, - возразила Руби, - ты не должен так говорить...

Хэл поднял руку, чтобы остановить её. Каэдэ тоже положила руку на плечо Руби, молча качая головой.

Когда Руби замолчала, Хэл продолжил.

— Нас может быть всего 200 человек, но я капитан дракшутистов. Я ещё не умею руководить тысячами солдат. Я знаю, что ты здесь самый способный командир, и я уверен, что именно поэтому Сома оставил командование Дракшутистами тебе.

Юлий молчал.

— Но, даже если это всего лишь 200 человек, за их жизни отвечаю я, — продолжил Хэл. — Я не могу оставить их жизни в руках какого-то парня, который не до конца предан своему делу.

Юлий молча слушал его слова.

— Мы тоже были для тебя врагами, — продолжал Хэл. — Сможешь ли ты командовать нами должным образом?

Юлий на мгновение закрыл глаза, затем, начал медленно говорить.

— Я думаю, неизбежно, что у нас обоих есть опасения. Я не могу утверждать, что в моем сердце нет обиды. Однако сейчас эта страна - всё для меня. Если речь идет о защите этой страны, я буду работать с любым партнером и склоню голову перед любым. Если это позволит мне завоевать ваше доверие, сэр Халберт, то это касается и вас.

Хэл молчал.

— Оокьякья, ты более страстен в этом, чем ты лю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю! — Поддразнивание Ку было прервано локтем Лерины, отчего он взвыл от боли.

Он ведет себя шумно, подумал я. Может, мне все-таки стоит его выгнать?

Пока я так размышлял, мрачное выражение лица Хэла смягчилось.

— Так ли это? Если ты так настроен, мне больше нечего сказать. Наш босс решил оставить это на ваше усмотрение, так что мы просто последуем его решению. Верно?

Хэл посмотрел на меня, и я кивнул.

— Я назначил Каэдэ штабным офицером к Юлию, — сказал я. — Если они составили план, он может быть безумным, но не безрассудным. Думаю, в этом мы можем ему доверять.

— Спасибо, — произнес Юлий. — А теперь, давайте начнем военный совет.

Он развернул карту королевства Ластания и прилегающих территорий, которая лежала на столе. Затем. он начал, указывая на Ласту, где мы сейчас находились.

— Для начала, давайте рассмотрим ситуацию. Если говорить в первую очередь о

силах Ластании, то сегодня в боях снова были убитые и раненые. Я бы сказал, что, включая призывников из простого населения, у нас около 2 800 человек, которые могут сражаться. Если учесть, что 200 дракшутистов из Фридонии доводят общее число до 3000, то это и есть наша общая численность войск.

3000, хм... Учитывая, что они были в основном новобранцами, это было не очень обнадеживающее число.

Далее Юлий указал на леса возле Ласты. Ящеролюди, сбежавшие от нашей бомбардировки, сейчас скрываются там.

— Далее, ящеролюди. Они, должно быть, сильно пострадали от сегодняшней бомбардировки. Их численность сократилась до 800, может быть, 900. Однако, учитывая ситуацию до этого момента, их численность будет пополняться каждый день. Это происходит в темпе, примерно, нескольких сотен в сутки.

— Хм? Враг развертывает свои силы небольшими группами? — спросил я.

Я подумал, что это плохая стратегия, но... ах да, ящеролюды не были достаточно умны, чтобы мыслить стратегически. Да, в их названии есть слово "человек", но только потому, что у них есть некоторые человекоподобные части.

— Значит ли это, что есть причина, по которой они приходят только понемногу за раз? — спросил я.

Юлий кивнул, указывая на большую реку к северу от Ласты.

— Граница между Союзом Восточных Наций и землями Владыки Демонов проходит по этой большой реке, известной как Дабикон. Эта река, которая достаточно широка, чтобы дальний берег был размыт, а в самом глубоком месте она достаточно глубока, чтобы по ней мог проплыть ринозавр, защищала нас от чудовищ, приходящих из земель Владыки Демонов. Однако, будучи естественной рекой, глубина варьируется, и в некоторых местах её можно легко пересечь. К северу от Ласты есть узкий участок, который мелководен, и ящеролюди, должно быть, переправляются там.

— Понятно, — размышлял я. — Узкий участок неглубок, поэтому они могут переправляться только понемногу за раз, а... Подожди, подожди! Тогда, если Дабикон запружен вверх по течению, это значит, что на той стороне находится смехотворно огромное количество ящеролюдей?

Когда я спросил об этом, Юлий серьезно кивнул. — Скорее всего... десятки тысяч.

— Десятки тысяч, ха...

Империя сказала мне, что это одно из мест, где волна демонов была особенно интенсивной, так что это можно было бы предположить. Если бы не река Дабикон, эта страна была бы растоптана в мгновение ока. Что ж, я полагаю, что именно поэтому Дабикон был границей.

— Думаю, с этим придется подождать, пока Людвин не прибудет сюда с основными силами, — сказал я.

— Да. — Юлий кивнул. — Думаю, у нас нет другого выбора, кроме как попросить подкрепления из королевства Фридония справиться с этим. Однако, до прибытия основной части подкрепления я хотел бы кое-что сделать с помощью здешних войск.

С этими словами Юлий опустил кулак на определенное место на карте. Это был лес, где прятались люди-ящерицы, сбежавшие от бомбардировки.

— Я обсуждал это и с госпожой Каэдэ, но я думаю, что хочу уничтожить ящеролюдей, скрывающихся в лесу, используя 3000 солдат, которые у нас здесь есть. Сейчас, пока их численность уменьшилась, это лучшая возможность сделать это.

— Стоп, подожди, что? — воскликнул Хэл. — У нас мало людей, и ты хочешь устроить вылазку? Их численность уменьшилась, и это ослабило давление, так что разве мы не можем просто затаиться за городскими стенами, пока не прибудет подкрепление?

— Хэл, это даст врагу время восстановить свою численность, — сказала Каэдэ. — Как сказал сэр Юлий, число ящеролюдей растет с каждым днем. Сейчас их численность значительно снизилась, поэтому ящеролюди ждут, но если их численность восстановится, они снова нападут. В конфликте важно то, как вы увеличиваете количество войск, которые вы можете выставить в одном сражении, и в то же время уменьшаете количество войск противника. Например, если сравнить бой 3 000 вражеских войск с 5 000 солдат с боем 1 000 вражеских войск с 5 000 солдат, то последний нанесет меньший урон вашим собственным силам.

О! Я слышал об этом это раньше. Именно поэтому лучше не размещать свои войска небольшими группами, а размещать их как можно большими группами. Или так гласило устоявшееся знание.

— По сравнению с осадной битвой против собранной группы ящеролюдей, уничтожение их в полевом сражении, пока их численность меньше, снизит количество потерь с нашей стороны, — сказала Каэдэ.

— Кроме того, если мы сможем уничтожить присутствие ящеров здесь, мы сможем восстановить линии снабжения Ласты, — продолжил за неё Юлий, указывая на место неподалеку от Дабикона. — Неподалеку отсюда находится крепость. Её невозможно защитить только регулярными силами, поэтому она была оставлена в самом начале этой демонической волны, но если мы сможем уничтожить ящеролюдей здесь , продвинуться на север, подавив их подкрепление, и ввести солдат в эту крепость, мы сможем сдержать ящеролюдей, которые переправятся через реку здесь. Если мы сможем это сделать, Ласта будет освобождена от осады монстров. Это восстановит линии снабжения, так что больше подкреплений... скорее всего, не будет, но материальная помощь должна поступать.

Если эта страна падет, то следующая страна на юге окажется в опасности. Возможно, они подумают послать материальную помощь, чтобы помочь нам продержаться ещё немного?

Возможно, найдутся купцы, которые решат, что сейчас самое время заработать. Возможно, прибудут медикаменты для лечения раненых солдат.

Все это звучало хорошо, но... меня беспокоило одно обстоятельство.

— Если вы собираетесь иметь дело только с ящеролюдьми, это хорошо, но ведь за стенами города сейчас бесчисленные лагеря искаженных монстров, верно?

Наблюдая с Юлием за городскими стенами, мы видели химероподобных монстров с телами, собранными из различных частей. Там всё ещё были тысячи этих тварей, которые с жадностью пировали трупами солдат и ящеров, павших за стенами.

— Если мы выйдем за стены, разве они не нападут на нас? — спросил я.

— Это верно. — Юлий в досаде прижад руку ко лбу. — Эти монстры не представляют собой ничего особенного, если убивать их поодиночке. Их можно легко убить на расстоянии с помощью лука или магии. Однако, когда они собираются в большую стаю, они становятся проблемой. Если мы будем сражаться с ящеролюдьми, а монстры нападут, когда мы будем ранены, мы не сможем с этим справиться.

— Понятно. Значит, нам придется сражаться с этими монстрами в конце, — сказала Айша, скрестив руки.

— Если бы ты позволил мне разбушеваться в моей форме Рю, я бы легко разбросала этих тварей, — проворчала Надин.

Я знал это, но в ситуации, когда у нас было ограниченное количество калорий, я не мог позволить Надин и Руби сражаться в полную силу.

Юлий издал небольшой вздох. — Это небольшое благословение, что ящеролюди и монстры не работают вместе. Для монстров мы и ящеролюди - не более чем потенциальная пища, если мы умрем.

— Тогда они падальщики, как шакалы или стервятники... —  пробормотал я. — Было бы гораздо проще, если бы они просто напали и съели ящеров за нас.

— Монстры слабее ящериц. Должно быть, поэтому они только трупы разгребают, — в отчаянии объяснил Юлий.

Нет, я просто сказал это, так что тебе не нужно было отвечать так серьезно... Подожди. А? Я сделал паузу. Монстры не нападают на ящеролюдей, потому что они слабее их, но тогда... а? Почему ящеролюди не нападают на монстров?

Перед этим военным советом я получил от Томоэ отчет о захваченном ящеролюде. По её словам, она не чувствовала от ящера ничего, кроме голода. Он рассматривал Томоэ только как добычу.

Так если они так сильно голодали, почему ящеролюди не пытались съесть монстров?

Я обсудил этот вопрос со всеми.

— Причина, по которой ящеролюды не едят монстров? — размышлял Юлий. — Я никогда об этом не задумывался.

— Да, это, конечно, странно, — согласилась Каэдэ. — Эти ящеролюди решили, что мы съедобны. Однако, странно, что они исключили монстров, с которыми не сотрудничают, из списка потенциальных источников пищи.

Юлий и Каэдэ, казалось, глубоко задумались над этим.

— Может быть, они не могут их есть? Например, они ядовиты или что-то в этом роде? — предположил Хэл, но я покачал головой.

— Не-а. Я слышал это от мадам Жанны, но некоторые монстры, по-видимому, съедобны. Если я помню, она съела крылатую змею... или что-то в этом роде?

— Для своего милого личика она делает ужасно дикие вещи... —  сказал Юлий в отчаянии. Он тоже был знаком с ней.

Да, я отчасти согласен.

— Тем не менее... в таком случае это имеет еще меньше смысла, — произнес Юлий. — Почему, когда ящеролюди так сильно голодают, они не нападают и не едят монстров, которые слабее их?

Пока все ломали голову над этим, один человек нерешительно поднял руку.

— Хм, можно вас на пару слов?

Это была Айша.

Айша была величайшим воином в нашей стране, но она не особенно хорошо умела пользоваться своей головой. Хотя она и участвовала в этом военном совете, но, в основном, в качестве моего телохранителя, поэтому она молчала и воздерживалась от комментариев, пока мы совещались. Теперь, похоже, она хотела что-то сказать.

— В чем дело, Айша? — спросил я.

Айша нерешительно ответила. — Гм... я думала об этом, пока слушала ваш разговор, но может ли причина, по которой людоящеры не едят монстров, быть... гм... в том, что они просто не очень вкусные? Я имею в виду, что многие виды мяса слишком сильно пахнут, чтобы есть их сырыми.

Она присоединилась к этой теме, потому что речь шла о еде? Это было больше о монстрах, чем о еде, хотя...

— Нет, но мадам Жанна действительно ела их... Подожди. — Я зашел так далеко, но потом уловил кое-что из сказанного Аишей.

— Я имею в виду, что многие виды мяса слишком сильно пахнут, чтобы есть их сырыми.

...Сырое мясо? Вот оно. Даже если Жанна ела мясо монстра, она не могла есть его сырым. Чем более неизвестным было мясо, тем тщательнее она хотела его приготовить.

Люди готовили, а ящеролюди, скорее всего, ели пищу сырой.

Ключевым моментом было... наличие способа приготовления пищи с использованием тепла.

Я пришел к выводу.

— Ящеролюди не знают, как есть чудовищ, — сказал я так, чтобы все слышали.

Юлий нахмурил брови. — Как есть монстров?

— В мясе есть паразиты и бактерии... но если я скажу так, вы не поймете, о чем я говорю, наверное. Это как маленькие жучки внутри твоего тела, и если ты съешь мясо с ними, то ты заболеешь и даже можешь умереть. Но тщательное приготовление мяса убивает их, и это действительно снижает вероятность пищевого отравления. Это способ приготовления пищи путем её стерилизации с помощью тепла.

— Простите, но я понятия не имею, о чем вы говорите, — произнес Юлий с сомнительным видом.

Все остальные тоже кивнули.

Хотя я продвигал медицинскую революцию с такими врачами, как Хильда и Брэд в авангарде, знания в области медицины и биологии не были широко распространены, так что этого следовало ожидать. Даже если это пока невозможно, если академическое обучение станет более распространенным, и я смогу распространять знания с помощью широковещательных программ... Стоп, сейчас не время думать о будущем! Сначала мне нужно было добиться понимания тех, кто сейчас со мной.

— Даже если вы не понимаете слов, которые я использую, вы все должны знать это из опыта, — сказал я. — Если мясо стареет, вы тщательно его прожариваете.Почему так?

— Оокякя! — вмешался Ку. — Это потому, что если есть мясо сырым, то иногда можно заболеть.

Я кивнул. — Верно. Даже не объясняя в деталях, как это происходит, человечество на собственном опыте знает, что сырое мясо может вызвать у нас болезнь, а если мы тщательно его приготовим, то можем значительно снизить риск этого. Даже если мы сами не испытали этого, опыт передается от родителей к детям, и это все равно, что мы испытали это сами.

— Этот опыт передается, и он становится знанием, или здравым смыслом... так? — Юлий кивнул, выглядя удовлетворенным.

Он действительно быстро соображал. Юлий был настолько умным, насколько казался, и действительно был догадливым.

Я кивнул и продолжил говорить. — Я сомневаюсь, что ящеролюди обладают такими знаниями. Из всего, что я слышал, ящеролюди едят сырое мясо, верно? Если они ели этих странных монстров сырыми, то не было бы ничего странного в том, что они заболели, верно?

— Я бы точно не хотела есть их сырыми, — сказала Айша, сделав гримасу отвращения.

Похоже, что даже Айша, темный бог обжорства, чувствовала себя так же.

— Когда госпожа Жанна и её люди ели мясо чудовищ, я уверен, что они тщательно его готовили, — сказал я. — Другими словами, возможно, ящер съел мясо монстра и заболел, и поэтому ящеролюди больше не едят мясо монстров?

— Понятно. Так вот в чем разница между госпожой Жанной и ящерицей, — сказала Каэдэ, слушая с задумчивым выражением лица. — В таком случае, если мы научим ящериц готовить пищу с использованием тепла, голодные ящерицы смогут охотиться на монстров.(п/п:всем привет,с вами Сома, и сегодня мы будем учить монстров готовить других монстров))

— Я, конечно, понимаю, что ты хочешь сказать, но как именно ты хочешь их научить? — спросил Хэл. — Мы не просто не можем с ними разговаривать, мы вообще не можем общаться, верно?

Он положил руку на лицо. В этом и была проблема, да...

— Это будет зависеть от того, сколько у них интеллекта... —  пробормотал я.

Из того, что рассказала мне Томоэ, они думали только о том, чтобы пожирать других, и общение было невозможным. Но, опять же, когда Томоэ использовала свою способность с животными с низким интеллектом, такими как носороги...

Томоэ:" Груз, неси, хорошо?"

Ринозавр:" Вкусная трава, милая самка, хорошо."

Вот таким простым было общение.

Если эти существа отказывались даже от такого уровня общения, научить их чему-либо было невозможно. Чтобы их можно было научить, им нужна была способность учиться.

Я уже начал думать, что план, по которому ящеролюди должны были охотиться за монстрами для нас, зашел в тупик.

— Нет, я не думаю, что они бездумные, — сказал наконец Юлий. — Это ощущение я получил, сражаясь с ними. Правда, они игнорируют ворота и не могут использовать правильную тактику осады, но у них достаточно ума, чтобы выбирать места, где наша оборона слаба, и если они чувствуют, что оказались в невыгодном положении, они отступают.

— Верно... —  размышлял Джирукома. — Они избегают контакта с сильными врагами и предпочитают атаковать слабых.

— В их действиях есть определенная хитрость, — согласился Лорен. — У меня такое ощущение.

Джирукома и Лорен сражались вместе с Юлием, поэтому они знали, о чем говорят.

— Насколько они умны? — спросил я. — Как ты думаешь, они могут ухитряться красть вещи по ночам?

— Я бы не стал сравнивать их с человеческими расами, но в то же время они лучше оценивают риск, чем обычные звери, — сказал Юлий. — Ближе всего к ним, пожалуй, шуджу, но они могут быть умнее.

— Шуджу... обезьяны, хм.

Они были умнее обезьян. В таком случае, мы могли бы научить их чему-то простому.

Но учитывая, что Томоэ сообщила, что диалог невозможен, мы не сможем научить их напрямую.

Подождите! А что если мы научим их косвенно?

Даже если мы не научим их правильно, если мы будем полагаться на что-то вроде "обезьяна видит, обезьяна делает", возможно, мы сможем заставить их действовать так же, как если бы мы их научили.

Если подумать, я слышал о подобном прецеденте в мире, из которого я пришел. Если я правильно помню...

— Обезьяны моют картошку...

— Что? — спросилЮлий.

— Это история об обезьянах из моего старого мира. Когда одна обезьяна начала мыть сладкий картофель в морской воде, остальные молодые самцы в её отряде стали делать то же самое.

Наблюдение за этим явлением привело к дискуссии о том, существует ли культура в животном мире.

Говорили также о том, что "когда сотая обезьяна на острове научилась мыть сладкий картофель, обезьяны на далекой горе начали демонстрировать такое же поведение (что указывает на возможность телепатии)", но это было оккультное мумбо-джамбо. Я хотел бы сосредоточиться не на оккультизме, а на способности обезьян к обучению. Если ящеролюди также обладают способностью к обучению...

— Если мы заставим одного ящерочеловека узнать вкус приготовленного монстра, покажем ему процесс приготовления, вернем его в стаю, а потом он начнет готовить и есть монстров... —  медленно произнес я.

— Ты хочешь сказать, что ящерицы в стае, которые увидят его, начнут подражать этому поведению? — медленно сказал Юлий. — Я припоминаю, что ты поймал именно то, что тебе для этого нужно, верно?

— Да. Мы взяли одного живым и заперли его в башне.

Юлий посмотрел мне в глаза и спросил, — Как ты думаешь, это можно сделать?

— Я не знаю, но попробовать, наверное, стоит. Даже в самом худшем случае, мы увеличим число вражеских ящеров всего на одного. Если мы поработаем над этим, это не займет больше половины дня.

— Хм... Даже если это не удастся, мы все равно будем противостоять ящерам и монстрам только с нашими нынешними силами. Если они предпримут атаку, это приведет к большим потерям, а я бы предпочел избежать этого, поэтому... чтобы предотвратить это, я бы очень хотел, чтобы ты сделал эту идею успешной.

— Я знаю, — сказал я. — Давайте решим, как мы это сделаем. Сначала нам нужно раздобыть монстра, которого мы скормим ящерице... —  После этого Юлий, Каэдэ и я составили план.

Пока мы ходили туда-сюда, обсуждая, что делать, постепенно план, который начинался как случайная мысль, начал обрастать плотью и звучать более реалистично.

Кажется, я не испытывал таких чувств с тех пор, как вместе с Хакуей разрабатывал планы против княжества Амидония. Забавно, что парень, с которым я работал сейчас, был одним из врагов, против которых я замышлял тогда.

Это часть того, что делает его таким надежным. Глядя на серьезное лицо Юлия, я так и подумал.

— Какое-то странное чувство, — тихо сказала себе Ророа, наблюдая, как Сома и Юлий работают над планом.

— Что именно? — спросила принцесса Тиа, наклонив голову в сторону. Она тоже сидела, наблюдая за ходом военного совета.

Возможно, потому что ей было неловко, что её спрашивают о чем-то, что она говорила сама себе, Ророа неловко почесала щеку и криво улыбнулась. — Наверное, вид дорогого и моего старшего брата вместе, работающих над планом. Просто это кажется таким нереальным, что я немного запуталась. Они злейшие враги, и раньше сражались, чтобы убить друг друга, но теперь они вместе работают над общей целью.

Тиа молчала.

— Как будто мне снится... Эй, больно!

Тиа легонько ущипнула Ророа за щеку.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Ророа, потирая щеку и протестуя.

Тиа мягко улыбнулась ей. — Это не сон, — произнесла она, взяв руку Ророа и обхватив её своей. — Эта сцена, без сомнения, реальность, леди Ророа.

— Реальность... —  пробормотала Ророа.

Перебирая в уме эту мысль, она, наконец, начала принимать происходящее перед ней как реальность. Мужчина, которого она любила, и её брат по крови работали над одной и той же целью. Ей больше не нужно было видеть в своем брате врага. Даже в его присутствии она могла любить Сому.

— Ты права. Без сомнения, это, здесь и сейчас, реальность. — Теперь, когда Ророа смогла принять это, она тоже улыбнулась. — Спасибо, старшая сестренка.

— О, еще слишком рано называть меня старшей сестрой, — произнесла Тиа, смущенно потупившись. — Кроме того, я все равно младше тебя.

— О, боже. Ты просто прелесть, старшая сестренка!.

— Ик?!

Тиа вела себя так мило, что Ророа обняла её.

Сома и Юлий, глядя на них, вопросительно склонили головы набок.

Что эти двое там делали?

______________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Поздно вечером,  в полночь...

Луна была скрыта облаками, отчего было очень темно.

В этой темноте восемь человек - Айша, Ророа, Надин, Халберт, Каэде, Руби, Юлий и я - стояли возле сторожевого костра, зажженного на одной из городских стен.

Освещенный колыхающимся красным пламенем, я передал Айше написанное мною письмо. — Отправь это Хакуе в замок Парнам.

— Поняла.

Айша приняла письмо, привязала его к посыльному куи, которого взяла с собой, и отправила его. Посыльный Куи полетел на юг по темному небу:

— Письмо? — спросил Юлий, на что я кивнул.

— Письмо премьер-министру, которого мы оставили в замке, чтобы сообщить ему о нашем положении и о том, как обстоят дела здесь. Если за рекой десятки тысяч ящеров, мы все равно захотим принять против них какие-то меры даже после прибытия подкрепления. Я уверен, что Хакуя разработает план, подходящий для нашей ситуации, и передаст его Людвину, главнокомандующему подкреплениями.

— Понятно... —  Юлий кивнул головой. — Тогда мы оставим все планирование чернорукому премьер-министру.

— Я чувствую недоброжелательность? Потому что я оставляю все на кого-то другого?

— Ты слишком много думаешь. Я все еще под впечатлением. — Юлий криво улыбнулся, а затем слегка вздохнул. — В прежнем княжестве мнение правящего князя было абсолютным. Князь руководил без колебаний, а его приближенные следовали за ним без комментариев, независимо от того, были ли его решения правильными или нет. Возможно... это и стало причиной разрыва между нами и вами. Я чувствую, как бы поздно это ни было, что теперь я понимаю, почему  мой отец проиграл.

— Старший брат... —  Ророа бросил на него обеспокоенный взгляд.

Юлий разразился смехом. — Ророа, ты и твой муж были для меня неприятными противниками. Однако теперь вы на моей стороне. Ничто не может быть более обнадеживающим. Я не прав?

— Для меня... я никогда не думал, что прежний ты был таким уж проблемным противником.

— Смелые слова...

— Но я бы не хотела начинать бой с новым тобой. Ты кажешься куда более жестким, чем раньше. — И Ророа усмехнулся. Казалось, что между ними тает лед.

Учитывая их прошлые раздоры, трудно было сказать, смогут ли они полностью принять друг друга, но, похоже, отныне они не будут ненавидеть друг друга без причины.

Глядя на них, я чувствовал, как моя вина за то, что я забрал у Ророа ее семью, немного уменьшается.

Вот почему... что бы ни случилось, я должен защищать эту страну.

Я положил руку на плечо Надин. — Ну что, пойдем, Надин?

— Хорошо. — Надин кивнула, а затем, на одном дыхании, превратилась в свою массивную форму Рю.

Как только я сел на Надин, ко мне подбежала Айша с обеспокоенным выражением лица. — Я беспокоюсь о том, чтобы отпустить вас одних, в конце концов, сир! Я должна пойти с вами...

— Как я уже объяснял, мобильность и обнаружение врага - важные факторы для того, что мы собираемся делать. Эффективнее, если мы пойдем вдвоем с Надин. Если мы возьмем телохранителя, мы будем слишком выделяться. Мы быстро войдем и выйдем, так что не волнуйся.

— Вы так говорите, но... я ничего не могу с этим поделать.

У Айши все еще было обеспокоенное выражение лица, поэтому я усмехнулся. — Мы все должны делать все возможное, чтобы пройти через эту ситуацию. Я много перекладываю на своих помощников, поэтому я тоже должен делать все, что могу. Все в порядке. Если что-то пойдет не так, я уверен, что Хэл и остальные придут за нами.

Хэл гордо выпятил грудь. — Да. Если вы попадете в передрягу, мы пойдем и вытащим вас из нее. Верно, Руби?

— Верно. Надин, ты тоже позаботься о том, чтобы как следует защитить своего мужа.

— Я сделаю это и без ваших указаний. — Надин кивнула в своей форме Рю.

Я похлопал ее по спине и сказал: — Ладно, пошли, Надин!.

— Вас поняла!

Мы с Надин оторвались от стены замка и устремились в ночное небо.

Надин поднялась на такую высоту, до которой не смог бы долететь ни один крылатый монстр, и зависла там. То, как бескрылая Надин плыла по небу, было очень бесшумно, и ее черный цвет вместе позволял ей сливаться с темнотой ночи.

Я не чувствовал холода, потому что был защищен магической силой Надин, но шум ветра, проносившийся мимо моих ушей, был громким, и я сразу понял, что нахожусь на очень высоко.

Надин повернула свою длинную шею, чтобы посмотреть на меня. — Сома.

— Я знаю. Я сейчас ищу.

Я закрыл уши, чтобы не отвлекаться на шум ветра, а затем сосредоточился.

Я использовал свою способность, "Живые полтергейсты", чтобы управлять шестью деревянными мышами, и заставил их обыскивать землю. Внизу, на уровне земли, химероподобные монстры поедали трупы ящеролюдей, которые были поджарены до хруста после бомбардировки кавалерией виверн.

В сцене, которая делала их похожими на голодных призраков, я слышал стоны монстров и звуки кусания, когда они жадно пировали трупами. Тошнотворные образы пронеслись в моей голове, вызвав инстинктивный рвотный рефлекс, но мне как-то удалось его подавить и продолжить поиски.

Я осторожно осматривал землю с высоты, где нас не могли застать врасплох нападения монстров.

Из всех, кто участвовал в этой экспедиции, мы с Надин были единственной парой, которая могла справиться с этой задачей. Я всегда делегировал задачи, с которыми не мог справиться, тем, кто мог. Поэтому всякий раз, когда я мог что-то сделать, я должен был проявлять инициативу, чтобы сделать это, иначе я не подавал должного примера своим вассалам.

Сейчас не время волноваться. Я должен поторопиться и найти его.

Пока я боролся со своей задачей, Надин смотрела на меня с беспокойством. — Ты в порядке? Тебе не следует слишком сильно нагружать себя...

— Я в порядке... нашел! — Я тут же отдал приказ Надин. — Пролети около 200 метров в направлении трех часов.

— Нашла! — Надин поплыла по воздуху, как было приказано, пока не достигла этой точки. Затем, после тщательного подтверждения, я дал Надин сигнал к старту.

— Хорошо, делай все так, как мы обсуждали раньше.

— Вас поняла! Держись крепче!

С этими словами Надин нырнула головой вперед к поверхности.

— Уф...

Это было похоже на падение с самой большой высоты на американских горках. Магия Надин должна была значительно уменьшить силу ветра, но мне все равно казалось, что он сбросит меня назад. Я уже должен был привыкнуть к полетам по небу на спине Надин, но это внезапное погружение было действительно пугающим.

Земля устремилась к нам. Я ясно видел, как мерцали глаза массы монстров на земле, когда они ловили свет луны, пробивающийся сквозь просветы в облаках.

Прежде чем эти глаза успели повернуться ко мне, я отдал приказ. — Теперь, сделай это! Надин!

— Унахххх!

Белая грива Надин в ее форме Рю встала дыбом, а из двух ее усов, похожих на кнуты, вырвался фиолетовый статический разряд. Затем...

Ррррррррррр!

Прорычала Надин и выпустила мощную молнию в землю.

Внезапная вспышка света ослепила, а последовавший за ней сильный удар эхом отозвался в моем животе. Безудержный удар Надин поджарил монстров в том месте, куда она попала, до хруста, парализовал или заставил их бесконтрольно дергаться в большем радиусе.

Надин присела рядом с местом, куда она попала. — Хорошо, Сома. Быстрее.

— Я знаю.

Я приготовил арбалет, который взял с собой, и выстрелил в цель. Выпущенный болт полетел прямо, вонзившись в маленького монстра, который был моей целью.

— Молодец, — сказала Надин, похоже, впечатленная. — Неплохо, попасть с первой попытки.

—  Мой личный тренер по боевым искусствам вдалбливал в меня основы, и арбалет, по его словам, был тем, в чем я преуспел больше всего, — признался я. — Хотя он возмущался, что я не лучше рядового солдата в основном во всем остальном.

— Если дело только в стрельбе, то даже ребенок может это сделать, в конце концов, — сказала она.

Да... как ни жалко было это признавать, но она была права. С мечом я был не намного лучше любителя, и хотя это все равно была стрельба, я не мог попасть в цель из обычного лука и стрел.

Если и было что-то еще, за что мне говорили комплименты... так это плавание. Я плавал даже лучше, чем Оуэн, но победа над человеком, которому было за шестьдесят, не давала повода для гордости. Даже если Оуэн был очень расстроен этим.

Поскольку ситуация начинала казаться неловкой, я схватился за шнурок, обвязанный вокруг моей талии. Это была шелковая нить, которую использовали вместо резины. Она была прочной, гибкой и не рвалась, а с другой стороны к ней был привязан болт, который я только что выпустил.

Когда я потянул за веревку, маленького монстра, в которого она вонзилась, потащило по земле. Я не почувствовал ни движения монстра, ни того, что болт вырвался на свободу... хорошо. Убедившись в этом, я положил руки на спину Надену и сказал: — Хорошо. Пойдем домой, Надин. Не стоит злоупотреблять гостеприимством.

— Поняла!

Прежде чем монстры успели собраться вокруг, Надин в танце взмыла в небо.

С мертвым телом монстра, болтающимся под нами, мы направились обратно к месту, где нас ждали наши спутники.

Когда Надин вернулась в человеческий облик и присела на стену рядом со мной, Ророа и Айша бросились к нам.

— С возвращением, дорогой. Как все прошло?

— Слава богу, вы оба в порядке, — с облегчением сказала Айша. — Вы ведь нигде не пострадали, правда?

— Мы в порядке. Никто из нас не пострадал, и все прошло хорошо. — Я легонько погладил их обоих по голове.

Надин, ревниво наблюдая, протянула свою голову в мою сторону, и я тоже хорошенько взъерошил ее волосы.

— Отличная работа, Надин. Это был настоящий громовой раскат.

— Хехе, конечно же. — Надин надула грудь от гордости.

Пока мы общались, Юлий, Хэл и все остальные в отчаянии наблюдали за происходящим.

Юлий потрепал Ророа по плечу, чтобы попросить ее отойти, затем встал передо мной и сказал: — Простите, что прерываю, но я хотел бы увидеть то, что вы поймали.

— ...Верно. — Я бросил монстра, висевшего на веревке, обвязанной вокруг моей талии, под сторожевой огонь.

Оно было лишь немного больше собаки, с широким, покрытым чешуей телом, похожим на рисунки цучиноко, которые я видел еще в моем старом мире. На спине у него были крылья, похожие на голубиные, а голова была плоской, но сомнений в том, что это змея, не было. Если бы мне пришлось описывать ее, я бы назвал ее крылатой цучиноко.

Я оглядел всех, затем заговорил.

— Скорее всего, это то чудовище, о котором говорила мадам Жанна, что она ела.

Перед рассветом, внутри башни возле замка...

Это место тускло освещалось солнцем в середине дня, а ночью было почти совсем темно, но сейчас на каменном полу горел жаркий костер, освещая камеру, где держали ящера, в закатных тонах.

Вокруг костра сидели пять человек: Айша, Ророа, Юлий, Томоэ и я. Потому что если их будет слишком много, ящерица может заволноваться.

— Ладно... давайте сделаем это, — сказал я.

Я вытащил пухлого крылатого змееподобного монстра (далее для краткости буду называть его летающим цучиноко). Из пасти уже мертвого летающего цучиноко к отверстию возле места, где крепился его хвост (возможно, это отверстие предназначалось для испражнения?), шла металлическая спица, на конце которой была рукоятка. Это был инструмент для вращения мяса над огнем во время приготовления.

Нанизанное на вертел цучиноко лежало на двух Y-образных металлических подставках по обе стороны от огня. Когда я начинал поворачивать ручку, летающее цутиноко вращалось над огнем, на котором оно готовилось.

С летающим цучиноко ничего особенного не делали. Его не ощипывали, не чистили, не добавляли специй, просто положили на огонь и приготовили. Это было не для нас, а для того, чтобы научить ящера готовить мясо чудовища и есть его, так что этого было вполне достаточно. От постоянного воздействия пламени перья сгорели, и жир стекал с пухлого туловища. Капающий жир усиливал огонь, поэтому мы осторожно добавляли воду, чтобы сдержать его.

Пикантный запах готовящегося мяса постепенно заполнил комнату.

— У тебя хорошо получается... —  заметил Юлий, наблюдая за тем, как я готовлю монстра. — Может быть, из тебя получился бы лучший повар, чем король.

— Хахаха... я не могу этого отрицать.

— Нет, нет, дорогой. Разве ты не должен отрицать это? — в отчаянии сказала Ророа.

Какую бы работу он ни предложил, я, наверное, лучше подхожу для этого, чем быть королем, но... что ж, придется пока сосредоточиться на приготовлении этого чудовища.

Я подозвал Томоэ и прошептал ей. — Ну что? Ящерица наблюдает за нами?

— Да, Старший брат. Господин ящерица не может отвести взгляд, — ответила Томоэ, тоже шепотом.

Было совершенно секретно, что Томоэ может разговаривать с монстрами и демонами, поэтому я не хотел, чтобы Юлий узнал об этом.

Затем, несколько робко, Томоэ посмотрела на ящера. — До недавнего времени он видел в нас только пищу. Но с тех пор, как воздух наполнился запахом жареного мяса, оно смотрит только на приготовленное чудовище. Я слышу: — Я хочу съесть это мясо.

Клэнг!

Как бы подтверждая мнение Томоэ, ящерица ухватилась за прутья, просунув свой острый рот в щель между ними.

— Ик! — Напуганный звуком ящерицы, бросившейся на металлические прутья, Томоэ побежал и спрятался за Аишей.

Похоже, он у нас хороший и заинтересованный...

Мясо постепенно готовилось. Жир, капающий в огонь, издавал шипящий звук, и, несмотря на внешний вид существа (одна жирная змея), оно начинало выглядеть довольно аппетитно.

— Старшая сестра Ай, у тебя слюнки текут, — сказала Ророа.

— Упс... Извините. — Айша вытерла рот тыльной стороной ладони.

Для вечно голодного темного эльфа это должно было быть пыткой. Если бы у нас было больше еды, я бы приготовил ей полуночную закуску...

— Ну... я бы сказал, что уже достаточно, — сказал я.

Я посмотрел на мясо монстра снизу, чтобы оценить, достаточно ли оно прожарилось. Это был  мой первый раз, когда я готовил летающее цучиноко, так что я не знал, как оно на вкус, но я решил, что оно достаточно прожарилось. Я снял летающее цучиноко с огня и поднял его вверх.

— Приготовлено и готово к подаче!

— Почему ты так странно энергичен? — спросил Юлий с раздражением.

— Да нет, просто мне показалось, что это хорошая шаблонная фраза...

— А? — Юлий посмотрел на меня, как будто не понимая. Это была естественная реакция.

Я вернулся к делу, положил все еще шипящий летающий цучиноко на большую тарелку и снял вертел. Это был жареный летающий цучиноко, готовый к употреблению.

— А теперь давайте проверим вкус! — Я положил тарелку с мясом на пол, затем использовал кусок дерева с другим горизонтальным куском дерева на конце, чтобы протолкнуть его внутрь.

Когда ящерица поняла, что мясо приближается, она просунула руки сквозь прутья и стала дико размахивать ими. В конце концов, когда большая тарелка подошла достаточно близко, ящерица схватила жареного летящего цучиноко и с хрустом вгрызлась в него.

...Да, не просто укусил, а с хрустом. Его ничуть не волновали кости, он рвал мясо и разрывал его на части.

— Это так дико, что просто жуть...

Это не было похоже на приятный способ поесть. Я чувствовал, как  мой аппетит, разгоревшийся от запаха готовящегося мяса, стремительно падает. Оглядевшись вокруг, все остальные тоже поморщились. Только Айша выглядела завистливой.

Я подозвал Томоэ и снова спросил ее шепотом: — Томоэ, как поживает ящерица?

— Он очень рад. Его голод был хотя бы немного утолен...

— Понятно... думаю, теперь ящерица узнала вкус мяса монстров.

Даже в моем старом мире, как только животное узнавало вкус человеческой плоти, оно начинало нападать на нас. Теперь этот ящерочеловек узнал вкус мяса монстров, поэтому он должен попробовать напасть на монстров.

Я сказал Юлию: — На этом первый этап плана завершен. Давайте перейдем ко второму этапу.

— Следующим будет главное событие? — спросил Юлий.

Я кивнул.

__________________________

Цучиноко - существо японского фольклора, описывается как имеющий длину от 30 до 80 сантиметров змей , похожий по внешнему виду на змею, но с центральным обхватом, который намного шире, чем его голова или хвост, и как имеющий клыки и яд, как у гадюки.

Людвин, возглавлявший подкрепление, бросился ко мне, как только увидел. — Ваше Величество! Я рад видеть, что вы в безопасности.

60 000 подкреплений из королевства Фридония никак не могли войти в небольшую крепость, внутри которой уже засели 3 000 солдат, поэтому основная часть подкреплений разбила лагерь на ближайшем поле, а их лидеры находились сейчас в крепости.

Мы, находившиеся в крепости, встречали их вместе с нашими ключевыми членами.

Людвин опустился передо мной на колени, сцепив руки перед собой, и начал докладывать. — Людвин Аркс только что прибыл с подкреплением.

— Молодец, — сказал я. — Теперь мы можем не волноваться.

Обменявшись формальными приветствиями, Людвин встал и тут же высказал свои претензии.

— Все-таки, сир, это слишком! О чем вы думали, сопровождая передовой отряд?! Да ещё и взять с собой таких невоенных, как леди Ророа и ваша младшая сестра!

— Наш бывший враг Юлий был в Ласте. Неизвестно, смогли ли дракшутисты достаточно хорошо скоординироваться с ним в одиночку.Ророа и я должны были выступить в качестве посредников. Кроме того, если я хотел собрать больше информации, способности Томоэ были просто необходимы. Я взял с собой Айшу и Надин, чтобы мы могли убежать, если станет опасно, так что проблем не будет.

Кстати, Ророа и Томоэ я тоже взял с собой из Ласты в крепость. Томоэ всегда охраняют Инугами, а если возникнут проблемы, я могу попросить Надин унести их, так что всё было в порядке.

Людвин со вздохом прижал пальцы к вискам. — Но всегда есть вероятность, что что-то может случиться. Если принцесса узнает об этом...

— Уркх... я думаю, может, попросить тебя не говорить об этом Лисии...

Я был оправдан в своих действиях, но Лисия будет волноваться. Чем больше мы её беспокоили, тем дольше меня потом ругали. Я ценил её заботу, но всё же хотел как можно меньше сердить её.

Людвин в отчаянии покачал головой. — Солдаты уже рассказывают истории о вашей храбрости, когда вы вели передовой отряд в город, безнадежно окруженный монстрами. Когда солдаты вернутся домой, принцесса сразу же услышит об этом.

— Похоже, мне придется сдаться, ага...

Скорее всего, меня отругают помягче, если она узнает об этом от меня, а не от кого-то другого. Но всё же... обычно мне говорили, что я не слишком похож на героя, так что, разве не было несправедливо, что Лисия отчитывала меня всякий раз, когда я совершал что-то, требующее храбрости, хотя бы раз?

— Ну, это показывает, как сильно старшая сестренка Сиа заботится о тебе, верно, дорогой? — спросила Ророа.

— Верно, — кивнула Айша.— Ты должен принять это.

— То есть, я просто носила тебя на руках, как ты и велел, — сказала Надин.

Все трое были согласны.

— Нет, я думаю, вы все тоже получите по ушам. Надин за то, что была моим сообщником, Ророа за то, что вела себя так же безрассудно, несмотря на то, что не была военным, а Айша - за то, что присматривала за нами.

— ...Старшая сестра Ай, Нади, как насчет того, чтобы не ходить к старшей сестре Сиа некоторое время? — спросилаРороа.

— Д-да, давайте так и сделаем, — произнесла Айша.

Надин кивнула. — Поняла тебя.

— Разве это не несправедливо?! — воскликнул я.

Пока мы разговаривали, подошли Юлий, Джирукома и Лорен.

Когда Людвин заметил Юлия, он сделал мрачное лицо.

В битве сил королевства Элфриден и княжества Амидония под Ваном Людвин был главнокомандующим войск королевства, а Юлий участвовал в качестве командира высшего звена вместе с Гаем VIII. Эти двое, можно сказать, непосредственно сражались друг с другом.

— Сэр Юлий Амидония, — почти шепотом сказал Людвин, и Юлий протянул ему руку.

— Имя Амидония теперь принадлежит только Ророа. Теперь это просто Юлий, сэр Людвин Аркс из королевской гвардии королевства.

— Ты знаешь обо мне? — спросил Людвин.

— Я принял командование на передовой вместо своего отца во время той битвы. Я помню имя того, с кем я сражался. Ваше командование было твердым, и я не мог найти места, где его можно было бы разбить. Я считаю вас довольно трудным противником.

— Теперь я понимаю, — медленно произнес Людвин. — Причина, по которой мы не смогли разбить силы княжества, даже с их низким боевым духом, заключалась в том, что там был ты.

Людвин и Юлий обменялись крепким рукопожатием. Не было той неловкости, которую я испытывал при встрече с Юлием. Вероятно, это было связано с тем, что у них было что-то общее, как у воинов, которые командовали войсками.

Кроме того, Людвин был приветливым молодым человеком, так что его трудно было не любить.

— Я слышал о твоих подвигах от Его Величества, — сказал Людвин. — Он сказал, что королевская семья Ластании доверила вам командование своими войсками, а вы прорвали окружение, имея всего 3000 солдат. Я не могу быть более спокоен за то, что ты на нашей стороне.

— Нет, это было возможно только с помощью дракшутистов, — сказал Юлий. — Кроме того, одних солдат Ластании будет недостаточно, чтобы истребить десятки тысяч ящеролюдей, которые, несомненно, находятся на другом берегу этой реки. Я очень благодарен тебе за помощь.

— Действительно, — сказал Людвин, кивнув. — Давайте вместе преодолеем этот кризис.

Внезапно раздался энергичный голос. — Брат!

На мгновение я подумал, что это Ророа, но она не склонна обращаться к брату подобным образом. Посмотрев в ту сторону, откуда доносился голос, я увидел младшую сестру Джирукомы - Комаин.

Позади нее стояли Пончо, отвечавший за логистику, и старшая горничная, назначенная его помощницей, Серина.

Комаин побежала прямо к Джирукоме. — Брат! Слава богу, с тобой все в порядке!

Появление сестры, которую он оставил в Королевстве Фридония, заставило Джирукому широко раскрыть глаза. — Комаин?! Что ты здесь делаешь?!

— Король Сома устроил это. Я прищла вместе с человеком, которому теперь служу.

— Человек, которому ты служишь?

— Сэр Пончо.— Сказав это, Комаин встала рядом с Пончо, который медленно подходил к нему.

Пончо положил правую руку на голову, многократно поклонившись Джирукоме. — Прошло слишком много времени, сэр Джирукома. Комаин много помогала мне как мой помощник.

— О, это с вам она хотела служить, сэр Пончо? Мы в долгу перед вами за еду, которую вы дали нам, беженцам, в наше трудное время. Если моя младшая сестра может быть вам полезна, пожалуйста, потрудитесь над ней.

— Нет, я не могу этого сделать... —  нервно сказал Пончо.

— Не беспокойтесь. Сэр Пончо слишком заботлив, чтобы так поступить с другим человеком, — сказала женщина в форме горничной, стоявшая напротив Комаин.

Джирукома посмотрел на эту женщину, носившую форму горничной, несмотря на то, что находилась в зоне боевых действий. Он склонил голову набок. — Кто бы вы могли быть? Вы служанка сэра Пончо?

— Я Серина, глава горничных замка. Для меня большая честь познакомиться с вами.

Серина приподняла подол длинной юбки своей униформы горничной и сделала реверанс.

— Моя госпожа - принцесса Лисия, но по разным причинам я теперь выступаю в качестве помощницы сэра Пончо. Ах, да... вы можете считать меня коллегой госпожи Комаин.

— Вы... коллеги? — спросил ошеломленно Джирукома.

Ну, строго говоря, они были не столько коллегами, сколько очарованы едой, которую готовил Пончо, но такая способная женщина, как Серина, никогда не подаст и намека на это.

Комаин заметила женщину в доспехах, неловко стоящую позади старшего брата. — Брат? Кто эта женщина?

— О, я забыл тебя представить. Это госпожа Лорен, капитан солдат в королевстве Ластания, где я сейчас проживаю. Госпожа Лорен, это моя младшая сестра. Её зовут Комаин. А это сэр Пончо из королевства Фридония, который заботится о ней, и госпожа Серина.

Затем Джирукома подтолкнул Лорен вперед и представил её всем.

Лицо Лорен было немного напряженным, когда она отдавала честь всем троим. Она казалась взволнованной при виде Комаин. — Я - капитан Лорен. Вы сестра сэра Джирукомы? С-сэр Джирукома всегда помогает мне...

Пончо и Джирукома, вероятно, решили, что она просто стесняется новой встречи, но Комаин и Серина точно знали, что происходит.

Комаин спросила Серину тихим голосом.

—Э... Серина. Что ты об этом думаешь?

— Я не знаю, что ещё можно думать. Это именно то, что ты себе представляешь, верно?

"Я так и знала," - подумала Комаин, опустив плечи. Похоже, эта Лорен неравнодушна к Джирукоме. В таком случае, её беспокоило одно. — Как ты думаешь,  мой брат заметил её чувства?

— Я бы предположила, что нет, — прошептала Серина. — Смотри, у него такое же выражение лица, как у Пончо, как будто он присматривается к девушке, которая младше его.

— Ааа... тогда он никак не мог заметить. — Комаин почесала щеку.

Она не собиралась вмешиваться в личную жизнь своего брата, но будет неловко общаться с его партнершей в качестве младшей сестры. Тем не менее, Лорен не выглядела плохим человеком, поэтому Комаин неловко улыбнулась напряженной женщине-солдату.

— Эм... простите. Кажется, вы многое делаете для моего брата.

— О, вовсе нет! Если что, это он всегда помогает мне. Сэр Джирукома спасал меня бесчисленное количество раз, — произнесла Лорен, покраснев.

Ооо... у неё все плохо, поняла Комаин. И видя, как сильно женщина влюблена в своего брата, его полное отсутствие самосознания стало раздражать её как женщину.

Комаин намеренно изобразила очаровательную улыбку. — Я вижу, вы с моим братом близки. Может быть, вы влюблены друг в друга?

— Влюблены?! Нет, мы не... —  Лорен была явно обеспокоена и начала ерзать. Может, она и выглядела как лихой воин, но то, как странно по-девичьи она себя вела, было мило.

Однако, что касается мистера Безумца...

— Что, с чего это? — воскликнул Джирукома. — Разве это не грубо по отношению к госпоже Лорен? У нас нет таких отношений.

Он вообще ничего не понимал. Комаин могла понять, почему Лорен была немного подавлена.

— Это ты грубишь, брат, — сообщила она ему.

— А? Что ты имеешь в виду?

Комаин хотела объяснить ему, пока он не догадается, но ей едва удалось прикусить язык и сдержаться. Если бы она сама указала на это, то создала бы проблемы для Лорен.

Серина прошептала на ухо Комаин.

—Я вижу, ситуация довольно ин... нет, я имею в виду беспокойная.

— Ты же только что начала говорить "интересная"?!

— С такими джентльменами нужно говорить прямо, иначе до них ничего не дойдет. Так почему бы нам не попросить мадам Лорен прямо сказать об этом?

— Возможно, вы правы, но... как вы думаете, она открыто заявит о своих чувствах?

— О, это просто.— Уголки губ Серины приподнялись. Это была лишь легкая улыбка, но она была похожа на проблеск её внутреннего садиста.

Пока Лорен все ещё выглядела счастливой от того, что её спросили, влюблены ли они с Джирукомой, Серина небрежно спросила.

—Госпожа Лорен, сколько детей вы надеетесь иметь от сэра Джирукомы?

— Трое!

Это был мгновенный ответ. Должно быть, она очень подробно обдумывала их совместное будущее.

Вокруг мгновенно стало тихо, а глаза Джирукомы расширились от удивления.

— М-мадам Лорен...

— ...Ах!

Приведя себя в чувство, Лорен мгновенно окрасилась в яркий оттенок красного, когда поняла, что оступилась.

— Ува... ах...

Её лицо покраснело до самой шеи, глаза Лорен наполнились слезами, пока она произносила несвязные слова. А в следующее мгновение она, как испуганный заяц, бросилась бежать.

Пока Джирукома ошеломленно смотрел ей в спину, Комаин спросила его.

—Брат, ты понял, кто из нас был грубым?

— Ааа... ааа! Нет, но...

Теперь настала очередь Джирукомы паниковать. Каким бы невежественным он ни был, он наверняка понял, что она сейчас чувствует. Вернее, не столько понял, сколько получил ответ.

В отчаянии, Комаин спросила.

—Ну, что ты чувствуешь, брат? Насколько вероятно, что мне придется называть эту особу сестрой?

— Я нахожу госпожу Лорен... желанной, — медленно признался он. — Однако, я остаюсь в этих краях ради мечты вернуть нашу родину. Я не могу создать семью...

— Понятно... так вот в чем причина...

Похоже, Джирукома не понимал её чувств не только потому, что не разбирался в таких вещах, но и потому, что, командуя солдатами-добровольцами из числа беженцев, мечтавших вернуться домой, он ставил собственные нужды на второе, а то и на третье место. Затем...

— Хмф. Что случилось? — Юлий хлопнул Джирукому по спине. — Есть и другие добровольцы-беженцы, которые обзавелись семьями в этой стране. Если ты неравнодушен к капитану Лорен, почему бы не ответить на её чувства?

Затем Юлий ухмыльнулся.

Джирукома был шокирован. — Я не могу в это поверить, Юлий. Неужели ты обиделся на меня за то, что я дразнил тебя из-за принцессы Тии?!

— О, нет, я просто возвращаю слова, которые ты мне сказал. Похоже, пришло время платить, Джирукома. Поздравляю. Ну, в любом случае, это был просто вопрос времени.

— Гррр...

Джирукома ничего не смог сказать в ответ. Наконец, после того, как все призвали его отказаться от игнорирования её, он сделал это и погнался за капитаном Лорен.

Я молча наблюдал за всем этим, думая:" Говорить о создании семьи, когда ты на поле боя - это флаг смерти, так что остановись!"

Я всерьез задумался, не стоит ли заставить Джирукому носить карманные часы на груди, но в этом мире в основном раны от мечей и тому подобное, так что, может, лучше письмо на цепи.

Что ж, оставив Джирукому и Лорен разбираться с самими собой, я должен был заняться ящерицами на другом берегу реки.

— Людвин, мы знаем, какова ситуация за рекой? — спросил я.

— Да. По сообщениям наших виверновых кавалерийских разведчиков, за рекой скопилось около 50 000 ящеров. Мы также подтвердили наличие различных других видов монстров. Похоже, многие из них умеют летать, — доложил Людвин.

50 000 ящеролюдей и бесчисленное множество других монстров... Это было очень много. У нас было 60 000 регулярных войск, а кавалерия виверн была с нами для воздушной поддержки. Если бы мы бросили на них всю армию, они бы никогда не проиграли ящерам, у которых не было понятия о стратегии и построении. Однако, оставался вопрос географии.

— То, что они переправляются через реку большими силами, - это проблема, — сказал я. — Как они могут пересечь мелководье только в небольшом количестве, так и мы не можем переправить всю нашу армию сразу, верно?

— Вы правы... Если мы пошлем небольшие группы одну за другой, чтобы создать плацдарм, авангард будет окружен. Это увеличит потери с нашей стороны. Мы могли бы попросить кавалерию виверн оказать бомбардировочную поддержку, но...

— Нет, мы не должны этого делать, — вмешался Юлий. Должно быть, он нас слушал. — Если мы атакуем только с одного направления, враги, собравшиеся здесь из-за нас, разбегутся. Если их разделить, то площадь поражения увеличится, и время на их уничтожение так же увеличится. Можем ли мы найти способ уничтожить эту стаю одним ударом?

— Ты так говоришь, но... —  Я почесал голову.

Я понимал, что говорит Юлий, но чтобы быстро уничтожить их, нам нужно быстро переправить через реку большое количество солдат. В нашей стране было много транспортных средств, таких как "Носорожий поезд" или "Ророа Мару", но это была чужая земля. У нас были ограниченные возможности.

— Дабикон - крупная река.Если мы соберем несколько лодок, разве мы не сможем переправить их за один раз?

— Нет, мы не можем использовать большие суда на такой мелкой реке, как эта, — сказал Юлий. — Переправить 60 000 человек на небольших судах тоже нереально.

— В таком случае, как насчет того, чтобы связать вместе маленькие лодки и создать мост... —  начал я. — Подождите, сначала нам нужно перебраться на другой берег реки по канату.

Мы с Юлием оба перелопатили свои мозги, но ничего путного из этого не вышло.

Казалось, есть только один человек, на которого мы можем рассчитывать. Я повернулся к вернувшемуся Людвину.

— У Хакуи есть для тебя какие-нибудь указания? — спросил я.

Нашей последней инстанцией был мешок мудрости страны, Хакуя Квонмин, премьер-министр в черной мантии. Я передавал подробные отчеты о нашем положении здесь основной группе подкрепления и замку Парнам через посыльного Куи. Я полагаю, что если он будет в курсе нашей ситуации, то умный Хакуя придумает какие-нибудь контрмеры.

Людвин кивнул. — Да. Премьер-министр разработал эффективный план на основе информации, которую вы ему прислали, сир. Люди, которые нам понадобятся для этого плана, тоже уже отправлены.

Это был Хакуя, всегда быстрый. Но что это за слова о людях, которые нам понадобятся?

— О ком мы говорим?

—Это...

— Хе-хе! Это я, сир.

Я повернулся в сторону соблазнительного голоса, который внезапно обратился ко мне, а там стояла синеволосая красавица.

На мгновение я подумал, что это Джуна, но, в отличие от Джуны, у этой женщины на висках росли рога, она была одета в наряд, похожий на кимоно, который был приоткрыт, чтобы показать её обширное декольте, а из её задней части высунулся рептилий хвост, похожий на хвост Надин.

— Эксель?! — воскликнул я, издав возглас удивления по поводу её неожиданного появления.

Это была Эксель Уолтер, бабушка Джуны и главнокомандующий Национальных сил обороны.

Она счастливо хихикала, прикрывая рот веером. — О, Боже, сир. Вы скоро женитесь на Джуне, верно? Вы можете называть меня мамой вместо Эксель.

— Нет, но разве я не буду называть тебя бабушкой...?

— Ты что-то сказал своей Ма-те-ри?

— Не-а, ни слова, мам.

Я тут же поднял белый флаг в ответ на её угрожающую улыбку. В конце концов, ничего хорошего не выйдет из того, что я разозлю эту даму. Это может стать довольно неприятным.

Я прочистил горло и начал заново. — Итак, зачем ты здесь, Эксель? Я приказал тебе защищать королевство, пока меня не будет, верно?

— Премьер-министр попросил меня об этом. Мои силы нужны, поэтому он попросил меня объединиться с вами. Не волнуйся, как только битва здесь закончится, я сразу же вернусь в королевство.

Сказав это, Эксель устало покрутила плечами. — Честно говоря, и вы, и премьер-министр так грубо обращаетесь со старшими.

— Уверен, ты бы рассердилась, если бы я обращался с тобой как со старшей...

— Ну, я не против посмеяться над собой, но я не позволю никому другому говорить об этом.

— А, понятно...

Что ж, тот факт, что такой мудрый и опытный генерал, как Эксель, пришла с планом от Хакуи, в этой ситуации не может не радовать. В конце концов, я и сам был не в курсе.

Эксель обняла меня спереди, прижавшись своим телом к моему. — Хе-хе! Теперь, когда я здесь, тебе не о чем беспокоиться.

— Слишком близко, слишком близко, слишком близко!

Это было гораздо ближе, чем можно было допустить семье, понимаете?!

Пока все смотрели, было очень неловко, что молодая и красивая Эксель так ко мне пристает. Пристальные взгляды Людвина и Юлия причиняли боль.

Пока я размышлял об этом, Эксель внезапно отодвинулась. В тот самый момент я почувствовал облегчение...

В следующее мгновение мимо моей головы пронеслась синяя вспышка.

Когда я обернулся, у Надин было сердитое лицо, а все её волосы стояли дыбом. Вокруг неё летало столько искр, что с первого взгляда было понятно, что она в ярости.

В следующее мгновение кто-то схватил меня за обе руки, и меня потянули назад.

Я оступился на два-три шага, а сзади стояли Айша и Ророа, каждая из которых держала меня за одну из рук.

— Герцогиня Вальтер! Хватит дурачиться! — крикнула Айша.

— Чертовски верно. Если старшей сестры Сии и старшей сестры Джуны нет рядом, это не значит, что ты можешь строить глазки дорогому.

— Следующий удар будет точно в цель, — прорычала Надин, обнимая меня сзади за плечи. Может быть, это из-за электричества, но мои волосы встали дыбом. Было очень страшно слышать, как оно потрескивает рядом с моими ушами.

Увидев реакцию моих невест, Эксель засмеялась ещё счастливее. — Хе-хе! Ваше отчаяние так мило.

— Пожалуйста, не шутите с моими невестами, — взмолился я.

— О, Боже, разве не здорово, что я так регулярно все перемешиваю и помогаю вам подтверждать свою любовь друг к другу?

— Мы не устали друг от друга, так что всё, что ты делаешь, это заставляешь меня волноваться.

— Я вижу, у тебя тоже есть беспокойные родственники, — произнес Юлий.

Даже Юлий смотрел на меня с сочувствием... теперь мне стало грустно.

Возможно, она была удовлетворена нашим ответом, потому что Эксель раскрыла свой веер и весело сказала

— Итак, сир, я лучшая помощь, о которой вы могли бы попросить. Как насчет того, чтобы начать совещание о том, как нам уничтожить этих ящериц за рекой прямо сейчас?

...Честно говоря, эта дама похоже начала буйствовать.

______________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Это была осенняя ночь, когда ярко светила луна.

Когда Сома и его спутники закончили совещание, чтобы обсудить план, который Эксель привезла  Хакуи, была уже глубокая ночь.

Во дворе крепости отдыхали солдаты как из Королевства Ластании, так и из Королевства Фридонии.

Однако это была крошечная крепость. Она никак не могла вместить всю 50-тысячную армию, которую прислало Королевство Фридония. Большинство солдат и офицеров расположились лагерем за пределами крепости.

Закончив стратегическое совещание, Юлий отправился осмотреть лагерь. И в этот момент...

— Вы! Вы лорд Юлий?! — закричал один из солдат.

— Ооо, нет никаких сомнений, это лорд Юлий!

Его окружили несколько человек в форме фридонской армии. Среди фридонцев было много тех, кто сражался против него в прошлом, поэтому Юлий напрягся, но мужчины сложили руки вместе перед собой и поклонились ему.

— Мы принадлежали к войскам княжества.

— Мы сражались под твоим началом в Ване.

— Мы очень, очень рады, что с вами все в порядке.

Когда эти двое начали проливать мужские слезы радости по поводу их воссоединения, Юлий расслабился.

— Понятно... значит, вы из амидонии.

— Да, — со слезами на глазах сказал один из солдат. — Мы не были достаточно сильны, чтобы защитить вас тогда, лорд Юлий...

Скорее всего, это были люди, которые поклялись в верности Гаю и Юлию. Даже на родине, которую он считал покинутой, были люди, которые думали о нем. Одно это давало Юлию некоторое утешение.

Поэтому он положил руку на плечо плачущего мужскими слезами человека и сказал: —Ты спас меня, придя сюда. Я благодарю тебя.

— Лорд Юлий...

— Как дела? Хорошо ли Сома и Ророа правят Амидонией?

Мужчины кивнули.

— Д-да. Я думаю, они принесли стабильность.

— Они объединили и реорганизовали силы княжества и королевства, и мы делаем успехи в примирении.

— На днях он тоже устроил фестиваль в память о лорде Гае.

— Фестиваль в память о моем отце... понятно. Это похоже на то, что он мог бы сделать.

Юлий правильно понял намерения Сомы. Скорее всего, это была смесь эмоций и практичности.

Простые люди боялись Гая, но для солдат он был объектом любви и уважения. Проведя поминальный фестиваль, Сома смог бы уменьшить сопротивление со стороны этих людей. Это принесло бы практическую пользу Соме, который хотел добиться примирения между королевством и княжеством.

Эмоциональная часть заключалась в его чувствах к Ророа. Несмотря на то, что отношения Ророа с ее отцом были холодными, Сома , испытывал чувство вины за то, что он убил его.

Это наивно с его стороны, но... я не вижу причин отвергать его.

Теперь у Юлия был человек, ради защиты которого он готов был отдать собственную жизнь: Принцесса Тия, которая осталась в Ласте. Если это убережет ее от слез и заставит улыбнуться, он сделает все, что угодно, независимо от того, насколько это неэффективно. Даже если он будет жаловался на судьбу, он сделает все что надо.

Образ идеальной улыбки Тии, промелькнувший в его сознании, заставил лицо Юлия немного смягчиться.

— Лорд Юлий? — спросил один из солдат.

— ...Нет, ничего страшного. — Юлий снова принял серьезный вид и сказал: — Хотя  мой отец, Гай, потерпел поражение, мне сказали, что в последние минуты он смог продемонстрировать гордость Амидонии. Если бы я, как его сын, стал жаловаться на этот результат, это было бы пятном на наследии моего отца. Поэтому я не намерен держать обиду на Сому или Ророа. Я бы хотел, чтобы вы все продолжали поддерживать их.

— О, какая решимость!

— Лорд Юлий! Мы клянемся поддерживать леди Ророа!

Видя, как трогательно ведут себя плачущие солдаты, Юлий мог только криво усмехнуться.

В его словах не было лжи, но Юлий не хотел услышать: «Пожалуйста, возвращайтесь в княжество», поэтому он хотел сказать: «У меня здесь все хорошо, так что вы там сами о себе позаботьтесь.» У него не было никакой привязанности к Дому Амидонии.

Я не мог оставить Тию, чтобы вернуться домой, и у меня нет желания брать ее с собой, размышлял он. Я бы не хотел отрывать ее от этой страны, где люди любят ее, и где есть все те, кого она любит.

Юлий заставил себя улыбнуться, положив руку на плечи солдат. — Я знаю, что не смог управлять своей страной, но я хочу сделать все возможное, чтобы защитить эту страну, которая приняла меня. Прошу вас, хотя бы на время, одолжите мне свои силы.

— Это всегда было нашим намерением!

— Мы гордимся тем, что можем снова сражаться рядом с вами!

Солдаты вытерли слезы с глаз.

Юлий твердо кивнул им. — Тогда отдыхайте. Завтра вы должны будете работать изо всех сил.

—Да, сэр! Извините нас!

Солдаты отдали честь и вернулись на свои посты.

Проводив солдат, Юлий вздохнул в наступившей вокруг тишине.

— Может, и мне стоит отдохнуть...

Юлий вошел в здание и встал перед комнатой, которую он теперь использовал как свою собственную. Сегодня он был несколько измотан. Он открыл дверь, решив, что сейчас самое время отдохнуть, готовясь к завтрашнему дню.

— С возвращением, лорд Юлий! — произнес голос.

— Да... аа?! — естественно ответил он, но потом, осознав, что там не должно быть никого, кто мог бы сказать ему это, Юлий вскинул голову.

Там стояла Тиа, которую, как предполагалось, оставили в Ласте.

— Принцесса Тиа?! Почему вы здесь?! — воскликнул он.

— Эхехе. Я пришла.

— Но как...?

— Леди Ророа и некоторые другие направлялись в крепость на гондоле, поэтому я спряталась вместе с их багажом.

— Безбилетник?! Как вы могли...? В Ласте уже, наверное, переполох.

— О, это не проблема. Я оставила записку, что приеду сюда.

— Это не решение!

Юлий схватился за виски своей пульсирующей головы. Это был уровень решительности, сравнимый с решительностью Ророа.

Видя обеспокоенное выражение его лица, Тиа нерешительно произнесла. — Прости. Но я просто не могла не волноваться...

Юлий издал вздох покорности. — ...Кто-нибудь видел вас по пути в эту комнату?

— Нет, я пробралась сюда с капюшоном на голове, так что никто не должен был меня видеть. Казалось, все были заняты работой и другими делами.

— Ну, думаю, было бы еще больше шума, если бы вас нашли.

Юлий велел Тии сесть на его кровать, а затем сел рядом с ней.

— Моя принцесса. Пожалуйста, не покидайте эту комнату, пока все не уладится. Это отвлечет солдат Ластании, если они узнают, что вы в этой крепости.

— Хорошо. Я буду вести себя здесь тихо, чтобы не причинить вам неприятностей. — Тиа кивнула, но вскоре посмотрела на него с выпученными глазами и спросила: — Эм... мое присутствие здесь тоже отвлекает вас, мой лорд?

Этот нерешительный вопрос заставил Юлия пожать плечами, как будто он был обеспокоен. — Нет, если уж на то пошло, то я стал более сосредоточенным. Я совершенно не могу позволить себе проиграть когда вы рядом.

— Вы победите, лорд Юлий. Я абсолютно уверена в этом.

— Хех. Когда вы так говорите, принцесса, я не могу не верить в это... —  Может быть, это была усталость от нескольких дней непрерывных боев, или подготовка к завтрашней битве, но Юлий выпустил зевок. — Фвах... извини…те...

Тиа на мгновение уставилась в пустоту, но затем, казалось, что-то пришло ей в голову, и она похлопала себя по коленям. — Лорд Юлий, если вы устали, пожалуйста, используйте мои колени в качестве подушки.

— Ах! Нет, это было бы чересчур...

— Разве мои бедра недостаточно мягкие, чтобы быть хорошей подушкой? — спросила она, надувшись.

Видя, что Тиа так откровенно разочарована, Юлий сдался и лег, положив голову ей на колени. — ...Хорошо.

Тиа выглядела удовлетворенной, поглаживая голову Юлия. — Я буду молиться за вашу удачу в битве, лорд Юлий.

— Принцесса Тиа... —  пробормотал он. — Знаете, как это делают в историях о рыцарях? Просто позвольте мне посвятить эту победу вам.

Они провели вместе время, которое было таким мирным, что трудно было поверить, что это была ночь перед последней битвой.

***

На крепостной кухне Пончо и Серина занимались подготовкой к приготовлению пищи.

Завтра им нужно будет приготовить большое количество еды. Помимо питания перед решающей битвой, нужно будет устроить банкет в честь победы после нее.

Может показаться самонадеянным говорить такое, когда они еще не победили, но если бы они не подготовились к пиру, то создалось бы впечатление, что они ожидают поражения. Поэтому в предвкушении победы Пончо и его команда делали необходимые приготовления.

— Я помогу, — предложила Комаин, глядя, как Пончо помешивает в большой кастрюле. — Когда вы с Сериной оба работаете, я не могу быть единственным, кто может расслабиться.

— Я... все в порядке. У нас здесь достаточно рук, — сказал Пончо с обеспокоенной улыбкой.

Действительно, на кухне было еще несколько поваров, которые помогали с приготовлениями. Однако все они выглядели очень занятыми.

— Но...

— Ты ведь завтра пойдешь в бой, верно? Отдохни сегодня и поспи, сколько сможешь.

Комаин попыталась возразить, но Серина полностью ее остановила. Комаин вызвалась участвовать в завтрашней битве, чтобы сражаться вместе со своим братом Джирукомой. Учитывая это, ей нужно было быть свежей к завтрашнему дню.

Пончо вытер руки о фартук, а затем положил одну из них на голову Комаин. — Я не могу сражаться на поле боя, как сэр Джирукома. Если честно, по силе я даже не сравнюсь с госпожой Сериной.

— В конце концов, от служанки ожидается, что она сможет справиться с минимальным уровнем самообороны, — холодно сказала Серина с выражением лица, которое говорило, что в этом нет ничего особенного.

Эти боевые искусства Серины, которые заставляют чувствовать себя так, будто на тебя смотрит огромный волк, - это ведь минимум? Комаин почувствовала, что теряет понимание того, что на самом деле представляет собой работа горничной, но она знала, что Серина просто уклонится от ответа, если она затронет этот вопрос, поэтому придержала язык.

Пончо неловко улыбнулся Комаин и сказал: —Я не могу помочь тебе на поле боя. Взамен я буду ждать тебя с вкусной едой, так что будь осторожна и  вернись целой и невредимой. Давайте поедим вместе, все трое.

— Пончо...

Добрые слова Пончо закрались в сердце Комаин.

— Эта фраза звучит так, как будто ее произносит жена, отправляющая своего мужа на войну, — с раздражением сказала Серина.

— Наверное, так и есть. Мне нужно собраться с мыслями. — Пончо застенчиво улыбнулся.

Почувствовав теплую атмосферу между ними, Комаин тоже радостно улыбнулась. — Да, я обязательно вернусь в целости и сохранности. Потому что за столом семьи Ишидзука - есть мое место.

***

Томоэ и Инугами приносили припасы в большую комнату, куда переносили раненых солдат.

Оглядевшись вокруг, большинство перевязанных солдат сидели. Лежали только те, у кого были серьезные ранения, и рядом с ними находились маги света, оказывающие помощь.

На фоне того, что легко могло стать мрачной сценой, Томоэ намеренно решила вести себя бодро. — Я принесла еще бинтов и трехглазник!

Лекарь, занимавшийся ранеными, отдал ей честь. — Хорошая работа, леди Томоэ!

— Вы все, медики, выглядите такими уставшими, — сказала Томоэ. — Здесь много раненых?

— Нет, у всех присутствующих сравнительно легкие раны. Те, у кого серьезные внешние раны, получают приоритетное лечение светлой магией, а тех, у кого самые тяжелые случаи, везут обратно в Ласту. Это все люди, которым станет лучше с помощью бинтов и лекарств.

— Правда? — радостно сказала Томоэ. — Что ж, пожалуйста, продолжайте делать для них все возможное.

Томоэ и Инугами передали медикам принесенные ими материалы.

Как только передача была завершена, Инугами шепнул Томоэ: —Не лучше ли тебе сейчас немного отдохнуть, младшая сестра?

Он говорил это из заботы, но Томоэ покачала головой.

— Я хочу сделать все, что в моих силах. Я хочу быть полезной.

— Что ты хочешь сказать? Во время битвы в Ласте мы смогли узнать о жизни ящериц и найти решение.

— И все же... я хочу помочь больше.

— Оокиякя, как восхитительно! — послышался голос.

Когда Томоэ подняла глаза в направлении этого веселого голоса, Ку и Лерина только что вошли.

Инугами шагнул вперед, встав между ними и Томоэ.

Увидев выражение лица Инугами, Ку растерялся. — Подожди, подожди, что это за взгляд? Я сделал что-то, что расстроило тебя?

— Может, он опекун Томоэ? — сказала Лерина. — Вспомните, молодой господин, вы ведь как-то приставали к ней.

Ку хлопнул в ладоши. — О, да, они чем-то похожи. Оокякя, все в порядке! Я не собираюсь приставать к младшей сестре брата, когда Тару нет рядом.

— Обычно вам следует больше сдерживать себя, когда она рядом, хотя... —  пробормотала Лерина, выглядя раздраженной.

Инугами молчал.

Интересно, какое у него выражение лица... со своего места Томоэ не могла видеть лицо Инугами.

— Кстати, почему вы двое здесь? — спросила Томоэ. — Вы ранены?

Лерина издала смущенный смешок. — О, нет. Мы искали любую запасную ткань, которая может быть поблизости.

— Запасную ткань?

— Моя дубина испачкалась во время сегодняшней битвы. — Ку протянул свою дубину, которая была забрызгана, предположительно, кровью ящерицы. Она уже высохла и потемнела, но были видны следы того, что он ее тоже тер. — Тряпка, которой я ее чистил, порвалась. Я удалил много крови, но там много элементов на оружии, так что я не смог удалить ее всю. Убедиться, что мое оружие правильно обслуживается, может быть вопросом жизни и смерти, в конце концов.

— Это вы настаивали на крутой гравировке, даже после того, как Тару сказала вам, что это сделает уход за оружием еще более мучительным, молодой господин.

— Оокья? Разве я это сделал?

Пока Ку смеялся и пытался уклониться от ответа, Лерина положила руку на бедро и вздохнула.

Наблюдая за ними двумя, Томоэ пробормотала: — Если бы у меня только были силы драться, я могла бы сделать больше...

— Оокия? — Уловив это, Ку склонил голову набок. — В чем дело, маленькая девочка? Ты хочешь сражаться?

— Эм... я подумала, что если я буду драться, то смогу больше помочь старшему брату.

— Ооо, этого не случится. — Ку сразу же опроверг её слова. — Это один из тех случаев, когда речь идет о потенциале. ты слишком мила, чтобы стоять на поле боя. Если ты будешь противостоять свирепому зверю, ты не сможешь убить, верно? Кроме того, как бы усердно ты ни тренировалась, ты никогда не станешь больше, чем просто солдатом. Ты ничем не сможешь помочь.

Перед лицом разумных доводов Ку, Томоэ не смогла ничего сказать. Она лишь одернула подол своего наряда.

Инугами попытался сказать что-нибудь в ее защиту, но в словах Ку не было ничего плохого, поэтому он не мог подобрать слов.

Ничуть не заботясь о тяжелой атмосфере, Ку продолжил. — Кроме того, у тебя есть более особенная сила, верно? Способность разговаривать с животными. Я слышал, ты использовала эту свою силу, чтобы запустить больше поездов с носорогами.

— А? О, да...

— Как по мне, это гораздо полезнее, чем умение драться. В моей стране мы используем нумотов, чтобы передвигаться зимой, но нам трудно получить их больше, знаешь ли. Если бы у нас были твои способности, я чувствую, что мы могли бы все устроить так, чтобы им было легче размножаться... —  Ку замолчал, на его лице появилось задумчивое выражение. — Хм? Может, нам стоит позаимствовать твою силу... пусть ты поговоришь с нумотами за нас...

— Прошу прощения, но младшая сестра - приемная дочь бывшего короля и королевы, а значит, принадлежит к королевской семье, — жестко сказал Инугами. — Даже с телохранителем, отправлять леди Томоэ в республику одну - просто не вариант...

Ку просто махнул рукой. — Все будет в порядке. Ей нет необходимости покидать страну. Мы организуем нумота, и если она сможет приехать в какой-нибудь город или поселок недалеко от границы, они смогут поговорить там.

— Даже для этого нужно разрешение Его Величества.

— Брат хотел несколько нумотов. Я отклонил его просьбу, потому что они нужны нам для обороны, но если обмен информацией между королевством и республикой облегчит их разведение, я не против позволить ему взять несколько. На юге королевства тоже холодно, так что он сможет их разводить. Ну... мне понадобится разрешение моего старика, так что это займет некоторое время, я уверен, но я попробую поговорить с Братом об этом позже.

Ку усмехнулся Томоэ.

— Когда придет время, девочка, я буду рассчитывать на тебя. Оокякя!

— ...Хорошо! Я постараюсь! — сказала Томе, сжимая руки в кулаки.

Она должна была быть счастлива, зная, что есть что-то, что она может сделать.

Инугами и Лерина с улыбками наблюдали за происходящим.

***

Тем временем, примерно в это же время Людвин, главнокомандующий подкреплениями из Королевства Фридония, и Каэдэ, его штабной офицер, проводили последние проверки. В завтрашней операции Людвин будет находиться в главном лагере, а Каэдэ примет командование в непосредственной близости от линии фронта.

— Хотя я предпочитаю командовать на передовой, — вздохнул Людвин.

— Мы не можем допустить, чтобы главнокомандующий так говорил, — сказала ему Каэдэ. — Пожалуйста, на этот раз оставайся на месте.

— Ахаха... Хорошо.

Закончив последние проверки, двое покинули комнату.

— Тогда я буду рассчитывать на вас завтра, — сказал Людвин.

— Да. Пусть фортуна будет благосклонна к вам в бою, сэр Людвин.

Расставшись с Людвином, Каэде прошла небольшое расстояние и наткнулась на Халберта и Руби, стоявших на углу.

Увидев их, Каэдэ склонила голову набок и уставилась в пустоту. — Вы не спали, чтобы дождаться меня?

— Не мог заснуть, вот и все, — сказал Халберт.

— Он так говорит, но он просто хотел увидеть твое лицо, — усмехнулась Руби.

Когда Руби рассказала все, Халберт покраснел. — Что?! Руби! Да как ты…!

— Хе-хе! Я тоже рада видеть вас двоих, — хихикнув, сказала Каэдэ. — Ты будешь сражаться в воздухе, а я - на земле. Хэл, это будет опасно для тебя, поэтому ты должен быть осторожен, ты знаешь. И ты не должен слишком сильно давить на Руби.

— Да, я знаю, — сказал он. — А ты не облажайся и не получи травму или что-нибудь еще. Если ты попадешь в беду, мы обязательно придем тебя спасать. Правда, Руби?

— Хе-хе! — Каэдэ хихикнула. — Верно. Я буду защищать и тебя, и Руби.

Поскольку обе стороны вели себя так, будто они лучше друг друга, все трое разразились хохотом.

Пока они смеялись...

— О, Боже, кажется, вы все хорошо ладите.

Все трое повернулись, чтобы посмотреть, кто к ним обратился, а сзади стояла  с улыбкой Эксель.

Внезапное появление главнокомандующего Национальных сил обороны заставило их рефлекторно отдать честь как военных.

— Что-что.. герцогиня Уолтер! Простите, что мы не заметили вас раньше, — поспешно сказал Хэл.

— Ооо, уже глубокая ночь, так что давайте не будем об этом. — Эксель махнула рукой на его извинения от имени группы.

Вместо потерявшего дар речи Халберта, Каэде спросила: —Что вы здесь делаете, герцогиня Уолтер? Я думала, вы уже спите.

— Хм... я беспокоилась о Его Величестве и пошла в его комнату, но Айша закрыла мне путь. Они его так любят. — Эксель приложила палец к губам, как будто обеспокоенная.

«Серьезно, что этот человек задумал?!» подумали Халберт и остальные, глядя на нее холодными глазами, но Эксель искренне переживала за Сому.

Во время совещания ей показалось, что Его Величество немного напрягся, но, кажется, Ророа и Надин были с ним в комнате... думаю, с ним все будет в порядке.

Чтобы переключиться на новый лад, Эксель хлопнула в ладоши. — Кстати, вы трое были на «носителе» Кастора, верно? С вашей точки зрения, этот  мой зять-идиот хорошо справляется с обязанностями капитана?

— А? Вы имеете в виду капитана Кастора? — Халберт посмотрел на Каэдэ и Руби. — Э-э-э... да. Я думаю, он надежный капитан.

— Он подметает палубу даже сейчас, когда он капитан, поэтому команда его уважает, — сказала Каэде.

— Он сказал: «Эй, как красный дракон, мы вроде как похожи, а?» и завязал со мной непринужденную беседу, — добавила Руби.

Выслушав их мнения, Эксель усмехнулся. — Понятно. Значит, у него все в порядке.

— О. Конечно.

— Ну, я слышала, что он зашел туда, куда не следовало, с теми членами экипажа, которые его так уважают. Хехе...

Халберту и остальным показалось, что температура упала на десять градусов.

Затем Эксель посмотрел на Каэдэ и Руби. — Вы двое помолвлены с сэром Халбертом, верно?

— Д-да, — сказала Каэдэ.

— Верно.

Эксель кивнул на их ответ, а затем перешел на лекторский тон. — Известно, что мужчины легко увлекаются. Поэтому, как женщины, мы должны держать их за вожжи. Делать комплименты, подбадривать и поднимать их иногда, а в остальное время делать выговоры и шлепать их по заднице. Мы не можем слишком сильно склоняться в одну сторону. Секрет семейного счастья в том, чтобы держать партнера под контролем, не расстраивая его. Я ясно выражаюсь?

— Д-да! —Каэдэ и Руби отсалютовали в унисон.

Халберт в одиночестве схватился за голову. Какое же лицо я должен делать, слушая такие разговоры...?

Удовлетворенно улыбнувшись всем троим, Эксель достала из сундука веер и раскрыла его. Затем, прикрыв веером рот, она разразилась веселым смехом. — Ну, моя дочь Аксела, жена Кастора, не из тех женщин, которые будут просто ждать. Я уверена, что Кастор скоро узнает это сам.

Когда Эксель издал смешок, который, казалось, на что-то намекал, Халберт почувствовал, как по его позвоночнику пробежал холодный холодок.

Если я женюсь, неужели Каэдэ и Руби будут вести себя так же...?

Как только эта мысль пришла в голову Халберту, он поклялся себе, что никогда не бросит им вызов.

***

Пока все проводили время по-своему, я сидел в своей комнате и просматривал документы.

Хотя Живые Полтергейсты, которых я оставил в замке, все еще занимались бумажной работой, я взял с собой несколько несрочных дел для своего основного тела, чтобы делать их, когда у меня будут свободны руки.

Я молча стоял перед своим столом, подписывая документы, которые просмотрел.

— Эй, эй, дорогой, — ворвалась Ророа. — Тебе обязательно делать это прямо сейчас?

— Серьезно, — добавила Надин. — Ты проделал весь этот путь, а потом все равно зарылась в работу?

Когда я обернулся, Ророа и Надин сидели на односпальной кровати и смотрели на меня.

Они обе были в цельных пижамных костюмах, а у Надин на рогах были похожие на рукавицы чехлы, которые она надевала во время сна.

Надин упомянула, что во время сна в человеческом облике ее рога протыкали дыры в подушке, поэтому я сшил для нее такие чехлы. У них не было подходящего названия, но я называл их роговыми чехлами.

...Подождите, эти двое выглядели так, будто точно собирались спать здесь.

Айша, кстати, стояла на страже у двери. Похоже, она только что прогнала Эксель, которая пыталась войти и подразнить нас. Хорошая работа!

Я просмотрел документ и сказал им: — Работа всегда найдется. Если я не успеваю сделать как можно больше, она накапливается.

— Сознание, которое ты оставил в замке, работает, верно? — сказала Ророа.

—Возможно, тебе стоит отдохнуть перед завтрашней битвой? — спросила Надин.

— Ну... я знаю, но...

Затем они начали шептаться друг с другом.

— Я думаю, что это как раз тот случай, Нейди.

— Да. Готова поспорить, что так оно и есть.

Что именно это было, о чем они говорили?

Они оба встали, а затем каждый крепко взял меня за руку.

— Старшая сестра Сиа говорила нам: «Когда Сома работает больше, чем нужно, ночью.... это потому, что стресс мешает ему спать, так что будьте осторожны.»

— Уф...

Они попали в точку. Лисия, Айша и Джуна знали, что я чувствую, когда меня доводят до психологического предела. Но Ророа и Надин не должны были знать, поэтому тот факт, что они знали, означал обмен информацией между моими невестами.

— Нади, ты держишь его за руки, — сказала Ророа.

— Поняла. Раз, два...

Они оттащили меня от стола, затем усадили на кровать. Затем, как бы не давая мне вырваться, они крепко держали меня за руки.

— Ну, что тебя так взволновало? — спросила Ророа. — Разве у тебя нет плана победы?

Я сдался и признался в своих чувствах. — Это все еще тяжелое бремя - то, что люди будут умирать по моему приказу. На этот раз мы столкнулись с безжалостными монстрами. У них есть только инстинкт выживания, и в этой ситуации ущерб будет только распространяться, если мы не убьем их, поэтому мы должны истребить монстров. Я не чувствую никаких колебаний по этому поводу. Вот почему, по сравнению с объявлением войны княжеству, это легче для меня эмоционально.

— Сома ... —  Надин погладила меня по голове с беспокойством в голосе.

— Несмотря на это, когда я вижу трупы людей, съеденных монстрами, я не могу не думать, что если бы я не привел их сюда, если бы я не приказал им вступить в бой, эти жизни не были бы потеряны. Я, конечно, знаю, что есть те, кого я спас, сражаясь, и еще больше жизней было бы потеряно, если бы я решил этого не делать. Тем не менее, я ненавижу себя за то, что играю с человеческими жизнями в игру чисел.

— Но ведь именно так поступает король, верно? — сказала Ророа с серьезным выражением лица. — Человек наверху делает как можно больше для тех, кто поддерживает его снизу. Он сохраняет жизнь стольким, скольким может, защищает стольких, скольких может, и снижает потери настолько, насколько может. Естественно, поскольку он делает «столько, сколько может», будут вещи, которые он не может сделать. Это само собой разумеется, но именно вера в то, что парень наверху делает все, что может, заставляет людей внизу чувствовать, что они могут бороться. ты знаешь это, верно, Дорогой? Если ты все еще беспокоишься, то я уверена, что это потому, что...

— Да. —  Я кивнул.

Это было то, с чем я смирился. В конце концов, я всегда так делал. Но я не мог не остановиться и не подумать. Потому что если я не сделаю этого...

— Я боюсь привыкнуть к этому, — объяснил я. — Если я представлю, что не буду так волноваться и смогу просто принять решение... то однажды, каким-то образом, мне покажется, что я стану чем-то ужасным. И тогда, в результате, я потеряю то, что для меня наиболее важно.

Опыт, который я пережил, начав становиться ничем иным, как системой под названием «король», вызвал у меня тревогу.

«Король», «герой», «человек из другого мира», «тот, кто заключил договор с черным Рю»... такие уникальные титулы могли привлечь ко мне людей. И если бы я позволил этим людям поднять меня, то титул, который не был мной, начала бы жить своей собственной жизнью, перекрывая истинного меня.

Я постоянно беспокоился об этом.

— Я не хочу прекращать мучиться над своими решениями, — сказал я. — Но чем больше я мучаюсь, тем больше это утомляет. Поэтому я сосредотачиваюсь на работе, чтобы не думать. Это противоречие?

— Я думаю, это нормально. Просто будь собой. — Надин крепко обняла меня за руку. — Мне нравится эта твоя не царская сторона, Сома.

— Это точно. Если бы ты начал вести себя слишком по-королевски, старшая сестренка Сиа забеспокоилась бы, как думаешь? — Ророа тоже крепко обняла меня, словно не желая терять.

Надин хихикнула. — Но если ты собираешься убежать в свою работу, я бы хотела, чтобы ты вместо этого убежал к нам. Мы выслушаем твою неуверенность, твои жалобы, что угодно.

— Да, да, — согласилась Ророа. — О, мы тоже не прочь выпить, знаете ли? Мы останемся с тобой до утра.

Я почувствовал, как у меня немного отлегло от сердца. — Если мы будем пить всю ночь напролет, Лисия, наверное, потом будет нас ругать.

— Мы можем отбиться от неё все вместе.

— Если хочешь, мы можем и старшую сестренку Сию втянуть в это действо.

— Ахаха, это было бы здорово... —  Я зевнул, несмотря на себя. В тот момент, когда мое настроение стало легче, меня вдруг охватила сонливость. Дни переездов и сражений настигли меня. — Это нехорошо... я устал...

Когда я лег на кровать, Надин и Ророа, которые цеплялись за мои руки, опустились вместе со мной.

— Увах!

Ох... внезапная сонливость лишила меня способности думать.

Ророа была как ребенок. Когда я прижался к ней, она была горячая.

У Надин была сравнительно низкая температура, она была даже немного прохладной. Обе они успокаивали меня, и меня все сильнее и сильнее тянуло ко сну.

В своем затуманенном состоянии я услышала их голоса.

— Эй, Нади. Мы так и будем с ним спать?

— Похоже на то. Это неожиданный плюс.

— А! Я помню, что старшая сестра Сиа и старшая сестра Ай уже спали с Дорогим. Похоже, в те разы его тоже мысленно загоняли в угол.

— Так и было? Тогда спим вместе!

— Отлично. Но я не уверена насчет этой позы. Мы все лежим боком на кровати.

— Наши ноги торчат наружу. Это не так уж и расслабляет.

— Как только Дорогой полностью отключится, давай поменяем положение, ладно?

— Поняла. Но сначала...

И тут мое сознание отключилось.

— Спокойной ночи, Дорогой.

— Спокойной ночи, Сома.

И они вдвоем в унисон поцеловали Сому в щеку.

Наступил рассвет.

Утреннее солнце ослепительно сияло на поверхности реки Дабикон.

Объединенные силы Эльфридена и Ластании начали движение в рамках операции по истреблению ящеролюдей.

Быстро, бесшумно они заняли свои позиции. Каждый из них на своем месте, каждый выполнял свои обязанности, с нетерпением ожидая начала последней битвы.

Я же, со своей стороны, находился на спине Надин, над рекой Дабикон к северу от крепости.

— Грр... —  Плывя по небу, Надин издала (телепатический) стон недовольства.

Если бы она была в человеческой форме, она бы надула щеки, я был уверен. И я так же знал, почему.

— Мне очень жаль, что так получилось, Надин.

— Еще бы. Почему я должна нести ее?

— Хе-хе, это потому, что я - краеугольный камень этой операции, — хихикнула Эксель.

Это была причина, по которой Надин была расстроена. Эксель ехала со мной на спине.

— Есть обычай, который гласит, что дракон никогда не должен позволять никому, кроме своего партнера, кататься на своей спине! — пожаловалась Надин.

— О, но именно поэтому я и не еду на твоей спине. — поддразнила Эксель. Эксель сидела у меня на коленях, а я устроился на спине Надин. Кроме того, чтобы не упасть, она обхватила своими стройными руками мою шею.

Мы расположились, можно сказать, как рыцарь, позволяющий принцессе скакать с ним на его белом коне.

Это было потому, что мне нужно было, чтобы Надин несла Эксель, но она позволяла только своему партнеру ехать на ее спине, и хотя она была бабушкой одного из моих партнеров, логика «партнер моего партнера похож на моего партнера» не работала для Надин, как для Айши и других.

— Она могла бы просто воспользоваться гондолой, знаешь ли! — сказала Надин с рычанием, но Эксель был невозмутима.

— Мне бы это не понравилось. Это скучно. Я проделала весь этот путь из королевства, так что вы можете позволить мне хотя бы это. Верно, сир?

— Сома, скажи что-нибудь! — рыкнула Надин.

...Что она хотела от меня? Надин была моей важной невестой, а Эксель - ключевой фигурой в предстоящей операции, поэтому я не мог ей отказать. Именно поэтому я свел свои предупреждения к минимуму.

— Эксель, не дразни Надин слишком часто. А то она тебя совсем запутает.

— Хехе, извини. Просто ее реакции слишком милые. Я не могла удержаться, — сказала Эксель и погладила Надин по спине. — Кроме того, я чувствую странное родство с Надин. Я имею в виду, посмотрите, мы так похожи. У нас на головах рога, и хотя они разного цвета, хвосты у нас тоже похожей формы, правда?

— Ну, да, наверное, немного... —  признала Надин.

— Говорят, что раса морских змей произошла от самих морских змей, которых также называют КуРю, так что, возможно, они были Рю, как и ты.

Да, мне тоже пришла в голову эта мысль. То, что семья Джуны, произошла от чего-то смутно похожего на людей, например, от лорелеи, - это одно, но мне никогда не нравилось, что потомки огромных морских змей были похожи на людей. Может, эти морские змеи- КуРю были Рю, как Надин, и поэтому имели человеческий облик?

Эксель хихикнула и улыбнулась. — Может быть, представители расы морских змеев не полу-драконы, а полу-рю?

— Но я не такой мясистая и сладострастная, как ты, — пробормотала Надин.

— Это индивидуальная особенность.

— Это несправедливо!

И они начали спорить.

Одна говорила у меня в голове, а другая сидела у меня на коленях, так что было довольно шумно.

Хэл попросил Руби в ее драконьей форме подлететь к нам. — Извините, что прерываю ваше веселье, но уже почти пора начинать операцию.

— Понял, — сказал я. — Тогда давайте начнем.

Оглядев окрестности, я увидел несколько сотен виверн, висящих в воздухе и ожидающих моей команды.

Время пришло.

Я отдал приказ женщине, сидящей у меня на коленях. — Хорошо, Эксель, сделай это броско.

— Поняла, сир.

Убрав улыбку с лица и приняв вид серьезного секретаря, Эксель сняла руки с моей шеи, скрестила их перед собой и опустила голову. Скорость, с которой она могла менять режимы, была подобна щелчку выключателя. Неудивительно, что она славилась своими способностями.

— А теперь давайте покажем вам всю мою силу, причину, по которой обо мне когда-то говорили в Элфридене, и причину, по которой меня называют магом, который непобедим везде, где есть много пресной воды.

Эксель сцепила руки перед собой и сосредоточилась. При этом ее тело накренилось, и я поспешно положил руку ей на талию, чтобы поддержать ее.

Пока я держал ее удивительно хрупкие бедра, Эксель хихикала. — Спасибо, сир. Держите меня вот так, если можно.

— Аааа!... —  Надин телепатически выразила свое недовольство, но это было частью операции, так что ей придется с этим смириться.

Эксель закрыла глаза, крепко сжав руки, словно сосредотачиваясь. Затем...

Шум!

Внезапно поверхность Дабикона прямо под нами вздыбилась, и пять массивных столбов, которые можно было принять за высотные здания, поднялись вверх. Они были настолько массивными, что вид их был ошеломляющим.

Капли, брызнувшие с насильно поднятой воды, повисли в воздухе, как дым, и через мгновение мы оказались посреди легкого ливня.

Сцена, представшая передо мной, повергла меня в глупый шок.

Это Эксель... когда она становится серьезной...

Похоже, слова Эксель о том, что она непобедима везде, где есть много пресной воды, не были преувеличением. Я догадывался, что единственная причина, по которой она ограничила ее пресной водой, заключалась в том, что в море любую магию было трудно использовать.

Сражаться с ней в пустыне было бы одно дело, но если бы мне пришлось сражаться с Эксель на реке, где пресной воды было в избытке, я должен был бы быть готов направить сюда всю кавалерию виверн.

— Сома! — крикнула Надин. — Смотри прямо вниз!

— Вау... —  Сделав, как сказала Надин, я посмотрел вниз и издал вздох восхищения.

Ни одна река не имеет фиксированной ширины, а глубина реки варьируется от места к месту. Это означало, что место, где река была тонкой и мелкой, было идеальным местом для переправы.

По сути, это была местность прямо под нами.

При этом Дабикон был известен как массивная река, поэтому даже в месте переправы река была около 200 метров поперек, и вода была до уровня плеч крупного человека. Ее едва можно было пересечь верхом на лошади.

Однако сейчас Эксель тянула воду вверх. Это понизило уровень воды, так, что мы могли видеть даже камни на дне. Эксель отпустила свою сжатую руку, затем подняла ее вверх.

— Призыв Бога Воды, — прошептала она.

При этих словах пять массивных башен воды приняли форму змей с поднятыми головами. Затем, когда она опустила руку вниз, раздалось громкое шипение, и пять массивных змей воды вонзились в поверхность реки ниже по течению.

Вода текущая вниз по течению потекла вверх, а затем падала  в сторону мелководья вниз по течению. В результате образовалось пять огромных водяных арок.

Это вызвало сильное падение уровня воды под аркой, и узкая область, где было мелко, сильно расширилась.

Таков был план, который придумал Хакуя.

Если мелководье, которое мы собирались пересечь, было узким, а переправить большую армию на противоположный берег было сложно, мы могли расширить мелководье и заставить ящеров на противоположном берегу прийти к нам.

Хакуя пришел к такому выводу на основе информации, которую я ему предоставил, и прислал мне мага воды номер один в стране, Эксель Уолтер, вместе со многими другими магами воды.

Кстати, остальные маги воды находились в маленьких лодках, плавающих по поверхности реки, замедляя поток и регулируя течение воды, направляемой Эксель вниз по течению.

Таким образом, образовалась неглубокая тропа через Дабикон с пятью большими арками воды над ней.

У меня было ощущение, что я наблюдаю за тем чудом из истории о Моисее.

— Хакуя точно придумал удивительный план... —  вздохнул я в восхищении.

— Сир, эта магия очень утомительна, поэтому я буду благодарна, если вы продолжите операцию, — сказала мне Эксель с болезненным выражением лица.

Упс. Это было такое невероятное зрелище, что я перестал соображать.

Я быстро отдал приказ не менее изумленному Хэлу. — Хэл! Как мы и планировали, пусть ящеролюди сразу же переправляются!

— А?! Р-правильно! Вперед, люди! — приказал пришедший в себя Хэл.

— Да-а-а-а! — заревели люди на вивернах вокруг него.

Затем, когда Хэл и красный дракон Руби возглавили атаку, половина отряда виверн полетела к противоположному берегу, где находились ящеролюди.

Халберт и Руби были в первых рядах отряда виверн, когда они достигли противоположного берега, где десятки тысяч ящеров расположились лагерем.

Они летели достаточно высоко, чтобы ящерицы не атаковали их, но бесчисленные летающие монстры типа химеры все же атаковали Халберта и его команду.

Халберт пронзил монстров двумя копьями, а Руби поджарила их своим огнем.

Хэл сказал кавалерии виверн: — Помните! Наша задача - быть пастухами! А теперь давайте загоним этих чешуйчатых, длиннохвостых ягнят на противоположный берег, как теневые гончие, преследующие хлопковых овец!

— ""Да, сэр!"", — быстро ответили всадники на вивернах и рассредоточились. Расправляясь на ходу с любыми монстрами, пересекавшими их путь, виверны достигли края стаи ящеров и выдохнули огонь на землю.

Фффф! Ффффф! Пламя падало на землю одно за другим.

— Гугягягя! — Ящеролюди толкали и пихали друг друга, чтобы убраться с пути пламени, и стая постепенно двигалась к Дабикону.

Руби выпустила пламя, которое было несравненно сильнее того, что могли создать виверны, и загнала ящеров на мелководье.

— Хаха! Моя невеста злая! Вперед! Бегите! Бегите! — крикнул Халберт, приходя в возбуждение.

— Муррр, нехорошо так говорить, — ворчала Руби. — Можешь ожидать, что мы с Каэдэ тебе потом устроим разнос! — Рррррррррррррр! — раздался рев Руби, и испуганные ящерицы вслепую побежали по мелководью.

Если стая начала двигаться в одном направлении, она не могла легко изменить курс.

Посчитав дальнейшее преследование ненужным, Халберт сказал собравшейся отряду виверн: — Это заставит стаю перейти на другую сторону. Мы оставим врагов на земле главным силам Людвина, а сами вернемся к Соме... Его Величеству... и истребим летающих монстров! Мы поддержим главные силы с воздуха!

— ""Есть, сэр!""

Затем Халберт и Руби повернули на юг вместе с отрядом виверн.  Ящеролюди на дальнем берегу начали движение.

Похоже, Хэл и остальные справились, отметил я. Ящеролюди пересекали путь по мелководью под водяными арками.

Наблюдение за ящеролюдьми, плещущимися на мелководье, напомнило мне давно виденную передачу о гну, переплывающих реку.

Если бы это был документальный фильм о природе, то именно здесь на них напали бы крокодилы...

Хотя в данном случае на крокодилов были похожи ребята, переходящие реку стаей.

— Есть ли необходимость позволить им добраться до противоположного берега? — спросила Надин, наблюдавшая за той же сценой. — Около половины стаи находится в реке, так что не проще ли попросить герцогиню Уолтер отменить свою магию и смыть их?

— Ну, если бы они были бронированными солдатами, это был бы правильный ответ, но они голые. Волна не убьет их. Если мы смоем их вниз по течению, это сделает их убийство мучением по и поиску, поэтому мы должны позволить им переправиться, а затем окружить и уничтожить их.

— Со своей стороны... я бы хотела, чтобы они поторопились и закончили переправу, - с усилием произнесла Эксель, на ее лбу выступили бисеринки пота.

Думаю, если дело касалось контроля над таким количеством воды, даже обычно невозмутимая Эксель не могла сохранять невозмутимое лицо. Она стиснула зубы, а ее руки дрожали.

— Извините, — сказала я. — Мне нужно, чтобы вы продержалась еще немного.

— Я знаю. — Эксель натянуто улыбнулась, продолжая усердно колдовать.

В конце концов Хэл и его группа, закончившая свою работу по перегону ящеров сюда, присоединились к нам, и вся стая ящеров закончила переход через Дабикон.

— Ух, это было утомительно! — Эксель подняла обе руки в воздух, как бы разминаясь.

Всплеск!

В следующее мгновение вода, выгнутая дугой над мелководьем, обрушилась и упала в виде сплошной массы воды.

Большое количество воды, упавшее на землю, создало огромный всплеск, и когда этот всплеск упал, над рекой на короткое время пошел дождь.

Русло реки, которое мы могли видеть в течение этого короткого времени, исчезло, образовались волны, а лодки других магов воды, которые поддерживали Эксель, раскачивались.

Мы наблюдали за всем этим, насквозь промокнув от дождя.

— ...Наверное, надо было взять с собой дождевик, — сказал я.

— Моя одежда - это моя чешуя, так что моя одежда водонепроницаема, — сказала Надин.

Как бы там ни было, но после того, как мелководье вернулось в прежнее состояние, отступление ящеролюдей было отрезано.

Пока я чувствовал облегчение от того, что все прошло хорошо, Эксель повалилась на бок.

— Эксель?! — воскликнул я.

Когда я обнял ее за талию и прижал к себе, Эксель слабо засмеялась.

— Ха... ха... я в порядке. Я просто использовала слишком много энергии.

Она была слишком измучена, чтобы даже правильно улыбнуться, а ее плечи вздымались при каждом вдохе. Из-за дождя ее одежда прилипла к телу, что придавало ей ужасно чувственный вид.

— Вы хорошо справились, — сказал я. — Оставь остальное нам.

— Я так и сделаю. Хехе, это, конечно, преимущество, когда Его Величество держит меня вот так. У Джуны был бы припадок, если бы она увидела нас сейчас.

— У вас очень милый характер. — Мои плечи опустились от того, как весело было Эксель.

— Мург... Может быть, мне стоит ударить ее током вместо Джуны, — сказала Надин с досадой.

Если она сейчас ударит током, то и мне достанется, так что я надеялся, что она этого не сделает.

Что ж, наша роль в этом была закончена. Дальше этим займется наземное подразделение.

Или я так думал, пока...

— А? — Внезапно усы Надин дернулись, как плети.

— Что такое? — спросил я.

— Ммм... да. Есть что-то на западе... Хм?

Должно быть, Надин сама не знала, что это такое, потому что ее слова были расплывчатыми.

Однако острый нюх Надин, очевидно, что-то уловил, и я забеспокоился, что сейчас произойдет что-то, выходящее за рамки моих прогнозов.

Когда десятки тысяч ящеролюдей закончили пересекать мелководье, которое Эксель расширила с помощью своей магии, они столкнулись с войсками королевства Фридония в строю.

Голодные от невозможности прокормить себя на другом берегу реки, они увидели лишь стадо.

Не было там и тех, кто летал в небе и дышал огнем.

Поэтому, чтобы утолить свой аппетит, ящеролюди помчались к лагерям королевства Фридония.

Лудвин, главнокомандующий войсками королевства, и Юлий наблюдали за ними.

На вершине небольшого холма, где находился главный лагерь союзных войск, они сидели бок о бок, верхом на своих лошадях.

— Их должно быть 50 000, если считать только ящеролюдей, — сказал Юлий. — Больше, если учесть окружающих монстров. Какая неприятность.

Людвин кивнул на этот анализ. — Я согласен. Если бы это были военные чужой страны, мы могли бы побороться, но против стаи чудовищ, не имеющих понятия о тактике и стратегии, мы не выстоим.

— Да. Позвольте мне разобраться с правым крылом.

— Вы все-таки намерены сражаться? — спросил Людвин, обеспокоенный. — Народ Ластании уже достаточно сражался. Можно позволить нам справиться с остальным.

Юлий покачал головой. — Для жителей Ластании это битва за защиту своей страны. Если мы оставим королевство в самом конце, жители этой страны не смогут считать это своей победой. — Чтобы ускорить восстановление после войны, мы должны позволить народу этой страны взять победу своими руками.

Поняв, что Юлий думает о том, что будет после окончания боевых действий, Людвин был поражен. То, что он показал, не было перспективой генерала, который уделял внимание только командованию армиями и достижению победы, но короля, который думал обо всей стране.

Юлий ударил по эфесу своей сабли. — Я оставил новобранцев в крепости, но регулярные войска и солдаты-беженцы будут сражаться до конца.

— Я понимаю, — сказал Людвин. — Если бы мое положение было иным, я бы тоже хотел стоять на передовой.

— Не рассердится ли ваш лисоголовый второй командир, если вы это сделаете?

— Да, и именно поэтому я останусь в главном лагере: чтобы юная госпожа Каэдэ не сердилась на меня, — шутливо ответил Людвин.

Это вызвало смех у Юлия. — Ну что ж... полагаю, нам придется уладить это дело, пока наш главнокомандующий не стал слишком нетерпелив.

— Я бы не возражал, если бы вы оставил мне часть дела.

— Ни за что. Я не буду принимать вашу помощь, я лично покончу с угрозой ящериц. Удачи.

Глядя, как Юлий уезжает верхом, Людвин вздохнул.

— Честно говоря... судьба - забавная штука, — сказал он себе, а затем высоко поднял руку. — Передайте сигнал на передовую! Перехватить наступающих ящеролюдей!

Отдав приказ, раздался звук рога.

***

Услышав сигнал рога, Каэдэ встала на вершине построенной ими сторожевой башни и высоко подняла свой посох. Она командовала с высоты оборонительного ограждения, возведенного в лагере сражающихся.

— Это сигнал, — позвала она. — Внимание, ящеролюди приближаются! Остановите врага! Всем сформировать стену!

Вокруг Каэдэ собрались маги земли.

Когда она подала сигнал, маги земли в унисон использовали свою магию, земля вздыбилась перед передовым отрядом, и меньше чем за минуту была построена длинная земляная стена. Ящеролюди, которые собирались обрушиться на лагерь подобно лавине, оказались заблокированы грунтовой стеной, внезапно возникшей из ниоткуда.

— Гух! Гух...

Поскольку она была сделана из грязи, даже если они били по ней или царапали когтями, они могли оставить след, но не могли пробить ее. Они беспокойно огляделись вокруг, но в стене не было ни одной щели.

И все же, чтобы добыть «еду» по ту сторону стены, они начали взбираться на нее. У них было невероятное упорство, но им не хватало прежнего импульса.

— Лучники, начали! — приказала Каэдэ.

Все лучники в унисон начали пускать стрелы через земляную стену.

Стрелы летели вверх по дуге, не имея конкретной цели, но большое количество стрел и тесное скопление ящериц помогали им попадать одна в другую. Некоторые из этих стрел были пропитаны магией, взрываясь или разрезая пространство вокруг себя, чтобы создать еще больше мертвых ящеров. Наблюдая за этой сценой с высоты башни, Каэдэ вздохнула.

Это совершенно односторонняя бойня. Мы так легко отделались только потому, что у ящеров не хватило ума сделать что-нибудь, кроме как напасть самим. Я беспокоилась, что может случиться, если здесь будет демон, и он возьмет командование на себя, но, похоже, мои опасения были напрасны.

Под командованием Каэдэ передовой отряд смог остановить продвижение ящеров. Однако, учитывая огромное количество ящеров, они не смогли перестрелять их всех. Некоторым удалось прорваться сквозь град стрел и взобраться на земляную стену. Маги земли были сосредоточены на том, чтобы удержать нынешнюю стену от разрушения, поэтому у них не было возможности создать еще одну стену. Через стену перебралось большое количество ящеролюдей. Можно было предположить, что они нападут на уязвимых магов и лучников.

Однако на другой стороне укрепления ящерицы столкнулись с Айшей, чья сила в бою была настолько подавляющей, что казалась несправедливой.

Одного бесшумного взмаха меча Айши хватило, чтобы рассечь нескольких ящеров, которые взобрались на стену и собирались приземлиться на другой стороне.

— Гугих?! — Ящеролюди издали предсмертный крик, когда их рассекло надвое.

Заслоненные глинобитной стеной и подвергаясь дальним атакам лучников, ящеролюди могли перебраться через стену лишь в небольшом количестве. Чтобы обеспечить гарантированную смерть тем немногим, кто это сделал, и безопасность отряда дальнего нападения, Каэдэ поставила по другую сторону стены элитное подразделение. Сильнейший боец страны, Айша, конечно, была включена в него, но...

— Мух!

Когда верхняя и нижняя половинки расчлененных ящериц упали на землю, Айша без труда взмахнула своим мечом, чтобы очистить их от крови. Несмотря на легкую победу, в ее выражении лица читалась неудовлетворенность и разочарование. Причиной тому были Джирукома и Лорен, которые были с ней в одном отряде.

Айша видела, как они помогали друг другу, сражаясь с ящеролюдьми, надвигавшимися со стены.

— Сэр Джирукома! — крикнула Лорен.

Лорен встала на пути двух ящеров, которые пытались напасть на Джирукому сзади, пока он сражался, отбив одного щитом, а другого поразив мечом. Когда Джирукома понял, что его спасли, он зарубил ящера перед собой с помощью кукри, а затем встал спина к спине с Лорен.

— Спасибо, вы меня спасли, госпожа Лорен.

— Ничего страшного. Я буду защищать твою спину, сэр Джирукома.

— Тогда позволь мне защитить и твою, госпожа Лорен. Я не позволю тебе пострадать. В конце концов, я хочу иметь от тебя троих детей.

— Фух?

На мгновение Лорен не поняла, что он сказал. Как только она поняла, что это был его ответ на ее предложение, граничащее с саморазрушением, ее лицо стало ярко-красным. Однако она быстро вспомнила, что это поле боя, и глупая ухмылка на ее лице натянулась.

— Давайте убедимся, что мы победим, сэр Джирукома! — воскликнула она.

— Конечно, победим!

Затем на них набросился ящерочеловек, в ярости.

Они приготовились к этому, но не успели ничего сделать, как откуда-то появился нож и вонзился в лоб ящера. Ящер тяжело упал на землю лицом вперед.

Когда они обернулись, Комаин в отчаянии смотрела на них, зажав ножи между пальцами.

— Брат, разве можно так говорить на поле боя? Неужели ты мог выбрать более неподходящее время?

Джирукома застенчиво отвел взгляд. — Я неуклюж в таких делах. Если бы не такое место, как это, я не думаю, что смог бы сказать это.

— Честно... госпожа Лорен! — воскликнула Комаин. — Я знаю, что  мой брат безнадежен, но, пожалуйста, позаботьтесь о нем.

— П-правильно! Пожалуйста, позаботьтесь и обо мне!

— Что ты вообще здесь делаешь? — потребовал Джирукома, следя за тем, чтобы никто из ящериц не приближался к Комаин. — Ты могла бы просто подождать в крепости с сэром Пончо.

— Я тоже умею сражаться, — ответила она. — Я не могу бросить тебя, когда ты сражаешься.

— Но что, если ты получишь шрам до того, как сможешь стать женой? Сэр Пончо не примет тебя в таком виде.

— Сэр Пончо не настолько узок в своих взглядах... подожди, нет, мы н-не ……!

Видя ее заикание, Джирукома и Лорен разобрались в ситуации.

— Похоже, нам есть о чем поговорить, когда битва закончится, — объявил Джирукома.

— Да, — согласилась Лорен. — Мы обязательно должны пройти через это.

Когда эти двое, которые теперь были ее опекунами, сказали это, лицо Комаин стало ярко-красным.

Тем временем, наблюдая за ними издалека, Айша была расстроена. Не потому, что она считала их поведение неподобающим на поле боя.

Нет, Айша думала вот о чем:

«Я так завидую госпоже Лорен!

Вот и все.

Я усердно работаю, потому что хочу, чтобы Его Величество похвалил и меня, но Его Величество с госпожой Надин. Я хочу сразиться с Его Величеством спина к спине, вот так!»

Сома был бы только обузой, сражаясь рядом с Аишей, но это не имело значения. Когда ей в лицо тыкали символом двух надежных партнеров, она, естественно, думала: «Я хочу так же... »

Айша взмахнула своим мечом с разочарованием в сердце.

Я не могла спать с Его Величеством, потому что прошлой ночью я стояла на страже. Я выплесну это разочарование на врага, стоящего передо мной!

То же самое было, когда Сому насильно увезли на горный хребет Звездного Дракона. Когда Айша разволновалась из-за своих чувств к Соме, внутри нее сломался какой-то ограничитель, и ее разрушительная сила значительно возросла.

Когда Сома оставил ее и ушел на горный хребет Звездного Дракона, ее печаль превратила ее в силу, способную одолеть Халберта, Каэдэ и Карлу вместе взятых.

Теперь же ее ревность к Джирукоме и остальным приводила в движение ее меч.

Я хочу, чтобы Его Величество похвалил и меня! Я хочу, чтобы он обожал меня! Для этого я должна быстро закончить этот бой и отправиться туда, где находится Его Величество!

Следуя своим эмоциям, Айша сносила толпы ящериц.

***

— Чего..?! — воскликнул я.

По какой-то причине по моему позвоночнику пробежала холодная дрожь, но... должно быть, мне показалось.

— Ухаххххх! — крикнула Надин.

Бззззззз!

Электрические разряды, которые Надин кидала во все стороны, сжигали монстров дотла и сбивали их с небес. Мы с черным Рю Надин, Халбертом и красным драконом Руби работали с отрядом виверн, чтобы обеспечить контроль над воздухом и не дать летающим монстрам атаковать наземные войска.

— Если хотите умереть, выстраивайтесь! — крикнул Халберт.

Даже находясь на спине Руби, Халберт размахивал двумя копьями, в то время как остальная отряд виверн использовала для атаки стрелы, напитанные магией.

— Все такие запыхавшиеся... —  пробормотал я.

Со своей стороны, я использовал арбалет, стреляя, перезаряжая, натягивая рычаг, чтобы натянуть тетиву, и снова стреляя. Выстрел, перезарядка, потянуть за рычаг. Огонь, перезарядка, потянуть за рычаг. Выстрел, перезарядка, потянуть за рычаг... это было повторение одних и тех же задач. По сравнению с тем, что делали другие, это казалось простым делом, но мне все же удалось сбить трех маленьких летающих монстров таким образом.

Я выглянул из-за борта и посмотрел на разворачивающуюся под нами битву. Из-за

упорной борьбы, которую вели Каэдэ, Айша и другие бойцы центрального фронта, ящеролюди, рвавшиеся к центру, потеряли темп.

Левое и правое крылья, видя свою возможность, двигались, чтобы окружить ящеров.

Это была битва на уничтожение. Если мы оставим кого-нибудь в живых, они только создадут проблемы в дальнейшем.

Всем держаться...

Я молился за победу сражающихся внизу солдат.

Правое крыло возглавлял Юлий.

— Щитоносцы, не допускайте разрывов! Копейщики, держитесь позади щитоносцев и бейте только тех, кто нападает! Следите за тем, чтобы не слишком опережать группу, продвигайтесь постепенно!

В обычной войне скорость имела значение, и вы бы намеренно рассеяли врага, чтобы нарушить его строй, но в этот раз целью было уничтожение врага. Чтобы никто не сбежал, они давили врага постепенно, словно душили его шелком.

Красный ящер прыгнул, приземлившись на щитоносца. Он был из тех, кто дышит огнем. Широко раскрыв пасть, красный ящер сделал глубокий вдох, готовясь извергнуть пламя на беззащитных солдат за щитоносцем.

— Я не позволю тебе! — крикнул Юлий.

Он ударил ящерочеловека в рот боковой стороной меча, не давая ему вдохнуть, затем пнул его в живот, чтобы отбросить от щитоносца. Затем он положил руки на землю и с помощью магии, на которой специализировался Гай, заставил бесчисленные шипы вырасти из земли, разрезая красного ящера на куски.

— Гух... рухрух...

Огонь жизни исчез из глаз красного ящера.

Убедившись, что его враг мертв, Юлий повысил голос. — Не дайте им пройти! Сейчас самое время положить конец этой проклятой битве! Сокрушите врага полностью, и закончите эту битву победой для нас!

— Даааааа!

Солдаты правого крыла были воодушевлены.

Тем временем, примерно в это же время, пара хозяина и слуги из Республики Тургис была на левом крыле.

— Черт, как же это скучно - не иметь возможности пройти мимо парней со щитами, — пробормотал Ку, ударяя дубиной по ящерицам, которые, казалось, могли прорваться мимо щитоносцев. Натянув лук и нацелив стрелу, Лерина отругала его: — Должно быть так, молодой господин. Мы не можем оставить им ни одной щели для побега.

Как только она это сказала, Лерина выпустила стрелу и убила ящерицу. Этот вид стрельбы из безопасного места был специализацией Лерины.

— Если вы хотите убивать врагов, почему бы вам самому не взять в руки лук, мастер Ку? — продолжала она. — Сколько бы я ни стреляла, их никогда не становится меньше, и это настоящая проблема.

— У меня нет твоей меткости, Лерина. Кроме того...

Камень, который один из ящериц в отчаянии подхватил и бросил, полетел прямо на Лерину. Лерина, потерявшая бдительность, закрыла лицо руками, но не успел камень долететь до нее, как дубина Ку разнесла его в щепки.

— Ты хороший стрелок, но ты так сосредоточена, что упускаешь из виду другие вещи, — продолжал Ку. — Я буду защищать тебя, поскольку у меня нет другого выбора.

Он постучал себя дубиной по плечу перед широко раскрытыми глазами Лерины.

Услышав его слова о защите, Лерина едва смогла подавить улыбку и приготовила лук. — Обычно это  мой долг - защищать вас, мастер Ку.

— Оокякя! Ну, эй, это же прекрасно, что время от времени все меняется, верно?

— Думаю. Это даже приятно.

Подняв настроение, множество ящериц погибло от стрел Лерины.

***

Пока левое и правое крылья следили за тем, чтобы ящеролюди не разбегались, они постепенно сокращали пространство между собой, сминая врага. Из-за того, что центр держал жесткую оборону, ящеролюди не могли убежать, двигаясь вперед, пока их атаковали слева и справа.

Если бы они попытались отступить, Дабикон был у них за спиной, а мелководье уже сузилось.

Маги воды в лодках также стояли наготове, используя магию воды, чтобы пронзить ящериц, пытавшихся переправиться, и предотвратить их бегство.

А? Наблюдая за происходящим, я понял, что, несмотря на их отчаянное положение, никто из ящеров не пытался прыгнуть в реку. Они лишь пытались переправиться на мелководье.

Разве ящеролюди не умеют плавать? У ящеролюдей были лица рептилий, остальная часть их верхней части тела была чешуйчатой и человекоподобной, в то время как нижняя часть тела напоминала плотоядных динозавров. Возможно, из-за того, что они были такими искривленными существами, они не могли хорошо плавать. Может быть, поэтому на другом берегу реки образовалась такая пробка?

Пока я наблюдал за ящеролюдьми, мне пришла в голову одна мысль. Мутировавшие существа... что такое монстры?

Некоторые существа рождаются с уникальными чертами, возникшими в результате внезапной мутации.

Их тело может быть белым, или у них может быть две головы.

Но эти черты относились только к человеку. Возможно ли, чтобы такое большое количество этих искаженных существ появилось естественным образом и образовало стаю?

Думаю, размышления об этом сейчас не принесут пользы...

Я решил оставить вопросы, не имеющие четкого ответа, на потом. Пока же мне нужно было сосредоточиться на том, что было передо мной.

— Похоже, они очень скоро закончат, — прокомментировал я.

Ответа не последовало.

Я посмотрел на Надин в поисках согласия, но она по-прежнему молчала.

— Надин?

— Я действительно чувствую что-то странное на западе, — сказала она.

Даже во время боя казалось, что Надин думает о западе.

Я и сам посмотрел на запад, но ничего не увидел. Тем не менее, Рю и драконы были чувствительны к магии. Если Надин сказала, что чувствует что-то, значит, там действительно что-то есть.

— Это странное чувство, оно плохое? — спросил я.

— Хм... не плохое, скорее знакомое. Но что-то в нем странное...

Я услышал другой голос в своей голове. — Надин!

Хэл и Руби остановились рядом с нами.

Руби сказала: — Эй, Надин, это чувство...

— Ты тоже это чувствуешь, Руби? Разве это не немного странно?

— Да. Ощущение знакомое, но другое.

Это было несколько сюрреалистично - видеть, как черный Рю и красный дракон в замешательстве качают головами по сторонам.

Мы с Хэлом, оставшиеся сидеть на спине, не в курсе происходящего, смотрели друг на друга, не понимая, что с этим делать.

Затем ситуация изменилась.

Зажатые в клещи левым и правым фронтами и пораженные концентрированной откакой магов воды, если они пытались бежать по узкой отмели, ящеролюди стояли спиной к реке и могли только ждать, пока их раздавят.

Однако, казалось, они были готовы ухватиться за любую соломинку.

Когда смерть была у них на глазах, в них проснулся дикий инстинкт выживания. Некоторые стали бросаться в реку.

Брызги, брызги, брызги!

Как только один прыгал, другой подражал ему.

Их способность к обучению, которую мы использовали, чтобы научить их охотиться на монстров, теперь проявлялась неприятным образом.

Как только тенденция началась, остановить ее было невозможно.

Близкие к реке особи прыгали в воду одна за другой.

Как я и предполагал, физиология ящеров делала их плохими пловцами, и они боролись с мощным течением. Если бы это была обычная война, мы могли бы назвать это победой.

Однако, хотя эта битва и была масштабной, это была не война, а всего лишь истребление опасных зверей.

— Это... как-то плохо? — сказал я.

Выглядело так, будто ящеролюдей смыло, но если бы их живыми вымыло на берег ниже по течению, это расширило бы ущерб и создало бы проблемы.

— Хэл, мы можем атаковать ящеролюдей в реке, используя наши силы в воздухе?! — позвал я.

— Нет! Все заняты летающими монстрами! Если отряд виверн отвлечеться, то вместо нее будут бежать летающие монстры!

— Уф...

Он был прав; отряд виверн в данный момент вел бой с летающими монстрами. Большая часть воздушных сил армии подкрепления использовалась для логистики. Кроме того, чтобы сохранить некоторое в тайне, я не взял с собой лучшее оборудование.

Казалось, что наша ограниченная воздушная мощь создала брешь.

— Ваше Величество, я снова воспользуюсь своей магией, — предложила Эксель, но, видимо, она переборщила с магией. Ее лицо было бледным, и было очевидно, что она давит на себя.

— Нет, — сказал я. — Вы уже использовали все, что у вас есть.

— Но такими темпами...

— Если вы умрете на моих руках, это будет потерей для королевства. Давай найдем другой способ...

Пока я пытался понять, можем ли мы что-нибудь сделать, это случилось.

— Сома! — Надин внезапно закричала в моей голове. — Посмотри на небо на западе!

— А...? Что?!

Когда я посмотрел на западное небо, как велела мне Надин, я увидел более сотни этих коротких линий, похожих на плавающие предметы. Когда эти линии приблизились, я понял, что это были вытянутые крылья.

Группа больших крылатых существ летела здесь строем.

Виверны...? Нет, они были больше, чем виверны, и у них были передние лапы. Значит... драконы?!

Затем один из драконов в строю набрал скорость и мгновенно остановился перед нами. Это был красивый белый дракон.

Увидев этого дракона, мы с Надин оба вскрикнули от удивления.

— Пай, это ты?! — воскликнул я.

— Значит, то, что я чувствовала, действительно было тобой? — воскликнула Надин.

Этот белый дракон была Пай Лонг, подруга Надин, которую я встретил в горном хребте Звездного Дракона.

Белый дракон Пай увидела нас и слегка поклонилась. — Давно не виделись, король Сома. И ты тоже, Надин.

Действительно, прошло много времени.

Надин и Руби направились к Пай, чтобы задать вопросы.

— Пай... это ты? — буркнула Надин.

— Хе-хе! Разве я похожа на кого-то еще?

— Хм? Я чувствовала, что ты приближаешься, но что-то казалось другим. Не знаю, это отличалось от той Пай, которую я знаю. Правда, Руби?

— Да, — согласилась Руби. — Как будто это ты, но не ты. Вот как ощущалась магия.

— Ахаха! — Пай засмеялась. — Точно.

Пока они втроем разговаривали, я услышал голос сзади Пай. — Пай, не могла бы ты позволить мне тоже поприветствовать их?

Пай поспешно ответила: — О, точно! — и наклонила голову в сторону. Я увидел, что на ее спине сидит рыцарь в платиновых доспехах с надвинутым на глаза шлемом.

— Рад познакомиться с вами, — сказал рыцарь. — Поскольку вы едете на черном драконе необычной формы, я полагаю, что вы, должно быть, король Сома из королевства Фридония.

— Да, а вы?

Когда рыцарь снял шлем, изнутри показалась красивая женщина с очень короткими волосами. Женщина положила шлем под мышку и отсалютовала мне.

— Я принцесса королевства драконов Нотунг и рыцарь Пай, Сил Мунто. Услышав об опасности, грозящей нашему союзнику - королевству Ластания, я привела сюда 200 рыцарей.

Мне кажется, что только в этом вступлении было много поводов для удивления.

Во-первых, то, что рыцари-драконы из Королевства Драконьих Рыцарей пришли поддержать нас. Похоже, они уже справились с волной демонов со своей стороны. Думаю, этого следовало ожидать от страны, где есть рыцари-драконы, самый могущественный вид солдат.

Далее, та, кто пришла к нам на помощь, была принцессой. Впрочем, у нас были свои принцессы, которые сами хотели сражаться, так что я не был так уж удивлен.

Наконец, больше всего меня, Надин и Руби удивило то, что рыцарь Пай - женщина. Я слышал, что договор между драконом и рыцарем дракона заключался с целью создания детей. Поэтому, если бы их рыцарь оказался женщиной, из-за неопределенной природы биологического пола у их вида, дракон бы переобразился в мужскую форму, чтобы произвести потомство.

Другими словами...

— Пай, ты теперь мужчина?! — удивленно воскликнула Надин.

— Конечно, — легко подтвердил Пай.

О, точно. Возможно, то, что Надин и Руби говорили о знакомом присутствии, которое ощущалось иначе, как-то связано с этим.

В этом есть смысл... погодите, у меня сейчас есть дела поважнее!

— Госпожа Сил! Я знаю, что это неожиданно, но помогите мне! — попросил я.

— Хм, с чем?

— Мы загнали стаю ящеров в угол, но некоторые из них прыгнули в реку и пытаются сбежать! Я бы хотел, чтобы ваши рыцари уничтожили их!

Пока я объяснял это так быстро, как только мог, Сил твердо кивнул мне.

— Поняла. Пойдем, Пай.

— Хорошо!

Сил снова надела свой шлем, затем подстегнула Пай, возвращаясь к своим рыцарям-драконам.

Она подняла свой меч. — Мы истребим ящеролюдей, сбежавших в реку. Следуйте за мной!

Она стремительно бросилась вниз, а рыцари-драконы последовали за ней. Когда рыцари-драконы пролетали над поверхностью реки, все драконы в унисон выдохнули огонь.

Пламя, изрыгаемое драконами, лизало поверхность реки, распространяясь по ней. Это пламя безжалостно сжигало дрейфующих ящеров.

Какой же сильный огонь производили эти драконы. Ну, если у них была группа из 200 таких сильных, как Руби, то этого следовало ожидать.

Глядя с неба, казалось, что горит Дабикон. Наблюдая  за происходящим, Надин пробормотала про себя: «Не знаю, это все такой шок, у меня голова начинает болеть.»

Я молча погладил Надин по спине. Вскоре после этого наземное подразделение закончило уничтожение ящеролюдей. Мы слышали победные крики солдат внизу.

Мы победили.

Так закончилась серия битв, в которых победили союзные войска Фридонии, Ластании и Нотунга.

Это была ночь после того, как объединенные силы Королевства Фридония, Королевства Ластания и Королевства рыцарей-драконов Нотунг уничтожили десятки тысяч ящеролюдей, напавших в составе демонической волны.

В крепости у реки Дабикон в честь сегодняшней победы был устроен банкет.

Во дворе крепости и в лагере были приготовлены большие котлы, и солдаты сидели в кругу вокруг них, пили спиртное, предоставленное Фридонией и Ластанией, и весело проводили время.

Излишки пайка были отложены для этого случая, но некоторые храбрецы слышали, что можно есть мясо чудовищ, и они готовили и ели останки некоторых более съедобных на вид существ, которые лежали мертвыми снаружи.

Пока солдаты веселились на улице, мы находились в специально подготовленном обеденном зале внутри крепости.

Здесь присутствовали я, мои невесты, наши близкие спутники и важные персоны из всех трех стран.

Король и королева Ластании, оставленные в замке Ласта, теперь были здесь, прибыв на гондоле виверны.

Кстати, по какой-то причине принцесса Тиа уже была в крепости, и она удивила меня, поприветствовав нас с Ророа после нашего возвращения из битвы.

Учитывая выражение лица Юлия, словно он укусил что-то неприятное, я заподозрил, что он уже знал о том, что она пробралась сюда. Похоже, она, иногда, действовала ему на нервы. Но, несмотря на это, повсюду уже были люди из Фридонии, Ластании и Нотунга, которые вели приятные беседы.

Учитывая мое положение, я решил, что должен пойти и поговорить с ними, но... пока что я был привязан к Айше и не мог передвигаться.

В начале банкета Айша крепко схватила меня за руку и не пыталась отпустить.

Меня не беспокоило, что различные мягкие части её тела были прижаты ко мне, но она сжимала мою руку слишком сильно, из-за этого я не мог пошевелиться.

— Эм, Айша? Не могла бы ты немного ослабить хватку? — умолял я.

— Я не хочу.

...Ну, вот и всё.

Из того, что я слышал, она застряла, наблюдая за любовной атмосферой Джирукомы и капитана Лорен на поле боя. Что эти двое там делали?

Кстати, из уважения к Айше (а может, просто потому, что иметь с ней дело сейчас было бы неприятно) Ророа была с Юлием и принцессой Тией, а Надин - с Пай, которого она давно не видела.

Айша смотрела на меня глазами, как брошенный щенок. — Эм... разве это не нормально? Я сделала всё возможное в сегодняшней битве.

Её глаза уставились на меня. Посмотрев на них, я наконец-то понял её чувства -Айша хочет, чтобы её похвалили.

Она хотела моего одобрения. Такого одобрения, которое получает тот, кто занимает более низкое положение, от того, кто занимает более высокое положение. (Например, от родителя к ребенку).Хотеть,чтобы вас побаловали, именно из-за этого чувства и возникает желание получить это самое одобрение. Айша хотела, чтобы я немного попотакал ей.

Возможно, это как-то связано с тем, что прошлой ночью она была одна снаружи и охраняла нас, пока мы с Ророа и Надин вместе спали.

Свободной рукой я погладил Айшу по голове. — Ты действительно хорошо справилась, Айша.

— Хехе.— Айша наконец-то показала мне довольную улыбку.

Родители принцессы Тии, король и королева Ластании, подошли и с улыбками посмотрели на нас.

— Вы двое определенно хорошо ладите, — произнес король.

— Они действительно хорошо ладят, — согласилась королева. — Они такие невинные.

Они видели? Я почувствовал себя немного неловко, а король Ластании, воспользовавшись случаем, предложил мне бутылку вина.

— Вот, господин Сома , госпожа Айша.

— О, большое спасибо, — поблагодарил я.

— М-мы очень благодарны, — согласилась Айша.

Мы приняли приглашение короля Ластании выпить вместе. Когда было налито четыре бокала вина, мы вместе подняли тост.

Король Ластании выпил всё вино одним глотком и весело поблагодарил нас. — Вы знаете, я действительно благодарен вам за подкрепление. Если бы не поддержка королевства Фридония, наша страна могла бы пасть. Вместо моего народа я благодарю вас. Если бы я обладал боевым мастерством такого человека, как сэр Юлий, я мог бы сражаться сам, но я был совершенно бесполезен...

— Нет, вы слишком скромны, — сказал я. — Наше подкрепление подоспело вовремя благодаря упорной борьбе сэра Юлия и жителей этой страны. Мы лишь немного помогли по просьбе Империи. В любом случае, у меня сложилось впечатление, что ластанская королевская семья очень любима жителями этой страны. Я уверен, что вы смогли оказать эмоциональную поддержку своему народу.

Я налил ещё вина в пустой бокал короля Ластании.

— Проблема земель Повелителя Демонов касается и нашей страны, — продолжил я. — Если в землях Владыки Демонов или в Союзе Восточных Наций происходят какие-то движения, пожалуйста, свяжитесь с нами. Мы сделаем всё возможное, чтобы помочь.

— Спасибо.— Король Ластании с улыбкой склонил голову.

Мои слова не были пустой болтовней. Королевство Ластания было не только членом Союза Восточных Наций, но и союзником Королевства Рыцарей Дракона Нотунг на западе. Они были идеальным посредником в переговорах между нашими двумя странами, и я определенно хотел продолжать с ними отношения.

— Тем не менее, это, конечно, невероятное зрелище, — произнес король Ластании, оглядывая банкетный зал. — Здесь есть вы, сэр Сома , представляющий Королевство Фридония, и госпожа Силл, принцесса Королевства Рыцарей Дракона Нотунг. Насколько я слышал, сэр Ку также является сыном главы Республики Тургис, верно? То, что все эти молодые люди, которым предстоит нести будущее этого континента, собрались здесь, в одной маленькой стране в уголке Союза Восточных Наций... что ж, это сюрприз.

Да, он был прав, нас здесь было почти слишком много. Но...

— Следующее поколение Ластании, похоже, тоже ждет светлое будущее, верно? — спросил я. — У вас есть сэр Юлий, Джирукома и капитан Лорен, в конце концов... о! Я знаю, что это немного поздно, но поздравляю с замужеством госпожи Тиа.

— Спасибо, — сказал он. — Я действительно рад, что такой надежный молодой человек, как сэр Юлий, стал членом нашей семьи. Мы знали, как Тиа относится к нему, поэтому возражений с нашей стороны не было, но я бы немного сомневался, что тот, кто когда-то был наследным принцем княжества Амидония, станет королем такой маленькой страны, как эта. Однако, похоже, мои опасения были напрасны.

Улыбаясь, король Ластании смотрел на Юлия, который разговаривал с принцессами Тией и Ророа с таким же суровым выражением лица, как и всегда. И всё же, хотя лицо Юлия и было суровым, не было никаких признаков того, что разговор затихает, так что у них все складывалось по-своему.

Пока я размышлял об этом, король Ластании посмотрел на меня. — Сэр Сома . Я слышал, что между вами и сэром Юлием была вражда. Неужели эти чувства до сих пор создают стену между вами?

Он прямо спросил меня об этом. Похоже, этот парень был честен по натуре.

Он спрашивал исключительно из заботы о благополучии Юлия, который должен был стать мужем принцессы Тии. С точки зрения короля Фридонии, который правит регионом Амидония, существование Юлия было опасным элементом. Он беспокоился, что я могу сделать шаг к устранению Юлия.

Я молча покачал головой. — Это правда, между мной и сэром Юлием вражда. Для Юлия я тот человек, который убил его отца, так что разногласия между нами никогда не исчезнут.

Король молчал.

— Однако, если бы с сэром Юлием что-нибудь случилось, принцесса Тиа была бы опечалена. И если бы принцесса Тиа была бы опечалена, Ророа, которой она нравится, тоже была бы опечалена. Я не хочу этого. Я уверен, что и сэр Юлий не хочет столкнуться со мной настолько сильно, чтобы огорчить этим принцесс Тию и Ророа.

Важным было наше желание не огорчать других. Это чувство было нашим с Юлием общим.

— Даже если в какой-то момент в будущем наступит время, когда наши с сэром Юлием интересы будут противоречить друг другу, я уверен, что мы оба будем действовать так, чтобы избежать войны, которая была бы наихудшим исходом, — сказал я.

Другими словами, мы, возможно, не сможем быть друзьями, но, если это возможно, мы не хотели воевать. В какой-то момент мы оказались в этих неловких отношениях.

Возможно, мои слова успокоили его, потому что король Ластании взял меня за руку и улыбнулся со слезами на глазах. — Я искренне надеюсь, что наши две страны смогут процветать вместе.

Расставшись с королевской четой Ластании, мы с Айшей подошли к Надин. Она разговаривала с Пай и Силл, рядом с ними были Хэл, Каэдэ и Руби.

Когда мы подошли, Силл первой обратила на нас внимание. — А что, сэр Сома! Я слышала о ваших достижениях в этом деле от госпожи Надин.

Сказав это, Силл протянула свою правую руку.

Госпожа Силл была не такой смуглой, как темные эльфы, но светло-коричневая кожа и очень короткие светлые волосы этой бойкой женщины делали её весьма приметной. Ей было, вероятно, около двадцати. Её обнаженные руки были стройными, но мускулистыми, а телом она напоминала легкоатлета.

Я взял руку Силл и крепко пожал её. — Нет, нет, я сам не сделал ничего особенного. Эта победа принадлежит народу этой страны за ту тяжелую борьбу, которую он вел, и за тяжкий труд каждого человека.

— Вы ведете себя скромно, — произнесла Силл. — Это вы решили послать подкрепление в эту страну. Я благодарна. Обычно, отправка подкрепления в эту страну была бы нашей обязанностью как их союзников, но потребовалось время, чтобы устранить последствия демонической волны в наших собственных землях, и наше прибытие задержалось.

В конце концов, демоническая волна затронула обширную территорию. Мария справлялась с ней и на западе.

— Как выглядела демоническая волна, обрушившаяся на Королевство Рыцарей Дракона Нотунг? — спросил я.

— На нас одновременно напали самые разные монстры. Никто из них не был особенно силен, и их легко было превратить в пепел, но их было много. Это была довольно сложная ситуация. Их было так много, что с воздуха сквозь всех монстров не было видно земли.

— Это... утомительно даже слышать об этом.

Если бы столько их пришло сразу, у этой страны не было бы ни единого шанса. Силы вторжения были остановлены у реки только потому, что они почти полностью состояли из ящеров.

— Кстати, - сказал я, - госпожа Силл, вы с Пай...

— А-а, сэр Сома . Я слышала, вы с Пай знакомы и можете нормально разговаривать вместе. Я стала партнером Пай. Вам не нужно использовать слишком формальный язык со мной.

— Хорошо, — произнес я.— Ты тоже можешь говорить так, как тебе удобно.

— О, отлично. Я ненавижу говорить формально. У меня от этого плечи становятся жесткими.

Сказав это, Силл показательно покрутила правым плечом по кругу. Похоже, более мужественный тон, подходящий кеё мальчишеской внешности, был для неё по умолчанию.

Паренек в белом комбинезоне, красивый, но андрогинный, с маленькими глазками-бусинками, заговорил со мной. — Давно не виделись, Сома.

Предположительно, это был Пай в человеческой форме, но сейчас он производил совсем другое впечатление, чем раньше.

Я слышал, что до заключения контракта драконы придерживаются более нейтрального стиля, и что заключение контракта с рыцарем-мужчиной делает их более женственными, а заключение контракта с рыцарем-женщиной делает их более мужественными, но сейчас Пай был полностью отоконоко.

В то время, как мои глаза расширились от удивления, Надин в замешательстве склонила голову набок. — Что случилось, Сома?

— О! Нет... я просто подумал:" Ого, Пай теперь действительно парень." Контракт рыцаря дракона может так сильно изменить человека. Я был удивлен.

— Хехе, вот такие мы драконы, — сказал Пай с кривой улыбкой. — Могу поспорить, что Надин и Руби тоже стали более женственными после заключения контрактов, верно?

— Хм? Надин не выглядит совсем по-другому... Эй, Хэл, а Руби изменилась? — Он был неподалеку, и я решил попробовать спросить.

Хэл произнес: "Хм" - и склонил голову набок. — Раз уж ты об этом заговорил, по сравнению с тем, когда мы заключили контракт, она стала больше во всех нужных местах...

Руби топнула ногой по ноге Хэла, а Каэде стукнула его по голове своим посохом. Да, я знаю, что это я виноват, что спросил, в это было неделикатно.

Потом я понял, что Надин трогает свою грудь. Она подошла к Руби, прижала руку к её груди и сжала.

— Ах! — Руби вскрикнула, испустив сексуальный стон. — Эй, подожди?!

Надин замолчала и упала на колени на месте. — Откуда взялась эта разница...?

Причина всего этого, Пай, сделал извиняющееся выражение лица. — Ах! Эм... Мне жаль...

Айша сказала расстроенной Надин. —Не волнуйся, ты только начинаешь —, но услышать такое от невесты, которая больше всего выделялась в этих местах, было, пожалуй, лишь солью на рану. Настало время для вынужденной смены темы.

— Эм... я понимаю, что Пай теперь мужчина, но в этом случае, тот, кто рожает... — начал я.

— Да, это буду я, полагаю, — сказала Силл, надув грудь и ответив с вычурным видом. — Цена контракта с дракона - процветание их потомков. Я человек, так что дети будут либо людьми, либо драконолюдами, поскольку я не могу родить дракона.

Я слышал от Надин, что драконы рождаются в виде большого яйца, но даже родители не знают, когда оно вылупится. Невозможно, чтобы драконье яйцо сформировалось в человеческом теле, поэтому, вероятно, было само собой разумеющимся, что она не сможет родить дракона.

Силл громко рассмеялась. — Ну, когда дракон рождает дракона, яйцо должно быть помещено в горный хребет Звездного Дракона, поэтому они не могут вырастить его сами. Пай может быть недовольным, но я рада, что точно смогу вырастить всех наших с Пай детей сама.

— Я не недоволен. Я рад, что смогу воспитывать наших детей, — смущенно сказал Пай.

Теперь он тоже говорил больше как мальчик.

Они были странной парой, мужественная женщина и девчачье отоконоко, но, похоже, они ладили, и это было хорошо для них.

Глядя на них, я, не задумываясь, сказал.

—Странные рыцари-драконы бывают.

Надин, Хэл и Каэдэ вскочили, чтобы сказать.

—Как будто ты не один из них?!.

...Они были правы.

Расставшись с Надин и компанией, мы с Айшей наблюдали, как Томоэ, Инугами, Ку и Лерина весело болтали и смеялись, пока шли к Пончо, Серине, Комаин, Джирукоме и Лорен.

— Сэр Пончо, какой была ваша первая встреча с госпожой Комаин?— Спросила Лорен.

— Хорошо ли моя сестра работает на вас? — спросил Джирукома.

— А? О, да, — ответил Пончо. — Она очень надежная.

Казалось, Пончо допрашивали Лорен и Джирукома. За результатом с трепетом наблюдала Комаин, а Серина - с недоумением.

— Что именно здесь происходит? — спросил я.

— Ваше Величество, я полагаю, что всё обстоит именно так, как кажется на первый взгляд, — ответила Серина с притворным спокойствием.

Я не был уверен, что понял, что она имела в виду...

— Так что же, сэр Пончо? Вы действительно никого не видите? — спросил Джирукома.

— Вы теперь стали благородным, так что, разве не было много людей, которые выражали заинтересованность в браке с вами? — спросила Лорен.

— Да, сэр Джирукома, госпожа Лорен. Это правда, было много таких разговоров, но мне просто не везёт, поэтому я ни с кем не встречаюсь.

Казалось, что Джирукома пытается вытянуть из Пончо подробности его личной жизни.

Подождите, так Пончо всё ещё не нашел себе невесту? Пончо был нанятым мною лично человеком, поэтому его считали перспективным. Из-за этого самые разные люди, от знати и рыцарского сословия до влиятельных купцов, рассматривали его на предмет возможного брака, но... неужели он действительно не смог добиться помолвки ни от кого из них?

Лорен подняла этот вопрос для меня. — Но, судя по тому, что говорит мне лорд Джирукома, вы очень популярны в королевстве.

Я решил, что могу оставить без комментариев тот факт, что она обращается к нему как к лорду Джирукоме, а не сэру Джирукоме. По тому, как Айша реагировала на их присутствие рядом, я, в принципе, и сам смог догадаться, что между ними происходит.

— Многие люди уважают вас за вашу роль в прекращении продовольственного кризиса в Элфридене и Амидонии, и вас считают перспективным человеком, — продолжила Лорен. — Мне трудно представить, что женщины оставят вас в покое.

Именно так. Пончо был невероятно популярен в Королевстве Фридония. В регионе Амидония его даже обожествляли как Бога Еды. Хотя такое движение может разозлить Лунарское ортодоксальное папское государство, так что я бы хотел, чтобы они прекратили это.

Пончо энергично покачал головой.— Ты слишком сильно мне доверяешь. Может, дело в том, как я выгляжу? Когда они приходят обсудить брак, люди разворачиваются и уходят, как только видят меня.

— А? Так и есть? — в замешательстве спросила Лорен.

А? Люди уходили сразу после того, как видели Пончо? Конечно, он был пухлым, но у него было приятное лицо, и он не был тем типом, который может показаться неприятным с первого взгляда. Женщины всё равно должны были видеть, какой он пузатый, по передачам, так что, если бы этого было достаточно, чтобы сделать его невыносимым для них, они могли бы просто не договариваться о встрече.

Кроме того, у Пончо было многообещающее будущее. Если бы это были женщины, присланные дворянами, для которых стратегические браки были второй натурой, они бы закрыли глаза на определенный уровень недостатков и постарались бы сделать всё возможное, чтобы понравиться Пончо.

Конечно, я не хотел, чтобы такая оппортунистка стала женой Пончо, поэтому я приставил к нему Серину в качестве помощницы, чтобы она была начеку.

Я посмотрел на нее. — Итак, скажи мне правду, как проходят брачные встречи Пончо?

Серина прижала указательный палец к подбородку и склонила голову набок. — Более или менее, как и сказал сэр Пончо. Даже те, кто приходит с мыслью соблазнить сэра Пончо, уходят, как только видят его лицо. Это довольно невежливо с их стороны, правда.

Серина не потеряла своего обычного невозмутимого выражения лица, но почему-то выглядела возмущенной. Если всё так, как она сказала, то ещё более непонятно, почему он не может подходящую девушку.

Пока я размышлял об этом, меня неожиданно дернули за рукав. Я повернулся и увидел, что это была Комаин.

Она отвела меня немного в сторону, а затем прошептала. — Послушай... я должна тебе кое-что рассказать об этом...

Её глаза блуждали, и она робко произнесла.

— Гм... это о том, почему сэр Пончо не может найти себе невесту.

Затем Комаин рассказала мне о встречах для обсуждения брака по расчету, свидетелем которых она была, находясь в Венетинове. Действительно, Пончо поступало много предложений, и многие женщины, похоже, ошибочно полагали, что смогут соблазнить его своими красивыми лицами. Однако, всякий раз, когда наступало время встречи, Серина стояла рядом с Пончо.

У Серины были некоторые недостатки в характере, но внешне она была изящной красавицей. Перед её прекрасным лицом эти самодовольные женщины поспешно отступали.

Даже если они и могли противостоять ей, Серина, независимо от того, осознавала она это или нет, излучала невероятно пугающую ауру на тех, кто преследовал Пончо, и это отпугивало даже тех, кого влекло к нему с чистыми намерениями.

Комаин, которая испытала на себе это запугивание, сказала, что оно сравнимо с диким волком.

— Серинаааа... —  пробормотал я.

Я схватился за голову. Я сказал Серине, чтобы она не подпускала к нему незнакомых женщин, но я не ожидал, что она оградит его от всех брачных возможностей.

— И ещё... мне очень жаль, — шепотом призналась Комаин. — Возможно, в последнее время я присоединилась к госпоже Серине в испускании этой пугающей ауры.

— А?! Почему ты...

— Это потому что... гм... простите. — Лицо Комаин было ярко-красным, а её голос - исчезающе тихим.

Видя её настолько смущенной, я смог догадаться о ситуации.

Я почесал голову. — Ну, думаю, всё в порядке, если это ты. Убедись, что ты возьмёшь на себя ответственность, хорошо?

— Вы... думаете, я смогу?

Комаин выглядела неуверенной, поэтому я положил руку ей на плечо. — Пока что расскажи ему о своих чувствах и всё обсуди. Пончо робок и не уверен в себе, поэтому я сомневаюсь, что он когда-нибудь подумает, что у кого-то могут быть к нему чувства. Тем не менее, он хороший парень, поэтому я уверена, что он искренне ответит на твою привязанность.

— Д-да. Я так и сделаю. — Комаин сжала кулак, кивнув.

Судя по её виду, с ней всё будет в порядке. Даже если все его другие возможности провалятся, я почувствую облегчение, если такая надежная девушка, как Комаин, выйдет за него замуж.

Если и есть одна проблема... так это то, что Комаин - простолюдинка.

Хотя сам брак не был проблемой, но влиятельные дворяне, которые хотели, чтобы девушки их крови стали его главной женой, могли помешать. У Комаин не было сил отгородиться от них так, как сейчас.

Я мог бы временно решить эту проблему, удочерив Комаин во влиятельной дворянской семье, но... это поставило бы саму Комаин под прицел, и это стало бы для неё бременем. Это означало, что сейчас я мог принять только одну меру.

— Что насчет Серины? Если от неё исходит такая пугающая аура, как ты думаешь, у него есть с ней шанс? — спросил я.

Серина происходила из хорошей семьи, которая на протяжении многих поколений поставляла горничных и слуг в королевский дом. По родословной она была приравнена к влиятельным дворянам. Если бы я сделал Серину его главной женой, то смог бы отгородиться от влияния других домов.

Но...

— Хм... —  Комаин склонила голову набок. — Я думаю, там что-то есть, но мне кажется, что она сама этого не осознает. Я не буду отрицать, что в моем случае тоже могло быть что-то подобное, но причина, по которой госпожа Серина заинтересовалась сэром Пончо, - это вкусная еда, которую он готовит. Поэтому я не думаю, что госпожа Серина сама знает, являются ли её чувства романтическими, или это просто результат её голода.

— Это неудобное развитие событий... —  прошептал я в ответ.

Но, если подумать, то до этого холодная Серина проявляла интерес только к симпатичным девушкам, на которых она могла развернуть свои садистские наклонности, как Лисия и Карла. Первым мужчиной, к которому она проявила интерес, был Пончо.

Серина всегда выполняла свою работу без заминок, но было бы справедливо сказать, что ей не хватало опыта в этой области.

— Как ты смотришь на то, чтобы Серина стала главной женой, Комаин? — спросил я.

— Я... я пришла после неё, так что у меня нет претензий. Мы стали ближе за то время, что были вместе, и я не знаю, как живут ваши благородные дома, так что было бы спокойнее, если бы госпожа Серина занималась всем этим.

Тогда у Комаин не было никаких проблем с этим. В таком случае, это был просто вопрос чувств Серины.

— Прости, но не могла бы ты заняться Сериной для меня? — прошептал я. — Если между ними что-то есть, я хочу, чтобы ты заставила её осознать это.

— Хорошо. Я посмотрю, что я могу сделать!

Комаин твердо решила помочь. Возможно, я смогу оставить это ей.

Тем не менее, отношения между мужчинами и женщинами были странной и сложной вещью. Мне казалось, что такие вещи требуют больше размышлений, чем простые политические переговоры.

Оставив пока вопрос о Пончо на усмотрение Комаин, я увидел, что Ророа, Юлий и принцесса Тиа разговаривают, и мы с Айшей направились туда.

Ророа и принцесса Тиа быстро подружились, они болтали так счастливо, словно две сестры.

Юлий наблюдал за ними с умиротворенным выражением лица.

— О, дорогой! — Ророа энергично помахала нам рукой, затем подошла и быстро обхватила руку, противоположную той, за которую держалась Айша. — Ооо, дорогой. Наша старшая сестренка просто прелесть.

— Старшая сестренка? — повторил я.

— Я же просила тебя не называть меня старшей сестренкой! — запротестовала принцесса Тиа. — Ты же старшая, Ророа! Это уже слишком!

Ооо, она невеста старшего брата, так что это делает её старшей сестрой, ага.

Видя, как Тиа расстроилась, Ророа рассмеялась. — О, я просто подумала, как это здорово иметь старшую сестру, которая младше меня.

— Если подумать, ты называешь Лисию старшей сестрой Сиа, верно? — спросил я.

— Конечно. Старшая сестра Сиа, старшая сестра Ай и старшая сестра Джуна чувствуют себя моими старшими сестрами. А вот Нади больше похожа на подругу.

— Тогда ты можешь называть меня Тии, или как-то так, — предложила принцесса Тия.

Но Ророа ответила.—Ничего подобного, — и покачала головой. — Мне нравится видеть, как моя старшая сестра смущается, поэтому я буду называть тебя старшей сестрой.

— Ау!

Не в силах больше смотреть, Юлий вмешался, щелкнув Ророа по лбу. — Ророа. Не дразни Тию слишком сильно.

— Ай! — Ророа отогнулась назад от преувеличенной боли.

— Л-лорд Юлий! — Принцесса Тиа спряталась за рукавом Юлия, чтобы скрыть свое покрасневшее от смущения лицо.

Ророа держалась за больной лоб, высунув язык перед Юлием. — Что, старший брат? Мы просто развлекаемся по-сестрински, ясно?

— Это ты виновата в том, что так быстро увлеклась. Я считаю, что твоя бесконечная веселость - это достоинство, но если ты не принимаешь во внимание время, место и человека, с которым ты находишься, то ты только раздражаешь людей.

— Ой... дорогой, старшая сестра Ай,  мой старший брат задирает меня! — Ророа прижалась ко мне с ласковым голосом.

— Нет, Юлий здесь полностью прав, верно? — произнес я.

— Я согласна с Его Величеством, — вставила своё слово Айша.

— Ты ударишь меня в спину?!

Ророа сделала падающее назад движение, настолько преувеличенное, что если бы это была манга, то оно сопровождалось бы звуковым эффектом.

Принцесса Тия хихикнула, и от её улыбки выражение лица Юлия тоже немного смягчилось.

Ророа действительно была удивительной. Я был согласен с Юлием - веселье Ророа не раздражало, а наоборот, заставляло всех вокруг улыбаться.

Мы впятером еще немного поговорили, а потом Юлий сказал. —Сома. Можно тебя на пару слов?

Принцесса Тия на мгновение стала выглядеть обеспокоенной, но Ророа с улыбкой хлопнула в ладоши. Тия кивнула, и они оставили нас одних.

Айша, Юлий и я вышли из комнаты, где проходил банкет, и перешли в небольшую комнату.

— Здесь удобно, — сказал я.

Когда мы вошли в комнату, моя телохранительница Айша проявила некоторую предусмотрительность и ждала, стоя спиной к двери.

Вероятно, такая позиция была рассчитана на то, чтобы она могла подслушивать, и в то же время была в состоянии немедленно справиться с Юлием, если он попытается сделать что-нибудь невразумительное.

Юлий налил вино из бутылки, которую мы принесли с собой из банкетного зала, в мой бокал.

Когда он закончил наливать, я, в свою очередь, налил Юлию.

Мы вместе подняли бокалы и в унисон сказали:" За победу!" - звеня бокалами.

Когда мы выпили всё вино из наших бокалов, Юлий ухмыльнулся. — Никогда бы не подумал, что настанет день, когда мы будем пить вместе.

— Я могу сказать то же самое, — сказал я, наливая свежий напиток. — И это тоже напиток в честь нашей общей победы.

Пить с Юлием... хм.

— Если подумать, Серина оставила тебя под столом в мгновение ока в Ване, верно? — добавил я.

— Это... горькое воспоминание. Эта служанка тоже была сегодня на банкете, верно? Как только я увидел её, эти неприятные воспоминания нахлынули на меня.

— Хахаха! Эту нашу служанку боится принцесса целой страны и дочь бывшего генерала ВВС.

— ...Ты уверен, что она просто служанка?

— Иногда я и сам в этом не уверен, — признался я.

Мы болтали о несущественных вещах, как вдруг Юлий принял серьезное выражение лица. — Я очень благодарен за подкрепление, которое ты привёл.

— Мне постоянно это говорят, — произнёс я. — Меня уже достаточно благодарили.

— И всё же. Если бы вы с Ророа не пришли нам на помощь, я бы не смог защитить Тию. И поэтому я благодарю тебя. — Юлий отвесил глубокий поклон.

Глядя на то, как изменилось отношение Юлия, я, с язвительной улыбкой, хлопнул его по плечу. — Ты говоришь так, будто всё уже решено, но настоящие трудности для этой страны начинаются только сейчас, верно? Вы потеряли в битве больше, чем несколько человек до сих пор.Сможете ли вы оправиться?

— Сможем. Мы защитили женщин и детей. Население будет расти, и мы сможем построить будущее. Кроме того, после войны наше население и территория вырастут.

— И ваша территория тоже? — спросил я.

— В Союзе Восточных Наций вопрос о приобретении или потере территории решается в парламенте. Есть много земель, которые потеряли своих лордов во время демонической волны, поэтому земли будут перераспределены. Когда придет время, те страны, которые плохо показали себя, не прислав подкрепление, пропорциональное силе их нации, будут лишены территорий, а страны, которые отличились, получат её.

Хм... Значит, такова была система в Союзе Восточных Наций. Это было похоже на союз нескольких наций, но в то же время на единое феодальное государство.

Юлий ухмыльнулся. — Нам удалось сдержать десятки тысяч ящеров, пока не подоспело подкрепление. Мы можем ожидать, что после войны нас осыплют почестями.

— Эй, ты начинаешь походить на себя прежнего, — сказал я. — Если бы принцесса Тия увидела тебя сейчас, разве это не обеспокоило бы её?

— Это было бы нехорошо. — Юлий похлопал себя по щекам. — Ну, к счастью, части монстров продаются по высокой цене. Трупы ящериц и монстров валяются повсюду. Купцы придут торговать ими, так что у нас не должно быть проблем с финансами.

— Хахаха! Теперь ты говоришь как Ророа.

— В конце концов, я её брат.

— Это ты... о! Точно. Насчет трупов ящериц, вы не против, если мы сами заберем часть из них? Я бы хотел провести над ними исследование.

— Они будут использованы для финансирования реконструкции, так что это будет проблемой, если вы заберете их слишком много.

— Они предназначены строго для исследований, так что двух из каждой общей категории будет достаточно.

— Не вижу в этом проблемы, — кивнул он. — Берите, что хотите.

Время шло медленно.

Юлий смотрел на вино в своем бокале, пока говорил. — Теперь, когда здесь Королевство Рыцарей Дракона Нотунг, с этой страной всё будет в порядке. Сома , что ты будешь делать? Потянешь обратно в Королевство Фридония?

— Я бы с радостью, но...

Юлий опустил свой бокал и посмотрел в сторону двери. — Ах! Кто-то идет сюда?!

Он кого-то почувствовал? Но Айша, которая стояла у двери, казалось, не была обеспокоена.

Под дверь был подсунут сложенный белый лист бумаги.

Разобравшись в ситуации, я положил руку на рукав Юлия. — Успокойся, Юлий. Если Айша не готовится к бою, значит, кто бы это ни был, это был один из наших. Верно?

Айша кивнула. Затем, она взяла бумагу из-под двери и передала её мне. — Сир, это донесение от Кагеторы и его людей.

Это было письмо от Кагеторы, главы "Черных котов", секретного разведывательного подразделения, подчинявшегося непосредственно королю.

Я поручил "Черным котам" провести расследование в каждом государстве Союза.

Я взял письмо и просмотрел его содержание, затем... поднял глаза к потолку и вздохнул.

— Похоже, в ближайшее время я не вернусь в королевство...

Я начинаю чувствовать, что не смогу присутствовать при родах Лисии, и это угнетает.

__________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Сообщение из Кагеторы касалось другой области, где шли тяжелые бои в результате демонической волны, герцогства Чима.

Герцогство Чима было маленькой страной в регионе, населенном множеством малых и средних государств, и оно было старым, выжившим благодаря искусной дипломатии.

Во время последней волны демонов нынешний герцог Чима в некотором смысле использовал своих детей в качестве приманки, чтобы собрать подкрепление со всего Восточного союза наций.

— Странам, которые пришлют нам подкрепление, в ответ на ваши действия я дам каждому из вас по одному из шести моих детей, кроме старшего сына, который является моим наследником, чтобы они служили вам в качестве помощников.

У герцога Чима было семеро детей, каждый из которых обладал одним особым талантом, и все они были красивы.

Старшая дочь, Муцуми Чима, была красивой женщиной, известной своей находчивостью и боевыми способностями, поэтому она была особенно востребована.

Услышав, что шесть братьев и сестер, которых всегда хотели в качестве женихов или брачных партнеров, были свободны, многие страны послали свои армии, чтобы помочь.

Кстати, я уже знал об этом через Марию, но Королевство Ластания, где находились Юлий и Джирукома, было в большей опасности. Герцогству Чима уже многие страны пришли на помощь, поэтому я решил, что оно не падет в ближайшее время.

Хотя я хотел набрать как можно больше способных людей, у меня уже было три прекрасных воина, не считая моих невест, поэтому я не клюнул на предложение еще одного. По этой, а также по другим причинам мы не стали посылать подкрепление.

Тем временем, на случай, если что-то случится, я отправил Кагетору и многих его Черных котов собирать сведения.

Что касается реальной ситуации в герцогстве Чима, то, согласно докладу Кагеторы, она выглядела не очень хорошо.

В отличие от Королевства Ластания, здесь не было концентрации одного вида монстров (как у ящеролюдей); вместо этого к ним массово устремились самые разные чудовища.

Неглубокая переправа через реку Дабикон, которая была их северной границей, как и в Королевстве Ластания, была шире, чем в Ластании, и это не мешало монстрам.

Казалось, что подавляющее число монстров навалилось на них всей своей мощью. Если бы такое случилось с Королевством Ластания, они бы долго не продержались. Однако, как я уже говорил, необычные методы дипломатии герцогства Чима позволили собрать подкрепление со всего Союза Восточных Наций. Было много монстров, но и много солдат, по этому им удавалось как-то удерживать фронт.

Война превратилась в патовую ситуацию, в которой они не были разбиты, но и не могли отбросить захватчиков. Однако если ситуация ухудшится и фронт будет прорван, то в результате продвижения монстров на юг будут разрушены страны и деревни. Это привело бы к появлению новых беженцев, таких как семья Томоэ, или как братья Джирукома и Комаин. Это неизбежно повлияет и на нашу страну.

Чтобы предотвратить это, Кагетора написал свое мнение: «Мы должны послать подкрепление в княжество Чима и совместно с местными силами быстро истребить монстров.»

Я принял это предложение и решил, что подкрепление из королевства Фридония двинется на восток, в герцогство Чима.

На следующий день после банкета, пока войска королевства спешно готовились к отплытию, я прощался с Сил, рыцарем-принцессой королевства рыцарей-драконов Нотунга.

— Ну что ж, Сил. Остальное я оставляю вам.

— Да. Это было лишь короткое время, но я рада, что мы могли сражаться вместе, и что мы могли так познакомиться. Если остатки ящеров снова попытаются напасть на эту страну, на этот раз мы будем действовать как их союзники.

— Я буду рассчитывать на вас, — сказал я. — Приходите как-нибудь поиграть и в наше королевство. Там вам всегда рады.

— Если представится возможность, я буду рада. Сэр Сома и сэр Хэл, приезжайте как-нибудь к нам верхом на госпоже Надин и госпоже Руби. Мы приветствуем тех, у кого есть драконьи партнеры, как у нас.

— Конечно. Когда-нибудь мы это сделаем.

Мы обменялись крепким рукопожатием.

Хотя королевство Фридония и королевство рыцарей-драконов Нотунг не имели общих границ, между ними легко установились дружеские отношения. Надин, которая станет моей женой, и будущий муж госпожи Сил, Пай, тоже были друзьями.

Рядом с нами Надин, Руби и Пай тоже прощались.

— До скорого, Надин, Руби, — сказал Пай. — Береги себя, хорошо?

— И ты тоже, Пай. Береги своего мужа... то есть жену.

— Передай привет всем, — сказала Руби.

— Конечно. Передам. Пока.

Помахав Паю на прощание, я отвел Надин и Руби обратно в лагерь, где нас ждали наши спутники.

Кроме наших основных спутников, там были Юлий и принцесса Тиа.

Я обменялся несколькими любезностями с этими двумя, которые пришли проводить нас, а затем обратился к своим спутникам.

— Сейчас мы отправимся в герцогство Чима, но я попрошу некоторых из вас вернуться в королевство. Ророа, Пончо, Серина, Комаин, вам нет нужды сопровождать нас дальше.

Я говорил это этим четверым, потому что в королевстве Ластания были люди, связанные с ними. Ророа я взял с собой только из-за Юлия, а Комаин - из-за Джирукомы. Пончо, отвечавший за логистику, и Серина, его помощница, обычно должны были поддерживать нас с тыла, поэтому не было никакой необходимости в их прибытии на линию фронта. Я заставил их приехать, чтобы облегчить Комаин, которая служила под началом Пончо, встречу с ее братом Джирукомой.

После того, как члены семьи смогли встретиться, а безопасность Юлия и Джирукомы была обеспечена, необходимость брать с собой этих четверых отпала.

— Ророа, пожалуйста, возвращайся с Эксель, — сказал я.

— Да, я не уверена, что моя помощь тут будет полезна. — Ророа выглядела немного разочарованной, но она согласилась, что вернется в королевство.

— Пончо и Серина, я хочу, чтобы вы продолжали управлять обозом снабжения с тыла. Комаин, ты можешь пока остаться в этой стране, но...

— Нет, я служу сэру Пончо. Я иду туда, куда идет он, — сказала Комаин без малейших колебаний.

— Ты уверена? Ты давно не видела своего брата, и вы могли бы провести некоторое время вместе...

Она засмеялась. — Все в порядке. Кто сейчас нуждается в качественном времени с моим братом, так это мадам Лорен. Я бы только мешала.

— Думаю, ты права.

Ну, если она была не против, значит, все в порядке.

— Следующая, Эксель.

— Я здесь. — Эксель тихо вышла вперед и поклонилась мне.

— Вы действительно спасли нас в битве у реки Дабикон, — сказал я. — Если бы вы не пришли, нам было бы гораздо труднее их уничтожить. Спасибо вам.

— Хе-хе! Я сделала то, что должна был сделать любой вассал. Кроме того, были и плюсы, например, то, что вы держали меня на руках. Я думаю, это даст мне хорошую историю, чтобы рассказать принцессе и Джуне. — От того, с какой улыбкой это сказала Эксель, у меня разболелась голова.

— Это нормально - рассказать им, что случилось, но не приукрашивай слишком сильно, хорошо? — устало сказал я.

— Хе-хе...

— Это неважно, вы хорошо справились. Возвращайся в королевство и приступай к своим обязанностям по защите страны в мое отсутствие.

— Я бы предпочла сопровождать вас, сир. — Эксель бросила боковой взгляд в мою сторону.

Айша взяла меня за правую руку, Ророа - за левую, а Надин запрыгнула мне на спину, чтобы попытаться запугать Эксель.

Я вздохнул. — Я бы не хотел расстраивать своих невест еще больше, чемуже есть, так что, пожалуйста, нет.

— О, Боже, я не вижу в этом ничего плохого. Вы называете меня главнокомандующим Сил национальной обороны, но я лишь остаюсь в центре страны и держу оборону. Я могла бы сопровождать вас...

— Достаточно, бабушка.

Повернувшись в сторону внезапно раздавшегося голоса, там стояла Джуна, которая должна была вернуться в королевство.

А?! Почему Джуна здесь?!

Глаза Эксель тоже расширились. — Джуна? Почему ты здесь?

— Мы думали, что ты будешь тянуть с возвращением в страну, бабушка, поэтому сэр Хакуя послал меня привезти тебя обратно. Похоже, мы были правы.

— О, Боже, ты думаешь, что сможешь остановить меня? — Эксель бросил на нее вызывающий взгляд.

Джуна не отступила ни на шаг. — Да. Я принесла самое лучшее оружие, чтобы заставить тебя вернуться домой.

— Самое лучшее оружие? Что же ты хочешь использовать его против меня? — Бровь Эксель дернулась.

Джуна достала что-то из кармана. Это было письмо в конверте. На нем был герб семьи Уолтер.

— Это! — Эксель была явно взволнован. Я никогда раньше не видел обычно отстраненную Эксель такой взволнованной.

Джуна улыбнулась и заявила Эксель: — Если ты не будешь хорошей девочкой и не будешь делать то, что тебе говорят, я раскрою содержание этого письма.

— Уф... ты выиграла. Я подчинюсь. — Эксель опустилась передо мной на колени и склонила голову. — Тогда, сир, я вернусь в королевство раньше вас.

— Э, да...

Я промолчал, не понимая, что произошло, а Эксель ушла, как будто ее прежнее упрямство было ложью.

Пока все были ошарашены, я спросил Джуну, которая единственная улыбалась, тоненьким голосом: — Джуна? Что это за письмо...?

— Хе-хе! Это любовное письмо, которое бабушка написала моему дедушке.

— Любовное письмо?!

— Да. Оно очень сиропное и сладкое. Я подозреваю, что у Дома Варгас тоже есть что-то подобное в запасе, в качестве меры против бабушки.

Ааа, она не хотела, чтобы это стало известно. Теперь я могу это понять.

Фух... я устал...

Эксель действительно была женщиной-бурей. Она создала все волны, какие могла, а потом ушла.

Ну, это все, что решили люди, вернувшиеся в королевство.

Честно говоря, я хотел отправить обратно и Томоэ, но в зависимости от ситуации в герцогстве Чима, мне могут понадобиться ее способности, поэтому я решил взять ее и ее телохранителя Инугами с нами.

Когда я закончил отдавать приказы, мы с Ророа встали перед Юлием и принцессой Тией. Юлий протянул руку, и я крепко пожал ее.

— Сома, — сказал он. — Ты действительно помог нам в этот раз. Мне жаль, что нашей стране нечего дать тебе в ее нынешнем виде, и мы можем только выразить слова благодарности.

— Не стоит беспокоиться об этом, — сказал я. — Это подкрепление было запрошено Империей. Кроме того, я смог наладить отношения с этой страной, которая находится внутри Союза Восточных Наций и имеет связи с Королевством Рыцарей Дракона Нотунга. Это не пустой звук для моих усилий.

— Для нас это то же самое. В конце концов, мы смогли наладить дружеские отношения с Королевством Фридония. — Юлий слегка улыбнулся. У него было выражение лица человека, освободившегося от своих демонов.

В выражении лица Юлия, который разорвал узы своего прошлого и теперь смотрел в будущее, я чувствовал, что вижу доказательство того, что он вырос как личность.

— Я не хочу сражаться с тобой таким, какой ты есть сейчас, Юлий, — сказал я. — Готов поспорить, что ты был бы гораздо более грозным противником, чем раньше.

— Я могу сказать о тебе то же самое.

— Если мы снова окажемся в противостоянии, я бы хотел в следующий раз уладить все мирно. Как насчет соревнования по выпивке?

— Меня тошнит от алкоголя. В испытании оружия... будет слишком большой разрыв. Как насчет гонки?

— Могу я использовать Надин?

— Это нечестно, и ты это знаешь.

Пока мы словесно переругивались, я заметил, что Ророа, которая была рядом со мной, выглядела немного суетливой. Казалось, что она смогла сдружиться с Юлием и принцессой Тией во время вчерашнего банкета, но она все еще была немного скованной рядом с ними, когда все были трезвы.

Приняв во внимание ее чувства, я положил руку ей на поясницу и подтолкнул Ророа вперед.

— Ик?!

— Давай, ты тоже попрощайся, Ророа.

— Д-да...

Немного неловко шагнув вперед, Ророа повернулась к Юлию и Тиа и отдала честь.

Нет, почему она отдала честь? Неужели она была так напряжена?

— Ну, теперь я пойду обратно, — сказала Ророа. — Берегите себя, старший брат и старшая сестра.

— Хорошо! Ты тоже береги себя, Ророа!

То ли ее заразила Ророа, то ли это получилось само собой, но принцесса Тиа отсалютовала.

Это была странная сцена с двумя очаровательными принцессами, приветствующими друг друга.

Мы с Юлием наблюдали за ними, на наших лицах были кривые улыбки.

***

Это было в тот же день, в то же время, в центральном городе герцогства Чима, Ведане.

В этом регионе со множеством малых и средних государств, в этом городе находился замок, в котором жил герцог Чимы, государства, которое использовало дипломатию для объединения влиятельных фракций и защиты своего дома. Он был построен так прочно, как и следовало ожидать от этой страны. На юге он граничил с горами, а на севере - с рекой, которая соединялась с Дабиконом.

Исторические герцоги Чимы окапывались здесь, когда на них нападали вражеские войска, и, отражая врагов в осаде, ждали поддержки союзников, чтобы выйти из сложной ситуации.

Поскольку город упирался в горы, замок герцога Чимы, замок Уэдан, находился на полпути к вершине горы, в таком месте, откуда он мог смотреть вниз на город и на то, что лежало за пределами городских стен.

По фридонским понятиям, замок бывшего генерала армии Кастора, замок Красного Дракона, был самым близким по планировке.

На стенах замка Ведан стоял единственный ребенок.

Этот ребенок, которому на вид было около десяти лет, сидел на краю стены, водя угольком по листу бумаги на деревянной доске. Там, куда сейчас смотрел ребенок, по другую сторону стены, армии Союза Восточных Наций сражались с монстрами.

Монстров было так много, что казалось, они заполонили всю землю. Однако необычная дипломатия герцога Чимы собрала множество подкреплений, и они каким-то образом выстояли перед наступлением врага.

С поля боя доносилось множество звуков. Это был звук удара металла о металл, звук взрыва магии, рев монстров, боевые крики солдат. Все эти звуки доносились до замка.

Посреди этих звуков парень молча проводил углем по бумаге.

— Ты снова рисуешь, Ичиха? — Повернувшись на внезапный голос, там стояла красивая девушка лет двадцати с черными волосами до пояса.

На девушке был наряд, похожий на хакама*, и она производила впечатление традиционной японской красавицы, но поверх этого наряда на ней были кожаные доспехи, а за спиной она несла длинный меч.

Когда парень увидел ее, он сузил глаза. — Муцуми?

Красивая, сильная женщина была Муцуми Чима, старшая дочь нынешнего герцога Чима, а парень был младшим из ее пяти братьев, Ичиха Чима.

Ичиха склонил голову набок. — Ты не ходила сегодня на поле боя?

— Да, — ответила она. — Отец настоял, чтобы я не позволяла лордам видеть, какая я сорванец. Сегодня я останусь дома, так как у меня нет другого выбора.

Видя, как недовольно выглядит Муцуми, Ичиха хихикнул. — Я не могу его винить. Лорды там сражаются, потому что хотят, чтобы ты стала их женой.

Герцог Чима послал уведомление, гласившее: «Странам, которые пришлют нам подкрепление, в ответ на ваши действия я дам каждому из вас одного из шести моих детей, кроме старшего сына, который является моим наследником, чтобы он служил вам в качестве награды, в каждую страну Союза Восточных Наций».

Это была стратегия, которую старый и мудрый герцог Чима использовал для спасения своей страны, а также для того, чтобы его сыновья и дочери стали участниками сильных фракций, которые могли бы быть эффективными на поле боя.

Юноши и девушки Дома Чима были известны своей красотой. Если они согласятся, можно будет устроить брак, чтобы они отправились в любую страну в качестве жениха или невесты. Если бы это произошло, герцог Чима стал бы родственником многих влиятельных лиц, так что это было бы все, о чем он мог просить.

Из всех братьев и сестер Чимы Муцуми была самой популярной.

Благодаря ее великолепной находчивости и боевым способностям, лорды боролись за то, чтобы отличиться на поле боя, чтобы сделать ее своей женой или женой своего сына.

Наблюдая за полем боя, Ичиха спросил Муцуми: —Я уверен, что тот, кто сражается лучше всех, скажет, что хочет, чтобы ты стала его невестой. Что ты думаешь?

Ответ Муцуми был очень прост. — Для меня это не имеет значения. В конце концов, мне нравятся люди с властью. Я не против, если это будет кто-то, кто лично силен. Или кто-то, кто может изменить поле боя своей изобретательностью. Тот, кто может командовать большим количеством солдат, тоже подойдет. Кем бы они ни были, я хочу наблюдать за тем, чье имя может заставить мир трепетать от самого близкого к нему места. Если бы я могла выйти замуж за такого человека, это было бы лучше всего. — Ее слова прозвучали с ликованием.

Почувствовав, что слова идут от сердца, Ичиха криво усмехнулся. — Так вот как это работает...?

Муцуми взъерошила волосы младшего брата. — Ты тоже стал хорошим человеком. Вместо того, чтобы сидеть здесь и рисовать картинки, почему бы тебе не заняться спортом?

— Не проси невозможного. Мое тело слабое.

Ичиха родился с телом, которое от природы не было сильным.

Он часто болел при смене времен года, когда температура менялась сильнее всего, и был прикован к постели. Из-за этого он не занимался боевыми искусствами, как его старшие братья, а сидел в своей комнате, читал, рисовал картины в качестве хобби и становился все более и более интровертом.

Он сказал: — Кроме того, весь мир забыл о моем существовании.

Она замолчала.

Говорили, что в Доме Чимы было семь очень способных братьев и сестер.

Хашим (25 лет) - старший сын: Отличный политик.

Ната (22 года) - второй сын: Мускулистый мужчина, владеющий огромным топором.

Муцуми (20 лет) - старшая дочь: Очень красивая, с отличными боевыми способностями и находчивостью.

Гош (18 лет) - третий сын: Лучший лучник в мире.

Йоми (17 лет) - вторая дочь: Старшая сестра-близнец, отличный маг.

Сами (17 лет) - третья дочь: Младшая сестра-близнец, также отличный маг.

Найк (16 лет) - четвертый сын: Красивый мальчик. Его копье двигалось быстрее, чем мог уследить глаз.

Такими были известны все семеро, но Ичиха Чима, пятый сын, которому в этом году только исполнилось десять лет, не был включен в число способных братьев и сестер.

У него были те же обычные черты лица, что и у старших братьев, но он все еще был ребенком, тощим, болезненным интровертом, который всегда рисовал картинки, поэтому он не был известен всему миру.

Естественно, он не был включен в число вознаграждений, предложенных герцогом Чима.

Муцуми на мгновение растерялась, что сказать, но она заставила себя весело улыбнуться и хлопнула Ичиху по спине.

От этого неожиданного удара голова Ичихи откинулась назад. — Что ты сделаешь, если я упаду?!

— Я не била тебя сильно. Ты был подавлен, и я сделала это, чтобы придать тебе бодрости.

— Уф...

Затем Мутсуми обняла Ичиху, шепча ему на ухо: — Тебе не нужно волноваться. Я уверена, что однажды ты станешь отличным человеком.

— ...Ты уверена? На чем основана уверенность?

— На женской интуиции. Мне кажется, что из всех нас, братьев и сестер, ты единственный, кто видит что-то другое. Это относится и к тому, что ты сейчас рисуешь. Я думаю, что у тебя есть что-то, о чем остальные из нас никогда бы не подумали.

— Что-то...? Я не думаю, что у меня что-то есть.

Ичиха надулся, но Муцуми улыбнулась ему. — Ну, конечно, невидишь. Труднее всего увидеть самого себя. Так что... Ичиха, больше общайся с другими людьми. Я уверена, что кто-то из них поймет твою истинную ценность.

Ичиха все еще выглядел угрюмым, но слова Мутсуми о том, что нужно больше общаться с другими, он принял близко к сердцу.

____________________________________

Хакама  — традиционные японские длинные широкие штаны в складку, похожие на юбку, первоначально носимые мужчинами. Изначально под словом «хакама» подразумевался кусок ткани, обёртываемый вокруг бёдер. Хакама у мужчин крепятся на бёдрах, у женщин — на талии. В настоящее время хакама часто носят девушки на выпускных церемониях.

*** Лисия и печенье

Смешивать, смешивать, смешивать...

Лисия перемешивала лопаточкой тесто в миске.

Это была кухня бывшего дома короля и королевы. Лисия была беременна ребенком Сомы, поэтому она выбрала для отдыха старые владения своего отца Альберта. Пока она отдыхала там, Лисия решила стать лучшей матерью для будущих детей, поэтому она училась готовить у своей матери Элисия.

В данный момент она применяла полученные знания для самостоятельного приготовления печенья.

— Лисия?! — удивленно воскликнула Карла, когда вошла и увидела её. — Что ты делаешь?! Готовишь одна!

— Практикуюсь, вот что. Я должна уметь готовить сама, верно?

— Не надо этого делать! — Карла подошла к Лисии и указала на её живот. — Посмотри на этот живот! Что если что-то случится?!

Лисия была на шестом месяце беременности, и её живот вырос настолько, что было очевидно, что она ждет ребенка. Когда Лисия, которая была её хозяином и подругой, стояла одна на кухне с таким животом, она явно заставляла очень сильно нервничать Карлу.

— Если бы ты упала, пока никого не было рядом, чтобы увидеть... —  начала Карла.

— Боже... не нужно так драматизировать, Карла. — Лисия положила руку на бедро с язвительной улыбкой. — Доктор Хильда сказала, что если я буду двигаться до самых родов, то мне будет легче. Такое количество упражнений не должно быть проблемой.

— Проблема в том, что ты делаешь это там, где тебя никто не видит! Держи кого-нибудь с собой всё время, на случай, если случится немыслимое! Я имею в виду, ты можешь просто сказать мне!

— ...Прости, Карла.— Видя слезы в глазах Карлы, пока она умоляла её, Лисия принесла ей искренние извинения. Учитывая, как часто она ругала Сому, заботясь о его благополучии, Лисия могла понять её. — Я подумаю над твоими словами, но... есть причина, по которой я не хотела тебе говорить.

— Почему?!

— Да ладно, Карла, мы обе знаем, что ты совершенствуешься быстрее, чем я. — Лисия надула щеки и снова начала замешивать тесто. — Мы начали учиться у мамы в одно и то же время, но ты лучше меня. Ты всегда была таким же сорванцом, как и я, так что это кажется несправедливым.

— Я не знаю, что тебе сказать... —  Карла запнулась.

В обязанности Карлы здесь входило присматривать и защищать Лисию. При этом её обязанности горничной уже выполняли слуги, а Черные коты Сомы тщательно следили за территорией вокруг особняка, так что необходимости в постоянной охране не было. В общем, всё, что оставалось делать Карле, - это дать Лисии возможность с кем-нибудь поговорить.

Когда она услышала, что Элисия будет учить Лисию готовить, Карла решила тоже научиться, за неимением ничего лучшего. "Это умение не помешает," - подумала она. Но когда она попробовала, оказалось, что у Карлы удивительная способность к такой работе по дому, и она быстро совершенствовалась. До такой степени, что Лисия даже позавидовала.

— Эй, говорят, что в кулинарии главное - любовь.— сказала Карла, пытаясь успокоить свою подругу. — Я уверена, что раз у тебя есть любимый муж и дети на подходе, то у тебя получится лучше, чем у кого-то без партнера, как у меня.

— ...По этой логике, разве я не должна становиться лучше быстрее, чем ты?

— А! Э...

Пока Карла пыталась придумать, что ответить, Лисия вздохнула.

— Неважно. Мы знаем, что я ничего не смыслю в работе по дому. Но я буду усердно работать, чтобы однажды испечь вкусные угощения для Сомы и детей!.

Наблюдая за тем, как подруга работает над собой, Карла почесала щеку. — К этому можно стремиться, но зачем ограничивать себя сладостями?

— Ну, Сома хорош во всех видах кулинарии. Я хочу быть в состоянии превзойти его хотя бы в одном.

— Ты установила для себя слишком низкую планку... Подожди, Лисия.

— Что?

— Не слишком ли ты замесила тесто? Элисия говорила, что если замесить его слишком сильно, то оно будет твердым, когда приготовится...

— Ах! — Лисия посмотрела на свою миску с тестом. Она вымешивала его всё время, пока они разговаривали.

Она всё равно попробовала приготовить сладости, чтобы посмотреть, что получится, но...

— Они такие твердые..., — причитала она.

— И слишком сладкие, — сказала Карла.

Похоже, она положила слишком много сахара, поэтому печенье получилось и твердым, и слишком сладким. Лисия оперлась локтями на стол, положив лицо на руки. — Почему у меня так плохо получается...?

— Ну, если их макать в чай, пока они не размокнут, они, по крайней мере, съедобны.

— Так печенье не едят.

Тем не менее, было бы ошибкой не съесть то, что она приготовила, поэтому они медленно ели их, используя предложенный способ. Это было странное чаепитие.

— Кстати, Карла, разве ты пришла не потому, что у тебя ко мне какое-то дело? — спросила Лисия.

— О! Всё верно. Мы получили известие из замка, что завтра приедет хозяин.

— Сома приедет? — Лисия вздрогнула. Она не виделась с Сомой ужасно долгое время.

Лисия приехала сюда вскоре после того, как Сома уехал в республику, и после его возвращения, как она слышала, он проводил время, погруженный в работу. Поэтому она была рада возможности увидеться с ним. Тем не менее, время, когда это произошло, заставило её почувствовать беспокойство.

— Я рада его видеть, но...

— А? Почему у тебя такой несчастный вид? — спросила Карла.

— Я знаю, как занят Сома. Если он приехал так внезапно, значит, ему нужно сообщить мне что-то важное. — Лисия надкусила одно из твердых печений, затем посмотрела на Карлу. — Ему снова нужно уехать за границу? Может, он опять слишком усердствует? Честно говоря, я бы хотела, чтобы он не беспокоил меня так сильно.

— Лисия...

— Если он снова будет меня беспокоить, я заставлю его съесть это неудачное печенье.

Лисия хихикнула про себя, представив выражение лица Сомы, когда он попробует её неудачное печенье.

***   Девичий разговор Ророа и Тии

Примерно в то время, когда Сома, Юлий и остальные осуществляли свой план по освобождению Ласты, Ророа находилась в комнате Тии в замке, они вдвоем ждали возвращения мужчин.

На этот раз речь шла не об осаде, а об истреблении ящеролюдей в окрестностях Ласты. Поэтому ожидалось, что ящеролюди и чудовища-химеры не переберутся через стены, а невоенные в целях безопасности укрылись в замке.

Возможно, Тия, сидевшая рядом с Ророа, чувство беспокойство, потому что её руки были сцеплены перед грудью, словно она молилась.

"Наверное, она думает о моем брате," - подумала Ророа, оглядываясь по сторонам.

Они были вдвоем в этой комнате. Ророа было невыносимо находиться в одной комнате с человеком, который всё время выглядел таким жалким.

Ророа, конечно, беспокоилась и за Сому, но от того, что она будет вести себя хмуро, исход дела не изменится, верно? Даже если бы она не была уверена в себе, весёлая улыбка принесла бы удачу и клиентов. Таково было мнение Ророа, успешного торговца.

Поэтому Ророа, старшая младшая сестра, не хотела, чтобы Тия выглядела так.

— Эй, эй, старшая сестра.

— ...Ах! Что такое, леди Ророа? — Тия подняла голову. Должно быть, она была не в себе, потому что её ответ был запоздалым.

Ророа язвительно улыбнулась. — Что заставило тебя влюбиться в моего брата?

— Ч-что это? Ни с того ни с сего...

— Я подумала, что должна спросить, раз уж ты собираешься стать моей невесткой.

Глаза Тии расширились. — Неужели пришло время?!

Ророа захихикала, — Именно сейчас! От того, что мы будем выглядеть хмурыми, никому не будет хорошо. Ты у меня в полном распоряжении, так что я хочу спросить тебя, каков теперь мой брат.

— ...Хорошо. Эм... Что ты хочешь спросить?

— Хорошо. Во-первых, как насчет твоего первого впечатления о нем?

Тия наклонила голову в сторону. — Моё первое впечатление о сэре Юлие?

— Да. Старший брат, которого я знала, был умным, но его глаза были холодными. Он без колебаний делал то, что должен был, когда речь шла о достижении его целей. Вот почему, когда я приехала в эту страну... я была удивлена его могучим спокойным выражением лица. Это было совсем не похоже на то, каким я представляла себе своего брата.

— Так и было?

— Ещё бы. Вот почему я хочу услышать твоё первое впечатление о нем. Каким был мой брат, когда он впервые приехал в эту страну?

— Ну... Сначала он показался мне классным парнем. — Тия издала небольшой визг и прикрыла щеки, пока говорила. Казалось, что она сразу же начала его обожать.

—Да, да, — Немного раздраженно произнесла Ророа. — В конце концов, у моего брата красивое лицо.

— Но тогда у меня не было впечатления, что он холодный человек. Он не улыбался, но... как будто у него всегда было что-то сложное на уме.

— Правда?

Тия не могла этого знать, но после поражения Юлия от Сомы и изгнания от Ророа из своей страны, он отправился в Империю за убежищем. Если бы Сома плохо управлял княжеством Амидония и против него разгорелось бы недовольство, Юлий готовился подстрекать народ к восстанию и изгнать силы Сомы и Ророа, чтобы восстановить княжество.

Однако, поскольку Сома в итоге счастливо жил с Ророа, принцессой нации, и использовал широковещательные программы, чтобы успокоить народ Амидонии и склонить его на свою сторону, такого недовольства не возникло. Не найдя разжигающей искры, надежды Юлия на восстановление княжества рухнули.

Покинув империю в разочаровании, он скитался из страны в страну, размышляя. Почему он проиграл? И почему народ поддержал не Гая и не его, а Сому?

Именно в это время Тия познакомилась с Юлием.

Она с нежностью вспоминала тот период жизни Юлия. — Поначалу к нему было трудно подойти. Но он был заботливым, можно так сказать. Когда монстры напали с севера, и когда у моего отца были политические проблемы, он помогал, даже если ворчал при этом. "Ты такая неумелая, что я не могу просто смотреть," - говорил он.

— Я почти уверена, что именно так чувствовал себя мой брат, — уверенно заявила Ророа. Юлий был одержим по своей природе. Если ему приходилось оставлять что-то менее компетентному человеку, он предпочитал всё делать сам.

Тия, должно быть, тоже это поняла, потому что криво улыбнулась. — Возможно, вы правы. Однако, когда я видела, как он быстро справляется с делами, как надо, он казался нам всем очень надежным. В итоге мы стали полагаться на него, и, хотя он постоянно ворчал, он отвечал на нашу веру в него, заставляя нас полагаться на него ещё больше. В итоге, Юлий стал самым надежным человеком в этой стране.

— Понятно. Настолько надежным, что вы влюбились в него?

— Хм... да, — ответила Тия кивком, покраснев.

— Думаю, теперь я это понимаю...

Выслушав рассказ Тии, Ророа почувствовала, что может понять, как Юлий стал тем, кем он был сейчас.

Успокаивающий эффект доброты этой девушки, которая станет её старшей сестрой, естественно, оказал своё влияние. Но помимо этого, возможно, большую роль сыграло и желание Юлия завоевать доверие людей в этой стране, после того как его отвергли и прогнали люди в его собственной. Он ответил на надежды тех, кто доверился ему, и их признание позволило Юлию вернуть утраченное доверие.

Наверняка именно поэтому он способен так мягко улыбаться. Ророа была удовлетворена этим ответом.

Тия взяла её за руку. — Я ответила на ваш вопрос, леди Ророа, теперь вы ответьте на мой. Какой была ваша первая встреча с сэром Сомой?

— Хочешь услышать? — с язвительной усмешкой сказала Ророа жадно слушающей Тиа. — У нас была очень странная первая встреча. Видишь ли, сначала я купила себе ковер, и...

— А? Ковер?

Ророа продолжала увлеченно рассказывать историю, пока в замок не ворвался солдат и не прервал её.

— Докладываю! Наши войска уничтожили ящеролюдей! Мы победили!

Услышав этот доклад, Ророа и Тия в ликовании обняли друг друга.

***     Хакуя разрабатывает план

Пока Сома и остальные планировали освобождение Ласты...

В далеком замке Парнам в королевстве Фридония Хакуя, премьер-министр в черной мантии, разговаривал с Жанной, младшей сестрой-генералом Империи, по голосовой трансляции передатчика вещательной сети. Главной темой разговора, конечно же, была волна демонов. Обмениваясь информацией между королевством и Империей, они тайно координировали свои усилия.

— Согласно письму, которое я получил от Его Величества, переброска всех сил займет много времени, поэтому он возглавил передовой отряд и вошёл в Ласту, столицу королевства Ластания, — сказал Хакуя.

— А? Король Сома сам возглавил передовой отряд? — Глаза Жанны расширились от удивления.

Сома был осторожен, и отлично знал о своем неумении сражаться, да и он не из тех, кто действует так смело. Пока Жанна недоуменно смотрела на разрыв между её представлением об этом человеке и его нынешними действиями, Хакуя испустил измученный вздох.

— Я знаю, что Его Величество обычно не поступает так опрометчиво, но у него есть свойство не оценивать ситуацию с точки зрения затрат и выгод, когда вовлечена семья.

— ...Понятно. Если я правильно помню, старший брат госпожи Ророа, Юлий, служит в Королевстве Ластания, верно?

— Да, сэр Юлий. Его Величество, должно быть, рассудил, что, хотя они и враждовали, если с сэром Юлием что-нибудь случится, госпожа Ророа будет в смятении. — Хакуя в отчаянии пожал плечами. Он благосклонно смотрел на сентиментальность Сомы, но как премьер-министр, он хотел бы, чтобы король проявил немного сдержанности. — Что ж, похоже, безрассудство Его Величества уберегло Ласту от падения.

— Приятно слышать. Моя сестра будет рада узнать, что теперь там страдает меньше людей, — сказала Жанна.

Действительно. Марию не просто так называли святой. Чем больше было жертв, тем тяжелее было у неё на сердце.

Хакуя кивнул. — Если мы предположим, что можем оставить Ласту Его Величеству, то нам ещё нужно подумать, как будет действовать основная часть подкрепления. К счастью, у меня есть подробный доклад Его Величества о положении дел.

Хакуя расстелил на столе нарисованную от руки карту места переправы через реку Дабикон.

— На противоположном берегу Дабикона находятся десятки тысяч чудовищ, таких как ящеролюди. Пока они не будут уничтожены, Ласта не будет в полной безопасности. Враг, с которым столкнутся подкрепления, посланные Национальными силами обороны Фридонии, скорее всего, эти монстры.

— Они могут переправиться по этому мелководью только небольшими группами.— заметила Жанна, глядя на карту, которую она могла видеть через трансляцию.

— Да. Благодаря этому они смогли защитить Ласту, но теперь, когда мы сами пытаемся атаковать, это усложняет задачу. Мы также находимся в таком положении, что можем перебрасывать наши наземные силы только небольшими партиями.

— Почему бы не бомбардировать их с воздуха?

— Если мы это сделаем, монстры разбегутся. — Сказал Хакуя. —" Я хотел бы найти способ окружить и уничтожить их," - такова была просьба Его Величества.

— Это сложная задача. Если бы ситуация была обратной, всё было бы проще.

— Что значит "обратная"? — спросил Хакуя.

Жанна кивнула. — Если бы вместо того, чтобы быть на другом берегу, они стояли спиной к реке на этой стороне, окружить и уничтожить их было бы проще простого. Если бы их единственный путь отступления лежал через мелководье, они не смогли бы так легко убежать.

— Понятно. Так вот что ты имела в виду.

Удовлетворенный её ответом, Хакуя снова посмотрел на карту. Действительно, если бы монстры находились на ближнем, а не на дальнем берегу, то окружить и уничтожить их было бы проще простого. Однако, это была не та реальность, с которой они столкнулись...

Хм? Тогда не можем ли мы просто создать такую ситуацию?

Они могли бы привести монстров на ближнюю сторону... другими словами, заставить их всех пересечь границу одновременно. Мысли Хакуи помчались в поисках способа осуществить это.

— Гм... Господин Хакуя? — окликнула Жанна, обеспокоенная его внезапным молчанием.

Хакуя ничего не ответил, так как был погружен в размышления. После продолжительного молчания он наконец поднял лицо.

— Я думаю, что у меня есть кое-что подходящее.

— Похоже, ты что-то придумал, — сказала Жанна.

Хакуя понял, что оставил её без внимания. Он поспешно склонил голову в знак извинения. — Простите. Я заблудился в своих мыслях.

Она улыбнулась. — О, нет, не обращайте внимания. Важнее другое: что за идея пришла вам в голову?

Хакуя прочистил горло, прежде чем объяснить. — Если истребить их на дальней стороне будет сложно, нам нужно лишь заставить их перейти на ближнюю сторону. Думаю, для этого мы можем использовать силу одной уважаемой женщины из нашего народа.

После того, как Хакуя изложил план операции, Жанна выразила своё восхищение. — Понятно! Я думаю, это отличный план.

— Проблема в том... сможем ли мы держать герцогиню Уолтер под контролем?

— Хм? Герцогиня Уолтер известна и в нашей стране. Есть ли какие-то проблемы с ней?

— Нет, я уверен, что она одолжит нам свои силы, если мы попросим, — вздохнул Хакуя. — Вопрос в том, что будет потом. Она может быть человеком с весьма необычными вкусами, и сомнительно, что она спокойно вернется, когда ситуация разрешится. Если она решит, что сопровождать Его Величество будет забавно, она может устроить истерику, заявив, что не хочет возвращаться.

— Похоже, она та ещё заноза в шее...

— Но она очень надежна...

Пока Жанна бросала на него обеспокоенные взглядя, Хакуя вздохнул.

"Пожалуй, я посоветуюсь с её родственницей - Джуной, на всякий случай." - подумал про себя Хакуя. Возможно, она сможет придумать какие-нибудь контрмеры.

После этого Хакуя и Жанна обменялись большим количеством информации. Обычно, после встречи они вместе пили чай или ликер, ворча о своих хозяевах, но в этот раз у каждого из них были дела, которые нужно было решать немедленно.

— Я бы с удовольствием продолжила разговор, но... —  сказала Жанна, её разочарование было очевидным, и Хакуя кивнул.

— Как и я. Но... сейчас, давайте каждый из нас сделает то, что должен. Чтобы вернуть мир хотя бы на день раньше. Потом, когда придет время...

— Да. Давай поговорим обо всем. У меня ещё много жалоб на сестру, которые я хотела бы, чтобы вы услышали, господин Хакуя.

— Я не совсем уверен, стоит ли мне с нетерпением ждать этого или нет...

Затем, оба посмотрели друг на друга и кивнули, каждый из них пожелал успеха другому.

Они надеялись, что скоро наступит день, когда они снова смогут разговаривать.

*** Причина, по которой Тару делает Лерину сильнее

Накануне, фридонское подкрепление отправилось в Союз Восточных Наций.

Ку и Лерина, дуэт слуги и хозяина из Тургиса, пришли в мастерскую Тару. Они собирались присоединиться к подкреплению, поэтому хотели сообщить Тару, что некоторое время не будут видеться.

— Ну, вот и всё, — сказал Ку. — Мы идем в Союз Восточных Наций вместе с Бро, так как на них обрушилась волна демонов. Только не пытайся остановить меня, Тару. Я вернусь целым и невредимым. А пока, до свидания!

Ку с размахом попрощался с Тару, но что касается самой Тару...

— Лерина, подними руки.

— Хорошо.

Она надевала на Лерину новый нагрудник и не слушала его.

— Лерина, твоя грудь снова немного выросла. Если ты не будешь носить то, что подходит по размеру, то будет трудно дышать. Это навредит тебе.

— Эй, не могла бы ты не говорить этого при Молодом Мастере?! — воскликнула Лерина.

— Это тебе на руку, — пробормотала Тару.

— Тару?!

Пока две девушки обменивались мнениями, Ку с интересом наблюдал за происходящим. — Эй, Тару. Я проделал весь этот путь, чтобы попрощаться с тобой, не могла бы ты уделить мне немного больше внимания? Мне становится одиноко.

— Тупой Мастер, - произнесла Тару приторным тоном, — Позаботиться об оборудовании Лерины - моя первоочередная задача.

Тару даже не взглянула на него, пока говорила это. Затем она прошла вглубь мастерской, чтобы принести несколько стрел.

— Наконечники для стрел я сделала сама, — сказала она Лерине, вернувшись. — Я попросила мастеров зачарования укрепить их для меня.

— Ух ты, они вышли великолепно! — восхищенно вздохнула Лерина, глядя на наконечники стрел.

Ку, который был в основном бойцом ближнего боя, не понял бы этого, но эти стрелы были сделаны так хорошо, что любой лучник влюбился бы в них.

Тару с гордостью надула свою практически несуществующую грудь. — С ними ты сможешь с легкостью пробивать панцири и туловища чудовищ. Возьми столько, сколько сможешь унести.

— Спасибо, Тару!

Видя, как счастлива Лерина, Ку было не до веселья.

— Эй, не помогай только Лерине! Сделай и для меня какое-нибудь снаряжение!

— Я сделала дубину именно так, как ты приказал, тупой Господин, — холодно произнесла Тару.

— Давненько ты ничего для меня не делала, знаешь ли. Ты всегда делаешь оружие и снаряжение для Лерины, а я ничего не получаю!

— Лерина идет впереди тебя, тупой Мастер.

— Почему?!

— Потому что.

Тару вернулась к работе над снаряжением Лерины и больше не вмешивалась. Ку опустил плечи, уныло рисуя дубиной вихри на голой земле мастерской.

Наблюдая за их обменом мнениями, Лерина могла только криво усмехнуться. Всякий раз, когда Тару делает мое снаряжение сильнее, это ради молодого господина, хотя...

Лерина была служанкой Ку. Если потребуется, она должна была защитить Ку, даже если для этого придется пожертвовать собой. Ку был сыном главы республики. Ожидалось, что в будущем он и сам станет главой государства. Возможно, в чем-то он был недальновиден, но Ку притягивал к себе всех, и народ республики возлагал на него большие надежды. Даже если это будет стоить ей жизни, защитить его было долгом Лерины.

"Молодой Господин... вот почему Тару делает меня сильнее. Поскольку она не хочет позволить вам умереть, она делает меня достаточно сильной, чтобы защитить вас, несмотря ни на что."

Так думала Лерина, наблюдая, как серьезно Тару работает над приведением её снаряжения в порядок.

Конечно, если бы она позволила этим чувствам хоть немного проявиться, думаю, молодой Мастер был бы счастлив... но Тару упряма, как и он сам.

Тем не менее, даже зная это, Лерина ничего не сказала Ку. Если бы она это сделала, то в итоге Ку только больше внимания уделял бы Тару. А это было нежелательно, если учесть её собственные чувства к нему.

"Надеюсь, вы простите меня за то, что я немного грубовата в этом вопросе."

Лерина считала Тару ценным другом. Поэтому, хотя она не стала бы передавать эти эмоции Ку, она была полна решимости сделать всё возможное, чтобы исполнить стоящее за ними желание.

Когда Тару подошла, чтобы снять нагрудник с Лерины, она прошептала ей на ухо.— Клянусь, я буду защищать мастера Ку с помощью сделанного тобой снаряжения.

Тару моргнула и широко раскрыла глаза, кивнув. — ...Да. Я доверяю его тебе.

Лерина рассмеялась над тем, как мило Тару себя ведет. — Эта честность, ты могла бы проявить побольше её молодому Мастеру.

— Если я это сделаю, голова мастера Ку будет забита только этим. Это опасно.

— Тут я с тобой согласна. Не волнуйся, я буду защищать его.

— Ты тоже вернись целой и невредимой.

— Точно! Клянусь, я вернусь с молодым Господином!

Затем они крепко обнялись.

Ку, который чувствовал себя обделенным, надулся еще сильнее, а количество вихрей на голой земле мастерской продолжало увеличиваться.

***  Я вернусь

Когда я сказал Юноне, авантюристке, которая изредка приходила ночью выпить чаю со мной, что отправляюсь в Союз Восточных Наций, она издала возглас удивления.

— Что?! Ты собираешься в Союз Восточных Наций?! — воскликнула Юнона.

Прошло несколько ночей, прежде чем подкрепление было отправлено в Союз Восточных Наций, на который обрушилась волна демонов.

— Разве там сейчас не должно было быть довольно опасно? — спросила Юнона.

— А? Ты тоже это знаешь, Юнона? — спросил я.

Мы держали эту информацию под замком, чтобы не вызвать излишнего чувства кризиса, поэтому простые люди не должны были иметь очень хорошего представления о том, что происходит в Союзе Восточных Наций. Почему же Юнона, простая авантюристка, знала об этом?

Когда я задал этот вопрос, она дерзко улыбнулась.

— Я знаю, потому что я авантюристка. В последнее время количество квестов в Союзе Восточных Наций резко возросло. Мы, искатели приключений, можем сказать об этом на собственном опыте. Доставка лекарств, сопровождение караванов, защита деревень, истребление монстров... Есть все виды заданий. Когда они сосредоточены в одном месте, вы знаете, что там что-то происходит. Например, война.

Джуна хлопнула в ладоши. Моя невеста тоже была там с нами. — Понятно. У искателей приключений есть своя сеть информации?

Когда Юнона впервые встретила Джуну, она восхитилась прославленной красотой Примы лорелей, а потом сравнила пышную грудь Джуны со своей и впала в депрессию. Было ли это дежавю?

Как бы то ни было, я застонал и положил руку на лицо, поставив локоть на стол.

— Судя по тому, что сказала мне Ророа, дальновидные купцы тоже направляются в Союз Восточных Наций, — сказала Джуна. — Думаю, даже если мы пытаемся зажать информацию, она продолжает распространяться через низовые сети.

— Ну, конечно, — ответила авантюристка Юнона. — Искатели приключений и торговцы - это особые профессии, которые пересекают границы. Но мы держим информацию в своих кругах и не разглашаем её, так что, может быть, поэтому она и не распространилась дальше?

— Многие лорелеи - выходцы из простонародья, но я не слышу, чтобы они были так уж обеспокоены, в конце концов.

Юнона и Джуна ответили на мои опасения со своих точек зрения. Судя по тому, как это прозвучало, мне, вероятно, не стоило беспокоиться. Тем не менее, это было здорово, что я могу узнать обо всем с разных точек зрения.

— И всё-таки, ты идешь в такое опасное место? — спросила Юнона с обеспокоенным выражением лица.

— Ты беспокоишься за меня? — спросил я.

— Ну... я действительно отправлялась в приключение с господином Маленьким Мусашибо, а теперь пью чай с королем, который был внутри него, — смущенно пробормотала Юнона. — У тебя есть помощники, верно? Ты же король, так почему ты не можешь подождать в замке?

— Я знаю, но мне легче вести переговоры с другой страной, если я поеду лично.

Более точной причиной было то, что Юлий, с которым у меня была вражда, находился в королевстве Ластания, и мы решили, что будет лучше, если мы с Ророа разберемся с ним, но я не собирался говорить ей об этом.

— Ну, у меня будет армия в десятки тысяч, — сказал я ей. — Всё должно быть в порядке. На самом деле командовать ими будет Людвин, а я всего лишь переговорщик и фигурант, так что вряд ли я пойду на передовую.

— Будем надеяться, — вмешалась Джуна с выражением озабоченности на лице. — Принцесса и Надин рассказали мне, что произошло в Горном хребте Звездного Дракона, поэтому я не могу не думать, что ты снова совершишь что-нибудь безрассудное.

— Я не знаю, но разве король настолько безрассуден? — спросила Юнона.

Джуна приложила руку к щеке и кивнула. — Его Величество склонен сторониться безрассудства и необдуманных поступков, но поскольку он человек рациональный, то когда он думает:" Если рискнуть сейчас, то потом опасность будет меньше" - он может совершать самые безрассудные поступки. Он не столько храбр, сколько умеет принимать ситуацию.

— Это... должно быть, тревожно наблюдать, — произнесла искатель приключений.

— Да. Это действительно так. Ведь он пошел посмотреть на то, что мы так и не выяснили в горном хребте Звездного Дракона!.

Они оба посмотрели на меня так, словно я был каким-то нарушителем спокойствия. Почему они так синхронизировались?

Юнона оперлась на стол, положив лицо на ладони, и спросила

—Эй, могу ли я чем-нибудь помочь?

— Ничем, — ответил я.

— Да, я поняла. В конце концов, ты собираешься ввести регулярную армию.

Я был рад предложению, но это был не тот случай, когда я мог бы использовать искателей приключений. Кроме того, даже если бы они мне понадобились, я бы не хотел брать Юнону в место, которое она сама считала опасным.

Похоже, Юнона это понимала, поэтому она откинулась в кресле и посмотрела на небо. — Думаю, мы не сможем так разговаривать какое-то время. Это касается и господина Маленького Мусашибо?

— Да. Я не знаю, что произойдет, поэтому я хочу взять его с собой, чтобы в любой момент я мог использовать Живых Полтергейстов. Мне нужно оставить несколько сознаний для моей политической работы, поэтому я намерен держать остальные в резерве. Естественно, это означает, что сознание, которое я использую для Маленького Мусашибо, тоже.

— О? Я буду немного скучать по нему.

— Ах! Тогда почему бы тебе не остаться в моей комнате, и мы сможем поговорить? — предложила Джуна, хлопая в ладоши. — Я тоже останусь в королевстве, и мне будет одиноко без Его Величества и остальных, так что если ты составишь мне компанию, это было бы замечательно.

— Звучит так, будто это может быть весело, но... ничего, что я останусь в замке? — нервно спросила Юнона.

Я кивнул. — Да. Правда, Лисия сейчас в отъезде, и я возьму с собой Айшу, Ророа, Надин и Томоэ. Мне было неловко оставлять Джуну одну здесь, так что, если ты не против, пожалуйста, приходи и повеселись с ней.

— Хорошо. Конечно. Я так и сделаю.

— Хи-хи! Это будет весело! — Джуна хихикнула. — О! Почему бы тебе не остаться на первый раз сегодня вечером?

— Не забегай вперед! Я должна подготовиться и эмоционально, знаешь ли!

Джуна и Юнона оживленно беседовали. Это выглядело очень весело.

...О. Точно. У меня есть что сказать.

— Эй, Юнона, — сказал я.

— Хм? Что?

— Я сейчас ухожу, но я вернусь.

Юнона на мгновение уставилась на меня, но потом усмехнулась. — Береги себя, и убедись, что вернешься в целости и сохранности.

Кстати, позже Хакуя послал Джуну за упрямой Эксель, которая присоединилась к нам с дополнительным подкреплением, а потом отказалась идти домой.

Когда Джуна позже рассказала об этом Юноне, в ответ она получила возмущенное: "Ты предательница!."

______________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

________________________________________________

*** Послесловие

«Благодарю вас за чтение восьмого тома «Героя-реалиста.»» — Это Додзёмару, который с облегчением пишет послесловие в том месте, где послесловие и должно быть.

Этот том в основном посвящен сражениям в Королевстве Ластания, которое составляет первую половину дуги Союза Восточных Наций.

Там же вновь появляется их бывший враг, Юлий. Он сильно вырос как личность после того, как его серьезно побили Сома , Хакуя и Ророа.

Возможно, это дело вкуса, но мне не нравится, когда один и тот же персонаж раз за разом предстает в роли слабого злодея. Лично я хочу, чтобы, когда человек терпит поражение или совершает серьезную ошибку, он использовал это, чтобы по-настоящему повзрослеть. В конце концов, как люди, мы можем многому научиться на своих ошибках. Я знаю, что совершил их немало...

Поэтому история построена так, чтобы позволить Хэлу, Кастору, Руби и Юлию, членам актерского состава, которые оплошали, сильно повзрослеть.

Я бы хотел, чтобы они стали персонажами, которых люди любят.

Меня часто спрашивают: «Считает ли Сома битву в Союзе Восточных Наций войной?» — Ответ - нет. Это всего лишь устранение опасных зверей, поэтому войной это не считается.

Теперь я благодарю иллюстратора Фуюки, Сатоси Уэду за адаптацию манги, моего редактора, дизайнеров, корректоров и всех, кто сейчас держит эту книгу в руках.

Это был Додзёмару.

*** ОТ переводчика

Привет, всем кто дошёл до 8 тома, надеюсь вас радует наличие перевода и  сама новелла.

С 7 тома к переводу присоединился Vorfed.  Спасибо за его вклад в работе с новеллой, это увеличило количество и стабильность выхода глав.   Любой кто захочет поучаствовать в выходе глав пишите.

Что ж давайте глянем что будет в 9 томе?

Сома продвигается на восток, в сторону ожесточенных боев в герцогстве Чима, чтобы справиться с волной демонов. Герцог Чима собирал подкрепление с обещанием наградить тех, кто отличился в битве, подарив им одного из своих шести способных детей, но битва зашла в тупик.

По пути в герцогство Чима Сума встречает короля кочевого государства Малхитан. Далее, Сома узнает, что Фуга также поддерживает герцогство Чима. Но для Фуги, который стремится внести наибольший вклад, Сома - враг, конкурирующий с ним. Соме придется справиться  с шокирующей силой Фуги!

9 том был выпущен в Японии 25 февраля 2019 году и  содержит 7 основных глав, пролог, 2 эпилога и 5 арок ( доп. историй).  Вперед!

Под высоким небом в теплый ясный день приближалась зима.

Река Дабикон блестела в лучах солнца, когда по ней на восток двигалась процессия войск, принадлежащих королевству Фридония. Они шли уверенным шагом, но не спеша.

Волна демонов была явлением, когда огромное количество монстров хлынуло из Домена Владыки Демонов на севере.

Наши войска из Королевства Фридония шли на помощь Союзу Восточных Наций, который пострадал от демонической волны.

Буквально на днях мы отправились в один из районов интенсивных боев - Королевство Ластания. Работая с местными силами, нам удалось уничтожить рой монстров. Теперь мы направлялись в другую область, где шли интенсивные бои, - герцогство Чима.

Получив сообщение из Королевства Ластания о том, что они столкнулись с кризисной ситуацией, я отправил вперед кавалерию Виверн и Дракшутистов и сделал упор на скорость, торопя войска в поход. Но потом пришло известие, что силы Союза Восточных Наций собрались в герцогстве Чима, и вряд ли оно падет сразу, так что теперь мы шли обычным маршевым шагом, чтобы не нарушать строй.

Как тот, кто в официальных целях возглавлял эти силы (хотя на самом деле командовал Людвин), я присоединился к процессии верхом.

Для высших чинов имелись крепкие кареты, но от постоянного пребывания в них у меня затекли бы плечи, поэтому я ехал на лошади, чтобы иметь возможность передвигаться.

Надин сидела передо мной, а я держал поводья. — Ого, кто бы мог подумать, что ты умеешь ездить на лошади?

В последнее время я в основном ездил на Надин в ее форме Рю, но так я не мог идти в ногу с армией, поэтому в этот раз мы ехали на лошади вместе.

Мне стало неловко, когда она похвалила меня за умение обращаться с лошадью, поэтому я почесал щеку. —  Мой учитель, Оуэн, хорошо меня обучил.

— Хм, это что-то новенькое. Обычно это я подвожу тебя, а теперь ты подвозишь меня. Это тоже приятно, по-своему. — Надин прислонилась ко мне спиной.

Когда голова Надин приблизилась к моей, от ее блестящих черных волос исходил приятный аромат. Я положил подбородок между двумя рогами Надин. Когда я немного подвигал подбородком в таком положении, Надин издала вздох странным голосом. — Ахххх...

Пока я играла с Надин, сзади подошла лошадь.

— Ты выглядишь так, будто тебе весело, — сказал сбоку всадник.

Это была синеволосая красавица, которая была единственным человеком в морской форме в этой военной процессии: наша Прима Лорелей, Джуна.

— Я немного завидую тому, что вы имеете возможность совершить неспешную прогулку с Его Величеством, — продолжила она.

— Я поменяюсь с тобой местами позже, — сказала Надин.

— Хи-хи! Пожалуйста, поменяйтесь. Если я поеду верхом, то, мне лучше быть сзади.

Слушая веселую болтовню Джуны, я криво улыбнулся. — Я был уверена, что ты вернешься с Эксель.

Эксель оказала нам большую услугу в королевстве Ластания, а потом упорно не хотела возвращаться домой. Предвидя это,  мой премьер-министр Хакуя послал внучку Эксель, Джуну, за ней.

Я ожидал, что она вернется в Парнам вместе с Эксель, но теперь она сопровождала нас.

Джуна одарила меня очаровательной улыбкой. — Если Ророа вернулась в замок, то нет причин, чтобы и мне пришлось вернуться. Отныне я буду жить с вами, сир.

Я улыбнулся. — Это меня успокаивает, но... Эксель будет недовольна этим.

На самом деле, Эксель, вероятно, жаловлась.

Джуна одарила меня очень милой улыбкой. — Это пойдет бабушке на пользу. Она всегда слишком много играет, несмотря на свой преклонный возраст.

— Эта фраза… я сам побоялся бы её  произнести, — признался я. — Особенно часть про ее возраст.

— Ахаха! — рассмеялась Надин, чей возраст был так же неизвестен, как и возраст Эксель.

Пока мы говорили об этом, Айша подъехала на лошади. — Ваше Величество, для вас послание от сэра Людвина. Есть просьба из соседнего города: «Мы окружены монстрами и хотели бы попросить помощи.»

— Опять? — вздохнул я.

Последствия демонической волны распространились вдоль реки Дабикон, которая служила границей с Доменом Владыки Демонов. Короче говоря, бои шли повсюду.

Даже если большинство мест не столкнулись с кризисом такого масштаба, как Королевство Ластания или Герцогство Чима, очевидно, оставались места, которые не могли самостоятельно уничтожить всех монстров.

Из таких мест шел нескончаемый поток запросов, и поскольку мы находились здесь в ответ на просьбу Империи о помощи, мы должны были ответить на каждый из них.

— Сколько? — спросил я.

— Около сотни, — доложила Айша. — Если мы вышлем кавалерию виверн, они смогут мгновенно рассеять их.

— Придется снова послать Хэла и его людей, в общем... ладно. Скажи ему, что у него есть мое разрешение.

— Да, сэр. Поняла.

Лошадь Айши помчалась впереди процессии. Когда поступал запрос о помощи, мы выставляли отряд с высокой мобильностью, например, кавалерию виверн или обычную кавалерию, и заставляли их присоединиться к основным силам, когда враг был разбит. Это была еще одна причина, по которой мы не могли сильно увеличивать скорость марша.

— Я знал, что так и будет, но истребление чудовищ - утомительная работа, — прокомментировал я.

— В отличие от войны, она не заканчивается, когда ты разбиваешь главные силы противника, — согласилась Джуна.

— Верно. — Я кивнул. — Это мучительно, но мы не можем оставить их в покое. Мы должны пресекать неприятности в зародыше, насколько это возможно.

— Да. Думаю, ты прав.

— Если Руби устанет, мы её заменим, — добавила Надин. — Я брошу на них несколько молний и уничтожу их.

— Да, — сказал я, глядя вверх и наблюдая за отрядом виверн, улетающим в восточное небо. — Я рассчитываю на тебя.

***

Тем временем, когда Сома и его отряд направлялись в герцогство Чима...

В окрестностях Ведана, столицы герцогства Чима, сегодня снова шла напряженная битва.

Стратегия, используемая в герцогстве Чима во время этой демонической волны, была в основном такой же, как и та, которую Юлий использовал в королевстве Ластания. Вооруженные силы оставили все места, которые было бы трудно удержать, сосредоточили свои силы в Ведане и готовились к осаде.

Однако у княжества Чима были две вещи, которых не было у королевства Ластания: прочная крепость Ведан и подкрепления из Союза восточных наций, которые они получили благодаря искусной дипломатии.

Чтобы эффективно использовать эти две вещи, герцог Чима намеренно позволил монстрам приблизиться к замку Ведан и вместе с подкреплением из Союза встретил их там. Бой между монстрами и объединенными силами Союза Восточных Наций продолжался.

За битвой, которая продолжалась и сегодня, издалека наблюдали люди.

На вершине высокого дерева среди деревьев на холме, с которого открывался вид на поле битвы, стоял великий человек в черных доспехах и в маске черного тигра.

Это был лидер тайных оперативников Королевства Фридония, Черных котов.

Хм... силы союза вполне неплохи, показывают свою силу, защищаясь от монстров. Сверкая глазами под маской, Кагетора наблюдал за полем боя.

Столкнувшись с несметными тысячами монстров, разрозненные силы союза, казалось, оказывали достойное сопротивление. Однако Кагетора скрестил руки в недовольстве.

Они хорошо сражаются, - размышлял он. Однако, поскольку каждый отряд сражается, как ему вздумается, им не хватает эффективности. Если бы король какой-нибудь страны возглавил союз и организовал эти силы, они, несомненно, смогли бы сократить число жертв...

Затем он покачал головой.

Но учитывая то, как были сформированы объединенные силы союза, это было бы невозможно.

Если кому-то и можно приписать создание этих сил из Союза Восточных Наций, то это, скорее всего, герцогу Чиме с его просьбой о подкреплении. Однако герцогство Чима было маленькой страной, и независимо от того, насколько они были способны к дипломатии, они не обладали достаточной силой, чтобы встать во главе коалиции и объединить силы каждой страны под своим командованием.

Между тем, если бы страна с наибольшими силами попыталась взять командование на себя, другие страны, которые пытались отличиться и получить награду одного из братьев Чимы, выступили бы против этого.

Из-за этого каждая страна платила немалыми потерями, так как каждая сражалась, как хотела, чтобы завоевать признание.

Это был стиль борьбы, который приносил огромный урон не только врагу, но и союзникам. Если они будут продолжать в том же духе, то неизбежно наступят места, где их силы потерпят крах... или так он думал.

Но этого еще не произошло...

Вопреки ожиданиям Кагеторы, силы союза не рухнули. Это было потому, что везде, где казалось, что может произойти коллапс, эти люди вступали в бой.

Если присмотреться к полю боя, то там было нечто, прыгающее по нему, как блохи. И не только один или два. Их было более тысячи, они свободно перемещались по полю боя, буквально перепрыгивая с места на место. Когда эти люди достигали точки, которая казалась готовой рухнуть, прилив сил в битве мгновенно менялся на противоположный, и силы, которые были близки к разрыву, восстанавливались. Он видел, как это происходило несколько раз на поле боя перед ним.

Кагетора почувствовал внезапное присутствие позади себя.

— Мастер Кагетора! — Один из членов «Черных котов», в черной маске и экипировке ниндзя, приземлился на ветку позади него. — Мы установили их личность.

— Давайте послушаем. — Кагетора приказал Черным Котам исследовать тех, кто прыгал по полю боя.

Черный кот доложил о своих выводах. — Те, кто скачет по полю боя, - это прыгающая конница из кочевого государства Малхитан, из степей к востоку отсюда.

— Малхитан... я не слышал такого названия.

— Их страна только образовалась до создания Союза восточных наций, поэтому разговоры о них не успели распространиться.

Затем оперативник начал объяснять события, приведшие к образованию степного государства Малхитан.

***  О формировании степной нации Малхитан в Союзе восточных народов...

Территория, на которой со временем образовалась страна Малхитан, первоначально была населена множеством мелких кочевых племен. До образования Союза восточных народов эти племена временами воевали друг с другом, образовывали кровные узы через браки, проходили через ряд разрушений и объединений.

Всякий раз, когда вражеское племя уничтожалось, оно не уничтожалось полностью, а поглощалось племенем-завоевателем в ослабленном состоянии, что позволяло поддерживать численность населения степей без слишком большого сокращения.

Многочисленные мелкие племена часто воевали, но у них было сильное чувство общности степного народа, поэтому при вторжении чужаков племена объединялись, чтобы устранить внешнюю угрозу.

Между тем, племена на краю степи торговали с внешними странами, приглашали квалифицированных людей и торговали рабами. Это приносило чужую кровь, но они старались, чтобы она не стала слишком заметной. Это был регион с замкнутым менталитетом, в котором ценились степные традиции, но в то же время он принимал и впитывал события из внешнего мира.

Люди этого региона принадлежали к различным расам. Здесь были представлены человеческая, гномья и звериная расы, но поскольку многие племена вымерли или были интегрированы, большинство людей представляли собой смесь человеческой и звериной крови.

Чаще всего люди выглядели как люди, за исключением звериных ушей или хвостов, или же у них были маленькие крылья, растущие из спины. Последнее могло бы навести на мысль об ангелах, но перья чаще всего были черными или коричневыми, так что они больше походили на воронов-тенгу.

Когда эти степные племена увидели, что народы севера пали после появления Домена Владыки Демонов и продвижения монстров на юг, они почувствовали кризис.

Существование внешней угрозы, превосходящей все предыдущие, породило беспрецедентное чувство, что степные племена должны объединиться в одно целое. И когда они пережили события, похожие на волну демонов, которая придет четыре года спустя, это чувство внезапно усилилось, так что все племена степей объединились.

Самое большое и могущественное из степных племен, Хан, было в центре. А во главе Хана стоял Райга Хан. Так вот, Райга со всеми племенами, которые его поддерживали, уничтожил все племена, выступавшие против объединения, и основал степное государство Малхитан.

Однако Малхитан не мог подготовиться к противостоянию угрозе демонической волны в одиночку. Поэтому он присоединился к Союзу восточных народов, который был создан для подготовки к угрозе Домена Владыки Демонов, став средним государством внутри союза.

И тут Райгу, владыке степей, окончательно перестало везти. Той зимой он внезапно скончался.

На момент смерти ему было сорок лет. Говорили, что он умер от болезни или яда, но особенно широко распространился слух, что он был отравлен.

Возможно, слух был пущен остатком одного из мелких племен, уничтоженных им при объединении степи, а возможно, убийство произошло из-за ревности другого вождя к тому, что Райга стал их владыкой. Истина была неясна. Райгу любили многие степняки, но у него было и много врагов.

И вот на смену Райге пришел его двадцатидвухлетний сын.

***

Кагетора спокойно слушал, как оперативник рассказывал историю основания Малхитана. Когда он все выслушал, то задал вопрос.

— Я понимаю, что это за страна Малхитан. Но что это за прыгающая конница, о которой вы упомянули?

— Прыгающая отряд - это мощный вид кавалерии, используемый Малхитаном, — ответил оперативник. — Это не лошади, а разновидность козлоподобных, коровьих существ... массивный рогатый ездовой зверь, известный как «тембок.» — Этих тембоков выращивают в Малхитане, и у них достаточно сил, чтобы в три прыжка взобраться на крепостную стену.

— Хм... значит, эти тембоки - те, кто скачет по полю боя? — голос Кагеторы был наполнен  восхищением. — Это отряд, но, подобно кавалерии виверн, они летают в небе над полем боя. Их способность внезапно появляться и исчезать, должно быть, невероятно сбивает с толку врага. Я вижу, что с ними будет трудно иметь дело.

— Да, сэр, — сказал оперативник. — Дело в том, что страны, которые вторгались в степь в прошлом, несмотря на подавляющее численное преимущество, были сильно разбиты прыгающей отрядом.

Нетрудно понять, почему... - подумал Кагетора. Когда он увидел, как прыгающая отряд свободно перемещается по полю боя, расправляясь с монстрами, это было очень убедительно. Я должен доложить господину, что это не та страна, к которой стоит относиться легкомысленно.

Решив это, Кагетора повернулся, чтобы задать оперативнику Черной Кошки еще один вопрос. — А как зовут этого сына, который преуспел... …!

Кагетора вдруг выхватил тачи, который дал ему Сома. Пока оперативник все еще был шокирован тем, что он вдруг достал свое оружие, Кагетора взмахнул клинком. Когда он это сделал...

Ух! лязг!

...его тачи разрубило стрелу, которая внезапно прилетела в них.

— Что?! Откуда она взялась?! — Оперативник запаниковал, видимо, не ожидая внезапной атаки, когда увидел, что разрубленная стрела упала на землю рядом с ним. Врагов не было видно, и он также  не смог почувствовать, что кто-то прячется.

В отличие от встревоженного оперативника, Кагетора выдохнул и вернул меч в ножны. Оглядев поле боя, он издал вздох восхищения. — Подумать только, они смогли добраться так далеко оттуда...

— Оттуда?! Вы можете быть серьезным!

Оперативник посмотрел туда, куда смотрел Кагетора, и его глаза расширились.

Взгляд Кагеторы был устремлен на далекое поле боя. Он хотел сказать, что кто-то на поле боя  за несколько километров почувствовал их присутствие, а затем сумел достать до них стрелой.

Если такой человек существовал, то он был самым большим чудовищем.

— Итак, как звали сына? — спросил Кагетора.

Оперативник пришел в себя и поспешно ответил. — Его сына зовут Фуга Хан. Я слышал, что это герой с редким телосложением и силой, не имеющий себе равных в степи, который сражается длинноруким оружием с изогнутым лезвием. Я также слышал, что верховой лошадью Фуга является не тембок, а летающий тигр, или что-то вроде того.

— Летающий тигр... понятно...

Кагетора окинул поле боя суровым взглядом.

Если так, то это должно быть оно...

***

Это было на поле битвы возле Ведана, где человек и чудовище бесконечно сражались насмерть.

Посреди непрекращающихся криков и звуков сражения молодой человек лет двадцати пяти держал в руках огромный лук, который обычный человек не смог бы даже натянуть.

Его рост составлял не менее ста девяноста сантиметров, а загорелые конечности были покрыты мускулами. У него были короткие иссиня-черные волосы и величественное лицо. На юноше, который носил серебряные доспехи поверх красной кожаной одежды, а на голове - серебряный шлем в форме чаши, на спине были маленькие белые крылья.

Он  и сам привлекал внимание, но и его транспорт привлекал еще больше.

Это был белый тигр, такой огромный, что люди смотрели на него снизу в верх.

Пока его хозяин натягивал лук, тигр отбивал лапами приближающихся чудовищ. Это было похоже на игру кошки с мячом, но то, что эти чудовища были больше взрослого человека, делало зрелище пугающим.

Молодой командир на тембоке подошел к этому человеку и зверю, которые явно были на голову выше остальных. — В чем дело, лорд Фуга? Почему вы вдруг стреляете в таком странном направлении?

— Хм? — сказал Фуга. — О, Шукин.

Великий человек верхом на тигре был Фуга Хан, молодой король степного народа Малхитан и предводитель великолепной отряда Тембока. Другим человеком был его доверенное лицо и друг-ровесник, храбрый полководец Шукин.

Глядя на Шукина с вершины своего массивного тигра, Фуга дерзко улыбнулся. — О, все просто. Я почувствовал, что с холма за мной что-то наблюдает, и попытался выстрелить.

— Ты пытался выстрелить? А если бы это был мирный житель или один из наших союзников?!

Шукин был поражен, но Фуга весело рассмеялся. — Ха-ха-ха! Ни одно гражданское лицо не приблизилось бы к этому полю боя. У нас не было ни отряда, ни разведчиков на том холме.

— Ну, да, но...

Шукин, казалось, не был убежден его доводами, но Фуга язвительно улыбнулся, продолжая.

— Ну, если они там, то они, по крайней мере, не из наших. Но что еще важнее, Шукин, похоже, что силы на северо-восточной стороне находятся под давлением. Давай проскочим туда и  быстро  разберемся с этим. Мы идем, Дурга!

Его любимый боевой партнер, летающая тигрица Дурга, взлетела.

— А! Лорд Фуга! — Шукин в замешательстве отдал приказ своим подчиненным. — Не отпускайте царя одного! Мы следуем за ним!

Так малхитанская конница тембоков скакала по полю боя, сопровождая Фугу и Дургу.

__________________________-

Клинок Полумесяца Зеленого Дракона - легендарное оружие Гуань Юй, в историческом романе "Романс трех королевств" . История - отчасти историческая, отчасти легенда, а отчасти мифическая - романтизирует и драматизирует жизнь феодалов и их вассалов, которые пытались заменить или восстановить истощающуюся династию Хань

— Смотри, Сома! — позвала Надин. — Оттуда идет дым!

— Эй, ты права.

Когда я посмотрел вперед, чтобы увидеть, о чем говорила Надин в своей форме Рю, на пустыре, раскинувшемся у подножия горы, действительно был дым.

Скорее всего, это была пыль и песок, поднятые во время битвы. Когда бесчисленные люди и монстры носились по земле, разрывая ее, песок танцевал в воздухе. Значит ли это, что замок Ведан находился на той горе?

Согласно докладу Кагеторы, бесчисленные монстры... в общем, целая толпа монстров... спускались на Ведан. Поясню, нападали различные монстры больших и малых видов, поэтому точный подсчет в данной ситуации был невозможен.

Если судить по площади, которую они занимали с воздуха, то это было примерно то же самое, что и армия из 60 000 солдат. 30 000 или около того солдат из Союза Восточных Наций, которых герцог Чима заманил сюда, используя в качестве приманки своих шестерых очень способных детей, пока что сдерживали их.

Хотя монстры имели подавляющее численное преимущество, войска Союза сражались в строю, сосредоточившись на обороне, поэтому, хотя они и не могли перейти в наступление, они все еще хорошо защищались. Монстры атаковали только грубой силой, поэтому обороняться было легко.

Что касается подкреплений, которые мы привели из Королевства Фридония, то их было 50 000. Если мы сможем провести клещевую атаку вместе с силами союза, то, по расчетам Кагеторы, быстро уничтожим орду монстров.

Важно было выбрать время для этой атаки. Чтобы добиться быстрой победы, нужно было скоординировать свои действия с силами на стороне союза.

Вот почему, чтобы провести совещание по этому поводу, я ехал верхом на спине Надин, а группа виверн во главе с Хэлом и Руби защищала нас, направляясь к Ведану, столице герцогства Чима.

Было сказано, что на данный момент мы не опасаемся падения Ведана, поэтому нам не нужно проводить атаку с неба с помощью Дракшутистов, как это было в Ласте, и мы можем высадиться в замке Ведан как есть.

Этими приготовлениями (включавшими в себя временное отключение противовоздушных метателей болтов) занимались «Черные коты», прибывшие раньше нас.

— Приём, приём, — сказал я, обращаясь к трубке связи, выходящей из гондолы, которую несла Надин. — Ты там, Каэдэ?

— Да, да, я здесь. Что означает «Приём»? — Каэдэ немедленно ответила.

Надин несла гондолу под брюхом, а внутри были Айша, Джуна, Томоэ, ее опекун Инугами, Каэдэ и пара из Тургиса, которые силой заставили нас взять их с нами, Ку и Лерина.

— О... не беспокойся об этом, — сказал я. — Так вот, Каэдэ, впереди облако пыли. Можно ли предположить, что это поле битвы в герцогстве Чима?

— Посмотрим... так и есть. Я только что подтвердила на карте. Похоже, что замок герцогства Чима находится на полпути вверх по горе, которую вы видите впереди нас.

— Понятно... Спасибо.

Когда я положил трубку связи, я смог увидеть город, раскинувшийся на полпути к небольшой горе на западе. Замок напоминал замок Кастора в Городе Красного Дракона. Он эффективно использовал местность, и даже если бы их окружили большие силы, это была твердыня, которую нелегко было бы разрушить.

— Сома! — внезапно крикнула Надин в моей голове. — Берегись! Что-то быстро приближается к нам!

— Что-то, на такой большой высоте?

Чтобы избежать нападения, мы летели на большей высоте, чем могли достичь монстры.

Хэл подвел большого красного дракона Руби к нам. — Сома. Похоже, Руби что-то чувствует.

— Я чувствую что-то очень мощное внизу, — телепатически объяснила Руби.

— Да, Надин тоже об этом говорила, — кивнул я. — Мы должны быть осторожны, Хэл.

—Идет. Все в позицию!

Услышав приказ Хэла, мы с Надин, Хэлом и Руби, а также рыцари-виверны прекратили наступление и заняли позиции.

В отличие от Надин, который парила с помощью какой-то непонятной нам силы, Руби и виверны поднимались на крыльях, поэтому, чтобы удержаться на месте, им приходилось сильно махать ими. Это было утомительно, поэтому они не могли долго висеть на одном месте.

— Оно приближается, — сообщила нам Руби.

Посмотрев вниз, мы увидели, что что-то приближается к нам, прыгая вверх.

В мгновение ока огромный белый тигр приблизился к нам.

— Подождите, разве он не огромный?! — крикнул я.

Он должен был быть еще далеко, но я мог четко различить его очертания, поэтому сначала я сомневался в своих глазах и чувстве расстояния. Однако, когда он приблизился, я понял, что он намного больше, чем я мог бы представить себе тигра. Возможно, он был таким же массивным, как нумот. (Мамонтоподобные существа из Тургиса.)

Если присмотреться, пушистые лапы искрились электричеством. С помощью этих лап он подпрыгивал в воздух, так что мне пришлось смириться с тем, что это именно такое существо.

— Как тигр может летать без крыльев?! — воскликнула Надин.

— Это ты собираешься сказать это, Надин?! — с отчаянием ответила Руби.

Ну, раз Надин может летать без крыльев, то не так уж странно, что тигр может носиться по небу... наверное?

Потом я понял, что кто-то сидит верхом на белом тигре.

Это был крепко сложенный мужчина, одетый в красную кожаную одежду с блестящими серебряными доспехами поверх, а на голове у него был шлем в форме чаши, украшенный кристаллами.

Скорее всего, он не был человеком. Из спины у него торчали небольшие крылья, белые с черными кончиками, как у журавля. В руках у него было оружие, похожее на Клинок Полумесяца Зеленого Дракона, а на бедре висел золотой гравированный лук.

Что это за гнетущее чувство...?

Его грузное телосложение, владение лошадью и оружие - все говорило о том, насколько необычен этот человек.

Хэл приготовил свое оружие и сказал: — Следите за ситуацией, сэр Сома. Здесь что-то ненормально.

Я кивнул. — Понял.

По словам Оуэна, моего инструктора по боевым искусствам, я был «немногим лучше новобранца». Однако даже я почувствовал от этого человека что-то такое, что заставило меня напрячься, так что Хэлу пришлось напрячься еще сильнее.

— А? — начала Надин.

— Что такое, Над-Вух?!

В тот же момент, когда Надин издала возглас удивления, что-то красное внезапно заслонило мое поле зрения.

Я отшатнулся от шока, но при ближайшем рассмотрении это оказалась красная набедренная повязка Айши. Казалось, она вышла из гондолы внизу и забралась сюда.

— Эй, это опасно! — Я поспешно поднялся на колени, обняв Айшу за талию. — Это безрассудство, подниматься сюда без страховки.

— Вы не можете позволить себе расслабляться, сир, — отстреливалась она. — Этот человек опасен.

Айша не сводила с него глаз.

Неужели он настолько хорош, что даже Айше, безусловно, лучшему воину в нашей стране, приходилось опасаться его?

Когда Айша встретилась с Жанной, с которой, по признанию Джуны, ей не было равных, Айша не была так насторожена.

Как бы то ни было, я пристегнул свой пояс к поясу Айши, используя халат с металлической фурнитурой. По крайней мере, это обезопасит ее, если она поскользнется.

Не успел я почувствовать облегчение, как человек на белом тигре ринулся вперед, направив оружие в нашу сторону, и громко крикнул. — Я спрашиваю вас! С какой целью вы пришли на эту землю?!

Голос был сильным и более молодым, чем я ожидал. Судя по его виду, я ожидал увидеть закаленного в боях воина, но из-под шлема выглядывало лицо молодого человека лет двадцати пяти.

— Меня зовут Фуга Хан! Король Малхитана! — объявил он.

Даже в присутствии Рю, дракона и около сотни виверн человек, назвавший свое имя Фуга, спросил меня об этом без намека на страх. Я мог сказать, что он действительно смел и обладает невероятным мужеством. Неудивительно, что Айша была настороже.

— Мы из Малхитана прибыли в Ведан, чтобы ответить на призыв герцога Чимы о помощи, — прорычал Фуга. — Поскольку вы привели с собой виверн, дракона и еще одного неизвестного мне скакуна, вы не можете быть частью Союза восточных народов. И снова я спрашиваю вас! По какому делу вы прибыли на это поле боя?!

Я повернулся к трубке связи и спросил: — Каэдэ. Расскажи мне о Малхитане.

— Это страна средних размеров в Союзе Восточных Народов. Кочевое государство из степи, как я слышал.

— Тогда этот человек - король государства, так?

— Он называет себя королем, так что, наверное, так и есть...

В таком случае, мы с ним были равны по статусу.

Я повысил голос, чтобы Фуга мог меня услышать. — Сэр Фуга! Мы из королевства Фридония на юге! По просьбе Империи Гран-Кэйос мы прибыли на помощь герцогству Чима, которое, как мы слышали, страдает от последствий демонической волны!

— Подкрепление?..Ооо, это дружественные войска. —  По какой-то причине Фуга разочарованно опустил плечо.

Снова взяв в руки свой полумесяц, он неторопливо приблизился. Когда он подошел достаточно близко, чтобы мы могли разглядеть лица друг друга, я увидел, что он красив, с острыми глазами.

— О, друзья? — повторил я. — Почему вас это разочаровало?

Фуга криво усмехнулся. — В последнее время мне приходилось сражаться только с мелкими мальками, и это скучно. Вот я и понадеялся, думая, что наконец-то нашел врага, с которым стоит сражаться... но вы же союзник, так что мы не можем пойти на это.

Даже когда он говорил это, Фуга смотрел на Айшу и Хэла. Они смотрели на Фуга с настороженностью на лицах.

Тем временем черный Рю Надин и красный дракон Руби смотрели на прыгающего по небу белого тигра, на котором скакал Фуга. Все они негромко рычали, обнажая клыки для устрашения.

Это было похоже на схватку между старыми врагами. Всегда существовал образ того, что драконы и тигры не ладят друг с другом.

Я ничего не сказал.

Воздух был тяжелым. Человек назвал себя, но напряжение не спадало.

Тогда Фуга, единственный, кого, казалось, не затронула эта атмосфера, посмотрел на меня. — Итак, правильно ли я понимаю, что вы, там, на черной штуковине, командуете этими силами?

— Прошу прощения за столь позднее представление, — сказал я. — Я временный король королевства Фридония, Сома Казуя.

Фуга моргнул. — Вы король? Значит, мне нужно обращаться ко всем вам формально?

— Если вы король, то это делает нас равными, — сказал я. — Почему бы не поступать так, как вы хотите?

— Ха-ха! Это облегчение. Я не очень хорошо отношусь к формальным вещам. Вы тоже можете говорить нормально. Нет необходимости обращаться ко мне с титулом.

— ...Хорошо, Фуга.

То, как он не заботился о наших статусах, и мы могли говорить откровенно, было похоже на Ку. Однако в случае с Ку грубость компенсировалась его личным обаянием, в то время как этот человек, даже если у него не было обаяния, обладал силой, позволяющей ему казаться естественным, что он должен вести себя так. У него было то, что я мог бы назвать природной харизмой, которая позволяла ему убедить в этом не только себя, но и тех, с кем он разговаривал.

Я понял, что Фуга пристально смотрит на мое лицо.

— ...У меня что-то на лице? — спросил я неловко.

— Хм? О, нет. Я просто подумал, что вы выглядите мягко воспитанным, но в вас есть нечто большее. Я не знаю, но у меня как будто нет полного представления о вас как о человеке.

Полного представления обо мне? Я не совсем понял, но я не думал, что я такой уж впечатляющий. По крайней мере, я бы не хотел в одиночку стоять здесь перед  ним.

Фуга погладил свой подбородок и скрестил руки в раздумье. — Я никогда в жизни не считал кого-то страшным, но по какой-то причине моя интуиция говорит мне, что я не должен с вами связываться. Мне кажется, что вы втяните меня в болото, если я поступлю неосторожно.

— Вы меня переоцениваешь, — сказала я. — Может быть, странно говорить это о себе, но я слаб.

— Но это именно вы король великой страны на юге, верно?

— Я просто выживаю, потому что мои спутники помогают мне.

— Эти твои спутники, они собрались вокруг парня, который называет себя слабым. Мне кажется, что вы выходите за другие рамки, чем я.

Мы с Фуугой продолжали разговаривать в том же духе.

Это должен был быть ничего не значащий разговор, но я все время чувствовал холодный озноб в позвоночнике. Казалось, что каждый из нас оценивает расстояние до другого.

Фуга пытался понять, стоит ли меня опасаться. А я тем временем изо всех сил старался не насторожить его. Чувствовал ли я когда-нибудь раньше такое давление в дипломатии с другой страной?

— Су... сир, — позвал Хэл, убивая это настроение. — Руби и Надин все еще в порядке, но виверны близки к своему пределу.

Казалось, виверны выдохлись. Ведь все это время они хлопали крыльями, чтобы удержаться на месте. Мы слишком долго разговаривали.

— Фуга, — сказал я. — 50 000 солдат из королевства Фридония прибывают, чтобы поддержать вас. Я хочу обсудить дела с герцогом Чимой, поэтому могу я попросить проводить нас к нему?

Он весело рассмеялся. — Конечно! Если мы получим такую поддержку, то сможем уничтожить монстров в мгновение ока. Мы с Дургой будем вести вас, так что следуйте за мной.

Возможно, Дурга - это имя белого тигра?

Фуга и Дурга развернулись, а затем взлетели в небо, указывая нам путь. Мы последовали за ними.

Возможно, из осторожности к Фуга, Айша не вернулась в гондолу, оставшись на спине Надин, а я обнял ее за талию.

Я шепнул Айше: — Насколько силен этот парень?

— Сильнее меня, скорее всего. Подумать только, что в Союзе Восточных Наций был такой человек, как он...

Я почти сомневался в своих ушах. Это была Айша, которая поразила Хала, Каэдэ и Карлу, когда меня забрали в Горный Хребет Звездного Дракона. Это была Айша, которая сказала, что кто-то сильнее ее. Для меня было неожиданностью, что такой человек существует.

В то время как я потерял дар речи, Айша внезапно вздохнула. — Если бы мне пришлось сражаться с этим человеком сейчас, у нас были бы проблемы. Если бы это был только он, мы с сэром Халбертом, может быть, и справились бы, но то, как он работает в паре с этим тигром, осложнило бы ситуацию. У сэра Халберта есть госпожа Руби, но без контракта между нами, мы с Надин не смогли бы так хорошо координировать свои действия...

— И этот тигр тоже. У меня очень плохое предчувствие по этому поводу... —  телепатически добавила Надин.

Услышав, как они оба открыто высказывают предостережение, я похлопал себя по щекам скинув напряжение.

Затем я выгравировал его имя в своей памяти.

Фуга Хан.

Похоже, он был человеком, который заслуживал осторожности.

С Фуга и его летающим белым тигром во главе мы направились к городу Ведан.

Как только мы снизили высоту, мы поняли, что нас будут периодически атаковать летающие монстры. Однако на нашей стороне были Надин, Руби и отряд виверн. Как только появлялись монстры, их поражала молния, опаляло пламя или разрывало на куски.

Айша осталась со мной, вместо того чтобы вернуться в гондолу, и благодаря ее ободряющему присутствию рядом мне удалось сохранить спокойствие.

Обняв Айшу за талию, я наблюдал за Фуга.

К Фугатоже приближались монстры, но он вел себя так, будто они не имеют значения, даже не приготовил оружие. Каждый монстр, который появлялся, был сражен насмерть одним взмахом передних лап Дурги, так что ему не было нужды сражаться с ними самому.

По крайней мере отчасти это объяснялось тем, что он безгранично доверял Дурге, но все же справедливо было бы сказать, что он обладал невероятным мужеством, чтобы расслабиться на этом поле боя.

— Ммм, сир, — вставила Айша. — Не слишком ли крепко вы меня держите?

Казалось, я крепче сжал руки на талии Айши. — О, прости. — Я немного расслабил их.

Хэл и Руби подошли к нам, чтобы поговорить.

— Сома, твое лицо выглядит как-то пугающе, знаешь? — сказал Хэл.

Услышав это, я впервые осознал, насколько напряженным я, вероятно, выгляжу.

Чтобы привести себя в порядок, я похлопал себя по щекам (еще раз). — ...Прости. Когда я смотрю на Фуга, я не могу не чувствовать беспокойства.

— Вас что-то беспокоит? — спросил Хэл.

— Я и сам не уверен в этом...

Это было беспокойство? Страх? Напряжение? Когда я посмотрел на спину этого человека, внутри меня зародилось чувство, которое я не мог описать. Оно отличалось от чистого страха, который я почувствовал, когда на меня напал Гай VIII; это было больше похоже на то, как будто что-то, чего я не знал, медленно подкрадывалось ко мне. Это было странное ощущение.

Поймав взгляд на моем лице, Хэл покрутил рукой, в которой держал свое короткое копье.

— Вам не стоит так волноваться. Конечно, он король Малхитана, но это всего лишь одна страна в Союзе Восточных Наций. Конечно, он силен, поэтому я понимаю, почему вы настороже. Тем не менее, если он затеет драку с королевством, это не будет битва один на один.

— Хэл...

— С вами я, Руби, Каэдэ, юная госпожа Айша, юная госпожа Надин и пятьдесят тысяч солдат. Так что уц можешь просто сидеть здесь и вести себя уверенно. — Хэл стукнул себя по груди, как бы говоря: «Предоставь это мне.»

Возможно, он пытался успокоить меня.

Это была правда: каким бы сильным воином он ни был, я не думал, что Фуга сможет справиться с нами в одиночку. Может быть, он и способен в одиночку посеять хаос, но в королевстве было более сотни тысяч  воинов. Если бы он был просто силен, с ним можно было бы справиться любым способом.

Но... у меня было чувство, что за ним кроется нечто большее. Если я буду смотреть на него свысока, как на короля ничтожного государства, я почувствую, что это вернется мне и сильно повредит.

Айша и Надин присоединились.

— Я буду рисковать жизнью, чтобы защитить вас, сир, — заявила Айша.

— Я уверена, что круче этого тигра, — добавила Надин.

...Справедливо. Мне было не по себе, но когда все сказали, чтобы я оставил это на их плечи, это немного облегчило мое настроение.

— Спасибо, Айша, Надин. И тебе, Хэл. Извини, что беспокою тебя.

— Говорю вам, предоставь это нам, — гордо сказал Хэл. — Хотя, признаюсь, это довольно неожиданно.

— Неожиданно?

— Да. Вы ведь любите парней с такими сумасшедшими талантами, как у него. Я ожидал, что вы захотите завербовать его. — Он выглядел немного озадаченным.

Я покачал головой с язвительной улыбкой. — Я ищу способных людей, которые готовы двигаться вперед в соответствии со темпами. В конце концов, есть пределы того, что я могу сделать в одиночку. Я хочу поддерживать большое количество способных людей. Но... это ведь не тот человек, который будет работать под чьим-то началом или согласовывать свой темп с кем-то еще, верно?

У меня была не самая сильная интуиция. Я не мог посмотреть на кого-то и сказать, насколько он силен, так, как это могли сделать Айша и некоторые другие. Тем не менее, как только я увидел лицо Фуга, я почувствовал это.

Этот парень - плохая инвестиция.

Это не было эмоцией или моим опытом; это было что-то вроде инстинкта, который подавал сигналы тревоги.

— Мы не можем позволить себе делать предположения в отношении этого человека, — продолжил я. — Если я начну думать, что он следит за мной, я могу оказаться в подчинении у него раньше, чем узнаю об этом. Если я попытаюсь использовать его, меня самого будут использовать, а если я попытаюсь идти рядом с ним, то окажется, что меня тащат за собой. Вот что я чувствую. Я не могу сказать это хорошо, но мы, вероятно, не очень совместимы.

— Не совместимы, да...

Похоже, Фуга тоже почувствовал нечто подобное. Когда он посмотрел на меня, он сказал, что я могу затащить его в болото, и что он чувствует, что я вышел из других рамок, чем он.

В отличие от меня, он не показал никаких признаков того, что это его беспокоит, что многое говорило о природной силе Фуга .

Даже если мы чувствовали одно и то же, я был слаб, поэтому испытывал сильное чувство тревоги, в то время как Фуга был силен, поэтому это не произвело на него неизгладимого впечатления.

В этот самый момент Фуга, который шел впереди, повернул назад, сделав разворот, чтобы вернуться к нам. Мы на мгновение остановились на месте, и Фуга указал вниз.

— Сома, — сказал он. — Я наблюдал за ходом битвы, и похоже, что защитники собираются прорваться на западной стороне. Я собираюсь немного поддержать их, так что вы не возражаете, если я проведу вас только до этого места?

— Понял. Замок Ведан в двух шагах отсюда. Если хочешь, мы тоже пошлем своих людей.

Фуга поднял свой полумесячный клинок и от души рассмеялся. — Это помогло бы. Мы должны быть в состоянии завершить как можно быстрей.

— Халберт, — приказал я. — Возьми половину кавалерии виверн и поддержи сэра Фуга.

— Понял!

— Я пойду вперед, — объявил Фуга.

Не успел он это сказать, как хлопнул Дургу по спине, начав стремительный спуск на поле боя внизу.

— Мы тоже, тогда... —  начал Халберт.

— Подожди, Хэл, — перебил я.

Видя, что он собирается последовать за Фуга, я почувствовал неуверенность во всем.

Я поманил Хэла подойти ближе, заставив Надин использовать свой хвост, чтобы притянуть их тела друг к другу.

Когда расстояние сократилось, я сказал сомневающемуся Хэлу: — Хэл, если ты почувствуешь, что Фуга тащит тебя за собой, вспомни лица Каэдэ и Руби.

— А? Это действительно стоило того, чтобы позвать меня, чтобы сказать?

У Хэла было сомнительное выражение лица, но я кивнул.

— Это важно. Я чувствую, что вы с Фуга похожи. Когда люди находятся рядом с теми, кто похож на них, они замечают это, и их это либо привлекает, либо отталкивает. Другими словами, их может потянуть за собой.

— А? Не уверен, что понимаю, но... вы ведь серьезно?

Я сделал серьезное лицо, чтобы убедиться, что он понял, что я серьезно.

— ...Хорошо, — сказал Хэл. — Я буду иметь это в виду.

— Хорошо. Руби, ты тоже присмотри за Хэлом.

— Принято!

— Эй, это моя фраза! — возмущенно воскликнула Надин.

Посмеявшись над возмущением Надин, Хэл и Руби повели около пятидесяти виверн за Фуга.

— Похоже... они там крепко дерутся, — прокомментировал Халберт.

Пока Халберт и его люди начали спускаться на землю вслед за Фуга, объединенным силам Союза восточных наций удавалось как-то сдерживать разнообразную группу монстров.

Солдаты Восточного союза оставались на месте в лагере, предназначенном для полевых сражений, который был окружен заборами и абатисами (линия острых деревянных кольев и сучьев деревьев, направленных наружу), а лучники и маги атаковали с помощью луков и магии.

Возможно, такая тактика была оправдана против монстров, которые не использовали ни стратегии, ни тактики, пикируя без оглядки на собственные потери. Однако эти монстры вели интенсивный натиск, и в некоторых местах заграждения были разрушены.

Щитоносцы продолжали группироваться у проломов, быстро затыкая их, а затем отряды дальнего боя сдерживали монстров, пока заграждение восстанавливалось.

Они возобновляли дальние атаки из-за забора, и пока враг был в замешательстве, отряд или другие высокомобильные войска выходили, побеждали все, что проскочило, и отступали. Так происходило неоднократно.

Силы Союза были сформированы из вооруженных сил разных стран, но поскольку все они использовали одну и ту же тактику, им удавалось довольно хорошо координировать свои действия.

Халберт был впечатлен, несмотря на себя. — Силы Союза действуют довольно... хм?

С поля боя донесся внезапный шум.

Посмотрев в направлении голосов, он увидел, что что-то приближается к защитникам с западной стороны.

— Это... носорог? — удивился Халберт.

— Неужели носороги были настолько отвратительны? — Руби нахмурилась.

Внизу стояло массивное существо, похожее на ринозавров, которые использовались для перевозки грузов в королевстве. Однако Руби была права: этот носорог выглядел совсем иначе, чем те, что были в королевстве. Рог на его верхней челюсти был изуродован, тело обвисло, как будто сгнило, а плоть местами была обнажена, так что, возможно, его следовало бы назвать зомби-носорогом.

Несколько таких зомби-носорогов направлялись к лагерю на западной стороне.

Суматоха была вызвана криками солдат, напуганных этим.

— Это нехорошо, — обеспокоенно сказал Халберт. — Я не знаю, живое оно или мертвое, судя по его виду, но если оно налетит на лагерь с таким большим телом, то легко прорвется. Оно представляет угрозу даже для крепостных стен.

— Ты прав, — сказала Руби. — Мы должны остановить его.

Как раз когда Халберт собирался сказать своему отряду виверн: «Мы идем на перехват», он увидел, что Фуга, шедший впереди, приготовил свой полумесячный клинок.

Фуга ударил стременами в живот белого тигра Дурги, заставив своего напарника броситься на зомби-носорога.

— Ах! Эй! Проклятье! — крикнул Хэл. — Вперед!

Халберт и его люди поспешили следом. А Фуга тем временем...

— Ха-ха-ха! Вот цель, которую стоит уничтожить!

Да, он с ликованием поддерживал Дургу, бегущего вперед.

Как раз в тот момент, когда зомби-носорог собирался нанести удар по лагерю западной стороны и разнести их ограждения и абатисы, Фуга спустился прямо над ним.

— Те парни из королевства на юге смотрят. Давайте устроим им настоящее шоу!

И полумесячный клинок Фуга  заискрился электричеством.

Фуга погнал Дургу вперед, и когда они приземлились на спину одного из зомби-носорогов, угрожавших лагерю, он с размаху ударил его клинком по спине.

Кебэнг!

Раздался звук, словно воздух разорвался на части, и толстая молния пронзила зомби-носорога.

В спине огромного носорога открылась дымящаяся дыра около шести метров в поперечнике.

Трудно было сказать, был ли зомби-ринозавр живым или мертвым изначально, но большая дыра в его теле, казалось, убила его, и внезапная потеря жизни заставила его споткнуться и скользить по земле по инерции.

Даже союзники Фуга были потрясены и удивлены этим ударом.

Защитники, видевшие вспышку молнии ближе всех, сначала потеряли дар речи, а когда, наконец, пришли в себя, то, обезумев от радости, что могущественный враг повержен, разразились радостными криками.

Халберт и его люди были удивлены не меньше.

— Подумать только, человек мог выстрелить электрическим разрядом на уровне Надин... —  заметила Руби.

— Это не просто молния, — сказал Хэл. — Она настолько мощная, потому что за ней стоят боевые способности Фуга. Но все равно, это нечеловеческий подвиг.

Халберт заметил, что его руки, сжимающие Копье Двойного Змея, покрылись потом. Должно быть, он был ужасно напряжен. Казалось, на то, как сражался Фуга, отреагировал не столько его разум, сколько инстинкт. У него по коже побежали мурашки.

Это был не первый раз, когда он был потрясен чьими-то боевыми способностями. Когда он сражался с Аишей, которая вырывалась после того, как Сома оставил ее, Халберт понял, насколько она страшна, когда выходит на свободу.

Однако Айша была второй будущей королевой Сомы и его союзником. Она могла выйти из себя, но они не пытались всерьез убить друг друга.

Между тем, будучи королем чужого государства, Хэл не был уверен, что Фуга всегда будет на их стороне. В зависимости от ситуации, Хэл, возможно, когда-нибудь придется сразиться с ним.

Если бы это случилось, они были бы теми, против кого была обращена сила Фуга . Сможет ли он остановить этого человека, когда это случится?

Пока Халберт и его люди смотрели на происходящее с напряженным выражением лица, Фуга повысил голос.

— Я - Фуга Хан, король Малхитана! Я разберусь с этими громадинами! Офицеры союза,  покажите свою мощь!

Когда громкий голос Фуга эхом разнесся по полю битвы, воодушевленные солдаты подняли своё оружие, издав боевой клич. Их страх перед зомби-носорогами был полностью стерт уверенностью в боевом мастерстве Фуга.

Фуга нырнул в гущу врагов в поисках следующей цели.

— Приоритет - уничтожить этих гнилых носорогов! — приказал Халберт кавалерии виверн и сам ринулся в бой.

Из-за размеров зомби-носорога их трудно было перехватить наземными силами, но концентрированная атака с помощью пламени виверн могла легко их уничтожить. Халберт тоже уничтожил двух из них пламенем Руби.

Когда все зомби-носороги были побеждены, а безопасность лагеря обеспечена, Халберт отправился на поиски Фуга .

— Ха-ха-ха! — раздался громкий смех.

Халберт обнаружил Фуга и Дургу в гуще орды монстров, причем Фуга размахивал своим полумесяцем и смеялся, а они бежали вперед, словно по пустой пустоши.

На поле боя, наполненном жаждой крови, Фуга не только не напрягался, но и, казалось, получал удовольствие. Не было ни одного монстра, который мог бы остановить продвижение этого человека и зверя.

Затем все вокруг Фуга начало прыгать и собираться.

Боинг! Боинг!

Это были конные воины, которые ехали на козлоподобных существах. Они несли одноострые мечи в форме полумесяца и луки уникальной формы. Это была гордость королевства Фуга Малхитан - прыгающий отряд.

Когда прыгающая конница собралась вокруг Фуга, они стали следовать за ним в бой. Когда вокруг него собралось такое большое количество людей, способность Фуга  прорываться сквозь врага резко возросла.

С Фуга в авангарде эта группа носилась взад и вперед по полю боя, растаптывая противника, словно смерч.

Фуга наслаждался, как никогда, но Малхитанская конница отчаянно сражалась за свою жизнь. Несмотря на это, ни один из них не покинул линию боя.

Хальберт наблюдал за войсками Фуга издалека. Наверное, трудно угнаться за Фуга. Но... никто не перестает преследовать.

Халберт подумал, что может понять чувства этих кавалеристов.

Я уверен... они должны быть горды.

Гордятся тем, что следовали за Фуга, когда он мчался по полю боя.

Гордятся тем, что могут сражаться рядом с Фуга, который продемонстрировал им свое непревзойденное боевое мастерство.

То, как он сражался, было похоже на что-то из героической легенды. Он выпрыгивал перед сильными врагами, как будто так и было задумано, а затем поражал их.

Сражаясь вместе с ним, его союзники, вероятно, могли почувствовать себя персонажем такой истории.

Фуга обладал подобным великолепием. Под началом такого славного полководца они могли сражаться в полную силу. Может ли быть больше гордости у воина?

Если они смогут так сражаться, я уверен... у них не будет сожалений, когда бы они ни умерли, - размышлял Халберт. Если они смогут сражаться за такого командира... у них не будет сожалений, даже если они потеряют свои жизни. Они смогут принять, что их смерть имеет смысл, и улыбаться, уходя.

Вот почему солдаты, следовавшие за Фуга, так отчаянно боролись за то, чтобы остаться с ним. Они стремились сжечь свои жизни в его пылающем, пылающем, глубоком красном пламени.

Как... какое сияние он излучал.

Если бы я только мог стать таким же...

— Глупый Хэл! — крикнула Руби.

— Аа?! —  выругался Хэл, когда голос Руби громким эхом прозвучал у него в голове.

Он был так удивлен, что Халберт вздрогнул и чуть не выронил копья, которые нес в руках. Не успел он оправиться от замешательства, как голос Руби снова зазвучал в его голове.

— Не позволяй ему тащить тебя за собой! Помни, что сказал Сома!

Что сказал Сома? Если подумать... он ведь что-то сказал перед нашим отъездом, верно...?

Халберт попытался вспомнить слова. Если он вспомнил, то это были...

«Если почувствуешь, что тебя тащит за собой Фуга, вспомни лица Каэдэ и Руби.»

Лица Каэдэ и Руби?

Халберт закрыл глаза, наполовину сомневаясь в том, что делает, и мысленно представил себе их лица.

Сначала лицо Каэдэ. Она была рядом с ним с самого детства. Она всегда была робкой, но в последнее время его милая ушастая подруга детства научилась выражать свои мысли более ясно.

Затем лицо Руби. Она приехала из горного хребта Звездного Дракона, чтобы стать его невестой. Обычно она была колючей, но на самом деле она была очень одинокой и очень женственной драконьей девушкой.

Халберт представил себе, как бы они вдвоем посмотрели на то, как он сейчас выглядит. В его воображении их лица были немного обеспокоенными.

Глаза Халберта расширились в немом шоке. О чем он только что думал?

Неужели он хотел сражаться на пределе своих возможностей, как Фуга и его люди?

Гореть ярким, ярко-красным пламенем, когда его жизнь угасает?

Думал ли он, что если его жизнь будет так гореть, то он не пожалеет ни о чем, даже если умрет?

...Даже если это означает оставить Каэдэ и Руби позади?

— Черта с два я смогу! — прорычал Халберт, обращаясь к небесам.

— Ик?! — Руби вздрогнула.

Правой рукой Халберт ударил себя по лбу рукояткой копья изо всех сил. Невероятный грохот, раздавшийся в результате, говорил о том, что он не сдержался. Из лба пошла кровь.

Увидев, что у Халберта внезапно пошла кровь, Руби запаниковала. — Что ты делаешь?! Ты в порядке?!

— ...Да, я в порядке, — сказал Халберт, глядя на небо. Что-то теплое скатилось по его щекам.

— А...? Хэл, ты плачешь...

— Я в порядке. Я... теперь в порядке, Руби.

Она немо смотрела на него.

Халберт вытер кровь и слезы, прежде чем посмотреть вперед.

Серьезно... о чем он только думал? Он был очарован мастерством Фуга, убеждая себя, что его жизнь - его собственная, и он может поступать с ней, как ему заблагорассудится. Он даже пытался прогнать из своей головы тех, кого должен был защищать, тех, кто пытался защитить его.

Правда, он завидовал жизни, которую вели Фуга и его последователи. Но такой жизнью я мог бы жить только в одиночестве.

У Халберта уже было две невесты, Каэдэ и Руби. Они были достаточно добры, чтобы полюбить его и со временем стать его семьей. У него не было желания навязывать Каэде и Руби образ жизни, который сжигал бы их жизни.

Как воин, он восхищался жизнями, которые пылали жарко и интенсивно, как фейерверк, но он хотел, чтобы те, о ком он заботился, жили счастливой жизнью, пусть даже простой, полной улыбок.

Этого они не могли сделать, если следовали за Фуга.

Если бы Хэл был таким же человеком, каким был до встречи с Сомой, одержимым собственной славой, его можно было бы втянуть в это дело. Но теперь он был другим.

Сейчас у меня есть кое-что поважнее, чем сделать себе имя!

Халберт поклялся, что больше никогда не повторит своей ошибки. Затем, повернув свое короткое копье в сторону битвы, он сказал: — Мы входим, Руби! Давай покончим с этим и вместе вернемся к Каэдэ!

— А?! ...Точно!

Казалось, решимость Халберта дошла до Руби, и она широко расправила крылья.

Затем рыцарь красного дракона опустился на поле боя.

Расставшись с Фуга и группой Хэла, мы отправились на более высокое плато, к Ведан, который был построен на фоне небольшой горы. Мы направлялись к замку Ведан, резиденции герцога Чимы.

На поле боя под нами разворачивалось напряженное сражение.

***

Я немного беспокоился, что Хэл, который пошел за Фуга, может быть привлечен аурой другого человека, но, в общем, с ним была Руби, так что он, вероятно, будет в порядке.

— Сир, смотри. — Айша указала.

— Хм?

Когда я посмотрел в том направлении, куда она указывала, там был солдат, размахивающий флагом на стенах замка.

— Посмотрим... он подает сигнал, чтобы мы приземлились во внутреннем дворе, — сказала мне Айша, уловив детали своим отличным дальним зрением.

Следуя приказам из замка Ведан, мы высадились во дворе вместе с половиной отряда виверн, которую мы держали в качестве охраны.

Опустив гондолу, в которой ехали Томоэ и остальные, Надин снова приняла человеческий облик и спрыгнула на землю. В этот момент изнутри замка быстро появился мужчина средних лет и с расслабляющей улыбкой направился к нам.

— Так-так, это господин Сома Казуя, король Фридонии!

Широко раскинув руки, мужчина с усами в стиле Кайзера приветствовал нас с преувеличенной реакцией.

Он был среднего веса и роста, а его седеющие черные волосы давали ему на вид около пятидесяти лет.

Хотя на его лице была улыбка добродушного старика, напомнившая мне отца Лисии, сэра Альберта, я почувствовал от него что-то подозрительное. Я был уверен, что из всех мужчин нашего королевства он больше всего похож на Себастьяна из Серебряного Оленя или лорда Вейста из Альтомуры.

Кроме того, позади мужчины стояла симпатичная женщина с длинным мечом, перекинутым через спину. На вид ей было около двадцати лет, и ее красивые длинные волосы, связанные на уровне пояса, производили впечатление.

Поверх хакамы на ней были надеты доспехи, похожие на те, что использовались в древней Японии. Поскольку она выглядела как человек, более чем вскользь знакомый с боевыми искусствами, я вспомнил Комацухиме из Синсю Уэда или любовницу Кисо-но Ёсинака Томоэ Гозэн, двух похожих людей из другого мира.

Мужчина с кайзеровскими усами взял мою руку обеими руками и опустился на одно колено передо мной. Женщина последовала его примеру и опустила голову на колени. Я был ошеломлен внезапностью происходящего.

Затем мужчина благоговейно провел рукой над моей головой и сказал — Меня уже проинформировали ваши подчиненные. Я не могу быть более благодарным за то, что вы проделали такой путь, чтобы помочь нам.

— Я Сома, — сказал я. — А вы?

— Простите за позднее представление. Я - Мафей Чима, правитель герцогства Чима.

О! Этот парень с усами кайзера был герцогом Чима? Он вел себя так учтиво, что я даже удивился, но... да, теперь, когда он это сказал, это было несколько убедительно.

Причина, по которой его добродушная улыбка старого человека казалась подозрительной, заключалась в том, что его лицо главы семьи, которая выжила благодаря хитроумному политиканству, проступало насквозь.

— Пожалуйста, встаньте, сэр Мафей, — сказал я. — Как правители наших стран, мы равны.

— Нет, нет, моя страна маленькая, даже с Союзом Восточных Наций. Вы, король великой южной страны, намного выше меня.

— В-верно...

Это тяжело...

Было очень трудно иметь дело с человеком, который был очень скромным и восхвалял меня. Слышать комплименты от кого-то, когда я понятия не имел, что он чувствует на самом деле, было совсем некомфортно.

Тем не менее, раз он был дружелюбен, я не мог с ним плохо обращаться.

— Нелегко говорить из такого положения, — сказал я. — Встань, пожалуйста. И вы тоже.

— Ооо, я забыл представить ее. Это моя дочь Муцуми. — Когда Мафей встал, он положил руку ей на спину, говоря при этом.

Муцуми Чима. Значит, эта женщина и есть та самая Муцуми, о которой госпожа Мария говорила, что она самая популярная из детей герцога Чима?

Она была умной красавицей, это правда, так что мне казалось, что я понимаю, почему так много лордов хотели заполучить ее себе.

Муцуми встала и поклонилась мне. — Я - Муцуми Чима. Большое спасибо за то, что вы прислали войска нам на помощь. Похоже, у вас много хороших подчиненных, господин Сома. Это очень обнадеживает.

Сказав это, Муцуми посмотрела на меня.

Рядом со мной стояли Айша и Джуна. Если она смотрела на них и называла их «хорошими подчиненными», то, скорее всего, она была достаточно хорошим воином, чтобы определить, насколько сильны ее противники, просто взглянув на них. Похоже, ее репутация женщины, наделенной мудростью и храбростью, не была преувеличением.

— Госпожа Муцуми, — сказал я. — Это правда, что они выступают в роли моих телохранителей, но эти двое - мои невесты. Та, что справа - Айша, та, что слева - Джуна.

— Да. Я Айша Удгард.

— Джуна Дома. Приятно познакомиться с вами.

— О! Простите меня. Я Муцуми Чима.

Муцуми быстро извинилась за то, что обращалась с ними как с обычными гостями, и пожала им руки. Затем...

— Сома.

Я повернулся, почувствовав, что меня дергают за рукав, а Надин смотрит на меня с надутыми щеками. Ее расстроенные глаза говорили: «Я тоже твоя невеста, так что представь меня как следует!»

— Кхм... а это Надин, — быстро сказал я. — Она тоже моя невеста.

— Приятно познакомиться, — сказала Муцуми. Пожимая руку Надин, она пристально смотрела на рога Надин. — Рога и чешуйчатый хвост... вы, случайно, не из расы морских змей?

Надин надула свою небольшую грудь и фыркнула. — Нет. Я дракон с горного хребта Звездного Дракона.

— Дракон?! Вы заключили контракт с драконом, господин Сома?!

— Ну да... правда, мы немного нестандартные дракон и рыцарь, — сказал я удивленной Муцуми, криво улыбаясь.

Как только он узнал, что я заключил договор с драконом, мне показалось, что улыбка сэра Муцуми стала немного глубже. — Вот это да! Заключить договор с драконом, даже если вы не из королевства рыцарей-драконов Нотунга! Это поистине героическое достижение. Я в восхищении.

— Нет, послушайте,  мой контракт с Надин очень необычный, и...

— Не скромничайте. Я завидую тем, кому посчастливится выйти за вас замуж. Я надеялся, что мои собственные дочери смогут выйти замуж за такого человека, как вы.

— Уф...

Эй, приятель! Не так близко.

Сейчас он был странно настойчив. И странно, что он хочет навязать мне свою дочь.

Джуна неуловимо обхватила меня за руку.

Пока я соображал, в чем дело, Джуна прошептала так, чтобы только я услышал: — Будь осторожен. Я уверена, что сэр Мафей хочет иметь с вами связь, сир.

Связь... о, прямая линия?

Когда Мафей Чима послал просьбу о помощи в борьбе с нынешней волной демонов, он обнародовал свое намерение отправить шестерых своих способных детей в вассалы или брачные партнеры в зависимости от того, насколько усердно каждый из них работает.

Хотя это было сделано как приманка для привлечения подкреплений, это также был способ привлечь своих детей на службу к могущественным фракциям или женить их, чтобы усилить собственное влияние.

С точки зрения сэра Мафей, я, как временный король крупнейшей державы на востоке континента, был лучшей добычей, на которую он мог надеяться. Чего бы это ни стоило, он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы установить прямой канал связи.

Если это возможно, он явно хотел, чтобы я женился на его дочери и стал родственником.

Именно поэтому он пытался продвинуть Муцуми, которая была самой популярной добычей у других лордов, ко мне.

— Однако мне не очень нравятся его методы, — прошептал я в ответ так, чтобы слышала только Джуна.

Использовать помолвку своей дочери как инструмент. Это не должно было отличаться от того, что делал бывший король, сэр Альберт, но в этот раз все было гораздо неприятнее.

Сэр Альберт сделал все, что мог, ради моего будущего и будущего Лисии, и от всего сердца желал нам счастья. Он не просто использовал ее как политический инструмент.

Джуна снова прошептала мне: — Я понимаю, что ты чувствуешь, но без способности вести подобные переговоры, я уверена, ему было бы трудно сохранить независимость в регионе с таким количеством стран только с помощью дипломатии.

— ...Наверное, ты права, - пробормотал я.

Возможно, есть страны и земли, где выжить можно только с помощью хитрости и двуличия. Правда, мне не нравились его методы, но если секрет успеха этой страны заключался именно в этом, я не хотел осуждать.

— Все равно, когда он так старается, это больно, — пробормотал я. — Джуна, не могла бы ты немного побыть рядом со мной? Ему должно быть труднее заводить разговоры о браке, когда рядом присутствует моя невеста.

— Хи-хи, у этой роли есть свои плюсы, — хихикнула она. — Я рада, что осталась здесь.

Когда она сказала это с озорным смехом, Джуна была такой милой, что я не мог не смотреть на нее с обожанием.

Пока мы разговаривали, раздалось внезапное биение крыльев. Посмотрев вверх, я увидел белого тигра, красного дракона и бесчисленных виверн, спускающихся во двор.

Фуга, Хэл и остальные вернулись.

— Ха-ха-ха! Честное слово, среди них не было ни одного достойного противника! — заявил Фуга.

В отличие от Фуга, который поднимал свой клинок-полумесяц в радостном праздновании своего триумфального возвращения, Хэл держал поводья Руби с измученным выражением лица.

Если присмотреться, то на лбу у Хала была свежая рана. Что произошло на поле боя? Нужно ли мне спросить его об этом позже?

Фуга спрыгнул с белого тигра Дурги и широкими шагами направился к нам. — Герцог Чима, я пошел и убил гигантов там где собирался прорыв фронта.

— Ооо, превосходно, господин Фуга! Вы работаете с интенсивностью свирепого бога!

— Это ерунда. Пока мы здесь, эта страна не может проиграть. — С этими словами Фуга подмигнул Муцуми.

Муцуми улыбнулась, сложила руки перед собой и поклонилась. — Я рада видеть, что вы вернулись невредимым после того, как рассеяли наших врагов. Я потрясена вашей доблестью. Вы не знаете страха, господин Фуга?

— Нет, это все для того, чтобы я мог взять вас в невесты, — ухмыльнулся Фуга. — Спорим, мне нужно еще больше потрудиться.

Он вдруг заявил, что сделает ее своей женой?! Как дерзко.

Глаза Муцуми на мгновение расширились, когда он это сказал, но в итоге она хихикнула и улыбнулась. — Вы честный человек.

— Если я чего-то хочу, я так и говорю. Если я говорю это, я исполняю свое желание. Это мое кредо, — сказал Фуга, преисполненный уверенности.

Если он чего-то хочет... хм. Значит, он был из тех, кто живет в соответствии со своими желаниями и черпает в этом силу. Это делало его легко читаемым, но я бы испугался, если бы наши интересы когда-нибудь столкнулись. Как только этот человек решился что-то сделать, я сомневался, что он когда-нибудь отступит.

В этот момент я услышал голоса сзади нас. — "Ик?!"

Обернувшись, я увидел, что Хэл обнимает Каэдэ и Руби, которая вернулась в человеческую форму. Он фактически поднял их обеих.

Каэдэ удивленно замахала руками. — Ч-что, Хэл?! Что это ты вдруг делаешь?

Каэдэ продолжала протестовать, но Хэл не отпускал их обоих.

— ...Прости, — сказал он.

— А? — спросила она, выглядя смущенной.

— Я был близок к тому, чтобы забыть о вас двоих, даже на мгновение... мне действительно жаль, — серьезно сказал Хэл.

Каэдэ, похоже, что-то поняла, и осторожно похлопала Хэла по спине.

Руби тоже молча позволила ему делать то, что он хочет.

Я молчал. Должно быть, на поле боя действительно что-то произошло. Но, пока эти двое с ним, с ним все будет в порядке.

Даже когда кажется, что ты готов рухнуть, если рядом есть кто-то, кто заботится о тебе, ты можешь снова начать действовать. Я сам проходил через это несколько раз до этого момента. Чувствуя это тепло, вы можете подтвердить, что именно вы должны защищать.

Я хлопнул в ладоши, пытаясь вернуть себя в нужное русло. — Сэр Мафей. Подкрепление прибудет завтра. Я хотел бы обсудить приготовления.

Сэр Мафей нетерпеливо кивнул. — Ооо, конечно! У нас нет времени вечно хлопотать здесь. Давайте пройдем в замок. Идемте, идемте, сэр Фуга, все сюда!

С этими словами сэр Мафей начал вести нас за собой.

Прежде чем мы достигли внутренней части замка, я дал указания каждому из моих спутников, которые присутствовали там. — Айша, Джуна, Надин, Хэл, Каэдэ, Руби. Вы шестеро пойдете со мной. Отряд виверн будет стоять здесь до дальнейших распоряжений. Ку и Лерина, вы можете делать что хотите, но...

Я посмотрел на пару хозяина и слуги из Тургиса.

Ку скрестил руки за головой и рассмеялся. — Пока Брат ведет военные переговоры, может, мы немного осмотрим окрестности? Правда, Лерина?

— Я пойду с вами, но не создавайте слишком много проблем для здешних людей, хорошо? — выругалась Лерина.

— Оокякя! Я знаю!

Похоже, они собирались побродить по Ведану. Они просто пошли с нами по собственной воле, так что это было вполне нормально.

— Остались Томоэ и Инугами, — сказал я. — Инугами, я хочу, чтобы ты связался с Кагеторой. Сделай это как только вас проводят в ваши комнаты. Я могу оставить это на тебя?

— Понял. Что делать с охраной леди Томоэ в это время?

— Ах, да... что нам делать...?

— Я-я буду в порядке, — быстро сказала Томоэ. — Пожалуйста, исполняйте свой долг, господин Инугами.

Инугами выглядел обеспокоенным, но Томоэ улыбнулась.

Держит оборону в одиночку? Я немного волновался, но в этом замке она будет в безопасности.

— Ну, тогда ты можешь подождать в своей комнате? — спросил я.

— Поняла, — сказала Томоэ, приложив руку ко лбу в знак приветствия. Как очаровательно.

Я прочистил горло, чтобы не захвалить ее, а затем обратился к остальным. — Теперь вперед.

По моей команде каждый из них приступил к выполнению своих обязанностей.

Мы начали идти за сэром Мафеем, но... в этот момент мы что-то упустили из виду.

— ...Хи-хи!

Мы не обратили внимания на то, что хвост Томоэ завилял, когда она завороженно оглядывала окрестности.

Моя любимая сестренка была полна любознательности.

______________________________

Комацухимэ (1620 г.) ) была женщиной-воином в течение позднего периода Сэнгоку и начала периода Эдо .  Она описана как очень красивая, очень умная и искусная в бою.

Кайзер  - В немецком языке термин соответствует титулу «император» и применяется в германоязычных странах к императорам всех времён и народов.

Меня зовут Томоэ. Я приемная дочь бывшей королевской четы Элфридена, лорда Альберта и леди Элисия, что делает меня младшей приемной сестрой старшего брата Сомы и старшей сестры Лисии. В данный момент я нахожусь в комнате в замке сэра Мэтью, правящего герцогством Чима. Перед тем как покинуть эту комнату, старший брат Сома и господин Инугами дали мне инструкции.

— Хорошо, мы ненадолго оставим тебя одну, но, оставайся на месте и жди нас, хорошо?

— Я вернусь, как только закончу свою работу.

Оставшись одна в комнате, я некоторое время сидела на кровати, свесив ноги, но мне это быстро надоело, поэтому я спрыгнула с неё. А затем, тихонько подойдя к двери, я посмотрела наружу через небольшое отверстие.

В коридоре никого не было. Это было военное время, так что, возможно, у них не хватало людей.

Я выскользнула из комнаты, закрыв за собой дверь.

Старший брат и все остальные сказали мне оставаться в комнате и ждать, но мне очень хотелось исследовать замок.

Ведь когда мы учились вместе, мой учитель, господин Хакуя, сказал.

— Опыт, который ты получаешь в детстве, - это сокровище.

Я ответила.

—Я хочу вырасти и стать женщиной, которая сможет помочь моему старшему брату и всем остальным.

И его мягкий ответ.

— Не нужно торопиться. Пока ты ребенок, с детским сердцем, ты должна смотреть и слушать, и многое испытать. Чем старше ты становишься, тем больше теряешь свободу эмоций. То, что ты чувствуешь глазами и ушами сейчас, обязательно поможет тебе, когда ты вырастешь.

Сказав это, он погладил меня по голове.

Вот почему я хотела увидеть всё своими глазами. Не под защитой старшего брата или Инугами; я хотела сама исследовать это незнакомое место.

Было больно нарушать обещание, данное старшему брату, но я была уверена, что если я потом извинюсь, он меня простит.

Выйдя в коридор, я огляделась. В отличие от замка в Парнаме, замок герцога Чимы казался неизысканным. Здесь было не так много окон, поэтому было темновато, хотя сейчас была лишь середина дня.

Возможно, потому что все сражались внизу, под замком, казалось, что большинство людей, мимо которых я проходила, были служанками или другими людьми, которые не учавствовали в сражении.

Но ведь наша главная служанка Серина и одна из других служанок, Карла, умеют драться, верно? Может быть, одна или две из этих горничных тоже умеют драться.

Мой учитель всегда говорил:" Не стоит судить о людях только по их внешности", в конце концов.

Размышляя об этом, я заметила у окна служанку, у которой, похоже, был перерыв, и я попыталась спросить её, почему этот замок такой скромный.

— Маленькая девочка, я думаю, причина, по которой ты считаешь это место таковым, заключается в том, что этот замок существует исключительно в оборонительных целях, — любезно объяснила служанка. — Герцог Чима обычно выполняет свою официальную работу в здании в городе у подножия горы. Поэтому, когда началась война, он укрылся в этом замке, пока мы ждали подкрепления. Если мы сначала встретим врага у городских стен, а потом отступим сюда, как только они прорвутся, мы сможем продолжать сражаться, верно?

— Понятно...

Мне казалось, что замок отражает свою страну. Замок Парнам был построен на равнине, и он также был лицом страны, поэтому он был построен напоказ. А замок герцога Чимы был создан для обороны, поэтому он был невзрачным.

Было интересно увидеть лица людей, которые управляли такой страной.

О, но в последнее время замок Парнам...

Старший брат превратил большую часть своей комнаты в швейную мастерскую, сделал ресторан, где подавали блюда, созданные им и Пончо, и даже установил нечто под названием "лифт", который использовал гири, чтобы подниматься и спускаться по этажам без использования лестницы. Это было довольно нелепо.

Старшая сестра Лисия отчитала его за это, с хмурым лицом.

Ророа же, наблюдая за ними, смеялась от души...

Если форма страны проявлялась в облике её замка, делает ли это нынешнее королевство Фридония нелепой страной?

Хм... может, и так.

Там был заповедник носорогов, Национальная армия и даже черная Рю, летающая вокруг, чтобы рассказывать всем о погоде.

Однако, я была вовлечена, когда дело касалось глупых вещей, связанных с животными.

Я немного прошла, размышляя об этом, а затем остановилась.

— ...А?

Эм... Где находилось это место... точно?

Из-за того, что замок выглядел невзрачно, здесь не было много украшений, поэтому все коридоры казались одинаковыми. Одинакового цвета ковры, одинаковые двери, одинаковые канделябры... всё выглядело так одинаково, что я потерялась, пока витала в своих мыслях.

— Что же мне теперь делать?!

Мои глаза метались по сторонам.

Я вспомнила, что поднялась на один лестничный пролет... но где была эта лестница? Поскольку двери были расположены на равном расстоянии друг от друга, я не смогла бы найти нужную, даже если бы осмотрела всё вокруг.

Я продолжила свой путь бодрым шагом в надежде, что смогу спросить у кого-нибудь дорогу, но в нужный момент рядом никого не было.

Это было нехорошо.

Ооо... я заставлю старшего брата и всех остальных волноваться...

Я не могла представить себе ничего, кроме их обеспокоенных лиц, и от этого у меня заложило уши. Я просто хотела расширить свой кругозор, чтобы помочь им, но всё вышло наоборот.

Ооо... Где я, правда...? А?

Дойдя до конца коридора, я поняла, что стало немного светлее.

Похоже, эта дверь вела наружу, свет заходящего солнца струился внутрь."Если я выйду туда, кто-нибудь может меня найти." - подумав так, я вышла наружу.

Фуа?!

Я прищурилась от пронизывающего ветра.

Если посмотреть вверх, то небо было высоко, а если вниз, то там были булыжники. Похоже, это были стены замка.

О, я поняла... Я ведь поднялась по лестнице, верно?

Это должно быть снаружи, но это не может быть на уровене земли. Похоже, что замок герцога Чимы, поскольку он был не очень большим, был соединен с окружающими его стенами.

Пока я проходила вдоль края стен, я увиделаа нечто невероятное.

Если смотреть на север из этого замка, построенного на горе, я могла видеть город Ведан внизу, а за стенами, окружающими его, я могла ясно видеть силы Союза Восточных Наций, сражающиеся с монстрами. Я вспомнила то, что говорил господин Хакуя на уроке истории.

— Бывают и исключения, но занятие возвышенности обычно дает преимущество вашим союзникам. Это потому, что, имея возможность внимательно наблюдать за действиями противника, вы можете подготовить контрмеры. Если посмотреть на историю, то можно найти много примеров, когда побеждала сторона, занявшая возвышенность.

Я думаю, что он про это и говорил.

Затворившись в этом замке, наблюдая за врагом, пока отбиваешься, и ожидая подкрепления, герцогство Чима никогда не проигрывало. Это было новым открытием.

Потом я заметила, что кто-то сидит на краю стены.

— А? — удивленно произнесла я.

Судя по виду, это был мальчик примерно моего возраста.

Худой мальчик с каштановыми волосами всё время смотрел вверх и вниз. Когда я подошла посмотреть, что он делает, оказалось, что он что-то рисует.

На доске, висевшей у него на шее, был расстелен лист бумаги, и он все время что-то рисовал на нем углем, поднимал голову, смотрел в подзорную трубу, лежавшую рядом, а потом снова что-то рисовал, повторяя процесс снова и снова. Он был настолько поглощен своей работой, что даже не заметил моего приближения.

— Эм, что ты делаешь...?

— Ува?! — Мальчик был так поражен, что сразу же вскочил.

Он надел очки, которые оставил рядом с подзорной трубой, и пристально посмотрел на меня.

— Кто ты?

— О! Извини, что испугала. Меня зовут Томоэ.

— Я... Ичиха.

Ичиха? Он был примерно моего роста, может, чуть ниже. У него было нежное лицо и тонкие руки и ноги, поэтому я подумала, что он немного похож на девушку. Возможно, дело было в очках, но он выглядел так, будто хорошо учился.

— Ты из этой страны, Ичиха? — спросила я.

— Э-э, да... сколько тебе лет, Томоэ?

— Мне? Мне одиннадцать в этом году.

— Мне десять. Так что тебе не нужно быть со мной такой вежливой...(п/п: вся вежливость затерялась где-то в процессе перевода, так что просто представьте, что Томоэ говорила чересчур вежливым тоном)

Ха. Он был на год младше меня. Было бы неловко, если бы девочка постарше вела себя с ним очень официально.

— Хорошо, тогда я буду говорить нормально, — сказала я. — Ты тоже можешь говорить со мной, как хочешь, Ичиха.

— Хорошо... Томоэ.

— Итак, что ты здесь делал, Ичиха? Похоже, ты что-то рисовал...

— Ах!

Когда я попыталась заглянуть в его доску для рисования, Ичиха поспешил спрятать её

— Ах! — Возможно, я была слишком груба. — Прости. Ты стесняешься, что люди смотрят на твою работу, верно?

— Ах...! Эм... я не хочу показывать тебе её, или, может быть, я должен сказать, что будет лучше, если ты её не увидишь...

— Хм? Что ты имеешь в виду?

Если он собирался раздуть из мухи слона, то я просто не могла это так оставить.

Я пристально посмотрела Ичихе в глаза, давая ему понять это. — Я хочу это увидеть. — Я виляла хвостом, показывая, насколько мне это интересно.

Пока я продолжала смотреть на него таким образом, Ичиха сложил и неохотно протянул мне свою доску для рисования. — Позволь мне просто сказать... ничего интересного в этом нет, ясно?

— Эхехех.— Я взяла доску и посмотрела на бумагу на ней. — А? Это...

Увидев, что там нарисовано, я склонила голову набок.

Рисунок был гораздо лучше, чем я ожидается от десятилетнего ребенка, но что меня действительно привлекло, так это модель. Там было нарисовано загадочное существо.

Быстрыми мазками угля он нарисовал реалистичное изображение двухголовой собаки с крыльями, похожими на крылья летучей мыши. Если подумать, Ичиха смотрел в подзорную трубу, когда рисовал это. На что она была направлена, так это... на поле боя.

— Это рисунок монстра? — спросила я.

— ...Да.

На доске было несколько листков с рисунками, и, пролистывая их, я обнаружила, что там были рисунки множества различных монстров. Каждый из них был хорошо сделан и передавал то, что делало существо уникальным, но... что это было?

Я не чувствовала ничего особенного, просто глядя на один из них, но когда передо мной лежало несколько его рисунков, казалось, что здесь есть какой-то особый фокус. Это не было похоже на то, что он просто рисовал их в качестве хобби.

— Подожди, Ичиха... Ты рисуешь только монстров? — спросила я.

— Да.— Голос Ичихи звучал очень сухо. Его глаза дрожали от... как бы это сказать... одинокой грусти.

Пока я всё ещё не могла найти способа заговорить с ним, Ичиха издал самодовольный смешок.

— Это жутко, верно? То, что я здесь просто рисую картинки с монстрами.

— Эм, это не совсем...

— Не нужно заставлять себя. Я и так хорошо знаю, какой я чудак. Отцу и моим братьям и сестрам тоже не нужно мне рассказывать.

Я сглотнула.

Когда он произнес это, его одиночество стало очевидным, поэтому я вспомнила себя в прошлом.

До того, как меня нашел старший брат Сома , я считала себя никчемной. Будучи беженцами, мы потеряли свой дом, и я каждый день думала о том, что, должно быть, являюсь таким тяжелым бременем для матери.

Вот почему я...

Пощечина!

Я схватила Ичиху за щеки и уставилась прямо в его удивленные глаза.

— Бве! Что ты делаешь?! — закричал он.

— Я думаю, это хорошие рисунки. Я не очень хорошо разбираюсь в рисовании, но мне кажется, ты так хорошо изобразил монстров, что даже я могу понять их различные особенности.

— Тебе не нужно лгать, чтобы заставить меня чувствовать себя лучше... —  Слова Ичихи были невнятными из-за того, что я надавливала на его щеки.

— Я не просто делаю тебе комплименты! У тебя есть причина, почему ты рисуешь только монстров, верно? Я уверена, что  мой старший брат заинтересовался бы тобой!

Глаза Ичихи... они были похожи на глаза старшего брата Сомы или господина Хакуи. Это были глаза человека, чей взгляд сосредоточен на чем-то отличном от всех остальных.

От этого мне ещё больше захотелось познакомить его со своим старшим братом и учителем. Потому что я чувствовала, что они смогут найти в этом мальчике ту ценность, которую не могу найти я.

Я убрала руки со щек Ичихи и потянула его за руку.

— Погоди, зачем ты меня тянешь?! — закричал он.

— Ичиха, я хочу познакомить тебя с моим старшим братом. Я хочу, чтобы ты показал ему эти рисунки. Если ты это сделаешь... я чувствую, что что-то изменится.

— Что значит "что-то"?

— Что-то!

Я пошла прочь, таща Ичиху за руку... и затем быстро остановилась.

— Что случилось? — с сомнением спросил Ичиха, когда я внезапно остановилась.

— ...Теперь, когда я думаю об этом, я поняла, что заблудилась — призналась я. — Мне сказали остаться в нашей комнате, пока старший брат разговаривал с герцогом Чимой, но...

— Хахх... —  Ичиха вздохнул и почесал голову.

О! Этот жест! Это тоже было немного похоже на старшего Брата.

Ичиха вышел передо мной, и на этот раз он повел меня за руку. — Если ты одна из гостей отца, то, должно быть, приглашенная, я полагаю. Я покажу тебе дорогу.

— Правда?! Спасибо, Ичиха!

Когда я обняла его в знак благодарности, Ичиха стал ярко-красным.

— Подожди. — добавила я. — Ты только что сказал "отец"...?

— Я Ичиха Чима.

Пока я безучастно смотрела на него, Ичиха рассказывал с явным презрением к себе.

— Я - чудак... самый младший из восьми братьев и сестер Чима.

Ичиха вел меня обратно к месту, где находились старший брат и остальные, через один коридор за другим, как вдруг он остановился.

— Ах!

— Ичиха?

Я посмотрела вперед, гадая, в чем дело, и увидела трех крупных мужчин, идущих в нашу сторону. Все они были настолько мускулистыми, что это было видно сквозь одежду, так что было ясно, что это солдаты.

Меня беспокоило то, что все они выглядели ранеными.

У одного была рана на голове, лоб обмотан бинтами, у другого, похоже, была сломана рука, так как она была обмотана и висела на шее. У последнего, возможно, была сломана нога, так как он шел на костылях.

Солдаты тоже заметили нас.

— А? Что какие-то сопляки делают в таком месте? — произнес тот, у которого был поврежден лоб, похоже, он был в плохом настроении.

Затем, посмотрев на нас сверху вниз, он начал пялиться.

— Э-э-э... —  нервно произнесла я.

На нас смотрел страшный человек, и, похоже, он был в плохом настроении, так что у меня начали дрожать ноги. В эти дни меня окружали только такие хорошие люди, как старший брат Сома, господин Хакуя и все остальные. Даже до этого, в лагере беженцев, беженцы работали все вместе, чтобы выжить.

Поэтому я впервые столкнулась с тем, что кто-то смотрит на меня с такой открытой ненавистью. Это было очень страшно. Я хотела убежать, но мои ноги не двигались.

Пока я не могла ничего вымолвить от страха, мужчина на костылях начал разглядывать меня. — Она зверолюдка с севера? Она хорошо одета, но... Держу пари, она одна из этих беженцев.

— Тч! Что за бельмо на глазу. Какое-то отродье беженцев не должно бродить по замку. — Человек с рукой в перевязи выплюнул эти слова на меня с холодным взглядом. — Мы там сражались, и нас так сильно ранили, а какой-то беженец может спокойно сидеть в замке? Это неправильно!

— Эй, эй, не надо срываться на каком-то ребенке... — сказал другой солдат.

— Заткнись! Мы должны сбросить её с ворот замка и использовать как приманку для монстров. — С этими словами человек с рукой в перевязи потянулся ко мне своей здоровой рукой.

— Н-нет...! — пискнула я.

— Держись! — Чтобы защитить меня, пока я в ужасе закрывала уши, Ичиха шагнул вперед. — Эта девушка - гостья отца! Прекрати проявлять неуважение к нашей гостье! Кроме того, это не её вина, что ты пострадал, верно?!

— Что это было, сопляк?! — У Ичихи дрожали руки и ноги, но он все равно отчаянно держался и смотрел на них. — Держу пари, ты пострадал, пытаясь покрасоваться перед моей сестрой. И теперь, поскольку из-за травм вы больше не можете отличиться, вы вымещаете свое разочарование из-за проигрыша в борьбе за неё на этом ребенке!

— Ах ты маленький...! Следи за своим ртом! — Солдат с рукой в перевязи схватил Ичиху за воротник своей хорошей рукой.

Поскольку ему было всего десять лет, да он ещё и был маленьким, этого оказалось достаточно, чтобы поднять Ичиху в воздух. Ичиха застонал от боли.

Я пришла в себя и закричала.

— Прекратите!.

— Эй, это, наверное, перебор, — возразил один из других солдат.

— Подумай, что будет, если мы устроим здесь переполох, — согласился третий. — Это повредит нашему положению в Объединенных силах.

— ... Тч.

Когда двое других отчитали его, человек с перевязанной рукой нехотя отпустил Ичиху. Опустившись на землю, Ичиха громко закашлялся.

Я тут же бросилась к нему. — Ты в порядке?! Мне жаль, что ты прошел через это ради меня...

Кашляя, Ичиха сказал

— Это не твоя вина, Томоэ. Я сам виноват. — Ичиха улыбнулся, хотя и слабо. — Кроме того, если бы я бросил тебя здесь, моя сестра рассердилась бы. В конце концов, она запретила мне связываться с другими людьми.

— Ичиха...

— Подождите, этот парень, он ведь младший Дома Чимы, верно? — с тревогой произнес человек на костылях, глядя на Ичиху.

Услышав это, человек с рукой в перевязи разразился фыркающим смехом. — Что, убогий младший? Говорят, все его братья и сестры талантливы, но у этого коротышки нет ни малейшего дара, верно?

— Да, я слышал, именно поэтому он не участвует в награде на этот раз, — сказал человек с повязкой на лбу и кивнул.

Пока трое мужчин насмешливо смеялись над ним, Ичиха повесил голову и сжал кулаки, стоя на месте. Должно быть, он был раздосадован унижением, но делал всё возможное, чтобы подавить свой гнев.

Возможно, он думал, что я буду в опасности, если ситуация выйдет из-под контроля.

Может быть, он считал, что если насмехаются только над ним, то это нормально. Лишь бы они не обращали свое презрение на меня.

— Ха-ха-ха! Тяжело, наверное, герцогу Чиме иметь никчемного сына, — насмехался один из солдат.

— У него и лицо девичье. Жаль... наверняка нашлись бы желающие взять его, будь он настоящей женщиной.

— Гух... —  Стиснув зубы, Ичиха терпел словесные оскорбления.

"Хватит! Ты не должен проходить через это ради меня!" - подумала я и уже собиралась сделать шаг вперед, как... это случилось.

— ...У тебя есть какие-то дела с моей младшей сестрой?

Это был тихий голос, но явно наполненный гневом, и когда я подняла голову, то увидела, что старший брат Сома, Айша и Муцуми Чима, женщина, которую мы встретили во дворе, стояли по другую сторону от трех солдат. У Айши и Муцуми были сердитые лица, а старший брат Сома улыбался, но вот его глаза не улыбались.

Трое мужчин повернулись к новичкам и попытались пожаловаться.

— Что? Вы что, этот беженец...!

Прежде чем мужчина с перевязанной рукой успел вымолвить остальные слова, Айша приблизилась и схватила его лицо своей правой рукой. Мне показалось, что я услышала неприятный хлюпающий звук.

— ...Сир, — холодно произнесла Айша. — Могу я?

— Разрешаю.

Это был короткий, но тревожный обмен мнениями.

Затем Айша, невероятным образом, подняла мужчину одной рукой.

Сила, с которой она подняла взрослого мужчину, была невероятна сама по себе, но то, что у неё хватило хватки, чтобы не отпустить его лицо при этом, было просто поразительно.

Человек с такой хваткой на лице должен был испытывать невообразимую боль.

Он замахал руками, пытаясь бороться.

Айша посмотрела на мужчину и спросила

— Каково это - быть поднятым? Тебе это не нравится? Неужели твои родители никогда не учили тебя не поступать с другими так, как ты не хотел бы, чтобы поступали с тобой?

Ах! Но... когда мужчина поднял Ичиху, он сделал это за переднюю часть его рубашки, а не за лицо...

Оставшиеся двое мужчин разозлились.

— Что?! Кто этот темный эльф?!

— Почему, ты...! Отпусти его!

Они потянулись к рукояткам мечей на поясе, пытаясь достать свое оружие.

Когда им это удалось, Айша бросилась на них, используя человека, которого она подняла, как живой щит. Увидев стон первого мужчины, двое других попятились, не в силах выхватить мечи.

— Вы оба, прекратите это! — приказала Муцуми.

С этими словами мужчины опомнились и убрали руки с эфесов.

О! Это было верно. Если подумать, Ичиха говорил, что эти люди выбыли из соревнования из-за Муцуми. Другими словами, для них будет плохо, если Муцуми возненавидит их. Должно быть, они были взбудоражены и не заметили её присутствия до этого момента.

— Айша, ты тоже... я думаю, вы сделали достаточно, — произнес старший брат Сома , глядя на двух мужчин, которые теперь успокоились.

— Да, господин! — быстро ответила Айша.

— Вау... ой!

Внезапно отпущенный Айшей мужчина с рукой в перевязи упал на спину.

В то время как двое других отпрянули перед Муцуми, мужчина с рукой в перевязи, должно быть, всё ещё злился из-за того, что его унизили, потому что он уставился на старшего брата Сому с неспадающим гневом. — Почему, ты...! Кем ты себя возомнил, что так вмешиваешься?!

— Кем я себя возомнил...? Может, королём? — Старший брат Сома произнес это, как ни в чем не бывало.

Он сказал только правду, но тот, видимо, решил, что это шутка, потому что его лицо исказилось от ещё большего гнева.

—  Ты думаешь, что можешь шутить со мной. Я убью...

— Прекрати! Ты хоть понимаешь, с кем ты затеял драку?! — крикнула Муцуми, встав перед старшим братом. — Кто, по-твоему, этот человек?! Это сэр Сома Казуя, король великого южного государства, Объединенного королевства Эльфридена и Амидонии, понимаете?!

Трое мужчин внезапно впали в панику.

— Что?! Значит, этот человек... нет, этот господин... король Фридонии?! — закричал один из них.

Судя по их поведению, эти люди могли обладать значительным статусом в Союзе Восточных Наций. Они могли быть правителями своих стран или командовать целыми армиями. Но между страной Союза Восточных Наций и Королевством Фридония существовала огромная разница в силе.

Старший брат был тем, кого эти люди не могли позволить себе разозлить, и теперь, когда они поняли, что затеяли с ним драку, они не знали, что делать.

Что касается старшего брата...

— Кажется, я уже давно не занимался подобными вещами с Мито Кумоном...—  прошептал он про себя с язвительной улыбкой.

— Что такое Мито Кумон?— поинтересовалась я.

Что бы это ни было, но мужчины основательно сдулись, когда Муцуми закричала на них.

— Госпожа Томоэ, которую вы видите, - младшая сестра господина Сомы! Если вы грубо обошлись с госпожой Томоэ, неужели вы собираетесь вступить в противостояние с королевством Фридония?! Если вы собираетесь вызвать дипломатический инцидент с великой нацией юга, другие страны союза не будут молчать об этом!

— ""Н-нет, мэм! Мы искренне сожалеем!""—  Мужчины опустились на землю.

Затем они многократно склонили головы, причем не только перед старшим братом Сомой, но и перед Ичихой.

Они явно считали, что дипломатический инцидент может поставить под угрозу их положение. Они отчаянно молили о прощении.

Если никто ничего не сделает, то, судя по тому, как они это делали, похоже, что скоро они начнут тереться мордами о его сапоги.

Это было слишком даже для старшего брата.

Он вздохнул. — Достаточно. Проваливайте.

Трое мужчин ушли, отчаянно мотая головами на ходу.

— Честное слово, что за кучка нарушителей спокойствия, — возмутилась Муцуми. — Ичиха, ты в порядке?

— Да, сестра!

Подойдя к Ичихе, Муцуми положила руку ему на голову. — Это было хорошо, что ты защитил эту девушку. Но не стоит быть слишком безрассудным, хорошо?

— ...Да. Мне жаль.

— Я не сержусь. Я рада, что ты показал свою мужественность. — Мягко улыбнувшись, Муцуми погладила Ичиху по голове. — Итак, господин Сома , похоже, мы нашли вашу младшую сестру, так что я уже пойду. Что касается тех троих, я попрошу отца подать официальную жалобу в те страны, к которым они принадлежат.

— О! Конечно. Спасибо.

Муцуми поклонилась нам, прежде чем уйти.

В то время, как я чувствовала облегчение от того, что была спасена, внезапно, на меня упала тень.

Я нерешительно подняла глаза, и увидела старшего брата с серьезным выражением лица, на котором я не могла прочитать никаких эмоций. Рядом с ним стояла Айша, которая выглядела так, будто хотела помочь мне, но сдерживалась.

Старший брат присел, глядя мне прямо в глаза. — ...Томоэ.

— Д-да?

— Ты знаешь, что я хочу сказать?

— Да... прости, что сбежала одна и заставила тебя волноваться за меня.

Когда я тихо склонила голову, Сома слегка вздохнул.

— Мы те, кто заставил тебя стать нашей младшей сестрой. Поэтому я не буду говорить тебе "вести себя так, как подобает твоему положению" или что-то в этом роде.

Он не кричал на меня, просто спокойно говорил. В некотором смысле, это ранило сильнее.

— Но как твой старший брат, я волнуюсь всякий раз, когда думаю, что с тобой может случиться что-то плохое. Айша такая же. Она так разозлилась, потому что мне показалось, что они тебя напугали. Ну, думаю, причина, по которой я не остановил её, в том, что я тоже был зол...

— Все волновались. Я уверена, что господин Инугами всё ещё бегает вокруг и ищет тебя. — Голос Аиши был полон беспокойства, что только заставило меня чувствовать себя ещё хуже.

Я хотела стать кем-то, кто мог бы помочь старшему брату и всем остальным, но в итоге стала доставлять им неприятности. Это было совсем нехорошо.

И всё же, даже после того, что я сделала, старший брат сказал мне.

— Если с тобой что-то случится, то не только мы, Старшая сестра Лисия, твоя мама - Томоко, твой младший брат Ру, и твои приемные родители сэр Альберт и леди Элисия - все были бы опечалены.

— Да...

— Отныне, когда ты хочешь что-то сделать, бери с собой кого-нибудь для защиты, чтобы обеспечить собственную безопасность. Ты можешь использовать Инугами для всего, чего захочешь, так что, пожалуйста - ты ещё ребенок. Полагайся на других, чтобы они могли тебе помочь. — Старший брат смотрел прямо на меня.

Я снова склонила голову, сглотнув. — Хорошо... прости меня.

— Следи за собой впредь..., — продолжил он. — Фух. Ну, судя по опущенным ушам и хвосту, я бы сказал, что ты действительно размышляешь о том, что ты сделала, так что хватит читать нотации.

Старший брат встал, положив руку мне на голову.

— Ну, когда мы впервые встретились, ты был такой застенчивой и нерешительной во всем. Поэтому, как твой старший брат, я рад видеть тебя такой активной.

— Старший брат... —  пробормотала я.

— Это влияние Лисии? Если так, то я понимаю, почему ты хочешь быть немного озорной, но... всё в меру. В те моменты, когда тебе просто необходимо это сделать, положись на кого-то. Хорошо?

— Хорошо! — энергично ответила я.

Старший брат погладил меня по голове.

Затем он подошел к Ичихе, который молча наблюдал за развитием событий, и опустился на колени, чтобы они оказались на одном уровне глаз.

— Мне очень жаль, — сказал Сома . — Похоже, моя младшая сестра побеспокоила тебя. Спасибо, что защитили её.

— О, нет... я был слишком слаб, чтобы что-то сделать...

— Но ты ведь заступился за неё. Я знаю, как это страшно - стоять перед мужчинами со страшными лицами, когда ты слаб и не можешь ничего сделать. Я поражен, что ты смог сделать это в своем возрасте.

Сказав это, старший брат встал и протянул руку Ичихе.

— Я старший брат Томоэ, Сома Казуя. Приятно познакомиться.

— А...! Я Ичиха Чима.

Ичиха робко взял его за руку, и они пожали друг другу руки.

Старший брат, который был настолько хорош в поиске людей, что его называли маньяком-вербовщиком, пожимал руку Ичихе, в котором, казалось, было что-то уникальное, за что его никто не хвалил.

Видя, как они пожимают друг другу руки, я почувствовала, что сейчас что-то будет, и мое сердце слегка забилось.

Мальчик был худым, носил очки и выглядел немного слабым, но у него были те же привлекательные черты лица, что и у госпожи Муцуми, так что он должен был стать таким красивым и грамотным молодым человеком, от которого девушки будут просто тащиться.

Он был одет в типичную для этой страны одежду без рукавов, но мне казалось, что ему подошли бы кимоно и хакама писателя эпохи Мэйдзи. Мы были из другой страны, поэтому я не мог сделать их для него.

Может быть, потому что основная концепция одежды, которую они носили, была одинаковой, когда он стоял рядом с Томоэ, они выглядели как пара кукол.

Айша улыбнулась и сказала.

— Они оба выглядят так мило.

— Эм, что-то случилось? — нерешительно спросил мальчик.

Казалось, я смотрел на него слишком долго.

— Ооо, прости, — произнес я. — Я задумался. Э-э, сэр Ичиха... подожди, это звучит странно, называть так кого-то в возрасте Томоэ. Можно я буду звать тебя просто Ичиха, как и она?

— Ну, хорошо. Как вам будет удобно.

— Хорошо, Ичиха. Вне официальных мест тебе не нужно называть меня Сэр или Лорд. Ты можешь обращаться ко мне так же, как к Айше.

— Хорошо... Сома , — нерешительно произнес он.

Я снова пожал руку Ичихи.

Он выглядел ошеломленным всем, что только что произошло. Он посмотрел на Томоэ. — Ты была принцессой из Фридонии. Простите... возможно, я был груб с вами.

— Принцесса?! Нет, нет, вовсе нет. Я ничем особенным не выделяюсь, так что было бы неплохо, если бы ты вел себя так же, как и раньше. Это то, чего я хочу, вообще-то.

— Конечно. Хорошо...

Двое детей неловко замялись. Мы с Айшей наблюдали за ними с нежными улыбками.

— То, как они взаимодействуют, довольно мило, — произнес я.

— Да, действительно, — согласилась она. — Это навевает на меня горько-сладкое настроение.

Я положил руку на голову Томоэ. — Ну что, принцесса Томоэ?

— А! И ты тоже, старший брат!

— Принесло ли твое буйное маленькое приключение какие-нибудь плоды? Нашла ли ты что-нибудь интересное?

— Ах! Точно, старший брат! — воскликнула Томоэ, словно что-то вспомнив. Затем, обойдя вокруг Ичихи, она подтолкнула его ко мне.

— Погоди, Томоэ?! — вскрикнул он.

Ичиха уперся пятками, пытаясь сопротивляться, но, возможно, потому что Томоэ была немного старше, а возможно, потому что девочки в их возрасте немного сильнее, он не мог сопротивляться, приближаясь ко мне все ближе и ближе.

Что, черт возьми, делали эти дети? Это была какая-то неортодоксальная форма борьбы?

Пока я смотрел на них, склонив голову набок, Томоэ сделала невероятно серьезное выражение лица.

— Старший брат, не посмотришь ли ты на рисунки Ичихи?

— Т-Томоэ! — закричал мальчик.

— Рисунки? — спросил я.

Теперь, когда она упомянула об этом, у Ичихи на шее висела доска для рисования, а к ней было прикреплено несколько листов бумаги.

В замке я постоянно пользовался бумагой, но в этом мире она стоила довольно дорого. Технология её изготовления была отлажена, и она не была недоступна простым людям, но стоила она достаточно дорого, чтобы они не тратили её впустую. Если ему свободно давали бумагу для рисования, это действительно показывало, что он сын главы страны, пусть и небольшой.

Чтобы не пугать Ичиху, я присел и сравнял уровень своих глаз с его. — Итак... Эти рисунки, могу я их увидеть?

Возможно, Ичиха был смущен, потому что он покачал головой вверх-вниз, его лицо было обращено вниз. Он протянул мне доску для рисования, и мы с Айшей вместе взглянули на нее.

— Это... изображение монстра? — спросил я.

— Ооо, это очень хорошо нарисовано, верно?

Рисунок был угольным эскизом монстра. Это был летучекрылый цербер... нет, там было только две головы, так что это был ортрус. Он был нарисован в очень реалистичной манере. Казалось, он хорошо передавал различные части тела существа. Трудно было поверить, что это работа ребенка в возрасте около десяти лет.

Тем не менее, он был хорош только "для работы ребенка."

У меня не было большого... или какого-либо... образования в области искусства, но я мог сказать, что, хотя этот рисунок не был произведением искусства, он всё же был хорошо сделан.

Несмотря на то, что рисунок был выполнен в реалистичном стиле, не было ощущения движения, как будто я смотрю на картинку из энциклопедии. Если это всё, на что он способен, то в нашей стране полно людей с таким уровнем таланта... стоп, каким образом я смотрел на детский рисунок?

Возможно, это было связано с моим вечным поиском человеческих ресурсов, но у меня развилась тенденция искать любые уникальные дары людей при первой встрече. Однако, эта привычка была грубой по отношению к собеседнику, поэтому мне действительно нужно было её исправить.

Размышляя об этом, я перелистывал страницы...

— А?

И тут я кое-что заметил.

Под первым рисунком монстра был ещё один; на самом деле их было несколько. Но на картинках под ним было нарисовано несколько квадратных рамок.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что части тела монстров были окружены рамками.

Если вернуться к крылатому ортрусу, то под ним была ещё одна картинка, которая, скорее всего, была рисунком другого монстра.

На этом рисунке была одна рамка вокруг крыльев, одна вокруг тела и по одной вокруг каждой из двух собачьих голов.

На рисунке под ним, изображавшем огра с гноящимся телом(огра-зомби), одна рамка была вокруг всего тела, через неё проходили диагональные линии.

У двухголового огра рамка под ним была вокруг всего тела, а затем вокруг одной из голов.

Может ли это быть...?

Скорость, с которой я перелистывал страницы, увеличилась. Я листал туда-сюда, сравнивая рисунки. При ближайшем рассмотрении оказалось, что тело собаки не было похоже на тело собаки. На ногах у него были копыта, так что он мог быть ближе к сероу. Тело ортруса выше было собачьим, как и следовало ожидать, поэтому было ясно, что это другая особь.

Эти кадры... без сомнения. За ними стоят правила.

Я так пристально смотрел на рисунки, что Айша забеспокоилась. — Сир? Что-то случилось?

— О, простите. Я слишком сосредоточился на рисунках.

— Что-то в них привлекло твое внимание?

— Да. Эй, Ичиха. У тебя есть ещё какие-нибудь рисунки таких монстров?

Ичиха удивленно моргнул и наклонил голову в сторону. — У меня в комнате их много. Хочешь пойти посмотреть?

И вот, в комнате, куда нас привел Ичиха, мои глаза снова расширились от удивления.

— Вау...

Стены в основном были покрыты рисунками монстров.

Напуганная этим зрелищем, Томоэ крепко обняла меня за ногу. Справедливо; в зависимости от того, как на это смотреть, это может быть тревожным зрелищем. Но в данный момент меня заинтриговали рисунки.

На каждом из рисунков на стенах были нарисованы квадратные рамки, как и на тех, что я рассматривал раньше. Кроме того, рисунки на стенах были рассортированы по типам частей тела.

Одна секция была посвящена монстрам с крыльями, похожими на крылья летучей мыши, а другая - монстрам, которые гноились, как зомби.

Глядя на эту сцену, я обрел уверенность. — Ичиха, ты не просто рисовал монстров, ты классифицировал их по частям тела и статусу, верно?

Ичиха кивнул. — Верно. Эта страна находится рядом с землями Владыки Демонов, поэтому здесь появляется много монстров. Наблюдая за ними с высоты стен, я заметил, что у некоторых из них похожие части тела. Это натолкнуло меня на мысль, что я могу сортировать их по частям тела, поэтому я так нарисовал их.

Я знал это. Эти квадратные рамки разделяли монстров на части.

Если там был летучекрылый ортрус, то его можно было разделить на четыре части. Рамки с диагональными линиями обозначали особь с гноящейся плотью. Рамка внутри рамки у двухголового огра означала ненужную часть, приклеенную к другой особи.

Ичиха разделил монстров по их уникальным признакам, создав на основе этого систему категорий.

— Томоэ, было неправильно с твоей стороны улизнуть, ничего не сказав, но... найти Ичиху, возможно, было большим достижением, — сказал я.

— Старший брат?

Я положил руку на голову Томоэ. — Эти картины - сокровища человечества.

— Н-не может быть, ты преувеличиваешь. — Ичиха замялся и покачал головой, но я полностью верил, что эти разделенные на категории фотографии имеют такую ценность.

По стандартам этого мира и его людей, монстры были аберрантными существами. Как бы монстр ни выглядел, это было "подобающе монстру", поэтому никто не задумывался об их ненормальности. Даже я не задумывался. Это был мир магии, поэтому я спокойно принимал то, что в существовании монстров нет ничего странного.

Однако, увидев рисунки монстров, развешанные в этой комнате, я изменил свое мнение. Даже те монстры, которые выглядели как случайные отклонения, на самом деле подчинялись системе правил.

Если бы я изучил рисунки в этой комнате, то смог бы узнать, какие части монстра обладают теми или иными способностями. Если бы мы знали, какими способностями обладает каждая часть, мы могли бы определить, какие монстры могут и не могут летать, а также примерно определить, насколько они ловкие, просто увидев их форму.

Это было бы полезно не только в бою.

То, что мы узнали в Королевстве Ластания - что мясо монстров съедобно, - можно было бы определить более конкретно. Например, если бы мы знали, какие части съедобны, а какие опасны или токсичны, мы могли бы принимать решения о том, каких монстров можно или нельзя есть. Это расширило бы круг съедобных монстров за пределы летающего цучиноко.

Части монстров можно использовать не только для еды. В изобретениях Жени, гениального ученого, часто использовались части монстров.

Части монстров бывают сложной и странной формы, поэтому до сих пор у нас было только то, что попадало к нам в руки, что делало эти предметы ценными из-за их редкости. Однако, если бы мы знали применение каждой части, то скорость сбора этих частей после победы над монстром возросла бы.

Если бы такие искатели приключений, как Юнона и её спутники, увеличили скорость сбора частей, которые раньше оставляли в трупах монстров, убитых в подземелье, предложение на рынке выросло бы, а цена упала.

Было бы неплохо распространить это знание среди гильдии искателей приключений и гильдии торговцев. До сих пор они собирали только те детали, ценность которых была очевидна, но если бы цены были на всё, это помогло бы наполнить кошельки и авантюристов. Это, в свою очередь, позволило бы им принять решение избегать ударов по редким деталям.

По сути, эти рисунки, нарисованные Ичихой, скрывали в себе потенциал влияния на многие вещи в этом мире, включая общественный порядок, культуру питания, науку и технику, а также экономику.

Серьезно, это невероятная находка...

Страшно было даже представить, насколько ценными могут быть эти разделенные на категории рисунки.

Но и это было ещё не всё. Тот, кто нарисовал эти рисунки и обнаружил некий порядок в хаотическом беспорядке монстров, был всего лишь десятилетним мальчиком.

Это было ужасно.

Если я оставлю его на попечение Хакуи, в какого монстра он вырастет?

Он был единорогом Союза Восточных Наций. Я мог только вздыхать от восхищения.

Я хочу этого ребенка для нашей страны. Я бы принял его на выгодных условиях, если бы он только вызвался добровольцем.

Мой инстинкт качественных человеческих ресурсов кричал мне, что нужно заполучить его пораньше и завербовать, пока он ещё не созрел.

— Говорят, каждый из детей герцога Чимы превосходен... и это правда, — сказал я. — Ичиха, ты, вероятно, лучший, на сегодняшний день.

— Н-нет! Меня не причисляют к талантливым детям! — Ичиха выглядел взволнованным и дико размахивал руками.

— Не считаешься? Значит, ты не включен в награду?

— Да. Потому что я слабый, и они говорят, что я чудак...

— Серьезно? — произнес я недоверчиво. — Как они могут быть настолько слепы?

Если бы я смог получить Ичиху, основываясь на своем вкладе в войну, я бы отпихнул этого Фуга в сторону и пошел бы за славой первого места.

Если бы это не было признано, я мог бы прибегнуть к использованию своих привилегий как великой силы.

Нет, подождите. Если он не был частью награды, разве это не оставляло все возможности для переговоров? О! Я не был так уверен в том, что внезапно оторву такого юного ребенка от его семьи, но... всё же...

— Сир, — произнесла Айша. — Вы невероятно сильно хмуритесь. Что-то случилось?

Мое ворчание и мучительный вопрос заставили Айшу снова забеспокоиться.

— О, нет, — быстро ответил я. — Я в порядке. Просто в порядке.

Что ж, беспокойство об этом здесь ни к чему хорошему не приведет.

Сначала я должен был их выслушать и выяснить, есть ли возможность для переговоров.

— Ичиха, я бы хотел расспросить тебя о деталях, — сказал. — Ты не против?

— А...? Конечно... Если ты считаешь, что стоит поговорить со мной...

— О, я знаю! Давай поговорим об этом за жареными сладостями, которые Пончо дал нам, когда мы уходили! — Я с ликованием вывел Ичиху из комнаты.

Айша и Томоэ смотрели друг на друга, не зная, что делать с тем, что я веду себя так странно, потому что взволнован этим неожиданным открытием.

— Его Величество всегда выглядит наиболее оживленным, когда встречает интересного человека, верно? — сказала Айша. — Это напоминает то время, когда он впервые обнаружил сэра Пончо.

— Хи-хи. Похоже, я была права, когда подумала, что может что-то произойти, если я сведу вместе старшего брата и Ичиху.

— Не зря ты младшая сестра Его Величества и ученица номер один сэра Хакуи. — Айша погладила её по голове.

— Ти-хи-хи! — Томоэ смущенно хихикнула.

— Ну что, нам пора идти? — спросила Айша. — Они оставляют нас позади.

— Точно!

С кривыми улыбками они побежали за нами.

Это случилось, когда я вел Ичиху обратно в приготовленную для нас комнату.

Я увидел маленькую фигурку, идущую в нашу сторону по коридору. Когда мы приблизились, я понял, что это девочка примерно возраста Томоэ, может быть, чуть старше.

Когда девушка заметила нас, она воскликнула "Ах!" - и бросилась к нам. — Черноволосый молодой человек с женщиной-воином темного эльфа в качестве телохранителя. Как и было сказано в информации.

Она была примерно одного роста с Томоэ, так что ей было двенадцать, может быть, тринадцать?

Одетая в светло-голубую одежду в стиле кочевников, с темно-синими волосами, завязанными в хвост, она производила впечатление сильной девушки с глазами, полными жизненной энергии. Если бы я сравнивал её с кем-то из моих знакомых, она была бы похожа на Лисию или Надин. В будущем она вырастет совсем иного вида красавицей, чем Томоэ.

Другой её отличительной чертой были крылья, которые я мог видеть над её плечами.

— Вы случайно не тот господин Сома Казуя, о котором говорил мой брат? — спросила меня девушка с двумя хвостами и глазами, полными огня. Они были похожи на глаза охотника, который нашел свою добычу.

От этого пристального взгляда я почувствовал себя неловко и почесал щеку, отвечая. — Ну, да, но... подожди, брат?

И тут меня осенило. Эти крылья, этот цвет волос, может ли это быть...?

— Может, ты младшая сестра Фуга? — спросил я.

— Меня зовут Райга Хан. Понятно... вы, должно быть, Великий король Фридонии.

Великий король? Давненько меня так не называли. У колоссального кальмара и гигантского изопода в японских названиях было "Великий Король", так что это напоминало мне о мерзко выглядящих существах, и мне это не очень нравилось.

Райга снова начала пристально смотреть на меня.

— Ты выглядишь слабым для Великого короля. Мой брат намного сильнее, — прямо сказала она.

Это был факт, поэтому я пожал плечами. — Конечно, если ты собираешься сравнивать меня с Фуга...

— Погоди,это же Райга? Тебе не кажется, что ты грубишь Его Величеству? — сказала Айша, стоя перед ней с принужденной улыбкой.

О, она улыбалась, но, да, она была очень зла. Возможно, она понимала, что было бы незрело серьезно расстраиваться из-за ребенка, но её улыбка становилась всё жестче.

Под давлением улыбки сильнейшего воина нашей страны (ярости), Райга пошатнулась. — Ах...! Э... Э...

Куда делась её сила духа? Теперь Райга выглядела совершенно испуганной. Она напряглась, как олень в свете фар, и не могла произнести ни слова.

Это было плохо, верно? Если мы заставим её плакать, это может привести к проблемам.

— Айша, она всего лишь ребенок... хорошо? — сказал я, пытаясь успокоить Айшу.

Я не был взволнован тем, что она сказала, и я не хотел начинать драку с одним из родственников Фуга из-за беспокойства о том, как я выгляжу как король...

Фуга внезапно появился и обрушил кулак на голову Райги. — Ах ты, соплячка!

Боп!

— Ой-ой-ой!

Мужчина был воином, которого Айша считала сильнее её, поэтому он, должно быть, сдерживался, но это всё равно было больно, потому что Райга присела и схватилась за голову со слезами на глазах.

— Тебе было сказано оставаться в нашей комнате! — выругался Фуга.— Ты всё время убегаешь.

— Ой... но оставаться в комнате скучно!

— Это ты решила пойти с нами! О чем ты только думала, решив в одиночку связаться с королем другой страны?! Мы здесь не в степи!

Затем Фуга переместился и встал передо мной, склонив голову и заставив свою сестру тоже склонить голову.

— Простите мою сестру. Она хлопотливый маленький сорванец. Если она чем-то обидела вас, то я прошу прощения. Иди сюда, ты тоже, Райга.

— Ах... Мне жаль...

— Э, нет, вы можете поднять головы, — неловко произнес я. — Она не была настолько грубой, и она всего лишь ребенок. Моя собственная младшая сестра всё равно затевает такие же шалости.

— Приятно слышать это от тебя. — сказал Фуга, с улыбкой поднимая голову. Заметив позади меня Томоэ, он добавил

— Это та младшая сестра, которую ты имел в виду?

— Я - Томоэ. — Томоэ качнула головой.

Увидев этот очаровательный жест, Фуга усмехнулся. — Я вижу, она знает манеры, в отличие от нашей нахальной девчонки. А! Я знаю! Эй, Сома . Поскольку я уже навязываюсь тебе, у меня есть просьба...

— Просьба? Ко мне?

— Да. Если только ненадолго, не мог бы ты присмотреть за Райгой для меня? — Он подтолкнул свою младшую сестру к нам.

Возмущенная тем, что с ней обращаются как с кошкой, Райга громко запротестовала. — Подожди, старший брат?!

Однако Фуга рассмеялся, казалось, его это нисколько не волновало. — Герцог Чима попросил меня обойти все лагеря на поле боя, сообщив им, что скоро прибудет подкрепление из Королевства Фридония. Это поднимет боевой дух.

— Понятно... —  пробормотал я.

— В таком случае, я бы хотел, чтобы ты присмотрел за Райгой, пока я буду этим заниматься. Похоже, что с тобой есть кто-то примерно её возраста, так что это будет не так скучно для Райги, как оставаться в комнате одной.

— Я не против, но... разве ты не хочешь оставить телохранителя со своей сестрой? — спросил я.

Фуга погладил Райгу по голове. — Она из тех, кто будет издеваться над своими телохранителями, чтобы делать всё, что ей заблагорассудится. Поскольку она моя сестра и всё такое, все её балуют, поэтому я думаю, что она будет вести себя лучше, если будет с посторонними. Кроме того, Сома, ты не похож на человека, который будет плохо обращаться с доверенным тебе ребенком.

— Это не плохо, когда тебе так доверяют, но... ты ведь сам король, Фуга? Это делает юную госпожу Райгу членом королевской семьи. Я не знаю, как можно внезапно взять на себя ответственность за королевскую семью другой страны...

— Не будь таким жестким, — сказал Фуга. — Я просто прошу тебя посидеть с ребенком. Или, что, ты из тех, кто вожделеет детей?

— Нет, черт возьми!

— Ха-ха-ха! Что ж, это облегчение. Это всего лишь на некоторое время. Ладно, я рассчитываю на вас.

Не давая нам времени ответить, Фуга убежал по коридору.

Он появляется из ниоткуда, сплавляет нам свою младшую сестру, а потом уходит... он действительно похож на проходящий ливень.

Нет, учитывая то, каким вспыльчивым он может быть, он был внезапной бурей?

Я взглянул на Райгу. — Он всегда так торопится?

— Ты не можешь его винить в этом. Просто мой брат такой. — Наверное, она привыкла к такому обращению, потому что Райга просто пожала плечами.

Что ж, теперь, когда парень, который оставил её с нами, сбежал, не было особого смысла вечно стоять в коридоре.

— Может, вернемся в комнату? — спросил я.

В выделенной нам комнате для гостей, которая казалась немного более красиво обставленной, чем остальные, Айша, Джуна, Надин и я ели имбирные снеки, которые дал нам Пончо, слушая рассказ Ичихи.

— О, это случилось...?  (Мунк, мунк.)

— Да. Это так. (Мунк, мунк.)

Дом Чима был семьей из девяти человек, состоящей из одного отца и восьми детей, их мать умерла, когда они были маленькими. Остальные братья и сестры были одарены в боевых искусствах, стратегии и магии, но, по сравнению с их славой, Ичиха, со своим слабым телом, чувствовал себя не в своей тарелке.

Он не был в особенно плохих отношениях со своими братьями и сестрами, но у него был комплекс от того, что его сравнивали с ними. Его также считали странным за то, что он рисовал картинки с монстрами.

Кажется, только Муцуми пыталась поощрять Ичиху, но даже она не смогла понять его дар.

— Не знаю, мне кажется, что это просто пустая трата времени, — разочарованно произнес я.

— В этой местности много интриганов, поэтому уважают только тех, кто обладает боевыми способностями или стратегическим мышлением, — объяснил Ичиха. — Воины, которые могут добиться результата на поле боя, или стратеги, которые могут получить преимущество в переговорах. У меня не было ничего подобного.

— Ну... ценности меняются в зависимости от того, где ты живешь, — признал я.

Вот почему никто не замечал таланта этого мальчика. Даже его собственная семья.

Мне было жаль Ичиху, но когда я подумал, что Томоэ первой распознала его дар, я почувствовал гордость за неё. Мне захотелось похвастаться перед всеми, какой замечательной была моя младшая сестра.

Конечно, с точки зрения секретности информации, мне пришлось бы держать рот на замке.

— Перестань ухмыляться, — сказала Надин. — Совершенно очевидно, о чем ты думаешь, ясно?

Я похлопал себя по щекам. Неужели это было так легко понять? Я посмотрел на Айшу и Джуну... они демонстративно отвели глаза.

...Видимо, так и было. Что ж, это нехорошо.

Затем я услышал смелый голос. — И, честно говоря, именно поэтому мой брат просто потрясающий, верно?

— О-о, да... понятно...

Рядом с нами Райга рассказывала Томоэ истории о своем брате.

— Итак, после того как мой брат вышел на поле боя и в одно мгновение сразил храброго воина вражеского племени, воины противника пришли в ужас, — продолжала Райга. — Они тут же сломали строй и обратились в бегство. Конница Тембока, конечно, преследовала их, так что все вражеские командиры остались без головы.

— У-у-ух... ничего себе... —  Томоэ казалась немного обескураженной, она слушала с вежливой, но вынужденной улыбкой.

Если бы кто-то собирался хвастаться перед ней своей семьей, да, вероятно, именно такое лицо она бы в итоге и сделала.

Тем не менее, Райга, казалось, ничего не замечала и продолжала рассказывать с удовольствием.

— Летающего тигра, на котором ездит мой брат, зовут Дурга. Я слышала, что  мой брат встретил его, когда в одиночку отправился в земли Владыки Демонов. Когда он увидел, как тот в одиночку сражается со стаей чудовищ, мой брат пришел ему на помощь. Они быстро подружились, и с тех пор они вместе.

Фуга был в землях Владыки Демонов один, без телохранителей?!

Независимо от того, насколько высока была его сила, это было безрассудством. Это выходило за рамки смелости и переходило в глупость.

Кроме того, белый тигр, на котором он ехал, назывался летающим тигром?

— Погодите, это было существо из земель Владыки Демонов? — пробормотал я, глядя на Ичиху. — Может ли это быть монстром?

— Я не знаю.— Он покачал головой. — Я тоже никогда не видел такого существа раньше. Даже если бы это был монстр, это был бы очень необычный вид. Я впервые вижу существо, которое может летать без крыльев.

— Правда? — Я взглянул на Надинн. — Знаешь, одно из них находится ближе, чем ты думаешь.

Она раздраженно отвернулась, как бы говоря:"Не смотри на меня, когда так говоришь."

Сначала я подумал, что она дуется из-за того, что я отнесся к ней как к необычному существу, но потом она яростно добавила.

— Не надо сравнивать меня с каким-то тигром, который даже не может принять человеческий облик!. — Чувствовала ли она враждебность по отношению к Дурге?

Затем, краем глаза, я заметил, как Райга ущипнула Томоэ за щеку. — Боже, ты всё это время только улыбалась и кивала, Томоэ. Ты вообще слушаешь?

— Ахм лишнинг, ахм лишнинг!

Судя по выражению лица Томоэ, это было не больно. Я был рад, что они не дерутся.

Когда Райга отпустила Томоэ, она скрестила руки перед собой и выпятила грудь. — Что ж, полагаю, ты ещё слишком молода, чтобы понять величие моего брата.

— Мург... сколько тебе лет, Райга?

— Тринадцать.

— Ты всего на два года старше меня.

— Это огромная разница. ещё через год я смогу (едва ли) жениться.

— Муг...

Похоже, в этом мире брачный возраст был низким.

Хотя, даже по меркам этого мира, четырнадцать лет считалось бы ранним возрастом. Райга говорила в основном из тщеславия, я полагаю. Кроме того, если они соперничали из-за возраста, это делало их обоих детьми.

Я посмотрел на женщин в комнате. — Разве быть достаточно взрослой для замужества - это то, из-за чего девушки соревнуются?

— ...Ты спрашиваешь нас об этом? — недоверчиво спросила Надин.

— Тринадцать - это ещё младенец, — ответила Айша. — Мы, темные эльфы, не можем жениться до тридцати лет.

Ну, в конце концов, они были из долгоживущих рас.

И обе они упрямо не хотели говорить мне об этом, так что я не знал ни одного из их настоящих возрастов.

— В конце концов, замужество - это главное событие в жизни женщины, — с улыбкой сказала Джуна.

В конце концов, в этом мире с его широким диапазоном продолжительности жизни не было смысла сравнивать возраст, но, возможно, девушки все ещё беспокоились об этом.

Как бы то ни было, всего за один день Томоэ обрела двух друзей, с которыми могла непринужденно общаться. Как её старший брат, я должен был порадоваться за нее.

— Он ездит на тигре! — воскликнула Райга. — На тигре! Мой брат действительно особенный, ты знаешь!

— С-Старший брат ездит на Рю!

— Что, ты пытаешься соревноваться со мной?!

— Да, пытаюсь!

Возможно, они злились, потому что, я могу поклясться, что там, где встречались их глаза, вспыхивали фейерверки.

...Возможно, мне нужно было поговорить с Томоэ о том, чтобы она тщательнее выбирала друзей.

Это был трудный час.

_________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Вечер. Атаки монстров ослабли, и когда мы услышали, что Фуга вернулся с поля боя, мы привели Райгу во двор, где он должен был приземлиться.

Когда мы пришли туда...

— Ха-ха-ха! Хорошо! Давай еще! — воскликнул Фуга.

— Не надо меня недооценивать! — крикнул Хэл в ответ.

Хэл и Фуга вели интенсивный обмен ударами.

Каэдэ и Руби тоже были там, так что...

— Эй, почему они дерутся? — спросил я, но они, видимо, были поглощены наблюдением за боем, потому что ответа не последовало.

Двойные змеиные копья Хэла и полумесячный клинок Фуга с криком столкнулись, и звук от удара разнесся эхом несколько раз.

Судя по общему настрою увлеченных солдат, наблюдавших за происходящим, я предположил, что это была шуточная битва, но поскольку каждый из них использовал свое любимое оружие, напряжение было на другом уровне.

Хэл нанес Фуга серию ударов двумя копьями, но Фуга, отбивая их, переключался между концом лезвия и острием своего полумесяца. Затем, увидев просвет, Фуга сделал выпад своим полумесяцем, но Хэл скрестил свои Двойные Змеиные Копья, чтобы блокировать его.

После невероятной битвы в формате «туда-сюда» я не мог сказать, кто из них превосходит в боевом мастерстве. Однако Фуга выглядел самым спокойным.

— У тебя хороший дух! Даже в моей стране не так много таких храбрых воинов, как ты! — воскликнул Фуга.

— Хватит болтать! Не делай вид, что для тебя это легко!

Хэл, с другой стороны, казалось, разгорячился... этот парень был вроде как королем другой страны, поэтому я хотел бы, чтобы он следил за своими словами, но Фуга был не из тех, кого это волнует.

Затем Хэл отпрыгнул назад, когда Фуга сделал сильный замах, и, парируя удар одним копьем, бросил в сторону Фуга его близнеца.

Он сделал бросок из неуравновешенного положения, но, только что закончив атаку, Фуга не смог среагировать так неожиданно.

— Ого, это опасно! — Фуга наклонил верхнюю часть тела назад, уходя от удара. Можно ли так уклониться?

Для того, чтобы провести повторную атаку, Хэл еще раз ударил своим вторым копьем.

— Да! — крикнул он. — Что ...?!

—  Халберт? У тебя действительно хорошие нюхи навыки. — Фуга отпустил свой полумесячный клинок и взял упавшее на землю Копье Двойного Змея. — Еще пять лет тренировок, и, возможно, ты догонишь меня.

— Что...! Что?!

Когда Фуга схватился за цепь, он повернул свое тело, чтобы раскачать Хэла. Как при метании молота, Фуга заставил Хэла бегать кругами вокруг него. Затем, после полутора кругов, Фуга отпустил цепь, и от избытка импульса Хэл упал на землю.

Фуга хлопнул в ладоши и сказал: —  Но к этому моменту я буду еще дальше.

Он был силен. Он буквально раскачивал Хэла.

Он обладал таким подавляющим боевым мастерством, что я мог понять, почему Айша его опасалась.

— Хэл! — закричала Каэдэ.

— Держись, ты в порядке?!

Каэдэ и Руби одновременно подбежали к нему.

У Хэла, должно быть, разбежались глаза, потому что он схватился за лоб, бормоча про себя: — Он  слишком сильный....

— Хм? Это же Сома. — Заметив нас, Фуга подошел к нам. — Я благодарю вас за то, что присмотрел за Райгу. Это была большая помощь.

— Это хорошо, но... почему вы сражались с нашим Халбертом?

— Это была шуточная битва, просто шуточная. Если я буду сражаться только со слабыми монстрами, мои навыки сгниют. Там был парень, который выглядел так, будто имел представление о том, что он делает, поэтому я попросил его сразиться со мной.

Слабые монстры...? Фуга, вероятно, был единственным, кто видел их такими.

В Королевстве Ластания мы не знали, какими особенностями обладают монстры, поэтому наблюдали за их формами и поведением, готовились и находили эффективные способы борьбы с ними.

Хакуя, Каэдэ, Юлий и я ломали голову над стратегией, понимая, что монстры пугают.

Однако для Фуга все это были лишь мелкие уловки.

Если у него было боевое мастерство, чтобы преодолеть любые трудности, и мужество, чтобы поверить в эту силу, он мог встретить любого врага без страха. Он не был просто пустым лидером.

Люди собирались, потому что их привлекала доблесть Фуга, и они верили, что с ним они смогут преодолеть все.

Фуга посмотрел на Айшу рядом со мной и сказал: —  Я хотел бы попросить разрешения сразиться с этой девушкой.

— Ты имеешь в виду Айшу?

— Я могу сказать по ее лицу. Она довольно искусна. Я думаю, это будет хороший бой.

— Нет, но это... —  Я взглянул на Айшу.

Ее глаза горели желанием сражаться. — Сир, я также хочу сразиться с сэром Фуга. Нечасто мне выпадает шанс встретиться с человеком его уровня. Это будет хороший шанс поразмыслить над моей собственной техникой.

Она была готова к бою. Ни один из них, похоже, не собирался отступать.

— ...Очень хорошо. Но я не хочу, чтобы ты пострадала или навредила ему.

— Да, сир. В конце концов, он король другой страны. Я понимаю.

— Фуга. Айша - женщина, которая станет моей королевой. Это будет проблемой, если она будет ранена.

— Я понял. Я сдержусь.

А... когда она услышала слова «сдерживаться», Айша, должно быть, восприняла это как провокацию, потому что она расстроилась.

...Я начал беспокоиться, действительно ли они оба меня поняли.

Затем Айша встала в стойку с мечом, а Фуга приготовил свой полумесячный клинок.

— Тогда я начинаю!

— Давайте сделаем это!

Двое одновременно оттолкнулись от земли, и клинок столкнулся с клинком. В тот же миг раздался шум или ударная волна, и у всех стоявших рядом солдат отлетели головы назад.

После этого двое стали наносить удар за ударом. Это не было состязанием в мастерстве, как в битве Фуга с Халом; это была борьба за то, чтобы сокрушить противника грубой силой.

Ужасало то, что, хотя Фуга и смог одолеть Хэла техникой, он не уступал и в идиотской силе Айше. Он обладал и силой, и изяществом. Он был тем, кого я могу назвать прирожденным воином.

Обмениваясь ударами с Айшей, он весело смеялся. — Разве королевство - это подземелье? У вас тут все виды существ!

В то время как Фуга, казалось, наслаждался собой, Айша была расстроена.

— Если вы смеетесь во время боя, то это должно быть легко для вас.

— Не очень. Каждый удар невероятно тяжел. Но...!

Когда меч Аиши попытался срубить его горизонтальным взмахом, Фуга принял положение, когда одна нога согнута, а другая вытянута (как во время разминочных упражнений), чтобы проскользнуть под ним и уйти с дороги. Затем, сделав полный горизонтальный взмах своим полумесяцем, он попытался нанести удар по открытому торсу Айши.

— Уркх!

Возможно, решив, что не успеет, если будет блокировать удар лезвием своего меча, Айша в ответ использовала для этого длинную рукоять. Раздался громкий звон. Однако, в своей скомпрометированной позиции, она не могла надеяться полностью поглотить удар, и ее отбросило на пять метров.

— Подождите, Айшу отбросило?! — воскликнул я.

— Нет, чтобы избежать удара, она сама отпрыгнула назад. — Джуна объяснила, сидя рядом со мной.

Глядя на нее, Айша проворно приземлилась, так что то, что ее отправили в полет, должно быть, было частью ее плана с самого начала.

— Ну, тогда это равный бой?

— ...Нет, — сказала Джуна. — Когда господин Фуга хотел рассечь туловище Аиши, он сделал это не клинком, а рукоятью. Должно быть, он сдержал свое обещание не ранить ее.

— О! Так вот почему она смогла блокировать рукоятью?

— Да, верно. Если бы он ударил клинком... хотя рукоять ее меча имеет стальную сердцевину, она, возможно, не смогла бы остановить его этим.

Ее спасла удивительная честность Фуга? Возможно, именно поэтому у Айши было такое разочарованное выражение лица после отражения атаки.

Фуга покрутил полумесяцем клинка над головой, как ветряная мельница, и снова приготовил его.

— Вы слишком полагаешься на свою врожденную силу, юная госпожа Айша. До сих пор это помогало вам, я уверен, но… когда вы сталкиваетесь с противником такой же силы, превосходство определяется техникой.

— Я слаба... это вы хотите сказать. Мир действительно огромен.

— Вы хотите продолжать?

— Конечно! Потому что как клинок Его Величества, как его щит, я не могу проиграть!

— Ха-ха-ха! Вот это дух! Вас любят, Сома!

— А вот и я! — Айша снова вышла на бой с Фуга.

Хотя они снова обменивались ударами, казалось, что преимущество было на стороне Фуга.

Без сомнения, он был одним из лучших воинов на континенте. Этот человек был королем, и у него была страна, которой он правил. Это была ужасающая мысль.

Однако Айша не зря была лучшим воином нашего королевства, поэтому ей удавалось как-то держаться против Фуга.

Пока я был поглощен наблюдением за поединком, Муцуми, наблюдавшая за нами рядом, заговорила. — У них обоих такая прекрасная техника. У меня кровь закипает от одного взгляда на них.

Муцуми посмотрела на Джуну.

— Насколько я могу судить, вы сама практикуете боевые искусства. Не хотите ли помериться со мной силами?

Сказав это, Муцуми протянула Джуне деревянный меч.

— Я специализируюсь на внезапных атаках, а не на лобовых. — Хотя Джуна и сказала это, она взяла деревянный меч. — Но вы меня тоже заинтересовали, госпожа Муцуми.

— Заинтересовала?

— Да. В твоем красивом лице и боевых навыках, которые заставляют командиров союза смотреть на вас. — Джуна приготовила свой меч, подмигнув мне. — Потому что заставлять Его Величество смотреть на меня - моя работа.

Я не мог удержаться от озорной улыбки Джуны.

— Я не ожидала, что ты начнешь флиртовать. — Муцуми криво улыбнулась, готовя свой деревянный меч. Похоже, что у Муцуми было более длинное лезвие. Теперь, когда я подумал об этом, у нее на спине был длинный меч, так что она, должно быть, приготовила такой же, как тот, которым она привыкла пользоваться. — Однако, если это означает, что я могу сразиться с вами, то это удобно. Давайте сразимся честно и справедливо.

— Хорошо... начнем.

Их деревянные мечи столкнулись, и раздался громкий лязгающий звук.

Муцуми, казалось, имела преимущество за счет своего размаха, придававшего каждой ее атаке больший вес, но Джуна хорошо справлялась с отбиванием ее атак, используя быстрые движения и большое количество приемов.

Если один переходил в наступление, другой вынужден был обороняться, а когда атакующий и защищающийся менялись ролями, менялся и тот, у кого получалось лучше. Это была битва «туда-сюда.»

Во время боя они оба улыбались, словно получая от этого удовольствие.

— Впечатляет, — сказала Джуна. — Я понимаю, почему все солдаты очарованы вашими чудесными боевыми приемами.

Муцуми ответила комплиментом на комплимент. — Я могу сказать то же самое о вас. Это несправедливо, что к красивому лицу прилагаются такие отточенные навыки.

Когда они отстранились друг от друга, чтобы перевести дух, Муцуми вздохнула.

— Похоже, отец хочет, чтобы я соблазнила господина Сому, но... если на его стороне будет такой человек, как вы, я не вижу, что смогу покорить его с помощью боевого искусства  и соблазнения.

— Ваши техники очень прямые, — сказала Джуна. — Я очень сомневаюсь, что у вас было намерение идти до конца.

Муцуми издала смущенный смешок. — Не для вас, нет. Но когда ты происходишь из дома интриганов, бывают моменты, когда у тебя нет выбора. Хи-хи, к счастью, теперь мне будет легче отказаться. Я действительно хочу сама выбирать мужчину, за которого выйду замуж.

— Как женщина, я хочу поддержать вас в этом.

В этом мире все еще существовали ограничения на продвижение женщин в обществе. Но у женщин в этом мире хватало сил не уступать. Видя их двоих, я понял это еще раз.

Передохнув, они снова начали обмениваться ударами.

Айша и Фуга, Джуна и Муцуми. Не похоже было, что кто-то из четверых легко прекратит драку, поэтому я направился туда, где за Хэлом ухаживали Каэдэ и Руби.

Хэл нахмурился, заметив мое появление. — ...Сома. Похоже, вы застали меня в неприглядном виде.

— Если хочешь знать мое мнение, любой, кто умеет драться, довольно крут.

Как Айша, или Джуна. Если бы Лисия тоже была там, она бы тоже с радостью включилась в бой, я уверен.

Я хотел немного поговорить только с ним, поэтому попросил женщин отойти.

Как только Джуна и Надин увели Каэдэ и Руби, я сел рядом с Хэлом. — Ну, как он тебе? Этот парень Фуга, я имею в виду.

Хэл вздохнул.

— ...Страшный. Не только его сила, но и атмосфера вокруг него.

— Атмосфера вокруг него пугает?

— Да. Когда я отделился от вас и погнался за ним, я не успел опомниться, как почувствовал, что меня затягивает в атмосферу вокруг него. Я подумал, как было бы здорово, если бы я мог сражаться, как он, или как, если бы я мог умереть, как он, я бы ни о чем не жалел. Это было лишь на мгновение, но я сожалел. Хотя это и неправда.

Халберт насмешливо рассмеялся про себя. Я молча слушал, пока он говорил.

— Если бы я умер и оставил Каэдэ и Руби, я бы не смог простить себя за это. Но в тот момент я принял это. Если бы вы не сказали мне запомнить их лица, и если бы Руби не остановила меня, я мог бы еще глубже влезть в его дела. Вы дали мне этот совет, потому что знали, что это произойдет?

— Вряд ли, — сказал я. — Я просто подстраховался, потому что волновался. Потому что из всех людей, которых я знаю, ты ближе всех к Фуга.

Когда я сказал это с язвительной улыбкой, Хэл склонил голову набок. — Мы близки? Вы имеете в виду, что мы похожи?

— В плане характера - да. Вы оба исключительно смелые и всегда стремитесь двигаться вверх, верно?

— Мне самому трудно ответить на этот вопрос...

Пока Хэл смущенно почесывал нос, я криво улыбнулся и сказал ему: —  Так это выглядит для кого-то другого. А такие люди притягивают тех, кто будет с ними бороться. Как ты. В Национальных силах обороны тебя считают кем-то особенным, верно?

— А? Я такой?

— Ты сражался на моей стороне с битвы под Ранделем. Ты сильно отличился в битве против сил княжества Амидония, и ты даже стал рыцарем дракона в горном хребте Звездного Дракона.

— Это произошло само собой!

— Я же говорил тебе. Это то, как ты выглядишь со стороны. Тогда, в Королевстве Ластания, многие солдаты стали свидетелями полета красного дракона по небу. Конечно, ты должен был получить прозвище.

— Что?! Подождите, что значит прозвище?!

А? Хэл не знал?

— Красный Они... так тебя называют солдаты Национальных сил обороны!

Хэл молчал. Он действительно не знал.

Ах.

Я встал и направился к гондоле, которую Надин перенесла сюда. Затем, вытащив что-то из багажа, я вернулся к Хэлу и вручил это ему.

— Что это? — спросил он.

— Это хачиганэ. С рогами Они.

Это был хачиганэ (вид защитного украшения, надеваемого на лоб), металлическую часть которого украшали рога Они.

— Похоже, ты стал известен как Красный Они, поэтому я попросил кузнеца Тару сделать это для тебя. Мы были так заняты в последнее время, что я забыл передать его. Если ты обернешь это вокруг своей головы, они сразу поймут, что ты Красный Они. Я думаю, это поднимет боевой дух союзников и деморализует врага. Она прекрасно скроет красную рану на лбу, так почему бы не примерить ее прямо сейчас?

Хэл принял хачиганэ, все еще выглядя ошарашенным. Казалось, его разум еще не осознал происходящего.

Это был момент рождения Хэла Красного Они, но в тот момент Хэл выглядел совершенно не в своей тарелке.

Что ж, если бы Хэл написал бы о себе, я был уверен, что драматурги более поздней эпохи нашли бы способ драматизировать эту сцену и сделать ее крутой.

Так что выкладывайся на полную, Хэл.

**

Той ночью...

— Ты выглядишь очень круто, Хэл, — сказала Каэде.

— Мне нравится, что рога на твоей голове как бы совпадают с моими, — согласилась Руби.

— Правда?

Хэл сразу же надел хачиганэ.

***

В комнате со мной были Айша, Джуна, Надин, Халберт, Каэде, Руби, Ку и Лерина. Нам предстояло пройти через окончательное планирование того, что мы будем делать дальше.

Томоэ и Ичиха сидели на стульях у стены, они сказали, что тоже хотят посмотреть.

Я разложил на столе  карту окрестностей Ведана, которую позаимствовал у герцога Чимы.

— Итак, я хотел бы начать...

Сказав это, я взглянул на Томоэ. По какой-то причине Райга сидела там, как будто имела на это полное право.

— Разве ты не вернулась к Фуга? — спросил я.

— Ну, мне нечем заняться.  Мой брат быстро засыпает в дни, когда он буйствует на поле боя.

— Это не значит, что ты должна приходить к нам.

— Это единственное место, где есть дети моего возраста. Пожалуйста, я не буду мешать! — Райга сложила руки вместе и умоляла.

Если я буду плохо к ней относиться, мне казалось, что это потом повредит моим отношениям с Фуга... видимо, ничего другого не оставалось.

— Просто смотри тихо, хорошо? — Я вздохнул.

— Я знаю.

— Хахх... ладно, Каэдэ, продолжай объяснения, пожалуйста.

— Поняла. Пожалуйста, посмотрите на карту, вы же знаете. —  Мой штабной офицер Каэдэ встала, указывая на карту, пока она говорила. — Это текущая дислокация Союза Восточных Наций. Мы присоединимся к подкреплению из Королевства Фридония, поэтому мы не будем участвовать в этом развертывании. Общий ход событий прост. Пока силы Восточного союза сдерживают вторгшихся монстров, мы, силы Королевства Фридония, ударяем по ним сзади, окружая и быстро уничтожая монстров. Вот и все.

— ...А? И это все? — Хэл звучал разочарованно. Должно быть, он ожидал более подробного объяснения.

Видя, что Хэл в таком состоянии, Каэдэ остановила его. — Хэл, наши силы превосходят монстров, и наше оборудование лучше. Это простой план, но в нынешней ситуации это самая верная и эффективная тактика, которую мы можем использовать.

— Конечно... я понял. — Получив разумное объяснение, Хэл замолчал.

Что ж, Каэдэ одобрила это, так что, вероятно, она была права.

Я сказал всем: — Сегодня вечером мы соединимся с основными силами, возглавляемыми Людвином. Хэл, Каэдэ, Руби, вы будете сражаться под командованием Людвина. Что касается Томоэ... я бы не хотел оставлять ее в этом замке, поэтому, она будет рядом со мной.

— Хорошо, старший брат.

— Айша, Джуна, Надин, пожалуйста, тоже присоединяйтесь к основным силам.

— "Поняла."

— Есть ли еще вопросы? — спросил я.

— Эй, брат. — Первым поднял руку Ку. — Мы будем драться в этот раз?

— Нет, этого не будет. В Королевстве Ластания у меня не хватало сил, поэтому я хотел, чтобы вы помогли мне, но теперь у нас есть силы, чтобы одолеть врага. На этот раз я хотел бы, чтобы ты сидел тихо.

Ку сцепил руки за головой и поджал губы. — Может, тогда мы останемся здесь, в замке Ведан? Я хочу посмотреть, как сражаются войска Союза Восточных Наций с этой стороны.

— Я не против, но... не вступай на передовую только потому, что нас нет рядом, чтобы увидеть это. Если с тобой что-то случится, я никогда не смогу противостоять сэру Гурану.

— Оокякя! Я знаю это. — Ку кивнул, но я не мог не волноваться.

Я посмотрела на Лерину. — Лерина. Мне неловко отдавать вам приказ, который звучит как приказ, когда вы не  мой помощник, но присмотри за Ку. Если он будет выглядеть так, будто собирается присоединиться к линии фронта, могу я рассчитывать на то, что вы сделаете все необходимое, чтобы остановить его?

— Уф... я не знаю, смогу ли я остановить его, но я сделаю все возможное, — сказала она.

— Пожалуйста, сделайте. Если хочешь, можешь отстрелить ему ноги из своего лука.

— Оокия?! Брат, не слишком ли это жестоко?! — Ку запротестовал, но я решил проигнорировать его. Если Ку сильно пострадает, это может превратиться в дипломатический инцидент, поэтому я хотел, чтобы он проявил сдержанность.

Я решил, что на данный момент с меня хватит приказов.

Но...

— Хм, Сома. — Ичиха, который сидел на совещании, нерешительно поднял руку.

— В чем дело?

— Эм... ничего, если я тоже пойду? Думаю, если бы я был в лагере Королевства Фридония, я бы мог спокойно посмотреть на живых монстров вблизи.

— А?.. интересно.

Зная редкий дар Ичихи, когда дело касалось монстров, я хотел дать ему возможность понаблюдать за ними. Но... это правда, главный лагерь будет в безопасности, но разве нормально для меня, взрослого, брать с собой маленького ребенка, который был из другой страны?

Я колебался, но, похоже, Ичиха был настроен серьезно.

— Я сам пойду и спрошу разрешения у отца. Как насчет этого?

— Если герцог Чима даст разрешение, думаю, все будет хорошо, — медленно сказал я.

Я лично хотел, чтобы Ичиха побольше узнал о монстрах, так что если он сможет получить разрешение, то, наверное, все будет хорошо.

Пока я так размышлял, внезапно Райга встала. — Тогда я тоже пойду! Я хочу посмотреть, как сражается Великий Король Юга!

Она надула свою недоразвитую грудь, делая это заявление, но если она хочет увидеть, как я сражаюсь, то...

— Я просто буду сидеть в главном лагере. — сказал я. — Это будет неудобно для меня и для всех остальных.

— Правда? Тогда я хочу посмотреть, как вы командуете...

— Я оставляю командование Людвину. Я серьезно …  просто буду там.

— ...Есть ли вообще причина для вашего присутствия на поле боя? — С возмущенным выражением лица она вышла и ударила меня по больному месту.

— Подожди, Райга, тебе не кажется, что это немного грубо по отношению к старшему брату Соме? — пожаловалась Томоэ, выглядя расстроенной.

Однако Райга насмешливо фыркнула, не показывая, что ее это беспокоит. — Когда  мой брат стоит на поле боя и совершает отважные подвиги, все следуют за ним и готовы сражаться до смерти. Разве не в этом смысл руководства людьми?

— Люди будут сражаться за старшего брата, даже не видя, как он сражается, — сказала Томоэ. — Айша, Хэл и все остальные, они все сражаются по собственной инициативе.

— Оставить все на других людей? Не слишком ли это неубедительно для короля? — пожаловалась Райга.

— Это не так!

Когда Райга пожала плечами, словно пытаясь спровоцировать ее, Томоэ оскалила клыки в открытом гневе. Возможно, это был первый раз, когда я видел у нее такое выражение лица.

Я погладил рычащую Томоэ по голове со словами «Все в порядке», а затем сказал Райге: — Ну, если мы говорим о том, кто круче, то Фуга, конечно, лучше в этом. Я бы хотел уметь драться так, как он, и я восхищаюсь его силой.

— Ну, конечно, — сказал Райга с самодовольным видом.

Было приятно видеть, как ребенок так гордится своей семьей. Хотя это и означало, что она меня недооценивает.

— Но я не Фуга, и я не могу стать таким, как он. Это касается и всех остальных. Неважно, насколько сильно они восхищаются им и следуют за ним, никто не может быть Фуга, кроме Фуга. Если они будут настаивать на том, чтобы стать похожими на Фугу, они умрут раньше времени.

Что-то в этих словах показалось Райге  правдой. — Это... —  Она не нашла, что ответить.

Это было потому, что Фуга вел себя так, словно жил слишком быстро.

Он пошел в Домен Владыки Демонов один; он в одиночку напал на стаи врагов... Фуга был жив благодаря тому, кем он был, и любой, кто попытается подражать ему, умрет.

— Как бы я ни старался, я могу быть только собой, — сказал я ей. — Поэтому я буду защищать страну и свою семью по-своему. Это означает, что я буду пользоваться помощью других людей в тех областях, в которых я слаб. Это как-то позволило мне сохранить страну через все, что произошло до сих пор. Мне все равно, если это неубедительно; если я могу защитить то, что важно для меня, я думаю, этого достаточно.

Райга тупо уставилась на меня. — Вы... странный король.

— Я прекрасно знаю.

— Хм... ну, теперь я еще больше хочу, чтобы вы взяли меня с собой в главный лагерь.

— Зачем?! Я же сказал тебе, что я не дерусь, верно?!

— Я имею в виду, что вы совершенно другой тип человека, чем  мой брат, так что теперь мне интересно, почему люди идут за вами. Да ладно, все в порядке. Я получу разрешение от своего брата.

Когда она посмотрела на меня умоляющими глазами, я пожал плечами. Видимо, у меня не было выбора. Только что дав разрешение Ичихе, я не мог сказать Райге, что она единственная, кому нельзя.

Если бы я отказался, она могла бы заподозрить, что я оказываю Ичихе благосклонность.

— Если ты действительно получишь разрешение от Фуга...

— Хорошо! Ну, тогда я пойду за разрешением! — Не успела она это сказать, как выбежала из комнаты.

Возможно, в ее инициативе действовать сразу же, как только она это сказала, было что-то общее с Ророа.

Они обе были младшими сестрами.

________________________________

Момотаро —  имя переводится как «персиковыймальчик».

Момотаро родился из гигантского персика. Женщина и её муж обнаружили ребёнка, когда пытались открыть персик, чтобы съесть его. Ребёнок рассказал, что он был дарован богами, чтобы стать их сыном. Пара назвала его Момотаро.  Когда Момотаро достиг подросткового возраста, он оставил своих родителей, чтобы бороться с группой Они(демонов), мародёрствовавших в местных землях, разыскивая их на далеком острове, где они обитали. В пути Момотаро встретил и подружился с говорящей собакой, обезьяной и фазаном, которые согласились помочь ему в его поисках в обмен на часть его пайка. На острове Момотаро и его друзья-животные проникли в крепость демонов и победили банду демонов, вынудив их сдаться. Момотаро и его новые друзья вернулись домой с разграбленными сокровищами демонов и вождем демонов в качестве пленника.

***

Позже, поскольку и герцог Чима, и Фуга дали разрешение, мы взяли с собой в основной лагерь трех маленьких детей.

К счастью, Томоэ (мистический волк), Ичиха (человек) и Райга (какой-то вороной зверь в стиле тенгу) напоминали мне собаку, обезьяну и фазана.

Мы собирались убивать Они? Кем был Момотару?

Впрочем, на нашей стороне был Красный Они.

Густые облака закрывали небо, а сильный ветер в тот день холодил кожу.

В лагерях войск Союза Восточных Наций у стен, окружавших город Ведан, командиры из каждой страны, которые привели сюда армию, повышали голос, чтобы воодушевить свои войска.

— Слушайте! Скоро прибудет подкрепление из королевства Фридония!

— Эти подкрепления - большая армия в 50 000 человек, и битва за Ведан, без сомнения, закончится сегодня! Сегодня будет наш последний шанс заслужить боевую славу!

— Как только прибудут войска королевства Фридония, нам не останется места, где мы могли бы отличиться! Мы не можем позволить Малхитанской кавалерии захватить всю славу!

— Награда - шесть детей герцога Чимы. Это значит, что только шесть стран могут быть награждены. Мы все должны стремиться стать одной из этих шести!

— ""Охххххх!""

Боевые крики поднимались из лагерей то тут, то там. Узнав о скором прибытии войск Королевства Фридония, генералы Союза Восточных Наций пытались поднять свой пыл для последней демонстрации славы.

В ответ на подстрекательство своих генералов солдаты начали действовать.

На стенах, окружавших Ведан, наблюдая за силами Союза Восточных Наций, стоял Ку.

— Оокякя! Они все сошли с ума! Наверное, они очень сильно хотят заполучить прекрасную госпожу Муцуми себе!

— Вы так говорите, но на самом деле вы тоже хотите присоединиться к ним, верно, молодой господин? — сказала Лерина, раздражаясь на игривого Ку. — Леди Муцуми  красива, в конце концов.

— Хм? Я бы с удовольствием пошалил там, но меня не очень интересует юная госпожа Муцуми. Мне больше нравятся милые девушки, которые вызывают желание защищать их, несмотря ни на что.

— Тару относится к такому типу девушек?

— Раньше она была плаксой, помнишь? Сейчас она стала упрямой.

— Раз уж вы об этом вспомнили... верно.

Ку, Тару и Лерина были друзьями детства. Лерина помнила те давние дни.

Когда они были детьми, Тару была застенчивой и плаксивой, всегда пряталась за Ку или Лериной. Ку пытался рассмешить ее, делал разные вещи, например крутил колеса и только заставлял Тару плакать еще больше. Потом Ку бил его отец Гуран, а Лерине читали нотации за то, что она не может его контролировать.

Наверное, в период полового созревания в их отношениях наступил перелом.

Ку мог выражать свою привязанность к Тару только в шутливой форме, Тару не могла быть искренней в своих чувствах, даже когда испытывала привязанность к Ку, а поскольку Лерина знала об их чувствах друг к другу, она занимала позицию, которая не была жестокой по отношению к Тару, но позволяла ей оставаться на стороне Ку.

Не успела она оглянуться, как между ними возникли странные трехсторонние отношения.

Изменятся ли эти отношения когда-нибудь? Если это возможно, я надеюсь, что они примут форму, которую захотят все трое. Для этого мне самой нужно сделать шаг?

Это случилось, когда Лерина размышляла над этим вопросом.

— О! Он там?! — Ку встал, глядя на определенную точку на поле боя.

Когда Лерина проследила за его взглядом, по полю боя мчался белый тигр. Это была Дурга. Значит ли это, что пятнышко на ее спине был Фуга?

Фуга и Дурга были похожи на корабль, плавно плывущий по морю чудовищ. Наблюдая за этой сценой, Ку вздохнул. — Фуга Хан? Я понимаю, почему он беспокоит Брата. Да уж, мир действительно большой. Подумать только, в нем прячется такой невероятный парень.

— Он невероятный? Он, конечно, сильный, я согласна...

В ответ на скептицизм Лерины, уголки рта Ку приподнялись в легкой улыбке.

— Он не просто сильный. Его можно назвать самым жадным человеком в мире. Он будет тянуться к тому, чего хочет, снова и снова, пытаясь ухватить это. Даже если это в огне, и это что-то, что сильно обожжет его, он попытается взять это. Серьезно, он страшный.

Несмотря на то, что Ку сказал,  что этот человек страшный, он выглядел веселым.

— Даже когда речь идет о вещах, к которым Брат или императрица Мария не решались бы прикоснуться, он не задумываясь потянется к ним. В тот день, когда у него будет больше власти, чем сейчас, его чистая жадность может охватить весь этот континент. — Ооо, это страшная, страшная вещь.

Для Лерины  это было слишком абстрактно, чтобы понять. Однако одно она могла сказать наверняка: «Ку был в чем-то убежден.»

— Это ваша интуиция, молодой мастер?

— Ну, что-то вроде этого, но я уверен. Он воплощает жизнь, которую я идеализирую. Он гонится за огромной мечтой, и у него есть сила, чтобы воплотить ее в жизнь. Если бы я мог так жить, это было бы здорово... но если он станет врагом, это будет беда.

Когда он это сказал, улыбка Ку исчезла, и он посмотрел прямо на Фугу.

— В Республике Тургис холодно, и из-за воздушных потоков виверны не могут летать. Это было проблемой для нас, но в то же время, это дало преимущество, предотвратив нападение внешних стран. Даже если бы они смогли завоевать нас, нами было бы трудно управлять, так что они мало что выиграют. Вот почему брат и госпожа Мария и не подумают напасть на нас.

— ...А Фуга будет другой? — нерешительно спросила Лерина.

Ку сел и скрестил ноги. — Его мечта становится мечтой тех, кто следует за ним. Если бы он мечтал объединить континент, то если бы это означало немного... нет, даже много….. потерь без отдачи, я уверен, он бы вторгся. Просто чтобы осуществить свою мечту.

— Нет...

— Если бы вы спросили Брата, он мог бы иметь другую точку зрения, но мне кажется, что все обстоит именно так. Мы не можем относиться к этому спокойно. Нет никакой гарантии, что Брат или госпожа Мария остановят его для нас. Мы должны построить для себя страну, которая не проиграет, даже если он придет, чтобы вторгнуться к нам.

Лерина молчала. В глазах Ку уже появились намеки на достоинство правителя, что заставило Лерину потеряться в них.. Она не знала, осознает ли он это сам, но, выезжая за пределы Республики Тургис, Ку неуклонно взрослел.

Лерина прижала к груди заколотившееся сердце.

Чтобы остаться с хозяином Ку на всю жизнь, я должна... быть готовой.

В какой-то момент в глазах Лерины тоже загорелось пламя решимости.

***

В это время силы Союза восточных наций зашевелились. Это произошло потому, что они заметили 50-тысячную армию Королевства Фридония на другой стороне роя монстров.

Таким образом, демоническая волна перешла в свою финальную стадию.

Это произошло чуть позже полудня.

— Как там? Теперь все видно? – спросил Сома.

Примерно в то время, когда силы национальной обороны королевства закончили развертывание и начали окружать и истреблять монстров, Айша стояла в главном лагере с Томоэ и Ичихой, сидящими у нее на плечах.

Причина, по которой они сидели у нее на плечах, заключалась в том, что малыши сказали: — Отсюда плохо видно битву.

Мы расположились на возвышенности, поэтому могли видеть передвижения всей армии, но из-за того, что перед нами были установлены щиты для защиты от стрел и прочего, маленький рост детей не позволял им видеть поле боя.

— Хорошо, теперь мы видим гораздо лучше, — сказала Томоэ. — Большое спасибо.

В отличие от восторженной Томоэ, Ичиха казался более нерешительным. — Да, действительно, мы видим лучше, но... я не очень уверен в том, чтобы заставлять кандидатку на роль второй основной королевы Королевства Фридония делать это...

Однако Айша сказала: — Ничего страшного — и рассмеялась. — Вы двое почти ничего не весите, так что не беспокойтесь об этом.

— Нет... дело не в весе, а в том, насколько это неуместно...

Женщина, которая собиралась стать королевой, позволяла ему кататься на своих плечах, так что я могу понять, что чувствовал Ичиха. Но наша страна довольно легко относится к таким вещам, знаете ли. В том числе и я.

Я бы вел себя подобающе своему положению, когда выполнял официальные обязанности, но мне не нравилась идея вести себя как самодур круглые сутки. Если я не снимал нагрузку, когда мог, то набиралось слишком много дел.

— Айша говорит, что все в порядке, так что, наверное, все в порядке, как думаешь? — сказал я Ичихе с кривой улыбкой.

— Г-господин Сома! — запротестовал он.

— Да ладно тебе, ты же пришел нарисовать монстров, верно? — сказал я. — Ты должен сделать это.

— Уркх... ладно.

Ичиха повесил доску для рисования на шею, и его уголь начал бегать по бумаге.

— Ей не обязательно позволять им сидеть на ее плечах, — предложила Надин, которая наблюдала за ними троими рядом со мной, скрестив руки. — Разве я не могу просто трансформироваться и полететь? Дети должны быть в безопасности в гондоле.

На этот раз я не собирался сам выходить на поле боя, так что, похоже, она застряла в главном лагере от нечего делать. Я легонько погладил недовольную Надин по голове.

— Если бы ты так поступила, мне пришлось бы выделить кавалерию, чтобы сопровождать тебя. Каждый член кавалерии виверн, которую мы привели, участвует в битве, так что мы не можем причинить им больше неприятностей.

— Я уверена, что со мной и ... хм мы будем в порядке, независимо от того, какие летающие монстры прилетят.

— Если ты возьмёшь двух детей в гондоле…. опасно драться, когда везешь гондолу. Я имею в виду, если с Ичихой что-нибудь случится, пока мы заботимся о нем для герцога Чимы, это будет большой проблемой.

— ...Ты прав. — Казалось, что Надин сдалась.

Но, пока мы говорили...

— Не слишком ли вы тут расслабились? — Райга, которая также была рядом со мной, посмотрела на нас холодным взглядом. — Это ведь последняя битва с этими монстрами, верно? Разве вы не должны быть более напряженными, более...? Вот именно, серьезнее! Разве вам не нужно вести себя серьезно?

— Ты так говоришь, но сейчас просто нужно окружить и раздавить их... —  сказал я.

На этот раз, пока силы Союза Восточных Наций сдерживали врага, силы Королевства Фридония собирались атаковать в формации «журавлиное крыло». Отряды на левом и правом крыле будут постепенно расходиться веером, окружая и уничтожая врага. Это был простой план.

Кратко говоря, он звучал так: «Окружить их всем, что у нас есть.»

Если бы я хотел не дать монстрам сбежать, мне следовало бы совместно с другими странами разделить усилия, но силы союза находились в середине борьбы.

В данный момент они не могли тесно координировать свои действия с нами.

Мы могли только сделать все возможное, чтобы окружить врага и уничтожить как можно больше монстров.

Главное, чтобы монстры не сбежали всей стаей. Если же сбегут немногие из них, и они будут разделены, то достаточно будет послать запрос в силы обороны каждой страны и гильдии искателей приключений, чтобы справиться с ними.

— Мы просто должны играть свою роль, — сказал я. — Для меня это оставаться в главном лагере, и не более того. Если я попытаюсь выйти на фронт, я только создам лишние проблемы.

— Это действительно загадка, — сказала Райга. — Не показывая силу или свирепость, удивительно, что солдаты готовы следовать за вами, вы знаете это?

— Теперь послушай ты. Не кажется ли тебе, что то, как ты разговариваешь, немного грубо? — Надин посмотрела на Райгу. Она выпустила на волю немного своего запугивания Рю, так что обычный ребенок мог бы разрыдаться, просто глядя ей в глаза.

Однако Райга посмотрела Надин прямо в глаза и сказал: —  Да ладно! Люди подчиняются тому, кто сильнее их, но если ты хоть на мгновение проявишь слабость, они покинут тебя. Когда умер  мой отец, я видела, как несколько кланов покинули Дом Хан или замышляли предать нас. Все эти кланы, конечно же, были уничтожены моим братом, когда он принял власть. — Когда Надин затронула такую тяжелую тему, как будто это было пустяком, она растерялась. — Райга, ты...

Похоже, дело было не только в Фуга; Райга тоже жила не так, как большинство людей.

— Людей нужно объединить и вести их силой, — настаивала Райга. — Так всегда говорит  мой брат.

Степи Малхитана были похожи на Союз Восточных Народов в миниатюре. Множество мелких и средних фракций боролись за власть, то объединяясь, то вновь расходясь. В таком мире у него, скорее всего, не было другого выбора, кроме как объединить их силой. Никто не может сказать, что это было ошибкой.

— Я уверен, что в Малхитане править с помощью силы было правильным решением. — Я присел перед Райгу, встретившись с ней взглядом. — Но мир - это не только степи или Союз восточных народов. Ценности формируются под влиянием природы региона и общей истории, так что все гораздо сложнее. Есть нация, управляемая религиозным авторитетом, и нация, объединенная денежными узами контрактов наемников. Есть и такая страна, как Империя Гран-Кэйос, которая поднимает флаг идеалов, чтобы противостоять Домену Владыки Демонов.

— ...Я не совсем понимаю.

— О, эм... ну, возможно, это был не лучший разговор с тринадцатилетним подростком.

— Не обращайся со мной как с ребенком!

— Такую фразу сказал бы ребенок.

— Грр... —  Райга скрежетнула зубами.

Надеюсь, я был не очень взрослым, когда общался с ней.

Но все же... выслушав ее историю, мне стало немного жаль ее. Чувствуя, что не могу оставить ее одну, я хотел дать совет, но если он до нее не дойдет, то и смысла в нем не было.

Как же тогда я мог это сказать...?

— Я знаю... если у тебя будет возможность, ты должна приехать в мою страну. Так ты познакомишься с самыми разными людьми и узнаешь, какую разную жизнь они ведут. Если ты это сделаешь, я уверен, ты столкнешься с системой ценностей, отличной от твоей собственной.

— Хм... так вот оно как? — спросила Райга.

— Так оно и есть.

Райга не казалась полностью убежденной, но в конце концов она кивнула. — Я, по крайней мере, буду иметь это в виду.

В этот момент на поле боя раздался радостный возглас. Окружение монстров было только что завершено.

Огромные монстры, такие как зомби-носороги, были побеждены целенаправленной атакой отряда Тембока под командованием Фуга и Дурги, а также отряда виверн под командованием Хэла и Руби.

Повсюду сверкали мощные молнии и бушевало сильное пламя.

Чудовища пытались бежать, видя, что огромные монстры падают, но окружение было уже полным. Подавляющее большинство из них либо бросались на солдат, стоявших в строю, и погибали, либо оказывались раздавленными окружением, и им некуда было бежать.

Это было односторонняя бойня.

То, что когда-то было множеством извивающихся монстров, превратилось в безжизненные трупы, и в конце концов крики и предсмертные вопли исчезли с поля боя.

Густые облака, закрывавшие небо, рассеялись, и когда оно окрасилось в красный цвет заходящим солнцем, солдаты радостно закричали. — Гип, гип, ура!

Этот возглас возвестил об окончании волны монстров.

На поле боя, усеянном трупами монстров, наступил вечер, а небо окрасилось в красный цвет.

Уничтожив монстров, я приказал войскам королевства Фридония разбить лагерь, а сам оседлал Надин и вернулся в замок Ведан с избранной группой моих спутников. Это было потому, что я должен был вернуть Ичиху и Райгу их соответствующим опекунам.

Мы расположились во дворе, как и вчера, и герцог Чима, также как и вчера, приветствовал нас широкой улыбкой.

— О, господин Сома! Благодаря королевству Фридония монстры уничтожены, а моя страна освобождена от кризиса. Я не знаю, как вас благодарить.

Я мог только криво улыбнуться, когда герцог Чима взял меня за руку и преувеличенно демонстративно поблагодарил. Скорее всего, в его словах было много пустословия, поэтому я просто слушал, чтобы услышать, что он скажет.

— Мы просто полагались на наши цифры, которые позволили нам сделать последний рывок, — сказал я нерешительно. Я не хотел, чтобы он слишком раздул то, что я сделал. — Это ничто по сравнению с усилиями тех, кто сражался все это время.

Райга, которая была рядом со мной, скрестила руки и кивнула в знак согласия. — Это правда, господин Сома просто сидел в главном лагере и наблюдал за полем боя.

— Мррр, ну вот, опять ты это говоришь, Райга... —  запротестовала Томоэ, но Райга лишь раздраженно отвела взгляд.

— Хмф, ну, это правда, верно? Что касается этого вопроса, то мой брат Фуга действительно отличился на сегодняшнем поле боя. Ты ведь видела, Томоэ? Как поджарился тот огромный зомби-носорог. Это был абсолютно точно выстрел моего брата.

— Я видела, но... это то, что мой учитель назвал бы необдуманной храбростью.

— Неважно, какая она, храбрость есть храбрость! Он храбрый и сильный! Воистину король среди королей!

— Мрррр... слабые короли тоже могут быть великими. Лорд Альберт и старший брат могут принимать решения за всех.

Там, где глаза Томоэ и Райги встретились, проскочили искры... но они были еще детьми, так что это выглядело только как соревнование взглядов.

— Так, так, Томоэ, Райга, вы оба успокойтесь. — Ичиха встал между ними и попытался успокоить обоих.

Герцог Чима заметил, как мальчик это делает, и, —  О! — воскликнул он с улыбкой приветливого мужчины средних лет. — Похоже, наш некогда застенчивый Ичиха быстро подружился с вашей младшей сестрой! Они так близки по возрасту, что я мог ожидать, что они быстро подружатся!

— Ахаха... так вот как это работает? — Я криво усмехнулся.

Неужели герцог Чима не видит, как Томоэ и Райга смотрят друг на друга, обнажив зубы, несмотря на их близость по возрасту?

Даже если они были всего лишь детьми, дружба между Ичихой и Томоэ могла бы обеспечить герцогу связь с нашим королевством... вот о чем, он думал.

Мне следовало ожидать многого от человека, чья дипломатическая хватка позволила его стране сохранить независимость в регионе, изобилующем войнами между малыми и средними державами. Его нельзя было недооценивать.

— Я благодарен твоей младшей сестре за то, что она поладила с Ичихой, — добавил герцог Чима.

— Ахаха...

Я знал, что мне, вероятно, не стоит заводить слишком глубокие отношения с таким хитрым парнем, как он, но теперь, когда я знал, насколько искусен Ичиха, я не мог относиться к нему слишком плохо. Хотя, если бы он знал, что я так интересуюсь Ичихой, он мог бы попытаться использовать это.

На данный момент у меня не было выбора, кроме как маскировать свои внутренние чувства вежливым смехом.

Затем герцог Чима снова взял меня за руку и сказал: — Сегодня вечером мы устроим небольшой банкет в честь этой победы. Я буду вручать там награды, поэтому мне бы очень хотелось, чтобы вы присутствовали, господин Сома.

— Да, конечно. Я буду участвовать, — кивнул я.

Герцог Чима удовлетворенно кивнул на  мой ответ и забрал Ичиху с собой в замок. Когда мы уже собирались вернуться в свою комнату, тоже...

— О! Старший брат, — сказал Райга, глядя в небо.

Когда я поднял голову, большой белый тигр уже спускался вниз.

Это были Фуга и Дурга.

Дурга, должно быть, измазалась в крови монстра, потому что её белый мех местами окрасился в темно-красный цвет. Когда я смотрел на массивную Дургу, Фуга высунул голову из-за борта.

— Эй, я вижу, вы тоже вернулись.

— Да, — сказал я. — Похоже, вы действительно проделали там отличную работу.

— Ну. Когда появились силы Фридонии, я вдруг обнаружил, что вся моя добыча пропала. Я хотел еще немного пошалить, но что поделаешь...? Ах, да. — Фуга спрыгнул с Дурги, приблизив свое лицо к моему. — Эй, сэр Сома. У вас ведь тоже есть летающий партнер? Тот черный.

— ...Да. Хотя она не столько моя гостья, сколько моя невеста.

— Невеста...? Ну, неважно. Почему бы нам не поговорить в небе? Давайте поговорим по душам, как правители.

Прежде чем я успел ответить, Айша вмешалась. — Как телохранитель Его Величества, я не могу этого допустить!

Фуга бросил свой лук и колчан стрел Райге, вонзив свой полумесячный клинок в землю. — Это просто светская беседа. Мы оставим все оружие здесь. И  мой клинок, разрушающий камни, Занганто тоже.

То оружие, которое было похоже на Клинок Полумесяца Зеленого Дракона, называлось Занганто? Судя по тому, какой вес оно имело, когда вонзалось в землю, казалось, что оно может раскалывать камень.

— Кроме того, даже если нас будет только двое, тот сильный дракон тоже будет там.— спросил Фуга. — Если я попытаюсь что-то сделать, она может улететь, или напасть на меня, или еще что-нибудь.

— Но... —  На лице Айши все еще было выражение неуверенности.

Я мог понять ее беспокойство.

Это был Фуга. Даже безоружный, он мог легко убить меня. Айша подумала, что если он попытается, то Надин не сможет защитить меня в одиночку. Это было как раз то, насколько Фуга заслуживал осторожности.

Но именно поэтому не стоило давать ему понять, что сейчас мы его опасаемся.

— Все в порядке, Айша, — сказал я. — Я уверен, что он просто хочет поговорить.

— Сир...

— Айша. —  Джуна мягко положила руку ей на плечо. Затем она что-то прошептала ей на ухо. Отсюда я не мог расслышать, что это было, но, зная Джуну, скорее всего: «Давай оставим это Его Величеству». Она уговаривала ее за меня.

Хотя и неохотно, Айша отступила. — ...Я понимаю. Госпожа Надин, я прошу вас сделать все возможное, чтобы позаботиться о Его Величестве.

— Мы оставляем Его Величество на твое попечение, Надин, — согласилась Джуна.

— Вас поняла, Айша, Джуна.

Затем Надин приняла форму Рю, открыв перед Фуга свое массивное тело.

В своей Рю-форме Надин была около тридцати метров в длину, так что, даже стоя на земле, она была больше Дурги. Посмотрев вверх, Фуга издал свист восхищения. — Ух ты... какая она большая! Я так и думал, видя ее на расстоянии, но вблизи она действительно производит впечатление! Она сильная, как я и думал?

— Да, — сказала Надин напряженным тоном. — Так что если вы хотите навредить Соме, я не стану сдерживаться.

Фуга рассмеялся над угрозой. — Она говорит прямо в твоей голове? Я думал, она выглядит странно, но, наверное, она похожа на тех драконов, о которых я слышал. Я понял, драконица! Если я буду вести себя странно, вы сможете раздавить меня своими огромными челюстями!

Я мог только поражаться тому, насколько смелости хватило у Фуга, чтобы сказать это без всякого страха, столкнувшись с Рю. Неужели этот человек не знал страха?

Надин посмотрела на него своими золотыми глазами Рю. — Я так и сделаю, — сказала она серьезным тоном.

Дурга, возможно, насторожился из-за внезапного появления Рю, потому что он издал низкий рев. Каким-то образом мы оказались перед угрозой схватки между драконом и тигром.

Чтобы изменить общую атмосферу, я хлопнул в ладоши. — Итак, мы собирались поговорить. Пойдемте.

Я вскочил на спину Надин, и мы взмыли в небо. Фуга и Дурга помчались за нами.

Надин плыла по воздуху, а Дурга прыгала по небу, дракон и тигр неслись по небу Ведана бок о бок. Мы забрались высоко вверх, чтобы увидеть реку Дабикон, границу между Союзом Восточных Народов и владениями Повелителя Демонов.

Тогда-то это и произошло.

— Эй, сэр Сома. Как эта страна, Союз Восточных Наций, выглядит в ваших глазах? — неожиданно спросил Фуга.

— ...Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, не кажется ли вам, что это безнадежно? В регионе, где есть все эти малые и средние страны, у них была история неоднократных объединений и расколов, союзов и предательств. Прямо как моя страна в степях. Вдобавок ко всему, из-за всех этих беспорядочных брачных союзов они все безнадежно переплетены. Когда у тебя повсюду родственники, никто не станет всерьез заниматься объединением страны.

Фуга практически выплюнул эти слова. Затем он сел, скрестив ноги, на спину Дурги, положив локти на колени и уткнувшись лицом в ладони.

Глаза, смотревшие на землю внизу, были очень холодными. Казалось, что он с презрением смотрит на саму страну.

— Им наконец-то удалось объединить ее в Союз восточных наций, но принципиально она ничуть не изменилась. Посмотрите на эту демоническую волну. Если бы мы объединились, чтобы сражаться как один, все закончилось бы легче, но когда в дело вмешивается самосохранение и корысть каждой страны, мы не можем работать вместе. Если бы силы Королевства Фридония не пришли нам на помощь, потребовалось бы больше времени, чтобы уничтожить их всех, и, возможно, даже некоторые из средних стран пали бы. Вот почему я благодарен вам.

— Вы ужасно откровенны в этом, — сказал я, удивленный. Я никогда не ожидал слов благодарности от Фуга.

Однако, если подумать, действия Фуга свидетельствовали о его склонности быть верным своим чувствам. Поскольку он был откровенен, он не проявлял страха перед другими королями, и он мог прямо сказать о своей привязанности к госпоже Муцуми. Должно быть, прямота исходила от силы, которая позволяла ему не беспокоиться о том, как его воспринимают другие.

Пока я размышлял об этом, Фуга усмехнулся. — Если бы вы не появились, кто знает, как долго затянулась бы эта битва за Ведан? Каждый сражался сам по себе, жадный до потенциальных наград.

— Не делай вид, будто вы не участвовали, — сказал я. — Это касалось и вас, верно?

— Все хорошо, когда я это делаю. Даже если я делаю все, что хочу, я все равно вношу наибольший вклад.

— Все дело в том, как вы выражаете это...

Но факт был в том, что он был прав. Даже если он делал все, что хотел, Фуга получал результаты.

Тем не менее, если другие действовали так же, как он, не было никакой гарантии, что и у них все будет так же. Результаты Фуга были в основном результатом его врожденных способностей.

Возможно, командиры из других стран были привлечены Фуга, действовали безрассудно, чтобы добиться результатов, как он. Затем, поскольку они не могли сделать это так же, как он, они сильно пострадали или даже погибли.

Может ли быть, что многие командиры мелких государств погибли или были ранены в этой серии сражений?

Когда эта мысль пришла мне в голову, по позвоночнику пробежал холодок. В очередной, уже в десятый раз, я почувствовал, как во мне снова поднимается тревога перед чем-то, что я не мог определить.

Не имея возможности узнать, о чем я думаю, Фуга продолжал говорить. — Так вот, во время этой демонической волны мне пришла в голову одна мысль. Союз Восточных Наций должен быть единым в истинном смысле этого слова. Как тогда, когда  мой старик покорял степи.

Фуга сжал руку, вытянутую перед собой, в крепкий кулак.

— В то время, когда на нашем севере находится Домен Владыки Демонов, Союз Восточных Наций не может ничего сделать. Даже когда императрица, которую называют святой, размахивает флагом, чтобы объединить народы человечества на западе, а молодой король перестраивает дряхлую старую страну в новую державу, Союз ничего не может сделать. Мы не можем даже стоять на сцене этой эпохи. Это огорчает людей, живущих на этой земле.

Я слушал молча.

Сцена этой эпохи... хотел ли Фуга подняться на нее?

Какую роль он намеревался там сыграть? Кем он хотел стать?

— Именно поэтому кто-то должен по-настоящему объединить ее. — Фуга встал на спину Дурги и широко раскинул руки. — Объединить Союз Восточных Народов. Чтобы это произошло, потребуется решимость сначала все разгромить. Как я уже сказал, эта страна безнадежно переплетена союзами и кровными отношениями. Чтобы объединить ее, все это должно быть разрушено, отрезано и возвращено на чистый лист. Для этого нужна решимость, неважно, какими средствами, и неважно, сколько крови должно быть пролито.

— Вы говорите, что сделаете это, Фуга? — спросил я с напряженным выражением лица.

Фуга ударил себя в грудь одной рукой. — Да! В наше время, кто еще, кроме меня, может это сделать?! Дело в том, что я уже сделал это в степи.  Мой отец объединил степняков в одно целое, но я заставил тех людей, которые все еще замышляли убить его, подчиниться мне как воину. Теперь все в степи возлагают на меня большие надежды.

Заговор с целью убийства его отца. В отчете Черных котов не было возможности определить, был ли отец Фуга, убит болезнью или ядом, но... похоже, Фуга истолковал это как убийство.

— Посмотри, в какое время мы живем. «Сила» может быть таким же мощным знаменем, как и «идеалы», которые несет святой.

Затем Фуга указал вниз на землю.

— Союз Восточных Наций сейчас полон беженцев, сбежавших с севера. Каждая страна справляется с ними по-своему, но я уверен, что в нынешней ситуации у беженцев есть причины для недовольства в каждой из них. Если бы удалось освободить хотя бы малую часть Домена Владыки Демонов, они увидели бы во мне надежду на освобождение своих родных земель и поспешили бы на мою сторону. Не только беженцы хотят видеть Домен Владыки Демонов освобожденным. Солдаты и фермеры, которым нужна земля, купцы и ремесленники, которым нужны товары, и мелкие правители, которые хотят расширить свои владения, - все они подхватят эту волну.

Фуга продолжил описывать свой воображаемый план. Некоторые его части казались нереальными, но у меня было странное предчувствие, что Фуга сможет осуществить задуманное. Если люди почувствуют то, о чем говорил Фуга... это вполне может стать для них «надеждой».

— Но будет ли это так просто? — спросил я. — Даже в период своего расцвета Империя потерпела неудачу в своем вторжении в Домен Владыки Демонов.

— Я знаю это. Но есть кое-что, в чем я убежден.

— В чем вы убеждены? — вопросительно произнес я в ответ.

Фуга твердо кивнул мне. — Говорят, что союзные силы, возглавляемые Империей, были побеждены не монстрами, а демонами. А демоны существуют только в глубине Домена Владыки Демонов.

Я был потрясен. Демоны существовали только в глубине Домена Владыки Демонов?

— ...На каком основании вы так говорите?

— Я отправился в Домен Владыки Демонов из любопытства, но, несмотря на частые нападения монстров, я не встретил ни одного демона. К тому же я зашел довольно глубоко. Это значит, что демоны не разбросаны по всему Домену Владыки Демонов.

— ... —  Я потерял дар речи. Мне казалось, что предположения Фуга попали в точку.

Фуга, скорее всего, не знал, но я уже поделился с Империей своей теорией о том, что «монстры для демонов - как животные для людей». Если демоны не могли общаться с монстрами, они могли воспринимать их как опасных зверей, как и мы.

Если бы демоны опасались монстров, то вместо того, чтобы разделить свои силы, разве они не создали бы большие колонии, чтобы защитить своих детей и тому подобное от нападений?

Если это правда, то становится понятно, почему союзные силы во главе с Империей поначалу добились хороших успехов. По сути, альянс слишком углубился во Владения Владыки Демонов, и, возможно, они столкнулись с колонией демонов. Затем они напали на монстров и демонов, не делая различий между ними...

Другими словами, истребление вредных зверей переросло в тотальную войну.

— Ургх... —  Я схватился за голову, так как меня пронзила головная боль.

Надин телепатически выразила свое беспокойство тоненьким голосом. — Держись, Сома, ты в порядке?

Я сказал ей, что все в порядке, но внутри я не думал, что все в порядке. Слишком многое нужно было обдумать. Я хотел как можно скорее поговорить с Марией.

Не подавая вида, что он заметил, Фуга продолжал говорить. — Вот почему я считаю возможным вновь захватить часть Владений Владыки Демонов. Я использую это достижение, чтобы привлечь общественное мнение внутри союза на свою сторону и создать возможность для объединения. Я сокрушу всех, кто выступает против меня, заставлю несговорчивых подчиниться силой, разобью все бесполезные узы, удерживающие нас, и сделаю эту страну единой.

— Вы намерены сделать все это сами?

— Я  же сказал это, верно? Если не я, то кто?! — Фуга казался полным уверенности.

Это невероятное воображение и решимость... этот человек явно находился в другом измерении, чем все остальные.

Без сомнения, его создало напряжение в этой стране и желание людей вырваться из него. Он был воплощением надежд людей.

— Вы хоть представляете, сколько крови прольется? — спросил я. — Это путь резни, по которому вы собираетесь идти.

— Мне все равно! Жизнь коротка. Даже самые долгоживущие расы умирают, когда приходит их время. Поэтому самое большое желание человека - совершить что-то великое, о чем будут помнить будущие поколения!

...Да, теперь в этом не было сомнений.

Этот человек пытался стать тем, кем Мария отказалась стать.

Он был существом, которое росло, питаясь надеждами людей, становясь в процессе чем-то большим, чем человек.

Он хотел стать «великим человеком» этой эпохи.

Всякий раз, когда эпоха заходила в тупик, появлялись великие люди, словно отвечая на желания народа.

Ин Чжэн из Цинь (Цинь Шихуанди), Ода Нобунага, Наполеон... великие люди, появившиеся, чтобы выйти из бесконечной ситуации, всегда были жестоки в своем разрушении ценностей, существовавших до этого времени, и пытались построить новый мир на руинах старого. Многие из тех, кого прославили за их великие деяния в последующих поколениях, люди того времени считали не более чем убийцами.

Я увидел в Фуга потенциал для того, чтобы стать таким великим человеком.

В эту смутную эпоху с Доменом Владыки Демонов на севере, люди искали сосуд, в который они могли бы влить свои надежды. Я нес ярлык «героя», а Мария обладала способностью стать «святой». Однако мы отказались стать чем-то большим, чем человек, поэтому такой сосуд еще не появился.

А как же Фуга? Если бы люди хотели, чтобы Фуга стал «великим человеком», разве Фуга не стал бы им без колебаний?

И тогда, возлагая на него надежды, разве он не попытался бы стать гегемоном этой эпохи?

Когда я вернусь домой... я должен рассказать это Марии.

Я должен сказать ей, чтобы она остерегалась Фуга Хана из Союза Восточных Наций.

Если этот человек действительно возвысится, то под угрозой окажется даже самая сильная из человеческих наций.

Поэтому я сам тщательно запомнил имя Фуга Хана как человека, о котором мне следует впредь беспокоиться.

Той ночью в Ведане проходил праздник в честь победы над демонической волной.

Однако, в отличие от королевства Ластания, это не было буйным праздником с пением и выпивкой.

Поскольку собравшиеся были центральными фигурами Союза Восточных Наций, следовало ожидать, что никому не захочется распускать руки.

На первый взгляд казалось, что все они хвалят друг друга и ведут светские беседы, но на самом деле они собирали информацию о других странах.

Они прибыли в качестве подкрепления, поэтому многие были в доспехах, но мне показалось, что меня позвали на одно из ночных собраний знати. На самом деле, большие шишки, которые хотели установить теплые отношения с нашей страной, приходили к нам с приветствиями один за другим, так что мы уже немного устали от этого.

— Я думала, вечеринка в честь победы будет веселее, — пробурчала Надин рядом со мной, выглядя измученной.

— Ну-ну, это и наша важная обязанность тоже, — сказала Айша, пытаясь утешить её. Она стояла на противоположной стороне от меня.

Я посмотрел на Джуну, стоявшую рядом со мной.— Ты не устала, Джуна?

— Я привыкла к этому, так что я в порядке. Пожалуйста, предоставь мне обязанности по сдерживанию.

Я стоял рука об руку с Джуной, на которой было голубое платье, полученное, по её словам, от Эксель. А с Надин в её черном платье и Айшей в коктейльном также рядом со мной, я был здесь, на этой вечеринке, словно за железной стеной. Показывая, что они уже были моими партнерами, они действовали так, чтобы удержать глав других стран от разговоров о браке со мной.

Мы были представителями самой крупной из всех стран, собравшихся здесь, поэтому мало кто стал бы заходить так далеко, чтобы рисковать обидеть наших будущих королев, поднимая эту тему. Особенно в присутствии Джуны, женщины, которая была красива и полна женского очарования.

Раз за разом я видел, как лорды, которые могли бы поднять эту тему, взглянув на неё, решали, что дело безнадежно, и уклонялись от разговора пустой болтовней, а затем поспешно удалялись.

— Они постоянно говорят о нас:"Какая прекрасная у вас компания, леди", — сказала Джуна с улыбкой.

— Наверное, им было трудно придумать какую-то другую тему в такой момент, —сказал я. — Ну, учитывая, что они смогли увидеть, как прекрасно ты выглядишь в этом платье, Джуна, я уверен, что этого было достаточно.

— Хи-хи, мне нравится, когда вы делаете мне комплименты, сир.

— Подожди, Сома ! Не мог бы ты и на нас посмотреть?! — запротестовала Надин.

— Мне тоже кажется, что я давно так не одевалась, — согласилась Айша.

— Надин, Айша, вы обе выглядите очень мило, — сказал я им.

Они обе удовлетворенно улыбнулись.

Кстати, платье Надин было черным из-за её собственной чешуи, которое она надевала, когда мы танцевали на горном хребте Звездного Дракона, а коктейльное платье Айши - то самое, в котором она выступала в качестве ведущей на передаче вещательной сети. Я попросил её упаковать его на всякий случай.

Затем Надин потянула за подол своего платья, издав при этом вздох. — Это утомительно - одеваться вот так. Каждый раз, когда кто-то приходит, я должна быть начеку.

— Вы можете отдохнуть, госпожа Надин, — сказала Айша, выглядя обеспокоенной. — Я более чем способна защитить Его Величество сама.

— Я не хочу. — Надин отклонила предложение. — Если я это сделаю, люди здесь будут признавать только тебя и Джуну как партнеров Сомы. Я тоже его партнер, понятно?

Затем Надин крепко обняла меня за руку.

Возможно, именно это побудило Джуну крепче сжать мою руку и прижаться к ней...

Не думайте слишком много о разнице в формулировках.

Чувствуя себя немного раздраженной, Айша сказала.

— Это несправедливо, что только вы двое можете прижиматься к нему! Если это неприятно, пожалуйста, предоставьте эту задачу мне! Леди Лисия попросила меня позаботиться о Его Величестве.

— Меня попросили сделать то же самое! — ответила Надин. — Кроме того, дракон и его рыцарь - одно тело и один разум!

— Госпожа Надин, вы же понимаете, что вы не дракон, а Его Величество не рыцарь?

Между ними летали искры. Я должен был беспокоиться о том, как это выглядит для окружающих, так что, возможно, пришло время остановить их.

— Эм, вы двое, вам не нужно соревноваться из-за этого...

— Пожалуйста, помолчи, Сома /Сир!

— Ну, конечно...

Пока меня запугивали эти двое, Райга выглядела взволнованной.

— Ты действительно король?

Это напомнило мне, что Томоэ, Ичиха и Райга, трое детей, тоже были здесь.

Она застала нас в середине неловкой сцены, поэтому я попытался сменить тему, спросив.

— Разве тебе не нужно быть со своим братом, Фуга?

— Даже если бы я была с братом, там одни взрослые мужчины. Это скучно. Я бы предпочла остаться здесь с Томоэ и Ичихой.

— Мррх, — пробормотала Томоэ. — Неужели у тебя нет друзей, Райга?

Лицо Райги застыло.

О... она попала в точку.

С явно натянутой улыбкой, Райга потянулась к лицу Томоэ и ущипнула её за щеки. — О чём это ты говоришь?! Ты, хлюпик.

— Хяу?! Хьохьохь, хьахехьохь.

— П-пожалуйста, прекрати это, Райга.— Ичиха поспешно встал между ними и разнял их.

Райга скрестила руки и смотрела в сторону с надутыми от гнева щеками. Это только придавало ей вид, будто она пытается вести себя жестко.

— Всё в порядке! Никто не видит во мне ничего, кроме младшей сестры моего брата! Взрослые всегда смотрят, как отреагирует мой брат, и тоже подлизываются к нему!

...О, теперь это имело смысл.

Для этой девочки Фуга был источником гордости, но у неё также был комплекс по отношению к нему.

В группе братьев и сестер, если один из них был особенно талантлив, вполне естественно возникали подобные чувства. Похоже, на Ичиху тоже смотрели свысока по сравнению с его способными братьями и сестрами. Что касается Райги, то она находилась в чувствительном возрасте, так что, возможно, её обычная колючесть была другой стороной этих чувств.

Другими словами...

— Томоэ тебя балует, потому что никто не обращает на тебя внимание, — прокомментировал я.

— Кого, говоришь, балует эта маленькая пигалица?!

— Ты хотела, чтобы я тебя баловала? — осторожно спросила Томоэ. — Мне погладить тебя по голове?

— Ваххх, тебе не нужно этого делать!

Дети продолжали шуметь.

Райга никогда бы в этом не призналась, но я чувствовал, что Томоэ и Ичиха ближе всего подобрались к её истинной личности. Эти трое могут стать более хорошими друзьями, чем я мог бы подумать.

Пока я размышлял об этом, пришло время.

— Кхм! Дамы и господа. Я знаю, что мы находимся в середине нашего банкета, но могу ли я попросить вас выслушать меня?

Герцог Чима стоял на платформе, приготовленной для этого случая.

Позади него в ряд стояли шесть юношей и девушек. Муцуми была одной из них.

— Итак, как я и обещал ранее, я объявлю страны, в которые будут отправлены мои дети в знак благодарности за отправку подкрепления, — громко объявил  герцог Чима с помоста.

Предположительно, это означало, что шестеро на сцене были шестью братьями и сестрами Чимы, которые были включены в награду. В шестерку не входили старший из детей, который был наследником, и Ичиха - самый младший.

Если мне не изменяет память, это были:

Ната (22 года) - второй сын - мускулистый мужчина, владеющий огромным топором.

Муцуми (20 лет) - старшая дочь - красивая, с отличными боевыми способностями и находчивостью.

Гоша (18 лет) - третий сын - лучший лучник в мире.

Йоми (17 лет) - вторая дочь - старшая сестра-близнец, отличный маг.

Сами (17 лет) - третья дочь - младшая сестра-близнец, также отличный маг.

Найк (16 лет) - четвертый сын - красивый мальчик, чье копье двигалось быстрее, чем мог уследить глаз.

Будучи из одной семьи с госпожой Муцуми и Ичихой, они все были красивы.

Кроме того, каждый из них обладал выдающимся талантом, так что я мог понять, почему все эти страны хотят видеть их в качестве невест, женихов или помощников. Я мог понять, но... несмотря на это, среди них не было человека, которого я отчаянно желал бы для себя. Нет, не среди них.

Ну, раз мы приехали сюда последними, это мало нас касалось.

Или я так думал, но... я почувствовал, что внезапно вступил в зрительный контакт с герцогом Чимой на платформе. У меня было плохое предчувствие, и оно быстро подтвердилось.

Герцог Чима посмотрел на меня и сказал

— Что касается процесса выбора, я бы хотел, чтобы страны выбирали в порядке наибольшего вклада. Таким образом, тот, чья страна имеет самые большие силы и убила больше всего монстров, должно быть государство этого джентльмена. Король Фридонии, господин Сома Казуя!.

Как только он это сказал, все взгляды сфокусировались на нас.

В их взглядах смешались покорность, интерес и зависть. Я фактически пришел последним, только для того, чтобы взять лучшую часть, так что этого следовало ожидать.

О, черт возьми... он просто должен был это сделать...

Я был уверен, что герцог Чима хотел получить связь с выдающейся страной, чего бы это ни стоило.

Естественно, как самая могущественная страна здесь, он должен был захотеть иметь связь с нами. Возможно, именно поэтому он отдал нам первое место.

Со своей стороны, я хотел не высовываться здесь, а спокойно достичь своей цели после, но теперь он сделал это хлопотным делом.

Затем, я почувствовал на себе чей-то особенно пристальный взгляд.

Что?!

Джуна и Надин отпустили руки, которыми они были обхвачены, а Айша расположилась так, чтобы защитить меня от этого пристального взгляда.

Когда я посмотрел мимо Айши в ту сторону, откуда я его почувствовал, там был Фуга.

Он смотрел прямо на меня без всякого выражения. Эти глаза говорили:"Если ты планируешь выбрать юную госпожу Муцуми, будь готов."

Если бы я поддразнил его, сказав сейчас, что хотел бы получить госпожу Муцуми, Фуга, вероятно, решил бы, что я враг.

В "Принце" Макиавелли сказал, что люди скоро забудут обиду, нанесенную им самим, но они никогда не забудут обиду, нанесенную их имуществу или женщинам.

Если бы я сделал что-то вроде кражи госпожи Муцуми, Фуга, без сомнения, пришел бы, чтобы вернуть её, даже если бы это означало войну с королевством Фридония. Как царь Агамемнон, вторгшийся в Трою и разрушивший её, чтобы вернуть прекрасную жену своего младшего брата, Елену.

У меня нет намерения создавать источник раздора с Фуга, но...

Был ли этот человек настолько верен своим желаниям?

Если он чего-то хотел, то делал всё, чтобы добиться этого. Такая позиция была ужасающей.

Я повернулся к герцогу Чиме и слегка поклонился, после чего молча покачал головой.

— Это любезное предложение, но я вынужден отказаться.

— О-отказаться?!

— Мы, из Королевства Фридония, прибыли с опозданием, и наш вклад не равен тем, кто долго и упорно сражались здесь другие. Я прошу вас, пожалуйста, передать награду кому-нибудь другому.

Когда я это проиизнес, по комнате разлилось явное чувство облегчения.

Это было потому, что количество мест для наград не уменьшилось, я уверен. То тут, то там я слышал такие слова, как...

— Замечательное проявление внимания.

— Похоже, новый король Фридонии благоразумен.

— Какой он достойный человек.

...и другие комплименты.

Интересно, насколько серьезными они были?

После того, как я отошел в сторону, первое место занял Фуга из Малхитана, так что, похоже, Фуга сможет заполучить госпожу Муцуми, которую он так желал.

Фуга поднялся на помост и вдруг подхватил госпожу Муцуми на руки, неся её, как принцессу. — Я не буду заставлять тебя делать что-то хлопотное, например, говорить, что я хочу видеть тебя в качестве фаворитки. Муцуми, я влюбился в тебя с первого взгляда. Будь моей женой.

Поднявшись на сцену и наблюдая за центральными фигурами из многих других стран, он сделал ей прямое предложение.

Это заставило госпожу Муцуми широко раскрыть глаза, но она быстро обхватила Фуга за шею своими изящными руками.

— Хи-хи, ты замечательный. Я сделаю это. Мне нравятся сильные люди.

— Да! Клянусь, если это ради тебя, я никогда никому не проиграю!

— Я верю вам, лорд Фуга.

Вместе с аплодисментами в адрес этих двоих, раздавались взгляды, которые были наполовину поздравительными, а наполовину завистливыми.

Нет, скорее завистливые.

Именно столько людей преследовало госпожу Муцуми.

Фуга явно не обращал ни малейшего внимания на эти взгляды. Наверное, это и есть Фуга. В любом случае, я был рад, что не стал создавать лишних разногласий с ним.

Пока я чувствовал облегчение, я заметил, что Райга смотрит на меня.

— ...Что-то не так?

— Почему ты отказался от первого места? Ты мог бы забрать Муцуми!

Это было не просто любопытство в её глазах; похоже, она серьезно хотела знать.

— Может быть, это потому, что за Муцуми охотился мой брат? — спросила она.

— Как я уже говорил, но... это тоже может быть частью этого. Я не хочу драться с Фуга.

— Понятно. Ты боишься моего брата.

Когда она это сказала, взгляд Райги стал немного острым. Что привело к этому?

Затем, тихим голосом, Райга начала говорить.

— Мы знаем, какой замечательный мой брат. Но это не всегда верно по отношению к другим. В Союзе Восточных Наций есть те, кто недооценивает его как незначительного короля из степей.

Ну, в конце концов, Малхитан все еще был маленькой страной с точки зрения территории. Если бы я сказал, что я, правитель королевства Фридония, боюсь короля такой маленькой страны, как Фуга, они бы посмеялись, что я слишком робок.

Райга, однако, никогда не смеялась. — Но... ты не такой, я вижу. Хотя ты правишь королевством, которое несравнимо больше, чем степи Малхитана, ты осторожен с моим братом, как и должен быть.

— Нет, это...

— Теперь я понимаю, почему  мой брат обратил на тебя внимание. Я также понимаю, почему тебя защищает так много людей. — Райга слабо улыбнулась.

Когда девочка тринадцати лет улыбается так, словно видет меня насквозь, это немного шокирует. Хотя она отличалась от своего брата, эта девочка тоже могла быть ненормальной.

Пока мы разговаривали, раздача наград закончилась.

— Итак, места, куда отправятся мои дети, определены, — произнес герцог Чима. — Все, я действительно...

— Ах! Минутку, если можно?

Поскольку герцог Чима собирался высказать свое заключительное слово, я решил, что сейчас самое время нанести удар и прервать его.

— Возможно, вы недовольны вопросом о вознаграждении? — спросил герцог Чима, широко раскрыв глаза.

Я поспешно покачал головой. — О, нет, нет. Дело не в награде. У вас есть ещё один ребенок по имени Ичиха Чима, да, сэр Мафей? Самый младший.

— Н-да. Он прямо здесь, на самом деле...

Как только герцог Чима сказал это, Ичиха тут же оказался рядом со мной.

Я положил руку на голову Ичихи и сказал герцогу Чиме.

— Судя по всему, он быстро подружился с моей младшей сестрой. Я также слышал, что все мальчики и девочки из семьи Чима превосходны, поэтому я считаю, что у этого мальчика тоже есть потенциал. В таком случае, как насчет этого? Я бы хотел, чтобы вы оставили господина Ичиха на попечение нашей страны, чтобы он мог получить образование.

— Э-это... —  Внезапность предложения оставила герцога Чиму в замешательстве.

В своей голове он, вероятно, прорабатывал мои намерения и взвешивал достоинства и недостатки принятия моего предложения. Кстати, прежде чем сделать это предложение, я сначала получил разрешение Ичихи. Он и так, казалось, был полон энтузиазма по поводу приезда в нашу страну.

Он чувствовал себя неловко в роли чудака, который только и делал, что рисовал картинки с монстрами, а человек, который понимал его лучше всех, госпожа Муцуми, тоже собиралась уехать, так что его ничто не привязывало здесь.

Его мать уже давно умерла, так что оставалось лишь решить, даст ли герцог Чима разрешение.

Герцог Чима нерешительно сказал.

—Послушайте... Мальчик немного эксцентричен, и физически он довольно слаб. Я не уверен, что он сможет оправдать ваши ожидания...

— Если он физически слаб, это ещё одна причина, по которой он должен приехать к нам, — твердо сказал я. — Наша страна находится в середине медицинской революции, и у нас есть талантливые врачи. Было бы хорошо, если бы они его осмотрели. Кроме того... я не против того, чтобы он был эксцентричным. Я питаю слабость к таким людям. — Добавил я. — Мы попросим его некоторое время поучиться у премьер-министра Хакуи. Затем, следующей весной, я планирую, что Ичиха и Томоэ пойдут в школу вместе.

— М-мы, пойти в школу?! — Томоэ выглядела удивленной.

Я усмехнулся и кивнул. — Да. Я говорил об этом с Хакуей. Ты многому можешь научиться, живя в группе. Хакуя хочет, чтобы ты ходила в школу и училась тому, чему не сможешь научиться только с частным репетитором. Я всё ещё размышляю, что выбрать: академию (для академических предметов) или офицерскую академию (для военных предметов).

— Я буду... ходить в школу с Ичихой... —  Томоэ была потрясена новостью, но выглядела счастливой. Выражение её лица было озадаченным, но её волчий хвост вилял из стороны в сторону, так что это было легко понять.

Затем, приведя свои мысли в порядок, герцог Чима надел свою приветливую улыбку человека средних лет. — Ооо, если так, то пожалуйста!

Похоже, он решил, что было бы неплохо иметь линию связи с нашей страной.

— Ты ведь тоже не против, Ичиха? — спросил он.

— Д-да, отец! — Ичиха кивнул головой.

С облегчением я протянул правую руку. — Хорошо. Ну тогда, Ичиха. Я буду рад принять тебя

— Да. Я буду под вашей опекой.

Мы с Ичихой обменялись крепким рукопожатием.

Остальные собравшиеся здесь люди смотрели на нас так, словно не понимали, чему они стали свидетелями.

Скорее всего, они были озадачены тем, что король Фридонии, который, как они думали, отказался от приза, получил младшего брата, который не был в него включен.

Однако, младший брат Чима славился своей чудаковатостью, поэтому никто не стал возражать. На самом деле...

— Он привел все эти войска, а получил за это только младшего брата. Вряд ли стоит беспокоиться. — Были даже те, кто откровенно насмехался над Ичихой таким образом. Возможно, это была попытка похвалить меня, но мне показалось неприятным, что для этого им пришлось принизить Ичиху. Что ж, не было необходимости объяснять, чем Ичиха так ценен для таких людей, поэтому я просто вежливо улыбнулся и оставил всё как есть.

Когда Ичиха опустил глаза в ответ на резкие слова, я положил руку ему на голову и сказал голосом, который мог слышать только он.

—Пусть говорят, что хотят. Ты был всем, что я хотел с самого начала.

— Сома ...

Я усмехнулся. — Если бы ты был включен в награду с самого начала, я уверен, что выбрал бы тебя, не отказываясь от своего положения самого большого вкладчика. Даже если бы это означало вступить в конфликт с Фуга.

Ичиха наконец-то слегка улыбнулся мне.

Уроки исторических идиом Элфридена: Номер 6.

— Обрести младшего сына дома Чима

Тип: Пословица

Значение:

Получить малое в обмен на тяжелый труд.(1)

Вещь, которую все оставили, и казавшаяся на первый взгляд бесполезной, на самом деле оказалась невероятным сокровищем.(2)

Происхождение: Эта идиома в разное время означала разные вещи. Сначала она быда сказана со значением (1). Она происходит из событий с Сомой, который привел подкрепление в Союз Восточных Наций и затем вернулся с Ичихой Чимой, которого тогда считали бесталантным, в качестве своего приза. Однако, когда скрытый потенциал Ичихи Чимы расцвел, это слово приобрело значение (2), которое было противоположным.

Эквивалентные выражения:

— Великие усилия напрасны.

— Удачу можно найти в том, что другие оставляют позади.

_________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

С момента празднования прошло около двух дней.

Нам удалось вымести монстров с этой земли, поэтому мы собирались оставаться до тех пор, пока не узнаем текущее состояние демонической волны.

И вот, спустя два дня, ситуация в каждой стране прояснилась.

По сообщениям Черных котов, после уничтожения монстров, собравшихся в герцогстве Чима, количество монстров, атакующих другие страны, заметно снизилось. Они считали, что Объединенные силы Союза Восточных Наций смогут справиться с остальными, а значит, мы здесь больше не нужны.

Пока мы собирали лагеря Фридонийских сил Национальной обороны для вывода войск, я услышал голос.

— Эй! Сома. Уже едешь домой? — Фуга внезапно подъехал к нам на летающем тигре Дурге.

— Фуга? — спросил я, удивленный.

Его внезапное появление заставило Айшу насторожиться, но у него за спиной была Муцуми, а перед седлом - Райга, так что, вероятно, он здесь не для того, чтобы создавать проблемы.

— Похоже, вы торопитесь, — прокомментировал Фуга, глядя на деловито бегающих вокруг солдат. Легко спрыгнув со спины Дурги, он помог спуститься Муцуми и Райге и спросил.

— Не могли бы вы действовать немного медленнее?

— Боюсь, это не вариант. Мы не можем находиться вдали от страны слишком долго. Просто держать здесь такие большие силы требует огромных расходов, а с волной демонов мы справились, и я хочу побыстрее вернуться домой. — В Союзе Восточных Наций не так много дорог с твердым покрытием, как в королевстве, поэтому мы не могли использовать для перевозки такие средства, как поезд-носорог. Нам предстоял долгий и медленный путь домой, поэтому я хотел поскорее отправиться в путь.

Хакуя велел мне поспешить обратно, как только мы закончим дела. Кроме того, скоро должна была родить Лисия, так что у меня были и личные причины поторопиться с возвращением.

Муцуми вышла вперед и склонила голову передо мной. — Господин Сома, большое спасибо за подкрепление, которое вы нам предоставили.

— Я уже говорил это прошлой ночью, но всё, что мы сделали, это появились в конце, чтобы уничтожить оставшихся врагов. Нет необходимости в излишней благодарности.

— Даже если так, это факт, что вы спасли эту страну. — Муцуми подняла лицо и улыбнулась. — Я также хотела бы попросить вас хорошо заботиться об Ичихе. Он взрослый для своего возраста, но он слабый и робкий, поэтому я немного беспокоюсь за него.

— Ха-ха, я уверен, что он будет в порядке. Я знаю, насколько он взрослый, из разговоров с ним, и он, кажется, в хороших отношениях с моей младшей сестрой, так что я думаю, с ним всё будет в порядке.

С этими словами я посмотрел в сторону трех детей, Томоэ, Ичихи и Райги, которые прощались.

— Пока, Райга, — произнесла Томоэ.

— Береги себя, Райга, — добавил Ичиха.

— О... Да...

А? Томоэ и Ичиха вели себя нормально, но Райга казалась немного тихой. Куда подевался её сильный характер? Она скрестила руки и выгнула спину так, что её грудь выпятилась, как будто она пыталась показать, что она старшая.

— Ну... с вами двумя было не так уж плохо. Мне казалось, что у меня появились младшие брат и сестра. Продолжай стараться, когда вернешься в королевство.

— Младший брат...? — пробормотал Ичиха.

— Может быть, ты чувствуешь себя одинокой, Райга? — прямо спросила Томоэ.

Лицо Райги стало ярко-красным. — Кому это тут одиноко?! Ты ведешь себя слишком дерзко! — (Ущипнула.)

— Шаид, не надо так щипать меня за щеки!

— Райга, ты ведешь себя так, словно одинокий ребенок закатывает истерику.— заметил Ичиха.

— Отвали! Я ущипну и тебя!

— Ой... Давай бежать, Ичиха!

— П-правильно!

Вырвавшись из рук Райги, Томоэ взяла Ичиху за руку и побежала прочь.

Райга погналась за ними, крича "Подождите!".

Все трое кричали и шумели, бегая по главному лагерю. Если бы они дрались, я бы остановил их, но Томоэ, похоже, смеялась и веселилась, так что всё было в порядке.

...Погодите, неужели Томоэ развлекалась, дразня Райгу за то, что она так прямолинейна в своих эмоциях?

Возможно, когда Томоэ вырастет, она станет такой же дьявольской красавицей, как Джуна. Мне казалось, что я уже вижу намеки на это.

Пока я вновь ощущал беспокойство за будущее нашей любимой младшей сестры, Фуга вдруг хлопнул в ладоши, как будто только что что-то вспомнил.

— О, Райга только что напомнила мне. Слушай, Сома.

— Что такое?

— Я хотел спросить, могу ли я оставить Райгу с тобой в королевстве?

— "А?!""— Мы с Райгой одновременно вскрикнули от удивления.

Что этот парень сказал, ни с того ни с сего?

— Ч-что ты такое так неожиданно говоришь, старший брат?! — воскликнула Райга. — Отправляя меня в королевство...!

Похоже, Райга разделяла мое мнение...

Подождите, даже Райга, которая больше всех пострадала, услышала это только сейчас?

Серьезно, о чем он думал?

— Каковы твои намерения? — медленно спросил я.

— Ты говорил о том, чтобы засунуть в школу свою шмакодявку и шмакодявку, которая станет моим шурином, так? Когда я это услышал, мне тоже захотелось отдать Райгу в большую школу. У нас в Малхитане, видите ли, нет таких заведений.

— Старший брат! Я умею читать, писать и считать! Если ты говоришь, что хочешь, чтобы я училась дальше, то я бы предпочла учиться у тебя, чтобы стать командиром, который сможет тебе помочь!

Фуга опустил руку на её голову. — Твой потенциал как командира неплох. Но это всё, и ты быстро достигнешь своего предела, если будешь учиться только быть воином. К счастью, твоя голова тоже не так уж плоха. Если ты накопишь знания и станешь мудрым генералом или внутренним администратором, я думаю, ты сможешь добиться большого успеха.

— Но...

— Кроме того, у меня будет много работы. В конце концов, я буду принимать Муцуми как свою невесту. Даже если ты останешься в Малхитане, у меня не будет на тебя столько же времени, как раньше. Так почему бы тебе не отправиться в королевство Фридония со своими боевыми товарищами? Вернись ко мне однажды как человек, который может помочь осуществить мою мечту.

Райга посмотрела в сторону Томоэ и Ичихи.

Должно быть, она раздумывала, остаться ли с Фуга, с которым у неё будет меньше времени, или отправиться в королевство и посещать школу вместе с Томоэ и Ичихой.

Райга некоторое время молча размышляла об этом, но в конце концов кивнула. — Я понимаю. Я буду учиться в королевстве и постараюсь стать человеком, который сможет помочь тебе!

Затем она решительно сжала кулаки.

Подождите, подождите! Почему они затеяли это обсуждение без нашего участия?!

— Я ещё не сказал, что мы возьмем её, ты понимаешь? — указал я.

— Ну, сделай мне одолжение, — сказал Фуга, обнимая меня за плечи.

Эта позиция... она была пугающей, потому что с силой Фуга он мог легко задушить меня до смерти.

Даже Фуга вряд ли смог бы что-то сделать со мной, когда здесь собрались сильнейшие воины королевства, но...

Я имею в виду, он бы не стал.

Это было немного страшно, поэтому я хотел чтобы он отпустил меня.

Когда я посмотрел, Айша держала руку на рукояти своего меча, Джуна уже держала наготове метательный нож, а у Надин волосы встали дыбом.

Это означало, что если он сделает что-нибудь неосторожное, они разберутся с ним.

Фуга прошептал мне на ухо.

— Ну, очевидно... дело не только в учёбе Райги.

Я прошептал в ответ.

— Она твоя драгоценная сестра. О чем ты думаешь, оставляя её с нами?

— Я делаю это, потому что она моя драгоценная сестра. — Фуга криво улыбнулся, демонстрируя свои клыкастые зубы. — В моей стране скоро начнутся большие перемены. Внутри страны я планирую уничтожить враждебные расы, оставшиеся в Малхитане, а снаружи я намерен отправиться в земли Владыки Демонов при поддержке стран Союза Восточных Наций. В этом процессе, я ожидаю, что все станет опасным, хотя бы временно.

— ...Вы это серьезно.

— Конечно. Я не говорю того, что не готов воплотить в жизнь.

Понимая, что демоны находятся только в глубине земель Владыки Демонов, он собирался идти туда только с людьми из своей страны. Действительно ли он пытался осуществить то, о чем говорил в тот день?

Затем Фуга внезапно улыбнулся. — В этот момент есть риск, что мои родственники станут мишенью. У Муцуми достаточно ума и силы, чтобы защитить себя, но Райга еще мала. Могут найтись люди, которые попытаются похитить её, чтобы использовать в качестве заложницы. Если рассматривать худшие варианты, я думаю, что лучше оставить её далеко, в королевстве Фридония.

— Понятно... Муцуми знает об этом?

— Конечно. Муцуми согласилась со мной.

Когда я посмотрел в сторону госпожи Муцуми, она слегка кивнула мне.

Позаботься о моей невестке, Райге. Так ли это должно было означать?

Если она одобрила действия Фуга, значит, она знала, что он собирается ввязаться в большую авантюру. Даже зная, что ей самой грозит опасность, она решила последовать за Фуга на его пути завоевания. В её глазах я увидел нечто, перекликающееся с Лисией.

— Ты нашел хорошую жену, — сказал я. — Не делай слишком много, чтобы она не грустила, хорошо?

— Я не могу ничего обещать, но я сделаю все возможное. Я обязательно буду защищать Муцуми. Я должен показать ей свой мир, как и обещал.

Они говорили об этом...

Понятно. Как Лисия поставила на меня, так и госпожа Муцуми сделала то же самое с Фугой.

Они поставили на кон свое будущее.

Я вздохнул от восхищения, обращаясь к Фуга.

— Я понимаю ситуацию, но ты уверен, что всё в порядке? Ты не подумал о том, что я могу взять Райгу в заложники?

— Ты никогда не поднимешь руку на Райгу. — С глазами крупного хищника Фуга ухмыльнулся. — Я не понимаю тебя. Ты не силен, но у тебя много последователей. В твоем распоряжении десятки тысяч людей, но ты ничего не пытаешься сделать.

Я молчал.

— Даже если бы ты превосходил меня числом пять к одному, я не думаю, что смог бы проиграть. Но если бы дело дошло до драки, я чувствую, что она превратилась бы в трясину. Как будто это превратится в надоедливую битву. Таков  мой прогноз. Думаю, если это возможно, я бы предпочел не драться с вами. Ты ведь чувствуешь нечто подобное по отношению ко мне, верно?

— ...Ну, да, — кивнул я. — В моем случае, это не "если возможно", хотя. Я совершенно не хочу с тобой драться.

Если он собирался говорить об этом так открыто, я не мог уклониться от ответа.

Фуга хлопнул себя по животу, как бы говоря:"Я так и знал!"

—Это большая честь, что король великой страны так настороженно относится ко мне. Поэтому, учитывая, что ты не хочешь выступать против меня, ты никогда не поднимешь руку на Райгу и не навлечешь на себя мой гнев. Если уж на то пошло, ты бы из кожи вон лез, чтобы защитить её должным образом, верно?

Он был прав, и я не мог этого отрицать.

Если бы мы взяли Райгу под свою опеку в королевстве, я был уверен, что буду следить за ней, чтобы она не узнала ничего секретного, но я бы обеспечил ей максимальную защиту.

— Итак? Что мы получим, если возьмем Райгу под свою опеку? — спросил я.

— Я буду у тебя в долгу.

— Если возникнет необходимость, ты без колебаний откажешься от любого обязательства или долга, верно?

Я произнес это неприязненно, но Фуга ответил веселым смехом.

— Я не буду отрицать этого. Но Райга -  мой единственный оставшийся родственник, за исключением Муцуми, которая становится моей женой. Я бы не стал нарываться на неприятности со страной, где она находится.

— Я не знаю, стоит ли мне в это верить...

Насчет Фуга я не мог быть слишком самоуверенным. Тем не менее, возможно, это правда, что я могу рассчитывать на то, что она будет в некоторой степени эффективным сдерживающим фактором. Это была карта, которую лучше иметь, чем не иметь, вот и всё, но неплохо иметь что-то наготове, чтобы справиться с Фуга, какой бы незначительной она ни была.

— ...Хорошо, — ответил я. — Мы возьмем Райгу.

— Ха-ха-ха, это большая помощь. — Фуга отпустил руку с моего плеча.

Когда Фуга отошел, Айша, Джуна и Надин успокоились. Я был рад, что всё закончилось без стычек.

Положив руку на голову Райги, Фуга сказал.

— Всё улажено. Отправляйся в королевство и прилежно учись.

— Обязательно! Я сделаю всё, что в моих силах, старший брат! — с духом сказала Райга.

Ухмыльнувшись, Фуга снова подошел ко мне и сказал тихим голосом.

— Я знаю, я сказал, что ты никогда не тронешь Райгу, но, если ты хочешь тронуть её в плане секса, то я не против.

— А?! О чем ты говоришь?!

Райге было сколько, тринадцать? Я ни за что не прикоснусь к ней.

Однако, Фуга весело рассмеялся — Нет, нет, я не говорю, что ты сделаешь это прямо сейчас. Я рассчитываю оставить Райгу с тобой, пока она не закончит школу. Я уверен, что через несколько лет она будет красавицей, и, может быть, ты захочешь пошалить с ней?

— Как будто! — огрызнулся я.

— Ну, если так, то я позабочусь о том, чтобы ты женился на ней должным образом. Это сделает тебя моим шурином. Я позабочусь о том, чтобы ты оказывал мне уважение как сташему брату.

— ...Я не хочу в этом участвовать.

Быть шурином Фуга? Считай, что я в пролёте. У меня будут такие же проблемы, как у Азая Нагамасы с Нобунагой.

Затем Фуга хлопнул меня по спине. — Ну, в любом случае, я оставляю Райгу в твоих руках.

— Ой... ладно.

Я полагал, что разговор о шурине был просто шуткой, но пугало то, что я не знал, насколько серьезно он к этому относится.

И вот, получив в последний момент неприятный подарок, мы отправились в обратный путь в королевство, где нас ждала Лисия.

_________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

________________

Азай Нагамаса - был японским даймё из Период Сэнгоку . Он был зятем и врагом Ода Нобунага . Он был главой клана Азаи , проживавшего в замке Одани в северной провинции Оми , и женился на сестре Нобунаги Оичи в 1564 году, отцом ее троих дочери - Йодо-доно , Охацу и Ойо - которые сами по себе стали заметными фигурами. Нагамаса стал одним из врагов Нобунаги в 1570 году из-за союза Азаи с кланом Асакура и сражался против Нобунаги в крупных битвах, включая Битву при Анегаве.

В один из дней 1-го месяца 1 547-го года по континентальному календарю, на северо-востоке Королевства...

Это случилось, когда Сома ещё был в составе Союза Восточных Наций.

На востоке королевства Национальные военно-морские силы обороны под командованием Кастора выполняли патрульные функции. Когда они продвигались вперед не на сверхсекретном авианосце островного типа, а на пяти традиционных железных линкорах, запряженных морскими драконами, корабль Кастора получил сообщение.

Это сообщение, доставленное посыльным куи, специально обученным для военно-морских целей, информировало его о столкновении между рыбаками королевства и рыбаками из Союза Архипелага Девятиглавого Дракона, которые незаконно ловили рыбу в водах королевства.

Более того, на стороне Союза Архипелага Девятиглавого Дракона были вооруженные корабли, и их нападения заставили рыбаков королевства отступить.

Когда Кастор получил сообщение, он немедленно направился к месту, где, по слухам, произошло столкновение.

Сидя в капитанском кресле, Кастор в раздражении смотрел на море впереди.

В последнее время эти столкновения участились. Пока у нас есть только раненые, но рано или поздно кто-то умрет. Когда это произойдет, остановить это будет невозможно. Это круговорот ненависти. Неужели эти парни из Архипелага Девятиглавого Дракона планируют развязать войну?

Даже если дело дойдет до войны, Кастор считал, что королевство победит.

Правда, морской конфликт играл на руку морскому государству, такому как Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, но у королевства было свое секретное оружие - несущий виверн островной авианосец «Хирю».

Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, вероятно, не смог бы немедленно отреагировать на оружие, которое противоречило здравому смыслу этого мира, который гласил, что отряд виверн не может быть использована на море, потому что виверны боялись заходить так далеко, что не могли видеть землю.

Кроме того, на острове, который они тайно превратили в авианосец, его бывшие вассалы, ставшие теперь отрядом виверн, занимались интенсивными тренировками, совершенствуя себя по сей день. Он не мог представить, чтобы они кому-то проиграли.

Тем не менее, если мы сможем избежать боя, это будет к лучшему.

Даже если бы он был уверен, что они смогут победить, на войне нет ничего абсолютного. Может случиться непредвиденное.

Кроме того, в прошлом году мы только что вели войну с коррумпированной знатью и княжеством Амидония, а сейчас отправляли подкрепление в Союз восточных государств. Частые военные кампании истощили бы страну.

Ну, не то чтобы я был в состоянии говорить...

Хотя это было результатом переплетения множества различных намерений и ситуаций, Кастор чувствовал тяжелое чувство ответственности за то, что выступил против Сомы в прошлом году. На этот раз он решил выложиться до конца ради этой страны.

Он представил себе, какой будет война с архипелагом Девятиглавого Дракона. Войны на море не похожи на войны на суше.

В войне с Амидонией их целью было захватить только один город, поэтому ее удалось закончить за короткий промежуток времени. Но тотальная война с Архипелагом Девятиглавого Дракона была бы хлопотной.

В море могут быть пути, но суши нет. В одном морском сражении мы можем получить превосходство в морской торговле, но если мы не захватим землю, где находятся их порты и доки, вражеский флот сможет восстанавливаться столько раз, сколько потребуется. Учитывая это, будет трудно заставить агломерацию островных стран, таких как Архипелаг Девятиглавого Дракона, полностью подчиниться.

Даже если бы они захватили остров, удержать его было бы сложно. Эти острова были отделены от Королевства Фридония морем, и он слышал, что образ жизни на каждом острове резко отличался не только от королевства, но даже друг от друга. Было бы трудно поставить магистрат для управления ими.

Одной победы будет недостаточно. Честно говоря... когда я сражался в воздухе, грубая сила была всем, но на земле нас сдерживает слишком многое.

Кастор издал прерывистый вздох.

В прошлом Кастор радовался бы только возможности сражаться, но теперь он думал о том, что будет после войны.

Это было доказательством его роста с тех пор, как он проиграл Соме и был должным образом перевоспитан Эксель, но, возможно, он сам этого не осознавал.

— Капитан, это наш пункт назначения.

Когда его второй командир сказал ему это, Кастор прищурился.

Он увидел флот из примерно десяти рыболовецких судов и средних размеров вооруженные корабли, развернутые как бы для их защиты. Как бы желая подбодрить себя, Кастор поправил свою капитанскую фуражку.

— Хорошо. Сегодня мы узнаем, что они задумали. Отправьте сообщение на все корабли. — Игнорируйте рыболовные суда; сосредоточьтесь на захвате вооруженных кораблей.

Если бы все шло по обычному сценарию, незаконный рыболовный флот сбежал бы в тот момент, когда появились бы Национальные силы военно-морской обороны. Затем, чтобы дать им возможность скрыться, более быстрые средние вооруженные корабли быстро приближались бы к ним для атаки в стиле "бей и беги", чтобы сбить с толку Национальные силы морской обороны, прежде чем отразить преследующие атаки.

Средние вооруженные корабли Архипелага Девятиглавого Дракона были сделаны из дерева, а вместо морских драконов их тянули рогатые долдоны - существа, похожие на дельфинов с прикрепленным однорогим рогом.

Возможно, эти рогатые долдоны и не обладали такой же тяговой силой, но их скорость плавания и маневренность намного превосходили скорость и маневренность морских драконов.

По этой причине в подвижном бою Национальные силы морской обороны не смогли захватить вооруженные суда.

Кастор был хорошо осведомлен об этом факте.

— Я привык к тому, как они двигаются, — объявил Кастор. — Нет необходимости соответствовать их скорости! Не меняйте курс, но оставайтесь на том направлении, куда бежали рыболовные суда! Приготовиться к атаке!

— Но капитан! — запротестовал его второй командир. — Если мы просто откроем огонь, преследуя другую цель, я полагаю, будет трудно поразить врага с его маневренностью!

Кастор покачал головой. — Нет никакой реальной необходимости поражать их. Мы посмотрим, как они двигаются, и будем стрелять туда, куда они, скорее всего, направятся. Я уверен, что они не пойдут туда, где их уже обстреливают. Когда мы естественным образом наложим ограничения на их курс, мы сможем убить их мобильность.

— Понятно. Вас понял.

Как и ожидалось, три вооруженных корабля двинулись на защиту рыболовных судов, приближаясь к флоту Кастора.

Флот Национальных военно-морских сил обороны следовал приказам Кастора, намеренно не целясь в вооруженные корабли и стреляя туда, куда они могли попасть.

Бум... всплеск! Бум... всплеск!

Снова раздался звук выстрела пушечных ядер, а затем они ударились о поверхность моря и подняли столб воды.

Хотя вооруженные корабли все время пытались использовать свою маневренность, чтобы выставить их дураками, но из-за пушечных ядер и столбов воды их курсы были перекрыты, и они не могли нормально передвигаться.

Кастор спокойно наблюдал за происходящим из-за края своей капитанской шляпы. — Я более или менее разобрался с этим.

— А?

— Артиллерия! Направление: два часа! Расстояние: восемьдесят!

Когда Кастор крикнул в разговорную трубку, артиллерийский огонь начался, как и было приказано.

Бум... Хруст!

В нос одного из вооруженных кораблей, который пытался повернуть, избегая пушечных ядер и столбов воды, ударил снаряд.

Он оторвало переднюю часть судна, разорвав поводья, связывавшие его с рогатым долдоном, и теперь свободный рогатый долдон поплыл на восток.

— Цель поражена! Средний урон вражескому кораблю! — Увидев невероятное попадание, второй командир Кастора удивленно посмотрел на него. — Это было великолепно. Я впечатлен, что вы смогли попасть в него...

— Когда я служил в ВВС, нам приходилось рассчитывать потоки ветра, чтобы сброшенные нами взрывные бочки попали в цель. Для меня это проще простого.

Кастор говорил легко, но это был безусловно сложный навык. Это был продукт его опыта в качестве генерала ВВС и его обучения на флоте.

Пока второй командир приходил в  себя, оставшиеся два корабля отказались от дальнейших попыток отвлечь внимание, сочтя их слишком сложными, и начали отходить.

Корабль с поврежденным носом сильно кренился и начинал тонуть, но они, видимо, решили, что спасать их слишком опасно, поскольку здесь находятся силы национальной обороны.

Они спустили в море скудное количество спасательных лодок и ушли на восток.

Экипаж покинул тонущий корабль, отчаянно плывя к оставленным спасательным шлюпкам.

Уверенный в том, что у его противников нет воли к сопротивлению, Кастор отдал приказ всем кораблям. — Прекратить боевые действия. Сейчас мы отправимся спасать тех, кого выбросило за борт. Каждый из них - ценный источник информации. Чтобы выяснить, что происходит на архипелаге Девятиглавого Дракона, спасите как можно больше жизней!

— ""Есть, сэр!""

Затем флот Кастора спас всех членов экипажа с вооруженного корабля, погрузил их на борт и вернулся в Лагуна-Сити.

Пленники, вероятно, будут допрошены Национальными силами морской обороны, а затем Сома или Хакуя решат, что с ними делать.

Надеюсь, мы сможем чему-то научиться... подумал Кастор, сидя в капитанском кресле на корабле, возвращающемся в порт.

***

В это  же время на северо-западе королевства в торговом районе города, обнесенного стеной, недалеко от границы с Лунарским православным папским государством, крупная женщина лет тридцати в доспехах шла с неряшливым мужчиной, на котором было облачение лунарского православного священника.

Это были женщина-генерал бывшего княжества Амидония, которой Сома доверил подготовку к войне против Лунарского православного папского государства, и прогнивший епископ Суджи Лестер, прибывший из православного папского государства.

Когда они шли по городу, люди часто подходили к ним, чтобы поговорить.

— Леди Маргарита, пожалуйста, пожмите мне руку.

— Я всегда слушаю, как вы поете. У вас такой прекрасный, сильный голос.

— Могу я попросить вас погладить моего ребенка?

Слова, которые Маргарита получала от молодых женщин, были сплошной похвалой и уважением.

Между тем, слова, которые получал Соуджи...

— Эй, епископ. Почему бы тебе не пойти сюда и не выпить с нами?

— Эй, мирской епископ, приходи послушать мою пьяную исповедь.

— Эй, ты, когда ты заплатишь за свою выпивку с прошлого раза? Я больше не буду записывать на твой счёт.

Ну, как вы могли себе представить, многие из них были от пьяниц или старушки, которая управляла баром.

Маргарита посмотрела на Соуджи с кривой улыбкой. — Вы популярны, верно, сэр Соуджи?

— Боже, это звучит не иначе как сарказм. Со мной разговаривают только старые женщины и пьяные старики. Я бы предпочел быть популярным среди юных леди, как вы.

— Не потому ли, что вы каждый вечер появляетесь в баре, чтобы выпить?

— Мне больше нечем заняться, так в чем же дело? Граница выглядит тихой.

— ...Это правда. Что ж мы не видели никаких признаков активности.

Эти двое были направлены сюда, чтобы подготовиться к борьбе с Лунарским Ортодоксальным Папским Государством, но Ортодоксальное Папское Государство не проявляло никаких признаков активности, и на этой границе было странно тихо.

В данный момент почти половина армии была отправлена в Союз Восточных Наций в качестве подкрепления, а временный король Сома был в отъезде.

Это была прекрасная возможность что-то предпринять, но ортодоксальное папское государство не проявляло никаких признаков движения. Это было более тревожно.

— В конце концов, не было никаких сообщений о приближении их войск к границе... —  Маргарита скрестила руки и склонила голову набок.

Соуджи фыркнул и рассмеялся. — Ну, зная эту страну, они будут подстрекать верующих здесь, прежде чем сами двинут войска. Поэтому вас, любимую жителями региона Амидония, и меня, препятствующего их подстрекательству, отправили сюда, но... я ничего не слышу о приказах, отданных верующим.

Маргарита сузила на него глаза. — Возможно ли, что вы просто не в курсе?

Соуджи пожал плечами. — Я спрашивал у пьяных адептов во всех барах, где бываю, но ничего. Пьяницы могут проболтаться о чем угодно, знаешь ли. Если из их уст не выходит ничего подобного, это, вероятно, означает, что не было никаких команд на уровне верующих.

— Я думала, что вы просто гуляете и пьете, но, похоже, вы все-таки делали то, что должны были.

Маргарита звучала впечатленной, но Соуджи только гоготнул.

— Да, я делаю свою работу. Так, может, я смогу заставить короля оплатить  мой счет.

— ...Похоже, вы сделали это наполовину из желания выпить.

— Никаких споров. Как насчет этого, выпьете со мной сегодня вечером? Мне нравятся такие гламурные девушки, как вы.

Он пытался завлечь ее, но Маргарите это не понравилось. — К сожалению, вам придется попробовать кого-нибудь другого. Я, видите ли, замужем.

— А?! Вы замужем?!

— Разве это такой сюрприз? Я уже достаточно взрослая.

— Нет, но... я никогда ничего об этом не слышал...

У дерзкой генеральши Маргариты, которая не боялась никого, был мужчина. Соуджи попытался представить, каким героем он должен быть, но Маргарита застенчиво почесала щеку.

— Ну, я не буду не соглашаться с тем, что мой муж не очень-то располагает к себе. Изначально он был бюрократом, и он немного тощий. Теперь он управляет моими владениями в Амидонии и воспитывает детей.

— Бюрократ?! Подожди, у вас тоже есть дети?!

— Вот почему я не хотела надевать это платье на битву красно-белых песен Коухаку.

Кстати, похоже, что муж и дети Маргариты точно видели, как она пела в том безвкусном восемнадцатиметровом платье, которое Ророа сшила для нее по трансляции. Когда она вернулась, они ласково сказали ей: «Ты молодец.» А лицо Маргариты выглядело так, будто оно могло самопроизвольно сгореть.

Маргарита кашлянула, чтобы скрыть свое смущение. — А как насчет вас, сэр Соуджи? Вы уже достаточно взрослый, разве вам не пора остепениться? Лунарианская ортодоксия не запрещает своим проповедникам жениться, верно?

— А вот бабство - это табу.

— Вы его уже нарушили, я уверена. Я слышала, что вы живете с эльфийкой?

— Вы имеете в виду Мерулу? Когда речь идет о ней... она больше похожа на моего питомца.

— Это звучит еще более неприлично, вы понимаете?

— Это все равно, что кормить бездомную кошку. Эта безгубая креветка не в моем вкусе... хм?

В середине разговора Соуджи остановился и посмотрел перед собой.

Судя по всему, кто-то шел в их сторону. Это была женщина средних лет в одеянии лунарианской православной монахини.

Монахиня остановилась перед Суджи, запыхавшись. — Лорд Соуджи... у нас проблемы...

— Что случилось? Почему такая спешка?

— И-из Лунарского православного папского государства...

Затем, остановившись, чтобы перевести дух, она приблизила свое лицо к уху Соуджи и прошептала ему.

— Святая прибыла из православного папского государства инкогнито. Она говорит, что хочет поговорить с вами.

***

Соуджи и Маргарита посетили лунарианскую православную церковь на окраине города.

Попросив Маргариту постоять снаружи на случай, если что-то случится, Соуджи открыл дверь и вошёл в священный зал.

Он увидел, что у алтаря сидит человек в накидке с капюшоном, закрывающей все тело.

Когда он обошел вокруг этого человека, глаза Соуджи расширились. — Что ж, я удивлен. Это действительно святая дева.

— Давно не виделись, епископ Лэстер.

Когда она встала, две косички выбились из-под капюшона.

Лицо ее было красивым, но бледным и безжизненным. Эта похожая на куклу девушка была святая лунарианской ортодоксии, Мэри Валенти.

Хотя Соуджи чувствовал подозрение, он не показал этого на своем лице, небрежно спросив: — Что делает великая святая, пришедшая в королевство без предупреждения? Если вы не будете осторожна, они поймают вас.

Однако лицо Марии ничуть не дрогнуло.

— Если это случится, то случится. Я просто попрошу аудиенции у вашего господина Сомы из тюрьмы. В конце концов, это единственная причина моего приезда сюда.

— Вы проделали весь этот путь только для того, чтобы увидеть меня? Я полагал, что вы, ревностные верующие, возненавидите такого безответственного епископа, как я.

— Если я могу высказать свое личное мнение, вы правы.

— Вы прямолинейны...

— Сэр Соуджи, вы должны лучше осознавать свою роль епископа Лунарианской ортодоксии и вести себя так, как подобает этому положению. — Мэри поучала его с серьезным выражением лица. — Хотя вы человек, который должен вести жизнь в благородной бедности, вы печально известны в православном папском государстве своим пристрастием к вину и женщинам. Это не изменилось с тех пор, как вы прибыли в королевство, верно? Это непростительно для человека, который должен объединить приверженцев православия в королевстве.

— Да. Спасибо за проповедь. — Соуджи выковырял ушную серу из ушей.

Он был просто не в состоянии раскаяться после проповеди, прочитанной девушкой намного моложе его.

— Вы проделали весь путь в королевство, чтобы прочитать мне лекцию?

— ...Нет. Я говорю это исключительно как свое личное мнение.

— В таком случае, может, перейдем к делу? — раздраженно спросил он.

Лицо Мэри приняло печальное выражение, когда она сказала: — Луналит передал новый оракул.

— Оракул? Уже?

Лунарское ортодоксальное папское государство сосредоточило свою веру вокруг монолита под названием Луналит.

Оракулы появлялись путем формирования текста на Луналите.

Лунарское ортодоксальное папское государство основывало свое правление и внешнюю политику на оракулах, которые появлялись на Луналите. Однако оракулы должны были появляться только раз в пять лет или около того.

Считалось, что они предсказали появление Домена Владыки Демонов около десяти лет назад.

И вот, около года назад, спустился оракул со словами: «Пошлите к Соме святого и поставьте его под влияние вашей страны.»

Этот план был ловко сорван Сомой, и хотя им удалось сделать лунарскую ортодоксию государственной религией, это положение разделяли и другие религии, а святой был отправлен обратно, чтобы они не смогли подчинить его своему влиянию. Это было пятьдесят на пятьдесят в вопросе о том, было ли это успехом или нет.

После того, как один спустился так недавно, спустился ли уже новый оракул?

— Не маловат ли срок? — спросил Соуджи.

— В прошлом были прецеденты. Хотя говорят, что когда время между оракулами короткое, времена быстро меняются.

— Итак, что за оракул?

— "Северо-восток", "восходящее солнце", "свет, покрывающий мир"... и "горящие страны".

— А? Это довольно фрагментарно.

— Мне сказали, что так выглядят оракулы из Луналита, — сказала Мэри сомневающемуся Соуджи. — Об этом говорят только тем, кто находится в высших эшелонах лунарианской ортодоксии, но мы не смогли точно расшифровать все оракулы из Луналита. Однако мы можем понять некоторые из них, поэтому мы собираем их вместе и делаем выводы об их значении.

— Что?! Оракулы настолько туманны?!

Даже для Соуджи это было шокирующим откровением.

Оракулы были секретом среди секретов в Православном Папском Государстве. Они говорили, что Ортодоксальное Папское Государство управляется под руководством Луналита, но на самом деле они могли читать только кусочки и фрагменты оракулов. Это означало, что они перемещали верующих на основании такого неполного понимания.

По спине Соуджи побежал холодный пот. — ...Можно ли говорить мне то, что известно только высшим?

— Обычно эту информацию ни вы, ни я не можем узнать... однако, ситуация, которая разворачивается внутри православного папского государства, не позволяет этого сделать. — Мэри опустила глаза в печали. — В оракуле были некоторые обескураживающие слова.

— "Горящие страны", вы имеете в виду?

— Да. Высшие чины ортодоксального папского государства расходятся во мнениях относительно значения этих слов. Что касается "северо-востока", "восходящего солнца" и "света, покрывающего мир", они едины в своем убеждении, что это, скорее всего, означает: «Великий человек с влиянием, которое охватит весь мир, появится на северо-востоке.» Однако они расходятся во мнениях относительно того, что представляют собой "горящие страны", которые, вероятно, будут сожжены от его рук.

Мэри подняла указательный палец правой руки, чтобы Соуджи увидел.

— Во-первых, есть группа, которая видит в этом великом человеке угрозу. Они считают, что Лунарианское Ортодоксальное Папское Государство может быть одной из сожженных стран, и они предлагают подготовить контрмеры. Их главной контрмерой является создание союза с Королевством Фридония. Возможно, нам не удалось сделать из короля Сомы святого короля, но деятельность верующих в стране защищена. Если бы он стал нашим союзником, у нас была бы надежная опора. Эта группа - относительные умеренные, можно сказать.

— Хм...

В таком случае, подумал Соуджи, Сома может принять его. Это означало бы бремя для Сомы, но отсутствие необходимости беспокоиться о Лунарском Ортодоксальном Папском Государстве, когда он управлял этой восходящей фракцией, было бы огромным. Ему больше не придется беспокоиться о том, что они подстрекают верующих внутри страны. Если бы они имели дело с ними не как с центром религии, а как с другим равным союзником, королевство тоже выиграло бы от теплых отношений.

Мэри подняла указательный палец левой руки. — Другая группа - это те, кто возлагает большие надежды на этого великого человека. Они говорят, что если появится великий человек с такой огромной силой, мы должны послать святого, наделить его властью и ввести его в лоно королевства. Так же, как... когда меня послали быть с Сомой. Эта группа активно пытается противостоять другим странам, поэтому их называют радикальной фракцией.

— Радикалы... скорее экстремисты, верно?

— Я не буду отрицать этого.

Ну... наверное, можно было ожидать, что такая группа найдется, подумал Соуджи со вздохом.

Ортодоксальное папское государство передавало власть Лунарии власть предержащим той эпохи, получая взамен их защиту. Так страна сохраняла влияние на своих граждан и верующих до сегодняшнего дня.

Если бы это рассматривалось как стратегия выживания нации, то больше нечего было бы сказать, но поскольку это был его старый дом, Соуджи считал их бессовестными.

— Итак? Какая группа сейчас одерживает верх?

— Радикалы, — ответила Мэри. — Я думаю, что неудача с назначением Сомы святым королем сыграла в этом большую роль. У Империи Гран-Кэйос на западе есть своя святая, и им не удалось сформировать прочные связи с Королевством Фридония на западе, поэтому высшие чины испытывали чувство кризиса.

Императрица Мария никогда не объявляла себя святой и никем не поддерживалась как святая, но, должно быть, так это выглядело для ортодоксального папского государства.

Мэри продолжила. — Для радикалов, если новая фракция, способная противостоять этим двум странам, собирается сформироваться, они считают необходимым, чтобы на этот раз мы установили с ними прочные связи.

Поскольку Сома умело уклонился от попадания под влияние Лунарианской ортодоксии, в итоге он загнал высшее руководство ортодоксального Папского государства в угол, отметил Соуджи.

И за это Соуджи тоже нес часть ответственности.

Когда между ними стоял такой прогнивший епископ, как Соуджи, верующим внутри королевства не приходилось прислушиваться к приказам ортодоксального папского государства. Не было опасений, что церковь поднимет бунт.

Это привело к панике в высших эшелонах власти ортодоксального папского государства и, по иронии судьбы, способствовало созданию радикальной фракции, которая стремилась объединиться с великим человеком, личность которого пока неизвестна, чтобы противостоять королевству и империи.

— Умеренные уже начинают вытесняться радикалами, — продолжала Мэри. — Кардинал Голд, которого вы так любили, был обвинен в прелюбодеянии и коррупционном приобретении богатства.

— Что ж, старикашка получил по заслугам.

Кардинал Голд поднялся по карьерной лестнице благодаря силе денег. Он был тучным человеком, далеким от идеала благородной бедности.

Соуджи давал ему взятки, чтобы свободно делать все, что ему заблагорассудится, находясь в ортодоксальном папском государстве, но он совершенно не уважал его как человека.

Услышав, что тот был наказан, он решил, что пора заплатить по заслугам, - вот и все, о чем он подумал.

— Ну, на чьей вы стороне, маленькая мисс? — спросил Соуджи.

— Кардинал, присматривающий за мной, принадлежит к первой.

— Я спрашивал о вашем личном решении, понимаете?

— Я... не знаю. Нет, возможно, «я больше не знаю» было бы более точным ответом.

Мэри встала и посмотрела на витражную мозаику. На ней была изображена богиня Лунария, спускающаяся с небес.

— Когда я услышала от короля Сомы, что он признает государственной религией не только лунарианскую ортодоксию, но и другие религии, я подумала, что он действует бессистемно. Это было потому, что я думал, что разные религии, разные секты не могут сосуществовать без конфликтов. Мне было жаль верующих в этой стране, которые были вынуждены жить при таком короле.

Соуджи замолчал.

— Однако... теперь я вижу, что не было никаких серьезных конфликтов, верующие внутри королевства не ограничены в своей деятельности, и они спокойно исповедуют свою веру. Более того... Господин Соуджи, вы ведь проводили фестиваль «Весеннее объявление» в королевстве, верно?

— Да, это была идея Джуны и молодой мисс Ророа.

Мэри слегка криво улыбнулась. — Я думаю, некорректно называть женщину, которая собирается стать королевой, «молодой мисс», не находите?

— Она называет меня «старик», так что я бы сказал, что мы квиты.

— Вы близки... ну, не говоря уже об этом, я слышала, что многие язычники участвовали в фестивале объявления весны. Это фестиваль, объявляющий о конце зимы и восхваляющий славу Леди Лунарии, и все же язычники, которые отказываются обратиться и поверить в Леди Лунарию, участвовали и наслаждались фестивалем вместе с верующими. Когда я услышала об этом, я был очень удивлена.

— Впрочем, это происходит в обе стороны. Даже ортодоксальные приверженцы принимают участие в фестивалях Поклонения Матери Драконов.

— Да. В православном папском государстве были те, кто возмущался, говоря: «Это возмутительно.» Но я не вижу в этом ничего плохого. Это странно. Когда у нас в стране возникают разногласия между представителями одной веры, в стране, где смешано множество различных религий, больше взаимного уважения к верованиям друг друга.

— Юная леди, вы...

...действительно изменились, подумал Соуджи.

Люди, которых в лунарской ортодоксии называли святыми, были красивыми куклами, абсолютно преданными высшим чинам ортодоксального папского государства. У них не было собственных мыслей, они никогда не сомневались в приказах, и их приносили в жертву могущественным и влиятельным людям, независимо от того, что они сами чувствовали. Такими должны были быть святые.

Однако Мэри не была уверена. Это было доказательством того, что она думала сама за себя.

Мэри повернулась к Суджи и склонила голову. — Сегодня я пришла с просьбой к вам.

— С просьбой?

— Да. Точнее говоря, у меня есть просьба, которую я хочу, чтобы вы передали господину Соме.

Увидев искренность в ее глазах, Соуджи почесал голову. — Вам, конечно, хорошо говорить, но я был послан сюда ортодоксальным папским государством. Я не могу ничего сказать о том, что делает здешний король. У меня нет на это никакого права, понимаете?

Мэри кивнула, как будто это было само собой разумеющимся. — Я знаю. Это не слишком сложно. Я прошу, чтобы он защитил людей. Я прошу его защитить тех, кто потеряет свое место в ортодоксальном папском государстве, если радикалы поднимутся еще выше... или по крайней мере, приютил моих сестер.

— Сестер? — повторил Соуджи.

— Сотня или около того кандидатов на святость.

Чтобы подчинить своему влиянию правителей того времени, лунарианская ортодоксия посылала к ним святых как способ наделить их властью.

Эти святые, конечно, должны были быть привлекательными для власть имущих, поэтому Лунарская Ортодоксия всегда держала около сотни «кандидатов в святые», чтобы они могли удовлетворить любые запросы.

Мэри была выбрана для Сомы из числа этих святых кандидатов.

— Если радикалы пошлют святого к великому человеку, который, как говорят, появится на северо-востоке, и этот великий человек примет святого, остальные кандидаты в святые станут обузой. Чтобы монополизировать власть лунарианской ортодоксии, я уверена, что остальные святые будут очищены. Если этот великий человек обладает таким яростным темпераментом, что это приведет к «сжиганию стран», это более или менее вероятно.

— Ну, я уверен, что вы права... —  признал Соуджи. — Вы тот, кого они пошлют?

— Я - святая, подготовленная для господина Сомы. Я уверена, что для другого великого человека они подготовят святую, подходящую этому великому человеку.

— Значит, вы тоже станете обузой... —  Суджи скрестил руки и застонал.

Он знал, что у Лунарианской Ортодоксии есть несколько кандидатов в святые. Пока эти девушки не были выбраны, к ним относились хорошо, как к отдельным монахиням, поэтому он никогда не задумывался об этом раньше.

Однако внутренние конфликты и внешние факторы могли легко испортить их судьбы. Именно в таком слабом положении оказались эти девушки.

Со своей стороны, Соуджи тоже хотел спасти этих невинных девушек.

— Я понял. Я, по крайней мере, передам сообщение Соме. Я уговорю его, если он будет колебаться, и, прижав голову к земле, буду умолять его хотя бы защитить кандидаток в святые.

— Вы заслужили мою благодарность, господин Соуджи.

— Итак, если вы почувствуете угрозу своему благополучию, тоже бегите. Может, вы и святая, но вы еще молода. Нет необходимости нести тяготы.

— ...Да. — Со слезами, Мэри склонила голову перед Соуджи.

Когда слезы высохли, Мэри снова надела капюшон и повернулась, чтобы вознести молитву к витражу, после чего молча вышла из церкви.

Как только Суджи проводил Мэри, вошла Маргарита, словно занимая ее место.

— Довольно хлопотную просьбу она вам принесла, — сказала Маргарита с язвительной улыбкой.

— Ну. Ничто не может быть более хлопотным, но формально я епископ. Я знаю, что это на меня не похоже, но если есть юные девы, которые сбились с пути, я должен протянуть руку помощи. К счастью, я могу перемещаться легче, чем любой епископ на родине.

Сказав это, Соуджи поднял взгляд на витраж Лунарии.

— Это ваша рука привело меня в эту страну? — спросил он.

Витраж не дал ответа на его вопрос.

***

- В то же самое время, недалеко от западной границы королевства...

Это было недалеко от границы с государством наемников Зем.

Государство наемников Зем было окружено горами, что, естественно, делало его государством, из которого трудно вторгнуться в другие страны, но легко защититься от вторжения. Дорог в Зем было немного, и только одна горная дорога, соединяющая Королевство Фридония и Зем, была пригодна для переброски войск.

На вершине стен города, расположенного недалеко от границы и дороги, соединявшей Зем, стояли два старика: один - инструктор по боевым искусствам и советник Сомы, Оуэн, а другой - дед Ророа, который был лордом Нельвы, Герман. Они смотрели на запад.

Этим двоим было поручено разобраться с государством наемников Зема, но Зем не предпринимал никаких серьезных шагов, так что все, что они могли делать, - это оставаться начеку. Но дело было не в том, что не было никакого движения.

Шпионы доложили, что они собирают солдат у границы. Однако эти силы не проявляли никаких признаков пересечения границы для вторжения.

— Хм... —  поигрывая своими кайзеровскими усами, простонал Оуэн. — Похоже, Зем намерен ждать и наблюдать. Если Лунарское ортодоксальное папское государство или Республика Тургис начнут действовать, я уверен, они будут действовать, чтобы извлечь из этого выгоду...

— Эта страна всегда вмешивалась в войны других стран и получала в награду земли, — сказал Герман. — Они почти никогда не ведут войну в одиночку. Сэр Гуран сейчас держит республику под контролем, и ортодоксальное Папское государство тоже пока молчит. Похоже, они будут продолжать наблюдать в том же духе.

Оуэн покрутил своими толстыми руками по кругу. — Как скучно. А я считал, что это такая удача, когда Его Величество доверил нам эту землю для защиты.

— Вы должны радоваться, что нет никаких проблем. Мускулистые старики из королевства слишком кровожадны.

— Хмф, я бы сказал, что мы намного лучше, чем твердолобые старики из княжества.

Когда их глаза встретились, полетели искры.

Они были воинами, старыми командирами, оба хотели не проиграть молодым. Это сходство заставляло каждого из них воспринимать другого как своего рода соперника.

Особенно после большого количества свободного времени без вторжения земских войск, когда никто, как Сома или Ророа, не заставлял их сдерживать себя, они соперничали друг с другом из-за каждой мелочи.

— Я думаю, нам придется решить это еще одним шуточным сражением, — сказал Герман. — Я прикажу вам сегодня же уволиться со службы.

— Я бы не хотел, чтобы было иначе. Я дам вам время побыть любящим дедушкой для принцессы Ророа.

Эти двое, у которых было слишком много свободного времени, сделали из подобных шуточных сражений ежедневное мероприятие. Они не слушали, даже если кто-то пытался их остановить, поэтому стражники поблизости делали вид, что ничего не видят.

Когда эти два свирепых командира сражались, хотя и с затупленным оружием, звук эхом разносился по городу, вызывая жалобы жителей.

Стражники, которым предстояло разбираться с этими жалобами, бросали возмущенные взгляды в сторону двух энергичных стариков.

Однако шуточная битва закончилась не сегодня. Потому что...

— Докладываю. Похоже, с запада приближается одиночный конный всадник.

Пришел гонец, чтобы сообщить им эту информацию.

Они высунулись из-за края стены, посмотрели на запад, и действительно, к ним мчался одинокий всадник.

Когда всадник приблизился, они заметили, что он одет во внушительные доспехи, а за спиной у него скрещены два длинных меча.

Поскольку шлем был полностью закрыт козырьком, разглядеть его лицо было невозможно.

— Хох... их мастерство верховой езды впечатляет, — прокомментировал Герман. — Из них получаются отличные рыцари.

Герман выглядел впечатленным, но Оуэн ничего не сказал, только уставился на рыцаря.

Эта внешность, я видел ее раньше...

Затем рыцарь подошел к воротам и повысил голос.

— Я обращаюсь к хранителям этого города! Я несу послание от короля Кимбал Зема из Зема для короля Сомы Казуя из Фридонии! Пожалуйста, примите его и передайте королю Соме!

Голос рыцаря был громким, четким и величественным, но по чуть более высокому тону было понятно, что он принадлежал женщине.

Услышав этот голос, глаза Оуэна расширились. — Женский голос... этого не может быть?!

— Оуэн?!

Прежде чем Герман смог остановить его, Оуэн перепрыгнул через внешний край стены.

Несмотря на то, что стена была высотой более десяти метров, Оуэн смог погасить свой импульс с помощью магии ветра и благополучно приземлиться, после чего бросился к женщине-рыцарю.

Если посмотреть на нее вблизи, то у рыцаря был длинный, тонкий кошачий хвост, который тянулся от ее крестца и обвивал ее талию, что означало, что она была человеком кошачьего типа.

— Может быть, вы...

— Проследите, чтобы это письмо попало к королю Соме.

Не успел Оуэн закончить свой вопрос, как женщина-рыцарь сунула ему в руки письмо.

Затем, мгновенно развернув свою лошадь, она помчалась в том направлении, откуда приехала.

— Постойте! Вы не леди Мио?! — крикнул Оуэн ей вслед, но рыцарь мчался, не оглядываясь, и в конце концов скрылся из виду.

Герман спустился со стены и подошел к Оуэну, который просто стоял там: — Почему такое лицо...? И кто эта женщина-рыцарь?

— Это лицо, скорее всего... леди Мио, — сказал Оуэн, казалось, в оцепенении.

Герман склонил голову набок. — Леди Мио? Я не слышал этого имени раньше...

— Вы были в княжестве Амидония, так что, полагаю, не слышали, — прошептал Оуэн, с болезненным выражением лица глядя в ту сторону, куда ушла женщина-рыцарь. — Мио Кармине. Дочь Георга Кармина, бывшего генерала сухопутных сил.

Немного за полдень, 21-й день, 12-й месяц, 1547-й год по континентальному календарю -

— Фух... Мы наконец-то вернулись, — сказал я с облегчением.

— Когда ты видишь замок, усталость просто исчезает, верно? — согласилась Надин, вращая руками по кругу после возвращения в человеческую форму.

— Ты права, когда видишь замок, действительно кажется, что мы вернулись домой, — добавила Айша.

— Хи-хи! Замок действительно стал нашим домом, верно? — Джуна улыбнулась.

Да, они были правы. Нам наконец-то удалось вернуться домой.

Вернувшись в Парнам вместе с подкреплением, которое мы отправили в Союз Восточных Наций, мы сели в гондолу Надин и отправились в замок Парнам раньше остальных.

Это была не война, поэтому триумфального парада не будет, а основные силы, скорее всего, просто распустят за стенами замка. Эта работа была возложена на Каэдэ, как на второго командира Людвина.

Хакуя и Ророа вышли из замка, чтобы поприветствовать нас.

— Ваше Величество, поспешите к принцессе Лисии, — без предисловий сказал Хакуя.

— Вам лучше поторопиться! — добавил Ророа.

Это было первое, что вырвалось из их уст. Казалось, они торопились.

— А?! Что-то случилось с Лисией?! — воскликнул я.

Хакуя серьёзно кивнул. — Я получил сообщение, что у нее начались роды сегодня утром.

Роды...? Она рожает?!

Ророа ткнула меня пальцем в грудь. — Доктора, Хильда и Брэд, уже со старшей сестрой Сией. Мы тоже отправимся туда, как только закончим нашу работу, так что двигайся, дорогой!

— Это нормально? — забеспокоился я. — Неужели король должен отправиться туда, как только вернется?

Административная работа, накопившаяся за время моего отсутствия, а также устранение последствий отправки войск, несомненно, представляли собой гору работы. Бюрократы, должно быть, хотят, чтобы я немедленно вернулся к своим обязанностям.

Но Хакуя лишь пожал плечами. — Ты все равно не сможешь сосредоточиться на своих обязанностях в таком состоянии. Если из-за отсутствия сосредоточенности вы допустите ряд ошибок, то в итоге работы будет только больше. Пожалуйста, позвольте нам самим обо всем позаботиться.

— ...Извините. Спасибо.

Я повернулся и обратился к своим невестам и младшей сестре.

— Вы слышали этого человека. Мы с Надин пойдем к Лисии. Айша, Джуна, извините, но не могли бы вы разобраться с багажом в гондоле? Я хочу, чтобы вы приехали позже.

— Д-да, сир, — сказала Айша.

— Понятно. — Джуна кивнула.

— Ророа, я хочу, чтобы ты тоже пришла, как только закончишь свою работу. Томоэ, проводи Ичиху и Райгу к Хакуе. Если ты тоже хочешь прийти, вы трое можете присоединиться к нам позже.

— Поняла, — сказал Ророа. — Я рассчитываю, что ты позаботишься о старшей сестре Сии.

— Хорошо, старший брат, — послушно сказала Томоэ.

Я забрался на спину Надин в ее форме Рю. — Хорошо, Надин! Лети как можно быстрее, пожалуйста.

— Поняла! Только не падай на мне в обморок, ладно?

С этими словами Надин взмыл в воздух.

Земля уносилась от нас еще быстрее, чем обычно. В обычной ситуации это бы меня очень напугало, но в моей спешке, чтобы добраться до места, куда мы направлялись, у меня не хватило присутствия духа, чтобы испугаться.

Лисия... лисия...

Повторяя ее имя в голове снова и снова, мы с Надин направились прямо во владения бывшего короля сэра Альберта, где остановилась Лисия.

Промчавшись по небу, мы с Надин приземлились перед усадьбой сэра Альберта.

В этот момент я заметил доктора Брэда, сидящего за одним из столов на веранде, которая виднелась из ворот. Поверх белой одежды на нем была надета вещь, напоминающая струну, по диагонали.

Я подошел к нему, назвав его по имени. — Брэд?

Брэд заметил меня. — О, это король. Интересный у вас сегодня наряд.

Я понял, что все еще в военной форме. В конце концов, мы приехали сюда сразу после возвращения из Союза Восточных Наций. Времени на переодевание не было.

— Я торопился... и, я имею в виду, разве вы тоже не надел что-то странное?

— А какой у меня выбор, раз уж здесь все так сложилось?

Брэд повернулся, чтобы показать мне свою спину, а за ним был пристегнут ребенок, которому было меньше года.

Когда я подошел и присмотрелся к ребенку, оказалось, что он спит. Шевелящиеся волосы, растущие на голове младенца, совпадали с белыми волосами Брэда, но на лбу у него был маленький, похожий на драгоценный камень третий глаз, характерный для трехглазой расы. Его пухлые щечки были очаровательны.

— Мило, — восхищенно сказал я. — Я слышал, что у вас есть ребенок. Это ваш ребенок, Брэд?

— Моя дочь. Ее зовут Людия.

— Людия. Вы взяли звуки Л и Д из окончания имени Хильда, ага... подожди, я знаю, что Людия милая и все такое, но сейчас не время для этого!

Очаровательная малышка на мгновение отвлекла меня от первоначальной цели.

— Я прилетел, когда услышал, что у Лисии начались схватки, так что же вы тут сидите и расслабляетесь?!

— Фва... вааааааааа! — Из-за моего крика Людия проснулась и разрыдалась.

— Ах, простите! Не плачь, — обеспокоенно сказал я.

— Вот, вот... не могли бы вы не кричать так громко при Людии? — отчитал меня Брэд, пытаясь успокоить дочь на своей спине. — Просто присутствие незнакомого взрослого рядом достаточно пугает детей.

Мне кажется, что когда-то давно он был более колючим, но сейчас он был полностью в режиме отца.

Мы втроем работали вместе, чтобы Людия успокоилась, прежде чем я снова задал Брэду тот же вопрос.

— Прости, что накричал. Но раз это близнецы, разве не похоже, что вам придется делать кесарево сечение? Если я найду вас, главного врача, здесь, очевидно, я буду обеспокоен.

— Так вот, по поводу этого... в итоге мы обошлись без кесарева сечения.

— А?! Почему?

— Сома! Тихо! — Надин закрыла мне рот и сказала это сиплым голосом. — Ты снова заставишь ребенка плакать.

Мы втроем посмотрели на лицо Людии... Да, похоже, она спала.

Я убрал руку Надин в сторону и сделал вдох.

— ...Простите. Но почему?

— По просьбе матери.

— Лисии?

— Когда я объяснил ей о процедуре, она отказалась. Она сказала, что не хочет, чтобы ей разрезали живот.

По словам Брэда, она не хотела, чтобы ее живот... точнее, мышцы живота... разрезали во время кесарева сечения.

Для Лисии, которая занималась боевыми искусствами, рассечение мышц означало, что она не сможет стоять на поле боя так же, как раньше. Именно поэтому она попросила о естественных родах.

— К счастью, дети находятся в неплохом положении, — сказал Брэд. — По мнению Хильды, естественные роды должны быть возможны.

— Правда?

— Да. Но она будет испытывать боль в два раза дольше, чем при обычной беременности. Их же двое, в конце концов. Ну, даже с учетом этого объяснения, мать попросила естественные роды, так что вот так... хотя, честно говоря, я не очень понимаю ход ее мысли, — сказал Брэд, почесывая голову.

Я согласился, но Надин сказала: —Мне кажется, я понимаю, — демонстрируя некоторую степень понимания. Возможно, это была своего рода материнская гордость, которую мы, мужчины, не можем понять.

— Хильда сейчас внимательно наблюдает за ней, — сказал Брэд. — Очевидно, если мы определим, что она в опасности, мы готовы перейти к кесареву сечению. Вы тоже не против, сир?

— Если так решила Лисия.

Она решила не резать мышцы, даже если это означало, что ей придется мучиться вдвое дольше.

Неужели Лисия так хотела встать на поле боя?

Брэд сказал, что я могу лично обсудить с ней все детали, и мы отправились в дом.

Служанки суетливо сновали туда-сюда. Обстановка напомнила мне дворец сразу после того, как мне доверили трон.

Я заметил знакомую служанку и окликнула ее. — Карла!

— Аах?! ...А, это вы, господин. Вы вернулись в страну.

Карла обернулась. Она была одета в платье горничной с достаточно короткой юбкой, чтобы быть неуместной, работая в кафе для горничных, но вместо серебряного блюда она держала металлический таз, который даже взрослому мужчине было бы трудно нести.

— Мы только что вернулись, — сказал я. — Для чего этот тазик?

— Чтобы держать горячую воду для первого купания малышей. Мне сказали, что чем больше, тем лучше, поэтому я полетела и нашла самый большой в этих владениях.

— Нет, а не слишком ли он большой? Он размером с один из тех маленьких виниловых бассейнов для детей.

Он был достаточно большим, чтобы можно было беспокоиться о том, что дети утонут. Хотя кто-то собирался держать их на руках во время купания, так что, вероятно, все было в порядке...

— Подожди, перед этим покажи мне, где находится Лисия, ладно?

— Поняла. Она в большой комнате наверху.

Мы с Надин последовали за Карлой наверх. В коридоре второго этажа была дверь, которую оставили открытой. Мы могли видеть, как служанки постоянно входили и выходили из комнаты. Там должна была находиться Лисия.

Подходя к комнате, я услышал звук, похожий на женский стон.

Я бросился вперед. — Лиси!

—  Не входи в комнату! — крикнул кто-то.

Я остановился.

Вышла трехглазый доктор Хильда. У Хильды было раздраженное выражение лица, она положила руку на бедро и уставилась на меня.

— Глядя  на то, что на тебе надето, я могу сказать что ты только что сражалась с монстрами в Союзе Восточных Наций .А как только вернулся, сразу пришел сюда. Я права?

— Да...

— Другими словами, ты пришел, не отмывшись от грязи, оставшейся после путешествия. Не приноси это грязное тело в одну комнату с беременной женщиной и ее детьми! Разве ты не должен был понимать, что такое гигиена?!

— Уркх... прости. — Хильда была абсолютно права в своих словах, поэтому я честно извинился перед ней.

В современном обществе, где у нас была надлежащая гигиена, отцам разрешалось присутствовать при родах, но здесь, в этом мире, где такого не было, наверное, лучше было доверить все врачам.

Мало того, я прикасался к трупам монстров в Союзе Восточных Наций. После этого я, конечно, вытерся, но тщательно мыться еще не стал.

— Это... Сома ...? — прохрипела Лисия из комнаты.

Я не мог видеть ее, так как Хильда загораживала путь, но я мог слышать ее голос.

— Да, это я! Мы можем поговорить? Тебе не очень больно?

— Да... пока что я чувствую себя в норме...ты вернулся?

— Я-я? Ну, я прямо здесь!

— Похоже, все получилось. А как ты, Сома? Ты не пострадал?

— Я вернулся целым и невредимым! Айша, Джуна, Надин и Томоэ пошли со мной! Ророа держала оборону за нас, но она, кажется, тоже была полна сил!

— Понятно. Хорошо. Вы... не делали ничего безрассудного, верно?

— Лисия, — позвала Надин. — Это Надин. То, что говорит Сома - правда. Возможно, он был немного безрассуден, но он не пострадал, так что не волнуйся.

Я услышал хихиканье Лисии. — Значит, ты снова вел себя безрассудно... может, нам стоит поговорить по душам позже? Но судя по тому, что говорит Надин, похоже, что с тобой все в порядке... —  Она сделала паузу. — Спасибо тебе... за то, что защитила Сому.

— Нет, я просто делала то, что должна был сделать любой Рю!

— Сома, просто оставайся там и не волнуйся, — сказала Лисия. — Я позабочусь о том, чтобы родить здоровых детей.

— Не волнуйся? Ты же знаешь, что я не могу этого сделать! Я слышал, что ты отказалась от кесарева сечения!?

— Так ты слышал, — немного неловко ответила Лисия. — Послушай, если они вскроют мне живот, я, возможно, не смогу драться, как раньше. А я этого не хочу. Я все еще хочу иметь возможность командовать армией и сражаться вместо тебя.

— Ты все еще планируешь выходить на поле боя теперь, когда ты стала матерью?

— Разве любая мать не хочет, чтобы ее дети видели, какая она крутая?

Мои плечи опустились. — Ты будешь крутой мамой...

Хильда сделала отмахивающий жест руками и прогнала меня, как дикую собаку. — Теперь, когда ты понял, сними эту форму и вымойся. А принцессу оставь мне. Клянусь, ты сможешь увидеть ее и детей позже.

— Я рассчитываю на вас... —  Я склонил голову перед Хильдой, а затем временно покинул комнату.

Пока я спускался по лестнице, Карла посочувствовала мне и, повысив голос, сказала: — Знаешь, Лисия, может, и не выглядит так, но она довольно крепкая. Вы, должно быть, устали после долгого путешествия, господин. Я сейчас приготовлю ванну, так что смой с себя грязь после похода, как сказала Хильда, и отдохни немного, хорошо?

— Смыть грязь... хм...

Я должен вылить немного горячей воды на голову... нет, в данном случае было что-то более подходящее, верно? Я хлопнул в ладоши, как будто мне только что пришла в голову блестящая идея.

— Хорошо. Я собираюсь исполнить мидзугори.

— Мизугори? — Надин выглядел озадаченным.

Я кивнул. — Это традиционный метод молитвы из моего мира. Ты многократно обливаешь голову колодезной водой, чтобы смыть грязь, одновременно произнося синтоистские и буддийские молитвы.

— Колодезная вода? Сейчас середина зимы! Если ты будешь делать это в такой холод, это гарантированно будет вредно для здоровья! Хватит тупить!

— Это прекрасно, — сказал я. — Лисия тоже старается изо всех сил. Мне нужно сделать хотя бы это.

— Да успокойся ты уже! — Каждый волосок на теле Надин встал дыбом.

Бззап!

— Гях!

Я рухнул на месте.

Нависнув над моим неподвижным телом со скрещенными руками, Надин вздохнула. — Честно говоря... это так на тебя не похоже, что я не могу спокойно смотреть. Успокойся немного. Если ты упадешь из-за безрассудства, это вызовет задержки в выполнении твоих обязанностей и создаст проблемы для всех в замке, ясно? Этого не хочет и Лисия.

— Э-э-э... но я волнуюсь.

— Я понимаю, но разве обливание себя холодной водой что-то изменит? Немного воды не заставит богов сделать что-нибудь для тебя.  Мой бог - леди Тиамат, и она обычно даже не вмешивается в мир внизу.

— Это замечание не понравится последователям поклонения Матери-Дракону или лунарианской ортодоксии.

— Кроме того, разве ты не хочешь оставить то, с чем не можете справиться самим, другим людям? Ты не можешь родить, так доверь это Лиссии, которая может.

Надин был настолько права, что я ничего не могл сказать в ответ.

Надин была невероятным существом, способным превращаться в Рю, но сама Надин была здравомыслящим человеком, способным мыслить здраво. Ее лекция для меня имела смысл.

— Сейчас все гораздо лучше, чем я себе это представляю, — вздохнул я.

— Это верно. Я сейчас единственная, кто может тебя отругать. Айша любит тебя как верный пес, Джуна слишком снисходительна, а Ророа скорее подговорит тебя сделать что-то, чем остановит. Мне кажется, что я получила много практики в этом, пока Лисии не было.

— Ты говоришь обо мне, как о каком-то проблемном ребенке, — возразил я.

— Если у тебя не хватает самосознания, чтобы увидеть это, то это очень плохо. Но ты начал выходить из-под контроля, поэтому я хочу, чтобы Лисия поторопилась и поскорее вернулась к работе.

Вау, это было жестко. Но я был согласен с тем, что хочу поскорее увидеть Лисию.

— О, Боже. — Нежный голос спустился ко мне. — Если ты будешь спать там, то простудишься, зять.

Я сел, потому что онемение начало проходить, и увидел, что мать Лисии, бывшая королева, Элисия, смотрит на меня с мягкой улыбкой.

— Если ты устал, почему бы тебе не пойти отдохнуть в мою комнату?

Я вымылся в горячей ванне, которую Карла и остальные приготовили для меня после того, как Надин помешала мне выполнить мидзугори, а затем надел запасную одежду, которую позаимствовал у сэра Альберта.

Когда я переоделся и встретился с Надин, которая тоже только что закончила вытираться, на ней был фартук с рюшами, в котором она была готова бежать за кроликом в Страну чудес. Оно очень шло миниатюрной Надин.

— Я думаю, ты выглядишь мило в этом наряде, но откуда он взялся? — спросила я.

— Элисия навязала мне его.

Похоже, что наряд, в котором сейчас была Надин, принадлежал Лисии, когда она была моложе. Однако, учитывая характер Лисии, она не хотела носить его часто, поэтому Элисия решила воспользоваться случаем и заставить Надин надеть его.

Лисия в оборчатом платье... нет, я не могу себе этого представить.

Надин трансформировала свою чешую в одежду (хотя это была полностью черная одежда), когда превращалась в человека, так что ей не так уж и нужна была смена одежды, но что плохого в том, что это происходит время от времени?

— Ты хорошо выглядишь, — сказал я. — Почему бы не попробовать одеваться время от времени?

— Я подумаю, — отрывисто сказала Надин, отвернувшись, но ее длинный хвост беспокойно вилял взад-вперед, так что, похоже, она была не совсем против этой идеи.

Пока я с кривой улыбкой наблюдал, как Надин пытается скрыть свои чувства, вошла Карла.

— Хозяин. Леди Элисия ждет вас в гостиной. Чай уже приготовлен.

Карла сложила руки перед собой и поклонилась.

Я чувствовал, что ее работа в качестве служанки улучшилась. Теперь, когда я подумал об этом, перед тем, как мы отправились в Союз Восточных Наций, Лисия упомянула, что Карла училась у нее готовить. Возможно, она научилась и другим вещам.

Карла провела нас в гостиную.

— Я вижу, вы переоделись, — сказала Элисия. Она жестом пригласила нас присесть на диван. — Пожалуйста, вы оба, идите сюда.

Мы с Надин сели рядом, и леди Элисия лично налила нам чай.

— Этот травяной чай поможет успокоить ваши нервы. Пожалуйста, сначала выпейте его.

— О, конечно, — сказала я. — Спасибо.

Наблюдая за ее нежной улыбкой, Надин и я сделали по глотку.

О... Это было вкусно. И очень расслабляюще.

Я чувствовал себя спокойно, леди Элисия села напротив нас. — Это помогло тебе немного успокоиться?

— Да... ах! Простите.

В мгновение я серьезно расслабился

Глядя на меня, леди Элисия усмехнулась. — Это твои первые роды. Я могу понять, почему ты напряжен.

— ...простите. Лисия - единственная, кому действительно тяжело, и мне сказали, что я должен оставить это ей, но... я просто не могу не чувствовать беспокойства...

Она усмехнулась. — Альберт был таким же, когда я рожала Лисию. — Ее глаза приняли ностальгический вид.

Подожди?

— Теперь, когда вы упомянули о нем, я нигде не вижу отца, — сказал я. — Где он?

— О, я закрыла его.

— .. Что?

— Сегодня он был еще более расстроен, чем ты, беспокойно метался вокруг, поэтому я дала ему снотвор... я дала ему немного лекарства, чтобы успокоить его, и уложила его спать.

Какой хлопотливый человек, казалось, сказала она, приложив руку к щеке и вздохнув.

Подождите, нет, нет, нет! Разве она только что не начала говорить "снотворное"?!

— Вы дали наркотик... — начал я.

— Хи-хи. Я уверена, что он так хотел увидеть своего первого внука, что просто не мог заснуть прошлой ночью.

Я был потрясен.

Прости меня, отец. Некоторые темы лучше не затрагивать, так что, пожалуйста, пока отдыхайте спокойно.

Я потерял дар речи, но это была мама Лисии. Суровая манера поведения Лисии, возможно, унаследована от нее. Видно было, что она держала право на трон, прежде чем уступить его сэру Альберту.

Затем леди Элисия улыбнулась. — Я и сама, конечно, волнуюсь. Это очень тяжело - родить ребенка. Я могу сказать вам это, потому что сама это испытала.

— Мама...

— Тем не менее, ты создал наилучшие условия. Ты послал талантливых врачей и создал лучшие условия для родов в этой стране... нет, во всем мире. Моя дочь благословлена больше, чем кто-либо другой.

Я потерял дар речи по другой причине.

...О, черт. Это чуть не довело меня до слез.

Чувствуя беспокойство по поводу высокого уровня детской смертности в этом мире, и из соображений заботы о Лисии и остальной моей новой семье, я решил реформировать медицинскую систему.

Когда она вот так прямо похвалила меня за это, я почувствовал, что у меня что-то защемило в груди. Не знаю, я был так благодарен... я не мог говорить.

Надин хлопнула меня по спине. — Я уверен, что ты уже знаешь это, но Лисия сильная. Если бы тебя не было рядом, я бы хотела, чтобы она стала моим рыцарем дракона. Так что... я уверен, что все будет хорошо.

— Ха-ха... —  Я слабо рассмеялся. — Это должно меня подбадривать? У меня будут проблемы, если вы двое станете драконом и рыцарем. Я хочу, чтобы и ты, и Лисия были моими партнерами…

— Я... это был просто пример... ты тупица. — Надин отвернулся, надувшись.

Я рассмеялся и выпил свой чай. Затем, выдохнув, я наконец успокоился.

— ...Я чувствую себя жалким, — признался я. — Видя, насколько я труслив рядом с Лисией.

— Ты мужчина. Это естественно, — сказала Элисия. — Бывают моменты, когда страх позволяет тебе распознать опасность и защитить свою семью. Это естественное чувство, которым мы все обладаем как животные.

— ...Спасибо.

Благодаря ей я чувствовал себя немного лучше.

Как раз когда я почувствовал себя расслабленным, Карла ворвалась в комнату, не потрудившись постучать.

— Господин! Все началось!

Мы все помчались в коридор перед комнатой Лисии.

— Уркх...! Аххх...! Ахххх!

Изнутри слышались крики агонии. Один этот звук заставил меня забеспокоиться.

Я опустился на колени, переплетая руки перед лбом, и молился, чтобы она была в безопасности.

Богу, Будде, Матери-Дракону. Даже Лунарии и богам второстепенных религий.

Пожалуйста, храните Лисию и наших детей в безопасности.

Надин положила руку мне на шею и обняла меня.

...

Время, казалось, шло в десять раз медленнее, чем обычно. Я не знаю точно, сколько времени прошло, но это было именно так.

— Ааааа...

Я услышал крошечный голос, не голос Лисии, доносившийся из комнаты. Она не был громким, но и не слишком тихим.

Когда я поднял голову, из комнаты появилась Хильда.

— Это мальчик. Его крики немного тихие, но цвет кожи хороший, и я не вижу никаких проблем. — Объявив это, Хильда тут же вернулась в комнату.

...Они родились. Они родились?

Нет, это был только первый. Был еще один.

Пожалуйста, пусть он родится благополучно! И пусть Лисия тоже будет в безопасности!

Я ждал, молясь так некоторое время, и...

— Вахххххххххх!

Раздался невыразимо громкий крик.

В отличие от предыдущего голоса, этот громко вещал о том, что он родился.

Хильда снова закричала.

— Второй ребенок - девочка! Кто бы мог подумать? Тихий мальчик и очень энергичная девочка. Разве ты не знал, что твои дети получатся именно такими?

Хильда одарила меня дразнящей улыбкой.

От внезапной разрядки напряжения мои плечи расслабились.

Я разжал руки, позволяя им опуститься на пол.

Мальчик и девочка.

Близнецы родились благополучно... слава богу.

— Подождите, с Лисией все в порядке?! — воскликнул я.

— Не беспокойся. Как только родилась вторая,  я дала ей подержать ее, потом она упала в обморок.

— Обморок...

— Она долго боролась. Она просто спит от усталости. Когда она проснется, ты похвалишь ее, как она того заслуживает.

— Конечно... Конечно, я буду...

Переполненные эмоциями, слезы начали течь из моих глаз.

****

Где... это?

Я находилась в пустом пространстве, заполненном молочно-белым туманом.

А? Что я делала до этого момента?

Где Сома? Куда все ушли?

Пока я смутно задавалась этими вопросами, я вдруг заметила человекоподобную фигуру в некотором отдалении.

Точнее, две. Фигуры, очевидно, смотрели на меня.

Тускло светящиеся фигуры постепенно приобретали форму, становясь похожими на миниатюрных старичков.

Судя по их силуэтам, это были дедушка и бабушка?

Даже прищурившись, я не могла разглядеть их лица, но почему-то... мне показалось, что они улыбаются. Мягко улыбаются в мою сторону.

Мне показалось, что я знаю, кто они.

Может быть, вы...

В тот момент, когда я попыталась сказать это, две фигуры отошли еще дальше.

Затем фигуры повернулись ко мне и склонили головы. Пока они не исчезли из виду.

Как будто они доверили мне что-то очень ценное для них...

В этот момент я проснулась.

Подняв голову, я увидела знакомый потолок.

Это была моя комната в поместье отца.

Все мое тело было тяжелым. И усталость.

Мне казалось, что если я хоть немного расслаблюсь, то снова потеряю сознание.

—Эйй?! — закричал голос.

Этот голос был... Ророа? Я посмотрела вниз и увидела, что вокруг кровати, на которой я лежала, собрались Айша, Джуна, Ророа, Надин и Сома .

— Они такие милые! — завизжала Ророа. — Только посмотрите на ее маленькие ручки.

Она суетилась над чем-то, завернутым в ткань.

— Ророа! М-м-мне! Дай мне подержать ее, — суетилась Айша.

— Вот, старшая сестренка Ай. Принцесса полна энергии, верно? Она громко  плачет и постоянно размахивает руками.

— Хи-хи-хи. — Джуна хихикнула. — Можно сказать, что принц в сравнении с ней очень тихий. Даже когда вокруг него столько людей, он спит и почти не плачет. Вот, Томоэ.

— Вау, он такой милый и пузатый!

Что это все так веселятся?

Пока  мой одурманенный мозг размышлял над этим, это случилось.

— Фвех... аааааааа!

Это был достаточно громкий вопль, чтобы рассеять туман в моей голове.

— Эй, что ты там делаешь, старшая сестренка Ай?! — возразила Ророа.

— Я... я просто держала ее! Вот, вот, не бойся.

— Может, мне превратиться в Рю-форму и корчить смешные рожи?

— Это гарантированно приведет к обратному результату, — сказала Джуна. — Я бы не советовала этого делать. Может, попробовать спеть?

— Может, дать ей пообнимать  мой пушистый хвост? — с трепетом спросила Томоэ.

— Серьезно, что вы все делаете? — спросила я в отчаянии.

Все повернулись и посмотрели на меня в унисон.

— Лисия, ты проснулась! — завизжала Ророа.

Все смотрели на меня с разных сторон, и когда я повернулась на бок, Сома сидела на кровати и разглядывала мое лицо.

Оооо, а я-то думала, почему я его не вижу, но вот он.

— Ваааааааа!

Подождите... там уже давно плакал ребенок...

Подожди. Ребенок?

...!

Это окончательно разбудило меня.

— Сома , дети?! — крикнула я.

— Они оба благополучно родились. Ты действительно хорошо потрудилась. — Сома нежно погладил меня по щеке.

О... они оба благополучно родились. Я была в таком отчаянии, что не очень хорошо помнила, что произошло, но... теперь, когда он упомянул об этом, я вспомнила, что Хильда дала мне подержать что-то теплое, прежде чем я потеряла сознание. Возможно, это было тепло одного из детей.

Надин принесла близнецов и положила их по обе стороны от моей подушки.

Когда плачущую девочку положили рядом со мной, она тут же перестала плакать. Мальчик делал, что хотел, и спал.

Наши дети были укутаны в белые одеяла. Они родились благополучно. Ничто не могло сделать меня счастливее.

— Когда я смотрю на лица детей, я чувствую, что мои приоритеты в жизни изменились, — сказал Сома, глядя на их лица. — Когда я встретил тебя и других, я почувствовал, что ваши жизни значат для меня столько же, сколько и моя собственная. Но эти дети - это уровень даже выше. Если придет время, я чувствую, что должен отдать свою жизнь за этих детей.

— Я знаю, что ты чувствуешь, так сильно, что это причиняет боль, но это не то, что должен говорить король, — сказала я ему. — Жизнь каждого человека в этой стране лежит на твоих плечах.

— Я знаю. Но та часть меня, которая не является королевской, искренне чувствует это. — Сома с улыбкой нежно погладил меня по щеке. — Вот почему мы должны защищать детей, несмотря ни на что, мама.

— ...Ты прав, папа.

Когда мы сказали это и рассмеялись, Айша, Ророа, Джуна и Надин тоже присоединились к смеху.

— Я обязуюсь защищать не только вас, сир, но и этих детей всеми фибрами своего существа, — сказала Айша. — Я знаю! Когда они вырастут, можно я буду обучать их боевым искусствам?

— Звучит неплохо, — усмехнулась Ророа. — А еще я научу их счету.

— Хи-хи, тогда, наверное, я научу их петь? — спросила Джуна.

— Учить их летать... это не то, что я могу сделать, — сказала Надин. — Но если я позволю им кататься на моей спине, возможно, это будет хорошей тренировкой для езды на чем-то вроде виверны.

Сома с кривой улыбкой наблюдал за тем, как остальные четверо возбуждены.

— Эй, сейчас... не давите на них слишком сильно, ладно? Если вы впихнете слишком много навыков, они никогда не овладеют ни одним из них.

Я слегка хихикнула. — Ты прав. Если они просто вырастут здоровыми, мне этого достаточно. — Я нежно погладила детей по лбу. — Итак, мамы, пожалуйста, позаботьтесь об этих детях. Я, конечно, тоже буду, и когда все наши дети родятся, мы будем растить их все вместе.

Все они решительно кивнули мне.

— Конечно, леди Лисия, — сказала Айша.

— Хи-хи. Давайте воспитаем их всех здоровыми.

— Чертовски верно, — согласилась Ророа. — С такой группой, как у нас здесь, у нас никогда не будет  проблем.

— Вас поняла!

Услышав четыре надежных ответа от них четверых, я сказала Соме: — Эта семья... давайте защитим ее, несмотря ни на что. И для этого...

— Да. Я должен сделать эту страну сильнее и крепче.

Потому что эта страна была нашим домом. Мне нужно было, чтобы Сома защищал ее, а я должна  поддерживать Сому.

Ради этих новых жизней.

Это случилось примерно в то время, когда Сома вернулся из Союза Восточных Наций, прилетел в старые владения бывшего короля Альберта на спине Надин и с нетерпением ждал рождения детей.

Хакуя находился в замке, занимаясь «сувенирами», которые привез Сома.

— Я вернулась, учитель! — щебетала Томоэ.

— Добро пожаловать домой, младшая сестра. Я рад видеть, что ты в безопасности.

С этим восторженным приветствием Хакуя погладил Томоэ по голове. Затем он посмотрел на двоих, стоявших позади нее.

— Это, должно быть, те двое, которых вы привезли из Союза Восточных Наций. Сэр Ичиха Чима из княжества Чима и госпожа Райга Хан из степной страны Мальмхитан. Посланец Куи от Его Величества доложил мне о ситуации. Я - премьер-министр этой страны, Хакуя Квонмин.

— Я - Ичиха Чима. Я буду под вашей опекой.

— Я - Райга Хан. Рада знакомству с вами, премьер-министр.

Ичиха был робким, а Райга - смелой.

Хотя Ичиха был более официален, было видно, что и он и Райга были напряжены.

Слегка улыбнувшись, Хакуя сказал им двоим: — Нет необходимости в слишком формальных приветствиях. Вы - школьные друзья младшей сестры Его Величества. Не стесняйтесь называть меня просто Хакуя.

Ичиха нервно огляделся. — Хорошо, господин Хакуя.

— Очень хорошо, — сказала Райга.

Томоэ посмотрела на нее. — Ах, но это не значит, что ты можешь просто называть его по имени. Ты должна называть его сэрос Хакуя, когда он выступает в роли твоего учителя, Райга.

— Почему ты говоришь это только мне?! У меня, по крайней мере, много здравого смысла!

— Ты действительно...?

— А как ты на меня смотришь?!

— Вот так? — Томоэ безразлично уставилась на Райгу.

— Не смотри на меня так, ты маленький ребенок!

Ответ Томоэ был невнятным, так как Райга потянула ее за щеки. Томоэ, должно быть, показалось забавным то, как быстро Райга разозлилась, потому что она ухмылялась, даже когда Райга дергала ее за щеки.

— Стойте, вы двое! Вы перед господином Хакуей.— Ичиха попытался вмешаться, но у него не было характера, позволяющего ему говорить твердо, поэтому они его не слушали.

Хакуя с удивлением наблюдал за шумной троицей перед собой.

Значит... она тоже умеет делать такое лицо. Младшая сестра, которая была такой сдержанной и застенчивой во всем, веселится, как девочка ее возраста, когда она с госпожой Райгу и господином Ичихой.

Если подумать, до сих пор вокруг Томоэ не было никого, кроме взрослых. И в лагере беженцев, и после приезда в замок ее окружали люди постарше, такие как Сома, Лисия и Хакуя, поэтому у нее не было друзей ее возраста.

Но теперь Ичиха и Райга были здесь, и, должно быть, поэтому Томоэ так радостно играла.

Как бы там ни было... я просто счастлив видеть, как она веселится. подумал Хакуя с нежным выражением лица.

— А теперь слушай сюда! — требовательно сказала Райга. — Я старше вас двоих, понятно? Проявите немного уважения.

— Что? Но Райга, ты лишь немного старше меня, — запротестовал Ичиха.

— Ну, я стану еще старше и больше! Во всех смыслах!

— Я думаю, что Ичиха станет выше, — возразила Томоэ. — Муцуми и его братья и сестры были высокими, в конце концов.

— Ты... ты думаешь...? — с надеждой спросил Ичиха. — Мне бы этого хотелось.

— Подожди! Ты тоже маленькая, Томоэ! Ты навсегда останешься маленькой?

— Муррр. У старшей сестры Лисии хорошая фигура. Я уверена, что буду такой же, как она...

— Ты ведь приемная дочь бывших короля и королевы, верно? — Райга выстрелила в ответ. — Фигура твоей приемной сестры здесь ни при чем.

— Еще как касается! Когда-нибудь я стану такой же упругой, как Джуна...

— Хм, этот разговор становится неудобно слушать. Может, прекратим его? Эй?

Наблюдая за тем, как дети бесконечно продолжают шуметь, Хакуя прижал руку ко лбу.

Ему было приятно видеть Томоэ такой энергичной. Однако он подозревал, что все трое вместе они слишком энергичны.

Полагаю, Его Величество решил, что я буду заниматься их воспитанием, пока они не смогут посещать школу следующей весной. Младшая сестра сама по себе была не проблема, но если мне придется учить эту шумную троицу... меня ждет настоящая головная боль.

Слушая шумных детей, Хакуя представил себе, как эти трое будут таскать его будущее, и почувствовал легкое уныние.

***

Через некоторое время они втроем уселись.

— Это... невероятно. — Глядя на то, что было перед ним, Хакуя испустил вздох восхищения.

Когда знакомство закончилось, Хакуя и дети пришли в комнату Хакуи в замке.

На столе, за которым Хакуя обычно учил Томоэ, было разложено несколько листов бумаги. Все это были картинки с изображением монстров, которые нарисовал Ичиха.

— Что это? Как-то жутковато, — сказала Райга, подняв одну из иллюстраций и внимательно ее рассматривая.

Возможно, он привык к такой реакции, потому что Ичиха взял у нее бумагу с принужденной улыбкой.

— Ахаха... это действительно странно. Рисовать все эти картинки.

— Это не так! — возмущенно сказала Томоэ, взяв его за руки. — Старший брат сказал, что твои рисунки - сокровище человечества.

— Т-Томоэ... —  Ичиха смутился и слегка покраснел.

Райге, должно быть, было трудно в это поверить, потому что она склонила голову набок, разглядывая рисунки. — По-моему, они не выглядят такими уж замечательными.

— Нет, это отличные рисунки. — Хакуя положил руки на плечи Райги и заговорил мягким голосом. — Поскольку монстры опасны, трудно создать условия, при которых исследователи могли бы изучать их в полевых условиях. Поэтому исследования продвигаются медленно. Однако господин Ичиха точно запечатлил их характерные черты и, кроме того, по-своему классифицировал их. С дальнейшей сортировкой и организацией этих рисунков, я ожидаю, что изучение монстров значительно продвинется вперед.

Ичиха попытался возразить исчезающе малым голосом. — Н-нет... вы преувеличиваете...

— В моих словах не было никакой гиперболы.

Хакуя искренне верил в то, что говорил.

— На этом континенте, я полагаю, мы можем назвать господина Ичиха главным экспертом в области монстрологии. То, что он всего лишь десятилетний мальчик, заставляет меня с нетерпением ждать, что ждет его в будущем. Я считаю, что это редкий дар небес. От Его Величества – маньяка по поиску талантов, мне следовало ожидать не меньшего. Его иногда странное поведение причиняет мне головную боль, но когда дело касается поиска талантливого персонала, я должен быть впечатлен им.

— Вы ужасно суровы к своему господину и повелителю, — прокомментировала Райга.

— Он через многое прошел. Ужасно много. — Томоэ похлопала Райгу по плечу, как бы говоря: «Не говори больше.»

Странная политика Сомы часто приводила к тому, что Хакуя получал больше работы, и Томоэ неоднократно видела на его лице усталость. Конечно, Сома, источник этого изнеможения, сам часто выглядел усталым, поэтому она не могла винить его за это. Но...

Хакуя громко прочистил горло. — Кхм... в любом случае, это великолепные рисунки. Я бы хотел когда-нибудь собрать их в книгу. Под именем господина Ичихи, конечно же.

— А... книгу? Нет... это слишком много для меня. — Ичиха покачал головой туда-сюда.

Хакуя слабо улыбнулся ему. — Естественно, когда придет время, я помогу проконтролировать процесс. Страны, которые придают большое значение тайне, такие как Лунарианское ортодоксальное папское государство, относятся к такого рода исследованиям неизвестного сдержанно. Чтобы не взволновать их, возможно, нам следует добавлять как можно меньше личного мнения и просто сообщать правду в точной форме. Как словарь или энциклопедия, базовый справочник, который оставляет домыслы на усмотрение того, кто им пользуется.

— Энциклопедия монстров... вы имеете в виду? — спросил Ичиха.

— О, это хорошее название, «Энциклопедия монстров». Если уж мы взялись за ее создание, мы хотим, чтобы это была книга, которую каждый будущий монстролог будет держать под рукой.

— Если бы это могло случиться... это было бы замечательно. Я уже в предвкушении, — радостно сказал Ичиха.

Хакуя чувствовал то же самое. Он был непревзойденным любителем книг, и когда дело касалось письменных произведений, он едва мог сдерживать себя.

Несмотря на большую разницу в возрасте между ними, Хакуя и Ичиха охотно обсуждали состав своей Энциклопедии монстров, а Томоэ и Райга, оставшись в стороне, с умилением наблюдали за ними.

— Удивительно, что мужчины могут так увлечься всей этой ерундой, не находишь? — пожаловалась Райга.

— Ахаха! Джуна сказала мне, что они просто такие. Она повторила то, что слышала от герцогини Уолтер, но якобы в этом их прелесть.

— Так вот как это работает? — удивилась Райга. — Тогда они могут так вечно. Покажи мне замок. Желательно где-нибудь, где можно вкусно поесть.

— Конечно. Пойдем в кафетерий. Интересно, Пончо там есть?

Оставив двух взволнованных мужчин, Томоэ вывела Райгу из комнаты Хакуи, потянув ее за руку.

Несмотря на все их перепалки, эти двое были хорошими друзьями.

Кстати, Хакуя и Ичиха все еще разговаривали, когда двое вернулись, получив от Пончо закуску, что только усилило их раздражение.

Тем временем...

— Мне ужасно жаль! — плакал Инугами.

В детском саду, где занимались детьми женщин, работавших в замке, член подпольного отряда «Черные коты» стоял на коленях, склонив голову перед настоящей матерью Томоэ, Томоко.

Глаза Томоко расширились, когда он внезапно склонил перед ней голову, но когда он поднял лицо, Инугами заговорил голосом, полным досады.

— Несмотря на то, что Его Величество доверил мне безопасность госпожи Томоэ, я отвлекся от нее, и госпожа Томоэ подверглась опасности. Я искренне сожалею!

Инугами извинялся перед Томоко за инцидент в Союзе Восточных Наций.

Когда они гостили в замке Ведан, замке герцога Чима, Инугами по просьбе Сомы оставил Томоэ, несмотря на то, что был ее телохранителем.

В этот промежуток времени Томоэ выскользнула из их комнаты и отправилась исследовать замок, в результате чего ввязалась в драку с несколькими офицерами из войск Союза Восточных Наций.

Благодаря усилиям Ичихи и своевременному прибытию Сомы ничего страшного не произошло, но Инугами все равно жалел, что оставил Томоэ.

— Пожалуйста, встаньте, господин Инугами, — сказала Томоко мягким тоном, выслушав подробности. — Если вы этого не сделаете, Ру заберется к вам на спину.

— А?

— Ах! Не стой, в конце концов!

Он не заметил, потому что отвлекся на извинения, но четырехлетний мальчик с волчьими ушами пытался взобраться на спину Инугами.

Ру был младшим братом Томоэ.

Ру продолжал карабкаться вверх по бокам Инугами, и когда он достиг вершины его спины, то ухмыльнулся, словно гордясь тем, что достиг вершины.

Эта трогательная сцена заставила Томоко улыбнуться.

— Все это случилось из-за непослушания Томоэ, — сказала она ласково. — Вы были в отъезде из-за своих обязанностей, так что вам не о чем беспокоиться.

— Но если с госпожой Томоэ что-нибудь случится...

Инугами не мог встать, когда Ру стоял у него на спине, поэтому Томоко присела перед Инугами и ткнула его.

— Я рада этому.

— А? Вы счастливы?

— У этой девочки всегда был такой характер. Озорная и любопытная ко всему. Когда она была моложе, она была таким энергичным ребенком, который всегда исчезает от тебя. Как я, когда была маленькой. Она была хлопотливым маленьким сорванцом.

Озорная и полная энергии. С характером сорванца, доставшимся ей от матери.

Инугами моргнул, не в силах связать описание Томоэ, которое он услышал от Томоко, с той Томоэ, которую он знал до сих пор.

Томоко продолжала говорить с выражением ностальгии в глазах. — Наша семья прошла через многое. Мы потеряли моего мужа от болезни вскоре после рождения Ру, потом нас изгнали с родины чудовища, и мы попали на эту землю в качестве беженцев. — Нынешняя личность этой девочки сформировалась в той среде.

Когда Томоко говорила, она, казалось, грустила о том, что не смогла позволить своей дочери остаться сорванцом. Инугами было больно видеть это.

— Госпожа Томоко..., — начал он.

Однако Томоко мягко улыбнулась ему.

— Но в последнее время она стала намного веселее. Наверное, это потому, что Его Величество, а также ее приемные родители, лорд Альберт и леди Элисия, были так добры к ней. Если она дошла до того, что может быть непослушной и тайком выходить из своей комнаты, я не могу быть счастливее. Но позже я сделаю ей строгое замечание. Я действительно благодарна всем вам.

Увидев озорное выражение лица Инугами , Томоко добавила: — Но если с госпожой Томоэ что-нибудь случится.... если бы что-то случилось, вы бы защитили ее, верно?

Когда она посмотрела на Инугами, ее глаза были серьезными. Это было доказательством её доверия к нему.

Увидев эти глаза, Инугами скрестил руки перед собой. — Конечно. Даже ценой собственной жизни.

— О, Боже. Позаботься о своей жизни. Если вы этого не сделаете, Ру будет огорчен. Он так полюбил вас. Ру, тебе нравится взбираться на спину господина Инугами?

— Да! — энергично ответил Ру.

Инугами повернул свое лицо вниз в равной смеси счастья и стыда.

Тогда Томоко мягко спросила его: — Вы свободны после этого, господин Инугами? У меня скоро перерыв, не могли бы вы выпить со мной чаю?

— Да, госпожа. У меня ничего не запланировано, поэтому я буду сопровождать вас.

Инугами поднял Ру со спины и посадил мальчика себе на плечи. Поднявшись еще выше, Ру застонал от восторга.

Томоко рассмеялась. — Хи-хи! Тебе не нужно быть таким формальным с таким простым человеком, как я.

— Это просто моя натура, понимаете. Я так долго служил в армии, всегда вокруг одни мужчины, поэтому у меня было мало шансов пообщаться с женщинами... ах! Я не должен был говорить о своем военном послужном списке!

— Хи-хи-хи. Тогда я притворюсь, что никогда этого не слышала.

И вот они вдвоем (плюс Ру на плечах Инугами) шли бок о бок.

Они были схожей расы, поэтому, даже если Инугами надел маску, они выглядели не иначе как два родителя со своим ребенком.

Конец 10-го месяца, 1547-й год по континентальному календарю- Замок Парнам -

В этот день, когда начало холодать, в замке Парнам было очень тихо.

Хотя, конечно, так оно и было. В данный момент все люди, которые могли быть в центре обычного шума в замке, находились в отъезде.

Хозяин этого замка, временный король Сома, по приказу императрицы Марии из Империи Гран-Кэйос укреплял Союз Восточных Наций против демонической волны. В этом походе его сопровождали невесты Айша и Ророа, а также многие другие люди.

Кроме того, поскольку его первая главная королева Лисия вернулась в домен своего отца сэра Альберта, чтобы родить ребенка, Карла и многие другие сотрудники были отправлены с ней.

Из-за этого Сома и его веселые друзья почти все были в отъезде. Несмотря на это, до недавнего времени все оставалось довольно оживленным, поскольку герцогиня Эксель Уолтер держала там оборону.

Но потом, из-за изменения ситуации в Ластании, куда Сома отправился для укрепления, ему понадобилась сила Эксель как великого мага воды. Узнав об этом, Эксель взяла план, составленный премьер-министром Хакуей, и с радостью отправилась в Союз восточных наций.

Затем еще один человек, который был в центре обычно царившего шума, исчез.

Замок Парнам был очень тихим и спокойным без Сомы и его людей. Работники замка, привыкшие к шуму, теперь чувствовали, что им чего-то не хватает.

Однако. В замке все еще оставалась энергичная пара.

— Настало время для Жени!

—  и Мерулы!

—  Давайте проверим!

Подняв кулаки вверх, ученый-переучка Гения Максвелл и высший эльф из Королевства Духов Гарлана подняли свои голоса в унисон.

Хотя она кричала вместе с Женей, как только они закончили, плечи Мерулы опустились, и она вздохнула. — Эй. Мы должны делать это каждый раз?

Женя похлопала Мерулу по пухлым щекам. — Важно проникнуться духом происходящего, Мерумеру.

— Я же просила тебя не называть меня Мерумеру! — запротестовала Мерула.

Но Женя рассмеялась и начала говорить, обращаясь ни к кому конкретно.

— Итак, что касается того, где мы находимся сегодня...

— С кем ты говоришь?! Здесь есть призраки?!

— Та-да! Это Комната Вызова, где король был призван как герой.

— Ну же, с кем ты говоришь?!

— Хм? Я имитирую одну из образовательных программ старшей сестры Джуны. Как будто там есть кристалл вещания.

— Оставь свои игры для другого места! Тьфу! — Возможно, ей надоело играть роль натуралиста в этой комедии, потому что плечи Мерулы опустились. — Просто дай мне передышку. Сэр Людвин и Суджи сегодня в отъезде.

— Старший брат Лу сейчас с Сомой и остальными на севере, а сэр Соуджи отправился на границу с Лунарским ортодоксальным папским государством, так? Это значит, что мы обе остались без наших хозяев, — усмехнулся Женя.

— Не называй их нашими хозяевами! Ты что, не против, чтобы с тобой обращались как с домашним животным?

— Я действительно не возражаю. Миииу.

— Пожалуйста, будь человеком, ради желудка сэра Людвина, если не больше.

Мерула была таким же маньяком-исследователем, как и Женя, но у нее был здравый смысл, когда она отвлекалась от своих исследований. Именно поэтому, когда муж Жени отсутствовал, Мерула была вынуждена выступать в роли прямолинейного человека в этом дуэте.

Пытаясь вернуться в нужное русло, Мерула положила руки на бедра и сказала: —  Честно говоря... Итак, вы сказали, что это комната, в которую был вызван король Сома? Это то место, где он и Лисия провели свою судьбоносную встречу?

— Я слышала, что эти двое встретились в офисе по правительственным делам. Король работал всю ночь, поэтому у него могли быть черные круги под глазами.

— В этом нет ни капли романтики...

Они говорили о герое, вызванном из другого мира, и принцессе этой страны, так что разве не могло быть у этих двоих более драматичной встречи?

Но опять же, вспоминая лица обоих соответствующих лиц, что ж, это определенно было похоже на них.

— Итак, сегодня мы исследуем эту комнату? — спросила Мерула.

— Да. Король попросил нас исследовать систему, известную как «вызов героя».  Конечно, это таинственная вещь, которая призывает людей из другого мира, так что даже такому сверхнаучному специалисту, как я, будет трудно понять ее до конца. — Женя пожала плечами.

Мерула скрестила руки с задумчивым выражением лица. — Хм, а ты не думаешь, что король Сома знает об этом? Он надеется, что мы все равно сможем найти хоть какой-то намек. Я уверена в этом.

— Да. Возможно, ты права. Тогда, Мерумеру, магия зачарования - твоя специальность. Интересно, как эта комната выглядит в твоих глазах?

Мерула слегка сузила глаза и коснулась стены.

Поскольку она уже переключила голову в режим исследователя, то, что ее называли Мерумеру, ее нисколько не беспокоило.

Мерула оглядела комнату и затем сказала: — Я могу сказать, что продвинутые заклинания были вплетены во всю эту комнату без пробелов. Это чары более высокого уровня, чем мы можем надеяться воспроизвести сегодня. Даже я могу прочесть лишь малую часть этого.

— Хм... если даже Мерумеру не может прочитать их, я думаю, мы можем смело заключить, что эта комната сама по себе является продуктом сверхнауки, как и кристаллы вещания.

Сказав это, Женя протянула руку, чтобы коснуться стены, но Мерула остановила ее.

— Не трогай ее. Если хотя бы маленькая часть ее будет потеряна, мы не сможем ее воспроизвести.

— Но ты же прикасалась к ней, верно?

— Я прикасалась только там, где это было безопасно. Ты даже не можешь заметить разницу, верно?

— Ну, у меня не так много знаний о чарах, в конце концов... —  Женя убрала руку и поднесла ее к подбородку, склонив голову набок. — Но... разве это не кажется немного странным? Даже если здесь есть чары, слишком сложные для того, чтобы мы могли воспроизвести их в наше время, разве это что-то, где достаточно одной комнаты? Это как ребенок, пытающийся поднять носорога.

— Я не уверена в аналогии, но... я согласна. — Мерула оглядела голую комнату. — Это правда, что это заклинание было сплетено в сложном стиле с максимальной эффективностью, но я не думаю, что от этого объема можно было ожидать такого большого эффекта... на самом деле, глядя вокруг, мне кажется, что это все заклинания одного типа.

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Заклинания, вырезанные в этой комнате, скорее всего, были сделаны с одной единственной целью.

Женя, казалось, не понимала. — Ну? Я имею в виду, что эта комната предназначена для вызова героя.

— Когда мы говорим о вызове героя, это результат множества накладывающихся друг на друга явлений.— Мерула согнула пальцы, отсчитывая условия для вызова. — Для этого нужно соединить два мира, выбрать человека, который соответствует критериям, перенести его без учета времени и пространства...

Каждое из этих условий было важным, и если бы хоть одно из них не сработало, Сома не был бы вызван.

Мерула перестал считать. — ...Ну, в любом случае, в этом процессе гораздо больше, чем я могу перечислить. Я хочу сказать, что эта комната - лишь одна из частей этого процесса.

— Что?!Т говоришь, что эта комната - только часть процесса вызова героя?!

— Именно это и означает.

— Невероятно...

Если все заклинания, собранные в этой комнате, были лишь одной частью системы вызова героев, то насколько масштабной была вся эта система?

И где именно она находилась?

Трепеща от масштабов этой сверхнауки, Женя сгорала от любопытства.

— В таком случае, сначала нам нужно выяснить роль этой комнаты! — объявила она. — Если мы узнаем, частью какого процесса являются заклинания в этой комнате, мы, вероятно, сможем выяснить, насколько важна эта комната.

— Верно. Я могу расшифровать некоторые из них, так что давай проверим это.

Так началось их расследование.

***

Два месяца спустя, в прохладный день  я громко вздохнул, оглядывая офис правительственных дел.

— Хахх...

— Не вздыхайте, — укорил меня Хакуя. — Вы и меня доконаете.

Нет, нет, это был тот случай, который заставил бы любого вздохнуть.

Только позавчера Лисия родила близнецов. Но в моем положении короля, даже если бы мои дети только что родились, я не мог оставаться с Лисией и близнецами вечно.

Пока я смотрел на их спящие лица, я получил сообщение от Хакуи из замка:

— Я слышал, что дети родились благополучно. Поздравляю. Теперь, ради этих новорожденных детей, пожалуйста, вернитесь сюда и продолжайте свою работу в качестве короля.

Пока все шло своим чередом, бумажная работа, которую мне, королю, нужно было уладить, продолжала накапливаться.

— Мы в порядке, так что иди и делай то, что должен, Сома, — сказала мне Лисия, и я оставил Айшу, Джуну, Ророа и Томоэ там и поехал на Надин обратно в замок.

О, боже... я всерьез хотел ввести систему отцовского отпуска. Если все так и будет, то я хотел побыстрее закончить работу на сегодня и улететь обратно во владения Альберта.

— Давайте сделаем это максимально быстро, в режиме турбо! — воскликнул я, оглядываясь вокруг в поисках своей тачки.

— О, если вы искали госпожу Надин, то она улетела обратно во владения сэра Альберта.

— Она оставила меня позади?! — вскричала я. — Как она могла?!

Пока я приходил в ярость от этого неожиданного предательства, вдруг раздался стук в дверь.

Я позвал: — Пожалуйста, войдите!

Это был дуэт исследователей, Женя и Мерула. Обычно они были такими шумными, но сегодня они почему-то выглядели не в духе.

— Что случилось, вы двое?

— Ну... нам нужно сделать отчет о расследовании, которое вы просили. — сказала Женя, ее глаза блуждали.

Расследование, о котором я просил? О, о ритуале вызова героя.

Если бы я мог узнать хоть немного о работе ритуала, который привел меня сюда, я мог бы выяснить, будут ли после этого вызваны другие, подобные мне.

Однако я не надеялся, что смогу путешествовать туда-сюда между моим старым миром и этим.

— Итак, что вы выяснили? — спросил я.

— Только очень маленькую вещь, на самом деле, — сказала Женя. — Это касается той комнаты вызова... позвольте мне сказать прямо. Заклинания в той комнате не имеют ничего общего с вызовом кого-то из другого мира.

— ...Повтори?

А? Комната, которую они называли Комнатой Вызова, не имеет никакого отношения к вызову кого-либо?. .Нет, но... Что?

— Я здесь, и меня вызвали, вы понимаете? — сказал я.

— Это правда. Но... почти все заклинания в той комнате касались лингвистических способностей.

— Языковые способности? — повторил я.

— Позвольте мне объяснить, — начала Мерула. — Это только то, что я могу расшифровать, но все заклинания в той комнате были связаны с тем, что вы назвали «таинственными способностями героя к переводу». Я смогла уловить слова, связанные с языком, на стенах, полу и потолке. По сути, функция той комнаты заключалась лишь в том, чтобы герой мог общаться с людьми этого мира.

— Просто...?

Мой голос прервался.

То есть, по сути, эта комната была не для вызова героев, а для того, чтобы пройти ускоренный курс иностранных языков для общения с другим миром (или для того, чтобы съесть Желе Перевода)?

Я склонил голову набок. Но это факт, что меня вызвали в ту комнату, понимаете...?

— Ну, мы не можем однозначно сказать, что все дело в способностях к переводу, — вмешалась Женя с язвительной улыбкой. — Способность Мерумеру расшифровывать заклинания была ограничена, поэтому мы не можем сказать наверняка, что в той комнате не было ничего, связанного с вызовом.

По мере того как она говорила, она становилась все более воодушевленной.

— Но если для перевода требовались настолько сложные заклинания, то я даже не могу представить, что нужно, чтобы вызвать человека из другого мира. Я не вижу, чтобы это вписывалось в те пространства, которые Мерумеру не смогла расшифровать. Вот почему мы придумали гипотезу!

Женя подняла вверх указательный палец.

— Эта комната - лишь небольшая часть системы вызова героев, и все, что в ней содержится, - это заклинания для зачарования того, кого вызывают, способностью к переводу, и заклинание для инициирования системы вызова героев. Другими словами...

— В этой комнате есть только функция перевода и переключатель, а система вызова героя, слишком огромная, чтобы поместиться в этой комнате, существует где-то там? — закончил я.

— Именно! — весело сказала Женя. — Вы действительно быстро соображаете.

Все это больше не имело для меня смысла. Комната, которая, как я думал, вызвала меня, была лишь частью более крупной системы...?

— Тогда где же остальная часть того, что меня вызвало? — спросил я.

— Ну, если учесть все заклинания, необходимые только для твоей способности к переводу, я думаю, что она должна охватывать не только этот замок. Заклинание заняло бы площадь всей столицы.

— Вся столица...? Для этого нужно заклинание такого нелепого размера?!

— Да. На этой ноте, есть еще одна вещь, которая привлекла мое внимание. Вы ведь знаете о форме крепостных стен вокруг этого города?

— Да. Они круглые.

Я не придал этому значения, но стены вокруг столицы Парнама были необычны тем, что образовывали круг. (См. начало главы 1 в первом томе.) Большинство других городов были прямоугольными, поэтому казалось, что внешнему виду столицы было уделено особое внимание.

Женя достала карту Парнама и расстелила ее на столе. — Я хочу, чтобы вы посмотрели на карту этого города. Когда вы смотрите на Парнам с воздуха... не кажется ли вам, что он похож на некий магический круг?

— А?! —  Слова Жени заставили меня и Хакую, и меня широко раскрыть глаза.

Теперь, когда она сказала об этом, это действительно было похоже на магический круг или мандалу.

Замок находился в центре, большие дороги вели в четырех кардинальных направлениях, а дороги поменьше расходились, как паутина.

И, хотя их не было видно на этой карте, здесь также находились тайные туннели для побега королевской семьи, которые мы сейчас используем как канализацию и акведуки, пересекающиеся друг с другом под землей.

Если на них тоже были наложены заклинания...

— По сути... сама столица Парнама была создана, чтобы призвать героя? — спросил я.

— Это наша мысль.

— Хакуя, ты сказал, что король, который основал эту страну, был вызван из другого мира, как и я.— спросил я. — Разве Парнам не был построен первым королем-героем?

Хакуя был хорошо осведомлен об истории этой страны. Он покачал головой с суровым выражением лица. — Нет, королевство Элфриден было основано первым королем-героем, но в этих землях существовало королевство и до него. Говорят, что город Парнам возник еще раньше.

Город, существовавший до первого короля-героя...

В таком случае, гипотеза Жени и Мерулы звучала все более и более реалистично. Возможно, здесь замешана одна из «старых», например, Мать-Дракон, госпожа Тиамат.

Похоже, что в этом вопросе необходимо провести дополнительные исследования. Не только Жени и Мерулы, но и большому числу исследователей.

— Ты узнала что-нибудь еще? — спросил я.

— Ну, была одна вещь, которая меня беспокоила, — сказала Мерула. — Мы говорили о том, что заклинания в той комнате должны были позволить герою общаться с людьми этого мира, но... мне показалось, что это было немного косвенным способом. Не знаю, мне показалось, что это было слишком окольным путем.

— Окольным путем?

— Я имею в виду, что если их единственной целью было позволить герою общаться с людьми этого мира, то им не нужно было такое сложное заклинание. Если я помню, вы говорите на языке своего мира, а мы понимаем их как общий язык этого континента... так?

— ...Да. Мне кажется, что именно так мне все и объяснили.

Я говорил по-японски, и люди этого мира понимали его как официальный язык, Континентальный Стандарт. Но это все еще был японский, поэтому, когда я пытался объяснить слова или понятия, которые не существовали в этом мире, они не понимали. Такие слова, как «смартфон», которые еще не существовали в этом мире, не переводились.

Вероятно, поэтому, когда Джуна спела песню, которую я пел точно так же, как и она, Лисия не смогла понять слова.

— Это. Вот о чем я говорю. — Мерула выглядела обеспокоенной этим. — Честно говоря, это слишком окольный путь. Вместо того, чтобы заставлять нас понимать язык вашего мира, было бы гораздо проще заставить вас понимать наш. Если бы заклинание это сделало, единственной целью были бы вы сами.

Да, она... определенно была права. По сравнению с воздействием на умы неопределенного количества других людей, было бы гораздо быстрее изменить только мой.

— Дело в том, что вы  можете писать на языке этого мира.— продолжала Мерула.

— Раз уж ты об этом заговорила...

Я мог читать и писать на языке этого мира. Именно поэтому я мог заниматься бумажной работой.

Вероятно, это было потому, что меня сделали способным понимать письменность этого мира. Если так, то почему заклинание не сделало то же самое для разговорного языка?

— Как ты думаешь, Мерула, почему? — спросил я.

— Ну... мне кажется, что таково было намерение людей, создавших эти заклинания.

— Их намерение?

— Несмотря ни на что, они хотели оставить ваш язык. Я чувствую это намерение. Даже если в результате заклинания стали мучительно сложными.

Мой язык... хм.

Теперь, когда я подумал об этом, вспомнился тот кубический объект, с которым мы столкнулись с Надин в Горном хребте Звездного Дракона.

Он создавал бурю и дико взрывался, словно в ярости, но как только он услышал  мой голос, он внезапно остановился.

В тот раз Тиамат сказала, что я – «ключ», но... возможно, настоящий ключ был в языке, на котором я говорил.

Ох... моя голова начинала болеть. Мне казалось, что я начинаю понимать, но я все еще ничего не понял. Это расстраивало.

В конце концов, я не собирался выяснять это, обсуждая это здесь, поэтому я решил продолжить расследование этого вопроса после.

Серьезно... что это за мир?!

Они ушли, и работа на сегодня была закончена, поэтому я обдумывал все в голове, направляясь во двор, где меня ждала виверна, чтобы отвезти к Лиссии и близнецам.

В этом мире жили я, мои жены и дети.

Я мог только молиться, чтобы здесь больше не происходило никаких тревожных событий.

В конце 11-го месяца, 1547-го года по континентальному календарю- Имперская столица, Валуа

Это произошло примерно в то время, когда Сома был в Союзе Восточных Наций.

Местом происшествия был кабинет младшей сестры генерала Жанны в замке Валуа, где жила императрица Мария Эйфория, рядом с центром имперской столицы Валуа в Империи Гран-Кэйос.

Там Жанна и фридонский посол Пилтори Сарацин сидели лицом друг к другу.

Пилтори склонил голову перед Жанной. — Мне очень жаль. Мне придется снова вернуться в королевство.

С лукавой улыбкой Жанна мягко сказала: —  На этот раз это младшая сестра. Разве это не повод для радости?

— Я благодарен услышать это от вас.

После того, как выяснилось, что жена Пилтори Анзу беременна, он временно вернулся в королевство, чтобы оставить ее на попечение своей семьи, Дома Сарацинов.

Как только Анзу благополучно родила сына, она вернулась в империю с этим ребенком, чтобы быть с Пилтори.

Теперь, сразу после этого, забеременела младшая сестра Анзу - Шихо.

Подумав, что будет лучше, если она, как и Анзу, родит в семейном доме, Пилтори снова попросил отпуск, чтобы вернуться домой из королевства и империи. Его просьба была удовлетворена, и он прибыл сюда, чтобы выразить свое почтение.

— Я вернусь, как только оставлю Шихо в семейном доме, как и в прошлый раз, поэтому Анзу позаботится о вашей связи с королевством в это время, — сказал он. — Если возникнет какая то ситуация, пожалуйста, спросите ее. Похоже, что мои личные дела мешают мне выполнять свои обязанности и держат меня вдали от империи, и это причиняет мне боль, но...

На лице Пилтори появилось искренне извиняющееся выражение, но Жанна махнула рукой.

— Нет, нет, не беспокойтесь об этом. Вы делаете это ради ребенка, который родится. Кроме того, у самого сэра Сомы тоже скоро будет ребенок, верно?

— Да, это то, что я слышал.

— Принцесса Лисия, мать... мне кажется, что она как-то опередила меня. — Жанна слегка вздохнула.

Они обе были озорными принцессами, которые в детстве не давали покоя слугам, так откуда же взялась эта разница между ними? Правда, у Жанны не было особой встречи, как у Сомы и Лисии, но главная причина, вероятно, заключалась в ее старшей сестре.

Я не могу искать себе партнера, пока моя сестра все еще одинока. Если бы она уже нашла себе прекрасного кавалера, я могла бы быть более инициативной...

В ее голове промелькнул образ того мужчины в черной мантии с умными, но теплыми глазами.

Стоп! Нет, нет, об этом не может быть и речи!

Жанна тряхнула головой, как бы отгоняя эту мысль.

Я знаю, что он не тот человек, с которым я смогу справиться, если буду более инициативной. Он недалекий человек, во многих смыслах этого мира. Но если бы... если бы наша империя была более стабильной, а моя сестра нашла кого-то хорошего... я могла бы быть более верной своим чувствам...

Представив себя рядом с ним, Жанна почувствовала, как ее губы сложились в улыбку.

Что ж, воображение не повредит, сказала она себе.

Кстати, в этом году Марии исполниться двадцать один год (двадцать два по земному календарю). В мире Сомы было бы рано начинать вести себя так, будто она слишком долго тянула с замужеством в этом возрасте. И все же Жанна беспокоилась, что ее сестра приближается к старому девичеству.

Это происходило потому, что брачный возраст для женщин в этом мире составлял четырнадцать лет. Поэтому в высших классах, где политические браки были нормой, женщине рекомендовалось выйти замуж к двадцати годам.

Потеряв голову, Жанна задумалась...

— Гм, мадам Жанна? — спросил Пилтори. — Что-то случилось?

— О! Нет, прошу прощения. Давайте посмотрим... сэр Сома сейчас, скорее всего, в отъезде, поэтому, когда он вернется в страну и ребенок родится, пожалуйста, передайте ему поздравления от моей сестры.

— О! Спасибо вам за это.

Возможность отпраздновать рождение ребенка в королевской семье другой страны стала возможной благодаря теплым отношениям между королевством и Империей.

Пока они вдвоем вели этот разговор...

Бум! Треск!

Раздался громкий взрыв, и замок сильно затрясся.

Пилтори подумал, что это, должно быть, внезапное землетрясение, но тряска неожиданно быстро прекратилась.

Пока он гадал, что это было, он заметил, что Жанна прижала руку ко лбу.

— Что-то случилось, мадам Жанна?! Вы пострадали во время землетрясения?!

— Нет... у меня просто разболелась голова при мысли о том, что мне придется делать уборку после этого. Честно говоря, та девушка...

— Та девушка?

Когда Пилтори собирался спросить подробности, дверь с грохотом распахнулась. В комнату ворвалась сама императрица Мария Эйфория.

— Жанна! Это был взрыв...

—  Сестра, что ты делаешь в такой одежде?! — крикнула Жанна, прервав Марию.

На Марии была пижама и ночной колпак, ее постельное белье. Было уже за полдень, но ее волосы были взъерошены, как будто она спала всего несколько минут назад.

Для Пилтори, который знал только благородную красоту женщины, которую называли Святой Империи, разница была настолько велика, что у него выпучились глаза.

— Пожалуйста, оденьтесь как следует! Сэр Пилтори здесь, вы знаете?! — воскликнула Жанна.

— О, Боже, сэр Пилтори. Доброе утро! — Мария элегантно поприветствовала его, несмотря на то, что была в пижаме.

Пока на ее прекрасном лице была улыбка, даже если на ней была только пижама, она обладала живописной красотой.

Жанна схватилась за голову. — Уже полдень. Уже давно пора говорить «добрый день»

— Ну, я работала до утра, и мне наконец-то удалось найти время для сна. Как раз когда я отправилась в приятное путешествие в страну грез, меня разбудил тот взрыв. Как вы думаете, это из-за девушки?

— Больше никто не устраивает взрывов в замке. Интересно, что она разрушила на этот раз...

— В прошлый раз она проделала большую дыру в стенах замка, верно...?

Прекрасные сестры издали общий вздох.

Жанна отдала приказ женщинам-охранницам, стоявшим наготове за дверью.

— Немедленно схватите преступницу и приведите ее в эту комнату.

— Д-да, госпожа!

Охранники тут же бросились бежать.

Виновница... если они знали, кого она имела в виду, по такому расплывчатому описанию, значит ли это, что охранники тоже знали, кто преступник?

В таком случае, это обычное явление?

— Хм... кто эта девушка, о которой вы двое говорили? — нерешительно спросил Пилтори.

Мария и Жанна посмотрели друг на друга и ответили в унисон.

— Наша младшая сестра.

***

Примерно через десять минут...

Выглядящая как изображение инопланетянина, которого утаскивают люди в черном, девушка лет пятнадцати была приведена королевскими гвардейцами.

У нее были такие же красивые светлые волосы, как у Марии и Жанны, и она обладала милой, девичьей внешностью, но ее помятый белый халат и торчащие вверх волосы говорили о ее неряшливой натуре.

Одной отличительной чертой была ее прическа. Ее длинные волосы были завязаны в спираль на правом боку.

Когда пленницу привели к Жанне, от которой исходила аура гнева, она робко поприветствовала ее.

— Доброго дня вам, старшая сестра Мария, старшая сестра Жанна.

— Похоже, что у нас хороший день, Трилл? — спросила Жанна, сверкнув глазами.

— Ик?! Прости! — Трилл трусила, как котенок, свернувшийся калачиком на холоде, и многократно склоняла голову, пока Жанна читала ей нотации.

Все трое несли в себе кровь королевской семьи, но когда вы видели их в таком состоянии, они были похожи на обычных сестер.

Видя, что Пилтори растерялся и не может понять, что происходит, Мария заговорила с обеспокоенной улыбкой на лице.

— Позвольте представить вас, сэр Пилтори. Это наша младшая сестра, Трилл.

— Я... я Трилл Эйфория. — Освободившись от лекции, Трилл поспешила представиться и попытаться сохранить видимость. — Я не знаю, кем вы можете быть, но мне приятно с вами познакомиться.

— П-простите меня. Я был послан сюда Королевством Фридония. Меня зовут Пилтори.

— Королевство Фридония?! — Глаза Трилла расширились. — Когда ав говорите Королевство Фридония, вы имеете в виду то, которое раньше было Королевством Эльфриден?! У них есть Женя Дома Максвелл!

— Ну... я не знаю эту госпожу Женю... кем бы она ни была, но я слышал о Доме Максвелл. Они сделали себе имя, исследуя руины подземелья или что-то вроде этого, я полагаю.

Для такого военного, как Пилтори, он не был посвящен в детали того, кто такие различные бюрократы. Однако Дом Максвеллов был настолько печально известен как семья чудаков, что даже он слышал о них.

— Хм... почему младшая сестра госпожи Марии интересуется Домом Максвелл? — рискнул спросить он.

— Потому что я большая поклонница Максвеллов! — заявила Трилл, ее глаза сверкали. — Когда я прочитала их книгу «Преобразование и накопление магических энергий», я была поражена! Я поняла, что именно это станет воплощением моих амбиций...!

— Трилл! Мы еще не закончили! — крикнула Жанна.

Плечи Трилл дернулись.

Третья принцесса Империи увлеченно рассказывала о печально известном в королевстве Доме Максвеллов. Неужели эксцентрики притягивают эксцентриков? задался вопросом Пилтори.

Жанна издала прерывистый вздох. — Итак, Трилл, что именно ты сегодня нарушил?

— Жанна, не нужно делать поспешных выводов, что она что-то сломала...

— Пожалуйста, не вмешивайся в это, сестра. Ты слышала этот шум, чувствовала толчки. Мы должны быть готовы к некоторым потерям.

— Потери, нет... ничего особенного. Я просто проделала маленькую дырочку в потолке моей подземной лаборатории...

— Вы двое, — простонала Жанна, игнорируя претензии Трилл и обращаясь к охранникам, которые привели ее сюда. — Насколько серьезными были повреждения?

Охранники отдали честь и доложили, что именно они видели.

— Во внутреннем дворе открылась огромная дыра.

— Похоже, она была более пяти метров в диаметре.

— Это не маленькая дыра! — Жанна хлопнула по столу.

От шума подскочила не только Трилл, но и Мария.

Жанна приказала охранникам выйти из комнаты и, убедившись, что они ушли, снова вздохнула.

— Твои действия в последнее время были совершенно неприемлемы. Каждый раз, когда ты создаешь проблемы, каждый раз, когда ты что-то разрушаешь, это подрывает достоинство нашей старшей сестры и создает для меня еще больше работы.

— Старшая сестра, мои исследования...

— Мы понимаем, что твои исследования принесут пользу будущему этой империи. Поэтому мы не просим тебя выполнять свои обязанности третьей принцессы империи, а разрешаем тебе заниматься своими исследованиями как угодно. — Жанна стукнула себя по голове, как будто ей было больно. — Однако, ты подходишь очень близко к пределу. Не с нами, а с вассалами. Они начинают выражать мнение, что пора бы тебя наказать.

— Уркх...

Неудача может быть матерью успеха, но в ее случае Трилл родилась не в той родословной, в которой должна была.

Она была младшей сестрой императрицы Марии, которая управляла огромной империей, но при этом целыми днями сидела в своей лаборатории, создавая что-то новое, терпя невероятные неудачи и время от времени взрывая стены и нанося ущерб.

Плохая репутация влияла не только на нее, но и могла повлиять на авторитет Марии.

С страдальческим видом Жанна сказала Трилл: — Это выходит из-под контроля. Не пора ли тебе завязывать? Почему бы тебе не бросить учебу и не вернуться к своему положению третьей дочери императорского дома?

— ... —  Трилл повесила голову, не в силах ничего сказать в ответ.

В комнате повисла тяжелая атмосфера. Внезапно оказавшись втянутым в семейные неприятности, Пилтори нервно размышлял, что ему делать с самим собой.

Словно для того, чтобы внести в комнату глоток свежего воздуха, Мария хлопнула в ладоши. — Если мы не можем с ней справиться, почему бы не оставить ее тому, кто сможет? — сказала она непринужденным голосом.

Глаза Жанны расширились. — Это чего, ни с того ни с сего?

— У меня просто появилась небольшая идея. Знаешь, с тех пор как мы заключили союз с королевством Фридония, Пилтори находится здесь в качестве посла-резидента Империи, но мы никого не прислали взамен, верно?

— Вы правы. Это тайный союз, поэтому выбрать кого-то было сложно... подождите, сестра, вы же не имеете в виду...

У Жанны было плохое предчувствие. Мария широко улыбнулась и сказала: — Да, это так. Давайте отправим Трилл в королевство в качестве нашего постоянного посла.

***

— ...Ну вот и все, сэр Сома . Пожалуйста, позаботьтесь о нашей сестре.

— " Ну вот и все "? — повторил я. — Чего...?

Позвольте мне рассказать вам, что произошло. Я вернулся из Союза Восточных Наций, присутствовал при родах Лисии, был вынужден вернуться в замок, когда родились близнецы, а через три дня после этого на меня навалился смутьян из Империи. Вы... вы думаете, что я не знаю, о чем говорю. Вы правы, я вообще не знаю, что происходит...

— Трилл, ты не должна доставлять неприятности сэру Соме, хорошо? Береги себя, — сказала Мария.

— Я знаю, старшая сестра Мария.

В этот момент рядом со мной стояла девушка лет пятнадцати со светлыми волосами, присланная сюда из Империи, и махала Марии рукой через голосовую трансляцию Драгоценности.

Ее звали Трилл Эйфория.

Их лица могли быть похожи, но их характеры - нет. Похоже, младшая сестра Марии была исследователем.

Ее постоянные крупные неудачи, очевидно, сделали невозможным ее пребывание в Империи, поэтому ее отправили в мое королевство в качестве еще не избранного посла.

Об этом меня проинформировал Пилтори, который вернулся в Империю после недолгого возвращения домой.

Честно говоря... Гуран оставляет со мной Ку, затем Фуга подсаживает ко мне Райгу, а теперь вот это. Не слишком ли быстро эти люди оставляют своих VIP-персон в моей стране?

— Я знаю, что в нашем замке есть детский сад, но мы занимаемся только младенцами, — сказал я.

— Не могли бы вы не обращаться со мной как с ребенком?! Вы проявляете неуважение к леди, — запротестовала Трилл, но я проигнорировал ее.

Мария захихикала. — О, Боже, я думала, вы любите творческий и способный персонал, Сома? Трилл - самый уникальный и креативный исследователь в Империи. Я уверена, что она вам понравится.

Вздохнув, я спросил: — Какого рода исследованиями вы занимаетесь?

— Хм... —  Трилл мило склонила голову набок. — Чтобы объяснить это, я должна рассказать вам старую историю.

— А? Старую историю?

— Да, именно так. Давным-давно, в одной стране...

Давным-давно, в одной стране жил сильнейший воин.

Этот воин был наделен крепким телом, а также коллекцией превосходного оружия и доспехов.

Тот воин посмотрел на копье, которое держал в руках, и сказал: — Мое копье - самое острое в мире. Нет ничего, что оно не могло бы пронзить.

Затем, указывая на свои доспехи, воин сказал: — Мои доспехи прочнее крепостных стен. Ничто в этом мире не может ее пробить.

Услышав это, учитель воина спросил: — Если ты проткнешь доспехи, которые невозможно пробить, копьем, которое может проткнуть все, что угодно, что произойдет?

Воин не смог ответить, и ему стало очень стыдно.

— Это старая история, — сказала Трилл.

— ...

История Трилл была просто историей этимологии слова, обозначающего противоречие или несоответствие в японском и китайском языках, только алебарда была заменена на копье, а щит - на доспехи.

Кажется, оно пришло из "Хань Фэйцзы"?

Автор этой работы, Хань Фэй, писал о том, как государь должен править с точки зрения реалиста, но содержание этой работы было настолько суровым, что даже Макиавелли не шел ни в какое сравнение.

Это объяснялось тем, что Хань Фэй жил во времена хаоса, когда семь великих людей вели войну, и он жил при императорском дворе, который был полон заговоров. Если бы кто-либо претворял в жизнь то, что он написал, королю не осталось бы кому доверять.

Чжэнь, царь Цинь, который стал Цинь Шихуанди, первым императором Китая, был поклонником Хань Фэя и имел в себе элемент этого, но лично я не хотел бы заходить так далеко.

Но я отвлекаюсь.

В любом случае, пока существуют слова, будут существовать и логические парадоксы, так что, возможно, не так уж странно, что подобная история возникла и здесь.

С недовольным видом Трилл продолжила: —  Но мне эта история кажется странной.

— Ну, странная логика - это то, как вы получаете парадоксы, в конце концов. — Я удивился, почему она заговорила о чем-то столь очевидном.

Но Трилл покачала головой. — Я не это имела в виду. Копье побеждает.

— О-хо. Почему? — Теперь мне было интересно.

Трилл подняла указательный палец и начала объяснять. — Как только ты надеваешь доспехи, ты готов. Однако копье можно улучшить. Допустим, у доспехов твердость десять, а у копья - острота десять. Во-первых, это скорость удара. Если вы наносите удар в два раза быстрее, сила атаки становится равной двадцати. А если при нанесении удара скручиваться, то пробивная сила снова удваивается. Таким образом, сила атаки копья должна быть в состоянии подняться до сорока.

— В этом есть смысл... —  Айша, которая была рядом со мной в качестве телохранителя, казалась убежденной.

Как будто это было правильно!

— Нет, эта логика неверна, ясно?! — крикнул я.

Что это была за логика, словно что-то из боевого компьютера? Не может быть, чтобы она просто так удваивалась.

Тем не менее, Трилл продолжала с невероятно серьезным выражением лица. — Естественно, эти цифры нечеткие. Но если вы направите инструмент в форме сверла на деревянную доску толщиной в два сантиметра, он не сможет легко пробить ее. Однако если прижать его к одной и той же точке и непрерывно вращать, то можно проделать в доске отверстие.

— Ну, да... Это верно. — А? В какой-то момент она начала убеждать меня.

— То, что я изучала, - это система, позволяющая удерживать копье во вращении. — Трилл усмехнулся и сделал движение копьем. — Структура нашего тела накладывает физические ограничения на то, как сильно мы можем вращать копье. Поэтому я хотела разработать копье, которое постоянно вращается. Однако в процессе испытаний прототип улетел и проделал большую дыру в стенах замка...

— Копье, которое постоянно вращается... а!

Я понял! Она говорила о том, как заставить копье вращаться, поэтому до меня не сразу дошло, но она пыталась создать бур! Или, точнее, мотор, который мог бы заставить сверло вращаться. И это в мире, где не было даже парового двигателя.

Если бы она действительно смогла создать такой двигатель, это была бы технологическая революция.

— Вы сказали, что проделали большую дыру в стенах замка? — спросил я. — О каком размере идет речь?

— Я узнала, что если направить магическую энергию в древко, обнаруженное в подземелье, то оно будет вращаться, поэтому мне удалось заставить его вращаться. Однако, не зная никакого способа применить постоянную, стабильную энергию, постоянно происходили осечки.

Я замолчал.

Я знал это, потому что посетил лабораторию Жени в подземелье, но технология в этом мире, похоже, не могла идти тем же путем, что и на Земле. Используя материалы, обнаруженные в подземельях, они могли получить доступ к технологиям, которые были скачком вперед.

Кроме того, не было ли решение обеспечить постоянную, стабильную энергию, возможно Трилл говорила о проклятой руде, которую мы использовали в Марк V?

— Я изучал различные вещи после прочтения публикации Дома Максвелла «Преобразование и накопление магических энергий», но я просто не могу найти нужный материал, — сказала Трилл, в голосе которой звучало разочарование.

Дом Жени выпустил такую книгу?

Хм... Если империя изучала собственные способы накопления магической энергии, то в недалеком будущем они могли обнаружить применение проклятой руды. Другие страны тоже могут.

Если это случится, наше преимущество исчезнет.

Фуга тоже нужно было учитывать, поэтому я хотел подстегнуть технологическую революцию.

— Кажется, у вас есть что-то на уме, господин Сома . — внезапно вмешалась Мария.

Пока я был погружен в свои мысли, она, похоже, смотрела на мое лицо.

Черт... я был почти одурачен ее мягкой улыбкой и непринужденной аурой, но Мария не была той, кому я мог бы показать открытость.

— Возможно, у вас есть какая-то подсказка, которая поможет исследованиям Трилла? — спросила Мария. — Я думаю, что в королевстве живет благородный Дом Максвелл, который она так уважает.

— Это точно! Я бы так хотела с ними познакомиться! — возбужденно вскочила Трилл.

Я хотел уклониться от темы, но... плохая ложь не сработает против Марии.

— Я думаю, со знаниями Жени мы могли бы как-нибудь справиться с этим, — неохотно сказал я.

— Это чудесно. Как насчет этого? Почему бы не сделать исследование Трилла совместным исследовательским проектом для наших двух стран?

— Совместные исследования... вы говорите?

— Я думаю, что технология, которую Трилл пытается разработать, будет иметь множество применений. Вплоть до того, что она может произвести революцию в технологиях этого мира.

Это был факт. Сверлильный станок - это одно, а двигатель - совсем другое. Для него не было конца применения.

Если что-то могло вращаться само по себе, то с этим можно было сделать все, что угодно.

— Я не хочу раскрывать слишком много своих карт, понимаете...

— О? Вас не интересуют техники, которыми владеет Трилл, сэр Сома? — спросила Мария.

— Они мне нужны, конечно...

— В таком случае, разве это не идеальный вариант? Есть технология, которая нужна нам обоим. Пусть наши страны изучат ее вместе, и мы поделимся результатами.

Предложение Марии звучало весьма заманчиво.

Одной стране трудно исследовать все, потому что персонал, средства и время ограничены. Я с болью осознал это во время реформирования медицинской системы.

При необходимости мне иногда приходилось привлекать персонал, средства и время из других стран. Если это была Империя под руководством Марии, ей тоже можно было доверять.

— В таком случае, я попрошу вас оплатить половину расходов на исследования.— спросил я.

— Конечно. Тогда вы примете наше предложение?

— Нет, я не могу дать вам немедленный ответ. Я обсужу это с Хакуей, и мы свяжемся с вами по поводу наших условий позже.

— В этом есть смысл. Похоже, мое волнение привело к тому, что я забежала вперед. — Мария отступила назад, немного разочарованная. Она была похожа на собаку, которую только что заставили ждать после того, как ей показали лакомство.

С кривой улыбкой я сказал ей: — Но лично я в восторге от этой идеи. Думаю, я попрошу госпожу Трилл встретиться с Женей.

От моих слов глаза Трилл засияли. — Я могу встретиться с людьми из Дома Максвелл! Это так меня радует!

Мария хихикнула. — Рада за тебя, Трилл. Но ты там в качестве посла, так что ты не можешь пренебрегать этой работой, чтобы сосредоточиться на учебе, хорошо? Если ты это сделаешь, Жанна может отправиться туда, чтобы вытащить тебя обратно домой.

— Уркх! Я не хочу этого. Я буду делать свою работу как следует. — Принцесса Трилл отдала сестре решительный салют.

Так в королевстве появилась еще одна странная и талантливая личность.

По крайней мере, сейчас я бы оставил ее на попечение мужа Жени, Людвина.

Надеюсь, он не станет снова есть дешевый хлеб...

— Кстати, сэр Сома , - добавила Мария, - я слышала, у вас родились близнецы.

Теперь, когда все было улажено, Мария сказала это так, словно только что вспомнила, и приподняла подол юбки в изящном реверансе.

— Как императрица Империи Гран-Кэйос, я буду молиться о здоровом росте ваших сына и дочери и о дальнейшем развитии королевства.

— Спасибо. Давайте вместе сделаем все возможное для наших домов и наших семей.

— Да.

И вот, связи между королевством и Империей снова углубились.

________________________

«ХАНЬ ФЭЙ-ЦЗЫ» – памятник древнекитайской мысли, трактат одного из крупнейших теоретиков легизма, Хань Фэя

Важная часть доктрины Хань Фэя – учение о мудром правителе, который не должен уступать чиновникам ни крупицы власти, ибо они «превратят эту крупицу в сто крупиц»

https://iphlib.ru/library/collection/newphilenc/document/HASH1a1b16855c2272899b541a

Это было на следующий день после прибытия Трилл Эйфория в качестве посла Империи в королевстве.

Некий человек находился в Зале для трансляций в замке Парнам, разговаривая с кем-то в другой стране.

Обычно только Сома или Хакуя пользовались трансляцией Голоса Драгоценности, но сегодня все было иначе. У этого человека были белоснежные волосы и длинный тонкий хвост.

— Ну, вот и все, старик, — говорил этот человек. — Я хочу сделать все по-своему, так что могу ли я получить твое разрешение как главы республики?

— Хм...

Тот, кто стоял перед драгоценностью, был Ку Тайсэй, командир Тургисской республики, а тот, с кем он говорил, был его отцом в республике, Гураном Тайсеем.

По сути, Ку получил разрешение от Сомы использовать драгоценность для связи со своей родиной.

Гуран некоторое время размышлял над этим, затем кивнул. — Да... неплохое предложение, учитывая, что оно исходит от тебя. У тебя есть мое разрешение, так что действуй. Я поручаю переговоры с Сомой тебе.

— Оокякя! Иначе и быть не может, — радостно сказал Ку.

Глаза Гурана слегка сузились. — Кто мог предвидеть, что ты, как никто другой, предложишь такую полезную стратегию?

— Оокия? Не часто я получаю от тебя комплименты. Ты съел что то странное?

— Не забивай себе этим голову, — вздохнул Гуран. — Честно... всего лишь небольшая похвала, а ты уже так себя ведешь. Я думал, что время, проведенное в королевстве, помогло тебе вырасти, но, похоже, я ошибался.

Ку разразился веселым смехом. — Оокики! Личности, с которыми мы рождаемся, так просто не меняются. Ну, не то чтобы я думал, что я вырос с самого начала. — Затем его улыбка внезапно померкла. — Ну... я все же передумал. Теперь, когда я увидел этого человека, я не могу оставаться таким, каким был. У нас есть свои приготовления.

— Молодой король Малхитана, о котором ты рассказывал? — медленно спросил Гуран.

— Да. Фуга Хан. Он сумасшедший. — Ку скрестил руки, и на его лице появилось чрезвычайно серьезное выражение. —  Мой брат Сома и императрица Империи Мария тоже невероятные правители, конечно. Способ брата делегировать задачи тем, кто лучше всего подходит для их выполнения, и харизма, с которой императрица Мария управляет огромной империей, поражают меня. Но в обоих случаях они будут относиться к нам дружелюбно до тех пор, пока мы не выступим против них. Независимо от того, насколько велик разрыв в нашей силе, они не начнут войну сами по себе без веской причины.

— И ты говоришь, что этот Фуга другой? — с сомнением спросил Гуран.

Гуран получил отчет о Фуга Хане, но он не мог понять, почему Ку и даже Сома , по словам Ку, видели в нем такую угрозу.

Почему они так настороженно относились к королю мелкого государства, расположенного так далеко от республики?

Было ли что-то, чего он не мог понять из отчета, какая-то атмосфера вокруг этого человека, о которой знали только те, кто встречался с ним лично?

— Да, я так о нем и думал, — сказал Ку. — Фуга готов идти не только на маленькие, но и на большие жертвы ради своей мечты. Если это будет способствовать осуществлению его мечты, он может вторгнуться в снежные земли Республики Тургис, даже зная, что они обойдутся ему дороже, чем стоят. — У Брата тоже было такое же чувство. — Ку серьезно посмотрел ему в глаза. — Если случится худшее, нам понадобится сила, чтобы самим справиться с Фугой.

— Понятно... —  Когда он кивнул, Гуран был поражен.

Когда Ку был в республике, казалось, что он всегда летит по наитию, но теперь, похоже, он смотрел в будущее.

Несомненно, на него повлияло то, как Сома правил в королевстве, а появление человека, который мог стать могущественным врагом, способствовало его росту.

— Тогда и ты должен приложить все усилия, чтобы не отстать от молодых королей, — сказал Гуран.

— Оокьякья! Я знаю это. Что ж, я отправляюсь туда, где сейчас Брат.

Глядя, как Ку убегает, Гуран размышлял о том, что его сын стал надежным.

***

- На следующий день, в замковом городе королевской столицы Парнам

- Это был  холодный, суетный день конца года, и Ку и Лерина, пара тургишских хозяина и слуги, мчались по крышам.

— Молодец, молодой господин, — похвалила его Лерина. — Переговоры удались.

Ку ответил веселым смехом. — Оокякя! Когда я заставил его выполнить мои условия, Брат сильно нахмурился. Я был упрям, давил на него, умасливал, пользовался его слабостями... и как-то заставил его уступить.

— Я стояла позади вас и наблюдала, но сэр Сома , он выглядел усталым, понимаете?

Лерина знала.

Она знала, что Ку отвлек Сому на целый час, когда его дети только родились и он был завален работой, упрямился, давил на него, умасливал его и пользовался его слабостями, пока не добился дико выгодных условий. Конечно, Сома должен был выглядеть измотанным.

Это был тот случай, когда можно было разгневать короля и выгнать их из королевства, но Ку хорошо чувствовал сердца людей. Он сделал хорошую работу, чтобы сохранить расположение Сомы во время переговоров.

Однако Ку посмеялся над этим, как над пустяком. — Не говори так, будто я был неразумен. Брат не пострадает от этого. Ну, может, он и не пострадает, но я точно отнял у него кусок от того, что он мог получить. Оокия!

— Вздох... я действительно думаю, что это невероятно, как вы можете быть таким.

— Хм? Это комплимент?

— Да. Хотя, наполовину от безысходности.

Пока эти двое разговаривали, они спрыгнули вниз перед одной мастерской на улице ремесленников.

Это была мастерская их друга детства Тару, которая была здесь для технического руководства в этой стране.

Ку постучал и тут же распахнул дверь. — Эй, Тару, ты дома?

Прохладная девушка из расы снежных медведей, на голове которой были белые медвежьи уши, как раз несла ведро с водой. — Это Тупой Мастер... а Лерина?

— Привет, Тару, — поприветствовала Лерина.

Снежная медведица моргнула, склонив голову набок. — Ты уже смог вернуться?

— Да, — уверенно ответил Ку. — Мы вернулись с остальным подкреплением несколько дней назад. У меня были кое-какие дела, поэтому я не мог приехать сюда.

— Несколько дней назад...

Увидев задумчивое выражение лица Тару, Ку задался вопросом: — Оокья? Что случилось, Тару?

— ...Ничего, — сказала Тару с кислым видом и отвернулась.

Ку озадаченно склонил голову набок, но Лерина чувствовала, что может понять, почему Тару так себя повела.

Не «ты уже вернулся», а «ты уже смог вернуться»... хм, подумала Лерина. Я уверена, что она беспокоилась о мастере Ку, пока он был в Союзе Восточных Наций и истреблял монстров. Однако, несмотря на то, что мастер Ку вернулся уже несколько дней назад, он до сих пор не приходил к Тару. Вот почему она дуется... или, по крайней мере, я так думаю.

Лерина могла только криво усмехнуться тому, что чувствовала ее неловкая подруга детства.

Не понимая, что чувствуют оба, Ку продолжил: — В любом случае, Тару, у меня к тебе просьба.

— Что? Если ты снова собираешься пригласить меня на свидание, как всегда, я сейчас занята...

— Дело не в этом. Я имею в виду, я действительно хочу пойти на свидание, но сегодня я здесь не по этому поводу. — У Ку было более серьезное выражение лица, чем обычно.

Похоже, заметив это, Тару постарался выслушать его как следует. — ...Что происходит?

— Пока давайте просто посидим и поговорим, — сказал Ку, и они втроем переместились в гостиную.

Пока Тару подавал им чай из железного чайника, Ку наконец перешел к делу.

— Было решено, что Королевство и Империя проведут совместный исследовательский проект по определенной технологии. — Ку сделал глоток чая, а затем продолжил серьезным тоном. — Они называют это «учениями», как я слышал. Из того, что мне рассказал Брат, его можно использовать для сверления отверстий в твердых предметах.

— Дрель... это как ручной режущий инструмент, который используют плотники? — спросил Тару.

— Тот, которым проделывают отверстия в пиломатериалах? Ну, я думаю, ты можешь считать его более мощным и большим вариантом этого инструмента. Во-первых, он проделывает отверстия в железе, а не в дереве. Он говорил, что с еще большей моделью они могли бы пробивать дыры в горах.

— Они... пытаются сделать что-то невероятное, — сказала Тару, потрясенная. Будучи ремесленником, она понимала, насколько удивительной может быть эта технология.

Поскольку в этом мире существовала магия, если бы у вас была технология, позволяющая проделывать отверстия в камне и металле, «Разве вы не можете сделать это с помощью магии?» могло бы показаться вероятным ответом. Однако магические способности и их сила дико варьировались, и лишь избранные могли делать отверстия идеального размера. И как только технология была создана, любой мог ею воспользоваться.

Даже без соответствующего мага можно было бы проделать дыру в чем угодно. Эффект, который это произвело бы не только в этой стране, но и во всем мире, был бы неизмерим.

Ку кивнул, сказав: — Именно. Эта технология нужна нам, чего бы это ни стоило. Нет, если уж на то пошло, то наша страна нуждается в этой технологии больше других. Наша страна заперта в снегах и льдах.

В прохладной Республике Тургис зимой земля покрывалась снегом, а море - льдом, что делало невозможным передвижение. Корабли не могли войти в замерзшие воды, а передвижение по снегу было невозможно без использования большого шерстистого существа, такого как нумот.

Недавно, с появлением в королевстве больших судов на воздушной подушке "Ророа Мару", стало легче вести торговлю, но ситуация все равно оставалась сложной.

Так что, если бы у них был бур, способный пробивать скалы?

— Если мы сможем делать тунели в горах, у нас будут дороги, которым не нужно будет беспокоиться о снеге, — сказал Ку. Если мы установим их на корабли, то сможем создать суда, способные ломать лед по мере нашего продвижения вперед. — Когда я говорил об этом Братом, он сказал: «С помощью механизма вращения можно было бы построить и подъемник".

— Подъемник? — повторил Тару.

— Он сказал, что это для чего-то, что называется... лыжным спортом? Если бы у нас это было, мы могли бы привлекать туристов в республику... так он говорил. Я ничего не понял, но в следующий раз намерен услышать об этом более подробно.

Если это была одна из идей Брата, то это должно было быть весело, с ухмылкой подумал Ку.

— Я понимаю, что технология важна, — медленно сказала Тару. — Так о чем же ты хочешь попросить меня?

Ку хлопнул себя по колену, словно ждал этих слов. — Бур - это технология, которая нужна нашей стране. Но если мы попытаемся внедрить его после того, как Королевство и Империя доведут его до совершенства, это дорого нам обойдется. Мы не можем с этим справиться. Вот почему я договорился с Братом о нашем участии в совместном исследовательском проекте. С разрешения моего старика, конечно.

Ку, как всегда, действовал быстро. Если ему в голову приходила какая-нибудь идея, он тут же бежал с ней.

— Итак, Тару, я хочу, чтобы ты присоединилась к совместной исследовательской группе, — продолжил он.

— ...Я?

— Да. Знание клинков будет незаменимо в этом деле. Кузнечные техники - это ведь твой конек. Мы предоставим твои знания и некоторое финансирование, а взамен получим возможность присоединиться к проекту. Тогда технология бурения будет разделена между тремя странами.

— Молодой мастер был потрясающим, знаете ли, — вставила Лерина. — Королевство и Империя делили расходы пополам, поэтому ему сказали, что нам придется выложить треть, но, договорившись на том основании, что наша страна слабее, он смог снизить эту сумму до пятой части.

В результате соотношение инвестиций между королевством, империей и республикой составило 4:4:2.

Кстати, первоначальный запрос Ку был десять процентов, в то время как Сома хотел, чтобы он вложил тридцать процентов, и после долгих переговоров туда-сюда, они, наконец, остановились на двадцати процентах.

— Оокики! — Ку хихикнул. — Если бы я хотел противостоять Брату, я мог бы снизить его до пятнадцати.

— Не преувеличивайте свои заслуги, — выругалась Лерина. — Позволить нам внести только двадцать процентов было проявлением доброй воли со стороны Сомы.

— Я знаю это. Так что вот так, Тару. Может, ты протянешь нам руку помощи ради нашей страны?

Ку протянул ей руку. В его глазах не было привычной пустоты, они были полны решимости того, кто несет ответственность за будущее поколение своей страны.

Тару на мгновение потерялась в его глазах, но в конце концов взяла его руку.

— ...Хорошо. Я буду сотрудничать.

— Спасибо. Что ж, я отправляюсь на доклад к Брату прямо сейчас!

Ку вскочил со своего места и выбежал из мастерской так же быстро, как и вошел.

На мгновение Тару охнула и протянула руку вслед за ним, но Ку исчез прежде, чем она успела протянуть руку. Тару обхватила её за грудь.

— Если ты будешь так себя вести, молодой господин уйдет далеко-далеко…..— добавила Лерина.

Словно внезапно осознав это, Тару посмотрела на нее. — Мастер Ку... он немного изменился. Что-то случилось в Союзе Восточных Наций?

— Да. Он увидел молодого короля, который был невероятно силен, обладал огромной силой, притягивающей к нему людей, и амбициями, достаточно грандиозными, чтобы охватить весь мир. Он был воплощением идеального правителя молодого господина.

Тару молчала.

— Поскольку это был молодой король другой страны, это разожгло огонь в груди молодого господина. Он не хочет проигрывать. Это помогло ему увидеть нечто большее, чем о раньше. — С серьезным выражением лица Лерина сжала кулак перед грудью, как будто ей было больно. — Не думай, что он будет смотреть на тебя вечно.

— А?!

— Молодой господин пытается двигаться вперед, — продолжила Лерина. — Эти отношения не останутся такими же навсегда. Если ты будешь стоять на месте, я уверена, что ты останешься позади.

— Я... я... —  Тару пыталась что-то сказать, но не могла найти слов.

Не думай, что он будет смотреть на тебя вечно.

Их отношения и так были прекрасны. Часть Тару верила в это.

Однако эти чувства будут мешать Ку, когда он захочет двигаться дальше. А Тару этого не хотела.

В закрытой республике, покрытой снегом и льдом, Ку улыбался ярче всех, когда ехал. Он тоже совершал глупости, но Тару тянуло к нему именно за это. Поэтому она не хотела делать ничего такого, что заставило бы Ку остановиться.

Пока Тару повесила голову, Лерина подошла к входу в мастерскую и сказала: — Я пойду за молодым мастером куда угодно. Даже если сейчас я не в центре его внимания, когда-нибудь я этого добьюсь. — Тару... тебе пора подумать о том, что ты хочешь делать.

Затем, погнавшись за Ку, она покинула мастерскую.

Оставшись позади, Тару некоторое время продолжала сжимать кулак, но в конце концов подняла лицо.

В ее глазах горел мощный свет, который не позволял двум другим превзойти ее.

Позже...

Тару находилась в лаборатории сверхнаучного ученого Жени Максвелл.

— Ты хочешь изменить форму наконечника? — Трилл, третья принцесса Империи, наклонила голову в сторону, отчего ее волосы, стянутые в один хвост, затряслись. — Лучшие мечи, лучшие копья и лучшие стрелы - все они имеют острые, заостренные наконечники. Разве не конус, где наконечник находится под более острым углом, обеспечивает наибольшую проникающую способность?

— Для обычного оружия - конечно, — сказала Тару, смело высказывая свое мнение тому, кто предложил этот проект в первую очередь. — Проникающая способность нужна только при попадании во врага. Но бур работает по-другому. Он должен быть спроектирован так, чтобы работать долгое время.

Трилл скрестила руки и посмотрела на нее с сомнением. — ...Да, и?

— Хотя острый наконечник обладает проникающей способностью, тот факт, что сила сосредоточена в этой точке, означает, что он хрупкий и легко ломается. Как только он ломается, он теряет проникающую способность.

— Понятно... в этом ты, конечно, права, — согласилась стоявшая рядом с ними Женя.

Сомнительный взгляд Трилла исчез. Если это были слова Жени, главы Дома Максвелл, которую она так уважала, Трилл не могла в ней сомневаться.

— Если юная мисс Женя так говорит, значит, она права, — сказала Трилл. — Но что же ты хочешь сделать в таком случае?

Тару с помощью мела нарисовала на доске форму, о которой думала. — Я предлагаю, чтобы рассеять силу по поверхности контакта, сделать наконечник плоским, а покрыв его бесчисленными лезвиями, мы будем откалывать предметы, пока бур вращается.

— Ну... Это неожиданная форма. — сказала Мерула, испустив вздох восхищения.

Тару посмотрел прямо на нее и сказал: — Клинки - моя специализация. Я не позволю никому победить меня в этом.

Тару была там, держала себя в руках в спорах с такими гениями, как Женя, Мерула и Трилл.

Пока она объясняла свою идею остальным троим, Тару в сердце своем приняла обязательство.

Я тоже должна сделать все возможное... чтобы эти двое не оставили меня позади.

Хочу чтобы Ку вечно смотрел на меня.

Первый день 1-го месяца 1 548-го года по континентальному календарю -

— Хм... —  в замешательстве пробормотала Ророа, скрестив руки. За ухом у нее было перо.

Она находилась в комнате персонала магазина одежды в Парнаме под названием «Серебряный олень».  И не все было так, как ей хотелось.

Хозяин этого магазина, Себастьян, вошел с чаем для нее. — В чем дело, принцесса?

— Я не знаю, что сказать, Себастьян, — ответила Ророа. — Взгляни-ка на это, ладно?

Она протянула мужчине несколько листов бумаги.

Себастьян поставил на стол приготовленный чай, затем взял предложенные бумаги и просмотрел их. Похоже, это был отчет о расходах торговой компании «Серебряный олень».

На публике представителем торговой компании был Себастьян, но на самом деле это была личная компания Ророа. Они торговали одеждой и товарами, как и собственный бизнес Себастьяна, «Серебряный олень», а также занимались морскими перевозками, используя судно «Ророа Мару», и управляли ресторанами, где подавали блюда из бывшего мира Сомы.

— Хм... —  Себастьян потратил некоторое время на чтение отчета, но не смог найти ничего, что показалось бы ему особенно проблематичным.

Торговля медицинскими товарами с помощью «Ророа Мару», похоже, приносила убытки, но это был национальный проект, поэтому прибыль получала страна. Для компании это не было проблемой.

Другие их начинания были аналогичными. На самом деле, несмотря на все пироги, к которым Ророа приложила руку, она, похоже, получала от всех них определенные результаты. Он был настолько удивлен, что это заставило его еще раз осознать, насколько искусной бизнес-леди была Ророа.

— Я не вижу здесь ничего, что могло бы вызвать у вас такое беспокойство, — сказал Себастьян.

— Из всех них, какой из них требует больше всего работы, и какой приносит больше всего прибыли?

— Может быть, это раздел «игрушки и сопутствующие товары»?

Насколько Себастьян мог судить, этот бизнес был успешным. Объем продаж был причудливо высок для того количества денег, которое было вложено.

Ророа кивнула. — Я поняла. И восемьдесят процентов этих продаж приходится на товары Сильвана. — Ророа пересчитала по пальцам, вспоминая вещи, которые она превратила в товары. — Давайте посмотрим, есть жезл Сильвана, которым Сильван размахивает, когда трансформируется. Есть костюмы для трансформации Сильвана, мягкие куклы Сильвана, мисс Дран и Дэнбокса, и даже печенье с лицом Сильвана.

— Печенье - это одно, но разве эти костюмы-трансформеры не очень дорогие? — спросил Себастьян.

— Их покупают богатые дети из благородных и рыцарских семей. Я имею в виду, мы даже получили запрос от взрослых на костюмы взрослого размера, и мы сделали из них продукцию.

— В этой стране даже взрослые играют с товарами Сильвана? — спросил Себастьян, удивляясь.

Когда он представил, как обычно хорошо одетые господа переодеваются в костюмы трансформации Сильвана в своих комнатах и позируют перед зеркалом, он всерьез забеспокоился о будущем страны.

Ророа с язвительной улыбкой покачала головой. — Они используют их не для себя. Похоже, большинство покупает их, чтобы развлекать своих маленьких детей и внуков.

— О, это так? Логично, что...

— Ну, похоже, что некоторые из них покупают их для себя. Даже у старшей сестры Ай была одна из этих мягких кукол в ее комнате...

Себастьян замолчал.

Женщина, которая однажды станет второй главной королевой этой страны, играла с куклами Сильвана.

Простым людям в это трудно поверить, но этим двоим, знавшим детскую сторону Айши, оставалось только вздыхать.

— Так почему у вас такое лицо? — спросил Себастьян, пытаясь изменить настроение. — Продажи положительные, верно?

Ророа почесала голову. — Просто... у меня нет идей. Сейчас, если мы выпускаем сильванский продукт, он продается. Так будет продолжаться какое-то время, но мы уже превратили в товар почти все, что могли. Не хватает разнообразия продуктов, чтобы удовлетворить огромный спрос.

— Это... было бы разочаровывающим, как для делового человека.

— Верно? Тем не менее, если мы будем производить слишком много простых идей, вроде того печенья, это приведет к снижению ценности Сильвана как продукта. Уже есть пиратские копии.

Действительно, некоторые торговцы решили, что если у них будет какая-то связь с Сильваном, то это улучшит их продажи. Поэтому они начали делать копии своих товаров, а также поддельные тележки с сильванской едой (на них не было клейма, а на контейнерах был лишь рисунок, смутно напоминающий сильванский).

Эти подделки удовлетворяли спрос детей, которые не могли позволить себе настоящие товары и были готовы купить дешевую подделку, поэтому они не могли зажать их слишком сильно.

Поэтому Ророа сотрудничала с гильдией торговцев, чтобы разрешить такие вещи, при условии, что они будут четко обозначены как подделки и продаваться по соответствующей цене.

Естественно, если кто-то попытается выдать подделку за настоящий товар, его привлекут к ответственности за мошенничество.

Ророа облокотилась на стол, издав стон. — Думаю, нам придется все переделать, чтобы создать больше товаров. Но это будет нелегко. Сильванский меч, который мы добавили раньше, продается отлично, но этого было недостаточно, чтобы удовлетворить спрос.

— Для него было бы странно постоянно менять оружие, — сказал Себастьян.

— Ты прав. Честно говоря, я не знаю, что мне делать...

— Разве здесь можно что-то сделать, кроме как положиться на знания Его Величества? — Себастьян обратился к Ророа, которая сжимала голову. — Эта своего рода... программа токусацу, верно? Она пришла из мира Его Величества. Может ли он не знать о продуктах, разработанных на их основе?

— Полагаю, что так оно и будет, да...

— Вы не в восторге от этой идеи?

— Я не хочу слишком полагаться на Дорогого , когда дело касается управления компанией. Деньги - моя специальность, так что я бы предпочла, чтобы он полагался на меня.

— Что вы говорите...? — в голосе Себастьяна звучало раздражение. — Ваша гордость не стоит и медяка. А полагаться друг на друга - вот что значит быть семьей. Это признак хорошей жены - знать, когда муж должен ей потакать.

При словах о хорошей жене Ророа навострила уши.

— Ты прав. Я ведь милая, умная, любимая принцесса, верно?

— Нет, я этого не говорил...

— Наверное, я немного запаниковала, когда увидела старшую сестренку Сию с двумя малышами. — Ророа потянулась, встала и ухмыльнулась Себастьяну. — Ну, я пойду, пусть Дорогой обожает меня и балует.

Сказав это, Ророа удалилась с радостной пружинкой в шаге.

— Боже правый... —  пробормотал Себастьян, делая глоток своего теплого черного чая.

Он смотрел, как она уходит.

***

Это было примерно в то время, когда все улеглось после рождения близнецов, ближе к концу года и после окончания новогодних праздников.

— Ну, вот так все и обстоит, — объявила Ророа, облокотившись на  мой стол. — Есть хорошие идеи?

Я уставился на кипу бумаг в офисе по правительственным делам, как делал почти каждый день. Затем я вздохнул. — Я не знаю, что вам сказать...

Похоже, она хотела сделать бизнес на нынешнем сильванском буме в стране, но большинство возможных товаров уже было произведено, и она хотела придумать что-то новое.

Поскольку компания Ророа была крупнейшим спонсором производства, я хотел помочь, но... новый способ заработать на программе токусацу, ага...

— Появление нового оружия и его продажа... это то, что мы уже делали, верно? — спросил я.

— Мы только что закончили выпускать меч Сильвана.

— Ну, тогда мы не сможем добавить новое оружие в течение некоторого времени.

В детских передачах в другом мире перерыв между введением нового оружия составлял примерно один курс. Нет, наверное, были передачи, которые регулярно выпускали недорогие дополнения. Это объяснялось тем, что если бы они перестарались, то спонсоры детей, родители, оказались бы с пустыми кошельками.

— Как насчет того, чтобы начать еще одну программу токусацу? — спросил я.

— Спецэффекты делаются с помощью магии Ивана Джуниро. Мы не можем начать другую программу, не закончив сначала «Сильван». Я имею в виду, мы пытаемся оседлать бум Сильвана, так что нет особого смысла начинать другую программу, которая не Сильван, верно?

— Значит, мы должны переработать Сильван, тогда... —  Я попытался обдумать, как это сделать.

— Эй, а какими были программы токусацу в твоем мире, дорогой? — спросила Ророа.

Ну...

— Они начинались с чего-то вроде периодических драм, где добро наказывало зло, а потом со временем программы для детей, где «Некая Маска» или «Некий Человек» сражается со злой организацией, стали мейнстримом. Я основал Сильван на таких героях.

— Понятно, понятно...

— Дальше было много событий, и мы получили металлических героев-машин, гигантских героев, которые сражаются с гигантскими монстрами, и команды сентай, где несколько героев сражаются вместе. С металлическими героями и героями сентай, когда монстры становились больше, они боролись с ними по принципу «око за око» и «зуб за зуб», где... а!

—  Хм? Что-то не так? — Ророа склонила голову набок, но я задумался и ничего не ответил.

Да, возможно, я что-то придумал. Способ переделать Сильван.

Но возможно ли было изобразить его с помощью нашей нынешней технологии?

Может быть, это и не невозможно, но для этого придется собрать довольно хорошие декорации. Это будет стоить больших денег. Это не похоже на монстров, которых можно сделать из картона и играть в притворство. Было ли у нас место, чтобы делать хорошие декорации каждую неделю...?

Нет, подождите. А была ли необходимость делать декорации для начала?

У нас была та штука, которая не была полезна нашей стране и просто лежала где-то на складе.

Если бы мы использовали ее... и просто позаимствовали ее силу... да, это может сработать.

— У меня есть идея — сказал я. — Способ переделать программу.

— Правда?!

Я криво улыбнулся, кивнув искрящимся глазам Ророа.

— Да. Это может показаться неожиданным, но не могла бы ты позвать сюда Томоэ?

— Хорошо! — Ророа вылетела из комнаты.

Она всегда приходила как ураган и уходила как ураган. Хотя бюрократы, входившие вслед за ней, криво улыбались, они давно уже привыкли к этому.

Всем нравилась Ророа такой, какая она есть.

Две недели спустя, в день трансляции Сильвана...

Сегодняшняя передача Сильва" отличалась с самого начала.

Во-первых, Сильван и остальные актеры выступали на открытом воздухе.

Раньше съемки всегда проходили в студии в замке, где в качестве декораций использовалась комната с панелями, но в этот раз они проходили в открытом поле без ничего вокруг.

Кроме того, время трансляции обычно было вечерним, но в этот раз они начали рано, в три часа дня.

Несмотря на это, поскольку о мероприятии было объявлено заранее, и поскольку это был выходной день, собралась целая аудитория.

Формат тоже был другим. Упражнения Сильвана, которые нравились детям, обычно выполнялись в конце программы, но сегодня Иван выполнял их перед программой в своем нетрансформированном состоянии.

— Отлично! Все молодцы!

Иван Джуниро, он же Сильван, и его сестра Сиена учили детей делать упражнения в классе под открытым небом, но тут по всей территории раздался тревожный громкий смех.

— А, ки, ки, ки! Сильван, ты больше не будешь улыбаться! — позвал голос.

— Кто там?!

Когда Иван повернулся, там стоял монстр с огромным облаком дыма, из-за которого казалось, что он несет тьму на своей спине, в маске людоеда и черном плаще. Его тревожное присутствие заставило некоторых детей разрыдаться.

Монстр протянул руку и голосом, глубоким, сказал Ивану: — Я глава Черной группы, Великий император-людоед Акки Тайтей.

— Акки Тайтэй?!

Взмахнув плащом, Акки Тайтэй указал пальцем на шокированного Ивана. — После того, как ты прогнал госпожу Дран, ты набрался сил, и я решил дать тебе почувствовать настоящий страх. Вот почему я пришел, чтобы лично встретиться с тобой.

— Что?! Сиена, позаботься о детях! — воскликнул Иван.

— Хорошо, старший брат. — В ответ на его сигнал тревоги, Сиена эвакуировалась вместе с детьми.

Когда на поле остались только они двое, Иван и Великий Злой Император Людоедов смотрели друг на друга... и это была сцена, за которой Джуна, Ророа, Томоэ и я наблюдали из-за рамки.

Джуна с любопытством смотрела на устрашающую форму Акки Тайтея и спрашивала: — Кто такой Акки Тайтей? Похоже, что он действительно несет тьму на своей спине.

— Это отец Ивана, Молтов. Он тоже может использовать магию иллюзий, поэтому я попросил его сыграть для нас роль злодея.

— В конце концов, магия семьи Джуниро удобна для постановки токусацу-шоу, — усмехнулась Ророа. — Мы могли бы позволить им взять на себя всю постановку, как ты думаешь?

Да, но... Джуниро были благородной семьей с длинной историей.

— Было бы трудно просить его пренебречь управлением своими владениями ради выпуска широковещательной программы, — сказал я.

— Разве об этом не стоит подумать? У вас уже есть такие примеры, как Людвин из Дома Арков и Женя из Дома Максвеллов. Не могли бы вы создать условия, которые позволили бы им полностью сосредоточиться на создании программ токусацу?

— ...Ну, может быть. Я подумаю об этом, наверное.

Иван и Молтов вкладывали много страсти в создание этой программы токусацу, и младшая сестра Сиена тоже была готова к сотрудничеству. Семья токусацу, да...? Это может быть нечто.

Пока мы разговаривали, Иван превратился в Сильвана.

— Вот и я! Трансформируйся!

Я не мог заставить части доспехов летать вокруг Живых Полтергейстов каждый раз, поэтому обычно он запускал кучу вспышек и быстро переодевался.

На этот раз я пропущу часть «Позвольте мне объяснить.»

— Заряжай! Сильван! — Закончив свое превращение, Сильван указал на Акки Тайтэй. — Пока я существую, дела никогда не пойдут по-твоему!

— Ах, ки, ки, ки. Ты глупец, который не понимает разницы в силе между нами. Отчаивайся перед моей подавляющей магией! Ах, ки, ки, ки, ки, ки!

Я наблюдал за ним в забавном молчании.

Несмотря на все свои хмурые взгляды, когда мы предложили ему роль злодея, Молтову удивительно нравилось играть. Что ж, будучи отцом Ивана, возможно, это было у него в крови.

Взмахнув огромным посохом вверх, Акки Тайтэй прокричал: — Выходи, великий демонический зверь, Смертоносец!.

Позади Акки Тайтэя разверзлась кромешная тьма, покрывшая все вокруг.

В этот момент я дал сигнал Томоэ.

— Хорошо, Томоэ, мы рассчитываем на тебя.

— Хорошо. Пора, мистер Ринозавр.

— Гау!

Когда Томоэ заговорил, ринозавр, который стоял позади меня и ждал сигнала, направился к Сильвану и остальным.

Это был спокойный носорог, который обычно помогал нам тащить поезд, но теперь по всему его телу были прикреплены шипы, а специально сделанная броня, скрывавшая его маленькие глазки-бусинки, делала его похожим на смертоносного носорога.

С человеческой точки зрения, это было все равно, что нарядить в постапокалиптический косплей парня, но он и так был зверем, так что выглядел соответствующе.

Когда темнота рассеялась, Смертоносец предстал перед Сильваном.

С возгласом удивления Сильван потрясенно откинул голову назад. — Что это за чудовищный зверь?!

— Ах, ки, ки, ки! С моим магическим мастерством запятнать сердце нежного носорога злом проще простого! Теперь сделай это, Смертоносец! Раздави Сильвана!

— Грррррр.

— Гвахххх!

С фырканьем и легким толчком носа Смертоноса, Сильван отправился в полет.

Иван пролетел довольно далеко. Он сдерживается? Я волновался, несмотря на постанову.

— Все в порядке, — объяснила Джуна. — Иван полетел сам.

Я вздохнул с облегчением. Похоже, заменять его на Сильвана 2 из-за травмы актера... на этот раз не придется.

Сильван постоянно побеждал противников человеческого роста, но против такого чудовищного противника он ничего не мог сделать.

Люди, которые смотрят эту трансляцию, наверняка ждут с затаенным дыханием, чтобы увидеть, как он победит эту тварь.

— Аргх! Неужели я больше ничего не могу сделать?!

На поле Сильван, который ничего не мог сделать против Смертоноса, в отчаянии бил кулаками по земле.

Сердце Сильвана разрывалось... но потом это случилось.

Новый голос эхом разнесся по полю. — Не сдавайся, Иван. Нет, владыка Сильван!

Это заставило Сильвана поднять глаза к небу. — Этот голос... отец?!

Это был голос его отца, который должен был быть мертв.

Возможно, это трудно понять, поскольку роль исполнял сам Иван, но история гласила, что отец Ивана (Сильвана) был убит Черной Группой.

Кстати, тот, кто подавал голос, был его настоящим отцом Молтов. Когда Молтов, игравший Акки Тайтея, освободил свою тьму, он отошел от экрана и начал говорить с Иваном через мегафон.

— Эй, дорогой, — возразила Ророа. — Не слишком ли это похоже на то, что один и тот же человек играет и своего мертвого отца, и Акки Тайтея?

Она схватилась за виски с выражением лица «не могу сдержаться».

— Ну, наверное, это нормально, — сказал я и рассмеялся. — Могущественный враг на самом деле был его отцом, которого он считал мертвым... такое развитие событий я видел много раз. У Акки Тайтэя есть доброе и злое сердце внутри него, и теперь доброе сердце его отца вышло, чтобы поговорить с ним. Если мы сделаем что-то подобное, не думаешь ли ты, что это сделает историю глубже?

— Хм... это кажется слишком бессистемным, хотя... —  Ророа склонила голову набок, очевидно, не будучи убежденной.

Ну, не то чтобы я не понимал, что она чувствует. Те ранние программы токусацу, вероятно, были сделаны во время подобных экспериментов.

Затем Молтов (голос с небес) сделал заявление Сильвану.

— Я думал, что это может случиться, поэтому я приготовил для тебя новую силу. Механический дракон справедливости, который станет твоим партнером и будет защищать улыбки детей.

— Защитник детских улыбок... механический дракон справедливости... —  прошептал Сильван.

— А теперь встань и назови это имя, — приказал голос с небес.

Пришло время звезде выйти на сцену.

— Джуна, ты готова? — спросила я.

— В любое время.

— Хорошо. Ну, тогда... давай сделаем это.

— Понял, папа! — воскликнул Сильван. — Хорошо... пойдем!

Мой голос перекрыл голос Сильвана.

— Мехадра!

Кланк...

В следующий момент сверкающий серебристый металлический дракон встал с металлическим лязгом.

Теперь, когда у нас был настоящий скелет дракона, этот механический дракон, сделанный из металлических частей и материалов монстров, Мехадра, уже долгое время пылилась в мастерской Жени.

Это была моя идея по переработке Сильвана. Мы должны были воссоздать битву между роботом и монстром, раздувшимся до гигантских размеров, которая происходит примерно на двадцать минут эпизода сентай-шоу.

Обычно такие сцены нужно было снимать на площадке с миниатюрами, чтобы робот и монстр в человеческий рост выглядели огромными. Однако изготовление таких миниатюрных декораций стоило больших денег.

Поэтому, вместо того чтобы делать миниатюрные декорации, я подумал, почему бы не устроить настоящий поединок гигантского робота и монстра?

Мехадра не могла трансформироваться и комбинировать, но она выглядела как робот, а с помощью моей силы, «Живые полтергейсты», я мог заставить ее двигаться.

Кроме того, в этом мире были и другие гигантские существа, и с помощью силы Томоэ я мог попросить их выступить.

Заставив их сражаться, я мог бы воспроизвести сцену битвы гигантских роботов.

Мехадра шла медленными, тяжелыми шагами, встав между Сильваном и Смертоносом. И вот механический дракон, сверкающий в свете дня, появился в эфире.

И в этот момент оркестр заиграл мощную мелодию, а Джуна и хор начали петь, как по команде.

Это была тематическая песня Мехадры.

Сверкающий дракон завоевания

(Слова: Сома Казуя; Музыка: Джуна Дома)

Во тьме ночной, мир озарился светом,  это сияет его стальное тело.

Смотрите вверх! Хранитель мира возрадился!

Желеный…! (Укус!) Хвост…! (Кнут!) Сокрушающий зло!

Драконье…! (Пламя!) Искровое..! (Торнадо!) Сжигающее зло!

Сверкающий дракон завоевания, Ме-хан-дра!

(п.п. то что в скобочках поётся аудиторией или хором, название «атак»)

— Это ты написал эти слова, дорогой? — спросила Ророа.

— Не спрашивай. Я устал.

Мне стало немного стыдно. Я написал эти слова, пока занимался своими обязанностями, под влиянием импульса, инерции и общего впечатления: «Вот как звучали песни токусацу».

Благодаря тому, что Джуна создала для нее героическую тему, она едва-едва оформилась в нечто разумное.

Кусочки, где Джуна и припев по очереди называли название атаки, тоже хорошо работали.

Хотя, когда дело дошло до «Искрового торнадо», сейчас было только название, и я еще не решил, что это за атака...

Эта героическая песня не подходила Джуне, но у меня не было времени просить кого-то еще, поэтому я попросил ее спеть в этот раз. Возможно, в следующий раз я попрошу Маргариту исполнить ее.

В любом случае, продемонстрировав свою впечатляющую форму героической песней, Сильван прыгнул на опущенную голову Мехадры.

Убедившись, что Сильван на борту, Мехадра быстро подняла голову. Сильван быстро поднялся на высоту около восемнадцати метров.

Несмотря на наличие оборудования для фиксации его ног на месте, было страшно видеть его на этом, казалось бы, кричащем аттракционе. Однако Сильван продолжал выступать, как ни в чем не бывало.

— Акки Тайтей! — прорычал Сильван. — Мы с Мехадрой сокрушим твои амбиции!

Если подумать, Иван тоже исполнил динамичный вход с высоты, когда я встретил его в первый раз, верно?

— Вперед, Мехадра! — позвал Сильван.

В такт голосу Сильвана я заставил Мехадру имитировать рев и броситься на Смертоноса. Двое боролись в испытании силы.

Может быть, это из-за костей дракона, использованных при создании Мехадры, но Мехадра оказался более сильным, чем я ожидал. Если бы я не сдерживался, то в мгновение ока отправил бы в полет Смертоноса.

— Грррррр! — закричал Смертоносец.

(Кланк, кланк!) - ответил Мехадра.

После того, как они некоторое время толкались взад и вперед, я искал подходящий момент, чтобы подать сигнал Томоэ.

Когда Томоэ подняла руки и взмахнула ими, Смертоносец рухнул с грохотом. Затем Сильван немедленно отдал приказ.

— Мехадра! Железный укус!

Мехадра слегка укусил Смертоноса за голову, срывая с него шлем. Сняв шлем, Смертоносец внезапно успокоился и застыл на месте.

Это должно было показать, что Смертоносец был простым носорогом, которым управлял Акки Тайтей, а снятие шлема освободило его.

Когда Сильван увидел, что Смертоносец затих, он повернулся к Акки Тайтею, который в какой-то момент вернулся на прежнее место, и заявил: — Ты видел это, Акки Тайтей?! Это моя сила и сила Мехадры!

— Будь ты проклят, Сильван! — закричал Акки Тайтей. — Я пока отступлю, но клянусь, я вернусь за твоей головой!

Бросив эти слова, Акки Тайтэй исчез во внезапно возникшей дымчатой тьме.

Сильван попытался пуститься в погоню, но когда дым рассеялся, Акки Тайтея уже не было.

Сильван поднял глаза к небу и сказал: — Акки Тайтей легко манипулировал этим бедным носорогом. Какой страшный враг. Однако пока мы с Мехадрой существуем, мы всегда будем срывать планы Черной группы!

Затем Мехадра медленно поднялась перед тем местом, куда смотрел Сильван...

...и на этом передача закончилась.

Обычно программа завершалась упражнениями на энергию Сильвана, но в этот раз мы сделали их первыми, так что теперь их не было.

Пока все готовились к отъезду, я поговорил с Ророа.

— Как все прошло, Ророа? Думаешь, это нормально?

— Хм, я не могу сказать, пока не увижу, как люди на это реагируют, но... да, конечно, почему бы и нет? Игрушки Мехадры и монстров вроде Смертоноса наверняка будут продаваться. Думаю, я смогу сделать неплохой мерчендайзинг. Спасибо, дорогой.

Ророа обняла меня с широкой улыбкой. Я был рад, что мне удалось хоть как-то оправдать ее ожидания.

Затем подошла Джуна. — Хм, — она склонила голову набок. — Но, сир, не будет ли такая съемка каждый раз доставлять много хлопот?

— О, да, это верно, — сказала Ророа. — Если у нас нет других врагов, кроме ринозавров, нам будет трудно делать товары. О каких еще противниках ты думал?

Я пошевелил мозгами. — Что касается других существ, с которыми могла бы справиться способность Томоэ, то, наверное, виверны и морские драконы. Сёдзё слишком малы. Также мы могли бы попробовать заставить их сразиться с големами  Жени. Драконьи формы Найдин и Руби подойдут, но... если я сделаю Найдин злодеем, Лисия наверняка рассердится.

— В конце концов, ты заставишь будущую второстепенную королеву играть злодейку, — сказал Ророа. — Мы можем попробовать сделать так, чтобы одни и те же существа выглядели как разные с помощью аксессуаров и тому подобного, но нельзя переусердствовать.

— Верно... может быть, безопаснее всего устраивать битвы гигантских роботов только раз в два месяца.

Когда мы это подтвердили, день подошел к концу.

Позже эта битва гигантских роботов стала огромной темой в королевстве.

Как и предсказывал Ророа, игрушки Мехадры и даже игрушки-монстры разлетелись с полок магазинов.

Однако из-за этого было невероятное количество просьб показать еще больше мощного тела Мехадры.

В итоге раз в месяц мы устраивали битвы гигантских роботов, а большая часть денег, заработанных на товарах, ушла на аксессуары для монстров.

— Это нехорошо, — вздохнул Ророа. — Может, мы и не терпим убытков, но и прибыли у нас мало.

— Этот бизнес полностью живет от зарплаты до зарплаты.

— Неужели... мы должны продолжать делать это вечно? — жаловалась Ророа.

— Может, лучше просто сдаться и сделать костюм Мехадры и декорации.

Да, программа токусацу снова стала головной болью для Сомы и Ророа

- 11:00 утра 1-го дня 2-го месяца 1 548-го года по континентальному календарю - замок Парнам.

В этот день я был со своей семьей во дворе: моими невестами Айшей, Джуной, Ророа и Надин, а также моей младшей сестрой Томоэ и ее друзьями Ичихой и Райгой.

День был холодный, но небо было ясным.

Мы просто смотрели в открытое голубое небо.

Ааа, я не мог успокоиться! Мне было неспокойно и тревожно. Казалось, что время летит так быстро.

Мои ноги словно отрывались от земли, и даже когда я останавливался, мои пятки без причины приподнимались.

Головой я хотел быть спокойным, но тело и сердце меня не слушались.

— О, боже! Успокойся немного.! — Не в силах больше смотреть на меня, пожаловалась Надин. — Ты вел себя слишком беспокойно все это время. Если ты король, веди себя более достойно.

— Нади права, — сказала Ророа, обнимая Надин со спины. — Они вернутся, независимо от того, проявляешь ты нетерпение или нет.

— Эй, Ророа, не обнимай меня. — Надин попыталась оттолкнуть от себя зануду, но это не возымело действия.

— Все хорошо, все хорошо! — сказала Ророа, играючи прижимаясь к ней.

Они были правы, но... все равно я был вне себя от беспокойства, так что же еще я мог сделать? В конце концов, сегодня...

— Твоя невеста и дети, которые были в гостях у родственников, сегодня возвращаются. Почему ты так напряжен? — сказала Райга с раздражением.

Это было верно. Сегодня был день, когда Лисия и дети должны были вернуться в замок.

Я не мог поехать за ней из-за своих обязанностей короля, но за ней уже была послана гондола с вивернами королевской семьи. Я получил известие, что она скоро прибудет, и мы все пришли поприветствовать ее.

Райга покорно пожала плечами. — Кроме того, я никогда не встречала эту леди Лисию.

— Разве это не повод для того, чтобы выразить ей свое почтение? — ответила Томоэ. — Вы с Ичихой собираетесь жить в этом замке, так что вы должны поздороваться со старшей сестрой, хорошо?

— Я... я знаю это. — Райга отвернулась, чтобы посмотреть в сторону.

С кривой улыбкой наблюдая за их выходками, Ичиха с любопытством спросил, — Она дочь бывшей королевской четы, и была принцессой Эльфридена. Какая она?

— Галантная и красивая принцесса, — уверенно ответила Томоэ. — Она старшая сестра, на которую я равняюсь.

— Если ты хочешь быть галантной, то мой брат более чем подходит ей, — насмешливо сказал Райга.

— Мург... ты всегда такая конкурентоспособная, Райга! — промурлыкала Томоэ.

Ичиха быстро встал между ними. — Н-ну, успокойтесь обе.

Эти дети были такими же, как всегда.

Айша, у которой было лучшее зрение из всех присутствующих, указала в небо и сказала: «Похоже, они здесь.

Повернувшись, чтобы посмотреть туда, куда указывала Айша, я увидел гондолу, запряженную четырьмя вивернами, приближающуюся к нам.

Рядом с ней находился эскорт виверн.

Гондола медленно приближалась и в конце концов остановилась во внутреннем дворе.

Как только служитель открыл дверь, из нее вышли Лисия в своей обычной форме и Карла в обычном платье горничной, каждая из которых несла ребенка

— Мы дома, Сома, мы все дома, — сказала Лисия всем нам с улыбкой.

Ее волосы длиной чуть ниже плеч развевались на ветру и искрились.

Это были мои дорогие дети и женщина, которую я любил. Я не мог не смотреть на эту сцену, которая была похожа на счастье, воплощенное в жизнь.

В конце концов я пришел в себя и вместе с невестами бросился к ним.

— Добро пожаловать домой, Лисия, — сказал я. — Прости, что не смог заехать за тобой.

— Добро пожаловать домой, леди Лисия, — улыбнулась Айша. — Я с нетерпением ждала вашего возвращения.

— Хи-хи, похоже, малыши спят, — хихикнула Джуна.

— Это точно, — усмехнулась Ророа. — Кто из них мальчик, а кто девочка?

— Тот, которого держит Лисия, - девочка, а тот, которого держит Карла, - мальчик, — сказала Надин. — Я могу сказать это по их магии.

Мы все одновременно обратились к Лисии.

— Ну и дела, — сказала она с обеспокоенной улыбкой. — Я рада такому приему, но успокойтесь все вы.

Карла подошла ко мне и передала ребенка, которого держала на руках. — Я вернулась, господин. Пожалуйста, возьмите юного принца.

— Добро пожаловать домой, Карла, — сказал я, протягивая руку к мальчику. — Ты хорошо поработала, охраняя Лисию и составляя ей компанию. Но... когда ты называешь его юным принцем, я вдруг чувствую себя старым. Я имею в виду, это не неправильно.

Даже когда я говорил это, я взял своего ребенка, и...

— Аааа...? А-а-а!

Он вдруг разрыдался. А?! Что это было, ни с того ни с сего?!

Я запаниковал и попытался успокоить его словами: —Вот так, вот так, — но не было никаких признаков того, что он перестанет плакать.

Даже когда все присоединились к нам со словами «В чем дело?» и «Бууу!», ничего не помогло.

Мы были в растерянности, что делать.

— Пусть Карла подержит его, — предложила Лисия с язвительной улыбкой.

Когда я передал его обратно Карле, как мне было сказано, мальчик сразу же перестал плакать. Затем, точно так же, он снова задремал.

С невероятно расслабленным видом. Неужели он был настолько счастливее на руках у Карлы, чем у собственного отца?

— Похоже, ему нравится на руках у Карлы, — сказала Лисия. — Иногда он не перестает плакать, пока я с ним вожусь, но когда это делает Карла, он успокаивается.

— Как отец, я начинаю ревновать к Карле... —  пожаловался я.

— Я ничего не могу с этим поделать.! — Карла, которой доставалось за то, в чем она не была виновата, протестовала, но она не могла винить нас.

Лисия подошла к трем детям, которые были немного поодаль. — Ты, должно быть, Ичиха из герцогства Чима, а ты, должно быть, Райга из Малхитана. Я слышала о вас обоих от Сомы. Добро пожаловать в Королевство Фридония.

— П-приятно познакомиться, — нервно сказал Ичиха. — Я младший сын Дома Чима, Ичиха Чима.

— Я... Райга. Я... рада познакомиться с вами.

Из-за того, что Лисия внезапно заговорила с ними, оба ребенка выглядели немного напряженными.

С Ичихой это было вполне ожидаемо, но не слишком ли напряжена Райга? Ее прежняя уверенность полностью исчезла.

— Что случилось, Райга? — спросила Томоэ. — Ты вся напряжена.

Похоже, реакция Райга тоже показалась ей загадочной.

— Что ты говоришь? — ответила Райга. — Я веду себя абсолютно нормально.

— Правда?

— Конечно. Ты, маленький хлюпик.

— Эй!

Райга снова растягивала щеки Томоэ.

Видя Райга в таком состоянии, Лисия захихикала. — Судя по тому, что я слышала от Сомы, ты еще больший сорванец, чем показываешь.

— Н-нет, вовсе нет...

— Меня тоже называли принцессой-сорванцом, так что я могу сравнить, — сказала Лисия с широкой улыбкой. — Приятно познакомиться.

Райга быстро кивнула.

О, я понял. Поскольку они были так похожи, Райга могла напрячься, когда почувствовала тот же дух, что и у неё самой.

Это было похоже на то, как будто появилась большая версия ее самой, как чувствуешь себя, когда к тебе неожиданно обращается старший кузен.

— Эй, дорогой? У меня вопрос, — сказала Ророа, поглаживая по щекам ребенка, которого держала Карла. — У них уже есть имена? Мне неловко, если ты будешь вечно называть их «мальчик» и «девочка».

— Хм? Ооо, я еще не сказала тебе. Мы дали им имена. Правда, Лисия?

— Да. Мы решили, что Сома назовет мальчика, а я - девочку.

Пока Лисия, Карла и я стояли в очереди, мы объявили всем имена детей.

Сначала мальчика, которого держала Карла.

— Это Сиан, — сказала я. — Похоже, в этой стране многие используют имена, близкие к именам родителей, а он, вероятно, когда-нибудь будет править этой страной как кровный родственник королевской семьи Элфриден, поэтому я дала ему имя, устанавливающее его связь с Лисией.

— Хи-хи, Сиан, верно? Ну, это близко к слову "cyan", что означает "голубой", так что я могу с этим согласиться, — радостно сказала синеволосая Джуна.

Похоже, всем понравилось имя, так что... честно говоря, я почувствовал облегчение.

Лисия показала всем девочку, которую держала на руках, и сказала: — А для имени этой девочки я выбрала Казуха.

— Казуха? Эй, ты выбрала имя, которое звучит как Томоэ или Каэдэ? — спросила Ророа.

— Она права, оно звучит так же, как мое имя, - сказала Томоэ, хихикнув.

Да, но почему она выбрала это имя? поинтересовался я.

Лисия, мягко улыбнувшись, объяснила его происхождение.

— Знаешь, из-за ошибки в самом начале его стали звать Сома, но на самом деле Сома - это Казуя. Когда мы поженимся, и он унаследует имена Амидония и Элфриден, он будет Сома А. Элфриден.

— Да, — сказал я. — Мы так решили, верно.

— Мне было грустно осознавать, что имя Казуя вот так просто исчезнет, поэтому я дала этой девочке имя Казуха. Я подумала, что оставлю доказательство того, что имя Казуя когда-то существовало, — сказала Лисия с улыбкой.

Она выбрала имя Казуха, думая обо мне? О, черт. У меня заслезились глаза.

Если я разрыдаюсь здесь, это будет неубедительно, поэтому я сдерживался изо всех сил.

— Казуха, говоришь? — спросила Айша. — Я думаю, это милое имя.

— Я думаю, оно замечательное, — согласилась Надин. — Такое ощущение, что это имя из мира Сомы.

Это было очень мило с их стороны.

В итоге я дал мальчику имя, похожее на имя Лисии, а Лисия дала девочке имя, похожее на мое.

Это может показаться слишком простым, но... здесь чувствовалась определенная связь, и нам это нравилось. Надеюсь, детям тоже понравятся их имена.

И вот, повернувшись и указав близнецам на замок, я сказал: — Сиан, Казуха, видите? Это ваш дом с сегодняшнего дня.

— Они оба спят, так что, конечно, не видят, — поддразнила меня Лисия.

Все засмеялись.

Пока я смущенно чесал голову, Лисия подошла и встала рядом со мной.

— Меня не было некоторое время, но я вижу, что в замке сейчас оживленнее, чем когда-либо.

—Нас стало больше в  семье, и ты теперь тоже вернулась, Лисия, — улыбнулся я.

— Хи-хи. И после этого будет еще больше новых детей, верно?

— Я счастлив иметь больше детей, но я думаю, что у меня достаточно жен, — сказал я.

— Я не уверена. Зная тебя, ты можешь просто снова плыть по течению.

— Я не могу... отрицать это.

В конце концов, у меня здесь был послужной список. Как с Ророа, или с Надин.

Пока мы говорили об этом, Лисия прислонила свою голову к моему плечу. — Что бы ни случилось после этого, я уверена, мы сможем это преодолеть.

— Ты права. — Я кивнул. — Если мы будем вместе, мы точно сможем.

Мы улыбнулись, слушая счастливые голоса наших спутников.

Весна, скоро исполниться два года с тех пор, как я получил корону. Время текло очень быстро.

__________________

О имени ребенка

Cian  получил свой имя от имени матери "LisCIA"

Про "cyan" - на англ.  голубой"

Поездка "S" вместе

— Она меня раскусила. - ворчала Эксель. — Молодец, что перехитрила меня, Джуна.

В гондоле, на обратном пути в королевство Фридония из королевства Ластания, бормотала про себя Эксель. Это было потому, что Джуна не села в гондолу, приехавшую за ней. Вместо этого Джуна пробралась обратно к Соме.

— Ну, старшая сестренка Джуна, наверное, расстроилась, что ей пришлось всё это время одной присматривать за замком, как вы думаете? — предположила Ророа, пытаясь успокоить её. Она была на борту той же гондолы. — Я уверена, что она была вне себя от беспокойства, ожидая в одиночестве, пока мы все вернемся.

Эксель раздраженно повернула голову в сторону. — Если бы это было всё, я бы тоже могла поехать. Но эта девчонка, она прогоняет меня, а потом остается сама! Это нечестно!

— Подождите, из-за чего вы расстроились, герцогиня Уолтер? Вы заигрывали с Дорогим, потому что вам нравилось видеть нашу реакцию, но вы же не собираетесь украсть его?

Помолчав, Ророа добавила - Если вы действительно планируете это, нам придется рассмотреть некоторые меры с нашей стороны...

Эксель испустила вздох покорности. — Ну, в этом ты права. Твои ответы так восхитительно невинны, что я не могу удержаться.

— Это ничего, что я теперь злюсь? — ответила Ророа.

Эксель хихикнула. — Извини. Мы, долгоживущие расы, больше всего ненавидим скуку. Чтобы не устать от своей долгой жизни, главное - наслаждаться каждым днем как можно лучше, но, проводя каждый день в удовольствии, мы можем устать и от жизни.

— Так вот как вы стали такой гедонисткой? — с подозрением спросила Ророа.

Эксель одарила её самой очаровательной улыбкой. — Да. В этом смысле твои реакции всегда так невинны и так забавны.

— Мы делаем это не совсем для вашего развлечения...

— Хм. Думаю, я могу это понять, — раздался внезапный голос рядом с ними.

— Ува?!

Ророа подпрыгнула от удивления.

В разговор вмешалась главная горничная замка, Серина, суперсадистка. Она тоже была на борту этой гондолы, чтобы вернуться в королевство, вместе с Пончо и Комаин.

— Заставлять искренних девушек, таких как Лисия или Карла, надевать самые унизительные наряды, а потом смотреть, как они извиваются, - это так весело, — с улыбкой добавила Серина.

— Что ты говоришь, ни с того ни с сего?! — воскликнула Ророа, но Серина была невозмутима.

— Мне нравится зазор. Промежуток.

— О, Боже, похоже, ты действительно это понимаешь. — Серина говорила возмутительные вещи, но Эксель казалась впечатленной. Чем серьезнее девушка, тем лучше она тебе ответит.

— Да. Выражение их лица, когда они оказываются между своим идеалом и текущей ситуацией, просто восхитительно.

— Когда они хотят быть сильными, но не могут... так?

Две красавицы рассмеялись.

Ророа была совершенно выбита из колеи этими двумя, и отступила ближе к двум другим пассажирам.

— Эй, эй, тебя зовут Комаин.— спросила Ророа.

Когда к ней обратился кандидат на роль третьей главной королевы, Комаин ответила тоненьким голоском. — О. В чем дело, леди Ророа?

— Ты всё время с этой главной служанкой? Над тобой ведь не издеваются?

Комаин посмотрела на неё, склонив голову набок. — Издеваются... да? Я ничего подобного не испытывала.

Глаза Ророа расширились. — А? Она не заставляет тебя носить нарядные платья горничных или что-то ещё?

— О, милая одежда, вы её имеете в виду? Я не думала, что она мне пойдет, но сэр Пончо похвалил меня в ней, так что я ношу её время от времени.

— Значит, ты просто честна со своими чувствами! — возмутилась Ророа.

В этом был смысл. По словам Серины, видеть, как серьезные девушки смущаются - вот что щекотало её садистское сердечко. Комаин была серьезной, но она надевала костюм, не сопротивляясь, что не удовлетворило бы Серину.

Комаин хлопнула в ладоши. — О, но когда я надеваю их, я прошу Серину надеть их вместе со мной.

— А?! Она, носящая наряд горничной с оборками?!

Серина, которая всегда носила длинные юбки, скрывающие её тело, в нарядном платье горничной? У Ророа отвисла челюсть, так как она не могла представить себе эту сцену.

— Когда мы это делаем, Серина сохраняет свое обычное спокойное выражение лица, но очень мило, что её щеки слегка краснеют, — радостно сказала Комаин.

Внезапная мысль пришла в голову Ророа. Может быть, эта девушка - самая сильная из всех "S"? И она - прирожденная, сама того не подозревая?

То, что она себе представила, заставило Ророа содрогнуться.

Кстати, Пончо был не в состоянии поддерживать разговор и просто проводил время, вытирая пот со лба.

Я иду к тебе

- В конце 12-го месяца, 1547-го года по континентальному календарю-

Когда мы с Хакуей вошли в тронный зал, мы увидели, что у подножия ступеней стояла женщина и кланялась.

— Извините за ожидание, — сказал я, сев на трон. — Пожалуйста, поднимите голову.

Она подняла лицо и произнесла. — Да. Для меня честь познакомиться с вами, Ваше Величество.

Когда я увидел её лицо, то понял, что оно определенно напоминало Эксель или Джуну. Её блестящие голубые волосы и гламурная фигура говорили о кровной связи с Эксель. Если и было отличие, так это единственный рог, растущий у неё изо лба, и синие драконьи крылья на спине.

— У тебя всё хорошо, Аксела Уолтер? — спросил я.

— Да. Я хорошо живу со своим сыном Карлом в Городе Красного Дракона, — мягко улыбнулась женщина.

Её звали Аксела Уолтер. Она была дочерью Эксель от мужчины-драконолюда, женой бывшего генерала армии Кастора и матерью Карлы и Карла. С тех пор, как Кастор порвал с ней отношения перед восстанием против меня, она использовала фамилию Эксель. Её сын, Карл, унаследовал дом Варгасов, но Аксела осталась в разводе.

— Разве ты не обижаешься на меня? — начал я. — ...Подожди, нет, зачем я это спрашиваю?

Даже если бы я спросил её, она бы ни за что не сказала мне это в лицо. Просто улыбка Акселы была такой спокойной, что я не мог не спросить.

Аксела хихикнула, увидев, как я смутился. — Ничуть. Кастор и Карла сделали свой выбор. Я также знаю, что вы приложили все усилия, чтобы сохранить им жизнь. Карла рассказала мне об этом, так что, пожалуйста, расслабтесь.

— О-о-о... Мне приятно это слышать.

Какая замечательная жена. Я действительно мог сказать, что она была дочерью Эксель.

— Итак, Сир. Мне сказали, что у вас сегодня было ко мне какое-то дело? — спросила она.

Я кивнул в ответ. — Да. Это касается встречи с Кастором, о которой вы просили.

Она замолчала.

Даже после того, как их связи были разорваны, Аксела продолжала беспокоиться о Касторе и Карле. Карла работала в замке, поэтому, когда Аксела приезжала сюда вместо Карла, она могла случайно, да, именно случайно, встретить её. Однако, для Кастора, который находился под опекой Эксель, это не подходило.

Хотя можно было посочувствовать его сложной ситуации, Кастор был предателем, восставшим против меня. Хотя я уже наказал его, с его стороны было бы дурным тоном проводить встречи с Акселой и Карлом, которые были избавлены от наказания из-за того, что он порвал с ними связь.

Вот почему я не разрешал им встретиться... до этого дня.

— Я, конечно, не могу позволить Карлу встретиться с ним, но если это будете только вы, я разрешу, — сказал я.

— Вы серьезно?!

— Да. Хакуя, объясни, пожалуйста.

— Очень хорошо. — Хакуя поклонился и сделал шаг вперед. — На днях усилиями сэра Кастора удалось захватить вооруженный корабль Союза Архипелага Девятиглавого Дракона. В результате мы смогли получить от захваченного экипажа ценную информацию о ситуации внутри архипелага. В благодарность за этот подвиг мы разрешаем сэру Кастору и вам встретиться.

Это было не столько потому, что я решил согласиться, сколько потому, что пришло оправдание, которого я так ждал. Сейчас Кастор клялся мне в верности, но однажды он взбунтовался. Для того чтобы нижние чины смирились с тем, что ему разрешено видеться с семьей, мне совершенно необходимо было подчеркнуть, что это происходит только по моей милости.

Казалось, Аксела поняла это, она опустилась на колени и глубоко склонила голову. — Благодарю вас. Я никогда не забуду, какую услугу вы нам оказали.

Это должно было показать, что она понимает, что это была услуга, выразить восхищение и продемонстрировать, что она не питает к нам недоброжелательства.

Ну вот, формальностей было достаточно. Я попросил Акселу встать. — Я узнаю о выходных днях Кастора и дам тебе знать. Ты должна пойти в один из этих дней.

— О, насчет этого, у меня есть просьба, — сказала теперь стоявшая Аксела.

— Что это может быть? — спросил я.

— Не могли бы вы не говорить Кастору, что мне разрешили встретиться с ним? Я хочу удивить его неожиданным визитом.

Понятно, сюрприз? Какая очаровательная жена.

— Очень хорошо. Уверен, Кастор будет удивлен.

— Хи-хи, я уверена. Чем больше он будет чувствовать себя виноватым, тем больше он будет удивлен.

У Акселы была очень безмятежная улыбка, пока она говорила это... я не знаю, это должна была быть обычная улыбка, но она была странно напряженной. Джуна тоже иногда делала такое лицо.

— Чувствовать вину за...? — повторил я. — Кастор что-то сделал?

— Ничего важного, но мама мне кое-что рассказывает.

— П... понятно...

Кастор... я не знаю, что ты учудил, но прими мои соболезнования. Я понял, как страшно разозлить женщину крови Эксель.

Только Совет!

— Что это?! — воскликнула Трилл.

Приведённая в лабораторию подземелья сверхнаучного Гения, третья имперская принцесса, Трилл Эйфория, издала возглас удивления при виде некоего предмета. Того, что возвышалось над всей мастерской подземелья, Мехадры.

— Вы соединили кости настоящего дракона с металлом и частями монстров, чтобы создать механического дракона! — воскликнула Трилл, отвечая на свой собственный вопрос. — Вот это Дом Максвелл. Это творческая идея, которая не пришла бы в голову ни одному обычному человеку!

— Да, это безумная идея, - сказала Мерула, сопровождавшая её высшая эльфийка. — А вы уверены, что она именно ученый, а не сумашедшая?

Женя застенчиво почесала голову. — Ой, не надо меня так хвалить. Я покраснела.

— Никто тебя не хвалит, — со вздохом произнесла Мерула.

— Нет, я думаю, что эта идея достойна похвалы, — глаза Трилл засияли ярче.

— Именно тогда, когда мы делаем то, что никто другой не сделает, наука и техника развиваются. Итак, старшая сестра Женя, ты можешь заставить эту Мехадру двигаться?

— Хм... Если вопрос в том, может она двигаться или нет, то может, но...

У Мехадры не было никакой системы управления, ни внутренней, ни внешней. Однако, используя силу Сомы, "Живой полтергейст", её можно было двигать. Когда она объяснила это, скрыв только имя Сомы, Трилл поднесла руку к подбородку и кивнула.

— Понятно. Хотя для этого нужна магия человека, есть способ переместить его.

— Что ж, думаю, так оно и есть.

— У этой Мехадры есть какое-нибудь вооружение?

— Нет. В конце концов, она никогда не разрабатывалась с учетом возможности её перемещения. — Женя произнесла это так, как будто это было очевидно.

Трилл выглядела недовольной. — Это ужасное расточительство. Если у вас есть возможность перемещать его, как вы можете не разместить на нем оружие?

— Пожалуйста, не будь неразумной. Кости дракона трудно использовать. Если мы положим в них оружие, могут быть жалобы от Горного хребта Звездного Дракона. Даже король против этой идеи.

— Вы ставите оружие только для того, чтобы использовать его!

— Что? — Женя и Мерула уставились на неё.

— Оружие делает машину круче! — заявила Трилл, гордо выпячивая грудь, которая была нормального размера для её возраста. — Оружие - это символ власти. Как красивые вещи привлекают людей, так и сильные вещи тоже. Например, даже если у вас нет намерения использовать его, прикрепив оружие, вы можете очаровать сердца людей. Представьте себе, например, великолепного дракона. Если бы у него не было рогов или когтей, как вы думаете, смог бы он сохранить прежнее великолепие?

— Хм... в этом есть какой-то смысл, — размышляла Женя.

Мерула схватила её за воротник и встряхнула. — Ты на это купилась!! Подожди, ты не можешь позволить ей втянуть тебя в это!

Трилл продолжала. — В Империи, когда мы воздвигаем статую великому человеку, мы дарим ему оружие. Вы делаете то же самое в королевстве, верно? В таком случае, я думаю, мы должны прикрепить оружие к этой Мехадре, которая почти не двигается. Потому что это было бы круто!

— Уф... Хм, это действительно важно - насколько это круто выглядит, — сказала Женя, сняв с себя Мерулу. — Итак, какое оружие ты имеешь в виду? Может, наплечные пушки?

Трилл говорила так, словно всё это время ждала этого момента.

— Ну конечно же, дрель!

— ...

Женя и Мерула уставились на неё пустыми глазами уже второй раз за сегодня.

— Дрель - это оружие? — спросила Женя.

— Конечно да! Если рассматривать его атаку, которая может пронзить что угодно, то что это, если не оружие?!

— Где вы планировали установить это, просто для справки? — нерешительно спросила Женя.

Глаза Трилл сверкнули. — Как насчет обеих рук? Если мы превратим руки в буры и заставим их вращаться, когда он будет бить, он легко сможет пробить дыры в стенах замка. Представляя себе эту сцену, я просто в восторге!

Двое других кивнули. Обменявшись взглядами, они в унисон произнесли.

— Отклонено.

— Почему?!

— Я же говорила тебе, что кости дракона трудно использовать, верно? — спокойно заметила Женя. — Если мы сделаем такую причудливую модификацию кости одного из их видов, это может расстроить драконов горного хребта Звездного Дракона.

Трилл сглотнула. — Тогда, может, прикрепить его к концу хвоста?!

— По-моему, это одно и тоже.

— На кончик! Только кончик!

— Эта девчонка просто хочет приделать к нему сверло, — с отчаянием произнесла Мерула.

Это был ещё один оживленный день для мозгов королевства.

***

Мальчик из степей

Прошло некоторое время, прежде чем на Союз Восточных Наций напала демоническая волна.

На тюке сена, раскачивая ногами, сидела девочка лет двенадцати-тринадцати.

— Скучно, — жаловалась она. — Скучно, скучно, ск-у-у-чно.

— Это вам не поможет, леди Райга, — со вздохом сказал солдат, назначенный телохранителем Райги.

Девушку звали Райга Хан. Она была младшей сестрой короля Фуга Хана. Поэтому солдат не мог быть с ней слишком строг и лишь слабо пытался успокоить её.

— Разве вы не должны были сейчас пойти к учителю шитья на уроки? — спросил он.

— Ну, это скучно. Я знаю, что этим умением должна обладать любая женщина в степи, но это повторяющееся рукоделие скучно. Я лучше пойду на охоту с моим братом и его людьми.

— Леди Райга, вам ведь ещё только тринадцать.Это опасно, — сказал солдат с обеспокоенным видом.

Но сверхэнергичная сестра его сеньора не слушала его. — Я умею ездить на тембоке, и мой инструктор по бою на мечах говорит, что у меня есть потенциал.

— Я уверен, что это так, но...

Даже глядя на неё без всякого фаворитизма, Райга чувствовала себя достаточно хорошо в боевых искусствах. Часто говорили, что если бы она родилась мужчиной, то была бы отличным полководцем. Однако, это только раздувало её эго.

— Если бы я тоже была мужчиной, — вздохнула Райга. — Тогда я могла бы последовать за своим братом.

— Вам посчастливилось быть симпатичной, так почему бы не заняться более девчачьими делами?

— Я их ненавижу! Усердное ожидание возвращения мужчин домой мне не подходит. — Спрыгнув с тюка сена, она расправила свои маленькие крылья.

— Степи так бескрайни, а небо так высоко. Я хочу свободно лететь, куда захочу. Для этого у меня и есть крылья.

С этими словами Райга прыгнула.

Солдат запаниковал. — Ах! Леди Райга?! Вы не можете этого сделать! Вы разгневаете лорда Фуга, понимаете?!

Райга показала язык. — Я собираюсь немного полетать. Вернусь к вечеру.

С этими словами Райга взлетела в небо. Не обращая внимания на призывы солдата остановиться, она помчалась прочь. У её народа, небесной расы, были маленькие крылья, которые не могли летать далеко, но легкий вес Райги позволял ей быстро улетать из поля зрения геров.

Приземлившись на холме, где не было ничего, кроме травы, Райга села.

— Убегать, конечно, хорошо, но пейзажи здесь всё те же.

В степи не было больших деревьев, которые могли бы выделяться, и она выглядела примерно одинаково, куда бы ты ни пошел. Райга никогда раньше не выезжала за пределы страны, поэтому этот пейзаж был всем, что она знала. Райга улеглась на траву.

— Жизнь, в которой я знаю только этот пейзаж... Мне это не нравится. Я хочу увидеть другие места и много разных людей.

Это была забота, которая показалась бы роскошью для большинства людей, борющихся с повседневной жизнью. Но она была принцессой страны, поэтому её жизнь была мирной и скучной.

Райга закрыла глаза, выдыхая. "За пределами степи есть большой мир. Это большой континент. Я уверена, что там есть интересные страны, и интересные люди тоже. Ооо, я хочу выйти... я хочу выйти за пределы степи..."

Смирившись со своей болью, Райга оставалась там, пока солнце не начало садиться.

Это случилось некоторое время спустя.

— Мы отправляемся в княжество Чима, — объявил брат Фуга собравшимся последователям.

Неужели желания Райги достигли небес?

— Мы справились с демонической волной здесь, но я слышал, что в волне герцогства Чима много видов монстров, и она опасна. Это хороший шанс показать другим странам Союза Восточных Наций, на что мы способны. Лучшего первого шага на мировой арене и желать нельзя. Я прав, товарищи?!

— """Даааа!"""

Фуга говорил со страстью, и его пыл был заразителен для тех, кто следовал за ним. Его природная харизма заставила их без единого возражения отправиться на помощь герцогству Чима.

— Брат! — воскликнула Райга, а его последователи тут же побежали готовиться.

— Райга? В чем дело? — спросил он.

— Пожалуйста! Возьми меня с собой!

Фуга удивился внезапной просьбе. — А? Мы идем туда не играть.

— Знаю! Я явно не пойду на поле боя! Я останусь в лагере, так что возьмите меня, пожалуйста! Я хочу увидеть мир за пределами степи! — отчаянно сказала Райга.

Фуга посмотрел на неё. — Если я откажусь, ты ведь всё равно пойдешь с нами.

— Да! Даже если мне придется прятаться в багаже!

— Это будет само по себе хлопотно..., — почесал голову Фуга и вздохнул. — ...Ладно. Но только при условии, что ты останешься в безопасном месте.

— Ура! Спасибо, брат!

Фуга мог только криво улыбнуться, глядя на сияющую улыбку Райги.

И вот, Райга впервые покинула степь.

Но она не знала, что в результате, она не сможет вернуться в течение некоторого времени.

Имя - сторона Сомы

- Один день 1-го месяца, 1 547-й год по континентальному календарю-

— Это... тяжело.

Я сидел в офисе по правительственным делам в Парнаме, сжимая голову. Я не мучился так сильно над чем-то с тех пор, как Лунарианское Православное Папское Государство послало ко мне святую. — О, Боже, серьезно, что же мне делать...?

— Сир... —  видя, как я мучаюсь, Хакуя поднял свой бумажный веер.  Пожалуйста, просто делай уже свою работу.

Фвап! Он ударил меня по голове. Прижав руку к месту удара, я обиженно посмотрел на него.

— Неужели ты не видишь, что твой сеньор решает сложную проблему?

— Не вижу. Только мой сеньор беспокоится о чем-то пустяковом.

— Черта с два это пустяк! Они останутся с этим на всю жизнь!

— Для них это может быть проблемой, но для страны это мелочь. А вы в состоянии управлять государственными делами. Что выбрать в качестве приоритета, должно быть ясно. — Повертев бумажный веер, Хакуя вздохнул и добавил. — Просто используйте все, что вам нравится. Это имя вашего собственного сына.

— ...Не говори так, будто это так просто.

Меня занимал вопрос, как назвать моего новорожденного сына.

Мы с Лисией обсудили этот вопрос и решили, что я назову мальчика, а она - девочку. Мальчик со временем станет моим преемником, унаследует трон и имя дома Элфриден. Если я назову его каким-нибудь слишком странным именем, это будет плохо выглядеть в глазах народа, да и в глазах других стран тоже.

Я не собирался называть его слишком эксцентрично, но, может быть, имя в японском стиле...

Кажется, на севере континента и в Архипелаге Девятиглавого Дракона было много таких имен, но не в этой стране, так что, наверное, нет. Наверное, безопаснее всего было бы позаимствовать имя у какого-нибудь исторического короля, но в этом случае не хватало изюминки...

Пока я размышлял об этом, Хакуя снова ударил меня бумажным веером. Фвап!

— Я сказал, чтобы вы побеспокоились об этом позже. Сначала сделайте свою работу.

— Ой... я понял, ладно? — неохотно я начал просматривать бумаги.

Хакуя вздохнул. — Вы зашли в тупик, потому что думаете об этом в одиночку. Почему бы не спросить у своих вассалов, у которых есть дети?

Понятно... в этом была какая-то логика. Одна из хороших черт Хакуи заключалась в том, что он не только был строг со мной на работе, но и давал советы.

— В этом есть смысл, — согласился я. — Что ж, думаю, я быстро закончу эту работу, и смогу пойти спросить.

Я отчаянно старался, чтобы гора бумаг исчезла.

Закончив работу немного раньше обычного, я направился в детский сад, расположенный в замке. Настоящая мать Томоэ, Томоко, была первой, кто пришел на ум как человек в замке, у которого были дети.

— Как я выбирала имена для своих детей? — Томоко слегка склонила голову набок. — Думаю, мне не нужно объяснять, откуда взялось имя Томоэ, верно?

— Верно. Оно происходит от твоего собственного имени, верно?

— Да. Потому что, когда Томоэ родилась, мой покойный муж сказал, что она похожа на меня.

Имя, основанное на имени родителей? Похоже, в этом мире было много таких.

— Тогда, возможно, имя Ру пришло от имени вашего мужа? — спросил я.

— Ну да. Его звали Руга, вот мы и использовали часть этого имени.

— Но мне кажется, что Ру очень похож на Томоэ.

Томоко мягко улыбнулась. — Это правда, их лица очень похожи. Но мой муж умер вскоре после рождения Ру, поэтому я хотела, чтобы у него было это имя как доказательство того, что он был здесь.

— О... простите. Это было бесчувственно с моей стороны. — Теперь мне стало стыдно.

Но Томоко молча покачала головой. — Нет. Я могу с нежностью вспоминать то время, потому что сейчас моя жизнь наполнена радостью. Это потому, что люди королевства, и в первую очередь вы, Сир, так хорошо относились к нашей семье. Моего мужа уже нет, но Томоэ и Ру растут здоровыми. Я не могу быть счастливее.

Я стоял, не в силах что-либо сказать.

Томоко улыбнулась. — Мой муж тоже долго думал, как назвать Томоэ, пока она не родилась. Когда он увидел её лицо, то сразу же принял решение. Так что, пожалуйста, волнуйтесь поменьше.

— Спасибо за вашу проницательность, — я поклонился ей и вышел из детского сада.

Доказательство того, что он был здесь? — размышлял я. — Хотя дети принадлежат мне и Лисии, в них также течет кровь королевской семьи Элфриденов. Между мной и бывшим королем, сэром Альбертом,  было два поколения королей, которые женились на членах семьи, но мой сын, вероятно, однажды приведет жену в королевский дом Элфридена. В нем течет кровь, переданная от бывшей королевы, леди Элисия, и Лисия хотела получить имя, отражающее это. Как доказательство того, что они были семьей.

— ...Хорошо, я решил.

Глядя на небо из коридора между зданиями, я подумал о своем сыне и прошептал.

— Тебя зовут Сиан. Сиан Элфриден.

Подумав, что нужно сразу же сообщить об этом Лисии, я отправился в офис, чтобы написать письмо.

Имя - сторона Лисии

—  Что мне делать? — глядя на своих детей, лежащих в кроватках, вздохнула я.

— Лисия? — Карла, которая складывала белье, заметила моё расстройство и окликнула меня. — Что случилось? Ты выглядишь такой встревоженной.

— Карла... Как мне её назвать? — спросила я, потрепав по щеке девочку, которая во сне прижималась к мальчику. Нахождение рядом с братом, должно быть, успокаивало её, потому что она не подавала признаков пробуждения.

Меня занимал вопрос, как назвать мою новорожденную дочь.

Мы с Сомой обсудили этот вопрос и решили, что я назову девочку, а он - мальчика.

— Ты вольна делать то, что хочешь, верно? Почему бы не выбрать то, что тебе нравится? — в отчаянии сказала Карла.

Если бы я могла это сделать, у меня не было бы столько проблем!

— Это имя останется у неё на всю жизнь, — переживала я. — Я не могу назвать её как-нибудь странно.

— Я думаю, что твоя серьезность - это хорошее качество, Лисия, но... разве тебе не жаль своих детей, что это так затянулось? Я могу называть их принцем и принцессой, но вы - семья, так что вы не можете этого делать.

— Ну, да... но...

Это была правда, мы не могли вечно называть их мальчик и девочка.

— Просто для справки, кто выбрал твоё имя, Карла? — спросила я.

— Мои отец и мать обсудили это и согласились. Долгоживущим расам трудно зачать ребенка, поэтому я была их первым ребенком после долгих попыток. Поэтому они дали мне по одному звуку от каждого из своих имен.

Это имело смысл. Они взяли "ка" из "Кастор" и "ла" из "Аксела" и получили Карлу? Может, мне тоже стоит взять звук из моего имени и имени Сомы?

Сосия, Лима... не знаю, это было как-то сомнительно. Кроме того, настоящее имя Сомы должно было быть Казуя. Итак, Кашия, Лия... они казались хуже. Каша... теперь это звучало как ребенок Сомы от Айши. (п/п: XD)

Пока я всё ещё мучилась над этим, Карла вздохнула. — Ты не получишь никаких хороших идей, размышляя над этим здесь. Я присмотрю за детьми, так почему бы не пойти куда-нибудь ещё для смены обстановки?

— ...Да. Я с тобой согласна.

Оставив детей на Карлу, я вышла из дома.

Во внутреннем дворе этого поместья был красивый сад, который мой отец поддерживал в качестве хобби. Хотя, конечно, сейчас была зима, так что сад был не очень красочным. Пока я просто гуляла там...

— О, это ли не Лисия! — Отец, на котором было полотенце для рук, похожее на бандану, с завязанными под носом углами, высунул голову из-за живой изгороди.

На мгновение он стал похож на старого фермера. Мне показалось, что это подходит ему больше, чем корона.

— Я вышла прогуляться, — сказала я. — Вы работаете в саду, отец?

— Да. Готовлюсь к будущей весне.

Сняв бандану, отец вытер ею лоб.

— С детьми всё будет в порядке? — спросил он.

— За ними сейчас присматривает Карла.

— Хм. Простите. Похоже, я проспал роды.

— Не беспокойся об этом. Ты, наверное, был измотана.

У меня было ощущение, что мама могла иметь какое-то отношение к тому, почему мой отец потерял сознание, но... я собиралась молчать об этом.

— Кажется, ты хорошо ходишь, но достаточно ли хорошо ты себя чувствуешь? — спросил отец, внимательно изучая меня.

— Да. Хотя я ещё не полностью восстановилась.

— Отдыхай, пока ты здесь, по крайней мере. Это и твой дом тоже.

Я хихикнула. — Да.

Мой дом... хм. Я никогда не жила здесь, но то, что здесь были мои мать и отец, успокаивало. Это было место, связанное с моей семьей. Но у Сомы, вызванного из другого мира, не было ничего подобного, верно?

— Я бы хотела, чтобы у Сомы было что-то, что позволило бы ему чувствовать связь со своими родственниками... —  пробормотала я.

— У него есть, - ответил отец так, словно ответ был очевиден. — У моего зятя есть тело, которое дали ему родители. И его имя тоже. Поэтому, пока он жив, эта связь никогда не прервется.

Я молчала.

Его тело и имя - это связь с его семьей... ну, может быть, и так.

Но было решено, что когда Сома займет трон, он унаследует мою фамилию и фамилию Ророа, чтобы стать Сомой Амидонией Элфриден. Настоящее имя Сомы, Казуя, исчезнет. Это было как-то грустно.

Можно ли как-то сохранить эту связь?

Когда я вернулась в детскую комнату, я нежно погладила лоб девочки.

— Я знаю, что я сделаю.

Глядя на лицо спящей дочери, я пришла к решению.

— Тебя зовут Казуха. Казуха Элфриден.

Желая сразу же сообщить об этом Соме, я решила написать письмо.

_________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

После полудня 2-го дня, 2-го месяца, 1548-го года по континентальному календарю - Замок Парнам

—Хе-хе-хе! Наконец-то, всё завершено.

День был ясный и довольно теплый для зимнего времени года. В зашторенной, немного тусклой комнате я не мог не улыбнуться, глядя на одну из своих работ. Это было потому, что то, над чем я медленно работал, выискивая свободное время в своем плотном графике, наконец-то было закончено.

— Фвахаха! Не будет преувеличением назвать это лучшим оружием. Я больше никогда не проиграю. — Вот как я был рад этому.

—Чего ты так ухмыляешься? — сказала в отчаянии Лисия, сидевшая на кровати.

Это была комната Лисии. Хотя расположение мебели не изменилось с тех пор, как я был здесь в последний раз, мы недавно установили детскую кроватку для наших детей, Сиана и Казухи. С момента их рождения прошел всего месяц, поэтому дети жили рядом с Лисией.

Я отложил законченную работу и, повернувшись на стуле спинкой вперед, опираясь локтями и подбородком на неё, стал наблюдать за Лисией и детьми. Сейчас было время кормления грудью.

Волосы Лисии отросли и были уложены в ту же прическу, что и при нашей первой встрече. Завязав волосы на затылке, Лисия спустила одежду с одного плеча и с нежным выражением лица давала молоко нашему ребенку. Её красота была настолько божественной, что я подумал, будто она сошла с портрета святой матери.

Сиан закончил, и теперь настала очередь Казухи. Насытившийся Циан лежал в кроватке с закрытыми глазами.

— Да ладно, наконец-то я их закончил, понимаешь? — Я поднял вещь, лежащую у меня под боком, и показал её Лисии. Это были два комплекта детской одежды. — Ну? Тебе не кажется, что они получились милыми?

Маленькие наряды с капюшонами были сшиты мной вручную.

Узнав, что у нас будут близнецы, я начал придумывать идеи, а после их рождения снял мерки и приступил к работе. Я был уверен в результате. Кстати, то, как я ухмылялся всё время, пока работал над ними, вызывало раздражение у других моих невест.

Когда Лисия увидела необычный дизайн нарядов, она вздохнула. — Да, они милые, но это практически костюмы. На каких существ они вообще похожи?

— Мачапин и Зукке.

— Я никогда не слышала о них.

— Ну, конечно, ведь это вымышленные существа из моего мира.

Мачапин и Зукке были главными героями детской передачи, которую я смотрел давным-давно.

Они были голубого и коричневого цвета с расслабленными лицами, и, когда вы присматривались, то начинали сомневаться, действительно ли они милые, но у них было своё странное очарование. Даже было выпущено много товаров по этой тематике.

Намереваясь сделать детскую одежду для близнецов, первое, что пришло в голову, это то, что костюмы на всё тело, созданные по мотивам Мачапина и Зукке, были бы очаровательны.

— Их моделировали Несси и Йети, я думаю? — добавил я.

— Я понимаю, что не понимаю, о чем ты говоришь... Кажется, ты приложил много усилий, но они же малыши, они быстро все испортят, понимаешь?

— Ну, я сшил ещё два комплекта, чтобы у них была сменная одежда.

— Направь эту страсть на свои административные обязанности. Ты заставишь Хакую плакать, понимаешь?.

— Нет, я отказываюсь.

— Боже... Ох. — Кормление, видимо, закончилось, потому что Лисия оттащила Казуху от себя и похлопала её по спине, чтобы та срыгнула. Затем, перенеся Казуху в кроватку, Лисия положила её рядом с Цианом. Казуха вскоре закрыла глаза, бормоча во сне.

Казуха капризничала, когда оставалась одна, но если рядом был Циан, она засыпала легко. Поскольку они были близнецами, было ли ей спокойнее, когда рядом с ней была её "вторая половинка"?

Мы с Лисией стояли бок о бок и смотрели на детей, которые спали с полными животами и спокойными лицами.

Просто глядя на них, я тоже чувствовал себя счастливым. Я надеялся, что они будут пить много молока, хорошо спать и вырастут здоровыми.

Лисия криво усмехнулась. — Ты опять ухмыляешься, Сома.

Должно быть, на моем лице была улыбка, но разве можно было меня винить? Я имею в виду, что выражение лица Лисии не сильно отличалось.

— О, да ладно, разве наши дети не очаровательны? — сказал я.

— Ты уже стал заботливым родителем?.. Ну, впрочем, я чувствую то же самое.

— Я серьезно, я просто так счастлив.

— Когда ты говоришь это так прямо... это немного смущает. — Лисия издала смущенный смешок.

О, я так её люблю.

— Я счастлив, когда меня окружает моя семья.

— Хи-хи! Но мы ещё не женаты.

— А! Кстати, о свадьбе... мы наконец-то назначили день церемонии. — сказал я.

Наша свадебная церемония, которая неоднократно откладывалась из-за беременности Лисии и кампании в Союзе Восточных Наций, наконец-то была назначена: первый день четвертого месяца 1548-го года (этого года) по континентальному календарю. Это будет день моей коронации и бракосочетания с Лисией и другими.

Когда я сказал ей об этом, Лисия испустила глубокий, эмоциональный вздох. —Через два месяца ты наконец-то станешь настоящим королем, а не просто временным.

— Да. И вы все перестанете быть кандидатками и станете настоящими королевами.

— Прошло около двух лет с тех пор, как ты пришел в этот мир, я полагаю. Но учитывая все, что произошло за это время, трудно поверить, что прошло всего два года.

— Да... Я уверен, что тот я, каким был тогда, когда меня впервые призвали, никогда не мог представить себе ситуацию, в которой он окажется сейчас.

У меня было пять невест, и от одной из них уже родились дети. Было ощущение, что я попал в другое, очень далекое место.

Лисия хихикнула. — Хи-хи! Если подумать, Сома, когда мы впервые встретились, ты сказал:"Я, наверное, брошу все эти королевские штучки через несколько лет. Тогда мы сможем разорвать помолвку." - или что-то в этом роде, не так ли?

Да... Я действительно так сказал, да? Это было так давно.

— Не поднимай эту тему так серьезно. — сказал я. — Это будет проблемой, если ты захочешь всё отменить в данный момент.

— Конечно. Но, тогда я думала:"Если я стану его семьей, смогу ли я привязать к себе Сому в этой стране, интересно? Если я смогу сделать брак свершившимся фактом...".

— Ха, ты думала о таких вещах?

Она была готова выйти за меня замуж с самого начала?

Лисия гордо улыбнулась. — На самом деле, мне удалось стать твоей семьей и сделать брак свершившимся фактом, разве это не впечатляет?

— ...Да, отлично сработано. — Я слегка поцеловал Лисию.

Раньше это было неловко, но сейчас мы могли целоваться более естественно. Лисия, похоже, тоже не возражала.

После поцелуя я неловко почесал щеку. — Ахаха... Но есть проблема, которая возникла в связи с браком.

— А? О чем ты говоришь?

— Из-за моей коронации, свадьбы со всеми вами и первого публичного появления детей, Ророа и её люди начали волноваться.

Очевидно, они хотели мобилизовать всю столицу на массовое празднование. Такую идею можно было ожидать от девушки, которая так любила праздники.

Лисия язвительно улыбнулась. — Это так похоже на Ророа, но... звучит очень хлопотно. Что именно она придумала?

— Первоначальный план включал проведение свадебных церемоний для всех моих подчиненных, кто этого хотел. Дом Арков и Дом Магна, в конце концов, планировали провести свадьбы примерно в одно и то же время.

Капитан королевской гвардии Людвин собирался жениться на гениальной ученой Жене, а Хэл планировал жениться на Каэде и Руби. из-за того, что эти церемонии будут проводиться в замке, можно было надеяться, что в честь этого события свадебные церемонии пройдут по всей столице.

— Мы нашли других подчиненных, которые хотели бы воспользоваться этим шансом и пожениться, но... поскольку мероприятие стало слишком масштабным, у нас нет достаточного количества пар, чтобы соответствовать его размаху. Мне сказали, что, если возможно, было бы удобно проводить брачные церемонии для тех, кто служит непосредственно мне.

— Но ведь брак - это не так просто, верно? — сказала Лисия, укоряя меня, и я смог только кивнуть.

— Ну, да. Но у нас есть несколько пар, которые чувствуют, что должны быть вместе, но не сходятся, поэтому я думаю, что они должны действовать.

— О ком ты говоришь?

— Пончо - раз, Джинджер - два.

— Ооо... — Лисия кивнула, похоже, поняв, что я имею в виду.

Эти парни были в такой ситуации, что для них не было бы странным пожениться в любой момент, но они сами были настолько застенчивыми, что не было заметно никакого прогресса.

Я хочу, чтобы Пончо, в частности, поскорее остепенился...

Количество поступающих в замок заявок на брачные встречи начинало оказывать негативное влияние на бюрократию. Я понимал, что мнение Пончо в этом вопросе очень важно, но всё же...

Неужели ничего нельзя было сделать...?

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

В середине 1-го месяца 1 548-го года по континентальному календарю - земли дома Магна, Рандел

Город Рандел на западе королевства был центральным городом герцогства бывшего генерала армии Георга Кармина, а теперь он стал собственностью отца Хэла, Глейва Магна.

Там же произошло столкновение Запретной армии и армии повстанцев во время предыдущей войны.

Правда, единственное настоящее сражение происходило в построенной неподалеку крепости, стены которой подверглись лишь легкой бомбардировке, так что сам город не пострадал. Теперь, по прошествии года, город вернулся к прежнему спокойствию.

Поместье дома Магна находилось в городе-замке Рандел.

Этим городом управлял Глейв, поэтому обычно он мог жить в бывшей обители Георга, замке Рандел. Однако, зная об истинных намерениях Георга, Глейв не мог позволить себе жить там, вместо этого он жил в своем особняке в городе и ездил в замок только по работе.

Именно в этот особняк сегодня Халберт привез Каэде и Руби.

Чтобы вознаградить солдат, участвовавших в экспедиции в Восточный союз, им по очереди давали долгосрочный отпуск. Возвращение Халберта и его напарников было использованием этого отпуска.

Глейв встретил всех троих с распростертыми объятиями. — О, я рад видеть вас дома в безопасности. Маленькая Каэде, и госпожа Руби тоже.

"Маленькая" для Каэде и "госпожа" для Руби указывали на то, как давно он знает каждую из них. Если с подругой детства Халберта, Каэде, он был знаком с детства, то с новенькой, Руби, он не решался знакомиться слишком близко.

Они оба слегка обняли Глейва, улыбаясь несколько неловкими улыбками.

— Мы вернулись, сэр Глейв. — сказала Каэде.

— Мы вернулись, отец — ответила Руби. — Не стоит обращаться ко мне так формально.

— О, я понимаю. Тогда, позволь мне называть тебя просто Руби.

Глейв обычно был суров, но сейчас он улыбался.

— Сколько бы достижений ни совершил мой сын на поле боя, они не сравнятся с тем, что он привел в наш дом двух мудрых и прекрасных дам. Он всегда был непоседливым, но я должен похвалить его за то, что он взял вас обеих в жены.

Каэде хихикнула. — Вы преувеличиваете, господин.

— Вы меня смущаете. — добавила Руби.

Видя, как отец умиляется своими будущими невестками, Халберт вздохнул. — Я тоже вернулся, понимаешь?

— Хм? О, Хэл. Я слышал, ты тоже отличился в Союзе Восточных Наций. Я горжусь тобой, как отец, но не позволяй этому вскружить тебе голову и сделать что-нибудь, что подвергнет опасности моих дочерей.

— Да, я знаю. — кротко ответил Халберт на эту нотацию.

Глейву показалось подозрительным такое отношение со стороны Халберта. Чувствовалось, что он гораздо менее вспыльчив, чем обычно. В любых других обстоятельствах он бы сказал что-то вроде: "Не обращайтесь со мной как с ребенком!" и оттолкнул бы его, но сегодня он вел себя так, будто готов слушать.

— Что-то случилось? — спросил Глейв.

— ... Ничего особенного. Извини, я устал, так что позволь мне пойти отдохнуть в свою комнату.

С этими словами Халберт поднял свой багаж и пошел в сторону своей комнаты.

Когда Глейв заметил, что Каэде и Руби с беспокойством смотрят ему вслед, он прочистил горло, пытаясь переменить тему.

— Итак, вы оба, идемте. Моя жена с нетерпением ждет, чтобы обсудить ваши свадебные наряды.

— Мы понимаем. — сказала Каэде. — Пойдем, пойдем, Руби.

— Хорошо.

Глейв повел их двоих в гардеробную, где ждала его жена. Однако, когда они прошли через дверь, он, закрывая её, посмотрел в сторону комнаты Халберта.

Тем временем...

Халберт вовсе не отдыхал в своей комнате. Он выбрался через окно и отнес два своих любимых копья в рощу во дворе особняка.

Халберт глубоко выдохнул холодный зимний воздух, а затем начал размахивать копьями. Звук их лезвий, рассекающих ветер, и лязг тонкой цепи, связывающей их вместе, эхом разносились среди деревьев.

Блок, выпад, удар... Он двигался так, словно сражался с каким-то невидимым врагом.

Скорее всего, у него на уме был кто-то конкретный.

Однако, то, как он выглядел, бешено размахивая руками, только усиливало впечатление, что он пытается отбросить нерешительность.

В сердце Халберта, пока он махал копьями, билась только одна мысль.

"Нормально ли... то, что я делаю это?"

Это было единственное, что он обдумывал.

Получение отпуска, возвращение домой к семье с невестами, подготовка к свадьбе, которая скоро должна была состояться... вся эта жизнь в отрыве от боевых действий не давала Халберту покоя.

"Можно ли мне это...? Смогу ли я победить этого парня таким образом?"

Его удары становились всё более и более небрежными.

Поскольку он размахивал руками с большей силой, чем мог контролировать, его опорная нога была неустойчивой, и он раскачивался вправо и влево. Постепенно он также начал уставать.

Его неспособность двигаться так, как он хотел, ещё больше расстраивала его, и Халберт вонзил свои копья в землю.

— Хахх... Хахх... — Плечи Халберта вздымались с каждым вдохом.

К нему приблизилась тень. — ...Честно говоря. Это было жалкое зрелище.

— А?! — Когда Халберт повернулся, чтобы посмотреть кто это, он увидел, что Глейв наблюдал за ним из тени близлежащего дерева.

— О, это просто ты, старик...

— Эти нелепые выкрутасы в роли практики не принесут тебе никакой пользы. Ты ведь просто выпускаешь пар.

— Гух...

Возможно, он был погружен в самоанализ, потому что Халберт не стал возражать.

Вздохнув, Глейв подошел и похлопал Халберта по плечу. — Ты проиграл кому-то из Союза Восточных Наций?

— Что?! Я ещё не проиграл! Я не проиграл... но... Я встретил парня, которого не уверен, что смогу победить. — Халберт рефлекторно возразил, но его слова постепенно ослабли, и в конце концов он сел на землю.

Глейв нахмурил брови. — Есть кто-то, кто может сделать это с тобой, мальчиком, который всегда был так ненужно полон уверенности?

— ... Фуга Хан. — сказал Халберт. — Его сила находится на другом уровне, и у него также есть непреодолимая харизма. Когда я увидел, чего он добился, я почувствовал, что меня заносит, несмотря на предостережения.

В памяти Халберта осталась лишь иллюзия того Фуга Хана, которого он увидел в тот день.

— Я восхищался тем, как он жил, словно он пылал, и, на краткий миг, я даже перестал бояться смерти. То, что я так подумал, испугало меня во много раз больше, когда я поразмышлял об этом позже. И всё же... в то время я думал, что хочу использовать свою жизнь в качестве воина. Совершенно забыв о Каэде и Руби.

Его отец сохранял молчание.

Хэл представил себе героический образ ууги, мчащегося взад-вперед по полю боя, возглавляя конницу Тембоков, которая бесстрашно отдавала за него свои жизни, не жалея, что погибла в пути. Его заворожило это зрелище, и, хотя ему удалось остановиться, он почувствовал, что его тянет туда.

— Я никогда не был настолько самонадеянным, чтобы думать, что нет никого сильнее меня. — сказал Халберт. — Тот темный эльф на стороне Сомы - даже когда я, Каэде и юная мисс Карла объединились против неё, она всё равно одолела нас. Всегда есть кто-то лучше.

— Зови её госпожой Айшей, ладно? — попросил Глейв. — Она - вторая основная королева.

— Эта Айша... Госпожа Айша никогда не предаст Сому. Поэтому, пока я верен этой стране, я никогда не увижу, как её клинок обратится против нас. Но... Фуга из другой страны. Он тоже хочет, чтобы его имя прославилось на весь континент. Пока он будет держаться за это стремление, в конце концов, он и Сома... он и эта страна столкнутся.

И он решил, что когда это время настанет, Фуга будет противостоять ему и Руби. Поскольку Фуга летал на своем летающем тигре, Дурге, Айша, у которой не было летающей лошади, оказалась бы в невыгодном положении.

Дурга был настолько силен, что любая попытка противостоять ему с виверной не имела бы никаких шансов на успех.

В конце концов, только Халберт и красный дракон Руби могли составить ему достойную конкуренцию.

— Мне нужно дойти до того состояния, в котором я смогу победить его. — сказал Халберт. — Если я не смогу, то не смогу защитить ни страну, ни Каэде с Руби. Когда я думаю об этом... я не могу не торопиться. Я начинаю думать:"Это нормально, что я делаю это? Если я не стану сильнее, я никогда не смогу победить его".

Женитьба и обретение партнера означало, что защищать придется гораздо больше.

В случае с Халбертом, он приобретал сразу двоих, поэтому ответственность удваивалась.

— Честно говоря, я поражен, что Сома может выдержать такое давление. Я искренне поражен.

Он был королем, и, в конце концов, он набрал сразу пятерых.

Вдобавок ко всему, у него и Лисии теперь было сразу двое детей. С точки зрения количества вещей, которые он должен были защищать, Халберт не мог сравниться с Сомой.

С точки зрения силы, разница между Халбертом и Сомой была как между взрослым мужчиной и ребенком, но с точки зрения душевной стойкости всё было наоборот.

— Когда я думаю, что скоро женюсь на Каэде и Руби... я всё больше и больше беспокоюсь о том, всё ли со мной в порядке в таком виде. Как будто... смогу ли я защитить своих жен?.

— ...Понятно. — Глейв, который, скрестив руки, молча слушал, удивленно усмехнулся. — До этого ты был просто птенцом, но теперь, кажется, даже ты наконец-то начал осознавать свою ответственность как наследника семьи.

— Не дразни меня. Я пытаюсь вести серьезный разговор, понятно?

Халберт уставился на него, но Глейв спокойно покачал головой.

— Я не дразню тебя. Во-первых, то, что ты чувствуешь, чувствует каждый перед свадьбой. Я не думаю, что твои страхи имеют какое-то отношение к Фуге, понимаешь?.

— А? Фуга... не имеет к этому никакого отношения?

— Он может быть фактором, способствующим этому. — сказал Глейв. — Однако, твоя главная забота - сможешь ли ты, женившись на этих двоих, защитить семью как глава семьи. Это забота даже обычного мужа, который не сталкивается с сильными врагами на поле боя. В этом нет ничего особенного.

Когда Глейв, рассмеявшись, так сказал, Халберту показалось, что с его глаз спала пелена.

Халберт думал, что боится Фуги, но Глейв говорил, что большая часть того, чего он боится, - это неуверенность в том, что у него будет семья. Если это правда, значит, неуверенность приняла форму призрака Фуги.

— Ты говоришь на собственном опыте? — спросил Халберт.

— Ну... да, наверное, да.

Увидев, что Глейв неловко отвернулся, Халберт был ошарашен. Даже суровый Глейв паниковал, как он, перед женитьбой.

Глейв прочистил горло и сказал сыну. — Кхм... Но даже если это и не причина твоего беспокойства, ты действительно считаешь этого Фугу угрозой, верно? Если ты так не уверен, то вместо того, чтобы заниматься здесь тренировками, которые не принесут тебе пользы, почему бы не пойти туда, где ты сможешь сосредоточиться и серьезно тренироваться?

— Серьезно тренироваться?

— Прежде чем ты возьмешь этих двоих в качестве своих спутников жизни, тебе не мешало бы провести некоторое время в одиночестве, размышляя о себе. К счастью, с развертыванием транспортной сети Его Величества передвигаться по стране стало намного проще. Я поселю их двоих в этом доме, так что пользуйся своим отпуском, езжай куда хочешь, общайся с различными людьми и тренируйся в свое удовольствие.

Тренироваться в одиночку. Это было привлекательное предложение для Халберта. Он определенно не мог сосредоточиться здесь. В таком случае, это был бы хороший шанс взглянуть на себя по-новому.

— Но, разве это нормально? — беспокоился он. — А Каэде и Руби не разозлятся?.

— Даже если и так, ты должен сказать им сам. О, я уверен, что они не будут рады этому, но они поверят в тебя и отпустят в путь.

— Да...

— Но будь уверен, что ты не сделаешь ничего такого, что могло бы опечалить этих двух девушек. Если ты пойдешь бродить по кварталам развлечений только потому, что это последнее время, пока ты не женат, ты нарвешься на железные кулаки возмездия - мои и твоей матери.

В голосе Глейва звучало отчаяние, когда он произносил эту последнюю угрозу.

— Я не собирался делать ничего подобного... — сказал Хэл. Он сделал паузу. — Только не говори мне, что ты это сделал?

Глейв покрылся холодным потом, положив руку на плечо сына. — Помни, что некоторые вещи не будут прощены, как, например, юношеская неосторожность. Если ты разозлишь тех, кто станет твоими спутниками жизни, жди, что они будут полностью контролировать твою супружескую жизнь в дальнейшем.

Хэл промолчал.

Было ли это причиной того, что, несмотря на мягкое поведение его матери, дом Магна находился под её властью?

Почувствовав, что он мельком узнал некоторые обстоятельства жизни своей собственной семьи, Халберт решил сам быть осторожным.

Вернувшись в дом, Халберт поступил, как велел Глейв, и сказал Каэде и Руби, что хочет отправиться в путешествие по самосовершенствованию. Когда он это сделал, их реакцией было...

— Ну, если ты этого хочешь, Хэл, значит, так тому и быть.

— Когда будешь доволен, возвращайся.

...Они приняли это с кривыми улыбками.

Казалось, они обе были обеспокоены тем, что Халберт в последнее время не был похож на себя. Халберт был очень благодарен за их доброту.

И вот, одолжив у Глейва боевого коня, Халберт отправился один в путь.

Он ехал два дня на юг от Ранделя верхом на лошади.

В конце концов, показался дремучий лес. Это был самоуправляемый домен темных эльфов, Богохранимый лес.

Халберт приезжал в лес уже в третий раз. Первый раз - для оказания помощи во время стихийного бедствия, а второй - чтобы сопровождать Сому, приехавшего сообщить новости отцу Айши перед женитьбой на ней.

Когда Халберт сказал воинам темных эльфов, стоявшим на страже у леса, что хочет пойти в деревню, его быстро пропустили, потому что он был им знаком.

Они сказали, что пошлют гонца-куи сообщить вождю о его приезде, поэтому Халберт поблагодарил стражников и отправился в лес верхом на лошади.

Во время тряской езды Халберт размышлял о многом.

В те времена всё было очень плохо. Словно что-то из ада...

Ему казалось, что ощущение, которое он испытал, наблюдая за Фугой, было сродни стихийному бедствию. Как будто нечто, непостижимое для человека, обладало невероятной силой, а он был всего лишь мухой перед его мощью.

Этот лес был тем местом, где Халберт впервые остро ощутил собственное бессилие.

Именно поэтому он выбрал его в качестве первого места, куда отправился, чтобы по-новому взглянуть на себя.

"Разве я изменился с тех пор? Теперь я командую Дракшутистами под командованием Каэде, да. И у меня появился надежный напарник и наездник в лице Руби. А ещё я получил невероятное оружие от тургишской мастерицы Тару. Но, что касается меня самого..."

Пока он размышлял об этом, он внезапно выехал на открытое пространство.

В Богохранимом лесу, который с его многочисленными деревьями был мрачным даже в середине дня, это было единственное место без высоких деревьев, над ним простиралось открытое небо.

Именно здесь произошел оползень. Поскольку он скосил все высокие деревья, это было единственное открытое место.

Халберт слез с коня, чтобы осмотреть это место.

Тогда грязь, покрывавшая землю, была темно-коричневого цвета, но теперь она была покрыта зеленью, и здесь росли молодые деревья высотой с Халберта.

Почувствовав кого-то позади себя, Халберт обернулся и увидел улыбающегося темного эльфа-воина.

— А, сэр Халберт, я не видел вас с тех пор, как сэр Сома приезжал к нам в гости.

Молодой человек был отцом Айши и начальником Богохранимого леса, Воданом Удгардом.

— Прошло слишком много времени, сэр Водан. — сказал Халберт. — Простите, что пришел так неожиданно.

Халберт чувствовал, что навязывается, но Водан широко раскинул руки, приветствуя его.

— Не думай об этом. Ты много сделал для нас, поэтому тебе всегда рады. Я уверен, что Сур и Велза были бы рады видеть тебя, если бы они были здесь.

— Они сейчас в отъезде?— спросил Халберт.

— Да. Кажется, они покинули лес по каким-то срочным делам несколько дней назад.

— Понятно... Я немного разочарован, услышав это.

Двенадцатилетняя темная эльфийка Велза привязалась к нему после того, как он спас её во время катастрофы. Поскольку он всё равно был в Богохранимом лесу, было бы неплохо увидеть её, но раз её здесь нет, значит, так тому и быть.

Водан спросил. — Итак, что привело тебя в Богохранимый лес?

— ...Сейчас я прохожу обучение. Чтобы переоценить и улучшить себя.

— Обучение... хм. Кажется, я слышал, что вы скоро женитесь, я прав, сэр Халберт? В то же время, когда моя дочь выходит замуж за Его Величество.

— Ну... да, но...

— Хм, похоже, у вас есть свои причины. Не могли бы вы рассказать мне о них?

Когда Водан искренне спросил об этом, Халберт рассказал о последовательности событий, которые заставили его отправиться в это путешествие. Когда он заговорил о Фуге, Водан застонал с тяжелым выражением лица.

— Есть на свете воин, который может даже заставить мою Айшу признать его превосходство? Честно говоря... Мир широк, не так ли?

Для Водана, который знал силу Айши лучше, чем кто-либо другой, было трудно поверить, что жило существо, которого боится даже она. Однако, когда измученное выражение лица Халберта сказало ему, что это правда, он вздрогнул.

Халберт вздохнул и сказал. — Я... боюсь этого человека. Если однажды он станет врагом, смогу ли я победить его? Смогу ли я защитить Каэде и Руби, моих будущих жен? Я слишком много думаю об этом, и это даже заставляет меня сомневаться, стоит ли мне вообще жениться на них.

— Хм... — Водан, казалось, ненадолго задумался над тем, что ему сказали. Молчание было неловким, и пока Халберт ждал, что он скажет что-нибудь, Водан вдруг произнес. — Это слабость.

— А?! — Когда ему прямо указали на его слабость, Халберт сглотнул.

Видя такую реакцию, Водан понял, что неудачно выбрал слова, и исправился. — Ахх, я говорю это не в качестве критики в твой адрес. Все мы в той или иной степени носим в себе слабости. Важно то, можем ли мы противостоять ей или нет.

— Признать нашу слабость, вы имеете в виду? — спросил Халберт.

— Да. Вы это и делаете. Теперь вопрос только в том, сможете ли вы взглянуть на истинную природу этой слабости. Слабость никогда не бывает просто слабостью. Эти слова были переданы среди воинов Богохранимого леса.

Водан присел, проведя рукой по мху на земле.

— В том бедствии трава и деревья были скошены грязью и тиной. Можно сказать, что они были слабыми по сравнению с землей. Наша сила тоже была мала и незначительна.

Халберт молчал.

— И всё же, посмотрите. Теперь трава покрывает ту же самую грязь. Траву легко сбить, но она обладает силой, которая с лихвой компенсирует это. Она проросла всего через несколько дней после катастрофы, и уже через несколько месяцев всё вокруг было покрыто зеленью. Теперь, когда прошло около года, начали расти и новые деревья. В тех, кого мы считаем слабыми, есть сила. То же самое можно сказать и о людях.

Когда Водан встал, он повернулся лицом к Халберту.

— Сердце, познавшее страх, осторожно и не склонно к безрассудству. Сердце, которое хочет убежать, тщательно следит за своей безопасностью. Вот почему мы говорим в Богохранимом лесу, что ты не должен отвергать свой страх.

— Не отвергать страх...

Так ли важно было бояться Фуги?

"Конечно, это правда, что осторожность важна. Однако, когда я стою перед Фугой, смогу ли я сражаться? Когда я буду сражаться с Фугой, которого я боюсь, смогу ли я защитить эту страну, защитить свою семью?"

Пока Халберт размышлял над этим, Водан усмехнулся.

— Если ты хочешь узнать больше о сердце, познавшем страх, нет ли среди твоих близких кого-то, кто мог бы научить тебя? Почему бы не попробовать спросить у них?

— А? О ком ты говоришь?

— Есть, не так ли? Тот, кто несет в себе самый большой страх в этой стране, и тот, кто также должен действовать наиболее трусливо. В столице Парнама.

Когда он это сказал, Халберта осенило.

Это была правда, этот парень был в таком положении, что ему постоянно приходилось чего-то бояться. Бояться, готовиться, и, несмотря на свою слабость, как-то преодолевать свой ужас.

Они должны были быть друзьями, так что, возможно, было бы неплохо пойти и поговорить.

Пока Халберт размышлял об этом, Водан почему-то достал и приготовил свой лук.

— Сэр Водан? — спросил Халберт.

— Хе-хе! Ну, не говоря уже об этом, вы пришли в этот лес, чтобы тренироваться, не так ли? Как насчет этого? Будешь ли ты тренироваться с отцом девушки, которая, как говорят, самая сильная в этой стране?

Когда он так сказал, такой воин, как Халберт, не мог отказаться.

Халберт приготовил два своих любимых копья и усмехнулся. — По мне, так неплохо. По сравнению с использованием головы, это больше в моем стиле.

— Ты не должен отказываться от использования головы. Даже во время этой битвы постоянно думай.

— Да, сэр!

Пока они обменивались мнениями, как инструктор и ученик, двое начали сражаться.

Наконец, проведя боевую подготовку с Воданом, Халберт оставил позади Богохранимый лес и повернул своего коня на северо-северо-восток.

Следующим местом, куда прибыл Халберт, была знакомая столица Парнам.

Когда Халберт достиг столицы, он сразу же направился в замок.

Охранники знали, кто он такой, и у него уже было разрешение от Сомы, поэтому, несмотря на внезапность визита, его провели в кабинет государственных дел короля, предварительно просто проверив.

Халберт постучал, и с другой стороны раздался вялый голос. — Войдите...

Когда он вошел в комнату, временный король, Сома, находился там, по другую сторону горы бумаг. Рядом с ним стояли несколько бюрократов и премьер-министр Хакуя в черной мантии.

Когда он заметил, что это Халберт, Сома, который выглядел немного измотанным от всей этой бумажной работы, склонил голову набок.

— Хэл? Это необычно. Ты проделал весь этот путь только для того, чтобы увидеть меня?.

— Ну, я просто хотел немного поговорить с тобой... Я могу зайти позже, если сейчас неподходящее время.

Он явно не мог мешать Соме выполнять свои обязанности.

Сома сильно зевнул. — Хм, я просто подумал, что мне нужен перерыв, так что конечно. Хакуя и все остальные, давайте сделаем небольшую передышку.

— Очень хорошо. — Хакуя поклонился и вышел из кабинета. Бюрократы тоже ушли, оставив в комнате только Сому и Халберта.

— Итак? Ты пришел сюда, потому что тебе есть о чем поговорить, верно? — сказал Сома, показывая, что Хэл может говорить.

Халберт сосредоточился и сказал. — Фуга не выходит у меня из головы с тех пор, как мы вернулись из Союза Восточных Наций.

— Да? Теперь ты пробудился к пути воина?

— Не говори глупостей... Я пытаюсь говорить серьезно. — обиженно сказал Халберт.

Сома пожал плечами. — Это была шутка. Он и у меня на уме. Он приходит после моих новорожденных детей, Лисии и остальных, и этой горы работы.

— Он довольно далеко внизу в этой куче.

— Так что там с Фугой?

Халберт подавил свое желание сохранить гордость и решил быть откровенным. —Если нам придется сражаться с Фугой, то я буду тем, кто будет противостоять ему, так?

— ...Да, это так. Я думаю, что, вероятно, единственными, кто может дать достойный отпор Фуге и Дурге, были бы ты и Руби. Если бы Айша была той, кто заключил контракт с Надин, я мог бы положиться на них, но сам я не справлюсь. Я не думаю, чтобы и конница виверн сможет его задержать.

Сома скрестил руки и положил их на спинку стула, пока говорил.

— Честно говоря, я беспокоюсь, что солдаты побегут только потому, что Фуга и Дурга нападут на них. Будет плохо, если они закончат тем, что скажут: "Это же Лу Бу!".

— Лу Бу? Что это?

— ...Нет, неважно. В любом случае, чтобы предотвратить подобную ситуацию, нам нужен свой великий человек, такой же величественный, как Фуга. Типа "Если у Вэй есть Чжан Ляо, то у Ву есть Гань Нин".

— Чжан Ляо? Гань Нин?

— Жаль, что никто не понимает моих отсылок к "Романтике трех королевств". — сказал Сома с понурым лицом после того, как наговорил кучу ерунды, которую никто не понял. — Со своей стороны, я возлагаю большие надежды на Хэла Красного Демон. Мне нужно, чтобы ты стал тем, о ком люди будут думать, когда будут бояться Фуги, говоря: "Ну, у нас есть Хэл Красный Демон". У меня никогда не будет такого значительного присутствия на поле боя.

— Значительное присутствие? Ты имеешь в виду, типа, харизму?

— Да. Если бы ты и другие вассалы могли компенсировать то, что есть у Фуги, но нет у меня, это было бы огромной помощью. Чтобы люди не были затянуты атмосферой вокруг Фуги.

— ... — Халберт поджал губы.

Эти ожидания будут тяжким бременем для него. В тот самый момент, когда он думал, что ему нужно что-то делать с собой, ему пришлось взять на себя и ожидания людей. От него будут ждать победы над противником, в которой он не был уверен. Да ещё и от всего народа. Это было невероятное бремя.

"Пожалуйста... Не заставляйте меня нести это..."

Затем Сома встал и похлопал Халберта по плечу.

— Итак, Халберт, я рассчитываю на тебя. — Не имея возможности узнать, что чувствует Халберт, Сома сказал. — Если Фуга нападет на нас, задержи его хотя бы на минуту, ладно?.

— ...А? — Халберт моргнул. — Всего минута - это нормально?

— Эй, если ты сможешь продержаться пять, десять минут, или даже дольше, черт возьми, даже победить, это было бы большой помощью, но я не могу ожидать слишком многого, не так ли? Битвы могут быть решены удачей момента. Ничто не является абсолютным.

— Ну... Да, наверное. — Теперь Халберт чувствовал себя растерянным.

Сома почесал голову. — Даже Фуга и Дурга не смогут противостоять всем Национальным силам ПВО. Даже если никто не сможет сразиться с ним один на один, если мы окружим его и продолжим атаковать, он должен уступить.

— Окружить его и атаковать... А? Разве это допустимо?

— Он не тот парень, против которого мы можем быть придирчивы к выбору методов. Вопрос в том, сможем ли мы его сдержать или нет. В предыдущей войне у нас была ситуация, когда мы не смогли остановить атаку Гая, и всё пошло наперекосяк, в конце концов. Кавалерия виверн, использующая наше сокровище, Маленького Сусуму Марк V ( легкая версия) (легкое двигательное устройство типа Максвелл), хороша в атаках, но она не подходит для того, чтобы сдерживать врага. Поэтому, чтобы окружить Фугу, я хочу, чтобы вы с Руби сделали все возможное, чтобы удержать его на месте.

Халберт был ошеломлен. Сома чувствовал такую же угрозу со стороны Фууги, но он думал об этом совершенно по-другому.

Халберт думал, что им нужен один человек, который сможет победить этого человека, но Сома думал о том, как победить, используя большую группу, в которую входил и Халберт.

Из-за слабости Сома не был разборчив в выборе методов выживания.

Халберт почувствовал, как пелена спадает с его глаз(снова).

— Мне не обязательно побеждать Фугу?

— Я же говорил тебе, не так ли? Если ты сможешь, лучше ничего не будет. Но не дави на себя слишком сильно. Чтобы убедить людей, что ты великий человек, равный Фуге, первоочередная задача - выжить. Такая героическая фигура обеспечит эмоциональную поддержку народу. Вот почему, как бы грязно это ни было, вы с Руби должны выжить вместе.

— Ты так говоришь, будто это так просто. — медленно произнес Халберт.

Стоять перед Фугой и выжить было нелегко. Однако, это было бы намного легче, чем ожидать, что он победит его. Только ради этого... он чувствовал, что стоило прийти сюда сегодня.

Халберт слегка улыбнулся и махнул рукой. — Спасибо, что выслушал меня. Ну, мне пора идти.

— Хм, ты уже закончил? Подожди, твоя свадьба тоже уже скоро, не так ли? Тебе действительно стоит здесь торчать?

Халберт рассмеялся. — У меня последний тренировочный акт, который я могу пройти как холостяк. Я должен стать достаточно сильным, чтобы сражаться наравне с Фугой из-за одного короля.

Он произнес это немного злорадно.

Это случилось, когда Халберт отправился в путешествие, чтобы потренироваться и переосознать себя.

Каэде и Руби, проводив его в путь, остановились в особняке дома Магна в Ранделе. Поскольку длительность предоставленного им отпуска составляла около месяца, они использовали его, чтобы отдохнуть и смыть с себя грязь послевоенной кампании.

И сегодня, в гардеробной дома Магна, Руби примеряла свадебное платье, которое она наденет на церемонию.

— Ну, что скажешь? — спросила Руби, глядя вниз на свое чисто белое платье. Это был простой, чистый цвет, и контраст с огненно-рыжими волосами Руби делал её очень красивой.

Когда дракон превращался в человека, его одежда была сделана из его преобразованной чешуи, и нельзя было изменить её цвет, чтобы он отличался от цвета тела. Так, для Руби она была красной, а для Надин - черной.

Это означало, что для того, чтобы надеть чистое белое платье, которое было на ней сейчас, Руби временно заставила свою одежду из чешуи исчезнуть и стала обнаженной, прежде чем надеть приготовленное платье.

Используя этот метод, раса драконов могла приобщиться к моде. Но, в отличие от нарядов из собственной чешуи, которые трансформировались вместе с телом, обычная одежда при превращении в дракона разлеталась в клочья. Поэтому, если они хотели трансформироваться, для этого нужно было раздеться.

Руби покрутилась перед зеркалом, испустив вздох восторга. — Какое чудесное платье...

— Хи-хи, оно тебе очень идет. — похвалила её мать Халберта - Эльба, прижимая руку к щеке и глядя на платье Руби.

Каэде стояла рядом с ней и улыбалась. — Оно действительно тебе идет, Руби.

Руби смущенно улыбнулась. — Спасибо, Каэде.

Эльба удовлетворенно кивнула. — Поскольку наши цвета волос так близки, мне кажется, что ты моя настоящая дочь, когда я вижу тебя такой. Я была благодарна за то, что Каэде, которую я знаю с юных лет, войдет в нашу семью, но и ты, Руби... Мой мальчик так благословлен.

— Н-нет, это неправда. — быстро сказала Руби.

— Да, это правда. Честно говоря... Как этот мальчик мог оставить своих очаровательных невест и отправиться путешествовать в одиночку? Глейв тоже плохо себя повел, подстрекая его к этому. Когда он вернется, проследи, чтобы Халберт сделал много того, что вы оба от него хотите. У тебя есть мое разрешение.

— Ахаха... Мы так и поступим. — ответила Каэде с кривой улыбкой.

Кстати, Глейв получила от Эльбы по ушам, когда она узнала причину, по которой Халберт отправился в путешествие.

— Выслушать его было хорошо, но отправлять его в путешествие - это слишком далеко. Подумай о тех двух бедных девушках, которые остались позади! Вам нужно больше понимать чувства женщин! — И так далее, и так далее.

Каэде и Руби вмешались, сказав. — Он сделал это с нашего разрешения. — успокоив Эльбу, но Глейву в наказание запретили на некоторое время общаться с двумя будущими невестками.

Наказание, судя по всему, стало для него шоком, поэтому Глейв затворился в своей комнате и дулся.

Каэде криво улыбнулась, вспомнив этот факт.

Эльба, сузив глаза, взялась за рукав свадебного платья, в котором была Руби. — Позволь мне рассказать тебе об этом платье. Это то самое, которое я надела, когда вышла замуж в дом Магна.

— А?! Правда?!

Эльба посмеялась. — Да. У меня никогда не было дочери, поэтому я думала, когда же оно снова увидит свет. Я уверена, что платье счастливо, что ты его носишь.

— Разве это нормально - позволить мне надеть что-то такое важное?! Разве не я, а главная жена, Каэде, должна носить его?!

Каэде криво улыбнулась. — У дома Фоксии есть своя одежда для таких свадебных церемоний, знаешь ли. Мой старший брат уже унаследовал дом, но есть традиционный наряд, который должны носить наши женщины. Мы - семья, которая изначально приплыла сюда с архипелага Девятиглавого Дракона.

Свадебный наряд дома Фоксия представлял собой чисто белое сёромуку, красочное иро-учикаке и хикифурисодэ с длинными рукавами, что очень напоминало свадебные платья японского стиля в мире Сома. Дом Фоксия хотел, чтобы Каэде надела это традиционное платье, поэтому она не смогла бы надеть платье Эльбы.

— Вот почему я оставляю платье тебе, Руби. — сказала Каэде.

— Понятно... Но похоже, что твое кимоно тоже будет прекрасным. — Руби была в восторге от его описания.

— Хи-хи, оно будет красивым. — хихикнула Каэде. — Но платье тети Эльбы тоже прекрасное. Я бы с удовольствием его надела.

— О, тогда почему бы тебе не надеть оба? — Эльба хлопнула в ладоши, как будто ей пришла в голову блестящая идея. — Вы оба примерно одного роста, так почему бы не поменяться нарядами на половине банкета? Я получу разрешение от дома Фоксии.

— Я думаю, это было бы прекрасно, но... в последнее время мне кажется, что грудь Руби стала больше. — вздохнула Каэде, взглянув на нее.

— Не смотри на меня так! — Руби поспешно подняла руки, чтобы прикрыть её.

Человеческая форма дракона начиналась с андрогинной, но затем меняла пол на тот, который соответствовал полу партнера. Тело Руби становилось все более женственным, а Пай, чей рыцарь был женщиной, становился мужчиной.

Впрочем, Надин, заключивший контракт с Сомой, оставалась такой же тщедушной, как и прежде, так что изменения проявлялись по-разному.

Когда Каэде с завистью посмотрела на грудь Руби, Эльба криво улыбнулась. — Что ж, тебе просто придется делать то, что ты можешь, с набивкой.

— Мир несправедлив, знаете ли. — пожаловалась Каэде.

— Если бы Надин услышала, как ты жалуешься на размер груди, думаю, она бы сорвалась... — прокомментировала Руби.

Пока они втроем болтали, в комнату со стуком вошел один из слуг.

— Миледи, тут какой-то человек говорит, что хочет встретиться с вами тремя. — сказал он им.

Оказалось, что этот человек хотел видеть также Каэде и Руби, поэтому Эльба проводила его в эту комнату. Это оказался молодой человек, которого сопровождала девочка-эльф лет двенадцати.

— О? — сказала Руби. — Если я помню, вы двое были...

Темная эльфийка склонила голову. — Прошло много времени, леди Руби. И я рада познакомиться с вами, госпожа. Я Велза, дочь Сура, из Богохранимого леса.

— Ах, так ты Велза! — сказала Эльба. — Я слышала о тебе от Хэла. Если я помню, ты была девушкой, которую Хэл спас во время той катастрофы.

Велза энергично ответила. — Да! Я действительно должна поблагодарить вас за то, что он сделал.

— Хи-хи, какая ты энергичная и очаровательная девушка. — с нежностью сказала Эльба.

— Итак, зачем вы пришли сегодня? — спросила Руби. — Какое у вас здесь дело, сэр Сур?

Сур криво улыбнулся и покачал головой. — О, нет, я здесь просто сопровождаю свою дочь...

Велза пристально посмотрела на Каэде. — Лисьи уши... А вы случайно не та, кто станет главной женой лорда Хэла, леди Каэде?

— А? Э-э... да, я. Почему ты знаешь мое имя?

— Я слышала о вас раньше, когда лорд Хэл и леди Руби приезжали в Богохранимый лес. Понятно... Значит, вы - леди Каэде.

Велза внезапно опустилась на одно колено, низко опустив голову.

— Я пришла сегодня с просьбой!

— С... просьбой?! — вскрикнула Каэде. — Ко мне?!

— Да! Я... Я хочу... — Велза подняла лицо, полное решимости, посмотрела прямо на Каэде и сказала. — Я хочу служить лорду Хэлу! Пожалуйста, сделайте меня членом дома Магна!

Было решено, что они должны всё спокойно обсудить. После того как Руби переоделась, они перешли в приемную и стали слушать, что говорит Велза.

Велза поднесла руку к груди и объяснила свои доводы. — Лорд Хэл спас мне жизнь. Я хочу вернуть этот долг и поклясться в верности лорду Хэлу. Мы, темные эльфы, гордимся тем, что остаемся рядом с теми, кому присягаем на верность, и защищаем их до самой смерти. Так что, пожалуйста, поставь меня на свою сторону.

— Раз уж ты об этом заговорила... Госпожа Айша действительно говорила что-то подобное. — сказала Каэде, вспомнив вторую главную королеву Сомы.

Если она правильно помнила, Айша стала самоназванным телохранителем Сомы потому, что поклялась ему в верности.

Увидев серьезность в глазах Велзы, Каэде и Руби опешили, а Эльба улыбнулась, сказав что-то вроде:"О, Боже, Боже" - и:"Ах, прекрасно быть молодой.

Каэде покрылась холодным потом и спросила. — Но в таком случае, разве ты не должна спросить об этом непосредственно у Хэла?

— Когда он приходил в Богохранимый лес раньше, я вкрадчиво сказала ему об этом. Однако, лорд Хэл посчитал это детской шуткой и не воспринял меня всерьез. Он только сказал:"Когда ты подрастешь".

"Вот дурень!" - одновременно подумали Каэде и Руби.

В словах Велзы прозвучала слабая романтическая тоска. От полной неспособности жениха понять, насколько серьезно настроена девушка, у них обеих разболелась голова.

Велза продолжала. — Ты скоро выйдешь замуж за лорда Хэла, верно? Поэтому я хотела, чтобы вы, которые станут его женами, знали о моем намерении заранее. И я хочу получить ваше разрешение. Когда я подрасту, пожалуйста, позвольте мне быть рядом с лордом Хэлом.

Велза смотрела прямо в глаза Каэде. её серьезность была очевидна.

Руби посмотрела на Эльбу, но та, на этот раз, лишь улыбнулась, ничего не сказав. Похоже, она решила оставить это на усмотрение Каэде и Руби.

Тем временем Каэде пытливо смотрела на Велзу. Наступило короткое молчание, и Руби, не в силах больше выдерживать витавшее в воздухе напряжение, вскрикнула и схватилась за голову.

— Ау! Что это за атмосфера? ...Что ты думаешь об этом, Каэде?

Каэде сохраняла молчание.

Она посмотрела в глаза Велзы и мягко произнесла. — Ты сказала, что хочешь служить Хэлу в качестве слуги дома Магна, но действительно ли тебя устроит только это?

— Это... — Велза вдруг потеряла дар речи.

Каэде не сводила с неё глаз.

Велза, понимая, что не сможет скрыть остальное, честно призналась в своих чувствах. — ...Нет. Это самый минимум, самое малое из моих желаний, которое я хочу исполнить. Если лорд Хэл не намерен идти дальше, я хочу остаться при нем в качестве слуги. Однако... по правде говоря... если это вообще возможно...

Велза набралась смелости и продолжила.

— Если это возможно, я хотела бы стать женой лорда Хэла. Я хотела бы быть рядом с ним как его жена.

— Я так и думала. К этому всё и сводится. — Каэде вздохнула. Судя по тому, что она слышала до сих пор, она ожидала этого.

Для этой девушки Халберт, спасший её от песка и грязи, был кем-то вроде принца на белом коне. В её представлении он выглядел в три раза круче, чем обычно.

"Если бы я была на её месте, думаю, я бы тоже влюбилась в него," - подумала Каэде. Честно говоря. Этот Хэл. Когда он время от времени ведет себя круто, он действительно заводит девушку.

Жалуясь мысленно на отсутствующего жениха, Каэде крепко задумалась. Через Айшу она узнала, что если темный эльф поклялся кому-то в верности, то будет служить ему до самой смерти. Если она отвергнет Вельзу здесь, это может только ещё больше разжечь её страсть.

Кроме того, связь с темными эльфами, которые из-за своей прежней замкнутости мало общались с внешним миром, не помешала бы дому Магна. От такого предложения Каэде, которая вступала в Дом Магна в качестве главной жены, было трудно отказаться.

"Окончательное решение должен принять Хэл, но я должна быть готова принять её, если до этого дойдет," - решила Каэде."Это сложное чувство, но... Мне нужно, чтобы она стала человеком, достойным моего принятия."

Каэде решилась и заговорила. — Велза.

— Д-да?!

— Сколько тебе сейчас лет?

— Двенадцать.

— Понятно... В таком случае, я хотела бы поставить одно условие.

— ...Что же это может быть? — нерешительно спросила Велза.

— Ты должна посещать школу в столице Парнама, начиная с этой весны, и успешно окончить её.

— Школу?

Пока Велза удивленно хлопала глазами, Каэде приняла чрезвычайно серьезное выражение лица.

— Ты хочешь быть полезной Хэлу, да? Я знаю, что представители расы темных эльфов - отличные воины. Я думаю, что у тебя большой потенциал как у мастера боевых искусств. Однако, я уверена, что Хэл полетит на передовую на спине Руби. Это не то место, где кто-то может сопровождать его вполсилы, и я могу представить множество сценариев, где, сражаясь рядом с ним, ты будешь скорее помехой.

Велза молчала.

— Таким образом, для тебя будет важно обеспечить поддержку с тыла. Если ты будешь его партнером, я хочу, чтобы ты окончила академию и стала тем, кто сможет поддержать Хэла вне поля боя.

— Поддерживать Хэла... И для этого нужно ходить в школу? — спросила Велза.

Каэде кивнула. — Я оставлю окончательное решение за Хэлом, но если ты сможешь закончить Королевскую Академию или Офицерскую Академию, я буду уважать твои намерения.

Эльба молча наблюдала за происходящим, но теперь заговорила. — Каэде, ты не против?

— Ничего не поделаешь. — Каэде пожала плечами. — Сейчас в королевстве большой спрос на талантливых людей. Чтобы окончить любую из школ, потребуется не менее четырех лет. Если она освоит академические дисциплины и будет чувствовать тоже и через четыре года, у меня нет причин не принять её.

— Честно говоря... ты слишком хороша для Хэла, ты знаешь это, Каэде? — сказала Эльба, улыбаясь.

Каэде в ответ неловко улыбнулась.

Велза, которая приняла задумчивый вид, услышав условие, а затем твердо кивнула.

— Очень хорошо. Я хочу учиться в столице, а через четыре года предстану перед лордом Хэлом как леди, достойная дома Магна. Когда придет это время, я буду на твоем попечении.

Велза глубоко поклонилась Каэде, Эльбе и Руби. Затем, торопясь поступить, она потащила за собой Сура, и они ушли.

Проводив их, Руби спросила Каэде. — Как ты думаешь, за четыре года она наверняка передумает?

— Судя по Айше... Я не думаю, что это случится. Когда придет время, давайте решимся тепло принять её.

— Хорошо. — медленно произнесла Руби. — Но, неужели мы могли обсуждать это без Хэла?

— Он сам виноват в том, что был таким чертовски крутым. Но... если подумать, эта девушка хотела стать его подчиненной. Это значит, что у него будет жена среди его начальства, его коллег и его подчиненных.

— Это звучит... сложно. Мне его немного жаль.

Каэде счастливо рассмеялась. — Ему придется смириться с этим. Мы будем работать вместе над ним, рядом с ним и под ним, чтобы убедиться, что, как бы высоко он ни поднялся, ни одна девушка больше не западет на Хэла.

— Я с вами.

Первая и вторая жены обменялись крепким рукопожатием.

— Этот мальчик - тот ещё смутьян. — сказал Эльба, всё ещё улыбаясь.

Примерно в то же время...

— Ачу! — Халберт чихнул.

Встретив Сому в Парнаме, Халберт направился дальше на восток. По удобному случаю, к острову, где остановился островной перевозчик Хирю, направлялся отряд, так что он оставил свою лошадь в замке и поехал с ними.

Разговор с Сомой во многом уменьшил его страх перед Фугой.

"Но это не значит, что я могу быть неосторожным. В конце концов, я должен защитить Каэде и Руби."

Размышляя над этим, Халберт решил продолжить путешествие, чтобы переосознать себя.

Подумав о том, где лучше всего тренироваться, он решил, что это должен быть Хирю, родная база дракшутистов, командиром которых он был.

Прибыв на Хирю, он сразу же направился туда, где тренировались члены дракшутистов.

— Хм? Командир? — спросил один из них.

— Разве вы не были в отпуске с юной госпожой Каэде?

— Разве вы не говорили, что вам нужно готовиться к свадьбе?

Халберт должен был находиться в отпуске дома со своими невестами, поэтому члены подразделения смотрели на него так, словно увидели привидение.

Язвительно улыбнувшись на их недоуменные взгляды, Халберт взял в руки копье и непринужденно сказал. — Ну, знаете, домашняя жизнь была немного скучной, поэтому я пришел сюда, чтобы немного потренироваться.

— Потренироваться? Рандел находится на западной стороне королевства, не так ли? Этот остров находится на дальнем востоке, понимаете? Как далеко вы забрались, чтобы немного потренироваться?!

Придуманное оправдание Халберта явно не сработало.

Один из мужчин даже сказал. — О! Я вижу! Командир, вы испугались, не так ли? Я понимаю это чувство, но так не пойдет, сэр. Если вы сейчас начнете плохо обращаться со своими женами, они будут помнить об этом всю жизнь, понимаете? — Заросший щетиной солдат средних лет умудренно кивнул.

Возможно, он говорил по собственному опыту, но он был немного не в теме.

Халберт криво улыбнулся и слегка ткнул солдата в грудь наконечником своего копья в ножнах.

— У меня есть разрешение, не волнуйся. Надеюсь, вы не бездельничали, пока нас с Каэде не было дома? То, что нас освободили от сражений в Союзе Восточных Наций, не означает, что я позволю вам расслабиться навсегда.

— Не стоит недооценивать нас, сэр. — сказал один из солдат, бывший моложе Халберта, с серьезным выражением лица. Он был самым молодым членом дракшутистов, ему было всего восемнадцать лет, и миссия по спасению Союза Восточных Наций была его первой кампанией. — В битве при Ласте мы были вынуждены пересмотреть наше представление о том, в каких ситуациях будет действовать наше подразделение. Мы спустились с высоты к союзникам, которые сражались в невыгодном положении, а затем упорно сражались, чтобы открыть путь через центр противника. Никто бы не отказался от своей подготовки, пройдя через такую битву.

— ...Вы правы.

Битва при Ласте была очень опасной.

Против подавляющей численности противника было мало союзников. И хотя элитные дракшутисты были посланы вперед, они были вынуждены сражаться в невыгодном положении. Если бы кавалерия виверн не захватила с собой бочки с порохом для воздушной бомбардировки, Халберт содрогнулся при мысли о том, что могло бы произойти.

Он повернулся лицом к своему отряду и искренне опустил голову. — Простите. Забудьте то, что я только что вам сказал.

— О, нет! Это я был самонадеянным! — запротестовал молодой дракшутист.

— Ха-ха-ха! Теперь ты действительно можешь держать себя в руках, парень. — засмеялся другой. — Неужели та первая(брачная) ночь сделала из тебя мужчину?.

— Стоп, не говори так вульгарно!

Солдат средних лет положил руку на плечи младшего, и остальные члены подразделения тоже засмеялись. Гармоничная сцена заставила Халберта улыбнуться.

Сома сказал, что Халберт не обязательно должен победить Фугу. Это означало не полагаться на свое личное боевое мастерство, а превзойти Фугу как подразделение, армию или страну.

У Халберта были такие надежные товарищи. Он не будет сражаться в одиночку.

Он почувствовал, что его нерешительность проходит.

Скрестив два копья, он провел ими друг по другу, создавая шум, и повернулся к своему отряду, чтобы сказать. — Ладно, я проделал этот путь не для пустых разговоров. Пора тренироваться!

— Да, сэр!

И вот Халберт начал тренировку рядом с дракшутистами.

Примерно через два часа Халберт, закончив тренировку, стоял перед колодцем с ручным насосом (хотя, поскольку это был лишь прототип, он был присоединен к баку с водой), голый по пояс, выливая воду себе на голову.

Пока он смывал пот тренировок с этого мужественного тела и переводил дух, кто-то из проходящих мимо окликнул его.

— Вы! Вы командир Халберт из дракшутистов?

— А?

Когда Халберт повернулся в ответ на неожиданный вопрос, стоявший там человек оказался Кастором, капитаном этого островного корабля Хирю.

Десантники были сухопутными боевыми силами, поэтому, строго говоря, он принадлежал к другой организации, в отличии от Кастора, но пока он находился на борту Хирю, капитан Кастор был фактически высшим по званию.

Халберт поспешил отдать честь. — Ах! Капитан, простите меня!

— Не нужно быть таким чопорным. — произнес Кастор. — Я слышал, что вы в отпуске?

— Д-да. Я в отпуске, но, гм... кое-что случилось...

Все продолжали указывать на одно и то же, и Халберту надоело объяснять, поэтому он попытался отшутиться.

Кастор, почувствовав, что тот не хочет говорить об этом, просто сказал: "Хм...", сделав жест, как будто задумался.

— Значит, сейчас ты свободен?

— А? Ну, в общем, да.

Кастор усмехнулся. — Тогда, присоединишься ли ты ко мне после этого?

Кастор привел Халберта в свою личную комнату, которая находилась отдельно от комнаты капитана, и попросил его сесть на диван. Тем временем он достал с полки бутылку вина, бокал, а также крекеры и орехи в качестве закуски.

— Мой второй командир тоже в отпуске, видите ли. — объяснил Кастор. — Мне было скучно.

Казалось, что Халберта приглашают выпить вместе с ним.

Кастор сел на противоположный диван и спросил. — Коммандер Халберт... А, можно я буду звать вас просто Халберт? Как вы относитесь к алкоголю, Халберт? Крепкий или не очень?

— А? Обычный, я думаю.

Кастор удовлетворенно кивнул. — Понятно. Ну, обычный - это лучше всего. Моя тёща такая любительница выпить, что утро после того, как я вынужден присоединиться к ней, бывает тяжелым.

— О-о... Это правда?

Халберт удивленно хлопал глазами, пока Кастор наливал вино в бокал.

Почему он здесь пил с одним из трех бывших герцогов и нынешним капитаном Хирю?

Если принять во внимание наши должности... Погодите, если уж я так говорю, то отношение к Соме как к приятелю - ещё большая проблема.

Дом Магна был отнюдь не маленьким, но даже учитывая это, Халберту, похоже, суждено было быть связанным с важными фигурами этой страны. Это, несомненно, было головной болью для Каэде.

Если вспомнить, что Сома и остальные подслушали их с Каэде спор в поющем кафе Лорелея, то, возможно, именно тогда его удача закончилась.

Кастор опрокинул бокал и сказал. — Я завидую тем, кто может вернуться домой в такие моменты. Я знаю, что это моя справедливая заслуга, но... Я не могу вернуться в свой дом в Городе Красного Дракона. Это создаст проблемы для Акселы и Карла.

Несмотря на то, что у него была веская причина, Кастор восстал против Сомы, и за это у него отобрали фамилию, и теперь он находился под стражей у Эксель. Ему было запрещено встречаться со своим маленьким сыном, которому было позволено унаследовать фамилию в Городе Красного Дракона, а также с его женой Акселой, которая фактически управляла всем.( п/п: не волнуйся Кастор, желания имеют опасное свойство - сбываться))

Кастор согласился, что наказание было вполне естественным, но невозможность видеться с женой и ребенком всё равно заставляла его чувствовать себя одиноким.

Видя боль Кастора, Халберт, который когда-то подумывал о том, чтобы встать на сторону бывшего генерала армии Георга Кармина в попытке сделать себе имя, не мог не сочувствовать.

У него был вопрос, который он хотел задать Кастору, вынужденному жить вдали от семьи.

— Капитан... что вы чувствовали, когда женились, когда у вас появилась новая семья?

— Хм? Что это так неожиданно?

— Ну, видите ли, я сам скоро женюсь.

— Ооо, раз уж ты об этом заговорил, то так оно и есть. На девушке с лисьими ушами и девушке красном драконе, верно? — Кастор ухмыльнулся. — Охо! Если ты здесь, значит ли это, что ты испугался жениться?

Халберт только криво улыбнулся, не подтверждая и не отрицая, потому что он был отчасти прав.

Кастор гоготнул. — О, я завидую вашей молодости. Я чувствовал то же самое, когда женился на Акселе.

— А? Вы тоже, капитан?

— А ты считал, я вообще ни о чем не думал? — дразняще сказал Кастор, затем опрокинул свой бокал. — Ну, я не очень люблю размышлять или беспокоиться о чем то, но... в тот раз я по глупости начал думать о разных вещах. Например, о том, смогу ли я защитить Акселу или детей, которые у нас родятся.

Халберт молчал.

Он был удивлен, что Кастор думал о том же, о чем и он. Возможно, независимо от времени и места, мужчины думали об одном и том же до женитьбы.

— Итак, когда вы поженились, что дальше? — спросил Халберт.

Кастор допил остатки своего напитка и неловко рассмеялся. — Вступив в брак с таким рвением... Ну, вскоре я увидел, что неправильно понимал ситуацию.

— Неправильно понимал?

— Женщина, которую я хотел защитить, оказалась более сильной, гибкой и выносливой, чем я думал. Даже больше, чем я, возможно. Было много случаев, когда я думал, что защищаю её, а на самом деле всё было наоборот.

Кастор налил себе ещё один стакан.

— Подумай об этом. Даже если я сделал это, чтобы остаться верным своим убеждениям, я разбил дом Варгас на части. Но, когда я отправил Акселу к герцогине Эксель, она сказала мне:"Пожалуйста, делай, что хочешь", и поддержала меня. Затем, после войны, она защищала дом Варгас. Более того, несмотря на то, что я разорвал свои связи, она по-прежнему ведет себя как моя жена, присылает письма, в которых рассказывает обо всем, что произошло за последнее время. Честное слово... она такая сильная.

Халберт всё ещё сохранял молчание.

— А как насчет тебя, Халберт? — спросил Кастор. — Неужели люди, которых ты хочешь защитить, настолько слабы, что тебе нужно беспокоиться об их защите?

Халберт закрыл глаза и подумал о своих невестах.

Каэде была его подругой детства. Когда-то давно она была робкой, всегда быстро пряталась в тени Халберта. Он думал, что должен защищать её. Но, в какой-то момент, их позиции изменились. Теперь она была его начальником, и он сражался под её командованием.

У нее был сильный стержень, который позволял ей отчитывать его и заставлять остановиться, когда он пытался пойти не тем путем.

Всё ещё были ситуации, когда Халберту приходилось защищать её, но она уже не была маленькой девочкой, которую постоянно нужно защищать.

Руби, тем временем, была и очаровательной девочкой, и могучим красным драконом. Если она вступала в схватку в драконьей форме, она могла сжечь своих врагов огненной атакой с большого расстояния. Она была сильной девушкой, никаких возражений. Однако, он знал, что она может быть эмоционально уязвимой. Он не забыл отчаяние в её глазах с момента их первой встречи.

Каэде была не слабой, у неё были и сильные стороны. А Руби была девушкой одновременно не только сильной, но и слабой.

Подумав о них двоих, Халберт кое-что понял.

"А? Ни одна из них не была девушкой, которую нужно постоянно защищать?"

Если подумать, то ни одна из них не была настолько слабой, чтобы ему нужно было беспокоиться о том, сможет ли он защитить их или нет. На самом деле, раз он так мучился над этим, несмотря на то, как они были заняты перед свадьбой, они и отправили его по необходимости.

Если уж на то пошло, Халберт был единственным, кого здесь защищали.

"Неправильное понимание вещей... Действительно."

После этих размышлений Халберт почувствовал, что все его заботы улетучились.

Его беспокойство по поводу Фуги улеглось после разговора с Сомой, а Кастор помог ему понять, что его опасения по поводу того, сможет ли он защитить остальных, были неправильным пониманием ситуации.

Похоже, ему не нужно было беспокоиться ни о чем из того, над чем он мучительно размышлял.

Халберт криво улыбнулся. — ...Капитан.

— Что такое?

— Брак... Иметь жену - это хорошо?

Кастор смущенно рассмеялся. — Ну, конечно, это хорошо. Правда, иногда она бывает немного ворчливой. Я только что рассказывал тебе об Акселе, но в своих письмах она постоянно пишет:"Ты ведь не слишком много пьешь?" - и:"Ты следишь за своей внешностью?". Мне так и хочется сказать:"Кто ты, моя мама?"

— Разве это не мило? — спросил Халберт. — Это значит, что она любит вас, верно?

— Я понимаю, но это утомительно, когда тебя спрашивают снова и снова. Что ж, отсутствие необходимости выслушивать её ворчание может быть одним из преимуществ невозможности вернуться домой.

Как только Кастор это сказал... это случилось.

Тук, тук, тук.

— Хм? Я никого не ждал сегодня. — Кастор наклонил голову к двери. —Входите!

За дверью было тихо, и никто не подавал признаков того, что входит.

Кастор встал, насторожившись, и пошел открывать дверь...

— А?! — воскликнул он.

Он захлопнул дверь так быстро, что раздался громкий, отдающийся эхом стук. Что бы он ни увидел по ту сторону, Кастор был напуган.

— Это был не гость? — спросил Халберт, сомневаясь в том, что происходит, но Кастор не ответил.

Пока Халберт гадал, в чем дело, на этот раз дверь открылась сама по себе.

— Ну и дела. — возмущенно сказала женщина. — Так неожиданно закрыть за мной дверь? Разве это не ужасно с твоей стороны?

Это была одинокая женщина.

Голубоволосая красавица с рогами и хвостом. Халберт на мгновение подумал, что это герцогиня Уолтер, но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что некоторые детали не совпадают.

Прежде всего, рога герцогини Уолтер были маленькими, в то время как у этой женщины рога были достаточно большими. Кроме того, у неё на спине была пара драконьих крыльев, которых не было у герцогини Уолтер.

Глядя на нее, Кастор наконец-то смог заставить себя ответить. — А-Аксела?! Почему ты здесь?!

Синеволосая красавица была дочерью Эксель и женой Кастора, Акселой.

Она была дочерью, родившейся у Эксель и её второго мужа, который был драконолюдом (но он заболел и умер в юном для них возрасте).

Поэтому, несмотря на то, что внешне она была похожа на Эксель, у неё были черты драконолюда.

Аксела повернулась к Кастору с застывшей улыбкой. — О, мой? Разве это странно для жены навестить своего мужа?

— А! Нет, мы разорвали связь, чтобы избежать твоей ответственности по ассоциации, так что ты больше не моя жена, не так ли?

— Тебя осудили, не так ли? Так что же плохого в том, что мы восстановим наши отношения?

— Вопрос не в этом... Я имею в виду, что мне запрещено вступать в контакт с тобой или Карлом, понимаешь?!

Аксела хихикнула. — Да, ты не можешь вступать в контакт со своей стороны. Однако, нет никаких проблем с тем, чтобы я навестила тебя.

— А?! Так вот как это работает?!

— Помните, вы блестяще справились с захватом корабля с архипелага Девятиглавого Дракона, не так ли? Его Величество был очень рад узнать, что происходит в Архипелаге Девятиглавого Дракона, и в знак признания твоих заслуг он разрешил мне навестить тебя.

— Он...? Я рад тебя видеть, Аксела.

Говоря это, Кастор пытался отвлечь её внимание, но Аксела сразу же заметила недопитую бутылку вина, стоящую на столе. Её глаза сузились, и она пристально посмотрела на лицо Кастора. — Пьем, пока солнце ещё высоко, да? Разве я не говорила тебе неоднократно в своих письмах о необходимости соблюдать умеренность и заботиться о своем здоровье?

— Это... Я делал это, чтобы укрепить связь со своим подчиненным.

— Углубление связей с твоими людьми. — сардонически произнесла Аксела. —Да, в письмах матери было что-то об этом. Она сказала, что вы и ваши люди часто посещаете заведения, где можно выпить с женщинами. В чем именно это выражается это укрепление связи, могу я спросить?

— Это тоже... эээ... Я не мог отказаться. — Не в силах выдержать взгляд Акселы, Кастор попытался отвести глаза, но Аксела поймала его лицо руками и снова повернула его к себе.

— Посмотри мне в глаза и ответь. Ты ведь не сделал ничего такого, за что тебе пришлось бы чувствовать себя виноватым?

— Нет, нет! ...я, может быть, немного засмотрелся, но я не сделал ничего такого, за что мне пришлось чувствовать себя виноватым, если бы ты об этом узнала!

— Похоже, ты не лжешь. — Аксела, похоже, удовлетворенная этим ответом, отпустила Кастора... только для того, чтобы затем крепко притянуть его к себе для поцелуя.

Кастор сначала был шокирован, но потом обхватил её за талию и прижал к себе.

Они целовались так страстно, что Халберт, вынужденный наблюдать за происходящим, покраснел.

Когда Аксела в конце концов отвела лицо, на её губах играла мягкая улыбка. — Я рада снова видеть тебя, Кастор.

— ...Я тоже, Аксела.

Кастор теперь улыбался естественной улыбкой. Вокруг них царила теплая атмосфера.

Халберт, который наблюдал за ними с ошарашенным выражением лица, пришел в себя и понял, что мешает. Он прокрался вдоль стены к двери, закрыв её за собой, чтобы не мешать им.

— Ну что, раз уж я проделала такой путь, может, мне прибраться в твоей комнате? — спросила Аксела. — У тебя ведь не скапливается белье? Твои подчиненные не будут уважать тебя, если в твоей комнате будет грязно, понимаешь?

— Эй. Не надо слишком много возиться с моим столом! Я сам вынесу белье, хорошо?

Он мог слышать подобный разговор мужа и жены с другой стороны двери. Было ясно, что он должен дать им побыть наедине.

Халберт отошел от двери и пошел по коридору.

"Наблюдая за ними двумя, мне отчасти захотелось навестить Каэде и Руби."

Шагая все быстрее и быстрее, он в конце концов перешел на бег. Халберт больше не смущался.

"Я возвращаюсь! К тем двоим!"

Путешествие Халберта закончилось, и он вернулся в Рандел, где его ждали те, кого он любил.

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

3 дня 2 месяца 1548 года по континентальному календарю- Замок Парнам

В этот холодный день Джинжер Камю, директор Профессиональной школы Джинжер, где в замковом городе изучались различные дисциплины, встречался с Сомой.

Он должен был доложить о некоторых исследованиях на музыкальном факультете, который открылся буквально на днях.

В кабинете правительственных дел Джинжер сидел на диване, с тревогой ожидая, когда Сома закончит просматривать представленные им материалы.

Единственным звуком в комнате, где они были одни, было перелистывание страниц.

В конце концов Сома, внимательно читавший документы, задал Джинжер несколько вопросов. Джинжер ответил на них.

— Хм, — простонал Сома. — Понятно. Это увлекательно. Это интересная вещь, на которой вы сосредоточились, но... я не могу сказать, есть ли в этом практическая польза для меня или нет. Я хочу узнать мнение такой певицы, как Джуна, и специалиста по магии.

— Да, конечно, — сказала Джинжер. — Я думаю, это будет к лучшему.

— Итак, в ближайшем будущем, могу я попросить тебя вернуться с президентом этого «Общества по изучению песен»? Я соберу несколько человек, которые тоже смогут принять решение.

— Понятно. — Джинжер встал и склонил голову.

Он не смог получить мгновенного ответа, но это был шаг вперед. Он сможет сообщить хорошие новости исследователям школы.

Пока Джинжер чувствовал облегчение, Сома положил бумаги рядом с ним и сказал: — Кстати, по другой теме... Джинжер.

— Д-да. Что такое?

— Нет ли у тебя планов жениться на Сандрии?

На мгновение Джинжер уставился в пустоту, не в силах осознать услышанное. Затем, когда он постепенно понял слова Сомы, кровь поднялась к его голове, и он быстро покраснел.

— Что?! Что это, ни с того ни с сего?!

— О, ну, ты знаешь, что я планирую провести свою свадьбу вместе с коронацией в апреле? — спросил Сома. — Мы планируем провести свадьбы по всей столице для всех моих сторонников, которые захотят принять участие. Я ищу тех, кто заинтересован в этом.

— Да... я слышал.

— Когда я впервые встретил вас двоих, она говорила: «Я не хочу тебя отпускать» и «Пожалуйста, держи меня рядом с собой», так что я думал, что вы сразу же заговорите о браке, но... с тех пор я не слышал о каком-либо прогрессе, — сказал Сома с сомнением на лице. — Я хотел спросить, собираетесь ли вы пожениться или нет.

Джинжер с трудом подбирал слова для ответа.

Честно говоря, Джинжер тоже хотел женится на Сандрие.

Они преодолели свое положение раба и хозяина еще во времена его работорговли и вместе работали над тем, чтобы найти покупателей для рабов, которые бы хорошо с ними обращались.

Затем, даже после того, как Сандрия была освобождена из рабства, а Джинжер был назначен руководителем учебного центра, который появился перед профессиональной школой, Сандрия продолжала поддерживать его.

Он чувствовал, что их связь становится все глубже. Джинжер чувствовал, что Сандрия заботится о нем так же сильно, как и он о ней, и это было не просто его эго.

— Правда в том, что... я уже говорил ей, что хотел бы, чтобы она вышла за меня замуж, — признался Джинжер.

Глаза Сомы расширились. — Что, так ты уже сделал предложение? Каков был ее ответ?

— «Мне придется пока отказаться»... сказала она.

— А? Она отказалась?! О, но с «пока», да... «Пока»?

Джинжер кивнула. Если она сказала «пока», то это означало, что она не совсем не хотела рассматривать это предложение. Это был способ сказать, что, возможно, она согласится позже.

Пока Сома склонил голову набок, не в силах понять истинные намерения Сандрии, Джинжер криво улыбнулся и пояснил: — Сан говорит, что она не может быть моей первой женой.

Точнее, Сандрия сказала ему это с немного обеспокоенным видом: — Я очень рада это слышать. Я тоже люблю вас, лорд Джинжер. Однако я бывшая рабыня и не имею никаких связей со своей семьей. Если я думаю о Доме Камю, который будет продолжать возвышаться при короле Соме, вам следует взять в жены дочь влиятельной семьи. Если после этого вы просто оставите меня рядом с собой в качестве любовницы, я не буду возражать.

Казалось, что она уступает исключительно в интересах дома Камю.

Поскольку Джинжер был ей дорог, она не хотела становиться для него обузой.

Это чувство проистекало из ее слишком чистой привязанности к нему, поэтому было трудно отказаться от него. Тот факт, что она хотела, чтобы он держал ее рядом с собой, даже в качестве любовницы, означал, что она по-своему принимала его предложение.

Джинжер сжал свою голову. — Честно говоря, я не знаю, что делать. Она приняла мои чувства, но не так, как я бы хотел. Я думаю, она согласилась бы выйти за меня замуж, если бы была второй женой, но было бы невежливо по отношению и к Сан, и к другому человеку, если бы я устроил еще один политический брак только для того, чтобы она вышла за меня замуж.

— Ну, похоже, это обычная забота в благородном обществе, — сказал Сома. — Я не могу сказать, что ее мысли не соответствуют времени, в котором мы живем, но... для тебя это должно быть сложное чувство.

Сома поднес руку к подбородку, на его лице появилось задумчивое выражение.

Сома пережил только нестандартный роман, в котором он углубил свою связь с Лисией и остальными после того, как уже обручился с ними, но нет ничего плохого в том, чтобы жениться из-за взаимной привязанности.

Когда он увидел Джинжер и Сандрию, которые любили друг друга, но были в противоположных отношениях, Сома не мог просто оставить их в покое.

— Если тебя беспокоит статус, почему бы мне сначала не попросить какой-нибудь дом усыновить Сандрию? Я уверен, что есть много домов, которые хотели бы иметь связь с домом Камю, и с весточкой от королевского дома, дела бы продвигались быстро.

— ...Нет, я не думаю, что дело в этом. — Джинжер молча покачал головой. — Я думаю, вероятно, у Сан есть комплекс по поводу того, что она была рабыней, которую продала ее семья. Она смотрит на себя свысока, думая, что недостаточно хороша для меня.

— В этом есть смысл, да... значит, пока этот комплекс не разрешится, она не сможет сделать шаг вперед?

Если так, то это была трудноразрешимая проблема. Такого рода комплекс был личным вопросом, и как бы другие не пытались помочь, только сам человек мог решить его.

В конце концов, Сандрии пришлось бы примириться с самой собой.

Сома скрестил руки за головой и застонал, откинувшись в кресле и задумавшись. Затем он спросил Джинжер: — Ты спрашивал о том, почему ее продала семья?

— Да. Мне сказали, что она была дочерью купеческой семьи, но после того, как ее отца обманом заставили взять на себя долг за плохого человека, он продал ее работорговцу, чтобы защитить свою семью и бизнес. По словам Сан, это было трудное решение, но я никогда не слышал, чтобы она хоть слово сказала плохое на своего отца.

— Это ужасно. Это произошло в этой стране? Я хочу, чтобы этого негодяя привлекли к ответственности.

— Нет, похоже, Сан была продана сюда из другой страны. — Джинжер бессильно вздохнул. — Похоже, злодей был связан с влиятельными людьми в той стране, и у него не было другого выбора, кроме как принять это решение. Если бы это произошло в этой стране, я бы попросил вас привлечь этого негодяя к ответственности, чтобы восстановить честь Сан, но мы мало что можем сделать, если это произошло в другой стране, верно?

— Да... это будет сложно, если мы не в дружеских отношениях с ними, — сказал Сома. — Если они связаны с влиятельными людьми, нас, вероятно, тоже обвинят во вмешательстве во внутренние дела. Кстати, что это была за страна?

— Империя Гран-Кэйос. Там явно ничего нельзя сделать, верно?

Сома замолчал.

Он думал: ...А? Может быть, это будет легче решить, чем я думал!

Если он объяснит ситуацию Марии или Жанне и вместе с ними предъявит обвинение злодею и его влиятельным покровителям, ему казалось, что это все исправит.

Если эти двое узнают, что их людей заставляют страдать без их ведома, они обязательно обрушат на злодеев молот правосудия.

Он думал, что это будет сложно, поэтому был почти разочарован тем, насколько все оказалось просто.

Однако Джинжер все еще выглядел подавленным.

О, точно. Джинжер не знает, что мы в хороших отношениях с Империей.

Поскольку тайный союз с Империей был секретом, число людей внутри страны, которые знали об этом, было ограничено.

Джинжер, который не был проинформирован, не мог представить себе связи, которые существовали между двумя странами, хотя Сома и Мария могли проводить тайные встречи, когда им заблагорассудится.

Сома уже собирался сказать об этом Джинжер, увидев мрачное выражение его лица, но потом... остановился.

Конечно, если я обращусь с просьбой к Марии, она позаботится об этом. Но достаточно ли этого? Вместо того, чтобы мне выходить на авансцену, не должен ли Джинжер, который больше всех заботится о Сандрии, взять на себя активную роль? Особенно, если мы ожидаем, что все пойдет хорошо.

Сома думал о том, как им вдвоем работать. Когда он подумал о своих отношениях с Джинжер, и о линии, которую он вел с Империей, у него появилась идея.

— Слушай, Джинжер.

— О? В чем дело?

— Разве у тебя нет связей в Империи?

Джинжер энергично покачал головой. — Н-нет вообще! Я даже никогда не выезжал за пределы королевства!

— Может, и нет. Но есть кое-кто в Империи, кого ты знаешь.

— Кто-то, кого я знаю? О ком ты говоришь?

— Пилтори Сарацин. Помнишь его?

— Сэр Пилтори... ааа. Дворянин, который взял Анзу и Шихо в жены? Подожди, ты хочешь сказать, что сэр Пилтори в Империи?!

Пилтори Сарацин был горячим молодым человеком, главой Дома Сарацин, и когда Джинжер был работорговцем, он освободил прекрасных близняшек Анзу и Шихо, чтобы они стали его женами. Он был принцем в их сказке о Золушке, поэтому Джинжер его запомнил.

Теперь, когда он упомянул об этом, сэр Пилтори сказал, что отправится в Империю, Джинжер понял  и открыл рот. Я совсем забыл.

Сома рассмеялся и сказал ему: — Пилтори в настоящее время проживает в Империи в качестве нашего главного переговорщика. Он может иметь влияние на высшее руководство Империи, так почему бы не попросить его? Если это услуга от человека, который свел его с двумя женами, то такой вспыльчивый мужчина не откажется.

— Вы правы! Я бы с удовольствием попросил его! Могу я отправиться в Империю?

— Нет, если тебе просто нужно связаться с ним, это можно сделать из замка, — сказал Сома. — Я распоряжусь насчет завтрашнего полудня, так что не мог бы ты снова прийти в замок?

— Конечно! Пожалуйста! — Джинжер глубоко поклонился.

Затем он ушел, возвращаясь домой с выражением безудержного восторга на лице.

С кривой улыбкой наблюдая за его уходом, Сома встал и потянулся.

— Теперь, пожалуй, я займусь подготовкой к их свадьбе.

Он не будет стоять на авансцене, но все подготовит для них.

Размышляя об этом, Сома направился в комнату Голоса Драгоценности.

***

На следующий день...

— О, Боже. Если это то, что вам нужно, пожалуйста, позвольте мне помочь, — сказал Пилтори с другой стороны простого приемника, ударяя себя в грудь.

Это была Комната Голоса Драгоценности в замке Парнам, где хранилась драгоценность для трансляции Голоса Драгоценности, и Джинжер использовал ее, чтобы поговорить с Пилтори в Империи.

Рядом с ними стояли и наблюдали Сома и Айша. Заставив Сому наблюдать за ними, они могли избежать критики, что он использует национальное сокровище в личных целях.

Когда Джинжер попросил помочь с Сандрией, Пилтори сразу и с энтузиазмом согласился.

— Вы свели меня и моих жен, Анзу и Шихо, вместе, сэр Джинжер. В некотором смысле, вы были нашим Купидоном. Как я могу поступить иначе, чем помочь вам?

— Ваш Купидон...? Я был всего лишь работорговцем...

— Вот как мы вам благодарны. Они обе уже родили, и Дом Сарацинов в безопасности. Я слышал, что госпожа Сандрия тоже много сделала, чтобы позаботиться о моих женах. Чтобы отплатить за услугу, клянусь, я замолвлю словечко перед высшими чинами Империи по поводу семьи госпожи Сандрии и попрошу их позаботиться об этом.

Согласившись взять на себя эту задачу с обязательством, подобающим такому вспыльчивому человеку, Пилтори склонил голову.

— Спасибо! — Джинжер улыбался.

Еще не факт, что все получится, но теперь появилась надежда на разрешение ситуации. И все это благодаря связям, которые Джинжер наладил еще в бытность свою работорговцем. Ему никогда не нравилась эта работа, но сейчас он был рад, что не сбежал от нее.

— Похоже, вы все уладили. — Сома, который до этого момента молчал, подошел к драгоценности. — Пилтори. Я тоже прошу тебя. Пожалуйста, помоги Джинжер.

— Да, господин. Будет сделано, Ваше Величество, — ответил Пилтори, отдавая честь.

Сома кивнул, положив руку на плечо Джинжер. — Я уверен, что Пилтори справится с остальным. Я свяжусь с вами, если будет какой-то прогресс, так что приходите в замок вместе с Сандрией, когда придет время.

— Да! Большое спасибо за все!

— Устранение беспокойства подчиненного - часть работы начальника, — сказал Сома. — Теперь я займусь остальным, а ты можешь отправляться домой.

Джинжер многократно поблагодарил его, снова и снова склоняя голову, когда он выходил из комнаты.

Как только Айша подтвердила, что присутствие Джинжерапропало, Сома заговорил через трансляцию.

— ...Вы слышали, как обстоят дела. Могу я попросить вас разобраться с этим?

— Конечно.

Ответил женский голос.

Когда Пилтори отошел в сторону, появилась Императрица Империи Гран-Кэйос Мария Эйфория. Она слушала предыдущую трансляцию Голоса Драгоценности за кадром.

Мария приложила руку к щеке с обеспокоенным видом. — Подумать только, я узнаю, что нечто подобное происходит в моей стране, потому что люди из другой страны рассказали мне... мне неловко, как человеку, ответственному за эту страну.

Ее тон был извиняющимся.

Сома молча покачал головой. — Ни один правитель не может заглянуть в каждый уголок своей страны. Я уверен, что такие вещи происходят и в моей стране. Я просто не знаю об этом.

— ...Это правда, — признала Мария. — У каждого, неважно кто, есть свои хорошие и плохие стороны. Некоторые люди просто обязаны совершать злые поступки. Даже обладая властью императрицы или короля, будет трудно остановить их до того, как они смогут действовать.

— Если бы вы хотели остановить их заранее, вам бы пришлось ввести абсолютную слежку, — сказал Сома. — Но если вы зажмете слишком сильно, это приведет к росту недовольства и недоверия в стране. В настоящее время... единственное, что мы можем сделать, это жестко бороться с такими вещами, когда они становятся известны.

— Да. Поэтому предоставьте это дело мне.

— Если вы согласны разобраться с этим, это обнадеживает, — сказал Сома. — Я буду рассчитывать на вас.

С этими словами Сома и Мария твердо кивнули друг другу.

***

Примерно через неделю...

Джинжер и Сандрия получили повестку с требованием явиться в замок вместе.

Обычно, когда в замке были дела, Джинжер отправлялась туда, а Сандрия оставалась дома, но сегодня повестка требовала явиться и Сандрию.

Сандрия попыталась отказаться, сказав, что это не место для бывшей рабыни, как она.

Но Джинжер заверил ее: —Все в порядке. Я буду с тобой, так что пойдем вместе.

Это, а также то, что это было послание из замка, заставило ее неохотно согласиться пойти.

Когда она прошла через главные ворота, охраняемые дворцовой стражей, и увидел внушительный замок, возвышающийся перед ней, Сандрия почувствовала себя неловко и схватила Джинжера за рукав, когда он шел рядом с ней.

Увидев Сандрию в таком состоянии, Джинжер захихикал. — Ты ведешь себя слишком смиренно, Сан. Обычно ты дерзкая, независимо от того, с кем имеешь дело.

— Вы больший задира, чем я думала, лорд Джинжер, — сказала Сандрия, надувшись, как ребенок. — Я чувствую себя здесь не в своей тарелке, это пугает.

— Я думаю, что ты милая, когда ведешь себя ауч!

— Ты действительно оболдуй. — С недовольным видом Сандрия ущипнула Джинжер за руку. Возможно, она смутилась, потому что ее лицо покраснело.

А по-моему, это мило, подумал Джинжер, глядя на нее сбоку.

Когда они вошли в замок, появилась служанка-дракониха, которая указала им, куда идти, и стала идти впереди них.

Пока они шли по коридору и ехали в увесистом лифте, Сандрия спросила: — Э-э, лорд Джинжер? Мне было велено сопровождать вас сегодня, но знаете ли вы о причине, по которой вас вызвали?

— Да, ну... возможно, это потому, что все готово.

— Готово...?

Джинжер кивнул, затем подняла голову. — Я сделал все, что мог. Остальное зависит от тебя, я бы сказал.

Сандрия склонила голову набок, над ее головой плавал знак вопроса.

Затем лифт остановился, и все трое вышли в коридор.

В конце концов, они оказались перед Комнатой Голоса Драгоценности.

— Пожалуйста, проходите. Все ждут, — сказала служанка-драконесса, затем повернулась и ушла.

Когда они вошли в комнату, как им было велено, их встретил огромный драгоценный камень Передатчик вещательной сети.

— Он большой... —  с трепетом сказала Сандрия. — Это драгоценный камень для трансляции Голоса Драгоценности?

Пока Сандрия отвлеклась на массивную парящую драгоценность в центре комнаты, кто-то в комнате окликнул их: — Вы здесь!.

Там стоял высокий мужчина, одетый во все черное.

Это был премьер-министр этой страны, Хакуя Квонмин.

Хакуя поклонился им двоим. — Его Величество занят из-за подготовки к коронации и свадьбе, поэтому на этот раз я буду присматривать за вами вместо него.

«Присматривать за нами? Что, присматривать?» удивилась Сандрия.

Затем то, что выглядело как зеркало во весь рост рядом с драгоценным камнем, засветилось, и на нем появилось изображение человека.

Это была красивая девушка, которая в своих белых доспехах воплощала идею генеральской принцессы. Удивленная внезапным появлением девушки, Сандрия потянула Джинжер за рукав.

Это был простой приемник для трансляции Голоса Драгоценности, но даже если простые люди знали об их существовании, вряд ли кто-то из них видел такой приемник. Трудно было винить Сандрию за то, что она удивилась.

Девушка поприветствовала всех троих. — Здравствуйте, сэр Хакуя. А сэр Джинжер и госпожа Сандрия, верно? Рада познакомиться с вами. Я младшая сестра императрицы Марии Эйфории из Империи Гран-Кэйос, Жанна Эйфория.

Внезапное появление младшей сестры императрицы великой страны на западе заставило Сандрию на мгновение запутаться в том, что происходит.

Леди Жанна... ааа, это действительно леди Жанна! Сандрии было знакомо это прекрасное лицо.

Сандрия родилась в Империи Гран-Кэйос, и она видела это лицо раньше, всего один раз.

Когда она была молода, а предыдущий император был еще жив, она вместе со своей семьей была в толпе и смотрела трансляцию Передатчика вещательной сети, где выступал Его Императорское Величество и императорская семья.

Сандрия и тогда считала Жанну красивой девушкой, но она была потрясена, увидев, что она выросла такой красивой и величественной.

Жанна посмотрела на Сандрию и сказала: — Вместо моей занятой сестры, на этот раз я буду вести дела с нашей стороны. Итак, госпожа Сандрия...

— Да... Да. —  Сандрия была потрясена тем, что к ней обратились по имени. — В чем дело?

Жанна глубоко склонила голову. — Вместо моей сестры, которая не смогла быть здесь, я хочу извиниться перед вами.

— А...?

— Я слышала историю о том, как вы попали в рабство. Мне сказали, что вашего отца обманули, заставили взять на себя долг и продали вас, чтобы защитить свою семью и бизнес.

Жанна рассказывал.. Почему Жанна, младшая сестра императрицы, что-то знала о ней?

Затем, с проблеском осознания, она посмотрела на Джинжер, который серьезно кивнул.

Жанна снова склонила голову. — Мне сказали, что мошенник был связан с влиятельными вельможами в регионе, и его жертвы были вынуждены просто смириться со своими потерями. Допустив такое угнетение, мы, как ответственные за эту империю, потерпели неудачу. Тот факт, что наша бесхозяйственность привела к беде для вас и других, причиняет боль моей сестре. Мы искренне сожалеем.

— Н-нет... ни вам, ни леди Марии нет нужды извиняться... —  Сандрию смутило то, что Жанна склонила перед ней голову.

Она хотела, чтобы кто-то объяснил, что именно здесь происходит. Она уже смирилась со своим положением, но теперь она получала извинения. От младшей сестры императрицы, да еще и от кого-то намного выше ее положения.

Жанна сказала растерянной Сандрии: — Я знаю, что это поздно, но мы взяли под стражу мошенника и дворян, к которым он был привязан, и расследуем другие их преступления. По нашим законам эти злодеи будут сурово наказаны.

— Что ...

— Дворяне лишатся своих фамилий, а их активы будут конфискованы. Эти конфискованные активы будут использованы для выплаты компенсации жертвам, по крайней мере, частичной.

Те, из-за кого ее продали в рабство, предстали перед судом. Сандрии казалось, что это происходит в каком-то далеком мире.

Она негодовала на тех, кто так поступил с ней. Ей было жаль, что ее семья продала ее в рабство. Однако она уже давно не думала об этом. Потому что...

Пока Сандрия смотрела на экран, страстные глаза Джинжер были устремлены на нее.

Потому что я встретила лорда Джинжер...

Когда Сандрию продали в королевство, ее приютил дед Джинжера, который с пониманием отнесся к ее участи и хорошо о ней заботился.

Затем, после его смерти, Сандрия смогла встретиться с Джинжером.

С этого момента началась быстрая череда чудесных событий.

Джинжер был добрым человеком и заботился обо всех.

Теперь Джинжер был главой недавно созданного королем Сомой тренировочного центра Джинжера. А Сандрию он освободил, сказав, что хочет быть с ней всегда. Благодаря этому они остались близки, и по сей день вместе управляют обучающим центром.

Возможно, ей не повезло, что она попала в рабство. Но сейчас Сандрия чувствовала себя более чем удачливой. Ее сердце было полно и удовлетворено чувствами к Джинжер.

Получив извинения от Жанны, Сандрия мысленно прокрутила все это в голове и еще раз подтвердила для себя.

— И еще... кое-кто хочет тебя видеть. — Жанна пригласила кого-то войти.

Это был зверочеловек средних лет с такими же енотовыми ушами и хвостом, как у Сандрии.

Глядя на человека, который стоял на экране со страдальческим выражением лица, глаза Сандрии расширились, и она прошептала: — Папа....

— Сандрия...

На некоторое время они оба замолчали.

Отца покоробило чувство вины за продажу дочери в рабство, а дочь не знала, что сказать отцу.

Они просто стояли и смотрели друг на друга без слов.

Словно заставляя застывшее время двигаться, Джинжер положил руку на поясницу Сандрии и подтолкнула ее.

— Лорд Джинжер?

— Ты должна просто сказать ему о своих чувствах, — сказала Джинжер. — Именно для этого мы и организовали это.

На мгновение она замолчала. Затем, по настоянию Джинжер, Сандрия решилась и шагнула вперед.

— Эм... у всех остальных все хорошо? Мама, мои братья и сестры?

— А! Д-да, у них все хорошо. И бизнес тоже. Благодаря тебе мы продержались на волоске. Из-за этого, я уверен, тебе пришлось пережить много неприятностей... мне жаль...

Ее отец не склонил голову, когда извинялся, а смотрел прямо вверх. Это было потому, что если бы он смотрел вниз, то слезы обязательно упали бы. Он чувствовал, что после того, через что он заставил пройти свою дочь, плакать и умолять о прощении было бы несправедливо.

Сандрия понимала это, и слезы текли по ее щекам.

— Мне так... жаль...! — вырвалось у ее отца.

— ...Я знаю. ты должен был защищать не только нашу семью; тебе нужно было думать и о своих работниках и их семьях. Если бы ты не продал меня, я уверена, что вместо меня был бы продан кто-то другой.

Затем Сандрия улыбнулась сквозь слезы.

— Я счастлива, что приехала в эту страну и встретила лорда Джинжера. Думаю, дальше я буду только счастливее. Так что не вини себя больше.

Она была счастлива. Была ли она рабыней или нет, не имело значения. Здесь и сейчас возможность быть рядом с Джинжером была счастьем. Она хотела, чтобы ее отец, находящийся так далеко, увидел это.

— Сандрия... — прошептал ее отец.

Он отвернулся, протирая глаза, затем глубоко склонил голову перед Джинжер.

— Сэр Джинжер, после того, как я пожертвовал собственной дочерью, я прекрасно понимаю, что не имею права говорить. Однако позвольте мне вынести позор, когда я буду говорить это: Пожалуйста... сделайте мою дочь счастливой.

— ...Да. Конечно, сделаю, отец.

Джинжер твердо кивнул ему. Затем, поднеся одну руку к щеке Сандрии, другой он вытер ее слезы.

— Сан, я же говорил тебе, что мы станем еще счастливее, верно?

— ...Да, — прошептала она.

— Я более чем счастлив. Если я и стану еще счастливее, то только женившись на тебе, заведя детей и создав семью. Ты согласна?

Сандрия нервно хихикнула. — ...Ну, я думаю, если бы это случилось, я была бы намного счастливее.

— Ты примешь мое предложение? — спросил Джинжер.

Сердце Сандрии было полно любви к человеку, который использовал свои связи, чтобы сделать все это для нее. Джинжер не только вытер ее слезы, он вытер всю ее печаль.

Сандрия больше не была скована чувством неполноценности, вызванным тем, что она была рабыней.

Она взлетела в воздух, обнимая Джинжер. — Да, дорогой! Пожалуйста, сделай меня еще счастливее!

Эти слова как ничто другое выражали ее чувства.

— Что это? — воскликнула я.

Меня звали Надин Дэлал. Я была Рю с горного хребта Звездного Дракона и кандидатом на роль второй второстепенной королевы Сома.

Впрочем, я, наверное, больше известна как девочка-погода, которая сообщала жителям королевства прогноз погоды.

Сегодня я собралась в одной из комнат замка вместе с другими невестами: Лисией, ... хм, Джуной и Ророа. В центре комнаты находился возвышенный помост и подиум, а напротив него стояли пять столов.

На черной доске за подиумом печатными буквами было написано следующее.

— Вторая лекция - курс подготовки невест.

...Что? Что такое курс подготовки невест?

Поскольку здесь собрались все невесты, то, предположительно, это была лекция, которую нам всем предстояло прослушать, но что именно они собирались заставить нас делать?

Не говоря уже о...

Вторая лекция?! Неужели они провели первую, а я не заметила?!

С каких пор начались эти лекции? Может быть, это было еще до того, как я приехала в эту страну?

Пока я стояла в недоумении, кто-то положил руку мне на плечо.

— Стоп...! Подожди, Ророа?

Когда я обернулась, Ророа, которая выглядела ближе всех ко мне по возрасту, стояла там с пустым выражением лица.

— Что ты делаешь, Нади? — спросила она. — Просто так стоишь здесь?

— Нет, я просто не могла понять, что здесь происходит...

— Что происходит...? Ооо, точно, это ведь твой первый раз, да, Нади? — Ророа со знанием дела кивнула сама себе.

Из того, что я слышала, Ророа присоединилась после трех других невест, но, судя по тому, как она говорила, она присутствовала на первой лекции?

Ророа озорно улыбнулась. — Мвехехе, будь готова. Эта лекция может быть довольно шокирующей.

— Шокирующей?

— Ты узнаешь много нового. Например, всякие вещи о Дорогом.

— О Соме?

Что именно я собиралась узнать о Соме на этом курсе?

Судя по озорному выражению лица Ророа, я почувствовала, что "материал" будет довольно пикантным.

I... мне было интересно... и я уже собиралась расспросить Ророа о подробностях, глупо ухмыляясь, когда...

— Няхаха... —  (Боп!) Ророа получила внезапный удар карате по голове. — Ай!

Позади Ророа стояла Лисия с выражением недовольства на лице.

Это не звучало болезненно, но когда Ророа схватилась за голову и переигрывала для комического эффекта, Лисия вздохнула и сказала: — Что за чушь ты вбиваешь в голову Надин, когда это ее первый раз?

— Нет, нет, старшая сестренка Сиа, — запротестовала Ророа. — Где ложь в том, что я сказала?

— Дело не в том, что ты сказала, а в тоне. Зачем ты заставляешь это звучать непристойно?

— Она права, знаешь ли, Ророа, — сказала Джуна с язвительной улыбкой. Я могу понять, почему ты хочешь сказать именно так.

Даже когда она криво улыбалась, она была прекрасна. Это было несправедливо. Джуна была зрелой, ее жесты были очень женственными, и она была грудастой. В своей человеческой форме я была полной противоположностью. Четырнадцатилетняя, неухоженная, без каких-либо изгибов. От этого я немного комплексовала.

В последнее время я чувствовала, что между мной и Руби образовалась пропасть в плане наших фигур.

О, Боже. Почему между теми, кто благословлен большим изобилием (особенно в области груди), и теми, у кого его нет, существует такая пропасть...?

Погодите, в моем случае «бог», это леди Тиамат. Для нашей святой «матери» различия в фигуре могли мало что значить.

— А! Кажется, она прибыла, — сказала другая грудастая... э-э, я имею в виду Айшу.

Лисия и Ророа уже сели, поэтому я заняла свободное место слева.

Дверь открылась, и вошла синеволосая красавица с хвостом, похожим на мой.

Эта красавица, на которой сегодня почему-то была профессорская шапочка, оказалась Эксель Уолтер, главнокомандующая Национальных сил обороны, которая также сражалась вместе с нами в Королевстве Ластания.

У этой женщины было красивое лицо, на вид ей было около двадцати лет, несмотря на то, что она прожила более пятисот лет, и она была грудастой.

Честно говоря, я ее терпеть не мог.

Я помнил, как она флиртовала с Сомой на моей спине (даже если она просто дразнила его), так что у меня сложилось не очень хорошее впечатление о ней. Зная, что она в этом замешана, моя бдительность, естественно, усилилась.

Эксель стояла на учительской трибуне, положив свои вещи на подиум, а затем оглядела каждого из нас.

— Я вижу, все здесь. Итак, давайте начнем вторую лекцию нашего курса подготовки невест.

Эксель с ухмылкой посмотрела на меня.

— Для начала, поскольку для Надин это первый раз, я бы хотела рассмотреть общую схему этого курса. Этот курс существует для того, чтобы научить всех вас, кто собирается выйти замуж за нынешнего короля, Его Величество короля Сомы, секретам супружеского и семейного счастья. Вы узнаете все: от духовных аспектов того, что значит быть женой, мужской психологии, как сделать так, чтобы ваш муж выглядел хорошо, до того, как выполнять свои «обязанности» по ночам так, чтобы сохранить ваш брак счастливым.

— О, так вот что это такое... подождите, наши «обязанности» по ночам?! — воскликнула я.

Она имеет в виду...? Наверное.

Драконы заключали контракты с рыцарями на производство и обеспечение их потомства. Так что в результате я действительно обладала определенными знаниями в этой области, но... мы собирались узнать об этом здесь, все вместе?! Что делать, когда мы «сделаем это» с Сомой?!

— А? Мы действительно это делаем? — воскликнула я.

Я подумала, что она меня разыгрывает, поэтому оглянулась на остальных, но Лисия и остальные смотрели вниз, на их лицах были неловкие улыбки...

Очевидно, мы действительно собирались изучать этот материал.

С серьезным выражением лица Эксель сказала мне: — Создание наследников - вопрос огромной важности для нации. Если бы произошла какая-то ошибка, из-за которой между мужем и женой образовалась бы пропасть, могли бы найтись те, кто захочет воспользоваться этим. Вот почему, как бы ни было неловко, ты должна прослушать этот курс.

— Уркх... Хорошо...

Ее логичный аргумент не оставлял места для опровержения. Я собиралась выйти замуж за короля, поэтому должна была быть готова, по крайней мере, к такому объему работы.

Эксель хихикнула. — Хи-хи! Ну, тебе не стоит слишком беспокоиться. Ты можешь думать об этом как об изучении способов углубить свою любовь с Его Величеством. Верно, принцесса Лисия?

— А?! Я?! — Лисия вскрикнула от удивления, когда разговор внезапно перешел на нее.

— Принцесса Лисия стала едина с Его Величеством раньше всех вас и родила маленьких Сиана и Казуху. Это помогло решить проблему нехватки королевских особ в этой стране. Итак, все поаплодируем Лиссии.

Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп... аплодисменты были полны ликования и зависти.

Лисия стала ярко-красной. — Подождите! Это неловко! Прекратите!

Должно быть, она чувствовала себя так, словно ее выставили на всеобщее обозрение.

Кстати, что касается Сиана и Казухи, о которых только что говорила Эксель, то за ними сегодня присматривали Сома и Карла.

Эксель повернулась к Лисии, которая прикрывала лицо, и сказал: — Итак, принцесса Лисия? Когда вы вступали в половой акт с Его Величеством, помогли ли вам те вещи, которым вы научились на курсах?

— Я думаю... помогли. Очень сильно.

Итак, Лисия признала эффективность уроков. Они были полезны?

Мне было интересно, чем именно они были полезны, но я сомневалась, что она собирается посвящать нас в подробности, даже если все остальные четыре невесты навалятся на нее и начнут расспрашивать.

Удовлетворенно улыбнувшись, Эксель хлопнула в ладоши. — Думаю, теперь вы понимаете, насколько полезен этот урок. Пожалуйста, учитесь усердно и применяйте полученные знания на практике. Хорошо, а теперь, прежде чем мы начнем урок... Надин.

— Д-да? — вскрикнула я.

Эксель достала из своих вещей белый блокнот и протянула его мне. На обложке подозрительно выделялись слова «Совершенно секретно» и «Не выносить за пределы».

Пока я с сомнением смотрела на нее, Эксель улыбнулась и сказала: — В этом блокноте содержится истинное мнение Его Величества обо всех вас, которое я выведала у него после того, как напоила его. Это касается и тебя, конечно, Надин.

— Что?! — Я уставилась на записи.

В нейих было написано, что Сома думает обо мне?!

Погодите, она сказала это так, как будто ничего такого не было, но напоить его, а потом допрашивать - это было довольно подло, верно?

Когда я огляделась, все понимающе кивнули.

— Ну, это для Сомы и страны, — казалось, говорила Лисия.

— Если бы не прибегли к этому, мы бы никогда не узнали истинных чувств Его Величества, — подсказали глаза Айши.

— Мы знаем, что это неприлично, но..., — с покорным видом сказала Джуна.

— Что ж, что сделано, то сделано, как говорится, — пожала плечами Ророа.

...Что это было? Мне казалось, что я слышу голоса (оправдания) всех их.

— О, Боже, тебе не нужен блокнот, Надин? — архаично спросила Эксель.

— ...Хочу.

Если она спросила, хочу я ее или нет... конечно, хочу. В конце концов, меня тоже волновало, что думает обо мне Сома.

Так что... прости, Сома.

Как только я взяла белый блокнот, который приготовила для меня Эксель, она продолжила.

— Оценки, записанные здесь, остались неизменными с прошлого раза, но я добавила его мнение о Надин. Ведь в браке очень важно знать, что думает о тебе твой партнер. Итак, позвольте мне объявить мнение Его Величества о Надин.

— Что?! Вы зачитаете его здесь?

— Все остальные уже прошли через это. Вы можете прочитать его мнение о Лисии и других позже.

— ...Хорошо.

Если все остальные уже зачитали свои мнения, мне придется смириться с этим. Мне было неловко, что мое мнение было обнародовано, но мне было интересно, что Сома скажет о других.

Эксель начала читать то, что было в блокноте.

— Теперь перейдем к оценке Надин. По словам Его Величества, «Надин выглядит маленькой, но она девушка, у которой действительно «все в порядке». Я имею в виду, она была рядом, чтобы отругать меня, когда я волновался из-за родов Лисии. Я чувствую, что полагаюсь на нее как на партнера не только в бою, но и в нашей личной жизни. Надин - Рю, поэтому я знаю, что она может жить самостоятельно, если захочет, и идти, куда захочет. Эта свобода и независимость напоминает мне о женщинах в моем старом мире. Это ностальгическое чувство.»

— Охххх... —  пробормотала я.

Это... это было неловко. Услышав похвалу Сомы в  мой адрес на глазах у всех, я была счастлива, но мне казалось, что мое лицо сейчас вспыхнет.

Лисия и Джуна улыбались, а Айша и Ророа смотрели на меня с легкой завистью.

Эксель продолжил. — Когда я спросила его, есть ли у него что-нибудь на уме по поводу Надин, он ответил так. «Я бы хотел, чтобы она перестала прыгать на меня по утрам, чтобы разбудить меня. Это мило, но мне хочется затащить ее под одеяло и заснуть, обнимая ее».

— Это он виноват в том, что не встает! — воскликнула я. — ...И если он хочет затащить меня под одеяло, я не очень-то и …..

Я чуть было не сказала что-то неловкое, но в итоге замялась.

Увидев мою реакцию, Ророа сказала: — Вот и хорошо, —  откинувшись в кресле. — Я тоже хочу попробовать забраться на него сверху, чтобы разбудить. Я думаю, это будет нормально для кого-то легкого, верно?

— Вы случайно не хотите сказать, что остальные из нас тяжелые? — сказала Аиша, похоже, в панике.

Что ж, глядя на нее, поскольку Айша была высокой, с хорошим количеством мышц и впечатляющей фигурой, которую она скрывала... она должна была быть самой тяжелой здесь. Но не то чтобы она была толстой.

Ророа высунула язык. — Впервые, я думаю, у нас есть преимущество перед нашими более грудастыми соперницами. Правда, Нади?

— ...Я не могу этого отрицать.

Были вещи, которые мы могли делать, потому что были маленькими. Конечно, были вещи, которые мы не смогли бы сделать, если бы не были больше, но тут уж ничего не поделаешь.

Видя, как Лисия, Айша и Джуна завистливо смотрят на нас, я впервые почувствовала себя немного увереннее в себе.

Затем Эксель хлопнула в ладоши. — Ладно, хватит. Мы сейчас в классе.

— """" Да, мэм.""""

— Не надо ревновать. Его Величество видит во всех вас только ваши достоинства. Я хочу, чтобы вы твердо помнили об этом. Теперь, когда мы закончили объявлять оценку Надин, я бы хотела начать лекцию о том, чем могут заниматься муж и жена.

С этого момента начался курс подготовки невест Эксель.

Содержание было... часто настолько рискованным, что я не решаюсь говорить об этом, но, ну... это было очень познавательно, я думаю.

Когда я услышала о черной тетради, в которой были записаны все [censored] вещи, которые Сома хотел сделать с нами, и которую нам дадут после, мой интерес к лекции возрос.

...Была только одна вещь, которая меня беспокоила. Эта часть лекции Эксель.

— Для мужа и жены поцелуи - это важный способ проверить связь между ними. Они чувствуют себя менее особенными, если вы целуетесь постоянно, но обязательно целуйтесь, когда это действительно важно. Узнайте, как побудить его к этому.

Мое невинное сердце бешено колотилось, пока я слушала, но другие...

— С тех пор как родились дети, это стало для нас естественным, — добавила Лисия.

— Если я буду вести себя так как я хочу, он будет это делать, — сказала Айша.

— Со мной... он не может сделать это без помощи алкоголя, — вздохнула Джуна.

— В итоге я сама его целую, — усмехнулась Ророа.

Они восприняли ее слова с удивительной легкостью.

Подождите! Минутку! Я была потрясена. Не может быть?! Я что, единственная, кто еще не целовался с Сомой?!

Когда урок Эксель закончился, и я получила вышеупомянутую черную тетрадь, я решила расспросить других невест о подробностях.

Когда я рассказала им, что до сих пор не поцеловал Сому, все они были заметно удивлены.

— Что?! ты еще не поцеловала его, Нади?! — Глаза Ророа расширились.

Я была единственной, кто действительно чувствовал, что это невероятно. — Для меня более странно, что вы все ведете себя так нормально по этому поводу. Я знаю, что Лисия уже родила ему детей, но когда остальные из вас целовались с ним?

— Для меня это было в городе у границы с горным хребтом Звездного Дракона, где мы встретились с вами, — сказала Айша. — С подачи леди Лисии мне было позволено спать рядом с ним одну ночь... Хи-хи-хи. — Возможно, вспомнив, что произошло тогда, лицо Айши расплылось в глупой ухмылке.

Ооо... в тот раз...

Это было после того, как леди Тиамат разлучила их, когда Лисия устроила измученную Айшу к Соме.

Мне сказали, что они ничего не делали из уважения к Лисии, но, похоже, они тайком немного повеселились, в конце концов. Я недооценила ее.

— Для меня... это было в Республике Тургис, — сказала Джуна. — Когда я ухаживала за Его Величеством, после того как он потерял сознание на горячих источниках в Беппу... он был так уязвим, что я не смогла удержаться...

Джуна смущенно потупилась, когда заговорила.

У меня была расовая слабость к холоду, поэтому я не смогла присоединиться к ним в поездке в Республику Тургис. Думать, что такое событие произошло там, в тайне... это было немного разочаровывающе.

Может быть, мне стоило закутаться и поехать с ними.

— Для меня это был фестиваль памяти в Ване, — усмехнулась Ророа. Когда он во время своей речи сказал: «Я буду защищать принцессу Ророа до конца своих дней», я так расчувствовалась, что в итоге крепко его поцеловала.

При этих словах она гордо выпятила грудь.

...крепко?

— Разве это не странный способ сказать это? Разве поцелуй не мягкий? — спросила я.

— Не, я так увлеклась, что в итоге выбила ему зубы. — Ророа смеялась над этим.

Даже это воспоминание о неудаче уже было, в худшем случае, горько-сладким воспоминанием для Ророа. Я очень ревновала.

Затем Лисия бросила на меня извиняющийся взгляд. — Прости, Надин. Я так и не поняла. Обычно, как первая основная королева, я должна была управлять всем и следить за тем, чтобы ни с кем из нас не обращались несправедливо.

— Это не твоя вина, Лисия... —  неловко сказала я. — Просто Сома не поцеловал меня ни разу.

— Думаю, причина в том, что ты никогда не делала этого раньше, — сказала Джуна с задумчивым видом.

Что она имела в виду?

— Для женщины первый поцелуй - это то, что остается с ней на всю жизнь. Его Величество знает это, поэтому он осторожен, — объяснила она.

— Ох! — вклинилась Айша. — Да, после того, как мы сделали это один раз, он стал гораздо менее нерешительным. Хотя он не игнорирует людей вокруг нас, делая это везде и всюду.

Итак, Сома пытался быть внимательным, предполагая, что мой первый поцелуй был важен для меня, и пока искал подходящее время, чтобы сделать это, он упускал шансы? Хм... я была рада, что он заботился обо мне, но это было немного неприятно.

Ророа и Лисия тоже кивнули.

— Дорогой может быть довольно застенчивым, — добавила Ророа.

— Он может. Даже когда мы были помолвлены, он не пытался поднять на меня руку, — согласилась Лисия. — Если бы святой из Лунарианского православного папского государства не встряхнул его, он мог бы ничего не делать, пока мы не поженились. Дети могли появиться только позже.

— О, ты думаешь? Ну, тогда хвала святому! — шутливо сказал Ророа, и все криво улыбнулись.

Если то, что ортодоксальное папское государство послало святого в королевство, чтобы попытаться поставить себя в более выгодное положение, заставило Сому и Лисию перейти черту, и тем самым косвенно помогло произвести на свет наследника, то это была ирония...

Подождите, сейчас это было неважно.

— Ооо... Что я могу сделать? — Я застонала.

— Возможно, это не лучший способ сказать это, но ты его средство передвижения, верно? — спросила Айша. — Разве у тебя не бывает много времени в одиночестве, например, когда ты предсказываешь погоду?

Я могла только покачать головой. — В это время у меня на спине Сома, и я нахожусь в форме Рю.Если бы я попыталась повернуть голову и поцеловать его, то разница в размерах слишком велика, так что в лучшем случае мы могли бы только соприкоснуться носами.

— Я... думаю.

— Ну, я думаю, в следующий раз, когда вы останетесь вдвоем, ты должна попробовать сделать это в своем собственном темпе, Надин, — сказала Лисия. — Я очень сомневаюсь, что Сома откажет тебе.

Стараясь поддержать, Лисия давала ей разрешение.

...Хорошо. Если Сома не захочет сделать это, потому что он был внимателен, мне придется сделать это самой! Моя добыча не придет ко мне сама. Мне придется охотиться.

— Я постараюсь! — заявила я.

Пока я стояла и чувствовала себя так же, как во время охоты в Горном хребте Звездного Дракона, все немного опешили.

Очевидно, у меня были глаза большого плотоядного зверя.

Я не хотела пугать Сому, поэтому мне пришлось немного сдержаться.

***

Несколько дней спустя  мой шанс наконец-то выпал.

Сегодня мне предстояло лететь с Сомой, чтобы посмотреть, какая погода будет на неделе.

— Ладно, поехали, Надин, — сказал он мне.

— Вас поняла!

Трансформировавшись в свою форму Рю, я попросил Сому забраться мне на спину, а сама поплыла в небо.

Затем, вися в небе в заранее определенных местах, я предсказывала погоду с помощью своих усиков Рю, а Сома записывал результаты на бумаге.

Во время этой рутинной работы я продолжала лихорадочно думать о том, где бы мне попытаться поцеловать Сому.

Стоит ли нам стоять на вершине горы? Или на берегу красивого озера? А может быть, расположиться на маленьком островке...?

Наблюдая за тем, как местность проносится подо мной, я мучительно размышляла о том, что делать.

Наверное, я был не в себе, потому что Сома что-то заподозрил. — Что случилось? Ты сегодня витаешь в облаках.

— ...Мы же в небе, в конце концов.

— О! Эй, это было остроумно. — Сома издал впечатленный смешок.

Похоже, я уклонилась от ответа.

Я перефокусировалась, вернулась к работе, и вот мы уже на конечной остановке.

— Через шесть дней будет ясно, и через семь тоже, — сказала я.

— Хорошо, и …готово. Вот и все? Ух ты!

Закончив записывать все, что я рассказала ему о погоде на следующую неделю, Сома выпустил усталый зевок и подпер лоб рукой, вероятно, из-за усталости глаз.

— Ты в порядке? Ты выглядишь еще более уставшим, чем обычно.

— Да... Сиан легко засыпает, а Казуха постоянно плачет по ночам. Я по очереди проверяю их вместе с Лисией и Карлой, поэтому мне немного не хватает сна.

— Ты же король. Разве ты не можешь оставить это служанкам? Если ты потерпишь крах, у страны будут серьезные проблемы, ты же знаешь.

— Я знаю, но... Лисия хочет сама присматривать за ними, не поручая это кормилице. Я не могу заставить ее пройти через все трудности в одиночку, и, как отец, я хочу участвовать в воспитании собственных детей. Это утомительно, но... я просто счастлив, что могу видеть лица детей.

Видя, как Сома так улыбается, я почувствовал, как в глубине моей груди нарастает разочарование, и мне было тяжело находиться там.

Счастье просто видеть лица детей... я думаю, это правильное чувство для родителя. Но так же, как Сома был отцом Циана и Казухи, он был моим рыцарем, моим королем и моим спутником жизни. Я не хотел, чтобы он был удовлетворен только счастьем, которое он получил от Лисии и их семьи.

...Я знаю. Я ревновала.

Я хотела, чтобы он смотрел не только на Сиана и Казуху, но и на меня. Обычно, наверное, было бы добродетелью держать это чувство в груди и никогда не говорить о нем. Но даже если бы это было добродетелью... я чувствовала, что просто не могу этого сделать.

Если бы я это сделала, это привело бы к плохим последствиям.

Я не хотела думать плохо о Лисии и ее детях.

Я не хотела начать вести себя непохожей на себя, потерять ту, которую любил Сома.

Вот почему мне нужен был Сома, чтобы встретиться со своими чувствами лицом к лицу.

— Я знаю, что Сиан и Казуха милые, но мне одиноко, когда ты смотришь только на детей, — выпалила я.

— А? — На лице Сомы появилось пустое выражение, и я приблизила свое лицо к его лицу.

— Посмотри на меня тоже, хорошо?

— О...! Прости. Я не хотел не... —  Сома, казалось, понял мою ревность и извинился. Он погладил меня по лицу — Ты права. Я чувствую, что дети важнее моей собственной жизни, но это не значит, что я могу пренебрегать общением с тобой. Нет, не только с тобой, Надин. Лисия, Айша, Джуна и Ророа тоже.

— Верно. Это твоя обязанность - сделать каждого члена семьи счастливым. Если ты заставишь кого-то плакать...

— Если я это сделаю, что тогда?

— Хи-хи, это.

Я превратилась в человеческую форму. Хотя мы все еще были высоко в небе. Увидев, как я быстро уменьшаюсь, Сома вскрикнул от удивления.

— Стоп, стой, Надин?! Если ты превратишься здесь...!

— Это опасно, так что не отпускай меня, Сома.

Я крепко держал руку Сомы своими теперь уже человеческими руками.

Теперь, когда я была полностью человеком, нас тянуло вниз под действием гравитации. Сома стоял спиной к земле, а я падала вместе с ним, держа его правую руку в своей. Мы постепенно ускорялись, и я чувствовала, как воздух проносится мимо нас.

Для меня такая высота и скорость были ничем, но для Сомы, похоже, это был невероятный опыт.

“%$&@#! — бессвязно крикнул Сома, хлопая меня по руке. Вероятно, это был его способ сказать: —Я согласен, согласен!

Я взяла его руку в свою, приблизила лицо и закричала достаточно громко, чтобы он услышал меня из-за ветра. — Все хорошо! Я с тобой!

— Нет ничего хорошего в том, чтобы внезапно заставить меня прыгнуть!

— Ты заставляешь Халберта и его людей делать это все время!

— Прости, Хэл! Клянусь, я скажу им, чтобы они повысили зарплату дракшутистам!

Казалось, Сома сумел приспособиться к ситуации. Нет, может быть, я должна сказать, что его это перестало волновать.

Казалось, держась за мою руку так, что наши руки образовали кольцо, он обрел самообладание и смог смотреть на землю.

— Страшно представить, к чему можно привыкнуть, — сказал он. — Сейчас я начинаю получать удовольствие.

— Ну, в конце концов, ты всегда летаешь по небу на моей спине.

— Только, пожалуйста, постановись, пока мы не упали на землю.

— Поняла. А теперь давай сделаем то, что можно сделать только в человеческой форме.

Когда я притянул Сому к себе, наши тела повернулись так, что пейзаж оказался перевернутым.

Мы ускорились, падая головой вперед к земле.

А потом...

Я приблизила себя к взволнованному лицу Сомы и сомкнула с ним губы.

Конечно, мы не могли долго оставаться рядом с такими телами, поэтому это был лишь легкий поцелуй, но Сома стал ярко-красным, а его глаза расширились.

— Сейчас самое время?!

— Ну, я слышала, что я единственная, с кем ты еще не делал этого.

— Но все же... Ммф!

Я притянула его к себе и снова поцеловала. Пока я повторяла этот процесс, земля стала ближе, поэтому я превратилась в свою форму Рю и затащила Сому на спину.

Наконец освободившись от свободного падения, с измученным выражением его лица, я подавила смех, спрашивая Сому: — Ну, как это было? Твой первый поцелуй со мной.

— ...Я бы предпочел, чтобы мои ноги твердо стояли на земле, когда я целую кого-то, — пошутил Сома с серьезным выражением лица. — В нескольких смыслах, чем в одном.

— Ахахаха! — Я разразилась смехом. — Хи-хи! Если ты не хочешь получить еще один воздушный поцелуй, убедись, что ты регулярно целуешь меня с этого момента, хорошо?

— ...Я запомню это.

С этим я был уверен, что мы сделали воспоминание, которое никогда не забудем.

Хи-хи-хи! Интересно, какое лицо сделают Лисия и остальные, если я расскажу им об этом!

Я напевала себе под нос, танцуя в небе.

15 день, 2 месяц, 1548 год, континентальный календарь - Лаборатория в подземелье Жени

В этот день я вместе с Айшей посетил лабораторию в подземелье Жени недалеко от столицы.

Я был там, чтобы увидеть текущий прогресс в совместном проекте Королевства Фридония, Империи Гран-Кэйос и Республики Тургис - дрель(бур).

Сегодня они собирались на самом деле запускать бур и испытывать его.

Над ним трудились ученые из королевства Женя и высший эльф Мерула, Трилл Эйфория, которая была младшей сестрой императрицы Марии и генерала Жанны из империи, и Тару, кузнец из республики.

Кроме этих четверых, присутствовали жених и охранник Жени Людвин, а также товарищи Тару, Ку и Лерина.

Кстати, лидером этого проекта была Трилл.

Трилл первой приступила к разработке дрели, у неё был опыт работы исследователем в Империи, поэтому на этот раз Женя и остальные служили её помощниками.

Я подошел поговорить с ней. — Итак... Госпожа Трилл...

— Просто Трилл - это нормально. Может, я и принцесса Империи, но они отослали меня сюда просто , чтобы я им не мешала.

— Хорошо. Тогда Трилл. Пожалуйста, начинайте тест и объяснение.

— Я так и сделаю. Это может быть опасно, так что не стойте ни перед, ни позади экспериментального бура, Маленького Прокалывателя Марк XII.

— С этим названием связаны всевозможные проблемы...

Например, как просто был назван, или, как я теперь гадал, что случилось с Марками с I по XI...

Тестовая бурильная машина, на которую указал Трилл, была не конической формы, как все могли себе представить, а штампованной, как те, что используются в щитовых проходческих машинах для рытья туннелей метро. Конический тип имел определенную привлекательность, но этот, вероятно, был более практичным.

Когда я спросил, оказалось, что Тару предложила именно такую форму.

— При конической форме наконечник хрупкий и ломается во время копания. Если в результате поломки наконечник становится плоским, его проникающая способность падает, поэтому мы изначально сделали его плоским и использовали несколько лезвий для копания.

— Оокякя! — засмеялся Ку. — Я думал, что это выглядит необычно, но на это есть веская причина!

Услышав объяснение Тару, он выглядел впечатленным.

— О, привет. — добавил он. — Как ты думаешь, ты можешь сделать версию поменьше, чтобы поставить на конец моей дубины?

— Если бы я собиралась это сделать, то острый наконечник копья был бы быстрее. — ответила Трилл. — Для оружия нужна сила, чтобы мгновенно пронзить насквозь. С другой стороны, бур будет непрерывно резать твердый предмет, поэтому его форма должна быть в первую очередь устойчивой. Он не подходит для использования в качестве оружия.

— Хм... Он выглядит цилиндрическим, поэтому я подумал, что если спрячу его в наконечнике, то смогу застать врасплох любого, кто подумает, что я использую обычную дубину. Оокики, это очень плохо. — Ку пожал плечами, но не выглядел разочарованным. Он, как правило, жил моментом, так что, возможно, он просто сказал то, что пришло ему в голову в тот момент.

Мы перешли от экспериментального бура к месту чуть подальше. Говорили, что Трилл наломала кучу всякой всячины, пока была в Империи, поэтому я немного волновался, находясь так близко, даже на таком расстоянии.

Очевидно, Айша беспокоилась о том же.

— Сир, пожалуйста, встаньте позади меня. — Она положила руку на рукоять своего меча, расположившись между мной и сверлом. Если он сломается и пошлет осколки в эту сторону, она, вероятно, намеревалась разрубить их.

У Жени и Трилл в прошлом были определенные проступки, поэтому я воспользовался любезным предложением Айши и спрятался за её спиной.

— Итак, я начну. — сказала Трилл, подняв руку.

Один из исследователей в белом халате нажал на какой-то переключатель.

Бвун, иен, иен, иен, иен, иен, иен, иен...!

Передняя часть дрели начала вращаться, издавая при этом странные звуки.

Сначала это было медленно, но постепенно скорость нарастала, и в мгновение ока бесчисленные лезвия, встроенные в переднюю часть бура, стали вращаться слишком быстро, для того, чтобы можно было за ними уследить.

— ...Выглядит стабильно. — произнес я, наверное, через минуту.

Трилл с гордостью выпятила грудь, которая, относительно её роста, была довольно внушительной.

— Да. Это всё благодаря старшей сестре Жене.

Затем она обняла Женю за левую руку.

Хотя она была моложе, Трилл была более "упитанной" из них двоих, поэтому рука Жени утопала в её мягкой плоти.

— Самой большой задачей была стабильная подача накопленной магической энергии к аппарату, но система хранения магической энергии, предоставленная старшей сестрой Женей, прекрасно справилась со всем. Ооо, как прекрасна технология Дома Максвелл! —  рапсодировала Трилл. — Да здравствует Максвелл!

— Ты слишком увлечена этим. — сказала ей Женя. — Кроме того, твои волосы из-за дрели теперь у меня на голове.

Мало того, что Трилл терлась щекой о щеку Жени, так и её волосы, завязанные в характерный хвост, похожий на сверло, лежали на голове Жени, так что она была немного недовольна.

Однако, Трилл не отпустила её. — Ооо, если бы я была мужчиной, клянусь, я бы взяла старшую сестру Женю в невесты...

И она говорила довольно невероятные вещи.

Я знал, что она была большой поклонницей сверхнаучных ученых королевства, Дома Максвелл, но это уже меньше походило на поклонничество, а больше на богослужение.

Похоже, даже Людвин не мог оставить эту реплику без внимания. Он взял Женю за руку и развел двух девушек в стороны.

— Пожалуйста, остановитесь, госпожа Трилл. Женя - моя невеста.

Женя с видом, показывающим, что она наконец-то почувствовала себя освобожденной, спряталась за спину Людвина.

Трилл посмотрела на Людвина и надула щеки. — Мне сказали, что ты - друг детства старшей сестры Жени, но я вижу, что ты не ценишь то, что она развивает. Я, однако, могу правильно понять ход её мыслей!

— Правда, величие Жени мне трудно постичь. — Людвин, который по натуре был серьезным человеком, прямо противопоставил аргумент Трилл. — Но я был с ней долгое время. Если вы утверждаете, что понимаете величие Жени, то я понимаю всё, что с ней не так. Она замкнута, не интересуется ничем за пределами своих исследований, лишена здравого смысла и не заботится о том, как она выглядит для других. Несмотря на то, что она девушка, она не заботится о своей внешности, позволяет белью копиться, а если оставить её одну, она даже упадет в обморок, потому что забыла поесть. Я не могу сказать, что у меня нет сомнений по поводу нашей семейной жизни.

— Старший брат Лю, если ты заходишь так далеко, то даже мои чувства будут задеты, понимаешь? — Женя недовольно поджала губы, но...

Ух ты, Людвин действительно через многое прошел, да?

Казалось, даже Трилл была потрясена тем, насколько всё плохо. — Даже в этом случае величие её технологий побеждает!

— Рад, что ты понимаешь её величие. — сказал Людвин. — Я могу понять его лишь смутно. Однако, несмотря на это, даже когда я сталкиваюсь с плохими сторонами Жени и не могу понять её хорошие стороны, я всё равно хочу, чтобы она была со мной. Я всё ещё хочу, чтобы она стала моей женой.

— Старший брат Лю...

Женя вцепилась в плащ Людвина, её щеки покраснели, а лицо расплылось в глупой ухмылке. Это было необычное выражение для той, которая обычно была такой отстраненной.

Наверное, если он собирался так серьезно говорить о том, как сильно он её любит, этого было бы достаточно, чтобы заставить улыбнуться любого.

Похоже, Трилл это не забавляло, потому что в её глазах, встретившихся с глазами Людвина, проскочили искры.

...Постойте, почему это превращается в любовный треугольник? Причем необычный: несмотря на то, что в нем участвовали две женщины и один мужчина, в центре его оказалась Женя.

Что ж, в интересах дружественных отношений с Империей я не мог допустить, чтобы отношения командующего нашими Национальными силами обороны и имперского посла испортились, так что мне придется поставить точку.

Я немного перешел в режим короля и заговорил с Трилл пугающим тоном.

— Леди Трилл. Если вы собираетесь оспаривать помолвку одного из моих вассалов...

— Что вы собираетесь с этим делать? — защищаясь, ответила она.

— Я доложу о ваших словах и действиях только что, не упуская ни одной детали, госпоже Марии и госпоже Жанне. Госпожа Жанна сказала мне:"Пожалуйста, скажите мне, если она сделает что-нибудь, что опозорит Империю. Я верну её, даже если для этого мне придется завязать веревку на её шее".

На этот раз Трилл спрятался за крупным телом Людвина. — Это единственное, чего я не хочу!

Её расстояние до Жени, которая уже пряталась там, сократилось, и Женя выглядела обеспокоенной этим.

— Наконец-то я могу учиться у старшей сестры Жени! — завопила Трилл. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь забрал меня обратно в Империю! Пожалуйста, избавьте меня хотя бы от этого!

— Тогда, пожалуйста, воздержись от того, чтобы поднимать шум по поводу браков моих вассалов, хорошо? — Я бросил на неё убедительный взгляд.

Трилл быстро отдала честь. — Поняла, сэр!

Боже правый.

Наблюдая за этим обменом между нами, Ку ухмыльнулся.

— ...Что? — спросил я.

— Нет, я просто подумал, что ты умеешь говорить, когда тебе это нужно, брат.

— Сейчас в замке полным ходом идет подготовка к моей коронации и свадьбе. — устало сказал я. — Более того, у нас есть план провести свадьбы для нескольких моих вассалов в разных местах столицы в одно и то же время. У меня и так не хватает пар для свадьбы. Если кто-то попытается помешать помолвке Людвина и Жени, это будет проблемой для меня. Мне не нужно больше работы.

— Разве это не довольно личная обида, чтобы действовать из-за неё? — спросил Ку.

— Я не буду этого отрицать.

Я уже был занят, поэтому у меня не было времени на это. Если быть честным, я хотел больше времени уделять воспитанию Сиана и Казухи. Ооо, как же я хотел получить отпуск по уходу за ребенком!

Пока я думал об этом, Ку сделал задумчивое выражение лица. — Свадьба, хм...

Похоже, он что-то замышлял, но, в общем, я мог бы пока оставить его в покое.

Сейчас мне нужно было сосредоточиться на том, что было передо мной.

Пока мы болтали, как идиоты, оно продолжало вращаться.

Один из магов земли, стоявший неподалеку, перенес Маленького Пронзителя перед подготовленной массивной каменной стеной, а затем двинул бур вперед.

Пока что мы перемещали Маленького Пронзителя с помощью магии гравитационного манипулирования мага земли, но на практике его толкало бы сзади большое животное, например, ринозавр(носорог).

Когда передняя часть маленького пронзителя соприкасалась с камнем, он продолжал вращаться и раскалывать его.

Сила, с которой он продолжал вращаться, когда врезался в скалу, была невероятной. Однако, скорость, с которой он высекал камень, казалась довольно медленной. Хотя он постоянно продвигался вперед, его скорость была такой же медленной, как скорость ходьбы гигантской черепахи.

— Ну... это только начало, я думаю? — сказал я. — А нельзя ли сделать так, чтобы он копал быстрее?

— Это то, что мы должны будем решить в будущем. — сказала Мерула, которая, несмотря на то, что была частью исследовательской группы, казалось, осталась немного в стороне. — В настоящее время это самая быстрая скорость, с которой он может копать. Если мы увеличим скорость его движения без увеличения скорости, с которой он роет, это приведет к поломке машины. Поэтому, я подозреваю, что нам нужно будет усовершенствовать заклинание, чтобы центральная ось могла вращаться быстрее.

— Ты думаешь, это возможно? — спросил я.

— Я думаю, это займет время. Но мы справимся.

Если Мерула, эксперт по магическим заклинаниям, занималась этим делом, я мог смело поручить его ей.

К счастью, казалось, что он вращается хорошо и стабильно.

— Сам ротатор стабилен, верно? — спросил я. — Я бы хотел придумать ему и другое применение.

— Оокия! — воскликнул Ку. — В таком случае, брат, меня интересует тот "отдых на лыжах", о котором ты говорил раньше. Если у нас есть вращательный механизм, мы можем сделать то, что ты называл подъемником, и это то, что, как ты сказал, сделает возможным это "катание на лыжах", верно?

Глаза Ку сверкали. Теперь, когда он упомянул об этом, мы обсуждали это.

Правда, если бы здесь было лыжное катание, республика с её снегом и горячими источниками могла бы привлекать туристов из королевства и империи, чтобы получать иностранную валюту.

То есть, я бы тоже хотел покататься на лыжах со своей семьей... но всё же.

— Для этого мне придется передать эту машину Тургису, понимаешь... — начал я.

— Что ты говоришь, брат?! Это совместный проект по разработке между нашими тремя странами. Никто не позволит королевству монополизировать его! —

Ку выглядел обиженным, но я попытался успокоить его, объясняя.

— Нет, я, конечно, знаю это. Но некоторые материалы, используемые в этой машине, весьма особенные. Если я не буду осторожен, это может привести к конфликту из-за них. В частности, с Лунарианским Ортодоксальным Папским государством".

Материал, о котором шла речь, конечно же, был центральным элементом системы хранения магии - проклятой рудой.

Проклятая руда, обладающая свойством обнулять (фактически поглощать) близлежащую магию, была ненавистна в этом мире, где магия, как правило, рассматривалась как работа духов или богов. Эта тенденция была особенно распространена в таких странах, как Лунарианское Ортодоксальное Папское государство и Королевство духов Гарлан, так что если они узнают, что мы используем проклятую руду, это вызовет серьезную головную боль.

Похоже, её обычно копали на юго-востоке этого континента, и у нашей страны были богатые запасы. Возможно, они могли бы добывать её и на востоке республики. Я мог бы держать это в секрете, если бы мы использовали его только в нашей стране, но, если бы мы поделились информацией с другими странами, существовал бы риск, что она в конце концов просочилась бы к третьим лицам.

Когда это произойдет, от того, сколько стран человечества будут готовы поддержать её использование, будет зависеть, как будут развиваться события после этого.

В свете сопротивления со стороны людей, связанных с Ортодоксальным Папским государством и Королевством духов, смогут ли Империя и Республика продолжать сотрудничество с нами?

Мне нужно будет выяснить у них этот вопрос в ходе переговоров.

Поэтому я сказал Ку. — Конечно, верно, что эта машина окажет большое положительное влияние на Республику Тургис. Если страна будет получать прибыль, то будет легче заткнуть рот тем, кто поддерживает политику расширения на север, поэтому я бы очень хотел, чтобы ты представил эту технологию.

— Брат...

— Просто сначала нам нужно подробнее обсудить, как обращаться с материалами, используемыми в ней. Итак, Ку, я хочу организовать переговоры между королевством, империей и республикой. Ты не будешь против, если ты будешь там представителем республики?

Ку стукнул себя в грудь. — Да! Мой старик оставил меня ответственным за любые переговоры с участием этих технологий. Я не настолько умен, но могу сказать, что эта машина откроет путь в будущее республики. Поэтому, если эта штука попадет в республику, я сделаю всё, что потребуется, чтобы помочь!

Глаза Ку были серьезными.

Когда мы только познакомились с ним, он был немного глуповат, но в какой-то момент стал таким надежным. Есть поговорка о том, как быстро взрослеют мальчики. Я чувствовал, что это справедливо и с Юлием. Казалось, пока люди живы, они продолжают расти.

Я тоже должен был стараться изо всех сил... или так я думал, но...

— Оокякя! Не могу не поинтересоваться, что это за "лыжный отдых". У этого занятия приятное название. — добавил Ку с дьявольским выражением лица.

Похоже, его рост был немного неравномерным.

Наполовину в отчаянии я пожал ему руку.

Я даже не заметил серьезных глаз Тару и Лерины, устремленных на Ку.

Несколько дней спустя он был занят в мастерской Тару в городе ремесленников Парнам.

— Эй, Тару. — сказал Ку. — Мы закончили обрабатывать наковальню. Куда ты хочешь её поставить?

— Ооо, она довольно тяжелая. — простонала Лерина.

Ку и Лерина несли тяжелую наковальню. До этого момента они занимались её обслуживанием вне мастерской.

Услышав их голоса, Тару, которая вычищала золу из печи, остановилась и вытерла со лба смесь сажи и пота. Она указала на место рядом с собой.

— Здесь, поближе к печи.

— Понял. — ответил Ку.

Ку и Лерина положили наковальню туда, куда их попросили.

Сейчас они втроем наводили порядок в мастерской Тару. В

последнее время мастерская пустовала из-за её работы над проектом по

разработке буровой установки, поэтому Тару использовала свой выходной день, чтобы навести там порядок и провести техническое обслуживание своих инструментов.

Ку вызвался помочь, а потом притащил с собой и Лерину.

С тех пор как они оказались в республике, Ку хотел показаться Тару с хорошей стороны, поэтому он часто помогал в уборке мастерской и привык обслуживать её инструменты.

Лерина, которую часто привлекали к помощи, была такой же.

Тару предполагала, что работа займет весь день, но с дополнительной помощью они закончили ещё до захода солнца.

В благодарность за помощь Тару подала им двоим черный чай, которому дала остыть после приготовления. До весны было ещё далеко, и было холодно, но они втроем вспотели от работы, поэтому холодный чай был особенно приятен на вкус.

— Спасибо за сегодняшний день. — смущенно сказала Тару, прикрывая рот чашкой. — Мастер Ку, Лерина.

— Оокякя! Ничего страшного. — энергично сказал Ку. — Правда, Лерина?

— Да. — Она выглядела немного измученной, её кроличьи ушки поникли. — Я уже давно привыкла к тому, что мастер Ку меня изводит.

Тару некоторое время наблюдал за этими двумя контрастными личностями.

— Итак, мастер Ку, я так и не услышала, по какому поводу вы здесь. — сказала она наконец. — Зачем вы пришли ко мне сегодня? Я полагаю, ты пришел не только для того, чтобы помочь прибраться в мастерской?

— Оокия? О! Точно, точно! — Ку хлопнул себя по колену, как будто только что вспомнил.

"О! Он действительно пришел по делу...". Глаза Тару слегка расширились от удивления.

В случае с Ку было более чем возможно, что он просто заглянул по прихоти. Вернее, до этого Ку именно так и поступал. Однако, сегодня Ку говорил с Тару с серьезным выражением лица.

— Я хотел услышать об этих технологиях в подробностях. Как оно? Как развитие?

— Всё идет гладко. — ответила Тару. — Даже если возникает проблема, госпожа Женя и госпожа Трилл спорят о ней некоторое время, а потом в мгновение ока делают новое открытие. Эти двое умны. Дальше всё просто: я делаю детали того качества, которое им требуется, а Мерула создает заклинания.

— Просто...? Я уверен, что это не так просто, как ты говоришь. — Ку вздохнул.

Несомненно, Женя и Трилл были гениями, но то, что Тару смогла ответить на их требования, несомненно, означало, что она была первоклассным мастером.

Ку удовлетворенно улыбнулся. — Оокьякья, это все благодаря тебе. Если бы тебя не было рядом, наша страна не смогла бы принять участие в проекте по разработке буров. Я очень рад, что ты отправился в королевство вместе со мной.

— ...Конечно.

Тару ответила отрывисто, а её щеки слегка покраснели. Вероятно, она не возражала против комплимента.

Лерина наблюдала за Тару с умиротворенным выражением лица.

Положив руку на колено, Ку встал и взял в руки ручную дрель для работы по дереву. Вращая её, Ку слегка вздохнул.

— Сейчас проблема в том, сможет ли наша страна использовать разработанную дрель? Вопрос о том, есть ли у нас люди, которые могут или нет... повлияет на её будущее.

— Мастер Ку?

Ку вел себя не так, как обычно, поэтому Тару и Лерина забеспокоились.     Обычный весельчак вел себя как совсем другой человек.

Когда Ку развернул перед ними карту континента, он ухмыльнулся, как зверь, присмотревший себе добычу.

— С тех пор как я встретил Фугу на севере, я всё время думал о том, что меня ждет. О будущем Республики Тургис.

— Будущее Республики... — прошептала Тару.

Лерина молчала.

Тару был удивлена неожиданной серьезностью разговора, но Лерина видела Фугу в Союзе Восточных Наций вместе с Ку, и ей уже рассказывали всё это.

— В будущем Малхитан Фуги поднимется на севере. — сказал Ку. — У него есть амбиции, а также способности, чтобы это произошло. Королевство Фридония Бро находится на востоке, а Империя Гран-Кэйос императрицы Марии - на западе. Вполне вероятно, что будущие события на континенте будут вращаться вокруг этих трех стран.

Говоря это, Ку указал на карту, а затем указал на Республику Тургис.

— В центре всего этого, что будет делать наша страна? Мы участвуем в медицинском альянсе и совместном проекте по разработке буровых установок, поэтому у нас дружеские отношения с королевством и Империей. Но этого недостаточно, чтобы мы могли расслабиться. Если Малхитан Фуги поглотит Союз Восточных Наций, а затем либо заключит союз с Лунарским Православным Папским государством и государством Наемников Зем, либо вторгнется и уничтожит их, его клыки могут дотянуться до самой республики. Нельзя даже быть уверенным, что королевство и империя навсегда останутся в безопасности. —

Ку сел на свое место, положив локти на скрещенные ноги, и застонал.

— Если это случится, сможет ли наша страна пройти через это? Зимой земля покрывается льдом и снегом, что затрудняет приближение врагов, но это не дает нам большой надежды на победу. Снег и лед также снижают нашу производительность, что затрудняет развитие страны. Тем не менее, нереально думать, что мы сможем расшириться на север и захватить земли, которые не замерзают. У нас нет воздушных сил из-за лютого холода и сильных воздушных потоков, поэтому нам будет трудно удержать любую землю, которую мы сможем захватить.

Республика была настолько холодной, что виверны и драконы её ненавидели, сильные воздушные потоки держали воздушные силы на расстоянии, а зимой дороги были закрыты снегом, что затрудняло проникновение иностранных врагов.

Однако, если всё это перевернуть, это также означало, что они не могли построить свои собственные военно-воздушные силы, а зимой линии снабжения их родины были отрезаны, поэтому вторжение в другие страны тоже было затруднено.

Многие представители старшего поколения в республике все ещё верили в политику расширения на север, но Ку считал, что им нужно поторопиться и очнуться от этой несбыточной мечты.

— Рассматривая будущее республики, нам нужен новый путь, который заменит политику расширения на север. — сказал Ку. — Я думаю, что этот проект по разработке буровых установок может стать тем прорывом, который нам нужен.

— Новый путь, вы говорите? — спросила Лерина.

Ку решительно кивнул.

— Наши люди умеют работать руками. Аксессуары, которые они создают, запершись на зиму в своих домах, детально продуманы, и я думаю, справедливо будет сказать, что мы лучшие на континенте, когда дело доходит до изготовления подобных вещей. Я хочу развить это ещё больше. Я хочу сделать республику незаменимой для королевства и империи, точно так же, как ваше мастерство ремесленника абсолютно необходимо для новых технологий.

По сути, то, о чем думал Ку, было технологическим национализмом.

Умение изготавливать сложные детали порой могло стать самой сильной дипломатической картой.

Если бы он смог сделать так, чтобы детали, изготовленные в республике, были незаменимы для королевства и империи, он мог бы ожидать, что две другие страны в ответ сделают много полезного для его страны.

Кроме того, если бы бур был развит и открыл дороги зимой, это означало бы, что они смогут импортировать большое количество продовольствия. Это помогло бы собрать средства и для этого.

— Совершенствование наших технологий в конечном итоге сделает Республику богатой. — сказал Ку. — Чтобы достичь этого, стране важно поддерживать таких ремесленников, как ты, Тару, которые будут создавать эти технологии. Для этого мне нужно изменить умы в республике.

Жители республики были жителями страны с передовыми технологиями, но они думали об изготовленных ими аксессуарах только как о способе скоротать время зимой. Пока это мышление не изменится, он не мог ожидать дальнейшего технологического прогресса.

— Я планирую поговорить об этом с моим отцом, но мы должны хвалить ремесленников, которые делают что-то удивительное, и пресекать деятельность тех, кто производит большое количество некачественного мусора. — сказал Ку. — Это породит в стране желание создавать что-то лучшее, и мы будем развиваться. Это тот путь, по которому должна идти Республика.

Тару кивнул Ку, который сжал руки в кулаки, пока говорил. — Я думаю, это хорошая идея. Наши техники - это сокровище.

— Мастер Ку, вы можете говорить впечатляющие вещи, в конце концов! — Лерина даже прослезилась.

Ку смущенно засмеялся. — Я пришел в королевство не для того, чтобы просто играть, понимаете? Я наблюдал за политикой Бро и впитывал то, что считал нужным. Поэтому я знаю, что нужно делать.

Затем Ку почесал затылок, как бы беспокоясь.

— Способность создавать превосходные технологии требует адаптивности. Это то, чего нам не хватает.

— А? Адаптивность? — спросила Лерина.

— Да. Например, как Бро использовал камни вещательной сети для создания программ. Он использовал то, что раньше использовалось только для выступлений, чтобы развлечь людей своей страны. Никто в этом мире никогда не думал об этом, верно? Способность адаптировать и применять существующие технологии гарантированно будет важна в будущем. Например, вращательный механизм в дрели. Я уверен, что Бро думает о всевозможных вариантах его использования.

— Возможно, ты прав. — Тару кивнула с задумчивым выражением лица. — Я уверена, что госпожа Женя и госпожа Трилл придумают для него всевозможные применения. Но, я не могу придумывать такие идеи.

— Да, и я тоже. Вот почему, хотя они, возможно, не дотягивают до уровня Бро, нам нужно найти своих людей, которые могут придумать такие вещи. И побольше.

— Если мы собираемся найти таких людей, у тебя есть идеи, где их искать? спросила Лерина.

Ку ухмыльнулся. — Сейчас - нет. Но, с некоторым запасом времени, мы сможем их получить.

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Мы соберем несколько умных людей из нашего народа, молодых и полных мотивации, и отправим их в Королевство и Империю учиться. Так же, как я учусь у Бро. Затем, если они вернутся домой и будут преподавать, это должно увеличить количество людей, способных мыслить адаптивно, в республике.

Идея Ку заключалась в том, чтобы собрать студентов для обучения за границей в королевстве и империи. Конечно, позже ему нужно будет получить разрешение от Гурана Тэйсея, человека, который был его отцом и главой Республики, но Ку планировал убедить его, несмотря ни на что.

Лерина была впечатлена. — Вау. Это удивительно, мастер Ку. Я никогда не знала, что вы обо всем этом думаете.

— Да, что ж, не стесняйтесь, продолжайте сыпать комплиментами. — Ку смущенно засмеялся.  — Ну, я же наш будущий глава государства. Я буду в затруднительном положении, если все окажутся бесполезными, когда я приму власть. Я должен нанять всех полезных людей, кого смогу, независимо от расы или возраста.

— Я думаю, это замечательно. — Тару выглядел искренне впечатленной, что только обрадовало Ку.

— Оокякя! Ты снова влюбилась в меня?

— Ты так быстро увлекаешься. — вздохнула она. — Как ты пришел к такому выводу?

— Ну, потому что я хочу, чтобы ты стала женой будущего главы государства.

Услышав, как он вот так прямо выражает свою привязанность к ней, у Тару не нашлось слов.

То, как он это сказал, было как всегда непринужденно, но его глаза были серьезны и устремлены прямо на неё.

— Я всегда серьезен, понимаешь? — сказал Ку. — Я знаю, что мы не можем сделать это прямо сейчас, но у меня есть все намерения сделать тебя своей женой, когда мы вернемся в Республику. Я хочу, чтобы ты была представителем ремесленников Республики, в конце концов. Я хочу, чтобы ты шла со мной.

Она молчала.

— Что ж, не стоит торопиться с ответом. — сказал Ку. — Подумай об этом.

С этими словами он встал и вышел из мастерской.

Оставшись вдвоем, Тару и Лерина безучастно смотрели на дверь, через которую он ушел.

Наконец, придя в себя первой, Лерина спросила Тару. — Молодой мастер выглядел серьезным. Что ты будешь делать?

Придя в себя, Тару ответила на её вопрос другим. — А?! Что я буду делать...? Ты не против, Лерина? Ты ведь тоже любишь мастера Ку?

После того, как она спросила это, пытаясь прочитать выражение лица Лерины, Лерина кивнула.

— Конечно, это правда, что у меня есть чувства к мастеру Ку. Однако, мастер Ку однажды станет главой республики. Если бы он сам попросил моей руки, это было бы одно, но я не могу просить его взять меня в жены сама. Вот почему, честно говоря, я ревную.

— Лерина...

Увидев обеспокоенное выражение лица Тару, Лерина хихикнула.

— Пока ты не прояснишь свои чувства, из верности к тебе, Мастер Ку не собирается смотреть на другую женщину. Независимо от того, примешь ты его предложение или отвергнешь, думаю, теперь он наконец-то сможет посмотреть и на меня. Я не буду требовать, чтобы он женился на мне, но я могу понравиться ему так, что он сам захочет сделать меня своей невестой. Я просто хочу быть рядом с хозяином Ку, в какой бы форме это ни было.

Тару потеряла дар речи.

Лерина встала и положила руку на дверь. — Теперь вопрос только в том, чего ты хочешь. Я не против быть второй, поэтому я буду болеть за вас двоих. Но, если ты отвергнешь его предложение, я постараюсь успокоить израненное сердце мастера Ку и сделать так, чтобы он принял меня как первую.

— Вижу, ты можешь честно рассказать о своих чувствах. — тихо произнесла Тару.

— Потому что я хочу быть с мастером Ку от всего сердца.

Сказав это, Лерина, словно воплощая свои слова в жизнь, вышла вслед за Ку за дверь. Оставшись позади, Тару задала себе вопрос.

"Чего я хочу...?"

Это был зимний день, когда мне было ещё десять лет.

Я ненавидела зиму, когда была маленькой. Зимой Республика Тургис закрывалась от снега и льда, и всякий раз, когда я открывал дверь, снег наваливался на меня по грудь, так что я не могла выйти на улицу.

В это время года взрослые сидели у огня, опустив головы, и занимались ремеслами в качестве подработки.

Это происходило потому, что зимой нельзя было обрабатывать поля или ловить рыбу на лодках, поэтому им больше нечем было заняться. Они выглядели такими унылыми, что у меня помутилось в голове.

Я просто тупо смотрела, как мой дедушка-кузнец бьет по железу.

В это время кузнецы были заняты починкой всех инструментов, которые фермеры отдавали им в ремонт. Заказы поступали осенью, и их нужно было отремонтировать в межсезонье, чтобы весной они были готовы к возврату.

Поэтому, несмотря на то, что была зима, мой дед стоял перед пылающей печью в тонкой одежде.

Кланг, кланг, кланг...

Я слушала стук молотка и смотрела на пляшущие языки пламени. Я думала, что мой дед был крут, когда бил по железу.

Но когда мне приходилось наблюдать одну и ту же сцену изо дня в день, это неизбежно становилось скучным.

Мне скучно...

Размышляя об этом, я испустила последний из, кто знает, скольких вздохов той зимой.

Бвун! Мои мысли были прерваны трубным криком какого-то большого зверя снаружи.

Это был нумот?

Нумоты были крупными шерстистыми существами, они без труда пробирались сквозь толщу снега, поэтому их разводили в основном для военных целей.

Когда я бросилась к двери, ноги нумота были прямо перед моими глазами. Он был такой большой, что мне пришлось поднять голову, чтобы полностью рассмотреть его, моя челюсть аж упала от удивления.

— Оокякя! — засмеялся сверху энергичный молодой голос. — Правильно ли я понимаю, что это мастерская Озуми?

На мгновение мне показалось, что заговорил стоящий передо мной нумот, но вскоре я заметил, что из-за бока нумота выглядывает мальчик из расы снежных обезьян, примерно моего возраста.

— Я хочу, чтобы ты починил меч моего старика, так как я сломал его, размахивая им.

Казалось, голос принадлежал мальчику.

— Это... Это... — сумела выдавить из себя я.

Следом за мальчиком выглянула девочка из расы белых кроликов, которая выглядела немного старше меня.

— Эй, молодой господин. — сказала она. — Мы напугали бедную девочку тем, что внезапно прискакали на нумоте. Кроме того, этот нумот - военный, которого выращивает твой отец, и мы тоже взяли его без разрешения, так что он опять рассердится, понимаешь?

— Оокякя! Где же тут вред? Было бы изнурительно идти по этому снегу.

Мальчик-снежная обезьяна, казалось, ничуть не обеспокоился тем, что девочка-белый кролик ругается на него. Вероятно, между ними была разница в статусе. Мальчик вел себя так, будто он важнее её.

Затем, мальчик ловко спрыгнул вниз с нумота.

— Оокия?!

Он был не выше меня, поэтому погрузился в снег по грудь.

Возможно, заупрямившись, мальчик крикнул:"Фангх!" - и поплелся по снегу ко мне.

Когда он оказался передо мной, он наконец-то улыбнулся и сказал. — Я Ку. А это Лерина там, наверху. А ты?

— ...Тару.

— Тебя зовут Тару, да? Приятно познакомиться, Тару.

Когда он это сказал, мальчик, представившийся Ку, взял мою руку и энергично пожал её.

Он прорезал снег, который мешал мне выйти на улицу, как будто это было неважно.

Это была моя первая встреча с мастером Ку.

—Уже утро... — пробормотала я.

У меня был выходной, но, по укоренившейся привычке, я проснулась ещё до рассвета. Как обычно, на улице было ещё темно.

Встав с постели, я вспомнила сон, который только что видела. Это был сон о том, как в детстве я впервые встретила мастера Ку и Лерину.

После того дня Мастер Ку и Лерина неоднократно приходили ко мне домой, чтобы поиграть.

Но в помещении было мало развлечений, поэтому мастер Ку всегда охотно брал меня с собой на природу. Мы катались на нумоте и ходили в самые разные места.

Поскольку мастер Ку был безрассуден по натуре, он брал нас с Лериной в опасные места, где мы попадали под лавины, нас преследовали дикие твари, на нас кричали взрослые, которые узнавали об этом, и мы попадали во всевозможные другие довольно несправедливые ситуации.

Приятные воспоминания.

Я пыталась сравнить тогдашнего мастера Ку с нынешним.

Я думаю... Мастер Ку действительно изменился.

Я чувствовала, что приезд в эту страну - контакт с несколькими странами - помог расширить его горизонты.

Он отправился в Союз Восточных Наций, поэтому был таким же безрассудным, как и раньше, но при этом он осознавал, что является сыном главы нашей республики, и видел, что хорошо для нашей страны, а что угрожает нам.

Я думаю, он вырос.

Но некоторые вещи никогда не меняются.

Мастер Ку всегда пытался разрушить стены, которые стояли на нашем пути.

Например, в молодости он пробивался сквозь снег, чтобы прийти ко мне, а теперь он пытался с помощью дрели открыть дыру и впустить свежий воздух в Республику, которая казалась запертой в снегу и льду.

Именно потому, что мастер Ку был таким, каким он был, Лерина любила и обожала его, даже после всего того ада, через который он заставил её пройти, и пошла бы за ним куда угодно.

Я... тоже хотела помочь мастеру Ку.

Я не умела сражаться, поэтому не могла следовать за ним на поле боя, как Лерина, но я могла хотя бы наблюдать за тем, как мастер Ку продвигается вперед, стоя позади.

Так же, как Мастер Ку пробился сквозь снег, чтобы вывести меня наружу, если на пути Мастера Ку стояла стена, то на этот раз я хотел быть тем, кто её разрушит.

Поскольку у меня не было боевой силы, я сделаю это, используя все имеющиеся в моем распоряжении возможности.

— ...Хорошо.

Набравшись решимости, я позавтракала и вышла из мастерской.

Десять дней спустя...

— Эй, Таруу, я здесь! — позвал Ку.

— Тааааруууу? — отозвалась Лерина.

Тару только что вызвала Ку с помощью письма, в котором говорилось, что ей нужно обсудить что-то важное, поэтому он вместе с Лериной был здесь, в её мастерской.

Печь сегодня не зажигали, был полдень, поэтому без света в здании было мрачно.

Они вошли в мастерскую и осмотрелись.

— Честное слово, эта Тару. —  сказал Ку. — Чем она занимается?

Лерина молчала.

В последнее время Тару вела себя странно.

Казалось, она всегда была занята, поэтому её часто не было дома, когда Ку приходил навестить её мастерскую.

Казалось, она что-то замышляет, но когда Ку спрашивал, она отвечала:"Это все ещё секрет".

"Все ещё" в этом предложении означало, что она собиралась в конце концов рассказать ему, поэтому он оставил это без внимания, но это его беспокоило.

Было и ещё одно странное обстоятельство.

Около недели назад Тару пришла одолжить дубину, которая была его любимым оружием. Она была той, кто сделал её, и сказала, что хочет сделать ремонт, но она до сих пор её не вернула. Неужели она позвала его сюда, чтобы вернуть её сегодня?

Пока Ку размышлял об этом, Тару вышла из мастерской. В руках она держала очень длинный предмет, завернутый в ткань.

— Мастер Ку, Лерина. Добро пожаловать.

— Привет, Тару. — непринужденно сказал Ку. — Это моя дубина, над которой ты работала?

Тару извиняюще покачала головой. — Простите, мастер Ку. Техническое обслуживание было ложью.

— Оокия? Ты не работала над ней? Почему?

— То, что я сделала, не было техническим обслуживанием, это была модернизация.

Сказав это, она стянула ткань с длинного предмета.

Внутри оказалась дубина Ку, которая изменилась. Центральная часть, на которой была изображена золотая сороконожка, заметно не изменилась. Однако, на обоих концах были вырезаны два канала, из которых торчали куски голого металла.

Если бы Сома мог видеть это, он мог бы подумать, что это похоже на дубину из волчьего зуба или лангьябанг, которые появлялись в играх, вдохновленных "Романтикой трех королевств".

— Что это?! — удивленно воскликнул Ку.

Тару указал на верхнюю часть сороконожки.

— Нажми на кнопку там.

— А? Это?

Когда Ку нажал на кнопку, как ему было сказано, металлические кусочки на каждом конце дубины загудели и начали быстро вращаться.

Пока Ку и Лерина смотрели, ошеломленные увиденным, Тару объяснила, звучя несколько гордо. — Я добавила функцию дрели, которую вы просили, мастер Ку.

— Нет... Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет! — Ку ещё раз нажал на кнопку, чтобы остановить вращение, а затем повернулся к Тару. — Нет, разве ты не сказала, что это невозможно, когда мы говорили об этом раньше?

— Это было довольно сложно. Если ты собираешься размахивать им как дубиной, цилиндрическая форма лучше, чем коническая, поэтому я посоветовалась с госпожой Женей и госпожой Трилл, и вот что мы придумали. Разбрасывать бесчисленные лезвия по концу дубины было неэффективно, поэтому мы использовали два желобка, как у ручного сверла для проделывания отверстий в дереве, чтобы придать дубине форму, способную копать сквозь предметы. Сверлильная часть была усилена магией Мерулы, так что она довольно прочная. —

Положив руки на бедра, Тару с гордостью выпятила грудь.

— Если бы я хотела дать ему имя, то это была бы... дубина-бур.

Пока Тару продолжала объяснять, как изменилось оружие, Ку сжал виски.

— Нет, это больше, чем я ожидал, и я рад, что ты сделала его для меня. Я не ожидал, что ты воплотишь в жизнь то, что я хотел. Ты довольно упрямая, верно, Тару? Я ожидал, что ты отмахнешься от такой глупой просьбы.

— Это... демонстрация моей решимости. — Тару мягко коснулась дубины и заговорила серьезным тоном. — То, что ты хочешь сделать, то, что ты хочешь исполнить, то, чего ты хочешь достичь... Я хочу поддержать тебя во всем. Даже если люди скажут, что это безрассудство или безумие, я не отвергну это. Я сделаю все, что в моих силах, используя свои навыки, и я обязательно добьюсь этого.

— Тару... Ты...

Ку протянул к ней руку. Когда он это сделал, Тару взяла его руку и прижала к своей груди.

— До тех пор, пока ты будешь идти вперед, двигаясь к своей мечте, я буду рядом с тобой, поддерживая тебя. Потому что в глубине души я хочу прорваться вместе с тобой.

— Это значит... ты согласишься на помолвку?

Тару слегка кивнул.

Ку был настолько переполнен эмоциями, что попытался обнять её, но как раз в тот момент, когда он собирался это сделать, она сказала "Подожди" и подняла руку, чтобы остановить его.

Ку с визгом остановился.

Тару спросила. — Могу я поставить одно условие?

— Конечно! Если это что-то, что я могу сделать, то все, что угодно!

— Ну, тогда... — Тару подошла к Лерине и взяла её за руку.

— А? Тару? — недоуменно спросила Лерина.

— Пойдем со мной. — сказала она.

Затем, рука об руку с Лериной, они встали перед Ку, и Тару сказала. — Если мы поженимся, я хочу, чтобы Лерина тоже учавствовала.

— А...? Что?!

Это заставило глаза Ку и Лерины расшириться от удивления.

— Э-э-э, Тару? Почему ты вдруг...? — начала Лерина.

— Я могу поддержать Ку на технологическом фронте, но у меня много слабых мест в других областях. Я умею делать оружие, но не могу сражаться вместе с ним, и я слишком застенчива, чтобы быть полезной в социальных ситуациях. Ты ведь можешь помочь Ку в такие моменты, Лерина?.

Пока Лерина в замешательстве смотрела на неё, Тару фыркнула.

— Возможно, настанет время, когда мне придется смириться с тем, что он возьмет себе жену, которая сможет делать то, что не могу я. Если так, то я хочу, чтобы это была ты.

— Тару... — сказала Лерина, пошевелившись.

— Эй! Не решай это в одиночку... Тару - это та, кого я... — Ку попытался перебить, но Тару ткнула пальцем перед его носом.

— Ты всегда ведешь себя так безрассудно. Я слышала, ты и в Союзе Восточных Наций вел себя безрассудно.

— Ну, да, но...

— Сколько бы я ни волновалась, я не могу помочь тебе на поле боя. Но Лерина может защищать тебя и сражаться вместе с тобой. Если Лерина будет с тобой, я смогу чувствовать себя немного спокойнее в ожидании. Я буду поддерживать тебя дома, а Лерина будет поддерживать тебя снаружи. Ты ведь не ненавидишь её, так ведь?

— Ну, нет, я не ненавижу её... но это не значит...

Пока Ку заикался, Тару продолжал давить на него.

— Раньше ты говорил "Будешь ли ты моей женой?" младшей сестре короля Сомы.

— Я просто пытался привлечь твое внимание! — крикнул он.

— Я знаю. Ты всегда флиртовал с девушками, а потом смотрел в мою сторону. Я как бы знала, что ты хочешь, чтобы я ревновала.

Она была права. Когда она говорила все эти вещи, видя его тщеславие насквозь. Ку хотелось найти нору и спрятаться в ней.

Пока он так себя чувствовал, Тару посмотрел ему прямо в глаза и сказал. — Но ты никогда не пытался приударить за Лериной. Хотя она симпатичная девушка, и ты знаешь её даже дольше, чем меня. Это потому, что ты знал, что чувствует Лерина, верно? Если бы ты приставал к ней, когда у тебя не было планов продолжать, ты бы сделал ей больно. Вот почему ты никогда этого не делал.

Ку молчал.

— М-мастер Ку...? — нерешительно спросила Лерина.

Она снова попала в точку. Она полностью видела Ку насквозь. Возможно, это было потому, что, хотя она и обращалась с ним грубо, Тару все это время наблюдал за Ку.

— Лерина всегда думала о тебе. — сказал Тару. — И ты не ненавидишь её. Мне тоже нравится Лерина. Так что... я не хочу, чтобы она осталась в стороне.

— О, прекрасно, я понял! Я возьму, возьму! — Ку поднял руки в знак капитуляции. Затем, он неловко посмотрел на Лерину. — Эээ... вот так. Ты тоже, будешь моей женой?

Лерина, должно быть, была поражена эмоциями. Она улыбалась, а по её лицу текли крупные слезы. — Мастер Ку... Да! Я знаю, что у меня много недостатков, но, пожалуйста, позаботься обо мне!

Тару погладила Лерину по спине. Лерина, которая была так рада их помолвке, и Тару, которая так хотела защитить его, что приняла Лерину.

Имея перед собой этих двух замечательных девушек, Ку, казалось, принял решение. — Оокяаа! Раз так, я буду мужиком и буду заботиться о вас обеих!

— Это неправильно. — сказала Тару. — Это мы будем заботиться о тебе.

— Тару права. — согласилась Лерина, фыркнув.

Ку не мог вести себя спокойно, так как эти двое подшучивали над ним до самого конца.

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Ночью первого дня третьего месяца 1548-го года по континентальному календарю - Замок Парнам -

Лидер «Черных котов», подразделения разведки и тайных операций, подчинявшегося непосредственно короне, был вызван Сомой в офис правительственных дел в замке Парнам.

Когда Кагетора вошел в своей обычной внушительной маске черного тигра и черных доспехах не через дверь кабинета, а через стеклянную дверь, ведущую на террасу, Сома прижал руку ко лбу и вздохнул.

— Я пришел по вашему приказу, — объявил Кагетора.

— ...Разве ты не можешь воспользоваться дверьми?

— Люди с подозрением относятся ко мне в этом наряде. Не хотелось бы, чтобы одна из служанок снова упала в обморок.

— Поздновато об этом говорить, но этот наряд совсем не страшный.

Может, он и таял в темноте, но Кагетора выглядел крайне неуместно везде, где был свет. Однако Кагетора покачал головой.

— Если понадобится, внимание окружающих можно отвлечь с помощью чар. Важнее другое: для чего вы позвали меня сюда сегодня? Мне кажется, у вас есть для меня какое-то важное задание.

— Да. Это задание я могу поручить только тебе. — Лицо Сомы стало серьезным, и он достал прямоугольный предмет из ящика стола своего кабинета.

Это был металлический футляр.

Это была прямоугольная призма, 15 см х 20 см х 40 см, без каких-либо украшений на поверхности, но на верхней стороне, где находилась крышка, был большой замок.

Глядя на простоту конструкции и внимание, уделенное ее защите, можно было сделать вывод, насколько важным должно быть содержимое.

Сома передал металлическую коробку Кагеторе.

— Я хочу, чтобы ты доставил это моему тестю в Дом Эльфриден. Я прошу тебя об этом, потому что хочу, чтобы ты лично доставил этот предмет. Он должен оставаться запечатанным, пока не попадет в руки отца.

— Вы имеете в виду бывшего короля, сэра Альберта? — Кагетора уставилась на металлический ящик.

Это была плотно запечатанная коробка.

Отправителем был нынешний (временный) король страны.

Получателем был бывший король.

К тому же, отправляя ее с лидером Черных котов, он проявил осторожность.

Казалось, что внутри находится какой-то опасный предмет, который может потрясти страну.

Что же могло быть в коробке?

— Могу ли я поинтересоваться содержимым? — спросил Кагетора.

— Нельзя. Я не могу тебе сказать.

Сказав это, Сома передал ему письмо с печатью.

— Я бы хотел, чтобы ты отдал это письмо отцу вместе со шкатулкой. В нем ключ от этой шкатулки. Пусть отец прочитает письмо в твоем присутствии, и когда он закончит, ты должен будешь выполнить содержащиеся в нем приказы.

— ...Понял.

Кагетора склонил голову и принял шкатулку и письмо.

Хотя посылка была ничем не примечательной, он знал молодого короля. Здесь должна была быть какая-то глубокая мысль, поэтому Кагетора не стал больше ничего спрашивать. Теперь оставалось лишь с точностью выполнить порученное ему задание.

Кагетора уже собирался уйти с террасы тем же путем, что и пришел... и тут случилось это.

В дверь кабинета постучали.

Кагетора попытался спрятаться, но Сома сказал: —Подожди— и остановил его.

— Это я. Можно войти? — Это был женский голос. Этот голос принадлежал Лисии.

Сома сказал: — Проходи.

Дверь открылась, и Лисия и...

— Моя госпожа?! — воскликнул Кагетора.

...вместе с ней вошла бывшая королева, Элисия.

— Прошло слишком много времени, — формально сказала Элисия. — Сэр ... то есть, сэр Кагетора.

Она была так же грациозна, как и всегда, и, несмотря на то, что теперь она была бабушкой, она все еще оставалась красивой леди.

Оказалось, что, услышав от Сомы, как трудно растить близнецов как своих первых детей, она поспешила к ним, чтобы поддержать их.

Лисия и Элисия держали по одному из детей, Казуху и Сиана. Лисия посмотрела на Кагетору, который стоял в углу комнаты, ошеломленный, и кивнула ему с мягкой улыбкой.

Увидев ее, в глазах Кагеторы, глубоко под маской, вспыхнуло что-то горячее.

Эта принцесса-сорванец... теперь она мать...

В этой комнате теперь жили три поколения королевских принцесс. От этой сцены Кагеторе захотелось ущипнуть себя, но он отчаянно скрывал свои эмоции, не желая, чтобы их обнаружили.

Пока Кагетора боролся, Сома спросил Лисию: — Ты уже закончила давать молоко Сиану и Казухе?

— Да. Они оба сегодня много ели, а теперь крепко спят. Сиан заснул у меня на груди, а Казуха почему-то была взволнована и никак не могла заснуть.

— Хи-хи, Казуха прямо как ты в детстве, — хихикнула Элисия. — Ты была такой же непоседливой малышкой, знаешь? Всегда норовила улизнуть из постели.

— М-мать. Мне неловко, когда ты вспоминаешь то, что я даже не могу вспомнить...

От разговоров Элисия о старых воспоминаниях щеки Лисии раскраснелись.

С кривой улыбкой наблюдая за их разговором, Сома взглянул на лица близнецов. Казуха спала на руках у Лисии, а Сиан - у Элисия.

— Честно говоря, - вздохнул Сома. — Если бы не мои обязанности, они такие милые, что я мог бы смотреть на них весь день.

— О, боже, не будь глупцом, — сказала Лисия. — Ты король, Сома, так что держи себя в руках.

— Хи-хи-хи! Лисия, ты говоришь так же, как я раньше.

То, что Лисия укоряла Сому за то, что он ведет себя как глупый родитель, казалось, забавляло.

Пока Кагетора стоял, чувствуя себя не в своей тарелке в этой уютной обстановке, Лисия посмотрела в его сторону.

Затем она подошла к нему. — Гм... господин Кагетора?

— ...В чем дело?

— Не могли бы вы подержать ее для меня?

С этими словами она передала Казуху Кагеторе.

Казалось, Кагетора был нехарактерно встревожен этим предложением. — Нет, я... я напугаю ребенка, если возьму ее на руки...

— Все в порядке. — Лисия смотрела на Кагетору совершенно искренне. — Вы очень похожи на человека, которого я любила и уважала. Я слышала от матери. Этот человек однажды держал меня на руках, когда я была размером с Казуху. И он обожал меня, словно я была его собственной дочерью. Так что... нет никаких шансов, что эта девушка, моя дочь, невзлюбит вас.

— Принцесса...

Кагетора снял свои перчатки и нерешительно принял Казуху.

У него были толстые, мощные руки, но поскольку Кагетора был зверем, его руки были покрыты мехом.

Хотя мех на мгновение пощекотал Казуху, когда он взял ее, она вскоре начала спокойно лежать с выражением полного спокойствия на лице.

Дети всегда чувствительны, ведь они еще так многого не знают о мире. Должно быть, эта чувствительность позволила ей уловить, что эти руки принадлежат тому, кто будет безоговорочно защищать ее.

Через минуту Кагетора вернул Казуху Лисии.

— Я благодарен, что вы предложили мне этот ценный опыт.

— Хи-хи. В будущем Сома может доставить вам много неприятностей, но, пожалуйста, не давите на себя слишком сильно и береги себя.

Видя заботу Лисии о Кагеторе, Сома немного расстроился. — Неприятности? Это просто несправедливо.

— О, Боже! Завидуешь господину Кагеторе, да, зять? — поддразнила Элисия.

Сома покорно пожал плечами. — Не стану отрицать, матушка.

Почувствовав, что его губы под маской выгнулись вверх благодаря окружающему теплу, Кагетора сказал: —  Прошу прощения —   а затем исчез в ночной темноте с террасы.

***

Вечером следующего дня

Кагетора был уже в бывшем владении предыдущего короля Альберта, скрытом в горах.

Он прибыл в особняк Альберта и был проведен служанкой, которая выглядела несколько испуганной его появлением, в гостиную.

Хотя шел уже третий месяц, в горах было еще холодно, и в большом очаге горел огонь. Альберт уже был в гостиной, и он с улыбкой приветствовал Кагетору.

— О, сэр... сэр Кагетора. Хорошо, что вы пришли.

— Да, сэр. — Кагетора отсалютовал. — Я рад видеть вас в добром здравии.

Альберт хлопнул его по плечу. — Ничего подобного, ничего подобного! Я теперь на пенсии. Давайте отбросим ограничения сеньора и вассала, и будем относиться друг к другу, как старые друзья.

— Нет... если вы простите мою грубость, я не думаю, что мы были настолько хорошо знакомы.

— ...Ты никогда не меняешься. Этот твой характер доставляет столько же хлопот, сколько и раньше.

Вздохнув из-за упрямства Кагеторы, Альберт протянул свою правую руку.

— Тогда давайте станем друзьями. Если ты будешь относиться ко мне как к знакомому, которого я давно знаю, мне будет приятно.

— ...Да, сэр. Если вы так хотите, я сделаю это с радостью.

Кагетора взял Альберта за руку, и они обменялись крепким рукопожатием.

Альберт предложил Кагеторе сесть на диван у камина, а сам сел за маленький столик напротив него.

Затем, сложив руки вместе над коленом, Альберт спросил: — Итак, по какому делу ты пришел сегодня?

—Я пришел с посылкой для вас от моего хозяина, Его Величества, короля Сомы.

Кагетора передал полученный им металлический ящик. Затем он достал из кармана письмо, которое было другой вещью, доверенной ему Сомой, и передал его Альберту.

Бывший король посмотрел на металлический ящик и сказал: — О, Боже, что это может быть?

— Я также получил это письмо от моего господина. Он сказал, что вы должны прочитать его в моем присутствии. Ключ от этой шкатулки должен быть приложен к нему.

— Хм. Понял.

Альберт принял конверт. Сломав печать и вытащив письмо, он начал читать его. По ходу чтения он время от времени повторял: «Угу, угу» или «Понятно...», а когда закончил, сложил письмо.

Из конверта он достал ключ от металлического ящика. Держа его в двух пальцах, он посмотрел на Кагетору.

— В письме говорится, что ты должен выполнять мои приказы, пока находишься здесь.

— Да, сэр. Мне приказал  мой господин.

— Хм... убедись, что ты запомнил эти слова.

С этими словами Альберт вставил ключ в замок, закрывающий ящик. Раздался щелчок, когда он повернул его, и крышка медленно открылась.

Кагетора наблюдала за происходящим, ожидая увидеть, какой важный предмет может оказаться внутри, но...

— Хм?

Внутри была одна бутылка вина.

Что... именно это должно быть? Глаза Кагеторы расширились.

Его заставили нести, казалось бы, важный ящик, но на самом деле он всего лишь принес бутылку вина сэру Альберту.

Кагетора уже начал думать, что хозяин смеется над ним, но тут...

— Хм?! Это вино?! — Увидев марку вина, глаза Кагеторы выпучились под маской.

Увидев реакцию Альберта, Альберт ухмыльнулся. — О, Боже, как странно. Ты не должен ничего знать об этом вине.

— Нет... ничего. Это просто мое воображение.

— Это вино, видите ли? Когда родилась моя дочь Лисия, я послал его одному старому другу. Вино, сделанное в год ее рождения, в надежде, что он всегда будет защищать ее.  Мой друг часто говорил: —  Я намерен выпить это вино в день свадьбы принцессы. — Сейчас этого друга уже нет с нами, но...

Пока Альберт говорил, он жестом попросил одну из служанок подойти ближе, а затем приказал ей принести два бокала и что-нибудь на ужин.

После этого Альберт откинулся на спинку дивана и снова посмотрел на письмо.

— Похоже,  мой друг доверил это вино моему зятю. Однако  мой зять говорит, что у него нет вкуса к вину, и оно было бы для него пустой тратой времени, поэтому он хотел бы, чтобы я выпил его. Будет проблемой, если я упаду пьяным в день их свадьбы, поэтому я должен выпить его в качестве предварительного празднования. «Будет неловко пить его в одиночку, поэтому пусть к тебе присоединится тот, кого я послал принести его тебе»... вот что там написано. Присоединишься ли ты ко мне, сэр Кагетора?

— Нет, я никогда не смогу выпить такое... —  Кагетора запнулся.

— Тебе приказано делать то, что я прикажу?

— Гух...

Кагетора попытался оправдаться, но не смог перед лицом приказа своего господина.

Пока он скрежетал зубами, служанка принесла небольшое угощение и поставила его на стол.

Затем, как бы нанося последний удар, Альберт поднял бокал за Кагетору.

— Я тут подумал, что у меня слишком много свободного времени из-за отсутствия Элисия. Что скажешь? Не выпьешь ли ты со мной в память о моем покойном старом друге и в честь замужества нашей дочери?

— ...Да, господин. — Наконец сдавшись, Кагетора принял бокал. — Понятно. Но вы  же никак не можете напиться одной бутылкой.

— Хо, хо, хо, будьте уверены. В нашем винном погребе еще много вина «этого» урожая. Я купил его в большом количестве, потому что, видите ли, был так счастлив рождению Лисии.

Похоже, бутылка, которую Альберт послал своему другу, была лишь одной из многих.

— Такие расточительные траты... —  вздохнул Кагетора. — Разве госпожа не была бы в ярости, если бы узнала об этом?

— Да, она была очень зла на меня. Она не разрешала мне держать Лисию на руках некоторое время.

— Хе-хе-хе! Это так на тебя похоже... Гья-ха-ха! — Кагетора смеялся громче, чем обычно от него ожидали.

Альберт присоединился, и особняк наполнился звонким мужским смехом.

В ту ночь пили и веселились, но утром в гостиной остался только Альберт, а его гость давно исчез.

Скорее всего, он уже отправился на новое задание.

Подобно тени, Кагетора был человеком многих тайн.

3-й день третьего месяца 1548-й год по континентальному календарю

Динь-дон! Динь-дон!

Раздался радостный звон колокольчиков.

— Поздравляем!

— Да хранит тебя Мать-Дракон!

Толпа хлопала и аплодировала без остановки.

В этот день две пары соединились в браке...

Однако это произошло не в королевстве Фридония, а в королевстве Ластания внутри Союза Восточных Наций.

— Принцесса Тиа! Поздравляю!

— Лорд Юлий! Пожалуйста, позаботьтесь о принцессе и сделайте ее счастливой!

— Вы прекрасны, капитан Лорен!

— Поздравляю, Джирукома!

В теплый день, когда можно было почувствовать приближение весны, Королевство Ластания стало свидетелем свадьбы Юлия с принцессой Тией и Джирукомы с капитаном Лорен.

Поскольку это была свадьба единственной принцессы страны, в центральном городе Ласта было так шумно, что можно было подумать, что там собралось все не очень большое население этой маленькой страны.

Поскольку Лорен была популярна среди солдат Королевства Ластания, к аплодисментам примешивались насмешки парней, которые завидовали Джирукоме.

— Капитан Лорен наконец-то стала замужней...

— Будь ты проклят, Джирукома! Украл у нас капитана Лорен! Если ты когда-нибудь заставишь ее плакать, ты заплатишь за это!

Но их было очень мало.

Подавляющее большинство осыпало их благословениями, и молодожены помахали толпе.

На высокой платформе позади них родители принцессы Тии, нынешние король и королева королевства Ластания, наблюдали за происходящим с довольными улыбками.

В конце концов, новоиспеченные жених и невеста начали идти по дороге, с обеих сторон заполненной толпами людей.

Они сделали полный круг по городу, показывая себя тем, кто любезно пришел посмотреть на их свадьбу.

В этот момент одна из почетных гостей, Лорен, которая, видимо, не привыкла носить платье, споткнулась и чуть не упала.

Джирукома протянул руку и поймал ее.

— Простите! Сэр Джирукома! — Лицо Лорен стало ярко-красным, и она отпрыгнула от него. Затем, руками в шелковых перчатках, она закрыла щеки. — Уф... как неловко. Не привыкшая к такому изысканному наряду, я выставила себя на посмешище. Теперь я наконец-то могу стать вашей женой, и все же я ненавижу себя за то, что не могу вести себя так же женственно, как принцесса.

Видя, что она так смущается, Джирукома подумал, что это мило. Не в силах подавить нахлынувшие эмоции, он подхватил ее на руки.

Неожиданно подхваченная на руки как принцесса, Лорен несколько раз моргнула

— Ува?! Сэр Джирукома?!

— Я полюбил вас за вашу обычную галантность, — заявил Джирукома. — Но, увидев вас такой великолепной сегодня, я влюбился в вас по уши. Я самый счастливый человек на континенте, мисс Лорен.

— Сэр Джирукома... да. О, но, пожалуйста, прекратите это «мисс». — Это делает нас похожими на незнакомцев. Я теперь ваша жена.

— Я понимаю... Лорен. Тогда и… ты не называй меня сэр.

— Да, дорогой! — ответила Лорен в объятиях Джирукомы, на ее лице появилась широкая улыбка.

Увидев счастье на лице Лорен, Тиа тоже улыбнулась Юлию. — Капитан Лорен выглядит такой счастливой!

— Да... я уверен, что Джирукома чувствует то же самое, — сказал Юлий со своим обычным холодным выражением лица. — Я бы сказал, что обычно он не из тех, кто вот так на глазах у других подхватывает женщину на руки, но его подтолкнули к этому, потому что он не хотел видеть грустное выражение лица госпожи Лорен.

Тиа заглянула ему в лицо. — Но... я действительно завидую ей.

Увидев тонко завуалированную надежду на лице Тии, Юлий издал покорный вздох. — ...Ну что, пойдем?

Он поднял Тию, как Джирукома поднял Лорен. Но, конечно, его смущение победило.

Юлий сохранял свое обычное каменное выражение лица. Тиа обвила его шею своей гибкой рукой и притянула к себе так близко, что он почувствовал ее дыхание.

— Мне нравится это в тебе, лорд Юлий.

— «Что» во мне? — спросил он.

— То, что ты добрый, но неловкий и не можешь этого показать.

— Ты... говоришь смущающие вещи.

Юлий слегка хлопнул Тию по голове. Это было совсем не больно, но Тиа схватилась обеими руками за место удара и надула щеки.

— Я думаю, ты был бы таким замечательным, если бы мог быть честным в своих чувствах, лорд Юлий, — сказала она с тоской.

— Этот характер мне подходит. В моей работе легче быть немного уважаемым и немного внушать страх.

— Муррр, но тогда никто не узнает, какой ты замечательный.

— Ты понимаешь меня, Тиа. — Он слегка улыбнулся. — Это все, что мне нужно.

Сердце Тии пропустило удар. — То, что ты всегда заставляешь мое сердце биться так... это несправедливо.

— Я могу сказать то же самое о тебе.

— Я тоже заставляю твое сердце биться?

— Да. Если я отвожу от тебя взгляд, я никогда не знаю, в какие приключения ты можешь влезть.

— Эй…. —  Принцесса Тиа застонала от недовольства.

Юлий снова слегка улыбнулся.

***

Несколько дней спустя в офисе по государственным делам королевского особняка в Ласте Юлий создавал документы, необходимые для государственных нужд.

Обычно этим должен был заниматься король Ласты, но Юлий мог сделать это и быстрее, и лучше. В какой-то момент Юлий стал выполнять работу вместо него, а король, просмотрев документ, просто ставил на нем свою печать.

Благодаря тому, что Ластания пережила предыдущую волну демонов, во время вручения почестей в Союзе восточных наций ее территория была увеличена почти вдвое.

Правда, поскольку их страна изначально была такой маленькой, рост их могущества как государства был незначительным. Однако с увеличением территории росло число людей, а значит, увеличивалось и количество дел, которые необходимо было решать, что означало рост объема работы.

С нынешним объемом никто, кроме Юлия, не мог справиться, и было решено, что благодаря его браку с принцессой Тией он станет следующим королем, поэтому работу можно было поручить ему, не опасаясь узурпации.

В общем, Юлий оказался в ситуации, подобной той, в которой оказался Сома, когда его впервые призвали в этот мир.

Для такого невротика, как Юлий, было неприятно, что работа скапливается так бессистемно, поэтому он активно брался за ненужную ему работу и делал все молча.

Тук, тук, тук.

Затем раздался стук в дверь кабинета, и он услышал голос прелестной молодой девушки.

— Лорд Юлий, это Тиа!.

— Войди! — отозвался он.

Дверь открылась, и вошла Тиа, которая только на днях стала его женой. В руках она несла поднос с чаем.

— Ты много работал. Почему бы не сделать небольшой перерыв?

— ...Да. Думаю, я немного отдохну.

Юлий отложил перо, пересел к ней за чайный столик.

Наливая ему чай, она извиняюще сказала: — Прости, Юлий. Это должна была быть работа моего отца...

— Не беспокойся об этом. Просто я лучше справляюсь с бумажной работой, чем твой отец, — бесстрастно сказал Юлий, вдыхая аромат чая, который она для него приготовила.

— Тем не менее, мы... гм... молодожены, но ты уже вернулся к работе.

— Этого нельзя было избежать. Если королевская семья будет слабой, страна будет стагнировать.

— Ну, да, но... я слышала, что у капитана Лорен все гораздо лучше. Они, ну, знаешь... каждую ночь, а она не высыпается….

— ...Ну, они говорили, что у них будет трое детей.

Похоже, Джирукома и Лорен хорошо ладили. У них было немного свободного времени, так что они, должно быть, максимально использовали свое время в качестве молодоженов.

Может быть, потому что она завидовала им, Тиа поджала губы. — Я уже достаточно взрослая, чтобы иметь детей.

— Я же просил тебя подождать еще немного, верно? — вздохнул Юлий.

Несмотря на то, что они были женаты, Юлий еще не касался Тии. То, что Тие было всего шестнадцать лет (в этом году ей исполнится семнадцать), сыграло в этом не последнюю роль.

В этом мире это считалось брачным возрастом, но она была младше его младшей сестры Ророа, и некоторые ее жесты все еще казались детскими, поэтому Юлий не спешил ничего с ней делать. Он хотел, чтобы их отношения оставались такими, какими они были, по крайней мере, еще год.

Юлий протянул руку и нежно погладил Тию по щеке.

— Не нужно торопить события. Мы будем вместе всегда. Если за то время, что мы будем вместе, ты сможешь родить мне детей, я буду счастлив.

— Лорд Юлий...

Они смотрели друг другу в глаза. Настроение начало становиться приятным... и тут это случилось.

Раздался сильный стук в дверь.

Юлий приказал: — Войдите — и молодой солдат, не прерываясь на любезности, ворвался внутрь.

— У нас проблемы, лорд Юлий!

— Вы ужасно шумные. В чем именно дело?

Солдат повысил голос.

— Прибыл... свадебный подарок от леди Ророа из королевства Фридония!

— "Что?!" — Юлий и Тия в унисон застонали от увиденного.

Их привели не ко входу в замок, а к южным воротам стен Ласты.

Когда они перешли на другую сторону, там оказался длинный багажный обоз, который продолжал подниматься в холмы. В обозе было множество повозок, некоторые были запряжены лошадьми, другие - большими лошадьми, похожими на носорогов.

Его охраняло множество авантюристов, что делало его больше похожим на торговый караван или флот.

Когда Юлий в немом неверии уставился на них, к нему подошел худой седовласый джентльмен, ехавший в головной карете.

— Я полагаю, вы, должно быть, лорд Юлий Ластания и его жена Тиа. — Мужчина встал перед ней и отвесил почтительный поклон.

— Да, но... хм? — сказал Юлий. — Я вас уже где-то видел.

— Да. Меня зовут Себастьян Сильвердир. Ранее я управлял магазином одежды в княжеской столице Вана, известным как «Серебряный олень».  С тех пор я поддерживаю тесные связи с принцессой Ророа.

Юлий был озадачен. — Магазин одежды? Я никогда не был в таком месте...

Если он был знакомым Ророа, то, возможно, они проходили мимо друг друга в замке?

Юлий пристально вгляделся в лицо Себастьяна. Он казался человеком с мягким характером, но не из тех, кого можно недооценивать. У Юлия возникло ощущение, что он уже где-то встречал его, очень давно.

Не в магазине одежды, а где-то в более диком месте...

— Серебряный олень... погоди, Серебряный олень?! Нет, ты же не можешь быть Серебряным Оленем?!

— Хм, это имя, оно возвращает меня в прошлое. — У Себастьяна было умиротворенное выражение лица, когда он грелся в ностальгии. — Они называли меня так.

Серебряный Олень - так называли правую руку генерала Германа, деда Юлия и Ророа.

Известный разведчик, он был прозван так из-за своих серебристых волос и легкости, с которой он скакал по коварным горным дорогам княжества Амидония.

В юности Юлий видел этого человека в качестве помощника Германа, когда тот приезжал в замок.

Однако Серебряный Олень должен был выйти на пенсию около десяти лет назад.

Мужчина сказал, что держит магазин одежды в столице и находится недалеко от Ророа. Внезапно все приобрело смысл.

— Дедушка Герман, должно быть, действительно обожал Ророа, — прокомментировал Юлий.

— Боже, что вы имеете в виду?

Юлий вздохнул, глядя на попытку Себастьяна прикинуться дурачком.

После смерти дочери Германа - матери Юлия и Ророа, Гай бросился мстить королевству.

Поскольку Юлий был воином, отец никогда не отталкивал его, но из-за того, что Ророа больше тяготела к бюрократии, она была изолирована в семье.

Честно говоря, и Юлий, и Гай игнорировали ее советы, поэтому Ророа стала ближе к бюрократу Кольберу, чем к ним.

Дед Герман, должно быть, беспокоился о ней и послал свою правую руку присмотреть за внучкой, если что-то случится.

Казалось, вечно каменнолицый генерал был нежен к своей внучке.

— Ророа знает? — спросил Юлий.

— Даже я не знаю, на что вы намекаете.

— Ты проницателен, надо отдать тебе должное. — Юлий криво усмехнулся. — Ну? Что это за телеги? Мне сказали, что это наш свадебный подарок.

— Да. Все здесь - свадебный подарок леди Ророа вам двоим. Если бы я просто описал груз, то это дерево, камень и железо.

— А? Дерево, камень и железо?

В качестве свадебного подарка? Что вообще задумала Ророа?

Юлий насторожился, но тут Себастьян достал из кармана лист бумаги. — Мне доверили письмо, которое я должен прочитать вслух в вашем присутствии.

Себастьян начал читать.

— Поздравляю моего старшего брата и очаровательную старшую сестру. Вы флиртуете друг с другом? Брат, старшая сестра немного маловата, так что не принуждай ее к чему-то слишком странному в постели.

— Эта Ророа... мы только начали слушать, а уже все так плохо, — простонал Юлий. Его голова начала болеть от внезапного словесного нападения.

Тиа ярко покраснела при фразе «в постели» и посмотрела на землю.

Юлий собирался ударить сестру по голове, когда они встретятся в следующий раз. К тому времени она станет королевой, но если он сначала получит разрешение короля Сомы, это не превратится в дипломатический инцидент.

Себастьян прочистил горло, затем продолжил читать.

— Что касается твоего свадебного подарка, я обсуждала с Дорогим, что будет уместно, и... мы подумали, что тебе действительно понадобится дом для молодоженов. Поэтому мы посылаем тебе горы дерева, камня и железа. Соберите все, что мы вам прислали, и построить для себя хороший дом. Пока. От Ророа.

Тиа ошарашенно смотрела на груз, который продолжал уходить в горы. — Материалы для дома? Но здесь достаточно, чтобы построить замок.

Юлий криво улыбнулся ее буквальному толкованию. — Тиа, мы члены королевской семьи. Как королевская семья, разве наш «дом» не является «страной»?

— О, я вижу! Значит, леди Ророа послала это для страны? — спросила Тиа.

— Наверное, так и есть. Это все то, чего сейчас не хватает этой стране.

Королевство Ластания оправлялось от ущерба, нанесенного им во время демонической волны.

Помимо территорий, которые они удерживали до сих пор, им также нужно было восстановить новые территории, которые они получили. Из других стран Восточного союза поступали деньги, но материалы для восстановления, которые должны были быть куплены на эти деньги, были в дефиците. Даже удвоение их размеров не меняло того, что они были маленькой нацией, и купцы отправлялись туда, где могли заплатить больше.

Спрос и предложение. Цена на товары росла тем больше, чем больше они были в дефиците.

В итоге, не имея достаточных запасов на рынке, они были вынуждены сосредоточиться на ремонте стен, медицинских учреждений и других приоритетных объектов.

Должно быть, поэтому Ророа послала товары, а не деньги. Вероятно, другие народы стали бы возражать, если бы помощь была материальной, но это был всего лишь свадебный подарок для ее брата. Она не собиралась внезапно реанимировать всю страну, но значительно облегчила бы процесс.

Юлий передал свою благодарность Себастьяну. — Должно быть, это было нелегко - везти все эти припасы в такую даль.

— Да, конечно. Собрать припасы было достаточно сложно, а организовать их доставку через другие страны Союза Восточных Наций было гораздо сложнее. Мне сказали, что Его Величество приложил немало усилий.

— Он еще больше загнал нас в долги, а...

— Долг...! Правильно, что же нам делать?! — воскликнула Тиа, хлопая себя ладонями по щекам.

— Что такое? — спросил Юлий. — Внезапно так повысить голос...

— Лорд Юлий, это свадебный подарок для нас. И леди Ророа тоже скоро выйдет замуж за сэра Сому.  Я думаю, нам тоже нужно им что-нибудь послать, но есть ли в этой стране что-нибудь, что могло бы сравниться с этим чудесным подарком?!

Казалось, Тиа беспокоилась об ответном подарке. И правда, скорее всего, эта маленькая, восстанавливающаяся страна мало что могла послать Королевству Фридония.

Юлий нежно погладил ее по щеке, когда она вздрогнула от волнения. — Все в порядке, Тиа. Если речь идет о свадебном подарке для этих двоих, я могу его подготовить.

— Ты можешь?! Но есть ли что-то подобное в этой стране? — Тиа стояла с вопросительными знаками над головой.

Юлий улыбнулся ей. — Есть кое-что, что мы можем дать. Это то, что эта страна может предложить. Себастьян.

— Да. Что именно?

— Когда припасы будут разгружены, вы вернетесь в королевство. Я пойду за ним сейчас, а ты не мог бы передать  мой свадебный подарок Ророа и Соме?

— Как пожелаете, господин. — Себастьян снова почтительно поклонился.

Юлий временно вернулся в замок, взяв со стола тот предмет, который ему был нужен, а затем вернулся к воротам, где ждал Себастьян. Передав принесенное Себастьяну, он попросил передать его Соме.

Увидев, что Юлий подарил ему, Тиа склонила голову набок. — Этот предмет равен их подарку?

— Да. Этого хватит. — Поглаживая волосы своей ошарашенной жены, Юлий настаивал: — Я уверен, что Сома должен хотеть этого больше всего на свете.

***

Еще две недели спустя, в офисе по государственным делам в замке Парнам, за которым наблюдали Ророа и Себастьян, Сома просматривал свадебный подарок, присланный Юлием.

Причина, по которой он просматривал его, заключалась в том, что то, что прислал Юлий, было целым ворохом бумаг.

Закончив читать, Сома вздохнул и положил бумаги на стол.

— Я должен отдать должное Юлию. Он не только знал, чего я хочу, но и подготовил это заранее. Он пугающе проницателен.

— Дорогой. Что было свадебным подарком моего брата? — спросила Ророа.

Сома скрестил руки. — Это отчет о ситуации в Малхитане, составленный людьми, работающими под началом Юлия.

— Это то место, откуда родом тот парень Фуга, о котором ты так беспокоишься?

Сома кивнул, встал и подошел к карте континента, висевшей на стене. Затем он посмотрел на Малхитан в Союзе Восточных Наций.

— Похоже, что свадьба Фуга и госпожи Муцуми только что состоялась в Малхитане. Одновременно им удалось ликвидировать оставшиеся антифугаистские элементы в Малхитане. Короче говоря, Фуга укрепил тыл внутри Малхитана.

Сома положил руку поверх Малхитана на карте. Территория все еще была настолько мала, что его рука выпирала за ее пределы, но так же, как сейчас выпирают его пальцы, так и амбиции Фуга будут выпирать изнутри страны.

— Теперь его взгляд всерьез обратится к внешнему миру, — сказал Сома.

Фуга говорил об этом. Сначала он должен был обеспечить безопасность страны, а затем, когда это будет сделано, он попросит помощи у других стран Союза Восточных Наций, чтобы вторгнуться в Домен Владыки Демонов.

Наконец-то этот план был приведен в действие.

В дальнейшем Сома все меньше и меньше мог игнорировать действия Фуга.

Он вернулся к столу и положил руку на бумаги. — Это независимый отчет, основанный на независимом расследовании Юлия в Малхитане. Я посылал «Черных котов» для проведения собственных разведывательных операций, но поскольку Союз Восточных Наций представляет собой группу стран, установление контактов затруднено, что накладывает серьезные ограничения на их деятельность. Однако, поскольку Ластания принадлежит к Союзу Восточных Наций, похоже, что довольно много информации попадает к Юлию.

— Значит,  мой брат рассказывал тебе об этом? — спросила Ророа.

— Да. Например, «Черным котам» трудно выяснить, какие переговоры Фуга может вести с другими государствами внутри Союза Восточных Наций. Юлий говорит, что это не разовая акция; он будет регулярно присылать свежие новости. В качестве нашего свадебного подарка.

Сома хотел получить информацию о Фуга, несмотря ни на что. Даже если бы это стоило ему больше, чем товары, которые он попросил прислать Ророа.

То, что он понял это и послал это в качестве свадебного подарка, показывало, что Юлий не тот человек, которого можно недооценивать.

— Этот свадебный подарок стоит целое состояние, — сказал Сома.

- В конце первого месяца 1548-го года по континентальному календарю.

Это было примерно в то время, когда возвращались подкрепления, отправленные в Союз Восточных Наций, и заканчивалась вся уборка. Вечер был таким прохладным, что в королевской столице шел снег.

Комаин пришла в комнату Серины в замке Парнам и сидела за столом напротив хозяйки комнаты. На столе стоял чай, но в воздухе витала странная атмосфера, из-за которой она не могла расслабиться и выпить его.

В этой напряженной ситуации Комаин спросила. — Ты не возражаешь, Серина? Я спрошу ещё раз.

В ответ на серьезное выражение лица Комаин, Серина была как всегда невозмутима.

Комаин нашла в себе решимость и начала говорить. — Времени осталось мало, так что не будем ходить вокруг да около. Что ты думаешь о Пончо?

Комаин, конечно, сразу перешла к делу.

Серина склонила голову набок. — Я не знаю, что тебе сказать. Я думаю, что сэр Пончо - это сэр Пончо?

— Я не об этом. Я спрашиваю, нравится он тебе или нет.

— Он мне... нравится? — простонала Серина. Она была красавицей, поэтому в её взгляде, когда она глубоко задумывалась, присутствовала некая очаровательность. — Я нахожу его... симпатичным, понимаешь? Он может быть слабовольным и нерешительным, и я, как его помощник, была бы благодарна, если бы он был немного более уверен в себе, но у него хороший характер. Я бы сказала, без сомнения, он симпатичный человек.

— Я согласна, но... это не то, о чем я спрашивала. — Комаин схватилась за голову, недоумевая, как до этого дошло.

Сома попросил её аккуратно помочь Серине осознать свои романтические чувства, но неосведомленная Серина оказалась довольно сложным противником.

С точки зрения Комаин, Серина и Пончо казались совместимыми.

Серина была очень способной и восполняла недостатки Пончо как министра, а Пончо использовал свою кулинарию, чтобы завладеть желудком Серины.

У Комаин были похожие отношения с Пончо, но она чувствовала, что связь Серины и Пончо ещё глубже.

Они нуждались друг в друге.

Это раздражало и расстраивало Комаин, которая сама тосковала по Пончо.

— Тебе нравится готовить Пончо, не так ли, Серина? — спросила она.

— Конечно.

— А как ты относишься к Пончо, который готовит эту еду? Как к мужчине.

— Я уважаю его. Я думаю, что встретить такую еду - это самое большое счастье в моей жизни. Поэтому я благодарна Пончо за создание всех этих блюд.

Серина выглядела очарованной. Комаин подумал, что здесь действительно что-то есть.

— И это уважение и благодарность не переросли в романтические чувства в какой-то момент? — спросил Комаин.

— Романтические чувства... это так? — Серина слегка подняла голову в ответ на это.

Это изменение заставило Комаина подумать:"О?".

Это была Серина, всегда спокойная и собранная, её выражение лица никогда не менялось, и всё же, сейчас она выглядела хоть немного меланхоличной.

Пока Комаин ждала, гадая, что бы это могло быть...

— Эм... Я не очень понимаю, что такое "романтические чувства". — призналась Серина, словно подыскивая слова для самовыражения.

— ...В каком смысле?

— Моя семья служила королевскому дому на протяжении многих поколений. Меня воспитывали с раннего возраста, чтобы я стала служанкой, достойной королевской семьи. Меня учили, что преданность и искренность предназначены только для членов королевской семьи. Поэтому я никогда не думала ни о ком за пределами королевской семьи.

Комаин потерял дар речи. Похоже, невежество Серины в вопросах любви объяснялось её преданностью семейному долгу и тщательным воспитанием, которое сделало из неё образцовую служанку.

Нет, независимо от того, насколько семья гордилась тем, что работает на благо королевской семьи, они не могли подавить все свои личные чувства, кроме верности короне. Если бы они запретили романтические чувства, то сама Серина никогда бы не родилась.

Однако, Серина, всегда верная своему долгу, должна была принять их наставления за чистую монету.

Думая, в первую очередь, о королевской семье, она отбросила все особые чувства к другим людям за её пределами как ненужные. Серина умело справлялась с любой работой, которую ей поручали, но она была так неловка, когда дело касалось её самой.

Комаин опустила плечи, потому что, конечно, это будет трудно, но в то же время она подумала:"Но даже если она такая, Серина проявляет сильный интерес к еде Пончо. её обычная железная маска тоже имеет свойство разрушаться, когда она ест, так что ещё один толчок, и, может быть, она осознает свои собственные чувства?"

Если это произойдет, то дальше нужна будет решимость самой Комаин. Для того чтобы открыть сердце, которое было заперто так крепко, могут понадобиться несколько силовые методы.

— Очень хорошо. — произнесла Комаин. — Тогда мне нужно стать решительней.

— Хм? Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду? — Серина склонила голову набок.

Комаин встал и посмотрела на неё сверху вниз. — Если всё так и продолжится, я пойду на всё! Чтобы достичь места, где я хочу находиться, у меня нет роскоши быть разборчивой в выборе.

Когда Комаин обрела решимость и вышла из комнаты, Серине оставалось лишь ошарашено смотреть ей вслед.

Прошло несколько дней.

Пончо находился в комнате, в одном из столичных особняков, с напряженным выражением лица.

Буквально на днях появились разговоры о назначенной брачной встрече, и сегодня он должен был встретиться с дамой, о которой шла речь.

Несмотря на то, что количество брачных приглашений уменьшилось по сравнению с пиком, Пончо все ещё был обеспеченным холостяком, поэтому они продолжали поступать.

Обычно Серина и Комаин стояли позади него, внимательно следя за скрытыми мотивами, но сегодня Комаин уехала по делам. Поэтому сегодня за Пончо стояла только Серина.

Когда уже почти подошло время встречи, и Пончо начал терять самообладание, он попытался завязать разговор с Сериной позади него, чтобы перестать нервничать.

— Интересно, с кем именно я сегодня встречусь, да.

— Хм? Вы не знаете? — спросила Серина.

— Нет, не знаю. Его внезапно доставили в замок, поэтому информация о моем партнере не успела дойти до меня. В замке говорили, что хотят, чтобы я хотя бы попытался встретиться с ней.

— Это... странно.

"Неужели кто-то идет на собеседование о потенциальном браке по расчету, ничего не зная о своем партнере?" - задалась вопросом Серина. "Если они надеются наладить отношения с Пончо, то должны были сначала заложить основу для этого. Разве они обычно не называют имя леди и не рекламируют её родословную, внешность и таланты, чтобы вызвать у Пончо как можно более положительное впечатление о ней?"

Пока Серина размышляла об этом, Пончо извиняюще склонил голову.

— Мне жаль, что я всегда так беспокою вас, госпожа Серина, заставляя сопровождать меня на эти брачные собеседования.

— Нет, это обязанность, которую я выполняю по приказу Его Величества.

— Я всё равно благодарен за это, да. Я бы хотел уже покончить с этим. Мне жаль вас и госпожу Комаин, что вы помогаете мне во всём этом.

— Да, я... полагаю.

Видя, как Пончо с энтузиазмом сжимает кулаки, Серина почувствовала легкое раздражение. Однако, она не знала, из-за чего именно.

Пончо не сказал ничего особенно странного. Но всё же... почему-то в груди у неё всё сжалось.

Когда Серина схватилась за грудь, в дверь постучали.

— Входите, да. — откликнулся Пончо.

— Прошу прощения. — раздалось в ответ. Когда дверь открылась, в комнату вошла женщина в изысканной одежде. Предположительно, она была его напарницей на этот день.

Когда они увидели её лицо, глаза вытаращились не только у Пончо, но и у Серины.

— М-мадам Комаин?! Разве вы не говорили, что у вас сегодня дела?! — воскликнул Пончо.

— Да. — ответила Комаин с улыбкой.

Сегодня она была более нарядной, чем обычно. Она надела яркую шаль поверх своего обычного наряда коренных американцев, а на голове у неё было украшение из нефрита. Скорее всего, это была одежда её племени. На ней также был макияж, хотя и тонкий.

Увидев Комаин в таком наряде, Пончо наконец осенило.

— Может быть, это вы мой партнер на сегодня?

— Да. — ответил Комаин. — Я попросила Его Величество Сому устроить это для меня. Пожалуйста, позаботься обо мне сегодня!

Мгновение спустя, интенсивная волна давления полетела в её сторону. Из-за спины Пончо на Комаин смотрели глаза Серины, которые отталкивали многих коварных потенциальных брачных партнеров.

Пораженная этим холодным взглядом, подобным взгляду дикого волка, обычная женщина сломалась бы. Однако, Комаин уже однажды испытала подобное, и она знала, что это произойдет, поэтому была готова.

"Я не проиграю, госпожа Серина" - Комаин сидела прямо, глядя ей прямо в глаза. Не отвечая на давление, она просто смотрела на Серину.

"Мне не за что чувствовать себя виноватой, и я не боюсь вашего запугивания." - именно это читалось в её взгляде.

Так как она продолжала смотреть в ответ, Серина мгновенно ослабила давление.

"Может быть, с Комаин всё будет хорошо?" - смирилась она. Она знала, что эта женщина подошла к Пончо не из скрытых побуждений. "Я хорошо знаю характер Комаин. Она бесхитростна, весела и питает чистое уважение к сэру Пончо. В её случае, даже если бы они поженились, я не вижу никакого несчастья для сэра Пончо... или, по крайней мере, не вижу..."

Она признала Комаин как достойного партнера, но в груди Серины бурлили противоречивые чувства.

Пока Серина наклоняла голову, не в силах определить причину, Комаин села напротив Пончо.

— Если вы здесь как потенциальный брачный партнер, это значит, что вы... согласны жениться на мне, да? — нерешительно спросил Пончо.

— Да. — резко ответил Комаин. — Я очень уважаю вас, Пончо... Лорд Пончо. Я благодарна вам за то, что вы сделали для беженцев в наше трудное время, но я также очарована вашим мягким характером. Конечно, мне также нравятся многие блюда, которые вы готовите.

Это прямое выражение привязанности заставило Пончо покраснеть. Над ним и раньше смеялись за его внешность, но, Пончо не привык, чтобы к нему была обращена такая чистая привязанность, поэтому он смутился.

— М-м-м... Я не так уж и хорош, когда речь идет о внешности или характере, но вы всё равно хотите быть со мной, да? О, нет, я не хочу сказать, что вы меня чем-то не устраиваете, госпожа Комаин. Но всё же, ваш старший брат, Джирукома, - мужественный воин, совсем не похожий на меня, верно? Для такой прекрасной особы, как вы, госпожа Комаин, я думаю, вы могли бы найти более талантливого и привлекательного мужчину, того, кто совершил великие деяния доблести, да.

— Полагаю, что могу. Давным-давно я хотела выйти замуж за сильного, крутого парня, как мой брат. — Комаин усмехнулась. — Но я влюбилась в вас, лорд Пончо. Сердце никогда не поступает так, как мы ожидаем, не так ли? Я имею в виду, я влюбилась в вас, хотя вы - полная противоположность моему типу.

— Госпожа Комаин... спасибо, да. — Пончо ответил на застенчивую улыбку Комаин в своей собственной застенчивой манере.

Он познакомился с Комаин во время раздачи продовольственной помощи в лагере беженцев, и она помогала ему с бывшими беженцами после того, как он стал мэром Венетиновы.

Потом Комаин стала служить под началом Пончо, поддерживая его как открыто, так и тайно.

Именно поэтому Пончо знал, какой добродушной была Комаин. Он думал, что она слишком хороша для него, но если она согласилась выйти за него замуж, то лучшего исхода он и желать не мог.

Пончо повернулся и спросил свою помощницу, стоявшую позади него. — Что вы думаете, госпожа Серина?

— ...Дайте подумать. — На мгновение задумавшись, Серина посмотрела на Комаин и сказала. — Вы можете рассчитывать на поддержку леди Комаин, действующей без скрытых мотивов. Однако, вы - министр в этой стране, и, хотя вы и начинающий, вы - дворянин. Не имея влиятельных сторонников, я думаю, госпожа Комаин заслуживает некоторого беспокойства в этом отношении, не так ли?

То, что говорила Серина, было верно.

Люди, которых они прогнали до сих пор, происходили из родов рыцарей, дворян и влиятельных купцов. Если Комаин, не имеющая сторонников, станет его женой, то от неё нельзя будет ожидать, что она будет отбиваться от нападок женщин с таким происхождением.

Однако, Комаин посмотрела прямо на Серину и ответила. — Если я стану главной женой лорда Пончо, то, как мне сказал, Его Величество Сома позаботится о моем усыновлении в подходящую семью. Похоже, он считает, что это угроза для страны, что такой хороший вассал, как сэр Пончо, должен оставаться холостым так долго.

— Как неловко... Да... — Пончо извиняюще склонил голову, но причина, по которой он до сих пор не связал себя узами брака или, хотя бы, не помолвлен, была не в нём. Это было потому, что Серина и Комаин запугивали кандидатов.

Серина пытливо посмотрела на Комаин и спросила. — Верно. В таком случае, твоя родословная не должна быть проблемой. Однако, в этом случае обязанности первой жены знатного человека лягут на твои плечи. Сможешь ли ты это вынести?

— Давайте посмотрим. На самом деле я хочу, чтобы сэр Пончо взял в первые жены кого-то надежного, а я была бы его второй женой.

— ...Это так?

— Да. Однако, этот человек никак не появляется. — сказала Комаин. — Если я так и буду ждать, то никогда не знаю, когда придет мой черед. Поэтому, я сделаю всё возможное, чтобы справиться с этим самой.

Слова Комаин были серьезными, решительными, и Серина ничего не могла сказать в ответ.

Путь, который ей предстояло пройти, наверняка был сопряжен с трудностями. Но, даже зная это, Комаин решила идти по нему. Она и Пончо поддерживали друг друга.

Обесценивать это решение... Серина не могла. Она закрыла глаза и сделала шаг назад. Это было доказательством того, что она признала Комаин подходящей для Пончо.

Пончо избегал шанса дать Комаин немедленный ответ, учитывая характер подобных встреч, но он обещал ответить положительно. Скорее всего, они вскоре поженятся.

— Неловко говорить, но это груз с моих плеч, да. — добавил Пончо.

— Хи-хи. — посмеялась Комаин. — В конце концов, ты прошел через множество этих брачных встреч. Ты похудел, не так ли?

— Разве? Не думаю, что моя талия сильно изменилась.

— Ты не был бы Пончо, если бы не был пухлым, в конце концов.

Наблюдая за тем, как они разговаривают, улыбаясь, с близкого расстояния, Серина чувствовала себя абсолютно потерянной.

— Фух...

С тех пор прошло несколько дней. В комнате в замке Парнам Серина испустила уже десятый вздох за день.

Карла не могла больше смотреть, и нерешительно обратилась к ней.

— ...Эм, главная служанка? Что-то случилось? Мне кажется, что вы сегодня много вздыхаете.

— Приношу свои извинения. Я немного задумалась. — После кроткого извинения Серина продолжила убирать комнату, как горничная, но выражение её лица оставалось таким же угрюмым, как и раньше.

"Честно говоря... что это...?" - задалась вопросом Серина.

С тех пор как она услышала признание Комаина, в её груди бурлил водоворот противоречивых чувств.

Пончо был её хорошим коллегой, а Комаин - приятной девушкой. Она должна была радоваться их помолвке, так почему же она не могла заставить себя благословить их обоих?

"Неужели я думаю, что буду чувствовать себя одинокой, когда они поженятся...? Это абсурд. Я не ребенок. Я не должна чувствовать себя брошенной. Так почему же...?"

Хотя руки Серины не перестали работать, её мысли петляли, и в конце концов они вылились в очередной вздох.

Обычно Серина по умолчанию изображала холодный и серьезный тип, чьи эмоции было трудно прочесть, что ещё больше насторожило Карлу, когда она выглядела такой мрачной.

— Может быть, вам где-то нездоровится? Если у вас плохое самочувствие, может быть, вам стоит оставить это мне и взять выходной?

— Дело не в этом, правда... Может быть, моя работа была как-то неаккуратно сделана?

— Нет, вы прекрасно справились. — поспешно сказала Карла. — На самом деле, то, что вы выглядели такой грустной, но ваши руки при этом всё ещё двигались правильно, сделало это ещё более жутким... Ой, простите меня!

Осознав свою оплошность, Карла поспешно отдала честь и извинилась.

Видя, что Карла так взволнована, Серина издала вздох отчаяния. — Бывают времена, когда я тоже не в лучшей форме.

— Эм... вы действительно уверены, что не хотите отдохнуть? — предложила Карла.

Серина покачала головой. — Было бы хорошо, если бы я могла, но... в данном случае, это не позволит моему разуму отдохнуть.

— Ваш разум? Это не ваше тело?

— Да. Как бы это сказать...? Мне не нравится оставлять дела, которые я могла бы делать, другим людям. Работа горничной - заботиться о других, поэтому, мне кажется, что то, что другие заботятся обо мне, противоречит моей роли.

— Понимаю... — сказала Карла. — Ну, я должна сказать, что вы не зря являетесь главной горничной. Вы идеальны в этой роли.

Идеальная горничная. Так Карла называла её, но Серина склонила голову набок и задумалась, действительно ли она такая.

Ей казалось, что желание, чтобы другие не беспокоились о ней, исходило не из её мыслей как служанки, а из её мыслей как личности. Серина ненавидела, когда приходилось полагаться на других. Она не хотела, чтобы другие смотрели на неё свысока только потому, что они одолжили ей свои силы.

"В конце концов... Наверное, я неуклюжая."

Если бы она могла быть честной с собой и принимать помощь от других людей, жизнь была бы намного проще.

На самом деле, король этой страны, Сома, всегда честно признавал, когда не мог сделать что-то сам, нанимал кого-то, кому мог делегировать задачу, и поддерживал нормальное функционирование страны, доверяя им.

Однако, поскольку Серина имела несчастье быть достаточно талантливой, чтобы сделать что угодно, она прошла весь этот путь, не полагаясь на других. Она не могла просто изменить образ жизни, который вела так долго.

"Если бы мой характер позволял мне лучше полагаться на других... Я уверена, что могла бы спросить кого-нибудь об этих противоречивых чувствах..." - Серина задумалась.

— О! Но, главная горничная, вы ведь уже позволяли сэру Пончо готовить для вас? Я слышала, он делал это для вас несколько раз в благодарность за то, что вы были его помощницей. — Карла неожиданно заговорила об этом.

— Да. — сказала Серина. — Это проблема?

— Нет, если вы ненавидите позволять другим людям делать что-то для вас, может быть, вам действительно не нравится, когда сэр Пончо готовит для вас... вот о чем я подумала.

От этих слов Карлы в груди Серины вскипело.

— Это неправда. — опровергла она. — Все блюда сэра Пончо уникальны, ничего подобного я не могла бы придумать. Это не то, что я могла бы сделать сама, понимаешь?

— О, нет, возможно, это было правдой в первый раз, но вы готовите лучше многих, верно? В блюдах, которые готовят сэр Пончо и мастер, используется много необычных ингредиентов, но сами блюда готовятся невероятно просто. Если бы вы попросили его записать рецепт, не было бы нужды беспокоить сэра Пончо. Вы ведь могли бы сами приготовить эти блюда, не так ли?

— А?! — когда Карла указала на это, глаза Серины расширились.

Теперь, когда она об этом вспомнила, это было правдой. Блюда Пончо были необычными, но все они были сделаны из доступных ингредиентов, и если бы он просто рассказал ей рецепт, то, конечно, Серина тоже смогла бы их приготовить.

Несмотря на это, Серина никогда не пыталась приготовить их сама. Она просто чмокала губами и ела то, что Пончо готовил для неё, с восхищенным выражением лица.

Хотя она утверждала, что не любит, когда другие делают для неё то, что она может сделать сама, Серина позволяла Пончо готовить для неё. Она, конечно, заботилась о Пончо, но и Пончо заботился и о ней. И ни разу ей это не показалось неприятным.

Теперь, когда она осознала это, Серина стояла с редким выражением изумления на лице.

"Я... полагалась на сэра Пончо, не так ли? И причина, по которой я этого не заметила, заключалась в том, что это происходило так естественно..."

Она впервые осознала, насколько особенным был Пончо.

— Погода просто ужасная, не так ли? — ворчала Серина.

Дело было после полудня. Небо было затянуто тучами.

Согласно еженедельному прогнозу погоды Надин, который она, как старшая горничная, исправно проверяла каждую неделю, сегодня ожидался снег, который ночью перейдет в метель.

Серина вышла через ворота замка Парнам и направилась в город. Сегодня она работала помощницей Пончо, поэтому направлялась в его резиденцию.

Быть помощницей Пончо - уважаемая работа, поэтому обычно она могла получить разрешение взять карету... но сегодня она была настроена на прогулку. Она шла по прохладным улицам в пальто, надетом поверх классической формы горничной.

Когда такая красавица, как Серина, шла по городу, она, естественно, привлекала взгляды проходящих мимо мужчин. Если этих мужчин сопровождали женщины, то они иногда ревностно дергали их за уши или давали им пощечины.

С точки зрения мужчин, она была весьма женщиной, повергающей в грех.

Рассматривая городские пейзажи, Серина вздохнула. Обычно она ничего не думала об этом, но сегодня он(пейзаж) показался ей ужасно унылым.

"Я уверена, что сэр Пончо скоро ответит Комаин. Эти двое будут помолвлены, а потом, в конце концов, станут мужем и женой. Там нет места для меня..."

Серина вспомнила слова секретаря и служанки Джинджера, Сандрии:"Тогда, что бы ты чувствовала, если бы лорд Джинджер был женщиной? Если бы это была женщина, с которой лорд Пончо сейчас так хорошо проводит время, ты бы до сих пор не испытывала ни малейшего беспокойства по этому поводу?"

"Что я ответила тогда...?"

Если она правильно помнит, это было что-то о том, что если Пончо будет готовить еду только для этой женщины, а она больше не сможет есть с ним, ей это не понравится... или что-то в этом роде.

Если бы все продолжалось так, как было, единственной, кто ел бы с Пончо, была бы Комаин.

Могла ли она ненавидеть это?

Имела ли Серина на это право?

"Это как сцена рая, на которую я смотрю через стекло..."

Так думала Серина, глядя в стеклянное окно кареты, которая только что остановилась перед ней.

Она могла ясно видеть людей внутри, но они находились в отдельном пространстве, и как бы она ни завидовала тому, что видела, она никогда не могла иметь это для себя.

Глядя на свое лицо, отраженное в окне, Серина была похожа на ребенка, который вот-вот разрыдается.

С неба начал падать снег.

— Уже пошел, да? — пробормотала Серина.

Это был мокрый снег, который превращался в воду, как только касался её кожи или одежды.

Серина некоторое время безучастно смотрела в небо, но такими темпами она простудится.

Она намеревалась добраться до особняка Пончо до того, как начнется серьезный снегопад, поэтому совсем не готовилась к дождю. К счастью, это было недалеко.

Серина быстро шла по снегу, пока не добралась до особняка Пончо. Когда она постучала, чтобы сообщить о своем прибытии, Комаин открыла дверь, а её глаза расширились.

— Вау! Что случилось, Серина?! Ты вся промокла!

— Меня ненадолго застиг снегопад.

— Это заняло больше, чем немного времени... Почему ты не приехала на карете?

Пока Комаин суетилась и приветствовала промокшую Серину, из глубины особняка послышались тяжелые шаги.

Конечно же, это был хозяин дома, Пончо. В руках у него было большое банное полотенце.

Поспешив к Серине, он быстро накинул полотенце ей на голову. — Я... я услышал голос Комаин, поэтому принес полотенце. Если вы быстро не вытретесь, то простудитесь! Комаин, пожалуйста, вскипяти воду и принеси её сюда, да.

— Поняла!

Наблюдая за тем, как Комаин торопится уйти, Пончо начал вытирать волосы Серины полотенцем. Его руки совсем не были нежными, а Серина была в его власти. Повесив голову, закрыв глаза, Серина размышляла.

"Нет... Мне это совсем не ненавистно..."

Её мокрые волосы трогали и расчесывали. Она позволяла кому-то другому заботиться о ней. Несмотря на это, она не чувствовала никакого неудовольствия от этого.

"Нет... Я больше не могу это скрывать. Этот человек для меня особенный."

Серина наконец признала свою любовь.

Она положила свою правую руку поверх левой руки Пончо, которая находилась по другую сторону полотенца, и опустила её на свою щеку. Его большая рука была теплой и успокаивающей.

— М-мадам Серина?! Ч-что такое?!

Внезапное действие Серины заставило обычно узкие глаза Пончо расшириться.

— Ничего особенного... Только то, что я хочу сделать. — когда Серина подняла голову, на её лице было обычное серьезное выражение. Однако, уголки её губ были слегка приподняты. — Сэр Пончо, ваша правая рука слабеет. Вы собирались вытереть мне волосы, не так ли?

— Да... Но это трудно сделать только правой рукой...

— Перетерпите хотя бы это. Потому что вы - особенный человек, которому позволено заботиться обо мне.

— Я... Я не знаю, о чем вы говорите. Подождите, госпожа Серина, почему вы сейчас трогаете мою щеку?!

На этот раз левая рука Серины лежала на щеке Пончо. В итоге они оказались в таком положении, что держались за щеки друг друга.

Глаза Пончо забегали по сторонам, пока он пытался осмыслить ситуацию. — Что это?! Это шутка?! Вы дразните меня, да?!

— Да. Я дразню вас. Но это не шутка. Я по-своему показываю свою любовь к вам.

— Вашу любовь...?! Подожди, что?!

Серина сделала один шаг назад от удивленного Пончо, затем подняла подол своей длинной юбки и склонила голову, словно спрашивая его, могут ли они разделить следующий танец на светском мероприятии.

— Сэр Пончо. Вы для меня особенный. Поэтому я не могу терпеть, когда вы отодвигаете меня в сторону, чтобы разделить ваш стол с кем-то другим. Даже если это член семьи. Если вы говорите, что за вашим столом может сидеть только семья, то позвольте мне быть частью этой семьи.

— А...? Что вы имеете в виду...

— Всё просто. Если вы хотите взять Комаин в жены, пожалуйста, возьми и меня.

Пончо потерял дар речи, его рот только открывался и закрывался беззвучно, словно он был золотой рыбкой.

Когда такая красавица, как Серина, которую он считал недосягаемой, вдруг призналась ему в любви, пусть даже странным и окольным путем, его разум помутился.

Как раз в этот момент вернулась Комаин с тазиком горячей воды. — Хм... Что-то случилось, пока я кипятила воду?

— Я просто выразила свое желание, чтобы сэр Пончо сделал меня своей женой. бесстрастно сказала Серина.

Глаза Комаин расширились. — Ну, что ж! Вы осознали свои чувства, госпожа Серина?

— Да. Однако, потребовалось некоторое время, чтобы разобраться в них.

— Ахаха... Слишком долго. — сказала Комаин, со смехом ставя тазик на пол. —Но я рада. Если ты станешь женой Пончо, то мне не нужно будет, чтобы меня усыновляли в благородной семье. Меня вполне устроит роль второй жены.

— Комаин... ты уверена в этом?

— Я сказала, что сделаю все возможное, если возникнет необходимость, но, думаю, что мне действительно будет трудно вести себя как жена дворянина, в конце концов. Если ты, как первая жена, позаботишься о делах вне дома, я сосредоточусь на делах внутри.

Увидев умиротворенную улыбку на лице Комаин, Серина тоже немного улыбнулась. Она была уверена, что сможет прекрасно с ней поладить.

— Подожди, сэр Пончо?! — крикнула Серина. — Ваши глаза закатились! Вы в порядке?!

Комаин трясла Пончо и пыталась вернуть его к реальности.

Наблюдая за ней, Серина вдруг вспомнила кое-что, что Комаин говорила раньше. — Кстати, что это было за "место, где ты хочешь быть", о котором ты говорила в тот раз?

В тот день, когда она, скорее всего, решилась на брачную встречу с Пончо, Комаин сказала, что это для того, чтобы достичь места, в котором она хочет оказаться.

Комаин ответила. — Это очевидно. — и усмехнулась. — Стол, за которым Пончо, ты и я можем сидеть всей семьей.

Позже помолвка Пончо с Сериной и Комаин станет широко известна, и "золотоискательницы" будут сильно разочарованы.

Сома и другие представители элиты королевства, которые беспокоились о Пончо, наоборот, почувствовали облегчение.

— Похоже, что, в конце концов, всё получилось так, как и должно было получиться. — с удовлетворением сказал Сома.

— Да. — согласился Хакуя. — Если госпожа Серина и госпожа Комаин будут с ним, мы можем быть уверены, что они защитят мягкого, но робкого господина Пончо от тех, кто может попытаться использовать его в своих интересах.

Сома многозначительно кивнул в знак согласия. — Он тот, кто нам нужен, чтобы продолжать делать хорошую работу для нас в будущем. Для развития королевства и по моим личным причинам я хочу, чтобы Пончо создал счастливую, стабильную семью.

— Пусть они будут счастливы вместе. — тихо пожелал Сома.

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

— Даву.

— Ааии.

Милые голоса из маленьких ротиков.

— Ооо... они такие милые! — воскликнул я (Сома).

— Это точно, — согласилась Карла.

Мы улыбались, наблюдая за тем, как малыши двигаются в своей кроватке.

Сиану и Казухе было около четырех месяцев, их шейки уже держали головы на месте, и они уже могли играть, лежа на животике.

Возможно, потому что они были близнецами, их лица было трудно различить, но в плане характера они становились совершенно разными людьми.

Сиан был склонен смотреть в пространство и не часто плакал.

Он был тихим мальчиком, который не доставлял хлопот, но часто застывал, когда его вводили в новую ситуацию. По-видимому, это был признак застенчивости, и когда к нему приближалось незнакомое лицо, он застывал и отводил взгляд. Даже если они пытались кружить перед ним, он отворачивал голову и снова отводил взгляд.

Когда его глаза только открылись, он некоторое время отказывался смотреть ни на Айшу, ни на меня.

Теперь это уже не так, но с самого начала он улыбался только Лисии, леди Элисии и, возможно, Карле. Это заставляло меня чувствовать себя немного грустно, как отца.

Между тем, Казуха была сгустком энергии, всегда улыбалась и всегда плакала.

Она не возражала, когда кто-то брал ее на руки, и продолжала плакать независимо от того, кто пел ей колыбельную. С того момента, как ее укладывали, она энергично размахивала руками и ногами. Она никогда не успокаивалась.

Из-за того, что она так много двигалась, она могла случайно ударить Сиана, который лежал рядом с ней, поэтому мы подумали разделить их, чтобы он мог немного отдохнуть, но когда мы попытались переложить ее в другую кровать, она устроила байкот.

Возможно, потому что они были близнецами, Казуха чувствовала себя спокойнее всего, когда ее вторая половинка, Сиан, был рядом.

Хотя время от времени она все еще доставала Сиана.

Держись, старший брат.

Глядя на этих очаровательных близнецов, я прошептал: — Честное слово... почему мои дети такие милые?

— Господин, вы слишком заботливый отец. Вы повторяетесь. — В голосе Карлы звучало недовольство, но милые есть милые, так что я мог поделать?

О! Казуха хлопала в ладоши и снова улыбалась.

Сиан смотрел на Казуху, и, возможно, он потерял равновесие, потому что упал.

О, боже! Какие же они милые!

Я мог бы смотреть на это вечно.

— Простите, что прерываю вас, когда вы так счастливы, хозяин, но разве у вас есть время терять здесь время? — спросила Карла. — Это важный день для вас, верно?

Это вернуло меня к реальности, и я вздохнул.

— ...Ну. Девочкам, конечно, требуется больше времени на подготовку, так что они уже готовятся. Я скоро за ними заеду.

Не успел я это сказать, как в дверь постучали.

С простым приветствием вошел премьер-министр Хакуя. — Ваше Величество. Вам пора начинать готовиться.

— Я знаю. — Я пожал плечами в отчаянии, затем хлопнул рукой по плечу Карлы. — Хорошо, Карла. Я рассчитываю на то, что ты присмотришь за Сианом и Казухой некоторое время.

— Да, сэр. — Карла отдала честь. — Предоставьте это мне.

— Айе! — Казуха подражала ей, подняв обе руки над головой в позе банзай.

Это был дерзкий ответ?

Между тем, Сиан смотрел на меня безучастно, словно говоря:  —  Ты куда-то уходишь?

Если он может быть таким спокойным в такой важный день, значит, он будет сильным духом, когда вырастет...

Подождите, я не могу вечно изображать из себя заботливого родителя.

Я стукнул себя по голове, чтобы прийти в себя, и вышел вслед за Хакуей из комнаты, оставив детей.

***

Первый день четвёртого месяца 1548 года по континентальному календарю

Сегодня, под ясным голубым небом, состоится моя коронация как короля Фридонии, а также свадьба с Лисией и остальными.

Я, который все время называл себя действующим королем и временным королем, официально взойду на трон как король, а также стану мужем Лисии и остальных.

С сегодняшнего дня они будут не моими невестами, а моей главными и вторыми королевами.

Однако мы уже были семьей, так что для всего этого было уже поздновато.

Для нас наш знаменательный день стал праздником, подобный которому жители этой страны могут увидеть лишь раз в жизни.

Сегодня в Парнаме собралось беспрецедентное количество людей, чтобы увидеть коронацию и свадьбу.

Когда собираются люди, это оживляет торговцев, и город оживляют лавки и уличные артисты.

Воин Дейс со своим отрядом тоже был в этом праздничном городе.

— Ух ты, все стало таким захватывающим, что не сравнить ни с одним обычным фестивалем, — прокомментировал он членам своей партии.

— Что ж, этого следовало ожидать, — ответил жрец Фебрал. — Если новый король официально вступает на престол и женится, то это то, что вся страна должна собраться вместе, чтобы отпраздновать. Для праздника в столице это не слишком раздуто.

Драчун Август сделал глоток из бутылки вина, которую он купил в ближайшем ларьке, и разразился бурным смехом. — Не будем мелочиться. Мы искатели приключений, путешествуем из страны в страну. Неважно, что празднуют в стране, лишь бы была хорошая еда и выпивка, я прав?

— В этой стране, конечно, хорошая еда, — сказала тихая красавица Джулия. — И общественный порядок тоже хороший, так что мы уже освоились.

Фебрал пожал плечами в ответ.

Август окликнул воровку Юнону, которая шла впереди группы с шампуром мяса в одной руке. — Эй, Юно! Ты согласна?

— Хм? Я? — Юнона положила руку на бедро и выпятила свою скудную грудь. — Я праздную коронацию и свадьбу короля, как и положено.

— А? Почему? — спросил Август.

— Что значит "почему"? Какое тебе дело? Я могу праздновать за кого хочу.

Юнона раздраженно отвернулась.

Ее товарищи не знали, что тот, кто контролирует господина Мусашибо, был королем этой страны. Они также не знали, что Юнона встречалась с королем и его королевами на тайных поздних чаепитиях.

Он только что закончил уничтожать монстров на севере, а как только вернулся, устроил церемонию коронации? Должно быть, он очень занят. Не обращая внимания на своих недоумевающих товарищей, Юнона подняла шампур к голубому небу. Поздравляю, сэр... нет, Ваше Величество! Я скоро снова приду поиграть, так что не стоит относиться ко мне плохо только потому, что вы теперь женаты!

Пока она так думала, прогремел салют из пушек, и птицы взлетели.

***

— Похоже, все действительно оживилось, — прокомментировал я (Сома).

Если смотреть на город-крепость из определенной комнаты в замке Парнам, то даже с такого расстояния можно было сказать, что город переполнен.

Нет, серьезно, последние несколько дней, предшествовавших этому, были очень напряженными.

Подготовка места и расстановка персонала доставили немало хлопот.

Это было связано с тем, что из-за плана Ророа провести свадьбы по всему городу, ключевые помощники, которых мы обычно могли бы использовать, не были свободны, потому что готовились к своим собственным свадьбам.

В один день с нами женились Людвин, командир королевской гвардии, на ученой Жени; Халберт, командир Дракшутистов, на офицере Каэде и красном драконе Руби; Джинжер, директор Профессиональной школы Джинжера, на своей горничной-секретарше Сандрии; Пончо, министр сельского и лесного хозяйства, на горничной Серине и Комаин, бывшей второй командир группы беженцев. Все они были лицами, которые представляли эту страну.

В частности, невозможность использовать Людвина, которому была поручена охрана столицы в качестве командующего Запретной армией, и Серину, которая отвечала за управление горничными замка, оставила большую брешь.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы установить субординацию на день проведения мероприятия.

Нам удалось уговорить нескольких членов-ветеранов прислать квалифицированный персонал для оказания помощи: Эксель, главнокомандующего Национальными силами обороны; Оуэна, генерала в отставке; и Германа.

Премьер-министр Хакуя, который пользовался популярностью у дам, но оставался холостым, будет руководить ими в день мероприятия, но до тех пор все будет идти своим чередом.

Я наивно полагал, что одновременное проведение двух мероприятий позволит сократить расходы, но в будущем мне придется продумывать все более тщательно.

— Итак...

Закончив переодеваться с помощью горничных, я стоял перед зеркалом в полный рост.

— Хахаха... сегодня я выгляжу довольно выделяющимся  и … белым, да, — сказала я без всякого смысла, глядя в зеркало.

Сам наряд был экстравагантным, в нем использовалась вышивка золотыми нитями. Если не считать фрака, он не сильно отличался от моей обычной черной военной формы, но в целом был очень белым.

Во время церемонии я собирался надеть поверх него плащ, как у бывшего короля сэра Альберта.

Когда я увидел, как царственно я выгляжу, мои щеки слегка дернулись.

— Ха-ха-ха... Если я ношу так много белого, это скрывает мое черное сердце, — пробормотал я.

— Это неправда! — возразила Томоэ. — Ты выглядишь очень круто, старший брат.

— Правда? Я думаю, что наряд не его.— ответила Райга.

...Я получил два комментария, которые были полярно противоположными.

— Такое ощущение, что его заставляют носить его, — продолжил Райга. — Он не соответствует этому.

— Мург, это неправда! Старший брат отлично выглядит в этой одежде.

—  Мой брат Фуга выглядел бы более щеголевато.

Ичиха тоже был в комнате, пытаясь заставить их успокоиться и перестать спорить.

— Так, так, не стоит ссориться в такой счастливый день, как сегодня.

— "Хмф!" —  Томоэ и Райга оба раздраженно отвернулись.

Ну и дела. Эти трое детей сегодня тоже устроили свои обычные выходки.

Сегодня все трое были одеты по высшему разряду.

Это потому, что Томоэ будет присутствовать на церемонии в качестве моей младшей сестры, а Райга и Ичиха - в качестве гостей из Малхитана и герцогства Чима, соответственно.

В случае Райги и Ичихи, они выступали в качестве посланников Фуга и герцога Чима, соответственно, и должны были сказать несколько поздравительных слов каждый во время церемонии коронации.

— Уф... Мне придется выступать перед большим количеством людей, верно? — нервно сказал самый младший из троих, Ичиха. — Я весь напряжен.

Он вздрогнул от этой мысли.

Томоэ взяла руку Ичихи и написала на его ладони кандзи, означающее «человек».

— Слушай, Ичиха, старший брат говорил мне, что в такие моменты надо писать иероглиф «человек» на ладони вот так, а потом притвориться, что ешь его, хорошо?

— «Человек»? Как ты это читаешь?

— Так читается в мире Большого Брата.

Райга, которая стояла рядом с ней и слушала, нахмурила брови.

— Ты имеешь в виду человека в смысле человечества? Или в смысле человеческой расы? Небожители вроде меня будут включены в число «людей», которых вы пишете и едите?

Она действительно сосредоточилась на деталях. Это было просто небольшое очарование, чтобы успокоить их, поэтому я не думал, что есть необходимость так глубоко об этом задумываться.

Ухмыльнувшись, Томоэ сказала: — О? Может быть, это ты напряжена, Райга?

— Чего?! — Лицо Райги покраснело, и она ущипнула Томоэ за щеки. — Почему ты такой наглый маленький ребенок?!

— Если ты злишься, значит, я права?

— Заткнись, заткнись!

— Штоп, ты их растягиваешь.

— Хм, Райга, не пора ли тебе отпустить? — нервно спросил Ичиха. — Томоэ, тебе тоже. Не дразни Райгу так сильно.

Эти трое детей действительно шумели. Они действительно были очень оживленными.

Погодите, людей Райги называли небесными существами? Мне показалось, что до сих пор я это упускал, и это меня удивило.

В дверь постучали, вошла служанка и поклонилась. — Ваше Величество, принцесса и остальные уже готовы, так что, пожалуйста, проходите.

Время уже вышло?

Я сказал трем детям: — Ну что ж, вы трое, я буду рассчитывать на вас на церемонии.

— Да, старший брат!

— Рассчитывайте на меня. Я справлюсь.

— Я сделаю все, что в моих силах.

Выслушав три их ответа, я пошел к Лисии и остальным.

Лисия и остальные переодевались в большом зале замка в зоне, разделенной ширмами.

Поскольку это стало важным событием, у нас постоянно не хватало людей, и это вынуждало горничным и гримерам переходить от одной к другой невесте.

Когда я заглянул внутрь, там было так много вещей, что это напомнило мне присутствие за кулисами на мероприятии драматического кружка, но если они закончили подготовку, то в комнате, скорее всего, было  бы немного прибрано.

Прежде чем отправиться в большой зал, где ждали Лисия и остальные, я направился в другую комнату, расположенную неподалеку.

Я постучал, а затем вошел. В этой комнате несколько человек сидели за длинным столом и беседовали: родители Лисии, бывший король сэр Альберт и бывшая королева леди Элисии; отец Айши, сэр Водан; дед Ророа, старый генерал Герман; и, наконец, бабушка Джуны, Эксель.

В основном, здесь собирались семьи невест.

На одном конце стола, рядом с Эксель, сидели синеволосые мужчина и женщина, выглядевшие очень маленькими.

Это были родители Джуны. Насколько я слышал, они были торговцами, которые управляли главным кафе Лорелей, поющим в Лагун-Сити. Я собирался жениться на их дочери Джуне, поэтому их нужно было пригласить как само собой разумеющееся, но даже если они были родственниками Эксель, находиться в комнате с бывшей королевской четой, генералами и дворянами им было трудно.

Возможно, мне стоит проявить больше внимания.

Пока я размышлял об этом...

Сэр Альберт заметил меня. Он встал и развел руки в стороны, затем слегка похлопал себя. — О, зять! ты выглядишь таким мужественным, что я едва узнал тебя.

Остальные тоже встали, глядя на меня со спокойными лицами.

Я глубоко склонил голову перед ними. — Отцы, матери и семья. Спасибо, что пришли сегодня.

— Нет, нет. — Водан покачал головой. — Я очень счастлив, что дожил до этого замечательного дня. Когда я увидел Айшу в ее платье, она напомнила мне ее покойную мать. Причина, по которой грубая обжора стала такой красивой, должно быть, в том, что встреча с тобой заставила ее захотеть быть более женственной. Хотел бы я, чтобы моя жена увидела, — печально закончил он.

Похоже, мать Айши умерла от пандемии, когда Айша была еще маленькой. Даже долгожители могли попадать в аварии и умирать от серьезных болезней. Если они были неосторожны, вполне возможно, что их жизнь была бы короче, чем у людей.

Помня об этом, я подумал о тех, кого не смог пригласить сюда.

— Да... Хотелось бы, чтобы дедушка и бабушка тоже увидели, — сказал я. — Я бы хотел, чтобы они увидели, как я «создал семью», как дедушка сказал мне в тот день.

— Хи-хи, — хихикнула Эксель с непринужденным выражением лица. — Я уверена, что они вместе присматривают за тобой. В конце концов, мертвые живут в памяти живых. Ты легко можешь представить, как эти дорогие люди в твоих воспоминаниях присматривают за тобой.

Эти слова, должно быть, были сказаны ею, прожившей пятьсот лет, пережившей множество встреч и расставаний.

И правда, если бы я представила, что бы подумал дедушка, если бы увидел меня сейчас... я видел, как он улыбается.

Сэр Водан улыбался так же. — Да. Думаю, моя жена счастлива.

— Интересно, какие лица сделала бы моя семья, — пробормотал Герман, скрестив руки.

Если это была семья Ророа, значит, Юлий... и Гай VIII.

Юлий - это одно; мы вместе сражались в королевстве Ластания. Но, вспомнив дьявольское выражение лица Гая, я содрогнулся. Мы сражались насмерть на войне, поэтому он должен был ненавидеть меня.

Меня прошиб холодный пот. — Держу пари, что он смотрит на меня из загробного мира.

Герман слегка рассмеялся. — Ну, с тобой все будет в порядке. До тех пор, пока моя маленькая девочка будет с ним там.

— Твоя маленькая девочка... вы имеете в виду мать Ророа? — спросил я.

Мать Ророа умерла, когда она была еще маленькой.

— Ее мать была очень похожа на нее: яркая, веселая и энергичная. Если бы сэр Гай сохранял такое кислое выражение лица в день свадьбы собственной дочери, она бы ударила его по голове. В конце концов, это вы спасли сэра Юлия от его кризиса.

Я попытался представить себе сцену, как мать, похожая на Ророа, бьет Гая по голове.

— Мысль о том, что Гай был выпорот таким образом... я не могу этого видеть, — признался я.

— Я могу сказать это только сейчас, и вы  можешь не поверить, но сэр Гай не всегда был таким упрямым. — Герман сузил глаза, как бы вспоминая приятные воспоминания. — Он унаследовал обиду на королевство, но когда там была моя дочь, это было не важно для него. Личность моей дочери украшала замок и поддерживала сэра Гая. Но когда она умерла, у сэра Гая осталась только месть. Сейчас, вспоминая это, я понимаю, насколько она была важна для него.

Я молчал.

Он потерял любимую женщину, и ему оставалось только мстить... хм. Услышав это, я действительно изменил свое впечатление о Гае.

— Причина, по которой он так плохо ладил с Ророа, заключалась в том, что он не мог смириться с тем, что она с каждым днем становится все больше похожа на свою мать. Так я думаю сейчас. — Герман рассмеялся в самодовольной манере. — Ха-ха... но простите меня, я не должен говорить это в присутствии людей из королевства.

— Нет... спасибо, что рассказали мне. — Я покачал головой.

В отличие от буйного Оуэна, Герман всегда был таким тихим. Если он так горячо говорил об этом, значит, в этом должно было быть что-то, что он считал нужным донести до меня.

— Ророа никогда бы не стала говорить о таких вещах, — продолжил я.

— Она получила это от своей матери, — сказал мне Герман. — Можно подумать, что она умеет позволять людям потакать ей, но правда в том, что она упряма и не желает показывать слабость.

— Вы правы...

— Я сообщаю вам, человеку, берущему ее в жены, о сэре Гае, потому что надеюсь, что вы извлечете из него урок. — Герман посмотрел мне прямо в глаза. — Когда вы женитесь на моей внучке, вы также станете королем. Как король, я уверен, вы будете ставить страну на первое место. Потому что вы верите, что это защитит ваших жен и детей, которых они родят. Поскольку вы цените «семью», вы будете ставить ее на второе или третье место.

У меня не было слов. Это была именно та проблема, в которую я мог попасть.

— Когда это случится, я хочу, чтобы вы вспомнили сэра Гая, — сказал Герман. — Пока вы ставите их на второе и третье место, прежде чем вы поймете это, эта семья может исчезнуть. Все, что останется, - это страна без тех, кто вам дорог. Сможешь ли вы остаться хорошим царем в таком состоянии?

— ...Я не уверен, что смог бы.

Если быть честным, я не думал, что это возможно. Но в моем положении я не мог сказать об этом. Если бы король проявил слабость, народ бы забеспокоился и перестал следовать за ним.

Герман кивнул. — Я не могу винить вас за это. Поэтому я хочу, чтобы вы смотрели на свою семью так же, как на свое королевство, и защищали ее так же, как и его. Если король построит мирную семью, это будет на благо и этой нации.

— Да. Спасибо за урок.

Создание мирной семьи - это благо для нации. Позвольте мне высечь это чувство в моем сердце.

Я склонил голову перед Германом, выражая свое почтение бывшей княжеской чете Амидонии.

Затем Герман склонил голову передо мной. — Я говорил слишком долго, но в конце концов я хотел сказать только одну вещь. Пожалуйста, сделайте мою внучку счастливой. Вот и все. Чтобы, даже когда меня не станет... эта девочка всегда оставалась такой же яркой и жизнерадостной, как сейчас.

— Да, я позабочусь об этом, дедушка.

Остальные родители наблюдали за этим обменом между Германом и мной с нежностью.

За исключением двух пар глаз, которые, казалось, застыли от напряжения. Само собой разумеется, они принадлежали родителям Джуны.

Я подошел и склонил голову перед ними с кривой улыбкой. — Простите. Я поставил вас в неловкую ситуацию.

— О! Нет... Мы прекрасно понимаем, насколько мы здесь не к месту, — поспешно сказал отец Джуны, обводя взглядом комнату.

Должно быть, было трудно расслабиться, когда здесь находились важные персоны со всего королевства, включая бывшую королевскую чету.

Этот человек был сыном Эксель, красивым парнем средних лет с голубыми волосами.

По расе он был человеком, поэтому выглядел старше Эксель, но в молодости, должно быть, был весьма привлекателен. Рядом с ним мать Джуны была красива, как и полагается потомку лорелеи.

И все же эти двое выглядели относительно простовато по сравнению с их нынешней компанией.

— Из-за того, что я хотел одновременно жениться на главной и второстепенной королевах, я доставил вам двоим немало хлопот, — сказал я.

— О, нет, Джуна выглядит счастливой, и этого нам достаточно, — быстро сказал ее отец.

— Это верно, — согласилась ее мать. — Пожалуйста, заботьтесь о ней, пока смерть не разлучит вас.

Это были обычные благословения от обычных людей. Они радовали меня больше всего на свете.

Родные Джуны были замечательными людьми. Хотя Джуна была похожа на Эксель, ее хороший характер и доброта, должно быть, были их влиянием.

Ее отец, в частности, был таким прекрасным человеком, что я не мог поверить, что он сын Эксель.

— ...Ты думаешь о чем-то грубом, верно? — подозрительно спросила Эксель.

— Нет, вовсе нет...

Эксель сузила на меня глаза, и я отвел взгляд.

Конечно, такой ветеран, как Эксель, должна был быть резкой.

Тогда леди Элисии, которая наблюдала за нашим обменом, разразилась хихиканьем.

— Хи-хи-хи! Ну-ка, ну-ка, зять. Не проводи все свое время с нами; иди и будь с Лисией и остальными. Я уверен, что они ждут с нетерпением.

Ах! Это было правильно.

— Да, мама. Теперь все, увидимся позже.

Я поклонился родителям и семье в последний раз, а затем вышел из комнаты.

Большой зал, где ждали Лисия и остальные, находился рядом с залом ожидания, где находились их семьи.

По обе стороны от больших дверей стояли охранники, и они отдали честь, когда я подошел.

Я встал перед этими дверями, потянулся к ручке... и тут же замер.

По другую сторону двери стояли Лисия и остальные в свадебных одеждах. Как только я это подумал, мое тело отказалось двигаться. Если я открою эту дверь, наши отношения изменятся. От помолвки к свадьбе, от регента к королю, от кандидата к королеве.

Дело в том, что я чувствовал, что Лисия, ставшая матерью, уже изменилась. Обретя Сиана и Казуху, которые были важнее ее собственной жизни, она стала еще более стабильной, чем раньше, и ее было не так-то просто поколебать.

А как же я? Сиан и Казуха тоже были важнее моей жизни. Но если бы вы спросили, изменился ли я, я не был так уверен.

В своем старом мире я слышал разговоры о том, что ценности женщин меняются, когда они рожают, но мужчины никогда не перестают быть детьми.

Возможно ли, чтобы я вырос так же, как Лисия и другие?

Подумав об этом, я нерешительно открыл дверь.

Глядя на меня, когда я стоял неподвижно, словно время остановилось, младший стражник обеспокоенно заговорил со мной.

— Ваше Величество? Что-то...

—  Тсс. Не надо. — Стражник средних лет, стоявший напротив него, поднес палец к губам и заставил молодого замолчать.

Затем, с мудрым видом, стражник средних лет кивнул мне.

Поскольку в период хаоса после моего первого вступления на трон я разговаривал со всеми в замке, чтобы использовать их по максимуму, и ел со стражниками и служанками в столовой, некоторые из них охотно заводили со мной разговор. Эта тенденция была особенно сильна среди охранников среднего возраста и горничных типа бабушек.

Они, конечно, были вежливы и не делали этого, когда рядом находились те, кто любил говорить о достоинствах моего положения. Но этот человек был одним из тех охранников средних лет.

— Вы, наверное, чувствуете себя неловко, я прав? — спросил охранник средних лет. — Я могу понять. В конце концов, это путь, который проходит любой мужчина, решивший завести семью.

— Так вот как это работает? — спросил я.

— Да. Я прошел через это, когда женился на своей жене. Хотя, с другой стороны, вы уже давно подготовились к этому, верно, сир? Единственное, что вас сейчас останавливает, это сентиментальность.

— Сентиментальность...?

Сентиментальность. Быть сентиментальным. В его словах есть смысл.

Само собой разумеется, что мои отношения с Лисией и всеми остальными со временем изменятся. Я ничего не мог с этим поделать, и я давно смирился с этим.

Я мог только сказать, что причина, по которой я все еще не решался идти вперед, заключалась в том, что я грелся в сентиментальности. Можно сказать, что думать об этом было пустой тратой времени.

С кривой улыбкой я положил руку на плечо охранника средних лет. — Ты  прав. Не похоже, что нерешительность сейчас что-то изменит.

— Да. Кроме того, если вы будете медлить слишком долго, ваши красивые жены начнут злиться.— Он ухмыльнулся.

Как только он это сказал, из-за двери раздался крик.

— Сома! ты там, верно?! Давай, решайся и иди сюда!

— Д-да!

Я выпрямился при звуке голоса Лисии, затем поспешно открыл дверь и бросился внутрь. Охранники тут же закрыли за мной двери.

Взгляд охранника средних лет, который я успел увидеть перед тем, как двери полностью закрылись, с выражением лица: « Да они его в два счета вычислили»  меня раздражал.

Но когда я обернулся...

Вид Лисии, Айши, Джуны, Ророа и Надин в свадебных платьях поразил меня настолько сильно, что разрушил мой мир.

Во-первых, это была Лисия. Сегодня у нее были уложены волосы. На ней было чистое и милое длинное платье белого цвета, но с розовой подкладкой, выглядывающей из-под подола. Пояс на талии был того же цвета, что и ее военная форма, что придавало ей достойную красоту, которая была одновременно великолепна и очень соответствовала ее характеру. Она выглядела достойно, чтобы представлять всех королев.

Чистое белое платье Айши составляло потрясающий контраст с ее смуглой кожей. Ленты на ее голове также были белыми, и это отражало ее невинность. У меня сложилось впечатление об Айше как о воительнице, но у нее была хорошая фигура, и она была очень привлекательна для меня как женщина сегодня.

Поверх белого платья Джуна надела голубой корсаж и поясок, который подходил к цвету ее прекрасных волос. Платье тоже имело светло-голубой оттенок, отражая ее благородство, которое было подобно луне, отражающейся в воде, и ее обволакивающую доброту.

Платье Ророа тоже было белого цвета, но подол и поясок сияли светло-лимонным желтым цветом, что соответствовало ее жизнерадостности и молодости. От платья исходило то же очарование и веселье, что и от нее самой, и, несмотря на длинную юбку, она выглядела так, словно в любой момент могла начать в нем бегать.

Платье Надин было немного короче, чем у других. Она была единственной, у кого был хвост, так что, скорее всего, это было сделано для того, чтобы она не выглядела странно. Спереди оно было длиной до колена, но я подумал, что это прекрасно отражает ее гибкость и свободный дух.

Пять разных женщин, пять разных платьев. Все они были прекрасны, все они подходили той, кто их носил.

Они выглядели так великолепно в своих свадебных нарядах, что я некоторое время просто смотрел на них, завороженный.

Когда я стоял, потеряв дар речи, Лисия робко спросила: — Ты ничего не собираешься сказать?

— В-верно... вы … красавицы. Все вы. Вы оставили меня без слов.

Я почему-то заикался, но все усмехнулись.

— Я-я тоже? — спросила Айша. — Я выше, чем все остальные, но это все равно нормально?

— Хи-хи-хи, о, Аиша, — хихикнула Джуна. — Ты стройная, но подтянутая. Я думаю, ты очень красивая.

— Стройная... я не уверена, как я отношусь к тому, что старшая сестра говорит об этом, — проворчала Ророа. — А ты, Нади?

— Я бы хотела, чтобы у меня было декольте. Довольно отчаянное желание.

— Не дуйтесь в такой счастливый день, — попыталась успокоить их Лисия. — Кроме того, я думаю, что вы обе выглядите прекрасно и замечательно в своих платьях. — Я был полностью с ней согласна.

Ророа и Надин были сегодня еще более великолепны, чем обычно, но в чистом виде, чувствуя себя настоящими принцессами.

Конечно, Айша и Джуна, с их женственной сексуальностью, тоже были прекрасны, а Лисия, в которой были лучшие части обоих лагерей, была изумительна в своей грации.

— Хахх... —  Глядя на этих пять прекрасных дам, я вздохнул.

— Что случилось, Ваше Величество? Мы чем-то обидели вас? — Джуна спросила с беспокойством.

— Ты можешь не вздыхать в нашем присутствии? — Надин огрызнулась колючим тоном.

Я поспешно покачал головой. Очевидно, что с ними все в порядке, и я не мог быть недоволен.

— Просто... у меня такие прекрасные невесты, и когда я думаю, что мы не можем устроить обычную свадьбу... ну, я очень разочарован.

— Ааа, я пошла и спланировала все это, и даже я немного так думаю, — согласилась со мной Ророа.

Свадьбы в этом мире не сильно отличались от свадеб в западном стиле на Земле.

В церкви жених и невеста клялись в любви перед священником или пастором.

Именно такая церемония, скорее всего, была у Людвина и Хэла.

Такая свадьба, где, хотя церемония и имела значение связывания двух домов вместе, это было сиропно-сладкое время, когда жених и невеста смотрели только друг на друга.

Но наша церемония бракосочетания была другой.

В целом ее можно было бы назвать свадьбой, но поскольку это была свадьба короля, она не могла быть посвящена только жениху и невесте. Главная цель состояла в том, чтобы представить цариц народу и четко обозначить ранжир между ними.

Коронация и свадьба, конечно же, транслировались бы по Голосу Драгоценности, и каждый человек в стране смог бы это увидеть.

Наши люди тоже будут не единственными, кто будет наблюдать за церемонией.

Она будет транслироваться через драгоценности, которые мы использовали для конференций с Империей Гран-Кэйос и Республикой Тургис, так что императрица Мария и сэр Гуран, глава республики, тоже будут смотреть.

На брачной церемонии, за которой наблюдает столько людей внутри страны и за ее пределами, нам пришлось бы постоянно быть начеку, и у жениха и невесты не осталось бы места, чтобы насладиться сладким временем для себя.

— Это может разочаровать. — Айша скрестила руки и выглядела галантно, несмотря на то, что была в свадебном платье.

Джуна приложила палец к губам и вопросительно произнесла — Хм? Но ведь это мечта каждой девушки - устроить большую, пышную свадьбу в таком месте, как замок, верно? Мы здесь те, кому можно позавидовать.

— Ахаха! Такая зависть довольно распространена.— Надин улыбнулась с ностальгией.

Должно быть, она вспоминала свое время в Горном хребте Звездного Дракона. Надин затаила комплекс по поводу Руби, которая была обычным драконом, а Руби испытывала ревность к Надин, которая была необычным Рю.

Как говорится, трава всегда зеленее.

Ророа ухмыльнулась. — Хм. Значит, ты хочешь сказать, что если мы будем продавать свадебные услуги в замке, то получим прибыль. Даже если это будет недоступно простолюдинам, дворяне заплатят за это, для них это сущие копейки...

В ответ Лисия слегка ударила ее по голове. — Ророа, не связывай все с зарабатыванием денег.

Ророа рассмеялась. — Ньяха!

— Честно, — сказала Лисия, положив руки на бедра, но она казалась скорее мягкой, чем возмущенной. — Неважно, какую форму это примет, лишь бы мы были довольны, разве этого не достаточно?

Мы все кивнули в знак согласия.

— Да. Прямо сейчас я счастлив, — сказал я.

— Хи-хи, тогда давайпослушаем тебя, как главу семьи, — дразняще сказала Лисия.

Я почесал щеку. — Глава семьи...? Что это вообще за дом?

Дело было в том, что даже если мы поженимся, у нас не будет единой фамилии.

Это было связано с тем, что фамилия матери менялась в зависимости от того, какое положение занимали ее дети.

Я унаследовал имена и Дома Элфриден, и Дома Амидония, так что я стал бы Сомой А.(Амидония) Элфриден.

Лисия и Ророа передадут свои фамилии детям, так что они останутся «Лисией Элфриден» и «Ророа Амидония».

Поскольку Рора становилась главной королевой с правом наследования, возможно, для неё было бы лучше взять имя Элфриден, но мы сохраняли четкое разделение, чтобы как можно меньше волновать жителей обеих стран.

Дети Лисии, Сиан и Казуха, носили имя Элфриден.

Если обе страны продолжат оставаться вместе, то в будущем, возможно, удастся создать Дом Фридонии, но это будет зависеть от того, как пойдут дела дальше.

Вторая главная королева, Айша, станет «Айша У. (Удгард) Элфриден».

Имя Удгард было сохранено, чтобы способствовать гармонии с темными эльфами, которые только начали вступать в контакт с внешним миром.

Что касается Джуны и Надин, чьи дети не имели права наследования, то после обсуждения мы решили, что они возьмут фамилию «Сома» и станут «Джуна Сома» и «Надин Делал Сома».

У Надин не было фамилии.

Делал - это часть ее имени, как и у ее подруги Пай Лонг. Поэтому ей нужна была новая фамилия, и я решил дать ей мою фамилию, Сома.

Теперь это мое настоящее имя, но изначально Сома было моим семейным именем (фамилей).

После этого Джуна тоже попросила использовать фамилию Сома.

Поскольку дети второстепенных королев часто наследуют род своей матери, многие из них сохраняют свои родные фамилии, но отец Джуны, тот человек, который казался слишком добрым, чтобы быть сыном Эксель, сказал мне: «Я не хочу претендовать на чрезмерную связь с королевской семьей!»  и «Имя моей матери и так сильно выделяет меня. От одной мысли о еще одном  таком имени у меня болит живот!»

В итоге Джуна взяла недавно созданную фамилию Сома, а если они хотели, чтобы дети унаследовали Дом Дома, их можно было бы усыновить позже.

Учитывая все это, наши имена были разными, так как же нам назвать наш дом, когда мы будем все вместе?

Пока я думал об этом, Лисия пожала плечами. — Это имя мы используем между собой, почему бы не быть просто семьей Сома? В конце концов, это фамилия нашего мужа.

Лисия сказала это с улыбкой, и никто не возразил, так что решение было принято.

Теперь продолжим...

— Эээ... меня попросили кое-что сказать, но я не знаю, что сказать, так неожиданно... —  начал я.

— Почему бы тебе просто не попробовать сказать все, что придет тебе в голову, дорогой?

— ...Хорошо. Ну тогда... сегодня, в этот день, мы станем семьей. Я надеюсь, что мы будем продолжать поддерживать друг друга, как и раньше, и даже больше в будущем. Давайте смеяться, плакать, а иногда и ссориться, проводя время вместе.

Сначала я обнял Айшу и Надин.

— Айша. Я буду жить так долго, как смогу, поэтому я хочу, чтобы ты жила со мной.

— Да. — Айша твердо кивнула. — Давай жить вместе столько, сколько сможем.

— Надин, ты тоже. Пусть это будет лишь короткое время в твоей долгой жизни, но дай мне свое время.

— Хмф, — фыркнула она. — Рановато делать это воспоминанием. Это место, где мы начинаем творить воспоминания, а не где мы оглядываемся на них.

Я отпустил этих двоих, затем обнял Ророа и Джуну.

— Давай построим дом, где улыбки никогда не прекратятся, Ророа.

— Даже когда будет тяжело, я буду улыбаться!

— Неважно, как меня будут ругать за это люди... Джуна, я сделаю тебя своей.

— Да, навсегда, — улыбнулась она.

Затем, наконец, я обнял Лисию.

— Всего два года назад я говорил, что выброшу корону и разорву нашу помолвку.

— Два года назад я ворвалась в комнату отца, злясь, что он обручил меня без моего участия.

— Я больше не отпущу тебя, — сказал я ей. — Ни тебя, ни это королевство, где живут Сиан и Казуха.

— Я тоже не отпущу тебя. Ни от этого мира, ни от меня.

Пока мы так ощущали тепло друг друга, в дверь постучали.

Казалось, что время пришло.

Я отпустил Лисию. Затем, посмотрев на каждую из них, я сказал: — Хорошо... пойдемте, все.

— """" Хорошо! """"

Мы собирались стать королем и королевами этой страны.

— Сейчас появится Его Величество Сома Амидония Элфриден, король Объединенного королевства Элфриден и Амидония. — громко объявил Хакуя.

Я вышел один на красную ковровую дорожку.

Это был тронный зал, место, куда меня вызвали, и где я впервые встретил Айшу, Джуну, Хакую, Томоэ и Пончо.

Это место было мне хорошо знакомо, но сегодня оно было украшено великолепными декорациями.

По обе стороны красной ковровой дорожки, проходящей через зал, стояли на коленях генералы и чиновники, включая премьер-министра Хакую, Маркса, главнокомандующую Национальных сил обороны Эксель, командира "Черных котов" Кагетору и капитана "Хирю" Кастора.

Перед троном, в конце ковра, стояли бывший король, сэр Альберт, и бывшая королева, леди Элисия.

Эта сцена транслировалась на всю страну с помощью вещательной сети. (Камень был расположен так, что Кагетора, конечно, находился вне экрана.)

Мне совершенно нельзя было позволить выставить себя на посмешище. Я медленно подошел к ним двоим, словно смакуя каждый шаг. Затем, преклонив колени, я опустил голову.

Сэр Альберт взял лежавшую рядом корону и встал передо мной.

— Я, 13-й король, Альберт Элфриден, настоящим провожу коронацию 14-го короля, Сомы А. Элфридена! Отныне ты будешь королем, утешающим народ внутри, отражающим врага снаружи и обеспечивающим процветание страны!

— Да, сэр.

Услышав мой ответ, сэр Альберт кивнул и возложил корону на мою голову.

— Наконец-то я смог вручить тебе корону. — сказал сэр Альберт таким тихим шепотом, что только я мог услышать.

Опустив голову, с кривой улыбкой на лице, я ответил. — Вы всё это время держали её для меня. Мне очень жаль.

— Я должен надеяться на это. Я смог передать тебе трон, но меня раздражало то, что я не мог передать тебе корону до твоей коронации. Положение короля может быть таким ограничивающим. Коронация тоже всё время откладывалась. От необходимости придерживать корону всё это время у меня мурашки по коже.

— Между беременностью Лисии и экспедицией в Союз Восточных Наций произошло много событий.

— Но сегодня всё закончится. Я рассчитываю, что ты позаботишься о Лисии и королевстве, зять.

— Да, отец.

Когда сэр Альберт отошел от меня, леди Элисия подошла и накинула мне на плечи изысканную бархатную накидку.

Она прошептала мне на ухо. — Я буду желать счастья тебе, Лисии, другим твоим королевам, Сиану, Казухе и всем остальным детям, которым ещё предстоит родиться. Пусть ты всегда останешься в добром здравии.

— Да, матушка.

— Хи-хи. — усмехнулась она. — Приходи к нам в гости во владения Альберта. Хотя, вместо того чтобы называться бабушкой, я бы предпочла, чтобы меня называли леди, как Эксель.

Когда леди Элисия произнесла это, я не мог не улыбнуться.

— Хорошо. Этому я их и научу.

Когда леди Элисия удалилась, я встал.

Затем другой голос позвал меня. — Ваше Величество.

Тот, кто вышел из шеренги генералов, был дед Ророа, Герман. Он отдал честь, подошел ко мне и преклонил колено.

Бюрократы, руководившие церемонией, поднесли к нему меч в ножнах со сверкающими деталями, и Герман протянул его мне.

— Это заветный меч, передаваемый поколениями суверенных принцев Амидонии. Мы просим Ваше Величество защитить народ как Эльфридена, так и Амидонии, без дискриминации.

— ...Хорошо. — Я принял меч и поднял его вверх. — Я буду стараться быть королем, которого поддержат оба народа.

Для меня было важно унаследовать не только имя Элфриден, но и имя Амидонии. Поэтому я должен был быть признан законным наследником не только со стороны эльфриденцев, но и со стороны амидонян. Герман вручал мне этот заветный меч, чтобы показать это.

Герман встал, а я обратился к своим приближенным, которые встали.

— Поклянитесь в непоколебимой верности новому королю, Его Королевскому Величеству Соме. — произнес Хакуя, и все они склонились передо мной в унисон.

Шорох одежды эхом разнесся по комнате. Это было потрясающее зрелище.

На этом церемония коронации завершилась.

Теперь я, как по имени, так и фактически, был королем этой страны. Не временным или временным.

Теперь я был королем Сома А. Элфриден.

Это был момент свершения.

Заиграл орган. Затем двери в зал для аудиенций широко распахнулись, и появились пять прекрасных невест.

Лисия, Айша, Джуна, Ророа и Надин.

Они расстались со своими семьями у дверей, и все пятеро, в свадебных платьях, прошли вперед, им помогали наряженные дети.

Помощницей Лисии была Томоэ. Остальным четверым помогали дети из яслей замка.

Когда все пятеро подошли ближе, они остановились передо мной, опустились на колени и склонили головы.

Томоэ поклонился один раз, после чего присоединился к шеренге хранителей, а остальные дети разбежались.

Теперь должна была начаться свадебная церемония.

Жрецы Матери-Дракона вышли вперед, вручив пять диадем и пять золотых колец.

Я взял одну из этих диадем, встал перед Лисией и водрузил её ей на голову.       — Настоящим я делаю тебя своей первой главной королевой. Давай вместе развивать эту страну.

— Да. Я буду с тобой всегда.

Когда Лисия встала, она посмотрела мне прямо в глаза и протянула левую руку.       Затем она добавила голосом, слышным только мне. — И, конечно, Сиан и Казуха тоже.

Я надел кольцо на её палец, а затем мы слегка поцеловались.

Увидев маленькие слезинки в уголках глаз Лисии, я хотел проигнорировать процедуру и обнять её, но на глазах у публики мне удалось сдержаться.

То же самое я сделал с Айшей, Ророа, Джуной и Надин, снял с них головные уборы и заменил их диадемами, надел им на пальцы кольца, а затем поцеловал их.

— Настоящим я назначаю тебя своей второй главной королевой. Давай вместе защищать эту страну.

— Да! — заявила Айша. Шепотом она добавила. — Конечно, я буду продолжать защищать тебя!

— Я делаю тебя своей третьей главной королевой. — сказал я Ророа. — Давай вместе сделаем эту страну процветающей.

— Да! *Предоставь это мне, дорогой!* ( п/п: *..* - девушки произносят шепотом только Соме)

— Настоящим я делаю тебя своей первой второстепенной королевой. — сказал я Джуне. Давай вместе сделаем культуру этой страны процветающей.

— Да. *Хи-хи, да. Давай сделаем яркую страну, полную песен.*

— Я делаю тебя своей второй второстепенной королевой. — сказал я Надин. Давайте вместе откроем будущее для этой страны.

— Да. *Я отвезу тебя куда угодно, Сома.*

Когда мы поцеловались, каждый из них дал мне что-то вроде заявления о своей решимости.

Они ничего не сказали во время генеральной репетиции церемонии, так что, должно быть, все они думали об этом во время подготовки.

Взяла ли Лисия на себя инициативу? Церемония была очень формальной, поэтому я был очень рад, что смог понять, что каждый из них чувствовал во время неё. Не знаю, сколько раз я думал об этом раньше, но все они были настолько замечательными, что казались мне расточительными.

Теперь мы были мужем и женой, семьей.

Жрецы удалились, а мы с Лисией направились к тронам.

Там было место для короля и рядом место для королевы. Мы с Лисией сели, а остальные четверо встали рядом с нами.

Когда все заняли свои места, Хакуя вновь стал ведущим.

— По случаю коронации и свадьбы Его Величества Сомы из всех стран прибыли посланники с поздравлениями. Во-первых, младшая сестра императрицы Марии Эйфории из Империи Гран-Кэйос, госпожа Трилл Эйфория.

— Да, это я! — Появившаяся из входа, с колыхающимися волосами, это была Трилл, инициатор развития буров.

На этот раз, как посол-резидент во Фридонии, она была здесь, чтобы поздравить от имени Марии.

Ку выступал в том же качестве от имени сэра Гурана из Республики Тургис, Ичиха - от герцога Чимы из герцогства Чима, а Райга - от имени короля Фуги Хана из степного государства Малхитан.

Трилл и Ку - это одно, но Ичиха и Райга, похоже, были напряжены своей ролью здесь.

Но, знаете, хотя Райга и должна была быть представителем Фуги, его, вероятно, не интересовал ни тот факт, что я стал королем, ни то, что я женился. Скорее всего, он и сейчас с головой ушел в свои амбиции.

Тем временем, на севере Малхитана, Фуга стоял на берегу реки Дабикон, которая текла с далекого запада. Земли за этой рекой назывались владениями Повелителя Демонов.

Поглаживая своего верного товарища, летающую тигрицу Дургу, он направил свой сокрушающий камни клинок Занганто на противоположный берег.

— Слушайте! Как только мы пересечем эту реку, мы окажемся во владениях Владыки Демонов! Это земля, с которой нас прогнали монстры, и земля, которую человечество должно отвоевать!

Он обернулся, чтобы посмотреть в лицо 20 000 солдатам, стоявших позади него.

5 000 были гордостью Малхитана, скачущей кавалерией, верхом на тембоках.

5 000 были тяжелой кавалерией, на более крупных и сильных боевых конях, чем обычно.

Оставшиеся 10 000 были пешими воинами, состоящими из беженцев, которые были изгнаны из своих родных мест в результате расширения владений Владыки Демонов.

Услышав, что Фуга собирается продвигаться во владения Владыки Демонов, солдаты-беженцы со всего Союза Восточных Наций собрались под его началом.

Фуга обратился ко всем им.

— Эти люди - не более чем пыль по сравнению с экспедиционными силами, которые когда-то возглавляла Империя. Возможно, кто-то посчитает глупым идти с такой численностью в земли Владыки Демонов, где экспедиционный отряд был стерт с лица земли демонами. Однако, я видел это своими глазами. Демоны, о которых говорят, что они уничтожили экспедицию, не проявили себя, даже когда я зашел довольно глубоко в эти земли. Короче говоря, демоны живут только в самых глубоких частях этих владений! Всё остальное - просто зона беззакония, где бесчинствуют чудовища!

Фуга повернул руку, которой он гладил Дургу, к остальным. Он сжал её в кулак, а затем притянул к себе.

— Вот почему мы можем вернуть всё назад! Хотя бы частично, для начала. На этот раз мы вернем себе заброшенный город на севере и более мелкие города вокруг него и начнем их восстанавливать. Мы станем первыми на стороне человечества, кто успешно вернет земли из владений Владыки Демонов!

Страсть в словах Фуги взволновала собравшихся солдат.

— Если мы сможем добиться этого, мы поразим народы этого континента, привлечем больше поддержки, и это позволит нам отвоевать ещё больше новых земель! Мы станем колоколом рассвета, возвещающим конец застойной эпохи!

— Да-а-а-а! — ревели солдаты в ответ на речь Фуги.

Искра его страсти мгновенно разожгла всю армию.

Фуга вскочил на спину Дурги, затем направил Занганто к северному небу и крикнул. — Вперед, храбрые воины, собравшиеся здесь! Мы сделаем так, что наши имена будут звучать по всему этому континенту!

— Ура! Ура!

Воодушевленные пламенной речью Фууги, мужчины бросились в реку.

Пока Фуга смотрел на них, к нему подъехал один боевой конь. На нем была жена Фуги, Муцуми Чима.

Она выглядела прекрасно: длинные черные волосы развевались за спиной, тело было облачено в легкие доспехи, а сама она сидела на коне с длинным мечом за спиной.

Блестящая речь, господин Фуга. — сказала она.

— Я уже говорил тебе, что просто Фуга - это хорошо. Ты моя жена.

Однако, Муцуми покачала головой с язвительной улыбкой. — Я не могла обратиться к командиру этого войска без должного уважения. Было бы невыносимо, если бы я сделала что-то, что понизило бы боевой дух, над которым вы так усердно работали.

— Ты как всегда добросовестна... но, прости. Мы только что поженились, и я начинаю кампанию. Я получил письмо от Райги, и, очевидно, Сома официально становится королем на юге, во Фридонии. Когда я это услышал, я не мог усидеть на месте.

Да, Сома чувствовал острую необходимость разобраться с существованием Фуги, но Фуга чувствовал тоже самое.

Поскольку каждый из них знал о существовании другого, существовало взаимопонимание, в паре с фундаментальной нестыковкой, и они оба готовились к столкновению, которое может произойти когда-нибудь в будущем.

Существование Фуги делало Суму сильнее, а существование Сомы делало Фугу сильнее. Их можно было бы назвать соперниками, но, если учесть грядущее будущее, это были сложные отношения, и их нельзя было приветствовать.

Муцуми усмехнулась. — Не обращай внимания. Куда бы вы ни пошли, лорд Фуга, я буду рядом с вами. Так что, пожалуйста, следуйте по пути, в который вы верите. Ведет ли он к славе или в ад, я буду с вами до конца.

Муцуми поднесла руку к груди и улыбнулась.

— И, пожалуйста, покажи мне мир, который можешь создать только ты.

— ...Да! У тебя будет место в первом ряду! Я люблю тебя, Муцуми! — Фуга наклонился и поцеловал свою жену, а затем заставил Дургу умчаться.

За ним последовали Муцуми и солдаты.

И вот, военные силы Фуги вступили во владения Владыки Демонов.

— Ах! — воскликнул я. Я вдруг почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь. Я не знал, что это было.

Поздравительная речь Трилл закончились, и мы находились в середине очень серьезной речи Ку.

— ...это результат сотрудничества между нашими тремя странами. Мой отец Гуран надеется, что теплые отношения между королевством, империей и республикой будут продолжаться...

Когда я повернул голову, чтобы оглядеться, Ку продолжил.

— В связи с этим, в надежде на прочную дружбу между республикой, королевством и империей, мы хотели бы поздравить сэра Сому с коронацией и свадьбой. Пожалуйста, продолжайте оказывать нам свою благосклонность.

Закончив свое обращение, Ку пробормотал:"Спасибо, брат" - и подмигнул всем нам. Это озорство в конце было так похоже на Ку.

Я поблагодарил Ку, после чего он поклонился и покинул зал.

Я вспомнил, что Райга, как представитель Малхитана, была следующей по программе.

Эта свадьба была церемонией, поэтому, хотя в ней и был определенный шик, она не могла избежать ощущения некоторой скованности. Именно в такие моменты я завидовал своим подчиненным, устраивающим свадьбы в замковом городе.

Интересно, чем сейчас занимаются Хэл и остальные...

Пока я размышлял об этом, в комнату вошла Райга, и я вернул свое внимание к текущему вопросу.

В то же время Халберт пытался отдышаться.

— Ох... Я начинаю напрягаться. — пробормотал он.

Военная форма была стандартным нарядом Халберта, но сейчас на нем был смокинг. Его беспорядочные волосы сегодня тоже были аккуратно уложены, и это его немного беспокоило.

Он был женихом на предстоящей церемонии, так что он понимал, что этого следовало ожидать, но он не чувствовал себя самим собой, и это заставляло его нервничать.

— Тебе нужно уже взять себя в руки, знаешь, Хэл. — сказала ему Каэдэ.

— Если ты не можешь быть смелым и уверенным, это заставит нас выглядеть плохо. — согласилась Руби.

Рядом с ним стояли Каэдэ в широмуку и Руби в свадебном платье, обе они криво улыбались. Их желтые и алые волосы выделялись на фоне чисто белых нарядов.

Сегодня эти двое были одеты как невесты, поэтому они были ещё красивее, чем обычно.

Влюбившись в них заново, Хэл не смог удержаться от того, чтобы не обнять их, но они расстроились, что это испортит их наряды.

Однако, их красота была также элементом, который словно загонял Халберта в угол.

— Если бы они увидели этих двоих сейчас, они бы завидовали, я уверен в этом... — пробормотал Хэл.

На их свадьбе присутствовало довольно много людей.

Поскольку она проходила одновременно с коронацией и свадьбой Сомы, все крупные деятели страны, за исключением родственников жениха и невесты, отправились в замок. Вместо них на свадьбу Халберта поспешили многие его подчиненные дракшутисты и коллеги по службе в Запретной армии.

Для Халберта они были товарищами и хорошими друзьями.

Однако, в армии, где соотношение полов было сильно смещено в сторону мужчин, очаровательная мисс Каэде, офицер штаба, была чем-то вроде кумира.

Из-за этого старые боевые товарищи Халберта испытывали невероятную ревность к человеку, который был её другом детства, а теперь отнял её у них. В основном...

— Как ты смеешь быть единственным, кому досталась симпатичная жена, ублюдок! — кричали они в сердцах.

Примерно так все и было.

В довершение ко всему, его вторая жена, Руби, тоже была красавицей.

Этот факт только подливал масла в огонь ревности.

Если бы кто-нибудь из этих мужчин увидел женщин в этих прекрасных свадебных нарядах, их ревность разгорелась бы ещё сильнее.

"Поздравляю с бракосочетанием. А теперь позвольте мне набить вам морду!"

Должно быть, именно так они себя и чувствовали.

Плечи Халберта опустились в изнеможении.

— Парни говорили о том, что когда придет время бросать пшеницу, они будут бить меня ею изо всех сил. Некоторые из них даже практиковались в метании.

Практика метания пшеницы была эквивалентна практике метания риса на свадьбах на Земле.

Когда выходили жених и невеста, присутствующие бросали в них пшеницу, символ плодородия (потому что одно зерно может произвести ещё много других).

Обычно это делалось подобно тому, как бросают соль во время сумо: бросали её вверх, аккуратно, чтобы она рассыпалась, а не с размаху, как бейсбольный мяч.

— Они начали бормотать:"Может быть, мы добавим немного гравия...". — жаловался Хэл. — Хотя они остановились, потому что было бы опасно, если бы он попал в кого-нибудь ещё.

— Ахаха... — смеялись его будущие жены.

Мужчины завидовали Халберту, но они не хотели создавать проблемы для Каэдэ и Руби. Даже если их мужем будет Хэл, мужчины хотели, чтобы они были счастливы. Поэтому из-за своих сложных мужских чувств они решили бросить пшеницу так сильно, как только могли.

Каэдэ с лукавой улыбкой нежно положила руку на правую грудь Халберта.

— Они отпускают тебя, просто бросая в тебя пшеницей изо всех сил, поэтому я думаю, что они хорошие друзья. Это значит, что ты настолько удачлив, что все тебе завидуют.

— Это точно. — добавила Руби, положив руку на его левую грудь. — Если ты мужчина, то прими немного ревности как цену, которую ты платишь за то, что взял двух таких красивых жен, как мы.

Халберт криво усмехнулся и сказал. — Вы беспощадны. Но вы правы. Если они так считают, я покажу, как я счастлив, и заставлю их завидовать.

— Хи-хи! Вот это настрой, Хэл!

— Убедись, что ты хорошо проводил нас, дорогой.

Каэдэ и Руби поцеловали Халберта в щеку с двух сторон.

— Эй... — возразил Хэл.

— Хи-хи! У тебя ярко-красное лицо, Хэл.

— Поцелуй в губы мы прибережем для главного события. ( п/п: горячо, ой как горячо)

Халберту показалось, что его лицо сейчас расплавится, и он покачал головой.

Каэдэ хихикала, наблюдая за ним, но потом ей что-то пришло в голову. — Если подумать, Хэл, было послание от Его Величества Сомы всем, кто женится в этот раз.

— От Сомы? — Халберт склонил голову набок.

Учитывая, что они были правителем и слугой, это было нормально, что сообщения приходили, но он не понимал, почему они должны были быть только для тех, кто женится.

Ухмыльнувшись, Каэдэ добавила. — "В зависимости от политической ситуации на севере, страна может стать весьма напряженной в будущем. Поэтому в этот период сравнительного спокойствия не забудьте заняться зачатием ребенка." - вот что там было написано.

— Аууаа!

Услышав из уст Каэдэ слова "зачать ребенка", Халберт был так удивлен, что сделал шаг назад.

Руби, возможно, тоже смутилась, потому что её щеки покраснели.

Язвительно улыбаясь их реакции, Каэдэ объяснила намерения Сомы. — Те из нас, кто женится сегодня, - это те, на кого Его Величество особенно рассчитывает. Он хотел бы, чтобы беременность или роды не совпали с каким-либо событием, которое оставит его без важных людей.

— П-правильно... — произнес Халберт, его голос слегка надломился.

Для человека, служившего в армии, Халберт был ужасно невинным в таких вещах. Это было потому, что, хотя для старших в офицерской академии было нормой водить молодых в места, где они могли дурачиться с девушками, чтобы выпустить пар, Халберт уже тогда был с Каэдэ, поэтому, опасаясь, как она это воспримет, он не испытывал ничего подобного.

Даже когда они разделились, Халберт ушел в армию повстанцев, а Каэдэ - в Запретную армию, его коллеги знали, что у него есть симпатичная подруга детства, и, если бы он хоть раз с вожделением посмотрел на женщину, они бы доложили ей.

Естественно, его коллеги действовали не из искренней привязанности к Каэдэ, а из ревности к Халберту за то, что у него есть симпатичная подруга детства.

В результате, однако, у Хэла не было опыта более тесного общения с женщинами.

После перевода Хэла в Запретную армию они снова были вместе с Каэдэ, так что ситуация осталась такой же, как и в академии. Именно поэтому, при всей своей грубости, Халберт был довольно невинным.

Каэдэ подошла к Халберту и сказала, подняв глаза. — Я сделаю всё возможное, чтобы выполнить свои обязанности жены. Так что, пожалуйста, Хэл.

— Я тоже... Хорошо? — Руби нерешительно потянула Халберта за рукав.

Эти двое были такими милыми, они заставляли его чувствовать благодарность, смущение и... счастье.

Халберт, с ярко-красным лицом, похлопал себя по щекам, чтобы прийти в себя.

Затем, взяв их обоих за руки, он направился к двери.

— О, всё равно! Пшеница, гравий, давайте! Черт возьми, приходите с копьями и стрелами! Если вы думаете, что теперь сможете помешать моему счастью, только попробуйте!

Переполненный эмоциями, Халберт не мог не выкрикнуть этого.

В это же время в другой столичной церкви проходила свадьба бывшего работорговца Джинджера Камю и его бывшей рабыни Сандрии.

— Сейчас вы принесете клятву во имя Матери-Дракона. — провозгласил священник.

Под наблюдением преподавателей и научных сотрудников Профессиональной школы Джинджера, где Джинджер был директором, и под наблюдением семьи Сандрии, приглашенной из Империи, эти двое собирались произнести свои клятвы.

— О, Джинджер. — сказал священник. — Берешь ли ты Сандрию в жены и клянешься ли разделить с ней всю вашу жизнь, в хорошие и плохие времена?

— Беру. — Джинджер твердо ответил на вопрос священника.

Сейчас здесь не было и следа обычного, немного слабовольного Джинджера.

Это был результат его решения:"Я должен быть мужчиной, по крайней мере, сегодня. Если я не буду таким, то доставлю Сандрии беспокойство."

Священник кивнул, затем повернулся к Сандрии.

— О, Сандрия. Берешь ли ты Джинджера в мужья и клянешься ли разделить с ним всю вашу жизнь, в хорошие и плохие времена?

— ...Беру. — ответила Сандрия, немного спотыкаясь на своих словах.

Слова вырвались не потому, что она была напряжена, а потому, что её мутило. Потому что, когда она услышала рассказ о всей их жизни, у неё в голове пронеслось всё, что произошло до сих пор.

Её отец был обманут и обременен долгами. её продали в эту страну в качестве рабыни, чтобы выплатить долг. Встреча с Джинджером после того, как она отказалась от всего.

С тех пор всё становилось лучше и лучше, как когда дождь внезапно стихает.

Освобождение из рабства. И вот настал этот прекрасный день, когда она стала женой Джинджера.

— А теперь, скрепите свое обещание поцелуем. — сказал священник.

Двое повернулись лицом друг к другу.

— Лорд Джинджер... Я так счастлива. — сказала Сандрия, сияя.

Джинджер ответил с язвительной улыбкой. — Теперь я твой муж. Думаю, ты можешь не называть меня Лордом, понимаешь?

— Но... Джинджер... нет, так не пойдет. Это правильно только с титулом.

— Ну, если ты так хочешь меня называть, пусть будет так.

— Ты бы предпочел, чтобы я пошла до конца и называла тебя Хозяином? — спросила она. — Ты будешь хозяином дома, так что это не покажется слишком неуместным, верно?

— Это звучит так, будто я заставляю тебя участвовать в какой-то ролевой игре, так что прекрати!

Сандрия захихикала над тем, как искренне Джинджер умолял её. В ответ, он застенчиво улыбнулся.

Бывшая рабыня и её хозяин.

Джинджер всегда занимал более высокое положение, но он также всегда был тем, кем разпоряжались. Вряд ли эти отношения изменятся в будущем.

Джинджер приподнял вуаль, нависшую над лицом Сандрии. Они пристально посмотрели друг другу в глаза.

Джинджер сказал. — Даже сейчас я помню твои глаза с тех времен, когда я ещё был работорговцем.

— Мои... глаза? — Сандрия в ступоре уставилась на него.

— Тогда у тебя был такой взгляд:"Это потому что я раб" - как будто ты полностью отказалась от будущего. Я хотел дать тебе надежду.

— Надежду... на будущее, ты имеешь в виду? — спросила Сандрия.

— Да. — ответил Джинджер. — Как у меня дела? Можешь ли ты представить себе светлое будущее сейчас?

Сандрия закрыла глаза и немного подумала. Открыв глаза, она улыбнулась и сказала. — Есть большой дом с большим двором. Мы с тобой живем там. У нас двое детей, мальчик и девочка. Может быть, мы растим и большого домашнего питомца. Это может быть здорово. Я слышала, что разведение животных полезно и для воспитания детей. В этом доме я просыпаюсь рано, чтобы приготовить завтрак, дети будят тебя, когда ты спишь, а потом, после того как все мы съедим приготовленную мной еду, наша семья берется за руки и вместе идет в школу. Вот что я себе представляла.

История Сандрии была красноречива. Джинджер был поражен количеством деталей.

— Разве это не слишком специфично?

— Для меня это самое счастливое будущее, которое только можно себе представить.

Встав на цыпочки, Сандрия поцеловала Джинджера в губы. Она уже могла представить себе светлое будущее.

Джинджер с радостью приняла её чувства.

В это же время в другой церкви Людвин и Женя обменивались поцелуем, скрепляющим их клятву перед священником.

Из-за разницы в росте между высоким Людвином и миниатюрной Женей, Женя стояла на кончиках пальцев ног, а Людвин наклонился вперед, насколько это было возможно для поцелуя.

В зале раздались пронзительные крики дам.

Среди них были и их коллеги-исследователи, высший эльф Мерула и кузнец Тару из Республики Тургис.

— Поздравляю, Женя, сэр Людвин! — воскликнула Мерула.

— Поздравляю! — добавила Тару.

Они поздравили пару бурными аплодисментами.

Кстати, хранитель Мерулы, епископ Соуджи, проводил свадьбу в замке как представитель Лунарианской Ортодоксии. Поскольку Мерула находилась в розыске, будучи объявленной ведьмой Лунарским Православным Папским государством, и ей не разрешили появиться в эфире, она не могла сопровождать его. Впрочем, даже если бы она и смогла пойти, то, вероятно, все равно поставила бы свадьбу своего коллеги-исследователя Жени на первое место.

Даже Трилл, которая присутствовала на свадьбе в замке в качестве представителя Империи Гран-Кэйос, сказала, что приедет, как только закончатся её обязанности посла.

Из-за связей между всеми домами, участвующими в этой многократной одновременной свадьбе, многим семьям приходилось бегать туда-сюда с одной церемонии на другую. Хотя это приводило к некоторой путанице, праздничное настроение, царившее в столице, превращало даже этот хаос в приятное времяпрепровождение.

Посреди этой праздничной атмосферы Женя отстранила свое лицо от лица Людвина и посмеялась.

— Я так и знала! Ты точно большой, старший брат Лю. Из-за этого тебя трудно целовать.

— Я, конечно, высокий. Но я думаю, то, что ты маленькая, тоже имеет к этому отношение, понимаешь?

— Хм... Похоже, мне не помешали бы некоторые дополнения к моему телу, чтобы стать подходящей женой для тебя. В плане роста, и... если возможно, груди. — Женя язвительно рассмеялась над своим неутешительным телосложением.

Людвин осторожно поднял Женю на руки. Она вскрикнула от удивления, когда её внезапно взяли на руки как принцессу.

— Ува?! Старший брат Лю?! Что это вдруг?!

— Ну, я просто подумал, что из-за разницы в росте легче делать такие вещи.

Сказав это, Людвин подмигнул ошарашенному священнику.

Священник пришел в себя и, повернувшись к присутствующим, сказал. — Здесь появились новые муж и жена. Я бы попросил всех присутствующих выйти перед церковью и отпраздновать вместе с ними, когда они впервые выйдут за дверь.

Казалось, Людвин хотел выйти из церкви с Женей на руках.

Священник, уловив это, заставил присутствующих покинуть здание, хотя это и не было стандартной процедурой. Он ждал, чтобы поприветствовать их снаружи. Он был довольно "гибким" священником.

Когда присутствующие вышли и в церкви остались только они трое, Женя посмотрела на Людвина глазами, которые, естественно, из-за её положения в его объятиях, были обращены вверх, и спросила. — Ты уверен, что хочешь так пренебречь протоколом?

— Это ты всегда нарушаешь установленные правила, верно, Женя? Я просто хочу показать всем, какая у меня милая жена. Позволь и мне время от времени совершать безумства.

Лицо Жени стало свекольно-красным. — Старший брат Лю, ты иногда бываешь немного озорным, ты знаешь об этом?

— Это ты меня подстрекаешь. Кстати, теперь, когда мы женаты, меня по-прежнему будут называть старшим братом?

— Ты всегда будешь для меня Старшим Братом Лю. Я не могу изменить то, как я тебя теперь называю.

— Что ж, справедливо. Ладно... пойдем, Женя.

Людвин начал идти с Женей на руках, и они вместе прошли через дверь церкви.

Как только они оказались снаружи, присутствующие встали по обе стороны ковра, бросая пшеницу.

Когда Людвин закончил идти по центру присутствующих, Женя бросила букет, который держала в руках, назад за спину.

В этом мире тоже существовало суеверие, что поймавший букет станет следующей невестой. Букет полетел по дуге в сторону женщин, которые надеялись его поймать.

Прежде чем он успел коснуться земли, одна девушка сделала большой прыжок, чтобы поймать его.

— Извините! — сказала она.

Букет был ещё примерно в десяти метрах от земли, когда его выхватили.

Посреди недоумевающей толпы девочка, поймавшая букет, приземлилась и извиняюще поклонилась всем вокруг. Каждый раз, когда она кланялась, её кроличьи ушки тряслись.

— Простите, простите! Молодой господин приказал мне поймать его!

— ...Что ты делаешь, Лерина? — раздраженно сказала Тару.

Именно Лерина поймала букет.

Лерина должна была пойти в замок вместе с Ку, но, похоже, он приказал ей проделать этот путь только ради этого.

С обеспокоенным выражением лица Лерина передала букет Тару. — Уф... Молодой господин сказал:"Всё равно наша очередь будет следующей, так что давайте заберем его себе.". О! Молодой господин тоже придет сюда позже.

Казалось, Ку не мог полностью ускользнуть с церемонии, где он был одним из почетных гостей.

Наверное, поэтому он и послал Лерину за букетом. И он, очевидно, намеревался ускользнуть, как только королевская церемония закончится.

— Господин Ку, честное слово... — Тару, с кривой улыбкой, приняла букет. Хотя она и жаловалась, она использовала букет, чтобы скрыть свой рот, который, казалось, был готов расплыться в ухмылке, так что она не была совсем недовольна.

Лерина тоже улыбалась.

Видя этот обмен мнениями между будущими супругами...

— Это и есть то, что они называют "разделить счастье"? — спросил Людвин.

Женя усмехнулась. — Правда, я не совсем уверена, это мы делимся с ними, или они с нами.

Людвин и Женя радостно засмеялись.

— Так, все, давайте выпьем! Да.

Тем временем, примерно в это же время, в саду столичного особняка Пончо Ишидзуки Панакотты, Пончо был одет в белый фрак, предлагая тост.

Он был одет в свою лучшую одежду, но из-за его тучного живота рубашка выглядела ещё более растянутой, чем обычно.

Рядом с Пончо стояли - с холодным лицом Серина и счастливо улыбающаяся Комаин, обе в платьях.

Утром они провели свадебную церемонию, поэтому Серина и Комаин уже были первой и второй женами Пончо.

— Ура! Охххххх! — по призыву Пончо присутствующие подняли бокалы.

А в следующую секунду все они навалились друг на друга и бросились к столам, уставленным множеством больших тарелок с едой.

Поскольку вечеринка проводилась Пончо, широко почитаемым как Бог Еды Ишидзука, все блюда были популярными продуктами из кафетерии "Место Ишидзука", и выглядели они восхитительно.

Эти блюда Ишидзуки, которые обычно мог есть только ночной персонал замка, были представлены в формате шведского стола. Не могло быть и речи о том, чтобы люди не толпились вокруг.

Однако, Пончо был высокопоставленным дворянином, и многие купцы, у которых он закупал ингредиенты оптом, люди с рынка и представители широкой публики тоже были приглашены, так что многие не заботились о внешнем виде, когда мчались за едой.

Даже рыцари и дворяне, отчаявшись, что у них не отберут всю еду, оставили свою гордость и занялись разграблением блюд, так что, конечно, это была война.

Пока разворачивалась эта война за еду, жених и невеста оставались в стороне.

Несмотря на весь этот шум, таинственным образом вечеринка не была полностью испорчена.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что среди обжорливых гостей есть люди, которые ловко перемещаются.

— Ростбиф - два ломтика на человека. — сказал слуга. — Если вы хотите добавки, пожалуйста, вернитесь в конец очереди.

— Госпожа, не хотите ли что-нибудь выпить?

— Очередь за курицей тацута заканчивается здесь.

— В этот благословенный день не должно быть никаких ссор. Гостей, не соблюдающих это, попросят удалиться.

Все они были одеты в униформу дворецкого или классической горничной.

Они ловко распределяли еду, подавали напитки, организовывали очереди, выступали посредниками, когда казалось, что могут начаться драки, и все это для того, чтобы свести к минимуму хаос.

Их движения были действительно профессиональными. Этого следовало ожидать. Ведь в их семье было много дворецких и горничных, которые обслуживали людей с высоким статусом в замке.

Наблюдая за их работой, Пончо вытер холодный пот носовым платком. — Это стало невероятно шумным, да. Если бы семья Серины не справлялась с делами, это было бы катастрофой.

Дворецкие и горничные, ходившие вокруг места проведения мероприятия, все были членами семьи Серины.

Обычно они должны были быть здесь в качестве гостей, но они сказали, что по своей природе их дом больше подходит для того, чтобы ждать гостей, чем для того, чтобы их ждали как гостей, поэтому они попросили, чтобы они обслуживали на вечеринке.

— Да, мне неловко заставлять семью госпожи Серины помогать. — признался Пончо.

— Не беспокойтесь. — сказала Серина. — Мы гордимся своей работой слуг.

Серина была такой же невыразительной, как всегда, но в том, как она говорила, чувствовалась определенная гордость.

— Даже если бы мы не попросили, отец и мать выполняли бы роль слуг. Сейчас они с радостью бегают по всем столам.

На другом конце взгляда Серины стоял джентльмен в форме дворецкого, который одной рукой нес поднос с множеством бокалов вина на нем.

Это был отец Серины. Обычно от него ожидали спокойного сидения с другими родственниками как от отца одной из невест, но он двигался как рыба в воде, выполняя обязанности слуги.

Наблюдая за отцом Серины, Комаин криво улыбнулась. — Моих родителей уже нет, но я всегда считала, что отец должен плакать от радости в знаменательный день своей дочери.

— В моей семье наша работа - это наша жизнь. — сказала Серина. — Поскольку на протяжении многих поколений нас учили ставить на первое место верность дому нашего работодателя, мы склонны ставить свои собственные чувства на второе или третье место, когда мы работаем. Мне даже говорили, что я самый выразительный член семьи.

Когда Серина с прямым лицом сказала, что она самый эмоционально экспрессивный человек во всей семье, Комаин не могла понять, шутка это или нет, и замерла.

Пончо, который тоже слушал, издал смущенный смешок и снова вытер холодный пот. — Когда я пошел выразить свое почтение её отцу перед свадьбой, всё закончилось очень немногословно, да.

Пончо говорил о том времени, когда он пришел в дом её семьи, чтобы познакомиться с её родителями перед свадьбой.

Хотя он сильно вспотел...

— П-пожалуйста, отдайте свою дочь мне, да.

...ему удалось выйти и сказать это как следует.

Отец Серины просто молча слушал.

А что касается разговора Серины с ним самим...

— Отец. Я выйду замуж за этого человека.

— Понятно.

Этими двумя фразами все и закончилось.

Наконец, отец Серины повернулся к Пончо и сказал. — У моей дочери есть свои недостатки, но я надеюсь, что вы позаботитесь о ней. — и склонил голову.

Если учесть время, которое Пончо потратил на то, чтобы представиться, то все закончилось чуть более чем за пять секунд.

Это, может быть, и хорошо, поскольку означало, что все улажено, но чувствовалось, что всё закончилось слишком легко после того, как Пончо так напрягался по этому поводу.

Пончо рассказал эту историю Комаин, и она была ошеломлена. — Не слишком ли легко?

— Это как раз то, насколько он доверяет госпоже Серине, да. — сказал Пончо.  — Он должен был ответить мгновенно, потому что знал, что мадам Серина не влюбится в незнакомого мужчину.

— Это потому, что отец знает, что я никогда не сдаюсь, как только что-то задумаю. — бесстрастно сказала Серина, а Пончо и Комаин посмотрели друг на друга с язвительными улыбками.

Трудно было сказать из-за скудности её мимики, но эти двое были с ней достаточно долго, чтобы понять, что она стесняется.

Увидев их реакцию, Серина раздраженно отвернулась. — Не то чтобы отец просто доверял моему взгляду на мужчин. Я отправила рецепты нездоровой пищи, которым ты меня научил, в семейный дом, и хотя на их лицах это не отразилось, они были тронуты тем, насколько замечательными были эти блюда.

— Ооо. Значит, Пончо взял их за живот ещё до того, как отправился выразить свое почтение, да? — Комаин хлопнула в ладоши, как будто все это вдруг обрело смысл.

Похоже, у Серины и её отца был не только общий темперамент, но и общий вкус к еде.

Серина молча протянула Пончо поднос с множеством блюд на нем. — Пойдем. Если мы оставим их одних, вся еда будет съедена гостями. Я приготовила несколько блюд и для нас, так что давай съедим их вместе.

— Когда ты это сделала?! Мы все это время разговаривали, да!

— Нет, я проскользнула, когда увидела брешь в этой толпе. Я принесла достаточно и для  Комаин.

С этими словами Серина поставила поднос с разноцветной едой перед креслом Комаин.

Она ушла, когда увидела свободное место... по её словам, но пробраться сквозь такую толпу, достать еду и даже разложить её так, чтобы она радовала глаз, - это была техника, которая посрамила бы даже ниндзя.

Комаин посмотрела на еду перед собой и вздохнула. — Серина, возможно, ты одна из самых способных людей в королевстве...

— Я просто эффективно двигаюсь. — сказала Серина. — Пожалуйста, посмотрите на эти нежные руки. Я никогда не таскала ничего тяжелее Карлы.

— Тащила?! Не несла?! И подожди, ты обращаешься с Карлой как с предметом?!

— Простите. Карла - прекрасная игр... коллега.

— Ты только что начала говорить "игрушка"?!

— Э-э-э... Мадам Серина? — нерешительно спросил Пончо.

Серина склонила голову набок. — Что-то случилось?

— Эм... Насчет блюд на тарелке передо мной...

Комаин посмотрела на то, что было на тарелке Пончо.

На тарелках Комаина и Серины были ростбиф и наполитан, дополненные картофельным пюре, салатом и фруктами.

В тарелке Пончо, напротив, был печеночный паштет, жареное блюдо из тыквы и орехов и омлет с угрем - блюдо из мира Сомы.

— Пончо, что-то не так с едой? — спросила Комаин.

Было странно, что его еда отличается от их, но такой большой едок, как Пончо, должен был быть в состоянии съесть столько. Комаин не понимала, почему Пончо так недоумевает.

Однако лицо Пончо стало ярко-красным, и он посмотрел на Серину. — Мадам Серина... вы делаете это намеренно?

— Конечно. — бесстрастно ответила Серина.

Казалось, между ними было какое-то взаимопонимание, поэтому Комаин надула щеки, расстроенная тем, что её не ввели в курс дела. — Не оставляй меня в стороне. Что там с этими блюдами?

— О, эм, госпожа Комаин... — нерешительно сказал Пончо. — Ингредиенты, используемые в них, они... э-э...

В отличие от Пончо, которому, казалось, было трудно сказать это, Серина сразу же сказала. — Говорят, что они повышают сексуальную потенцию.

Повышают сексуальную потенцию. Когда смысл этих слов дошел до неё, Комаин покраснела так быстро, что можно было услышать небольшой звуковой эффект "пуф!".

— Гм... Печень, тыква, орехи и угорь, как говорят, эффективно восстанавливают выносливость, да. Поэтому считается, что они также повышают сексуальную выносливость... — Пончо объяснил, несмотря на свое смущение.

Казалось, Комаин не заметила, но Пончо, Бог Еды, никак не мог этого не заметить.

Видя, что Пончо и Комаин смотрят вниз, их лица покраснели от смущения, Серина сказала. — Мы теперь муж и жена, знаешь ли. — раздраженным тоном.  —Теперь, когда мы женаты, вполне естественно подумать о наследнике.

— Ну... Да, ты права... Да.

— Его Величество велел нам использовать этот шанс, чтобы сделать детей, и он говорит, что многих наших коллег это событие побудит жениться к концу года. — продолжала Серина. — Я ожидаю, что примерно в это время в следующем году высшие эшелоны власти королевства будут переживать бэби-бум. Если возможно, я бы хотела родить своего до того, как акушерки будут слишком заняты. Мне нужно, чтобы ты потрудился, чтобы это произошло, дорогой.

— Д-дорогой?!

Услышав, как Серина вдруг обратилась к нему таким образом и сказала, чтобы он упорно работал над созданием ребенка, Пончо широко раскрыл глаза.

Серина посмотрела на него и сказала. — Теперь ты мой муж, и я буду называть тебя так. Что ещё более важно, как долго ты собираешься обращаться к своей жене как "Мадам Серина"?

Пончо немного запаниковал, когда она обратила на это внимание, но в конце концов он нашел в себе решимость и сказал. — М-мисс Серина... Мисс Комаин...

— ...Полагаю, это будет компромиссом. — сказала Серина.

Комаин хихикнула. — В таком случае, я бы хотела называть вас "дорогой". Это заставляет меня чувствовать себя молодоженом. Тогда, дорогой, мне тоже. — Сказав это, Комаин взял кусок печеночного паштета с тарелки Пончо. — Я думаю... в конце концов, мне тоже понадобится выносливость.

— М-мисс Комаин?! — вскрикнул он.

— Хм... может, мне тоже поесть?

— И-и вам тоже, госпожа Серина...

Серина взяла омлет с угрем. Они вдвоем посмотрели на испуганного Пончо с кривыми улыбками, затем поцеловали его в обе щеки.

— Оставайся сильным, дорогой.

От сладостного звука этих слов у него закружилась голова, и Пончо чуть не упал на спину.

Вот так, каждый из последователей Сомы наслаждался днем своей свадьбы.

На фонтанной площади столицы многие горожане наблюдали за коронацией и свадебной церемонией по трансляции вещательной сети. Она уже подходила к завершающей стадии.

Оставалось только произнести коронационную речь Сомы после того, как его официально коронуют королем.

Сома поднялся с трона и пошел вперед. Первая главная Королева Лисия стояла рядом с ним, Айша стояла чуть позади, а Ророа, Джуна и Надин ждали сзади.

Сома повернулся лицом к камню вещательной сети, который был перенесен на красную дорожку. Другими словами, он повернулся лицом к людям, наблюдающим за коронацией и брачной церемонией.

— С момента моего прибытия в эту страну прошло около двух лет. — Сома говорил тихим, но твердым тоном. — За эти два года произошло много событий, как внутри страны, так и за её пределами. В эпоху ослепительно быстрых перемен эта страна тоже менялась. До такой степени, что даже официальное название страны изменилось, став "Объединенным королевством Элфридена и Амидонии", также известным как "Королевство Фридония". Посреди всего этого я рад, что смог приветствовать этот день.

Он сделал паузу.

— С этого дня я официально стану королем Королевства Фридония.

Он продолжил:

— Кроме того, теперь, когда я женился на Лисии, дочери Альберта Элфридена, бывшего короля королевства Элфриден, и Ророа, дочери Гая Амидонии, бывшего суверенного принца княжества Амидония, я буду править обеими странами как Сома Амидония Элфриден. Я намерен сделать всё возможное, чтобы народ как региона Эльфриден, так и региона Амидония признал меня достойным королем. Однако, какой бы твердой ни была моя решимость и как бы я ни старался, есть пределы того, чего может достичь один человек в одиночку. И этот предел не особенно высок.

Он сделал паузу и продолжил.

— Мы не преодолели бы многие события последних двух лет, полагаясь только на мою силу. Это был результат работы королев, которые были рядом со мной, поддерживали меня, дозорных, которых вы видите выстроенными здесь, и многих других, кто не смог присутствовать здесь сегодня, а также вас, людей, которые все работали на благо этой страны. Я слышал, что программа под названием "Безымянные герои" пользуется популярностью у публики, и если вы посмотрите её, то поймете, что я имею в виду. Мир состоит не только из тех, кто делает большую показную работу. Мы знаем, что есть безымянные герои, работающие в тени. Причина того, что здесь и сейчас я смог достичь этого светлого дня, заключается в благодарности всем этим безымянным героям. Эти безымянные герои... это вы, все и каждый гражданин этой страны!.

Возможно, в замке он не смог бы этого услышать, но на площади у фонтана, где люди смотрели трансляцию, раздавались громкие возгласы.

Сома взял паузу, а затем продолжил.

— Мне сказали, что моя коронационная речь должна быть посвящена тому, что я хочу сделать с этой страной в качестве короля. Однако, мои чувства не изменились с тех пор, как я произнес свою новогоднюю речь. То есть я хочу сделать "хорошую страну".

Он улыбнулся.

— Вы можете подумать, что это довольно простая цель. Мой товарищ, призванный герой, отец нации, Первый Король-Герой, вероятно, имел гораздо более грандиозное видение, чем я. Однако, я считаю, что сильные убеждения часто остаются позади времени. Например, если бы я воплотил мечту об "объединении континента", то вполне мог бы заручиться поддержкой тех, кто разделял эту мечту. В этом хаотичном мире есть благодатная почва для подобных грандиозных мечтаний. В этой ситуации, которую мы все считаем стесненной, мы надеемся на выход из неё. Но что будет со следующим поколением? Разве не возможно, что великая мечта станет для них кандалами?

Он сделал паузу.

— Позапрошлый король взял курс на экспансию, пытаясь построить страну, которая могла бы сравняться с Империей Гран-Кэйос. Это правда, наша территория расширилась. Однако, если посмотреть на результат, то после его смерти все закончилось гражданской войной между королевскими семьями и вмешательством иностранных государств, которые он разозлил. Если ваши мечты плывут по течению времени, то в конце эпохи они будут оставлены. Так как же нам создать страну, если нас бросает по течению эпохи?! Ну, мы должны смотреть на реальность, постепенно меняться вместе со временем и адаптироваться.

Он сделал паузу.

— Это не требует от нас тяжелых раздумий. Если вы чувствуете, что сегодня лучше, чем вчера, а завтра будет лучше, чем сегодня, этого достаточно. Это то, что эта страна уже применяет на практике.

Затем Сома широко раскинул руки.

— Посмотрите на эту вещательную сеть. Эта трансляция, которую можно смотреть как видео в больших городах и слушать как аудио даже в маленьких, использовалась для многих вещей с тех пор, как я впервые занял трон. Если вы чувствуете, что жить сегодня стало легче, чем вчера, а завтра - чем сегодня, значит, вы не хотите возвращаться к тому, что было раньше. Я спрашиваю вас! Сможете ли вы вернуться к жизни без песен лорелей?!

— Нет! — Сома не мог этого слышать, но это был ответ, который выкрикнули люди.

— Могут ли домохозяйки этой страны сушить белье без прогноза погоды Надин?! Могут ли рыбаки выходить в море на своих кораблях?! Могут ли фермеры выбирать время сбора урожая?!

— Нет!

— Без транспортной сети, которую мы проложили, смогли бы странствующие купцы перевозить свои товары?! Смогли бы владельцы магазинов заполнить свои полки?!

— Нет!!!

— В больших городах мы установили канализационные системы и улучшили здоровье населения! Смогли бы вы продолжать жить там, если бы воздух и вода стали такими, какими они были раньше?! Мы увеличили число врачей! Могли бы вы жить в безопасности без больниц, которые у нас есть сейчас?! Могли бы вы чувствовать себя в безопасности при родах?! Мы создали новые кулинарные обычаи, едим то, чего раньше не ели! Вас бы устроило, если бы разнообразие блюд на вашем столе уменьшилось?! Регион Эльфриден, бедный металлами, получал стабильные поставки металлов из региона Амидония, а регион Амидония, бедный продуктами питания, получал стабильные поставки продуктов питания из региона Эльфриден! Можете ли вы позволить себе потерять эти отношения сейчас?!

— Ни в коем случае!!!

Это была правда, у людей не было желания возвращаться во вчерашний день.

Даже если повседневные изменения были незначительными, со временем они осознали бы, что произошло много больших перемен, и это изменило бы их понимание вещей.

Сома опустил руки и обратился к взволнованным людям.

— Вот так, по мере накопления дней, путем постепенных изменений, я построю хорошую страну. Вместе с моими королевами и служащими. Таков я как король. Такова эта страна. Теперь я умоляю всех вас, дайте этой стране свою силу. Так, мало-помалу, мы сможем неуклонно идти к нашему великолепному будущему!

Сказав это, Сома поднял кулак.

В то же время, Лисия, Айша, Джуна, Ророа, Надин и все остальные члены отряда склонили головы.

В тот же миг среди зрителей поднялось ликование.

Если вы внимательно слушали, то могли услышать его и по трансляции.

Голоса с площади у фонтана, несомненно, достигли замка.

И вот, Сома и остальные медленно пошли к выходу.

Мы с Лисией шли впереди и вместе с другими королевами вышли на террасу, откуда открывался вид на двор замка.

Если смотреть оттуда вниз, то двор был заполнен людьми, людьми и ещё большим количеством людей.

Если бы я был злодеем из известного аниме-фильма, эта сцена могла бы заставить меня сказать:"Люди как мусор" - но в моем нынешнем положении я не мог использовать эту фразу даже в шутку.

Когда мы встали у перил и помахали рукой толпе внизу, раздались аплодисменты, от которых, казалось, содрогнулся весь замок.

Это было нечто похожее на практику Иппан Санга в Японии, когда императорская семья в начале каждого года представала перед широкой публикой с балкона дворца.

Чтобы увидеть меня и моих королев в наш знаменательный день, многие граждане, независимо от их статуса, собрались во внутреннем дворе. Разумеется, им было позволено зайти так далеко, как только можно, и там была усиленная охрана.

Хотя они могли видеть нас во плоти, я был уверен, что мы должны были выглядеть довольно маленькими, поэтому я был рад, что, несмотря на это, собралось так много людей.

— Ваше Величество, я привела принца Сиана и принцессу Казуху.

Я повернулся на голос Карлы, она стояла там с бывшей королевской четой. Карла и леди Элисия держали на руках по ребенку.

Судя по цвету их детской одежды, Карла держала Сиана (голубая одежда), а леди Элисия - Казуху (розовая одежда).

Я усмехнулся и сказал их матери. — Лисия, возьми Казуху.

— Хорошо.

Лисия взяла Казуху у леди Элисия, а я взяла Сиана у Карлы.

Затем мы снова подошли к перилам. Позаботившись о том, чтобы они не упали, мы держали их так, чтобы люди могли видеть.

Раздался рев аплодисментов.

— Вааааа!!!

— Фуааа!!!

Удивленная толпой, Казуха попыталась зарыться лицом в грудь Лисии и начала плакать.

Лисия приговорила:"Вот так, так"- раскачивая её взад-вперед, чтобы успокоить. Казуха продолжала всхлипывать, но не повышала голос.

Но, судя по тому, как она не отрывала лица от груди Лисии, большая толпа, должно быть, напугала её.

Между тем, что касается Сиана... его лицо было застывшим.

Как будто его поразила магия окаменения, выражение его лица не менялось, пока он смотрел на толпу.

Сиан был застенчив, и его лицо часто застывало вот так, когда он встречал нового человека.

Так что, в некотором смысле, всё было как обычно.

Я пыталась потыкать его пухлые щечки, чтобы заставить их расслабиться, но его лицо оставалось неизменным, словно он участвовал в каком-то соревновании взглядов.

Упрямый...

— Это удивительно. — прошептала Надин, размахивая руками. — Все благословляют этих детей.

Айша и Джуна тоже мягко улыбнулись.

— В конце концов, они принц и принцесса. — сказала Айша. — Когда у королевской семьи есть светлое будущее, то и народ должен радоваться этому.

— Хи-хи, эти двое сейчас, наверное, даже более популярны в народе, чем Лорелеи. — добавила Джуна.

— Что ж! Когда всё сказано и сделано, народ нас любит. — сказала Ророа с веселой улыбкой. — Старшая сестра Сиа пользуется популярностью у людей в регионе Элфриден, а я - у людей в регионе Амидиония. Джуна известна как Прима Лорелей, а старшие сестры Ай и Нади пользуются популярностью благодаря тому, что их узнали по трансляции "Голоса драгоценностей". Я уверена, что есть некоторая ревность к Дорогому, раз он ушел и забрал нас всех себе.

Затем Ророа подмигнула.

Наверное, она была права. Я был окружен всеми этими чудесными женами. Мне пришлось бы с готовностью принять немного зависти.

Но... мы были любимы народом, да?

— Это меня немного пугает. — прошептал я.

— Сома? — Лисия склонила голову набок.

Я криво улыбнулся и поправил то, как я держал Сиана.

— Это значит, что люди здесь, празднующие вместе с нами, так охотно выражают свои эмоции. Можно сказать, что они легко плывут по течению.

Я сфокусировала взгляд на толпе, говоря приглушенным тоном.

— Если я буду плохо править и обману их ожидания, их благословение превратится в негодование, а аплодисменты - в насмешки. Я подумал, что они могут осудить нашу семью с тем же пылом, с каким они праздновали мою коронацию, наш брак и рождение Сиана и Казухи.

Когда я это сказал, остальные задумчиво посмотрели на меня.

Так же, как я взяла на себя тяжелое бремя управления этой страной, они взяли на себя бремя быть её королевами, поэтому у них наверняка были свои мысли по этому поводу.

Но...

— Расслабьтесь. — пробормотала Карла мне на ухо.

В какой-то момент она переместилась и встала прямо за мной.

— Если вы пойдете не по той дороге, Мастер, я заключила контракт, чтобы рисковать своей жизнью и остановить вас. Если до этого дойдет, я остановлю тебя прежде, чем обида перекинется и на твою семью.

Карла говорила это шепотом, чтобы слышал только я. Это заставило меня рассмеяться.

— Ахаха... Так ты убьешь меня, если я собьюсь с пути? Разве можно такое говорить в такой прекрасный день?

Карла ответила с отчаянием. — Ты сам виноват в том, что в этот прекрасный день ты так пессимистичен.

— ...В твоих словах есть смысл.

— Да. Так что, пожалуйста, будь хорошим королем, чтобы этот день никогда не наступил.

Сказав это, Карла плавно удалилась.

Серина всегда шутила с ней, но Карла была мечом, висящим над моей головой. Она была постоянной опасностью, сдерживающим мечом, который заставлял задуматься о себе. Если наступало время, когда я сбивался с пути, этот меч падал.

И наоборот, она была гарантией того, что что-то остановит меня, если я зайду слишком далеко.

В моем положении короля этот сдерживающий фактор и гарантия были успокаивающими.

— Всё будет хорошо, Сома. — Лисия подошла ко мне с мягкой улыбкой.

Видя это, люди зааплодировали.

— До сих пор нам удавалось всё преодолевать. Теперь, что бы ни случилось, с этой семьей мы также сможем всё преодолеть.

Айша, Джуна, Ророа и Надин кивнули в знак согласия.

Я почувствовал, что они придают мне мужества, и сказал. — Спасибо. — затем повернулся обратно к людям и снова продолжил махать руками.

— Но я думаю, нам не помешало бы больше семьи. — Все ещё обращаясь к нам, Лисия продолжала говорить. — Поэтому, с сегодняшнего дня вы будете спать в наших комнатах.

— Эм... Лисия, это... — начала я.

Она имела в виду... то, о чем я подумала?

Что я не смогу спать в своей кровати или в кровати в офисе по правительственным делам некоторое время...?

Все ещё улыбаясь, Лисия объявила. — Это уже решено. Кстати, сегодня ты будешь в комнате Айши.

— Я... я знаю, что у меня есть свои недостатки, но, пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — смущенно сказала Айша, продолжая махать людям.

Похоже, в начале недели каждая из них сообщила о своих планах и текущем физическом состоянии одной из придворных дам, и, используя эту информацию, они составили расписание, кто и когда будет спать со мной.

Завтра была Джуна, потом Ророа, Надин, Лисия... и так далее.

Кстати, никто не спросил меня о моих планах.

— Не падай духом, Сома. — дразняще сказала Лисия.

— ...Точно. — нервно ответил я. Я буду усердно работать. И я имею в виду это во многих смыслах.

В этот момент толпа снова громко зааплодировала.

А? Зачем аплодировать сейчас? подумал я, и тут...

— Сома, посмотри на это! — Надин указала прямо вверх и закричала.

Я посмотрел на небо...

— Что?!

Высоко в небе над головой я увидел большую белую тень, летящую между облаками.

Этот мех, который блестел при свете дня, и эти огромные крылья, которые, казалось, разрывали небо... её невозможно было перепутать.

— Леди Тиамат?! — воскликнул Надин, потому что в этом облике безошибочно угадывалась Мать-Дракон.

Госпожа Тиамат в редких случаях совершала обзорные полеты по континенту, и поклонники Матери-Дракона считали, что увидеть её - хорошее предзнаменование.

Мы с Лисией тоже видели её раньше.

— Сома, мы ведь послали госпоже Тиамат приглашение на свадьбу? — спросила Лисия.

Я кивнул. — Да. Через принцессу Силл из королевства рыцарей-драконов Нотунг. Но, поскольку госпожа Тиамат не вмешивается в дела нижнего мира, я не ожидал, что она сможет прийти.

Поскольку я женился на Надин, мне было бы неприятно не пригласить госпожу Тиамат, мать всех драконов, поэтому я послал приглашение на всякий случай. Но, как и ожидалось, ответа не последовало.

Я положил руку на плечо Надин, пока она ошеломленно смотрела в небо.

— Не может быть... Это леди Тиамат... Почему...? — прошептала она.

— Она не может вмешиваться в дела на земле. — сказал я.— Но я уверен, что она беспокоилась о тебе и Руби, поскольку вы женитесь в другой стране, нежели королевство рыцарей драконов. Вот почему она поступила именно так. Она отправилась в экскурсионный полет и "просто случайно прошла мимо двух своих дочерей в их знаменательный день".

— Сома... — когда в глазах Надин появились слезы, я похлопал её по плечу.

— Ну же, почему бы тебе не дать ответ своей слишком заботливой приемной матери?

Всхлипывая, Надин сказала. —Хорошо!

Надин взмахнула рукой в сторону неба, издав рев рю, оставаясь в человеческой форме.

В это же время из города-замка раздался похожий рев, так что Руби, должно быть, тоже заметила.

Затем, словно услышав их энергичные голоса, госпожа Тиамат издала свой собственный крик, похожий на крик кита. Несомненно, в записях останется, что её крик был подобен благословению для всей страны.

— Это была хорошая свадьба. — сказала Лисия.

Я от всего сердца согласился с ней.

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Это случилось в тот день, когда приближалась коронация и свадьба сэра Сомы с Лисией и остальными.

— Сиан, Казуха. Бабушка здесь! — сказала я, заглядывая в их кроватку.

— Даву? — спросил Сиан.

— Айе! — пискнула Казуха.

Когда наши глаза встретились, лицо Сиана застыло с пальцами во рту, а Казуха возбужденно двигала руками и ногами.

Это были разные реакции, но обе очень детские, и такие милые. Я поднесла руку к щеке и очарованная уставилась на них.

— О, боже мой, какие у тебя милые дети, — ворковала я своей дочери.

— Мама...— сказала  Лисия  с несколько кривой улыбкой. — Это правда, что эти двое милые, но что за дела с этой «бабушкой» ? Ты не Эксель!

— О, да когда меня называют бабушкой, я чувствую себя старой.

Лисия родила Сиана и Казуху до того, как им исполнилось двадцать, а я родила Лисию в подростковом возрасте. Вот почему мне было чуть меньше сорока.

(Примечание автора: в этом мире год немного длиннее, так что по земному летоисчислению она была бы немного старше).

Я хихикнула, увидев выражение отчаяния на лице Лисии, и сказала ей: — Еще через двадцать лет ты поймешь, что я чувствую.

— Я бы... действительно не хотела об этом думать. С кислым выражением лица Лисия положила сложенную одежду в комод.

В дверь постучали, и когда Лисия ответила, вошла одна из горничных, Карла.

— Лисия. Хозяин хочет поговорить с вами по поводу вашего платья для церемонии.

—Сома? Хорошо. —  Лисия посмотрела на меня. — Извини, мама, ты не могла бы присмотреть за детьми немного?

— Конечно, — улыбнулась я. — Я бы не хотела, чтобы ты заставляла моего зятя ждать. Береги себя.

Лисия улыбнулась в ответ и вышла из комнаты.

Карла, которая заняла свое место, отдала честь и сказала: — Отдайте мне любую команду.

Я ответила ей улыбкой, а затем вернулась к разглядыванию младенцев в их кроватках.

— Это... как сон, — прошептала я про себя так тихо, чтобы Карла не услышала.

***

Мне было двенадцать лет, когда я впервые обрела правильное понимание своей магии.

Я, родившаяся в семье короля Эльфридена и его третьей главной королевы, потеряла мать в раннем возрасте. Меня воспитывал мой обожаемый отец, и в результате я стала маленьким сорванцом.

К несчастью, у меня был талант к боевым искусствам и верховой езде, поэтому я присоединилась к замковой страже на прогулках и провела свою юность, покрытая постоянными царапинами и синяками.

Однажды я услышала, что в конюшне есть дикая лошадь, которая не привыкла к людям, и убедила себя: — Я ее запрягу!.

Не обращая внимания на попытки служанок остановить меня, я попыталась сесть на лошадь.

...!!

Тогда это и произошло.

Внезапно в моей голове пронеслись слишком яркие  "воспоминания".

Меня, безрассудно взобравшуюся на дикого коня.

Как я успокаивала его..

В тот момент, когда я ослабила бдительность, лошадь, разбушевалась.

Я, сброшенная с лошади, падаю головой вперед на землю.

Сильная боль, земля, показавшаяся слишком близко, и растекающаяся лужа моей собственной крови.

Это видение распространилось в моей голове, и у меня появилось осознание.

Это были мои воспоминания. Воспоминания будущей «меня», которая села на эту лошадь.

...Я не буду этого делать — прошептала я.

Я решила не ехать на диком коне, вернулась в свою комнату, к облегчению служанок, и легла лицом вниз на свою мягкую кровать.

До этого момента я не знала, что из себя представляет моя магия.

Это было обычным явлением для тех, кто владел темной магией - магией, которая не была исцеляющей светлой и не принадлежала к четырем стихиям: огню, воде, земле и ветру.

Поскольку темная магия как категория была особенной и часто включала в себя магию, которую мог использовать только один человек, нередко этот человек не понимал ее до конца.

Однако после того, что я пережила в тот день, я четко осознала свою силу.

— Способность посылать воспоминания в прошлое, когда мне угрожает смертельная опасность.

Это была моя личная магия.

Это была способность, которая при угрозе моей жизни позволяла мне посылать сожаления, такие как: «Я должна была сделать это тогда»  или «Я никогда не должна была делать этого»  в тот момент, когда я стояла на разветвлении, ведущем в это будущее.

Я думаю, когда я получаю воспоминания о той будущей «я», та «я» сама принимает решение изменить мир, и время откатывается назад из того будущего, в то время, в котором я сейчас нахожусь.

Однако, у меня также было ощущение, что это не мое собственное будущее.

В конце концов, я еще не приняла это решение. Это было похоже на то, как если бы мне показали результат «принятия решения», которое я собиралась принять, сущностью, идентичной мне.

Кроме того, из-за требования, что я должна была столкнуться с угрозой для своей жизни, это была способность, которую я могла использовать только один раз в жизни. Потому что, вероятность того, что через некоторое время после отправки воспоминаний меня будет ждать смерть, была очень высока.

Когда я была получателем, это было похоже на божественное откровение или шестое чувство, но когда  и «я» же была и отправителем, это было похоже на завещание.

Когда я поняла это, я вздрогнула.

Знать будущее было прекрасно. Но когда я подумала о том, что я отправляю себе информацию  умерев, я не почувствовала ничего, кроме страха.

Также было трудно объяснить эту силу другим, и если я не была осторожна, они могли подумать, что я сошла с ума.

Я хотела узнать, могу ли я посылать воспоминания другим людям, кроме себя, но эта магия была связана с риском для моей жизни, поэтому я не могла ее проверить.

Не имея возможности поговорить с кем-либо об этой магии, я впала в депрессию.

Я не могла быть такой же поспешной и безрассудной, как раньше.

Когда окружающие увидели, насколько я стала женственной, они приветствовали это, говоря: — Я знаю, что она всего лишь дочь третьей первородной королевы, но, возможно, она начала осознавать свою роль королевской особы.

Все, что я могла подумать в ответ, было: «Вы, люди, понятия не имеете, через что я прохожу.»

— Вздох...

Когда все становилось таким, я не могла найти в себе силы воли, чтобы сделать хоть что-то, и проводила много времени, уставившись в пространство.

Я проводила дни, глядя в окно, рассматривая цветы в саду и так далее.

Потом, в один прекрасный день, это случилось.

Я бродила по саду в оцепенении и услышала голос.

— Хм, вижу, вижу.

Я высунула голову из-за живой изгороди, а там старый садовник и молодой дворянин о чем-то увлеченно беседовали.

— Вот почему нужно подрезать цветы в этот сезон, — говорил садовник.

— Понятно, — сказал благородный. — Вы многому меня здесь учите.

Казалось, что старик с секатором учил молодого человека, похожего на дворянина, садоводству, пока тот работал. Молодой человек был хорошо одет и, вероятно, имел более высокий статус, чем старик, но он с энтузиазмом принимал указания старика.

Я подкралась поближе к ним двоим и наблюдала за этим человеком.

На вид ему было где-то между восемнадцатью и двадцатью годами, и вид у него был несколько измученный, отчего он казался старше своих лет. Его лицо было средним и лишенным выразительности, и хотя он казался добрым, он не выглядел так, чтобы в будущем продвинуться в мире.

Похлопывая себя по пояснице, старик сказал молодому человеку: — Это все, чему ты хотел, чтобы я тебя научил? Это помогло тебе?

— Да! Спасибо за наставничество, — радостно сказал молодой человек.

Казалось, они закончили свой разговор.

Старик ушел, чтобы перейти к следующему заданию, а оставшийся мужчина сел. Достав бумагу и портативное перо с чернильницей, он начал что-то записывать.

Я подошла к мужчине и спросила его: — Что вы делаете?

— Минутку, — сказал он, не поднимая глаз, чтобы посмотреть, кто к нему обращается. — Я делаю краткое изложение того, что я услышал только что... А?!

Когда до него вдруг дошло, что кто-то с ним разговаривает, он слегка подпрыгнул. В таком виде он выглядел довольно глупо.

— Простите, что так неожиданно обратилась к вам, — сказала я.

— О, нет, все в порядке... подождите, принцесса Элисия?!—  Мужчина быстро поднялся на ноги и поклонился мне изо всех сил. — Это было невероятно грубо с моей стороны, я не понимал, что говорю с принцессой!

— Все в порядке, — сказала я. — В конце концов, это я подкралась к вам. Но, давайте забудем уже об этом, что вы здесь делаете?

Мужчина поднял голову. — По правде говоря, садоводство - это мое хобби. Когда я увидел этот прекрасный сад, мне захотелось послушать, что скажет человек, который его содержит, и я попросил его научить меня некоторым вещам.

— Садоводство... это так? Даже если вы мужчина?

— О, видите ли, мои владения находятся в горах, в глуши, но у нас много земли и большой двор, поэтому я занялся садоводством. Кажется, я немного неуклюж, и я не талантлив ни в боевых, ни в политических делах, но, скажу я вам, когда дело доходит до садоводства, у меня появляется уверенность... шучу.

При этом мужчина издал слабый смешок.

Он чувствовал себя таким ненадежным.

Похоже, мое первое впечатление о том, что он не пойдет далеко по жизни, не было ошибочным.

— Ахаха... Я странный, верно? Я знаю это. —  Возможно, он почувствовал, о чем я думаю, потому что мужчина сказал это с кривой улыбкой.

Видя уныние на его лице, мне стало как-то не по себе. Возможно, это было потому, что я видела в замке всех людей с блестящими амбициями. У меня вошло в привычку оценивать каждого встречного.

— Но ведь вам и так хорошо, верно? — сказала я, не собираясь этого делать. — Есть много рыцарей и дворян, которые гордятся своими боевыми способностями или умом. От того, что рядом с нами будет один такой расслабленный дворянин, страна не станет ни лучше, ни хуже.

— Принцесса...—  Глаза мужчины расширились.

Я улыбнулась ему. — Я думаю, вы должны быть самим собой. В этом мире столько интриганов, и мне приятно знать, что есть люди, похожие на вас.

— Вы... слишком добры. Мужчина положил руку на грудь и склонил голову.

Прошло три года, и мне исполнилось пятнадцать.

Мой отец, король Эльфридена, скончался.

Чтобы создать государство, которое могло бы противостоять огромной Империи Гран-Кэйос на западе континента, мой отец вел войны за расширение территории страны. Он присоединил ряд малых и средних государств на севере, вырезал большой кусок территории княжества Амидония на западе и неоднократно вступал в столкновения с Республикой Тургис на юге и Архипелагом Девятиглавого Дракона в восточной части моря.

Это быстрое расширение породило трения, и в нашей стране оказались одновременно завоеватели и завоеванные, грабители и ограбленные, убийцы и убитые. Эти семена смуты быстро проросли, когда мой отец умер, не указав наследника.

Кто станет следующим королем и унаследует страну?

Поскольку страна стала такой большой, многие подняли руки.

Внутренняя борьба внутри королевского дома переплеталась с интригами рыцарей и дворян, и искр становилось все больше.

Тогда проросли семена смуты.

— Если тот дом встал на их сторону, наш дом присоединится к их оппозиции.

— Мы никогда не сможем простить этого человека, поэтому мы не присоединимся к фракции, которую он поддерживает.

Так высшие эшелоны общества разделились на лагеря, и эти лагеря стали противостоять друг другу.

Эти искры очень быстро посыпались и в мою сторону.

— Выбирай жениха, говорят....

Я посмотрела на портреты женихов, сложенные на моем столе, и вздохнула.

Я была дочерью третьей основной королевы, и у меня было больше, чем несколько сводных братьев и сестер, которые были выше меня. Я была примерно десятой в очереди на престол, а поскольку моя мать уже умерла и не имела поддержки ни одной семьи, меня не должны были вовлекать в кризис престолонаследия.

Именно поэтому вначале я осталась в стороне.

Однако, по мере усиления конфликта, несколько наследников погибли при подозрительных обстоятельствах (скорее всего, были убиты соперничающими претендентами). Теперь я больше не могла оставаться безучастной.

Я была незначительной девушкой без сторонников, но во мне все еще текла кровь моего отца, поэтому вокруг меня были те, кто начинал думать, что им следует привести меня в свой лагерь, чтобы получить от этого хоть какую-то пользу. А может быть, думали, о том... что бы меня не забрал другой лагерь, лучше будет, если они просто избавятся от меня.

Примерно в это время моя магия начала часто активироваться.

Я собирался пить чай и видела образ страдающей себя.

Я выхожу на балкон и вижу изображение падающей люстры.

Я ехала в карете и видела образ себя в окружении вооруженных людей.

Это были предупреждения от будущего «я».

Чтобы это будущее не стало моей реальностью, я не пила чай или выбирала другие маршруты, и мне удавалось как-то избежать этого будущего.

Но были пределы того, на сколько этого хватит. В глазах тех, кто наблюдал, как я уклоняюсь от кризиса за кризисом, я, должно быть, действительно выглядела довольно странным человеком. Мне нужно было найти своих сторонников, и быстро.

Тогда-то и зашел разговор о браке по расчету.

Сделав выбор, он определил бы мою фракцию и сторонников. Будучи членом королевской семьи, я уже давно смирилась с тем, что не стремлюсь жениться по любви. В моем нынешнем положении я знала, что должна найти партнера, который сможет преодолеть кризис престолонаследия и выжить вместе со мной.

Думая так, я подняла один из портретов, а затем...

— И-ик!

На меня обрушился интенсивный образ смерти.

И не только один: в моей голове проносились бесчисленные видения моей сужденной смерти.

Это овладело мной, и я потеряла сознание.

Когда я проснулась, я была в постели.

Казалось, одна из моих служанок услышала мой крик, бросилась мне на помощь и заботилась обо мне.

Я сказала служанке, стоявшей рядом со мной: — Спасибо, теперь все будет хорошо, — а затем вышла из комнаты, думая о видениях своей все еще затуманенной головой.

Они пришли из многих будущих, в которых «я» сделала неправильный выбор.

Одна «я»  обручилась с мужчиной из семьи опытного военного.

Он сам был впечатляющим воином, и его последователи были сильны. Я надеялась, что такой человек сможет защитить меня.

Однако он воспользовался своим военным превосходством, ведя себя горделиво, чем выделился и нажил еще больше врагов. В замке, полном как союзников, так и врагов, эти действия стоили ему жизни. В конце концов, он был обманут с удивительной легкостью и убит еще до того, как мы смогли пожениться. Воспоминание закончилось тем, что «я»  и его слуги оказались на острие вражеского меча.

Одна «я»  обручилась с человеком, который был превосходным интриганом.

Он вынашивал планы по устранению членов враждующих фракций. Однако он заслужил недовольство многих, потерял их доверие и в конце концов пострадал от предательства, пав от рук собственных компаньонов.

Это воспоминание закончилось тем, что «я» оказалась втянутой в тот же инцидент.

Одна «я» обручилась с мужчиной, который в то время входил в самую большую фракцию.

В настоящее время эта фракция имеет много членов и подавляет оппозицию, но когда все остальные фракции уйдут, она распадется из-за внутренней борьбы за власть, и это превратится в бесконечную трясину.

Возможно, именно в этом будущем было пролито больше всего крови.

Это воспоминание закончилось так же, как и все остальные.

Одна «я» пытался убежать от конфликта.

Если результат будет одинаковым независимо от того, за кого я выйду замуж, я решила, что ни за кого не выйду и уйду в подполье. Однако для такой, как я, не имеющей поддержки семьи, скрываться в городе было единственным выходом.

В условиях отсутствия безопасности замка меня быстро обнаружили, а из-за атмосферы подозрительности решили, что я что-то замышляю, и рассматривали как угрозу.

Это воспоминание закончилось в тот момент, когда от меня собирались избавиться за нарушение общественного порядка.

Выбор всех остальных «я» тоже не привел к светлому будущему.

Даже в том случае, если бы я едва пережила кризис престолонаследия, после всей пролитой крови королевство Эльфриден не смогло бы объединиться в единое целое. Последовавшие за этим вторжения, нападения чудовищ, интриги знати и восстания народа - все это ослабило бы королевство.

В конце концов, воспоминания каждого «я» , казалось, закончились со сжиганием замка.

Десять или около того подобных видений пронеслись в моей голове.

Как будто время отматывалось назад снова и снова, но я все еще могла сказать, что воспоминания не мои собственные.

Я была вынуждена наблюдать за результатами выбора, который сделали те «я», которые не были мной.

Как только я вспомнила эти сцены, я бросилась в уборную, и меня вырвало.

Когда желудок опустел, я бессильно рухнула на пол, прислонившись к стене для опоры.

— Я... больше не могу.

Эти слова сорвались с моих губ.

Десять раз я терпела неудачу.

Можно спорить о том, много это или мало, но это было больше, чем я могла вынести.

Даже если я получала воспоминания, я все равно оставалась только самой собой.

Даже если я приняла решение, потерпела неудачу и передала свой опыт следующему «я», это не значит, что я могу вернуться в прошлое. Это был бы конец для той «я» , которая потерпела неудачу.

Следующая «я», или «я» после следующего «я», может достичь счастливого будущего.

Но она не была мной.

Я могла стать счастливой только здесь, в этом мире, где я была. Если мне это не удавалось, меня ждала смерть, как это было со всеми «я» до сих пор.

Когда я подумала об этом, мне стало страшно даже выбирать.

Пугало то, что все полученные мною воспоминания обрывались прямо перед смертью. Меня снова и снова отправляли на грань смерти, не зная, что такое смерть.

Если провести аналогию, то перед моими глазами словно висело бесконечное количество веревок, одна из которых была привязана к мечу, висевшему над моей головой, и я наблюдала, как веревки перерезаются одна за другой. Я жила в страхе перед мечом, который в конце концов упадет и заберет мою жизнь. Даже если он не упадет в этот раз, я никогда не смогу расслабиться.

Я почувствовала себя загнанной в угол и обняла колени.

Нет! Я не хочу больше делать выбор!

Мое сердце было полностью разбито.

С тех пор я проводила еще больше времени, уставившись в пространство.

Я блуждала по лабиринту, из которого не видела выхода, и зашла в тупик. У меня не хватало воли противостоять судьбе, и я просто ждала неизбежного конца.

Мысли и переживания по этому поводу только усиливали боль, поэтому я делала все возможное, чтобы не думать об этом, и проводила время, лежа на солнце.

Думаю, к этому моменту мой ход мыслей уже был похож на ход мыслей старой женщины.

Потом, однажды, когда я выбирала сад для своих ошеломленных блужданий...

— Пожалуйста! Я умоляю вас! — кричал мужской голос.

— Я слышу тебя, но я не могу...

Двое мужчин разговаривали.

Я высунула голову из-за живой изгороди, гадая, что бы это могло быть, и увидела мужчину лет двадцати пяти, склонившего голову перед еще молодым (его грива была короткой, поэтому он выглядел молодым) львом-зверочеловеком.

В голосе зверочеловека звучало беспокойство. — Подними голову, Альберт. Есть вещи, которые я не могу сделать даже для тебя.

— Пожалуйста, сделай что-нибудь, Георг!

Георг... О! Я вспомнила.

Этим львиным чудовищем был Георг Кармин, старший сын дома Карминов, одного из трех герцогских родов, которые контролировали армию, флот и ВВС этой страны. Я помнила, что он приехал в замок со своим отцом, нынешним главой дома, еще тогда, когда мой собственный отец был жив и здоров.

Другой человек, Альберт... Кто он? Я откуда-то знала его, но не могла вспомнить откуда.

Он был еще молод, но его изможденное лицо и борода заставляли его выглядеть старше своих лет.

— Пожалуйста, Георг! Позволь мне хотя бы встретиться с твоим отцом! —  взмолился Альберт.

— Говорю тебе, я не могу.

Они о чем-то спорили, но их неформальный тон свидетельствовал о дружбе, которая длилась много лет.

Альберт имел более бюрократический вид, поэтому было удивительно видеть его в хороших отношениях с кем-то из Дома Кармине, которые были представителями военных офицеров.

Георг начал дергать себя за гриву. — Я в долгу перед тобой, и я действительно хочу быть полезным. Но герцог Карминский мой отец. Мой отец и его люди следуют указаниям герцогини Уолтер не вмешиваться в кризис престолонаследия. Если три вида вооруженных сил вмешаются, кризис распространится на всю страну. Каждый из них держит своих подчиненных, чтобы этого не произошло.

Похоже, просьба Альберта была как-то связана с нынешним кризисом, и, хотя ему было больно это делать, Георг отказывался, что бы это ни было.

Действительно, если три силы втянуться в этот конфликт, это приведет лишь к еще большему хаосу.

Я считала само собой разумеющимся, что герцогиня Эксель Уолтер, которая поддерживала эту страну на протяжении долгих лет, предпримет шаги, чтобы держать их под контролем. И если герцогиня Уолтер будет категорически против вмешательства, ее зять, герцог Варгас, подчинится ей. Между тем, если бы два других дома были против, герцогу тоже пришлось бы подчиниться.

Мне казалось, что разум на стороне Георга.

Однако Альберт не был готов отступить.

— Это не просьба, чтобы он кого-то поддерживал! Я просто хочу, чтобы он обеспечил защиту, чтобы кое кому не навредили!

— И я говорю тебе, что это может быть истолковано как вмешательство!

Георг надавил на плечо Альберта. Это было достаточно, чтобы вывести его из равновесия, и мужчина сделал несколько шагов назад, а затем упал на колени.

Видя это, Георг, немного расслабился и с жалостью сказал: — Если что, я хотел бы попросить тебя не ввязываться в конфликт дальше. Ты хороший парень. Как твой друг, я это знаю.

— Георг...

— Но ты слаб. Настолько слаб, что споткнулся, когда я слегка толкнул тебя. Тебе не хватает силы, чтобы преодолеть этот кризис, и ты слишком мягкосердечен, чтобы сбивать других. Вот почему я говорю тебе, что если ты закроешься в своем горном домене, ты сможешь не вмешиваться в это.

Альберт молча повесил голову.

Георг положил руку ему на плечо и сказал: — Так что отвали, Альберт.

— Георг... я все еще...—  Альберт схватился за руку, которую Георг положил ему на плечо. — Я все еще хочу спасти ее! Я хочу спасти леди Элисию!

Я?! Почему?!

На мгновение я не поняла, что он сказал. Он хотел спасти меня? Я не знала, кто он такой, так почему он так отчаялся?

К счастью, Георг спросил именно то, что я хотела узнать. — Зачем заходить так далеко ради леди Элисии?

— Потому что она сказала мне: «Вам и так хорошо», — сказал Альберт измученным голосом. — Я посредственный человек, у меня меньше власти, мудрости, богатства или влияния, чем у кого-либо. Я настолько скучен, что если меня спросят, есть ли у меня хоть что-то, чем я могу гордиться, то это мое умение заниматься садоводством. Но она сказала мне: «Вам и так хорошо». Она также сказала: «Я думаю, вам нужно просто быть собой»  и «Учитывая, что в этом мире столько интриганов, мне приятно знать, что есть люди, похожие на вас.» Я почувствовал, что эти слова спасли меня!

Это он...

Я наконец-то вспомнила тот день. Того человека.

Тот, кого я встретила в этом саду и с кем разговаривала несколько лет назад, был Альберт. И все из-за того короткого разговора, он отчаянно хотел мне помочь.

Когда я узнала об этом, меня это сильно задело. Я забыла, что мы вообще разговаривали, но этот человек запомнил мой случайный комментарий и пытался спасти меня.

Оглядываясь назад, я поняла, что этот человек тоже был в воспоминаниях, которые я получала от других «я». Неважно, в каком положении была «я», неважно, с кем «я» обручилась...

— Сейчас не время для междоусобиц!

— Вы не можете опустить оружие и обсудить это?!

— Королевский дом будет уничтожен такими темпами! Пожалуйста, передумайте!

Я была свидетелем того, как он посещал многие фракции, пытаясь обратиться к ним с подобными призывами.

Конечно, никто не стал бы слушать человека, не обладающего силой, но его оставили в покое, потому что он никак не мог стать угрозой. Даже «я» не обратила на него внимания.

Но он сделал все это, чтобы защитить меня.

Каким глупым, бессмысленным и смехотворно честным он должен был быть.

Не успела я опомниться, как слезы потекли по моим щекам.

Казалось, что мое сердце, замороженное воспоминаниями, свидетелем которых я стала, начинает оттаивать.

Когда я вытирала слезы рукавом, Георг сказал Альберту со страдальческим видом: — Я действительно не могу помочь вам в моем нынешнем положении.

— Понятно. — Альберт опустил плечи. — Ну вот и все.

Георг помог ему подняться на ноги. — Я хочу, чтобы ты это запомнил. Я обязуюсь сделать все возможное, чтобы помочь тебе, когда унаследую Дом Карминов. Даже ценой своей жизни.

— Георг...

— Так что не будь безрассудным. Не делай из меня неблагодарного.

Сказав это, Георг похлопал Альберта по плечу и ушел.

Альберт, который остался позади, молча стоял и смотрел ему вслед, пока он не ушел.

Я подождала, пока не убедилась, что мои собственные слезы высохли, затем вышла из-за живой изгороди и подошла к Альберту.

— Сэр Альберт.

— А?! Принцесса?! Как долго вы там находитесь?!

— Довольно долго. Я улыбнулась удивленному мужчине. — Эм... спасибо, что сделали это для меня.

— Н-нет! Я ничем не помог... В конце концов, я даже не смог уговорить своего друга Георга помочь мне.

— Вы ничего не могли сделать, — сказала я ему. — Но если оставить это в стороне, я была удивлена, что вы так дружелюбно разговариваете с сэром Георгом из дома Карминов. Вы не очень похожие люди.

Альберт заложил руку за голову и рассмеялся. — Мы узнали друг друга через наших родителей, и мы были вместе с самого детства.

— Мне интересно, — сказала я. — А! Может, присядем где-нибудь?

Было странно просто стоять и разговаривать, поэтому мы сели на одну из скамеек в саду.

— Если подумать, сэр Георг упоминал, что он вам что-то должен, — продолжила я. — Что это было?

— О... в наши дни Георг остепенился, но раньше он был маленьким буйным сорванцом. Он разбил драгоценную вазу отца, срубил внушительное дерево в саду, размахивая мечом, и, хотя это не совсем его вина, он избил сына дворянина, который доставлял неприятности в городе.

Казалось, сэр Георг в молодые годы был типичным крепким парнем.

— Отец всегда наказывал его за это, поэтому Георг часто убегал к нам домой. Я не был таким активным, как Георг, и у меня не хватало смелости на настоящие шалости, я был тихим мальчиком, поэтому меня любили взрослые. Несколько раз я сглаживал отношения между Георгом и его отцом. В конце концов, он не всегда был полностью неправ.

— Понятно...—  пробормотала я. — Вот почему он «должен»  вам, да?

— Да. О, поскольку Георг неуклюж на словах, было также время, когда я выступал в роли посредника между ним и его невестой. Он никогда не дрогнет перед лицом врага, но вы можете увидеть страх на его лице, когда он не знает, как обращаться с женщиной. Я помог убедиться, что его не поймут неправильно из-за этого.

— О-о-о...?—  Я была ошарашена этой неожиданной стороной Георга.

У этого человека передо мной не было ни публичного, ни закрытого лица; он был именно таким, каким выглядел. Я видела так много ненависти и уродства через других «я», что это казалось мне своего рода спасением.

Конечно, этот человек не стал бы пытаться кого-то устранить.

Даже если бы кто-то ему мешал, и его устранение пошло бы на пользу, он не смог бы заставить себя сделать это. В этом была его слабость и его доброта. Он не годился на роль правителя страны, и это меня сейчас утешает.

Этот человек точно не смог бы преодолеть нынешний кризис.

Однако, если это судьба, которую я все равно не смогу преодолеть, возможно, было бы неплохо провести свои последние дни, отдыхая рядом с ним.

Я бы точно увидела меньше грязи, чем «я» до сих пор. Потому что этот человек не мог сделать ничего грязного.

Но... чтобы сделать это, я должна была кое-что ему сказать.

Если бы он был со мной, то попал бы в беспорядки и мог лишиться жизни.

Было бы нечестно держаться за него, не сказав ему об этом.

Если даже после того, что я ему скажу, он все равно возьмет меня за руку... и...

—...сэр Альберт, — медленно сказала я. — В доме вашей семьи есть сад, не так ли?

— О. Да. Но он гораздо меньше, чем сады в замке, — сказал Альберт, тупо глядя на меня.

Я посмотрела Альберту прямо в глаза и спросила: — Вы не отвезете меня посмотреть этот сад?

Глаза Альберта расширились. — Это...! Нет, я бы с удовольствием показал их вам, но мои владения и поместье не подходят для того, чтобы приглашать туда члена королевского дома...

— Я знаю это. Я бы не поехала как принцесса королевского дома. — Альберт, похоже, не понял, к чему я клоню, поэтому я сказала ему четко. — Я хочу отбросить свою фамилию и выйти замуж за вас.

— Ж-жениться?! Вы хотите прийти и выйти за меня замуж?! — воскликнул он.

— Да. Может быть, у вас уже есть жена, сэр Альберт?

— О, нет, я все еще не женат...

— Тогда это прекрасно.

— Подождите, я не это хотел сказать! Почему это так неожиданно всплыло?!

С самодовольной улыбкой я сказала смущенному мужчине: — Сейчас на меня оказывают давление, чтобы я выбрала себе жениха. Однако независимо от того, за кого я выйду замуж, пока я нахожусь в замке, я буду втянута в конфликт. Вот как ценна королевская кровь. Использовать людей и быть использованной... я слишком много этого пережила. Я хочу проводить свои дни, отдыхая с кем-то вроде вас, и делать это так долго, как только смогу!

Затем я протянула руку Альберту.

— Это мой эгоизм. С вашей точки зрения, я - проблемная женщина, которая, просто находясь на вашей стороне, может втянуть вас в конфликт. Тем не менее, если вы позволите... я хочу... чтобы вы взяли эту руку. Я бы хотела провести с вами время, отдыхая сердцем, как можно дольше.

Мои слова заставили Альберта опешить.

Я знала, что поступаю несправедливо. Я поняла, что пользуюсь его добротой.

И все же, если я не могла изменить судьбу, которая погубит меня, я хотя бы хотела, чтобы в конце со мной был кто-то вроде Альберта.

Теперь, когда я перестала сопротивляться, как это делали другие «я», это было моим единственным желанием.

Наступило короткое молчание, а затем Альберт медленно открыл рот.

— Я всегда... хотел защитить вас. Но мне не хватает ума, чтобы сделать это, и я не могу быть полезен. Это... расстраивает меня.

Я молчала.

— Я такой, какой есть, но если все, чего вы хотите, это чтобы я был с вами, я могу сделать это.

Затем Альберт взял руку, которую я ему протянула.

— Я не могу обещать, что вы будете в безопасности, если приедете в мои владения. Я также сомневаюсь, что вы сможете жить в таком же великолепии, как в замке. Несмотря на это, я буду стараться, чтобы вы могли проводить свои дни в мире и покое. Если вы согласны принять меня, то прошу.

— Спасибо... Альберт, — сказала я.

Так я выбрала себе жениха.

— Здесь так спокойно, не правда ли?.

Я смотрелв в окно на пейзаж во время поездки в каменистой повозке.

Владения Альберта находились в сельской местности, вокруг фермерской и молочной деревни в горах. Пока карета тряслась по проселочной дороге, мы проезжали мимо телег, запряженных волами.

Передо мной раскинулась  сцена, не похожая ни на что в замке.

— Я немного взволнована, — сказала я с ощутимым предвкушением.

Альберт криво улыбнулся. — Я вижу. Хотя я не уверен, что у нас есть что-то, что развлечет вас, принцесса.

— Альберт!—  Я схватила его за бороду и выдернула несколько волосков.

— Да...? Ай!—

— Ты будешь моим мужем, так что оставь формальные выражения и не называй меня «принцессой».

— Хорошо. Элисия.

Альберт нехотя кивнул, потирая подбородок. Тот факт, что он не мог занять твердую позицию по отношению ко мне, хотя был старше меня примерно на пять лет, говорил о врожденной робости. Тем не менее, я постепенно начинала понимать, что это часть того, что делает его симпатичным.

— О! Какая красивая река, — сказала я, очарованная. — Как ты думаешь, в ней есть рыба?

— Да. Когда наступит осень, они будут очень пухлыми. Мы с Георгом часто рыбачили там, когда были детьми. Правда, Георгу всегда быстро надоедало и он прибегал к ловле их руками.

— Рыбалка! Звучит здорово. Я никогда раньше этого не делала, так что, пожалуйста, возьми меня с собой.

— Конечно, возьму.

Рассматривая сельские пейзажи, на которые, казалось, не влияла убийственная атмосфера в столице, я болтала с Альбертом ни о чем, говоря что-то вроде: «Что это?»

Было очень весело просто делать это, и я почувствовала, как ко мне возвращается моя первоначальная, более активная личность.

Так продолжалось некоторое время. Наконец, не успела я оглянуться, как мы подъехали к особняку Альберта.

Он был небольшим для дворянской усадьбы, но в этом краю, с его отсутствием других зданий поблизости, он все же имел определенное грозное присутствие.

Когда мы прошли через маленькие ворота в стене, которая не могла защитить нас даже от диких животных, перед нашими глазами предстал ухоженный сад. Конечно, он не был размером с королевский сад, но хорошо вписывался в компактное пространство и был выполнен в хорошем вкусе.

— Сад прекрасен...—  Я вздохнула— Это ты все это сделал, Альберт?

— Да. Я создал этот сад в качестве хобби.

— Он невероятен. Молодец.

— Мне неловко, когда ты так свободно хвалишь меня.

Альберт смущенно рассмеялся, но я действительно считала его сад прекрасным.

Мы сели на крытой террасе между садами и особняком. Когда мы смотрели на освещенный солнцем сад из тени, контраст света и тени ощущался с большим вкусом.

— Это идеальное место для отдыха, — сказала я ему.

— Мы можем расслабляться сколько угодно. Сейчас, кажется, самое время, так что хочешь чаю?

Я кивнула, и Альберт приказал одному из слуг приготовить его.

Когда мы пили чай здесь, в креслах на этой террасе, время, казалось, текло в более спокойном темпе.

—Ува... Я начинаю хотеть спать. — Я зевнула.

— Сегодня теплый солнечный день, в конце концов. Ты, наверное, тоже устала от путешествия. Это идеальная ситуация для того, чтобы задремать. Ничего страшного, если ты заснешь. Я разбужу тебя, когда солнце начнет садиться.

— Хи-хи, это роскошь - использовать моё время таким образом.

Я воспользовалась его любезным предложением и сделала именно это.

Красивый сад, теплая атмосфера и нежная улыбка Альберта заставили мое сердце и тело почувствовать, что они могут просто растаять.

Как давно я не чувствовала себя так спокойно?

Если бы я могла загадать желание, я бы хотела, чтобы эти хорошие дни длились как можно дольше... подумала я, погружаясь в сон.

Уверена, где-то я должна был думать, что это невыполнимое желание. Однако, вопреки моим ожиданиям, эти дни, похожие на сон, продолжались.

Казалось, что кровавая борьба не прекращалась в столице, но она никогда не распространялась на эти владения.

Я узнала об этом позже, но, очевидно, мой брак с Альбертом сыграл в мою пользу.

Альберт был известен тем, что был посредственностью и не имел амбиций.

Когда фракции увидели, что я отбросила свою фамилию, чтобы выйти замуж за такого человека, как Альберт, они, должно быть, тоже посчитали, что мне не хватает амбиций. Они могли подумать: «Если у нее такой плохой вкус на мужчин, то об этой девочке не стоит беспокоиться.»

Кроме того, была известна дружба Альберта с Георгом. Если бы они по неосторожности выступили против кого-то, имеющего связи с Домом Кармине, у них были бы неприятности, если бы вмешался сам герцог.

Возможно, Георг позаботился о том, чтобы слухи об их дружбе распространились. Это было бы самое большее, что он мог сделать, чтобы помочь своему другу Альберту.

Возможно, это были причины, по которым меня, продемонстрировавшую, что я не представляю особой опасности, выйдя замуж за посредственного человека, против которого к тому же трудно действовать, оставили в покое на время.

Благодаря этому я могла проводить свои дни, отдыхая здесь, на этой земле.

Осенью мы отправились на рыбалку.

— Вот... поймала! Я поймала одну, Альберт!—  усмехнулась я.

— Ты хороша во всем, что делаешь, Элисия. Я ничего не могу поймать.

Обычно я помогала Альберту с работой, а в выходные дни мы вместе отправлялись на рыбалку, как сейчас, или устраивали пикник на холмах.

— Что мы будем делать в наш следующий выходной день? —  спросила я его.

— Как раз должно быть время года, когда мы сможем собирать грибы на дальних холмах. Хочешь пойти?

— Грибная охота! Если нам удастся собрать много, давай поделимся со всеми.

— Хм. Мне действительно нужно дать охотнику Йохану что-то взамен оленины.

Наши отношения с подданными были хорошими. Это был небольшой домен, поэтому нам приходилось взаимодействовать с людьми, не обращая внимания на статус. Когда мы выходили на улицу, люди без колебаний окликали нас.

— Пока мы здесь, почему бы нам не поджарить их в саду? —  предложила я.

— Ха-ха-ха, есть идея, — засмеялся он. — Я обзвоню всех жителей города.

И вот, когда мы проводили наши дни в мире, в какой-то момент я перестала думать о том, что я была мишенью. Я смогла поверить, что завтра будет другой день, такой же, как сегодня.

Пережив суровую зиму, животные весной отправлялись на поиски партнеров. Таким же образом углубились и мои отношения с Альбертом.

Мой выбор был побегом, покорностью судьбе, я думала, что если я не могу изменить свою судьбу, то, по крайней мере, хочу проводить время рядом с ним, но в какой-то момент я начала чувствовать, что я счастливее, чем другие «я», которые не выбрали его.

— Альберт, — сказала я,— я рада, что пришла сюда.

Альберт нежно обнял меня за плечи.

Прошло около года с тех пор, как я переехала на эту землю.

Слухи, разносимые ветром, говорили о том, что в столице часто происходят кровавые инциденты.

Когда я говорю «слухи по ветру», я имею в виду тот факт, что для того, чтобы новости достигли столь отдаленного места, требовалось значительное время, а когда они достигали, то передавались из уст в уста.

К этому моменту мне уже было все равно, что происходит в столице.

У меня не было желания возвращаться, и... у меня не было необходимости в этом.

В ясный весенний день, в маленькой часовне в наших владениях, мы с Альбертом поженились и стали мужем и женой.

После этого наши люди, Георг и небольшая компания друзей высказали свои наилучшие пожелания.

— Поздравляю, мой господин!

— Леди Элисия, вы такая красивая!

— Пусть вы оба будете счастливы! Благословение Матери Дракона да пребудет над вами!

Это была такая же часовня, как и везде, платье было подарено матерью Альберта, а гости пришли в чем попало. Это ничем не отличалось от свадьбы простых людей.

Так почему же это заставило мое сердце так трепетать?

У меня были воспоминания о более гламурных свадебных церемониях, но я могу сказать, что я, которой я была сейчас, была самой счастливой «я», которую я когда-либо испытывала.

Я  обратилась к своему новому мужу, который смущенно улыбался: — Альберт.

— Да, Элисия?

—«Я» этого мира, любить тебя сильнее, чем любая другая «я».

Альберт тупо уставился на меня.

Возможно, это был странный способ сказать это. Однако это были мои искренние чувства, без единой доли неправды.

Альберт повернул ко мне голову, рассмеялся и сказал: —У меня такая восхитительная, замечательная принцесса, которая вышла замуж за человека без перспектив. Кого бы ты здесь ни спросила, они скажут, что я самый счастливый из всех.

— О, я бы так не сказала, — поддразнила я. — Я гораздо счастливее.

— Нет, нет, я счастливее.

Мы так спорили, а потом оба разразились смехом в унисон.

— Мы оба так счастливы, дорогой, — сказала я с улыбкой.

— Да. Так и есть, моя любимая жена.

Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись.

После этого прошло еще немного времени.

Постепенно новости о происшествиях в столице перестали поступать. Неужели кризис престолонаследия наконец-то улегся? ...Не то чтобы это имело для меня большое значение. Неважно, кто займет трон, неважно, какая фракция победит, нас это не касается.

Кроме того... у меня было кое-что более важное, чем эта ерунда.

Когда я отдыхала в гостиной с Альбертом, я собралась с силами, чтобы сказать ему.

— Дорогой.

— В чем дело, Элисия?

— Похоже, я беременна.

— ...А?—  Книга, которую он читал, выпала из рук Альберта. Его рот открылся, на лице появилось забавное выражение.

Пока я хихикала, Альберт пришел в себя.

— Ребенок... наш ребенок?!

— О, Боже. Ты сомневаешься в моей верности, дорогой?

— Вовсе нет! Я рад... я рад!

Альберт энергично встал и обнял меня, затем, как будто этого было недостаточно, он поднял меня в воздух и закружил. Честно говоря, он был слишком взволнован.

— Спасибо! Спасибо, Элисия!

— Хи-хи, ты забегаешь немного вперед, — усмехнулась я. — Не благодари меня, пока он благополучно не родится.

Как только Альберт успокоился, мы сели на диван.

— Если это будет мальчик, я надеюсь, что он будет энергичным и смелым, как его мать, — сказал он.

— Хи-хи. Если это будет девочка, я надеюсь, она будет нежной и тихой, как мой муж.

Мы говорили о будущем нашего еще не родившегося ребенка.

Я думаю, это был пик нашего счастья.

Потом это случилось.

Один из трех герцогов, герцогиня Эксель, приехала с визитом.

— Леди Элисия, я пришла просить вас унаследовать трон королевства Элфриден, — сказала прекрасная синеволосая красавица из расы морских змей, а затем опустилась передо мной на колени.

На мгновение мой разум был настолько пуст, что я не могла понять, что она сказала.

Пока Альберт с беспокойством смотрел на меня, мне едва удавалось говорить.

— Трон... что вы говорите?

Почему именно сейчас, после всей этой счастливой жизни...? Почему это слово всплыло?

—Пожалуйста, проходите. —  Видя моё оцепенение, Альберт пригласил Эксель пройти в гостиную.

Мы сели на диван, и когда все трое (в основном я) успокоились, Эксель рассказала о событиях, которые привели к этому моменту, и о текущем состоянии страны.

По ее словам, конфликт за престолонаследие закончился уничтожением почти всей королевской семьи. Хотя хаос был ограничен столицей, маневрирование с целью привлечения членов во фракции и оттягивания их от других, предательства, интриги и обман были безудержными, и пролилось много крови.

Это породило еще большее недовольство, что привело к беспрерывному насилию. Все соперники стали взвинченными, и во многих случаях обе стороны убивали друг друга или даже членов своей собственной стороны.

Было неизбежно, что это приведет к почти полному уничтожению королевской линии.

Причина, по которой это было «почти», заключалась в том, что я выжила.

Это была причина, по которой Эксель была здесь.

— Но я уже вышла замуж и отбросила фамилию Элфриден, — пыталась протестовать я.

Эксель молча покачала головой. — Единственная, кто остался в прямой королевской линии - это вы, леди Элисия. Если кто-то вне Дома Элфриден назовет себя королем, хаос распространится еще больше. Соседние страны, такие как Амидония и Тургис, уже предпринимают тревожные шаги. Чтобы подавить хаос, мне нужно, чтобы вы взошли на трон.

— Но... я...

Я растерялась, и Альберт обнял меня за плечи.

— Из того, что мне сказал Георг, три герцога не будут вмешиваться в вопрос о том, кто наследует трон, верно? —  спросил Альберт.

—...Да. По крайней мере, так было. Это было потому, что мы делали все возможное, чтобы удержать наши собственные силы в узде, чтобы не расширять хаос. Однако, на данный момент, леди Элисия - единственная оставшаяся королевская особа. Сейчас не может быть разделения, поэтому три герцога и наши войска поставят свои жизни на кон, чтобы защитить и служить леди Элисии.

Сказав это, Эксель опустилась на колени и прижала голову к полу.

— Я знаю, что вы двое избежали конфликта и жили здесь в счастье. Я также знаю, что наша просьба разрушит это. Однако, если страна погрузится в хаос, не пройдет много времени, как пожары перекинутся на эту землю.

Я могла понять, что говорила Эксель. Я понимала её, но...

— Если я вернусь в замок, что будет с Альбертом и этим ребенком? —  Я поднесла руку к своему еще не появившемуся животу.

Глаза Эксель расширились. Похоже, она не знала.

Она еще раз глубоко склонила голову.

— Прошу прощения за то, что побеспокоила вас в столь важный момент! Разумеется, ребенок и его отец тоже переедут в замок. Клянусь, мы защитим всех вас. В частности, Георг, который на днях принял мантию герцога Кармина, готов пожертвовать своей жизнью ради вас.

— Георг стал главой дома ..? —  прошептал про себя Альберт.

Я закрыла глаза медитируя некоторое время.

...Воспоминания не приходят?

Я думала, что будущее «я» может послать обратно "результат" моего решения, которое я приму здесь, но никаких признаков этого не было. Означало ли это, что решение не будет фатальным, или просто ни одному «я» еще не удалось достичь этой точки...? Я не могла быть уверена. Я знала только одно: я должна сделать выбор.

Выбор, который я должна сделать, это...

Я думала и думала... потом посмотрела на Альберта.

— Дорогой. Останешься ли ты со мной, независимо от того, какой выбор я сделаю?

Альберт многозначительно кивнул мне. — Конечно! Мы же муж и жена, в конце концов.

Услышав его ответ, я приняла решение.

Выбор, который я сделала, увидев, что стало со всеми другими «я» до этого момента, был...

— Очень хорошо. Давайте вернемся в замок.

— Спасибо...!—  Эксель заплакала от облегчения. — Я благодарна вам, ваше величество.

— Однако...—  Я подняла руку, чтобы остановить ее, прежде чем она сможет снова поклониться. — Как только я взойду на трон, я передам все свои права повелителя моему мужу, Альберту.

— Что?! Это значит...

— Да. С моего согласия Альберт будет править страной как король.

— М-мне, править страной?! Это невозможно! —  Его глаза расширились от шока, Альберт энергично покачал головой.

— ...Извини, что втягиваю тебя в это, Альберт. Но это абсолютная необходимость.

— При всем уважении, я вынуждена сказать, что это невозможно, — сказала Эксель. — Во-первых, если он не из королевской линии Эльфридена, я сомневаюсь, что народ примет его.

Однако моя решимость не ослабевала.

— Я унаследовала кровь королевского дома, как и этот ребенок. Альберт, который является моим мужем и отцом этого ребенка, должен быть в состоянии служить временным королем до следующего поколения.

— Нет, но... опять же, при всем уважении, я не могу представить, что Альберт обладает качествами, необходимыми для того, чтобы стать королем....

Казалось Эксель  было больно говорить мне об этом, но я молча покачала головой.

— Герцогиня Уолтер, королевский дом Элфриден пролил слишком много крови. Это результат уродливого междоусобного насилия. Это известно нашим приближенным и даже народу. Королевский дом Эльфриден потерял веру. Разве я не права?

— Я... верю, что все так, как вы говорите.  —  Проявив некоторую нерешительность, Эксель, наконец, признал мои слова и кивнул.

— Даже если бы я сейчас заняла трон, я не смогла бы объединить страну, — сказала я ей. — Больше всего это связано с королевской кровью, которая является моим притязанием на трон. Даже если бы я заняла трон, народ чувствовал бы себя неспокойно, и это подкосило бы тех, кто поддерживал других кандидатов в кризисе престолонаследия. Я не смогла бы объединить страну во время кризиса. Поскольку королевский дом утратил свою власть, если бы среди наших приближенных произошел дальнейший раскол, стране действительно пришел бы конец.

Эксель молча выслушала меня.

Я была убедительна. Это было потому, что я видела все глазами будущего «я».

Даже если одна из фракций переживет конфликт, обида, порожденная ими, будет иметь долгосрочные последствия. Неспособный объединиться перед лицом таких кризисов, как стихийные бедствия, нападения монстров и иностранные вторжения, замок сгорит.

— Я понимаю, о чем вы говорите, но... зачем вам делать королем сэра Альберта? —  спросила Эксель.

Я дала прямой ответ на ее очевидные сомнения. — Потому что Альберт будет королем, которого никто не ненавидит.

— Король, которого никто не ненавидит? — повторила она.

— Да. Если бы он был мудрым королем, это понравилось бы нашим верным вассалам, но продажные вассалы сочли бы это ограничением и в конце концов свалили бы его. Если бы он был сильным королем, он мог бы устранить этих коррумпированных вассалов, но я подозреваю, что королевскому дому сейчас не хватает власти. Если мы будем действовать неосторожно, это приведет к сопротивлению и гражданской войне. В противоположном случае, если бы он был королем, который ублажает продажных вассалов и отталкивает верных, страна пришла бы в упадок.

Она молчала.

— Что сейчас нужно этой стране, так это король, которого не будут ненавидеть ни верные вассалы, ни продажные. Только правитель, которому преданные вассалы захотят помочь, а продажные вассалы будут считать, что им легко манипулировать, сможет сохранить страну.

— ...И вы говорите, что это сэр Альберт? — медленно произнесла она.

— Да. Причина, по которой я не была втянута в конфликт, должна быть связана с его личностью. Он некомпетентен и безобиден. Вот почему никто не обращал на нас внимания.

Эксель вздохнула и сказала: — То, что вы описали, практически марионетка, не так ли?

— Да. Я кивнула. — В нынешней ситуации я не верю, что страну может сохранить кто-то другой, кроме марионеточного короля. Вот насколько глубоки раны нашей страны. Нам нужно время, чтобы они зажили.

Я посмотрела прямо в глаза Эксель.

— Даже если мы не сможем устранить коррумпированных вассалов, если мы будем править, прислушиваясь к верным, ситуация не должна ухудшиться слишком быстро. У нас будет верная поддержка трех герцогов, верно?

— Да, конечно.

— Тогда, как я уже говорила, Альберт - самый подходящий король для этой страны в данный момент. Давайте сохраним статус-кво, выиграем время, чтобы наши раны зажили, и оставим улучшение ситуации следующему поколению.

Я поднесла руку к животу.

Эксель покорно опустила плечи. — Отложить серьезное восстановление страны до следующего поколения?

Я слегка усмехнулась. — Для представителя такой долгоживущей расы, как ты, это не так уж и долго, не так ли?

— Я понимаю, — с сожалением сказала она. — Очень хорошо. Мы, три герцога, поддержим леди Элисию и сэра Альберта. Я бы предпочла оставить трон вам, кто может думать так далеко вперед.

— Нет будущего там, где это произойдет, — твердо сказала я, а затем повернулась лицом к Альберту. — Дорогой, прости, что доставляю тебе столько хлопот, но, пожалуйста, ради нашего ребенка, могу ли я попросить тебя стать королем этой страны?

В какой-то момент разговора Альберт, казалось, впал в оцепенение, но когда я взяла его за руку и заставила прикоснуться к животу, в котором находился наш ребенок, он пришел в себя.

— Х-хмм... Я думаю, что это бремя слишком велико для меня, но если это ради тебя и нашего ребенка, я должен буду это сделать. Хотя я уже чувствую боль в животе.

Тон Альберта заставил его звучать не слишком надежно, но он кивнул.

То, что он не мог сказать «нет» , когда другие полагались на него, было слабостью, но это была и сила, которая не позволяла людям быть жестокими по отношению к нему.

Таким образом, мы вернулись в замок, и Альберт стал королем с моего согласия.

Хотя идея встретила некоторое сопротивление, три герцога, возглавлявшие три войска, оказали нам полную поддержку, а поскольку Альберт не был самодовольным и прислушивался к любому мнению, серьезных разногласий по этому поводу не возникло.

Время шло, и страна не становилась лучше, но и не становилась намного хуже. Можно сказать, что Альберт отлично справлялся со своей работой по сохранению статус-кво.

Что касается меня, то вскоре после возвращения в столицу я родила девочку. Альберт дал этой девочке, которая плакала с большой энергией, имя Лисия, взяв общее звучание ее имени из моего собственного.

Лисия росла спокойно, без каких-либо серьезных заболеваний, и не успела я оглянуться, как она стала такой же принцессой-сорванцом, какой когда-то была я.

«Если это будет девочка, я надеюсь, что она будет нежной и тихой, как мой муж».

Казалось, мое тогдашнее желание не исполнилось.

Она привязалась к Георгу, который время от времени приезжал в гости, и заинтересовалась мечом.

Когда она выходила играть, она получала бесконечное количество порезов и синяков, заставляя меня как мать беспокоиться за нее, но, в общем, если она просто вырастет здоровой, мне этого будет достаточно.

Однако, пока мы проводили мирные дни, неожиданные события, такие как появление Домена Владыки Демонов, нашествие огромного количества монстров и поток беженцев из разрушенных стран севера, привели к медленному упадку страны.

Все было так, до того дня, когда его вызвали.

В центре горящего замка я вспомнила все это.

Неужели угроза моей жизни пробудила воспоминания?

Герой, вызванный из другого мира, сэр Сома Казуя... Альберт неправильно с ним обошелся.

Он назначил его премьер-министром, чтобы его революционная политика могла поставить страну на ноги, но не смог защитить его от сопротивления знати и был вынужден освободить его от должности и прогнать.

В результате наш верный вассал, поддерживавший его, Георг Кармин, погиб при сожжении Ранделя вместе с сэром Сомой и нашей дочерью Лисией.

Теперь и мы столкнулись с тем, что нас настиг мятеж.

Дворяне ненавидели сэра Сому, но народ поддерживал его, и его излишний контроль оттолкнул народ от нас, оставив нас в изоляции без поддержки.

Если бы мы больше доверяли ему и дали ему больше полномочий, все могло бы пойти по-другому.

Однако, если думать об этом сейчас, это не поможет.

Я решила, что самое меньшее, что я могу сделать, это признаться Альберту в своей магии, и отправить наши воспоминания назад к «нам», примерно в то время, когда мы впервые встретили Сому. Чтобы прошлые «мы» не попали в это будущее.

Это был мой первый раз, когда я отправляла воспоминания другого человека (это был и мой первый раз, когда я отправлял свои собственные воспоминания), но я чувствую, что это сработало. Я могла быть уверен, что «я» , получивший их, попадет в другое будущее. Возможно, даже в мир, в котором Лисии, сэру Соме и остальным не придется умирать.

Когда я подумала об этом, у меня немного отлегло от сердца.

— Прости меня, Элисия, — извинился Альберт. — Это все из-за моей глупости.

Я покачала головой. — Нет. У меня было более чем достаточно счастья. Встреча с тобой, рождение Лисии. Больше, чем любое прошлое «я», я могу с гордостью сказать, что я была счастлива.

Тот факт, что я столкнулась с кризисом в своей жизни и только что отправила свои воспоминания в прошлое, было доказательством того, что я была первой, кто достиг этой точки.

Это означало, что я была первой, кто выбрал Альберта в качестве своего партнера.

Я была первой, кто полюбила его, и первой, кого он полюбил.

Я также была первой, кто родил Лисию, и первой, кто познал счастье семейной жизни.

Даже если бы у «меня» , которой я отправила свои воспоминания, было бы более прекрасное будущее, чем у меня самой, ничего из этого не изменилось бы. Моя жизнь была полностью удовлетворена.

— Я рада, что встретила тебя в тот день, — сказала я ему.

— Элисия...

В центре пламени мы обняли друг друга.

*** (В наш мир)

— Леди... Леди Элисия!

— А?!—

Услышав голос, я пришла в себя и обнаружила, что Карла смотрит на меня безучастно.

— В чем дело? — спросила она. — Вы казались не в себе.

— Нет, я просто думала о другом «сейчас» .

Глядя на лица Сиана и Казухи, я вспомнила воспоминания, те.... которые получила в тот день.

Основываясь на наших воспоминаниях о том дне, Альберт смог передать нашему зятю трон, не приняв неверного решения. После передачи власти страна была восстановлена до такой степени, что стала еще больше, чем прежде, и теперь мы могли смотреть на лица наших внуков.

Если так подумать, то я должна была поблагодарить «меня» , которая послала эти воспоминания.

Я, наверное, самый счастливый из всех «я» на сегодняшний день.

— Если подумать ....когда я сказала, что пойду вперед, чтобы помочь и сначала увидеть детей, он немного надулся, — усмехнулась я. — Он сказал, что я не справедлива.

— Конечно. Сэр Альберт остался совсем один в своих владениях.

— Хи-хи, какой у вас хлопотливый дедушка, Сиан, Казуха.

Когда я назвала имена детей, они оба повернулись и уставились на меня пустым взглядом.

— О, Боже, вы оба такие милые. Как бы я хотела вот так просто утащить вас обратно в особняк.

— Если наследник престола вдруг исчезнет, будет большой переполох, поэтому, пожалуйста, не надо, — сказала Карла.

— Полагаю, тогда мне придется просто регулярно навещать его. Примерно два раза в неделю.

— Если вы будете так часто уходить из дома, не станет ли лорд Альберт снова дуться?.

— Он может пойти со мной, — сказала я. — Остаться на ночь тоже было бы неплохо.

— Если вы будете приезжать и ночевать два раза в неделю, вы будете находиться в замке больше половины недели, не так ли? Я думала, вы двое покинули замок, чтобы не сеять семена раздора?!

Было мило, что Карла считает своим долгом отвечать на все, поэтому я хихикнула.

Ооо... Я действительно счастлива...

***(Обратно в Параллельный мир)

В середине пламени, когда мы готовились к концу, я услышала два голоса.

— Отец! Мать!

— Вы оба в порядке?!

Когда я подняла голову, к нам спешили молодой человек и женщина.

« Почему? Как я могу видеть этих двоих?» подумала я в оцепенении. Они должны были быть мертвы.

Видели ли мы фантомы? Или, поскольку наша смерть приближается, они пришли, чтобы забрать нас на другую сторону?

— Лисия! И сэр Сома!—  Альберт с шокированным выражением лица назвал их по именам.

Когда я услышала эти слова, они разбудили меня. И не только я; Альберт тоже мог их видеть.

Это означало, что то, что я видела перед своими глазами, было неоспоримой реальностью.

Лисия бросилась  к нам. — Слава богу. Вы оба в порядке.

— Лисия, ты жива?!—  воскликнула я. — Я была уверен, что ты умерла...

— Герцог Кармине вытащил нас, — с болью сказала Лисия, хватаясь за мой рукав.

Оказалось, что пока Рандель горел, Георг выиграл время, чтобы они вдвоем смогли спастись.

«Я хочу, чтобы ты это запомнила» сказал он однажды. «Я обязуюсь сделать все возможное, чтобы помочь тебе, когда унаследую Дом Карминов. Даже ценой своей жизни.»

«Сэр Георг, вы сдержали обещание, данное в тот день,» — с благодарностью подумала я. Вы рисковали жизнью ради сэра Альберта, и вы спасли жизни Лисии и сэра Сомы.

Я на мгновение закрыла глаза в раздумье, а затем спросила то, что меня беспокоило. — Но как вы двое попали сюда? Замок окружен и горит.

— Ааа... Это потребует некоторых объяснений, так что давайте оставим это на потом, — сказал мне сэр Сома. — Сначала нам лучше убраться отсюда.

Я услышала звук быстро приближающихся шагов.

В комнату вбежала симпатичная, миниатюрная девушка с длинными черными волосами, рогами, которые были больше, чем у Эксель, и черным хвостом ящерицы, растущим из ее нижней части.

— Это плохо, Сома! Огонь быстро распространяется. Мы должны убираться отсюда, быстро!

— Понял, Надин, — сказал сэр Сома. — Ладно, вы двое, идите сюда.

Сэр Сома вывел нас на балкон. Там мы смогли подышать свежим воздухом, но из-за поднимающегося дыма, трудно было разглядеть обстановку вокруг. К тому же это место находилось высоко в замке, так что даже если бы мы выбрались наружу, отсюда было не выбраться.

Однако сэр Сома со смехом сказал: — Все в порядке. — Хорошо, мы рассчитываем на тебя, Надин.

— Поняла... Но я бы не хотела, чтобы на мне ездил кто-то, кроме моего партнера.

Как только она это сказала, девушка по имени Надин перепрыгнула через край балкона.

«Это опасно!» Подумала я и попытался подбежать, но Лисия поймала меня за запястье и остановила.

— Чтобы быстро подвести итог, — сказала она, — когда мы сбежали из Ранделя, мы замаскировались под искателей приключений и направились в Империю. Сома решил, что если мы отправимся в Империю, которой нужен был вызванный герой, то они защитят нас, при наличии соответствующих условий.

— Затем, по пути туда, мы встретили посланника из Горного хребта Звездного Дракона.

«Горный хребет Звездного Дракона?» подумала я, сбитая с толку. Независимые владения драконов, управляемые Матерью-Драконом?

— Посланник сказал мне, что Мать-Дракон, госпожа Тиамат, хочет встретиться со мной. Тогда нас пригласили на горный хребет Звездного Дракона, и мы встретились с ней там.

Пока я смотрела, Надин росла, превращаясь в массивное, длинное, черное существо. Ее лицо напоминало драконье, но я понятия не имела, что это за существо.

Коснувшись тела существа, Лисия добавила: — Она - Надин Дэлал. Дракон, с которым Сома заключил контракт.

— Ну, до церемонии заключения договора еще есть время, так что пока это только предварительный договор, — добавил сэр Сома, почесав щеку.

Дракон...? Правда?

— Ну и дела! Ты можешь поговорить обо всем этом позже, не так ли?!—  услышала я голос Надин, раздавшийся в моей голове.

Это существо... черный дракон... разговаривал, значит ли это, что этот дракон действительно был Надин?

— Похоже, что из-за моего вида солдаты внизу подняли шум, — добавила она.

— Тогда нам лучше поторопиться, а? —  сказал сэр Сома. — Так, все забирайтесь на спину Надин! Привязывать нас не к чему, так что всем придется крепко держаться друг за друга и не отпускать!

Следуя указаниям сэра Сомы, мы забрались на спину Надин. Лисия держалась за сэра Сому, Альберт - за Лисию, а я - за Альберта.

— Хорошо, действуй, Надин! —  приказал сэр Сома.

— Вас поняла!

А в следующее мгновение Надин поднялась в небо.

Горящий замок уменьшался под нами. Столица уходила вдаль.

— Сэр Сома, куда вы планируете отправиться сейчас? —  спросил Альберт.

— Мы отправимся в Лагуна-Сити и соединимся с герцогиней Уолтер, — ответил сэр Сома. — Мы попросим герцогиню Уолтер объявить, что Лисия выжила, и соберем разрозненную армию. Эти офицеры глубоко уважали покойного герцога Кармина, и они высоко ценили Лисию, которую он любил как дочь. Вот почему они сломались, когда узнали, что они оба погибли, но когда они узнают, что Лисия жива, я верю, что они соберутся снова. Герцогиня Уолтер и герцог Варгас поддерживают королевскую семью, так что три силы соберутся вместе.

— Дело не только во мне, — добавила Лисия. — Эти продажные дворяне ненавидели тебя, Сома, но ты пользовался поддержкой народа. Если они узнают, что ты жив, это ободрит народ.

Они не сдавались. Я почувствовала, как что-то вера  в будущее появилась в моей груди.

Страсть этих двух молодых людей, которых я считала еще детьми, вызвала у меня слезы на глазах.

Я могла поверить, что будущее просто…. будет.

Я крепко сжала руки на талии Альберта.

Эй, «я», та, которой я отправила свои воспоминания.

Похоже, что даже после отправки моих воспоминаний жизнь продолжается!

Как я и думала, я действительно самая счастливая.

___________________________

Глава насыщенная и большая, ... в общем спасибо тем, кто  укажет на ошибки.

Я планировал разделить главу на две части, но так и не нашел хорошего момента в тексте на это.

Заменил имя "Элиша" на "Элисия", ( мне указывали на это ранее), это более корректно.

***Посещение семьи «Дома»

Была ранняя весна, постепенно приближалась моя коронация и свадьба с Лисией и остальными, и сейчас я вместе с Джуной посещал портовый город неподалеку от Лагуна-Сити.

— Давненько я не ездил в традиционной карете. Немного тяжеловато для спины,...—  прокомментировал я, прижимая руку к пояснице.

Джуна хихикнула. —Да. Благодаря тебе, вагоны в столице и поезда с носорогами осгашены так, чтобы уменьшить тряску.

Мы вылетели из столицы вместе с Надин, но я решил, что это вызовет беспорядки, если Рю приземлится в таком маленьком городке, как этот, поэтому мы попросили ее приземлиться в Лагун-Сити, а оттуда отправились на купеческой повозке.

Надин ждала нас в Лагун-Сити.

— Ммм... Это именно то, что я ожидал от портового города. — Я зевнул, глубоко вдохнув морской бриз.

— Это такой же город, как и любой другой, который можно найти на побережье, — сказала Джуна. — Если чем мы и можем гордиться, так это тем, что здесь всегда можно поесть свежей рыбы.

— Мне нравятся такие места.

— Хи-хи, спасибо. Добро пожаловать в город, где я родилась. —  Джуна протянула мне руку.

Я взял ее  и начал идти с ней.

Пока мы шли, несколько человек окликнули Джуну.

— О, Джуна, вы вернулись? — спросила одна женщина.

— Эх, прошло слишком много времени, — сказала Джуна. — Рада вас видеть. Я здесь, чтобы навестить свою семью.

— Судя по тому, как вы двое держитесь за руки, этот человек может быть вашим...

— Хи-хи, это секрет.

Как и следовало ожидать от ее родного города, многие люди знали ее.

Даже если некоторые люди и догадывались, кто я, никто не лез в чужие дела. Это, вероятно, показывало, как сильно все в этом городе любят Джуну.

Мы продолжали идти, пока не оказались перед домом. У него была симпатичная красная крыша, которая заставила меня вспомнить кукольный домик. Для человека, привыкшего к плотным кварталам страны, откуда я приехал, он казался достаточно большим, но по меркам этого мира он был нормального размера.

— Ваш отец управляет поющим кафе «Лорелея», которое имеет большое количество филиалов, не так ли?—  спросил я. — Это место... ну, оно успокаивает такого крестьянина, как я.

— Хи-хи, он крошечный, не так ли? —  Джуна хихикнула. — Главный филиал находится в Лагун-Сити, а этот дом только для нашей семьи.

— Думаю, ты права. Слишком большой дом может быть неудобным.

Мой замок был таким огромным, что было очень трудно добраться из одной его части в другую. Но, мой обычно в мой раён обитания попадала только моя собственная комната и офис по правительственным делам, между которыми я ходил, а когда я был занят, я спал в офисе, так что… это не было похоже, что я живу в роскошном особняке, а больше что я был работником компании с проживанием, или что-то в этом роде. Но все же.

— Я бы хотела жить в таком маленьком городке у моря, — сказал я ей.

— Правда? Когда принц Сиан вырастет, ты сможешь отречься от трона в его пользу. Тогда  мы переедем сюда.

— Ха-ха-ха, это может быть хорошей идеей.

Если бы Лисия могла нас слышать, она бы сердито высказала мне все что она думает по поводу этой идеи.

Мы дошли.

— А теперь, , прошу тебя, заходи в дом, — сказала мне Джуна.

Когда меня провели в дом, семья Джуны уже ждала в гостиной. Они встретили нас тепло, хотя и выглядели немного напряженными.

—Ваше Величество! Нам неудобно, что вы пришли в наш скромный дом, — нервно сказал ее отец.

— О, нет, я должен был прийти  и засвидетельствовать свое почтение как можно скорее. Я параллельно извиняясь, пожал руку отцу Джуны— Мне жаль, что оправдывался своей занятостью, чтобы не прийти раньше.

Я поприветствовал мать Джуны и сел на диван по приглашению ее отца. Усевшись, я еще раз глубоко склонил голову.

— Мне искренне  жаль. Я беру Джуну... вашу дочь... в невесты, но мне потребовалось слишком много времени, чтобы прийти засвидетельствовать свое почтение.

С тех пор как я обручился с Джуной, я был занят государственной работой, дипломатическими визитами и отправкой подкреплений, поэтому мне никак не удавалось найти время, чтобы встретиться с ее родными. Я часто общался с опекуном Джуны, Эксель, по крайней мере, и поддерживал связь с ее родителями, обмениваясь письмами, но мне давно хотелось приехать лично и засвидетельствовать свое почтение, как и полагается любому мужчине.

Ее отец поспешно покачал головой. — Нет, нет! Помолвка - это то, чего Джуна хотела сама.

— Но... вы не беспокоитесь о том, что ваша дочь станет второстепенной королевой?—  спросил я.

—Джуна никогда не отступала от своего решения, поэтому я всегда знал, что она сама выберет себе партнера. Мне нечего волноваться. Но похоже, кровь Эксель течет в ее жилах гуще, чем в моих. Я не знаю, назвать ли ее верной себе или упертой....

— П-папа! —  Джуна звучала необычно взволнованно. Как и в случае с родительским собранием, когда родственник рассказывает кому-то о тебе, это должно было быть неловко.

Тем не менее, хотя ее отец был красив, как я и ожидал от человека из рода Эксель, он казался удивительно нормальным.

— Это случилось, когда Джуне было лет десять, — вспоминал мужчина. — Она сказала, что собирается пойти на флот вместе с моей матерью. А потом, пока она проходила обучение у моей матери, которую эта идея забавляла, она становилась все больше и больше похожей на нее...—  Он запнулся и сделал паузу. — Эм, вы уверены, что с вами все в порядке? Она ведь не измотает вас, как моя мать?

— Я бы никогда! —  Лицо Джуны было красным от смущения. — ...Пожалуйста стой, ты меня смущаешь!

Мне хотелось увидеть больше таких редких выражений Джуны, поэтому я сказал ее отцу: — Не останавливайтесь, рассказывайте все что у вас есть. У нас много времени, так что расскажите мне все ваши старые истории о Джуне.

— Что ты делаешь! —  Джуна слегка толкнула меня локтем, но я действительно хотел услышать веселые истории.

После этого мы с родителями Джуны долго говорили о ней. Кстати, мы продолжали говорить даже после того, как Джуна в состоянии полного унижения покинула комнату, ... а потом мне пришлось приложить немало усилий, чтобы вернуть ей хорошее настроение.

*** Рев Руби

— Поздравляю!

— Вы такие красивые невесты!

— Желаю счастья обеим невестам!

Под ясным небом гости свадьбы рассыпали пшеницу в честь жениха и невесты, которые только что произнесли свои свадебные клятвы перед священником в церкви. Это должен был быть ритуал, когда жениха и невесту осыпали пшеницей в знак пожелания плодородия. Однако...

— Долой «Они»!!

— Долой «Они»!!

— Ай, ай, ай! Вы, идиоты, сдержитесь немного!

Некоторые крепкие гости-мужчины бросали пшеницу через руку, прямо в жениха. Это была свадебная церемония Халберта, Каэде и Руби, а те, кто кидали пшеницу в Халберта, были его товарищами дракшутисты. Чтобы благословить Халберта и выместить свою ревность по поводу того, что он единственный, кто заполучил двух симпатичных невест, они бросали пшеницу со всей силы.

— Долой «Они»!

— Что это за странные выкрики? —  крикнул Халберт.

— Очевидно, это заклинание из мира Его Величества, используемое при изгнании «Они» из дома, — сказала Каэдэ в своем белом наряде сиромуку (сиромуку - свадебное кимоно) с умиротворенным выражением лица.

Мужчины, конечно, старались не задеть ни Каэдэ, ни Руби. Это означало, что Халберт в одиночку противостоял неустанному натиску пшеничных выстрелов. К моменту, когда пришло время бросать букет, пшеничная атака наконец-то стихла.

— .... Это был ад, — пробормотал Халберт.

— Ты хорошо держался, знаешь, Хэл, — улыбнулась Каэдэ.

— Ну же, церемония еще не закончилась, так что держите себя в руках! —  усмехнулась Руби.

Каэде утешала его, а Руби в свадебном платье, позаимствованном у его матери, поддерживала его. Халберт криво улыбнулся и поправил воротник.

— Фух... По крайней мере остлся только прием.

Каэдэ хихикнула. — Если подумать, сэр Глейв плакал мужскими слезами во время церемонии. Я всегда думала, что в такие моменты должен плакать отец невесты.

Во время церемонии отец Халберта плакал, как будто его переполняли эмоции. Однако, вспоминая эту сцену, Халберт мог только пожать плечами и криво улыбнуться. — Нет, я уверен, что он испытывал эмоции, видя вас двоих в свадебных платьях. Он знает тебя с самого детства, Каэдэ, а поскольку у Руби рыжие волосы, он относился к ней как к родной дочери. Я уверен, что он не видел во мне ничего, кроме бонуса, который прилагается к вам двоим.

— Да, он относился ко мне, как к дочери, — согласилась Руби. Даже до того, как они официально стали невестками Глейва, он уже называл их дочерями.

— Тем не менее, он плакал еще больше, чем твой старик, Каэдэ, — добавил Халберт.

— Ахаха...—  Каэдэ криво усмехнулась.

— Почему бы и нет? Я завидую тебе, что у тебя есть такая семья, — сказала Руби. Как у дракона, у нее не было семьи, как и у Надин. У Руби не было кровных родственников, которые могли бы прийти на такую церемонию.

Халберт и Каэдэ, казалось, не знали, что сказать.

— Эй, не смотри на меня так.—  Руби покачала головой. — Теперь у меня тоже есть семья. Вы двое и все в  семьях Магна и Фоксия - теперь моя семья, и мне этого достаточно.

— Руби...—  медленно сказал Халберт.

Из толпы внезапно послышался шум.

— Что это?!

— Она огромная! Может ли это быть?!

Заинтересовавшись, что это было, все трое посмотрели на небо, и...

А?!

Несмотря на то, что она летела на огромной высоте, они смогли четко разглядеть фигуру белого дракона.

— Это леди Тиамат?! —  взвизгнула Руби.

—Полет Матери Дракона... никто из простых людей, не видел ее полет среди бела дня… вот так...—  пробормотала Каэдэ.

Обычно Мать-Дракон совершала свои полеты ночью. Если она появлялась средь бела дня, как сейчас, да еще над столицей, где Надин и Руби справляли свадьбу, это свидетельствовало о явных намерениях с ее стороны.

Халберт крепко обнял Руби и сказал: — Видишь, Руби? У тебя есть мать, которая пришла на твою свадьбу.

— Да!  — после, Рев Руби разнесся над замком.

Затем они услышали рев с другой стороны замка. Должно быть, это была Надин. Не желая уступать, она оставаясь в человеческом облике, издала драконий рев в сторону своей «матери»  в небе. Донеслись ли до нее голоса двух ее дочерей? - Да.

Голос госпожи Тиамат отозвался эхом, как песня кита.

*** Секретный план повышения XXXXXX

— Хм... Нам понадобится это... и еще немного этого, — пробормотала Серина.

Это был день, когда коронация и свадьба Сомы быстро приближались. В кабинете в особняке Пончо главная горничная замка, Серина, просматривала какие-то документы. В это время Комаин, проходившая мимо с бельем, склонила голову набок.

— Серина? Что ты делаешь?

— О, я проверяла, достаточно ли у нас ингредиентов, которые мы будем использовать для блюд, подаваемых на нашем приеме, — беспечно сказала Серина.

Тот факт, что коронация и свадьба Сомы были близко, означал, что свадьба и прием Пончо, Серины и Комаина, которые состоятся в то же время, тоже были близко.

Комайн положила высушенное белье на диван и взглянула на документы, которые просматривала Серина. — У нас что-нибудь не хватает?

— Нет, я просто проверяла, чтобы убедиться. В конце концов, мы ожидаем, что на приеме будет присутствовать большое количество людей. Как дому Ишидзука Панакотта, было бы катастрофой, если бы во время приема нам не хватило еды.

— Ооо... В твоих словах есть смысл. — Комайн слегка поморщилась, соглашаясь.

Это был Пончо, который сначала выступал в качестве министра продовольственного кризиса, разрешая продовольственный кризис, мучивший людей как в королевстве, так и в княжестве. Теперь он занимал пост министра сельского и лесного хозяйства, работая над распространением знаний о вкусных ингредиентах и способах их приготовления. Некоторые люди даже поклонялись ему как Богу Еды, Лорду Ишидзуке.

На еду на его свадьбе возлагались большие надежды, и гости, несомненно, прибудут голодными. Пончо также был родовитым дворянином, и на свадьбе будут присутствовать представители рыцарей и дворянства. Мало того, он пригласил также своих оптовиков и поставщиков, так что ожидалось, что придет много людей, которые больше заботились о своем аппетите, чем о внешнем виде.

— Если бы твоя семья не вмешалась и не помогла, я уверена, что все превратилось бы в хаос, — добавила Комайн.

Прислугой на мероприятии будет семья Серины. То, что им удалось привлечь большую группу специалистов в сфере обслуживания, действительно спасло их троих.

Серина слегка улыбнулась. — Если они будаут полезны, ничто не сделает меня счастливее.

— Хи-хи, ты чувствуешь себя немного неловко, Серина?

— Ни в коем случае. — Серина раздраженно отвернулась, заставив Комаина хихикнуть.

Это была та самая Серина, которая любила подшучивать над Лисией и Карлой, но сама она не привыкла, чтобы ее дразнили. Серина немного прочистила горло, затем показала Комаин одну страницу из документа.

— Я не думаю, что будет дефицит, но мы должны приобрести большое количество ингредиентов, используемых в любых блюдах, которые, как мы ожидаем, будут популярны. Я подозреваю, что многие люди будут есть спагетти по-неаполитански в качестве основного блюда, а не гарнира, поэтому будет лучше, если мы закупим больше макарон.

— Ты права... о?

Комайн просматривала бумаги, когда остановилась на пункте в самом низу списка ингредиентов, которые нужно добавить. Там было небольшое количество предметов, которые вряд ли понадобятся для приготовления пищи.

— Медовуха...? — медленно прочитала она и подняла глаза.

Серина быстро отвела взгляд. Судя по этой реакции, похоже, что эти предметы Серина заказывала лично, по личным предпочтениям.

— Ты любишь медовуху, Серина?—  спросила Комайн.

— Нет... я не против, но и не особенно люблю.

— А? Тогда почему ты её заказываешь?

— Это... для сэра Пончо, чтобы он пил....

Серина уклонялась от ответа, поэтому Комайн посмотрела на нее с сомнением на лице.

— Пончо любит медовуху?

— ...Я не могу сказать. Я не знаю, пьёт он или нет.

— А? Ты заказываешь ее, хотя не знаешь, понравится она ему или нет?

— Ну, я намерена в любом случае заставить его выпить.

— А? —  Комаин понятия не имела, что задумала Серина. — Эм... что именно ты делаешь...?

— Это не только ради меня. Я делаю это и ради тебя.

— А?

— Я все сделаю. А теперь давай вернемся к работе. — Серина хлопнула в ладоши.

Комайн не удовлетворили ее ответы, но она вспомнила, что оставила бельё все её надо повесить, поэтому, даже склонив голову набок в замешательстве, она собралась и вышла из комнаты.

Оставшись одна в комнате, Серина посмотрела на список, оставленный Комаин. Размышляя о цели медовухи...

— Ты возьмешь нас обеих в жены. И тебе это понадобится, не так ли, дорогой?—  Серина прикрыла рот списком, чтобы скрыть свою девичью улыбку.

Слово «медовый месяц»  в оригинальном мире Сомы произошло от традиции, согласно которой жених пил медовуху в течение первого месяца после свадьбы, чтобы повысить свою сексуальную мощь, в это время новобрачные оставались дома и усердно трудились над зачатием детей.

Похоже, медовый месяц этой семьи будет насыщенно сладким.

***Принцесса Трилл

Пока шла свадьба Сомы, третья принцесса Империи Гран-Кэйос, Трилл, стояла перед Сомой и остальными, сложив руки на груди и опустив голову.

— Королю Соме и всем его королевам мои поздравления. Вместо моей старшей сестры, императрицы Марии, я молюсь за ваше великое счастье и продолжение дружбы и развития наших двух народов.

Сегодня был праздничный день, поэтому она была одета не в свой обычный наряд для работы на станках, а в платье, подобающее принцессе Империи. Из-за этого ее внушительные размеры, контрастирующие с невысоким ростом и обычно прикрытые кузнечным фартуком, выделялись еще больше. В общем, она «торчала» во всех нужных местах. Как говорится, «одежда делает мужчину»,…или в данном случае, женщину. В таком наряде она точно выглядела как принцесса.

Когда Трилл закончила говорить, Сома встал.

— Спасибо, госпожа Трилл. Мы тоже хотели бы продолжать дружбу с Империей. Пожалуйста, передайте это мадам Марии.

— Конечно.

Отдав дань уважения, Трилл удалилась в сектор для иностранных гостей. Она сидела и сохраняла спокойное выражение лица, но внутренне она  «страдала».

Уф, я хочу убраться отсюда, побыстрее!

Трилл думала об этом всю церемонию. Дело не в том, что она не уважала Сому и его королев, и не в том, что ее не волновали отношения между королевством и Империей. Именно потому, что Королевство и Империя участвовали в совместном исследовательском проекте, Трилл смогла приехать в эту страну, где находились люди, которые были предметом ее восхищения - Дом Максвелл. Она была благодарна Соме за то, что он предложил эту идею, и именно поэтому она присутствовала на этой церемонии.

Однако пока шла эта церемония, единственная наследница Дома Максвелл, Женя, выходила замуж за Людвина. Трилл из уважения называла Женю своей «старшей сестрой»  и больше всего на свете хотела присутствовать на ее свадьбе.

У меня сложные чувства по поводу того, что это свадьба лорда Аркса, который хочет монополизировать Старшую Сестру, но Мерула и Тару будут присутствовать, и мне бы не хотелось быть единственной, кто останется в стороне. Может, мне стоит просто ускользнуть...? Но если я это сделаю, кто знает, что потом скажет старшая сестра Жанна...

Жанна, которая была младшей сестрой Марии и старшей сестрой Трилл, сказала ей не распускать руки, когда она отправится в королевство. Из-за совместного проекта по разработке дрели, вероятно, не было шансов, что ее внезапно вернут в Империю, но если она зайдет слишком далеко, ей, скорее всего, запретят дальнейшие контакты с  Женей. Это объяснялось тем, что пока она находится в королевстве, она может отдавать приказы другим участникам совместного проекта по разработке.

Я бы ненавидела это! Не иметь возможности встретиться со старшей сестрой Женей!

Пока она настороженно оглядывалась по сторонам, гадая, что происходит с  Женей, Трилл кое-что заметила. Она увидела, как Ку, сидевший рядом с ней, отдал Лерине, сидевшей напротив него, приказ. Лерина сделала неприятное лицо, но тут же встала и вышла из комнаты.

— Эмм... Сэр Ку?—  прошептала Трилл. — Куда делась Лерина?

Ку ухмыльнулся. — Оокякя! О, она совершает небольшое путешествие на свадьбу Жени. Я приказал ей пойти и схватить букет, когда невеста будет его бросать.

— Букет старшей сестры Жени?! —  Глаза Трилл расширились. — Это несправедливо! Я тоже хочу его!

— Оокия? Нет, нет, вы ведь не собираешься жениться в ближайшее время, верно? Я, Тару и Лерина, вероятно, будут следующими, так что это идеально подходит.

— Это не...! .. здесь…. — Ее голос на мгновение повысился, но Трилл вернулась к шепоту и продолжила. — Тогда отдайте мне букет после того, как она его поймает. Вы должны быть только теми, кто поймал букета, а после этого вам он не нужен.

— Это, ну... наверное, вы правы. — Ку нужны были суеверия, а не сами цветы.

— Хороо?—  продолжала Трилл. — Если букет просто завянет, я сделаю из него сушеные или прессованные цветы и сохраню как семейное сокровище.

— Семейное сокровище...?—  повторил Ку. Может ли свадебный букет главного исследователя королевства действительно стать семейным сокровищем императорской королевской семьи? Он выглядел немного раздраженным. — Ты... не намного лучше меня, да.

Трилл удалось довести Ку, который всегда безрассудно создавал проблемы для Тару и Лерины, до такого отчаяния. В каком-то смысле она могла быть кем-то действительно особенным.

— Ну, когда свадебная церемония закончится, я планирую выскользнуть, — добавил Ку.

— А?! Нечестно! Я тоже хочу выйти!

— Хм? Хочешь, я понесу тебя на спине? Это быстро, если мы пройдем по крышам.

—   ...Нет, я думаю, что вызову карету.

Этот разговор состоялся в одном из углов свадебной церемонии Сомы.

— И я здесь.

Выскользнув, как только коронация и свадьба в замке закончились и остался только праздник, Ку приземлился на месте свадьбы Людвина и Жени.

Он «приземлился», потому что срезал путь по крышам между замком и этим местом. В том же официальном наряде, который он надел на коронацию.

— А! Это мастер Ку! —  воскликнула Лерина.

Заметив появление Ку, Лерина и Тару бросились к нему.

— Эй, Лерина, — сказал Ку. — Ты поймала букет, как я тебя просил?

— Да, но... это было довольно неловко. Другие женщины смотрели на меня.

— Ты заставляешь ее вести себя безрассудно, как всегда, — жаловалась Тару, держа в руках букет, который поймала Лерина.

Однако Ку рассмеялся, не подавая виду, что его это волнует. — Эй, а где же вред? Я уверен, что этот букет хотел достаться следующей невесте.

— Тогда Лерина тоже должна держать его. Тару предложил ей букет, но Лерина поспешно покачала головой.

— Нет, нет, ты должна держать его, как первая жена.

— Мы поженимся в одно и то же время, так что это ничего не меняет.

Видя, как Тару и Лерина пытаются передать букет друг другу, Ку вздохнул. — Тогда как насчет того, чтобы разделить его?

— Это как-то неправильно.

— Хорошо...—  Ку замялся. Подумав, разделить символ счастья двух любящих людей показалось немного зловещим, так что они были правы, решительно возражая.

Лерина пришла в себя и сказала: — Мастер Ку, не пойти ли вам сначала засвидетельствовать свое почтение жениху и невесте?

— А?! Упс! Ты попала в точку.

Ку быстро взял с собой Тару и Лерину и направился туда, где находились Людвин и Женя. Похоже, они разговаривали с Мерулой, коллегой Жени по исследованиям.

— Лорд Аркс - нет, думаю, с сегодняшнего дня вы лорд Максвелл-Аркс, да? –сказал Ку.

Людвин мягко улыбнулся. — Да, сэр Ку. Как хорошо, что вы пришли. Визит сына главы республики - слишком большая честь для такого скромного слуги Его Величества, как я.

— Оокякя! Не нужно быть таким вежливым. Женя хорошо заботится о нашей Тару, так что мы как семья, даже если мы из разных стран.

— Хи-хи! Вы правы. Тару всегда добра ко мне, — хихикнула Женя. — Такие, как мы, всегда ставят на первое место логику и разум, но Тару всегда поставляет детали, которые отвечают нашим требованиям. Ни что не может сделать нас более благодарными.

— Нет... просто Мастер Ку сказал мне, что развитие учения принесет пользу республике, поэтому я рада быть частью этого, — сказала Тару с легкой улыбкой.

Людвин, который тепло наблюдал за ними, спросил Ку: — Вы ведь были в замке? Как выглядели Его Величество и остальные?.

— О, это было очень впечатляюще, — сказал Ку. — Брат отлично справился с коронацией, а его невесты прекрасно выглядели в своих свадебных платьях.

— Я рад. — Людвин улыбнулся. — Понятно. К сожалению, как бывший капитан королевской гвардии, я не мог быть там, чтобы помочь.

— Эй, не парься. Это все юная мисс Ророа... или теперь уже королева Ророа? В любом случае, это была идея королевы Ророа - устраивать свадьбы по всему городу. Свадьба с твоей милой женой поможет поддержать брата. Считай это преимуществом работы.

...Да. Я действительно считаю, что мне повезло.

— Оокякя! Ты не боишься сказать это, а?—  Ку положил руку на плечо Людвина. — Ну, в любом случае, поздравляю. Когда мы поженимся, мы пошлем приглашение в дом Максвелл-Арков, так что обязательно приходи, хорошо?

— Сэр Ку, ваш брак будет заключен в республике? А я вассал другой страны.

— Мне все равно. Я также приглашаю Брата, так что приходи с ним в качестве телохранителя.

— ...Очень хорошо. Я буду с нетерпением ждать этого.

Женщины рядом с ними тоже разговаривали.

— Я бы хотел увеличить скорость вращения бура, Мерула, — сказала Женя.

— Даже если мы увеличим эффективность зачарования, в настоящее время существуют ограничения по нагрузке на вращающиеся части.Это не только мощность, но и выделение тепла.

В какой-то момент они начали обсуждать науку. Если бы Трилл была здесь, а не в замке в качестве имперского посла, обсуждение было бы еще более оживленным. Не имея возможности присоединиться к разговору, Лерина, которая была девушкой, но не исследовательницей, осталась стоять в стороне.

—Эти девушки  сами по себе золото, — добавил Людвин.

— Если бы только они выбрали более сексуальную тему, чем наука, конечно. Ку пожал плечами.

— Хи-хи! Ну, это же прекрасно, не так ли?—  сказала Лерина, обнимая Ку сзади.

— Эй, зачем ты меня обнимаешь? — возразил он.

— Мне больше негде быть, поэтому уделите мне немного внимания. У меня есть разрешение Тару.

Казалось, Лерина стала более настойчиво подходить к Ку после того, как получила разрешение от Тару. Ку сделал недовольный вид, но почесал щеку, как будто он не был совсем не рад такому повороту событий.

— Перестань обнимать меня сзади, — сказал он.

— Хм? Почему? — спросила она.

— Ты выше меня, поэтому я выгляжу жалко.

— Пфф! Ахаха! —  Лерина разразилась смехом.

Это будет свадьба наполненная улыбками

*** Послесловие Автора

Большое спасибо за покупку 10-го тома — Героя-реалиста. Это Додзёмару, который купил себе дорожный велосипед и с тех пор  не может не проехать меньше 40 километров в  день.

Дорожные велосипеды: Это транспортные средства дьявола. Я выбрал велосипед из-за экономичности, но никогда не думал, что так сильно подсяду...

Не говоря уже об этом, давайте поговорим об основном сюжете. В этом томе Сома наконец-то официально взошел на трон в качестве короля, женился на Лисии и других девушках. Полагаю, это можно назвать концом второй части.

О! Но история продолжается, так что, пожалуйста, оставайтесь со мной.

Честно говоря, я не планировал так сильно углубляться в романтические моменты с побочными персонажами в этом томе.

Я подумал, что можно было бы сделать коронацию и свадебную церемонию, и просто представить информацию о том, что эти персонажи теперь тоже женаты.

Однако от читателей, следящих за развитием сюжета в реальном времени, я узнал, что они хотят, чтобы я завершил должным образом, все остальные романы , поэтому свадебная церемония стала отдельной самостоятельной главой. Это необычно глубокий романтический сюжет для этой истории.

Ну, иногда это нормально, верно? Это десятый том, так что, пожалуйста, не обращайте внимания, если я немного переборщил.

Хотя с этого момента мы не сможем медлить.

С появлением Фууги движение событий мира ускоряется.

Сома должен подготовиться , и если он сделает что-то не так, я уверен, что это взволнует Фугу и заставит его действовать еще быстрее.

То, как они влияют друг на друга, заставит эпоху двигаться вперед.

Хотя следующий том - о внутренней политике. Это тоже подготовка.

Теперь, после этого послесловия, вы прочитаете (уже прочитали) дополнительную историю.

В запасе оставалось около пятидесяти страниц, и я углубился в детали, изображая то, чего у меня еще не было, но что я хотел бы в итоге сделать.

С точки зрения хронологии, это немного раньше коронации. Я рассматривал возможность поместить его между четвертой и пятой главами этого тома, но хотя эта глава тоже любовная линия, у нее другая атмосфера, поэтому я отделил ее от основной истории...

Я выражаю благодарность художнику Фуюки, которая является иллюстратором, господину Сатоси Уэда за адаптацию манги, моему редактору, дизайнерам, корректорам и всем вам, кто сейчас держит в руках эту книгу.

Это был Додзёмару.

_______________________________________

И так- что в 11 томе?

С благословения своего народа Сома завершил свою коронацию и свадебную церемонию. Теперь его младшая сестра Томоэ направляется в свой первый день в школу в Королевской академии. Когда она делает свой первый шаг через ворота, ее встречают... «О! Эй! Разве это не леди Томоэ там?!» «Несмотря на то, что она была беженкой, она была усыновлена бывшей королевской четой из-за ее дара...» «Это означает, что она невероятно талантлива?». Со времен речи Сомы «если у тебя есть дар» академия превратилась из классизма в меритократию, и Томоэ, чей дар был признан самим Сомой, привлекает много внимания...?! Вот вам и 11-й том революционной, административной, фэнтезийной серии!

Содержание:

Пролог: Ночь

Глава 1:Пойдем в школу

Глава 2:Настоящая битва песни Востока и Запада

Глава 2.5:Неожиданная  возможность

Глава 3: Симпозиум

Глава 4:Обмен мнениями

Глава 5:Марш Парад

Эпилог: Намерения

Бонус премиум:

Специальный бонусный контент добавлен в премиум-версии (6 бонусных коротких историй) *,

1-Поощрение трудолюбивого работника.

2- У тех, кто безымянен, тоже есть истории

3 - Ророа и Мини Ророа

4- В комнате Вельзы

5- Фестиваль призраков

6-  Фестиваль призраков 2

- Поздно вечером 1-го дня, 4-го месяца, 1548-го года по континентальному календарю-...

— ...мне как-то не по себе. — бормотал я про себя, оставшись один в темной комнате.

Это случилось сегодня. Мы провели коронацию и свадебную церемонию, в результате которой я официально стал королем Фридонии, а Лисия, Айша, Джуна, Ророа и Надин - моими женами и настоящей семьей. После завершения всех церемоний и представления широкой публике начался большой пир в честь моего восхождения на трон и женитьбы.

Это было масштабное мероприятие, но по сути - это был праздник, который устраивала королевская семья. Мои вассалы, посещавшие свадьбы по всему городу, присоединились к нам, и получилось довольно оживленное мероприятие. ...На самом деле, даже сейчас, когда шел второй день праздника, он всё ещё продолжался.

Эта комната находилась в отдалении от большого зала, где проходило мероприятие, но я всё равно слышал, как все бурно веселились. Не так давно я и сам был там, но, ко мне подошел Хакуя и попросил удалиться до полуночи. Может показаться странным, что меня, хозяина, прогоняют, но он сказал, что так необходимо.

— В ваши обязанности также входит увеличение числа королевских особ, сир, — сказал он мне с чрезмерно серьезным выражением лица.

Думаю, это означало, что он хотел, чтобы я максимально использовал нашу первую ночь в супружеской жизни. Мою партнершу на эту ночь, Айшу, выгнали с вечеринки вместе со мной. Я никогда не забуду ухмыляющиеся или отчаянно пытающиеся не ухмыляться лица моих сопровождающих, когда мы уходили вдвоем. Как бы мне хотелось просто провалиться сквозь землю.

Казалось бы, традиция заключалась в том, чтобы устроить представление, наподобие:"Сейчас мы будем усердно работать над созданием детей." -, и, тем самым, заставить прислугу поклясться в верности королевской семье и всему нашему потомству.

— Хо, хо, хо. Трудитесь на благо нашей страны.

— Я знаю, что у моей дочери есть свои недостатки, но, пожалуйста, будьте нежнее.

Так говорили мои свекры - Альберт и Водан. Казалось, они оба сильно выпили и были в восторженном настроении... Я не знал, как реагировать.

Первая главная королева, Лисия, ушла пораньше, чтобы уложить спать Cиана и Казуху, так что Ророа возьмет на себя обязанности хозяйки после нашего ухода. Надеюсь, она не слишком увлечется, но... Ну, Джуна тоже была рядом, так что, возможно, всё обойдется.

Я сидел на кровати и думал обо всем этом.

Это была комната Айши. Поскольку она была воином, комната, на первый взгляд, производила впечатление эдакого жилья спартанца: стены были украшены щитами и другим снаряжением. Правда, голову манекена, на котором висели её легкие доспехи, украшала повязка с кошачьими ушками, которую я уже видел раньше. Также, рядом с её подушкой сидел плюшевый мишка, которого я сделал, а тут и там на глаза попадались и другие девчачьи вещички. Комната действительно была хорошим отражением того, кем была Айша.

Между тем, дверь открылась, и вошла Айша, посвежевшая после купания.

— И-извините меня. — немного застенчиво произнесла она, садясь рядом со мной.

Её длинные серебристые волосы, которые всегда были убраны назад, сейчас были распущены и немного влажными, что делало её более женственной, чем обычно, и заставляло меня чувствовать себя в высшей степени осведомленным о ней. Её нынешний наряд тоже произвел большое впечатление. На Айше был только короткий халатик. Её широкая грудь, обычно сдерживаемая нагрудником, упиралась в ткань, а прекрасные бедра выглядывали наружу. Мне было трудно решить, на чем можно остановить свой взгляд.

— Эм... сир...— произнесла Айша, немного сжавшись, пока я пытался подобрать слова. — Пожалуйста... позаботься обо мне сегодня вечером.

— Д-да... — Когда Айша немного наклонилась ко мне, я осторожно положил руку ей на плечо. Я уже проходил через это с Лисией, но всё равно чувствовал напряжение, беспокоясь, что она может не захотеть, чтобы "это" случилось. Хотя, если мне было не по себе, то Айше, должно быть, было ещё хуже.

Я решил, что нам стоит немного поговорить, хотя бы для того, чтобы снять напряжение.

— Ты прекрасна...— Я задержал дыхание. — Я никогда не думал, что этот наряд будет выглядеть так привлекательно.

— П-правда? — Айша заикалась, глядя вниз на свой халат. — Раньше, когда мы с принцессой пытались подойти к вам в этих нарядах, вы просто спали рядом с нами. Я беспокоилась, что, возможно, Ваше Величество посчитает это неприличным... — Волновалась...? Как она могла волноваться? Как глупо. Она была более чем привлекательна. Я уже чувствовал легкое головокружение. Честно говоря, я удивляюсь, как мне удалось сдержать себя после того, как я увидел Айшу такой в прошлый раз.

— Это заманчиво. Удивительно, что в прошлый раз мне удалось сохранить рассудок.

— Вы были ужасно подавлены в то время, сир.

— Да... это было как раз после того, как произошли некоторые кровавые события. Но, если бы я не был так подавлен, я мог бы поддаться своей похоти и напасть на вас двоих. Хотя я уверен, что вы бы меня ударили.

— Я бы не стала. — застенчиво произнесла Айша. — С тех самых пор, я готова предложить себя душой и телом... — Это было так мило, что она вела себя так застенчиво, поэтому я крепко обнял её. Её упругие мышцы слегка затвердели от напряжения, но в то же время в ней была женственная мягкость. Наслаждаясь этими ощущениями, я прошептал Айше: — Сегодня мы стали королем и королевой, мужем и женой. С завтрашнего дня... это не так уж и долго. Скоро начнется наша новая жизнь в качестве королевских партнеров.

— Сир?

— Если быть честным, у меня есть опасения. С этого момента нет места для оправданий. Я больше не временный кандидат, не жених и т.п. Наше королевство, наша семья и наши дети - все это лежит на наших плечах. Мы должны сами взять на себя ответственность за всех них.

Почему я позволяю себе звучать так слабо в такой момент? Я и сам не был до конца уверен в этом. Но я чувствовал, что мне нужно, чтобы она это услышала. Затем, Айша протянула руку и погладила меня по спине.

— Мы будем нести это бремя вместе с вами. Я уверен, что леди Лисия, госпожа Джуна, госпожа Ророа и Надин чувствуют то же самое. В конце концов, мы муж и жена.

— Айша...

— Я не очень умна. — сказала Айша, и улыбка расплылась по её лицу. — Но я уверена в своей силе, поэтому, пожалуйста, позволь мне по-своему поддержать тебя, дорогой.

Я почувствовал, как на меня что-то нашло. Я лежал, все ещё крепко прижимая к себе Айшу. Моя голова уже была заполнена желанием к ней, но... вдруг у меня появилась одна мысль.

— ...Эй, Айша. Могу я попросить тебя об одной вещи?

— Что это может быть? — Айша была немного озадачена моим внезапным спокойствием.

— Эм... Когда мы будем делать это, ты не будешь возражать, если я запрещу тебе обнимать меня? Не обхватывай меня сзади руками, как сейчас.

Когда я обнял её, чтобы продемонстрировать, глаза Айши расширились от удивления. — А?! Почему ты спрашиваешь о таком?!

— В последний раз, когда ты обняла меня, я испугался, услышав, как скрипят мои кости. Если бы ты обняла меня в полную силу, я бы не продержался и секунды. Если бы ты сломала мне позвоночник, и из-за этого я стал бы инвалидом, это было бы серьезной проблемой.

Конечно, они сказали мне, что создание детей - это одна из моих официальных обязанностей, но, если в процессе я стану неспособным выполнять другие свои обязанности, это было бы очень плохо.

— Уф... это прискорбно, но я понимаю. — сказала Айша, согласившись, когда я объяснил про риск травмы позвоночника. — В таком случае, пожалуйста, сир, обнимите меня покрепче.

Когда она попросила меня об этом с выпученными глазами... это было невероятно.

— Конечно, буду. — произнес я, поцеловав Айшу, а затем лег на неё сверху.

Утром 7-го дня, 4-го месяца, 1548-го года по континентальному календарю

Я сидел в своем кресле в кабинете, Лисия и Хакуя стояли по бокам от меня, а передо мной стояли трое маленьких детей. Это были: Томоэ, мистическая волчица, которая была моей очаровательной приемной младшей сестрой; Ичиха, человек, который был младшим сыном герцога Чимы; и Райга, небожительница, которая была младшей сестрой Фуга Хана.

Хотя они были разных национальностей и расовых принадлежностей, сегодня все они были одеты в одинаковые костюмы.

— Вам всем троим очень идет эта форма, — с улыбкой сказала им Лисия.

— Хихихи, спасибо, старшая сестра, — сказала Томоэ с широкой улыбкой.

— Вы слишком добры, леди Лисия, — заикаясь, склонил голову Ичиха.

— ...Спасибо, — пробормотала Райга, смущенно отводя взгляд.

Эти трое были одеты в форму Королевской академии. Пиджаки были неотличимы по дизайну от пиджаков Офицерской академии, которые носила Лисия, когда мы тайно выходили в город, но были бежевыми, а не красными.

Форма предоставлялась академией каждому студенту бесплатно. Отчасти это объяснялось тем, что в Королевскую академию, помимо дворян, активно набирали студентов, отмеченных за успехи в учебе, и это не позволяло различиям в одежде быть признаком класса. Поскольку некоторые студенты, как Райга, принадлежали к крылатым расам, их форму приходилось шить на заказ, и это было сделано для того, чтобы облегчить финансовое бремя. Правда, это означало, что для поступления в школу требовалась успеваемость, которая стоила больше, чем стоимость формы.

Понаблюдав за их невинной реакцией, я поднялся со стула и сказал: — Лисия права. Вы все прекрасно выглядите. ...А теперь, мы можем поговорить с вашим учителем?

Я перевел разговор на Хакую, который до этого момента был их инструктором, который сказал:

— Ну...— и подошел, чтобы встать перед ними. Когда они подняли на него глаза, как того требовал его рост, Хакуя спокойно сказал: — Я думаю, что у вас троих не будет проблем с учебой. Вы уже обладаете способностями, чтобы успевать на занятиях в академии. —  ...Ты ведь тоже получила проходной балл, Райга.

— Почему вы сказали это мне!?

— Эй, Райга, фу! — вмешалась Томоэ, её голос звучал так, словно она пыталась остановить собаку.

— Не обращайся со мной как с животным… ребенок!

— Лааадно, лааадно...— сказала Томоэ.

Райга и Томоэ начали ссориться. Даже утром первого учебного дня эти двое были такими же, как всегда. Это касалось и Ичихи, который пытался остановить их.

— Когда видишь их такими, Райга больше похожа на мою младшую сестру.— прошептала Лисия рядом со мной.

Да... у нее была черта принцессы-сорванца. Они были разных рас, и пепельно-серые волосы Райги были довольно далеки от платиновой прически Лисии, но я чувствовал, что у них много общего в плане характера.

Что касается Томоэ, то она была больше похожа на Джуну. Временами она тоже могла быть немного дьяволом. Будет забавно посмотреть, какой она вырастет, но и страшно... Мои чувства по этому поводу были сложными.

— Кхм, — Хакуя прочистил горло, чтобы заставить всех троих замолчать, и все трое замолчали и встали по стойке смирно. Ругательным тоном он сказал: — Я, конечно, не вижу проблем в учебе, но школа - это также место, где вы учитесь ладить с другими. Вы трое, в частности, являетесь людьми, имеющими статус в своих странах. Академия - это место, где ни к кому не будет особого отношения, но неизбежно, что другие будут считать вас особенными. Вы должны думать о своем положении в группе, и о том какие дружеские отношения вы заведете и с кем. Я бы хотел, чтобы вы помнили об этих вещах, когда будете наслаждаться ценными школьными моментами. Вы поняли?

— Д-да, — ответили все трое в унисон.

— Ну, я понимаю, из чего исходит Хакуя, — вклинился я, думая, что он слишком строг. — Но вы собираетесь провести там четыре драгоценных года своей юности. Найдите себе друзей, с которыми вы будете ладить, и хорошо проведите время.

— Поняла, старший брат, — улыбнулась Томоэ, отдавая мне честь.

— Хорошо, — ответили Ичиха и Райга.

Когда они втроем вышли из комнаты, я повернулся и посмотрел на Хакую.

— Ты говорил что не будет никакого особого отношения, но... я знаю тебя лучше всех. Ты ведь предусмотрел для них какую-то защиту?

— Ну, конечно, — кивнул Хакуя, как будто это было очевидно. — Я обсудил это с господином Инугами, и мы уже поставили своих наблюдателей среди сотрудников академии. Если с вашей младшей сестрой что-то случится, я немедленно об этом узнаю.

— Если в этом замешан Инугами... она под защитой.

Инугами обожал Томоэ, словно она была его собственной дочерью. Если этот «любящий отец» принимал участие в этом, я мог ожидать, что безопасность вокруг них будет идеальной. Когда мы с облегчением кивнули друг другу, Лисия посмотрела на нас с недоумением.

— Вы немного переборщили с заботой.

— Возможно, это и так, но положение Томоэ требует осторожности, — ответил я. — Она бывшая беженка, а теперь младшая сестра короля. Ей также принадлежит заслуга в организации поезда носорогов. Это положение, на которое обратят внимание и дворяне, и простолюдины, как с доброй, так и с недоброй волей. В конце концов, ей придется справляться со всем этим самой, но я хочу защитить ее, по крайней мере, пока она ребенок.

Когда я внушил ей, что я не просто заботливый приемный брат, Лисия сдалась и  пожала плечами.

— Я понимаю, что вы чувствуете, но... когда я была студенткой, я возмущалась, когда вокруг меня была чрезмерная опека. Я не думаю, что вам стоит быть слишком настойчивыми.

Ну, выслушал то, что сказала Лисия, но все же...

— Это тогда тебя беспокоило? Но Cиан и Казуха в конце концов тоже пойдут в школу. А что ты думаешь делать тогда?

— Бывают моменты, когда нужно быть слишком заботливым, — сказала Лисия, легко отказавшись от своего предыдущего заявления. Мы с Хакуей могли только криво усмехнуться тому, как быстро она сменила курс. Даже если в детстве она не могла понять своих родителей, теперь, когда у нее есть ребенок, она делает то же самое. Вот как это выглядит, когда кто-то растет и учится... нет, шучу.

— Тогда, наверное, мне тоже пора собираться в дорогу.

— Я помогу тебе. Карла и другие служанки присмотрят за Cианом и Казухой.

Сегодня я должен был выступить с торжественной речью перед новыми студентами Офицерской и Королевской академий. В связи с этим событием, я должен появиться в официальной одежде, то есть в военной форме. Мне всегда требовалось так много времени, чтобы надеть ее...

— Хорошо, Хакуя. Мы оставим на тебя все остальное.

— Да, сэр. Берегите себя.

Хакуя проводил нас напутствием, когда мы с Лисией вышли из кабинета.

***

— Вау... — У Томоэ отвисла челюсть, когда она вышла из кареты и увидела перед собой здание. Красное кирпичное здание, которое она увидела по другую сторону толстых железных ворот, было Королевской академией.

Королевская академия. Расположенная в Парнаме, она была самым высоким учебным заведением в королевстве Фридония. В других крупных городах тоже были академии, но даже среди них Королевская академия занимала первое место.

В отличие от Офицерской академии, которая также располагалась в столице и отвечала за подготовку рыцарей и офицеров, Королевская академия была местом, где преподавали самые разные предметы, а также давали необходимое образование детям знати королевства.

— Она такая большая, — вздохнула Томоэ, впервые увидев академию. — Это практически замок.

— Ты буквально живешь в замке, и ты собираешься восхищаться этим? — сказала в отчаянии Райга, которая стояла рядом с ней.

— Да, ведь, мы все остановились в королевском замке.— сказал Ичиха с кривой улыбкой на лице. — Поскольку господин Сома и многие другие не придают этому большого значения, мне это обычно не приходит в голову.

— Хмф. Имя моего брата Фуги пронесется эхом по всему миру. Когда-нибудь я буду жить в еще большем замке!

— Ты, очень любишь своего брата, да, Райга?

На этот раз настал черед Томоэ в  усталом отчаянии смотреть на Райгу, которая всегда хвасталась своим братом. Затем...

—Пожалуйста, продолжайте путь самостоятельно. Мы вернемся за вами, в положенное время, — с почтительным поклоном сказал слуга, исполнявший роль их сопровождающего.

— Спасибо. Хорошо, Райга, Ичиха. Пойдемте. — Томоэ поблагодарила слугу, а затем рука об руку с Райгой и Ичихой вошла на территорию академии.

— Подожди, мы не дети. Нам не нужно держаться за руки.

— Я... я немного нервничаю... — Томоэ протащила Райгу и Ичиху через ворота вместе с собой.

Таким образом, трое маленьких детей сделали первый шаг в своей школьной жизни... и тут же их глаза расширились от шума и энтузиазма многих людей.

На дороге, ведущей от главного входа к зданию школы, стояло множество студентов, которые как и Томоэ, Райга и Ичиха в этом году будут поступать в академию. Однако по обеим сторонам дороги, отчаянно взывая к новым студентам, стояли старшекурсники с флагами, знаками и транспарантами разных цветов.

— Магический клуб «Очарование» в настоящее время проводит набор! Приглашаем всех заинтересованных новых студентов!

— Эй, все вы, милые мальчики и девочки! Не хотите ли вы вместе с нами разгадать секреты реликвий подземелий?!

— Вот вы, вы выглядите умным! Пожалуйста, присоединяйтесь к нашему обществу!

— А? Вы имеете в виду меня? Но..., — сказал смущенный студент.

— О, молодой человек, наша область обучения, несомненно, сделает большой скачок в будущем! Я говорю так, потому что в этом году в академию поступили новые многообещающие студенты.... Члены нашего клуба регистрируются как искатели приключений и принимают участие в мероприятиях за пределами кампуса....

— Н-нет, я отказываюсь! — закричал студент.

— Командный центр, новый студент сбежал, требую немедленного подкрепления.

— Это командный центр. Вас понял. Немедленно высылаю подкрепление.

Слышались голоса старшекурсников, увлеченно (и в некоторых случаях странно) пытавшихся набрать студентов, и крики новых, бегающих вокруг и пытавшихся убежать, студентов. В этом учебном заведении царил неожиданный хаос. Став свидетелями всех этих криков, все трое замерли.

— Это... не совсем то, чего мы ожидали.— сказала Райга, ее щека слегка подергивалась.

Все трое вспомнили, как их учитель, Хакуя, вдалбливал им предварительные знания о Королевской Академии.

Королевская академия в основном делилась на две части. В школе студенты изучали основные предметы, а также манеры и навыки управления, которые потребуются им как дворянам; затем была научная академия, где студенты проводили дальнейшие академические исследования.

Если приравнять это к первоначальному миру Сомы: первый был эквивалентен объединенной средней школе младших и старших классов, а второй - университету. Когда человек заканчивал четырехлетнюю программу школы, считалось, что он в состоянии позаботиться о себе сам, но те, кто имел отличные оценки и хотел продолжить путь исследователя, могли поступить в исследовательскую академию. Хотя в случае с дворянами, это было сложно, там старший законный сын должен со временем управлять своим доменом, поэтому, многие из тех дворян, кто все же хотел поступить в исследовательскую академию, были людьми, лишенными наследства, в пользу младшего брата.

Кроме того, в исследовательской академии была полная меритократия, поэтому они принимали талантливых исследователей со стороны, не обращая внимания на их личность. Поэтому в исследовательской академии еще меньше, чем в школе, зациклены на понятиях иерархии. И все же, хотя школа была устроена так, что любой мог поступить туда, там все равно было классовое общество, и дворяне вели себя как полные дворяне.

Дети дворян были особенно склонны рассматривать школу как место для налаживания связей. Они холодно смотрели на редких простолюдинов, посещавших школу, и проводили все свое время, игнорируя учебу и устраивая чаепития с детьми любого дома, имевшего хоть малейшее влияние. Лисия ненавидела этот аспект академии, поэтому она поступила в Офицерскую академию, несмотря на то, что была принцессой.

Таково было их представление о Королевской академии до сих пор. Однако за последние два года школа сильно изменилась.

— Если подумать, когда господин Хакуя объяснял нам, что такое академия, он сказал: «Что касается того, как сейчас устроена школа... возможно, вам будет лучше посмотреть самим».

— Он выглядел измученным. Так это значит...?

Когда Ичиха и Райга оба посмотрели на Томоэ, ее тоже осенило.

— Это влияние старшего брата... верно? — заключила Томоэ с кривой улыбкой. Это выражение лица было странно похоже на то, которое делала ее старшая сестра каждый раз, когда Сома делал что-то из ряда вон выходящее.

Было два основных фактора, которые привели к изменению общей обстановки в академии. Первый, видимо, заключался в том, что политика короля Сомы «Если у тебя есть дар» вызвало изменение в сторону высокой оценки таланта. То, как влиятельные вельможи бегали и собирали персонал, и даже соревновались в наборе рабов, если те обладали какими-то способностями, еще свежо в памяти каждого. Эта тенденция заставила людей обратить внимание на Королевскую академию как на место для подготовки талантливых кадров.

Другим фактором стало появление в столице еще одного учебного заведения уровня средней школы - Профессиональной школы Джинджера. Эта профессиональная школа, открытая при спонсорской поддержке короля Сомы, постоянно исследовала те области знаний, на которые раньше никто не обращал внимания, и во многих из них добилась довольно успешных результатов. Эти результаты затем освещались в передаче «Безымянные герои», распространяя информацию о них по всей стране.

Кроме того, в Профессиональной школе Джинджера, если у вас были знания в какой-либо области, способности, или новаторская идея, вас примут туда независимо от достатка или класса. Это приводило к тому, что потенциальные студенты спешили к их дверям. Чем больше внимания они привлекали к себе, тем больше талантливых людей появлялось... и в результате Профессиональная школа Джинджера была признана академическим центром. Это заставило Королевскую академию обратить внимание на их положение.

В отличие от Офицерской академии, которая выпускала солдат, Королевская академия занималась подготовкой кадров в области культуры, поэтому их роли совпадали. Конечно, исследования, проводимые в профессиональном училище, не проводились в Королевской академии, так что различия были. Тем не менее, Королевская академия не могла сидеть на месте, пока талантливые специалисты в области культуры перетекали в профессиональную школу, и была вынуждена реформировать свои старые методы. Что же касается того, к каким результатам это привело...

— Вместо того чтобы сосредоточиться на создании личных связей с влиятельными семьями, они сделали больший акцент на привлечении талантливых кадров. Все стало более меритократичным, — Ичиха четко сформулировал впечатление, которое он получил от этого.

Дети дворян стремились завязать связи с талантливыми людьми, независимо от их сословного происхождения. Потому что в условиях меритократической политики короля Сомы это был путь к известности и славе. Поскольку на это был спрос, если у кого-то было что-то, в чем он специализировался, он старался в этом совершенствоваться. Занятия, которые все посещали, были недостаточны для этого, и в результате клубы и общества стали более активными.

Для того чтобы поддерживать и расширять эти клубы, им нужны были люди. Им нужны были талантливые люди. Но даже если они были бездарны, им нашлось бы применение. Для поступления в эту школу требовался определенный уровень академических способностей, поэтому, если у кого-то не было специализации, его можно было подготовить в такого человека, который был нужен группе.

Они присматривались к талантливым людям как в школе, так и в исследовательской академии, пока те еще учились, и планировали, что после окончания учебы они присоединятся к их исследованиям. В эти дни на каждого талантливого человека в академии были устремлены подобные взгляды, и даже те, кто еще не успел развить какие-либо способности, тоже по-своему стремились к этому. В результате возникла безумная спешка в наборе новых студентов.

Пока они наблюдали за разворачивающимся хаосом, Райга испустила разочарованный вздох. — Честно говоря... эта страна не имеет смысла.

— Но мне все равно нравится эта страна. Страна, которой правят мой старший брат и старшая сестра, — с улыбкой сказала Томоэ, на что Райга в отчаянии пожала плечами.

— Так и есть. Но не пора ли тебе вспомнить? Люди знают тебя в лицо. Будет много людей, которым нужна именно Том...

«О! Эй! Разве это не леди Томоэ там?!» —  Голос ученицы прервал Райгу на полуслове, и все старшеклассники, которые занимались набором, повернулись и посмотрели в сторону Томоэ.

— Несмотря на то, что она была беженкой, ее удочерила бывшая королевская чета из-за ее дара....

— Это значит, что она невероятно талантлива, верно?

— Разве не было разговора о том, что королевские особы из другой страны приедут с ней в школу?

— Тогда, эти двое...?

— Правда?! Тогда, возможно, юноша, стоящий рядом с леди Томоэ, и есть господин Ичиха Чима, которым так восхищается наше общество? Он из «Энциклопедии монстров»

— Мне нравятся мышцы ног у этой крылатой девушки с хвостиками. У нее должны быть значительные спортивные способности. Я очень хочу, чтобы она стала членом нашего клуба.

Послышались тихие шепотки. Затем в глазах старших учеников появился внезапный блеск. Да... это были глаза охотников, нашедших свою добычу. Их жажда новой крови была почти осязаема.

— Похоже, что не только я, — поморщилась Томоэ. — Вы двое тоже популярны…

— Что нам делать? — спросил Ичиха в легкой панике.

— Это неожиданно, — сказала ошеломленная Райга,. — ...Я не хочу никаких проблем.

— ...Мы должны бежать?

— Возражений нет. —  Трое сразу же приняли решение бежать, но здание школы находилось по другую сторону от старших учеников. Нужно было пройти через них…

— Я начинаю хотеть домой.

— Ты же знаешь, что мы не можем вернуться домой до церемонии вступления.

Пока Томоэ и Ичиха решали, что делать...

— Ладно, вы двое, увидимся позже. —  Как единственный, у кого были крылья, Райга взлетела в воздух.

— Эй! Нечестно, Райга! — Оставив протестующую Томоэ позади, Райга захлопала крыльями, пытаясь преодолеть человеческую стену, но...

— Не хочу тебя расстраивать, но ты не единственная, кто умеет летать, — девушка, похожая на дракониху, поднялась, чтобы преградить ей путь.

— Уркх!

— Итак, юная леди, почему бы вам не попотеть, занимаясь со мной спортом?

— Неееет! — кричала Райга, а Драконица начала преследовать Райгу по небу.

Осознание того, что даже полета недостаточно чтобы спастись, оставило на лицах Томоэ и Ичихи выражение отчаяния. Даже сейчас старшие ученики закрывали пути отхода вокруг них.

«Вам не уйти.» Об этом говорили их глаза.

— Ичиха.

— Т-Томоэ... — Вдвоем они держались за руки и дрожали.

—Пожалуйста, присоединяйтесь к нашему обществу! — Когда толпа устремилась к ним... это случилось.

Вдруг Томоэ почувствовала, что ее кто-то подхватил, и в следующее мгновение она уже парила в воздухе. Неужели они подпрыгнули метров на десять? С того места, где она находилась, держась за чьи-то руки, Томоэ смотрела вниз на зеленые листья на ветвях деревьев. Там, под ними, она увидела Ичиху, которого захлестнула волна людей.

— Ичи-мф-мф….!

— Тсссс! — сказала фигура, закрывая ей рот. — Если ты будешь кричать, люди внизу найдут нас.

Они действовали быстро, прямо перед ударом людской волны, поэтому никто не заметил, как Томоэ спрятали.

— Я извиняюсь, что смогла  спасти только вас, леди Томоэ, но он мальчик, я уверена, что он прекрасно справится сам. —  Голос девушки раздался у нее за спиной. Когда Томоэ кивнула в знак согласия, она убрала руку, закрывавшую ей рот.

Когда Томоэ обернулась, позади нее стояла девушка с темной кожей, белыми волосами и острыми ушами - все те же черты, что и у Айши. Если что и отличало ее от Айши, так это коротко остриженные волосы. Глаза Томоэ расширились от удивления.

— Ты темный эльф?!

— Да, леди Томоэ. Полагаю, мы еще не знакомы, — сказала темная эльфийка, поднеся руку к груди и склонив голову. — Я Велза Норн, дочь воина Сура из Заповедного леса. Чтобы получить образование, что бы однажды стать пригодной для службы определенному человеку, я пришла сюда сегодня, чтобы поступить в ту же школу, что и вы, леди Томоэ. Рада познакомиться с вами.

Велза улыбнулась Томоэ, которая была явно ошеломлена.

Примерно через час.

Томоэ и остальные находились в актовом зале Королевской академии. Церемония поступления была в самом разгаре, и новые ученики сидели в рядах кресел, бескорыстно слушая поздравительную речь белобородого директора на сцене. Райга и Ичиха сидели по обе стороны от Томоэ, откинувшись в креслах с изможденными лицами.

— Ты в порядке? — обеспокоенным шепотом спросила Томоэ. Двое других слабо замахали руками.

— Я... я думала, что умру. Эта дракониха, она слишком упряма...

— А меня заставили вступить в Общество исследования монстров. Я  и сам хотел вступить в такую группу, если она вообще существует, и когда я вступил, мои старшеклассники защитили меня от других вербовщиков, так что все было хорошо, но... это все равно сильно выбило меня из колеи.

Похоже, Райга сумела ускользнуть от своего преследователя, а Ичиха нашел убежище под защитой этого «Общества исследования монстров». Видя, какими измученными они выглядели, Томоэ мысленно еще раз поблагодарила свою спасительницу Велзу. Кстати, о Велзе...

— Итак, новый представитель студентов Велза Норн.

— Да!

Директор назвал ее имя, и она поднялась на сцену. Оказалось, что на вступительном экзамене она заняла первое место в классе, и ее выбрали для выступления в качестве представителя новых студентов.

— Но ведь предложение поступило и тебе, и Ичихе, верно? — спросила Райга, немного придя в себя, и Томоэ кивнула с кривой улыбкой.

Томоэ и Ичиха получили хорошие оценки на вступительном экзамене (Райга получила чуть больше проходного балла), и поэтому, учитывая их положение и статус, их попросили выступить с речью в качестве потенциальных представителей.

— Я не хотела слишком выделяться, поэтому отказалась, — объяснила Томоэ.

— Мы трое уже принадлежим к правящим семьям наших стран, и мы живем в замке. Это делает нас близкими к Его Величеству, а такое положение располагает как к чрезмерному добру, так и к недоброжелательности. Я не  хотел выделяться слишком сильно, чтобы люди обращали на меня внимание, — согласился с ней Ичиха, но Райгу это не убедило.

— Ты уже достаточно выделяешься, — ответила Райга. — В таком случае, почему бы не взять талантливых людей из числа тех, кто подходит, и не создать свою собственную группу? Можно назвать ее Армией Томоэ.

— ...Думаешь, это было бы весело?

— Я думаю, что это будет слишком хлопотно, поэтому я не буду делать это сам.

— Ваа... но идея увидеть, как ты паникуешь, когда люди хвалят тебя, — сказала Райга с самодовольной улыбкой. — Серьезно, почему попробовать? Если сделаешь, я буду твоим лейтенантом.

— Ты определенно планируешь контролировать ситуацию за кулисами. Я точно не хочу иметь такую армию.

Пока они шептались об этом, женщина в очках с острыми стеклами громко прочистила горло. Очевидное предупреждение не болтать больше, заставило их обоих немного успокоиться. Пока все это происходило, обращение Велзы продолжалось.

— ...Поэтому, с гордостью и осознанием в моем сердце нашей роли как студентов, я хотел бы сделать все возможное в учебе, спорте и дружеских отношениях с моими школьными друзьями. Не только как новый представитель студентов, но и как я, Велза Норн.

На этом ее выступление было закончено. Раздались аплодисменты, к которым присоединились Томоэ, Ичиха и Райга. Велза поклонилась, затем спустилась со сцены и вернулась на свое место.

Учитель, выступавший в роли координатора мероприятия, пытался объявить следующий пункт программы, но лист бумаги, на котором он был написан, дрожал в его руках.

— Наш следующий гость выступит с поздравительной речью. Да. Его Величество Сома А. Элфриден, король Фридонии. Прошу вас, будьте добры.

— А? Старший брат? — Когда Томоэ подняла глаза, Сома вошел со стороны сцены. В этот момент каждый студент и каждый член персонала поднялся в унисон.

Сома, который был одет в черную военную форму в качестве официальной одежды, криво улыбнулся и сказал:

— Не нужно так нервничать — сказал Сома похлопав нервного учителя по плечу.

« Ты сегодня специальный гость на церемонии входа, Большой Брат?! Мог бы и сказать что-нибудь.» Щеки Томоэ надулись от легкого недовольства, но это, должно быть, был способ Сомы сохранить сюрприз для своей младшей сестры.

Затем Сома повернулся к ученикам и начал говорить.

— Я - Сома А. Элфриден, как меня только что представили. Новые студенты Королевской Академии, поздравляю вас. Вы здесь, потому что вы продемонстрировали что подходите для того, чтобы стать студентами Королевской Академии. Это означает, что вы можете стать одним из тех людей, которые будут поддерживать эту страну в будущем. Как король этой страны, я с нетерпением жду, что вы будете учиться в этой академии и станете людьми, способными вывести страну на новый уровень.

В том, как говорил Сома, чувствовалась царственная уверенность, и ученики слушали его внимательно, без болтовни. Никто не собирался быть настолько дерзким, чтобы говорить, когда выступает король этой страны. Никто не хотел, чтобы сразу после поступления в школу его привлекли к ответственности за преступление. Даже Томоэ, которая знала, что Сома не из тех, кто накажет её, сейчас стояла прямо и слушала его.

Старший брат действительно великий король. Увидев его царственный вид впервые за долгое время, Томоэ почувствовала себя немного гордой, но...

— Хорошо... я дкмаю, что достаточно формального обращения. Что ж! Стоять в таком напряжении было тяжело для всех вас, поэтому, пожалуйста, садитесь.

Сома сам нарушил напряженную атмосферу в комнате. То, как он внезапно перешел на обычную речь, оставило Томоэ и всех остальных в недоумении. Ученики и учителя, которые смотрели друг на друга, размышляя, действительно ли им можно садиться, начали рассаживаться в недоумении.

— Итак, все сели. —  Сома раскинул руки в сторону студентов и усмехнулся. — Это факт, что наша страна ищет умных людей. Каждый человек, который может делать что-то на уровне выше среднего, ценен. Страна не может держаться только на тех, кого мы называем «гениями».   Страна продолжает развиваться благодаря старательным работникам, которые, возможно, никогда не найдут себя под солнцем известности. Уверен, если вы смотрели передачу «Безымянные герои», вы это понимаете.

Студенты кивнули в знак согласия. «Безымянные герои» - это популярная программа, которая освещала инженеров, поддерживающих страну так, как люди обычно не видят.

— Знайте! У меня были бы большие проблемы, если бы у меня были только «Гении». Это, безусловно, правда, что персонал, который может делать что-то одно действительно хорошо, двигает мир вперед. Но знайте, те, кто может бежать впереди всех, продвигая новую эру, и те, кто поможет заложить прочный фундамент, вы нужны стране в равной мере!

Сома говорил страстно, хлопнув руками по трибуне.

— Я слышал, что Королевская академия изменилась после моей политики "Если у вас есть дар» и открытия Профессиональной школы Джинджер. Я хочу, чтобы здесь выращивали людей обоих типов. Я хочу, чтобы вы признали каждого человека с даром, каким бы бессмысленным он ни казался. И наоборот, я хочу, чтобы вы признали каждого, кто способен делать все хорошо благодаря своему упорному труду, даже если у него нет выдающихся талантов. Если здесь есть такие люди, пожалуйста, сообщите об этом стране.

Когда Сома повернулся к рядам учителей, директор и все преподаватели как один склонили головы, как бы говоря, что принимают его просьбу. Сома кивнул, затем повернулся к ученикам.

— Это была моя просьба к школе, но у меня есть желание и для вас, новых студентов, приходящих в эту академию.

Услышав, что король подготовил для них пожелание, новые ученики с затаенным дыханием ждали, что он скажет. После короткой драматической паузы пожелание Сомы было...

— Я хочу, чтобы вы действительно насладились временем, проведенным в школе.

—А?

...Вот и все.

Глядя на пустые взгляды, которые он получал от студентов, Сома рассмеялся и сказал: — Может быть, это всего лишь четыре года, но это все равно четыре года вашей юности. Знания и дружба, которые вы приобретете в таком месте, станут вашим достоянием на всю жизнь. Мы - существа, чьи головы и тела работают более эффективно, когда мы получаем удовольствие. Поэтому я хочу, чтобы вы получали удовольствие от учебы, от общения со своими школьными друзьями и получали максимум удовольствия от школьной жизни. Пока вы это делаете, я хочу, чтобы вы искали то, чем вы можете увлечься.

Сома с размаху опустил руки на подиум, затем усмехнулся и продолжил: — Если среди вещей, которые вам нравятся, есть одна, которой вы можете увлечься и хотите овладеть ею, это уже само по себе большая сила. Неважно, насколько она мала, или что никто другой не может ее понять. Естественно, в процессе работы вы должны избегать причинения неприятностей другим, но когда у человека есть что-то, от чего он получает удовольствие и чем он поглощен, он сияет ярче, чем другие люди. Кто-то будет наблюдать за этими усилиями и признает вас за это. Это верно и для страны. На самом деле, в музыкальной программе Профессиональной школы Джинджера есть один студент, занимающийся причудливой темой исследования, которая на первый взгляд кажется чепухой, но, судя по отчетам, они получают интересные результаты. Мы планируем сделать все возможное, чтобы проверить это в ближайшее время. Это связано с магическими знаниями, так что Королевская академия тоже будет сотрудничать.

Даже если их исследования изначально выглядят как бред, они могут найти признание». —  Эти слова Сомы вызвали больше аплодисментов со стороны существующих студентов, чем со стороны новых. Эти аплодисменты исходили от членов небольших исследовательских обществ. Их работа, которая, как они думали, никогда не увидит свой день под солнцем, могла получить заслуженное признание. Видя реакцию этих студентов, Сома удовлетворенно кивнул, прежде чем продолжить.  — Если вы будете усердно работать, люди и вся страна будут наблюдать за вами. Так что, всем вам, новым ученикам, я желаю, чтобы вы наслаждались своей школьной жизнью. Вот и все.

После завершения поздравительной речи Сомы студенты захлопали и зааплодировали. В разгар этих аплодисментов Сома спустился со сцены. Он взглянул на Томоэ и помахал ей рукой, согревая ее сердце.

Спасибо, Большой Брат. Я буду стараться изо всех сил! Томоэ сжала руки в кулаки перед грудью, чтобы Сома мог видеть.

Церемония входа закончилась, и Томоэ и другие дети отправились в свои классы. В каждом году было шесть классов, и в каждом классе было по тридцать учеников. Томоэ и ее группа были в классе 1-1.

Распределение по классам производилось по результатам вступительных экзаменов, независимо от социального класса, и наиболее одаренные ученики собирались в классе 1. Хотя социальный класс не учитывался при распределении, представители высших классов часто нанимали талантливых репетиторов, что привело к тому, что в классе 1 в подавляющем большинстве были дети дворян.

— Разве это не здорово, Райга? Мы попали в один класс.

— Конечно, мы это сделали!... это то, что я хотела бы сказать, но это было утомительно.

Райга, которая сидела рядом с Томоэ, вытянувшись над ее столом. Очевидно, они были вольны выбирать себе места, поэтому Томоэ заняла одно немного справа от центра (ближе к коридору), Ичиха сидел позади нее, а Райга - слева.

У Томоэ и Ичихи всегда были хорошие оценки, поэтому считалось само собой разумеющимся, что они попадут в класс 1.

— Ты действительно постаралась, Райга.

По своим академическим способностям Райга попадала в нижнюю половину класса 2. Не желая оказаться в классе ниже остальных, Райга умоляла Хакую о помощи и готовилась к вступительным экзаменам как сумасшедшая. Благодаря этому она попала в первый класс, но воспоминания о тех днях, проведенных за учебой, всегда угнетали ее.

— Но тебе ведь не нужно было напрягаться, чтобы попасть в один класс с нами? — спросил Ичиха. — Я имею в виду, класс 2 находится прямо по соседству. Было бы легко зайти в гости.

Райга фыркнула. — Я собираюсь учиться в этой стране и стать тем, кто может быть полезен моему брату. Думаете, я могу позволить вам двоим опередить меня?

— Ты так говоришь, но правда в том, что ты беспокоилась о том, что будешь в классе, полном незнакомых тебе людей, верно? —  сказала Томоэ. — Вот почему ты так усердно училась, чтобы не быть отделенной от других.

— Молчи, ты маленький ребенок!

Райга ущипнула улыбающуюся Томоэ за щеки. Пока Ичиха криво улыбался, глядя на то, как они хорошо ладят друг с другом, у доски стало шумно.

— Похоже, они наконец-то определились.

— А-хахаха...  — ...Честно говоря, я не понимаю, почему их это волнует, — в отчаянии сказала Райга.

У доски проходила лотерея. Предстояло решить…эм… кто будет сидеть рядом с Томоэ?

Томоэ могла быть бывшей беженкой, но теперь она была младшей сестрой короля. Вполне естественно, что жители этого королевства захотели сблизиться с ней: например, сидеть рядом с ней в классе.

Поэтому, когда они узнали, что места свободны, их одноклассники столпились вокруг, говоря: — Пожалуйста, позвольте мне сесть рядом с вами!—  Они были очень настойчивы в этом.

— Я бы хотела сидеть рядом с Ичихой и Райгой...— Томоэ удалось вымолвить эти слова, несмотря на то, что она чувствовала себя запуганной.

Никто из ее одноклассников не хотел заслужить ее презрение, поэтому эти два места были заняты. Оставалось место впереди и справа от нее. Именно это в конечном итоге и привело к нынешней ситуации, и, судя по шуму, одно из этих мест только что было отдано.

— ...Королевство, конечно, мирное, но…. —  Райга вздохнула, а Томоэ счастливо улыбнулась.

— Конечно. Старший брат и старшая сестра управляют им.

— Я не это имел в виду. Я была саркастична. Сар-кас-тич-на.

— Ахаха... О! Похоже, они определились со вторым местом.

Когда Ичиха указал на доску, там был один ученик, прыгающий от радости посреди своих удрученных сверстников. Это была миниатюрная девочка, она заплела свои короткие волосы в две косички.

Девушка посмотрела в их сторону, а затем бросилась к ним. С выразительными глазами-бусинками она хлопнула руками по столу Томоэ и спросила: — Леди Томоэ! Вы не против, если я сяду напротив вас?

— Конечно. Давай...— несколько нерешительно ответила Томоэ, и лицо девушки расплылось в лучезарной улыбке.

— Спасибо! Меня зовут Люси Эванс; мне тринадцать лет. Я дочь представителя компании «Эванс», мы занимаемся бизнесом в столице. Приятно познакомиться! — Девушка, назвавшаяся Люси, энергично представилась на смеси купеческого сленга.

Люси из... компании Эванс? Хотя ее пугала энергичность девушки, Томоэ помнила их.

Компания Эванс была довольно влиятельной столичной купеческой семьей, занимавшейся размещением ресторанов и кафе. Они первыми стали подавать блюда по рецептам из мира Сомы, которые делали Сома и Пончо, и это принесло им большую прибыль. Ее дом принадлежал к простому роду, но они имели больше влияния, чем мелкие дворяне. Она слышала, как Ророа с веселой улыбкой на лице говорила:« Ньяхаха, на стороне Элфриденов тоже есть компании, знающие толк в бизнесе, а!»

А? Ророа? В этот момент Томоэ кое-что поняла. Это было связано с Люси.

Купеческий жаргон, глаза-бусинки, располагающие к себе, и косички, даже если ее волосы не были достаточно длинными... Она была точь-в-точь как мини-Ророа.

— Ты выглядишь... как Ророа?

— Отлично, леди Томоэ! Вы заметили!

«Это большое давление...» — подумала Томоэ.

Затем, положив левую руку на грудь, а правую подняв в воздух, Люси заявила: — Я обожаю леди Ророа. Она прекрасная принцесса, но у нее также хороша для бизнеса, и это завоевало ей сердце каждого торговца. Мы всегда думали, что Амидония полна строгих мужчин, так кто бы мог подумать, что там есть такая леди, как она. Она - богиня бизнеса! То, как я говорю, и то, как я выгляжу, я делаю все это из восхищения леди Ророа!

— О-о-о... понятно... — Хотя ее пугало то, как Люси прикасалась к ее волосам, когда она что-то рассказывала, Томоэ смогла кивнуть. Затем, бросив взгляд в сторону, она посмотрела на Ичиху или Райгу, которые должны были ее спасти.

Однако Ичиха сложил руки вместе в молчаливом жесте «Извини, я не могу тебе помочь», а Райга отвернулась, решительно игнорируя ее.

Пока Томоэ мучительно думала, что делать... это случилось.

— Ооо, не будете ли вы так любезны представить меня леди Ророа …..Эйй!

В середине фразы кто-то потянул Люси сзади. На мгновение Томоэ задумалась,  но  увидела, что за Люси стоит девушка-эльф с короткими серебристыми волосами.

— Может, ты немного успокоишься? Разве ты не видишь, что беспокоишь леди Томоэ?

— Велза?!

Это была Велза, дочь Сура. Казалось, она схватила Люси за шиворот и тащит ее прочь от Томоэ.

Затем, все еще держа Люси за шею, Велза представилась: — Здравствуйте, леди Томоэ. Я буду сидеть справа от вас, надеюсь, мы поладим.

— Вы тоже участвовали в лотерее?!

— Да. Обдумывая будущее, я решила, что лучше всего будет сидеть рядом с вами, чтобы мы могли установить связь. К счастью, мне удалось занять место рядом с вашим, и я рада этому.

— Я-я вижу...— Томоэ сглотнула.

За этими разговорами о будущем чувствовалась какая-то тяжесть. Хотя она не была такой напористой, как Люси, Велза тоже обладала определенным упорством.

— Эй, эй, не могла бы ты меня отпустить? — Люси, которая была похожа на котенка, которого несла на руках ее мать, протестовала. Когда Велза отпустила ее, Люси сердито сказала: — Да что с тобой такое. Обращаешься со мной как с животным. Ты слышала, как я мяукала или что-то в этом роде?

— Пожалуйста, просто будь человеком.

— О, если подумать, я уже слышала, как Ророа мяукала в шутку, — прокомментировала Томоэ.

— Мяу-что?!  Леди Ророа  - богиня милоты?!

— Она королева милоты! — Томоэ и Велза ответили в унисон.

— Вы на удивленее синхронны!

— Согласен. Это очень похоже как Его Величество Сома смеётся со своими королевами.

Когда Райга и Ичиха сказали это с отчаянием и кривой улыбкой соответственно, трое посмотрели друг на друга, а затем рассмеялись.

— Наверное, ты прав. Я очень люблю старшую сестру и других королев.

— Леди Айша - гордость всех женщин, живущих в богохранимом лесу.

— Леди Ророа любовь на всю жизнь!

У каждой из них была своя королева, которой она восхищалась и на которую старалась быть похожей, так что, возможно, именно поэтому их общение тоже стало похожим.

После искреннего смеха, Томоэ потерла уголок глаза и сказала: — Ахаха... эй, раз уж вы обе мои одноклассники, может, не будем строить из себя «леди»? Я была бы счастлива, если бы ты относился ко мне как к другу, который сидит рядом с тобой в классе.

— Хорошо! Если вы этого хотите, леди Томоэ... то есть, Томоэ.

— ...Да, если ты так хочешь, я могу это сделать, Томи.

Оба нерешительно кивнули. По тому, как она назвала Томоэ по имени, можно было понять, что Люси похожа на Ророа в своей способности сокращать эмоциональную дистанцию между собой и другими людьми.

— Я, например, не возражаю, чтобы вы называли меня леди Райга, понятно? Я младшая сестра короля, — сказала Райга, возможно, потому что чувствовала себя обделенной.

Томоэ почувствовала, о чем думает Райга, и усмехнулась.

— Хорошо, леди Райга, — сказала она, приложив руку к груди и поклонившись.

Ичиха, Люси и Велза сделали то же самое.

— Очень хорошо, леди Райга, — сказали они в унисон. Райга застыла на месте, ее щеки дернулись.

— ...Нет, все-таки не надо. Это как-то жутковато.

— Не говорите так, леди Райга.

— Гаххх! Прости! Просто прекрати, маленький ребенок!.

Райга щипала Томоэ за щеки, а улыбающаяся Томоэ не сопротивлялась. Остальные трое с теплотой наблюдали за ними.

Они продолжали болтать, пока в класс не вошла женщина в остроконечных очках.

***

— Эй, эй, Томи.

Когда первый день занятий подошел к концу, и Томоэ готовилась идти домой, Люси окликнула ее, стоя на коленях на стуле. Ичиха, Райга и Велза подошли посмотреть, в чем дело.

Томоэ наклонила голову в сторону, спрашивая: — Что такое, Лу?

— Я подумал, раз уж мы все теперь друзья, может, нам стоит пойти куда-нибудь и повеселиться?

— Куда-то... ыы имеете в виду в призамковом городе?

— Вот именно. Приходи ко мне, и я угощу тебя кучей сладостей.

Пока Томоэ раздумывала, как ей ответить назойливой Люси, Велза вмешалась:

— Люси, тебе не кажется, что это чересчур? Томоэ - младшая сестра Его Величества, поэтому я сомневаюсь, что она может так просто пойти играть в город.

— Ну, это будет нелегко без разрешения короля Сомы. В моем случае, я могу идти куда угодно в столице. Мой старший брат, как видишь, очень самостоятельный.

— О! Я должен сообщить, что вступил в Общество по изучению монстров. Вероятно, я буду задерживаться допоздна в дни собраний.

— Вы все невеселые, — сказала Люси, надувая щеки. — Тусоваться вместе после школы. Оставаться вместе во время летних каникул. Разве не в этом радость школьной жизни? Его Величество сказал, что мы должны наслаждаться школьной жизнью.

— Это тот самый король, о котором мы говорим.. от кого нужно разрешение — вздохнула Райга, но Томоэ попыталась ее успокоить.

— Сейчас, сейчас. Лу, я действительно не могу уйти без разрешения старшего брата. Я заставила всех волноваться, когда в прошлый раз сбежала сама... — Томоэ, должно быть, говорила о том времени, когда они были в княжестве Чима. Когда она выскользнула из комнаты, в которой ей велели оставаться, и  какие-то мерзкие люди пристали к ней и чуть не спровоцировали международный инцидент.

Ничего не случилось, потому что Ичиха, которого она встретила в тот раз, защитил ее, а Сома и остальные вовремя нашли их, но она не хотела повторения того, что произошло там.

При словах Томоэ Люси пришла в себя и нормально села в кресло.

— О-о, да, — засмеялась она, потирая голову рукой. — Я так хотела узнать тебя получше….. Я совсем не думала о твоем положении. Прости.

— Нет. Я хочу гулять и играть со всеми так же, как и ты. Поэтому я поговорю об этом со старшим братом и остальными. Они все очень милые, так что если я затрону эту тему, я уверена, что они все для нас устроят.

Люси улыбнулась, когда Томоэ взяла ее за обе руки. — Не нужно давить на него слишком сильно, слышишь? Это просто моя эгоистичная просьба.

— Конечно. Я сделаю все возможное, чтобы эта эгоистичная просьба была удовлетворена.

Томоэ хотела жить полной школьной жизнью.

***

В тот вечер. Томоэ в одиночестве посетила комнату Лисии.

Когда она пришла в офис по правительственным делам, чтобы увидеться с Сомой, там был только Хакуя. Он сообщил ей, что Сома был освобожден от работы на сегодня и пошел в комнату Лисии, чтобы побыть с Cианом и Казухой. Если она хочет его увидеть, ей следует пойти туда.

Когда она постучала, то услышала, как Лисия сказала: «Войдите», а когда вошла, то увидела Сому и Лисию, сидящих на кровати королевских размеров и держащих на руках младенцев.

На коленях у Сомы сидел Казуха в светло-голубой детской одежде, а на коленях у Лисии - Cиан в красной детской одежде. Им было всего четыре месяца, и они еще не могли самостоятельно сидеть, поэтому без поддержки они падали на спину.

Детские наряды, в которые они были одеты, были сделаны Сома вручную и были созданы по образцу причудливых существ под названием Мачапин и Зукку из его старого мира. Лица персонажей на капюшонах выглядели глуповато, но два малыша в них были просто очаровательны.

Они играли с чучелами животных и куклами. Cиан держал руку куклы, словно пожимал ей руку, а Казуха обнимала чучело медведя, покусывая его ухо. Это была плотоядная женщина (в младенческой форме) ...

— Что-то случилось, Томоэ?

— Ты ведь пришла сюда не просто так.

Томоэ пришла в себя, услышав, как Сома и Лисия окликнули ее.

— О! Эм... Мне нужно было кое о чем с тобой поговорить...

— О чём-то поговорить с нами?

Затем Томоэ рассказала им о том, что произошло в школе. Она подружилась с темным эльфом Велзой и торговкой Люси. Люси пригласила ее поиграть после уроков. И что она хотела пойти и поиграть со всеми.

Когда она рассказала все это:

— Хмм...— Сома думал, почесывая подбородок. — Ну... что ты думаешь, Лисия?

— Что я думаю? Я волнуюсь, конечно.

— Ну... мы сказали Надин, что она вольна делать в столице все, что захочет, но это только потому, что она  насколько  сильна, что её ничего не грозит….

— Я не думаю что Томоэ может защитить себя... — Они нахмурились.

Томоэ подумала, что она может не получить разрешения.

— Но...— Сома продолжил — Как это было, когда ты была в Офицерской Академии, Лисия? Ты просто ходила туда-сюда из замка в школу?

— Я, конечно, постоянно ускользала. И бросала своих телохранителей.

— Хаха! Я так и думал.

— ...Сейчас мне стыдно за это, понятно? Теперь, когда у меня есть свои дети, я знаю, что чувствовала моя мать и все остальные.

— Ух ты, принцесса-сорванец теперь кажется совсем взрослой, — сказал Сома, слегка подтолкнув Лисию.

— …. перестань меня дразнить.

Вокруг новоиспеченных родителей витала теплая атмосфера. Томоэ готовилась к более суровому мнению, поэтому почувствовала себя немного подавленной.

— Ну, в конце концов, самое лучшее в детстве - это время, которое ты проводишь с друзьями. —  Сома немного отодвинулся в сторону, создавая пространство между собой и Лисией, и позвал Томоэ подойти.

Томоэ уютно устроилась между ними, с одной стороны - Сома и Казуха, с другой - Лисия и Cиан. Оказавшись между королевскими особами, Сома и Лисия погладили Томоэ по голове.

— Хотя это было сделано для твоей защиты, мы все же заставили тебя стать членом королевской семьи. Поэтому я не хочу, чтобы ты чувствовала себя слишком скованной королевской властью.

— Я всегда ненавидела, когда все было слишком строго и формально, поэтому я не хочу навязывать это и тебе, Томоэ. — сказала Лисия.

— Старший брат, старшая сестра...— Томоэ прищурилась, чувствуя легкое покалывание в глазах, и...

— Ахх.

— Ах.

Подражая Соме и Лисии, Cиан и Казуха тоже начали прикасаться к голове Томоэ. Хотя между ними не было кровного родства, здесь разворачивалась семейная сцена.

— Хорошо. Я разрешаю тебе пойти погулять с друзьями, — сказал Сома, с ухмылкой погладив Томоэ по голове.

— Правда?! Старший брат!

— Я действительно считаю, что проводить время с друзьями очень важно... но есть два условия.

— Условия...?

— Да. Во-первых, я пошлю отряд Черных котов для вашей защиты, так что вам придется с этим смириться. Я скажу им наблюдать из тени, пока ты в столице, чтобы они не причиняли тебе неудобств. Но если ты решишь выйти за пределы столицы со своими друзьями, они будут защищать тебя открыто, а не в тени. Считайте их телохранителями. Уверен, Инугами с этим справится.

— Да... это кажется разумным решением. Нам тоже будет приятно знать, что кто-то рядом с ней, — удовлетворенно сказала Лисия, хлопнув ладошками Cиана.

Томоэ кивнула в знак согласия. — Я понимаю. Итак, каково другое условие?

— Чтобы ты не пыталась избавиться от своих охранников. Чем активнее ты становишься, тем больше ты похожа на свою «старшую сестру», так что я немного беспокоюсь об этом.

Сома бросил холодный взгляд в сторону Лисии, от которого она демонстративно отвернулась. Этот обмен мнениями между ними заставил Томоэ усмехнуться.

— Я понимаю. Я буду абсолютно соблюдать эти условия.

— Хорошо. По тому, как ты пришла поговорить об этом с нами, я могу сказать, что ты понимаешь своё положение, Томоэ. Эти условия - просто дополнительная страховка. Я хочу, чтобы ты наслаждалась временем, проведенным с друзьями, не слишком беспокоясь об этом.

— Подожди, Сома. Почему я плохой пример? – сказала Лисия

— Это факт. Как только ты на что-то решилась, ты уже не сдвинешься с места.

— ...Ты мне что то хочешь сказать? Ну давай! — Лисия посмотрела на Сому.

— ...А ты мне ничего не хочешь сказать? — Сома оскалился в ответ.

Невидимые искры пролетели над головой Томоэ. Поскольку Сома и Лисия были так близки, у них иногда случались небольшие ссоры. Но они всегда быстро проходили, и оба мирились в мгновение ока. Никто не хотел оказаться в центре супружеской размолвки, и Томоэ в том числе.

Пока она размышляла, что делать...

— Аааааа — Cиан и Казуха начали причитать. Сома и Лисия поспешили успокоить их.

— О! Смотри, Казуха. Это мистер Медведь.

— Не плачь, Cиан. Вот так, вот так.

Их отчаянные попытки успокоить малышей привели к тому, что искры исчезли. Томоэ встала, положила руки на бедра и сказала им: — Боже, ваши страшные лица довели Cиана и Казуху до слез! Старший брат, старшая сестра! Постарайтесь ладить друг с другом, ради детей!

— Точно. Извини.

Королевская чета склонила голову перед двенадцатилетней девочкой. Что бы подумал народ?

Как только они извинились друг перед другом, — О! — Сома, казалось, что-то вспомнил и достал из кармана какой-то предмет. Затем он протянул тонкий предмет Томоэ. На вид это был какой-то деревянный жетон.

На нем были написаны слова...

—…? ...Что это?

— Если вы собираетесь в город, вам нужен будет транспорт. Ты можешь спросить у девушки-торговца, которую ты встретила, как им пользоваться. Она наверняка знает.

— Хорошо. Спасибо, — сказала Томоэ, засовывая деревянный жетон в карман.

Теперь у нее было разрешение пойти поиграть в городе.

Томоэ не терпелось рассказать всем.

***

На следующий день. Когда все собрались в школе, друзья Томоэ были рады услышать, что ей дали разрешение, пусть и условное, посетить город-замок.

Затем, когда Томоэ вытащила деревянный жетон...

— Жетон Аренды Велосипедов?! —  Люси повысила голос от удивления.

— Ты знаешь, что это такое, Лу?

— Знаю ли я? Вся столица об этом говорит!

— Что?

В этот момент Люси ударила руками по столу и наклонилась ближе.

— Проще показать, чем объяснить... Нет, еще быстрее, когда ты сама это испытаешь! У тебя есть жетон, так что, может, пойдем после школы?

— Конечно... — Казалось, что то, чем они будут заниматься после школы, уже решено.

После школы в тот день.

— Итак, мы пришли в центр аренды велосипедов! Вот!

— Ураа…

— ...Почему вы все такие напряженные? — сказала Райга, раздраженная тем, что Люси выглядела так, будто готова играть фанфары, и тем, что Томоэ, Ичиха и Велза так охотно согласились с ней.

После школы пятеро детей отправились в путь, держа в руках деревянный жетон, который Сома дал Томоэ, и стояли перед предприятием, на вывеске которого было написано —Аренда велосипедов. —  Естественно, Черные коты наблюдали за ними из тени, но любой другой увидел бы только пятерых детей, которые весело проводят время.

— Это... аренда велосипедов, — пробормотала Томоэ, оглядывая магазин.

Предприятие находилось не на торговой улице, а на главной дороге. Если посмотреть на него со стороны, то можно было понять, что это за место... перед входом стояло несколько одинаковых транспортных средств.

Люси с ухмылкой указала на одного из них. — Правильно. Жетон «Аренды» дает в пользование вот эти трехколесные велосипеды.

— Трехколесные велосипеды... и, у них три колеса… — сказала Велза, глядя на один из трехколесных велосипедов.

Согласно названию, «Аренда Велосипедов» - это предприятие, которое сдавало в аренду велосипеды, в частности, трехколесные велосипеды. Естественно, это были не те велосипеды, на которых может кататься ребенок, с педалями, прикрепленными прямо к колесам. У них была соответствующая цепь, а два колеса сзади  вращались от цепи.

— Колеса, сиденье... и корзина сзади. Похоже, что это транспортное средство. Может ли быть так, что вращение вещей внизу заставляет колеса крутиться?

— Ооо, ты понял! — Люси захлопала, впечатленная тем, что Ичиха сумел определить функцию этой штуки по ее форме. — Если сесть на сиденье и нажать на педаль он поедет вперед. Положишь вещи в корзину, и это облегчает перевозку, даже если у тебя нет лошади. Его Величество Сома - тот, кто изобрел его!

— ...Да. Я как бы догадывалась, — сказала Томоэ с немного обеспокоенной улыбкой.

Такие необычные идеи, как эта, обычно исходили либо от Сомы, либо от Жени. Если бы это была Женя, то это было бы еще большим безумием, поэтому она решила, что, поскольку в этой идее все же прослеживалось некое подобие здравого смысла, то, должно быть, это была идея Сомы. За последние два года Томоэ поняла, каким был ее старший брат.

Представляю себе выражение лица старшей сестры, когда он это придумал. —  Подумав так, Томоэ посмотрела в сторону замка, где находились эти двое.

***

Тем временем.

— Давай, давай, дорогуша!

— Точно, точно... — Во дворе замка, на который смотрела Томоэ, Сома крутил педали велосипеда, а Ророа сидела позади него. Вместо трехколесного велосипеда, как в пункте проката, они ехали на обычном горном велосипеде.

—Весело, и скорость освежает, — сказала Ророа, веселясь позади Сомы.

Она стояла на перекладинах, выходящих по обе стороны заднего колеса, и держала руки на плечах Сомы для равновесия. Если бы их увидел полицейский, они бы получили предупреждение за такое поведение, но в этом мире еще не было таких законов, регулирующих езду на велосипеде, так что дайте им поблажку.

— Уху… Дорогой!.

Ророа убрала руки с его плеч, обвила ими его шею и прижалась к его спине. От удара мотоцикл немного покачнулся, но Сома сумел сохранить равновесие.

— Эй, это опасно.

— Я просто подумала. Сейчас я могу сделать с тобой все, что захочу.

— Если я пойду ко дну, ты тоже пойдешь ко дну. Веди себя поспокойней.

— Не будь таким бякой. Правда в том, что ты наслаждаешься этим, не так ли, дорогой? Почувствуй мою грудь! —  Ророа хмыкнула, но ее щеки слегка покраснели. Даже она, должно быть, сочла эту фразу немного неловкой.

Сома не мог видеть ее лица, потому что был за рулем, но, прожив с ней так долго, он понял это по тому, как она смеялась.

Поэтому Сома и сам начал чувствовать себя немного расслабленным и веселым.

— Ну они прикасаются ко мне. Хотя через одежду, я чувствую совсем чуть-чуть.

— Унья?! —  От такого прямого ответа лицо Ророа стало ярко-красным. — Что ты говоришь, дорогой! Ты идиот! Ты извращенец!

— Это сказал человек, который совращает тут меня...

— Я не прижимаю их к тебе специально! Я хотела заставить тебя постесняться!

Они завершили один круг по большому двору, когда Лисия уже ждала их на центральной террасе с выражением недовольства на лице.

— Сома ушел и снова сделал что-то странное...

—   Это увлекательное транспортное средство…. — Рядом с Лисией стоял личный тренер и советник Сомы, старый —командир Оуэн.  — Хм, я думаю, что езда с кем-то поможет увеличить мышечную массу в области бедер. Как насчет десяти кругов со мной, едущим сзади, в качестве части твоего ежедневного тренировочного меню?

— Ехать с тобой вдвоем, Оуэн?! Дай мне передохнуть...— простонал Сома. Ездить вдвоем со старым мачо было не более чем наказанием.

— Ух, это было весело, дорогой, — весело сказала Ророа, спрыгивая с велосипеда.

Лисия посмотрела на велосипед, на котором ехал Сома, и сказала: — Все-таки странно. Как он держится вертикально, если спереди и сзади только по одному колесу?

— Это будет долгое объяснение. Во-первых, давайте начнем с гироскопического эффекта...

— Ааа, если это займет столько времени, то мне это не нужно. Сомневаюсь, что я пойму в любом случае. —когда Лисия криво улыбнулась, Сома вздохнул, почесав щеку.

— ...Полагаю, что любой может ездить на велосипеде, если потренируется. На самом деле, используя технику, которой научил меня мой дед, каждый член экипажа Хиру научился ездить на велосипеде. Хочешь попробовать позже, Лисия?

— Хм. Что за техника?

— Во-первых, вы используете очень мелкие, короткие удары, чтобы... — Сома научил Лисию и остальных дедушкиной технике езды на велосипеде.

Фактически, Ророа научилась ездить на велосипеде по этой методике (Лисия отказалась), но поскольку не было гарантии безопасности, они решили пока отложить это занятие на публике.

Выслушав полное объяснение, Лисия склонила голову набок, прикоснувшись к велосипеду. — Итак, зачем ты сделал эту штуку?

— Я получил сообщение, что возникли большие проблемы с передвижением  по нашему носителю, «Хирю». Учитывая, что мы уже перевозим виверн, места для лошадей тоже не осталось. Поэтому я подумал, что велосипеды будут более быстрым и легким способом передвижения, чем ходьба.

Теперь, когда у них был доступ к материалу, похожему на резину, мы смогли сделать шины. —  Сома помнил, как собираются велосипеды, и если он даст Жене и другим исследователям приблизительный план, то они смогут быстро создать велосипед. Но все оказалось не так просто.

— Я не ожидал, что изготовление цепи и шестеренок окажется таким сложным....

Когда он катался на велосипеде в своем прежнем мире, ему ни разу не приходило это в голову, но сделать цепь и шестерни идеально сцепленными - это невероятный инженерный подвиг. Технология была уже отработана, и не было возможности ее улучшить, так что даже гениальная идея Жени не могла решить проблему. В итоге единственным выходом для них стала тяжелая работа.

— Я попросил Ку уговорить Тару помочь нам, и мы как-то сумели добраться до готового продукта, но в итоге он оказался невероятно дорогим. Мне пришлось отказаться от распространения технологии.

— Эта вещь была такой дорогой? — в шоке спросила Лисия.

— Ньяхаха, почти столько же, сколько одна из декоративных карет королевской семьи, — сказала Ророа Лисии с кривой улыбкой, заставив ее широко раскрыть глаза.

— Значит, вы... не можете производить их массово.

— Верно. Я хотел, чтобы когда-нибудь они стали доступны простым людям, которые не могут позволить себе лошадей, но это им не по карману. Тем не менее, я не вижу, чтобы дворяне и рыцари покупали их. Дворянам никогда не придет в голову самим крутить педали, а у рыцарей, как правило, есть свои лошади. В общем, спроса на них нет.

В этом мире на велосипеде можно было ездить только в городах, где дороги были асфальтированы. За городом, конечно, тоже были дороги, но в мире, полном опасных монстров, было бы небезопасно держать руки занятыми ездой на велосипеде.

Сома сам говорил, что какой бы превосходной ни была политика или система, если она идет в ногу со временем, ее не примут. Это относилось и к изобретениям. Возможно, для этой страны было слишком рано иметь велосипеды.

— А? Но ведь в городе есть компания Аренда Велосипедов? Разве там не продают велосипеды?

— Хм? Ооо. Я поговорил с Ророа о том, как мы можем использовать велосипед, и...

— Я сказала, что если они не могут купить, почему бы не одолжить их? — сказала Ророа, выглядя слегка самодовольной.

Это было предложение Ророа:

Поскольку велосипеды были дорогими, они не подходили для индивидуального владения, но были привлекательны как средство передвижения, не требующее конных зверей. Даже если диапазон передвижения ограничивался пределами города, существовали купцы, которые все это время использовали телеги для перевозки своих грузов. Сдавая их в аренду таким людям по низким ценам, можно было окупить затраты на разработку и в то же время облегчить поток товаров.

— Мы решили в основном использовать трехколесные велосипеды, на которых торговцы могут ездить без обучения, и арендовать их дешевле, чем кормить лошадь.

— Да. С ограничением на один магазин. Если они собираются использовать их в других целях, стоимость, увеличивается, все потому что в основном  я хочу, чтобы они были в первую очередь для коммерческого использования... Но все равно, между изготовлением номерных знаков для них в качестве превентивной меры против кражи, и приставлением охраны, чтобы убедиться, что они не будут вывезены из города, было много раздражающей работы, которую нужно было сделать.

Сома опустил плечи, так и не сумев получить отдачу, которая стоила бы первоначальных затрат труда. Не было никакой гарантии, что каждая его идея сработает, и часто все складывалось так, как он не ожидал.

Ророа похлопала Сому по спине и сказала: — Мы только начинаем. Я слышала, что Аренда Велосипедов неплохой бизнес. Очевидно, велосипед очень нравится парням, занимающимся грузоперевозками. У них не очень большая скорость, когда они нагружены багажом, но они могут проехать через задние переулки. Старушки, которые держат рестораны, говорят, что с ним стало намного проще запасаться ингредиентами на рынке.

— ...Да, наверное, хорошо, что мы получаем от них хоть какую-то пользу.

Если они не совсем бесполезны, значит, усилия были не совсем напрасны, подумал Сома. Как сказала Ророа, все только начинается.

— Почему бы не попробовать потратить все доходы Аренды Цикла(Велосипеда) на производство циклов (велосипедов)? У нас может появиться настоящая Циклическая индустрия (Велосипедная индустрия). — .. Ахах. — Сома хотел пошутить, чтобы разрядить обстановку, но...

(п.п   но… в русском не переводимо…шутка в том что «Cycle» переводиться как "велосипед", так и  "цикл", получаем  игру слов, циклическая индустрия, где велосипеды продаются, а полученные деньги тратятся на новые велосипеды создавая цикл)

Ророа продолжила : — Ну, да, они так и делают.

— Зачем ты говоришь очевидное? — простонала Лисия.

Эти времена...когда шутка не работает на их языке, могут быть действительно тяжелыми...

Сома со вздохом опустил плечи.

Что касается того, что происходило с пятью детьми, которые приехали в Сервис Аренды Велосипедов в город...

— Ух ты,  просто замечательно, — сказала Томоэ, когда фоновый пейзаж проносился мимо нее быстрее, чем обычно. Сейчас она сидела на заднем сиденье трехколесного велосипеда, который крутил Ичиха, сидела на багажнике со снятой корзиной.

Благодаря жетону, который она получила от Сомы, они могли взять этот трехколесный велосипед на один день. В основном, сервис аренды предоставлял услуги коммерческим пользователям на ограниченное время, поэтому взять его для личного пользования, как правило, стоило бы немалых денег.

— Хихихи, не останавливайся, Ичиха. —  Томоэ подбадривала Ичиху, пока он крутил педали.

— Д-да.

Было ограничение на два велосипеда, которые можно было одолжить для личного пользования, поэтому на сегодня они разделились. На одном ехали Томоэ и Ичиха (водитель), а на другом - Райга (водитель), причем Люси и Велза с трудом помещались на нем вместе. Поэтому педали для Райги казались крайне тяжелыми.

— Это... не очень весело.

— Почему? Я просто в восторге.

— Да. Это освежает, когда видишь, как пейзаж молниеносно проносится мимо нас.

— Ну, да, вы двое просто катаетесь! Самое время одному из вас занять мое место!

— О, не будь глупой. Такая хрупкая девушка, как я, никогда не справится с двумя людьми, едущими сзади.

— Через некоторое время я смогу тебя заменить.

— Я умею летать, так зачем мне вообще нужно ездить на этой штуке?!

Они втроем, несмотря на споры, хорошо проводили время.

Между тем, что касается Томоэ и Ичихи...

— Получай!

— Эй! Томоэ! Не тыкай водителю в щеку.

— Ахаха, прости, прости.

...Они написали еще одну страницу в истории своей молодости.

Примерно через десять минут...

— Ух... я сдаюсь... — Райга сидела с опущенной головой за столиком на балконе, измученная тем, что всю дорогу сюда крутила педали велосипеда с Люси и Велзой на нем.

Пока она лежала, Люси с улыбкой поднесла ложку ко рту Райги.

— Вот, Райга. Скажи «Ааа».

— А?

Не в состоянии мыслить здраво, возможно, из-за усталости, Райга просто открыла рот, и Люси положила ложку чего-то внутрь. К своему удивлению, Райга заметила: — ...Это сладко.

— Разве не так? Я слышала, что когда ты измотана, съесть что-нибудь сладенькое не помешает.

— И ьы говоришь это, когда это ты меня утомила..

— Вот, скажи «Ааа».

— ... Ааа

Должно быть, оно было очень вкусное. Райга сделала, как ей сказали, широко открыв рот, как цыпленок, и позволила Люси кормить ее.

Томоэ, Ичиха и Велза наблюдали за ними с кривыми улыбками.

Все пятеро пришли во фруктовый салон, которым управляли родители Люси, «Кошачье дерево».  Это был модный магазин на главной улице с кошкой на вывеске, как и следовало из названия. Он был двухэтажным, четверть площади занимали разложенные на прилавках свежие фрукты, которые они продавали, а остальное пространство занимало кафе, где подавали сладости, приготовленные из этих фруктов.

Томоэ и остальные находились на балконе «Кошачьего дерева»  на главной улице, пробуя сладости, которыми так гордилась Люси. На столе стояли две тарелки.

Томоэ взяла ложку с угощением, положила ее в рот и улыбнулась.

— Этот пудинг очень вкусный.

— Рада это слышать. Это наш самый продаваемый товар, «Специальный пудинг а-ля мод» (Pudding a la mode).   Мы гордимся тем, что пудинг, фрукты и сливки доставляются свежими по нашим собственным маршрутам.

Люси надувала грудь от гордости, когда ее товар хвалили. Именно этот жест делал ее похожей на Ророа. Затем Ичиха, который тоже наслаждался пудингом, наклонил голову в сторону. — Что значит " а-ля мод " (a la mode)?

— Не знаю.

— А?

— Не могу сказать почему, но в мире Сомы так называют пудинг, когда его подают с фруктами и взбитыми сливками.. Очень модно.

— Я-я думаю... — Ичиха беспокоился, не окажется ли это слово странным, но даже если и так, никто из этого мира его не узнает, поэтому он решил, что все равно все в порядке.  А «а-ля мод» означает «современный стиль», так что проблем бы не было, но Ичиха не мог этого знать.

Люси, похоже, тоже понравилось, так что, наверное, было бы невежливо что-то говорить. Пока Ичиха думал об этом, Люси продолжала запихивать пудинг в рот Райги.

— Вот. Скажи ах.

— Ааа... подождите, сколько мы будем это делать?! Хватит! Не заставляй меня больше есть! — сказала Райга, отодвигая голову.

— Оу, мне было так весело, я не могла удержаться.

— Ну, угощайся! И постой, Велза, почему ты молчала все это время?!

Теперь, когда она упомянула об этом, Велза не произнесла ни слова. Недоумевая, в чем дело, все четверо повернулись к Велзе.

— Ух... — Она застыла на месте. Ложка во рту, а на лице выражение экстаза. Ее глаза смотрели вверх и вправо, не двигаясь, как будто ее мысли ушли куда-то в сторону.

— Держись, Велза, ты в порядке?! —  сказала Томоэ, тряся Велзу.

— Ах! — Она моргнула, как будто только что пришла в себя. — Я... я прошу прощения. Это было так вкусно, что я потеряла себя.

— Так плохо? Я знаю, что это хорошо, но...

— Прошу прощения. В Богохранимом лесу единственная сладкая еда, которая у нас есть - это фрукты, так что...

— О... — Айша действительно так сказала, вспомнила Томоэ. Она также вспомнила, как Сома наблюдал за Айшей с язвительной улыбкой и сказал: «Половина преданности Айши от того, что я приручил ее с помощью еды.

Велза смущенно поджала щеки. — Ооо... с тех пор как я покинула богохранимый лес, еда стала такой вкусной, что я не знаю, что делать.

— Да, я вроде как поняла это, наблюдая за Айшей.

— Но, даже учитывая это, я думаю, что этот пудинг очень вкусный... я бы очень хотела разделить его с ними. И я бы хотела вернуться сюда со всеми снова....

— А? Кто "они"?

— О, я просто разговариваю сама с собой. —  Велза улыбнулась и поднесла указательный палец к губам. Это была мягкая, зрелая улыбка; выражение, которое подразумевало, что она не будет больше распространяться на эту тему.

— А? Это ягода куку?

— А?! Вау! Это так!

Когда Ичиха взял круглый полупрозрачный фрукт, лежавший рядом с пудингом, Райга тоже выглядела удивленным.

— Ягода куку? — спросила Томоэ, наклонив голову.

— Это маленькая круглая ягода, которая доставляеться из Союза Восточных Наций, и у нее характерная липкая текстура, — ответил Ичиха, держа в руках ложку.

— Ном... ном... Ты прав, у него необычная текстура, — прокомментировала Томоэ, откусив ягоду куку, которую предложил ей Ичиха.

Это была сцена, где были непрямые поцелуи и реплики типа «Скажи а», но Томоэ и Ичиха были еще детьми, поэтому им было все равно.

В ответ Томоэ взяла другой фрукт и накормила им Ичиху. Как только он проглотил, Ичиха продолжил объяснение:  —... Но ягоды куку долго не хранятся. Может, они и не портятся сразу, но я не ожидал, что смогу есть их за пределами Союза Восточных Наций.

— Хехехе. Не стоит недооценивать способность Королевства перевозить вещи. Поезда с носорогами курсируют к границе и обратно почти каждый день. Вот почему мы можем включить эти недолговечные фрукты в наше меню.

— Почему ты ведешь себя так самодовольно из-за этого...? — сказала Райга, с раздражением глядя на то, как Люси надувает свою все еще плоскую грудь.

Люси встала и подошла к Томоэ так близко, что их щеки могли соприкасаться. — Что ты говоришь, Юри (Райга)? Тот, кто отвечает за создание поезда носорогов, это наша Томи.

— Хм? Да?

— Я только немного помогла.

Томоэ рассказала Райге о том, как она может разговаривать с животными, и как она использовала эту способность, чтобы организовать территорию, подходящую для спаривания носорогов, заручившись их помощью в качестве средства массового передвижения. Естественно, она умолчала о сверхсекретной информации о том, что она может разговаривать с монстрами и демонами.

— Сначала я сомневалас, но по мере того, как я слушал, это стало казаться невероятно полезным, — одобрительно хмыкнула Райга. — Если у тебя есть такая способность, почему бы тебе не вступить в клуб молочного животноводства, или что-то в этом роде? Насколько я помню, на окраине школы есть ферма с лошадьми и коровами, ты бы им сразу пригодилась....

— Ни в коем случае!

— Что… — Твердый отказ Томоэ заставил Райгу удивленно отшатнуться назад. — Я не ожидала, что ты будешь так против.

— ...Хорошо, Райга, попробуй представить себе это.

Томоэ надвинулась на Райгу с таким серьезным лицом, что можно было услышать драматические звуковые эффекты. Ее угрожающий настрой заставил Райгу вспотеть, когда она спросила, — Представить... что именно?

— Голоса скота, который будет превращен в мясо. Курицы, у которых отбирают яйца.

— ...Прости, — кротко извинилась Райга. Было трудно просто представить себе это.

Томоэ поправила себя в кресле, затем, — Ух...  — она вздохнула. — Очевидно, я планирую сделать все, что смогу, используя свои способности, если это поможет старшему брату и старшей сестре. Думаю, я могу помочь создать условия, которые не будут напрягать животных... Но я не хочу серьезно заниматься животноводством. Не думаю, что смогу больше есть оякодон, который делает старший брат.

— Нет, серьезно... мне жаль.

В комнате царила неловкая атмосфера. Некогда сладкий пудинг потерял весь свой вкус.

Пытаясь сменить обстановку, Люси хлопнула в ладоши и сказала: — Так, так, давайте вернемся к теме. Итак, как я уже говорила, мы можем предложить необычные фрукты благодаря дистрибьюторской сети, в которую входит такой транспорт как поезд-носорог. Просто, ну… продукты, которые подлежат доставке, в итоге оказываются дороже. Единственные, кто будет регулярно заказывать этот пудинги а-ля мод, это семьи дворян, рыцарей или влиятельных купцов.

— А... Значит, это дорого. —  Велза с тоской посмотрела на уже наполовину съеденный пудинг. Люси улыбнулась и скрестила руки.

— Это верно. Со своей стороны, я хочу сделать его дешевле, чтобы обычная девушка тоже могла поесть. Если у нас будут недорогие сладости, это придаст пудингу а-ля мод более особенное настроение. Если нам это удастся, возможно, девушки будут покупать его как роскошь в особые дни.

— Вау... это потрясающе, Лу. Ты все это продумала.

— Ньях, ньяхаха. Ты заставляешь меня краснеть.

Комплименты Томоэ заставили Люси немного смутиться.

Глядя на то, как она думала о простых людях параллельно с бизнесомона ещебольше походила на Ророа.

— Так вот, как раз когда я об этом думала. Бог еды, лорд Ишидзука, выпустил новый рецепт. Подождите секундочку.

Люси поднялась со своего места и бросилась вниз по лестнице на первый этаж. Вскоре после этого она вернулась, неся одну тарелку. На этой тарелке тоже был пудинг, но... этот пудинг был каким-то другим. Он был блестящим, сверкающим и шатающимся.

Люси поставила блюдо на стол и, улыбаясь, сказала: — Та-да! Это будущий продукт-герой нашего магазина! Он называется гелевый пудинг!

— Гелевый пудинг?

Остальные четверо в унисон склонили головы набок.

Люси уверенно рассмеялась и сказала: — Быстрее будет, если ты просто съешь немного. Давай, попробуй.

Четверо, как и было велено, копались в пудинге ложками, и каждый откусил по кусочку. Мгновенно их глаза расширились.

— Почему это так вкусно?!

— Он дрожит, и гладкий на языке.

Райга ответила инстинктивно, а Ичиха - аналитически.

Хотя они выразили это разными словами, каждый из них был чрезвычайно доволен вкусом. Томоэ, тем временем, улыбалась, а у Велзы в уголках глаз даже появились слезы.

— Подумать только, здесь может быть что-то на столько вкусное... я так рада, что покинула богохранимый лес.

— Велза, тебе нужен платок?

— Спасибо тебе, Томоэ. —  Велза взяла у Томоэ платок и вытерла слезы.

Люси восторженно кивала на их реакцию. — Хорошая реакция. Похоже, у нас на руках большой хит.

— Это как пудинг, но не такой. Что отличается?

— Хороший вопрос, Томи. Если говорить просто, то заварной пудинг делается путем варки, а этот гелевый пудинг - путем охлаждения. Базовые ингредиенты похожи, но в заварном пудинге используется способ, которым яйца затвердевают при нагревании, а в гелевом пудинге используется сила ингредиента, которого нет в заварном пудинге, который затвердевает при охлаждении.

— Ингредиент, который затвердевает при охлаждении?

— Вот так. —  Люси поставила на стол банку, наполненную белым и слегка зеленовато-желтым порошком. Все посмотрели на содержимое емкости.

— Что это?

— Сушеный, порошкообразный гелин.

— Гелин?!

— А?! Я только что съел гелин?!

Ичиха и Райга удивленно вскрикнули.

Гелины были беспозвоночными, которые жили на полях, и в основном жили за счет поглощения останков животных. В Союзе восточных народов не было такой культуры употребления гелинов, поэтому их появление стало для них шоком.

— Те же самые гелины из гелин удон? — спросила Томоэ.

— Нам тоже присылали такую еду в Богохранимый лес после катастрофы, — сказала Велза. — Она называлась гелин удон быстрого приготовления, и нам сказали, что ее разработали для военных пайков, но она была очень вкусной.

Реакция детей разделилась на два четких лагеря. Люси весело улыбнулась, объясняя: — В случае с гелин удон, вы разрушаете сердцевину и используете затвердевшие остатки, верно? А здесь все наоборот. Мы разрезаем их, не разрушая сердцевину, а затем используем жидкость, которая образуется. Оказывается, охлаждение разжиженного гелина делает его твердым.

Даже после назначения на пост министр Пончо продолжал изучать блюда из мира Сома. Методом проб и ошибок он пытался воссоздать пудинг на основе желатина, о котором ему рассказывали и в этом процессе он пришел к использованию желатинов. Разжиженные гелины были источником коллагена, и он обнаружил, что их можно использовать вместо желатина для получения исключительного результата.

Естественно, поскольку в гелевом пудинге использовались сырые яйца, для его приготовления требовались свежие яйца. После захвата Вана, столицы княжества, Королевство ввело в действие законы о гигиене питания, поэтому использование протухших яиц было запрещено. Однако в ситуации, когда можно было достать свежие яйца, гелевый пудинг был менее затратным в производстве, чем заварной. Это объяснялось тем, что порошкообразный гелин был дешев, а значит, требовалось меньше яиц и молока.

Кроме того, было легко смешивать ингредиенты, а затем оставлять их в ледяной комнате в подвале для застывания.

Лед можно было изготовить из снега, выпавшего в зимний сезон, или пополнить его запасы, наняв специалиста по магии льда, поэтому большинство предприятий, занимавшихся обработкой даже чуть более крупных ингредиентов, имели в подвале ледяную комнату.

Кстати, прошлым летом в замке...

— Лисия, я хочу готовить. Ты можешь сделать мне лед?

— Опять? Не обращайся со мной как с торговцем льдом.

— Знаешь, я планировал сделать мороженое на десерт ...

— ...Ну, тогда ладно. ( и она весело производит лед.)

Это был разговор, который состоялся между людьми, находящимися на самом высоком уровне власти. Он отражал то, насколько лед был важен для народа. Но мы отвлеклись. Давайте вернемся в нужное русло.

Так появился недорогой и вкусный гелевый пудинг.

— Бог еды, господин Ишидзука, действительно невероятен. Слава ему. —  Люси свела руки вместе, словно молясь божеству.

Но для Томоэ, которая знала этого человека лично...

— Уверена, Пончо был бы очень обеспокоен, увидев, что она так молится ему...

Она могла представить себе, как Пончо смеется (ведь что он мог делать, кроме как смеяться с такой ситуации?) с обеспокоенным выражением лица.

— Трехколесные велосипеды, поезда-носороги и гелевый пудинг... —  прошептала про себя Райга, глядя на улицы Парнама с балкона.

— Райга? —  Томоэ наклонила голову в сторону,

— Странная страна, ха...

— Мур, ну вот, опять ты это говоришь...

— Это даже не сарказм.

Райга схватила Томоэ за пухлые щеки. Она не приложила к этому никакой силы. Скорее, она просто слегка погладила их. Она не тянула, как обычно.

Пока Томоэ думала, что это странно, Райга криво улыбнулась и сказала: — Я не очень понимаю, чего твой брат пытается добиться своей политикой. Если бы он был таким, как мой брат: сильнее всех, вел воинов своей харизмой, побеждал врагов и защищал свой народ... его было бы легче уважать и понять. Но король Сома делает трехколесные велосипеды и диковинную еду?

— Это не все, что он делает. Он всегда занят своими обязанностями.

— Но люди этого не видят, верно? Они видят только результат. Вид сражающегося моего брата вдохновляет войска, а то, как они поют ему дифирамбы, завоевывает ему поддержку народа. Это объединило кланы в некогда раздробленной степи, и вот-вот объединит и Союз Восточных Народов. Как ты думаешь, твой народ почувствует то же самое, когда увидит трехколесный велосипед?

— .........

Томоэ ничего не ответила на этот вопрос. Это был факт, что Сома не делал ничего особенного.

Его отношение с другими странами -  это было то место, где Сома был наиболее царственным, и оно было скрыто от народа. Народ был благодарен за трансляции но трудно представить, чтобы они ассоциировали это с тем, что он делал как король. Сома пользовался их поддержкой, но он не показывал им ничего «королевского».

— ...Вот чего я не понимаю.

— А?

Когда Томоэ наклонила голову в сторону, Райга скрестил руки и простонала: — Мой брат - король, потому что его признали королем, больше чем кого-либо другого. Но король Сома никогда не ведет себя как король, и все же он способен продолжать им быть. Даже если он создает такие бессмысленные штуки, как эта.

— ...Не слишком ли много ты ворчишь на трехколесный велосипед?

Неужели то, что ей пришлось крутить педали, когда на ней ехали три человека, оставило у нее такое негативное впечатление?

Пока Томоэ размышляла об этом, Райга вздохнула и сказала: — По-моему, все это бессмысленно. Но, судя по тому, что я слышу, это работает. Я могу сказать это, глядя на этот город. Все улыбаются, полны энергии. Они не думают, что завтра будет хуже, чем сегодня. Люди не фанатично одержимы своим королем, но они верят в него. Вот почему я сказала, что это странная страна.

— Райга...

Хотя Райга назвала эту страну странной, Томоэ приняла это как комплимент.

В этой стране есть свои ценности, которых нет в Малхитане, и стало ясно что Райга это признала. Томоэ усмехнулась.

— Чего ты улыбаешься, маленький ребенок? —  Райга ворчала, щипая её за щеки (на этот раз по-настоящему).

— Ай, ай, ай.!

Когда они толкались, это случилось.

— А, Томоэ? Что ты здесь делаешь?

— Воа!

Внезапно раздался голос со стороны окна, и все пятеро вздрогнули. Первым, кто понял, от кого это исходит, была Томоэ.

— Подожди, а? Надин?

На перилах балкона сидела вторая королева короля Сомы, Надин Дэлал Сома. По какой-то причине она несла на спине корзину, полную овощей.

Внезапное появление второй не основной королевы заставило Вельзу и Люси, как граждан королевства, встать и отдать честь. То, что королева так испугала их, что они не могли говорить, было расценено как грубость по отношению к ней.

—  Извините нас, леди Надин

— Я не возражаю. Вам тоже не нужно отдавать честь — Надин махнула рукой и жестом показала, чтобы они сели. — Я заметила вас, пока бежала, и решила окликнуть.

— Гм, леди Надин, это второй этаж... как вы сюда?

— Я бегала по крышам, поэтому, собственно, и слезла вниз.

— Что вы …? —  сказала Люси, моргая. То, как она начала говорить более формально, но снова перешла на купеческий сленг, показывало ее замешательство.

— Это чаепитие по дороге домой из школы? Похоже, тебе весело.

— Д-да. Что-то вроде этого, — ответила Томоэ. — А ты, Надин? Это овощи...

— Когда Сома сидит в своем кабинете мне нечего делать. Поэтому мне сказали, что я могу делать все, что захочу, в столице. Когда я разговариваю с людьми в городе... меня просят делать самые разные вещи. Сейчас я развожу овощи.

—Королева, выполняет роль девочки на побегушках?! Старший брат знает?!

— Я получила его разрешение. Сома посмеялся над этим, но сказал мне: «Это, поможет завоевать тебе поддержку среди людей, так что…. я думаю, что все в порядке». Кроме того, он всегда очень рад, когда видит свежие фрукты и овощи, которые они дают мне в качестве «спасибо».

— Они даже платят тебе продуктами?! Вот почему в последнее время я все чаще вижу Большого Брата, радостно стоящего на кухне?!

Надин и Томоэ вели беседу, которую никто не ожидал увидеть между королевой и (приемной) королевской сестрой.

Когда Райга стояла рядом с ними, наблюдая за ними, она прошептала: — Да... эта страна очень странная.

***

В тот вечер Райга, вернувшаяся в замок Парнам вместе с Томоэ, посещала кухню, которая находилась рядом с частью замка семьи Сома.

Это была простая кухня, приготовленная для Сомы, который сказал, что все еще хочет готовить для себя. Вопрос о том, как долго король может занимать кухню в столовой, очевидно, стал проблемой.

Тогда, было решено, что они построят ему личную кухню, Сома попросил Женю и остальных разработать для него кухонное оборудование. Благодаря этому комната была похожа на кухни в его мире. Микроволновка, конечно, не получилась, но он сумел сделать псевдогорячую плиту, используя руду, поглощающую тепло.

Дверь на кухню была убрана, чтобы было удобно вносить и выносить подносы, а также по соображениям вентиляции, поэтому,  когда Райга просто сказала — Извините  —  и вошла без стука... она увидела…

— Айша. Скажи — аааа.

— Ааа. Ам... чавк, чавк.

— Сома. Мне тоже, мне тоже.

Перед бурлящей кастрюлей Сома кормил Айшу палочками. Вероятно, они пробовали еду на вкус, или что-то в этом роде.

Когда ее накормили, лицо Айши расплылось в довольной улыбке.

Надин, которая стояла позади Сомы, возможно, ревновала, потому что она тянула за подол его рубашки и давала о себе знать.

— Вот. Тебе тоже, Надин.

— Ааа... Ам... чавк, чавк.

— ...Эм, что вы делаете? —  сказала Райга, удрученная сиропно-сладкой сценой, свидетелем которой она стала, как только вошла в комнату.

—  — Гух...! Кашель, кашель. —  Возможно, испугавшись внезапного голоса, Айша и Надин подавились в унисон. Когда Сома понял, что Райга видела, как он заставил своих жен сказать «Аааа», Сома немного смутился, и почесал щеку, спрашивая: — Что случилось? Почему ты здесь?

— Я искала вас, господин Сома. Я пришла в управление по делам правительства, но там был только господин Хакуя. Я спросила его, и он ответил: «Его Величество закончил работу на сегодня. Я думаю, он на кухне. Когда он уезжал, он выглядел взволнованным, неся дайкон, который Надин принесла ему, домой»,

— Неужели я настолько предсказуем...?

— Итак, действительно, что вы тут делали? —  снова спросила Райга.

Сома показал на булькающий горшок и сказал: — Все так, как и предсказывал Хакуя. Надин принесла домой удивительный дайкон. Мне только что доставили осьминога, и я подумал, что впервые за долгое время сделаю одэн.

— О-Одэн?

— Это своего рода суп... нет, горячее блюдо из моего старого мира. Я не могу достать вареную рыбную пасту, так что это просто дайкон, осьминог, вареное яйцо, а затем конбу для основы супа. ...если бы я достал немного гелина удона ….он бы подошел вместо лапши ширатаки? Хм, текстура похожа на джем из конжака (азиатское растение), так что вкус не должен быть плохим, но это еще больше отдалит его от удона....

— ...Единственное, что я поняла из всего этого, это то, что вы, как обычно, занимаетесь ерундой — Райга с досадой пожала плечами. Она уже начала привыкать к странной атмосфере в этой стране... вернее, к странным поступкам людей вокруг Сомы.

Почему король целого государства был так счастлив получить дайкон???

Почему король готовил его сам???

Почему королевы говорили «Ааам» ???

Если бы Райга смотрела на это сквозь призму здравого смысла, она могла бы назвать множество вещей, но эти усилия были бы напрасными. Она и так уже многое поняла.

— Так, ты пришла, потому что я тебе зачем-то понадобился? —  спросил Сома.

— Верно, — ответила Райга, вспомнив причину своего прихода. — Я хочу отправить письмо брату о недавних событиях, произошедших за время моего пребывания здесь... Я надеялась получить разрешение. Можно?

Сказав это, Райга достала письмо из сумки для инструментов на поясе и показала Соме его лицевую и оборотную стороны. Очевидно, оно еще не было запечатано.

Выглядя незаинтересованным, Сома снова повернулся к горшку и сказал: — Хм? Если это касается почты, вы можете передать это соответствующему чиновнику. Я уверен, что они позаботятся об этом. Нет необходимости искать меня, чтобы доложить это.

— А?! Вы не собираетесь проверять содержимое?! —  Глаза Райги расширились.

Будучи переводной студенткой из Малхитана, она принадлежала к иностранному государству и пыталась связаться с другим человеком в иностранном государстве. Разве он не должен был опасаться, что она может выдать национальные секреты?

Если бы Райга была на месте Сомы, она бы так и поступила. Именно поэтому она предположила, что это письмо обязательно будет прочитано Сомой и его людьми. Даже если бы это было всего лишь сообщение о ее текущей ситуации, почему бы им не поискать в нем что-нибудь похожее на зашифрованное сообщение?

Однако Сома сказал, что в этом нет необходимости.

— ...Не мне тебе это говорить, но не следует ли тебе быть более осторожным? Что если бы я сливала секреты этой страны своему брату?

— О, я полностью осознаю опасность, — сказал Сома со смехом. — О, у меня есть тайные агенты, если кто-то из другой страны отправляется куда-то, где он может вступить в контакт с секретной информацией, мне сообщат мне об этом. Просто я еще не получал таких сообщений. Я не думаю, что вы могли написать в том письме что-то такое, что могло бы причинить мне неприятности.

Отсутствие напряжения в его голосе оставило Райгу в недоумении.

— Это... правда, да, но я не совсем уверена. Ладно, но что бы вы сделали, если бы я попыталась найти эту секретную информацию?

— В таком случае, я бы использовал этот факт, чтобы отправить тебя обратно к Фуге. Если мы будем судить тебя по нашим законам, это может дать ему предлог, так что ты вернешься домой целой и невредимой. Я должен относиться к тебе уважительно как к переведённому студенту, но я не думаю, что мне нужно так беспокоиться о чувствах шпиона.

— То, что вы можете относиться к этому с такой незаинтересованностью, в некотором смысле... даже более страшно.

Он был абсолютно уверен в своих тайных агентах и не сомневался, что Райга никогда не сможет раскрыть его секреты.

По тому, как незаинтересованно он обращался с ней, пока суетился над тем, насколько хорошо закипело содержимое его кастрюли, Райга почувствовала, что перед ней образ «короля», которого так просто не потревожить. От этого по позвоночнику пробежал холодок.

Кстати, когда он дошел до фразы «Если ты попытаешься раскрыть наши секреты...» взгляды Айши и Нейдена стали заметно острее.

Эта страна... пугает. Король и королевы тоже.

— Очевидно, что у меня нет намерения выдавать какие-либо секреты — Райга подняла руки вверх, не в силах больше выносить взгляд королев. — На самом деле, это просто свежая информация о моей жизни. Эта страна заботилась обо мне.. я многому хочу научиться, так что я бы не хотела быть выброшенной на улицу.

— Это облегчает мне задачу. Я бы не хотел вот так выкинуть одну из немногих друзей Томоэ.

— Я... я не считаю себя ее подругой...

Райга пыталась строить из себя крутую, но она и все остальные уже знали, что она дружит с Томоэ и Ичихой. Ее неудачная попытка отрицать это была встречена ухмылкой Сомы.

— О, точно. Вернемся к одэну, не хочешь присоединиться к нам, Райга? Я так хотел снова поесть его после столь долгого перерыва, что сделал слишком много. Я собирался позвать Томоэ, и Ичиха тоже.

— ...Можно?

Запах соевого соуса и бульона витал в воздухе некоторое время, и это заинтересовало Райгу.

Ей было неловко присоединяться к королю и его королевам за обеденным столом, но если бы там были Томоэ и Ичиха, она была бы в порядке. На самом деле, если бы они ели что-то вкусное, а она осталась в стороне, это бы ее беспокоило больше чем неловкость за столом с королём.

— ...Если эти двое придут, я тоже присоединюсь к вам — сказала Райга, покраснев.

В тот вечер ужин прошел очень оживленно.

***

Примерно через неделю

— Хахаха, похоже, она веселится.

Далеко на севере Фуга Хан, король Малхитана, усмехнулся, прочитав письмо Райги.

— Что ты читаешь, дорогой? —  спросила Муцуми, входя в комнату.

Фуга передал ей письмо и ответил: — Это письмо от Райги. Похоже, она развлекается в королевстве Фридония.

— О, это от Райги? — Затем, просматривая письмо, Муцуми склонила голову набок. — Хм? Похоже, это отчет о последних событиях в ее жизни. Стиль письма забавный, хотя...

— Тебя что-то беспокоит в этом?

— О, нет, я подумала, что ее могут заставить написать такое письмо. Я подумала, стоит ли принимать приятный тон за чистую монету....

— Ты хочешь сказать, что Сома мог заставить Райгу написать это? Аха. Ни в коем случае.

Фуга отмахнулся от опасений Муцуми, искренне рассмеявшись.

— Это безошибочно почерк Райги. Кроме того, если Райгу заставляют писать письма против её воли, её учат деформировать свой почерк определённым образом. Ну, зная, насколько Сома осторожен, он не сделает ничего настолько глупого, чтобы навредить своим отношениям со мной. Возможно, там есть цензура, но я уверен,  то, что там написано, от Райги, это её истинные чувства.

— Ее истинные чувства... значит, то, что она написала в конце, тоже ее истинные чувства?

— Да, это значит, что она так себя чувствовала — Фуга усмехнулся.

Вот что было написано в конце письма Райги:

« Брат,

Фридония - странная страна.

Жить здесь весело, но я чувствую нечто иное, чем просто удовольстви. Мои предубеждения рушатся, а ценности внутри меня, которые я считала абсолютными, сталкиваются с более сильными... Это трудно выразить словами. Я и сама еще не разобралась этом.

Ты с самого начала настороженно относился к королю Соме, поэтому я сомневаюсь, что ты ослабил свою бдительность, но позволь мне сказать это, без обид и угроз.

Ни в коем случае не стоит недооценивать его.

Искренне, Райга»

— Райга верит в меня больше, чем кто-либо, и даже она говорит это. Он чертовски хороший парень, да?

— ...Тебе это нравится, — сказала Мутсуми с раздражением.

В глазах Фуги появился свирепый блеск.

— Пока что мы шагнули только на одну ступеньку. Дальше…  я не знаю, кто или что встанет на моем пути. Невозможность предсказать это, веселит меня! Эта эпоха уже вышла из застоя, скоро сердца людей загорятся глядя на меня, а моя кровь закипит!

Затем, упираясь ногами в стены отвоеванного у чудовищ города, он с ревом устремился к солнцу, висевшему высоко в северном небе.

Тигр расправил крылья.

________________________________

Последняя фраза, это эпичный "выход героя на сцену сюжета". Не знаю как перефразировать.

(   В северных землях собирался взлететь тигр.) In the northern lands, a tiger was about to take fligh

//от редактора

Изначально последняя фраза звучала так:

"В северных землях взлетел "тигр"."

Я позволил себе вольность переделать её на свой вкус. Надеюсь, переводчик не сильно обидится на меня - _-

Когда я проснулся, девушка, которая спала  рядом со мной, уже встала.

Еще не до конца проснувшись, я дотронулся до места, где она лежала, и поучаствовал её тепло. Это означало, что она ушла недавно. Я почувствовал некоторое одиночество от того, что её тело, которое было впечатано в мое сознание, отсутствовало в комнате.

Я перевернулся на спину и безучастно уставился в потолок, осозновая свое нынешнее положение. Я был раздет до пояса, но на мне все еще были штаны. Затем...

— Ты уже проснулся, мой дорогой? —

Голос доносился с противоположной стороны комнаты и когда я обернулся, Джуна уже ждала меня с приготовленным чаем. Я медленно сел.

— ...Доброе утро, Джуна .

— Хи-хи, доброе утро .

Когда я поприветствовал ее, Джуна ответила улыбкой.

Теперь я мог быть с ней более непринужденным, потому что... ну, мы были женаты. Я пообещал, что постараюсь быть менее формальным, когда мы останемся вдвоем.

Наливая горячую воду в чайник, Джуна сказала:

— Все готово. Не хочешь ли ты выпить чашечку для начала дня?

— Да, хочу. Но перед этим...

Я встал с кровати и пока она накрывала чайник крышкой, чтобы дать ему распариться, обнял Джуну сзади

— Боже... — сказала она с немного обеспокоенной усмешкой.  — Это опасно, когда ты так неожиданно обнимаешь меня .

— Прости. Но твое тело виновато в этом, Джуна, я не могу сдерживаться.

— О, Боже.

Да я возбудился, и Джуна была той, кто провоцировал меня.

Ее нынешний наряд имел более чем достаточную силу, чтобы уничтожить все причины сдерживаться, которые у меня могли быть. Потому что поверх нижнего белья на ней была только белая рубашка, которую я снял вчера.

Рукава были длинноваты, но в груди рубашка  лопалась по швам. После одного взгляда на нее я уже был на грани того, чтобы потерять всякий контроль, и обнять ее.

— Дорогой... —  Джуна повернула голову и потянулась, чтобы положить руку мне на щеку.  — Я никогда не думала, что ты такой страстный .

— Теперь, когда мы стали мужем и женой, мне больше не нужно сдерживаться .

— Ты сдерживался?

— Ну, ты привлекательна, и твои случайные кокетливые жесты трогали меня как мужчину. Это была долгая борьба между моим самообладанием и искушением поддаться тебе .

— Хи-хи... это объясняет, почему прошлая ночь была такой бурной... —  Джуна улыбнулась, нежно проведя пальцами по обнимающим ее рукам.  — С такими темпами у нас скоро будут дети.

— Если так, то Сиан и Казуха будут их старшими братом и сестрой, да? Сиан - нежный мальчик, поэтому я уверен, что с ним все будет хорошо, но Казуха слишком энергичная.

— Хи-хи, все будет хорошо. Если она унаследовала характер леди Лисии, я уверена, что из нее получится хорошая, заботливая старшая сестра.

— ...Да. Ты права .

Мы смеялись, а потом флиртовали друг с другом, пока горничная не прервала нас что бы сообщить, что завтрак готов. Эх хорошо, что мы жили в замке.

Если бы мы жили вдвоем, подозреваю, что чары Джуны превратили бы меня в безвольного человека... и я бы опять на неё набросился…. хотя, мне немного жаль, что мы этого не сделали.

***6-й месяц 1548-й года по Континентальному календарю...

Был полдень  небо было ясным. Я находился в офисе по правительственным делам и просматривал документы, которые мне передал Хакуя. Когда я читал их... я не мог не вздохнуть.

— ...Он, наконец-то, взялся за дело .

— Да. С этого момента будет жизненно важно обращать внимание на ситуацию .

— Что происходит, дорогой? Почему ты такой хмурый?

— Что-то случилось?

Ророа и Джуна забеспокоились,  поскольку нас с Хакуей были  довольно сложные эмоции на лицах.

Ророа пришла сюда, чтобы разобраться с финансовыми документами. Джуна так же находилась в кабинете. Лисия все еще была полностью занята работой с Сианом и Казухой, поэтому Джуна заняла ее место в качестве моей помощницы.

Я слабо улыбнулся и помахал бумажкой,   чтобы показать им, что бояться нечего.

— Я только что читал регулярный отчет от Юлия.

— От моего брата?

— Да. ...Похоже, что Фуга отвоевал город в Домене Владыки Демонов .

Я кинул документы на стол и положил подбородок на руки, объясняя:  — Восточный Союз Наций в смятении из-за этого. Фуга был не более чем королем незначительного государства, но теперь его имя звучит как гром объединяя людей.

Ророа склонила голову набок.

— Хм... Конечно, это впечатляет, но это все еще всего лишь один город, верно? Когда Империя послала свои экспедиционные силы, они, должно быть, зашли глубже, но никто не стал поднимать из-за этого такой шумихи...

Да. В основном я был согласен, но на местах это интерпретировали по-другому.

— С тех пор как госпожа Мария взошла на трон, Империя с осторожностью относится к началу экспедиции. Если величайшая из наций человечества бездействует, то мы все вынуждены сидеть тихо и наблюдать. Вот почему они старались сохранить статус-кво и не дать ситуации ухудшиться еще больше, но если посмотреть с другой стороны, это означало, что не было шанса выйти из патовой ситуации. Сейчас люди  впервые за долгое время получают хорошие новости .

— Народ больше радуется, чем Фуга заслуживает... ты это хочешь сказать? —  спросила Джуна.

Я кивнул ей, Хакуя добавил:  — Кроме того, Союз Восточных Наций - это объединение множества мелких и средних государств. Страх перед демонической волной снаружи и бессистемная система союзов и родственных связей внутри затрудняют действия с единой целью. Даже если такой правитель, как Ваше Величество, госпожа Мария или сэр Гуран, попытается объединить людей континента, эти оковы будут мешать .

— Иначе говоря, гвоздь, который торчит, забьют первым, - сказал я.

— Хм — кивнул Хакуя.  — Это поговорка из вашего мира, сир? Оно весьма меткое... есть пределы того, чего они могут достичь, пока они остаются страной малых и средних государств. У них нет светлых перспектив, и нация охвачена чувством загнанности. Такова нынешняя ситуация в Союзе восточных наций .

— И это чувство загнанности и беспомощности - благодатная почва для возвышения  «великого человека».

Когда общество чувствует себя в ловушке, люди ищут великого человека, который сможет прорваться через то, что их сдерживает. Такого человека, который мог бы использовать радикальные средства, чтобы разрушить все и позволить им встать заново.

Ода Нобунага, Цао Цао, Наполеон... все эти люди обладали потенциалом величия, но великими их сделал народ той эпохи, в которую они родились. Их действия, которые в мирное время были бы расценены как массовые убийства, были признаны их народом необходимыми, и это стало основанием для их роста до великих людей.

Если подумать сейчас, то отсутствие заметного сопротивления, когда сэр Альберт передал мне трон, было проявлением желания народа изменить бедственное положение своей лишенной направления страны.

Народ возлагал свои надежды на слова  «призванный герой» .

Благодаря поддержке Лисии и словам Марии я смог вернуться с края пропасти, но если бы я и дальше пытался играть в короля... я мог бы оказаться в том же положении  «великого человека» , что и Фуга.

— Согласно докладу Юлия, почти все солдаты-беженцы, служившие под началом Джирукомы, присоединились к войскам Фуги в качестве добровольцев. За исключением небольшого числа, которые, как и Джирукома, женились на ластанских женщинах, все они захотели перейти на сторону Фуги.

— Это настоящий удар по живой силе. Будет ли страна моих брата и старшей сестры в порядке?

Ророа выглядела обеспокоенной. Ее отношения с Юлием налаживались, и она хорошо ладила с его женой, принцессой Тиа, так что она, должно быть, чувствовала себя неспокойно.

— Они в порядке — сказал я со смехом, пытаясь успокоить ее.  — Я сказал им, если понадобиться,  бежать в Королевство.

— Вы сказали это сэру Юлию, который когда-то, пусть и недолго, был принцем Амидонии...? Я прошу прощения у леди Ророа, но я не могу рекомендовать разжигать огонь потенциальной вражды подобным образом —  сказал Хакуя, нахмурившись.

Ророа выглядела так, словно хотела что-то сказать, но, видимо, она поняла, к чему клонит Хакуя, и не высказала своего недовольства.

— Не о чем беспокоиться —  сказал я Хакуе, пожав плечами.  — Макиавелли сказал:  «Люди забудут вред, который ты им причинил, но они никогда не забудут женщин и деньги, которые ты украл» . Нам незачем беспокоиться о таком. Сейчас самое важное, что есть у Юлия, - это принцесса Тиа. Пока ее безопасность гарантирована, Юлий не нарушит свои приоритеты. Это то, в чем я уверен.

— ...Очень хорошо. Тогда давайте доверимся вашей интуиции — Хакуя посмотрел мне прямо в глаза.

Он хотел убедиться, что я не просто мягко отношусь к Юлию, потому что он член моей семьи. Я был благодарен Хакуе за то, что он взял на себя важную роль, которая могла только навредить ему. Если бы рядом со мной не было такого человека, я бы не смог быть уверенным в своих решениях.

Закончив разговор, я решил сменить тему.

— Итак, в качестве подготовки к встрече с Фугой, я хотел бы продвинуть один проект .

— О! Наконец-то пришло время заняться этим, а!

— Хи-хи, я ждала этого с тех пор, как узнала об этом .

Ророа и Джуна счастливо улыбнулись.

Хакуя, тем временем, в отчаянии пожал плечами.

— Я понимаю, что этот проект, скорее всего, важен, но есть ли необходимость делать из него такой раздутый спектакль? Это ведь эксперимент для страны, не так ли?

— Ну, раз уж у нас есть такая возможность, почему бы не включить это в трансляцию , и пусть народ тоже насладится?

— ...Я должен признать свою неосведомленность в этих вопросах, поэтому я подчинюсь вашему решению, сир, но, пожалуйста, не забывайте о первоначальной цели всего этого.

— Да, я знаю — сказал я вставая —Хорошо, теперь давайте сделаем из этого большой, веселый эксперимент .

***

— Магиум .

Считалось, что это вещество является ключом к появлению магии в этом мире.

Магия делилась на шесть стихий: магия огня, которой владели Карла и Хэл; магия воды, которой владели Лисия и Джуна; магия ветра, которой владела Айша; магия земли, которой владела Каэдэ; светлая магия, которая могла исцелять внешние раны; и темная магия, которая включала в себя все способности, такие как моя и Томоэ, так как они не подпадали ни под одну из других групп.

Это был важный элемент, и все же мы почти ничего не знали о магиуме. Даже доктор Хильде, представительница расы трехглазых, у которых на лбу сиял третий глаз, позволявший видеть с точностью оптического микроскопа, не смогла увидеть эту магию. Я не знал, было ли это потому, что он был невидим, или потому, что он был настолько невероятно мал, что даже трехглазая раса не могла его увидеть, и нам понадобился бы электронный микроскоп.

Когда все было так неясно, я почти начал сомневаться в самом существовании этих вещей, но если принять во внимание связь, на которую намекнула Мать Дракона, о преемственности между  «этим миром»  и  «тем миром» , где я когда-то жил, то должна была быть какая-то причина для появления магии.

В том мире между всеми вещами существовала причинно-следственная связь. Должна была быть  «причина»  , которая привела к появлению  «эффекта»  - магии, и я решил, что эта  — причина —  магиум.

Другой момент, который я узнал о магии, заключался в том, что ее сила значительно уменьшается над океаном. Даже магия воды, которая была менее подвержена влиянию других элементов, вблизи морской воды была подвержена ослаблена, по крайней мере, в некоторой степени. Именно поэтому Эксель когда-то называли  «магом, которому нет равных везде, где есть пресная вода» .

То, что магия плохо работает вблизи моря, стало общепризнанным фактом. Именно поэтому огнестрельное оружие, которое на суше не использовалось, поскольку уступало магии, все еще изучалось военно-морским флотом.

В связи со всем этим я предположил, что действие магии ограничивается близостью к морю. Тот факт, что магию можно было использовать с пресной водой, но не с морской, был интересен. Если пресная вода была хорошей, а морская - плохой, это было почти  ну … как сами знаете что. Если так, то, возможно, магия была... нет, у меня пока не было достаточно оснований для выводов. Я мог бы продолжить свою догадку, но я не уверен в ней. Ее нужно было изучить более основательно.

Несколько месяцев назад, когда я размышлял над этим, из профессиональной школы Джинджера мне пришло предложение о проведении эксперимента. В то время я был в самом разгаре подготовки к коронации и свадебной церемонии.

— Общество рабочих песен? —  Я склонил голову набок, просматривая отчет, который Джинджер принес мне в офис по правительственным делам.

Профессиональная школа Джинджера занималась более специализированными исследованиями, сосредоточившись на тех вещах, которыми не занимались в академических учреждениях, таких как Королевская академия. Это могли быть такие навыки, как кулинария и пение, или более эзотерические темы, на которые в Королевской академии не обратили бы внимания.

Хотя недавно Профессиональная школа Джинджера стала катализатором сдвига в сторону поддержки более уникальных исследований в Королевской академии. Конкуренция была важным фактором для академического развития. Я не потерплю, чтобы они мешали друг другу, но, безусловно, тесное соперничество между ними должно приветствоваться.

То, что принес мне Джинджер по этому случаю, тоже было чем-то, что было отвергнуто  Королевской академией, а вместо этого перекочевало в Профессиональную школу Джинджер.

Джинджер кивнул в ответ на мой вопрос.  — Да. Общество рабочих песен. Официальное название «Общество по изучению рабочих песен» .

— Под рабочими песнями вы имеете в виду те песни, которые все поют во время работы?

— Именно так .

По сути, это были песни, которые рабочие обычно пели вместо криков во время работы. Если говорить о тех, которые я знаю, то это была  «Asadoya Yunta» , которую я выучил еще в начальной школе. Я припоминаю, что это была обычная песня. Хм, изучение песен этой страны?

Мне было немного любопытно узнать, что там было... но все же... песни…

— Я думаю, что это интересно как объект этнологического исследования, но разве это то, ради чего вам понадобилось проделать весь этот путь до замка?

— О, нет, это не простая этнология — Джинджер поспешно покачал головой.

— Хм? Что вы имеете в виду?

— По словам главы Общества рабочих песен, некоторые из песен, которые поют простые люди, похоже, обладают эффектом увеличения качества  и силы магии.

— Пение делает магию более эффективной?

Это звучит как что-то из игры, но возможно ли это? Я подумал, но при более тщательном рассмотрении, с точки зрения моего старого мира, разве этот мир меча и маги уже не был похож на игру?

Госпожа Тиамат предположила, что между тем и этим миром существует некая временная связь, так возможно ли нечто столь абсурдное? Я был убежден лишь наполовину, но Джинджер решительно покачал головой.

— Нет, похоже, эффект достигается при прослушивании, а не при пении. Эффект также действует не на всю магию. Есть песни, подходящие для определенных заклинаний. Например, рабочая песня, используемая в каменоломнях, воздействует на магию, используемую при добыче камня. Она не действует на другую магию... как, скажем, чары, наложенные на оружие .

— Значит, слушая песни лесорубов, ты лучше владеешь магией, используемой при рубке деревьев и так далее?

— Именно так .

— Понятно. Это восхитительно .

Означало ли это, что если они будут слушать самую известную песню лесорубов из Японии, их магия лесозаготовки станет сильнее?

Хм... в данный момент я не мог точно сказать, было ли это вероятно или нет.

— Это интересная вещь, на которой можно сосредоточиться, но... я не могу решить, стоит ли это изучать или нет — сказал я.  — Я бы хотел узнать мнение Джуны и эксперта по магии .

— В этом есть смысл. Я думаю, это было бы хорошо.

— Итак, могу ли я попросить вас как-нибудь в ближайшее время прийти с главой этого Общества Рабочих Песен? Я соберу людей, которые смогут принять решение.

— Хорошо.

После этого мы перешли к обсуждению предстоящей свадьбы Джинджер и Сандрии. Очевидно, у них были проблемы, поэтому я дал Джинджеру несколько советов и организовал за кулисами все необходимое для него.

Закончив с этим, я вернулся к обдумыванию плана, который принёс мне Джинджер.

Итак, кто же мне нужен, кроме лорелеи...? А, я знаю одну.

— Айша —  позвал я ее, когда она стояла на страже у двери.

— Да, мессир?

— Пошли гонца в мастерскую Жени в подземелье. Пусть передадут Меруле, которая занимается проектом по исследованию буров, чтобы она явилась в замок.

— Да, господин.

Покинув Королевство Духов Гарлана и окунувшись в различные магические культуры, в первую очередь в магию зачарования, Мерула Мерлин была экспертом во всем, что касалось магии.

Если бы я показал ей этот отчет, как бы она отреагировала? Я с нетерпением ждал этого.

***

— Я думаю, это возможно — сказала Мерула, не выглядя особенно удивленной.

С тех пор прошло несколько дней, и в зале заседаний замка собралась  группа людей.

Кроме меня, в нее входили Лисия, которая пришла помочь, потому что у детей был послеобеденный сон; Джуна, которую позвали как эксперта по музыке; высший эльф Мерула; Соуджи, мирской епископ, который почему-то настоял на том, чтобы сопровождать ее; а также центральные фигуры этого собрания - Джинджер и глава Общества рабочих песен  - Морс Бутчи.

Я был удивлен тем, насколько крупным был Морс. Его рост легко превышал два метра, и он был довольно толстым. Но, кроме того, у него было лицо моржа.

Он был представителем одной из пяти рас снежных равнин, составляющих большинство населения Республики Тургис, - расы моржей. Его семья, очевидно, иммигрировала в Королевство во времена его деда.

Этот человек был более тучным, чем Пончо, и носил академическую форму, так что я не мог не подумать: из какого фантастического фильма ты сбежал, приятель?

Вдобавок ко всему, как только мы встретились...

— О, Ваше Величество. Для меня большая честь получить ваше приглашение по этому случаю — сказал Морс.  — То, что вы знаете о наших исследованиях, для меня большая честь.

Его низкий голос был переполнен дендизмом, которого я никак не ожидал от его моржового лица, поэтому я был весьма удивлен, когда встретил его. Голос был так хорош, что я мгновенно влюбился в него. Судя по тому, что я услышал, он был не только исследователем, но и бас-певцом.

После этого Морс подробно рассказал мне о деятельности Общества рабочих песен. Они собирали рабочие песни по всей стране и были довольны тем, что смогли их записать и передавать остальным. Однако, когда они попробовали использовать магию, напевая песню, используемую в кузнице, у них возникло ощущение, что она увеличила силу их магии пламени. Неужели песни способны влиять на магию?

С тех пор Общество рабочих песен изучало, какие песни оказывают то или иное воздействие. В результате они пришли к выводу, что важен мысленный образ.

Если вы слушали песню, представляя себе ревущее пламя, она усиливала вашу магию огненного типа, а если слушали песню, представляя себе бушующий шторм, она усиливала вашу магию ветра. Ключевым моментом здесь было то, что песни, в которых рассказывалось о тихо горящем пламени или легком ветерке, наоборот, снижали силу соответствующей магии. Предположительно, это также связано с мысленным образом.

— Сильный образ усилит магию, а слабый - ослабит — сказала Мерула, следуя объяснениям Морса.  — И самый простой способ вызвать этот образ в сознании людей - это песня .

— Возможно ли, чтобы песня влияла на магию?

— Да. Обычно говорят, что образ важен в магии.

Мерула встала и начала писать на подготовленной доске.

Голова человека — Воля — Магия — Реакция — Феномен

Голова человека — Сильная воля — Магия — Сильная реакция — Большой феномен

— В отношении системы магии в этом мире говорят, что сначала вы передаете свое намерение проявить заклинание магии, а затем магия отвечает на эту волю, вызывая явление. Хотя существование всеохватывающей магии не доказано, ясно, что магия проявляется по нашей воле. Размер магии, которую может использовать каждый человек, различен, но в большинстве случаев он может регулировать свою силу по своему желанию.

О, да. У моих Живых Полтергейстов было ограничение на количество вещей, которые они могли контролировать, но это не значит, что я должен контролировать их все постоянно. Я могу контролировать и одну вещь.

Удовлетворенная тем, что убедила меня, Мерула продолжила:  — Эту волю можно также назвать  «образом использования магии» . При более сильном образе, чем обычно, мы видим, что сила магии увеличивается. Это то, что отображается в названиях заклинаний .

— Под названиями заклинаний ты имеешь в виду... имена атак, которые выкрикивают Лисия и Айша? Ледяной Меч Горы и Звуковой Ветер? О, и еще был Призыв Бога Воды, который Эксель показала нам в Королевстве Ластания.

— Да, но... когда ты так говоришь, это как-то неловко — Лисия бросила на меня обиженный взгляд, покраснев.

Мое собственное  «Живые полтергейсты» звучало немного похоже на название, которое придумал бы ребенок в средней школе.

— Но обычно для проявления магии не требуется произносить название заклинания вслух — ,прокомментировала Лисия.

— Не требуется? О, теперь, когда я думаю об этом, Айша использовала его без произнесения,?

— Когда я произношу название, это помогает мне настроиться! Эй, просто оставь меня в покое. — сказала Лисия.

Когда я посмотрел на нее, она закрывала лицо обеими руками. Ее уши тоже были красными. Наверное, ей было очень стыдно. Если я буду приставать к ней еще, то, скорее всего, потом получу по ушам, поэтому я решил отвязаться.

Мерула вежливо кашлянула и продолжила:  — То, что сказала принцесса Лисия, более или менее верно. Главное, что от того, насколько сильно ты представляешь себе результат, зависит, насколько хорошо проявится эффект. Вот почему люди выкрикивают имена заклинателей или произносят заклинания, чтобы помочь себе представить все более конкретно. Последний способ требует больше времени, поэтому он менее эффективен в бою или в спешке .

— Хм, значит, это не только потому, что они круто звучат.

— Да. Также, в смысле формирования образа, я думаю, что песни должны иметь такой же эффект. На самом деле, есть даже виды магии, которые используют это. Верно, Соуджи?

Когда она внезапно перевела разговор на него, глаза Соуджи расширились.  — А? Что ты имеешь в виду?

— В Лунарском православном папском государстве существует магия, которая, как мы можем предположить, использует эффекты, основанные на песнях. Поэтому я попросила тебя прийти сюда сегодня, чтобы ты объяснил это.

— Песни и магия... о, ты имеешь в виду Арию Небес?

Ария Небес….судя по названию, это было заклинание массового исцеления.

Когда я высказал это мнение, Соуджи кивнул.

— Вы правы. Это редкость, но среди светлых магов ортодоксального Папского государства есть несколько человек, которые могут исцелять раны нескольких людей одновременно. Когда такие ребята становятся кардиналами или архиепископами, они уходят в монастырь. Затем, когда большое количество людей страдает из-за катастрофы или битвы, их отправляют туда, чтобы исцелить раненых. С разговорами о том, что это  «милость Лунарии»  или что-то в этом роде.

— А?! Они могут исцелить всех раненых сразу?!

Если они могут исцелять нескольких раненых одновременно на поле боя, я испугался, что они собираются устроить на нас атаку зомби. Это слишком хорошо подходило для религиозных групп, которые верили, что попадут в рай, если умрут за свои убеждения.

— О, этого не будет — сказал Соуджи, отмахнувшись от этой идеи.  — Это называется Ария Небес, но эффект на каждого отдельного человека уменьшается. Кроме того, он может исцелять только раны определенного размера и небольшие переломы костей. Исцеление нескольких сломанных костей одновременно или восстановление отрубленных рук... это выше их сил. Конечно, это не работает и при болезни.

— ...Я все еще думаю, что это достаточно угрожающе .

Может, они и не на одном уровне с зомби, но все равно это была бы непростая группа.

Хотя, похоже, эта магия была бы полезна в зонах бедствия. Я бы тоже хотел, чтобы в нашей стране были пользователи Арии Небес, но они, вероятно, спрятали их и всех их кровных родственников подальше. Это определенно то, что я бы сделал, будь я там главным .

— Упс, отвлекся от темы. Когда они применяют  Арию Небес , раненые и их семьи должны петь гимн. По сути, они молятся богу. Я полагал, что это религиозный обряд, но... если объяснение Мерулы верно, это делается для того, чтобы сделать образ пользователя магии  «исцеляемого силой бога»  более конкретным и усилить силу заклинания.

— Я полагаю, что так оно и есть. А вот осознают ли они, что делают, это уже другой вопрос.

— Хм? Что ты имеешь в виду? —

Когда я спросил об этом, Мерула подняла указательный палец и объяснила:  — У людей есть тенденция сосредотачиваться на причинах, когда это работает. Доведя это до крайности, можно сказать:  «Сегодня я встал с с левой ноги, и произошло что-то хорошее, поэтому завтра я снова встану с левой ноги» . Это своего рода обряд.

Это было похоже на то, как спортсмены каждый раз проходят через одну и ту же процедуру, чтобы настроиться.

Мерула склонила голову набок, выглядя смущенной, но она продолжила, не беспокоясь об этом.

— Как бы то ни было, когда что-то работает для людей, у них есть тенденция повторять это действие. Если это продолжается около века, это может стать религиозным или культурным ритуалом. Так, для гимна, исполняемого с Арией Небес, они пели его, и эффект, казалось, улучшался. Они продолжали петь, потому что чувствовали, что эффект есть. Затем, в какой-то момент, это было признано как религиозный ритуал... Я думаю, такова последовательность событий.

— Понятно... —  Я скрестил руки и застонал.

— Итак, вы верите в теорию Морса о том, что определенные песни могут усилить действие определенных магических заклинаний —  сказал я.

— Есть необходимость доказать это более тщательно, и я считаю, что это было бы полезно. Думаю, изучая это, мы могли бы кое-что узнать о природе магии .

— Хм... что ты думаешь как лорелея, Джуна? —

— Ну...

Джуна поднесла сцепленные руки ко рту и сделала немного сложное выражение лица.

— Как певица, я счастлива чувствовать потенциал песен. Однако, как человек, служивший в морской пехоте, я также думаю, что мы можем использовать песни в бою. Что если бы существовали песни, которые могли бы усилить силу наступательных заклинаний...

— ...Я и сама сразу к этому пришла — Лисия согласилась с ней. Как человек, которому поручено управлять страной и армией, неизбежно пришла к той мысли.

— Я тоже. Хотя, в зависимости от того, как на это посмотреть, это может больше подходить для обороны, чем для нападения. Мы не можем послать военный оркестр на передовую.. верно? Если бы мы собирались управлять оркестром, он, вероятно, оставался бы в замке или лагере. Вот почему я намерен отдать предпочтение изучению оборонительной музыки. Чтобы защитить эту страну...

Мне показалось, что этот аргумент не соответствует действительности, но Джуна все равно улыбнулась и сказала:  — Я уже верю в вас, сир. Что бы вы ни делали, я буду просто доверять и поддерживать вас.

—Я верю в тебя и тои идеалы, ты должен делать то, во что веришь, Сома.

— Спасибо, Джуна, Лисия.

Так начался проект по изучению взаимосвязи между магией и песнями.

Однако, поскольку это было крупное мероприятие и потребовало бы привлечения большого количества персонала, было решено, что эксперимент, демонстрирующий это, будет проведен только после коронации и свадебной церемонии.

***

Конец 6-го месяца, 1548-й год по континентальному календарю

В этот день на фонтанных площадках, где люди могли смотреть трансляцию Голоса Драгоценности, собралась огромная толпа. Это было потому, что распространился слух, что молодой король снова собирается сделать что-то интересное.

С тех пор как Сома начал использовать трансляцию Голоса Драгоценности, количество фонтанных площадей выросло, а вместе с ними и популярность трансляций. Трансляции привлекали огромные толпы, поэтому люди собирались на центральной фонтанной площади Парнама, с затаенным дыханием ожидая начала трансляции.

— Ух ты! Какая толпа. Людей так много, что их можно подмести и выбросить.

— О, Райга. Не говори о людях, как о мусоре.

Слишком откровенное мнение Райги заставило Томоэ недовольно поджать губы.

Пятеро детей: Томоэ, Ичиха, Райга, Велза и Люси, в данный момент находились на террасе третьего этажа ресторана, которым управляла семья Люси, и который располагался недалеко от центрального парка. Люси пригласила их, потому что отсюда они могли увидеть трансляцию Голоса Драгоценности, не попав в толпу.

— Что скажешь? Неплохое у нас тут место, да?

— Да. Далековато, но я хорошо вижу площадь фонтанов, — сказал Ичиха с небольшой улыбкой, пока Люси с гордостью выпячивала свою все еще несуществующую грудь.

Велза, которая спокойно ела оставленное ореховое печенье, никак не отреагировала. В отличие от Айши, которая поглощала свою еду как лев, у нее был скорее вид маленького зверька, отчаянно набивающего в щеки столько, сколько сможет.

Люси посмотрела на Велзу и усмехнулась. — Я рада видеть, что тебе нравится еда.

— Хрум, хрум... Да. Меня это вполне устраивает, — застенчиво сказала Велза.

Ичиха указал на площадь с фонтаном. — О! Сейчас начнется.

Появились третья основная королева Ророа и первый диктор новостей королевства, полуэльф Крис Тахион. Люси завизжала от восторга при внезапном появлении своего кумира.

— Леди Ророа сегодня очень милая!

— Хрум, хрум... Вау

Взяв печенье и положив его в рот левой рукой, Велза постучала Люси по плечу правой. Затем, когда многие зрители наблюдали за происходящим, двое на экране закричали в унисон.

— «Битва рабочих песен Востока и запада!» Начинается!

...Поправка. Они были не совсем в унисон.

— Привет, Крис. Мы тренировались в этом. Почему ты не совпал со мной?

— И-извини. Это мой первый раз, когда я управляю такой программой.

— Что? Ты же всегда в порядке, когда читаешь новости, верно?

— У новостей есть фиксированный сценарий, но они дали нам только приблизительный набросок, от которого можно отталкиваться для такого рода вещей. Почему именно я выступаю в роли ведущего? У нас уже были другие люди, чтобы сделать это раньше, верно?

— Они все используются для этого мероприятия, так что мы больше ничего не можем сделать. Итак, следующая часть программы - это та, где мы заставим тебя раздеться и принять сексуальную позу?

— Это не так! Серьезно, пожалуйста, не говори того, что мы не обсудили заранее!

Площадь наполнилась смехом при виде того, как смущенно ответил Крис.

Люси наблюдала за озорным хихиканьем Ророа с чистым восторгом. — Она не только умна, но и очаровательна. Леди Ророа - это наша милая богиня?

— Она наша королева — Томоэ, Ичиха и Велза послушно указали на это.

Райга был единственным, кто хранил молчание, видимо, ему надоело подыгрывать их глупостям.

— Итак, возвращаясь к делу, я - Ророа Амидония, третья основная королева Фридонии.

— Я не думаю, что в этом королевстве есть человек, который не знает вашего имени и лица... я Крис Тахион. Вместе с леди Ророа я здесь, чтобы выступить в качестве ведущего этого проекта. Пожалуйста, наслаждайтесь шоу.

— Вау, вы ведете себя слишком скованно... Давайте, улыбнитесь!.

— Фальшивые улыбки - моя специальность.—  сказал Крис с улыбкой.

— Да, улыбка словно отпечаталась на вашем лице, но пришло время представить программу.

— Да. Что касается «Битвы песен Востока и Запада», то это в принципе то же самое, что и битва песен проводимая в конце года. Лорелеи и их мужские коллеги, орфеи, а также певцы нашей страны будут разделены на две команды, и они будут петь по очереди.

— Разница в том, что, силы национальной обороны будут проводить учения вместе с нами, — добавила Ророа. Силы национальной обороны будут разделены на «Восточные силы»  и  «Западные силы». Во время этой программы мы покажем вам видео, как Восточные силы атакуют определенную крепость за пределами Ранделя, а Западные силы защищают ее. По сути, лорелеи будут поддерживать противоборствующие стороны в битве. Посмотрите, как сражаются наши храбрые солдаты, пока лорелеи поют на заднем плане.

— Мы надеемся, что вам понравится шоу.

***

— ...Они опять затеяли что-то странное. Хотя звучит забавно, —  сказала Райга, потягивая чай после того, как узнала, о чем будет программа. — Но тебе здесь хорошо, Томоэ? Если бы ты спросила своего брата, разве он не отвез бы тебя на место проведения мероприятия?

— Да. Ну, ты прав, но...

Сома пригласил прийти на это мероприятие Томоэ.

Однако, хотя на первый взгляд это была всего лишь новая программа вещания, за кулисами это был эксперимент по изучению связи между музыкой и магией. Поскольку для эксперимента была мобилизована вся страна, они не могли позволить студентам по обмену, таким как Райга и Ичиха, или простолюдинке вроде Люси, увидеть полную картину. Даже если бы они были ее друзьями, она не могла бы взять их с собой.

— На этот раз я не помогу, и, кроме того... Я лучше буду наблюдать здесь со всеми вами, чем одна.

— Ой, ты заставляешь меня краснеть, — сказала Люси, обхватив Томоэ за плечи. — Давай, съешь еще печенье. Выпей немного чая.

— Я буду.

Томоэ взяла одну из конфет с кривой улыбкой. Наблюдая за ними, Райга слегка вздохнула, затем повернулась и посмотрела прямо на трансляцию. Ее взгляд был слишком серьезным, чтобы подумать, что она смотрит простую развлекательную программу.

**

Тем временем в крепости.

Мы находились в крепости за пределами Ранделя, города, где располагался замок, принадлежавший когда-то бывшему генералу армии Георгу Кармину. Здесь собралось большое количество офицеров из Сил национальной обороны.

Это место было тем самым, где Запретная армия и Армия сражались во время моего фальшивого противостояния с Георгом Кармином. Правда, самые интенсивные бои шли между Запретной армией и личными силами продажных дворян и их земских наемников, так что сама армия почти не двигалась.

Он был создан путем возрождения давно разрушенного замка с помощью военных инженеров, и с конца войны использовался в качестве тренировочного центра для Национальных сил обороны.

— Итак, давайте ознакомимся с правилами этого упражнения, — сказал я.

Внутри крепости я стоял перед трансляционной жемчужиной в своей военной форме и объяснял суть происходящего тем, кто будет участвовать в этом комбинированном учении и эксперименте. Единственными, кто смотрел эту трансляцию, были офицеры и солдаты, собравшиеся в крепости.

Для сохранения тайны мы использовали отдельные передатчики, чтобы люди не могли наблюдать. Правила, конечно, были сообщены заранее, но вы можете думать об этом, как об объявлении перед началом легкоатлетического фестиваля.

— В этом упражнении вы будете разделены на атакующую команду и обороняющуюся команду. Атакующая команда будет называться Восточные силы, и командовать ею будет главнокомандующий Сил национальной обороны Эксель Уолтер. Команда защиты, тем временем, будет называться Западными силами, и я буду их главнокомандующим. Но на практике командовать будет заместитель главнокомандующего Силами национальной обороны Людвин М. Аркс. Атакующая команда выиграет, если сможет прорваться через крепостную стену и добраться до места, где я нахожусь, в течение установленного времени, а обороняющаяся команда выиграет, если сможет защищать меня все это время. Победившая команда получит бонус к зарплате, так что выкладывайтесь по полной.

Как только я упомянул об этой премии, солдаты зааплодировали так громко, что у меня заложило уши.

Ну и люди. Это всего лишь премия... в любом случае, возвращаемся к теме.

— В свете преимущества, присущего обороняющейся команде, атакующая команда будет иметь вдвое больше воинов. Кроме того, во время этого упражнения будет проведен крупный магический эксперимент. Поскольку мы наблюдаем за силой магии, атакующая команда будет ограничена тактикой нападения. В битве не будут участвовать воздушные силы. Мы собрали здесь людей, которые привыкли к магии, поэтому я хотел бы, чтобы вы послушали лорелеи, орфеи и певцов и действительно выпустили на волю всю свою силу.

Далее я рассказал о правилах ведения боя.

— Я знаю, что повторяюсь, но цель этого упражнения - наблюдение за силой магии. Поэтому те, кто сражается с оружием, должны использовать предоставленное оружие и снаряжение. Это оружие - затупленные мечи и копья, а также стрелы с закругленными наконечниками. Вы должны зачаровать их магией во время боя. Бросать их без магии запрещено. Доспехи - это нагрудник, который был зачарован на легкое сопротивление магии. Если эти доспехи разрушены или у вас закончилась магическая сила, вы выбываете из игры. Вы должны немедленно покинуть поле боя.

Кстати, тот, кто придумал это оборудование, был Женя.

Пока мы обсуждали, как лучше всего наблюдать за магией и при этом ограничить количество травм, она предложила эти правила и оснащение.

Когда я впервые услышал правила, я не мог не подумать: — Нокауты с уничтожением одежды? Но разбивается только нагрудник, так что особо сексуальных сцен не будет.

В любом случае, девяносто процентов участвовавших солдат были мужчинами. Я почувствовал облегчение, узнав, что мы не будем показывать людям видео, где повсюду бегают полуголые мужчины. Кроме того, Айша тоже участвовала как боец, а я бы не хотел, чтобы другие люди видели мою жену голой... так что, да, на этом объяснение правил закончилось.

— Эти учения - боевой опыт и эксперимент. В то же время важно, чтобы вы не забывали, что люди наблюдают за вашей храбростью. Поэтому у меня есть приказ для вас.

Я поднял кулак вверх.

— Сражайтесь изо всех сил и будьте яркими! Побеждают те, кто больше всех выделяется! Если вы были особенно заметны, вы получите специальный денежный приз независимо от того, выиграли вы или проиграли! А теперь покажите мне вашу магию!

—  Даааа!!!!

Изнутри и снаружи крепости раздавались одобрительные возгласы. Казалось, я хорошо их настроил и мотивировал.

Убедившись, что трансляция прекращена, я вернулся к столу, установленному в задней части крепости.

— Хорошая работа, — сказала Лисия. — Вот, выпей воды.

— Спасибо... Фуу.

Я вздохнул, затем расстегнул воротник своей униформы. Я посмотрел на простой приемник, установленный в центре комнаты. Там я мог видеть Ророа и Криса, объясняющих план этого мероприятия. Они вели запись в отдельной комнате, чтобы их передатчик не уловила звук нашей трансляции.

— Звук, когда я вдохновил  воинов, был передан? —  спросил я.

— Да, Ророа отлично справляется со своей задачей, сказав: «Похоже, солдаты готовы к бою!» .

— Ну, это хорошо. Теперь... мы просто ждем, когда будет готов отчет.

Для этого эксперимента Королевская академия направила большое количество исследователей, специализирующихся на магии и смежных областях, и они были расставлены по всему району, чтобы сообщать о мельчайших колебаниях магической силы.

Какие песни повлияют на какую магию? Мне не терпелось узнать.

— Теперь... —  Лисия плавно встала и положила рапиру на бедро.

— Подожди, Лисия. Ты не можешь ...

— Айша участвует? Моя мама следит за Сианом и Казухой в замке, так что я тоже хочу поучаствовать. Между беременностью и родами я позволила своим навыкам заржаветь. Если я хочу быть хорошей мамой, я должна вернуть свои боевые инстинкты.

— Нужны ли маме боевые инстинкты...?

Были признаки того, что Лисия будет строгой матерью, и именно такой она и оказалась. На этот раз опасности почти не было, так что, думаю, все в порядке. В последнее время она проводила все свое время, присматривая за нашими детьми, поэтому мне нужно было дать ей возможность иногда расправить крылья.

— Развлекайся.

— Спасибо, Сома.

Лисия поцеловала меня, а затем молниеносно вышла из комнаты. Она была храброй, как всегда.

— Ну что ж... думаю, я пойду помогу Ророа.

Я вышел из комнаты, чтобы заняться своими делами.

— Джуна... О, нет, леди Джуна.

Поскольку битва должна была скоро начаться, лорелея Комари Корда, одетая в платье весенних цветов, завязала разговор с Джуной, пока они ждали в кулисах сцены.

Джуна, одетая в голубое платье, выглядела очень благородно и красиво. Даже теперь, когда она была замужем, ее сияние не потускнело.

— Просто Джуна, Комари, — сказала она с улыбкой.

— Нет, вы королева, леди Джуна...

— На самом деле все в порядке. Когда я стою перед трансляцией Голоса Драгоценности, я хочу быть самой собой.

— ...Я понимаю. Джуна.

Тронутая мягкой улыбкой Джуны, Комари заново ощутила, каким огромным присутствием обладала та, кого называли Прима Лорелей.

Вообще, слово лорелея было синонимом термина идол на Земле, поэтому Джуну, которая больше не могла быть идолом после замужества с Сомой, называли певицей, как Маргариту.

Однако люди по-прежнему называли ее не певицей, а Примой Лорелей. Как будто слова «Прима Лорелея» были отделены от понятия «лорелея».

Титул Прима Лорелеи стал принадлежать только Джуне. Это показывало, насколько велика была поддержка народа.

Для Комари, которую называли Пост-Джуной, ее преемницей, Джуна была идеалом, к которому она стремилась, но также и великой стеной, которую она надеялась когда-нибудь преодолеть.

Именно поэтому она и заговорила с ней: чтобы передать эту решимость.

— Я здесь, потому что вы увидели во мне что-то. Я не могу быть более благодарна за это. Вот почему... я хочу, чтобы вы послушали мои песни, я буду в команде соперников.

— .........

В этой программе певцы также были разделены на две команды, болеющие за нападающих и защитников соответственно. Короче говоря, они также будут соревноваться друг с другом.

Комари была на стороне нападающих, а Джуна - на стороне защитников. Их голоса сталкивались на поле боя и позволяли воинам сражаться изо всех сил.

— Я вложу в песни всю себя, — начала Комари, положив руку на грудь. —Чтобы я могла выступить так, чтобы мне не было стыдно за то, что я та, кого вы выбрали, ваша преемница. Я намерена отплатить за эту услугу, показав вам через этот проект, насколько я выросла

— ... —  Джуна убрала улыбку и с серьезным лицом выслушала смелое заявление Комари. Затем, глядя ей прямо в глаза, она сказала: — Я вижу твою решимость. Но есть одна часть того, что ты сказала, которая меня беспокоит.

— ...Что это может быть?

— Что ты заменяешь меня. Я для тебя уже человек прошлого? Разве мой брак с Его Величеством как-то снижает мою привлекательность как певицы? Ты пытаетесь сказать именно это?

В этих словах была скрыта тихая, но сильная эмоция.

— ......! — Испугавшись напряжения вокруг Джуны, Комари сглотнула.

Она словно смотрела на голубое пламя. Этот величественный вид, поражавший всех, кто ее видел, был присущ королеве, как бы Джуна ни пыталась это отрицать.

Пока Комари стояла, потеряв дар речи, Джуна посмотрела в сторону.

Когда она это сделала,  напряжение вокруг нее исчезло.

—Что происходит?  — поинтересовалась Комари, следуя за взглядом Джуны.

Там она увидела Сому, разговаривающего с Ророа, которая только что закончила представление. Должно быть, он пришел сюда, когда закончил свою речь перед солдатами. Не успел он к ним присоединиться, как...

— Дорогой, я знаю, что ты только что приехал, но у тебя есть работа!

— ...хорошо, но график довольно плотный.

Похоже, он будет составлять отчеты, которые поступали со всего места проведения эксперимента. Поскольку способности Сомы специализировались на бумажной работе, люди ожидали, что он будет выполнять эту работу, несмотря на то, что он был королем.

— Работа за столом даже здесь, да? Это так же утомительно, как и всегда.

— Няхаха, было бы здорово, если бы была песня, которая усиливает твою магию. Знаешь какие-нибудь хорошие? Например, трудовая песня для заполнения бумаг

— Хм... День-О, может быть?

— Что это за песня?

— Между словами песни есть фрагменты призыва и ответа о том, как они хотят домой.

— Слушая это, можно убить свой боевой дух...

...Неужели быть королем - это такой тяжелый труд? Комари немного опешила. Затем Джуна, слушавшая их двоих, захихикала.

— В том разговоре было над чем посмеяться? —  спросила Комари.

— Не волнуйся. Это случается постоянно.

— Все время...?

— Именно поэтому я хочу быть рядом с ним, поддерживать его, — сказала Джуна, сцепив руки перед грудью, как будто она поет.

— Встречаясь с ним и со всеми людьми вокруг него, я была тронута столькими видами любви. Романтическая, родительская, семейная... это бесценное время, прогулки с теми, кто важен для меня, и радость самой жизни. Теперь, когда я это понимаю, я могу петь еще более душевно, чем раньше. О любви, мечтах, вере, грусти и радости от того, что я живу прямо сейчас

Это должны были быть добрые слова, но они глубоко врезались в сердце Комари.

«Это Джуна Сома...» подумала она. Это было свежим напоминанием о том, что даже теперь, когда ее фамилия изменилась, она все еще была лорелеей, которую любила народ.

— ...Хаха! Вы действительно прима Лорелей, Джуна.

Комари рассмеялась. Это не был холодный смех или смех презрения. Она была просто счастлива. Джуна, ее идеал и цель, все еще стояла перед ней, как возвышающаяся фигура.

Поэтому она посмотрела Джуне прямо в глаза и заявила: — Когда-нибудь я превзойду вас!

— Это прекрасное проявление решимости. Но я не буду останавливаться, понимаешь? Я хочу, чтобы вы видели, как я сияю. Потому что нам нужны такие люди.

— Конечно! Теперь, когда твой блеск вырос рядом с Его Величеством, я буду стремиться еще выше!

— Хи-хи, буду ждать с нетерпением. А теперь пойдем —  Джуна улыбнулась и протянула ей руку. Комари взяла ее без колебаний.

— Хорошо! Я буду петь всем телом, всей душой и всеми силами!

Открывающим выступлением этого эксперимента был дуэт двух лорелей.

***

Когда две лорелеи запели, началась битва.

Они пели страстную вступительную тему относительно нового шоу про роботов. Подхваченная их голосами, атакующая команда начала сильное наступление.

Защитники отчаянно отбивали огненные шары и магические стрелы, летящие в их сторону, или отражали их щитами. В центре всего этого Халберт просто стоял на краю стены.

Хотя он отбивал случайные атаки, направленные прямо на него, судя по выражению его лица, он казался немного не в себе. Сейчас его мысли были заняты не битвой, а одной женщиной.

Это случилось только вчера.

— Я беременна Хэл.

Его подруга детства, которая теперь была его главной женой, объявила об этом в присутствии Руби и его родителей.

В последнее время Каэдэ казалась немного не в себе, но это, очевидно, было связано с утренней тошнотой. После свадьбы им дали длинный отпуск, и они использовали его для путешествия в Вен и другие места, где все трое занимались любовью до умопомрачения, так что... в общем, это был очевидный исход.

Естественно, Дом Магна был перевернут с ног на голову из-за вызванного им фурора.

Его отец, Глейв Магна, был вне себя от эмоций и начал хлопать Халберта по спине, а его мать, Эльба, со слезами на глазах поздравляла свою невестку.

Его вторая жена, Руби, была рада за Каэдэ так же, как и за себя.

Халберт, тем временем... был настолько потрясен, что его разум помутился. Он знал, что этот день наступит, и даже молился об этом. Но это было так неожиданно, что он не успел ничего понять.

Затем, когда он пришел в себя от боли, вызванной тем, что Глейв постоянно шлепал его по спине, его медленно осенило, и эмоции стремительно нарастали внутри него.

— О... даааа! —  Халберт поднял Каэдэ и закружил ее.

— Стоп! Подожди, Хэл?!

Когда Сома узнал, что станет отцом в Республике, он был разочарован тем, что Лисии не было рядом с ним. Но Каэдэ была здесь, прямо перед Халбертом, и поэтому он обнял ее, разрываясь от радости.

Хотя, он увлекся, так что...

—  Аккуратно!

...Руби и его родители все кричали на него.

По этой причине Каэдэ не участвовала в этом шуточном сражении. По всей видимости, было много людей, которые не смогли принять участие по аналогичным причинам.

Через два месяца после всех этих свадеб в столице началась эпидемия утренней тошноты в семьях молодоженов. В следующем году за этим последовал бы бэби-бум.

Теперь, несколько дней спустя, Халберт думал об этом с путаными мыслями. Я... стану чьим-то стариком, ээ...?

— Ты слишком напряжен, Хэл.

В следующее мгновение он увидел, что Руби стоит рядом с ним. Поскольку в этом шуточном сражении не должны были участвовать воздушные силы, Руби, красному дракону, разрешили участвовать только в человеческой форме.

Впервые за долгое время Халберту предстояло сражаться на земле в одиночку.

Положив руки на бедро, Руби в ужасе покачала головой. — Я уверена, что речь идет о Каэдэ и ребенке, верно? Что ж, соберись. Ты - козырь защищающейся команды.

— Ну, да... я знаю это, но все же.

— Кроме того, я уверена, что Каэдэ смотрит эту трансляцию, находясь в декретном отпуске, понимаешь? —  Руби указала на трансляционные драгоценности, расположенные тут и там вокруг поля боя. — Разве тебе не нужно показать, какой ты крутой? Папа?

— ...Чертовски верно — Халберт приготовил копье и посмотрел вниз на солдат, копошащихся на стенах внизу. — Я еще не готов стать отцом, но я не хочу, чтобы она видела, как я выгляжу некруто!

— Хи-хи, так и надо. Ты ведь помнишь приказ?

— Конечно. Ты тоже не отвлекайся от работы, Руби.

На этот раз приказ командира группы защиты - Людвина заставил их действовать самостоятельно.

Они прислушались, и музыка сменилась на зажигательную песню отряда орфеев.

С точки зрения песен аниме из мира Сомы, эта тема использовалась, когда нужно было восстать против массивного врага и переломить ситуацию. Энергичная песня подстегивает атакующую команду и, в свою очередь, затрудняет действия обороняющейся команды.

В этом случае защитникам бы пришлось перейти в наступление.

Халберт повернулся, отдавая приказ дракшутистам, которые ждали позади него.

— Бейте туда, где кажется, что вы можете пробить строй! Давайте покажем жителям этой страны, на что  мы способны!

—  Даааа!!!

Моральный дух был высок. Если бы они стояли здесь, девушки, наблюдающие за трансляцией, могли бы визжать от восторга. Им будет чем похвастаться перед женщинами в таверне.

Эти одинокие мужчины, вынужденные наблюдать за флиртом Халберта, Каэдэ и Руби, отчаянно искали себе партнеров. Даже если каждый третий был женат, их семьи наверняка смотрели трансляцию, поэтому они тоже хотели выделиться.

— И... Бросай! —  По приказу Хэла, Руби и Дракшутисты перепрышнули через край стены. — Ооо, раааа!

— Вау!

Халберт и друкшутисты  были элитным подразделением, и они отправлялись туда, где оборона, казалось, была готова прорваться, вступали в бой и оттесняли атакующих.

Песня, которая играла до этого момента, прекратилась, и зазвучала новая мелодия.

На этот раз это была оркестровая пьеса без пения, включенная в эксперимент, чтобы помочь измерить влияние текстов песен. Кстати, поскольку они искали боевые песни, многие произведения были игровой музыкой из мира Сомы.

Та, что только что закончилась, играла в сценах замка в игре, где вы исследуете пещеру и собираете сокровища. Эта пьеса, перестроившая основную тему в нечто с самообладанием и достоинством, заставила нападавших представить себе высокие стены и сильно подорвала их боевой дух.

Халберт разрушил несколько доспехов врагов своими огненными копьями, а затем вздохнул. Поскольку ему не разрешили использовать двойные змеиные копья, с которыми он всегда тренировался, он использовал два копья, предоставленные для эксперимента.

— Это проще простого. Если это все, что у них есть, мы сможем обороняться до тех пор, пока время... А?!

Не успел он закончить фразу, как Халберт почувствовал неладное и перевернулся на спину. Когда он почувствовал, как ветер пронесся мимо его носа, несколько Дракшутистов, которые были перед ним несколько минут назад, упали.

Халберт продолжал делать сальто назад, и когда он приземлился, то увидел перед собой человека, который только что закончил полный взмах своим мечом.

Бли! Мне снова придется бороться с этим...? Халберт мысленно прищелкнул языком.

Музыка только что сменилась на ту, что используется для рекламы прибытия непобедимого генерала. Защитники, столкнувшись с человеком, владеющим мечом, закричали.

—  Это леди Айша!

— ...Хахх!

Столкнувшись с этими солдатами, Айша вонзила свой меч в землю. В следующее мгновение возник порыв ветра, который подбросил более десяти из них в воздух, разбросав их как листья.

— Приходится использовать магию при каждой атаке... это хлопотное правило, не находишь? —  Айша вздохнула, наблюдая за происходящим.

Обычно она сражалась, полагаясь на вес своего меча и силу, которая позволяла ей легко им размахивать. Хотя она и атаковала магическими клинками ветра, но только когда между ней и противником было расстояние, поэтому она не привыкла сражаться, пропитывая каждую атаку магией.

Потому что, если бы она использовала свой обычный меч, ей не нужно было бы наделять его магией; ее клинку даже не нужно было быть острым, она раздавила бы своих противников до смерти весом этой штуки.

Однако в этот раз она использовала не этот меч, а меч, который внешне выглядел так же, но был сделан из дерева из Богохранимого леса. Для того, чтобы эффективно разрушить их, ей пришлось использовать магию.

— Это не та битва, в которой я сильна, но чтобы ответить на ожидания его величества, я... А?!

Раздался звук, более высокий, чем тот, который можно было бы ожидать от тренировочного оружия. Два копья пламени обрушились на ее меч, который она мгновенно использовала, чтобы блокировать атаку сверху.

— Сегодня тот день, когда я остановлю тебя, юная мисс Айша!

— Сэр Халберт, а!

В тот момент, когда они обменялись ударами, их глаза встретились, и между ними проскочили искры.

После их мгновенного столкновения Айша со всей силы размахнулась, и Халберт проворно приземлился в метре от нее. Ее обычная тупая сила вызвала на лице Халберта натянутую улыбку.

— Я не ожидал, что ты будешь на стороне нападающих. Разве тебе не нужно охранять замок, где находится твой муж?

— Мне было велено стоять на стороне нападения, чтобы сохранить баланс сил. Чтобы пойти на встречу с Его Величеством, я проскользну мимо вас здесь!

— Вы думаете, это будет так легко?!

Их оружие скрежетало и стучало, сталкиваясь друг с другом. Если бы не магическое усиление, оба их оружия были бы уже разбиты вдребезги.

— ... ваши жены сегодня не с вами?

— Руби здесь, но она занята. Каэдэ в декретном отпуске.

— О, она беременна. Я рада за вас.

—Спасибо... о, нет, я должен сказать «Благодарю вас Леди Айша», да?

— Вы - друг Его Величества, поэтому вы можете говорить так, как обычно.

Их разговор был пустой болтовней, но их руки не переставали размахивать оружием. Удивительно, как они могли поддерживать разговор на фоне этого грохота.

Конфликт продолжался некоторое время, пока Айша не начала подавлять Халберта своей природной силой. Оказавшись в невыгодном положении, Халберт щелкнул языком:

— У тебя такая же тупая грубая сила, как и всегда....

— И на этот раз с тобой нет госпожи Карлы и госпожи Каэдэ. Если я позволю себе проиграть вам, когда вы не на спине Руби, я никогда не смогу победить этого человека.

— ...Фуга? Тогда я тоже не могу проиграть!

Халберт отчаянно сопротивлялся яростной атаке Айши.

—  Вау, эээээ?! —  Близлежащие солдаты были снесены ударными волнами их битвы.

— Когда придет время, это будет моя миссия - уничтожить этого ублюдка! Так что...

— Мой долг - защитить Его Величество от этого человека! Так что...

—  Я не могу позволить себе проиграть!!- кричали они оба.

— Эй, эй, вы двое точно завелись — В самый разгар их испытания воли сверху спустился спокойный голос. — Оокякя! Позвольте и мне поучаствовать!

Когда вместе с этими словами сзади взметнулась дубина, Айша, не оборачиваясь, отбила ее, используя только левую руку в перчатках. Музыка уже сменилась музыкой непобедимого генерала на веселую мелодию, которая, возможно, звучала во время великого приключения первобытной обезьяны.

Айша посмотрела на Ку и сказала: — Если это должно было быть внезапное нападение, то вам не следовало кричать, сэр Ку.

— В этой праздничной атмосфере было бы хамством начинать подлое нападение. Вот почему я окликнул тебя, жена брата — Парировав атаку, Ку сделал сальто и приземлился рядом с Халбертом. — Я приму сторону рыжего. Это должно быть справедливым, верно?

— Буду рада. Это сделает тренировку лучше..

— Подождите, вы получили разрешение от Сомы? Вы ведь не из этой страны, верно?

Когда Халберт спросил об этом, Ку издал улюлюкающий смешок.

— Я никак не мог остаться в стороне от такого веселого мероприятия. Я обратился непосредственно к Брату и получил его разрешение на участие. Он поставил мне условие держаться подальше от экспериментальных постов наблюдения, сборщиков данных и кучи других вещей.

Халберт, которому было тяжело противостоять Айше одному, усмехнулся. — О, да...? Ну, тогда помогите мне, ладно?

— Конечно!

— Хехе. Очень хорошо. Я разобью вас обоих.

Пока Айша хвасталась, Халберт и Куу оттолкнулись от земли в ее сторону.

***

Тем временем...

В другом месте, среди бушующей грозы, разлетались искры напряженной битвы. Еще мгновение назад было чистое небо, а теперь эта внезапная гроза? Да еще и с искрами? Зрители, возможно, остались в недоумении, но на поле боя, по которому пронесся ураган, действительно летели искры. В центре всего этого...

— Тахххххххх!

— Няхахяххххх!

В центре всего этого герой с красно-серебряным шарфом обменивался ударами с Императором Зла. Это был главный герой популярного в Королевстве токусацу-шоу, Сильван, и его главный заклятый враг, Великий Император Зла Людоедов, Акки Тайтэй. Это казалось хорошей возможностью посмотреть, как музыка влияет на иллюзии или представление Ивана и Молтова.

Кроме того, поскольку Иван был известен как актер, игравший Сильвана, мы решили, что детей смутит, если он будет сражаться с обычными солдатами, а не с монстрами и злодеями, поэтому мы попросили его отца Молтова сразиться с ним в облике Акки Тайтея. Это означало, что отец и сын будут сражаться по-настоящему…. но так как они сражались все время, так что это не было проблемой.

На поле боя звучала песня Сильвана в исполнении Наны. Благодаря тому, что это была их собственная музыкальная тема, они оба разгорячились, и от столкновения их кулаков летели искры; их движения оставляли после себя следы, и бесчисленные призрачные Сильваны и Акки Тайтеи то появлялись вокруг них, то исчезали. Казалось, они двигались на большой скорости, сражаясь друг с другом повсюду, и это, возможно, заставило Сому прошептать: — Из какой расы воинов эти люди...?

Когда они смотрели друг на друга, шел дождь, а когда они сталкивались, летели искры и сверкали молнии. Даже зная, что все это иллюзия, буря интенсивных спецэффектов заставила солдат с обеих сторон держаться подальше. Нет, на самом деле, не столько страх, сколько чувство, что они не должны вмешиваться, удерживало их от приближения. Вроде того, как люди чувствуют себя неловко, проходя перед человеком, который пытается сделать фотографию.

На их телах, кстати, не было никакой усиливающей магии. Хотя эффекты были яркими, на самом деле они только и делали, что выбивали друг из друга все дерьмо. Без магических доспехов, которые могли бы определить победителя и проигравшего, их битва превратилась в трясину.

Как думал Сома, тот, у кого первым закончится выносливость, проиграет...

Музыка сменилась на зловещую мелодию.

Она звучала как произведение, возвещающее приход однокрылого ангела, и Сильван и Акки Тайтей остановились. Они подняли глаза, когда заиграла часть, возвещающая приход воина, и на стене перед ними появились красные крылья.

— Почему...? Почему?! —  закричала фигура.

Эта особа ударила по стене хвостом рептилии, торчащим из ее крестца, и сжала кулаки, широко расправив крылья. Ее очень откровенный, похожий на купальник наряд, открытый посередине, преувеличивал ее декольте, когда она выпячивала грудь и кричала.

— Почему я должна снова так одеваться?! —  Крик ее души эхом разнесся по полю боя, и глаза Ивана и Молтова расширились.

— Это мисс Дран?!

— ...Юная мисс Карла?!

Приземлившаяся на стену Карла была в сексуальном костюме злодейки мисс Дран. Ее лицо было красным от стыда, а глаза мокрыми от слез.

— Я думала... впервые за долгое время я смогу принять участие в тренировке. Я была счастлива, что снова могу служить в качестве воина, так почему же я должна носить это одеяние?! Ургх! Я ненавижу себя за то, что недооценила эту особу. Я думала, что во время беременности она не будет такой неразумной, но я никак не ожидала, что она уже приказала другим служанкам заблокировать мой побег... —  Карла бормотала про себя, ее глаза были похожи на глаза мертвой рыбы.

Человек, о котором говорила Карла, должно быть, главная горничная, Серина. Между прочим, хотя она просто бросила это, как ни в чем не бывало, но да, Серина уже была беременна ребенком Пончо.

Будучи способной женщиной, Серина предсказала грядущий ажиотаж на детей и немедленно приняла меры, так что этого следовало ожидать. Что касается того, какие действия она предприняла, то, знайте, что все были обеспокоены внезапной потерей веса Пончо. Именно поэтому Комайн, которая забеременела, как и Серина, осталась с ней в столице.

Учитывая, что она происходила из семьи трудоголиков, похоже, Серина не собиралась уходить в декретный отпуск до последнего возможного момента, и то, как она работала в замке даже сейчас, заставляло Пончо и ее горничных беспокоиться.

При всем этом Карла ожидала, что впервые за долгое время сможет сражаться без глаз Серины. Однако в следующее мгновение она поняла, что другие служанки спрятали ее одежду, пока она спала, и единственное, что ей пришлось надеть, кроме нижнего белья, был сексуальный костюм мисс Дран.

Ее коллеги сложили руки вместе, прося у нее прощения, объясняя, что это было сделано по приказу Серины, которая, вероятно, с улыбкой наблюдала за трансляцией из столицы.

Карла посмотрела на Ивана и Молтова мутными глазами. — Мне жаль, но... я буду вымещать эту печаль на вас.

— Погоди, Карла... Нет, мисс Дран! —  умолял Иван.

— Успокойтесь, мисс Дран!

В угоду зрителям они стали называть ее мисс Дран, но в итоге это привело Карлу в ярость.

— Не называй меня так!

Бесчисленные огненные шары вырвались из рук Карлы и обрушились на нее с бум, бум, бум.

Это были настоящие огненные шары, а не иллюзорные. Попадание в них не оставляло следов. Иван и Молтов вспотели, посмотрели друг на друга и кивнули. Они вытянули руки вперед и в унисон закричали: — Развернуть иллюзию!.

Когда они это сделали, появилось бесчисленное множество Сильванов и Акки. На первый взгляд, их были сотни. Это было почти как техника клоирования. Они прятались среди иллюзий, пытаясь покинуть это место. Однако это было не так-то просто.

— Хехехе, мы работали над одной и той же программой, поэтому, конечно, я знаю о ваших способностях. Иллюзии, которые вы создаете, лишены формы и не имеют присутствия живого человека — Карла сузила глаза, оглядываясь по сторонам. Сильванов и Акки Тайтей было бесчисленное множество, но она чувствовала жизнь только у двоих. Она сформировала на ладони огненный шар, а уголки ее рта задрались вверх. — ...Хе-хе, я вас нашла.

Огненный шар выстрелил прямо в сторону Ивана и Молтова.

— Ааааа?! –кричали они оба.

От прямого удара оба взлетели в воздух. Когда оригиналы исчезли, иллюзии так  же попали, и осталось только пламя Карлы.

— Хахаха, горите! Сгорите, вместе с моими воспоминаниями!

В памяти зрителей остался образ злой королевы. Никто не подходил к выжженной земле, и некоторое время отчаянный смех Карлы эхом разносился по окрестностям.

***

Тем временем, за кулисами этой напряженной борьбы...

— Сир. Мне нужны записи той битвы, которая произошла только что.

— Хм... прослушивание собственной тематической песни увеличивает силу? Может быть, мне стоит сделать тематические песни для Айши, Хэла и других сильных воинов. Как те темы, которые играют, когда профессиональный боец выходит на ринг.

Сома и его группа тщательно записывали результаты битвы Ивана, Молтова и Карлы. Закончив запись, Сома поднял глаза на простой приемник, который показывал изображения Карлы, выходящей из себя.

— Она зашла слишком далеко, — вздохнул он. — Злая женщина-командир победила.

И герой, и его заклятый враг были потрясены мисс Дран. Сома ломал голову над тем, как объяснить это событие зрителям.

Кстати, это полное доминирование Карлы в дальнейшем будет обсуждаться зрителями как эпизод, когда мисс Дран пробудилась и, не в силах контролировать свою огромную силу, вышла из-под контроля и даже победила своего хозяина Акки Тайтея вместе с Сильваном. Сильван должен был пройти интенсивную подготовку, чтобы победить ее в следующем эпизоде. Но это уже другая история.

***

Теперь давайте вернемся на поле боя.

Возможно, потому, что битва была спланирована так, чтобы создать патовую ситуацию, ни одна из сторон не достигла доминирования.

В главном лагере атакующей команды Эксель Уолтер со скукой наблюдала за ходом событий. Возможно, на улице было жарко, потому что она сидела в кресле под чем-то вроде пляжного зонтика и обмахивала себя веером, наблюдая за ходом битвы по простому приемнику.

— Поскольку основное внимание на этом мероприятии уделяется магическому эксперименту, нам не разрешили использовать никакую тактику, кроме чистой силы. Мне нечего делать. Это такая боль - быть в таком положении. Если бы я только могла оставить кого-то другого командиром и пойти сражаться как один из простых солдат... хм подождите?

Рука, держащая веер Эксель, остановилась. С таким видом, будто ей пришла в голову идея, она хлопнула в ладоши и сложила веер, после чего поднялась со своего места.

— Теперь, когда я думаю об этом, мне никогда не говорили: «Командиры должны сидеть тихо в своих главных лагерях» . Ну, тогда, это означает, что я могу участвовать!»

С дьявольской улыбкой Эксель снова раскрыла свой закрытый веер. — Хи-хи, говорят, что побеждают те, кто больше всех выделяется, так что, может быть, я придам этому полю боя больше изюминки.

— Что это?!

— Вода поднимается?!

Все солдаты, сражавшиеся на южной стороне крепости, испугались, независимо от того, на какой стороне они сражались. Вода в реке к югу от крепости внезапно поднялась вверх. Затем огромное количество воды превратилось в огромную пятиглавую змею, все ее головы были направлены на крепость.

— Это...?! Невозможно ошибиться, это то же самое, что и тогда!

— Это герцогиня Уолтер! Магия герцогини Уолтер!

— Если мы останемся здесь, не попадем ли мы, нападающие, под эту атаку?

Водяной змей был знаком тем солдатам, которые участвовали в битве в Союзе Восточных Наций, чтобы отвлечь наступающих монстров. Однако сейчас, стоя у основания змеи, Эксель выглядела недовольной.

— Я так и знала... она выглядит немного тонкой. Было бы лучше, если бы в ней был такой объем воды, как в Дабиконе, но это самое большее, что я могу ожидать от такой реки.

Да, змея, которую она создала, была на размер меньше, чем та, из Дабикона. Река, протекавшая у леса, была не более чем ручьем, и объем ее был не так уж велик. Тем не менее, с точки зрения солдат, она представляла не меньшую угрозу.

Эксель перефокусировалась посмотрела в сторону крепости. — Ну, если я попытаюсь контролировать слишком много воды, моя магическая сила иссякнет в мгновение ока. Так что так даже лучше. Теперь... что вы будете делать, защитники?

Сказав это, Эксель направила свой веер в сторону крепости. Когда она это сделала, одна из пяти змеиных голов устремилась к крепости, словно выстрел.

В это время звучала песня из самого известного фильма о кайдзю в старой стране Сома. Услышав музыку, которая, казалось, вселяла ужас в людей, защитники почувствовали такой же страх, как если бы на них напало огромное существо. Однако...

— Это не так уж  страшно, как кажется!

Бвууууууууш...!

Внезапно с поля боя поднялось пламя и в мгновение ока испарило змеиную голову. В следующее мгновение перед Эксель с вызывающим взглядом стояла девушка в красном платье, которое выглядело неуместным на поле боя. Ее рыжие волосы развевались за спиной, а сзади торчал хвост рептилии.

Глаза Эксель сузились, когда она посмотрела на девушку и сказала: — Я полагаю, вы... из Дома Магна, да?

— Да, герцогиня Уолтер. Я жена Халберта Магна - Руби — Как только она представилась, Руби играл с пламенем на руке — Сэр Людвин предсказал это. Зная, насколько вы капризны, казалось вероятным, что вы захотите выйти и поиграть. Вот почему мне, обладающей силой, не уступающей вашей собственной, было приказано держать вас под контролем.

— Хи-хи, лорд Людвин хорошо меня понимает. Но тебя одной не хватит, чтобы остановить меня — Эксель улыбалась, но ее глаза сверкали, как у хищника, увидевшего добычу. — Это правда, что ты обладаешь значительной магической силой как представитель расы драконов. Однако, согласно существующим правилам, ты должна сражаться в человеческой форме. Потому что использование полётов запрещено. И количество силы, которую ты можешь применить в этой форме, ограничено, верно?

— ...Ты знаешь свое дело.

— В конце концов, я - главнокомандующий Национальными силами обороны. Я хорошо знакома с сильными сторонами этой страны. Поэтому позвольте мне спросить тебя еще раз. Ты действительно веришь, что сможешь остановить меня в этой форме?

Когда она это сказала, Эксель повернула оставшиеся четыре змеиные головы к Руби и заставила их сделать выпад. Руби выпустила пламя из обеих рук, отступив назад, в результате чего две змеи испарились.

— Как наивно.

Не успела Руби опомниться, как одна из водяных змей обогнула ее сзади. Затем последняя змея появилась спереди, угрожая ей атакой. Руби уперлась пятками, широко раскинув руки, и метнула огонь в обеих змей.

Хисссссссссссссс...!

— Ургх...! —  прохрипела она.

Однако Руби не смогла полностью испарить их. Это было связано с тем, что Эксель продолжала подавать им воду. Сила пламени ставила ситуацию в тупик, но Руби не могла отбить атаку. Поток воды окружил и связал её.

Пар висел в воздухе вокруг них двоих. Затем...

— Ты знаешь, что меня называют «магом, который непобедим везде, где есть пресная вода?»  —  сказала Эксель, создавая новую змеиную голову, чтобы угрожать Руби, которая не могла двигаться. Ее губы были выгнуты в форме полумесяца. — Это потому, что в любом месте, где есть пресная вода, я могу использовать свою магию более эффективно. А теперь ты отойдешь в сторону.

— Уф... Подумать только что человек может контролировать столько магии. Это нечестно...

— Называй это как хочешь. Теперь я собираюсь нанести последний удар.

Водяной змей напал на Руби сверху, когда...

Треск!

В небе сверкнула молния, и водяной змей разлетелся на куски.

— А?!

От неожиданности Эксель сделала огромный прыжок назад, и в то место, где она только что стояла, ударили две молнии. Это разрушило магию Эксель, и Руби наконец-то освободилась. Черная фигура с хвостом и рогами, пробивающимися сквозь блестящие черные волосы, которые были еще больше, чем у Эксель, приземлилась, а затем повернулась к Руби.

— Похоже, у тебя какие-то проблемы. Помочь?

— ...Ты ведешь себя как зануда, Надин.

Надин уже выглядела готовой к бою, ее волосы стояли дыбом, и поднимались искы, когда она била хвостом по земле.

Внезапное вторжение Надин заставило Эксель захихикать. — О, Боже. Вторая не основная королева тоже вступает в борьбу?

— По той же причине, что и Руби. Сома попросил меня остановить тебя, если ты выйдешь поиграть. Ты помогла мне с этими «твоими уроками», но я не позволю тебе пройти дальше.

— Хи-хи, а вот это уже интересно. Что ж..вы обе нападаете на меня вместе.

Эксель раскинула руки и создала еще больше змей. На этот раз их было восемь. Увидев невероятную магическую силу Эксель, Надин с покорным вздохом сказала:

— ...Это будет сложно, без формы Рю я одна не сравлюсь. Руби?

— Да. Давай попробуем вмсте.

— Ну что ж, не подведи меня, глупая Руби!

— Я могу сказать то же самое, глупая Надин!

Даже споря, они приготовились к бою, а затем побежали навстречу своему общему врагу.

Эксель послала в них двух водяных змей, но они ловко увернулись. Руби запустила огромный огненный шар в сторону Эксель, вокруг нее обвилась водяная змея, образовав стену и блокировав атаку. Пробившись сквозь пар, образовавшийся, когда они отменили друг друга, Надин бросилась к Эксель, ее тело было окутано электричеством.

Эксель послала водяного змея за Надин и крикнула: — Иди ко мне, предок расы морских змеев!

—Пфф.. тебе пятьсот лет!

Их атаки столкнулись, и брызги воды заискрились электричеством. Солдаты, ставшие свидетелями этой битвы, позже рассказывали, что это было похоже на схватку трех огромных чудовищ. К счастью, в тот момент играла тема из фильма, в котором три кайдзю сражаются в великой войне.

***

Волнение на поле боя достигло своего пика.

Я находился в комнате в глубине крепости, которую защищала команда защитников, сражаясь с отчетами, которые доставляли исследователи из Королевской академии и Профессиональной школы Джинджера.

— Ваше величество, докладываю с наблюдательного пункта 8. Номер 28. Замечен эффект на обороняющейся стороне, — сказал исследователь.

За ним последовал еще один: — Отчет с наблюдательного пункта 14. Номер 52. Эффект не обнаружен.

— Наблюдательный пункт 2! Битва между герцогиней Уолтер, королевой Надин и леди Магна стала слишком громкой, чтобы слышать музыку!

— Также с наблюдательного пункта 2! Последствия их сражения привели к большому количеству жертв!

— Не надо говорить все сразу! Я могу писать несколько вещей одновременно, но я все равно только один! —  крикнул я. Возможно, я звучал сердито, но это был крик отчаяния. Я не смогу услышать их всех, если они будут говорить одновременно.

Если бы они разговаривали перед «Фабричной рукой», она, по крайней мере, была бы способна мыслить самостоятельно и записывать.. Но даже если бы она могла это делать, она не могла бы ответить, и принять решение, поэтому мне пришлось делать все, что я мог, с помощью своего основного тела.

—  Пусть они делают все, что хотят. Даже если мы скажем ей уволиться, она не послушает. О! Но убедитесь, что вы получили все данные.

— Да, сэр. Это будет сделано.

Передав все дела, которые не требовали от меня разговоров «Фабричной руке», количество людей немного уменьшилось, и я смог перевести дух.

Три простых приемника, установленных в комнате, показывали изображения сражающихся солдат. Они шли во весь опор, слушая пение лорелеи.

Я мог только криво усмехнуться тому факту, что самые красивые места сражений были у Айши, Хэла и Ку, а также у Надин, Эксель и Руби - у всех людей, которых я знал лично.

...Наблюдая за ними, кажется, что музыка действительно оказывает влияние.

Прослушивание музыки повышало силу воображения, что оказывало влияние на магию. Когда звучала бодрая музыка, призывающая солдат к бою, нападающие рвались вперед, а когда звучала музыка, заставляющая представить себе надежную защиту, защитники отступали.

Самым впечатляющим было оркестровое состязание между темой «приключенческой игры-головоломки»  и «темой, которая играла на базе повстанческой армии во второй части крупной ролевой игры, которую знают все в Японии» . Это были части, которые дали мне самое сильное чувство нападения и защиты.

Я попробовал сыграть их вместе, и мне было хорошо видно, что когда играла первая, атакующие набирали обороты, а когда играла вторая, защитники становились сильнее. Эти две темы, вероятно, можно было бы использовать в реальном бою.

Судя по отчетам, которые я видел, присутствие текстов песен не имело никакого значения. Вероятно, это было связано с тем, что на поле боя не было времени их слушать. Однако в ситуации, когда они могли слышать текст или когда они знали слова заранее, как в случае с гимном Лунарской ортодоксии, усиливающим магию исцеления, результат мог быть иным. Я хотел провести тесты в самых разных условиях и записать множество результатов.

— Ваше Величество, мы получили доклад от медицинской команды — Глава Общества рабочих песен Морс, который изначально предложил этот эксперимент, принес мне несколько бумаг. — Написано что ...действительно, похоже, что их способность формировать мысленный образ является ключом, — сказал Морс, передавая мне отчет. — Когда они применяли целительную магию к раненым, исполняя при этом гимн Лунарской ортодоксии, эффект был разным в зависимости от того, были ли раненые солдаты приверженцами Лунарской ортодоксии или нет. Это интересный результат.

— Хм? Магия опирается на мысленный образ, верно? Разве это не тот результат, который вы ожидали? —  спросил я.

Те, кто представлял себе гимн, исцеляющий людей, были верующими, верно? Если последователям других верований говорили, что это милость леди Лунарии, это не казалось им таким уж реальным. В стране, откуда я родом, все пели гимны на свадьбах, но если они не были христианами, у них, вероятно, не было никакого образа милости Господа.

Когда люди молились о божественном вмешательстве, они обращались либо к Аматерасу, либо к Будде. Или, может быть, к своим предкам. Поэтому у меня было смутное ощущение, что гимны будут работать только для последователей той же веры, но, по словам Морса, это не так.

— Сир. Прогнозируемый результат заключался в том, что следование лунарианской ортодоксии будет иметь значение только для пользователей магии. Если песни и влияют на магию, то только на магов, изначально произносящих заклинания.

— Хм... О! Теперь понятно. Как получатели, вера раненых солдат не должна иметь никакого значения. Но вы говорите, что она действительно как-то задействована.

— Да. Магия восстановления вызывает магическую реакцию не только у заклинателя, но и у объекта. Это действительно увлекательно — Морс рассмеялся.

Магия восстановления в этом мире лечила внешние повреждения, активируя естественную способность тела к исцелению. Это было объяснением того, почему она не действовала на болезни. Хотя тот, кто активирует естественную способность тела к исцелению, был заклинателем, сама эта способность принадлежала субъекту. В этом случае ментальный образ субъекта тоже может быть важен.

— Вот почему они заставляют всех петь гимн, когда они используют Ария Небес? Не для того, чтобы заклинатели слышали его, а для того, чтобы раненые представляли себя исцеленными.

— Я полагаю, что, это частично так и  есть.

Я не знал, поступают ли лунарианские ортодоксы так, потому что понимают это. Как уже говорила Мерула, это могло стать обычаем.

Затем, прислушавшись к нашему разговору, пришел Джинджер и дал мне отчет. — Это отчет от медицинской команды. Похоже, были и нерелигиозные песни, которые усиливали эффект восстановления. Одним из удивительных вариантов была песня, которую пели три злодея  из вашего мира. Когда люди слышали ее, они говорили: «Я не позволю им победить меня», и это действительно делало их более энергичными.

— О,  такой образ тоже работает, да... —  сказал я. — Может быть, в дополнение к божественным благословениям, песни, которые заставляют вас представлять себе отдых и здоровье, бессмертие и неукротимый дух, тоже могут иметь эффект.

Песня этих трех злодеев определенно несла в себе образ непобедимости и неукротимого духа.

— Мы сделали открытие, которое должно быть полезно для исследовательской магии в неожиданном месте. Исследователи в Академии должны быть в восторге. Одного этого достаточно, чтобы эксперимент оправдал себя.

— Да, я согласен, — ответила Джинджер. — Я считаю, что продолжение исследований имеет смысл.

— Я бы тоже хотел продолжить свои исследования, — продолжил Морс.

Такой эксперимент был слишком большим, чтобы его можно было легко провести, но они могли продолжать и развивать свои исследования, используя собранные здесь данные. Морс попал в Профессиональную школу Джинджера из-за того, что его исследования казались абсурдными, но теперь мнение о нем должно было измениться. Если его исследования получат признание, то эти исследования, которые Академия сочла бессмысленными, возможно, получат шанс на дальнейшее рассмотрение.

Такое академическое развитие должно стать большой силой для нашей страны.

В отличие от Фуга, который граничил с владениями Владыки Демонов, нам некуда было расширять свою территорию без внешней войны. Поэтому нам нужно было развиваться на академическом и техническом уровне. Нам требовалось все больше и больше сил, например, наши знания в области медицины и носитель Хирю, которыми не обладали другие страны.

Пока я думал об этом, — Ах! —  неожиданно для себя пробормотал Джинджер.

— Что такок?

— Кажется, на поле боя что-то произошло — Джинджер указывал на место, где разворачивалась битва Айши и остальных.

***

— Хахххххххх!

— Вау?!

Хотя Ку заблокировал дубиной взмах меча Айши, он все равно отлетел на значительное расстояние. С помощью своей ловкости он перевернулся в воздухе и приземлился на ноги, но по его щекам струился холодный пот.

— Страшно. Если бы я не успел вовремя отпрыгнуть, меня бы раздавило.

— Хахх... Хахх... Ее сила в другой лиге, не так ли?

Халберт, обессилевший после того, как его отправили в полет, выстроился рядом с Ку.

Они оба были очень способными, и теперь сражались вместе, но все еще не могли нанести ни одного эффективного удара по Айше.

Куу натянул вынужденную улыбку, вытирая лоб. — Оокякя... Ты такая сильная, что уже даже не смешно, жена брата №2. Неужели Брату будет нормально жить с тобой, когда он сам такой слабак?

— ...О, это все объясняет, — сказал Халберт.

— А?

— Ранее я слышал, как он ворчал: — Моя спина болит из за Айши....

— ...Не его бедра? Что эти двое делали?

Ку, казалось, был немного обескуражен этим откровением, но Айша, должно быть, услышала их, потому что ее коричневая кожа приобрела более яркий оттенок красного.

— Н-н-н-ничего особенного, я просто забыла о своем обещании... и обняла его… немного… слишком сильно...

«Разве это не опасно, если она может вот так случайно травмировать его спину?!» подумали они в унисон.

Теперь эти двое были еще более удивлены. Чтобы скрыть свое смущение, Айша замахнулась мечом еще сильнее. Им все еще как-то удавалось уклоняться от лезвий ветра, которые она создавала при каждом взмахе.

— Осторожно! Она больше не сдерживается!

— Оокякя! Страшно, но... ситуация неплохая. Эй, рыжий!

— Что такое, белобрысый?!

— Мы будем держать внимание Айши на нас.

— ...Похоже, есть план. Я в деле.

Они приблизились, уворачиваясь от ветряных клинков Айши, а затем, замахнувшись на нее дубиной и копьем, заговорили своими обычными голосами.

— О чем ты говоришь в постели с Сомой?

— Брат когда-нибудь проявляет инициативу в постели?

Они решили использовать грязные разговоры, чтобы привлечь ее внимание. Когда Айша услышала их, она покраснела еще больше.

— А-а-а!

Айша продолжала размахивать своим мечом, пытаясь рабить этих двоих. Эти двое блестяще (ну наверно) справились с задачей привлечь ее внимание. Тогда, почувствовав, что сейчас самое время, Ку поднял левую руку.

Как раз в этот момент заиграла главная тема к игровой адаптации манги о закаленном снайпере. Затем...

...Ух!

Что-то пролетело над ухом Айши. Она повернулась на бок и увидела следующую стрелу, летящую прямо к ней, и Лерину, которая, выпустила эту стрелу, стоящую на большом валуне.

Лучник?! О, нет!

Айша попыталась отбить летящую стрелу, но она прилетела сразу после атак Хэл и Ку, выведя ее из равновесия. Уклониться или заблокировать ее в таком положении не было никакой возможности.

«Неужели у меня нет выбора?» подумала она, но ее прервал стук копыт и вой лошади...

— Ты слишком ослабила бдительность, Айша.

Человек, приехавший на белом коне, срубил стрелу. Когда они увидели, кто этот неожиданный гость, глаза у всех расширились.

— Леди Лисия?! —  воскликнула Айша.

— Что?! Жена брата №1?!

— А?! Принцесса... нет, королева?! Почему она здесь?!

— Это выглядело забавно, так что я хочу поучаствовать, — сказала Лисия с улыбкой. — Айша, оставь кролика мне и  останови этих двоих.

— ...О! Понятно!

затем Лисия пустилась в галоп, направляясь к Лерине.

— А? Я должна встретиться с королевой Лисией?! Мастер Ку?!

Ку слышал вдалеке недоуменные возгласы Лерины, но, не в силах ничего поделать в ситуации, он лишь бросил ей пожелание: — Удачи!

Лерина пускала стрелы, убегая, но Лисия отбивала  их. Убегающая Лерина и преследующая ее Лисия. Эта сцена была похожа на охоту на кроликов.

— Ик! Держитесь от меня подальше!

— Ты быстрая, и у тебя хороший глаз.

Лисия выглядела так, словно ей было весело, и она продолжала гоняться за заплаканной Лериной. Наблюдая за происходящим, Ку не мог не пробормотать: — Все жены Брата слишком энергичны....

— ...Ты попал в точку.

Халберт не мог найти слов, чтобы не согласиться с ним.

***

— Лисия так полна жизни, — сказал я себе, вздыхая и наблюдая, как она наслаждается охотой на кролика по другую сторону простого приемника.

Она действительно была в своей стихии. В последнее время ей постоянно приходилось присматривать за детьми. Сиан и Казуха были достаточно милы, чтобы она не возражала, но она была воином, обученным Георгом, и ей, должно быть, хотелось иногда по-настоящему вырваться на свободу.

Вдруг вошел один из бюрократов и сказал: — Ваше Величество!

— Что случилось?

Когда я спросил его, бюрократ перевел дух и доложил. — Они прорвались за стены! Пожалуйста, отправляйтесь в зал и приготовьтесь встретить их немедленно!

— Они прорвались... серьезно? Я думал, это был тупик...

Я посмотрел на простые приемники, но все, что я увидел, это моих жен и компаньонов, которые сражались, как и раньше. Куда бы я ни посмотрел, казалось, что сражаются все на ровне.

— Да. Главы атакующей и обороняющейся команд бросили друг на друга основных игроков, поэтому в тех местах, которые записываются, все в тупике. Однако в более обычных местах, тех, которые не попали в трансляцию, была обычная драка, которая велась обычными средствами, и она прорвалась сквозь стены … стадартным способом.

— О... Да, думаю, в этом есть смысл. Мы же не видим все поле боя.

— Это не совсем удовлетворительное заключение, но... думаю, с этим ничего не поделаешь. Я приму это к сведению как нечто, на чем можно поучиться.

Я не знал, будем ли мы делать это во второй раз, но если да, то я не хотел, чтобы они сражались в большом хаотичном побоище, как сейчас.

— Сир, скорее.

— Да, я знаю. Я иду.

По настоянию бюрократа я вернулся в зал, где произнес свою первую речь.

— ...Итак, победителями становится атакующая команда! Кроме того, специальная награда достается мисс Дран за то, что она разнесла и Сильвана, и Акки Тайтея.

— Ураааа! — Толпа взревела.

— ...Спасибо. —  ….Карла  чувствовала что хочет заползти в нору и умереть.

***

— Фух, все закончилось.

— Да. Леди Айша была такой же сильной и холодной, как всегда.

Когда битва закончилась, Люси и Велза, находившиеся в ресторане с террасой, выходящей на площадь с фонтаном, высказали свои мнения.

Томоэ удовлетворенно кивнула, потягивая чай. — Старшая сестра Лисия тоже была такой храброй и замечательной.

— Бои были невероятными, но выступления лорелеи тоже были потрясающими.  Битва госпожи Джуны и госпожи Комари был просто захватывающим, — с энтузиазмом добавил Ичиха.

Томоэ заметила, что Райга молча смотрит трансляцию. На ее лице не было радости, только серьезность.

— Что случилось, Райга? —  спросила она.

— ...Хм? —  Райга нерешительно хрюкнула. Она наклонила голову к Томоэ, как бы говоря: — Что?

— Нет, эм... просто ты так пристально смотрела.

— Ооо... Наверное, так и было, да? Я все время думала о цели этой трансляции. Если он делает что-то в таком большом масштабе, для этого должна быть какая-то причина.

— Ц-цель...

Томоэ слегка подпрыгнула при упоминании об этом. Она слышала от Сомы, что все это делается для того, чтобы «исследовать влияние музыки на магию». Но эта информация не была обнародована. Возможно, они выяснят это гораздо позже, но пока что люди воспринимали это лишь как очередное шоу.

— «Большой брат»  пытается проводить передачи, которые будут развлекать людей. Думаю, это часть этой задачи, — сказала Томоэ. — Смотри, кажется, всем понравилось, верно?

— Разве это работа для короля? —  сказала Райга со вздохом. — Честно говоря, твой брат совсем не царственный.

— А? А! Ну... Да.

Томоэ была (совсем немного) расстроена тем, что она так неуважительно отозвалась о брате, которым восхищалась. Тем не менее, если это означало, что Райга будет удовлетворена таким ответом, то это было к лучшему, поэтому она не стала возражать.

— Ты действительно думаешь, что я куплюсь на это?

— А?!

Райга смотрела на Томоэ глазами, которые, казалось, видели все. Когда Томоэ вздрогнула, Райга пожала плечами.

— Я постепенно начинаю понимать. То, … как работает политика твоего брата. Я знаю, что вещи, которые он делает и которые выглядят бессмысленными, часто таковыми не являются, а события, над которыми он, кажется, не задумывается, имеют какой-то более глубокий замысел, скрывающийся в тени. Даже если я не могу понять, что это такое.

Пока Томоэ сидела, не в силах ответить, Райга уставилась на изображение Сомы. — Он тот, кого мой брат опасается, в конце концов.

— Райга, ты...

Томоэ показалось, что в глазах Райги она увидела что-то похожее на старшую сестру, которой она восхищалась. Лисия однажды сказала Соме: « Я могу не верить в тебя, но я доверяю тебе» . ...и сейчас Томоэ вспомнила об этом. Сома совершал все эти безумные, нестандартные поступки, но она знала, что у него есть на это причина.

Может быть, Райга чувствует то же самое, подумала Томоэ. Если подумать... характер Райги тоже похож на характер старшей сестры.

Как у принцессы с серьезным характером, с сильной волей, которая не ослабевает, когда она принимает решение, и готовностью взять в руки меч, чтобы сражаться самой, у нее было много общего с Лисией. Даже больше, чем с Томоэ, хотя этого следовало ожидать, ведь они не были родными сестрами.

В таком случае... интересно, вырастет ли Райга похожей на старшую сестру? Она восхищалась Лисией, но хотя ее способность разговаривать с животными была ценным преимуществом, она не подходила для боя. Как бы она ни старалась, она, скорее всего, не сможет стать таким же храбрым воином, как Лисия.

Но у Райги был такой потенциал.

Это... немного разочаровывает. Томоэ сжала кулаки. Это был первый проблеск женской гордости внутри Томоэ.

Дело в том, что хотя она не могла сравниться с Райгой в области физических способностей, в академическом плане она намного превосходила ее. Этого следовало ожидать, поскольку у каждого из них были свои особенности, но вновь обретенная гордость Томоэ как женщины не могла смириться с потерей, если это означало, что она в чем-то менее значима.

Я не такая, как старшая сестра. Я могу стараться сколько угодно, но Райга - та, кто будет больше на нее похожа. Поэтому я должна стремиться быть более женственной, чем старшая сестра... В голове Томоэ промелькнул образ синеволосой партнерши ее приемного старшего брата.

Первая не основная королева, Джуна Сома. Хотя Джуна тоже была бойцом, ее истинная ценность заключалась в прекрасной внешности и изысканных манерах. Это была дама, которой стремились подражать другие женщины, и та, перед которой даже Лисия чувствовала себя немного уступающей. Я тоже хочу быть такой, как она.

Томоэ чувствовала, что может представить себе будущее, которого она хотела для себя. Быть талантливой и сексуальной женщиной, способной оказать политическую поддержку своему старшему брату.

Я попрошу Джуну о помощи, когда вернусь. Мне нужно, чтобы она научила меня быть более прекрасной женщиной. Чтобы я не проиграла Райге. Томоэ напряглась, сжимая кулаки.

Остальные четверо смотрели на нее с недоумением.

С этого дня Томоэ начала учиться у Джуны, как быть женщиной, и сделала первый шаг к тому, чтобы стать Томоэ – «маленьким дьяволом, который Ввергал в хаос жизни мужчин вокруг нее (в первую очередь Сомы, Хакуи и Ичихи)», но... это история, которая будет немного позже.

Через некоторое время после  битвы

В клинике нового города, Венет, Хильда безмолвно смотрела на свои собственные руки и  на женщину-зверя, лежащую перед ней на смотровом столе.

Женщина была смертельно бледна, когда ее привезли, но теперь, когда процедура была завершена, она спала с относительно спокойным выражением лица. Хильда была бледной.      —Б... Брэд... Брэд! —  Придя в себя, она позвала мужа по имени. Услышав ее крики, Брэд, который был в спальне с их годовалой дочерью, бросился туда.

— Что случилось, Хил...

— Брэд! —  Хильда бросилась к Брэду, когда он появился. Схватив его белый халат, она зарылась лицом в его грудь.

Обычно Хильда была настолько энергичной и волевой, что ее можно было назвать мужественной. За все время их долгой совместной жизни Брэд никогда не видел в ней этой слабой стороны.

— Что?! Что вообще происходит?

— Брэд... Я, возможно, сделала что-то ужасное.

— Ужасное?

Хильда подняла на него глаза, ее лицо все еще было бледным. Хотя она, похоже, не плакала, но она выглядела испуганной. Брэд осторожно погладил Хильду по спине, пытаясь успокоить ее.

— Что именно случилось? Ты не справилась с лечением?—  Даже когда он спрашивал, Брэд был уверен, что этого не может быть.

Брэд посмотрел на женщину-зверя на столе. Ее глаза были закрыты, но грудь плавно поднималась и опускалась. Ее дыхание не казалось затрудненным. ...насколько я могу судить, она просто спит.

Это не было похоже на хирургию, где неудачная процедура может привести к смерти пациента. Эта женщина пришла с плохим самочувствием, и Хильда задавала вопросы, осматривала ее, а затем решала, давать или не давать лекарство. Брэд, которому нечем было заняться, остался ухаживать за Людой.

Окончательно успокоившись, Хильда начала рассказывать ему о том, что произошло: — Брэд. Я...

Хильда рассказала Брэду о событиях в мельчайших подробностях. Когда Брэд слушал, сначала его глаза расширились, потом он склонил голову набок, не понимая, о чем беспокоится Хильда... потом, когда он наконец понял, о чем она беспокоится, он нахмурился.

— Что мне делать, Брэд? Мне скрываться...?

— Подожди! Ты забегаешь далеко вперед! —  Брэд хлопнул руками по ее плечам. — Первое, что нам нужно сделать, это успокоиться. Нам обоим... и еще, что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой. И Людия тоже.

— Ах! Людия! —  Хильда отмахнулась от рук Брэда и бросилась бежать. Когда Брэд оправился от удивления и побежал за ней, Хильда смотрела на их спящую дочь.

Когда Брэд подошел, Хильда прислонилась к нему со слезами на глазах.

— ..Если бы это была только я, я бы, наверное, сбежала из страны и скрывалась

— ...Да. Я бы тоже пошел с тобой.

— Но... я не хочу, чтобы этот ребенок тоже был вовлечен в это. Я не могу заставить ее так страдать.

— Я знаю —  Брэд нежно обнял Хильду, приходя к решению. — Давай поговорим об этом с королем.

— А?! А что если...?

— Все в порядке, —  сказал Брэд, глядя прямо в глаза нерешительной Хильде. — Если бы это была любая другая страна, я бы не говорил об этом. Но этот король не стал бы плохо обращаться с тобой, что бы ни случилось. Этот король дорожит семьей. Он не бросит тебя после того, как ты помогла его жене родить

Хильда, казалось, разрывалась, но в конце концов согласилась.

***

Несколько дней спустя

Получив сообщение от Брэда и Хильды: — Мы хотим встретиться с вами тайно, чтобы обсудить кое-что важное — я выделил время для встречи с ними в одной из комнат замка.

Они сказали, что чем меньше людей будет присутствовать, тем лучше, поэтому на встрече присутствовали только Хакуя и Лисия, а Айша стояла за дверью на страже и не подпускала других.

Кстати, за их дочерью, Людой, присматривали Элисия и Карла.

— "Не каждый день ты приезжаешь в замок, а, Брэд ?— Взгляды на их лицах были мрачными, поэтому я решил начать с легкомысленного подшучивания. — Может, ты не хочешь приходить в логово сильных мира сего, а?

Я пытался поддразнить его за то, что он вел себя так, словно у него был тяжелый случай синдрома средней школы, но...

— ...Ситуация не оставила мне альтернативы, — ответил Брэд с мрачным выражением лица. ...очевидно, разговор предстоял серьезный. Лисия ткнула меня локтем в ребра, как бы говоря: «Не стоит его дразнить» . Было немного больно.

Брэд встал и глубоко склонил голову. — Пожалуйста. Одолжи нам свою силу ради Хильды.

— Пожалуйста — Хильда тоже встала и склонила голову, а мои глаза расширились.

— Нет, поднимите головы, пожалуйста — . Я заставил их сесть обратно, затем начал сначала, спросив их: — Пожалуйста, расскажите мне. Что случилось?

— ...На днях в нашу клинику обратилась одна женщина — Хильда медленно начала объяснять ситуацию. — Я сохраню ее имя в тайне, но это была женщина-зверь, тридцати лет от роду. Она жаловалась на боли в животе, и, осмотрев ее, я поняла, что это дело рук жуков.

— Под жуками вы подразумеваете... паразитов, да?

Анизакис или что-то подобное. Хильда кивнула.

— Похоже, она съела какую-то рыбу, которая быстро портится в сыром виде. Поскольку Венет находится на море, такое случается в редких случаях. Обычное лечение включает в себя использование дегельминтика, чтобы убить жуков, а затем медицинское наблюдение. А в серьезных случаях Брэду придется сделать надрез на животе и удалить их

— Хм...

— Я заставила эту женщину выпить лекарство от дегельминтизации и остаться в клинике, чтобы я могла наблюдать за ней, но... она была довольно слабовольной. Она умоляла меня: — Пожалуйста, используйте на мне магию восстановления .

— Восстанавливающая магия? Но я слышал, что такая светлая магия может исцелять только внешние раны?

Я слышал, что светлая магия не эффективна в лечении болезней. Именно поэтому я старался увеличить в нашей стране число таких людей, как Брэд и Хильда, которые могли лечить людей с помощью силы медицины.

— Да, именно так — Хильда кивнула. — Симптомы, вызванные паразитами, - это инфекция, и магия не оказывает на нее никакого влияния, как и на бактерии. Я объяснила это пациентке, но она не согласилась.

— Когда вы страдаете от болезни, вы будете цепляться за любую соломинку....

— Я тоже так думаю. Это должно было только эмоционально облегчить ее состояние, но если это удовлетворит пациента, я не видела в этом ничего плохого. Я наложила на нее заклятие, и когда я это сделала....

Хильда сделала паузу на мгновение, затем, казалось, решившись, призналась.

— Ее болезнь...  ей стало лучше.

— ...Что? —  пробормотал я в недоумении.

Стало лучше? С магией восстановления? А? Разве это не противоречит ее заявлению, сделанному примерно десять секунд назад?

— Действительно ли это была паразитарная инфекция?

— Я в этом не сомневаюсь.

— Я сам потом это подтвердил. Хильда, несомненно, была права, — поддержал ее слова Брэд.

Если два великих доктора были согласны, я должен был им верить.

— Вы дали ей лекарство, верно? Это могло повлиять? —  спросил я.

— Оно не был настолько сильным, чтобы оказывать мгновенное воздействие на жуков.

— Ну, как насчет эффекта плацебо?

— Плацебо? Что это?

— Эмм... В мире, из которого я пришел, есть поговорка: «Болезнь  в голове» . То, как вы думаете о вещах, может помочь облегчить симптомы. Если вы пьете родниковую воду, которая претендует на роль панацеи, вам может показаться, что ваши симптомы улучшаются... вот как это работает

— Это восхитительно, но она не просто чувствовала, что ей становится лучше, она полностью выздоровела.

Хильда была права. Нельзя заставить паразитов исчезнуть, изменив свои чувства.

— Ваше Величество, это может быть грандиозно — вмешался Хакуя, который до этого момента молчал. — До этого я не слышал ни об одном случае исцеления болезни с помощью магии. Поскольку считается, что магия света - это знак Божьей милости, сильные маги света были включены в церковь. Если они узнают, что госпожа Хильда может исцелять болезни с помощью своей светлой магии, она будет обладать религиозной властью большей, чем любая святая.

Вот это да... Лунарское ортодоксальное папское государство захотело бы заполучить ее больше всего на свете. Если бы она была святой, которую они не могли бы получить для себя, им пришлось бы публично её осудить. Так же, как они критиковали Марию и других.

— Я, святая? Пощадите меня — Хильда обняла себя и побледнела.

О, теперь я понял, в чем дело. Так вот почему они пришли ко мне? Чтобы страна защитила ее, чтобы она не была втянута в махинации какой-то религии?

— ...Кто была пациентка? Знает ли она, что именно светлая магия Хильды вылечила ее?

— Когда она поняла, что что-то не так, Хильда сразу же усыпила ее лекарствами. Когда она очнулась, мы объяснили, что лекарство закончило свое действие, так что я не думаю, что она понимает... Хотя ложь пациенту может дисквалифицировать нас как врачей, — сказал Брэд, обнимая Хильду за плечи.

— Значит, единственные, кто знает, это мы пятеро здесь. Ну...

Пока я размышлял, что с этим делать, Лисия дернула меня за рукав.

— Хм? Что?

— ...Я знаю, обычно я не должна позволять личным чувствам вмешиваться. Но, пожалуйста, Сома. Помоги доктору Хильде. Она заботилась обо мне все время, пока я была беременна. Я даже не знаю, смогли бы Сиан и Казуя благополучно родиться без нее.

— Лисия...

— Так что, пожалуйста. Одолжи им двоим свою силу.

— ...Я знаю — Я нежно погладила Лисию по затылку. — Уже решено, что я буду им помогать. Если с Хильдой что-нибудь случится, Брэд не станет об этом молчать. Это было бы во вред стране, если бы мы лишились их редких даров. Более того, как ты думаешь, смогу ли я бросить людей, которые так много сделали для нашей семьи? Я не хочу видеть такое печальное выражение на лице моей жены.

Я посмотрел на всех присутствующих.

— По этой причине я сначала хочу упорядочить имеющуюся у нас информацию. Самый главный вопрос: «Почему ее магия вылечила инфекцию?» Хильда, ты когда-нибудь раньше проверяла что-то подобное?

— Несколько раз. Когда у меня был пациент в таком тяжелом состоянии, что я ничего не могла сделать, я использовал магию восстановления и молился о чуде... но это никогда не срабатывало.

— Должно быть, до этого момента было бесчисленное количество случаев, когда люди пытались использовать магию восстановления для лечения болезни. Но если это никогда не давало эффекта... может, в Хильде есть что-то особенное?

Я изложил свои подозрения Брэду, который ответил: — Но если это так, почему Хильде никогда не удавалось вылечить их до этого момента? Это был первый раз, когда она добилась успеха.

— Ее магия эволюционировала? Она немного развиваетсья с каждым разом, когда ты ее используешь. Я имею в виду, что количество вещей, которые я могу контролировать с помощью моих Живых Полтергейстов, постепенно увеличилось.

— Нет, я думаю, что это прошло слишком много этапов, чтобы быть результатом простого роста. С точки зрения ваших способностей, сир, это было бы похоже на то, как если бы вы вдруг смогли управлять доспехами Империи, к которым вы даже никогда не прикасались.

— Почему вы полагаете, что она вдруг смогла вылечить его с помощью магии?

— О! Может быть, это как в песенной битве, и в той ситуации что-то усилило ее магию? —  сказала Лисия, хлопая в ладоши, когда ей пришла в голову эта идея.

— Однако эффект слишком велик для этого.

— В любом случае, когда я ее лечила, музыка не играла.

— Уркх. Да, точно...

— Подождите... Песенная битва... Подожди. —  вмешался Хакуя.

— Ты что-то придумал, Хакуя?

— Сир, пожалуйста, постарайтесь вспомнить цель этого эксперимента.

— Цель? «Наблюдать за влиянием песен на магию»... так?

— Да. И предпосылка заключалась в том, что, как сказала госпожа Мерула, сила или слабость мысленного образа человека сделает эту магию сильнее или слабее — Сказав это, Хакуя повернулся, чтобы посмотреть на Хильду. — Я все это время думал о разнице между госпожой Хильдой и другими светлыми магами. Если госпожа Хильде - единственный светлый маг, который, в отличие от других, может лечить болезни, то в чем же заключается это различие?

— Разница... в том, что она представительница расы трехглазых, может быть?

Когда я это сказал, Хакуя покачал головой.

— Я тоже думал об этом, но трехглазые - одни из главных экспертов в медицине на этом континенте. Я не могу представить, что они до сих пор не пытались лечить болезни с помощью магии.

— Ну, а что тогда изменилось?

На этот раз Хакуя посмотрел на Брэда. — У госпожи Хильды под боком сэр Брэд.

— ...Я?

— Да. Брэд хирург, если быть точным. Госпожа Хильда, еще до того, как вы поженились, вы наблюдали за хирургическими операциями сэра Брэда, верно?

— А? ...Ну, да — Хильда кивнула. — Когда нужно зашивать пациента после процедуры, раны заживают быстрее с помощью светлой магии. За все время, что я помогала, я научилась делать операции сама.

— Я так и думал... Другими словами, госпожа Хильда глубоко знакома со строением человеческого тела, так же, как и такой хирург, как сэр Брэд, верно? И она знает о паразитах, которые вредят телу.

— К чему ты клонишь, Хакуя?

— Я предполагаю, что госпожа Хильда знала все о паразитах, где в теле они находятся и что они делают, чтобы навредить ему.

Хакуя говорил уверенно.

— Пожалуйста, помните, что мысленные образы людей влияют на магию. Если она смогла представить себе паразитов, их расположение в теле и то, какой вред они наносят, она формирует образ удаления этих паразитов и исцеления повреждений. Если перевести это в другое русло, то причина, по которой ни один светлый маг не смог вылечить болезнь, может заключаться в том, что у них нет такого мысленного образа.

Услышав предположение Хакуи, мы все посмотрели на Хильду, и она кивнула.

— ...Это правда, что я несколько раз была с Брэдом, когда он вскрывал желудок пациентки и удалял паразитов. Я могла представить, что происходило внутри тела этой женщины, хотя бы смутно.

— В принципе, если ты понимаешь механизм болезни, ее можно вылечить с помощью светлой магии, а... —  Я запнулся.

Возможно, с помощью светлой магии можно было бы вылечить любую болезнь, механизм которой она понимала. Даже те болезни, которые в мире, откуда я родом, не поддавались бы лечению. Уничтожить всех этих паразитов в одно мгновение без хирургического вскрытия желудка пациента было бы невозможно в моем прежнем мире. Поскольку это была сверхтехнология, возможности были безграничны.

— Подводя итог, можно сказать, что если мы вдолбим медицинские знания в головы наших светлых магов, мы сможем увеличить количество тех, кто может лечить болезни, как это делала Хильда, а?

— Пока это только гипотеза... но это кажется вероятным — Хакуя кивнул.

Правда, мы не можем сказать наверняка, пока не испытаем это, но я был убежден.

— ...Слава богу. —  Лисия испустила вздох облегчения. — Это значит, что доктор Хильде не особенная, верно? Если мы сможем увеличить число магов, способных делать то же самое, доктор Хильда не будет восприниматься как нечто уникальное, и такие страны, как Ортодоксальное Папское Государство, не будут охотиться за ней.

После ее слов мы с Хакуей почувствовали себя немного неловко.

Занимая должности короля и премьер-министра, наши мысли были сосредоточены исключительно на потенциале магии и возможностях ее использования. А Лисия все это время думала о Хильде. Это неловко, подумал я, и мы с Хакуей посмотрели друг на друга с кривыми улыбками.

— ...Да. —  Я улыбнулся, чтобы успокоить Лисию. — Это проблема, что сильных светлых магов забирает церковь, но у некоторых из них должно быть желание спасать людей. Я могу поговорить с епископом Соуджи и попросить его найти нам несколько перспективных личностей. Я бы хотел, чтобы через несколько лет у нас было больше таких людей, как Хильда.

Затем я посмотрел на Хильду и Брэда.

— До тех пор лучше сохранить это в тайне для вашей безопасности.

— Но... если у меня есть средство спасти кого-то, не использовать его - не вариант.

Я посмотрел на Хильду, которая говорила как врач, и кивнул. — Я знаю. В таком случае, вы можете усыпить пациента наркотиками и сделать вид, что лекарство сработало, как в этот раз. Вам придется согласиться на такую ложь.

— ...Наверное, да. Это проще, чем если бы мне сказали не использовать его вообще.

— Я также поставлю охрану для вас двоих. Их работа будет заключаться не столько в наблюдении за вами, сколько в сборе информации и предотвращении утечек. Они будут следить за тем, чтобы об этом не стало известно, и разбираться с ситуацией, если это может произойти, так что они сделают все возможное, чтобы не вмешиваться в ваши жизни.

— Я знаю, что ничего не поделаешь, но... позвольте мне сказать одну вещь, — сказал Брэд, подняв руку.

— Я уверен, что вы не довольны сиуцией, но вам придется мириться с некоторыми неудобствами....

— Нет, дело не в этом. Я хочу поросить защитить Людию. Эта девочка важнее наших собственных жизней.

Хильда кивнула в знак согласия.

— Я обещаю, что страна гарантирует безопасность вашей семьи.

— ...Ахаха! Извините за беспокойство, Ваше Величество.

В этот момент Хильда наконец-то улыбнулась, и у меня отлегло от сердца.

В этот день медицина в нашем королевстве вступила на новый этап развития.

— В последнее время Томоэ часто навещает Джуну.

Это была прохладная летняя ночь, когда дневной зной уже угас.

Когда я упомянул об этом вскользь, Ророа кивнула. — Ооо, я слышала об этом. Говорит, что хочет узнать о прелестях быть взрослой женщиной.

— Взрослой женщиной, ага... Я бы хотел, чтобы она ребячилась, по крайней мере, пока ещё может. Но, возможно, это просто эгоизм взрослого человека.

— Няхаха, может быть, — засмеялась Ророа. — Томоэ уже двенадцать. Это тот возраст, когда мы, девочки, начинаем взрослеть, знаешь ли... Но, подожди, почему, как думаешь, она не спрашивает меня?

— Разве это не очевидно? Это потому, что ты совсем не производишь такого впечатления.

Ророа надула щеки и ущипнула меня за бок. Было немного больно.

— Почему бы и нет? Я уже замужняя женщина, понимаешь?

Ророа обняла меня так, что её тело прижалось к моему. Сейчас она лежала в постели со мной, используя мою вытянутую руку в качестве подушки. Над нами было одеяло, но под ним мы оба были обнажены.

Я повернулся к Ророа и, не убирая руку из-под её головы, погладил её по волосам. — Дело скорее в том, какой женщиной она хочет стать. В твоем случае, это её подруга... Люси?

— Ооо. Та девушка из компании Эванс, да?

— Она восхищается тобой.

— О, да, наверное. Хотя, когда она ни с того ни с сего начала называть меня старшей сестрой Ророа, это выбило меня из колеи.

На днях мы услышали, что у Томоэ появились друзья в академии, поэтому мы пригласили их в замок, хотя и не официально.

Если Ичиха и Райга уже жили в замке, а с Велзой я был знаком, то Люси, дочь купеческой семьи, была единственной, кого я не знал.

Когда я и все мои жены вышли поприветствовать их, поскольку речь шла о нашей любимой младшей сестре Томоэ, Люси сначала разтерялась, но, когда она заметила, что Ророа тоже там, она резко закричала.

— Ик?! Леди Ророа! Разве это не леди Ророа?!

— Что? Чего это ты вдруг закричала?

— Я ваша большая поклонница! Пожалуйста, пожмите мне руку!

Затем она взяла руку Ророа и энергично пожала её. Ророа и все остальные были ошарашены, но Велза поспешно схватила Люси за шиворот и потащила прочь.

— Л-люси! Это грубо по отношению к Его Величеству и королевам!

— А?! О, нет! Я так разволновалась из-за того, что наконец-то встретила леди Ророа, что потеряла контроль над собой! Пожалуйста, простите мою грубость! Это не имеет никакого отношения к моей семье, поэтому, пожалуйста, накажите только меня! — Люси бросилась на землю и стала извиняться.

Не в силах больше смотреть на неё, Томоэ сказала. — Старший брат, Лу обычно хорошая девочка. Она и мой друг, поэтому, пожалуйста, прости её, — или что-то в этом роде. Но в прощении не было никакой необходимости. Я даже не был расстроен в первую очередь.

Всё выходило из-под контроля, и я решил посмеяться, чтобы они знали, что я не планирую раздувать из мухи слона.

— Какая жизнерадостная и веселая девушка. Хорошего друга ты нашла, Томоэ.

— Старший брат... Да! — Она широко улыбнулась мне. Это было всё, что мне было нужно.

Ророа, должно быть, тоже вспомнила, что произошло в тот раз, потому что она фыркнула.

— Я как младшая сестра для старшей сестры Сии и остальных, но для неё я старшая сестра. Это было что-то вроде нового ощущения.

— В королевстве Ластания тоже была принцесса Тия.

— Я знаю, что она младше, но для меня она старшая сестра. О, точно. Я переписывалась со старшей сестрой, и, похоже, мой старший брат ещё не наложил неё руки. Он планирует подождать около года.

— Принцесса Тия была довольно миниатюрной, в конце концов... Думаю, это говорит о том, что Юлий просто заботится о ней.

Вероятно, он хотел, чтобы она ещё немного подросла, прежде чем они начнут делать детей. Знаете, чтобы максимально снизить риски во время беременности.

Пока я размышлял об этом, Ророа ткнула меня в бок. Пора было начинать... видимо.

Затем Ророа прикрыла свое тело руками и с отчаянием в голосе сказала. — Ты можешь делать с моим телом всё, что захочешь. Только, пожалуйста, не причиняй вреда людям моей страны. — Её глаза увлажнились от слез.

Я посмотрел на неё и вздохнул. — ...Может, хватит играть в принцессу разрушенной страны?

Ророа, похоже, ужасно нравилось подстраивать подобные ситуации. Я считал, что то, как она играет, было мило, но она, похоже, ужасно хотела сделать из меня развратного короля в своих фантастических сценариях. Когда я попытался поднять этот вопрос с Лисией...

— Хи-хи, я слышала. Эта девушка много думает о таких вещах. Но, знаешь... Я тоже бывшая принцесса, может, мне стоит сделать это для тебя в следующий раз? — сказала она с ухмылкой.

Казалось, мои жены часто обменивались информацией между собой.

Это было очень хорошо для меня и для страны, что мои жены ладили друг с другом, но... не знаю, это очень быстро разрушало мою психику.

— Мой вкус не так уж плох, понятно?( п/р: дальше снова с Ророа )

— Ну, с тобой не весело. Разве ты не слышал слухи о том, что ты начал войну, чтобы заполучить меня в свои руки?

— Это старый. Он уже давно исчез.

— Но разве такое поведение не заставляет тебя "хотеть"?

Я наклонил голову в сторону Ророа и притянул её голову, которая покоилась на моей руке, ближе к себе.

— Даже без этого... ты меня уже завела.

— Няхехе!

На следующий день я вызвал Томоэ и Ичиху в офис по правительственным делам. Лисия и Хакуя уже были в комнате. Когда я объяснил причину их вызова, они оба в унисон склонили головы набок.

— Симпозиум по монстрологии?

Это слово, должно быть, было им незнакомо. Томоэ задала ещё один вопрос.    — Что такое "симпозиум", старший брат?

— Это слово из моего старого мира, обозначающее академическую конференцию на определенную тему. Обмен мнениями по поводу исследований, проводимый в публичном месте. На этот раз я решил провести симпозиум по исследованию монстров, монстрологии, в Королевской академии в эти выходные.

— Академия... Вы сделаете это в нашей школе?

— Да. Хорошо, Хакуя, я позволяю тебе объяснить остальное.

— Понятно.

Хакуя поклонился, а затем достал книгу. На обложке на языке этого мира были написаны слова "Энциклопедия монстров".

Это была первая энциклопедия монстров в этом мире, опубликованная как совместная работа Ичихи и Хакуи, и содержала иллюстрации монстров, нарисованных Ичихой, которые были рассортированы по категориям. Она существовала и без моего появления в этом мире, так что в продаже уже было довольно много экземпляров.

До публикации "Энциклопедии монстров" с категоризированными набросками Ичихи и исследованиями различных частей монстров, которые мы смогли ли собрать после того, как волна демонов обрушилась на Королевство Ластания, академические области, связанные с монстрами, пережили бум в этом королевстве. Вопрос "Что такое монстр?" - является важным для этого королевства, нет, для этого мира.

— На севере есть земли Владыки Демонов, и даже если бы его не было, они(монстры) также находятся в подземельях. — убежденно произнесла Лисия.

— Да.— Хакуя кивнул. — Есть также монстры, которых Томоэ... нет, которые существуют в землях Владыки Демонов. Если у нас будет правильное понимание монстров, я думаю, будет легче отличить их от демонов. Возможно, удастся договориться с разумными демонами, чтобы избежать бессмысленных разборок.

— Я бы тоже предпочла не сражаться с ними, если мы с ними столкнемся. —  Томоэ схватилась за грудь, пока говорила. — В Ластании... Я проникла в разум тех монстров-ящериц. У них у всех было сильное чувство голода, и они видели во мне только добычу. Они не думали ни о чем, кроме еды. Так что... — Невысказанные чувства Томоэ:"Я не хочу причислять кобольда, который спас меня, к тем тварям, которые могут мыслить только на таком уровне..." - прозвучали отчетливо.

Ичиха был сейчас здесь, поэтому она не стала затрагивать эту тему, но она, должно быть, хотела сказать, что демоны с "сердцем" тоже существуют.

— ...Да.— Я кивнул ей. — Говорят, что демоны разумны, но это пока неясно. Даже если они разумны, опасно предполагать, что мы сможем вести диалог с каждым демоном. Тем не менее, мы должны рассмотреть возможность того, что некоторые из них такие. Чтобы убедиться, что война не будет вестись до полного уничтожения одной из сторон.

Казалось бы, в знак согласия, все серьезно кивнули.

— Ну, в любом случае, в наших национальных интересах исследовать монстров. Вот почему я провожу симпозиум по монстрологии. Ну, вместо изучения самих монстров, основными темами, вероятно, будут - Важность и проверка исследований монстров - и - Дальнейшие перспективы исследований монстров -.  Учитывая важность темы, мы должны двигаться вперед с осторожностью.

— Исследовать монстров... это звучит довольно близко к ереси. Ортодоксальное Папское государство наверняка поднимет шум.

Я согласен с замечанием Лисии.

В стране, придающей такое большое значение религии, даже если академическое развитие было необходимо, оно должно было встретить отпор, если бы попыталось разгадать какую-то божественную тайну. Они не захотят разрешить изучение чудовищ, которые служат легко понятным врагом Бога.

— Давайте попросим их епископа, Соуджи, принять участие в симпозиуме. Будет трудно стереть все их опасения, но это должно обеспечить нам некоторое прикрытие. Я намерен попросить Ку принять участие в качестве представителя Республики, а госпожа Мария в Империи будет наблюдать за происходящим через голосовую трансляцию вещательной сети. Хакуя, подготовка к этому идет полным ходом, верно?

— По вашей воле. Я получил её горячее согласие через леди Жанну.

Я удовлетворенно кивнул на ответ Хакуи и сказал. — Монстры - это тема, которую я хочу изучить вместе с Империей и Республикой. Кроме того, я не хотел бы рисковать, заставляя их подозревать нас, когда мы не делаем ничего плохого.

— Эм... могу я кое-что сказать, старший брат? — Томоэ нерешительно подняла руку.

— В чем дело, Томоэ?

— Я думаю, то, что вы говорите, имеет смысл, но этот симпозиум будет публичным... что означает, что любой может слушать, верно? Как вы поступите с Райгой?

— ...О, точно. Райга. — Я схватился за голову.

Райга, будучи младшей сестрой короля Малхитана, периодически писала письма брату, описывая свою жизнь здесь, в королевстве. Если бы она поприсутствовала на симпозиуме по монстрологии в качестве наблюдателя, содержание писем попало бы к Фуге. Для него это была жизненно важная информация.

Фуга был человеком, который мог сильно взойти на волнах этой эпохи, поэтому я не хотел показывать ему ни одной из наших карт, которые мы подготовили, но... как я уже сказал, было опасно проводить это исследование в тайне.

— Что ты думаешь, Хакуя?

— ...Я думаю, что это неизбежно. Если возможно, я бы предпочел, чтобы госпожа Райга не участвовала.

— Если она не заинтересована в исследовании монстров, возможно, она не будет....

— На это нет никаких шансов, — ужасно четко заявила Томоэ. — Во время песенной битвы Райга сказала мне:"События, о которых ты, похоже, не задумываешься, имеют какой-то глубокий замысел, скрывающийся в тени". Если она услышит о таком необычном событии, как это, она гарантированно поймет, что это важно.

— ...Эта девушка неплоха. Она сумела понять истинную личность Сомы в своем возрасте. — впечатленно сказала Лисия.

Теперь, когда я подумал об этом, Лисия тоже однажды сказала мне нечто подобное. Лисия и Райга... У них может быть много общего.

— В таком случае, мы не сможем это скрыть...— Я колебался мгновение, но в конце концов решился. — Если информация в любом случае выйдет наружу, давайте опубликуем её сами.

— Вы уверены, что хотите это сделать? — спросил Хакуя.

— Фуга вторгся в земли Владыки Демонов. В данный момент он - лидер, который, скорее всего, столкнется с демонами. Для нас будет плохо, если он начнет с ними воевать, потому что не может отличить монстров от демонов. Мы должны дать ему информацию о монстрах, в качестве предупреждения, если не более того. Может быть, стоит одолжить ему копию "Энциклопедии монстров", пока мы здесь?

— Понятно. Это кажется разумным. —  Хакуя выглядел довольным, так что наш курс был определен.

Я поднялся со своего места и встал лицом ко всем.

— Вот и все. Все, помните обо всем, о чем мы говорили в эти выходные.

— Хорошо, понял.

— Да, сир.

— Что касается того, как обращаться с детьми... Честно говоря, я не знаю, что делать. —  Когда Томоэ и Ичиха были отосланы, я поделился своими мыслями с Лисией и Хакуей. — Я уверен, что с Ичихой всё будет в порядке. Он не так уж лоялен к герцогству Чима, и при некоторых переговорах, я убежден, он предложит свою верность этой стране. Ты ведь согласен с этим, Хакуя?

— Действительно. Думаю, мы можем рассчитывать на его службу в будущем.

— Проблема в том... Райга. Что нам делать с ней дальше?

— Что ты имеешь в виду?

— На данный момент мы определили нашу политику в отношении монстрологии, но пока Райга остается в этой стране, подобные вещи будут происходить. Это будет мучением - беспокоиться о ней каждый раз, когда мы пытаемся сделать что-то, что продвинет нас вперед.

— Это... правда.

Пока Лисия обдумывала эту мысль, я поднял два пальца.

— У нас есть два варианта. Первый - отправить её обратно к Фуге, не научив её ничему важному. Если мы отправим её обратно невеждой, это не улучшит наши отношения с Фугой, но и не ухудшит их. Это просто сохранит статус-кво.

— Это безопасный выбор. —  Лисия кивнула. — Так, а какой другой?

— Мы привлекаем её на свою сторону.

— Вы имеете в виду... сделать её нашим союзником?

— Нет, нет необходимости, чтобы она была полностью на нашей стороне. Она просто не должна быть врагом.

— ...Я не уверена, что понимаю разницу.

Лисия выглядела смущенной, поэтому я скрестил руки и объяснил. — Судя по последним сообщениям, хотя Фуга и Райга - брат и сестра, мне кажется, что их характеры совершенно разные. Райга более реалистичена, я думаю, если так можно сказать? Чем сильнее противник, тем больше разгорается Фуга, но мне кажется, что Райга предпочитает избегать опасных сражений.

— ...Думаю, я могу понять. —  Хакуя согласился со мной. — Девочка умна. Её способности к учебе не дотягивают до уровня вашей младшей сестры или Ичихи, но она обладает умом, способным к гибкому мышлению и воображению. Можно сказать, что она адаптируется... Она обладает умением видеть истинную природу вещей. То, как она хвалит ваше правление, но в то же время настороженно относится к этому, является ещё одним признаком этого... А, понятно. Вы думаете, что можете использовать её в качестве сдерживающего фактора против господина Фуги?

Хакуя зачарованно кивнул, возможно, поняв, что я задумал.

— Это правда, если вы покажете госпоже Райга, на что способна эта страна, она предупредит господина Фугу, чтобы он не воевал с вами. Возможно, она уже предупреждает его своими письмами.

— Хмм,— Лисия скрестила руки и застонала. — Я понимаю, что вы двое говорите, но... Я никогда не встречала этого Фугу. Но из всего, что я слышала, он не похож на человека, который остановился бы из-за того, что его сестра предостерегла его от чего-то, понимаете? Я имею в виду, если бы он был таким, у Сомы не было бы причин так его опасаться.

Лисия затронула самую суть вопроса, и я кивнул.

— Это верно. Я думаю, что Фуга, скорее всего, смог бы отбросить Райгу из-за своих амбиций. Но ему бы не понравилось это делать. Есть небольшая разница в нюансах между "не колебаться" и "не иметь возможности колебаться".

Вспомните такого же великого человека, Ода Нобунага.

Он убил своего младшего брата, убил семьи своей жены и мужа своей сестры, поэтому его помнят как жестокого и беспощадного короля демонов, но он мог быть ужасно мягким к близким людям. Он несколько раз прощал своего младшего брата и Мацунагу Хисахидэ за предательство и до последнего момента предлагал тому же Хисахидэ и Азаю Нагамасе сдаться.

В конечном итоге Нобунага доминировал в эпоху, уничтожая тех, кого должен был уничтожить, но у него было сильное сердце, и нельзя сказать, что он не пытался предотвратить это.

— То, что ему придется сделать это вопреки возражениям его младшей сестры, должно оказать на него психологическое давление, хотя бы небольшое. Если мы собираемся встретиться с этим человеком, я чувствую, что нам нужно наращивать каждое небольшое преимущество, которое мы можем.

— Это сложно... Но как ты думаешь, Райга действительно будет противостоять ему ради нас? — спросила Лисия.

— В этом-то и проблема. Что ты думаешь об этом, Хакуя?

— На данном этапе трудно сказать, — сказал Хакуя, пожав плечами, как бы сдаваясь. — В конце концов, это будет зависеть от того, кто, по мнению Райги, победит в конфликте между вами и господином Фуга. Если она решит, что победит господин Фуга, мы не сможем использовать её в качестве сдерживающего фактора. Если же она считает, что победите вы, или, возможно, что господину Фууга будет трудно победить, я думаю, она сделает все возможное, чтобы остановить его. Последнее было бы хорошо для нас, но....

— Это идеальный исход... но мы должны показать ей определенное количество нашей реальной силы, чтобы убедить её, что наша страна сильна, верно? Ещё слишком рано показывать ей что-то вроде Хирю, очевидно.

— Да. Вот почему мы должны привлекать её к участию в мероприятиях, подобных этому симпозиуму. Показать, что мы изучаем области, которые другие страны не изучают - это один из легко понимаемых сигналов того, что мы опережаем другие страны в академическом плане.

— Мы должны активно показать ей, что мы можем, а...?

"Ну... это единственный способ сделать это, я думаю" - подумал я. Я не знаю, что произойдет между нашими странами в будущем, и я не могу быть уверен, какое решение примет Райга, когда придет это время. Если это возможно, я бы хотел, чтобы она видела в нас страну, с которой они не хотят ссориться...

— Пока мы можем только наблюдать и ждать. Мы должны показать ей то, что можем себе позволить, чтобы она увидела силу этой страны, и не спускать с неё глаз. Хакуя, ты тоже смотри в оба.

— Конечно, непременно.

Когда Хакуя поклонился, Лисия вздохнула и сказала: — Девочка умна, но нам остается надеяться, что она послужит нам хорошим сдерживающим фактором.

Я от всего сердца согласился с Лисией.

Во второй половине дня, в день, через несколько дней после того, как опекуны провели эту беседу.

Закончив занятия в Королевской академии, Томоэ и другие студенты собрались в большом актовом зале после уроков. Они собрались здесь, чтобы навести порядок и принести стулья для подготовки к завтрашнему симпозиуму по монстрологии. В этом мире ещё не было складных стульев, поэтому им пришлось принести деревянные, которые они обычно использовали в классе.

Позже, узнав об этом, Сома задумался о разработке складного стула. Но их массовое производство было бы дорогим, и они достаточно хорошо справлялись с перемещением деревянных сидений, которые у них уже были, поэтому он решил отложить эту идею.

Пока Томоэ расставляла стулья аккуратными рядами на ковре, Люси подошла с одним стулом под мышкой и поставила его на пол со звуком "Уф!", затем сев на него.

— Ух, как это утомительно. —  Люси вздохнула, повесив голову. — Стулья тяжелые, и слишком далеко.

— Ты в порядке, Люси?

— Не знаю, симпозиум ли это, или символизм, или что это там, но для чего они заставляют хрупкую юную деву так работать? И где Райга и Ичиха в такое время?

— У них обоих есть клубы. Учитель сказал, что это приоритетно, а Ичиха в Обществе исследования монстров, так что он должен быть особенно занят.

— Я это понимаю, но меня убивает, что я снова и снова хожу туда-сюда за стульями. Я никогда раньше не таскала ничего тяжелее мешка, набитого пшеницей, понимаете?

— Он довольно тяжелый. Больше, чем стул, я бы сказала. —  Томоэ отметила это с язвительной улыбкой, а Люси склонила голову набок.

— Если добавить, что их неудобно носить, разве это не одно и то же? Как насчет тебя, Томи?

— Я? Хм... Я не носила много тяжелых вещей, но, возможно, я тащила некоторые.

— Тащила их?

— Когда я была беженцем, мы все вместе тянули тяжелую телегу.

— ......... — От легкости, с которой была рассказана эта эмоционально тяжелая история, Люси потеряла дар речи. Это ещё раз напомнило ей, что Томоэ прожила довольно странную жизнь в свои двенадцать лет, поэтому она сложила руки вместе и извиняюще поклонилась.

— Ой, прости.

— Ахаха... Не стоит. Когда господин Джирукома и госпожа Комаин вели беженцев, мы почти никого не потеряли, и к нам хорошо относились с тех пор, как мы пришли в Королевство. Тогда было тяжело, но это не такое уж неприятное воспоминание.

В случае с Томоэ, это произошло в основном потому, что её семья была там вместе с ней. Многие беженцы были разлучены со своими семьями, но поскольку кобольды пощадили её, Томоэ смогла эвакуироваться.

Как только они прибыли в Королевство, добрый, но нерешительный король Альберт дал им молчаливое согласие остаться и оказывал небольшую поддержку. Затем, как только Сома занял трон, Томоэ стала приемной сестрой Лисии, а беженцы были приняты как граждане Королевства.

Доброта многих людей позволила ей оказаться там, где она сейчас. Мысль об этом согревала её сердце. Это были дни неопределенности, когда она никогда не знала, что принесет завтрашний день, и она не хотела бы возвращаться к ним, но в них не было ничего такого, что заставляло бы её испытывать боль и грусть при одном только воспоминании о них.

Теперь всё, о чем она думала, было:"О, да, такое ведь случалось".

"Надеюсь, когда-нибудь я смогу отплатить за доброту, которую мне оказали. И бывшим беженцам, и кобольдам на севере тоже. Первым шагом к этому должен был стать симпозиум по монстрологии, который состоится завтра".

Пока Томоэ думала об этом, Люси вдруг удивленно воскликнула. — Ого?! Сколько всего этих вещей ты можешь нести, Вели?

Когда она оглянулась, Велза принесла стопку из пяти стульев. Деревянные сиденья не были предназначены для штабелирования, поэтому стопка получилась неуклюжей и трясущейся. Тем не менее, Велза несла её с невозмутимым выражением лица.

— Это ещё ничего. Мне ещё предстоит пройти долгий путь, прежде чем я стану похожей на леди Айшу.

— Нет, нет, зачем ты сравниваешь себя с сильнейшим человеком в королевстве, королевой Кочиджи! — (Боп!)

— Ой...! — Люси для пущего эффекта ударила Велзу тыльной стороной ладони, и от удара башня из стульев ещё больше покачнулась.

— Вау?!

Пока Томоэ и Люси удивленно вскрикивали, Велза сосредоточилась.

— Уф, вот... — Башню трясло то в одну, то в другую сторону, но Велза сумела удержать равновесие и не дать ей рухнуть, на что Томоэ и Люси разразились аплодисментами. Когда тряска полностью утихла, Велза положила башню на пол и они втроем вместе разобрали её.

— О, точно, кажется, вы двое говорили что-то о клубах ранее? — спросила Велза, расставляя стулья.

— О, да. Ичиха и Райга оба в клубах, — ответила Томоэ. — А ты не собираешься вступить в один из них, Велза? Ты очень спортивная, так что я уверена, что ты получила приглашения от всех этих клубов.

— Это правда, что я хорошо двигаюсь, но... мне это не так интересно. Я думаю, что мне лучше вступить в Кулинарный клуб.

— А? Готовить?

— Да. Если я думаю о своем будущем, я считаю, что это будет необходимо.— сказала Велза, её щеки слегка покраснели.

Если подумать, Велза сказала, что пришла в эту академию, чтобы стать пригодной для служения определенному человеку. Судя по тому, как она себя ведет, это кто-то, кого она любит?

Томоэ было уже двенадцать. То время в жизни, когда впервые проявляешь интерес к романтике. Она хотела услышать об этом в подробностях, когда представится возможность.

Но Велза присоединяется к Кулинарному клубу, а...? Если учесть её привязанность к еде, которую подавали во фруктовом салоне, где работала семья Люси, это может быть более естественным решением, чем вы думаете.

— А ты сама не думала вступить куда-нибудь, Томоэ?

— Хм... Я бы не против присоединиться к Ичихе в Обществе Исследования Монстров, но... Как насчет тебя, Лу? Разве ты не собираешься вступать в клуб?

— Если бы существовал фан-клуб леди Ророа, я бы в него вступила.

— Фан-клуб?! Существуют фан-клубы?!

— Ни за что. Вот почему я думаю создать его сама. Леди Ророа популярна, так что я думаю, что смогу привлечь людей, и если мы сделаем его каким-то деловым, для общественных целей, я думаю, что смогу добиться его одобрения. Ааа... старшая сестра Ророа.

На лице Люси промелькнуло выражение блаженства. Казалось, встреча с подлинным человеком в замке только усилила её любовь к Ророа.

— Ахх, если бы я только мог увидеть тебя снова. Леди Ророа, вы - прекрасная богиня-мать?

— Она - королева! И подождите, она повысила уровень с прошлого раза?! —

Томоэ и Велза могли только криво усмехаться.

— О! Это же Райга вон там?

— А! Ты права.

Закончив подготовку большой аудитории, студенты разошлись. Трое обсуждали, куда бы им заглянуть после уроков, когда проходили мимо одной из спортивных площадок на территории академии. На поле троица заметила Райгу с клюшкой. Они разделились на две команды, используя свои ноги, чтобы попытаться захватить контроль над мячом. На первый взгляд это было похоже на футбол, но если бы это было так, то звуки, которые они слышали, были бы странными.

Шум...! Вуш...! Звонок!

Грохот... Кабум!

По этим звукам трудно было представить, что они играют в футбол. Если бы Сома был здесь, он бы подумал:"Это завод или взлетная полоса аэропорта?".

Впрочем, этого следовало ожидать, ведь они, по сути, не играли в футбол. Они играли в новый вид спорта, созданный путем слияния правил игры в футбол, которые принес им Сома, с новым правилом, разрешающим любую не атакующую магию.

Она получила меткое название "Волшебный футбол".

— Райга, я иду! — Женщина-драконолюд подбросила мяч высоко в воздух.

Она выглядела знакомой, и так оно и было. Это была та самая старшеклассница, которая в день вступительной церемонии гонялась за Райгой по воздуху, чтобы завербовать её в клуб. Райга тогда сбежала, но, похоже, в конце концов уступила энтузиазму другой девочки и присоединилась к ним.

Мяч взлетел на высоту, которую даже дилетант мог бы назвать слишком высокой (около десяти метров в воздухе), а Райга продолжила движение за ним, пользуясь своей способностью летать. Затем, заняв позицию для удара сверху, она обернула ветер вокруг себя.

— Гуууoooooooooo!

Буууум!

Мощный удар Райги шел прямо в ворота.

— Я не позволю тебе ! — Вратарь широко раскрыла руки, и земля перед воротами поднялась, приняв форму земляной куклы.

Девушка, которая стояла на воротах, была пользователем магии земли, как и Женя, и вызвала голема высотой в три метра. Нет, он был распластан, чтобы лучше защищать ворота, поэтому он был меньше похож на голема, а больше на существо Нурикабе из японского фольклора.

Шар, овеянный ветром, ударил голема, похожего на Нурикабе. Когда это произошло...

— Прорвись! — прорычала Райга, и голем, похожий на Нурикабе, раскололся.

— Ни за что?! Мой голем!

Мяч пробил голема, похожего на Нурикабе, и попал в сетку. Прозвучал свисток, означающий, что был забит гол, и команда, забившая его, отпраздновала это событие радостными возгласами.

— Матч окончен! Перерыв! — Прозвучал длинный свисток, когда один из членов клуба сделал это объявление, и остальные члены клуба начали расходиться.

Райга, вокруг которой толпились люди из-за того, что она заработало очко, была освобождена и полетела к ним, когда заметила, что Томоэ и остальные наблюдали за ней.

— Ну, неужели это Томоэ и банда. Что, зал уже подготовлен?

— Да. Тот удар, который ты сделала, был крут.

— Ну, конечно же, так и было. —  Райга с гордостью надула свою ещё неразвитую грудь. Посмотрев в сторону аудитории, она сказала. — Насчет завтрашнего симпозиума. Я ведь могу пойти и посмотреть?

— А...? О. Места для зрителей открыты для публики. Но мы с Ичихой оба будем на местах для людей, участвующих в симпозиуме, так что вы будете смотреть в одиночестве.

— Это прекрасно. Хотя я уверена, что за мной тоже будут наблюдать люди.

— Я тоже так думаю, но... — Райга положила руки на бедра, смеясь, как будто она только что что-то вспомнила. — Когда мы раньше ходили во фруктовый салон Люси, продавец льда, который пришел пополнить запасы льда, что-то пел. Это из-за той песенной битвы, которую вы провели, да?

— ......... — Она попала в точку, и Томоэ не знала, как реагировать, когда это так неожиданно прозвучало.

Общество рабочих песен получило государственную поддержку после экспериментальной стычки, названной песенной битвой, и часть их исследований по улучшению магии, используемой в повседневной жизни, была обнародована. Кстати, песня, которую пел продавец льда, была из старого мира Сомы, и, услышав её, хотелось начать лепить снеговика.

— Даже когда политика твоего брата кажется бессмысленной, в ней есть какой-то смысл. Теперь, когда я это знаю, я не могу позволить себе отвести взгляд, — провозгласила Райга, в то время как Томоэ оставалась безмолвной.

"О, о. Я не могу позволить подобным вещам потрясти меня. Придя в себя" - Томоэ покачала головой. "Я должна сделать так, как сказала мне Джуна. В такие моменты я..."

— Всегда улыбайтесь, чтобы ваш противник не знал, что вы на самом деле чувствуете. Всегда действуй с самообладанием и позволяй видеть свои слабости только тому, кого любишь. —  Так учила её Джуна, её представление об идеальной женщине.

Томоэ улыбнулась Райге и сказала. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— ...Для чего эта фальшивая улыбка?

— О, ничего особенного.

— Ты меня немного бесишь... В любом случае, завтра я буду смотреть с гостевых мест.

— Конечно. Пожалуйста, делай, что хочешь.

Райга с сомнением посмотрела на улыбающуюся Томоэ. Улыбка и взгляд столкнулись.  (искра, буря, безумие! Простите))

— Что, что? Что здесь происходит? — заикалась Люси.

— ...Я тоже была ошеломлена на секунду. — пробормотала Велза. — Мне нужно больше тренироваться.

От неловкости, возникшей между этими двумя, которые, на первый взгляд, просто мирно беседовали, у Люси и Велзы по коже побежали мурашки.

В этот день проходил симпозиум по монстрологии, и аудитория Королевской академии была переполнена. Тема была сужена до монстрологии, но эксперты в различных областях были вызваны, чтобы услышать их мнения, поэтому собралось довольно большое количество людей. Кроме того, зрителей, желающих посмотреть и послушать, было в десять раз больше, так что, вероятно, это было самое большое собрание, которое когда-либо проводилось в этом зале.

Что касается рассадки, то главные гости этого мероприятия, авторы Энциклопедии монстров, Хакуя и Ичиха, сидели за столом в центре сцены. Вместе с ними сидел и глава Общества исследования монстров, молодой нервничающий человек. Его пригласили только потому, что он возглавлял клуб, в котором состоял Ичиха, и мне было жаль этого парня, оказавшегося в центре внимания.

За столом справа сидели члены королевской семьи: Лисия, Ророа, Томоэ и я. За левым столом сидели директор Академии, глава Профессиональной школы Джинджер, Ку, сын главы Республики, и Соуджи, Лунарианский Православный епископ. Поскольку на сцене собрались VIP-персоны, Айша и слуга Ку Лерина были там в качестве телохранителей, а Карла и жена Джинджера Сандрия были там для помощи в других делах.

Перед сценой стояли ряды длинных столов, вокруг которых собрались исследователи монстрологии и всех других областей. Среди них были и знакомые лица, такие как Женя - сверхнаучный специалист, и Мерула - высший эльф. Этот симпозиум должен был стать обменом мнениями между нами на сцене и теми исследователями и экспертами за столами перед нами.

По другую сторону от исследователей и экспертов стояли стулья, заполненные теми, кто пришел понаблюдать. Учитывая, что это происходило в Королевской Академии, большая часть из них были студентами. Райга, вероятно, тоже была там. Симпозиум также транслировался Императрице Марии через голосовую трансляцию вещательной сети.

Когда приготовления были почти завершены, я заговорил с Лисией, которая сидела рядом со мной.

— У меня такое чувство, что я давно не сидел рядом с вами на официальных мероприятиях.

— Да. Мне придется поблагодарить матушку за то, что она присмотрит за Cианом и Казухой, — с улыбкой сказала Лисия.

За детьми присматривали леди Элисия, которая часто помогала в их воспитании, и сэр Альберт, который приехал в замок, чтобы впервые за долгое время увидеть лица своих внуков. Они всегда помогали нам.

По другую сторону от Лисии, на лице Ророа было сердитое выражение. — Эй, дорогуша, я тоже здесь, понимаешь?

— Да. Я рассчитываю на тебя и сегодня, Ророа, — сказал я, поглаживая её волосы. — Я думаю, что твоя сфера компетенции, вероятно, появится.

— Ньяхаха, предоставь это мне. —  Ророа усмехнулась, надув грудь от гордости.

Ладно... похоже, что всё в порядке, так что я бы сказал, что пора начинать.

Я встал и подошел к пюпитру в центре сцены. В то же время все собравшиеся встали и склонили головы передо мной. В конце концов, они не могли сидеть, пока их король стоял.

— Поднимите головы. —  Я начал с того, что заставил их поднять головы. — Спасибо всем, кто пришел на этот симпозиум по монстрологии.

Поскольку собралось так много людей из разных классов и с разными должностями, я решил, что наиболее эффективно будет, если я, самый главный человек в этой стране, стану MC и буду вести шоу. Это был первый раз, когда мы это делали, так что, вероятно, всё было в порядке.

— Во-первых, я хотел бы попросить вас всех сесть и посмотреть на обложку материалов, которые вы найдете перед собой.

Когда все разместились, я перешел к объяснению сути симпозиума.

— Итак, тема этого симпозиума - монстры. Монстры из земель Владыки Демонов, которые напали в большом количестве и разрушили земли севера. А также монстры, которые живут в подземельях, время от времени появляясь на поверхности и угрожая окрестностям. Монстры представляют угрозу для человечества, но их изучение имеет огромное значение, если мы хотим защитить наши жизни и имущество. Я полагаю, вы все знаете, что в моей стране сейчас проводятся значительные их исследования.

Я жестом попросил Ичиху и Хакую встать. Хакуя склонил голову, а Ичиха, видя, что он это сделал, поспешно повторил за ним.

— Толчком к этому послужила "Энциклопедия монстров", написанная сэром Ичихой Чима, студентом по обмену из герцогства Чима, а также нашим премьер-министром Хакуя. Я уверен, что все присутствующие здесь, интересующиеся монстрами, как и вы все, уже прочитали её.

Я видел, как кивали исследователи. Это была любимая книга среди них, и любой, кто не читал её, считался бы отсталым( среди исследователей).

Как только Хакуя и Ичиха подняли головы и снова уселись, я продолжил.

— Я сам неоднократно видел монстров. От чудовищ, которые хлынули из подземелья в Республике Тургис, до огромной армии монстров, движущейся к Союзу Восточных Наций из земель Владыки Демонов. Это были ужасающие существа, пожирающие людей. В то же время я чувствовал, что они были существами, полными загадок.

Я сделал небольшую паузу и окинул взглядом аудиторию.

— Что такое монстры? Почему они рождаются? Почему они нападают на людей и других живых существ? Всегда ли они приходят в таких отвратительных формах? Что отличает их от демонов, которые, как говорят, живут глубоко внутри земель Владыки Демонов?

Я говорил решительно, ударяя руками по пюпитру.

— Именно "Энциклопедия монстров" прояснила для меня многие из этих загадок. Что такое монстр? Если эта загадка будет разгадана, мы сможем более эффективно справляться с ними и значительно снизить угрозу для людей. Это тема, на изучение которой мы должны направить все ресурсы страны. Я надеюсь, что этот симпозиум станет оживленным форумом для обсуждения того, в каком направлении следует вести исследования.

Небольшое количество людей начали бросать взгляды на других или перешептываться между собой.

— Это первый раз, поэтому мы все ещё чувствуем себя в растерянности. Не похоже, что все методы изучения монстров уже стали известны. Именно поэтому я созвал множество ведущих экспертов и исследователей. Бывают случаи, когда взгляд из совершенно другой области исследований может помочь в открытии нового подхода. Кроме того, в этой области, в частности, необходимо учитывать как безопасность, так и этические аспекты вашей работы. С этой целью я хочу поощрять активный обмен мнениями. Постепенно, я хочу, чтобы мы вместе нашли этот путь. На этом я завершаю свое вступительное слово.

Когда я закончил, зал разразился аплодисментами.

Когда они успокоились, я хлопнул в ладоши.

— Итак, с этим покончено, давайте перейдем непосредственно к делу. Мы начнем с лекции господ Ичихи и Хакуи на тему "Существа, известные как монстры". После этого будет период вопросов и ответов, так что приберегите свои слова на конец. Итак, сэр Ичиха и Хакуя, дальше вы сами.

— Да, сэр. Понял.— Хакуя вежливо поклонился, в то время как Ичиха ответил нервным "Да!".

Я вернулся на свое место и сел, пока они заняли место у пюпитра.

— Как ты думаешь, с Ичихой все будет в порядке? — спросила Томоэ, её лицо было полно беспокойства. — Он выглядит напряженным.

— Я знаю, что он не лучший в том, чтобы выступать перед людьми, но если дела пойдут плохо, я уверен, что Хакуя прикроет его, — сказал я. — Я думаю, что пришло время изменить его, хотя...

— Изменить? Что он должен изменить?

Я посмотрел на Томоэ с абсолютной серьезностью и сказал: — Общее мнение, что он, 8-й ребенок Дома Чима, просто обычный.

За некоторое время до начала симпозиума Ичиха стоял за кулисами сцены зрительного зала и выглядел напряженным. Он не мог поверить, что будет стоять на такой сцене.

За время, проведенное в Доме Чима, его личность заслонялась братьями и сестрами - он никогда не выделялся. Многие взрослые смеялись, что он был лишним восьмым ребенком Чима, когда его вообще причисляли к ним. Именно Муцуми всегда старалась подбодрить Ичиху.

— Не беспокойся об этом. Я уверен, что однажды ты станешь удивительным человеком, Ичиха.

Слова, сказанные ему сестрой в тот день, оказали Ичихе эмоциональную поддержку. Однако, другие слова мучили его. — Он привел все эти войска, и всё, что он получил за это - младшего сына. Вряд ли он стоит того, чтобы беспокоиться.

Насмешки и издёвки того дня снова вспомнились Ичихе. Когда Сома пригласил его в Королевство, генералы Союза Восточных Наций опустили Ичиху, чтобы поблагодарить Сому. — Пусть говорят, что хотят, — сказал он, но эти слова всё равно оказались слишком резкими для десятилетнего Ичихи.

Стоит ли мне... быть таким добрым? То, что его жизнь в Королевстве была такой веселой, заставляло его думать об этом ещё больше.

Во-первых, с тех пор как он приехал в Королевство, он чувствовал себя очень здоровым. В герцогстве Чима он часто проводил день в постели, но с момента приезда сюда он не делал этого ни разу. По этому поводу доктор Хильда, которая его осматривала, сказала. — У ребенка респираторное заболевание. На севере плохой воздух из-за пустыни и близости земель Владыки Демонов. Если он будет жить в месте со сравнительно хорошим качеством воздуха, его состояние должно улучшиться по мере роста.

От того, что ему сказали, что он не будет вечно хрупким, Ичиха почувствовал себя намного лучше. Кроме того, жители Королевства были добры к нему. Томоэ была особенно близка с тех пор, как они встретились в герцогстве Чима, и её семья, королевская семья, тоже была добра к нему.

В лице Хакуи он нашел учителя, которого мог уважать. А с Райгой, Велзой и Люси у него появилось больше друзей в своей возрастной группе. Наконец, написав вместе с Хакуей "Энциклопедию монстров", он впервые получил похвалу от людей. Глава Общества исследования монстров даже прослезился от радости, когда он присоединился к группе. Он и представить себе не мог, что всё это произойдет, пока он был в герцогстве Чима.

Сегодня ему предстояло выступить с большой совместной презентацией на тему исследования монстров перед большим количеством людей. Он готовился к этому вместе с членами Общества исследования монстров.

— Ичиха, всё будет хорошо. Мы будем рядом с тобой. —  Глава общества был рядом с ним и выглядел ещё более напряженным, чем сам Ичиха.

Единственное, что давило на Ичиху, это то, будет ли его презентация успешной или нет. Однако, для главы выступление перед членами королевской семьи и ключевыми лицами страны было важным событием в его жизни, которое, возможно, никогда больше не повторится. Вполне естественно, что он нервничал. Однако, поскольку Ичиха ежедневно общался с Сомой и остальными в дружеской манере, он отвык от этого.

— Всё в порядке. Его Величество не рассердится, если мы немного схалтурим.

Пока Ичиха пытался успокоить главу, кто-то похлопал его по плечу. Когда он повернулся, чтобы посмотреть, кто это, Хакуя стоял там со слабой, но спокойной улыбкой на лице.

— ...господин Хакуя?

— Ваши плечи тоже слишком жесткие. Вам бы не помешало больше расслабляться.

— П-правильно... Я знаю это, но... Я хочу сделать все возможное для тебя, и господина Сомы, и Томоэ, и всех остальных, кто так много для меня сделал.

— Мне приятно слышать это от тебя, но ты оказываешь на себя слишком большое давление.

Хакуя обошел Ичиху сзади и начал поглаживать его плечи. Ичиха почувствовал щекотку и на секунду пригнул голову, но не смог стряхнуть Хакую, поэтому сидел и терпел.

Когда Ичиха принял расслабленное выражение лица, Хакуя спросил его — Господин Ичиха, вам ведь нравится исследовать монстров?

— А...? О. Я только и делаю, что изучаю их, так что это стало моим хобби. Когда я вижу монстра, которого раньше не видел, я хочу его зарисовать.

Лицо Ичихи покраснело от смущения, но Хакуя мягко улыбнулся.

— Тогда вы должны думать об этом как о месте, где можно рассказать о своем хобби. Люди могут бесконечно говорить о вещах, которые они любят, и они хотят, чтобы люди, которым они о них рассказывают, тоже их любили, верно? Я могу бесконечно говорить о книгах. — сказал Хакуя, положив руку на голову Ичихи. — Выбрось из головы успех или неудачу симпозиума. Ты должен просто наслаждаться собой и говорить то, что хочешь сказать. Ведь все пришли посмотреть, о чем ты будешь говорить.

— Господин Хакуя...

— Ты ещё совсем ребенок, так что оставь сложные детали нам, взрослым... Кажется, не так давно я говорил нечто подобное младшей сестре короля.

— Вы и Томоэ так говорили?

— Это обычное желание - вести себя более зрело в вашем возрасте. Не нужно торопиться. —  Хакуя погладил Ичиху по голове.

— Вы должны думать об этом как о месте, где можно говорить о своем хобби. Просто наслаждайся и говори то, что хочешь сказать. Слова Хакуи проникли в сердце Ичихи. Не волнуйся, получай удовольствие...

Ичиха повернулся лицом вперед. Он мог наслаждаться исследованием монстров, не обременяя себя. Вот что значило иметь специальность. Специальность, в которой никто из его братьев и сестер не мог превзойти его. Даже когда пришло время, и он занял свое место за столом в центре, Ичиха больше не вешал голову.

— Итак, господа Ичиха, Хакуя, дальше вы сами, — сказал им Сома, открыв симпозиум. Ичиха встал вместе с Хакуей и главой.

Стоя у пюпитра, Ичиха держал голову поднятой и смотрел прямо перед собой, пока говорил. — Во-первых, я хотел бы поблагодарить Его Величество за предоставленную мне возможность выступить здесь, а также всех жителей Королевства Фридония, которые пришли. Я - Ичиха Чима, студент по обмену, прибывший сюда из герцогства Чима, одной из стран Союза Восточных Наций. Для меня большая честь иметь возможность обсудить с вами сегодня монстров.

То, как уверенно он говорил, вдохновило всех, кто собрался в этом месте. Даже в Королевстве ходили слухи о якобы постороннем восьмом ребенке герцога Чимы. Однако, люди, собравшиеся в зале, знали, что он является автором Энциклопедии монстров. О том, что Хакуя участвовал в основном в качестве помощника, было ясно сказано в тексте книги. Узнав, что радикально новая энциклопедия была написана одиннадцатилетним мальчиком, исследовательский мир пришел в восторг.

Посторонний и выдающийся.

Между этими двумя оценками была нестыковка, и люди внимательно следили за тем, какой Ичиха на самом деле. Судя по тому, как уверенно он говорил, скорее всего, это был последний вариант. В конце концов, Сома не остался с объедками. Люди здесь понимали, что, верный своей репутации маньяка по подбору способных кадров, король Сома разглядел потенциал мальчика и взял его себе.

— Я волновался, прежде чем он начал, но, похоже, мне не пришлось переживать, — прокомментировал Сома, впечатленный внезапной смелостью Ичихи.

— Ты сам сказал. Он из тех, кто действительно силен.

— Это очевидно. Старший брат, старшая сестра, — с гордостью произнесла Томоэ. — Ичиха робок, но это потому, что ему не хватает уверенности в себе. Но у него сильное сердце, и он никогда не убежит, когда это действительно важно. Он защитил меня, когда мы были окружены страшными людьми в княжестве Чима. Это и есть настоящий Ичиха.

— ........

Когда Томоэ говорила о нем почти как о себе, Сома и Лисия с нежностью смотрели на неё. В её словах чувствовалось абсолютное доверие к Ичихе.

В конце концов, Сома испустил небольшой вздох, а Лисия улыбнулась.

— ...Если бы Инугами мог слышать, он бы так ревновал.

— А нет, Сома? Хи-хи, это так горько.

— ???

На лице Томоэ было пустое выражение, а над её головой висели вопросительные знаки. Она понятия не имела, о чем они говорят.

Пока семья Сомы беседовала, Ичиха продолжал произносить свою речь.

— Герцогство Чима, где я родился, граничит с владениями Владыки Демонов. Из-за этого вторжения такого масштаба, как волна демонов, случаются нечасто, но небольшие группы монстров приходят с севера время от времени. Короче говоря, это ситуация с большим количеством объектов для наблюдения. С монстрами расправлялись солдаты во главе с моими старшими братьями, которые преуспели в боевых искусствах, а я сидел на стенах, где было безопасно, и зарисовывал монстров, с которыми сражались мои братья. Из всех моих братьев и сестер я был единственным, кто не обладал никакими выдающимися способностями, поэтому я хотел быть хоть немного полезным для всех, изучая чудовищ....

Ичиха замялся, а его лицо просветлело.

— ...Хотя, по ходу дела, это стало просто хобби. Это весело, понимаете? Если у кого-то из вас будет возможность поехать на север, пожалуйста, попробуйте рисовать.

Вся аудитория захихикала. Похоже, он уже освоился настолько, что мог иногда шутить.

— Первой, кто признал меня за мои рисунки, была моя старшая сестра. Второй стала младшая сестра Его Величества, Томоэ. Я смог приехать в Королевство, потому что она представила меня Его Величеству, и это позволило мне встретить моего уважаемого учителя Хакуя. Я благодарю её от всего сердца. —  Ичиха посмотрел на Томоэ и улыбнулся.

— Ичиха... — Волчьи уши Томоэ радостно зашевелились.

Он посмотрел вперед и поднял написанную им Энциклопедию монстров.

— Эта книга была создана по этим эскизам с помощью господина Хакуя. Есть также основа, на которой мы составили Энциклопедию монстров. Это система идентификации частей монстров. А... — Ичиха остановился, а затем продолжил.

— Это длинновато. Давайте назовем его MPI для краткости. Да. Чтобы дать ориентир на пути исследования монстров, я хотел бы прочитать лекцию об MPI. Президент Общества исследования монстров, если вы не возражаете.

— П-понял, — пробурчал президент. Его голос звучал немного пронзительно из-за нервозности, вызванной обращением к нему.

Тем не менее, он положил большую бумагу на подготовленную подвижную доску. Бумага была заполнена рисунками монстров. Здесь были и ящеролюди, с которыми Сома столкнулся в королевстве Ластания, и пузатые крылатые змеиные монстры, которых их заставили съесть.

Стоя перед фотографиями, Ичиха продолжил свою презентацию.

— Пока я рисовал картинки монстров в княжестве Чима, я кое-что понял. Есть монстры, которые, несмотря на то, что принадлежат к разным расам, имеют одинаковые части тела. С тех пор как я это понял, я стал обращать пристальное внимание на части тел монстров.

Он стоял перед изображением пухлой, крылатой змеи и складывал в коробку и крылья, и основное тело змеи из длинных, тонких, цветных бумажных вырезок.

— Возьмем для примера это чудовище. Официального названия у него нет, но я считаю, что временное название Его Величества - летающий цучиноко - вполне подходит, поэтому я буду называть его так. Этот летающий цучиноко состоит из двух типов частей: части тела змеи и части крыльев. Его определяющими чертами как существа являются мощный прыжок и способность летать, хотя и на короткие расстояния. А ещё... он съедобен.

В толпе раздались тихие голоса, когда он сказал, что это съедобно. Большинство человечества ещё не знало об этом факте. Даже в этом зале, где собралось множество экспертов, это было сенсационное заявление.

— Простит ли Бог нас, поедающих чудовищ...? — Было слышно, как один голос произнес это. Очевидно, это был Лунарский Православный епископ.

Среди участников симпозиума были те, кто относился к изучению монстров с чувством кризиса и табу. Чтобы узнать, какая реакция может быть на их изучение монстров, Сома не отказал им во входе.

Шепот продолжался, Ичиха не знал, что делать, но тут вмешался Хакуя и сказал — Это факт. В Империи есть прецедент поедания летающих цучиноко. Хотя, конечно, с такими монстрами, как ящерица, обладающими человеческой частью тела, было бы неправильно пытаться их есть. Летающий цучиноко - это, по сути, змеиное мясо с куриными крыльями. Не должно быть ничего удивительного в том, что оно съедобно.

После слов Хакуи в помещении все немного успокоились. Полагая, что это приведет к скандалу, он решил не упоминать о том, что Жанна, младшая сестра императрицы Марии, была одной из тех, кто его ел.

Продолжая с того места, где остановился Хакуя, Ичиха продолжил говорить: — Вопрос о съедобных монстрах я затрону позже, так что, пожалуйста, слушайте. А теперь, что касается крыльев летающего цучиноко, есть и другие монстры, у которых точно такие же крылья. Пожалуйста, обратитесь к странице 5 брошюры, которую вам дали.

Ичиха сделал паузу, чтобы дать зрителям время сориентироваться, прежде чем продолжить.

— Чудовище там - это собака с двумя головами. Мы будем называть его ортрус. По какой-то причине у него и у летающего цучиноко одинаковые части тела, несмотря на то, что это два разных вида монстров. Когда я заметил это, я рассортировал свои эскизы по частям тела каждого монстра. И тогда я понял, что было необычайно много случаев, когда встречалось одно и то же. У ортруса те же крылья, что и у летающего цучиноко. И я нашел ещё одно чудовище с телом черепахи и такой же головой, как у этого ортруса.

Затем Ичиха переместился и встал перед изображением ящерицы.

— То же самое и с этим ящером. Это чудовище, с которым Фридонийские силы национальной обороны сражались в королевстве Ластания, и нам удалось получить много мертвых образцов для исследований. Верхняя часть тела этого ящера напоминает человеческую, но лицо и нижняя часть тела имеют черты, характерные для крупной двуногой ящерицы. В нем есть человеческие элементы, но его природа - это природа дикого зверя. Похоже, они обладают таким же интеллектом, как и сёдзё, и могут распределять работу между своей стаей, но не настолько, чтобы мы могли с ними общаться. Не так ли, Томоэ?

Когда Ичиха спросил её, Томоэ пролепетала. — Д-да! — и поднялась на ноги.

— Я видела плененного ящера в королевстве Ластания. У меня есть способность говорить с животными... понимать их сердца, но ящерица воспринимала меня только как "еду" или как "добычу". Это было жутко, казалось, что у него нет никаких других чувств. Обычно, если животное поймано, независимо от того, насколько оно голодно, я могу почувствовать гнев и беспокойство....

Томоэ скрестила руки и сжала локти, вспоминая это событие. Это ужасающее воспоминание о том, что её рассматривали как добычу, запечатлелось в её памяти.

Ичиха посочувствовал ей и продолжил тихим голосом. — Спасибо. Как только что сказала Томоэ, интересно, что им не хватает эмоций, которые они должны иметь как живые существа.

Убедившись, что Томоэ села на место, Ичиха вернулся к обсуждаемой теме.

— Как вы можете видеть, монстры - это смесь элементов самых разных существ. Кроме того, существуют зомби и скелеты - существа, которых не должно существовать. Причина, по которой монстры кажутся нам жуткими по сравнению с дикими животными, может быть в том, что, согласно нашим представлениям, у них есть ненужные части тела(части от других существ), или ненужные черты (гниение или скелетизация).

— Логично...— сказал Сома.

Он не произнес это громко, но слова привлекли всеобщее внимание, поскольку исходили от короля. Когда Сома понял, что все смотрят на него, он почувствовал себя неловко из-за того, что задержал презентацию.

— ...Могу я сказать пару слов? — спросил Сома, подняв руку.

— Да. Продолжайте.

— Быть слишком официальным - слишком хлопотно, поэтому я буду говорить просто, но... Я встретил четвероруких огров в Республике Тургис. Не так ли, Ку?

Сома повернулся к Ку, который сидел за столом напротив него.

— Да, — подтвердил он, кивнув. — Те мохнатые огры. Я помню, у них были большие тела и четыре руки. Они выходили из подземелья, нападали на деревни и ели людей. Учитывая, какими злобными они были, могу поспорить, что они были такими же, как ящеролюди, и видели в нас только добычу.

Пока Ку говорил, его ненависть к ограм стала очевидна, и Сома согласился с ним.

— Когда я увидел этих огров, я подумал, что это искаженные существа. Сейчас я вспоминаю, что у них были лица огров, но их тела, должно быть, принадлежали каким-то другим существам. Горилла... это большое существо из моего мира, похожее на сёдзё, и они походили на него. —  Сома скрестил руки и простонал, пока говорил. — Когда я вспомнил это и услышал, что вы говорили, господин Ичиха, мне показалось, что я понял, почему монстры так выглядят. Простите. Кажется, я вас прервал.

— Нет, это была ценная история, которую вы нам только что рассказали. —  Ичиха поклонился, затем повернулся к толпе и продолжил говорить. — Исключительно трудно классифицировать монстров, которые представляют собой такую солянку из различных признаков. Поэтому мы с господином Хакуей придумали MPI, который сортирует каждого монстра на составные части. Теперь я попрошу господина Хакуя объяснить причину этого.

— Очень хорошо.

Ичиха отошел от пюпитра, и на его место встал Хакуя.

— Я - Хакуя Квонмин, премьер-министр этой страны. Считается, что Энциклопедия монстров написана совместно мной и господином Ичихой, но я лишь придал ей красивый вид. Основу материала составляют наброски, которые нарисовал Ичиха, и метод, с помощью которого они были отсортированы. Я чувствую себя неловко, занимая пюпитр в такой ситуации, но я хотел бы объяснить MPI от имени сэра Ичихи.

Повернувшись к Ичихе, Хакуя слегка кивнул.

— Теперь... Обычно монстры подобны злым духам, и если они не образуют стаи, состоящие из одного вида, их трудно разделить на виды. Они появляются во множестве форм, и было невозможно разделить их на виды, основываясь на их телах. Однако, когда я узнал о системе господина Ичихи, которая сортирует монстров по частям их тела, я обнаружил множество способов её применения.

Хакуя указал на рисунки монстров позади него.

— Как видите, когда монстры были отсортированы таким образом, мы смогли распознать тех, у кого одинаковые части. Это позволило дать монстрам имена.

— Ооо...— Некоторые члены толпы издали возглас благоговения. Должно быть, это были те, кто понял, что пытался сказать Хакуя.

Однако, большинство собравшихся просто сказали. — Назвать их? Какой в этом смысл? — и склонили голову набок. Можно ли вообще назвать монстров, когда все они выглядят так по-разному?

Предвидя такую реакцию, Хакуя пояснил: — Для того чтобы распознать вещь, мы должны сначала дать ей имя. Потому что, когда у вещи есть название, мы можем взять её в качестве объекта исследования, и исследование становится возможным. Если мы поделимся этим с другими людьми, это позволит нам распространить информацию о предмете нашего исследования. Приведу небольшой пример: дав людям название "люди" и поделившись этим словом с другими, я смогу сообщить им, что изучаю людей.

Он начал медленно продвигаться к одной стороне сцены, пока говорил.

— Немного оглядываясь назад в нашем разговоре, мы знаем, что монстры имеют аберрантные формы по сравнению с другими существами. Из-за этого трудно в совершенстве передать другим людям то, что мы видели о монстрах. Как насчет "летающего цучиноко", которого назвал Его Величество, например? Если бы вам нужно было сообщить другим о существовании этого чудовища, как бы вы его описали? ...Вы бы сказали, что это толстопузый змееподобный монстр с крыльями, или что-то подобное, я полагаю.

С небольшой паузой Хакуя повернулся и начал вышагивать обратно к центру сцены.

— Было бы хорошо, если бы этого было достаточно, но есть монстры с различными признаками, такими как "имеет рога", "имеет две головы", "плюется ядом" и т.д. Назвать все эти виды по отдельности и дать общее представление о них было бы слишком сложной задачей.

Остановившись у доски, он жестом указал на бумагу, заполненную эскизами.

— Это послужит препятствием для обмена информацией о монстрах. Если бы мы изучали их в деталях, это было бы терпимо. Однако, когда из подземелья вываливается группа монстров, представляющих собой солянку из различных признаков, на это нет времени. Ситуация должна быть решена немедленно.

Хакуя подошел к пюпитру и со вздохом положил на него руки.

— Когда солдаты на месте свяжутся с военными для получения подкрепления, у них не будет времени сообщить о каждом из этих признаков. Информация с места событий будет ограничена следующими словами:"Нападение монстров", "Их примерно столько-то" , "Они летают или не летают".  Если группа состоит из одной расы, как стая ящериц, с которой мы столкнулись в Союзе Восточных Наций, их способности четко определены, и противостоять им становится проще.

Он поднял руку и направил её на доску.

— Ящеролюди не летают. Однако, у них есть способность прыгать. Зеленые не плюются огнем, но красные требуют осторожности... это проще, потому что мы можем разделить эти общие представления о них. —  Между тем, в случае с ордой, состоящей из множества видов, всё не так просто. Прежде всего потому, что есть монстры, принимающие искаженные формы, и трудно даже передать черты врага.

Тут Хакуя сделал глоток воды, оставленной рядом с пюпитром, и сделал паузу, чтобы перевести дух.

— Существует риск неправильного восприятия информации. 'Мы не разобрались в ситуации, прежде чем спешить на место происшествия, и не были готовы справиться с монстрами' или 'Мы слишком долго готовились, и ущерб распространился'. Я могу представить себе любую из этих ситуаций. Однако, если мы будем определять монстров по их частям тел и иметь общую систему названий, это время можно значительно сократить.

Хакуя постучал указкой по изображению летящего цучиноко.

— Возьмем, к примеру, этого летающего цучиноко. Мы будем называть монстров с этой частью крыльев "летающими", а монстров с этой короткой, толстой частью змеи - "цучиноко". Далее, чудовища-волки будут называться "волками", гниющие - "зомби", ядовитые - "ядом", рогатые - "рогатыми", а те, у которых две части, будут называться "близнецы плюс название части".

Он снова сделал паузу, чтобы дать аудитории возможность усвоить эту информацию.

— Подумайте об этом, как мы уже называем монстров с человеческими частями тела "человекоподобными". Таким образом, группа, о которой раньше сообщалось, что в неё входят "жирные змеиные монстры с рогами и крыльями, двухголовые волки с ядовитыми клыками и ящеролюди, чьи тела гниют", теперь может быть представлена как "группа рогатых цучиноко, двухголовых ядовитых волков и зомби-ящеролюдей", и информация будет передана та же самая. Мы заранее знаем, что если будет много летающих монстров, то целесообразно послать противовоздушное оборудование, а если будет много ядовитых монстров, то следует послать противоядия и сыворотку.

— Оооо! — Толпа закричала в благоговении. Они наконец-то поняли практичность этого.

Пока Хакуя говорил, Сома подумал: — Хм... Если бы они использовали систему письма, которая представляет идеи, а не звуки, мы могли бы сжать её ещё больше, хотя....

Сома подумамл о кандзи, которые существовали в языке страны, в которой он когда-то жил. С помощью кандзи можно было написать имена трех чудовищ: 角飛槌蛇, 双頭毒狼 и 腐蜥蜴人.

Однако, Сома покачал головой. Континентальный стандарт использует алфавит, как английский, так что это невозможно... Может быть, если я изобрету что-то вроде пиктограмм... подожди, их нельзя передать устно.

Пока Сома размышлял об этом, Хакуя продолжил. — Теперь MPI позволяет нам не только обмениваться информацией, называя монстров. Это возникло в самом начале, но это также относится к вопросу о том, каких монстров можно есть. Летающий цучиноко съедобен. Это доказано случаями их поедания в Империи и употребления в пищу ящеролюдьми. У летающего цучиноко есть часть змеи и часть крыла, но обе они должны быть съедобными. Вполне вероятно, что монстры, состоящие из всех съедобных частей, съедобны.

Он указал на тело и крылья на эскизе, чтобы подчеркнуть.

— И наоборот, если в их теле есть хоть одна ядовитая часть, существует большая вероятность того, что эти монстры не пригодны для употребления в пищу. —  Однако, из-за отсутствия испытаний на данный момент, это все ещё остается лишь прогнозом. Если мы скормим убитых нами монстров животным и продолжим эксперименты, мы сможем прийти к более точному выводу. Я хотел бы попросить вас всех сотрудничать с демонстрацией этого.

Хакуя склонил голову, а толпа кивнула в ответ на его разумное предложение. Память о продовольственном кризисе была ещё свежа в этой стране.

— Существуют также монстры с человеческими частями, и даже если эти части не токсичны, я сомневаюсь, что кто-то захочет их есть, если только он не находится в серьезном кризисе. Однако, на передовой, если наши люди по какой-то причине голодают, они могут послужить ценным источником пищи для поддержания их жизни. Важно рассмотреть юридические и этические последствия употребления мяса монстров с человекоподобными частями тела. В этом вопросе я хотел бы действовать осторожно, учитывая мнение государства и, конечно, религий, которые поддерживают духовное благополучие наших людей.

При словах Хакуи из толпы послышался гул голосов. Исследователи наклонялись к ближайшим к ним людям и шептали. — Что вы думаете? — Они обменивались мнениями, но у религиозных деятелей в аудитории были суровые лица.

Лунарианский Православный епископ, который с самого начала с подозрением отнесся к идее изучения монстров, недовольно смотрел на Хакую. Должно быть, он считал, что потребление монстров - это немыслимо. Даже когда мнения тех, кто смотрел на него, разделились, Хакуя продолжал говорить.

— Третье достоинство MPI заключается в том, что, классифицируя части тела, мы можем определить, сколько человеческих частей находится в субъекте. Это все ещё только теория, но кажется, что монстры с большим количеством человеческих частей более разумны.

Он указал на изображения летающего цучиноко и ящерицы.

— Летающий цучиноко действует, руководствуясь мыслями, подобными животным. То, как он летит, чтобы напасть на свою добычу, а затем пожирает её мясо - это чисто инстинктивная модель действий. Ничем не отличается от любого дикого животного. Ящеролюди, с которыми столкнулись Силы национальной обороны, напротив, продемонстрировали способность к обучению. Когда мы показали одному ящерочеловеку, как приготовить и съесть летающего цучиноко, он приготовил и съел его, когда вернулся в свою стаю. Другие ящерицы, увидевшие это, подражали ему и стали нападать на летающих цучиноко. Главный вывод здесь в том, что ящерицы могут учиться.

Хакуя выразительно посмотрел на затихший зал.

Если существовали монстры, способные к обучению, это делало их намного опаснее. Говорили, что демоны, обитавшие на севере континента, были разумны. И эти же демоны когда-то уничтожили объединенные силы человечества, возглавляемые Империей.

Монстры не были умными, как демоны, поэтому считалось, что с ними легко справиться. Однако, если некоторые из этих монстров обладали способностью к обучению, они не могли сохранять оптимистичную перспективу. Сложнее справиться со стаей волков, чем с одним огромным медведем. Если звери были умны, это повышало угрозу для человечества.

Хакуя продолжил. — Интеллект - это самое большое преимущество, которое мы имеем перед монстрами. Если они обладают хотя бы малой толикой того, что есть у нас, это уже угроза для нас. Однако, нельзя ли сказать и следующее? Если те, кто обладает даже небольшим количеством человеческих частей, разумны, то те, кто обладает большим количеством частей, будут ещё более разумны. Возможно, до такой степени, что они смогут общаться с нами.

Он остановился и ещё раз окинул взглядом толпу.

— Я уверен, что вы все можете вспомнить, к какой группе это относится... Демоны.

При этих словах собравшиеся снова затаили дыхание. Они слышали, что демоны, похоже, разумны, но не думали, что они настолько умны, что могут общаться с людьми. Враг с интеллектом человеческого уровня был опасен. Это также открывало возможность для диалога, но, за некоторым исключением, почти никто этого ещё не понимал. Этими исключениями были люди, которые уже знали об этом.

— Неужели мы наконец-то зашли так далеко...?

— Это, конечно, заняло некоторое время?

На сцене Сома и Лисия перешептывались между собой. Лишь немногие в высших эшелонах власти этой страны были посвящены в историю о том, как кобольды связались с Томоэ. Доказать факт связи, которую сделала возможной сила Томоэ, было непросто, и они рисковали получить осуждение со стороны других стран за общение с демонами.

Если бы другие страны узнали об этом и начали самостоятельно пытаться связаться с демонами, наступил бы хаос. В то время ни одна из стран не могла отличить монстров от демонов. Поэтому Сома держал этот факт в секрете. Но сегодня, наконец, он был раскрыт для всеобщего обозрения.

С продвижением изучения монстров и демонов через MPI Ичихи, они вновь представили объективный потенциал того, что диалог возможен. Если бы казалось, что это объективно так, другие страны не могли бы осудить их за это. Конечно, на данном этапе это была лишь потенциальная возможность, но время постепенно подбиралось к фактам, которые они узнали благодаря способностям Томоэ.

— Если демоны разумны, как мы, думаете, они смогут понять монстров, которые обладают лишь мизерным интеллектом?

Слова Хакуи повисли в воздухе.

— Подумайте об этом. Если бы вас на дороге окружила стая диких собак, вы бы испугались. А если бы вы были демоном? Полагаете ли вы, что в окружении монстров вы были бы спокойны? Разве между монстрами и демонами не может возникнуть конфликт? Предполагаете ли вы, что страшные демоны и монстры установили симбиотические отношения? Возможно, нам нужно думать о демонах и монстрах отдельно... Вот и всё. Спасибо, что выслушали.

Хакуя поклонился и сошел с места. Аплодисментов не последовало. Все были заняты размышлениями о новых возможностях, которые только что были им представлены.

Среди тишины Сома начал хлопать в ладоши. Лисия и Томоэ последовали его примеру, и толпа, приведенная в чувство этим звуком, бурно зааплодировала. Когда аплодисменты прекратились, Сома поднялся и заговорил.

— Теперь, когда объяснение системы MPI сэра Ичихи и Хакуи закончено, я хотел бы перейти к обмену мнениями, который является целью этого мероприятия. Принимая во внимание то, что объяснили Ичиха и Хакуя, я хотел бы услышать ваши откровенные мнения о монстрах, исследовании монстров и системе MPI.

Затем, сделав глубокий вдох, он сказал. — Если у вас есть вопросы, пожалуйста, поднимите руки.

Послышалось шуршание одежды. Многие руки поднялись в унисон.

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Ух ты, они все такие взбудораженные... Я сглотнул, увидев поток рук, которые поднялись в тот момент, когда я попросил их рассказать о непонятном им. Все они выглядели так, словно хотели задать свой вопрос или высказать свое мнение. До такой степени, что они были готовы оттеснить других, независимо от ранга. Можно было сказать, что здесь собрались фанатики исследовательского дела.

Эта страсть должна приветствоваться ради блага страны.

— Теперь, пожалуйста, назовите свое имя и принадлежность, прежде чем высказать свое мнение или задать вопрос. Да, вы, в одеянии священника.

— Спасибо, Ваше Величество. Я священник Барт из Лунарианской Ортодоксии.

Первым я вызвал священника, который хмурился на протяжении всей презентации исследования. Я прекрасно знал по его поведению, что он будет против исследования монстров, поэтому намеренно пропустил его первым. Чтобы продвинуть исследование монстров, необходимо было выслушать мнение таких людей и принять меры, чтобы подавить сопротивление общественности.

— Я благодарю вас за разрешение говорить. —  Барт посмотрел прямо на меня. — Это мнение может быть неуместным на таком собрании, как это, но я выскажу его, несмотря на этот факт. Как человек из рода... Нет, как одиночка, я испытываю сильное отвращение к попыткам узнать больше о монстрах.

Послышался тихий шепот. Все были озадачены тем, что на мероприятии, которое называлось симпозиумом по монстрологии, первое мнение было против исследования монстров вообще.

Исследователи, окружавшие Барта, говорили такие вещи, как:

— О чем этот парень говорит?

— Что ты вообще здесь делаешь?

Они смотрели на него холодными глазами. Однако, я попросил его продолжать.

— Давайте послушаем. Что вас беспокоит?

— По учению Лунарианской Ортодоксии, монстры были рождены как злые двойники доброго бога Луны, Лунарии, — начал Барт. — Они грязные существа и не способны взаимодействовать с людьми. Именно поэтому, каким бы хрупким ни был монстр, запрещено кормить или использовать их. Монстр - это монстр, каким бы маленьким он ни был. Какими бы безобидными они ни казались, это опасные существа. Неизвестно, к каким опасностям может привести их присутствие рядом с нами. Даже для тех, кто поклоняется другим религиям, я подозреваю, что понимание этого вопроса у других религий одинаковое.

— ......... — Я не очень понимал религиозные взгляды этой страны, поэтому посмотрел на Лисию и остальных. — Да, это верно..., — сказали они, кивнув.

Аргументов не последовало, поэтому священник продолжил: — Я не выступаю против этого на чисто доктринальных основаниях. Я говорю о том, что есть сферы, которых человек не должен касаться. Именно Бог определяет формы живых существ. Если мы неоправданно ступим в эту область, не совершим ли мы что-то такое, что потом не сможем вернуть назад?

Гул в комнате утих. Если снять с его слов завесу религии, он предупреждал об опасности работы с вещами, которые слишком велики для человечества.

Представим, что исследования продвигаются, и мы привезли живых монстров обратно в столицу. Если часть из них сбежит, они могут где-то расплодиться, и никто не знает, какой ущерб это может нанести. В моем старом мире было больше примеров, чем я смог бы сосчитать, когда всего несколько представителей чужого вида, выпущенных на волю, полностью уничтожали существующую среду.

На самом деле, в заброшенных подземных ходах под замком, среди прочих существ, обитала огромная саламандра, выросшая намного больше обычного размера. Они также могут меняться в зависимости от конкретной среды. Когда я думаю об этом в таком ключе, я не могу умалить его точку зрения...

Я был поражен тем, насколько удивительно разумным он был. Его слова о том, что Бог определяет формы всех существ, а мы не вправе вмешиваться в эту сферу, напомнили мне о противостоянии этики и практичности, когда речь шла о редактировании генов и других передовых достижениях науки в моем старом мире.

Если задуматься, за исключением тех, которые служили для укрепления власти религии, религиозные заповеди, как правило, были призваны убедить людей жить лучше. Некоторые из них должны были быть знаниями, полученными из опыта, которые затем передавались в виде историй. Возможно, кто-то в прошлом поймал монстра, и из-за того, что он недооценил угрозу, был причинен вред... или что-то в этом роде.

— Господин Соуджи, что вы думаете, услышав его мнение?

— Ты спрашиваешь меня?

Когда я повернулся к Соуджи, на мгновение он бросил на меня взгляд типа:"Ты действительно хочешь знать мое мнение...?" - но быстро взял себя в руки и сделал серьезное выражение лица.

— Это, конечно, учение Лунарианской Ортодоксии. Однако, госпожа Лунария говорит:"Никогда не пренебрегайте усилиями, чтобы пробовать и учиться".  Конечно, мы не должны пренебрегать изучением монстров. Однако, в словах сэра Барта тоже есть резон. В любом исследовании следует проявлять максимальную осторожность.

Соуджи высказал мнение, которое оправдывало исследование монстров, но при этом учитывал мнение Барта. Это прозвучало двусмысленно, но это было именно то, чего я хотел.

— Хорошо, я понял. Мы должны продолжать исследования, но будьте осторожны.

Я тщательно обдумал свои слова, затем заговорил.

— На данный момент я считаю, что выдвину следующие правила:

- Во-первых, перевозка живых монстров из пограничного региона во внутренние регионы запрещена.

- Во-вторых, в случае с монстрами подземелий, живые монстры не должны переноситься за пределы области вокруг их подземелий.

- В-третьих, если вы хотите изучать живых монстров, это нужно делать вблизи границы или в подземельях. Исследования, проводимые в столице, должны проводиться исключительно с использованием подтвержденных мертвых образцов.

— Это то, что я придумал. Я бы хотел обдумать более подробные правила позже, но... сейчас на рынке продаются части монстров, верно, Ророа?

— Конечно, есть. Правда, в основном из подземелий. —  Ророа кивнула. — Они могут быть основой экономики в городах, расположенных рядом с подземельями, а некоторые материалы очень ценны. Живые монстры опасны, так что я согласна, что нам, конечно, следует ограничить торговлю ими, но в любом случае нам нужно ввести законы.

— Это наша работа... У кого-нибудь ещё есть мнение по этому поводу? ...Вы, тот, кто только что поднял руку вон там.

Когда я позвал его, мужчина, выглядевший именно так, как я ожидал увидеть исследователя, в белом халате и очках, встал.

— Я Гордон, научный сотрудник Королевской Академии. Если это так, то я хотел бы получить одно из небольших подземелий Королевства, чтобы использовать его для исследований. Пока мы не завоюем его, я не верю, что мы сможем изучать экологию монстров и механизм их создания внутри подземелья.

— Хм... Что ты думаешь об этом, Хакуя?

Хакуя немного подумал, а затем кивнул.

— Если мы сможем обеспечить безопасность окружающей территории, я считаю, что это будет прекрасно. — сказал он. — Однако, нам нужно будет выставить минимальное количество сил, необходимое для постоянного реагирования на любую возникающую проблему. Я считаю, что мы должны подготовить условия, в которых любой желающий сможет прийти и принять участие в исследовании. Это также означает, что они смогут следить друг за другом, чтобы убедиться, что никто не использует монстров для проведения незаконных исследований.

— ...Вы слышали его. Что скажете? — Я обернулся к Гордону, а он кивнул.

— Мнение премьер-министра разумно.

— Хорошо. Я думаю, тогда мы будем продвигаться вперед с этой политикой. Что скажете, сэр Барт?

— ...Я понимаю. Пожалуйста, по крайней мере, соблюдайте все меры предосторожности.

Барт, вероятно, не был полностью убежден, но мы проявили к нему внимание, и он отступил.

Когда я призвал высказать следующее мнение, молодой человек поднял руку. — Вы, вон тот молодой человек.

— П-правильно! Я - Тото, исследователь, работающий в лаборатории профессора Косно в Королевской академии! О-обычно я вместе с профессором изучаю материалы, полученные от живых существ.

Молодой исследователь выглядел напряженным, когда представлялся.

Тото... О! Мне показалось, что я узнал это имя. Он был одним из исследователей, участвовавших в поиске материала, заменяющего резину. Секреты этой разработки обсуждались в передаче "Безымянные герои", поэтому я его запомнил.

— Эм... Что я... Я хотел сказать...— Было похоже, что Тото нервничает. Если он ещё больше напряжется, то вообще не сможет говорить.

— Пожалуйста, расслабьтесь. —  Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. — Каким бы ни было твое мнение, всё в порядке.

— Хорошо. Вдох... Выдох... — Тото глубоко вздохнул, затем снова начал говорить.

— Что касается останков ящериц, которые вы привезли из Королевства Ластания, Ваше Величество. Образцы были отправлены в лабораторию, в которой я работаю, чтобы исследовать потенциальное использование материалов из них. В ходе нашего расследования произошло интересное событие...

— Что это было?

— У них не было репродуктивных органов.

Когда он вдруг заговорил о репродуктивных органах, в комнате раздалось ощутимое разочарование, но они снова начали возбужденно перешептываться, когда поняли, что это значит.

Ящеролюди создали огромный рой, чтобы напасть на королевство Ластания. Если у них не было репродуктивных органов, это означало, что рой был создан не в результате спаривания.

— Значит, у них нет гениталий?

— У них есть орган для выделения. Однако, у них нет органа, который бы производил яйца или сперму, необходимые для размножения. Однако, у нас было мало образцов, поэтому я не могу сказать, весь ли рой был таким, или только эти особи....

— ...С тех пор прошло много времени, и я уверен, что Королевство Ластания уже закончило их все уничтожать. На всякий случай я отправлю письмо. Кто-нибудь ещё знает что-нибудь об этом?

Когда я задал этот вопрос, было много разговоров, но никакого ответа. Похоже, никто не мог сказать ничего определенного о репродуктивных органах монстров.

— Вероятно, этого следовало ожидать. Существует сильное табу на исследование монстров, и это тоже опасно.

Тото объяснил, почему это так.

— Когда искатели приключений сталкиваются с монстрами в подземельях, они нейтрализуют их, рубя мечами, стреляя стрелами и атакуя магией, поэтому неизбежно, что останки находятся не в лучшей форме. Даже если им удается победить их, но при этом оставить в хорошем состоянии, и принести - это всё большой труд. Огры, например, слишком тяжелы, чтобы вернуть их целыми. Поэтому редко какой полный, хорошо сохранившийся труп попадает в лабораторию.

— Понятно... — Соме казалось, что он видит одну из причин, по которой исследования монстров до сих пор не продвинулись далеко вперед. Даже не обращая внимания на религиозные табу, это было слишком опасно, и они не могли получить хорошие образцы. Одно дело - военные силы, но такие искатели приключений, как Юнона и её группа, которые обычно работали группами менее десяти человек, не смогли бы вернуть монстра в целости и сохранности. "В этом смысле удачно, что нам удалось раздобыть тела ящериц в хорошем состоянии."

Тем не менее, размножение монстров. Я бы предоставил будущим исследованиям выяснить, есть ли у них репродуктивные способности или нет...

— Полагаю, это означает, что, несмотря на присутствие особей, не способных к размножению, они всё же смогли создать этот огромный рой. — сказал я.

— На пару слов, если можно, король?

Вместе с этими словами, которые были настолько непринужденными, что их можно было расценить как неуважение, поднялась рука. Она принадлежала человеку, которого я хорошо знал.

— Тебе что-то пришло в голову, Женя?

— Да. Упс... Я... я Женя М. Аркс. Потомок Дома Максвелл, которые всегда изучали реликвии подземелий, и очаровательная жена старшего брата Лю, который является заместителем главнокомандующего Национальных сил обороны.

— Может, опустим последнюю часть. На кого ты пытаешься произвести впечатление?

— Я решила, что это моя работа как жены - создавать репутацию для своего мужа.

— Если бы Людвин был здесь, он бы уже схватился за голову. — Я положил руки на виски, чтобы подавить головную боль.

— Теперь, перейдем к делу. — продолжила Женя. — Я думаю, что знаю о монстрах подземелий немного больше, чем большинство людей, но их теория о том, что монстров можно классифицировать по их частям, стала для меня настоящим открытием. Так вот... я слышала, что многие монстры в подземельях более искривлены, чем те, о которых мы слышим в легендах.

Женя продолжала, не обращая внимания на формальности, но Дом Максвеллов был широко известен как эксцентричный, поэтому никто не беспокоился об этом слишком сильно. Они были больше сосредоточены на том, что скажет член семьи с таким редким талантом.

— Из того, что сказал сэр Ичиха, эта искаженная природа должна происходить от того, что они являются смесью частей различных существ. Если добавить сюда монстров, у которых нет репродуктивных органов... Я просто не могу представить, что эти монстры появились естественным путем.

— Если не естественным путем... Тогда, вы же не хотите сказать, что они были созданы?

— Точно! — произнесла Женя, щелкнув пальцами. — Это естественный вывод. Дети рождаются с чертами своих родителей. Если у нас со старшим братом Лю будут дети, они будут маленькими, если будут похожи на меня, и высокими, если будут похожи на него. Кстати, я хочу, чтобы их было около двух.

— Слушай, я не хочу знать о твоем планировании семьи, но...

— ...Но несмотря на то, что мы только что поженились, принцесса Трилл продолжает приходить. Мало того, она приходит надолго и постоянно цепляется за меня, так что старший брат Лю начинает хандрить, и это доставляет столько хлопот.

— Хорошо, теперь я хочу услышать больше, но... это симпозиум, так что можем ли мы вернуться к разговору о монстрах? Я уверен, что вопрос с принцессой Трилл будет улажен её опекуном (который, несомненно, наблюдал за этим) позже.

Затем из толпы раздался стук.

Эти волосы, уложенные на одну сторону... это была Трилл. Она наблюдала за происходящим с места наблюдателя и в шоке упала с кресла. Это была хорошая возможность, поэтому я решил позже прочитать ей лекцию.

Женя в досаде пожала плечами. — Понятно... пожалуйста, я очень рассчитываю, что вы справитесь с принцессой Трилл.

Женя была вежлива?! ...Неужели эта Трилл настолько ей надоела? Присутствующие задались этим вопросом, но Женя как ни в чем не бывало вернулась к обсуждаемой теме.

— У меня нет такого чувства наследственности, когда речь идет о монстрах. Вы можете видеть это на примере тех летающих цучиноко, верно? Они выглядят как детище змеи и птицы, но змеи и птицы не спариваются, да это и невозможно для них. Так почему же существует такое чудовище? Родители похожи на тсучиноко, значит, и дети тоже? А как же тогда родители родителей? И родители родителей родителей родителей родителей родителей?

Она сделала небольшую паузу.

— ...Это верно. Трудно представить, что птица и змея спаривались в какой-то момент. Это означает, что, даже если мы вернемся назад, летающее цучиноко всё время было летающим цучиноко. Однажды, внезапно, оно появилось на свет в своем полном виде. Как будто кто-то его создал.

— Создал его...? Кто? — спросил я.

— Не спрашивайте меня. Я тоже не знаю. Был ли производитель Владыкой Демонов или Богом? Как исследователь реликвий подземелий, я хочу сказать, что это ядро подземелья. В подземельях, которые поддерживают свою собственную независимую экологию, количество монстров, похоже, тоже остается стабильным. Считается, что у него есть какая-то функция, которая рождает монстров.

— Но, это когда мы говорим о монстрах подземелья, верно? Летающее цучиноко было с монстрами, которые вышли из земель Владыки Демонов, понимаешь?

— Нет, нет. —  Женя покачала головой на мои слова. — Ты не можешь сказать наверняка, что монстры оттуда не родились в подземелье. Возможно, вход в мир демонов, который, как говорят, открылся на севере континента, был входом в огромное подземелье. Ну, я не могу быть уверена, так что всё это лишь предположения.

— Понятно... Если монстры - это созданные существа, то это возможно. — Я застонал, убежденный её аргументами. Не зря же она была сверхгением.

Толпа внимательно слушала наш обмен мнениями. Это было потому, что мы предположили возможность того, что монстры были созданными существами, и не только те, что рождаются в подземельях, но, возможно, и те, что приходят из земель Владыки Демонов.

— Профессор. Что вы думаете об этом? — спросил один студент.

— Я считаю, что стоит прислушаться к ней. Но, на мой взгляд... Если монстры создаются, то следующий вопрос должен быть....

Академики уже начали спорить с теми, кто был рядом с ними. Причина, по которой монстры искажены... в том, что они были созданы... а? Пока присутствующие оживленно обсуждали монстров, я в одиночестве размышлял о другом.

Но не только монстры имеют черты других существ. Мне кажется, что носороги имеют черты и носорогов, и динозавров, и каких-то других крупных ящеров. То же самое с вивернами. И...

Я посмотрел на собравшуюся здесь разношерстную толпу.

То же самое я могу сказать о зверолюдах, драконолюдах и расе морских змей. Если смотреть на это с точки зрения логики моего прежнего мира, то существование стольких разных рас должно быть невозможным.

Я изучал гуманитарные науки, поэтому хотя бы приблизительно знал эволюцию человека.

Пикайя родилась в море и стала рыбой. Рыбы стали земноводными и выбрались на сушу. Некоторые из этих амфибий стали рептилиями и тоже приспособились к жизни на суше. Млекопитающие, которые родились как рептилии, выросли до огромных размеров, пережили событие вымирания, стали приматами, а затем, в конце концов, превратились в человека.

А как же зверолюди в этом мире? Здесь были зверолюди-львы, зверолюди-обезьяны, зверолюди-кролики и многие другие расы зверолюдей, но все ли они произошли от существ, на которых были основаны?

...Нет, это было трудно представить. Я слышал, что независимо от того, насколько умны шимпанзе, они не смогут эволюционировать в человека, пока современное человечество не будет уничтожено. Если только не будет вируса или генетических манипуляций, как в одном фильме, существование двух человеческих рас одновременно было невозможно.

Если подумать... Госпожа Тиамат однажды назвала меня:"Ты, у которого знакомый запах.". Если я подумаю о связи между моим прошлым миром и этим, на которую она намекнула... может оказаться, что разнообразные расы этого мира не развивались отдельно от человечества, а были продолжением нашей собственной эволюции. Да, почти как если бы они были кем-то созданы. Когда эта мысль пришла мне в голову, я вздрогнул. Я почувствовал первобытный страх, как при мысли о начале или конце Вселенной.

Вдох... Выдох... Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, затем выдохнул,пока мои легкие не опустели полностью. Чтобы успокоить свое неспокойное сердце. Как только я почувствовал, что спокойствие вернулось ко мне, я открыл глаза. Эти мысли... это то, о чем я не могу говорить здесь. Если народ, считающий, что одна раса превосходит другую, услышит об этом, он может использовать это для подавления других рас. Утверждая, что зверолюди произошли от того же корня, что и монстры.

Королевство высших эльфов Гарлан и Лунарское Ортодоксальное Папское Государство, утверждавшие, что они - потомки людей, спустившихся с луны, с ликованием заявляли о превосходстве своей расы. Я хотел бы избежать этого, несмотря ни на что.

Я буду держать это в секрете, пока не узнаю больше. Но, я бы хотел обсудить это с избранными людьми. Чтобы подготовиться к тому дню, когда это станет известно... Я спрошу Хакую, Женю и остальных, что делать позже.

Подумав так про себя, я повернулся ко всё ещё шумному залу и сказал. — Время ещё есть. Есть ли у кого-нибудь ещё мнение?

В спешке поднялось ещё больше рук, чем в прошлый раз.

После завершения симпозиума. После окончания страстного обмена мнениями стулья были отодвинуты в сторону, а на их место вынесли несколько больших столов с подносами еды. Началась вечеринка.

Еда подавалась в виде шведского стола, и каждый мог есть и пить то, что хотел, разговаривая о чем хочешь. Все блюда были приготовлены командой поваров во главе с Пончо, а обслуживанием занимались горничные, подчинявшиеся Серине. Серины самой здесь не было из-за беременности, но её подчиненные помогали Пончо вместо неё.

После того, как всем раздали напитки, я встал на сцену с бутылкой вина и большим бокалом в руках и подозвал Хакую.

— ...В чем дело, сир?

— Вот, возьми это.

Я сунул большой стакан в руку Хакуи, который подошел ко мне с сомнительным выражением лица, затем налил в него содержимое бутылки и громко сказал, чтобы все слышали.

— Господин Ичиха, наш почетный гость на этом симпозиуме, ещё совсем ребенок. Вместо него я хотел бы попросить Хакую произнести тост.

— ...Не многовато ли вы наливаете? Вы ведь опустошили половину бутылки.

— Так интереснее.  Давай, как только мы все скажем "ура", ты просто выпьешь это.

— Честно говоря, сир... — В голосе Хакуя звучало раздражение, но он повернулся к толпе и поднял свой бокал.

— За исследования монстров, которые сегодня сделали новый шаг вперед, и за молодого гения, который появился в этой стране, чтобы возглавить их в следующем поколении, ура!

— Ура!

По призыву Хакуи все улыбнулись и подняли бокалы.

Закончив свой тост, Хакуя решился и осушил наполненный напитком бокал, что было встречено множеством одобрительных возгласов.

— Ладно, с этого момента мы откладываем звания в сторону. Пейте, ешьте и общайтесь. — сказал я.

После моих слов все набросились на еду. Блюда были так популярны, как и следовало ожидать от меню, составленного самим Богом Еды. Тем временем Хакуя, который выпил больше, чем можно было выпить за один глоток, вытер рот и с презрением уставился на меня.

— ...Сок был восхитительным.

— Я рад, что тебе понравилось. Я слышал, что ты не очень любишь пить.

Налив сок, я решил, что это позволит Хакуе, который пьянеет от одного бокала вина, выпить всё одним глотком. Не мог же я допустить, чтобы почетный гость пил до упаду, в конце концов.

Я не занимаюсь алкогольным спаиванием.

— Жаль, что вы не сказали мне об этом заранее. — вздохнул он.

— Разве не все были в восторге, наблюдая за тем, как такой легковес, как ты, закаляет себя и пьет?

— ...Я полагаю, что сегодня мы не будет озабочены рангом?

Хакуя выхватил из ниоткуда бумажный веер и ударил меня им по голове.

— Ой! Подожди, откуда ты это взял?!

— Простите меня. Я, кажется, пьян.

— Как будто можно напиться от сока!

Все смеялись над этой комедией про хозяина и слугу. Ну, похоже, им это нравится, так что, думаю, я это пропущу.

С началом вечеринки вокруг Ичихи и Хакуи, как я и ожидал, образовалось кольцо людей. Все собравшиеся здесь были увлечены исследованием монстров. Их двоих засыпали вопросами один за другим, поэтому у них, вероятно, не было времени насладиться едой.

Президент Общества по исследованию монстров, который выступал в роли посредника между ними, тоже был очень занят.

Затем, когда вечеринка оживилась...

— Сома.

— Да. Я знаю.

Я ускользнул вместе с Лисией и пробрался в раздевалку за сценой. Оказавшись там, я заговорил с человеком, отраженным в простом приемнике.

— Простите. Мы заставили вас ждать.

— Нет, вы дали мне послушать кое-что увлекательное.

Нежная улыбка по ту сторону экрана принадлежала императрице Империи -  Марии. Её младшая сестра, Жанна, стояла рядом с ней с извиняющимся выражением лица.

— Также... я должна извиниться за то, что случилось с Трилл.

Мария смутилась, когда узнала, что её младшая сестра, Трилл, осложняет супружескую жизнь Людвина и Жении. Что касается Жанны, её улыбка была настолько напряженной, что, если бы это была манга, мне пришлось бы представить, что у неё на лбу был бы один из тех крестообразных знаков гнева.

— Мы строго поговорим с ней о её поведении.

— Не то чтобы она была из тех, кто слушает...— пробормотала Жанна.

Даже Мария, которая всегда мягко улыбалась, могла только вздохнуть и согласиться. Я слышал от нашего посла в Империи, Пилтори, что третья принцесса имеет репутацию нарушительницы спокойствия, но, похоже, она оказалась хуже, чем я мог себе представить.

Жанна возмущенно положила руки на бедра и сказала. — Если она ещё раз доставит неприятности, вы можете её депортировать. Если она будет возражать, я приеду и сама оттащу её за шиворот.

— ...Пожалуйста, оставьте это до завершения совместного исследовательского проекта.

Ну, зная, как безумно Трилл любит Женю, если бы мы приукрасили угрозу депортации, она, вероятно, немного сбавила бы обороты. В конце концов, она не хотела быть оторванной от Жени.

О, но было бы неплохо, если бы Мария и Жанна подписали, что её можно депортировать. Пока я размышлял об этом, Лисия потянула меня за рукав.

— Сома, ты сбиваешься с темы.

— О, точно. Теперь по теме исследования монстров....

Мария сделала серьезное лицо и кивнула. — Верно. Я бы хотела проводить исследования в нашей стране, используя те же методы, что и вы в Королевстве. Поэтому я бы попросила вас прислать нам несколько томов "Энциклопедии монстров.

— Понял. В обмен, пожалуйста, пришлите нам любую информацию о монстрах, которых вы обнаружите. В отличие от нас, вы граничите с землями Владыки Демонов, поэтому я ожидаю, что вы сможете собрать гораздо больше образцов.

— Очень хорошо. Однако... у вас все ещё есть карты, которые вы скрываете.

Взгляд Марии был нежным, но в то же время испытующим. О том, что Томоэ разговаривала с демоном с помощью её способностей ещё не стало известно, но, похоже, она почувствовала, что есть вещи, которые мы скрываем от Империи. Честно говоря... Она была такой умной женщиной.

Я прикинулся дурачком и пожал плечами. — Я буду молчать об этом.

— Хи-хи, это правда?

После этого мы обменялись несколькими любезностями, а затем завершили наш разговор с Марией на якобы гармоничных условиях. Жанна сказала, что разочарована тем, что не может поговорить с Хакуей, но в данный момент он был окружен людьми и не в том положении, чтобы думать об этом.

— Сегодня Хакуя стоит на сцене, а я работаю за кулисами. Это противоположно тому, как это обычно бывает.

— Это полезно время от времени. Это позволяет понять, через что проходит Хакуя. — сказала Лисия, соединив свою руку с моей.

— Это правда. Это по-своему сложнее, чем быть тем, кто на сцене.

— Хи-хи, может быть, он сейчас думает совсем о другом?

Ахаха, она может быть права.

Когда я вернулся туда, где Ророа и Томоэ стояли рука об руку с Лисией, Ророа сказал. — Эй, что вы двое делаете, изображая любовь в одиночку?!

Ророа сердито обняла противоположную руку. На мне висели две женщины, но я не мог так есть и пить. Когда я сказал об этом, Ророа захихикала.

— Это мы будем тебя кормить. Хорошо, дорогой, скажи а-а-а.

— Хи-хи, она права. Скажи а-а-а.

Когда каждый из них предложил мне еду на вилках, меня прошиб холодный пот.

— Эм, вы двое, вы не забыли, что мы в центре внимания общественности?

— Всё в порядке. Все равно они все сосредоточены на Ичихе и Хакуе.

— Это правда. Эти двое очень популярны?

Я посмотрел на то, на что они смотрели, и увидел, что Ичиха и Хакуя все ещё были окружены исследователями, такими же, как и раньше. Нет, на самом деле, я думаю, что теперь людей могло быть даже больше.

Это просто означало, что было так много людей, которые хотели услышать их разговор. Если бы кто-нибудь увидел эту сцену, он бы никогда больше не думал об Ичихе как о "лишнем" или "остатке".

— Неудачи ведут к росту, а успех - к уверенности. Результаты, которых он достиг в этот раз, должны значительно укрепить уверенность Ичихи. ...я думаю, пришло время всерьез заняться его воспитанием.

— Привлечь его к работе? — Томоэ склонила голову набок.

— Да. В его нынешнем положении Ичиха - "гость из герцогства Чима", или "оставленный на наше попечение". Поскольку все думают, что в конце концов я отправлю его обратно в герцогство Чима, до сих пор я держал его подальше от наших секретов. Как, например, твой секрет, Томоэ.

— М-моя тайна...— Томоэ хлопнула в ладоши, когда до неё дошло. — О! Ты имеешь в виду эту штуку?

При неправильном обращении эта информация могла привести к тому, что нас осудили бы другие страны, поэтому даже в пределах этой страны только избранным было позволено знать её.

— Если Ичиха собирается изучать монстров и демонов, это факт, который он должен знать. Это может открыть для него новые горизонты, когда он узнает. Но как только он узнает, мы не сможем отправить его обратно в Герцогство Чима. Очевидно, мы с Хакуей хотим, чтобы Ичиха предложил нам свои услуги и остался  в этой стране навсегда.

— ...Я тоже хочу. — произнесла Томоэ, глядя в сторону Ичихи.

Они уже были закадычными друзьями. Хотя это относилось и к Райге.

— Вот почему я думаю, что мы скоро откроем секрет Ичихе. Я хочу, чтобы ты была рядом, когда мы это сделаем, поэтому я хочу, чтобы ты помогла убедить его служить этой стране.

— Хорошо. Конечно, я буду, старший брат.

Томоэ с энтузиазмом сжала руки в кулаки. Этот жест был восхитительным, и я погладил её по голове.

— Ну, если мы поговорим с ним, я уверен, что это не будет проблемой. Кроме того, судя по тому, как там всё выглядит, всё будет хорошо. Слухи о мастерстве Ичихи теперь распространятся, и как только они узнают, что у него есть обещание, дворяне не оставят его в покое. Сейчас вокруг него стекаются исследователи, но очень скоро дворяне будут говорить:"Женись на моей дочери!".

Лисия неожиданно ударила меня локтем под ребра.

— Ч-что это было?!

Когда я со слезами на глазах посмотрел на Лисию, она подбородком указала на Томоэ. — Что это значит? — поинтересовался я и посмотрел на Томоэ.

— Мург...— У Томоэ было угрюмое выражение лица. Она повернулась к Ичихе, который находился в центре кольца людей.

Томоэ была милой, когда она так дулась, она просто выглядела немного расстроенной, но... такая реакция...

— Что ты думаешь? — прошептала мне Лисия, на что мы оба покачали головами с кривыми улыбками.

— Я пока не могу сказать. Но девочки быстро растут, ты же знаешь?

— Верно. — подхватила Ророа. — Она младшая сестра старшей сестры Сии, поэтому, когда она идет и ставит себе цель, она будет её придерживаться.

Судя по голосу, им обоим это нравилось.

— Хм... Если бы она это сделала, я был бы почти уверен, что он поселится в королевстве.

Но, даже если бы это произошло, сколько ожиданий людей пришлось бы оправдать другой стороне, Ичихе?

Здесь были её родная мать, отец, мать, Хакуя, Инугами, я и мои жены... Больше людей обожали Томоэ как младшую сестру или дочь, чем я мог уместить на одной руке. Более того, многие из них занимали высокие посты в королевстве. Все они надеялись на счастье Томоэ, и если бы она хотела его от всего сердца, они не стали бы мешать, но... Думаю, сейчас было слишком рано об этом беспокоиться.

...Что ж, что бы ни случилось, то случилось.

Я перестал думать об этом.

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Второго дня, восьмого месяца 1548 года по континентальному календарю

Спустя некоторое время после симпозиума по монстрологии...

— Они здесь! Я насчитала восьмерых из них!

— Так, назад, Юнона! Август, мы выдвигаемся.

— Понял!

Пройдя мимо воровки Юноны, которая докладывала положение противника, воин Дэйс и дебошир Август встали так, что бы перекрыть коридор, когда жужжание бесчисленных насекомых приблизилось к ним.

Это место было одним из подземелий королевства Фридония. Его уже тщательно обыскали, и теперь оставалось только взять ядро, лежащее в глубине. В этом случае подземелье превратилось бы не более чем в пещеру.

Однако некоторые из добываемых здесь монстров были ценными, и многие деревни и города в этом регионе обогащались за счёт торговли ими. Поэтому они решили не разрушать ядро, а открыть это место для искателей приключений, которые будут регулярно убивать монстров внутри и собирать их части.

Пока где-нибудь здесь не было потайной комнаты (а они, несомненно, все были найдены), кроме ядра подземелья больших сокровищ уже не оставалось, но все пути были тщательно разведаны, поэтому можно было без опасений собирать части монстров. Сегодня Юнона и её отряд пришли сюда по квесту на сбор материалов.

— Фебрал, что это за чудовище?

— Это «гигантская стрекоза» с «крабовыми клешнями», так что... значит, его можно отнести к виду ножницелапых меганевр (п.п.: меганевры – род вымерших стрекозообразных насекомых).

Священник Фебрал с блеском в глазах определял появляющихся монстров. Искатели приключений часто сталкивались с монстрами в подземельях, поэтому Сома распространил «Энциклопедию монстров» среди гильдий искателей приключений в королевстве и работал над распространением знаний, содержащихся в ней. Однако, поскольку «Энциклопедия монстров» всё ещё была дорогой, её поместили в закрытую библиотеку гильдии, и выносить её за пределы библиотеки было запрещено (существовали штрафы).

У Фебрала была академическая жилка, и он был очень щепетилен во всём, поэтому всё свободное время он проводил в гильдии, читая Энциклопедию монстров и впитывая её знания... хотя на самом деле он был просто слегка одержим монстрами.

Энциклопедия монстров была хорошо отсортирована и снабжена картинками, что делало её увлекательным чтивом, и это будоражило воображение Фебрала. Хакуя и Ичиха дали волю своей любви к творчеству, а Сома тоже с большим интересом прочитал конечный продукт, так что книжным червям наверное нравятся энциклопедии подобного типа.

По этому поводу Юнона сказала: — Я знаю, что это всего лишь твоя роль как искателя приключений, и ты не настоящий «священник», но разве это нормально, что ты так увлекаешься монстрами?

Её отчаяние было очевидным, но Фебрала, казалось, это совершенно не волновало. Этот эксперт по монстрам определил приближающихся врагов как ножницелапых меганевр. Их тела в основном состояли из гигантских стрекоз, а руки (передние лапы) – из ракообразных клешней.

Ножницелапые меганевры налетели и атаковали Дэйса и Августа своими острыми клешнями.

— Гух! Это чертовски быстрые маленькие жучки!

— Проклятье! Спускайся, крабомуха!

— Не крабомуха, а ножницелапая меганевра.

Не обращая внимания на замечание Фебрала, Дэйс отбил их своим мечом, а Август сделал то же самое своими перчатками. Они, должно быть, били со всей силы, потому что искры летели каждый раз, когда их металлическое оружие попадало по клешне. Но была причина, по которой Дейс и Август сражались исключительно в обороне.

— Так какие части являются ценными?!

— Перестань скрывать и скажи нам, Фебрал!

В воображаемых очках Фебрала (настоящих он не носил) блеснули искорки, когда они спросили его.

— Эти крабовые клешни продаются как деликатес. Похоже, в них нет токсичных веществ, так что гильдия наверняка раскошелится, чтобы заполучить их. Их сложные глаза также являются ценным компонентом для медицинского оборудования, поэтому они тоже должны продаваться по хорошей цене.

— Ножницы (передние конечности) и глаза. Понятно!

— Тогда целимся в тело!

Август и Дэйс проскользнули мимо атак ножниц, используя меч и кулак, чтобы ударить по телу меганевры. Их удары, казалось, сокрушили слабую стрекозиную часть тела. Тонкие крылья, отрезанные от основного тела, полетели на землю.

— Хорошо, я тоже!

Юнона метнула нож в одну меганевру, которая проскользнула между двумя другими. Кинжал вонзился в один из простых глаз меганевры, и она упала на землю на спину.

— Фух... похоже, с глазом всё в порядке, — с облегчением сказала Юнона, осматривая труп.

Маг Джулия, которая готовила свою магию пламени позади них, спросила Фебрала: — Мне использовать свою магию?

— Когти долго хранятся, если их закоптить, и так они более полезны, так что если их приготовить сейчас, их ценность уменьшится вдвое. Но пожалуйста, будь готова сжечь их всех, если наш отряд перестанет справляться с ситуацией.

— Ладно.

Нежная красавица Джулия улыбнулась, держа в воздухе большое пламя, но поскольку Юнона и двое впереди справились с ситуацией сами, заклинание так и не было применено.

Заполучив большое количество крабовых клешней и глаз, Юнона и её группа получили свой первый большой улов за последнее время.

***

Несколько дней спустя, в столице Парнам. Вечером того дня.

— ...И вот! Мы сорвали банк.

Юнона, как обычно пришедшая в замок на чай, весело рассказывала свою историю. Наши чаепития были ценным шансом услышать голос простого народа, и было весело поболтать за чаем с моими товарищами, так что я приветствовал это.

Юнона положила в рот печенье, а затем заливисто рассмеялась: — Серьёзно, я должна отдать должное «Энциклопедии монстров». Я слышала, как другие искатели приключений говорили, что она помогла им избежать лишней траты денег, да и заработок повысился.

— Я рад это слышать.

Было приятно видеть, что книга оказывает положительное влияние на жизнь людей.

— Хи-хи, наверное, распространять её таким образом того стоило, да?

— Дамы в квартале торговцев тоже были рады видеть необычные ингредиенты.

Ророа и Надин поддержали разговор. На сегодняшнем чаепитии присутствовали мы четверо.

— Я счастлив, видя, что это оказывает положительное влияние, и похоже, что признание Ичихи тоже постепенно растёт, так что мне не на что жаловаться.

— О-о-о... Раз уж ты об этом заговорил, автор, Ичиха Чима, живёт в замке? — судя по тому, как Юнона почесала щёку, у неё было что-то на уме.

— Хм? Ты хотела бы с ним встретиться? Я мог бы позвать его на чай...

— Нет, не в этом дело, — сказала она с язвительной улыбкой. Положив щеки на ладонь одной руки, она провела пальцем по ободку своей чашки: — Я просто подумала, что если бы Фебрал узнал, что я встретила Ичиху Чиму, он бы, наверное, расплакался от разочарования. Когда парень впервые прочитал «Энциклопедию монстров», он сказал что-то вроде: «Я хочу перестать быть искателем приключений и стать учеником сэра Ичихи!» Но мы его остановили.

— Да... и проблема в том, что таких парней очень много.

И, по мере того как слава Ичихи росла, число таких людей неуклонно увеличивалось. У Ичихи было многообещающее будущее, он был талантливым академиком. Ещё через пять лет, с его внешностью, он станет красавчиком. От девушек, желающих выйти за него замуж, не будет отбоя, независимо от их социального статуса.

Если бы я не охранял его днём в академии, а ночью в замке, кто-нибудь быстро бы его выкрал. Я ожидал, что в будущем мальчика ждёт что-то вроде того бурного потока брачных контрактов, который пережил Пончо. Он был похож на главного героя аниме или манги.

Думаю, одним из вариантов была бы ранняя помолвка. Было и так решено, что мы поглотим его в нашу страну. Если мы отпустим такого гения, как он, это будет потерей для нашей страны. Конечно, это будет ударом по Союзу Восточных Наций, но нет и шанса того, что я позволю ему уйти куда-либо ещё. Главной кандидаткой должна быть Томоэ... но я пока не знаю.

В этом году Ичихе исполнялось одиннадцать лет, а Томоэ – двенадцать. В моём прежнем мире они оба были бы ещё в начальной школе, и их отношения ограничились бы теми, которые можно построить только в детстве.

Я видел, что они были близки, Томоэ, Ичиха, Райга, Велза, и …как её звали… Люси. Даже незнакомец увидел бы. Я не решался оказывать на них какое-то странное внешнее давление и менять их отношения. Но что я мог сделать...?

— Я думаю, мы должны наблюдать и ждать, — я удивлённо поднял глаза, а Надин пожала плечами. — У тебя на лице всё написано, Сома. Я могу сказать, о чём ты думаешь.

— А? Правда?

Когда я начал трогать своё лицо со всех сторон, Ророа захихикала: — Мы твои жёны, пойми уже! Выяснить, что у тебя на уме, довольно просто, дорогой.

— Ух ты, даже не знаю, что сказать. Вы просто потрясающие, — сказала Юнона, прозвучав впечатлённой. Это было немного неловко. — Хотя я могу понять, о чём говорит господин Мусашибо.

— Нет, нет, это настоящая суперспособность. Как ты понимаешь, что говорит кукла?

— Джулия сказала, что это «сила любви».

— Любовь...? Что с этой девушкой? Может, нам не стоит её недооценивать?

У Ророа было сомнительное выражение лица, но Юнона просто уставилась на неё пустым взглядом.

— Ну, в любом случае, мы получаем хорошую прибыль благодаря вашей книге монстров. Если я могу что-либо сделать для вас, только скажите.

— Что-либо? — спросили мы с Ророа с блеском в глазах.

— А? Ну... если это что-то, на что я способна... — сказала Юнона, несмотря на то, что выглядела напуганной.

— На самом деле, у меня есть для тебя работа.

— Да. Мы как раз искали такую бойкую девочку, как ты, Юнона.

— А? Подожди. А?

Дьявольские улыбки на наших лицах заставили Юнону обнять себя.

Надин испустила вздох.

***

Теперь история возвращается на следующий день после симпозиума по монстрологии.

В этот день я находился в одной из комнат замка вместе с Лисией, Ророа, Хакуей и Женей. Мы собрались здесь, чтобы обсудить сомнения, возникшие у меня во время симпозиума. Я бы хотел, чтобы Ичиха тоже присутствовал, но мы ещё не полностью ввели его в курс дела, поэтому в этот раз его не пригласили.

В этом мире есть несколько рас, которые были людьми, но с добавлением признаков различных существ. Было ли это то же самое, что и создание монстров из частей различных существ? Если были созданы монстры, то были ли созданы и расы людей с различными чертами от других существ? Эти вопросы при неправильном подходе могли потрясти общество до основания, так что для меня одного они были слишком тяжёлым бременем.

— Причина, по которой я собрал всех вас здесь сегодня, заключается в том, чтобы рассказать вам о том, о чём я думал вчера во время симпозиума. Я хочу услышать ваше откровенное мнение об этом.

Предваряя свои замечания этим, я рассказал всем о том, что описал выше. Что касается их реакции, то Лисия и Хакуя держались за голову и выглядели обеспокоенными, а Ророа и Женя слушали с большим интересом. Реакция была двух крайностей.

Лисия испустила тяжкий вздох: — Почему твои идеи всегда должны быть такими дикими?

— Я полностью согласен, — Хакуя кивнул в полном согласии с ней. — К лучшему или к худшему, вы постоянно выдвигаете идеи, которые могут подорвать основы этого мира, поэтому мы, люди, которые служат вам, никогда не можем расслабиться.

...Неужели ему пришлось зайти так далеко?

— Я говорю дикие вещи не потому, что мне этого хочется...

— Конечно, нет. Если бы вы делали это намеренно, это было бы очень мерзко.

— Правда? Я думаю, это интересно, — сказала Ророа с весёлым смехом. — Все монстры были кем-то созданы, и человечество тоже... подожди-ка. Если все наши расы были созданы, то группы, считающие себя избранным народом, вроде Королевства Духов Гарлана, выглядят довольно глупо.

— Напротив, такой образ мышления может породить новые элитарные идеологии, — Женя с ухмылкой поднесла руку к подбородку. — Из того, что сказал король, можно сделать различие между человеческой расой его мира и человеческой расой нашего мира, но, если мы будем рассматривать их как одно и то же, будет легко придумать идеи человеческого превосходства. Если бы вы хотели это сделать... вы могли бы использовать рождение ребёнка между королём и королевой в качестве доказательства. Если вы заявите, что рождение доказывает, что они – один и тот же вид существ.

— Прекрати... — сказала Лисия с выражением отвращения. Её нельзя было винить. Она не хотела, чтобы Cиан и Казуха использовались как реквизит для какой-то эгоистичной идеологии... Нет, я бы тоже этого не допустил.

— Это касается не только людей, — Женя пожала плечами, увидев опасные взгляды на наших лицах. — Родина Мерумеру, Королевство Духов Гарлана, вероятно, сказала бы: «Даже если мы были созданы, мы были созданы более красивыми, чем другие, что доказывает, что мы действительно особенные».

— О, я могу представить, как они это говорят.

— Однако использование ими таких ошибочных аргументов делает их ещё более очаровательными для меня, — Женя улыбнулась, как будто это её не касается. Однако я не мог сделать то же самое. — Кстати, вы помните, что я сказала на симпозиуме, Король?

— Хм? Что?

— Когда мы говорили о том, что монстры могли быть кем-то созданы. Я сказала: «Как исследователь реликвий подземелий, я хочу, чтобы это было ядро подземелья».

— Теперь, когда ты это упомянула... ты действительно так сказала.

— Если они действительно так работают, то...

— А?! Госпожа Женя. Вы не можете иметь в виду... — Хакуя звучал удивленно. Интересно о чём?

— Хе-хе-хе-хе. Похоже, премьер-министр понял. Если и монстры, и человечество были созданы, то откуда взялось человечество, и кто создал нас?

Женя вызывающе рассмеялась.

— А... Значит, человечество в этом мире было создано в подземельях...

— Я не могу это доказать. Но если ваша идея верна, мы можем сделать такое предсказание.

О, Боже... Я схватился за голову. В мире, из которого я пришёл, жизнь зародилась в море и развивалась оттуда. Поэтому мы называли море нашей матерью и колыбелью жизни.

Но, может быть, для жизни в этом мире их «матерью» и «колыбелью» были подземелья? Но подземелье уже казалось искусственным и созданным как таковое. Когда-то они создали человечество и животных. Теперь они были домом для монстров.

Ситуация заставила меня вспомнить одно слово. «Сбой». Подобно тому, как плохо обслуживаемая машина может сделать что-то неожиданное и привести к серьёзной аварии, возможно, подземелья, создающие живых существ, дали сбой и начали создавать искажённых существ, подобных монстрам. Таково было предсказание Жени.

— ...Мне страшно хочется довести эту идею до конца.

— ...Меня от этого тошнит, — сказала Лисия, её лицо немного побледнело.

Моё лицо, должно быть, выглядело примерно так же. Размышления о происхождении жизни или будущем сопровождались первобытным страхом, связанным с жизнью и смертью. Если вы думали об этом слишком много, это не давало вам спать по ночам.

— Тем не менее... Я чувствую, что это нужно иметь в виду... Демоны, разумные формы жизни, которые не на стороне человечества, которые тоже нужно учитывать.

— О, понятно. Если мы говорим, что человечество родилось в подземелье, то и демоны могли родиться в подземелье, — Ророа захлопала в ладоши, как будто теперь всё это имело для неё смысл.

Как она и говорила, между людьми и демонами существуют физические различия (хотя, как мне кажется, они не так уж сильно отличаются от зверей), но если мы проследим их происхождение, они могут оказаться одинаковыми. Но если мы допустим ошибку в распространении этой информации, это, несомненно, вызовет замешательство в обществе.

Если посмотреть с другой стороны, этот мир был похож на гигантское минное поле. Повсюду лежали мины, и они взрывались, если на них наступали. Но единственным решением было обезвредить их одну за другой. Мы не должны были торопиться.

— Если это займет время, я думаю, нам стоит побыстрее приступить к работе.

— Сома? — у Лисии было наполненное сомнениями лицо.

— Теперь, когда Фуга распространяет свои действия на Домен Владыки Демонов, вероятно, в недалеком будущем наступит время, когда человечество снова столкнётся с демонами. Когда это произойдет, степень понимания демонов нашей стороной изменит доступные нам варианты. Если мы хотим хоть немного снизить угрозу возвращения к тотальной войне, нам нужно начинать готовиться к ней, постепенно, и начиная с сегодняшнего дня.

Все кивнули в знак согласия.

— Что именно мы должны делать? — спросила Лисия.

— Метод тот же, что и когда мы оккупировали Ван и успокоили сердца тамошних жителей, — я усмехнулся. — Это тот случай, когда неосязаемая сила... сила культуры делает своё дело.

— Няхаха! Я знаю, что это значит.

Я кивнул, встретив волнение в глазах Ророа.

— Да. Давайте сделаем «в стиле Ророа».

***

Одиннадцатого дня, восьмого месяца 1548 года по континентальному календарю

Стоял жаркий летний день. Юнона шла по торговой улице столицы, её лицо было красным от стыда.

— Я знаю, я сказала, что сделаю всё, чтобы помочь... но всё же.

Прямо сейчас Юнона и её группа из пяти человек занимались выполнением квеста. «Рекламируй новое событие». Это было сказано Юноне непосредственно Сомой в ночь чаепития. Естественно, она не могла сказать об этом своим спутникам, поэтому он подал квест в гильдию через замок и запросил команду Юноны.

— Это уведомление из пала-а-аты. Пожалуйста, посмотри-и-ите.

— Это касается события, которое состоится через пять дней. Пожалуйста, посмотрите сюда, чтобы узнать подробности.

Воин Дэйс держал плакат, а у дебошира Августа спереди и сзади были привязаны таблички, словно он был каким-то сэндвичем, и они оба обращались к людям, когда те проходили мимо.

Рядом были ещё двое. Главным их отличием от обычных людей было то, что они оба были одеты как клоуны. На их лицах даже был клоунский грим, но выглядело это немного жутко, так, что люди, плохо относящиеся к фильмам ужасов, или те, кто страдает от кулофобии (страх перед клоунами), не могли долго смотреть на это.

Фебрал нахмурился, — неужели мне вообще можно заниматься таким, когда я формально называю себя священником?

— Другого выбора не было. Дэйс и Август были слишком мускулистыми для такого наряда, — нежная красавица Джулия попыталась успокоить Фебрала.

Они были одеты как вампир и вампиресса. Фебрал был одет в белый плащ и белый смокинг (потому что носить чёрное в летнюю жару считалось слишком опасным), а во рту у него были искусственные зубы вампира. Хотя Фебрал был замкнутым и выглядел грамотным человеком, вампирский облик, который на первый взгляд казался тошнотворным, подходил ему, и он привлекал много внимания со стороны дам.

— Даже если он белый, всё равно довольно жарко...

— О, Боже. Ну, у меня чёрный, но он достаточно продуваемый, знаешь ли?

Джулия была одета как девочка-зайчик, без ушек, но с крыльями летучей мыши на спине и заострённым хвостом, торчащим сзади. Если учесть ещё и её фигуру, то получался настоящий образ «сексуальной вампирши». Мужчины в городе, а также Дэйс и Август, не могли оторвать от неё глаз, но из-за своей нежной натуры она, казалось, не обращала на них внимания.

Теперь, что касается того, как была одета Юнона...

— С этим нарядом всё ещё не порядок!

На ней было только бикини в тигровую полоску, а на голове красовались маленькие рожки о́ни. Она выглядела в точности как самая известная девушка о́ни в стране, где когда-то жил Сома. Если бы кто-то вроде Джулии, чьё тело буквально кричало во всех нужных местах, надела такой же наряд, это было бы эротично. Однако Юнона, с её тонкой фигурой и детским лицом, выглядела скорее мило, чем сексуально, поэтому толпа сочла её менее возбуждающей, чем думала сама Юнона. Впрочем, это не делало костюм менее неловким для той, кто его носил.

Розово-полированная рука ткнула в открытую спину Юноны. Это был авантюрист, управляемый Сомой, Малыш Мусашибо. Сегодня Малыш Мусашибо был одет не как солдат, а как мумия, обмотанная бинтами. Однако из-за своего тела он был похож на гигантский кокон, сделанный молью или кем-то в этом роде.

Юнона высказала Малышу Мумии Мусашибо то, что было у неё на уме: — Ко…, то есть, господин! Этот наряд действительно мне не подходит!

— Но ведь это не сильно откровеней, чем твой обычный наряд?

Когда Малыш Мусашибо наклонил голову в сторону, Юноне показалось, что он сказал именно так. Над головой у Юноны появился значок злобы, когда она трясла Малыша Мусашибо.

— Это совершенно другое! У меня нет ни перчаток, ни шарфа!

— Пре-е-екрати э-э-это (размахивая руками).

— Если ты хочешь, чтобы кто-то так одевался, так скажи это своим жёнам, чтобы они это делали!

— ......... — маленький Мусашибо демонстративно отвернулся.

— ...Только не говори мне, что кто то уже носил его!

— ......... (делает вид, что насвистывает).

— Мы с тобой оба знаем, что куклы не свистят. А? Кто? Кто же это был?

Из-за их поздних чаепитий Юнона подружилась с королевами Сомы, и её ум начал гонку, гадая, кто же это.

У Надин уже были рога и хвост, поэтому такой костюм был бы для неё сложным. Айша так любила Сому, что её можно было принять за щенка, а Ророа была хорошим спортсменом и любила праздники. Любая из них с радостью сделала бы это для него. Но ей казалось, что и Лисия, и Джуна надели бы это, если бы Сома попросил.

Не найдя ответа, Юнона ущипнула Малыша Мусашибо за щёку: — Эй, скажи мне. Кого ты заставлял его носить?

— Д-для начала...! (отстраняясь от Юноны.)

Малыш Мусашибо похлопал по плакату на своей спине.

— Давай выполним квест. Тебе уже заплатили авансом!

Юноне показалось, что он сказал так, и она расстроилась.

— О, прекрасно. Черт побери.

«Тебе лучше не забыть об этом на следующем чаепитии. Король ты или нет, но тебе придется позволить мне набить тебе морду», подумала Юнона. Затем, наполовину в отчаянии, она окликнула проходящих мимо людей.

— Через пять дней, на 16-й день 8-го месяца, в замке будет проходить «Фестиваль призраков»! В мире короля... мире Его Величества Сомы, в это время, граница между этим и следующим миром становится тонкой. И на этом фестивале они приветствуют души, блуждающие в этом мире, чтобы они переродились!

Затем Юнона покрутилась вокруг себя, чтобы продемонстрировать свой костюм.

— В день мероприятия будет карнавал! Люди, одетые в костюмы призраков, как мы сейчас, будут ходить и танцевать по улицам! Если у вас есть время, пожалуйста, оденьтесь призраком и веселитесь! Приветствуются как милые, так и страшные призраки!

«Ищем участников. Не стесняйтесь, вступайте.» Так было написано на табличке, которую держал в руках Малыш Мусашибо.

— Ха, посмотрите, как они ходят.

На террасе таверны неподалеку от места, где работали Юнона и её группа, Соуджи Лестер, епископ-резидент, наблюдал за происходящим с бокалом вина в одной руке. Рядом с ним сидела высокая эльфийка и партнёр Жени по исследованиям, Мерула Мерлин. Поскольку в последнее время Женю часто вызывали в замок, работа над проектом бура была приостановлена. В связи с этим она решила пойти выпить с Соуджи, так как прошлый раз был уже довольно давно, и теперь они пили в середине дня.

— Можно ли их игнорировать, Соуджи? — Мерула спросила с расфокусированным взглядом, её бледная кожа покраснела от алкоголя. — Разве религиозные деятели не ненавидят больше всего тех, кто наряжается призраками?

— Ну, да, но... Его Величество поговорил со мной об этом заранее, — объяснил Соуджи, бросая в рот кусок сыра. — На следующий день представители всех национальных религий будут возносить молитвы и отправлять обратно заблудшие души, которые забредут сюда.

— Значит, он поддерживает видимость. Но будут ли жалобы со стороны православного папского государства?

— Уверен, что будут, но я, как обычно, буду уклоняться от них. В последнее время фракция маленькой мисс Мэри меньше ворчит, так что это облегчает дело. ...Хотя, возможно, просто у ортодоксального папского государства сейчас нет времени беспокоиться о внешних делах.

— ...Конфликт между радикалами и умеренными, верно? Я полагаю, госпожа Мэри была одной из умеренных, так ведь?

В настоящее время существовало разногласие по поводу толкования оракулов Луналита. Поскольку она жила с Соуджи, Мерула слышала эту историю. А также о том, что Святая Мэри сказала Соуджи, что хочет, чтобы умеренные и кандидатки в святые были под защитой Королевства, если возникнет такая необходимость.

— Да, — сказал Соуджи, скрестив руки. — Вот почему, в награду за сотрудничество в этом деле, я попросил короля Сому и премьер-министра помочь с просьбой Мэри. Но только кандидаток в святые насчитывается сто человек, а если бы он приютил всех умеренных, то пришлось бы принять ещё больше. Потребуется время и люди, чтобы составить план, включающий их побег и транспортировку. Одинокому епископу вроде меня это не под силу.

— Вау... — Даже просто думать об этом кажется мучением, подумала Мерула. В обмен на свою поддержку в этом мероприятии, Соуджи свалил всю эту неприятность на Сому и Хакую. «Даже не знаю, как его назвать – проницательным или бессовестным», — в отчаянии подумала Мерула.

— Это, головная боль для Сомы и его людей.

— Ну, он хватался за голову и говорил: «Теперь я должен написать ещё один мануал» Это, похоже, книга инструкций, кстати говоря.

— Я уверена, что он не был рад, — Мерула кивнула, сочувствуя Соме.

— Он также сказал: «Может быть, мы сможем собрать Госпел-хор (п.п.: госпел – жанр духовной христианской музыки) из кандидаток в святые. Исполнять любовные песни ангелов.» с далёким взглядом в глазах.

—Госпел? Хор?

—Я понятия не имею, о чём он говорил, — Соуджи пожал плечами.

— Я вижу, ты всё-таки справляешься со своими обязанностями епископа, — Мерула хихикнула. — Мне придётся немного пересмотреть своё мнение о тебе.

Редкий комплимент вызвал кривую улыбку на лице Соуджи.

— Что ж, тебе нужно поработать ровно столько, чтобы тебя не беспокоили и можно было бы расслабиться.

— Прекрасные слова. Разве это есть в учении лунарианской ортодоксии?

— Нет. Просто моя жизненная философия, — Соуджи поднял бокал за авантюристов, работающих на торговой улице. — Молодые люди даже не догадываются, что их работа может спасти чью-то жизнь. Точно так же, как эти авантюристы приносят спасение тем, кто заблудился в православном папском государстве. Неведомо для человека, но не для Бога. Так что трудитесь, молодые.

— Насколько я могу судить ты выглядишь довольно молодо, Соуджи.

Мерула, чей возраст был неизвестен, в ужасе пожала плечами.

***

Тем временем...

Я был в замке, разговаривал с императрицей Марией из Империи Гран-Кэйос через голосовую трансляцию.

— Спасибо за сотрудничество, госпожа Мария.

— Вовсе нет. Я думаю, что это принесёт пользу и моей собственной стране. Это ваша идея, господин Сома, — Мария улыбнулась, — но я бы хотела реализовать её и в моей стране.

— Вам нужно будет оценить реакцию ваших людей, но... дерзайте.

После этого мы немного поболтали о пустяках, а затем прервали разговор. Затем, Лисия, которая спокойно наблюдала за нашим разговором, подошла ко мне.

— Если вы информируете даже госпожу Марию из Империи, то это превратилось в нечто очень большое.

— Нам нужна была информация, которую могла знать только Империя. Мне пришлось разыграть некоторые свои карты в обмен на неё, хотя...

— Теория происхождения монстров в подземелье", верно? Нужно ли было ей рассказывать? Не придёт ли госпожа Мария к выводу, что и люди, и демоны тоже произошли из подземелий?

Я понимал, о чём сказала Лисия. Если возможно, я хотел сохранить это в тайне, но всё же.

— Это слишком много – просить у них нужную нам информацию и при этом скрывать всё, что знаем мы. Если говорить о теории Жени, то это всё ещё недоказанная гипотеза. Даже если госпожа Мария достигнет теории происхождения человечества и демонов в подземелье, она не станет распространять её бездумно.

Если информация просочится, ей будет трудно управлять своей империей.

— Итак, по крайней мере, на данный момент, благодаря сотрудничеству госпожи Марии, у нас появилась причина для проведения этого мероприятия. Нам просто придётся делать то, что мы можем в данный момент.

— Точно... Для проекта, который возник так внезапно, всё было подготовлено довольно быстро.

— Я уже говорил о том, что хотел бы провести мероприятие в это время года. В прошлом году мы провели фестиваль памяти Гая в Ване в 32-й день 8-го месяца. Оно было довольно популярно, поэтому были просьбы сделать что-то подобное.

Однако, поскольку фестиваль памяти Гая был ориентирован на жителей бывшего княжества, было трудно превратить его в событие, которое праздновала бы вся страна. Поэтому я воспользовался этой возможностью, чтобы переделать его в мемориальное мероприятие для всей страны. Я назвал его «Фестиваль призраков».

В основном, это должна была быть смесь костюмированной вечеринки в стиле Хэллоуина, о-Бон (п.п.: Традиционный японский праздник) и некоего странного фестиваля, проводимого на границе двух префектур в мире, откуда я родом. В день праздника участники переодевались в костюмы призраков и чудовищ и ходили по городу.

Тем временем в Ване мы проводим фестиваль памяти Гая, как и в прошлом году. Если мы перестараемся с проведением такого рода мероприятий, это может вызвать бурю эмоций у жителей бывшего княжества, но если мы вообще не будем их проводить, это тоже может вызвать реакцию. Безопаснее всего было сделать так, чтобы это был всего лишь один фестиваль из многих.

— Хи-хи, это возвращает мне приятные воспоминания! — Лисия обхватила меня за руку. — То, как тебе вдруг приходит в голову странная идея, и ты бежишь с ней. Это напоминает время, когда тебя только что призвали.

— Ну, да, но... не слишком ли ты близка ко мне, по сравнению с тем, что было тогда?

Лисия хихикнула: — Конечно. Мы теперь женаты и у нас есть дети.

— Всё изменилось?

— Да. Но есть вещи, которые не изменились, — Лисия положила голову мне на плечо. — Я остаюсь рядом с тобой, наблюдая за тем, что ты делаешь. Это не изменится.

— ...Ты действительно удивительная, ты знаешь это? Лисия.

Я думал об этом бесчисленное количество раз, но... да, я ей не подходил. Это относилось не только к Лисии; я мог сказать это обо всех своих королевах. Как бы ни менялись наши отношения в будущем, я собирался влюбляться в них снова и снова.

***

Затем, в день мероприятия.

Солнце село, и обычно в это время суток торговая улица была тускло освещена фонарными столбами из светомха. Однако сегодня повсюду были развешаны фонари из светомха, отчего было довольно светло. Сома приказал разместить эти фонари специально по случаю события.

Голос красивой молодой девушки эхом разнёсся по ярко освещённым улицам.

— Ух ты! Лу, ты такая милая!

— Няха-ха, спасибо.

Люси застенчиво засмеялась в ответ на комплимент Томоэ. Сегодня она была одета как волчица, в платье-фартуке, с ободком в виде волчьих ушей и волчьим хвостом на крестце.

Поскольку в Королевской Академии были летние каникулы, Томоэ, Райга, Ичиха, Люси и Велза нарядились для участия в этом празднике призраков. Очевидно, что группа Чёрных котов во главе с Инугами наблюдала за ними из тени.

Посмотрев на наряд Люси, Райга с досадой сказала: — ...Мне он кажется довольно знакомым.

Райга взглянула на Томоэ. Это была правда, волчьи уши и хвост – оба признака, которыми она обладала от природы. Если бы Сома мог видеть Люси прямо сейчас, он, возможно, пробормотал бы про себя: «Парадируешь Томоэ?»

Люси усмехнулась, растянув улыбку пальцами: — Мои кривые зубы – одна из моих прелестей. Надо использовать их по назначению. Кроме того, я всегда считала, что ушки и хвостик у Томи милые.

— Ты очень милая, Лу!

— Спасибо. Знаешь, такое ощущение, что мы теперь сёстры.

Люси обняла Томоэ. Райга прижала пальцы к вискам и вздохнула, наблюдая за игрой этих двоих.

— Честно говоря... чем вид Томоэ отличается от её обычного?

— Я совершенно другая. Смотри!

Томоэ подняла руки, они были одеты в пухлые перчатки-лапы. На шее у неё висел чокер с колокольчиком, а на каждой щеке краской нарисованы по три усика.

— Сегодня я не волчица, я кошка! Мяу!

—Ты едва ли изменилась!

— Мург. Ты так говоришь, Райга, но всё, что ты изменила – это твоя одежда.

Райга была одета в свой обычный племенной наряд, но на голове у неё была маленькая чёрная шапочка, называемая токин. На ней был помпонный поясок, который свисал с плеч до живота, а в руках она держала раковину. Всё это были традиционные инструменты горного аскета Ямабуси из мира, откуда прибыл Сома. Поскольку на спине у Райги были крылья, она была похожа на во́рона-тэнгу.

— Это должно быть чудовище под названием тэнгу из мира твоего брата. Шапку и поясок он тоже сделал сам.

— Хи-хи, старший брат сделал мне перчатки для рук.

— Слушай, прости, что говорю это, когда ты так счастлива, но разве не странно, что король так хорошо шьет?

Когда Райга высказала это сомнение, Томоэ надула грудь от гордости: — Старший брат также хорошо готовит. Ты ведь тоже ела его еду, не так ли, Райга?

— Конечно, это было вкусно, но... в любом случае, это не королевские навыки.

— Ну, я все равно люблю старшего брата.

— Да, да, неважно. Я уверена, что так и есть.

Пока они так препирались, подошли Ичиха и Велза.

— Если вы двое будете продолжать так препираться, вы будете выделяться.

— Если вокруг соберётся слишком много людей, телохранители заставят их разойтись.

— Ну, да, но... что на вас двоих надето? — спросила Райга.

Сегодня они были в своих повседневных нарядах, но с круглыми шляпами на головах. Спереди на них висели какие-то бирки. При ближайшем рассмотрении эти бирки были сделаны из ткани, а не из бумаги, и то, что было написано на них, было геометрическими символами, а не текстом.

Велза указала на ларёк у обочины дороги: — Мы купили их в том магазине, которым управляет Серебряный Олень. Верно, Ичиха?

— Да. Они, по-видимому, для монстра из мира Сомы ... Джанки? Цзянши? (также известный как китайский «подпрыгивающий» вампир, или зомби) ...Что-то вроде этого. Эти талисманы используются для управления мёртвым телом.

— Движущиеся трупы? Они чем-то похожи на зомби? — спросила Люси.

Ичиха и Велза тут же вытянули руки перед собой и встали прямо.

— Я слышал, что они прыгают вот так.

— Они также кричат «паа, паа, паа».

Ичиха и Велза прыгали рядом, произнося — паа, паа.

—Паа, паа...? Какой странный монстр, — сказала Райга с прерывистым вздохом.

— Оу, я завидую. У вас двоих одинаковые шляпы.

Люси обняла Томоэ: — Ну, ну, Томи. Мы ведь теперь пара девочек-зверей, правда?

— О. Наверное, так и есть?

— Подожди! Ты делаешь так, что бы звучало, как будто я тут единственная странная, не вписавшаяся в компанию!

Когда Райга запротестовала, Томоэ мило ухмыльнулась.

— Что? Тебе стало одиноко, Райга?

— Аргх! Ты маленький ребенок!

— Ау, ау, эээ.

Райга, как обычно, схватила Томоэ за щёки, а затем...

Бум... Бум... со стороны замка раздался звук пушек.

— О, похоже, всё начинается.

Эти два выстрела возвестили о начале Фестиваля призраков.

В следующее мгновение по всему городу зазвучала музыка. В то же время они увидели, как со стороны замка к ним приближается группа барабанщиков, которые были одеты в костюм чудовищ.

В разгар аплодисментов Райга обратила внимание на вывеску неподалеку. На ней был изображён план Фестиваля призраков.

[План фестиваля призраков]

– Цель этого фестиваля – помочь всем душам, забредшим в мир живых, вернуться в мир иной без сожалений, хорошо проведя время вместе.

– Чтобы заставить души думать, что мы похожи на них, каждый участник должен быть одет как призрак или монстр. (Это добровольно для зрителей, но в костюме вам будет веселее).

– Когда выстрелят пушки, наш костюмированный оркестр и парад начнут маршировать.

– Зрители должны петь вместе с музыкой и танцевать (Приглашаем всех принять участие).

...Ну, это то, что там было написано, более или менее.

— Йааааай.

— Стой, Томоэ, ты слишком сильно меня дёргаешь!

— ...Эй, можно тебя на минутку? — Райга позвала Томоэ, которая уже взяла Ичиху за руку и начала танцевать.

— Хм? Что?

— Этот фестиваль – тоже одна из политик короля Сомы?

— ...Хм, не знаю…

— Что? Ты опять прикидываешься дурочкой?

— Ты можешь так говорить, но в этот раз я действительно ничего не слышала. Хотя, зная старшего брата, я уверена, что за таким весёлым мероприятием стоит какой-то глубокий смысл.

Закончив мучить Ичиху, она протянула руку Райге: — Ты не можешь наслаждаться фестивалем с таким настроением. Давай потанцуем, Райга.

— ...Хмф.

Хотя она вела себя невесело, Райга взяла Томоэ за руку.

***

— Это хорошее место, как и сказала Томоэ.

— Няха! Всем нужна младшая девочка, которая будет называть их старшей сестрой, — со смехом сказала Ророа.

Это был фруктовый салон, которым управляла семья школьной подруги Томоэ – Люси.

Чтобы посмотреть на запланированный нами Фестиваль призраков анонимно, мы попросили Люси зарезервировать все места для королевской семьи. Я был здесь вместе со своими пятью жёнами, а также нашими телохранителями и подчинёнными. Честно говоря, я хотел взять с собой Cиана и Казуху, но мне сказали, что это создаст дополнительную нагрузку на охрану, поэтому их оставили с Карлой и остальными в замке.

— Я знаю, что мы заплатили, но не кажется ли вам, что мы навредим их бизнесу?

— Не волнуйтесь. Семья Люси будет получать прибыль от ларька, которым они сегодня управляют, поэтому они не могли выделить много персонала для основного бизнеса, и только планировали провести его как любой другой день.

— Ну, думаю, тогда всё в порядке.

— Верно. Но что ещё важнее, Дорогой, отсюда открывается хороший вид на площадь с фонтаном.

Фонтан с системой приёмников голосового вещания был хорошо виден с террасы второго этажа. На него проецировалось изображение костюмированного парада, танцующего под музыку оркестра барабанов и флейт, и это создавало фантастическую или, скорее, кошмарную сцену.

Если я правильно помню, Томоэ использовала это место во время песенной битвы. Оно было немного далековато, но можно было видеть собравшуюся толпу, так что это было довольно хорошее место.

— Колберт и Себастьян, спасибо вам за сотрудничество.

Министр финансов Колберт и Себастьян, владелец «Серебряного оленя», тоже были здесь. Их помощь в организации этого мероприятия была огромной.

Колберт занимался финансированием и размещением лорелей, а Себастьян – производством жутких костюмов (по сути, косплейных товаров) для мероприятия. Деньги от продажи товаров пойдут на бизнес, который Ророа ведёт за кулисами, так что мы сможем хоть как-то окупить расходы на проведение мероприятия.

— Если я чем-то помог вам и леди Ророа, это большая честь для меня, сир, — Себастьян поднёс руку к груди и почтительно поклонился. Он был истинным джентльменом.

Колберт, тем временем, в изнеможении опустил плечи: — Работа с финансированием и организация вещей с лорелеями были утомительными. Мне пришлось расставить охрану вдоль маршрута парада и оборудовать места для них.

— Ооо... Да, это было тяжело.

Мне же приходилось постоянно составлять новые документы и ставить на них печати... Мне кажется, что я сам перетрудился.

Когда мы оба вздохнули, Ророа сильно хлопнула меня по спине. — Что ты так хмуришься? Это же фестиваль! Ты должен наслаждаться им.

— Хи-хи, она права. Я знаю, что это официальное мероприятие, но это же выходной день, так почему бы тебе не насладиться им так же, как и тем двоим?

Лисия указывала на Надин и Айшу, которые наслаждались сладостями (которые были проверены на яд), приготовленные для нас персоналом.

— После того, как я увидела, как Томоэ и её друзья едят здесь, я тоже захотела попробовать!

— Мне нравятся ваши домашние сладости, сир, но стильные сладости, которые продаются в ресторанах, тоже хороши... Чавк, Чавк!

Они вдвоём не останавливались, глядя на горы пирожных и пудингов перед собой. ...Ну, похоже, они наслаждаются…, так что, думаю, я могу оставить их в покое. Тогда...

— Мм, сир. Это ничего, что я не участвовала в параде? — спросила Джуна, выглядя немного обеспокоенной.

— Ты всё-таки хотела участвовать?

— Да... я думаю, — смущённо ответила она. — Это была возможность для меня быть полезной для тебя, так что это немного разочаровало... О! Но мне, конечно, тоже нравится отдыхать здесь со всеми, — Джуна мягко улыбнулась.

Хотя она была первой неосновной королевой этой нации, она также была народной Примой-Лорелеей. Она чувствовала себя немного неловко из-за того, что не смогла принять участие в мероприятии.

— Мне жаль. Это экспериментальное мероприятие, поэтому я не мог быть уверен, как люди отреагируют на него. Я был слишком осторожен, чтобы позволить тебе присоединиться...

У меня было ощущение, люди отреагируют нормально. Но если бы что-то случилось, я не смог бы отреагировать вовремя. Если бы я подумал о возможной трагедии, которая может произойти... У меня не было другого выбора, кроме как быть осторожным.

Джуна поднесла руку к груди: — Не делай такое лицо. Я доверяю твоим решениям.

— Джуна...

— Эй, не могли бы вы двое перестать игнорировать остальных и уходить в свой собственный маленький романтический мир?!

— Вау!

Ророа внезапно прыгнула на меня, заставив меня споткнуться, едва не повалив Джуну вместе со мной. Мне удалось избежать падения, но Ророа и Джуна вскрикнули, когда я закружил их обоих.

— Что ты делаешь, чёрт возьми, — в отчаянии сказала Лисия. — Но что более важно, Сома, не пора ли тебе рассказать нам, что стоит за этим планом?

— О, точно. Но вместо того, чтобы мне объяснять, возможно, будет быстрее, если вы посмотрите на это.

Восстановив равновесие и держа Ророа на спине, я указал на фонтан вдалеке. В небе над освещенной кострами площадью фонтана проецировалось изображение Наны, Памиллы и Комари.

***

— О! Похоже, они здесь! — крикнула Томоэ, наблюдавшая за парадом.

Костюмированная группа и артисты развлекали людей, но теперь из толпы раздался ещё более громкий гул аплодисментов. Вереница подиумов, которые были главной достопримечательностью парада, была здесь.

На одном из этих подиумов, которые тянули носороги, были лорелеи Нана, Памилла и Комари, а на другом – мужские идолы, орфеи, Яиба. Каждый из них был поддрежан криками своих поклонников мужского или женского пола.

— Эй, люди! Вы чувствуете себя энергичными?!

Девушка-кошка Нана, которая была одета в черный топ с трубками и горящими штанами, а также крылья летучей мыши и заостренный хвост, крикнула толпе. Этот наряд, который больше подчёркивал её здоровое тело, чем сексуальность, делал её похожей на настоящую маленькую дьяволицу.

Затем, надев на голову протектор, похожий на тот, что был у Хэла, вместе с платьем в японском стиле, похожим на те, что носила Каэде, Комари вышла вперёд, облачившись в костюм о́ни.

— Сегодня вечером вы услышите песню, которая заставит и живых, и мёртвых танцевать как сумасшедших.

— Хехе, услышьте мою песню и будьте прокляты.

Вместо своего обычного платья с рюшами, Памилла была одета в чёрный наряд в стиле готической лолиты, вместе с бинтами и повязкой на глазах... В некотором смысле, она была единственной, на кого мы наложили больше всего элементов грима в этот раз.

Члены группы Яиба были одеты как Дракула, человек-волк и монстр Франкенштейн, только изменённые, чтобы быть круче, и их поклонницы визжали.

— О, это лорелеи. Они выглядят очень мило, — сказала себе Люси, когда увидела их.

— Конечно. Даже если их костюмы сделаны по образцу монстров, они всё равно очаровательны.

— Крылья и рога летучей мыши обычно выглядят жутковато, но, когда они являются лишь частью целого, мне кажется, что они подчеркивают миловидность лорелеи.

Велза и Ичиха согласились.

— Хмм, — простонала Райга. — Это похоже на то, как если между сладостями съесть что-то соленое, то они становятся вкуснее?

— Я не знаю насчёт этой аналогии... но мне кажется, что ты права.

Нелестное объяснение Райги вызвало у Ичихи язвительную улыбку.

«Монстры выглядят мило...» Томоэ посмотрела на лорелей, стоящих на вершине подиума. «Они одеты как монстры, но никто не возражает, они просто наслаждаются этим и называют их «крутыми» или «милыми». Может быть, именно этого и добивается старший брат?», подумала Томоэ, наблюдая за оживлённым парадом.

— Кви-и-и-и!

— А?!

Рядом с ними раздался внезапный громкий визг. Томоэ и остальные повернулись посмотреть, а глаза Велзы сверкали, когда она дико размахивала рукой. Это было так далеко от обычной, крутой Велзы, что Томоэ и остальные только моргали.

Не обращая внимания на их взгляды, Велза закричала: — Лорд Хэл! Сюда!

Они проследили за взглядом Велзы, и там, по ту сторону подиумов, ковылял на чётырех лапах огромный красный дракон. А сверху на нём сидел солдат с надетой на голову повязкой в стиле о́ни.

— Это Хэл и Руби?

— Не тот ли это рыцарь красного дракона, который сражался вместе с моим братом Фуга?

Пока Томоэ и Райга в замешательстве склоняли головы набок, Халберт обратил на них внимание. Он спрыгнул со спины Руби и пошел в их сторону.

— Привет, Велза. И юная госпожа Томоэ. Вы все вместе тут?

— Да, лорд Хэл! — Велза ответила с энергией, которая заставила Томоэ и остальных задуматься: «Действительно ли эта девушка – Велза?»

— О, — Халберт положил свою руку ей на голову. — Я рад видеть, что у тебя появились друзья.

— Да! Но почему вы на параде, лорд Хэл?

— О... Сома сказал: «Ты – Красный О́ни, поэтому можешь участвовать в Фестивале Призраков как есть», и заставил меня участвовать. Вот так нас с Руби выставили на показ в этом шоу уродов, — Халберт почесал щёку, кажется, немного смутившись.

— Вы не урод! Вы крутой, лорд Хэл!

— Ха-ха-ха, спасибо, — он энергично похлопал Велзу по голове.

— Хэл... пора вернуться к работе, — Руби телепатически обратилась к Хэлу.

— Упс, надо присоединиться к процессии, — Халберт повернулся, чтобы отправиться обратно. — До скорого, Велза. Наслаждайся фестивалем.

— Пока-пока, Велза.

— Хорошо! Лорд Хэл, леди Руби!

Велза дико замахала рукой, провожая Хэла и Руби. Когда они ушли, и Велза обернулась, встретив лишь пустые взгляды Томоэ и остальных, она наконец поняла. Велза кашлянула и прочистила горло.

— ...Я прошу прощения. Это было неприлично с моей стороны.

— Нет, сейчас уже поздно пытаться сохранить видимость.

Спокойный ответ Райги заставил Велзу покраснеть. И тут до Томоэ дошло.

— Подожди, может ли быть так, что человек, которому, как ты говорила, хочешь служить – это Хэл?

— ...Т-ты догадалась?

— Если ты ведёшь себя так по-другому рядом с ним, кто бы не догадался? — добавила Люси, а Ичиха ответил: — Я думаю, это было мило, и очень уместно для девушки твоего возраста.

Велза закрыла лицо руками: — Я пыталась вести себя отстранённо и скрывать это, но это вышло так внезапно.

— Няха-ха, ты такая милая, Вели.

Томоэ и остальные только посмеивались, когда Люси ткнула Велзу в щёку, которая застенчиво улыбалась, глядя на их реакции.

Это был вечер во время летних каникул. Дети от души веселились на празднике.

___________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!  (Он и правда очень много выправил)

В это же время во фруктовом салоне «Кошачье дерево».

— Главное, чтобы лорелеи были одеты подобным образом, — объяснил я, указывая на лорелей, отражающихся вдали. — Мы уже говорили ранее, что человечество могло быть создано. Так вот, точно так же, как на стороне человечества выступают зверолюди, дракониды, эльфы и множество других рас, демоны могут быть ещё одной кем-то созданной расой, с которой человечество просто не сталкивалось раньше.

— Раз уж ты заговорил об этом, мы действительно обсуждали этот вопрос, — Лисия сказала так, как будто только что вспомнила, а я кивнул.

— Когда-нибудь, когда человечество вновь встретится с демонами, успех или неудача в переговорах будет зависеть от того, насколько сильное чувство табу мы испытываем по отношению к ним, и, наоборот, насколько хорошо мы готовы относиться к ним. Тогда внешний вид будет одним из важнейших моментов. Мне грустно это говорить, но первое впечатление очень много значит для людей.

— Моё первое впечатление о тебе было: «Измученный молодой человек». У тебя даже были мешки под глазами.

— ...Ну, это ведь также впечатление от внешних проявлений.

Это говорило о том, что мешки под глазами произвели на Лисию сильное впечатление.

— С тех пор как я попал в этот мир, меня удивляло множество рас, с которыми я сталкивался, ведь люди были единственными разумными формами жизни в моём прежнем мире. Но я относительно быстро привык к тому, как выглядят другие расы. Что касается причины этого... это потому, что я уже видел их раньше.

— Видел их раньше? Но ведь там были только люди.

— Да. В реальном мире, конечно. Но в мире сказок была куча разных рас.

Я представлял себе жителей вымышленных миров.

— Был сериал с главным героем, у которого была львиная голова, как у Георга. Была приключенческая история с героиней, похожей на эльфа, как Айша. И даже историй с героями вроде Томоэ, у которых были звериные уши и хвосты, было больше, чем звёзд на небе.

Я надел на голову Лисии ободок с волчьими ушами, прежде чем продолжить: — Для «отыгрывания роли» тоже имелось много аксессуаров, подобных этому. Если пойти в место, где продаются модные побрякушки, или в гигантский центр отдыха, который был похож на страну грёз, то можно было запросто купить их.

— Страна грёз?

— О, не цепляйся к словам. Это может привести нас к неприятностям во многих отношениях.

— А? Конечно.

Волчьи уши задвигались, когда Лисия кивнула, и я ткнул в них пальцем.

— Вот почему, даже когда я действительно встречал зверолюдей или любую другую расу, которая выглядела иначе, чем моя собственная, я просто думал: «Они как будто вышли из сказки». Благодаря этому у меня не развилось никаких странных предрассудков. Так что... я хотел, чтобы жители этой страны привыкли видеть демонов.

Те наряды, которые носили лорелеи, были сделаны на основе отчётов очевидцев, которые остались в империи. Вторжение в Домен Владыки Демонов объединёнными силами человечества во главе с Империей произошло десять лет назад.

Силы человечества были встречены атакой (контратакой?) демонов, живших глубоко внутри Домена Владыки Демонов, и уничтожены. Я подозревал, что в Империи, которая и вела войну, всё ещё останутся свидетельства выживших очевидцев о демонах. Поэтому в тот день я объяснил ситуацию императрице Марии и попросил её рассказать мне, остались ли какие-нибудь описания физических черт демонов. Мария согласилась с моей мыслью и предоставила информацию.

В результате, помимо кобольдов, появились огроподобная раса с рогами на лбу и дьяволоподобная или вампироподобная раса с крыльями летучей мыши. Были также сообщения о «тех, кто выглядел как гигантские костюмы, полностью покрытые кольчужной бронёй», но я не мог доверять их достоверности, поэтому пока отложил их в сторону. Тем не менее, теперь я знал общие черты демонов.

— Существа, похожие на огров и дьяволов, вызывают страх у людей в этом мире. В республике я сам видел, как гориллоподобные огры нападали на людей. Этим существам не хватало ума, но они были довольно страшными. Причина, по которой мы дали Хэлу повязку о́ни, а люди вырезают лица дьяволов на своих щитах, заключается в предубеждении, что они страшны, верно?

— Да, — Лисия кивнула. — Эта атрибутика существует для запугивания врага.

В моём старом мире тоже были такие вещи, как онигавара (п.п.: В храмах, например, в Наре, можно заметить необычные украшения в виде óни (демонов) на коньках крыш или воротах. Такие украшения называются онигавара)

— Я хочу, чтобы люди в этой стране приняли другой набор ценностей. Посмотрите, разве костюм маленького дьявола Наны не милый?

— Конечно. Уверена, что он хорошо подойдет Ророа.

— Няха! Хочешь, я надену его для тебя, дорогой? — Ророа ткнула себя в щёку и улыбнулась. Они были правы, ей бы это пошло.

— Давайте пока оставим это в стороне. Я подумал, что если люди будут воспринимать дьявольскую внешность или рога о́ни как очередной модный аксессуар, то, если они появятся на ком-то, кого они встретят в будущем, это не будет казаться им таким уж неправильным.

— Ооо, так вот почему ты попросил меня не участвовать, — Джуна хлопнула в ладоши, когда до неё дошло.

Я посчитал рискованным наряжать одну из моих королев в костюм монстра, поэтому попросил её не участвовать. Когда мода укоренится, а Фестиваль привидений станет ежегодным мероприятием, она сможет принять в нём участие.

— Сначала я хочу посмотреть на реакцию людей, и если всё будет в порядке, я хотел бы, чтобы ты участвовала в следующем году.

— Мне нравится. Я тоже хочу носить такой наряд, — сказала Джуна со счастливой улыбкой.

...Если Джуна наденет что-то подобное, она будет меньше похожа на маленького дьявола, а больше на суккуба. Одна мысль об этом была... да, довольно потрясающая.

Пока я думал об этом с язвительной улыбкой, Лисия с сомнительным выражением лица спросила меня: — Ты думаешь, что заставить людей смотреть на демонов, как на моду, сможет устранить предрассудки?

— ...Я не думаю, что мы сможем полностью избавиться от них, — я пожал плечами. Я знал, что, скорее всего, всё будет не так просто. — В мире, из которого я пришёл, были только люди, но там всё равно существовали дискриминация и конфликты. История человечества – это история о том, как люди находили различия между собой и другими, из-за которых ссорились, потом мирились, а потом делали то же самое снова и снова. Поэтому я хочу сократить время, необходимое для примирения, даже если в итоге всё закончится конфликтом.

Трагедия десятилетней давности могла закончиться только уничтожением одной или другой стороны. Человечество не могло отличить демонов от монстров и не думало о возможности диалога. Возможно, и на стороне демонов всё было примерно так же.

Я где-то слышал, что война – это одно из средств дипломатии. Если вы вступаете в войну, не имея средств для переговоров, всё, что остаётся, – это грязный акт убийства друг друга. Даже если дело доходит до конфликта, мы никогда не должны прекращать искать точки соприкосновения. Чтобы найти их, мы должны знать всё, что можем, о другой стороне.

— Я надеюсь, что этот проект нам поможет.

— Я понимаю твои чувства, но... не думаешь ли ты, что лишь небольшое количество людей поймет это? Даже я не понимала суть проекта, — откровенное мнение Лисии заставило меня слегка улыбнуться.

— Это нормально. Людей всегда раздражает, когда те, кто наверху, пытаются навязать свои ценности, — я положил руки на перила террасы и посмотрел на столицу. — Мягкая сила, сила культуры, действует постепенно, незаметно для вас. Даже если они не понимают, ничего страшного, если они хоть как то в этом участвуют. Так что сейчас...

«Пусть пока просто наслаждаются», — подумал я от всего сердца, когда представил себе невинные улыбки Томоэ и её друзей, наслаждающихся фестивалем привидений.

______________________________

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

Завтра доп истории., последние в 11 томе

*** Ободрение для трудоголика

— ...Ну как?

В рабочем кабинете премьер-министра Хакуи девочка из Малмхитана, Райга Хан, стояла перед своим репетитором. Он посмотрел на лист бумаги, который ему протянули, затем вздохнул.

— С твоими нынешними оценками... — сказал Хакуя, возвращая Райге контрольную работу, — тебе будет трудно попасть в академии в один класс с младшей сестрой и господином Ичихой.

— Я... понимаю.

С приближением вступительного экзамена в академию, который должен был определить их распределение по классам, Райга проверяла свои шансы с помощью имитационного экзамена, который подготовил Хакуя. Поскольку классы в академии делились по результатам экзаменов, Томоэ и Ичиха считались кандидатами в класс для отличников. Однако для Райги было неизвестно, сможет ли она попасть в этот класс вместе с ними.

— Нет необходимости напрягаться, чтобы попасть в один класс, правда ведь? Вы в любом случае будете вместе в замке, так что вы будете находиться порознь только во время занятий.

— Н-не то чтобы я не хотела разлучаться с ними! — Райга раздражённо склонила набок голову. — ...Сэр. Я просто не могу смириться с тем, что Томоэ и Ичиха меня опережают.

— Неужели? — по тону Райги было понятно, что она притворяется, но Хакуя знал, что она будет упрямо отрицать, если он укажет ей на это, поэтому он решил оставить всё как есть. — Но если ты хочешь поднять свои оценки ещё выше, чем сейчас, за такое короткое время... это будет очень сложно, ты осознаёшь это?

— Я готова к этому.

— ...Очень хорошо. Тогда давай увеличим количество упражнений, которые ты будешь выполнять, — сказал Хакуя, положив руку на голову Райги. — Но ты не должна слишком усердствовать. Если ты подорвёшь своё здоровье, то младшая сестра будет огорчена.

— М-мне, в общем-то, всё равно, как к этому отнесётся Томоэ, но... ладно, — ответила Райга, прозвучав немного как цундере.

После этого Райга училась как сумасшедшая, даже до поздней ночи – до такой степени, что Томоэ и Ичиха забеспокоились, что она слишком напрягается.

Очередной раз Райга сидела за своим столом и занималась, когда внезапный стук в дверь нарушил её сосредоточенность.

— Д-да? — воскликнула Райга, слегка шокированная. — Войдите.

Дверь открылась, и вошли Сома и Лисия.

— Сэр Сома? И леди Лисия? Что привело вас сюда так поздно ночью?

— Ну, Хакуя сказал нам, что ты усердно учишься, — с улыбкой ответил Сома что-то подозревавшей Райге. — Вот, чтобы подбодрить тебя, я приготовил тебе позднюю закуску. Но мне показалось, что мужчина не должен приходить в комнату девушки поздно ночью, даже если она ещё ребенок, поэтому я попросил Лисию тоже прийти.

Сома показал ей поднос, на котором лежал рисовый шарик. «Это, должно быть, та полуночная закуска», подумала Райга.

— Сома всегда беспокоится о самых странных вещах, — стоя рядом с ним, Лисия издала прерывистый вздох.

— Ну, я имею ввиду, Фуга доверил нам заботу о ней. У меня будут большие проблемы, если пойдут нехорошие слухи.

— Что ж, конечно, но...

— Эм... Спасибо, что уделили мне внимание, господин Сома, — вклинилась Райга. Ей было бы неприятно, если бы у неё на пороге началась супружеская ссора. Лисия замолчала, а Сома улыбнулся, отнёс поднос на стол Райги и оставил его там.

— Это напоминает мне прошлое, — прокомментировал Сома. — Когда я учился по ночам, бабушка тоже приносила мне закуски. Это немного отличается от обычного ужина, не правда ли?

— Вы тоже учились по ночам, господин Сома?

— Да. Поскольку единственным источником стабильного света в этом мире является светомох, учиться ночью не так уж просто, но в моём мире может быть светло даже глубокой ночью. Кроме того, за год до того, как меня призвали сюда, у меня были вступительные экзамены... поэтому, ну, даже если это всё, что я могу сделать, я хотел сказать «продолжай в том же духе», Райга.

— ...Верно. Спасибо.

Как только Райга поблагодарила их, Сома и Лисия вышли из комнаты.

Когда они вышли из комнаты, Томоэ стояла рядом с дверью.

Погладив Томоэ по голове, Сома сказал: — Я дал ей рисовый шарик, который ты сделала.

— Спасибо, старший брат.

Томоэ хотела сделать что-нибудь для Райги, которая так много трудилась, и она обратилась за советом к Соме и остальным. Сома предложил сделать такую позднюю закуску.

И вот, она сделала рисовый шарик. Если бы Райга знала, что это Томоэ сделала его, она могла быть слишком упрямой, чтобы принять его, поэтому Сома и Лисия, король и королева, вручили его вместо Томоэ; таким образом, Райга не смогла бы отказаться.

«Я тоже хочу, чтобы мы учились в одном классе, Райга», глядя на закрытую дверь подумала Томоэ.

*** У тех, кто безымянен, тоже есть истории

В тёмной комнате, внутри здания, в Королевской академии, собралось несколько человек.

— Всё, завтра наступит день, когда он украсит своим присутствием нашу академию.

— Президент! Неужели наконец-то настал этот день?! — взволнованно спросил один из них.

Молодой человек в очках, которого они назвали «президентом», многозначительно кивнул и ответил: — Да, наше общество по исследованию монстров собирается сделать гигантский скачок!

Это были студенты, зачисленные в общество исследования монстров, сокращённо ОИМон (п.п.: в англ. MonSoc (Monster Society) – ОИМон)

Как видно из названия, эта группа в кампусе занималась исследованием монстров, но из-за того, насколько жутким был выбранный ими предмет, другие студенты часто смотрели на них с презрением. Можно было сказать, что в кастовой структуре этой школы они находились на самом дне. Однако после публикации одной книги в королевской столице ситуация начала сильно меняться.

Хакуя, премьер-министр этой страны, работал с Ичихой Чимой, студентом по обмену из герцогства Чима в Союзе Восточных Наций, чтобы сделать главные шаги в области исследования монстров. Их результат – «Энциклопедия монстров». До этого момента исследования монстров расценивались как табу. Но из-за прямой связи с национальной обороной и экономикой эта книга, содержавшая рисунки Ичихи, понятные даже неспециалисту, в одночасье стала бестселлером (но не совсем, потому что её в основном отдавали в долг, а не продавали).

После того, как важность исследования монстров стала широко известна благодаря «Энциклопедии монстров», ОИМон переосмыслил своё существование. Тот факт, что в этом клубе, в который раньше вступали только парни-ботаники, теперь есть и девушки, был одним из признаков этого... Кстати, эти девушки наблюдали за президентом и другими радостными парнями с раздражением.

— Завтра церемония вступления, и говорят, что наш бог, господин Ичиха, будет там! Мы должны пригласить его в наше общество, чего бы нам это ни стоило!

— Но, Президент, конкуренция между клубами и обществами за новых студентов усиливается. Как может конкурировать такая пассивная группа, как наша?

С тех пор как Сома взошёл на трон, рыцарское и благородное сословия изменили свои ценности, нарушив существовавшие до этого момента основы авторитета в академии, поскольку вырос спрос на людей, специализирующихся в одном конкретном искусстве. Это относилось и к клубам и обществам, и именно поэтому студентки вступали в ОИМон.

— ...Да. Это, конечно, проблема, — сказал президент, скрестив руки и застонав.

Одна девушка, которая до этого момента наблюдала за ними, подняла руку.

— Президент, дайте мне поговорить с ним. Думаю, я справлюсь.

Президент поправил очки и спросил: — Что ты хочешь сделать, Сара?

— Есть несколько ребят из моего дома, которые входят в спортивные команды. С их помощью, я думаю, будет легко привлечь одного нового студента.

Студентка по имени Сара была дочерью благородной семьи средней значимости в этой стране. Судя по её светлым волосам, немного броской одежде и её происхождению, было загадкой, что она делает в этом клубе.

— Хм, но вы уверены? Я уверен, что атлетические клубы тоже хотят новых членов, — сказал президент, в его голосе звучало беспокойство. — Разве это нормально, что их члены поддержат нас? Кроме того, в академии сейчас не одобряется полагаться на подобное влияние. Не будет ли это для вас проблемой?

— Атлетическим клубам нужны люди, которые действительно занимаются спортом, — ответила Сара, махнув рукой. — Он может быть очень способным, но, как и все мы, Ичиха не так уж хорош в физических упражнениях.

— Да, скорее всего.

— В таком случае, атлетические клубы не будут возлагать на него надежд. Если я заранее сообщу им, думаю, всё будет в порядке, — Сара встала. — В таком случае, президент, я бы хотела немедленно отправиться на переговоры, поэтому прошу пройти со мной.

— Н-ну? Я, гм, эмоционально не готов к этому...

— Вы ведь, несмотря ни на что, хотите привести Ичиху в клуб?

— ...Да, хорошо. Пойдём.

И вот они вдвоём вышли из комнаты. Когда они вместе шли по коридору, президент попытался заговорить с Сарой: — Знаешь, я очень рад, что такой талантливый человек, как ты, присоединился к ОИМон.

— Нет, нет. Я присоединилась ради своей собственной выгоды, так что не беспокойтесь об этом.

— Своей собственной выгоды? Возможно, вы нацелились на господина Ичиху? — предположил президент.

— Ахаха. Может, я и происхожу из благородной семьи, но я не собираюсь делать нечто такое, как преследование важной персоны из другой страны, это выше моего общественного положения, — сказала Сара, вытирая уголок глаза. — Хотя, у меня есть инструкции от семьи, чтобы претендовать на любого джентльмена, который покажется мне интересным.

Президент скрестил руки и застонал: — Хм. Интересно, кто-нибудь уже соответствует вашим стандартам?

— ...Да, — сказала Сара с подавленной усмешкой. — Не беспокойтесь, я сейчас занимаюсь этим.

У тех, кто не имеет имён, тоже есть свои истории.

*** Ророа и мини-Ророа

— Скви-и-и! Леди Ророа! Вы ведь леди Ророа!

— Ч-что, почему ты вдруг закричала?

Это был день, когда Томоэ привела своих друзей в замок. Когда Люси увидела предмет своего восхищения, Ророа, она разразилась восторгом и тут же взяла Ророа за руку.

— Я большая фанатка! Позвольте мне пожать вам руку!

Затем, не дожидаясь ответа, она начала энергично пожимать руку Ророа. После этого произошло ещё много событий, но когда всё улеглось, Сома и его пять королев, а также Томоэ и её четыре подруги пили чай вместе.

Естественно, Люси незаметно заняла место рядом с Ророа.

— О-о-о, Старшая Сестра Ророа.

То, как Люси ластилась к ней, вызвало на лице Ророа нехарактерно озадаченное выражение.

— Никто ещё никогда не называл меня старшей сестрой. Это довольно забавно.

— Тогда как насчёт «старшая невестка Ророа»?

— И за кого ты собираешься выйти замуж?! Ни у меня, ни у дорогого нет младшего брата!

— Ну, а как насчёт «мамочка Ророа»?

— Ты собираешься жениться на моём ребенке?! Насколько большой будет разница в возрасте?!

— Я считаю, что у меня довольно широкая зона попадания.

— Мне всё равно! Я не отдам своего ребенка кому попало!

— Я не кто попало. Моя семья управляет «Кошачьим деревом».

— Я это знаю!

— О, да, если подумать, у тебя ведь есть старший брат?

— А? Ну... да, есть.

— Если бы я вышла за него замуж, возможно, я не смогла бы быть твоей младшей невесткой, но ты была бы моей. Леди Ророа – моя младшая сестра... я бы тоже на это согласилась.

— Нет, ты не можешь! Не-а... Может, мне стоит убрать эту девушку, здесь и сейчас, для спокойствия моего старшего брата и старшей невестки?

— Я просто шучу обо всём этом. Я бы предпочла, чтобы ты была моей Старшей Сестрой.

— Уф... после всего произошедшего, думаю, я готова просто принять это.

— Если ты позволишь мне называть тебя Старшей Сестрой, я не против быть твоим Младшим Братом!

— Ты собираешься сменить пол?! Тебе действительно нужно заходить так далеко?!

— Эй, можешь сказать наверняка? Я знаю, как я выгляжу, но, может быть, на самом деле я мальчик в девчачьей одежде.

— Переодетый мальчик?! Такие существуют?!

— Бывает и наоборот тоже, знаешь? У Ичихи симпатичное лицо.

— Ичиха – переодетая девушка?! Знаешь... я бы купилась на это.

— Подождите, вы двое! — до сих пор ему не удавалось вставить ни слова, но когда они начали называть его девушкой, Ичиха, наконец, не выдержал и заговорил. — Кого вы называете переодетой девочкой?! Я мальчик!

— О, но Ичиха хорошо бы смотрелся в моей одежде... — пробормотала Томоэ.

— Даже ты, Томоэ?!

Поскольку она была человеком, с которым он ладил, Ичиха заметно приуныл. Увидев это, Ророа слегка ткнула Люси в голову. — Эй, из-за твоей шутки Ичиха очень расстроился.

— Няха-ха! Про-о-сти-и-и.

— Это действительно извинение? Не знаю, как-то не убедительно.

— Я извиняюсь, хорошо? Моё сожаление выше, чем верхний сгиб (гора) , и глубже, чем нижний сгиб (долина) бумаги (п.п.: mountain(гора) fold и valley(долина) fold – это варианты сгиба бумаги в оригами).

— Сгибы в оригами?! Это какое-то бумажное сожаление!

— Я просто пытаюсь оформить всё на бумаге.

— Видишь, на самом деле ты совсем не так уж и жалеешь!

— Боже, Старшая Сестра Ророа, ты такая требовательная.

— Я?! Я что ли здесь плохая?!

— ...Вы двое действительно похожи, — вклинилась Лисия с возмущённым вздохом. Все кивнули в знак согласия.

— Если бы ты сказала мне, что она – сестра Ророа, я бы поверила, — сказала Айша. А Сома ответил: — Она как мини-Ророа.

Глаза Ророа расширились от удивления. Затем, хлопнув руками по столу, она ткнула пальцем в сторону Люси: — А? Я такая?

— Ты не поняла? Ну, я нахожу эту часть тебя раздражающе милой, знаешь? — сказал Сома.

— Брось эту часть про раздражение! Я думала, что я всецело любима!

Пока Ророа восстанавливалась от шока, Люси придвинулась к ней вплотную: — Я люблю тебя. Я даже храню крошечное святилище леди Ророа на территории магазина.

— Это какая-то слишком властная любовь! Это уже превращается в религию!

— О, а леди Ророа – симпатичная богиня?

—Она – королева! — все присутствующие ответили в унисон.

Кстати, из-за того, что этот обмен был таким забавным, Сома позже решит начать первую в мире комедийную программу с участием Ророа и Люси, но... это уже другая история.

*** В комнате Велзы

У Велзы была комната в женском общежитии на территории Королевской академии.

— Значит, ты живёшь в общежитии, да, Вел? — спросила Томоэ.

— Да. Мой семейный дом в Богохранимом лесу находится довольно далеко отсюда.

Сегодня Велза пригласила трёх своих подруг: Томоэ, Райгу и Люси, чтобы они посетили её комнату. Это было сделано потому, что, узнав, что Велза живёт в общежитии, Томоэ и остальные сказали, что хотели бы прийти к ней. Кстати, поскольку в женском общежитии действовала строгая политика «мальчикам вход воспрещён», Ичиха не смог прийти.

Люси хихикнула: — Ну, зная, какой Ичиха красивый, если бы мы попробовали нарядить его в одежду для девочек, я бы поспорила, что он смог бы войти.

— Ах, это точно. Я думаю, из него получилась бы настоящая красавица.

— ...Дайте бедному ребёнку передохну́ть.

Оглядев комнату, Люси сказала: — Всё же она более обычна, нежели я ожидала.

— Итак, какую комнату вы себе представляли?

— Ну-у-у... — Люси хмыкнула, — учитывая, что ты тёмный эльф, Вели, а они славятся как невероятные лучники и всё такое, я ожидала увидеть лук и стрелы, а также головы всех животных, на которых ты охотилась.

— Это же не офицерская академия. Здесь есть правила, запрещающие оружие, поэтому я оставила свой любимый лук и колчан дома.

— ...Значит, они у тебя есть, — Люси язвительно улыбнулась, когда Велза упомянула об этом.

Теперь настала очередь Томоэ задать вопрос: — Я не вижу кухни. Как вы едите?

— В столовой. Еда готовится для студентов, которые живут в общежитиях.

— Хм. Так же, как и мы с Ичихой, — сказала Райга.

Поскольку они жили в замке Парнам, они обычно ели в кафетерии. Поскольку они были иностранными гостями, они могли попросить обслуживание в номер, но было скучно есть в одиночестве, поэтому они ходили в столовую. Иногда к ним присоединялись Томоэ и её семья, так что ужин там проходил довольно оживлённо.

— Эй, это звучит будто так тоже бывает весело, — сказала Люси, которая в какой-то момент решила прилечь на кровать Велзы. Из всех присутствующих она была единственной, кто жил самой нормальной жизнью.

— Разве не проще каждый день добираться домой? — спросила Велза.

— Нет, нет, — ответила Люси, отмахнувшись от этой идеи. — Если я дома, меня заставляют помогать в магазине, а это значит, что я должна быть милой девочкой с плаката для всех наших покупателей! ...Ну, я получаю за это зарплату, так что я не возражаю.

— Ну, разве ты не слишком хитрая? — Райга пожала плечами.

— Ты тоже хочешь попробовать работать, Рай? Думаю, ты будешь пользоваться популярностью.

— ...Тренировки в клубе – это уже слишком много. Я не могу заниматься ещё и работой, — ответила она с серьёзным выражением лица. Члены клуба магического футбола часто подвергались суровым тренировкам.

— О, э, прости, — Люси отступила.

Томоэ хлопнула в ладоши и сказала: — Но это здорово, когда ты можешь зарабатывать деньги сама. Я думаю, было бы здорово, если бы я могла дарить старшему брату и моим старшим сёстрам подарки на день рождения на деньги, которые я заработала сама.

— Если бы ты начала работать, треть покупателей в магазине были бы вашими телохранителями.

— Ох, ты права, Райга.

Томоэ криво усмехнулась, представив себе лица охранников, которые всегда так беспокоились о ней. Они будут не только наблюдать за ней из тени, но и, скорее всего, телохранители в штатском будут появляться среди клиентов.

— Если они будут платить, как клиенты, я с радостью буду приветствовать её телохранителей.

— Ты действительно хитрая, — снова ответила Райга, пожав плечами.

Велза тихо подняла руку: — В таком случае, я бы хотела попробовать поработать. Моё кулинарное общество собирается не каждый день.

— Ты серьёзно? Мы будем очень рады тебя принять, Вели, — радостно сказала Люси и пожала Велзе руку. — Мы можем стать девушками с плаката «Кошачьего дерева». Мы возьмём мир штурмом.

— На самом деле я не хочу брать мир штурмом... просто зарабатывать деньги.

— Ты что-то хочешь купить? — спросила Томоэ.

— Я тоже хочу сделать подарок людям, которые заботились обо мне, — застенчиво ответила Велза.

Кого она себе представляла? То, как раскраснелись её щёки и она слегка улыбалась, вызвало любопытство у остальных троих.

— Подарок? Для кого? Для кого?

— Может ли это быть для человека, которому, как ты говорила, хочешь служить?

— Я не отпущу эту руку, пока ты нам не расскажешь.

— Я... это секрет.

Когда трое прижались друг к другу, Велза отвернула голову в сторону. Они продолжали давить до тех пор, пока Велза не могла больше выдержать и её прорвало, после чего девчачий разговор продолжился.

*** Изготовление товаров для Фестиваля привидений

— Ваше величество, я прибыл по вашему приказу, — сказал Себастьян по прибытии с почтительным поклоном.

Сегодня я вызвал Ророа и Себастьяна в офис по делам правительства. Организуя Фестиваль привидений, я опирался на компанию Ророа, публичным лицом которой был Себастьян, поэтому мне нужно было быстро поговорить с ними обоими.

— Я хочу создать несколько вещей, которые облегчат возможность обычным людям наряжаться на Фестиваль привидений, — я положил лист бумаги на стол. Это был простой набросок ободка для волос с кошачьими ушками. — Я бы хотел, чтобы ваша компания разработала и наладила массовое производство подобных изделий, которые позволят людям наряжаться.

Я думал о чём-то вроде мышиных ушей, продаваемых в некой «стране грёз» (п.п.: речь о диснейленде? п.р.: вероянтно имеется ввиду гигантский центр отдыха (англ. gigantic leisure facility), который упоминался в предыдущей главе, возможно какой-то конкретный в Японии), чтобы помочь гостям насладиться парком (п.р.: в котором очевидно есть парк).

— У нас не так много времени до начала мероприятия, но могу я это возложить на вас?

— Так посмотрим... — сказал Себастьян. Он выглядел как джентльмен, который должен пить чай «Эрл Грей» и поглаживать свои усы. — Если мы сможем заручиться сотрудничеством компаний с нужными связями, массовое производство таких вещей станет возможным. Хотя, это предполагает, что мы с самого начала должны решить, что будем производить.

Это означало, что мы не успеем, если начнем просто сыпать идеями. Это было в пределах ожиданий.

— Я хочу сократить количество предметов и решить, что мы будем делать. Я планирую сделать много деталей в нарядах лорелей, но для костюмов людей «дёшево, просто и много» это то, что нам нужно. (п.р.: полагаю, мы бы здесь сказали «дёшево и сердито»)

Кроме того, будет чувствоваться некое табу на переодевание в любой костюм монстра. Мне пришлось обсудить это с епископом Соуджи и высшими представителями других государственных религий, но всё же мы делали это впервые, поэтому мне нужно было внимательно следить за реакцией людей.

— Я хочу, чтобы лорелеи были одеты в костюмы демонов, но нам понадобятся и другие костюмы призраков.

— Призраки...? Я не могу вспомнить ни одного, — Ророа скрестила руки и склонила голову набок.

...О, точно. В этом мире не так много разных представлений о том, какими бывают призраки. Здесь есть только традиционное привидение и призрак. Поскольку зомби и скелеты действительно существовали, их причисляли к монстрам. Придуманные мной огненные пьерро тоже считались новым видом монстров. Должно быть, именно тот факт, что их нельзя было увидеть, придавал призракам и ёкаям их изюминку.

— Итак, я подумал, что восполню пробел призраками из моего мира. Используя те, которые можно сделать самыми милыми... для начала, вот это, — я показал им милый рисунок призрака, который я нарисовал по памяти.

— Дорогой, что это?

— Это цзянши. Это разновидность призраков из моего мира.

— Что это за ёкай?

— Это оживший труп... наверное. Какой-нибудь маг накладывает на них талисман, а затем может свободно управлять ими... по сути, это как зомби с дистанционным управлением. Для меня он тоже иностранный, так что я не знаю подробностей о его происхождении и прочем.

— Хм... есть ли в нём что-нибудь характерное для него одного? — спросила Ророа.

— Ну... — я пошевелил мозгами. — Из-за трупного окоченения они не могут сгибать руки и ноги, поэтому они прыгают вот так, с вытянутыми руками.

Я встал и подражал детскому цзянши из старого фильма, который был у моего дедушки, делая прыжки цзянши в такт детской песенке про голубей. Это привлекло внимание Ророа, и её глаза заблестели.

— Что это такое?! Это ужасно весёлое привидение.

— Нет, страшные цзянши должны пугать, хотя...

«Хм... Мне кажется, что я не совсем правильно объясняю». Единственный образ цзянши, который у меня был, это фильм, и мне не хватало информации, чтобы его исправить. Может быть, именно так и было, когда иностранцы получили неверное представление о самураях.

— Есть что-нибудь ещё?

— Ну, был один призрак, который представляет собой один огромный глаз, говорящий «Вы чёртовы лоликонщики»...

Так я объяснил Ророа о призраках моего старого мира. Поскольку мои вкусы были несколько эксцентричными, я мог запутаться и дать ей неверную информацию. Результатом всего этого стали простые костюмы для цзянши, тэнгу, мужчины-волка, женщины-волка и других. Но в дополнение к этим костюмам компания Ророа также продавала энциклопедию земных ёкаев, которая была хорошо принята. Это вызвало бум историй о привидениях в замке, и...

— Сома! Может, хватит пытаться превратить королевскую столицу в логово демонов?!

В конце концов, я получил ещё одну лекцию от Лисии.

*** Фестиваль призраков (взгляд команды республики)

— Оокя-кя! Это становится захватывающим! — Ку наслаждался, глядя на всю эту суету и суматоху фестиваля.

Трио Ку, Тару и Лерина пришли на первый фестиваль призраков Парнама, который спонсировал Сома, в качестве обычных посетителей. Лерина, одетая в короткое чёрное платье с крыльями летучей мыши, растущими из спины, кружилась перед Ку.

— Эй, эй, мастер Ку, идёт ли мне?

На ней был костюм девушки-дьявола. Тонкое платье подчёркивало её фигуру, заставляя Ку неловко отводить глаза.

— Ну... я думаю сойдёт? — Бам! — Ай!

Он повернулся в направлении удара по голове, а там, в остроконечной ведьминской шляпе и чёрном плаще, с немного недовольным видом, стояла Тару.

— За что, Тару?!

— Ты не понимаешь, что чувствуют девушки, мастер Ку. Ты должен смотреть на неё правильно.

— Ты можешь говорить это сколько угодно, но Лерина...

— Теперь больше не просто твой телохранитель? — Тару спросила его с непоколебимым взглядом. Ку потерял дар речи.

Немного раньше свадебной церемонии Сомы, Ку обручился со своими друзьями детства Тару и Лериной. В принципе, это означало, что этот Фестиваль призраков был его первым фестивальным свиданием с двумя его невестами. До сих пор, из-за своих чувств к Тару, даже если он замечал свою привязанность к Лерине, он делал всё возможное, чтобы не смотреть на неё как на девушку. Но теперь, когда он принял её как невесту с благословения Тару, он должен был смотреть на неё по другому.

«Я пытался игнорировать её всё это время... Можно ли теперь винить меня за то, что я сбит с толку?»

Лерина улыбнулась, как будто она могла видеть насквозь то, о чём думал Ку: — Я понимаю, мастер Ку. Вы чувствуете себя смущённым.

— Н-не будь дурой. С чего бы мне испытывать к тебе такое чувство...?

— Хи-хи-хи, можете насладиться видом подольше, знаете ли. В конце концов, я нарядилась, чтобы вы сделали мне комплимент, — сказала Лерина, принимая позу.

— Ох, вот как. Ну показывай! В таком случае, я !

Ку пристально смотрел на Лерину. У неё была красота модели: руки и ноги длинные и стройные, а остальное тело, в общем, было выпукло в нужных местах...

— Вот тебе!

— Ау! Опять, Тару?!

Получив ещё один удар по голове, глаза Ку слегка заслезились, когда он запротестовал против оскорбления, но Тару крепко держала свой посох, сердито глядя в сторону.

— Когда ты смотришь только на Лерину... меня это немного бесит.

— Разве это не звучит бессмысленно?!

— …Я тоже сегодня нарядилась.

— Ты приоделась, да? — сказал Ку, потирая голову. — Ну да, я думаю, что ты выглядишь мило. Обычно ты одеваешься как мальчик, но сегодня ты нарядилась как девочка, пусть и ведьма. Так что не может быть такого, чтобы ты не выглядела мило.

Она немного удивилась, а затем: — ...Спасибо.

Лицо Тару оставалось безучастным, но в выражении её лица, когда она благодарила его, было что-то радостное. Когда она увидела выражение лица Тару, щёки Лерины надулись от недовольства.

— Мург... Как это ты можешь так расхваливать Тару? Ты даже не колебался.

Ку издал свой фирменный обезьяний смех: — Эй, я пытался ухаживать за ней гораздо дольше. Как я могу теперь стесняться этого?

— Чё-ё-ё-ё, так вот как это работает?

— Да. С другой стороны, делать тебе комплименты... Я чувствую, что ты бросишь на меня самодовольный взгляд, поэтому мне кажется, что это сложно.

— Подожди, что это значит?!

— ...Я отчасти понимаю, к чему ты клонишь.

— Даже ты, Тару?!

Неожиданное предательство Тару привело к тому, что Лерина на этот раз была на грани слёз. Но, увидев Лерину со слезами на глазах, Ку и Тару согласились, что это несправедливо, то как мило она выглядит.

Они посмотрели друг на друга, затем каждый протянул руку Лерине.

— Давай, не хандри вечно. Пойдем, Лерина.

— Фестиваль происходит не каждый день. Мы должны насладиться им.

Посмотрев на предложенные ей руки, Лерина вытерла слёзы и улыбнулась.

— Хорошо! Я бы не хотела, чтобы вы оставили меня позади!

С этими словами она крепко взяла их обоих за руки.

Отношения между тремя друзьями детства казались неизменными, и всё же, возможно, немного изменились... примерно так оно и было.

*** Послесловие

Благодарим вас за покупку одиннадцатого тома «Героя-реалиста». Это Додзёмару, который с некоторым облегчением написал послесловие.

В этом томе рассказывается о том, как дети, Томоэ, Ичиха и Райга, ходят в школу. К ним присоединяется Велза, которая периодически появлялась с первого тома, и новый персонаж, Люси, которая похожа на мини-Ророа. Независимо от того, будет ли это показано в сюжете, я уверен, что Томоэ и её друзья отлично проведут время в школе.

Если бы я хотел рассказать в этом томе что-то другое, то, возможно, альтернативной историей могла стать история о том как «Сома мог пойти в школу».

В конце пятого тома было упомянуто, что Хакуя рассматривал как один из вариантов прекращения постоянных предложений Соме – «отправить его в Офицерскую или Королевскую Академию» (приглашение из Горного хребта Звездного Дракона пришло как раз в это время, поэтому план был отложен, и вместо этого он занялся зарубежными поездками), но это те варианты, которые рассматривал и я.

Я подумал, что история, где он учится в Королевской Академии вместе с Лисией и Айшей, и они набирают туда талантливых людей, может зайти, но поскольку в жанре лайт-новел так много школьных историй, будет трудно выделить эту историю среди других, поэтому я отказался от этой идеи. Но когда я представлял, что было бы, если бы Сома ходил в школу с Лисией и остальными, я подумал, что это вполне осуществимо.

Что ж, пусть Томоэ наслаждается школьной жизнью так же, как и Сома.

Говорят, что школа – это микрокосмос общества.

Думаю, академические сцены, которые переживают Томоэ и её друзья, являются микрокосмом общества Королевства.

Авторитаризм Королевской Академии рухнул, и теперь приветствуются те, у кого есть способности и талант. Дети рыцарей и дворян активно борются за связь с талантливыми людьми и теми, кого можно назвать вундеркиндами. Когда они выйдут во взрослый мир, я думаю, Королевство изменится ещё больше, чем уже изменилось.

Итак, я уверен, что те из вас, кто следит за мной на Pixiv, уже поняли это, но этот том был отделён от истории, происходящей в государстве наемников, Зем, которая первоначально была частью этого тома.

В веб-версии следующей арки было много мест, где я срезал углы, поэтому я пользуюсь возможностью переработать её для книжного издания. Чтобы сделать полноценный том, нужно написать много нового материала, а это требует больше времени, чем обычно, поэтому прошу простить меня, так как я подозреваю, что выход следующего тома займёт больше времени, чем обычно.

Итак, я благодарю иллюстратора Фуюки, Сатоси Уэду за адаптацию манги, моего редактора, дизайнеров, корректоров и всех, кто сейчас держит эту книгу в руках.

Это был Додзёмару.

____________________

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

Я выросла, наблюдая за его большой спиной...

Мой отец был большим человеком, но вещи, которые он нёс на своих плечах, заставляли его казаться ещё больше, чем он был на самом деле. Он нёс на своих плечах страну и людей, которые в ней жили, противостоя нашим врагам, служил королевской семье на уровень выше себя и своей собственной семьи.

Отец верил, что они защитят нацию, а защита нации, в свою очередь, защитит его собственную семью. Он был неуклюжим и не проводил много времени дома, но, будучи его дочерью, я всё равно гордилась им. Гордилась его большой спиной – спиной человека, на которого все полагались и которого все уважали.

Когда он сражался, защищая что-то, его боевое мастерство одолевало любого противника. Я восхищалась им и стремилась сама стать такой же. Именно это желание однажды стать такой же, как он, привело меня на путь воина. Сначала отец не одобрял, что такая женщина, как я, стремится к силе, но когда я попросила его научить меня, он искренне согласился. Он обучал меня и позволял смотреть, как он руководит своими войсками.

Он никогда не был многословен, но я чувствую, что он рассказывал мне множество историй во время наших спаррингов. По началу он просто наносил мне удары, но каждый раз, когда он сдерживался чуть меньше, мне казалось, что он хвалит меня, говоря: «Ты стала сильнее». Но на самом деле он никогда не говорил этого вслух...

В итоге мне не удалось победить его ни разу, но всё же, думаю, я оказалась сильна сама по себе. Но теперь... отца, который научил меня жить как воин, больше нет.

Он был схвачен как предатель и умер в тюрьме. Отец поднял восстание против королевской семьи, которую он так любил и уважал, ради служения которой он поставил на карту свою жизнь, и был схвачен в ходе последовавшей войны. Он покончил с собой. Слава, которую он создал, была потеряна, и всё, что осталось, – это позор этого предательского поступка.

Я была на чужбине, когда я узнала о судьбе своего отца. Видите ли, перед тем как поднять восстание, он отрёкся от нас «своей семьи» и выслал нас из страны. Вероятно, это было сделано для того, чтобы в случае провала восстания... нет, потому что он знал, что восстание провалится, и не хотел, чтобы мы несли ответственность за его действия. Возможно, мать чувствовала его мрачную решимость, потому что повиновалась ему, не позволяя ему увидеть её слезы. Я была готова остановить отца, даже если для этого пришлось бы сражаться с ним, но неожиданная атака лишила меня сознания. Когда я пришла в себя, я уже была за пределами страны и не могла вернуться.

Когда я получила известие о кончине отца, я плакала. Горя хватило и на долю моей матери, но она стойко держалась, не проронив и слезы. Затем, выплакав всё сердце, я взяла себя в руки. Я хотела узнать, что на самом деле хотел сделать мой отец. Несмотря на то, что переход трона из рук в руки был ужасно неожиданным, я не могла представить, что мой отец, столь преданный королевской семье, мог начать восстание.

Я не знала, каким был новый король, его кажется его звали Сома, но с ним была принцесса Лисия, о которой мой отец заботился так же, как и обо мне. Принцесса поддерживала короля Сому и отправила несколько писем отцу с просьбой обсудить всё с ним напрямую. Но отец так и не ответил. Тогда он начал восстание, и даже дошёл до того, что сделал принцессу своим врагом.

Никто из тех, кто знал моего отца, даже представить себе не мог, что он совершит подобное. Он никогда бы не подверг принцессу опасности. Поэтому я знала, что за восстанием отца должен быть какой-то тайный мотив. Я хотела узнать, что это было. Как его дочь... Дочь Георга Кармина.

***

Имя отца прославилось на всю землю как воина с выдающимися способностями. герцогство Кармин в основном состояло из земель, отвоёванных у королевства Амидония, когда у власти находился отец королевы Элисии, король за два правления до короля Сомы. Этими захваченными землями, всё ещё населёнными их бывшими гражданами, не мог править несерьёзный человек. Само собой разумеется, что мой отец, глава дома Кармин и избранный правитель герцогства, не был обычным человеком.

После смерти короля разразился кризис престолонаследия, в результате которого леди Элисия осталась единственной представительницей королевской семьи. Именно тогда её муж король Альберт занял трон. Отец долгое время дружил с королем Альбертом и очень доверял ему.

Его уважали люди и боялись амидонцы. Таким был мой отец, Георг Кармин.

6-й месяц, 1545-й год по континентальному календарю

Это произошло примерно за год до того, как был призван король Сома.

Когда твои владения граничат с враждебным государством, никогда не знаешь, когда ты можешь оказаться в огне войны. На самом деле Рандел, центральный город герцогства Кармин, находился так близко от Вана, столицы княжества Амидония, что можно было сказать, что они находятся прямо перед носом друг у друга. Из-за этого на границе постоянно находились войска, которые внимательно следили за любыми действиями другой стороны. Хотя это, возможно, и помогло предотвратить крупные конфликты, стычки на границе всё равно случались часто.

Во времена правления короля Альберта, они оскорбили нашу страну, считая её «миролюбивой», хотя это и не было далеко от истины. В тот день поступили сообщения о небольших столкновениях возле моста, расположенного недалеко от границы. Отец взял своего второго помощника, сэра Беовульфа, и помчался верхо́м на место происшествия. Поскольку я настояла на этом, мне тоже разрешили сопровождать их.

— Хотя, согласно докладу, погибших не было, была использована магия, и есть раненые. В настоящее время силы с обеих сторон смотрят друг на друга с противоположных концов моста, — Беовульф докладывал о ситуации, пока мы ехали к месту событий.

— Обе ли стороны использовали магию? — спросил отец.

— Да, сэр, — Беовульф кивнул. — Похоже, так оно и есть.

— ...Тогда всё в порядке, — вздохнул мой отец. — Если наши силы будут атаковать их слишком сильно, мы можем закончить тем, что нам придётся давать княжеству оправдания, которые сейчас давать не обязаны.

Лично меня этот ответ не удовлетворил.

— Отец, почему мы должны проявлять такое внимание к княжеству? Разве их страна не обладает лишь половиной той силы и войск, что и наша? — утверждала я.

— Леди Мио, это...! — Беовульф попытался что-то сказать, но отец поднял руку, чтобы заставить его замолчать.

— Мио, ты только что говорила о силе и численности войск.

— Да.

— Как ты думаешь, может ли это королевство позволить себе сейчас сражаться с княжеством? — спросил он, наблюдая за моим ответом.

— Ты имеешь в виду продовольственный кризис? Я считаю, что наши оппоненты в равной степени страдают от этого.

— Это не только продовольствие, — опроверг он. — Раны, оставленные кризисом престолонаследия, ещё не зажили. Семена недовольства пустили корни среди членов благородных и рыцарских классов.

— Ты имеешь в виду, что некоторые предадут нас, чтобы присоединиться к княжеству?

Это было абсурдно. Княжество, должно быть, ещё больше пострадало от нехватки продовольствия – у них почти не было плодородных земель. Конечно, никто не стал бы дезертировать в такую страну.

Так я думала, глядя на отца, но он только снова вздохнул: — Нет, они не могут открыто предать нас. Однако вполне возможно, что они могут проявлять нерешительность в сотрудничестве, сливать информацию врагу, не отправлять необходимую помощь нашим союзникам или намеренно задерживать выполнение приказов.

— Они будут участвовать в таких... детских шалостях? — укорила я.

— По отдельности эти мелкие предательства могут быть несерьёзными. Но когда многие из них накладываются друг на друга, они сотрясают каркас нашей страны. Альберт... Его Величество сейчас отчаянно работает над тем, чтобы держать их в узде.

— ...Ты хочешь сказать, что Королевство сейчас не может выступить единым фронтом против Княжества?

Отец кивнул и подтвердил: — Поскольку Его Величество женился и вошёл в королевскую семью, подавление этого недовольства – лучшее, что он может сделать. Если мы хотим снова сделать эту страну действительно единой, нам придётся рассчитывать на следующее поколение.

— Следующее поколение... Ты имеешь в виду принцессу Лисию? Я слышала, что она очень мудра.

— Хотя иногда она бывает непрогибаемой и слишком активной, — сказал отец с язвительной улыбкой на лице.

Несмотря на своё воспитание, принцесса Лисия окончила Офицерскую Академию и теперь училась у моего отца во время службы. Из-за того, как отец относился к королевской семье, мне казалось, что его отношение к ней было более отцовским, чем ко мне, своей настоящей дочери. Когда-то давно я была расстроена из-за этого и подняла этот вопрос в разговоре с мамой. Она хорошенько посмеялась над этим.

«Легче быть открытым в своих чувствах и любить дочь из другой семьи. Там нет обязанности быть родителем. Ты поймёшь, когда вырастешь», вот что она мне сказала.

Тогда я не могла этого понять, но со следующего дня время, которое отец посвящал моему обучению, стало немного больше. Должно быть, мама рассказала ему о моих чувствах. Он ничего не сказал об этом, но, видимо, решил, что продление обучения будет его ответом. Именно тогда я поняла, что мой отец был неловким человеком.

Но принцесса Лисия? Хотя мы обе учились у моего отца, из-за моего положения наследницы дома Кармин, он не хотел, чтобы я слишком увязывалась с военными, поэтому я почти не общалась с ней. Я невероятно завидовала тому, что она работает рядом с ним.

— Сейчас он появится, — позвал нас Беовульф. Его слова привели меня в чувство.

Вдалеке, по обе стороны моста, стояли стражники и смотрели друг на друга. Настроение было настолько напряженным, что если бы кто-нибудь из солдат выхватил меч или даже бросил камень, это могло бы вызвать новую стычку.

— О, герцог Кармин.

Заметив прибытие моего отца, солдаты Королевства расступились, чтобы открыть ему дорогу. Похоже, что представитель княжества тоже только что прибыл. Когда мы коснулись земли у моста, со стороны княжества появился красивый молодой человек с холодными глазами. Он подошел к нам со стороны княжества в сопровождении крепких воинов.

— Вы, должно быть, сэр Георг Кармин, — сказал молодой человек, глядя на моего отца. — Я – Юлий, наследный принц Амидонии. Именем моего отца я прибыл, чтобы подавить эти беспорядки.

Если он был наследным принцем, значит ли это, что он сын Гая VIII, нынешнего суверенного принца Амидонии? Похоже, поскольку столица находилась так близко отсюда, член княжеской семьи прибыл, чтобы лично разобраться в ситуации.

— Действительно, я Георг Кармин, — ответил отец. В его голосе чувствовалось торжественное достоинство, но Юлий никак не отреагировал на это.

— Это пустая трата времени, поэтому я хотел бы перейти к делу, — бесстрастно и бюрократично произнес Юлий. — Наша страна в данный момент не намерена нападать на вашу. Мы рассматриваем это столкновение как результат того, что солдаты вышли из-под контроля. А вы?

Несмотря на то, что солдаты были ранены с обеих сторон, его слова были такими же холодными, как и его глаза. Тем не менее, отцу не потребовалось много времени, чтобы ответить.

— ...Мы придерживаемся того же мнения.

— Тогда могу ли я попросить, чтобы обе стороны отвели свои войска?    — Хорошо.

— Отец! — воскликнула я. — Ты действительно не против? Есть раненые люди. Если мы не проясним, кто виноват, то...

— Отставить, Мио, — Отец бросил на меня пронзительный взгляд.

Я сглотнула и проглотила остаток слов.

— Хмф, — фыркнул Юлий. — Если бы мы пытались приписать себе вину, спор продолжался бы вечно. Это пустая трата времени. Искры недовольства всегда тлеют внутри нас.

В глазах Юлия была заметна враждебность. Отец быстро шагнул вперёд и сказал: — Это правда. Я сомневаюсь, что кто-то из нас желает тотальной войны.

—......! — Его тон не был угрожающим. На самом деле, он говорил тихо. И всё же, я могла сказать, что вес присутствующего достоинства отца заставил Юлия сглотнуть: — Понятно... Мы будем осторожны, чтобы не вызвать ни одной неприятности.

— Да. Мы оба должны быть такими.

Отец и Юлий пристально посмотрели друг на друга, затем каждый повернулся спиной к другому, как бы говоря, что дискуссия окончена. Пока что мы избежали тотальной войны, поэтому раненых с обеих сторон унесли на лечение.

Вдруг со стороны княжества выбежал одинокий молодой человек.

— Пожалуйста, подождите! — закричал он.

Мужчина, не носящий ни доспехов, ни униформы, был высоким и долговязым, и у меня сложилось впечатление, что это какой-то бюрократ.

— Колберт, — Юлий нахмурил брови, глядя на него. Его лицо, казалось, говорило: «Почему ты здесь?»

Человек по имени Колберт бросился к отцу и сложил перед ним руки: — Я – Гэтсби Колберт, чиновник, отвечающий за финансы княжества Амидония.

— ...Хм, — отец повернулся и посмотрел вниз на Колберта. — Я Георг Кармин. У вас есть ко мне какое-то дело?

— Ах...!

На мгновение Колберт, казалось, струсил от атмосферы, которую излучал такой воин, как мой отец, но он набрался мужества и посмотрел в львиные глаза моего отца.

— В-ваша атака разрушила эллинг, используемый жителями наших владений! Наши рыбаки полагаются на него ради своего существования, и мы требуем компенсации!

— ...На каком основании вы утверждаете, что это было сделано нами? — спросил отец.

Колберт достал из кармана лист бумаги: — Мы подтвердили, что на месте происшествия имеются рваные раны, вызванные магией ветра. Среди наших пограничников могут быть люди, использующие магию огня или земли, но у нас нет людей, использующих магию ветра. Более того, наши солдаты подтвердили, что люди на вашей стороне использовали магию ветра.

Отец спокойно просмотрел представленные материалы, затем фыркнул: — ...Ладно. Мы заплатим за ремонт эллинга.

— Спасибо. Вы не возражаете, если мы составим смету расходов?

— Я доверюсь вашему суждению.

— Понятно.

После обмена этими словами отец вернулся, и я спросила его: — Это нормаьно? Ты так легко признал свою вину?

— В глазах этого молодого человека не было враждебности по отношению к Королевству, — сказал отец, немного посмеявшись, — он просто думал о тех, кому причинили боль. Даже под моим взглядом его взгляд оставался непоколебимым. У него хватило воли посмотреть мне в глаза. Это доказательство того, что ему нечего скрывать.

Отец скрестил руки и смотрел, как Юлий и Колберт уходят бок о бок.

— Наследный принц – расчётливый правитель, умеющий прагматично решать вопросы, а бюрократ не боится высказывать своё мнение даже военным. Амидония также произвела на свет несколько многообещающих молодых людей. Кажется... мы не можем позволить себе ослабить бдительность.

Именно тогда в моих глазах загорелся образ тех мужчин, на которых мой отец смотрел с почтением.

— Мио, я слышал, у тебя были проблемы с концентрацией на уроках по управлению владением, — на обратном пути отец окликнул меня.

— Уркх... признаюсь, это не лучший мой предмет...

— Вздох... ты хотя бы неплохой воин.

Мне было приятно, что он признал во мне воина, но этот вздох заставил меня почувствовать, что меня отчитывали за мои недостатки – это было ужасно противоречиво.

— Трудно быть владыкой большого домена, когда все твои навыки относятся к боевым. Мой собственный отец всегда говорил мне об этом.

— Дедушка сказал тебе такое?

— Да. Было время, когда мои навыки были чисто боевыми. Я опирался на свою жену в поисках поддержки, и за долгое время я привык к этому, но... похоже, моя кровь густо течёт в твоих жилах.

— ...Мне жаль.

Мать была женщиной очень мудрой, и поскольку отец по долгу службы часто отсутствовал дома, именно она занималась административной стороной дела. Мне часто говорили, что я похожа на маму в молодости, но я, очевидно, не унаследовала её склонности к домашним делам.

— Если придётся, что ж, найду мужа, который сумеет справиться с внутренним управлением! — сказала я.

— ...Да, я подозреваю, что так оно и будет, — отец посмотрел на небо. — Я молюсь, чтобы это был бюрократ с характером, похожий на этого молодого человека.

Услышав в голосе отца нотки покорности, я не смогла ничего сказать. Сэр Беовульф слушал наш обмен мнениями, и на его лице появилась улыбка, пока он подавлял смех.

***

Однако день, когда я унаследую герцогство Кармин, так и не наступил. С тех пор прошло три года.

— Я ухожу, мама, — сказала я, пристегнув к спине два длинных меча и держа под мышкой шлем на всё лицо.

Мама посмотрела на меня немного обеспокоенным взглядом. Положив одну руку на щёку, она вздохнула: — Мио... нет необходимости подвергать себя опасности из-за него. Я уверена, что он тоже не хотел бы этого.

— ...Может, и нет. Но я не хочу оставлять всё так, как есть, — я положила руку на плечо матери, когда её львиный хвост поник. — Неважно, чем всё закончилось, я верю, что отец сражался со всей своей решимостью. Вот почему я хочу знать правду. Если я узнаю, что он действительно хотел победить нынешнего короля, тогда...

— Мио, твой отец не хотел, чтобы мы были втянуты в это...

— Я знаю. Но я уже приняла решение, — ответила я ей, глядя в её глаза.

Вздохнув ещё раз, она сказала: — Если ты решила что-то сделать, ты не сможешь отступить. Это упрямство, должно быть, досталось тебе от отца.

— Конечно. Я ведь его дочь.

— Понятно... — мать опустила голову. — ...В таком случае, делай, что хочешь.

Она снова посмотрела на меня, теперь уже с блеском силы в глазах.

— Я приму любой результат, который принесёт твоя решимость. Ты говоришь, что твоё своеволие обусловлено его кровью, тогда знай что моя решимость и вера в тебя мои собственные. Я решила отпустить тебя, как его жена и как твоя мать.

— Мама... — я почувствовала, как что-то тёплое поднимается в моей груди, и слезы почти начали литься из глаз. Я надела шлем, чтобы прикрыть лицо, и повернулась к ней спиной.

— Клянусь, я выйду победителем. Тогда моё желание будет исполнено.

— ...Пожалуйста, просто не бери на себя больше, чем можешь осилить, Мио.

С этими словами мамы я вышла из дома.

__________________________________________________

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

Конец 8-го месяца 1548-го года по континентальному календарю – замок Парнам.

— Хорошо, Казуха. Скажи «а-а-а», — я поднёс маленькую ложку к её рту. «Ням».

Это был вечер одного из продолжающихся жарких дней. Мы с Лисией были в её комнате, кормили близнецов. Игрушки Казухи были в слюнях, и она грызла практически всё, но, когда дело дошло до детского питания, она не стала бы есть, пока я не положил бы его ей в рот. Тем не менее, как только она брала его в рот, она улыбалась и ела его, даже если при этом она создавала большой беспорядок. Может быть, ей просто нравилось, когда её кормили. «Я никогда не знаю, о чём думают дети... Но они милые».

Теперь, когда мы кормили их детским питанием, я мог даже помогать кормить близнецов. Хотя, по словам доктора Хильды, лучше всего давать им грудное молоко после того, как они съедят детское питание, в качестве добавки к питанию, поэтому рядом со мной Лисия кормила грудью Сиана.

Прошло около восьми месяцев с момента рождения близнецов, и у них обоих были головы, полные волос такого же цвета, как у Лисии. Они уже умели ползать, а Казуха, в особенности, постоянно куда-то уползала, что заставляло Лисию и Карлу беспокоиться.

Тем временем Сиан, несмотря на то, что научился ползать, был в целом более спокоен, играя с мягкими игрушками в виде животных и деревянными блоками. (Я боялся, что он может их проглотить, поэтому сделал набор очень большого размера). Он сидел, переворачивал их, смотрел на них, стучал по ним, облизывал закругленные углы блоков и слегка пожёвывал уши своих плюшевых животных. Cиан не выглядел энергичным ребёнком, но Казуха была полной противоположностью. Она набрасывалась на него и переворачивала, или каталась на нём верхом, как черепашка на спине черепахи-родителя. Когда наступала ночь, они оба крепко спали.

Когда я закончил кормить Казуху, я спросил Лисию: — Она закончила есть. Ты уже готова?

— Да. Думаю, Сиан уже наелся. Давай обменяемся.

— Хорошо.

Я забрал Cиана у Лисии, а взамен передал ей на руки Казуху. Казуха сразу же начала сосать грудь Лисии, как будто у неё был отдельный желудок для молока. Тем временем Сиан, который был уже сыт, начал дремать.

— ...Ешьте хорошо, спите хорошо и растите здоровыми.

— Хи-хи, ты говоришь, как настоящий отец, — хихикнула Лисия.

— Ну, да, я настоящий отец этих детей, — пока мы делили мирное мгновение, я вздохнул. — Но я не смогу видеться с ними какое-то время после этого?

— ...Ты ведь едешь в другую страну?

Я кивнул и сказал: — Я получил приглашение перед свадьбой. Я мог бы отказаться, но... я боюсь оставить этот вопрос нерешённым. У меня есть и другие причины пойти, так что в конце концов...

— Я бы хотела пойти с тобой, но не могу, верно?

— ...Да. Когда я думаю о том, что может произойти в худшем случае...

— Я понимаю, но... это, конечно, расстраивает, — сказала Лисия, опустив голову. — Честно говоря, этот вопрос должна решать я. Как человек, который был его учеником.

Обняв её, я прошептал: — Я не могу взять тебя с собой из-за детей. Мы, конечно, примем все меры предосторожности, но это чужая страна, мы не можем быть уверены, что всё пройдёт как нужно.

— Точно...

— Ну, я думаю, в этот раз это займёт максимум неделю. Я сделаю всё возможное, чтобы решить вопрос, который тебя тоже беспокоит.

— ...Не будь безрассудным. Ты должен вернуться в целости и сохранности ради детей.

— Я знаю.

После этого мы ещё некоторое время наслаждались близостью друг к другу.

***

На следующий день в офисе по правительственным делам в замке Парнам.

— Великий турнир боевых искусств в Земе? — спросила Айша, как бы выступая в роли представителя всех собравшихся здесь. В комнате было семь человек: я, три мои королевы, Айша, Ророа и Надин, премьер-министр Хакуя, мой личный тренер и советник Оуэн и отец Хэла, Глейв Магна.

Если не брать в расчет Лисию, которой я рассказал об этом вчера, Джуна отсутствовала здесь потому, что я отправил её в Лагуна-Сити. Морское государство к востоку от нас, Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, в последнее время стало более активным, и Эксель собирала информацию о причинах этого.

«Я хотел бы сосредоточиться на востоке, но теперь и запад...» Пока я об этом думал, Ророа скрестила руки и сказала: — Я уже слышала о таком. Вся страна участвует в проведении турнира.

Государство наёмников Зем было основано и возглавлялось командиром наёмников, которого звали также Зем. Это была сильная страна. Их местность была ещё более гористой, чем в регионе Амидония, и у них были наёмные войска (что было просто названием для их национальной армии), которые могли отразить любое иностранное нападение. Они провозгласили вечный нейтралитет и в то же время зарабатывали иностранную валюту, заключая контракты с другими государствами на отправку наёмников. В некотором смысле их можно было бы справедливо назвать военным государством.

В моей памяти ещё был свеж тот факт, что во время восстания, устроенного Георгом Кармином, коррумпированные дворяне наняли земовских наёмников. Хотя, как бы они ни были загнаны в угол, лучшее, кого они могли нанять, – это третьесортные наемники, за которых давали небольшой выкуп. Позже Хакуя сказал мне: «Если бы пришли элитные силы Зема, это не закончилось бы таким маленьким наступлением».

— Зем не из тех, кто проводит фестивали из года в год, как это делаем мы, поэтому им придётся вложить в этот турнир много страсти, — продолжала Ророа. — Купцы будут там, и деньги тоже будут перемещаться из рук в руки.

— Хотя, наверное, не стоит использовать нас в качестве базы для сравнения.

С тех пор как мы приняли все религии королевства в качестве национальных религий и превратили их праздники, такие как Праздник объявления весны, в главные события, мы стали праздновать гораздо больше. Из месяца в месяц всегда что-то происходило.

Айша склонила голову набок и спросила: — Хм... Значит ли это, что мы участвуем в этом турнире?

— Ах, нет, нет. Нынешний король наемников, Гимбал де Зем, прислал приглашение приехать посмотреть финал. Правда, это приглашение пришло до свадьбы, — я положил перед всеми полученное письмо. — Это было доставлено Оуэну и Герману, которые следили за западной границей, пока мы были в Союзе Восточных Наций. Верно, Оуэн?

— Да, сэр, — Оуэн торжественно кивнул мне. Обычно старик был энергичен до раздражения, но сегодня он говорил мало, и его бледность казалась не очень хорошей. Я знал почему, поэтому решил не затрагивать этот вопрос.

— Хакуя, как ты думаешь, что король Зем намеревается сделать?

— Он хочет возобновить дипломатические отношения с нашей страной после того, как мы расторгли контракт с их наёмниками. Чтобы добиться этого, он хочет показать, насколько сильны его наёмники.

— Значит, это демонстрация силы?

— Да. Лучшим результатом для него было бы заставить нас заключить еще один контракт, но, если этого не произойдет, он хочет продемонстрировать силу своей страны и показать нам, каким страшным врагом они могут быть.

— Дорогой отправляется в страну, с которой у нас даже нет дипломатических отношений, только ради этого? — вклинилась Ророа, звучащая невесело. — Разве ты не можешь просто проигнорировать его?

— Ну, игнорировать его напрямую было бы проблемно, но я планировал вежливо отказаться. Просто... некоторые обстоятельства сложились так, что это больше не вариант, — сказала я, опустив плечи. — Прежде всего, проблема в человеке, который доставил приглашение.

— Человек? Кто?

— Мио Кармин. Она дочь бывшего генерала армии Георга Кармина.

— Что?! Леди Мио, говоришь?! — воскликнул Глейв.

Во время восстания Глейв, который вместе с Беовульфом был правой и левой рукой Георга, был послан помочь разобраться с делами, когда всё закончится. Я доверил ему старый замок Георга в Ранделе, а также часть его бывших владений. Однако, даже получив замок Рандел, Глейв не решился там жить, а стал править из особняка в замковом городе. Я воспринял это как доказательство того, что его уважение к своему бывшему командиру не ослабло.

Когда прозвучало имя единственной дочери Георга, Глейв, казалось, потерял самообладание. Он набросился на Оуэна, который принимал письмо: — Сэр Оуэн. Вы уверены, что посланником была леди Мио?!

— ...Почти уверен. Посланник был рыцарем, у которого был хвост, обозначавший её как зверя-льва, и она несла на спине два длинных меча. Я узнал и то, как она действовала.

— Как это могло случиться...? — Глейв прижал одну руку ко лбу.

Георг разорвал связи с женой и дочерью, чтобы они избежали ответственности за его восстание, и заставил их покинуть страну. Чтобы исполнить его желание, я никогда не искал их обоих. Если бы их местонахождение было обнаружено, нашлись бы желающие избавиться от них, пока другие не попытались использовать их в своих корыстных целях.

Но теперь, когда его дочь предположительно оказалась в Земе, я задался вопросом, из всех мест, что привело её именно туда. Глейв не мог не беспокоиться за неё. И, к несчастью для него, было больше информации, вызывающей беспокойство.

— Что касается Мио, она, по-видимому, проложила свой путь в финал Великого турнира боевых искусств.

— Она что?!

— Это впечатляет, но... в чём проблема? — Надин склонила голову набок. — Если бы она пряталась в стране с обидой на тебя... Я бы поняла, что вы рассматриваете это как угрозу, но её участие в турнире боевых искусств в другой стране даже не должно быть проблемой.

Вопрос Надин был вполне ожидаем. Но всё было не так просто.

— Это связано с особой ситуацией внутри Зема, — сказал я. — Хакуя, объясни, пожалуйста.

— Как пожелаете, — Хакуя встал перед картой на стене и указал на Зем. — Думаю, вы все знаете, что их страна была основана Земом, которого называли Королём Наёмников. Во времена хаоса на континенте, когда император Манас поднял Империю Гран-Кэйос, правители многих городов боролись за гегемонию на этой земле.

— То есть, это было похоже на теперешний Союз Восточных Наций?

— Да, похоже на это. Это была страна, склонная к конфликтам, поэтому те, кто не мог найти работу или потерял свои дома в огне войны, выживали, работая наёмниками. Когда различные лорды начали собирать этих «продающихся мечей» для участия в своих войнах, это положило начало индустрии наёмников.

Я был впечатлён объяснением Хакуи. Так вот какая история за всем этим стоит.

— Но... — продолжал Хакуя, — наёмники того времени были чем-то вроде боевых рабов, которых выбрасывали по прихоти. Люди страдали под тяжестью войны, а наёмники были недовольны тем, что с ними обращаются как с расходным материалом. Посреди всего этого появился Зем, с редкой способностью командовать людьми, и собственными боевыми навыками, которыми можно было гордиться. Он поднял угнетённых наёмников на восстание, захватывая города один за другим, и построил для всех них независимое государство.

Это была захватывающая серия событий, похожая на сюжет фильма. На самом деле, существовала драматическая постановка под названием «Хроники Зема», и, судя по всему, она была довольно популярна. Когда я услышал эту историю, мне пришло на ум то, как люди следуют за Фугой. Должно быть, Зем был великим человеком такого же калибра.

Хакуя продолжил объяснять: — Из-за того, как была основана страна, такое качество, как «быть сильным», они ценят выше любого друго.

— О, эй, это не так уж отличается от национальных ценностей в Амидонии, а? — сказала Ророа.

— Да, — Хакуя кивнул. — Но я бы добавил, что если Амидония считала: «Мы должны быть сильнее тех, кто причинил нам зло, чтобы мы могли отомстить», то Зем верит скорее в то, что «Если ты силён, любое твоё желание будет исполнено».

— Если ты силён, то любое твоё желание будет исполнено? Не слишком ли это простовато...? — Айша склонила голову набок, но Хакуя просто пожал плечами и продолжил.

— Они считают, что Зем построил страну на силе, и именно так он стал королём. Им следовало бы сосредоточиться на харизме, которая позволила ему объединить непокорную банду наёмников, но... что ж, полагаю, с этим ничего не поделаешь.

— Это вопрос того, как сами люди видят вещи, — добавил я.

Айше показалось, что она поняла, и она кивнула: — По-онятно...

— Эта идея наиболее просто демонстрируется в призе за победу в Великом турнире боевых искусств, — сказал Хакуя. — Приз – это «право на исполнение твоего желания».

Когда они услышали, что приз – это право на исполнение желания, все просто уставились на него. Когда я сам услышал об этом в первый раз, я был ошарашен, подумав, что это ужасно расплывчатый приз. Но когда я услышал подробности, я был потрясён тем, насколько нелепой была эта страна.

— Очевидно, что это должно быть желание, которое можно исполнить. Они не могут исполнять невозможные желания, например, возвращать мёртвых к жизни. Однако если это желание, которое могут исполнить люди, они могут его исполнить. Например, если вы пожелаете «денег», они заплатят победителю до установленного предела. Если вы пожелаете «женщин», вы можете буквально взять в жёны любую женщину, какую захотите.

— Быть не может!

Девушки выглядели сердитыми. Наверное, им было жаль женщин, вынужденных выйти замуж за нелюбимого мужчину. Но ведь возможно и обратное. Если женщина выиграла, мужчина может быть вынужден жениться на ней. Когда я смотрел на таких влиятельных женщин, как мои собственные жёны, мне приходилось задумываться, много ли таких примеров было в прошлом. Однако, не желая ворошить осиное гнездо, я не стал поднимать эту тему.

— Одним из возможных желаний также является «стать королём».

— Что, они тоже могут стать королём?! — спросила Айша.

— Да. Как я только что сказал, страна ценит силу. Народ хочет, чтобы король Зема был самым могучим из всех воинов. Для этого каждый, кто хочет стать королём, может получить в качестве приза право бросить вызов нынешнему королю. Если ему удастся победить его, претендент восходит на трон как новый король и наследует фамилию Зема.

— Невероятно... — они действительно были страной, которая признавала грубую силу как способ смены политических режимов. Я слышал, что их нынешний король, Гимбал де Зем, взошёл на трон именно таким образом. Хотя он носил фамилию Зема, он не имел кровного родства с первым королём наемников.

— Удивительно, что они могут так управлять государством, — Глейв скрестил руки и застонал.

— Похоже, что король контролирует только военные и внешние дела, а внутренними делами занимается бюрократия, — ответил Хакуя. — Даже если короли меняются, бюрократы не меняются, поэтому они в состоянии поддерживать нормальную работу.

— Но, в таком случае, не сможет ли бюрократия стать слишком могущественной?

— Поскольку сила ценится так высоко, бюрократы вроде меня – низшие из низших, и они работают на них, как на рабы. Я слышал истории, когда бюрократ занимался коррупцией, и Король Наемников лично приходил к нему домой и убивал его вместе со всеми его подчинёнными.

«Что за хрень? Это похоже на что-то из «Освобождённого ***пистолета». Не, я полагаю, он был бы «Освобождённым королём наёмников».

— Но что, если победит плохой парень? Можно ли позволить такому человеку стать королём? — спросила Надин.

Хакуя кивнул. — Да. Пока требуется просто победить, любой человек может стать королём. Однако, если он будет слишком злым, то он низвергнет себя в мгновение ока.

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Поскольку это страна наемников, у людей сильно развито чувство независимости, и восстания происходят легко. Если король слишком тираничен, его быстро свергнут. Даже если у него самые сильные воины, они не смогут справиться с постоянными восстаниями в одиночку.

— Ну, если они выиграют, то смогут исполнить своё желание, в пределах допустимого, так что никто не захочет быть королём имея множество ограничений, — прокомментировал я. — Они навлекут на себя много проблем.

— Хм, это довольно хорошая система, — ответила Надин, звуча впечатлённой.

Но так ли это на самом деле? Мне казалось, что эта страна существует на вершине хрупкого равновесия. При определенном толчке всё это может развалиться на куски. Но даже без всякого толчка, меняющееся время может в конце концов разрушить и этот баланс. Именно так мне казалось. Их страна наверняка будет оставлена позади потоком времени.

Когда я встал, все повернулись ко мне лицом.

— Итак, теперь, когда вы все слышали, вы понимаете, почему мы не можем просто проигнорировать это как простой турнир. К тому же, говорят, что дочь Георга Мио всё ещё участвует в конкурсе.

Все дружно сглотнули. Возможность того, что дочь Георга будет иметь зуб на Королевство и, возможно, исполнит желание, была реальной угрозой.

— В зависимости от того, что она пожелает в случае победы, это может повлиять на нашу страну. Если бы она стала королём, но при этом затаила обиду на Королевство...

— Ты бы получил ещё одно вражеское государство. Каким было наше, — со вздохом сказала Ророа. Я кивнул ей.

— В любом случае, мы не знаем, о чём думает Мио, и это меня беспокоит. Мне нужно отправиться в Зем, чтобы выяснить её намерения, — затем, оглядев своих товарищей, я сказал: — Теперь, что касается того, кто будет сопровождать меня, я хочу максимально ограничить число людей в интересах безопасности и мобильности. Прежде всего, я хочу попросить Аишу и Надин пойти со мной. Скорее всего, я буду рассчитывать на то, что они будут охранять меня.

— Хорошо. Я поняла.

— Вас поняла.

Они обе кивнули. Затем я посмотрел в сторону Глейва и Оуэна.

— Я хотел взять с собой Глейва, чтобы выяснить намерения Мио, поскольку он её старый знакомый. Но мы не можем позволить человеку, управляющему Национальными силами обороны, уехать в то время, когда меня не будет в стране. Вместо него я бы хотел, чтобы с нами поехал Оуэн, который также знает её.

— Да, сэр. Я понимаю.

— ...Я полагаю, что так и должно быть. Не возьмёшь ли ты моего сына или Руби? — спросил Глейв, и я покачал головой.

— Если бы я взял с собой двух драконов, они, скорее всего, не отнеслись бы к этому с пониманием. Я оставляю Руби и возьму с собой Надин. Если Хэл будет один, я не вижу смысла брать его с нами. Его первая жена, Каэде, тоже беременна, так что, думаю, на этот раз обойдусь без него.

— Понятно... Сир, пожалуйста, позаботьтесь о леди Мио... — я видел напряжение на его лице. Он выглядел ужасно обеспокоенным за Мио.

— Я сделаю всё возможное, чтобы решить этот вопрос.

— ...Пожалуйста, сделайте, — Глейв отступил.

— Ах! — Ророа вклинилась, — почему бы тогда не попробовать взять с собой мистера Колберта?

— Колберт?

— Ну, вы же знаете, что княжество Амидония и герцогство Кармин были соседями, верно? Со всеми этими стычками на границе мой брат и мистер Колберт, должно быть, несколько раз встречались с Карминами, чтобы уладить дела.

— О...?

«Враждебные отношения могут создавать неожиданные связи, да?» Если бы у меня были только люди вроде Оуэна, близкие к Карминам, они могли бы смотреть на неё сквозь розовые очки. Если я действительно хотел узнать, о чём думает Мио, лучше всего было бы посмотреть на информацию с разных сторон.

— Я понял. Я возьму Колберта тоже.

— Няха-ха, я буду руководить финансовым отделом, пока мистер Колберт в отъезде, — Ророа радостно улыбнулась. Её финансовое чутьё было на высоте, но она была склонна к принятию рискованных и высокодоходных решений. Я чувствовал, что она хорошо уравновешивает Колберта, который крепче затягивал узел на кошельке, но... всё ли будет в порядке?

— Не делай ничего слишком безумного, хорошо? — сказала я ей. — Не заставляй Колберта плакать, когда он вернётся домой.

— Это всего лишь неделя, верно? Всё будет хорошо.

Можно ли доверять этой невинной улыбке? В любом случае, члены моей свиты уже выбраны, так что...

— И... Хакуя, — обратился я к нему.

— Да, сэр.

— Я бы хотел, чтобы вы занялись подготовкой для «другой причины», по которой мы отправляемся в Зем.

— Да, сэр. Я понимаю, — Хакуя отвесил мне глубокий поклон.

Все приказы были отданы. Теперь оставалось только посмотреть, что Зем выкинет на нас... «Надеюсь, всё это можно будет уладить мирным путём». Я мог только молиться об этом.

__________________________________________________

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

В один из дней 9-го месяца 1548-го года по континентальному календарю

— Вздох... Здесь точно одни горы, — произнёс я, сидя верхом на спине Надин и осматривая местный пейзаж.

Мы находились в небе над государством наёмников Зем, направляясь посмотреть финал Великого турнира боевых искусств. Рядом с нами летела виверна с гондолой, в которой находились Айша и другие члены нашей свиты. Сначала мы с Надин ехали в гондоле, но пейзаж снаружи был настолько прекрасен, что она выразила желание поплавать по небу. В итоге я присоединился к её небольшой прогулке в воздухе.

Видок был поистине захватывающим. Регион Амидония сам по себе был довольно гористым, но горы Зема были большими, высокими и сияли голубым светом, если смотреть на них издалека. На вырубках в горах были поселения, и я увидел, что люди разводят каких-то белых шерстяных животных, похожих на овец или лам. Знаете, я бы не удивился, если бы увидел здесь некую «Девушку Альп».

Я погладил спину Надин и спросил: — Что ты думаешь, Надин? Этот горный пейзаж успокаивает тебя?

— Потому что в горном хребте Звездного Дракона одни горы?

— Да. Вблизи Парнама только горы среднего размера, и они являются источником нашей воды.

— Я никогда не думала об этом, знаешь... Дракул сам по себе плоский, а в горы я ходила только охотиться, в конце концов.

— О, да, — вспомнил я. — Оленье мясо, которое я ел в твоей пещере, было восхитительным.

Его вкус не сильно отдавал дичью, а мясо было мягким. Я бы с удовольствием съел его снова.

— Хехе, хочешь, я как-нибудь ещё поохочусь с тобой?

— Это было бы здорово. Я бы хотел съесть его снова, используя соевый соус и имбирь, чтобы полностью избавиться от привкуса дичи. Только не возвращайся покрытая кровью, хорошо? Если ты вызовешь переполох в замке, меня ждёт долгая лекция от Лисии.

— Поняла... Мне знакомо это слишком хорошо.

Пока мы болтали без дела, вдали показалась наша цель. В горах возвышался старинный замок – это был замок Блан Зем. Кстати, место, на котором находился замок, также называлось Зем-Сити. Здесь же находился и Колизей, где проходил финал.

Имя Зема, как величайшего героя их страны, использовалось на всём, от названия самого города до блюд, которые там готовили. С точки зрения иностранца, это казалось чрезмерным, но это лишь показывало, насколько великим считал народ этой страны первого короля наёмников Зема.

— Могу ли я предположить, что замок – это то место, куда мы направляемся? — спросила Надин.

— Земовская сторона сказала приземлиться прямо во дворе.

— Мы же не собираемся внезапно подвергнуться нападению?

— Скорее всего, они не совершат такую глупость, но... если это случится, давай улетим, — заверил я её.

Со стороны замка к нам направлялся один всадник на виверне. Он подлетел к Надин, а затем выставил вперед руку, приветствуя меня.

— Я полагаю, вы, должно быть, король Фридонии Сома и его свита! — сказал всадник. — Я прибыл по приказу короля Зема, чтобы приветствовать вас! Я проведу вас внутрь, так что, пожалуйста, следуйте за мной!

— Хорошо. Веди.

Мы последовали за всадником на виверне и перелетели через стены замка, чтобы приземлиться во внутреннем дворе. Естественно, противовоздушные орудия не стали в нас целиться. Во дворе не было цветов, только гипсовые фигуры мачо-мужчин и колонны солдат, которые представляли собой гору мускулов, стараясь выглядеть не менее круто.

Я спрыгнул вниз, когда Надин превратилась обратно в свою человеческую форму, а Айша вышла из гондолы виверны, которая приземлилась вместе с нами, и бросилась ко мне: — Ваше Величество, примите все меры, чтобы не разлучаться с госпожой Надин и мной.

— Я знаю... Я рассчитываю на вашу защиту, Айша, Надин.

— Отлично.

Мы сражались с земовскими наёмниками во время битвы против коррумпированных дворян. Не было никакой гарантии, что среди выстроившихся здесь солдат не было тех, кто был вынужден заплатить выкуп за своё освобождение. Кроме того, я поручил старику Оуэну охранять Колберта. Мы взяли с собой и других охранников, а также протащили нескольких членов «Черных котов».

— Дорогу! — раздался голос.

Ряды солдат в зале разделились надвое. Как только они это сделали, через середину толпы прошёл один человек. Это был крупный, мускулистый парень с повязкой на одном глазу. Его телосложение было очень похоже на телосложение Оуэна.

Мужчина встал передо мной и широко раскинул свои большие руки: — Хорошо, что вы приехали в Зем, господин Сома, король Фридонии.

— Вы... сэр Гимбал?

— Действительно. Я – Гимбал Зем.

— Спасибо за приглашение, сэр Гимбал, король Зема.

Я пожал ему руку как представитель группы. Если бы Гимбал захотел, он мог бы легко сломать мою, но он сдержался и оставил всё на уровне несколько крепкого рукопожатия.

Я представил Айшу и Надин Гимбалу: — Господин Гимбал, это мои жёны, Айша и Надин.

— Для меня честь познакомиться с вами, сэр Гимбал, — Айша приложила руку к груди и поклонилась.

Надин сделала то же самое: — Для меня честь познакомиться с вами.

Гимбал, казалось, был впечатлен ими двумя, поглаживая свою короткую козлиную бородку: — Похоже, ваши жёны – сильные и красивые воительницы. Особенно госпожа Айша. Если бы вы приняли участие в турнире по боевым искусствам, у вас был бы некоторый шанс победить. Если вы сможете победить, а затем одолеть меня, вы даже сможете стать королем этой страны.

Должно быть, аура Айши как воина показалась ему весьма возбуждающей, потому что в глазах Гимбала появилось несколько вызывающее выражение. Айша смотрела прямо на него, принимая вызов.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, но я счастлива в Королевстве... на стороне Его Величества, — ответила она. — У меня нет желания, которое я хотела бы исполнить в Земе.

То, как Айша так смело это произнесла, действительно вдохновляло. Она могла быть немного разочаровывающей, когда в дело доходило до еды, но как воин она всегда была такой галантной и прекрасной, что я не мог не влюбиться в неё с головой.

Услышав её ответ, Гимбал от души рассмеялся: — Так и есть? Ну-ну, я вижу, что она тебя очень любит.

— Она слишком хороша для меня.

— Теперь, вы, должно быть, устали, добираясь сюда. Пожалуйста, сначала отдохните в своей комнате.

— Спасибо.

Гимбал дважды хлопнул в ладоши. Когда он это сделал, человек в доспехах вышел из рядов солдат и опустился перед нами на одно колено. Я не мог видеть её лица, но по форме доспехов было видно, что это женщина. Она сняла шлем и взяла его под мышку. Она была немного старше меня, с уравновешенными чертами лица и кошачьими ушами на макушке её грязновато-светлых волос.

— А! Я так и знал...! — воскликнул Оуэн, который был немного в стороне от остальных.

Тогда этот зверочеловек из кошачьих – Мио? Она дочь Георга, Мио Кармин? Половой диморфизм был характерен для многих рас зверолюдей, но эта женщина была намного красивее, чем я мог бы себе представить по суровому львиному лицу её отца.

Гимбал положил руку ей на плечо и сказал: — До завтрашнего финала вы можете проводить время как угодно. Если вы захотите осмотреть город-замок, она будет вашим гидом, так что спрашивайте её. Она участница турнира, но я слышал, что она из Королевства, поэтому я попросил её помочь.

Да, она точно из Королевства...

— Для меня честь познакомиться с вами. Я Мио.

Девушка подняла голову и посмотрела прямо мне в глаза.

— В этом нет никаких сомнений. Это дочь герцога Кармина, госпожа Мио, — сказал Оуэн со страдальческим видом.

После того, как нас проводили в наши комнаты, я собрал своих ключевых компаньонов в комнате, отведенной мне и моим королевам.

— Да, это точно была дочь сэра Кармина. Я неоднократно встречался с ней, — согласился Колберт, так что это более или менее подтвердилось.

Мио, дочь предателя Георга. Если он назначил её нашим проводником, то можно с уверенностью сказать, что Гимбал знал, кто она такая. Было ясно, что Мио что-то замышляет, участвуя в этом турнире. Но зачем Гимбал так поступил, связав нас с ней таким образом? Были ли их планы одинаковыми?

— Что ты думаешь? Колберт? — спросил я Колберта, интеллектуала из группы.

Колберт поднёс палец к губам, размышляя: — Хотя я встречался с ней в прошлом, мы не были друзьями, поэтому я не могу сказать вам, о чём думает госпожа Мио. Но... если бы сэр Гимбал что-то замышлял, от него бы ожидалось проявление какой-нибудь реакции, когда вы с госпожой Мио встретились.

— Реакция? Типа интригующего взгляда, или что-то в этом роде?

— Или натянутая улыбка, может быть. Но я не увидел ни того, ни другого. Вполне возможно, что намерения госпожи Мио столь же непостижимы и для сэра Гимбала, — Колберт скрестил руки и вздохнул. — Даже если она дочь герцога Кармина, госпожа Мио всё равно родом из Королевства. В глазах сэра Гимбала она должна выглядеть подозрительной личностью, которая всё ещё связана с нами. Похоже, госпожа Мио побеждает на турнире, так что, возможно, он организовал вашу встречу, чтобы оценить вашу реакцию?

— Он проверял, не связаны ли мы тайно с Мио? — произнёс я со вздохом. — Ну если это было так... его опасения беспочвенны.

Проверял ли он наши мотивы так же, как мы проверяли его?

— Да, полностью, — Колберт кивнул. — Но это доказывает, что сэр Гимбал тоже не имеет полного представления о намерениях Мио.

— ...Значит, всё сводится к тому, о чём думает Мио?

Если бы она выиграла турнир, то получила бы желание. Но для чего она участвовала в турнире? Какое именно желание она хотела бы исполнить?

— Хм... Если она обиделась на Сому, может, она хочет «голову Сомы»? — Надин сказала это так непринужденно, что я почувствовал холодок на шее.

— Разве Зем может исполнить такое желание?

— Я сомневаюсь, что она может попросить об этом напрямую. Однако, если она попросит трон Зема и победит сэра Гимбала, чтобы стать королевой Зема, она сможет начать войну с нами в любое время, когда захочет. Естественно, исходя из относительных размеров Зема, им будет трудно выиграть войну против нас в одиночку, — таков был трезвый анализ Колберта.

Ну, наша страна координировала свои действия с Империей и Республикой, так что даже если бы она подговорила Лунарское Ортодоксальное Папское государство напасть на нас вместе с ней, мы всё равно смогли бы их отбить. Но, если бы она не нападала напрямую, а разжигала беспорядки внутри страны, предоставляя наемников диссидентам и поощряя террористические атаки, это было бы неприятно.

— Значит, если кто-то из тех, кто затаил злобу на Королевство, завладеет троном Зема, у него будут всевозможные способы преследовать нас, — размышлял я вслух.

— А госпожа Мио вообще обижена на вас, сир? — спросила Айша. — В её глазах было немного решимости, когда она смотрела на вас, но ничего похожего на тёмные эмоции, которые можно было бы ожидать от человека, смотрящего на убийцу своего отца.

— Теперь, когда ты это упомянула... в этом есть смысл.

Если бы там была враждебность или убийственное намерение, такой воин, как Айша, не смог бы этого не заметить. Выражение лица Мио, особенно её глаза, были полны решимости. Я не почувствовал ни гнева, ни ненависти. Когда я встретил Юлия в Ване после войны с княжеством Амидония, его отвращение ко мне было ощутимо. Даже если он держал себя в руках, такие эмоции нельзя было полностью подавить.

— Тогда это ещё больше усложняет задачу. Чего именно хочет Мио?

— У госпожи Мио, как и у герцога Кармина, односторонний ум... — сказал Оуэн с болезненным выражением лица. — Вы можете считать, что она упряма, как и он. Как только она что-то задумает, она сделает всё, чтобы не отступать от намеченного курса. Даже если это будет путь резни, и она может пасть на этом пути...

— ...Эти отец и дочь – пара заноз в шее, — сказал я, почёсывая затылок и пытаясь найти хоть какое-то решение. — Думаю, всё, что остается, это поговорить с ней напрямую. Она, как-никак, наш проводник.

— Ты собираешься позволить ей присоединиться к нам, — спросила Надин, на что я кивнул.

«Односторонний ум», о котором говорил Оуэн, и отсутствие «тёмных эмоций», которое обнаружила Айша, заставили меня поверить, что она не собирается убить меня, как только увидит возможность.

— Каким бы ни было желание Мио, сначала она выиграет турнир, а затем открыто попытается добиться его исполнения. Вот почему я хочу попытаться вести разговор с ней как можно дольше до этого.

— Это не... опасно?

— Не волнуйся, Айша. Я буду постоянно держать тебя и Надин при себе, как средство защиты и спасения, конечно. Если Мио попытается причинить мне вред, ты остановишь её, верно?

— Предоставь это мне, — Айша стукнула себя по груди одной рукой. — Я вижу, что госпожа Мио очень способный воин, но я выиграла свой собственный турнир в Королевстве. Я не позволю ей и пальцем тебя тронуть!

— Ну, если станет совсем плохо, я схвачу тебя ртом и улечу в небо, — Надин положила руки на бёдра и надула грудь. Мои жёны были такими надежными.

Колберт открыл рот, а на его лице появилось задумчивое выражение: — Может, сто́ит мне... немного разобраться в этом?

— Тебе, Колберт?

— Поскольку я из бывшего княжества Амидония, она может относиться ко мне менее настороженно, чем к кому-то из Королевства. Ей было бы проще высказать свои претензии тому, кто также принадлежит к «враждебной» фракции.

Я понял, о чём он говорил. Может быть, так она ослабит свою бдительность.

— Я благодарен, но не надо слишком сильно давить на себя, — сказал я. — Если бы с тобой что-нибудь случилось, то не осталось бы никого, кто мог бы держать Ророа под контролем, понимаешь?

— ...Я могу сказать вам то же самое, сир.

Увидев кривую улыбку на лице Колберта, все кивнули в знак согласия. А? Так вот как они все меня воспринимают? Мне стало как-то неловко, поэтому я громко прочистил горло и снова заговорил.

— В любом случае, никто из вас не должен быть беспечным.

— Да, сэр!

__________________________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

— Город Зем  развивался вокруг Колизея, — объяснила Мио, указывая на возвышающийся Колизей.

Это было массивное, строгое сооружение, напоминающее римский Колизей, по размерам даже больше, чем сам замок Зем. Каменная резьба на стенах тоже была достойна внимания. Тот факт, что подавляющее большинство из них изображало мужчин с мечами, свидетельствовал о вере этой страны в превосходство мускулов над всем остальным.

Айша, Надин, Оуэн, Мио и я спустились в город. Все, кроме меня, были одеты как обычно. Я переоделся во что-то более легкое, как у искателей приключений, я бы  слишком сильно выделялся, если бы надел свою военную форму, как при встрече с сэром Гимбалом.

Мио продолжила свои объяснения, пока мы с трепетом смотрели на величественный Колизей. — Это сооружение появилось еще до прихода к власти первого короля наемников Зема, еще в стране, существовавшей до основания Зема. Наемники, жившие в той стране, имели низкий статус. К ним относились как к военным рабам, и они готовы были отдать свою жизнь за что угодно, лишь бы у вас были деньги. Некоторые наемники, испытывавшие финансовые трудности, были вынуждены ставить свои жизни на кон в качестве гладиаторов в этом самом Колизее.

— Они устроили из этого зрелище? — сказал я. — Понятно... Зем собрал все их обиды вместе и восстал. Они все еще устраивают там подобные бойни?

— Нет. Существует шоу, где люди сражаются с дикими животными и монстрами подземелий, которых поймали другие, чтобы доказать свою силу, но между людьми больше нет смертельных боев, — ответила Мио. — Самое худшее, что мбывает, что кто-то увлекается и убивает своего противника во время Великого турнира боевых искусств.

Она отвечала на вопросы. Я не почувствовал никакой враждебности в ее словах или отношении.

— Битвы между людьми и животными пользуются популярностью, и зрители приезжают со всего континента, чтобы посмотреть на них. Самая популярная - битва между наемниками и драконом, который ходит по земле.

— Дракон, который ходит по земле?

— Это разновидность виверн, которые отказались от неба, чтобы бегать по горам. Их называют «земляными драконами» или «бескрылыми».  Это свирепые существа, которые используют свои развитые крылья для баланса, когда бегают на двух ногах. ...вы можете увидеть одну вон там.

Я посмотрел в направлении, указанном Мио, и увидел носорога, тянущего товарный вагон. Большую часть товарного вагона занимала клетка, внутри которой находилось огромное животное.

— Это земной дракон...?

По описанию Мио я представлял себе что-то вроде плотоядного динозавра, но это было ближе к виверне. У него были рога, и он был весь покрыт шипами, создавая впечатление свирепого зверя. Кроме того, он был достаточно большим, чтобы по размерам соперничать с Руби и другими представителями расы драконов.

— Пфф, он только выглядит круто. — пренебрежительно сказала Надин.

Подождите, подождите, почему она чувствовала  конкуренцию?

— Приручают ли таких существ в Земе?

— Нет, земные драконы свирепы, поэтому они не привязываются к людям. МЫ просто ловим их, чтобы сражаться с ними в Колизее. Надо понимать что они все еще дикие животные.

— ...Разве это не опасно?

— Я слышала, что было много случаев, когда они сбегали, — бесстрастно сказала Мио.

Подождите, они сбегали?!

Я беспокоился, все ли в порядке, но Мио пожала плечами. — Все в порядке. Люди в этой стране до смешного хороши в борьбе с животными.

— А, понятно. Ты говоришь об охотниках Зема против зверей? —  Оуэн кивнул, похоже, удовлетворенный объяснением Мио.

— Охотники против ездовых зверей?

— Сир, вы замечаете что-нибудь, когда смотрите на людей, идущих по улице? — спросил Оуэн, заставляя меня оглядеть наше окружение.

Я заметил, что многие из них носили нагрудные пластины, перчатки и другие подобные легкие доспехи поверх одежды. С первого взгляда их нельзя было отличить от искателей приключений, но были ли все они на самом деле земскими наемниками?

— Там много людей, одетых как искатели приключений в легких доспехах? — сказал я.

— Это тоже верно, но это что-то другое. Пожалуйста, обратите внимание на их оружие.

— ...О!

Было кое-что, что окончательно отличало их от обычных искателей приключений. Все они пользовались таким оружием, как копья, топоры и алебарды. А, из-за того, что они часто оказываются в узких местах, авантюристы предпочитают не использовать оружие с большим радиусом действия, подумал я, вспоминая свои собственные эскапады в качестве Маленького Мусашибо.

— Все наемники здесь используют длинное оружие, — прокомментировал я.

Оуэн удовлетворенно кивнул мне и ответил: — В армии у нас есть поговорка. «Если перед тобой земские наемники, слезай с лошади». Наемники используют оружие с длинными шестами, и оно славится тем, что особенно эффективно против кавалерии.

— Ааа, и поэтому их называют охотниками на ездовых зверей?

— Да.— Мио кивнула. — Зем - не самая плодородная страна, поэтому они не могут позволить себе разводить большое количество лошадей, виверн или других ездовых зверей. Из-за этого исторически они предполагали, что только у другой стороны есть лошади, и создали и разработали тактику, которая позволяла даже пешему солдату сражаться с конными воинами.

— Кроме того, если наемник может взять в плен человека с высоким статусом, например, рыцаря, он может получить за него выкуп. Вот почему земские наемники очень сильны, когда сталкиваются с кавалерией. Многие из них используют такое оружие, чтобы окружить рыцарей и повалить их, — добавил Оуэн. Значит, на это была веская причина.

— Итак, почему вы говорите людям «слезть с лошади»?

— Поскольку верхом на лошади трудно делать крутые повороты и  труднее сражаться с линией солдат в ближнем бою. Если все находятся на земле, сложнее определить, кто выше по статусу.

— А, я понял.

Казалось, что у наемников есть сильные и слабые стороны.

— Вы говорили, что они не могут вырастить много виверн, верно? Значит, у них не так много кавалерии? Хотя они провели нас, когда мы высадились в замке Блан-Зем.

— Кавалерия виверн подчиняется непосредственно королю Зема, — сказал Оуэн. — Прямые войска короля - это элитные воины и постоянная армия страны. Их никому не одалживают. Поскольку разведение виверн стоит дорого, существует естественный предел их количества, которое они могут содержать. Было бы очень неприятно, если бы они одолжили их другой стране и в результате потеряли их.

— Понятно... — Должно быть, они держали в резерве самых сильных солдат. В таком случае, хотя роты наемников Зема славились своей силой, те, кого они одалживали, были самыми слабыми. К этой стране нельзя было относиться легкомысленно.

Я снова посмотрел на Колизей. — Так вот где они проводят Великий турнир боевых искусств.

— Верно.— Мио кивнула в подтверждение, на ее лице появилось задумчивое выражение. — Великий турнир боевых искусств - это крупное событие, ради которого вся страна работает вместе. Воины сражаются на выбывание за право исполнить желание. Бои продолжаются до тех пор, пока один из противников не сдастся или не станет неспособным продолжать бой. Это может быть и смерть.

— Значит, они буквально поставили все на кон....И вы тоже участвуете в Великом турнире боевых искусств.

— Да.

Хм... Я решил, что не стоит загонять ее в угол, если это не нужно, поэтому до сих пор избегал затрагивать суть вопроса, но, возможно, пришло время задать прямой вопрос.

— Если ты участвуешь в турнире, у тебя тоже должно быть желание, которое ты хочешь исполнить, верно? — спросил я. — Чего ты хочешь так сильно, что готов рискнуть жизнью, чтобы получить это?

— Этого я не могу сказать. —  Мио посмотрела прямо на меня. — Я исполню свое желание своей силой. Чтобы довести его до конца, я не могу сказать  вам об этом здесь. Я намерена выиграть этот турнир, так что, я уверена, вы узнаете.

Ну, конечно, она не стала бы так легко раскрывать тайны. Мио казалась волевой, как Георг, так что мы ничего не узнаем, пока она не выиграет. Пока я размышляла об этом, Айша шагнула вперед, быстро встав между мной и Мио.

— Госпожа Мио. Я не смогла обнаружить никаких темных эмоций в том, что вы сказали.

Айша смотрела прямо в глаза, но взгляд Мио не поколебался. Айша постучала по рукояти своего меча тыльной стороной правой руки. Поскольку мы находились на оживленной улице, она пыталась запугать ее, не прикладывая к ней руку.

— Однако если ты намерена причинить вред Его Величеству, чтобы отомстить за герцога Георга, я тебя прирежу, — заявила Айша.

— Лисия попросила нас сделать это. Я тоже не буду сдерживаться, — добавила Надин, скрестив руки. Ее черные волосы разметались и слегка искрились.

Даже перед лицом их угроз Мио не показала никаких признаков запуганности. — Я вижу, вы двое действительно любите короля Сому.

— Очевидно, что жена должна беспокоиться о благополучии своего мужа.

Надин продолжила: — Обычно все происходит наоборот. Но, «У каждого своя роль»  практически семейный девиз для нас.

— Жена защищает мужа? — Выслушав их двоих, Мио тихо закрыла глаза. — ...Если подумать, леди Лисия теперь тоже жена. Интересно, что она чувствует?

— Госпожа Мио?

— Это ничего. Важнее то, что есть место, куда я бы хотел, чтобы вы все... особенно мадам Айша, пошли со мной.

— Особенно Айша?

Когда я спросил ее об этом, Мио кивнула. Сняв со спины один из длинных мечей в ножнах, она направила его в сторону двери в Колизей и сказала: — Я бы хотела провести поединок с Айшей на спарринг-арене Колизея.

— Поединок? Почему?

—  Мой отец всегда считал: « В бою мы говорим больше, чем на словах». —  Мио подняла ножны. — Если вы хотите узнать меня, госпожа Айша, мы должны скрестить мечи в спарринге. Я могу сказать, что вы обладаете значительным мастерством воина. Со своей стороны, я думаю, что это будет хорошей тренировкой для завтрашнего финала.

— Нет, но...— заикался я.

Прежде чем я успел сказать что-то еще, Айша ответила: — Тогда давай покончим с этим.

— Айша!

— Позвольте мне сделать это, сир. Я хочу оценить ее. —  Айша посмотрела прямо на меня. Похоже, на нашей стороне тоже был волевой человек... Теперь не имело значения, что я говорил. Она не собиралась слушать.

— Хорошо... Но будь осторожна, не пострадай.

— Хорошо!

Так мы увидили импровизированный шуточный бой между Айшей и Мио.

Кланг! Кланг! Кланг!

Мы находились на тренировочной арене, окруженной каменными стенами, на которой не было ничего, кроме песчаного пола. Звуки столкновения меча с мечом эхом разносились по воздуху, когда Айша и Мио наносили удар за ударом.

— Хаххххх!

— Яхххххх!

При столкновении меча Айши и двух длинных мечей Мио полетели искры. Они обе использовали затупленное тренировочное оружие, но если они столкнулись на такой скорости, то тот, кто получил удар, вряд ли отделается легкими ранами. Я видел, как Айша и Лисия спарринговались раньше, но это было совсем не то.

В то время Лисия использовала технику, чтобы уклоняться, парировать и нейтрализовать атаки, которые Айша бросала в нее с тупой грубой силой. Это было то, что можно назвать битвой жесткого стиля против мягкого. Однако Мио, как и Айша, тоже была сторонницей жесткого и прямого стиля.

Таким образом, это была битва силы против силы. Боевые искусства Мио впечатляли, и хотя она столкнулась с Айшей в прямом испытании грубой силы, ее не отталкивали.

— Уф! Можно я не буду сдерживаться?!

— По сравнению с тяжелым мечом моего отца, это ничто!

Когда Айша сделала сильный взмах своим мечом, Мио скрестила свои длинные мечи, чтобы поймать его, а затем отбить. Затем она сделала два взмаха своими длинными мечами с задержкой во времени между ними. Айша заблокировала обе удара своим мечом.

—Вы довольно... хороши!

— И вы тоже, госпожа Мио.

Двое обменивались словами, толкаясь  рукоятками оружия. Возможно, решив, что большой меч слишком сложно использовать, когда противник так близко, Айша взяла меч в правую руку, а левой нанесла удар кулаком. Мио заблокировала его локтем.

Затем Мио нанесла лоу-кик, но Айша подняла одну ногу, чтобы защитить свое беззащитное бедро. Они продолжали меняться ролью атакующего, еще некоторое время. Надин, Оуэн и я, наблюдавшие за боем с безопасного расстояния, были в полном восторге.

— Ого. Они сражаются кулаками.

— Я никогда не сражалась мечом, и даже я могу сказать, насколько ненормальна их сила...— Даже Надин, которая не специализировалась на сражениях в своей человеческой форме, была очарована тем, как они сражались.

— Это похоже на столкновение душ. Обе они - прекрасные воины, — высказался Оуэн. Старый генерал, который был таким же суровым воином, как и они обе, разволновался при виде их битвы. — Я бы хотел, чтобы вы могли сражаться хотя бы на десятую часть этого уровня, сир.

— Не может быть, это абсолютно невозможно! Даже если бы меня было сто человек, я не смог бы так сражаться!

— Вы не должны отчаиваться. У вас теперь есть наследник. Давайте добавим еще кое-что в твое тренировочное меню.

Уф... это разворошило осиное гнездо. Но, в общем, причина, по которой зрители могли говорить об этом так легко, заключалась в том, что оба бойца выглядели так, как будто у них была просто тренировка…

— Как насчет этого?!

— Еще нет!

По мере того как они соревновались в силе и технике, все больше и больше накалялась обстановка. Они сражались на мечах, ударами руками и ногами, никогда не делая передышки, чтобы не дать противнику возможности использовать магию.

—......?!

Меч Мио отбил большой меч Айши вверх. Но это была уловка.

— Вот!

В тот же миг Айша ударила кулаком в живот Мио. Мио отлетела назад, но в воздухе выправила положение и приземлилась на ноги.

— Гух...!

Однако повреждение, было значительным, потому что она держалась за место, куда ее ударили, и гримасничала. Айша, тем временем, стояла на месте, не собираясь продолжать.

Пока я размышлял…щелкнуло, и веревка, удерживающая волосы Айши в хвосте, лопнула. Ее серебристые волосы упали вниз.

— ...Похоже, вы разминулись со мной всего на волосок. —  сказала Айша.

Мио покачала головой, продолжая хвататься за живот. — Вы нанесли мне такой сильный удар, что у меня нет другого выбора, кроме как признать поражение.

— Не думайте об этом. Для меня это тоже было довольно опасно. Вы очень сильны, госпожа Мио.

— ...Хорошо, что вы не участвовали в турнире Зема. —  сказала Мио с кривой улыбкой.

— С тем мастерством, которым вы обладаете, я уверена, что вы добьетесь хороших результатов на турнире. —  Айша нахмурила брови. — Но... Госпожа Мио, что вы хотите пожелать в случае победы?

Отказавшись что-либо сказать, Мио отвела взгляд.

— Ваш отец сказал:  «Мы говорим больше через бой, чем через слова», верно? В вашей технике не было нерешительности, я почувствовала что-то вроде сильной убежденности. Что-то, что не находится в плену обид и ненависти. —  Айша отложила свой учебный меч и подошла к Мио. — Если у вас есть обида на страну и Его Величество, вы не можете относиться ко мне хорошо. Я его жена и буду защищать его, несмотря ни на что. Но от вас я не чувствую ничего подобного. Во время нашего поединка вы были почти как ребенок, радуясь возможности проверить свои силы. Что именно вы....

— ...Этого я не могу сказать. —  Мио потянулась и повернулась к нам. — Мое желание - это то, что я должна исполнить сама. Если я этого не сделаю, то не смогу встретиться с отцом в загробной жизни. Я уверена, что все станет ясно, когда я выиграю турнир.

Она смотрела на меня непоколебимыми глазами, полными решимости. То, как она не отступала, когда принимала решение, было похоже на Лисию. Было ли это потому, что они тренировались у одного и того же человека? Если так, то, вероятно, от нее невозможно добиться ответа.

Мы вернулись в Земский замок, так ничего и не выяснив.

***

В ту ночь...

Надин перевернулась на бок на большой кровати, затем вздохнула. — ...Мы ничего не смогли выяснить?

— Да. Хотя она, кажется, не скрывала никаких негативных эмоций.

Вернувшись в замок , мы вернулись в свою комнату. Айша, Надин и я говорили о том, что произошло сегодня.

— На данный момент, по крайней мере, ее желание получить мою голову в качестве приза... кажется маловероятным. У нее такой же односторонний характер, как и у Лисии, поэтому мне трудно представить, что она намеренно скрывает от нас свои негативные эмоции.

— Да. На самом деле, она, кажется, плохо подходит для такого рода выступлений. —  Айша, которая сидела на стуле, скрестив руки, согласилась со мной. — В таком случае... ее желание – «Восстановить Дом Кармин», или что-то в этом роде?

— Если это все, то я смогу это сделать.

Очевидно, я не мог вернуть ей все их земли, и для этого должны были быть определенные условия, но о восстановлении ее дома не могло быть и речи. Георг все сделал правильно, разорвав связи со своей семьей, так что Мио и ее мать не были виновны ни в каком преступлении. Скорее всего, ее поддержат Глейв, Оуэн и другие служащие армии, так что это будет не так уж и сложно.

— Но если бы это было ее желание, Мио не нужно было бы участвовать в турнире. Она должна была привлечь другую страну, потому что это то, что не может быть исполнено в Королевстве.

Значит, это что-то, с чем мы ничего не можем поделать, или, возможно, что-то, с чем, по мнению Мио, мы ничего не можем поделать...? Что именно она думает? Пока я размышлял над этим...

— Дорогой... может ли быть так, что ты чувствуешь вину перед госпожой Мио? — Айша прямо спросила меня, и я не смог возразить.

— Ну... вопрос о Георге - это проблема, которую я оставлял без внимания с тех пор, как впервые принял корону. Когда я думаю о своей ответственности перед жертвами... это сложно.

Причина, по которой Королевство сейчас стабильно, заключалась во вкладе Георга. Я никогда не забывал об этом, но, решив, что нужно дать ему время, в итоге отложил решение этой проблемы. То, что я теперь зависел от прихотей одинокой женщины, было расплатой за мое безделье.

Айша окинула меня строгим взглядом. — Дорогой. Даже если желание госпожи Мио окажется тем, что ты считаешь возможным исполнить, пожалуйста, подумай хорошенько о результате, прежде чем принять решение.

— ...Ты ведь понимаешь, что я стараюсь быть осторожным в этом вопросе?

С язвительной улыбкой Надин добавил: — Но ты не всегда логично рассуждаешь. Особенно когда это касается семьи.

— Ну... Есть вещи, в которых я не могу пойти на компромисс. —  Я отвернулся.

Надин вздохнула. — Лисия училась у отца Мио, и она уважала его, так? «Поскольку они обе учились у Георга, я хочу сделать что-то для его дочери...» Вот о чем ты думаешь, не так ли, Сома?

— ...Вы хорошо меня понимаете.

— Тебя легко понять, — сказала Надин с улыбкой. Айша тоже кивнула.

—Так что, пожалуйста, прими правильное решение.

— Понял. —  Я кротко кивнул.

Они обе были правы. Если я позволю своим эмоциям подвергнуть опасности людей, которых я хотел защитить, это уничтожит цель. Я должен был... довести дело до конца. Если она захочет восстановить свой дом, хорошо. Если нет, то единственное, о чем я мог думать... это может быть довольно сложно.

Я слегка вздохнул от предчувствия.

***

Примерно в это же время Колберт подошёл к одной двери

Это была комната, которую дали Мио в замке Блан Зэм, когда она была назначена проводником Сомы. Мио выбрали, потому что она сказала, что она из Королевства. Но комната была лишь временной, так как она не служила лично королю.

— Извините. Госпожа Мио здесь? — Колберт постучал и позвал её. Дверь немедленно открылась.

— ...Чем я могу вам помочь?

— Ах!

Когда он увидел, в каком состоянии находится Мио, лицо Колберта застыло. Находясь в своей комнате, Мио сняла доспехи и была одета в тонкую майку. Тонкая ткань не могла скрыть ее фигуру так, как доспехи, и ее грудь заявила о себе.

Отводя глаза от ее лица, Колберт сказал: — Простите, что побеспокоил вас, когда вы отдыхали. Я министр финансов Королевства, Колберт. Я пришел в надежде, что мы сможем немного поговорить.

— Да, хорошо. —  С этими словами Мио пригласила Колберта в свою комнату, казалось, без всякого беспокойства.

— А? Все в порядке?

— Вы пришли поговорить.

— Ах... пардон.

Даже чувствуя себя немного взволнованным, Колберт вошел в комнату Мио. Временная комната была простой, с кроватью и не более того. Никакой мебели, только манекен, на который Мио могла надеть свои доспехи, и два меча, прислоненные к стене.

Мио предложила Колберту стул и села на кровать лицом к нему. — Сэр Сома попросил вас осмотреть меня?

— Ах! Да. Правдо, но...— Не в силах смотреть Мио в глаза, взгляд Колберта блуждал, пока он говорил. — Я хотел бы вспомнить некоторые старые воспоминания, так что я хотел бы поговорить, даже если это ненадолго.

— Старые воспоминания? ...Если подумать, вы выглядите знакомым. —  Мио пристально вглядывалась в лицо Колберта. — Вы ведь не из армии, верно? Вы больше похожи на бюрократа.

— Да. Изначально я занимался финансами в княжестве Амидония. Когда герцог Кармин был еще жив, я иногда встречал вас вместе с Юлиусом, когда мы выступали посредниками после столкновений. Хотя я не думаю, что мы когда-либо говорили друг с другом больше, чем несколько слов.

— О! Из тех времен?! —  Мио хлопнула в ладоши.

— Вы помните?

— Да. Отец всегда хвалил вас двоих. Он говорил: — В Амидонии тоже есть хорошие молодые люди. —  О... Теперь нет никакой разницы между Эльфриденом и Амидонией?

Мио теперь вела себя гораздо более непринужденно.

Колберт кивнул. — Формально это объединенное королевство, но да, мы стали единой страной.

— Так вот почему вы служите королю Соме.А как же сэр Юлий?

— Многое случилось, но сейчас он на севере, и дела у него идут неплохо. Он женился на принцессе королевства, в котором жил, и много работает на благо своей семьи.

— Сэр Юлий? Тот парень, у которого были такие холодные глаза? Я даже представить себе не могу.

Разговор шел так, словно они были парой старых друзей. Колберт знал, что даже если он попытается докопаться до сути, Мио не скажет ему о своих намерениях, поэтому он старался понять, что она из себя представляет, занимаясь праздным балагурством.

Когда он говорил с ней таким образом, он мог видеть в ней только обычную девушку. Ее выражение лица менялось при малейших мелочах, и она хихикала, когда он рассказывал смешную историю. Он не чувствовал ни враждебности, ни настороженности, и она, казалось, ни о чем не беспокоилась.

На самом деле, она была настолько естественна, что, казалось, ее не беспокоило то, насколько провокационным был наряд, который она носила в данный момент, а ее грудь колыхалась каждый раз, когда она на что-то реагировала. Колберт много раз смущенно отводил взгляд.

— Вы все время смотрите в сторону? Почему?

Через некоторое время она начала подозревать, поэтому Колберт сдался и сказал ей: — Не могли бы вы... накрыть себя чем-нибудь?

— Хм? Мне не нужно. Я же не голая. —  Мио посмотрела на него пустым взглядом. Поскольку она провела так много времени в армии, тренируясь с громоздкими мужчинами, у нее, видимо, не было особой женской застенчивости. — Я тоже горжусь тем, что на мне нет лишнего жира.

— Ну... вы не хотите, но...

— Это тело, которое дали мне Мать и Отец. Чего мне стыдиться?

Мио была настолько дерзкой, что Колберт начал чувствовать себя униженным за то, что позволил этому беспокоить его. Он изо всех сил старался продолжать разговор, не глядя на ее грудь.

— Говоря о вашем отце, вы не очень-то на него похожи. Перед герцогом Кармином было страшно стоять, но вы... гм... красивая.

— Ахаха, спасибо. Мне всегда говорят, что внешность у меня от мамы. С претензией: «Если бы ты и внутренне была похожа на нее, то выросла бы настоящей леди.»

— Это неправда...

— Я и сама могу это распознать. Упрямство досталось мне от отца. —  Мио издала самодовольный смешок. — Но даже если вы сказали, что он ужасен, вы не постеснялись сказать моему отцу свое мнение. Я была впечатлена.

— Ну... Герцог Кармайн не пинал людей за то, что они высказывали свое мнение.

— А? Тебя кто-то пинал?

— Ну. Лорд Гай, и довольно часто... — Когда он работал в княжестве Амидония, всякий раз, когда он пытался сделать замечание Гаю VIII, тот сердился и пинал его. Если бы он мог списать его на то, что он не слушает, как Ророа, то все было бы в порядке. Но, поскольку он, к несчастью, обладал серьезным характером, он конфликтовал со всеми военными офицерами, кроме Юлия.

— Милитаристы ненавидели меня, потому что я слишком много говорил для такого слабака.

— Хи-хи, похоже, у тебя тоже непростой характер. —  Мио слегка улыбнулась, но в итоге приняла серьезное выражение лица. —Но, сэр Колберт….

— Да?

— Знаете ли вы что-нибудь о серии событий, которые заставили моего отца поднять восстание?

— ….— Колберт не мог придумать немедленного ответа, столкнувшись с ее серьезным взглядом. Он не был уверен, как ответить, но ее искренность заставила его подумать, что он все же должен дать ей ответ. — ...Я начал служить Королевству только после аннексии Амидонии, поэтому мне ничего не рассказывали о восстании герцога Кармина, поскольку оно произошло до этого.

Дело в том, что у Колберта не было никакой информации о восстании, которая не была бы общеизвестна. Люди, которые знали о ситуации, были скрытны. Скорее всего, об этом знали только Сома и его жены, а также очень небольшое число их ближайших помощников.

— ...О.— Мио разочарованно опустила плечо, не почувствовав в его словах никакой лжи.

Посмотрев на нее, Колберт заговорил: — Госпожа Мио, вы....

— Пожалуйста, не спрашивайте, сэр Колберт. —  Но Мио мягко отмахнулся от него. — Я уверена, что никто не хочет того, чего желаю я. В глубине души мать, вероятно, хотела остановить меня, а отец... если бы он был здесь, он бы рассердился и сказал, чтобы я занималась своими делами.

Мио посмотрела на длинные мечи, прислоненные к стене.

— Но это все равно единственный путь, который я могу выбрать.

— Госпожа Мио... — Чувствуя ее решимость, Колберт не мог больше ничего сказать.

Был ясный осенний день, и вот-вот должен был начаться Великий турнир боевых искусств Зема. Колизей кипел от волнения. Это было массивное сооружение, больше, чем куполообразные стадионы в мире, откуда я родом. В центре находилась квадратная арена, по пятьдесят метров с каждой стороны, ожидая, когда на ней начнутся бои. (В одном известном Будокае Тенкаичи эта арена называлась Бубудай, но интересно, есть ли у нее официальное название здесь?)

На трибуну поднялся король Зема, Гимбал.

— Мой народ, собравшийся здесь!

Гимбал обратился к толпе, используя вместо мегафона драгоценный камень вещательной сети.

— Вы увидите! Натренированные тела этих храбрых воинов, их отточенную технику, как они сражаются с хорошо подготовленным оружием и поднимаются на вершину! У единственного победителя будет исполнено его желание, пока это возможно! И, если они пожелают, они даже смогут сесть на особое место, предназначенное только для короля - которое сейчас находится позади меня! Разумеется, я не позволю им получить его бесплатно! Если дело дойдет до этого, им придется победить меня, а вместе с этим и забрать мой королевский титул!

Гимбал поднял свои огромные руки, пока говорил.

— Эта страна была защищена и возделана сильными! С тех пор как я впервые занял трон, я ждал того дня, когда тот, кто сильнее, победит меня! Если ты желаешь этого, сразись в этой битве и встреться со мной! Во имя меня! Гимбал, король Зема!

Затем он направил свои поднятые руки к кольцу в центре.

— Я объявляю, что финалы Великого турнира боевых искусств Зема начались!

— Вууууууу!

Толпа, заполнившая трибуны Колизея, поднялась как один и захлопала в знак похвалы Гимбалу. Эта страсть была вызвана не только тем, что они были рады турниру. Поскольку эта страна относилась к победителю турнира как к герою, будучи в прошлом победителем, Гимбал получил горячую поддержку народа.

— ...Они очень разгорячены.— Надин, которая была одета в черное платье, сказала, что это звучит немного странно.

Мы вместе с королем Зема наблюдали за Колизеем с трибун. В центре стояли два роскошных кресла, где мы с королем сидели бок о бок, а ещё одно место сбоку от меня занимала Надин. Для моих королев было приготовлено два места, но Айша решительно отказалась, желая сосредоточиться на своей роли моего телохранителя, поэтому Надин сидела с нами как представительница всех моих королев. Айша и Оуэн стояли на страже позади нас, внимательно следя за обстановкой.

— Это как-то напрягает. На меня не часто смотрят, как на королеву, — произнесла Надин тоненьким голоском, застыв на месте.

Теперь, когда она упомянула об этом, она, как не основная королева, не была в положении, которое привлекает много внимания на церемониях.Но это её вполне устраивало, потому что она не умела вести себя достойно королевы на официальных мероприятиях.

— Только сейчас до меня дошло, что я жена короля.

— Только что?

— Хмф. Это ты виноват в том, что не выглядел по-королевски. —  Надин раздраженно отвернулся.

В этом жесте не было и намека на поведение королевы, но я оценил, насколько Надин была обычной девушкой. Когда её рука легла на подлокотник, я положил свою поверх её. Она посмотрела на меня, похоже, ничуть не расстроившись из-за сложившейся ситуации.

Затем в толпе начался шорох. Я посмотрел на сцену, гадая, что бы это могло быть, и тут в зал внесли массивную клетку. Внутри клетки находился земной дракон, которого мы видели вчера в городе.

— Для чего это? — пробормотал я.

— Это побочное шоу перед финальным турниром. Чтобы продемонстрировать боевое мастерство наемников моей страны, шесть избранных воинов будут сражаться с ним, — объяснил Гимбал, потому что мы выглядели явно ошарашенными.

Подумать только, когда она рассказывала о Колизее, Мио сказала, — Бои между людьми и животными очень популярны, и зрители приезжают со всего континента, чтобы посмотреть на них. Самая популярная - битва между наемниками и драконом, который ходит по земле. —  Неужели это то, что мы собирались увидеть сейчас?

— Сэр Сома, вы слышали об "охотниках на ездовых зверей" Зема?

Поскольку Гимбал спросил меня, я кивнул. — Да. Я слышал, что наемникам Зема нет равных в сражении с кавалерией.

— Даже если бы вы были милосердны, вы не могли бы сказать, что моя страна процветает. У нас нет ресурсов, чтобы выращивать и содержать большое количество лошадей или виверн, поэтому мы тренировались, исходя из того, что другие страны развернут гораздо больше кавалерии, чем мы. Это означало подготовку пеших солдат для победы над конницей. Так что...— Гимбал указал на земляного дракона. — ...Кавалерия, которую им нужно победить, включает в себя кавалерию виверн.

— Понятно... — Кавалерия виверн? Они намеревались противопоставить воздушным силам еще и пеших солдат?

— Они смогут это сделать?

— Естественно, они ничего не смогут сделать против летающего противника. Однако, если они смогут спустить их на землю, то кое-что можно сделать. Мы собрали людей, способных использовать дальнобойную магию или натягивать мощные луки, и погрузили на боевые телеги противовоздушные метательные машины, сосредоточившись на том, чтобы сбить кавалерию виверн с неба. Даже если они переживут падение, они быстро окажутся окружены пехотой.

— Заставить военно-воздушные силы сражаться на суше... это всё?

— Да. Этот земной дракон - пример упавшей виверны.

Насколько я мог судить, земляной дракон был меньше красного дракона вроде Руби, но всё же намного больше виверны. Он тоже был злобным. Если они смогли победить эту тварь, значит, они смогут победить и наземную виверну и её наездника.

— Хотя, земные драконы не плюются огнем. Если бы они могли, зрители были бы в опасности. Но компромисс в том, что они сильнее и проворнее виверн на суше, так что это работает как практика.

— Точно... — Они открыли клетку, выпустив земляного дракона на волю. В то же время шесть наемников подошли и окружили его. Все они были вооружены копьями. Затем...

Гяоххххххх! Земляной дракон издал пронзительный рев и напал на наемников.

Первый из них поднял щит и в последний момент уклонился, чтобы избежать атаки. Оставшиеся наемники воспользовались этим, чтобы нанести удар, пользуясь тем, что дракон отвлекся, сконцентрировав копья и тому подобное, нанося режущие удары по его телу. Поскольку дракон был огромен, один удар мог нанести лишь незначительный урон.

Когда он обращал свой гнев на другого наемника, тот становился приманкой, а остальные искали возможности для нападения. Даже если это были незначительные раны, чем больше их было, тем больше крови он терял. Повторяя этот процесс, они заставляли земляного дракона истекать кровью, лишая его выносливости. Я думал, что это немного похоже на корриду, но это выглядело как что-то из известной игры про охоту на монстров.  они сражались с могучим земляным драконом вместе с группой компаньонов. Хотя это было не совсем односторонне.

— Гва! — Щелк!

Один наемник был отправлен в полет мощным ударом хвоста и врезался в стену под трибунами. Он упал на землю и перестал двигаться... Он был в порядке? Даже эта сцена привела толпу в бешенство.

— ...Это ужасно, — прошептала мне Надин. Мне нравилось, что Надин не шла на поводу у окружающих и могла сохранять нормальную чувствительность.

— Да... Но это необходимо для этой страны, — тихо ответил я. — Это нужно для того, чтобы внушить наемникам и людям, что виверн можно победить. Если они это сделают, то не будут так пугаться, когда увидят их на поле боя.

— Так вот как это работает?

— Это должно быть так.

В мире существует не один набор ценностей. Когда мы думаем об обычаях той или иной страны, мы должны рассматривать их с разных точек зрения, учитывая её историю, культуру, ситуацию и окружающую среду, прежде чем выносить какое-либо суждение.

— Но я согласен с тобой, это ужасно. Я бы не хотел проводить это в нашей стране.

— Это ты верно подметил. Я так рада, что мы не взяли с собой Томоэ.

Ааа, да, она права. Если вы знаете, что чувствует земляной дракон, то это, вероятно, довольно удручающе. Пока мы говорили об этом, один из наемников воспользовался моментом, когда земляной дракон упал, чтобы забраться на него сверху. Он встал на плечи дракона и вонзил свое копье в его позвоночник.

Гяоххххххх! Земляной дракон издал последний предсмертный крик, а затем с грохотом упал на землю. После этого он ещё некоторое время корчился, но с очередным ударом копья совсем перестал двигаться. Задание выполнено... Думаю. Наемнику, нанесшему последний удар, аплодировали стоя.

Когда Гимбал закончил хлопать, он посмотрел на меня. — Что ты думаешь? О наших наемниках.

— ...Они сильные.

Даже чувствуя, что между нами есть что-то непримиримое, я решил оставить всё как есть.

После того, как арена была приведена в порядок, наконец-то настало время для начала финального турнира. Наемники соревновались, используя свои боевые способности. Это был турнир на выбывание, и каждый матч решался быстро. Мио сражалась сейчас.

— Хахх! — Размахнувшись двумя длинными мечами с боевым кличем, она отправила в полет громоздкого наемника.

Вскоре наступил полуфинал. Это было неудивительно, учитывая, что она смогла оказать серьезное сопротивление Аише, но Мио до сих пор легко побеждала всех своих соперников.

Гимбал заговорил рядом со мной. — Что вы думаете, сэр Сома? О воинах моей страны.

— Они все кажутся очень сильными. Я понимаю, почему наемники Зема славятся своей силой.

Действительно, все, кто остался на турнире, обладали невероятными боевыми способностями. Здесь было полно парней, способных сразиться с Ку или Халбертом - при условии, что он не сидел верхом на Руби. Оуэн говорил, что наемники Зема сильны против кавалерии, но слабы против пехоты, но они просто не умели сражаться в группе. Один на один они ни в чем не уступали.

Гимбал удовлетворенно кивнул. — Уверен, что можешь. Как насчет этого? Вы готовы снова заключить с нами контракт наемника?

— Было бы обнадеживающе иметь вас в качестве союзников, но наша страна находится в процессе укрепления собственных вооруженных сил. Если бы я нанял их, это бы ослабило дух всех моих подчиненных, которые пытаются стать сильнее. Боюсь, что я не могу заключить контракт.

— Это действительно прискорбно. —  На лице Гимбала внезапно появилось серьезное выражение. — Похоже, вы ненавидите наемников, сэр Сома.

— ...Неправда.

— Я могу читать между строк. Вы приняли твердое решение не использовать наемников.

Умный человек. Думаю, я не могу уклониться от вопроса.

— Это не столько я, сколько мой учитель, который не доверял наемникам.

Человек, которого я считал своим учителем, Макиавелли, чувствовал это. У него был сложный опыт общения с ними. Когда Пиза откололась от Флорентийской республики, которой служил Макиавелли, он собрал армию, чтобы восстановить флорентийский контроль над городом. Но поскольку он поставил во главе своих войск наемного командира, они отступили, не взяв Пизу, несмотря на то, что сломали стены города.

В "Искусстве войны" Макиавелли сказал (хотя я здесь перефразирую):" Пока те, кто делает войну своим делом, пытаются нажиться на своих талантах, они не могут быть благожелательными актерами. Это потому, что для того, чтобы прокормить себя в мирное время, они будут пытаться получить значительную прибыль во время войны, и они надеются, что она не закончится".

Эти "люди, которые делают войну своим бизнесом" - наемники. В отличие от солдат, которые привязаны к государству и хотят защищать свою страну и семью, люди, о которых он говорит, будут служить любой фракции, если за это будет соответствующее вознаграждение. Именно поэтому Макиавелли выступал за создание ополчения, вместо того чтобы полагаться на наемников. Причина, по которой наемники так охотно участвовали в отвратительных актах грабежа, заключалась в том, что им нужно было содержать себя в мирное время, а неуверенность в собственных перспективах в случае наступления мира заставляла их желать продолжения войны. Все эти факторы заставили Макиавелли выступить против наемников.

— Когда он обсуждал тех, кто зарабатывает на войне, мой учитель использовал поговорку:" Война создаёт воров, а мир их вешает", — сказал я. — Поскольку они могут жить только во время войны, они пытаются нажиться на возмутительных поступках в военное время и стараются не дать конфликту закончиться.

Гимбал оставался задумчивым.

— Я думаю о странах, как о больших людях. Государство наемников Зема - это один большой наемник. Что вы скажете об этом наемнике? Может ли она жить в менее хаотичное время?

Я посмотрел Гимбалу прямо в глаза, когда спрашивал об этом. Он посмотрел прямо на меня, а затем пожал плечами.

— ...Ха-ха-ха, похоже, мы не можем прийти к взаимопониманию. —  Гимбал рассмеялся, но его глаза не смеялись. — Если вы не хотите заключить договор, я надеюсь, что вы, по крайней мере, будете поддерживать теплые отношения, чтобы мы могли избежать конфликта между нашими странами. Я молюсь, чтобы у моих элитных воинов не было повода повернуть оружие против королевства Фридония.

— Я согласен с этим. Если вы сможете сохранить настоящий постоянный нейтралитет, то наша нация не будет иметь намерений воевать с Земом.

Хотя мы оба сохраняли спокойный тон, наши слова можно было сформулировать следующим образом:" Помешаешь моей стране, и ты заплатишь"- и:"Если ты начнешь это, давая наемников другим странам, ты будешь тем, кто заплатит".

Айша, Надин, Оуэн и телохранители Зема выглядели довольно напряженными во время нашего разговора.

— В этой стране сила - это всё, — сказал Гимбал, скрестив свои огромные руки. — Без силы ты не сможешь защитить свой народ и страну. С силой - сможешь. Благодаря моей воинской доблести страна признает меня королем. Что скажете, миледи? — Гимбал посмотрел на Надин.

— ...Я?

— Я слышал, что драконы горного хребта Звездного Дракона предпочитают сильных рыцарей.

Скорее всего, он просто из вредности спросил, почему дракон, который должен был предпочесть сильного партнера, заключил контракт с таким бессильным человеком, как я, но... возможно, ему было просто любопытно. Как бы то ни было, я не был рад этому.

Надин задумалась на мгновение, затем покачала головой. — Этот единый стандарт суждения о человеке только по его силе очень похож на горный хребет Звездного Дракона, и мне это не нравится.

— О... У тебя необычный набор ценностей для дракона.

— Я не дракон, я Рю, в конце концов. Соме понравилось то, что делает меня уникальной. —  Надин смотрела прямо в глаза Гимбалу, пока говорила. — Вот почему я хотела быть с ним. Единственные, кто может решить, чего я стою - это я и те, кого я люблю.

— О...— Гимбал улыбнулся. — Я вижу, она тебя очень любит.

— Она слишком хороша для меня, — ответил я, глядя на Гимбала. Он был горой мышц, но, присмотревшись, я увидел тонкие шрамы по всему его телу. Они напомнили мне покойного Георга Кармина. Это было тело человека, который сражался долгие годы.

— ...сэр Гимбал.

— Что такое?

— Неужели... из-за твоей силы народ поддерживает тебя?

Гимбал нахмурил брови. Если он воспринял это как оскорбление, значит, он неправильно меня понял.

— Это правда, что вы не можете защищать их без силы. Как человек, несущий страну, это абсолютно необходимо. Однако, бывают случаи, когда ты не можешь защищать только силой. Нет, бывали случаи, когда я не мог.

За время моего пребывания на посту короля я сталкивался с множеством подобных ситуаций. Продовольственный кризис, экономический спад, стихийное бедствие, дипломатические проблемы... Было много случаев, когда просто собрать сильных сторонников не помогло бы мне выжить. Если бы мне не хватало кого-то из семьи, которая меня сейчас окружает, или компаньонов и помощников, которым я доверяю, то в результате я оказался бы не в лучшем мире. Разве не так же было и здесь, в государстве наемников Зем?

— Эти громовые аплодисменты после вашего сегодняшнего вступительного слова. Я не могу представить, что это было только из-за вашей силы.

—.........

— Если предположить, что победитель сегодня хочет получить трон, и он побеждает вас, чтобы стать новым королем, будет ли та же страсть сразу же направлена на нового короля? Будут ли они счастливы, что появился кто-то более сильный и положил конец твоему правлению? Я думаю... Больше, чем просто твоя сила, люди этой страны смотрят на бремя, которое ты нес вместе с ними.

— Если это так, то это противоречило бы структуре Зема как страны...— Гимбал сказал это с натянутой улыбкой, а затем глубоко опустился в свое кресло. — Быть побежденным кем-то более сильным и надежным, чем я, и доверить ему свою ношу - это проверенная временем традиция, которую я унаследовал от прошлых королей Зема. Если то, что ты говоришь, правда, то мое желание жить как воин идет вразрез с желаниями народа.

— Сэр Гимбал... Но мне удивительно нравится, как устроена эта страна.

— ...понятно.

Я не был согласен, но я не мог заставить себя отвергнуть это мнение, потому что он смирился с ним.

Пока мы разговаривали, закончился полуфинал. Похоже, что Мио перешла в следующий раунд. Я был сосредоточен на разговоре с Гимбалом и почти не смотрел бой, поэтому я спросил Айшу об этом. — Как там Мио? Сможет ли она победить?

— Она сильная. У меня сложилось впечатление, что она особенно хорошо приспособлена к бою один на один. Хотя она полагается на силу, а не на изящество, в её движениях нет расточительности. Должно быть, она ежедневно получала наставления от действительно впечатляющего воина.

— Ну, её отцом и учителем был он...     Она из тех противников, с которыми у земских наемников возникают проблемы, так что, возможно, она сможет забрать победу.

Был небольшой перерыв, а затем начался финальный матч.

— Хаххх!

Два её длинных меча схватили алебарду противника. Когда один меч отрубил верх алебарды, другой уже был приставлен к горлу противника. Когда от оружия остался только шест, её противник сдался. Мио победила, как и ожидала Айша. Её противник повесил голову и покинул арену, оставив на сцене только Мио.

— Замечательная победа! — сказал Гимбал с трибун. Мио отложила меч и встала на колени. Гимбал задал ей вопрос. — Желания сильных должны исполняться! Скажи нам, чего ты желаешь!

...Наконец-то это случилось.Я держу себя в руках.

Мио встала и сделала паузу, чтобы перевести дух, прежде чем высказать свое желание.

— Я хочу знать правду! Почему мой отец поднял меч против королевской семьи? Как его дочь, я хочу знать! Чтобы узнать это, я хочу, чтобы король Зема попросил королевство Фридония провести повторное расследование!

___________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

— Я так и знал, что она попросит об этом... — я прижал руку ко лбу.

Я говорил об этом с Айшей и остальными вчера вечером. Был шанс, что желанием Мио, скорее всего, будет восстановление дома Кармин. А если это не так... Я догадывался, что это будет восстановление чести Георга. Он понёс позор, став предателем, и пожертвовал собой, чтобы искоренить злодеев, заполонивших королевство. Всё пошло так, как он планировал, и теперь, когда почти все проблемы внутри королевства устранены, осталось только восстановить его честь.

Естественно, я хотел, чтобы правда стала известна и репутация Георга была восстановлена. Лисия любила и уважала его, и я не хотел оставлять человека, рисковавшего жизнью ради страны, в роли злодея. Однако, поскольку это было до моего официального вступления на трон, я откладывал восстановление его репутации, чтобы избежать неразберихи. Когда я считал, что это всё ещё может привести к хаосу, даже теперь, когда я коронован, я не решался начать – особенно когда я думал о детях, которые только что родились.

Но, в то же время, это была проблема, которую я не хотел передавать их поколению. «Нет... но Мио не требует обнародовать результаты нового расследования. Всё, что она просила, это «провести повторное расследование и «узнать правду»». Возможно, она смутно понимала, что была причина, по которой Георгу нужно было держать всё в секрете, когда он умер. Поэтому она хотела узнать правду только для себя.

«Не позволяй своим эмоциям заставить тебя легкомысленно принять решение». Вчерашние слова Айши вернулись ко мне. Действительно, сейчас я чувствовал симпатию к Мио. Но это было нехорошо. Я должен был осознавать риск, связанный с исполнением её желания.

— Влияние на другие страны выходит за рамки того, что может сделать эта страна. Если вы настаиваете на этом, вам придется победить меня, стать королевой и вести переговоры с другими странами в качестве суверена, — заявил Гимбал Мио. — Однако так случилось, что король Сома находится здесь, в зале.

Гимбал посмотрел на меня.

— Ты должна прямо спросить его, может ли твоё желание быть исполнено или нет. Я, Гимбал, буду наблюдать за результатом как король Зема.

Он говорил достойным тоном, но у меня было ощущение, что он говорит: «Может, Королевство само решит свои проблемы?» Что ж, это справедливо. Я встал и шагнул вперёд. Когда я это сделал, все глаза толпы внезапно устремились на меня. Должно быть, им всем было интересно узнать, как я отвечу.

В этой стране было принято, что желание победителя турнира должно быть исполнено, поэтому, если я откажусь, меня освистают. Что ж... Я должен быть готов к этому.

— Во-первых, Мио. Твоя победа в Великом турнире боевых искусств была невероятной.

— Спасибо.

— И... Я понимаю твое желание.

— Сир! — воскликнула Айша сзади меня.

Надин продолжила: — Сома, тебе можно так говорить?

Они выглядели обеспокоенными, но я поднял руку и подал сигнал, чтобы они остановились. Я намеренно сделал объявление для Мио в царственной манере.

— Ради своего желания ты была готова пойти даже на победу в этом турнире. Ты, должно быть, очень решительна. В таком случае... Чтобы исполнить твоё желание, я бы хотел, чтобы ты ещё раз продемонстрировала мне свою решимость.

Эти слова заставили Мио нахмурить брови: — ...Что ты имеешь в виду?

— Это турнир по боевым искусствам. Очевидно, что твоя решимость должна проявляться в бою, — я протянул руку в сторону Мио. — Если ты сможешь победить воина из моей страны, которого я выставлю против тебя, я заново расследую правду о Георге Кармине, как ты хочешь, и расскажу её тебе.

На моё заявление весь Колизей содрогнулся от аплодисментов. Площадка была заполнена людьми, которые пришли просто посмотреть на хороший бой. То, что я предлагал, было, по сути, показательным матчем. Должно быть, они были искренне рады возможности увидеть ещё один бой.

Я обернулся к ошарашенному Гимбалу и спросил: — Вот так всё получилось. Это не проблема?

— Хм. Если заинтересованные стороны согласятся, я полагаю, что всё в порядке. Хотя, раз уж толпа так разбушевалась, я не могу сейчас отказать.

— Я вам благодарен.

Когда толпа успокоилась, я спросил Мио: — Ты принимаешь мои условия, госпожа Мио?

— Я принимаю ваше предложение. Сейчас, даже если бы госпожа Айша была моим противником, я бы заставила вас исполнить моё желание, — Мио сложила руки вместе перед собой и поклонилась мне.

Айша положила руку на рукоять своего меча и встала рядом со мной. «Сир, пошлите меня», умоляли её глаза, но вместо этого я ткнул её в ребра.

— Ай-яй?!

Айша издала странный крик и упала на землю. Не обращая больше внимания на Айшу, которая смотрела на меня со слезами на глазах, я посмотрел на Мио и сказал: — Не пойми неправильно. Твой противник – не Айша.

— Тогда с кем бы ты хотел, чтобы я сразилась?

— Скоро увидишь... Вот так всё и происходит!

Я повысил голос, оглядывая трибуны.

— Ты видел, как всё обернулось! Так что... — широко раскинув руки, я закричал, — Выйди вперёд, Кагетора!

Когда мой крик разнёсся по Колизею, чёрная тень спустилась с трибун на арену, где стояла Мио. Внезапный вторженец – его странное и величественное появление заставило зрителей сглотнуть.

Его массивная фигура была облачена в чёрные доспехи, завёрнутые в плащ самого тёмного чёрного цвета, на поясе он носил одати – большой меч с одной заточенной гранью, похожий на катану Девятиглавого Дракона. Но более загадочной, чем что-либо другое, была чёрная маска тигра, которую он носил.

— Чёрный тигр Парнама... — прошептал Гимбал рядом со мной. — Говорят, что любой шпион, встретивший его, никогда не возвращается.

Они, очевидно, боялись его.

— Только не говори мне, что ты привёл его сюда.

— Да. В качестве моего телохранителя.

Ответив Гимбалу, я отдал Кагеторе приказ: — Кагетора. Сразись с Мио и проверь её решимость.

— ...Как пожелаете, — Кагетора вытащил свой одати из ножен и бросил их за пределы арены.

«Кодзиру, ты побежден...» Да ну, нет. Историческая отсылка не подходит, вероятно, потому, что ножны плохо сочетались с его плащом. Мио достала свои два длинных меча и тоже приняла боевую стойку.

— Я не знаю, кто ты, но вижу, что ты хороший воин. Теперь давай сразимся.

— ...Так получи.

Затем оба бросились вперед, и их клинки соприкоснулись.

***

«Он сильный», подумала она. Мужчина был одет во всё чёрное, с чёрным мечом и маской тигра на голове. Она могла только предположить, что он был одет так специально, чтобы быть странным, но вокруг него витал дух закалённого в боях воина. Она почувствовала это, когда их мечи соприкоснулись.

Когда она замахивалась своими длинными мечами, Кагетора отбивал каждый удар своим одати. Его защита была настолько прочной, что Мио казалось, будто она бьет мечами о камень. «Он блокирует все мои атаки...» это отличалось от силы, которой обладала Айша.

Помимо техник, которые, должно быть, были наработаны за долгие годы сражений, этот человек мог видеть все её атаки. «Я никогда раньше не сталкивалась с подобным...» , подумала она. Но пока они обменивались ударами, она почувствовала что-то знакомое. «Это как... когда отец тренировал меня».

Сделав большой прыжок назад, чтобы увеличить расстояние между ними, она широко раскинула свои два длинных меча, как крылья, а затем быстро сократила расстояние. Она пыталась рассечь туловище противника, прежде чем он успеет взмахнуть своим одати.

— Ты слишком много выпустил.*

— Гух!

Кагетора вместо того, чтобы замахнуться своим одати, сделал захват и отправил Мио в полет. Взлетев в воздух, она почувствовала себя так, словно её ударил бык.

Когда она приземлилась и попыталась прийти в себя, Кагетора нанёс ей следующий удар. Когда Мио блокировала нисходящий взмах его одати двумя своими мечами, Кагетора сказал ей: — Ты слишком полагаешься на свою врожденную силу. Из-за своей чрезмерной уверенности ты слишком сла́бо оцениваешь эффективную дистанцию. Тебе нужно больше выпускать напряжение из плеч и сосредоточиться на устранении лишних движений.

— Д-да, сэр! ...А?

Мио отстранилась от Кагеторы, как будто её отбросило от него. Пытаясь скрыть своё замешательство и удивление, она тыльной стороной ладони вытерла пот, капавший с подбородка. «Да, господин...? О чем я только думала?» Она не могла поверить себе, что покорно приняла совет Кагеторы в разгар битвы. Мио была потрясена, но Кагетора просто держал свой одати в боевой стойке, не двигаясь. Он просто смотрел... наблюдал...

«Что?! Не может быть...» Заглянув в глаза под маской, Мио почувствовала что-то похожее на предчувствие. Его рост, его присутствие, манера держаться, техники, которые он использовал... Она помнила их все. Предчувствие ужасно смутило Мио, и она даже не смогла принять правильную стойку со своими длинными мечами.

— Что случилось? Ты уже закончила? — тихо сказала Кагетора. — Ты собираешься позволить этому так закончиться? Это всё, на что хватило твоей техники, твоей решимости?

— ......!

Его слова вернули Мио к реальности. Она оттолкнулась от земли и быстро сократила расстояние между собой и Кагеторой. Он попытался замахнуться своим одати на Мио, которая бросилась на него... но остановился на полпути. Мио не предприняла никаких усилий, чтобы защитить свою голову.

Удар! В следующее мгновение Мио ударила Кагетору по лицу. Удар заставил его отступить. С опущенным лицом и вытянутой рукой Мио сказала спотыкающемуся Кагеторе: — Не говори всё, что взбредёт в голову....

Когда она подняла лицо, в её глазах горел гнев.

— Как будто бы я позволю, чтобы всё закончилось только этим. Я уверена, что мама приняла это, но я не приняла. Этот гнев, эта печаль, это возмущение... Я заставлю тебя принять всё это. Только тебя и никого другого!

— ...Очень хорошо.

Этот удар, должно быть, оставил разрез на внутренней части его рта. Кагетора выплюнул кровь, а затем ещё раз приготовил свой одати.

— Диалог между воинами не нуждается в словах. Покажи мне степень своей решимости.

— Конечно. Я бы не хотела, чтобы было иначе.

Битва между Мио и Кагеторой продолжалась.

***

С трибун мы наблюдали за их боем. В какой-то момент в середине произошла очевидная перемена в том, как они сражались. Вначале они наносили размеренные удары, пытаясь увидеть реакцию соперника. Но теперь каждый дрался так, как будто хотел и выкладывался по полной.

Мио, в частности, казалось, позволила своим эмоциям вырваться. Она набросилась на него, полагаясь на грубую силу, и Кагетора принимал каждый её удар. Вероятно... это означало именно то, что я и предполагал.

— Сир... Неужели всё обошлось? — шёпотом спросила Айша. — Я думаю, это авантюра, будет ли госпожа Мио довольна этим или нет...

— Ну, да, — прошептал я в ответ. — Держу пари, что Хакуя потом скажет мне пару обидных слов, но... я не думаю, что это плохая ставка. Разве не ты сама это сказала, Айша? «Многое можно сказать в бою».

— Да... Я так и сказала, — Айша стукнула одной рукой по груди, на её лице всё ещё было выражение озабоченности.

— Поскольку речь идёт о другой стране, это может показаться большой проблемой. Но если мы сможем удовлетворить Мио, то с остальным мы справимся, как захотим. Чтобы заставить её принять результат, нам не нужны никакие маленькие хитрости. Возможно, потому что они учились у одного и того же учителя, и у неё, и у Лисии очень прямые характеры.

Я наблюдал за боем Мио. Она казалась злой, но я видел и другую эмоцию.

— Если мы подойдём к ней с искренностью, она должна принять это.

— ...Понятно, — Айша кивнула, наблюдая за тем, как двое из них сражаются внизу. — Похоже, они оба получают удовольствие.

— Если быть честным, когда они ведут диалог вот так, пользуясь мечами, я не могу понять, что они хотят сказать, хотя...

— Не хотите ли вы поговорить со мной через бой, сир?

— Если я получу травму, это повлияет на мои обязанности, поэтому, пожалуйста, нет... О!

Прошло уже некоторое время с тех пор, как они начали драться. Если они будут играть дальше, люди начнут что-то подозревать.

Я подал знак Кагеторе. Он молча посмотрел в мою сторону и кивнул.

***

Шинг! Кланг! Один из длинных мечей Мио взметнулся вверх, выбив одати Кагеторы из его рук и отправив его на землю. Без промедления другой оказался у горла Кагеторы.

— ...Я сдаюсь.

Кагетора медленно развел руки. Матч был решён, и Колизей разразился аплодисментами. Мио стала победительницей, но она, казалось, была удивлена больше всех.

— Почему ты позволил мне выиграть?

— ...Приказ господина, — Кагетора быстро ответил, решив, что обмануть её не удастся. Сома хотел, чтобы он «нашёл возможность проиграть».

Мио посмотрела на Сому на трибунах и прошептала: — Король Сома не собирался препятствовать моему желанию?

— ...Я уверен, что будет проведено новое расследование истинных намерений вашего отца, Георга Кармина. Результаты которого, несомненно, будут сообщены вам.

— А?! Но я уже...

— Даже если так. Теперь, когда дело дошло до этого, мой господин должен убедиться, что всё закончится должным образом. Тебе лучше подготовиться. С этого момента... Я уверен, что от тебя будут ожидать соответствующего объёма работы, — Кагетора поднял свой одати и повернулся спиной к Мио. — Должно быть, тебе нелегко, раз у тебя был такой упрямый и глупый отец. Я подозреваю, что покойный Георг сожалеет о том, как он поступил с тобой и твоей матерью.

— Что?! Даже так... — Мио крикнула вслед уходящему Кагеторе. — Даже так, он – моя гордость! Неважно, какой путь он выбрал!

—.........

— Встретимся ли мы снова... сэр Кагетора?

Не оборачиваясь, он ответил: — ...Если наступит день, когда вы оба вернётесь в Королевство, я уверен, что мы где-нибудь встретимся.

Кагетора прыгнул на трибуны и исчез в толпе.

— Мф... Мф... — Мио осталась одна на арене, повесив голову и плача. Люди, наблюдавшие за происходящим, очевидно, думали, что это слёзы радости, но те, кто сидел в первом ряду, сказали, что они были похожи на слёзы потерянного ребенка, воссоединившегося с родителями.

***

Тем временем, растворившись в толпе, Кагетора встретился с женщиной в почти безлюдном коридоре. У женщины был кошачий хвост, и, хотя её возраст немного выдавал её, её профиль и глаза очень напоминали Мио.

Кагетора остановился рядом с ней и повернулся лицом вперёд: — ...Ты пришла?

— Я хотела довести усилия моей дочери до конца, — сказала женщина с кошачьими ушами, не поворачиваясь.

Кагетора глубоко вздохнул: — Разве ты не могла... остановить её?

— Никогда. Мой муж был человеком убеждений. Если бы его дочь собиралась действовать в соответствии со своими убеждениями, я бы не стала её останавливать. Потому что это моё убеждение.

— ...Понятно. — Кагетора слегка улыбнулся под суровым лицом своей маски. — Жить в такой семье, должно быть, довольно сложно для тебя.

— Как будто ты не можешь поверить. Но мы семья. Может, я и сдалась, но я всё ещё люблю их.

— ...Ты была потрясающей матерью и безупречной женой для пары неискушённых глупцов, — с этими словами Кагетора положил руку на плечо женщины. — А теперь, миледи, пожалуйста, позаботьтесь о себе.

— Да. Я понимаю, что вы «совершенно незнакомый мне человек», но тем не менее, пожалуйста, позаботьтесь и о себе. Я буду с нетерпением ждать того дня, когда мы случайно встретимся снова.

Не оборачиваясь, они разошлись в разные стороны.

***

— Мио, это было великолепно, — обратился я к ней, глядя на огромную толпу в Колизее. Она стояла на арене, опустившись на колено и склонив голову. — Подними голову. Ты – победитель.

— ...Д-да, сэр.— Она подняла лицо, но, как и следовало ожидать, она выглядела очень напуганной. На её лице была смесь неловкости и растерянности.

Зрители были так взволнованы, что, казалось, не замечали этого, но это явно было не лицо победительницы. «Что ж, я уверен, что у неё много мыслей по этому поводу». Я решил не беспокоиться о ней, продолжая говорить.

— Как и обещал, по возвращении в свою страну я проведу новое расследование мотивов Георга Кармина. С этой целью я хотел бы пригласить и вас. Это будет приемлемо?

— Д-да, сэр! Я не возражаю! — Мио тут же согласилась. На этом всё было решено.

Дальше... Думаю, мне нужно было сделать что-то, чтобы понравиться и жителям Зема.

— Очевидно, что вы уже порвали все родственные связи с Георгом, поэтому независимо от результатов расследования, я гарантирую вам здесь и сейчас, что не буду покушаться на вашу жизнь или причинять вам какой-либо другой вред! Пусть каждый присутствующий здесь будет моим свидетелем!

Колизей разразился аплодисментами. Все трофеи достаются победителю. Вполне естественно, что их восхваляют. Если бы я сделал что-то во вред победителю, народ этой страны не обрадовался бы этому. Я ясно дал понять, что этого не случится, а также сделал свершившимся фактом то, что мы забёрем Мио домой.

Как победительница Великого турнира боевых искусств, Мио была картой, которую Зем не хотел выпускать из рук. Однако перед лицом этой бесстрастной толпы Гимбал, вероятно, не смог бы помешать её возвращению домой.

Я вернулся на своё место и посмотрел на Гимбала: — Ты слышал, как всё обернулось. Нет ли проблем с тем, чтобы я заберу победителя турнира с собой?

— ...Люди, похоже, довольны этим, так что у меня нет возражений, — Гимбал пожал плечами с кривой улыбкой. — С этим турниром не связаны ни кубок, ни трон. В каком-то смысле можно сказать, что трон, на котором я сижу, может быть таковым, но я уже много лет не сталкивался с претендентами.

Гимбал потёр подлокотники своего трона.

— Что должно быть приоритетнее всего остального, так это национальная вера в то, что «у тех, кто силён, желание исполнится». Вот почему, несмотря ни на что, я хочу, чтобы желание Мио исполнилось.

— Предоставь это мне. Я не буду с ней плохо обращаться.

— Тогда всё в порядке. Ну, если кто-то из вашей страны победит, а затем продолжит оставаться в стране, это может привести к ненужным спекуляциям в будущем. Если вы хотите забрать её, это будет удобно для меня... или так я сам себе твержу.

— Спасибо, сэр Гимбал.

Похоже, Гимбал тоже не догадывался, что задумала Мио. Судя по её словам и поступкам, она не питала злобы к Королевству, поэтому, если он держал такую, как она, под рукой, ему всегда приходилось опасаться, что она может оказаться шпионом. Если подумать о связанных с этим неприятностях, то он мог бы испытать облегчение от того, что с него сняли эту обузу.

— О доме Кармин теперь позаботятся, верно? — спросила Надин, и я кивнул.

— Да. Позаботятся.

Справившись сначала с ситуацией с Мио, я пошлёпал себя по щекам, чтобы перенастроиться. «Теперь... завтра всё станет ещё серьёзнее». Была ещё одна причина, по которой я принял приглашение Гимбала.

Хотя я не был уверен в том, что можно оставить Мио одну, вопрос, который предстояло решить завтра, напрямую влиял на будущее нашей страны. «Я уверен, что она скоро прибудет, так что мне нужно быть на высоте», подумал я, когда толпа продолжила аплодисменты.

________________

Редактура и вычитка от Paltouth, великое спасибо!

В тот вечер в большом зале замка Блан-Зем был устроен пир в честь победителя.

Если вы слышите слова «пир» и «замок» в одном предложении, вы можете представить себе что-то более аляповатое, но Зем, как известно, не придерживался церемоний. Когда приходило время чествовать победителя национального турнира, это превращалось в бурное празднование с выпивкой и пением.

Сома, его жёны и Гимбал выступили с речью в начале мероприятия, а затем быстро удалились. Это было сделано по настоянию Гимбала, потому что, если пьяные наемники будут грубить Соме и другим иностранным почётным гостям, это может привести к дипломатическому инциденту. Возможно, он сказал им (наемникам): «Я с вами не справлюсь, так что делайте что хотите сами».

— Унгх... Хик, — в середине этого бурного празднования Мио раскраснелась и её стошнило.

Будучи в центре внимания на сегодняшнем мероприятии, гости пришли послушать Мио, а заодно налить ей новый бокал спиртного, чтобы поднять тост. Она знала, что у неё высокая сопротивляемость к алкоголю, но, после такого количества выпитого, даже она немного пошатывалась при ходьбе.

— Стоп, вот так, — когда она споткнулась, кто-то удержал её от падения. — Вы в порядке, госпожа Мио?

— Сэр... Колберт? — пробормотала она.

— У вас ярко-красное лицо. Вы уверены, что не выпили слишком много?

— Уф... это потому, что все заставляют меня поднимать тост вместе с ними... — пока она говорила, Мио почувствовала, как что-то поднимается в её груди. — Ургх... Блех!

— Стоп! Госпожа Мио, держите себя в руках! — подставив Мио плечо, Колберт вывел её на террасу подышать свежим воздухом. Он нежно гладил её по спине, пока она держалась за перила, а её тошнило через край.

— Простите... за то, что позволила вам увидеть меня такой...

— Вам не нужно заставлять себя говорить, хорошо?

Прошло немного времени, и Мио полегчало.

— Мне очень жаль. Я доставила вам некоторые неприятности.

— Нет... Ах! Я знаю, что я немного запоздал, но поздравляю вас с победой.

Мио смущенно засмеялась: — А-ха-ха... Спасибо.

— После того, что сказал Его Величество, я уверен, что вы получите новое расследование в отношении герцога Кармина, на которое вы надеялись. Он не будет плохо относиться и к дому Кармин.

Увидев искреннюю улыбку на лице Колберта, Мио ответила ему своей обеспокоенной улыбкой: — Да, наверное, вы правы.

— А? Разве вы не счастливы?

— А... Эм... Я счастлива, да, но... я вроде как разобралась в некоторых вещах, и мне стало легче после того, как я выпустила всю эту накопившуюся фрустрацию...

— А?

— Нет, я просто разговариваю сама с собой, — объяснила ему Мио с язвительной улыбкой на лице. — Но, что более важно, сэр Колберт, вы собираетесь сразу же вернуться в Королевство? Я уверена, что присоединюсь к вам, но мне нужно взять с собой и маму, так что мне нужно подготовиться.

— О, нет, я уверен, что отправлюсь домой уже завтра, но Его Величество и остальные намерены остаться в Земе ещё на некоторое время.

— А? Они собираются ещё что-то сделать?

— Да... У них есть другие дела....

Колберт отклонился от ответа, на что Мио склонила голову набок: — Что-то кроме Великого турнира боевых искусств? Что это может быть...?

— Если вам интересно, может присоединитесь к нам? — оба повернулись в сторону внезапного голоса, раздавшегося рядом с ними. Там стоял высокий, умный мужчина, одетый во всё чёрное.

— Господин Хакуя. Вы прибыли? — Колберт был ошеломлён его внезапным появлением.

— Да, только что. Я уже доложил Его Величеству.

— Хакуя... Премьер-министр королевства Фридония в чёрной мантии, да?

Хакуя кивнул и слегка склонил голову перед Мио: — Похоже, я подслушивал. Прошу прощения. Я пришёл поговорить с сэром Колбертом и случайно услышал ваш разговор. Для меня большая честь познакомиться с вами, госпожа Мио. Я Хакуя Квонмин, и я служу Его Величеству в качестве премьер-министра.

— О! Приятно познакомиться. Я – Мио Кармин, — заикаясь, произнесла она.

Хакуя слабо улыбнулся ей: — Я слышал о вас. Поздравляю с победой.

— Спасибо.

— Что касается дома Кармин, как только мы вернёмся в Королевство, я проведу искреннюю переоценку ситуации. ...Однако, если бы это было возможно, я бы хотел посоветоваться с Его Величеством перед принятием любого решения по этому вопросу.

Хакуя испустил измученный вздох.

Мио спросила его: — Эм, когда вы спросили, присоединюсь ли я к вам, что вы имели в виду?

— Именно то, что я сказал. Я спрашивал, не присоединитесь ли вы к нам в нашем другом деле, госпожа Мио. Я слышал от Его Величества, что вы не питаете вражды к нему или Королевству.

— О. У меня нет реальных причин для враждебности.

— Тогда нет проблем, — Хакуя кивнул. — Завтра я хочу взять с собой небольшой, но элитный отряд стражников. Если у вас хватает боевой доблести, чтобы выиграть турнир, я думаю, вы справитесь с этой задачей. Кроме того, если что-то случится с Его Величеством и остальными, я не смогу провести новое расследование в отношении сэра Георга, поэтому я надеюсь, что вы хорошо справитесь с их защитой.

— Н-ну да...

— Вы можете оставить свою мать сэру Колберту, я уверен. Как насчёт того, чтобы она заранее вернулась в королевство, а вы остались с нами?

— Хорошо. У меня нет проблем с этим... — Мио хлопала глазами, не в силах осознать ситуацию. — Эм, так что же это за дело?

— Встреча с... очень важным человеком, — сказал он, а выражение его лица было очень серьёзным. — Завтра здесь, в Земе, состоится встреча, на которой будет решаться будущее страны. Поэтому не только Его Величество, но и я здесь.

— Понятно... — во что она ввязалась? В голове у Мио был полный кавардак.

***

На следующий день мы покинули Город Зем и полетели по воздуху.

— Ты мог бы поехать на моей спине, — Надин телепатически упрекала меня.

Поскольку нам нужно было кое-что обсудить, в этот раз я не поехал на спине Надин, а присоединился ко всем в гондоле, которую она несла в своей форме рю. Надин бросила на меня недовольный взгляд, но в этот раз у меня не было выбора.

В гондоле находились я, Айша, Оуэн и Хакуя, который присоединился к нам вместо Колберта. Колберт взял гондолу с вивернами, которой мы пользовались по пути сюда, и вернулся обратно в королевство вместе с матерью Мио – то есть женой Георга.

Остальные охранники тоже были с нами, но Мио казалась немного неуместной среди них. Очевидно, она присоединилась к нам по просьбе Хакуи. Я знал, каковы её намерения, и у меня не было причин рассматривать её как угрозу теперь, когда мы пообещали новое расследование в отношении Георга, но всё же это был смелый шаг – привести её вот так.

Кстати, по поводу этого нового расследования – Хакуя вчера вечером основательно пожурил меня за то, что я принял такое решение.

— Честно говоря... Возможно, в этот раз это был правильный выбор, но один неверный шаг, и это могло бы повредить национальным интересам. Я бы хотел, чтобы вы посоветовались со мной заранее. А теперь послушайте, сир, вам действительно нужно... — после этого Хакуя ещё некоторое время читал лекции. Когда я выслушал всё, что он хотел сказать, я сказал ему: — Я действительно всё обдумал.

Из проповедей Лисии я узнал, что, когда кто-то на тебя наседает, эффективнее подождать, пока он закончит, прежде чем объясняться.

— Георга особенно уважали люди в армии. Даже сейчас, когда он стал предателем, наверняка есть люди, которые присматриваются, подозревая, что у него могли быть какие-то причины, верно?

— Ну... Да.

— Я подумал, что это хорошая возможность погасить раздор внутри страны. Если Мио будет просто сотрудничать, мы можем дать им улучшенную версию истории, которая невероятно близка к правде.

Было два момента, которые мешали нам обнародовать план Георга.

Во-первых, Георг послал Глейва, чтобы тот заранее сообщил мне о плане. Поскольку люди погибли в результате этого плана, я должен был успокоить родственников убитых. Были и такие люди, как семья Карлы, которые присоединились к восстанию и пострадали за дружбу с Георгом.

Во-вторых, мы взяли в плен наёмников, нанятых коррумпированными дворянами, и использовали их для получения теневого капитала дворян в виде выкупа. Если бы Зем узнал об этом, это вызвало бы большие проблемы. Потому что, с их точки зрения, они были бы обмануты Георгом и мной. Это вполне может обернуться дипломатическим инцидентом. И наоборот, если бы нам удалось сохранить эти два пункта в тайне, мы могли бы интерпретировать всё остальное по своему усмотрению.

Когда я объяснил это, Хакуя вздохнул: — Это может ухудшить мнение людей о вас, потому что вы позволили умереть хорошему вассалу.

— Это пройдёт. Георг всех обманул, и, благодаря моей молодости и неопытности, он смог заставить меня плясать под его дудку. Если Мио скажет нужные слова в подтверждение этой истории, мы сможем заставить общественность воспринимать её именно так. В таком случае то, что мы предадим огласке, не так сильно заденет меня, если мы просто поднимем репутацию Георга.

— Понятно... Дело не в том, что вы были слепы, а в том, что герцог Кармин был просто слишком хорош для вас? ...А вы неплохой интриган, — Хакуя издал вздох, наполненный небольшим количеством восхищения и большим количеством недовольства. — Если бы герцог Кармин слушал, я уверен, он бы не согласился.

— Ну, знаешь, мертвецы не рассказывают сказки.

— Всё дело в том, как вы это преподнесёте...

В результате этого обмена, я смог заставить Хакую принять моё мнение. Хотя мы сможем продвинуться дальше только после того, как вернёмся в Королевство. До тех пор мы должны были сосредоточиться на том, что ждёт нас впереди.

— Хм, куда направляется эта гондола? Кажется, мы летим в противоположную сторону от Королевства Фридония... — спросила Мио, не в силах больше оставаться в неведении относительно сложившейся ситуации.

Правда, мы направлялись на запад, а не на восток, в сторону Королевства.

— Из-за другой причины, по которой мы приехали в Зем.

— ...Я слышала, что у тебя встреча с кем-то важным.

— Это верно. Это очень важные переговоры, которые повлияют на то, как мы будем действовать дальше. Именно поэтому, ну, мне придётся попросить у вас прощения за то, что я не сразу отправился домой. Я обещаю, что мы начнём новое расследование в отношении вашего отца, как только вернёмся.

— Это не проблема, но... Эм, это нормально, что я тоже направляюсь в такое важное место?

Я криво усмехнулся, пока Мио, казалось, покрылась холодным потом. Она выглядела такой сильной и храброй, сражаясь с Кагеторой, но она была настолько робкой, насколько это может быть возможным, когда вы выведите её из её стихии и приведёте в место для переговоров, как это. Она была такой классной, что в неё можно было влюбиться, когда она делала то, в чём специализировалась, но разочароваться, когда дело доходило до чего-то другого.

— Напоминает мне одного человека... — пробормотал я.

— ...Эм, сир? Почему вы смотрите на меня, когда говорите такое? — Айша бросила на меня обвиняющий взгляд, а я отвернулся, пытаясь скрыть то, о чём думал.

— Ну, это важные переговоры, но это работа для меня и Хакуи. Ничего плохого с тобой не случится, если ты присоединишься к нам, так что расслабься.

— С другой стороны, в вашем случае, сир, неудача не сможет удовлетворить нас, — сказал мне Хакуя с бесстрастным выражением лица.

— Я знаю... У нас осталось не так много времени.

Когда воздух в гондоле стал тяжелее, Мио беспокойно огляделась вокруг, не зная, что ей делать. Пока мы разговаривали...

— Сома, мы здесь. Это место похоже на дом, — раздался в моей голове голос Надин.

Я посмотрел вниз из окон гондолы, и на вершине одной из гор Зема стоял особняк. Он выглядел как канадский бревенчатый дом, сделанный из большого количества брёвен. Очевидно, это была горная вилла короля Зема, где он укрывался от летней жары.

Когда я посмотрел вниз на виллу, я заметил роскошную гондолу, предназначенную для перевозки важных персон, припаркованную неподалеку: — ...Они уже здесь?

— Сир, мы тоже должны поспешить.

— Я знаю. Надин, посади нас рядом с той гондолой.

— Вас поняла.

Надин плавно спустилась и приземлилась рядом с роскошной гондолой. Когда Надин приняла человеческий облик, и мы вышли из гондолы, из виллы сразу же вышло несколько человек.

— Хи-хи.

Человек во главе группы встал перед нами, а затем усмехнулся. Как всегда... особенно теперь, когда я встретился с ней во плоти, я был потрясен её красотой. Я думал, что уже привык видеть её... Конечно, если говорить о простой красоте, то мои собственные жёны были не менее красивы, чем она. Лисия, Айша и Джуна были красавицами, а Ророа и Надин – милашками.

Однако, в её случае даже воздух вокруг был другим. Она обладала природной харизмой. Обаяние, которое всегда притягивало к ней людей. У Фуги тоже было нечто подобное, но в его случае это в основном проистекало из его смехотворных боевых способностей. Она же излучала исключительно человеческое обаяние.

Она протянула мне свою правую руку. Я взял её руку, положив свою левую руку поверх, а она протянула свою левую руку поверх моей. Мы обменялись крепким двуручным рукопожатием.

Улыбаясь, она сказала: — Наконец-то я могу встретиться с вами, господин Сома.

— Да. Я рад возможности поговорить с вами лично, госпожа Мария.

Хотя, как ни странно, такого ощущения не было, это была моя первая встреча (не считая трансляции вещательной сети) с императрицей Марией Эйфорией из Империи Гран-Кэйос.

***

Ещё одной причиной, по которой я принял приглашение Гимбала, было то, что он предложил провести встречу между мной и императрицей Марией из Империи Гран-Кэйос в пределах границ Зема. Приглашая меня на Великий турнир боевых искусств, он, скорее всего, хотел продемонстрировать силу своих наёмников и либо убедить нас снова заключить с ними контракт наёмников, либо, если это не удастся, заключить договор о взаимном ненападении. Между личной встречей с Мио и возможностью встретиться с императрицей Гимбал заключил тяжелую сделку.

При этом у нас были дружеские отношения с Империей, но наш союз был в основном тайным. Торговля, вызванная медицинским пактом между Королевством, Империей и Республикой Тургис, должна была быть заметна даже тем, кто находился за пределами этих трёх стран. О том, что мы находимся в постоянном контакте, используя голосовую трансляцию вещательной сети, знали только представители высшего эшелона наших двух государств. Если бы произошла утечка информации и третьи лица узнали, что у нас такие тесные отношения с Империей или Республикой, существовал бы риск, что они стали бы относиться к нам настороженно. Например, если Фуга узнает об этом, это вызовет большой переполох.

Услышав новости об очевидных совместных отношениях между Империей и нашим королевством, он может быть достаточно отчаянным, чтобы создать базу власти, превосходящую нашу собственную; обогащение ресурсов своей страны и укрепление её вооруженных сил также не выходят за рамки возможного. Скорее всего, он будет преследовать свои амбиции с большей интенсивностью и ещё меньше задумываться о последствиях своих действий.

Поскольку мы держали всё в секрете, чтобы не допустить этого, ни один из нас не мог отправиться в страну другого для переговоров. Однако, поскольку предложение было сделано третьей стороной, мы хотели воспользоваться этой возможностью. Поскольку Зем находился между двумя нашими странами, вполне вероятно, что они сделали это предложение, чтобы оценить риск быть втянутыми в конфликт между нами. Скорее всего, они хотели свести меня и Марию вместе, чтобы использовать атмосферу встречи как индикатор того, находятся ли наши страны в дружеских отношениях или нет.

Однако, я охотно принял этот вызов. Учитывая всё вышесказанное, согласившись прийти в Зем, я одним выстрелом убивал трех зайцев. А что касается Гимбала, то мои заверения, что мы не будем враждовать с ними, если предположить, что они действительно нейтральны, вероятно, по большей части удовлетворили его конечную цель. Он действительно был не только способным воином, но и хитрым королём.

В группе людей позади Марии, вышедших поприветствовать нас, я обнаружил знакомое лицо. Я протянул ей руку. — Прошло довольно много времени, мадам Жанна.

— Так и есть. Кажется, вы здоровы, король Сома.

Это была младшая сестра Марии и генерал Империи Жанна.

Жанна пожала мне руку, затем повернулась к Хакуе: — Я тоже давно не видела вас, сэр Хакуя. Очень приятно.

— Мне очень приятно. Я рад видеть вас в хорошем здравии, мадам Жанна.

— Мы видим лица друг друга во время наших обычных запланированных бесед, но подобное кажется каким-то странным.

— Да, это так.

Жанна широко улыбалась, и даже на каменном лице Хакуи появился намёк на улыбку.

Эти двое как всегда хорошо ладили. Я слышал, что, поскольку они оба страдали от прихотей своих правителей, они создали нечто, что назвали «Ассоциацией жертв нерадивых господ». Их членство, кстати, теперь, возможно, расширилось за счёт Колберта, которого изводила Ророа, и Лерины, у которой был такой же опыт с Ку.

Мария хлопнула в ладоши: — Ах, да, сэр Сома. Помимо Жанны, я привезла из нашей страны несколько способных командиров для обеспечения безопасности на этой конференции. Позвольте мне представить их вам. Гантер, Крэй. Пожалуйста, пройдите сюда.

— Да, мэм!

Двое мужчин во внушительных доспехах вышли вперёд. Тот, что в жёлтых доспехах, был стереотипным мужчиной-мачо. Его строгое лицо было похоже на Оуэна или Германа, у него была стрижка и козлиная бородка. На вид ему было около тридцати или сорока лет, но он был определенно из тех, кто выглядит старше своего возраста.

Он поджал губы, скрестив руки за спиной, как подобает военному, наклонив голову так, что его козлиная бородка торчала, и не делая никаких попыток установить зрительный контакт.

Другой мужчина был одет в синие доспехи и производил противоположное впечатление. Он был стройным, но сильным человеком, как Юлий. Этому парню было, возможно, около тридцати. У него были длинные волосы, и можно было заметить небольшой макияж, так что лицом он напоминал участника рок-группы "Визуал-кей".

Длинноволосый мужчина смотрел на меня с широкой ухмылкой. Это не было неприятно, но я никогда не чувствовал, чтобы чьи-то глаза так цеплялись за меня, и это заставило меня немного вздрогнуть.

Указывая на каждого из них ладонями, Мария продолжила: — Позвольте мне представить их. Этот бугай – Гантер Лайл, а тощий – Крэй Лаваль. Эти двое, а также Жанна, управляют вооруженными силами Империи за меня, поскольку в этом я не сильна.

— ...Я Гантер, — неожиданно сказал крупный мужчина. Он казался немного пугающим, но я не заметил в нём никакой враждебности. Скорее всего, он был спокойным по натуре. Судя по тому, что выражение лица Марии ничуть не изменилось, очевидно, он всегда был таким. Крэй, с другой стороны...

— Так-так, для меня большая честь познакомиться с вами, король Сома. Меня зовут Крэй Лаваль. Рад знакомству с вами. Я не возражаю, если вы захотите называть меня Лави. О, вы не хотите? Как невежливо с моей стороны предлагать это. Но я действительно рад нашему знакомству. Да. Я никогда не лгу.

Даже если он и заимствовал долю времени Гантера на разговоры, этот человек был слишком многословен. Он подошел с дружелюбной улыбкой, взял мою руку обеими своими и энергично пожал её.

Потрясённый его бесцеремонностью, я посмотрел на Марию и остальных, пытаясь понять, как мне следует реагировать. Мария одарила меня слегка обеспокоенной улыбкой, а Жанна прижала ладонь ко лбу.

— Только не снова... — пробормотала она.

Очевидно, что и здесь всё было как обычно.

— Эмм... У вас в Империи тоже есть уникальные кадры, как я вижу... — сказал я, натянуто улыбнувшись.

Мария ответила деловой улыбкой: — Они оба верные и надёжные командиры.

Это, вероятно, означало, что они были способными, поэтому их личность была на втором месте. В нашей стране тоже были такие. (Например, суперсадистка Серина, главная горничная, или сверхучёная Женя).

Крэй продолжал лепетать: — И всё же, подумать только, я буду присутствовать при встрече святой Востока и героя Запада. Я вне себя от восторга. Это будет ещё одна страница в книге легенд. Когда вы вдвоем, рука об руку, сокрушите Владыку Демонов, об этом дне будут говорить вечно. О, вы великолепны, Ваше Королевское Величество. Воистину, вы герой.

Выражение экстаза на лице Крэя создавало впечатление, что он может разразиться стихами или песней. Он выглядел немного ненормальным, что начало меня пугать.

— Леди Мария, вы – небесное видение красоты, спустившееся к....

— Ты слишком много болтаешь, дурак! — Жанна опустила кулак на его голову, чтобы он замолчал.

Схватив его за голову, она заставила его поклониться: — Ой! Мадам Жанна, это больно! Я ведь сказал, что это больно!..

— Простите, пожалуйста, не обращайте внимания на сэра Крэя. Он очень впечатлительный человек, а с тем, как он поклоняется моей сестре как святой, он похож на юную деву с головой, полной мечтаний.

— ...В Империи есть очень интересные люди, — пошутил я.

—  Всё-таки это большая страна, — Мария хихикнула. — Конечно, присутствуют люди всяких мастей. Королевство ведь такое же.

Она смотрела на моих подчинённых позади меня. Да... Она права.

— Ах, позвольте мне представить их, госпожа Мария, — сказал я, подойдя к ним. — Это мои жёны, Айша и Надин.

— Приятно познакомиться. Я Айша Удгард Элфриден.

— Надин Делал Сома.

Эти двое не присутствовали на наших конференциях по трансляции вещательной сети, поэтому Мария встретилась с ними впервые. Поскольку трансляции проводились тайно, за редким исключением таких людей, как Джинджер и Сандрия, она мало с кем встречалась.

— Я слышала о вас двоих от Сомы. Вы обе очаровательны, — Мария улыбнулась им обеим.

— Это та поющая, танцующая императрица... Она вполне нормальная, — тихо произнесла Надин, глядя на Марию.

Если подумать, Надин смотрела передачи из Империи, пока находилась в Горном хребте Звёздного Дракона. Кстати, простой приёмник, которым она пользовалась, сейчас находился в замке.

Я не хотел, чтобы меня считали шпионом, и тем самым оставил плохое впечатление, поэтому я сказал Марии, что у нас есть приёмник, который может просматривать передачи Империи. Поскольку они использовали отдельные камни для публичных трансляций и важных сообщений, как мы, она сказала, что это не проблема. На самом деле, она хотела получить в ответ приёмник, который мог бы просматривать передачи из Королевства, и мы послали ей его.

Когда Джуна увидела, как Мария поёт и танцует, она сказала: «Какая природная харизма... Это пугает, насколько она одарена», что разожгло её дух соперничества. Мне посчастливилось увидеть её стремление всегда побеждать.

— Ты потрясающая. Думаю, я впервые вижу женщину, которая сильнее Жанны, — Мария окинула взглядом телосложение Айши, которая стояла ровно и неподвижно.

— Вы мне льстите.

У Марии была мягкая манера поведения, и она могла общаться с любым человеком совершенно естественно. Она умела сокращать расстояние между собой и другими людьми, поэтому я понимаю, почему жители Империи любят её. Если это пришло к ней естественным путём, значит, она была прирождённой чародейкой. И дело не только в Крэе; она могла заставить любого мужчину «танцевать под свою дудку».

— Императрица? Серьезно? — Услышав странный тон голоса, я обернулся и увидел, что Мио застыла на месте а, её глаза быстро моргали. Она присутствовала здесь просто потому, что ей предложили, а теперь перед ней стояла глава сверхдержавы на западе. Несомненно, её разум всё ещё пытался осмыслить всё происходящее.

Оуэн хлопнул Мио по спине: — А! Сэр Оуэн?

— Я знаю, что ты чувствуешь, но расслабься. Когда живёшь в Королевстве, такие нелепые вещи случаются постоянно. Тебе будет легче, если ты привыкнешь к этому как можно раньше.

— ...Что случилось с Королевством после моего ухода?

Ничего страшного с ним не случилось. Возможно.

— Сестра, давно пора, — попросила Жанна.

— Хи-хи, да, это так, — Мария посмотрела на меня. — Мы не можем стоять здесь и разговаривать весь день. Пойдёмте в дом. Я заранее услышала, что у вас есть что-то очень важное, что нужно обсудить.

— Да. В связи с этим я хотел бы ограничить количество людей, которые будут присутствовать на переговорах. Это будет приемлемо? У каждого из нас будет по одному помощнику внутри комнаты и по одному охраннику снаружи.

— Я понимаю. Я бы хотела, чтобы Жанна присоединилась ко мне. Гантер будет стоять на страже.

— Тогда Хакуя присоединится ко мне, а Айша будет другим охранником.

Мы приказали остальным наблюдать за окрестностями.

Лави... Нет, Крэй, который остался в стороне, сказал: — Почему я должен остаться в стороне от этой исторической конференции? Мне очень грустно. Глупый Гантер – просто неразговорчивый бык. Я умоляю вас, позвольте мне тоже быть рядом с вами. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Он плакал и отчаянно умолял, но Мария и Жанна просто отмахнулись от него.

После этого Мария указала на Надин: — Я слышала, что черноволосая госпожа Надин – дракон с горного хребта Звёздного Дракона.

— А? Почему мы сейчас говорим обо мне?! — глаза Надин расширились от внезапной смены темы разговора на неё.

Мне показалось, что я заметил вспышку в глазах Крэя. Мария продолжила: — Я слышала, что она относится к особому уникальному виду драконов, называемому рю. Разве тебе не интересно, как Надин встретила Сому, который не является одним из рыцарей-драконов Нотунга, и установил между ними настолько прочную связь, что они заключили договор?

— ...Конечно!

Ух ты... Чтобы отвлечь Крэя от конференции, она заговорила о подноготной Надин и пыталась спихнуть его на неё. Вот это императрица. Какой резкий поступок.

— Почему бы тебе не спросить её об этом, пока мы проводим конференцию?

— О-о-о-о, точно! — Крэй бросился к Надин, сложил перед ним руки вместе и склонил голову. — Пожалуйста, пожалуйста, расскажите мне об этом!

— Ух ты, ты слишком близко! Сома, могу я ударить током этого парня?!

— Э, нет, он вроде как иностранный генерал...

— Мы не возражаем. Если он станет слишком грубым, пожалуйста, накажите его, — с улыбкой сказала Жанна.

— Я могу?!

Она очень легко дала разрешение. Неужели всё в порядке? Надин послала искры в свои чёрные волосы, чтобы запугать его, но, похоже, Крэй не возражал, продолжая приближаться.

— О-о-о, дракон-партнёр героя обвивает себя молниями? Как мистично и божественно! Мне интересно узнать, как вы с Сомой познакомились. Что это была за история? Пожалуйста, расскажите мне! Сейчас, сейчас, сейчас!

— Гях! Стой! Прочь! От! Меня!

Не знаю. Если он смог зайти так далеко, не опустив глаз, я почти должен быть впечатлен. Ах! Возможно, у меня есть слово, чтобы описать Крэя... Он был романтиком до нездоровой степени – вот кем был Крэй.

— Извини, Надин. Будет неприятно, если он прервёт конференцию, так что не могла бы ты занять его для нас?

— Подожди! Почему я?!

— Пожалуйста. Я обещаю, что искуплю свою вину позже, — я сложил руки вместе, как в молитве, когда просил её.

— Мург... — простонала Надин. — ...Я собираюсь убедиться, что ты загладишь свою вину.

— Да, клянусь, я сделаю это.

— Хорошо, я поняла. Я поболтаю с ним, но только недолго.

Похоже, я уговорил её. Надин займется Крэем, поэтому мы решили быстро пройти в виллу и начать конференцию.

___________________________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

Местом проведения нашей конференции была гостиная виллы. Там стояли два дивана, и мы с Марией сели на них друг напротив друга, а наши помощники расположились рядом с нами. Возле двери стоял Гюнтер, а у окна на противоположной стороне комнаты стояла Айша, охраняя комнату и следя за тем, чтобы не было подслушивающих. Мне казалось, что для конференции между двумя дружественными странами это слишком большая охрана, но поскольку мы находились на территории третьей страны, это было неизбежно.

— Это ценная возможность встретиться лично. Я хотел бы воспользоваться этой возможностью и обсудить кое-что с вашей страной, — сказал я, переходя сразу к делу.

— Ты хочешь что-то обсудить… Так неожиданно? — Мария нахмурила брови и склонила голову набок. — Это что-то, что ты не мог сказать по трансляции?

— Не то чтобы я не мог этого сделать, но есть эмоции, ощущение комнаты - факторы, которые невозможно передать по воздуху. Для того чтобы точно передать эти вещи, я посчитал, что нам действительно лучше встретиться лично. Если мне удастся донести то, о чем я хочу поговорить здесь, я верю, что это может образовать трещину между нашими двумя странами.

— ...Давайте послушаем, — произнесла Мария, глядя на меня испытующими глазами.

Я понял это так, что она хочет сначала услышать, что я скажу. Я посмотрел ей в глаза и сказал прямо. — В ближайшем будущем, я ожидаю, что моя страна отправит флот в Союз архипелага Девятиглавого Дракона.

Мария тихо закрыла глаза, а Жанна удивленно воскликнула:"Что?!".

Союз архипелага Девятиглавого дракона был группой государств в море к востоку от Королевства. Хотя у них был общий лидер, каждый остров имел сильное чувство независимости и свои собственные политические системы, поэтому они не были едины.

Жанна хлопнула руками по столу и уставилась на меня. — Неужели ты собираешься начать ещё одну войну между людьми в столь неспокойное время?! Вы сами испытали на себе волну демонов! В это время, когда человечество не объединяется как единое целое...

— Жанна, — прервала её Мария, и Жанна замолчала.

Выражение лица Марии не изменилось, и она не говорила особенно громко, но за каждым её словом я чувствовал тяжесть человека, который несет на своих плечах великую нацию. Это заставило меня тоже сесть прямо и сосредоточиться.

— А пока давайте послушаем, что скажет господин Сома.

— ...Спасибо. Хакуя, карта.

— Да, сэр.

Я указал на карту, которую расстелил Хакуя, и начал объяснение. — Наша страна имеет общую морскую границу с Союзом архипелага Девятиглавого Дракона, и отношения между нами в настоящее время напряжены из-за проблем, связанных с рыболовством. Корабли из их региона прибывают в большом количестве, чтобы ловить рыбу в водах рядом с нами, и они регулярно создают проблемы нашим рыбакам.

Мария кивнула. — Я слышала о ситуации. Но нет ли способа замять её мирным путем?

— Это невозможно. В их рыболовных флотилиях есть вооруженные корабли, и они вмешиваются, когда мы пытаемся их остановить. Они кажутся опытными, так что, скорее всего, являются частью регулярных сил Союза архипелага. Другими словами...

— ...Государство стоит за незаконной рыбалкой?

Я кивнул в ответ. — Если мы не ударим в корень проблемы, то всё, что мы можем делать - это играть с ними в жмурки. Поэтому мы отправим флот в Союз архипелага Девятиглавого Дракона, разберемся с этим вопросом и обеспечим безопасность наших рыбаков.

— Флот... Вы хотите открыть военные действия на море?

— Союз архипелагов не подписал Декларацию Человечества, как и мы. Я не считаю, что Империя должна их защищать.

— Понятно...— Мария уставилась на меня. Не было ни гнева, ни печали, ни подозрения, ни чего-либо подобного. Она словно смотрела в самую суть моего существа. С таким взглядом трудно справиться... Хотя я пытался притвориться, что всё в порядке, на моих ладонях выступили капельки пота.

— ...У вас есть вопросы?

Мария молчала, как будто о чем-то размышляла. Я ожидал критики или хотя бы вопросов, когда сказал ей, что мы отправляем флот в Союз архипелагов, поэтому это молчание было неожиданно неловким. Я чувствовал себя так, будто сижу на иголках, это было хуже, чем если бы она заговорила.

Казалось, молчание было столь же невыносимо для Жанны, и она заговорила. — Господин Хакуя! Это был ваш план?!

— ...Эта идея возникла не у меня, но я подробно рассмотрел её с Его Величеством.

— Значит, вы согласны с этим. Почему...?

— Жанна...— Мария снова прервала ее. — После переговоров с господином Хакуя по трансляции вещательной сети, ты должна знать, что он за человек.

— Да... Но сейчас я не могу понять, о чем он думает.

— В такие моменты вы смотрите на лицо другого человека.

Их лицо? Я коснулся своего. Было ли оно таким странным?

Увидев мою реакцию, Мария захихикала. — Если им есть что скрывать, это будет видно по их лицу - пытаются ли они вести себя любезно, чтобы не обидеть нас, пытаются ли обмануть нас, или напрягаются, думая, что их заговор будет раскрыт... Верно? На ваш взгляд, лицо господина Хакуя выглядит как-то иначе, чем обычно, когда вы двое ведете переговоры?

— ...Нет. Я думаю, это было одно и то же.

— Лицо господина Сомы показалось мне таким же. —  Мария смотрела прямо на мое лицо. — Если говорить проще, у тебя есть какая-то причина, по которой ты это делаешь.

— Да, — ответил я.

— Можете ли вы сказать мне, что это здесь?

— Я не могу. —  Я посмотрел прямо в глаза Марии, когда говорил. — Дело не в том, что я не доверяю вам обоим, но если информация просочится, всё, что я сделал для подготовки, пойдет прахом. Я просто обязан этого избежать.

Если она могла определить, что люди что-то скрывают по глазам, я хотел, чтобы она видела меня насквозь.

— Клянусь, ничто не разочарует наших заклятых друзей, — заверил я её.

— Тогда позвольте мне довериться слову моего заклятого друга.

Ответ Марии прозвучал легче, чем я ожидал.

— Сестра...

— Однако не забывайте, что если вы сделаете хоть что-нибудь, чтобы предать это доверие, я буду вынуждена аннулировать наш тайный союз, медицинский пакт, соглашение об исследованиях и пересмотреть нашу позицию сотрудничества по отношению к вам.

Хотя она была достаточно смелой, чтобы довериться нам, она не забыла четко обозначить свою позицию. Она действительно была женщиной, которая несла на своих плечах великий народ. У меня и близко не было её возможностей.

— Я учту это, — сказал я. — Потому что я не хочу с тобой драться.

— Я чувствую то же самое. Итак... Если вы пошли на то, чтобы рассказать нам что-то, что, как вы знали, может нас расстроить, у вас должна быть какая-то причина, верно?

Уловив уверенность в словах Марии, я сдался и кивнул. — Да. Есть кое-что, в чем я хочу, чтобы Империя нам помогла.

— Если вы хотите атаковать Союз архипелагов клешневой атакой с востока и запада, я не могу этого сделать, понимаете?

— Я бы не просил ничего подобного. Я бы хотел, чтобы Империя выступила в качестве посредника в установлении мира.

— Мир...? — У Марии снова было сложное выражение лица. Я уже сказал ей, что посылаю флот, но теперь я просил её стать посредником в установлении мира, что было прямо противоположным действием, поэтому я не мог винить её за подозрения. — Можно ли предположить, что вы имеете в виду Короля Девятиглавого Дракона?

— Нет. Похоже, он уже собирает свой флот. Я не думаю, что мы сможем договориться с ним. Поэтому, хотя это будет большая работа, я бы хотел, чтобы Империя убедила правителей каждого острова в опасности борьбы с нами. Я хочу, чтобы вы сказали им:" Если Королевство решит сражаться, они, скорее всего, подчинят себе весь архипелаг Девятиглавого Дракона. Вот почему вам следует избегать конфликтов" - и пробудить в них чувство опасности.

— Ах! ...Это вряд ли предотвратит конфликт. —  Взгляд Марии стал более острым. — Исторически эта страна была основана теми, кто собрался вместе после того, как их по какой-то причине прогнали с континента. Бунтарский дух глубоко укоренился в народе, и они олицетворяют собой поговорку:"Если хочешь, чтобы тебя сделали концом копья, стань вместо этого острием кинжала".

Это была поговорка из этого мира. В моем старом мире мы бы сказали:" Выбирай быть ртом курицы, а не хвостом вола". Это значит, что лучше быть во главе меньшей группы, чем последователем большой.

Мария продолжила. — Когда мы призвали их присоединиться к Декларации человечества, ни один остров не откликнулся. Если я скажу им:"Ваши враги сильны, поэтому избегайте сражений" - в данном случае это ещё больше раззадорит их. Если это произойдет... А?!

Глаза Марии расширились.

— Нет, только не говори мне, что это то, к чему ты стремишься?!

Казалось, Мария точно угадала мои намерения. "Неужели она разозлится?" - подумал я, но вместо этого она задумалась ещё больше. Это было неожиданно, поэтому я посмотрел на Хакую. Он тоже выглядел озадаченным. Жанна тем временем смотрела то на Марию, то на нас.

Я спокойно ждал, пока Мария заговорит, и, в конце концов, она медленно открыла рот. — ...Неясно, но, кажется, я начинаю понимать, что вы пытаетесь сделать.

— А?

На этот раз была моя очередь удивляться. Не может быть... это всё, что ей понадобилось, чтобы разгадать наш план?

— Мы постоянно собираем информацию и о других странах. —  Когда я потерял дар речи, Мария улыбнулась мне. — У нас есть кое-какая информация о Союзе архипелагов Девятиглавого Дракона, и я не могу обнаружить никакой лжи ни в чем из того, что вы сказали. Если я сравню то, что мы знаем об этой стране, с тем, что вы сказали, сэр Сома, я смогу получить смутное представление о том, что вы хотите сделать.

— Понятно... — Какой невероятный человек. Казалось, она более или менее разгадала нашу цель, пусть и не идеально. Не знаю, сколько раз я уже думал об этом, но она была просто потрясающей. Она не только обладала природной харизмой, но и была невероятно мудрой.

Мария хлопнула в ладоши. — Я понимаю. Империя предложит Королевству наше полное сотрудничество в этом вопросе.

— С-сестра?! Разве можно вот так на месте решать?! —  Жанна запротестовала, но Мария, казалось, не была обеспокоена.

— Если мое предсказание верно, это будет что-то значимое и для Империи. Но я думаю, нам придется согласиться, что вы нам должны, верно? — сказала она, игриво улыбаясь.

Я опустил плечи, вся злость высосана из меня. — ...Считайте, что мы у вас в долгу. Я найду случай отплатить за услугу.

— Хи-хи, не забудь, что ты это сказал.

С Империей всё было улажено.  Мария показала, что она находится на гораздо более высоком уровне, чем мы, но нельзя отрицать, что нам удалось добиться сотрудничества с ней. Это сделало всю поездку стоящей.

Теперь мы можем безоговорочно послать флот в Союз архипелагов Девятиглавого Дракона. Я всё ещё удивлялся проницательности Марии, но все равно чувствовал, что с моих плеч свалился груз.

Когда самое важное обсуждение закончилось, мы перешли к обсуждению ряда других тем. Это было продолжением того, что мы обычно обсуждали в эфире, поэтому всё закончилось без проблем, как и моя первая прямая встреча с Марией.

После этого мы должны были устроить дружескую встречу, используя эту виллу. Если бы мы сейчас уехали и попытались вернуться в свои страны, это означало бы ночное путешествие, поэтому план был таков: мы останемся здесь на ночь, а утром отправимся домой. Еду для встречи готовили повара Королевства и Империи, используя ингредиенты, предоставленные Земом. Каждая сторона также проверила их на ядовитость.

Если бы что-то случилось с Марией или со мной, это повысило бы риск нападения на Зем с обеих сторон, поэтому я не ожидал, что они что-то предпримут, но мы все равно приняли меры предосторожности на всякий случай. Это заставило меня с болью осознать, как трудно было встретиться главам двух государств.

Кроме того, что касается поваров из Королевства, мы не могли должным образом охранять больше VIP-персон, чем мы уже охраняли, а это означало, что министр сельского и лесного хозяйства Пончо и его беременные жены Серина и Комаин не могли быть здесь. Вместо них мы взяли с собой персонал, работавший в ресторане "Ишидзука".

— Мы будем служить вам с полной отдачей!

Когда им поручили приготовить еду, которую будет есть императрица великой страны на западе, они окаменели, но... казалось, что они всё равно сделают всё возможное.

— О, Боже. Снаружи хрустящая корочка, а внутри сочная. —  По улыбке на лице Марии, набивавшей щеки курицей татсута, я понял, что ей очень понравилось.

Поскольку в этот раз у нас было ограниченное пространство, мы выбрали формат шведского стола, где люди стояли и ели. Люди из обеих стран говорили друг с другом обо всем, что им нравилось.

— Манч, манч. Всегда ли еда в Королевстве была такой вкусной?

—  В нашем доме есть придирчивые гурманы.

Мио и Надин болтали. Надин, ты там не забываешься?

— Сэр Гюнтер! Смею заметить, что у вас прекрасные мышцы!

— ...Вы тоже, сэр Оуэн.

— Охохо, сэр Гюнтер, вы ведете себя нехарактерно застенчиво.

Командиры, Оуэн, Гюнтер и Крахе, похоже, тоже хорошо ладили, и встреча продолжалась в той же непринужденной атмосфере. По сравнению с теми временами, когда меня приглашали на поздние ночные вечеринки знати, отсутствие тех, кто подходил ко мне, потирая руки с фальшивой улыбкой на лице, было огромным облегчением.

Когда мы с Марией разговаривали, даже наши подчиненные не решались подойти. Возможно, благодаря этому Мария смогла в полной мере насладиться едой.

— Вы научили нас рецептам, но настоящая кухня действительно отличается. Даже запах соевого соуса, который вы используете, лучше, чем у нас в стране.

— Что ж, должно быть, это плод ежедневной борьбы расы мистических волков за совершенствование своих методов.

— Это так вкусно, что моя вилка не останавливается. —  Мария ухмылялась, поглощая еду.

Почему-то я вдруг почувствовала родство с ней. Жанна говорила, что в личной жизни она была немного разочаровывающей, но думать, что она была такой легкой и непринужденной женщиной... пока я так размышлял, появилась Айша и предложила Марии блюдо.

— Госпожа Мария, это рагу тоже очень вкусное.

— О, госпожа Айша, это правда? Я должна попробовать.

По какой-то причине она так же хорошо ладила с нашим темным эльфом-обжорой.

— Эм, мадам Мария? Если ты будешь слишком сумасбродной, не будет ли госпожа Жанна снова на тебя сердиться? — спросил я из беспокойства, но Мария только захихикала от удовольствия.

— Всё в порядке. Жанна сейчас дуется в другой комнате.

— Ах... это так?

Мы с Хакуей мало говорили о наших намерениях послать флот к архипелагу, и хотя Мария, казалось, всё поняла, она не говорила об этом. На самом деле, она, вероятно, молчала, чтобы сохранить секретность в этом вопросе. Казалось, что Жанна не в курсе всего этого, поэтому она очень рассердилась. Очевидно, она не собиралась открыто дуться во время дружеской встречи с другим народом.

— Простите. Я чувствую себя неважно, поэтому мне придется уйти. —  Она извинилась и удалилась в другую комнату. Но в глазах её сестры Марии было видно, что она чувствует себя подавленной, потому что её оставили без внимания.

Мария склонила голову. — Прости меня за то, что я оставила Хакую заботиться о Жанне.

— Не беспокойтесь об этом. Хакуя не очень хорошо относится к таким оживленным событиям, так что, возможно, он просто искал предлог, чтобы сбежать.

— Вы так думаете? — Мария пытливо склонила голову набок.

— Да. И кроме того...— Я замялся, прежде чем высказать ей свое придурковатое мнение по этому вопросу. — Я думаю, что этот самодовольный неженатый парень не прочь время от времени "пошалить".

— ...Хмф.— В другой комнате Жанна раздраженно повернула голову в сторону.

Хакуя стоял неподалеку со слегка озабоченным выражением лица. Несмотря на блестящий ум в политике и стратегии, он всё ещё был одиноким мужчиной, который провел всю свою жизнь как книжный червь, прежде чем поступил на службу в замок. У него было не так много шансов пообщаться с женщинами, поэтому, естественно, он не знал, как успокоить одну из них, когда она в плохом настроении.

Если уж об этом зашла речь, мне следовало бы уделить больше внимания тому, как Его Величество общается со своими королевами... Сома и его королевы хорошо ладили, но у них постоянно возникали небольшие размолвки. Иногда Лисия могла рассердиться на него за его бестактность, а иногда Сома мог дуться из-за того, что его жены объединились и игнорируют его мнение.

Например, совсем недавно они спорили о будущем направлении образования Циана и Казухи. Правда, все, кто их подслушивал, только раздражались, потому что в любом случае говорить об этом было ещё рано. Впрочем, эти споры были лишь небольшой дружеской перепалкой между мужем и женой, и если они оставляли друг друга в покое, то были готовы помириться в мгновение ока. В родном мире Сомы говорили, что: "даже собака отвернется от ссоры между мужем и женой".

У Хакуи не было желания вмешиваться в семейные разборки другой семьи, поэтому он изо всех сил старался держаться в стороне. Сейчас он серьезно жалел, что не обратил внимания на то, как Сома успокаивал своих жен, когда они сердились на него.

— Гм... Мадам Жанна?

— ...В чем дело, господин Хакуя?

Казалось, что она, по крайней мере, готова ответить.

— Эм... Ты в гневе?

— Я не злюсь... Я возмущена.

— Я прошу прощения. Но мы не можем говорить, когда не знаем, кто может нас подслушать. У нас не было намерения оставить вас без внимания...  — Дело не в этом. —  Жанна прервала объяснения Хакуи и повернулась к нему лицом. — Я возмущена только собой, тем, что я такая бесполезная.

Жанна скрестила руки на груди и опустила глаза вниз, выглядя грустной.

— Пока моя сестра отстаивает свои идеалы, Королевство будет идти бок о бок с Империей.... Это сказал король Сома, а теперь он сказала о вторжении в Союз архипелагов Девятиглавого Дракона. Одного этого должно было быть достаточно, чтобы заставить её нахмурить брови, но по какой-то причине моя сестра приняла его просьбу.

— Это потому что... Нет...— Хакуя собирался что-то сказать, но остановил себя.

— Казалось, что вы и король Сома стали совершенно разными людьми, а моя сестра отбросила свои идеалы... Я понятия не имею, о чем вы все думаете.

Жанна покачала головой.

— Но я понимаю, что у каждого из вас есть что-то, о чем вы размышляете. Это просто вопрос того, что я не знаю ситуации. Это... сильно расстраивает. Особенно когда моя сестра смогла правильно разгадать ваши намерения всего по нескольким небольшим намекам.

Хакуя испустил небольшой вздох. — Госпожа Мария - умная женщина. Мы не ожидали, что она так быстро нас раскусит. Даже если бы это на какое-то время напрягло отношения, пока Мария продолжала вести себя как обычно, всё было бы нормально. Но, более или менее разобравшись, что мы задумали, Мария пообещала сотрудничать. Ужасает, насколько она проницательна.

— Моя сестра слишком легкомысленна в личной жизни, но она очень умный человек. —  Жанна слабо улыбнулась. — Вот почему мы полагаемся на неё. Слишком сильно. Когда я вижу, как сестра постоянно взваливает на себя бремя императрицы, я хочу быть рядом, чтобы помочь ей, но... если бы только у меня было больше сил.

Не найдя слов, Хакуя бросил на неё сочувственный взгляд.

— Прости меня. За то, что так ныла перед тобой.

— Нет, я понимаю.

Они оба находились в положении, когда им приходилось поддерживать лидера своей страны. Сома был исключительно хорош в делегировании задач тем, кто был способен их выполнить. Он собрал столько людей, что его называли кадровым маньяком, и это означало, что они могли проводить политику в самых разных направлениях. Недостатком было то, что ему было труднее выполнять свою работу короля снаружи, и он выглядел довольно просто для народа, но если государство хорошо управлялось, народ не собирался жаловаться на это.

Но... Что если?

Что, если бы Сома обладал способностями и харизмой Марии? Если бы он мог сделать всё сам, разве он не сделал бы это и не продвигал бы свою политику вместо того, чтобы нанимать персонал? Потому что так было быстрее? Самостоятельное решение вопросов принесло бы ему большую популярность и привело бы к большим ожиданиям. Чем больше он оправдывал надежды людей, тем больше становились эти надежды...

Я вижу... Мадам Жанна... Наверное, это раздражало, наблюдать за сестрой в таком состоянии. Мария была таким гением, что Жанна даже не могла сказать:" Я бы хотела, чтобы ты больше полагалась на меня".

— Наблюдая за тем, как моя сестра выступает в роли лорелеи в дополнение к своим политическим обязанностям, я задумалась. Не ближе ли это к тому, что моя сестра действительно хочет делать?       В голосе Жанны прозвучала боль. — Провал объединенного наступления сил человечества во главе с Империей и смерть последнего императора... сестра взошла на трон в то время, когда народ был мрачен и подавлен. Она сказала мне:"Я хочу заставить людей улыбаться". Именно это побудило её вновь объединить Империю и дать им надежду, которой была Декларация Человечества.

— ...Я думаю, это невероятно.

— Сестра всего лишь хотела, чтобы все улыбались! Возможно... Возможно, она даже не хотела быть императрицей. Она кажется такой полной жизни, когда поет и танцует, и люди любят смотреть на это. Честно говоря, я бы хотела позволить ей заниматься только этим, но... это не выход.

Хакуя ничего не мог сказать в ответ на грусть в голосе Жанны. Как иностранный гражданин, он не имел большой свободы действий, а как высокопоставленный член Королевства, он не мог говорить небрежно. Если он и мог что-то сделать, так это молча слушать, как Жанна излагает свои мысли.

Внезапно Жанна ударила себя по щекам.

— Мадам Жанна?!

— Я не могу продолжать вести себя так мрачно. —  Затем она улыбнулась удивленному Хакуе. — Не сейчас, когда у меня есть возможность поговорить с вами, господин Хакуя. Я теряю время.

— ...я не возражаю.

— Ну, я хочу! Давайте выпьем за эту ночь!

— Ах! Я не так хорошо переношу алкоголь...

— Ооо, верно. — Жанна усмехнулась. — Всё в порядке. Если ты напьешься, я буду ухаживать за тобой.

— Я не могу позволить VIP-персоне из другой страны увидеть меня в таком жалком состоянии....

— О, а что плохого? Давай себе расслабиться время от времени.

— Нет, я хочу сказать, что...

— Давай, раз уж все решено, пойдем возьмем еду и напитки с вечеринки.

Жанна взяла Хакуя за руку и твердым шагом начала уходить, увлекая его за собой. На лице Хакуи появилось нехарактерное для него недоуменное выражение. Ну... это лучше, чем если бы она выглядела подавленной, как раньше.

Увидев счастливое выражение лица Жанны, он приготовился составить ей компанию на всю ночь.

Вскоре после этого в комнату вошли растерянный Хакуя и счастливая Жанна. Жанна тянула Хакуя за рукав. Казалось, ей уже лучше.

— Кажется, у вашей сестры настроение улучшилось.

Мария тоже заметила их и мягко улыбнулась. — Кстати о младших сестрах, у Трилл все хорошо?

— Да. Даже слишком хорошо. Она усердно занимается разработками с Женей. Я вообще-то хотел взять её с собой, но она решительно отказалась....

Я думал, что это будет хороший шанс для трех сестер собраться вместе, но...

— Ни за что! Если бы я сейчас встретилась со своими сестрами, мне бы точно прочитали длинную лекцию о том, что нельзя вмешиваться в семейную жизнь старшей сестры Жени! Старшая сестра Жанна настолько строга, что меня могут даже забрать обратно в Империю! Я категорически отказываюсь сопровождать вас!

...Трилл не выдержала.

Конечно, я не мог быть с ней слишком строг, учитывая её статус. У меня было разрешение Жанны быть строгим с Трилл, но я бы не хотел расстраивать её и в результате задерживать проект по разработке бура. Поэтому я позволял ей делать всё, что она пожелает, в пределах разумного. Если бы ситуация вышла из-под контроля, я бы попросил её сестер отругать её.

Мария хихикнула. — Это так на неё похоже. Всегда свободная. Я ей немного завидую.

— Кстати, о свободе... Все здесь ведут себя довольно раскрепощенно, верно?

Я огляделсч вокруг: люди из Королевства и Империи смешивались в довольно хаотичной сцене. Надин увлеченно рассказывала Крахе историю о том, как мы встретились. Её лицо было немного красным, а глаза расфокусированы. Она выглядела подвыпившей.

— Итак, как я уже говорила, Сома, он сказал мне, что у меня есть индивидуальность. Это... сделало меня очень счастливой.

— О, я вижу, вижу. Это замечательный способ познакомиться. Вот, выпейте еще.

— ...Ик.

Похоже, Крахе уговорил её рассказать ему всё. Ну, то, что он знает, как мы познакомились, не создаст никаких проблем. Поблизости были стражники, так что если бы показалось, что она может разгласить что-то, что должно храниться в тайне, они бы её остановили. Но Надин... если она вспомнит об этом, когда протрезвеет, то будет корчиться от стыда.

Тем временем, в другой части комнаты Мио отхлебывала крепкий напиток.

— Уф... Что я вообще здесь делаю...?

— М-мадам Мио? Не слишком ли много вы пьете? — прокомментировал Оуэн, пытаясь остановить ее.

Мио воскликнула "Ты думаешь, я смогу пройти через это, не выпив?!" - и налила себе ещё. — Я и так была удивлена, что королевство Эльфриден и княжество Амидония объединились, но теперь мы ещё и с Империей в дружеских отношениях...? Что случилось с Королевством, пока меня не было? Я чувствую себя путешественником, вернувшимся домой после десятилетнего перерыва и потрясенным тем, как все изменилось… Ик.

— Многое случилось. О, Боже, ты слишком много пьешь. Если у тебя будет похмелье, то поездка на гондоле будет для тебя намного тяжелее, понимаешь?

Хотя Оуэн пытался её успокоить, она его не слушала.

Хм... Если всё так и будет, может, мне стоило взять с собой Колберта и её мать... Мать Мио, похоже, не была из тех, кого можно запугать подобными вещами. Перед тем, как расстаться с Колбертом, у меня была возможность коротко поговорить с ней.

Когда я спросил её, что она думает о Георге, она ответила:" Это путь, который выбрал этот бестактный человек. Неважно, что о нем думают другие, я уверена, что это лучший выбор, который он мог сделать. Как его жена, я могу только верить в него и принять это" - какая сильная женщина. Я сомневаюсь, что вид её дочери, топящей свое смятение в алкоголе, мог бы её смутить.

Оглядевшись поближе, я обнаружил, что наши телохранители Айша и Гюнтер смотрят друг на друга.

— ........(Чавк, Чавк.)

Гюнтер пристально смотрел на Айшу, стоя прямо и не двигаясь, а Айша в ответ смотрела на него, но держала тарелку с разнообразными блюдами и ела их, глядя на Гюнтера. Серьезно, на что я тут посмотрел?

— Эм... почему Гюнтер смотрит на Айшу? — спросил я у Марии.

— О, простите. Это суровое выражение лица Гюнтера нормально для него. Скорее всего, он хотел поговорить со своим коллегой-телохранителем, но не мог найти слов, а их глаза случайно встретились, и он не смог отвести взгляд... Я полагаю?

— Он стесняется, хотя и выглядит так?!

Когда мы впервые встретились, я подумал, что у него, должно быть, не очень хорошее впечатление обо мне, но на самом деле он просто чувствовал себя напряженно? Когда я так подумал, грубый старик стал выглядеть довольно симпатично.

Мария хихикнула. — Все выглядят так, будто им весело.

— ...Да, так есть.

— Кстати, господин Сома, я бы хотела немного поговорить наедине, — сказала она озорным тоном.

Ошеломленный её внезапным приглашением, я немного запаниковал. — Одним...? Это нехорошо. Мы оба лидеры, понимаешь?

— Госпожа Айша и Гюнтер должны видеть нас на балконе вон там, так что я не думаю, что это должно быть проблемой?

— Тогда... хорошо.

Мы сказали Айше и Гюнтеру, что хотим поговорить наедине, чтобы они охраняли нас на расстоянии, а затем вышли на балкон. Я боялся, что здесь могут подстрелить, но вокруг виллы были расставлены члены "Черных котов", так что всё было в порядке.

Плечи Марии слегка дрогнули. — На улице немного прохладно?

— Ну, сейчас осень, и мы в горах, в конце концов.

Она была права, что было прохладно, но я даже не мог сказать, сколько слоев было в её платье, да и я сам был одет довольно плотно, так что было терпимо. Решив так, мы остались на балконе.

Мария заговорила первой. — Теперь, что касается отправки флота в Союз архипелагов Девятиглавого Дракона....

— ...В данный момент я не могу открыть вам больше, понимаете?

— Я не буду просить. То, что я собираюсь сказать, относится к услуге, которую вы должны оказать. Ты ведь сказал, что когда-нибудь вернешь нам долг. —  сказала она с озорной улыбкой на лице.

— Подожди секунду. Хм... Если ты попросишь что-то слишком неразумное, это будет проблемой.

— Хи-хи, соглашение, которое мы заключили, было устным, не зафиксированным на бумаге. Оно было засчитано тебе только потому, что ты веришь, что мы выполним его. Поэтому я хочу, чтобы ты тоже дал мне устное обещание.

— Вернуть услугу обещанием?

— Да. Если в какой-то момент в будущем... — То, что Мария сказала мне после этого, несмотря на спокойствие в ее голосе, заставило меня усомниться в своих собственных ушах.

— А?! —  Я посмотрел на неё, глаза расширились.

Мария просто... улыбнулась.

Должно быть, это были истинные чувства Марии, о которых не знала даже Жанна. Даже после того, как я выслушал всё, что она сказала, я некоторое время не мог ничего сказать.

После молчания, которое показалось мне особенно долгим, я наконец смог ответить. — Не говори ничего такого зловещего....

Мария усмехнулась. — Важно быть подготовленным. Итак, как насчет этого? Это устное соглашение, не закрепленное на бумаге, но могу ли я попросить тебя сделать это?

— Я... — Это... не было тем, на что я мог бы так просто кивнуть и согласиться. Если бы то, о чем только что говорила Мария, свершилось, мне пришлось бы собрать Хакуя и моих ближайших помощников и обсуждать этот вопрос несколько дней. Но только если бы это действительно произошло. Пока же это была лишь одна из возможностей будущего. Если бы я сказал им, что хочу обсудить этот вопрос сейчас, они бы сказали, что я слишком беспокоюсь.

Я и сам не мог поверить, что это всё-таки произойдет. О... Вот почему это устное соглашение. Таким образом, она была бы счастлива, если бы я сделал то, что обещал, но меня нельзя было бы обвинить в том, что я этого не сделал. Это было то же самое, как если бы я попросил её об одолжении. Тем не менее, мы с Марией оба верили, что если другой что-то пообещал, то обязательно выполнит. Наверное, она говорила об этом, потому что доверяла мне. На случай, если когда-нибудь придет время.

— ...Я понимаю. —  Я посмотрел Марии в глаза и кивнул. — Если возникнет подобная ситуация, Королевство будет действовать так, как вы пожелаете.

В ответ Мария подарила мне самую большую улыбку, которая у неё была сегодня. Её взгляд, когда она осторожно приподнимала подол юбки в лунном свете, был завораживающе прекрасен.

Затем, нежным голосом, она сказала: — Я верю вам, сэр Сома.

На следующий день каждый из нас вернулся в свои страны. Гимбал, король Зема, пришел в гости утром, поэтому он, Мария и я прощались друг с другом.

— Сэр Гимбал. Я благодарю вас, как императрица, за то, что вы предоставили нам место для такого разговора.

— Я благодарю вас и от имени Королевства. В результате мы смогли провести плодотворную встречу.

Когда мы с Марией поблагодарили его, Гимбал покачал головой. — Если Королевство и Империя в хороших отношениях, мы не окажемся в центре ваших войн. Ну, при условии, что вы двое не будете радостно вторгаться к нам вместе, то есть.

Он сказал это в шутку, но в шутке много правды. Гимбал хотел, чтобы мы не были настолько враждебны друг другу, чтобы его страна стала полем боя для наших войн, но он также не хотел, чтобы мы были настолько близки, что решили вместе вторгнуться в его страну. Вот почему он предоставил нам место для встречи, оказав услугу нам обоим и позволив ему узнать, каковы наши отношения. С ним было очень непросто иметь дело.

Мы с Марией оба ответили натянутыми улыбками.

— Как я уже говорил, если вы сохраните искренний нейтралитет, Королевство не станет затевать с вами никаких проблем.

— Хи-хи, Империя не будет нарушать Декларацию Человечества, когда мы были теми, кто издал её с самого начала.

Гимбал ответил с такой же фальшивой улыбкой. — Ха-ха-ха, это обнадеживает. Если вы захотите использовать это место для конференций в будущем, только скажите, и я одолжу его вам в любое время.

— Спасибо вам за это.

— Мы благодарны за это, сэр Гимбал.

Мы все пожали друг другу руки, пока наши сопровождающие смотрели на нас. Это был театральный способ показать, что у нас доверительные отношения, но такая демонстрация тоже была важна.

И вот, каждый из нас вернулся в свои страны.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

По дороге домой из Зема я в основном ехал на спине Надин, а также присоединялся к людям в гондоле, чтобы поболтать. Это была всего лишь быстрая зарубежная экскурсия, ведь прошло всего около недели с тех пор, как мы покинули Королевство.

Я попросил Надин прилететь в замок и, как обычно, опустить гондолу во дворе. Пока стражники приветствовали нас, а все разминались от дорожной усталости, Лисия и Джуна вышли из замка, неся на руках Cиана и Казуху. За ними вышла и Ророа.

Лисия отдала Казуху в руки Ророа и поспешила ко мне. О... жена, которая приветствует тебя дома - это здорово... Когда я протянул руки, готовый поймать в них Лисию, она пробежала мимо меня и обняла Мио.

— П-принцесса... это вы?

— ...Я теперь королева, — мягко сказала Лисия Мио, которая изумленно смотрела на нее. — О, и мне жаль. Мы заставили твою семью пройти через столько неприятностей ради нас.

— Нет... просто услышав эти слова, я почувствовала, что все это того стоило. —  Мио снова обняла Лисию.

Две бывшие ученицы Георга наконец-то встретились, и когда они обнялись, их глаза были мокрыми от слез. Мне понравилось, что Лисия может быть такой внимательной к людям, и это была трогательная сцена, но мне было немного грустно, что она отдала предпочтение Мио, а не мне. Я такой мелочный, и я ненавижу себя за это...

— Что ты так грустно смотришь, а? Мы ведь тоже здесь.

— Смотри, Cиан, Казуха, это папа.

Ророа и Джуна взяли крошечные ручки Cиана и Казухи и прижали их к моему лицу. Дети ворковали, как будто пытаясь утешить меня.

— Все, я дома! — Я был так тронут, что крепко обнял всех четверых.

— Ты действительно делаешь из мухи слона, ведь тебя не было всего неделю, дорогой.

— Хи-хи, добро пожаловать домой, дорогой.

Ророа и Джуна улыбнулись моей чрезмерной реакции.

Пока я наслаждался тем, что впервые за неделю смог провести время с семьей, Хакуя, который в какой-то момент подошел ко мне сзади, громко прочистил горло. — Сир, простите, что прерываю счастливый семейный момент, но давайте немедленно займемся вопросом госпожи Мио. Если мы потратим на это слишком много времени, это может повлиять на наши дальнейшие планы.

— ...Хорошо.

Я обещал, поэтому был готова приступить к работе по восстановлению чести Георга. Я бы не отказался от своего слова. Честь Георга обязательно будет восстановлена. Но... Хотел ли этого сам Георг - это уже другой вопрос.

**

Однажды осенним вечером месяц спустя... В новостной программе Криса Тахиона прозвучало объявление из замка.

— Сейчас мы сделаем объявление относительно нового расследования восстания под руководством бывшего генерала армии Георга Кармина.

Согласно новостям, причиной повторного расследования стало то, что дочь Георга Мио победила на турнире боевых искусств в Земе и получила возможность напрямую поговорить с королем Сомой, который присутствовал на турнире. Она эмоционально попросила короля Сому начать новое расследование восстания Георга. Такое прямое обращение к королю легко можно было расценить как оскорбление, но король Сома увидел, как Мио пробила себе дорогу через могущественных воинов Зема, чтобы он услышал ее желание, и решил начать расследование, когда она предоставила новые доказательства в виде дневника, который Георг вел во время восстания. Похоже, за прошедший месяц было проведено настоящее расследование.

Жители Фридонии (особенно жители королевства Эльфриден) не знали, что делать с восстанием Георга Кармина. Поскольку сам он покончил с собой в тюрьме, не сказав ни слова, а его ближайшие соратники предпочли последовать за ним на смерть. В общем сейчас не осталось никого, кто мог бы рассказать о том, как все обернулось. Заявление замка о том, что «Георг начал восстание, и мы его подавили», было очень понятным. Поэтому мнения жителей королевства по этому поводу были в основном основаны на догадках.

Если подытожить, как они видели происходящее, то это выглядело примерно так:

Георг с подозрением отнесся к внезапной передаче власти от бывшего короля Альберта к королю Соме. Из-за этого недоверия он замкнулся в своих владениях и игнорировал Лисию, когда она пыталась убедить его поговорить с королем Сомой. Кроме того, он приютил в своих владениях дворян, которых король Сома обвинил в коррупции. Неясно, подговорили ли его эти дворяне, или он использовал их, но он возглавил армию во время восстания. Возможно, в старости он стал честолюбив и хотел сам стать королем.

Таков был народный сценарий восстания, поэтому в настоящее время его оценивают как некогда верного воина, который на старости лет стал высокомерным и восстал. Однако в этот момент появилась Мио с дневником Георга.

— Это то, что должно храниться в тайне, но я берусь за перо сейчас, потому что хочу, чтобы вы, моя семья, знали правду.

В дневнике, который начинается с этого отрывка, изображен Георг, совершенно не похожий на того, о котором говорили люди до этого момента.

Если кратко описать образ Георга в дневнике, который у нее был, то он был следующим:

Георг всегда был предан королевской семье Эльфридена. Он воспринимал принцессу Лисию не только как дочь своего сеньора, но и как собственную дочь. Он также понимал, что молодой человек, которого король Альберт выбрал в жены принцессе Лисии, годится на роль короля. Однако среди знати королевства были и те, кто разжирел за счет коррупции, и даже те, кто сотрудничал с княжеством Амидония, и они не могли смириться с тем, что Сома преследовал их за коррупцию, и пытались улучшить страну.

Георг почувствовал приближение восстания этих дворян и вторжения княжества Амидония, поэтому он собрал вместе коррумпированных дворян и сам возглавил восстание, чтобы, проиграв Соме, искоренить коррумпированных дворян. В то же время Георг прервал сотрудничество продажных дворян с Амидонией. Если бы во время этой войны амидонцы вторглись через Карминское герцогство и сотрудничали с продажными дворянами, война могла бы затянуться надолго. Опасаясь этого, Георг старался удержать их от сотрудничества с княжеством Амидония.

В результате княжество Амидония понадеялось, что король Сома и дворяне перебьют друг друга, и вторглось через юг, потому что не смогло согласовать действия с силами коррумпированных дворян. Затем, когда противовоздушные метательные машины на стенах замка в Ранделе пали, Георг сдался и был успешно взят в плен вместе с коррумпированными дворянами. Он был доволен результатом, но было одно но. Он чувствовал себя виноватым перед людьми, которые присоединились к восстанию из верности своей дружбе с ним.

Дневник закончился в тот день, когда Георг сдался и был взят в плен.

В конце дневника было написано: « Чтобы Лисия не грустила, это должно храниться в тайне. Когда закончишь читать, пожалуйста, сожги его.» Однако, когда Мио узнала о трагическом решении отца, она не смогла заставить себя сделать это. Хотя это было против последней воли Георга, она выиграла турнир боевых искусств в Земе, чтобы искупить честь своего отца.

Сома прочитал этот дневник и немедленно приказал провести новое расследование в отношении Георга. Когда он это сделал, стало ясно, что показания тех, кто сражался в армии в рамках восстания, и тех, кто сражался против них в Запретной армии, соответствуют содержанию дневника.

Солдаты, воевавшие в те времена в армии, размышляли о своем опыте.

— Несмотря на то, что силы были больше, чем у Запретной армии, герцог Кармин только окружил крепость, где они укрывались, и не пытался активно атаковать их. Поскольку герцог Кармин, который был известен своими интенсивными атаками, вел себя так пассивно, солдаты не могли собраться с силами, чтобы сражаться.

— Единственными, кто был мотивирован, были силы, возглавляемые коррумпированными дворянами.

Между тем, солдаты на стороне запрещенной армии заявили...

— Только силы продажных дворян активно пытались атаковать нас во время той осадной битвы.

— Именно они вывели пушки, чтобы атаковать нас, в то время как подразделения армии атаковали только на расстоянии. Я помню, что почувствовал разочарование, когда Георг сдался, как только Его Величество прибыл с воздушными силами.

Запретная армия и армия сражались друг с другом как враги, но у обеих сторон было такое понимание событий. И это было зафиксировано в дневнике.

— Когда Его Величество (Сома) придет с воздушными силами, я немедленно сдамся. Но чтобы помочь захвату коррумпированных дворян вместе со мной, я хотел бы сначала измотать их силы. Чтобы ограничить потери среди солдат, которых я втянул в это восстание вместе с собой, я буду оставаться пассивным, совершая лишь атаки, чтобы удовлетворить продажных дворян.

...Это тоже соответствовало такому пониманию.

Сравнивая этот дневник с рассказами тех, кто действительно пережил войну, стало ясно, что его содержание весьма правдоподобно. Были и те, кто подозревал, что это выдумка, сделанная Мио для восстановления Дома Кармине. Один оценщик сравнил написанное с письмами Георга, хранившимися в замке, и пришел к выводу, что оно безошибочно написано рукой Георга.

Позже историки посчитали время появления дневника «слишком удобным» и заподозрили, что это может быть подделка, но новый анализ письма показал, что оно совпадает с письмом Георга. В результате был сделан вывод, что это безошибочно рукописный дневник Георга. Его стали называть «Дневник верного хранителя», и он хранился в музее в Парнаме.

Поскольку достоверность дневника считалась высокой, после его публикации репутация Георга сильно изменилась: из «высокомерного предателя» он превратился в «патриотичного воина, обманувшего как своих врагов, так и союзников». Однако факт, что он начал восстание, оставался фактом, и еще были живы родственники тех, кто погиб в армии и Запретной армии в результате этого восстания, поэтому потребуется некоторое время, чтобы репутация Георга полностью восстановилась.

**

Однажды, когда Королевство было охвачено результатами нового расследования в отношении Георга, Сома и Лисия явились народу в эфире, держа на руках Cиана и Казуху, которые стояли перед могилой Георга. Местом действия был холм с видом на герцогство Кармин.

Передача объяснила, что новый правитель Ранделя, Глейв Магна, сказал: «Я знаю, что он совершил предательство, но было бы неправильно выбросить тело моего бывшего господина» и получил разрешение Сомы похоронить его тело здесь. Позади Сомы и Лисии выстроились их основные подчиненные, и среди них был Мио Кармин. Рядом с Мио стоял крупный мужчина в черных доспехах, который привлекал внимание, но, возможно, место для трансляции драгоценности было выбрано неудачно, потому что его лицо было вне кадра.

Королева Лисия передала своего ребенка служанке-драконихе, которая находилась рядом, а взамен взяла букет цветов, который положила на надгробие Георга. Затем, когда Лисия вернулась, настала очередь короля Сомы передать ей ребенка, которого он держал на руках, и пройти перед могилой.

— Вы видите наших детей, герцог Кармин? — Сома опустился на колени и положил руки на надгробие, склонив голову. — Они - то «будущее», ради защиты которого вы рисковали своей жизнью. Я знаю, что был слишком незрелым, чтобы понять ваши истинные намерения, но, пожалуйста, продолжайте следить за королевством, которое вы любили, из загробного мира.

Когда он это сказал, король Сома опустил голову, и его плечи задрожали. Его лица не было видно, но, возможно, он плакал?

Один из зрителей сказал: — Такое впечатление, что он отчаянно пытается не рассмеяться.

Если так, то это должен был быть смех самообвинения. Возможно, он хотел посмеяться над собственной глупостью, не сумев разгадать истинные намерения своего приближенного. Однако народ не винил короля Сому в том, что он не смог понять Георга. Это было вскоре после того, как он получил трон, и он был еще молод, в то время ему не исполнилось и двадцати.

Старшего, более опытного Георга можно было похвалить за то, что он справился с обманом, но никто не стал осуждать Сому за то, что он не смог поймать его. Это было видно и по выражению лица Мио, наблюдавшей за королем Сомой со спины. Смирилась ли она с тем, что король проявил такое уважение к ее отцу? На протяжении всей трансляции на ее лице было невероятно неловкое выражение, как будто она спала на иголках. Крупный мужчина в черных доспехах рядом с ней сжимал свой плащ. Казалось, что он тоже дрожит, но, возможно, это было лишь воображение людей.

Сома встал, затем встал перед Мио. — Здесь восстановлена честь Георга Кармина. Ты, его дочь, должна унаследовать дом Кармине и восстановить его.

— Да, господин! — Мио встала на колени и сложила руки вместе.

Король Сома кивнул. — Однако, хотя у него были свои причины, это не отменяет того факта, что он совершил предательство. Поэтому, хотя я не могу вернуть все ваши прежние земли, я отдам вам ваш старый дом, Рандел, и земли вокруг него в качестве вашего домена. Нынешний владелец, Глейв Магна, с радостью согласился на это.

— Я... я благодарна!

Когда Мио снова склонила голову, король Сома положил руку ей на плечо.

— Мио Кармине. Я хочу, чтобы ты проявила такую же верность этой стране, как когда-то твой отец.

— Служу вашей воле!

Дом Кармина был восстановлен. Эта новость взволновала все королевство.

**

Убедившись, что мы больше не ведем трансляцию, я опустил задумчивый взгляд и расслабился.

— Я бы сказал, что все закончено.

— Хорошая работа, Сома. Я думаю, это было довольно правдоподобно, — Лисия поздравила меня с хорошо выполненной работой.

— Простите, что заставила вас сделать все это для меня! — Мио поклонилась еще глубже, чем раньше, так низко, что казалось, ее лоб может коснуться земли. Я хлопнул ее по плечу.

— Я все равно собирался восстановить честь Георга в какой-то момент, так что не думай об этом. Кроме того, ты помогла мне уложить факты в довольно удобную форму.

Мы держали в секрете тот факт, что Георг послал Глейва уведомить нас заранее, и что он использовал земских наемников, чтобы заставить коррумпированных дворян потратить деньги, которые они припрятали, только чтобы получить их обратно. Если об этом станет известно, это повредит стране. Разумеется, я рассказал Мио, что на самом деле произошло с той инсценированной революцией, но она не стала предавать это огласке. По этой причине, если бы я только мог заставить ее принять результаты нового расследования, я мог бы справиться со всем остальным.

— Сир. Возьмите принцессу.

— Ах, спасибо.— Я взял Казуху у Карлы. — Ах. Теперь, когда честь Георга восстановлена, есть больше людей, которые смотрят на Дом Варгаса в более сочувственном свете. Учитывая смягчающие обстоятельства, я мог бы освободить тебя из рабства прямо сейчас.

Услышав это, Карла с кривой улыбкой покачала головой и сказала: — Пока нет. Я должна следить за тем, чтобы вы не сошли с пути, и в последнее время я привыкла быть служанкой. Я тоже беспокоюсь о принце Cиане и принцессе Казухе. Я не возражаю, если вы подождете, пока принц Cиан займет трон, чтобы отпустить меня.

Она рассмеялась после того, как сказала это. Ну... если она не против, думаю, все в порядке.

Я посмотрел на Кагетору, который стоял рядом с Мио. — Что ты думаешь? Был бы покойный герцог Кармин доволен таким результатом?

Кагетора просто уставился в небо, не давая ответа.

Первая ночь 12-го месяца, 1548-го года по континентальному календарю

Бонк!

— Ой...! Что?

Я только заснул, когда что-то стукнуло меня по голове и силой вывело из дремоты. Хотя небо, которое я видел за окном, начало светлеть, было еще темно. Сейчас, наверное, около пяти утра...; затем я зпочутсввал, что мое тело меня придавило к кровати, я не мог перевернуться.

Двигая только головой, я посмотрел вниз, на свою грудь, и причина этого сразу стала очевидной.

— ...что, опять...?

— хрр... — Надин спала на мне, совершенно голой. На мне тоже не было никакой одежды. Прошлой ночью была очередь Надин, поэтому мы оба заснули в таком состоянии после... эм... страстного занятия любовью.

Я положил руку на спину Надин, она тихо дыша, лежала между мной и одеялами. Ее  кожа была немного прохладной на ощупь. Не знаю, было ли это потому, что она была Рю, но температура Надин была в целом ниже моей. Это было не так, как у холоднокровных животных, но если я обнимал ее, когда спал летом, она была комфортно прохладной. В то же время, когда я это делал, тепло моего тела казалось ей знойным, и она жаловалась, если я обнимал ее слишком долго.

Зимой, напротив, Надин прижималась ко мне. Поскольку у нее была низкая температура тела и ей требовалось довольно много времени, чтобы согреть одеяло. Обычно она справлялась с этим с помощью обогревателя, который я сделал для нее, но когда мы спали вместе, она прижималась своей кожей прямо к моей.

Когда она прижималась ко мне, иногда, как сейчас, она забиралась на меня сверху. Из-за своей миниатюрности она легко там помещалась. Если и была какая-то проблема, то это тот факт, что когда Надин прижималась щекой к моей груди, ее рога иногда задевали мое лицо. По крайней мере, она носила чехлы для рогов (как варежки для рогов), которые я сшил для нее, но все равно это был небольшой шок, когда она  меня ими задевала.

— Ннгх...— Надин подняла голову и потерла глаза. Когда наши глаза встретились, она склонила голову набок. — Сома? Ты проснулся? Уже утро?

— Еще не рассвело.

— О...? Ну, тогда я спать. Хаа...

— Я только за, но не могла бы ты сначала слезть с меня?

— Ни за что.

Мда.

Я снова заснул, а Надин осталась на месте. Когда мы только начали так спать, мне снились сны, в которых меня раздавливал носорог, но сейчас... я уже привык. Надеюсь... эти мирные дни... могут продлиться до..... Хррр...

**

Однажды, примерно через месяц после восстановления репутации Георга Кармина, ...

Я был в офисе по правительственным делам, получая от Хакуи доклад о последствиях. — Новая информация о герцоге Кармине немного смутила народ, но никто больше не поднимает шума по этому поводу. Почти чрезмерное прославление его, и тот факт, что госпожа Мио дала новое обещание верности вам, заставило большинство поверить, что именно этого он и хотел.

Даже если какая-то другая страна попытается настроить ее против меня и посеять раздор, сама Мио не намерена ничего делать, так что это не вызовет даже искры.

Хакуя продолжил: — Честь таких людей в армии, как сэр Беовульф, который присоединился к восстанию герцога Кармайна и погиб вместе с ним, также была восстановлена. Хотя, как часть восстания, те, у кого были семьи, как сэр Глейв, покинули армию по собственной воле, так что почти ни у кого из погибших не осталось родственников.

— Это значит, что он предпринял эти шаги заранее. Ну, даже если их дома не будут восстановлены, то их честь будет восстановлена.

— Да. Я уверен, что Инуга-аа, простите меня. Я чуть не начал говорить о ком-то, кто определенно не имеет никакого отношения к теме, которую мы обсуждаем.— Хакуя прочистил горло в нарочитой манере.

Я криво улыбнулся и сказал: — Это правда. Тебе действительно не стоит упоминать людей, которые не имеют абсолютно никакого отношения к тому, о чем мы говорим.

— Я буду более осторожен в будущем. О! Говоря о госпоже Мио, есть только один вопрос.

— С Мио? Что?

— Похоже, у нее проблемы с управлением своим доменом.

— Ааа... — После восстановления чести Георга, Мио была восстановлена в звании рыцаря среднего ранга и получила Рандел и окрестности в качестве своего домена. Поскольку все рыцари состоят в Силах национальной обороны, Мио будет работать в них, а управление своими владениями на это время доверит магистрату. Однако, поскольку в Королевстве всегда не хватало умелых рук, найти талантливого магистрата было нелегко.

К счастью, база Национальных сил обороны земли находилась недалеко от Ранделя, поэтому Мио не пришлось далеко ехать. Похоже, она сама управляла там делами в течение некоторого времени, но Мио была воином по своей сути, и внезапное поручение политических обязанностей оказалось для нее слишком тяжелым. Прошло совсем немного времени, прежде чем ее мозг перегрелся. Те, кто когда-то управлял Домом Кармине, вернулись на ее сторону, а Глейв из Дома Магна присматривал за ней как сосед, но это не решало основной проблемы.

Хакуя пожал плечами. — Госпожа Мио прислала нам письмо с просьбой познакомить ее с человеком, который хорошо справляется с административными задачами и разбирается в цифрах. — Если возможно, я бы хотела выйти замуж за человека, который разбирается в математике, и поручить ему управление Домом Кармин, — сказала она.

— В каком-то смысле, вы должны уважать это.

— Должно быть, расчеты дались ей очень тяжело.

— Но муж, а...— Я положил голову на ладони. — Я уверен, что есть много рыцарей и дворян, которые хотели бы установить брачные узы с возрожденным Домом Кармин. Если она обратится с призывом, я не сомневаюсь, что она найдет любое количество кандидатов в мужья. Но, учитывая важность ее Дома, я бы не хотел, чтобы она обручилась с кем-то посторонним. В каком-то смысле это даже важнее, чем с Пончо.

— Может, попросить мадам Серину еще раз тщательно проверить кандидатов?

— В данном случае Серина того же пола, что и Мио, и она уже жена Пончо, поэтому она не будет препятствовать процессу, но... это не фундаментальное решение проблемы. Основная проблема - это нехватка талантливых людей.

Кто-то, кто был бы холост, талантлив в административных делах, силен в математике, и кого я мог бы принять, женившись в доме Кармин... Хакуя сказал, что он пока не собирается жениться, и просто не так много других... погоди-ка.

— Разве нет никого, кто приходит на ум?

— ...Есть. У нас как раз есть человек для этого. —  Хакуя, похоже, пришел к той же мысли, что и я, и кивнул. — Если внимательно прочитать критерии в этом письме, кажется, что она тоже просит конкретного человека.

— Да, это так. Замок не является консультационной службой по вопросам брака, хотя.... —  При этом мы все равно вызвали человека, о котором идет речь.

Через несколько минут раздался стук в дверь, и вошел молодой человек с короткими волосами. — Ваше Величество, вам что-то нужно от меня?

—Спасибо за всю твою тяжелую работу, Колберт.

Молодой человек, который вошел в комнату, был нашим министром финансов, Гэтсби Колбертом.

— Я перейду сразу к делу, Колберт. Не могли бы вы некоторое время помогать Дому Карминов с их административными делами? Правда, для этого придется ездить между столицей и Ранделом.

— Под домом Кармине вы подразумеваете... дом госпожи Мио, верно? Тот, который только что был восстановлен.

— Да. Мио больше воин, и я слышал, что у нее проблемы с финансами. Ты ее старый знакомый, так почему бы тебе не помочь ей немного?

— Да, сир! Если таков ваш приказ, я повинуюсь. —  Кольбер сложил руки перед собой и склонил голову. — Но пока меня не будет, пожалуйста, позаботьтесь о леди Ророа...

— Я знаю. Я буду внимательно следить за ней.

Этот человек был образцовым министром финансов.

Когда он поклонился и ушел, Хакуя спросил меня: —Можно ли было не говорить ему, что она ищет мужа

— Я не могу быть уверен, насколько серьезно Мио относится к этому, просто прочитав письмо. Это может быть ее недовольство тем, что ей приходится иметь дело с цифрами, и поднятие этого вопроса просто заставит Колберта быть излишне осторожным.

— В этом есть смысл.

— Давайте позволим молодой паре решить это между собой.

***

Тем временем, примерно в это же время... К востоку от Королевства Фридония, в Объединенном Королевстве Архипелага Девятиглавого Дракона (для краткости называемого Союзом Архпелага), в портовом городе, принадлежавшем Союзу, сидел нахмурившись один человек.

У высокого и долговязого мужчины, чьи волосы были завязаны в хвост, на голове были белые лисьи уши, что давало понять, что он принадлежит к расе мистических лис, как и Каэдэ. По катане Девятиглавого Дракона, которую он носил у бедра, можно было понять, что он – «мононофу», должность, примерно равная должности рыцаря в королевстве Фридония.

Мононофу с белыми лисьими ушами посмотрел на город и вздохнул. Похоже, ситуация серьезная...

На этом острове, как и на других островах союза, процветала рыбная промышленность, и порты всегда были оживленными. Островитяне жили и умирали у моря. Оно приносило им огромные богатства, но когда воды были бурными, оно безжалостно уносило их жизни. Поскольку они постоянно находились в опасности, они жили каждый день на полную катушку.

Вот почему в это время дня рыбаки, вернувшиеся с утренней рыбалки, сидели в пабах и пели морские песни... так бы и было, но...

Теперь в портовом городке было мало людей, и он был тихим, не было слышно ни одной морской песнопения.

Многие магазины на оживленной торговой улице были закрыты, а в тех, что были открыты, было мало товаров. На обочине дороги лежал мужчина, который напился до беспамятства, и в его лице не было ни капли жизни.

Мононофу с белыми лисьими ушами заглянул в открытую рыбную лавку.

— Здравствуйте, вождь. Чем я могу вам помочь? — Рыботорговец-зверь с лицом тануки обратился к нему, потирая руки.

Он называл этого человека вождем, потому что тот был вождем острова - должность, которую занимал один человек на каждом острове Союза архипелага Девятиглавого дракона. Вождя самого большого острова они называли королем Девятиглавого дракона.

Мононофу с белыми лисьими ушами был вождем маленького острова.

Он увидел, что, несмотря на небольшое количество выставленных рыб, все они были ужасно дорогими. Рыба, которая раньше продавалась оптом, теперь продавалась поштучно и почти в два раза дороже.

— Дороговато..., — пробормотал он.

Рыботорговец с лицом тануки скрестил руки в негодовании. — Ну, и что еще вы хотите, чтобы я сделал? Рыбаки проделали долгий путь, близко к континенту на западе, и рисковали жизнью ради этой рыбы. Стоимость их хранения выросла, так что если я не буду продавать их по такой цене, я не смогу заработать на жизнь.

— О, прости. Я не это имел в виду, — сказал он, склонив голову. — Мы, мононофу, защищаем народ. Я почувствовал, что меня заставляют увидеть, как из-за моего собственного бессилия они страдают... если я обидел вас, я прошу прощения.

— О, нет. Пожалуйста, поднимите голову. Это не ваша вина, вождь, — слегка запаниковав, сказал торговец рыбы.

Мононофу с белыми лисьими ушами купил несколько рыб и попросил хозяина завернуть их.

— Что будет с этой страной...? — внезапно пробормотал зверочеловек с лицом тануки. — Налоги продолжают расти, хотя мы не можем ловить рыбу, и я слышал, что мы собираемся вступить в драку с королевством Фридония на западе. Империя на востоке сказала вождям всех островов, что «Королевство скоро вторгнется».

— Да... — Действительно, в последнее время посланники Империи Гран-Кэйос посещали вождей каждого острова. Казалось, каждый остров видел их хотя бы раз, и даже вождь такого маленького острова, как этот, получил визит.

— Похоже, Девятиглавый Король Драконов тоже хочет  войны. Что нам делать, если она начнётся, когда мы в таком состоянии...?

Мононофу с белыми лисьими ушами ничего не ответил, поэтому он просто поклонился и вышел из магазина.

Его дом располагался на возвышенности острова. Хотя он назывался домом, из-за истории конфликтов между островами резиденция вождя каждого острова была похожа на крепость. Они были построены на вершине каменных укреплений и окружены выкрашенными в белый цвет стенами. Одно здание находилось на низком месте, а другое - на высоком. Вождь острова обычно жил во «втором доме» на возвышенности, а свои политические обязанности выполнял в «первом доме». Все это было построено на самой высокой точке острова, поэтому из ворот второго дома открывался вид на шумный порт и синее море за ним.

Когда он возвращался из рыбного магазина, он заметил, что кто-то ждет его у ворот.

— Леди Шабон...

Это была молодая девушка в наряде придворной дамы с оборчатыми рукавами и подолом. Ей было лет восемнадцать.

У девушки были воздушные изумрудно-зеленые волосы, но по-настоящему ее отличали похожие на рыбьи плавники, которые были у нее там, где у человека были бы уши. На ее стройных руках также были полупрозрачные наросты, похожие на плавники, прикрепленные к ним как рукава. Таких, как она, называли русалками, и они были особенно распространены в Архипелаге.

— Я вернулся, леди Шабон. —  Мононофу с белыми лисьими ушами окликнул девушку-русалку и встал рядом с ней.

Девушка, которую он назвал Шабон, повернула к нему свои немного сонные глаза. — Добро пожаловать домой, Кишун. Как дела в порту?

— ...К сожалению, они только ухудшились. —  Кишун показал Шабон купленную им рыбу. — Даже такая рыба, как эта, теперь продается в пять раз дороже прежней цены. Ситуация серьезная. У этой страны и так проблемы, но налоги продолжают расти, а на западе назревает война с королевством Фридония. У народа нет ни малейшей надежды.

—Самое тяжелое….когда вы не можете надеяться и  не можете представить светлое будущее...—  Шабон смотрела на раскинувшийся внизу портовый город с трагическим выражением лица. — Так везде в этой стране. Как будто у людей украли волю к жизни вместе с их рыбой. Мы живем с морем, выращены морем и умираем с морем. Это было гордостью нашего народа, и это делает ситуацию еще более невыносимой.

— Леди Шабон...

— ... ситуация продолжает ухудшаться. —  Печаль в ее голосе была ощутима.

Кишун с трудом ответил. — Тот... торговец спросил меня, действительно ли будет война с королевством Фридония.

— Похоже, посланники из Империи Гран-Кэйос посещают каждый остров, пока мы говорим...— Шабон прервалась. — Они говорят такие вещи, как «Королевство готовит свои силы, чтобы взять под свой контроль весь архипелаг Девятиглавого Дракона» и «Вот почему вы должны присоединиться к Декларации Человечества и перейти под защиту Империи.»

Не найдя слов, Кишун замолчал.

Глядя вниз, она продолжила: — Поскольку вожди яростно независимы, они скорее начнут войну с Королевством, чем примут защиту Империи. И отец, король наших островов... намерен сделать именно это.

— Начать войну в такое время... Вожди островов и король Сома оба ужасны. —  Кишун сжал кулаки в досаде. — Я слышал, что он был мудрым королем. Герой, призванный из другого мира, который спас Союз восточных наций от демонической волны, но... — Но Шабон молча покачала головой. — Я уверена, что у Королевства есть свои оправдания. Поскольку наши рыбаки ловили рыбу рядом с Королевством, возникали конфликты с их рыбаками, и отец заставлял военных вмешиваться в эти стычки. Наверное, он решил, что война - единственный способ решить эту проблему.

— Но если бы они только рассмотрели нашу ситуацию...  — Это должна быть работа отца. Это слишком много - просить, чтобы они рассмотрели нашу ситуацию, когда мы ничего не сделали, чтобы сообщить им об этом.

— Все равно! Так все идет...

— ...Да, такими темпами все пойдет совсем плохо.

Шабон начал петь чистым голосом.

____

Когда наступит великая тьма, а морские обитатели исчезнут.

Исчезнет рыба и придёт голод

Море затихнет.

Тогда люди и зверь исчезнут, и  ни один человек больше не расскажет о них историю.

___

Это была песня, передававшаяся с древних времен на архипелаге Девятиглавого Дракона. Еще несколько лет назад многие считали ее не более чем страшной историей, но теперь большинство людей верили, что это правда.

У Шабон было трагическое выражение лица.

— Можно сказать, что сейчас мы вступили в фазу «тихих морей».

Если учесть, что будет дальше... времени на промедление нет.

— Леди Шабон...

— Кишун, я пришла к решению. Я отправлюсь в королевство Фридония. —  Шабон посмотрела в сторону моря, на ее лице появилась решимость. — Если я смогу спасти людей этой страны, мне все равно, что будет со мной ...

Первого месяца 1549-й года по континентальному календарю

Рандель, домен Кармин

— Эй, сэр Би, — позвала Мио.

В офисе по правительственным делам в Ранделе Мио и министр финансов Королевства Фридония, Кольбер, смотрели на кипы бумаг. Хотя Сома и Ророа называли его Колбертом - им было проще произносить его фамилию, - его настоящее имя было Гэтсби, а Би - это прозвище, которое Мио придумала на его основе.

— ...В чем дело, госпожа Мио? — Колберт ответил с небольшим вздохом.

Мио хлопнула в ладоши перед своим лицом. — Пожалуйста. Женись на мне!

— Я не хочу.

— Мгновенный ответ?! Вы не могли притвориться, что подумали об этом немного дольше?!

— Если вы будете повторять свои просьбы, мне это надоест.

Если бы это исходило исключительно из привязанности, Колберт не стал бы отвергать это так бессердечно. Однако он нал…она делала это в основном для того, чтобы сбежать от работы ……поэтому трудно винить его в том, что он не был более деликатен в этом вопросе.

Все началось, когда Сома вернулся из государства наемников Зем,. Он приказал провести новое расследование в отношении Георга Кармина, которого считали предателем. В результате расследования выяснилось, что восстание Георга было затеяно для того, чтобы коррумпированные дворяне ушли вместе с ним, и вполне вероятно, что так оно и было.

Независимо от причин, факт предательства остается фактом, и он не может быть признан невиновным. Но если его действия проистекали из чистого чувства самоотверженной преданности, то можно было проявить снисхождение. Честь Георга была восстановлена, а его семье, с которой он порвал связи, чтобы оградить их от общей ответственности, было разрешено вернуться в страну. И вот, хотя ей нельзя было отдать все бывшие земли Кармина, место его бывшего замка Рандель и земли вокруг него перешли к дочери Георга, Мио.

Однако теперь, когда Мио унаследовала Дом Кармине, она сразу же оказалась в затруднительном положении.

— Я не могу управлять доменом!

Сидя, раскинувшись на своем столе в кабинете правительственных дел, новая леди сжимала голову. Это было типично для тех, кто был более склонен к военному делу. Мио была  с пустой головой, и когда на нее давили, что она не освоила навыки управления владениями Георга...

— Я... я выйду замуж за одарённого в административных делах, если понадобится!

Она попыталась уклониться от ответа.

Мио была довольно способным воином, но не обладала никакими навыками администратора, поэтому даже Георг молча смирился с неизбежностью этого. Но теперь она расплачивалась за то, что пренебрегала учебой. Когда она только вернулась в Рандел, бывший подчиненный Георга Глейв Магна вместе с другими представителями Дома Магна помогал ей выполнять административные задачи. Однако у Дома Магна тоже были свои владения, и они не могли вечно помогать Мио, поэтому, как только накопившаяся работа была улажена, они ушли.

Кроме того, хотя многие представители рыцарского сословия поручали управление своими владениями магистрату, из-за того, что Сома добавил управление своими землями в критерии, учитываемые при повышении и понижении в должности, рыцари начали соревноваться за администраторов, что привело к нехватке талантливых людей. Чувствуя, что ситуация давит на нее, Мио побежала в замок за помощью.

— Нам не хватает рабочих рук, а нанять некого! — Мио спросила с такой настойчивостью, что казалось, она может встать на колени и поклониться. — Разве вы не можете послать кого-нибудь?!

Она была бы рада мужу, который был бы хорошим администратором. Когда дело дошло до этого, в голове Мио промелькнуло одно лицо.

Она принадлежала министру финансов Кольберу, которого она однажды встретила на мосту на границе с княжеством Амидония, а потом еще раз в Земе. Административные способности министра финансов впечатляли, и, несмотря на то, что он был бюрократом, у него хватало смелости высказывать свое мнение таким людям, как ее отец Георг и принц Гай, которых боялись даже воины. Ее отец даже сказал, что он многообещающий молодой человек.

Судя по тому, что она слышала, Колберт тоже до сих пор не женат.

Когда она разговаривала с ним в Земе, она больше узнала о его мягком нраве, а также о его искренности. Если бы такой человек, как он, согласился взять ее в жены, Мио была бы счастлива, и дом Кармине тоже был бы в безопасности. Поэтому, обращаясь с просьбой к королю, она вложила в нее и немного своих эгоистических желаний.

— Если возможно, я бы хотела выйти замуж за человека, который умеет заниматься математикой, и чтобы он управлял домом Кармине!.

Сома знал, что они с Кольбером старые знакомые, поэтому она решила, что он наверняка знает, кого она имеет в виду. И он понял. Сома и его люди не хотели, чтобы Дом Кармин, ради восстановления которого они приложили столько усилий, сразу же рухнул. Они с Хакуей обсудили это и решили послать Колберта ей на помощь.

И вот Колберт приехал к Мио в Рандел.

— Прошло много времени, госпожа Мио.

— Ургх... сэр Колберт, я рада, что вы пришли. —  В ее глазах стояли слезы, когда она взяла его за руку. Ее невероятная эмоциональность немного обескуражила Колберта.

— Эта... куча работы  не становится меньше....

— Я-я понял. Давайте приступим к этому немедленно.

Так Колберт, в дополнение к своей роли министра финансов (что, по сути, означало следить за финансовой политикой Ророа) и своего рода менеджера для лорелеи, стал помощником Мио, путешествуя туда-сюда между столицей и Ранделем.

Хотя, глядя на Сому, который делал работу нескольких человек, манипулируя несколькими сознаниями; Хакуя, который помогал Соме, а также вел переговоры с Империей; и Пончо, который некоторое время был одновременно министром сельского и лесного хозяйства и магистратом, у всех остальных в высших эшелонах власти Королевства все было более или менее одинаково, так что ему было трудно жаловаться.

Несмотря на это, Колберт помогал Мио с ее обязанностями, но... однажды, когда они работали, Колберт неосторожно упомянул, что он холост. Мио, конечно, уже знала об этом, но теперь он дал ей повод поговорить об этом.

В этот момент глаза львицы засияли.

—Сэр Колберт.

— ...Что? — ответил Колберт, не отрываясь от бумаг.

— Я хочу, чтобы вы женились на мне.

— ...хорошо…. что?

Когда Колберт поднял глаза, сомневаясь в услышаннм, на ее лице появилось выражение ликования. — О! Замечательно?!

— Нет... Нет, нет, нет! Это не было «хорошо», это было «Я не понимаю, что вы только что сказали»!

— Не хочешь? Я только что сделала вам предложение.

— Нет, вопрос не в этом! Как вы можете так легко спрашивать меня об этом?!

Мио склонила голову набок и недоуменно посмотрела на него. — Вы хотели, чтобы это звучало более весомо? Типа, женись на мне, или я умру?

— Это слишком весомо! И нет, я не это имел в виду!

— Кстати, вы старший сын?

— А? Нет, я третий сын...

— Хорошо! Тогда для тебя не должно быть проблемой взять мою фамилию!

— Это большая проблема! — Колберт прижал руку ко лбу. — Для начала, мы встречались всего несколько раз, когда я был в Амидонии, а потом еще раз, когда мы были в Земе. Я могу пересчитать количество наших встреч по пальцам. С чего бы это вдруг нам...?

— В благородных и рыцарских домах не так уж редко жених и невеста не встречаются до дня свадьбы.

— Это когда семьи уже все уладили!.

— Вы так говорите, но я не ищу таких окольных путей. Кроме того, когда у вас на прицеле добыча, вы хотите схватить ее там, в тот момент, верно? О том, сварить или запечь добычу, можно подумать, когда она уже поймана.

— Какой агрессивный образ мышления! Да и аналогия какая-то странная!

Понимая, что она не из тех женщин, которых можно переубедить с помощью разума, Колберт начал испытывать головную боль. Он чувствовал, что, как и Ророа, Мио, приняв решение, пойдет до конца, как бы ее ни упрекали. Если бы он связался с такой женщиной, она бы изводила его до конца жизни. Как же так получилось?!

Так начались трудности Колберта.

**

Прошло время, и мы возвращаемся к этой истории после того, как Колберт отклонил уже десятое предложение Мио. Бездушный отказ заставил ее поджать губы.

— Что со мной не так? Я преданная женщина, понимаете? ...Я буду делать все, кроме административной работы.

— Пожалуйста, не исключайте из списка то, над чем я хочу, чтобы вы работали. —  Колберт продолжил просматривать документы без дальнейшего ответа, заставив Мио надуть щеки.

Вот она признается в своих чувствах, а этот парень ничего не чувствует. Это было оскорблением для нее как для женщины. Мио поднесла руку к лицу и приняла позу модели, которая получилась неловкой, вероятно, из-за непривычности для нее.

— Люди говорят, что я красавица, как моя мать, и я думаю, что у меня очень хорошая фигура, во всех нужных местах, понимаете? Мои три размера...

— Вы не обязаны говорить! ...ахх, —   вздохнул Колберт и начал растирать собственные плечи. — Я знаю, что вы красивы. Если бы вы стали лорелеей, думаю, вы бы сразу стала сенсацией.

— О, я ужасный певец. У меня громкий голос, но я не могу вести мелодию.

— ...Вы были бы популярны, если бы просто держали рот на замке.

— Эта поправка огорчает меня. Но вы ведь делаете комплимент моей внешности? Я тоже не из плохого рода, так почему же вы не принимаете мое предложение?

— Потому что. Мы. Работаем! — Колберт подчеркнул каждое слово.

Мио бросила на него пустой взгляд. — Вы собираетесь принять мое предложение, когда работа будет закончена?

— Нет... Когда работа будет закончена, я вм больше не понадоблюсь.

— Как будто. Даже когда эта работа будет выполнена, появится еще больше работы. Я вернусь в армию, но уже некоторое время даже не показывалась на тренировочных площадках. —  Мио глубоко вздохнула, положив голову на ладонь, а локоть на стол. — Я теряю свое преимущество... Мне действительно нужен надежный муж - тот, кому я смогу полностью оставить домен.

— Как только это отставание будет устранено, кто-то другой, кроме меня, сможет им управлять.

— Это вы, сэр Би! — заявила Мио, энергично вставая. Колберт слегка подпрыгнул, напуганный ее страстью. Она продолжила: — Я могу сказать, что вы тоже талантливый бюрократ, сэр Би. Но если вы спросите меня, насколько талантливый, я не смогу сказать. Это досадно, но в моем нынешнем состоянии у меня нет способностей к бюрократической работе, и мне не хватает ориентиров, чтобы судить о ней. Но, как воин, я чувствую, что у вас есть мужество, которого нет у других бюрократов.

— Мужество... говорите? — спросил он.

— Да.— Мио кивнула. — Если вы думаете, что что-то не так, даже если человек, с которым вы имеете дело, намного сильнее вас, у вас хватает смелости высказаться. У вас есть хребет. Даже если вы не выглядите таким уж сильным. Хотя, я чувствую это от Его Величества, да и от премьер-министра тоже. Конечно, ваш характер, вероятно, поставит вас в тупик с упрямыми милитаристами.

Слова Мио напомнили Колберту о том, как он пытался предостеречь Гая от вторжения в Королевство без учета потребностей его народа, и получил пинка за свои усилия, поэтому он не смог ничего сказать в ответ.

Мио выдохнула, садясь обратно. — Теперь, когда мамы тоже нет, я хочу, чтобы со мной остался кто-то надежный, как вы, сэр Би. Это мое искреннее желание.

— Ваша мать? ...А? Я слышал, что жена сэра Георга вернулась в Королевство вместе с вами, но... если подумать, я ведь еще не встречал ее.

За все время, прошедшее с тех пор, как он приехал в Рандель, Колберт ни разу не видел жену покойного Георга. Обычно она должна была быть первой, с кем он здоровался. Но поскольку его сразу же привлекли к работе с горой бумаг, это вылетело у него из головы.

— Где она сейчас?

— Хм? Замок Парнам, а что?

— А? Замок? Это значит... — Она заложница, подумал Кольбер. Хотя честь Георга была восстановлена, домен Кармин значительно уменьшился в размерах. Он подумал, что, возможно, Сома держит мать Мио в заложниках, чтобы она не могла выступить против него, если обидится на него за это. Возможно, это было бы правильным решением для правителя. Однако, увидев беззащитную личность Мио, он не мог отделаться от мысли, что все это было слишком.

— ...Вы неправильно понимаете —Уловив это по выражению его глаз, Мио ответила: — Это совсем не то, что вы думаете. На самом деле, матушка была той, кто попросился в замок. Его Величество лишь исполнил желание матери.

— Это правда?

— Да, если я помню, она сейчас присматривает за детьми работников замка в чем-то, что она называет «детским садом».  Она говорила в своих письмах, что это очень весело.

— Ну, это хорошо... но почему?

— Наверное, потому что в замке легче встретиться...— неловко сказала Мио.

Колберт качнул головой в сторону. — Легче встретиться? С кем?

— О, забудьте об этом. Я просто разговариваю сама с собой. —  Мио покачала головой, затем вздохнула. — Конечно, я попросила маму помочь с бюрократической работой, но, знаешь... — Она снова вздохнула, вспоминая об этом. Когда она спросила, ее мать ответила... «Сейчас твое время, делай что-нибудь сама. Домен теперь меньше и им легче управлять, так что распоряжайся им, как хочешь. Борись, терпи неудачи, и с каждым разом расти как личность и как правитель.»

— ...Работа матери - быть одновременно жестокой и доброй?

Мио криво улыбнулась. — Это действительно так. Я никогда не понимала этого, когда отец был рядом, но мама была не менее упрямой, чем он.

— Они были парой, похожей друг на друга? Поскольку вы унаследовали их кровь, я думаю, у вас должны быть способности, госпожа Мио, — сказал он, подбадривая ее.

Мио наклонилась. — Теперь вы готовы жениться на мне?!

— Мы вернулись к этому?!

Мио усмехнулась, наблюдая за паникой Колберта. — Я бы рекомендовала. Если вы будете обращаться со мной правильно, то сможете иметь столько наложниц, сколько захотите, и я не расстроюсь.

— Мне это не нужно... Глядя на сэра Пончо, кажется, что это очень хлопотно.

Так искренне подумал Колберт, увидев, как сильно похудел Пончо после женитьбы на двух своих красавицах-женах. Теперь, когда они оба были беременны, вес Пончо пошел на поправку, но это было еще большим подтверждением того, почему он изначально был таким худым.

Мио склонила голову набок и посмотрела на него пустым взглядом. — Вы ведь тоже присматриваете за лорелеями? Разве вы не близки с кем-нибудь из них?

— Я ни за что не подниму руку ни на кого из лорелеи. Я не хочу наживать врагов по всей стране.

— ...Интересно, чихнул ли сейчас Его Величество.

— О, нет. Очевидно, я не критикую Его Величество! Госпожа Джуна была с ним еще до того, как сформировалось представление о том, что такое лорелея.

— Ах-ха-ха, я знаю это. —  Мио смеялась над ним, а Колберт покраснел от смущения.

Его весело дразнить, подумала Мио.

— Но, может быть, одна из этих лорелей действительно влюбилась в вас, сэр Би? Вы добрый человек, и к тому же надежный. Они не привыкли, чтобы рядом были мужчины, так что я ожидаю, что вы привлечете их внимание, понимаете?

— Этого не может быть... Я имею в виду, это же лорелеи.

— Вы могли бы взять одну из них после того, как они уйдут со сцены.

— Я не могу представить, чтобы кто-то хотел этого...

—Так что просто расслабьтесь и женитесь на мне.

— Ау! Хватит! Пожалуйста, делайте свою работу! — смущенно воскликнул Колберт.

Казалось, их оживленная совместная работа будет продолжаться еще долгое время.

Антракт 2: Девичник исследователей (План по улучшению Мехадры)

Это случилось, когда Сома и остальные были в государстве наёмников Зем.

Женя, высший эльф Мерула, кузнец Тару и принцесса Империи Трилл пили чай в бревенчатом доме в подземелье-лаборатории Жени. Это были четыре ключевые фигуры исследовательского проекта, который был совместным предприятием Королевства, Империи и Республики, но сейчас у них был перерыв.

Внезапно Трилл заговорила: — Старшая Сестра Женя, давайте установим бур на Мехадру!

— ...С чего это вдруг? — Женя посмотрела на неё с сомнением.

Трилл указала в окно, где над ними возвышалась Мехадра: — У нас такой великолепный механический дракон, но его единственное средство нападения – бросаться на врага! Как скучно! Мы должны дать ему оружие!

— Я понимаю, к чему ты клонишь, — Женя поставила свою чашку на блюдце. — Я построила его для изучения строения тела живого существа. Но когда я узнала о способности короля перемещать вещи, я подумала, что могу сделать его сильнее и круче.

— Вот это сюрприз. Зная тебя, я думала, что ты уже будешь прикреплять к ней вооружение, как только появиться такая мысль, — сказала Мерула.

Это было правдой, в обычных условиях Женя так и поступила бы. Заставив своего мужа, Людвина, покрыть необходимые расходы.

Женя криво улыбнулась: — Ты не ошибаешься, но видишь ли, у Мехадры много ограничений... Это хорошая возможность, так что, пожалуй, я расскажу тебе о них.

Женя встала перед подвижной доской и взяла кусок мела, затем начала писать ограничения на Мехадру. Остальные трое наблюдали за происходящим. Эти четверо были инженерами, исследователем и ремесленником – иными словами, они были очень любопытными. Они использовали истории об исследованиях, чтобы скрасить свои чаепития.

Женя указала на один из пунктов, который она начала записывать: — Во-первых, мы должны принять во внимание горный хребет Звёздного Дракона. Король сказал мне, что нам было разрешено делать с костями всё, что захотим, но на это есть ограничения. Мы не можем делать ничего, что могло бы их оскорбить. Например, не использовать их в войнах против других людей.

— Я же не предлагала вооружить его, чтобы его можно было использовать как оружие! — утверждала Трилл.

Тару, которая молча слушала, склонила голову набок: — Тогда зачем добавлять оружие?

— Потому что оно сделает его круче!

— ...Ты говоришь как мастер Ку, — пробормотала Тару в отчаянии. Тару, несмотря на сомнения в практичности этого, добавила к дубине Ку небольшое сверло.

— Я тоже этого не понимаю, — пробормотала Мерула.

— А вы нет? Хотя я понимаю, что чувствует юная мисс Трилл.

Мерула и Женя разошлись во мнениях. Даже среди девушек-исследователей был раскол между романтиками (Женя и Трилл) и прагматиками (Мерула и Тару).

Женя продолжила: — Из уважения к горному хребту Звёздного Дракона, в дополнение к ограничению того, как мы его используем, мы, вероятно, не должны изменять первоначальную форму. Добавлять колёса на руки и ноги, или менять местами части, чтобы сделать его более человекоподобным, и так далее.

— По-моему, всё это звучит круто. Мы и правда не можем этого делать? — спросила Трилл с пустым выражением лица.

— Попробуй поставить себя на их место, — Женя пожала плечами. — Что бы ты почувствовала, если бы мы поменяли твои руки и ноги на колёса или разорвали твоё тело на части, чтобы сделать его более похожим на другое существо?

— ...Получается довольно причудливый образ.

— Действительно. Вот почему мы не должны менять его форму, чтобы она не слишком отличалась от драконьей.

Теперь, когда все согласились с этим, Женя продолжила: — Самая большая проблема связана со структурой Мехадры. Я уже упоминала об этом, но Мехадра не была построена для управления. Люди не могут управлять ей, как линкором, а если бы и могли, то не смогли бы ничего с ней сделать.

Женя повесила чертёж Мехадры на доску. Если посмотреть на него, то основной каркас был сделан из костей дракона, а мышцы – из металла и частей монстров.

— Это действительно не та установка, которую можно запросто перемещать, — тихо сказала Тару.

— Да. Единственное, что может это сделать – способность короля, «живые полтергейсты».

Женя написала на доске «живые полтергейсты».

— Давайте проанализируем, что мы знаем о способностях короля. Он способен перемещать предметы по своему желанию. Но он может только перемещать их, ничего более сложного. Например, он может заставить этот мел писать на доске, но.... — Женя сломала длинный кусок мела пополам, — он не может сломать мел, которым он манипулирует, пополам вот так. В принципе, всё, что он делает, это перемещает объекты. Однако есть одна вещь, которая позволяет ему несколько игнорировать это ограничение.

Женя прикоснулась к чертежу Мехадры.

— Дело в том, что Мехадра создана по образцу живого существа. Это относится и к манекенам короля, и к фабричной руке. Если они созданы по образцу живых существ, он может управлять ими более сложными способами, почти как живыми.

— Он может двигать только неодушевлённый материал, но если этот материал имеет форму, напоминающую живое существо, он может управлять им, как живым... это верно? — спросила Трилл.

Женя кивнула в ответ: — Это верно. Но даже в этом случае он не может сломать их пополам, как этот мел.

— Откуда берётся эта разница?

— Дело в его мысленном образе... возможно?.. — Мерула была единственной, кто ответила на вопрос Трилл. — Когда мы демонстрировали связь между песнями и силой магии, мы говорили о том, что мысленный образ может изменить силу магии, так что, возможно, это действует и в случае с живыми полтергейстами. Если он способен управлять вещами, которые созданы по образцу живых существ, как если бы они были живыми, может быть, дело в том, может ли господин Сома представить, как они будут двигаться?

— Понятно. Эта гипотеза может быть верной, — Женя скрестила руки и застонала в раздумье. — Я бы хотела исследовать эту теорию в будущем, но сейчас проблема в том, что даже со способностями короля он не может заставить её двигаться лучше, чем это мог бы сделать сам дракон.

— Хм? Что ты хочешь этим сказать?

— Даже если бы мы прикрепили бур, как ты хотела, Трилл, способности короля не смогли бы заставить его вращаться.

— Не может быть!

Женя открыла потрясённой Трилл жестокую правду: — Потому что, хотя бур и является физическим объектом, способ её движения не является органическим.

Однако Трилл не спешила сдаваться: — Я знаю! Мы можем справиться с вращением механически. Если мы установим оборудование, чтобы вращать его как обычный бур, то не имеет значения, сможет ли способность короля Сомы вращать его или нет.

— В таком случае, проблема будет заключаться в том, чтобы включать и выключать его. Он не может нажать на кнопку включения/выключения, а мы не можем посадить на борт команду, чтобы нажать на кнопку.

— Ух... Нет... — плечи Трилл опустились.

Женя скрестила руки и вздохнула: — Не только это, ведь огнестрельное оружие, такое как пушки, тоже не годится. Если бы это был линкор, мы могли бы попросить команду заряжать снаряды, но Мехадра была построена не для того, чтобы перевозить команду и позволять им что-то делать. С противовоздушным метателем болтов тоже возникнет проблема с переключателем.

— А не подойдут ли клинки на руки? — чтобы предложить, Мерула подняла руку.

— Да, с этим можно справиться, — Женя кивнула, — если это оружие, которым Мехадра может пользоваться сама. Хотя, мне кажется, что нет особой разницы между когтями и мечом.

— ...Главное, сможет ли сама Мехадра использовать его, — пробормотала Тару с задумчивым выражением лица. — В таком случае, если мы сделаем так, чтобы Мехадра могла сама нажать на выключатель, разве это не будет возможно? Вместо того чтобы встраивать его в Мехадру, сделаем что-то вроде внешнего доспеха.

— О, это может сработать.

Женя обдумала предложение Тару.

— Что-либо вроде пушки, требующей зарядки, не подходит. Даже если бы мы предварительно зарядили её, таким образом она была бы пригодна только для одного выстрела, и это лишь потратит все усилия практически впустую. Что ж, если мы всё же хотим сделать так, чтобы Мехадра могла сама управлять ей, то она должна быть в состоянии делать это своими большими руками. Они не смогут справиться с тонкой работой. Если мы сможем устранить это условие, то это возможно.

— В таком случае, у меня есть несколько идей по поводу оборудования... – начала Тару, но её оборвала Трилл.

— Во-первых, бур! Тару, как ты думаешь, мы сможем его поставить?

— ...Это будет зависеть от места. Если управлять им с помощью такого массивного тела, то, скорее всего, он должен быть большим.

— Это также поднимает вопрос веса, — добавила Женя. — В случае с буром нам придётся установить вращательный аппарат, а также оборудование, которое накапливает энергию для его вращения. Чем больше будет лезвие, тем тяжелее оно станет.

— Если он станет слишком большим, то его будет трудно передвигать.

— Ургх!.. — ворчала Трилл, удручённая логистикой. — Если оно не может нести его, то как насчёт... хвоста, может быть? Или мы могли бы прикрепить его к животу?

— Я думаю ничего из этого ни к чему не приведёт.

— В животе для него не подходящее место, потому что он будет постоянно торчать наружу.

— Не-е-ет... — Трилл опустилась на землю. — Я хочу увидеть, как Мехадра использует гигантский бур. С таким огромным телом она сокрушала бы противников атакой, которая может испепелять горы, за один удар. Неужели это слишком большая мечта?

— Ну, отчасти я могу понять это чувство, — Женя неловко почесала щёку, — но мы инженеры, а не мечтатели. Нам нужно сделать то, что мы реально можем сделать с тем, что у нас есть в наличии.

— Старшая Сестра Женя...

— Теперь давайте начнём думать об оборудовании, которое мы могли бы создать.

— ...Хорошо.

После этого разговор перешёл на Тару и её идеи по поводу оборудования. Было предложено несколько вариантов, и как раз в тот момент, когда они придумали, что можно сделать...

— Эй, у меня есть идея, — сказала Мерула.

— В чём дело, Мерумеру?

— Не называй меня Мерумеру... Способность короля Сомы заставляет его двигаться подобно существу, а не точно так же, как двигалось бы существо, верно? Я имею в виду, он способен двигать марионетки и манекены, которые я не уверена, что мы действительно можем считать людьми.

— ...Кажется, я припоминаю, что это так, — Женя погладила свой подбородок.

Мерула продолжила: — В таком случае, он будет двигать Мехадрой, как драконом, но не совсем так, как дракон, верно? У неё есть крылья, но она не может летать, например, так что, возможно, она двигается в меньшей степени как дракон, а больше как человек в костюме кигуруми?

— Хм... И?

Мерула надула грудь от гордости: — Мы думали о Мехадре как о полудраконе-полумашине. Поэтому мы думали об оружии как о дополнительном оборудовании, но если она будет двигаться как человек, у нас будет больше свободы. До сих пор наши идеи были похожи на надевание на человека доспехов. Но люди также могут держать оружие в руках.

— Понятно. Мы были слишком зациклены на идее драконов и машин?

Если бы вместо установки оборудования на теле его можно было бы держать в руках, это дало бы возможность разместить больше различных видов вооружений.

Глаза Трилл сверкнули: — Т-тогда мы могли бы дать ему ещё и бур?!

— Да, это было бы возможно, если бы это было оружие, которое она бы держала обеими руками, — согласилась Женя.

— Ура!

— Но, — Женя указала пальцем на ликующую Трилл, — теперь вопрос в том, как его нести. Если Мехадра будет всё время держать его в руках, оно будет мешать. Если обе руки будут заняты, она не сможет драться врукопашную.

— Ургх!

— В идеале нам нужна система, которая могла бы доставить его на Мехадру, — Женя скрестила руки и застонала.

Трилл, Мерула и Тару задумались над этим. Они все ломали голову, но никто не мог придумать хорошую идею. Пока они...

— Привет, Тару. Ты здесь?

— Мастер Ку? И Лерина?

— Привет, Тару.

Ку и Лерина из Республики пришли с визитом в бревенчатый дом Жени.

— Что случилось? — спросила Тару.

— О-о-кя-кя. Я решил позвать тебя, чтобы мы могли пойти домой вместе. Поскольку Брат сейчас в Земе, у меня есть свободное время. Почему бы нам троим не поесть вместе сегодня вечером?

— ...Но я всё ещё работаю, — несмотря на это, Тару не выглядела недовольной таким развитием событий. Увидев выражение лица Тару, Ку усмехнулся.

— Мы подождём, пока вы закончите. Чем вы сейчас занимаетесь? — Ку посмотрел на чертёж Мехадры, вывешенный на доске. — Этим огромным механическим драконом?

— Мы думали о том, чтобы добавить к нему броню.

— Ну, разве это не интересно, — Ку посмотрел на него, задумчиво кивнул, но вскоре вздохнул. — Но, знаешь, для меня, а не для Мехадры, я бы хотел, чтобы ты сделала тот корабль, который ломает лёд на ходу, о котором говорил Сома.

— Ледокол... верно? Корабль, на котором стоит бур.

— Да. С нашими замёрзшими морями он определенно нужен Республике.

— Всё в порядке. Сэр Сома уже подал запрос на его разработку.

Пока команда из Республики говорила об этом...

Женя, которая слушала их, сделала задумчивое выражение лица: — Корабль с буром на борту?

— Старшая Сестра Женя?

— Это не обязательно должен быть корабль, но, возможно, стоит разработать способ, чтобы бур мог передвигаться самостоятельно. Если бы он мог самостоятельно добраться до Мехадры, а затем Мехадра могла бы его использовать...

— О! Это может сработать, Старшая Сестра!

При появлении плана, похожего на план действий, глаза Трилл заблестели.

С кривой улыбкой Женя сказала: — Дополнительная броня, которую предложила Тару, и самодвижущийся бур. Давайте составим план по улучшению Мехадры с упором на эти два элемента.

— Хорошо!

И вот, Мехадра начала подвергаться усовершенствованиям со стороны своей команды инженеров-энтузиастов. Пройдёт ещё немного времени, прежде чем Сома и остальные узнают об этом.

___________________________________

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

На небольшом острове в архипелаге Девятиглавого дракона у бухты стоял грузный зверочеловек по имени Зудай. Он, как и многие другие жители острова, зарабатывал на жизнь рыбалкой. Семья Зудая всегда занималась рыбной ловлей, и, несмотря на свою недостаточную обученность, он мог закинуть сеть дальше всех на острове. Однако он уже давно не рыбачил – он бы не смог поймать ничего достаточно ценного.

Дело дошло до того, что если вы поймали маленькую рыбку, то это уже было хорошо. А теперь, когда выходить в море стало очень опасно, не было никакой надежды получить результаты, которые оправдывали бы риск. Поэтому рыбаки проводили свои дни дома с мёртвыми глазами, полными депрессии. С Зудаем было то же самое. Он не мог выйти на лодке, поэтому забрасывал сеть у скал неподалёку от своего дома, надеясь поймать хотя бы маленькую рыбку. И каждое утро, когда он шёл проверять свои сети, его плечи опускались от разочарования.

В этот день он тоже подошёл к камням, где закинул сеть, и почесал живот. Зудай вытащил сеть, протирая глаза. Все, что он поймал, были мелкие рыбёшки размером с палец и маленькие крабы. Ещё один день без рыбы, которая была бы достойа упоминания... Вздохнув от разочарования, он подумал: «Что? Сегодня ужасно темно...» Его дом стоял на востоке от моря, и обычно, когда он приходил на пляж в это время дня, утреннее солнце делало его ослепительно ярким. Он поднял голову, чтобы посмотреть на чистое голубое небо, но понял, что солнца не видно.

«Мммм... Хм? Ннннгх?!» Когда сознание Зудая очнулось от полусонного состояния, он наконец смог заметить, насколько ненормальной была ситуация вокруг. Было странно темно. Здесь никак не могло быть так темно в это время суток. Осознав это, он посмотрел туда, где должно восходить солнце... «Что?!» В море, где не должно было быть ничего, было что-то огромное.

Поскольку солнце находилось позади него, из-за засвета объект выглядел чёрным, но казалось, что это огромный остров. Зудай не мог поверить своим глазам. Не может быть, чтобы на месте, где вчера было пустое море, за ночь спонтанно образовался остров. «Это не остров. Но что же это тогда...?! Этого не может быть...!» Вывод, к которому пришёл Зудай, привёл его в ужас. Он покрылся мурашками и покрылся холодным потом. Его разум застыл всего на несколько секунд, но ему казалось, что прошло несколько часов.

— Ах! — внезапно он опомнился и, как пуля, помчался в сторону своего дома. «Н-надо бежать! Надо бежать!»

Но... было слишком поздно; бежать было некуда.

Похожий на остров объект издал пронзительный для ушей взрыв, который, вероятно, разбудил всех на острове. Звук того, что заберёт все их жизни – звук, с которого началась трагедия.

В этот день один из островов архипелага Девятиглавого Дракона превратился в необитаемый остров.

***

В начале 1-го месяца 1549-го года по континентальному календарю – море возле Лагуна-Сити...

Это было время, когда праздничная атмосфера нового года ещё не совсем закончилась. Судно патрулировало воды вблизи Лагуна-Сити – владений, находящихся теперь под надзором главнокомандующей Эксель Уолтер. Это был старомодный крейсер по меркам Национальных военно-морских сил Королевства, запряжённый одним морским драконом. На его палубе находились Кастор, капитан островного авианосца «Хирю», и Толман, генерал национальных сил противовоздушной обороны.

Поскольку ходили слухи, что скоро начнётся война с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона из-за рыболовства, Толман прибыл обсудить состав рыцарей виверн на борту «Хирю», а также навестить Кастора, который был его бывшим командиром. Сома намеревался использовать «Хирю», который всё ещё оставался его секретным оружием, в битве против Союза Архипелага Девятиглавого Дракона. Это само по себе показывало, насколько серьёзно Сома относился к предстоящей встрече.

Как только их встреча закончилась, Кастор одолжил крейсер и под предлогом патрулирования прокатил Толмана по водам вблизи Лагуна-Сити. Облокотившись на перила, Кастор спросил: — Как тебе это, Толман? Рассекать ветер на корабле тоже приятно, а?

— Ха-ха-ха, да, это так. Это освежает иначе, чем езда на виверне, — со смехом сказал Толман, когда его обдул морской бриз. — Я гляжу, что корабль тоже может идти довольно быстро. Здесь есть шум волн, запах моря... У нас нет ничего подобного в небе.

— Когда привыкаешь к этому, трудно оторваться. Жизнь на суше как будто чего-то лишена.

— Теперь ты настоящий моряк. Неужели ты постоянно находишься на борту «Хирю» в последнее время?

— Нет, в последнее время я пресекаю незаконные суда с помощью этого крейсера, — Кастор потрогал край своей капитанской шляпы, глядя на морские брызги. — План нашего сеньора не появился из ниоткуда. Мы просто ждали, когда он придёт в действие, и внимательно следили за происходящим, чтобы не допустить эскалации вооружённой конфронтации.

Толман посмотрел на восток, погладил свою козлиную бородку и спросил: — Рыбацкие суда Архипелага Девятиглавого Дракона были очень активны?

— Да. Они приплывают группами, чтобы ловить рыбу вблизи нашей страны. Они отгоняют любые наши корабли, которые приближаются к ним.

В этом мире не существовало международных морских границ, таких как «200 морских миль от берега». Однако, по традиции, считалось, что моря вблизи страны принадлежат ей, и если туда забредали корабли из другого государства, они не могли жаловаться, если их суда захватывали или без вопросов топили. Корабли из Архипелага намеренно нарушали эту традицию.

— Когда мы получаем известия от наших рыбаков, мы посылаем военный корабль, но если мы пытаемся догнать отставших рыбаков, на пути встают вооружённые корабли. Тогда, как только рыбацким кораблям удаётся сбежать, вооружённые тоже уходят.

— ...Завязывается бой? — спросил Толман.

— Нет, вооружённые корабли в основном существуют только для того, чтобы держать нас в узде, — Кастор пожал плечами. — Их корабли лёгкие, сделаны из дерева и укреплены металлом. Их тянут рогатые долдоны (дельфиноподобные или китоподобные существа с одним рогом), которые двигаются быстро, даже если у них нет силы морского дракона. В любом случае, суть в том, что их корабли быстрые. Если они сосредоточатся на том, чтобы убежать, их трудно будет атаковать.

— Полагаю, этого следует ожидать от кораблей морского государства... — простонал Толман.

— Если бы дело дошло до боя, они бы применили тактику, похожую на пиратскую. Они бы быстро подошли и бросили взрывчатку, или провели бы абордаж. С нашим старым флотом, даже если бы мы имели превосходящюю численность, это был бы тяжелый бой, — сказал Кастор, и на его лице появилась ухмылка.

— Но теперь у нас есть Хирю?

— Да, это верно. Не то чтобы они не могли противостоять ему, установив на свои корабли противовоздушные метатели болтов, но они никак не смогут победить его при первой встрече. Хотя даже после этого мы совершенствуем наши методы день и ночь. У нас есть планы, как справиться с любыми контрмерами, которые придумает другая сторона.

— Идея авианосца удивительна.

— Это страшное оружие, которое перевернёт все наши представления о том, как ведутся морские сражения, — Кастор слабо улыбнулся, скрывая гордость, которую он чувствовал внутри. Он был капитаном этого корабля. Это было похоже на то, как будто его собственному ребёнку делают комплимент всякий раз, когда кто-то понимает его масштабы.

Толман язвительно улыбнулся тому, как вёл себя его бывший хозяин: — Я гляжу, что Его Величество работал над чем-то невероятным... Хм?

Вдруг Толман заметил что-то в уголке своего глаза. Он уже некоторое время смотрел на горизонт, но только что на нём появился какой-то объект.    Когда Толман вдруг заслонил глаза одной рукой и посмотрел вдаль, Кастор склонил голову набок: — Что случилось, Толман?

— ...Я вижу корабль.

— Корабль?

Кастор взглянул сам, используя бинокль, висевший у него на шее. Когда он это сделал, то увидел корабль, направляющийся к ним с востока. Он ещё не мог разглядеть его, но он казался больше, чем рыболовное судно. Когда оно подошло ещё ближе, он смог определить, что это, скорее всего, военный корабль. Сегодня в этих водах не должно было быть других кораблей национальных военно-морских сил обороны. Другие моряки, должно быть, тоже заметили его, потому что на палубе вдруг стало шумно.

— Это не один из наших! Это похоже на корабль Архипелага Девятиглавого Дракона! — закричал моряк в «вороньем гнезде».

При ближайшем рассмотрении Кастор увидел, что он был построен из дерева с металлическими пластинами, прикреплёнными болтами для усиления защиты. «Но почему только один корабль? Раньше такого не случалось», подумал он, возвращаясь на мостик и отдавая приказы матросам. Поблизости не было рыболовецких судов, которые он мог бы защищать, и это не был один из обычных вооруженных кораблей. Так почему же оно шло на них в одиночку? Что они собирались делать, подойдя так близко к Королевству?

Если бы они попытались совершить набег на Королевство с одним судном, их бы обнаружил патрульный корабль, как это только что произошло. Кастор уже передал информацию о них в Лагуна-Сити посыльным Куи. Подкрепление прибудет в кратчайшие сроки. «Неужели они действительно собираются вступить в бой с флотом Королевства, используя один корабль?»

— На всякий случай, будьте готовы немедленно открыть огонь!

Второй командир Кастора выкрикнул приказ в разговорную трубку: — Есть, сэр! Всем приготовиться к стрельбе из пушек!

Поскольку они не знали, что задумал другой корабль, Кастор изменил курс, расположив свой корабль по диагонали к курсу другого корабля, и приготовился открыть огонь. Они подходили всё ближе и ближе. Скоро они окажутся на расстоянии выстрела. «Неужели теперь не избежать битвы?»

— Готов...— начал Кастор.

Как раз в тот момент, когда он собирался отдать приказ открыть огонь, чтобы упредить другой корабль, через речевую трубку раздался голос матроса из «вороньего гнезда»: — Вражеский корабль освободил существо, которое их тянуло!

— А?! — удивленно воскликнул Кастор.

Освободить существо, которое тянет ваш корабль, означало потерять всю тягу. Это означало, что они больше не смогут ни подойти к ним, ни убежать. «Зачем им делать что-то настолько безрассудное?»

Пока Кастор оставался ошеломлённым, наблюдатель продолжал: — Вражеский корабль поднял флаг бедствия!

— Теперь это флаг бедствия? — Кастор почесал голову. — Они делают это сейчас...? Проклятье!

Толман, который не мог осознать ситуацию, просто смотрел на Кастора с ошеломлённым выражением лица.

Через некоторое время Кастор принял решение и сказал: — ...У нас нет выбора. Все на помощь, мы спасем этот корабль.

— А? Ты помогаешь им? — спросил Толман, и Кастор почесал голову.

— Они подняли флаг бедствия. Мы должны помочь им.

— Разве это не вопиюще подозрительно? Не может ли это быть ловушкой?

— Толман... есть такая штука, называется Закон Морей, которому должны подчиняться все моряки, — сказал Кастор без всякого удовольствия. — Флаги, дымовые сигналы, специальные пушечные ядра... Есть множество способов подать сигнал о том, что ваш корабль терпит бедствие. Но любой корабль, увидевший сигнал бедствия, обязан оказать помощь, независимо от того, из какой страны другой корабль, и независимо от того, в каком положении находятся они сами... Даже если их страны находятся в состоянии войны.

Любой, кто упадёт в море, подвергает свою жизнь опасности. Это было место, где в случае непредвиденных обстоятельств все приходили на помощь друг другу. Гарантируя помощь другим во время кризиса, вы гарантировали, что они помогут и вам в чрезвычайной ситуации. Таково было кредо моря.

— Это что, такой международный договор?

— Нет, это не то, что решили страны – это обычай, который моряки придумали сами. Но если люди узнают, что мы его игнорируем, мы получим отпор от моряков из всех стран. В том числе и из нашей собственной. Если они все будут бастовать, поток товаров нарушится, и мы больше не сможем получать рыбу.

— Понятно... Но разве не существуют люди, которые злоупотребляют сигналами бедствия, например, пиратский корабль, который хочет устроить засаду на другой?

Кастор покачал головой: — Если бы они так поступили, им бы отказали в портах всех стран. Игнорировать сигнал бедствия с корабля, с которым вы уже вступили в боевые действия, допустимо. Есть моральный кодекс, которому мы должны следовать здесь, в море. Если вы не можете выполнить минимум требований, уважая сигнал бедствия, будь то рыболовное судно, военный корабль или пиратское судно, вы не сможете продолжать работать здесь.

— Понятно... Так вот как это работает, — сказал Толман, изображая убежденность.

Корабль Кастора подошел к терпящему бедствие кораблю и остановился рядом с ним. Они установили трапы между двумя судами, и моряки Королевства поднялись на борт другого.

Их встретили молодые мужчина и женщина. Один из них была прекрасной девушкой-русалкой, а другой – молодым зверочеловеком с белыми лисьими ушами, который носил на поясе катану Девятиглавого Дракона.

— Мы не будем сопротивляться. Пожалуйста, опустите оружие.

Когда пехотинцы окружили их, юноша положил меч на палубу и поднял руки в знак капитуляции. Девушка-русалка сделала то же самое. Их без происшествий пересадили на корабль Кастора, и моряки Королевства начали искать других возможных пассажиров.

Толман спросил: — Как вы думаете, кто эти люди?

— Как будто я знаю. Надо будет спросить у них, — Кастор выплюнул в ответ.

Рассматривая двух новых пассажиров с того места, где он стоял на мостике, он заметил качество одежды, в которую они были одеты, и у него появилось такое выражение лица, словно он укусил что-то неприятное. Это явно были люди какого-то значительного статуса. Незваные гости в такое время... Что за неприятности мы здесь встретили? Кастор слегка вздохнул, предвкушая грядущую головную боль.

___________________________________

Вычитка Paltouth, великое спасибо!

Календарный год сменился на 1549, и я поздравил людей как официальный король страны.

Сегодня комната Лисии снова наполнилась энергичными голосами.

— Эй, Cиан, Казуха, идите сюда, — позвал я.

— Кви! Даада, даада!

— ...Даа.

Они вдвоем подошли к ограде их кроватки и с ее помощью поднялись на ноги. Бурный голос принадлежал Казухе, а спокойный - Cиану.

Казуха тут же отпустила ограду кровати, проскакала несколько шагов и упала. Это было впечатляющее падение, но чтобы она не ударилась при падении головой,  он носила  рюкзак с мягкой подушкой (сделанной мной). Она лежала, размахивая руками и ногами, как черепаха, перевернувшаяся на спину.

Cиан тем временем пытался отпустить кровать, как это сделала Казуха, но продолжал бояться и тут же снова хватался за него. Как только ему наконец удалось сделать шаг, он тут же уперся руками в землю. Затем он подполз к Казухе и положил руки на ее тело, чтобы помочь себе встать.

Он использует свою сестру как ступеньку?

Поднявшись, Cиан повернулся ко мне и раскинул руки, как бы говоря: «Обними!», но бурные ноги Казухи сбили его и отправили кувыркаться на спину. На Cиане, конечно же, был тот же рюкзак, что и на Казухе.

— Они такие милые!

Айша, Ророа и Надин дружно завизжали.

Трио было настолько очаровано дуэтом малышей, что я практически видел сердечки в их глазах.

— Боже... зачем они говорят такие очевидные вещи? — прокомментировал я.

— Как ты можешь говорить это так просто, Сома? — Лисия бросила на меня измученный взгляд, положив руки на бедра. Рядом с ней  слабо улыбнулась была Джуна.

— Я имею в виду..... да ладно, это факт, что дети милые! — Я попытался привести свои доводы.

— Я знаю, что ты чувствуешь, но... не слишком ли ты заботливый отец?

— Сейчас, сейчас (малышам)… Леди Лисия. Это правда факт, что они милые. —  Джуна взяла детей за маленькие ручки и помогла им подняться.

То, как они сидели там, словно маленькие плюшевые медвежата, было так мило... я ненавидел факт, что в этом мире нет такого понятия, как фотография. Это было очень жестоко, что я не мог оставить запись о взрослении этих очаровательных детей.

— Дети становятся все больше и больше, — радостно сказала Айша.

На днях Cиан и Казуха достигли годовалого возраста, ни разу серьезно не заболев. Они оба были еще маленькими, но по сравнению с тем, когда они только родились, они определенно стали больше. Теперь, когда я стал отцм, я понял, какое это счастье - видеть, как твои дети достигают дня рождения. Это было во много раз эмоциональнее, чем мои собственные дни рождения.

— Маа! Маа!

— Маа... — Cиан и Казуха подняли руки, как бы умоляя нас обнять их.

— О, ты хочешь обняться.Давай, Казуха.

— Хорошо, тогда я обниму Сиана.

Ророа и Надин подхватили и обняли Казуху и Cиана.

Кстати, хотя они еще не могли произносить настоящие слова, они начали использовать свои голоса, чтобы выразить свои намерения. Когда они звали меня, они говорили: «Даа», а когда звали Лисию, они говорили: «Маа».  Я подумал, что «маа», вероятно, должно означать «мама», но, похоже, для них это означает женщин в общем.

Возможно, это было потому, что остальные четверо часто говорили «Мама здесь», когда играли с детьми. На это Лисия отвечала: «Но ведь это я даю им молоко...» и надувала щеки. Думаю, Айша и другие потом извинялись. Теперь, когда я об этом думаю, был еще один человек, к которому дети относились по-другому.

Тук, тук, тук.

— Входите, — сказала Лисия.

— Простите меня. —  Карла вошла в платье горничной и склонила голову.

Когда дети увидели ее...

— Кавла!

— Кавла... — радостно сказали дети.

Хотя это было немного невнятно, можно было понять, что они говорят Карла. На самом деле, первое имя, которое выучили наши дети, было не мое и не Лисии, а ее. Похоже, они оба любили Карлу. Она постоянно была с ними, даже когда они были еще в утробе матери. А еще она была рядом с Лисией с самого их рождения, заботилась о них, и вот результат. Что ж, этого следовало ожидать, но все же... я завидовал.

— Подумать только, они запомнили твое имя раньше той, кто дает им молоко...— сказала Лисия.

Когда все наши завистливые взгляды сосредоточились на ней, Карла кашлянула, пытаясь скрыть неловкость, затем сказала: — Господин... у меня сообщение от премьер-министра, он  просит вас прийти в офис по правительственным делам.

— ...О, уже пора. А я хотел поиграть с ними подольше....

— Идите и делайте свою работу, Ваше Величество, — резко сказала Лисия, когда я смотрел на детей, все еще не желая уходить.

Уф... Думаю, у меня нет выбора. Я должен был делать все ради детей. Cиан, Казуха, папа будет много работать.

— Поторопись и уходи.

— Да, мэм... — Лисия практически выгнала меня из комнаты.

Я закрыл за собой дверь, затем похлопал по щекам, чтобы привести себя в порядок. Так, режим короля активирован. Пора переключить передачу.

**

Когда я добрался до офиса, Хакуя, Томоэ и Ичиха уже ждали меня там. Если они были здесь, значит, то, о чем я просил, было готово.

Когда я сел в кресло, Ичиха несколько робко подошел и протянул мне пачку бумаг. — Ваше Величество, я принес то, что вы просили.

— Спасибо, малыш. —  Когда я взял его, на лице Ичихи появилось озабоченное выражение. — Хм? Что-то не так?

— Я один из ваших помощников, так что не могли бы вы не называть меня «малыш»? — сказал он нерешительно.

А? ...О! Точно, точно! Я хлопнул в ладоши, как будто только что вспомнил. Томоэ криво улыбнулась, а Хакуя прижал руку ко лбу и покачал головой.

— Прости, Ичиха.

Хотя мы рассматривали Ичиху как студента по обмену из герцогства Чима, он недавно принял предложение стать моим помощником.

Метод определения монстров по их частям, который он изучал, также пригодится для изучения демонов, когда мы неизбежно встретимся с ними. Вот почему я хотел объединить его способности с Томоэ, ведь она могла разговаривать с демонами. Но то, что Томоэ уже разговаривала с демоном, оставалось секретом высшего уровня. Если бы эта информация просочилась в другую страну, нас ждала бы мгновенная нестабильность. Чтобы предотвратить это, только я, моя семья и несколько избранных из высшего эшелона были проинформированы об этом. Естественно, такому иностранному студенту по обмену, как Ичиха, ничего не могли сказать.

Мне нужно было, чтобы Томоэ и Ичиха работали в унисон, чтобы изучить демонов. Чтобы раскрыть способности Томоэ, Ичиха должен был стать моим помощником, а не просто студентом по обмену, и быть готовым жить в этой стране всю жизнь. Когда Хакуя, Томоэ и я попробовали предложить ему служить этой стране после окончания Королевской Академии, Ичиха быстро согласился.

— Я бы не возражал против этого. Поскольку моей сестры больше нет, у меня нет никакой привязанности к герцогству Чима. Я хочу жить здесь, в этой стране, где люди приняли меня таким, какой я есть, — с улыбкой сказал Ичиха.

После этого соглашения Ичиха узнал секрет Томоэ. Я заставил ее саму рассказать ему об этом. Томоэ, казалось, не знала, что он подумает, а Ичиха был напряжен, потому что я сказал ему, что мы собираемся раскрыть секретную информацию, которую он абсолютно не должен разглашать.

У них состоялся довольно неловкий, но комичный обмен мнениями. У меня было ощущение, что мы находимся на бракосочетании по расчету.

В любом случае, я обратился к Ичихе, который теперь был моим помощником:

— Кхм... Итак, Ичиха

— Д-да, сэр!

Я просмотрел пачку бумаг, которую дал мне Ичиха. Я попросил его предъявить документ, касающийся чего-то конкретного.

— ...Отлично. Каждая страница полна информации. Это может оказаться очень полезным, — сказал я, кивнув.

— Томоэ и люди из Общества исследования монстров тоже помогли.

— Хакуя, прикажи немедленно скопировать это и распространить среди соответствующего круга людей.

— Хорошо.

— Молодцы, Ичиха и Томоэ. Вы можете идти, — сказал я Томоэ и Ичихе, передав Хакуе пачку бумаги.

— Да, сэр.

— Тогда мы пойдем, старший брат.

Как только я увидел, что они покинули комнату, я повернулся к Хакуе. — Похоже, подготовка к отправке флота на архипелаг Девятиглавого Дракона идет полным ходом.

— Да. Потому что мы долго готовились, тщательно планировали. —  Хакуя ответил с холодным выражением лица.

Я скрестил руки и откинулся в кресле. — Тщательное планирование... а?

— Хм? Тебя что-то беспокоит?

— Когда планируешь все заранее, всегда случается что-то неожиданное. Во время войны с Амидонией я заставил Кастора не доверять мне, и он взбунтовался. Потом, когда все закончилось, появилась Ророа и все перевернула. Случилось все то, чего мы никак не ожидали.

— ...Это правда.

Я  посмотрел в окно. У меня были горькие воспоминания о неожиданных событиях, произошедших во время войны с Амидонией.

— Будем надеяться, что ничего неожиданного больше не случится.

— ...Не говори ничего такого зловещего. —  Хакуя издал прерывистый вздох.

И вот - хотя я не уверен, что этот разговор как либо привел к этому - несколько дней спустя Кастор послал к нам двух «неожиданных людей» из Лагун-Сити.

**

Двое людей попросили аудиенции у короля, Кастор взял  их под стражу,  и отправил сюда на гондоле с вивернами. Получив сообщение, я поспешил в зал аудиенций вместе с Хакуей и Айшой. Было бы лучше, если бы нам сообщили заранее, но все гонцы были заняты на пределе своих возможностей в подготовке флота, а это было сочтено более важным, поэтому,чтобы уведомить нас, он послал вперед только рыцаря. Вот так с момента собщения до их прибытия прошло совсем немного времени. Это было все равно, что узнать, что ты получил награду, когда она уже пришла по почте.

— Хакуя, насчет отчета, который прислал нам Кастор... ты думаешь, это и правда они? — спросил я, когда мы поспешили в аудиторию, уже переодевшись в свою официальную форму.

Хакуя, который тоже быстро шел рядом, кивнул. — Да. Они также предоставили кое-что для подтверждения своей личности. Не думаю, что есть какие-то сомнения.

— Проклятье! Почему именно сейчас...?

Мы неуклонно работали над планом, который уточняли и совершенствовали. Теперь, когда флот был почти готов к выходу из порта, на нашем пути возникло такое нестандартное событие, так что я не мог винить его за то, что он так смотрит на это. Если эти люди были теми, о ком говорилось в отчете, то одна ошибка в том, как мы с ними обращались, могла сделать всю эту подготовку бессмысленной. Несмотря ни на что, этого нужно было избежать.

— Ничто не может быть более неприятным, чем их визит. Как ты думаешь, Король Девятиглавый Дракон приложил к этому руку?

— Я не знаю, сир. Вы должны спросить их сами.

— Боже... Айша.

— Да — оветила она.

— Я не знаю, что произойдет. Будь осторожна.

— Да, сэр! Предоставь свою защиту мне. —  Айша ударила себя в грудь одной рукой, а другой крепко сжала рукоять меча на бедре (это был не ее большой меч, потому что он был слишком громоздким для использования в помещении).

В следующем зале я перевел дыхание, а затем мы вдвоем вошли в зал аудиенций. Подойдя к трону, я посмотрел на нижнюю ступеньку, и два человека, упомянутые в отчете, стояли там на коленях, склонив головы.

Усевшись, я обратился к ним: — Должно быть, трудно говорить в таком положении. Я бы хотел, чтобы вы оба подняли головы.

— ..хорошо.

— Да, сэр.

Они встали и подняли головы. Одна из них была одета в наряд, напоминающий древнекитайскую придворную даму. Это была очаровательная молодая девушка с выразительными волнистыми изумрудно-зелеными волосами. Вместо её уха было что-то похожее на рыбий плавник, так что с первого взгляда было ясно, что она не человек. Если присмотреться, то, что казалось болтающимся рукавом у ее локтя, на самом деле тоже было тонким прозрачным плавником. Согласно отчету, она была русалкой, а они часто встречаются на Архипелаге. Хотя ее нижняя половина не была похожа на рыбу, я понял, почему ее так назвали, исходя из ее внешнего вида.

Второй человек был высоким, худым зверем с белыми лисьими ушами. На нем были штаны-хакама, и хотя для этой аудитории он был разоружен, с катаной «Девятиглавый дракон» он выглядел бы как самурай. У него было такое же интеллигентное выражение лица, как у Хакуи и Юлия. Если бы кто-то сказал мне, что он - посланник Инари, лисьего бога урожая, я бы поверил.

Что привлекло мое внимание, когда я смотрел на них двоих, так это их выражения лиц.

Молодой человек делал все возможное, чтобы сохранить на лице серьезное выражение, не выдающее никаких эмоций. Это было самое обычное выражение лица во время аудиенции у короля. Даже если он и питает ко мне неприязнь, он понимает, что проявление ее здесь только навредит ему. Что касается другой, девушки-русалки... я должен сразу сказать об этом.

Ее глаза были мертвы. Нет, я не шучу, что у нее глаза мертвой рыбы, потому что она русалка, или что-то в этом роде. В ее глазах не было жизни, и хотя я уверен, что она была бледной изначально, ее бледность тоже не была здоровой.

Её лицо выражало …трагическая покорность - она чувствовала себя настолько загнанной в угол, что пыталась отказаться от всего.

Если бы я встретил кого-то с таким выражением лица по дороге в лес вокруг горы Фудзи или, возможно, на высоком утесе, я бы почувствовал необходимость остановить его и сказать: « Не делай ничего поспешного». Но вот она стояла передо мной. Даже если она чувствовала себя так, была причина, по которой это происходило.

— Сэр Сома А. Эльфриден, король Эльфридена и Амидонии. —  Девушка-русалка сложила руки вместе перед собой и склонила голову. — Во-первых, для меня честь познакомиться с вами. Я - Шабон, дочь короля Девятиглавого дракона Шана, который правит Союзом архипелагов Девятиглавого дракона. Человек со мной - владыка островов союза, сэр Кишун, который сопровождает меня как мой охранник.

— Для меня честь познакомиться с вами. Я Кишун. —  После того как его представили, молодой человек с белыми лисьими ушами склонил голову.

Соединенное Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона - союзное государство, расположенное в море к востоку от нас. Название произошло от легенды о том, что Девятиглавый дракон однажды разбушевался там. Интересно то, что моя странная способность к переводу передавала слово «дракон» в этом названии с помощью тех же кандзи, что и восточный дракон  Рю, а не западный. Полагаю, там буйствовала не Гидра, а что-то вроде Ямата-но ороти.

Была ли это просто легенда? Или это было чудовище? Или, возможно, один из Древних, о которых упоминала Мать-Дракон, госпожа Тиамат? Это было неясно.

Хотя она была похожа на Союз Восточных Наций тем, что представляла собой объединение островных государств, это место имело гораздо более долгую историю. Остатки королевских семей, которые были изгнаны с континента; угнетенные меньшинства; люди, изгнанные после поражения в политической борьбе; преступники - эта страна была основана людьми, которым некуда было идти на материке. Возможно, поэтому здесь было не так много представителей основных рас, таких как люди.

Раса морских змей, к которой принадлежал Эксель, когда-то владела островом в архипелаге, но потеряла его из-за войны, политических разногласий или бедствий и вернулась на континент, где поселилась в Лагун-Сити. Очевидно, на островах было много таких необычных рас. У них была история, когда расы, которым некуда было податься, кроме своего единственного острова, сражались за территорию на море и постоянно воевали, чтобы сохранить независимость своих островов.

Правители остров были жестоки по своей природе, и каждый остров был яростно независим. Наверное, можно

Теперь Глава самого большого острова, острова Девятиглавого Дракона, был признан общим вождем Союза Архипелагов, но вожди всех остальных островов оствались независимыми. Если их королем был сёгун, то вожди островов становились его даймё. Если Король Девятиглавый Дракон пытался вмешаться и диктовать, как должен управляться остров, жители островов сопротивлялись этому.

Вы можете удивиться, почему Король Девятиглавый Дракон считался вождем Союза Архипелага, но это было сделано для того, чтобы противостоять иностранным силам. В те времена, когда у Империи Гран-Кэйос было больше сил, было ощущение, что им удастся объединить континент. Если бы Империя вторглась на Архипелаг, то ни один отдельный остров не смог бы им противостоять. Поэтому король острова Девятиглавого Дракона, имевшего самое большое население, объединил острова в Союз и создал систему, которая позволила бы им быстро преодолеть разделение между островами и сражаться как единое целое.

Образование этого союза стало исключением для яростного независимого народа этой страны. Наоборот, если бы не угроза иностранного вторжения, острова никогда бы не стали воевать вместе.

За время, прошедшее после образования Союза, острова в основном перестали воевать друг с другом, развивалась процветающая система торговли, но они все еще были сильно укоренены в своих обычаях (я думаю, справедливо будет сказать, что это были плохие обычаи).

Давайте перенесем эту историю в настоящее время.

Дочь этого царя Девятиглавого Дракона звали Шабон, которая сейчас стояла передо мной, а ее телохранителем был Кишун. В их стране было принято обращаться к людям по полному имени, как будто два имени были одним целым. Также, как в Японии и Китае, фамилия шла перед именем. Таким образом, в данном примере Шабон на самом деле звали Ша Бон.

Эти двое появились без всякого предупреждения. У меня не было ничего, кроме плохого предчувствия.

— Я действительно король Фридонии Сома А. Эльфриден. Давайте сразу перейдем к делу, госпожа Шабон. Почему вы прибыли в мою страну без предварительного уведомления? Вы были задержаны одним из наших патрульных кораблей. Это легко может вызвать дипломатический инцидент.

Шабон глубоко склонила голову. — Я прошу прощения за наши многочисленные проступки. Пожалуйста, простите нас. Мне просто необходимо было встретиться с вами, господин Сома. Я бы очень хотела, чтобы вы выслушали то, что я хочу вам сказать.

— Выслушать... ? — (Что она могла сказать мне сейчас, в такое время?) —Вы же знаете о напряженности, которая существует между моей и вашей страной.

— Конечно. —  Шабон подняла голову и кивнула.

—Шан как то связан с вашим приездом сюда?

— ...Нет. Отец не имеет к этому никакого отношения. Я здесь по собственной воле.

— Значит, вы действуете самостоятельно...?

Ааа, черт. Это подтвердило, что у нас проблемы. Я посмотрел на Хакую, который стоял рядом со мной, и на его лице тоже было выражение недовольства. Айша, тем временем, смотрела на Кишуна взглядом, который говорил: «Если ты намереваешься навредить Его Величеству, тебе не удастся уйти невредимым», и она полностью игнорировала разговор.

Я задал Шабон вопрос: — Понимаете ли вы текущую ситуацию, госпожа Шабон?

— Да. Война. И эта война приближается, — ответила Шабон с безжизненным взглядом. — Корабли нашей страны незаконно рыбачат в ваших водах, угрожая средствам к существованию ваших собственных рыбаков. И эти незаконные рыболовецкие суда официально охраняются флотом отца... короля Девятиглавого Дракона. Несмотря на то, что вы неоднократно посылали письма с протестом.

Она сделала паузу. Но прежде чем я успел ответить, она продолжила.

— И чтобы выйти из этого тупика, вы решили начать войну с нашей страной, верно? Эмиссары из Империи призывают всех вождей наших островов присоединиться к Декларации Человечества, но ярые независимые вожди не пойдут на это. На самом деле, если надвигается иностранная угроза, они будут работать с Королем Девятиглавым Драконом, чтобы встретить ее. В ближайшем будущем... будет большая война на море, чтобы решить, какая из наших стран сильнее, я уверена.

Ну, это был более или менее тот ответ, который я ожидал.

— Если вы  все это знаете, то почему вы здесь? — сказал я со вздохом.

Шабон посмотрел прямо на меня и сказала:

— Пожалуйста, используй меня как  «инструмент».

*** Сома и Мария

У нас была непринужденная встреча после первой конференции, на которой мы с Марией встретились лицом к лицу.

— Похоже, все хорошо проводят время.

— Да. Кажется, все наслаждаются.

Пока мы разговаривали, я наблюдал за своими спутниками. Каждый из них нашел кого-то, с кем мог найти общий язык, и они были заняты приятной беседой.

Мария усмехнулась. — Я ожидала, что переговоры с другой страной будут более напряженными. Во время такой встречи можно было бы ожидать, что мы все будем пытаться понять намерения другой стороны. Но все ведут себя как обычно.

— Ну, у наших стран дружеские отношения, поэтому было бы странно, если бы наши подчиненные подозревали друг друга, когда мы нормально общаемся... о, похоже, что наши вторые командиры тоже ладят друг с другом.

Я криво усмехнулся, мельком взглянув на Хакую и Жанну. Жанна, казалось, наслаждалась собой, а Хакуя производил гораздо более мягкое впечатление, чем обычно. Мария, должно быть, тоже заметила это, потому что она мягко улыбалась.

—Мне следовало ожидать, что ваши подчиненные будут такими. Вы подходите ко всем без предрассудков. Должно быть, они научились, наблюдая за вами, господин Сома. Вот как они могут быть такими открытыми со всеми.

Было немного неловко от такого прямого комплемента.

— Я могу сказать то же самое об Империи. Поскольку их лидер такой мягкий и пушистый, ее подчиненные тоже добрые.

— О, я? Я? Мягкая и пушистая?

Мария сделала вид, что надула щеки в насмешливом гневе. Хотя я знал, что она на год старше Джуны, это все равно делало ее похожей на милую маленькую девочку.

Я пожал плечами. — Встретившись и поговорив с вами, я могу сказать, что вы довольно мягкая и пушистая.

—Я императрица!

— Мои извинения, Ваше Императорское Величество, — сказал я шутливо.

— Да. Ладно, — сказала она самодовольным тоном. Я знал, что она ненавидит использовать свою власть, так что она тоже просто дурачилась.

Затем мы оба разразились смехом.

— Ха-ха-ха, я не знаю, в чем дело, но я не могу не смеяться, когда вы так себя ведете.

— Хи-хи! Это потому, что я не умею быть важной. Когда я веду себя так перед вами, это просто притворство.

— Как будто вы играете в императрицу?

— Да, это хороший способ сказать об этом.

После того как мы хорошенько посмеялись, Мария улыбнулась. — Здесь так спокойно.

— Хм? Что это вдруг?

— Если бы мы могли так смеяться с людьми, с которыми только что познакомились, нам бы не понадобились такие рамки, как Декларация человечества....

Она сказала это так, как будто без него нам будет лучше. Вероятно, так она и чувствовала на самом деле. Декларация человечества Марии существовала для того, чтобы заставить подписавшие ее страны объединиться перед лицом Домена Владыки Демонов. Она взяла на себя тяжелое бремя вести их за собой. Но если бы существовал способ для стран работать вместе без принуждения, ничего не могло бы быть лучше этого.  это облегчило бы огромный груз на ее плечах.

— ...Наша страна, не является государством, подписавшим соглашение, но мы поддерживаем ваши идеалы, — сказал я.

— Сэр Сома...

— Когда Ку унаследует Республику, они тоже станут надежными союзниками. Еще через несколько лет... всего несколько лет, вам не нужно будет все взваливать на свои плечи.

Если Мария сейчас бросит свои начинания, у меня будут проблемы. Роль, которую она сыграла в поддержании баланса между странами на этом континенте, невозможно переоценить. Если бы она завтра заявила, что отказывается от Декларации человечества, мир был бы ввергнут в беспорядок. Такой хаос может привести к возвышению таких амбициозных людей, как Фуга.

Но... я не могу вечно полагаться на Марию.

Нельзя было допустить, чтобы на одну женщину ложилось столько давления и ответсвенности. Когда-нибудь мы все должны отойти от Декларации человечества и освободить ее.

— Подождите еще немного, госпожа Мария. Скоро моя страна будет способна нести это бремя наравне с вашей. Я уверен, что Хакуя согласится. Вместе с моими спутниками мы изменим ситуацию, которая взвалила на вас это тяжкое бремя.

— ...Да? — Мария слегка улыбнулась. — Полагаю, мне придется еще немного поработать, пока этот день не наступит.

— Мне жаль.

— Не стоит. Я сама выбрала для себя этот путь. Но...— Мария посмотрела на меня. — Поторопитесь.

— Хорошо.

С этими словами мы, кивнули друг другу.

*** Айша и Гюнтер

Во время встречи Айша стояла лицом к лицу с одним из командиров Империи, Гюнтером. В руках у нее были тарелки с едой, которую она с жадностью поглощала. Этот человек. Похоже, он обладает значительным мастерством. О чем он думает...? Поскольку Гюнтер был немногословен, Айша была настороже рядом с ним. Даже сейчас, когда все вокруг веселились, он молча сидел в одиночестве, не ел и не пил, а лишь хмуро смотрел на нее.

— Вы ни с кем не собираетесь разговаривать? — спросила она.

— ...Нет нужды.

— Тогда почему бы не съесть что-нибудь? Это очень вкусно!

— ...В этом тоже нет необходимости.

Он был совершенно неприступным - не то чтобы она хотела с ним дружить. Просто ей было не по себе встретить воина с неоспоримым мастерством, который был настолько неразборчив. Защита Сомы была крайне важна, поэтому она не спускала с него глаз. А поскольку еда выглядела аппетитно, она наблюдая за ним одновременно накладывая на тарелку.

Но поскольку просто есть и смотреть на него было неловко, она попыталась завязать разговор.

— Все выглядят так, будто им весело. Почему бы вам не расслабиться?

— ...Нет. Это не моя роль как воина.

Я действительно не могу понять, о чем он думает... Айша вздохнула. Она происходила из боевой среды. Будучи сильной, но не слишком умной, она знала, что недостаточно проницательна, чтобы понять, о чем кто-то думает, основываясь на словах и жестах. Ей лучше удавалось понять человека, когда они скрещивали мечи и обменивались ударами. Именно так общались воины. И все же я не могу вызвать его на бой здесь.

Если бы она вызвала его на дуэль на подобной вечеринке, они бы усомнились в ее доводах. Это создало бы проблемы и для Сомы. Айше этого не хотелось, поэтому она продолжила разговор, хотя это и не было ее сильной стороной.

— Тогда в чем, по-твоему, заключается роль воина?

— Служить тем, кому он присягнул. Рисковать своей жизнью, чтобы защитить их.

— Хм…. Я согласна. Потому что я тоже присягнула Его Величеству.

— ...Но я слышал, что вы жена короля Сомы?

— Когда мы только познакомились, я была его телохранителем. Но хотя мы теперь женаты, мое желание защищать его, даже ценой собственной жизни, остается неизменным.

— ...Это правда?

О? Мне показалось, что Гюнтер немного смягчился. Было ли это потому, что ее сочувствие к его положению изменило ее взгляд на него? Внимательно наблюдая за ним, Айша заметила, что хотя Гюнтер по-прежнему стоял на месте, его глаза двигались. Проследив за его взглядом, она обнаружила, что Сома и Мария разговаривают, а затем Хакуя и Жанна. Его взгляд метался между обеими парами.

— Сэр Гюнтер, госпожа Мария - это та, которой вы поклялись, или госпожа Жанна?

— ...Я присягнул обеим дочерям Императорского Дома Эйфории, — сказал Гюнтер в отставке. — Несмотря на свою молодость и красоту, они несут на своих плечах груз империи. Я уважаю это и считаю, что их нужно защищать. Я могу служить им только как воин, но я сделаю все возможное, чтобы они чувствовали себя спокойно.

— Вы остаетесь начеку, чтобы они могли ослабить свою бдительность... Так?

Айше казалось, что она все понимает. Мария и Жанна выглядели расслабленными, болтая с Сомой и Хакуей. Тихое наблюдение за ними было способом показать свою преданность.

— Хехе! Похоже, вы отличный воин!

— ...Вы слишком добры.

— Ах! Но как насчет третьей дочери императорской семьи, госпожи Трилл? Клянетесь ли вы ей в верности?

В ответ Гюнтер нахмурился еще больше.

Увидев это, Айша не смогла удержаться от смеха.

— Пфф... Ахахахаха!

Значит, он тоже может сделать такое лицо. Он может быть интересной личностью.

Айша хотела рассказать эту историю Соме.

*** Разговор Надин и Крахе

Во время встречи вторая не основная королева Сомы, Надин, разговаривала с Крахе, командиром из Империи.

— Тогда мы с Сомой разобрались с бурей, которая напала на горный хребет Звездного Дракона.

— Это просто чудесно.

Нет, скорее Надин рассказывала историю о том, как она встретила Сому, а Крахе с энтузиазмом кивал и подбадривал ее, чтобы она продолжала.

— Это была природная буря? — спросил он.

— Не может быть. Там была какая-то странная штука внутри облаков, которая вызывала это.

—Мне нравится! Звучит захватывающе! Так что же произошло? У штуки был ужасающий и величественный вид, как у какого-нибудь повелителя демонов?

— О... это был куб. Как металлический.

— Металлический куб... а? — Крахе выглядел откровенно разочарованным. — Куб в Буре... он странный, надо отдать ему должное, но ему не хватает внушительности. Вот если бы там был массивный дьявол с крыльями летучей мыши или трехглавый дракон, тогда бы нам было от чего прийти в восторг.

Надин вздохнула в отчаянии. — Я не могу изменить то, что мы видели, так что вам придется это принять. Но это действительно произвело впечатление, если вы были там и видели это.  На нем были вырезаны узоры, они тускло светились и он был огромен.

— Хм... Когда вы так говорите, возможно, это действительно так.

— ...Так ли важно то, как оно выглядело?

— Конечно! — Крахе подошел поближе к Надин с серьезным выражением лица. — Историям о героях и святых нужен страшный и достойный враг! Не важно, насколько силен герой, и не важно, насколько почитаем святой, их история не может функционировать только с ними! Народ почитает леди Марию как святую, а король Сома был призван, чтобы стать героем. История нашего времени будет воспета в веках. Мы просто ждем, когда появится враг, которому они будут противостоять.

Крахе говорил как завороженный, даже не делая паузы для передышки. Это заставило Надин вспомнить, что его называли романтиком, причем в нездоровой степени.

— Разве не было бы лучше, если бы не было врага? Нет ничего лучше мира.

— Что вы говорите? Истории нужен могущественный враг, чтобы они поразили его! Наша жизнь коротка, но если люди будут рассказывать о нас истории, они сохранятся на сто поколений. Если бы я мог оставить хоть одну страницу в истории госпожи Марии, я бы не знал большего блаженства.

— Это... — Как-то не так, подумала Надин. Когда она была в Горном хребте Звездного Дракона, Сома сказал ей, что хотя дерево, которое остается красивым вечно, прекрасно, цветы, которые распускаются на короткое время, прежде чем упасть, тоже прекрасны. Казалось, что, пытаясь оставить свое имя в истории, Крахе стремится к вечности.

Я не думаю, что Сома сказал бы что-то подобное. Он не заинтересован в том, чтобы оставить свое имя в истории. Вместо этого ей на ум пришли юные, невинные лица Сиана и Казухи. Даже если его имя не останется, достаточно сохранить жизнь и желания его детей... вот что бы он подумал. Мне кажется, что теперь я тоже могу это понять. Надин усмехнулась.

Она обожала Cиана и Казуху. Но разве ее собственный ребенок не был бы ей еще дороже? Но некоторые люди говорили, что легче любить чужих детей, потому что ты не несешь за них никакой ответственности. Но я все равно хочу ребенка от Сомы. Для будущего.

Надин корчилась, прикрывая ладонями покрасневшие щеки.

Крахе склонил голову набок, глядя на то, как она себя ведет. — Хм? Что-то случилось?

Она прочистила горло, чтобы скрыть свое смущение. — ...Нет, ничего страшного.

Даже если бы она рассказала стоящему перед ней мужчине о своих чувствах, он, скорее всего, не смог бы ее понять. У каждого из нас есть свой собственный набор ценностей. Это то, чему она научилась после приезда в Королевство. Но для истории нужен сильный злодей... а? Надин посмотрела на Крахе и почувствовала некоторое беспокойство.

Он был чист, в некотором смысле. Верен своим мечтам и желаниям. Само по себе это могло бы быть достоинством. Но не опасно ли было искать врага ради этой мечты?

Может быть, мне стоит позже сообщить об этом Соме... подумала Надин, глядя на дружелюбную улыбку Крахе.

*** Мио и Оуэн лучше знакомятся

— Госпожа Мио, с вами все в порядке? Вы выглядите не очень хорошо.

Во время встречи Оуэн, который был для Сомы и личным тренером, и советчиком, с беспокойством подошел к дочери Георга Кармина. Оуэн был бывшим командиром в армии и очень уважал его, поэтому он всегда хотел присматривать за ней.

Мио слабо улыбнулась Оуэну. — Я в порядке. Просто от количества информации, которую мне приходится воспринимать, кружится голова.

Она постоянно задавалась вопросом: «Что я здесь делаю?» Мио была здесь, в одном месте с императрицей и ее свитой. Она не могла в это поверить. За то время, что она отсутствовала, отношения между Королевством и Империей полностью изменились. Во время правления короля Альберта они не знали, каковы намерения Империи, и их политка  была просто придирками ко всему, что делала Империя. Теперь они строили дружеские отношения как партнеры по альянсу.

— Не так давно все это казалось невозможным.

— Ну, наша страна прошла через многое, — сказал Оуэн, скрестив руки в улыбке. — Его Величество и леди Лисия старались изо всех сил.

— Я вижу это.

— Вы будете еще больше удивлены, когда мы вернемся в Королевство. Его Величество сдержит свое слово и начнет новое расследование действий вашего отца. В зависимости от результатов, Дом Карминов может быть даже восстановлен.

— ...Ах-ха-ха, думаю.

Смех Мио прозвучал немного обеспокоенно. Впрочем, меня это не особо волнует... В этот момент она уже не зацикливалась на Соме и своем отце.

— Значит, Дом Кармин будет восстановлен... да?

— Хм? Что-то случилось?

— О, нет... просто я стала  бы главой семьи.

— Это верно.

Мио неловко почесала щеку, когда Оуэн посмотрел на нее так, словно она только что сказала самую очевидную вещь в мире.

— Хм... Я способный воин, но управление - не моя сильная сторона. Мой отец более или менее признал это...

— Ааа...— Не говоря больше ни слова, Оуэн посмотрел на нее с кривой улыбкой.

Поняв ситуацию, Мио продолжила: — Как вы уже поняли... я не самый умный человек в округе....

— Ммм... Ну, я слышал, что когда герцог Кармин был молод, он был полностью сосредоточен на своих навыках воина, и за это его тоже ругал отец. Вам еще есть куда расти, госпожа Мио.

— О? Это правда?

У Мио сложилось впечатление, что ее отец мастерски владеет и пером, и мечом, но, видимо, в молодости это было не так.

Оуэн кивнул. — Я слышал, что он посвятил себя административным обязанностям примерно в то время, когда привел в дом жену. Га-га-га! Наверное, он хотел показать ей свою хорошую сторону. А может, он не хотел, чтобы она видела его слабости. Ведь мужчины так устроены.

— ...я удивлена.

Даже живя с отцом, я никогда не знала этой его стороны.

Оуэн похлопал Мио по плечу. — Ну, когда дом будет восстановлен, я ожидаю, что вы пригласите мужа. Вы можете выбрать кого-то, кто искусен в административной работе.

— Ааа, отец тоже так говорил... Ах!

— Что-то случилось?

— Знаете, я тут вспомнила, что был один бюрократ, который заслужил редкую похвалу моего отца... точно. Кажется, его звали сэр Кольбер.

— Кольбер? Министр финансов?

— Да. Хотя в то время он еще служил княжеству Амидония.

Отец похвалил его, и если он теперь министр финансов, то он может справиться с административной работой, не думаю, что я могу просить лучшего, чем он, подумала про себя Мио.

— Сэр Оуэн, могу я задать вопрос?

— Что это?

— Вы бы сказали, что я красивая?

— ...А? — Оуэн замер, на мгновение не понимая, о чем его спросили. — О, я думаю, вы более чем достаточно красивы, госпожа Мио... почему вы так неожиданно спросили об этом?

— О, я подумала, что смогу использовать свое женское оружие, чтобы завлечь джентльмена, — кокетливо сказала Мио с серьезным выражением лица. — Думаю, я унаследовала мамину внешность. От отца я узнала, что на войне нужно использовать все имеющиеся в твоем распоряжении средства и оружие. Говорят, что любовь - это война, поэтому я подумала, что могу встретить свою цель во всеоружии.

Оуэн был ошеломлен, услышав, что Мио сказала это так серьезно.

Спасибо, что прочитали 12-й том «Героя-реалиста».

Это Додзёмару, который в начале этого года заболел гриппом, а через неделю был госпитализирован из-за непроходимости кишечника, вызванной гастроэнтеритом. Это был болезненный урок о важности здоровья.

Этот том является аркой «Государство наемников Зема», но в центре повествования - вопросы, связанные с Домом Кармин, который остался нетронутым, относительно веб-романа, а также вопросы внешней политики страны. Продолжая предыдущий том, который был посвящен внутренним вопросам, он завершает историю 1548-го года по континентальному календарю.

Я действительно работал с текстом для этих двух томов.

В веб-версии предыдущий том и арка «Зем» составляли один том, но текста оказалось слишком много для формирования одного тома, а материала в арке «Зем» не достаточно, чтобы заполнить отдельный выпуск..

В прошлом я писал, что одно из достоинств веб-романов в том, что вам не нужно беспокоиться о количестве страниц, и вы можете писать столько, сколько хотите. Я получил много отзывов по этому поводу, но со свободой приходит и ответственность. В последствии вы гарантированно заплатите цену за то, что делаете все так, как вам хочется. Будьте осторожны.

Пролог к арке «Архипелаг Девятиглавого Дракона» следующего тома. Он был слишком длинным, чтобы вписаться в следующий том, по этому я оставил его здесь.

Я надеюсь, что вы останетесь со мной до конца.

О, и, и...

Я полагаю, что об этом уже сообщалось в Интернете, а также на ленте, обернутой вокруг обложки в оригинальном физическом издании, так что вы уже должны знать, но новелла получила аниме адаптацию.

Да. Серьезно.

Это благодаря всем тем, кто поддержал серию.

Я искренне благодарен.

На подходе аниме...  это единственная информация, которую мне пока разрешено раскрыть. Я не могу говорить об этом сам, но я уверен, что Overlap продолжит публиковать информацию по мере развития событий.

Итак, я выражаю благодарность художнику Фуюки, господину Сатоси Уэда за адаптацию манги, которую я с удовольствием читаю по мере ее выхода, моему редактору, дизайнерам, корректорам и всем вам, читающим это сейчас.

Это был Додзёмару.

_______________

От переводчика:

Привет, всем кто дошёл до 12 тома.

Спасибо Vorfed за  работу с новеллой

С 12 тома к переводу присоединился Paltouth. Спасибо за его вклад.

Спасибо просто людям  в комментариях.

polokiis, MiggyMu,Chuparin, Fanimeihen,Praezid. maugl1,Fanimeihen yuriy-zipov, vadim1 ilya-kalaganskiy,Wight Knight, МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ_ДЕD,areku kun,kemel-tobokelov,  Klefen - Культ Хитогами -, Rymata, Пиксельный пончик и остальные.

Приятного чтения.

______________

И так- что в 13 томе?

Рискуя жизнью, чтобы спасти свою родину, Шабон,принцесса из Архипелага, присоединяется к Соме в надежде остановить надвигающуюся войну. Но с флотом, уже направлявшимся к вражеским архипелагу по его приказу, Сома намеревается проникнуть на острова до их прибытия. Собирая информацию на вражеской территории, он обнаруживает, что реальная угроза не в их военно-морском флоте, а в массивном существе в их водах, которое бросает вызов здравому смыслу...?! Какую стратегию придумает Сома, чтобы справиться с этими двумя наступающими угрозами?! Узнайте об этом в тринадцатом томе революционной административной фэнтезийной серии!

Содержание

Пролог: Шторм

Глава 1:Гнев

Глава 2:Неизвестная причина

Глава 3:Подготовка и политика

Глава 4:Ведущая сила

Глава 5: Монстр

Глава 6:В бой

Глава 7:Морской бой

Глава 8:Встреча с врагом

Глава 9:Тотальная война

Глава 10:Механический Дракон

Глава 11: Большой банкет

Глава 12: Океанская лига

–Эпилог: Возвращение

Дополнительная история 1:Победоносное возвращение

Дополнительная история 2:Волны

Специальный бонусный контент добавлен в премиум-версии (4 бонусных коротких рассказа) ,

Лагуна-Сити, перед отправкой войск

Воссоединение отца и дочери

Гармония в Доме "Великой"

Испытание пушки

_____--

Перевод 13 тома начнется чуть позже.

График простой -  том в 2 недели.

Этой ночью остров в архипелаге Девятиглавого дракона подвергся нападению сильного шторма. Хотя он был не таким сильным, как тайфун, на остров все равно обрушились сильный ветер и дождь. Жители острова укрылись в своих деревянных домах, слушая, как скрипят здания под напором ветра и как дождь бьет по дверям. Это была бессонная ночь, полная опасений, что их дома могут рухнуть.

— Папа, мне страшно... — Семья, состоящая из родителей и двух детей, прижалась друг к другу. Крепко держа своего младшего, мужчина, который был хозяином дома, сказал: — Мы в безопасности, чтобы унести наш дом, потребуется ветер намного сильнее этого.

— Ну же, не бойтесь. Идите спать, — сказала мама детей, пытаясь уложить их спать, и тут это случилось.

Вууу... Туд! Кер-крэк! Ветер завывал, и звук, похожий на сильный треск, сотрясал остров. Почти как от обстрела военного корабля.

— Что это было только что? — Даже мужчина был напуган этим ударом. — Это было не нормально.

— Дорогой, ты же не думаешь, что это... «это»?

Кровь отхлынула от лица мужчины после вопроса жены, и он крепче обнял своих детей, не в силах ответить. Битва этой семьи с погодой продлится до рассвета.

С наступлением утра дождь и ветер стихли. В тишине, нарушающей напряжение, мужчина и его семья уснули. Проснувшись, мужчина вышел на улицу и увидел такое чистое небо, что вчерашняя гроза показалась ему сном.

Он все еще чувствовал облегчение от того, что пережил эту ночь, он заметил, что на берегу произошло какое-то волнение. Поспешив на пляж, где были люди, он обнаружил, что другие жители острова собрались вместе, переговариваясь между собой.

— Что-то случилось?

Когда мужчина приблизился, один из других мужчин, которые уже были там, обернулся. —  Взгляните-ка на это.

Он указывал на большую каменную глыбу, которая более чем в два раза превышала рост взрослого мужчины, торчащую прямо из песка на берегу. Мужчина склонил голову набок, глядя на это.

— Вчера здесь не было ничего подобного.

— М-м-м. Угу. Там тоже повсюду разбросаны куски.

Оглядевшись по сторонам, он увидел, что на песке валяются еще куски такого же камня. Более того, по орнаменту на них было ясно, что это не просто куски камня. Они явно были сделаны человеком.

Мужчине показалось, что он узнал эту глыбу камня.

— Может быть, это... каменный мост? — спросил он.

Среди обломков он разглядел остатки арочного сооружения.

— Угу. —  Другой мужчина кивнул. — Мы все думаем, что это похоже на остатки каменного моста.

— Но на этом острове не было ничего похожего на каменный мост.

— Не было. Такой маленький остров, как наш, никогда не нуждался в большом, впечатляющем мосте. Достаточно было деревянного.

— А что же тогда делает здесь этот каменный мост?

— Мы не знаем. Вот почему мы все об этом говорили.

Если бы это был обычный валун, они могли бы представить, что его принесло штормом или оползнем, но что им было делать с каменным мостом, которого не было на этом острове рядом?

Все островитяне в замешательстве склонили головы набок.

— Это ужасно! Ужасно! — кричал подбежавший молодой человек.

— О, что случилось? Ты прямо побледнел, — спросил его мужчина.

Молодой человек перевел дыхание, затем объяснил: — Говорят... «оно» появилось на соседнем острове, прошлой ночью.

— …?!

В воздухе почувствовалось напряжение, а жители острова побледнели. Люди на архипелаге были так напуганы этим ужасным существом, что одного слова «оно» было достаточно, чтобы страх пробежал по их позвоночнику. Сказал ли он, что это соседний остров? Это был тот самый остров, который был чуть больше и виден с этого?

В темноте ночи, во время шторма, он появился недалеко от этого острова.

Молодой человек сказал: — Там все в полном беспорядке. Говорят, он сравнял с землей половину острова.

— Не может быть...

— Что мы будем делать...?

Островитяне выглядели подавленными.

— Стойте..., — сказал мужчина, который все еще смотрел на мост. Все повернулись, чтобы посмотреть на него. Он указал на мост. — Разве это не мост с соседнего острова?

— ........

«Этого не может быть...». Даже если другой остров был всего в двух шагах, что делал их мост, воткнувшись в берег этого острова?

— Теперь, когда я об этом думаю, вчера вечером во время грозы был такой звук и громкий удар, — сказал мужчина, вспоминая прошедшую ночь.

Когда они задумались о том, что означает его слова... они все как один вздрогнули.

— Ты же не хочешь сказать, что он бросил его?

— Эта огромная штука?

— Нет, нет... Я не могу в это поверить... — Однако никто из них не мог полностью отрицать этого.

В это же время в королевстве Фридония девушка, похожая на принцессу-русалку, и молодой человек, похожий на самурая с белыми лисьими ушами, склонились перед Сомой.

Девушка была Шабон, дочерью короля Шана, правившего враждебным государством, известным как Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, а молодой человек с белыми лисьими ушами был ее телохранителем Кишун.

Сома не мог поверить в то, что Шабон только что сказал ему.

— Пожалуйста, используй меня как свой «инструмент».

«Что? Мой инструмент?» подумал он. На мгновение он даже не понял слов. Он изо всех сил старался не показать этого, но внутренне он был в замешательстве. Нормальные девушки не говорят тебе, чтобы ты использовал их как захочешь. Она, наверное, не была мазохисткой, а если бы и была, то не стала бы просить его об этом с такими безжизненными глазами.

Это было проблематичное заявление от девушки, дочери Короля Девятиглавого Дракона. Что он должен был с этим делать?

Он взглянул на Хакую, который смотрел на него с серьезным выражением лица.

— Я понимаю, что вы чувствуете, но, пожалуйста, пока сдерживайте себя, — вот что говорили его глаза.

Я выдохнул, пытаясь успокоиться, затем положил локоть на подлокотник своего трона, чтобы выглядеть устрашающе, и спросил Шабон: — ...Что это значит?

— Я говорю это буквально. Вы можете использовать меня, как вам заблагорассудится, — ответила Шабон, положив руку на сердце. — Я могу быть полезна вам, человеку который собираеться сражаться с моим отцом... сражаться с Королем Девятиглавого Дракона. Когда вы объявите войну, когда вы победите его и когда вам понадобится управлять архипелагом Девятиглавого дракона после войны, я предоставлю вам необходимое обоснование. Я буду действовать так, как вы попросите. Если вы не желаете стать захватчиком, пожалуйста, насадите мою голову на пику. Вы можете сказать, что я пришла к вам за помощью в борьбе с Королем Девятиглавого Дракона.

Я уставился на нее, пытаясь оценить то, что она только что сказала.

— Если вы хотите получить трон Короля Девятиглавого Дракона, я выйду за вас замуж. В этом случае мое тело... будет вашим, и вы сможете распоряжаться им по своему усмотрению. Это будет политический брак, но... если вы хотите использовать меня в качестве наложницы, то...

— ...Что это за бред?

Нет, серьезно... о чем вообще говорила эта девушка? Мало того, что она внезапно приехала в страну, которая собиралась воевать с ее страной, так она еще и говорила об инструментах, оправданиях, политических браках и наложницах. Я не понял... Ну, нет, были и другие девушки, которые говорили мне подобные вещи раньше: Ророа и Святая Мэри из Лунарского православного папского государства.

Но в Ророа не было этой трагичности, и даже похожая на куклу Мэри делала это ради своих убеждений и долга. У них не было такого выражения лица, будто они все бросили, как у Шабон.

— Судя по тому, что я слышу, …. похоже, что вы одобряете вторжение нашей страны в вашу. Я ожидал, что вы здесь, чтобы напрямую обратиться ко мне с призывом остановить войну, но это не так.

Шабон печально покачала головой. — Я прекрасно понимаю, что война в данный момент неизбежна. Ведь вы все, должно быть, приложили немало усилий, чтобы подготовиться к грядущим сражениям.

— ...Почему вы так решили?

— Действия Империи Гран-Кэйос, — четко заявила Шабон с грустью в глазах. — В последнее время мы часто получаем посланников из Империи. Когда они встречаются с вождями наших островов, они говорят: «Пройдет немного времени, и Королевство направит флот в эту страну», и уговаривают нас, чтобы мы подписали Декларацию Человечества.

Ну как бы …. я все это знаю. Это мы попросили их об этом. Похоже, Мария сдержала свое слово. Но я положил руку на подбородок и принял задумчивый вид, чтобы скрыть тот факт, что я думаю об этом.

— Империя... и? Есть ли острова, которые согласились на это?

— Нет. Вожди островов нетерпеливы и яростно независимы. Они никому не подчинятся. Чем больше Империя пытается внушить им опасность Королевства, тем больше они объединяются, чтобы противостоять вам без помощи Империи. Они посылали лодки к Королю Девятиглавому Дракону.

Пока все по плану. Я так думал, но...

— Однако я считаю, что здесь действует какой-то заговор. —  Шабон опустила глаза и покачала головой. — Империя посылает своих посланников на все острова, где может быть вождь, независимо от их размера. Размер острова отражает его население, а значит, и военную мощь. Даже если вождь маленького острова захочет подписать Декларацию человечества, это просто невозможно, если вождь более крупного соседнего острова будет против. Ведь существует риск, что на них нападут. В общем, попытка убедить маленькие острова, когда они не могут убедить большие, обречена на провал.

А, значит, некоторые острова настолько малы, что ими правит вождь другого острова?

— Несмотря на это, Империя отправляет посланников к каждому островному вождю в одно и то же время. Зачем им делать то, о чем они наверняка знают, что это бесполезно...? На мой взгляд, их цель не в том, чтобы мы присоединились к Декларации Человечества, а в том, чтобы разжечь чувство кризиса в Королевстве и собрать все силы Архипелага под началом Девятиглавого Короля-Дракона. И все же, для Империи в этом нет никакой выгоды. Если кто и получает выгоду, так это либо король, который получает больше сил, либо... сэр Сома. Это ваше королевство, — сказал Шабон, глядя прямо на меня. — В архипелаге Девятиглавого Дракона много маленьких островов и проливов, и там в изобилии есть места, где можно спрятать солдат и военные корабли. Даже если бы вы победили короля в первой же битве на море, если бы оставшиеся силы спрятались, потребовалось бы время, чтобы подчинить их.

— Понятно... и?

— С вашей точки зрения, вы хотите поймать как можно больше солдат и кораблей в первой битве и уничтожить их. Возможно, вы попросили Империю нагнетать ощущение кризиса, чтобы собрать как можно больше наших сил под началом короля. Потому что вы уверены в своей способности победить собранные силы. Я не прав?

— ...хмм.

Я был искренне поражен. Похоже, эта принцесса была не просто Поллианной( отсылка к Ai Shoujo Pollyanna Monogatari) , по глупости приехавшей посетить страну, с которой у нее скоро начнется война. Я не мог поставить ей даже близкую к полной оценку за ответ, но она сумела разгадать некоторые наши намерения.

Но... в этом было еще меньше смысла.

— Если мы предположим, что ваш вывод верен, то я злодей, стремящийся заманить архипелаг Девятиглавого Дракона в свою ловушку. Зачем вам просить такого человека использовать тебя в качестве своего орудия?

— Потому что... это последний способ защитить свой народ, который я могу придумать. Я видела, как люди на островах страдали все это время. —  Шабон сцепила руки перед грудью, словно молилась. — Плохой улов и невозможность отправить лодки, то, как Король Девятиглавый Дракон поднял налоги, тень надвигающейся войны с Королевством... все это повергло народ в уныние; особенно отсутствие улова рыбы и невозможность отправить лодки на рыбалку. Наша связь с морем настолько глубока, что, как говорят, «мы живем с морем, и наши души возвращаются в море после смерти». Сейчас мы оказались отрезанными от него. Большинство из нас проводят свои дни не в гневе или печали, а в пустоте.

Сцепленные пальцы Шабон сжались, как будто она пыталась сдержать себя.

— У меня нет власти. Я неоднократно предупреждала отца, как его дочь, чтобы он, по крайней мере, избегал войны с Королевством, но он меня не выслушал. Я верю, что мой отец... Король Девятиглавый Дракон движется в прогрессирующе худшем направлении. Однако у меня нет сил, чтобы остановить его или спасти людей от страданий.

— ...И поэтому вы пришли ко мне?

— Да.

Понятно... если сопоставить то, что я знал о ситуации в Архипелаге Девятиглавого Дракона, с заявлениями Шабон, можно было получить смутное представление о том, чего она пытается добиться. Скорее всего, у нее не было скрытых мотивов. Она рассказала мне все. Она пришла искать спасения... не для себя, а для народа своей страны. Для этого она была готова стать моим инструментом. Она была готова стать жертвой.

Это действительно... хлопотно.

Пока я так думал, Шабон продолжала свою просьбу.

— Я полагаю, что одна из ваших жен - бывшая принцесса Амидонии.

А? Зачем поднимать тему Ророа?

— Я слышала, что после того, как леди Ророа стала вашей невестой, вы позаботились о жизни людей в бывшем княжестве Амидония. Если одной моей жизни будет достаточно, чтобы унять ваш гнев по отношению к Союзу Архипелага Девятиглавого Дракона... я принесу себя в жертву, как когда-то леди Ророа.

— ...А?

— Так что, пожалуйста... мне все равно, что со мной будет. Я бы хотела, чтобы вы позаботились о людях - моих людях... — Что только что сказала эта девушка? Прямо как... Ророа?

— Не смейте смеяться над моей женой, — прорычал я, я чувствовал гнев.

Шабон вздрогнула от моих слов. Даже я был удивлен тем, сколько гнева было в моем голосе. Гнев... да, я действительно был зол.

Обычно я не позволяю своим эмоциям проявляться во время подобных аудиенций, но это застало меня врасплох, и я не смог сдержать себя. Хакуя, Айша и Кишун уставились на меня широко раскрытыми глазами. Тишина в комнате была гнетущей.

— И-извините! Я прошу прощения, если своими словами обидела вас! — Не выдержав молчания, Шабон встала на колено и склонила голову. Кишун последовал примеру своей госпожи и сделал то же самое.

Ааа... проклятье! Это была уже не та обстановка, которая располагала к разговору. Я я еще не полностью подавил свой гнев.

— Мадам Шабон.

— Д-да.

— Возвращайтесь в свою страну, — сказал я, поднимаясь со своего трона. Когда Шабон подняла голову, на ее лице отразилось отчаяние, как будто земля только что рухнула под ней.

— Н-нет... господин Сома...

— Нам больше нечего обсуждать. Вам следует вернуться в свою страну.

Прервав Шабон, когда она пыталась продолжить, я повернулся, чтобы дать понять, что разговор окончен, и вышел из зала.

— Пожалуйста, выведите этих двоих из замка, — приказал Хакуя стражникам, а затем пошел за нами. Когда он догнал нас в коридоре, то сразу же запротестовал: — Сир, совершенно недопустимо, чтобы вы так эмоционально реагировали во время аудиенции с иностранным сановником.

— ...Прости. Кровь хлынула мне в голову, когда я подумал, что она оскорбляет Ророа, — я остановился и извинился. Я знал, что слишком легко потерял контроль.

Возможно, это было связано с моим истощением и отсутствием злобы со стороны Шабон. Если бы она питала к нам какую-то неприязнь, то, как бы сильно ни кипела моя кровь, я бы ни за что не позволил ей это показать.

Но у Шабон не было злого умысла, она просто не поняла.

Хакуя вздохнул и пожал плечами. — ...Хотя, я не могу представить, что результат сильно изменился бы, даже если бы вы не разозлились.

— Ну, это было не то предложение, которое мы могли бы принять.

— Тем не менее, есть лучшие способы выразить это.

— Я уже признал, что был неправ, ясно? А ты что думаешь? — спросил я Хакую. — Эти двое спокойно вернутся в свою страну?

— Это сделало бы все менее хлопотным, если бы они это сделали, но... я сомневаюсь.

— Ну и дела... судя по выражению ее лица, она, должно быть, чувствует себя загнанной в угол. Надеюсь, произошедшее не подтолкнет ее к каким-нибудь странным поступкам....

Например, покончить с собственной жизнью или заставить того зверя с белыми лисьими ушами совершить сеппуку ( ритуальное самоубийство методом вспарывания живота, принятое среди самурайского сословия средневековой Японии), чтобы искупить вину за неосмотрительность своего хозяина... если что-то подобное случится, это может помешать нашим планам.

— Хакуя, за ними ведь следят Черные коты?

— Их двое, все время. Если они попытаются сделать что-то странное, их остановят. Я поговорю с ними лично и сглажу ситуацию в отношении вашего гнева.

— ...Извини.

— Моя работа как премьер-министра - поддерживать вас, сир. Я знаю, что вы, должно быть, устали от продолжающихся приготовлений. Почему бы вам не взять выходной до конца дня?

— Да... Думаю, я так и сделаю. —  я наконец, смог улыбнуться. — Думаю, сегодня была очередь Ророа. Может быть, я сожгу это напряжение, избаловав ее до смерти.

— Ооо... сир, завтра вечером моя очередь! Дайте и мне немного! — напомнила Айша.

— ...Как вам будет угодно, — сказал Хакуя, похоже, что мы с ним уже закончили, и ушел.

Кстати, Ророа услышала, что я разозлился из-за нее, и была очень рада этому в тот вечер. Она сказала «Спасибо дорогой» и действительно позволила мне побаловать ее.

***

— Как я могла быть такой глупой...?

Шабон лежала в постели, глаза ее были полны слез. Она была в комнате высокого класса, которую она занимала в замковом городе Парнама. Капли слез стекали по ее лицу и пачкали чистые белые простыни.

Шабон и Кишун, выведенные из замка стражниками, ссутулив плечи, вернулись на постоялый двор, где остановились. Этот постоялый двор был организован для них королевством. Они прибыли в столицу тайно, чтобы Король Девятиглавый Дракон не узнал, и попросили аудиенции у Сомы. Поскольку было бы плохо, если бы посторонние узнали, что они находятся в этой стране, им выделили этот постоялый двор, который был хорошо оборудован для сохранения тайны.

— Мне абсолютно необходимо было, чтобы переговоры прошли успешно... чтобы избежать худшего из возможных исходов... именно за этим я приехала в эту страну, но... мое неосторожное замечание возмутило сэра Сому... честно говоря, я такая дура и такая бессильная... я...

Шабон всхлипывая, колотила по кровати. Как, должно быть, досадно и мучительно было ее собственное бессилие. Кишун наблюдал за принцессой Шабон с болью в глазах.

— Леди Шабон... если это слишком болезненно для вас, может нам вернуться на Архипелаг Девятиглавого Дракона?

— ...Нгх, мы не можем этого сделать. —  Она посмотрела на него с залитым слезами лицом. — Нельзя терять ни минуты.  Мы пришли сюда, чтобы предотвратить худший исход.

— В таком случае, все, что мы можем сделать, это встретиться с королем Сомой и поговорить с ним еще раз.

— Ты... думаешь, он захочет встретиться с нами?

— Это будет зависеть от того, насколько он разгневан. Вы понимаете, почему король Сома был разгневан, леди Шабон? — спросил Кишун, и Шабон слабо покачала головой.

— Мне неловко признавать это, но я не знаю, почему он был так возмущен. Я знаю, что сказала что-то неуместное, и это относилось к леди Ророа.

— Я слышал, что после войны с княжеством Амидония королева Ророа обручилась с сэром Сомой вместе со своей страной, чтобы защитить свой народ. Это всего лишь слухи, но говорят, что король Сома похотлив и вторгся в княжество из-за желания обладать ею. Хотя, судя по его реакции, я подозреваю, что эти слухи - всего лишь бессмысленные сплетни.

— ...Наверное, я слишком мало понимала его чувства. Архипелаг Девятиглавого Дракона - уединенная страна. Я позволила слухам, которые до меня дошли, сбить меня с пути. И это разгневало господина Сому... я действительно... дура.

Шабон опустила лицо и крепко сжала простыни. Видя, что она выглядит такой слабой, Кишун почувствовал желание сделать что-нибудь, чтобы помочь.

— ...Я отправлюсь в замок Парнам и буду добиваться новой аудиенции у короля Сомы, чего бы мне это ни стоило. Леди Шабон, пожалуйста, подождите здесь.

— Кишун! — Услышав решимость в его голосе, Шабон вскочила на ноги и схватила его за одежду. — Ты же не собираешься рисковать своей жизнью? Ты не можешь умереть за меня!

— Если бы я мог показать наше раскаяние своей смертью и тем самым исполнить ваше желание, я бы сделал это. Однако я сомневаюсь, что это утешит гнев господина Сомы. Это только ухудшит ваше положение. Я могу лишь искренне попросить его выслушать нас.

— Кишун...

— Я... знаю о вашей решимости, леди Шабон. —  Кишун положил свою руку на руку Шабон, которая дрожала от беспокойства. — И я поклялся защищать вас. Я снова и непременно представлю вас перед королем Сомой.

С этими словами Кишун покинул комнату Шабон. Шабон оставалось только сложить руки и молиться.

***

Кишун покинул трактир и снова направился к замку Парнам, но, будучи сопровождающим Шабон, который тайно прибыл в страну вместе с ней, он, очевидно, не имел никаких контактов в королевстве. Поэтому ему ничего не оставалось делать, как броситься на милость Сомы и его помощников.

Он сел на обочине дороги и прижал руку к земле, склонив голову в сторону замка. Он застыл в этой позе, словно застыв на месте. Люди, идущие к замку, смотрели на него, проходя мимо, но Кишун ничуть не шелохнулся. Очевидно, что если возле ворот находился подозрительный человек, стражники не могли просто так оставить его в покое. Сначала они должны были поговорить с ним мягко, а если это не помогло, то прибегнуть к силе. Стражники подошли к Кишуну, чтобы сказать ему, чтобы он удалился.

— Если у вас есть дела в замке, вы должны подать прошение, а затем уйти на весь день. Вы можете вернуться, если будет получено разрешение.

Однако Кишун не слушал.

— Я пришел из желания извиниться перед Его Величеством! Пожалуйста! Пожалуйста, позвольте мне увидеть его хотя бы раз! Я намерен оставаться здесь до того дня, когда мне будет позволено!

Он мог бы так сказать, но охрана ворот - это работа стражников. Обычно такого человека убирали без лишних вопросов, но у стражников, очевидно, был приказ сверху. Один из них пошел внутрь замка, чтобы проверить, и через некоторое время вернулся с другим человеком.

Тот человек склонил голову и обратился к Кишуну: — Это никак не улучшит его впечатление о  вас.

— ...премьер-министр.

Кишун поднял глаза и увидел премьер-министра в черной мантии. Кишун снова хлопнул ладонями по земле и опустил лоб в грязь.

— Я хочу принести глубочайшие извинения за обиду, нанесенную леди Шабон! Леди Шабон также испытывает стыд за свою неосторожность! Если вы хотите, чтобы мы взяли на себя ответственность за то, что мы сделали, позвольте мне принести свою голову! Поэтому, пожалуйста... дайте ей еще одну возможность поговорить с господином Сомой! — отчаянно взмолился Кишун.

— Ваша голова не принесет нам никакой пользы, вы же понимаете, — со вздохом сказал Хакуя. — Кроме того, вы хоть понимаете, почему Его Величество так расстроился?

— Ну...  — Извинения бессмысленны, если они только на поверхности, — тихо сказал ему Хакуя. Однако Кишун не собирался отступать.

— Несмотря на это, решимость леди Шабон искренняя. Она действительно готова предложить себя господину Соме, чтобы защитить архипелаг Девятиглавого Дракона и его народ, — искренне умолял Кишун, сжимая руками грязь.

Скорее всего, это было правдой. Хакуя в ужасе покачал головой.

— Этот дух самопожертвования... может быть прекрасен. Однако я думаю, что самопожертвование со стороны того, кто стоит выше других, может быть в то же время и неисполнением долга. Я бы также сказал, что в этом и заключается окончательное различие между Ее Величеством, королевой Ророа, и госпожой Шабон.

— А?! Что вы имеете в виду...?

Когда Кишун остался стоять на коленях, умоляя узнать больше, Хакуя тихо сказал: — ...Здесь слишком много глаз. Пожалуйста, сначала зайдите в мою комнату.

— Обязательно. Большое спасибо.

Они вдвоем переместились в комнату Хакуи.

— Пожалуйста, попробуйте.

— О, как вы добры....

Хакуя предложил чай, и Кишун вежливо принял его. Хакуя сел в кресло и, немного расслабившись, сказал: — Теперь, что касается того, о чем я говорил раньше...— и начал объяснять.

— Я считаю справедливым сказать, что они обе положили свои жизни за свою страну. Однако мне кажется, что госпожа Шабон не в состоянии что-либо сделать в этой ситуации и просто цепляется за Его Величество. Она отказалась от решения проблемы самостоятельно. Нельзя ли сказать, что она сбежала от своей ответственности как дочь Короля Девятиглавого Дракона?

— ...!

Кишун хотел крикнуть: «Вы не правы!», но нет он сдержался. «Если я изменю свою точку зрения, то смогу понять, как это может выглядеть со стороны.» . Он опустил голову, глядя на рябь на чае в своей чашке.

Хакуя продолжил назидательным тоном.

— Ророа, с другой стороны, была невероятной. Королевство выиграло войну с княжеством Амидония и имело подавляющее преимущество. Но, несмотря на это, Ророа использовала свои связи, чтобы изгнать из страны своего политического противника брата Юлия и потребовала полной аннексии княжества.

— Это... невероятное лидерство. Как будто она командует армией.

— Да. В то время Королевство пыталось поглотить Ван, столицу Княжества, не нарушая Декларации Человечества, поэтому мы были не в состоянии отклонить ее просьбу. Если бы мы отказали, нас бы осудили за несоответствие тому, как мы поступили с аннексией Вана. Ее Величество, королева Ророа, предстала перед сэром Сомой сразу после полной аннексии княжества. Чтобы попросить Его Величество принять ее в качестве своей королевы.

На лице Хакуи появилась горькая улыбка, когда он вспомнил об этом.

— ...Она нас точно раскусила. Если бы он отказался в этот момент, жители недавно приобретенного княжества наверняка начали бы буйствовать. Она перевернула игровую доску. Королевство, настроенное на получение прибыли за счет княжества, вместо этого вынуждено было гарантировать его защиту. Тогда Его Величество сказал: «Я думал, что победил Княжество, но в самом конце проиграл Ророа.»

Хакуя отставил чашку и посмотрел Кишуну в глаза.

— В этом разница между королевой Ророа и госпожой Шабон. Госпожа Шабон отказалась от всего. Королева Ророа поступила наоборот. Она рисковала своей жизнью ради победы. И все же госпожа Шабон сказала «так же, как когда-то леди Ророа.».Знайте что его Величество глубоко заботится о своей семье. Слова госпожи Шабон прозвучали как оскорбление Ророа, которая в одиночку победила Королевство. Именно это его так разозлило.

Выслушав все, что хотел сказать Хакуя, Кишун сжал чашку с чаем.

«Не смейте смеяться над моей женой».

Он пришел узнать, что так расстроило Сому. И действительно, решимость Шабон и Ророа была разной. Он не мог винить его за то, что рассердился, когда она приравняла эти два понятия.

Видя, что Кишун совсем сник, Хакуя сказал ему: — Его Величество сказал: «Если Шабон не вернется в Архипелаг Девятиглавого Дракона, я готов встретиться с ней завтра еще раз».

— ...? — Кишун удивленно поднял голову, и Хакуя снова уставился ему прямо в глаза.

— Он также сказал: «Если она снова придет на встречу без соответствующего разрешения, я прикажу депортировать ее». Пожалуйста, передайте то, что я вам сейчас сказал, мадам Шабон.

— ...Да, сэр! С удовольствием! — Кишун многократно поклонился, а затем стражники вывели его из замка.

Проводив Кишуна за дверь в свою комнату, Хакуя вздохнул.

Я не могу представить, чтобы они собрали вещи и спокойно отправились домой. Да это хлопотно, но, возможно …. нам придется пересмотреть наши планы, чтобы учесть госпожу Шабон и господина Кишуна...

Да это потребует много размышлений. Хакуя чувствовал себя обескураженным тем, что ему предстояло.

На следующий день, приняв решение начать переговоры с Шабон, в зале собралась почти та же группа людей, что и накануне. Если и было какое-то отличие, так это то, что Лисия сидела на троне королевы рядом с моим. В прошлый раз я решил не приглашать ее, потому что мы не знали намерений наших гостей, но теперь, когда мы точно знали, что у Шабон и Кишуна нет враждебных намерений, я хотел, чтобы она присутствовала. Карла наблюдала за детьми.

Присутствие Лисии, казалось, еще больше напрягло Шабон. Скорее всего, это произошло из-за ее слов о том, что бы я использовал ее как свой инструмент, и что если я хочу получить корону Короля Девятиглавого Дракона, то она выйдет за меня замуж. Эти слова могли расстроить Лисию, и если она обидела первую главную королеву, управляющую хозяйством, то нетрудно представить, какая тяжелая жизнь может ожидать ее здесь, даже если я и женюсь на ней.

Лисия улыбнулась Шабон. Возможно, она хотела сказать: «Не надо так бояться», но Шабон, увидев ее, испугалась еще больше... какая головная боль.

В любом случае, когда все присутствующие собрались, собрание началось с того, что Шабон извиняющее склонила голову.

— Кишун передал мне слова премьер-министра, и я поняла, насколько неуместными были мои слова и почему они вызвали недовольство господина Сомы. Такое невежество позорит меня. Я ужасно сожалею.

— Нет, я позволил своему гневу взять верх и был слишком резок, госпожа Шабон. Мне тоже очень жаль, — извинился я за свою вспыльчивость. На этом мы решили продолжить прерванный накануне разговор.

— Теперь... госпожа Шабон, вы сказали, что готовы стать моим инструментом; это все еще так?

— Да. Поэтому я и пришла.

Не передумала. Это был не тот случай, когда она могла просто сказать: «Нет, давайте забудем, что я это говорила...». У них двоих должно было быть много решимости, чтобы проделать весь этот путь, так что это, вероятно, должно было быть очевидно.

Так что... оставалась проблема, как с ней справиться.

— Я слышал о вашем предложении от Сомы... я имею в виду Его Величество, но вы уверены, что не против? — спросила Лисия, с беспокойством глядя на Шабон.

Внезапный вопрос заставил Шабон слегка подпрыгнуть, но она все же посмотрела на Лисию снизу вверх и робко кивнула головой. — ...Да. Потому что это единственный оставшийся у меня способ спасти свой народ.

— Я могу понять, как «коллега», что вы ставите свой народ выше собственных чувств. Сначала я заинтересовалась Его Величеством... моим мужем, потому что у него был больший потенциал как правителя по сравнению со мной или моим отцом, и я подумала, что он будет полезен для страны. Затем, когда мы поддерживали друг друга в трудные времена, нас потянуло друг к другу. Это началось как политическая помолвка, но я думаю о своем браке с Сомой как о браке по любви. Я уверена, что другие королевы чувствуют то же самое.

Лисия посмотрела на Айшу, которая кивнула. ...как-то неловко слышать, что они так меня обхаживают.

Шабон выглядела немного озадаченной. — Это... так все и было?

— Да. Но судя по вам, я не могу представить, что вы сможете построить такие отношения, как у нас.

— А?!

Отказ Лисии заставил расшириться глаза всех присутствующих в комнате, включая меня.

Не обращая внимания на наше удивление, Лисия продолжила: — Политические браки - это факт жизни королевских особ. Однако, госпожа Шабон, в вас чувствуется горе. Я понимаю, что вы чувствуете себя напряженно в сложившейся ситуации, но если вы придете к нам в качестве невесты в таком виде, вы только заставите народ королевства, так же как и ваш собственный, чувствовать себя неспокойно. Даже если это будет политический брак, отбросив все мысли о романтике, люди должны улыбаться, чтобы все знали, что это счастливый брак.

Шабон опустила глаза, не находя слов для ответа.

— Я чувствую ваше горе, хотя вы и носите на лице эту фальшивую улыбку. Кто, по-вашему, будет счастлив жениться на ком-то с таким выражением лица? ...Там нет счастья. Ни для Его Величества, ни для детей, родившихся у пары без любви, ни для народа наших двух стран... и, самое главное, для вас самой... только печаль для всех, кто в этом замешан.

— ...но! — Шабон вцепилась в свой воротник, крича. — Все равно, это единственный путь, который у меня есть! Я - единственная плата, которую я могу предложить вам в обмен на спасение людей архипелага! Я знаю, что я дочь Короля Девятиглавого Дракона, но когда я работаю вопреки своему отцу, все, что у меня есть, это... мое собственное тело... — Последние слова дались ей с трудом. Я уверен, что она чувствовала себя загнанной в угол, и это было решение, к которому она пришла после значительных усилий. Но, как сказала Лисия, ее методы оставят слишком много людей несчастными.

— Эй, госпожа Шабон?

— ...да?

— Нет ли в вашей истории чего-то большего? Мне кажется, что в ваших словах есть что-то неправильное.

Плечи Шабон вздрогнули от моего вопроса.

— Во время нашей вчерашней встречи вы говорили это несколько раз: «Плохой улов и невозможность отправить лодки».  Теперь это звучит так, будто плохой улов - это то, что мешает им отправлять лодки, но... это не может быть правдой.

В мире, из которого я пришел, были рыбаки, которые не могли выходить в море на своих лодках, потому что возвращение с пустыми руками означало, что они не смогут заплатить за бензин. Но в этом мире рыбаки либо использовали морских животных, чтобы тянуть свои лодки, либо гребли вручную. Другими словами, плохой улов не мог привести к ситуации, когда они не могли отправить лодки. Можно подумать, что независимо от того, есть что ловить или нет, они должны иметь возможность отправить лодки в любое время.

Когда мы говорим о бедном улове, мы имеем в виду, что во время рыбалки не удалось поймать ничего особенного. Если лодки вообще не могли выйти в море, они не могли ловить рыбу, так что улов не был бедным. Может быть, Шабон просто неправильно выразилась...? Скорее всего, нет.

— Если то, что вы мне рассказали, правда, то вот что это значит: Улов плохой, и вы не можете вытащить лодки, и эти вещи происходят одновременно.

— ......

— Хакуя, покажи мне протокол вчерашних переговоров.

— Да, господин. —  Хакуя поклонился, затем подал мне лист бумаги. На нем был записан мой вчерашний разговор с Шабон. Хотя это была неофициальная встреча, мы все равно вели записи. Я принял лист бумаги и просмотрел его.

— Вот что вы сказали. «Плохой улов и невозможность отправить лодки, то, как Король Девятиглавый Дракон поднял налоги, тень надвигающейся войны с Королевством... все это повергло людей в уныние».  Можно истолковать эти слова как то, что вы просите моей помощи, чтобы положить конец тирании Короля Девятиглавого Дракона. Однако трудно представить, что он несет ответственность за все то, что вы говорите. Плохой улов - это природное явление, и он не смог бы помешать людям по всему архипелагу выходить на лодках в море.

Я сделал паузу на мгновение, чтобы дать ей осмыслить сказанное.

— Если, как вы говорите, жители архипелага Девятиглавого дракона живут как единое целое с морем и не любят разлучаться с ним, они будут сопротивляться, если кто-то попытается запретить им выходить на лодках. Каждый из островов изначально обладает большой независимостью, поэтому вожди островов ни за что не подчинятся. Кроме того, есть еще ситуация с лодками, прибывающими в воды Королевства. Кажется, они приходят с военным эскортом. —  Я глубоко вздохнул, а затем, положив подбородок на ладонь, изложил Шабон свое заключение. — Если учесть все это, то в архипелаге должно происходить что-то такое, из-за чего обычные люди не могут выйти в море ...или я ошибаюсь?

Шабон глубоко склонила голову. — Ваша проницательность впечатляет. Все именно так, как вы сказали, сэр Сома.

Она была впечатлена. Проницательность .Она хвалила меня за это, но это было неправдой. Я сделал вид, что понял это из ее слов, но я уже знал о ситуации. Однако, если я скажу ей об этом, возможно, они начнут искать источник моей информации, а это может повлиять на мои планы, поэтому я сделал вид, что только что догадался.

Убедившись, что эти мысли не отразились на моем лице, я сказал: — Госпожа Шабон, не пора ли вам рассказать мне? Что вы на самом деле просите меня сделать.

— ...хорошо. — Шабон подняла лицо и посмотрела прямо мне в глаза. — Действительно, есть кое-что, о чем мы еще не сказали вам, господин Сома, но мы не собирались скрывать это. Я намеревалась рассказать вам, если вы примете меня... но прежде чем мы поговорим об этом, мне нужно знать, насколько эта страна настроена на войну с Архипелагом Девятиглавого Дракона. Если вы измените свои планы, основываясь на том, что я собираюсь вам рассказать... все будет напрасно.

— ...давайте послушаем.

Я более или менее знал, в какой ситуации находится Архипелаг Девятиглавого Дракона. Поэтому я знал, что она сказала правильно.

— Благодарю вас, — поклонилась Шабон, а затем тихо произнесла имя. — «Оямидзути».

В тот момент в глазах Шабон была явная враждебность.

— Хотя это просто название, которое мы дали ему, он является причиной бед Архипелага Девятиглавого Дракона.

***

Все началось еще до того, как господину Соме доверили трон. Первые изменения появились в море.

Однажды количество крупных морских животных в водах вокруг архипелага Девятиглавого Дракона сократилось. Все - от послушных морских драконов, ценимых за их полезность в качестве тягловой силы военных кораблей, до крупных хищников, таких как мегалодоны (сверхмассивные акулы) и гигантские кальмары, которые были врагами рыбаков в море, постепенно исчезли. Обычно, когда хищник переживает взрывной рост своей популяции, его добыча быстро сокращается. Однако в случае с этим феноменом не было отмечено никакого роста ни у одного вида животных.

Нет, все, что произошло, это то, что количество крупных морских существ значительно сократилось. Не было никаких признаков других возможных причин, таких как красный прилив или извержение подводного вулкана, поэтому причины этого оставались полной загадкой. Затем, менее чем через полгода, крупные морские существа исчезли и в открытом море. Однако в этот момент жители острова все еще смотрели на ситуацию оптимистично, потому что им по-прежнему удавалось ловить рыбу.

Каждый, кто достаточно долго рыбачит, знает, что бывают периоды, когда улов хороший, и когда он плохой. Но каким бы плохим он ни был, если они просто сидели и ждали, рыба всегда возвращалась. Крупные морские обитатели уходили лишь на время... или они так думали. На самом деле, некоторые рыбаки приветствовали эти события, потому что было безопаснее ловить рыбу без опасных хищников рядом... Они не знали, что угроза, которая нависла над крупными морскими животными, в конечном итоге придет и к ним.

...Следующее изменение произошло в рыбе.

Они перестали ловить крупных особей. Рыбаки были озадачены тем, что, когда они затягивали сети, в них попадались только мелкие мальки. Примерно тогда же начались случаи исчезновения рыбаков, выходивших в открытое море. Сначала они думали, что это случайность или их поймали, когда они зашли на «территорию» другого острова. Однако на следующий день после шторма останки корабля выбросило на берег и развеяло остатки оптимизма.

Это было большое торговое судно, но оно было разломано пополам. Признаки указывали на то, что это не результат аварии или сражения. Судно не было повреждено при столкновении или бомбардировке, но было раздавлено с невероятной силой. Увидев повреждения, которые не могли быть причинены людьми, жители острова начали ощущать существование чего-то в море. С тех пор корабли, посланные с архипелага, ловили мелких мальков, и среди них некоторые исчезали, так что рыбаки больше не могли выходить в море.

Поэтому я и говорила о плохом улове и невозможности вывести суда по отдельности. Затем, после гибели более десятка кораблей, появился один выживший. Это был вор, который тайком пробрался на борт торгового корабля, спрятавшись внутри большой бочки, чтобы украсть ее груз. Когда корабль пошел ко дну, мужчина услышал крики команды из бочки и звуки разрушающегося корабля.

Поняв, что его бочка упала в воду, он открыл крышку и увидел... нечто размером с остров, пожирающее экипаж.

— Это первая запись о том, что человек с архипелага Девятиглавого дракона встретил Оямидзути, — заключила Шабон, печально опустив глаза. — С тех пор было больше случаев встречи. Название «Оямидзути» происходит из древней легенды, передаваемой на островах. Мне сказали, что оно означает «великий темный бог» или, возможно, «змея с восемью большими головами» ...

— Ладно... значит, это был либо О-ями-дзути (большой бог тьмы), либо О-я-мидзути (большой восьмой водяной змей).

Я положил руку на подбородок и спросил Шабон: — Вы сказали, что змея с восемью головами, но действительно ли этот Оямидзути имеет такую форму?

— Есть сообщения, в которых говорится об этом. Но в большинстве случаев они видели только силуэт в тумане. Он слишком велик, чтобы понять его форму вблизи, поэтому ни в одном отчете нет полного и ясного понимания его формы. Одни говорят, что он похож на длинношеего морского дракона, другие - на многоголового змея с длинной шеей. Единственное, что мы знаем наверняка, это то, что оно «достаточно массивное, чтобы его можно было спутать с островом.»

— Существо размером с остров... а?

В моем старом мире мы бы назвали нечто подобное кайдзю. То, что говорила Шабон, соответствовало уже собранной нами информации. Мы знали, что на архипелаге Девятиглавого Дракона есть что-то большое и неизвестное, но могли только предполагать его форму. Я попросил Ичиху, нашего специалиста по монстрам, нарисовать несколько эскизов на основе слухов, а затем применить к ним свою систему идентификации монстров, но...

— Вы предполагаете, что в исчезновении рыб и крупных морских существ тоже виноват этот Оямидзути? — спросил я, и она кивнула.

— Да. Он способен разламывать корабли пополам. Для Оямидзути крупные морские существа, должно быть, были способом утолить его аппетит. Он либо съедал большинство из них, либо они покидали его территорию. Мы думаем, что именно поэтому мы перестали встречать крупных морских существ в архипелаге Девятиглавого дракона.

— Логично... значит, как только крупные морские существа исчезли, оно переориентировалось на рыбу, а потом даже на рыбаков, да?

Как я понял, оно было намного больше, чем Надин или Руби в их драконьей форме. Возможно, оно даже было таким же большим, как госпожа Тиамат в горном хребте Звездного Дракона. Если это так, то я понимаю, как оно может съесть всех крупных морских существ до полного исчезновения.

Затем на лице Шабон появилось страдальческое выражение. — С таким существом в море люди не могут выходить на своих лодках и ловить рыбу. Это больно для нашей страны... возможно, больше, чем вы в Королевстве можете себе представить.

— Вы хотите сказать, что невозможность ловить рыбу вызывает продовольственный кризис? — спросила Лисия, но Шабон покачала головой.

— Нет. Хотя у нас нет изобилия еды, никто пока не голодает. Мы выращиваем зерно и овощи на земле, у нас есть куры и их яйца. Мы также можем ловить мелкую рыбу и ракушки на мелководье.

— А? Тогда что для тебя так болезненно?

— Наши сердца. —  Шабон положила обе руки на грудь. — Люди архипелага Девятиглавого Дракона благословлены щедростью моря, играют в водах, и считается, что наши души возвращаются туда после смерти. Вот насколько тесна наша связь с океаном. Для большинства из нас, когда мы просыпаемся утром, первое, что мы видим, выходя на улицу, - это море. Дети с самого раннего детства играют в воде возле своих домов и учатся там плавать. Когда они немного подрастают, то на маленьких лодках отправляются играть на другие острова. Многие острова в архипелаге расположены близко друг к другу, и море между ними больше похоже на реку.

Описанные Шабон сцены ее родины с тихим морем и островами вызвали в памяти песню. Она называлась «Невеста внутреннего моря Сето» (предполагаю песня содержит «История о запрещённой любви между человеком и русалкой» по аналогии с аниме «Морская невеста» ( Seto no Hanayome) ), ее напевала моя бабушка.

— Островитяне катаются на своих лодках по радостным поводам, например, на свадьбах, и по скорбным, например, на похоронах. Лодка, на которой перевозят невесту, пышно украшается и огибает остров, где находится святилище, справа налево с утра до полудня. И наоборот, лодки, на которых перевозят умерших, освещаются фонарями и огибают остров в левую сторону ночью. Мы разделяем жизнь и смерть с нашими лодками. Таков путь архипелага Девятиглавого Дракона.

— Хм... — Было интересно узнать о других подобных культурах. Хотя я не мог вспомнить ни одной, но, вероятно, в мире, откуда я родом, была культура, которая делала что-то подобное.

Затем Шабон с грустью опустила глаза.

— Несмотря на это... из-за Оямидзути трудно выходить на лодках, и мы не можем ловить рыбу. Когда мы выходим в море, нам приходится брать с собой военный эскорт или просто молиться, чтобы на нас не напали. У нас украли море. Для жителей острова эта ситуация подобна....

— ...как будто они не могут дышать? — предложил я, но Шабон покачала головой.

— Нет, я не могу сказать, что это так серьезно. Однако, если провести аналогию... возможно, это похоже на то, когда дождь продолжается несколько дней, и вы не видите солнца. Вы смотрите на небо и опускаете плечи, говоря: «О, похоже, сегодня я тоже не увижу солнца....».  Это продолжается уже несколько лет.

— Я понимаю, это может быть... безумием.

Возможно, это лучше, чем отсутствие дождя вообще, а слишком много солнечного света тоже может раздражать, но никогда не иметь возможности увидеть солнце сквозь тучи было бы удручающе. Я могу понять... для жителей архипелага Девятиглавого Дракона так важно было не иметь возможности выйти в море.

— Так вот почему ваши люди проделали такой путь, чтобы ловить рыбу?

Я не понимал, зачем островитянам пересекать опасные воды, полные крупных морских существ, чтобы ловить рыбу рядом с Королевством, но теперь, когда она рассказала мне о значении лодок и о рыбалке в их культуре, я все понял. Пока не было никаких сообщений о том, что кто-то из Королевства сталкивался с этим Оямидзути. В разговоре с Марией у меня не возникло ощущения, что Империя тоже получала подобные сообщения. Это должно было означать, что территория Оямидзути находится на архипелаге Девятиглавого Дракона, и он не собирается его покидать. Именно поэтому жители острова пришли в более безопасные воды вблизи Королевства, чтобы ловить рыбу.

В более отдаленных водах не было Оямидзути, чтобы напасть на них, но там могли быть крупные морские существа. Также существовала возможность быть арестованным Национальными силами морской обороны за незаконный лов рыбы в наших водах. Они приехали, несмотря на эти риски. Вот насколько важной была для них рыбалка.

— Поскольку Девятиглавый Король Драконов знает об этом, он предоставил вооруженные корабли для их защиты, вы это хотите сказать?

— Я считаю, что это так.

— Понятно... — Король Девятиглавого Дракона, был готов ловить рыбу нелегально? — Ну, я все еще не могу одобрить текущую ситуацию... и так, когда вы сказали, что хотите, чтобы я использовал вас как свой инструмент, это должно было быть для того, чтобы противостоять Оямидзути?

— Да, — кивнул Шабон. — Если Королевство стремится подчинить архипелаг Девятиглавого Дракона своему господству, Оямидзути неизбежно станет для вас проблемой. Я полагаю, что в недалеком будущем вам придется решать эту проблему, господин Сома. ...Даже сейчас мой отец упорно не желает отказываться от своей враждебной позиции по отношению к Королевству. Если война неизбежна, я надеюсь хотя бы вместе с вами быстро положить ей конец, успокоить народ, а затем использовать силу Королевства, чтобы уничтожить Оямидзути....

— Разве это все не слишком удобно для вас? Вы никогда не думали, что я могу использовать вас, чтобы доминировать над Архипелагом Девятиглавого Дракона, а потом просто оставить Оямидзути в покое?

— Я слышала, что вы хорошо заботитесь о леди Ророа и жителях Амидонии, поэтому я полагала, что вы не станете тиранить оккупированную территорию подобным образом.

— ...Должен ли я радоваться, что вы такого высокого мнения обо мне?

— Хотя, даже если я не могла быть уверена в этом, это также было правдой, что это был единственный способ, которым я могла заставить военных Королевства принять меры....

— Похоже, у вас ужасно большие ожидания от Сомы и флота Королевства, госпожа Шабон. —  На этот раз была очередь Лисии задавать вопрос. — А вы не могли бы справиться с этим с помощью только вооруженных сил архипелага? Мне говорили, что Союз Архипелага Девятиглавого Дракона должен быть значительной морской державой.

— Если бы мы могли объединить все наши силы против него... возможно. Однако даже сейчас, в столь сложное время, архипелаг Девятиглавого Дракона все еще не может объединиться, — Шабон сложила руки перед грудью, произнося свою мольбу. — Острова яростно независимы. Для каждого из них проблемы их острова - это их проблемы, а проблемы других островов - нет, и они не склонны вмешиваться. Оямидзути представляет собой невероятную угрозу, но не является захватчиком, угрожающим независимости островов. Вот почему даже Король Девятиглавый Дракон не смог объединить все острова.

Именно поэтому Шабон отказалась от своей способности решить эту проблему и была готова предложить мне себя саму и свою страну в обмен на то, что военные Королевства уничтожат Оямидзути. Чтобы, по крайней мере, сохранить народ архипелага Девятиглавого Дракона. Это был пессимистичный подход, и в нем чувствовалось горе, но у нее была определенная решимость, когда она пересекла моря, чтобы приехать сюда.

Я неловко почесал голову, обращаясь к ней.

— Мадам Шабон.

— Да.

— Я могу сказать вам прямо сейчас: решение, которое вы принимаете, приведет к сожалениям позже.

— ...Я пришла подготовленной к этому, — сказала Шабон, глубоко поклонившись.

Она действительно очень хлопотная. Я взглянул на Лисию и Хакую. Они оба только кивнули. Это означало, что они оставили решение за мной.

— Я понимаю. Если вы так настаиваете, то я буду сотрудничать с вами.

— Большое спасибо!

— Но я буду использовать вас только в политических целях. Не в качестве жены или наложницы.

— Это...! — Шабон выглядела озадаченной.

Она должна была уже знать, насколько сильна моя привязанность к семье; вот почему она хотела войти в семейную структуру, пусть даже в качестве наложницы. Даже если это означало отдать свое тело мужчине, которого она не любила. Она думала, что это гарантирует защиту островитян Архипелага Девятиглавого Дракона. Но я бы этого не допустил.

Я поднял руку, останавливая Шабон от дальнейших слов. — Я обещаю вам, что,  я сражусь с Оямидзути. Однако до тех пор вы должны подчиняться всем нашим указаниям. Это приемлемо для вас?

— ...Понятно. —  Шабон опустила голову. Я кивнул, затем посмотрел на Кишуна.

— Итак, Кишун.Поскольку вы сопровождаете госпожу Шабон, могу ли я предположить, что вы не против того, чтобы я использовал вас и ваш остров?

Когда я спросил об этом, Кишун встал на колени и сложил руки вместе перед собой, над головой. — Я всегда был готов отдать свою жизнь за леди Шабон. Если она скажет, что будет служить вам, то моя жизнь и земля - ваши, и вы  можете поступать с ними по своему усмотрению.

Он пришел готовый отдать все. Так я получил принцессу вражеской страны и ее слугу - две фигуры.

Как только Шабон и Кишун были отправлены обратно в гостиницу, Лисия, Хакуя и я направились в стратегический зал замка. Когда мы пришли, там находились главнокомандующий Национальных сил обороны Эксель, ее второй командир Людвин, генерал Национальных сил сухопутной обороны, отец Хэла, Глейв, и, наконец, Кастор, капитан островного корабля Хиру. Собрались высшие чины Национальных сил обороны Королевства.

Я поднял руку, чтобы остановить их, когда они собирались встать и поприветствовать нас, а затем сел сам.

— Извините. Мы заставили вас ждать? — спросил я.

—  Нет, нет, — поигрывая веером, покачала головой Эксель, — я уверена, что ничего не поделаешь, учитывая нашего неожиданного гостя. Я вам сочувствую.

— Ахаха... это правда, я не ожидал появление принцессы Шабон. —  Я мог только слабо смеяться. — И это несмотря на то, что  я подготовился ко всем возможным событиям и устранил все риски для плана. Почему всегда возникает какая-то неожиданная неприятность...?

— Так уж устроены люди. Не все будут вести себя так, как вы думаете. У каждого из нас есть свои чувства, интересы и убеждения. То, чему мы придаем наибольшее значение, может быть разным, поэтому, конечно, будут люди, которые не будут поступать так, как мы надеемся. Не так ли, Кастор?

— ...Пожалуйста, не заставляйте меня отвечать на этот вопрос, герцогиня.

Эксель озорно улыбнулась ему, и Кастор выглядел так, словно только что сьел что-то кислое. Во время восстания Георга, Кастор выступил против нас, готовый мученически погибнуть за своего друга Георга, несмотря на попытки Эксель убедить его не делать этого. Что ж, это была отчасти наша вина за то, что мы держали его в неведении, так что он был не одинок в своей ответственности за это.

Эксель собрала свой складной веер. — Итак, сир, что будет с нашим планом?

— Я уверен, что его нужно будет немного доработать, но общий план не изменится. —  Я посмотрел на Эксель и Кастора, пока говорил. — Эксель будет действовать как главнокомандующий флотом, отправленным на архипелаг Девятиглавого Дракона, и будет находиться на борту Альберта II. Вы также примете командование в ожидаемом морском сражении, так что я рассчитываю на вас там.

— Понятно.

— Капитан Кастор будет управлять авианосцем островного типа Хирю.

— Ооо, наконец-то его используют в бою. — возбужденно сказал Кастор, и я кивнул.

— Я не думаю, что мы можем позволить себе сдерживаться. Второй и третий носители, Соурю и Унрю, к сожалению еще не готовы.

— Я не могу ждать. Какое оборудование мы должны установить на виверн?

— Мы снарядим их облегченными Марк V (силовая установка типа Максвелл). Но мы не ожидаем воздушного боя. Не используйте их, если это не нужно.

— Понятно!

Я кивнул им, а затем обратился к Глейву. Поскольку он был генералом в армии, он не должен был участвовать в морском сражении, подобном этому. Я попросил его прийти сюда, потому что у меня было для него другое задание.

— Глейв. Твой сын Халберт и его жена Руби будут на борту Хирю, но я хочу, чтобы ты взял отряд на север и охранял границу с Союзом Восточных Наций.

— Союз Восточных Наций. — .. Вы уверены? Не Архипелаг Девятиглавого Дракона?

Глейв выглядел сомневающимся, но я многозначительно кивнул ему.

— Отчеты от Юлия и «Черных котов» указывают на то, что там происходит что-то подозрительное. В основном с участием Фуга Хана из Малхитана.

— Под Фуга Ханом вы подразумеваете того, кто вернул  человечеству часть Домена Владыки Демонов?

— Именно так. Благодаря этому достижению, его слава в Союзе Восточных Наций, сильно возросла...

— Будучи объединением множества средних и малых государств, Союз Восточных Наций был также сложной путаницей браков и союзов. До сих пор ни у одного из них не было возможности стать больше, но... потом появился Малхитан во главе с Фугой. Он принял беженцев обратно на землю, отвоеванную у Владыки Демонов. В свою очередь, беженцы попытались восстановить свои деревни, города и страны, но в одиночку противостоять угрозам Владыки Демонов оказалось невозможно. В их ситуации они не могли провозгласить независимость, и им ничего не оставалось, как обратиться за защитой к человеку, который отвоевал их территорию.

По сути, вместе с территорией Фуга получил страны и людей, чьи земли он отвоевал. Благодаря этому Малхитан стал самой большой страной в Союзе Восточных Наций. Когда люди внутри союза увидели, как вырос Малхитан, они обрадовались. Возможно, именно эта страна сможет выйти из оборонительной позиции и противостоять угрозе Домена Владыки Демонов. Может быть, Союз Восточных Наций сможет стать равным Королевству на юге или Империи на западе? Очевидно, в Союзе Восточных Наций становилось все больше и больше людей, которые думали именно так.

— Те, кто был в союзе, возлагали надежды на Фугу, веря, что он может разрушить статус-кво и открыть для них новый мир.

— И... что ты думаешь? — спросила Лисия, но я мог только пожать плечами.

— Если вы  все спрашиваете, думаю ли я, что это плохо или хорошо... я не знаю. Со стороны это может выглядеть так, будто они проецируют свои идеалы на него. Я сомневаюсь, что это беспокоит Фугу. Потому что все они молятся о его возвышении. Когда люди будут поднимать его эго, он почувствует, что время подталкивает его к действиям, и в конце концов начнет думать, что его действия - это воля Небес. Так и родится великий человек.

— Раз уж вы об этом заговорили, лунарианский православный святой сказал: «Жить так, как хотят другие, - это прекрасно, и этим можно гордиться»... или что-то в этом роде.

— О... я впечатлен, что ты помнишь, учитывая, как давно это было.

— Ну, это было в тот день, когда мы... знаешь...— Лисия запнулась на полуслове.

О! Если подумать, это была наша первая ночь вместе. Причина, по которой я вообще смог перейти черту с Лисией, заключалась в том, что я увидел, как Мэри ведет себя как святая. Лично я думал, что хочу быть человеком, и чтобы меня любили как человека. Но я сомневаюсь, что Фуга даже не задумывается о том, кто он.

— Итак, этот человек, Фуга, тот, кто ведет себя подозрительно? — спросил Глейв с серьезным выражением лица.

— О, нет, нет. —  Я помахала рукой. — Что подозрительно, так это люди вокруг него. Хакуя, объясни, пожалуйста.

— Как пожелаете. По сообщениям сэра Кагеторы из Черных котов и сэра Юлия из Королевства Ластания, в Союзе Восточных Наций становится все больше людей, которые считают сэра Фуугу опасным. Давайте назовем их фракцией против Фуги.

— Хм? Но разве Его Величество не сказал, что люди там считают его каким-то великим человеком?

— Да, — кивнул Хакуя в знак согласия. — Это правда, что господин Фуга считается великим человеком в Союзе Восточных Наций. Однако именно это и вызвало его гнев со стороны некоторых королей и лордов, входящих в Союз. Отвоевание территории у Владыки Демонов - невероятный подвиг, и вся заслуга в этом принадлежит Фуге. Они не могут быть счастливы, зная, что их собственные подданные любят, боятся и уважают Фугу даже больше, чем их собственные правители.

— Это ….

— Гвоздь, который торчит вверх, выделяясь из общего ряда, непременно забьют обратно. (цитата Кен Робинсон)

—  Думаю, в любом мире....

— Это пословица из вашего мира, сир? Думаю, она весьма меткая, — сказал Хакуя под впечатлением, а затем продолжил. — Скорее всего, с этого момента Союз Восточных Наций разделится на тех, кто поддерживает господина Фугу, и тех, кто выступает против него. Оппозиция будет использовать исторические связи, которые они установили между странами, и втянет многие государства в войну, чтобы сдержать его.

— Полагаю, это станет его последним испытанием ...

— Да. И наоборот, если господин Фуга хочет заявить о своем превосходстве, то нынешнее состояние Союза Восточных Наций с его запутанной паутиной браков и интересов должно его раздражать. Можно сказать, что этим двум фракциям суждено столкнуться в недалеком будущем.

— У кого преимущество? — спросила Лисия, но Хакуя покачал головой.

— Я не могу сказать. Это пятьдесят на пятьдесят. С точки зрения численности, короли и лорды должны иметь преимущество из-за их способности привлечь больше союзников, но сэр Фуга должен иметь славу и импульс, которые ему нужны, чтобы преодолеть этот недостаток.

— Значит, любая сторона может победить?

— Ну... независимо от того, какая сторона победит, это будет хлопотно, но Фуга - тот, с кем я не хочу сражаться. Так что, если мы собираемся готовиться к худшему из возможных исходов, мы должны работать, исходя из предположения, что Фуга победит.

— Вы будете помогать противоположной фракции, сир? — спросила Эксель.

— Нет. Я не собираюсь этого делать, — ответил я, решительно отвергая эту идею. — Сделать врагом Фугу - значит сделать врагом людей, которые его боготворят. Поклонение герою - это как религия. Точно так же, как нам придется опасаться восстания последователей лунарианской ортодоксии, если мы поссоримся с лунарианским папским государством, если мы будем враждовать с Фугой, нам придется опасаться и его поклонников. Одно дело, если он вторгнется к нам, но если мы выступим против него до того, как он проявит к нам враждебность, нас осудят за то, что мы встали на пути великого человека и пытаемся свергнуть надежду человечества. Если мы так поступим, нам будет трудно управлять своей собственной страной.

— Вы правы... это звучит хлопотно. Даже разница в силе между нашими странами, похоже, не поможет.

— Я понимаю это больше всех. Пока люди ясно не увидят, что Фуга представляет угрозу для этой страны, мы не будем принимать против него меры, да и не можем. У нас здесь еще и его младшая сестра Райга. Мы должны вести себя настороженно, но дружелюбно.

Лисия нахмурилась. — Сома. Если дела в Союзе Восточных Наций пойдут плохо, Королевство Ластания будет в порядке?

Должно быть, она беспокоилась за брата Ророа, Юлия, который находился в Союзе Восточных Наций.

— Юлий знает об опасностях, связанных с противостоянием Фуге. Возможно, он не присоединится к фракции противников Фуги. Если дела пойдут плохо, я сказал ему взять принцессу Тию и бежать сюда, в королевство.

— Мне не нравиться идея - позволить сэру Юлию вернуться в Королевство, — возразил Хакуя.

Это было разумное мнение, но я решил быть эгоистом.

— Если он заботится о принцессе Тии, Юлий не будет питать к нам никаких амбиций.

— ...Я понимаю. Как скажете, сир.

— Извините. О, но мы отклонились от темы. В общем, Глейв, вы охраняете северную границу.

— Да, сир. Считайте, что это сделано. —  Глейв сложил руки вместе перед собой и склонил голову.

Теперь вопрос был только в том, что я буду делать, пока флот не отправится в путь.

— Ты собираешься в Союз Архипелага Девятиглавого Дракона?! —  недоверчиво воскликнула Ророа.

Таковы были её первые слова, как только я собрал своих жен, Томоэ и Ичиху в офисе по правительственным делам.

Лисия, очевидно, была согласна с Ророа. Она выглядела обеспокоенной.

— Я знаю тебя, Сома, так что буду считать, что ты не сошел с ума, но ты ведь объяснишь, почему?

— Конечно, — ответил я кивком. — Все присутствующие здесь понимают ситуацию в Архипелаге Девятиглавого Дракона, верно? — спросил я, глядя на каждого из них, и все кивнули.

Все здесь знали о неопознанном массивном существе, напавшем на архипелаг, и о том, почему люди оттуда незаконно рыбачили в наших водах. Я тщательно скрывал наши планы, поэтому только избранные были посвящены в эту информацию. Даже Хэлу и Руби, которые должны были находиться на борту Хирю, пока ничего не сказали. Помощница Людвина Каэдэ была в декретном отпуске, так что на этот раз у них не было никакой возможности узнать все через нее. Подавляющее большинство наших солдат считали, что им предстоит столкнуться только с флотом Союза Архипелага Девятиглавого Дракона.

— Честно говоря, похоже, что неопознанное массивное существо - кажется, они называют его Оямидзути - доставит больше проблем, чем флот Союза Архипелага. Мы отплываем примерно через неделю. Я хочу собрать всю возможную информацию об этом существе до этого времени.

— И поэтому ты отправляешься на архипелаг Девятиглавого Дракона, Сома?

— Да. Поскольку между нами море, трудно получить от них информацию. Глядя на действия Шабон, кажется, что им тоже трудно что то узнать о нас. Взгляните на это. —  Я расстелил на столе грубую карту архипелага Девятиглавого Дракона. — Эти два острова, ближайшие к тому, который мы использовали в качестве причала при строительстве Хирю, являются владениями Кишуна, который прибыл сюда в качестве телохранителя Шабон. Они также ближе всего к штаб-квартире Национальных военно-морских сил обороны в Лагуна-Сити. Переговоры открыли эти острова для нашего использования.

Два острова, один большой и один маленький, которыми правил Кишун, были известны под общим названием Острова-близнецы. Большой остров был известен как «Большой», а Малый - как «Малый», хотя люди за пределами островов называли их «Большой остров-близнец» и «Малый остров-близнец». Эти два острова находились достаточно близко друг к другу, чтобы между ними можно было плавать, поэтому поместье Кишуна находилось на Большом острове.

— Мы воспользуемся кораблем, на котором прибыли Шабон и Кишун, чтобы тайно добраться до Большого острова. Потому что есть риск, что кто-то увидит нас, если мы воспользуемся одним из кораблей Королевства или полетом Надин. Я не хочу, чтобы стало известно, что я останусь там. Я намерен использовать особняк Кишуна в качестве оперативной базы и собрать информацию об Оямидзути. Для этого я хотел бы попросить Томоэ и Ичиху поехать со мной.

— Что?

— Если это ваш приказ, я выполню его... — Они оба выглядели озадаченными.

Я просил их следовать за мной в страну, с которой у нас ухудшились отношения, поэтому я не мог их винить. Я не хотел брать двух детей в такое опасное место, если не было необходимости, но мне были совершенно необходимы их способности для решения вопроса Оямидзути. Способности Томоэ могли бы позволить ей понять мысли Оямидзути. Ичиха может использовать свою систему идентификации монстров, чтобы определить части Оямидзути и придумать эффективный метод нападения на него. Он уже придумал несколько потенциальных идей, а с получением дополнительной информации они станут только точнее.

Эксель прямо сейчас разрабатывала план на их основе.

— Однако, вы бы пробираетесь страну, с которой у нас война. А тут еще это чудовищное существо. Разве это не опасно? — Айша выглядела обеспокоенной, но я остался при своем мнении.

— Если я решу, что это становится слишком опасно, мы можем запрыгнуть на спину Надин и вернуться домой. Меня не должно волновать, увидит ли меня кто-нибудь, когда мы выберемся оттуда. Ты ведь можешь пересечь море без Хирю, верно, Надин?

— Конечно. Просто предоставь это мне. —  Надин гордо стукнула себя по груди одной рукой. Я кивнул.

— Вот почему я намерен идти с небольшой группой, чтобы Надин было легко нести нас в случае необходимости. Я бы хотел, чтобы Надин, Томоэ и Ичиха пошли со мной, а Айша и Джуна, которая много знает о море, были моими телохранителями.

— Да, сир. Понятно.

— ...Я тоже?

Айша мгновенно приняла  приказ, но Джуне потребовалось немного больше времени, чтобы ответить.

— А? Тебя что-то беспокоит?

— О, нет, все в порядке. Я понимаю. Я пойду туда, чтобы защитить вас.

— Я начинаю вам всем завидовать. В такие моменты мне всегда приходится держать оборону дома. —  Ророа надулась, но у меня было для нее другое задание.

— Я бы хотел, чтобы ты осталась в столице и поддерживала связь с Юлием в королевстве Ластания.

— С братом?

— В Союзе восточных наций происходит что-то неладное. Такое ощущение, что фракции Фуги и «анти-Фуга» вот-вот столкнутся. Я попросил Глейва пока что вести часть Национальных сил обороны земель к границе, но в зависимости от ситуации, возможно, им придется принять меры.

— ...Вы говорите, что у моего брата и старшей сестры могут быть проблемы?

— Я сказал ему, что если дела пойдут слишком плохо, он забрал королевскую семью Ластана и бежал,. Если дело дойдет до этого, иметь тебя под рукой, чтобы разобраться с этим, - лучший способ убедиться, что все обойдется.

Наверняка найдутся люди, опасающиеся впускать его в страну. Чтобы сдержать эти мнения, лучше всего было поручить посредничество Ророа, третьей основной королеве.

— Хорошо.— Ророа кивнула, похоже, понимая. — Я должна сделать все возможное для моей старшей сестры. Я буду поддерживать тесный контакт с братом.

—Сделай это. И дайте мне знать, если что-то случится. В зависимости от ситуации, я могу вернуться.

— Вас поняла.

— Эй, это моя... подождите, не слишком ли часто все крадут мою любимую фразу?! —  возразила Надин.

— Но без тебя в замке у меня не будет никакой работы, — сказала Лисия, задумчиво поднеся палец к губам.

В последнее время Лисия выполняла роль моей помощницы, пока Карла, одна из других горничных или иногда леди Элисия присматривали за Cианом и Казухой. Если меня не было в замке, ей некому было помогать, и поэтому ей нечем было заняться. Думаю, для нее было бы неплохо расслабиться и отдохнуть, но Лисия, как бы старательна она ни была, не терпела слишком много свободного времени. Но, как бы то ни было, я не мог взять ее с собой.

Cиану и Казухе был всего один год, поэтому мы не могли отвести от них глаз. Ни я, ни Лисия не могли оставить их на несколько дней, и я ни за что не взял бы их с собой на опасный архипелаг Девятиглавого Дракона.

— Может быть, ты хочешь отвезти детей во владения своего отца?

— Это тоже было бы неплохо, но... разве я не могу поехать на остров, где у Хирю  причал? С детьми.

— Что? На тот остров?

— Я подумала, что было бы неплохо дать детям возможность ощутить рев моря и увидеть, насколько оно велико.

— Не думаю, что сейчас сезон для плавания….

Был еще только январь, и... эй, подождите, они же еще младенцы, значит, совсем не умеют плавать .Кроме того, в мире с такими огромными морскими существами, как этот, культура плавания не была широко распространена. Возможно, только люди, живущие у на берегу, могли свободно плавать, когда им вздумается. Я знаю, что Парнам находится в глубине материка, и было бы хорошо дать им почувствовать необъятность моря с раннего возраста. Но все же...

— Поскольку это ближайший остров к Островам-близнецам, он также находится недалеко от зоны действия Оямидзути. Я знаю, что между нами большое расстаяние, но мы не можем исключить возможность того, что эта штука приплывет к нашим берегам, поэтому я беспокоюсь за тебя и детей, находящихся там.

Услышав мои объяснения, Лисия вздохнула в отчаянии. — О чем ты говоришь? На этом острове собирается флот, который вы посылаете на архипелаг Девятиглавого Дракона. Даже если монстр и приплывет, Национальные морские силы обороны окажут ему жестокую встречу.

— Ну... да, это правда, но...

— Если станет опасно, я смогу убежать на виверне. Кроме того, когда ты отправишься на архипелаг Девятиглавого Дракона, ты ведь возьмешь с собой передатчик, чтобы поддерживать связь с флотом? Ведь тебе придется отправлять обратно собранную информацию.

— ...ты хорошо знаешь меня..

— Я твоя жена. Кроме того, если я буду на острове, ты сможешь видеть лица детей, когда будешь делать свои регулярные отчеты.

— Ургх... о, боже, хорошо. Я даю, я даю разрешение, — сказал я, подняв руки в знак капитуляции. — Ты можешь отправиться на остров. Но будь осторожна, ладно?

— Я знаю, не надо повторять. Убедись, что ты тоже благополучно вернешься домой, Сома. Дети будут ждать.

— Конечно.

Таким образом, все было решено. Итак, отправляемся на архипелаг Девятиглавого Дракона.

— Ммм, морской бриз ощущается просто прекрасно... это то, что я мог бы сказать, если бы это было лето.

— Холодно, не правда ли? Сейчас всё ещё первый месяц года, в конце концов.

Мы были на борту корабля Кишуна, Джуна и я стояли рядом друг с другом, глядя на бескрайнее открытое море. Ух, как холодно. Несмотря на ясное небо, морской бриз был сильным и холодным.

Надин, никогда не любившая холода, сидела в своей каюте, закутавшись в одеяло. Здесь было не так холодно, как в Республике Тургис, но всё равно слишком сурово для неё. Когда обеспокоенная Томоэ пошла проведать её, Надин затащила её под одеяло, чтобы использовать в качестве живой грелки. Не зная, что ещё можно сделать, я собирался послать Айшу спасать Томоэ, но её свалила морская болезнь. Прожив большую часть своей жизни в Богохранимом лесу, она никогда раньше не испытывала такой качки. Сейчас за ней присматривал Ичиха.

Но всё же... Было холодно. Может быть, мне стоило взять с собой настоящую грелку. Возможно, остальным было не так плохо, как Надин, но мало кто захочет долго находиться на палубе в таком холоде. Для нас с Джуной оставаться внутри всё время было слишком скучно, поэтому мы вышли на минутку. Мы намеревались вернуться обратно через некоторое время.

Я потянулся, надеясь расслабить свое тело, которое немного затекло от холода.

— Уф... Кажется, прошло уже много времени с тех пор, как я в последний раз был на корабле, — произнес я со вздохом.

— Разве ты не посещал Хирю несколько раз?

— Это скорее остров или база; это не похоже на корабль. Ты привыкла к таким путешествиям на корабле, ведь ты выросла в портовом городе.

— Я хотела бы, но... Дорогой, мы сейчас одни, понимаешь? — прошептала мне Джуна, на что я слегка подпрыгнул.

Теперь, когда она упомянула об этом, я вспомнил, что мы договорились быть немного более расслабленными и менее формальными друг с другом, когда остаемся наедине.

— Прости за это... Джуна.

— Хи-хи. Не беспокойся об этом, дорогой. —  Джуна удовлетворенно улыбнулась и прижалась ко мне. Это было немного неловко.

— ...В любом случае, я был удивлен, что корабль Кишуна похож на западный.

— Западный?

— Ооо, просто вещь из моего мира.

Поскольку Кишун был так одет, что ассоциировался у меня с Японией, я представил себе атакебунэ, большие военные корабли, использовавшиеся японскими военными в XVI и XVII веках, или, возможно, их железный вариант - теккосэн, поэтому я был удивлен, обнаружив, что его корабль очень похож на галеон. Он был спроектирован для того, чтобы его тянули морские животные, поэтому передняя часть была не такой остроконечной. Кроме того, все важные части были покрыты железными пластинами для защиты от огнестрельного оружия. В некотором смысле, этот корабль можно было назвать железным.

Я слышал, что атакебунэ не подходит для открытого моря, так что, возможно, было неизбежно, что его корабль будет иметь такую форму. В отчетах говорилось, что у них есть несколько кораблей, похожих на кохаябунэ, небольшие военные корабли, использовавшиеся японскими военными в тот же период, так что, возможно, это был просто вопрос использования правильного корабля для правильной задачи.

Поскольку корабль напоминал галеон, у него были паруса, но сейчас они были свернуты, потому что нас тащил морской дракон. Было довольно сюрреалистично видеть, как парусник со свернутыми парусами тащит за собой существо, похожее на плезиозавра, как бык может тянуть телегу.

— Если его будет тянуть морской дракон, зачем вообще нужны паруса?

— Они нужны, когда возникают проблемы с морскими обитателями, — объяснила Джуна в ответ на мой вопрос. — Если они больше не в состоянии тянуть в результате аварии или битвы, то корабль не может двигаться без парусов или весел в качестве запасного варианта. Вот почему у них есть паруса. Кроме того, кормление морских обитателей обходится дорого, поэтому некоторые путешествия совершаются только за счет ветра и течений.

— Я понимаю... Но по этой логике, что должен делать такой железный линкор, как "Альберт"? Когда идет битва на море, морские обитатели могут пострадать, верно? Разве военный корабль без двигателя, не застрянет, когда это случится?

— На военных кораблях типа "Альберт" тоже есть оборудование для поднятия парусов, вы знали?

— А? Есть?

Поскольку "Альберт" был модифицирован для перевозки вещей и стрельбы из пушек на суше во время битвы с Кастором, я не имел полного представления о том, каким он был раньше.

— Это только на крайний случай, — добавила Джуна. — Они не быстрые, и вы дрейфуете по милости ветра. Обычно военные корабли не плавают в одиночку, поэтому после окончания битвы их будут буксировать уцелевшие корабли. Однако, будут ли эти корабли друзьями или врагами, будет зависеть от того, как пройдет битва.

Они будут спасены, если это первое, или захвачены, если второе, а?

И тут меня окликнул голос. — Так вот где вы были, сэр Сома.

Я повернулся в ту сторону, откуда услышал голос, и увидел приближающихся Шабон и Кишуна.

— Этот наряд... очень тебе идет. Любой, кто увидит его, подумает, что ты с острова Яэда.

— Неплохо слышать это от одного из местных жителей.

Поскольку я плыл инкогнито, я впервые за долгое время надел свой наряд в стиле Китакадзе Козу с конической соломенной шляпой и плащом путешественника. Я использовал его время от времени после того, как услышал, что мой цвет волос и черты лица похожи на людей из архипелагов Девятиглавого Дракона, но если говорить немного подробнее, то раса черноволосых людей была второй или третьей по распространенности в регионе, и их было много на острове Яэда, где проживало большое количество людей.

У Хакуи черные волосы, так что, возможно, он тоже может проследить свои корни до острова Яэда?

Пока я размышлял об этом, Шабон нерешительно спросила. — Эм... Может быть, вас что-то беспокоит?

— Нет, мне вполне комфортно. Приятно время от времени путешествовать на корабле, — сказал я, улыбаясь встревоженной Шабон.

Её выражение лица немного расслабилось. — Я рада это слышать.

— Думаю, если у меня и есть что-то на уме, так это морские существа, тянущие этот корабль. Я слышал, что существа, тянувшие ваш корабль, когда вы приплыли (рогатые долдоны, похожие на дельфинов), сбежали, поэтому мы используем морских драконов из Королевства. Не сочтут ли люди на архипелагах Девятиглавого Дракона это подозрительным?

— Всё должно быть в порядке. Мы ведь тоже используем морских драконов, чтобы тянуть большие корабли на архипелаге, — объяснил Кишун. Думаю, тогда всё было в порядке.

— Так сколько ещё до вашего острова?

— Мы уже видим горы острова Девятиглавого Дракона - самого большого острова архипелага, которым правит король - находящийся ещё дальше, чем острова-близнецы, так что, думаю, скоро они должны появиться в поле зрения. ...А, вообще-то я только что их заметил, — сказал он, указывая вперед.

Когда я посмотрел в направлении, которое он указывал, я увидел что-то, торчащее из моря. Казалось, оно росло по мере приближения корабля, в конце концов приняв форму двух островов. Это и есть острова-близнецы.

— Когда я смотрю на них вот так, мне кажется, что мы довольно близко к острову, где находится Девятиглавый Король Драконов, да?

— Нет, государь, — покачал головой Кишун. — Горы острова Девятиглавого Дракона довольно большие, поэтому, хотя так может показаться, на самом деле они находятся довольно далеко. На лодке это займет больше часа.

— Я знаю, что бывает трудно определить расстояние между островами. Один молодой человек из расы, особо одаренной в плавании, хвастался:"Я могу доплыть до того острова". Он попытался это сделать, но с удивлением обнаружил, что остров находится дальше, чем он думал и утонул... Так гласит старая история, — добавила Шабон.

"Хм, какая интересная история," – подумал я. Обычно в старых историях, которые передавали люди, отражались табу и уроки, как в случае с легендой старика Урупа о цунами. Эта история, вероятно, имела под собой фактическую основу. Может быть, они передавали эту историю потому, что кто-то действительно так утонул? Чтобы никто не повторил его ошибку.

— Ах! — воскликнул Кишун, прервав ход моих мыслей.

— Что случилось?

— Теперь, когда мы можем видеть острова, пожалуйста, будьте осторожны.

— Что такое? ...Подожди, ух ты?!

Корабль потяжелел. Затем... Хлоп! Раздался звук удара чего-то о киль корабля.

— Что это было?! Мы ударились о камень?!

— Беспокоиться не о чем. Из-за сильных приливных течений здесь, когда корабль рассекает волны, днище корабля ударяется о поверхность моря, производя громкий шум. На самом деле здесь ничего не бьется.

— Так вот как это работает? — спросил я Джуну, и она кивнула.

— Да. Это происходит, когда вы превышаете определенную скорость в местах, где прилив быстрый.

— Я-я вижу. Я с облегчением слышу, что...

*Слэм! Кер-шлем!*

Вот что я хотел бы сказать, но я никак не могу почувствовать облегчение, услышав этот звук.

— ...Да.

Несколько деревянных досок - это всё, что отделяло нас от могилы в воде. Мне казалось, что я воочию ощущаю страшную силу моря.

— Ладно, теперь, когда мы идем по течению, до островов осталось недолго, — сказал Кишун, словно пытаясь нас успокоить. Мне ужасно хотелось вернуться на сушу, поэтому я надеялся, что он прав.

— О, это Лорд Кишун!

— Все, Владыка Кишун вернулся!

— Леди Шабон с ним!

Как только корабль прибыл в порт, жители острова встретили нас с энтузиазмом. Те, кто видел прибытие корабля, звали других, и в мгновение ока гавань наполнилась людьми. Было похоже, что жители этого острова действительно любят Кишун и принцессу Шабон.

Я незаметно подошел к Кишуну. — Островитяне не знают, что вы находитесь под нашим командованием, верно? — спросил я шепотом.

— Это верно. Вы вольны использовать этот остров по своему усмотрению, но это исключительно по моей воле. Островитяне ничего об этом не знают и просто повинуются своему вождю.

Таким образом, в принципе, если бы их критиковали за то, что они впоследствии встали на сторону Королевства, вся ответственность легла бы на Кишуна. Он был уверен, что если случится худшее, он сможет предложить свою голову, и жители острова не будут наказаны. Я уважал его решимость.

С корабля спустили трап, и мы впервые за долгое время смогли встать на сушу.

— Ооо... Даже сейчас, когда я снова на суше, всё ещё кажется, что она качается подо мной.

— ...Я просто хочу побыстрее оказаться в помещении.

Из-за морской болезни и холода Айша и Надин выглядели не в восторге от своего нынешнего положения.

Я беспокоился, смогут ли два моих самых сильных бойца играть роль телохранителей в их нынешнем состоянии, но, если дойдет до дела, я был уверен, что они справятся. Они отлично справятся.

Тем временем Томоэ и Ичиха, казалось, были полны энергии.

— Смотри, смотри, Ичиха. Дома стоят плотно.

— Ты права. Переулки такие узкие.

— Такие дома часто встречаются на островах, — объяснила любопытной паре Джуна в режиме ведущей образовательной программы. — Поскольку у них ограниченное пространство для строительства, они вынуждены плотно укладывать вещи. Узкие переулки образуют лабиринт, поэтому их очень интересно исследовать.— мы с детьми зажмурились, впечатленные этим зрелищем.

Об этом я тоже думал, когда мы посещали республику Тургис, но было интересно посмотреть, как ландшафт формирует культуру и образ жизни её жителей.

К Кишуну подошел пожилой мускулистый мужчина со звериными ушами в набедренной повязке, хаппи-плаще и свободных штанах. Судя по хвосту, это зверь тануки?

Тануки спросил Кишуна. — Ну что, начальник острова, как всё прошло?

— Да. Я смог благополучно доставить рыбу из Королевства, — ответил он.

Итак, история заключалась в том, что Кишун отправился в Королевство, чтобы договориться с рыцарями и дворянами, чьи владения находились на побережье, чтобы получить в свои руки рыбу. Из-за этого корабль Кишуна был загружен рыбой, пойманной в Королевстве... Однако, этот запах не помог Айше справиться с морской болезнью.

Человек-тануки хлопнул себя по выпуклым мышцам живота. — Это превосходно.

— Да. Я хотел бы попросить вас немедленно начать разгрузку. Морских драконов тоже отведите в бухту, если можно. Мы не хотим, чтобы Ооямидзути пронюхал о них.

— Оставьте это нам! Эй, вы, уроды! Мы разгружаем корабль!

— Так точно!

После этого на корабль поднялась группа мужчин, одетых в такие же хаппи, как и этот человек. Я был удивлен, увидев, что кроме пальто на них были только набедренная повязка и носки. Была середина зимы, а они работали полуголыми.

— Разве им не холодно...?

— Конечно. Вот почему мы носим хаппи-плащи. — услышав, что я бормочу себе под нос, с искренним смехом сказал парень-тануки.

Нет, я не могу представить, что ношение хаппи-плаща, даже не застегнутого спереди, сильно защищает от холода... и подождите, вдумываясь в то, что только что сказал этот парень, разве они не носили хаппи-халаты, даже когда не было холодно? Они действительно были группой буйных мачо в набедренных повязках? Держу пари, они представляют собой внушительное зрелище в разгар летней жары...

Пока я размышлял об этом и смотрел, как они разгружают корабль, один из мужчин-мачо окликнул мужчину-тануки: — Эй, босс! Есть что-то странное в багаже?

— О, что это?

Мужчины вынесли деревянный ящик, достаточно большой, чтобы в него с трудом поместился взрослый человек.

— На нем нет этикетки, и было бы странно вести его.

— Хм... Есть идеи, что это такое, начальник острова?

— Нет, я не помню такой коробки...— сказал Кишун, глядя на меня в поисках ответа.

Мы все покачали головами. Я не помню, чтобы я брал на борт что-то подобное.

— Ну, когда мы откроем его, мы узнаем, в чем дело.

Тануки открыл крышку деревянного ящика, и...

— Что?! — удивленно воскликнули мы все.

Внутри коробки лежала девочка с хвостом, похожим на крылья журавля.

— Почему Райга здесь?! — Мы с Томоэ закричали в унисон, но...

— Ургх... Блех...— Райгу просто вырвало, её лицо побледнело.

— ...Итак, что именно ты здесь делаешь? — спросил я, когда Райга пришла в себя.

Она надула щеки и сказала. — Когда я услышала, что Томоэ и Ичиха взяли отгул в Академии, мне стало интересно, куда они направляются. Они ничего не сказали, когда я спросила. Поэтому я спряталась в багаже на гондоле, чтобы узнать... Я никак не ожидала, что меня погрузят на корабль. Подумать только, я провела всё это время в тесноте в грузовом помещении, где воняло рыбой... Ульп... — Райга ляпнула, вероятно, снова почувствовав недомогание, а Томоэ похлопала её по спине.

— Что ты ела и пила? — спросил я.

— ...Я одолжила из груза несколько фруктов и воды. Я намерена заплатить за них позже.

— Ну и дела. Если всё было так плохо, ты могла бы выйти и показать себя, понимаешь?

— Я никак не смогла бы! Я оказалась на корабле раньше, чем успела об этом подумать! Совершенно без билета! Я слышала, что безбилетников обычно скармливают крупным морским существам. Я была почти уверена, что вы, люди, тоже были на борту корабля, но не могла быть уверена. Я не могла выйти, пока не убедилась, что это безопасно... правда, это означало, что в итоге я оказалась в полубредовом состоянии от морской болезни. —  Райга вздрогнула, вспомнив свое пребывание на борту.

Ну, если она застряла в крошечном помещении, пропахшем сырой рыбой, борясь со своим страхом быть пойманной, а также с морской болезнью, я не могу винить её за плохое самочувствие.

Тануки посмотрел вниз на Райгу. — Ты права. Тот, кто достаточно наглый, чтобы пробраться на борт корабля, заслуживает того, чтобы стать кормом для мегалодона.

Его тон был угрожающим. Готов поспорить, что причина, по которой Райга стала ещё бледнее, не только в морской болезни. О, но технически она была принцессой из другой страны, поэтому я не хотел, чтобы он сильно напугал её. Если бы с Райгой что-нибудь случилось, Фуга стал бы абсолютным кошмаром.

Кишун ударил тануки по голове своей катаной в ножнах.

— Ты взрослый человек. Не надо так запугивать ребенка.

— Ой...! Нет, босс. Я говорю вам, вы должны преподать таким соплякам хороший урок.

— Это мой корабль, поэтому не тебе сердиться. Она друг моих гостей, поэтому я не стану ничего делать, чтобы наказать ее.

— Г-гости, говорите?

Тануки посмотрел на меня. Я опустил перед ним свою коническую шляпу.

— Я купец, торгующий в портах королевства Фридония. Я помог с покупкой рыбы, и сэр Кишун в благодарность пригласил меня погостить на этом острове.

— Королевство Фридония? Вы не житель острова Яеда?

— Я по крови. Мне сказали, что мой прадед приехал в Королевство оттуда.

Это, конечно, была ложь, но я не мог позволить раскрыться тому, кем я был на самом деле, поэтому мне нужна была предыстория. Я схватил Райгу за голову и заставил её поклониться, затем опустил и свою голову.

— Мне жаль. Я должен был присматривать за ней. Я обязательно потом выскажу всё своей младшей сестре.

— Подожди, сестренка...

— Райга! Когда извиняешься, делай это правильно!

— Мне очень жаль.

Когда мы оба извинились, человек-тануки неловко почесал щеку. — О, нет, если она знает, что поступила неправильно, то всё в порядке. Я тоже вел себя не так зрело, как следовало бы.

— Я очень рад слышать это от вас, — сказал я.

— Тем не менее, для брата и сестры вы не очень похожи.

— Мы наполовину небожители. Моя младшая сестра унаследовала большую часть от нашей матери.

— ...У тебя сложная семья. Что ж, будь хорошим братом и заботься о своей младшей сестре.

— Да. Буду, — ответил я, слегка помахав рукой.

...Фух, похоже, я справился с этим. Как только тануки вернулся к работе, я присел перед Райгой и посмотрел ей в глаза.

— Райга, — прошептал я.

Когда она услышала свое имя, её плечи напряглись. Казалось, она пыталась оправдать свои действия, но не смогла найти слов, и в итоге просто сдулась.

— Эм... мне жаль, — ответила она, также шепотом, затем вздохнула. Возможно, я не очень хорошо разбираюсь в таких вещах, но мне нужно было её отчитать.

— ...Если бы хоть что-то пошло не так, это могло бы перерасти в нечто серьезное. Это рисковало международным инцидентом, очевидно, но это подвергало опасности и тебя. Я слышал, что моряки могут быть буйной компанией. Если бы они поймали тебя, когда нас не было рядом, или тебя погрузили на другой корабль... неизвестно, что они могли бы с тобой сделать.

Райга опустила голову в знак поражения. Отчасти это было связано с тем, как тануки запугал её. Она могла вести себя круто, но ей было всего четырнадцать лет - в моем мире она была бы только на втором году обучения в средней школе.

Я положил руку на её обескураженную голову. — Что ж, я вижу, что ты обдумываешь свои действия, поэтому я не буду больше поднимать этот вопрос, но никогда больше так не делай. Кроме того, сама сообщи о том, что случилось Фуге.

— Да... — Погладив Райгу по голове, когда она кивнула, я повернулся к Кишуну и сказал. — Извините за беспокойство. Не мог бы ты проводить нас в особняк?

— Очень хорошо.

И вот мы последовали за Кишуном.

— Ух ты, переулки действительно узкие, Ичиха.

Томоэ и Ичиха, следовавшие за Сомой и остальными по переулкам острова-близнеца, были удивлены тем, как близко друг к другу расположены дома. Они стояли так плотно, что даже в середине дня в переулках было темновато.

— Промежутки настолько малы, что два взрослых человека не могли бы стоять бок о бок. Ничего подобного нет ни в герцогстве Чима, ни в королевстве Фридония. —  Ичиха задержал дыхание от увиденного.

— Было бы очень плохо, если бы случился пожар. Стены выглядят так, будто они тоже сделаны из дерева.

— Может быть, они сделаны из дерева, чтобы их можно было быстро перестроить, когда случится пожар? Дома довольно простые... Но это заставляет меня беспокоиться о грабителях. Даже двери деревянные.

— Я думаю, им будет хорошо на таком маленьком острове, как этот, верно? Они все должны знать друг друга здесь.

— В этом есть смысл. При такой плотности домов легко заметить, что в соседском доме что-то не так.

Увидев новое окружение острова, Томоэ и Ичиха обсуждали, какой должна быть здесь жизнь. Это им внушил их учитель - Хакуя.

— Когда вы смотрите на пейзажи другой страны, вы можете увидеть, как живут люди этой земли. Вещи и культура рождаются из необходимости. То, как люди строят свои дома, например, довольно точно показало нам о том, как они живут. Если вы хотите расширить свое представление о внешнем мире, вы можете начать с внимательного наблюдения за этими деталями.

Они делали то, чему их учили, и представляли себе жизнь островитян, глядя вокруг. Всякий раз, когда то, что делали жители острова, совпадало с их воображением, Томоэ и Ичиха чувствовали эйфорию, словно они решили головоломку.

— Это похоже на одну из тех игр, где ты находишь совпадающие картинки, да, Ичиха?

— Ты права. Хотя, я не уверен, что нам стоит так веселиться, когда мы здесь по официальному делу.

— Эй, что ты думаешь, Райга? — спросила Томоэ, повернувшись к молчаливой Райге.

— ......

— Райга?

Но Райга присутствовала здесь только телом. Её разум явно блуждал где-то в другом месте.

— Она всё ещё переживает из-за того, как старший брат и старик-тануки разозлились на неё? — Теперь Томоэ забеспокоилась, наклонившись и посмотрев на лицо Райги. — Ты в порядке, Райга?

— А?! Что?

Райга подняла голову, внезапно вернувшись к реальности. Похоже, она не слушала.

Томоэ посмотрела на неё с беспокойством. — Ты молчала всё это время, поэтому я забеспокоилась. То, что произошло раньше, всё ещё беспокоит тебя?

— Не совсем... Хотя я думала об этом.

— О чем?

— Твой брат... всегда такой, когда ругает кого-то? — Райга неловко спросила Томоэ. — Ну, знаешь, то, как он говорил со мной, а потом вместе со мной склонил голову перед теми, кому я причинила неудобства. Вот что я имею в виду.

— Хм... Он и раньше меня ругал. Я никогда не делала ничего такого, за что нужно было бы склонить голову и извиниться, но я думаю, если бы я это совершила, старший брат склонил бы голову вместе со мной, как он сделал это для тебя.

— Понятно...— ответила Райга, прежде чем снова погрузиться в размышления.

Видя это, Томоэ склониал голову набок и спросила. — Разве Фуга никогда не ругал тебя?

— Конечно! Вы даже видели, как он бьет кулаком по моей голове.

— А, я помню это...— сказала Томоэ, вспоминая аналогичное событие, произошедшее, когда они были в Союзе Восточных наций.

— Если бы это был мой брат, я бы получила удар, я уверена.—  Райга вздохнула. — И я сомневаюсь, что он склонил бы голову перед простым рабочим. Я бы получила достаточное наказание, так что другая сторона оставила бы всё как есть... Так бы оно, наверное, и вышло.

— Ах...

"Понятно" – подумала Томоэ. Фуга точно так и поступит - накажет её, а потом потребует прощения. Другая сторона была бы вынуждена принять это. В обмен на головную боль Райга получила бы прощение.

Райга снова вздохнула. — Моя голова всегда болит после того, как мой брат бьет по ней. Но когда господин Сома отругал меня, и я склонила голову вместе с ним... физической боли не было, но... — Казалось, она с трудом подбирает слова, но Томоэ поняла.

— У тебя болит сердце?

— ...Что-то вроде этого. На самом деле, это сложнее для меня.

Из-за того, что она сделала, кто-то, кто не имел к этому никакого отношения, был вынужден извиняться вместе с ней. Это очень сильно задевало. Даже если кто-то не чувствовал себя плохо из-за того, что сделал, он всё равно испытывал бы чувство вины. Потому что в душе Райга была серьезным человеком, что только усиливало результат.

— Так вот что господин Сома имеет в виду под разницей в ценностях? — спросила Райга, потирая голову в том месте, которое Сома тронул ранее во время извинений.

— Мург...— Томоэ немного поворчала и ущипнула Райгу за щеки.

— Эй... прекрати! Что ты делаешь?! —  воскликнула Райга, отбиваясь от её рук.

Томоэ сердито фыркнула. — Старший брат - мой старший брат. Я не позволю тебе забрать его.

— Он всего лишь твой сводный брат! Кроме того, не то чтобы он был мне нужен! Сильный и крутой Фуга – единственный старший брат для меня!

— Мой старший брат тоже классный!.

Оба смотрели друг на друга. Ичиха нерешительно встал между ними.

— Эй, вы двое, не ссорьтесь здесь. Если мы отделимся от остальных и заблудимся, нас снова будут ругать, понимаете?

— Ах!

Упоминание о том, что Сома отругает их, заставило Томоэ и Райгу опомниться.

— О, о! Они уже немного оторвались от нас.

— Потому что ты тугодум, Райга.

— Не делай из этого мою вину, маленький ребенок! Ты тоже задержалась!

— Ну же, вы двое! Я сказал, что сейчас не время для ссор!

— А, ну да, так и есть. В любом случае, давайте догонять! — сказала Райга, глядя на Томоэ и Ичиху.

— Хорошо!— Томоэ и Ичиха отсалютовали, а затем все трое бросились бежать.

Они бежали изо всех сил и успели догнать их, прежде чем взрослые заметили, что они отстали.

Сома обернулся, чтобы увидеть измученные лица. — Хм? Что случилось, вы трое? Вы запыхались.

— Ничего страшного, старший брат.

— А? — Сома в замешательстве склонил голову набок, затем повернулся лицом вперед. Все трое тихо вздохнули с облегчением.

— Фух... Я рада, что мы успели, — сказала Томоэ.

— Тяжело было с этим уклоном. Несмотря на то, что сейчас зима, я все равно вспотела.

— Боже, и чья это вина, Райга?

— И твоя тоже, я бы сказала, Томоэ.

— Хафф... Хафф...— Ичиха был слишком измотан, чтобы вмешиваться в их перебранку.

Томоэ криво улыбнулась, затем посмотрела на Райгу. "Мы только что прибыли на Острова Близнецов, а все уже кажется суматошным..." – подумала она.

— ...Что? Чего ты уставилась?

— Просто так.

"Но если Райга вернула свой дух... Ну, я думаю, это нормально." - Томоэ захихикала, размышляя об этом.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Пройдя через узкий переулок и выйдя на тропинку, ведущую на плато, можно было увидеть белые стены, возведенные на вершине скалы. Я предположил, что это особняк Кишуна. Теперь, когда я присмотрелся, я увидел подобие замка в японском стиле, как один из тех, что были в начале-середине периода Сэнгоку и не имели башни.

Томоэ несколько раз моргнула, глядя на здание.

— Мне кажется стены намного ниже, чем в замке в Королевстве?

— Это потому, что им не нужно защищать окружающий город. Из-за того, что они построены так далеко на плато, их трудно обстреливать — объяснил Ичиха.

— Но что если нападет кавалерия виверн? — спросила Томоэ, склонив голову набок. — Я не вижу ничего похожего на противовоздушный метатель болтов.

— Это просто. Потому что на архипелаге Девятиглавого Дракона не живут виверны, — сказал Ичиха, указывая на море. — Виверны не любят улетать так далеко в море, чтобы не видеть земли. Им не хватает выносливости, и, не имея возможности приземлиться, они просто падают в море. На виверне трудно перелетать с острова на остров, поэтому никогда не было достаточно выгоды, чтобы привозить их с материка и разводить здесь.

— Точно...— простонала Райга.

— Это было потрясающе, Ичиха, — сказала Томоэ, хлопая в ладоши. — Ты так легко это объяснил.

Ичиха застенчиво улыбнулся похвале.

У детей есть здоровое желание учиться, подумал я, когда мы проходили через ворота на вершине каменных ступеней. Они, должно быть, неуклонно впитывают всевозможную новую информацию из окружающего их иностранного пейзажа. Это хорошая тенденция.

Как только Кишун ввел нас в особняк, слуги повернулись и склонили головы при нашем появлении. Казалось, им объяснили, что мы гости.

— Сюда, пожалуйста, — сказал Кишун, ведя нас в большую комнату на татами.

В здании были ширмы сёдзи (перегородка, состоящая из прозрачной или полупрозрачной бумаги) и панели фусума (скользящая дверь в виде обклеенной с двух сторон непрозрачной бумагой деревянной рамы), что создавало ощущение японского стиля. Из-за того, что рядом был сад, оно меньше напоминало банкетный зал в гостинице и больше - додзё.

— Эта комната должна быть большой и удобной в использовании. Я уже приказал принести в эту комнату материалы, которые мы подготовили. Пожалуйста, используйте вещи и людей в этом особняке по своему усмотрению.

— П-пожалуйста, отдайте и мне приказ, — добавила принцесса Шабон, склонив голову вместе с Кишуном. Казалось, они делали для нас все возможное. Это лишь показывало, насколько серьезно они оба к этому относятся.

Оглядев комнату, он увидел кипы бумаг. Это должны были быть материалы, о которых говорил Кишун.

Я кивнул, затем быстро начал раздавать указания всем:

— Хорошо. Давайте сразу приступим к работе. Мы с Ичихой просмотрим информацию об Оямидзути. Джуна, я бы хотел, чтобы ты нам помогла.

— Слушаюсь.

— Д-да, сэр!

Джуна и Ичиха отдали честь.

— Принцесса Шабон и Кишун, я попрошу вас помочь классифицировать материалы, которые вы здесь собрали. Вы говорили, что мы можем «использовать слуг», но я бы не хотел, чтобы большое количество людей соприкасалось с важной информацией. Не могли бы вы двое помочь нам вместо этого?

—Конечно. Скажите хоть слово, и все будет сделано.

— Хорошо

Шабон и Кишун приняли мою просьбу.

— Хорошо. Айша... ты выздоравливаешь? — спросила я.

Айша стукнула себя по груди, несмотря на то, что выглядела немного не здорово...

— Да. Мир все еще немного шатаеться, но это не должно представлять проблемы.

— Тебе не нужно так напрягаться, но... если ты можешь справиться, пожалуйста, постой на страже в эту комнату.

— Да, мессир!

— Томоэ и Райга, вы можете делать что угодно. Это хорошая возможность для вас, так что идите и посмотрите остров. Надин, присмотри за ними за меня.

— Вас поняла.

— Эм, старший брат…я тоже надеялась помочь тебе и быть полезной!— сказала Томоэ.

Я подманил ее ближе, затем, положив руку ей на голову, прошептал в одно из ее маленьких волчьих ушек: — Со временем мне понадобятся твои способности. Но я не думаю, что сейчас для тебя настало время что-то делать. А пока это время не пришло, я хочу, чтобы ты присматривала за Райгой и не давала ей совершить что-нибудь безумное.

— Райга?

— Да. Она как сгусток энергии. Если мы оставим ее скучать и ей будет не с кем поболтать, неизвестно, какую ерунду она может выкинуть.

— ...Понятно. В этом есть смысл.— Томоэ отсалютовала, как бы говоря: «Предоставьте это мне!»

Томоэ тоже иногда устраивает свои выходки. Ну, с Надин, защищающей их, им ничего не угрожает.

Как только Томоэ вернулась к Райге, которая бросила на нас подозрительный взгляд «О чем эти двое говорят?», я хлопнул в ладоши.

— Так, все, я рассчитываю на вас.

— Эти материалы были принесены нам шпионами, которых мы с принцессой разослали, и включают в себя отчеты свидетелей появления Оямидзути, а также материалы по флоту Союза Архипелага, — объяснил Кишун, указывая на гору бумаг на столе передо мной.

Я должен был знать, что местные жители смогут собрать много информации. Хотя мы и послали "Черных котов", мы не могли действовать открыто. Из-за этого у них было мало возможностей для сбора информации, и она часто приходила с опозданием.

— Я благодарен за это. Теперь, погружаясь в работу, я бы хотел, чтобы принцесса Шабон и Кишун распределили эти материалы по категориям. Разделите их на информацию об Оямидзути и все остальное, а затем принесите нам только материалы об Оямидзути.

Когда я сказал это, глаза Шабон расширились от шока. — Значит ли это... что информация о Короле Девятиглавом Драконе и флоте не имеет для вас значения?

...Ааа, наверное, я плохо выразился. Я понимаю, почему это могло показаться, что я легкомысленно отношусь к Королю Девятиглавого Дракона и флоту Союза Архипелага. Она и Кишун пришли к нам из желания помочь жителям островов, поэтому вполне естественно, что они все еще испытывают некоторую привязанность к своей стране. Должно быть, им было неприятно видеть, что я, похоже, пренебрегаю силой их союза.

— Прости. Я не это имел в виду. Я мало знаю о флоте и морских сражениях, поэтому хочу сосредоточить свое внимание на Оямидзути. Передайте материалы о Короле Девятиглавом Драконе и флоте Айше. Она отправит информацию нашему эксперту в Королевстве (Эксель), который придумает эффективные контрмеры.

— О-о, я понимаю... извините меня, — сказала Шабон, извиняюще склонив голову.

Похоже, это ее удовлетворило, и я сразу же перешел к изучению поставленной задачи.

Мы взяли материалы, которые Шабон и Кишун классифицировали для нас, и разделили их на показания свидетелей и отчеты о повреждениях, после чего передали их Ичихе. Затем он проанализировал информацию и сузил круг возможных форм существа.

— Это...! О, Боже...— Принцесса Шабон, которая разбирала бумаги, внезапно вскрикнула.

Я повернулся посмотреть, в чем дело, и тут подошла принцесса Шабон с страдальческим выражением лица, протягивая мне один документ. Я принял бумаги и просмотрел их.

— Целый остров, разрушен...? Это ужасно, — пробормотал я про себя.

Документ представлял собой отчет об ущербе, нанесенном несколько дней назад. Десятки людей и их скот исчезли с одного острова за одну ночь. Судя по разрушениям и оставленным «обрывкам», было решено, что это дело рук Оямидзути. Судя по дате, Шабон и Кишун должны были находиться в Королевстве, когда это произошло. Другими словами, разрушения продолжали распространяться, пока их не было.

В моей памяти промелькнули образы адской сцены за стенами Ластании. Подобные вещи могут произойти в любом уголке этого мира. Мне нужно было всегда помнить об этом. Пока же мне нужно было решить, как поступить с Оямидзути.

— Основываясь на сообщениях свидетелей, мы предполагаем, что Оямидзути - это одно существо. Если оно смогло сожрать всех этих людей за одну ночь, то оно должно быть довольно огромным. — спросил Ичиха, и я кивнул.

— Да. Есть некоторые расхождения в показаниях, но, похоже, он размером с небольшой остров. Его тело должно быть более 30 метров в высоту.

— Примерно столько же, сколько Надин в ее форме Рю, если ее вытянуть.

— ...я знаю, что это неуместно, но мне немного смешно это представлять, — сказала Джуна с язвительной улыбкой. Мы использовали Надин как меру длины (линейку).

—Ичиха, если его высота 30 метров, то он должен быть еще больше в длину.

— Правильно. У нас есть сообщения людей, которые видели его ползущим, как черепаха. Если так подумать, то она может быть в два-три раза длиннее.

— При таких размерах это настоящий кайдзю....

Знаете, я видел множество существ, которых можно назвать «кайдзю», включая Надин и драконов вроде Руби, а также носорогов и морских драконов, но этот Оямидзути был огромным даже по сравнению с ними. Единственной, кто не проиграл в соревновании, была Мать-Дракон, но она не вмешивалась в дела человечества, если они не касались драконов, поэтому она не собиралась нам помогать. Мы должны были сами позаботиться о своих проблемах.

— Что мы знаем о его форме? Были сообщения о том, что это многоголовая змея, верно?

Когда я спросил об этом, Ичиха просмотрел документы, слегка склонив голову набок.

— Это неясно. Многие из них говорят, что не смогли четко разглядеть его форму сквозь туман, все свидетели записаны как описание из далека. Хотя многие упоминают, что видели что-то длинное и змеевидное.

— Из далека...? Есть ли у нас какие-нибудь свидетельства очевидцев видевшие его в близи? — сказал я, копаясь в куче бумаг, и Ичиха застонал.

— Единственные, кто видел это вблизи, — это жертвы. Все они были ранены, травмированы или....

— ...или их уже переварили?

— … да, хотя мы не можем быть уверены, что у него есть пищеварительный тракт, как у нормальных существ.

Смотря на гору бумаг, я видел мало надежды получить нужную нам информацию. Хмм, когда...

— О, сир. Как насчет этого? — Джуна сказала, протягивая мне лист бумаги. — Это похоже на письменный отчет единственного выжившего после нападения Оямидзути. Несмотря на то, что он выжил, он был тяжело ранен, и его пришлось перевезти на другой остров для лечения. Похоже, что они были в довольно неустойчивом состоянии, поэтому мы не можем быть уверены в точности их показаний.

— Дайте пожалуйста — Ичиха взял бумагу и просмотрел ее.

- Свидетельство рыбака -

Это была змея. Голова змеи. Вытянутая из тумана. Мы спрятались в эллинге ( здание для постройки, ремонта и хранения лодочных средств), но эта огромная, длинная змея разорвала крышу и подхватила Райши* своей пастью. Мы были в ужасе, просто в ужасе... Мы не могли ничего сделать, только смотреть.

Проходит несколько мгновений, и тут раздается этот тошнотворный стук... Мы выглядываем, а там лежит Райши, разделенный на две части - верхнюю и нижнюю.

Мы растерялись и разбежались в разные стороны.

Я не помню, куда я бежал и как... но я споткнулся обо что-то, упал... и, должно быть, потерял сознание, ведь когда я пришел в себя, было уже утро. Я схватился за больную голову и... и пошел искать своих приятелей, но... я их не нашел.

Я вернулся в эллинг, и тело Райши тоже исчезло. Хотя его кровь все еще была там...

Куда все делись?! Где...они….

* Добавление: Один из других рыбаков

------

— Это ужасно... — Ичиха побледнел, когда дочитал до конца. Поскольку они записали его слова дословно, были ощутимы чувства рассказчика.

— ...Но есть одна вещь, которая меня заинтересовала.— Ичиха смог заставить себя сказать после того, как взял паузу, чтобы прийти в себя.

— Хм? Что это?

— То, как один человек был разделен на верхнюю и нижнюю половины. Незадолго до этого свидетель заявил, что человека подняла змея.

— Да. Там так и написано.

— Если бы змея, способная сорвать крышу со здания и обладающая достаточно мощными челюстями, чтобы прокусить человека насквозь, сделала бы это, как вы думаете, что произошло бы с телом этого человека?

— Оно перекусит их пополам? — спросил я.

— Сир. Вы знаете, как питаются змеи?

— Что ты... А! Они глотают целиком!

Давным-давно я видел, как змеи едят в какой-то передаче о природе, поэтому я вспомнил образ, как они заглатывают добычу целиком. То, что человек был разрезан пополам, определенно казалось странным.

Ичиха кивнул. — Я сомневаюсь в утверждении, что это была змея. Даже если предположить, что это была какая-то зубастая змея, если она укусила его сверху, его верхняя часть тела должна была остаться внутри пасти. Только нижняя половина должна была упасть на землю. Также, если она укусила его за туловище, учитывая ее размеры, отрубленные руки и ноги должны были упасть отдельно.

— Это не должно было разделить его на две части... Ты это хочешь сказать?

Ичиха кивнул в знак согласия. — Это звучит как будто его порезали острым лезвием.

— Итак, ошибочно ли говорить, что это была змея?

— Я не могу сказать точно, но... возможно, это было что-то, что просто выглядело как она.

— Точно...— Я отложил бумагу и вздохнул. — Тем не менее, даже тот, кто видел его вблизи, не смог четко понять, на что оно похоже. Туман вокруг него, очень плотный. Он когда-нибудь появляется при ясном небе?

Это было похоже на что-то из старого фильма токусацу. Я слышал, что в те времена, когда цифровая индустрия не была так хорошо развита, они использовали много сцен, снятых ночью, чтобы скрыть грубые места в используемых техниках.

— Туман... густой туман... и он всегда….? — Ичиха выглядел так, словно он о чем-то задумался. — Так много упоминаний о тумане... возможно, что он возникает не естественным образом. Может быть, Оямидзути как-то сам производит туман?

— Туман? Чтобы скрыть себя?

— Нет, этого не может быть. Судя по этим отчетам, нет никаких записей о серьезном сражении с Оямидзути. Не так ли, принцесса Шабон? — спросил Ичиха, Шабон кивнула.

— Да. Оямидзути движется по морю, и кораблю трудно за ним угнаться. Мы даже не можем сражаться с ним как следует. Я даже не уверена, что мы могли бы победить, если бы догнали...— Шабон с досадой стиснула зубы.

Ичиха продолжал говорить: — Если нет записей о сражениях, значит, Оямидзути не считает человечество угрозой. Возможно, мы не более чем добыча, ползающая по земле. Нет смысла прятаться от противника, которого не боишься.

— Это правда. Но тогда для чего он напускает туман?

— Может ли быть так, что, поскольку это морское существо, существуют некоторые ограничения в его способности действовать на суше? Приведу пример... если оставить гигантского осьминога на суше, он в конце концов высохнет, верно? Возможно, то же самое происходит и с Оямидзути, и его тело быстро высыхает на суше, замедляя его движения. И поэтому он создает туман, чтобы помочь сохранить влагу... как вам?

В этом есть смысл. Если высушить морской огурец, он уменьшается до небольшой части своего первоначального размера. Правда, он быстро становился снова большим, когда вы снова опускали его в воду...

— Существо, которое производит туман? Может кит, хотя... О! Если подумать, была легенда о большом моллюске-монстре под названием «шен», который создавал миражи....

— Моллюск, который производит туман, говоришь...? Я попробую нарисовать его, — сказал Ичиха и принялся за работу, используя уголь и доску для рисования, которые он принес с собой.

Он пытался нарисовать Оямидзути, используя отрывочную информацию, которую нам удалось собрать воедино. Ичиха был главным экспертом в области монстрологии. Я был уверен, что он создаст нечто более точное, чем то, что он смог сделать в Королевстве.

Мы поспешили достать для него все необходимые материалы.

***

Пока Сома и его люди изучали информацию об Оямидзути, Шабон и Кишун сортировали материалы, которые были бессистемно сложены в кучу.

Когда они разделили информацию по категориям, Шабон слегка вздохнула.

— ...Леди Шабон? — спросил Кишун, когда заметил, и Шабон покачала головой.

— Я прошу прощения. Я задумалась.

— Вас что-то беспокоит?

— А... да. Сэр Сома, похоже, считает информацию об Оямидзути важной, но он оставил информацию об отце и флоте своему подчиненному. Я знаю, он сказал, что не знаком с флотом, но мне кажется удивительным, что он даже отдаленно не интересуется....

— Вы думаете, что он слишком легкомысленно относится к Королю Девятиглавому Дракону?

Шабон кивнула. — Я благодарна ему за то, что он видит в Оямидзути угрозу и работает над методом борьбы с ней. Однако, мой отец - непоколебимый правитель архипелага, полного негодяев. Я не могу представить, что он сможет победить его, не воспринимая это всерьез.

— Возможно, у господина Сомы есть абсолютная уверенность в своей способности победить Короля Девятиглавого Дракона? Например, оружием, которое мы никогда не могли себе представить здесь.

— Возможно. Однако, если он ослабит бдительность, я опасаюсь, что он может попасть впросак. Зная своего отца, я прекрасно понимаю, каким грозным противником он может быть. — Она посмотрела на Сому и вздохнула. — Тем не менее, все, что я могу сейчас сделать, это верить в господина Сому. Ведь я уже рассталась со своим отцом... потому что это путь, который я выбрала...

— Леди Шабон...— сказал Кишун с беспокойством в голосе.

Шабон похлопала себя по щекам.

— Мне тоже нужно сделать все возможное. Чтобы подчиненным сэра Сомы было как можно легче придумать план.

— Да, миледи... Ах!

— Хм? Что такое, Кишун?

— Есть одна вещь, которая привлекла мое внимание, когда мы просматривали здесь материалы.

— Что-то привлекло ваше внимание?

— Да. Отчет о военной технике острова Девятиглавого Дракона.

Кишун передал принцессе Шабон лист бумаги для просмотра. Это был отчет о расходах Короля Девятиглавого Дракона на военное снаряжение для подготовки к битве с флотом Королевства. Шабон склонила голову набок.

—Конфронтационная позиция моего отца остается неизменной. В документах есть что то ещё?

— Его расходы ниже, чем я ожидал. Вы помните, что король поднял налоги, «чтобы подготовиться к грядущему вторжению Королевства». Он в состоянии тратить больше, чем сейчас.

— Правда?.. Это странно.

Если то, на что указывал Кишун, было правдой, то большая часть средств, собранных с помощью налогов, не шла на нужды армии.

— Леди Шабон. Разве Король Девятиглавый Дракон был из тех, кто тратит деньги впустую?

— Никогда! Отец был милитаристом, который без колебаний тратился на оборудование, но никогда не тратил деньги на что-то другое. Вместо роскоши он всегда предпочитал иметь еще одно судно для своего флота.

— В таком случае, куда уходят деньги...?

— ...Я не уверена. — Глаза Шабон дрожали от беспокойства, когда она смотрела в направлении острова Девятиглавого Дракона. — Что происходит в этой стране, о чем мы не знаем...?

Кишун не ответил на вопрос Шабон.

***

Тем временем, примерно в это же время, Надин, Томоэ и Райга осматривали особняк Кишуна. Они с большим интересом рассматривали все - от свитков в альковах (углубление, ниша в комнате или другом помещени) до иностранной мебели.

— Эй, посмотрите-ка. Голова на этом тигровом украшении покачивается. — заметила Райга. Томоэ наклонилась, чтобы посмотреть поближе.

— Ты прав... это довольностранно?

Надин, закутанная в толстую шубу, дрожала, наблюдая за ними. Шуба была из «Серебряного оленя». Обычно Надин вполне устраивал наряд из ее собственной трансформированной чешуи, но он не мог согреть ее сам по себе, поэтому она надела несколько дополнительных слоев одежды.

— Урх... тут так холодно... в этом особняке слишком много сквозняков. Ооо, я хочу вернуться к мангалу в комнате Сомы.

— Ты в порядке, Надин? — спросила Томоэ, волнуясь, и Надин крепко обняла ее.

— Вахх?!

— ...Так тепло. У детей такая восхитительно высокая температура тела.

— Вообще то ты тоже выглядишь как ребенок!— казала Райга с в отчаянии, когда Надин использовала Томоэ, чтобы согреться.

— Эй, Райга! Надин - королева!

— Я не возражаю. Я знаю, что я наименее царственная из всех королев. Жители Парнама продолжают относиться ко мне как к обычной девушке, — с язвительной улыбкой сказала Надин, погладив Томоэ по голове.

Даже теперь, когда она стала королевой, Надин, когда у нее было свободное время, все еще ходила в город. Лавочницы обожали ее и просили купить для них что-нибудь или спеть колыбельные песни для их детей.

— Я же королева! — ...она протестовала, но Надин всегда оказывала им эти услуги, поэтому они продолжали полагаться на нее. Если бы вы провели опрос популярности королев, но ограничили его только Парнамом, дворяне и рыцари выбрали бы Лисию, но подавляющее большинство голосов простого народа, вероятно, разделилось бы между Надин и Джуной. Они награждали ее продуктами из своих магазинов, поэтому она всегда приносила домой свежие продукты и радовала Сому домашней кухней.

— Вот почему я не буду жаловаться на неуважение... Но в обмен... — А?! Ик?!

Надин обогнула Райгу и схватил ее сзади.

— Согрей меня немного своими крыльями.

— Что?! Эй, не трогай мои крылья! Они очень чувствительные!

— Оооо. Мне нравится твое оперение.

— Н-нет... Остановись...! А-а-а!

Может быть, из-за холода Надин стала чрезмерно активной.

— Что это за захватывающая сцена? Может, и хорошо, что Ичихи здесь нет. — Томоэ покраснела, наблюдая за тем, как Надин пристает к Райге.

Когда они немного пообнимались, Надин, видимо, немного разогрелась и отпустила Райгу. Окончательно освободившись, Райга обиженно уставилась на Томоэ.

— Не смотри просто так! Помогите мне!

— О, я не могу этого сделать. То есть, смотри, у меня даже крыльев нет.

— У тебя есть волчий хвост. Слушай, Надин, разве тебе не будет так тепло, если ты обнимешь пушистый хвост этого малыша?

— ...Эй, ты права.

Когда Надин уставилась на нее глазами хищника, Томоэ инстинктивно прикрыла хвост руками.

— Эй, нам действительно стоит перейти к следующему месту. Слуги говорили, что на складе полно интересных вещей. — Томоэ призвала двух других идти дальше, пытаясь отвести тему от хвоста.

Склад, к которому они пришли в углу сада, имел белые стены и черепичную крышу. Если бы Сома был там, он бы описал его как «место, где злой судья в старинном фильме прячет золотые монеты, чтобы потом их украли добродетельные воры».

Кишун ранее разрешил им войти внутрь, поэтому дверь была широко открыта. Когда трое вошли внутрь, в воздухе слабо пахло плесенью, и там хранились разнообразные предметы, казалось, в произвольном порядке.

— Это... инструмент для земледелия? Он выглядит довольно старым.

— Райга, здесь есть сеть для ловли рыбы.

— Это таксидермический гигантский кабан...? Он меньше, чем те, что в горном хребте Звездного Дракона. Они поймали его в здешних горах? О, а эти челюстные кости принадлежат акуле.

Похоже, что на этом складе хранились вещи, которые больше не использовались. Здесь были различные инструменты, используемые для земледелия, рыбалки и охоты, а также трофеи, сделанные из того, что они поймали.

— ...А?

Что-то на складе привлекло внимание Томоэ.

— Ух ты?! Что это? Это мило.

— О чем это ты? Подожди, что это?

— Собака... нет, волк?

Райга и Надин подошли посмотреть, на что наткнулась Томоэ. Это был предмет длиной около 30 сантиметров, похожий на волка и закрепленный на деревянном основании. В пасти было круглое отверстие.

Любопытствуя, Райга попытался поднять его.

— Нгх...! Он тяжелее, чем кажется.

Казалось, он был сделан из железа и был поднят на тонких руках Райги. Томоэ было бы трудно даже сдвинуть его.

Глядя на железного волка, Томоэ склонила голову набок. — Хм. По форме он похож на пушку, но... — Разве пушки не немного больше, чем эта?

— Может быть, это маленькая пушка?

Пока Томоэ и Райга пытались понять, что это было...

— Разве не быстрее было бы просто спросить у того, кто знает?

— Ах!

Надин небрежно подняла железного волка одной рукой. Будучи Рю, она была сильна даже в человеческом облике. Далее, они втроем направились к Соме и остальным.

Когда они вернулись, Сома и Джуна отдыхали, попивая чай, который приготовила для них Шабон, а Ичиха рисовал картину, основанную на информации, которую они собрали вместе.

— У тебя есть минутка, старший брат?

— Хм? Что случилось, Томоэ?

— Мы нашли эту штуку на складе.

Она показала Соме и остальным железного волка, которого они принесли.

— Это... пушка? — Джуна посмотрела на него, озадаченная. — Мы используем пушки на флоте, но эта ужасно маленькая. Ее калибр - 60 миллиметров... и она не вмещает много пороха, поэтому не может пробить корпус корабля. Хотя здесь, в Архипелаге Девятиглавого Дракона, используются деревянные корабли с железными пластинами, прикрепленными болтами, так что если вы нацелились на дерево, я думаю, это все равно будет эффективно.

Томоэ была впечатлена объяснением Джуны.

Тем временем Сома размышлял: — Животное похоже на льва-собаку Комаин, но может ли это быть пушкой Крадущегося Тигра? Он вспомнил, что китайские юниты в игре-симуляторе цивилизации, в которую он играл в своем мире, использовали подобное оружие.

— Это пушка «собака», — сказал Кишун. — Как и объяснила госпожа Джуна, это пороховое оружие, используемое в морских сражениях. Поскольку они не очень тяжелые, мы можем погрузить их даже на наши самые маленькие лодки, а затем воспользоваться их скоростью, чтобы нацелиться на слабые места противника.

— Понятно... как я и ожидал, что у морской нации интересное оружие. — Сома скрестил руки и одобрительно закивал.

Это что-то среднее между пушкой и винтовкой. Мы не могли использовать винтовки, потому что из-за низкой массы пуль их нельзя было зачаровать, но этот вид ручной пушки может быть пригоден... Она будет тяжелой, и с ней трудно маневрировать, но, возможно….в общем, я попрошу военных исследовать ее, когда вернусь в Королевство.

Пока Сома думал об этом...

— Сома... э, то есть, сир! Я закончил рисовать!

Ичиха подошел и разложил на столе свой рисунок. Все столпились, чтобы посмотреть, а потом захлопали.

— Это Оямидзути? — пробормотала Томоэ.

Это был всего лишь воображаемый набросок, но он сумел убедить всех нас, что именно так должно выглядеть это существо. Все сходилось.

***

Когда солнце садилось к вечеру, можно было увидеть слабую красную линию вдоль горного хребта. Мы сидели в саду вокруг костра с массивным горшком.

— Теперь все. — сказал тануки, стоящий перед котелком, предлагая одной рукой миску, а другой держа половник.

Мне сказали, что местные жители используют лишние кусочки, которые остались после того, как они приготовили рыбу из королевства для консервации, и соединяют их с местными овощами для приготовления супа, который предлагался прямо сейчас для еды. С теплой едой в руках мы поднялись на веранду, чтобы поесть.

— Ух ты... это действительно круто.

— Хи-хи-хи, это точно. И этот успокаивающий аромат….

Мы с Джуной удовлетворенно поцеловали друг друга в губы.

Кухня архипелага Девятиглавого Дракона, была довольно близка к кухне мира, из которого я прибыл, включая использование мисо. Корнеплоды, припущенные в рыбном бульоне и мисо, были очень вкусными. Рядом с кастрюлей Айша и Надин с наслаждением ели.

— Это похоже на стряпню Его Величества. О! Я бы хотела еще одну миску, пожалуйста!

— Вкус еды нашего мужа.Я тоже возьму еще одну миску!

Томоэ, Ичиха и Райга, казалось, отчаянно пытались показать, что они могут съесть столько же, сколько эти две обжоры.

— Этот знакомый вкус мисо восхитителен. Он хорошо сочетается с умами рыбы.

— О, точно. Вы тоже с севера. У нас в Малхитане есть похожие блюда.

— То же самое, что и в герцогстве Чима. Интересно узнать, что в Союзе Архипелага Девятиглавого Дракона есть культура еды, схожая с Союзом Восточных Наций. Может быть, группа с такой культурой мигрировала из одного в другую...?

Пока Ичиха размышлял над этим, Томоэ улыбнулась и ткнула его в щеку.

— Давай, Ичиха. Если ты будешь продолжать думать об этом, Айша и Надин все съедят…

— О! Времени нет, тогда... Ой! Горячо!

Похоже, еда была слишком горячей для него. Ичиха высунул язык и махал рукой. Томоэ наблюдала за ним с беспокойством.

— Ты в порядке, Ичиха? Прости. Я не должна была торопить тебя.

— Н-нет, я просто был недостаточно осторожен...

— Что вы двое делаете? — спросил Райга со вздохом. — Ну и дела. Вот, выпей воды.

— И-извините...— Ичиха принял в руки полный ковш воды и немного выпил.

Все было в порядке, поэтому взрослым не было нужды вмешиваться.

Пока мы наблюдали за очаровательными тремя детьми, где-то вдалеке послышались голоса. Я навострил уши, чтобы прислушаться, и оказалось, что это песня.

____

Мы отправляемся на нашей лодке в материнское море.

К волнам, богатым рыбой и жизнью.

Под глазом морской птицы - сокровище.

Если мы будем медлить, большой человек нанесет удар.

Натягивайте сети! Поднимайтесь! Плывите!

Пусть весь порт услышит нашу песню триумфа.

_____________

— Это...

— Морская песнь. Островитяне, должно быть, поют ее, — ответил Кишун в ответ на мое бормотание. — Я уверен, что они празднуют сегодня в порту впервые за долгое время.

Пришел Кишун с бутылкой сакэ в руках, за ним стояла Шабон с чашками. Кишун сел рядом со мной, а Шабон заняла место рядом с Джуной.

— Это драконье сакэ, приготовленное из риса архипелага Девятиглавого дракона, — объяснил Кишун, наливая напиток в мою чашку. Он пах точно так же, как японское сакэ.

— И для вас, госпожа. — Шабон попыталась предложить Джуне, но...

— Простите. Могу я вместо этого попросить чай? — вежливо отказалась она. Джуна умела держать себя в руках, но, видимо, она решила, что лучше, чтобы мы оба не опьянели одновременно.

Я мягко ударил свою чашку о чашку Кишуна и отпил... да, это действительно похоже на саке.

Я покинул Японию до достижения возраста в который можно было законно пить сакэ, поэтому единственным японским алкоголем, который я пробовал, был кулинарный спирт мирин, но я чувствовал, что это должно быть то же самое, что и японское сакэ.

— Как вам это нравится? Саке нашей страны соответствует вашим вкусам? — спросил Кишун, и я кивнул в ответ.

— Да, я думаю, он хорошо сочетается с насыщенным вкусом супа.

— Я рад это слышать.

И вот мы пили, слушая наших шумных собутыльников и морские песни из порта. Из того, что я мог видеть здесь, трудно было представить, что в водах обитает чудовище по имени Оямидзути, и нам предстояла напряженная битва с ним. В более мирные времена... я, возможно, смог бы больше наслаждаться алкоголем вместе с Шабон и Кишуном и вместе с Лисией и Ророа, которых мы оставили в Королевстве.

— Это действительно хорошая выпивка.

***

Кланг!!! В половине того вечера раздался звонок тревоги.

— Оно здесь! Оно здесь!

— Мужчины, спешите к начальнику острова! Женщины и дети, не выходите на улицу!

Услышав шум, мы вскочили на ноги в большой комнате, где мы дремали.

Посмотрев на Сому, Кишун сказал: — Сэр Сома. Отправляйтесь на сторожевую башню. Вы сможете увидеть его оттуда.

— Понятно.

Последовав его предложению, мы поспешили на сторожевую башню особняка. Я прищурился и смог разглядеть массивный объект, спокойно двигавшийся рядом с островами-близнецами.

— Используйте это, Ваше Величество, — сказала Айша, предлагая мне телескоп.

— Спасибо.

Я поднес его к глазам и всмотрелся вдаль. К счастью, луна в ту ночь была яркой, и лунный свет, отражаясь от поверхности моря, дал мне полное представление об этом существе.

Оторвавшись от телескопа, я спросил Шабон: — Это Оямидзути?

— Скорее всего. Трудно представить, чтобы какое-либо другое существо было таким огромным, — подтвердила она кивком.

Я передал телескоп Ичихе. — Я знал, что могу рассчитывать на тебя, — сказал я ему. — Это выглядит точно так же, как на твоем рисунке.

На основе отрывочных свидетельств очевидцев Ичиха составил набросок. От головы до шеи он был похож на морского дракона, на спине у него была двустворчатая раковина, а руками служили толстые, похожие на осьминожьи щупальца с ракообразными клешнями на конце. Ключевым моментом здесь была теория о том, что сообщения о «многоголовой змее» появились из-за неправильной идентификации щупалец и клешней. Сообщения о том, что жертвы были разрублены надвое, не указывали на то, что их укусило нечто с головой змеи, а скорее были результатом того, что клешни, которые очевидцы приняли за голову, разрезали их пополам.

Кроме того, предположение о том, что»возможно, оно выпускает туман, чтобы поддерживать свое тело во влажном состоянии», привело его к мысли, что какая-то часть его тела может быть моллюском. Сообщения о том, что он «похож на маленький остров», и мой рассказ о том, что «существует легенда, что миражи создаются двустворчатым чудовищем», заставили его изобразить его с двустворчатой раковиной на спине. Некоторые детали совпали только по чистой случайности, но то, что он смог нарисовать его так точно, основываясь на той небольшой информации, которая у нас была, показало, каким гением был Ичиха. Говорят, невинные дети всегда видят правду...

— Я рад, что ты здесь, Ичиха.

— Вы мне льстите, — скромно сказал Ичиха, глядя в телескоп.

Я положила руку ему на макушку.

— Гордитесь этим. Благодаря тебе мы можем подготовить контрмеры.

— А?! Хорошо! — с энтузиазмом ответил Ичиха.

Надеюсь, что подобные повторные успехи помогут этому застенчивому ребенку развить чувство уверенности, подумал я. Если это произойдет, он вырастет в такого человека, который в будущем сможет возглавить нашу страну.

Другие члены группы по очереди подходили к телескопу, и каждый из них вдыхал, когда видел его.

— Кажется, он не собирается выпускать туман, — пробормотала Айша.

— Скорее всего, это потому, что оно не планирует нападать, — ответил Ичиха. — Может быть, мы должны думать о тумане как о чем-то, что он испускает прямо перед тем, как выйти на берег?

Я задал ему самый важный вопрос: — Значит, оно не прибьется к берегу на островах близнецов?

— Думаю да. Учитывая то, что оно не проявляет активности, будет верно сказать, что оно «просто проходит мимо». Хотя, если какой-нибудь маленький остров или лодка пересекут его путь, я уверен, что это все равно будет катастрофа.

— Он большой. Больше, чем даже самые большие корабли Королевства.

— Даже в своей форме Рю я ничто по сравнению с этим.

Джуна и Надин издали вздох благоговения. Даже с расстояния можно было понять, как он огромен.

~~~~~~~~!

Раздался звук, похожий на шум ветра, только многократно усиленный. Это был крик Оямидзути?

Я немного отступил, затем прошептал на ухо Томоэ: — Ты можешь сказать, о чем думает Оямидзути, Томоэ?

— Я смогла совсем немного понять, но...— Томоэ прошептала в ответ. — Оно ищет «врага» и «еду». .. вот на что это похоже.

— «Враг» и «еда»? — прошептал я в ответ, и Томоэ кивнула.

— Оямидзути кажется, что эти термины одно целое. Большие враги - большая еда... это немного отличается от того чувства голода, которое испытывали ящеролюди из Королевства Ластании. Как будто это то, ради чего живет Оямидзути... или я так понимаю.

Пожирать врагов, чтобы расти... это то, чем оно занималось каждый день? Это определенно отличалось от ящеролюдей и их голода. Если уж на то пошло, это заставляло меня думать о боевых наркоманах, одержимых идеей доказать свое существование, побеждая сильных соперников.

Когда я передал то, что она мне сказала, Ичихе, у него появилось задумчивое выражение лица. — Может быть... это монстр, который вырос в замкнутом пространстве подземелья, поедая других монстров, чтобы выжить? Обычно, когда он вырастает до определенной степени, он сам покидает подземелье, но по какой-то причине... например, потому что подземелье было под водой, он был вынужден продолжать питаться другими монстрами....

— Значит, монстры питались друг другом, а этот Оямидзути был последним оставшимся? Я могу понять, почему это может заставить его воспринимать врагов и пищу как одно и то же...

Хотя это было лишь предположение Ичихи, это было похоже на древнекитайскую практику создания Гу: они запихивали кучу отвратительных существ в горшок, а последнего выжившего использовали как инструмент в черной магии. Если Оямидзути появился именно так, это означало, что он был пожирателем и стал самым могущественным существом в подземелье, из которого появился.

Ичиха нахмурился и сказал: — Если существо родилось в подземелье, из которого не могло выбраться, то обычно оно бы умерло в нем. Но если подземелье было разрушено, или, может быть, Оямидзути обрел способность, которая позволила ему выбраться... Что бы там ни было, я считаю, что это невероятно редкий случай появления такого монстра на поверхности.

— ...В этом есть смысл.

Еще в Республике Тургис я на собственном опыте убедился в том, какой беспорядок может устроить неизведанное подземелье, но… когда появляется такой монстр – неизвестно что произойдет.

~~~~~~~~!

Чувствуя, как крик Оямидзути  отдается глубоко в моём теле, я вновь осознал опасности, таящиеся в этом странном мире.

Прошло полтора дня с тех пор, как мы виделись с Оямидзути. Я стоял перед трансляционной жемчужиной, которую мы привезли в особняк Кишуна. На упрощенном приемнике, установленном чуть впереди меня, было изображение Лисии, находящейся в настоящее время в секретном арсенале на острове неподалеку от Лагуна-Сити. На сегодня был запланирован один из наших обычных звонков.

— Как там Cиан и Казуха, Лисия? Я бы хотел увидеть их лица, — спросил я ее, но она, пожав плечами, ответила, что мне не повезло.

— Они сейчас дремлют. Карла присматривает за ними.

— Очень жаль. А я-то думал, что увижу их лица после долгого перерыва.

— Ты покинул Королевство всего неделю назад.

— Для отца это слишком долго. Что, если они забудут мое лицо?

— Ты слишком опекаешь их... мне уже хочется, чтобы ты поторопился и сделал детей всем остальным. Было бы лучше, если бы твое внимание было распределено между ними всеми, — сказала Лисия….похоже, я ей немного надоел. Я не знал, что ответить.

— Итак, ты собиралась показать им море, верно? Как они отреагировали?

— Они еще ничего не поняли. Они не были особенно взволнованы или напуганы.

— Ну, им всего год.

— Если бы они могли ходить немного лучше, и мы не были бы в середине зимы, я бы позволила им играть в приливном бассейне, но... я думаю, что это, вероятно, слишком опасно, поэтому мы просто смотрели на океан, пока я держала их.

— В этом есть смысл. Когда они подрастут, я бы хотел отправиться на пляж всей семьей.

— Хи-хи, это было бы неплохо. Но для этого нам нужно, чтобы море было безопасным, верно? —сказала она с улыбкой. Через несколько секунд ее лицо стало серьезным, и она спросила: — ...Вы видели Оямидзути, верно? Как он выглядел?

— Огромный... невероятно... огромный.

На мгновение я подумал о том, чтобы отнестись к ситуации проще, чтобы не напугать Лисию, но она уже видела отчеты, так что это не сработает. Я решил быть честным.

— Это было похоже на движущийся остров, как и говорили очевидцы. Меня бросает в дрожь от мысли, что что-то настолько массивное могло появиться так близко к Королевству.

— Я читала отчеты. Эта штука намного больше, чем Надин или Руби...ты сможешь его победить?

— Мы должны…. ради обеспечения безопасности в море. К счастью, благодаря анализу Ичихи, придумать контрмеры не составит труда. Я уже отправил его выводы соответствующим сторонам, так что я уверен, что они придумают что-нибудь, что сработает. Мы поручили ему просмотреть отчеты свидетелей, чтобы выяснить маршрут Оямидзути.

— Похоже, ты собираешься ударить по нему всем, что у тебя есть. Но не слишком ли вы сосредоточены на Оямидзути? А как насчет флота архипелага Девятиглавого Дракона?

— Это работа Эксель. Я оставлю это экспертам.

— Это так похоже на тебя... но, обидно, когда ты не можешь ничего с этим поделать.

Было слышно, что Лисия тоже хочет принять участие. Будь дети чуть побольше, она бы немедленно отправилась на корабль.

Я одарил эту смелую маму язвительной улыбкой и сказал: — Присмотри за детьми, хорошо? Лисия.

— ...Хорошо. Береги себя, Сома.

На этом мы прекратили разговор.

***

Несколько дней спустя я решил собрать своих компаньонов в гостиной и объяснить наш план.

— Эксель прислала нам набросок, — сказал я, разворачивая присланную нам карту.

— Что это за морская карта?!

— Здесь указаны даже течения. Откуда у Королевства такая карта...?

Глаза Шабон и Кишуна расширились от шока, когда они увидели это.

На карте была изображена лишь часть архипелага Девятиглавого Дракона, но достаточно подробно, чтобы показать курс от Королевства до острова Девятиглавого Дракона.

С кривой улыбкой я сказал им двоим: — Это всего лишь значит, что вы не единственный источник информации в Архипелаге Девятиглавого Дракона.

— ........

Они растерялись, что было вполне ожидаемо, ведь наличие у нас такой морской карты доказывало, что у нас есть и другие информаторы.

Я проигнорировал их и продолжил: — Флот Королевства, который собрался в Лагун-Сити, направится на юг, проплывет близко к востоку от островов «Мать» и «Дитя», а затем возьмет курс на порт на западной стороне острова Девятиглавого Дракона.

Острова «Мать»  и «Дитя», расположенные к югу от Лагуна-Сити, представляли собой пару из двух островов, очень похожих на острова-близнецы. Остров «Дитя» был примерно такого же размера, как острова-близнецы, но основной остров был гораздо больше. Это послужило основанием для его названия.

Затем я указал на море между островом «Дитя» и островом Девятиглавого Дракона. — Здесь, как ожидает Эксель, наш флот столкнется с флотом архипелага.

— А?! Вы хотите там сражаться?! —  удивленно воскликнул Кишун, придя в себя. Продолжая размышлять, он сказал: — Конечно, верно, что это самый прямой путь к порту на западной стороне острова Девятиглавого Дракона, но территория между островом Дитя и островом Девятиглавого Дракона заполнена множеством маленьких необитаемых земель. Это затруднит для Королевства развертывание своего флота, который, как я могу предположить, содержит множество крупных военных кораблей, в то время как небольшие суда, используемые архипелагом, смогут передвигаться более легко....

Из-за своего положения он не мог высказать свое мнение слишком резко, но, похоже, Кишун хотел, чтобы мы передумали. Шабон беспокойно посмотрела на него.

Я пожал плечами и сказал: — Но это все равно кратчайший путь, верно? Эксель, должно быть, выбрала этот путь, потому что решила, что даже если флот Архипелага Девятиглавого Дракона будет ждать ее там, она сможет с ним справиться. Как король, я могу лишь доверять своему главнокомандующему.

— Вы уверены, что не недооцениваете Короля Девятиглавого Дракона и флот архипелага?

— Вы так говорите, но уверены ли вы, что не недооцениваете мой флот? — спросил я Кишуна, у которого было такое выражение лица, словно он только что укусил что-то неприятное.

Казалось, он был готов настаивать на своем, но Шабон дернула его за рукав и молча покачала головой. Тихим голосом она сказала: — Давай верить в них, Кишун. Мы сделали ставку на господина Сому и его людей.

— Леди Шабон... я... я понимаю. —  Кишун отступил.

— Ладно, мы закончили сбор информации. Теперь пришло время встретиться с флотом.

***

Примерно в то же время...

В главной комнате особняка короля Девятиглавого дракона Шаны на острове Девятиглавого дракона собрались вожди крупнейших островов, чтобы подготовиться к вторжению королевства Фридония. Они сидели вокруг карты архипелага, развернутой на деревянном полу, и все их лица были хмурыми.

— Подумать только, Королевство нападет, когда нам уже угрожает Оямидзути....

— Он наносит удар, когда мы слабее всего. Король Фридонии - трусливый негодяй.

— Должно быть, он был ужасно расстроен тем, что наши люди рыбачат в море рядом с королевством.

— Рыбаки в отчаянии. Для тех, кто живет с морем, не иметь возможности выйти на промысел - все равно что не жить вообще.

— Хотя это немного многовато, чтобы просить его понять ... — каждый из них высказал свое собственное мнение...

Человек, сидящий во главе группы, который до сих пор слушал молча, сказал: — Люди, вряд ли это то, что мы должны сейчас обсуждать.

Это был правитель островов, Девятиглавый Король Шан. Он принадлежал к расе русалок, такой же, как и Шабон, но в отличие от нее, у него было тело, излучающее силу, узел на макушке и суровое выражение лица. Образ воина.

Услышав серьезные нотки в голосе правителя архипелага Девятиглавого Дракона, вожди островов притихли. Король Шан посмотрел на каждого из них, прежде чем заговорить.

— Наши шпионы сообщают, что флот Королевства уже отплыл. Они прибудут в течение недели, чтобы вторгнуться к нам.

— Как вы думаете, какова их цель? Захватить какой-нибудь остров? — спросил молодой вождь острова, но король Шан покачал головой.

— Вряд ли. Они не могут владеть землями, где живет Оямидзути. Им было бы трудно управлять этим регионом, когда мы так далеко от королевства и так отличаемся в культурном плане. Их более вероятная цель - нанести удар по нашему флоту.  мы использовали его для поддержки наших рыбаков в водах рядом с Королевством. Без сопровождения им будет невозможно зайти так далеко.

— Черт побери! Они хотят заманить наших рыбаков в ловушку здесь, где бесчинствует это чудовище?

Смуглый вождь острова, представлявший собой гору мышц, ударил кулаком по полу. Другие вожди островов кивнули.

— Если только Оямидзути переместится в воды королевства.

— Вы...почему оно остается здесь?

— Почему бы нам не попросить Королевство помочь уничтожить Оямидзути? Если бы мы могли просто избавиться от него, рыба бы вернулась, и тогда нам не пришлось бы спорить о том, кто где может ловить рыбу, понимаете? — сказал один из молодых вождей острова, но пожилой вождь острова покачал головой.

— Невозможно. У нас даже нет единого мнения о том, что делать с Оямидзути. Если бы не эта «иностранная угроза», здесь бы даже не собралось столько вождей островов.

Независимый дух каждого из островов архипелага Девятиглавого Дракона был результатом долгой истории конфликта за то, кто будет править океаном. Из-за этого, без какого-либо надвигающейся иностранной угрзы, острова никогда не стали бы сражаться как единое целое. Хотя Оямидзути и представлял угрозу, он не был захватчиком, поэтому каждый остров готовился к нему самостоятельно, что привело к тому, что никто из них так и не объединил усилия для решения проблемы. Это была одна из причин, по которой Шабон отправилась умолять Королевство уничтожить его.

— Мы можем объединиться против Королевства, но не против одного зверя.

— Мы уже вызвали гнев Королевства...поздно искать компромиссы

— Это не значит, что мы можем просто позволить им вторгнуться к нам!

— Да. Если они придут, то мы должны разгромить их. Мы покажем им силу нашей морской нации.

Это вызвало восторженное «Да» со стороны вождей милитаристских островов, но затем одноглазый вождь острова с впечатляющим телосложением и роскошной черной бородой сказал: — Хм, я, уважаю ваш энтузиазм.

Его звали Сима Кацунага. Он был вождем острова Яэдзу, второго или третьего по величине из островов архипелага Девятиглавого дракона. Он также был воином-мононофу, прославившимся как величайший полководец в истории архипелага.

— Однако мы - защитники. Не зная, где враг нанесет удар, мы вынуждены двигаться вторым номером. Не кажется ли вам, что вы все немного недооцениваете Королевство?

— Я не ожидал услышать такие слова от «величайшего военного в архипелаге Девятиглавого Дракона», — насмехался один из вождей. — Неужели вы думаете, что мы проиграем битву на море?

— В военно-морском флоте королевства есть искусная Эксель Уолтер. Говорят, она даже возглавляет все их вооруженные силы. Я не могу представить, чтобы она начала сражение, в котором у нее нет шансов победить. Если она идет, несмотря на то, что знает о нашем преимуществе на море... не означает ли это, что у Королевства есть шанс?

Вожди островов сглотнули от слов Кацунаги, но один молодой вождь развеял их страхи своим энергичным голосом.

— Их новый король уже воевал на суше, но у него не должно быть опыта ведения войны на море. Не означает ли это, что Эксель не смогла остановить бездушную горячую голову?

— ...Вполне возможно. Но это может быть и не так. На войне всегда нужно учитывать худший сценарий, — серьезно ответил Кацунага.

Молодой вождь острова ничего не смог ответить на его слова.

Король Шан заговорил снова: — Мы знаем, каким курсом пойдет Королевство, — сказал он, указывая на карту своим веером. — Их флот почти наверняка пройдет между островами Матери и Дитя и островом Девятиглавого Дракона, пытаясь захватить порт на западной стороне острова Девятиглавого Дракона.

Он заявил об этом так уверенно, что Кацунага нахмурил брови.

— Как вы можете быть так уверены?

— Течения нашего архипелага быстрые и сложные, легко сметают железные корабли. Здесь также много рифов. Мы можем ориентироваться в них благодаря нашему многолетнему опыту жизни здесь, но чужаки из Королевства не могут сделать то же самое. Это вынуждает их идти известным курсом.

— Известным? Вы хотите сказать, что Королевству известен безопасный курс? — спросил Кацунага, и король Шан многозначительно кивнул ему.

— Да.  Курс, о котором я только что упомянул, я намеренно слил им.

— Что?! — воскликнул Кацунага, а затем и все остальные вожди островов начали ворчать. Король Шан выдал Королевству то, что можно назвать величайшим из секретов архипелага Девятиглавого Дракона - его морские пути.

Король Шан поднял руку, чтобы заставить их замолчать. — Я преподал им курс только здесь, на острове Девятиглавого Дракона. Ни на одном из других островов. Я уверен, что они считают, что кто-то из инсайдеров слил им эту информацию.

— ...понятно. И вы предполагаете, что мы можем устроить им засаду в районе, который работает в нашу пользу? — заметил Кацунага.

— Именно так, — объявил король Шан, хлопнув себя по колену. — Сражение развернется на скалистых рифах между островом Девятиглавого Дракона и островом Дитя. Им будет трудно развернуть много больших кораблей из-за множества мелких островов, и наш более маневренный флот будет иметь преимущество. Мы будем стремиться стянуть флот Королевства и уничтожить их в решающей битве.

— Оооо!!!!

Вожди островов издали возглас восхищения, услышав тщательные планы короля Шаны на предстоящую битву.

— Если мы знаем курс противника, то, может быть, поставим мины в районе рифов? —предложил молодой вождь острова, но король Шан покачал головой.

— Наши мины могут уничтожить деревянные корабли, такие как те, что мы используем, но им не хватает мощности, чтобы оказать реальное воздействие на железные корабли, запряженные морскими драконами. Даже если отбросить это, я ожидаю, что они пошлют разведчиков. Мы рискуем, что они изменят курс, если узнают, что мы готовы и ждем.

— Понятно... у вас есть на это свои причины.

—Если мы пошлем огненные корабли (беспилотные корабли, заряженные большим количеством пороха, который сталкивается с вражескими судами и взрывается) сверху, чтобы убить их морских драконов, их флот окажется на мели.

— Хм... это может сработать, — одобрительно хмыкнул Кацунага. Величайший мононофу Архипелага Девятиглавого Дракона был удовлетворен, остальные были уверены в победе.

Король Шан встал и сказал им: — Местность на нашей стороне! Теперь давайте преподадим им урок за то, что они недооценили нас!

— Да!!!

Вожди островов встали, скрестив руки перед собой.

Они ушли каждый по отдельности готовиться к войне, оставив в комнате только короля Шана и Кацунагу.

Теперь, когда они остались одни, Кацунага вздохнул.

— Я не говорил этого при других, но не является ли это нехарактерной спешкой для вас?

— ...Я уверен в победе Архипелага Девятиглавого Дракона.

— Ну, я знаю вас уже давно. Я хорошо знаю, что с вами трудно сражаться, и вы надежный союзник. —  Кацунага положил руку ему на плечо, затем покрутил рукой. — Я также знаю, что вы не участвуете в битвах, которые не можете выиграть. У вас всегда есть какой-то другой план.

— А сейчас?

— Ха-ха-ха, я знал, что вы мне не скажете.  Я воин, а не дипломат. Я могу только верить в вас, мой король, и сражаться изо всех сил.

— ...Я буду рассчитывать на силу мононофу острова Яэдзу.

— И вы его получите, — сказал Кацунага и ушел.

Теперь, когда царь Шан остался один, пришел слуга, чтобы передать послание.

— Владыка Шан. Пришло сообщение, что на острове Икацуру все готово.

— Да. Тогда очень хорошо.

— Разве вы не должны были рассказать другим вождям островов?

Король Шан ухмыльнулся. — Говорят, чтобы обмануть врагов, нужно сначала обмануть друзей. Окончательная победа будет принадлежать нам.

— Да, сир... и что вы прикажете нам делать с леди Шабон?

Вопрос слуги стер улыбку с лица короля Шана, и он, отвернувшись от мужчины, ответил: — Отпустите ее. Она уже взрослая. Она сама отвечает за свои решения.

— ...Да, сир!

Момент противостояния приближался с каждым часом.

***

Погода была прекрасной, а волны спокойными, когда тридцать фридонских военных кораблей плыли по морю. Солнечный свет, отражаясь от воды на стальных кораблях, придавал им тусклый блеск. Из всего флота один корабль был заметно больше остальных. Альберт II, похожий на корабль, использовавшийся против Города Красного Дракона, должен был служить флагманом, на котором мы с Эксель будем сражаться.

Надин перенесла нас обратно в Королевство. Высадив трёх детей в Лагун-Сити, мы переоделись в форму и встретились с кораблями. Эксель, Кастор и морпехи приветствовали нас, когда Надин опустила гондолу на палубу Альберта II.

Сложив веер, Эксель улыбнулась и сказала: — Добро пожаловать на флот, Ваше Величество.

— Да. Это очень красивое зрелище - видеть столько кораблей, — ответил я, оглядываясь вокруг. Видеть столько кораблей, плывущих рядом с Альбертом II, было приятно моей королевской душе. В группу входил даже островной авианосец Хирю.

Я повернулся к капитану Хирю, Кастору, и спросил: — Я думал, что назначил тебя главным на Хирю? Можно ли тебе находиться здесь?

Кастор выпрямился и ответил: — Мой старпом сейчас занимается Хирю. Я здесь, чтобы увидеть вас.

— О. Хирю будет звездой этой битвы. Мне не терпится увидеть твою работу.

— Да, сэр. Я сделаю все возможное, чтобы оправдать ваши ожидания, Ваше Величество. —  С этими словами Кастор отдал честь и вернулся на Хирю.

Это выглядело немного скованно, но формальности были важны. Повернувшись к Эксель, я спросил: — Вы объяснили морским пехотинцам причины этого назначения?

— Я вручила письменные команды каждому капитану. Им строго приказано открыть их, когда вы дадите команду вступить в бой, сир. Пехотинцы узнают от них подробности, я уверена, — сказала Эксель и отвесила мне элегантный поклон. — Однако, прежде чем мы вступим в бой, я бы хотела, чтобы вы произнесли речь. Это поможет подтвердить наши цели и поднять боевой дух.

— ...Понял.

«Речь...?» подумал я. Я уже столько раз выступал, но все еще не могу привыкнуть к этому. Краем глаза я заметил, что Шабон и Кишун, которых мы привели с собой, уставились на что-то с широко раскрытыми глазами.

— Что это, Кишун? Этот корабль, размером с остров...

— ...я не знаю. Но сэр Сома, похоже, абсолютно уверен в своем флоте. Если этот похожий на остров корабль - не плод простой игры и прихоти, то какую тайную силу он таит в себе...?

— Мне кажется удивительным, что оно движется без морских драконов, которые его тянут. Как...?

Они были явно удивлены «Хирю»  Не имея никакого представления о том, что такое авианосец, они не могли я понять, почему он имеет такую форму. Это должно было до смерти напугать флот Короля Девятиглавого Дракона.

Затем они указали на другой корабль.

— Этот корабль тоже большой. Хотя не похоже, чтобы он был вооружен.

— Может быть, транспортный корабль? Похоже, он может перевозить десятки тысяч людей.

Они указывали на корабль, похожий на огромный танкер. Как и предполагал Кишун, это был недавно построенный транспортный корабль. Его назвали «Король Сома».

Ага... его назвали в мою честь. Я говорил раньше: «Я не хочу, чтобы мое имя было на военном корабле. Если вам нужно назвать корабль в честь меня, пусть это будет транспортное судно.» И вот инженеры сделали именно это - нанесли мое имя на новую модель транспортного корабля. Отныне транспортные корабли этой модели будут называться транспортными кораблями класса «Сома».  Серьезно? Ну, теперь уже ничего не исправить... кстати, «Король Сома» использовал Марк V, и мог плавать без морских драконов. Транспортное судно имело большую ценность даже в мирное время, поэтому мы определили приоритетность финансирования и оборудования для проекта.

Пока я думал об этом, на палубу подняли жемчужину для голосовой трансляции. Эксель высоко подняла руки и начала собирать большое количество воды из моря, чтобы создать массивный шар над Альбертом II.

— Это немного отличается от использования пресной воды, но... сойдет.

Это был тот же шар из воды, который она демонстрировала в Алтомуре во время войны с княжеством. Закончив его создавать, Эксель, обильно вспотевшая, сказала: — Продолжайте, сир. Это отнимает у меня много сил, поэтому, пожалуйста, будьте кратки.

— Понятно.

Я встал перед драгоценным камнем, взмахнул плащом и поднял кулак в воздух.

— Это объявление для солдат Национальных военно-морских сил обороны. Сейчас мы отправимся к архипелагу Девятиглавого Дракона.

Мой голос исходил из шара воды вверху так, что его мог слышать весь флот.

— У нас есть только одна миссия - обеспечить стабильность на морях. Это потому, что безопасные воды необходимы для того, чтобы люди, живущие на побережье, могли ловить рыбу, а также для стабильной торговли с другими странами. Это должно быть сделано для защиты развития страны и средств к существованию людей. Для этого есть две цели, которые мы должны решить.

Подняв руку, я сделал жест указательным пальцем вверх.

— Первая цель- это флот архипелага Девятиглавого Дракона. Мы подчиним себе этот флот, который пособничал и пособничает незаконному рыболовству в водах нашей страны, и обеспечим безопасность торговых судов нашей страны, — сказал я, прежде чем поднять второй палец. — Вторая цель - Оямидзути, который, как говорят, бесчинствует на архипелаге. До сих пор это существо было исключительно их проблемой, но у нас нет гарантии, что оно не появится и в наших водах.

Сжав пальцы в кулак, я протянул его вперед.

— Я поделился с вами информацией об этом Оямидзути. Это существо гораздо массивнее любого носорога или дракона. Я бы хотел назвать его не «монстром». .. а «кайдзю».  Если бы такой кайдзю напал на наше королевство, неизвестно, какой ущерб он мог бы причинить. На самом деле, в архипелаге Девятиглавого Дракона есть даже острова, население которых было полностью уничтожено этим существом.

Когда мои слова дошли до них, среди морских пехотинцев раздался ропот. Хотя они получили информацию об Оямидзути, это сообщение о реальном ущербе, который он может причинить, должно быть, заставило их напрячься. Я продолжал говорить.

— Оямидзути опаснее, чем флот архипелага. В некотором смысле, мы должны отдать предпочтение истреблению зверя, а не победе над ними. Выслушайте меня! Цель этой экспедиции - не вторжение в Архипелаг Девятиглавого Дракона! Наша миссия - устранить угрозу Оямидзути, заставить незаконные рыболовные суда покинуть воды королевства и принести стабильность в море! Кто может назвать наши действия несправедливыми?! Я призываю всех вас одолжить мне свою силу и служить нашей стране!

Когда я поднял кулак в воздух, морпехи на каждом корабле подняли боевой клич. Я подал сигнал Эксель, и она развеяла шар воды. Мое изображение в нем исчезло, а свет, пробивающийся сквозь туман, образовал радугу.

— Я думаю, это была хорошая речь, Ваше Величество, — сказала Джуна, подойдя ко мне. Я лишь молча покачала головой.

— ...Сколько бы я ни выступал, я никогда не смогу привыкнуть к этому.

— Хи-хи, это совсем не так.

Пока мы разговаривали и улыбались, подошли Шабон и Кишун.

— Гм... господин Сома...

— В чем дело, госпожа Шабон? — спросил я.

Шабон посмотрел на меня глазами, полными решимости.

— Правда ли то, что вы сейчас сказали, что «вторжение на архипелаг Девятиглавого Дракона» не является вашей целью?

Она порвала связи с Королем Девятиглавым Драконом и стала работать со мной, чтобы уничтожить Оямидзути. Уничтожение Оямидзути соответствовало ее надеждам, но она, должно быть, не знала, что делать с моим отказом вторгнуться на острова. Нашими целями были Оямидзути и флот под командованием Короля Девятиглавого Дракона, и мы не приложили бы руку к жителям архипелага, а именно на это она и рассчитывала. Хотя, должно быть, ей было не по себе, когда она задавалась вопросом, возможно ли такое на самом деле.

С серьезным выражением лица я сказал ей:

— В моих словах не было лжи. Мне бы хотелось, чтобы вы в это поверили.

— ...Поняла, — сказал Шабон и тихо удалилась.

Ну, на этом моя подготовка была завершена. Теперь... это просто вопрос времени.

Я смотрел на море впереди нас.

***

Если бы вы спросили будущих историков, какое морское сражение произвело на них наибольшее впечатление, они бы гарантированно назвали битву за острова Матери и Дитя, которую вел король Сома и король Шан. Это сражение, которое носило множество других названий и было не совсем обычным.

-Один день 2-го месяца 1549-го года по континентальному календарю.

Флот Королевства Фридония под командованием Сомы А. Элфридена столкнулся с флотом Союза архипелагов Девятиглавого Дракона у побережья островов-близнецов в районе моря, усеянном островками.

Это сражение было необычным с самого начала. В крупном морском сражении нормально пытаться выбить противника на выгодную территорию. Однако, флот под командованием Сомы замедлил ход прямо перед входом в район, где ожидалось сражение. Согласно здравому смыслу военно-морской тактики, это было немыслимо. Медленное движение увеличивало риск того, что вражеские разведчики обнаружат флот и дадут им время на подготовку. Несмотря на это, по какой-то причине морской эксперт Эксель приняла указание Сомы замедлиться, что заставило морских пехотинцев, участвовавших в операции, чувствовать себя очень неспокойно.

В этот момент в капитанской комнате на борту "Альберта II" собрались пять человек: Сома, Айша, Джуна, Надин и Эксель, наслаждаясь чаем. Шабон и Кишун удалились из комнаты, не выдержав неуместного ощущения расслабленности.

— Хи-хи, госпожа Шабон, сэр Кишун и все морпехи на взводе, — сказала Эксель между изящными глотками чая. — Ну,  мы идем на такой медленной скорости прямо перед входом в зону, где мы ожидаем встретить врага. Я бы больше удивилась, если бы они шли как обычно.

Сома отставил свою чашку и кивнул. — Я не виню их. Всё сведется к одному гамбиту. Время будет очень важным. Мы не можем позволить себе прибыть раньше, чем планировали. Ведь никаких сообщений ещё не было?

— Совсем нет, — ответила Эксель.

— Даже такой человек, как я, знающий план, не может не чувствовать себя на грани, — вздохнула Айша, прислушавшись к нашим словам. — Как бы это сказать? Я как будто не знаю, из-за чего напрягаться...

— Это не просто вопрос победы над врагом, — сказала Надин, соглашаясь с ней.

Джуна криво улыбнулась и попыталась успокоить их. — Мы действительно ничего не можем с этим поделать. Хотя это будет сложнее, чем победить, мы можем рассчитывать на соразмерные результаты. Мы должны справиться с этим, несмотря ни на что.

— Джуна права. Я знаю, что это похоже на хождение по канату, но мы должны выдержать это, чтобы достичь наилучшего результата, — сказал Сома, и все кивнули.

Затем, когда флот вошел в освещенную островами зону между островом Чайлд и островом Девятиглавого Дракона, впереди наконец-то показался флот архипелага. Именно здесь Сома снова совершил нечто невероятное: Флот Королевства полностью остановился, находясь в зоне видимости вражеского флота.

Когда линкор "Альберт II" немного опередил остальных, они создали гигантский шар из воды и спроецировали на него изображение Сомы.

— Это сообщение для флота Союза архипелагов Девятиглавого Дракона.

Невероятно, но даже за несколько мгновений до начала битвы он использовал трансляцию вещательной сети, чтобы обратиться к врагу. Гигантское изображение Сомы обратилось к противостоящим военно-морским силам.

— Я - король Сома А. Элфриден из Объединенного Королевства Элфридена и Амидонии. Здесь и сейчас я предъявляю свой ультиматум королю Союза, а также вашему флоту. Вы должны были получить сообщение, предписывающее вам связаться со мной таким же образом. Покажись, сэр Шана, король Союза архипелагов!

Обычно никто не стал бы играть с этим... И всё же на другой стороне появился корабль, который был больше остальных, прямо над ним возник шар воды, и в нем появилось изображение огромного тритона. Дочь короля Союза, Шабон, с палубы "Альберта II" уставилась на изображение с широко раскрытыми глазами.

— Не может быть?!

Это была проекция самого короля Шана. Кстати, хотя водяной шар Королевства был поддержан только магической силой Эксель, в Союзе архипелагов для того, чтобы совершить такой же подвиг, потребовалось более десяти магов воды, работающих вместе.

Когда она увидела своего отца, спроецированного на этот водяной шар, Шабон прикрыла рот рукой, не в силах осознать увиденное.

— Я думала, что для Сомы было абсурдно пытаться связаться с вражеским флотом в этот момент, но отец действительно ответил... Что вообще здесь происходит?..

— ...Я не понимаю. Зачем им обоим это делать? — пробормотал стоявший рядом с ней Кишун.

Большинство моряков обоих флотов, вероятно, чувствовали то же самое. Но два короля продолжали свой разговор, не обращая внимания ни на кого другого.

— О, король Шана. В своем положении короля я неоднократно предупреждал вас о необходимости прекратить незаконный лов рыбы в водах вблизи королевства. Несмотря на это, вы отказались прислушаться к моим словам и даже послали вооруженные корабли на помощь преступникам. Дошло до того, что больше терпеть это невозможно. Во имя мира для моего народа и на море, я пришел, чтобы уничтожить вас и ваш флот. Если вы не желаете такого исхода, я призываю вас быстро сдаться!.

Сома начал требовать, чтобы его противник сдался. Это, должно быть, шокировало моряков с обеих сторон.

Шана не колебался ни секунды, прежде чем ответить. — Мой народ оказался в ситуации, когда ему приходится пересекать опасные моря, чтобы ловить рыбу в дальних водах. Вы, люди, арестовываете их и не пытаетесь понять их бедственное положение. Мы просто послали военные корабли, чтобы защитить свой собственный народ. Мы не сделали ничего, чтобы оправдать подобное вторжение!.

Когда Шана закончил, Сома возразил. — У меня нет намерения вторгаться! Если вы говорите, что не остановите незаконный промысел, тогда мы будем сражаться, пока я не стану править волнами. Именно для этого мы и пришли.

— Я не буду доверять этим словам от того, кто пришел с флотом!

— Я больше не ищу твоего доверия!

Матросы сглотнули, наблюдая за их спором.

Сома продолжил. — Нам хорошо известно состояние вашей страны и ущерб, нанесенный великим морским существом Ооямизучи.

— Если вы вторглись к нам, зная это, то Королевство Фридония ничем не лучше грабителя, который нападает, когда дом его цели горит!

— У меня нет намерения делать что-либо подобное! Если Ооямизучи беспокоит вас, то у вас есть ещё больше причин подчиниться мне! Флот королевства уничтожит это существо вместо тебя!

— Не пытайтесь обмануть меня сладкими речами! Если я дам вам морской путь, вы захватите остров! Как, по-вашему, я могу поверить, что если я пропущу ваш флот, вы не двинетесь на захват одного из наших островов? Мы можем уничтожить Ооямизучи без вашей помощи!

После этого они ещё некоторое время спорили. Шабон схватилась за голову, наблюдая за происходящим.

— Морская война слов? Я уже даже не уверена в том,что вижу. О чем только думают сэр Сома и мой отец?!

— Вот в чем вопрос. Почему, это почти как... Хм?

— В чем дело, Кишун? — спросила Шабон, наклонив голову.

Кишун погладил подбородок, обдумывая свой ответ. — Я подумал, что они как будто тянут время...

— Тянут время? Кто и почему?

— Оба, на самом деле. Хотя я пока не могу сказать, почему....

Пока Шабон и Кишун говорили об этом, Сома и король Девятиглавого Дракона продолжали свою словесную войну. Однако, похоже, она подходила к концу.

Сома покачал головой. — Это ни к чему не приведет. Похоже, у нас нет другого выбора, кроме как решить этот спор в бою.

— Я вижу странный корабль, похожий на остров, но вам лучше не думать, что флот, который только внешне выглядит внушительно, сможет победить флот людей, всю жизнь живущих возле моря.

— ...Вы сами увидите, является ли этот флот "бесполезным".

Их проекции исчезли, а оба флота приготовились к битве. Шана сделал первый ход.

— Выпустите половину огненных кораблей навстречу флоту Королевства, — приказал король Девятиглавого Дракона.

Его подчиненные поставили под сомнение приказ.

— Уже?! Мы всё ещё далеко от флота Королевства...

— Действительно. Не лучше ли подождать, пока они подойдут поближе?

Король покачал головой. — Я знаю, что только что сказал, что это всё лишь пародия на флот, но тот островной корабль в центре их флота меня беспокоит. Я хочу послать против них беспилотные огневые корабли, чтобы узнать, на что способно это оружие.

— Понятно.

Поэтому большое количество кораблей, нагруженных взрывчаткой, отчалило от основного флота. Течения и ветер в парусах огненных кораблей понесут их в сторону Королевства. Кастор, наблюдавший за их приближением с мостика островного корабля "Хирю", поправил свою капитанскую фуражку и напрягся. Если всё пойдет так, как сказано в письменном приказе, то это, скорее всего...

Получив разрешение у главнокомандующей Эксель, Кастор немедленно отдал приказ. — Это, вероятно, корабли с взрывчаткой. Отдайте приказ о высадке кавалерийской группы виверн! Я хочу, чтобы они разбомбили их все до единого!

— Да, сэр! Кавалерийская группа "Виверн", все рыцари, взлетаем! Повторяю, все рыцари, взлетаем! —  крикнул старпом через речевую трубку. Приказ дошел до кавалерийской группы виверн, которые с нетерпением ждали его прибытия.

— Ладно, народ, поехали!

Единственный рыцарь-дракон в группе, Халберт, забрался на спину дракона Руби и приказал кавалерии виверн следовать за ним. Увидев, как виверны одна за другой взлетают с носителя островного типа, офицеры флота Союза архипелагов начали кричать.

— Виверны в море?!

— Абсурд! Виверны ненавидят море!

— Но они явно используют кавалерию виверн!

Когда хаос охватил островной флот, Халберт и его кавалерия виверн спустились на огненные корабли и сбросили бочки со взрывчаткой, сохраняя при этом достаточное расстояние, чтобы не попасть под результирующий взрыв.

Буууууууууум! Взрывные бочки привели в действие пожарные корабли, вызвав мощный взрыв в море. Поскольку они дрейфовали в одной линии, пламя создало огненную стену, разделяющую два флота.

Сома смотрел прямо перед собой с суровым выражением лица.

— Ух ты, это был адский взрыв.—  взволнованно сказал Халберту один из молодых воинов на виверне. — Но ведь флот архипелага Девятиглавого Дракона должен быть сейчас напуган до одури, верно? Не могли бы мы сами справиться с этим флотом?

— ...Не стоит недооценивать врага, — сказал Халберт молодому бойцу с невозмутимым выражением лица. — Они знают эти воды как свои пять пальцев. Здесь много островов и много мест, где можно спрятаться. Если мы бросимся туда безрассудно, Хирю может попасть в засаду. Мы должны оставаться осторожными.

— Д-да, сэр! Простите!

Халберт улыбнулся извиняющемуся всаднику на виверне. — Не волнуйся, раз уж ты это понял. Ладно, мы возвращаемся ближе к Хирю!

— Да, сэр!

С этим Халберт и кавалерийская группа виверн вернулись в Хирю. По дороге Руби хихикала голосом, который мог слышать только Халберт.

— ...В чем дело, Руби?

— Хи-хи, ты научился всему, что только что сказал, у Каэдэ.

— Эй, ты не должна была этого говорить.

Однако, это было правдой. Слова, которые только что произнес Халберт, изначально были сказаны ему Каэдэ, которая была в декретном отпуске.

Халберт неловко почесал щеку. — Э-э... Никому не говори, ладно?

— Эх. Ну, жена должна делать так, чтобы её муж выглядел хорошо.

Видя, как Руби развлекается с ним, Халберт вспомнил, что он не сравнится ни с одной из своих жен.

К тому времени, когда Халберт и его люди вернулись на "Хирю", флот архипелага Девятиглавого Дракона был в полном беспорядке.

— Это просто смешно! Как Королевство может использовать виверн?!

— Это невозможно! Я никогда раньше не слышал о воздушной бомбардировке в море!.

— Ну, это не может быть невозможным! Они только что сожгли наши огненные корабли дотла!

— Это плохо! Если они нападут на нас, у нас не будет возможности отбиться!

Впервые увидев мощь авианосца, моряки с архипелага Девятиглавого Дракона, независимо от их звания, теряли голову. Командиры не знали, какие команды отдавать, а матросы бегали вокруг, не в силах дождаться приказа.

— Может, нам стоит отступить?

— Нет, если что, мы должны броситься туда и превратить всё в хаотичный бой. Тогда они не смогут нас бомбить.

— Мы также должны вывести все скрытые корабли.

— Но приказов до сих пор нет!

— Черт побери! Почему начальство так долго?!

Пока всё превращалось в хаос без установленных приказов, корабль короля Шаны был завален сообщениями от командиров каждого из его флотов. Однако, Шана фактически игнорировал их, говоря. — Вы не должны выходить, пока не рассеется стена огня.

Что касается того, что делал в это время сам Шана, то он смотрел на один крошечный остров.

— Ваше Величество...

— Выдержать.

Один из его обеспокоенных подчиненных попытался заговорить с ним, но Шана заставил его замолчать суровым взглядом.

— Мы должны выстоять. Пока приливы и отливы не изменятся.

— ...Да, сэр.

Другой мужчина опустил глаза, а Шана продолжил нетерпеливо смотреть в одну точку.

Тем временем во флоте Королевства Сома тоже чувствовал раздражение. Он сидел в своем кресле, постукивая пальцами по подлокотнику.

— ...Эксель.

— Ещё нет, — ответила она, прежде чем он успел задать вопрос. — Сейчас время терпения, сир.

— Я знаю, но... это кажется немного безрассудным.

— ...Я знаю, — сказала Эксель, с беспокойством глядя на падение огня. — Как только пламя догорит, нам придется решиться на это.

— Другого выбора не будет, тогда...— Сома запнулся.

Джуна, стоявшая рядом с Сомой, положила свою руку поверх его. — Давайте верить, сир. В дар, который вы открыли.

От её улыбки на сердце у Сомы стало немного легче. Заметив это, Эксель прикрыла рот веером и улыбнулась. Наверное, она думала, что мужчины так просты. Она была права.

Вскоре после этого огненная стена исчезла. Теперь оба флота, Королевства и Союза, приготовились сделать следующий ход.

Тогда случилось это.

— Докладываю! С соседнего острова поднимается дымовой сигнал! — Голос молодого морского пехотинца, наблюдавшего за окрестностями, доносился до мостика через речевую трубку.

Сома сразу же встал и воспользовался трубкой, чтобы перепроверить морпеха. — Ты можешь расшифровать это?!

— Да, сэр. Это международный сигнал бедствия.

— Хорошо. Эксель!

— Я знаю, — сказала она, вставая.

Примерно в то же время во флоте Союза архипелага Шана увидел дым и тоже поднялся. Затем, в унисон, они произнесли одни и те же слова.

— Отправьте это сообщение всем кораблям! Остановить все корабли!'Я повторяю! Остановите все корабли.

В обоих флотах, которые были на грани столкновения, произошло некоторое замешательство, так как их командиры отдали им приказ остановиться, и они остановились. Затем, спустя некоторое время, над каждым флагманом появились шары воды, на которые были спроецированы Сома и Шана.

— Ты видел дымовой сигнал, король Фридонии? — спросил король Шана.

— Да. Это сигнал бедствия, верно? — ответил Сома. — Знаешь ли ты причину этого сигнала, король Девятиглавого Дракона?

— Да. Когда какой-либо остров в архипелаге Девятиглавого Дракона подвергается нападению Ооямизучи, мы используем дымовые сигналы, чтобы предупредить другие острова об опасности. А это значит...

— Сейчас остров атакует Ооямизучи.

Видя, как два короля, которые за мгновение до этого были на волоске от нападения друг на друга, вдруг начали обмениваться информацией об Ооямизучи, солдаты обоих флотов были потрясены. Затем изображение Сомы посмотрело прямо на изображение Шаны, указывая на остров.

— Хорошо, Король Девятиглавого Дракона. Вон там поднимается сигнал бедствия. Что ты собираешься делать? — сказал Сома, глядя на солдат с обеих сторон. — Флаги, дымовые сигналы, специальные пушечные ядра... Любой корабль, увидевший сигнал бедствия, обязан оказать помощь, независимо от того, из какой страны другой корабль, и независимо от того, в каком положении он сам находится... Так ли это? Даже если их страны находятся в состоянии войны.

— Конечно. Это морской закон, который связывает всех нас, — ответил Шана, скрестив свои мускулистые руки.

Это было железное правило, согласно которому моряки должны были помогать друг другу, когда в море происходили непредвиденные события. Гарантия оказания помощи другим во время кризиса также гарантировала, что они помогут и вам в чрезвычайной ситуации. Людей, которые игнорировали сигнал бедствия, отворачивали от портов в любой стране.

Шана заговорил. — Однако, закон гласит, что вы можете игнорировать сигнал бедствия от того, с кем вступили в военные действия.

— Хм. Я, конечно, могу интерпретировать это как сигнал, посланный вами, — сказал Сома, пожав плечами. — Кстати, мы вступили в военные действия?

— ...Нет, я не думаю, что это так. Наши корабли просто случайно дрейфовали, — ответил Шана, также пожав плечами. Сома кивнул.

— Звучит примерно так. И мы просто сожгли несколько дрейфующих кораблей, которые блокировали наш курс.

— Тогда я не думаю, что вы можете сказать, что мы вступили в военные действия.

— В таком случае, думаю, я не могу игнорировать сигнал бедствия. Это морской закон.

— ...Примите мою благодарность. Король Фридонии.

В этот момент солдаты обоих флотов начали понимать, что происходит. Враг, с которым они должны были сражаться, не был флотом перед ними. Кроме того, солдаты архипелага Девятиглавого Дракона твердо знали одно: эти два короля играли с ними.

Однако, это осознание не вызвало никакого недовольства. Ведь целью царей было объединиться и уничтожить Ооямизучи, чего они сами давно хотели. И вот, Сома и Шана заговорили.

— В соответствии с морским законом, мы будем сотрудничать с флотом архипелага Девятиглавого Дракона....

— В соответствии с морским правом, мы будем сотрудничать с флотом Королевства Фридония....

— ...и убъем Ооямизучи!

Когда они сказали это в унисон, оба флота разразились одобрительными возгласами.

В последующие годы это морское сражение стало известно под многими названиями, но самым распространенным из них было "Битва Фарса". Кстати, историки региона Элфриден даже не причисляют это сражение к войнам, в которых участвовал Сома.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Пока флот Королевства и флот Союза Архипелага пялились друг на друга через стену пламени, далеко в своём кабинете в Валуа, столице Империи Гран-Кэйос, императрица Мария стояла у окна и смотрела на улицу.

Жанна, младшая сестра-генерал, обратилась к ней: — Сестра. Пришло время для флотов Королевства и Союза Архипелагов столкнуться друг с другом?

— Хи-хи, да, это так. Я уверена, что все будут очень удивлены результатом.

Услышав её ответ, Жанна сжала виски и вздохнула: — Меня это тоже удивило во время прошлой встречи. Я никогда не думала, что когда-нибудь услышу, как ты поддерживаешь короля Сому в решении послать флот к архипелагу Девятиглавого Дракона. Мысль о том, что ты поддерживаешь чьё-то вторжение, была непостижимой.

— О, я не помню, чтобы сэр Сома или я когда-либо упоминали о «вторжении» или чём-то подобном, знаешь ли? — Мария озорно хихикнула, немного рассердив Жанну.

— Это, конечно, верно, но... он сказал, что если он не ударит в корень проблемы незаконного рыболовства, то будет просто играть в «прибей крота»¹. Судя по тому, как он говорил, разве не естественно предположить, что под «корнем проблемы» он подразумевал флот Союза Архипелага?

— Мы получили информацию, что Архипелаг Девятиглавого Дракона был потревожен нападениями массивного морского существа... Кажется, они называют его «Ооямизучи». Поскольку оно мешает рыбакам островов ловить рыбу или даже выходить на своих лодках в близлежащие воды, заставляя их отправляться в регионы, где им не рады, я думаю, что ты, возможно, права.

— Ты хочешь сказать, что король Сома с самого начала преследовал Ооямизучи?

— Да, также, как и Король Девятиглавого Дракона Шана, — Мария положила руку в шёлковой перчатке на подоконник. — Поэтому он и обратился к нам за помощью в установлении мира. Чтобы объединить флоты вождей независимых островов, должна была существовать внешняя угроза. Он считал, что если они не станут объединятся перед лицом Ооямизучи, им придётся это сделать, если они почувствуют неизбежное вторжение флота Королевства. Наши призывы к миру, должно быть, помогли вызвать чувство срочности, что и привело к их совместной работе.

— ...И ты сотрудничала, потому что поняла всё это, сестра.

Жанна издала вздох, который был наполовину восхищённым, наполовину возмущённым, а Мария счастливо улыбнулась.

— О, я не видела всей картины. Тут мы должны положиться на веру в искренность нашего союзника.

— Я думаю, что большая часть того, что делает тебя такой невероятной, – это твоя способность находить людей, которым стоит доверять, и так искренне верить в них.

— Ну и ну, ты сегодня, конечно, меня нахваливаешь, — поддразнила Мария, и Жанна покраснела.

— Н-не совсем. Я всегда относилась к тебе с большим уважением. Просто у тебя есть склонность халтурить, и тогда мне приходится ворчать...

— Хи-хи, прости за это, — внезапно улыбка Марии исчезла. — Однако настоящая беда ещё впереди. Ооямизучи представляет собой такую угрозу, что господин Сома и господин Шана сочли необходимым направить против него мощь двух государств.

— Ах...! Ты права. Это угроза и для нас. Было бы лучше, если бы мы тоже могли помочь.

— Боюсь, это был не вариант. Если бы мы мобилизовали наши силы, вожди островов, оказавшиеся между нами, стали бы излишне осторожными. Если бы мы не смогли скоординировать наши действия, когда пришло бы время сражаться вместе, это лишило бы все действия смысла.

— Тогда у нас нет другого выбора, кроме как оставить это на сэра Сому и его людей, я полагаю, — сказала Жанна с досадой, и Мария улыбнулась.

— Давай будем верить в победу наших союзников.

¹ п.р.: англ. whack-a-mole; аркадная игра, где надо успевать долбить игрушечным молотком кротов, вылезающих из импровизированных нор в случайном порядке, или как-то так. Думаю, аналогия понятна.

***

Примерно в то время, когда флоты Королевства и Союза Архипелага объединились и начали действовать под руководством Шаны, Шабон и Кишун пришли навестить нас на мостике.

— Господин Сома... — сказала Шабон, на её лице появилось страдальческое выражение.

Увидев выражение её лица, я сказал Эксель: — Мы уходим на некоторое время. Присмотри тут за всем пока что.

— Поняла, сир.

Оставив Эксель за старшую, я вместе со всеми направился в капитанскую каюту. Мы с Джуной сели на диван в приёмной, Шабон и Кишун расположились напротив нас, а Айша и Надин стояли по обе стороны двери и следили, чтобы никто не подслушивал.

Как только мы сели, Шабон заговорила первой: — Вы уже связывались с моим отцом, не так ли, господин Сома?

Учитывая уверенность, с которой она это сказала, можно было предположить, что она в какой-то степени уже знала, в чём дело. Когда я кивнул, она выглядела потрясенной.

— ...С каких пор?

— Задолго до того, как вы двое прибыли в моё королевство. Это было немного позже того, как мы поймали один из вооруженных кораблей Архипелага Девятиглавого Дракона, так что это произошло незадолго до церемонии моей коронации, я полагаю.

— Так давно...

Мы смогли узнать об Ооямизучи и бедственном положении Архипелага от команды корабля, захваченного Кастором. Тогда я ещё не знал о намерениях Короля Девятиглавого Дракона, но немного спустя после этого к нам пожаловал неофициальный эмиссар от Шаны.

— Я думал, что он будет требовать возвращения своего вооружённого корабля, но вместо этого его посланник доставил извинения за незаконный промысел его соотечественников и оплату наших потерь. Тогда он и донёс до нас этот план.

— ...Мой отец выплатил компенсацию за ваши потери? Правда?

— Да. Скорее всего, именно это и привело к повышению налогов, о котором вы упомянули. И Королевство использовало эти деньги для компенсации ущерба нашим рыбакам, которые пострадали. Короче говоря, сэр Шана платил Королевству за то, чтобы ваши люди продолжали незаконно ловить рыбу.

Ну, если учесть, что он платил за это, я не уверен, что это было бы справедливо продолжать называть «незаконным». Как только мы начали получать деньги, патрульные корабли Королевства перешли к политике, позволяющей им ловить рыбу в течение того времени, которое казалось разумным, прежде чем отогнать иностранные суда – хотя в этом участвовало только начальство.

Шабон уставилась на меня с широко раскрытыми глазами в недоумении.

— Почему отец делает всё таким обходным путем?

— Я уверен, что это было последнее средство сэра Шана. Рыбаки архипелага придают особое значение выходу в море на промысел, поэтому для них было бы унизительно просить другую страну позволить им это сделать, верно? Это заставило бы их упавшее настроение, вызванное продолжающейся проблемой Ооямизучи, опуститься ещё ниже. Кроме того, если он собирался просить нашей помощи в уничтожении кайдзю, ему нужно было убедиться, что рыбаки внутри королевства не будут против. Так он решил вдеть нитку в иголку.

Объяснив всё это, я вздохнул и пожал плечами.

— Я думаю, вы уже поняли остальное, верно, госпожа Шабон? Чтобы объединить флоты архипелага Девятиглавого Дракона, которые не объединились бы без внешней угрозы, мы выставили Королевство в качестве фиктивного врага и взбудоражили вождей островов. Как только все корабли собрались в этом районе моря, мы подали дымовой сигнал и использовали Морской закон, который не может игнорировать ни один моряк, чтобы собрать всех вместе.

— Всё было рассчитано... Тогда почему, как ты думаешь, отец не рассказал мне об этом?

— Вероятно, он не хотел втягивать вас в это дело. Сейчас солдаты флота Союза Архипелага взволнованы тем, что их враги только что стали союзниками, но когда они успокоятся, некоторые из них почувствуют, что сэр Шана играл с ними. Чтобы успокоить этих людей, я подозреваю, что сэр Шана, скорее всего, планирует отречься от престола, как только закончится эта битва.

— Отец... — Шабон опустила глаза в печали.

Кишун наклонился ближе и сказал: — Тогда почему ты не сказал об этом леди Шабон?!

— Как будто я мог. План был разработан ещё до того, как вы оба пришли ко мне. Я должен был принять во внимание намерения сэра Шана, даже если это означало, что госпожа Шабон будет опечалена в результате.

— Но всё же... это... это просто слишком жестоко, — запротестовал Кишун.

— ...Я предупреждал тебя, понимаешь? Я сказал, что ты гарантированно пожалеешь об этом, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Я знал, потому что это было сожаление, которое мы испытали сами.

— Которое вы испытали, господин Сома?

— Да. Я не могу вдаваться в подробности, но я знаю, что сейчас чувствует госпожа Шабон. Когда я думаю о невероятной жертве одного человека... даже если всё это было ради нашего блага, я не могу не сожалеть об этом. Я все ещё сомневаюсь в том, что не было другого пути. Хотя, я уверен, что сам человек сказал бы мне, что эти противоречивые чувства должны подстёгивать меня... Я не знаю, доброта это или презрение, — сказал я, вспоминая слёзы Лисии в тот день.

Кишун замолчал. Должно быть, он почувствовал, что я говорю только правду.

Услышав это, Шабон заговорила: — Вы знали об Ооямизучи до того, как я рассказала вам, и уже работали над контрмерами. Значит ли это, что всё, что я делала, было напрасно? — на её лице появилось жалкое выражение.

— Это неправда, — ответил я, покачав головой. — Ваши самостоятельные действия позволили мне и моим помощникам попасть в Архипелаг Девятиглавого Дракона раньше времени. Это позволило нам собрать информацию об Ооямизучи, значительно прояснить наше понимание ситуации и улучшить наши планы. Сэр Шана не смог бы этого сделать при тех ограничениях, с которыми он столкнулся. Я думаю, что ваше прямое обращение ко мне сыграет важную роль, когда будет нужно оправдать все действия, после окончания битвы. Вы определённо смогли поддержать сэра Шану.

— Я... помогла своему отцу? — Шабон моргнула, и я твёрдо кивнул ей.

— Всё это произошло из-за того, что каждый пытался добиться наилучшего результата, на который был способен. А теперь...    — Мы просто должны сразить Ооямизучи и сделать так, чтобы этот наилучший исход стал реальностью, — заключила Шабон, в её глаза вернулась сила.

То, как она смогла принять ситуацию и жить дальше, говорило о ней как о принцессе нации. «Решимость Шаны, печаль Шабон, и все жертвы этого существа...» Мы должны уничтожить Ооямизучи, чтобы убедиться, что всё это было не напрасно.

Мы приготовились к тому, что должно было произойти.

***

Немного раньше, примерно в то время, когда флоты Королевства и Союза Архипелага вошли в зону видимости друг друга, на соседнем острове Икацуру группа мужчин в хаппи-плащах и набедренных повязках была занята работой. Они были одеты как рыбаки, но на самом деле являлись солдатами с острова Девятиглавого Дракона. С воздуха Икацуру выглядел как полумесяц, а на внутренней стороне полумесяца находился вход. В этом заливе мужчины выгружали груз с корабля, грузили его на телегу и везли вглубь острова.

— Проклятье, здесь воняет, — ворчал человек, толкавший тележку.

Как он и говорил, обычно необитаемый остров Икацуру в настоящее время имел причудливый запах.

Зверочеловек с волчьим лицом рядом с ним оскалился: — Тебе это даётся легко. Это очень тяжело для тех из нас, у кого чувствительные носы.

— Да ладно, для нас это тоже очень плохо. Я никогда не выведу этот запах из одежды.

— Жена устроит мне ад, когда я вернусь...

— Эй, меньше болтовни – больше работы, — предупреждал их русаловидный мононофу-надсмотрщик. Но они оба жаловались.

— Вонь рыбы и крови сводит нас с ума!

— Это удручающее зрелище, понимаете?

Они вдвоём смотрели на маленькую гору, от которой исходил неприятный запах: гора рыбы. Это было больше, чем можно было поймать в водах Архипелага Девятиглавого Дракона в это время, а значит, её должны были привезти из другой страны. Рыбу окружала лужа крови свежевыпотрошенных тушек, и всё это проникало в окружающую их нечестивую вонь.

— Это такое расточительство... эта рыба могла бы накормить так много людей.

— Ты должен знать, для чего нужна эта операция, — укорил человека мононофу. — Если мы её съедим, ничего не изменится. Однако, если используем её сейчас, мы можем решить проблему и изменить нашу судьбу. После этого мы будем ловить гораздо больше рыбы в долгосрочной перспективе.

— ...Это правда. Если мы сможем решить проблему, то есть.

Пока они беседовали, на сторожевой башне, расположенной на возвышенности, начали бить в деревянный колокол тревоги.

— Туман рассеялся!

— Туман рассеялся!

— Туман рассеялся!

Трое мужчин кричали один за другим, как будто играли в телефонную игру.

— ...Наконец-то оно здесь, а?

Мононофу посмотрел в сторону моря.

— Немедленно поднимите дымовой сигнал! Передайте сообщение с острова на остров для лорда Шаны! Всем остальным – немедленно отступить! Мы бросим корабль в бухте и спасёмся в лодках на противоположной стороне острова! — немендленно приказал он. Пока люди торопливо бежали, мононофу вглядывался в туман и сказал: — Продолжай подходить. Здесь ты встретишь свой конец.

***

Это была самая сложная проблема, когда дело дошло до уничтожения Ооямизучи: это было земноводное существо. Справиться с ним на суше – одно дело, но если он нырял под воду, силы людей ничего не могли с ним поделать. Магия была менее эффективна в море, а с имеющимся в этом мире порохом, даже если бы мы создали глубинные бомбы, они, вероятно, не смогли бы причинить ему вреда. В этом мире не было ни подводных лодок, ни торпед с тепловым наведением.

В связи с этим король Шана стремился выманить Ооямизучи на берег, а затем быстро уничтожить его объединенной мощью флотов Королевства и Союза Архипелага.

Если быть точным, то на острове Икацуру, который находился вдоль маршрута Ооямизучи, он заготовил тонну приманки, а затем использовал оба флота, чтобы окружить остров. Затем, когда существо оказывалось в ловушке в мелком заливе, они атаковали его до тех пор, пока оно не погибало.

— Наконец-то пришло время, — сказала Эксель с задумчивым выражением лица. Она, Джуна и я наблюдали за совместным плаванием флотов Королевства и Союза Архипелага с палубы корабля «Альберт II».

— Действительно. Время только едва подошло. Я на мгновение вспотел...

— Хи-хи, я уверена, что так и было, но мальчик, которого вы обнаружили, это действительно нечто. Господин Ичиха, так ведь? Он прекрасно предсказал действия Ооямизучи. Я с нетерпением буду ждать, чего он достигнет в будущем.

— И не говори. Если бы только он был немного более уверен в себе... Тогда он стал бы надёжным старшим братом для Сиана и Казухи.

Если бы я хотел назвать MVP² этой операции, то это был бы Ичиха. Он сумел разработать эффективный план атаки после изучения разведданных и встречи с существом, а также продумал его маршрут, что позволило нам выбрать остров Икацуру в качестве места проведения операции. Всё это стало возможным благодаря тому, что мы смогли прибыть на острова заранее, так что можно сказать, что усилия Шабон и Кишуна тоже имели определенное значение.

Пока я думал об этом, Эксель перестала улыбаться и сказала: — Но, сир, настоящая битва начнётся здесь. Мы не можем позволить себе потерпеть неудачу.

— ...Я знаю. Если это произойдёт, то всё будет напрасно. Нет никакой надежды договориться с этим врагом. Это кайдзю. Мы должны сражаться, пока либо он не умрёт, либо мы.

— Гм... Вы продолжаете называть Ооямизучи «кайдзю», верно, господин? — Джуна, которая стояла рядом со мной, спросила с беспокойным выражением лица. — Можем ли мы победить кайдзю?

— Ну... Мне кажется, что в мире, из которого я родом, или, по крайней мере, в моей стране, большинство кайдзю, которые появлялись в наших историях, были неуязвимы для человеческого оружия, — сказал я, вспоминая все фильмы про кайдзю, которые я смотрел. — Это должно быть потому, что в моей стране кайдзю обычно символизировали Бога, природу или стихийное бедствие. Типа, человечество крошечное рядом с необъятной природой. О, а некоторые символизировали грехи цивилизации, которая их создала.

Загрязнение окружающей среды, оружие массового уничтожения, генетические манипуляции... и это только некоторые из них. Я думаю, что кайдзю, появившиеся в этой стране, были проекцией чувства вины людей за эти негативные продукты цивилизации. В то время как фильмы о монстрах из других стран обычно заканчивались тем, что существо уступало силе человеческой цивилизации, кайдзю этой страны были настолько сильны, что их невозможно было победить без силы гиганта света... и они тоже были печальными. Мне кажется, что для них кайдзю были чем-то, что «не должно быть побеждено».

«Потому что они верили, что грехи цивилизации нельзя стереть, но...», Я покачал головой.

— Люди этого мира не создавали Ооямизучи. Это не их грех. Поэтому я верю, что мы сможем его преодолеть.

Когда я сказал это, Джуна с улыбкой ответила: — Да.

² п.р: Меня тут поправили, скорее всего это англ. most valuable player - самый ценный игрок; спасибо всем за комментарии.

***

Из моря на остров Икацуру выползла горная фигура. На его голове смешались черты дракона и морского дракона, а спина представляла собой массивную двустворчатую раковину, похожую на гигантского моллюска. Под ним, скользя вперёд, извивались восемь толстых щупалец, покрытых ракообразным панцирем, как у осьминога.

Ооямизучи.

Кайдзю (по крайней мере, так его называла Сома), мучившее жителей архипелага Девятиглавого Дракона. Ооямизучи, окутанное туманом, который исходил от двустворчатой раковины на его спине, полз по острову на длинных, извивающихся щупальцах. Из-за его невероятного веса каждый раз, когда одно из этих щупалец ударялось о землю, происходили толчки, похожие на землетрясение. Ооямизучи привлекло на этот остров сильное зловоние оставленной здесь приманки.

Существо продвигалось вперед, срубая на своем пути любые деревья. Дойдя примерно до центра острова, Ооямизучи заметил приманку – гору рыбы и скота, из которых вытекала кровь. В последнее время в этой местности не было крупных существ, так что вряд ли этого было достаточно, чтобы утолить аппетит Ооямизучи, но всё равно это был пир. Вытянув голову, он вгрызся в гору рыбы. Затем, используя ракообразные клешни на конце своих щупалец, оно закинуло одну из особей в рот.

Из-за особенностей своего тела ему потребовалось некоторое время, чтобы выбраться на берег, но прошло менее пяти минут, прежде чем он съел всю приманку. После того как поедание закончилось, Ооямизучи заметил, что к острову приближается некто. К нему приближалось множество «запахов, похожих на кровь».

Ооямизучи не мог знать, что это запах железа, но он инстинктивно понял, что эти твари представляют для него угрозу. С грохотом развернувшись, Ооямизучи направился в обратную сторону, но к тому времени, как кайдзю достиг мелководья, флоты Королевства и Союза Архипелага окружили остров Икацуру. Находясь в центре этого флота, капитан корабля «Хирю» Кастор не смог удержаться от вздоха восхищения, когда увидел, насколько гигантским был Ооямизучи.

— Что это за штука? Она очень массивная.

— Это действительно так. Ринозавры по сравнению с ним выглядят маленькими и милыми, — согласился его старпом³ в раздражённом тоне. — Я с содроганием думаю, что в море есть такое чудовище. Чтобы справиться с ним, потребуется немалая военно-морская мощь.

— Я понимаю, почему мой господин и Король Девятиглавого Дракона хотели работать вместе. Я сомневаюсь, что во флоте какой-либо страны есть записи о сражении с подобным существом.

— Об убийстве монстра такого размера слагают легенды, — с полной серьезностью сказал старпом, и Кастор криво усмехнулся.

— Легенды. Что ж, хорошо. Они ещё долго будут рассказывать о нашей битве.

— ...Они, конечно, будут. Я бы не хотел, чтобы проигравшими были мы.

— Естественно. Одного раза быть командиром побеждённой армии мне было достаточно. Так что... мы победим.

Кастор поправил свою капитанскую фуражку и отдал приказ.

— Это сообщение для всех кораблей! Операция по уничтожению Ооямизучи начинается сейчас!

³ п.р.: англ. XO, executive officer – буквально исполнительный офицер. ХЗ как правильно, здесь будет старший помощник.

___________________________________

Редактура и вычитка  Paltouth, великое спасибо!

Тем временем Ичиха и Томоэ стояли на пляже далёкого острова Королевства, на котором находился секретный арсенал.

— Если маршрут Ооямизучи таков, как я предсказал, Его Величество и остальные могут сражаться с ним прямо сейчас... Надеюсь, моё предсказание было верным... Пожалуйста, пусть оно будет верным.

— Боже, не смотри так хмуро, — Томоэ ущипнула Ичиху за щёку, так как он постепенно терял уверенность. — Ты главный эксперт по монстрологии, и все вместе работали над планом. Он обязательно сработает. Тебе нужно больше верить в себя и всех остальных.

— Томоэ...

— Старший брат точно победит. Держу пари, Райга расстроена, что не может наблюдать, — с усмешкой сказала Томоэ.

В отличие от Томоэ и Ичихи, которым дали отгул в Королевской Академии по просьбе Сомы, Райга была безбилетным пассажиром во время их путешествия, и её сразу же отправили обратно в Парнам, когда они все вернулись. Сейчас она, вероятно, была погребена под грудой дополнительных домашних заданий в качестве наказания за пропуск школы.

Представляя, как Райга переживает это, Ичиха почувствовал, как часть напряжения уходит из его плеч.

— Да... Ты права. Они определенно могут уничтожить Ооямизучи.

— Ага!

И вот они вдвоём молились за успех Сомы и остальных.

***

Кастор вытянул руку вперёд и приказал: — Всем приготовиться к бою! «Хирю» приступает к первой фазе операции. Наша первая задача – сдуть этот надоедливый туман. Отправьте команду кавалерии виверн с бочками взрывчатки! Их цель – Ооямизучи и окрестности!

— Принял! Всем приготовиться к бою! Отряд кавалерии виверн, отправляйтесь с бомбовым снаряжением! Ваша цель – Ооямизучи и его ближайшие окрестности! Повторяю! Ваша цель – Ооямизучи и его ближайшие окрестности! Отряд кавалерии виверн, выдвигайтесь с бомбовым снаряжением!

Халберт и остальные услышали голос старпома через разговорную трубку.

— Хорошо, мужики! Давайте сделаем это!

— Да!

Отряд кавалерии виверн под командованием Халберта и Руби взлетел, неся бочки со взрывчаткой. Они летели строем, наблюдая за двумя флотами, направляясь прямо к острову Икацуру.

Ооямизучи тоже заметил прибывающих налётчиков.

Телепатически Руби спросила Халберта: — У этой штуки морда как у дракона. Как ты думаешь, оно может дышать огнём?

— Начальство полагает «скорее всего, нет». Чтобы дышать огнём, существу нужен определённый вид туловища. Но, судя по всему, у этого существа водное тело, — объяснил Халберт, мысленно просматривая брифинг.

— Значит, у него нет атак, способных достичь неба?

— Не знаю... Форма странная, так что я не удивлюсь, если у него есть какой-то неожиданный способ напасть на нас.

В этот момент Ооямизучи почему-то начал вытягивать голову в сторону кавалерийской группы виверн.

Заметив это, Халберт почувствовал неладное и тут же приказал: — Кругом налево!

Следуя его команде, строй попытался отклониться влево, но в этот момент Ооямизучи открыл рот и издал высокочастотный вопль, отчего правая часть команды кавалерии виверн отлетела назад, как будто их сдуло. Пятая часть команды мгновенно упала.

Виверны, ушедшие в штопор, не показывали никаких признаков внешних повреждений, и Халберт мог видеть всадников, выброшенных из своих сёдел.

— Капитан! Правое крыло поражено! — крикнул Халберту один из всадников на виверне, но Халберт не остановился.

— Продолжайте операцию! У них у всех есть парашюты!

Он посмотрел вниз и увидел, что парашюты всадников открываются один за другим. Убедившись в этом, Халберт поднял копьё и отдал приказ. Очевидно, что даже если они благополучно приземлятся, это будет в зимнем море внизу. Если помощь будет добираться слишком медленно, их жизни всё ещё могут быть под угрозой. Однако Халберт и его люди не могли позволить себе остановиться ради них.

— Оставьте их спасение парням внизу! Мы продолжаем! Мы не можем позволить, чтобы эта операция сорвалась на первом же этапе!

— Да, сэр!

Кавалерия виверн снова направилась в сторону Ооямизучи.

Халберт тихим голосом спросил Руби: — То нападение, которое произошло только что, как ты думаешь, что это было?

— Сверхмасштабная магия ветра... Нет, возможно, это был выстрел сжатого воздуха. Если бы я хотела дать ему название, я бы назвал его «воздушной пушкой».

— Мне всё равно, как ты это назовёшь... плохие новости в том, что оно может это использовать.

— Но, чтобы втянуть столько воздуха, должно пройти много времени.

— Значит, мы должны разбомбить его до того, как он успеет сделать ещё один выстрел?

Пока они вели этот разговор, Отряд кавалерии виверн достигла острова Икацуру, где находился Ооямизучи.

— Так, сбрасывайте свои бочки! Наша задача – сдуть заслоняющий туман! Нет необходимости рисковать, пытаясь поразить Ооямизучи!

Следуя приказам Халберта, отряд кавалерии виверн один за другим сбрасывала бочки со взрывчаткой. Взрывчатка полетела вниз, сдетонировав недалеко от земли. Это вызвало цепь мощных пожаров по всему острову, заменив туман чёрным дымом.

~~~~~~~~~~!!

Это, должно быть, удивило Ооямизучи, потому что оно издало пронзительный вопль. Все наездники виверн закрыли уши, пытаясь заглушить его, но Руби и виверны не смогли и зашатались от звуковой атаки.

Когда зверь наконец закончил реветь, Халберт спросил: — Ты в порядке?! Руби!

— С-как-то... Голова раскалывается...

— Чёрт возьми...! Похоже, туман рассеивается... — решив, что они достигли минимума, необходимого для того, чтобы их миссия считалась успешной, Халберт отдал новый приказ: — Парни, как только вы сбросите балласт, уходите на максимальной скорости! Не беспокойтесь о строе! Держитесь рассредоточенно, чтобы нас всех не сбила эта воздушная пушка. Пока что отступайте к «Хирю»!

— Принято!

Отряд кавалерии виверн рассыпался, направляясь к авианосцу. Халберт подождал, пока Ооямизучи не стал виден сквозь пламя, а затем сделал то же самое.

— Ты думаешь, эти взрывы нанесли какой-то ущерб? — Руби спросила его телепатически, когда они отъезжали, но Халберт покачал головой.

— ...Похоже, что панцирь на спине и панцирь, покрывающий щупальца, невероятно твёрдые. Сомневаюсь, что взрыв пороха может что-то с ними сделать. В любом случае, наша миссия заключалась в том, чтобы развеять туман.

— Какое чудовище.

— От такого дракона, как ты? Это что-то значит. Я начинаю понимать, что означает слово «кайдзю», которое использовал Сома.

— ...Но мы не собираемся проигрывать.

— Чертовски верно! — сказал Халберт с острым блеском в глазах, держа два копья наготове. — Сейчас мы отступаем, но, клянусь, в следующий раз мы добьёмся своего!

***

Тем временем на флагмане флота Союза Архипелага, «Короле Драконов», Король Девятиглавого Дракона Шана наблюдал, как горит остров Икацуру, скрестив руки. Из поднимающегося дыма появилось Ооямизучи. Оно было настолько гигантским, что даже на таком расстоянии он мог различить все детали.

«Наконец-то ты показала себя...», подумал он.

Один из его подчинённых пришёл с докладом.

— Отряд кавалерии виверн Королевства сумел очистить туман! — сказал он. — Однако, похоже, что какая-то неизвестная атака выбила нескольких из них из их сёдел.

— Те, кто медленно падал, да? У Королевства какое-то странное оборудование... — Шана впечатлился, но тут же приказал: — Высылайте быстроходную лодку! Пусть тех, кто упал в воду, немедленно спасут! В зимнем море они долго не протянут. Спасите как можно больше наших товарищей!

— Да, сэр!

Когда мужчина убежал выполнять поручение, другой подчинённый примчался, чтобы занять его место.

— Докладываю! Флот Королевства передаёт сообщение: «переходим ко второму этапу операции»!

— Хорошо. Переходим ко второму этапу. Остановите Ооямизучи, когда он попытается сбежать с острова. Отправьте сообщение всем кораблям! Выпустить все оставшиеся брандеры на Ооямизучи!

— Да, сэр!

По приказу Шаны брандеры, сохранившиеся во время битвы между флотами двух стран, были направлены в сторону Ооямизучи. Атакующие корабли были оружием, для управления которым требовалась лишь небольшая команда, и как только они ложились на курс, течение делало всё остальное, так что люди могли покинуть корабль.

Признав два флота, окружавших остров, врагами, Ооямизучи начал выходить в море, чтобы дать отпор. Время было выбрано так, что большое количество брандеров ворвалось на мелководье, где находились вход и выход с острова, как раз в тот момент, когда существо пыталось покинуть его.

Щелк! Треск, треск...

Щупальца разбили несколько прибывающих судов, но их было больше, чем его восемь ног могли надеяться потопить. Вскоре от основания шеи Ооямизучи до его груди образовалась груда брандеров. В этот момент брандеры, оснащённые таким же взрывателем, как и взрывные бочки, взорвались.

Бууууууууууум!

Раздался ещё более сильный взрыв, чем предыдущий, и голова Ооямизучи откинулась назад. В брандерах было больше взрывчатки, чем в бочках, и взрыв ударил по открытой передней части существа – на этот раз ему не удалось уйти невредимым.

— Это сработало! Сработало!

— Я не могу поверить, что Ооямизучи ранен... — Испытай наш гнев! Это за всех наших друзей, которых ты сожрал!

Невероятное зрелище заставило солдат флота Союза Архипелага взреветь.

Подчинённые рядом с Шаной тоже были в восторге.

— Ваше Величество, как вы думаете, этого будет достаточно?!

— ...Если бы этого было достаточно, чтобы остановить его, нам не пришлось бы обращаться за помощью к Королевству.

— А?!

~~~~~~~~~~!!

Лицо Ооямизучи появилось из взрыва, и оно заревело так громко, что воздух задрожал, как будто предупреждало их о том, что битва только началась.

***

Когда лицо Ооямизучи появилось из пламени, я вместе со своими жёнами и Эксель наблюдал с мостика «Альберта II». Я уже думал об этом, когда видел его в тумане, но, черт возьми, эта штука была огромной. «Она обладает подавляющим присутствием, как я и ожидал от кайдзю».

Эксель, которая была рядом со мной, сказала: — Сир, сейчас мы начнём третий этап операции.

— Спасены ли люди, упавшие в море? — спросил я, приходя в себя, и Эксель кивнула.

— Мы посылаем спасательные корабли. Союз Архипелага также выслал свои самые быстроходные суда, так что мы можем рассчитывать на то, что они справятся. Теперь наш флот пойдет вперёд и усилит окружение. Это приемлемо?

— ...Понял. Приступайте.

— Понятно, — повысив голос, Эксель приказала: — Это сообщение для всех кораблей! Сблизиться до фиксированного расстояния, затем повернуться по порядку!

Флот Королевства начал движение, следуя её указанию. Они распределились по дуге, чтобы перекрыть вход, и, заняв позицию, повернули свои широкие борта в сторону Ооямизучи. Это было сделано для того, чтобы сосредоточить огневую мощь флота.

Как только поступили сообщения о том, что флот достиг установленного расстояния, Эксель отдала следующий приказ.

— Всем кораблям, открыть огонь!

— Вас понял. Главное орудие, открыть огонь!

Джуна, исполнявшая обязанности старпома, крикнула в разговорную трубку, и тут раздался взрыв, который я почувствовал в животе. «Альберт II» начал стрелять.

Это было началом бомбардировки всего флота Королевства. Снаряды, которые они использовали, были не взрывного типа, а бронебойные, которые использовались для пробивания стен в осадных боях. Анализ Ичихи показал, что панцирь Ооямизучи не пострадает от взрывов пороха. Поскольку взрыва при ударе не было, я мог слышать только звук выстрелов пушек, но Ооямизучи, несомненно, подвергался ударам огромных масс металла.

~~~~~~~~~~!!

Кайдзю завыл, что свидетельствовало о том, что это сработало.

— Всем кораблям, продолжать огонь и не ослабевать. Сир, целью был тот панцирь на спине, верно? — Эксель сверилась со мной после того, как приказала флоту продолжать обстрел. Я кивнул.

— Этот панцирь на спине – самая твёрдая часть Ооямизучи, но мы предполагаем это может означать, что жизненно важные органы, необходимые для поддержания жизни, находятся под ним. Неважно, насколько сильно мы повредим щупальца, есть риск, что они могут вырасти снова, как хвост ящерицы, поэтому Ичиха сказал, что мы должны в первую очередь уничтожить панцирь.

— В этом есть смысл. Хи-хи, вы действительно нашли себе хорошего рекрута.

— Да, можешь повторить это еще раз.

Затем Айша повысила голос: — Сир! Ооямизучи, кажется, что-то делает!

Присмотревшись, я заметил, что щупальца Ооямизучи извиваются. Мгновением позже что-то полетело к нам с невероятной скоростью. Это дерево? Нет, может быть, валун? На нас летело множество деревьев и валунов. Казалось, Ооямизучи подхватывал всё, за что мог ухватиться щупальцами, и бросал в нашу сторону.

— Мы можем уклониться?! — спросила Эксель.

— Нет! Нам придётся просто молиться, что нас не зацепит! — панически ответил рулевой.

Всплеск! Всплеск! Вероятно, он не очень тщательно прицеливался. Подавляющее большинство деревьев и валунов либо не попали в наши корабли, либо полетели совсем не в том направлении. Однако, возможно, из-за того, что флот был расположен так, чтобы перекрыть вход, некоторые из них всё-таки попали в палубу, и с некоторых кораблей поднялся дым.

Бросать всё, что попадалось под руку, было обычным делом для кайдзю эпохи Шова, но выглядело это глупо и казалось неэффективным. Теперь, когда я оказался на стороне получателя, я понял, насколько это ужасно. В нашу сторону с невероятной скоростью швыряют кучу чистой массы.

Даже Эксель, как бы удивительна она ни была, скорчила гримасу перед лицом этого нападения.

— ...Сир, не пересядете ли вы на один из кораблей в тылу?

— Не думаю, что у нас есть на это время. Айша, выйди на палубу и разрубай всё, что похоже на то, что может врезаться в корабль.

— Да, сэр! Поняла! — Айша выскочила на палубу, неся свой меч.

Магия ветра была ослаблена в море, поэтому я немного волновался, зная, что Айша не сможет использовать свой Звуковой Ветер с его обычной силой. Тем не менее, мы не могли ослабить натиск только для того, чтобы я мог эвакуироваться. Сейчас было самое время действовать агрессивно. Мы должны стрелять, пока пушки не расплавятся... или так я думал, но...

— Докладываю! Это касается Ооямизучи! — крикнул один из морпехов.

— Ну что теперь?! — спросила Эксель.

— Оно повернуло свою пасть в сторону нашего флота и широко раскрыло её! — ответил морпех.

Я посмотрел, Ооямизучи вытянул голову в сторону флота, его пасть зияла. Я почувствовал, как холодный пот стекает по моей спине... Если бы это был один из тех фильмов про кайдзю, которые я смотрел в том мире, откуда я родом, это был бы признак приближающейся невероятной атаки. Не вздрагивай. Анализ Ичихи показал, что он не должен уметь использовать огненные атаки.

Приближалась ли атака, снёсшая часть всадников виверн? С уровня моря это выглядело как внезапный порыв ветра, но если кавалерия виверн легко пострадала от порывов, то сможет ли она поразить железные корабли атакой ветра?

— ...Вот оно!

Бвиииииииииииии!

Ооямизучи извергал на нас не ветер, а толстый столб воды, сопровождаемый звуком, похожим на работу реактивного двигателя. Скорее всего, он вбирал в себя морскую воду, сжимал её, а затем выплёвывал обратно.

Струя воды, словно выпущенная из гигантской мойки высокого давления, ударила в бок флота. Массивный «Альберт II» пошатнулся. Я инстинктивно схватился за перила и обнял Джуну за талию, чтобы поддержать её, когда она потеряла равновесие.

— Ты в порядке, Джуна?

— Спасибо. Я была небрежна.

— ...Я бы тоже хотела, чтобы вы меня поддержали. Позаботься о своей тёще, а? — сказала Эксель, которая упала на спину.

У меня не было времени напоминать ей, что она на самом деле моя бабушка.

Оглядев мостик, можно было заметить других морпехов, которые упали или их стулья были опрокинуты. Если бы этот корабль был деревянным, он был бы разнёсен в щепки. Я думал о нём как о мойке давления, но при таком размере и мощности он функционировал как дальнобойная атака.

— Дайте мне отчёт о ситуации! — крикнула Эксель в говорящую трубку.

— Наш корабль и авианосец «Хирю» не повреждены! Однако, несколько крейсеров были подбиты этой атакой! Это лишь вопрос времени, когда они затонут! — ответил наблюдатель, его голос был полон срочности.

Эта струя воды была очень мощной. Брызги, которые она подняла, всё ещё обрушивались на нас, как шквал. Если бы она попала прямо в нас, даже этот железный корабль мог бы перевернуться.

Я принял решение и сказал Эксель: — Я отправляюсь с Надин спасать их.

— Сир?! Это слишком опасно!

— Поскольку Надин может плавать по небу и морю, возможно, она сможет вернуть эти корабли в вертикальное положение с помощью грубой силы.

Перевёрнутые корабли могли потерять всякую полезность для операции, но если их снова перевернуть вертикально, то можно не беспокоиться о том, что они затонут. Даже если бы их нельзя было полностью перевернуть, даже небольшая помощь облегчила бы побег с них.

Повернувшись к Надин, я спросил её: — Ты сможешь это сделать?

— Они выглядят тяжёлыми, но, наверное, придётся, — Надин покрутила руками, пока говорила. Она выглядела более чем готовой попробовать.

— Я нужен здесь только тогда, когда нужно принимать политические решения. Если я просто фигура, позвольте мне отправиться туда и помочь людям. Со мной будет Надин, так что я буду в безопасности, даже если упаду в море.

Эксель, казалось, задумалась на мгновение, но тут же пришла к решению.

— Это подвергает вас опасности, но вы и так здесь в опасности. Нам тоже не хватает спасателей, так что, пожалуйста, помогите нам.

— Вас понял!

— Хорошо. Как только мы закончим со спасением, мы с Надин поднимемся в небо. Джуна, я предоставляю тебе решать, как с этим быть. Следи за ситуацией и при необходимости разворачивай его.

Когда я это сказал, Джуна приложила руку к груди и склонила голову ко мне.

— Поняла. Пожалуйста, берегите себя.

— Ты тоже, Джуна.

Я спрыгнул с моста и нырнул в море вместе с Надин в её форме рю.

***

— Капитан! Чёрная рю, предположительно королева Надин, взлетела с «Альберта II»!

— У нас сообщение от герцогини Уолтер! Его Величество направляется на спасение опрокинутых кораблей!

— Всё настолько плохо, что нам даже король пришёл на помощь...? — прошептал Кастор, сам того не желая.

Через несколько секунд появился ещё один подчинённый и заговорил: — Докладываю! Похоже, флот Союза Архипелага проявляет активность!

Это застало Кастора врасплох, и он посмотрел на восток: — Что случилось?!

— Они плывут строем, проходя рядом с нами! Они быстро сокращают расстояние с Ооямизучи и, похоже, пытаются вести ближний бой!

— Что?! Разве это не произошло раньше, чем планировалось?!

Согласно плану операции, флот Королевства должен был бомбардировать Ооямизучи до тех пор, пока не будет полностью разрушен защитный панцирь. Затем, когда враг лишится своей защиты, флот Союза Архипелага, обладающий превосходством в ближнем бою, должен был наступать и быстро добить его. Однако панцирь Ооямизучи ещё не был разрушен. Им ещё рано было действовать.

— Скорее всего, это потому, что они видели атаку водяной струи. В отличие от наших военных кораблей, большинство из них сделаны из дерева. Если бы эта струя воды попала в них, они бы не продержались и секунды.

— Потому что их корабли легкобронированные... специализированные на мобильности.

— Да. Пороховое оружие этой страны также имеет небольшой радиус действия, поэтому у них нет шансов в перестрелке на дальних дистанциях. Может быть, они хотят подобраться до того, как прозвучит второй выстрел? Если они подойдут близко, то даже если лодки будут уничтожены, они всё равно смогут выйти на берег и сражаться.

Кастор скрежетал зубами, слушая анализ своего подчинённого.

— Он принял потопление своих кораблей как неизбежность? Я вижу, как решительно настроен Король Девятиглавого Дракона, — Кастор поправил позу и приказал: — Передайте это сообщение герцогине Уолтер. Я прошу её поддержать флот Союза Архипелага.

— Да, сэр!

— Мы снова посылаем отряд кавалерии виверн! На этот раз их задача – отвлечь и запутать Ооямизучи! Облетайте и атакуйте его! Не дайте ему времени атаковать флот Союза Архипелага!

— Да, сэр!

Приказы Кастора были переданы Халберту и всадникам виверн, которые стояли в воздухе над «Хирю», используя зеркала для отражения света. Это был сигнал к новой атаке.

Тем временем самый свирепый полководец во всём Архипелаге Девятиглавого Дракона, Шима Кацунага, находился на борту головного корабля флота Союза Архипелага.

Когда он стоял на носу, глядя на Ооямизучи, один из его помощников спросил: — Не слишком ли рано мы отправились в путь? Мне сказали только перед самым отплытием, но разве мы не должны были подойти к Ооямизучи после того, как его панцирь будет разрушен?

— У врага тоже есть дальнобойные атаки, так что у нас не осталось выбора. Вы, наверное, видели, как струя воды, которую он выплеснул, перевернула корабли Королевства, верно? — сказал Шима хрипловатым голосом, скрестив перед собой толстые, грузные руки. — Эта атака разнесла бы наши корабли в щепки. Должно быть, поэтому Король Девятиглавого Дракона намерен подойти, пока существо всё ещё отвлечено бомбардировкой Королевства. Хотя наши корабли обладают превосходной мобильностью, им не хватает огневой мощи и дальности.

— Понятно...

— Хех, но какое это имеет значение? Если мы позволим Королевству сделать всю работу, это будет чёрной меткой на нашей репутации мононофу моря. После всего, через что это чудовище заставило нас пройти, мы должны сами разобраться с ним. Если мы этого не сделаем, души съеденных им товарищей никогда не смогут жить дальше.

— Да, сэр. Я полностью согласен.

Шима достал одати Девятиглавого Дракона, который висел у него на бедре.

—Король Девятиглавого Дракона разыграл меня как дурака, но всё же, какой праздник он мне подарил. Шанс встретиться лицом к лицу с ненавистным Ооямизучи. Мужчины, найдите в себе мужество и примите вызов! Об этой битве будут рассказывать грядущие поколения! — Шима поднял в воздух свой одати.

— Да-а-а! — закричали в ответ мужчины, топая ногами по палубе. Похожие голоса и звуки слышались со всех кораблей вокруг.

Каждый корабль, должно быть, пытался поднять свой боевой дух и пробудить мужество для борьбы с гигантским врагом, стоящим перед ними.

Шима направил свой одати прямо вперёд и приказал: — Слушайте! Когда мы подойдём к зверю, сначала разберёмся с этими назойливыми щупальцами! Целься в то место, где они сходятся с туловищем! Там они самые мягкие, а их движение самое медленное! Проскользните мимо атак зверя и подберитесь поближе, а затем сосредоточьте свои атаки там!

— Да-а-а-а!

Посреди бурных аплодисментов команды рядом с Шимой стоял его коллега.

— Мой господин... Этот метод борьбы с Ооямизучи тоже основан на информации из Королевства?

— Я полагаю так и есть. Они говорят, что у них есть главный эксперт в изучении монстрологии.

— После того, как мы увидели тот огромный корабль размером с остров, полный виверн, Королевство оказалось так далеко за пределами нашего понимания. Я очень рад, что нам не пришлось сражаться с ними здесь.

Мужчина говорил со смесью восхищения и благоговения, но Шима ответил ему язвительной улыбкой.

— Ну, теперь они надёжный союзник, так что оставим этот вопрос. Сначала мы должны сосредоточиться на враге перед нами.

— Да, сэр. Но его щупальца двигаются так свободно. Подобраться близко будет нелегко.

— И всё же мы должны – независимо от того, сколько кораблей будет потоплено в процессе.

В этот момент другой наблюдатель доложил: — Сэр! Флот Королевства прекратил бомбардировку! Виверны снова летят в его направлении!

Выглянув наружу, они увидели отряд кавалерии виверн, летящий над флотом Союза Архипелага в направлении Ооямизучи. На этот раз, похоже, они не несли бочки со взрывчаткой. Их возглавлял красный дракон, намного крупнее любой виверны. Команда виверн быстро сократила расстояние до Ооямизучи и закружилась вокруг чудовища, опаляя его щупальца огненными атаками. Казалось, что панцирь существа не позволяет нанести ему значительный урон, но Ооямизучи раздражённо размахивал щупальцами, как корова, пытающаяся прихлопнуть муху хвостом.

Некоторые наездники виверн были сбиты, но остальные продолжали уклоняться от щупалец и атаковать. Видя это, Шима понял.

— Похоже, что флот Королевства поддерживает нашу атаку.

Отряд кавалерии виверн Королевства привлекала внимание Ооямизучи, чтобы флот Союза Архипелага мог подойти ближе.

— Как надёжно. Мы должны соответствовать их духу.

— Да, сэр!

Флот Союза Архипелага начал приближаться к Ооямизучи. Только когда они подошли совсем близко, они вспомнили, каким огромным было это чудовище. Он казался карликом рядом с ним, но Шима высоко поднял свой одати и отдал приказ.

— Всем открыть огонь! Стреляйте из лёвопсовых пушек – бейте по нему всем, что у нас есть! Огонь, огонь, огонь!

Приближающиеся корабли один за другим начали разряжать орудия на Ооямизучи. Пушки на их бортах извергали огонь, а лёвопсовые пушки, установленные на их палубах, продолжали стрелять свинцом размером с кулак в чувствительное место, где щупальца соединялись с телом.

Тут Ооямизучи наконец понял, что вокруг него не только виверны, и взмахнул щупальцем вниз, чтобы переломить большой корабль пополам. Корабль Шимы покачнулся от волн и морских брызг, поднятых атакой.

— Ургх! Не шататься! Высылайте таранные корабли!

С этими словами около восьми средних кораблей с заострёнными носами устремились вперёд. Эти корабли специализировались на том, чтобы таранить противника своими острыми носами. Подгоняемые рогатыми долдонами, таранные корабли быстро устремились к корням щупалец Ооямизучи. Как только они набрали скорость, рогатые долдоны были освобождены, чтобы сбежать, оставив корабли для столкновения с врагом.

Нижняя часть щупалец Ооямизучи была похожа на щупальца осьминога, и таранные корабли глубоко врезались в их корни. В человеческом понимании это было бы похоже на то, как если бы кто-то вонзил карандаш в ваше плечо. Это не было смертельно, но если их было достаточно много, то было чертовски больно.

~~~~~~~~~~!!

Ооямизучи ревел, размахивая щупальцами. Разбушевавшиеся придатки задели корабль, на котором находился Шима, сломав его мачту. Несмотря на это, Шима и его люди продолжали атаковать. Это было не только пороховое оружие. Некоторые стреляли из луков, другие применяли магию, а когда щупальца подходили достаточно близко, они даже использовали копья и катаны. В любом случае, тотальная атака продолжалась.

Сцена была похожа на рой муравьёв, вцепившихся в хвост коровы в надежде победить её. Но подобно тому, как армейские муравьи¹ могут разобрать крупных существ до костей, в конце концов одно из щупалец упало и перестало двигаться. Однако у солдат не было времени ликовать. Они всего лишь нейтрализовали одно из восьми. Оглянувшись на оставшиеся семь, они сглотнули.

Даже сам свирепый Шима был измотан и начал немного беспокоиться.

— Этот абсолютный кусок дерьма... это настоящий монстр. Ух, я начинаю ненавидеть это.

Вдруг они услышали звук, доносящийся со стороны флота Королевства.

Мы отправляемся на нашей лодке в материнское море.

К волнам, богатым рыбой и жизнью.

Это был женский голос, исполнявший рыбацкую песню с архипелага Девятиглавого Дракона.

Под глазом морской птицы – сокровище.

Если мы будем слишком медлить, большой ударит.

Натягивайте сети! Поднимайтесь! Плывите!

Пусть порт услышит нашу песню триумфа.

Слушая этот красивый, сильный голос, Шима снова посмотрел на Ооямизучи. Ему никогда не найти более крупной цели, чем эта. Найти такой большой улов должно было быть ни с чем не сравнимой радостью для человека моря.

Огонь вернулся в глаза измученных мужчин.

— Какой морской человек будет колебаться перед лицом такого большого улова?! Давайте, мужики! Давайте вернемся к рыбалке!

— Да-а-а-а!

По приказу Шимы люди собрались, чтобы снова бросить вызов Ооямизучи.

¹ Самые опасные в мире муравьи. Водятся в руслах реки Амазонки, в Азии и Африке. Название «армейский муравей» произошло от того, что колония никогда не сидит на месте, останавливаясь только когда королева откладывает яйца.

***

«Поднимайтесь! Плывите! Пусть порт услышит нашу песню триумфа.»

На палубе корабля «Альберт II» лорелея с кошачьими ушками Нанна пела рыбацкую песню Архипелага Девятиглавого Дракона, своей родины, перед трансляционным самоцветом. Не было выбора лучше, чем исполнение этой песни, поднимающей боевой дух и магическую силу флота Союза Архипелага. Семья Нанны восемь лет назад приплыла в рыбацкую деревню в Королевстве и поселилась там, поэтому она пела эту песню для жителей у моря с самого детства.

Восемь лет назад было ещё до начала буйства Ооямизучи, так что она приехала в Королевство до того, как улов рыбы на архипелаге стал таким скудным. Поскольку между островами всегда происходило множество мелких конфликтов, её семью, вероятно, изгнали во время одного из них – хотя она, скорее всего, была слишком мала, чтобы помнить об этом. Для Нанны Архипелаг Девятиглавого Дракона был просто местом, где она родилась, и у неё не было никаких сильных чувств ни за, ни против него. Она была здесь, потому что считала справедливым отплатить королю Соме и королеве Джуне, которые так много для неё сделали, и, кроме того, ей всё равно нравилось петь эту песню.

Услышав её невинный голос, свободный от всякого мрака, Эксель, которая поднимала в воздух шар воды, чтобы распространить голос Нанны, испустила вздох: — Неужели молодость позволяет ей увидеть свою родину, не впадая в сентиментальность?

Приплыв в Королевство с Архипелага Девятиглавого Дракона, хотя и несколькими столетиями ранее, Эксель испытывала к нему сложные чувства. Это была страна, изгнавшая расу морских змей, и она не могла не думать об этом, сражаясь рядом с ними. Джуна, подслушав её, пожала плечами.

— Ты всегда пытаешься вести себя как юная особа, не правда ли? Несмотря на свой возраст.

— ...Когда ты научилась так разговаривать? — Эксель бросила на неё укоризненный взгляд.

— Всё же я первая второстепенная королева Его Величества, — бесстрастно ответила Джуна.

Когда Нанна закончила свою песню, настала очередь Джуны, а затем снова пела Нанна. Эксель криво улыбнулась, вытирая пот со лба.

— Боже мой. Это отнимает много сил, когда ты занимаешься подобной магией в море, понимаешь?

— ...Извини, но, пожалуйста, продолжай. Мы находимся в самой важной точке операции.

— Я знаю это, — ответила она, сосредоточившись.

Вдруг с носа корабля к ним подбежала Айша: — Ооямизучи движется! Кажется, он движется вперед!

Теперь, когда она упомянула об этом, тело Ооямизучи действительно выглядело немного больше, чем раньше. Должно быть, оно медленно продвигалось к флоту Королевства, который скопился вокруг выхода с острова.

— Это нехорошо. Оно пытается убежать в море, — презрительно сказала Эксель.

Ооямизучи не казалось слишком умным, но, видимо, оно поняло, что сражаться на суше ему не выгодно – либо это, либо сработал инстинкт выживания. Если оно нырнёт под воду, возможности для атаки с поверхности будут ограничены, и Ооямизучи будет вольно атаковать или убегать по своему усмотрению. Этого нужно было не допустить любой ценой.

— Отправьте сообщение всем кораблям! Начинайте сокращать дистанцию и затягивать сеть! Остановить продвижение Ооямизучи! Обстреливайте и путь Ооямизучи! Это только для устрашения – вам не нужно попадать! Что бы вы ни делали, не задевайте сражающиеся корабли Союза Архипелага!

— Да, мэм! — один из морпехов побежал передать приказ Эксель.

Джуна бросилась к Эксель и сказала: — Бабушка, давай пошлём «это». Это должно замедлить его.

Эксель нахмурила брови: — Под «этим» ты подразумеваешь... этот корабль?! Разве это не должен решать Его Величество?

Пока Эксель думала об этом, Джуна приблизилась, поднеся одну руку к своей груди.

— Когда Его Величество отправился с Надин, он оставил ответственность за это на мне. Он сказал, что если я сочту нужным выслать его, то я смогу.

Эксель вдруг вспомнила этот разговор и кивнула головой.

— ...Верно, он так и сказал. Но сможет ли Его Величество скоординироваться с ним должным образом?

— Если мы отправим корабль, я уверена, он заметит. Думаю, мы можем доверить ему остальное.

— ...Хорошо, — Эксель твердо кивнула, улыбаясь Джуне. — Его Величество доверил корабль тебе. Ты отдаешь приказ.

— Хорошо!

Джуна вытянула руку перед собой и приказала: — Отправьте сообщение на все корабли! Транспортный корабль «Король Сома» сейчас начнёт движение в сторону Ооямизучи. Пожалуйста, сообщите всем остальным кораблям, чтобы они уступили дорогу!

***

Тем временем Сома и Надин работали над тем, чтобы перевернуть опрокинутые корабли. Надин обхватила тонущие корабли, как в старом фильме про кайдзю (хотя, обернуть дважды – это всё, что она могла сделать при её длине), издавая психическое «Хах-х-х-х-х!», когда она переворачивала их в правильное положение.

Когда отовсюду хлынула вода, из кораблей выползли моряки, которым не удалось спастись. Трудно было сказать, всё ли в порядке, но Надин почувствовала облегчение от того, что смогла хоть чем-то помочь.

Вынырнув из воды, Надин услышала со спины шипение. Она поспешно повернула голову, чтобы посмотреть: — Ты в порядке, Сома?

— Как-то так... — он сидел на её спине, пока она работала над водой и под водой, спасая корабли. Договор с ней как с рыцарем-драконом защищал его от холода зимнего моря, и он не был сброшен с её спины, но он всё ещё не мог дышать под водой. Это не меняло того факта, что вода, попадавшая ему в рот, была неприятно солёной.

— В такие моменты я жалею, что у меня нет жабр, как у принцессы Шабон...

— Прости, что заставила тебя пройти через это, но я не думаю, что желание того, чего у тебя никогда не будет, поможет, — ответила она, подняв голову, чтобы оглядеться вокруг. — ...Хотя, кажется, я уже перевернула все корабли.

— Ну, в любом случае, пока корабли на плаву, людям будет легче спастись... и спасти тех, кто упал в море, тоже...

— Но что если секция корабля, в которой они оказались в ловушке, заполнена водой, и они не смогут выбраться...?

— Это всё, что мы можем сделать снаружи. Остальное мы должны доверить им, — сказал Сома, глядя вниз. Солдаты на палубе поднятых кораблей выкрикивали слова благодарности и махали своими шапками. Оба с облегчением подумали, что им удалось спасти хотя бы небольшое количество жизней.

Надин спросила Сому: — Что теперь? Ты хочешь вернуться на «Альберт II»?

— Да, я думаю, что... Хм?

В голове Сомы промелькнул образ.

— Что случилось? — спросила Надин, наклонив голову набок.

Сома закрыл глаза и закрыл уши ладонями, пытаясь сосредоточить свой разум. Он пытался разобраться в ситуации, используя сознание, которое он оставил внутри той штуки используя Живого Полтергейста.

Через некоторое время Сома медленно открыл глаза.

— Оно действительно движется... Джуна запустила транспортный корабль? ...Значит ли это, что Ооямизучи движется?

— Движется...? Ах! Ооямизучи движется! Возможно, он пытается сбежать с острова! — крикнула Надин, заметив его вдалеке. Сома в досаде прищёлкнул языком.

— Оно пытается уйти в море. Как будто мы могжем позволить ему уйти, — Сома поправил своё сидячее положение на спине Надин. — Надин, подними меня в воздух над Ооямизучи!

— Поняла!

Сома и Надин вместе танцевали в небе.

***

Отряд кавалерии виверн Королевства и флот Союза Архипелага всё ещё вели тяжелые бои в районе Ооямизучи, куда направлялись Сома и Надин. Ооямизучи, со своей стороны, использовал свои щупальца, чтобы сбивать всадников виверн или обхватывать и ломать военные корабли. Каждый взмах издавал низкий свистящий звук, и в этот самый момент очередной всадник на виверне был готов нанести удар.

— Вах-х-х!

Всадник на виверне почувствовал приближение своей смерти, отпустив поводья и закрыв голову руками. Раздался громкий шлепающий звук, но ожидаемого удара почему-то не последовало. Нехотя открыв глаза, всадник на виверне увидел, что между ним и Ооямизучи находится красный дракон, блокирующий щупальце.

Со спины дракона Халберт крикнул ошеломлённому наезднику на виверне: — Используй этот шанс, чтобы прийти в себя!

— К-капитан?! Спасибо!

Увидев, что мужчина взял себя в руки и отступил, Халберт спросил: — Руби, ты в порядке?

— Ничего страшного! — ответила Руби, сжимая щупальце обеими передними лапами, и для верности укусив его. — Одно из этих щупалец размером с Надин! После всех тех раз, когда я с ней дралась, такой удар для меня пустяк!

— Ты говоришь уверенно, но не будь безрассудной! Есть только одна юная мисс Надин, но у этой штуки есть ещё щупальца.

— О, я знаю это довольно... хорошо!

Руби отпустила щупальце, которое схватила, когда сзади на них надвигалось другое. Как только она это сделала, новое щупальце врезалось в то место, за которое она держалась. Звук удара двух панцирей друг о друга был невероятным. Удар был настолько сильным, что часть его отлетела, и если бы Руби оказалась между ними, то вполне могла бы сломать несколько костей. Что касается Халберта, то он был бы раздавлен как блин.

По спинам обоих пробежал холодный пот.

— Проклятье! Эти щупальца доставляют слишком много хлопот! — пожаловался Халберт.

— Но если мы ничего с ними не сделаем, эта тварь продолжит бежать!

Даже сейчас Ооямизучи скользил по своим щупальцам. Он двигался медленно для своих гигантских размеров, но всё же уверенно продвигался к морским глубинам. Флот Королевства вёл подавляющий огонь на его пути, но, похоже, он был не слишком эффективен. При таком темпе Ооямизучи должен был уйти.

Халберт хлопнул себя по бедру: — Черт побери! Неужели нет способа остановить это?!

— ...А?! Хэл! Посмотри на это!

Халберт поднял голову в ответ и увидел, что один корабль, более крупный, чем остальные, приближается к Ооямизучи.

— Это... транспортный корабль класса «Сома»? Только не говорите мне, что они планируют таранить его?!

— Он, конечно, достаточно большой, чтобы оказать влияние, но я сомневаюсь, что это сильно его замедлит. Ты полагаешь, они действительно бросят новый корабль только ради этого?

— Что эта штука перевозит? Я думал, это будет отряд из армии, чтобы сражаться на острове, или припасы, но, возможно, это не так.

— Взрывчатка, возможно? Как брандеры, которые использовал Союз Архипелага.

— Нет, порох способен взорвать бочку или деревянный корабль, но не железный. Всё, что он сделает, это вызовет пожар на борту.

Пока они говорили об этом, «Король Сома» остановился в нескольких сотнях метров перед Ооямизучи, затем люк на палубе медленно начал открываться. Как только он был открыт, что-то выпрыгнуло и с большим всплеском упало в море. Все на мгновение замерли, не понимая, что только что произошло.

Когда Халберт, Руби, отряд кавалерии виверн и солдаты флота Союза Архипелага повернулись в направлении всплеска, из моря поднялся массивный объект, разбрасывая повсюду воду.

— Что это, чёрт возьми, такое?!

— Ещё один монстр?! Никто не говорил нам, что будет что-то подобное!

Солдаты флота Союза Архипелага впали в панику при появлении второго монстра. Солдаты Королевства, с другой стороны, смотрели в недоумении, не в силах принять реальность того, чему они были свидетелями. Массивный объект стоял на пути Ооямизучи, его поверхность блестела серебром на солнце. Он имел силуэт дракона, самого могучего существа на земле, но его тело было полностью сделано из механизмов.

— М-Мехадра-а-а?! — недоверчиво воскликнул Халберт, первым пришедший в себя.

Это был массивный механический дракон-напарник Сильвана, который появился в эфире программы Королевства «Сверхчеловек Сильван». Встав на задние лапы, Мехадра издала рёв, а затем помчалась в сторону Ооямизучи, поднимая за собой волны.

___________________________________

Редактура и вычитка  Paltouth, великое спасибо!

Скелет дракона, использованный в качестве основы для создания Мехадры, был получен от особи гораздо большего размера, чем Руби, и он был предназначен для двуногого, а не четвероногого передвижения (как Меха Го**илла¹), поэтому механический дракон выглядел гораздо крупнее Руби. Вдобавок ко всему, Мехадра была вооружена до зубов. Дополнительная масса этих деталей делала её движения более громоздкими, чем обычно, но Мехадра встала на пути Ооямизучи, крепко зафиксировав голову существа.

По размерам это было похоже на разницу между кабаном и Шиба Ину, но это была та же самая Мехадра, которая была способна легко отбросить ринозавра в Сверхчеловеке Сильване. Продвижение Ооямизучи явно замедлилось.

— Мехадра вошла в контакт с врагом, бабушка! — Джуна, наблюдавшая за происходящим с борта «Альберта II», сказала Эксель. — Давай пошлём другую лодку. Мы должны доставить его к Мехадре.

— Та странная лодка, ты имеешь в виду? Хорошо.

— Да. Отправьте сообщение на все корабли! Мы посылаем корабль с тыла! Пожалуйста, освободите ему путь!

С разрешения Эксель Джуна отдала приказ через говорящую трубку. Как только она закончила, Эксель положил руку на плечо Джуны.

— Мы задействовали всё, что было в нашем распоряжении.

— ...Да. Теперь все карты на столе, — кивнула Джуна, положив свою руку поверх руки Эксель. — Это действительно наш последний козырь.

¹ Видимо, автор тут пытается избежать нарушения авторских прав. Я не знаю, стоит ли подставить буквы вместо звёздочек или лучше оставить как есть, и так понятно о чём там.

***

~~~~~~~~~!!

Ооямизучи завыло. Оно било Мехадру своими щупальцами, пытаясь сбросить с себя механического дракона, но Мехадра не отпускала шею чудовища. Вместо этого она отбивалась кусаясь своей железной челюстью. Солдаты Королевства и Союза Архипелага с затаённым дыханием наблюдали за внезапно развернувшейся битвой между морским зверем и механическим существом.

— Круто! Чёрт, этот серебристый дракон крут!!!

— Что это...? Это реальность, которую я вижу...?

— Ха, ха! Ха, ха, ха... — Кто-то аплодировал, кто-то стоял в недоумении, а кто-то просто сухо смеялся – их мозг не успевал следить за тем, что происходило перед их глазами. Реакция была самой разной, но у мужчин не было времени, чтобы просто так перестать размышлять.

— А?! Продолжай двигать руками! Возобновите атаку!

— Найдите способ прикончить зверя, пока этот серебряный дракон его тормозит!

Командиры со стороны Союза Архипелага выкрикивали приказы. Увидев, что флот Союза Архипелага возобновил атаку, Халберт отдал приказ отряду кавалерии виверн.

— Мы тоже собираемся снова начать атаку! Я уверен, что вы это знаете – этот серебряный дракон, Мехадра... на нашей стороне! Следите за тем, чтобы не попасть в него!

— Да, сэр!

Мехадра и флот Союза Архипелага вели ближние атаки, в то время как отряд кавалерии виверн отвлекал, а также проводил огненные атаки, а флот Королевства вёл прикрывающий огонь. Каким бы великим ни было Ооямизучи, оно всё равно пострадало от этой целенаправленной атаки, и несколько его щупалец больше не двигались.

Руби решила, что пришло её время блеснуть, и извергла пламя в полную силу, чтобы сжечь щупальце.

— Как тебе это нравится?!

— Не теряй бдительности, Руби! Приближается ещё одно щупальце!

— Ау! Просто одно за другим!

Руби приготовилась перехватить приближающееся щупальце, но тут раздался раздирающий звук, и его пронзила вспышка голубого света. Щупальце закрутилось, конвульсируя, и в конце концов рухнуло в море. Халберт и Руби посмотрели в ту сторону, откуда исходил свет, и увидели, что Надин с Сомой на спине парит в воздухе, а из неё вылетают бледно-голубые искры электричества.

— Сома?! Что ты делаешь на передовой?! Здесь опасно! — крикнул Халберт, когда Руби пролетела рядом с Сомой и Надин.

— У меня не было выбора, — возразил Сома, указывая на Мехадру. — Шея Мехадры длинная, а поле зрения нестабильное, поэтому трудно видеть окружающее пространство только с помощью сознания, которое я перенёс в неё. Её гораздо легче контролировать, если я нахожусь в месте, которое даёт мне обзор сверху.

— Но ты здесь без охраны. На тебя опять разозлятся твои жёны, понимаешь?

— Я уже привык к этому... В любом случае, Хэл, у меня к тебе вопрос, — сказал Сома с серьёзным выражением лица. — Не замечал ли ты такое, что бы панцирь Ооямизучи где-нибудь казался ослабленным?

— Ослабленным? То есть, где-то повреждённым?

— Если я правильно помню, я думаю, что бомбардировка Королевства повредила панцирь Ооямизучи с противоположной стороны от того, на который мы смотрим – это была бы правая сторона с точки зрения Ооямизучи. Повреждения только поверхностные, и я сомневаюсь, что это вызвало какие-либо внутренние повреждения, — добавила Руби.

— Хорошо, — ответил Сома, закрыв глаза, чтобы сосредоточиться. Халберт был потрясён.

— Эй. Для чего это ты закрываешь глаза?

— Я собираюсь использовать дополнительное оборудование Мехадры на этом повреждении, чтобы проломить панцирь.

— Дополнительное оборудование?

— Прости. Мне нужно сосредоточиться, так что поддержите меня, ладно?

Внизу Мехадра оставила некоторое расстояние между собой и Ооямизучи, поднимая волны, когда она кружила вокруг левой стороны Ооямизучи. Несмотря на шлепки извивающихся щупалец, Мехадра пробилась сквозь них, чтобы подойти ближе, и прижалась к боку чудовища. Её голова часто двигалась, предположительно в поисках разрыва, о котором говорила Руби.

— ...Нашёл! Вот место! — объявил Сома, его глаза всё ещё были закрыты. Затем Мехадра протянул правую руку (переднюю лапу) и положил руку рядом с разрывом. Пока Халберт и остальные смотрели, недоумевая, что он пытается сделать, механический дракон положил левую руку на вытянутую правую руку (переднюю лапу).

— Хм, если я правильно помню... Кажется, вот так это делается... Хорошо! — Глаза Сомы открылись, и он закричал: — Го-о-о-о-о-о-о!

Кабум! Грохот взрыва перекрыл крик Сомы. Звук был похож на взрыв, металлический звук и сокрушительный грохот, наложенные друг на друга, и Халберт не мог не закрыть уши.

~~~~~~~~~!!

Оно завыло, крутясь на месте. «Ооямизучи почувствовал боль?»

— Что это был за шум только что?!

— Вот, вот тебе ещё! Получай!

Сома крикнул, не останавливаясь, чтобы ответить на вопрос Халберта, а Мехадра на этот раз протянула левую руку (переднюю лапу) и положила руку на то же место. Затем, после того как она обхватила левую руку правой рукой и что-то сделала с ней, произошёл ещё один взрыв. Ооямизучи застонал, извиваясь и размахивая своей длинной толстой шеей, чтобы ударить Мехадру, отчего та попятилась назад.

Заметив что-то острое, торчащее из рук Мехадры, Халберт спросил: — Что это за железные колья?

— Это первое дополнительное оборудование, которое мы придумали специально для борьбы с Ооямизучи – пороховая сваебойная машина, — ответил Сома.

Позвольте мне объяснить...

Поскольку в его конструкции использовались кости дракона, по дипломатическим причинам было наложено ограничение на военное использование Мехадры, но, думая, что механический дракон будет эффективным инструментом против гигантского монстра, Сома попросил сверхучёную Женю и Трилл, принцессу буров из Империи, изготовить для него несколько частей, работающих от энергии.

Однако, хотя способность Сомы Живые Полтергейсты позволяла ему двигать куклами или марионетками, как будто они были живыми существами, он не мог манипулировать внутренними частями отдельно. Если привести аналогию с человеком, это было похоже на то, как вы можете двигать своим телом, но не можете свободно управлять своими внутренними органами. Даже если бы на Мехадру установили пушку, он не смог бы выстрелить из неё или зарядить её изнутри. Такие виды вооружения должны были быть прикреплены снаружи, чтобы Мехадра мог сам ими манипулировать.

Одним из дополнительных приспособлений, которые они придумали, была сваебойная машина. Взрывная сила пороха использовалась для выстрела массивным металлическим колом, создавая оружие ближнего боя, которое можно было использовать для одиночных проникающих атак. Они были установлены на обеих руках Мехадры, и для их выстрела требовалось, чтобы противоположная рука нажала на кнопку. Кроме того, поскольку Мехадра не мог перевооружить сам сваебойный аппарат, это оружие можно было использовать только один раз за вылазку, всего два раза, считая обе руки.

Это было сложное в использовании оружие, но оно было похоже на стрельбу из пушки в упор, поэтому было невероятно мощным. Судя по виду, небольшая пробоина расширилась после двух выстрелов из сваебойного орудия. Ещё немного, и она пробьётся внутрь.

— Еще чуть-чуть! Если она послала Мехадру, значит... — Сома повернулся, чтобы посмотреть на море позади себя.

К Мехадре приближалась лодка, рассекающая воду, как нож, но её не тянуло морское существо. Вместо этого спереди были прикреплены два конусообразных предмета, которые вращались, рассекая волны. «Вот это Джуна. Она безупречно подобрала время».

— Что это? — спросил Халберт у Сомы, моргая.

— Это ледокол – корабль, который ломает лёд перед собой по мере продвижения вперед. Это продукт желания Ку и упорства Трилл.

Королевство, Империя и Республика совместно работали над созданием бура. Применив его вращательный механизм в двух местах, они смогли разработать прототип ледокола с бурами, прикрепленными спереди, чтобы пробивать лед, и пропеллером сзади, чтобы обеспечивать тягу. Это было похоже на «Гаринко» из старого мира Сомы, только с бурами, торчащими из передней части.

— Хэл, мне нужна минутка, отвлеки внимание Ооямизучи!

— Х-хорошо. Понял. Ладно, вы, отморозки, давайте сделаем это!

Халберт возглавил отряд кавалерии виверн, чтобы атаковать Ооямизучи.

В это время Сома заставил Мехадру отступить и направиться к ледоколу. Как только она приблизилась, Мехадра опустилась так, что скрылась под поверхностью воды, а затем ледокол опустился на неё сверху. Команда поспешила покинуть корабль и быстро принялась за его закрепление, а Сома и Надин наблюдали за происходящим издалека.

— Никогда бы не подумал, что мы будем устанавливать на него дрель...

— Я знаю, что дракон мёртв, но я уверен, что они тоже никогда не думали, что закончат так...

Нам обоим пришлось снять шляпу перед упорством Трилл. Когда она впервые увидела Мехадру в мастерской подземелья, её поразил её размер.

Затем, поскольку Мехадра была создана Женей, которую она любила и уважала, Трилл решила, что хочет добавить к ней своё собственное творение – дрель. Естественно, поскольку существовали ограничения на то, что мы могли сделать с Мехадрой в свете наших отношений с горным хребтом Звёздного Дракона, Женя колебалась, но Трилл продолжала упрашивать. Женя, видимо, тоже согласилась с этой идеей, и они начали думать, как обеспечить его буром.

Когда Сома попросил у них дополнительное оборудование для борьбы с Ооямизучи, они уже придумали, как прикрепить к нему ледокол. Поскольку ледокол всё ещё был прототипом, он не мог путешествовать далеко, но дуэт учёных-отступников взял и переделал его в дополнительное оборудование для Мехадры.

Как только команда установила ледокол на спине Мехадры, они включили буры и покинули корабль, после чего дали сигнал готовности Соме и остальным. Увидев это, Сома поднял правую руку к небу и заставил Мехадру встать.

— Так, это то оборудование, которое досталось нам из-за своеволия Трилл! Посмотрим, как оно проделает дыру в этом большом старом панцире!

Мехадра шёл к Ооямизучи тяжёлыми шагами, неся на спине сверла. Затем, обогнув Ооямизучи сбоку, когда чудовище отвлеклось на отряд кавалерии виверн, механический дракон опустил голову и выпятил плечо, как игрок в регби, а затем вонзил вращающиеся буры в разлом в панцире Ооямизучи.

Мгновением позже раздался механический вой и звук, не похожий ни на какой другой.

~~~~~~~~~!!

Ооямизучи метался, крича от боли. Осколки его разбитой раковины с громким всплеском падали в море. Панцирь неуклонно разрушался.

— ...Это сработает? — прошептал про себя Сома.

Вскоре вращение бура постепенно замедлилось, а затем полностью остановилось. Поскольку это оружие было собрано в спешке и не имело времени на полевые испытания, оно должно было сломаться из-за твёрдости панциря Ооямизучи.

Затем Ооямизучи укусило Мехадру за голову и потянуло. Это вывело Мехадру из равновесия, и она с огромным всплеском упала в море.

— Чёрт возьми! Мы почти закончили! — Сома в разочаровании хлопнул себя по колену.

— Смотри, Сома! В его панцире большая пробоина, и можно видеть мясо внутри! — сказала Надин, указывая на разлом своей мордой.

Приглядевшись, Сома увидел, что в панцире была большая дыра, сквозь которую виднелась плоть существа. Это была не смертельная рана, но атака Мехадры не успела добить Ооямизучи.

Халберт поднял Руби вместе с Сомой и Надин.

— Вы говорили, что его самые жизненно важные части находятся внутри панциря, верно? Давайте сосредоточим нашу атаку там и на этот раз покончим с ним навсегда!

— ...Да, в этом есть смысл, Хэл. — Сома решил сменить приспособление. — Давайте сосредоточим нашу огневую мощь. Я подведу Мехадру к левой стороне Ооямизучи и не дам зверю двигаться, а ты поведёшь отряд кавалерии виверн в атаку на этот открытый участок. Что касается Эксель... если она наблюдала за происходящим через телескоп, ей тоже следует сосредоточить свои атаки на этом участке.

— Понял. Что вы двое собираетесь делать? Возвращаться на «Альберт II»? — спросил Халберт, но Сома покачал головой.

— Нет. Отсюда будет быстрее направиться прямо к Королю Дракона, чем возвращаться к «Альберту II». Мы с Надин пойдём к Королю Девятиглавого Дракона и попросим его атаковать и этот открытый участок. Одолжи нам немного твоих всадников на вивернах в качестве эскорта.

— Хорошо... Будь осторожен, слышишь? Твои дети ещё маленькие.

— Это касается и тебя. Ты же не хочешь умереть, не увидев лица собственного ребёнка.

Сбросив часть напряжения с помощью этого легкомысленного подшучивания, Сома и Халберт разлетелись каждый в свою сторону для выполнения своих следующих задач.

***

Битва с Ооямизучи наконец-то вступила в завершающую стадию.

Мехадра удерживала Ооямизучи на месте, пока флот Королевства стрелял из пушек; Союз Архипелага стрелял из лёвопсовых пушек, луков и магии; а отряд кавалерии виверн обрушила свои огненные атаки на разлом в панцире, и все они ещё больше открыли рану. Это было общее наступление.

Из разрыва постоянно текла кровь. Его некогда трепещущие щупальца потеряли свою силу, доказывая, что Ооямизучи неуклонно слабеет.

— Хм. Это, должно быть, наш шанс.

После того, как сила щупалец угасла, солдаты смогли взобраться на Ооямизучи. Шима Кацунага, свирепый командир войск Союза Архипелага, высоко поднял свой одати и отдал приказ.

— Хватит бить щупальца! Теперь мы ударим по главному телу! За мной!

— Да-а-а-а!

По приказу Шимы моряки запрыгнули на тело Ооямизучи. Те, кто обладал высоким уровнем прыгучести, забирались на панцирь, а те, кто не обладал такими способностями, использовали крюки для захвата. Такой стиль боя был особенностью солдат Союза Архипелага, которые использовали подобную пиратскую тактику при захвате вражеских кораблей.

Свирепые воины Союза Архипелага перелезали друг через друга, как осаждающие, соревнующиеся в том, кто первым преодолеет стену, взбираясь на спину Ооямизучи. Видя это, флот Королевства прекратил огонь и выслал морскую пехоту. Отряд кавалерии виверн поддержала карабкающуюся команду, одновременно нанося собственные удары по пролому.

Достигнув вершины первым, Шима направился к пролому и взмахнул своим одати. Он нанёс небольшую рану, но с грохотом отклонился.

— Значит, лезвие не справится с этой задачей...? Эй. Ты ведь принёс металлический стержень?

— ...Да, сэр! Вот он.

Шима взял металлический стержень, который пришлось нести двум его подчинённым, и замахнулся, прежде чем со всей силы ударил им в панцирь.

— Хах-х-х-х-х!

Раздался гулкий треск. Панцирь Ооямизучи сломался под силой удара, от которого онемели руки. Огромный кусок оторвался и упал в море. Шима вытер пот со лба, наблюдая за его падением.

— Ух... Га, ха, ха! Я знал, что так будет эффективнее, — сказал он со смехом.

Затем с неба спустилось огненное копье и ударило в центр разрыва на расстоянии нескольких десятков метров. В момент удара огненное копье вспыхнуло, пронзив плоть и вызвав выплеск телесной жидкости. Эта атака заставила Ооямизучи снова корчиться в муках, а для Шимы и его людей это было похоже на землетрясение. Когда тряска утихла, они посмотрели в небо и увидели молодого человека с рыжими волосами, который сидел верхом на красном драконе с копьем в руках.

— ...Это выглядит ещё более эффективно, — пробормотал про себя Шима, его челюсть отвисла.

Тем временем Халберт держал в руках стандартное метательное копьё с кислым выражением лица.

— Фуга мог бы прикончить его одним ударом...

— Не хнычь! — укорила его Руби. — Прикончить эту штуку – сейчас первостепенная задача!

Отчитав Халберта, она запустила очень большой огненный шар в открытую рану Ооямизучи. Пламя опалило плоть, углубив рану.

Яростный штурм продолжался, и разлом расширялся, пока не стал смертельной раной. Чем глубже они забирались, тем меньше им казалось, что они убивают монстра, и тем больше – что они роют ямы в пещере из плоти, но наконец их усилия были вознаграждены.

***

~~~~~~~~~!!

Когда солдаты Союза Архипелага подорвали взрывные бочки, размещённые в его теле, произошёл кровавый выплеск, превосходящий все предыдущие, и голова Ооямизучи упала в море. Зверь ещё дёргался, но у него уже не оставалось сил сопротивляться. Его смерть была лишь вопросом времени.

Я был с Надин, которая вернулась к своей человеческой форме, наблюдая за происходящим с флагмана флота Союза Архипелага, «Короля Дракона».

— Теперь всё готово?

— Да... Всё кончено, — я кивнул. Затем, выпустив большой вздох, я сказал: — Не знаю, это оказалось более грустным, чем я ожидал.

Я разговаривал с Королем Девятиглавого Дракона Шаной, который стоял рядом со мной.

— Я знаю, что бесчисленное количество мирных жителей погибло от этого кайдзю, и в этой битве тоже были жертвы, но... Я просто не знаю, как описать, что я чувствую, глядя на эту смерть. Хотя, у меня есть чувство удовлетворения и облегчения, теперь, когда этот инцидент наконец-то разрешился.

— ...Должно быть, вот каково это – смотреть, как умирает живое существо. Эта тварь ела людей, чтобы жить. Мы уничтожили его, чтобы жить. Это было ради выживания. В этом нет ни добра, ни зла.

Король Шана достал из кармана то, что выглядело как чётки, и потёр их между ладонями, стоя перед Ооямизучи. Молился ли он за существо, которое умирает?

Союз Архипелага был похож на смесь Японии периода Эдо и Китая времён династии Тан, поэтому, возможно, его религиозные взгляды были схожи со страной, в которой я жил раньше. Это была моя первая личная встреча с королём Шана, но, несмотря на суровое лицо, он, казалось, понимал сентиментальность.

— ...Я тоже буду молиться. Не хотелось бы получить проклятие от этой штуки.

Я сложил руки вместе, и Шана захихикал.

— Ты прав. Давай построим на этом острове небольшое святилище и будем проводить здесь обряды раз в год. Этим мы сможем подавить буйный дух Ооямизучи и дать успокоение душам тех, кто погиб в битве.

— ...Я выделю средства на его строительство, поэтому не могли бы вы воздвигнуть памятник погибшим людям из Королевства?

— Конечно.

«Святилище... да?» Когда я услышал это слово, мне пришла в голову мысль касательно названия «Архипелаг Девятиглавого Дракона». Оно произошло от имени существа, похожего на морского змея с девятью головами, которое жило на этих островах давным-давно и которому люди стали поклоняться как богу. У Ооямизучи была голова, как у морского дракона, а также восемь щупалец с крабовидными клешнями на конце. В тумане эти щупальца с крабовыми клешнями выглядели как огромные змеи. В общем, в зависимости от того, как на него смотреть, могло показаться, что у него девять голов. «Если Ооямизучи появился в далёком прошлом, и люди приняли его за морского змея с девятью головами, то название этой страны могло произойти от...»

Подумав так, я покачал головой, чтобы отогнать эту мысль. Это было лишь моё предположение, и попытка связать Ооямизучи с Девятиглавым Драконом, которому они поклоняются как богу, не будет воспринята людьми в этой стране. «Если он существовал раньше, может ли быть второй, или третий... Было бы не смешно, если бы это было так.»

— ...Похоже, всё кончено, — сказал король Шана.

Рухнувший Ооямизучи наконец-то перестал двигаться. Убедившись в смерти цели, мужчины, забравшиеся на его спину, радостно закричали и, взявшись за руки, запели рыбацкую песню. Солнце начало садиться. Услышав песню о рыбалке в конце долгого дня, который мы только что пережили, я почувствовал себя одиноким.

В середине всего этого я хлопнул себя ладонями по щекам.

— ...Ещё слишком рано расслабляться. Мы ещё не закончили уборку.

— Мы не можем просто оставить эту штуку валяться, — сказал король Шана, скрестив руки.

— Да, — кивнул я. — Если оставить что-то настолько большое гнить, неизвестно, какой эффект это может оказать на окружающую местность. Нам нужно быстро распотрошить его.

Ещё в моём старом мире, когда я смотрел программу, показывающую шокирующие видео, одно из них было о мёртвом ките на пляже, который был оставлен на слишком долгое время, что позволило газу накопиться внутри него, который взорвался, когда его попытались освежевать. Если бы мы оставили такую огромную кучу мяса разлагаться, кто знает, какие газы она могла бы производить? Это могло бы вызвать болезнь у людей и загрязнить море. Его нужно было как можно скорее сделать безвредным, и желательно так, чтобы из него можно было извлечь пользу.

— У меня есть специалист по этим вещам.

— Сома! — крикнула Надин, указывая в сторону флота Королевства.

Я посмотрел в том направлении, куда она указывала, и там снова появился массивный шар воды над «Альбертом II». Эксель, должно быть, сделала его для трансляции. В водной сфере отражалось изображение грузного мужчины.

Кашлянув, чтобы прочистить горло, мужчина сказал: — Э... Все меня слышат...? Это министр сельского и лесного хозяйства Королевства Фридония Пончо Ишизука Панакотта.

___________________________________

Редактура и вычитка  Paltouth, великое спасибо!

— Во-первых, позвольте поздравить вас с убийством Оямидзути. Эта победа стала возможной благодаря сотрудничеству между Их Величествами, и, соответственно, нашими двумя странами. Однако ситуация еще не полностью разрешена - мир в Архипелаге Девятиглавого Дракона невозможен, если мы не разберемся с останками Оямидзути, как можно скорее.

Пончо держал в руках рисунок Ичихи, изображающий Оямидзути. Он указал на него, продолжая объяснять, как опасно оставлять тело Оямидзути нетронутым.

— Теперь, когда страшный зверь побежден, остается только куча мяса. Мясо гниет. Если мы оставим его в покое, в нем появятся насекомые, которыми будут питаться дикие животные. Разлагаясь, оно будет издавать ужасное зловоние и станет носителем различных болезней. Если гниющее мясо попадет в воду, оно ее загрязнит. Есть еще случай с останками дракона, которые, по сообщениям, могут превратиться в костяного дракона, если их оставить в покое.

Солдаты, которые были в восторге, думая, что битва окончена, слушали его в молчании. Ситуация еще не была полностью разрешена.

— Как я уверен, вы понимаете, мы должны избавиться от останков Оямидзути как можно скорее. Я знаю, что вы все, должно быть, устали, но я бы хотел,  чтобы вы немедленно приступили к работе. Это желание Его Величества Сомы.

Солдаты с обеих сторон опустили плечи, услышав, что им поручат наводить порядок. Все были измотаны напряженной битвой, в которой только что участвовали, поэтому такая реакция была ожидаема. Объявление о том, что после боя придется заниматься физическим трудом, не подняло боевой дух.

Пончо покрылся холодным потом, когда он с улыбкой продолжил. — Я знаю, что вы, должно быть, чувствуете. Но, знайте, это хорошие новости! Главный эксперт в области монстрологии, сэр Ичиха Чима, исследовал различные части тела Оямидзути, и все, кроме панциря, сделано из съедобных материалов. Я так же уверен, что они очень вкусные.

Услышав слово «вкусные», солдаты оживились. После столь напряженной битвы все они были голодны. Так как они могли хорошо поесть останки перед ними вдруг стали казаться огромной кучей сокровищ.

— Я сейчас все объясню. Я знаю, что вы все, должно быть, устали, но, пожалуйста, будьте аккуратны.

Как только Пончо склонил голову, над Королем возник водяной шар, и в нем появились изображения Шана и Сомы. Каждый из них отдал приказ своим лагерям.

— Вы его слышали. Мы - люди моря в Союзе Архипелага. Мы благодарим мать-море, не жалея ни рыбы, которую ловим, ни зверей, на которых охотимся. Это наш образ жизни!

— Мы зашли так далеко, так давайте доведем дело до конца. Как только пропавшие будут записаны, а раненые вылечены, следуйте указаниям Пончо и приступайте к работе!.

После того, как оба короля отдали приказ, все снова загалдели с полуотчаянным

—Дааааа!.

То, что началось как фарсовая битва флотов, переросло в охоту на монстров, и теперь настало время «Готовить с кайдзю».   Одновременно это было началом самого длительного периода работы для солдат обеих наций.

— Во-первых, пожалуйста, отделите голову и щупальца. Они будут мешать разбирать тело, поэтому я хотел бы, чтобы вы разделились на одну команду для головы, восемь для щупалец и одну для тела, д — сказал Пончо, передавая указания через простой приемник.

Услышав это, Эксель крикнула через микрофон на Альберте II: — Пончо говорит, что хочет удалить голову и щупальца!.

Теперь солдаты обеих стран отчаянно рубили своими мечами корни щупалец Оямидзути.

— Хахххххх! — Айша замахнулась с пронзительным криком, и ее удар создал большую впадину в корне щупальца. Однако, хотя щупальца были пятиметровыми на кончиках, у основания они были вдвое больше, и даже Айша не смогла пробить их одним ударом.

На одном из других щупалец несколько человек работали вместе, чтобы вырубить в нем отверстие. Они заполняли отверстие порохом, затем взрывали его, после чего рыли еще одну яму, чтобы повторить процесс. Это была медленная работа. Даже если бы им удалось отрезать его таким образом, все равно оставалось щупальце длиной с тело Рю Найдин. Его нужно было разломать и оторвать панцирь.

Поняв, что это не работа на один-два дня, солдаты начали чувствовать, что им это надоело.

Вытерев пот со лба после того, как она закончила отрезать щупальце, Айша вздохнула и сказала: — ...Фух. Думаю, я немного передохну.

Заметив ее, Сома окликнул: — О, привет, хорошая работа, Айша.

На плитах стояло более десяти больших кастрюль, и Сома с Джуной были заняты тем, что помешивали одну из них.

— Сииииире, я голодна, — ныла Айша.

— Ладно. Чего ты  хочешь?

— Я бы хотела большую миску со вкусом мисо.

— ...Знаещь, если ты будешь есть его слишком много, тебе он надоест.

— Это не основная еда. Сейчас я просто хочу получить что-нибудь.

Сома слегка поморщился от голодного взгляда Айши. — Ах-ха-ха... точно. Джуна, дай ей большую миску со вкусом мисо.

— Иду!

Джуна зачерпнула немного содержимого горшка в деревянную миску и передала ее Айше, которая затем пошла, села на берегу и начала есть.

Когда ее аппетит был немного утолен, Айша спросила Сому: — Ммф... Вкус хороший, но что это за часть?

— Сейчас мы тушим обрезки, которые отвалились в процессе демонтажа, — объяснил Сома, присаживаясь рядом с Айшей. — Это из щупалец и головы.

В данный момент они собирали и варили части, отделенные от щупалец осьминога и головы морского дракона. Они тушили их в этих горшках вместе с местными продуктами из Союза Архипелагов или овощами и рисом, привезенными из Королевства.

Солдаты продолжали процесс разделки до изнеможения. Когда они проголодались, они делали перерывы, чтобы поесть. Насытившись, они снова принимались за работу. Все повторялось снова и снова. Чтобы не было слишком скучно, они меняли используемые части и приправляли суп мисо, соевым соусом и другими продуктами из Королевства. Поскольку поваров было мало, Сома тоже помогал.

— Сейчас мы используем объедки, но щупальца и мясо в основном можно высушить и законсервировать. Через некоторое время мы будем готовить в основном органы. Пончо говорит, что они тоже должны быть вкусными.

— Но ведь Оямидзути ел людей, верно? — вмешалась Джуна, присаживаясь рядом с Сомой. — Его все еще можно есть?

— Да. Вот почему мы сжигаем ротовую полость и органы пищеварения. Хотя я люблю язык и требуху,....

— Язык?

— Ааа, можете не обращать на это внимания. Просто говорю о своем старом мире. В любом случае, я рассматривал возможность извлечения масла из тех частей, которые мы не могли съесть, но учитывая, что они, по крайней мере, частично состоят из переваренных людей... я решил, что кремация будет уместна.

— Я понимаю, почему... — Пока они разговаривали, подошел Халберт с Надином и Руби на буксире.

— Сома,— сказала Надин. — Они хотят, чтобы ты переместил Мехадру.

— ...Верно. Ну, тогда я пойду, наверное.

— О! Сир. Тогда я пойду с вами...— предложила Айша, быстро поднявшись на ноги.

— Ты достаточно потрудилась, тебе не кажется? Стоит немного отдохнуть.

Встав сам, Сома отговорил Айшу идти с ним в качестве телохранителя, а затем ушел с остальными тремя.

— Теперь, когда дело дойдет до тела, я ожидаю, что оболочка будет мешать.

— Живого моллюска можно сварить или поджарить, чтобы заставить раковину раскрыться, но, согласно анализу Ичихи, эта штука не предназначена для этого. Полагаю, потребуется приложить немало усилий, чтобы разломать её.

— Поэтому мы начнем с того, что положим тело Оямидзути на бок и удалим нижнюю часть панциря, ту часть, которая похожа на пластрон черепахи. Пластрон и мясистые части, из которых росли щупальца, должны быть доступны для разрезания. Я считаю, что Мехадра и драконы должны быть достаточно большими, чтобы справиться с этой задачей.

— Как только это будет сделано, пожалуйста, вытащите все органы.

Следуя указаниям Пончо, я ехал на голове Надин, а Халберт был на Руби. Одновременно я призывал и управлял Мехадрой, так что теперь Рю, дракон и механический дракон выстроились в линию и приближались к Оямидзути. Это было потрясающее зрелище.

— Пончо говорил, что хочет, чтобы мы опрокинули тело на бок, но это будет довольно сложно, — проворчал я, и Хэл кивнул.

— Эта штука похожа на гору. Но мы все равно должны это сделать.

— Ну и дела. Это мы здесь делаем настоящую работу.

— Я очень надеюсь, что потом ты сделаешь что-нибудь, чтобы загладить свою вину.

Надин и Руби жаловались.

— Я буду управлять Мехадрой, а морские драконы  помогут перетащить.

— Я знаю это, но что плохого в том, чтобы позволить мне немного поворчать?

От спины Оямидзути к воде тянулись цепи, к другому концу которых были привязаны морские драконы, которые раньше тянули военные корабли. Когда мы толкали, они тянули с другой стороны.

Посмотрев вниз, я заметил внизу солдата, который махал нам флажками. — Похоже, там внизу все чисто. Ладно, давайте начнем.

— Вас поняла.

— Да, сэр!

Надин, Руби и Мехадра прижали передние лапы к панцирю Оямидзути.

— Готово... Вперед!

Тело Оямидзути покачнулось, когда все трое навалились на него всем своим весом. В то же время морские драконы в воде начали тянуть.

— Готов, поехали!

— Хей, хей!

— Еще раз!

Пока я выкрикивал приказы, тело медленно начало наклоняться.

— А?! Оно падает вниз! — Я знал, что мы проверили, что на пути никого нет, но я крикнул, чтобы убедиться.

Вскоре раздался сильный удар, и тело Оямидзути упало на бок, подняв морскую воду и песок. В этот момент солдаты начали хлопать и радоваться без всякой объяснимой причины. Вероятно, они были рады видеть, как этот гигантский объект заваливается набок. Возможно, это было похоже на то, как если бы вы смотрели видеозапись мощного извержения вулкана и не могли не сказать: — Вау, это было потрясающе.

Итак, теперь часть, похожая на пластрон, была открыта. Мы последовали инструкциям Пончо, чтобы удалить ее. Она была массивной, и на то, чтобы сделать это так же, как с щупальцами, ушла бы целая вечность, поэтому вместо этого Надин и остальные впились в мясистые части своими когтями, а затем оторвали ее. Вот тут-то и пригодились когти Мехадры, заточенные в форме лезвия. Они разрывали плоть даже эффективнее, чем когти Найдин.

— Предполагалось, что Мехадру будет сложно использовать, но теперь она точно пригодится.— прокомментировала Надин, наполовину в отчаянии. Можешь повторить это еще раз, подумал я в ответ.

Когда пластрон был удален, они разорвали мягкую плоть внутри и вытащили внутренние органы. Заставлять Надина и Руби заниматься этой частью было немного жестоко, поэтому я решил поручить это Мехадре. Эта штука была очень полезна для борьбы с такими существами. Однако в Мехадре было мое собственное сознание, и меня тошнило. В процессе работы мне пришлось делать несколько перерывов, поэтому работа заняла много времени. Тем не менее, я закончил, вытащив все органы, которые мог.

Я опустился на землю и сидел там из-за психологической нагрузки. Надин посмотрел на меня с беспокойством.

— Ты в порядке, Сома?

— ...Возможно, это была самая изнурительная часть всей битвы.

— Тебе нужно отдохнуть. Давай, вставай.

Надин помогла мне вернуться в зону, где находились остальные. Я подумал, что гротескное зрелище, свидетелем которого я только что стал, отучит меня смотреть на мясо на некоторое время, но моя голова и тело нуждались в питании, поэтому я впился в миску супа Оямидзути.

— Ммм! Джуна, какую часть ты использовала для этого?

— Мы отдаем приоритет непищеварительным органам. Мне сказали, что это было сердце.

— Сердце....черт, как вкусно, — сказал я с неохотой. Я не мог побороть свой аппетит.

Так мы и продолжали. Мы работали, ели, потом работали и ели еще, делая все по очереди, пока через три дня и три ночи останки Оямидзути не были полностью разобраны. К тому моменту мне уже так надоело видеть части органов, что я больше никогда не хотел их видеть. За исключением некоторых образцов, сохраненных для исследовательских целей, мясо Оямидзути было переработано для употребления в пищу, чешуя, кости и панцирь были использованы в качестве строительных материалов, а органы были либо съедены, либо из них извлекли масло.

Как только вся работа была закончена, Союз Королевства и Архипелага устроил банкет в честь убийства Оямидзути и дружеских отношений между двумя странами. Однако, поскольку оставалось еще много мяса, в меню был суп из субпродуктов. На этот раз, однако, подавали и алкоголь, так что жалобы солдат были минимальны.

Халберт и Руби тоже принимали участие в празднике, сидя вокруг костра на острове Икацуру. К ним присоединился Шима Кацунага и его группа.

— Эй, ты там пьешь, Рыжий? — спросил Шима, энергично хлопая Халберта по спине.

— Ой...! Не могли бы вы немного сдержаться?

Шима, должно быть, уже опьянел, потому что он разразился искренним смехом, а его лицо приобрело яркий оттенок красного.

— Я наблюдал за подвигами красного дракона и ее рыцаря с земли! Никогда бы не подумал, что вы такая молодая пара!

— ...Мы тоже наблюдали. Мы видели, насколько мужественны мужчины Союза Архипелага.

— Га-га-га! Хорошо,хорошо! Давай, выпей еще!

— Хорошо...

— Эй, сой. Не пейте слишком много!— Руби предупредила, когда Халберт и Шима стукнули бокалами друг о друга. — Если ты будешь буянить, пока я за тобой наблюдаю, я не буду знать, что сказать Каэдэ.

— Я... я знаю это…

— Га-га-га! Что, Рыжий? Твои жены отхлестали тебя! Если ты называешь себя мужчиной, у тебя должно хватить смелости сказать им:

— Заткнись и иди за мной!.

В ответ на этот комментарий Шима искренне рассмеялся.

— Халберт. Не принимай всерьез то, что он только что сказал, — раздался голос.

Повернувшись, чтобы посмотреть, от кого исходит внезапное вмешательство, Кастор подошел к нему с чашкой саке в руке.

— Не возражаете, если я присоединюсь к вам?

— Конечно! Давайте.

Кастор сел на место, которое Халберт освободил для него, а затем пристально посмотрел на Шиму.

— За сильными словами скрываются сильные эмоции. Многие из парней, которые скажут вам, что не боятся своих жен, напуганы больше, чем кто-либо. Я видел  много таких случаев в ВВС.

— ...Хмф! Почему вы так говорите?

Шима надул грудь, но Кастор лишь молча указал ему за спину.

— Вы знаете… ваши люди предательски улыбаются

— Что?!!

Шима обернулся, его лицо все еще раскраснелось, но его люди поспешно покачали головами в знак отрицания. Поняв по их реакции, что они на самом деле не улыбались, Шима понял, что попал в ловушку.

— Похоже, я был прав, — сказал Кастор с самодовольным видом.

— Тч...

—Я просто узнал человека с таким же запахом, как у меня, — сказал Кастор само-насмешливым тоном. Когда-то он был хозяином в доме или, по крайней мере, чуть ближе к этому, но с тех пор, как Аксела переехала жить к Эксель, он совсем не мог противостоять своей жене.

Более или менее поняв это, Шима смущенно почесал нос.

Мужчины, которые были храбрыми, за исключением случаев, когда нужно было противостоять своим женам, все подружились, а Кастор и Шима разделили большое количество напитков. Освободившись от давления, Халберт вздохнул с облегчением и повернул голову к Руби, которая стояла рядом с ним.

— Ну и дела... эти ребята из Союза Архипелага, конечно, милые, но они слишком вольно себя ведут, ты не находишь, Руби?

— Да. Но разве такая атмосфера не подходит тебе, Хэл?

— Ха-ха-ха, ну... но когда это происходит, Сома оказывается втянутым в это, и... о, подожди, а где Сома и все остальные?

Когда он это сказал, Халберт посмотрел в сторону Альберта II, а Руби кивнула.

— Да. Надин и остальные на корабле, у них встреча с членами Дома Ша.

— Собрание... точно. —  Халберт допил свой бокал. — Спорим, они не собираются отдыхать, пировать и пить, как мы?

Кают-компания на борту Альберта II имела большой ковер и была украшена картинами. Она  немного была похожа на дорогой ресторан. Единственное, чего не хватало, - это люстры. Поскольку это был линкор, а значит, подверженный тряске, освещение в комнате осуществлялось с помощью ламп.

Джуна, Эксель и я представляли Королевство, сидя за длинным столом напротив Короля Девятиглавого Дракона Шаны, одного человека, который, предположительно, был его близким соратником, и его дочери принцессы Шабон, которые представляли Союз Архипелага. Кстати, хотя Шан и Шабон смогли снова встретиться здесь, на корабле, они оба замерли, не зная, что сказать, когда увидели друг друга.

Дочь не понимала решимости отца, а отец пытался удержать дочь от участия в битве, но это привело к обратным результатам. Это привело к тому, что они вступили в битву в разных лагерях. Там было много чего интересного.

— Отец...— Шабон удалось заставить себя говорить в этой неловкой ситуации.

Однако Шан махнул рукой, чтобы заставить ее замолчать, и покачал головой.

— Мне жаль... есть вещи, которые я должен тебе сказать, и я уверен, что тебе тоже есть что. Однако, ради блага народа, сейчас я хочу отдать предпочтение беседе с господином Сомой. Я обещаю найти для тебя время чуть позже.

— ...Да.— Шабон отступила, возможно, понимая, что чувствует ее отец.

Я тоже был благодарен им за то, что они отложили это. Я не мог вмешиваться в дела чужого государства, особенно если это касается отца и его дочери.

Позади нас стояли наши телохранители Айша и Надин, а Кишун стоял за королем. Здесь не было враждебности, не было необходимости готовиться к потенциальному насилию, но воздух в комнате все еще был немного тяжелый. Если привести аналогию, это было похоже на напряжение в воздухе перед важной презентацией - даже бокалы перед нами были наполнены водой, а не вином.

— Хорошо, давайте начнем, — сказал я, и все кивнули.

Мы объяснили солдатам снаружи, что это дружеская встреча, но на самом деле мы обсуждали, что будет после битвы. Даже в свете сложившихся обстоятельств, наши флоты были всего в полушаге от того, чтобы вступить в бой. Если бы кто-то поторопился во время моей фарсовой словесной войны с королем Шаном... мне было страшно подумать, что могло бы произойти.

Люди были настроены дружелюбно после совместной битвы против общего врага, вместе потели во время работы и ели из одних котелков, но если мы выберем неверный курс, все может снова стать напряженным.

***

— Позвольте мне начать с вопроса, как вы хотите решить эту проблему, сэр Шан.

— Я возьму всю вину на себя, а все заслуги возложу на Шабон.

Глаза Шабон расширились. Я задал прямой вопрос, и Шан дал мне прямой ответ.

— Отец?! Что ты...?

— Вы хотите сказать, что возьмете на себя ответственность за создание напряженности в отношениях с Королевством и приведение нас на грань войны, в то время как госпожа Шабон получит заслугу за наш успешный совместный фронт против Оямидзути? — спросил я.

Шан молча кивнул. Итак, это в основном означало...

— Взяв на себя ответственность, вы имеете в виду отречься от престола и поручить госпоже Шабон занять трон?

— Нет! Отец не должен отрекаться от престола! Не тогда, когда я не смогла ничего добиться! — Шабон закрыла лицо руками.

— Дело не в этом. План был таким с самого начала, — объяснил Шан спокойным голосом, положив руки на плечи Шабон. — Я хотел закончить все так, чтобы ты ничего не знала, но ты поступила по собственному разумению, ради блага страны, и установила контакт с сэром Сомой. Это облегчило сэру Соме доставку флота Королевства на нашу землю, что позволило нам сражаться как единое целое. Теперь у наших людей будет более позитивное отношение к Королевству, чем то, что получилось бы по моему сценарию. Я заставил тебя пройти через многое.

— Отец...— Шабон подняла лицо и увидела, что Шан улыбается ей.

Правда, первоначальная причина, по которой я отправил флот Королевства, заключалась в том, чтобы «дать пощечину флоту Союза Архипелагов за постоянную защиту незаконных рыболовных судов».  Даже если бы мы использовали Морской закон, чтобы заставить нас выступить единым фронтом, это оправдание оставило бы после себя тяжелые чувства. Но поскольку Шабон пришла ко мне, мы могли бы переписать сценарий: «Король Фридонии прибыл по просьбе принцессы Шабон».

Эксель сложила свой складной веер.

— Тогда как вам такой вариант нашего общего сценария? «Чтобы спасти народ архипелага Девятиглавого Дракона, принцесса Шабон, рискуя жизнью и телом, умоляла короля Сому послать свой флот. Вдохновленный ее решимостью, король Сома с радостью согласился послать войска. Однако, когда флот королевства прибыл на острова архипелага, их приняли за захватчиков. Они чуть было не вступили в бой с флотом Союза Архипелагов, но после случайного сигнала бедствия оба флота последовали морскому закону и сражались вместе, чтобы уничтожить Оямидзути» ...Я думаю, так должно быть правильно.

— Да...

— Если мы сделаем эту историю прославляющей Шабон, людям будет легче принять ее, и это поможет оправдать ее правление в будущем. Некоторые из солдат, участвовавших в операции, могли подумать, что в этой истории есть что-то подозрительное, но, хотя мы и подправили хронологию событий, больше половины того, что мы им расскажем, было правдой. Поскольку эта версия событий не унижала Архипелаг Девятиглавого Дракона, вряд ли кто-то будет возражать против нее.

Видя, как быстро Эксель нашла удовлетворительный ответ, можно было понять, что с возрастом приходит  и мудрость.

— Сир, вы сейчас подумали о чем-то странном?

— ...Нет.. нет. —  Я отвел глаза от напряженной улыбки на лице Эксель.

— Я, взойду на трон Девятиглавого Дракона...? Разве я вообще способна на это? — сказала Шабон.

Будучи в похожей ситуации, я знал что она чувствует.

— Госпожа Шабон, вы прибыли в королевство, чтобы остановить господина Шан и сразиться с Оямидзути, верно? Разве вы не готовы были вместо него выступить против Архипелага Девятиглавого Дракона?

— Я была готова, но... я не смогла увидеть истинные намерения отца....

— Мне тоже передал свой трон бывший король, поэтому я понимаю, что вы чувствуете. Даже если это кажется вам бременем, если вы не будете идти вперед, все, что оставили люди до вас, пойдет прахом. Вы должны унаследовать все это и нести вперед.

— Наследовать и нести вперед... вот что я должна сделать. —  Шабон подняла лицо, казалось, обретя решимость. Шан смотрела на нее с удовлетворением.

По крайней мере, сейчас у нас была общая история, которую мы могли рассказать. Теперь пришло время вести переговоры.

— Итак, Королевство сотрудничало с вашей страной в борьбе с Оямидзути. За исключением исследовательских образцов, компоненты Оямидзути должны считаться собственностью Союза Архипелага и использоваться для помощи в восстановлении. Это выглядит так, будто Королевство занимается благотворительностью. Я знаю, есть аргумент, что если мы оставим Оямидзути гнить, это нанесет вред и нашей стране, но мы понесли потери. Я рискую выглядеть так, будто мы высунули шею только для того, чтобы сделать доброе дело. Я бы хотел избежать этого.

Я сразу же вышел и объяснил это Шабон, у которой было сомнительное выражение лица.

— ...Вы что-то хотите сказать?

— Я говорю, что хочу получить какую-то выгоду для Королевства. Если я смогу показать, что для помощи Союзу были веские причины, мне будет легче убедить солдат и моих людей, а это, в свою очередь, поможет наладить дружеские отношения между нашими двумя странами.

— Прибыль. В моей стране не так много финансовых возможностей, хотя...

— Я, конечно, не буду просить денег, это только навредит мнению людей о Королевстве. Вместо этого я хочу, чтобы вы приняли несколько наших просьб. Хотя, кажется, я уже говорил с вами об одной из них, не так ли, сэр Шан?

Я посмотрел на него, и Шан кивнул.

— Вы хотели формализовать Морское право и сформировать на его основе морской альянс.

— Именно так, — сказал я, многозначительно кивнув. — Когда мы решали этот вопрос, мы подняли вопрос о морском праве, чтобы заставить два флота работать вместе. Однако сейчас то, что мы называем «морским законом»,  это всего лишь устный договор. Морским людям он может показаться незыблемым, но для всех остальных он легко нарушается. Я бы хотел, чтобы он был оформлен в виде международного договора.

Морской закон был всего лишь обычаем. Если кто-то не заботился о своей репутации, он мог легко его нарушить. Я хотел сделать его официальным договором между Королевством и Союзом Архипелагов, чтобы предотвратить это. Заключив такое соглашение, мы могли бы использовать его в качестве прецедента, чтобы убедить другие страны признать его в качестве международного закона. Империя и Республика, по крайней мере, присоединились бы к нему.

— Другая причина, по которой оба флота смогли сформировать совместный фронт, заключается в том, что вы и я, главы обеих стран, присутствовали там. Как бы все сложилось, если бы это были только наши командиры? Им пришлось бы связываться с нами, чтобы подтвердить, что делать, и это заняло бы еще больше времени. Мы должны предполагать, что корабли обеих стран будут сталкиваться с инцидентами, о которых мы не будем знать, и я хочу иметь соглашения о том, как их решать.

— Понятно. Теперь я это понимаю, но что вы подразумеваете под «морским союзом»?

Когда Шабон спросила об этом, я сплел пальцы и наклонился чуть ближе.

— Я намерен в будущем расширить морскую торговлю между нашими странами. Очевидно, что Архипелаг Девятиглавого Дракона тоже захочет воспользоваться этим улучшением отношений для торговли. Сэр Шан, судя по вашей разработке пушки и другого порохового оружия для использования на море, возможно, ваша страна производит большое количество селитры?

— Действительно. Южные острова могут производить высококачественную селитру.

— С точки зрения моей страны, эта селитра, а также ваш высококачественный рис и местные деликатесы, являются привлекательными для нас. Есть ли что-нибудь с континента, на что вы хотели бы их обменять?

— Есть. В частности, я слышал, что на континенте есть впечатляющие достижения в области медицинских технологий. После того, как мы все это время были самодостаточны на наших островах, вещи с континента кажутся нам ошеломляющими.

Поскольку эта страна была основана теми, кто был изгнан с материка, ксенофобия пустила здесь глубокие корни - так же, как и в обществе темных эльфов в то время, когда я занял трон. Взглянув на Айшу рядом со мной, я подумал: «Теперь эти темные эльфы - надежные товарищи».

Чтобы расширить нашу морскую торговлю, мне предстояло наладить аналогичные отношения с Архипелагским союзом.

— Если вам что-то нужно от континента, пусть моя страна будет вашим посредником. Нам нужно будет позже проработать детали тарифов и тому подобное, но если торговые флоты смогут свободно путешествовать между нашими двумя странами, я думаю, мы можем ожидать не только значительного экономического, но и культурного прогресса.

Я указал в сторону пляжа, где до сих пор лежат кости Оямидзути.

— Однако этот инцидент пролил свет на то, что подобные существа могут появляться в этом мире. Я слышал, что Оямидзути не позволил Союзу Архипелага отправить свои корабли. Это смертельный удар для торговли. Но дело не только в существах. Я думаю, что сильные штормы, пиратство или вмешательство и саботаж со стороны других стран также могут нанести ущерб торговле.

Все кивнули в знак согласия. Я продолжил.

— Если мы собираемся развивать морскую торговлю, нам необходимо обеспечить безопасность на торговых маршрутах. Для этого и нужен морской альянс. В случае, если корабль одной из стран-участниц столкнется с одной из угроз, которые я только что назвал, военно-морские силы каждой страны-участницы быстро придут на помощь...нет, в случае вмешательства человека, морской альянс будет охранять торговые пути, чтобы этого не произошло в первую очередь.

Идеальным вариантом была бы торговля, не требующая кораблей сопровождения, но в этом мире для этого было еще рановато. В открытом море,  были и другие гигантские существа, кроме Оямидзути. Одно дело, если бы у них было что-то вроде гидролокатора, способного обнаружить приближение опасных существ, но у них его нет. Тем не менее, если мы сможем устранить вмешательство человека, это должно облегчить торговлю.

— Если Союз Архипелагов будет участвовать в этом союзе, я бы хотел привлечь к нему и Республику Тургис. Их кузнецы на высшем уровне. Глядя на катану «Девятиглавый дракон», я вижу, что кузницы архипелага тоже очень развиты. Разве объединение двух наций, приверженных ремеслам, не поможет расцвету новых технологий?

— Хм. Это было бы замечательно, но... у моей страны нет дипломатических отношений с Республикой. Это место становится недоступным, когда моря замерзают зимой. Неужели они согласятся на это?

— Королевство, конечно, будет выступать в качестве вашего посредника. У нас там есть связи.

Я ничего не говорил Ку об этом пункте, потому что многое нужно было держать в секрете, но если я объясню ситуацию, то, зная его, он ухватится за все, что покажется интересным. Ну, даже если он будет сомневаться, я просто должен показать ему выгоду, а затем убедить его...

Шан скрестил руки и выгнул спину. — Я вижу в этом выгоду для своей страны, но здесь, в Архипелаге Девятиглавого Дракона, у каждого вождя острова есть своя территория, которую они контролируют в море. Нам придется уговаривать их всех.

— Я должен оставить это на ваше усмотрение, но не кажется ли вам, что вы можете использовать текущую ситуацию?

Я повернулся в сторону пляжа. Отсюда было слышно, как они бурно веселятся.

— Только что сражаясь вместе, чтобы победить сильного врага, солдаты, вероятно, чувствуют более сильное чувство общей цели, чем когда-либо прежде. Кроме того, появление Оямидзути должно было продемонстрировать важность преодоления границ между островами, чтобы сражаться вместе.

— Действительно, если мы воспользуемся нынешним общественным климатом, то, вероятно, сможем найти волю к объединению, но если это произойдет, то тем более я должен уйти в отставку сейчас. Шабон любима жителями островов и работает на их благо; она станет более подходящим государем для архипелага Девятиглавого Дракона.

— Отец... я понимаю, — сказала Шабон, сцепив обе руки перед грудью. — Я буду защищать острова Архипелага Девятиглавого Дракона и их связь с Королевством своей жизнью.

Казалось, Шабон приняла решение.

Она повернулась, чтобы посмотреть прямо на меня, и сказала: — С этим решено,но у меня есть кое-что, о чем я хочу попросить вас, господин Сома.

— Хм? Что это?

— Для того, чтобы править архипелагом Девятиглавого Дракона, я уверена, что мне потребуется не только помощь моего отца. Чтобы сделать этот союз реальностью, я хотела бы заручиться и вашей поддержкой, господин Сома.

— Хм... Что именно вы хотите от меня?

— Формирование семейных отношений путем заключения брака.

Мои глаза расширились от ее слов. Брак... мы снова вернулись к началу?

— Разве вы не возьмете на себя роль Королевы Девятиглавого Дракона?

— Да. Конечно, не я буду выходить замуж.

При этих словах Шабон улыбнулась.

— Как только я стану королевой Девятиглавого дракона, я намерена завести ребенка. Я надеюсь укрепить связи между нашими странами, выдав этого ребенка в жены за одного из ваших, господин Сома. Я слышала, у вас есть сын и дочь. Если  меня будет - девочка, я хочу отправить ее к вам в качестве невесты для вашего принца, а если мой ребенок - мальчик, я хотела бы принять вашу принцессу в нашу семью в качестве его жены.

«Браки для Cиана и Казухи?!» мысленно воскликнул я. Они еще совсем младенцы!

Не только мы были ошеломлены этим, Шан и Кишун тоже выглядели ошарашенными. Эксель была единственной, кто, казалось, подумала: « О, Боже, вот это интересно», так как она прятала улыбку за своим веером.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, но когда я пришел в себя, я сказал Шабон: — ...Сейчас явно рановато для этого. Я не могу принимать решения самостоятельно.

Упс, в своем замешательстве я просто проболтался о том, о чем думал. Несмотря на то, что я уклонился от немедленного ответа, Шабон сказала «Да», все еще улыбаясь, она кивнула. — Пока все в порядке. Ребенок еще даже не родился. Однако один факт осознание того, что мы с вами обсудили этот вопрос, окажет мне поддержку.

— ...Ха-ха-ха, вы действительно нечто,вы знаете это? — Я был честно впечатлен.

Когда ей не повезло, я видел в ней трагическую принцессу, но у нее была и эта жесткая сторона. Нет, возможно, она выросла благодаря контакту с разными людьми и намерениями, вовлеченными в этот инцидент. Что бы это ни было, из нее может получиться удивительно хороший правитель.

Я громко прочистил горло, пытаясь сменить тему. — Итак, сэр Шан, могу ли я предположить, что вы серьезно рассмотрите вопрос о морском союзе?

— Да. Можете.

— Теперь, что касается другой просьбы Королевства, мы бы хотели остров.

— Остров...? — Шан нахмурил брови. — Я могу быть королем архипелага, но я волен делать все, что захочу, только с островом Девятиглавого Дракона и маленькими островками вокруг него. У меня нет никаких полномочий уступать остров другому вождю.

— Да, конечно. Остров, о котором я прошу, пока не принадлежит вам, но это один из близких к вам островов. Я полагаю, что мы сможем обсудить этот вопрос здесь.

— ...Что это за остров? — спросила Шан и посмотрела на Кишуна, который стоял позади них.

— Я хотел бы получить Маленький остров, из островов-близнецов, которыми правит сэр Кишун.

Во время нашего пребывания на Большом острове до меня дошли слухи, что на Малом острове пришвартованы военные корабли, и что в случае нападения на острова слишком большой силы, чтобы защитить Большой остров, они смогут удержаться на Малом острове. Говорили, что поскольку он меньше, на него может высадиться меньше войск, поэтому его легче защищать.

На лице Шана появилось сомнительное выражение. — Маленький остров? Вам нужна эта крошечная территория?

— Да. Он находится недалеко от острова Девятиглавого Дракона и вдоль маршрута к Лагун-Сити, так что лучшего места для склада снабжения и не придумаешь. В интересах защиты морских путей и поощрения торговли я хотел бы основать там базу и разместить часть флота Королевства.

— Постоянная станция для флота Королевства? Это было бы... — Как только Шан начал хмуриться, Шабон хлопнула ладонями по столу и поднялась.

— Подождите! Вождь островов Близнецов - Кишун. Даже если вы Король Девятиглавого Дракона, для вас неприемлемо заключать сделку с чужим островом! Не можете ли вы вместо этого взять один из островов, присоединенных к острову Девятиглавого Дракона?!

— ...Пожалуйста, успокойтесь, госпожа Шабон, — сказал я, чтобы успокоить Шабон, которая немного разволновалась. — С точки зрения Королевства это было бы прекрасно. Наша цель - стабильные морские пути и торговля.

— В таком случае...

— Но что вы планируете делать после этого, Кишун? — спросил я.

На лице Кишуна появилось сложное выражение. Шабон обернулась, а затем моргнула, увидев его.

— Кишун?

— ......... — Кишун не ответил ей, только посмотрел вниз, сжав кулаки. Это должно быть потому, что он знал, что будет дальше. Шабон, тем временем, казалось, ничего не знала.

Вздохнув, я сказал: — Госпожа Шабон, вы станете королевой Девятиглавого дракона. После этого вы будете базироваться на острове Девятиглавого дракона, что ограничит вашу возможность передвигаться так же свободно, как раньше. Вы понимаете это.

— ...Да. Я готова к этому.

— Если Кишун останется вождем островов Близнецов, он не сможет встречаться с вами так же легко и часто, как раньше. Работа Кишуна заключается в том, чтобы управлять островами Близнецов и защищать людей, живущих на них, но он также является человеком, который сопровождал вас в безрассудном путешествии в Королевство. Должно быть, он действительно испытывает к вам сильные чувства.

Я не знаю, были ли эти чувства преданностью или любовью, но когда Шабон разозлила меня раньше, именно Кишун пришел и устроил забастовку в замке, пытаясь все исправить. Знаете, теперь, когда я об этом думаю, его могли бы за это прирезать стражники. Все, что он сделал, он сделал для Шабон.

Моргнув от моих слов, Шабон снова посмотрела на Кишуна.

— Я просто подумал, что когда Кишун увидит, как вы боретесь за роль королевы девятиглавого дракона, он не сможет оставить вас в покое... и, возможно, он может оставить свой остров без присмотра. Или я ошибаюсь?

— Ну... я хочу поддержать леди Шабон, но жители острова полагаются на меня как на своего вождя. Я не могу их бросить..., — ответил он с болезненным выражением лица.

— Тогда почему бы не назначить родственника магистратом? Так поступают вожди многих маленьких островов, когда приезжают на остров Девятиглавого Дракона, — предложил Шан, но Кишун слабо покачал головой.

— У меня нет родственников... и я не могу оставить работу постороннему человеку....

— Хм... в таком случае, что мне делать?

— А? Вы, сир?

Шан поднялся и положил руку на плечо Кишуна.

— Я хорошо знаю, как вы преданы Шабон. Если бы такой мононофу, как вы, был рядом с ней и поддерживал ее, как отец, это принесло бы мне неожиданное счастье. Я уверен, что из тебя получился бы прекрасный муж.

— О-отец!

— Нет... я не достоен таких добрых слов.

— Если возможно, я бы хотел, чтобы вы продолжали поддерживать Шабон. Поскольку я отрекусь от престола, я буду мешать, если буду находиться слишком близко к ней. Почему бы не доверить свой народ мне как магистрату? Хотя, с вашей точки зрения, мы бы торговали там, где правим.

Когда Шан сказал это, Кишун встал на колено и сложил руки над головой.

— Да. Вам я могу доверять, лорд Шан. Отныне я намерен отдать все, что у меня есть, за принцессу Шабон.

— Отец... Кишун...— Глаза Шабон слезились. Похоже, что группа из Союза Архипелага пришла к решению.

Когда все они вернулись на свои места, я вежливо кашлянул, чтобы попытаться вернуться к обсуждению.

— Теперь об острове...

— Я оставлю решение за Его Величеством, — сказал Кишун, и Шан кивнул.

— Очень хорошо. В свете большой помощи, которую ваша страна оказала нам по этому случаю, я считаю, что мы можем удовлетворить вашу просьбу, — сказал Шан. — Однако если народ воспримет это как то, что один из островов архипелага Девятиглавого Дракона «захвачен», вожди других островов, скорее всего, воспротивятся этому. Наш народ не приемлет вмешательства извне. В этом и заключается проблема.

Это было правдой. Жители этой страны были похожи на самураев давних времен, которые сражались, чтобы защитить единственный участок земли, на который они полагались как на источник средств к существованию. Даже если бы это был всего лишь маленький остров, они не смогли бы смириться с тем, что земля, за которую они боролись, попала в руки чужака. ...Но, в общем, я ожидал такой реакции.

— Тогда почему бы нам не устроить так, чтобы мы обменялись базами?

— ...Обменялись?

— Да. Джуна, принеси нам карту.

— Вот, мессир.

Джуна развернула на столе перед нами карту, которую мы подготовили ранее. Затем, когда все посмотрели на нее, я указала на место немного восточнее Вена вдоль побережья.

— Он небольшой, но здесь есть военный порт. Как насчет того, чтобы мы «одолжили» его вам в качестве компенсации за то, что вы «одолжили» нам базу на острове? По сути, это обмен военно-морскими базами. Естественно, здесь будут действовать те же условия, и мы разрешим вам разместить в порту постоянный флот под флагом Короля или Королевы Девятиглавого Дракона. Я уверен, что вам также понадобятся склады снабжения для ваших торговых товаров.

— Хм, я думаю, это удовлетворит вождей острова, но... вы этого хотите? Вы понимаете, что мы разместим наши военные корабли внутри Королевства?

— Если речь идет только об одном порте, то такой обмен базами потребует определенной степени дружеских отношений между двумя странами. Если одна из сторон предаст доверие другой, эти базы придется немедленно покинуть, я уверен. Если вы действительно понимаете важность морской торговли, вы поймете, почему мы никогда не должны предавать друг друга. Я намерен сделать такое же предложение Республике.

— ...Понятно. Значит, это связано с морским союзом и укреплением отношений, о которых вы говорили раньше.

Шан скрестил руки, ворча, а затем посмотрел на меня.

— Это легкий план, в котором мы ничего не теряем. Я ценю, что вы принимаете во внимание нашу ситуацию, но... это также позволяет мне увидеть, насколько тщательно все было спланировано. Если отбросить вопрос о том, какой именно остров вы выбрали, то общий план - это не то, что вы придумали вчера. Вы собирались попросить меня об этом в качестве платы с тех пор, как я впервые обратился к вам с предложением о совместной борьбе?

— ...Я оставлю это на ваше воображение.

Вообще-то, на мысль об этом морском союзе меня навело кое-что другое, но мне не нужно было об этом говорить.

Вздохнув, Шан сказал: — Ваша страна - более грозный противник, чем я предполагал.

— Я не думаю, что это правда, хотя? Мы чтим наши союзы.

— Именно это и пугает, — сказал Шан, затем посмотрел на Шабон. — Что ты скажешь, Шабон? Это человек, с которым тебе отныне придется иметь дело.

— Я бы хотела доверять ему... я сомневаюсь, что господин Сома предаст нас, если только мы не предадим его.

— Хм... тогда объединись с ним.

— Да.

С этими словами Шабон встала. Я тоже встал, и каждый из нас протянул правую руку.

— Король Сома. В интересах развития моей собственной страны я серьезно рассмотрю этот союз.

— Я буду ждать положительного ответа, королева Шабон.

Мы обменялись крепким рукопожатием.

Детали еще предстоит уточнить, поэтому альянс не может быть заключен здесь и сейчас, но для промежуточного периода достаточно того, что мы поделились своими намерениями укреплять связи в будущем.

Обращаясь ко всем, я сказал: — И с этим...я думаю, пришло время для долгожданного празднования. Со всеми извинениями перед солдатами на берегу, здесь, на корабле, мы будем подавать не только мясные блюда.

— Га-га-га! Хорошо. Знаешь, я уже начал уставать от супа из субпродуктов, — сказал Шан с искренним смехом.

...Да, меня серьезно тошнит от супа из субпродуктов.

— Я могу есть бесконечно много всего, что готовит Его Величество, — вставила Айша.

— Я уверен, что ты можешь, Айша, но я не хочу рыбу.

— Я скучаю по сырым фруктам и овощам.

Айша, Надин и даже Шабон болтали об этом. Тем временем...

— Для меня, я думаю, все дело в спиртном, — сказала Эксель. — Я бы хотела попробовать всевозможные блюда, чтобы понять, что лучше сочетается с саке Архипелага Девятиглавого Дракона, а что - с вином Королевства.

— Позвольте мне приготовить для вас лучшее сакэ архипелага.

— Га-га-га! Саке «Девятиглавый дракон» хорошо сочетается с мясом или рыбой!.

Эксель, Кишун и Шан начали говорит о еде. Они быстро разделились на группы по еде и спиртному. Я решил завязать разговор с Джуной, которая наблюдала за происходящим со стороны.

— Чего ты больше хочешь - спиртного или еды?

— Ну... учитывая, что я сейчас не могу пить, я полагаю, что мне придется сконцентрироваться на еде.

— Хм? Теперь, когда я думаю об этом, ты ведь не пила, когда мы были на Островах Близнецов, верно? Сейчас нет необходимости быть на взводе, так почему бы не расслабиться вместе с остальными?

Джуна поспешно покачала головой. — О, нет, это не то!

— А? Я думал, ты умеешь держать себя в руках.

— Я могу, но... Доктор Хильде сказала мне остановиться прямо сейчас. —  Когда она это сказала, Джуна смущенно положила руки на живот.

Упоминание о докторе Хильде, живота и смущенное выражение лица Джуны - все это говорило мне о причине, по которой она не могла пить прямо сейчас.

— Эээ...? Когда ты узнала?

— Немного раньше, чем мы прибыли на архипелаг Девятиглавого Дракона.

— Почему ты молчала все это время...?

— Потому что если бы я сказала тебе, ты бы никогда не позволил мне прийти, верно? — Джуна усмехнулась про себя, объясняя. — Мое состояние было стабильным, и я не хотела упускать шанс быть полезной.

Я схватился за голову, не зная, что сказать. В моей голове бурлило столько эмоций, и я не знал, с чего начать. Поэтому пока я решил выразить самую большую из них...

— Дааааа, Урааа!

Все были шокированы моей внезапной вспышкой, но я не обращал на них внимания, так как вскрикнул от радости и подхватил Джуну на руки.

О, Cиан и Казуха, скоро вы станете старшими братом и сестрой.

В классе Королевской академии в Парнаме...

— Я сдаюсь, — простонала Райга, рухнув на стол.

Будучи депортированной и отправленной обратно в Королевскую академию перед битвой с Оямидзути, Райга была подвергнута двухчасовым дополнительным занятиям со своим профессором в качестве наказания за пропуск уроков. Кроме того, хотя восьмидневная неделя обычно включала два выходных дня, ее заставляли приходить в свои выходные дни, чтобы заниматься.

— Эта девушка в очках безжалостна. Она даже заставила меня написать письмо с извинениями.

— Ха-ха, ты выглядишь очень усталой, — сказала Люси с язвительной ухмылкой, пока Райга ворчала про себя.

Люси, девушка, которая была похожа на миниатюрную Ророа, достала из своей сумки бутылку, наполненную всевозможными разноцветными круглыми штуками.

— Ну, ты много работала. Вот, хочешь конфетку?

— Да, дай мне одну. Мне сейчас очень нужно что-то сладкое.

Райга открыла рот, как птичка, и Люси бросила конфету. В то же время их подруга, темная эльфийка Велза, вздохнула.

— Ты слишком добрая, Люси. Райга должна больше размышлять над своими поступками.

— Я... я стараюсь, ясно? Я даже написала то письмо.

— Конечно. Но этого разве достаточно?  Тебе нужно больше размышлять над тем что ты сделала. Теперь слушай сюда, — Велза ткнула пальцем в сторону Райги. — Они обратили внимание только на твое отсутствие, но ты также скрылась и незаконно проникла в другую страну, так? Обычно это было бы серьезным инцидентом.

— нуу...

— Я сомневаюсь, что какой-либо другой ученик раньше был так близок к тому, чтобы спровоцировать международный инцидент. Школа должна быть строга с тобой. Обычно тебя бы исключили. Я уверена, что единственная причина, по которой тебя отпустили только на дополнительные занятия, заключается в том, что Его Величество проявляет к тебе милосердие.

— Ну... Да.

Дело в том, что единственная причина, по которой ее провоз на борту корабля и незаконное проникновение на Архипелаг Девятиглавого Дракона не привели к неприятностям, заключалась в том, что Сома и его люди скрыли это. Если бы Райгу, которою Фуга доверил им, исключили из школы, это могло бы перерасти в спор между странами. Велза и остальные знали подробности, потому что Райга рассказала им, но сама школа оставалась в неведении на этот счет.

— Тебе следует лучше понять, сколько проблем ты доставила всем.

— ...Я размышляю над этим. Сэр Сома очень разозлился, — сказала Райга, на этот раз удрученно.

Похоже, она действительно понимала всю тяжесть своих поступков. В комнате воцарилась гнетущая тишина... Затем Люси нарушила ее, бросив конфету в рот Велзы.

— Ммм... это вкусно.

— Это наш новейший продукт. Сделаны с имбирем и медом, так что они полезны и для горла. В любом случае, Райга, кажется, раскаивается, так что, может, пока оставим это?

— ...Очень хорошо. Мне жаль. Я вымещала на ней свое разочарование.

— Разочарование?

— Если быть честным... Я тоже хотела отправиться на архипелаг Девятиглавого Дракона. —  сказала Велза, выглядя слегка подавленной.

Райга моргнула. — Ты? Почему?

— Хм... Оямидзути. Кто-то важный для меня принимал участие в миссии по уничтожению этого существа. Я прекрасно понимаю, что мое присутствие ничем бы не помогло, но... я волновалась...

— О! Это из-за того парня Хэла, который тебе нравится, Вели? — спросила Люси, выглядя взволнованной.

Во время недавнего костюмированного мероприятия они видели, как по фанатичному Велза вела себя в присутствии Халберта. Было легко понять, что она испытывает к нему чувства.

— Ты хитрая собака. —  Люси игриво ткнула ее локтем в ребра. — Ты привлекательна, и я слышала, что ты получаешь всевозможные предложения от сыновей рыцарей и дворян, но ты все их отвергаешь, говоря, что у тебя уже есть кто-то на примете.

— Уф... Люди говорят об этом...?

— Ты, должно быть, действительно влюбилась в него с головой?

— О, безусловно. Он такой сильный и крутой. —  Велза сцепила руки перед грудью, представляя себе образ Хэла, пока говорила. — Он держит по копью в каждой руке, окутывая их пламенем, и бесстрашно сражается с полчищами врагов. Эта рогатая повязка на голове должна напоминать врагам о его прозвище. Она подходит для "Красного Они", который вступает в бой верхом на своем красном драконе.

— Э...? — Люси казалась немного удивленной, когда Велза поэтично рассказывала о своем избранном. Конечно, Люси звучала бы примерно так же, если бы она заговорила о Ророа...

— Он такой сильный, но обычно такой нежный. Когда я иду играть с ним, он не жалеет времени, чтобы погладить меня... хотя, это похоже на то, как если бы я была его младшей сестрой.

Внезапно Велза выглядела подавленной. Она была склонна к сильным перепадам настроения, когда речь шла о ее избранном. Разница между ней и обычной хладнокровной Велзой заставила Люси хмыкнуть.

— Ты настоящий романтик в душе, Вели. Вот, возьми еще конфетку.

— Ном, ном.

Хаэл Красный Они...? Слушая, Райга вспоминала события, произошедшие не так давно. — Он определенно был сильным и храбрым воином. Его красный дракон тоже был сильным.

— О, ты видела, как Хэл сражается, Райга?

— Да, когда Союз Восточных Наций столкнулся с волной демонов. Он определенно был силен.

— А разве могло быть по другому?

По какой-то причине Велза надула грудь, ее ноздри раздувались от гордости. Райгу, которая была склонна к соперничеству, такое отношение раздражало.

— Ну, как бы то ни было, мой брат силен - ва?!

Райга уже собиралась начать хвастаться своим братом, как она всегда делала это с Томоэ, но вспышка убийственного намерения Велзы остановила ее.

Что?! Это очень страшно?! Райга внутренне закричала. Инстинктивно чувствуя, что продолжать эту тему опасно, она ответила: — Я думаю, что мой брат тоже сильный, но Халберт - хороший воен. Да...

— А. Хехе, конечно, да, — улыбнулась Велза и продолжила как ни в чем не бывало.

Райга повернулась к Люси, которая выглядела такой же ошеломленной, как и она, и прошептала девочке на ухо: — Я слышала, что вторая главная королева, госпожа Айша, имеет склонность терять самообладание, когда в дело вмешивается король Сома. Томоэ рассказывала мне об этом, но... я забыла.

— ...Говорят, любовь может сделать человека слепым. Должно быть, так оно и есть.

Пока они вдвоем получали урок того, каким страшным может быть влюбленный темный эльф, появилось знакомое лицо.

— А, вот ты где, Райга.

— ...А? Томоэ?

Томоэ бросилась к ним. Она была не в своей форме, а в одном из нарядов ручной работы Сомы.

Райга склонила голову набок и спросила: — Что случилось? Разве ты сегодня не в школе?

— Я пришла забрать тебя. Я подумала, что твои дополнительные занятия уже заканчиваются, — объяснила она и протянула руку Райге.

— Чтобы забрать меня?

— Да. Я подумалп, что вы захотите увидеть, что произошло потом, конечный результат.

— После? Результат? О чем ты вообще говоришь?

— Все в порядке. Я позаботилась о том, чтобы получить разрешение от старшей сестры и школы. Давай, пойдем.

Томоэ взяла Райгу за руку, не дожидаясь ответа.

— А? Подожди-ка! — запротестовала Райга.

— До встречи, Лу, Вел. —  Попрощавшись, Томоэ потащила Райгу из класса.

Люси и Велза с удивлением наблюдали, как пара оставила их позади в классе.

***

На следующее утро гондола с вивернами, перевозившая детей, вечером отчалила от Парнама и после нескольких остановок для отдыха в городах по пути прибыла в Лагун-Сити.

— Мы почти в Лагун-Сити.

— Мы уже прилители?

Взлохмаченные Ичиха, Райга, Томоэ  спавшие в гондоле, испустили большой зевок.

— Ммф... похоже на то. Да, — ответила Томоэ, потирая сонные глаза.

Перелет был долгим, поэтому все они дремали. А потом... Бах!

— Ик!

— Томоэ?!

Похоже, гондола упала. От удара Томоэ упала в объятия Ичихи.

— Ты в порядке?

— Спасибо, Ичиха.

Райга наблюдала за ними с раздражением.

— Что ты делаешь? Ты такой же медлительный, как и всегда.

— Эмм... это неправда.

— Давайте, прекратите, и давайте выйдем из гондолы, вы двое, — призвал Ичиха.

Когда дети вышли на улицу, морской бриз пощекотал им носы. Гондола была установлена на пляже рядом с Лагуна-Сити. Высадившись из гондолы, они поняли, что прибыли не первыми. Их окружали стражники, хорошо одетые дворяне; Женщина в красной военной форме и драконесса в платье горничной держали на руках детей.

— О! Лисия. Похоже, что Томоэ и другие дети здесь, — сказала Карла, кивнув головой в сторону гондолы.

— Ты права. Я рада, что у них получилось добраться.

Лисия и Карла помахали им, и троица поспешила к ним.

— Старшая сестра! Корабль здесь?!

— Пока нет. Думаю, скоро он должен появиться в поле зрения. —  сказала Лисия, и плечи Томоэ расслабились.

— Корабль...? О, теперь я поняла, — прокомментировала Райга. — Это день возвращения господина Сомы?

Сома был в экспедиции с флотом Королевства в Союз Девятиглавого Дракона. Уже распространилась новость, что кайдзю Оямидзути, нападавший на союз, был недавно уничтожен в результате совместной атаки флотов Королевства и союза. Однако уборка после битвы, включавшая в себя в основном разделку останков Оямидзути, затянулась, не позволяя Соме вернуться.

Когда Томоэ говорила о том, "что случилось потом", она имела в виду битву на архипелаге Девятиглавого дракона. Райга смогла увидеть Оямидзути, но была депортирована перед самой битвой, поэтому ей было интересно, что произошло дальше.

Томоэ несколько раз моргнула. — А? Разве я не сказала?

— Нет, ничего! Ни одной вещи, которую я хотел бы знать! — воскликнула Райга, потянув Томоэ за щеки.

— Стоййй…! — запротестовала Томоэ.

Лисия с лёгкой улыбкой наблюдала за тем, как двое детей сцепились. — Я вижу, вы двое ладите, Райга.

— А?! Д-да. Мы, королева Лисия... Ваше Величество, — напряженно ответила Райга, убрав руку от Томоэ.

— Просто Лисия - это нормально. Ты ведь сама принцесса.

— Я... не думаю, что смогу так обращаться к вам.

— ...Находиться рядом со мной заставляет тебя быть в напряжении? Я настолько пугаю? — Лисия вопросительно качнула головой в сторону, а Райга энергично замотала головой в знак отрицания.

— Н-нет... Я чувствую определенное сходство с вами, леди Лисия. Как будто вы видите меня насквозь. Как бы это сказать...? У меня нет старшей сестры, но я чувствую себя младшей сестрой, когда нахожусь перед вами...

Лисия была принцессой-сорванцом, как и Райга, и у них были общие черты характера, например, упрямство, которое сглаживалось гибким мышлением. Многое из того, что их объединяло, несколько нервировало Райгу.

Томоэ, наблюдавшая за этим обменом, сердито надула щеки. — Старшая сестра - моя старшая сестра!

— Я не говорила, что хочу стать ее младшей сестрой.

— О, почему бы и нет? Наверняка отец будет рад еще одной дочери, — улыбнувшись сказала Лисия.

— П-пожалуйста, не дразни меня!

Говорят, что женщины шумные, и вот почему. Ичиха, который, будучи мужчиной, чувствовал, что не может поддерживать разговор, смотрел в сторону моря. Он увидел, как что-то поднимается над горизонтом, и указал на это.

Райга прищурилась. — Это гора? Нет, остров?

— Хехе, это островной носитель Хиру. Сома и остальные вернулись, — сказала Лисия Райге.

Райга впервые увидела Хирю и была ошеломлена его формой. Другие военные корабли, окружавшие Хирю, тоже появились в поле зрения. Великолепие кораблей создавало ощущение «большого флота».

Некоторые из них были железными кораблями, запряженными морскими драконами, другие - деревянными, усиленными железом и запряженными рогатыми долдонами. Они различались по размерам, так что это было похоже на ярмарку морских судов. Если посмотреть на флаги, то на одних развевался штандарт Королевства Фридония, а на других - Союза Архипелага Девятиглавого Дракона. Судя по количеству кораблей, здесь должны были собраться почти весь флот обеих стран.

Райга пристально смотрела на открывшееся перед ней зрелище. В ее голове сейчас крутился вихрь вопросов.

Грандиозный флот, который она видела перед собой, был чем-то, чего Райга, как единственная, кому не рассказали о серии событий, развернувшихся в Архипелаге Девятиглавого Дракона, не могла понять. Прежде всего, она понимала, что отношения между двумя странами были бурными. Она была свидетелем угрозы, известной как Оямидзути, но считала, что дипломатическая ситуация - это пороховая бочка. Именно поэтому она предположила, что Сома послал флот не только для того, чтобы уничтожить Оямидзути, но и чтобы уничтожить флот Союза Архипелага и получить контроль над морем. Но теперь, на ее глазах, флоты Королевства и союза плыли вместе, словно давние союзники. Райга была в замешательстве.

«Что? Как все так получилось?» подумала она. Это было похоже на то, как если бы ей задали математическую задачу, а потом показали только решение. Ответ был таким, какого она и сама не ожидала. Райга понятия не имела, какая арифметика могла привести к такому результату. И... что это вообще такое?

Райга смотрела на островной авианосец Хирю в центре группы, возглавляющей флот. Она видела его впервые. Почему они построили гигантский линкор в форме острова? Как он движется без каких-либо существ, тянущих его? В голове Лисии и всех остальных давно уже появились вопросы, и самым главным из них был...

— Что это за кости?

На передней части Хирю находился массивный череп. Авианосец и так выглядел достаточно странно благодаря своей островной форме, но от этого он казался еще более странным.

— Я не знаю, что сказать... это выглядит как какой-то новый вид монстра.

— Это похоже на кайдзю типа «Великого острова», Хирю.

Даже Лисия и Томоэ, которые хорошо знали Сому, были немного ошарашены гигантским черепом на вершине Хирю. Ичиха, специалист по системе идентификации монстров, однако, точно знал намерения Сомы.

— Это череп Оямидзути, — сказал он. — Он массивный, но его форма совпадает с формой морских драконов. Скорее всего, он установил его там, чтобы показать, что Оямидзути был успешно убит.

— Я знала это, но... это обязательно вызовет странные слухи, — Лисия в отчаянии опустила плечи.

Благодаря Соме и тем, кто был с ним связан, появилось множество странных слухов, таких как «авантюрист кигуруми» (Маленький Мусашибо) и «большая черная тень, которая спускается на замок по ночам» (Надин). Лисия всегда читала Соме лекцию, когда это случалось, но этот большой кайдзю островного типа может породить еще одну легенду.

— Твой отец просто не может удержаться поиграть, не так ли...? — Лисия криво улыбнулась и обратилась к Казухе, которая протягивала руки и радостно ворковала. Лисия заметила, что Райга схватилась за голову. — Что случилось, Райга?

— ...Я не знаю, как мне сообщить о том, что я вижу, своему брату.

— Хм? Мы ведь не наложили никаких ограничений на твою способность отправлять письма? — сказала Лисия, бросив на нее пустой взгляд.

Никто не запрещал Райге связываться с Фугой. Они держали ее подальше от мест с секретной информацией, и решили, что если позволить Фуге увидеть Королевство ее глазами, то это послужит им защитой, не заставляя его чувствовать угрозу. Причина, по которой ей позволили увидеть Хиру, который до сих пор был скрыт от нее, заключалась в том, что он перестал быть секретом, когда его развернули в бой в Архипелаге Девятиглавого Дракона. Даже если они не покажут его Райге здесь, до Фуги все равно дойдут слухи, поэтому они решили, что лучше дать ей возможность увидеть его как следует и дать точный отчет. Тогда все не будет преувеличено.

Райга слегка вздохнула. — Я знаю это, но... я не чувствую, что могу объяснить это....

Сможет ли Фуга правильно понять, когда человек, стоящий прямо здесь, не сможет? То же самое можно сказать и о двух флотах, движущихся вместе. Представляется вероятным, что к этой ситуации привели какие-то сложные переговоры, помимо того, что Сома и его люди просто сражались и победили.

Я не могу представить, что мой брат проиграл королю Соме, но... я чувствую, что было бы лучше не воевать с этой страной. Не знаю, смогу ли я это описать, но я должна предостеречь его...

Именно это решила сделать Райга, которая была более мудрой и гибкой чем Фуга.

- Конец 2-го месяца 1549-го года по континентальному календарю - Имперская столица, Валуа

Императрица Мария Эйфория стояла перед драгоценным камнем трансляции. На простом приемнике, расположенном рядом, было изображение короля королевства Фридония Сомы А. Элфридена.

— Король Сома, прежде всего, позвольте мне поздравить вас, — сказала Мария, слегка опустив голову. — Я слышала, что вы уничтожили огромное чудовище в Архипелаге Девятиглавого Дракона. Я склоняю перед вами голову.

— Нет, нет, это стало возможным только с помощью Империи. Благодаря тому, что вы распространили информацию об опасности, исходящей от Королевства, острова Архипелага Девятиглавого Дракона объединились, и мы смогли втянуть их в финальную схватку с Оямидзути. Я благодарен вам, — сказал Сома, склонив голову.

Мария улыбнулась. — Жанна дулась из-за этого. Она говорила такие вещи, как «Я выгляжу как дура, раз предположила, что они собираются вторгнуться в союз».

Во время переговоров в Земе, в отличие от своей сестры Марии, Жанна была в ярости из-за своей неспособности разгадать намерения Сомы на основе ограниченной информации. Правда, ее гнев был направлен скорее на себя, чем на Сому и его команду.

— Просто... я никак не мог сказать вам в тот момент. Мне нужно было представить Королевство как потенциального врага. Если бы информация просочилась, вся подготовка, которую мы с Королем Девятиглавого Дракона провели, оказалась бы напрасной. В этом смысле я очень благодарен, что вы поняли, что происходит.

— Хи-хи, как вы думаете, смогла ли я показать свое достоинство старшей сестры? Я знаю, что Жанна дулась из-за этого в то время. Если я помню, господину Хакуя пришлось утешать ее.

— В таком случае, я скажу Хакуе, чтобы в будущем госпожа Жанна снова будет высказывать ему свои претензии.

— Пожалуйста, сделайте это.

Мария решила пойти дальше и сменить тему.

— Оставим это в стороне, я хочу услышать об этом Оямидзути, который напал на архипелаг Девятиглавого Дракона. Говорят, он был размером с гору. Звучит почти как чудовище из сказок. Каким оно было на самом деле? Я бы с удовольствием послушала.

— Ах, ха-ха... это правда. Оямидзути был... — Глаза Марии сияли, как у маленькой девочки, которая просит почитать ей книжку с картинками. Язвительно улыбаясь, Сома рассказал о том, что он видел Оямидзути, и поведал историю о том, как оно сбило с толку флоты Королевства и союза в битве. Мария внимательно слушала с детским благоговением, когда услышала, как это существо выстрелило водой из своего рта, опрокинув несколько кораблей, и ударило своими извивающимися щупальцами по кораблям и кавалерии виверн.

— Фух.— Мария приложила руку к щекам и выдохнула. — Это большой мир. Я и представить себе не могла, что существует такое существо. Опасные и гигантские существа... Я полагаю, вы называете их "кайдзю", сэр Сома? Я знаю, что все это, должно быть, доставило вам много хлопот, но я хотела бы увидеть его до того, как оно будет убито.

— Было ощущение, что я стал свидетелем одного из чудес этого мира. Думаю, Ичиха скоро составит иллюстрированный отчет для энциклопедии, так что я пришлю его вам, когда он будет закончен.

— Я буду с нетерпением ждать этого. —  Мария счастливо улыбнулась. Видя ее такой, она была похожа на жизнерадостную девушку, которую можно встретить где угодно. Хотя, такая красота, как у нее, была обычным явлением. — Раз уж мы заговорили об этом, наши информаторы сказали мне, что вы использовали корабль, похожий на остров, и управляли механическим драконом. Я бы хотела увидеть и это.

Мария заговорила об этих вещах, как будто это было обычным продолжением предыдущего разговора, но Сома напрягся, как только услышал ее. «Хиру и Механдра» подумал он. Это оружие, о котором Королевство пока не хотело говорить открыто. Применяя их с таким размахом, как он, он был готов к тому, что другие страны со временем узнают о них, но думал, что Империя - или, скорее, Мария – первая узнает все из разведданных.

Сома покорно опустил плечи. — ...Это все еще секрет. Это наши тигрята, можно сказать.

— О, вы разводите тигров, сэр Сома?

— Нет, Фуга - это тот, что с тигром. Это фигура речи из мира, из которого я пришел... это означает секретное оружие.

— Секретное оружие, хм? Звучит захватывающе. Хотя это определенно заставляет наш флот чувствовать себя беспокойно.

— Беспокойство... говорите? — спросил Сома, и Мария издала слабый смешок.

— Вы использовали кавалерию виверн на море. Я не эксперт по морским боям, но судя по тому, как паникует флот, я должна предположить, что это революция. Они деловито придумывают контрмеры вроде: «Мы должны установить на все наши корабли противовоздушные метатели болтов!»

Против такого безумного оружия, как авианосец островного типа, это было, вероятно, единственное, что они могли сделать в данный момент.

— Они могли бы так подумать, а...? — ответил Сома, неловко почесывая щеку. — Ну, если они придумают контрмеры, мы просто ответим на их контрмеры.

— Не сомневаюсь. Я могу верить, что Королевство не вторгнется внезапно в мою страну, но люди, которые мне служат, не имеют такой роскоши. Если работа над контрмерами поможет им успокоиться, я думаю, это прекрасно.

— Да. Я не собираюсь использовать их для вторжения в другие страны, очевидно, но я думаю, что нашей стране нужно подготовить военную технику, чтобы мы могли отреагировать на прогнозируемое изменение ситуации на севере.

— ...Речь идет о сэре Фуга Хане, верно? — Мария перестала улыбаться и посмотрела на Сому. Он кивнул.

— Он увеличивает подконтрольную ему территорию, постоянно отрезая земли от Домена Владыки Демонов. Он позволяет беженцам вернуться, становясь при этом их защитником. Все больше и больше людей восхваляют его за великие достижения.

— Я в курсе. Несколько моих приближенных призывают меня вернуть земли из владений Владыки Демонов. Они беспокоятся, что действия господина Фуги пошатнут впечатление людей обо мне как о святой, и это было бы ужасно, если бы это случилось.

— ...я чувствую, что вы не в восторге от этого.

— Империя и так слишком велика, чтобы я могла ею управлять, — сказала Мария, слегка посмеиваясь над собой. — Это только увеличит территорию, которую я не смогу контролировать.

— Я понимаю это чувство, но... удовлетворит ли это ваших покровителей?

В отличие от Королевства, где было много талантливых людей, работавших на благо страны, харизма Марии была главным фактором в том, как Империя Гран-Кэйос контролировала свои обширные владения. Ее приближенные должны были опасаться, что харизма может померкнуть. Поэтому убедить их будет нелегко... подумал Сома.

Мария опустила глаза и тихо ответила: — Если я не могу удовлетворить их ожидания, значит, я никогда не была такой особенной.

Сома не знал, что сказать. Возможно, это был груз того, что она несла на своих плечах, но от Марии веяло просветлением, что не соответствовало ее возрасту.

Затем, как будто для того, чтобы стереть всю обреченность и уныние, Мария хлопнула в ладоши. — Если подумать, я что-то слышала о том, что вы заключили морской союз с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона.

— ...Вы действительно много чего слышите. Я планирую донести это и до Республики.

— О, боже, и вы не собираетесь предложить его моей стране? — озорно сказала Мария, а Сома пожал плечами.

— Вы говорите, что знать Империи не может присоединиться, верно? Если бы мы добавили к морскому альянсу главного подписанта Декларации Человечества, это считалось бы практическим продолжением Декларации. Чтобы сохранить наши прочные связи в тайне, мы не можем пока что позволить Империи присоединиться.

— Пока нет... вы говорите. Я ожидала этого, но все равно жаль. Если возможно, я бы хотела, чтобы вы стали лидером всех наций человечества, господин Сома.

— ...Пожалуйста, не перекладывайте груз Империи на меня. —  Сома вздохнул, затем посмотрел на Марию с серьезным выражением лица. — Морской альянс был организован, чтобы быть отличной структурой от Декларации Человечества, которая в основном базируется на суше. Если мы позволим им думать о нем как о другой фракции как оппозиции Империи, то третьи страны не будут так насторожены.

— Да. Я это понимаю.

— Кроме того, даже если мы в разных фракциях, я думаю, что Королевство и Империя, когда это необходимо, все еще могут работать вместе и иметь значительную власть.

— Это правда. Полагаю, это еще одна причина, по которой мне необходимо поддерживать Декларацию человечества. —  Мария кивнула сама себе.

— Каков масштаб Декларации человечества на данный момент? — спросил Сома. — Я знаю, что мы частично виноваты в этом, но... Я подозреваю, что вы потеряли некоторых членов после того, как мы аннексировали княжество Амидония. Это как-то повлияло на ваше влияние?

— Хи-хи, вам не стоит беспокоиться. Это правда, что после выхода княжества Амидония, членство в Декларации сократилось до моей страны и двух ее вассалов, государства наемников Зем, и ряда стран в Союзе Восточных Наций, — сказала Мария без всякого беспокойства. — Однако во время волны демонов вы отправили подкрепление в Союз Восточных Наций «по просьбе Империи».  Это было истолковано как то, что Королевство Фридония признает действительность Декларации Человечества, даже если вы сами не присоединитесь к ней. Это помогло гарантировать мое положение лидера союза.

— ...Понятно. Тогда я рад быть полезным.

— Да, я тоже рада.

Потом мы оба рассмеялись.

Как только она закончила, Мария сказала: — Но поскольку  теперь сформировались два больших лагеря, это, запутает страны, которые не принадлежат ни к одной из наших фракций. Я не ожидаю, что это повлияет на Королевство Духов Гарлана или Королевство Рыцарей Дракона Нотунга из-за их закрытости, но есть еще Лунарское Ортодоксальное Папское Государство, страны Союза Восточных Наций, которые не являются частью Декларации Человечества, и....

— И Малхитан, который расширяет свое влияние под руководством Фуги. —  Сома закончила свою мысль.

— Да. Это потрясет эти страны.

На чью сторону они встанут? Или ни к одной из сторон? Если они хотят остаться независимыми от обоих, им нужно будет набраться сил, чтобы это стало возможным. Они будут колебаться под влиянием многих скрещенных намерений.

Сома слегка вздохнул. — То, что мы, оставаясь осторожными в отношении действий Фуги и готовясь к ним, можем стимулировать его к действиям... ужасно иронично.

Мария молча кивнула в знак согласия.

**

В то же время в засушливом регионе северной страны...

В этот день войска Малхитана под предводительством Фуги отвоевали обнесенный стеной город. Город процветал благодаря оазису, расположенному в центре. Стены были немного низковаты, поэтому они служили не столько для защиты от нападающих, сколько для защиты от песчаных бурь в ветреные дни. Фуга и его люди быстро расправились с чудовищами, населявшими город. Битва за возвращение города была не столько осадой, сколько уничтожением некоторых монстров, забредших в заброшенные дома.

Как и предсказывал Фуга, казалось, что демоны, сломившие объединенную мощь человечества, находились только в глубине владений Владыки Демонов. Его войска уже отбили несколько городов и деревень такого масштаба. Они расселяли беженцев, пожелавших остаться в городах и деревнях, а затем, обеспечив снабжение Союза Восточных Наций, направлялись в следующее поселение, чтобы повторить процесс. Это привело к довольно спокойному маршу.

Хотя они отвоевали земли, входившие в домен Владыки Демонов, они контролировали не столько территорию, сколько пункты внутри нее, соединенные линиями снабжения. Эти города и деревни еще не могли обеспечить себя всем необходимым, поэтому Фуга и его люди были вынуждены использовать часть своих подразделений для охраны линий снабжения, поэтому они находились под защитой Малхитана. Высокомобильная кавалерия была жизненно необходима для поддержки этих линий снабжения. Благодаря всему этому, можно считать, что захваченные города и деревни фактически находились под контролем Фуги.

— ...Ух.

Фуга сидел на краю стен одного из таких захваченных городов и смотрел на вечернее небо. Сейчас они, без сомнения, готовили пир у оазиса в честь взятия города. Фуга играл главную роль в захвате, но в последнее время он чувствовал себя измученным постоянным окружением людей. Он не считал своих товарищей помехой, но иногда ему хотелось побыть в тихом месте, где он мог бы отдохнуть в одиночестве.

— Здесь ли вы, господин Фуга?

— ...А, это ты, Муцуми, — ответил он ей.

— Это беспокоит твоих последователей, когда вы бродите вот так, — пожаловалась Муцуми, сидя рядом с ним, а Фуга почесал голову.

— Даже я иногда хочу побыть один.

— О, Боже. Должна ли я тогда оставить тебя одного?

— Ты другая. То, что ты рядом со мной, помогает мне расслабиться... Не возражаешь, если я позаимствую твое ножки?

— Давай.

Фуга снял шлем и лег, положив голову на ноги Муцуми.

— Довольно сложно жить в соответствии с ожиданиями других людей, да?

— Потому что вы всегда идете дальше, чем кто-либо может себе представить, лорд Фуга. Должно быть, это трудно, видеть, как растут их ожидания.

— ...Ты можешь говорить нормально, когда мы одни?

— О, вы уверены? Мне очень нравится вести себя как добродетельная жена. —  Муцуми с усмешкой погладила слегка всклокоченные волосы Фуги.

Когда его последователи не могли их видеть, Муцуми разговаривал с Фугой более непринужденно. Она была важной фигурой, с которой он мог просто быть самим собой.

— Твои последователи почтительно обращаются ко мне «Миледи».  Они тоже кланяются, когда я прохожу мимо. Это заставляет меня чувствовать, что я стала королевой какой-то великой страны.

—  И это обязательно случится.

— Ты уверен в себе. Впрочем, это одна из твоих сильных сторон.

— Я больше, чем просто разговоры. Малхитан с каждым днем становится все больше. —  Фуга достал книгу из сумки, лежащей рядом с ними. — ...Ну, это немного расстраивает, что то, что поддерживает контроль Малхитана - эта книга, которую нам прислал Сома. Это заставляет меня чувствовать себя в долгу перед ним.

— Энциклопедия монстров.

Книга, которую держал в руках Фуга, была написана в соавторстве с младшим братом Муцуми  - Ичихой Чимой и премьер-министром королевства Фридонии. Сома и Мария подозревали, что демоны и монстры отличаются друг от друга. Поэтому Сома обнародовал содержание этой энциклопедии и старался распространить ее, чтобы страны, соседствующие с Доменом Владыки Демонов, не путали эти два понятия при контакте с ними. В частности, он отправил копию в Империю Гран-Кэйос, Малхитан и Королевство Ластания, где находился Юлий.

Фуга ворчал, пролистывая Энциклопедию монстров. — Однако она хорошо составлена. С этой книгой нам не придется полагаться только на снабжение захваченных городов; мы также сможем собирать съедобное мясо и полезные компоненты с убитых нами монстров.

Поскольку это был домен Владыки Демонов, он кишел монстрами, на которых нужно было охотиться, чтобы защитить линии снабжения. Благодаря возможности добывать пищу и компоненты, торговцы, которым нужны были компоненты для монстров, отправляли искателей приключений вдоль линий снабжения, и это давало ценный источник ресурсов и средств для восстановления захваченных городов к их прежнему образу жизни. В общем, без преувеличения можно сказать, что территория Фуга поддерживалась энциклопедией.

— Я был удивлен, когда узнал, что эту вещь написал твой младший брат, которого Сома забрал с собой.

— Я тоже. Я думала, что он видит вещи иначе, чем другие люди, но даже я, его сестра, не подозревала, что у него есть такой дар. Хи-хи, отец, наверное, сейчас вне себя от досады.

Сома сделал «Энциклопедию монстров» общедоступной для достижения более широкой цели, но он мог бы сделать состояние, продавая содержащуюся в ней информацию по частям. Другими словами, Ичиха, которого многие считали единственным из братьев и сестер, не обладающим талантом, на самом деле был золотым гусем. Герцогу Чиме было бы неприятно узнать, что он упустил его - даже если бы он сам никогда не обнаружил дар мальчика.

— Даже когда он закончит школу, я сомневаюсь, что Ичиха вернется в герцогство Чима. Я уверена, что там он будет более счастлив.

Когда она это сказала, Фуга разразился смехом.

— Я окажу парню теплый прием, если он придет к нам. Но все же... у Сомы пугающий навык видить людей. —  Улыбка Фуги исчезла, и его выражение лица стало серьезным. — Как будто он видит то, чего не вижу я.

— Это правда. Как сестра, я благодарна ему за то, что он точно оценил ценность Ичихи.

— Эй, теперь ты моя жена, ясно?

— Да, но я также сестра Ичихи.

— Вздох... Да, у меня такое чувство, что мы с Сомой не поладим.

Точно так же, как Сома опасался Фуги, Фуга опасался чего-то непонятного в Соме.

— ...Буквально на днях я получил отчет от Райги о том, что задумал Сома.

— И что он делал?

— Судя по всему, он послал флот к архипелагу Девятиглавого Дракона, — ответил Фуга.

Муцуми моргнула. — Вы имеете в виду, что Королевство вступило в войну с Архипелагом Девятиглавого Дракона?

— Нет, это не то. Похоже, что он послал флот, чтобы они могли сотрудничать с союзом для уничтожения какого-то огромного монстра. Она говорит, что оно было размером с гору.

— ...Чтобы убить монстра? Значит, это была не война.

— Да. Королевство не захватило ни одного острова. Думаешь, такой парень, как он, стал бы работать бесплатно? А еще в отчете Райги был «островной корабль» и «механический дракон». Сама она механического дракона не видела, но слухи ходили. Честно говоря... Я ничего из этого не понимаю.

Фуга сильно зевнул.

— Малхитан - это степная страна. До недавнего времени я никогда не видел моря. Я думал, что это нормально. Моей целью было сделать Малхитан достаточно сильным, чтобы стать доминирующей державой на этом континенте, поэтому я не интересовался миром за его пределами, но... если Сома активно выходит в море, это привлекло мое внимание. Ну, не то чтобы это имело значение. Мы ничего не знаем о море. Мне это тоже не интересно.

Как и надеялся Сома, Фуга не придал большого значения военно-морской деятельности. Ему могло показаться подозрительным, что Сома отправился в море, но страны континента были соединены сушей, поэтому он решил, что превосходящая армия позволит ему доминировать на континенте.

Фуга поднял руку к небу, сжав ее в кулак, и сказал: — Я верю, что те, кто сможет лучше всех бегать по этой земле, будут править этой эпохой. Поэтому я использую все свои силы, чтобы дойти как можно дальше.

— Да. Вот почему все следуют за тобой. В том числе и я, конечно.

— Чертовски верно! ...Но, хорошо, позволь мне пока немного отдохнуть.

И вот, положив голову на ноги Муцуми, Фуга закрыл глаза.

— ...У меня болит голова.

— Эй, что ты там вообще делаешь?

Это было утро после нашего праздничного банкета, и меня мутило от похмелья, в то время как Лисия смотрела на меня с раздражением. Я использовал драгоценный камень на борту "Хирю", чтобы поговорить с ней, пока она находилась в секретном арсенале Королевства. Между двойной радостью от убийства Оямидзути и известием о беременности Джуны, я был взволнован, распустился и выпил слишком много. Наверное, где-то по дороге я потерял сознание...

Когда я пришел в себя, я лежал в постели в военной форме, а Айша и Надин, которые, должно быть, несли меня туда, обнимали меня. Они явно тоже выпили и крепко спали. Джуна, очевидно, ушла раньше, когда вечеринка стала суматошной. Хорошее решение.

Когда я рассказал Лисии о беременности Джуны, ее реакция была такой:

— Конечно....

— Ты знала об этом, Лисия?

— У меня было предчувствие. Основываясь на изменениях в ее поведении, я подумала об этом.

— А у меня не было ни малейшего представления... я чувствую, что мне предстоит пройти долгий путь как мужу и отцу.

— Ну, я думаю, здесь просто разрыв в опыте. —  Лисия надула грудь от гордости и улыбнулась.

Да, с этим не поспоришь, подумал я, а затем ответил: — Но... О, я никогда не говорил Джуне об этом, но, возможно, мне не следовало позволять ей участвовать. У меня мурашки по коже при мысли о том, что могло с ней случиться.

— Я понимаю это чувство, но даже если бы я знала, я не смогла остановить ее.

— Почему нет?

— Потому что, если бы я была на ее месте, я бы скрыла это, чтобы тоже поехать с тобой. Да... если бы у меня не было плохого здоровья, когда ты поехал в Республику, я могу гарантировать, что я бы сопровождала тебя туда. Я волновалась, понимаешь?

— Ты так мало веришь в меня... и вообще со мной была Айша и другие, чтобы  меня  защитить!

Я криво улыбнулся, а Лисия захихикала.

— Это довольно раздражает, быть единственной в месте где безопасно. Кроме того, когда ее живот немного подрастет, она не сможет так свободно передвигаться, так что вполне естественно, что она хочет сделать как можно больше, чем может сейчас.

— ...Справедливо. Я ценю ваши чувства, но они все еще беспокоят меня.

— Хи-хи, скорее возвращайся домой, хорошо? Я хочу снова увидеть твое лицо, лично.

— Ха-ха-ха, мы все отправимся домой, когда все будет доделано... Ах. Могу я попросить тебя позвонить Ку в Лагун-Сити? Возможно, оттуда ты сможешь быстрее с ним связаться. —  сказал я, и выражение лица Лисии стало серьезным в ответ.

— Речь идет о морском союзе, верно?

— Да. Я хочу, чтобы все было улажено до того, как угаснет общая дружеская атмосфера, вызванная тем, что мы вместе сражались. Чем быстрее это будет сделано, тем лучше.

— Я поняла. Но ты, кажется, ужасно торопишься. —  В этот момент Лисия, казалось, что-то поняла и поднесла руку ко рту. — Подожди... Может быть, это настоящая причина, по которой ты отправил войска?

— ...Почему ты так думаешь?

— Я просто подумала, что морской союз и обмен базами выглядят слабой компенсацией за поддержку, которую мы им оказали. Поскольку ты не просил чего-то конкретного, например, острова или денег, я предполагаю, что то, чего ты действительно хотел, было скрыто в том, чего ты просил. Ну, это просто интуиция, рожденная от совместно жизни.

— Ты  читаешь  меня как книгу. —  Я сдался и пожал плечами в знак покорности. Моя жена довольно умная.

— Это правда, что моей главной мотивацией для сотрудничества было обеспечение этого морского союза. Это не была чисто гуманитарная мера; я также рассчитал, что если смогу расположить к себе Архипелаг Девятиглавого Дракона, то смогу создать союз.

— Ты действительно так далеко зашел... Значит, это так важно?

— Очевидно, поскольку это повлияет на будущее Королевства.

— Это так важно? — с сомнением спросила Лисия, и я кивнул.

— Я уже говорил об этом Хакуе и Эксель, но Королевство будет стремиться к развитию своей морской торговли и военно-морской мощи.

— .. Я не очень понимаю.  Ну, мы же являемся континентальной державой, большинство ваших полей сражений и торговых путей будут проходить по суше.

Я не мог винить Лисию за то, что она думала так, как думала. В Королевстве роль флота заключалась в подготовке к отражению вторжений или прямого вторжения со стороны архипелага Девятиглавого Дракона. Их главный враг, княжество Амидония, имел с ними общую сухопутную границу, а когда дело дошло до Республики Тургис, которая в прошлом предпринимала попытки экспансии на север, их моря замерзли, поэтому у них не было подходящего флота.

Из-за этого они считали, что важные сражения происходят на суше, и не понимали важности военно-морской доблести. Похоже, что так было и в других странах. Несмотря на свои огромные размеры, Империя Гран-Кэйос не имела процветающего флота. Сила земли важнее силы моря - таково было общее мнение на этом континенте. Фуга, живший в степях, думал так же, и именно поэтому я сосредоточился на этом.

— Свобода плавания по морям напрямую связана с силой государства. Подумай об этом. У нашей страны есть авианосец островного типа. Если ничто не препятствует его навигации, мы можем бомбардировать любое место на побережье в свое удовольствие. Более того, если мы используем "Ророа Мару", то сможем даже перебрасывать войска через замерзшее море.

— Когда ты так говоришь… да, я вижу. Значит, теперь мы представляем реальную угрозу и для других стран.— Лисия издала впечатленный возглас.

Я кивнул. — Очевидно, то, что мы можем что-то сделать, не означает, что мы собираемся объявить войну и нажить себе врагов. Я не хочу быть врагом человечества.

— Ты чертовски прав.

— Кроме того, есть и экономические причины для этого. Хотя, если мы так увеличим нашу морскую мощь, никому не удастся оценить результаты. Поэтому мы сможем сделать это тихо, не предупреждая другие страны. Я подозреваю, что только такая морская страна, как Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, сможет правильно понять угрозу.

Королевство духов Гарлана тоже было островным государством, но они были настолько ксенофобами, что закрыли свою страну. Все будет в порядке. В любом случае, они не получали много информации извне.

Внезапно Лисия хлопнула в ладоши. — Я поняла. Вот почему ты привлек их в альянс. Если страны, которые понимают угрозу, являются нашими союзниками, им будет сложнее увидеть в нас опасность.

— Ты поняла - и если мы сможем свободно перемещаться через их воды, нам будет еще проще координировать свои действия с Империей. Это значит, что мы сможем перевозить припасы и людей туда и обратно.

Я не говорил об этом раньше, так как не было возможности, но этот мир, вероятно, был шаром, таким же, как Земля. Поскольку Империя находилась к западу от нас по суше, до них можно было добраться, пересекая море к востоку от архипелага Девятиглавого Дракона. Люди в этом мире с их способностью летать на вивернах, вероятно, поняли это на ранней стадии. Ведь изгиб горизонта был виден с воздуха.

Причина, по которой я говорю "возможно", заключается в том, что, несмотря на то, что мир был пересечен с востока на запад, то же самое не было сделано с севера на юг. Ледяной континент, который я видел к югу от Республики Тургис, был неподтвержденной территорией, поэтому он не был включен в карты, а о крайнем севере мы знали еще меньше.

Если учесть, что север континента был пустыней, где впервые появился Домен Владыки Демонов, наш континент казался находящимся в южном полушарии. Поэтому люди этого мира, видимо, считали, что он имеет форму карты, свернутой так, что восточная и западная стороны соприкасаются, почти как цилиндр. Я еще многого не знал об этом мире. Размышления об этом усугубляли мое похмелье, поэтому я постучал себя по вискам и вздохнул.

— ...Похоже, что Фуга постоянно расширяет свою територию на севере.

— Этот парень…

— Да. Похоже, что против него уже формируется оппозиция. Я ожидаю, что в недалеком будущем лагеря сторонников и противников Фуги столкнутся. Результат этого конфликта может потрясти континент. Мы должны быть готовы к этому.

— Понятно... ты ожидаешь, что Фуга победит? — спросила Лисия, и я пожал плечами.

— Этого я не знаю. Ну, это правда, я не могу представить, что он проиграет. Дело в том, что наименее желательным результатом для нашей страны было бы, если бы Фуга победил, а затем стал героической фигурой, в которую люди вкладывают свои надежды и мечты. Если это произойдет, то гарантированно посыплются искры и в соседних странах.

— Я никогда не встречала этого Фугу, но... он кажется опасным. Мы должны сделать все возможное, чтобы защитить нашу страну. Ради детей.

— Да. Для Cиана, Казухи и всех детей, которым еще предстоит родиться.

Мы с Лисией кивнули друг другу. Затем Лисия улыбнулась мне.

— Возвращайся целым и невредимым!

— Да. Хотя, возможно, это будет немного пафосное возвращение.

— ...Ты опять что-то замышляешь?

— Хехе, просто подожди и увидишь. —  Я ухмыльнулся, когда Лисия бросила на меня взгляд, полный отчаяния.

***

- 15 день, 2 месяц, 1549 год по континентальному календарю

— Сир, уже почти время, — сказала мне Джуна, которая стояла рядом со мной, и я кивнул.

— Хорошо... Ну тогда начинайте! — крикнул я, подняв правую руку вверх, чтобы люди на мостике могли видеть. Когда я это сделал, спереди и сзади корабля раздались звуки горнов и сигналы флагов. Вскоре за этим последовали бесчисленные сигналы со всех сторон.

Я окинул взглядом объединенный флот Королевства и союза; всего насчитывалось более шестидесяти боевых кораблей. Все они шли под флагами Королевства Фридония и Союза Архипелага Девятиглавого Дракона бок о бок. Когда замолчали горны, корабль впереди нас выстрелил холостым артиллерийским снарядом - это был сигнал к движению обоих флотов.

Альберт II начал медленно продвигаться вперед. Я положил руку на поясницу Джуны, чтобы она не упала.

— Спасибо, мессир, - сказала она, слабо улыбнувшись.

—Я бы хотел, чтобы ты оставалась внутри корабля, там где тепло.

— Я не хочу.  Не каждый день увидишь такое масштабное представление, — ответила Джуна, оглядываясь по сторонам. — Я никогда не видела такого большого флота. Это захватывает дух.

Флот обеих стран плыл строем.

— Этот план был просто импровизацией, которую я придумал на ходу, но они умудряются координировать свои действия.

— Конечно. Флот обеих стран хорошо обучен.

— Мы должны поблагодарить за это Эксель. Благодаря ей у нас будет отличный военно-морской смотр.

Это была идея, которую я придумал: военно-морской смотр - по сути, военный парад флота - с участием флотов Королевства и Союза.

Два флота вместе подплывали к островам и..

1) Объявление, что угроза со стороны Оямидзути исчезла.

2) Объясните, что это была совместная работа Королевства и Союза Архипелага.

3) Покажите, что Королевство и союз Архипелагов заключили морской союз.

4) Продемонстрировать, что отношения между двумя странами были хорошими.

Каждый остров уже получил посыльных с этой информацией, но, увидев, что два флота движутся в тандеме, они все поймут. Хотя это должно было помочь объединить людей внутри Союза Архипелагов, наша страна была создана как их фактический враг, поэтому просто увидеть, что у нас теперь «сердечные отношения» в печатном виде, было не слишком убедительно. Видеть - значит верить.

Чтобы усилить правдоподобность этого, Хирю возглавил процессию вместе с кораблями сопровождения. Череп Оямидзути с удаленной нижней челюстью был выставлен на палубе. Поскольку из черепа было удалено все мясо, чтобы предотвратить разложение, а Хирю был смоделирован как остров, зрелище получилось довольно сюрреалистичным.

— В зависимости от угла, это может выглядеть как новый вид монстра, — сказал я, и Джуна захихикала.

— Если смотреть сверху, то я уверена, что вы правы, но если смотреть снизу, то это явно корабль.

Эти действия были предприняты, чтобы показать жителям острова, что Оямидзути убит и угроза исчезла, но у меня это вызвало сложные эмоции. У меня было ощущение, что я шествую по улице с чьей-то головой на пике - хотя обычно шествуют перед казнью заключенных. Это напомнило мне о чаше с черепом, сделанной Одой Нобунагой. Я не хотел бы быть проклятым, поэтому собирался выразить свое почтение сэру Шану, как только закончится этот морской смотр.

— В любом случае, как только это будет сделано, мы сможем наконец вернуться в Королевство.

— Да... — После этого два флота обогнут архипелаг, а затем направятся в Королевство. После этого они отправятся из Лагуна-Сити в Венет, чтобы оповестить людей о том, что боевые действия подошли к концу. Наконец, флот разойдется в Венет, и они вернутся на архипелаг Девятиглавого Дракона.

— ...Мне нужно будет поговорить с Лисией о детях, когда мы вернемся.

Я не упомянул об этом во время разговора, но мне нужно было объяснить Лисии предложение принцессы Шабон о помолвке Cиана и Казухи. Решение еще не было принято, но, как члены королевской семьи, разговоров о браке с другими королевскими особами не избежать, так что Лисия поймет. Хотя, честно говоря, я не хотел делать ничего такого, что могло бы ее хоть немного огорчить.

Джуна осторожно положила свою руку поверх моей. — Теперь, когда я беременна собственным ребенком, я могу понять ваши чувства к семье лучше, чем раньше, сир.

— Джуна...  — Еще неизвестно, приедет ли дочь госпожи Шабон, чтобы выйти замуж за Cиана, или вы отправите Казуху, чтобы она вышла замуж за ее сына, но очень важно, чтобы между нашими странами сохранялись позитивные отношения, чтобы этот брак не стал источником печали. И наоборот, пока наши отношения остаются хорошими, их брак не может закончиться слишком плохо.

— Вы, безусловно, правы... — Если отношения между странами были дружественными, то независимо от того, принимали ли мы невесту или отправляли ее, обе страны хорошо заботились о них. Кроме того, если брак противоречил намерениям сторон, то при хороших отношениях разорвать помолвку было бы легко. Так что, в принципе...

— От нас зависит, чтобы все получилось.

— Верно. Ты должен сделать все возможное для детей.

Я кивнул в ответ на мягкую улыбку Джуны и посмотрел на море.

- Лето 1543 года по континентальному календарю -

Примерно за три года до того, как Сома был призван в этот мир, в степях к северо-востоку от Союза Восточных Наций...

Над ним простиралось широкое голубое небо с высокими кучевыми облаками, а внизу - бескрайний ковер травы, который, казалось, тянулся бесконечно. Здесь не было больших гор, только пологие холмы, но если напрячь глаза, то можно было видеть далеко вдаль. Четыре конных рыцаря мчались по этим степям как ветер.

Все четыре рыцаря носили оружие и доспехи. Лошади, на которых они ездили, были похожи на нечто среднее между горным козлом и ориксом. Этих животных называли темсбоками, и их выращивали для того, чтобы они служили вместо боевых коней. Темсбок мог прыгать на огромную высоту с всадником на спине, что дало начало «прыгающей» кавалерии - виду войск, существовавшему только в степях. Во главе группы ехал крупный мужчина, которому было чуть больше двадцати лет.

Большой человек обернулся, чтобы крикнуть: — Ха-ха-ха! Ты отстаешь, Касен!

— Держись! — Самый младший из группы, мальчик, ехавший сзади, практически закричал в ответ. — Лорд Фугааа!

Во главе группы стоял Фуга Хан. Он был двадцатидвухлетним сыном Райга Хана - объединителя степей. Это было до встречи с летающим тигром Дургой, поэтому он, как и остальные, ездил на темсбоке. Но даже в это время он уже был лидером.

Мальчик сзади, у которого на спине висели колчан и духовое ружье, был Касен Шури. В свои тринадцать лет он был самым младшим из когорты Фуги, но его навыки конного лучника были так хороши, что заставляли любого из остальных потерять дар речи.

— Бва-ха-ха-ха! Если ты будешь продолжать ныть, мы оставим тебя позади, Касен, — сказал человек в середине группы. Он ехал в седле с украшениями, которые по красоте могли соперничать с украшениями польских крылатых гусар.

Касен нахмурился. — То, как звенят эти крылья, слишком шумно, Гатен!

— Ха-ха! Очень жаль! Эти крылья - мой фирменный знак!

Его звали Гатен Бахр. Он был единственным из присутствующих человеком, поэтому у него не было крыльев. Он был тщеславным и поверхностным, но талантливым командиром, который использовал железный хлыст, который держал на поясе, чтобы сражаться, используя весьма изменчивый стиль боя.

— Господин Фуга не нуждается в отстающих…

— Ты так говорил, когда оставил Мумей...

Касен обиженно посмотрел на Гатен, который пожал плечами.

— С Мумеем больше ничего нельзя было поделать. Он ехал на степном яке.

Мумей Рёку, человек, о котором они говорили, был даже больше Фуги. Он был сильным воином, владеющим большим молотом. Однако из-за своих огромных размеров он не мог ездить на темсбоке. Вместо этого он ездил на степном яке - большом, шерстистом существе, похожем на корову, выращенном в степях. Из-за этого он не мог угнаться за Фугой и остальными,  и ему придется догонять их в своем медленном темпе...

— Если вы двое будете продолжать болтать, то прикусите языки, — предупредил Сюукин Тан, друг детства Фуги. Будучи ровесником Фуги, он был превосходным воином и стратегом. Ожидалось, что он станет ближайшим помощником Фуги в тот день, когда Фуга займет место своего отца на посту короля.

Шукин поставил своего темсбока рядом с темсбоком Фуги.

— В любом случае, Фуга, как далеко ты планируешь зайти?

— Настолько, насколько могу.

— А?

— Тебе не кажется, что было бы весело продолжать путь, пока не кончится земля? — сказал Фуга, со смехом глядя на горизонт.

Шукин прижал пальцы ко лбу, с досадой качая головой. — Мы сейчас движемся на север. Если мы продолжим идти, то окажемся в Домене Владыки Демонов.

— И что? Мы сделаем Домен Владыки Демонов частью нашего домена.

— Ты с ума сошел?! Даже твой великий отец был доведен до предела, просто объединяя степи, — сказал Шукин, но в глазах Фуги появился блеск.

— Моему старику пришлось начинать с одного племени. Поэтому объединение нашей родины в единый народ Малхитан - это все, что он смог сделать. Но я начинаю с Малхитана. Шукин, друг мой, неужели ты считаешь меня меньшим полководцем, чем мой отец?

— Нет... ты гораздо лучше, чем он.

Эти слова были не простой лестью, а тем, во что он искренне верил. Боевое мастерство, стратегия, командование - Фуга не обладал ни одним из этих качеств, если сравнивать его с королем Райгой, и он обладал большей харизмой, которая притягивала к нему других.

Фуга широко улыбнулся и поднял кулак к небу.

— Я помчусь из этой степи и уйду так далеко, как только смогу. Пути, которые мы пройдем, станут нашими дорогами; все куда упадет взгляд, , станеи нашей землей. Мы расширим нашу страну до предела!

— .........

Это было смелое утверждение. И все же Шукин не считал его невозможным. С тех пор как появился Домен Владыки Демонов, жители континента стали смотреть на мир свысока. Они перестали надеяться, что все изменится к лучшему, и молились о том, чтобы завтрашний день был не хуже сегодняшнего. Несмотря на это, Фуга устремил свой взор в светлое, далекое будущее. Таким и должен быть лидер.

— Господин Фуга! Я последую за вами куда угодно! — сказал Касен.

— Ха-ха-ха! Все-таки весело быть с командиром! — согласился Гатен.

Эти двое прислушивались к их разговору.

Фуга и Шукин посмотрели друг на друга, а затем рассмеялись над своей реакцией.

— Конечно. Я тоже буду с тобой, мой друг!

— Да, Шукин! Будь со мной в  этом бесконечном путешествии!

Вдвоем они заставили своих темсбоков бежать еще быстрее.

◇ ◇ ◇

Однако той зимой наступил судьбоносный момент: Райга Хан, основатель степного народа Малхитан, внезапно скончался.

Причиной смерти была эпидемическая болезнь, но его смерть наступила так внезапно, что поползли слухи о том, что это дело рук противоборствующей политической группировки. Тот факт, что вскоре после этого каждое племя начало предпринимать тревожные шаги, только подлил масла в огонь.

Наступил день похорон Владыки Хана. По традиции его племени в открытой степи рыли яму, укладывали тело и погребальные принадлежности, а затем забивали лошадь и хоронили ее вместе с покойным. Хан еще при жизни просил о таком традиционном погребении.

«Старик... Неужели ты так далеко зашел?» подумал Фуга, глядя на своего отца, лежащего в земле. «Ты объединил степи и стал королем. Ты, человек, не ограниченный традициями, подобного которому не было прежде.  И все же... ты решил быть похороненным по старинке. А что сделаю я? Настанет ли время, когда и я вверю себя нашим обычаям? Я хочу прожить более славную жизнь и встретить конец, которым я буду доволен...»

Пока Фуга размышлял, его десятилетняя сестра крепко прижалась к нему. Он положил руку ей на плечо, притягивая ее еще ближе...

Вдруг прибыл гонец с криком: — Я принес весть! Враждебные племена объединились и направляются сейчас сюда!

Учитывая их слова, вполне вероятно, что еще один гонец примчится сюда до окончания похорон.

— Проклятье! Они, должно быть, рассматривают уход Владыки как шанс нанести удар! — сказал Шукин, его голос был полон отвращения.

Райга крепко сжала руку Фуги. — Старший брат...

— Не волнуйся,... — Фуга осторожно положил руку ей на плечо, чтобы оттолкнуть ее, затем окликнул старого мускулистого воина с волчьими ушами, стоявшего неподалеку: — Гайфуку!

Его звали Гайфуку Киин. Он принадлежал к расе мистических волков, но, в отличие от Томоэ, не был беженцем, а служил Дому Хан под началом Владыки.

Гайфуку скрестил руки и сказал: — Господин!

— Немедленно собери людей. Только тех, кто может прийти.

— Да, сэр. Должен ли я передать призыв и нашим союзным племенам?

— Нет необходимости. Они захотят остаться в стороне, пока не определится победитель. Я уверен, что они ждут, чтобы узнать, являюсь ли я достойным наследником Хана. И это именно то, что я собираюсь им показать.

Далее Фуга посмотрел на своих молодых друзей.

— Шукин, Мумей, Гатен, Касен!

—Да, сэр!

— Каждый из вас, соберите людей, которых вы тренировали для этого дня. Мы покажем наше мастерство. Те, кто против нас, и те, кто решил подождать и посмотреть, должны прийти, чтобы преклонить колени перед моими ногами.

—Да!

Противник собрал около трех тысяч человек. Личные силы Фуги насчитывали тысячу человек. И все же это не смогло развеять его неукротимую улыбку.

— Гатен, возьми сотню всадников, чтобы атаковать их правый фланг! Сделайте это напоказ и привлеките их внимание!

— Понял, командир.

— Касен, возьми сотню конных лучников, чтобы обстрелять их левый фланг. Заставьте их сломать строй!

— Да, сэр!

Получив приказ, Гатен и Касен отправились атаковать фланги. Пользуясь преимуществами своих быстрых отядов, они придерживались тактики, которая наносила урон врагу, ограничивая при этом собственные потери. Это было похоже на мух, роящихся вокруг массы врагов, которые устремились к ним одной группой.

Противник, пытавшийся одолеть их числом, был застигнут врасплох и нарушил строй.

Увидев это, Фуга надел шлем и сказал Шукину: — Хорошо, Шукин! Мы идем прямо туда.

— Чтобы уничтожить врага и посеять хаос, так?

— Точно, — ответил он. Фуга повернулся и обратился к огромному человеку верхом на степном яке: — Мумей! Возьми на себя пехоту. Как только враг растеряется, наступай!

—Понял! —  прорычал Мумей, ударяя себя в грудь одной рукой, а другой держа свой большой молот. Фуга кивнул.

— Я оставляю защиту здесь на тебя, Гайфуку. Позаботься обо всех.

— Предоставьте это мне, молодой господин - нет, мой господин! —  сказал Гайфуку, скрестив руки перед собой.

Снова повернувшись лицом вперед, Фуга отдал приказ: — Так, вперед, Шукин!

— Да!

Вдвоем они повели скачущую кавалерию в середину врага.

Приблизившись к вражеской линии фронта, они перемахнули через солдат, державших щиты наготове, и легко преодолели линию обороны, чтобы атаковать лучников позади них. Лучники, которые ослабили бдительность, полагая, что они в безопасности за щитоносцами, были убиты клинками Фуги и его людей.

— У нас численное преимущество! Перегруппироваться! —  Один командир в особенно впечатляющем доспехе попытался оправиться от хаоса, но...

— Ты мешаешь!

— Что...!

Одним ударом разрушающего камень клинка Занганто (имя меча), Фуга отделил голову мужчины от плеч. Должно быть, этот человек был одним из главных командиров вражеского войска, потому что хаос распространился еще больше. К тому времени, когда Мумей прибыл с пехотой, враг полностью потерял строй. Скачущая кавалерия преследовала бегущего врага, не давая ему уйти.

Когда все было закончено, степь была залита кровью врагов. Несмотря на превосходство в численности, Фуга и его люди разгромили нападавших.

Этой победой Фуга доказал, что является достойным преемником Хана. Нет... На самом деле, он доказал, что может быть еще более великим. Все степные племена подчинились ему. Даже те племена, которые Отец  смог подчинить себе только в качестве союзников, подчинились, сделав Фугу настоящим королем степей.

Здесь начался путь молодого тигра к гегемонии.

___________________

Насчет 15 тома / Я не могу купить 15 том, т.к. мои карты не принимает сайт ( я из крыма)

Если есть доброволец вот -https://j-novel.club/series/how-a-realist-hero-rebuilt-the-kingdom

15 том на англ, уже почти полностью готов.

Я был немного занят - но пора уже начинать работу с 14 томом. Приятного чтения.

- Начало 1549 года по континентальному календарю - Сома побеждает гигантское морское чудовище Оямидзути...

Сообщение о совместных усилиях Королевства Фридония и Союза Архипелага по уничтожению монстра, терроризировавшего Архипелаг Девятиглавого Дракона, было встречено с большим воодушевлением на их родинах.

Одна из причин такого волнения в Королевстве заключалась в том, что впервые призванный герой Сома совершил нечто столь героическое. До этого момента единственными победоносными кампаниями Сомы были война с Амидонией и экспедиция в Союз Восточных Наций.

Война с княжеством Амидония нанесла ущерб обеим сторонам, и любые достижения были практически сведены на нет. Только благодаря усилиям Ророа Амидонии королевство и княжество были мирно объединены, и ни одна из стран не была признана победителем или проигравшей. Что же касается экспедиции в Союз Восточных Наций, то он сделал вид, что это было сделано по просьбе Империи. Хотя Ичиха и присоединился к ним, вместе с другими сотрудниками, которые могли бы сделать страну сильнее, простому народу это было трудно понять. Многие из них считали, что все усилия были потрачены впустую. Однако с ростом понимания того, насколько важен Ичиха, прозорливость Сомы подтверждалась. Тем не менее, то, что он сделал там, не считалось особенно героическим поступком.

Тем не менее, на этот раз Сома направил флот к архипелагу Девятиглавого Дракона, уничтожив кайдзю Оямидзути, которое сеяло хаос. Это была явная демонстрация военного мастерства. В довершение всего он привел с собой флот Союза Архипелагов, который до сих пор считался враждебным государством. Для простых людей, не посвященных в закулисные события, это выглядело так: «Сома победил монстра, терзавшего Союз, и заставил их подчиниться ему из восхищения». Эти слухи привели людей в восторг от славной победы Сомы.

Тем временем в Архипелаге Девятиглавого Дракона с повышенным уважением относились к королевству Фридония, которое помогло им расправиться с Оямидзути, а короля Сому и принцессу Шабон превозносили за ключевые роли, которые они сыграли в этой победе.

Сейчас Сому восхваляли жители двух стран, но новости о его подвигах еще не дошли до жителей других государств (за исключением правителей и других важных людей). Причиной тому было другое, более значительное достижение.

«Фуга из Малхитана отвоевал часть владений Владыки Демонов!»

Возврат земель и домена было целью человечества более десяти лет, и она подняла авторитет Фуги и Малхитана как внутри, так и за пределами Союза Восточных Наций. Пыл людей внутри Союза был особенно сильным. Голоса, призывающие к реорганизации Союза, чтобы сделать Фугу своим верховным лидером, или к созданию единого государства с Фугой в качестве короля, росли с каждым днем.

В истории Союза восточных наций было много мелких и средних государств, которые аннексировали друг друга и распадались на части. Вся территория была переплетена семейными союзами. Одному государству было трудно выделиться среди всего этого. Несмотря на то, что королевство Фридония на южной границе постепенно набирало силу, это государство оставалось неизменным.

Долгие годы люди ждали, что кто-то придет и выведет их из тупика. Теперь Фуга прибыл. Великий человек, которого они так ждали.

Они увидели свет надежды в том, как Фуга слепо устремился к своим амбициям.

◇ ◇ ◇

Однако... чем ярче свет, тем сильнее  отбрасываемые им тени.

По мере того как росло число его поклонников, росло и число тех, кто рассматривал Фугу как угрозу. Мафей Чима, отец Ичихи и Муцуми и правитель герцогства Чима, был одним из них.

— Это плохо... очень плохо... — пробормотал про себя Мафей, расхаживая по кабинету.

За ним наблюдал остроглазый мужчина лет двадцати пяти.

— Отец. Что тебя так взволновало?

В ответ на вопрос острослова...

— Ты знаешь что, Хашим! Фуга Хан! —  крикнул Мафей, хлопнув руками по соседнему столу.

Человек, которого он называл Хашимом, был его старшим сыном, Хашимом Чима. Именно он в наибольшей степени унаследовал талант Мафея к интригам.

Во время недавней волны демонов (вспышки монстров) Мафей придумал неортодоксальный план, чтобы заполучить союзников и усилить собственное влияние. Он предложил своих знаменитых талантливых детей, за исключением Хашима, старшего, и Ичихи, младшего, в качестве вознаграждения тем, кто придет им на помощь.

Поскольку Хашим был наследником Дома Чима, он не был включен в число награжденных. Однако, если бы вы спросили кого-нибудь - по крайней мере, того, у кого нет уникальных стандартов, как у Сомы - кто самый талантливый из братьев и сестер, то даже сами братья и сестры сказали бы вам, что это Хашим.

Мафей сказал Хашиму: — В последнее время не проходит и дня, чтобы я не слышал имя этого человека.

— Этого следовало ожидать. Он возвращает себе Владения Владыки Демонов, даже если это только часть. Даже Империя не смогла этого сделать. Неудивительно, что люди горячо поддержат его.

— Я говорю тебе, что это проблема! — Мафей посмотрел на своего отстраненного сына. — Если так будет продолжаться, его голос в Союзе станет слишком сильным. Уже есть те, кто призывает сделать его королем всего Союза.

— Понятно... Но разве это не неизбежно? Его харизма должна быть достаточно сильной, чтобы привлечь к нему всех этих людей, — холодно сказал Хашим, на что Мафей сердито фыркнул.

— Невежественные массы не знают об опасности этого человека! Его взгляд устремлен вдаль, за пределы Владыки Демонов. Отвоевать эту пустошь ему, скорее всего, будет недостаточно. Я уверен, что он поглотит каждый метр Союза.

— Вы считаете, что он стремится объединить Союз восточных народов? — спросил Хашим, но Мафей покачал головой.

— Все может быть еще хуже. Такой человек не остановиться, если не будет первым во всем. Он может даже попытаться соперничать с Королевством Фридония на юге и Империей на западе.

Это замечание заставило Хашима задумчиво погладить подбородок.

— Союз восточных наций, который может соперничать с Королевством и Империей за гегемонию... Я бы хотел на это посмотреть.

— Не будь дураком. К тому времени вся организация и структура Союза Восточных Наций исчезнет. Все, что останется, это страна поклоняющихся Фуге, — выплюнул Мафей, практически проглотив эти слова с отвращением. — Он уничтожит все. Кровные узы между нашими странами, дипломатическая сеть, которую наш дом так старательно создавал... Если этот человек увидит в них препятствие, он уничтожит их полностью. Если мы не остановим его до того, как он вырастет в полную силу... будет слишком поздно.

— Пожалуйста, отец... Не говори мне, что ты хочешь присоединиться к фракции против Фуги. Господин Фуга женат на Муцуми, помнишь?

Укоризненный взгляд Хашима заставил Мафея вздохнуть.

— Я приветствовал их брак из-за того, каким необычным человеком он был, но.... Если бы только Муцуми держала его в узде... нет, если дойдет до дела, убейте его....

— Отец!

— Муцуми... Кажется, она обожает Фугу. Я сомневаюсь, что она сделает что-нибудь, чтобы остановить его. Поэтому я должен взять инициативу в свои руки! — он выглядел решительным, когда говорил. — Сейчас самое время. Уже треть стран Союза Восточных Наций присягнула на верность Фуге. Остальные либо опасаются его, либо находятся в замешательстве. Его нужно остановить, пока его фракция не разрослась, а фракция противников Фуги не поредела.

— ........

С точки зрения Мафея Чимы, а точнее, с точки зрения таких малых государств, как герцогство Чима, Фуга представлял собой угрозу для сети дипломатических связей, над созданием которых они так усердно работали. Поддержание баланса внутри Союза с помощью дипломатии - вот как выживали прошлые герцоги Чимы. Именно поэтому Мафей не мог смириться с существованием Фуги.

Мафей встал и направился к двери.

— Я должен связаться с моими детьми, разбросанными по странам. Было бы обнадеживающе, если бы мы могли получить поддержку из Королевства Фридония, где находится Ичиха, но я слышал, что младшая сестра Фуги также находится у короля Сома. Если Фуга послал ее с намерением сделать невестой короля Сомы, возможно, будет опаснее взывать  к силам королевства... —  Он вышел из комнаты, разговаривая сам с собой.

Хашим смотрел, как уходит его отец...

— Придется предостеречь его от необдуманных и заблуждений, — сказал он себе тихим голосом.

◇ ◇ ◇

Примерно в то время, когда Мэтью Чима вступил в контакт с фракцией противостоящей Фуге...

Далеко от герцогства Чима, в офисе по правительственным делам в замке Парнам королевства Фридония, Сома читал отчет от Черных котов, а также обычное сообщение от Юлия. Оба они, по сути, гласили: «Фракция  оппозиции внутри Союза Восточных Наций становится все более активной, чем когда-либо прежде. В недалеком будущем фракция предпримет какие-то действия против сторонников Фуги.

— Ух...

Когда Сома закончил читать отчеты, он положил их на свой стол и со вздохом откинулся в кресле, оглядывая комнату. Кроме него в кабинете были только Лисия, первая королева, Хакуя, премьер-министр, и Кагетора, который принес ему отчет Черных котов.

Сома сказал им: — Черные коты и Юлий согласны с тем, что фракция противостоящая  Фуге будет действовать в ближайшее время. Юлий отмечает, что оппозиционная фракция поддерживает контакты друг с другом на обширной территории внутри Союза Восточных Наций. Несмотря на это, это делается таким образом, чтобы скрыть главаря.

— Да, сир, — согласился Кагетора. — Мои люди также не смогли найти того, кто руководит фракцией оппзиции.

Сома кивнул. — Я не могу винить вас за это. В конце концов, вся эта страна - сплошная путаница брачных союзов. Их способность координировать свои действия внутри страны невероятна, но они закрыты для внешнего мира. Даже для Черных котов это должно затруднять сбор информации.

— Действительно...

— Так сколько же человек входит в эту оппозиционную фракцию? —  спросила Лисия, и Сома проверил отчет Юлия в поисках ответа.

— По крайней мере, в два раза больше, чем фракция сторонников Фуги.

— Это удивительно много. Разве он не сделал себе имя, захватив часть владений Владыки Демонов?

— Среди людей Союза - да. Но те, кто командует войсками, - это правители, стоящие над этим народом. С их точки зрения, то, как Фуга сосредоточил ожидания населения на себе, нетерпимо. Если их собственный народ хочет, чтобы им управлял Фуга, это делает их собственные позиции весьма шаткими.

— Понятно... Значит, даже если народ поддерживает господина Фугу, есть много государств, которые против его правления, — сказала Лисия, хлопнув в ладоши, когда поняла это. Сома кивнул.

И чем больше страна, тем сильнее эта тенденция. Малхитан - степной регион, который впервые был объединен как государство при предшественнике Фуги. То, что другие страны заставляют играть второстепенные роли перед такой бунтарской нацией, многих заденет за живое. Чем длиннее их традиции и чем больше гордости они испытывают за свое положение могущественной страны в Союзе, тем сильнее они будут сопротивляться этому. На самом деле, самая могущественная страна в Союзе Восточных Наций, Королевство Шарн, уже объявила себя частью оппозиционной фракции.

Королевство Шарн было государством с самой большой территорией и самой большой властью в Союзе восточных наций. Они также предоставляли наибольшее количество войск в армию Союза, состоящую из войск, предоставленных всеми государствами-членами, что давало им наибольшее влияние в этой организации.

Они также предоставили подкрепление герцогству Чима во время демонической волны, и (из-за ухода Сомы) были признаны вторыми по величине вклада после Фуги и Мальмхитана. За это они были награждены мужественным вторым сыном Дома Чима, Натой.

Нынешним королем Шарна был Шамур Шарн. Если сравнивать его с кем-то в королевстве Фридония, то это был мускулистый старый воин вроде Оуэна или Германа. В этой стране сила ценилась примерно так же, как в государстве наемников Зема, поэтому Шамур принял Ната, который мог размахивать большим топором, как родного сына.

Лисия склонила голову набок и спросила: — Значит, король Шамур - глава оппозиционной фракции?

— Нет... — Глядя на то, как скрытно общается фракция противников Фуги, я не могу представить, что король Шамур руководит ими, — таков был взгляд Юлия на ситуацию.

Точно так же, как в битве при Секигахаре у Западной армии были Моури Тэрумото в качестве верховного главнокомандующего и Исида Мицунари в качестве оперативного планировщика, за самым могущественным членом фракции может стоять еще один человек, который дергает за ниточки. «Западная армия в Секигахаре..». Когда эта мысль пришла ему в голову, перед глазами возникло лицо человека, который, вероятно, преуспел в такого рода интригах. «Только не говорите мне, что это он...» Это был не кто иной, как Мафей, которого он считал похожим на Санаду Масаюки, предполагаемого двуличного человека. Но Сома ничего не сказал.

Это были лишь беспочвенные домыслы. К тому же, учитывая, что Мафей отправил свою дочь Муцуми замуж за Фугу, Сома не мог быть уверен, что он состоит во фракции против Фуги. Очевидно, это было не из-за беспокойства за его дочь. Если Фуга поднимется на вершину, Мафей уже будет связан с ним узами брака, поэтому Сома полагал, что он вряд ли присоединится к фракции против Фуги. Тем не менее, Сома мог ошибиться в своем понимании ситуации. Из-за своего отказа использовать свою семью в качестве политического инструмента, Сома выбросил из головы тот факт, что есть люди, которые могут это сделать. Если бы в этот момент он понял, что Мафей затеял интригу, Сома непременно попытался бы остановить его - независимо от того, удалось бы ему это или нет. Потому что все это было лишь кормлением тигра, которого они называли великим человеком.

— Во фракции против Фуги больше людей, чем мы ожидали. Достаточно, чтобы фракция  сторонников могла проиграть.

— Но вы ведь не верите в это, сир? — Хакуя спросил с уверенностью, и Сома кивнул.

— Если бы Фуга был противником, которого они могли бы победить простым числом, я бы не видел в нем угрозы. Даже если Фуга захватит весь Союз Восточных Наций, у него все равно будет меньше земель и власти, чем у нас. Фуга опасен не численным превосходством или мощью своей нации, а тем, что он плывет по течению.

— Течение?

— Да.... Можно сказать, атмосфера эпохи, в которой мы живем. Те, кто присоединяется к такому великому человеку, как Фуга, считаются справедливыми и героями, а те, кто выступает против него, - злодеями. Это атмосфера, которая естественным образом распределяет роли подобным образом.

На заключительном этапе периода Воюющих государств действия таких великих людей, как Ода Нобунага, будь то добрые или злые, в основном одобрялись или, по крайней мере, допускались. Это похоже на то, как люди защищают Макиавелли, говоря: «Вы не сможете увидеть его истинную ценность, не поняв сначала интриганскую природу итальянского полуострова в его время». Дома Асакура, Азай и Такеда, стоявшие на пути завоеваний Оды Нобунаги, были уничтожены, поскольку их считали упрямыми глупцами, неспособными адаптироваться к новой эпохе. Это особенно характерно для тех людей, которые видят в них только победителей и проигравших, о которых написано в учебнике.

Если вы не настоящий любитель истории, вы не станете размышлять о ситуации с такими разрушенными домами. Сома чувствовал, что Фуга был таким же великим человеком.

— Есть люди, которые превозносят Фугу как некоего спасителя. Тех, кто встанет на его пути, сочтут глупцами, а если они попытаются навредить ему, то их назовут врагами человечества. Независимо от того, насколько могущественна страна, это будет трудно преодолеть.

— Подобно тому, как люди в Империи почитают госпожу Марию как святую? — спросил Хакуя, и Сома глубокомысленно кивнул.

— Да, это верно. Фракция противников Фуги не должна этого понимать.

— С ним столько проблем, эх... — сказала Лисия со вздохом.

Кагетора тихо шагнул вперед. — Если он так тревожит ваше сердце, мой сеньор, то, возможно, нам следует...

— Ни в коем случае! — крикнул Сома, пресекая предложение Кагеторы об убийстве.

— Фуга опасен, потому что он плывет по течению времени. Мы можем назвать его намерения волей самой эпохи. И... об этом часто говорят, но нельзя изменить время с помощью убийств и терроризма, — сказал Сома, откинувшись в кресле и скрестив руки. — Великие люди - это чудовища, которые рождают эпохи. Эта эпоха смятения тоскует по великим скачкам такого человека, как Фуга. Так что даже если кому-то удастся убить его, следующий Фуга просто пойдет по его следам.

Даже после того, как Ода Нобунага погиб в результате предательства при Хонноудзи, Хасиба Хидэёси сразу же взял на себя руководство попыткой объединения страны. Это не привело к возвращению к эпохе соперничества между военачальниками. А когда Хидэёси пал, его место занял Токугава Иэясу. Если посмотреть на это как на переход от эпохи соперничающих военачальников к эпохе единой великой державы, то можно сказать, что, хотя правители менялись, течение эпохи оставалось неизменным. Великие люди создают эпохи. Если посмотреть на это с другой стороны, то можно сказать, что эпохи выбирают и рождают великих людей. Именно такое мнение сложилось у Сомы после изучения истории в мире, откуда он родом.

Например, в мире, откуда родом Сома, был диктатор, чье имя было синонимом зла. На протяжении жизни диктатора было множество покушений и попыток государственных переворотов, но если бы хоть один из них удался, изменилась бы как-то последующая история? Об этом уже много раз говорилось, но именно люди той эпохи создали диктатора. Пока воля народа и ситуация, в которой он оказался, не изменятся, другой такой же диктатор - или, возможно, политическая партия - просто поднимется на вершину. И разве новый диктатор не будет стремиться делать то, что, по его мнению, должен был делать мертвый в более экстремальной форме?

Сыма Цянь в «Записях великого историка» сетовал на то, что иногда выдающиеся люди несправедливо гибнут из-за течения эпохи, говоря: « Сила Неба мала.» Но если «Небо», о котором он говорил, - это течение эпохи, тогда я должен сказать, что на самом деле человек находиться в заложниках этой эпохи, подумал Сома.

Макиавелли говорил о концепции Фортуны, богини удачи, в противопоставлении с индивидуальной инициативой, как о судьбе, которую нельзя изменить.

В данный момент Фуга должен был быть самым любимым человеком Фортуны.

Любого, кто вступал с ним в прямую конфронтацию, ждали страдания. Вот почему Сома сказал: — Если время выбрало Фугу, то менять нужно не его, а само время. Если время не нуждается в Фуге, то такие люди, как он, перестанут рождаться.

— Извини... это все было слишком абстрактно для моего понимания, — извиняющее сказала Лисия. — Что именно, по-твоему, мы должны делать?

— Я еще не знаю... но у меня есть ключ.

Сома встал и подошел к карте этого континента, хлопнув ладонью по ее северной части.

— Это Домен Владыки Демонов. Большинство беспокойства людей сейчас вызвано существованием Домена Владыки Демонов на севере. Если этот вопрос удастся решить, то такие великие люди, как Фуга, больше не будут нужны так, как сейчас.

— А? Но разве Фуга не собирает поддержку, делая что-то с Доменом Владыки Демонов? Разве это не противоречие? — спросила Лисия.

— Да, — кивнул в ответ Сома. — Это действительно выглядит как противоречие. Но я думаю, что в этом и есть суть великого человека. Они нужны во времена хаоса, но не во времена мира. Когда великий человек мчится, чтобы положить конец временам хаоса, он направляется к миру, где он больше не будет нужен.

Великий человек, созданный эпохой, преобразует ее своей силой, а затем исчезает. Или, в связи с изменением времени, эпоха выбирает нового лидера, а великий человек отбрасывается в сторону. Это, наверное, один из самых трагических аспектов великого человека.

Затем Хакуя обратился к Соме: — Итак, если подвести итог, вы хотите сказать, что нам пока следует избегать противостояния с господином Фуга, сир?

— Да. У нас нет выбора, кроме как избегать сражения с Фугой, одновременно решая, как справиться с Доменом Владыки Демонов, а также укреплять страну, готовясь к конфликту... Я вижу небольшую надежду в отношении Домена Владыки Демонов.

Еще в горном хребте Звездного Дракона он столкнулся с таинственным кубом. Он услышал, как тот попросил его «идти на север».

Если Сома сможет встретиться с существом, называемым Владыкой Демонов, достаточно подготовившись, он сможет получить что-то, что позволит ему сменить эпоху. Существовала небольшая надежда на это.

— А если Фуга нападет на нас с Союзом Восточных Наций до этого? — спросила Лисия.

— С этим легко справиться, — ответил Хакуя. — В новой стране фракции Фуга не будет никого, кто имел бы опыт управления государством такого большого размера. Ему также не хватит бюрократов, так что если мы превратим все в войну на истощение, наши оппоненты первыми понесут потери... Сэр Фуга должен знать об этом, поэтому он не сделает ни шагу против нас, пока не получит подавляющее преимущество или не окажется в безвыходной ситуации.

— Какой неприятный противник...

— Да, ты правильно сказал. — Сома был вынужден согласиться.

«Надо будет сказать Юлию, чтобы он не лез в фракцию оппозицию», подумал Сома, глядя на карту Союза восточных наций. «И если до этого дойдет, ему следует бежать в Королевство вместе с королевской семьей Ластана.»

__________________

Завтра  в планах 2-3 главы

ТАК.! max-kharleonok широким жестом купил и передал английский текст 15 тома. Спасибо!

- В начале 5-го месяца, 1549-й год по континентальному календарю -

На юго-востоке Домена Владыки Демонов, Фуга возглавлял военную процессию, продвигавшуюся через руины к северу от Союза Восточных Наций. Они шли длинной, беззащитной, змееподобной колонной, так беззаботно, словно хвастаясь, что нет такого врага, который мог бы их победить. На самом деле монстры, издавна населявшие эту местность, уже были истреблены Малхитаном. Дорога, по которой двигались войска, теперь была достаточно стабильной, чтобы по ней могли ездить торговцы.

Здесь, на этой земле, где никогда не было снега, они могли нормально сражаться даже зимой, но летняя жара не позволяла вести длительные бои. Поэтому в битве за возвращение Домена Владыки Демонов пришлось сделать перерыв на два месяца, когда в регионе было жарче всего. Однако для того, чтобы продолжать наступление до самого конца, Фуга решил, что войскам нужно дать отдохнуть. Сейчас он отводил их в безопасную зону.

Посреди колонны возвышалась огромная белая тигрица Дурга. Фуга лежал на её спине, сняв доспехи. Он использовал эту возможность, чтобы вздремнуть.

— Хррр...

Был слышен храп. Хотя они вернулись на безопасную территорию, здесь все еще обитали жестокие существа, и он был окружен вооруженными солдатами. То, что он смог заснуть в такой ситуации, говорило о силе Фуги и его смелом характере, подкрепленном этой силой.

К Фуге подъехал всадник на темсбоке.

— Пожалуйста, проснитесь, господин Фуга!

— Хм...? Что ?

Проснувшись от того, что его зовут по имени, Фуга сел и почесал голову.

Заметив, что Шукин пробудил его от дремоты, он спросил: — Как дела, Шукин? Что-то случилось?

— Нет, ничего особенного. Мы вот-вот прибудем.

— Хм? О, наконец-то мы на месте. —  сказал Фуга, потягиваясь. — Путешествовать вместе с армией всегда так медленно. Я мог бы быть здесь с Дургой в мгновение ока.

— Вы наш главнокомандующий. Кто поведет за собой людей, если не вы?

— Ну и дела. Чем больше становится армия, тем больше людей заботятся о таких вещах, как звание. Даже ты уже называешь меня «Лорд Фуга».

Из-за возраста Фуга и Шукин когда-то относились друг к другу просто, как друзья. И не только Шукин; в армии было много других, таких как Мумей, Гатен и Касен, которые долгое время были его партнерами по нарушению порядка в армии. Но с тех пор, как Фуга занял трон, Шукин стал оказывать ему должное уважение как владыке, чтобы другие его подданные не проявляли к нему неуважения. Должно быть, из-за этого Фуга чувствовал себя немного одиноко.

Шукин пожал плечами с выражением недовольства на лице.

— Вы суверен нации. Конечно, я буду оказывать вам должное уважение. В любом случае, мы приближаемся, поэтому, пожалуйста, наденьте свои доспехи и шлем. Вы подаете плохой пример войскам, и, что более важно, это небрежно для владыки.

— Не будь таким придирчивым. Мы ведь уничтожили всех монстров в округе.

Шукин покачал головой, на его лице появилось суровое выражение. — Вы правы, что мы не увидим нападения монстров. Тем не менее, есть те, кому не понравилось, что ваш статус поднялся внутри Союза Восточных Наций. На дороге могут быть убийцы, лорд Фуга. Я, конечно, выслал разведчиков, но....

— Человеческая ревность страшнее любого чудовища. Какая неприятность, — сказал Фуга, выковыривая серу из ушей.

Шукин нахмурил брови, удивляясь беспечности своего сеньора. — Как вы можете говорить так, будто это не имеет к вам никакого отношения? Ваша жизнь в опасности.

— Эй... как думаешь, мы на правильном пути? — спросил Фуга, внезапно сменив тему.

— Хм? Наверное, да... — Шукин недоверчиво качнул головой в сторону. — Мы расширились за пределы наших степей, и у нас много протекторатов. Справедливо сказать, что у нас самый большой статус среди всех стран Союза Восточных Наций.

— Да. Как будто это судьба. Если есть воля небес, то она, очевидно, благоволит нам, — ответил Фуга подозрительно спокойным тоном.

— Не говорите мне... вы хотите сказать, что, поскольку небеса на нашей стороне, нам не нужно беспокоиться об убийцах?

Шукин бросил на него взгляд, как бы говоря: «Это так не работает». Фуга покачал головой с язвительной улыбкой, глядя в небо.

— Мы преодолели все испытания, с которыми столкнулись, чтобы развивать нашу страну. Поэтому, может быть, именно поэтому... когда все идет слишком гладко, мне становится не по себе. Двигаюсь ли я вперед по своей воле? Или меня толкает какая-то невидимая сила?

— Лорд Фуга... — пробормотал Ширин, услышав его сентиментальные слова.

— Ну, это неплохое чувство. Если я продолжу плыть по течению, оно унесет меня дальше - выше. И если я упаду на этом пути, я смогу принять это как то, что я никогда не был создан для чего-то большего. В каком-то смысле это приносит удовлетворение.

— Не стоит так говорить о падении...

— Аха-ха-ха! Все в порядке, сэр Шукин! — сказал приближаясь волкоухий воин.

Это был Гайфуку из расы мистических волков. Он напряг свои грудные мышцы и бицепсы, приняв позу, и одарил всех вокруг властной улыбкой. Он все еще был мускулистым, несмотря на то, что был уже в возрасте.

— Если подлый убийца приблизится к моему господину, мое мускулистое тело станет вашим щитом! Я натренеровал эту крепкую спину и этот пресс для Дома Хан!

— .........

«Ха! Ха!» пока говорил, Гайфуку продолжал принимать позы, как культурист. Он был весь в поту, и температура вокруг него, поднялась на добрых пять градусов по Цельсию от тепла его тела.

Фуга и Шукин изо всех сил старались не смотреть на него и продолжали говорить.

— Кстати, а где Муцуми? Я не вижу ее поблизости.

— Если вы ищете леди Муцуми, то она отправилась с авангардом в город, где мы будем жить с сегодняшнего дня... Думаю, ей так же наскучило медленное путешествие, как и вам, лорд Фуга.

— Я завидую. Она так свободна.

— Вам лучше не исчезать, все держится на вас, — в отчаянии сказал он, чем заслужил пожатие плечами от Фуги. Затем...

— Узрите эти ревущие бицепсы... «Тук!»

— Ааа?!

— ?!

Когда Гайфуку приблизился к Фуге, чтобы они могли ближе узреть его накачанные мышцы, в его руку вдруг что то попало. Это была стрела. Если бы Гайфуку не поднял руку, стрела полетела бы прямо в Фугу.

Они мгновенно схватились за оружие, осматривая местность.

— Разве ты не должен был следить за этим?

— Мы на открытой территории. Используя нашу зону видимости для контроля.

— Это значит, что они стреляют из-за её пределов. Должно быть, кто-то опытный.

Такой точный выстрел из-за пределов видимости их марширующей процессии был немалым подвигом.

— Гайфуку! Ты в порядке? — спросил Фуга.

— Это пустяки. Если я смог послужить вам щитом, то большего я и просить не могу, — сказал Гайфуку и с болью вырвал стрелу из руки. Рана оказалась более мелкой, чем они думали, и Фуга слегка улыбнулся.

— Да, ты спас меня, но он может быть отравлен. Немедленно обратись к медику.

— Конечно, но враг все еще целится в вас, — запротестовал Гайфуку.

— Не беспокойся об этом. Ты предотврати их внезапную атаку. А без элемента неожиданности...!

«Тук... Бзынь!» Еще одна стрела полетела в него, но была отклонена Занганто Фуги.

— Вот так. Если ты готов, это легко. Этот выстрел только что показал мне, где они находятся.

— Шукин, солдаты, заметившие убийцу, начинают суетиться.

— Успокой их.

— Только не говори мне, что ты планируешь сам пойти за ними! Это слишком опасно! — предупредил его Щукин, но Фуга ничего не мог с этим поделать.

— Враг на значительном расстоянии. Без скорости Дурги их будет трудно догнать.

— Но это не значит...

— Кроме того, я заставлю их заплатить за то, что они ранили одного из моих людей…  Лично.

Со свирепостью в глазах Фуга погнал Дургу дальше. Потеряв желание спорить после того, как увидел эти глаза, Шукин не мог ничего сделать, чтобы остановить его.

Затем, как только Дурга взмыла в небо, Фуга положил руку на спину летающей тигрицы и сказал: — Я знаю, что ты чувствуешь врага, партнер. Приведи меня к ним, ладно?

— Рауорррр! — прорычала Дурга, и они начали набирать скорость.

В этот момент Фуга заметил фигуру на вершине дальнего холма, посреди густой рощи мертвых деревьев. Это открытие его весьма обрадовало. Если кто-то смог выстрелить в него с такого расстояния, значит, у мира еще остались сюрпризы.

Затем полетела еще одна стрела. «Ух!»

— Ах!

Так как он был ближе, стрела прилетела быстрее, и Фуга не пытался ее отбить мечом, а увернулся. Чем ближе он подходил, тем быстрее они летели. Несмотря на растущую опасность, Фуга все еще улыбался.

— Мне это нравится! Это весело! Давно так не играл!

Вскоре он сократил расстояние до своего врага. На таком расстоянии ни один из них не промахнется.

Фуга спрыгнул со спины Дурги и, расправив крылья, стал парить, прицеливаясь в своего врага в верхушках деревьев. Враг делал то же самое. Они выстрелили раньше него. Стрела летела точно в лицо.

— Гух...!

Фуга инстинктивно повернул голову в сторону, но не смог полностью уйти с траектории, и стрела попала в щель между его шлемом и щекой. Стрела, должно быть, была магически усилена; он почувствовал, как она пробила плоть его щеки внутри шлема. Но несмотря на то, что он чувствовал, как его собственная кровь забрызгивает шлем, его глаза не отрывались от врага.

«Тванг!» Фуга выпустил стрелу из своего огромного лука. Она полетела прямо, пронзив снайпера в грудь. Они оба упали головой вперед, как марионетки, у которых перерезали ниточки.

В тот момент любой из них мог умереть. Решающим фактором было то, куда они целились. Снайпер, уверенный в своих силах, целился в голову, уверенный, что попадет. Фуга же знал, что даже если он ошибется с выстрелом, он все равно сможет победить, если сократит разрыв, и поэтому целился в центр тела.

— Ургх... Тч! — Фуга вырвал стрелу из своего шлема.

После того, как он избежал  угрозы своей жизни, и адреналин от убийства сильного врага угас, рана на его щеке начала пульсировать от боли. Фуга снял шлем и подошел к снайперу. Это был молодой человек, меньше двадцати лет. Стрела, выпущенная Фуга, попала ему в сердце.

«Хм? Этот парень...» У Фуги было ощущение, что он знает этого человека, но не мог вспомнить откуда.

Вскоре после этого Шукин и всадники Темзбока догнали его.

— Лорд Фуга, с вами все в порядке?! — спросил Щукин с беспокойством.

— Я в порядке, — ответил он, махнув рукой. — Я получил небольшую рану, вот и все.

— У вас кровь! Пожалуйста, не будьте так безрассудны!

— В следующий раз я буду осторожнее. Сейчас у нас есть более важные вещи, которые нужно обсудить. — Фуга вытер кровь, стекающую по щеке, и указал подбородком на снайпера. — Это он. И мне кажется, я его уже где-то видел.

— А...?! Но это же...!

— Вы его знаете?

— Ты тоже должен. Этот человек – Гош Чима. Младший брат леди Муцуми.

— Что?! — Глаза Фуги выпучились, когда он посмотрел на труп Гоша. Он видел Гош на церемонии награждения, но смотрел только на Муцуми, поэтому не запомнил его.

— Мой зять пытался убить меня...?

Гош был простым воином, он  не мог решить сделать это сам. Кто-то должен был направить его для покушения.

В его голове промелькнул образ мужчины. Это было лицо человека, который был отцом его дорогой жены и который всегда казался ему подозрительным. «Вот что происходит, когда я начинаю двигаться к своей цели». Покрепче ухватившись за Занганто, Фуга посмотрел на небо.

В какой-то момент начали падать одинокие капли дождя.

«Наверное... мне придется рассказать об этом Муцуми...»  Фуга немного постоял, обдумывая свой путь, прежде чем идти обратно к Дурге, чувство нерешительности охватило его сердце.

◇ ◇ ◇

Это была тихая ночь.

Муцуми сидела у окна тускло освещенной комнаты и безучастно смотрела на улицу. Дождь закончился, и сквозь просветы в облаках показалась круглая белая луна.

«Интересно, какое у меня сейчас выражение на лице...» подумала про себя Муцуми.

Она, конечно, была потрясена, когда узнала о смерти своего брата Гоша и о том, что его убил Фуга. Но, несмотря на это, она не была так расстроена, как ожидала. Это смущало ее. С того момента, как она решила присоединиться к Фуге на его пути к господству, она знала, что это возможно. Она чувствовала, что ее коварный отец может что-то предпринять. Возможно, в этом и была причина. Не то чтобы она не чувствовала печали и гнева, но в какой-то момент она смирилась с тем, что это произойдет.

Она не хотела сейчас видеть себя в зеркале. Потому что, вероятно, ее лицо не было лицом старшей сестры, оплакивающей потерю младшего брата.

Пока она безучастно смотрела в окно, в дверь постучали. Это был Фуга.

— ...Могу я войти?

Обычно он вошел бы без спроса, но в этот раз он спросил. Приняв к сведению его внимание к ней, Муцуми слегка улыбнулась.

— Да, пожалуйста, дорогой.

— Да... хорошо.

Фуга закрыл за собой дверь и подошел к Муцуми.

— Прости, — продолжал он, — за то, что я закрыл тебя в комнате.

— Меня здесь заперли...? Но.. — Муцуми слегка склонила голову набок. — Здесь нет охранников и дверь не заперта.

— В любом случае, это лишь временная мера. Все мои помощники знают, что ты из себя представляешь. Они знают, что ты не станешь делать что-то недальновидное из-за гнева. Но некоторые из новичков беспокоятся, что ты можешь попытаться отомстить за своего брата. Просто постарайся думать, что это мы защищаем тебя от их злонамеренных действий.

— Да. Я понимаю, — сказала Муцуми, плотно прижимаясь к Фуге. Когда она это сделала, его тело немного напряглось. — Ты думаешь... я попытаюсь отомстить за Гоша, дорогой?

— Нет, не совсем, но... я готов принять твой гнев и печаль. Я готов получить пощечину... нет, удар за то, что я сделал. Я буду стоять здесь и принимать боль от десяти или двадцати ударов.

— Если бы я столько раз ударила по твоему мускулистому телу, думаю, мои руки остались бы в худшем состоянии.

Муцуми слегка улыбнулась, но улыбка была недолгой.

— Я тут подумала. Что бы я сейчас делал, если бы был убит ты? Вряд ли я была бы так же спокойна. — Она погладила свежую рану на щеке Фуги и продолжила. — Если бы стрела прошла чуть ближе, я могла бы потерять тебя. Если бы ты умер, я не думаю, что смогла бы простить Гоша или моего отца, который, несомненно, спровоцировал это. Я уверена, что стала бы мстить.

— Это довольно сложно… Хотя мне это в тебе нравится.

— И все же я не могу даже обижаться на тебя за то, что ты сделал. Когда я думаю о том, как мало значила для меня связь с Домом Чимы, я испытываю чувство одиночества.

Ее дом выжил в Союзе Восточных Наций с его беспорядочным множеством мелких и средних государств благодаря уловкам. В своей истории они неоднократно использовали в своих интересах собственных родителей, братьев, сестер и детей. Отчасти именно поэтому Муцуми чувствовала некоторую отстраненность не только с Мафеем, но и со своими родными братьями и сестрами. Близнецы, Йоми и Сами, были близки, но у остальных братьев и сестер были свои области знаний, и поэтому у них было мало общего для разговоров.

Муцуми очень переживала за своего младшего брата, Ичиху, которого в то время считали бездарным. Если бы он был убит, она, возможно, выплакала бы все слезы. Ичиха покинул ее и отправился во Фридонию, где его дар получил возможность расцвести. Единственное место для Муцуми теперь было здесь, с ее мужем Фугой, в окружении людей из армии Малхитана.

— Я знаю, но... ты уверена, что это Герцог Чима дергал за ниточки? — спросил Фуга, и Муцуми кивнула.

— Должно быть, так и было. Хотя план кажется слишком небрежным, чтобы быть отцовским.

Учитывая бессистемность плана, Муцуми подозревала, что что-то пошло не так, как предполагал Мафей.

— Ната и Гош оба имели склонность переоценивать свои силы и способности. Возможно, он выстрелил раньше, не дождавшись момента.

— О...?

— Думаешь я человек с пустотой вместо сердца...? Так спокойно анализировать смерть собственного брата.

— Нет, я вижу, как тебе больно, — сказал Фуга, обнимая ее со спины. — Тебя предала твоя собственная семья. Не может быть, чтобы ты не расстроилась. Ты просто говоришь себе, что это было неизбежно из-за того, в каком доме ты родилась.

— Дорогой...?

— Да, именно так. Я твой дорогой муж. Твоя семья. Да, такие фразы больше подходят тому парню из Фидонии... Ну, неважно, я скажу нечто нетипично для своего образа. Как твой муж, я приму всю печаль и гнев, которые ты испытываешь к своей семье.

Муцуми зарылась лицом в грудь Фуги, сжимая его одежду.

— Я... не могу простить своего отца.

— Да.

— Я не могу простить то, как он использует нас для стабильности дома, а потом отбрасывает в сторону по той же причине. Я не могу позволить ему преграждать тебе путь, дорогой.

— Да.

— Я хочу плакать из за всего этого! Я никогда не хотела, чтобы до этого дошло!

—Освободись от горя, плачь. Тебе не нужно держать все в себе.

Муцуми издала небольшой всхлип, а затем гораздо более громкий вопль. Из-за сложных чувств она не могла заплакать, но теперь…. слезы непрерывно потекли из её глаз, словно прорвало плотину.

Фуга зарычал от злости, держа на руках рыдающую Муцуми.

«Ты заставил ее плакать, Мафей Чима. Ты заставил Муцуми плакать.»

Его руки крепко обхватили Муцуми.

«Ты заставил мою женщину плакать! Это тебе дорого обойдется!!»

В этот день Фуга решил, что Мафей - его враг.

◇ ◇ ◇

Тем временем...

Бах! Услышав сообщение о смерти Гоша, Мафей Чима опрокинул стул на столе в своем кабинете.

— Почему?! Почему Гош умер?!

Ему только что сообщили, что Гош пытался убить Фугу, в результате чего тот погиб. В то время как Мафей впал в ярость, его старший сын, Хашим, наблюдал за ним с бесстрастным выражением лица.

— Разве это не было твоим планом, отец...?

— Нет! Когда мы собрали королей фракции противников Фуги на конференцию, мы обсуждали план убийства Фуги, когда он будет возвращаться из своего похода. Мы предполагали, что после уничтожения монстров он ослабит бдительность, и его можно будет убить.

Мафей хлопнул руками по соседнему столу.

— Но я никогда не предлагал ничего такого небрежного! Навыки Гоша подходили для этой задачи, поэтому я обсуждал план убийства, сосредоточенный вокруг него. Но эта идея была отвергнута, потому что, если бы мы потерпели неудачу, это привело бы Фугу в состояние повышенной готовности.

— Однако Гош попытался осуществить план убийства, — отметил Хашим.

— И я не знаю почему! Что Гош вообще делал там один?! — Мафей схватился за голову. — В предложенной операции он должен был возглавить отряд или, возможно, даже более крупные силы, а не идти туда в одиночку. Это снизило бы риск побега Фуги. И все же Гош идет и пытается убить его в одиночку.

Он разжал руки и поднял голову вверх.

— Также странно, что он остался там и позволил себя убить. Если учесть его дальнобойность, Фуга не должен был определить местоположение Гоша после первого выстрела. Если бы он убежал и спрятался, когда его первая попытка провалилась, он бы смог уйти.

Мафей выглядел совершенно обескураженным. Хашим со вздохом посмотрел на него.

— Я могу предположить только одну возможность. Гош действовал по собственной инициативе.

— Что?!

— Из всех моих братьев и сестер Ната и Гош всегда были наиболее уверены в своих силах. Можно сказать, самоуверенными. И он ждал возможности применить эти способности и заявить о себе.

— Н-нет... — Глаза Мафея расширились от удивления. Хашим кивнул.

— Весьма возможно, что Гоша услышал о плане засады от короля Габи, которому он служил. Тогда он решил, что с его умением стрелять из лука он точно сможет убить Фугу... Если это действительно был Гош, действовавший по собственной инициативе, то это объясняет, почему он никого не взял с собой. Зная его характер, он бы решил, что большая группа увеличивает риск того, что его найдут, и они будут только мешать ему.

Хашим вздохнул, когда у Мафея отвисла челюсть.

— И поэтому, — продолжал Хашим, — причина, по которой он не убежал после первого выстрела, заключается в том, что он знал, что у него будет еще несколько выстрелов, когда Фуга приблизится к его позиции. Ему нужно было  сделать только один прицельный выстрел, из  нескольких, пока Фуга сближался с ним, и поэтому он был уверен, что сможет убить его. Вот насколько он переоценил свои способности.

— Вот дурак! — Мафей снова ударил кулаком по столу. — Этот проклятый, самоуверенный дурак!

Хашим смотрел на своего разъяренного отца холодными глазами.

«Это ты воспитал его таким», подумал он, но не сказал этого вслух. «Ты превозносил наши способности больше, чем мы того заслуживали, чтобы поднять мнение о нас за границей. Именно это сделало Нату и Гоша высокомерными, и они стали смотреть свысока на тех, у кого нет таланта. Они были особенно суровы к Ичихе, и наши сестры ненавидели их.»

Ната и Гош принижали и изводили Ичиху, потому что в то время считалось, что у него нет достоинств. Их младшая сестра, Муцуми, заступалась за него, но Хашима не интересовали их ссоры. Позже, когда Ичиха развил необычный талант в Королевстве Фридония, Мафей и другие правители Союза глубоко сожалели о том, что отпустили его.

«Если учесть это последнее сожаление, то, думаю, ясно видно, кто на самом деле был бездарностью», размышлял Хашим, когда Мафей вдруг поднял глаза, словно что-то осознав.

— Это плохо. Гнев Фуги обратится на нас и Королевство Габи. Мы не можем позволить себе сидеть сложа руки. Мы должны объединить фракцию против Фуги до того, как он сделает свой ход! — сказал Мафей, поспешно выходя из кабинета.

С холодным выражением лица Хашим фыркнул, глядя вслед уходящему Мафею.

— Я предостерегал его от необдуманных действий, а он вот так идет и позорится, слишком самоуверенный в своих силах. — Скрестив руки, Хашим погладил подбородок, размышляя об этом. — Тем не менее, этот Фуга Хан... он ведь сумел убить Гоша? Каким бы превосходным ни был человек, без благословения Небес он слишком легко угаснет, но Фуга еще в пути. Что ж это означает, что у него есть задатки великого человека, которого любят небеса. В таком случае...

Хашим ухмыльнулся.

________________________

-Напоминалка о семье Чима-

Хашим (25 лет) - старший сын: Отличный политик.

Ната (22 года) - второй сын: Мускулистый мужчина, владеющий огромным топором.

Муцуми (20 лет) - старшая дочь: Очень красивая, с отличными боевыми способностями и находчивостью.

Гош (18 лет) - третий сын: Лучший лучник в мире.

Йоми (17 лет) - вторая дочь: Старшая сестра-близнец, отличный маг.

Сами (17 лет) - третья дочь: Младшая сестра-близнец, также отличный маг.

Найк (16 лет) - четвертый сын: Красивый мальчик. Его копье двигалось быстрее, чем мог уследить глаз.

Ичиха - младший сын.

Неудачное покушение на жизнь Фуги раскололо Союз восточных наций. Хотя уже были признаки того, что это произойдет, неудачное покушение заставило силы, выступающие против Фуги, действовать более активно, что привело к четкому разделению на два лагеря. С точки зрения количества людей, между фракциями противников и союзников Фуги не было почти никакой численной разницы. Однако если считать по количеству государств, то во фракции противников Фуги было почти в два раза больше. Это объяснялось тем, что даже если человек поддерживал Фугу, если правители государства, к которому он принадлежал, были частью фракции против Фуги, они были вынуждены также быть против Фуги. На самом деле, чем больше  жители государства  были сторонниками Фуги, тем больше вероятность того, что их лидеры выступят против него. Они ненавидели, что их собственная власть ослабевает, и это влияло на их способность управлять государством.

Все это означало, что лидеры стран, уверенные в силе своих вооруженных сил, были склонны выступать против Фуги, что способствовало росту этой фракции. У оппозиции было три лидера: Король Шамур Шарн из Королевства Шарн, крупнейшего государства в Союзе Восточных Наций; Мафей Чима из Герцогства Чима; и Бито Габи из Королевства Габи.

Шамур, в частности, прекрасно понимал, что его страна является самой могущественной в Союзе Восточных Наций, и он не мог допустить сохранения ситуации, когда признавались только достижения Фуги. Это было не только решение самого Шамура, но и воля народа королевства Шарн. Народ Шарна считал себя центром Союза восточных народов. Они не были рады успехам сил фракции Фуги и поддержали короля Шамура в его противостоянии с ними. Даже если бы Шамур не собирался выступать против Фуги, люди, стоящие за ним, все равно заставили бы его это сделать.

Герцог Чима и король Габи, с другой стороны, приняли упреждающие меры из-за их связи с Гош Чима, человеком, который пытался убить Фугу. Мафей был отцом Гоша, а Бито - господином, которому Гош служил. Предполагалось, что они оба участвовали в заговоре. По этому поводу каждый из них выпустил заявление, в котором говорилось: «Гош действовал в одиночку. Он не получал никаких приказов». Отчасти это было правдой, так как Гош опередил время, но теперь, когда Фуга решил, что они его враги, истина в этом вопросе уже не имела значения.

Когда противостояние с Фуга стало неизбежным, Мафей начал действовать активно, используя свою сеть дипломатических связей для роста и объединения фракции против Фуги. Однако, что удивительно, из всех стран, где служили дети Мафея, единственными, кто открыто присоединился к оппозиции, были Королевство Шамур, где служил его второй сын Ната, и Королевство Габи, где служил его третий сын Гош.

На юге Союза Восточных Наций, недалеко от границы с Королевством Фридония, находилось небольшое государство, известное как Королевство Рот.

В замке в столице Рота король Хайнрант Рот, поглаживая свою белую бороду, встречался с королем Ломбардом Ремусом, молодым монархом соседнего королевства Ремус. Хайнрант отличался мягким нравом, а Ломбард был молод и полон надежд на будущее.

К королям за столом присоединились две девушки. Если не считать того, что они завязывали волосы на разные стороны, девушки были почти одинаковыми. Рядом с Ломбардом сидела Йоми. Она была отличным магом и просто умной девушкой с большим запасом знаний. Сбоку от Хайнрант была Сами. Как и ее старшая сестра, она тоже была отличным магом и любительницей книг, а также преуспевала в арифметике.

Эти сестры-близнецы были выбраны Ломбардом и Хайнрантом на церемонии награждения. Старшая из них, Йоми, получила предложение от Ломбарда вскоре после того, как предложила свои услуги королевству Ремус. Хотя они еще не поженились, она уже была признана в стране и считалась его невестой. Королю Хейнранту тем временем приглянулся младшая сестра, Сами, и он удочерил ее как свою дочь. Сегодня они сидели вчетвером за одним столом и обсуждали, что им делать дальше.

— Но действительно ли это нормально? — начал Ломбард. — Герцог Чима состоит в оппозиции фракции, правильно? Разве мы не должны встать на его сторону...?

— Абсолютно нет, — в один голос сказали Йоми и Сами, заставив глаза Хайнранта расшириться от удивления.

— Он  же твой отец… У тебя нет никаких противоречий по этому поводу?

— Мы действительно полны противоречий. Но ответ по-прежнему отрицательный, — Йоми и Сами говорили как один человек, их лица были серьезными.

— Я получила письмо от старшего брата Хашима.

— Там было написано: «Тебе не нужно следовать желаниям отца». И...

Затем, снова заговорив в унисон, они сказали: «Присоединяйтесь к фракции Фуги, или, по крайней мере, сохраняйте нейтралитет».

— Что?! Сэр Хашим поддерживает сэра Фугу?! — удивленно сказал Ломбард, но вскоре покачал головой. — Нет, но сэр Хашим - старший сын герцога Чимы. Должно быть, он и сейчас работает вместе с ним. Я не могу поверить, что он сказал нам присоединиться к сэру Фуге, несмотря на это.

— Может быть, у сэра Хашима есть какой-то план? — спросил Хайнрант, но Йоми и Сами одновременно покачали головами.

— Мы не знаем.

— Старший брат Хашим - самый благоразумный из всех нас, братьев и сестер.

— Мы не можем предсказать, о чем он думает. Именно это делает его таким пугающим.

Взгляды Йоми и Сами сказали Ломбарду и Хейнранту, что их брат Хашим не был обычным человеком. В свете этих знаний Хайнрант спросил: — Но ведь сэр Фуга убил твоего брата, Гоша. Разве ты не ненавидишь его?

— Не беспокойтесь о наших чувствах. Мы не были так близки, — снова в унисон сказали Йоми и Сами.

— Старший брат Ната и старший брат Гош гордились своей силой. Они смотрели на нас свысока, потому что мы были книжными червями.

— Они говорили мне, что математика - это унылое хобби.

— Они были особенно суровы с нашим младшим братом, Ичихой. Мы не хотели вмешиваться, поэтому держались в стороне.

— Муцуми всегда защищала его. Мне нравится Муцуми.

— Сэр Ичиха, который отправился в Королевство Фридония, да...? — сказал Ломбард со вздохом.

Слухи о достижениях Ичихи в Королевстве Фридония дошли до Союза Восточных Наций. Вместе с премьер-министром он издал «Энциклопедию монстров», став самым выдающимся экспертом в изучении монстров. Благодаря Ичихе, они стали более эффективно собирать и использовать части монстров, что принесло Королевству несметные богатства. Впрочем, все это были слухи, так что все могло быть несколько преувеличено. Тот факт, что Ичиха, когда-то известный как единственный бездарный брат семьи Чима, претерпел столь радикальную трансформацию, должно быть, привел в ярость всех представителей элиты, присутствовавших в тот день на церемонии награждения.

— Жаль, что такой ценный ресурс пропал... — сетовал Ломбард.

— Говорят, что именно младшая сестра короля Сома рекомендовала его. Мы должны похвалить её проницательность.

— Полагаю, она оправдывает свое второе имя - Мудрая Принцесса Волчица.

Услышав, что два царя говорят об ней, сестры надули щеки.

— Лорд Лом, вы не жалеете, что выбрали меня?

— Отец, ты бы предпочел усыновить Ичиху?

Видя гнев девушек, Ломбард и Хайнрант криво улыбнулись.

— Конечно, нет. Я не могу представить, что женюсь на ком-то, кроме тебя, Йоми. Даже если бы мне снова дали возможность выбирать, я уверен, что выбрал бы именно тебя, — сказал Ломбард, обнимая ее за плечи.

— Я чувствую то же самое, Сами. Иметь такую дочь, как ты, в моем возрасте - это самое большое счастье, которое я когда-либо знал, — сказал Хайнрант, погладив ее по голове.

Йоми и Сами приняли довольный вид, как котята, которых только что почесали под подбородком. Они все немного расслабились, прежде чем Ломбард обрел решимость и сказал: — Если ты можешь принять это, Йоми, то я хотел бы встать на сторону сэра Фуги. Я стремлюсь быть похожим на него; не как король, но как воин. Я бы хотел сражаться рядом с ним.

— Я принимаю это. Поступайте так, как считаете нужным, лорд Лом.

Ломбард кивнул и сказал: — Спасибо.

Тем временем Хайнрант сказал: — Я думаю... я останусь нейтральным. У нас есть отношения со многими государствами и домами, которые принадлежат к фракции против Фуги. У меня нет намерения выступать против него самого, но я не могу напасть на них. Ха-ха-ха... Наверное, я старею. Если бы я был на десять лет моложе, я мог бы принять решение, подобное вашему, сэр Ломбард....

Когда он разразился самоуничижительным смехом, Сами взяла его руки в свои.

— Я думаю, это правильный выбор. Мне нравится эта твоя сторона, отец.

— Потому что он так не похож на нашего настоящего отца? — поддразнивающее спросила Йоми, и Сами рассмеялась.

— Ты поняла.

Итак, королевство Рот предпочло сохранить нейтралитет, а королевство Рем встало на сторону Малхитана. Мафей был сильно разочарован, обнаружив, что, несмотря на то, что он отправил своих дочерей, он не смог заполучить их в союзники. Хотя число государств в оппозиции росло, неоднократные отказы его собственной семьи заставили герцога Чиму почувствовать острую необходимость в силах, и он даже отправил письмо своему младшему, Ичихе.

Однако Ичиха был не единственным ребенком, который отправился из Союза Восточных Наций в Королевство. Младшая сестра Фуги, Райга, тоже жила там в качестве иностранной студентки. И Фуга тоже отправил ей письмо.

◇ ◇ ◇

Последние несколько дней погода была неустойчивой. Я был в офисе по правительственным делам с Лисией и Хакуей, когда мы вызвали трех детей, Томоэ, Райгу и Ичиху. Как только они прибыли, я сообщил Райге и Ичихе, что они получили письма из своих домов.

Во-первых, в письме Фуги к Райге говорится:

«Третий сын герцога Чимы, Гош, пришел за моей жизнью, и я убил его.»

Это было прямо и по существу. Далее он также написал:

«В ближайшее время я соберу войска, чтобы разгромить Королевство Габи и Герцогство Чима, которые пытались меня убить. Ситуация в Союзе Восточных Наций скоро станет напряженной, поэтому пока не возвращайся домой. Поговори с Сомой, пусть он защитит тебя от любых подозрительных элементов внутри Королевства, которые могут взять тебя в заложники.

Прочитав письмо, я вздохнул и посмотрел на Райгу.

— Это так похоже на Фугу - писать только факты, и о его заботе о твоем благополучии. Еще можно было бы ожидать, что он попросит тебя выяснить, собираюсь ли я вмешиваться.

— Он никогда бы не написал ничего подобного в письме, которое вы прочтете... — ответила Райга. — Если бы вы собирались действовать, я намеревалась послать ему сообщение тонко - так, чтобы вы не заметили. Я уверена, что мой брат рассчитывал на это, когда отправлял такое вроде бы иносказательное письмо.

— Знаешь, эта девушка мне нравится, — сказала Лисия, похоже, впечатленная откровенностью Райги.

У них были похожие характеры, поэтому она должна была чувствовать определенную симпатию к Райге. Если бы их позиции поменялись местами, Лисия, скорее всего, поступила бы так же.

— Послание? Ты собирался послать своему брату мешок бобов, завязанный с двух концов?

— А? Что это значит?

— О, ничего. Просто разговариваю сам с собой...

Существует легенда, согласно которой перед битвой при Канэгасаки младшая сестра Нобунаги Оити послала ему мешок красных бобов, завязанный с двух концов, чтобы тонко сообщить ему, что дом Азай, за которого она вышла замуж, намерен предать его. В этом мире не было битвы при Адзукидзака, на которую намекал мешок красных бобов, так что она никак не могла его получить. Кроме того, если Райга в этой аналогии была Оити, то как люди, которые держались за нее, мы в конце концов были бы уничтожены...

Вернувшись к теме, я прочитал письмо от Мафея к Ичихе. В нем говорилось:

— Покушение на Фугу было попыткой Гоши. Фуга начал предпринимать шаги, чтобы использовать покушение в качестве предлога для чистки оппозиционных элементов в Союзе восточных наций. Этот человек наконец-то раскрывает свои скрытые амбиции. Мы объединим фракцию противников Фуги вокруг Королевства Шарн, крупнейшего государства Союза, и нанесем удар по его амбициям, пока они не поглотили нас целиком. Сейчас наши силы в три раза превосходят силы Фуги.

Скорее всего, это было преувеличением, но число союзников на его стороне значительно возросло. Это лишь показывает, сколько правителей чувствовали угрозу и обиду в сторону Фуги.

И в конце его письма было написано:

— Когда амбиции Фуги охватят весь Союз, он, несомненно, обратит свои клыки на королевство Фридония. Вот насколько он опасный человек. Когда мы сотрем фракцию Фуга с лица земли, мы хотели бы заключить с королевством сердечный союз.

Ну, по сути, он сказал: «Мы будем рады, если вы присоединитесь к нам, но только, пожалуйста, не вставайте на сторону Фуги». Я согласился, что амбиции Фуги не закончатся на объединении Союза, но все же...

— Он написал это письмо вам, не так ли? Разве он не беспокоится за своего сына?

— Так уж устроен отец... — со вздохом сказал Ичиха.

Хакуя взял оба письма.

— Между этими данными и сведениями, которые мы собрали сами, я могу более или менее понять, что произошло. Скорее всего, герцог Чима и король Шамур тайно работали над тем, чтобы собрать вместе фракцию оппозиции. Однако третий сын герцога Чимы, Гош, слишком жаждал славы и в одиночку предпринял неудачную попытку убить Фугу. Вместо этого он был убит. Фуга решил отомстить фракции, заставив герцога Чиму ускорить свои планы....

— Наверное, ты прав, — согласился я. Все происходило быстрее, чем я предполагал, и от этого у меня разболелась голова. Этот парень, Гош, определенно сильно ускорил события в этой эпохе.

Двое получателей писем не ответили. Они стояли молча, впитывая информацию.

— Райга, Ичиха... —  Томоэ посмотрела на них обоих, ее глаза были полны беспокойства.

Говоря о головной бол и… я должен был подумать о том, как это повлияет на отношения между этими двумя.

Брат Райги убил брата Ичихи. Но к этому привела попытка Гоша убить Фугу, и, вопреки моим ожиданиям, в этом был замешан отец Ичихи герцог Чима. Вдобавок ко всему, та, кого Ичиха любил больше всего, его старшая сестра Муцуми, была женой Фуги. Если она до сих пор не бросила его, значит, Муцуми поддерживала Фугу.

В целом, ситуация была очень запутанной... Со всеми этими пересекающимися семейными и враждебными отношениями они, должно быть, были в замешательстве, как вести себя по отношению друг к другу.

— Пока вы находитесь в этой стране, я гарантирую вам обоим безопасность, — сказал я, разрывая напряжение.

Они оба удивленно посмотрели на меня.

— Уже решено, что Ичиха будет служить здесь. Что касается Райги, то она была доверена нам Фугой. Вот почему я хочу сделать вашу безопасность нашим главным приоритетом, — сказал я. — Учитывая это, я хочу услышать ваши мысли. Не питаете ли вы друг к другу вражды или неприязни?

— Я... — Ичиха заговорил первым. — ...не держу зла на Фугу. Гош никогда не относился ко мне хорошо... Когда вы сказали мне, что он умер, мне показалось, что я тут ни при чем. Если уж на то пошло, я больше обижаюсь на своего отца. То, как он без колебаний напал на человека, за которого вышла замуж старшая сестра Муцуми... Это просто ужасно.

— Понятно... А ты, Райга?

— Я не могу простить этого Гоша или герцога Чима, за попытку убийства моего брата, — сказала она, скрестив руки и глядя в сторону. — Но я ничего не чувствую по отношению к Ичихе. Мой брат выжил, и старшая сестра Муцуми, которая любит Ичиху, все еще на стороне моего брата. Если он говорит, что не держит зла за то, что мой брат убил Гоша, то я не собираюсь ничего говорить об этом.

Хотя она сказала это, мне показалось, что я уловил намек на упрямство.

— Лисия. Как бы ты интерпретировала то, что только что сказал Райга?

— «Я не знаю, как мне вести себя по отношению к Ичихе после того, как узнала, что мой брат убил его брата. Я с облегчением поняла, что он не держит зла...» звучит примерно так.

Это попало в точку, и Райга покраснела. — Эй!

«Молодец, Лисия,» подумал я. «Ты понимаешь ее, потому что вы так похожи.»

— Слава богу...

Томоэ, которая спокойно наблюдала за происходящим, начала плакать. Должно быть, она все это время переживала за двух своих близких друзей.

— Я так рада, — сказала она между рыданиями, — что вы не ненавидите друг друга...

— Я не собираюсь в конечном итоге ненавидеть вас двоих! — Райга заикалась.

— Д-да, — забеспокоился Ичиха. — У нас все будет хорошо, так что, пожалуйста, не плачь.

Пока я был занят тем, что радовался за нее, как за члена ее семьи, Хакуя сказал: — Итак, сир. Что вы хотите с этим сделать?

— Что я хочу сделать? Мы будем придерживаться нашей первоначальной политики и не будем вмешиваться.

«Нет, думаю теперь, этого будет недостаточно?»

— Однако заговор с целью убийства, который стал причиной всего этого. Это был акт терроризма, и он должен быть осужден. Я хочу выпустить заявление о том, что мы не можем принять изменения статус-кво, вызванные терроризмом.

— Разве это нормально? А тебя не сочтут сторонником Фуги? — спросила Лисия, звучащая обеспокоенно, но я покачал головой.

— Мы должны это сделать. Поскольку этот инцидент начался с террористического акта, независимо от того, хотел этого герцог Чима и его люди или нет, мы не можем оправдать действия Гоша. Выиграет ли Фуга в конечном итоге или проиграет, это остается неизменным.

Если бы я поступился своими принципами из-за страха перед Фугой, это бы надолго повлияло на мою способность править.

— Так оно и есть, Ичиха. Ты согласен с этим?

— Ах! Да. Я тоже не могу одобрить поступок старшего брата Гоша.

С Ичихой на борту мы продолжили путь, как и договаривались. Но если... когда-нибудь Королевство Фридония будет уничтожено Фугой, я могу пожалеть об этом решении. Я могу подумать: «Если бы только я объединился с герцогом Чимой и остальными, чтобы уничтожить его...». Но это лишь одна из многих возможностей.

Если смотреть из прошлого, то будущее - это всегда череда совпадений.

Если смотреть из будущего, то прошлое всегда выглядит так, будто оно было неизбежным.

Что же тогда говорить о настоящем?

Думаю... мы просто должны доверять своему выбору.

Королевство Фридония опубликовало заявление, в котором осудило покушение на убийство. Это вызвало огромный шок в Союзе Восточных Наций.

Сторонники Фуги громко заявили: «Королевство Фридония признало законность наших требований» - и далеё заявили: «Король Сома - наш союзник».

В ответ на это страны фракции анти-Фуга заявили: «Король Сома осуждает попытку убийства, но не заявляет о своей поддержке ни одной из сторон» – и: «Королевство Фридония сохраняет нейтралитет».

Из этих двух утверждений, утверждение фракции против Фуги было ближе к истине. Факт заключался в том, что заявление Сомы не поддерживало напрямую ни одну из фракций. Однако, заявления сторонников Фуги возымели больший эффект.

Между «Сома выступает за Фугу!»  и «Сома не обязательно поддерживает Фугу!», если мы посмотрим, какое из этих утверждений болеё мощно сформулировано, то очевидно, что первое. Даже если интерпретация является натяжкой, они заявили об этом определенно, что позволяет легко достучаться до людей.

Последнеё утверждение: «Сома не обязательно поддерживает Фугу!» - оставляет намерения Сомы неясными. Это потому, что они не могут сказать: «Сома не поддерживает Фугу»  или: «Сома выступает против Фуги».

Результат был таким, каким и предсказывал его Сома. В его голове крепко засела мысль Макиавелли: "Если ты решил остаться нейтральным, то в большинстве случаев потерпишь неудачу" - поэтому он не решался оставаться нейтральным, когда дело касалось Фуги. Поэтому он выбрал метод, который косвенно давал понять, что он поддерживает Фугу. Тем не менеё, Сома всё ещё опасался его.

В то же время он отправил письмо Юлию, который из-за союза Королевства Ластания с Королевством Рыцарей Дракона Нотунг был вынужден сохранять нейтралитет. В нем говорилось: "Если возникнет необходимость, наша страна приютит тебя, поэтому беги в королевство Фридония вместе с принцессой Тией и всеми остальными".

Премьер-министр в черной мантии Хакуя предупреждал об опасности приема такого бывшего врага, как Юлий, но это было только предупреждение. Он никогда не думал, что Сома сделает что-то, что опечалит Ророа, как, например, отказ от Юлия и принцессы Тии. Хакуя верил, что пока Юлий заботится о принцессе Тиа, он не станет снова слишком амбициозным, но ему нужно было высказать свои опасения, чтобы Сома всегда держал эту возможность в голове.

Опубликование заявления с осуждением покушения на убийство также привело к тому, что попытки герцога Чимы и фракции анти-Фуга привлечь нейтральные государства на свою сторону застопорились. Хотя, в конечном счете, фракция анти-Фуга выросла в три раза по сравнению со своими противниками, им не удалось привлечь новых союзников. Действий Королевства Фридония было болеё чем достаточно, чтобы разочаровать Мафея.

Мафей находился в замке Ведан в герцогстве Чима и разговаривал со своим старшим сыном Хашимом.

— Король Сома не должен был этого делать. Если он не собирался вставать на сторону кого-либо из нас, ему следовало просто молчать. Я не ожидал, что он осудит нас.

— Успокойся, отец, — укорил Хашим ворчащего Мафея. — Королевство Фридония, должно быть, всё это время не было заинтересовано во вмешательстве в конфликт. Важно, что мы смогли подтвердить, что король Сома не будет посылать подкрепления Фуге и останется в стороне от этой битвы.

— Ну, да, но... — Мафей всё ещё казался неубежденным. — Из всех детей, которых я отправил за границу, единственными, кто присоединился к фракции против Фуги, были Ната в Королевстве Шарн и Гош, который отправился в Королевство Габи. Все остальные либо за Фугу, либо нейтральны. Для чего я вообще посылал своих детей за границу?

— Необдуманные действия Гоша навлекли неодобрение на весь Дом Чимы... Однако, хотя государство, в которое мы его отправили, присоединилось к фракции Фуги, Найк вернулся к нам, — сказал Хашим, пытаясь успокоить Мафея.

Правда, четвертый сын Мафея, красивый мальчик, мастерски владеющий копьем, Найк, был изгнан из страны, куда его отправили, когда она присоединилась к фракции Фуги. Должно быть, они побоялись приютить родственника Гоша, даже если он был родственником жены Фуги - Муцуми.

— Возвращение к нам одного сильного воина не окажет большого влияния на общую картину, — сказал Мафей, опустив плечи и положив обе руки на свой стол. — Наши переговоры привели к увеличению числа стран, входящих во фракцию против Фуги. Однако, это не означает, что все жители этих стран теперь выступают против Фуги. Будут и те, кто присоединится к сторонникам Фуги, и те, кто перенаправит им поставки на всех уровнях общества. Даже если мы запретим это, они будут рисковать жизнью, чтобы присоединиться к нему. Это как иметь дело с фанатиками. Фуга - практически основатель новой религии под названием Фугаизм.

— Это, должно быть, потенциал Фуги Хана, — сказал Хашим после паузы. Мафей фыркнул.

— Это отвратительно. При таком положении вещей мы не можем использовать нашу численность, чтобы стратегически окружить его, пока у него не закончатся запасы. Чем дольше мы будем тянуть, тем больше стран перейдут на сторону фракции Фуги... Похоже, у нас действительно нет выбора, кроме как закончить всё это в одной решающей битве.

Мафей встал и направился к двери.

— К счастью, у нас подавляющее численное преимущество. Теперь дело за тем, как пригласить Фугу на поле боя. Будет неприятно, если он укроется в замке и заставит нас сражаться на истощение..., — пробормотал он про себя, выходя из кабинета.

Хашим с раздражением вздохнул, глядя вслед уходящему Мафею. Как только его отец ушел, вошел стройный и привлекательный молодой человек.

— Найк?

— Брат. Я прошел мимо отца, бормочущего что-то себе под нос в зале, — сказал Хашиму четвертый сын Дома Чима, прислонив копье к его плечу. — Он выглядит довольно взволнованным.

— Так и есть. Должно быть, чрезмерное усердие Гоша испортило все его планы.

— И всё же... ты всё ещё планируешь следовать за ним, когда он так себя ведет? — спросил Найк, с подозрением в глазах.

— Что ты имеёшь в виду...?

— Я хочу сказать, что участие в таких азартных играх тебе не подходит. Брат, которого я знаю, не принимает проигрышные ставки или даже ставки с малыми коэффициентами.

На это Хашим пожал плечами.

— Кто знает? Разве ты не такой же? — Хашим ответил, глядя прямо в глаза Найку. — Хотя, даже если ты  был изгнан своим хозяином, я ожидал, что ты пойдешь к Муцуми. Она тебе нравится больше, чем отец, не так ли?

На этот раз настала очередь Найка пожать плечами. — Ну, да, но... у меня были свои причины приехать. Я здесь по своей воле, понятно?

Хашим некоторое время смотрел на Найка, но Найк всегда выглядел отстраненным, из-за этого Хашим не мог прочитать его мысли. Точнеё было бы сказать, что Найк не позволял ему этого. Хашим сдался.

— Я не против... Как я и писал в своем письме, пока вы воздерживаетесь от необдуманных действий…

— Я понимаю, брат. Я пойду, — ответил Найк и вышел из кабинета. Идя по коридорам замка Ведан, Найк вздохнул. Он чувствовал что-то тревожное в Хашиме.

«Наш брат что-то задумал... старшая сестра Муцуми».

Как и говорил Хашим, Муцуми была единственной в Доме Чима, к кому Найк чувствовал хоть какую-то близость. До рождения Ичихи и клейма бездарности, именно Найк был главным объектом издевательств Наты и Гоша. Муцуми была единственной, кто защищал его тогда.

Со временем, когда у Найка пробудился дар к копью, и его способности возросли, Ната и Гош перестали говорить о нем. Вместо этого они переключились на мучения Ичихи. Вот почему Найк не испытывал привязанности к Дому Чимы. Он вернулся сюда только из-за просьбы Муцуми. Тайная просьба, которую она держала в секрете даже от своего любимого мужа Фуги. “Наш дом действительно разделился, да...?”

Мафей и восемь братьев и сестер действовали каждый в своих целях. Их сердца были настолько далеки друг от друга, что каждый из них должен был принимать собственные решения. Одним из результатов этого стала попытка Гоша убить Фугу. Даже их младший брат, Ичиха, нашел себе место в Королевстве Фридония, где он становился всё болеё известным.

«Я рад, что Ичиха отправился в Королевство. Муцуми была бы опустошена, если бы его втянули во всё это». Из всех его братьев и сестер Муцуми была единственной, кто пытался сохранить с ним связь. Найк уважал эти чувства, если не больше.

◇ ◇ ◇

Первыми восстали государства, выступающие против Фуги на востоке Союза Восточных Наций. Основные силы, которые Фуга вел для захвата владений Владыки Демонов, находились к северу от Союза Восточных Наций. Они образовали клин, отделявший главные силы от базы Фуги в Малхитане. Фуга оставил половину своих элитных солдат для защиты родины. Фракция противников Фуги считала, что, не давая этим элитным воинам присоединиться к основным силам, они уменьшат силу армии Фуги.

В дополнение к этому, оперативный планировщик фракции анти-Фуга, Мафей Чима, внимательно изучил Элфриденско-Амидонскую войну 1546 года.

Тогдашний временный король Элфридена, Сома, устроил демонстративное нападение на столицу княжества, город Ван. Это позволило ему выманить войска княжества под командованием суверенного князя Гая VIII на выгодное поле боя, где он их уничтожил. Мафей решил использовать эти события в качестве образца. Используя родину Фуги - степи - в качестве приманки, он не позволит Фуге устраивать осаду, а вместо этого решит всё коротким, решающим сражением на благоприятной местности, пока у них ещё есть численное преимущество.

Поскольку сторонники Фуги были разбросаны по всем странам, им было практически невозможно окружить армию Фуги и отрезать их от снабжения. И чем больше времени они тратили, тем больше стран переходили на сторону Фуги. Это требовало быстрой и решительной победы в сражении. На самом деле Мафей уже получил сообщения о том, что войска Фуги движутся к Малхитану. С королевством Шарн в центре, силы фракции противников Фуги направились в зернопроизводящий регион, равнины Себал, где они установили свою оборонительную линию. Этот регион входил в состав королевства Габи.

Как будто тигр направлялся к множеству слоев ловушек.

Когда приближалось последнеё противостояние с Фугой, внутри замка Габи, с которого открывался вид на равнины Себал, Мафей находился в отведенной ему комнате, наслаждаясь напитком в одиночестве. В это время к нему пришел его четвертый сын, Найк.

Когда Найк вошел и увидел стакан в руке Мафея, он нахмурил брови. — Отец... Неужели сейчас самое время пить?

— Сейчас самое время пить. Я уже сделал все возможные ходы. Теперь мы просто ждем, на чьей стороне будут небеса. Если все, что я делаю, это жду, то что может быть лучше, чем выпить?

Спокойствие в голосе Мафея заставило Найка почувствовать беспокойство, и он подсознательно сжал кулаки. В последнеё время Мафей, казалось, страдал от сильных перепадов настроения, но сейчас он выглядел ужасно спокойным. Найк думал, что перед битвой с Фугой он будет проявлять больше волнения или трепета. Не было ощущения, что он использует алкоголь как средство для побега от эмоций.

— Битва с Фугой... с мужем Муцуми уже почти началась. Разве ты ничего не чувствуешь? — спросил Найк, его гнев слегка сквозил в его тоне.

И всё же Мафей не подал виду.

— У меня уже давно закончились подобные сомнения, — сказал Мафей спокойным тоном, глядя на свой бокал с красным вином. — Оглянись на историю нашей страны - нашего дома. Почему в этой земле, где родилось и погибло столько народов, наше маленькое государство сохранило свою независимость, используя все доступные ему средства? Это было сделано исключительно для того, чтобы сохранить нашу линию. Чтобы сохранить независимость Дома Чимы, бывали даже времена, когда нам приходилось сражаться против собственной семьи. Только одна сторона должна была выжить.

Мафей сделал паузу, отпив ещё глоток вина, прежде чем продолжить.

— Мы воевали между собой, и после войны победители просили пощадить проигравших. Если просьба не удовлетворялась, их отбрасывали в сторону... Мы стоим на вершине многих таких жертв. И ты, и я.

Услышав слова отца, Найк почувствовал, что силы ушли из его ног. «Меня запугали? Меня? Отец?». Найк был уверен, что в чисто боевом плане он давно превзошел своего отца. На самом деле, если бы они сражались здесь, Найк наверняка бы победил. У Мафея не было бы даже отдаленного шанса на победу. Но, несмотря на это, несмотря на то, что Мафей не придавал своим словам особого значения, Найк был ошеломлен его речью.

— И теперь твоя очередь драться с сестрой, ты это хочешь сказать? — Найк как-то заставил себя спросить. Даже ему казалось, что он похож на капризного ребенка.

Мафей презрительно усмехнулся про себя. — После безрассудства Гоша это стало неизбежным.

— И это не твоя вина, что он поступил так безрассудно, отец?

— Чтобы распространить вас по многим странам, как средство сохранения нашей линии, я слишком много говорил о ваших дарах. Посадить семена высокомерия, которое погубит его, было, конечно, моей собственной неудачей.

"Ты говоришь так отстраненно от всего этого" - чуть было не сказал Найк. Но не сказал. Несмотря ни на что, Мафей, похоже, осознавал свои слова. Из этого разговора с отцом Найк узнал, что именно так их дом сохранил свою родословную.

— Если мы выиграем эту битву, то даже при самом плохом сценарии Дом Чима потеряет только Муцуми, — сказал Мафей молчавшему теперь Найку. — Королевство Ремус, где Йоми обручена с королем, является частью фракции Фуга, но они находятся далеко от основных сил Фуги и Малхитана, поэтому они сосредоточатся на защите своих собственных границ. Они не будут непосредственно участвовать в этой войне. Даже Муцуми, если она не погибнет в бою, возможно, удастся спасти после войны.

— Зная Муцуми, я думаю, что она будет следовать за Фугой до конца, хотя....

— Это её решение. Если она выберет жизнь, ещё есть способы спасти её.

— .........

— И наоборот, если мы потерпим поражение здесь, я единственный, кто должен умереть.

— Что?! — Глаза Найка расширились от шока. Мафей, однако, по-прежнему говорил спокойным тоном.

— Возложите всю вину на меня. Если ты скажешь, что только выполнял мои приказы, я уверен, что Муцуми будет просить за твою жизнь. Похоже, Хашим хорошо относится к Фуге. Я уверен, что он будет хорошо управлять Домом Чима.

— Отец! Что ты говоришь?! Неужели тебе не дорога собственная жизнь?! — запротестовал Найк, а Мафей слегка улыбнулся.

— Я поступаю так, как поступала наша семья на протяжении всего этого времени. По крайней мере, наша родословная будет жить дальше.

Сказав это, Мафей осушил остатки своего вина.

— Этот человек... затянет в себя всё. Он разрушит все связи, которые создал наш дом, поглотив нас целиком. Если мы когда-нибудь встанем на его сторону, жизни всего нашего клана окажутся в его власти. Как глава Дома Чимы, я не могу этого вынести.

— Отец...

— Если подумать, то уход Ичихи в Королевство, возможно, был божественным провидением. Теперь, независимо от того, насколько хаотичным станет Союз Восточных Наций, наша кровь выживет.

— Божественное провидение...? Не похоже на тебя, отец, что ты так говоришь.

Он должен был быть более расчетливым. Планировать на все случаи жизни, делать всё необходимое, чтобы избежать худшего исхода - вот как должен был действовать Мафей - как должен был действовать Дом Чима. Было похоже на то, что Мафей решил, что его собственная смерть - не самый худший исход.

— Нет, отец... Не говори мне, что ты... — начал говорить Найк, но не закончил. Мафей засмеялся.

— Возможно, ты прав. Так что, Найк, мой мальчик... Не трать свою жизнь впустую.

— Я бы хотел, чтобы ты сказал мне это раньше и по-другому... — Найк повернулся, чтобы уйти, не в силах больше смотреть отцу в глаза. — Старшая сестра Муцуми, наверное, лучше всех нас понимает, что ты чувствуешь, отец. Вот почему... я не хотел, чтобы вы оба в итоге противостояли друг другу.

— Понятно...

— Мне не нужно, чтобы ты говорил мне заботиться о себе. Я буду действовать... в соответствии со своей собственной волей.

С этими словами Найк удалился.

Оставшись снова один в комнате, Мафей налил себе ещё один бокал вина и медленно отпил из него.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

- 15 день, 6 месяц, 1549 год по континентальному календарю -

В этот день отряд из 7000 человек под предводительством Фуги появился на равнинах Себал - зернопроизводящего региона в долине, окруженной горами, на территории королевства Габи. Над равнинами возвышался замок Габи, где жил их король.

Пройдя через равнину Себал, они попали в район, где массово смешались группировки, выступающие за и против Фуги. Фракции противников Фуги негде было сосредоточить свои войска, поэтому они отчаянно хотели вынудить его вступить здесь в финальную схватку. С другой стороны, войска Фуги могли бы соединиться с остальными войсками в своей стране, если бы им удалось пройти через равнины. Поэтому объединенные силы из фракции противников Фуги (далеё - Объединенные силы) прибыли первыми и поджидали его.

Объединенные силы видели, на что способны элитные воины Малхитана во время демонической волны, и понимали, что потерпят поражение, если не будут сражаться слаженно. В связи с этим они не стали проводить никаких ненужных задерживающих маневров по дороге, а сосредоточили свои силы на равнинах Себал, где им предстояло столкнуться с главными силами Фуги.

Фуга и его люди знали о намерениях Объединенных сил, но смело пошли в ловушку, видя в этом хорошую возможность уничтожить всех, кто им противостоял. Не планируя этого, обе силы решили, что именно здесь произойдет их последняя схватка.

◇ ◇ ◇

Первым приказом Фуги было взять форт Себал у входа на одноименную равнину.

— У нас мало времени. Мы возьмем его быстро с помощью тотального наступления. Мумей!

— Да, мой господин. Я здесь.

— Ведите пехотинцев в атаку!

— Понятно! Поехали!

Мумей, огромный человек с массивным молотом, поскакал вперед на своем громоздком степном яке, а люди двинулись за ним пешком. Проследив за их отходом, Фуга отдал приказ оставшимся воинам.

— Шукин, Гатен. Пусть ваша конница ездит вокруг и повергает врага в смятение! Касен, твои лучники поддержат остальные войска! У них не может быть много людей, засевших в форте такого размера. Раздавите их быстро!

— Да, сэр!

Теперь, получив приказ, командиры приступили к действиям.

Группы Шукина и Гатена кружили вокруг крепости, создавая впечатление, что они собираются атаковать слабо охраняемые точки, заставляя защитников рассредоточиться. Между тем, все вражеские лучники, которые высунулись, чтобы прицелиться, были сбиты лучниками Касена. Всё это уменьшило давление на пехоту Мумэя, атакующую спереди.

— Теперь это наш шанс! Вперед!

Мумей прикрывался щитом от стрел, сыпавшихся на него из крепости, когда пехота появилась перед главными воротами. Сойдя со своего степного яка, он занес свой массивный молот и ударил им по воротам, сложенным из толстых бревен.

— Хаааа!

*Треск*

Два бревна разломились надвое, образовав щель.

— Я ещё не закончил!

Второй, затем третий удар увеличил разрыв. Видя это, лидер обороняющихся решил, что сопротивляться больше невозможно.

— Мы не можем больше держаться... Отступаем! Отступаем!

Защитники спускали со стен веревочные лестницы и разбегались во все стороны. В форте Себал было 500 человек, но этого было недостаточно, чтобы защитить его от армии в 7000 человек. Кроме того, герцог Чима приказал им быстро покинуть крепость, чтобы заманить войска Фуги ещё глубже. Поэтому защитники отступили, не оказав должного сопротивления.

Взяв крепость без значительных потерь, Фуга разместил там 500 солдат и полководца Гайфуку для её защиты. Гайфуку ещё не полностью оправился от раны, полученной им при защите Фуги во время покушения,

Таким образом, предварительная битва была выиграна силами Фуги.

◇ ◇ ◇

После реорганизации отряд Фуги в составе 6500 человек направился на равнину Себал.

— Жарко... — пробормотал про себя Фуга, сидя на спине Дурги и продвигаясь по дороге вместе со своими войсками. — Мне кажется, что с тех пор, как мы вступили на равнину, стало только жарче.

— Это всё из-за горных котловин, — сказала Муцуми, ехавшая рядом с ним, указывая на горы. — Горячий ветер дует с гор. Полагаю, в степях Малхитана такой местности не встретишь.

— Для меня это непривычно, да. Каменистая пустыня и так была слишком жаркой на мой вкус, но здешняя влажность делает её ещё хуже. Я почти скучаю по сухой жаре пустыни, — ворчал Фуга, расстегивая воротник.

— О, Боже, — усмехнулась Муцуми. — Ты не колеблясь противостоишь тысячам солдат, и всё же такой маленькой жары достаточно, чтобы заставить тебя плакать?

— Ха-ха-ха! Ну, в конце концов, я не могу изменить погоду с помощью грубой силы.

— Не могли бы вы двое вести себя немного более осознанно в отношении опасности, в которой мы находимся...?

Шукин поскакал рядом с ними, чтобы пожаловаться на то, как они переругиваются посреди того места, которое должно было стать местом финальной битвы. Он указал вниз по дороге в том направлении, куда направлялись их войска.

— Даже с такого расстояния это видно. Враг намерен встретить нас здесь.

Впереди на дороге виднелись знамена фракции противников Фуги. Даже на глаз можно было определить, что Фугу и его людей с нетерпением ожидают от десяти до пятнадцати тысяч человек.

Если войска Фуги пройдут через замок Габи и соединятся с элитными войсками с его родины, их будет нелегко уничтожить. Как только это произойдет, при поддержке государств, поддерживающих Фугу, он поглотит страны, выступающие против Фуги, в Восточном союзе, начиная с востока.

Именно поэтому условием победы Объединенных сил было - не дать армии Фуги пройти через замок Габи.

Даже если бы они позволили самому Фуге уйти, если бы им удалось загнать его армию обратно на север, это убило бы инерцию фракции сторонников Фуги. Если люди, которые превозносили Фугу, увидят, что он потерпел сокрушительное поражение, это может разочаровать их и заставить покинуть его сторону. Если это произойдет, наступит время герцога Чима. Он использовал бы все доступные дипломатические уловки, чтобы уничтожить фракцию сторонников Фуги.

Между тем, по мнению Объединенных сил, условием победы фракции сторонников Фуги было следущее - провести Фугу через замок Габи и вернуть на родину, чего бы это ни стоило.

Им не обязательно было уничтожать Объединенные силы в этой битве. Если Фуга сможет прорвать их окружение, он сможет победить в долгосрочной перспективе. Они полагали, что, будучи меньшей силой, армия Фуги безрассудно попытается атаковать через их центр.

Поэтому из 14 000 солдат - включая земских наемников, которых собрали Объединенные силы, - 6 000 были размещены в центре, чтобы блокировать выход на равнину Себал, а остальные были разделены на 4 000 на каждом фланге, чтобы окружить Фугу.

Было ясно, что они намеревались остановить атаку войск Фуги в центре, а затем разбить его с боков. Если бы обе фракции следовали установленной тактике, то, несомненно, всё так и произошло бы. Однако, Фуга никогда не стал бы сражаться по установленной тактике. Он ненавидел, когда люди пытались загнать его в рамки. Объединенные силы неправильно поняли его намерения.

Взмахнув рукой, Фуга отдал приказ.

— Расположите тысячу человек на нашем правом и левом флангах. Пусть они ударят по левой и правой оппозиции противника. Шукин и Гэтэн займут правый, а Мумей и Касэн будут командовать левым.

Согласно устоявшейся тактике, меньшие силы должны были концентрировать свою боевую мощь. Однако, Фуга выбрал расстановку, которая, казалось, должна была бросить вызов фракции противников Фуги.

◇ ◇ ◇

— Они что, сошли с ума?! — изумленно сказал король Шамур Шарн, когда армия Фуги встала в строй вдалеке. Он наблюдал за происходящим из главного лагеря Объединенных сил. Поскольку Королевство Шарн обеспечивало большую часть боевой мощи Объединенных сил, Шамур был их главнокомандующим. — Они собираются сражаться с нами лоб в лоб, когда у них только половина нашей численности?

— Неужели это просто показывает, насколько они уверены в своих силах? — Король Габи, ставший вице-командующим, склонил голову набок.

— Нет, их армия - смешанное войско, — прошипел Шамур. — Люди самого Фуги не могут составить и двух тысяч от их числа. Остальные - наемники, добровольцы и беженцы. Это оскорбление, что они думают, что могут противостоять нам лоб в лоб.

— Успокойся, король Шарн. И ты тоже, король Габи, — попытался успокоить их герцог Чима, стоявший рядом с ними.

Мафей находился рядом с Шамуром в качестве советника в Объединенных силах.

Он указал на фланги армии Фуги. — Из того, что я вижу, Фуга выделил по тысяче человек на каждый фланг, но в центре осталось более четырех тысяч. В нашем центре шесть тысяч солдат. Скорее всего, он хочет использовать две тысячи на флангах, чтобы не дать нам окружить его, а затем прорваться через центр, где разница в наших силах не так велика.

— Понятно. Значит, армии на его флангах - это жертвы, — ответил король Габи, а Мафей кивнул.

— Это бессердечный план, но эффективный, я полагаю. В конце концов, им нужны только их основные силы, чтобы пройти мимо нас.

— И нет недостатка в фанатиках, которые готовы бросить свои жизни ради Фуги, да? Хм... В конце концов, его армия всегда отличалась невероятным умением пробиваться сквозь врага, — прооизнес Шамур, вспомнив, как воины Малхитана неоднократно разрывали на части полчища монстров во время демонической волны.

Если бы Объединенные силы столкнулись с этим лицом к лицу, они, несомненно, понесли бы значительные потери со своей стороны.

После некоторого времени, поглаживая свою козлиную бородку, Шамур наконец пришел к решению. — Очень хорошо. Мы отзовем по тысяче человек с каждого фланга, чтобы укрепить наш центр. Что бы ни случилось, мы не можем позволить Фуге обойти нас.

— Я считаю, что это была бы хорошая идея. — Мафей кивнул в знак согласия.

И с этим было решено формирование каждой армии.

◇ ◇ ◇

— Вперееед!

— Даааааа!

Наконец, армия Фуги столкнулась с Объединенными силами.

Стратеги со стороны Объединенных сил полагали, что армия Фуги, будучи меньшей по численности, сосредоточит свои силы в центре и попытается прорваться. Они укрепили свой центр, ожидая, что 4500 солдат в центре армии Фуги будут отчаянно атаковать 8000 своих солдат. Однако, вопреки их ожиданиям, 4500 солдат в центре армии Фуги продвигались медленней, чем два фланга, и фактически остановились перед Объединенными силами.

Затем, следуя установленной тактике, они начали атаку, используя дальние атаки стрелами и магией. Ни одно подразделение не атаковало центр Объединенных сил. Вместо этого началась перестрелка, когда Объединенные силы открыли ответный огонь.

Наблюдая за происходящим из главного лагеря Объединенных сил, Шамур и Мафей начали что-то подозревать.

— Что происходит? — спросил Шамур. — Не планируют ли они попытаться атаковать через центр?

— Они полностью остановились. Хотя это то, что диктует устоявшаяся тактика...

— Они не могут быть в здравом уме, бросая нам вызов лоб в лоб с меньшей численностью.

Мафей кивнул. — Я согласен. Сила Малхитанцев заключается в мобильности и пробивной силе, которыми они обладают как народ степей. Я хорошо помню, как страшны были их рейды во время демонической волны. Вот почему мы сделали более чем достаточно, чтобы подготовиться к ней...

Когда он это сказал, Мафей посмотрел в сторону противовоздушного метателя болтов. Они перенесли его из замка Габи и установили здесь, готовясь к нападению армии Фуги. Если учесть безрассудную храбрость Фуги, то вполне возможно, что он бросится туда один на спине Дурги, так что это была мера против этого. Однако, несмотря на тщательную подготовку, армия Фуги не напала, оставив Мафея и остальных разочарованными.

— Похоже, Фуга не сосредоточил свои силы в центре... — сказал Шамур, указывая на левую сторону поля боя.

Там 1 000 человек Фуги сражались с 3 000 человек Объединённых сил. Несмотря на перевес в численности три к одному, армия Фуги заставила Объединенные силы отступить.

Прищурившись чуть сильнее, они увидели, как что-то прыгает по полю боя, словно блохи. Это была прыгающая конница Малхитана.

— Если мы видим столько прыгающей конницы, то эта тысяча должна быть самой мощной силой Фуги. И... хотя отсюда слишком далеко, они должны были остановить нашу атаку и с правой стороны. Тысяча на левом фланге Фуги, должно быть, тоже элитные воины.

— Это означает, что Фуга разместил свои самые сильные силы на флангах, тогда...

Шамур кивнул в знак согласия с Мафеем, поглаживая свою козлиную бородку. — Значит, его цель не в том, чтобы прорвать центр? Может быть, он хочет разгромить наши фланги и окружить нас с трех сторон? Или, возможно, он хочет разгромить одну из армий на наших флангах, а затем напасть сбоку...?

— Боковая атака кажется наиболее вероятной, но... если бы он делал это, он бы сконцентрировал свои силы на одном фланге. Именно так я бы и поступил. Успешное окружение или боковая атака зависели бы от того, как быстро ты сможешь победить противника.

— Я согласен. Если он задержится, из центра прибудет подкрепление... Отлично, отправьте сообщение подразделениям в тылу центра!

Из-за затянувшейся перестрелки Шамур приказал своим людям отвести по 1 000 человек из центра на каждый из флангов. Теперь, когда они знали, что элита Фуги находится на их флангах, больше не было причин делать свой центр излишне плотным.

Мафей поглаживал подбородок, наблюдая за происходящим. — Возможно, цель Фуги... атаковать сегодня наши фланги, чтобы ослабить центр. Затем, завтра или позже, когда мы будем уверены, что большая часть его сил находится на флангах, он разместит свою элиту в центре и попытается быстро прорваться.

— Хм... В таком случае, нам нужно просто быть осторожными в развертывании наших войск, как и сегодня. Самой большой головной болью будет, если у него есть какой-то другой план, — сказал Шамур, глядя на замок позади них. — У замка Габи сейчас почти нет защитников. Фуга оставил пятьсот человек в форте Себал у входа на равнину, верно? Что ты думаешь о плане тайно перебросить эти пятьсот человек, чтобы захватить замок Габи?

— Если они придут в замок Габи... это всё упрощает, — сказал Мафей с кривой улыбкой. — На самом деле, мы должны впустить всю армию Фуги.

— Что?!

— Я сказал защитникам поджигать провизию, если кажется, что замок может пасть. Для Фуги это вражеская территория. Если он попытается устроить здесь осаду без пополнения запасов или подкрепления, как долго он сможет продержаться? С другой стороны, мы будем получать припасы до тех пор, пока удерживаем юго-восточный выход на равнину Себал.

— Понятно. Это облегчит задачу, если мы отдадим им замок, да, — сердечно согласился Шамур, хлопнув мечом по поясу. Мафей криво усмехнулся.

— Ну, учитывая дикий характер Фуги и его нюх на опасности, я сомневаюсь, что он поддастся на такую уловку. Думаю, лучше всего будет, если мы попробуем заставить его ослабить бдительность и попытаться атаковать через центр.

— Значит, сегодня будет битва на выносливость... Какая головная боль.

Они вдвоем наблюдали, как сражение зашло в тупик.

◇ ◇ ◇

В юго-западном углу поля боя, за которым наблюдали Шамур и Мафей, командиры Фуги - Шукин и Гатен - неистовствовали со своей скачущей кавалерией.

По сравнению с мудрым и храбрым Шукином, Гатен был бездушным и требовательным, но мог проявить находчивость в трудной ситуации и был хорошим командиром, способным мыслить гибко.

— Хаааа!

Когда его прыгающий темсбок коснулся земли, Гатен взмахнул своими двойными железными кнутами, обернув один из них вокруг шеи человека и сломав её, а кончик другого пронзил горло другого человека. Его универсальный стиль боя и свистящие звуки его кнутов приводили в ужас окружавших его солдат.

— Что это? Никто из вас не осмеливается подойти ко мне? Но вы выступили против лорда Фуги. А мне так хотелось посмотреть, какие храбрые генералы есть и у Объединенной Силы!

Несмотря на его насмешки, солдаты Объединенных сил были слишком напуганы, чтобы подойти на расстояние удара кнута Гатена.

— Честно говоря... Вы, люди, даже не стоите моего времени. Двигаемся дальше...

Убедившись, что на него никто не собирается нападать, Гатен принялся деловито осматривать окрестности. На небольшом расстоянии он увидел, как Шукин отрубил руки конному солдату и перерезал ему горло. Гатен бросился к нему.

— Это раздражает, когда приходится оставаться на одном месте во время боя. Вы согласны, сэр Шукин, правая рука нашего повелителя?

— Гатен. На поле боя нет времени для пустой болтовни, — сказал Шукин, не глядя на него. Гатен пожал плечами.

— Я не вижу причин для этого. Нам и так легко. Если бы вместо этого смешанного отряда из пятисот всадников и пятисот прыгающих кавалеристов мы могли позвать сюда Мумэя или Касена с северной стороны и собрать отряд из тысячи прыгающих кавалеристов, мы бы с легкостью прорвались через этих жалких солдат.

— Наш приказ был задержать их... — сказал Шукин, обрушивая свой клинок на вражеского солдата, который подошел к нему. — Я уверен, что у лорда Фуги есть что-то на уме. Мы просто должны довериться нашему господину и применить наше боевое мастерство. Или я ошибаюсь?

— Нет, ты не ошибаешься, — сказал Гатен, взмахнув хлыстом. *Треск!* Он прочертил низкую дугу, отправив в полет сразу трех вражеских пехотинцев.

Затем, поймав кончик своего хлыста, когда он вернулся, Гатен рассмеялся.

— Для меня было удивительно видеть, как наш повелитель начинает отдавать нам такие точные приказы. Он всегда был лучше в том, чтобы просто наступать и сокрушать своих врагов.

— Он должен был понять, что одного этого недостаточно, не так ли? Лорд... Фуга Хан стремится к чему-то большему, чем этот внутренний конфликт, к более далеким завоеваниям. — Сказав это, Шукин посмотрел на небо, желтое от поднятой пыли.

Как далеко Фуга заберется отсюда? Не имело значения, куда он идет. Не имело значения, как далеко это было. Они хотели следовать за ним. Они хотели вместе преследовать мечту Фуги. Этого желали все последователи Фуги.

Внезапно... Темсбок Гатена вскочил на ноги. При этом высокая трава, в которой находился Гатен, мгновенно скосилась до половины своей прежней высоты. Если бы он все ещё лежал на земле, Гатен потерял бы ноги вместе с нижней половиной своего темсбока.

— Эй! Хорошая уловка! — Большой мужчина с огромным топором шел к ним тяжелыми шагами. — Я меньшего я и не ожидал от одного из командиров Фуги. Вы хорошо обучены.

Удивленный, Шукин спросил — Кто ты?

— Ната Чима, командующий королевства Шарн, — представился человек с большим топором.

Он был вторым сыном дома Чима. Хотя он был моложе Хашима, старшего сына, его суровое выражение лица заставляло его выглядеть старше Хашима, которому было около двадцати лет.

Подняв свой топор, Ната, казалось, оценивал их двоих, пока говорил. — Судя по скудному бою в центре, похоже, что Фуги здесь нет. Я надеялся, что смогу сразиться с ним, если перейду на эту сторону, но... его здесь нет, да?

— У нас нет причин говорить тебе это! — крикнул Гатен, разгоняя своего темсбока в большой прыжок.

Затем, размахивая обоими кнутами, он попытался пронзить шею Наты с двух сторон. Однако, Ната бросил топор на землю, поймав оба кнута в руки.

— Что?! — удивленно воскликнул Гатен. Ната ухмыльнулась.

— Интересный трюк! Но я это предвидел!

Ната потянул за концы хлыстов, которые держал в руках, крутясь всем телом, как при броске молота. Гатен полетел вместе со своим темсбоком, но в воздухе отпустил хлысты и использовал поводья, чтобы как-то приземлиться.

— Ургх... Будь проклята твоя идиотская сила! — Гатен силился ответить на невероятную силу, отбросившую и его, и его лошадь.

Затем, когда Ната поднял топор и собиралась покончить с Гатеном раз и навсегда...

— Ха!

— Ургх!

Шукин бросился прямо на него, застигнув Нату врасплох. Меч Шукина стремился рассечь его туловище, но Ната отбил его рукояткой своего топора.

*Кланг!*

Раздался звук удара металла о металл.

— Гух! Не вставай у меня на пути!

— Вау!

Мощным взмахом топора Ната отправил Шукина в полет на несколько метров. Шукин сориентировался в воздухе и приземлился на своем темсбоке.

Как только он это сделал, Гатен бросился к нему, снова подняв свои хлысты.

— У него чертовски меткий бросок.

— Да. Мумей, вероятно, единственный на нашей стороне, кто может сравниться с ним в чистой силе.

— Вот беда... Давай работать вместе и быстро покончим с ним. Я сделаю отверстие...

— Подожди, Гатен, — сказал Шукин, протягивая свой меч, чтобы остановить Гатена от повторного броска. — Наша задача - завести бой в тупик. У нас нет времени сражаться с этим дикарем. Давайте оставим его здесь и отправимся к следующему месту.

— Но...

— О, да ладно! Вы убегаете? Вы же должны быть людьми Фуги. — Ната пытался спровоцировать их, но Шукин не обращал на это внимания.

— Я увидел твою силу. Да, ты намного сильнее любого обычного человека, но... ты всё равно не сравним с нашим лордом.

— Что ты сказал? — гаркнул Ната. Шукин почувствовал его гнев.

Даже если бы этот человек предстал перед Фугой, их повелитель не увидел бы в нем и близко той угрозы, которую представлял собой король Сома. Сила Наты была простой и зависела только от его боевого мастерства.

— Поехали, Гатен!

— Точно!

Вдвоем они оставили Нату и бросились искать следущее место, где боролись их союзники.

— Что...! Проклятье!

Оставшись позади, Ната заскрипел зубами, с досадой вонзая свой огромный топор в землю. Он вырыл колею в углу поля боя.

◇ ◇ ◇

В то же время...

— Не давите слишком сильно! Продвигайтесь вперед медленно и неуклонно!

В центральной армии Хашим, старший сын дома Чима, тщательно командовал своими войсками. Пока он это делал, к нему подошел четвертый сын, Найк.

— Старший брат Хашим... Старший брат Ната, похоже, сам бросился на левую сторону поля боя.

— Оставь его. Единственное лекарство от глупости - смерть.

Найк не стал опровергать слова старшего брата.

В этот первый день сражения все они скрывали свои намерения. Ничего не было решено, и с заходом солнца обе армии отошли в свои лагеря.

◇ ◇ ◇

В тот вечер, когда закончились бои первого дня на равнинах Себала, Шамур, король Шарна, пригласил своих военачальников в главный лагерь на военный совет. Среди них были его советник, герцог Мафей, а также король Габи.

— Мы понесли тяжелые потери на обоих наших флангах. — произнес Шамур, указывая на стороны Объединенных сил на карте, разложенной на столе, вокруг которого стояли командиры. — Фуга, как мы и предполагали, большую часть своих сил держит на флангах. Мы смогли отбить их атаки с помощью присланных подкреплений, но за это время понесли значительные потери.

— Хмф! Как раздражает, — плюнул король Габи.

— Но в ответ мы должны были уничтожить основные боевые силы Фуги. Если посмотреть на количество потерь, то наши силы действительно понесли наибольшие потери. Однако, у нас есть географическое преимущество, — сказал Мафей спокойным тоном. — Это Королевство Габи. Мы можем отвести наших раненых назад и дать им время на восстановление, заполнив освободившиеся места свежими войсками. Армия Фуги, с другой стороны, не может связаться со своей родиной, пока юго-западный выход на равнины Себал остается закрытым. Они не могут дать отдых своим людям или заменить их новыми.

— Хм... Ты прав. Враг не может получить подкрепление, — сказал Шамур.

— Да. — Мафей кивнул в знак согласия. — И те войска, которые подчиняются непосредственно Фуге, в настоящее время являются ядром его армии. Если мы сократим их численность, он не сможет заменить их сразу. Если битвы, подобные сегодняшней, будут продолжаться, армия Фуги умрет смертью тысячи порезов.

— Да!, — одобрительно отозвались собравшиеся командиры об анализе Матея.

Довольный тем, что теперь он понимал, что перевес на его стороне, Шамур опустился на походный табурет и скрестил свои толстые руки.

— Я понимаю наше преимущество, но тогда почему Фуга сражается так, как сражается? Это битва на истощение.

— Действительно. Я не могу понять, почему армия Фуги решила сражаться таким образом.

Когда один из командиров высказал такое же мнение, Мафей поднес руку к подбородку и принял задумчивое выражение лица.

— Я и сам в этом сомневаюсь. Если попытаться объяснить их действия логически, то это будет задача убедить нас в том, что — Фуга сегодня снова разместит свои лучшие силы на флангах, чтобы мы также с самого начала сосредоточили там свои силы. Затем он разместит свои основные силы в центре и быстро прорвется через наши....

— Хм. В таком случае, нам нужно просто продолжать бороться, как мы это делали сегодня, — заключил Шамур.

— Вы совершенно правы, — кивнул Мафей. — Если мы будем постоянно знать, где находятся основные силы Фуги, и разместим соответствующее количество войск в ответ, у нас не должно быть проблем. Но...

— Но что? — спросил Шамур, отвечая на неуверенный тон Мафея.

Мафей, казалось, колебался мгновение, но нашел в себе решимость и ответил. — Просто... это не тот стиль боя, который предпочитает Фуга.

Фуга не был таким тактиком. Если перед ним вставал враг, неважно, кто это был и насколько велика была угроза, он продолжал наступать. И эту позицию разделяла его армия. Мафей сомневался, что Фуга действительно примет такую продуманную расстановку войск.

— Поскольку беженцы возносят его как великого человека, а под ним собирается огромная армия, возможно, он изменился? Какая дерзость, — пренебрежительно сказал Шамур.

— Да, может быть и так... — Мафей кивнул. — Как бы там ни было, если Фуга хочет присоединиться к нам в битве на истощение, мы не можем просить ничего лучшего. Я просто прошу вас всех сохранять осторожность.

Все командиры кивнули в знак согласия.

◇ ◇ ◇

- 16 день, 6 месяц, 1549 год, континентальный календарь -

Когда битва вступила во второй день, их действия были точно такими же, как и в первый.

Армия Фуги расположила своих сильнейших бойцов на флангах, а Объединенные силы направили подкрепления на свои фланги, что привело к патовой ситуации. Однако, в отличие от Объединенных сил, которые могли позволить себе сменить боковые подразделения, войска Фуги все ещё были истощены боями предыдущего дня и оказались под небольшим давлением.

Что касается центра, то они, как и накануне, участвовали в матче по стрельбе, и в этот день там также не было интенсивных столкновений.

— Тч...

Фуга наблюдал за происходящим из своего главного лагеря с кислым выражением лица. Он сидел на походном табурете и многократно топал ногами. На земле остался четкий отпечаток его ноги.

Муцуми, которая была рядом с ним, вздохнула. — Почему бы тебе не успокоиться немного, дорогой? Если ты будешь вести себя раздраженно, это не принесет нам победы.

— Я знаю. Я знаю это, но... это больно - оставаться здесь, в главном лагере, пока все остальные сражаются.

Муцуми ещё раз вздохнула и пожала плечами. — Вот что значит быть главнокомандующим.

— Сидеть сложа руки, как сейчас, мне не подходит. Броситься со всей силой, мчаться и захватить победу своими руками - вот как мы всегда сражались до сих пор.

— Но ты же знаешь, что они вмиг лишат тебя головы, если ты это сделаешь?

От укоров Муцуми Фуга потерял дар речи.

— Если вы собираетесь устроить гегемонию на этом континенте, вам нужно изменить свой упрощенный способ борьбы. Империя Гран-Кэйос огромна, и письма Райги предупреждали вас, чтобы вы не относились легкомысленно к Королевству Фридония, не так ли? Если вы собираетесь противостоять этим странам на равных, ваша армия должна ещё больше развиться.

— Я знаю... Вот почему я остаюсь на месте, не так ли? — ответил Фуга, но его это ничуть не позабавило.

Муцуми улыбнулась, заметив кислое выражение его лица.

— Я думаю, что сэр Сома доверил бы своим последователям справиться с делами в такое время, понимаете?

— Да, наверняка…

Сома понимал, что у него нет ни боевого мастерства, ни дара командовать войсками, поэтому в такие моменты он доверял подчиненным. Поскольку он был из тех, кто предпочитает не находиться на передовой, он мог сидеть в главном лагере и не волноваться, как Фуга.

Поскольку он мог представить себе это так легко, Фуга перестал стучать ногами.

— Верить в свой народ и ждать? Меня бесит, что он может это делать, а я нет.

— Хи-хи. Правильно. Давайте доверимся людям, которые гонятся за вашей мечтой вместе с вами.

С этими словами Муцуми обошла Фугу сзади и положила руки ему на плеч

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

- Себальские равнины - ночь после битвы -

Весь второй день битва оставалась в тупике, и после совещания с другими командирами к Мафею пришел его старший сын Хашим.

— Отец.

— Хашим...? Что такое?

— Я хотел услышать ваше мнение о текущей ситуации.

— Хм. Значит, ты тоже находишь это странным? — спросил Мафей, скрестив руки. — Они приняли участие в нашей битве на истощение, как и в первый день. Фуга не из тех, кто сражается подобным образом, и я не могу понять, почему он играет по нашим правилам.

— Есть ли у него какой-то план...?

— Либо он обрел способность командовать большой армией, либо его люди раздули его эго до такой степени, что он считает, что действует стратегически....

— Если это так, то это облегчит нам жизнь.

— Как бы там ни было, не понимать логику вражеского лидера довольно тревожно. Особенно так как Фуга никак не проявляет себя на поле боя....

— Это беспокоит больше всего... Тогда почему бы нам не попробовать дать ему пинка под зад? — предложил Хашим, пока Мафей размышлял.

Мафей поднял голову. — У тебя есть идея?

— Наши разведчики докладывают, что крепость у юго-западного входа на равнину сейчас защищают пятьсот человек. Мы нападем на нее незаметно, чтобы его основные силы не заметили. После взятия форта его отступление будет заблокировано. Как только мы заблокир его сзади, у Фуги останется два варианта: отступить или попытаться прорваться силой.

— Понятно... Мы тщательно готовимся и ждем, затем, если он попытается прорваться, мы зажимаем его войсками из форта, а если он отступит, мы просто начинаем преследование.

Мафей произвел несколько быстрых мысленных расчетов и решил, что план сработает.

Это сражение очень напоминало битву при Нагасино из старого мира Сомы, где перед финальной битвой при Ситарагахара отряд под командованием Сакаи Тадацугу отбил крепость у Такэда Тобигасуяму. Потеря крепости поставила под угрозу отступление Такэда, и они потеряли многих важных вассалов при отступлении. Это стало решающей причиной их поражения. План Хасима имел параллели с этим.

Получив положительный ответ, Хашим продолжил свои объяснения: — Мы пошлем пятьсот своих людей и тысячу у короля Габи, знакомых с местностью,. Если они отправятся через горы из замка Габи, их не обнаружат.

— Хм... Но ты понимаешь, что я не могу покинуть главный лагерь, пока мы разбираемся с Фугой?

— Конечно. Именно поэтому я возглавлю этот рейд. Я возьму с собой Нату и Нике. Ты останешься с царем Шамуром, отец.

— Когда?

— Этой ночью. Я уже предложи королю Габи, и он был за.

— Хех, ты быстро все спланировал — Мафей засмеялся. Хашим опустил глаза и тоже засмеялся.

— В конце концов, я твой сын.

— С Богом, тогда... не облажайся.

— Да. И ты тоже, отец.

С этими словами Хашим развернулся и покинул главный лагерь.

◇ ◇ ◇

17 дня 6 месяца 1549 года по континентальному календарю

На третье утро после начала боев на равнине Себал Мафей получил сообщение о том, что объединенные силы Чима-Габи численностью 1500 человек вновь захватили форт Себал.

— Значит, Хасим сделал это.

Мафей вздохнул, окрыленный успехом сына. В отчете говорилось, что из 500 солдат мало кто спасся, но те, кто спасся, скорее всего, поспешили к Фуге, чтобы сообщить, что форт Себал пал. Если Фуга пошлет солдат захватить форт Себал, Объединенные силы начнут тотальное наступление на его ослабленные основные силы. Конечно, тогда они смогут одолеть его численностью.

Мафей оставался рядом с главнокомандующим Шамуром всю ночь, внимательно наблюдая за силами Фуги.

И все же... рассвет наступил без всякого движения.

— Неужели они намерены ничего не предпринимать даже после потери форта? — Шамур скрестил руки, застонав.

— Они не могут двигаться, — ответил Мафей. — Потому что если они двинутся, мы столкнемся с ними.

— Хм... Независимо от этого, мы разожгли под ними костер. Падение форта Себал полностью прервало линии снабжения Фуги. Если они будут сражаться так же, как вчера, нам останется только ждать, пока их провизия иссякнет. Вернее, если мы надавим на них еще раньше, часть приверженцев Фуги обратится в бегство. Его армия развалится, увидев, что у него отняли легенду.

— Действительно. Вот почему мы должны покончить с этим сегодня.  — Мафей посмотрел на притихшие лагеря войск Фуги. — У него есть два доступных варианта. Фуга может попытаться прорваться через Объединенные силы и достичь Малхитана, или отступить на север для реорганизации. Хотя, если он выберет последнее, ему грозит клещевое движение со стороны нас и солдат в форте Себал.

— Хех! Какими бы сильными ни были его люди, при отступлении они обнажат свои уязвимые спины. Наши люди перебьют их.

У Шамура были голодные глаза воина. Мафей кивнул.

— Да. Именно поэтому я ожидаю, что наш враг выберет вариант прорыва, где еще есть какая-то надежда на победу... Но когда я вспоминаю, как нелогично его войска сражались вчера и позавчера, я вынужден думать, что он может не принять прямолинейного решения.

— Нет никакой разницы. Если они нападут на нас, мы окружим и раздавим их. Если они убегают, мы преследуем и пожираем их. Наше преимущество будет неизменным. Это просто и легко понять.

— Да, наверное, да...

В отличие от оптимистичной ухмылки Шамура, Мафей чувствовал, как в его сердце зарождается едва уловимая тревога. Это было связано с тем, что, несмотря на то, что форт Себал якобы пал, в лагере Фуги было слишком тихо. «О чем ты думаешь, Фуга?» подумал он. Он окинул взглядом армию, но ответа не было.

Чтобы подготовиться к попытке прорыва, Объединенные силы усилили оборону, не посылая свои фланги вперед. Если враг собирался безрассудно наступать, не было необходимости окружать его и тем самым ослаблять собственный центр. Если Объединенные Силы будут жестко держать оборону, то после первого удачного сражения они смогут свободно наносить удары по флангам.

Однако, что касается того, что решили сделать силы Фуги...

— Я несу сообщение! Силы Фуги начали отступать! — посланник поспешил в главный лагерь Объединенных Сил.

Глаза Шамура выпучились, когда он услышал сообщение, и он отбросил в сторону свой походный табурет, поднимаясь на ноги. Если приглядеться, то сообщение оказалось правдой. Войска Фуги поспешно отступали по дороге на северо-запад.

— Они сошли с ума?! Даже если они отступят здесь... неужели они думают, что смогут восстановиться на севере?!

— Возможно, так и есть... — сказал Мафей, нахмурив брови. — Если их единственная цель - увести Фугу с этого поля боя, то есть определенная логика в бегстве на северо-запад, где у нас меньше войск. Но в то же время это означает, что его люди понесут большие потери... Что вы хотите делать?

— Это же ясно, — ответил Шамур, доставая свой меч и направляя его в сторону армии Фуги. — Вперед! Пусть Фуга бежит, а мы  уничтожим  как можно больше тех, кто за ним следует. Это решающая битва, люди! Здесь мы уничтожим все шансы Фуги на господство!

— Даааа! — радостно воскликнули солдаты Объединенных сил в ответ на речь Шамура. Прозвучали сигналы рога, и Объединенные силы двинулись в погоню за силами Фуги.

Когда Шамур сел на коня, чтобы присоединиться к маршу, он сказал приближающемуся Мафею: — Насилие война это не лучшие ваши стороны. Я оставляю защиту главного лагеря на вас.

— Хорошо. Бог в помощь, — сказал Мафей, сложив руки перед собой. Шамур кивнул, прежде чем уехать.

Мафей смотрел на поле боя, провожая его взглядом.

«Главное, чтобы кровь и род Чимы продолжали жить. Так что... не тратьте свои жизни понапрасну»

◇ ◇ ◇

Обычно при отступлении армия оставляет за собой сдерживающее войска. Эти войска обычно являются элитными отрядами, и их должен возглавлять верный командир. Чем дольше отряды  сдерживают преследование противника, тем выше шанс, что его повелитель и, соответственно, остальные союзники останутся в живых. Короче говоря, ожидается, что прикрывающие отряды будут полностью уничтожены. То должно еще раз подчеркнуть, насколько удивительным было то, что Киношита Тоукитиру возглавлял прикрывающие отступление войска после битвы при Канэгасаки и все же вернулся живым.

И все же странно, что у войск Фуги не было прикрывающих отступление войск. Несмотря на яростное преследование Объединенных сил,  отряды армии Фуги, казалось, бежали в беспорядке.

— Гва!

— Тч... Фуугаа!!!

Рубя бегущих солдат, Шамур кричал: — Я ошибся в тебе, Фуга Хан! Что это за позор?! Ты бросил своих людей и бежал? Как ты можешь быть великим человеком Союза Восточных Народов?! Как ты можешь быть надеждой человечества?!

Шамур, который ожидал захватывающего сражения, эта односторонняя резня раздражала.

Оглядев простых солдат, на которых он выплескивал свое недовольство, Шамур увидел, что войска Фуги уже прошли мимо подножия форта Себал. Авангард был намного быстрее, чем беспорядочный сброд в тылу. Армия Фуги, должно быть, поставила своих лучших бойцов во главе отряда во время отступления.

«Если так пойдет дальше, то Фуга может уйти...» - подумал он. Если предположить, что Фуга выставил на фронт своих лучших людей, то их ничего не остановит. По плану люди, взявшие форт Себал, должны были заблокировать выход на равнину, но задержать врага было трудно, и они могли не выдержать такого прорыва. «Тогда я похороню здесь как можно больше глупцов, которые последовали за Фугой! Без своих последователей Фуга будет человеком с оторванными руками и ногами!»

Сильными ударами Шамур пронзал вражеских солдат.

◇ ◇ ◇

Тем временем на другом конце этого действия Фуга сжал кулаки, сидя верхом на спине летающей тигрицы Дурги. Он скрежетал зубами, слыша слабые предсмертные крики своих людей позади себя, а его плечи дрожали.

— Дорогой... — Муцуми, которая ехала рядом с ним, сказала голосом, полным сострадания.

Фуга расслабил мышцы и протянул к ней раскрытую ладонь.

— Я знаю, Муцуми. — Фуга положил руку на спину Дурги. — Я больше не могу остановиться. Или повернуть назад. Только мчаться в том направлении, куда направлена Дурга.

— Дорогой... Нет, лорд Фуга. Я последую за вами, куда бы вы ни пошли.

И вот Фуга и его люди бежали с равнин Себал.

◇ ◇ ◇

Это случилось, когда Объединенные силы преследовали армию Фуги у подножия форта Себал.

«Это странно...» подумал Шамур, чувствуя, что что-то не так. «Почему тут нет наших павших воинов? Только тела подчинённых Фуги»

Большинство солдат, лежавших вдоль дороги, были людьми Фуги. Обычно отсутствие собственных погибших товарищей должно было бы радовать, но они несли слишком мало потерь. План предусматривал, что объединенные силы в 1500 человек из Дома Чима и Королевства Габи заблокируют отступление Фуги. Эти силы, которые должны были столкнуться непосредственно с авангардом, и  должны были понести значительные потери. И все же на дороге не было ни одного трупа из этих объединенных сил.

«Неужели они отказались от попытки блокировать силы бегущей армии из-за страха? За это их придется призвать к ответу позже.»

Пока Шамур размышлял, внезапно его собственные силы остановились.

— Почему?! Почему вы остановились?! Вы позволите Фуге сбежать! —

К нему подбежал гонец и сказал: — Я несу весть! Армия Фуги остановилась у равнины Себал!

— Что?! —   воскликнул Шамур.

В ответ гонец передал еще более поразительную информацию: — Более того, вражеская армия разошлась в стороны, в центре  её показалась конница. Во главе их - огромный тигр!

— Фуга Хан?! Тогда это его главные силы в две тысячи человек!

«Зачем здесь разворачиваться? Разве их цель не в том, чтобы позволить Фуге и его самым сильным воинам сбежать?» Пока Шамур размышлял об этом, он заметил местность вокруг них. Это была долина, ведущая на равнину Себал. Это была узкая дорога, окруженная с обеих сторон горами, по которой в длинную линию выстроились 13 000 человек Объединенного войска. «Нет, этого не может быть! Неужели нас заманили?!»

В тот момент, когда Шамур правильно оценил угрозу и собирался приказать своим войскам остановиться, к нему сзади, запыхавшись, подбежал гонец...

— Я несу послание! Силы Королевства Габи и Герцогства Чима в Форте Себал...

— Что?! Что с ними?! — крикнул Шамур.

— Похоже, они против нас! Они запечатали вход на равнину Себал!

Шамур был ошеломлен словами гонца. Его войска были растянуты вдоль узкой долины. Теперь их отступление было отрезано, а войска Фуги повернулись на них. «Теперь я понимаю... Ты все время стремился к этому, Фуга. Мы полагали, что ты собираешься соединиться с остальными войсками, но с самого начала ты намеревался уладить все здесь.»

Фуга стоял во главе своей армии и смотрел на Объединенные силы.

— Наконец-то... Наконец-то я могу дать волю свои чувствам.

— Да. Все получилось так, как и говорил старший брат Хашим, — согласилась Муцуми, стоявшая рядом с ним.

Ее лицо было полно спокойствия, но руки немного дрожали. Для Фуги это был шанс, который выпадает раз в жизни. Однако для нее эта ситуация была неопровержимым доказательством того, что ее старший брат Хашим предал их отца Мафея. Хотя она никогда бы так не сказала, это, должно быть, сильно потрясло ее. Но она изо всех сил старалась это скрыть. Фуга решил сделать вид, что не замечает этого из уважения к ней.

Фуга указал Зангантом на Объединенные силы.

— Я заставил себя многое вытерпеть ради этого момента! Но теперь этому конец! Вражеские отряды  просо ждут, когда мы их всех перебьем! Давайте, воины! Рубите их, оставляйте их истекать кровью и мчитесь дальше! То, что вы видите там, - это дорога в наше господство!

—Даааа!

Воины, которые были вынуждены ждать, издали крик, который выплеснул все их разочарование до этого момента. Это был рев, от которого, казалось, содрогнулась сама земля.

Затем, держа Занганто наготове, Фуга отдал приказ...

— Вперед! Пришло наше время!

____________

Завтра вторая часть 6.2 и 7 глава

Картинка плана сражения из WebNovel(WN) от автора.... ну он старался.

— Лучники, стрелы! — Бито, король Габи, отдал приказ, и знаменитые лучники Габи обрушили дождь усиленных магией стрел на тыл Объединенной силы оппозиции.

— Что?!

— Атака с тыла...?! Гах!

Внезапный дождь стрел сзади поверг солдат Объединенных сил, в этот момент, была разрушена уверенность  в своей победе, и армия перешла к лихорадочному замешательству. Некоторые пытались бежать в противоположном от стрел направлении, но по какой-то причине войска впереди них прекратили продвижение, в результате чего образовалась свалка людей. Они не могли убежать.

— Будь ты проклят, король Габи! Ты предательский негодяй!

Солдаты, узнавшие о предательстве, были в ярости, и людей послали разобраться с этими разъяренными длиннорукими. Однако им преградили путь пехотинцы из Королевства Габи, Герцогства Чима и 500 сотен человек из армии Фуги, которые удерживали форт.

Тяжелая пехота заблокировала узкий проход, и солдаты Объединенных сил не могли прорваться, а дождь стрел валил их как мух.

В центре пехоты, отчаянно пытающейся сдержать Объединенные силы...

— Хахх! — Только часть, возглавляемая Натой, отбивалась от наступающих солдат, как от пустоты. Положив большой топор, которым он размахивал, на плечо, Ната раздраженно щелкнул языком. — Тч! Я перешел на эту сторону, потому что мой брат сказал, что тут будет весеор, но все, с кем я могу сражаться здесь, это слишком слабы.

Ната, находившийся на службе у королевства Шарн, в итоге предал своего отца Мафея и своего сеньора Шамура благодаря уговорам Хашима. Изначально он больше всего на свете жаждал битвы с Фугой, который считался самым могущественным в Союзе.

Хашим сказал ему: «Даже если ты останешься в Королевстве Шарн, тебе придется столкнуться с врагами только из Союза Восточных Наций. Возможно, тебе понравится раз в жизни сразиться с Фугой под командованием сэра Шамура. Но разве ты не хочешь сразиться с воинами из-за пределов этой страны? Разве ты не хочешь сразиться со странами, превосходящими по размерам любое государство в Союзе?»

Затем Хашим передал приглашение: «Ната, перейди со мной на сторону сэра Фуги. Его амбиции столь велики, что Союз  не сможет их сдержать. Он покажет тебе такие битвы, каких ты никогда не видел.»

Неотразимая притягательность этих слов привела Нату в лагерь Фуги. Однако, как бы там ни было, в настоящее время он не был доволен.

Как бы желая выплеснуть свое разочарование, Ната взмахнул своим большим топором и прорычал: — Лучше не надоедай мне, брат! Или я разорву и тебя, и Фугу!

В более отдаленном от линии фронта месте за ним наблюдали остальные сыновья Чимы, Хашим и Найк.

— Он как дикий зверь, — сказал Хашим о своем брате. — Он очень силен, но... им так же легко манипулировать.

— Брат... Я вижу, ты действительно похож на нашего отца, — сказал Найк с суровостью в глазах, но Хашим слабо улыбнулся.

— Хех! Я приму это как комплимент.

В его тоне не было сарказма. Даже когда он разошелся с отцом, он не был недоволен тем, что его сравнивают с ним.

— Старший брат Ната прост, поэтому я могу его понять, но... как ты убедил короля Габи? — спросил Найк, качая головой.

— Это было просто. Причина, по которой король Габи сейчас находится в центре оппозиции, в том, что люди считают его организатором неудачного убийства. —  Хашим издал смешок. —Поскольку подозрение в том, что именно он стоит за нападением Гоши, висит над ним, даже если он присоединится к фракции противников Фуги, его никогда не простят. Я открыл ему, что у меня есть связи с сэром Фуга, и сказал ему, что если он предаст Объединенные силы и отличится в бою, то не будет нести ответственность за неудавшееся убийство. Как только я показал ему письменное обещание сэра Фуги, его легко было подтолкнуть к тому, чтобы он согласился.

— Все сложилось именно так? Что бы вы сделали, если бы он не согласился?

— Если бы убеждение не было вариантом, я бы просто работал с силами Фуги, чтобы устранить его во время нападения на форт Себал. Это было бы немного более хлопотно, так что возможно… отложу этот план на другой раз.

— Точно... — Найк почувствовал новый страх от того, как легко Хашим мог говорить такие невероятные вещи. — Я подумал, что эти команды не в духе Фуги. Значит, это все ты спланировал, брат.

— Чтобы уничтожить все оппозиционные элементы в Союзе одним сражением, мне нужно было, чтобы события развивались именно так. Проверка заключалась в том, сможет ли Фуга контролировать себя до сих пор... и, как я и ожидал, он способен править. Даже когда его собственные товарищи были принесены в жертву, он терпел и делал то, что я ему советовал. Он заслуживает каждой унции мудрости, которой я могу его поддержать.

Блеск в глазах Хашима сказал Найку все, что ему нужно было знать. Найк был не единственным, кто ждал момента, когда он взлетит. Хашим тоже хотел покинуть крошечную птичью клетку Союза, чтобы найти место, где его таланты найдут применение, и хозяина, который будет их использовать.

Хашим уставился на Найка.

— Но не все пошло по плану. Я был уверен, что, даже если твой профуга-хозяин изгонит тебя, ты перейдешь на сторону Муцуми.

Найк уставился прямо на Хашима.

— Ты не можешь рассчитывать на то, что все будут двигаться так, как ты ожидаешь, брат. Я человек из плоти и крови. Я буду действовать по своей воле. Тогда... — Найк поднял копье. — Пока, брат, я ухожу.

Услышав это, Хашим, не меняя выражения лица, положил руку на рукоять меча, висевшего у него на поясе.

— Я ценю твое сотрудничество в реализации плана. Однако, если ты собираешься идти и спасать отца на столь поздней стадии...

—Ты хочешь прирезать меня, брат? — спросил Найк, глядя на Хашима.

Если просто сравнить их боевые способности, то Найк имел преимущество, но Хашим был сам по себе воином выше среднего уровня, и в зависимости от того, как он применял свои навыки, он все равно мог выйти выиграть.

На мгновение воздух стал напряженным, но Найк махнул рукой, чтобы показать, что у него нет враждебных намерений.

— Не волнуйся. Я не планирую идти к отцу.

«На самом деле, у меня такое чувство, что он бы этого не хотел...» Судя по их вчерашнему разговору, Мафей, похоже, смирился с нынешней ситуацией. Если Найк пойдет его спасать, он только разозлится и прогонит его, он был в этом уверен.

— Я сбегу, следуя по болоту на юго-запад. У меня есть... несколько собственных целей, которые я хочу выполнить. А! Если ты скажешь солдатам Фуги, что четвертый сын Дома Чима на их стороне, и они должны отпустить меня, это будет большой помощью.

— Понятно... —  Хашим убрал руку с рукояти своего меча. — Это прискорбно. Я надеялся, что ты присоединишься ко мне и поддержишь господина Фугу. Если возможно, я бы попросил тебя не становиться его врагом в будущем. Уверен, это опечалит Муцуми.

— У меня нет желания стать врагом старшей сестры Муцуми...

«Не то чтобы у меня было какое-то желание работать со старшим братом Хашимом или старшим братом Натой...»

Все еще скрывая эти чувства, Найк опустил голову. — Ну что ж, брат... я буду молиться за твой успех.

— Да. И я буду молиться за твою безопасность.

И с этим Найк покинул поле боя.

◇ ◇ ◇

Тем временем Шамур обнаружил Фугу на спине Дурги перед Объединенными силами, давившего солдат под лапами летающего тигра.

Сойдя с коня, он крикнул: — Я так понимаю, что ты Фуга Хан! Я вызываю тебя на дуэль!

Услышав его, Фуга замедлился. Затем он повернулся к Шукину и Касену, которые были с ним, и сказал: — Шукин! Касен! Ведите кавалерию, чтобы продолжать громить Объединенные силы! Я позабочусь об этом парне!

— А?! Лорд Фуга?! — Касен был в замешательстве.

— Лорд Фуга! Если вы просто проигнорируете его, кто-нибудь другой сразит его наповал! — Шукин сказал это с суровым взглядом в глазах, но на лице Фуги была свирепая улыбка.

— Их главнокомандующий предпочел сойти с коня и встретиться со мной лицом к лицу, а не убежать! Было бы неправильно позволить простому солдату убить его. Я сам сражу его и закреплю нашу победу.

— Но...

— Иди. Это приказ.

— А...! Да, сэр. Пойдем, Касен!

— А? Ты уверен?! —  Касен звучал удивленно.

— С ним невозможно договориться, когда он в таком состоянии, — объяснил Шукин, его лицо исказилось в гримасе. — Сейчас у нас нет времени. Если мы будем медлить, главари оппозиции могут сбежать.

— Понятно. Воины! Следуйте за нами!

Дуэт возглавил смешанный кавалерийский отряд, состоящий из конных и темсбокских всадников, чтобы ударить по растянувшимся рядам Объединённых сил с краёв, раздавить их под ногами и поживиться их жизнями. Шукин зарубил бегущего солдата, а  второй воин, получил стрелу в горло от Касена и рухнул. Это было похоже на лавину, сметающую все на своем пути.

Объединенные силы впали в состояние паники, не в силах ни наступать, ни отступать, многие из них были растоптаны своими же товарищами. В разгар всего этого, когда победа была более или менее уверенной, Фуга подошел к Шамуру и спрыгнул вниз со спины Дурги.

— Шамур, царь Шарна! Было бы позором растоптать такую решимость под лапами Дурги! Я сам возьму твою голову!

— Тогда иди и забери!

Началась битва Фуги и Шамура. Вначале Фуга полностью оборонялся.

Кланг! Кланг! Кланг! Фуга использовал Занганто, чтобы блокировать удары Шамура.

— Ощущения приятные и весомые... Воистину меч человека с королевством на плечах.

— Что за чушь! Разве у тебя есть такая решимость, как у меня, Фуга Хан?!

— Конечно! — С этими словами, Занганто Фуги вспыхнул и перерубил поднятую правую руку Шамура ниже локтя. Увидев шокированное выражение лица Шамура, Фуга сказал ему: — Я готов нести этот вес и даже больше.

— Ты, ты...?

По спокойному выражению лица Шамура трудно было поверить, что он потерял правую руку и значительное количество крови.

— Подумать только, что такой человек, как ты, мог родиться в этих землях... В этих землях, где слишком много народов, все они среднего размера или меньше, и ни один не может стоять на голову и плечи выше остальных... — Шамур посмотрел на Фугу, смеясь над собой. — Что ты думаешь? Я был врагом, который заставил тебя вытащить мечь…?

— Да... Не малое число моих людей погибло, чтобы заплатить за эту победу.

Услышав слова Фуги, Шамур улыбнулся, несмотря на боль в правой руке.

— Хехехе... Если я хоть немного преградил тебе путь... я не могу просить большего.

— О, да...? Пока. Ты был первой великой стеной на моем пути.

При этом вспышка Занганто отделила голову Шамура от тела. На его лице не было и намека на страх, когда он умирал. Он ушел в мир иной без страданий и сожалений.

Фуга закрыл глаза и на мгновение замолчал, затем повысил голос и объявил: — Я, Фуга Хан, убил вражеского командира Шамура Шарна!.

◇ ◇ ◇

Смерть Шамура вызвала еще больший хаос в рядах оппозиции, которые, не имея возможности ни наступать, ни отступать, потеряли много людей из-за очередного нападения отряда Фуги. Даже если они избежали нападения, восстановленная пехота наступала, чтобы отомстить, пополняя груду трупов. И вот, в то самое время, когда силы Фуги полностью подчинили себе Объединенные силы, Шукин и Касен мчались по шоссе через равнину Себал. Их целью был главный лагерь Объединенных сил.

Теперь, когда король Габи оказался предателем, можно было с уверенностью предположить, что замок Габи уже в руках Фуги. Оставалось только взять слабо охраняемый главный лагерь и захватить оставшегося в живых главаря Мафея Чиму, тем самым закончив войну.

— Касен! Ты ведешь кавалерию и преследуешь бегущих членов Объединенной Силы. Я поведу отряд, чтобы взять главный лагерь врага.

— Понял! Будьте осторожны, сэр Шукин.

— Точно. Ты тоже.

Пожелав друг другу успеха в бою, дуэт расстался. Когда Шукин, оставив преследование, ворвался в главный лагерь противника, он обнаружил, что он странно пустынен.

— Это странно... неужели защитники уже сбежали?

Пройдя мимо вороьт, Шукин и его люди осторожно продвинулись вглубь главного лагеря. Там они обнаружили одинокого человека внутри завесы, где когда-то находился бывший главнокомандующий Шамур.

— Вы... герцог Чима? — спросил Шукин, узнав его, и Мафей скрестил руки и опустил голову.

— Да, это так. Я полагаю, вы, должно быть, известный командир.

— Я подчиненный господина Фуга, Шукин Тан.

— Близкий соратник Фуги, значит... это хорошо.

Холодное выражение лица Мафея вызвало у Шукина подозрение.

— Что вы имеете в виду?

— О, ничего. Я просто хотел немного поговорить, прежде чем взять на себя ответственность за свои действия в качестве командира побежденной армии. И если бы сюда ворвались простые солдаты, я уверен, что они обезглавили бы меня прежде, чем я успел бы сказать хоть слово.

Эти слова: «Прежде чем я возьму на себя ответственность.» Шукин понял, что Мафей готов к смерти.

Как воин, он мог безжалостно убивать тех, кто выступал против него, или тех, кто отвернулся и бежал. Однако, когда он встречал человека, принявшего смерть, в его природе воина было желание отдать дань уважения.

Шукин сошел с места и предстал перед Мафеем, который криво улыбнулся откровенности Шукина.

— Итак? О чем вы хотели поговорить?

— Сначала присядьте... — Мафей жестом указал на походные табуреты.

Шукин сел в кресло, а Мафей сел напротив него.

— Вы сейчас один в главном лагере, герцог Чима? — спросил Шукин, и Мафей кивнул.

— Да. Увидев, что основные силы разбиты, защитники бросились бежать. Но это владения короля Габи. Теперь, когда он встал на сторону Фуги, я не думаю, что они далеко уйдут...

— И поэтому вы не сбежали? Потому что это было бы бессмысленно? — спросил Шукин, и Мафей слегка хихикнул в ответ.

— Я должен взять на себя ответственность как тот, кто начал эту войну. Кроме того, мне нужно кое-что оставить вам. Я приготовил это, пока ждал  вашего прихода.

— Что-то оставить ?

При этом Мафей достал из кармана два письма.

— Один - жене Фуги, Муцуми. Другое - Хашиму, который присоединился к вам. Вы можете проверить содержание, но, в общем, это своего рода завещание.

— Завещание... и вы хотите, чтобы оно досталось Хашиму? После того, как он ударил вас в спину?

Именно Хашим переписывался с Фугой и стал причиной провала стратегии Мафея. Шукин, предполагавший, что Мафей обидится на него за это, счел эту просьбу подозрительной.

— Вы думаете, я бы обиделся на него? Ха-ха-ха! — Мафей рассмеялся над этой идеей. — С чего бы? Он продемонстрировал более чем достаточно талантов в этой войне. Нет никаких сомнений, что он подходит для того, чтобы возглавить Дом Чимы.

Затем, расслабившись, Мафей продолжил.

— В этой стране, где так много держав поднимается и падает, бывают времена, когда маленький народ должен совершать сомнительные поступки, чтобы выжить. То, что сделал здесь Хашим, - это то, что наша семья всегда делала все это время, и то, что делал я сам. Он действительно унаследовал мою кровь.

В его глазах не было нерешительности, он полностью верил в свои слова.

— Я не могу понять... — ответил Шукин.

— Конечно, нет. Ведь ты не член нашего дома. — Сказав это, Мафей спросил Шукина: — Кстати, что стало с Натой и Нике, которые участвовали в битве?

— Я полагаю, что сэр Ната перешел на нашу сторону вместе с сэром Хашимом. Сэр Найк некоторое время сотрудничал с сэром Хашимом, но я получил сообщения, что он ушел с поля боя.

— Хм. Если мы начали войну такого масштаба, и я единственный Чима, которому нужно потерять за это жизнь, то это отличный результат.

Он говорил так, словно его собственная жизнь ничего не значила. Это показывало, как долго его семья занималась арифметикой с собственной жизнью, решая, кому жить, а кому умереть.

Тем не менее, Шукин не смог удержаться от вопроса: — Герцог Чима... Вы не хотите сдаться? Еще не поздно. Вы - отец госпожи Муцуми. Это делает вас тестем лорда Фуга. Я уверен, что даже мой господин должен уважать вашу способность собрать столько людей против него...

— Я не могу, — твердо отказался Мафей. — Если я буду бесстыдно цепляться за жизнь, это ослабит позиции Муцуми и снизит ценность Хашима как - человека, который бросил даже собственного отца, чтобы присоединиться к сэру Фуге. Это единственное, чего я, как глава Дома Чима, не могу сделать.

С этими словами Мафей поднялся со своего места и передал два письма Шукину.

— Я доволен. Хашим вырос до того уровня, когда он может нести Дом Чимы, а я смог сразиться с великим человеком в грандиозной битве в самом конце. Жаль, что я не смог победить, но я ни о чем не жалею.

— Герцог Чима...

Мафей повернулся спиной к Шукину и сел на землю.

— А теперь забери мою голову с собой. Я рассчитываю на тебя в доставке этих писем.

— Клянусь, это будет сделано.

Шукин поднялся и достал свой меч. Он поднял его высоко вверх, а затем взмахнул вниз.

Коварный Мафей Чима. Человек, переживший бесчестье, отдавший все, чтобы сохранить свой дом и род, умер смертью куда более благородной, чем та жизнь, которую он прожил.

◇ ◇ ◇

Битва закончилась. Долина, ведущая к равнинам Себал, была усеяна трупами солдат Объединенных сил, а река окрасилась их кровью. Оставшиеся в живых бежали во всех направлениях или сдавались в плен. Можно было с уверенностью предположить, что в этот день восемьдесят процентов оппозиции фракции внутри Союза Восточных Наций были уничтожены.

Когда войска Фуги наводили порядок после битвы в центре равнины Себал, к его палатке в главном лагере подошли три человека и склонились перед ним. Это были те, кто перешел на другую сторону в середине битвы: Король Габи, Хашим Чима и Ната Чима. Шукин и Муцуми стояли по обе стороны от Фуги.

— Все пошло по плану, — сказал Фуга, глядя на них с походного табурета, на котором он сидел. — Теперь вы поклянетесь мне в верности?

— Да, сэр! —  сказал король Габи, склонившись так низко, что его лоб едва не поцарапал грязь. — Хотя Гош действовал в одиночку, это моя вина, что я не смог удержать под контролем как одного из моих людей. Я также пошел по неверному пути и присоединился к оппозиции. И все же вы приняли меня, мой господин, несмотря на то, что когда-то я выступал против вас. Чтобы вернуть этот долг благодарности, я намерен работать от вашего имени до изнеможения.

— Мы чувствуем то же самое, что и король Габи, — сказал Хашим, склонив голову.

Фуга поднялся со своего походного табурета, забрал у Шукина свой занганто и приставил клинок к шее Хашима. От взгляда Фуги короля Габи прошиб холодный пот.

— Я благодарен тебе за то, что ты сделал, но я не люблю тех, кто наносит удар в спину другим, — сказал Фуга, глядя на Хашима. Холодное лезвие коснулось шеи Хашима.

Стоило Фуге чуть-чуть потянуть мечь, как острый занганто прорезал его плоть, и из него хлынул багровый дождь.

Между ними воцарилось долгое молчание. Тяжелый взгляд Фуги проник в сердца окружающих людей.

Когда мучительное молчание прошло, Фуга убрал свой клинок от шеи Хашима, затем, снова присев, он ударил по земле ногой Занганто.

— Это не должно повториться! Я хочу, чтобы вы все трое запомнили это!

— Да, сэр! — Все трое одновременно склонили головы.

Фуга продолжил: — Хашим, останься. Двое других – можете идти. Остальные свободны.

Ната и Габи ушли по его приказу. Когда они покинули шатер, прошло немного времени, и Фуга передал свой занганто обратно Шукину, а затем положил руки на колени.

— Как моя речь, Хашим?

— Да, сэр. Восхитительное выступление, — сказал Хашим, подняв голову с бесстрастным выражением лица. Фуга криво улыбнулся, увидев это.

— Ты был на моей стороне все это время. На самом деле, мы следовали плану, который придумал именно ты. Я никогда не думал, что мне придется назвать тебя предателем.

Как и сказал Фуга, несмотря на то, что Хашим изначально остался с Мафеем и Объединенными силами, он сливал информацию Фуге. Он также предложил использовать ложное отступление, чтобы заманить врагов в узкую долину, где они могли бы уничтожить их контратакой. Эту войну можно считать стратегической победой Хашима.

Хашим улыбнулся. — Остальные командиры услышат через Габи ваши слова. Это даст им понять, что, хотя вы достаточно щедры, чтобы принять своих бывших врагов, но также пугающе беспощадны к тем, кто выступает против вас.

Хотя Хашим не мог этого знать, но  то, что он говорил, было удивительно похоже на главу 18 из любимой книги Сомы «Принц», где говорилось: «Принцу необходимо ¬понимать, как быть ¬зверем и  как человеком.»

Закон должен применяться к людям, а сила - к зверям. Это потому, что в реальном мире правитель должен иногда сталкиваться с людьми, которые отказываются от своих убеждений, как дикие звери, и в эти моменты правитель должен без колебаний применять силу, чтобы заставить их подчиниться, как это делают звери. Урок заключается в том, что у правителя должно быть два лица.

Хашим продолжал: — Кроме того, если мы создадим впечатление, что я был лидером тех, кто перешел на вашу сторону, то каждый раз, когда вы будете отмечать одно из моих достижений, вы будете выглядеть как большой человек, который не испытывает предубеждений против людей из-за их происхождения. — Большинство солдат, попавших в плен в этой битве, просто выполняли приказы. Если они увидят, что со мной хорошо обращаются, они будут чувствовать себя в безопасности, присоединившись к вам.

— Понятно...

— В то же время, если кто-то надеется в будущем устроить заговор против вас, он сначала попытается склонить меня на свою сторону. Когда они это сделают, их планы будут раскрыты, и мы сможем справиться с восстанием еще до того, как оно начнется.

— Ха-ха-ха! Замечательно! — Фуга смеясь хлопнул себя по колену. — Я всегда хотел работать с таким таким человеком, как ты - того, кто всегда думает на два шага вперед. Мои последователи все сильны, но они лишь на шаг или два впереди от варваров, которые думают, что любую проблему можно решить дракой. Только Шукин, Муцуми и Касен могут быть полезны в политических делах. Хотя, учитывая юный возраст Касена, за ним никто не пойдет.

— Вы правы, но не нужно принижать своих последователей... — со вздохом укорил его Шукин.

— Это правда. Когда я думаю о том, что нас ждет, я понимаю, что нам нужно будет собрать людей с разными способностями, которых у нас нет, и разместить их на важные должности. К счастью, есть человек, который показал нам пример того, как это сделать.

Фуга говорил, имея в виду Сому. Он был уверен, что никогда не проиграет Соме в боевом мастерстве или харизме, но когда дело доходило до знаний и умения использовать людей, Фуга должен был признать, что ему нет равных.

— Это хороший ход мыслей. — Хашим кивнул. — Для этого мы должны быстро взять под контроль Союз восточных наций и найти скрытые там таланты. В частности, нехватка бюрократов для ведения внутренних дел может оказаться смертельно опасной. Если мы хотим расширить нашу территорию, нам нужно собрать достаточно администраторов, чтобы управлять всем этим.

— Зная, что это правда, становится еще больнее это слышать... — Фуга пожал плечами в отчаянии. — Но, конечно. Я планирую привлечь больше людей и расширить штат. Ты возглавишь их, Хашим. В твоих глазах... король Габи - это тот, кого мы можем использовать?

Хашим слегка улыбнулся. — Мой брат Ната сражается как дикий зверь, и это все, что у него в голове, поэтому им легко манипулировать. Король Габи, однако, из тех людей, которые ставят собственное самосохранение выше блага всей группы. Есть большой риск, что он снова предаст, поэтому мы не можем дать ему какое-либо важное задание.

— Я знал, что ему нельзя доверять... тогда… как ты думаешь, что мы должны с ним сделать?

— С этого момента, вы, несомненно, будете работать над тем, чтобы зачистить все оставшиеся оппозиционные элементы, Лорд Фуга. В конце концов, будет финальное сражение, и когда оно произойдет, его следует поставить на передовую с приказом «Свести наши потери к минимуму». После этого, мы сможем привлечь его к ответственности за плохую работу. Его лучники сильны, так что давайте передадим их под ваше непосредственное командование.

В глазах Хашима появился холод, а по выражению лица честного Щукина было ясно, что ему это не нравится такая политика. Фуга, однако, весело рассмеялся.

— Ну! Похоже, отныне мне понадобятся парни, способные делать подобные предложения... Ты, конечно, поможешь мне, не так ли?

— Это было моим намерением с самого начала. Пожалуйста, продолжайте идти к свету, лорд Фуга. — Слова Хашима показали его решимость быть тем, кто будет выполнять всю работу в тени.

Глядя на Хашима, Фуга спросил то, что его беспокоило. — Скажи мне последнюю вещь. Не испытывал ли ты колебаний, предавая герцога Чиму... Мафея Чиму?

Этот вопрос заставил Муцуми, которая все это время молчала, слегка вздрогнуть. Наверное, у нее были свои мысли о брате, который предал их отца, чтобы присоединиться к ним.

Тут глаза Хашима впервые стали суровыми. Он смотрел прямо на Фугу, с глубоким и серьёзным взглядом.

— Никто, даже вы, господин Фуга, не смог бы понять, наши отношения, как между отцом и сыном.

— О...?

— Сам отец вырастил из меня командира, способного принять подобное решение. Вы - великий человек, известный во всем мире, и я решил, что вы сможете применить мои таланты - таланты, которые были ограничены клеткой, которой является Союз Восточных Наций. Если бы мой отец был моложе и не был так ограничен своим положением, я уверен, что он выбрал бы тот же путь, что и я. Я уверен, что мой отец понимал мои действия, как и я понимал его.

Фуга был ошеломлен на мгновение, но вскоре вздохнул.

— Вы действительно были отцом и сыном... Шукин.

— Да, господин. — Шукин подошел к Хашиму и опустился на одно колено, достав из кармана письмо, которое протянул ему. — Я тот, кто убил сэра Мафея. Я присутствовал при его последних минутах.

— Понятно...

— Это письмо, которое сэр Мафей попросил меня передать вам. Было еще одно, адресованное госпоже Муцуми.

Когда Хашим принял письмо, Шукин склонил голову, а затем вернулся в исходное положение.

Муцуми достала свое письмо, чтобы Хашим мог его видеть.

— В моем он извинился за то, что выступил против лорда Фуги, ухудшив мое положение, и сказал, что доволен своей жизнью. Он также написал, что я не должна обижаться на вас.

Муцуми опустила взгляд в печали. Хашим закрыл глаза.

Через некоторое время Фуга заговорил: — Я просмотрел его письмо к тебе Хашим. Тебе стоит прочитать его.

— Да, сэр... если вы этого желаете.

Хашим открыл письмо, просмотрел его, затем...

— А?!

Его глаза расширились.

В отличие от письма Муцуми, здесь не было ни слова извинения, ни просьбы о прощении, ни тем более слова обиды. В письме говорилось лишь о том, как следует поступить после его смерти. В письме был список имен и стран, к которым эти люди были прикреплены. Пока Хашим все обдумывал, он так крепко сжал бумагу, что она смялась. Это был список всех человеческих ресурсов, о которых только мог подумать Мафей.

Когда основное подразделение Объединенных сил было уничтожено, Мафей потратил все оставшееся время, прежде чем смерть пришла за ним, на то, чтобы написать имена людей, которых они могли бы нанять для поддержки господства Фуги. Там не было ни одного лишнего слова. Однако это показало, что Мафей признал способности Хашима и отправился в загробный мир, зная, что семья находится в надежных руках.

— Что случилось... с останками моего отца?

— Они были тщательно сохранены, и никто их не тронет. Муцуми позже устроит для него похороны.

— Понятно... — Хашим склонил голову, не поднимая глаз.

Музуцми  смотрела на Хашима, а слезы текли по её щекам , как будто, она плакала за них двоих.

Увидев слезы на ее щеках, Фуга подумал: «Дурак... ты опять опять заставил ее плакать » подумал он о покойном Мафею Чиме.

В битве на Себальских равнинах антифуговская фракция была сильно ослаблена потерей большей части боевых сил, а также центральных фигур – Шамура Шарна и Мафея Чимы. Антифуговские государства были уничтожены одно за другим Фугой, государствами, которые его поддерживали, и даже восстаниями сторонников Фуги среди их собственных граждан.

В ходе этого события были такие люди, как Хашим Чима, который возглавил армию и отличился в бою, быстро заслужив место советника Фуги; а также те, кто упорно трудился из отчаяния, пытаясь доказать свою преданность, как Бито Габи. Среди тех, кто поклялся Фуге в верности после войны, некоторые были изгнаны за то, что не оправдали ожиданий, а другие были уличены в заговоре против него и были уничтожены.

Были те, кто поднялся во время хаоса, те, кто был уничтожен, и те, кто мог только наблюдать за происходящим. Посреди всех этих противоречивых эмоций по всему Союзу Восточных Наций пролилась кровь.

◇ ◇ ◇

Через три месяца после битвы на Себальских равнинах

Союз Восточных Наций находился в процессе реорганизации, и Фуга стал единственной силой. С таким количеством различных сил, одной стране было трудно выделиться в Союзе Восточных Наций, но теперь происходила централизация вокруг Фуги... Это было сообщение, которое я только что услышал от Хакуи в офисе по правительственным делам в замке Парнам.

— Он продвигается быстрее, чем я ожидал... — сказал я, показывая свою честную реакцию. — Меня пугал его потенциал великого человека и харизма, которая притягивает к нему людей, пока он слепо гонится за своей мечтой. Таким образом он кажется невинным, без какой-либо тёмной стороны, и только растёт всё больше и больше.

— Да, я согласен...

— Но с другой стороны, поскольку у него нет тёмной стороны, в нём есть опредёленная наивность. Из-за своей великой щедрости он даже принимал в свои ряды чужаков, которые не могли разделить его мечту. Я думал, что это в конечном итоге вызовет трения и разногласия, которые выдернут ковёр из-под его ног.

Если Фуга обладал такой харизмой, которая притягивала к нему всех, и готовностью принять любого, то среди них были и те, кто был заинтересован только в сохранении себя или втайне питал к нему вражду. Великих людей в истории часто сбивали с пути посредственные командиры, которые не могли оценить их видение, и те, кто восставал против них. Я думал, что Фуга будет таким же.

— Но то, как он обращался с теми, кто опоздал присоединиться к нему, не похоже на Фугу. В основном, он издевался над ними и изгонял их, или подставлял и убивал. Он был не из тех, кто так поступает.

— Временами правитель должен быть готов творить как добро, так и зло. Господин Фуга, должно быть, нашёл себе кого-то, кто может подсказать ему, когда пора проявить зло, — ответил Хакуя, в его голос закралась настороженность. — Его действия против антифуговской фракции были логичными и жестокими. Его советник должно быть хорош.

— Ты имеешь в виду Хашима Чиму из твоего отчёта?

— Думаю, да. Похоже, этот человек унаследовал от герцога Чимы способности к дипломатии и интригам.

— Это хлопотно. Он из тех, кого я меньше всего хотел бы видеть на стороне Фуги, — я вздохнул и постучал себя по виску. — Полагаю, мне придётся предположить, что у Фуги есть кто-то рядом с ним, кто может действовать на том же уровне, что и ты, да? Хакуя, если бы ты служил Фуге, каким был бы твой следующий план?

— Конечно, заложить более прочный фундамент. Поскольку осталось много членов нейтральной фракции, мы пока не можем сказать, что он взял под контроль Союз Восточных Наций.

— Нейтральные, да...? — я встал и подошёл к стеклянной двери, ведущей на балкон. — Зная Фугу, он попытается привлечь нейтралов на свою сторону. У него есть харизма, чтобы сделать это, в конце концов. Это будет самым быстрым способом объединить Союз Восточных Наций и не навлечь на себя ненужную вражду.

— Но это ослабит их внутреннее единство. Если он привлечёт людей, чья позиция неопределённа, это только навредит ему в долгосрочной перспективе. Если смотреть на вещи практически, он не должен этого делать... Если бы я был его советником, я бы сказал ему об этом.

— Тогда я уверен, что Хашим сделает то же самое. И мы видели, что Фуга способен прислушиваться к советам... Мы ещё увидим, как прольётся кровь. Похоже, мы не можем ожидать, что все новости будут хорошими.

В данном случае хорошей новостью было то, что Ророа узнала о своей беременности несколько месяцев назад.

«Теперь я тоже стану мамой! Продолжай ухаживать за мной, дорогой.»

Я помнил радостное, но немного застенчивое выражение её лица, когда она мне об этом сказала. Обычно я был за границей, когда узнавал о таких вещах, но в этот раз я был в замке, и мы смогли устроить большой семейный праздник. Джуна тоже скоро должна была родить, так что я наслаждался семейными радостями.

Кстати, о семье... Я посмотрел на небо через стеклянные окна. Ластания тоже была нейтральной. С Юлием и принцессой Тией всё будет в порядке?

◇ ◇ ◇

Тем временем, в Ластании

В королевском поместье, где жила королевская семья, агент короля Юлий сидел рядом со своей женой принцессой Тией, которая отрастила волосы немного длиннее, а напротив сидели её родители, королевская чета.

Он вручил королю два письма.

— Отец, я бы хотел, чтобы ты взял мать и Тию с собой на дипломатическую миссию.

— Лорд Юлий! — воскликнула Тия, задыхаясь от того, что он только что предложил.

Однако Юлий не обратил на неё внимания, продолжая говорить: — Сначала ты посетишь королеву Силл из Королевства Рыцарей Дракона Нотунг и передашь ей это письмо. Затем я хочу, чтобы ты отправился в Королевство Фридония с эскортом из Королевства Рыцарей Дракона, где ты встретишься с королём Сомой и передашь это письмо. С эскортом рыцарей дракона, я уверен, вы сможете пройти через горный хребет Звёздного Дракона.

— Ты просишь нас покинуть страну...? — спросил король Ластания, глядя Юлию в глаза. Юлий кивнул. Затем он открыл другое письмо и показал его остальным троим.

— Это письмо от Фуги Хана. Или, скорее, приглашение. Он устраивает банкет для всех правителей, которые не поддерживают его и не выступают против него. Он хочет познакомиться с нами поближе и заручиться нашей поддержкой. Но...

Сказав это, Юлий сузил глаза. Они были настолько холодными, что заставили принцессу Тию подпрыгнуть. Казалось, что он снова стал тем, кем был, когда жил в Амидонии.

— ...Это всего лишь вброс для общественности.

— Значит, есть что-то ещё? — спросил король Ластания, и Юлий кивнул.

— Это то, как он обращается с теми, кто не спешил присоединиться к нему. Наказать их, чтобы показать пример другим, противоречит тому, каким Фуга всегда был до сих пор. Это очень прагматично; то, что предпочёл бы такой человек, как я.

— Нет...

Его отец Гай однажды сказал ему, что в жилах их королевской семьи течёт кровь ядовитых змей. А змея знает, как змея думает.

— Скорее всего, это план того новичка, Хашима. Что делает весьма вероятным то, что этот банкет – тоже его идея.

— Если да, то не ухудшит ли неявка наше положение?

— Да. Скорее всего, он сочтёт любого, кто не придёт, за противника и использует это как предлог для нападения. Независимо от того, пойдём мы или нет, нас ждёт только гибель.

— Так мы бежим...?

Юлий снова кивнул: — Если Фуга нападёт со всей мощью Союза Восточных Наций, то даже наш союз с Королевством Рыцарей Дракона Нотунг не сможет нас защитить. Даже если мы сможем сдерживать его какое-то время, земля покроется руинами, и страна больше не сможет себя содержать.

— Но король не должен бросать свой народ...

— Больше всего я беспокоюсь о том, что народ откажется от своего короля, — Юлий заставил добродушного короля Ластании взглянуть на реальность. — В наших землях есть много тех, кто хотел бы видеть себя под защитой Фуги. После всех страданий, которые они пережили во время недавней волны демонов, вполне естественно, что они будут искать кого-то сильного, кто защитит их жизни и имущество. Для этих людей старая королевская семья будет только мешать.

Юлий уже испытал это однажды. Когда у жителей Амидонии был только Гай, за которого они могли держаться, они были верны. Однако из-за либерального правления, которое они испытали во время оккупации Вана Сомой, и гибели Гая в бою, народ быстро смирился с правлением Королевства. Даже когда Юлий вернул себе власть, многие из народа поддержали Ророа, которая по темпераменту была ближе к Соме, и изгнали Юлия.

У короля Ластании нет контраргументов против этих слов, родившихся из личного опыта. Вместо этого Тия теснее прижалась к Юлию.

— Только что ты сказал, что мы должны идти втроём. Ты хочешь остаться здесь, лорд Юлий?

Увидев выражение озабоченности на её лице, Юлий нежно погладил Тию по волосам.

— Мне нужно выиграть время, чтобы наш побег остался незамеченным... Кроме того, хотя я и сказал, что многие хотят быть под защитой Фуги, Джирукома и Лорен также любят и уважают королевскую семью. Мне нужно организовать их побег.

— Тогда я тоже останусь!

— Тия... — Юлий посмотрел ей прямо в глаза. — Я буду в порядке. Я не упущу подходящий момент для побега. На самом деле, беспокойство, вызванное тем, что ты останешься, помешает мне сосредоточиться на моей задаче.

— Лорд Юлий...

— Кроме того, твой живот увеличивается с каждым днём.

— Ах...! — Тия незаметно положила руку на свой живот.

Внутри него росла новая жизнь. Ребёнок, в котором течёт кровь королевских семей Ластании и Амидонии. Юлий притянул Тию, которая теперь носила его ребёнка и скоро станет матерью, к себе, нежно поглаживая её волосы.

— Ты ведь понимаешь, Тия? Что нам нужно защищать больше всего?

— Наш ребёнок...

— Конечно. Я не собираюсь расставаться с жизнью прежде, чем узнаю, девочка это или мальчик.

Юлий посмотрел на королевскую чету.

— Итак, отец, мать, я прошу вас позаботиться о Тие.

— Хорошо... Мы сделаем всё, как ты скажешь, зять.

— Сэр Юлий, пожалуйста, оставайтесь в безопасности.

На следующий день королевская чета Ластания и принцесса Тия тихо покинули страну с эскортом из Королевства Рыцарей Дракона Нотунг. Людям сказали, что они совершают дипломатический вояж, чтобы улучшить отношения с Королевством Фридония.

◇ ◇ ◇

За несколько дней до прибытия приглашения в Ластанию...

Слово «макиавеллизм» подразумевает, что иногда, преследуя политические цели, нельзя быть разборчивым в средствах, и распространяет его на философию «цель оправдывает средства». Таких безжалостных людей критикуют как макиавеллистов. Это утверждение в основном использовалось христианской церковью с её филантропическими убеждениями, чтобы отвергнуть взгляды Макиавелли, и в значительной степени является заблуждением.

Был ли сам Макиавелли макиавеллистом или нет, вопрос не стои́т. Однако Хашим Чима, перешедший на службу к Фуге Хану, определённо был макиавеллистом. Он предложил Фуге пригласить лордов, входивших в нейтральную фракцию, на банкет в его новую базу, замок в бывшем Королевстве Шамур, а затем расправиться с ними под видом террористической атаки антифуговской фракции. Фуга, сидевший на троне, нахмурился, а его жена, Муцуми, стоявшая рядом с ним, прикрыла рот рукой и задыхалась.

Фуга посмотрел на Хашима: — Ты просишь меня сделать это?

— Нет. Я сделаю это сам, без твоего ведома, — невозмутимо ответил Хашим. Фуга прислонился щекой к своей ладони.

— Если ты просишь меня закрыть на это глаза, то это ничем не отличается... Это необходимо?

— Если ваши цели не идут дальше объединения Союза и экспансии в Домен Владыки Демонов, то нет. Однако если вы намерены соперничать с Империей Гран-Хаоса и Королевством Фридония за главенство, то определённо да. Нам слишком многого не хватает, — объяснил Хашим, его глаза стали серьёзными. — Даже если сложить население каждой страны в Союзе Восточных Наций, оно будет меньше половины населения Королевства Фридония. Сравнение с Империей ещё хуже: у нас только треть, а может, и четверть от их населения. Как бы мы ни расширялись в Домен Владыки Демонов, это не изменить. Кроме того, и Империя, и Королевство стабильны, с прекрасными правителями. Если всё будет продолжаться в том же духе, разрыв будет только увеличиваться.

— И поэтому... ты хочешь, чтобы я поторопился с объединением?

— Да. Единственная область, в которой мы определённо опережаем их, это то, что мы живём в эпоху, когда люди ищут великих людей, таких как вы, и вы обеспечиваете централизующую силу.

— Ты не жалеешь слов... — Фуга пожал плечами.

Хашим сказал правду. Причина, по которой Малмхитан, всего лишь одна страна в Союзе Восточных Наций, смогла так быстро расшириться, заключалась в том, что она оказалась в нужное время в нужном месте. С тех пор, как расширился Домен Владыки Демонов, жители Союза чувствовали себя замкнутыми. Они увидели в Фуге лидера, способного освободиться от этого, и эта надежда побудила их поддержать его.

— Но, в то же время, это опасная вещь. Поскольку вы, лорд Фуга, возлагаете на себя надежды народа, вы должны всегда добиваться результатов. Если вы остановитесь, их разочарование станет для вас концом. Вы потеряете поддержку своего народа, и нация развалится в мгновение ока.

— То есть ты хочешь сказать, что если народ потеряет свой пыл, то мне конец?

— Да. И мы не можем быть уверены, что эта эпоха продлится долгие годы.

— Это может случиться в любой момент... так что мне поторопиться с объединением?

— Именно.

— Брат! — Муцуми вмешалась, не в силах больше просто смотреть. — Нейтральная фракция включает...

— Короля Хайнранта Ротского и его приёмную дочь Сами, верно? — спросил Хашим, закончив её предложение.

Спокойствие ответа Хашима оставило Муцуми в растерянности.

— Это всё равно должно быть сделано. Даже если нас разделят на друзей и врагов, кровь и фамилия должны жить. Так учил нас отец, что глава дома Чима должен быть главой. Кроме того, мы убьём только короля. Я не причиню вреда Сами, если она не будет сопротивляться.

— Брат...

— Как королева лорда Фуги, ты должна отдавать предпочтение дому Хан, Муцуми.

— Да... Я понимаю это.

Если это было выгодно Фуге, Муцуми должна была отступить.

Видя реакцию Муцуми, Фуга спросил Хашима: — Это означает, что будет пролито меньше крови, верно?

— Да. Некоторое время это будут критиковать как заговор. Но, если смотреть на вещи в долгосрочной перспективе, это тот метод, который принесёт наименьшие жертвы. Люди будущих поколений поймут.

— Не то чтобы меня волновало, что подумают некоторые люди, которые ещё даже не родились... — приняв решение, Фуга хлопнул себя по колену. — Отлично. Делай то, что считаешь нужным.

— По твоей воле, — Хашим склонил голову. Муцуми опустила лицо в разочаровании.

С разрешения Фуги план был приведён в действие.

◇ ◇ ◇

Хашим разослал тем лордам, которые сохранили нейтралитет в конфликте, приглашения на банкет, где у них будет возможность лучше понять друг друга. Было небольшое количество стран, например, Королевство Ластания, которые решили не участвовать, но многие лидеры нейтральной фракции собрались в замке Шамур. А затем...

Всех, кто приходил, убивали.

Проникшие на собрание остатки антифуговской фракции совершили террористический акт с использованием пороха, и было объявлено, что все присутствующие попали под взрыв. Эта новость вызвала кратковременный хаос во всём Союзе Восточных Наций, но он утих, когда было объявлено, что Фуга, который по «случайному» стечению обстоятельств в момент нападения находился вне помещения, выжил.

Естественно, некоторые высказали свои подозрения, что всё это – заговор Фуги. Однако их заглушили возгласы его сторонников. Союз Восточных Наций представлял собой скопление множества мелких и средних государств. Из-за их размера короли имели большое влияние, и после их ухода во многих странах не осталось никого, кто мог бы принимать окончательные решения. Такие страны присоединились к фракции Фуги, не задумываясь о мести. Однако среди них были и те, кто сопротивлялся после убийства своего короля.

Такие государства пали от рук сторонников Фуги внутри них, и одним из них было Королевство Рот.

В ходе заговора был убит король Хайнрант. Третья дочь дома Чима, Сами, выступила с заявлением, осуждающим Фугу, и закрыла ворота своей столицы. Ломбард, король Рема, который был другом короля Хайнранта и сторонником Фуги, привёл свои войска к воротам. Солдаты не доставали оружия и просто стояли в строю. Ломбард пришёл не для того, чтобы напасть на город, а чтобы убедить их открыть ворота.

— Госпожа Сами! У нас нет желания сражаться! Пожалуйста, сдавайтесь мирно!

— Сами! Пожалуйста! Открой ворота! — воскликнула Йоми, отчаянно пытаясь спасти свою младшую сестру-близнеца.

Поскольку Союз Восточных Наций почти полностью перешёл в руки Фуги, у одной маленькой страны, сопротивляющейся ему, не было бы будущего. Было ясно, что его сторонники уничтожат всю страну.

— Йоми, берегись!

— А?!

Ломбард схватил Йоми за руку и потянул её назад. Когда он это сделал, масса льда вонзилась в землю прямо перед тем местом, где они стояли, и взорвалась. Подняв головы, они увидели Сами на вершине стены, её поднятая рука указывала в их сторону. Солдаты Королевства Рот стояли рядом с ней, натянув луки, сдерживая людей Королевства Рем.

— Сами...

Это был предупредительный выстрел. Если она становилась серьёзной, Сами обладала магией, способной заморозить обширную территорию.

Посмотрев на них сверху вниз, Сами сказала: — Иди домой, Йоми.

— Пожалуйста, Сами! Послушай нас!

— Нам не о чем говорить, — сказала ей Сами с холодными, как лёд, глазами. — Отца Хайна больше нет. Он дорожил мной, как родной дочерью, и напоминал мне, какой должна быть тёплая, любящая семья... а потом Фуга Хан убил его.

— Говорю тебе, это был террорист-смертник из антифуговской фракции....

— Ты знаешь, что это ложь, Йоми! Вот как действует старший брат Хашим!

Йоми ничего не ответила на это, так как сама догадывалась об этом.

Ломбард вышел вперёд вместо неё: — Даже если мы вернёмся домой, войска сэра Фуги будут здесь в мгновение ока. Если это случится, Королевство Рот и все его жители будут стёрты с лица земли... Я тоже разочарован тем, что случилось с сэром Хайнрантом. Но теперь, когда это случилось, я не хочу допустить, чтобы погибли те, кого он любил — вы и народ его страны!

— .........

— Пожалуйста, сдавайся! Я буду защищать тебя и людей, даже если это будет стоить мне жизни! Зная нежного Хайнранта, я не могу представить, что он хотел бы, чтобы вы мстили!

— Несмотря на эту доброту, брат убил его! Мой собственный... брат... — Крупная слеза скатилась по лицу Сами. — У меня закралось подозрение, что банкет – это его заговор. Я просила отца не ходить. Но... он сказал, что боится, что это вызовет подозрения, а он не может подвергать опасности меня или своих людей, поэтому... он пошёл один...

— Сами...

— Госпожа Сами...

— Я никогда не прощу нашего брата – Хашима Чиму!

Как только Сами произнесла это, воздух вокруг них охладился. Влага в нём замёрзла и заискрилась. Скорее всего, она собиралась использовать серьёзную магию льда. Сами подняла руку и указала в сторону Йоми и Ломбарда.

— Йоми, если ты будешь на стороне Хашима, я без колебаний...

— Прекрати, Сами!

— Так вот как всё в итоге вышло... — сказал голос.

— А?! — потрясённая, Сами повернулась в сторону голоса.

В какой-то момент появился мужчина в капюшоне и встал позади неё. Это удивило мужчин Королевства Рот и Королевства Рем тоже. Когда Сами рефлекторно попыталась использовать магию, мужчина приблизился быстрее, чем она смогла, и нанёс удар. Сами застонала, потеряв сознание.

Защитники повернули свои луки в сторону человека в капюшоне с убийственным намерением, но он поднял руку, чтобы остановить их, медленно откидывая капюшон.

— Уберите своё оружие. Я Найк Чима. Младший брат старших сестёр Сами и Йоми.

Глаза Йоми расширились, когда она увидела его из-за стен: — Найк?! Что ты здесь делаешь?!

— Приказ старшей сестры Муцуми. Она предвидела это, поэтому попросила меня затаиться в Королевстве Рот, чтобы защитить Сами, потому что они были в нейтральной фракции.

Объяснив это, Найк взвалил потерявшую сознание Сами на плечо и повернулся к солдатам Королевства Рот.

— Я возьму на себя ответственность за обеспечение безопасности старшей сестры Сами, — сказал он. — Итак, вы открываете ворота и сдаётесь сэру Ломбарду.

Среди солдат было много разговоров. Однако через некоторое время...

— Хорошо...

...Мужчины убрали оружие. Они подчинялись Сами из желания хотя бы защитить девушку, которую так любил король Хайнрант. Теперь, когда безопасность Сами была обеспечена, не было нужды сражаться.

Видя, что солдаты Королевства Рот успокоились, Найк пронёс Сами через открытые ворота на плече. Когда он это сделал, Йоми и Ломбард бросились к нему.

— Найк...

— Старшая сестра Йоми. Я возьму с собой старшую сестру Сами.

— Ты... не можешь больше оставаться в этой стране? — спросила Йоми.

— Пока она остаётся здесь, старшая сестра Сами будет продолжать обижаться на старшего брата Хашима и господина Фугу. Брат не настолько мягок, чтобы оставить это без внимания. В конце концов, он убьет её.

— И старшая сестра Муцуми попросила тебя не допустить этого?

— Да. «Я не хочу больше терять семью», сказала она.

— Понятно...

Понимая, что в этот момент всё вышло из-под её контроля, Йоми отступила. Ведь даже если это будет последняя их встреча, это всё равно предпочтительнее, чем смерть Сами.

От её имени Ломбард спросил: — Куда вы пойдёте, сэр Найк?

— Во-первых, я оставлю старшую сестру Сами с Ичихой в Королевстве Фридония. Если она будет там, то даже господин Фуга или наш брат не смогут до неё легко добраться. Что касается меня... Ну, это я со временем выясню.

— Но разве король Сома не поддержал господина Фугу?

— Когда речь шла об убийстве, да, но кто знает, что он чувствует на самом деле. Возможно, поэтому старшая сестра Муцуми сказала, что я должна оставить Сами с ним.

Найк погрузил Сами на лошадь возле ворот. Затем, сев на неё сам, он попрощался.

— Прощайте, старшая сестра Йоми, сэр Ломбард. Берегите себя.

— Ты тоже, Найк. И... передай Сами, чтобы «держалась молодцом» для меня, ладно?

— Конечно.

Лошадь Найка пустилась бежать, унося Найка и Сами на юг. Йоми и Ломбард смотрели им вслед, пока они не скрылись из виду.

◇ ◇ ◇

— Наконец-то в стране наведён порядок, а? — сказал Фуга стоявшему перед ним своему советнику Хашиму, сидя на своём троне в замке Шарн.

Хашим скрестил руки и опустил голову.

— Действительно. Антифуговская фракция была стёрта с лица земли, как и нейтралы, которые не ясно выразили своё намерение присоединиться к нам. Теперь в Союзе Восточных Наций не осталось никого, кто мог бы противостоять вам, лорд Фуга.

— Но нам пришлось заставить Муцуми грустить, чтобы сделать это... — сказал Фуга, опираясь локтем на подлокотник своего трона, а щекой на ладонь, глядя на Хашима.

— Это был наш единственный выбор, — сказал Хашим, снова опустив голову. — Если вы собираетесь править континентом, страна должна была быть объединена как можно скорее. Я уверен, что Муцуми понимает. К тому же, Йоми сообщил, что Найк увёз Сами невредимой.

— Да... Похоже, что Муцуми отдала ему приказ, зная, что всё обернётся именно так. «Мне жаль, что я взяла дело в свои руки», сказала она мне. Ну, мы смогли захватить Королевство Рот без единой капли крови, так что я смирился с этим. Похоже, тебя перехитрила собственная младшая сестра, а, Хашим?

Несмотря на поддразнивание Фуги, Хашим просто пожал плечами.

— Если ваша жена – умная женщина, да ещё и моя младшая сестра, то, конечно, это можно только приветствовать. Однако, похоже, что Сами отправилась к Ичихе в Королевство Фридония. Не могу сказать, что я одобряю, когда способные люди переходят в их руки.

Хашим, похоже, не придал этому значения. Фуга фыркнул.

— Хмф. Райга уже там. Если Сами всё ещё имеет на меня зуб, как ты думаешь, возможно ли, что она сделает что-то с Райгой? Может, мне попросить Сому защитить её?

— Всё должно быть хорошо, я думаю. Сами – умная девушка. Если она и будет кому-то мстить, то это буду я.

Хашим казался невозмутимым от того, что его родная младшая сестра теперь ненавидит его.

Неужели это кровь Чима, который выжил благодаря уловкам? Фуга задумался, сузив глаза.

— Итак, когда в стране не осталось врагов, что теперь?

— Когда Союз Восточных Наций объединится под вашим началом, мы объявим о создании нового государства. Это покажет, что это больше не союз наций, а унитарное государство. Мы также официально перенесём центр правительства сюда, в замок Шарн, который получит новое название. После этого крупнейший город страны станет столицей нового государства, которое создадите вы, лорд Фуга.

— Сделать столицу Королевства Шарн нашей столицей? Разве моя родина, Малмхитан, недостаточно хороша? — спросил Фуга, но Хашим решительно покачал головой.

— Ни один город в степи не подходит для того, чтобы быть столицей целой страны. Если бы мы создали новый и собрали туда людей, это было бы пустой тратой сил. Если мы создадим столицу в Малмхитане, степняки и твои военачальники будут рады, но гораздо больше людей будут смотреть на тебя свысока. У нас здесь прекрасный город, и мы должны его использовать.

— О, я понимаю... — Фуга был немного разочарован, но принял предложение.

Если бы Сома был здесь и слышал этот обмен мнениями, он был бы впечатлён, но и обеспокоен, думая: — Значит, Хашим не позволил ему совершить ту же ошибку, что и Сян Цзи.

Сян Цзи, также известный как Сян Юй, сумел уничтожить Цинь, но отверг предложение своего вассала взять их столицу Сяньян со всеми её географическими преимуществами как свою собственную.

«Добиться успеха и не вернуться домой – это всё равно что нарядиться в изысканные одежды на дороге ночью. Кто узнает?» сказал он и перенёс свою столицу в Пэнчэн.

В результате, густонаселённый и важный Гуаньчжун легко пал, когда Лю Бан продвинулся на восток. Это дало Лю Бану преимущество, которое он не смог вернуть, сколько бы побед он ни одержал на поле боя.

В отношении того, как управлять городами или княжествами, которые до аннексии жили по своим собственным законам, Макиавелли предлагает три варианта. Первый – полностью уничтожить их, второй – поселиться в них, третий – установить марионеточный режим для управления ими. План Хашима был вторым из этих вариантов.

Фуга почесал щёку, чувствуя, что всё это слишком сложно: — Новое имя, да? А Малмхитанское Королевство не подойдёт?

— Это только создаст раскол между вашими старыми и новыми последователями. Хотя это лишь вопрос видимости, это будет выглядеть так, будто вы уничтожили и страны, которые вас поддерживали. Будет лучше, если жители Малмхитана продолжат служить тебе под новым именем. Если придумать что-то слишком сложно, мы можем просто назвать его Королевством Фуга Хан.

— Если бы я дал ему такое самодовольное название, Шукин и остальные сильно бы надо мной посмеялись.

— Солдаты и люди собрались на вашей стороне. Я не считаю странным назвать его так, но... Есть кое-что, что мы должны сделать в первую очередь, — лицо Хашима стало серьёзным, — мы должны разобраться с последней из нейтральных стран внутри Союза Восточных Наций, Королевством Ластания. Если мы оставим их такими, какие они есть, мы не сможем основать новую страну.

— Та страна на западной окраине, да...? — Фуга скрестил свои толстые руки и застонал. — С этой страной трудно иметь дело. Они в союзе с Королевством Рыцарей Дракона Нотунг, в котором много сильных рыцарей дракона. А Юлий, которого прочат в следующие короли, – старший брат третьей основной королевы Сомы, Ророа. Это делает его шурином Сомы. Если мы поднимем на него руку, то рискуем нажить себе врага.

— Да. Именно поэтому мы оставили его на конец, — сказал Хашим, доставая письмо. — Этот список от отца имеет два значения. Первое – «Наймите эти скрытые таланты в Союзе Восточных Наций». А второе – «Если не можете, избавьтесь от них, пока они не стали вашими врагами».

Именно так действовали Фуга и Хашим до сих пор. Тех из списка, кто подчинялся, ставили на важные должности, а тех, кто решительно отказывался, убивали с помощью ухищрений.

Однако, учитывая, что состояние Фуги явно росло, число людей, которые отказались бы служить, было достаточно мало, чтобы пересчитать их по пальцам. Если бы он был так же одержим идеей сбора кадров, как Сома, то, возможно, отчаянно пытался бы их переубедить, но более прагматичный Хашим не хотел идти на такие усилия.

Хашим захлопнул письмо.

— И последнее имя в списке – сэр Юлий из Королевства Ластания. Отец считал его самым ценным талантом в этой стране. Было бы обнадеживающе иметь его на нашей стороне, но пугающе видеть, как он становится нашим врагом.

— Это шурин Сомы, тот самый парень, о котором мы только что говорили, да?

— Да. Он был наследным принцем бывшего Княжества Амидония, а его отец Гай пал в битве против короля Сомы. После этого его младшая сестра, принцесса Ророа, увела страну у него из-под носа и отправила его в изгнание. Вот почему я думал, что мы сможем привлечь его на свою сторону обещанием отомстить Королевству Фридония, но....

— Этому не суждено случиться, да?

Хашим кивнул.

— Во время волны демонов сэр Юлий отправил свой собственный запрос в Королевство Фридония о подкреплении. Я одобряю его готовность склонить голову перед бывшим врагом, когда это выгодно ему самому, но, возможно, в тот момент они стали друзьями. Принцесса Ророа прислала ему свадебный подарок, когда он женился на кронпринцессе Ластании, так что их отношения, вероятно, тоже наладились.

— Это значит, что Юлий близок к Соме.

— Да. Настолько, что мы не можем оставить его в покое. Он тоже проницателен. Он не участвовал в банкете, где мы замышляли уничтожить нейтральную фракцию.

— Какая головная боль...

Если они наложат руку на Юлия, то рискуют всколыхнуть королевство Фридония. Для Фуги, который находил что-то непостижимое в Соме, казалось слишком рано затевать ссору с этой страной. Однако Юлий был слишком талантлив, чтобы позволить ему остаться в Союзе Восточных Наций. Возможно, они держали предателя в своей среде.

— Думаю, тогда мы не сможем оставить Королевство Ластания в покое... — Фуга пришёл к решению. Хашим многозначительно кивнул ему.

— Действительно. Если мы оставим сэра Юлия в покое, каждый наш шаг станет известен Королевству. Кроме того, сэр Юлий – их бывший враг. Даже если его убить, у них не будет выбора, кроме как молчать. Независимо от того, что могут чувствовать король Сома или королева Ророа.

— Как мы это сделаем? Позволим соседним государствам напасть?

— Нет, когда мы нападём на эту страну, Королевство Рыцарей Дракона Нотунг придёт к ним на помощь. Королевство Рыцарей Дракона даже смогло противостоять Империи, когда она была на пике своего развития... Хотя, похоже, Империя просто решила изменить свою политику и игнорировать их, увидев большие потери, — Хашим пожал плечами, но тут же принял серьёзное выражение лица и сказал: — Если мы не пошлём надёжные силы, это даже не окажет давления на Королевство Рыцарей Дракона. Я считаю, что вы должны повести своих лучших людей в атаку, лорд Фуга.

— Я, лично? — спросил Фуга, и Хашим кивнул.

— Это битва против времени. Если они столкнутся со всем Союзом Восточных Наций, то даже с помощью Королевства Рыцарей Дракона Королевство Ластания не сможет продержаться. Их земли опустеют, а запасы иссякнут. Поэтому, если сэр Юлий почувствует приближение вторжения, он, скорее всего, попытается бежать из страны. Если он это сделает, это создаст проблемы для нас.

— Да, ты прав. Если он присоединится к Соме... это будет больно.

— Действительно. А когда рыцари дракона выйдут на бой...

— Только я и Дурга сможем с ними справиться, да.

Фуга уже однажды видел рыцаря дракона Королевства Халберта и его напарницу Руби.

Из всей армии Фуги только он и Дурга могли противостоять им в прямом бою. Они собирали кавалерию виверн Союза Восточных Наций и реорганизовывали её, но рыцари дракона разорвали бы их на куски.

— Понял... Собери наших лучших людей. Мы нападём на Королевство Ластания.

— По вашей воле.

Фуга поспешно собрал своих лучших людей и отправился в Королевство Ластания.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

Известие о том, что Фуга и его войска движутся к Ластании, дошло до Юлия. Он послал в королевство рыцарей-дракона Нотун просьбу о помощи, а также планировал бежать туда вместе с Джирукомой и всеми, кто захочет присоединиться к ним. Юлий уже заложил основу, поэтому королева Силл Мунто смогла принять решение о немедленной отправке рыцарей-драконов и сама возглавить их, чтобы обеспечить побег Юлия.

Однако, когда к нему присоединились только его лучшие люди, силы Фуги двигались быстреё, чем предполагал Юлий. Элита Фуги обнаружила отряд Юлия ещё до того, как они успели пересечь границу, и уже почти настигла их. Когда рыцари-драконы прибыли на подмогу Юлию, столкновение с Фугой стало неминуемым.

Можно сказать, что эта битва произошла благодаря двум гениям - Юлию и Хашиму, каждый из которых правильно оценил способности другого.

Юлий понимал, насколько решителен Хашим, и планировал  совершить побег с большим запасом времени. Он предвидел, что силы Фуги потратят время на тщательную подготовку, с опаской отнесясь к подкреплению из Королевства Рыцарей Дракона Нотунг.

Тем временем Хашим считал, что если он пошлет только элиту, то они смогут захватить группу Юлия до того, как те смогут сбежать. Если они смогут поймать их до того, как Королевство рыцарей дракона сможет послать подкрепление, он сможет избежать ненужной битвы с ними.

В конце концов, Фуга со своим высокомобильным отрядом, наконец, вошел в контакт с отрядом Юлия, но только после того, как Юлий уже приблизился к границе. Если бы одна из сторон лучше предугадывала другую, этой битвы бы не произошло. Можно сказать, что это был результат двух приблизительно равных противников.

◇ ◇ ◇

Всадники и повозки мчались по полю у границы с королевством рыцарей-дракона Нотунг с Юлием и Джирукомой во главе.

Джирукома специализировался на пеших боях, но сегодня было не время для этого, поэтому он ехал на лошади. Он завязал разговор с Юлием, который ехал рядом с ним.

— Тем не менеё, я не ожидал этого, Юлий.

— Не ожидал чего?

— Количество людей, которые присоединились к нам. Мы спрашивали по всей стране, но только около сорока гражданских согласились пойти с нами? — сказал Джирукома, глядя на всадников и кареты позади них. — Народ любит принцессу Тию и королевскую семью, не так ли? Я бы подумал, что большеё число из них решит бежать вместе с ними...

— Сейчас... народ хочет сильного короля, а не любвеобильного, — сказал Юлий, выглядя немного грустным.

Это было не от злости или недовольства по отношению к людям, а почти из сочувствия к тем, кто решил остаться.

— Вы не можете их винить. Люди пролили столько крови во время демонической волны. Нам удалось вырвать победу с помощью Королевства Фридония, но многие из них всё равно потеряли друзей и родных.

— Да. Но ведь именно Дом Ластании защищал их, не так ли?

— Они были благодарны, я уверен. Но... что будет с нами во время следующей волны демонов? Пришлет ли Фридония подкрепление снова? Даже если да, что если они прибудут слишком поздно? Мы не сможем защитить себя в одиночку, не так ли...? Вот такие заботы всегда волновали наш народ. Вот почему...

— Они пошли поприветствовать Фугу, символ власти. Это просто... как-то удручающе.

— Я же говорил тебе, ты не можешь их винить. —Юлий слегка улыбнулся. — Мы все ставим свои семьи на первое место. Посмотри на меня, я заставил Тию и её родителей уйти пораньше, потому что я знал, что это случится.

— Ха-ха-ха, в этом есть смысл. Я имею в виду, что моя собственная семья присоединилась к ним во имя защиты королевской семьи.

Капитан Лорен, которая теперь была женой Джирукомы, уже уехала в королевство Фридония вместе с принцессой Тией и остальными. У Джирукомы и Лорен уже было несколько детей, и, поскольку они были ещё маленькие, он вывез их раньше. Поначалу Лорен расстраивалась, что не может быть рядом в трудную для страны минуту, но Джирукома убедил её в важности охраны королевской семьи.

— Меня уже второй раз прогоняют из страны... — пробормотал про себя Юлий. Джирукома посмотрел на него с сочувствием.

— Тебе больно, Юлий?

— Нет... Как бы я ни сетовал на собственное бессилие, странно, но я не чувствую себя настолько подавленным из-за этого. Хотя, должен признаться... когда я бежал из княжества, в мое сердце закрались какие-то темные чувства.

Вдруг Юлий посмотрел на небо. Оно было ясным, без единого облачка.

— Тогда я чувствовал себя преданным своей страной, но не сейчас.

— Это естественно. Страна - это место, к которому мы принадлежим, — сказал Джирукома, тоже глядя в небо. — Это место, где мы чувствуем комфорт и принадлежность. Она такая, потому что мы там, и люди, о которых мы заботимся, тоже там. Вот что такое страна. Вот почему мы любим и хотим защищать её. Когда я взял Лорен в жены, и у нас появились совместные дети, я перестал чувствовать эту томительную привязанность к родине.

Джирукома, потерявший свою страну и ставший беженцем, мог понять, почему изменился Юлий.

Юлий издал небольшой смешок. — Ты можешь быть прав... Для меня, где бы ни была Тия, теперь это моя страна.

— Да. Именно поэтому мы должны выжить.

Внезапно с неба, на которое они смотрели, спустился одинокий рыцарь-дракон. Белый дракон, сияющий на солнце, был лучшим другом Надин, Паем Лонгом. На его спине сидела партнерша Пая и королева королевства рыцарей-дракона Нотунг Силл Мунто.

На её прекрасное лицо выражало срочность, когда Силл крикнула. — Сэр Юлий, скорей! Силы Малхитана уже почти здесь!

— Госпожа Силл! Спасибо за поддержку! — крикнул Юлий, не останавливая своего коня. — Не нужно было почитать союз, когда мы уже потеряли свою страну...

— Не думайте об этом. Мы поступили естественно, если учесть нашу долгую дружбу с королевской семьей Ластании и то, как она принесла пользу нам обоим.

— Я понимаю, что это дружба, но была ли от этого польза для вас? — спросил Юлий, склонив голову набок.

— Да. Без Королевства Ластания мы потеряем окно в окружающий мир. Если сила Фуги продолжит расти, наша страна будет окружена. Поскольку наше прошлое с драконами не позволяет нам вторгаться в другие страны, нас оставят голодать, я уверена, — с горечью сказала Силл.

Если бы они собирались торговать со страной Фуги, Фуга, несомненно, заставил бы их поклясться ему в верности. Но поскольку договор запрещал им использовать драконов для враждебных действий против других стран, Фуга не мог использовать рыцарей-дракона. Если он попытается использовать их для борьбы с другими людьми, то, согласно пакту, все драконы вернутся в горный хребет Звездного Дракона. Фуга был не из тех, кто проявляет к ним внимание, поэтому он мог остановить поток поставок и попытаться добиться того, чтобы Королевство рыцарей-дракона развалилось изнутри.

— Итак, сэр Юлий, как только вы благополучно выберетесь отсюда, мы хотим, чтобы вы стали нашим посредником в отношениях с королевством Фридония. — Силл подмигнула Юлию. — Мы можем поручить нашим рыцарям дракона перевозить грузы туда и обратно через горный хребет Звездного Дракона.

— Вы используете рыцарей дракона в качестве курьеров?

— Действительно, я бы так и сделала. Возможно, нам стоит переименоваться в Королевство курьеров Нотунг?

— В нем нет прежнего величия...

“А ведь это неплохая идея” – подумал Юлий. Умный, даже в такой срочной ситуации он быстро обдумывал идею судоходной компании размером с целую страну.

Пакт запрещал им использовать драконов только для враждебных действий против других стран. Поставки припасов не нарушат этого - хотя они должны быть строго невоенными по своей природе. При своих огромных размерах дракон, скорее всего, мог бы нести большой деревянный корабль. Но поскольку драконы являются символом их страны, и каждый стремится стать рыцарем-дракона, могут найтись те, кто будет против того, чтобы рыцари-дракона становились курьерами.

Это было всё равно, что использовать меч, который был национальным достоянием, чтобы косить траву. Возможно, именно поэтому эта идея не приходила никому в голову до сих пор... Теперь, когда Фуга загнал их в угол, даже старомодные страны должны были измениться.

“Такую идею Сома реализовал бы с радостью...” – подумал Юлий, улыбаясь.

— Понятно. Я прослежу, чтобы король Сома получил сообщение.

— Я рассчитываю на тебя... Теперь, чтобы убедиться, что наша первая поставка попадет в Королевство в целости и сохранности, я собираюсь немного поиграться с силами Фуги.

— Будь осторожна... Фуга свирепее, чем ты себе представляешь.

— Мы знаем, — телепатически ответил Пай от имени Силл. — Письма Надин и Руби рассказали нам всё о нем. Если объединить Фугу с Дургой, он будет на одном уровне с рыцарем дракона, а может, даже лучше.

— Вот и всё. Мы не ослабим бдительность. Мы покажем ему всё, что у нас есть, — согласилась Силл.

— Удачи... —  Юлий кивнул.

— Тебе тоже.

С этими словами Силл и Пай взмыли в небо, соединившись с тридцатью рыцарями-дракона, которые ждали их там, и отправились на встречу с войсками Фуги.

◇ ◇ ◇

Прошло полчаса с тех пор, как Юлий и Силл разговаривали. Недалеко от границы рыцари-дракона Нотунг встали на пути Фуги и его воздушных сил, преследующих Юлия.

— Прочь с дороги! Ты начинаешь меня раздражать!

*Роааааар!* Одним взмахом лапы Дурга разорвал грудь дракона, заставив его отпрянуть назад от боли. В этот момент стрела Фуги поразила  рыцаря-дракона в грудь.

— Гух...

Драконы падали с неба один за другим вместе со своими рыцарями.

Силл и Пай дрожали от ярости, наблюдая за разворачивающейся сценой.

— Будь ты проклят, Фугаааа! — прорычала Силл.

— Как ты смеешь так поступать с нашими товарищами! —   телепатически крикнула Пай.

“Я не ожидала, что он окажется таким могущественным…” - подумала Силл. Когда они впервые столкнулись с войсками Фуги, Силл разделила 30 рыцарей-дракона, которых она взяла с собой, на группы. Одну отправили атаковать и задержать солдат на земле, а другая охраняла группу Юлия от кавалерии виверн, которая приближалась к нему. Последняя группа, возглавляемая ею самой, должна была противостоять Фуге, самой большой угрозе из всех.

“Он в одиночку переломил ход событий... Он словно какой-то эпический герой из сказок”. Силл приняла все меры предосторожности. На самом деле, подразделения, которые она послала за силами Фуги на земле и в воздухе, превосходили их по численности. Но способности самого Фуги намного превзошли её ожидания. Фуга и охранявшая его немногочисленная конница виверн поставили Силл и её людей в невыгодное положение.

Точнее говоря, всадники виверн отчаянно пытались выиграть время, пока Фуга и Дурга сражались и выигрывали дуэли один на один. К тому времени, как Силл и Пай уничтожили кавалерию виверн, они уже потеряли пять рыцарей-дракона. Никогда ещё в истории королевства рыцарей дракона Нотунг они не проигрывали так много против одного человека. Единственными, кто мог сражаться с рыцарями-дракона, были другие рыцари-дракона.

Не в силах поверить в то, чему они стали свидетелями, рыцари-дракона в страхе разбежались.

— Хахххх!

Фуга бросился к остановившемуся рыцарю-дракона, спрыгнул со спины Дурги, его Занганто заискрился электричеством и обрушился на человека. Рыцарь-дракон инстинктивно поднял меч, чтобы отбить удар, но...

*Бззап!!!* Как только Занганто Фуги врезался в него, толстая молния пронзила и рыцаря, и дракона. Это было то же самое движение, которое он однажды использовал, чтобы пробить большую дыру в огромном зомби-носороге.

Рыцарь испарился, а дракон упал с огромной дырой в теле. Только Фуга остался, используя крылья на спине, чтобы парить.

У Пая перехватило дыхание при виде этого зрелища. — Я не могу поверить, что человек может владеть молнией, как Надин...

— Грр! Если тигр чудовищно силен, то и человек тоже, ха!

Силл скрежетала зубами, наблюдая, как Дурга поднимает Фугу в воздух.

— Мы не можем позволить ему уничтожить больше наших людей. Давай сделаем это, Пай!

— Да, леди Силл!

Белый дракон Пай напал, прежде чем Фуга и Дурга полностью восстановились. Когда Пай задышал огнем, Дурга повернулась так, чтобы защитить Фугу. Когда пламя ударило, Дурга взлетела в воздух.

Дурга восстановилась в воздухе, на левом боку тигра шерсть в некоторых местах была опалена, а в других - повреждена. Учитывая, как мало повреждений было получено от дыхания дракона, это показало, насколько невероятным существом была Дурга.

Увидев раны своего партнера, лицо Фуги потеряло свое обычное спокойствие.

— Тч. Они хороши. Это будет не так просто, как с остальными.

— Фуга Хан! Я отомщу за своих людей!

Силл взмахнула копьем, находясь на спине Пая. Фуга инстинктивно наклонился вправо, и копье задело его лицо, оставив неглубокую рану на щеке. Он вытер кровь своим рукавом и посмотрел на Силл.

— Неплохо. Думаю, они не просто так поставили тебя во главе рыцарей-драконов.

— Хватит разговоров!

Силл и Пай одновременно атаковали клинками ветра и огненным дыханием. Фуга заставил Дургу броситься в атаку, уклоняясь от их атак, а затем, как и прежде, спрыгнул со спины тигра. Он окутал свой Занганто электричеством и с размаху обрушил его на Силл.

— Я не позволю тебе это сделать!

*Баш!* Пай крутился, как ветряная мельница, отбиваясь от Фуги своими крыльями. После удара с силой, сравнимой с ударом носорога, даже Фуга, казалось, почувствовал боль.

— Гух... Дурга! — крикнул Фуга, когда его отправили в полет, и Дурга ответила на его призыв, замахнувшись лапой на Пая, который ещё не пришел в себя.

Пай попытался отклониться назад и уйти с дороги, но когти Дурги устремились к его лицу. Этот удар, слишком резкий, чтобы назвать его ударом кошки, разорвал его.

— Гва!

— Пай?!

На левой половине головы Пая остались отчетливые кровавые следы от когтей. Вероятно, он ослеп на этот глаз. Но если он упадет, его напарник Силл тоже погибнет. Зная это, Пай изо всех сил старался удержаться на ногах, преодолевая боль.

— Все в порядке... Я всё ещё могу бороться.

— Пай...

— Хех, я вижу, мы оба благословлены хорошими партнерами, — сказал Фуга, который использовал свои собственные крылья, чтобы парить в воздухе в том месте, куда он был сбит.

Дурга бросилась к нему, и Фуга снова взобрался на тигра. После удара крылом Пая ему стало немного хуже, но Фуга был полон сил. Пай, тем временем, держался в воздухе только силой воли.

Фуга направил свой Занганто в их сторону и сказал. — Но мы с Дургой победим.

— Принцесса!

Четыре рыцаря-дракона, которые не смогли присоединиться к битве, встали между ними, чтобы выступить в качестве щита Силл. Даже если бы им пришлось предпринять отчаянную самоубийственную атаку, они были готовы отправить Фугу вместе с собой.

Фуга одарил их свирепой ухмылкой. — Давайте. Я загрызу столько из вас, сколько потребуется.

— Уркх! — Силл хрюкнула, её лицо исказилось от боли.

В разгар всего этого к ним приблизилась одна виверна.

— Лорд Фуга! Лорд Хашим предлагает перемирие!

— Он хочет, чтобы я перестал бороться? Мы как раз подошли к самому интересному... — ворчал Фуга, глядя вниз.

Наземные силы были полностью остановлены атакой рыцарей дракона. Трудно было винить их, учитывая, что они были беззащитны перед огненными атаками с воздуха.

Группа, возглавляемая Юлием из Ластании, также исчезла из виду, несомненно, перейдя границу с Королевством Рыцарей Дракона Нотунг. Если бы он преследовал их до границы, это означало бы тотальную войну против них.

С шестью драконами Королевство Рыцарей Дракона потеряло двадцать процентов всех сил, которые они привели. Силы самого Фуги, вероятно, потеряли столько же, но, не сумев захватить Юлия, это была стратегическая потеря.

— Похоже, мне недостаточно одного этого, чтобы победить. — плечи Фуги опустились, и он опустил свой Занганто, после чего обратился к Силл. — Ты слышала его, принцесса рыцарей дракона. Наша цель сбежала в вашу страну. Если мы продолжим, это будет означать войну. Я уверен, что вы этого тоже не хотите. Я отзову свои войска, так что возвращайтесь в свою страну.

— Ургх...

Лицо Силл исказилось от разочарования из-за внезапного предложения перемирия. Она хотела отомстить за своих товарищей, но если они продолжат сражаться, жертв будет больше. Они уже достигли своей цели - помогли Юлию бежать. Продолжать сражаться сейчас было бы совершенно личным делом. Если она не будет осторожна, это может нарушить их договор с драконами.

Как лидер рыцарей-драконов, она не могла позволить себе быть безрассудной.

— Очень хорошо... Но вы позволите нам собрать останки драконов и их рыцарей. Мы должны вернуть их в Горный хребет Звездного Дракона. Это нужно для того, чтобы они не превратились в монстров вроде нежити-дракона.

— Хмф, я не против.

— Подать сигнал к отступлению, — приказала Силл.

Рыцари-драконы свистнули в свистки. Её войска у земли остановились, услышав свист. Когда битва закончилась, все они собрались на стороне Силл. Оттуда она приказала им собрать останки павших. Когда всё было готово, рыцари-драконы выстроились в оборонительный строй вокруг Силл и Пая. Она бросила последний взгляд на Фугу, прежде чем повернуться и уйти.

— Они чертовски хорошо организованы... Я мог бы использовать такие воздушные силы, — размышлял Фуга, приземляясь и наблюдая за уходящими рыцарями дракона.

Затем, спустившись верхом на Дурге к наземным войскам, возглавляемым Хашимом, он сошел с неё, а его советник поприветствовал его поклоном.

— У меня в руках почти оказалась королева врагов...

— Полагаю, я уже неоднократно говорил вам, что война с королевством рыцарей-дракона Нотунг была бы чистой глупостью, — сказал Хашим, подняв голову и пожав плечами в отчаянии.

Затем, с острым взглядом в глазах, он сказал Фуге. — Только что произошедшая битва заставила меня убедиться в одной вещи. Если бы наши страны вступили в войну, мы бы, несомненно, победили. Рыцари дракона сильны, но их численность ограничена. Если мы будем атаковать с нескольких фронтов и отступать при каждом появлении рыцарей дракона, их страна будет разрушена, а среди большинства населения, не являющегося рыцарями дракона, распространится усталость от войны.

— Вы говорили, что простые люди предпочтут нас договору с драконами.

— Да. И это будет гибелью Королевства Рыцарей Дракона. Однако, если это случится, мы рискуем тем, что все рыцари дракона перейдут в другие страны. Это было бы невероятно плохо для нас. Поэтому...

— Если мы собираемся их уничтожить, то прибережем их напоследок, верно? Я знаю, — сказал Фуга, положив руку на плечо Хашима и кивнув. — Тем не менее, жаль Юлия.

— Да... Он способен принимать решения быстрее, чем я думал. Это делает его именно таким человеком, которого я хочу видеть в вашей стране, и опасным врагом. Вот почему я хотел обезопасить его для нас...

— Этого не должно было случиться. Но нам удалось выполнить другую нашу цель, верно?

— Да. Мы догнали его и смогли сразиться с Королевством Нотунг.

Когда Фуга отправлял войска в Ластанию, главной целью было захватить ластанскую королевскую семью (особенно Юлия), но была и вторичная цель - дать хороший отпор рыцарям-дракона из Королевства рыцарей-дракона Нотунг, которые должны были прийти на помощь. И если они хорошо сразятся с Королевством, в то время как Империя в период своего расцвета могла лишь завести их в тупик, надежды народа на Фугу возрастут.

Фуга и Дурга сразили шесть рыцарей-драконов. Эта новость не могла не вызвать народного рвения. Фуга и его люди добились этого не в ходе полномасштабной войны с королевством рыцарей-драконов, а в ходе стычки.

Хашим скрестил руки и сказал Фуге. — До сих пор люди знали, что мы снова захватим владения Владыки Демонов. Однако, после этой битвы они будут думать, что завоевать весь континент - это не мечта. Пожалуйста, оседлайте эту волну народных чувств так далеко, как она вас занесет.

— Да. Но сначала нам нужно будет собрать вместе эту страну, в которой больше нет врагов. Если мы собираемся восстать, нам нужно сначала убедиться, что земля под нашими ногами устойчива.

Фуга и его люди отправились в столицу королевства Ластания, чтобы разобраться, что будет после войны.

◇ ◇ ◇

Благодаря этой битве против Королевства Нотунг Фуга заслужил у своего народа прозвище — “Тигр, пожирающий драконов”, а тигр стал символом его сил.

Впоследствии Фуга стал называться Великим Королем Тигров, а его последователи получили собственные прозвища, такие как — “Икс тигра”. Его жена, Муцуми Хан, стала — “Партнершей тигра”, его советник, Хашим Чима — “Находчивым интриганом тигра”, его правая рука, Шукин Тан, — “Мечом тигра”, а старый полководец, принявший от него стрелу, Гайфуку Киин, — “Щитом тигра”.

Но должно пройти ещё некоторое время, прежде чем это произойдет.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Глава 9: Дезертиры добровольно предлагают свои услуги

В королевской столице Парнам...

— Ваше Величество. Мы только что получили известие. Похоже, они прибудут, — сказал Хакуя, входя в кабинет государственных дел.

— О! Так они идут, да? — сказал я, поднимаясь со стула. Я ждал этого сообщения.

Прошло десять дней с тех пор, как они получили известие о стычке между войсками Фуги и рыцарями дракона Нотунга у границы между королевством Ластания и королевством рыцарей дракона.

Под охраной отряда рыцарей дракона, возглавляемого самой королевой Силл, ластанские беженцы, включая Юлия и Джирукому, расположились во внутреннем дворе замка Парнам.

Получив заранее известие об их прибытии, я встретил их представителей, королеву Силл и Пай от Королевства Рыцарей Дракона, а также Юлия и Джирукому от Королевства Ластании, в зале аудиенций. Со мной были премьер-министр Хакуя, мой телохранитель Айша, а также Ророа и Надин, которые были связаны с нашими гостями.

— Ух ты, Пай?! Что случилось с твоим глазом?! — воскликнула Надин, увидев Пая, стоящего рядом с мадам Силл.

В человеческой форме у Пая было андрогинное лицо, но сейчас область вокруг левого глаза была закрыта маской. Она была очень стильной и выглядела почти как венецианская маска.

— А-ха-ха... — Пай неловко засмеялся, указывая на маску. — Тигр поймал меня во время нашего боя с Фугой.

— Это Дурга сделал...? Ты в порядке?

— Да. Я быстро добрался до целителя, поэтому не ослеп. Но шрам не исчезнет.

— Раны воина – это знак чести. Как твоя жена, я не могу этим гордиться, — сказала госпожа Силл, обнимая Пая за плечи.

Он покраснел и подумал: «мадам Силл называет себя женой, но она, конечно, мужественна».

В то же время Юлий и Ророа впервые за долгое время встретились вновь.

— Старший брат...

— Ророа... Не думаю, что мы встречались после волны демонов.

Обратив внимание на её набухший живот, Юлий сказал: — Он точно вырос. Ты родишь раньше Тии?

— Да, думаю, так и есть. Похоже, ребёнок старшей сестры станет младшей сестренкой.

— О... Как, кстати, поживает Тиа?

— У неё все отлично, если не считать того, что она очень беспокоится о тебе.

— Слава богу...

Как только все смогли убедиться, что у их друзей и близких всё в порядке, я громко прочистил горло.

— Хорошо... Я уверен, что вам всем есть о чём поговорить, но сначала я хотел бы уладить формальности. Добро пожаловать в королевство Фридония, королева Силл и сэр Пай из Королевства Рыцарей Дракона Нотунга.

— Спасибо, что поприветствовали нас, Ваше Величество.

— Спасибо.

Королева Силл и Пай склонили головы в унисон. Я кивнул.

— И я рад, что вы смогли прийти, сэр Юлий и сэр Джирукома. Вам здесь рады.

— Спасибо. Я благодарен вам за то, что вы приняли членов королевской семьи Ластании.

— Это бо́льшая честь, чем мы заслуживаем.

Юлий и Джирукома тоже склонили головы.

С этими словами я хлопнул в ладоши. — Ладно, думаю, хватит с меня режима короля. Юлий, я уверен, что ты, должно быть, устал от долгой поездки, но не мог бы ты объяснить, что произошло?

— Очень хорошо.

Юлий рассказал все подробности того, что произошло в Союзе Восточных Наций. Подавляющее большинство из них совпало с тем, что сообщили наши агенты, но, побывав там сам, Юлий знал больше об общей атмосфере в Восточном Союзе. То, что народ Ластании приветствовал Фугу как своего нового правителя, было шоком.

Я чувствовал, что жители королевства Ластания особенно близки к своей королевской семье. Мне казалось, что они любят и уважают их. И всё же лишь немногие решили бежать из страны вместе с Юлием. Каждый ставит свою семью на первое место. Пережив волну демонов, жители Союза Восточных Наций, должно быть, чувствовали себя в большей безопасности под прикрытием такой могущественной фигуры, как Фуга.

Хакуя вздохнул, слушая эту историю: — Мы знали, что всё так и будет, но этот человек, конечно, доставляет неприятности, не так ли?

— Да... А теперь с ним такой интриган, как Хашим. Он будет делать вещи, не похожие на него, если придётся, что сделает предсказание того, что они сделают, ещё более трудным....

— Я уверен, что ты прав, — Юлий кивнул. — Союз Восточных Наций теперь страна Фуги. Они смогут начать масштабную экспансию в Домен Владыки Демонов. При более сдержанном подходе Империи, он сможет стать крупнейшим государством по площади на континенте.

— Однако, хотя он может расширять свою территорию, он не может увеличивать своё население с такой же скоростью. Между нами по-прежнему будет большая разница в силе... — добавил Хакуя в ответ на горькие слова Юлия.

— И всё же, нынешняя атмосфера в мире даёт Фуге импульс к тому, чтобы отменить эту разницу.

— Я узнала, насколько силён этот человек, сражаясь с ним, — сказала Силл, скрестив руки. — Он чудовище такого масштаба, как никто другой.

Даже если это была всего лишь стычка, я был впечатлён тем, что госпожа Силл сражалась с Фугой и выжила, чтобы рассказать об этом. Тем не менее, было страшно, что Фуга мог заставить рыцаря дракона говорить о нём таким образом.

— Я ничего не мог сделать... — сказал Юлий, опустив глаза. — Я был прямо там и мог только смотреть, как у нас украли страну Тии.

— Юлий...

— Но я жив, и Тиа тоже, вместе с её родителями. То, что старая королевская семья выжила, станет бельмом на глазу в лагере Фуги. Даже если его самого это мало волнует, Хашим будет.

— Ты можешь быть прав...

Судя по тому, что мне рассказывали Чёрные коты, Хашим без колебаний прибегает к жестокости во имя достижения своих целей. Возможно, он по природе своей макиавеллист (в том смысле, в котором это слово употребляют люди, не понимавшие «Принца» Макиавелли). Если это так, то он не смог бы игнорировать существование старой королевской семьи, когда она угрожала правлению Фуги.

— Фуга может прислать требование, чтобы вы передали нас ему, — сказал Юлий, глядя мне прямо в глаза. — Что ты будешь делать? Если вы откажетесь, это может повредить вашим отношениям с лагерем Фуги. Позволите ли вы королевской семье Ластании остаться в этой стране?

Его глаза были серьёзными. Поэтому я вернул ему взгляд, не отводя глаз.

— Позволю. И я, конечно, буду отклонять любые просьбы выдать тебя. Я использую твоё положение моего шурина, чтобы смягчить удар. Не думаю, что Фуга будет настаивать на этом. Хашиму это может не понравиться, но Фуга тоже не захочет разжигать вражду между нами.

Я пытался утешить его, но Юлий покачал головой.

— Возможно, ты прав насчёт Фуги, но Хашим, скорее всего, пошлёт убийц, как минимум.

— Я намерен дать вам телохранителей, понимаете?

— Этого недостаточно, чтобы развеять мои опасения.

Затем Юлий опустился на одно колено. Не обращая внимания на нашу удивленную реакцию, он склонил голову, положив правую руку на пол.

— Сэр Сома А. Эльфриден, король Фридонии. Я хочу предложить вам свои услуги.

«Предложить свои услуги... Он будет работать на меня?! Такой гордый человек, как Юлий?!»

— Тебе не нужно себя заставлять... Я приму тебя как гостя в любом случае.

— Я же сказал тебе. Я волнуюсь.

Юлий поднял голову, и я увидел тень, нависшую над его лицом.

— Королевской семье без страны нет места. В зависимости от того, как будут развиваться события дальше, Тия может оказаться в опасном положении. В таком случае, я хочу отдать всего себя служению этой стране и выработать для нас такое положение, при котором от нас будет труднее избавиться.

— Я понимаю, к чему ты клонишь, но... — я скрестил руки и простонал. — Я человек, который убил твоего отца...

— Он тоже был отцом Ророа. Я решил забыть старые обиды во время волны демонов.

— Мы бывшие враги. Ты оставил плохое впечатление у некоторых людей в Королевстве и Княжестве. Тебе будет трудно завоевать их доверие. Ты начнёшь с меньше, чем ничего.

— Я буду много работать, чтобы убедить народ этой страны.

— Брат... — пробормотала Ророа, выглядя обеспокоенной.

Я не знал, что делать, поэтому посмотрел на Хакую и спросил: — Что ты думаешь, Хакуя...?

— Я считаю, что это было бы приемлемо, — прямо ответил Хакуя. — Я выразил своё официальное несогласие принимать их вообще. Однако, сир, вы приняли такое решение. На данный момент я не вижу большой разницы между тем, чтобы принять его как гостя, и тем, чтобы принять его как вассала.

— О... Ты это имел в виду.

— Сэр Юлий, безусловно, талантлив. Я уверен в своей способности заранее подготовиться и разработать большую стратегию, но взять на себя тактический контроль на поле боя – это выше моих сил. По нашим сведениям, советнику Фуги, Хашиму, это может оказаться по плечу. Я беспокоюсь, что разница в нашей способности отправиться на поле боя может однажды оказаться разницей между победой и поражением.

Что касается тактического контроля, у нас были советники на местах, такие как Каэде. Однако она была магом и работала в основном в тылу, поэтому не подходила для руководства на передовой. В отличие от неё, Юлий мог использовать свои стратегические способности в центре сражения. Он обладал боевым мастерством, чтобы руководить войсками и при этом сражаться самому. Его можно было с натяжкой назвать полевым командиром.

Если бы Хакуя занимался стратегией, а Юлий принимал более мелкие тактические решения, можно было бы более эффективно управлять Национальными силами обороны.

Я посмотрел на Юлия. — Даже если ты поступишь ко мне на службу, я не могу отдать тебе регион Амидония в качестве твоего домена, понимаешь?

— Я уже Юлий Ластания. Если мне суждено куда-то вернуться, то это будет там.

— Я хочу сделать всё возможное, чтобы избежать конфронтации с Фугой. Ты понимаешь, что для тебя может не быть дома, куда ты сможешь вернуться?

— Пока Тия в порядке, я могу жить и с этим. Но если когда-нибудь начнётся война с Фугой, я отдам все свои силы на битву.

— Понятно, — чувствуя его решимость, я тоже решился. — Можешь служить мне, Юлий.

— Обязательно. Спасибо, Ваше Величество.

«Слышать, как он называет меня «Ваше Величество», как-то... странно». Ну, учитывая, что он был старшим братом моей третьей основной королевы, да ещё и бывшим врагом, мы, вероятно, должны были сохранять определённую профессиональную дистанцию. Мне нужно было просто привыкнуть к этому.

— Но, когда мы не на людях, я хочу, чтобы ты относился ко мне так же, как всегда. Иначе будет слишком неловко, — сказал я, взяв его за руку, и Юлий криво улыбнулся.

— Хе-хе, понял. Итак, Сома, я знаю, что это неожиданно, но я хотел бы предложить план, как вести себя с Союзом Восточных Наций в дальнейшем...

Юлий жаждал использовать свою хитрость мне на пользу, но...

— Ты идиот!

— Что?!"

Ророа подошла и неожиданно ударила его по лицу. Он в шоке посмотрел на неё, когда она указала на него.

— Тебе нужно ещё кое-что сделать, прежде чем начинать делать свои предложения! Ты хоть представляешь, как за тебя переживает старшая сестра?!

— Но... — Юлий начал спорить, потирая щёку, но... видимо, он решил, что Ророа права, и поэтому сдался, — прости, Ророа...

— Прощу, если понял, — сказала Ророа, скрестив руки и фыркнув.

Юлий продемонстрировал искреннее раскаяние, а Ророа – достоинство будущей матери.

Я не мог не рассмеяться от такого контраста.

◇ ◇ ◇

Через несколько дней выяснилось, что не только ластанцы перебрались на нашу землю в результате поражения от Фуги и его войск. В королевский замок прибыли третья дочь и четвёртый сын дома Чима, Сами и Найк.

Что касается этих двоих, то они подали заявление на въезд в страну пограничникам ещё до прибытия Юлия. Я сразу же дал разрешение, но поскольку они ехали по суше, Юлий и другие, прибывшие по воздуху, опередили их.

Когда мне сообщили, что они прибыли в замок Парнам, я встретил их в зале аудиенций вместе с Хакуей, Аишей и их младшим братом Ичихой. Они не были знакомы со мной, как Юлий, и не занимали такого важного положения, как королева Силл, поэтому во время аудиенции я сидел на троне и пытался разгадать их намерения.

— Госпожа Сами, сэр Найк. Добро пожаловать в Королевство Фридония, — сказал я им по-королевски, и Найк был единственным, кто склонил голову и ответил.

— Спасибо, что так быстро пошли нам навстречу.

Сами, с другой стороны, с пустым выражением лица ничего не сказала. Она просто склонила голову одновременно с Найком. Не было ощущения, что это было сделано из неуважения или потому, что она что-то замышляла. Если на то пошло, у неё вообще не было никаких планов. Она чувствовала себя безжизненной, вялой, как пустая оболочка.

Хотя это меня беспокоило, я продолжил разговор.

— Не думайте об этом. Ичиха предложил мне свои услуги. Если вы его брат и сестра, вам тоже здесь рады.

— Вы слишком добры.

— Итак... что именно произошло? — спросил я, глядя на Сами, и Найк поднял голову.

— Сэр Сома... Знаете ли вы о нынешней ситуации в Союзе Восточных Наций?

— Я получил отчёты, да. Фуга установил полный контроль, верно? Я слышал, что ваш отец Мафей был сражён на войне.

— Да. Если вы знаете, то это ускорит процесс, — Найк положил руку на плечо Сами. — Во время конфликта приёмный отец моей сестры Сами был убит в результате заговора нашего старшего брата Хашима, и она была изгнана из страны.

Далее Найк рассказал о событиях, которые привели к их приезду сюда.

Сами была удочерена королем Хайнрантом из королевства Рот. Он любил её как отец, но поскольку он принадлежал к нейтральной фракции, то был убит в результате заговора Хашима. Сами пыталась сопротивляться и отомстить за него, но Найк остановил её. Я уже знал, как Фуга захватил власть, из доклада Юлия. Но слышать об этом от реальной жертвы было гораздо тяжелее, чем просто читать слова на бумаге.

Я уверен... когда будут писать учебники истории, там будет написано: «Фуга выиграл битву на равнине Себал и взял под контроль Союз Восточных Наций». Кажется, в мире, откуда я родом, был комментатор, который сказал, что то, что остаётся после того, как вы удалите все интерпретации из фактов, и есть история. Вероятно, было больше кровопролития, чем я себе представляю, и больше трагедий.

Чистка от тех, у кого неопределённая лояльность... Я сделал то же самое. Убеждая себя сделать это под предлогом восстановления страны. Но хотя у меня и был этот предлог, я всё ещё боролся с ним. «Фуга... Как насчёт тебя?» За мечту, к которой он слепо мчится. За мечты, которые другие доверили ему.

О чём думал этот великий человек, когда лились кровь и слёзы? Боролся ли он с этим? Было ли ему всё равно? Был ли он слишком глуп, чтобы заметить это? Был ли он готов к этому? Или даже упивался кровью? Он был слишком разным, чтобы я мог даже предположить.

«Но... Как бы он к этому ни относился, я чувствую, что он будет стоять там, лицом к лицу с этим».

Я был слаб, поэтому мне нужна была помощь других. Когда вина за те жестокости, которыми я запятнал свои руки, готова была раздавить меня, Лисия и другие поддерживали и утешали меня. Так я смог едва устоять на ногах. Фуга был настолько силён, что ему не нужна была поддержка госпожи Муцуми.

Вот о чём я думал, пока Найк рассказывал эту историю.

Когда большинство деталей прояснилось, я спросил его: — И? Что ты делаешь здесь, в моей стране?

— Я хотел оставить старшую сестру Сами здесь, где находится Ичиха.

— Госпожа Сами?

— Верно. Если я оставлю её сейчас в Союзе Восточных Наций, она вызовет конфликт. Старший брат Хашим не позволит этому случиться. Поэтому старшая сестра Муцуми попросила меня забрать её оттуда, чтобы наша семья больше не проливала свою кровь.

— Это было по указанию госпожи Муцуми...?

— Да. У меня здесь письмо от неё.

Айша взяла письмо, которое Найк вытащил из кармана, и принесла его мне. В нём говорилось о чувствах Муцуми, которая не могла остановить Фугу, потому что была его женой, но хотела, чтобы её сестра Сами была здорова. В конце письма говорилось: «Пожалуйста, позаботьтесь о ней и Ичихе».

Когда я закончил читать, я передал его Хакуе и Ичихе, чтобы они просмотрели его.

— Старшая сестра Муцуми...

Ичиха, казалось, особенно страдал от того, что он там прочитал.

«Думаю, Фуга не будет требовать, чтобы её выдали...» подумал я.

Если бы он попытался, госпожа Муцуми препятствовала бы этому всеми силами. Фуга был не из тех, кто так пренебрежёт чувствами госпожи Муцуми. Хашим наверняка нахмурился бы, но, в отличие от Юлия, он не стал бы наживать себе врага в лице Муцуми, чтобы заполучить Сами.

Я повернулся лицом к Найку и Сами: — У нас нет намерения сеять смуту в стране сэра Фуги. Если вы хотите, чтобы мы помогли вам отомстить, мы не можем этого сделать, это ясно?

— Это прекрасно. Я думаю, что старшей сестре Сами сейчас нужно время.

— Справедливо... И вы тоже не против, госпожа Сами?

Сами кивнула, на её лице не было никаких эмоций.

«Да... Эмоциональным шрамам потребуется некоторое время, чтобы зажить», подумал я. Затем я повернулся и сказал: — Ичиха, ты не покажешь госпоже Сами свою комнату?

— Хорошо! Пойдем, старшая сестра Сами, — Ичиха нерешительно позвал Сами, и её глаза расширились.

Затем, когда она посмотрела на его лицо, по её лицу начали течь обильные слёзы.

— Ичиха... Ичиха-а-а-а, — она крепко обняла его, рыдая. — Мой отец... Отец Хайн... Хашим, он... он... Уа-а-а!

— Да. Я слушаю. Ты можешь рассказать мне обо всём.

— Уа-а-а-а-а-а!

Сами заревела, прижавшись к Ичихе. Он нежно гладил её по спине, как гладят плачущего ребёнка. Остальным присутствующим оставалось только наблюдать.

Через некоторое время после этого, когда она немного успокоилась, Сами вышла из комнаты вместе с Ичихой. Было больно видеть, как она уходит, опираясь на его плечо.

— Возможно, нам не стоит позволять ей встречаться с Райгой некоторое время...

— Хорошая мысль, — ответил Хакуя. — Я скажу госпоже Райге, чтобы она тоже была осторожна и не сталкивалась с ней.

Посмотрев на Найка, я сказал: — Вы можете доверить нам госпожу Сами. И что? Что вы будетк делать дальше, сэр Найк?

— Я и сам задаюсь этим вопросом... Я почти уверен, что больше не смогу вернуться в Союз Восточных Наций.

Теперь он говорил более непринужденно, вероятно, испытывая облегчение от того, что ему удалось передать Сами нам. Вероятно, таким он был обычно.

— Вы будете жить здесь, в этой стране? Для меня нет особой разницы, предоставить убежище двоим, а не одному.

— Ах-ха-ха... Я ценю вашу мысль, но это место находится слишком близко к Союзу Восточных Наций. Даже если вы не собираетесь ничего затевать, мы не можем быть уверены, что господин Фуга не начнет с вами войну... Если я отдам себя под вашу опеку, то, возможно, мне придётся сражаться со старшей сестрой Муцуми. Это... единственное, чего я хочу избежать.

— Понятно...

Должно быть, он действительно любил свою сестру. Он привёз Сами сюда, даже ценой невозможности вернуться самому, и всё это по просьбе Муцуми.

Пока я думал, «Похоже я не смогу убедить его остаться...», раздался знакомый голос.

— О-о-кя-кя! Тогда, может, ты пойдёшь ко мне? — сказал Ку, входя в зал для аудиенций. Я посмотрел на него с отчаянием.

— Ку. Ты слушал?

— Только то, что ты сейчас говорил. Когда я увидел, как Ичиха покидает зал, я решил, что вы закончили.

С этими словами Ку присел перед Найком.

— Я помню тебя по волне демонов. Третий или четвёртый сын Чимы, верно?

— Четвёртый. А вы...?

— Я Ку Тайсей, будущий глава Республики.

— Республика... Тургис?

— Да. На южном конце континента, — Ку энергично хлопнул Найка по плечу. — Она не стоит на пути, и там чертовски холодно, так что даже Империя не решалась вторгнуться к нам в своё время. Если Фуга соберётся расширяться на юг, мы, вероятно, останемся напоследок. Это делает нас довольно подходящим местом для тебя, ты так не думаешь?

— Да, но... я ненавижу холод.

— О-о-кя-кя! Может быть, для такого человека, как ты, это будет тяжеловато, но ты справишься, если оденешься потеплее. Хотя, даже странствующие купцы перестают приезжать зимой.

— Что-о...

— Тебе ведь больше некуда идти, верно? — Ку схватил Найка за лацканы и поднял его на ноги. — Так пойдём ко мне. Ты, похоже, крут, так что тебе всегда рады.

— Аа-а... Это уже решено?

— Конечно. Ты слышал, братан? Я беру этого парня.

— Эй, подожди, Ку.

Прежде чем я успел остановить его, Ку потащил всё ещё не сопротивляющегося Найка из комнаты... «Это действительно нормально?»

— Если у него нет намерения предложить нам свои услуги, я считаю, что это приемлемо, — невозмутимо сказал Хакуя. — Сэр Найк – опытный воин и остроумный командир, так что ему должно быть предпочтительнее вернуться в Союз Восточных Наций, чтобы служить сэру Фуга.

«О, в этом есть смысл». Я понял, что Хакуя прав.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

Пояснитель фридонианской терминологии: Пять великих цветных последователей

Известный своей одержимостью по сбору кадров, Сома собрал на свою сторону множество способных помощников. Поэтому нежели использавать общеупотребительные собирательные, такие как «три герцога», «большая четвёрка», «двенадцать божественных генералов» или «двадцать командиров», люди придумали свои собственные собирательные названия.

Одним из них было «пять великих цветных последователей». Это было связано с тем, что некоторые из числа последователей Сомы имели псевдонимы, включающие в себя цвета.

Четверо, по общему мнению, принадлежали к этой группе: Лисия, Золотая Крепость Льда, которая была его преданной женой; Хакуя, премьер-министр в чёрной мантии, который поддерживал его политику; Красный Они, Хал, который отличился на поле боя; и Белый Тактик, Юлий, названный так из-за белой одежды, которую он носил в контрасте с чёрной одеждой Хакуи, и который поддерживал его в военных вопросах. Что касается пятого, то мнения разделились: должна ли это быть Принцесса Синего Моря Эксель или Серебряный Олень Себастьян.

Кстати, своё прозвище, Золотая Крепость Льда, Лисия получила во время учебы в военной академии, где она холодно отвергала всех мужчин, которые норовили сблизиться с ней.

Говорят, что когда она узнала об этом прозвище, то чуть не умерла от смущения.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

История разворачивается после встречи с Юлием...

— Тиа...

— Хе-хе, ты так торопишься увидеть свою дорогую жену, да?

— Конечно, да. А кто бы не торопился? — ответил мне Юлий, пожав плечами.

После аудиенции Юлия я вместе с Ророа и Айшей отправился проводить его туда, где ждали принцесса Тиа и бывшая ластанская королевская чета. Изгнанной королевской семье выделили особняк в квартале знати Парнама.

Когда мы показали принцессе Тиа дом, она сказала: “О, это слишком много! Я знаю, что мы навязываемся вам, поэтому небольшого дома было бы достаточно!”. Но было бы гораздо труднеё охранять их, если бы они жили среди простых людей, где каждый может прийти и уйти, поэтому я заставил её согласиться. В конце концов, они были родственниками Ророа, третьей главной королевы.

До особняка было не так далеко, чтобы заставлять Надин везти нас, поэтому мы взяли карету. Джирукома, который теперь считался слугой Юлия, вызвался быть нашим кучером. Жена Джирукомы, Лорен, бывший капитан солдат Ластании, жила в особняке, где нанимали ластанских изгнанников в качестве охранников и слуг. Вероятно, он тоже хотел поскорее увидеть свою любимую жену и детей.

В карете я сел напротив Айши, а Ророа - напротив Юлия.

— Тем не менее, я никогда не думал, что ты станешь матерью... — сказал Юлий, глядя на её набухший живот. — Дедушка Герман, должно быть, был очень доволен.

— И Себастьян тоже. Это груз с моих плеч, — сказала Ророа, с усмешкой похлопывая себя по животу. — С тех пор как у неё родились близнецы, старшая сестренка Сиа уговаривала меня завести собственного ребенка. Она стала ещё настойчивее, когда мы узнали, что старшая сестра Джуна забеременела раньше меня.

— Я ревную, хотя... — произнесла Айша с несколько болезненной улыбкой.

Как представителям долгоживущих рас, Айше и Надин было сложнее забеременеть. Они обе хотели иметь детей, но им приходилось смотреть на некоторые вещи сквозь пальцы.

— Кстати, о детях... Что меня действительно удивило, так это семья Джирукомы.

— Действительно, — согласился Юлий, кивнув.

Жена Джирукомы приехала в Королевство вместе с королевской семьей Ластании в качестве телохранителя. В то время она взяла с собой детей Джирукомы. Троих. Очевидно, после рождения первого она сразу же забеременела близнецами. Это означало, что за год она родила троих детей. И, кроме того, она была беременна четвертым.

— Слуга Ку, Лерина, принадлежит к расе белых кроликов, которые славились своей плодовитостью. Возможно, в Лорен тоже есть кровь белого кролика? Или Джирукома просто настолько мужественен?

Пока я откидывал голову в сторону, Юлий вздохнул.

— Я уверен, что это последнее. Видели бы вы, как эти двое накинулись друг на друга после свадьбы.

— Всё было так плохо, да?.

— Тиа немного расстроилась, видя, как они постоянно твердят о том, как сильно любят друг друга.

“Ну, да... Она бы так и сделала. Вы все поженились почти в одно и то же время,” – подумал я.

— Ну, теперь у вас двоих есть дом, где вы можете флиртовать до посинения.

— Дом... а? — На лице Юлия появилось слегка обеспокоенное выражение.

— Хм? Что-то случилось?

— Когда ты сказал слово — дом... Это заставило меня задуматься - если я сейчас возвращаюсь домой, то какое выражение лица я должен сделать? Я... не смог защитить страну Тиа, в конце концов.

— Я... не уверен, что вы могли что-то сделать, не так ли?

Такое крошечное государство, как Ластания, никак не могло справиться с силами Фуги. В любом случае, Юлий заслуживает похвалы за то, что предвидел конфликт и благополучно вывез королевскую семью. Однако, несмотря на это, Юлию было трудно с этим смириться.

— Радость от возможности увидеть Тию, облегчение от того, что она в безопасности, стыд за то, что нашу страну украли, чувство вины, которое я испытываю по отношению к ней... всё это внутри меня. Какое лицо я должен сделать?

— Юлий...

— Конечно же, встреть её с улыбкой! — сказала Ророа с ухмылкой. — Старшая сестренка всё это время беспокоилась о тебе, понимаешь? Всё, что тебе нужно сделать, это сказать - Я дома - с улыбкой. И попробуй обнять её!

— О... Да, полагаю, ты права. — Ободрение Ророа заставило Юлия слегка улыбнуться. Она всегда умела так поднять людям настроение.

Пока мы говорили об этом, мы добрались до особняка, где нас ждали принцесса Тиа и остальные.

Этот особняк с впечатляющим садом принадлежал одному из продажных дворян, который выступил против меня, когда я занял трон. Сносить их было бы жалко, поэтому поговаривали о том, чтобы отдать их отличившимся людям. Но из-за того, кем были предыдущие владельцы, никто, кроме новичков вроде Пончо, у которых не было дома в столице, не хотел в них жить. Говорили, что они приносят несчастье. Поэтому их использовали в качестве музеев или для размещения гостей, таких как Ку и его свита.

Как только мы привязали лошадей, из особняка вышла принцесса Тиа.

— Лорд Юлий! — воскликнула она, бросаясь к нему, чтобы нежно обнять.

— Тиа...! Будь осторожна, не споткнись.

— Я так рада, что с тобой все в порядке. Я так, так волновалась... ждала  тебя, с ребенком.

— Да... Я уже дома, Тиа. — Юлий нежно гладил её по голове, пока она плакала у него на груди.

Наконец-то произошло их долгожданное воссоединение. Ророа, Айше и мне хватило приличия дать им возможность побыть вместе... Мы были королем и королевой в этой стране.  Наш кучер, Джирукома, бросился в дом, как только закончил убирать карету. Должно быть, он собирался повидаться со своей женой и детьми.

Через некоторое время бывшая королевская чета Ластании вышла  поприветствовать нас, а затем провела в гостиную. Мы все сели за стол у камина.

Когда все собрались, Юлий рассказал принцессе Тии и её родителям о том, что произошло с момента их отъезда. Королевство Ластания уже было поглощено силами Фуги и больше не существовало как отдельное образование.

Юлий склонил голову перед бывшим королем. — Отец. Мы потеряли страну из-за меня. Я не могу принести вам достаточно извинений.

— Ты не обязан. Подними голову, зять, — сказал бывший король Ластании, положив руку на плечо Юлия с умиротворенной улыбкой. — Без твоих усилий мы бы потеряли не только нашу страну, но и сами наши жизни. Благодаря тебе, сэр Юлий, наша семья смогла воссоединиться таким образом.

— Отец...

— Хотя очень жаль, что мы потеряли страну, но чего мы с женой действительно желаем, так это чтобы ты, Тиа и дети, которых вы нам подарите, были здоровы. Поэтому, пожалуйста, не давите на себя слишком сильно. Тебе не нужно пытаться вернуть страну ради нас.

Бывшая королева Ластании кивнула в знак согласия.

Глаза Юлия, казалось, слезились при этих словах, но через некоторое время он сказал. — Да... —  и кивнул. Когда он закончил доклад, я заговорил.

— Юлий решил предложить мне свои услуги сейчас. Наша страна будет защищать вас всеми силами, так что, пожалуйста, наслаждайтесь спокойной жизнью здесь, в королевской столице.

— И приходите иногда в замок поиграть, да? Я буду посылать тебе приглашения, старшая сестренка, — сказала Ророа, ухмыляясь. — Но, глядя на эти животы, я думаю, что первое место, куда мы пойдем вместе, - это клиника доктора Хильды.

— Хи-хи, возможно, вы правы. Пожалуйста, пойдемте со мной.

— Ты идешь с Ророа? Это настораживает...

— Эй, старший брат! — Ророа очень разозлился на то, как нахмурился Юлий, но... Я знал, что он чувствует.

— Ты можешь взять отгул в те дни, когда она уезжает, Юлий, — сказал я.

Айша ответила. — Да, это было бы разумно. Я буду чувствовать себя спокойнее, если сэр Юлий будет сопровождать вас.

— Вы что, вместе с нами, дорогой и старшая сестра Ай?!

— Ну, когда я вижу, как ты бегаешь с этим животом, я беспокоюсь...

Хильда объяснила, что в рамках дородового ухода необходимо выполнять определенное количество физических упражнений, но мне всё равно казалось, что она слишком много двигается. У меня сердце замирало, когда я думал, что она может упасть с лестницы. Можно предположить, что все в нашей семье, кроме самой Ророа, чувствовали то же самое.

Пока мы все смеялись над дующейся Ророа, вошли служанки с чайным сервизом и сказали. — Чай готов.

Когда они передавали чашки, глаза Юлия расширились.

— Что?! — Он уставился на посуду. — Что происходит?! Почему эта посуда здесь?

— .........

Когда мы поняли, чему удивился Юлий, мы с Ророа посмотрели друг на друга.

Затем, кивнув, я сказал ему. — Юлий, это именно те блюда, о которых ты думаешь.

— А! Значит, это те, которые мы оставили в доме в Ластании?

Семья принцессы Тии и Юлий были вынуждены бежать из страны, не успев собрать все свои вещи. Из королевского поместья в Ласте удалось вывезти лишь несколько вещёй. И всё же большинство вещей, которые были в том поместье, теперь находились в этом особняке. Это было потому, что...

— После аннексии Ласты Фуга был достаточно добр, чтобы отправить ваши вещи к нам.

— Фуга Хан сделал? Почему?

— Возможно... в качестве предупреждения.

Примерно в то время, когда столкнулись рыцари дракона и армия Фуги...

Заключив перемирие с рыцарями-дракона, пришедшими спасать Юлия, Фуга вместе с Хашимом и частью его армии вошел в столицу королевства Ластания. Когда они проходили через ворота, к нему бросилась его жена Муцуми, которая прибыла в Ласт раньше других, чтобы успокоить тамошних жителей.

— Лорд Фуга! Вы в порядке?!

— Привет, Муцуми. Я только что вернулся.

Фуга слез с Дурги и обнял Муцуми. Обняв её, он потрогал её тело со всех сторон, убеждаясь в том, что она реальна и существует.

— Ты сражался с рыцарями дракона, верно? Ты ведь нигде не ранен?

— Я в порядке... Я просто немного ушиб плечо. Ничего страшного.

Правда заключалась в том, что добрая половина его тела болела от удара, полученного крылом Пая, но Фуга посмеялся над этим, потому что не хотел волновать Муцуми.

Она сняла с него шлем и коснулась его щеки. — Рана на твоей щеке всё ещё не зажила. Не будь безрассудным.

— Прости... Впредь я буду осторожнее.

Пока Фуга и Муцуми разговаривали, вернулись Шукин, Касен, Гатен и остальные, сражавшиеся на земле.

— Ха-ха-ха... Это несправедливо, что они могут так использовать драконов. Мы не можем наложить на них руки, — ворчал Гатен, расстроенный тем, что железный веер, которым он так гордился, оказался неэффективным против рыцарей-дракона.

— Мы пытались стрелять в них, когда они спускались, чтобы изрыгать огонь, но шкуры у них толстые, поэтому мы не могли нанести смертельные удары. Это было всё, что мы могли сделать, чтобы удержать их на расстоянии, — согласился Касен, его плечи опустились в унынии от того, что его лучники были столь же безуспешны.

Позади них стояли крепкие парни, Ната и Мумей, и смотрели друг на друга.

— Черт возьми, я так и не смог достаточно раскрепоститься, — выругался Ната. — Эй, Мумей, зайди ко мне после этого.

— Ещё одна проверка на прочность? Неужели ты больше ничего не умеешь делать, варвар?

— Я не хочу слышать подобную чушь от парня, который размахивает огромным молотом. Сегодня день, когда мы все уладим.

Возможно, потому что они оба гордились своей силой, Ната постоянно проверял свою силу против силы Мумэя с тех пор, как присоединился к Фуге. Они обычно боролись, но в равной борьбе, и ни один из них ещё не мог претендовать на победу.

Оставив мускулистые головы наедине, Гатен обнял Шукина за шею.

— Эй, сэр Шукин, не думаете ли вы, что нам стоит поработать над нашими воздушными силами? Нынешняя кавалерия виверн потерпела  серьезное поражение.

— Мы должны, но это не произойдет в одночасье, — сказал Шукин с раздражением, освобождаясь от руки Гатена. — Мы только вышли на сцену, поэтому у нас ещё слишком много недостатков. Мы должны расширить нашу территорию, собрать людей и построить прочную базу, прежде чем мы сможем укрепить наши военно-воздушные силы. Нам нужно позаботиться о том, что мы можем сделать одно за другим.

— Ха-ха-ха! Шукин всё правильно понял! — сказал Фуга, оглядывая каждого из своих помощников. — Но вы сегодня дали хороший бой рыцарям-дракон. Отдохните здесь как следует. Вы это заслужили.

— Да, сэр!

Шукин и другие приближенные поклонились и ушли. Фуга, Муцуми и Хашим смотрели, как они уходят, а затем направились в укрепленную королевскую усадьбу. При виде их жители Ласты пали ниц в знак почтения к своему новому правителю.

Бросив боковой взгляд на людей, Фуга спросил Муцуми. — Ну, как тебе это? Будут ли люди верно следовать за мной?

— Да. Страх перед демонической волной всё ещё сохраняется. Те, кто остался, хотят иметь сильного защитника. Многие из них всё ещё эмоционально привязаны к королевской семье, но они поняли, что реальнее выбрать вас, лорд Фуга.

— По-моему, звучит отлично.

Пока они разговаривали, троица добрались до укрепленной усадьбы. Увидев то, что выглядело как большой дом только потому, что город был маленьким, Фуга пробормотал: — Это ведь дом бывшего правителя, верно? Должны ли мы поднести к нему факел, чтобы передать сообщение?

— Я бы не советовал этого делать, — ответил Хашим.

Удивленный, Фуга склонил голову набок. — Не ожидал такого. Я думал, ты скажешь мне разрушить весь город, чтобы показать, насколько я могу быть суров.

— Если бы это было тебе на пользу, я бы сказал тебе сделать именно так. Однако, сожжение этого поместья ничего не изменит. Я не советую делать то, что, как я знаю, бессмысленно, — сказал Хашим, пожав плечами. — Если бы вам удалось уничтожить королевскую семью Ластании, я мог бы подумать о том, чтобы сжечь поместье, чтобы о нем не вспоминали, или даже разрушить город. Однако, королевская семья и Юлий всё ещё живы. Даже если вы сожжете поместье, люди будут помнить своих бывших хозяев. Это только вызовет недовольство.

— Хм... Что же ты хочешь делать?

— Было бы жаль тратить поместье впустую, поэтому давайте использовать его как есть. Заодно примем ещё одну меру.

— И что бы это могло быть?

Хашим холодно улыбнулся в ответ на вопрос.

— Соберите все личные вещи, оставшиеся в поместье, и отправьте их в королевство Фридония. Пусть люди тоже помогут в этом процессе.

— Мы из кожи вон лезем, чтобы отправить им их вещи? Пытаемся оказать им услугу?

— Я бы не рассчитывал на благодарность за такую маленькую услугу. Это просто для нашей собственной выгоды. Если люди соберут вещи королевской семьи и отправят их прочь, это произведет на них впечатление, что их бывшие правители не вернутся. В конце концов, они будут помогать им с переездом.

Фуга был наполовину впечатлен, а наполовину потрясен тем, как Хашим мог обсуждать неприятные ходы, которые он собирался сделать, с таким безразличным тоном.

— Я понял... Им будет казаться, что они сами их прогнали.

— Действительно. Это также заставит ушедшую королевскую семью смириться с тем, что им некуда возвращаться. Мы говорим: "Мы послали вам все необходимое для жизни, так что проведите остаток жизни во Фридонии".

— Логично... — Фуга погладил свой подбородок, размышляя об этом, затем кивнул. — Мне нравится, что ты всегда так прагматично подходишь ко всему. Мы согласимся с твоей идеей.

— По вашей воле.

И вот Фуга собрал жителей Ласты, заставил их отправить обратно все личные вещи, оставленные в поместье. И вещи, о которых идет речь, были доставлены в королевство Фридония до того, как Юлий, пребывавший в королевстве рыцарей дракона Нотунг, смог прибыть.

◇ ◇ ◇

Это мы узнали из письма, которое Райга получила от Фуги. Услышав это объяснение, Юлий скрестил руки и застонал.

— Фуга и Хашим, кажется, ладят лучше, чем я ожидал.

— Да. Я тоже был удивлен.

Способ собрать нейтральную фракцию вместе, чтобы уничтожить их, показался Фуге слишком жестоким. А что касается способа, которым он отправил им их вещи, то он показался ему слишком тонким. И то, и другое, скорее всего, было планами Хашима. То, как Хашим мог быть твердым или гибким в зависимости от ситуации, пугало, как и то, что Фуга был способен принять предложенные ему планы.

Я думал, что, как бы ни был силен Фуга, использование хитрых планов будет его раздражать.

Я надеялся, что его сила даст нам шанс, подобно тому, как Сян Юй не прислушался к совету своего советника Фань Цзэна и был уничтожен, когда вражеские слухи заставили его заподозрить собственных подчиненных, или как Лу Бу не смог должным образом воспользоваться своим стратегом Чэнь Гуном.

Но Фуга был удивительно открыт для принятия идей Хашима. Я считал Фугу похожим на Сян Юя, но он, похоже, обладал открытостью и популярностью Лю Бана. Если он был Сян Юем и Лю Баном вместе взятыми... это беспокоило меня, как человека, жившего в ту же эпоху, что и он.

“Чувствовал ли Фабий, что жил в одну эпоху с Ганнибалом Барсидом, тоже самое?” – подумал я, нахмурившись, а Юлий рассмеялся.

— Не нужно быть таким пессимистом. У Фуги только один Хашим, а у тебя есть Черный и я. Он не сможет так легко пройти свой путь.

— Ах-ха-ха...

Когда Юлий сказал это так уверенно, все мои опасения рассеялись.

— Я говорил тебе это и во время волны демонов, но я рассчитываю на тебя, Юлий.

— Да. Предоставь это мне.

С этими словами мы кивнули друг другу, и я пожал руку Юлию. Ророа и Тиа наблюдали за нами, улыбаясь.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя Колберт, бывший министр финансов Юлия, пришел навестить его в новом доме.

Его провели в гостиную, где он встретил Юлия и Тию.

— Юлий!

— Колберт, давно не виделись.

Они обменялись крепким рукопожатием.

— Я слышал обо всём, что произошло в Союзе. Я так рад, так рад, что вы были в безопасности... Слава богу... — сказал Колберт, обрадованный тем, что видит своего старого друга, немного прослезившись. — Я немного беспокоился о том, захочешь ли ты положиться на эту страну.

— Простите, что беспокою вас... Я официально поступил на службу к королю Соме.

— К Соме...? Но... Ты не против? — спросил Колберт, обеспокоенный, но Юлий кивнул.

— Сейчас я не держу зла ни на Сому, ни на Ророа. Сейчас для меня важны Тиа, её родители и наш нерожденный ребенок. Если эта страна собирается защищать их, то я сделаю все возможное, чтобы это продолжалось.

— Ты действительно изменился, Юлий...

— Я часто это слышу. Я с нетерпением жду возможности работать с вами.

— Да. Будет успокаивающе, если ты будешь с нами.

Они пожали друг другу руки.

Пока они эмоционально воссоединялись, Тиа представилась спутнице Колберта. — Приятно познакомиться с вами. Я жена Юлия, Тиа Ластания.

— О, как вежливо. Я - самопровозглашенная невеста сэра Колберта, Мио Кармин.

Когда Колберт, помогавший Мио с административными обязанностями, сказал ей. — Один мой старый друг сбежал в Столицу, и я хотел бы проведать его, — она сказала, что пойдет с ним.

Сегодня на Мио не было ни доспехов, ни шлема, вместо этого она выбрала наряд, похожий на дирндль, который подчеркивал её фигуру.

— Самопровозглашенная...? — Тиа склонила голову набок.

— Госпожа Мио просто называет себя так. Официально это ещё не решено.

Мио надула щеки на отрицание Колберта. — Не пора ли тебе решиться? Я и жители домена Кармин с нетерпением ждем того дня, когда ты станешь моим женихом, сэр Колберт.

Прошло довольно много времени с тех пор, как Колберт отправился в Рандел, чтобы помочь Мио в управлении Карминским герцогством и его окрестностями. Благодаря его горячим наставлениям Мио неплохо справлялась с обязанностями администратора, но благодаря собственным, более значительным талантам Колберта его популярность там быстро росла. Обучая Мио, он умело справлялся со всеми поставленными перед ним задачами.

Не могло быть и речи о том, чтобы она не положилась на такого способного человека. Бюрократы Дома Кармин, чьи способности начинали развиваться, искренне надеялись, что Колберт женится в их семье. Их призывы к этому росли с каждым днем.

— Вы ненавидите меня, сэр Би? — спросила Мио, глядя на него слезящимися глазами.

Колберт хрюкнул, затем сказал. — Гм... Н-не совсем....

Сегодня Мио была одета особенно по-девичьи, и это соответствовало тому, как она себя вела. Её попытки подчеркнуть свою женственность, чтобы привлечь его внимание, сработали. Из-за этого Колберт не мог ответить сразу, но он громко прочистил горло, пытаясь скрыть это.

— Я не испытываю к тебе ненависти, но... я не уверен, как я отношусь к тому, что меня женят за мою административную хватку.

— Это совершенно нормально среди рыцарей и дворян! И я люблю вас, сэр Би!

— Ну... это целая проблема сама по себе.

— Хе-хе... Я вижу, всё стало интереснее, — улыбаясь, сказал Юлий, наблюдая за Мио и Колбертом.

— Это не повод для смеха, Юлий.

— Эй, почему бы тебе не присесть и не рассказать мне обо всем.

Юлий велел им занять места на диване и позвал служанок принести чай. Затем, сев напротив них с Тиа, он спросил. — Итак, госпожа Мио, вы сказали, что вас зовут Кармин. Не ошибусь ли я, если предположу, что...

— О, да. Я дочь Георга Кармина, бывшего генерала армии.

— Дочь того львиного генерала, да?

Когда Юлий ещё был в княжестве Амидония, на границе с Карминским герцогством возникло противостояние. Хотя оно не переросло в полномасштабную войну, между пограничниками обеих сторон часто происходили стычки. Георг, Гай VIII и Юлий иногда отправлялись на разборки, и им приходилось иногда встречаться друг с другом. Юлий был хорошо знаком с Георгом, хотя и как с врагом.

— Если подумать, мне кажется, что с генералом была симпатичная женщина-рыцарь, когда мы встречались. Это была ты?

— О, эм, я не уверена, что сказала бы...

— Лорд Юлий...? — Тиа назвала его по имени, выглядя расстроенной, но Юлий криво улыбнулся и погладил её по голове.

— Конечно, для меня ты самая красивая, Тиа.

— Хи-хи.

Увидев довольную улыбку на лице Тиа, выражение Мио сменилось выражением ревности.

— Сэр Би, я тоже хочу, чтобы со мной так обращались.

— Если ты хочешь этого от меня, у нас будут проблемы....

Долгое время, сам того не осознавая, Юлий был чем-то вроде убийцы женщин. Это, в сочетании с его красотой, делало его популярным среди женщин-бюрократок в замке. Его отец Гай был таким же, но он был настолько сосредоточен на своих военных подвигах, что никогда не отвечал на их ласки.

Но, судя по тому, как он вел себя со своей женой, было похоже, что Юлий был из тех, кто глубоко влюбляется, как только поражен.

— И всё же, Колберт, ты сам достиг зрелого возраста, не так ли? Тебе почти тридцать, а ты все ещё холост. Не пора ли тебе остепениться?

Когда Юлий сказал это, Мио громко согласилась. — Пришло время тебе определиться. Ты возьмешь меня в невесты, или я возьму тебя в женихи?

— Это одно и то же!

— Серьезно, чем ты так недоволен? Я уже говорила тебе, что люблю тебя и за твою личность, и за твои таланты.

— Гух... Ну, это... это, э-э, видите ли... — Колберт не мог найти слов.

Пока он наблюдал, Юлий что-то осознал.

— Понимаю, это же...

— Вы что-то выяснили, лорд Юлий? — Тиа склонила голову набок.

— Госпожа Мио. У моего друга Колберта действительно беспокойный характер.

— Юлий!

— Что ты имеешь в виду? — спросила Мио, а Юлий криво улыбнулся.

— Возможно, это потому, что он всегда имеет дело с цифрами, но он не может работать с неопределенными вещами. С ним всё или ничего. Он любит делать четкие различия - или что-то в этом роде. Причина, по которой он отвергает ваше предложение, скорее всего, в том, что он не может решить, потому ли это, что вы его любите, или потому, что вам нужны его способности.

Колберт затих, так как Юлий попал в точку.

Мио склонила голову набок. — А? Но они оба правдивы...

— Видите ли, в этом как раз и заключается его проблема. Если бы, например, вы просто сказали: "Я люблю тебя, давай поженимся" - Колберт, скорее всего, дал бы вам положительный ответ. — сказал Юлий, подняв указательный палец. Затем он поднял средний палец. — Или же, если бы вы пришли к нему и сказали: "Я хочу жениться на тебе по политическим причинам" - Колберт, скорее всего, принял бы неизбежность этого и согласился. Хотя он согласился бы в обоих случаях, его отношение к вам после этого было бы разным, я подозреваю.

По сути, Колберт не мог определить, по любви ли Мио или из прагматических соображений хотела за него замуж, и колебался, потому что не знал, чем он должен отплатить ей - любовью или службой.

Объяснение Юлия заставило Мио расширить глаза.

— Ну, это... определенно проблемная личность, да.

— Ха-ха, он неловкий человек. Вот почему мой отец так часто пинал его.

— Ю-Юлий!

Не в силах больше терпеть, Колберт покраснел. Увидев, что он так взволнован, Юлий сказал Мио — Госпожа Мио. Вот какой Колберт. Поэтому, если ты действительно хочешь быть с ним, тебе нужно подумать о том, как ты хочешь сделать ему предложение.

— Понятно... — Мио задумалась на некоторое время, затем, наконец, встала.

— Сэр Би... Нет, сэр Колберт!

— Д-да!

— Я подумала, что если ты не заинтересован во мне, то меня вполне устроит политический брак. Даже если бы ты считал, что мне нужны только твои способности, это было бы прекрасно, лишь бы ты был со мной.

— .........

— Послушай, я тоже хочу быть любимой! Я завидую леди Лисии и госпоже Тиа! Ведь у мужа леди Лисии несколько жен, а они всё равно прекрасно ладят! И у неё тоже очаровательные дети! Она была такой же, как и я, воительницей, которая восхищалась моим отцом, но пропасть между нами только увеличивается!

В её словах проскальзывало немного эгоизма, но именно так можно было понять, что они были искренними.

— Я так люблю тебя, сэр Би! Я хочу, чтобы вы любили меня в ответ!

— .........

— Могу ли я получить ответ?!

— Д-да! — Колберт заикался, затем, осознав, что он сказал мгновение спустя, — Ах!

Его практически заставили, но Колберт, конечно, дал ответ.

— Кон... благодарю?

Тиа склонила голову набок и захлопала. Мио была совершенно ошеломлена, казалось, что она может упасть назад, а Колберт поспешил поддержать её. Учитывая то, как быстро он отреагировал, Колберт, несомненно, почувствовал что-то и к Мио.

“Теперь это лишь вопрос времени,” – подумал Юлий, потягивая чай.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

- Вечер того дня, когда Юлий и другие пришли в королевство...

— Теперь твои травмы в порядке, Пай? — обеспокоенно спросила Руби,

— Да. Доктор осмотрел меня и сказал, что все будет хорошо, — ответил Пай с неловким смешком.

— Но я слышала, что остануться шрамы.

— Э, да. Смотри.

Пай снял маску, закрывавшую область вокруг одного из его глаз, и показал  четкие шрамы. Это были небольшие отметины, покрывавшие только область вокруг глаза, но это было потому, что раны, полученные им в драконьей форме, уменьшились вместе с ним в человеческой.

Надин и Руби задохнулись, когда увидели шрамы.

— Это сделал тот большой тигр? Это заставляет меня содрогаться, — заметила Руби.

—Хорошо что это не повлияло на зрение, — добавила Надин.

— Ах-ха-ха... Но леди Силл сказала мне, что шрамы выглядят круто.

Надин и Руби посмотрели друг на друга в ответ на эту неприкрытую демонстрацию любовных отношений, после чего оба похлопали Пай по щекам. Затем, чтобы вернуть все на круги своя, Надин взяла в руки деревянный кубок.

— В любом случае, мы все здесь и здоровы, так что давайте выпьем тост.

Надин подняла свой наполненный вином кубок, Руби и Пай последовали ее примеру.

— А теперь давайте выпьем за наше воссоединение! Выпьем!

—За здоровье!

Они стукнулись чашками, а затем выпили по глотку вина.

Сегодня три дракона с горного хребта Звездного Дракона устраивали «девичник» в экспериментальном ресторане в Парнама, Ишизука. Все произошло потому, что Сома предложил «Вы с Пай давно не виделись, так почему бы не пригласить Руби и не устроить вечеринку в Ишизуке? Я сообщу Пончо, что ты придешь». Скорее всего, он пытался проявить внимание к Надин, единственной соотечественницей которой в этой стране была Руби. Он считал, что она должна ценить время, проведенное с друзьями. Надин с благодарностью приняла эту идею и пригласила их двоих.

— Последний раз мы были все вместе вот так в Королевстве Ластания — сказала Надин, допив вино, и Пай кивнул.

— Да, во время волны демонов. Прошли годы.

— Когда ты так говоришь, кажется, что мы не виделись так давно — сказала Руби, погружаясь в эмоции, глядя в свою чашку.

— Мы никогда не чувствовали течение времени в Горном хребте Звездного Дракона.

— Ну, да... Мы, должно быть, провели на родине изнурительно долгое время, но время, проведенное после встречи с Сомой, кажется более насыщенным и полным.

— Да, отчасти я понимаю. Это плотность воспоминаний, — сказала Надин, доедая кусок куриного тацута.

Пай кивнул. — Каждый день в Горном хребте Звездного Дракона был одинаковым, поэтому ни один из них не запечатлен в нашей памяти. Мы просто ели, спали, учились и разнимали драки между вами двумя, снова и снова.

— Уркх...

Надин и Руби выпили по глотку, потому, что они только что вспомнили тот неловкий период в своей жизни.  Чтобы заглушить горькие воспоминания. Пай вздохнул и криво улыбнулся их реакции.

— По сравнению с тем временем, каждый день теперь кажется особенным. У меня есть дорогой мне человек, и время, которое я провожу с ней, бесценно... Я так сильно ее люблю.

— Я понимаю. Каждый день, проведенный с Сомой и остальными, особенный.

— То же самое у меня с Хэлом и Каэдэ — хихикнула Руби. — Думаю, я запомню эти дни на всю свою долгую жизнь. Если дни, проведенные без дорогого тебе человека, не остаются в памяти, то я уверена, что большая часть моей жизни проходит сейчас.

— Эй, ты можешь сказать что-то хорошее время от времени.

Это высказывание Надин заставило Руби покраснеть от смущения.

— Ты меня смущаешь!

— !

Чтобы скрыть свое смущение, три дракона еще раз стукнули чашками друг о друга. Затем, после некоторого времени питья и бурного веселья, Руби заговорила.

— Ах, да... —  сказала Руби — Люди, которые дороги вам двоим, сейчас на собрании?

Пай на мгновение уставился на нее пустыми глазами, а затем кивнул.

— О, да. Я думал, что должен быть рядом с ней, но леди Силл сказала мне: «Воспользуйся этой возможностью, чтобы насладиться собой.»

— Ну, во время переговоров мы все равно мало что можем сделать. — Надин озабоченно покачала головой. — Хотя, зная Сому, все будет в порядке.

◇ ◇ ◇

Примерно в то же время в замке Парнам...

— Добрый вечер, королева Силл.

— Простите за вторжение.

Мы с Лисией приехали навестить королеву Силл, пока она гостила в замке.

— Добрый вечер, король Сома, госпожа Лисия, — королева Силл приветствовала нас улыбкой и рукопожатием.

Если к нам приезжала королева какого-нибудь государства, она не могла просто высадить Юлия, а потом сказать: «Ладно, пока». Эта комната была спальней бывшей королевской четы, но пока ее занимали королева Силл и Пай.

Королева Силл положила свою левую руку на мою и склонила голову.

— Я должна поблагодарить вас за лечение Пай.

— Не думайте об этом. Я буду чувствовать себя ужасно, если мы не сможем сделать для вас хотя бы это.

Мы должны были принять ее как почетную гостью, но поскольку рыцари дракона, склонны к аскетизму, она вежливо отказалась от банкета в свою честь.

Вместо этого, поскольку она слышала о медицинских реформах в нашей стране, она попросила, чтобы наши врачи осмотрели травмы Пай. Я вызвал Хильду и Брэда для осмотра. Они пришли к выводу: — Рана болезненная, но не глубокая и не угрожает его зрению.

— Я слышала, что вы хотели провести встречу сегодня... — сказал я, и выражение лица королевы Силл быстро стало серьезным.

Обычно, когда я встречаюсь с иностранными королями, это происходит в зале аудиенций или в приемной, но моя жена Надин дружила с мужем госпожи Силл - Пай, и она хотела, чтобы все прошло более непринужденно, поэтому я встретился с ней в комнате, в которой мы разрешили им остановиться. Пай все еще выглядел андрогином( явление, при котором человек проявляет одновременно и женские, и мужские качества) , или, скорее, отоконоко (мужчины с женственной внешностью), поэтому мне было странно называть его ее мужем.

— Да. Давайте присядем.

Я устроился рядом со столом, к которому жестом указала Силл.

— Не причиняло ли вам что-нибудь неудобств во время вашего пребывания в замке? — спросила Лисия у королевы Силл, и королева Силл рассмеялась и покачала головой.

— Ничего, госпожа Лисия. Я рада тому доброму отношению, которое мы получили. Вы даже осмотрели раны Пай для нас.

— Приятно слышать. Вы уже были в замковом городе?

— Да. Я осмотрелась с Пай. Эти ваши широковещательные программы были интересными.

Я дал им двоим свободу передвижения по столице, пока они были здесь, хотя, конечно, Черные коты наблюдали за ними и защищали их в тени. Надин и Руби хотели догнать Пай, поэтому они вчетвером отправились развлекаться вместе. Впрочем, драконическая троица была сейчас в Ишизуке и пила.

Внезапно Силл приобрела серьезное выражение лица, посмотрела на меня и сказала: — Однако, если я буду все время играть, это будет плохим примером для моих рыцарей, и сейчас хорошая возможность. Я хотела бы поговорить с вами  от имени моего народа.

Это было моим намерением с самого начала, поэтому я кивнул.

— Я понимаю. Юлий тоже говорил со мной об этом. Речь идет о торговле с нашей страной, верно?

— Да. Потеряв Королевство Ластания, мы теряем наше окно во внешний мир, мы также потеряем возможность получать поставки припасов. Я ожидаю, что мы начнем испытывать нехватку продовольствия и ресурсов, поэтому я хотела бы, чтобы Королевство Фридония взяло на себя роль Королевства Ластания в обеспечении нас припасами.

После того, как Фуга возглавил Союз Восточных Наций, половина границы Королевства Рыцарей Дракона Нотунга теперь была разделена с его лагерем. Если ему взбредет в голову сделать это, он сможет ограничить поставки, которые могут пройти по этому пути, что ляжет тяжелым бременем на людей Королевства Рыцарей Дракона. Силл хотела открыть новые торговые пути, чтобы избежать этого; скорее всего, через воздушные пути высоко над ортодоксальным Папским государством, куда виверны не могли добраться.

Я скрестил руки и застонал.

— Со своей стороны, я не против, но между нашими странами огромное расстояние. Даже если вы используете драконов, они могут перевозить так много за один раз. Не будут ли цены выше, чем когда вы торговали по суше с Королевством Ластания?

Они не могли рассчитывать на странствующих купцов, как раньше. При этом единственными государствами человечества, с которыми граничило королевство рыцарей дракона Нотунга, были страна Фуги, вассалы Империи и часть Лунарского ортодоксального папского государства. Лунарцы считали своими врагами горный хребет Звездного Дракона, который был центром поклонения Матери-Дракону, а также глубоко переплетенное Королевство Рыцарей Дракона. Они уже воевали и с лагерем Фуги, и с Империей, и отношения между ними до сих пор не восстановились. Они были довольно изолированы.

— Если бы это был я, я бы счел это хорошей причиной для того, чтобы наладить отношения с Империей... Как насчет этого? Их императрица, госпожа Мария, заслуживает доверия. Учитывая рост страны Фуга, я думаю, это стоит рассмотреть.

Королева Силл и Мария могут быть гибкими в своем мышлении. Я уверен, что они бы поладили...

Но королева Силл молча покачала головой.

— Госпоже Марии можно доверять, я уверена. Но Империя слишком велика. Похоже, госпожа Мария пока держит все под контролем, но это может быть не так со следующим правителем. Если кто-то амбициозный снова поднимется на этот пост, может начаться война.

— Поскольку у нас нет общей границы, вам легче нам доверять... Так?

— Да. Я готова к тому, что стоимость приобретения товаров будет выше. Мы, конечно, будем продолжать торговать со всеми странами, пока не будет прекращено судоходство. Считайте, что мы готовимся к ситуации, когда у нас не будет другого выбора.

— И можете ли вы заплатить такую цену, чтобы это стоило моего времени? —спросил я, и Силл захихикал.

— Конечно, мы намерены компенсировать разницу своими телами.

— ......!

Когда Силл  это сказала, плечи Лисии слегка дернулись. Стой…она не это имела в виду... подумал я.

— Я слышала от Юлия. Ты хочешь использовать рыцарей дракона в качестве курьеров?

— О! Это то, что вы... Кхм, — прочистила горло Лисия, пытаясь скрыть свое смущение. Королева Силл криво улыбнулась, прежде чем продолжить.

— Я подумала, что это может послужить источником средств, на которые можно купить необходимые нам припасы. Дракон может перевозить большое количество за одну поездку, и пока это не военные припасы, это не нарушит наш договор с драконами. Я ожидаю, что спрос будет, но что вы думаете?

— Ну... я уверен, что они будут, как на государственном, так и на гражданском уровне.

— Тогда...! — Силл нетерпеливо наклонилась, но я поднял руку, чтобы остановить ее.

Спрос будет, да. Драконы могли нести столько же, сколько две, а может, и четыре виверны. Кроме того, они обладали человеческим интеллектом и могли принимать человеческую форму, поэтому могли пробраться в любое узкое место и не нуждались в широкой посадочной площадке. Если бы они открыли здесь свой бизнес, у них было бы сколько угодно клиентов. Но...

— Если бы я разрешила рыцарям дракона летать в качестве курьеров для частных лиц, эти рыцари дракона должны были бы принадлежать этой стране. Я не могу позволить иностранным военно-воздушным силам беспрепятственно летать по моей стране.

Учитывая, насколько мощными были драконы, они были меньше похожи на транспортные самолеты и больше на большие бомбардировщики.

Подумайте об этом. Независимо от того, сколько они могут нести, позволили бы вы полностью загруженным вражеским бомбардировщикам летать по вашей стране для доставки грузов? Драконы могли сжечь город или поселок в одно мгновение, поэтому у них не было возможности летать без бомб. Они всегда летали с определенным запасом огневой мощи.

— Да... Вы правы.

Силл никак не отреагировала на мое возражение. Я вздохнул.

— Я доверяю и вам, и Пай. Но я не знаю, каков каждый из ваших драконов и рыцарей в отдельности. Если хоть один из них совершит неосмотрительный поступок или, возможно, случайно уронит свой тяжелый груз, это будет катастрофа.

Например, Надин иногда выступала в роли курьера, выполняя различные поручения в столице, но если бы что-то случилось, когда она этим занималась, ответственность за это несла бы королевская семья. Но если бы инцидент произошел по вине рыцаря-дракона, принадлежащего к Королевству рыцарей-драконов, то заставить их взять на себя ответственность было бы не так-то просто. Для этого, безусловно, потребуются международные переговоры.

Когда я объяснил это, королева Силл опустила плечи.

— Это обоснованная жалоба...я была слишком близорукой?

— Нет, я думаю, вы на правильном пути.

— И все же... это проблема. В таком состоянии у нас не будет возможности приобрести необходимые припасы, — простонала Силл.

— Все в порядке, — сказал я, улыбаясь ей. — Я не могу позволить им свободно летать, но государство может нанять их. Мы установим маршруты и расписание полетов, а также будем управлять содержимым и весом их грузов. Когда частные организации захотят воспользоваться вашими услугами для... перевозки большого количества грузов, например, государство может сделать заказ от их имени, а вы его выполните.

На мой взгляд, это было похоже на наличие национальной космической программы, которая арендует оборудование для экспериментов у частных компаний.

— Если запросы делаются строго государством, а не частными лицами, то это возможно.

— Правда?! — Королева Силл была заметно воодушевлена.

Я кивнул. — Да, с надлежащими планами полетов вы должны получать достаточно прибыли, чтобы купить припасы.

— Ооо! Спасибо.

Я попрошу Ророа, Колберту и Министерству финансов проработать более тонкие детали плана. Они разработают соответствующую комисию. Это будет означать больше работы для Колберта... ах…он перегружен.. что ж.. извини, просто сделай все, что в твоих силах.

Был реальный спрос. Это также помогло бы объединить морской союз, который мы создали с Республикой Тургис и Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона. Учитывая, как холодно в Республике, полеты придется отменить с начала осени.

Я наклонился немного ближе к Силл, понизив тон своего голоса, чтобы сказать: — Теперь, переходя непосредственно к делу, у меня к вам просьба о доставке от имени моей страны.

— Хм... хорошо

Я решил рассказать королеве Силл об одной транспортной миссии. Услышав об этом, она на мгновение потрясенно уставилась на меня, затем широко улыбнулась и хлопнула себя по колену.

— Звучит интересно! Позвольте нам заняться этим для вас.

— Спасибо, мадам Силл.

— Значит, у нас есть контракт!

Мы с королевой Силл обменялись крепким рукопожатием. Мы были первыми, кто заключил официальный контракт с «Курьерским королевством Нотунг».

Спустя некоторое время после встречи Сомы и Силл в Лунарском Ортодоксальном Папском Государстве произошла крупная перемена...

Приверженцы жёсткой линии, желавшие объединиться с новой фракцией Фуги, победили в политической борьбе и начали подавлять умеренных. Сторонники жёсткой линии выступали против Марии из Империи Гран-Хаоса, которая несправедливо присвоила себе титул святой. Растущая слава Фуги после объединения Союза Восточных Наций сыграла на руку сторонникам жёсткой линии. Поскольку это была борьба между высшим руководством церкви, большинство отдельных верующих, составлявших широкие слои населения, никогда не знали об этом.

В результате подавление происходило тихо, в тени. Умеренных епископов одного за другим принимали за еретиков. Однажды ночью, когда всё это происходило, пришло время прощаться старому умеренному кардиналу и находящейся под его защитой кандидатке в святые, Мэри.

— Вы уверены... что не можете пойти со мной? — печально спросила Мэри, и старый кардинал кивнул.

— Я всегда намеревался оставаться в этой стране до самого конца.

— Но если ты останешься, ты будешь...

— Хох-хох-хох... Я старею. Теперь я жду только наставлений Леди Лунарии, поэтому у меня нет никакой привязанности к смертному царству, — старый кардинал положил руку на плечо Мэри и продолжил: — Но вы все ещё молоды; вам ещё многое предстоит совершить. Вы должны жить и хранить веру, несмотря ни на что. Да пребудет над вами благословение Леди Лунарии.

— Да... — сказала Мэри, разрываясь. Старый кардинал улыбнулся ей.

— Ах, но у меня есть одно беспокойство. Этот гнилой епископ Соуджи находится в королевстве Фридония. Мне невыносимо видеть, как верующие в той стране впадают в разврат из-за него. Мэри, присмотри за ним и проследи, чтобы он серьёзно относился к своим обязанностям.

— Конечно, прослежу... — Мария кивнула и поцеловала руку старого кардинала. Затем, поднявшись, она сказала: — Я ухожу.

Поклонившись один раз, Мэри покинула комнату кардинала. Вытирая слёзы, когда она шла по коридорам церкви, она прошла мимо другой девочки. Это была милая малышка с детским личиком и короткими чёрными волосами.

Мэри поклонилась, собираясь пройти мимо неё, ничего больше не говоря, но... остановившись и обернувшись, она позвала девушку по имени.

— Анна.

Девушка, которую она позвала, повернулась лицом к Мэри. В её глазах не было света, из-за чего она выглядела почти как марионетка.

— Анна, я слышала, что тебя выбрали святой для Фуги, — сказала Мэри.

— Это бо́льшая честь, чем я заслуживаю...

Анна прижала руки к груди и склонила голову. Мэри волновалась, видя её в таком состоянии.

— Понимаешь ли ты, какая участь тебя ожидает?

— Поддерживать избранного Богом короля, лорда Фугу. Такова миссия, возложенная на меня небесами.

В лунарской ортодоксии святые были инструментом, который связывал лунарскую ортодоксальную церковь с влиятельными фигурами того времени. Чтобы угодить этим деятелям, они должны были принимать всё, что с ними делали. Они были как марионетки, подчиняющиеся прихотям своих хозяев. Этой обязанности их учили, и они воспитывались исключительно для её выполнения.

То же самое произошло и с Мэри, которая была выбрана в качестве святой Сомы. Теперь, однако, Мэри поняла, насколько всё это было искажено. И именно поэтому она не могла не протянуть руку девушке, стоявшей перед ней.

— Анна. Ты... пойдёшь со мной?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Как только ты увидишь мир шире... в Королевстве, ты сможешь найти другую жизнь, отличную от святой.

— Зачем мне это делать? — Анна выглядела совершенно озадаченной. — Я была благословлена миссией от Леди Лунарии. Почему я должна отказываться от неё? Почему именно сейчас, когда я наконец-то смогла узнать причину своего рождения?

— Ну...

Святые часто были сиротами. Это объяснялось тем, что легче привить веру человеку, которому не за что ухватиться. При этом они становились лояльными к авторитетам и готовыми отдать жизнь за веру.

Мария пыталась предупредить почти сотню святых об опасности их положения и призывала их бежать из страны, но примерно половина из них предпочла остаться. Если бы Мария была тем же человеком, что и раньше, она, возможно, приняла бы такое же решение.

Следование учениям Господа – это добродетель. Однако, когда люди говорят вам об учениях Господа, если вы не думаете о том, что они могут давать вам искажённое толкование, это не следование, а слепота. Высшие чины, в частности, склонны к междоусобицам и легко развращаются, в конце концов.

Однако, даже если бы она пригласила её, Анна, скорее всего, не отказалась бы от того, чтобы стать святой. Зная это так хорошо, что стало больно, Мария закрыла глаза.

— Да пребудет над вами благословение леди Лунарии, по крайней мере....

— Да. И на вас, леди Мэри, — ответила Анна без намёка на иронию.

У неё была только чистая вера и никакой злобы к тем, с кем она имела дело. От этого становилось ещё грустнее, но Мэри быстро повернулась и пошла прочь. У неё оставалось не так много времени.

Мэри направилась к заброшенной часовне возле восточных ворот городских стен. Когда она пришла и направилась внутрь, её окружили несколько девушек и священников. Всего их было около восьмидесяти.

— Леди Мэри!

— Леди Мэри, что теперь будет с нами?

Это были кандидатки в святые, согласившиеся бежать вместе с ней, а также священники из умеренной фракции. Многие из кандидатов были моложе Марии. Вероятно, они были готовы слушать её, потому что их идеологическая обработка ещё не была завершена.

Пытаясь успокоить их, Мэри сказала: — Всё будет хорошо. Всё уже должно быть организовано.

Затем, оглядев мрачную церковь, она сказала: — Вы там, не так ли? Выйдите, пожалуйста.

Когда Мэри позвала, в следующее мгновение из темноты появился крупный мужчина в чёрных доспехах. На голове у него была страшная маска чёрного тигра.

— Ик! — этот внушительный вид заставил многих кандидатов в святые вскрикнуть.

— Всё в порядке, — Мэри шагнула вперёд, как бы защищая других девушек, затем обратилась к большому человеку в чёрной маске тигра: — Вы агент сэра Сомы, верно?

— Да, госпожа, — большой человек в маске чёрного тигра сложил руки вместе перед собой и склонил голову. — Я Кагетора. Я отведу всех вас в Королевство по приказу моего господина, Его Величества Сомы Казуи, который получил просьбу об этом от епископа Соуджи Лестера.

— Понятно. Извините за беспокойство.

Услышав слова Марии, девочки наконец-то поняли, что этот человек – союзник, и успокоились.

Видя это, Кагетора сказал: — Я должен призвать вас поторопиться. Когда они узнают, что кандидатки в святые массово исчезли, преследователи немедленно придут за вами.

— Мы знаем. Пожалуйста, ведите нас.

— Да, мэм.

Кагетора привёл Марию и девочек к городским стенам, неподалёку от заброшенной церкви.

Там их ждали десять повозок и переодетые мужчины, похожие на странствующих купцов. Все они были членами Чёрных Котов.

— Это наши товарищи. Вы сможете бежать в этих повозках.

— Поняла. Пожалуйста, поспешите на борт, девочки.

Выслушав объяснения Кагеторы, Мэри кивнула и отдала приказ.

Кандидатки в святые и священники разделились на десять телег. Повозки были загружены пустыми бочками из-под вина, в которых они и спрятались. Затем они направились к воротам, маскируясь под торговый караван.

Когда они приехали...

— Стоять! Куда вы едете в такое время?! — крикнули стражники ворот, чтобы остановить их караван. Один из мужчин, одетый как купец, ответил, изображая представителя группы.

— Да, сэр. Мы из... торговой компании, и мы прибыли сюда с подношениями некоторых приправ, называемых соевым соусом и мисо, от верующих Королевства Фридония Владыке.... Теперь мы возвращаемся с его даром – благословлённым вином.

Они называли его благословлённым вином, но на самом деле это было просто вино. Ортодоксальное Папское Государство так клеймило вино своей страны, чтобы представить его как нечто, что люди должны ценить как часть своей проповеди.

— Это правда? — спросил солдат, заглядывая внутрь повозки. Странствующий купец склонил голову.

— Да. У меня есть записка от Владыки – тоже здесь.

— Хм... Кажется, всё в порядке.

Солдат кивнул, проверив записку. Торговая компания была вымышленной, но компания королевы Ророа действительно поставляла приправы. Что касается записки, которую он предъявил стражникам, то она была подлинной, составленной с помощью старого кардинала.

Королевство и Мария тщательно подготовились к этому дню. Благодаря этому повозки не обыскивали.

— Очень хорошо, вы можете проехать. Да пребудет с вами благословение Леди Лунарии в вашем путешествии.

— Спасибо. Хорошо, мы отправляемся.

И вот Мэри и девочки смогли покинуть город. Когда они отъехали на некоторое расстояние, Мэри вылезла из бочки и высунула голову из повозки, чтобы поговорить с Кагеторой, который сидел на месте водителя.

— Куда теперь? — спросила она.

— Согласно первоначальному плану, мы должны были следовать к границе по плохо охраняемому маршруту, но... незадолго до начала операции мы заручились поддержкой надёжного союзника. Мы собираемся встретиться с ними.

— Надежного союзника? — повторила Мэри, но Кагетора не ответил. Повозки проехали ещё немного, а когда они взобрались на холм, Кагетора указал им вперёд.

— Вот они.

Мэри прищурилась, разглядывая фигуры вдалеке.

Из-за облака, проходящего перед луной, было мрачно, поэтому она не могла их разглядеть, но по мере приближения она поняла, что это несколько рыцарей, а также женщины с рогами и хвостами рептилий.

Один из рыцарей подошёл к телегам как представитель этой группы: — Вы – госпожа Мэри и её группа, да?

По голосу Мэри поняла, что рыцарь – женщина.

— Да... а вы?

— Я – королева Силл Мунт из Королевства Рыцарей Дракона Нотунга.

Мэри задохнулась, её глаза расширились от удивления. Она не могла поверить, что рыцарь религии Матери Дракона находится в Ортодоксальном Папском Государстве.

Известно, что Королевство Рыцарей Дракона заключило договор с горным хребтом Звёздного Дракона, центром поклонения Матери-Дракону. Лунарская ортодоксия и поклонение Матери-Дракону были двумя крупнейшими религиями на континенте, и лунарская ортодоксия отвергала поклонение Матери-Дракону как ересь.

— Что здесь делает человек из Королевства Рыцаря Дракона?

— Я пришла за вами по просьбе короля Сомы.

— Короля Сомы?

— Да. Потому что наши партнёры, драконы, могут нести повозки выше, чем может достать даже противовоздушный метатель болтов, и лететь прямо в Королевство.

Мэри была ошеломлена. Отчасти тем, что Сома сделал так, чтобы Королевство Рыцарей Дракона помогло им, но также тем, что страна, принадлежащая к их религиозным соперникам, пришла им на помощь. Она была удивлена тем, как счастливо сосуществуют различные конфессии Королевства, но это стало для неё ещё большим потрясением.

Чувствуя её внутреннее смятение, Силл улыбнулась ей и сказала: — Тебе не нравится принимать помощь своих бизнес-конкурентов таким образом?

— Нет... Вера – это не бизнес.

Напряжение ушло с плеч Мэри, и она улыбнулась в ответ.

— Спасибо, что делаете это для нас. Мы находимся под вашей опекой.

— Ха-ха-ха, поняла. Я обещаю вам безопасное путешествие по небу.

Силл подняла руку, давая сигнал Паю и остальным превратиться в драконов. Драконы подхватили повозку с отцепленными лошадьми, затем рыцари взобрались на их спины, и они взлетели в небо. Оттуда они отправились прямиком в Королевство.

Рыцари дракона, поклоняющиеся Матери-Дракону, спасли святых лунарской ортодоксии. Эта история была слегка приукрашена и распространена такими людьми, как Соуджи, и приверженцами в Королевстве, которые не желали религиозных распрей. Позже, когда до Королевства дошли слухи о том, что большое количество умеренных епископов подверглось чистке, сбежавшие кандидатки в святые и священники говорили: «Настоящей святой была Мэри, которая тронула сердца рыцарей дракона». Хотя это, возможно, и не было правдой, это заставило их почитать её.

«Почему они пытаются сделать меня святой, когда я уже перестала ею быть...» Как сообщается, Мэри сказала так, испытывая беспокойство.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

1549-й год по континентальному календарю был годом интенсивных перемен.

Все началось с того, что Королевство Фридония и Союз Архипелага Девятиглавого Дракона совместно расправились с Оямидзути, а на основе связей сформированных в ходе этой операции, был создан морской альянс. Это означало создание альтернативной силы, способной конкурировать с Империей и Декларацией Человечества на западе, люди должны были ожидать, что на горизонте замаячит эра конфликта между Востоком и Западом.

Однако этому помешали малхитанцы и их лидер Фуга.

Фуга разбушевался так, что истребление Оямидзути осталось незамеченным. Внешне он вторгся в Домен Владыки Демонов, а внутри Союза Восточных Наций уничтожил противоборствующие фракции. Когда казалось, что мир движется к эпохе двух фракций, он создал третью.

Очевидно, что мы не бездействовали, когда это происходило.

Развитие новой научной области - монстрологии, медицинские реформы под руководством Хильды и исследования, проведенные Триллой и Женей, - все это значительно увеличило нашу национальную мощь. Также была битва за настоящую песню между Востоком и Западом, которая продвинула вперед исследования влияния песен на визуализацию магии, и это оказало заметное влияние на повышение магической эффективности на индивидуальном уровне. Возможно, в среднем это был лишь десятипроцентный прирост, но десятипроцентный прирост магии в масштабах всей страны - это все равно очень много.

Население страны также неуклонно росло, соответственно, увеличивалось количество имеющегося персонала. Уровень жизни простых людей тоже повышался. Если бы люди, поддерживающие Фугу, из-за тяжелых условий своей жизни попробовали пожить в Королевстве, они бы не захотели возвращаться в страну Фуги. Хотя его видение казалось очень идеалистичным, сама страна отнюдь не была процветающей.

Тем не менее, такие результаты трудно было не заметить, и более яркие достижения Фуги неизбежно привлекали внимание людей.

◇ ◇ ◇

Сейчас был конец 11-го месяца этого 1549-го года.

Команда Кагеторы послала гонца Куи, чтобы сообщить мне, что рыцари-драконы доставили в Королевство в общей сложности около восьмидесяти просителей убежища из Лунарского православного папского государства. Из них около пятидесяти были кандидатками в святые.

Я попросил королеву Силл и ее людей поместить их в город Рандель, который был владением Мио, расположенный между границей с православным папским государством и нашей столицей Парнам. Мио и ее помощник Колберт позаботятся о них на некоторое время, пока я вызову Мэри, чтобы она поговорила со мной о том, что будет дальше. Я также вызвал Соуджи Лэстера, нашего епископа из православного папского государства.

Все было устроено, и сегодня я встречался с ними в сопровождении моей первой королевы Лисии, моего премьер-министра Хакуи и моего нового генерала Юлия.

Я решил не проводить собрание в зале для аудиенций, потому что мне не нравится его формальность. Вместо того чтобы тратить время на бессмысленные приветствия, я хотел сразу приступить к определению нашей политики. Мы сидели за длинным столом, по одну сторону которого находились люди из Королевства, а по другую - двое из ортодоксального папского государства.

— Давно не виделись, госпожа Мэри.

— Да, это так... лорд Сома. — Мэри села прямо и склонила голову. — Я должна извиниться за то, что доставила вам столько хлопот. Также я не могу быть более благодарна за то, что вы приняли нас. Я благодарю вас от имени всех моих спутников.

Мэри очень вежливо выразила свою благодарность. Я покачал головой.

— Вам не нужно быть такой сдержанной. Это не официальная встреча, к тому же мы уже решили принять вас, услышав историю от Соуджи. Наша страна гарантирует вашу безопасность.

— Спасибо. — Казалось, с плеч Мэри сняли груз, когда она посмотрела на Соуджи, сидящего рядом с ней. — Спасибо и вам, сэр Соуджи, за то, что говорите от нашего имени.

— Ну... спасение заблудших - часть моей работы.

Возможно, из-за того, что он обычно был беззаботным, Соуджи почувствовал себя неловко, получив прямой комплимент, и он смущенно почесал затылок. Я посмотрел на Мэри.

— Итак, госпожа Мэри, если вы здесь, значит...

— Да. Они решили заключить союз со страной Фуги. Святая уже выбрана.

— Конечно, это должно было случиться...

Я знал, что это произойдет, но... мои плечи опустились, и я вздохнул.

Затем я спросил своих советников Хакую и Юлия: — Как вы думаете, Фуга примет предложение?

— Несомненно, так и будет. — Хакуя ответил первым. — Экспансия Фуга Хана поддерживается его личной популярностью. Его страна только выиграет от поддержки такого авторитета, как Лунарская православная церковь. Это поможет ему объединить приверженцев лунарской ортодоксии на присоединенных им территориях.

— Ааа... если это поможет ему умиротворить народ после войны, то это определенно выгодно.

— Да. Вдобавок ко всему, его быстрый рост привел к тому, что сэр Фуга был назван «выскочкой». С признанием бога Лунарии он сможет заставить замолчать всех тех, кто насмехается над его нацией за то, что она была «захолустной незначительной державой».

— Понятно...

— Я согласен с премьер-министром, — согласился Юлий. —Я могу добавить, это также дает значительные военные преимущества. Эта страна объявила о морском союзе с Республикой и Архипелагом. Если Фуга намерен расширять свою фракцию и дальше, он захочет любой ценой помешать нам сотрудничать с Империей. Это означает, что он наверняка захочет видеть в качестве своих союзников страны, которые образуют клин между нами - Ортодоксальное Папское Государство и Государство Наемников Зема. Именно так я бы и поступил, а на его стороне такой умный человек, как Хашим. Он, должно быть, думает о том же.

— Правда... думаю, тогда все решено.

Два моих «мозга» пришли к одному и тому же прогнозу. Было более или менее очевидно, что Фуга укрепит связи с православным папским государством. Однако мне не очень хотелось, чтобы их предсказания сбылись...

— Сома. — Лисия потянула меня за рукав под столом. — Я знаю, что важно думать о будущем, но сначала нужно решить, что мы будем делать с госпожой Мэри и ее людьми.

— О... точно.

Мэри ничего не сказала, но я увидел на ее лице выражение неуверенности. Она была гораздо более человечной, чем в прошлую нашу встречу, и мне захотелось сделать для нее что-нибудь.

— Все будет хорошо. Я не буду плохо относиться ни к кандидатам в святые, ни к священникам. Однако нам нужно будет проверить, не прячутся ли среди них шпионы. Как только это будет сделано, я думаю, что разделю вас для работы в церквях по всему королевству....

— У-Ум! Мне трудно это говорить, но... — Мэри прервала меня.

— Хм? Вы хотите что-то сказать?

— Ну... со священниками все будет хорошо, но кандидаток в святые учили быть преданными королям, к которым их посылает леди Лунария. Из-за того, как их учили, они мало знают о мире, и я не могу представить, что они смогут сформировать обычные человеческие отношения.

— О, есть и такая проблема ?

— Да. На самом деле... были особо рьяные кандидатки, которые не слушали ни слова, когда я пыталась предупредить их об опасностях пребывания в стране. Я... не смогла взять их с собой....

— О...

Вероятно, она не могла просто списать это на их собственный выбор и собственную ответственность...

Мэри покачала головой, как бы пытаясь набраться храбрости, и посмотрела прямо на меня. — Я беспокоюсь, что если мы разделимся, они окажутся в изоляции. Если возможно... могли бы мы не разделить пятьдесят кандидаток в святые? Пожалуйста.

Мэри снова глубоко поклонилась.

Все люди из Королевства посмотрели друг на друга. Мы все криво улыбнулись.

— Подними голову, — сказал я Мэри. — Это правда, что мы планировали разделить вас … знаете я слышал истории о гимне во время применения Арии Небес…. я хочу, что бы вы помогли нам с исследованием.

— Исцеление...?

У лунарианской ортодоксии было магическое заклинание, известное как Ария Небес, которое могло исцелять большое количество раненых одновременно. Когда они использовали это заклинание, и те, кто его применял, и те, на кого оно было направлено, пели гимны. Казалось, они повышали эффективность заклинания, заставляя и целителей, и исцеляемых визуализировать эффект. Наши эксперименты во время «Настоящей песенной битвы» показали, что и другие песни, кроме гимнов, могут оказывать эффект.

— Я хочу изучить Арию Небес и применить её в нашей стране. Я планирую собрать для этого хор... что вы скажете, как насчет кандидаток в святые, могут ли они петь? Я мысленно представляю себе монахинь, поющих любовные песни ангелам.

Мне вспомнился фильм, который нравился моему дедушке, с какими-то монахинями, но, очевидно, Мэри никак не могла понять, о чем идет речь, поэтому она просто посмотрела на меня в замешательстве.

— Эм... я не знаю насчет песен о любви, но... — Она сложила руки на груди и улыбнулась. — Нас обучали искусству, чтобы сделать нас интересными для таких правителей, как вы. Я верю, что мы сможем оправдать ваши ожидания.

Мэри взялась за работу. Она звучала ужасно уверенно, несмотря на свою скромность, поэтому мне показалось, что я могу с нетерпением ждать результатов. Было бы хорошо, если бы Джуна руководила хором.

Я улыбнулся и кивнул.

— Тогда все должно быть хорошо. Прошу, поговорите с кандидатками в святые.

— Хорошо.

— Ха-ха-ха! Молодец, маленькая мисс Мэри, — ответил Соуджи с веселым гоготом. Впрочем, смеялся он недолго...

— Итак, с кандидатками в святые разобрались... Соуджи.

— Хм? Что случилось?

— Вы должны стать архиепископом.

— Повторите еще раз...? —  Соудзи смотрел на меня с закрытыми глазами, как будто не понимая, что я говорю.

— Это была идея Хакуи. Объясни ему, ладно?

— Понял. — Хакуя кивнул. — Поскольку ортодоксальное папское государство присоединилось к Фуга Хан, а мы укрываем Мэри и ее соратников, отношения будут ухудшаться. Все станет настолько плохо, что мы не сможем позволить господину Соуджи просто лениво уклониться от решения этого вопроса.

— Вы... можете быть правы... — сказал Соуджи, приходя в себя.

— Теперь, когда дело дошло до этого, я хочу полностью отрезать верующих Королевства от ортодоксального папского государства. Если они пойдут у вас на поводу и подстрекнут своих адептов к действиям, это будет настоящая беда. С этой целью я хочу, чтобы вы стали архиепископом, возглавив новую секту лунарианского православия.

— Вы хотите сказать, что я должен стать независимым...?

— Ах! Мы же не говорим вам изменить то, чему вы поклоняетесь. Нет необходимости прекращать поклоняться Лунарии или изменять то, как вы проводите службы. Изменится только человек, стоящий во главе организации, — добавил я для хмурого Соуджи.

Идея заключалась в том, чтобы подражать Церкви Англии из моего старого мира. Они создали новую конфессию, англиканство, чтобы отгородиться от влияния Римско-католической церкви. Думаю, в школе вы учили, что «король создал новую религию, потому что старая не позволяла ему развестись». Есть много популярных приукрашиваний, которые попадают в такие истории, поэтому я не знаю, насколько это правда.

— Тем не менее, я не знаю, можно ли называть себя архиепископом... — Соуджи говорил неохотно, но мне нужно было, чтобы он принял решение.

Хакуя повернулся к Соуджи с холодным выражением лица. — Теперь, когда они сбежали сюда, в Королевство, православное папское государство, несомненно, осудит Мэри и остальных как еретиков. Если связь с ортодоксальным папским государством останется сильной, они все равно будут в опасности. Мы не можем быть уверены, что они не пошлют своих приверженцев в страну, чтобы убить их. Я полагаю, что вы, как тот, кто укрывает госпожу Мерулу, должны это хорошо понимать.

— Мерула... Высший эльф, который, как говорят, пробрался в храм... — Глаза Мэри расширились от удивления.

Соуджи почесал голову, но в конце концов сдался и вздохнул. — Ну... если я стану архиепископом... вы ведь защитите маленькую мисс и остальных?

— Конечно, — сказал я, решительно кивнув, чтобы показать, что не отношусь к этому заданию легкомысленно.

— Что касается нашей страны, это будет новая лунарианская ортодоксальная религия... Назовем ее пока Королевской Лунарианской Ортодоксией. Если Православие Королевства не будет подстрекать своих верующих, проводить фестивали и заниматься эмоциональной поддержкой людей, то я думаю, что мы сможем построить хорошие отношения.

—Это очередная боль в заднице, но мне придется это сделать.

— Значит, вы согласны на эту работу?

— Да, — неохотно согласился Соуджи. — Так что не отказывайтесь от своего слова защищать маленькую мисс.

Я многозначительно кивнул ему. — Я возьму на себя эту задачу как король этой страны. Но я думаю, что для тебя это не будет такой уж плохой сделкой. Если ты станешь архиепископом, ты сможешь аннулировать статус Мерулы как еретика. Она сможет свободно ходить по улицам Парнама, где, по крайней мере, поддерживается общественный порядок.

— Ха-ха-ха, это просто замечательно. Лучше бы, что бы она была благодарна. — Соуджи гоготнул.

Я посмотрел на недоумевающую Мэри.

— Мадам Мэри.

— Д-да.

— Хотя все сложилось именно так, как вы видите, у Соуджи нет ни капли достоинства. Если мы позволим ему исполнять обязанности архиепископа, найдутся люди, которые будут относиться к нему легкомысленно. Я бы хотел, чтобы вы присматривали за ним и следили, чтобы он вел себя достойно.

— Ах! Эй! Что вы делаете?! — поспешно воскликнул Соуджи.

Будучи однажды избранной святой, Мэри, казалось, пользовалась уважением набожных последователей, и она могла компенсировать отсутствие достоинств и харизмы у Соуджи. Казалось, что Соуджи будет лидером только номинально, в то время как она возьмет под свой контроль внутреннее управление церковью. Фактически, она станет тайным боссом.

На мгновение Мэри выглядела ошеломленной, но вскоре начала хихикать. — Хи-хи-хи, это и было моим намерением с самого начала. Я буду внимательно следить за архиепископом Соуджи и обещаю, что отныне он будет вести себя так, как подобает тому, кто обращается к нему как к «Его Святейшеству».

— Вы слышали ее, Соуджи. Теперь у вас есть, надежная правая рука.

— Теперь у меня на спине еще одна женщина, которая меня пилит! Это нехорошо!

— Ваше Святейшество. Если вы не будете говорить с должным почтением с теми, кто стоит выше вас, это подаст плохой пример тем, кто ниже вас.

— И она уже в восторге от этого! Черт побери!

Крик Соуджи заставил всех остальных громко рассмеяться.

◇ ◇ ◇

Первый день 12-го месяца 1549-го года по континентальному календарю

Прошло около месяца с тех пор, как Мэри и ее люди прибыли в город.

В этот день я приехал в горы на юго-западе Королевства, вдоль границы с Республикой. Вместе со мной были Лисия, Айша и Джуна с нашим новорожденным ребенком. Ророа была еще беременна, а Надин не могла переносить холод, поэтому они держали оборону в столице. Мы также взяли с собой научную команду, состоящую из супер ученого Жени, высшего эльфа Мерулы и принцессы Империи Трилл. Команда Республики в составе Ку, Тару, Лерины и их слуга Найк Чима.

— Будьте осторожны, сир, леди Лисия.

— Спасибо, Айша, — сказала Лисия, взяв руку, которую ей протянула Айша.

Сейчас мы шли по большому туннелю, который был построен в этой горе. В этом тоннеле, укрепленном римским бетоном и магией, частично проходила дорога, поэтому мы смогли проехать это расстояние в каретах. Однако дальше дорога была не асфальтированной, поэтому нам пришлось высадиться и идти пешком.

Лисия выдохнула облачко белого пара. — Ах... Здесь, в туннеле, теплее, чем снаружи. Но все равно холодно.

— В это время года так холодно, что Надин отказалась идти с нами. Но... здесь очень темно… а?

— Ну, у нас есть лампы, — сказала Айша, протягивая нам фонарь.

В туннеле не было постоянно включенного освещения, как в современном туннеле. Мох, который мы использовали в городских фонарях, накапливал энергию в течение дня, поэтому его нельзя было использовать для освещения туннеля. Но если бы мы попытались поддерживать костры или масляные фонари, это бы плохо кончилось. Нам пришлось бы освещать себе путь самостоятельно, как старому паровозу, идущему ночью по туннелю.

Пока мы говорили об этом, к нам со смехом подошел Ку.

— Ну, с этим просто придется смириться, — сказал он. — Если мы идем из Королевства в Республику зимой, нам придется пересекать заснеженные горные перевалы. Даже при правильной подготовке это рискованное дело.

— Это правда... и судно на воздушной подушке «Ророа Мару», которое у нас курсирует вдоль побережья, полно припасов, так что обычным людям будет трудно на нем проехать.

— Оокякя! Отсюда и сделать туннель, да?

Этот туннель протянулся на несколько сотен метров и был совместной инвестицией Королевства и Республики. Это было сделано для того, чтобы сделать путешествие между двумя странами зимой просто возможным. Хотя, из-за разницы в финансовой силе, Ку долго торговался. В конечном итоге Королевство оплатило гораздо большую часть расходов, но... я бы просто рассматривал это как официальную помощь в развитии.

Теперь, для строительства туннеля, мы наконец-то смогли задействовать бур.

— Одержимость Трилл может пронзить горы... Это просто невероятно, да? —  подметила Женя.

— Хе-хе-хе, когда мы установили дрель на Мехадру и протестировали ее против Оямидзути, это помогло нам найти некоторые моменты для улучшения. Это действительно сократило время, необходимое для завершения, — радостно ответила Трилл.

Этот тоннель был построен с помощью бурильной машины, затем укрепленной зачарованными стальными арками и римским бетоном. Честно говоря, я полностью оставил проектирование на усмотрение инженерной команды, поэтому я понятия не имел, как этот туннель сопоставим с технологиями в моем старом мире.

— При таких размерах здесь можно было бы провести носорога, — сказала Айша, глядя на высокий потолок.

— Да. Пока в нем поместится только один, но я хочу проложить еще один туннель рядом с этим, чтобы поезда-носороги могли курсировать в оба направления.

— Угу, — согласился со мной Ку, улыбаясь.

Мы пришли в место назначения, расположенное глубоко внутри. Впереди путь преграждала скала, но сквозь нее пробивался прохладный воздух. Неподалеку стоял бур с проходческим щитом, а рядом находились инженеры. Казалось, мы достигли конца.

— А теперь давайте нанесем последние штрихи, старшая сестра Женя.

— Да. Хорошо, я оставлю это тебе.

Женя подняла руку, и ожидающие инженеры начали действовать. Они активировали бур и заставили часть щита вращаться.

Румммммм!!! Бур громко грыз горную породу.

Некоторое время мы наблюдали за его движением вперед, пока в конце концов не подул холодный ветер, и в туннель не хлынул свет. Бур пробил гору, и мы увидели огромные снежные поля на другой стороне.

— Длинный туннель через границу в снежную страну... — сказал я.

— Да. Это наша родина, Республика Тургис! — Куу бросился к выходу. — Тару! Лерина! Найк! Идемте!

— Боже правый...

— Подождите меня, мастер Ку!

Тару и Лерина помчались за ним по снегу. Найк шел позади, охваченный ужасом, опираясь плечом на копье.

— Холод! Неужели мне отныне придется жить в этой стране...?

Найк сжался в комок, и Ку от души хлопнул его по спине.

— Ты теперь моя награда, так что да. Снежная страна хороша, когда к ней привыкаешь.

— Я начинаю скучать по северной жаре... — ворчал Найк, наблюдая, как Ку издевается над ним.

—Думаю тебе пора домой Ку?

— Конечно. Спасибо, что заботился обо мне так долго, брат! — сказал Ку, потирая кончик носа.

Сэр Гуран, глава Республики, уже закончил закладку фундамента внутри своей страны и ожидал возвращения своего сына. Сегодня, когда туннель в Республику был закончен, было решено, что Ку и его команда отправятся домой. Кстати, перед тем как он покинул столицу, я собрал свою семью и товарищей, чтобы устроить ему большой прощальный вечер, так что сегодня он просто уезжал.

Ку подошел ко мне и протянул свою правую руку.

— Я многому научился у тебя за последние несколько лет, брат. Например, что править можно по-разному, а политика, которая кажется бессмысленной, может иметь скрытые цели. Благодаря этому я чувствую, что знаю, каким главой я хочу стать для Республики. — Ку немного смутился.

Я протянул свою руку.

— Я думаю, что ты больше подходишь на роль правителя, чем я, ты знаешь это, Ку? Я всегда так думал.

— Оокякя! Ты просто не похож на правителя, вот и все, брат. — И с этими словами мы обменялись крепким рукопожатием.

Рядом с нами Лисия и Айша прощались с Лериной.

— До скорого, леди Лисия, леди Айша, спасибо за все.

— Когда вы все сразу уезжаете, становится грустно.

— Смогли ли вы создать веселые воспоминания в Королевстве?

— Да. Но... когда я смотрю на вас двоих...

— Хм?

— Я помню, как вы преследовали меня во время песенной битвы….

— Пфф! Ха-ха-ха-ха! — засмеялись оба.

— Это не повод для смеха! Я получила травму! — Лерина протестовала со слезами на глазах.

Они выглядят так, будто им весело, подумал я.

Тем временем Тару расставалась Женей и инженерами. Это заставило меня еще раз осознать, насколько глубокими были наши связи.

— Я буду скучать по всем вам...

— Мы будем еженедельно общаться по трансляции Голоса Драгоценности, чтобы обмениваться отчетами, не так ли? Кроме того, ты ведь придешь на нашу свадьбу? Я пришлю приглашение.

— Конечно, но постарайтесь выбрать время потеплее. Зима довольно суровая.

Даже просто стоя здесь и разговаривая, я чувствовал холод. В Республике, конечно, холодно. Ку не мог не посмеяться над моей дрожью.

— Да, я знаю. Увидимся. — Ку поднял свою дубину с ухмылкой. — До встречи, брат! Нет, мой друг, король Фридонии Сома!

— Да, береги себя! Мой друг, Ку Тайсэй!

После этого Ку больше не оборачивался. Они шли вперед, возвращаясь на родину. Мы смотрели, как они уходят, махая им в спину.

- Первого дня первого месяца 1550-го года по континентальному календарю -

Фуга переехал в начале этого года. Замок Шарн, который когда то, был собственностью королевства Шарн, самой могущественной страны Союза Восточных Наций, теперь назывался замком Хан, новым домом Фуги. В зале для аудиенций Фуга стоял перед своими командирами - храбрыми, хитрыми и свирепыми - перед троном, возвышавшимся над ними на несколько ступеней, с развевающимся за спиной флагом его предков.

— Настоящим я переименовываю Союз Восточных Наций в Королевство Великого Тигра Хан!

Это была декларация о конце старого государства и рождении нового.

— Эта страна продолжит освобождение Домена Владыки Демонов единой волей! Дай мне свою силу, Фуга Хан! Я построю сильную страну, на которую не сможет ступить ни человек, ни демон!

—Даааа! — Последователи Фуги закричали.

В этот день Фуга наконец-то объявил об основании Королевства Великого Тигра Хан и занял трон в качестве первого Короля Великого Тигра. Уничтожив в предыдущем году своих политических соперников в Союзе Восточных Наций, он уже фактически сделал страну своей, но этот день стал заявлением для всех внутри и за пределами страны, что теперь он здесь король.

Во время выступления его сопровождали жена Муцуми и советник Хашим.

В роли церемониймейстера Хашим объявил: — В честь восхождения нашего короля на престол, прибыл гонец из другой страны. Выйди вперед, Святая Анна.

Молодая девушка в белом одеянии вышла вперед из ряда присутствующих. Она подошла и встала перед Фугой, опустилась на колени и сложила руки перед грудью, словно в молитве. Затем она заговорила тихим, но ясным голосом.

— Лунарианское православное папское государство признает лорда Фуга святым королем, избранным леди Лунарией. Пусть ваши руки защищают верных, а ваши слова ведут набожных. Православное папское государство клянется идти рядом с вами.

— Это так...? —сказал Фуга.

Изначально религия была для Фуги чем-то таким, что он мог делать с ней или без нее. Он считал, что лучше действовать самому, чем молить о божественном заступничестве. По его мнению, если бы он поступил так, то, скорее всего, его судьба изменилась бы, и Бог в любом случае встал бы на его сторону. Поэтому признание теократического государства его святым королем не вызывало у него никаких сильных эмоций, но Хашим настаивал, что союз с ортодоксальным папским государством был бы необходим для их дальнейшей экспансии.

— Позвольте мне быть королем, достойным той чести, которую вы мне оказали, — сказал он, скрывая свои истинные чувства.

Анна склонила голову. — Моя жизнь в вашем распоряжении, лорд Фуга. Я буду служить вам, как служу леди Лунарии. Я предлагаю свое тело и душу. Используйте меня по своему усмотрению.

— О, да...? Спасибо за ваши старания.

Фуга слышал от Хасима, что ортодоксальное папское государство посылало красивых и покорных девушек к влиятельным деятелям того времени в качестве святых. Но он предпочитал таких женщин, как Муцуми, у которых был собственный ум, и не чувствовал никакого влечения к таким, как Анна, которая бросила себя на произвол судьбы. Тем не менее, он чувствовал к ней некоторую жалость, поэтому намеревался хорошо к ней относиться.

Я надеюсь, что, живя в этой стране, она сможет когда-нибудь улыбаться, как Райга, подумал Фуга, побуждаемый своей природой старшего брата.

Анна отошла, а Хашим взял лист бумаги, который ему поднесли на подносе несколько бюрократов.

— Еще одна страна поздравляет нас с этим знаменательным днем. Король нашей соседней страны, сэр Сома А. Элфриден, прислал добрые слова через младшую сестру лорда Фуги, леди Райгу. Я сейчас зачитаю их.

Хашим зачитал иносказательное заявление Сомы, в котором отмечалось основание Королевства Великого Тигра и содержалось пожелание дружбы между их двумя странами.

Когда он это сделал, Муцуми, стоявшая рядом с троном, прошептала: — А Райга не может прийти сегодня?

— Я заранее предупредил ее, чтобы она не... — прошептал Фуга в ответ.

Муцуми склонила голову набок. — Почему это? Это важный день для тебя.

— Если она вернется домой, люди Сомы могут насторожиться и отказать ей во въезде. Иностранные королевские особы, которые не присягнули вам на верность, в конце концов, просто источник проблем. Пока мы расширяемся, он не будет знать, что с ней делать.

— Это правда...?

Фуга язвительно улыбнулся разочарованию в тоне Муцуми.

— Да. Но похоже, что Райга не собиралась приходить в любом случае…понимаешь?

— А?

— Когда я сказала ей, что она не обязана, она ответила, что все равно не сможет, потому что «У нее школа» и «Она не отделается только дополнительными занятиями, если сейчас уйдет в очередной длительный отпуск». Как ты думаешь, школа действительно важнее, чем момент славы ее брата?

— Хи-хи. Похоже, у нее много друзей, так что она, должно быть, наслаждается жизнью в Королевстве.

—Для нее было бы нехорошо слишком сильно измениться. — Фуга пожал плечами. Он казался беззаботным, но чувствовал, что Райга может решить обосноваться в Королевстве.

Райга была умна. Кроме того, она была из тех людей, которые нравились Фуге: она умела думать своей головой. Если, поразмыслив, Райга пойдет другим путем, это может быть по-своему интересно для Фуги.

◇ ◇ ◇

Восхождение Фуга Хана на трон Короля Великого Тигра и основание Королевства Великого Тигра Хана окажет огромное влияние на ситуацию на континенте.

Во-первых, это, по сути, сделало Декларацию человечества Империи беззубой. Объединение Союза Восточных Наций привело к потере многих подписантов, и единственными оставшимися членами остались два вассальных государства Империи и Зем. Кроме того, из-за завоевания Королевством Великого Тигра Домена Владыки Демонов, его цель также была утрачена.

Однако, благодаря харизме императрицы Марии, они по-прежнему оставались самой большой и могущественной страной на континенте. Кроме того, существовала еще одна крупная фракция, затмившая Королевство Великого Тигра, - Морской Альянс, состоящий из Королевства Фридония, Республики Тургис и Союза Архипелага Девятиглавого Дракона.

Этот союз был основан на «Морском законе», который гласил, что каждый из них будет помогать другому во время неприятностей в море, и был разработан, чтобы позволить им немедленно сформировать единый флот… по сути, общий флот… в случае, если любая из этих стран окажется в опасности. Королевство Фридония и Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, вместе взятые, обладали самыми большими морскими силами в мире, явно превосходящими Королевство Великого Тигра с его почти несуществующим флотом, а также Империю, которая всегда была страной с большим упором на сухопутные войска.

Пока Великое Тигриное царство и Империя боролись за господство на суше, Морской союз развивался на море.

Великое Тигриное Королевство Хан. Империя. Морской союз.

В 1550-м году по континентальному календарю этого мира эти три силы будут бороться за превосходство. И... в этом году произойдет событие, которое потрясет все три силы.

Послесловие от Автора

Спасибо, что приобрели 14 том «Героя-реалиста». Додзёмару тут, и на этот раз у нас нормальное послесловие, а не промежуточное.

Тема этого тома – «расширение власти Фуги». Великий человек, избранный временем, он мотивирует своих союзников, а заодно и врагов.

Для тех из вас, кому трудно представить себе харизму, которая привлекает людей к Фуге, пожалуйста, попробуйте послушать такие песни, как «Guren no Yumiya», «Shinzou wo Sasageyou!» и «Gurenge». Это импульсивное чувство... Бегите! Боритесь! Сжигайте свою жизнь! Харизма Фуги - как концентрированная версия этого чувства. Те, кого он привлекает, сжигают свои жизни с чувством опьянения. Вот почему его путь к славе преследует смерть. Его союзники отдают за него свои жизни, а враги умирают довольными, не встретив такого сильного противника, как Фуга.

Этот пункт противоречит мнению Сомы.

Лагерь Сомы склоняется к прагматичному компромиссу. По их мнению, если они умрут, то во всем этом не будет никакого смысла. Какая слава в смерти? Они готовы отбросить свои взгляды и использовать все, что можно. Вот почему они могут нанимать таких бывших врагов, как Юлий. Это ситцация, где такой человек, как Юлий, может сказать: «Думаю, мне придется это сделать», и помочь. Это также часть того, почему в истории Сомы умирает так мало именных персонажей.

С точки зрения истории, первый вариант, вероятно, более захватывающий. В истории популярны не консервативные, а революционные деятели. Однако если посмотреть на это с точки зрения многих, кто жил в ту же эпоху, у меня есть ощущение, что мнение может измениться.

Итак, я выражаю благодарность художнику Фуюки, господину Сатоси Уэда за адаптацию манги, моему редактору, дизайнерам, корректорам и всем тем, кто участвовал в адаптации аниме, а также всем вам, читающим это сейчас. Это был Додзёмару.

Одновременно с этим томом в Японии поступит в продажу еще одна новая серия «Yashiro-kun no Ohitori-sama Kouza». Это школьный сериал, совершенно не похожий на этот.

Я начал писать его с мыслью: «Какую историю я могу рассказать в SiFi мире?»

Однако, как я уверен, фанаты Реалиста знают, что я люблю странные детализированные миры и привношу определенные изюминки в то, что я написал. Сначала это может показаться обычной историей в школьной обстановке, но если вы сможете вникнуть в действия персонажей, то обнаружите, что что-то не так.

Если это привлекло ваше внимание, то, пожалуйста, посмотрите его, а также 15 том Реалиста.

_____________

Что нас ждет в 15 томе?

Великое Королевство Хан, Империя  и Морской Альянс во главе с Королевством Фридония соревнуются друг с другом в новом трехполюсном мире. Внезапно Духовное Королевство Гарлан, дом высших эльфов, пытается установить контакт с этими тремя великими силами. Они желают вернуть себе землю, потерянную во время расширения владений Повелителя демонов.

Сома, однако, отказывается помочь им, не видя в этом никакой пользы. Тем временем Королевство Великого Тигра принимает их просьбу и отправляет войска. Вскоре дела идут к спаду по мере развития кризиса; один за другим рушатся здоровые солдаты. Оказывается, в Королевстве Духов свирепствует смертельная болезнь, известная как Проклятие Короля Духов! Перед лицом новой болезни, которая может угрожать всему миру, Сома вводит новую политику, которую никто никогда раньше не видел! А вот и пятнадцатый том революционной серии административных фэнтези!

Пролог: Возвышение одной страны

Глава 1: Бэби-бум в Королевстве

Глава 2: Правда

Глава 3: Эмиссар

Глава 4: Битва за  остров

Глава 5: Проклятие Короля Духов

Глава 6: Чтобы защитить будущее

Глава 7: Во имя человечества

Глава 8: Обзор

Глава 9: Нужный человек в нужном месте

Глава 10: Саммит

Антракт: Лисия и Мария

Глава 11: Конец

Эпилог: Его зовут

Доп. история: Одной летней ночью

__________________________

15 том на данный момент последний доступный.

Что дальше..? Увидим ли мы с вами продолжение? ( некоторые уже в курсе) ответ прост  - Веб Новелла (ВН)

Смотрю сейчас в сторону перевода ВН с японского ( естественно без знаний японского) и  работы там намного больше.

Действия в Веб Новелле почти не отличается по сюжету, но по тексту... в книге(томах) текст намного чище, это не учитывая особенности языка которые нормально переносят  проф. переводчики. Но там будет видно.

____Что в Веб Новелле?

Веб Новелла состоит из трёх блоков:

— Реконструкция королевства героем реалистом - 105 глав

— Как герой-реалист наращивал силу  - 140 глав (  14 том заканчиваться примерно на 100 главе)

— Как строилась империя героя-реалиста - пишется на 76 главе

На момент окончании 15 тома ( точнее текущей доступной части это около 9 глав) попробуем перейти на ВН на 5-10 глав ( главы тут другие)....если пойдет... в общем.. то пойдет.

Всем спасибо.

В великой библиотеке Парнама хранилась самая большая коллекция книг в королевстве Фридония. В этом мире уже существовала печать, и книги распространялись, но из-за низкого уровня грамотности до создания библиотек дело так и не дошло. Тем не менее, после вступления Сомы на престол, когда образованию стало уделяться больше внимания, шесть человек из десяти стали грамотными, и библиотеки уже были востребованы.

— Книги - это кристаллизация знаний человечества. Их никогда не может быть слишком много.

После этого, в разных уголках страны и в зарубежных странах, с которыми у них были отношения, Сома купил или одолжил все книги, какие только мог, и заказал их репродукции. В мире, откуда он родом, существовала легенда об Александрийской библиотеке, которая, как говорили, брала иностранные книги у любого путешественника, посетившего город, и, скопировав их, возвращала копию. Сома, конечно же, не делал ничего такого злонамеренного. Он вернул оригиналы.

Собранные книги не ограничивались академическими или техническими предметами, но также были легендами и детскими баснями, и даже странными текстами, наполненными непонятными и абсурдными знаниями. Все они копировались библиотекарями и исследователями для хранения в большой библиотеке. (Магические тексты, однако, из-за сложности работы с ними, отправлялись в специализированный аналитический отдел).

Политика Сомы «не пренебрегать никакими знаниями и технологиями» активно развивалась. В последние годы ощущалась нехватка библиотекарей и исследователей, и даже после набора выпускников Королевской академии и Профессиональной школы Джинджера, недостатка в работе по-прежнему не было. Такую работу предпочел бы выполнять известный библиофил Хакуя, премьер-министр в черной мантии. И хотя он часто помогал в свободное от работы время, было не так много людей с такими вкусами, как у него.

Однако в прошлом году в этой библиотеке появилась женщина с необыкновенным талантом. Это была старшая сестра Ичихи, третья дочь Дома Чима, Сами. Потеряв своего приемного отца в ходе политической борьбы Союза Восточных Наций, Сами, эмоционально раненная, была взята на воспитание этой страной. Она была отличным магом и заядлым читателем, поэтому часто делилась книгами со своей сестрой Йоми, когда они были младше. Однако, когда они выросли, Йоми стала стремиться к самым разнообразным знаниям, а Сами сосредоточилась на бухгалтерском учете, математике и естественных науках.

Услышав это от Ичихи, Сома сказал: «Вместо того чтобы сидеть в замке, я уверен, что Сами сможет лучше отвлечься, если ее будут окружать книги», и выбрал ее библиотекарем великой библиотеки.

Она оказалась идеальным выбором.

Сами продемонстрировала большой талант в организации книг, оставленных на ее попечение, а также отлично справлялась с магическим текстом, который иногда попадал к ним в руки. Это быстро сделало ее центральной фигурой в команде библиотекарей. Что касается Сами, то пребывание в тихой библиотеке в окружении книг успокаивало ее, поэтому она усердно работала над своими заданиями. Пройдет еще некоторое время, прежде чем ее раны заживут, но, похоже, она могла улыбаться все чаще и чаще.

- Середина 1-го месяца 1550-го года по континентальному календарю -

В этот день Сами тоже занималась организацией книжных полок. Перед полкой, которая была почти в два раза выше ее роста, стояла лестница, и она сидела на ней, разговаривая с тем, кто был рядом.

— Ичиха, передай мне по порядку тома амидонской антологии басен.

— Хорошо. — Ичиха порылся в стопке книг на полу, чтобы найти томик, который Сами просила у него. — Вот, сестра.

— Спасибо. — Сами разложила книги по свободным местам.

Передавая тома Сами, Ичиха смотрел на нее в профиль. Хвостик на голове Сами, завязанный на противоположной стороне от хвостика ее старшей сестры-близнеца Йоми, дрожал, но выражение ее лица было спокойным.

Во времена, когда он жил в герцогстве Чима, Ичиха подвергался мучениям со стороны своих мускулистых старших братьев Наты и Гоша за отсутствие таланта. Поскольку Сами и Йоми ненавидели этих братьев и держались от них подальше, Ичиха почти не общался со своими старшими сестрами.

Со старшей сестрой Сами все будет хорошо...?

Поскольку она не отличалась эмоциональностью, Ичиха не мог понять, что Сами чувствует в данный момент. Он думал об этом так сильно, что его руки перестали двигаться.

— Ичиха? — Сами с сомнением посмотрела на Ичиху.

— Ах, прости. — Ичиха поспешно передал ей следующую книгу. Сами приняла книгу, положив ее на колени.

— Ты беспокоишься обо мне?

— О! Эм... да... — ответил Ичиха, оставив попытки скрыть это. Сами слегка улыбнулась.

— Ты так добр, Ичиха.

— Мы же семья..

— Семья... да? Удивительно, насколько мы все оказались разными, несмотря на то, что происходим от одних и тех же родителей.

На выражение ее лица легла тень, вероятно, когда она вспомнила их старшего брата, Хашима. Ичиха не знал, что сказать, но Сами покачала головой, как бы отгоняя мысли и эмоции, бурлящие внутри нее.

—Эй, Ичиха. Тебе нравится жить в этой стране?

— А?

— Эта страна просто прекрасна. Здесь спокойно, а люди в замке такие веселые. Они даже хорошо ко мне относятся и заботятся о моем благополучии. И ты тоже. Ты все время приходишь на помощь, потому что беспокоишься о моих чувствах... верно?

Сами была права. Ичиха помогал ей потому, что Сома и Хакуя сказали ему, что будет лучше, если кто-то будет рядом с Сами.  Будучи умной девочкой, Сами это заметила.

— Ты уже служишь господину Соме?

— Да. Я еще только студент, но он принял меня в качестве награды.

— Понятно... значит, на север ты не вернешься. — Сами слегка улыбнулась. — Да. Это к лучшему. Если бы ты вернулся на север, тебя бы просто использовали.

— Использовали...?

— Ты знаешь, что господин Сома послал Фуга Хану «Энциклопедию монстров», да? Все правители Союза Восточных Наций были так разочарованы в своем выборе, когда узнали, что ты являешься автором. Никто, включая меня, никогда не думал, что твои знания будут стоить так много.

Сами скользнула на стремянку и похлопала по пустому месту рядом с собой. Это, очевидно, означало: «Присаживайтесь рядом со мной». Ичиха принял ее приглашение, и она обняла его за плечи, ласково погладив по голове.

— Я уверена, что если бы ты вернулся, они приняли бы тебя с распростертыми объятиями. Они будут постоянно хвалить тебя, совершенно забыв о том пренебрежительном отношении, которое было у них к тебе раньше. Ты был бы хитом среди девушек. Я уверен, что тебя завалили бы предложениями о браке. Но... с твоей точки зрения, все это было бы слишком поздно, верно?

— Да, это было бы... — Ичиха глубоко вздохнул. — Мне нравится эта страна, где я живу среди тех, кто признал меня таким, каким я был. Герцогства Чима уже нет, так что у меня нет причин возвращаться.

— Хорошо. Теперь, когда люди знают, чего стоят твои знания, я не вижу возможности, чтобы Хашим Чима оставил тебя в покое. Под защитой сэра Сомы ты будешь в большей безопасности.

Сами продолжала называть их брата не как старшего брата, а его полным именем - Хашим Чима. Ичиха чувствовал что это было сделано намеренно.

Как далеко зашла ее обида? Очевидно, она включала в список Хашима, который замышлял убийство ее приемного отца, но распространялась ли она также на Фугу, который осуществил этот план? А как насчет жены Фуги, Муцуми? Как насчет ее сестры-близнеца Йоми, которая присоединилась к лагерю Фуги? Насколько сильно она возмущалась её поступком?

— Старшая сестра. Один из моих друзей... эм...

— Я знаю. Она младшая сестра Фуга Хана, верно?

— А...

Ичиха старался тщательно подбирать слова, но Сами поняла, в чем дело.

— Она живет здесь, в замке? Хотя я с ней еще не сталкивалась.

—Сами, ты злишься на господина Фугу...?

— Я полагаю... я не могу сказать, что это не так, — сказала Сами, прежде чем покачать головой. — Но кого я действительно не могу простить, так это Хашима Чиму. Не считая Фуга Хана, который выполнил данный ему план, я не держу зла на старшую сестру Муцуми, которая пыталась спасти меня. А что касается Райги, которая всего лишь младшая сестра Фуга Хана... у меня с ней вообще нет никаких проблем. Кроме того...

—  Кроме того...? — эхом отозвался Ичиха.

Сами выпустила самодовольный смешок. — Из-за того, как ее использовали по прихоти брата, я чувствую родство с ней.

— Э-э... — Ичиха не знал, как ответить на это.

Пока он с трудом подбирал слова, Сами сказал ему: — Если ты говоришь, что она твой друг, то береги ее. Как сестра правителя, находящаяся в центрообразующей стране Морского союза, она - легкая добыча. В качестве заложницы она может помочь ослабить их бдительность, а бросив ее, они могут подстроить вам ловушку. Я не могу представить, чтобы Хашим Чима не использовал ее.

То, что Хашим предложил такой план, было правдой. Вопрос в том, воспользуется ли им Фуга... и это зависит от ситуации. В обычных обстоятельствах Фуга не был таким уж бессердечным. На самом деле, он был очень заботлив, когда дело касалось семьи. Но, будучи заложником времени, не исключено, что придет момент, когда он отбросит Райгу в сторону.

Сами притянула Ичиху ближе, прижав свою голову к его голове. — Не всем важны кровные отношения. Постарайся помнить об этом.

Ичиха молча кивнул.

Был еще один человек, который молча подслушивал их разговор, но этот человек ушел, как будто убегая.

◇ ◇ ◇

Тук-тук.

Когда я находился в офисе по правительственным делам, сражаясь с бумажной работой вместе с Хакуей, как делал это каждый день, в дверь постучали. Было еще... рановато для послеобеденного перерыва, но кто-то, должно быть, пришел позвать меня .

— Входите, — позвал я.

— Извините... — входя ответила Райга. Она выглядела как-то беспокойно.

— Что случилось, Райга?

— Мне нужно было кое-что обсудить с вами и господином Хакуя... А! Если вы заняты работой, я могу прийти позже... — Райга выглядела неловкой и потерянной.

Трудно ли дискутировать, когда рядом есть другие? Хм... ку, мы все равно собирались скоро сделать перерыв, так что все нормально.

Я громко прочистил горло и сказал:

— Думаю, сегодня мы сделаем перерыв пораньше. Все, кроме Хакуи, могут уйти.

— Да, сэр!

Все остальные бюрократы, работающие в офисе, поклонились и вышли из комнаты по моему приказу. Когда Хакуя, Райга и я остались одни (хотя и с охраной за дверью), я снова обратился к Райге.

— Итак, о чем ты хотела поговорить?

— Эм... я случайно подслушала разговор Ичихи и Сами в библиотеке...

— О...

Старшая сестра Ичихи, Сами, жила в замке как беженка из Союза Восточных Наций. Из того, что рассказал нам Ичиха, Сами была талантливым магом с бухгалтерским даром, поэтому я хотел устроить ее на работу к Ророа. Но поскольку она была гостьей, я не мог этого сделать. Думаю она может со временем добровольно предложить свои услуги этой стране и  я бы порекомендовал ее министерству.

Финансы; но это было слишком рано. Раны еще не зажили.

Тем не менее, проводить дни в безделье было бы уныло. В конце концов, это даст ей беспокойства.

Обсудив все с Ичихой и Хакуей, я решил, что лучше всего дать ей какое-то занятие, чтобы у нее не было столько времени на раздумья. Я слышал от Ичихи, что Сами любит читать, поэтому я попробовал дать ей работу библиотекаря в главной библиотеке. Это, похоже, дало некоторый эффект, так как она работала в тишине, читая в свободное время. Как будто пытаясь отгородиться от болезненных воспоминаний...

Чтобы она не чувствовала себя одинокой, Ичиха тоже часто приходил на помощь. Должно быть, именно это и застала Райга. Что касается Райги, то она была младшей сестрой человека, убившего приемного отца Сами, поэтому ей было невыносимо слушать такие вещи.

Со спокойным выражением лица я сказал Райге: — Пока... я бы предпочел не волновать ее. Я знаю, что это может показаться ограничением, но не могла бы ты пока держаться подальше от библиотеки?

— Я это знаю...! — сказала Райга, отводя глаза.

Мы с Хакуей мгновенно обменялись взглядом, после чего я утешительным тоном сказал: — Тебе не стоит слишком беспокоиться. Из того, что рассказал мне Ичиха, следует, что ее гнев направлен скорее на их старшего брата Хашиму, чем на Фугу. Пока ты не делаешь ничего странного, чтобы спровоцировать ее, она, вероятно, не будет на тебя обижаться.

— Я бы не стала этого делать... не буду, но...

Видя, как Райга все больше и больше опускает руки, Хакуя вздохнул.

— Похоже, это не то, что она хотела услышать.

— Ах?!

— А? Что ты имеешь в виду? — спросил я, и Хакуя пожал плечами.

— Госпожу Райгу больше интересовал вопрос о господине Фуге.

— О Фуге?

— В последнее время, когда я учу госпожу Райгу, я вижу, как она иногда принимает иные перспективы и решения, нежели он. Я думаю, что...

— Достаточно, господин Хакуя... — Райга подняла руку, чтобы прервать Хакую. — Остальное я скажу сама.

Подняв голову, Райга посмотрела прямо мне в глаза.

— Для того чтобы объединить Союз восточных народов, нужно ли было моему брату обмануть и убить приемного отца госпожи Сами...? Я бы хотела услышать ваше мнение по этому поводу, как короля.

— Был ли обман и убийство оправданы, это ты хочешь узнать?

Взгляд Райги был полностью сосредоточенным. Она не искала поддержки или банальностей... это был серьезный вопрос, который требовал прямого ответа. И я дал ей его.

— Я не знаю.

— А?! Я серьезно...!

— И я говорю серьезно. Невозможно быть уверенным в правильности выбора. Я не собираюсь принимать чью-либо сторону, это единственный ответ, который я могу дать. — В конце концов, редко можно четко разделить вещи на добро и зло. — Если бы я был Сами, я бы подумал, что поступок Фуги был злом. Поэтому вполне естественно, что она будет ненавидеть его за это. Но если бы он начал войну, чтобы аннексировать все те страны с правителями, которые не подчинились ему, погибло бы еще больше людей. С обеих сторон.

Райга молчала, поэтому я продолжил.

— Если бы Фуга вторгся в страну Сами, а её приемный отец сдался после битвы и был пощажен, люди все равно были бы принесены в жертву. Если кто-то умирает, чтобы другие могли жить... невозможно с уверенностью сказать, какой путь был правильным. Возможно, действия Фуги будут восхваляться последующими поколениями за то, что они свели к минимуму число людей, принесенных в жертву.

В конце концов, последующие поколения могут смотреть на вещи только со своего века. Они могут видеть только то, что столько-то людей умерло или столько-то не умерло. Особенно когда они пытаются взглянуть на вещи с нейтральной точки зрения...

— Кроме того, я сам делал нечто подобное. У меня нет права бросать камни.

— А? Вы? — Глаза Райги расширились. Она выглядела очень удивленной.

— Конечно

— Да... не похоже, вы полны амбиций как мой брат.

— Ха-ха-ха... Ну, в этом она права. Не так ли? — сказал я Хакуе, который кивнул.

— Для стабилизации политического режима бывают моменты, когда кровь должна пролиться, даже если мы бы предпочли этого не делать, — сказал Хакуя. — Это нужно для того, чтобы искоренить источники будущих раздоров.

— Но если вы переусердствуете, вы зародите обиду и довольно быстро придете к плохому концу. Однако у тебя нет другого выбора, кроме как делать это в пределах разумного. Таков долг правителя. Я заставил многих людей проливать кровь и слезы, чтобы пройти этот путь, и я уверен, что есть те, кто держит на меня обиду за это... даже сейчас мне иногда снятся кошмары.

— О...? Правда? — спросил Хакуя, выглядя удивленным. Я кивнул с кривой улыбкой.

— Мне иногда снятся сны, в которых Гай VIII восстает из могилы, чтобы прийти и убить меня.

Должно быть, страх перед ним запечатлелся в моей памяти. Независимо от того, как на самом деле чувствовал бы себя сам человек, в моих снах он делал то, чего я больше всего боялся. Кошмары показывают нам то, что мы не хотели бы видеть.

Ночью, когда я просыпаюсь от такого сна, чтобы успокоиться, я зарываюсь лицом в грудь жены, которая спит рядом со мной. Они всегда понимают и обнимают мою голову, но... подождите, зачем я рассказываю все эти постыдные вещи?

— В любом случае, я не могу сказать, было ли то, что сделал Фуга, правильным или неправильным. Мы можем только посмотреть на результаты принятого им решения. Извини, что не смог дать тебе ответ, который ты искала.

Райга стала очень тихой. Я уверен, что она надеялась, что я скажу ей, что Фуга не ошибся, или, может быть, что он ошибся.

Если бы я сказал, что он был прав, ей не пришлось бы испытывать чувство вины из-за неправильно направленной обиды Сами. Если бы я сказал, что он был неправ, она могла бы сочувствовать Сами и быть внимательной к ее чувствам. В любом случае, Райге не пришлось бы ломать голову над правомерностью или неправомерностью действий Фуги, и она была бы спокойна. Но ни Хакуя, ни я не дадим ей легкого ответа.

Возможно, это было бы жестоко для девушки в подростковом возрасте, но со временем она станет фигурой национального масштаба. Смириться с трудноразрешимыми проблемами - это то, что она должна была научиться делать.

Райга вздохнула. — Вы суровее, чем кажетесь. Вы оба.

— Ха-ха-ха. Ну, мы всегда рады выслушать твои жалобы.

Хакуя продолжил: — Если бы я мог добавить, госпожа Райга, у вас есть надежные друзья в школе, так что вам лучше поговорить с ними, а не переживать все это в одиночку. Конечно, вы всегда можете поговорить и со мной.

— Да... я так и сделаю.

Райга слегка улыбнулась.

Бэби-бум

Ваааааа! Вдалеке раздался плач.

Если мы могли слышать его на такой громкости, находясь, казалось бы, так далеко, то он должен был быть невероятно громким. Когда ребенок начинал плакать, он становился очень громким. Я был в офисе по правительственным делам и занимался бумажной работой, но я никак не мог игнорировать этот голос.

— Эй... Можно я пойду посмотрю? — Я спросил Хакую, работавшего со мной, на что он вздохнул.

— За ней уже присматривает множество других людей, так что ваше присоединение к ним ни к чему хорошему не приведет. Сосредоточьтесь на своей работе.

— Но... она так громко плачет. — Плач принадлежал моей недавно родившейся дочери от Джуны. Она была моей третьей, после Сиана и Казухи, но она была первой от Джуны... и тоже девочкой. Её имя было смесью от имени Джуны и её бабушки - Эксель: Энджу Сома.

Она была симпатичной девочкой, похожей на Джуну, но с более темными волосами, а её громкий голос, без сомнения, был унаследован от примы лорелей. Она плакала так громко, что, если бы мы жили в жилом районе в моем старом мире, на нас бы написали заявление в полицию за возможное жестокое обращение с детьми.

При этом обычно она плакала не так уж сильно; только когда была голодна, хотела сменить подгузник или хотела спать. Так сказать, самое необходимое. Несмотря на это, о ней было удивительно легко заботиться. В этой естественной заботе о других я тоже почувствовал родительское родство с Джуной.

— Если вы хотите пойти проверить их, то заканчивайте свою работу побыстрее. Сэр Юлий берет отпуск, чтобы побыть со своей женой, поскольку она скоро родит, так что у нас тут не хватает рабочих рук.

— Ророа тоже вот-вот родит...

— Я уверен, что она более чем готова. Вы уже убедились, что всё в порядке, сир. Теперь, пожалуйста, сосредоточьтесь на своей работе.

Я использовал свою способность «Живой полтергейст» на полную катушку, чтобы разобраться с горой бумаг, лежащей передо мной.

В Королевстве Великого Тигра на севере всё было нестабильно, но мы не выступали против них открыто. У нас были союзы с Империей, Республикой и архипелагом Девятиглавого Дракона, и наши отношения с ними были хорошими. Если смотреть только на само Королевство, то всё было удивительно стабильно, и я мог сосредоточиться на внутренней политике.

Благодаря этому не возникло никаких серьезных проблем, и работа прошла гладко.

Работая в ещё более быстром темпе, чем обычно, я выполнил все задачи на сегодня, а затем добрался до комнаты Джуны, немного спотыкаясь из-за перерасхода духовной энергии. Джуна была там, держа на руках Энджу, а также там была Лисия, тепло наблюдая за ними.

Лисия посмотрела на меня, прижав указательный палец к губам. Это означало: “Молчи”.

Я посмотрел на кресло-качалку, где сидела Джуна, и увидел, что она тоже спит. То, как она с любовью держала Энджу с закрытыми глазами, было так божественно прекрасно, что мне захотелось запечатлеть это на видео, на фотографии и попросить придворного художника нарисовать это тоже.

— Она уснула, — шепотом сказала Лисия, когда я подошел ближе. — Джуна задремала вместе с ней.

Понизив голос, чтобы не разбудить их, я сказал. — Хорошая работа. Как там Сиан и Казуха?

— Айша и Ророа присматривают за ними в детской комнате. Они тоже начали плакать, когда услышали причитания Энджу.

Сиан и Казуха уже могли стоять, подтягиваясь, и могли ковылять на нетвердых ногах или ползать на удивление быстро. Казуха, в частности, двигалась повсюду, если вы ей позволяли, даже пыталась выйти из комнаты, так что мы не могли отвести от неё глаз. Я был рад, что она растет здоровой, но меня беспокоило, что она такая же сорванец, как и её мать.

— Спасибо, Лисия. За то, что поддерживаешь Джуну.

— Она была рядом со мной, так что это самое меньшее, что я могу сделать.

С этими словами Лисия похлопала меня по плечу, добавив. — Ну, теперь я оставлю вас троих наедине. Мне нужно проведать Сиана и Казуху.

Лисия, вероятно, пыталась быть внимательной к психическому состоянию Джуны после родов, выделяя время для меня, Джуны и Энджу, чтобы побыть втроем.

— Спасибо, Лисия.

— Хи-хи, это часть моей работы как первой королевы.

— О, если подумать, ты не упомянула о ней, но куда делась Надин. — спросил я.

— О... — Лисия кивнула. — Надин сегодня во владениях дома Магна. У них тоже есть ребенок, помнишь?

Для меня это имело большой смысл.

Младенец тихо спал в своей кроватке. Когда она увидела, что его маленькие детские ручки сжались в кулачки, а ротик чуть приоткрылся, Надин не могла не сказать. — Как мило.

— Хе-хе, я знаю, верно? — Руби согласилась, надув грудь от гордости.

— Подожди, чем ты так гордишься...? — Надин пренебрежительно посмотрела на неё.

Это был дом родителей Халберта, особняк дома Магна. У ребенка были рыжие волосы, а из головы торчали крошечные лисьи ушки. Это был ребенок, родившийся у Халберта и Каэде. И Руби, вторая жена семьи, тоже любила его.

— Она принадлежит Хэлу и Каэде. Это делает её практически моей тоже.

— Да... Я знаю, что ты чувствуешь.

Надин любила детей Лисии и Джуны, как своих собственных.

Поскольку драконы были одной из долгоживущих рас, они были не очень плодовиты. Кроме того, поскольку драконы от природы были склонны высоко ценить размножение своего вида, их любовь к семье была очень сильной. Поэтому, даже если дети рождались от другой жены, они все равно их обожали.

— Это мальчик, да?

— Долгожданный первый сын дома Магна. Они назвали его Биллом.

— Билл Магна... Это круто. Он, как я вижу, мистический лис.

Поскольку Халберт был человеком, а Каэде - мистической лисой, их дети могли родиться с чертами человека, зверя или полузверя. Однако, определяющие черты расы мистических лис были только у полузверей (уши и хвост), поэтому разница была только в том, были ли у ребенка лисьи уши и хвост или нет.

— Рыжие волосы достались ему от меня, — подхватила Руби.

— Скорее, он получил это от своего отца. Если ты увлечешься и начнешь заставлять его называть тебя мамой Руби, его настоящая мама разозлится... По-настоящему разозлится.

— Ты... говоришь на собственном опыте, да?

— Это была не только я. Мы все четверо (не считая Лисии) делали это.

— Что вообще делает наша королевская семья...? — в ужасе сказала Руби.    Затем Билл начал двигать руками и ногами во сне.

Они оба усмехнулись и вернулись к наблюдению за Биллом.

— Дети - это здорово, да? — сказала Руби,

— Да, это так, — согласился Надин.

— Я хочу одного.

— Я тоже.

— Мне нужно будет заставить Хэла потрудиться над этим.

— Сому тоже.

— Если ты будешь смотреть на него такими голодными глазами, твой муж будет от этого в шоке, понимаешь? — сказала Каэде, которая только что вернулась и была явно удивлена тем, как они разговаривали. Она попросила их немного понаблюдать за Биллом, пока она ходила за детской одеждой.

Надин громко прочистила горло, возможно, от смущения. — Кстати, ты возвращаешься в армию, Каэде? Или ты останешься здесь, в своих владениях?

Каэде усмехнулась на вопрос Надин.

— Посмотрим. Думаю, я вернусь в качестве штабного офицера, когда Билл подрастет. Сэр Людвин, вице-командующий Силами национальной обороны, и Юлий оба в замке, и Его Величество сказал мне, что я могу оставить Билла там в яслях.

— Когда я рядом, Хэл может добираться до своего места работы откуда угодно, в конце концов, — добавила Руби, ударяя одной рукой по своей груди, которая значительно увеличилась за последние несколько лет.

Действительно, с красным драконом они могли попасть к Национальным силам обороны из владений дома Магна, Парнама или любого другого места.

Каэде хихикнула. — Мы можем доверить отцу Глейву управлять землями в наше отсутствие.

— Так вы вдвоем с Биллом собираетесь жить в столице? Не будет ли его дедушке одиноко?

— Ну, да, но мать составит ему компанию... Думаю, отец всё же будет регулярно навещать нас в столице... — Улыбка Каэде была немного натянутой, когда она говорила это.

Возможно, в этой стране национальным характером является то, что отец заботится о своей семье, а жена крепко держит его под контролем.

Так подумали Надин и Руби, вспомнив о собственных мужьях.

У профессиональной школы Джинджера была экспериментальная ферма недалеко от столицы. Поскольку год ещё только начался, ничего ещё не было построено. Однако, на покрытой легким снегом земле колыхались предметы. Эти «предметы», с их твердой, но изменчивой кожей, были слизнями, которые сыграли такую активную роль, став удоном во время продовольственного кризиса. Однако, эти слизни были розовыми - в просторечии их называют сельскохозяйственными слизнями.

Пончо, министр сельского и лесного хозяйства королевства, и Джинджер, директор профессионально-технического училища, наблюдали, как сельскохозяйственные слизни ползают по полю, на котором росли помидоры.

— Как вы думаете, эти сельскохозяйственные слизни предотвратят ущерб от многократного выращивания одной и той же культуры, да? — спросил Пончо, а Джинджер кивнул.

— Да. Они будут козырной картой для сельского хозяйства королевства.

Если вы постоянно сажаете одни и те же культуры на одних и тех же полях, это не идет на пользу почве. Нарушается баланс питательных веществ, распространяются болезнетворные бактерии и насекомые, которые питаются этими культурами. С первой проблемой можно справиться с помощью удобрений и новой почвы, но вторая остается проблемой. В старом мире Сомы болезнетворные бактерии и жучки уничтожались с помощью сельскохозяйственных химикатов, но в этом мире таких вещей ещё не существовало.

Джинджер присел и положил руку на землю.

— Благодаря микроскопу, разработкой которого руководил Его Величество и который подтвердил знания, которыми обладала раса трехглазых, мы узнали о существовании бактерий и других микроорганизмов. А также о том, что они могут вызывать болезни.

Пончо кивнул в знак согласия.

— Его Величество распространил идеи о «санитарии», которые до этого были только у расы трехглазых. Я слышал, что из-за того, что мы научились мыть руки и чистить рот колодезной водой, количество заболевших людей уменьшилось, да. Когда акушерки стали уделять особое внимание использованию чистой воды, количество смертей во время родов значительно уменьшилось, да. У меня мурашки по коже при мысли о том, что могло бы случиться, если бы Серина и Комаин родили до того, как мы узнали, да.

— Я чувствую то же самое.

Пончо и Джинджер испустили совместный вздох облегчения.

Если бы их жены рожали, когда смертность при родах была высокой, они были бы вне себя от беспокойства. Нет, возможно, они бросали кости на смерть своих жен и детей, даже не подозревая об этом, и шансы были против них. Об этом было страшно подумать.

Джинджер тряхнул головой, чтобы развеять неприятные мысли, прежде чем сменить тему. — Мы узнали, что причиной проблем с монокультурой являются бактерии, микроорганизмы и насекомые. Было известно, что если сажать одни и те же растения в одном и том же месте несколько раз, они будут расти хуже, но теперь, похоже, мы наконец-то поняли причину.

— Это правда. Фермеры, похоже, инстинктивно понимали это, даже если не знали причины, да. — Пончо кивнул. — Они справлялись с этим, меняя почву, оставляя поля под паром или меняя посевы, да.

В этом мире была система севооборота, как и в старом мире Сомы. Известным примером может служить английская система Норфолкского четырехполья, в которой чередовались пшеница, репа, ячмень и клевер. Однако, для севооборота требовались значительные площади земли и разные методы сбора урожая каждый год. То же самое было и в этом мире.

— Если бы мы могли выращивать те же культуры на небольших полях, это позволило бы нам разработать лучшие методы их возделывания. Мы могли бы производить пшеницу и рис с более высокой урожайностью, а также овощи, более устойчивые к насекомым и холоду, да.

— Вы правы. Сейчас в Королевстве рождается много здоровых детей. Мы можем ожидать, что население будет расти. А после того, как Фуга Хан отвоевал земли у Владыки Демонов на севере, люди начинают возвращаться туда. Спрос на еду вырастет ещё больше.

— Нам нужно увеличить наши мощности по производству продуктов питания, да. И именно для этого нужны сельскохозяйственные слизни.

Джинджер кивнул в знак согласия, указывая на сельскохозяйственных слизней.

Они были подвидом слизней, известных как медицинский слизень, которых представители расы трехглазых, такие как доктор Хильда, использовали для производства трехглазого гелина. Сельскохозяйственные слизни были селективно выведены из медицинских, которые жили в местах с высоким уровнем токсинов.

— Наша команда сельскохозяйственных исследователей работала с трехглазыми над созданием этих слизней, приспособив их для питания чрезмерным количеством насекомых и патогенных бактерий в почве. В сочетании с удобрениями, которые Империя научила нас делать, мы можем ограничить ущерб, наносимый монокультурой, и сократить время, в течение которого поля должны лежать под паром.

Эти сельскохозяйственные слизни убивали специфических бактерий и насекомых, которые в некотором смысле функционировали как сельскохозяйственные химикаты. Однако, в отличие от жидких химикатов, слизни в определенной степени сохраняли свою форму, поэтому даже после того, как они заканчивали ползать по земле, в почве не оставалось их частей. Хотя они все ещё находились в экспериментальном состоянии, Сома надеялся, что на людей, которые едят готовые культуры, это никак не повлияет.

— Все это звучит хорошо, но есть ли какие-то недостатки, да?

— Было бы легко сделать слизня, который поедает всех жучков и бактерий в почве, но гораздо сложнее заставить его поедать только определенных. Вредители и бактерии, которые выходят из-под контроля, также отличаются от культуры к культуре, поэтому нам также нужно сделать слизней для каждого типа.

— Хм... это звучит трудоемко, да.

— Единственные, по которым у нас пока есть результаты, это слизни для томатов и для пшеницы, бывшие нашим главным приоритетом.

Сельскохозяйственные слизни всё ещё проходили испытания. Они определенно были нужны для зерновых, которые легко сохранялись. Слизни для других культур появятся только после этого. Это расстраивало, но они должны были продолжать стремиться к своей мечте - в один прекрасный день увеличить производство продуктов питания.

Вдруг вдалеке послышался голос.

— Лорд Джинджер!

Это была голосистая женщина, которая махала рукой с вершины холма неподалеку. Это была жена Джинджера, енот-зверолюд Сандрия. Её живот был большим из-за ребенка; сейчас она на девятом месяце беременности.

— Пора обедать, вы, двое!

— Хорошо, Сан! — ответила Джинджер, помахав в ответ.

— Тогда пойдемте, сэр Пончо.

— Да, да.

Они оба направились туда, где находилась Сандрия, а с ней ещё две женщины. Это были жены Пончо. На земле была расстелена простыня, и стояла корзина с хлебом, овощами, сыром и ветчиной для приготовления бутербродов.

В середине простыни стояли две большие корзины, в каждой из которых лежал маленький, крепко спящий ребенок с круглым личиком.

Пончо спросил своих жен. — Спят ли Марин и Марон, да?

— Да, дорогой. Они сразу уснули, как только мы закончили кормить, — с улыбкой ответила Комаин.

Марин и Марон были дочерьми, которых Серина и Комаин родили почти одновременно. Поскольку они родились так близко друг к другу, то и имена им решили дать созвучные.

Они выглядели как близнецы, унаследовав круглое лицо Пончо, но у дочери Комаин, Марон, кожа была немного краснее, поэтому их никогда не путали.

Серина прижала руку к щеке и вздохнула. — Хорошо, что они хорошо едят и спят, но я беспокоюсь, что они могут вырасти такими же, как мой муж.

— Ульп! Всё будет хорошо, да. Я думаю, они будут такими же красивыми, как вы и госпожа Комаин.

— Хи-хи, всё в порядке, Серина. Пончо смог похудеть, когда пытался.

Комаин хихикнула, возможно, вспомнив истощенного Пончо не так давно. Серина тоже посмеялась.

— Вы правы. Он уже восстановил свою первоначальную форму, так почему бы не похудеть снова? Хи-хи, думаю, на этот раз я бы хотела мальчика.

— О, я бы тоже хотела мальчика, дорогой.

Когда его прекрасные жены с улыбками прижимались к нему, Пончо почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок, когда он вспомнил, как он раньше так сильно похудел.

Джинджер и Сандрия наблюдали за ними с кривыми улыбками на лицах.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Накладывающиеся друг на друга события.

В связи с невиданным доселе бумом рождаемости, охватившим королевство Фридония, наша королевская семья, как и многие другие, была занята заботой о новорожденных.

В середине этого напряженного времени архиепископ Соуджи Лэстер, глава нового независимого Королевства Лунарианская Ортодоксия, и его правая рука, бывшая святая Мэри, попросили о встрече со мной. Вероятно, им нужно сделать доклад о кандидатках в святые, которым мы на днях предоставили убежище. Так я и думал, но в запросе также значились имена ученой Жени и Мерулы Мерлин, которая была высшим эльфом и знатоком чародейской магии.

Две верхушки научно-инженерной команды Королевства попросили о встрече с людьми, связанными с религией. Я всегда думал, что религия и наука - как масло и вода, или что они ладят, как кошка и собака. Все будет нормально? Мерула до недавнего времени считалась еретической ведьмой в лунарианской ортодоксии.

Любопытствуя, что происходит, я сразу же договорился о встрече.

На следующий день после получения запроса Хакуя, Соуджи, Мэри, Женя, Мерула и я собрались в конференц-зале. После коротких формальностей Мэри сразу перешла к делу.

— Во-первых, позвольте мне поблагодарить вас за помощь в отношении кандидатов в святые. Участие в хоре помогло им освоиться в жизни в Королевстве.

Около пятидесяти кандидатов в святые попросили убежища после политической борьбы в Лунарийском православном папском государстве. Чтобы выполнить просьбу Марии не разлучать их, я собрал госпел-хор под названием «Хор Лунарии. — Я стремился создать образ сестер, поющих любовные песни ангелам, но поскольку все они были обучены угождать влиятельным людям, кандидатки в святые были красивы и одарены песнями и танцами.

В принципе, они хорошо подходили для того, чтобы стать идолами. Вот почему, несмотря на то, что они были хором, им удалось собрать аудиторию, подобную группе лорелеи.

— Я слышал, что они тоже популярны в народе. Но что вы подразумеваете под ролью? — спросил я.

Мэри опустила глаза, на ее лице появилось озабоченное выражение. — Святые кандидатки верны господам, которым они служат, и их учили, что служба - это их долг. Я была такой же. Только служа кому-то - будучи кому-то нужными - они могут найти свое место. И наоборот, не играя никакой роли, они нигде не могут почувствовать себя на своем месте.

— Это... что-то, чему мы должны радоваться?

— Все кандидатки в святые - бывшие сироты. Они инстинктивно понимают, что если они никому не нужны, то их оставят умирать в канаве. Поэтому я благодарна за их нынешнее положение, — ответила Мэри, на ее лице появилась небольшая улыбка.

Я почувствовал облегчение, но в то же время мне показалось, что я увидел темную сторону лунарианской ортодоксии. Если это позволило им чувствовать себя спокойно, то не мне говорить что-либо.

— Пока они могут жить в мире, я не против. В конце концов, теперь у меня есть Хор Лунарии, который помогает нам в исследованиях по Исцелению. А Соуджи находит нам светлых магов, которые тоже хотят стать медиками, так что «я почешу твою спину,а ты почешешь мою».

— Ну, ребятам в православном папском государстве это может не очень понравиться, — сказал Соуджи, скрестив руки с язвительной улыбкой.

— Очевидно, что они не будут рады кандидатам в святые, но если они узнают о другом....

— Вы имеете в виду с Хильдой...?

Некоторое время назад наша врачебная пара Хильда и Брэд открыли способ лечить болезни. Вкратце это означало, что при достаточно развитом понимании медицины можно исцелять болезни с помощью магии.

Все это время считалось, что вылечить такие болезни с помощью магии невозможно, но при глубоком знании человеческого тела, а также паразитов и бактерий, поражающих его, и вреда, который они наносят, это можно сделать.

Брэд был человеком, который не мог использовать светлую магию, но освоил хирургию, чтобы спасать жизни. Он часто работал с Хильдой, которая обладала медицинскими знаниями трехглазой расы и могла использовать магию исцеления. Это привело к глубоким связям между медициной и магией, и кульминацией стал более высокий уровень магического медицинского лечения.

Это было открытие, которое изменит историю. Ho как бы замечательны ни были эти методы, политически их было очень трудно применить на практике.

Например, поскольку Хильда могла использовать магию для исцеления некоторых болезней, ортодоксальное папское государство могло попытаться использовать ее как святую или устранить ее. Это потому, что власть церкви поддерживалась Божьим благословением (или так они это называли), которое заключалось в большом количестве светлых магов на их службе. С их точки зрения, если появлялся светлый маг, превосходящий их собственных светлых магов, они должны были действовать, чтобы защитить свою власть. Они почти наверняка пришли бы за Хильдой.

Именно поэтому эта новая технология держалась в секрете от большинства людей и наших союзных стран, пока не было подготовлено достаточное количество магических медиков.

— Я очень благодарен тебе, Соуджи, за то, что ты нашел нам столько светлых магов.

Соуджи скрестил руки и ухмыльнулся моим словам благодарности. — До сих пор светлая магия считалась благословением богов. Вот почему многие светлые маги чувствуют себя обязанными исцелять других. Многие люди, не обладающие магией, тоже испытывают чувство бессилия из-за своей неспособности исцелять больных. Такие люди без колебаний изучают медицинские техники.

— Благодаря этому мы смогли постоянно увеличивать их численность, — с поклоном сказал Хакуя.

Благодаря тому, что Соуджи находил для нас людей, число светлых магов, изучавших медицину под руководством Брэда, росло. Мы хотели увеличить их число, чтобы Хильде не считали особенной, поэтому я работал с Хакуей над предоставлением информации нашим союзникам.

В любом случае, пока хватит об этом. Я посмотрел на Женю и Мерулу.

— Итак, почему вы двое пришли сюда с Мэри и Соуджи? Мне кажется, что наука и религия не очень-то сочетаются.

— Да... это не похоже на правду. Мы здесь, чтобы подбрасывать друг другу идеи.

— Высказывать друг другу идеи?

— Позвольте мне объяснить, — сказала Мерула, подняв руку, чтобы вмешаться. — Вы помните, я пробралась в Юмуэн, священную столицу ортодоксального Папского государства, и украдкой взглянула на Луналит, верно? Этот монолит, хранящийся глубоко внутри их главного храма, и на нем появляются оракулы из Лунарии.

— Ооо... так вот почему они преследовали тебя как еретическую ведьму, верно?

Я взглянул на Мерулу, у нее было сложное выражение лица. Она сказала, что не собирается больше создавать проблемы, но, вероятно, есть вещи, которые ее не устраивают.

Я сделал вид, что ничего не заметил, и пошел дальше.

— Ты видела на нем текст, верно? Подождите...

Я поднялся со своего места и направился в офис по правительственным делам, который находился неподалеку. Порывшись там в своем столе, я достал единственный лист бумаги. Затем, вернувшись в зал заседаний, я положил его на стол, чтобы все увидели. Это была записка с символами, которые, по словам Мерулы, она видела на Луналите.

— Это то, что там было написано, верно?

— Да. И, похоже, мадам Мэри помнит еще больше деталей, чем я. Не так ли, мадам Мэри?

— Действительно... я думаю, что персонажи выглядели так....

Мэри поднялась со своего места и нарисовала три новых символа под символами, которые, казалось, были сделаны из треугольников, квадратов и линий.

— Что?! — воскликнул я, мои глаза расширились, когда я увидел, что она написала.

Не было никаких сомнений в том, что это было написано из моего мира.

— Может быть…что эти символы перед ними…

Я взял ручку у Мэри и написал еще кое что перед тремя другими символами.

На этот раз настала очередь Мэри удивляться.

— А?! Д-да. Правильно.

— Знаете ли вы, что означают эти слова в православном папском государстве?

— Не совсем... но я знаю, что их пишут перед срочными сообщениями.

«Kyuu kyuu nyo ritsuryou...»  Действуйте поспешно, в соответствии с законом.

Это означает, что что-то должно быть сделано с особой срочностью. Первоначально оно пришло из древних китайских документов.

— Kyuu kyuu nyo ritsuryou. Это слова из мира, из которого я пришел.

— Я так и поняла... — сказала Женя со знакомым смешком. — Ваш бывший мир каким-то образом связан с нашим. Это неоднократно предполагалось. Большинство ваших знаний применимо к нашим, и вы могли иметь детей со своими королевами. Новая область монстрологии, которую создал Ичиха, привела к новым взглядам на происхождение человека, животных, растений и монстров.

Теория подземелья о происхождении жизни, да? Это тоже была информация, которую мы не обнародовали, но...

— На мой взгляд, это явление, которое объединяет науку и религию и связывает наши миры воедино. Вы, должно быть, и сами это понимаете, — продолжала Женя, звуча нехарактерно серьезно. — Вполне вероятно, что мы живем в будущем вашего мира. Где не было магии, но наука была более развита. В таком случае, магия и чудеса в этом мире могут быть продуктами науки из эпохи после вашей собственной.

— Итак, учитывая все это, я хочу спросить вас об основе магии и чудес этого мира. Вещество, лежащее в основе всего этого. — Женя посмотрела прямо мне в глаза. — Что такое магиум?

Этот вопрос….

Магиум. Говорили, что вся магия порождена работой этой субстанции. Однако это было лишь утверждением других. Никто не видел его само, даже трехглазые с их микроскопическим зрением.

— Я же говорил тебе, не так ли...в моем мире не было магии. Очевидно, это означает, что и магиума тоже нет. Откуда я моглу знать? — ответил я, обеспокоенный, но Женя тихо покачала головой.

— Возможно, это было верно в ваше время. Но мне кажется, что между эпохой, из которой вы пришли, и текущей большой разрыв. Даже если это не могло быть реализовано в ваше время, не было ли какой-нибудь технологии, которая казалась бы осуществимой, или такой, которая могла бы быть осуществимой в будущем?

— Я не знаю, что на это ответить...

— Возможно, будет полезно обдумать все по порядку, — вмешалась Мерула. — Магия огня, воды и ветра проявляется в открытом пространсте или окутывает предметы этими элементами. Мы можем рассматривать это как магию в пространстве или на поверхности предметов, реагирующую на мысленный образ заклинателя.

— Хм...

— Мы называем другую магию магией земли, но на самом деле она изменяет вес вещей. Она может манипулировать магией в земле, чтобы заставить ее подняться, или контролировать вес веществ.

— Есть моя магия, которая делает големов из грязи, и ваша... живые полтергейсты. Эта магия, позволяющая управлять марионетками, схожа между собой. Хотя, в вашем случае, вы также разделяете свое сознание, так что это немного сложнее, — сказала Женя, усмехаясь.

В конце концов, к темной магии они относили любую магию, которую не понимали.

Мерула кивнула. — Можно сказать, что моя чародейская магия такая же. Вырезая на чем-то заклинание, оно вступает в реакцию с магией внутри него, что делает оружие и доспехи более прочными. Хорошими примерами этого являются набор снаряжения, оставленный первым королем-героем этой страны, и Корпус магических доспехов Империи.

О, да, тот нелепо твердый шлем (который был просто твердым и ничего больше не делал, так что я не нашел ему применения, кроме как в качестве музейного экспоната) и тяжелые пикинеры Империи, которые носили черные доспехи, почти непроницаемые для магии. И то, и другое было примером того, как снаряжение усиливалось с наложенными заклинаниями.

Тут я заметил, что Мерула смотрит на Марию и Соуджи.

— И есть светлая магия... то, что можно назвать магией исцеления.

Когда прозвучало название светлой магии, брови двух религиозных деятелей в комнате взлетели вверх.

— Говорят, — продолжала Мерула, — что способный маг может даже присоединить отрубленную руку. До сих пор можно было исцелять только внешние раны, но теперь некоторые из них обнаружили, что могут лечить и болезни.

— Обладая медицинскими знаниями, светлые маги могут лечить определенный круг болезней....

— Именно. Если мы подумаем о том, как это связано с магией, мы должны заключить, что она существует и внутри нашего тела. При внешних повреждениях мы могли бы предположить, что это из-за магии в воздухе, но это не работает внутри тела.

Магия существует не только в воздухе, но и внутри предметов и даже тел живых существ? Вещество внутри тела, которое борется с болезнями... не антитела и иммунная система, которые у нас уже есть, а что-то, что может бороться с болезнями по воле чего-то вне тела. А...? Может ли это быть?

— Сир, у вас есть идеи, что это может быть? — сказала Женя, заметив, что я кое-что придумал.

— Наномашины...

— Наномашины?

— Эти элементы слишком малы, чтобы их можно было увидеть невооруженным глазом. Их можно вводить в тело, чтобы удалять лечить

— Понятно. Похоже, это именно то, что мы ищем.

— Нет, нет! Они не были реализованы! Это была технология будущего... все еще просто плод воображения людей.

— Сир... — Женя постучала указательным пальцем по столу. — Это вполне может быть тем самым будущим, понимаете?

— Ургх... — Она была права.

Женя скрестила руки и задумчиво хмыкнула. — Наномашины слишком малы, чтобы их увидеть, верно? Если они есть по всему миру и в наших телах, и они вызывают явления, которые мы знаем как магию, тогда это захватывающе.

— Но возможно ли это? Делать механизмы настолько маленькими, что даже трехглазая раса не может их увидеть?

— Я не знаю, связано ли это, но... одна из ваших жен может сильно изменить массу своего тела, не так ли?

— О! Вы имеете в виду Надин?

Конечно, это правда, что масса тела драконов значительно меняется между их драконьей и человеческой формами. Да вся их раса просто проигнорировала принцип сохранения массы.

— Возможно, те, кто создал магию, тоже могли свободно управлять массой. Впрочем, это всего лишь предположение.

— Но если магия состоит из маленьких искусственных машин, то это может объяснить множество интересных вещей. В этом мире есть места, где использовать магию сложнее или проще, верно?

— Для мест, где легче... вы имеете в виду мою старую родину, верно? — сказала Мерула. Она была родом из Королевства Духов Гарлана. Жившие там высшие эльфы владели могущественной магией, и это была одна из причин, по которой они считали себя избранным народом.

Однако, судя по тому, что собственная магия Мерулы ослабла после ухода, похоже, что земля просто приспособлена для проявления более мощных магических эффектов.

Женя кивнула.

— А место где сложнее мы все знаем, это море.

По какой-то причине в море трудно было использовать что-либо, кроме магии воды. Именно поэтому пороховое оружие, которое не нашло широкого применения на суше, было разработано на флоте и в таких местах, как Архипелаг Девятиглавого Дракона. Если бы магиум был наномашиной, я бы понял, почему. Соленая вода - естественный враг машин.

— Чем сложнее были машины в моем старом мире, тем больше проблем у них было с соленой водой. Даже некоторые водонепроницаемые машины не могли с ней справиться.

— Хм... Тогда, возможно, существуют разные типы магии. Магия, которой управляют маги воды, была разработана для работы в воде, так что, возможно, они приняли контрмеры.

— Логично.

Они могли использовать только солестойкие, водостойкие наномашины, или другие виды магии имели ограничения на использование.

— Как я должна реагровать, слушая все это? — пробормотала Мэри, выглядя обеспокоенной. — Не только лунарианская ортодоксия, но и все религии в этом мире считают магию благословением богов... я тоже всегда в это верила. Если вы собираетесь сказать, что её сделали люди....

— Но в лунарианской ортодоксии есть похожая история, не так ли? — вмешалась Мерула. — Лунарианская ортодоксия была основана, когда народ Луны, лунарии, спустились в этот мир и принесли Луналит. Если лунарии построили Луналит, не можем ли мы предположить, что магиум был создан аналогичной группой... или даже точно такой же?

— Значит, магиум все еще может быть даром богов? — Мэри посмотрела в мою сторону. — В таком случае господин Сома, живший до эпохи богов, стал бы для нас объектом поклонения?

— Пожалуйста, нет...

Я уже был почти раздавлен под тяжестью таких титулов, как «король» и «герой».  Если бы они бросили на эту кучу титул «живого бога», это было бы не просто хлопотно, это было бы катастрофой. Ортодоксальное папское государство будет против, поскольку оно встало на сторону Королевства Великого Тигра Фуги, и даже мои собственные союзники, такие как Мария, посмотрят на это и скажут: «Подожди, какого .... ты себя обожествляешь?»

Это должно было плохо повлиять на моих жен и наших детей.

— Мы все еще рассуждаем о происхождении магиума. Даже если это станет фактом, эпоха, в которую я жил, и эпоха, в которую они могли бы сделать магиум, могут быть далеки друг от друга. Если вы хотите почитать людей, которые его создали, то вперед, но, пожалуйста, не впутывайте меня в это.

— Понятно... — Мэри отступила, выглядя немного разочарованной.

Затем Женя хлопнула в ладоши, чтобы развеять тяжелую атмосферу, опустившуюся на комнату.

— Есть еще одна важная вещь о магиуме, которую мы должны рассмотреть.

—Еще...?

С меня было достаточно, и у меня начала болеть голова.

—Последнее, — сказала Женя со смехом. — Проклятая руда.

— Эти проклятые камни...? — нахмурившись вскинула брови Мэри.

Поскольку рядом с этой рудой нельзя было использовать магию, она была ненавистна шахтерам, которые использовали магию для добычи. Что касается религиозных людей, которые считали магию благословением богов, то они считали эту руду дьявольской, поскольку она отвергала магию. Однако исследования Дома Максвелла показали, что она действительно хранит энергию магии. С тех пор наша страна использует ее для производства Mark V и для питания бура.

Женя достала из внутреннего кармана своего лабораторного халата черный камень и бесцеремонно выкатила его на стол.

— Это кристалл проклятой руды — сказа Женя. Мэри и Соуджи  с подозрением смотрели на появившийся камень .

Не обращая внимания на них двоих, Женя продолжила: — Моя семья изучала проклятую руду в течение долгих лет. Можно сказать, что наше открытие ее способности красть и накапливать магическую силу было результатом поколений исследования. За все время нашего изучения у меня было одно постоянное сомнение. Если магия была результатом магиума, то что  тогда эта рудой?

Никто не ответил на ее вопрос, поэтому Женя уточнила.

— У меня была смутная идея. Возможно, проклятая руда, которая могла украсть силу у магии, на самом деле была самой магией.

—Что?!

Проклятая руда - это магиум... другими словами, масса наномашин? Как только я подумал об этом, теория начала складываться воедино, как кусочки головоломки, становящиеся на свои места.

Если бы магия создаётся наномашинами, то ей нужна энергия для реализации. Солнечная, ветровая, геотермальная... честно говоря, в этом случае подойдет любой источник, даже тот, о котором я ничего не знаю. Если это были машины, то они должны были иметь какой-то механизм зарядки. Это было важно, чтобы предотвратить внезапное прекращение их работы из-за неспособности принимать энергию.

Если наномашины, закончившие свою работу, накапливаются на земле, и все, что у них остается после этого - это механизм зарядки, они могут стать чем-то вроде проклятой руды.

Как это может быть...? Я уверен, что только кто-то вроде меня, обладающий знаниями из прошлого, мог придумать подобную теорию.

Объяснение не устроило бы никого из присутствующих. Тем не менее, Женя, вернее, Дом Максвелл пришел к аналогичному выводу.. Я был очень рад, что люди этого дома были частью моей страны.

Женя посмотрела на меня.

— Эти наномашины, о которых вы нам рассказали, просто завораживают. У меня такое чувство, что скоро произойдет большой скачок в изучении магии и системы проклятий. Могу ли я попросить вас объяснить более подробно позже?

— Да. Меня это тоже заинтересовало. Возможно, я попрошу вас всех в будущем сосредоточиться на этом. Страна, конечно, окажет поддержку.

— Я буду благодарна за это. Это спасет меня от нанесения слишком большого ущерба кошельку и желудку старшего брата Лу.

Женя улыбнулась, когда я пообещал поддержать ее исследования.

Тем не менее, магиум - это наномашины, аааа...не знаю. Я чувствовал, что после сегодняшнего дня наука шагнет вперед.

◇ ◇ ◇

Через несколько дней после того, как мы получили смутное представление об истинной природе магиума и, соответственно, этого мира, Райга пришла навестить меня, когда я работал в офисе по правительственным делам с премьер-министром Хакуей и Лисией.

— Господин Сома, господин Хакуя, у меня письмо для господина Сомы от моего брата.

— От Фуги?

— Да. Это не обычное сообщение о том, как идут дела в последнее время, а официальное письмо от короля Фуга Хана из Великого Королевства Хан «Соме А. Элфридену, главе Морского альянса»

Письмо от парня с важным звучным титулом другому парню с важным звучным титулом, подумал я.

По правде говоря, называть себя главой Морского альянса мне разрешил только Ку, глава Республики, у которой не было настоящего флота, и королева Девятиглавого дракона Шабон, которая чувствовала себя обязанной мне за инцидент с монстром. Когда все немного успокоится, я думаю, что мы сделаем пост главы Альянса сменным.

Тем не менее, услышав, что это официальное письмо, выражения лиц Лисии и Хакуи стали немного суровыми. Я, вероятно, выглядел так же. Что именно он собирается нам сказать...?

— Ты знаешь, что там написано, Райга? — спросила Лисия, и Райга утвердительно кивнула.

— Да. Я не думаю, что это должно быть слишком сложной просьбой...

— что ж…

— В любом случае, давайте прочитаем и посмотрим, — сказал я, принимая письмо от Райги и просматривая его.

Если бы я мог подытожить содержание, то оно было бы таким:

« Привет, Сома,

Как у вас с Райгой дела?

Мы хорошо продвинулись в освобождении владений Владыки Демонов. Я следую вашему совету и не продвигаюсь слишком далеко на север, двигаясь на запад через области, близкие к народам человечества.

Теперь у меня в поле зрения западное море. Малхитан находится на восточном море, так что я почти пересек континент. Освобожденные нами земли все еще похожи на кучку городов, соединенных линией, но, поскольку наш поход через континент почти подошел к концу, настроение у всех приподнятое.

Я думаю, что возьму западное побережье, даже если придется немного поднажать.

Итак, вот в чем дело. Я хочу попросить Морской Альянс доставить нам грузы. Я бы хотел, чтобы вы перевезли материалы с моей родины и всех других стран на западное побережье. Припасы уже должны быть подготовлены. Не могли бы вы перевезти их через море для нас? Ведь вы, по сути, правите морями.

Если вы поговорите с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона и Империей, вы должны быть в состоянии доставить вещи без проблем.

Было бы так же здорово, если вы сможете добавить что-нибудь от Морского альянса.»

Показав его Лисии и Хакуе, я прижал пальцы к вискам и застонал.

— Он говорит это так: « Эй, чувак, сейчас лето, давай поедем на пляж...».

— Он такой невинный... — сказала Лисия. — И я имею в виду это как в положительном, так и в отрицательном смысле.

—Иизвините за моего брата!, — извиняющее сказала Райга, когда мы с Лисией испустили общий вздох. Похоже, Райга чувствовала то же самое, и была встревожена.

Хакуя поднес руку ко рту, читая письмо.

— Если отбросить содержание... как общая политика…это неплохо.

— Что ты имеешь в виду?

— Сэр Фуга собирает людей с помощью своей редкой харизмы. И чтобы удержать их, ему нужны результаты, подтверждающие эту харизму.

— Пересечение владений Владыки Демонов» должно быть одним из лучших достижений, о которых он может просить в этом отношении. И пока он занимается этим аспектом, мы не можем позволить себе отказать ему.

— Я бы не хотел, чтобы меня объявили врагом человечества...

Жители этого континента жаждали вернуть себе территорию Домена Владыки Демонов. Это была проблема, о которой всегда думали те, кто был изгнан или постоянно рисковал быть изгнанным со своих земель. В данный момент единственным государством, которое, похоже, решало эту проблему, было Королевство Великого Тигра.

Мы и Империя работали за кулисами, готовясь к тому моменту, когда наступит день для решения этой проблемы, но никто не мог этого видеть. Если бы мы встали на пути Фуги или отказались ему помочь, это вызвало бы вражду большого числа людей. Знал ли Фуга об этом? Он даже попросил нас сделать кое-что дополнительно.

— Он даже подготовил для нас соответствующую компенсацию... Все основы продуманы.

В конце письма Фуга написал: — В обмен на доставку припасов мы дадим королевству портовый город на западном побережье. — Вероятно, он посмотрел на соглашение об обмене военно-морскими базами, которое мы подписали с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона, и решил, что порт будет для нас хорошей приманкой.

Королевство Великого Тигра Хан имело значительные сухопутные силы, но почти ничего на море. Западное побережье было близко к территории Империи, и если бы они отправили свой флот, Фуга было бы трудно удержать побережье. Империя также была в основном сухопутной державой, но по сравнению с Королевством Великого Тигра у них все же был достойный флот.

Именно поэтому Фуга хотел привлечь Морской альянс в порт, чтобы держать Империю в узде.

Поскольку мы находились далеко от нашей родины, он видел в нас меньшую угрозу, чем в Империи. — За непринужденной формулировкой сообщения, несомненно, скрывался план, тщательно разработанный Хашимом.

— Ну... у нас, наверное, нет другого выбора, кроме как помочь, — сказал я, положив голову на ладони.

— Думаю, это приемлемо, — кивнув, согласился Хакуя.

Дело в том, что нам нужен был порт на западном побережье. Я планировал в конечном итоге подписать подобное соглашение об обмене морскими портами с Республикой и Империей. Но поскольку подписание такого соглашения выявило бы наши тесные связи с Империей, сейчас это был бы плохой ход. Я был более чем счастлив иметь порт на западном побережье за пределами Империи. Однако я не собирался говорить об этом, пока Райга здесь.

— Скажите Эксель, чтобы она подготовила транспортный флот. Она может выбрать количество кораблей и какие из них отправить. Также добавь им в качестве бонуса несколько дополнительных пайков.

— Понял. — Хакуя поклонился и вышел из комнаты. После его ухода я посмотрел на Райгу.

— Ты слышала решение, Райга. Отправь Фуге ответ.

— Спасибо, господин Сома, — сказала Райга с облегчением.

И все же... мне кажется, что эта просьба пришла ко мне потому, что я стал главой Морского Альянса, поставив себя на один уровень с Марией и ее Декларацией Человечества или Фугой и его Королевством Великого Тигра.

Я могу получить больше подобных запросов в будущем... когда эта мысль пришла мне в голову, я вздохнул.

И мое предчувствие вскоре подтвердилось.

Сегодня я проводил вещательную конференцию в комнате голосового самоцвета. Сейчас в комнате не было никого, кроме меня. Я не требовал освободить комнату из-за секретности. Если что, всё было наоборот. Всё, что мы запланировали на сегодня, – это приятную беседу, поэтому я решил, что я единственный, кому стоит беспокоиться о присутствии здесь.

Я разговаривал с двумя людьми, спроецированными на простые приёмники передо мной.

— Прошло уже порядочно времени... Или, возможно, я должен сказать «Давно не виделись». Сэр Ку, глава Республики. Госпожа Шабон, королева Девятиглавого Дракона.

— О-о-кя-кя! Не так уж давно, — со смехом сказал Ку на другом конце простого приёмника.

Сегодня я встретился с Ку, который только что занял место главы Республики, и Шабон, которая теперь была королевой Девятиглавого Дракона.

— Кроме того, это ведь не публичное собрание, верно? Разве мы не можем просто поговорить, как всегда? Даже если ты – король Фридонии, а я – глава Республики, брат.

— Ну, да, но вы бы хотели сделать всё правильно, по крайней мере, в первый раз, не так ли?

— Какой смысл теперь туман напускать, брат? У меня зуд от одной мысли об этом.

— Хи-хи, я вижу, что вы двое довольно близки, — сказала Шабон, улыбаясь обмену мнениями между мной и Ку. — Я бы тоже хотела стать близкими друзьями с вами обоими. Не стесняйтесь говорить неформально. Меня это не беспокоит.

— О-о-кия? Вы говорите ужасно формально для человека, который высказывает такую мысль, мисси.

— Я всегда так говорю. Трудно изменить что-то подобное, когда это так укоренилось в твоей сущности.

— Кя-кя! Так вот оно как?

Ку и Шабон приятно беседовали. Они показались мне очень дружелюбными.

Я громко прочистил горло, решив вернуть всё на круги своя.

— Ну что ж... Рад снова видеть вас обоих. У вас всё хорошо?

— Конечно!

— Да. У вас всё как всегда, сэр Сома?

— А... Ну, ничего особенного не изменилось, кроме добавления новых членов в семью.

— О! Поздравляю, брат.

— Поздравляю.

— Ха-ха-ха... Спасибо, — я неловко почесал щёку, когда благодарил их. — Теперь, когда вы оба унаследовали свои собственные страны, должно быть, есть люди, требующие, чтобы вы занялись ей, верно?

— Ну... Да.

— Эх, я думаю, что после свадьбы я займусь этим серьёзно.

Шабон и Ку были смущены этой темой.

Это было удивительно. Шабон – это одно, но я ожидал, что Ку проявит настоящий энтузиазм. Тару и Лерина оба были влюблены в него, так что он, вероятно, не отказал бы им, если бы они сделали шаг. Это было удивительно невинно с его стороны – ждать до свадьбы, но я могу только уважать это.

— Ну, хватит о личном, — Ку заставил нас вернуться к теме. Он выглядел смущеённым. — Это должна быть серьёзная конференция для Морского Альянса.

— Да, наверное...

Королевство Фридония, Республика Тургис и Архипелаг Девятиглавого Дракона. Эти три государства составляли Морской Альянс. Это было впервые, когда все трое проводили конференцию, пусть и по трансляции. Это была третья фракция, сравнимая по силе с Декларацией Человечества Империи Гран-Хаоса или быстро растущим Королевством Великого Тигра Хана Фуги. Можно было сказать, что в море мы были самым могущественным образованием.

Кстати, Республика, где моря зимой были заперты во льдах, участвовала в проекте в основном как производитель запчастей и прочей промышленной поддержки. Но Ку сказал мне, что хочет использовать разработанный нами бур, чтобы когда-нибудь построить флот ледоколов. Это было отклонением в политике от давней цели Республики – иметь незамерзающий порт, и признаком того, что ситуация там меняется. Если это станет реальностью, у нас будет доступ к Империи через Республику даже зимой, поэтому я хотел поддержать эту идею. Можно было отправиться и через Архипелаг Девятиглавого Дракона, но торговых путей никогда не бывает слишком много.

— Как насчёт тебя, Шабон? Удалось ли тебе хорошо сплотить вождей островов?

Шабон усмехнулась на этот вопрос.

— Благодаря вашей помощи, да. С того дня, как мы убили Ооямизучи, вожди островов осознали необходимость единства. В конце концов, это существо было намного больше того, с чем мог справиться любой остров в одиночку. Переговоры между островами тоже происходят чаще, и если я обращаюсь к ним искренне, они готовы выслушать то, что я хочу сказать.

— Хм. Похоже, ситуация изменилась к лучшему.

— Да. Однако, поскольку наш народ по натуре закоренелые сангвиники, мелкие споры всё равно регулярно вспыхивают. Но с этим ничего нельзя поделать, поэтому, пока ситуация не выходит из-под контроля, я оставляю её в покое. Однако, когда меня просят, я выступаю в роли посредника.

— Ах-ха-ха... Звучит жёстко.

— Не могу не согласиться, — сказала Шабон со вздохом и улыбкой. — Тем не менее, для них стало нормой устраивать банкет и мириться после боя, так что беспокоиться об этом не стоит. Как на вечеринке с горячими котлетами после убийства Ооямизучи, помнишь?

— Ах, да... Мне хватило того, что у меня отвращение к потрохам уже долгое время.

— Кажется, после того случая это стало популярным. Люди говорят «С едой и питьём любая проблема, что вода под мостом». Но у меня от этого только проблемы, потому что всё, что я вижу, – это отговорки пьяниц.

«Этот бой породил новый странный аспект их культуры? Островитяне Девятиглавого Дракона круты».

— Серьёзно, любое место, где ты появляешься, становится намного веселее, а, брат? — сказал Ку, его тон был наполовину возмущённым.

— Эй, не говори так, будто это моя вина...

— Хи-хи-хи, — Шабон просто рассмеялась.

«Она не возразила... Ох, серьёзно?»

— Ну, а ты, Ку? Ведёшь ли ты себя подобающе главе Республики?

— Конечно! Похоже, мой старик многое сделал, чтобы заложить основу для меня, — сказал Ку, гордо выпятив грудь. — В Совете вождей произошла смена поколений. Их всех заменили ребята моего возраста. Я раньше общался с некоторыми из них, и они все гибко мыслят, так что это облегчает мне жизнь.

— Трудно представить их главами своих кланов, если они так молоды...

— О-о-кя-кя! Ты всё правильно понял. Первым делом мы решили выбрать новое название для совета. Мы не смогли прийти к единому мнению, поэтому пока совет вождей будет называться «Совет вождей».

— Да?!

Я был слегка обеспокоен, но Ку просто рассмеялся.

— Так и есть. Вот такие мы все свободные. Лучше, чем какой-нибудь твердолобый, зацикленный на своём, будет поднимать вопрос о политике расширения на север. Они все страстно желают изменить Республику. Так что... всё будет хорошо.

— Хорошо...

«Ну, похоже, это работает для него, так что, думаю, всё в порядке».

— Как дела у тебя дома, брат? Вы ведь соседи со страной Фуги?

— Есть ли требования со стороны Королевства Великого Тигра?

Они оба выглядели обеспокоенными, но я покачал головой.

— Пока ничего... О, подождите, они попросили нас переправить для них припасы по морю. Но до сих пор не было никаких военных провокаций или необоснованных требований.

Если Фуга и собирался сделать свой ход, то только после того, как его фракция станет больше. Он был осторожным человеком, даже если не подавал виду, поэтому он не будет действовать, пока не получит подавляющее преимущество над нами. Хотя, если перевернуть эту ситуацию, это может означать, что он нападет, как только почувствует, что это так.

— Скажи нам, если он что-нибудь затеет, ладно? Я обязательно приду, чтобы помочь тебе.

— Как и я. Мы всё ещё благодарны вам за дело с Ооямизучи, так что я уверена, что вожди островов будут сотрудничать.

— Спасибо. Я буду рассчитывать на вас, когда придёт время.

Я улыбнулся своим надёжным союзникам. Потом я кое-что вспомнил.

— О! Это не имеет никакого отношения к Фуге, но совсем недавно ко мне прибыл посланник из довольно неприятного места.

— Неприятного?

— Откуда был этот посланник?

При одном воспоминании об этом я почувствовал, что начинаю злиться. Заставив себя улыбнуться и стараясь не показывать этого, я выплюнул имя:

— Королевство Духов Гарлана.

◇ ◇ ◇

Ранее в этот день...

— Есть посланник из Королевства Духов?

— Да.

Я работал в отделе правительственных дел, когда Хакуя сообщил мне о ком-то, кто пришёл просить аудиенции. Очевидно, они уже были в Парнаме и ждали нашего ответа в гостинице.

«Королевство Духов Гарлана, да...?» Это была страна высших эльфов, состоящая из двух островов, одного большого и одного маленького, к северо-западу от континента.

Я скрестил руки и откинулся в кресле: — Это ужасно неожиданно... Были ли какие-нибудь сообщения от Чёрных Котов?

— Нет. Ничего. Страна закрыта, а остров рядом с континентом оккупирован монстрами, поэтому мы не смогли послать шпионов. Справедливо сказать, что у нас нет никакой информации об этой стране.

— Интересно, для чего они прислали нам посланника... Может, это из-за Мерулы?

Мерула, высокий эльф из Королевства Духов, в настоящее время находится в нашей стране под опекой. Королевство духов считает себя избранным народом, и для высших эльфов запрещено покидать страну, поэтому Мерула будет считаться серьёзным преступником за нарушение этого правила. Будет очень неприятно, если они потребуют, чтобы мы выдали её.

— Вы назначили Меруле телохранителей?

— Да. Господин Кагетора уже занимается этим. Ему приказано пока не выходить на улицу и не покидать церковь Соуджи.

Я должен был ожидать этого от Хакуи. Он быстро сделал ход.

— Меня беспокоит, что произойдёт, если мы проигнорируем посланника... Я немедленно встречусь с ними, чтобы узнать, чего они хотят. Не мог бы ты это устроить?

— Да, сир. Это будет сделано.

Вот так я и решил провести эту встречу.

«Посмотрим, получится ли из этого что-то хорошее...»

Несколько дней спустя, перед встречей с их посланником, я узнал от Хакуи, что он подготовил отчёт о Королевстве Духов. Очевидно, он попросил Мерулу рассказать ему, какие сведения она знает о своей родине.

Отчёт находился в другой комнате, поэтому он хотел, чтобы я прочитал его с помощью способности «Живые полтергейсты», используя фабричную руку.

Я просмотрел отчёт, когда готовился к встрече с посланником. В нём говорилось, что незадолго до того, как Мерула сбежала, в Королевстве духов на трон взошёл новый король. Сейчас страной управляли король Гарула Гарлан и его младший брат и правая рука Герула Гарлан. Старший брат, Гарула, был по натуре горячим воином, известным своей силой и смелостью, а младший брат, Герула, был способным воином, но также мудрым полководцем с большой прозорливостью.

Братья образовали команду, как Мария и Жанна в Империи: старший служил королём и руководил политикой, а младший занимался военными делами. Можно было подумать, что их характеры подходили противоположным должностям, но это было лучше, чем позволить горячей голове управлять вооружёнными силами. Это могло привести к внутренним проблемам. Однако эти сведения были получены до того, как Мерула покинула страну, так что сейчас всё может быть иначе.

Я посмотрел на Айшу, которая сидела в кресле королевы рядом со мной.

— Айша, ты будешь представлять королев.

— Хорошо! Предоставь это мне! — Айша выглядела немного напряжённой, но она кивнула.

Из чувства осторожности я решил посадить Айшу на трон королевы вместо Лисии, чтобы она могла выполнять роль моего телохранителя. Она носила диадему королевы и платье, но при себе у неё был спрятан кинжал на случай необходимости. Тёмные эльфы тоже были расой эльфов, так что она была хорошим выбором, чтобы показать, что в нашей стране нет дискриминации по расовому признаку. Это помогло бы сдержать заявления страны высоких эльфов о том, что они являются избранной расой.

Когда я, Айша, премьер-министр Хакуя и генерал Юлий, которого мы вызвали для пущей важности, ждали в зале для аудиенций, двери открылись, и охранники вызвали гостя.

— Прибыл посланник из Царства Духов!

Появившийся молодой эльф был высоким и худым, как Хакуя, с золотистыми локонами, бледно-белой кожей и красными глазами. Высшие эльфы были предрасположены к чему-то сродни альбинизму. Тем не менее, они были такими же долгожителями, как и другие расы эльфов, так что, похоже, это не влияло на их здоровье.

Посланник стоял во весь рост, гордо представившись.

— Это наша первая встреча. Я – Герула Гарлан, пришёл от имени Короля Королевства Духов, Гарулы Гарлана. Я прибыл для переговоров с вами, господин Сома, как его представитель.

«Если это Герула, значит, приехал младший брат короля и глава их армии». Он не проявил ко мне никакого почтения, вместо этого он стоял во весь рост. Это повергло Айшу в уныние. «Это потому, что он тоже королевских кровей?»

Единственное, что мне было трудно понять, это титул Короля Королевства Духов. Очевидно, в отличие от Королевы Девятиглавого Дракона, возглавлявшей Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, он не был Королём Духов... Согласно отчёту, который подготовил Хакуя, Королевство Духов называлось Королевством Духов, потому что они поклонялись Королю Духов, который защищал высших эльфов, и хотя их лидер считался верховным жрецом, который направлял это поклонение, он не был обожествлён. По этой причине Гарулу назвали Королём Королевства Духов.

— Я – Сома А. Эльфриден. Итак, сэр Герула, какое дело привело вас в мою страну?

— Морской Альянс стал одной из трёх крупнейших держав мира. Поскольку вы являетесь их лидером, я пришёл просить вашей поддержки в возвращении острова Отца, сэр Сома.

Из двух островов, составлявших Королевство Духов, меньший из них был известен как остров Отца. Больший назывался островом Матери. Очевидно, они считали большой остров, на котором жило большинство высших эльфов, своей матерью, а меньший остров, который был центром их религиозных обрядов, – своим отцом.

С расширением Домена Владыки Демонов и нападениями монстров, которые он принёс, они потеряли остров Отца. С каждой волной демонов они отступали всё дальше и дальше. Теперь они отступили до самого острова Матери и даже потеряли восточную часть острова, но сдерживали монстров.

— Мы хотим уничтожить монстров на острове Матери и вновь захватить остров Отца.

— И вы требуете нашей помощи?

— Нас мучают нападения летающих монстров, которые прилетают с малых островов. Они налетают на нас, как саранча, и нам не хватает воздушной мощи, чтобы справиться с ними. У нас мало виверн, и их страх перед морем не позволяет нам перехватывать чудовищ над ним, давая им возможность высадиться на берег.

Лицо Герулы исказилось от досады. Он продолжал говорить.

— Однако я слышал, что Морской союз... Нет, Королевство Фридония может использовать виверны на море. Ваш флот также намного превосходит флот Империи или восходящего Фуги Хана. Мне сказали, что вы использовали эту военно-морскую мощь, чтобы уничтожить огромное чудовище, напавшее на Архипелаг Девятиглавого Дракона. Мы хотели бы, чтобы вы поддержали нашу битву за возвращение родины. На это надеется мой сеньор Гарула.

— Я понимаю, о чём думает сэр Гарула. Давайте посмотрим...

Я взглянул на Хакую и Юлия, и их глаза сказали мне: — Мы не можем относиться к этому заданию легкомысленно.

«Да... Учитывая, с кем мы имеем дело, это не тот вопрос, когда мы можем так просто кивнуть головой», подумал я.

— Всё это звучит ужасно удобно для вас...

Первым заговорил Юлий. Он властно посмотрел на Герулу.

— Не похоже, что наши флоты передвигаются бесплатно. Это создаст соответствующую нагрузку на государственную казну. Причина, по которой мы отправили поддержку на Архипелаг Девятиглавого Дракона, заключалась в том, что мы не знали, когда монстр Ооямизучи может напасть на нас в следующий раз. Сложившаяся ситуация означала, что отправка флота отвечала нашим национальным интересам. Но Королевство Духов далеко. Даже если мы предоставим вас самим себе, вряд ли в ближайшем будущем нас постигнет какой-либо вред.

— Но...

— Кроме того, даже если битва идёт против монстров, цель – вернуть свою территорию, верно? Простите за грубость, но вы сами виноваты в том, что потеряли эту землю. Я спрашиваю, почему мы должны возвращать её вам.

— Уф...

Юлий решил быть плохим парнем для нас. Герула выглядел так, словно он укусил что-то неприятное, когда смотрел на него. Возможно, слова Юлия были недостаточно вежливы для посланника другого народа, но в основе своей он был прав. И, похоже, не было никаких контраргументов.

Когда воздух стал напряжённым, Хакуя заговорил: — Вы заходите слишком далеко, сэр Юлий. Вы всё же разговариваете с иностранным посланником.

— Хмф!

— Я прошу прощения, сэр Герула. Но я хочу, чтобы вы поняли, что говорит сэр Юлий. Для нас не так просто отправить флот.

Хотя он извинился за грубость Юлия, он всё же удвоил то, что говорил Юлий. Они оба были остроумны и умели работать вместе.

Юлий притворялся, что расстроен упрёком. «Не знаю... Даже холодно смотреть, как эти двое работают вместе». Как бы он ни боролся, Герула танцевал в их ладонях. Мне было почти жаль парня.

— Сэр Герула, — продолжил Хакуя, — если, как вы говорите, вы пришли на переговоры, я хотел бы, чтобы вы предложили нам нечто такое, чтобы это стоило наших усилий. На днях, когда сэр Фуга Хан попросил нас доставить для него материалы, он предложил уступить нам порт на побережье. Может ли Королевство Духов предложить подобное вознаграждение?

— В случае, если Его Величество вернёт себе остров Отца, он даёт три обещания в награду за ваше сотрудничество. У меня здесь письменное обещание.

Герула достал из кармана письмо и начал читать.

— Во-первых, он разрешит торговлю с Морским Альянсом.

— О хох...

Это было короткое заявление, но я был немного впечатлён. В настоящее время Королевство Духов было закрыто для мира, не имело никаких связей с внешним миром, не говоря уже о внешней торговле. По сути, это заявление означало, что они открывают страну. В докладе говорилось, что Королевство Духов имеет доступ к специям, которые, вероятно, можно использовать для приготовления карри. Лучших товаров для торговли и желать нельзя.

— Во-вторых, он простит преступления Мерулы, которую вы укрываете, и позволит ей вернуться в нашу страну.

«Значит, они знали о Меруле?» Ну, с ней обращались как с еретичкой в Лунарианском Ортодоксальном Папском Государстве, и после тех неприятностей, которые у нас с ними были, они, конечно, догадались бы, что она здесь. У меня были люди, охранявшие её, и я не ввёл никаких ограничений на её передвижение по Парнаму, в конце концов. Мерула была одним из наших лучших инженеров, наравне с Женей. Если это помешает им преследовать её, это будет хорошо.

— И в-третьих, Королевство Духов присоединится к Морскому Альянсу вместо Декларации Человечества или новой фракции Фуги Хана.

Я поднял бровь на последнее обещание. Это было интересное предложение.

Если Королевство Духов присоединится к Морскому Альянсу, то появится морской путь, который будет проходить: Республика Тургис → Королевство Фридония → Союз Архипелага Девятиглавого Дракона → Королевство Духов Гарлан. Мы получили бы контроль над всеми островами континента, и даже смогли бы окружить Империю и Королевство Великого Тигра. Домен Владыки Демонов всё ещё оставался дикой территорией, но мы могли послать войска в любую точку побережья.

Так что если бы Морской Альянс участвовал в борьбе за превосходство с Империей и Королевством Великого Тигра, это предложение могло бы показаться привлекательным. Однако мы занимали позицию сотрудничества с Империей и пытались избежать конфликта с Фугой. В результате, это предложение меня ничем не заинтересовало.

Я вздохнул, положив локоть на подлокотник своего трона, а щёку на ладонь.

— Да, это даже не стоит обсуждать.

— Что?!

— Первое предложение – хорошее. Оно выгодно обеим сторонам. Но что касается второго, то Мерула уже является одной из моих приближённых. Твоя страна не имеет права ничего говорить о ней, и если вы попытаетесь причинить ей вред, я не окажу вам никакой пощады. Лучше передай это Гаруле.

Когда я посмотрел на него, Герула ответил мне тем же... Это немного нервировало, но я должен был держать себя в руках.

— А что касается третьего, относительно вступления в Морской Альянс... Я отказываюсь.

— Почему?!

— Наши ценности слишком разные.

Королевство Духов Гарлана, по сути, запретило въезд в страну всем, кроме эльфов. Даже среди этих эльфов, по их словам, высшие эльфы были самыми великими, светлые и тёмные эльфы были ниже их, а полуэльфы – ниже всех. Со всеми другими расами в той стране обращались как с рабами. Я не знаю, как обстоят дела сейчас, но именно таким было классовое общество, когда там жила Мерула.

— Я понимаю, что все страны разные. У каждой из нас своя история, своя культура. Но ваше мнение о себе как об избранном народе слишком сильно. Если мы примем такую страну, как ваша, в Альянс, некоторые могут воспринять это как то, что я поддерживаю ваши взгляды. Народ отвергнет это. В нашем обществе могут существовать классовые различия, но мы не терпим расовой дискриминации.

Я встал и подошёл к месту Айши, положив руку на её плечо, как бы показывая Геруле. Айша положила свою руку в мою и улыбнулась, чтобы показать глубину нашей любви. Мы полностью совпадали, когда дело касалось подобных вещей.

Герула закусил губу и посмотрел на нас в разочаровании.

— Вот почему я не могу принять вас в альянс. Если ваша страна захочет изменить свою политику расового превосходства, я бы вас принял, но... произойдет ли это?

Я умолчал о том, что не верю, что они способны на это, но Герула ничего не ответил. Наступило долгое, тяжёлое молчание, а затем Герула снова посмотрел на меня.

— В случае вашего отказа... я обращусь с этим же предложением к госпоже Марии из Империи и господину Фуге из Королевства Великого Тигра.

Если мы откажемся, они обратятся к одной из двух других держав? Это даже не было угрозой.

— Делайте, что хотите. Декларация Человечества также не терпит расизма. Госпожа Мария должна прийти к тому же решению, что и я. А что касается сэра Фуги из Королевства Великого Тигра... я бы не советовал пытаться использовать его. Он из тех людей, которые определяют поколение. Он берёт преимущество над теми, кто пытается взять преимущество над ним, использует любого, кто пытается использовать его, и отбрасывает тех, кто думал, что отбросит его. Он втягивает всё и вся в свой собственный мир. Вот такой он человек. Прикоснись к нему неосторожно, и ты получишь ожог.

— Я буду иметь это в виду... — сказал Герула, глядя на меня.

Переговоры сорвались. Я показал ему, чтобы он уходил, и он повернулся на пятках... потом на мгновение запнулся.

— Хм? Что случилось?

— Ничего... А теперь, если позволите.

На этот раз Герула стремительно вышел из зала для аудиенций. На этой встрече не было никакого компромисса, только заявление о требованиях и компенсации. Это действовало мне на нервы, когда я разговаривал с человеком, настолько уверенным в том, что он во всём прав.

«Боже, как я устал...»

— Фух. Посыпьте землю солью.

— Солью? Вы собираетесь что-то есть? Тогда я присоединяюсь!

Я почувствовал, как напряжение спало с моих плеч, когда я увидел улыбку на лице этого прожорливого тёмного эльфа.

«Да... Забудь об этом парне. Давай поедим вместе со всеми.»

◇ ◇ ◇

— ...И, в общем, примерно так всё и было.

На днях я рассказал Ку и Шабон о своей встрече с посланником Королевства Духов. Они оба язвительно улыбнулись этой истории.

— Похоже, у тебя было тяжёлое время, брат, — сказал Ку, и я пожал плечами.

— Я не могу не согласиться. Он потратил моё время, и количество работы, которую мне ещё предстоит сделать, ничуть не уменьшилось.

— Тем не менее, этот посланник из Королевства Духов... Герула, да? У них треть земли захватили монстры, так? Если он хотел помощи, разве он не должен был быть более покорным?

— Да, я согласен. Он намекнул на союзы с другими державами, но есть ли у Королевства Духов средства, чтобы считать его угрозой сейчас? Всё это выглядит довольно неловко, — сказала Шабон, склонив голову набок. Я согласился с ней.

— У него, должно быть, было слишком мало опыта ведения переговоров. Так считают Хакуя и Юлий. Его страна закрыта для внешнего мира, в конце концов, как я уверен, вы оба знаете, — сказал я, скрестив руки. — Если вы собираетесь вести переговоры со страной, с которой у вас нет тёплых отношений, вам в конечном итоге придётся либо быть властным и добиваться уступок, либо подчиняться и пытаться минимизировать свои собственные. Но Герула не смог сделать ни того, ни другого.

— Вот почему ему не хватает опыта? — пробормотала про себя Шабон, и я кивнул.

— Ситуация, требующая обращения за помощью к другой стране, и долгие годы, проведённые в убеждении в превосходстве своего народа. Его отношение было результатом конфликта между этими двумя вещами.

— Господин Сома. Это ужасно...

— Ха! Значит, Королевство Духа в плохом положении, так? Они отказались говорить с кем-либо, и теперь они в таком положении, что у них нет другого выбора, кроме как вести переговоры с другими странами?

Шабон была сострадательна, а Ку испытывал отвращение. Будучи сами правителями, они должны были иметь свои собственные мысли по этому поводу. И я тоже.

— Как королю всегда будут времена, когда придётся пачкать руки... Времена, когда приходится лезть в грязь. Времена, когда нужно терпеть унижения. Те, чьи лидеры не могут этого сделать, когда наступают такие времена... вымрут первыми.

— Вы правильно поняли.

— Да, конечно.

Оба они решительно кивнули.

Ку приехал в нашу страну, чтобы учиться. Для других он, наверное, выглядел почти как заложник. Но это не мешало ему, и он многому научился, вырос больше, чем кто-либо из нас ожидал от него. Шабон тоже предстала передо мной, которого она считала королём враждебного народа, готовая принести в жертву своё тело, кланяясь, скребясь и умоляя меня.

Я и раньше пачкал руки ради своей семьи, народа и запятнал своё имя. Герула не был готов к этому.

Я слегка вздохнул. «Если Герула отправился в Империю, это будет болезненно для Марии...»

Она была слишком добра для своего собственного блага. Принять предложение Герулы противоречило природе Империи как страны, призывающей к объединению всех народов человечества, но она всё равно представляла себе всех людей, которые пострадают из-за того, что она не протянула руку помощи. Она принимала то, от чего мы хотели отвести глаза. За это её называли святой, но... ей всё равно было тяжело. «Надеюсь, она не будет слишком сильно корить себя за это...»

Я могу попросить Хакую связаться с Жанной позже и договориться о встрече.

Мария могла выплеснуть своё разочарование на меня.

Затем Шабон хлопнула в ладоши, чтобы сменить тему.

— Кстати, я слышала, что Королевство, Республика и Империя заключили трёхсторонний союз для проведения медицинских реформ.

— А...? О, да, точно, да?

— Союз Архипелага Девятиглавого Дракона тоже хотел бы работать над созданием адекватной медицинской помощи. Не могли бы мы присоединиться к этому пакту и перенять ваши достижения в области медицины?

Некоторое время назад я поднял тему сотрудничества в области медицинских исследований с Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона. Чем больше голов работает над подобными вещами, тем лучше, в конце концов. К народной медицине нельзя относиться легкомысленно, а культуры, выращенные на Архипелаге Девятиглавого Дракона, вполне могут оказаться ключевыми ингредиентами в лекарстве от чего-либо. Я придерживаюсь политики открытости в предоставлении подобной информации дружественным нам странам.

Хотя... я всё ещё беспокоился о том, что мне делать с фракцией Фуги.

— Я сам заговорил об этом с тобой. Конечно, я не возражаю, — сказал я Шабон. Ку склонил голову набок.

— О-о-кия! Кстати, какая медицина в Архипелаге Девятиглавого Дракона?

— Не так уж сильно отличается от других стран, я подозреваю. Светлые маги занимаются лечением внешних ран. Хотя, поскольку каждый остров имеет богатую историю народных традиций, они не все сосредоточены в одной церкви.

— Правда? Это, должно быть, облегчает управление страной.

— Раньше это было бы сложно, но с переходом к централизации это должно быть возможно. О, когда дело доходит до болезней, мы также используем травяные средства. Разновидностей больше, чем на континенте, я подозреваю. У нас также есть упражнения, которые циркулируют энергию тела, чтобы предотвратить болезнь.

Первое было похоже на традиционную китайскую медицину, а второе - на тайцзи или канпу масацу. Я думал о её стране как о смеси между Китаем эпохи Тан и Японией эпохи Эдо, но они были немного сдвинуты в сторону восточной медицины. Это было по-своему интересно.

Мы хотели бы послать команду из Королевства, чтобы изучить это. Возможно, у вас есть опыт и знания, которых у нас еще нет.

— О! Я пришлю несколько парней из Республики тоже. Они привезут с собой медицинское оборудование в качестве подарка.

— Хи-хи. Я буду ждать этого.

Таким образом, Союз Архипелага Девятиглавого Дракона был добавлен к медицинскому пакту Королевства, Империи и Республики.

◇ ◇ ◇

После этого прошло несколько месяцев. Королевство сосредоточилось на изучении магии, истинную природу которой мы начали понимать. Три страны Морского Альянса по отдельности работали над укреплением своей внутренней политики и наращиванием мощи. В то время как юг континента стабилизировался, на севере, похоже, произошёл серьёзный сдвиг.

Сначала, получив отказ от Морского Альянса, Герула Гарлан отправился к Марии из Империи Гран-Хаос, чтобы добиться аудиенции у неё. Содержание переговоров не изменилось, кроме того, что он предложил присоединиться к Декларации Человечества вместо Морского Альянса.

Мария никогда бы не позволила им войти в Декларацию Человечества, сохраняя свою политику расового превосходства, поэтому на этом встреча и закончилась.

Мария рассказала мне об этом во время трансляции, выглядя измученной: — Я могу сказать, что его государство чувствует себя загнанным в угол, а его народ страдает. Однако... если он не может попросить должным образом, я не могу протянуть ему руку помощи.

Как я и ожидал, Мария нашла это разочаровывающим.

Она также выразила недовольство тем, что Фуга отдал нам порт на западном побережье в обмен на доставку своих припасов.

— Я доверяю вам, сэр Сома, но, похоже, люди ниже меня не доверяют. Некоторые из них опасаются сближения Королевства Фридонии и Королевства Великого Тигра... Они настойчиво пытаются убедить меня, что Империя должна двигаться, чтобы вернуть себе столько же земель из Домена Владыки Демонов, сколько и фракция Фуги.

— Ты в порядке?

— Здравомыслящие понимают, что захват руин из Домена Владыки Демонов не принесёт нам никакой пользы. Однако число людей, которым важнее слава, чем реальная польза, увеличилось. Должно быть, их подстрекает господин Фуга, который смог объединить всех, используя свою известность.

Круг влияния вокруг моды на Фугу рос с каждым днём.

«В любом случае, давайте вернёмся к разговору о Геруле Гарлане». Получив отказ и в Империи, он отправился в Королевство Великого Тигра Фуги и попросил аудиенции. Фуга сразу же согласился. Герула был рад, что выполнил свою миссию, и остался в Королевстве Великого Тигра в качестве связного с Королевством Духов.

Любой, кто знал, что из себя представляет Фуга, понял бы, что он никогда не действовал так, как удобно другим. Они бы заподозрили, что за его решением стоит нечто большее. Но Герула этого не знал.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

Получив от Герулы просьбу о военной помощи, Фуга проводил военный совет со своей женой Муцуми, близким другом Шукином и советником Хашимом, готовясь к захвату острова Отца.

— Итак, вы уверены, что мне не нужно идти с этой депешей? — спросил Фуга.

Хашим кивнул, скрестив руки перед грудью: — Да. Земли, отвоёванные у Владыки Демонов, остаются нестабильными. Если бы ты был в отъезде и что-нибудь случилось, наша реакция была бы запоздалой. Вряд ли ты сможешь быстро вернуться из-за моря, верно?

— Ну, Дурга действительно ненавидит...

Летающий тигр бесстрашно бросался на полчища тысяч и даже десятков тысяч чудовищ, но почему-то ненавидел море и не приближался к нему. Скорее всего, по той же причине, по которой виверны не любят заходить так далеко в море, что не видят суши, но поскольку Дурга была единственной в своём роде, больше ничего нельзя было сказать по этому поводу.

— Если подумать, в отчёте Райги говорилось о том, что Сома может использовать виверны в море. У него есть массивный, похожий на остров корабль... или что-то вроде того? Как ты думаешь, если мы построим такой же и будем тренироваться на нём, Дурга будет меньше бояться моря? — шутливо сказал Фуга, а Хашим пожал плечами.

— Конечно, вы шутите. Может быть, это грубо с моей стороны, но сколько людей и ресурсов вы собираетесь потратить на одного тигра? И даже если бы мы захотели его построить, мы бы не смогли. У нас нет технологий, способных перемещать большие стальные корабли без морских драконов.

— Хм-м, я, конечно, пошутил, но... Если посмотреть на это с другой стороны, то у Сомы получилась чертовски хорошая вещь, да?

— Навыки для разработки такой технологии... — Муцуми, которая слушала, вдруг промычала, — если бы он применил их в военных целях, разве он не смог бы уже уничтожить Империю?

— Я согласен с вами, миледи. Королевство Фридония... внушает ужас, — сказал Шукин, и Фуга кивнул.

— Да... ты прав. Но, к лучшему или к худшему, у него слишком мало амбиций. Вместо того чтобы стремиться к большему счастью в будущем, он пытается защитить то, что имеет сейчас. Если просто знать, как с ним ужиться, нет никого проще, но...

— А что, если мы с ним не поладим? — спросила Муцуми, и Фуга рассмеялся, в его глазах появился опасный блеск.

— Не будет никого опаснее.

— Понятно. И именно поэтому он беспокоит тебя, дорогой.

— Я согласен. На данный момент он представляет бо́льшую угрозу, чем Империя, — согласился Хашим, кивая.

Шукин склонил голову набок: — О? Вы тоже опасаетесь Королевства, сэр Хашим?

— У них слишком много способных людей. Отчасти это моя вина, ведь немало талантливых людей из стран Союза Восточных Наций, которые мы уничтожили, попали туда. Например, Юлий из Королевства Ластания.

— О-о-о... Парень, который действовал быстрее тебя, да? Жаль было его потерять, — простонал Фуга, и Хашим кивнул.

— Я не могу не согласиться. Если бы мы смогли взять под стражу ластанианскую королевскую семью, возможно, нам удалось бы заставить его подчиниться нам, но... он был слишком хорошо подготовлен. А теперь король Сома с радостью принял всех этих людей. Они питают неприязнь к лорду Фуге, поэтому мы не сможем вернуть их, предложив выгодные условия. У нас нет возможности встать между ними.

— Но разве отец Юлия не погиб в войне с Сомой?

— Лорд Фуга, на кого бы вы злились больше? На того, кто ранит вас, или на того, кто ранит тех, кого вы любите... скажем, королеву Муцуми, например?

Фуга закрыл глаза, чтобы обдумать вопрос Хашима.

— Муцуми.

Когда он думал о том, что его могут ранить или убить... Ну, с этим мало что можно было поделать. Возможно, он смирится с тем, что был способен на большее, или с тем, что ему просто не повезло. Но если бы кто-то обидел или убил Муцуми, он бы никогда не позволил им уйти от наказания. Что бы они ни сделали с ней, они заплатят за это в несколько раз больше.

— Именно, — кивнул Хашим, — так уж устроены люди.

— Значит, парень, убивший его отца, заслужил меньшую обиду, чем мы за то, что забрали страну его жены?

Хашим этого не знает, но в «Принце» Макиавелли сказано: — Люди быстрее забывают смерть отца, чем потерю своего достояния.

В отличие от Сомы, которому пришлось работать, чтобы воплотить эти идеи в жизнь, Хашим пришёл к ним естественным путём и был очень макиавеллистичен (в том числе в том смысле этого слова, который возникает из-за неправильного понимания деятельности этого человека).

— Да. Именно поэтому нам нужно, чтобы эта отправка войск была успешной, — Хашим указал на остров Отца на карте на столе. — Вместо того, чтобы заполучить само Королевство Духов, мы не должны позволить, чтобы остров Отца и остров Матери попали в сферу влияния Морского Альянса. Это даст Королевству Фридония базу для операций на западном побережье континента.

— Но разве мы не обещали дать им порт?

— Мы можем в любой момент забрать его обратно с помощью наших сухопутных войск. Сома тоже это знает, поэтому он будет строить базу только до абсолютного минимума. Однако, если он построит базу за морем, в другой стране, это будет проблематично. Мы должны ввести остров Отца в сферу нашего влияния, несмотря ни на что.

Когда Хашим объяснил это, Муцуми поднесла руку ко рту и склонила голову набок.

— Судя по тому, что мы видели в личности сэра Герулы... высокие эльфы должны быть довольно надменными. Неужели они так охотно подчинятся нам?

— Вы совершенно правы. Вот почему мы должны принять меры, — Хашим указал на остров Матери, который был сердцем Королевства Духов. — Как вам хорошо известно, Королевство Духов верит в превосходство высших эльфов. А чрезмерная дискриминация по расовому признаку всегда будет вызывать недовольство. Должны быть и другие угнетённые расы в сердце Королевства Духов, и даже высшие эльфы, которые выступают против нынешнего положения вещей. Как только остров Отца будет возвращён, мы поддержим этих людей, и пусть они создадут для нас марионеточное государство на острове.

— Я понял. Ты собираешься отколоть остров Отца от Королевства Духов и заставить их присоединиться к нашей фракции, да?

— Да, мой господин. Фуга Освободитель не нуждается в расистских высших эльфах среди своих вассалов.

«Всё дело в том, как ты высказываешься», подумали остальные трое, но никто из них этого не сказал.

Если подытожить план Хашима, то он выглядел следующим образом:

Во-первых, по приглашению Королевства Духов высадить войска на кишащий монстрами остров Отца.

Во-вторых, уничтожить монстров и освободить остров.

В-третьих, пусть Королевство Духов начнёт наступление, чтобы уничтожить монстров на востоке острова Матери, а когда это будет сделано, пусть они сотрудничают в освобождении острова Отца.

В-четвёртых, заставить недовольных Королевством Духов объявить независимость на острове Отца, чтобы создать марионеточное государство, а затем фактически взять остров под контроль под предлогом оказания им поддержки.

Когда монстры будут уничтожены в Королевстве Духов, высшие эльфы, несомненно, будут считать людей Фуги своими спасителями. Вот и возможность воспользоваться этим.

Хитрый план Хашима заключался в том, чтобы объединиться с теми высшими эльфами, которые выступали против политики расового превосходства в своей стране и хотели идти по более либеральному пути. Он создал бы для них марионеточное государство на острове Отца, что позволило бы ему представить себя не просто захватчиком.

Как видно на примере Мерулы Мерлин, люди Царства Духов не были идеологическим монолитом.

Более того, поскольку марионеточное государство создало бы общество, в котором люди не делились бы на высших и не высших эльфов, а установило бы систему, которую можно назвать более равной, другим странам было бы трудно критиковать его. Людям было бы трудно сказать, что жить при режиме, пропитанном расовым превосходством, хуже, чем иметь расовое равенство, но фактически находиться под контролем Королевства Великого Тигра.

Даже Мария, глава Декларации Человечества, не могла бы так сказать.

Естественно, Королевство Духов скрежетало бы зубами от такого результата, но у них не было сил противостоять силам Фуги в одиночку. Даже если люди Фуги покинут остров, оставалась неуверенность в том, сможет ли их страна пережить ещё одно нападение монстров. Они хотели бы избежать этого.

Королевству Духов не оставалось бы ничего другого, как с сожалением принять независимость острова Отца.

— Подкреплению понадобится кто-то, кто сможет определить, кого следует заставить объявить о независимости, и кто способен принимать политические решения, — сказал Хашим, скрестив руки и почтительно склонив голову. — Мне больно это говорить, лорд Фуга, но ваши подчинённые...

— Да, я знаю. Они – кучка тунеядцев.

— Действительно. Чтобы воплотить этот план в жизнь, нам понадобится разумный человек, обладающий интеллектом и способный завоевать сердца местных жителей. Было бы немыслимо послать кого-то вроде моего родного брата Наты, который просто хочет выплеснуть свою дикую природу.

— Значит, это должны быть... ты, Шукин или Мумэй, да? Но у тебя есть и другие обязанности, так что у меня будут проблемы, если ты уйдёшь. Мумэй может выглядеть как большой олух, размахивающий огромным молотом, но он удивительно образован и рассудителен. Но люди склонны принимать его за варвара, основываясь на его внешности, поэтому он не лучший выбор, чтобы склонить людей.

Фуга считал на пальцах, пока говорил. В его лагере было много великих воинов, но у него было ограниченное число мудрых командиров, способных принимать политические решения.

— Гайфуку – старый и мудрый генерал, но он всё ещё не оправился от ран, которые получил, защищая меня. Касен мудр, но слишком молод, и мнения всегда будут расходиться по поводу показушного образа Гатена.

—  Да, всё это звучит верно. Есть ещё муж моей младшей сестры, сэр Ломбарт, бывший король Рема, но с тех пор, как он присоединился к нам, прошло так мало времени, что людям будет трудно следовать за ним. Я также подозреваю, что, учитывая его честный характер, тонкость может оказаться ему не по зубам. Однако он мог бы стать хорошим вторым командиром.

— Остаётся...

Они оба повернулись, чтобы посмотреть на одного и того же человека.

— Да, это должен быть я, — сказал Шукин, ударяя себя в грудь одной рукой. — Позвольте мне разобраться с этим. Я буду представлять вас наилучшим образом, лорд Фуга.

— Извини, Шукин. Придётся свалить на тебя много тяжёлой работы.

— Что ещё может быть нового? Ты был таким с тех пор, как мы вместе мчались через степи.

Шукин и Фуга улыбнулись.

Муцуми хихикнула: — Мужская дружба – замечательная вещь.

— Не дразнись... Итак, Хашим, сколько подкреплений он должен взять? — спросил Фуга, и Хашим склонил голову.

— Мы хотим быть уверены, что всё пройдёт успешно, поэтому нам следует отправить примерно треть наших сил, чтобы одним махом взять власть в свои руки. Пусть сэр Ломбарт будет его вторым командующим. И... пусть сэр Бито, бывший король Габи, и его люди тоже отправятся на остров Отца.

— Эти парни, да...? — Выражение Фуги стало суровым.

Бито был хозяином Гоша, который пытался убить Фугу. Он был прощён за это преступление после того, как перешёл на другую сторону в битве на равнине Себал. С тех пор он был одним из вассалов Фуги, но доверять ему было трудно.

Зловеще улыбаясь, Хашим сказал: — Давайте используем сэра Бито и его людей в этой битве. Когда они уйдут, мы сможем использовать элитных лучников из бывшего королевства Габи по своему усмотрению. Сэр Бито должен понять, что мы ему не доверяем, поэтому он будет отчаянно стараться доказать свою преданность.

— Что ж, что будет, то будет.

Подобные тёмные планы не нравились Фуге, но он понимал, что должен совершить зло ради великой цели.

В конечном итоге именно благодаря этой стратегии войска Фуги решили направить армию в Королевство Духов. Их вмешательство стало началом инцидента, который потряс не только Королевство Великого Тигра и Королевство Духов, но и страны Декларации Человечества и Морского Альянса.

◇ ◇ ◇

Во-первых, давайте рассмотрим ситуацию в Королевстве Духов.

Монстры, напавшие на Королевство Духов Гарлана, почти все были насекомыми. Однако все эти жуки были размером с человека, если не больше. Насекомоядные монстры массово появились во время демонической волны до того, как был призван Сома, и перебрались на остров Отца через ряд островов, слишком маленьких, чтобы их можно было найти на картах.

Высшие эльфы сопротивлялись, но поскольку они жили в стране, где магия была сильнее, то и насекомые были усилены, и в результате стали более свирепыми. Высокие эльфы сражались не в полную силу и в конце концов были изгнаны с острова Отца. Затем, когда остров был захвачен, насекомоядные монстры поселились там, и их численность не уменьшилась даже после окончания демонической волны.

Поскольку насекомые были самых разных видов, они, вероятно, питались друг другом на острове Отца, создавая своего рода экологию. А когда монстры сражались между собой, те, кого изгоняли, вторгались на остров Матери.

Королевство Духов не только потеряло остров Отца, но и допустило вторжение на остров Матери. Для операции по возвращению островов, Шукин должен был быть послан на остров Отца и уничтожить там монстров всех до единого. В то же время Королевство Духов приложит все свои силы для уничтожения монстров на острове Матери, а затем добровольцы отправятся на остров Отца, чтобы помочь силам Фуги.

- Лагерь Фуги - остров Отца -

Шукин, Ломбард, бывший король Рема, выбранный вторым командиром, и Йоми, жена Ломбарда и способная волшебница, находились в главном лагере, обсуждая, что они собираются делать.

В их шатёр вбежал гонец.

— У меня донесение! Сэр Бито и его отряд из бывшего королевства Габи были окружены врагом!

— Что?! Почему они бросились вперёд?! — потребовал Ломбард.

Гонец пал перед ним ниц, прежде чем ответить: — Сэр Бито и его люди направлялись в сторону Мина, который когда-то был самым процветающим городом на острове Отца, сэр. Он хорошо подходит для размещения гарнизона войск, и они, вероятно, надеялись присвоить себе заслугу в его освобождении.

— Уф... Он слишком отчаянно жаждал славы или пытался искупить свои прошлые предательства?

— Лорд Лом... — сказала Йоми, с беспокойством глядя на Ломбарда.

Он посмотрел на молчавшего Шукина: — Лорд Шукин. Должны ли мы послать подкрепление?

— Нет... Они слишком далеко. Мы не успеем вовремя, — Шукин тихо покачал головой.

Советник Фуги Хашим планировал использовать Бито и его людей в этой операции. Возможно, он стоял за их решением поспешить. Хашим мог предложить: «Если вы добьётесь больших успехов в этой экспедиции, это продемонстрирует вашу преданность, мнение лорда Фуги о вас улучшится, и я уверен, что ваши прежние земли будут вам возвращены» или «Если вы сможете захватить центральный город острова Отца, вся остальная слава померкнет в сравнении».

«В таком случае... Мой долг – оставить его умирать», подумал Шукин. Он не был в восторге от того, что его назначили на эту роль, но они выбрали его командиром, потому что верили, что он сможет это сделать. Поэтому Шукин чувствовал, что должен сделать это ради своего господина.

Он отдал приказ гонцу: — Мы воздержимся от подкреплений, чтобы не увеличивать наши потери. Лучников сэра Бито я пока возьму под своё командование. Передайте это сообщение всем командирам!

— Да, сэр!

Шукин вздохнул, увидев, как гонец выбежал из палатки. Не зная причины этого вздоха, Ломбард попытался его утешить.

— Не ваша вина, что сэр Бито и его люди поспешили вперёд. Не позволяйте этому тяготить вашу совесть.

— Спасибо, сэр Ломбард, — Шукин чувствовал себя немного виноватым из-за доброты этого человека.

Йоми хлопнула в ладоши, как бы пытаясь сменить тему. Затем, слегка приоткрыв воротник, она имитировала обмахивание себя одной рукой: — В этой стране действительно влажно. Это совсем не похоже на мою родину.

— Это точно... — согласился Шукин с лёгкой улыбкой. — Такая влажность заставляет меня тосковать по сухому воздуху степей и пустынь.

— Хм-м... — простонал Ломбард, выглянув за пределы палатки, — густая листва и удушливый земляной запах... Это действительно делает болезненно очевидным то, что мы находимся в чужой стране.

— Да. Мы находимся на неизвестной земле. Но чтобы огласить величие лорда Фуги, мы не можем позволить себе проиграть.

Со словами Шукина Ломбард и Йоми кивнули в знак согласия.

◇ ◇ ◇

Тем временем на острове Матери Королевства Духов битва за то, чтобы отбить у монстров их остров, находилась в завершающей стадии.

— Хах-х-х-х!

В авангарде стоял Герула, младший брат короля Королевства Духов Гарулы, который объехал множество стран, начиная с Королевства Фридония, в поисках помощи.

Герула подошёл к огромному ядроподобному жуку с твёрдым, как камень, панцирем (его название в системе идентификации магических частей было «каменный жук-ядро»), подставил ему под голову пинок вверх, а затем ударил рапирой по мягкому брюшку. Каменный жук-ядро некоторое время корчился, а затем перестал двигаться.

Когда Герула убедился, что его противник испустил дух, он небрежно вырвал свою рапиру. Не обращая внимания на желтоватую жижу, запятнавшую его лицо, Герула стряхнул кровь с клинка и вернул его в ножны. Высокие эльфы, как и тёмные эльфы Королевства Фридония, специализировались на дальнем бою с луками, но Герула был тем редким эльфом, который предпочитал ближний бой. Даже среди этой редкой породы он был первоклассным.

Раздалось жужжание крыльев, и рой пчёл со спиральной раковиной на брюшке (ИМЧ-название – «пчела-улитка») напал на Герулу.

Он взмахнул рукой. Через мгновение раздался свистящий звук, бесчисленные стрелы пролетели над его головой и пронзили всех пчёл-улиток.

Это был шквал из элитных лучников высоких эльфов, стоявших позади того места, где стоял он.

Бросив взгляд на пчёл-улиток, опустившихся на землю, Герула повысил голос и крикнул: — Пришло время закончить работу! Мы сотрём этих монстров с острова Матери!

— Да-а-а-а-а-а!

Солдаты высоких эльфов, казалось, выплёскивали всю свою ярость, которую они испытывали всё это время. Они воспрянули духом после речи Герулы и продолжили истреблять чудовищ.

Вскоре после этого операция по уничтожению монстров на острове Матери завершилась успешно.

В ту ночь, когда Герула посетил шатёр в центре главного лагеря, король Гарула сидел там на походном табурете, а прекрасная девушка высокий эльф в нагруднике лучника стояла рядом, готовая служить ему.

Глаза Гарулы сузились, когда он увидел своего младшего брата. Будучи близнецами, их лица были совершенно одинаковыми.

Герула занял своё место рядом с девушкой, сложив руки вместе перед собой и склонив голову.

— Старший брат. Уничтожение монстров, населяющих остров Матери, завершено.

— Молодец, Герула.

Гарула встал и подошёл к Геруле, собираясь положить руку на плечо брата, чтобы поблагодарить его за труды. Однако Герула остановил его прежде, чем он успел это сделать.

«Ты не должен трогать меня», как бы говорил он.

Увидев это, Гарула и девушка рядом с Герулой приняли страдальческое выражение лица.

Как только Гарула вернулся на походный табурет, Герула склонил голову и сказал: — Даже когда чудовища убраны с острова Матери, если не освободить остров Отца, можно ожидать, что они придут снова.

— Я знаю. Мы отправим армию, чтобы вместе с силами Фуги вернуть остров Отца. Главнокомандующим этой армии, Элулу, будешь ты.

— Да, отец. Я выполню свой долг, даже если это будет стоить мне жизни.

Элулу была Элулу Гарлан, дочерью Гарулы. На вид ей было лет шестнадцать-семнадцать, но, как представительнице долгоживущей расы, её истинный возраст был намного больше.

Герула извиняюще посмотрел на Элулу.

— Мне жаль. Обычно я должен был быть одним из тех, кто должен был уйти...

— Нет. Ты слишком много работал, дядя. Пожалуйста... просто отдохни сейчас, — ответила она с грустным выражением лица.

Все присутствующие понимали. Эта битва за изгнание чудовищ с острова Матери должна была стать последней для Герулы.

Элулу ударила себя по щекам, чтобы привести себя в чувство, а затем склонила голову перед своим отцом, королём.

— Ну, отец, дядя, я пойду.

— М-м.

Элулу вышла из шатра, не оборачиваясь. Проследив за её уходом, король Гарула испустил долгий вздох: — Возможно, я не увижу её ещё долгое время...

Герула поднял голову и ободряюще рассмеялся, — Мы же долгоживущая раса. Маловероятно, что вы больше никогда не встретитесь.

— Слышать такое от тебя...? Я не могу смеяться.

— Пожалуйста, посмейся. Я вложил в эту шутку всё своё тело.

— Это тоже не смешно.

Когда близнецы были одни, они всегда разговаривали как братья.

— Мы можем не вернуть остров Отца... — со вздохом сказал Гарула.

— Мы этого не знаем, — Герула покачал головой, — но Фуга не был столь добродушен, как Сома из Королевства Фридония или Мария из Империи Гран-Хаоса. В его способностях я уверен, но его амбиции столь же велики, как и результат. Скорее всего... он попытается подчинить нашу страну своей власти. Вот почему вы послали Элулу исполнять обязанности главнокомандующего, верно?

Гарула кивнул в ответ.

— Да. Как лёгкая марионетка для них. Она прогрессивна по стандартам этой страны.

Среди расы высших эльфов, которые твёрдо верили в свой статус избранного народа, Элулу была сравнительно либерально настроена. Скорее всего, это было влияние исследователя, Мерулы Мерлин. Среди молодого поколения высоких эльфов существовала тенденция считать Мерулу, которая подвергла сомнению главенство высоких эльфов и закрытость страны до такой степени, что её любопытство в конце концов заставило её бежать, героем.

Гарула сказал: — Они сделают марионеточное государство из всех, кто сомневается в превосходстве высших эльфов, и провозгласят независимость на острове Отца. Она – идеальный знаменосец для этого. И как только они попадут под его влияние, армии Фуги придется защищать остров.

— Даже если Элулу и её фракция оторвутся с островом Отца, Остров Матери будет защищён... так? Элулу знает?

— Она хорошо понимает. Она даже полна энтузиазма по этому поводу. Её больше не будут удерживать старые обычаи.

— Ты ведь сам хотел это сделать, не так ли...? — озорно сказал Герула, но Гарула рассмеялся.

— Если бы наш отец был жив, конечно. Но теперь я должен защищать свою собственную страну.

— Прости... Я заставляю тебя много работать.

— Не извиняйся. Я имею в виду... как говорила Элулу, ты...

— Да. Я собираюсь использовать оставшееся время по своему усмотрению, — Герула поднялся, затем почти театральным тоном произнёс. — О король. О брат. О Гарула. Я прошу твоего разрешения уйти в отпуск.

— А?! Герула?!

— Это последняя эгоистичная просьба... Нет, наверное, я всегда был эгоистом, не так ли? Ну, это конец. Прости, что оставляю тебя со всем справляться...

Король Гарула посмотрел Геруле в глаза и ничего не смог сказать. Это были глаза человека, который принял решение.

— Ты уходишь, Герула...

— Да. Даже если это будет стоить мне жизни, я приведу эту страну к лучшему результату.

— Я понял...

Некоторое время они смотрели друг другу в глаза, а затем кивнули.

— Прощай, старший брат.

— Прощай, младший брат, — после этой последней фразы король Гарула смотрел, как Герула повернулся и ушёл.

◇ ◇ ◇

Через некоторое время после этого на острове Отца произошла битва с монстрами-насекомыми...

Этот остров кишел искорёженными насекомыми, которые, несмотря на то, что состояли из частей неродственных существ, всё равно передвигались проворно. Самыми распространёнными были пчёлы-улитки, которые также были на острове Матери, а также жук-монстр с черепахоподобным панцирем (ИМЧ – «панцирный жук») и муравей-монстр с конической раковиной на брюшке, как у пчелы-улитки (ИМЧ – «муравей-улитка»).

Из леса поднялось большое количество дыма. Не от костра, а от искусственного белого дыма.

В то же время раздавался грохот множества ног и жужжание множества крыльев.

Командир Фуги, Шукин, наблюдал за происходящим из-за леса и отдал приказ элитным лучникам, которые когда-то служили бывшему королю Габи, а теперь находились под его командованием.

— Они приближаются... Лучники, маги, готовьтесь!

Лучники наложили стрелы и натянули тетивы, а маги, во главе с Йоми, приготовились высвободить свою магию.

Мгновение спустя из дымного леса высыпало множество насекомых. Сначала вылетели пчёлы, а за ними поползли муравьи.

— Стреляй!

Бесчисленные стрелы и заклинания, выпущенные по команде Шукина, обрушились на насекомых, и пчелиные монстры падали как мухи, когда атаки пробивали их головы и крылья.

Затем стрелы обрушились на муравьёв, снижая их численность.

— Не останавливайтесь! Продолжайте стрелять!

Насекомоядные монстры умели хорошо скрываться, и если бы они спрятались в лесу, это было бы неприятно. Поэтому план состоял в том, чтобы пустить в лесу дым, который насекомые ненавидели, а лучники подавили их синхронным залпом, когда они выдохнутся.

Это был самый эффективный и наименее опасный способ борьбы с ними.

— Владыка Шукин! Что-то приближается! — закричал один из солдат, наблюдавших за лесом.

Раздался треск деревьев, и из леса вышел огромный жук высотой около трёх метров. Это был панцирный жук.

— Сосредоточьте свои атаки! Не дайте большому приблизиться к нам!

— Это бесполезно! Наши стрелы ничего ему не делают!

Лучники стреляли в монстра, но их стрелы безвредно отскакивали от его черепахоподобного панциря. Возможно, оно не могло летать, как обычный жук с таким панцирем, но взамен, похоже, получило мощную защиту.

Массивный жук двигался вперед почти как тяжёлый танк, не обращая внимания на дождь стрел и магии, сыпавшихся на него. Если бы он атаковал сейчас, то в мгновение ока прорвал бы их укрепления и вызвал бы массовые жертвы.

Шукин немедленно отдал приказ.

— Сэр Ломбард, ведите пехоту, чтобы сдержать муравьёв-улиток.

— Понятно.

— Кавалерия, за мной. Мы остановим этого панцирного жука.

— Да, сэр!

Шукин сел на своего темсбока и поднял меч наперевес, возглавив кавалерийскую атаку на рой чудовищ. Они рубили муравьёв-улиток, продвигаясь вперёд, приближаясь к панцирному жуку.

— Целься в ноги!

Шукин обогнул жука сбоку и отрубил ему ногу мечом. Хотя спереди и сверху у жука была крепкая броня, его веретенообразные ноги насекомого не были такими прочными.

Потеряв две ноги с одной стороны, жук потерял равновесие и перевернулся, упав на землю.

— Как только вы остановите их движение, нет необходимости рисковать, чтобы убить их! В этот момент они ничего не смогут сделать! Не забывайте, что мы находимся в центре врага!

Следуя приказам Шукина, его кавалерия отсекала тонкие ноги панцирного жука или отбивала их тупым оружием, одну за другой, останавливая его на своём пути.

Остановив продвижение крупной особи, Шукин отдал следующий приказ.

— Хорошо! Мы прорвёмся через врага и вернёмся в лагерь!

Вот тогда-то это и произошло...

— Ургх!

Солдат рядом с ним издал стон боли и упал с лошади. Взглянув на него, Шукин увидел, что из него торчит длинный тонкий шип, похожий на метательное копье. Подняв голову, он увидел, что пчелиное чудовище, которое, несомненно, запустило его, зависло в воздухе, его огромные глаза наблюдали за Шукином и его людьми. Вероятно, оно выпустило иглу (или скорее кол) из конца своего брюшка.

«Тч... У них трудное средство нападения на нас».

Пока он мысленно жаловался, пчелиные монстры в унисон запустили в них шипами. На этот раз очередь синхронного залпа выпала по Шукину и его людям.

— Приближается! Защищайтесь, отступая!

По приказу Шукина конница подняла щиты против игл при отступлении.

Обычно после залпа они использовали бы свою мобильность, чтобы убежать, но джунгли острова Отца были густыми и с разбросанными по ним трясинами. Это ограничивало способность темсбоков к прыжкам, а лошади увязали ногами в грязи, не позволяя войскам Фуги использовать свою хвалёную мобильность.

— Сэр Шукин! Проклятье!

Ломбард, наблюдавший за кавалерией, пытался отвести свою пехоту, чтобы поддержать их, но он не мог оставить свой лагерь, поэтому был вынужден в разочаровании наблюдать за происходящим. Пока кавалерия вела тяжелую битву, Шукин покрылся холодным потом, опасаясь, что у них могут возникнуть проблемы, пока...

«Вух, вух... Тук!»

Дождь стрел, летящий с противоположного от лагеря направления, точно расстрелял пчёл, атаковавших кавалерию.

Если посмотреть в сторону леса, из которого вышли монстры, то в верхушках деревьев стояло бесчисленное множество людей с луками.

Один из них окликнул его: — Лорд Шукин! Вы в порядке?!

— А! Принцесса Элулу?!

Голос исходил от Элулу, дочери короля царства духов Гарулы.

Люди на деревьях, которых она вела за собой, были отрядом высших эльфов под названием «Добровольческие силы Гарлана». Номинально они были группой энергичных молодых людей, которых Элулу взяла с собой по собственной инициативе, чтобы помочь войскам Фуги. Однако на самом деле это было официально санкционированное подкрепление из Королевства Духов. Можно сказать, что вред закрытости Королевства Духов проявился в том, что им пришлось прибегнуть к подобному притворству.

Однако Добровольческие силы Гарлана, возглавляемые Элулу, оказались на редкость сговорчивыми. Дым, использованный для изгнания монстров из леса, был делом рук её добровольцев, которые прятались там.

Когда залп добровольческой армии Гарлана уменьшил количество пчелиных монстров, Элулу бросилась на сторону Шукина.

— Вы в порядке, лорд Шукин?!

— Да... Ты спасла меня, принцесса Элулу, — с облегчением сказал Шукин, а Элулу сердито надула щёки.

— Ух! Не называй меня принцессой! Пожалуйста, зови меня просто Элулу. На поле боя я просто ещё один солдат.

— Ах-ха-ха... Справедливо. Ты спасла меня, Элулу.

— Да!

Похоже, эта принцесса была настоящим сорванцом. Она была настолько дружелюбна, что трудно было поверить, что она одна из высших эльфов, известных своей ксенофобией. Её характер позволял ей откровенно общаться практически со всеми. В чём-то она напоминала Шукину младшую сестру его господина. Хотя Райга не была столь откровенна в своих чувствах, и её тон был отстранённым.

— Сейчас нам нужно поторопиться и выб... Берегись!

— А?

Один из муравьёв прыгнул на Элулу, пока она отвлеклась.

Шукин спрыгнул со своего темсбока, потянул за руку Элулу, чтобы поменяться с ней местами, а затем отрезал грудную клетку муравья от брюшка. Увидев, как муравей извивается, разбрасывая жидкости, после потери брюшка, Шукин отрубил ему голову, чтобы избавить его от страданий.

Элулу смотрела на него глазами, полными восхищения.

— Господин Шукин, вы такой крутой!

— Неужели сейчас для этого есть время...? — сказал Шукин со вздохом, вытирая сок жука со своего меча и убирая его в ножны.

Затем, снова взобравшись на своего темсбока, он подтянул Элулу одной рукой и посадил её позади себя. Элулу поспешно обвила руками его талию.

— Держись крепче; Элулу!

— Хорошо! — ответила она, сжав его.

Оглядевшись вокруг, Шукин увидел, что насекомые, приближавшиеся к их лагерю, были отбиты и уничтожены Ломбардом и Йоми. Что касается жуков, окружавших кавалерию, то они были уничтожены скоординированной атакой добровольцев Гарлана.

— Хорошо! С монстрами, гнездящимися в лесу, разобрались! Все отправляйтесь назад!

Получив этот приказ, кавалерия и добровольцы Гарлана вернулись в лагерь.

Приведя Элулу в лагерь, Шукин был встречен Ломбардом и Йоми.

— Хорошая работа. Я испугался, когда тебя там окружили.

— Хорошо, что с тобой всё в порядке.

Выглядя немного облегчённым, Шукин сказал: — Это было очень близко, но добровольцы Гарлана спасли меня.

Он спешился, а затем помог Элулу спуститься со своего темсбока.

— Вполне ожидаемо, что мы придём на помощь нашим союзникам! — сказала Элулу, гордо выпятив грудь, а остальные трое криво усмехнулись.

— Разве вы сами не были в опасности, госпожа Элулу? — Йоми указала на это, и Элулу сглотнула, не находя слов, её глаза неловко метались вокруг.

— Мы просто немного ослабили бдительность.

— Ты так говоришь, принцесса, но твоё завершение всегда было слабым, — укорил её один из других высших эльфов.

— Простите, сэр Шукин, что заставили вас защищать нашу принцессу, — извинился другой.

— А?! Вы, люди...!

Элулу окрасилась в яркий оттенок красного. Шукин и Ломбард с теплотой наблюдали за добровольцами Гарлана.

— Она хорошая девушка, не так ли? — сказал Ломбард.

Шукин кивнул: — Да. Все высшие эльфы, которых она привела сюда, – хорошие люди.

— Согласен. У меня всегда было впечатление, что высшие эльфы высокомерны и полны самих себя...

— В любом месте, куда бы вы ни отправились, наверняка найдутся неудачники и инакомыслящие.

Ломбард наблюдал, как Элулу преследовала подчиненных, которые дразнили её.

— Судя по всему, это реформаторы и либералы, — пояснил Шукин. — Это группа относительно молодых высших эльфов.

— Правда? Я никогда не могу определить возраст эльфа, глядя на него...

— Возможно, это означает, что их идеологии более гибкие. Это те, кто нашёл себя в замкнутом образе жизни и захотел выйти за его пределы. Они хотели привнести что-то извне и были готовы отменить политику, благоприятствующую их собственной расе, если это сделает это возможным... Элулу сказала, что она собрала таких людей, которым нет места в Королевстве Духов в его нынешнем виде.

— И она дочь короля? Должно быть, она не давала покоя королю Гаруле... Хм? Значит, причина, по которой он послал подкрепление...

— Я уверен, что отчасти это было избавление от смутьянов, — сказал Шукин, пожав плечами. — Если они смогут вернуть остров Отца, то хорошо. Если нет, то Королевство Духов сможет, по крайней мере, изолировать своих диссидентов. Может быть, он думает, что было бы лучше, если бы они никогда не вернулись со своей миссии?

— Даже если его собственная дочь здесь?

— Этого я не понимаю. Судя по тому, что рассказала нам Элулу, она, кажется, в хороших отношениях с отцом, так что я не думаю, что он бросил её. Возможно, он поддался её страсти и планирует забрать её обратно, как только закончится бой. Ну, у нас нет возможности узнать правду.

— Это трудно, когда у тебя есть позиция, которую нужно рассмотреть... — сказал Ломбард, его голос был полон эмоций. Шукин, однако, думал о другом.

«Конечно, это сложная ситуация для Добровольческих сил Гарлана, но... можно сказать, что она удобна для нас».

Шукин получил секретный приказ найти высокопоставленных эльфов, которых они могли бы поддержать в качестве марионеточного режима. Хотя Шукин был способен принимать политические решения, он был слишком честен и не любил интриги, поэтому ему не очень нравился этот приказ. Однако он считал, что Элулу может быть подходящим человеком для этой роли. Она была реформатором и либералом, интересующимся внешним миром. Она также хорошо ладила с другими единомышленниками из числа высших эльфов. Казалось вероятным, что она без колебаний станет главой марионеточного режима ради их блага.

Если он будет внимательно относиться к их нуждам, она и её народ не окажутся из-за этого в плохой ситуации. Элулу была той, кого он мог поддержать без особых угрызений совести.

«Может быть, я подробно обсужу это с ней сегодня вечером. Чтобы узнать, согласна ли она быть нашей марионеткой».

В тот вечер войска Фуги устроили небольшой банкет в честь победы в своём лагере.

После того как насекомоядные монстры в лесу были уничтожены, окружающая местность стала безопасной. Битва за остров Отца всё ещё продолжалась, но слишком напрягаться было нехорошо. «Возможно, сейчас самое время передохну́ть». Так решил Шукин, когда устраивал этот банкет.

— Эй, вы, высокие эльфы! Достаточно ли этого, чтобы напоить вас?

— О чём ты говоришь, молодой человек? Мы ещё даже не навеселе!

— Кого ты называешь молодым? У тебя лицо ребенка!

— А ты не прожил и ста лет! Это больше, чем то, что мы считаем молодым здесь, в Королевстве Духов!

Смешанные расы войск Фуги и высоких эльфов из Добровольческих сил Гарлана сидели плечом к плечу, подливая друг другу напитки. Одни пили, пели или дрались, другие рассказывали эмоциональные истории. Может быть, потому что многие из членов обоих войск были так приветливы, создавалось впечатление, что это товарищи, которые долгое время сражались вместе на поле боя.

Шукин сидел у костра с Ломбардом, Йоми и Элулу, и все они наливали друг другу напитки. Элулу была в приподнятом настроении и выглядела немного раскрасневшейся, когда болтала с Йоми.

— Лорд Шукин был просто великолепен, когда защищал меня! — воскликнула Элулу, отбивая и осушая деревянную кружку, полную вина. — Вы видели его мускулистые руки, когда он размахивает мечом? Есть ли на свете девушка, чьё сердце не забилось бы при виде этого?!

Элулу, похоже, очень понравился Шукин, и ему было неловко слушать, как она так пылко его хвалит. Ломбард и Йоми могли только слушать с кривыми улыбками.

— Но разве воины Гарлана тоже не сильны? Вы все кажетесь такими надёжными, — сказала Йоми, наполняя кружку Элулу свежим вином.

Элулу крепко сжала свою кружку, застонав в раздумье.

— Конечно, они сильные, но большинство из них худые. Так уж устроена наша раса. Мы больше подходим для дальних атак. Ох! Не то чтобы мне нравились супер-накачанные парни! Я просто считаю, что красивые, крепкие мышцы – это хорошо и полезно.

«Эта девушка увлекается мускулами?» подумали остальные, но решили не копаться в этом. Казалось, это был бы неловкий вопрос, и, более того, у них были более насущные вопросы.

Когда Шукин глазами подал сигнал двум другим, они встали.

— Я устал от сегодняшнего боя, — сказал Ломбард, — сейчас мы уходим.

— Простите нас.

С этим Ломбард и Йоми направились в свою палатку.

— Ва-а, ты уже уходишь? — Элулу протестовала, её голос носил оттенок одиночества. Хотя вокруг них были другие солдаты, которые пили и весело проводили время, у костра остались только Шукин и Элулу.

— Мне вдруг стало очень одиноко, — пробормотала она. — Я хотела ещё поговорить с ними двумя.

— Ну, сэр Ломбард и госпожа Йоми – муж и жена. Им нужно побыть наедине.

— Ах, вот почему... — уши Элулу слегка приподнялись от интереса.

Язвительно улыбнувшись её поведению, Шукин перешёл к основной теме. — Кстати, принцесса Элулу?

— Гр-р-р, ты опять называешь меня принцессой? — В её глазах было возмущение, но Шукин продолжал.

— Это серьёзный вопрос. Что вы планируете делать после этой битвы?

— Что ты имеешь в виду?

— После освобождения острова. Вернёшься ли ты к своему отцу?

— Хм-м... Я думаю об этом, — сказала Элулу, вино сделало её расслабленной и непринужденной. — Я – это одно, но эти твердолобые на острове Матери, вероятно, не хотят, чтобы реформаторы, которых я привезла с собой, вернулись. Они, вероятно, думают, что эта добровольческая сила была хорошим способом избавиться от нас, так что нам, вероятно, придётся остаться здесь на некоторое время. Никто из реформаторов тоже не захочет возвращаться на остров Матери, где на них смотрят с презрением.

Глаза Шукина расширились от того, как легко Элулу затронула такую тяжёлую тему.

— Эм-м... принцесса Элулу, возможно, ваш отец тоже относится к вам недоброжелательно?

— Хм? Мы с отцом хорошо ладим, — Шукин спросил из беспокойства, но Элулу рассмеялась.

— Я слышала, что раньше он был милитаристом, но отец всегда казался мне гибко мыслящим человеком. С ним гораздо легче разговаривать, чем со стариками, которые стоят на своём. Даже с этими добровольцами было меньше похоже на то, что отец хочет нас изгнать, а больше на то, что он хочет нас освободить. Он даже позволил мне, своей собственной дочери, возглавить их, в конце концов.

Чем больше он слышал, тем меньше Шукин понимал. Его убеждали, что Добровольческие силы Гарлана были изгнаны из своей страны из-за разногласий в политике. И поэтому их легко привлечь в страну. Однако, судя по их разговору, всё было не так просто. По крайней мере, Король Королевства Духов Гарлана не относился к принцессе Элулу с какой-либо враждебностью.

«Это... действительно нормально, что она присоединилась к нам?» Шукин был в растерянности. Лучшей кандидатуры для того, чтобы отделить остров Отца от Королевства Духов Гарлана, и быть не могло. Однако, поскольку её отношения с отцом Гарулы не были особенно плохими, она всё ещё могла захотеть вернуться в Королевство Духов.

Со своей стороны, Шукин не решался разлучить отца и дочь, перетянув Элулу в свои войска. Он обдумывал всё это, не произнося ни слова, пока наконец не решился, и осушил свою кружку одним махом. «Не похоже, что мучительные размышления об этом помогут мне найти альтернативный план...» Он не был похож на Муцуми или Хашима. Шукин лучше других знал, что он не может использовать хитрость так же, как те двое.

Вот почему он хотел, по крайней мере, быть верным своему господину и честным со своими союзниками. Чтобы ему доверяли все – самая простая пешка, которую можно использовать. Хашим должен был знать его характер, когда выбирал его главой войска.

— Эй, Элулу.

— Что?

— Я слышал, что реформаторы и либералы интересуются внешним миром, — сказал Шукин, глядя ей прямо в глаза. — Лорд Фуга стремится ещё больше укрепить нашу страну, чтобы освободить Домен Владыки Демонов. Вот почему он хочет присоединить остров Отца к нашим силам.

— Я знаю об этом... Именно поэтому он послал нам подкрепление, верно? Чтобы Королевство Духов Гарлана заключило с ним союз в качестве награды.

— Да. Однако в то же время наши лидеры не могут доверять высоким эльфам.

Услышав это, глаза Элулу опустились.

— Говорят, что от людей, которые считают себя выше других и смотрят на другие расы свысока, нельзя ожидать безропотного подчинения. Конечно, теперь я знаю, что есть такие люди, как вы и другие в Добровольческих силах Гарлана. Но что касается того, можем ли мы доверять тем, кто на острове Матери...

— ...Это совсем другой вопрос, я уверена. Не могу сказать, что я виню тебя, — тихо ответила Элулу. — И? Что вы будете делать, лорд Шуукин?

— Позвольте мне быть честным с вами... Лорд Фуга поручил мне найти диссидентов среди высоких эльфов и поддержать их независимость на острове Отца, чтобы мы могли включить их в наши силы.

— Значит, он хочет установить марионетку?

— Это звучит как что-то плохое, но вы можете воспринимать это и так. Просто мы хотим, чтобы остров Отца был в руках тех, кому мы можем доверять, — сказал Шукин, осторожно оценивая её реакцию. Она усмехнулась.

— Вы не умеете лгать, верно, лорд Шукин? Вы, вероятно, многое упустили из-за этого.

— Это просто моя природа...

— Я нахожу это приятным, понимаете? Итак, нашли ли вы человека, с которого вы собираетесь поддержать?

— Я думаю, что вы лучше всего подходите для этого, принцесса Элулу, — сказал Шукин. — Вы не увязли в традиционных представлениях о превосходстве своей расы. Вы смогли взаимодействовать с группой смешанных рас, как наша, без дискриминации. И вас очень интересует внешний мир и то, какие тайны он хранит. Я думаю, вы могли бы послужить мостом между континентом и Королевством Духов.

— Не переоцениваешь ли ты меня...?

— Мы ведь только что договорились, что я не могу сказать неправду, не так ли? Это то, что я действительно чувствую, — утверждал Шукин. — Я не думаю, что делаю вам плохое предложение. Не все реформаторы и либералы на острове Матери вступили в этот добровольческий отряд, верно? Если вы подниметесь, то сможете принять тех, кто ещё остался. Судя по тому, что я слышал, им там приходится тяжко. Почему бы не пригласить их на остров Отца и не подождать, пока отношение к ним смягчится во всём Королевстве Духов?

Элулу некоторое время молчала, прежде чем наконец заговорила: — Я слышала, что наши взгляды на превосходство высших эльфов родились из печальной истории угнетения на континенте.

Шукин снова посмотрел ей прямо в глаза.

— Если нас отделят от родины, у острова Отца будет мало сил. Сможете ли вы и ваш народ защитить нас в это время, лорд Шукин? Не окажемся ли мы угнетёнными, как только изменим свою верность? — спросила Элулу, глядя прямо на него.

Шукин скрестил руки.

— Я клянусь, что буду защищать тебя и либеральных высоких эльфов. Если лорд Фуга будет плохо обращаться с вами, я буду рисковать своей жизнью, чтобы наказать его за это. Я буду вашим щитом против ужасных обычаев Королевства Духов, политических злоумышленников и угрозы Домена Владыки Демонов, — искренне сказал он, склонив голову.

— Хорошо. Я согласна, — быстро ответила Элулу. Даже Шукин опешил.

— А? Так легко...?

— Это было нелегко. Я много думала об этом, — сказала Элулу, усмехаясь, — что, конечно же, означает, что у меня уже была похожая идея. Похоже, мы можем доверять вам, лорд Шукин, так что я подумала, что мы должны следовать вашему плану.

Видя, как Шукин растерялся, Элулу слегка вздохнула.

— Ситуация, в которой сейчас оказалось Королевство Духов... хуже, чем кажется со стороны. Когда у нас нет возможности разрешить её самостоятельно, закрытие страны от внешнего мира – самое глупое, что мы могли бы сделать.

— Вы говорите о монстрах, которые высадились на острове Матери?

— Это ещё не всё... — сказала Элулу с самодовольной улыбкой.

— Что вы... — начал Шукин, смущённый её словами.

— Я... не могу сказать ничего определённого сейчас. Это проблема на острове Матери. Я не знаю, затрагивает ли она и остров Отца в данный момент...

Элулу не предприняла попытку дать ответ. Это обеспокоило его, но он решил, что раз уж он достиг своей цели, то нет необходимости давить на неё и провоцировать её на гнев.

И вот, пока длилась ночь, было заключено тайное соглашение.

◇ ◇ ◇

Через некоторое время войскам Фуги и Добровольческим силам Гарлана удалось освободить остров Отца.

Когда он получил сообщение от Шукина: «Остров Отца объявил независимость под Элулу и присоединился к вашим силам», Герула Гарлан как раз оказался в гостях.

— Ну вот и всё...

Фуга рассказал о событиях Геруле, который стоял перед ним, преклонив колено в зале для аудиенций.

Выслушав всё, Герула уставился на Фугу.

Когда он это сделал, Фуга спросил: — Ты злишься, что всё сложилось именно так?

— Конечно...

— Ну, вы обратились за помощью не к тем людям, — пренебрежительно сказал Фуга. — Нет, возможно, мы и были теми людьми. Мы оставим остров Отца принцессе Элулу и её высшим эльфам. Шукин попросил меня об этом, и пока они сотрудничают с нами, я не собираюсь плохо с ними обращаться.

— Прошу меня извинить... — Герула встал и ушёл.

Фуга не почувствовал ничего особенного, наблюдая за тем, как он уходит разочарованным. Герула, однако, был сильно раздражён и зол, не на Фугу и его людей, а на самого себя. «Как жалко... Всё, что я всю жизнь защищал...»

Лишь немного позже они узнали, что Шукин потерял сознание на острове Отца.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

Проклятие короля

Прошло некоторое время с тех пор, как Фуга взял под свой контроль Остров Отца Царства Духов.

Я получил доклад от Хакуи, когда занимался своими административными обязанностями в столице.

— Проклятие Короля Духов?

— Да. Мы получили отчет об этом от членов «Черных котов», остановившихся в порту, который дал нам сэр Фуга.

В качестве платы за оказание поддержки своим войскам Фуга предоставил нам порт. Однако мы развернули лишь необходимый минимум, чтобы использовать его в качестве базы снабжения. Мы не могли построить его полностью, так как порт находился далеко от Королевства. Наш флот не мог прибыть туда немедленно, если бы что-то случилось; например, если бы Фуга отказался от своего слова и послал войска, чтобы забрать порт обратно.

Хотя ремонтные работы в порту были прекращены из осторожности в связи с возможным нападением, мы, тем не менее, разместили там подразделение «Черных котов» в качестве связных.

Читая отчет, Хакуя сказал: — Похоже, ходят слухи о проклятии Короля Духов, которое свирепствует на острове Отца и землях Королевства Великого Тигра рядом с ним. В этом районе по неизвестным причинам было много смертей.

— Возможно болезнь... это какая-то эпидемия?

— В настоящее время мы собираем информацию. Однако, учитывая, что болезнь впервые появилась на континенте примерно в то же время, когда Фуга занял Остров Отца, говорят, что Король Духов был разгневан и распространил свое проклятие в отместку.

— Меня не волнуют эти разговоры о проклятиях. Главное, что болезнь действительно существует.

Это настолько страшная болезнь, что люди говорят о ней как о проклятии. Я оперся локтями на стол и обхватил голову руками.

В моей голове промелькнули воспоминания об ущербе, нанесенном эпидемиями в моем прежнем мире. Такие болезни, как Черная смерть и испанский грипп, оставили свой ужасающий след в истории. Даже в мое время существовали различные эпидемические заболевания. Я знал, какой вред они могут причинить, и как трудно удержать этот вред от распространения.

— Это проклятие еще не достигло нашего порта,

— Верно. Есть некоторые оптимисты, которые предполагают, что если это действительно проклятие Короля Духов, то оно затронет только силы Фуги, потому что именно они захватили Остров Отца.

— Если бы это было проклятие, конечно. Но болезнь не выбирает жертв по национальному или расовому признаку.

Какова бы ни была причина, мне нужно действовать.

— Оставьте в порту только самый минимум агентов, а все остальные пусть немедленно возвращаются домой. Также запретите им перевозить обратно любые материалы, собранные в этом районе. Все излишки они могут отдать Фуге.

— Это... было бы то же самое, что покинуть базу.

— Этот порт все равно неудобно использовать. Мы не получили отдачи от наших инвестиций, но я хочу закрыть любые переносчики болезни в нашу страну.

— Мы до сих пор не знаем, что это за болезнь. Вы уверены, что не возражаете против этого? — спросил Хакуя, как бы ища подтверждения.

Скорее всего, он чувствовал то же, что и я, но хотел убедиться в моих намерениях.

Я твердо кивнул ему. — В идеале, все это окажется излишним беспокойством с моей стороны. Я не против, если люди будут смеяться надо мной за то, что я слишком осторожен. Самой большой проблемой было бы быть слишком оптимистичным и оставить ситуацию без внимания, пока она не выйдет из-под контроля. Тогда сожалеть будет уже поздно.

— Понятно. Я все устрою. — Хакуя поклонился. — Что-нибудь еще?.

— Во-первых, я хочу, чтобы вы вызвали врачей, Хильду и Брэда. У меня к ним тонна вопросов о возможных болезнях и способах борьбы с ними. Хильда была таким ипохондриком, что везде использовала дезинфицирующее средство, поэтому я думаю, что ее знания будут особенно полезны в борьбе с болезнями. Я бы хотел, чтобы они остались в замке на некоторое время в качестве советников.

— Согласно вашей воле.

— Я проведу широковещательную конференцию с госпожой Марией из Империи, Ку из Республики и Шабон из Союза Архипелага. Поскольку принцесса Силл из Королевства Рыцарей Дракона не сможет присоединиться к трансляции, пусть она придет сюда. Я выслушаю мнения Хильды и Брэда и обращусь к остальным с прямым призывом об опасности. В зависимости от обстоятельств, нам может понадобиться ввести определенные ограничения на свободу передвижения товаров и людей.

— Понятно. А что с другими странами?

— Страны в сфере влияния Империи могут быть под контролем госпожи Марии, а православное папское государство Лунария может быть под контролем Фуги, поскольку они его союзники. Госпожа Тиамат находится в горном хребте Звездного Дракона, так что с ними все будет в порядке... остается только государство наемников Зем, верно? Мы не можем быть уверены, что они прислушаются к нам, но мы, по крайней мере, отправим им письмо с предупреждением.

— Да, мессир. Я думаю, это будет целесообразно.

— О, и найди Райгу. Я хочу связаться с Фугой, чтобы выяснить подробности.

— Согласно вашей воле.

После этого весь замок пришел в яростное движение, пытаясь собрать информацию о проклятии Короля Духов. Однако, чтобы избежать ненужного смятения среди людей, я решил держать эту информацию в секрете, пока все не станет более определенным. Если бы я не был осторожен в обращении с ней, это могло бы вызвать межрасовые распри.

Мне лучше не рассчитывать на то, что это окажется так... я вздохнул, чувствуя убийственную нагрузку, которая снова надвигалась на меня.

◇ ◇ ◇

Немного позже, в один из дней седьмого месяца, Райга пришла в офис по правительственным делам.

— Сэр Сома, от моего брата прибыл простой приемник.

— Ах...! Оно пришло, да?

Я завершил работу над своими бумагами.

Немного раньше я отправил Фуге простой приемник, который можно было использовать для трансляции встреч. Я слышал от Райги, что Фуга завладел несколькими драгоценностями в ходе своей экспансии, поэтому я предложил организовать все так, чтобы мы могли проводить встречи в режиме трансляции.

В случае с Фугой он мог совершить что-то значительное, в то время как я все еще тратил свое время, пытаясь убедиться, что мы на одной стороне. Больше всего на свете я хотел иметь с ним канал связи. Я уже отправил ему наш простой приемник, так что оставалось только ждать, когда он пришлет нам свой. С его прибытием, наконец, стало возможным использовать их для связи.

Я поднялся со своего места и начал отдавать приказы.

— Хакуя, немедленно свяжись с Хильдой и Брэдом.

— Понял.

— Это наша первая широковещательная встреча с Фугой, поэтому я хочу, чтобы Лисия присутствовала... и ты тоже, Райга.

— Понятно.

Мы сразу же смогли провести встречу. Со мной было пятеро: Лисия, Хакуя, Хильда, Брэд и Райга.

Когда Фуга появился в простом приемнике, его советник Хашим и его королева Муцуми стояли позади него.

— Это Фуга Хан... — пробормотала про себя Лисия.

Если подумать, она никогда не видела его раньше. Я хотел услышать ее мнение о нем позже.

Мы быстро представились, а затем сразу перешли к делу. Я выступал первым.

— Прежде всего, думаю, я должен сказать... поздравляю с освобождением Острова Отца.

— Ха-ха-ха... я не знаю, стоит ли мне в ответ сказать спасибо или нет, — сказал Фуга с кривым смехом. В его голосе чувствовалась усталость. — Я думал использовать этих высокомерных высших эльфов, чтобы расширить свои силы, но... если просто посмотреть на результаты, похоже, что мне не повезло.

— Проклятие Короля Духов... верно?

— Это не проклятие. Это болезнь. Неизвестная болезнь — сказал Фуга с явным отвращением. — Ходят слухи, что я «разгневал Короля Духов, прикоснувшись к Острову Отца», но, по словам эльфов, находящихся под моей защитой, болезнь существовала на Материнском острове еще до вторжения моих войск. Там тоже все довольно серьезно.

Значит, это действительно была эпидемическая болезнь?

Плечи Фуги опустились, и он вздохнул. — Если бы я знал ситуацию на острове, я бы никогда не тронул его. Тот высокий эльф... Герула Гарлан, не так ли? Он обращался к вам и к Империи с одним и тем же предложением, верно? Вы отказали ему, потому что у вас была информация об этом?

— Вряд ли. Я просто не хотел спасать страну, полную тех, кто считает себя избранным народом.

— Ха-ха-ха, это странный способ выразить это, но он подходит.

— Я уверен, что в Империи было то же самое.

— Они поймали нас. Я думаю, что больше, чем освободить Остров Отца, Герула Гарлан, возможно, действительно хотел заставить нас сделать что-то с этой болезнью.

— А где сейчас Герул? Он все еще у тебя?

— Нет, когда мы взяли под контроль остров Отца, он разозлился и ушел. Я подумал, что он вернулся на Материнский остров, и оставил его в покое, но... этот ублюдок, — Фуга с досадой стиснул зубы.

Он умел заставлять других плясать под свою дудку, но в этот раз плясать заставили его. Даже для парня, благословленного эпохой, в которой мы жили, он не мог добиться того, чтобы все всегда шло по его сценарию.

— Ты в порядке, Фуга? Разве ты не сам отправился на остров?

— Неа, я не... мой напарник не любит море. Мы расширили наши силы, и мне показалось, что это не требует моего личного внимания, поэтому я поставил своего верного друга Шукина во главе экспедиции.

Шукин - один из командиров Фугаса, а также его друг детства, верно? Он поставил своего друга и правую руку во главе экспедиции. И теперь он выглядит измотанным, несмотря на то, что сам не ходил.

Я собрал все вместе.

— Только не говорите мне... у Шукина...

— Да... у него проклятие.

— Нет...!

Позади меня Райга прикрывала рот рукой. Она выглядела невероятно расстроенной.

Лисия положила руку на ее плечо. На другой стороне трансляции Фуга слабо покачал головой.

— Он был мне как брат. Второй брат для Райги.

Брат... тогда они были как семья.

— Его состояние... плохое?

— Нет, с ним все в порядке. Но... это только пока.

— Значит, постепенно становится хуже?

— Очевидно, это именно та болезнь, и именно поэтому я хочу позаимствовать ноу-хау вашей страны, — сказал Фуга с серьезным выражением лица. — Райга сказала мне, что медицина в вашей стране развита гораздо лучше, чем где-либо еще. Я хочу, чтобы вы рассказали мне, как справиться с этим проклятием - как его лечить, если это конечно возможно.

— Это не совсем та проблема, которую мы можем игнорировать... у нас нет возможности узнать, когда он может попасть в нашу страну, поэтому мы не будем ничего скрывать, сотрудничая с вами. Но у нас нет никакой информации. Пожалуйста, расскажите нам все, что вы знаете о проклятии Короля Духов, чтобы мы могли искать контрмеры и методы лечения.

— Конечно.

Фуга рассказал нам о болезни, которую они называют «Проклятие Короля Духов».

— Из отчетов, которые прислал Шукин... через некоторое время после отправления на Остров Отца несколько человек, которых мы послали, начали жаловаться на усталость. Сначала думали, что они просто плохо переносят незнакомый климат, но... с каждым днем симптомы усугублялись, — объяснил он, выглядя удрученным. — Когда число вышло из-под контроля, Шукин решил, что здесь что-то странное, и поговорил об этом с сотрудничавшими с ним высшими эльфами. И... так он узнал о болезни.

— Все начинается с усталости, потом постепенно появляются все новые и новые симптомы, которые в конечном итоге приводят к смерти. — К тому времени, когда он узнал об этом, Шукин понял, что уже заражен. Он не знает как, но...  как бы там ни было, он сказал, чтобы больше не присылали подкреплений. И что я абсолютно не должен идти туда, чтобы присоединиться.

Казалось, Фуге было больно говорить об этом. Учитывая состояние, в котором находился его друг и правая рука, это было вполне естественно.

— Для начала скажите нам, насколько заразна эта болезнь. — Я спросил об этом, потому что это было первое, что мы должны были проверить, и то, что я больше всего хотел знать. — Если болезнь распространяется, она должна заражать других людей, верно? Как быстро это происходит? Быстро ли заражаются люди, живущие в зоне изоляции, и те, кто лечит пациента?

Я представлял себе сезонный грипп из моего старого мира. Как только один человек в семье заболевал гриппом, он быстро заражал остальных. Когда я жил с бабушкой и дедушкой, мне говорили, чтобы я был осторожен.

Фуга посмотрел на Муцуми и Хашима. Они оба покачали головами, и его плечи опустились.

— Мы не знаем...

— Что?

— Мы не знаем, насколько это заразно. Мы даже не знаем, как люди заражаются этой болезнью.

— Что вы имеете в виду?

Разве болезнь не распространялась? Я запутался.

— Есть целая куча парней, которые подхватили эту болезнь «Проклятие Короля Духов»,

— Да.

— И все же вы не знаете, как они его поймали?

— Именно.

— Серьезно, что...?

— Ах, могу я вмешаться, сир? — сказала Хильда, шагнув вперед, чтобы встать рядом со мной. — Учитывая ситуацию, вы не возражаете, если я поговорю с этим джентльменом напрямую? Похоже, что у вас двоих разный уровень понимания, когда речь идет о болезни, так что, возможно, мне будет удобнее задавать вопросы.

— О, конечно. Я разрешаю.

— Очень хорошо. Итак, Ваше Иностранное Величество, я доктор Хильда. Не могли бы вы ответить на несколько вопросов для меня?

Фуга кивнул. — Да, конечно. Спрашивайте.

— Тогда я сделаю именно это. Во-первых, существует несколько путей передачи. Самый распространенный при эпидемиях - от человека к человеку. Если вы находитесь с ними в одной комнате, дышите одним воздухом или разговариваете с ними, и их слюна летит в вашу сторону, вот как это происходит. Распространяется ли эта болезнь от человека к человеку?

— Я не знаю...

— Хм... а как насчет тех, кто лечит зараженных? Я знаю, что у вас, вероятно, не так много врачей, как у нас, но должны быть светлые маги и те, кто оказывает первую помощь пациентам. Не заразились ли они?

— Нет... мы не получали подобных сообщений.

Значит, не было заражения практикующих врачей... э-э, если их можно так назвать?

— Как насчет семьи пациента?

— У нас нет подтверждения этому.

— А? Хм... — Хильда, казалось, глубоко задумалась. — Теперь, чтобы я все прояснила... болезнь действительно распространяется, именно так?

— Да. Похоже, что от двадцати до тридцати процентов солдат, которых мы отправили на Остров Отца, свалились с симптомами.

— Солдаты? Кто-нибудь из простых людей был заражен?

— Вот почему они называют это проклятием... — сказал Фуга, почесывая голову в полном замешательстве. — Более девяноста процентов пострадавших - военные. И почти никто из них не был в группе тылового обеспечения. Это были все люди, участвовавшие в боевых действиях. Вот что заставило людей болтать о том, что это проклятие, божественная кара или еще какая-нибудь чушь, которую они распространяют.

Болезнь, которая поражала только солдат? Это меня немного заинтересовало.

— Фуга, — начал я, — вы, ребята, построили полуавтономный домен для либеральных высших эльфов на острове Отца. Если девяносто процентов зараженных - военные, то на территории высших эльфов это тоже так? Нет различий по признаку расы или пола?

— Да. Похоже на то. Я мог бы пойти немного дальше и сказать, что болезнь на Материнском острове протекает так же, потому что они знают ее как болезнь, которая в основном поражает воинов.

— Даже в Царстве Духов?

— Сир, — сказала Хильда, повернувшись ко мне лицом.

— Основываясь на том, что мы знаем на данный момент, мы можем предположить, что он не заразен и через воздушно-капельный путь не передаётся. Распространение по сравнению с количеством пациентов просто слишком мало.

— Да... похоже, что пребывание в одном и том же месте не вызывает заражения, — согласился Брэд.

Я склонил голову набок.

— Значит, передача от человека к человеку не происходит?

— Мы не можем исключить передачу инфекции при тесном контакте или через телесные жидкости, но... за короткий промежуток времени произошло большое количество случаев. Не обследовав пациентов лично, я не могу сказать ничего определенного, но передача от человека к человеку кажется маловероятной. А учитывая количество случаев... причина должна быть в другом месте, я думаю. Какой-то чужеродный элемент.

— Может ли это быть в воде? Может быть, они что-то съели? — спросил Брэд, и Хильда застонала, подумав об этом.

— Меня поражает то, что все они - воины. Я не могу представить, что они держат отдельные запасы еды и воды для бойцов на передовой и их сторонников в лагере. Если сторонники в основном не заражены, еда кажется маловероятной причиной.

Когда я слушал их, мне кое-что пришло в голову.

— Эй, Фуга. Экспедиционные силы использовали монстров в качестве пищи?

— А? Нет. Их послали с большим количеством еды. Они должны были быть в отчаянии, чтобы сделать это. В «Энциклопедии монстров», которую вы нам дали, говорится, что нужно быть очень осторожным, когда используешь монстров в пищу.

— Значит, это не пищевое отравление от поедания монстров...

Вспомнив рассказ Жанны о поедании монстров, я подумал, что это вполне возможно. Я подумал, что крепкие солдаты, отправляющиеся воевать на передовую, могли захотеть попробовать такое, а парни в тылу не стали бы возиться. Но если они не ели монстров, как говорит Фуга, то, вероятно, дело было не в этом.

Это привело меня в еще большее замешательство.

— Монстры... — Хильда начала бормотать про себя. — Что, если монстры...

О чем это может быть?

Вдруг она подняла голову и кое-что поняла.

— Ваше Иностранное Величество! Экспедиционный отряд сражался только с монстрами, верно? Не солдаты Королевства Духов?

— Да. — Фуга кивнул. — Мы только что изгнали монстров с Острова Отца.

— Я слышала, что монстры довели Королевство Духов до предела. Это значит, что они сражались с ними и там. Другими словами, люди, которые сражались с монстрами, и есть те, кто подхватил болезнь.

Все задумались на тем, что сказала Хильда.

— Значит... это передача от монстра к человеку?

— Именно так. И если сторонники в тылу вообще почти не заразились, то какова бы ни была причина заражения, оно должно было произойти во время прямого боя. Или те, кто был ранен в бою, или покрыт кровью своих врагов...

В этом есть смысл. Я понимаю, как это может обосновать, что заражаются только воины.

— Эй, доктор. Что нам с этим делать? — Фуга спросил Хильду с серьезным выражением лица. — Монстры будут нападать на нас, в любом случае. Есть ли способ вылечить воинов или не дать болезни распространиться дальше?

— Не зная, что это за болезнь, я понятия не имею, как ее лечить. На данный момент это чисто предположение, что ее вызывают монстры, но... если вы не хотите новых жертв, вы должны придерживаться дальних атак и не подходить слишком близко к монстрам.

— Понял. Я прослежу, чтобы мои люди сделали это.

— Кроме того, я хочу услышать, какие именно симптомы она вызывает. Я понимаю, что в конечном итоге это неизлечимо, но какие проблемы возникают у пациентов до этого?

— Точно... самый типичный симптом проклятия Короля Духов... — Фуга смотрел прямо на нас, когда говорил это. — Это потеря способности использовать магию.

Потерять способность использовать магию?

— Могу ли я понимать это как потерю способности использовать свою собственную магию? — спросил я, но Фуга в замешательстве склонил голову набок.

— Что вы имеете в виду?

— Есть такие вещи, как магия восстановительного света, которая оказывает магическое воздействие вне тела.

— Похоже, что вы постепенно теряете способность использовать свою собственную магию. Что касается светлой магии... что насчет этого? — Фуга оглянулся назад.

Просмотрев отчет, Хашим ответил: — Поначалу она вроде бы работает, потом постепенно ослабевает и в конце концов выходит из строя... так говорится в наших отчетах.

— Нейтрализуется ли сама магия? А как насчет магических атак со стороны врагов?

— У нас нет сообщений о подобных экспериментах, но... есть сообщения о том, что один из пациентов, получил травмы в результате огненной атаки.

Их собственная магия становится непригодной, как и магия внешнего света... Какая разница, что решает, какая магия работает, а какая нет?

— Сома, — окликнул меня Фуга, пока я размышлял.

— Что это?

— Как насчет того, чтобы наши страны вместе боролись с этой болезнью?

— Сражаться... вместе? Вы имеете в виду совместные действия?

— Если мы останемся в неведении, неизвестно, когда это может распространиться по всему континенту. Это то, о чем вы беспокоитесь, верно? Поэтому я говорю, что мы должны объединиться.

— Я это понимаю, но...

В его рассуждениях был смысл. Но когда речь заходила о сотрудничестве с силами Фуги, я всегда сомневался. Фуга был человеком, который ничего не скрывал и не имел скрытых мотивов, когда был сам по себе, но теперь на его стороне был такой хитрец, как Хашим. Я чувствовал, что нами просто воспользуются.

Если мы будем вести себя так, будто мы близки к фракции Фуги, это может спровоцировать народ Империи. На самом деле, после того, как Фуга передал нам порт, вассалы Марии оказали на нее серьезное давление.

Когда я замешкался с ответом, Фуга продолжил. — Мы хотели бы сделать все возможное, чтобы не допустить новых случаев заболевания, и, если возможно, найти лечение. Вы ведь тоже не хотите, чтобы эта болезнь появилась в вашей стране, верно? Единственный способ предотвратить это - изучить ее вместе и придумать контрмеры.

Я молчал, не в силах дать ответ.

— Ты так корыстно говоришь, — вмешался Хакуя. — Во-первых, если бы вы никогда не вмешивались в проблемы Королевства Духов, вы бы сейчас не страдали от этой болезни. Это результат твоих действий, так что это неправильно, что ты ищешь помощи у других стран.

— Я полагаю, что у нас есть разница в понимании, — быстро возразил Хашим. — Наше освобождение острова Отца было сделано по просьбе сэра Герула. Мне неприятно, что вы предполагаете, что это было сделано ради личной выгоды.

— Вы спорите, но дело в том, что Остров Отца теперь входит в сферу вашего влияния, не так ли?

— Вы, должно быть, тоже не знаете обстоятельств. Когда мы действительно установили контакт с высшими эльфами, мы обнаружили, что они разделились на группу, одержимую представлениями о своем статусе избранного народа, и тех, кто искал реформы или освобождения от тех, кто придерживался подобных взглядов. Как освободители Домена Владыки Демонов, мы просто решили, что последняя группа была правильной, и встали на их сторону.

— Все, что вы сделали, это создали марионеточное государство. Вы зря называете себя освободителями.

Ни Хакуя, ни Хашим не уступят ни пяди земли в этом споре. Им обоим нужно было сохранить контроль над спором - Хакуе, чтобы не дать Королевству втянуть себя в ситуацию Королевства Великого Тигра, а Хашиму - чтобы не было никаких оправданий для отказа помочь им.

Вы могли бы назвать их войну слов игрой за власть между нами и Королевством Великого Тигра...

— Заткнитесь оба. — Фуга устал от этого и заставил их обоих замолчать. — В этом деле моя воля как личности превыше моей воли как короля. Я хочу спасти моего друга Шукина, а также других людей, которые служат под моим началом и страдают от этой болезни. Если мне придется опустить голову и умолять, я сделаю это. Так что прошу вас.

С этими словами Фуга снял шлем и глубоко склонил голову.

Один из нас просил другого об одолжении. Это должно было прояснить наши позиции, но каким-то образом, когда он смог так уверенно склонить голову передо мной, это заставило его почувствовать себя более внушительным. Мы заставили его склонить голову, и все же чувствовалось, что он контролирует ситуацию. Это должно быть различие в нашем калибре как личностей...

В отличие от меня, который справлялся, потому что его поддерживали другие, Фуга обладал невероятным потенциалом в одиночку. В ситуациях один на один, подобных этой, разница между нами была очевидна.

— Хорошо... мы поможем тебе.

Это был единственный ответ, который я мог дать.

— Если болезнь передается через контакт с монстрами, а не через воздух или капли, то врачи не подвергаются большому риску заражения.

— О! Спасибо.

— Однако наши медицинские технологии на несколько уровней выше ваших. Вы должны следовать инструкциям наших врачей. Я не хочу, чтобы вы перемещались среди пациентов и распространяли болезнь. Если вы не можете соблюдать это, мы вынуждены отказаться.

Фуга многозначительно кивнул в ответ на мои требования.

— Да, я понял. Я буду строг со своими людьми по этому поводу.

— Я рассчитываю на тебя... это касается и Хашима, хорошо?

К лучшему и к худшему, когда Фуга говорил, что собирается что-то сделать, он это делал. Теперь, когда он принял мои требования, я мог рассчитывать, что он не отступит от своего слова. Но это не относилось ко всем, кто был на его стороне.

— Он похож на человека, который отправил бы тела людей, умерших от болезни, во вражескую страну.

— Я не настолько безжалостен... — сказал Хашим, отводя взгляд, словно мои слова ранили его. Я не был убежден.

— Человеческая природа такова, что мы хотим использовать те инструменты, которые у нас под рукой. Даже если они слишком опасны.

В моем предыдущем мире, в конце концов, существовали такие вещи, как биооружие и сибирская язва. Бактерии и вирусы были живыми. Живые существа редко двигались так, как этого хотели люди. В качестве примера, не причиняющего прямого вреда людям, я слышал историю о том, как люди выпустили мангустов для борьбы с гадюками, но вместо этого они начали нападать на местных диких животных, находящихся под угрозой исчезновения.

— Если вы станете самонадеянными и будете думать, что можете контролировать эту штуку, я гарантирую, что это вернется и укусит вас за задницу.

Фуга на мгновение задумался, а затем сказал: — Да, я понял. Я присмотрю за Хашимом, чтобы он не сделал ничего странного.

Он взял это на себя, потому что не хотел, чтобы переговоры снова превратились в склоки.

Ну... думаю, этого пока достаточно. Мы договорились, что наши две страны будут сотрудничать в тех случаях, когда болезнь будет бесчинствовать.

Приняв это решение, я должен был посмотреть, что может сделать Королевство, поэтому мы решили закончить встречу. Как только видео оборвалось...

— Все это превратилось в... большую проблему? — сказала Лисия, и я кивнул в знак согласия.

— Но на этот раз нам действительно нужно сотрудничать. Болезнь не знает границ.

— Да...

— Эм, мне жаль моего брата, — извиняющее сказал Райга.

— Ты не должна быть такой, — успокоил я ее, положив руку ей на плечо. — В этой ситуации Фуга не совсем виноват.

— Точно...

Затем ко мне подошли Хильда и Брэд.

— Сир, как только я узнаю о болезни, я не могу оставить это без внимания. Позвольте мне пойти туда.

— Нет, им нужен кто-то для проведения вскрытий. Я должен быть тем, кто поедет.

Они оба вызвались добровольцами из чувства долга как врачи. Но...

— Нет! — Я сразу же отказал им. — Вы - главные авторитеты в медицине Королевства. Я бы даже назвал вас королем и королевой медицинского мира. Вы настолько известны, что люди знают ваши имена даже тогда, когда не знают имени ближайшего врача. Если бы я послал вас двоих куда-нибудь, и вы заболели, что бы я делал? Страна погрузилась бы в хаос, если бы это была болезнь, которую не смогли преодолеть даже вы двое. Когда они узнают об этом, могут даже начаться беспорядки.

— Как врачи, вы бы не хотели, чтобы бунт, вспыхнувший из-за вас, привел к жертвам, не так ли? Ну, как король, я чувствую то же самое. Я не могу послать вас туда.

— У... — простонал Брэд.

— Слава имеет свою цену, да? — пожаловалась Хильда.

Они выглядели расстроенными, но им предстояло с этим смириться. Я не хочу сказать, что одни жизни были важнее других, но факт в том, что некоторые смерти имеют гораздо больший эффект. Как король, я должен был сделать все возможное, чтобы свести потери к минимуму.

— Тебе нужно быть терпеливой. Людия еще маленькая.

Когда я заговорил об имени их ребенка, у них обоих наступил момент осознания. Они не могли сделать ее сиротой. Тем не менее, у них была работа, которую они должны были выполнять как врачи. Я увидел на их лицах противоречивое выражение.

Я склонил голову перед ними обоими.

— Я хочу, чтобы вы были моими советниками. Я дам вам всю имеющуюся у нас информацию. И как только появятся образцы, я прикажу доставить их к вам. Так что, пожалуйста, оставайтесь пока в столице.

— Ладно, я понял... — сказал Брэд.

— Думаю, у нас нет выбора, — согласилась Хильда.

Им это не нравилось, но они приняли это.

На острове Отца был город, известный как Мин, где когда-то проводились обряды Царства Духов. Это был город исторического значения, и каменное здание в его центре, напоминающее пирамиды или Чичен-Ицу, уже давно стало гнездом для насекомоядных монстров. Тем не менее, после того как его освободили объединенные силы людей Фуги и добровольцев Гарлана, они смогли использовать его в качестве ключевой базы. Легко обороняемый и с портом поблизости, город, очевидно, должен был стать важным. Именно здесь Бито, бывший король Габи, бросился вперед, чтобы прославиться, пока его не окружили и не убили монстры.

Теперь, когда монстры были истреблены с острова Отца, Мин должен был стать центром восстановления острова. Там собралось множество людей, деловито переговаривающихся между собой. Однако их лица были хмурыми, а не наполненными надеждой. Причина: болезнь, известная как Проклятие Короля Духов.

«Проклятием» заражались только воины. Сначала зараженные постепенно теряли способность использовать магию, а затем на них переставала действовать лечебная магия. В конце концов, болезнь начинала поражать тело, вызывая различные симптомы. В конце концов, эта страшная болезнь приводила к смерти.

Бесчисленное количество воинов уже пало от этой болезни на Материнском острове. Силы Фуги даже не подозревали о существовании этой болезни, и члены добровольческого отряда Гарлана тоже не ожидали, что на острове Отца заболеет так много людей. Даже если они смутно опасались, что это возможно, у них не было способа защититься от этого.

Высшие эльфы, должно быть, надеялись, что болезнь поразила только людей на этом острове. Но эти надежды развеялись. И здесь, на Острове Отца, произошло бы событие, которое потрясло бы новых людей островов. Стало бы известно, что главнокомандующий их объединенными силами, Шукин, заразился этой болезнью.

◇ ◇ ◇

— О! Я принесу это ему! — сказала Элулу, держа в руках поднос. Она находилась на кухне особняка Мин, который когда-то использовался членами королевской семьи высших эльфов.

Лица высших эльфов, работающих на кухне, исказились.

— Принцесса! Может быть, вам не стоит этого делать?

— Это опасно! Если с вами что-нибудь случится...

— Конечно, вам нет нужды изображать из себя прислуживающую девушку, принцесса.

Казалось, все были против, но Элулу улыбнулась и покачала головой. — Позвольте мне сделать хотя бы это. Он сражался ради нас, и это все, что я могу сделать, чтобы отплатить ему.

— Принцесса...

Все знали, что яркая улыбка на ее лице была лишь для того, чтобы атмосфера в комнате не стала слишком мрачной. Когда они уставились на нее, не находя слов, выражение лица Элулу немного расслабилось.

— Я пойду, — весело сказала она и ушла с подносом.

Она поспешила к комнате в восточной части особняка. Остановившись перед ней на мгновение, чтобы убедиться, что она выглядит презентабельно, она постучала в дверь.

— Я вхожу, — сказала она, держа поднос одной рукой, а другой открывая дверь.

— Господин Шукин, как вы себя чувствуете... Ах!

Глаза Элулу расширились, когда она увидела внутреннее убранство комнаты. Больного, который должен был лежать в постели, там не было; вместо этого он висел вертикально на верхней части рамы открытого окна.

— Сто один... сто два..., — считал он.

Она уставилась на него, ошеломленная.

— Ах... какие прекрасные мышцы у него между крыльями... подожди, нет!

Элулу поспешно поставила поднос на стол и попыталась оттащить Шукина от оконной рамы. Однако из-за разницы в весе и крепкой хватки Шукин она не смогла разжать его пальцы.

— Ты болен, так отдохни!

— О, это принцесса Элулу.

Шукин сосредоточился на выполнении подтягиваний, но когда он заметил Элулу, то отпустил оконную раму и опустился на пол. Застигнутая врасплох, Элулу упала.

Она потерла болящий зад и обиженно посмотрела на него, но Шукин, казалось, ничего не заметил и вытер пот полотенцем.

— Ух... тебе действительно стоит держаться от меня подальше, — сказал он, улыбаясь. — Это будет проблемой.

— Я еще никогда не слышал ничего столь неубедительного!

По тому, как Шукин крутил руками, трудно было представить, что он болен. Видя его в таком состоянии, Элулу не могла успокоиться.

— Я не думаю, что кто-то заразился этой болезнью, ухаживая за больными. Возможно, она не передается от человека к человеку... но, нет, до этого, почему вы не можете остаться подальше от меня.

Укоризненный взгляд Элулу не произвел на Шукина заметного эффекта.

— Может, я и не в лучшей форме, но мое тело все еще работает. Поэтому я должен продолжать тренировки, пока не смогу двигаться, иначе это плохо отразится на мне как на воине.

— Просто сядьте, пожалуйста!

Элулу заставила Шукина сесть и поставила поднос с кашей ему на колени.

— Время еды! Пожалуйста, ешь!

— О, хорошо.

Шукин, казалось, испуганный ее напором, ел свою кашу. Наблюдая за ним, Элулу вздохнула, в ее глазах появилась грусть.

— Лорд Шукин... Как вы можете быть так полны энергии?

— Ммф... Хм? Что ты имеешь в виду? — - спросил он между кусочками еды.

— Когда воины становятся жертвами Проклятия Короля Духов... большинство отчаивается. В тот момент, когда их настигает проклятие, они видят надпись на стене и отказываются от всего... Некоторые даже заканчивают свою жизнь в тот же день... Хотя, подожди, наверное, я не в том положении, чтобы говорить об этом.

— Принцесса Элулу?

— Если бы мы раньше рассказали вам об этой болезни, то, возможно...

Элулу сжалась в комок от сожаления. Увидев это, Шукин покачал головой.

— Это ведь не ваша вина, правда? Никто не знает, что вызывает болезнь, поэтому никто не знал, что мы можем заразиться ею и на Острове Отца.

— Но все же...

— Я виню только себя. После всех побед, которых я добился под руководством лорда Фуги, я стал настолько самодовольным, что не заметил огромной ямы у своих собственных ног. Никогда не знаешь, где в этой жизни могут таиться ловушки. Это был хороший урок.

Услышав его слова, Элулу посмотрела на него с удивлением, а затем с завистью.

— Вы так сильны, господин Шукин...

— Это неправда...

— Нет, вы действительно сильны. Как вы можете быть таким стойким, несмотря на свою болезнь?

— Хмм... — Шукин скрестил руки в раздумье, деревянная ложка свисала изо рта. Через несколько секунд он ответил: — Это... наверное, потому что я не думаю, что это конец.

Глаза Элулу расширились. — А?

— Посмотрите на сообщение. — Шукин кивнул в сторону прикроватной тумбочки.

— Что это?

— Письмо от лорда Фуги.

— От сэра Фуга? Можно ли мне прочитать?

— Да. Там нет ничего такого, что я не должен позволить вам увидеть.

— О, хорошо... и так, что говорит сэр Фуга? — спросила Элулу, взяв письмо. Шукин улыбнулся.

— Чтобы решить проблему с Проклятием Короля Духов, он заручился полным сотрудничеством короля Фридонии Сомы.

— Фри... донии?

— Это огромная страна на востоке континента. Еще несколько лет назад в ней не было ничего примечательного, кроме ее истории. Однако с тех пор, как новый король взошел на трон, в ней произошел невероятный прогресс. Это было настолько впечатляюще, что заставило лорда Фугу опасаться его, и он даже отправил туда учиться свою младшую сестру Райгу.

— О, теперь я вспомнила. Это страна, которая возглавляет Морской альянс.

Элулу вспомнила, что сначала ее дядя обратился за помощью в Королевство Фридония.

Однако политика королевства, направленная на превосходство высших эльфов, является причиной отказа от сотрудничества.

Скрестив руки, Шукин сказал: — Это всего лишь повторение того, что я слышал от лорда Фуги, но письма леди Райга говорят нам о том, что в этой стране наблюдается значительный прогресс в науке и технике. И когда дело доходит до медицины, она говорит, что они опережают нас на десятилетия. Люди, не являющиеся светлыми магами, могут проводить лечение, и они даже способны лечить болезни, которые раньше считались невозможными с помощью светлой магии.

— Они так далеко впереди?! Это невероятно... насколько большим должен быть разрыв с нашей страной? Мы так долго оставались закрытыми от остального мира.

Язвительно улыбнувшись шоку Элулу, Шукин сказал: — И они собираются нам помочь. Еще слишком рано терять надежду, не находишь?

— Ну, единственное, о чем я сожалею, так это о том, что из-за моих промахов мой сеньор оказался в долгу у короля Сомы. И, возможно, я побеспокоил и леди Райгу.

— Тогда это еще одна причина, чтобы выздороветь! — Элулу засияла, казалось, вновь обретя бодрость. — Пока ты жив, ты можешь выразить благодарность своему сеньору и вернуть его долг чужеземному королю. Но если ты умрешь, то останешься лишь неблагодарным, который так и не вернул свой долг. Так что, пожалуйста, выздоравливай!

— Пффф...! Ах-ха-ха-ха! — Шукин разразился смехом, забавляясь ее энтузиазмом.

Элулу тоже не могла удержаться от хихиканья. В комнате царило такое веселье, что трудно было представить, что кто-то из присутствующих болен.

◇ ◇ ◇

В особняке в Парнаме двое младенцев крепко спали в кроватке в гостиной. Их матери присматривали за ними.

— Когда видишь их вот так, бок о бок, они похожи как близнецы. Это напоминает мне Сиана и Казуху, — призналась Ророра.

— Ты права, — согласилась Тиа. — Если бы у них не были волос разного цвета, я могла бы их перепутать.

Они были золовками, и их беременность обнаружилась почти одновременно. Хильда вместе проводила их регулярные осмотры, и родили они тоже почти одновременно. К этому времени они уже восстановились после родов, поэтому Ророа часто приводила своего ребенка поиграть в дом Юлия и Тии.

Заботливые матери продолжали общаться.

— Леон спит с открытым ртом. Когда-нибудь он станет большой шишкой.

— Тиус такой тихий. Я чувствую в нем интеллект отца.

Сына Ророа от Сомы звали Леон Амидония, а сына Тии от Юлия - Тиус Ластания. Поскольку оба они были младенцами, Леон и Тиус были похожи друг на друга как две капли воды; но тонкие прядки волос на голове Леона были темно-коричневыми, а волосы Тиуса - светло-бежевыми.

Пока матери с любовью смотрели на своих детей, отцы наблюдали за ними из-за столика на небольшом расстоянии, где они пили чай.

—Они обе матери... это заставляет меня испытывать эмоции, просто думая об этом, — сказал Сома между глотками чая. — Знаешь... они выглядят не так уж и по-другому, чем когда я их встречал.

— Ну, после шестнадцати лет, я думаю, два или три года не имеют такой большой разницы.

— Эмоционально, однако, это абсолютно точно. Говорят, мужчины не так уж сильно растут после рождения детей, но когда женщина рожает, она становится новым существом, называемым матерью... так мне говорили некоторые люди.

— Вы судите на собственном опыте?

— Их уже слишком много. Сейчас я даже не могу их всех удержать на руках.

— Хех, вы так говорите, как будто когда-нибудь наступит период, когда вы сможете остановиться, — поддразнил Юлий.

— Ох, отвали, — ответил Сома, пожав плечами.

Они непринужденно болтали, наблюдая за своими любимыми женами и детьми.

Смог бы кто-нибудь, увидев эту мирную сцену, сказать, что эти два человека когда-то вели армии в десятки тысяч человек друг против друга в смертельной битве?

— Спасибо, что познакомили нас с доктором Хильдой, — поклонившись, сказал Юлий. — Благодаря ей и мать, и ребенок здоровы.

— Хильда - единственная, кого вам нужно благодарить. Даже если бы я не познакомил вас, в Королевстве сейчас много акушерок и гинекологов. Думаю, любой из них мог бы помочь вам без особой разницы, кого вы выбрали, — сказал Сома, махнув рукой.

Юлий кивнул. — Это, правда, что Королевство впереди, когда дело касается медицинских наук.

— Честно говоря, я хочу, чтобы мы все больше и больше развивались в этой области. Я думаю, нам все еще нужно больше врачей и больниц, но... это также потребует повышения налогов….

— Это важное дело, но... я вижу, что народ будет сопротивляться, — Юлий скрестил руки и застонал.

— Да. Я как раз говорил с Ророа о том, что, возможно, нам стоит просто подкинуть эту идею Конгрессу.

— Конгресс народа... это был орган, который собирает и организует просьбы для короля, верно?

В Конгрессе народа участвовали представители всех рас и социальных статусов из всех регионов страны. Они были подобны ящику для предложений, который позволял «гласу народа» дойти до короля. Они существовали только для того, чтобы эти голоса были услышаны, и только от короля зависело, принимать ли меры по этим просьбам или нет.

Однако, если бы он игнорировал их слишком часто, король потерял бы поддержку народа, поэтому он обычно внедрял те из них, которые вряд ли доставили бы ему проблемы. Примером этого было расширение программ телевещания.

— Я думаю, что мы позволим народу решить, хотят ли они повышения налогов для финансирования еще более полной медицинской системы, — сказал Сома.

С мрачным выражением в глазах Юлий покачал головой. — Они отвергнут его, без сомнения. Люди недальновидны.

— Ну... да, возможно, вы правы. Система образования сделала так, что большее количество населения может думать самостоятельно, но они еще не дошли до того уровня, чтобы мы могли проводить реформы, которые сократят их собственные средства к существованию.

— Зная результат, вы все еще намерены оставить это на усмотрение людей?

— Есть смысл в том, чтобы заставить их решать.

— Хм? Что вы имеете в виду?

— Я уже учел, что за него будут голосовать несколько раз, — сказал Сома, усмехаясь. — Но каждый раз, когда это происходит, мы сообщаем об этом народу. Надежная медицинская система - это необходимость. Со временем число граждан, которые это понимают, будет расти. В сельской местности появятся люди, которые будут думать: «Вот бы и в моем городе был врач», верно? Ну, когда это произойдет...

— ...Народ заставит конгресс принять его, или некоторые из членов примут бой, чтобы сыграть в свою пользу.

Я должен был догадаться, что Юлий все поймет. Он был умный, и если я давал ему подсказку, он сам догадывался об остальном.

— Но не слишком ли ты нетерпелив? Люди не поймут, что ты пытаешься здесь сделать.

— Я знаю... но, видишь ли, Юлий, я хочу, чтобы люди никогда не переставали думать самостоятельно. Если они будут принимать все, что слышат, видят или им говорят, за чистую монету, то они никогда не узнают, что на самом деле правда. Простота может быть достоинством, но она также делает людей восприимчивыми к теориям заговора. Я не хочу, чтобы это случилось с моим королевством.

Сома глубоко вздохнул.

— Это поможет уберечь их от фракции Фуги.

— Фуга Хан? — спросил Юлий.

— Вы знаете, как его харизма притягивает к нему людей? Если Фуга скажет: «Надин - белый Рю», все согласятся. Если он скажет: «Я могу сделать вашу жизнь лучше», люди захотят, чтобы он правил ими, даже если ему нечем подкрепить это утверждение. Если Фуга скажет: «Этот парень - зло», люди будут ненавидеть его.

— Кажется, я понимаю, к чему вы клоните... хорошо. Этот ход Хашим использовал для разделения Союза Восточных Наций. Разжечь недовольство против нынешней администрации и привлечь людей харизмой Фуги. Мы потеряли всех наших солдат из числа беженцев, кроме Джирукомы и тех, кто остался с ним.

Юлий поморщился от нахлынувших воспоминаний.

Сома кивнул. — Возможно, в какой-то момент он попытается сделать то же самое в этой стране. Когда он это сделает, ситуация изменится в зависимости от того, насколько наши люди смогут думать самостоятельно. Даже если он попытается завоевать их медовыми словами, нам нужно, чтобы наши люди могли думать: «Неужели все будет так хорошо?» и «Действительно ли этот человек так плох, как говорит Фуга?».

— Значит, вы говорите Конгресс народа создан для того, чтобы он не был восприимчив к такого рода подстрекательствам? — Юлий издал вздох, который был наполовину восхищен, а наполовину встревожен. — Это окольный путь, но, похоже, он сработает... но как утомительно идти окольными путями.

— Тебе не нужно было дважды повторять «окольными путь». И так ли уж это хлопотно?

— Я могу представить, через какие муки прошли принцесса Лисия и премьер-министр Хакуя, работая с вами так долго.

— Я часто это слышу... — Сома ответил с кривой улыбкой.

Кстати, после нескольких отказов, это предложение наконец было принято. Однако в этом будут участвовать грядущие события и определенный человек. Когда Сома увидел отчет, он, возможно, сказал: «Все прошло быстрее, чем я ожидал....» Довольно отступлений.

Раздался звон, когда Юлий поставил свою чашку в блюдце.

— Но прежде чем думать о будущем, нам нужно подумать о настоящем. Что происходит с Проклятием Короля Духов?

— Мы все еще активно изучаем этот вопрос... — ответил Сома, сделав глоток чая. — Я отправил медицинскую команду в портовый город, который Фуга дал нам на западном побережье, и они собирают информацию. Сначала они проверяют то немногое, что мы знаем. Фуга сказал, что эта болезнь поражает в первую очередь воинов, а не передается от человека к человеку. Похоже, это верно.

— Это хорошо... или нет?

— Трудно сказать. Потому что на острове Отца люди все еще болеют этой болезнью. — Сома обхватил руками свою чашку, глядя в нее. — Теперь, когда мы знаем, что болезнь не передается от человека к человеку, Хильда и Брэд просят отправиться туда, но...

— Это все еще опасно. Вы должны остановить их.

— Да, я знаю. Мы не можем позволить себе потерять их. Я поручаю им проанализировать всю полученную информацию и придумать контрмеры... Лучший способ подавить их желание сделать что-то необдуманное - это занять их.

— Я также приказал Жене и ее команде двигаться дальше в своих исследованиях.

— Женя - это... начальник отдела технических исследований Королевства, верно?

— Мм... сейчас они занимаются изучением магии, и одним из типичных симптомов Проклятия Короля Духов является то, что люди, заразившиеся им, не могут использовать магию. Если оно как-то влияет на магию в их телах, это может дать нам какую-то подсказку. Я решил попросить их сотрудничать в этом деле.

Юлий, казалось, на мгновение растерялся. Сома склонил голову набок.

— Что это?

— О, мне просто напомнили о том, как хорошо структурировано Королевство. Неважно, что вы задумали сделать, у вас есть подходящий персонал для этой работы, и он может сразу же приступить к работе. Честно говоря, вы создали «ужасающую» страну.

Сома криво улыбнулся на это.

— О чем ты говоришь? Ты теперь один из нас.

— Я...?

— В будущем мы будем вести больше переговоров с Фугой. Хашим, несомненно, будет участвовать в интригах. Я не уверен, насколько хорошо пойдут дела, если вы с Хакуей не будете работать вместе. Как только вы успокоитесь со своим ребенком, пожалуйста, приходите на работу.

— Хех, теперь вы мой сеньор. Если это ваш приказ, то я его выполню.

Когда каждый из них улыбнулся другому, их щеки оказались зажаты с двух сторон. Ророа и Тиа, которые кружили позади своих мужей, прижались ладонями к их лицам.

— Ну же, дорогой, старший брат. Чего ты такой хмурый?

— Она права! Это ужасно, что вы так игнорируете своих очаровательных жен и детей!

— Ах! Прости, Ророа.

— О боже. Я вижу, вы все хорошо ладите, — раздался неожиданный голос.

Это был седовласый джентльмен, который пришел принести им горячий чайник. Управляющий швейным предприятием под названием «Серебряный олень» и публичное лицо компании Ророа, Себастьян Сильвердир.

— Как я вижу, это лишь вопрос времени, когда детей станет еще больше, — с улыбкой сказал Себастьян, и Ророа с энтузиазмом кивнула.

— Черт. Я думала, что умру, когда рожала, но я уже хочу еще одного.

— Я тоже.

Увидев ожидающие взгляды на лицах своих жен, Сома и Юлий неловко посмотрели друг на друга. Себастьян наблюдал за всем этим с улыбкой.

— Отец, помоги, — произнес слегка сипловатый голос рядом с кроваткой.

Это была девочка лет трех-четырех с такими же волосами, как у Себастьяна. Он подошел к ней и, приподняв ее, сделал так, чтобы она могла лучше видеть лица малышей.

— Смотри, Флора. Это лорд Леон и лорд Тиус.

— Они милые, отец.

Эта улыбающаяся девушка была Флорой Сильвердир, дочерью Себастьяна.

Глядя на них, Сома подтвердил свою решимость, подумав: — Я должен сделать все возможное, чтобы защитить будущее этих детей.

◇ ◇ ◇

Существовало шоссе, соединявшее север Королевства Великого Тигра Хан и Парнам, королевскую столицу Королевства Фридония. Это была одна длинная непрерывная дорога, но она полностью менялась, как только вы переходили из одной страны в другую.

Дорога со стороны Королевства Великого Тигра представляла собой грунтовую тропу, по которой ходили люди и их лошади, в то время как дорога со стороны Королевства Фридонии была намного проще в использовании: она была вымощена римским бетоном, и на ней через равные промежутки были высажены деревья, отпугивающие монстров, чтобы не пускать на нее диких животных. Это была красноречивая демонстрация разницы в отношении к инфраструктуре между двумя правителями.

На дороге со стороны королевства Фридония стоял одинокий мужчина. Его лицо было скрыто капюшоном, который он носил, а шаги были тяжелыми. Он шел почти как узник со связанными ногами.

И все же мужчина не остановился.

В конце концов, он добрался до небольшого городка в горах. Там он купил небольшое количество еды и вина, а затем уселся на обочине дороги, чтобы все это съесть. Судя по тому, как он ел, казалось, что только питание и имело значение.

— Эй, мистер. Вы неважно выглядите, — обратился кто-то к мужчине.

Это был крупный мужчина с большими мускулами и кустистой бородой, которая, казалось, была его отличительной чертой. Честно говоря, он выглядел не иначе как бандит.

Человек в капюшоне осторожно выхватил кинжал, спрятанный в мантии, и ответил: — Боюсь, что сейчас у меня ничего нет с собой....

— А? — Бородатый мужчина на мгновение посмотрел на него пустыми глазами, а затем разразился смехом. — Давненько со мной никто так не разговаривал. Если вы меня не знаете, то... вы ведь не местный, как я понимаю? Вы путешественник?

Казалось, бородатый мужчина не был настроен враждебно. Человек в капюшоне отпустил свой кинжал.

— Ааа... можно сказать и так... значит, ты не бандит?

— Вы меня неправильно поняли. Не волнуйся, я не собираюсь вас грабить. Король рассердится.

Бородатый мужчина ударил себя одной рукой по груди.

— Я часть команды горных спасателей в этих краях... подождите, ведь если вы из другой страны, вы не знаете о нас, да? Наша работа - искать людей, которые застряли в горах или пропали там, и спасать их.

— Я никогда не слышал о такой работе... и? У вас ко мне какое-то дело? — - осторожно спросил человек в капюшоне, но бородач пожал плечами.

— Конечно. Вы явно выглядите не слишком привлекательно. Я решил проверить, все ли с вами в порядке.

— Могу я попросить вас оставить меня в покое...?

— Боюсь, ничего не выйдет. Если вы умрете в моем районе, ко мне посыплются вопросы от вышестоящего начальства, и я буду вынужден заполнять тонну отчетов. Это слишком хлопотно, так что, может быть, вы позволите мне помочь вам, пока до этого не дошло? — шутливо сказал бородатый мужчина.

Это был грубый способ выражения, но вы могли почувствовать его беспокойство.

Человек в капюшоне поднялся на ноги, положив руку на стену для опоры. — Я ценю вашу доброту. Однако я... должен идти в одно место.

— Идти? Куда вы идешь в таком состоянии?

— В столицу этой страны, Парнам. — Человек в капюшоне начал идти, но даже опираясь одной рукой на стену для поддержки, он шел неуверенно. Затем его ноги подкосились.

— Осторожно! — мгновенно отреагировал бородатый мужчина, поддерживая его своими толстыми руками.

— Вы спотыкаетесь. Недалеко отсюда есть большая больница. Я отвезу вас туда, пусть вас осмотрят.

— Что такое... больница?

— Это место, где врачи - думайте о них как о знахарях или светлых магах, только более удивительных. Даже без светлой магии они могут лечить раны и болезни, которые трудно вылечить с помощью магии. Поддерживаемые правительством больницы тоже дешевы.

— Болезни тоже...? Неужели медицина Королевства настолько развита? Пока мы закрывались в себе, внешний мир изменился... какая ошибка..., — сказал человек в капюшоне самоуничижительным тоном.

Бородатый мужчина недоуменно посмотрел на него, но человек в капюшоне покачал головой.

— Я знаю свое тело лучше, чем кто-либо другой. Даже эти ваши «доктора» не могут меня спасти.

— А?! Все так плохо?!

— Мне осталось недолго. Я должен отправиться в Парнам как можно скорее. На свою родину... чтобы сделать все, что я могу сделать с той жизнью, которая у меня осталась.

Человек в капюшоне протянул руку в направлении Парнама. Бородач почесал голову, наблюдая за происходящим, а затем подхватил человека в капюшоне на руки.

— Черт побери. Похоже, у меня не так много выбора... эй, приятель, ты слишком легкий!

— Что ты делаешь...?

— Я уже ввязался в это. Теперь я не могу отступить. Я государственный служащий. Я свяжусь со своим начальством и спрошу, могут ли они доставить вас в столицу.

— Вы уверены...?

— Это они решат. А пока просто отдыхайте.

Бородатый мужчина шел, неся человека в капюшоне. Когда он это сделал, капюшон откинулся. Взору предстало истощенное лицо эльфа. Глаза бородатого мужчины расширились.

— Вы эльф?

Человек в капюшоне не ответил.

— О, да, вы так и не назвали свое имя, не так ли? Я Гонзалес. А вы?

— Герула Гарлан... Если вы назовете им мое имя, я уверен, что они догадаются обо всем остальном.

Королевская столица, Парнам.

— Герула пришёл, — сказал я как можно более категорично.

Вокруг меня в кабинете правительственных дел собрались Лисия, Хакуя и Райга. Поскольку мы с Лисией уже давно вместе, она сглотнула, поняв по моему выражению лица, что в этот раз обстоятельства были необычными.

— Он тот посланник, который прибыл из Королевства Духов, верно? — спросила она от имени группы.

— Да, — я кивнул, — и, очевидно, он был заражён Проклятием Короля Духов.

— А! Болезнь, помочь бороться с которой ты обещал сэру Фуге?

— О, нет... Вы хотите сказать, что он привёз его в эту страну? — спросила Райга.

Я медленно покачал головой.

— Это означает, что да. Медицинские команды, которые я послал в портовый город, и Хильда с Брэдом, которые читали их отчёты, сказали мне, что оно не распространяется от человека к человеку.

— Понятно... Тогда ладно, — сказала Райга с облегчением.

Это было нашим единственным спасением. У нас были бы серьёзные проблемы, если бы эта болезнь распространилась между людьми воздушно-капельным или контактным путём. «Если бы это случилось... Я не думаю, что смог бы простить Герулу за это». Если бы кто-то из моих близких умер от этой болезни, даже если бы это было неизбежно, я бы затаил обиду на Королевство Духов и высоких эльфов.

Я сделал глубокий вдох, чтобы подавить свой гнев, прежде чем продолжить.

— До сих пор мы точно не знаем, как протекает болезнь. Кажется, что это происходит в результате сражения с монстрами, но мы не можем быть уверены. Причина, по которой он стал неспособен использовать магию, тоже неясна. Из-за всех этих неизвестных факторов мы не можем исключить передачу от человека к человеку.

— Это правда... — согласилась Лисия. — И что? Где сейчас сэр Герула?

— В городе недалеко от границы. Я отправил за ним посланника, и он будет помещён в карантин в учреждении, находящемся в ведении государства за стенами замка. Я намереваюсь отправить посланника и Гонзалеса провести неделю на карантине у себя дома. Мы также поспрашиваем в тех местах, где он бывал, и узнаем, как много людей общалось с ним... Райга.

Когда я назвал её имя, Райга вскочила и встала прямо.

— Д-да!

— Герула, должно быть, попал в нашу страну через границу с Королевством Великого Тигра. Похоже, его вскоре взяли под стражу, так что я сомневаюсь, что он много где побывал по нашу сторону границы, но... по вашу сторону, это может быть не так. Я передам то, что он расскажет нам о своём маршруте сюда, поэтому, пожалуйста, попроси Фугу провести расследование.

— Хорошо. Я обязательно дам ему знать.

В то время как Райга была несколько потрясена, она сложила руки вместе перед собой и склонила голову.

— Я рассчитываю на тебя, Райга.

— Сир, сэр Герула просит у вас аудиенции. Примете ли вы его? — спросил Хакуя.

Почесав голову, я ответил: — Я должен встретиться с ним, верно? Есть куча вещей, которые он должен нам рассказать, и некоторые из них потребуют от меня принятия решений как от короля.

— Это... тревожно, — сказала Лисия, выражение её лица было страдальческим.

Мне было больно видеть её такой, но я всё равно должен был уйти. Ради неё и ради детей.

— Я, конечно, намерен принять все меры предосторожности против инфекции. Но у нас есть Энджу и Леон, которые только что родились, Джуна и Ророа, которые ещё слабы после родов, и Сиан и Казуха, которые ещё маленькие. Я устрою себе карантин в каком-нибудь уголке замка после встречи с Герулой.

Иметь большой, размашистый замок было полезно в такое время. Если бы я использовал свою фабричную руку, я мог бы выполнять свою работу, ни с кем не встречаясь. Хотя было бы одиноко, если бы я не мог видеть свою семью...

Усмехаясь, Лисия обхватила ладонями моё лицо.

— Тогда, может быть, мне стоит прикоснуться к тебе, пока я ещё могу.

— Э, нет, ты можешь подождать, пока мы здесь не закончим? Хакуя и Райга смотрят.

Я взглянул на них: Хакуя выглядел так, будто с него хватит этой ерунды, а Райга смотрела в сторону, слегка покраснев. «Неловко...»

Осторожно отстранив руки Лисии, я приказал: — Хакуя, свяжись с Хильдой и Брэдом. Они захотят увидеть Герулу, я уверен.

— Это необходимо?

— Я обещал рассказать им всё, что мы обнаружим. Если пациенты придут к нам, я не могу не позволить им увидеть его. В конце концов, нам нужна вся информация, которую мы можем получить.

— Понятно.

И таким образом Королевство начало подготовку ко встрече с Герулой.

◇ ◇ ◇

Через несколько дней я получил сообщение, что Герула Гарлан прибыл в помещение (или, скорее, карантинное место), которое мы для него подготовили. Подготовив всё, что только можно было придумать, я отправился туда, чтобы встретить его.

На этот раз я не позволил своим обычным телохранителям, Айше и Надин, сопровождать меня. Вместо них я взял с собой двух Чёрных котов. Айша была очень против того, чтобы я ехал без неё, но я не хотел, чтобы кто-то из моей семьи попал в карантин, поэтому ей пришлось пока смириться с этим.

Когда я прибыл на объект, я и мои охранники надели матерчатые маски и продезинфицировали свои руки спиртом на входе. В моём старом мире были бы нетканые маски и защитные костюмы, но это лучшее, что мы можем сделать в этой стране в настоящее время.

Как только мы оказались внутри, они привели нас к Хильде и Брэду, которые прибыли заранее, чтобы осмотреть Герулу.

Кстати, их дочь Людия была отдана в ясли замка под опеку матери Томоэ. Когда я встретил их в комнате, похожей на смотровую, они выглядели обеспокоенными. Я спросил их о состоянии Герулы.

— Я не могу поверить, что он пересёк континент в таком состоянии. Он мог рухнуть в любой момент, — сказала Хильда с выражением лица, которое говорило: «Он что, дурак?»

— Так плохо, да?

— Даже больше, чем просто плохо! В том состоянии, в котором он находится... он может умереть в любую секунду.

— Под этим халатом он был практически просто кожа да кости, — сказал Брэд, прислонившись спиной к стене. — Он живёт практически на одной только силе духа. Когда это заходит так далеко... честно говоря, мы ничего не можем сделать.

— Всё настолько плохо...

— Вот почему я ненавижу воинов. Они не ценят жизнь, даже если она их собственная, — пожаловалась Хильда, с грустью в глазах.

Она испытывала разочарование от того, что не смогла спасти своего пациента. «Но... Я не понимаю».

— Если он в таком плохом состоянии, зачем он пришёл сюда? Он думал, что наша медицина сможет его вылечить или что-то в этом роде? — спросил я, но они оба опустили глаза.

— Я думаю... лучше, если вы услышите это от него самого, — сказала Хильда.

— Да, — согласился Брэд. — Не нам говорить.

Я решил встретиться с Герулой в его комнате в восточной части учреждения. Постучав и войдя, первое, что я увидел, был лист стекла, разделяющий комнату. С одной стороны находилась входная дверь, а с другой – его кровать. Была ещё одна дверь, которая позволяла людям перемещаться между обеими секциями. «Это похоже на комнату для свиданий в тюрьме».

Когда я вошёл, Герула сидел в постели, глядя в окно. Я сел на стул рядом, и он медленно подошёл ко мне.

В его выражении лица не было ни страдания больного человека, ни сетований на судьбу. У него был взгляд человека, который смирился со всем. Он напомнил мне бывшего генерала армии Георга Кармина, когда тот сидел в тюрьме.

— Сэр Герула.

— Сэр Сома.

Мы обращались друг к другу. Ощущения были совсем другими, чем при нашей первой встрече. Теперь от него не исходило высокомерия. Он казался тихим и кротким.

Пока я пытался решить, с чего начать, Герула склонил голову.

— Прошло некоторое время с тех пор, как мы в последний раз расставались... Я рад тебя видеть.

— Рад, да? Не могу сказать, что я чувствую то же самое. В конце концов, ты притащил сюда болезнь.

— Я приношу свои извинения. Обстоятельства весьма прискорбны.

— Это Проклятие Короля Духов?

— Да. Это то, чем я болен, — ответил он, глядя прямо мне в глаза.

Не похоже, чтобы у него был какой-то тайный мотив или намёк на тёмные намерения.

Я положил локоть на подлокотник, говоря: — Ты сильно изменился с тех пор, как я впервые встретил тебя. Тогда ты был более...

— Высокомерный?

— Ну... да. Ты не выглядел подходящим для переговоров.

— Я был незрелым. Даже прожив больше века. И моя страна тоже... — с улыбкой, слишком спокойной, чтобы назвать её насмешливой, Герула покачал головой. — Однако я теперь могу понять свою незрелость. Когда я почувствовал приближение последней стадии и задумался о себе... я подумал: «Каким же незрелым я был».

— Последняя стадия... Ты говоришь о своих симптомах? — спросил я, и Герула кивнул.

— Я видел, как многие умирали от той же болезни. И я знаю своё тело лучше, чем кто-либо другой. Я уверен, что мне осталось недолго... Мы, высокие эльфы, можем быть долгожителями, но это ничего не значит перед лицом такой болезни.

Он чувствовал приближение своей смерти. «Приходит ли этот покой от того, что он принимает её?» Я решил спросить его о том же, о чём раньше спрашивал Хильду.

— Почему вы приехали в эту страну? Вы думали, что мы сможем вас здесь вылечить?

На это Герула молча покачал головой.

— Нет. Несмотря на то, что мы так долго болеем этой болезнью, мы до сих пор не выяснили, что её вызывает. Я не могу представить, что у вас есть лекарства, чтобы лечить её здесь, где она не даже возникает.

— Тогда зачем?

— Я подумал, что даже если сейчас у вас нет этой болезни, если где-нибудь и появится лекарство, то это будет ваша страна. С этой целью я приехал сюда, чтобы сделать всё возможное с этим моим телом и жизнью.

Герула указала на стол. На нём лежало одно письмо. «Он говорит мне прочитать его?» Подойдя, я взял письмо и начал его читать.

— А?!

Я потерял дар речи. Это... Это просто...

Через несколько секунд мне удалось сказать: — Вы... в здравом уме?

— Я пожертвую своё тело для исследования этой болезни, — Герула кивнул. — Мне осталось жить недолго, но я буду сотрудничать в любом исследовании или медицинском эксперименте. И когда я умру, я хочу, чтобы вы препарировали моё тело и выяснили истинную природу этой болезни. Это письмо – письменное разрешение для вас поступать с моим телом по своему усмотрению. На нём стоят подписи меня и Короля Королевства Духов Гарулы.

Другими словами, у нас было королевское согласие на проведение вскрытия. Как будто он был лабораторной крысой или морской свинкой.

«Вот о чём Хильда и Брэд не хотели говорить...»

— Зачем заходить... так далеко?

— Потому что я сам видел эту страну, — сказал Герула с легкой улыбкой. — У вас здесь есть то, чего нет у других. Ухоженные дороги, развлекательные передачи, еда, которую я никогда не видел, песни, которые я никогда не слышал... и люди, которые приветствуют и отмечают все эти новые вещи. Поначалу я был удивлён. Пока Королевство Духов было закрыто, так много новой культуры родилось во внешнем мире.

Я молчал, позволяя Геруле продолжить.

— В то же время я завидовал этому. Был возмущён этим. Тогда я думал, что перспектива Королевства Духов – это всё, а такие мелкие вещи плохо подходят нам, высоким эльфам... Я был слишком узколобым. Если бы я был более гибким и открытым, я мог бы построить лучшие отношения с вашей страной и более искренне попросить вас о помощи в борьбе с этой болезнью.

— Сэр Герула...

Вернувшись к обсуждаемой теме, он покачал головой.

— Сейчас уже слишком поздно... Я просто пытаюсь сказать, что я почувствовал эти новые вещи, и... возможно, способность разработать лекарство от Проклятия Короля Духов может быть чем-то, что имеет только эта страна. Вот почему я решил предложить своё тело, чтобы помочь вашим исследованиям. И теперь, когда я вернулся в вашу страну, я уверен в этом. Сэр Гонзалес рассказал мне о ваших врачах и больницах. Я думаю, ваша страна сможет наполнить мою смерть смыслом.

— О, теперь я понимаю.

Смерть не понапрасну; это было то, чего хотел Герула. Именно поэтому, несмотря на болезнь, он упорно стремился вернуться в эту страну. Он сделал это в надежде, что своей жизнью он сможет спасти жизнь своих соотечественников. Можно даже сказать, что он приехал в эту страну, чтобы умереть.

Я издал небольшой вздох. Я не мог одобрить его решение бросить свою жизнь. Но всё же я не был настолько хладнокровен, чтобы сказать ему об этом.

— Хорошо. Сделаем по-твоему, — сказал я ему, и Герула отреагировал с явным восторгом.

— О, большое спасибо.

— Я уверен, что вы уже знакомы с ними, но Хильда и Брэд – лучшие врачи, которых может предложить наша страна. Возможно, это не слишком большое соболезнование, но... имея ваше тело и их способности, я уверен, мы сможем найти решение этой болезни.

Герула на это твёрдо кивнул.

— Я тоже так считаю.

— Ну... Я пойду.

Я поднялся со своего места. «Это, вероятно, последний раз, когда я вижу его живым». Я остро чувствовал это, глядя на него.

— Если у тебя есть что-то, чего ты хочешь, просто скажи об этом людям здесь. Я скажу им, чтобы они исполнили твои желания в той мере, в какой мы сможем.

— Спасибо за внимание. Пожалуйста, будьте здоровы.

— Да... Пусть ваше пребывание здесь будет как можно более долгим и мирным.

И с этим я покинул комнату Герулы.

Вскоре после этого я получил известие о его смерти. Успехи человечества в области медицины были постоянным повторением подобного. Те, кто работал в этой области, учились из желания спасти как можно больше людей. Те, кто пал жертвой болезни, надеялись, что хотя бы их смерть не будет напрасной, и мечтали о мире, где другие не будут умирать так же. Во многих случаях после пожертвования тела пациента всё прояснялось, и путь к излечению был найден.

Мы могли бы бороться с болезнью, преодолевая границы между врачом и пациентом, а также между странами.

Да, во имя человечества.

◇ ◇ ◇

Слабея день ото дня, Герула проснулся, не в силах больше отличить день от ночи, и увидел женщину, стоявшую в противоположной стороне его комнаты.

Чистая белая кожа. Острые уши. Красные глаза. Это были черты высокого эльфа.

— Почему... здесь высокий эльф?

— О... Ты проснулся.

Подойдя к стеклу, женщина сказала: — Я не ожидала встретить в этой стране такого, как я.

— Кто ты? — Герула спросил, и женщина прижала руку к груди и слегка поклонилась.

— Я – Мерула Мерлин. Тот, кто нарушил табу покидать остров.

— А... понятно. Значит, это ты Мерула.

Сложное выражение отразилось на лице Герулы, но это быстро прошло, и черты его лица смягчились.

— Верно. Я слышал, что ты в Королевстве...

— Да. Последние несколько лет.

— И? Что ты здесь делаешь?

— Хильда позвала меня сюда. Ей нужна была кровь здорового высшего эльфа для изучения Проклятия Короля Духов. А мы с тобой – единственные высокие эльфы в этой стране.

У неё также попросили образцы слюны и мочи, но, будучи женщиной, Мерула не упомянула об этом.

Герула сделал долгий вдох.

— Понятно... Прости, что причиняю тебе беспокойство.

— Расскажи мне об этом, — сказала Мерула, мягко положив руку на стекло. — Подумать только, что ты заставил себя прийти сюда в таком состоянии...

— Я думал, что эта страна – единственное место, где можно найти лекарство. И Мерула... Твоё присутствие убедило меня в этом.

— Я не врач или что-то в этом роде, ты понимаешь?

— Такой эксцентричный человек, как ты, может нормально жить здесь. Один этот факт позволяет мне чувствовать академические усилия этой страны, — сказал Герула с небольшой улыбкой. — После того, как ты покинула страну, число молодых людей, стремящихся быть похожими на тебя, увеличилось, и мы изо всех сил старались подавить их. Но, оглядываясь на это сейчас... возможно, ты была права. Пока наша страна была закрытой, внешний мир так сильно продвинулся вперёд.

Мерула криво улыбнулась и пожала плечами.

— Эта страна слишком сильно продвинулась вперёд, поэтому не совсем правильно использовать её в качестве эталона.

— Это нормально. Я уверен, что наша страна должна измениться... — сказал Герула, и Мерула опустила глаза.

— Я покинула наш остров во время правления предыдущего короля. У него было два сына, старший Гарула был воином, а младший Герула – храбрым и мудрым. Теперь твой брат унаследовал трон, верно? Как ты думаешь, он сможет измениться? — спросила Мерула.

Герула кивнул с умиротворённым выражением лица. — Это не будет проблемой. Гарула теперь не упрямец, у которого нет ничего, кроме власти.

— Ты уверен в этом?

— Да... Эта девушка, принцесса Элулу тоже мудра... Королевство Духов будет в порядке...

Сознание Герулы затуманивалось, а веки, казалось, готовы были упасть в любой момент.

— Сэр Герула!

— Мерула... Доведи дело до конца... До конца всей этой болезни...

Пока Мерула смотрела, сила уходила из тела Герулы. Осталось только пустое лицо, освобожденное от боли и ответственности.

Почувствовав, что это произошло, по щеке Мерулы потекла слеза. Вытерев её, она прижала руку к стеклу и сказала: — Спокойной ночи, Герула.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

Неделю спустя...

Хильда и Брэд пришли в офис по правительственным делам, чтобы доложить, как всё сложилось. По какой-то причине с ними была и Мерула.

На данный момент карантинный период для всех участников закончился. Люди тем временем исследовали маршрут Герулы, но новых случаев заражения в стране не было. Даже Гонзалес, который явно контактировал с ним, был в порядке. Всё это указывало на то, что эта болезнь действительно не передаётся от человека к человеку.

Вскоре к ним присоединились Лисия и Хакуя, затем Хильда рассказала, как умер Герула и как Брэд провёл вскрытие по его завещанию. Хотя это было сделано по его просьбе и подписано Королем Царства Духов, это всё равно было... ужасно.

Не выдержав молчания, я спросил: — Его смерть не была же напрасной, верно?

Хильда кивнула: — Конечно, нет. Мы многое узнали из его тела. В том числе, насколько губительна эта болезнь.

— Ну... тогда это хорошо. А что с его телом?

— Мы получили необходимые образцы, и я забальзамировал его, — ответил Брэд. — Внешне он должен быть в хорошем состоянии. Я бы хотел, чтобы вы вернули тело его близким.

— Это заражённый труп, верно? Разве нам не нужно его кремировать?

— Это не та болезнь, которой можно заразиться от трупа. Это не должно быть проблемой.

— О, да? Вы что-то выяснили?

Хильда и Брэд кивнули с задумчивым выражением на лицах.

— Между тем, как сэр Герула описал нам свои симптомы, и тем, что Брэд обнаружил при исследовании его тела, были расхождения в наших выводах. Проще говоря, то, что чувствовал сэр Герула, и то, что происходило на самом деле, не всегда совпадало.

— Что именно это значит?

— У этой болезни много симптомов, но... — начала Хильда, перелистывая бумаги, которые она держала в руках.

«Возможно, клинические записи».

— А! Вот пример, — продолжала она. — Он сказал, что у него был зуд или колющие боли в коже. Если исходить исключительно из того, что он мне сказал, я бы предположила, что это какое-то отравление.

— Подожди, как будто его отравили?

«Это не болезнь? Если это из-за яда монстра, то это объясняет, почему он действует только на воинов...»

— Нет, мы не можем сказать это наверняка. В ходе расследования я не нашёл ничего плохого в его коже. Настоящий урон был нанесён органам. Мне кажется, что симптомы близки к симптомам паразитарного заражения, — добавил Брэд.

Хильда кивнула: — На допросе казалось, что это какое-то отравление. Когда мы осмотрели тело, это больше походило на паразитарное заражение. В таком случае, мы должны предположить, что и то, и другое происходило одновременно. Паразиты внутри его тела выделяли какой-то яд.

— Это значит... что нам нужно не противоядие, а дегельминтик. Если мы не разберёмся с паразитами, мы не сможем решить основную проблему, — сказал я, но Брэд покачал головой.

— Дегельминтизация не поможет. Это работает только тогда, когда жуки находятся в пищеварительных органах. К сожалению, там я их не обнаружил.

— А? Где же они были?

— Мы привели сюда Мерулу, чтобы она всё объяснила, — сказала Хильда, подталкивая её вперед.

— Сэр Сома. Вы попросили Женю исследовать магию, верно? Я знаю, потому что я была там в то время.

— Ах, да, это правда.

Когда возникла вероятность того, что магиум – это наномашины, я попросил Женю и Мерулу сделать приоритетным исследование проклятой руды, которая может быть их скоплением.

— Целительная магия – это работа наномашин внутри тела. Когда я услышала эту идею, у меня возникли вопросы, и мы с Женей поговорили об этом. Если магия или наномашины находятся внутри тела, то где они?

— Где?

— Я думаю, что чем меньше они, тем меньше их влияние. Для того чтобы что-то маленькое могло оказать большое воздействие, нужно, чтобы их собралось вместе большое количество. Чтобы залечить раны, нужно быстро собрать магию в теле. Другими словами, необходим какой-то большой путь. А если мы говорим о путях, проходящих по всему телу....

Мерула хлопнула рукой по диаграмме человеческого тела, которую она подготовила.

— Кровеносные сосуды. Магиум течёт через нашу кровь. Это наша с Женей идея.

— Понятно...

«Наномашины циркулируют по телу в кровотоке, да?» В зависимости от того, как на это посмотреть, мысль о том, что такой инородный объект, как наномашины, может находиться в кровотоке, может быть леденящей душу, но если этот мир находится в далёком будущем, то может оказаться так, что это возможно.

Мерула продолжила: — И теперь у нас есть эта болезнь, Проклятие Короля Духов. Оно делает заражённых неспособными использовать магию, а также приводит к тому, что лечебная магия больше не действует на них. Это можно рассматривать как воздействие на магию в их теле. А мы считаем, что магиум находится в крови.

— Итак, в основном, жуки находятся в их крови, — заключила Хильда, доставая две маленькие бутылочки с темно-красной жидкостью. — Одна – кровь сэра Герулы, осквернённая Проклятием Короля Духов. Другая – здоровая кровь госпожи Мерулы. Своим третьим глазом я смогла увидеть, как вокруг копошатся жуки.

«Жучки в крови... Ах!»

— «Как кровяные мухи или крысиные лёгочные черви!

— Что это такое? — спросила Лисия.

— Они вызывали эндемические заболевания в мире, из которого я пришёл. Паразиты проникали в тело через кожу, жили и размножались в кровеносных сосудах, в конечном итоге разъедая своего хозяина, пока тот не умирал... Это ужасная болезнь. Определенно, есть паразиты, которые могут жить в кровеносных сосудах.

Мерула кивнула на моё объяснение: — Я не знаю этих паразитов, о которых вы говорите, но если вы говорите, что жучки в крови могут влиять на магиум, то я могу понять, как это может вызвать симптомы отравления. Если магиум настолько мал, что даже трёхглазая раса не может его увидеть, то мы не знаем, из чего он состоит. И если они теряют свою надлежащую функцию и становятся инородными телами, плавающими по всему телу...

— Это не может быть хорошо для нас, да.

Я был в некотором роде убеждён. Я не знал, из чего будут сделаны наномашины, но если это будет металл, то если оставить его плавать в теле, это может вызвать токсическую реакцию.

«Есть история, когда кадмий вызывал болезнь итай-итай, а органическая ртуть вызывала болезнь Минамата...» Это всё ещё было туманно, но мы начали видеть полную картину Проклятия Короля Духов. «Нет, подождите...»

— Если бы ты знала, что это за паразиты, разве ты не могла бы их вылечить, Хильда?

Я припоминаю, что если бы мы знали природу паразитов и вред, который они наносят, то можно было бы лечить их светлой магией. Но в результате она могла бы стать мишенью теократий.

С тех пор, как я получил этот отчёт, я давал светлым магам, которые хотели стать врачами в нашей стране, медицинскую подготовку, и работал над тем, чтобы увеличить число людей, способных делать то же самое, что и Хильда. Хотя это всё ещё оставалось тайной, их число постоянно росло.

Хильда разочарованно покачала головой: — Даже с моей магией я не смогла бы вылечить Герулу.

— Наиболее вероятно, что магия госпожи Хильды использует магию внутри тела для уничтожения паразитов. Как только магия становится неактивной из-за жуков... Думаю, мы уже ничего не сможем сделать, — объяснила Мерула.

— Понятно...

«Тогда для Герулы было уже слишком поздно, да? Нет... Но всё же...»

— Если у них всё ещё ограниченные симптомы, разве мы не можем спасти их? Если магия в их теле всё ещё работает, нельзя ли использовать её для уничтожения паразитов?

— Да. Это возможно, — согласилась Мерула с моими догадками.

Смерть Герулы ни в коем случае не была напрасной. Мне казалось, что теперь мы видим свет в конце туннеля.

— Итак, Ваше Величество! — Хильда внезапно придвинулась ко мне очень близко. — Чтобы подтвердить это, не позволите ли вы нам пойти туда, где находятся пациенты?

Видя, насколько она была серьёзна, я почесал голову.

Я понимал, что она чувствует, и видел необходимость. «Если учесть риск того, что с ними двумя может что-то случиться, я не могу так легко дать своё согласие».

— Мы понимаем, что вы чувствуете, но мы не можем этого допустить, — сказал Хакуя, пока я размышлял об этом. — Вы – два лидера медицинского мира Королевства. Если с кем-то из вас что-то случится, это будет большой потерей. Что, если бы во время вашего отсутствия здесь произошла вспышка эпидемии? Вы бы не смогли об этом позаботиться, госпожа Хильда.

Хильда поспешила с ответом.

— Всё будет хорошо. Одной из ключевых политик короля было увеличение числа людей, которые могут лечить паразитарные болезни светлой магией так, как это могу делать я. Я объясню всё об этих жуках перед отъездом, так что даже если здесь произойдёт вспышка, они должны быть в состоянии её вылечить.

— Но...

— Нет, в этом случае, я думаю, мы должны сделать так, как говорит Хильда, — сказал я, прервав Хакую, теперь, когда я разобрался со своими мыслями.

Хакуя пристально посмотрел мне в глаза.

— Вы уверены, что всё будет в порядке, сир?

— С такой болезнью, как эта, наши первые шаги будут иметь решающее значение. Мы не могли быть беспечными, пока не знали её природу, но теперь Хильда и остальные всё выяснили. Если мы знаем, с чем столкнулись, мы должны использовать всё, что у нас есть, и постараться завершить всё как можно скорее.

Если напортачить с первоначальной реакцией, вы постоянно будете в проигрыше. Это было то, чему история моего прошлого мира научила меня.

Хильда и Брэд решительно кивнули.

— Король прав, — сказала Хильда. — Время – наш враг в борьбе с подобной болезнью.

— Да, — согласился Брэд. К счастью, теперь, когда мы знаем, что это за болезнь, мы можем обезопасить людей, которые её лечат. — Премьер-министр в чёрной мантии... Не могли бы вы оставить это нам с Хильдой?

На этом Хакуя, наконец, сдался и кивнул.

— Я понимаю. Мне не хватает знаний для решения медицинских вопросов, поэтому я буду полагаться на ваше мнение и мнение Его Величества.

— Прости, Хакуя. Ты должен был возразить, потому что я медлил с решением, — признался я.

— Не беспокойтесь об этом. Это работа премьер-министра.

Поэтому было решено, что Хильда и Брэд отправятся на место. Как только они будут готовы, я отправлю их сначала в портовый город, который дал нам Фуга, а затем попрошу его помочь доставить их на остров Отца.

— Вопрос в том, кого с ними отправить...

— Только не говори мне, что ты тоже планируешь уехать, Сома? — спросила Лисия, выглядя невероятно обеспокоенной.

Чтобы развеять её опасения, я положил руки ей на плечи и молча покачал головой.

— Нет, я не могу пойти с ними прямо сейчас. Это позволит мне принимать политические решения на месте, если они станут необходимыми, но... я думаю, есть другие дела, которые мне нужно будет уладить. Дела, которые, вероятно, только мне будут по плечу.

— Правда?

— Да. Но, как я уже говорил, я хочу послать нашу лучшую команду. Так что, для начала, я хочу, чтобы там были Томоэ, Ичиха и Райга.

— Томоэ... — она потрясённо вздохнула. — Ты посылаешь детей?! Разве это не слишком опасно?!

С суровым выражением лица я кивнул, когда произнёс: — Да. Я знаю, что это опасно. Но... Хильда, поскольку эта болезнь поражает только воинов, ты предположила, что она пришла от монстров, с которыми они сражались, так?

Когда я перевёл вопрос на неё, Хильда кивнула.

— А? О, да, это так. Если учесть, что паразиты живут в их крови, я думаю, что именно контакт с кровью монстров вызывает заражение. Возможно, паразиты проникли через их кожу после того, как брызги от резания и прокалывания монстров попали на их тела.

— В таком случае, чтобы предотвратить распространение инфекции, мы захотим узнать, какие монстры... нет, если мы хотим использовать систему ИМЧ, то лучше спросить «монстры с какой частью». Мы должны выяснить ответ немедленно. Для этого знания Ичихи как специалиста по монстрам, а также способности Томоэ будут эффективными инструментами.

— Я понимаю, но... почему Райга? — спросила Лисия.

— В конце концов, мы посылаем их на территорию Фуги, — сказал я, почёсывая голову. — Если его младшая сестра будет рядом, это должно сдержать его людей. Даже если некоторые люди не будут сотрудничать, потому что смотрят на детей свысока, она сможет держать их в узде. А если случится обратное, например, если кто-то, кто понимает ценность Ичихи, попытается похитить его, они не смогут принять решительные меры, рискуя разозлить Райгу.

— Понятно... Значит, ты всё обдумал... — Лисия, казалось, понимала это умом, но всё равно волновалась.

— Я, конечно, пошлю телохранителей и для детей... Хакуя.

— Да.

— Я уверен, что там понадобится кто-то для принятия политических решений. Не мог бы ты поехать и сопровождать детей во время отъезда?

Хакуя выглядел немного удивлённым, когда я попросил об этом.

— Я?

— Мне неловко посылать своего премьер-министра на место эпидемии, но могу ли я попросить тебя взяться за это?

— Если таков ваш приказ, сир. Конечно, верно, что если один из нас отправится на место, мы сможем избежать задержек в принятии решений. Однако вы только что сказали, что есть дела, которые вам нужно будет сделать. Ничего, если я буду находиться вдали от замка?

— Да, это не будет проблемой. Ну... Было бы обнадёживающе иметь тебя рядом, но я могу использовать и Юлия в качестве советника. Пусть каждый делает то, для чего он лучше всего подходит.

— Очень хорошо. Я принимаю работу.

«Хорошо. Тогда команда определена».

— Ну что ж. Хильда, Брэд и команда врачей, состоящая из их учеников, отправятся в портовый город на западном побережье вместе с премьер-министром Хакуей и тремя детьми, Томоэ, Ичихой и Райгой. Инугами и некоторые другие Чёрные коты так же присоединятся в качестве телохранителей. А как же дочь Хильды и Брэда? Хотите, чтобы мы позаботились о ней здесь, в замке?

Хильда и Брэд посмотрели друг на друга и покачали головами.

— Неизвестно, когда мы сможем вернуться. Мы возьмём Людию с собой, я думаю, — сказала Хильда.

— Если мы примем правильные меры предосторожности, то, в конце концов, сможем свести риск заражения к минимуму, — согласился Брэд.

«Похоже, они возьмут её с собой». Людия была примерно на год старше Сиана и Казухи. Они, скорее всего, будут беспокоиться, оставив её у нас слишком надолго. Если это было их решение, то я был не против.

«Теперь, когда всё это выяснено... Пришло время тем из нас, кто остался здесь, приступить к работе».

— Лисия. Отправь срочного гонца к Юлию, пусть явится в замок на службу.

— В дом ластанианской королевской семьи, верно? Я разберусь с этим.

— И Хакуя, прежде чем ты уедешь, свяжись с Ку из Республики и Шабон из Союза Архипелага, чтобы назначить встречу по вещательной сети.

— Понятно.

Ладно, это была наша общая политика, более или менее определённая. Я встал и сказал: — Итак, все, давайте сделаем всё, что сможем.

— Да!

◇ ◇ ◇

Примерно через неделю...

Уош... Грохот... Вуш... Грохот...

— Это море...?

— Оно и есть...

Томоэ и Райга стояли вместе на пирсе в портовом городе, подаренном Королевством Великого Тигра. Они слушали шум волн и маленьких лодок, пришвартованных неподалеку, трясущихся, поднимавшихся и опускавшихся на них.

Райга расправила крылья и захлопала ими.

— Мне нравится смотреть на море, но я ненавижу морской бриз. То же самое я чувствовала и на архипелаге Девятиглавого Дракона. Мои крылья стали какими-то липкими.

— Боже, Райга. Мы здесь не для того, чтобы играть, понимаешь?

— Да, я знаю... Так, куда делся Ичиха?

— Собирает информацию о монстрах вместе с господином Хакуей. Они говорят, что хотят выяснить, что за монстр вызывает это. Они надеются, что у них появятся какие-то идеи, прежде чем мы отправимся на остров Отца.

Райга усмехнулась объяснению Томоэ: — Ну, твоя способность не так уж полезна, пока мы не отправимся туда, где на самом деле находятся монстры, да?

— Мух... Ты так говоришь, но тебе тоже нечего делать.

— Я выполняю свою работу, просто стоя здесь. Это то, о чём просил меня твой брат.

Перед их отъездом Сома отозвал в сторону Райгу и попросил её присматривать за Томоэ и Ичихой и защищать их, чтобы никто из людей Фуги не обращался с ними плохо. Тогда она спросила: — Итак... Если с ними что-то случится, что будет со мной?

— Ну... Если что-то случится, я больше не смогу позволить тебе оставаться в этой стране. В конце концов, мы можем вступить в лобовую конфронтацию со страной Фуги из-за этого.

— Вы зайдёте так далеко...

— Ну, я верю, что до этого не дойдёт, — отрывисто ответил Сома.

Его глаза не производили обычного спокойного впечатления. Это были глаза короля, который без колебаний позволит своей власти говорить. Райга прекрасно понимала, как сильно он заботится о своей семье, и как попытки наложить на кого-то из них руку могут сильно его разгневать.

— Х-хорошо! Разумеется, я присмотрю за ними для вас. Я всё ещё хочу учиться здесь, и я не хочу, чтобы меня прогнали.

Этот ответ заставил Сому смягчиться.

Слегка поклонившись Райге, которая была моложе его и занимала более низкое социальное положение, он сказал: — Пожалуйста, позаботься о них.

Райга вздохнула, вспомнив об этом.

«Я всё ещё хочу остаться в этой стране, да? Как долго всё это сможет продолжаться?»

Она не была такой хорошей ученицей, как Ичиха или Томоэ, но Райга была умнее своих лет и прекрасно понимала, в каком положении она находится. Скорее всего, она сможет остаться с ними до окончания академии. Но как быть после этого? Что будет с ней потом?

Райга была одной из немногих родственниц Фуги. Как младшая сестра короля, было легко представить, что она была бы использована в политическом браке. Это было само собой разумеющимся для королевских семей этого мира, и Райга казалось, что только так и будет. Но... ей было интересно, за кого её выдадут замуж. То, кого Фуга будет считать своим врагом и союзником, скорее всего, изменит ситуацию.

Райга взглянула на Томоэ.

Эта девушка, несомненно, пустит корни в Королевстве Фридония. Судя по тому, как она вела себя в последнее время, она может взять Ичиху в мужья. Люси и Велза, скорее всего, тоже будут жить в этой стране.

«Когда придёт время, где я буду, и с кем я буду?» Когда она думала об этом, внутри неё поднималось разочарование. «О чём я вообще думаю...?»

Если бы она просто рассказала обо всём, возможно, ей было бы легче. Но она не могла сказать Томоэ. Их позиции были слишком разными, и к тому же... это принесло бы ей только раздражение.

«Если я ищу кого-то в похожем положении... О!» Внезапно в голове Райги промелькнула что-то. Прекрасная дама, которая вышла замуж за нынешнего короля по политическим причинам, но и сейчас блистает.

Приёмная старшая сестра Томоэ. «Когда мы вернемся... я думаю, я поговорю с ней об этом...»

Вдруг раздался голос: — Корабль приближается!

Взглянув на море, Райга увидела паруса.

— Они здесь, Райга.

— Я знаю. Мы собирались пойти поприветствовать их.

Эти двое не просто коротали время на пирсе. Сегодня прибывала первая партия пациентов с острова Отца, и им было поручено встретить их.

— Это все люди с относительно лёгкими симптомами, верно? — спросила Томоэ, и Райга кивнула.

— Да. И те, кто занимает руководящие посты в армии. Без них их подразделения не будут функционировать, так что....

Когда прибыл большой корабль, Райга подумала: «на этом корабле должен быть господин Шукин».

Корабль пришвартовался, и Томоэ и Райга бросились к нему. «Груз» уже выгружали. С борта корабля спускали носилки с четырьмя ручками.

— У нас там больные люди! Полегче! — кричала сверху энергичная молодая женщина.

Томоэ и Райга подняли головы и увидели красивую женщину с чистой белой кожей и острыми ушами.

— Эльф? — удивилась Томоэ.

— Наверное, это один из тех высоких эльфов из Царства Духов, верно? — ответила Райга.

Пока они разговаривали, женщина-эльф спрыгнула с корабля. Несмотря на высоту, она проворно приземлилась и встала перед двумя удивленными девушками.

— Дети? Мы выгружаем пациентов, так что вы должны держаться пода... подожди... у тебя есть крылья.

Глаза эльфийки расширились. Райга обиделась, что с ней обращаются как с ребёнком, положила руки на бедра и надула грудь.

— Я – Райга, младшая сестра короля Великого Тигра Фуги. А это Томоэ, приёмная сестра короля Фридонии Сомы.

— П-привет, — заикаясь, произнесла Томоэ с неловкой улыбкой.

Женщина-эльф отреагировала с удивлением и поспешно поклонилась: — Ах! Я прошу прощения! Я Элулу, дочь короля Королевства Духов Гарулы! Я прошу прощения за то, что обращалась с вами так грубо. Я не знала, что вы иностранные принцессы!

— Всё в порядке... Не нужно быть такой вежливой. Вы тоже принцесса, госпожа Элулу, — сказала Томоэ. Ей не нравилось, когда к ней обращались так почтительно.

— Правда? — Элулу подняла голову.

К этому моменту гнев Райги, казалось, утих, и она спросила: — Итак, госпожа Элулу. Сэр Шукин на борту этого корабля?

— А? О, да. Если вы ищете лорда Шукина...

— Я здесь. Леди Райга.

Из носилок, которые только что спускали, протянулась рука и помахала им троим. Райга подбежала, и там лежал Шукин, выглядевший гораздо бледнее, чем в последний раз, когда она его видела.

— Сэр Шукин...

— А-ха-ха... Давно не виделись, леди Райга. Я рад, что вы, кажется, здоровы. Жаль, что вам приходится видеть меня в таком виде.

— Нет... Не надо...

Шукин вёл себя бодро, но выражение его лица не могло полностью скрыть того, что он страдает.

Райга не знала, что сказать. Пока она подбирала слова, кто-то положил руки ей на плечи. Повернувшись, она увидела, что это была Томоэ, которая кивнула с мягкой улыбкой на лице.

Посмотрев на Шукина через плечо Райги, Томоэ сказала: — Здравствуйте, господин Шукин. Я друг Райги, Томоэ.

— Младшая сестра господина Сомы. Я помню, что видел вас издали во время волны демонов. Я прошу прощения за то, что причинил мужчинам и женщинам Королевства Фридония неприятности из-за моих собственных недостатков на этот раз.

— Не говори так! Ты отлично справился с ролью представителя моего брата! — запротестовал Райга, и Элулу решительно согласилась.

— Точно! Вы много раз спасали меня, лорд Шукин. И не только меня. Мы смогли освободить остров Отца только потому, что вы и ваши люди так упорно сражались.

Элулу взяла руки Томоэ и крепко сжала их, поклонившись ей.

— Поэтому, пожалуйста, если я могу что-то сделать, я сделаю это. Люди Фридонии... Пожалуйста, спасите лорда Шукина.

— Я не та, кому ты должна это говорить... — Томоэ растерялась от отчаянного призыва Элулу.

Однако, когда Томоэ почувствовала, что руки, которые она держала, начали дрожать, она пришла в себя. Увидев кого-то, кто был встревожен больше, чем она, она решила, что не стоит волновать девушку дальше.

Томоэ сжала руки Элулу в ответ: — Но доктор Хильда и доктор Брэд пользуются доверием моего брата, и я уверена, что они сделают что-нибудь с Проклятием Короля Духов. Так что всё будет хорошо.

— Точно! — Элулу изо всех сил постаралась улыбнуться.

Когда Шукин тепло наблюдал за ними, он сказал: — Я вижу, вы нашли себе хорошего друга в Королевстве, леди Райга.

— Я просто не могу от неё отвязаться. Вот и всё, — сказал Райга, раздражённо отворачиваясь.

Шукин усмехнулся: — Связь есть связь в любом случае. Если бы я был с моим другом, Фугой... я мог бы пробежать десять тысяч миль. Надеюсь, я ещё смогу пробежать их с ним.

Шукин поднял глаза к небу, когда говорил. Райга пожала плечами.

— Я уверена, что сможешь. Разве ты не слышал, что говорил тот маленький ребенок? — затем, положив руку на бедро и выпятив грудь, она сказала: — Может быть, трудно понять это, не живя там, но потенциал Королевства Фридония просто невероятен. Если они настроены серьёзно, я уверена, что у вас всё будет хорошо.

— Это удивительная страна, да?

— Я постоянно пишу своему брату, чтобы он не недооценивал их.

И вот, Шукина перевели в лечебное учреждение в портовом городе, с Томоэ, Райгой и Элулу на хвосте.

◇ ◇ ◇

В портовом городе был создан исследовательский центр. Здесь Хакуя и Ичиха вели учёт различных мёртвых монстров, присланных из Королевства Духов Гарлана. Они также вели перекрёстный учёт монстров, с которыми сражались те, кто заразился Проклятием Короля Духов.

В другой комнате Брэд проводил вскрытие останков монстров и с помощью микроскопа искал паразитов.

На столе перед Ичихой и Хакуей лежал ряд монстров, который Ичиха нарисовал на основе рассказов пациентов, сражавшихся с ними.

Посмотрев на них, Хакуя выбрал два.

— Я думаю, эти самые подозрительные.

— Да... я согласен, — кивнув, ответил Ичиха.

Были выбраны муравей-улитка, который был большим муравьём со спиральной раковиной в средней части тела, и пчела-улитка, у которой спиральная раковина располагалась на части с жалом. Их общей чертой была характерная спиральная раковина.

Ичиха собрал все рисунки насекомых с похожими характеристиками, сказав: — Теперь, когда мы собрали все эти свидетельства, мы видим, что есть много монстров с этим признаком спиральной раковины. А моллюски известны тем, что вызывают болезни, если их неправильно приготовить.

— Хильда говорила мне, что это также работа маленьких жучков... паразитов. А потом были те эндемические заболевания, о которых упоминал Его Величество. В них тоже были замешаны моллюски.

Прежде чем Хакуя и остальные были отправлены в этот портовый город, Сома рассказал им, что Проклятие Короля Духов имеет кое-что общее с болезнью из его старого мира под названием шистосомоз, которая также вызывается паразитами в крови. Он рассказал о случае, когда паразиты в реке использовали моллюсков в качестве промежуточного носителя, чтобы в конце концов заражать фермеров, работающих в грязи. Сома ходил в мемориальный музей Сугиуры в городе Шова вместе с классом обществоведения, и ему пришлось писать об этом доклад, поэтому он помнил многие детали.

— Воспоминания из детства действительно остаются с тобой. Тогда я думал, что писать подобные отчёты – это просто мучение, но никогда не знаешь, что может пригодиться... — искренне сказал Сома. И таким образом он сохранил это в уме.

Хакуя потрогал подбородок, размышляя: — Проклятие Короля Духов, скорее всего, возникает, когда воины сражаются с монстрами насекомого типа с признаком панциря и на них попадают их жидкости.

— Всё верно, — сказал третий голос.

Повернувшись в сторону внезапного собеседника, они увидели, что вошёл Брэд в своём белом халате, неся на спине Людию. Не одинокий волк с детёнышем, а врач с ребенком.

Брэд достал из кармана халата две пробирки и положил их поверх рисунков монстров. Они были наполнены жидкостью, а внутри них находились маленькие предметы.

— Один из них – это паразиты, которые вышли из пациента, умершего от Проклятия Короля Духов. Они достаточно большие, чтобы их можно было увидеть невооружённым глазом, верно? Хильде говорит, что они совпадают с теми, что были в крови Герулы, которые она видела своим третьим глазом.

— Понятно. Тогда это...

— Паразиты, которые вызывают эту болезнь?

Хакуя и Ичиха вздохнули, глядя на этих паразитов, каждый из которых был не больше песчинки. Они были настолько малы, что Ичиха, который всегда носил очки, с трудом мог их разглядеть. Трудно было поверить, что этот организм был причиной стольких смертей.

— Неудобно не иметь для них названия, — продолжал Брэд. — Это жучки, которые прячутся в кровеносных сосудах, питаясь нашим магиумом... Давайте назовем их кровяные жуки-магоеды. И мы нашли в трупах монстров то, что, похоже, является личинками кровяных жуков-магоедов.

Сказав это, Брэд показал им другой пузырёк. Он выглядел так же, как и остальные, но на этот раз было трудно разглядеть что-то, кроме жидкости внутри. Ичиха прищурился, но ничего не смог разобрать.

— Личинки... там?

— Они есть. Но они настолько малы, что человек с хорошим зрением едва сможет их разглядеть. Только с помощью третьего глаза или микроскопа они легко различимы.

Брэд взял пузырек между пальцами. — У монстра, в котором я их нашёл, была спиральная раковина, как ты и сказал. Заражение происходит при контакте с жидкостями от монстров... как вы и предполагали.

— Возможна ли передача инфекции от человека к человеку? Например, если мы коснемся чьей-то заражённой крови... — спросил Ичиха.

— Ты не захочешь попробовать, это точно, — Брэд скрестил руки и склонил голову набок. — Но похоже, что случаев передачи инфекции таким путём практически нет. Даже если ты вступаешь в контакт с их кровью, если ты потом помоешься и продезинфицируешь себя, проблем быть не должно. Риск для тех, кто покрывается жидкостями монстров во время битвы и не моется, гораздо выше.

— Какие меры можно предпринять для предотвращения заражения? — спросил Хакуя.

— Ну... Во-первых, можно держаться от них подальше. Сражаться вблизи с этими монстрами опасно. Если действительно приходится сражаться с ними, то в идеале нужно добивать их дальними атаками, на расстоянии, где их жидкости не достанут.

— Похоже, они уже делают так, но я дам им знать, чтобы они были особенно осторожны с монстрами, у которых спиральные раковины.

— Кроме того, если на вас попала жидкость, немедленно вымойте и продезинфицируйте все места, которых она коснулась. Если вы оставите всё как есть, вы подвергаетесь повышенному риску инфицирования.

— Понял, — сказал Хакуя, кивнув. — Сэр Ичиха.

— Правильно! Пойду сообщу людям из Королевства Великого Тигра! — ответил Ичиха, прежде чем убежать.

Брэд почесал голову, глядя, как он уходит, и, повернувшись к Хакуе, сказал: — И всё же... я знаю, что не должен этого говорить, но я не ожидал, что так легко найду причину... Этого никогда бы не случилось с обычной болезнью.

— Наверное, ты прав. Кажется, многие вещи сложились, чтобы помочь нам. У нас был ты, который знаком с внутренним устройством тела; у нас были эксперты по монстрам; Хильда, которая может удалять паразитов с помощью магии; знания Его Величества о болезни в его прежнем мире; и...

— И тот, кто пожертвовал своё тело для этого дела.

Они оба смотрели с болью, вспоминая Герулу, который стал жертвой этой болезни.

— Да... Это всё благодаря такому стечению событий.

— Значит, всё получилось только по совпадению, да?

— Возможно. Однако без решения Его Величества продолжить развитие медицины, помощи госпожи Хильды и вашей помощи, а также вклада Герулы, который хотел спасти свою родину, такого совпадения не произошло бы. Даже если бы это был результат случайности, наша воля к победе над болезнью – вот что привело к этому.

— Похоже, вы правы.

Брэд часто возражал, но в этом вопросе он с готовностью согласился.

◇ ◇ ◇

Пациенты с острова Отца, поражённые Проклятием Короля Духов, прибывали в медицинское учреждение в портовом городе. Это были пациенты с относительно незначительными симптомами, и они должны были стать подопытными, чтобы проверить эффективность лечения, которое разработала Хильда.

Первым субъектом должен был стать Шукин.

— Я слышал отчёты Райги, так что не то чтобы я не доверял медицине Королевства, но я не хочу испытывать что-либо на своих людях, когда не знаю риска. Кроме того, если я покажу им, что согласился на ваше лечение, мои люди с быстро меняющимся нравом тоже охотнее согласятся на него.

Шукин лежал в постели, а Хильда осматривала его. Томоэ, Райга и Элулу наблюдали за происходящим на расстоянии. Райга, казалось, неустойчиво стояла на ногах, и Томоэ пришлось помочь ей встать.

— Ты в порядке, Райга?

— Уф... У меня немного кружится голова, но я буду в порядке.

Хильда сделала скальпелем неглубокий надрез на руке Шукина. Шукин не обратил на это внимания, но все три девушки вздохнули. Хильда сразу же начала использовать светлую магию на ране. Она была небольшой и неглубокой, но потребовалось гораздо больше времени, чем обычно на исцеление.

— Ваш случай довольно прогрессирующий, — со вздохом сказала Хильда, осматривая его. — Кровяные жуки-магоеды… окей, мои извинения Брэду, но это слишком длинно. Я просто буду называть их магожуками... В любом случае, магожуки сильно повредили магиум в вашей крови. Если бы я собиралась уничтожить их с помощью оставшегося у вас магиума, это заняло бы много времени. Учитывая твои симптомы, для тебя это кончится смертью.

— Это... так?

— Если бы я делала это обычным способом, то да. Честно говоря... поскольку мы пытаемся проверить безопасность этого, я бы предпочла субъекта с более лёгкими симптомами, — ворчала она.

Шукин засмеялся: — Прости, что так подставляю тебя. Но господин Фуга доверил мне этих людей. Если это моё тело больше не годится для того, чтобы стоять на поле боя, то позвольте мне предложить его в качестве подопытного.

— Я ненавижу то, как вы, воины, думаете... Но если ты хочешь сказать именно это, я приму твои слова.

С этими словами Хильда достала большую бутылку с тёмно-красной жидкостью, отчего у Шукина нахмурились брови, когда он увидел её.

— Что это?

— Кровь, которую я взяла вон у той девушки, — ответила Хильда, указывая на Райгу. Глаза Шукина расширились.

— От леди Райги?!

— Да. Метод, который я разработала для лечения Проклятия Короля Духов, включает в себя выявление магожуков в крови и использование знания того, где они находятся, для управления магиумом в теле, чтобы уничтожить их с помощью светлой магии. Если я буду знать, какое влияние оказывают магожуки на тело, я смогу лечить и другие симптомы, но... Брэд всё ещё занят препарированием трупов и изучением этого. Поэтому я пока сосредоточусь на устранении магожуков. Однако, если ваш магиум был полностью уничтожен, я не смогу этого сделать... И поэтому нам необходимо вот это.

Хильда показала кровь Райги Шукину.

— Я перелью тебе кровь этой девушки, которая принадлежит к той же расе, что и ты, и дополню твой магиум её магиумом. Я уже проверила, что она подходит тебе в качестве донора крови.

— Н-нет! Как я мог заставить тебя пролить кровь сестры моего господина?!

Шукин колебался, но Райга, несмотря на то, что выглядела несколько анемичной, махнула рукой, и Томоэ помогла ей встать.

— О... не беспокойтесь об этом, сэр Шукин. Ты нужен моему брату на его пути к превосходству, и для меня нет ничего страшного в том, чтобы отдать за это немного крови.

— Леди Райга...

— Вы должны быть благодарны за ситуацию и принять её с благодарностью. Это была удача, что здесь был здоровый представитель той же расы, чтобы выступить в качестве донора... Некоторые жизни нельзя было спасти даже после того, как я придумала этот метод, — сказала Хильда, выражение её лица омрачилось. — Для пациента, высокого эльфа, которого мы видели в Королевстве, было уже слишком поздно. Единственный другой высокий эльф там не подходил ему по группе крови, поэтому мы даже не могли испытать этот метод. Хотя, при уже имеющемся у него повреждении органов, это лишь немного продлило бы ему жизнь... Его звали Герула Гарлан.

— А?! Дядя... — пробормотала Элулу.

Хильда опустила глаза, прежде чем ответить: — Он был... вашим родственником?

— Да. Он знал, что ему осталось недолго, и искал способ использовать ту жизнь, которая у него осталась. Понятно... Значит, он скончался в Королевстве, а потом...

Элулу опустила взгляд, и слёзы наполнили её глаза. Нехарактерно мягким тоном, Хильда сказала: — К конечном итоге он скончался рядом с одним из его сородичей, который присматривал за ним, и на его лице было умиротворенное выражение. Только благодаря тому, что он пожертвовал своё тело, мы раскрыли истинную природу болезни, и я смогла придумать это лечение.

— Значит, смерть моего дяди... была не напрасной? — спросила Элулу, глядя вверх, и Хильда твердо кивнула ей.

— Я бы никогда не позволила этому пропасть. Никто из нас этого не сделает.

Фыркнув, Элулу ответила: — Точно!

— Похоже, что и мне придётся быть готовым, — сказал Шукин, обнажив руку с решительным видом. — Дядя принцессы Элулу отдал свою жизнь, чтобы помочь найти это лечение. Если моё тело докажет его эффективность, я буду только рад. Леди Райга, я возьму вашу кровь.

С решимостью Шукина Хильда приступила к лечению. Сначала они взяли немного крови Шукина, затем перелили ему здоровую кровь Райги. Поскольку кровь не могла сохраняться так долго, как в старом мире Сомы, время было крайне важно. И вот кровь была перелита, Хильда также использовала магию света, чтобы уничтожить кровяных жуков-магоедов.

В течение всей процедуры Шукин сильно потел.

Ему не было больно, но ощущение того, что внутри его тела что-то копошится, было неприятным. К тому же это было утомительно, и в конце концов он отключился, словно кто-то выключил рубильник.

Прошло два часа...

Хильда использовала светлую магию на каждом кровеносном сосуде в теле Шукина. Она посылала образ магожуков на магиум внутри тела, а затем он уничтожили их. Не существует стандарта, скольким из них можно позволить остаться, поэтому она была настолько тщательной, насколько это было возможно.

Спустя долгое время Хильда перестала колдовать над телом.

— Пожалуйста... пусть всё получится.

Затем, сделав ещё один надрез на руке Шукина, она попробовала применить к нему светлую магию. Когда она это сделала, рана всё ещё медленно заживала, но быстрее, чем раньше, показывая, что магиум в теле функционирует правильно.

— Ух...

Хильда в изнеможении рухнула на стул.

— Гм, доктор. Будет ли лорд Шукин... — спросила Элулу, не в силах больше ждать.

— Я не могу сказать наверняка, пока у меня не будет времени понаблюдать, — сказала Хильда, отмахиваясь от неё. — Но это должно было устранить магожуков в его крови. Я бы сказала, что пока мы можем назвать это успехом.

— Правда?! Слава богу! — радостно воскликнула Элулу, осторожно взяв спящего Шукина за руку.

Бросив на неё косой взгляд, Хильда испустила тяжкий вздох.

— На данный момент, я думаю, можно с уверенностью сказать, что мы разработали лечение. Если болезнь можно лечить, когда она зашла так далеко, то мы должны быть в состоянии лечить и других людей со сравнительно легкими симптомами, даже не прибегая к переливанию крови. Но я слышала, что ещё есть гораздо больше пациентов на островах Отца и Матери.

Хильда откинулась в кресле, глядя в потолок.

— Потребовалось столько времени и усилий, чтобы вылечить его. Как бы мне ни было неприятно это признавать, но я не могу справиться со всеми теми врачами, которых мы привезли с собой... Нет, даже со всеми врачами Королевства, этого всё равно будет недостаточно. Что мы можем сделать...

— Всё будет хорошо, — сказала Томоэ, наклонившись, чтобы заглянуть в лицо Хильде. — Старший брат остался в Королевстве, потому что он сказал, что есть дела, о которых ему нужно позаботиться. Я уверена, что у него есть идея. Так что... всё получится.

— Будем надеяться... — ответила Хильда, криво улыбаясь тому, что Томоэ полностью верит в своего старшего брата.

◇ ◇ ◇

Неделя спустя...

Лечение первой партии пациентов в портовом городе было завершено, и все они находились на пути к выздоровлению. У Шукина были тяжелейшие симптомы, и даже он поправился настолько, что в качестве реабилитации занимался тренировками. Когда Шукин встал и самостоятельно поднялся с кровати, Элулу с ликованием бросилась к нему в объятия.

И вот, в этот день премьер-министр Хакуя, Томоэ, Ичиха и Райга, врач Хильда, хирург Брэд, Шукин и Элулу собрались в одной комнате, чтобы обсудить текущее положение дел и то, что они собираются делать дальше.

— Как насчёт того, чтобы начать с состояния пациентов? — предложил Хакуя.

— Это не проблема, — ответила Хильда. — Они все на пути к выздоровлению. Даже тот, у кого был самый тяжёлый случай, сейчас находится здесь, с нами.

— Спасибо вам, доктор, — сказал Шукин, склонив голову. По какой-то причине Элулу, которая была рядом с ним, тоже склонила свою.

Язвительно улыбнувшись им двоим, Хильда сказала Хакуе: — На данный момент, я думаю, мы можем с уверенностью сказать, что мы определили лечение для Проклятия Короля Духов. Светлые маги со знанием медицины должны быть в состоянии выполнить его так же, как я, без проблем.

— Приятно слышать, — кивнул Хакуя и посмотрел на Брэда. — Итак, что вы можете рассказать нам о кровяных жуках-магоедах... магожуках?

— Всё, что мы пока знаем, – это то, что ими можно заразиться, прикоснувшись к жидкостям, которые вытекают из спиральной раковины – одной из частей тела монстра, — ответил Брэд, скрестив руки. — Но если учесть почти полное отсутствие инфекций, исходящих от пациентов, я думаю, что магожуки способны заражать людей только тогда, когда они покрыты кровью монстров.

— Это и есть тот «промежуточный носитель», о котором нам говорил Его Величество?

— Да, наверное, так и есть.

Сома рассказал им о японском шистосомозе. Это была эндемическая болезнь из мира, откуда он родом, и она заражала людей через моллюсков, обитавших на рисовых полях и в реках. В стране, в которой жил Сома, болезнь удалось победить, предотвратив размножение моллюсков и устранив среду, которая позволяла паразитам существовать.

— Неясно, вызвала ли демоническая волна изменение предсуществующих паразитов в телах большого количества монстров, которых она породила, или они существовали в телах монстров всегда. Мы знаем одно: чтобы остановить цепь инфекций, нам нужно полностью уничтожить монстров со спиральными оболочками, которые их вызывают.

— Я сообщил об этом нашим силам на острове Отца. Они должны сделать уничтожение любого монстра со спиральной оболочкой своим главным приоритетом. У них есть строгий приказ делать это на расстоянии; побеждать врага дальними атаками или магией и избегать контакта с его кровью.

Элулу кивнула на объяснение Шукина.

— Я отдала тот же отчёт своему отцу, Королю Королевства Духов, на острове Матери. Я думаю, это поможет снизить уровень новых инфекций, но... — выражение лица Элулу помрачнело. — На обоих островах всё ещё есть большое количество людей, страдающих от Проклятия Короля Духов. Не могли бы вы провести медицинское лечение Королевства для всех них? Пожалуйста!

Элулу склонила голову, и Шукин присоединился к ней.

— Я тоже прошу тебя. Пожалуйста, спаси моих раненых солдат и высоких эльфов.

— Похоже, именно это и было намерением Его Величества с самого начала... — сказал Хакуя.

Хильда начала энергично чесать голову.

— Но ведь пациенты на обоих островах значительно превосходят эту первую группу, верно? И, как я слышала, многие из них находятся в ещё худшем состоянии, чем господин Шукин. Я уже сказала об этом маленькой Томоэ и её друзьям, но у нас нет достаточного количества людей, чтобы справиться с ними со всеми с помощью тех врачей, которых мы привезли сюда. Даже если бы мы привели всех светлых магов Королевства, обладающих медицинскими знаниями, этого всё равно было бы недостаточно.

— Кроме того, было бы неэффективно везти их всех в этот порт. Неизвестно, сколько времени это займёт, если мы будем привозить их только партиями, настолько большими, насколько мы можем разместить здесь, и у нас также недостаточно крови для лечения Хильды, — добавил Брэд, указывая на дальнейшие проблемы. Он посмотрел на Райгу. — Нам повезло, что её кровь совпала с кровью Шукина, но если бы это было не так, его лечение затянулось бы ещё больше... Ну, если бы дошло до этого, мы бы рассчитывали на использование крови другой расы.

— Хм? Можно делать переливание крови между разными расами? — спросил Хакуя.

— Если вы спрашиваете, возможно ли это... То да. Даже если у людей разные расы, если группы крови совпадают, нет никаких проблем с переливанием, но... медицина... общество не поощряет этого, — неловко ответил Брэд.

— Почему это?

— Небольшое знание может привести к безудержному суеверию. Переливание крови не является признанной медицинской практикой за пределами нашей страны. Как вы думаете, что произойдёт, если станет известно, что можно переливать кровь долгожителей, таких как эльфы, людям? Что, если бы это породило беспочвенные слухи о том, что это может продлить жизнь человека или вернуть ему молодость?

— Понятно... Я лучше не буду об этом думать, — Хакуя впал в депрессию при мысли о том, что может произойти.

Охота на представителей долгоживущих рас, полное игнорирование их прав, торговля их кровью – все незаконные методы могут быть испробованы. Разумеется, долгоживущие расы не будут просто терпеть это. В худшем случае это может перерасти в гражданскую войну.

Брэд кивнул: — Позвольте мне сказать вам прямо, в их крови нет никакого подобного эффекта. Но если люди невежественны, они не поверят, когда вы им расскажете. Мы должны приберечь переливание крови от других рас до тех пор, пока люди не будут просвещены о том, как это работает.

— Вы приводите веские доводы... До тех пор будет целесообразно придерживаться переливания крови между представителями одной расы. В таком случае... Должны ли мы отправиться в Королевство Духов Гарлана, где есть представители той же расы, чтобы лечить их?

Хакуя поднёс руку ко рту и посмотрел на Томоэ.

— Если я помню, вы и ваши друзья сейчас на летних каникулах, верно?

— Да. У нас есть ещё около месяца.

— Это своего рода проблема, что я ещё даже не прикоснулась к своим заданиям... — сказала Райга, погружаясь в уныние. — Если я не справлюсь, то меня ждут новые коррекционные уроки...

Хакуя ненадолго задумался, а затем принял решение.

— Да, давайте отправимся на остров Отца, чтобы лечить людей там. Поскольку Шукин выздоровел, мы хотим, чтобы он возглавил своих людей, чтобы предотвратить дальнейшие инфекции.

— Конечно! Спасибо, сэр Хакуя!

— Большое спасибо!

Шукин и Элулу были вне себя от радости, но выражение лица Хильды оставалось мрачным.

— Я не против поехать туда, но это не изменит нашу нехватку персонала.

— А, что касается этого, я подозреваю... — начал говорить Хакуя, но не успел закончить, как это случилось.

В комнату вбежал посыльный, передавая Хакуе письмо.

— Это донесение! Оно пришло из королевства Фридония, от гонца куи! Это от Его Величества!

— О! Дай мне посмотреть.

Хакуя принял письмо и просмотрел его. Когда он закончил, то облегчённо вздохнул. Все сразу поняли, что это не негативный отчёт.

Оглядев каждого из них, он сказал:

— Нехватка рабочей силы решена. Давайте сразу же отправимся в Королевство Духов.

___________________________________

Редактура и вычитка Paltouth, великое спасибо!

Теперь история перематывается назад, в то время,  когда я приказал Хакуе и остальным отправиться в портовый город на западном побережье...

Отвезя Хакую, Хильду, Брэда и троих детей в порт, я приказал им собрать информацию и разработать метод лечения. Тем временем, те из нас, кто остался в Королевстве, начали действовать.

Я вызвал в офис по правительственным делам первую главную королеву Лисию, вторую королеву Надин и Юлия Ластанию, моего военного советника и шурина.

— Наша страна не в состоянии в одиночку взять под контроль проклятие Короля Духов.

Я решительно заявил. — Но дело не только в проклятии Короля Духов. Болезни - это не та вещь, которую может полностью подавить одна страна. Даже если наша страна разработает лекарство, если в соседних странах начнется эпидемия, она в конце концов доберется и сюда. Когда это произойдет, очевидно, что у нас не будет достаточно людей, чтобы лечить всех больных, и эпидемия не сможет закончиться, пока в соседних странах не останется зараженных людей.

— Эпидемии время от времени случались в нашей истории, — сказал Юлий, скрестив руки. — Они никогда не заканчиваются легко. Я даже слышал о случаях, когда они приводили к падению государства.

— Да. Так было и в мире, из которого я пришел.

Я часто слышал, как говорили, что болезнь не признает границ, и, видимо, в этом мире дело обстояло также. Когда страна падала, это часто выглядело как дело рук одного великого человека, но за кулисами часто были другие основные причины - стихийные бедствия, эпидемии, нашествия саранчи и другие. Именно эти элементы заставляют сердца и умы людей отступать от государства и заставляют их цепляться за восход нового великого человека. Если вы хотите сохранить здоровую нацию, важно удалять эти элементы один за другим, где бы вы их ни нашли.

Макиавелли говорил, что Фортуна, богиня случая, является арбитром половины наших действий, но она все же оставляет нам возможность направлять вторую половину человеческими силами. В Японии есть поговорка: “Делай всё, что в человеческих силах, а остальное предоставь Небесам”. Мы должны были сделать всё, что в наших силах.

— Все страны должны работать вместе над этой проблемой. Честно говоря, это более серьёзная угроза, чем Домен Владыки Демонов, который на данный момент перестал расширяться. Насколько далеко может распространиться проклятие Короля Духов, пока неизвестно, и мы не можем быть уверены, что подобная болезнь не вспыхнет в другом месте. Мы должны сотрудничать не только через государственные границы, но и фракционные, такие как Морской Альянс и Декларация Человечества.

— Разве это не всё? Вы ищете что-то большеё, чем Декларация человечества... — сказала Лисия.

— Да. — Я кивнул. — Нам нужно привлечь к сотрудничеству буквально все страны.

— Мы можем это сделать?

— Сейчас континент в основном разделен на три лагеря, — сказал я, указывая на карту на столе. — Наш Морской Альянс, Декларация Человечества Империи Гран-Кэйос и Королевство Великого Тигра Фуги. Мы можем сотрудничать с нашими союзниками в Морском Альянсе. Глава Республики Ку и Королева Девятиглавого Дракона Шабон тоже занимаются медицинскими реформами, поэтому у них должно быть такое же чувство срочности по этому поводу. Аналогично, Мария входит в медицинский альянс с нами, поэтому мы можем рассчитывать на неё в привлечении стран Декларации Человечества.

— Верно, — вмешался Юлий. — Королевство Гарлан напрямую затронуто, поэтому они, вероятно, помогут, остается только Фуга Хан, государство наемников Зем и королевство рыцарей дракона Нотунг. Если я правильно помню, у Лунарского Ортодоксального Папского Государства есть союз с Королевством Великого Тигра Фуги?

Я кивнул. — Да. Они сотрудничают с Фугой, скореё всего, из враждебности к Империи. Так что, если мы сможем просто заставить Фугу помочь, они должны подчиниться.

— У нас есть отношения с принцессой Силл из Королевства рыцарей дракона Нотунг, так что если мы поднимем этот вопрос с ней, думаю, она должна помочь, — сказала Лисия, а Юлий указал на Зем.

— Империя может справиться с Земом. Учитывая их географическое положение, им будет трудно отказать в просьбе Империи. Если есть взаимная выгода, и они не будут навязывать им ничего необоснованного, тогда у них не должно быть причин для отказа.

— Да, все сводится к тому, что сможем ли мы убедить лагерь Фуги, после этого всё человечество сможет объединиться против болезни. Болеё того, поскольку вся власть сосредоточена в руках Фуги, нам нужно убедить только его. Я, Фуга и Мария... Можно сказать, что всё человечество может объединиться, пока мы втроем согласны.

— Понятно... Трехсторонняя конференция между лидерами трех фракций, да? — пробормотал Юлий, понимая суть моих слов.

Я многозначительно кивнул ему. Вот почему я остался в столице.

— Я планирую связаться с Ку и Шабон по вещательной сети, чтобы привлечь их к работе, но Мария, Фуга и я - единственные, кому нужно собраться вместе. Будет слишком сложно собрать всех и вписать это в наше расписание.

— Я поняла, — сказала Лисия, удовлетворенно кивнув.

— Ммм... — Надин, которая всё это время неловко стояла, нерешительно сказала, подняв руку. — Зачем вы позвали меня сюда? Я не могу следить ни за одной из политических стратегий, о которых вы, ребята, говорите.

Конечно, у меня была веская причина, чтобы она пришла.

— Прости. Я хотел попросить тебя о двух одолжениях, Надин.

— Одолжениях?

— Во-первых, я хочу, чтобы ты поговорила с госпожой Тиамат и спросили о её политике защиты горного хребта Звездного Дракона от болезней. Если она хочет не вмешиваться в это, как она поступает с конфликтами внизу, то я не против. В конце концов, госпожа Тиамат, наверное, справится и без лекарств. Я не знаю, ответит ли она нам вообще.

Надин кивнул в ответ на мою просьбу.

— Поняла. Итак, что за другое?

— Что касается места встречи между Марией, Фугой и мной, о которой я говорил, я хотел предложить провести её в Королевстве рыцарей дракона Нотунг. Они позиционируются как нейтральная ко всем трем фракциям. — Зем тоже был нейтрален, но в этом месте было полно хулиганов, так что с охраной было бы много проблем. Если бы они пригласили нас, как в прошлый раз, я мог бы рассчитывать, что они держат своих людей в узде, но такого не будет, если мы будем теми, кто просит у них одолжить помещёние. Если бы мы проводили конференцию на территории одной из трех фракций, мои люди, возможно, согласились бы, но Мария и Фуга подняли бы шум. Я не хотел тратить время на борьбу за власть.

Когда всё это было объяснено, я спросил Надин. — Вы с Паем всё ещё поддерживаете контакт, верно? Я бы хотел, чтобы ты попросила его связаться с принцессой Силл и запросить место для конференции, а также рыцарей дракона для обеспечения безопасности.

— Но эта страна сражалась с войсками Фуги, — заметил Юлий. — Хотя это было сделано для того, чтобы помочь нам в нашем побеге.

Мы просто должны были принять это как есть.

— Королевство рыцарей дракона соседствует с расширяющейся страной Фуги. Они захотят сделать всё возможное, чтобы избежать войны с ним. Они могут использовать эту возможность, чтобы провести отдельную конференцию с Фугой и заставить его согласиться на взаимное ненападение с определенными условиями.

— В этом есть смысл... — согласился Юлий.

— Мы не можем вести переговоры по вещательной сети с Королевством рыцарей дракона, поэтому переговоры займут больше времени. Посыльным куи всегда нужно время, чтобы летать туда-сюда. Возможно, тебе будет быстрее отправиться туда лично, Надин. Могу я попросить тебя сделать это для меня?

— Вас поняла. Можешь на меня рассчитывать. — Надин стукнула себя по груди одной рукой. Мы с Лисией посмотрели на Юлия.

— Я планирую взять с собой Айшу и Надин в качестве телохранителей, но лишь небольшое количество людей сможет присутствовать на самой конференции. Я предлагаю ограничиться тем, что каждый из нас привезет с собой двух помощников, которые смогут выполнять функции телохранителей. Я бы хотел, чтобы вы двое, Лисия и Юлий, были моими помошниками там. Могу ли я попросить вас об этом?

— Понятно.

Они оба кивнули. С Лисией все будет хорошо, но... я волновался за Юлия.

— Я почти уверен, что Фуга приведет Хашима.

В качестве советника Хашим сыграл важную роль в захвате Фугой Союза восточных наций. В процессе этого он уничтожил Королевство Ластания, которое управлялось по законам Юлия, и убил многих членов оппозиции. Были убиты даже представители нейтральной фракции, включая приемного отца сестры Ичихи Сами, короля Рота.

Я знал, что Юлий и Сами должны были хотеть отомстить Хашиму. Сможет ли Юлий сохранить хладнокровие при встрече с ним лицом к лицу? Я бросил на него многозначительный взгляд, а он издал небольшой вздох.

Если бы Тии или её родителям был причинен вред, я сомневаюсь, что он смог бы сохранить спокойствие рядом с ним.

Но, к счастью, все они сейчас мирно живут в этой стране.

— Не то чтобы я не испытывал обиды, но безопасность Тии и её семьи сейчас важнее. Если работа на благо этой страны поможет это сделать, то моя обида - ничто по сравнению с этим.

— Приятно это слышать.

Я встал и повернулся лицом к ним троим, сказав — Теперь давайте предоставим Хакуе и остальным заниматься делами снаружи, пока мы делаем эту конференцию успешной.

Инцидент может происходить в полевых условиях, но иногда есть вещи, которые можно сделать только в конференц-зале. В общем, это был вопрос правильной работы для правильного человека.

◇ ◇ ◇

Благодаря помощи Надин в переговорах, Королевство рыцарей дракона Нотунг предоставит охраняемое место для проведения трехсторонней конференции. По словам Надин, принцесса Силл с радостью согласилась, улыбнувшись и сказав. — Для наших рыцарей большая честь охранять такую историческую конференцию. — Похоже, она смирилась с тем, что то, что произошло в её стычке с фракцией Фуги, было неизбежностью на поле боя, и это радовало.

Теперь, когда у меня было разрешение Королевства рыцарей дракона, я сразу же начал прощупывать другие страны на предмет этой идеи.

— Оокякя! Конечно, я помогу тебе, брат! Такие болезни, как эта, - проблема каждого!

— Да. Позвольте нам, членам Союза архипелага Девятиглавого Дракона, также оказать вам полную поддержку.

Сначала я поговорил с Ку и Шабон по трансляции. Они согласились, что я буду представлять мнение всего союза.

Альянс на трехсторонней конференции. После них я связался с Фугой.

— Ну, ты уже помогаешь мне с Шукином и остальными. Позволь мне хоть раз сделать тебе приятное.

То, с какой легкостью он согласился, было почти разочарованием. Похоже, он уже был в курсе прибытия Шукина в портовый город и его лечения. Возможно, именно поэтому он был так бесцеремонно сговорчив. Как говорится, один хороший поступок заслуживает другого.

И наконец, я связался с Марией. Я оставил её напоследок, потому что ожидал, что всё пройдет легко, но...

— Хи-хи, — хихикнула она с другой стороны трансляции.

— Разве я сказал что-то странное?

— О, нет. Я уже знала это, но к вам действительно присоединился сэр Юлий....

Во время этих трансляций вместо Хакуи рядом со мной стоял Юлий.

Вытирая слезы с уголков глаз, она извинилась, сказав. — Мне просто странно осознавать, зная, как всё было между вами в какой-то момент, что вы находитесь рядом с друг другом.

Мы с Юлием неловко посмотрели друг на друга.

Это было похоже на то, когда кто-то вспоминает о том, что вы делали в детстве. Нет, это даже хуже. Наша реакция, видимо, ещё больше рассмешила её, и, не в силах сдержаться, Мария с широкой улыбкой сказала. — Конечно, моя страна поддержит вас. Мы будем присутствовать на конференции.

◇ ◇ ◇

Позже мы отправились в Бальм, столицу королевства рыцарей дракона Нотунг, в одной из королевских гондол. Группа состояла из меня, Лисии, Айши, Надин, Юлия и нескольких Черных котов. Нас также сопровождали несколько всадников на вивернах.

Казалось маловероятным, что на этот раз будет какая-то опасность, поэтому мы не взяли с собой Хэла и Руби. Я решил, что слишком большая огневая мощь покажет отсутствие доверия.

— В прошлый раз я пролетела весь путь самостоятельно, а сегодня я еду в гондоле, забавно. — сказала Надин.

Она хотела плыть по небу со мной на спине, но это была чужая страна, и нашим сопровождающим было бы трудно защитить меня и гондолу, поэтому я попросил её сесть вместе со всеми.

— Когда я была ещё новичком в этом мире, я всегда с интересом разглядывала пейзажи, но теперь, когда я привыкла к воздушным путешествиям, я просто расслабляюсь, пока мы не прибудем.

Когда мы приблизились к Бальму, я услышал, как Лисия бормочет про себя.

— Здесь король Сома из Фридонии, императрица Мария из Империи и Фуга Хан из Королевства Великого Тигра... — сказала она, пересчитывая нас по пальцам. — Глава Республики Ку и королева Девятиглавого Дракона Шабон присоединятся к трансляции.

— Лисия? Что случилось?

— Мне просто интересно, проводилась ли когда-нибудь конференция с участием стольких крупных лидеров... Нет, возможно, никому ещё не приходило в голову собрать их таким образом, — ответила Лисия, звучащая впечатленной.

— Сомнительно, что они это сделали, — кивнув, сказал Юлий. — Даже когда Империя организовывала силы подчинения в ответ на появление Домена Владыки Демонов, они не собирали королей. Возможно, некоторые из них встречались, но собрать всех в одной комнате, как сейчас, это беспрецедентно.

— О... Теперь, когда ты об этом упомянула, это имеет смысл, — сказал я, убежденный.

В моем прежнем мире, мне кажется, я часто видел подобные встречи мировых лидеров, освещаемые в новостях. Например, тот саммит, G-что бы это ни было. Но такие мероприятия проводились в глобализованном мире, пережившем две мировые войны, чтобы решить проблемы, которые не могла решить ни одна отдельная страна.

Люди этого мира собрали объединенные силы против Домена Владыки Демонов, но поскольку основная тяжесть пришлась на северные страны, ощущение кризиса не было одинаковым на всем континенте. Это привело к отсутствию развития глобализма, а значит, не было необходимости в таких видах конференций лидеров. Мы действительно творили историю.

— Я не понимаю сложных вещей, но, кажется, это очень типично для вас - вести дела таким образом, сир, — сказала Айша с усмешкой. — Ведь говорят, что герой - это тот, кто умертвляет смену эпохи, не так ли? Когда я вспоминаю, что Богохранимый лес был всем моим миром, мне кажется, что я так далеко продвинулась.

— Знаешь, Тиамат говорила что-то вроде этого. Когда «бешено движущаяся шестеренка» и «шестеренка, которая остановилась», придут в движение, все будет работать как надо... Или что-то в этом роде? Я точно не помню, — сказала Надин, склонив голову набок. — Допустим, остановившаяся шестеренка - это я, когда я была замкнутой, тогда получается, что Сома - движущаяся шестеренка, так? Если встреча с нами - это то, что заставляет Суму двигаться в нужном темпе, то кто знает, насколько дико он бы развивался без нашего сотрудничества.

Все кивнули в знак согласия.

— А? Вы думаете, что я так часто выхожу из-под контроля?

— Конечно! — Лисия, Айша, Надин и даже Юлий сказали все одновременно.

В случае с Фугой или госпожой Марией, я думаю, они приходят к твердому решению, говоря — Я собираюсь изменить мир! — Затем, привлекая других людей, они действительно делают это, — объяснила Лисия, и я кивнул в знак согласия.

— О, да. Звучит примерно так.

— Но в вашем случае мир изменился до того, как вы это заметили! Мы вынуждены принять это после того, как вы говорите: — Хорошо, да, мир изменился, но он не стал хуже, так что всё в порядке, верно?

— Ророа в этом отношении похожа. Поскольку вы двое участвуете в выработке политики... я уверен, что страна стала ещё более ужасающей, чем когда я был в Амидонии.

Лисия и Юлий вздохнули. Тем временем...

— Это вина Его Величества и Пончо, или, может быть, я должна сказать, что это благодаря им я стала более проницательной... Я больше не могу жить только благословениями леса, — сказала Айша, а её голос наполнился эмоциями.

— Я полностью согласна. Он держит нас за живот, — решительно заявила Надин, другой большой едок в группе.

Да... Это уже становится неловко.

Остаток пути я провел в молчании, надеясь не навлечь на себя новых неприятностей.

◇ ◇ ◇

— Его Величество Сома А. Элфриден, король Фридонии, прибыл! —  крикнул охранник, когда гондола приземлилась в замке королевской семьи Королевства Нотунг. Мы находились на полпути в гору рядом с их столицей, городом Бальм.

Когда дверь открылась, я вышел на красную ковровую дорожку, которую окружали рыцари дракона вместе с женщинами в платьях, которые, как я мог предположить, были их партнерами-драконами. Затем, когда все мы высадились, рыцари-дракона и драконы встали на колени и склонили головы.

Это был действительно прием, подходящий для почетных гостей. Лисия и Юлий были в порядке, но Айша и Надин не привыкли к такому, поэтому оба выглядели немного неловко.

Принцесса Силл и Пай шли к нам с другого конца красной дорожки. Принцесса Силл была не в своих рыцарских доспехах, а в платье и диадеме. Если не обращать внимания на крупные мышцы на её руках, она выглядела принцессой, какой и была. Пай, в свою очередь, был одет как джентльмен и выглядел рядом с ней как дома.

— Я приветствую вас в королевстве Нотунг! — сказала принцесса Силл, широко раскинув руки. Затем мы обменялись двойным рукопожатием.

— Мы будем на твоем попечении, принцесса Силл.

— Ах-ха-ха... Правда в том, что я больше не принцесса.

— А?

— На днях мой отец отрекся от престола в мою пользу. Такая важная конференция, проводимая в нашей стране, должно быть, заставила его понять, что времена меняются. Он сказал мне: “Отныне управлять страной должны такие молодые люди, как ты”. Хотя, можно сказать, что он просто свалил на меня все проблемы.

— О, я вижу...

Хм... Звучит знакомо.

— Звучит как большая ответственность, — заметил я.

— Верно. Тем не менее, раз уж мне доверили это задание, я планирую сделать всё возможное.

Выражение лица Силл было полным уверенности, и я почувствовал силу в её непоколебимом взгляде. Это было немного неожиданно, но я решил исправиться.

— Мы будем на вашем попечении, королева Силл.

— Да, король Сома. Хорошо, что вы пришли. Люди из Империи и Королевства Великого Тигра уже прибыли. Я проведу вас к ним, так что, пожалуйста, идите за мной.

Мы последовали примеру Силл. Пройдя по коридору, выложенному неуклюжими каменными колоннами, в которых чувствовалась история, мы остановились перед комнатой. Солдаты из других крупных стран, присутствующих здесь, стояли в ожидании снаружи.

Я узнал одного из них. Гюнтер, тихий командир из Империи.

Силл повернулась к нам и сказала. — Теперь, как мы договорились заранее, я попрошу телохранителей подождать здесь. Пожалуйста, выберите трех человек, которые пойдут с Сомой.

— Понял. До встречи, Айша, Надин. — Они обе кивнули.

— Понятно. Мы будем ждать здесь с «Черными котами».

— Если что-то случится, крикните нам. Мы будем там в мгновение ока.

Кивнув им обоим, я вошел в комнату вместе с Лисией и Юлием. В центре комнаты стоял большой круглый стол. В одной его части сидели Мария, Жанна и Крахе из Империи. В другой - Фуга, Хашим и Муцуми из Королевства Великого Тигра. За то время, что нам потребовалось, чтобы прибыть, оказалось, что они... не очень-то дружелюбно беседовали.

Мария и Фуга выглядели естественно, но их глаза говорили о том, что они оценивают друг друга, в то время как Жанна и Хашим с опаской относились друг к другу, носили строгие выражения. Муцуми, казалось, чувствовала себя неловко, а Крахе был странно взволнован.

Для такого ярого верующего в Марию, как он, он должен был быть вне себя от радости, что может присутствовать на подобном собрании важных лидеров.

Когда мы вошли в комнату, Мария заметила нас и поднялась, улыбаясь, затем грациозно подошла к нам.

— Давно не виделись, господин Сома.

— Да. Я рад видеть, что вы здоровы, госпожа Мария.

Мы пожали друг другу руки и поприветствовали друг друга. Затем Мария повернулась к Лисии.

— Это наша первая личная встреча, я полагаю, леди Лисия. Я - Мария Эйфория.

— О! Да! Я Лисия Элфриден.

Мария и Лисия пожали друг другу руки и обменялись любезностями.

Тем временем Юлий и Жанна возрождали свою старую “дружбу”.

— Я никогда не думала, что мы встретимся снова вот так, — сказала Жанна с язвительной улыбкой.

— Да, я согласен... — неловко ответил Юлий, покрывшись холодным потом.

— Похоже, на этот раз вы не в плохих отношениях с сэром Сомой, так что это радует.

— Не бойся. Он хозяин, которому я теперь служу.

— Вы изменились... Я чувствую, что ваше выражение лица стало более спокойным, а манера поведения - более расслабленной.

— Поиск партнера может изменить человека.

— Я завидую. Я бы и сама хотела выйти замуж, но моя сестра никак не остепенится....

— Простите, Жанна? — сказала Мария с улыбкой.

— Нет, забудьте, что я только что сказала, — произнесла Жанна, отступая.

В этот момент Фуга поднялся со своего кресла и помахал мне рукой.

— Эй, я пришел, как ты и просил, Сома.

— Я благодарен за это. Но помните, что мы здесь из-за болезни, которую нашли вы и ваши люди.

— Да, я знаю. Почему ещё ты думаешь  я делаю то, что ты говоришь?

— Ты мог бы вести себя немного более жалостливо.

— Хе. Это просто не в моих принципах, — сказал Фуга, пожимая плечами.

“Этот парень...” – подумал я.

Муцуми поднялась со своего места и подошла к нему. — Давно не виделись, господин Сома.

— Так и есть. С тех пор, как мы встретились в Союзе Восточных Наций, верно? Я рад видеть, что у тебя все хорошо.

— Да. Как дела у Ичихи и... Сами? — спросила Муцуми, немного спотыкаясь о свои слова.

Конечно... она, наверное, хотела спросить больше о последнем из этих двух.

Улыбаясь, я сказал. — У Ичихи все хорошо. Он быстро становится одним из тех, кто возглавит нашу страну в следующем поколении. Что касается Сами... Она живет в окружении книг в столичной библиотеке. Я не знаю, сколько времени потребуется для восстановления её сердца, но... думаю, она живет спокойно.

— О! Это правда? — Муцуми выглядела немного облегченной. — Пожалуйста, продолжайте заботиться о них обоих.

— Да. Я сделаю всё, что смогу.

— Так, похоже, все в сборе, — сказал Фуга, хлопая в ладоши, когда мы с Муцуми закончили разговор. — Как насчет того, чтобы приступить к делу? Давайте проведем эту встречу на высшем уровне между лидерами ключевых стран, или что там должно быть.

Мы с Марией кивнули в знак согласия.

Да начнется саммит.

__________________

Над главой работал Vorfed, спасибо за главу!

Мы сидели вокруг стола в центре комнаты тремя группами: Я, Лисия и Юлий; Мария, Жанна и Крахе; и Фуга, Муцуми и Хашим.

Королева Силл присоединилась к нам, расположившись между Империей и Королевством Великого Тигра. По обе стороны от команды Королевства, в середине между ними, были расставлены простые приемники. Кроме того, позади королевы Силл находилась драгоценность, прибывшая из нашей страны.

— Для обеспечения справедливости и ведения протокола этой конференции я буду исполнять обязанности секретаря. Это приемлемо для всех сторон? — спросила Силл.

Мы все кивнули в знак того, что возражений нет. Силл тоже кивнула.

— Тогда, если все стороны согласны, я хотела бы начать. Теперь, как человек, предложивший это мероприятие, я бы попросила сэра Сому руководить собранием.

— Хорошо. Сначала... Лисия, Юлий подготовьте простые приемники.

— Хорошо.

— Хорошо.

Когда они активировали приемники, появились Ку и Шабон.

— Ку, Шабон. Вы нас видите?

— Да! Я прекрасно вижу вас здесь, брат!

— С моей стороны тоже нет никаких проблем.

Кивнув на их ответы, я повернулся к Фуге и Марии.

— Как мы обсудили заранее, помимо меня, сэр Ку Тайсей, глава Республики, и королева Девятиглавого Дракона Шабон, обе они входят в морской союз с моей страной, также  будут принимать участие. Поддержка этих двух стран будет незаменима для решения поставленной задачи. Это не та встреча, где все будет решаться большинством голосов, поэтому я полагаю, что проблем не будет.

— Встреча с главами шести влиятельных государств? Увлекательно — весело сказал Фуга, скрестив руки.

— Во-первых, я объясню эпидемическую проблему в Королевстве Духов Гарлана, известную как Проклятие Короля Духов... вернее, ее истинную природу, обнаруженную моими врачами - Болезнь Кровеносного Магического Пожирающего Жука «Болезнь Магического Жука» для краткости, используя последнюю информацию, присланную мне хирургом Брэдом из портового города... вся эта формальность становится слишком громоздкой, поэтому дальше я буду говорить нормально. Во-первых...

Я поднялся со своего места и начал писать все, что мы знали о болезни волшебного жука, на подготовленной для меня доске.

Волшебные жуки находились внутри спиральных оболочек монстров типа насекомых, которые появились в демонической волне, и люди заражались когда они вступали в контакт с жидкостями после победы над ними. Я также отметил, что он не может передаваться от крови одного человека к другому.

— Если подвести итог, то лучший способ взять эту болезнь под контроль - уничтожить всех монстров–насекомых со спиральными панцирями. Конечно, без попадания их соков на нас.

— Да. Чем быстрее, тем лучше, — кивнул Фуга.

— Хуже всего, если цикл инфекции полностью установится.

— Цикл?

— Будучи живыми существами, жуки, питающиеся магией крови, должны каким-то образом производить потомство. Если они просто убьют своего хозяина и умрут сами, это будет неудачей. Они должны сделать какие-то яйца внутри людей, затем каким-то образом вывести их из тела хозяина, например, через экскременты человека. Затем, когда они растворяются в воде, которую пьют монстры, они вырастают в форму, способную заражать людей... когда у вас есть полный цикл, подобный этому, болезнь может закрепиться в районе на долгое время.

— Это было бы неприятно, — сказала Мария, ее лицо наполнилось беспокойством. — Есть много исторических примеров того, как страны были разрушены эпидемиями, которые продолжались в течение длительного периода времени. Я уверена, что нам придется решать эту проблему, пока это еще возможно.

— Точно... Сома уже сказал мне, что причиной были монстры насекомого типа, — сказал Фуга, кивая на слова Марии. — Вот почему я приказал отряду, который я послал на остров Отца, атаковать только на расстоянии, но... надо сказать им, чтобы они в приоритете уничтожили этих монстров.

— Да. Это главное.

«Oncomelania hupensis», промежуточный хозяин, ответственный за «шистосомоз» в Японии, был маленькой улиткой размером не более сантиметра. Я помню, как удивился тому, насколько крошечными они были, когда увидел их в Мемориальном музее Сугиуры в городе Сёва, который мы посетили в рамках урока обществознания. Казалось, что их было очень трудно найти.

Чтобы истребить улиток, они мобилизовали всю префектуру и даже заимствовали помощь оккупационных американских войск, но на это все равно ушло много долгих лет. Улитки были достаточно малы, чтобы жить в дождевых канавах, поэтому их истребители не успевали за ними. В данном случае, однако, соответствующие монстры насекомого типа были массивными и их было легко найти. Нам понадобится Королевство Духов и силы Фуги, чтобы сделать все возможное для их уничтожения.

Фуга наклонился и спросил, — Я возьму на себя ответственность за Остров Отца, но что вы хотите сделать с Островом Матери?

— Дочь Короля Царства Духов находится в портовом городе, верно? — спросил я.

— Да. Принцесса Элулу. Она должна присматривать за Шукиным.

— Хильда и Брэд делятся с ней информацией.

Герула отдал свою жизнь за эту информацию. Я хотел, чтобы она спасла и людей Царства Духа.

В этот момент Хашим, который слушал, открыл рот. — Главное - предотвратить дальнейшие инфекции. Я это понимаю. Но что следует сделать  для лечения тех, кто уже заражен?

Выражение лица Юлия слегка дернулось, когда его враг заговорил.

Я сделал все возможное, чтобы сохранить спокойствие, отвечая: — Есть способ лечения. Если у вас есть светлые маги с информацией о болезни Волшебного Жука, знанием тела и пониманием медицины, то это возможно. Я собираюсь попросить их разработать лекарства, которые позволят лечить болезнь даже там, где нет таких магов, но... если мы будем ждать этого, могут пройти годы или даже десятилетия. Пока у нас нет другого выбора, кроме как положиться на этих магов.

— Обычный светлый маг не подойдет? — спросил Фуга, и я кивнул.

— Вы не смогли сами вылечить сэра Шукина, верно? Но он уже идет на поправку после того, как наш врач Хильда осмотрела его. Вот вам и ответ.

— Да, я понял... я просто проверял, — сказал Фуга, упираясь щекой в ладонь. — Какая боль.

Я продолжил. — Просто быть светлым магом недостаточно. Они должны изучать медицину.

Помимо Хильды, у нас есть несколько светлых магов, освоивших медицину... ладно, это слишком громко сказано, поэтому я буду называть их магами-лекарями. Мы много работали, чтобы обучить их. Но...

Я хлопнул руками по столу и покачал головой.

— У нас их недостаточно. Помимо основного условия - умения использовать светлую магию, достаточно сложно изучить медицину. Кроме того, на нынешнем этапе единственное отличие между ними и обычными врачами - это способность лечить паразитарные заболевания. Они будут высоко цениться в особых ситуациях, подобных этой, но сомнительно, что мы увидим отдачу от усилий, затраченных на их обучение.

— У нас нет врачей, поэтому я не очень понимаю, но... это нереализуемо, верно? — спросил Фуга.

— Так оно и есть, — ответил я, пожав плечами. — У нас в Королевстве их тоже не так много. Даже если бы мы послали всех магов-врачей Королевства, было бы слишком много пациентов, чтобы они могли справиться со всеми.

— Точно...

— Итак, вот почему я хотел бы, чтобы Империя и Республика помогли, — сказал я, глядя на Марию и Ку. — У нас есть медицинский альянс с Империей и Республикой, и мы делимся с ними нашими знаниями.

— Они... еще один союз? — пробормотал про себя Хашим, нахмурившись.

Когда я решил увеличить число магов-врачей, чтобы Хильде не относились как к особенной, я связался с Империей и Республикой и попросил их поработать над подготовкой магов-врачей. Союз Архипелага Девятиглавого Дракона присоединился к этому альянсу позже, но прошло недостаточно времени, чтобы они успели подготовиться вовремя.

— У Империи и Республики должны быть врачи-маги. С их более многочисленным населением, у Империи их даже больше, чем у нас, верно?

— Да, это правда. Мы использовали знания, которые вы нам предоставили, чтобы обучить достаточное количество людей, чтобы покрыть нашу огромную империю. Если вы сможете предоставить информацию о болезни волшебного жука, мы подготовим их.— с улыбкой сказала Мария.

Ку ударил себя в грудь одной рукой. — Оокякя! В таком случае, Республика тоже поможет. Пусть у нас меньше врачей, чем у Королевства, но это будет хороший шанс дать нашим людям возможность потренироваться в полевых условиях. Я пришлю вам всех, кто у нас есть.

— Тогда позвольте моему народу предоставить транспорт, — предложила Шабон, сложив руки на груди. — Вам придется добираться до Королевства Духов морскими путями.. Мы не можем помочь, предоставив магов, но я обещаю, что флот нашей страны доставит туда людей из Республики и Империи в целости и сохранности. Доставку любых медикаментов также предоставьте нам.

— Ооо. Это большая помощь.

Независимо от того, на восток или на запад, между нами и Королевством духов был либо континент, либо архипелаг Девятиглавого дракона. Это был долгий путь для нашего флота, поэтому, если они готовы были обеспечить доставку для всех стран, участвующих в этом процессе, то это будет полезно.

Силл, которая вела протокол конференции, подняла голову.

— В таком случае, пусть Королевство рыцарей-драконов Нотунга тоже окажет помощь. Думаю вы захотите отправить необходимые припасы из Королевства, и наши рыцари-драконы смогут доставить их быстрее, чем морскими путями. Правда, нам потребуется разрешение на прохождение через воздушное пространство всех стран.

— Это тоже звучит неплохо. Я бы очень хотел, чтобы вы сделали это, но что думают остальные?

Я оглядел других участников, и никто, похоже, не возражал, так что план был принят. Силл выглядела воодушевленной, когда записывала его в протокол конференции.

Фуга весело хихикнул. — Я знаю, что вы, Сома, заранее со всеми переговорили, но эти решения продолжают появляться одно за другим.

— Да, вы правы. Забавно просто слушать, — добавила Муцуми с улыбкой.

— О, действительно. Я очень рад, что могу сидеть среди вас. Жаль, что сэр Гунтер не смог присоединиться к нам, но, как бы он ни был молчалив, на таких переговорах он был бы не более полезен, чем статуя, поэтому я был очевидным выбором. Слово мое, воистину, история движется. И я тоже в движении! Мне кажется, что я вот-вот вознесусь на небеса в этот самый... Ой!

Пока Крахе эмоционально лепетал в своей пораженной манере, Жанна схватила его за лацканы, чтобы прервать.

— Ты, заткнись!

Группа из Империи была такой же, как всегда.

— А?!

В этот момент я почувствовал, что на меня смотрят холодные глаза. Я повернулся к ним, и рядом с Фугой на меня смотрел Хашим. Его взгляд был настороженным, что контрастировало с расслабленным настроением в комнате. Затем он отвел глаза. Проследив за его взглядом, я увидел, что Юлий тоже внимательно следит за Хашимом. Вероятно, он заметил тревожное поведение Хашима еще до меня. Юлий, казалось, беспокоился, что он попытается что-то сделать.

Два гения пристально смотрели друг на друга.

Если я буду разжигать ненужные разговоры, это только затянет дело... думаю можно оставить наблюдение за Хашимом Юлию, а я продолжу дискуссию. Я решил не вмешиваться, чтобы не испортить атмосферу, в которой мы находимся.

— На данный момент... я думаю, это подойдет в качестве общего направления для борьбы с болезнью магического жука, — сказал я, глядя на Марию и Фугу. — Но неизвестно, какие болезни появятся в будущем и где. Я думаю, что болезнь волшебного жука распространилась потому, что демоническая волна создала для нее условия, но никто не мог этого предсказать. Мы не знаем, какая болезнь вспыхнет завтра. Это может быть в Королевстве Фридония, в Империи или в Королевстве Великого Тигра.

— Да, это может...

— Да, вы правы...

Фуга и Мария кивнули. Я кивнул им в ответ.

— И, как мы узнали на этот раз, как только распространяется такая болезнь, ни одна страна не может справиться с этим в одиночку. Болезни не заботятся о наших границах или фракциях. Поэтому нам нужно координировать наши действия, и поймите собрать всех лидеров вместе, как мы сделали это сейчас, это большая работа. Вот почему я хочу принять решение о международном соглашении в отношении болезней, здесь и сейчас.

— Соглашение? — спросила Мария.

— Да. Когда вспыхивает болезнь, мы не скрываем ее, а предаем информацию гласности. Таким образом, мы немедленно принимаем меры по предотвращению эпидемии и, если необходимо, обращаемся за помощью к другим странам. В таком случае мы отвечаем на эти просьбы, отправляя медицинские препараты и оборудование... вот такую систему я хочу внедрить. Проще говоря, я хочу, чтобы мы всегда были в состоянии сделать то, что мы сделали в этот раз в отношении болезни волшебного жука. Чтобы мир мог работать вместе, чтобы подавлять болезни до того, как они превратятся в эпидемии.

— Понятно. Я думаю, это прекрасная идея, — сказала Мария, хлопая в ладоши.

Фуга, тем временем, склонил голову набок. — Если бы мы могли это сделать, это было бы идеально, но действительно ли это сработает? Что произойдет, если кто-то скроет вспышку болезни?

— Можно предположить, что они не смогут рассчитывать на международную помощь. Если они справятся сами, то хорошо, но если вы посмотрите, что произошло в этот раз, то станет ясно, что болезни - это не то, что мы можем контролировать. Вы бы хотели справляться с болезнью волшебного жука в одиночку?

— Я бы не хотел... — Фуга пожал плечами. — Ладно, я понял. Итак, вы хотите, чтобы пять стран... шесть, если считать Королевство Рыцаря Дракона, я полагаю. Вы хотите, чтобы эти шесть стран приняли решение?

— Да. Мы назовем это «Бальмская медицинская декларация». Я бы хотел, чтобы наши контрмеры против болезни волшебного жука стали первыми из многих действий, предпринятых в рамках этой декларации. Я также хочу, чтобы Империя и Королевство Великого Тигра поработали над тем, чтобы Зем и Ортодоксальное Папское Государство тоже подписали эту декларацию. Я уверен, что нам не составит труда добиться согласия Королевства Духов.

— Все народы человечества? Это звучит как еще более широкие рамки, чем «Декларация человечества», — сказала Мария.

— Вот такая страшна болезнь, — сказал я, кивнув. — Это настолько плохо, что мы должны противостоять ей сообща, во имя человечества. С этой целью... Фуга, королева Силл….

— Что?

— А? Я?

Они оба посмотрели на меня пустыми глазами и ответили в унисон.

— Для того чтобы проводить противоэпидемические мероприятия в мировом масштабе, мы не можем иметь большие пробелы в понимании медицины между разными странами. Это особенно касается вас, Фуга. Это проблема для всех нас, если страна, владеющая такой большой территорией, как Королевство Великого Тигра, не имеет базовых медицинских знаний.

— Конечно... но вы же знаете, что мы не можем исправить это сразу?

— Мы тоже не можем... — согласилась Силл. — Все ваши разговоры о предотвращении эпидемий были слишком продвинутыми для меня, и я вообще не могла их понять.

Эти двое были смелыми воинами на поле боя, но вся эта боевая доблесть не могла помочь им в тех вопросах, в которых они не были уверены. Мы могли видеть растерянность на их лицах.

— Я понимаю... вот почему я хотел бы, чтобы Королевства Великого Тигра и Рыцаря Дракона прислали людей для изучения медицины в мою страну.

— Что?!

Глаза Фуги и Силл расширились от моего предложения.

— Вы уверены? Это дипломатическое оружие, от которого вы отказываетесь, — сказал Фуга.

— Ну, а какой у меня выбор? Конечно, существуют ограничения на медицинские техники, которые мы можем передать, но... этот инцидент показал мне, насколько опасно не иметь даже самые базовые знания. Просто так получилось, что в этот раз вспышка была на острове, поэтому она не распространилась на континент. Но если бы это случилось на континенте, в стране, не обладающей знаниями для предотвращения эпидемии, это было бы ужасно.

— Да... я с содроганием думаю, что бы произошло, если бы это случилось в моей стране. Мы граничим с владениями Владыки Демонов, так что те же условия, вероятно, были и там. И со всеми людьми, путешествующими вокруг, это распространилось бы очень быстро.

Фуга скрестил руки и застонал. Хорошо, что он так быстро все понял.

— Верно? Вот почему я хочу, чтобы вы послали людей учиться у нас медицине. Я так же предложил это Республике и Союзу Архипелагов. Верно?

— Да. Я отправил туда большое количество студентов после возвращения домой.

— Что касается меня, то пока мы только начинаем отправлять людей, я спрашиваю на каждом из островов о молодых людях, которые заинтересованы.

Ку и Шабон ответили  нам по трансляции.

Я посмотрел на Марию. — Я уверен, что Империя работает над развитием медицины не меньше, чем мы. Если госпожа Мария готова их принять, вы могли бы посылать студентов и туда...

Когда я посмотрел на нее в поисках ответа, Мария улыбнулась и кивнула. — Конечно. Мы с радостью примем их.

— Оххх! — Силл громко вскрикнула и поклонилась. — Это чудесно! Пожалуйста, возьмите студентов и из моей страны!

— Конечно... мы тоже пришлем немного людей. Позаботьтесь о них для нас, — согласился Фуга с задумчивым выражением лица.

◇ ◇ ◇

Детали еще предстояло уточнить, но было решено выпустить первое всемирное соглашение в этой области – «Бальмская медицинская декларация».

Чтобы направить все наши усилия на первый акт в соответствии с этой декларацией, Мария, Фуга и я приступили к работе, отдавая приказы нашим странам. Я написал Хакуе письмо о том, что было решено, и попросил Айшу доставить его в портовый город на западном побережье посыльным Куи.

— Что ж, думаю, что я чего-то достиг... в этой встрече — сказал я.

— Ты сделал более чем все ожидали, Сома.

Я почувствовала облегчение на душе, а Лисия встала рядом со мной, нежно положив руку мне на спину.

После завершения саммита в Бальме и принятия Бальмской декларации о медицине, жители Королевства Фридония, Империи и Королевства Великого Тигра Хана должны были вернуться в свои страны.

Обычно, когда в одном месте собирается так много лидеров, принимающая страна устраивает банкет, и это воспринимается как шанс углубить отношения между всеми присутствующими. Но Сома, Мария и Фуга были занятыми людьми, им нужно было возвращаться домой, чтобы приступить к работе над проблемой болезни волшебного жука, поэтому у них не было времени провести ночь в этой стране.

Тем не менее, это была редкая возможность, поэтому было отведено время для общения.

Сома и Юлий пытались помочь Фуге и Силл поладить.

— В этом случае все наши страны должны координировать свои усилия. Между вами может быть какая-то обида, и я не говорю, что вы должны пустить ее на самотек, но, по крайней мере, оставьте ее на потом, когда болезнь останется позади.

— На данный момент я намерена забыть то, что произошло в Ластании.

Хотя они решили координировать свои действия, прошло не так много времени с тех пор, как две страны воевали, так что, должно быть, осталась какая-то дурная кровь. Этот разговор должен был предотвратить любые разногласия, которые могли бы помешать.

Фуга и Силл кивнули.

— Я знаю. Это я обратился к вам по поводу совместной работы по борьбе с болезнью. Я полностью последую вашему совету.

— Что касается меня, то я смирилась с тем, что смерть моих товарищей была неизбежностью на поле боя.

Услышав это, Сома успокоился.

Пока они вчетвером разговаривали, Лисия осталась без компании. Юлий помогал вести переговоры, а Айша и Надин выполняли роль телохранителей. И вот Лисия отправилась одна.

«Я должна воспользоваться этой возможностью». (От лица Лисии)

Лисия очень хотела поговорить с кем-то.

— Мадам Мария.

— Приветсвую, леди Лисия.

Когда Лисия назвала ее имя, Мария улыбнулась ей, как распустившийся цветок.

Вау... она невероятно красива...

Увидев эту улыбку, несмотря на то, что она была женщиной, Лисия не могла не остановиться и не уставиться в восхищении. С первого взгляда она предположила, что Мария будет тихой красавицей, как Джуна, но от нее исходила совершенно другая атмосфера. Если Джуна сияла как идол, то Мария сияла как божественное произведение искусства. Лисия видела, что они не зря называли ее святой.

Я так рада возможности поговорить с вами напрямую, — сказала Мария, заставив Лисию опомниться.

— Да! Я тоже. Я встречала госпожу Жанну всего один раз, когда мы были маленькими, и мы играли вместе, но с вами... это наша первая встреча.

— Жанна с детства была активной девочкой, поэтому отец брал ее в свои заграничные поездки. Я была более интровертной, поэтому имела тенденцию оставаться позади в Империи.

— А... наверное, я была похожа на мадам Жанну. Мама всегда укоряла меня за мальчишество.

— Хи-хи. Вы, должно быть, прекрасно ладите с Жанной. — Сказав это, Мария похлопала по сиденью рядом с собой. — Присаживайтесь. У нас не часто будет такая возможность. Давайте немного поболтаем как девушки.

— Девушка... поговорить?

— Да. Я - императрица, а вы - королева, не так ли? У меня не так много шансов поговорить с женщинами аналогичного ранга, которые не являются моей семьей. Я хотела бы провести нормальную, очень непринужденную беседу, как две домохозяйки в городе или две женщины, которые дружат, у колодца.

— Хорошо... — Лисия казалась немного напряженной, когда заняла место рядом с Марией.

— Вам не нужно так напрягаться. Со мной можно нормально разговаривать.

— Я... это так? Ну, тогда вам так же следует расслабиться.

— Ооо...то, как я сейчас говорю, - это моя привычка, и она придает мне индивидуальность.

— Думаю, вы больше похожа на Джуну, да?

— О Боже, Джуна Дорна! Ах, я полагаю, она Джуна Сома сейчас. Она просто прелесть, не правда ли? Я смотрю ее образовательную программу по простому приемнику, который прислал мне сэр Сома.

— Сама императрица следит за этим?

Когда она представляла, как Мария, Святая Империи, с удовольствием смотрит образовательные программы Джуны, где она выступает вместе со странным талисманом  Мусашибо.

Мусашибо….она немного взволнована тем, насколько сюрреалистичным был этот мысленный образ.

Что это? Это чувство, что все напряжение уходит из моих плеч, когда я говорю с ней... это как когда Сома говорит что-то нелепое?

— О, это напомнило мне, что вы тоже спите в своем кабинете, не так ли? — спросила Лисия.

— Да. Как это делает сэр Сома, верно?

— Ммм. Конечно, теперь, когда мы женаты, он делает это реже, но раньше он спал там постоянно.

— Хи-хи, думаю, мы с господином Сомой составляем  свой альянс «Спящие в офисе».

— О, вы можете посвятить в это и меня, и Ророа. Когда я помогала Соме после нашей первой встречи, я задремала в офисе, а Ророа часто заползала в кровать в офисе Сомы после того, как не спала всю ночь, работая над экономической политикой.

— О, боже. Какая прелесть. — Мария улыбнулась.

Кстати, Лисия тоже спала в офисе, но она намеренно опустила эту часть. В конце концов, это была ее первая... особенная ночь с Сомой, поэтому она не могла говорить об этом.

— Говоря о госпоже Ророа, она была суверенной принцессой Амидонии, не так ли?

Подумав, что это ее шанс сменить тему, Лисия кивнула. — Да, это так.

— Понятно. И она взяла с собой свою страну, когда вышла замуж за Сому. Какая невероятная храбрость.

— Ну, да, но... с тех пор, как она приехала в Королевство, она стала правда большей дурочкой. Теперь она еще и мать, так что я бы хотела, чтобы она остепенилась, — пожав плечами, сказала Лисия, вызвав у Марии смешок.

— Хорошо, что она полна энергии. И вы тоже хорошо ладите как коллеги-королевы.

— Ророа смотрит на нас как на старших сестер. А мы, со своей стороны, опекаем ее как младшую сестру. Хотя с ее стороны она все рассчитала. Она такая коварная.

— Она звучит замечательно. Я бы с удовольствием поговорила с ней как-нибудь.

— Было бы весело, но о чем бы вы говорили?

— Как свалить свою страну на кого-то другого.

— Империя?! Мне будет жаль того, кто окажется на стороне принимающей стороны...

— Ха..! Обычно люди рады возвыситься до императорского звания... но вы думаете, что это навязывание, значит, вы действительно жена господина Сомы.

— Ну, я видела, под каким давлением находится Сома. Поэтому я также могу понять, почему вы хотите переложить это на кого-то другого…

— Это действительно помогает, просто услышать, как вы это говорите... — В воздухе витало ощущение торжественности. Лисия хлопнула в ладоши, пытаясь изменить настроение.

— О, верно, вы выступаете в роли лорелеи, как Джуна? — спросила Лисия.

Мария кивнула. — Да. Было много просьб от людей, поэтому я все еще выступаю… время от времени.

— Это удивительно. Я бы никогда не смогла.

— Что? Но вы такая красивая. Я уверена, что вы были бы популярны.

— Нет... мне сказали, что мое пение вдохновит «обратный марш»...

— Обратный марш? Это когда... войска возвращаются бегут с поля боя?

Щеки Лисии покраснели.

— Пфф! А-ха-ха-ха! — Мария разразилась смехом. Императрица так редко смеялась вслух, что Сома, да и многие другие люди, повернулись и уставились на нее.

— Здесь ничего не происходит! — крикнула Лисия, заставляя их смотреть в сторону. — Вы слишком много смеетесь, госпожа Мария!

— Я-я извиняюсь. Хи-хи. Когда вы сказали «обратный марш», мне стало смешно... — Мария вытерла слезы с глаз, извиняясь. — О, боже мой. Кажется, я не смеялась так сильно весь год.

— Рада за вас…— монотонно ответила Лисия.

— Хи-хи. Боже, не смотрите на меня так. Ах да, кстати, о песнях... я изучала песни вашей страны, особенно песни старого мира сэра Сомы, во время наших встреч через приемник.

— Песни?

Лисия безучастно смотрела на нее. Трансляцией встреч между Королевством и Империей обычно занимались Хакуя и Жанна, а Лисия часто отсутствовала, когда Сома проводил встречи с Марией, поэтому она понятия не имела, чем они занимались.

Мария улыбнулась и кивнула. — Да. Из всех песен, которые я выучила, мне больше всего понравилась «Катюша».

— Что это за язык? Что-то из  Мира Сомы?

— Он сказал, что для него это тоже иностранный язык. Это не очень яркая и веселая песня, но, исполняя ее, я почему-то  чувствую себя энергичнее.

— Хм... почему?

— Кто может знать.. но мне нравится. — Казалось, Мария и сама была не уверена. — Хи-хи. Это весело, болтать вот так.

В середине их мирной беседы улыбка Марии внезапно исчезла.

— Госпожа Мария?

— Я иногда думаю об этом... если бы я не дала Королевству возможность выплатить нам субсидии, а вместо этого настояла на том, чтобы прислали героя, какой была бы сейчас моя жизнь и жизнь Империи?

—Вы имеешь в виду.. если бы мы тогда отправили Сому в Империю? — спросила Лисия, и Мария молча кивнула. Немного подумав, Лисия энергично покачала головой: — Нет, нет, нет, нет, я не хочу об этом думать. Я не могу представить, что наша страна смогла бы преодолеть все проблемы, с которыми мы столкнулись тогда, без Сомы. Мы бы медленно изнемогали, и уже были бы мертвы, не так ли? Кроме того, без него я бы никогда не встретила людей, которых он нанял, а Сиан и Казуха никогда бы не родились.

— Да, вы правы. В вашем положении, леди Лисия, вполне естественно так думать, — ответила Мария, подтверждая все сказанное Лисией. — Именно поэтому я и думаю об этом. Конечно, все это только возможности, но я думаю, что у нас было будущее. Сэр Сома стал бы моим партнером, и мы реформировали Империю, собрали товарищей и построили процветающую страну... такое будущее.

— Госпожа Мария...

— Я тоже могла бы стать матерью….

— Не знаю. Это как-то странно.

У Лисии были сложные чувства по этому поводу, но Мария захихикала. Возможно она немного дразнила ее? Лисия посмотрела на Марию и вздохнула.

— Знаете, если говорить о партнерстве, то я думаю, что у вас с Сомой и так прекрасное взаимопонимание. На самом деле, когда я впервые увидела, как вы двое разговаривали по трансляции, было странно, насколько вы были на одной волне.

— О! Это правда? — Глаза Марии расширились. Должно быть, она не ожидала услышать такое.

Лисия положила руку на затылок, неловко объясняя: — Вы из разных стран, и позиции у вас разные. Поскольку вы ведете переговоры, вам нужно пытаться понять другого человека, поэтому вы не можете слишком веселиться, но и не можете вести себя враждебно. Это сложные отношения, но вы с Сомой, как ни странно, понимаете друг друга.

— Ооо... Жанна неоднократно говорила мне об этом. Когда она слушает наши с Сомой разговоры, она чувствует себя обделенной.

— Я... вроде как… понимаю. Хотя это просто моя ревность.

— О Боже, — сказала Мария, моргая. — Вы так прямо это говорите.

— Для меня естественно ревновать. Когда человек так важен для меня. Так что я давно поняла, что нужно принять это, а не подавлять силой.

— Вы действительно замечательная, вы это знаете?

Мария спокойно улыбнулась. Лисия улыбнулась в ответ.

—Лисия. Нам пора.

Сома, который разговаривал на другом конце комнаты, окликнул ее. По всей видимости, он имел в виду, что всем пора возвращаться в свои страны.

— Я рада, что мы смогли поговорить, леди Лисия, - сказала Мария, протягивая руку.

— Надеюсь, когда-нибудь у нас будет возможность продолжить в более спокойной обстановке.

— Да! Я с нетерпением жду этого дня.

Лисия взяла ее за руку, и они обменялись крепким рукопожатием.

Я взглянул на небо за окнами гондолы. Солнце садилось на западе.

— Ну, на данный момент у него нет другого выбора, кроме как работать с нами. Ему нужны наши медицинские технологии, и пока он беспокоится о болезни волшебного жука, он не будет делать глупостей, рискуя разозлить нас. Я уверен, он будет выжидать несколько лет.

— А пока... мы должны продолжать постепенно наращивать нашу силу, чтобы, независимо от ситуации, наша страна оставалась непоколебимой.

Все кивнули в знак согласия.

Тем временем Фуга и его люди, имевшие общую границу с Королевством Рыцарей Дракона, возвращались сухопутным путем.

По пути Хашим подгонял своего коня рядом с Фугой, который ехал на спине Дурги.

— Королевство Фридония довольно опасно.

— Да... как и сказала Райга. Нам лучше не недооценивать их, — ответил Фуга, подавляя зевок.

— Они не только координируют свои действия с Республикой и Архипелагом через Морской Альянс, но у них так же есть связи с Империей. Если мы слишком неосторожно ткнем Сому, то получим удар и с востока, и с запада. Я надеялся, что отдав им этот портовый город, мы вобьем клин между Королевством и Империей, но... этого не произойдет.

Хашим нахмурил брови, глядя на то, как непринужденно Фуга говорит обо всем этом.

— Если вы все это понимаете... как вы можете быть таким спокойным?

— Потому что они не представляют угрозы... конечно, Мария и Сома - впечатляющие правители, но у них нет амбиций на расширение своих стран. Это объясняется тем, что Мария получила свою страну от отца, а Сома - от тестя. Да, Сома присоединил Амидонию, но только потому, что королева Ророа уступила ему ее. Кроме этого, у него нет желания расширять свою территорию или принимать больше людей. Пока мы их не трогаем, мы можем рассчитывать на то, что ни один из них не нападет на нас.

Продолжая говорить, Фуга лег на спину Дурги.

—  Мы, с другой стороны, начали с маленькой страны. Мы можем играть с большими мальчиками, такими как Королевство и Империя, но даже если мы проиграем, мы снова станем маленькой страной. Поскольку мы не боимся таких потерь и не боимся перемен, мы можем расти еще дальше. Конечно, пока нам придется идти бок о бок с Королевством и Империей, но... в это время мы должны будем продолжать неуклонно наращивать мощь.

— Значит, ты продолжишь освобождение Домена Владыки Демонов? — спросила Муцуми, которая находилась на противоположной от Хашима стороне Дурги.

Фуга рассмеялся. — Да, думаю, да. У нас есть свои связи, которые нужно укреплять. Мы можем объединить половину Королевства Духов и использовать Анну для усиления нашего влияния на Ортодоксальное Папское Государство. У них должно быть много светлых магов, так что пусть они отдадут часть под наше командование, а затем отправят их изучать медицину в Королевство. И...

— Вам нужно государство наемников... верно? — Слова Хашима вызвали у Фуги веселый смех.

— Ха! Ха! Ха! Еще бы. Страна, где сила определяет правоту, как раз по мне.

Казалось, страна готова вступить в период стабильности, но искры последующего хаоса уже тлели.

◇ ◇ ◇

Середина 8-го месяца 1550-го года по континентальному календарю

Прошло некоторое время после встречи лидеров трех основных фракций. Премьер-министр Хакуя, Томоэ, Ичиха и Райга, а также Хильда и Брэд находились в обнесенном стеной городе Мин, столице острова Отца, который теперь принадлежал фракции Фуга.

Когда-то Мин был центром религиозных празднеств, но сейчас он напоминал полевой госпиталь. Сюда привозили пациентов, страдающих от болезни волшебного жука, и он функционировал как передовая база для лечения.

Даже в здании в центре Мина, ступенчатой пирамиде, напоминающей Чичен-Ицу, многие комнаты использовались для размещения больных. Больные болезнью волшебного жука прибывали не только с острова-отца, но и с острова-матери. Принцесса Элулу отправила письмо своему отцу, королю Царства духов Гаруле, и сообщила ему, что у них есть лечение и они будут принимать пациентов. В результате Гарула с энтузиазмом принял предложение, которое привело к такому развитию событий.

Старые верховные эльфы на Материнском острове возмущались тем, что молодые, либеральные верховные эльфы живут в состоянии полунезависимости на Отцовском острове, но даже они не смогли возразить против того, что Гарула принял предложение.

Гарула воспользовался ситуацией, чтобы объединить Материнский остров, и отправил пациентов с Отцовского острова вместе со здоровыми высшими эльфами, которые могли поделиться кровью. В то же время все было устроено так, чтобы он мог поддерживать тесный контакт с принцессой Элулу, которая была лидером либералов и реформаторов, командиром Фуги, Шукином, и представителем Королевства Фридония, Хакуей. Совместный фронт всех фракций увенчался успехом.

— Сначала лечите тех, у кого самые легкие симптомы! Начните с тех, кому не нужно переливание крови!

Хильда была на месте происшествия, направляя магов-врачей и разделяя пациентов. Чем запущеннее случай, тем дольше длится лечение и тем больше крови им потребуется.

Сначала они лечили пациентов с легкими симптомами, тех, в чьих телах еще оставался магиум, чтобы предотвратить увеличение числа серьезных случаев. Это означало, что чем больше вероятность того, что кто-то умрет, тем позже его начнут лечить... они выбирали, кому жить, а кому умереть.

— Это... довольно тяжело наблюдать, — сказала Райга.

— Да... —  согласилась Томоэ.

У Томоэ и Райги, которые отвечали за дезинфекцию белья, переноску багажа и присмотр за дочерью Хильды и Бреда Людой, были тяжелые выражения на лицах. Поскольку в данный момент не хватало рабочих рук, даже таких некомбатантов, как они, попросили помочь.

— Все эти люди страдают у нас на глазах, но мы ничего не можем для них сделать...

Томоэ кивнула. — Да. Но я думаю, что врачам приходится хуже всех.

— Правда... наверное, это очень неприятно. У них не хватает персонала, чтобы справиться с этой нагрузкой.

— Господин Хакуя говорил, что старший брат что-нибудь предпримет.

Словно по воле судьбы, вдалеке послышался чей-то крик.

— Это лодка! Лодки здесь! — говорили они.

— Посмотрите, как их много! На них развевается флаг Архипелага Девятиглавого Дракона!

— А?! Они здесь!

Девушки посмотрели друг на друга, а затем бросились к определенному дому в жилом районе.

В этом доме Хакуя, Ичиха, полностью восстановившийся Шукин и Элулу сидели вокруг карты на столе, тщательно проверяя, нет ли где-нибудь насекомых-монстров, которых они не успели уничтожить.

— Господин Хакуя! Лодки здесь! — в унисон сказали девочки, вбегая внутрь, и все четверо разом повернулись посмотреть на них.

— О! Они прибыли? — ответил Хакуя.

— Они добрались! Это подкрепление, которого мы так долго ждали! —  сказал Шукин.

Хакуя и Шукин инстинктивно поднялись, Элулу и Ичиха последовали их примеру.

— Давайте поспешим на берег, лорд Шукин! Я соберу людей, — предложила Элулу.

— Мы тоже пойдем, — сказал Ичиха.

С этими словами все они направились к берегу, который находился неподалеку от Мин.

На острове Отца не было порта, куда могло бы причалить столько кораблей, поэтому им пришлось бросить якорь недалеко от берега, а затем отправить лодки на берег. Когда они добрались до пляжа, флот Архипелага Девятиглавого Дракона уже начал разгружаться.

С кораблей также высаживались люди, которые, должно быть, были светлыми магами. Их должно было быть несколько десятков. Вероятно, это были светлые маги, собранные Империей и Республикой.

Посреди всех этих людей стоял человек в серебряных доспехах, который выделялся среди остальных.

— Фух... никак не могу привыкнуть к кораблям, — ворчал мужчина.

Когда они увидели его, глаза Шукина и Райги расширились.

— Это... лорд Фуга?!

— А? Брат?!

Когда они оба бросились к нему, Фуга тоже заметил их.

— Шукин! —  крикнул Фуга, помахав рукой, после чего они обменялись крепким рукопожатием. — Хорошо выглядишь! Ты заставил меня волноваться!

— Я прошу прощения за беспокойство! Благодаря вам я смог выжить!

— Да, конечно. Не могу допустить, чтобы моя правая рука слегла из-за болезни.

Пока хозяин и слуга наслаждались встречей, Райга вышла вперед.

— Давно не виделись, брат.

— Эй, Райга! У тебя тоже все хорошо? Мы давно не встречались лично... ты немного повзрослела, да?

— Да? — Райга застенчиво посмотрела на свое тело.

Хакуя подошел к ним троим.

— Добро пожаловать, господин Фуга. Я Хакуя Квонмин.

—Вы, должно быть, премьер-министр в черном одеянии. Приятно познакомиться.

Они пожали друг другу руки, а затем Фуга посмотрел на Томоэ и Ичиху, которые стояли позади Хакуи.

— А я не видел маленькую мисс Томоэ и Ичиху с тех пор, как они были в Союзе Восточных Наций. Я постоянно слышу о вас двоих в письмах Райги. Спасибо, что всегда заботились о ней.

— Прекрати, брат! —  запротестовала Райга, ее лицо было ярко-красным. Она была смущена тем, что он дал им знать, что она писала в своих письмах о том, как хорошо они ладят.

Они оба усмехнулись ее реакции.

— Да! Мы хорошие друзья с  Райгой, — сказала Томоэ.

— Она трудолюбивая и хороший человек, — согласился Ичиха.

Теперь Райга выглядела красной, как вареный осьминог.

После этого момента гармонии Хакуя спросил Фугу: — Что привело вас сюда, господин Фуга? Я не слышал, что вы приедете.

— Я хотел сам увидеть сцену и подбодрить войска. Дурга не любит море, поэтому я оставил своего напарника и попросил Сому помочь мне пересесть на один из кораблей Архипелага. Муцуми и Хашим были не в восторге от этого.

«Конечно,  они точно не обрадовались» подумал Хакуя.

Насколько он мог судить, Фуга не взял с собой никаких спутников. Как бы они ни были уверены в его силе, его жена и приближенные, должно быть, были вне себя от беспокойства, когда он решил отправиться на чужом корабле в одиночку.

Шукин выглядел измученным. — Я не знаю, что с вами делать...

— Не будь таким жестким. Я хотел увидеть тебя здоровым! — сказал Фуга, с улыбкой обнимая Шукина за плечи. — Я рад что ты поправился.

— Да. Я должен поблагодарить за это врачей Королевства Фридония.

— Да? Тогда и я должен сказать спасибо врачам Сомы.

— Да. Они спасли нам жизнь. Я не могу выразить достаточно благодарности.

Видя, как Шукин улыбается, Фуга вспомнил слова Хашима, сказанные им перед отправлением в путь.

◇ ◇ ◇

—  Настоящий вред от этого инцидента в том, что когда мы столкнемся с Королевством Фридония в будущем, мы больше не сможем поставить господина Шукина на ключевую должность.

Фуга недоверчиво нахмурил брови. — Я не планирую сражаться с Сомой в ближайшее время, но... ладно, давай послушаем, что ты скажешь.

— Сэр Шукин - прямой человек и воин по натуре. Он, несомненно, чувствует себя обязанным Королевству за то, что оно спасло его от болезни волшебного жука. Это одно из его достоинств, но... если в будущем мы ввяжемся в войну с Королевством Фридония, можно предположить, что это замедлит его меч. Эта нерешительность может привести к неожиданным промахам.

— И когда это случится... у нас не останется другого выбора, кроме как оттянуть его в тыл, да?

— Да. Как бы мне ни было больно оставлять такого способного командира в стороне...

◇ ◇ ◇

«Похоже, Шукин чувствовал себя в долгу перед королевством Фридония, как и говорил Хашим.  Если в будущем я вступлю в борьбу с Сомой, мне, вероятно, следует держать Шукина подальше от линии фронта. Ради его же блага, ведь я уверен, что он будет сопротивляться» подумал Фуга.

Тем временем, маги-врачи продолжали прибывать на берег, и, наблюдая за тем, как Элулу ведет их к Мин.

Райга сказала Томоэ и Ичихе: — Со всеми этими людьми здесь, возможно, им не будет так не хватать рук.

— Да, — согласилась Томоэ. — Это должно спасти гораздо больше людей.

— Да. Часть груза с плеч доктора Хильды и доктора Брэда будет снято, — добавил Ичиха.

— И мы будем освобождены от всех этих обязанностей, верно? Я хочу вернуться в Королевство и расслабиться, — сказала Райга, присев на берегу.

Двое других извиняюще посмотрели на нее.

— Но летние каникулы скоро закончатся, верно? — сказал Ичиха.

— Уф! Уже столько времени прошло?! О, черт! Я даже не притронулась к своей летней домашней работе.

— Хи-хи, давай потрудимся вместе, Райга. Или ты снова получишь дополнительные занятия.

— Нееееееееет!!!

Райга схватилась за голову.

Середина 9-го месяца 1550-й года по континентальному календарю...

Прошло немало времени с тех пор, как Хакуя и Томоэ вернулись с острова Отца.

Хильда, Брэд и врачи, собранные со всех стран, все еще находились там, изучая и излечивая болезнь волшебного жука. Ситуация так просто не разрешится, поэтому их возвращение, скорее всего, займет еще какое-то время.

Тем временем Лисия, Айша, Надин и я были в море вместе с Эксель на корабле «Альберт II» , которым она управляла.

Корабль покинул Лагуна-Сити в начале 9-го месяца, и мы направлялись через Архипелаг Девятиглавого Дракона.

Воды Союза к Королевству Духов на Материнском острове с пятью кораблями сопровождения.

Три из этих кораблей сопровождения были даны нам Шабон, чтобы провести нас через территорию Союза Архипелагов.

◇ ◇ ◇

На палубе «Альберта II»

Лисия облокотилась  на борт, чтобы ее волосы свободно развевались под дуновением морского бриза.

Теплые дни продолжались и в 9-м месяце, и то, как солнце освещало раскинувшееся перед нами море, напоминало летнюю сцену. Возможно, это первый раз, когда я наслаждаюсь летом. Раньше, когда мы устраивали барбекю на пляже в Республике, мы могли видеть замерзший континент вдалеке, а когда мы сражались, это было на бурном зимнем море.

Лисия, которая была рядом со мной, посмотрела на меня с усмешкой.

— Давно мне не удавалось совершить с тобой такое спокойное путешествие.

— Правда... ты все это время присматривала за детьми.

Лисия была с детьми практически с самого их рождения, а я постоянно занимался своими политическими обязанностями. Такие ситуации, как дипломатический вояж в Зем и задание убить Омиядзути, делали мое расписание убийственно напряженным.

Конечно, мы жили в одном замке, и я, как мог, помогал с детьми, так что нам удавалось проводить время с семьей, но отправиться куда-нибудь с Лисией - за исключением официальных поездок, таких как саммит в Королевстве Драконьих Рыцарей - было просто невозможно.

Теперь Сиан и Казуха были уже достаточно большими, чтобы стоять, ни за что не держась, и могли самостоятельно передвигаться. В моем прежнем мире они были бы достаточно большими, чтобы оставить их в детском саду. В общем сейчас их можно было бы оставить другим людям.

Вот почему я пригласил Лисию в эту поездку в Царство Духа.

— Я хотел позволить Сиану и Казухе тоже покататься на палубе корабля.

— Знаешь... придется подождать, пока они немного подрастут.

Сиан и Казуха оставались дома, в Королевстве.

Между Джуной и Ророа, которые были в декретном отпуске; горничной Карлой, к которой они были очень привязаны; и Альбертом и Элисией, которые часто наведывались в замок, чтобы поиграть с ними, не было недостатка в людях, которые могли бы присмотреть за нашими детьми.

Может быть, поэтому, даже когда мы уезжали, они ни разу не заплакали, отчего нам с Лисией стало немного грустно.

Лисия придвинулась ближе ко мне, просунув пальцы своей руку через мои. — Хи-хи! Время от времени приятно побыть вдвоем….только вдвоем.

— А-ха-ха, согласен.

— Но, знаешь, когда на тебя смотрят со спины, становится немного странно...

Лисия оглянулась назад, прижимаясь ко мне. Я тоже обернулся, чтобы посмотреть: из-за двери на мостик выглядывали Айша и Надин. Когда они увидели, что мы их заметили, они спрятали свои головы обратно.

— Они все еще довольно любопытны, — сказала Лисия с язвительной улыбкой. — Поскольку это моя первая спокойная поездка с тобой за целую вечность, они позволяют мне побыть с тобой одной... думаю, они не могут не быть такими.

— Ха-ха-ха...

Все, что я мог сделать, это неловко рассмеяться. Не мне указывать своим женам, как они должны проявлять внимание друг к другу.

Затем Лисия застонала и потянулась. — Все-таки путешествовать на корабле приятно. Это медленнее, чем гондола, но я могу растянуться, где захочу, и даже подраться с Айшей на палубе, если захочу.

— Конечно, но... не увлекайся и не круши корабль, ладно?

— Очевидно же, что мы  не будем.

— Ну... мы должны были доставить сами-знаете-что в целости и сохранности. Мы не могли просто сесть в гондолу и отправиться прямым рейсом с Надин, — сказал я, думая о том, что было в трюме корабля. — С этим нужно обращаться осторожно, поэтому нам пришлось сделать это таким образом...

— Да, я знаю, — сказала Лисия, выглядя немного грустной, и положила голову мне на плечо.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя наш корабль прибыл на Материнский остров в Королевстве Духов.

В порту собралось множество высших эльфов, которые ликовали. Казалось, вся страна приветствовала нас. Для такой ксенофобской страны, как их, они были необычайно приветливы, но тот факт, что они знали, что наша страна сыграла большую роль в лечении Болезни Волшебного Жука, и что они не были под контролем Фуги, как Остров Отца, во многом способствовал этому.

Когда мы сошли с корабля Альберта II , к нам подошел высший эльф, одетый в выделяющуюся, похожую на лавровую, корону. Он был очень похож на   Герула.

— Добро пожаловать, о король Фридонии. Я - Гарула Гарлан, король этой страны  и старший брат Герула, о котором вы заботились в своей стране.

— Приятно познакомиться. Я - Сома А. Эльфриден.

— Мы, народ высших эльфов, приветствуем вас.

Когда мы обменялись крепким рукопожатием, собравшаяся толпа разразилась аплодисментами. Остальные жители Королевства тоже пожимали друг другу руки на корабле.

Я быстро представил Гарула Лиссии, Айше и Надин, которые сошли на берег вместе со мной, и решил сразу же перейти к главной цели моего приезда в эту страну. Я подал сигнал Альберту II и повысил голос, чтобы толпа могла слышать.

— С этого момента я возвращаю вам сокровище вашего народа, которое мое королевство хранило для вас!

Когда я это сделал, «Альберт II»  начал осторожно опускать свой груз. Это был один гроб, крышка которого была сделана из стекла.

Я подвел Гарула к ней, чтобы он мог видеть, и когда он это сделал, он сузил глаза, а затем устремил взгляд к небесам.

Внутри вместе с несколькими цветами, замороженными во избежание гниения, лежали останки Герулы Гарлан. От долгой борьбы с болезнью у него впалые щеки, но тщательный макияж в морге делал его похожим на спящего.

Я сказал Гаруле, который, казалось, с трудом сдерживал слезы: — После смерти Герула пожертвовал несколько органов для исследований. Однако я все равно считаю, что его тело должно быть возвращено на землю, которую он любил.

— Я благодарю вас за это... король Сома, — сказал Герула, глядя мне в глаза, победив свои слезы.

Останки Герулы медленно пронесли между двумя шеренгами высших эльфов. Они не могли не проливать слезы по человеку, который буквально отдал свою жизнь за свою страну, спасая бесчисленное множество людей от Болезни Волшебного Жука.

— О, Лорд Герула!

— Мне так жаль вас... и все же, ваша жертва спасла нас.

Прежние аплодисменты стихли, сменившись рыданиями и стенаниями скорби.

Глядя на этих людей, я спросил Гарула: — Что теперь будет делать Царство Духа?

— Я уверен, нам придется измениться, — ответил Гарула тихим голосом. — Любому должно быть ясно, что мы не можем позволить себе больше держать страну закрытой. Те, кто закостенел в старых идеалах, наконец-то будут вынуждены двигаться вперед. Я хотел бы объединить их и начать торговлю с вашим Морским альянсом.

Я был немного удивлен, услышав это от него.

— Как неожиданно. Я слышал от Мерулы, что король Королевства Духов был милитаристом.

Как мне рассказывали, детьми бывшего короля были старший брат, который был отличным воином, и младший брат, храбрый и мудрый, и именно старший занял трон.

Поэтому, когда я впервые встретил Герулу, я предполагал, что король Царства Духов будет еще более упрямым, но теперь, когда я встретил его, он показался мне мягко воспитанным и гибко мыслящим.

— О, я вижу...—  Гарула слегка улыбнулся.

— Ну... я просто поговорю сам с собой минутку?  Пожалуйста, не обращайте на меня внимания.

— А?

— Разве старший брат, милитарист, действительно хотел бы получить трон? Он жаждал сражаться только на передовой, так что бы он сделал, если бы его попросили занять его? Особенно, если у него есть такой же младший брат, которому административная работа не составляет никакого труда…..подождите... не говорите мне?!

«Они что, подменили его? Только для того, чтобы он мог остаться единственным командиром, сражающимся на передовой, вместо того, чтобы стать королем. Если так, то король передо мной...а останки, спящие вон там...»

Я был ошеломлен, и, должно быть, на моем лице появилось глупое выражение, потому что «Гарула»  расплылся в улыбке.

_______________

Отсталость послесловие   и доп история.

Послесловие автора

Благодарим вас за прочтение 15-го тома «Героя-реалиста» . Это Додзёмару, который во время чрезвычайного положения либо работает дома, либо в одиночку катается на велосипеде по набережной. Так как я работал дома, это превратило меня в еще большего затворника.

Теперь мне придется писать короткие истории для Blu-ray релиза аниме, и я думаю, что Лисия может немного повлиять на эту актерскую игру.

Итак, я благодарю художника Фуюки, господина Сатоси Уэда за адаптацию манги, моего редактора, дизайнеров, корректоров, людей, занимающихся аниме-версией, и всех вас, кто сейчас держит эту книгу в руках.

Это был Додзёмару.

Однажды ночью в конце 8-го месяца 1550-го года по континентальному календарю...

Это был летний вечер, когда дневная жара еще не спала. В освещенной свечами комнате замка Парнам трое студентов, вернувшихся на днях с острова Отца, работали над домашним заданием Королевской академии.

Короче говоря, они спешили закончить летнее домашнее задание.

Поскольку они были отправлены на Остров Отца по официальному запросу Королевства, они были освобождены от некоторых из них, но им все равно давали домашние задания по основным предметам, таким как математика и история, не выполнив которые, они не смогли бы успевать за классом.

— Уф... я так устала... пусть это закончится...—  сказала Райга, рухнув на стол. Ее крылья поникли.

Томоэ и Ичиха взглянули на то, что сделала Райга.

— Райга, это тут все неправильно.

— Ты конечно получила уравнение, но ты перепутала подстановку в конце.

Поскольку Томоэ и Ичиха были хорошими учениками с хорошими оценками по основным предметам, они быстро закончили свою собственную работу и теперь помогали Райге с теми частями, с которыми она испытывала трудности.

Райга поджала губы, выглядя расстроенной. — Меня заставляли заниматься ручным трудом на острове Отца, а теперь, когда я вернулась, вы заставляете меня все время учиться? Разве это несправедливо? Разве мы не обычные студенты?

— Хм... ты так говоришь, но разве не у всех есть свои проблемы? — Томоэ слегка склонила голову набок, и Ичиха кивнул в знак согласия.

— Томоэ права. Не думаю, что есть много студентов, которые могут сосредоточиться только на учебе. Те, кто из благородных и рыцарских семей, скорее всего, должны помогать по дому, а простые люди должны работать, чтобы заработать на обучение во время каникул.

— Лу работает на свою семью в компании Эванс, чтобы заработать карманные деньги, а Вел работает в фруктовом салоне Лу продавщицей.

— А? Я понимаю, что Люси работает, но Велза тоже? — спросила Райга, и Томоэ кивнула с кривой улыбкой.

— Вкусная еда стоит денег. А если она работает у Люси, они кормят ее сладостями, так что это идеально.

— О, да, она всегда что-то покупала и ела.

Райга вспомнила, как лицо Велзы таяло от удовольствия, когда она ела сладости Люси. Как Айша привела еще один пример, преданность любимым и стремление к еде, очевидно, были расовыми признаками темных эльфов.

Томоэ хихикнула. — Но я бы хотела, чтобы мы все собрались вместе и повеселились хотя бы раз.

— Да...—  согласился Ичиха. — В конце концов, сейчас летние каникулы.

— Точно! —  Райга с энтузиазмом кивнула. — Сома сказал во время церемонии поступления, что мы должны наслаждаться школьной жизнью в полной мере!

— Но нам нужно, чтобы ты сначала закончила домашнее задание, — сказала ей Томоэ.

— Уф... я знаю это.

— Ах-ха-ха...—  Ичиха неловко рассмеялся.

В этот момент в дверь постучали.

— Войдите! —  крикнула Томоэ в ответ, и в комнату вошел Сома с подносом, а за ним Джуна с чайником.

— Старший брат и Джуна?

— Привет, Томоэ.

— Добрый вечер всем. Приятно видеть, что вы все еще так усердно работаете до поздней ночи

— Добрый вечер.

Ичиха и Райга, казалось, не знали, стоит ли им вскочить на ноги, чтобы поприветствовать внезапное прибытие короля и первой второстепенной королевы, но Сома махнул рукой.

— Ахх, мы сейчас наедине, так что не беспокойтесь об этом.

Так сказал сам король, и они остались сидеть.

Сома посмотрел на стол, вокруг которого они сидели втроем.

— Итак, Томоэ, как продвигается домашнее задание?

— О! Ну, мы с Ичихой закончили, а сейчас мы помогаем Райге с ее работой.

— Эй! Да, это правда, но... ты не должна этого говорить, — запротестовала Райга, надувая щеки, но все только улыбнулись ее попытке скрыть свою слабость.

— Похоже, вы усердно работаете. Я решил принести вам всем поздний перекус, — сказал Сома, ставя поднос на стол.

— Ооо, я как раз почувствовала себя голо...дной?

— Спасибо, Ваше Величество... аа?

— Неважно что там, я просто рада перерыву...

«Подождите, что?»

Когда они увидели, что было на подносе, который принес Сома, дети все уставились на него. Это были три миски белого риса, тарелка белого сашими, обмакнутого в соевый соус, три набора деревянных ложек и набор длинных палочек для еды.

— Рис... и сашими, старший брат?

— Это немного другое чем обычно.

Сома положил несколько кусочков сашими поверх риса с помощью длинных палочек.

— Хорошо, Джуна. Продолжай.

— Хорошо.

Джуна вылила содержимое чайника на сашими.

Когда она это сделала, восхитительный запах бульона защекотал ноздри детей. От него их пустые животы стали требовать еды. Сома протянул Томоэ миску и деревянную ложку.

— Вот, держи, это очадзукэ

— Оча... дзукэ?

— Это стандартное блюдо для поздних ночных закусок в моем старом мире. Шабон прислала мне несколько хороших чайных листьев, выращенных на острове Яэдзу. Поскольку у меня было все необходимое, я решил попробовать приготовить его.

В мире, откуда он родом, Сома слышал, что зеленый чай, черный чай и улун делают из листьев одного и того же чайного растения, и разница лишь в степени ферментации. Он уже давно искал страну, где бы пили зеленый чай. Когда Сома узнал, что на Архипелаге Девятиглавого Дракона есть культура зеленого чая и выращивают подходящие для него чайные листья, он попросил Шабон прислать ему немного.

В чайнике была смесь чая из этих листьев, смешанная с суповым бульоном.

— Хотелось бы мне иметь более элегантную посуду, чтобы подать его на стол, — сказал Сома, начав готовить еще две чашки. — Я бы, конечно, предпочел иметь чайные чаши, а также кюсу или чайник, но... ну, хотеть того, чего у меня нет, не так уж продуктивно, поэтому я нашел замену. Вот блюда и  для вас.

— Спасибо, — сказал Ичиха.

— Я благодарю, — добавила Райга.

С этими словами, каждый из них попробовал блюдо, и в тот момент их глаза расширились от полноты вкуса.

— Это действительно вкусно, старший брат!

— Суповой бульон действительно пропитал рис, а аромат согревает меня.

— Я могла бы съесть еще столько же!

Дети беспорядочно поглощали свои очадзукэ.

Сома и Джуна удовлетворенно улыбались, наблюдая за ними. В мгновение ока дети расправились со своей едой.

— Ух ты... это было здорово, старший брат, — сказала Томоэ.

— Спасибо, — в унисон добавили Ичиха и Райга.

— Конечно, ничего особенного, — ответил Сома, забирая их использованную посуду. — Я слышал, вы трое усердно трудились на Острове Отца. Помогло ли это немного вознаградить вас за это?

— Большой брат... да! Теперь я чувствую себя полной сил.

— Я тоже. Теперь, когда мой желудок полон, я думаю, что могу попробовать еще немного.ё

Райга, которая до этого ворчала, снова была готова идти в бой. Совсем недавно она обязательно бы сказала «Что за король приносит закуски?!». Но теперь она привыкла к стилю этой страны, или, скорее, к стилю королевской семьи, и ее не смущали такие мелочи.

Сома удовлетворенно кивнул, глядя на детей.

— Вы должны сделать домашнее задание. По крайней мере, до того, как наступит время мероприятия.

— Мероприятие? — спросила Райга.

— О! Точно! —  Томоэ захлопала в ладоши с таким видом, будто только что вспомнила.

— Лу и Вел тоже хотели пойти вместе! Давай, Райга! Давай поторопимся и закончим твою домашнюю работу!

— А? Откуда эта внезапная мотивация? Что происходит?!

— Давай, двигай ручкой! Ичиха, ты тоже помоги!

— Х-Хорошо!

— Серьезно, что происходит?! —  Дети вдруг стали намного шумнее. Сома и Джуна посмотрели друг на друга, улыбнулись, а затем вышли из комнаты, чтобы не мешать.

◇ ◇ ◇

Вечер, два дня спустя

— Хе-хе! Ты хорошо выглядишь в таком виде, Райга, — сказала Томоэ.

— Ты тоже. Но все же…ты постоянно носишь такую одежду, — ответила Райга, немного смущенный комплиментом.

В этот вечер они оба были одеты в юкаты. Кстати, именно Сома сшил их, и хотя все они были сшиты для Томоэ, она подарила Райге светло-голубую. Они были примерно одного роста, так что длину не пришлось сильно подгонять, но отверстие для хвоста Томоэ нужно было зашить, а для крыльев Райги вырезать новые.

— Мне сказали, что так принято одеваться на фестивалях, и я оделась подобающе, но это все же довольно мило, — сказала Райга, держа рукава, глядя на себя в юкате. Чувствуя, что это был комплимент ее брату, Томоэ удовлетворенно улыбнулась.

Сегодня в Парнаме проходил общегородской летний фестиваль.

По просьбе Ророа, которая хотела устроить какое-нибудь мероприятие, чтобы простимулировать экономику, Сома предложил устроить летний фестиваль, как в его мире, где были ряды киосков с едой и запускали фейерверки.

Кстати, когда король предложил эту идею, у третьей первичной королевы возник вопрос.

— Что празднует летний фестиваль, дорогой?.

— Хм? Что ты имеешь в виду, что он празднует?

— Я имею в виду, что если уж праздновать, то что-то. Для этого и существуют фестивали, не так ли?

— Раз уж ты об этом заговорила... что празднует летний фестиваль? Ведь они проходили не только в святилищах, у нас они были и на торговых улицах...

Так все и началось. В конце концов, они остановились на этом фестивале, отмечая свою грусть по поводу ухода лета.

Томоэ и ее друзья были здесь, чтобы насладиться им. На самом деле, можно даже сказать, что они прошли через этот ад домашней работы, чтобы просто быть здесь.

— Хе-хе! Хорошо, что ты сделала домашнее задание, а, Райга?

— Напомни мне еще раз об этом! Я думала, что для меня это будет мой конец... кстати...—  Райга огляделась по сторонам. — Куда делся Ичиха?

— Ичиха? Он вон там.

Томоэ указала на симпатичную девушку в желтой юкате, которую Ичиха тащил за руку. Девушка не привыкла к ее длине, и с трудом шла.

— Прости, Ичиха. Я просто не могу привыкнуть к этому наряду.

— Все в порядке. Держись, — сказал Ичиха, протягивая руку девушке в юкате. — Пойдем, старшая сестра Сами.

Сами Чима - как и следовало ожидать от младшей сестры Муцуми, которая была воплощением идеала традиционной японской красоты - выглядела очень хорошо в японской одежде. Ее волосы были короче, чем у Муцуми, и завязаны на боку.

Она извиняюще посмотрела на Ичиху и сказала: — Спасибо... хоть я и должна быть твоим телохранителем.

— Не волнуйся, сестра. Я буду рассчитывать на тебя, когда это будет важно.

Сами была выбрана в качестве сопровождающей детей на фестивале. Поскольку сегодня ожидалось многолюдье, Черные коты могли защитить их только частично, поэтому Сома и остальные хотели, чтобы хотя бы один человек был рядом с ними.

Тем не менее, ворчливый воин вроде Инугами во время веселья с друзьями выглядел бы неуместно, поэтому эту задачу поручили Сами. Она была такого же возраста, а также опытный маг, что делало ее подходящей кандидатурой. Кроме того, казалось, что для психического и физического здоровья Сами не будет полезно вечно сидеть в библиотеке, так что это был хороший способ выпустить ее на волю. Кстати, ее юката была позаимствована у Ророа, которая имела схожее с ней телосложение.

— Это... нормально? — пробормотала Райга, глядя на Сами.

— Райга? — вопросительно сказала Томоэ.

— Мой брат убил кого-то важного для нее.... Она не против быть рядом с его младшей сестрой?

Для Сами Фуга и Хашим были теми, кто убил ее приемного отца, Хайнранта. Однако Райга случайно услышала, как Сами говорила, что не имеет ничего против Райги только потому, что она сестра Фуги. Более того, она даже сказала: «я чувствую с ней родство»

Тем не менее, должны были остаться какие-то чувства, которые она не могла преодолеть.

Томоэ схватила Райгу за обе руки и сказала: — Все хорошо, Райга!

— А? Томоэ?

— Старший брат и остальные решили, что можно оставить нашу защиту на нее. Сами знала, что ты будешь здесь, когда согласилась на эту работу, так что тебе не нужно беспокоиться ни о чем из того, о чем ты думаешь.

Томоэ попыталась надавить на неё позитивом. Райга моргнула, затем, слегка улыбнувшись, схватила Томоэ за щеки.

— Ты ведешь себя ужасно дерзко для маленького ребенка. Я еще не упала так низко, чтобы ты беспокоилась обо мне.

— Ай, ай!

◇ ◇ ◇

— Ну и дела... но в любом случае, ты не против что они так близки? — спросила Райга, отпустив щеки Томоэ, чтобы показать на Ичиху и Сами.

Сами крепко держалась за Ичиху, пока они шли.

— Эти двое кажутся мне ужасно близкими.

— А? Разве не хорошо, когда братья и сестры близки? — сказала Томоэ, потирая щеки и бросая на Райгу пустой взгляд.

— Хм..., — сказала Райга с подавленным смехом. Интересно, как бы он отреагировал, если бы не его сестра, висящая на нем вот так.

Томоэ, похоже, уделяла Ичихе очень много внимания еще со времен симпозиума по монстрологии, так что самое время ей самой стать более осведомленной - так говорили Райга, Велза и Люси. Единственные, кто не знал, были сами Томоэ и Ичиха.

Увидев, как Райга тепло смотрит на нее, Томоэ с подозрением уставилась на нее в ответ.

— Что, Райга...?

— О, ничего.

— Извините за ожидание, — сказал Ичиха, когда они с Сами догнали друг друга. Сами склонила голову перед ними.

— Простите, что так долго.

— Нет, это не проблема, — ответила Томоэ.

— Это не твоя вина. Ты не привыкла к таким нарядам, — добавила Райга.

Сами мягко улыбнулась им.

— Ну, тогда мы пойдем? Мы ведь встречаемся с двумя другими твоими друзьями, которых здесь нет, в Профессиональной школе Джинджер?

— О, точно. Это Лу и Вел!

Сами моргнула, услышав ответ Томоэ.

— Обе они тоже девушки? Ичиха, ты теперь пользуешься популярностью у девушек?

— Подожди, сестренка! Это не так!

— Ах-ха-ха...

Томоэ и Райга только криво усмехнулись, глядя на то, как Ичиха покраснел, пытаясь это отрицать.

◇ ◇ ◇

Они встретились с Люси и Велзой перед профессиональным училищем.

— Итак, почему мы встретились здесь? — спросила Райга.

— Хе-хе-хе, очевидно, потому что они делают «это», — сказала Люси, указывая на главные ворота школы. На воротах была арка, на которой большими буквами было написано «Выставка для гурманов класса В».

— Прошло некоторое время с тех пор, как Его Величество и Пончо начали воссоздавать блюда из старого мира Его Величества, и количество рецептов только увеличилось, поэтому мы планируем показать их все здесь, — объяснил Ичиха, и Люси кивнула.

— Там будет целая гора вкусной еды. Я думаю, нам стоит набить животы, прежде чем мы отправимся в путь.

— Хорошая еда... как ты думаешь, это включает в себя сладости? — спросила Велза, ее глаза сверкали при упоминании о вкусной еде. Для нее это было обычным делом, поэтому Томоэ и остальные захихикали и решили просто зайти внутрь.

По всей школе стояли киоски с едой, и продавалось огромное количество блюд. Некоторые из них, такие как окономияки, мороженое и спагетти — «наполитан», были знакомы Томоэ и другим жителям замка, а другие - нет.

— А? Леди Томоэ?

— А?

Повернувшись, чтобы посмотреть, кто позвал ее по имени, Томоэ увидела Джирукому и вторую жену Пончо, Комаин, в фартуках, которые работали у ларька с вывеской «Якисоба с солнечными яицами» . Перед ними стояла горячая стальная плита с лапшой якисоба и жарящимися на ней солнечными яйцами. Было нереально видеть эту пару, похожую на коренных американцев, одетых в фартуки, с треугольными банданами на головах и лопаточкой в каждой руке.

— Комайн? У вас здесь ларек? — спросила Томоэ, моргая.

— Да! —  ответила Комайн с улыбкой. — На этом мероприятии много ларьков, с которыми помогает мой муж, а у людей, связанных с королевской семьей Ластана, не так много работы, кроме обеспечения безопасности, поэтому я попросила брата помочь.

— Мне нечем заняться, кроме как обеспечивать безопасность .. что ж, полагаю, это правда, — сказал Джирукома со сложным выражением лица. Комаин проигнорировала его и продолжила говорить.

— Я уверена, что мой муж сейчас бегает по всему месту проведения мероприятия. Что скажете, леди Томоэ? Не хотите ли вы и ваши друзья отведать якисобу?

— О, звучит неплохо. Как насчет того, чтобы купить три тарелки и поделиться? — предложила Люси, а Велза с энтузиазмом кивнула.

Что касается Райги, с другой стороны...

— Нет, меня больше беспокоит то, что я вижу за ними..., — сказала она, указывая за ларек.

Здание школы находилось прямо за ларьком, и ближайший класс был ярко освещен.

— Давайте, не ссорьтесь, вы двое.

— О, ты хочешь спать? Иди сюда.

В классе было около десяти детей в возрасте от одного до трех лет, и жена Джирукомы Лорен и первая жена Пончо Серина присматривали за ними.

Джирукома и Комайн посмотрели друг на друга и криво улыбнулись.

— Н-нет, эм, это, ну... понимаете — заикался Джирукома.

— Если посчитать детей моего брата и моих…. вместе, их будет шестеро, поэтому мы организовали импровизированный детский сад.

В настоящее время у Джирукомы и Лорен было четверо детей, а у Пончо - по одному с Сериной и Комаин. В сумме получилось шесть детей, за которыми нужно было кому-то присматривать, поэтому они решили, что могут присмотреть за детьми других.

Комаин сузила глаза  и смотрела на Джирукому.

— Ну… я имею в виду, что моя семья вполне нормальная. А вот мой брат, родивший четверых детей за несколько лет, будучи женатым только на одной жене, - это странно.

— Там есть одна пара близнецов, так что ты не можешь винить меня...

— Это не делает меньше проблем для старшей сестры Лорен.

— Но ведь Лорен постоянно говорит, что дети такие милые, что она хочет, чтобы их было много...

Пока эти двое спорили...

— Хи-хи, разве это не заставляет тебя хотеть второго. Лорд Джинджер?

— Сан?!

В какой-то момент появился директор профессиональной школы, Джинджер, со своей женой Сандрией, обхватившей его за руку.

Когда Комайн заметила их, она улыбнулась и сказала: — Добрый вечер. Вы двое совершаете обход?

— О! Да. Мы хотели убедиться, что ничего не случилось.

— Забудьте об этом, лорд Джинджер, — сказала Сандрия, дергая его за рукав. — Я хочу, чтобы у нас был второй ребенок.

— А? Мы же договорились, что подождем немного, не так ли?

— Да, мы договорились, но теперь, когда я вижу Серину, окруженную такими детьми, мне хочется еще одного.

Возможно, это было потому, что они обе были служанками, но Сандрия уделяла много внимания Серине. Раньше она меньше интересовалась романтикой, чем собой, но теперь Серина была счастлива в окружении множества детей. «Я тоже хочу» подумала Сандрия, увидев эту сцену.

— Давай постараемся….начиная с сегодняшнего вечера.

— О... Хорошо. Я понимаю

— Хм... не могли бы вы проводить такие семейные встречи в другом месте? — пожаловалась Комаин с язвительной улыбкой, а Джинджер покраснел.

Томоэ и ее подруги, которые тоже слушали их, покраснели. Все они имели базовые знания о подобных вещах, полученные на уроках в академии.

Тем временем Сами, которая ела якисобу, наблюдая за происходящим, криво улыбнулась и пробормотала: — Так спокойно, но так шумно... какая странная страна.

◇ ◇ ◇

Бум, хлоп, бум! Множество фейерверков рассыпалось по небу.

В стране, откуда родом Сома, ценили эфемерное ощущение угасания фейерверка, поэтому фейерверки запускали по одному, медленными и быстрыми очередями. Однако в этой стране такой культуры не было, и артиллеристов, приглашенных в качестве пиротехников, оценивали по тому, кто эффективнее заполнит все небо без перерывов. Первое было похоже на цветочную композицию в гостиной, а второе - на гору цветущей вишни. Это был не тот случай, когда один лучше другого.

Это можно было понять по тому, как сверкали глаза детей, когда они смотрели в небо. Они находились на крыше Королевской академии, в которой учились Томоэ и ее друзья.

Академия, испытывавшая чувство соперничества с более новой и передовой Профессиональной школой Джинджера, решила, что если профессиональная школа собирается открыть свой кампус, то они также будут проводить мероприятия с музыкой и сценическими выступлениями.

Томоэ и остальные слышали, что крыша академии будет хорошим местом для наблюдения за фейерверком, поэтому они взяли с собой еду, которую купили в профессиональной школе, и уселись, чтобы насладиться зрелищем.

— Тамая! —  внезапно крикнула Томоэ, и Райга посмотрела на нее расширенными глазами.

— Что это было?

— Старший брат сказал мне, что так кричат, когда смотрят фейерверк в его мире.

— О, да. Это интересно. Тамая!

Когда Люси закричала, Велза и Ичиха тоже присоединились. Райга и Сами, которые наблюдали за происходящим, чувствовали себя немного обделенными, если бы не участвовали, поэтому они сделали то же самое. Итак, они вшестером ели еду, купленную в киосках, и наслаждались небом, полным фейерверков.

— Мы смогли создать хорошее воспоминание о лете, да, Райга? — сказала Томоэ, похоже, ей было приятно.

— Ну, это было неплохо, — ответила Райга, пожимая плечами.

Несмотря на то, что она так сказала, эта сцена ночного фейерверка с друзьями глубоко врезалась в сердце Райги.

_______________

[Японские фейерверки можно разделить по школам двух мастеров - Тамая и Кагия]

1)    Что с 16 томом?

16 том  Light Novel (LN)  вышел 17.12.2021 в Японии

Перевод на англ. 16 тома от J-Novel Club будет через 3-6 месяцев.

Следовательно в русском варианте примерно там же.

2)    Когда ожидать17 том?

Учитывая что LN уже вплотную догоняет по сюжету первоисточник - WN. 17 том выйдет ....  не скоро.. год -два-три.

3)    Что дальше?

Light Novel (LN - то что вы читаете поделенное на тома) базируется на первоисточнике Web Novel (WN- по сути интернет новелла). LN по сути вычитанный под издательство  WN и дополненный, некоторые события немного меняются в LN под издателя, но по сути LN   это WN без доп историй и без некоторых дополнительных глав направленных на отдельных персонажей.

https://ranobelib.me/how-a-realist-hero-rebuilt-the-kingdom-webnovel?section=info

◇ ◇ ◇

Спасибо за компанию!

Спасибо Vorfed и Paltouth за труды!

◇    Есть маленькая идея продолжить переводить уже с Японского языка первоисточник Web Novel который даже сейчас выходит из под руки Додзёмару (автора)

_______________________

Что ждёт в Web Novel?

Нечнем с того что Web Novel разделена автором на 3 АРКИ:

◇ Часть 1 - "Хроника восстановления королевства героя-реалиста"

Эта часть содержала более 105 глав (главы из более раннего Syosetu были полностью удалены и недоступны) и была опубликована до 28 декабря 2017 г.

◇ Часть 2 - "Хроника строительства великой нации героя-реалиста"

Публикация для этого началась 6 января 2018 г. и закончилась 2 ноября 2020 г. и содержала в общей сложности 140 глав.

◇ Часть 3 - которая сейчас продолжается, называется "Хроники строительства империи героя-реалиста"

Публикация началась 7 ноября 2020 года. Сюжет истории продолжается через три года. На данный момент доступно около 80 глав.

◇ ◇ ◇

Маркировка глав будет следующим образом 1 часть 1 глава и т.п.

Ссылка на ВебНовеллу

https://ranobelib.me/how-a-realist-hero-rebuilt-the-kingdom-webnovel?section=info

__________________________

16 том это начало третьей арки т.е. 16 том будет соответствовать 3 тому 1 главе WN.

А сюжет истории продолжается спустя три года после событий 15. ( аналогично будет и в 16 томе LN)

Додзёмару выпускает  2 главы в неделю.

Напомню что это будет попытка перевода, т.к.  Японский я не знаю, я буду рад если вышлете мне бумажный вариант самоучителя по японскому и словарик( пф, я серьёзно).

Перевод начинаться в течении недели-двух в новом году с момента окончания 15 тома.

Что ж, еще раз с Новым годом 2022!

Прошло два года с тех пор, как члены Декларации Человечества, Морского Альянса и Фракции Фуги объединились, чтобы остановить распространение Проклятия Короля - болезни, известной как передающаяся через кровь болезнь магических жуков.

Несмотря на то, что три великие державы завершили свое существование на континенте Ландия, их объединенные усилия привели к миру на всем континенте. Домен Владыки Демонов все еще оставался на севере, но в это время не было большого количество волн монстров. Ни одна страна не была разорена, и ни одна не была аннексирована. Это была эпоха гармонии, какой бы мимолетной она ни казалась.

Несмотря на тишину в Домене Владыки Демонов, угроза  сходящая из него оставалась неизменной. И рядом с доменом как стена стоял Фуга со своими великими амбициями. Хотя существовало предчувствие, что в какой-то момент может  прийти большая волна демонов, каждая страна использовала это мирное время развивая себя.

Во-первых, было Королевство Великого Тигра Фуги, которое должно было оказаться в центре бури. В течение этих двух лет Фуга активно расширял свою территорию в Домене Владыки Демонов. Он получил земли, увеличил численность своего населения за счет приёма тех, кто изначально бежал на юг, и неуклонно наращивал свою мощь. В результате образовалось государство, которое по площади территории соперничало с Империей.

Освобождение Домена Владыки Демонов также неуклонно увеличивало его славу, что укрепляло положение Фуги как – героя эпохи.

Во внешних делах Фуга укрепил отношения с православным папским государством и Королевством духов - и вместе с ними превзошел по силе Империю. Что касается внутренних дел, то он изучал медицинские методы Королевства и Империи и нанимал широкий круг сотрудников, чтобы решить проблему нехватки бюрократов. Используя славу Фуги для вербовки, Королевство Великого Тигра смогло принять тех, кто был недоволен существующим положением вещей, тех, кто хотел заявить о себе на севере, и тех, кто был вдохновлен его героической историей. Искатели приключений, разбросанные по всему континенту, особенно охотно откликались на призыв и присоединялись к стране Фуги.

— Благодаря новым территориям, работы для нас стало очень много. Искатели приключений кочуют из страны в страну, не испытывая настоящей привязанности ни к одной из них. Но экспансия на север очень привлекает наше чувство романтизма. Я слышала, что все искатели приключений в других странах устремились в Королевство Тигра, — объяснила авантюристка Юно, на чаепитии с присутствующими королевами.

Когда искатели приключений не исследовали подземелья, они, по сути, были мастерами на все руки в тех городах, где останавливались. Поэтому север, как граница, изобилующая возможностями, очень их привлекала.

— А вы сами не собираетесь на север? —  спросил я.

Юна улыбнулась и покачала головой.

— Нет, в этой стране искатели приключений могут достаточно прилично зарабатывать. А если мы захотим уйти, мы можем пойти в школу и обучиться другому ремеслу. Вся политика по улучшению жизни рабов также направлена на поддержку таких людей, как мы, которые, как правило, находятся на дне общества. Любой авантюрист, работающий в Королевстве, который хочет пройти через тяжести и лишения на севере, либо слишком амбициозен, либо идиот.

Сказав это, Юно допила остатки чая, затем став более серьёзной.

— Но с другой стороны... те, кто не выносит такого обращения «те, кто  не хочет, чтобы на них смотрели свысока» будут идти на север. Люди ищут пути, чтобы изменить своё жалкое существование, ведь им нечего терять, и они легко могут поставить все на карту.

Я вздрогнул от этих слов. Вокруг человека, уже имеющего большие амбиции, собирались еще более амбициозные люди. Фуге будет трудно полностью устранить нехватку бюрократов с тем типом людей, который он привлекал.

Далее, была Империя Великого Хаоса. Количество членов Декларации Человечества уменьшилось, Фуга перехватил внимание всего мира, но Мария все еще могла оставаться Святой Империи. В отличие от Фуги, расширявшего свою территорию, Мария сосредоточила своё внимание на внутренних делах.

Она нанимала способных сотрудников, постепенно реформируя старые системы. А если в ее стране не хватало новых наук и технологий, она не гнушалась обратиться к другим странам, чтобы те научили ее. У нас она научилась медицине, а у Республики и Союза Архипелагов - другим технологиям. Она также не отставала от нас в отмене рабства во всем, кроме названия - еще до того, как Республика и Союз Архипелагов сделали то же самое. Теперь у них была система социальной защиты на том же уровне, что и у Королевства, это привело к еще большей поддержке народа, и не было никаких признаков того, что она в ближайшее время перестанет быть Святой Империи.

Между тем, среди дворян и рыцарского сословия были и те, кто не мог смириться с тем, что Фуга привлекал внимание всего мира. Они регулярно давили на Марию, требуя послать войска в Домен Владыки Демонов. Мария, однако, отказывалась сосредоточиваясь на внутренних делах, поэтому приверженцы военных действий становились все более и более недовольными.

В связи с этим, Мария сказала мне в эфирной конференции...

— Я уже говорила это раньше, но если Империя станет еще больше, это приведет лишь увеличению  бесконтрольных и неподдерживаемых областей. Если мы будем зацикливаться на нашей уходящей популярности, то потеряем из виду то, что действительно важно.

Ее изнеможение было почти осязаемым.

Теперь давайте поговорим о наших союзниках по Морскому альянсу. Во-первых, Ку и его Республика Тургис.

Вскоре после возвращения домой Ку занял место своего отца на посту главы Республики и приступил к реформированию технологий, при помощи новых знаний Тару. С помощью револьверного механизма, который они разработали вместе с Королевством и Империей, Республика усердно работала, используя буры для рытья туннелей в горах. Это было началом формирования их транспортной сети. Теперь, путешествовать между городами зимой, для чего раньше требовался нумоты (зверь, похожий на шерстистого мамонта) можно по проложенным маршрутом. Эти туннели также позволяли им торговать с другими народами, решая проблему вечной нехватки товаров.

Он также воспользовался моим советом (или, скорее, случайно рассказанной идеей) и создал подъемник возле горячих источников в городе Бесподобный Беппу для горнолыжного курорта. Похоже, он всерьез пытался использовать «это» для привлечения иностранной валюты. Нам даже присылали приглашения. Ку был человеком с эксцентричными вкусами, поэтому он попросил своего гениального техника Тару сделать множество «улучшений» , превратив свою страну в нечто более новое и странное.

Говоря о Ку, он должен вскоре жениться на Тару и его бывшей служанке Лерине. Я думал что он решит вопрос сразу, как только вернутся домой, но Ку был так занят реформами, что, видимо, все отошло на второй план. То приглашение на горнолыжный курорт тоже сопровождалось приглашением на свадьбу. Значит… он хочет, чтобы мы попробовали покататься на лыжах.

Я организовывал все так, чтобы мы могли поехать всей семьей.

Да, теперь у нас есть еще один союзник - Союз Архипелага Девятиглавого Дракона.

За последние два года Шабон централизовала власть на островах и переименовала страну в Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона.

Для простоты сокращено до «Королевство Архипелага».

С помощью своего отца Шана, предыдущего короля, и королевского советника Кишуна она укрепила свое положение в качестве королевы Девятиглавого дракона, правительницы архипелага.

Шабон заключила договор об обмене навыками и технологиями с Королевством и Республикой и укрепляла свою страну знаниями с материка. В частности, она объединила морские силы отдельных островов в единую силу, известную как Флот Королевы. Даже если появится еще одно огромное существо, подобное Омиядзути, они смогут быстро скоординировать ответные действия. Флот также сделал путешествия между островами проще, чем когда-либо, и они сотрудничали с нами и Республикой, чтобы ввозить иностранные товары.

За это время Шабон вышла замуж за Кишуна и родила мальчика и девочку. Возможно, потому, что имена островитян обычно произносятся как одно слово, ни один из них не сменил свои фамилии, когда они поженились.

Согласно нашему предыдущему обещанию, ее первенец, принцесса Шаран, должна будет стать невестой моего старшего сына Сиана. Однажды Шабон и Кишун привезли ее, чтобы дать им возможность познакомиться друг с другом, но Сиан лишь неопределенно посмотрел на нее, в то время как Казуха, похоже, больше интересовалась принцессой.

Далее поговорим о Королевстве Рыцарей Дракона Нотунг, которое не входило в Морской Альянс, но поддерживало с нами отношения.

Унаследовав трон от своего отца и став королевой рыцарей-драконов, королева Силл управляла драконами в качестве курьерской службы. Поскольку их земли были окружены фракцией Фуги, Королевство рыцарей дракона пока занималось торговлей с нами. Они получили разрешение на прохождение через воздушное пространство Фуги при доставке грузов, и летали над всеми странами юга.

Благодаря договору с драконами другие страны могли доверять им перевозку грузов и VIP-персон. Это привело к тому, что их услугами стали пользоваться страны Морского альянса и Декларации человечества. В нашем случае, наш посол в Империи, Пилтори, использовал их для поездок домой. А посол Империи, Трилл, воспользовалась ими, по указаниям Жанны для временного возвращения домой

Наконец, давайте поговорим о моей стране, Королевстве Фридония.

За эти два года мы добились стабильного прогресса в торговле, технологическом развитии и военных производстве. Команда ученых, состоящая из  Жени, Мерулы и Трилл, сосредоточила свои усилия на теории о том, что магиум - это наномашины.

Это привело к идее, что проклятая руда, которая была источником энергии для бура, состоит из  утративших все свои функции  кроме способности к перезарядке наномашин. Используя эти знания в виде базы наше понимание проклятой руды как резервуара для хранения магической силы сильно углубилось, и мы смогли начать применять ее в различных сферах.

Кстати, среди первых наших изобретений была зажигалка, которой не требовался газ или масло. Да, маги огня могли легко создавать искры, но эта зажигалка могла хранить магическую силу любого типа магов в проклятой руде. Используя вырезанную внутри формулу, она могла превратить накопленную силу в магическую силу огня и создать искру.

Откровенно говоря, эта зажигалка не имела практического применения, а ее производство обошлось бы в сумму, равную стоимости небольшого эсминца, а пользы от нее было не больше, чем от обычной масляной зажигалки.

А тем, кто мог использовать магию огня, она даже не требовалась. Несмотря на свою непрактичность, способность накапливать магическую силу и преобразовывать ее, имела широкий спектр применения, и мы с нетерпением ждали, что из этого получится.

Что касается военных приготовлений, то к нашему островному авианосцу «Хирю»  присоединились еще два « Сурю»  и «Унрю».

Используя способности Томоэ, мы создали среду для тренировок виверн, и расширили наши военно-воздушные силы на кораблях.

Теперь мы могли развернуть наши воздушные силы за границей на нескольких направлениях одновременно и одновременно наносить бомбовые удары  с трех  точек. Это была довольно серьезная угроза для других стран. Точнее для тех  кто это понимал. Фракция Фуги была сосредоточена на суше, поэтому им было трудно понять важность морской мощи и осознать угрозу.

Теперь перейдем к личным вопросам: за эти два года к нашей семье присоединился кое кто ещё.

Джуна родила своего второго ребенка, мальчика, которого мы назвали Кайто. Мы выбрали это имя, потому что «кай»  означает «море». В остальном мало что изменилось. Мне и моим женам было уже за двадцать (хотя возраст некоторых из них все еще не был раскрыт) так что пара лет едва ли изменила внешний вид каждого из нас.

Но были и те, чья внешность сильно изменилась за два года.

-4-й месяц, 1552-й год, континентальный календарь...

Томоэ, Ичиха и Юрига (п.п. ранее Райга) окончили Королевскую академию.

◇ ◇ ◇

В весенний день, когда лучи солнца проникая через окна падали в зал...

Недавние выпускники Томоэ, Ичиха и Юрига стояли передо мной в офисе по правительственным делам. Все они проходили период полового созревания и выросли настолько, что я уже не мог относиться к ним как к детям, хотя выглядела троица по-прежнему молодо.

Стоящие по обе стороны от меня Лисия и Хакуя тоже улыбались этой троице.

— Кхм... Томоэ, Ичиха, Юрига. Поздравляю с окончанием школы.

— Спасибо, старший брат, — с улыбкой ответила Томоэ.

В этом году Томоэ исполнялось шестнадцать лет. Сейчас ей было столько же, сколько Ророа, когда я впервые её встретил. Томоэ стала выше, а ее фигура приобрела более женственный вид. Она слегка отпустила Волосы.

Помимо учебы, Томоэ брала у Джуны уроки этикета и того, как сделать себя более женственной. Благодаря всему этому, даже просто стоя на месте, она обладала красотой, способной ошеломить людей.

Возможно, мне не стоит этого говорить, но она гораздо больше похожа на принцессу, чем ее старшая сестра Лисия.

— Думаю, мы больше не можем называть тебя «маленькой»  Томоэ...

— Хи-хи. Называй меня как хочешь, Старший Брат.

— Этот смех... прямо как у Джуны. Такой соблазняющий...! — со вздохом сказала Лисия.

В какой-то момент Томоэ превратилась из милой маленькой девочки в красивую девушку.

Она может заставить мужчину танцевать у нее на ладони, если она этого захочет... Если мы срочно не найдем ей партнера и не объявим об их помолвке, многие мужчины сойдут с ума. Как ее старший брат, я испытывал сложные чувства по этому поводу.

— Ты ведь собираешься продолжать работать в замке?

— Да. Я бы хотела и дальше использовать свои способности, чтобы помогать создавать условия, в которых мы сможем разводить разных животных, — кивнула Томоэ. Хлопнув в ладоши, она добавила: — А, еще я изучала королевские церемонии у королевского камергера Маркса. Мне нравится жить в замке с тобой и всеми моими старшими сестрами, поэтому я бы хотела когда-нибудь заменить Маркса и управлять делами в замке.

— Преемник Маркса... звучит неплохо.

— О-о...

Я был не против, но выражение Лисии казалась немного противоречивым.

— Хм? Какие-то проблемы? —  спросил я.

— Нет, но Маркс, ведет дела о престолонаследии. Получается Томоэ теперь будет донимать нас этими вопросами...

— Я понимаю, к чему ты клонишь...

Теперь я тоже чувствовал себя неловко. Маркс был мужчиной, поэтому пока он суетился вокруг наследника, придворные дамы следили за здоровьем королев и планировали наши совместные ночи. Но с Томоэ в его роли, она сама будет принимать все решения.

Пока мы с Лисией обменивались неловкими взглядами, Томоэ усмехнулась.

— Старший брат, старшая сестра, не пора ли вам третьего?

— Дай нам время...

Король и королева были бессильны перед этим маленьким дьяволом.

Я громко прочистил горло, пытаясь преодолеть неловкость, и посмотрел на Ичиху. Ему было четырнадцать, в этом году исполнится пятнадцать. Из них троих он вырос больше всех. Сейчас он был выше обеих девочек и быстро догонял мой собственный рост. Его лицо было еще юношеским, но он вырос в красивого, грамотного молодого человека.

Когда Ичиха стоял рядом с Хакуей, то они выглядели как сошедшие с обложки журнала, ориентированного на женщин.

— Я предполагаю, что ты собираешься продолжать служить мне, и работать в подчинении Хакуи?

— Да. Пожалуйста, позвольте мне продолжить учиться у Хакуи.

— Я бы тоже этого хотел, господин — сказал Хакуя, тоже склонив голову.

Хотя Ичиха стал признанным экспертом в области монстрологии во время учебы в школе, он также изучал политику и стратегию у Хакуи. Когда он увидел свою старшую сестру Сами, у него появилось желание изучать такие вещи как политика, чтобы защитить людей, о которых он любит.

Хакуя готовил мальчика к тому, чтобы тот стал его преемником Не буду врать, я тоже рассматривал его как кандидата на пост следующего премьер-министра.

— Хи-хи. Постарайся, Ичиха, — подбодрила Томоэ.

— Хорошо!.

Томоэ и Ичиха улыбнулись друг другу.

Чтобы иностранцу, такому как Ичиха, достичь такого важного положения, ему нужен... например, брак с приемной дочерью королевской семьи Эльфридена... не пора ли мне поговорить с ними обоими?

Пока я думал, я посмотрел на Юригу.

— Юрига...

— Да...

Юрига была старше двух других, в этом году ей должно было исполниться восемнадцать лет. Она была примерно такого же роста, как Лисия, но имела более женственную фигуру. Ее волосы были той же длины, что и раньше, но они были распущены. По ее словам, «носить хвостики в моем возрасте было бы просто ужасно!».

У нее был слегка мужественный  и полный достоинства вид, который напомнил мне о том, какой была Лисия, когда я впервые ее встретил. Хотя у нее не было уникальных навыков, как у Томоэ или Ичихи, она превратилась в универсала, способного решать военные вопросы, академические и административные задачи лучше среднего. Но... по сравнению с другими, она была в гораздо более деликатном положении.

— Фуга дал тебе какие-нибудь указания? Например, о том, что делать после окончания школы?

— Нет.

— Он не звал тебя обратно в Царство Великого Тигра или что-то в этом роде?

— Нет.

— Серьезно, ничего?

— Я же говорю, он ничего не сказал! А-а-а! —  Юрига скрестила руки и раздраженно посмотрела в сторону. — Я уже давно спрашивала, "что мне делать после окончания школы", но все, что получила - это «оставайся в Королевстве». Серьезно, что он хочет, чтобы я делала?! Иначе я просто застряну здесь в неведенье!

— Юрига, — сказала Томоэ. — Пожалуйста, успокойся.

— Нет!

Юрига теперь таскала Томоэ за щеки. Да, их отношения почти не изменились

И все же... что задумал Фуга? Когда Малмхитан, предшественник Великого Тигриного Королевства Хаан, был частью Союза Восточных Наций, Фуга отправил Юригу учиться в нашу страну. Он сделал это для того, чтобы защитить ее от хаоса во время войны за объединение, а также для её обучения. Но я никогда бы не подумал, что у нее не будет инструкций о том, что делать после окончания школы.

В Царстве Великого Тигра все улеглось, поэтому не должно было возникнуть никаких проблем с ее возвращением домой.

— Неужели он намерен оставить госпожу Юригу в нашей стране в качестве заложницы? —  предположил Хакуя.

Юрига отпустил щеку Томоэ и фыркнул. — Хмф! Если он этого хочет, пусть так и скажет. Я не против стать заложником ради его блага. Пока Томоэ и господин Сома рядом, со мной не будут плохо обращаться, и я смогу расслабиться и отдохнуть. Хуже всего, когда тебя оставляют в подвешенном состоянии без каких-либо инструкций.

Она повернулась и посмотрела на меня.

— Господин Сома. Есть ли какая-нибудь работа, которой я могу заняться, пока жду вестей от брата?

Работа для Юриги? Нам всегда пригодится еще одна пара рук, но... Подумав, я ответил:

— Ну... твои способности делают тебя привлекательным кандидатом для разной работы, но пока мы не знаем, на какой стороне ты находишься, я не могу тебя использовать. В нынешнем положении вещей ты все еще гость, что затрудняет предоставление тебе должности в армии, администрации или научных кругах.

Услышав мой ответ, она опустила плечи.

— Я не хочу просто сидеть без дела... Велза и Люси тоже работают.

Их подруги Велза и Люси тоже закончили школу. Велза поступила на службу в сухопутные войска благодаря своим связям с Домом Магна. Очевидно, теперь она работала секретарем у Халберта. Люси занялась салоном своей семьи, и я изредка замечал ее в замке, планирующую мероприятия с Ророа. Юрига чувствовала нетерпение, видя, как все четыре ее подруги занимаются своими делами, а у нее ничего нет.

Если подумать... тут я кое-что вспомнил и достал из стола документ.

— Тут есть просьба от кого-то, кому ты нужна..

— Что?

— Команда по магическому Футболу, «Черные драконы Парнама», — сказал я, протягивая ей документ.

Магический футбол зародился как клуб в Королевской академии. Это был футбол использованием магии, так что люди занимались тем, что буквально пинали огненные шары. Мы попробовали транслировать игру, и людям это очень понравилось, так что в итоге создали несколько профессиональных команд, чтобы сделать это вещательной программой. Черные драконы Парнама, базирующиеся в королевской столице, были одной из таких команд. Их талисман был вдохновлен Надин в ее форме Рю.

—Ты играла в волшебный футбол, пока училась в школе? Они сказали, что хотят видеть тебя в команде. Я просто предположил, что ты поедешь домой после окончания школы, поэтому никогда не поднимал этот вопрос раньше.

— Хорошо...— сказала Юрига, просматривая документ. — Похоже, что некоторые из моих старшеклассников в команде, и было бы неплохо продолжать играть. Не то чтобы мне было чем заняться.

Похоже, Юрига была согласна. Она не сможет столкнуться с секретной информацией пока играет, и сделает трансляции более веселыми, так что это вполне меня устраивало.

— Молодец, Юрига, — сказала Томоэ. — Тебе ты больше не безработная бездельница!

— Не называй меня бездельницей!

Затем она посмотрела на меня и  ответила

— Хорошо! Я согласна.

Томоэ и Ичиха улыбнулись друг другу.

________________________

п.п Главы выходят по 1 в неделю в соответствии с частотой англ. перевода.

Приятного чтения

WN дошла до конца 16 тома.

-В конце 4-го месяца 1552-го года по континентальному календарю.

В этот день в столице республики, Сапур, состоялось большое торжество.

В городе было много покрытых снегом зданий. В это время года снег на улицах еще не полностью растаял, поэтому в ясный день было ослепительно светло от отраженного солнечного света. На небе не было ни облачка. Под открытым голубым простором у здания, похожего на храм, построенного на небольшом возвышении, собралась большая толпа. Мы были лишь немногими из этой толпы.

— Если подумать, я никогда раньше не был в столице Республики —  тихо сказал я себе, так как это только что пришло мне в голову.

Лисия склонила голову набок. Она стояла рядом со мной в платье с толстой шалью, защищавшей ее открытые плечи от холода.

— Что? — спросила она. — Разве ты не приехал в Республику, когда я была беременна?

— Конечно, так и было, но тогда мы отправились только в Великолепный Беппу, недалеко от границы. Встреча с их бывшим вождем, сэром Гураном, там тоже произошла тайно, — объяснила Ророа, одетая так же, как и Лисия.

Я кивнул. — Я впервые здесь. Архитектура в таком месте довольно интересная.

Это здание было центром Совета вождей, который управлял правительством Республики, а также местом проведения церемоний. У него были большие толстые колонны, которые напомнили мне историческую римскую или греческую архитектуру. Кажется, он назывался храмом Сапеур. И сегодня состоялась свадьба  Ку, Тару и Лерины.

Приглашенный в качестве иностранного почетного гостя, я приехал со своими женами и детьми: Томоэ, Юригой и Ичихой. Карла тоже пришла, выполняя функции горничной и телохранителя. Нас усадили в зале, отведенном для почетных гостей. Присутствовали Лисия из королевского дома Эльфриден, Ророа из княжеского дома Амидония и наша телохранительница Аиша. Юрига присутствовала в качестве представителя Королевства Великого Тигра. Она была здесь не только как представитель Фуги, но и по просьбе Ку, который хотел выглядеть более внушительно, пригласив больше иностранных гостей.

Джуна, Надин, Карла и Ичиха находились с детьми в комнате чуть поодаль. Там они могли анонимно наблюдать за церемонией. Для Надин и Карлы, которые были Рю и драконитом, даже в апреле погода в этой стране была слишком холодной. Они были закутаны в одежду, чтобы согреться, так что, им было приятнее наблюдать за происходящим изнутри.

Кстати, королева Девятиглавого дракона Шабон также была приглашена на эту церемонию, но, к сожалению, она не смогла вписать ее в свой график.

— Вам двоим не холодно? —  спросил я Лисию и Ророа.

— Немного... я бы не смогла долго сидеть здесь, если бы не эта шаль.

— Дровяная печь позади нас спасает...

В этой холодной стране человеческим женщинам требовались сила духа и мужество, если они хотели одеваться по моде…. в общем вы поняли.

Вышел подчиненный Ку  - Найк Чима и объявил:

— Его превосходительство  Ку Тайсей, глава республики, и его жены леди Тару и леди Лерина прибыли!

Ку и его жены вышли, завершив традиционную церемонию бракосочетания в храме Сапеур. Мгновенно раздались аплодисменты. Мы тоже поднялись на ноги, аплодируя им троим.

Сегодня, вместо того чтобы одеваться как актер кабуки,  Ку был одет в элегантный белый смокинг. Между тем, Тару и Лерина были одеты в чисто белые свадебные платья. У Тару платье было с длинными рукавами, а у Лерины - с короткими. Их плечи были полностью открыты, но, будучи представителями пяти рас Снежных равнин, они привыкли к холоду.

Толпа была так велика, что казалось, что в ней присутствуют все семь рас в Республике. Повернувшись к присутствующим,  Ку помахал, приветствуя всех.

— Это напоминает мне нашу собственную свадебную церемонию, — продолжая хлопать сказала Аиша, а Ророа и Лисия кивнули.

— Мне тоже. Люди так радовались за нас, да старшая сестренка Сиа?

— Хи-хи, ты права. Это был самый важный день в моей жизни. Не только как общественного деятеля, но и как женщины.

— Эй, Юрига. Ты бы хотела бы такую церемонию? —  спросила Томоэ, шепча на ухо Юриге.

— Да, наверное, — пожал плечами Юрига.

— Ммм... Я бы тоже хотела, чтобы у меня когда-нибудь была такая замечательная церемония....

— Ну, у тебя все шансы. Ведь у тебя уже есть кто-то на примете в качестве мужа.

— Хе-хе, если я натолкну его на эти мысли слишком рано, он, скорее всего, убежит от меня, так что мне нельзя  торопиться.

— Да, да...

Т-Томоэ?! Я не знал, что и думать. В последнее время они оба начали вести довольно взрослые разговоры.

Внезапно улыбка Юриги померкла, и она уставилась вдаль. — Интересно... что будет со мной. В конечном счете, все зависит от моего брата.

— Юрига?

— Ничего ...

Я видел, как  Ку что-то шептал своим невестам. Тару кивнула, и Лерина начала подходить к нам и затем  протянула букет Томоэ и Юриге.

— Мастер  Ку сказал, что это для будущих невест, — объяснила Лепорина.

—   Мы надеемся, что вы обе войдете в счастливый брак. Мы сами получили букет в королевстве Фридония, так что считайте это отплатой за услугу.

— Вау! Большое спасибо!

— Э-эмм... примите мою благодарность.

Томоэ выглядела восхищенной, а Юрига был не совсем довольна подарком.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя...

— Яхууу!

— Пожалуйста, подождите, мастер  Ку!

Ку легко скользил по снежному склону на сноуборде, а Лерина преследовала его на лыжах. Атлетически сложенный,  Ку освоил сноуборд, вскоре после того, как ему сказали, что они существуют.

Мы находились на лыжной трассе недалеко от Великолепного Беппу, города, где Тару устроила свою мастерскую. Заинтересовавшись идеей развлекательного катания на лыжах,  Ку сразу после возвращения в Республику занялся обустройством этого места. Место было идеальным, поскольку Великолепный Беппу находился поблизости от снежных гор, горячих источников и свежих морепродуктов из порта Моран.

Подъемник использовал вращающийся механизм буровой установки, а Великолепный Беппу за время, прошедшее с моего последнего визита, превратился в серьезный горнолыжный курортный городок. Нас пригласили приехать сюда после свадьбы.  Ку сказал, что нам будет полезно взять отпуск, понежиться в горячих источниках и насладиться катанием на лыжах всей семьей. Понятно, что предложение было сделано не по доброте душевной, у него были свои мотивы, но, что ж... Пока что мы решили наслаждаться горными склонами.

— Эй, Ичиха. Полегче. Полегче.

— Я справлюсь!.

— Как вы можете быть такими неуклюжими......

Оглянувшись, я увидел, как Юрига, которая первая из троицы освоила катание на лыжах, учит Ичиху и Томоэ. Эти двое были домоседами по натуре и, похоже, с трудом учились. Сейчас Юрига с отчаянием наблюдала, как они вместе падают.

Томоэ склонила голову и извинялась за то, что приземлилась на Ичиху. Что ж, думаю, это один из способов испытать радость юности на горнолыжном склоне...

— Разве это не кажется... неправильным?— сказал я Надин.

— Хи-хи! Мне весело кататься на тебе... но все равно холодно.

В данный момент я катался на лыжах с Надин на спине. Она свернулась в клубок от холода, но я хотел, чтобы она хотя бы раз испытала катание на лыжах, и это был единственный способ сделать это. Конечно, Надин на моей спине, закутанная в теплую одежду, затрудняла маневрирование и мне пришлось ехать достаточно медленно, что бы вписываться в повороты, но ей все равно нравилось.

— Ты уверена, что не хочешь попробовать сама?

— Ни за что! Я бы замерзла до смерти, если бы ты не служил мне защитой от ветра  и грелкой.

— Да ладно, ты преувеличиваешь.

Сейчас мы похожи на Обариёу , ... Погоди, теперь, когда я думаю об этом, есть много йокаев, несущих кого-то на спине.

Надин крепко обхватила меня за шею, прижавшись прохладным лбом к моему затылку. Я вздрогнул от внезапного холодного прикосновения.

— Аа! Прекрати!

— Пфф! Это месть за то что думаешь что я преувеличиваю!Мне кажется, что горячие источники - это мой выбор.

— Ах-ха-ха...

К этому времени мы достигли подножия склона. Сиан и Казуха, дочь Джуны Энджу и сын Ророа Леон были закутаны в теплую одежду у подножия склона. Они играли в снегу вместе с Лисией и Карлой. Кай еще плохо стоял на ногах, поэтому Джуна несла его на руках.

Они все накатали кучу снежков. Посмотрев на Лисию, я спросил: — Что вы делаете? Лепите снеговиков?

Лисия застонала разгибаясь

— Что делаем?

— Ах-ха-ха... дети просто очень любят лепить снежки, — объяснила Карла с кривой улыбкой.

Катание снежных шаров - это, по-видимому, единственное, что им было интересно делать. Как только снежки становились одинакового с ними размера, они начинали катать еще один...  так они не лепили снеговиков или иглу. Теперь, когда она объяснила, я насчитал около десяти снежков высотой по колено, разбросанных вокруг.

— И это должно быть весело?

— Наверное? В конце концов, они постоянно это делают.

Это было похоже на правду... Сиан, Казуха, Энджу и Леон весело проводили время, катая снежки. Казуха и Леон соревновались в размере, пытаясь сделать как можно больше, а Сиан просто занимался своими делами, а Энджу следовала за Сианом.

Будучи взрослым, трудно понять, о чем думают дети, да? Похоже, они все получают удовольствие. Пока я об этом думал, Ророа и Аиша на большой скорости съехали на лыжах к нам.

— Оооо, даа! Я выиграла!

— Ты слишком быстрая, Ророа.

Казалось, что они участвовали в гонках.

— Никогда не думал, что смогу победить старшую сестренку Аишу в каком то спортивном состязании.

— Мне просто трудно освоиться...

— Старшая сестра Cиа, старшая сестра Джуна, мы будем присматривать за малышами, так почему бы вам не пойти покататься на лыжах?

Услышав это от Ророа, Лисия и Джуна посмотрели друг на друга и улыбнулись.

—  Хорошо. Вперед Джуна?

— Да, давай. Аиша, подержишь Кайто?

— Да! Предоставьте его мне!

Джуна передала Кайто Аише. Тем временем Ророа поспешила присоединиться к Сиану и другим детям, делая столбики из трех снежков, которые они скатали. Дети с восторгом наблюдали за ней.

— Как холодно! Пойду ка я на горячие источники, — сказала Надин, слезая с моей спины, и поспешно ушла.

Все действительно наслаждаются по-своему.

— Никогда бы не подумал, что мы сможем провести такой счастливый семейный отпуск...

— Сома?

— Дорогая?

Лисия и Джуна посмотрели на меня, но я только улыбнулся.

— Нет, я просто думал, как я благодарен  Ку за то, что он дал нам эту возможность.

— Хи-хи, да.

— Да. Мы прекрасно проводим время

Они взяли меня за руки.

— Вот почему было бы стыдно не насладиться этим моментом!

— Дорогой, Ты тоже присоединяйся к нам!

— О, да... Конечно! — ответила я.

Честно говоря, я тоже подумывал пойти погреться...

Они вдвоем оттащили меня, и мы снова поднялись на подъемнике на вершину.

◇ ◇ ◇

— Сиан, папа уже замерз!

— Нет!

Мы перешли в ванну в гостинице с горячими источниками, которую мы зарезервировали для нашего эксклюзивного пользования. Половина купальни была под открытым небом, а другая половина - крытая, с зоной для мытья.

В данный момент я находился в бане с Сианом, Казухой и Леоном - вместе с Аишей и Ророа. Энджу и Кайто уже были здесь вместе с Юной и Карлой. Все дети, кроме Кайто, который все еще кормился грудью, начали проявлять свои индивидуальные особенности в том, чем занимались.

Любимым занятием Сиана сейчас было натирать  спины в бане.

— Нгх... Нгх...

Ах-ха-ха... Холодно! Он старался изо всех сил, но ему не хватало силы, чтобы по-настоящему отчистить грязь. Это было восхитительно, как искренне он старался, но... зимы в Республике были довольно холодными. Мне уже не терпелось залезть в ванну.

— Уиииии!

— Ах! Леди Казуха! Я же говорила тебе, что ты не должны так бегать!

Пока Сиан натирал мне спину, Казуха бегала вокруг голая, а за ней бегала такая же голая Аиша.

Казуха выглядела взволнованной, впервые оказавшись в ванной под открытым небом. Она делала "крокодилью походку"- клала руки на дно ванны, вытягивала ноги и позволяла им парить за ней в неглубокой части ванны. Теперь, когда она вышла, она бегала и заставляла Айшу волноваться.

— Ха! Поймал тебя!—  заявила Аиша, схватив Казуху и подняв ее вверх.

— Нет!!

— Боже... тебе нужно как следует разогреться в источнике, иначе ты простудишься.

— Хорошо, мама Ай...—  сказала Казуха, положив голову на широкую грудь Айши.

Казуха всегда была энергичным сорванцом, но когда ее вот так прижимали к груди, она всегда успокаивалась и засыпала. Карла была первой, кто это обнаружил.

Когда Аиша пришла понежиться в ванне, держа Казуху на руках, Ророа, которая точно так же держала Леона, пожала плечами.

— Вот мы все здесь, на горячих источниках.

— Мама...

— Хм? В чем дело, Леон?

— Горшок.

— Что?! Подожди еще немного!

Ророа выскочила из ванны и поспешила в сторону раздевалки. Трудно было наслаждаться неспешным купанием в горячих источниках, когда рядом были маленькие дети.

— Спасибо, Сиан. Хорошо, сейчас мы залезем в ванну.

— Ммм.

Я взял его на руки и присоединился к Аише и Казухе в ванной под открытым небом. Фух... Я чувствую, как тепло возвращает мое тело к жизни. У Аиши, Казухи и Сиана на лицах тоже были такие глупые, расслабленные выражения.

Однажды, когда мы с Джуной оказались в горячих источниках, я уже был возбужден. Но когда рядом были дети, я не собирался терять спокойствие только потому, что увидел сексуальное обнаженное тело Аиши. Отцовские инстинкты, наверное... я просто не мог оторвать глаз от детей.

— Такое ощущение, что мы стали настоящей семьей, — сказала Аиша, и, несмотря на то, что ей было немного неловко.

Через некоторое время после того, как мы вышли из ванны, в зале для приемов состоялся банкет.

Мы с  Ку подняли тост.

— Хорошо, давайте выпьем за свадьбу  Ку, Тару и Лерины.

— И за долгую дружбу между Королевством и Республикой!.

И все из Королевства и Республики дружно стукнули бокалами.

Посреди роскошного ковра в комнате стояло множество больших тарелок, нагруженных блюдами как Королевства, так и Республики. Каждый из нас сидел на подушках, брал и ел все, что ему нравилось. Мы болтали, присматривали за детьми и вообще делали все, что хотели.

— Ни за что! Я бы замерзла до смерти, если бы ты не служил мне защитой от ветра  и грелкой.

— Да ладно, ты преувеличиваешь.

Сейчас мы похожи на Обариёу , ... Погоди, теперь, когда я думаю об этом, есть много йокаев, несущих кого-то на спине.

Надин крепко обхватила меня за шею, прижавшись прохладным лбом к моему затылку. Я вздрогнул от внезапного холодного прикосновения.

— Аа! Прекрати!

— Пфф! Это месть за то что думаешь что я преувеличиваю!Мне кажется, что горячие источники - это мой выбор.

— Ах-ха-ха...

К этому времени мы достигли подножия склона. Сиан и Казуха, дочь Джуны Энджу и сын Ророа Леон были закутаны в теплую одежду у подножия склона. Они играли в снегу вместе с Лисией и Карлой. Кай еще плохо стоял на ногах, поэтому Джуна несла его на руках.

Они все накатали кучу снежков. Посмотрев на Лисию, я спросил: — Что вы делаете? Лепите снеговиков?

Лисия застонала разгибаясь

— Что делаем?

— Ах-ха-ха... дети просто очень любят лепить снежки, — объяснила Карла с кривой улыбкой.

Катание снежных шаров - это, по-видимому, единственное, что им было интересно делать. Как только снежки становились одинакового с ними размера, они начинали катать еще один...  так они не лепили снеговиков или иглу. Теперь, когда она объяснила, я насчитал около десяти снежков высотой по колено, разбросанных вокруг.

— И это должно быть весело?

— Наверное? В конце концов, они постоянно это делают.

Это было похоже на правду... Сиан, Казуха, Энджу и Леон весело проводили время, катая снежки. Казуха и Леон соревновались в размере, пытаясь сделать как можно больше, а Сиан просто занимался своими делами, а Энджу следовала за Сианом.

Будучи взрослым, трудно понять, о чем думают дети, да? Похоже, они все получают удовольствие. Пока я об этом думал, Ророа и Аиша на большой скорости съехали на лыжах к нам.

— Оооо, даа! Я выиграла!

— Ты слишком быстрая, Ророа.

Казалось, что они участвовали в гонках.

— Никогда не думал, что смогу победить старшую сестренку Аишу в каком то спортивном состязании.

— Мне просто трудно освоиться...

— Старшая сестра Cиа, старшая сестра Джуна, мы будем присматривать за малышами, так почему бы вам не пойти покататься на лыжах?

Услышав это от Ророа, Лисия и Джуна посмотрели друг на друга и улыбнулись.

—  Хорошо. Вперед Джуна?

— Да, давай. Аиша, подержишь Кайто?

— Да! Предоставьте его мне!

Джуна передала Кайто Аише. Тем временем Ророа поспешила присоединиться к Сиану и другим детям, делая столбики из трех снежков, которые они скатали. Дети с восторгом наблюдали за ней.

— Как холодно! Пойду ка я на горячие источники, — сказала Надин, слезая с моей спины, и поспешно ушла.

Все действительно наслаждаются по-своему.

— Никогда бы не подумал, что мы сможем провести такой счастливый семейный отпуск...

— Сома?

— Дорогая?

Лисия и Джуна посмотрели на меня, но я только улыбнулся.

— Нет, я просто думал, как я благодарен  Ку за то, что он дал нам эту возможность.

— Хи-хи, да.

— Да. Мы прекрасно проводим время

Они взяли меня за руки.

— Вот почему было бы стыдно не насладиться этим моментом!

— Дорогой, Ты тоже присоединяйся к нам!

— О, да... Конечно! — ответила я.

Честно говоря, я тоже подумывал пойти погреться...

Они вдвоем оттащили меня, и мы снова поднялись на подъемнике на вершину.

◇ ◇ ◇

— Сиан, папа уже замерз!

— Нет!

Мы перешли в ванну в гостинице с горячими источниками, которую мы зарезервировали для нашего эксклюзивного пользования. Половина купальни была под открытым небом, а другая половина - крытая, с зоной для мытья.

В данный момент я находился в бане с Сианом, Казухой и Леоном - вместе с Аишей и Ророа. Энджу и Кайто уже были здесь вместе с Юной и Карлой. Все дети, кроме Кайто, который все еще кормился грудью, начали проявлять свои индивидуальные особенности в том, чем занимались.

Любимым занятием Сиана сейчас было натирать  спины в бане.

— Нгх... Нгх...

Ах-ха-ха... Холодно! Он старался изо всех сил, но ему не хватало силы, чтобы по-настоящему отчистить грязь. Это было восхитительно, как искренне он старался, но... зимы в Республике были довольно холодными. Мне уже не терпелось залезть в ванну.

— Уиииии!

— Ах! Леди Казуха! Я же говорила тебе, что ты не должны так бегать!

Пока Сиан натирал мне спину, Казуха бегала вокруг голая, а за ней бегала такая же голая Аиша.

Казуха выглядела взволнованной, впервые оказавшись в ванной под открытым небом. Она делала "крокодилью походку"- клала руки на дно ванны, вытягивала ноги и позволяла им парить за ней в неглубокой части ванны. Теперь, когда она вышла, она бегала и заставляла Айшу волноваться.

— Ха! Поймал тебя!—  заявила Аиша, схватив Казуху и подняв ее вверх.

— Нет!!

— Боже... тебе нужно как следует разогреться в источнике, иначе ты простудишься.

— Хорошо, мама Ай...—  сказала Казуха, положив голову на широкую грудь Айши.

Казуха всегда была энергичным сорванцом, но когда ее вот так прижимали к груди, она всегда успокаивалась и засыпала. Карла была первой, кто это обнаружил.

Когда Аиша пришла понежиться в ванне, держа Казуху на руках, Ророа, которая точно так же держала Леона, пожала плечами.

— Вот мы все здесь, на горячих источниках.

— Мама...

— Хм? В чем дело, Леон?

— Горшок.

— Что?! Подожди еще немного!

Ророа выскочила из ванны и поспешила в сторону раздевалки. Трудно было наслаждаться неспешным купанием в горячих источниках, когда рядом были маленькие дети.

— Спасибо, Сиан. Хорошо, сейчас мы залезем в ванну.

— Ммм.

Я взял его на руки и присоединился к Аише и Казухе в ванной под открытым небом. Фух... Я чувствую, как тепло возвращает мое тело к жизни. У Аиши, Казухи и Сиана на лицах тоже были такие глупые, расслабленные выражения.

Однажды, когда мы с Джуной оказались в горячих источниках, я уже был возбужден. Но когда рядом были дети, я не собирался терять спокойствие только потому, что увидел сексуальное обнаженное тело Аиши. Отцовские инстинкты, наверное... я просто не мог оторвать глаз от детей.

— Такое ощущение, что мы стали настоящей семьей, — сказала Аиша, и, несмотря на то, что ей было немного неловко.

Через некоторое время после того, как мы вышли из ванны, в зале для приемов состоялся банкет.

Мы с  Ку подняли тост.

— Хорошо, давайте выпьем за свадьбу  Ку, Тару и Лерины.

— И за долгую дружбу между Королевством и Республикой!.

И все из Королевства и Республики дружно стукнули бокалами.

Посреди роскошного ковра в комнате стояло множество больших тарелок, нагруженных блюдами как Королевства, так и Республики. Каждый из нас сидел на подушках, брал и ел все, что ему нравилось. Мы болтали, присматривали за детьми и вообще делали все, что хотели.

Я сидел во главе стола с  Ку. Мы наливали друг другу напитки.

Выпив заквашенное молоко снежного яка одним махом,  Ку спросил: —  Как все прошло, брат? Ты смог насладиться катанием на лыжах?

— Да. Я отлично провела время, — ответила я, потягивая свое кисломолочное молоко. — Снежные горы, хорошо подходящие для катания на лыжах. Бани под открытым небом и свежие морепродукты из Морана... даже в Королевстве нет такого места. Уверен, оно будет пользоваться популярностью.

— Оокяква! Рад это слышать! —  весело сказал  Ку.

— Но ты уверен, что это нормально, Ку?

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, оставлять своих жен одних, когда вы только что поженились.

Я видел, как Тару и Лерина пили и болтали с Лисией и остальными.

Ку пренебрежительно махнул рукой. — Это не проблема. Я сказал им заранее, что мне есть о чем поговорить.

— Правда?

— Да. Это касается Великолепного Беппу. Выражение лица  Ку стало серьезным. — Я хочу превратить Великолепный Беппу в туристический центр, чтобы привлечь иностранную валюту. Мы экспортируем медицинское оборудование в Королевство и Империю, но импортируем лекарства из Империи. И мы платим за отправку наших людей на учебу в Королевство. По сути, мы безубыточны. У меня нет проблем с этим, но....

Ку держал свою чашку одной рукой, почесывая голову.

—  Мы состоим в морском союзе с Королевством Архипелага Девятиглавого Дракона, и у них тоже высокий уровень технологий, верно? Им нужны медицинские знания, и я готов поспорить, что у них также есть технические знания для производства оборудования. Мы не можем полагаться только на что-то одно. Мы должны быть в состоянии конкурировать с ними по всем видам промышленной продукции.

— Да... наверное, это правда, и?

Если бы они могли делать скальпели с помощью техник, которые они использовали для изготовления тех острых катан девятиглавого дракона, хирурги вроде Блада были бы в восторге. Я также надеялся, что соревнование между двумя странами, имеющими высокий уровень технического развития, заставит их обоих продолжать совершенствоваться.

— Я не намерен позволять им побеждать нас на техническом уровне, но это будет проблемой, если они сократят наши доходы. Вот почему я думал использовать Великолепный Беппу как один из способов привлечения иностранной валюты. Искатели приключений, торговцы и другие будут заходить сюда и, надеюсь, оставлять деньги. И если мы ищем людей, на которых можно нажиться... то это богатые люди. А богатые люди должны быть и в других странах.

— Я тебя понимаю... так вот оно как.—  Я мог представить себе план  Ку. — Ты хочешь, чтобы мы нашли для тебя туристов, верно? Пусть наши дворяне, рыцари и богатые купцы посетят этот город и подкинут тебе немного денег.

— Вот почему ты мне нравишься, брат. Ты быстро все схватываешь. Давай, Король Героев!

Тем не менее, он смотрел в правильное направление.. Единственной надеждой Республики на будущее была ее нереалистичная и бесплодная политика расширения на север. Но предложение  Ку превратить его в туристический центр предлагало им новый набор ценностей. Такой веселый город может стать для них надеждой. (Парень, ты действительно что-то из себя представляешь.) Похожий в чем-то на Фугу,  Ку был тем правителем, который притягивал к себе людей.

Обдумав все это, я кивнул и сказал: — Вполне справедливо. Если я буду т рассказывать о достоинствах этого места купцам и награждать моих слуг, которые хорошо работают, семейными поездками к горячим источникам и катанием на лыжах... им это может понравиться.

— О! Отлично!

— Но это не ьцлет этой произойдет зимой. Даже сейчас, в четвертый месяц года, довольно холодно. Я сомневаюсь, что многие люди смогут выдержать холод в середине зимы в этой стране.

— Да... в этом есть смысл, — согласился  Ку, кивнув. — Оокики! Ну, для того, чтобы они катались на лыжах, не обязательно должна быть зима, так что у нас все должно быть в порядке. Я могу открыть лыжные склоны для своих людей бесплатно зимой, и это должно их порадовать.

— Это звучит как хорошая идея.

Ку говорил так, будто жаловался, но я подумал, что это разумный способ распространить информацию о том, как весело кататься на лыжах. Я слышал, что из-за снега и льда люди здесь обычно сидят дома, так что, возможно, это поможет им наладить новые отношения.

Если ему так легко приходят в голову идеи, это еще одно доказательство того, что он будет хорошим правителем.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя, в  государстве Зем...

В Колизее в городе Зем, толпа из более чем десяти тысяч человек погрузилась в полное молчание. Их взгляды были устремлены на двух крупных мужчин. Более высокий и мускулистый из них резко дернулся в одну сторону. Затем они с грохотом упали на каменный пол Колизея.

Упавший человек был Гимбал, их король. На него смотрел Великий Король Тигров Фуга Хаан. Судьи на некоторое время потеряли дар речи, но, придя в себя, они крикнули последнему стоящему человеку.

— У нас есть победитель! Победителем турнира боевых искусств становится претендент, Фуга Хаан!.

В этот момент государство наемников Зем перешло в руки Фуги.

___________________________

Да, кому нужен английский киньте почту в личку. ( текст для себя не жму читайте  кто хочет)

Середина 5-го месяца, 1552-й год по континентальному календарю

В этот день я проводил широковещательную встречу с королевой Девятиглавого Дракона Шабон. Кишун стоял позади неё, держа на руках новорождённого ребёнка. Их второй ребёнок и старший сын, Шарон.

Мне казалось, что это имя для девочки. Но в их стране было принято привязывать короткое имя к короткой фамилии и использовать оба имени одновременно, так что на самом деле его звали Рон – или Ша Рон, что совсем не так уж необычно.

Шабон унаследовала тяжёлую ответственность правления от своего предшественника, сэра Шана. Поначалу ей было трудно, но с Кишуном в качестве мужа и премьер-министра, к моменту рождения двух младенцев, она уже вполне освоилась. С любовью и уважением островитян, она стала женщиной-правительницей, которая была не менее способной, чем Мария.

На другом конце эфира Шабон сказала: — Что касается товаров, которые вы заказали на днях, мы уже обеспечили половину требуемого объёма. Однако, поскольку нам придётся подождать, пока будет изготовлена оставшаяся половина, мы должны попросить вас потерпеть небольшую задержку.

— Я знаю. Это была неразумная просьба с моей стороны, — ответил я.

— Нет, вовсе нет, — покачала головой Шабон. — Это был крупный заказ. Он будет выгоден для нас, поэтому мы намерены подойти к делу со всей искренностью.

— Это поможет. Я хотел бы попросить вас отправить ту половину, которая у вас уже есть, с помощью баз, которыми мы обменялись.

— Понятно. М-м-м… Сэр Сома, — перейдя на более спокойный тон, Шабон спросила, — почему мы получили такой большой заказ?

— Ну, у меня есть кое-что на примете... — ответил я, переключаясь с режима переговоров на режим дружеской беседы.

— Слышал ли ты, что Фуга взял под свой контроль государство наёмников Зема?

— Да. Я получил отчёты.

Шабон кивнула с серьёзным выражением лица. Я посмотрел на карту на своем столе.

— В целом, это означает, что Королевство Великого Тигра теперь больше, чем Империя Грана Хаоса. Они не так могущественны в целом, но с точки зрения сухопутных сил, это равное соотношение. И он, вероятно, не может расширяться дальше в Домен Владыки Демонов.

— С чего бы это? Разве слава господина Фуги не связана с его освобождением Домена Владыки Демонов?

— Теория Фуги заключается в том, что то, что мы называем повелителем демонов, и демоны существуют только глубоко внутри. Мария и я согласны с этим. И экспансия Фуги тщательно избегала контактов с этими демонами. Ведь именно они разгромили объединённые силы человечества во главе с Империей. Так что если он попытается пойти дальше на север…

— Я понимаю, что вы имеете в виду. Значит, он хочет избежать риска вступления в контакт?

— Именно. Вот почему Королевство Великого Тигра вряд ли будет расширяться дальше на север. Фуга собирает фанатичную поддержку, делая свою страну больше и сильнее. Я не думаю, что он сможет остановить это. Что приводит нас к вопросу о том, что он будет делать дальше… По мнению Хакуи, ему придется напасть либо на нас, либо на Империю.

— А?! Так внезапно? — глаза Шабон расширились от удивления. — Вы являетесь главами Декларации Человечества и Морского Альянса. Это привело бы к большой войне.

— Да… И есть кое-что, чего Фуга хочет от нас и Империи, что заставляет его быть готовым принять это.

— И что это?

— Бюрократы и лорды для территорий, которые он контролирует.

Прочистив горло, я объяснил всё в точности так, как рассказал мне Хакуя.

— Прислуга Фуги состоит из командиров, которые хорошо служили ему во время объединения Союза Восточных Наций, и людей, которые пришли к нему в надежде изменить нынешнюю ситуацию. Эта последняя группа состоит из беженцев и других людей, с которыми плохо обращаются при существующем положении вещей. По сути, подавляющее большинство его людей ничего не знают о том, как управлять государством. Вот почему Королевству Великого Тигра не хватает адекватного персонала для ведения внутренних дел, и ему доверяют земли, чтобы управлять ими как своими личными владениями.

Шабон нахмурила брови: — Обычно я бы подумала, что ему придётся прекратить экспансию и сосредоточиться на развитии членов своей администрации.

— Верно, но расширение Королевства Великого Тигра происходит слишком быстро, чтобы он мог это сделать. Есть также проблема, что в тот момент, когда Фуга перестанет идти по пути полного завоевания, могут появиться те, кто потеряет веру в него и попытается отделиться. У него нет возможности сосредоточиться на внутренней политике.

— Именно поэтому он заставит подчиниться либо Королевство, либо Империю? Чтобы получить новую группу сторонников?

— Да, Хакуя считает, что всё будет именно так. Мы набирали далеко и широко, а в Империи много населения. Если он сможет наложить руки на любого из нас, его нехватка администраторов будет решена. Если он не сможет остановить продвижение, тогда он сможет двигаться в направлении того, что ему нужно... Я уверен, что Хашим посоветует ему это.

Республика была заперта в снегах и льдах зимой, поэтому не могла действовать, а Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона было окружено морем, поэтому им было трудно править и невыгодно завоёвывать. То же самое можно сказать и о Королевстве Духов, поскольку теперь они стали меньшей державой. Оставались только мы или Империя.

— Если Фуга решит, что нас легче завоевать, чем Империю... нужно быть готовым к войне с Королевством Великого Тигра. Мы должны сделать всё возможное сейчас, чтобы подготовиться к худшему.

— Понятно. И именно поэтому вы сделали у нас такой большой заказ.

— Именно.

Воздух в комнате стал тяжёлым.

Через некоторое время Шабон сказала: — Я надеюсь, что ваши опасения окажутся беспочвенными.

— Можешь и не говорить… — я согласился с ней от чистого сердца.

◇ ◇ ◇

День турнира по боевым искусствам Зема

Фуга смотрел вниз на Гимбала, павшего короля Зема.

Правая рука Гимбала лежала рядом с ним, он всё ещё сжимал свой меч. Светлые маги, находившиеся наготове, бросились туда. Они вынули меч из его руки, затем перевернули Гимбала на спину и прижали конечность к ее культе, чтобы начать исцеление. Светлая магия действовала на внешние раны, поэтому можно было не сомневаться, что они смогут прикрепить отрубленную руку.

Однако, хотя он мог сохранить руку, она вряд ли когда-нибудь станет такой же пригодной для использования, как раньше.

Пока его лечили, Гимбал почувствовал, что с ним покончено как с бойцом.

— Никогда в жизни я не ожидал, что кто-то захочет стать королём этой страны... Претенденты всегда желали богатства, вооружения и других поверхностных призов. Хотя был один странный человек, который хотел узнать правду о своём отце, которого заклеймили как мятежника... — сказал Гимбал Фуге. — Ни один человек не захотел стать королём страны, в которой так много ограничений.

— По мне, так они были довольны вашим правлением, не так ли?

Гимбал хихикнул: — Король Сома тоже грустил о чём-то подобном.

Фуга слегка сузил глаза, как бы желая ответить, но промолчал.

— Итак, господин Фуга... Теперь, когда вы победили меня, что вы будете делать со страной, которую вы завоевали?

— Построить новый мир. Вот для чего мне нужны наёмники этой страны, — сказал Фуга, возвращая Занганто, свой разрушающий камни клинок, в ножны. — Но что же ты будешь делать? Твоё правление как короля наёмников закончилось.

— Ничего... Я начал с нуля и побеждал, пока не поднялся до того уровня, на котором был. Теперь, когда я проиграл, я вернулся к тому, с чего начал.

— Разве это не кажется... пустым?

— Не совсем, нет. Я свободен от бремени быть королём – ответственности за то, чтобы оставаться самым сильным. Это неплохое чувство.

Гимбал, должно быть, чувствовал себя как чемпион, который не смог защитить титул, которым владел долгие годы. Чем выше честь, тем тяжелее ответственность за её защиту. А для титула, имеющего национальное значение, эта ответственность должна была быть действительно велика. Это поражение позволило ему, наконец, сбросить это бремя.

Разочарование от поражения, унижение от падения на землю, грусть от осознания того, что с ним покончено как с воином, и восторг от того, что его освободили от тяжёлой ответственности... Все эти эмоции нахлынули на Гимбала одна за другой.

— Если у вас когда-нибудь появится возможность жить без бремени амбиций... вы поймёте, что моё чувство.

— Хех. Может быть, — со смехом сказал Фуга, видя удовлетворение Гимбала.

Гимбал жил силой своей руки-меча, а теперь лежал поверженный. Он жил идеалом, к которому стремился Фуга. Разница между ними заключалась лишь в том, довольствовались ли они правлением только одной страной или стремились к чему-то более высокому и далёкому. Пройдет ещё много времени, прежде чем амбиции Фуги начнут казаться ему бременем.

Фуга повернулся и покинул арену.

Хашим ждал его в коридоре по дороге в раздевалку.

— Это было великолепно, лорд Фуга.

— Конечно. И теперь Зем принадлежит мне, — сказал Фуга, хлопнув рукой по плечу Хашима, когда его советник поклонился ему. — Итак, как мы будем использовать эту страну?

Давайте оставим страну такой, какая она есть, и при этом устроим всё так, чтобы мы могли использовать их могущественных наёмников. Я считаю, что было бы разумно назначить Мумэя, победителя турнира, вашим наместником и поручить ему управлять страной.

— А... Так вот почему ты заставил Мумэя тоже участвовать.

Мумэй Рвоку был человеком-горой, который владел огромным молотом и ездил в бой на степном яке. Он также возглавлял пехоту Фуги. И в простом испытании на прочность, без применения техник и магии, он соперничал с Натой Чимой за звание сильнейшего.

Хашим кивнул.

— Есть те, кто считает, что сэр Мумэй не обладает ничем особенным, кроме силы. Но он искренний человек, который будет выполнять любое порученное ему задание с простой честностью, а также обладает гибкостью ума. Я уверен, что он сможет продолжать править в том же стиле, что и Гимбал.

— И теперь я понимаю, почему ты не заставил Нату участвовать...

— Действительно. Мы не могли доверить ему Зем.

Ната всегда жаждал сразиться с сильными противниками, поэтому, конечно, он хотел принять участие в турнире, но Хашим категорически отказался. В Земе, правда, говорили, что сила делает право, но оставлять страну человеку, у которого есть сила и больше ничего, было нельзя.

Хашим поднял голову и посмотрел Фуге прямо в глаза: — Теперь приготовления завершены. Я хотел бы, чтобы ты показал мне, куда ведёт твоя следующая дорога.

— Так в Королевство или в Империю, да?

После того как под его контролем оказались Лунарское ортодоксальное папское государство и Зем, ему посоветовали атаковать либо Королевство Фридония, либо Империю Гран Хаоса. Для того чтобы закрепить свои текущие достижения и не потерять темп, ему требовались администраторы с опытом управления большим государством. Для этого ему нужно было заставить подчиниться одну из двух великих держав. Империя имела огромное население, а Королевство Фридония состояло в союзе с Республикой Тургис и Королевством Архипелага Девятиглавого Дракона. Ни один из них не был бы легким противником. Однако у Фуги не было возможности остановиться.

— Созовите командиров, как только мы вернёмся в Царство Великого Тигра. Мы обсудим, что нужно сделать на военном совете.

— Понятно.

◇ ◇ ◇

Вернувшись домой, Фуга собрал своих приближённых в зале заседаний в замке Хаан.

Присутствовали его жена Муцуми, Мудрость Тигра. Шукин Тан, Меч Тигра – ныне наместник острова Отца Королевства Духов. Ната Чима, боевой топор Тигра. Гайфуку Киин, щит Тигра. Касен Шури, арбалет Тигра. И Гатен Бахр, флаг Тигра. Среди присутствующих были командиры, отличившиеся в объединении Союза Восточных Наций, а также в продолжающемся освобождении Домена Владыки Демонов.

Также здесь были Святая Анна из Лунарского православного папского государства, и Ломбард Ремус – некогда король в своем собственном праве, а теперь управляющий территорией, отвоёванной у Владыки Демонов, и его жена Йоми Чима.

Кроме Мумэй Рвоку, Молота Тигра, который сейчас служил наместником в государстве наёмников Зэм, все знаменитые отставники были собраны вместе.

Оглядев каждого из них, Фуга сказал: — государство наемников Зем теперь в наших руках.

— Поздравляю, господин Фуга, — сказала Муцуми. Все присутствующие поздравили его и тоже склонили головы.

Фуга поднял руку, подавая сигнал тишины.

— Благодаря этому наша фракция получила достаточно сухопутных войск, чтобы сражаться с кем угодно, даже с Империей. За последние несколько лет мы постоянно отвоёвывали земли у Домена Владыки Демонов, одновременно стабилизируя ситуацию внутри страны и накапливая силу. Можно сказать, что это результат всего этого... Итак, это так...

Фуга ещё раз оглядел комнату.

— С этого момента мы временно приостанавливаем захват Домена Владыки Демонов.

— Что?! — крикнул Касен, самый молодой командир в комнате. — Разве мы не сражались всё это время с целью освободить Домен Владыки Демонов?! Многие из людей верят, что именно ты убьешь Владыку Демонов и вернёшь себе все украденные земли! Как мы можем остановиться на этом...?

— Сейчас, сейчас. Успокойся, Касен, — сказал командир Гатен, сидевший рядом с Касеном.

Фуга продолжал, не обращая внимания на прерывание: — Мы не то чтобы остановились. Мы просто делаем временную паузу. Хашим.

— Да, сир.

Хашим поднялся и встал перед картой мира, которая находилась у него за спиной. Взяв в руки указку, он проследил линию северной границы Королевства Великого Тигра.

— Всё это время мы работали над освобождением Домена Владыки Демонов. Наши усилия привели к возвращению беженцев, бежавших на юг. Это факт, что позитивное отношение к возможности вернуться домой является частью вокальной поддержки Лорда Фуги.

— Тогда почему?

— Земли дальше на север пустынны, и в них изначально жило не так много людей. Может быть, несколько кочевых племён, в лучшем случае. Это означает, что любое продвижение на север принесёт нам больше земли, но не больше людей. В конечном итоге, это увеличит нагрузку на нашу нацию.

Хашим похлопал указкой по ладони.

— Более того, если мы продолжим путь на север, то рискуем вступить в контакт с демонами, которые, как говорят, уничтожили объединённые силы человечества во главе с Империей. Я не предполагаю, что лорд Фуга проиграет, но, поскольку они незнакомый противник, это только обрадует наших соседей, если мы ввяжемся в конфликт с ними. Вот причина этой паузы.

— Это действительно нормально? — спросил Шукин. — Мы полагались на инерцию, чтобы расширить нашу страну так далеко, как мы это сделали. Это потому, что мы активно освобождали Домен Владыки Демонов, люди собирались для нашего дела, и люди были мотивированы. Внезапный переход к обороне противоречит всему этому. Мне кажется, что это было бы немного позорно.

Как второй по мудрости человек в комнате после Хашима, другие командиры слушали, что говорил Шукин. Один из них, Ломбард, поднял руку.

— Сэр Ломбард, — обратился к нему Хашим.

— Я согласен с мнением сэра Шукина, но... я думаю, что всё ещё может быть хорошо. Потребуется время, чтобы стабилизировать захваченные нами территории, и если мы будем продолжать двигаться вперед, как и раньше, один инцидент может привести к тому, что всё рухнет.

— Да. Я теперь тоже отвечаю за Остров Отца. Я могу понять, что говорит сэр Ломбард, — сказал Шукин, на мгновение соглашаясь. — Но...

Шукин замялся. Собравшись с мыслями, он продолжил.

— Легко продолжать толкать вращающееся колесо. Но как только колесо останавливается, требуется значительная сила, чтобы возобновить движение. Если мы убьём нашу инерцию, будет нелегко снова начать отвоёвывать Владения Владыки Демонов.

— Я уверен, что ты прав, — согласился Хашим. — Неловко говорить об этом, но... причина, по которой люди боготворят лорда Фугу, конечно, отчасти заключается в его харизме. Но ещё и потому, что они сыты по горло существующим положением вещей. Беженцы хотят освободиться от своей нынешней ситуации, а те, кто оказался в неблагоприятном положении внутри страны, хотят стать более процветающими... Их желания совпадают с большими амбициями лорда Фуги, и поэтому они подталкивают его сзади. Если мы дадим им стабильность сейчас, это ослабит способность Фуги собирать людей для своего дела.

Хашим как будто говорил, что они не должны позволить народу обрести мир.

— Я никогда не хотел сказать так много...

— Тебе было трудно это сказать, поэтому я сказал это за тебя.

Шукин выглядел недовольным, но Хашим был невозмутим. Затем Хашим обратил свой холодный взгляд на каждого из других командиров.

— Лорд Фуга был непобедим с тех пор, как впервые поднял свой флаг в Малмхитане. У нас был тяжёлый патовый бой с Королевством Рыцарей Дракона, но ничья с ними только укрепила его репутацию. Народ в бешенстве. Они верят, что под руководством лорда Фуги их страна может бесконечно расширяться. Мы можем даже объединить континент.

— Не слишком ли это... самоуверенно? — осторожным тоном спросила Муцуми.

Не только командиры могли стать самоуверенными и самонадеянными. Народ страны тоже начинал думать, что победа обеспечена. Солдаты и население могли стать слишком самоуверенными из-за успехов Фуги.

— Лорд Фуга имеет благословение леди Лунарии. Это естественное предположение, — сказала Святая Анна, как будто это было очевидно.

Её вера была для неё всем, и вера людей в победу Фуги была схожа по своей природе. Муцуми посмотрела на Святую Анну, как бы сопереживая душевному состоянию людей.

— Ты боишься того, что может произойти, когда мы потеряем инерцию, брат? — спросила Муцуми.

— Именно. Мы должны продолжать побеждать, продолжать продвигаться вперёд и вести за собой людей. Но, как я только что сказал, захват новых земель из Домена Владыки Демонов принесёт мало пользы и только увеличит наше бремя. Я считаю, что пришло время сменить направление.

— Тогда давайте займём пустые земли между нами и границей Империи! —Ната, которого не интересовали сложные темы, сказал с нетерпением.

Хашим холодно посмотрел на него.

— Свободные земли между нашей границей и границей Империи – это буферная зона для предотвращения конфликта. Если мы объявим их своей территорией, у нас будет прямая граница с Империей. Это чревато всем – от стычек до начала тотальной войны. Вы предложили это с таким настроением?

— Конечно, да! Теперь у нас есть силы, чтобы справиться с Империей! И я не единственный, кто так думает! Все в этой стране от рядовых солдат до человека с улицы говорят так! Империя остановилась. Теперь не они должны вести человечество, а мы, Королевство Великого Тигра!

Слова Ната явно исходили от человека с мускулами вместо мозгов, но также верно и то, что солдаты и народ хотели вытеснить Империю.

Шукин поднял руку: — Подожди, Ната. Если мы затеем драку с Империей, возможно, в итоге мы будем сражаться не только с ней. Я слышал, что король Фридонии Сома и императрица Империи Мария поддерживают дружеские отношения с момента ответа на проклятие Короля Духов. Вполне возможно, что у них есть какие-то тайные связи, о которых мы не знаем. Независимо от того, насколько мы стали сильны, этого недостаточно, чтобы мы могли одновременно противостоять Королевству и Империи.

— Нет. В этом нет ничего страшного, — возразил Хашим Шукину. — Это правда, что Сома и Мария казались близкими во время саммита в Бальме. Но их личное отношение друг к другу не распространяется на их народ. Я не знаю, есть ли у них тайные связи, но Империя и Королевство не являются союзниками.

— Ну, да, но...

— Я поручил шпионам Дома Чима изучить общественные настроения в отношении Королевства и Империи в каждой стране. Когда Сома только взошёл на трон, Империя заставляла Королевство выплачивать субсидии на войну. Вопрос о том, эффективно ли использовались эти деньги, здесь не стоит. Народ Королевства был недоволен этим. Что касается жителей Империи, то они гордятся тем, что являются величайшей из наций человечества. Если бы им пришлось создать союз, чтобы противостоять такой восходящей державе, как мы, это нанесло бы удар по их гордости. Их солдаты поклоняются Марии. Они не воспримут это спокойно.

— Вы хотите сказать, что они не могут помогать друг другу из-за общественных настроений?

— Именно. По крайней мере, не в настоящий момент.

По мнению Хашима, если фракция Фуги разрастётся и Империя и Королевство почувствуют угрозу, ситуация может измениться. Однако в нынешних условиях, даже если они нападут на одну из двух стран, другая не сможет им помочь.

Услышав всё это, Шукин почувствовал беспокойство: — Сэр Хашим, вы планируете устроить драку с Королевством или Империей?

— Да... Это то, что я посоветовал сделать господину Фуге.

Слова Хашима вызвали громкий гул у всех присутствующих, и они повернулись, чтобы посмотреть на Фугу.

Фуга молча кивнул. Шукин посмотрел на Хашима.

— Вы сами стали слишком самоуверенным?

— Вряд ли. Мой совет основан на реальности.

Хашим рассказал Фуге о ситуации внутри страны, когда они были в государстве наёмников Зем. Отсутствие администраторов, способных управлять большой страной, сдерживало их, и что они могли получить их, только заставив подчиниться либо Королевство, либо Империю.

— Само собой разумеется, мы не обязаны действовать прямо сейчас. Обе страны станут неприятными противниками, если их народы объединятся. Империя сильна сама по себе, а Королевство может использовать своих союзников в Морском союзе. Прежде всего, нам следует выбрать цель, найти отверстие или создать его, и приготовиться нанести сильный и быстрый удар, когда придёт время.

Ната радостно хлопнул себя по колену: — Тогда давай сразимся с Империей!

Глаза Хашима сузились: — Смею ли я спросить, как вы рассуждаете?

— Если мы собираемся сражаться, я хочу сражаться с тем, кто сильнее! Я видел Сому в княжестве Чима, и он выглядел слабым.

— Отвергнуто. Это даже не стоило слушать.

Со страдальческим выражением лица Шукин сказал: — Обе страны помогли нам с Проклятием Короля Духов. Мы в неоплатном долгу перед ними, поэтому я просто... не могу принять идею подготовки к нападению на них....

— Я понимаю твои чувства, но мы должны ставить амбиции лорда Фуги превыше всего, — сказал Хашим колеблющемуся Шукину. — Сома сам сказал это тогда. Болезнь – это не проблема одной нации. Это то, над чем весь мир должен сотрудничать. Не то чтобы мы получили какую-то услугу, которой не воспользовался бы и он. Наше сотрудничество предотвратило распространение болезни по всему континенту. Я уверен, что наши люди тоже так считают.

— Я ставлю под сомнение этот аргумент...

— Шукин, — вмешался Фуга. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Это правда, что мы не смогли бы так быстро обуздать болезнь своими силами. Возможно, без их помощи ты бы не выжил.

Шукин молчал, вспоминая свою собственную битву с Проклятием Короля Духов.

— Но если мы будем следовать чувству благодарности, нам некуда будет идти. Такого рода обязательства – это то, что связало Союз восточных народов, сделав невозможным их процветание. Мы смогли зайти так далеко только потому, что у нас не было этих вещей на пути. Не забывай об этом.

Услышав ответ Фуги, Шукину ничего не оставалось, как отступить.

— Хорошо...

Пытаясь изменить тяжёлую атмосферу в комнате, Касен спросил Фугу: — Итак, лорд Фуга, как вы думаете, кого из этих двух будет легче свергнуть?

— Да. Я бы тоже хотела услышать твою оценку, — добавила Муцуми. — О господине Соме и госпоже Марии.

— Хм... — Фуга погладил свой подбородок. — Мария – огненная птица. Она очаровывает людей своим почти ослепительным сиянием, и держит врагов на расстоянии с помощью палящего жара. Но... свет, который она излучает, достаётся ей самой. Мария, должно быть, истощена. Если она будет продолжать сиять, то в конце концов она иссякнет, и от неё останется только пепел.

— Понятно. А сэр Сома?

— Точно. Он... черепаха, я полагаю?

— А? Черепаха? — Муцуми была озадачена. Фуга кивнул.

— Парню не хватает амбиций. У него нет желания нападать на кого-либо. Он просто хочет защитить себя от искр, которые сыплются на его пути. У Сомы нет той красоты, которая есть у Марии и которая позволяет ей очаровывать людей. Он прост и медленно растёт.

— Это говорит о том, что его... ужасно легко победить, не так ли? — сказал Касен, но Фуга рассмеялся.

— Ты так думаешь, Касен? Если он черепаха, то его легко победить?

— Да. Если он черепаха, то...

— А если я скажу, что он черепаха, которая больше горы?

— Что?

На мгновение Касен подумал, что это шутка, но лицо Фуги было совершенно серьёзным.

— Сома – черепаха огромного роста – больше горы. Он медлителен и ему не хватает стиля, но когда он начинает двигаться, он может сокрушить горы и изменить саму местность. Хвост у него тоже состоит из змей. Эти змеи вырываются и нападают на любого, кто желает черепахе зла – хочет он того или нет.

— Он похож на монстра...

— Да, это точно. Если мы возьмёмся за Сому, то именно с таким монстром нам придётся столкнуться, — сказал Фуга с деловым видом. — Если он задастся целью, то сможет мобилизовать Республику и Королевство Архипелага. Его подчинённые тоже все сложные и умные. Они предпринимают действия для своей страны и без воли Сомы. Даже Юрига, которая живёт там уже много лет, говорит, что не может разобраться в этом месте. Со своей стороны... я бы предпочел, чтобы он не начинал двигаться.

Собравшиеся командиры молча выслушали оценку Фуги. Сома был человеком, с которым сам Фуга не решался сражаться. Уже одно это делало его достойным осторожности.

Через некоторое время Муцуми спросила: — Так ты говоришь, что мы должны подчинить Империю?

— Звучит примерно так. Если мы сможем просто заставить их уступить, Сома, вероятно, сделает то, что мы скажем. Если мы сможем показать ему подавляющую разницу в силе, он склонит колено без бессмысленного сопротивления. Он из тех, кто поставит безопасность людей вокруг себя выше своей гордости как короля.

Слова Фуги определили политику Королевства Великого Тигра. Рассматривая Империю как гипотетического врага, Королевство Великого Тигра будет работать над стабилизацией страны, готовить свои вооружённые силы и следить, как ястреб, за любой возможностью нападения.

◇ ◇ ◇

В 6-м месяце 1552-го года по континентальному календарю

Фуга направил войска на неоккупированную территорию между ними и Империей Гран Хаоса. Всем было ясно, что он пытается претендовать на этот регион как на свой собственный, и что он готов согласиться на прямую границу с Империей.

Это сообщение встревожило высшее руководство Империи. Политика императрицы Марии заключалась в том, чтобы обеспечить готовность защиты от вторжения монстров из Домена Владыки Демонов, но она никогда не изменяла своей осторожной позиции, когда дело касалось захвата земель. Её Декларация Человечества соответствовала этой политике и была направлена в первую очередь на оказание поддержки государствам, граничащим с Доменом Владыки Демонов, чтобы предотвратить его расширение. Однако в то же время Королевство Великого Тигра Фуга сильно выросло за счет освобождения земель из Домена Владыки Демонов, взяв на себя мантию защитника человеческих наций от Владыки Демонов.

Декларация Человечества Марии считалась уже отжившей свой век.

Если бы войска Фуги заняли буферную зону сейчас, Империя была бы полностью блокирована от расширения на север. Многие граждане Империи чувствовали угрозу от этого факта. Они были твёрдо убеждены, что именно усилиями их страны до сих пор защищались народы человечества, что их страна – самая великая из всех. Это был источник гордости... и высокомерия. Такие люди не могли смириться с нынешней ситуацией, когда присутствие Святой Марии померкло, а Фуга получил все почести. Поэтому представители военных и бюрократии начали высказывать мнение, что им следует отправить войска в буферную зону. С каждым днём эти голоса становились всё громче.

В зале аудиенций замка Валуа в имперской столице Валуа шёл разговор...

— Ваше Императорское Величество! Пожалуйста, отдайте нам приказ! Отвоевать северные земли у Владыки Демонов до Фуги Хана! Я говорю от имени всех наших всадников-грифонов!

— Крэй...

У подножия лестницы к трону, умоляя свою императрицу, стоял генерал Крэй, командующий воздушными силами Империи, эскадрильями грифонов. Будучи почитателем Святой Марии, он не мог смириться с тем, что Фуга получит всю славу.

— Сдерживайте себя, генерал Крэй! — крикнула Жанна, младшая сестра-генерал, которая стояла рядом с Марией. — Её Императорское Величество уже объявила свою волю! Она сказала, что мы не будем расширяться на север! Не беспокойте её, спрашивая одно и то же снова и снова!

— Нет, я не могу молчать! Всё больше и больше рыцарей и дворян недовольны тем, как Фуга разгуливает по северным землям! Вы теряете свой авторитет святой! Я, нет, мы хотим сражаться за славу Её Императорского Величества! Я бы с радостью был похоронен в Домене Владыки Демонов, если бы мог пасть в битве за возвращение этих земель как меч святой Империи!

— Было бы немыслимо перебросить наши силы, чтобы удовлетворить ваше опьянение моей сестрой! Почему ты не можешь понять её желание не вовлекать солдат и народ в такую битву?!

Спор Крэя и Жанны продолжался снова и снова. Мария бесстрастно наблюдала за происходящим.

Не то чтобы ей было неинтересно, но она, как императрица, старалась не проявлять никаких эмоций.

— Крэй, — обратилась к нему Мария тихим голосом. Крэй низко склонился перед ней.

— Да, мэм!

— Я… не желаю расширять Империю дальше.

— Но вы не можете этого иметь в виду!

— От заброшенных земель на севере ничего нельзя получить. Они лишь обложат сокровища налогом, а затраты на их возрождение будут невелики. Для тех, кому в войсках Фуги Хана нечего терять, кроме своих жизней, я уверена, скудный образ жизни в освобождённых землях окажется более чем удовлетворительным. Но это не относится к нашей стране. Кто бы ни был назначен владыкой этих земель, он потребует финансовой поддержки, и я уверена, что они будут обижаться на нас за это, если им не дадут достаточно.

— Тогда, пожалуйста, доверьте освобождённые земли нам! Такие же единомышленники, как я, будут править ими для вас без единого слова жалобы!

— Я не хочу сказать, что они будут просить поддержки из собственной жадности. Если они действительно думают о нуждах людей, которые будут заселять эти земли, то вполне естественно, что они обратятся к нам за помощью. Даже если лорд будет вести себя стоически, когда ему не следует этого делать, это не принесёт пользы, если люди всё ещё будут испытывать трудности.

— Да... Но...

После такого аргументированного объяснения Марии даже у болтливого Крэя не нашлось контраргументов. Поскольку Мария была святой, которой он поклонялся, а люди всегда были в её мыслях, у него не было слов, чтобы опровергнуть её.

Женщина, стоявшая на стороне Крэя, заговорила: — На пару слов, если можно...

У неё было немного детское лицо, но она была из тех интеллектуальных красавиц, которые хорошо смотрелись бы в очках. Хотя ей было чуть больше двадцати лет, она стояла прямо, с достоинством и уверенностью.

— Люми... — пробормотала про себя Жанна.

Эту женщину звали Люмьер Марку. Несмотря на свою молодость, она была одним из лучших бюрократов этой страны.

Мария повернула голову, чтобы посмотреть женщине в лицо: — В чём дело, Люмьер?

При всём уважении, учитывая мощь нашей страны, мы могли бы завладеть всеми землями между нами и Королевством Великого Тигра и с лёгкостью поддерживать их. Если у жителей освобождённых территорий тяжёлая жизнь, то мы можем просто оказать им помощь. Это только укрепит вашу славу святой. В этом я согласна с генералом Крэем.

— Люми, ты же не... — Жанна собиралась что-то сказать, но Люмьер подняла руку, чтобы остановить её.

— Жанна. Мы с генералом Крэем высказываем своё мнение ради интересов этой страны. Я знаю, что ты мой друг, но, пожалуйста, не перебивай меня.

— Нгх... — На этот раз настала очередь Жанны замолчать.

Мария посмотрела на Люмьер с болезненным выражением лица.

— Это правда... У моей страны ещё остались силы, но это не значит, что так будет всегда. Если мы будем расширяться, чтобы захватить как можно больше земель и людей, мы можем оказаться не в состоянии отреагировать на кризис. Это может запустить цепную реакцию, которая приведёт к тому, что всё развалится.

— Наш долг как ваших помощников – сделать всё, что в наших силах, чтобы этого не произошло.

— Это и моя работа как императрицы. И это также мой долг не делать выбор, который может привести к такому риску, если только я не буду абсолютно обязана.

— Но мэм...

— Мне жаль, Люмьер. На сегодня нам придется на этом закончить. — Мария завершила разговор и отпустила их обоих.

Как только они покинули зал, плечи Жанны опустились.

— Чёрт возьми, Люми... Она полностью стала частью ястребиной фракции внутри бюрократии.

Мария отбросила свою персону императрицы и разговаривала с Жанной как со своей старшей сестрой.

— Вы ведь были подругами, верно?

— Да, мы знаем друг друга со времён военной академии. Но плечо Люми было сломано во время несчастного случая на тренировке, и последствия этого не позволили ей стать офицером. Хирурги, которые есть сейчас, возможно, смогли бы что-то сделать для неё, но тогда медицина не была так развита. До того, как сэр Сома пришёл в этот мир...

— Понятно... И поэтому она присоединилась к бюрократии?

— Она трудолюбива по натуре. Когда её путь в армию был отрезан, она не могла просто сидеть без сил и мотивации. Она сделала всё возможное, чтобы перейти в бюрократию, и пробилась наверх.

— Она звучит замечательной.

— Я уважаю её. Даже сейчас я с гордостью называю её другом. Но... возможно, потому что она изначально была военным человеком, она ястребиная даже сейчас, когда стала бюрократом. Она стала чем-то вроде лидера для бюрократов, недовольных вашей пассивной стратегией.

Жанна выглядела так, будто укусила что-то неприятное.

— Она серьёзная и честная до мелочей. На это трудно смотреть... Я несколько раз просила её, как друга, попытаться понять твои чувства... но ничего не вышло...

— Понятно... — печально пробормотала Мария, прежде чем подняться с трона.

Повернувшись, она посмотрела на висящий позади него имперский флаг.

— Всё это время я работала над тем, чтобы объединить народ этой страны. И в какой-то момент меня стали называть "Святой Империи". Мне никогда не нравилось это имя, но если оно объединяет наши сердца... Я подумала, что смогу с этим жить.

— Сестра... — Жанна поперхнулась, на её лице появилось страдальческое выражение.

С грустной улыбкой Мария ответила: — Но теперь наши сердца, кажется, отдаляются друг от друга.

Жанна ничего не смогла сказать в ответ.

______________

Спасибо за перевод Paltouth

— Почему, мадам Мария?! — воскликнул я.

— Сир! — воскликнул Хакуя из-за плеча. Но я был не в том состоянии, чтобы слушать его.

— Прости... Это уже решено, — извиняюще сказала Мария.

Несмотря на меланхоличное выражение её лица, оно не могло изменить того, насколько это было неприемлемо.

— Вы забегаете вперёд; я думал, что у нас есть взаимопонимание. Хотя возможно, что наша страна может справиться с этим в нашем нынешнем состоянии, то же самое нельзя сказать об Империи. Это то, что мы смогли сделать только потому, что Фридония, Республика и Королевство Архипелага пошли на это в ногу.

— Да... я тоже так думала. Но на меня оказывается огромное давление снизу, чтобы я что-то сделала из-за достижений господина Фуги.

— Даже если так, почему это должно произойти именно сейчас? — сказал я, схватившись за голову.

Это вызывало у меня серьёзную головную боль.

— Почему вы так внезапно отменили рабство?

Во время нашей встречи в эфире Мария сказала мне, что собирается отменить рабство в Империи.

Чтобы меня не поняли превратно, я согласился с ней в том, что купля-продажа людей была ужасным обычаем. Это то, что должно быть уничтожено, чтобы человеческая история могла двигаться вперёд. Я как раз предпринимал шаги к его отмене в своей стране. Но если бы мы сделали это внезапно, это вызвало бы общественные потрясения.

— Рабы – это угнетённые в обществе. Даже если вы отмените рабство и завтра все рабы обретут свободу, у них не останется ничего, чем бы они владели. Им будет трудно поддерживать хоть какой-то образ жизни. Если у них нет знаний и навыков, они не смогут найти новую работу. Мужчинам придётся продавать себя в качестве дешёвой рабочей силы, а женщинам... в некоторых случаях, возможно, придётся продавать и своё тело.

— Наверное, да... — Мария кивнула в знак понимания.

— Вот почему, прежде чем официально отменить систему, наша страна работала над тем, чтобы сделать её чем-то, что существует только по названию. Мы превратили рабовладельцев в государственных служащих, управляемых государством, защищая рабов от игнорирования их прав или использования до тех пор, пока они не смогут больше работать. В то же время мы способствовали развитию академических знаний через Профессиональную школу Джинджера и создали учебные центры, где любой желающий мог учиться бесплатно. Это позволит рабам наниматься на работу на более выгодных условиях.

Мария смотрела на меня, внимательно слушая мои слова.

— Мы испытываем нехватку персонала с тех пор, как изменили способ оценки работы. Многие дома хотели приобрести способных рабов, даже если это означало платить им зарплату, и теперь это становится нормой. Благодаря обучению и упорной работе Джинджера и других, даже если люди на какое-то время окажутся в рабстве, мы создаём систему, которая поможет им выкарабкаться обратно при достаточном усердии. Хотя, это не относится к рабам-карателям.

— Это всё замечательно. Мы подражаем вашей политике и здесь, в Империи, — сказала Мария с улыбкой. Я не понимал.

— Отмена во всём, кроме названия... Даже если их по-прежнему называют рабами, вы должны работать над созданием общества, в котором рабы не будут использоваться жестоко. Если вы вдруг объявите об отмене системы, найдутся те, кто будет сопротивляться. Поэтому вместо этого вы должны изменить общество так, чтобы они этого не заметили. Обеспечьте права рабов, сделайте так, чтобы они могли владеть собственностью. А потом, когда с ними перестанут жестоко обращаться, вы измените их название, и внезапно не останется ни одного раба, который не был бы также преступником.

По сути: оставить слово "раб" как есть, но повысить его статус до уровня подсобного или контрактного работника. Приоритетом была защита жизни и безопасности рабов.

Если меняется только название, а не реальность, это ничем не отличается от того, если бы система продолжала существовать. Дело в том, что даже после окончания Гражданской войны в Америке такое неравенство, как отсутствие у чернокожих права голоса, означало, что условия, которые привели к дискриминации, сохранялись ещё долгое время. Хотя даже в моё время я бы не сказал, что всё было полностью исправлено...

Это всё равно, что пытаться искоренить дискриминационный язык. Даже если вы объявите слово оскорбительным и запретите его использование, а затем запретите следующее слово, которое займет его место... всё, что вы делаете, это накапливаете слова, которые люди не могут использовать.

Помнится, я слышал, что некоторые слова, сказанные Ёсицунэ в битве при Ити-но Тани в "Повести о Хэйкэ", считаются дискриминационными, и в некоторых изданиях они подвергаются цензуре. Это навело меня на мысль о том, что зажимать нужно не слова, а людей и общество, которые злоупотребляют ими.

Я посмотрел на Марию, отражающуюся в простом приёмнике.

Разве не так понимали ситуацию и в Империи?

— Конечно. Это было наше намерение, — сказала Мария, выражение её лица было несколько измученным. — Однако есть люди, которые были потрясены стремительным продвижением сэра Фуги, и их требования ко мне также только усилились.

— Из-за Фуги? — спросил я.

— Вы в курсе? В наши дни его называют Освободителем.

— Освободитель? Потому что он освобождает Домен Владыки Демонов?

— Это не просто так. Похоже, он также освобождает людей из рабства. Это, вероятно, увеличит число жителей на освобождённых им территориях. Он сделал свободными рабов, которые принадлежали к нациям, противостоящим ему внутри Союза Восточных Наций, или тех, кто бежал туда из других стран из-за тяжёлых условий жизни.

— Он опять делает что-то неразумное...

По крайней мере, я понял, к чему он стремился. Они похожи на колонистов-переселенцев Тонденхей... нет, скорее на Цинчжоускую армию жёлтых тюрбанов Цао Цао, я думаю? Он принимал людей, которым не было места в обществе, и использовал их для укрепления мощи своей нации. Королевству Великого Тигра нужны были люди для восстановления освобождённых земель, и они были готовы взять практически любого. Если Фуга освободит их от рабства и даст им место для жизни, они будут ему преданы. Это была эффективная стратегия.

"Сила Царства Великого Тигра начинается здесь", мог сказать он. Конечно, были и недостатки. Самым очевидным из них было ухудшение общественного порядка. Также, вероятно, возникнут трения между старыми и новыми поселенцами. Принимать всех подряд означало рисковать тем, что некоторые из них окажутся грубиянами и преступниками. Это было бы нормально, пока Фуга, с его подавляющей военной мощью и харизмой, был жив и здоров. Этих злодеев победит его элитная кавалерия, заставив их залечь на дно.

Но когда время Фуги истечёт, они могут стать источником потрясений для Королевства Великого Тигра. Не то чтобы Фуга заботился об этом.

"Люди, которые придут после меня, могут беспокоиться о том, что будет потом", можно представить, как он говорит это с невозмутимой улыбкой.

— Недавно, — начала Мария, когда я погрузился в размышления, — в северных землях Империи заговорили люди. Они говорят: — Сэр Фуга освобождает рабов, но что делает Мария, которую они называют "святой" и "Она святая, поэтому она должна возглавить освобождение рабов".

— Это несправедливо... — Люди были неразумны. — Даже если Королевство Великого Тигра освободит рабов и отдаст им заброшенные дома и поля, у них не хватит богатства, чтобы поддержать это. Освобождённые рабы просто обеднеют.

Правда, по сравнению с тем угнетением, которому они подвергались, рабы, вероятно, были бы благодарны и за это. Но если сравнить положение их освобождённых рабов с положением наших рабов, которые были освобождены лишь номинально, то они никак не могли быть более обеспеченными. Но подождите... Разве во всём этом разговоре нет чего-то неправильного?

— Я никогда не слышал, чтобы Фугу называли освободителем рабов в нашей стране, — признался я.

Если бы такие разговоры ходили вокруг, "Чёрные коты" сообщили бы об этом. Тот факт, что они этого не сделали, означает...

— Кто-то распространяет эти слухи внутри Империи?

После короткой паузы Мария кивнула: — Да... я так думаю. Люди из лагеря сэра Фуги, скорее всего, делают это намеренно.

— Ха? — Я ахнул. "Пропаганда! Это может означать только..."

— Это, должно быть, его советник, сэр Хашим, — заметила Мария. — Он хочет, чтобы я поспешила с отменой рабства, чтобы посеять хаос в Империи.

— Если ты это знаешь, то...

— Но я вижу в этом возможность, — сказала Мария, прервав меня.

— Возможность? Ты же не имеешь в виду... — Когда мои глаза расширились от удивления, Мария прижала палец к губам.

Я понял, что это значит, и замолчал. Рядом со мной у Хакуи было сомнительное выражение лица, но я собирался пока не обращать на него внимания.

Я внимательно изучил выражение лица Марии и спросил: — Ты... действительно планируешь это сделать?

— Хи-хи, твой голос потерял самообладание, понимаешь?

— Ответь мне, Мария Эйфория! — Я задал вопрос, мой тон был серьезным.

Мария молча кивнула и ответила: — Да.

— Так вот оно как, а...

Я прижал руку ко лбу. Её решимость казалась твёрдой.

— Вы приняли решение... Ну хорошо.

— Спасибо. И я буду рассчитывать на вас, сэр Сома.

С этими словами Мария прекратила трансляцию. Хакуя сразу же подошёл ко мне.

— Что это было в конце?

— Что-то личное... Пока что, похоже, Фуга нацелился на Империю.

— Так и есть. Две страны рано или поздно столкнутся. — сказал Хакуя, и я почесал голову.

— Нам придётся поговорить о будущем. Вызови для меня Эксель в столицу.

— Как пожелаете.

---

Несколько дней спустя внутри империи было сделано объявление об отмене института рабства и освобождении всех рабов.

Поскольку прогресс, пусть и меньший, чем в Королевстве, уже был достигнут в деле отмены системы во всём, кроме названия, это не оказало большого влияния на людей, которые не были рабовладельцами или самими рабами. На самом деле, они были счастливы, что их больше не называют рабами. Однако люди, которые использовали этих рабов, беспокоились, что их собственный образ жизни может оказаться под угрозой.

Уже была заложена основа для защиты прав рабов, чтобы они не работали до немощи или смерти. В обычных условиях это было бы лишь изменением терминологии, не более того, но тут агенты Хашима начали распространять свою пропаганду. Распространились слухи, что Мария ставит на первое место образ жизни рабов, пренебрегая образом жизни собственников. Это означало, что чем выше вы поднимались в обществе, тем большее сопротивление вы встречали против Марии.

Тогда и произошёл инцидент.

В двух вассальных государствах Империи, расположенных к северу от горного хребта Звёздного Дракона на континенте Ландия, началось движение за независимость. Восточным было небольшое королевство Мелтония, граничащее с королевством рыцарей дракона Нотунга. Западное – Федеративная Республика Фракт, впредь именуемая Федерацией Фракт. Эти два государства обеспечили своё дальнейшее существование, подчинившись Империи в самом начале.

В случае с Федерацией Фракта, это был регион, в котором когда-то располагалось множество малых и средних государств, как в бывшем Союзе Восточных Наций. Но они решили объединиться в одну страну, чтобы противостоять имперской экспансии еще до появления Домена Владыки Демонов. Их узы были крепче, чем узы Союза, и входящие в него государства были расформированы, чтобы управлять ими как штатами, каждый из которых посылал своего представителя в сенат республики. Однако, когда сенат решил, что они больше не могут сопротивляться Империи, они решили подчиниться, чтобы номинально сохранить свою нацию.

Что касается Королевства Мелтония, то они были в вассальной зависимости от Империи до Федерации Фракт. Они были меньше и менее могущественны, чем Королевство Рыцарей Дракона или Федерация Фракта. Когда они выступили против огромной Империи, стало ясно, что их сотрут в порошок. Со своей стороны, Империя только что вела ожесточённую войну с Королевством Рыцарей Дракона, которая закончилась безвыходной ситуацией, и им нужно было буферное государство. Именно поэтому они позволили королевству Мелтония продолжать существовать. Даже сейчас королевская семья Мелтонии правит страной.

Когда эти две страны впервые стали императорскими вассалами, между ними возникли трения. Однако, благодаря высокой степени автономии, предоставленной им во времена бывшего императора – слабовольного и бездеятельного отца Марии, и при мирном правлении самой Марии, в наши дни они лишь изредка проявляют инициативу. На самом деле, поскольку после появления Домена Владыки Демонов они находились под защитой Империи, отношения между тремя государствами были очень хорошими.

Однако последние несколько лет изменили ситуацию.

Расширение сил Фуги Хана привело к тому, что Федерация Фракт и Королевство Мелтония больше не граничили с владениями Владыки Демонов. Это освободило их от беспокойства, связанного с волнами демонов, и, в свою очередь, поставило их рядом с недавно созданным Королевством Великого Тигра.

Если монстры были у их ворот из-за волн демонов, они могли рассчитывать на то, что Империя пошлёт силы для их защиты. Но будет ли так же, если врагом окажется Королевство Великого Тигра? Сможет ли Империя спасти их, как раньше? Обе страны начали сомневаться.

Конечно, было верно, что Империя не признает приобретение территории силой. Но их решения были неизбежно медленнее, когда дело касалось других народов человечества. Об этом свидетельствует их неспособность предотвратить нападение Княжества Амидония на Королевство Элфриден. Более того, если Империя и Королевство Великого Тигра столкнутся, эти страны, оказавшиеся между ними, могут превратиться в поле боя. Это привело к спорам среди их народа о том, какую сторону поддерживать.

В последнее время также наблюдается активное движение за независимость. К этому привели две катастрофы, произошедшие примерно в одно и то же время.

Одна ночь в конце 6-го месяца, 1552-й год по континентальному календарю

Бар на севере Империи...

Грохот, грохот, грохот.

— Хм...?

Пьяница выгнул бровь, а парень, сидящий напротив него, склонил голову набок.

— А? Что случилось?

— Мне показалось, что я почувствовал, как что-то дрожит...

— Трясёт? О, эй, ты прав.

Грохот, грохот... Грохот!!!

— Ой!

Толчки усилились, и стало слышно сотрясение земли. Таверна сотрясалась взад и вперёд. Столы двигались, посуда падала и разбивалась вдребезги. Землетрясение продолжалось долгое время и не подавало признаков прекращения.

Тряска здания усилилась, и в глинобитных стенах образовались трещины.

— Таверна не выдержит! Выходи на улицу!

— Д-да!

Пьяные покупатели выскочили на улицу как раз вовремя, чтобы увидеть, как рушится часть городских стен. Оглядевшись вокруг, они увидели дома с провалившимися крышами и красноватый дым, поднимающийся вдалеке.

Даже в направлении они слышали крики людей.

— Это ужасно...

— Да...

Ноги у двух пьяниц дрожали, когда они почувствовали, что протрезвели.

То же время – город у границы Фракта и Мельтонии...

— Эй, смотрите! Гора!

— Она извергает огонь...

— Поток лавы может прийти сюда! Нам нужно поспешить и убежать!

Люди наблюдали, как извергается их гора. Скалистое образование служило границей между Федерацией Фракта и Королевством Мелтония. Поэтому обломки и вулканический пепел от этого извержения в равной степени обрушились на обе страны. Особенно большой ущерб был нанесён сельскому хозяйству, что вынудило правительства обеих стран просить помощи у своих хозяев в Империи.

Была ли связь между землетрясением на севере Империи и извержением вулкана, поразившим Федерацию Фракт и Королевство Мелтония, неизвестно. Однако одно можно было сказать наверняка – Мария не могла послать поддержку одновременно своему народу и своим вассалам.

В ближайшие дни Мария вызовет к себе своего главного бюрократа Люмьер.

— Давайте сначала отправим щедрую помощь Республике Фракт и Королевству Мелтония.

Люмьер нахмурила брови. Вы понимаете, что наша страна тоже сильно пострадала от землетрясения, да?

— У нашего народа есть силы, чтобы выстоять. У их народа, однако, нет. Ситуация там будет только ухудшаться.

— Но есть пределы того, сколько мы выделили на это. Если мы окажем вассалам слишком большую поддержку, восстановление на севере затянется, что приведёт к недовольству. Это может привести к развалу страны.

— Я знаю, Люмьер, — сказала Мария, кивнув. — Вот почему я намерена обратиться за помощью к королевству Фридония.

— Что?! К главе Морского Альянса?!

Глаза Люмьер расширились. Большинство императорских чиновников не знали о тесных связях между Марией и Сомой. На самом деле, теперь, когда континент был разделён на три фракции, некоторые люди видели в нём такую же угрозу положению Марии, как и в Фуге. Люмьер была одной из них.

Королевство Фридония... окажет поддержку... нам?

— Сэр Сома, король Фридонии, – понимающий человек. Это было стихийное бедствие, поэтому он, вероятно, будет готов предложить поддержку, не заботясь о таких вещах, как государственные границы. Конечно, если в будущем с ними случится то же самое, они будут ждать ответной помощи.

— Но если вы обратитесь за помощью к лидеру Морского Альянса сейчас, когда Фуга Хан покоряет сердца людей своим освобождением Домена Владыки Демонов, это повредит вашему имиджу! Не могли бы вы передумать?!

— Люмьер... — Мария смотрела на неё с грустью в глазах. — Мой образ не имеет значения. Мы должны думать о том, скольким жертвам мы сможем оказать помощь. Разве я не права?

— Да... это правда... Но всё равно! Мы гордимся тем, что служим вам! — крикнула Люмьер, её глаза были полны страдания. — Может быть, я не так преданна, как генерал Крэй, но я всё равно служу вам! Святой Империи! Но с недавних пор вы относитесь к этому так, будто это ничего не значит. А как же... А как же наша гордость, Ваше Величество?

Мария опустила глаза. Мягким голосом она сказала: — Мне жаль, Люмьер.

— Ваше Величество!

— Это приказ. Я понятно выражаюсь?

Люмьер ответила не сразу. Через несколько секунд она пробормотала: — ...Да, мэм.

Мария со вздохом смотрела, как Люмьер уходит.

Таким образом, Мария оказала поддержку двум своим вассалам и попросила помощи у Сомы для своей страны. Сома с радостью согласился и немедленно отправил в имперский порт корабль "Король Сома", гружённый гуманитарными грузами. Слухи об этом распространились далеко и широко, улучшив мнение о Королевстве Фридония среди жителей Империи. В то же время, однако, это вызвало недовольство среди тех приближённых, которые не могли смириться с тем, что Мария стоит в тени Сомы.

---

Между тем, советник Фуги Хана, Хашим Чима, холодно улыбнулся, услышав это сообщение.

— Понятно... Так вот как Мария повела себя, да?

Как только он закончил слушать, он отдал приказ агентам, которых он привёл с собой из Дома Чимы.

— Немедленно распространите слухи в Федерации Фракт и Королевстве Мелтония. — Императрица приняла гуманитарную помощь от Королевства Фридония, а затем оставила её для Империи вместо того, чтобы распределить среди своих вассалов.

Хотя технически это было правдой, это также было искажением фактов. Империя была настолько щедра в помощи двум своим вассалам, что им пришлось обратиться за помощью к королевству Фридония. За это их следовало благодарить, а не обижаться, но полуправда, вкраплённая в слухи, возмутила обе страны. Не помогло и то, что это произошло в то время, когда они колебались между Империей и Королевством Великого Тигра. Из-за этого голоса, утверждавшие, что им следует отказаться от жестокой Империи и обратиться за защитой к Королевству Великого Тигра, росли с каждым днём.

Конечно, высшие чины обеих наций знали о поддержке, оказанной им Империей. Увы, сенаторы Федерации Фракта пошли на поводу у общественных настроений, чтобы самим не выглядеть слабыми. Королевская семья королевства Мелтония попыталась успокоить свой народ, но агенты Хашима привели население в бешенство, которое не удалось сдержать, и королевские особы были вынуждены бежать в Империю.

Говорят, что Бог посылает стихийные бедствия как знак того, что стране приходит конец. Однако это происходит не потому, что стихийные бедствия уничтожают страну, а потому, что она деградировала настолько, что не в состоянии их преодолеть.

Солнце садилось над Империей Гран Хаоса... Это становилось очевидным.

______________

Спасибо за перевод Paltouth

Прошло всего несколько дней с тех пор, как Черные коты принесли мне отчет о том, что вассалы Империи, Федерация Фракт и Королевство Мелтония, перешли на сторону Фракции Фуги. Королевство Мелтония, изгнавшее свою королевскую семью, было ликвидировано и аннексировано; Федерации Фракт было позволено сохранить номинальную независимость, но фактически она находилась под контролем Королевства Великого Тигра.

Декларация человечества не допускала изменения границ с помощью военной силы, но также признавала право народов на самоопределение. В случае, если народ какой-либо страны решал, что хочет, чтобы им управлял Фуга, у Империи не было иного выбора, кроме как смириться с этим. Они стали жертвой той же дыры в Декларации, которой мы воспользовались во время Амидонской войны.

Возможно, что Хашим, зачинщик всего этого, изучал наши методы. С уходом их вассалов Империя всё ещё оставалась великой державой, но Декларации человечества больше не было. Между тем, если включить в уравнение его союзников, Фуга расширился до такой степени, что у него было гораздо больше людей и власти, чем у Империи. Сфера его влияния образовала зловещий, искривленный полумесяц, и люди говорили, что он похож на пасть волка, готового поглотить Империю.

Даже простые люди могли видеть, что настало время для разборок между ними.

Со мной в офисе по правительственным делам были Лисия, Хакуя и Юлий.

— Все произошло быстрее, чем мы ожидали... —  сказал я, прижимая руку ко лбу.

— Да..., — кивнула Лисия, поглаживая подбородок. — Я не ожидала такого импульса от Королевства Великого Тигра, и того, как быстро Мария окажется загнанной в угол.

— Отчасти это связано с неудачным выбором времени... Они были потрясены внезапной отменой рабства, а потом ещё и природные катастрофы. Всё это навалилось.

— Будет ли с нашей страной все в порядке? Не попытаются ли они повторить тот же трюк с рабством здесь? — спросил Юлий.

— Мы должны быть в порядке — ответил Хакуя. — Права наших рабов хорошо защищены. И если кто-то из них недоволен, то им некого будоражить. Они живут лучше, чем освобожденные рабы в Царстве Великого Тигра, и мы ясно дали это понять людям с помощью программ трансляции Голоса Драгоценности. Теперь нам остается только объединиться с Республикой и Королевством Архипелага, чтобы изменить их название. В этот момент система перестанет существовать.

— Да, звучит примерно так. Давайте вместе с Ку и Шабон продолжим работу, — сказал я.

Юлий скрестил руки и застонал. — Возможность распространять новости с помощью широковещательных программ... Это мощный инструмент. Я чувствовал это, даже когда был в Амидонии. Я ненавидел это, когда был против тебя, но сейчас это успокаивает.

— Ах-ха-ха... Я приму это как комплимент, — сказал я с язвительной улыбкой хмурому Юлию. — В любом случае, если бы они собирались устроить здесь беспорядки, то это были бы люди из Амидонии, а не рабы. Но Ророа всё ещё любима тамошним народом, а Юлий сможет удержать тех, кому она безразлична, с помощью памяти о Гае. С вами двумя на нашей стороне, я не думаю, что регион Амидония выйдет из-под контроля.

Это сняло хмурость с лица Юлия.

— Хех! Неплохо слышать, как ты это говоришь, — сказал он.

— Несмотря на все ваши споры, вы неплохо ладите, — произнесла Лисия с раздражением.

Мы с Юлием криво улыбнулись.

— И всё же... Сома? Я знаю, что Фуга Хан, кажется, положил глаз на Империю, но что бы случилось, если бы он пришел за нами вместо этого?

— У меня были планы, над которыми я работал, если до этого дойдет, но... Хакуя прочитал ситуацию, ну... Ты скажи ему.

Лисия посмотрела на Хакую. Тот кивнул.

— Мы бы не проиграли, но это была бы трясина.

— О! Вот как бы это было, а?

— В оборонительной войне местность на нашей стороне. Войска Фуги сильны, но у нас есть технологическое преимущество. У нас есть ряд вооружений, например, кавалерия виверн, оснащенная упрощенными двигательными устройствами, о которых они не знают. Это не то, с чем они смогут справиться в одночасье. Их нынешняя стратегия молниеносного развития здесь не сработает.

Сказав это, Хакуя указал на карту мира за столом.

— И, учитывая время, наши союзники по Морскому альянсу в Республике и Королевстве Архипелага нападут на Королевство Великого Тигра и их союзников. Если наш флот двинется вместе с флотом Королевства Архипелага, мы сможем вести оборонительные действия на суше, одновременно атакуя Королевство Великого Тигра с восточного и западного побережья. Силы Фуги будут вынуждены ответить на это, что ещё больше отсрочит их вторжение. И если это затянется на несколько лет... произойдет что-то решающее.

— Что-то решающее? — повторила Лисия, и Хакуя указал на верхнюю область карты.

— Периодическое высвобождение большого количества монстров из Домена Владыки Демонов в явлении, которое мы называем демонической волной. В настоящее время Королевство Великого Тигра является единственным государством, которое держит домен под контролем. Это займет некоторое время, но, если ситуация затянется, и начнется волна демонов, Королевство Великого Тигра будет вынуждено противостоять ей в одиночку. Они сделали Декларацию человечества неэффективной, и мы не обязаны помогать людям, которые вторглись к нам.

— Я понял. Ты хочешь сказать, что у них нет времени, чтобы напасть на нас, так?

— Да, но нам также будет трудно атаковать их. Поэтому, когда ни одна из сторон не сможет одержать решающую победу, война заглохнет. Вот почему это была бы трясина.

— Я уверен, что Фуга и Хашим тоже это знают. Вот почему они отправились за Империей, — с готовностью добавил Юлий.

— Если Фуга собирается вступить в бой с Королевством, то это должно произойти после того, как он нарастит свои силы настолько, чтобы одолеть Морской Альянс. Он должен быть в состоянии разместить подразделения по всему миру, чтобы ответить на наши атаки, прежде чем сможет договориться с нами.

— И наоборот, он не хочет, чтобы мы делали шаг до тех пор.

Хакуя погладил свой подбородок и хмыкнул в знак согласия. — Ммм. Я уверен, он делает что-то, чтобы держать нас в узде. Чтобы мы не действовали, пока он нападает на Империю.

— Я согласен, премьер-министр. Я бы сделал то же самое.

— Вы бы хотели, не так ли?

Если Хакуя и Юлий, два моих великих советника, согласились с этим, у меня не было другого выбора, кроме как поверить в это.

Несколько дней спустя я получил сообщение от Юриги, что Фуга хочет провести со мной встречу в эфире.

Похоже, Фуга заполучил в свои руки несколько ядер подземелий в процессе расширения своей территории7. Они научились использовать их для связи и вещания у Юриги, которая имела опыт в этом деле в Королевстве. Теперь он был настроен на проведение широковещательных встреч с нами, как это делала Империя.

Томоэ и Юрига были со мной в комнате, наблюдая за тем, как мы готовимся к трансляции.

— Может, теперь я смогу докладывать брату по радио вместо писем? Это было так хлопотно, — небрежно сказал Юрига, заслужив кривую улыбку Томоэ.

— Я так не думаю. Эта страна не является союзником Королевства Великого Тигра, и неизвестно, что вы можете сказать.

— Но ведь они все равно не подвергали цензуре мои письма?.

— О, ну... Думаю, тогда все может быть в порядке?

Когда Томоэ склонила голову набок, Юрига внезапно издала вздох.

Томоэ несколько раз моргнула. — Ты чувствуешь напряжение...?

— Конечно, да... Я понятия не имею, что мой брат планирует сказать.

Фуга не сказал Юриге, о чем будет эта передача, только, чтобы устроить ему встречу с Сомой. Отсутствие информации заставило Юригу думать о разных вещах, и она почувствовала беспокойство.

У Томоэ было задумчивое выражение лица, а затем она сказала: — Говорят, он собирается воевать с Империей....

— Да... Ааа, я не хочу ничего, что затруднит мое пребывание здесь....

— Хи-хи, так ты хочешь остаться в этой стране теперь, — сказала Томоэ.

Юрига отвернулась с досадой. — Да, я знаю. Я говорила со своими товарищами по команде о том, что мы обязательно победим.

— О, это о магическом футболе, да? Я знаю, что ты очень хорошо играешь.

— Я и эта старшая девочка-дракон в команде - два лучших игрока... Поэтому было бы тяжело, если бы нас так неожиданно позвали домой. Команда сейчас на подъеме.

Выражение лица Юриги омрачилось, когда она это сказала. Томоэ незаметно придвинулась ближе к ней.

— ...Что? — спросила Юрига.

— Хм? О, я просто подумала, что, если бы ты уехала, я бы тоже по тебе скучала.

— Агх! Не наглей со мной, маленький ребенок!.

Сейчас мы примерно одного роста.

Юрига отвернулась, изрыгая колкости. Тем временем Томоэ ухмылялась, а её хвост вилял туда-сюда.

Пока они болтали, подготовка к трансляции встречи продвигалась вперед, и Сома и Фуга наконец-то смогли встретиться напрямую.

— Прошло много времени, Фуга.

— Да. Давно не виделись, Сома.

После нескольких бессмысленных любезностей во время трансляции...

Фуга внезапно оглянулся и позвал ее по имени. — Юрига. Ты где-то здесь?

— А! Да, старший брат.

Несмотря на свое удивление, Юрига шагнула вперед рядом с Сомой.

Фуга сказал ей: — Юрига. Я говорю с тобой как король Королевства Великого Тигра.

— П-правильно!

Юрига замерла на месте, когда Фуга медленно открыл рот.

— Я хочу, чтобы моя сестра, Юрига Хан, вышла замуж за Сому А. Элфриден.

— Фуга! — воскликнул я.

Услышав его слова, я не мог не повысить голос. Он хотел, чтобы Юрига женилась на мне. Это было явное требование стратегического брака.

Использовать свою сестру в качестве политической пешки... Для короля в этом мире и в эти времена это было вполне логично. Мои отношения с Лисией тоже начинались так. Однако, несмотря на понимание этого, меня расстраивало то, что он делал это так естественно. Кроме того, Юрига жила здесь достаточно долго, чтобы у меня возникла к ней семейная привязанность.

Я взглянул на него, и Фуга снова посмотрел прямо мне в глаза.

— Сома. Я рассматриваю возможность вторжения в Империю Гран-Кэйос.

Я слушал в тревожном молчании.

— Я одержу победу над угасающей Империей и покажу всему миру, что именно Королевство Великого Тигра должно возглавить народы человечества. Поскольку ты замужем за Юригой, вы станете семьей. Если лидер Морского союза будет со мной, человечество будет объединено. Королевство Рыцарей Дракона Нотунг и то, что осталось от Королевства Духов Гарлана, не будут иметь другого выбора, кроме как подчиниться. Мы можем просто игнорировать горный хребет Звездного Дракона. Объединив человечество, мы освободим Домен Владыки Демонов. Я собираюсь объединить мир - то, что ещё никому не удавалось сделать.

Он говорит глупости... — подумал я, но в этом была определенная доля логики.

Если бы Королевство Великого Тигра смогло захватить все земли Империи, даже Морской Альянс не смог бы противостоять ему. Если бы он послал имперские войска сдерживать Республику, Ку не смог бы действовать. Между тем, он вторгся бы к нам со своими основными силами с севера, а Зем и Лунарское ортодоксальное папское государство - с запада. Даже если бы мы контролировали моря, на суше нас бы медленно уничтожали. У нас не останется иного выбора, кроме как искать убежища в Архипелагском Союзе. И если бы дело дошло до этого... я бы, скорее всего, сдался раньше. Учитывая всё это, взгляд Фуги на ситуацию не обязательно был ошибочным.

— Это твой план, Фуга?

— Да. Итак, пока мы улаживаем дела с Империей, я хочу, чтобы ты оставался на месте. В обмен я дам тебе Юригу.

— Ты отдашь её мне? Она твоя семья... Ты сделаешь это так легко?

Я взглянул на Юригу. Она стояла прямо, глядя на Фугу.

Я не мог прочитать никаких эмоций в её выражении лица. Её глаза не были мертвыми, по крайней мере, но в них не было никаких сильных эмоций. Она просто спокойно, нарочито спокойно смотрела на Фугу.

— Думает ли она обо всем этом?

— Я не делаю это легкомысленно, — сказал Фуга. — Она моя дорогая сестра, пусть и дерзкая иногда.

Он не выказал даже намека на чувство вины.

— Я бегал со своими приятелями, работая над этой грандиозной амбицией - объединить континент, и страна стала такой большой. Солдаты и народ одалживают мне свои силы, чтобы я мог преследовать эту мечту. Но... когда она осуществится, я, наверное, буду удовлетворен. Я думаю, что у меня хватит сил, чтобы захватить мир. Но я также знаю, что у меня нет таланта, чтобы удержать его, когда я это сделаю.

— Что ты пытаешься сказать?

— Я думаю, что ты больше подходишь для управления миром после того, как я его объединю. Когда мир станет моим, я думаю, что передам его тебе.

Все в комнате вздохнули.

Он собирается подарить мне мир... Он серьезно?

В старой игре Повелитель Драконов сказал: "Я отдам тебе полмира" - но Фуга предлагал мне весь мир, как только он его объединит.

— Не говори так легко. Твои подчиненные и народ не примут этого.

— Вот почему ты женишься на Юриге. Ребенок, которого она родит от тебя, сможет унаследовать Королевство Великого Тигра. С остальными кадровыми назначениями ты справишься сам. Ты ведь хорош в этом деле, верно?

— У меня есть, что сказать тебе об этом, но... Что если у тебя будет ребенок от Муцуми?

— Хм... Думаю, мы вернемся в степи, или, может быть, станем искателями приключений. Ни Муцуми, ни я не хотим управлять разросшейся империей. И даже если у нас будут дети, я бы не хотел, чтобы они унаследовали её.

У меня не было ответа на это. И он, вероятно, не лгал.

Этот человек искренне заинтересован в захвате мира... Черт возьми!

Собравшись с силами, я спросил: — Так вот почему ты не проявил никакого желания позвать Юригу домой?

— Я оставлял её с вами до ее совершеннолетия. Мои подчиненные знали, что это было сделано с расчетом на будущий брак.

— Но Юрига приехала в эту страну учиться, потому что хотела быть полезной вам.

— Именно чтение её писем убедило меня в том, что я не должен воевать ни с вами, ни с Королевством. Если она сможет остановить наши страны от войны, которая неизбежно превратится в полную трясину, она уже сделает более чем достаточно.

Когда Фуга сказал это, Юрига шагнул вперед.

— Брат. Значит, ты воспринял мои письма всерьез?

— Конечно. Вот почему я решил, что должен объединиться с Королевством и подчинить себе Империю.

— Понятно... —  Юрига повернулся лицом ко мне. — Простите, что прерываю важный разговор между королями, но могу ли я поговорить с моим братом?

— Конечно...

— Спасибо. Теперь, брат...

Юрига посмотрел прямо в глаза Фуг.

— За то время, что я живу в этой стране, я думала об этом. Если бы вы сразились с ними, что бы произошло? Смог бы ты победить Сому? Смог бы Сома победить тебя?

— О, да? И как ты это видишь?

Фуга убеждал её продолжать, похоже, заинтересовавшись. Юрига тихо покачала головой.

— Я не мог представить, что сэр Сома сможет добиться победы.

— Ммм.

— Но в то же время я никогда не смогу полностью убедить себя в том, что вы сможете завоевать эту страну.

Глаза Фуги расширились. Юрига продолжил, тщательно подбирая слова.

— Как я уже писала в своих письмах... ценности этой страны слишком разнообразны. Даже если вам нет равных в боевом мастерстве, этого будет недостаточно, чтобы править здесь. Ваша власть исходит от уважения всего народа, но в стране с такими разнообразными ценностями, как Королевство, один человек не сможет заслужить уважение всей страны.

Фуга посмотрел на Юригу, не показывая, что прерывает её.

— Есть люди, которые уважают Сому за то, что он своей политикой восстановил эту страну, и те, кто любит и уважает королеву Лисию. Есть люди, очарованные песнями примы Лорелей, королевы Джуны Дорна - воины, которые стремятся обладать силой королевы Айши. Есть жители Амидонии, которые любят королеву Ророа, и простой народ Парнама, который дружит с королевой Надин. Даже если взять только нынешнего короля и его жен, есть все эти разные причины... разные взгляды....

Юрига сделал длинный вдох, прежде чем продолжить.

— И несмотря на все эти группы, они не образуют фракций. Потому что этот дом един в своем желании сохранить страну вместе. Вот почему система правления, подобная вашей или императрицы Марии, где всё уважение сосредоточено на одном человеке, не будет работать в этой стране. Даже с вашим великим Величеством было бы нелегко завладеть сердцами всех жителей этой страны. И поэтому...

Наконец, Юрига прямо сказал об этом.

— Я принимаю ваш приказ выйти замуж за Сому.

— Вернулись к началу? — Проговорил я про себя.

Хах? Неужели она так легко согласилась?

Даже Фуга выглядел немного обескураженным этим.

— Я был готов к тому, что ты начнешь скандалить..., — сказал он.

— Я не буду этого делать. Я более или менее предвидела это. Хотя, я хочу немного пожаловаться на то, что ты так неожиданно заговорил об этом.

— Точно... Извини.

— Лучше бы так и было. Тем не менее, если я собираюсь выйти замуж за Сому, ты должен понимать, что с этого момента я буду работать от имени королевства Фридония. Потому что это принесет пользу и тебе.

— Хм... Что ты имеешь в виду? — с сомнением спросил Фуга.

Юрига положила руки на бедра и выпятила грудь навстречу ему.

— Я не уверен, что ты победишь. Поэтому я не могу с уверенностью сказать, что когда-нибудь ты не окажешься на волоске перед сэром Сомой, связанным веревками.

Когда это случится, именно тебе придется умолять его пощадить твою жизнь.

Фуга потерял дар речи.

— Прислушается ли сэр Сома к моим мольбам или нет, будет полностью зависеть от того, любит ли он меня. Мне нужно стать королевой, которую полюбит Сома, и к которой будут испытывать симпатию жители этой страны. Чтобы добиться этого, я буду служить этой стране всем сердцем.

— Хе, хе... Ха! Ха! Ха! Ха! — Фуга разразилась смехом. — Значит, ты решила выйти за него замуж сама, а не потому, что я так сказала?!

— Да, брат.

— Мне нравится! Ты действительно выросла за то короткое время, что мы не виделись! Ты не позволяешь событиям увлечь тебя за собой - ты прокладываешь свой собственный путь! Я уже жалею, что позволил Соме заполучить тебя!

Я даже не знал, что происходит в этот момент.

После искреннего смеха Фуга посмотрел на меня.

— Ну, вот и всё. Присмотри за Юригой для меня, хорошо?

— Ты не можешь просто свалить это на меня...

— В том, что я сейчас сказал, нет ни капли лжи. Это не должно быть плохой сделкой для вас. Вы должны обсудить это с Чёрным премьер-министром и Юлием Ластанией. Так что... я хочу, чтобы вы не лезли в это дело.

Война между Империей и Королевством Великого Тигра казалась неизбежной. У меня было только одно желание сказать об этом.

— Вы уверены, что не относитесь к Марии Эйфории слишком легкомысленно?.

— Я вовсе не отношусь к ней легкомысленно. Я намерен бросить на неё всё, что у меня есть.

После этого изображение Фуги исчезло.

Мы ещё официально не признали брак, но они наверняка собирались объявить об этом как о свершившемся факте. Если бы я попытался прогнать Юригу и выкрутиться, я бы только дал им повод, которого не должно было быть.

Пока я размышлял, что делать, я заметил, что Юрига дрожит рядом со мной.

— Эм... Ты в порядке, Юрига?

— ...победила.

— А?

Юрига что-то бормотала, а я зажал ухо...

— Я победила!!! — громко крикнула она рядом со мной.

— Стоп?! — Я попятился назад.

Остальные смотрели на нас, недоумевая, в чем дело. Но Юрига не обращала на них внимания; вместо этого она подняла правый кулак в воздух.

Она была похожа на нового чемпиона, который только что занял трон. И как будто этого ей было мало, она подняла вверх левый кулак, подняв обе руки вверх в ликовании.

— Я выиграла пари!!!

А? Спор? Она что, с ума сошла? — Пока я так думал, Томоэ подбежала и обняла её.

— Поздравляю, Юрига!

— Томоэ! Спасибо!

Юрига и Томоэ прыгали вверх и вниз, обнимая друг друга.

Выберите изображение для загрузки

Серьезно... Что?

— Она действительно справилась, — сказала Лисия, подойдя к нам.

— Вы что-то знаете об этом? — спросил я.

— Она говорила со мной об этом некоторое время. Пойдем, Юрига. Мы должны объяснить Соме.

— О! Конечно, леди Лисия.

Юрига, казалось, вернулась к реальности, когда Лисия позвала её. Она отпустила Томоэ и прочистила горло, прежде чем медленно подойти.

— Эм... Эээ... С чего мне начать?

— Как насчет того, что вы рассказали о выигрыше пари?

— Из всех возможных вариантов моего будущего я смогла выиграть близкий к лучшему.

— Близкий к лучшему? Ты имеешь в виду жениться на мне?

— Я имею в виду, в моем положении. Это всегда было само собой разумеющимся, что я буду прикреплена к кому-то для стратегического брака.

Юрига пожала плечами и вздохнула.

— Я имею в виду, что Королевство Великого Тигра стремительно поднимается, а я младшая сестра их короля, верно? Люди захотят жениться на мне, чтобы стать ближе к моему брату, а он захочет выдать меня замуж за кого-то влиятельного, кто сможет помочь ему в его стремлении к господству.

— Да... я понимаю.

— Так что на тот момент разница будет только в том, за кого меня выдадут замуж. Прожив в этой стране уже несколько лет, я привыкла к этому месту. Я даже не хочу думать о том, чтобы меня отправили куда-то ещё. Я хочу продолжать играть со своей футбольной командой магов. А что касается того, что мне придется оставить своих друзей, таких как Томоэ, Ичиха, Люси и Велза, ну... я тоже этого не хотела.

— О, Юрига, — ворковала Томоэ, на её лице была огромная ухмылка.

Юрига отвернула голову, отказываясь смотреть на Томоэ.

— Вот почему я хотела выйти замуж за того, кто позволит мне остаться в этой стране, и, надеюсь, продолжать играть в магический футбол ещё некоторое время. Но когда речь зашла о том, кого мой брат готов принять, ты был единственным человеком, который пришел мне на ум. Ичиха соответствует первым двум критериям, но мой брат не собирался довольствоваться тем, что я выйду замуж за вассала вашего рода. К тому же...

— Юрига? — Томоэ позвала её, всё ещё улыбаясь.

— ...Твоя младшая сестра немного пугает меня.

— Ах-ха-ха...

Учитывая эти события, я должен был официально обручить Томоэ и Ичиху. Они, казалось, были заинтересованы друг в друге, и многие другие люди были нацелены на них обоих, так что официальная помолвка пресекла бы это в зародыше.

Юрига посмотрела на Лисию. — Вот почему я отправилась поговорить с леди Лисией и остальными. Мне нужно было узнать, сможет ли она принять меня как одну из ваших жен, и я хотела, чтобы мне помогли убедить моего брата отдать мне приказ.

— Подожди... Другие королевы тоже участвовали в этом? — спросила я, глядя на Лисию.

— Ну, можно сказать, что наши интересы совпали. Верно, Юрига?

— Ага!

Лисия и Юрига подняли друг другу руки, выглядя самодовольно довольными.

— Вы сказали, что хотите избежать войны с Королевством Великого Тигра сейчас, верно? И что нам нужно убедить господина Фугу не воевать с нами. Вот почему, когда Юрига пришла ко мне за советом, я сказала, что приму её как одну из ваших королев, если она использует свои письма, чтобы заставить Фугу меньше нападать на нас. Мы хотели убедить его завоевать нас вместо того, чтобы противостоять. Джуна, кстати, отвечала за надзор за письмами.

— О... Ну, черт...

Если она получала советы от Джуны, которая училась у опытной Эксель, то да, конечно, она смогла бы заставить Фугу быть осторожным в этой стране. А поскольку Юрига писала письма по собственному желанию, он вряд ли это заметит. Впрочем, это не гарантировало, что Фуга примет нужное им решение, но...

О! Так вот почему это было пари.

Я уставился на Юригу.

— Так он у тебя на ладони танцевал?.

— А... То, что я говорил в своих письмах, и то, что он сказал вам сейчас, было правдой, понимаете? Если такой могучий воин, как мой брат, падет, я думаю, что это будет из-за этой страны. И, честно говоря, я планирую вымолить его жизнь, если до этого дойдет.

— Неплохая решительность... Но ты действительно довольна этим? Придется жениться на мне.

— Ну, вы мне нравитесь. До сих пор мне больше нравился бы кто-то вроде сэра Шукина, который для меня как старший брат. Я уважаю тебя, и, думаю, могла бы полюбить тебя.

Ты могла бы...? Ты ужасно прагматична в этом вопросе.

— Она как прошлая версия меня, не так ли? Я просто не могла оставить её в покое, — сказала Лисия с кривой улыбкой, когда я в изумлении уставился на них.

— О, и ещё кое-что... —  Юрига посмотрела на Томоэ. — Если я женюсь на, то Томоэ станет моей младшей сестрой, верно? Мне нравится эта идея.

— Ах! Но я приемная дочь бывшей королевской четы, так что это не сделает меня твоей младшей сестрой, Юрига.

— А? Не будет?

— Я называю старшую сестру Лисию только своей старшей сестрой. Старшего брата Сому я называю так только потому, что он женат на ней. Я не называю Айшу, Джуну, Ророа и Наден старшими сестрами.

— Ну, когда я стану королевой, тебе лучше проявить ко мне уважение! Ты всего лишь принцесса!

— Ой-ёй, — с усмешкой сказала Томоэ. — Я подала заявление на должность камергера, кстати. Я буду хорошо планировать твои вечера со старшим братом.

— Бвух?! О, я тебя терпеть не могу!

— А-ха-ха-ха-ха.

Томоэ и Юрига переговаривались между собой.

Юрига, вероятно, придумала этот план и нашла в себе решимость осуществить его, потому что не хотела потерять эти связи.

Хакуя и Юлий, несомненно, слушали где-то поблизости, поэтому я сказал: — Вопрос к блестящим умам, которые помогают управлять этой страной....

— Мы можем вам помочь? — спросил Хакуя.

Что такое? — продолжил Юлиус.

— Вы двое предвидели это?

Когда я спросил об этом, они посмотрели друг на друга и пожали плечами.

— Нет. Я никогда не предполагал, что королевы поддерживают её...

— Я сомневаюсь, что Фуга или Хашим представляли себе это. Они могли ожидать, что ты, я или премьер-министр что-то задумали, но... они не предполагали, что им придется учитывать намерения королев. Какая страшная страна.

— Расскажите мне об этом, - сказал я, кивнув.

Эти надежные, пугающие женщины работали как одна команда. Мы им не подходили. Если смотреть только на результат, то они переиграли и Фугу, и меня

_______________

Спасибо Vorfed за главу

С учетом того, что Фуга нацелился на Империю, а Юрига решила в будущем выйти за меня замуж, на данный момент нашей стране удалось избежать конфликта с Королевством Великого Тигра. Благодаря этому у нас было достаточно много времени для работы. Это было бы невозможно, если бы Юрига не работала над осуществлением своих желаний, а Лисия и другие мои жены не помогали ей из-за общих интересов. На следующий день после встречи с Фугой я был с Лисией и Юригой, объясняя другим моим женам, которые не присутствовали там, что произошло. Впрочем, Юрига с самого начала ввела их всех в курс дела, так что мне не нужно было объяснять им ее чувства, поскольку они и так знали больше меня. Когда я сказал им, что Юрига выйдет за меня замуж, они все почему-то развеселились, а Ророа и Аиша даже зааплодировали.

Ты действительно справился. Молодец.

— Ты подчинил Фугу своей воле. Даже воинам было бы трудно сделать это.

Надин, тем временем, стояла перед Юригой, положив руки на бедра и выпятив грудь.

— Теперь у нас есть королева, которая младше меня. Люди относились ко мне так, будто я младше их, но теперь все поймут, что больше не смогут относиться ко мне как к ребенку.

— Хм... Но разве ты не видишь, что Юрига уже выше тебя? — заметила Джуна.

— Что? — вскрикнула Надин, а ее глаза расширились. Ее тело не сильно изменилось с момента нашей встречи, в то время как фигура Юриги преобразилась, придав ей более женственные формы.

Если бы вы спросили меня, кто из них моложе... я бы тоже выбрала Надин.

— Все в порядке, леди Надин! Я окажу тебе должное уважение, как старшей по званию! — Юрига поспешила успокоить ее, пока она не впала в депрессию.

— Ты это серьезно? — спросил Надин, подняв глаза, а Юрига энергично кивнула.

— О, Боже. Но, когда Юрига войдет в семью, она станет главной королевой, не так ли? А мы, как вторичные королевы, разве не должны оказывать ей должное уважение?

Плечи Надин опустились, когда Джуна указала и на это.

— Джуна... — произнес я, укоризненно глядя на нее.

— Хи-хи! — Джуна игриво высунула язык.

Я обнял Надин и погладил ее по голове, чтобы поднять ей настроение.

"Юрига хочет продолжать играть в магический футбол, и, вероятно, до свадьбы еще пройдет немного времени. Если Фуга объявит о помолвке, я пока просто планирую подтвердить это. Так что, пока она просто моя невеста."

Если бы мы сохраняли статус свободных отношений, то можно было бы разорвать их в любой момент, если бы этого требовала ситуация. Если Юрига позже решит, что не хочет выходить замуж за меня, то я не собирался ее принуждать. Но сказать это сейчас - значит растоптать ее решимость, поэтому я оставил это при себе.

Я склонил голову перед всеми своими женами.

— Если Юрига присоединится к нашей семье, я хочу, чтобы вы все хорошо к ней относились.

— Конечно, — сказала Лисия, крепко обнимая Юригу. — Если с ней что-нибудь случится, Томоэ будет плакать... И Юрига мне тоже как младшая сестра. Я не смогу заставить плакать ни одну из моих сестер.

— Л-леди Лисия... — произнесла Юрига, покраснев.

"Да, с ними все будет в порядке." - Пока я так думал, Ророа вдруг скрестила руки и застонала. Что она собирается сказать?

Ророа взглянула на Юригу. — Можно ли считать, что Юрига на нашей стороне? Будет ли она продолжать делать доклады в Королевство Великого Тигра?

— Ах! Нет!

Юрига выскользнула из объятий Лисии и положила правую руку на грудь.

— Если я собираюсь выйти замуж за господина Сому, я должна поставить интересы этой страны на первое место. Моя обязанность отчитываться перед братом закончилась после вчерашней встречи. Если вы скажете, чтобы я послала ему ложную информацию, я буду колебаться, но я не расскажу ему ни одного секрета этой страны, который могла бы узнать! Потому что, если я сделаю что-нибудь, что навредит этой стране, я не смогу вымолить у него жизнь!

Услышав все это, Ророа взглянула на меня. Вероятно, она проверяла, можно ли ей доверять.

Я кивнул, а Ророа выглядела довольной.

— Ну, в таком случае, я не буду медлить с разговором. Может, мы и не против всего этого, но проблема в Империи, верно? Фуга Хан преследует Империю, так не шокирует ли их твоя помолвка с его сестрой?.

— Да, в этом есть смысл...

В отличие от нас, которым благодаря Юриге дали немного больше времени, империя Марии и Жанны вот-вот должна была столкнуться с моментом истины.

— Я поручил Хакуе связаться с госпожой Жанной по этому поводу прямо сейчас. Он расскажет ей обо всем, включая ситуацию с Юригой.

— Госпожа Жанна... неплохо ладит с Хакуей, верно? — пробормотала про себя Лисия. — Должно быть, это трудно для него...

Да... Я знаю, что это была его работа, но, возможно, я навязал ему неприятную задачу.

................................................

В то же время, в комнате с транслятором...

— Понятно... Сэр Сома с младшей сестрой сэра Фуга....

— Да...

Черный министр Хакуя и младшая сестра императрицы генерал Жанна разговаривали по трансляции Голоса Драгоценности. Он только что закончил рассказывать о том, что произошло вчера во время широковещательной встречи между Сомой и Фугой.

— Эта девушка, Юрига, выглядит довольно компетентной; начать драку с собственным братом, чтобы получить то, что она хочет... По сравнению с тем, как мы в последнее время уступали ему, приятно видеть, что это произошло.

Жанна разразилась самоуверенным смехом, а Хакуя выглядел озабоченным их состоянием.

— Подъем Королевства Великого Тигра, поддержка нашей собственной страны и наших вассальных государств после стихийных бедствий, внезапная отмена рабства... наша страна находится в состоянии беспорядка. А теперь, вдобавок ко всему, если сэр Сома обручится с госпожой Юригой - тем самым создав семейные узы между Королевством Фридония и Королевством Великого Тигра - это только внесет еще большую сумятицу. Этот человек... Хашим, не так ли? Советник Фуги, наверняка разнесет повсюду слухи об этом.

— Простите, что доставили вам дополнительные хлопоты... — Хакуя извинился, но Жанна покачала головой.

— Нет. Вы сделали то, что должны были сделать. Это естественно - ставить свою страну на первое место... Даже если мы в проигрыше, в прошлом моя сестра все равно смогла бы что-то с этим сделать. Тот факт, что она не может сделать это сейчас, является недостатком нашей страны.

— Госпожа Мария... такая же, как всегда? — нерешительно спросил Хакуя. Жанна кивнула.

— Как всегда, она медлит с действиями. Она реагирует на проблемы только по мере их возникновения....

Понятно...

— Честно говоря... Я не знаю, о чем она думает... — пробормотала Жанна, на ее лице появилось страдальческое выражение. Она покачала головой. — Я говорю это как ее сестра... Пожалуйста, не обращайте внимания на то, что я сейчас скажу... На мой взгляд... похоже, что моя сестра потеряла желание быть императрицей. Я знаю, что все это время она несла груз ответственности. Но если это правда... тогда эта страна....

Хакуя смотрел на нее, потеряв дар речи, а Жанна издала слабый смешок.

— Ах-ха-ха... Я не должна быть такой. Командующий армией Империи не должен так думать. К какому бы решению ни пришла моя сестра, я буду защищать ее.

— Мадам Жанна...

— Не беспокойтесь об этом. Вы - премьер-министр Королевства Фридония. Вы должны действовать от имени своей страны. Не напрягайтесь на наш счет.

Жанна отвергла его с улыбкой на губах.

— Если случится худшее... Господин Хакуя. Пожалуйста, будьте здоровы.

Больше Хакуя ничего не мог сказать.

Шаг, шаг, шаг. Премьер-министр Хакуя шел по коридорам замка Парнам, погруженный в раздумья. Его лицо было спокойным, как всегда, но в уме он проигрывал симуляцию за симуляцией, не обращая внимания на окружающую обстановку. Бюрократы здоровались с ним, охранники отдавали честь, но Хакуя просто продолжал идти, ничего не замечая.

Его мысли были заняты двумя вещами. Болезненное лицо Жанны на другом конце эфира, когда она отвергла его помощь, и размышления о том, как Королевству Фридония лучше всего действовать дальше. Будучи блестящим умом, Хакуя твердо понимал ситуацию. Если Королевство Фридония собиралось подготовиться к борьбе с ростом Королевства Великого Тигра, то в их интересах было уничтожить Империю.

"Если Королевство Великого Тигра и Империя начнут тотальную войну, Империя почти несомненно проиграет," - подумал он. Рыцари и дворяне Империи сейчас разрываются между тем, поддерживают ли они госпожу Марию или нет. Если они не объединятся в единое целое, даже Империя не сможет отбиться от яростных атак Королевства Великого Тигра. Но она по-прежнему пользуется поддержкой подавляющего большинства своего народа.

Шаг, шаг, шаг.

Если люди, поклоняющиеся госпоже Марии как святой Империи, верят в нее почти религиозно... Если Фуга убьет госпожу Марию... вся империя будет в ярости. Их огромная территория превратилась бы в нестабильный регион с частыми восстаниями. Если они подавят одно восстание, обида останется и разгорится вновь. Он не сможет сказать:"Сегодня Империя, завтра Королевство Фридония" - и вторгнуться к нам в следующий раз. Фуге потребуется много времени и усилий, чтобы упрочить свое положение в Империи.

Шаг, шаг, шаг.

Фуга и Хашим должны знать об этом. Как только победа будет обеспечена, они призовут госпожу Марию сдаться. Если они смогут заставить ее сдаться, не убивая, тогда они смогут держать ее верующих под своим контролем. Но госпожа Мария не сдастся. Она не заставит своих людей следовать за таким воинственным человеком, как Фуга, и будет защищать их, пока жива.

Шаг, шаг, шаг.

В случае, если Фуга вступит в войну с Империей, он сможет закончить войну только их полной аннексией. Это означает правление над огромной и неспокойной территорией. Во время встречи Фуга сказал, что как только он объединит континент, то подарит его Его Величеству... В некотором смысле это так. Как только он объединит континент и накопит всю вражду, которую заработает, Фуга не сможет сохранить единую нацию.

Шаг, шаг, шаг.

Так что... если вы думаете об этом с точки зрения только этой страны... Наш лучший ход - не ввязываться в конфликт между Королевством Великого Тигра и Империей. Не исключено, что Его Величество сможет взять все под свой контроль, не пролив ни капли нашей крови. Но это значит отказаться от госпожи Марии и госпожи Жанны...

Шаг, шаг, шаг.

Как премьер-министр, я должен посоветовать Его Величеству сделать это. Его Величество - разумный человек, он глубоко заботится о своей семье и близких ему людях, и он, конечно, захочет спасти мадам Марию и мадам Жанну, которые были нашими союзниками. Я должен остановить его... Потому что в тот день, когда он нанял меня, я поклялся себе, что буду поддерживать его.

— О, привет...

"Уф... Я не должен колебаться. Я премьер-министр этой страны. Я должен работать на благо этой нации, не позволяя себе попасть в ловушку личных чувств. Мадам Жанна понимает это. Именно поэтому она отказала мне. Я не должен позволять своим эмоциям отвлекать меня от моего долга. Если я откажусь от своей роли и буду действовать от имени госпожи Жанны, это огорчит ее..."

— Эй, ты слушаешь?

"Но... Даже так! Даже так... в своем сердце я хочу..."

— Эй! Хакуя!

Его внезапно потянули за плечо, и Хакуя повернулся, чтобы увидеть стоящего там Сому. Айша также стояла позади него.

— Ваше... Величество? И леди Айша.

— Боже, что тебя так взволновало? Я звал тебя, но ты даже не откликнулся.

— Ах! Мои извинения. Я тут задумался...

— Да, не спорю. Твое лицо выглядит устрашающе со всеми этими морщинами на лбу, — сказал Сома, пожав плечами, а Хакуя отвернулся от него. Сома вздохнул, похлопав его по плечу рукой, которой он держал его.

— Давайте перенесем этот разговор в другое место. Следуй за мной.

— Как пожелаете...

Втроем они отправились в офис по правительственным делам.

— Айша, не подпускай никого.

— Да, сэр! Приняла!

Сома оставил Айшу у двери в офис и вошел внутрь вместе с Хакуей. Вместо того чтобы воспользоваться столом, на этот раз они сели лицом друг к другу на диванах в приемной.

Когда они немного расслабились, Сома произнес.

— Я знаю, почему у тебя такое выражение лица. Это из-за леди Жанны, не так ли?.

Хакуя молчал, но выражение его лица говорило само за себя.

— Ха-ха-ха, в кои-то веки тебя необычайно легко читать.

Видя, как Хакуя был потрясен, когда ему указали на это, Сома криво улыбнулся.

— У вас была встреча с госпожой Жанной, верно? Война между Империей и Королевством Великого Тигра сейчас неизбежна. Вы знаете, что станет с госпожой Марией и госпожой Жанной... поэтому вы предложили помощь, а госпожа Жанна отказалась... Так ли это? Или вы даже не смогли озвучить свое желание спасти ее?

Это было попадание в яблочко. Но Хакуя не сказал ни слова. Он сказал себе, что премьер-министр не должен вмешивать свои личные чувства в свою работу - впрочем, Сома уже знал об этом.

— Даже если вы хотите помочь госпоже Жанне, лучшее для этой страны - отказаться от Империи... Это то, о чем ты думаешь, верно? Если мы собираемся взяться за Королевство Великого Тигра, то для нас будет лучше, если мы сделаем это, когда ему придется иметь дело с нестабильной Империей, потерявшей госпожу Марию.

— Вы хорошо меня понимаете...

— Мы давно работаем вместе, — непринужденно ответил Сома.

Хакуя сдался и заговорил. — Я хочу посоветовать вам, что... вместо того, чтобы позволить нашим сиюминутным эмоциям взять верх над нами, мы должны держаться подальше от борьбы между Империей и Королевством Великого Тигра.

— Даже если это означает бросить Марию и леди Жанну?.

— Да.

— Ты считаешь, что мы должны оставаться нейтральными?

— Да. Независимо от того, собирается ли господин Фуга сдержать данное вам слово или нет, он не сможет полностью захватить сердца и умы жителей Империи. Как только они присоединят Империю, Королевство Великого Тигра несомненно ослабнет. Если мы решим или объединиться с ними, или сражаться, тогда нам будет легче.

— Ты наивен... — пробормотал Сома.

Хакуя опомнился и поднял на него глаза. Тогда он понял, что Сома критически смотрит на него.

Сома сказал Хакуи.

— Твое понимание наивно. Это на тебя не похоже, Хакуя.

— Что вы имеете в виду...?

— "Объявить себя сторонником одной партии против другой всегда будет выгоднее, чем оставаться нейтральным". Это слова Макиавелли, политического мыслителя, к которому я всегда обращаюсь при принятии решений в качестве короля.

Сома пересказывал двенадцатую главу "Принца" — Как принц должен вести себя, чтобы добиться известности.

— Чтобы объяснить, что он имеет в виду, представьте, что есть две страны, A и B, находящиеся в конфликте. Если C останется нейтральной, победитель будет считать C слабой, и она станет следующей целью. Проигравшие будут обижаться на C за то, что они бессердечны и не пришли им на помощь, поэтому, если победитель нападет на C, они не захотят помогать защищать их. Вот какой вред приносит выбор нейтралитета.

Хакуя внимательно слушал слова Сомы.

— Итак, если они объявили себя в пользу одной партии... Допустим, C встанет на сторону A. Если A победит, они разделят с ним его радости, и это наладит связь между странами. И наоборот, если A проиграет, A все равно будет благодарна за помощь, и, если в будущем они восстановятся, то станут надежным союзником. Победитель, B, будет уважать C за то, что он стоит на своих убеждениях - и будет осторожен , и, если возможно, постарается стать их союзниками... Или что-то в этом роде.

Макиавелли служил дипломатом на Итальянском полуострове, когда он был разделен между многими враждующими княжествами, поэтому можно понять его отвращение к двусмысленным позициям. На самом деле, поскольку Флорентийская республика, которой служил Макиавелли, сохраняла нейтралитет в конфликте между своим давним союзником Францией и Священной лигой папы Юлия II, правительство республики было свергнуто домом Медичи при поддержке Испании, члена Священной лиги, как только французы покинули Итальянский полуостров.

Сома сказал Хакуе.

— Если бы я собирался двигаться в том направлении, которое ты предложил, мне следовало бы с самого начала присоединиться к Фуге. Я мог бы даже послать наши войска вместе с авангардом Фуги и помочь им уничтожить Империю. Если мы не пойдем так далеко, у нас не будет права голоса в том, как все будет решено после войны.

— Но мы не можем...

— Да. Я тоже не хочу этого делать. Но, если мы не готовы зайти так далеко, мы не сможем выжить под властью Фуги.

Сома думал о Токугаве Иэясу.

Иэясу славился своим терпением, ведь ему довелось служить под началом других могущественных личностей. Когда его союзник Ода Нобунага вызвал подкрепление, он сражался так же упорно, как и Ода. Даже когда они проиграли Такэда, он был тверд в своей приверженности союзу с Ода и склонил голову перед следующим правителем, Хидэёси.

Если бы инцидент с Хидэцугу не привел правительство Товотоми в беспорядок, Иэясу, скорее всего, остался бы верным союзником. Однако после смерти Хидэвоси ему пришлось взять власть в свои руки, чтобы стабилизировать положение своего дома и страны. Это тот Иэясу, которого ненавидят те, кто является поклонником командиров западных войск в битве при Сэкигахара, таких как Исида Мицунари, который погиб за верность правительству Товотоми, или командиров со стороны Осаки во время осады Осаки, таких как Санада Юкимура.

Он и раньше не нравился Соме, но теперь, когда он стал королем, он наконец-то смог увидеть, насколько велик был Иэясу. Если бы вы спросили его, думает ли он, что сможет сделать то же самое, он так не думал.

Хакуя смотрел вниз, прижав руку ко лбу.

— Все равно... Я ничего не могу предсказать. Я не могу найти другого пути.

— Хакуя...

— Невозможно защитить эту страну и сохранить Империю. Если мы безрассудно попытаемся защитить и то, и другое, это превратится в трясину. Как бы я ни думал об этом... я не могу найти нужный мне ответ.

Хакуя повесил голову. Сома некоторое время молчал, прежде чем открыть рот.

— 99

Хакуя вскинул голову, услышав слова Сомы. Он посмотрел на Сому, как бы пытаясь проверить, правда ли то, что он сказал.

Сома кивнул. Затем, поднявшись на ноги, Сома жестом попросил Хакую следовать за ним.

Они пошли во вторую военную комнату, место, которое почти не использовалось.

В центре мрачной комнаты, в которой из-за отсутствия окон использовался свет свечей, стояло несколько столов, на которых была разложена огромная карта континента. Присутствовала знатная группа, состоящая из Лисии, Айши, Джуны, Ророа, Надин, главнокомандующего силами национальной обороны Эксель, вице-командующего Людвина и наёмного стратега Юлия. Также присутствовали Томоэ, Ичиха и даже младшая сестра Фуги - Юрига.

— Не думаю, что мне когда-либо говорили, что эта военная комната используется... — сказал Хакуя, звуча в замешательстве.

— Да, потому что ты не был им, — ответил Сома, пожав плечами. — Ты был нашим представителем на переговорах с Империей, и у тебя также есть чувства к госпоже Жанне, верно? Эксель сказала, что лучше не говорить тебе об этом.

— Говорят, любовь делает мужчин слепыми, — с усмешкой сказала Эксель, пряча рот за веером.

Хакуя почувствовал смесь замешательства и растерянности, но на данный момент он отложил эти чувства в сторону и встал перед большой картой. Сома встал рядом с ним, положив руку ему на плечо.

— Итак, Хакуя. Я высоко ценю твой интеллект... Доска готова. Фигуры тоже. Остался только ты. В свете всего, о чем мы только что говорили, вот твои приказы.

Сома сделал широкий жест правой рукой в сторону карты.

— Я хочу, чтобы ты использовал свою голову для разработки оптимального будущего для нас.

----------------------------------------

Тем временем в лагере Фуги также проходил военный совет...

Великий Король Тигров Фуга Хан сидел с Партнером Тигра Муцуми Хан, сидящей по одну сторону от него, и Мудростью Тигра Хашимом Чимой, сидевшим по другую.

На сиденьях, на роскошном ковре, расстеленном перед Фугой, сидели его мудрые и храбрые командиры: Меч Тигра, Шукин Тан; неистовый в боях Боевой Топор Тигра, Ната Чима; ветеран Щит Тигра, Гайфуку Кин; командир лучников, Арбалет Тигра, Касен Шури; и великолепный Флаг Тигра, Гатен Бахр.

Дальше были такие новички, как Святая Тигра Анна, присланная Лунарским Православным Папским государством, а также ломбардец Ремус и его жена Йоми. Это был настоящий список подчиненных Фуги.

Единственным, кто не присутствовал, был Мумей Рвоку, Молот Тигра, который в настоящее время служил наместником в государстве наемников Зема. Фуга определил, что их следующей целью будет Империя, и теперь Хашим объяснял стратегию, которую они будут использовать против них.

— Мы должны нанести быстрый и решительный удар, — сказал Хашим, указывая указкой на карту континента в центре. — Если учесть наших союзников, то у нас вдвое больше солдат, чем у Империи. Однако Империя все равно более могущественная страна. Если это перерастет в затяжную войну, нам, скорее всего, придется нелегко.

— Мы не можем поддерживать наши линии снабжения? — спросил Шукин, но Хашим покачал головой.

— Это не является серьезной проблемой. К счастью, наши силы более мобильны, чем силы других армий. Когда Королевство Фридома переживало продовольственный кризис, я слышал, что они развернули транспортную сеть, чтобы доставлять еду из мест, где она была, в места, где ее не было. Мы можем сделать то же самое. В наших войсках много маунтов, поэтому у нас не будет недостатка в сухопутных транспортных средствах. С нынешней мощью нашей страны мы можем вести войну в течение нескольких лет. У Империи также есть транспортная сеть, возможно, созданная по образцу Королевства. Это также поможет нам двигаться быстрее.

— Внедрение хороших идей, даже если они были разработаны в другом месте... Это говорит о широте взглядов госпожи Марии, — сказала Муцуми, выглядя впечатленной.

— Да, конечно, — ответил Фуга со смехом. — Похоже, Королевство и Империя связаны между собой сильнее, чем мы думали... Если подумать, Сома говорил, что мы не должны недооценивать Марию.

— Действительно. Вот почему мы должны приложить все усилия, — произнес Хашим с вежливым поклоном.

Самый молодой член группы, Касен, поднял руку. — Сэр Хашим. Если нам не нужно беспокоиться о наших линиях снабжения, почему мы должны наносить удары так быстро и решительно?

— Все просто. Мы рискуем потерять наш важный импульс, — сказал Хашим, постукивая указкой по левой руке. — Лорд Фуга расширил страну настолько, что выиграл все битвы, в которых участвовал. Люди, поддерживающие его, верят, что лорд Фуга не может проиграть. То же самое касается и нас, солдат, не так ли?

— Конечно, — кивнул Касен. Хашим кивнул в ответ.

— Сейчас, если Фуга скажет, что мы собираемся сражаться, народ не будет сомневаться, что победа обеспечена. Когда лорд Фуга выходит на поле боя, наши враги трепещут. Однако, если мы будем бороться с Империей, мы потеряем это преимущество. Как только наши способности окажутся под вопросом, плавное расширение, которое мы переживали до сих пор, станет невозможным.

— Так что, по сути, если мы говорим, что будем драться, мы должны победить, иначе нам конец, — добавил Фуга.

Хашим кивнул в ответ. — Действительно. Нет необходимости занимать всю территорию Империи; нам просто нужно быстро продвигаться к точке, где они уступят. Мы можем нанести удар по императрице Марии и ее сестре, Жанне, чтобы уничтожить Дом Эйфория, или взять имперскую столицу Валуа... Возможно, заставить Марию сдаться, чтобы люди увидели, что она потеряла свою власть, и внушить им, что лорд Фуга победил.

— Хм... Ты говоришь об уничтожении Дома Эйфория, но у них есть другая сестра, как там ее зовут, в Королевстве, верно? Можем ли мы оставить ее в покое?

— Вы имеете в виду третью сестру, принцессу Трилл. В Империи о ней невысокого мнения. Говорят, что ее отправили в Королевство, потому что даже Мария не смогла удерживать ее в узде. Даже если бы король Сома выпустил ее позже, никто бы за ней не пошел.

Хашим сказал это так, как будто в этом нет ничего страшного. На это Шукин приподнял бровь.

— Мы в долгу перед Королевством и Империей за их помощь в подавлении болезни Магического Жука. Так что я не знаю что и подумать об этих разговорах об их уничтожении....

— Хм. Это вам не по вкусу, сэр Шукин?

— В конце концов, они спасли меня.

Увидев страдальческое выражение лица Шукина, Хашим с холодными глазами сказал.

— Мы должны отдать приоритет великому делу лорда Фуги. Или я ошибаюсь?

— Я знаю это... Когда придет время, я убью свои эмоции и буду сражаться как демон.

— Если тебе это не по душе, можешь оставить это мне. Я отправлю этих имперских неудачников в полет! —с искренним смехом заявила Ната, помешанный на битвах.

"Такие простые люди, как он, - легкая добыча," - подумал Хашим, но не сказал этого вслух. Он указал на карту.

— Что нам нужно, так это скорость. С нашей территории есть два пути для быстрой атаки на Валуа. Один проходит через их бывшие вассальные государства, Королевство Мелтония и Федерацию Фракт, на северо-востоке. Другой ведет прямо на запад от нашего союзного государства, Лунарского Ортодоксального Папского государства и государства наемников Зем, которым сейчас правит сэр Мумей.

— Пусть все будет так, как пожелает святой король Фуга. — Услышав название своей страны, Святая Анна склонила голову.

Анна была из Лунарского Ортодоксального Папского государства, но ее учили подчиняться правителю, которому она служила, поэтому она никогда не будет противиться тому, что делает Фуга. Глядя на эти маршруты, Ломбард склонил голову набок.

— Разве путь на юг из бывшей буферной зоны не короче?

Хашим покачал головой. — Я бы предпочел избегать маршрутов вблизи побережья. Мы не можем быть уверены, что Морской союз не вмешается.

— Понятно...

На данный момент не было ни одной страны, которая могла бы сравниться с Морским союзом в военно-морской мощи. Даже с их невероятной динамикой силы Фуга не мог справиться на море даже с Королевством. Таким образом, внутренняя дорога имела огромное значение.

— Я дал ему Юригу и сказал, чтобы он оставался на месте... — Фуга с досадой пожал плечами.

Муцуми нахмурила брови.

— Вы хотите сказать, что Королевство присоединится к Империи?

— Глядя на то, насколько сильной оказалась их связь, он может подумать о том, чтобы защитить Марию и помочь ей сбежать... Юрига будет действовать как королева Сомы с этого момента, так что мы не можем рассчитывать на то, что она будет держать его в стороне. Но именно поэтому мы предпринимаем сильное наступление, верно?

Фуга повернулся к Хашиму, который кивнул.

— Действительно. Если мы позволим ей сбежать, все, что нам нужно сделать, это громко распространить информацию о том, что Мария бросила свой народ. В зависимости от того, как мы это сделаем, мы даже сможем сделать так, что Сома похитил ее в неразберихе. Если мы сможем навредить их мнению о Королевстве, они отвергнут Марию, если она попытается вернуться при поддержке Королевства.

— Жестко, — сказал Фуга, наполовину потрясенный, затем посмотрел на карту. — Если мы хотим ударить по ним сильно и быстро, разделение наших сил - плохая идея. Может, выберем один маршрут и пойдем по нему?

— Нет, мы атакуем обоими способами. Мы также поставим Империю в известность о том, что мы будем атаковать этими двумя маршрутами. Это заставит их распределить свои силы для защиты.

— О-хо...

— Однако, на одном маршруте мы приложим лишь символические усилия, пока сосредоточимся на другом. Это означает, что мы предпримем первичную и вторичную атаку. Мы прорвем их разделенную оборону сразу всеми нашими главными силами. Однако, хотя вторичная атака не является серьезной, мы все равно должны действовать так, чтобы заставить их думать, что она будет первичной.

— Хм. Итак, север или восток? Какую сторону мы сделаем главной?.

— Вот этот, — ответил Хашим, указывая на маршрут через Ортодоксальное Папское государство и Зем. — Если они узнают, что мы собираемся атаковать двумя маршрутами, Империя предположит, что один из них должен быть основным. Естественно, что в таком случае следует подумать о том, насколько хорошо мы можем координировать свои действия с нашими союзниками, Земом и Православным Папским государством. Вполне естественно относиться с подозрением к стране, с которой вы не были в союзе долгое время. Поэтому Империя будет считать, что "они вторгнутся через север, так как он ближе к основным силам Королевства Великого Тигра, а восток будет лишь символическим усилием со стороны Зема и Православного Папского Государства".

— Я понял. Вот как мы их обманем, да?

Фуга скрестил руки и хрюкнул. Хашим отвесил преувеличенный поклон.

— Действительно. Даже если Империя предскажет, что это будет основная атака, им все равно нужно разместить силы на северном маршруте. Умственное напряжение, связанное с границей с Королевством Великого Тигра на севере, должно быть значительным для них. Я думаю, что наши силы, вместе с силами Православного Папского государства и Зема, смогут прорваться.

— Понятно.

Фуга встал и вытащил меч, который держал на поясе, замахнувшись им на столицу Империи на карте. Он прошел сквозь Валуа и стол.

— Мы действуем по плану Хашима. Всем приготовиться к войне!

— Да, сэр!

Все его вассалы поднялись со своих мест и поприветствовали его.

------------------------------------------------

Пока Фуга готовился к вторжению в Империю...

Империя заметила его шаги. Жанна, командующая имперскими войсками, отправилась к своей сестре Марии, чтобы спросить, как им следует реагировать. Она "надела" свое солдатское лицо, когда они стояли с картой континента между собой.

— Королевство Великого Тигра готовится вторгнуться к нам. Один маршрут - с севера через Федеративную Республику Фракт, а другой - через их союзников в Земе и Православном Папском государстве к нашему востоку. Его силы велики, и многие из солдат недавно завербованы, поэтому я ожидаю, что они будут стремиться нанести быстрый и решительный удар. Независимо от того, какой путь они выберут, мы можем ожидать, что они придут прямо в Валуа.

— Насколько велики их силы?

— С учетом потерь Федерации Фракта и Мелтонии, наши силы сейчас составляют менее 250 000 человек. Если учесть его союзников, то у Фуги 400 000. Это менее чем в два раза больше, чем у нас.

— Понятно... — сказала Мария, кивая. — Тогда нет никаких шансов, что они разделят свои силы на две части.

— Согласна. Если бы у них было вдвое больше наших сил, это было бы одно дело; но без этого они рискуют потерпеть поражение в деталях. Между двумя маршрутами лежат крутые горы горного хребта Звездного Дракона, поэтому им будет трудно общаться. Я не могу представить, чтобы Фуга или его советник Хашим использовали такой дилетантский план.

— Да, я согласна... Вот почему я думаю, что одно из двух должно быть уловкой, пока они сосредотачивают свои силы на другом. И это будет их настоящей целью.

Мария указала на Зем и Православное Папское государство на карте.

— Они будут атаковать через своих союзников, а не ближе к своей родине... ты это хочешь сказать? — спросила Жанна.

— Сэр Фуга верит в свои силы, а такой интриган, как сэр Хашим, не очень то доверяет другим. Он не думает, что его союзники смогут дать хороший бой без его командования. Тем не менее, наемники Зема умеют отвлекать внимание, а у Ортодоксального Папского государства тоже есть значительные вооруженные силы. Без этих двух стран у них не было бы значительно больше сил, чем у нас, верно?

— Ну... даже без этого у них все равно было бы немного больше.

— Значит, он хочет, чтобы они были под его контролем, чтобы он мог использовать их в своих интересах. Для этого ему нужно, чтобы они соединились с основными силами. Вот почему он выберет этот путь.

Мария говорила уверенно, но Жанна все еще не была уверена.

— Это правда, если он пойдет этим путем, то сможет обеспечить себя необходимыми людьми. Однако, если он приведет с собой людей, которые не идут с ним в одном темпе, его продвижение замедлится. Разве не вполне возможно, что он использует своих союзников в качестве приманки, атакуя с севера исключительно своими людьми?

Жанна высказала свои сомнения, но Мария спокойно покачала головой.

— Я уверена, что сэр Фуга ожидает, что мы будем думать именно так. Конечно, если его цель - уничтожить нас и стать величайшей державой на этом континенте, то этот план сработает. Но у сэра Фуги более грандиозные амбиции. Он намерен нанести удар в самое сердце территории Владыки Демонов, и, возможно, устроить разборку с Морским Альянсом, чтобы объединить континент. А это значит...

— Он не хочет тратить своих солдат на борьбу с нами, — с горечью сказала Жанна. — К нам относятся легкомысленно...

Мария не ответила. Вместо этого она поставила пешку на границе с Земом.

— Вот почему я поручаю вам и сэру Гюнтеру вести большую часть наших сил на восток. Пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы сдержать силы Фуги, когда они придут из Зема и Ортодоксального Папского государства.

— Да, мэм! Понятно.

Жанна щелкнула каблуками, встала прямо и отдала честь.

— Но что мы будем делать с северным маршрутом? — спросила она.

— Я поручила сэру Крахе защищать нас своими личными силами там. Он объединится с рыцарями и дворянами, у которых есть земли на севере. Этого должно быть достаточно, чтобы справиться с армией-приманкой.

На севере...?

Комментарии Марии заставили Жанну засомневаться.

— Жанна?

— О, нет... Сэр Крахе - странный человек, но его преданность вам - вернее, его вера - ненормально сильна. Просто... Люмьер и все они имеют свои земли на севере.

Люмьер была молодым и талантливым высшим бюрократом Империи. Кроме того, он неоднократно выступал против политики Марии по внутренним вопросам.

С тех пор как Мария отвергла его совет о том, что: "Империя должна взять часть буферной зоны тоже" - поскольку Королевство Великого Тигра захватило эту территорию, она уединилась в своих владениях.

— Это не только Люмьер. Северные регионы были смущены вашей внезапной отменой рабства, поэтому многие рыцари и дворяне выступают против этого.

Комментарий Жанны заставил Марию печально кивнуть.

— Да... Вот почему лучше, чтобы они сосредоточились на защите своих собственных земель. У нас будут проблемы, если они будут сотрудничать с войсками Фуги на передовой. Это моя вина, что я не проделала свою работу лучше, чтобы держать их привязанными к нам.

— Сестра... — Жанна не могла не обратиться к ней не как к солдату, а как к члену семьи.

Мария улыбнулась Жанне, вставая и подходя к окну.

— Эй, Жанна? Что думают солдаты о борьбе с Королевством Великого Тигра?

— Все очень мотивированы! Они хотят сражаться за страну и за вас! Многие рыцари и дворяне критикуют вашу политику как слишком пассивную, но люди низшего происхождения понимают! Они знают, что именно ваша политика защитила их семьи!.

Жанна говорила от всего сердца, но выражение лица Марии не изменилось.

— Тогда... как быть с простыми людьми?

— Они любят тебя, сестра! Они ...никогда не уважали тебя за это, но то, как ты пела и танцевала на трансляции, сделало из тебя прекрасную лорелею, которую все полюбили! Они готовы вынести любые трудности ради тебя!

— Я так и представляю, — пробормотала Мария, проводя пальцами по оконному стеклу. — Тот, кого любит народ, втягивает его в войну... Это почти как если бы... я навлекла войну на нас.

— Нет! Это абсурд!

— Жанна. — Мария подошла к Жанне, взяла ее руку и обхватила обеими своими. — Что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты выжила. Тебе нельзя выбрасывать свою жизнь на ветер.

— Сестра...! — Жанна стиснула зубы и отдернула руку. — Я буду защищать тебя, сестра! Я буду защищать тебя и нашу страну до конца!

Затем, отдав честь, Жанна сказала.

— Прости. — и вышла из комнаты.

Оставшись одна, Мария дотащилась до кровати и рухнула на нее. Она повернулась на бок, сжала простыни и пробормотала. — Господин Сома... Я действительно...

Ночью в тёмной комнате замка Хаан Хашим втыкал булавки в карту, разложенную на столе. Один за другим булавки разлетались по империи. С первого взгляда было непонятно, что они могут обозначать. Но потом...

— Иди.

При этих словах Хашима человек, стоявший в тени, бесшумно исчез. Это был шпион на службе Дома Чимы, тот, кто поддерживал Хашима в его заговорах.

Когда фигура исчезла, Хашим испустил долгий вздох.

— ...Брат, — нерешительно окликнул его голос сзади.

— Муцуми? — Хашим повернулся и увидел свою младшую сестру, Муцуми, жену своего господина. — Или мне следует называть вас Ваше Величество?

— Ох... Называй меня как хочешь, — Муцуми пожала плечами, пододвинула стул и села рядом с Хашимом. — Твой план по вторжению в Империю Гран Хаоса проходит успешно?

— Да. Без заминок, — Хашим холодно улыбнулся, поглаживая карту. — Хе-хе... Я благодарен лорду Фуге. Он позволил мне разработать планы, которые я никогда бы не смог увидеть, живя в герцогстве Чима. Люди, материальные средства и союзники, к которым я имею доступ, совершенно иного масштаба. Как стратег, я ничему не могу радоваться больше.

— Я рад видеть, что ты доволен... И поэтому ты избавился от отца?

— Конечно, — Хашим рассмеялся на вопрос Муцуми. — Я принял решение, которое принял бы отец в свои молодые годы. Именно так Дом Чимы всегда выживал и выстраивал своё имя. Я уверен... когда отец умер, он доверил эту мечту мне.

— Зная отца, я уверена, что он был бы доволен этим....

Учитывая, что последним действием их отца Мафея Чимы было передать Хашиму список способных людей в Союзе Восточных Наций, он, вероятно, признавал способности своего сына и был доволен тем, что умер так, как умер. Тем не менее, Муцуми считала неправильным то, что Сами и другие должны были быть принесены в жертву, но она не стала этого говорить. Её возлюбленный Фуга выиграл от этих жертв, поэтому она не чувствовала, что имеет право возражать.

Муцуми покачала головой и вернулась к текущему вопросу.

Ты используешь много шпионов, не так ли? Хорошо ли идёт их деятельность?

— Всё идет своим чередом. Я захвачу инициативу с первого удара.

Увидев дерзкую улыбку на его лице, Муцуми сказала: — Я буду рассчитывать на тебя, брат.

◇ ◇ ◇

В целом, Сома предпринял три военные акции с тех пор, как получил трон.

Во-первых, была серия войн с участием предателей Георга Кармина и Кастора Варгаса, а также княжества Амидония. Против первых двух он воевал иначе, чем против второго, но поскольку всё это происходило в связанной череде событий, всё это воспринималось как одно военное действие.

Во-вторых, он отправил войска в Союз Восточных Наций во время демонической волны.

И в-третьих, он отправил флот в (тогдашний) Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, чтобы уничтожить Ооямизучи.

Одна вещь, которая оказалась полезной в этих трёх случаях, – это тип вещания, в котором использовались самоцветы. В войне с Амидонией он сообщил о поражении Георга и повстанцев, чтобы уменьшить смятение в собственной стране и объявить войну Гаю VIII, выманив его на хорошо подготовленное поле боя. Это позволило войскам королевства использовать свою большую численность, чтобы одолеть войска княжества.

В третьей акции Сомы, отправке флота в Союз Архипелага Девятиглавого Дракона, он использовал трансляцию, чтобы провести переговоры с Королём Девятиглавого Дракона Шаной перед всеми солдатами обеих сторон. Затем, после "удобного" появления Ооямизучи, две страны сформировали совместный фронт для уничтожения массивного неопознанного существа. Если бы не эти переговоры в эфире, была бы задержка в достижении общего соглашения, и солдаты двух стран не смогли бы скоординировать свои усилия.

Воистину, трансляции сыграли важную роль в сражениях Сомы. Когда слухи об этом дошли до других стран, в них нашлись люди, которые изучили, какое огромное влияние они могут оказать. Можно даже сказать, что деятельность Марии как лорелеи была частью этого. И это не ограничивалось правителями таких стран, как Империя, Республика и Королевство Архипелага, которые были дружественны Королевству Фридония. Хашим Чима, советник Фуги Хаана из Королевства Великого Тигра, также учился у Сомы использованию трансляций.

— 1552-й год, континентальный календарь. —

— Люди Империи Гран Хаоса...

На фонтанных площадях малых и больших городов Империи заговорило спроецированное изображение Фуги. Это был ясный день. Его голос был слышен в городах, посёлках, рыбацких деревнях, в горах, на военных базах и в замке Валуа.

— Я Фуга Хаан, король Королевства Великого Тигра Хаан.

Первым ударом Хашима был взлом трансляции. Трансляция с помощью самоцвета велась на своего рода магической частоте, и любой камень мог проецировать изображение на приёмники по всему континенту. Это означало, что при наличии своего человека, знающего частоты Империи, Королевство Великого Тигра могло вещать на всю Империю, используя свою собственный самоцвет.

В ту ночь Хашим втыкал булавки в карту, чтобы обозначить местоположение приёмников вещания, и потратил значительную часть своих ресурсов на то, чтобы сделать это вещание возможным.

— Люди Империи. Мы восстали, чтобы избавить человечество от угрозы Домена Владыки Демонов.

Изображение Фуги обращалось к населению империи.

— Я объединил Союз Восточных Наций и веду борьбу за освобождение Домена Владыки Демонов уже много лет. Уверен, вы все знаете, что задача выполнена более чем наполовину. Великое Королевство Тигра распространилось далеко на север, и теперь мы единственная нация, защищающая человечество от монстров Домена Владыки Демонов. Однако! Что всё это время делала Мария, которая издала Декларацию человечества, утверждающую, что народы человечества должны объединиться против Владыки Демонов?.

Фуга поднял кулак в воздух, произнося эту впечатляющую речь.

— Если бы я был великодушен, я мог бы сказать, что она укрепляла свою оборону. Но дело в том, что она ничего не сделала для освобождения Домена Владыки Демонов! Не имея надлежащего оборудования, мы приняли слабых и бесправных, и отвоевали огромные земли только благодаря нашей страсти! Не может быть, чтобы Империя, самая большая и могущественная из всех человеческих наций, не смогла бы сделать то же самое! И всё же Мария ничего не сделала!

Если бы Сома слушал, он бы сказал: "Кадры – это все". Да, Мария могла бы освободить эти территории, но их содержание оказалось бы весьма дорогостоящим. Заставить другие регионы оплачивать счета за это – значит вызвать недовольство. Если бы Империя была группой людей, у которых ничего нет, как у войск Фуги, то люди привыкли бы к жёсткой экономии и не думали бы об этом. Однако при правлении Марии народ Империи наслаждался стабильной жизнью, поэтому недовольство было сопряжено с большим риском, которого следовало избегать. Именно поэтому Мария сотрудничала с другими странами, чтобы укрепить их оборону и не допустить ухудшения ситуации. Но для тех, кто этого не понимал, слова Фуги только разжигали их эмоции.

— Она принимала беженцев, но никогда не пыталась вернуть их на родину! Она растоптала чувства тех, кто жаждал вернуться на север! Это пустая самодовольство! Мы пытаемся полностью освободить Домен Владыки Демонов и спасти человечество, но пока кто-то столь самодовольный правит этой великой страной, человечество никогда не сможет объединиться! Люди севера терпели и терпели! Но у них есть предел! Они больше не могут ждать, пока Мария начнёт действовать!

Фуга выставил вперёд кулак.

— Вот почему мы поднимем армию, чтобы свергнуть самодовольную императрицу! Это битва, чтобы сместить Марию и подчинить Империю нашему командованию. Если Империя последует за нами, то и Морской союз тоже. Я выдал свою родную сестру Юригу замуж за Сому, лидера Морского союза. Если воля народа будет направлена на завоевание Владыки Демонов, как человек, который видит течение времени, Сома тоже пойдёт с нами. Всё человечество может отправиться на завоевание Домена Владыки Демонов! Наши союзники в Лунарском Ортодоксальном Папском Государстве и Государстве Наёмников Зема уже подняли свои войска, чтобы сражаться вместе с нами!

Когда он это сказал, Фуга отошёл в сторону, и на его месте появилась Анна, одетая как лунарийская православная святая. Анна сложила руки перед собой и тихо произнесла.

— Императрица Империи Мария ложно присвоила себе титул святой. Но, несмотря на это, она ничего не сделала против Домена Владыки Демонов. Леди Лунария никогда не простит такого человека. Верные верующие Леди Лунарии, пожалуйста, вернитесь на праведный путь. Прошу вас, отдайте свои силы святому королю, лорду Фуге.

Эти открыто произнесённые слова стали мощным ударом по империи.

В отличие от Королевства Фридония, Империя ещё не отделила верующих в своей стране от Лунарского православного папского государства. Из-за этого верующие внутри Империи были в замешательстве, стоит ли им прислушаться к призыву Анны. А неверующие сомневались, не сотрудничают ли эти верующие со своими врагами. Хашим использовал Анну, чтобы вбить огромный клин в империю.

Изображение снова изменилось, когда Фуга снова занял место Анны.

— Мы пойдём на Валуа, где находится императрица Мария, с нашими союзниками. Люди Империи! Если вы присоединитесь к нам в этом великом начинании, мы будем рады вам! Если вы отвергнете нас и окажете сопротивление, мы ответим вам мечами! Выбор за вами! — Затем, повысив голос, Фуга объявил: — Великое Тигриное Королевство Хаан, Лунарское Ортодоксальное Папское Государство и Государство Наёмников Зем объявляют войну Империи Гран Хаоса!

◇ ◇ ◇

Объединённые силы Великого Тигриного Королевства Хаан, Лунарского Православного Папского Государства и Государства Наёмников Зем (далее именуемые силами Фуги) пересекли границу и вторглись в Империю Гран Хаоса. Их силы насчитывали примерно 350 000 человек.

Из них 200 000 были из Королевства Великого Тигра, 80 000 – земские наёмники, а 70 000 – из Ортодоксального Папского Государства. Из-за размера этих сил они могли смело маршировать по дорогам, достаточно большим, чтобы вместить поезда носорогов, но они остановились перед имперской крепостью Хамона.

— Хм, перед нами крепость, как железная стена. А далеко в тылу у нас река, да? — Мудрость Тигра, Хашим, находился на самом переднем крае войск Фуги, отдавая им приказы. Перед крепостью было открытое пространство, где он мог разместить большую армию.

Однако река была не так далеко, и для вторжения им нужно было пересечь её. Крепость Хамона, построенная для отражения захватчиков, была возведена между крутыми горами, и они изменили течение реки, чтобы затруднить отступление врагов. Это была неприступная крепость, на стороне которой была сама природа.

Эта крепость была построена потому, что в то время Империя уделяла первостепенное внимание расширению на север – не на неплодородные земли Республики Тургис и Зем, и не на ортодоксальное Папское государство, с религиозным авторитетом которого было трудно справиться. Крепость Хамона была построена для того, чтобы удержать восточные страны от вторжения при их экспансии на север, поэтому она была самым сложным пунктом в обороне Империи.

Это также означало, что они полностью полагались на эту крепость в борьбе с вторжениями с востока, поэтому у них не было никаких оборонительных позиций за ней. Если бы враг прорвался сюда, он мог бы пройти по практически пустым равнинам до самого Валуа.

200 000 солдат Жанны прибыли в крепость, чтобы дать отпор силам Фуги. Их было несколько меньше, чем у Фуги, но многие из них были верными сторонниками сестёр Эйфория, как Гюнтер, и моральный дух был высок. Хотя взлом вещательной сети Хашимом всколыхнул людей внутри Империи, на эти силы он не оказал большого влияния.

Гонец примчался в передовой лагерь, где вместе с Хашимом несли службу Гатен - Знамя Тигра, Мумей - Молот Тигра и Ната - Боевой Топор Тигра.

— У меня сообщение! Имперские войска вышли из крепости Хамона!

— Что?!!! Они выходят нас встречать?! Круто!

Ната смело поднял топор, но гонец поспешно покачал головой.

— Нет! Имперские войска вышли и выстраиваются в ряды! Похоже, они планируют встретиться с нами на поле боя, а не в осаде!

— А? Они не приступают к осаде, хотя мы превосходим их числом?

Ната выглядел озадаченным этим сообщением. Он ожидал, что Империя закроется в крепости, потому что она находится в невыгодном положении с точки зрения численности. Однако, вопреки ожиданиям, Жанна вывела своих солдат из крепости для полевого сражения.

— Ха-ха-ха! Имперцы точно смелые! — Гатен, самый эффектный человек в войсках Фуги, сказал с весёлым смехом. — Как вы думаете, командир, что они затевают? — спросил он Хашима, который стоял рядом с ним и смотрел в подзорную трубу.

Фуга доверил Хашиму командовать передовой линией, поэтому он отвечал за собравшихся здесь храбрых и свирепых воинов. Он опустил подзорную трубу и фыркнул.

— Теперь я в этом уверен. Эта территория перед крепостью слишком широко открыта. Обычно дорога сужается по мере приближения к такой крепости, но здесь достаточно места для столкновения двух больших армий. А река слишком далеко, чтобы служить естественным рвом.

— И что это значит?

— Местность позволяет им вести полевое сражение до того, как крепость будет атакована. А если нападающие потерпят поражение и попытаются отступить, на их пути будет река. Это хорошо продуманный план.

— Неужели они думают, что мы недостаточно достойные противники, чтобы использовать крепость? — спросил Гатен, и Хашим похлопал по телескопу рядом с ним.

— В этом нет ничего странного. Как и мы, Империя расширялась за счёт вторжения в другие страны. Их последние правители занимали оборонительную позицию, но они понимают, что армия наиболее ценна на поле боя.

— Понятно. Тогда получается они не так хороши в обороне?

— Нет, я не могу сказать так ли это. Но они должны быть уверены в своей способности вести полевую битву. Возможно, они думают, что вместо того, чтобы держаться внутри крепости, они смогут лучше защищаться, если сначала смогут победить нас на поле боя.

— Вот оно как, а... Мы действительно не можем позволить себе недооценивать их. Гатен скрестил руки и застонал. — Итак, командир, как мы будем атаковать? — Хашим ухмыльнулся. — Давайте сначала сделаем всё просто. Мы встретимся с ними в прямой стычке.

— О-хо. Надеюсь, вы позволите мне возглавить авангард.

Несмотря на просьбу выпендрёжника, Хашим покачал головой. — Боюсь, я не могу этого сделать. Было бы глупо посылать такого как ты, который не будет недооценивать Империю. Мы должны заставить наших людей, которые их недооценивают, узнать, с чем мы столкнулись.

— Значит, сознательно позволили им почувствовать боль?

— Именно. Выиграв все наши битвы, мы становимся высокомерными. Они думают, что силы Фуги непобедимы, у нас вдвое больше численность, чем у врага, а Империя – это Империя в упадке, недостойная их страха.

— А вы видите это по-другому, командир?

— Эта стычка должна научить их обратному. Хотя, было бы лучше, если бы мы могли просто прорваться сквозь них... Сэр Мумей.

Хашим подозвал Мумея, который руководил земскими солдатами от имени Фуги.

Эта гора мышц, сидящая верхом на огромном степном яке и размахивающая огромным молотом, выглядела так, словно он вложил все свои статпоинты в силу, но при этом был достаточно образован, чтобы ему доверили править в Земе. Он был талантливым полководцем и лучшим примером того, что нельзя судить о человеке по его внешности, среди всех войск Фуги.

Как только Мумей медленно подошёл, Хашим сказал ему: — Я хочу, чтобы в авангарде были земские наёмники. Но ты – ты не должен заходить слишком далеко вперёд.

— Значит, вы хотите научить их бояться имперских солдат...

— Именно. Из всех наших сил земские наёмники наиболее склонны недооценивать Империю. Вероятно, они до сих пор мнят себя мечами по найму. Для них тщеславные имперские солдаты – не более чем источник дохода.

— Вы, наверное, правы. Я понимаю, что нужно сделать, – Мумэй поклонился и пошёл прочь неторопливыми шагами.

В этот момент Ната встал, не в силах больше сидеть на месте.

— Привет, Хашим, мой брат. Ты ведь не против, чтобы я тоже пошёл? Я хочу померяться силами с имперскими солдатами!

— У нас тут появился ещё один идиот... — Хашим вздохнул, пренебрежительно махнув рукой на брата. — О, очень хорошо. Иди и делай, что хочешь.

— О, да! Я развею этих имперских неудачников! — Ната ухмыльнулся, получив разрешение. Он поднял свой топор и ушёл в веселом настроении.

— Разве это вас устраивает? — спросил Гатен, глядя вслед уходящему Нате.

— Даже самые лучшие врачи не могут вылечить идиотизм, — прямо сказал Хашим. — Ему пойдёт на пользу, если он хотя бы раз окажется на волосок от смерти.

— Ха-ха-ха...

Даже Гатен, который был известен своим бурным смехом, мог только криво улыбнуться, услышав это.

Вернувшись на место, Хашим отдал приказ ожидавшему его гонцу.

— Это сообщение для всех подразделений не из Зема! Перед нами будет битва с имперскими солдатами. Когда наёмники вступят в контакт с врагом, мы поддержим их! Однако это стычка, чтобы определить силу противника, поэтому не продвигайтесь слишком далеко! Будьте готовы к битве!

Так началась первая битва между войсками Фуги и Империей.

— Давайте вклинимся в ряды имперских войск! Покажем солдатам из Империи, Королевства Великого Тигра и Православного Папского Государства мощь земских наёмников!

— Да-а-а-а!

Мумей, Молот Тигра, отдал приказ, и земские наёмники с готовностью бросились на имперские войска. Чтобы поддержать их наступление, лучники и маги Королевства Великого Тигра и Православного Папского Государства также открыли огонь по имперцам. Имперские войска открыли ответный огонь по Королевству Великого Тигра и Православному Папскому Государству, начав дальний бой.

— Дерзайте, парни!

Тем временем земские наёмники оставили стрельбу своим союзникам и бросились на имперцев с шестами наготове. Они отбивали град стрел пристегнутыми к оружию щитами и молились, чтобы магия не поразила их, пока они бегут вперед.

Пехота атаковала. Это выглядело безрассудно, и кавалерийская атака разметала бы их в одно мгновение, обратив в бегство при поражении. Однако земские наёмники ожидали этой кавалерийской атаки. Потому что, как для наёмников, кавалерия была их золотым гусем.

В их глазах был острый блеск, когда они смотрели на имперские войска.

— Я хочу, чтобы на нас вышел кто-то настоящий!

— Потому что чем выше их ранг, тем больше выкуп, который они платят!

— Империя богата, так что мы сорвём куш!

— Они, вероятно, заплатят хорошие деньги только за то, чтобы вернуть головы!

— Их оружие и доспехи тоже будут продаваться по хорошей цене!

— Если мы не сможем получить выкуп, то продадим их в рабство. А если мы поймаем какую-нибудь женщину-рыцаря... Га-га-га!

— Младшая сестра Марии, Жанна, да? Она прекрасная женщина! Я хочу поймать её!

Наёмники зарабатывали на поле боя. Половина того, что им платили, шла стране, но всё, что они могли награбить в виде оружия, доспехов и пленных, они оставляли себе. Карьерные солдаты зарабатывали деньги даже в мирное время, но наёмникам не платили до тех пор, пока они не переходили на следующее поле боя. Необходимость зарабатывать достаточно, чтобы прокормить себя в мирное время, заставляла их сражаться еще ожесточённее и действовать еще более жестоко.

В книге Макиавелли "Искусство войны" он сказал о наёмниках: — "Война делает воров, а мир их вешает". Когда люди не могут зарабатывать на жизнь другим способом и не могут найти кого-то, кто наймёт их в качестве солдат, они становятся разбойниками в мирное время. Вот почему Флорентийская республика, к которой принадлежал Макиавелли, при нападении на город-государство Пизу стремилась создать армию из народа.

При виде этих жадных наёмников, надвигающихся на нее, лицо Жанны оставалось спокойным.

— Мы знаем, как сражаются земские наёмники. И их слабые места... Сэр Гюнтер.

— Да, мэм!

Когда Гюнтер встал во весь рост рядом с ней, Жанна отдала ему приказ.

— Возьмите на себя командование корпусом магических доспехов и разгромите земских наёмников. Однако, если они начнут убегать, не перенапрягайтесь и не преследуйте их. Пока что достаточно просто прогнать их.

— Да, мэм.

С этим коротким подтверждением Гюнтер надел шлем и взял в руки свой большой щит, после чего быстро пошёл прочь. Жанна смотрела ему вслед, а затем вернулась к полю боя.

— Силы Фуги приносят в жертву наёмников, поэтому мы тоже принесём их в жертву.

Земские наёмники специализировались на том, чтобы сгруппироваться вместе с длинными копьями, окружая своих врагов, чтобы победить их. В некотором смысле, они были своего рода высокомобильной фалангой. Солдаты Корпуса магических доспехов Империи носили тяжёлые доспехи, окрашенные в чёрный цвет. Они тесно прижимались друг к другу с такими же чёрными щитами и пиками, маршируя навстречу врагу в аккуратном строю, который представлял собой либо правильную фалангу, либо натиск пик.

Как ни странно, это превратилось в битву шестопёров против шестопёров.

— Если они сгруппировались так плотно, мы не можем их окружить! Разделите их! — закричали наёмники, увидев на передней линии солдат в магических доспехах. Те, у кого были луки или кто мог использовать магию, двинулись вперёд и начали атаковать солдат в магических доспехах.

Бесчисленные дальние атаки обрушились на солдат в магических доспехах. Но...

Плинк, плинк!

— Что?!

Они слышали, как их удары попадали в цель, но воины в магических доспехах продолжали идти вперёд – их шаги отбивали ровный ритм. Увидев это, наёмники наконец поняли, с чем столкнулись.

— Магия и стрелы не действуют на этих парней!

— Невозможно ошибиться с чёрной бронёй! Это тяжёлая пехота, предназначенная для борьбы с магией!

— Щиты Империи... Корпус магических доспехов?

Все бойцы Корпуса Магических Доспехов носили доспехи, зачарованные на уничтожение магии, и шли вперёд с железной защитой, попирая врагов Империи ногами. Хотя их марш был медленным, говорили, что их невозможно остановить с помощью дистанционных атак.

Гюнтер, который был в центре их строя, поднял своё копье и сказал: — Сокрушим их.

— Да-а-а-а!

По его команде их поднятые пики резко опустились на наёмников, которые в шоке смотрели вверх.

— Гварг!

— Гвух!

Пики не кололи их, они забивали их до смерти тяжёлой массой железа. Удары были достаточно мощными, чтобы пробить их железные шлемы, и многие наёмники падали, истекая кровью из головы. Солдаты в магических доспехах перешагивали через трупы или отбрасывали их ногой в сторону.

— Если они разделят нас, нам конец! Сплотиться и отступить! — крикнул один из наёмников.

Остальные земские наёмники выстроились в линию с копьями, чтобы сравняться со своими противниками. У многих из них вместо мозгов были мускулы, поэтому им было легко наброситься на первое же предложение в быстро развивающейся ситуации. Это означало, что они не думали самостоятельно, но можно сказать, что это позволяло им эффективно работать вместе. На самом деле, выстроившись в линию копий, они едва смогли остановить продвижение солдат в магических доспехах.

Однако, как только они объединились... "Бум! Ка-лам!" Внезапно на них обрушилась чёрная масса.

Она разнесла наёмников в месте удара, а затем вгрызлась в землю. Сбежавшие наёмники заглянули в образовавшуюся дыру и увидели там пушечное ядро. Как только они поняли, что произошло, они почувствовали, что земля вибрирует под их ногами.

Подняв голову, они увидели, что к ним приближается несколько существ с вооружением, установленным на спине. Это были пушечные носороги Империи, похоже, самоходная артиллерия. Пушечные носороги сопровождали пехоту и вели поддерживающий огонь.

Наёмники не могли этого знать, но когда Сома занимал Ван, столицу княжества Амидония, он и Хакуя не знали, что делать, когда увидели солдат в магической броне и пушечных ринозавров, окружавших город. Это были те самые пушечные носороги, которые Жанна отправила в поддержку солдатам в магических доспехах.

После обстрела пушечными ядрами, когда они уже находились под давлением солдат в магических доспехах, наёмники не могли больше терпеть. Они были готовы бежать в любой момент.

— С дороги!

Внезапно через наёмников вперёд пробился крупный мужчина. Затем, используя свой большой топор, он вышел, замахнувшись на солдат в магических доспехах.

— Получай!

Проще говоря, он замахнулся топором со всей силы. Однако одним ударом он нанёс первый удар по оставшимся невредимыми солдатам в магической броне, отбросив некоторых назад и столкнув их с теми, кто находился сзади.

— О. Ты просто твёрдый, вот и всё.

Взмахнув топором и оскалившись, это был Ната, Боевой Топор Тигра. Воины в магических доспехах замахнулись на Нату своими пиками, но он отклонил их мощным взмахом своего топора, а следующий удар отправил в полёт ещё большее их количество.

— Ты полагаешься на то, насколько прочна твоя броня? Это меня не остановит!

Когда Ната замахнулся своим топором, его удары были достаточно мощными, чтобы деформировать их броню, даже если он не мог разрубить её пополам. Это было настолько ужасно, что тот, кто находился внутри, не смог бы выжить. Поскольку воины в магических доспехах шли строем, им было трудно справиться с одним противником. Поддерживающие их пушки-носороги тоже не могли поразить отдельного человека.

Если посмотреть на картину в целом, солдаты в магических доспехах оттесняли наёмников, но в их строю было странное углубление, где находился Ната.

Радостный от того, что у него наконец-то появился шанс дать волю, Ната прорычал: — Кто следующий?!

— Я не позволю тебе сделать это.

Кланг! Гюнтер отбил большой топор Наты, используя только свой щит. Отражённый удар разорвал наёмника, оказавшегося на его пути.

— Гварг!

— Проклятье! Кто ты?!

— Гюнтер... щит сестёр Эйфория.

Ответив на вопрос Наты, Гюнтер отбросил пику, которую держал в руке, и достал меч.

Ната смотрел на него глазами хищника: — Так ты известный генерал. Это будет весело! Я возьмусь за тебя!

— Ещё бы.

При столкновении топора Наты и щита Гюнтера раздалось эхо. Гюнтер использовал свой щит, чтобы перенаправить топор Наты, и искал возможность нанести ответный удар своим мечом, которого Ната избегал, продолжая замахиваться. С каждым взмахом топора Наты щит Гюнтера всё больше и больше разрушался. Сила между этими двумя мужчинами была невероятной.

— Сэр Гюнтер!

— Нгх?!

Позади Гюнтера появился человек, который использовал его плечи как трамплин, чтобы перепрыгнуть через голову Наты и оказаться позади него.

— Что?

Прежде чем Ната успел повернуться и замахнуться, человек, о котором идет речь, приблизился, положив ладонь на его мускулистый торс.

— Хах-х-х!

С истошным криком они выпустили молнию. Колющая боль, пронзившая всё тело Ната, заставила его хрипеть и спотыкаться, когда он пытался сразить нападавшего.

Гюнтер поднял свой побитый щит и ринулся на него, отбросив более крупного Нату.

Стоя с благополучно прибывшим позади него, он сказал: — Мадам Жанна... Для чего вы пришли сюда?

— Потому что я окажусь в затруднительном положении, если с тобой что-нибудь случится в самом начале битвы!

Вмешалась не кто иной, как младшая сестра генерала Империи, Жанна Эйфория.

Жанна рассматривала этот первый обмен мнениями не более чем как стычку, в которой они должны были оценить способности друг друга, но Ната вступил в бой, несмотря на столь раннюю стадию. Когда она увидела, что Гюнтер борется с ним, она бросилась в бой, чтобы предотвратить худшее. Хотя Гюнтер был рассержен её безрассудством, он сдержал себя.

— Когда мы вернёмся, я попрошу леди Марию поговорить с тобой, — сказал Гюнтер.

— Обычно всё происходит наоборот. Я бы не отказалась от чего-нибудь другого для разнообразия.

Жанна улыбнулась, но не отвела глаз от Ната. Её молния в упор и мощный захват Гюнтера ударили Нату так сильно, что он всё ещё не мог нормально двигаться.

— Будь всё проклято!

Похоже он сломал ребро. Однако он всё ещё хотел и желал сражаться.

— Я бы сказал, что уже пора...

Тем временем Мумей, наблюдавший за происходящим с тыла, решил, что наёмники увидели достаточно, чтобы внушить им должный страх перед имперцами. Он поднял свой молот и крикнул: — Мы закончили! Всем отступать! И не забудьте забрать сэра Нату!

Получив приказ отступать, наёмники повалились друг на друга, спасаясь бегством. Некоторые наёмники отступали медленно и в итоге получили удар пикой в спину от солдата в магических доспехах, но разрозненный отход затруднил преследование более медлительных солдат в магических доспехах. Пока Мумей, Ната и наёмники бежали, силы Королевства Великого Тигра и Ортодоксального Папского Государства тоже отступали.

Посмотрев на это, Жанна и Гюнтер стянули свои силы обратно в крепость.

Справедливо было назвать этот первый обмен победой Империи.

[UPD: п.п.: прошу прощения, видимо у меня оказалась урезанная версия главы, далее остальная часть главы]

Битва между силами Фуги и империей продолжалась. Некогда полные энтузиазма земские наёмники после первых потерь стали осторожнее и выполняли приказы Мумея (и, соответственно, Хашима). В выигранном сражении наёмники были смелы, чтобы максимизировать свою прибыль и достижения. Но перед лицом сильного противника приоритет отдавался спасению собственной жизни. Им нужны были деньги - только без риска для жизни. Они просто были верны этому естественному человеческому инстинкту.

Боевой маньяк Ната был отправлен в тыл с тяжёлыми ранами, полученными в первый день, поэтому на передовой не осталось никого, кто мог бы наброситься, как варвар. Нападающие не перенапрягались, а защитники были осторожны. В таком прямолинейном сражении, как это, именно силы православного папского государства оказались наиболее эффективными.

— Это крестовый поход за святого короля Фугу, — обратилась к своим соотечественникам Анна, святая лунарийской ортодоксии. — Победите пешки лжесвятой Марии и воздайте победу нашей госпоже Лунарии.

Анна не была крупной, но её голос хорошо звучал. Выражение её лица было неизменным, тон лишён эмоций, как будто говорила кукла, но это придавало ей неземной шарм.

Для верующих её слова были буквальным посланием с небес.

— О! Победа нашему Святому Королю! И нашему святому!

— Благословение леди Лунарии на нас! Чего нам бояться?!

— Даже если мы умрём, нас возьмут на сторону леди Лунарии!

В войсках православного папского государства, помимо регулярной армии, было много добровольцев. Это были крестьяне без надлежащего снаряжения, но они жили ради веры и с радостью готовы были умереть за неё. Они атаковали имперские войска, готовые к такому исходу.

— Они идут! Защищайтесь! — приказал Гюнтер солдатам в магических доспехах.

Воины в магических доспехах Империи были ужасающе сильны, и войска Фуги не забудут ужас того первого дня. Но войска Православного Папского Государства атаковали без колебаний.

— Возвестите Божий суд над Империей зла!

— Для леди Лунарии! Для святой!

Люди, которые кричали эти слова, неся снаряжение, которое по сравнению с наёмниками было бледнее, бездумно мчались вперёд, пока их не насаживали на стену из пик. Они верили, что смерть здесь позволит им попасть в рай леди Лунарии.

Двумя основными столпами лунарианского ортодоксального учения были взаимопомощь и помощь слабым. Оно было простым и понятным. И всё же религиозные лидеры интерпретировали учение в своих интересах, создав систему священной войны и верующих, готовых сражаться за веру. Их религиозное рвение означало, что они не боялись смерти. Поэтому они шли в бой, с кем бы ни столкнулись. Например, как Икко-икки в Японии периода Сэнгоку.

Естественно, силы Православного Папского Государства понесли большие потери. Это выглядело как резня или даже массовое самоубийство. Однако, столкнувшись с этими людьми, которые, не боясь смерти, перелезали через трупы своих братьев по оружию, чтобы напасть на них, элитные воины в магической броне были измотаны и отброшены назад.

Битва зашла в тупик. Нападающие не могли прорваться, а защитники не могли отступить. Это была война на истощение.

Святая Анна наблюдала за происходящим из главного лагеря Ортодоксального Папского Государства. Люди, которых она взбудоражила, сражались, проливали кровь и падали замертво. Она просто выполняла свою роль святой и орудия. Но когда она стояла там, не в силах сделать больше, она услышала голос, который всё ещё звучал в её ушах.

— Понимаешь ли ты, какая участь тебя ожидает?

Это были слова Мэри, которая бежала из православного папского государства.

Анна вспомнила их короткую встречу на родине. Она вспомнила смесь грусти, нерешительности и жалости в глазах Мэри, когда та смотрела на неё. Анна не понимала, почему Мэри так смотрела на неё. Её избрали святой, и она должна была исполнять свои обязанности как святая.

Даже сейчас Анна поступала так, как ожидали от неё люди, приняв на себя образ святой. Её голос радовал верующих, позволяя им отбросить страх смерти и отправиться на поле боя. Она была полезна. Это давало ей повод для существования. Для Анны, сироты, которой не было места в обществе, это был повод для радости. И всё же, почему Мэри так на неё смотрела?

— Как только вы увидите более широкий мир... в Царстве Божьем, вы сможете найти иную жизнь, помимо святой.

Так она сказала, протягивая руку Анне.

Но Анна не смогла увидеть ценности в том, что она предлагала. После этого Мария покинула Православное Папское Государство вместе с большим количеством других кандидаток в святые. Они были отлучены от церкви, но церковь лунарской ортодоксии в королевстве Фридония приняла их.

"Если бы я тогда взяла Мэри за руку, разве это что-то изменило бы?"

Именно об этом размышляла Анна в то огромное количество свободного времени, которое у неё появилось после отправки солдат на поле боя. Но как бы она ни размышляла... ответа не было, и она остановилась.

В этот момент в зал внесли солдата с бледным лицом и кровотечением из груди. Должно быть, он получил серьёзную рану на поле боя.

— Ах! Ваша Светлость!

— Пожалуйста, уходите!

Не обращая внимания на своих телохранителей, Анна подошла к раненому солдату. Он застонал от боли, но его радость была очевидна, когда он увидел лицо Анны.

— Ооо... Ваша Светлость... Простите, что предстал перед вами в таком жалком состоянии....

— В этом нет ничего жалкого. Ты хорошо сражался как верующий в леди Лунарию.

— Спасибо за добрые слова... Теперь, смогу ли я отправиться к ней...?

Он протянул к Анне правую руку, похоже, окровавленную от затянувшихся ран. Стражники попытались встать между ними, но Анна устояла на ногах, без колебаний взяв мужчину за руку и не обращая внимания на то, что рукав её белого одеяния окрасился в пунцовый цвет.

— Да. Леди Лунария видит всё, что вы сделали, — спокойным голосом ответила Анна.

Мужчина, казалось, был удовлетворён этим. Он улыбнулся и больше ничего не сказал. Анна осторожно положила руку, которую взяла, на грудь мужчины, а затем его унесли.

Анна схватилась за окровавленный рукав. Этот человек выглядел таким невероятно спокойным. Как святая, она послала его на смерть. Как святая, она могла даровать ему спасение. И то, и другое было её работой как святой. Однако... Анна не сожалела и не радовалась ничему из этого. Она просто играла отведённую ей роль.

— Леди Анна... Вам нужна смена одежды? — сказал один из её охранников, не в силах смотреть, как она просто стоит.

— Это кровь благородного духом человека, павшего за нашу веру. Разве она нечиста? — сказала Анна, снова оглядывая поле битвы.

Сома боролся с титулом короля, а Мария – с титулом святой. Но, несмотря на это, они никогда не переставали думать как обычные люди. Даже если тяжесть их положения едва не раздавила их, любовь к своим странам заставила их удержаться на краю пропасти, никогда не опускаясь до степени, чтобы просто играть свою роль.

Анна же, напротив, закрыла своё сердце, полностью посвятив себя роли святой, чтобы защитить себя. Таким образом, даже когда на её руках была кровь, она могла продолжать оставаться святой.

Однажды ночью, после нескольких дней борьбы...

— Ну, Империя точно знает, как дать бой, — сказал Гатен с искренним смехом.

Внутри большой палатки с костром Хашим, Гатен, Мумей и Касен проводили совет вокруг модели поля боя и окружающей местности.

— Их оборона крепка, а боевой дух высок. Никого из них не пугает слава лорда Фуги. Они определённо самые трудные противники, с которыми мы сражались до сих пор.

— Это не повод для смеха, сэр Гатен, — возразил ему серьёзный Арбалет Тигра, Касен Шури.

— Их тактика тоже точна. Мы попытались послать отряд в обход крепости, но были перехвачены войсками, которые предвидели этот шаг. Они ограничивают свои потери, постепенно перемалывая нас. Я думал, что, возможно, младшая сестра императрицы получила свой пост благодаря кумовству, но она не простой генерал, — сказал Касен, расстроенный тем, что именно ему предстояло возглавить этот отряд.

Крепость Хамона была построена на естественной защищённой местности, что делало её удивительно устойчивой против лобовой атаки, но в горах были узкие щели, которые, казалось, проходили на другую сторону. Отряд Касена воспользовался этими узкими тропами, чтобы попытаться атаковать крепость изнутри, но там их поджидали враги, которые заставили их отступить.

Этот опыт дал Касену представление о том, какие цели преследовала Жанна.

— Она специально оставила бреши, потому что хорошо знает узкие тропы. Ей легче нанести урон небольшим отрядам, чем основной армии при полномасштабной атаке.

— Вдобавок ко всему, у неё хватает смелости в одиночку нападать, как Ната. Она отличный генерал с мозгами и мускулами, — Мумей высказал несколько хвалебных слов в адрес Жанны.

Гатен пожал плечами в отчаянии: — Полагаю, это делает её похожей на нашего Шукина? Можем ли мы попросить сэра Шукина зайти сюда с тыла?

Шукин находился в тылу, защищая линии снабжения. Его поставили туда, потому что долг благодарности, который он испытывал к Королевству и Империи за спасение его от болезни магического жука, вызывал опасения, что это может притупить его желание сражаться. Хашим не хотел доверять нерешительному человеку управление передовой, а Фуга не хотел терять Шукина из-за ошибок, вызванных этой нерешительностью.

Однако это консервативное решение оказалось эффективным.

Хашим покачал головой и сказал: — Империя никогда не упускает возможности. Если мы пренебрежём защитой тыла, они быстро нанесут удар по нам. Если наши линии снабжения будут перерезаны, нам будет трудно содержать такую большую армию без продовольствия. Нам нужен такой великий полководец, как сэр Шукин, чтобы защищать их.

— Другими словами, мы сами должны что-то сделать с линией фронта, — сказал Гатен, пожав плечами.

— О, это не займёт много времени, — ответил Хашим, на его лице появилась ухмылка.

— У меня отчет!

Словно по сигналу, появился гонец. Они отдали честь, затем подошли к Хашиму, чтобы шепнуть ему на ухо. Пока он слушал, уголки рта Хашима приподнялись и приобрели форму полумесяца. От этой безумной ухмылки у трех других командиров по спине побежали мурашки.

Хашим поднялся на ноги и сказал им: — Подготовка завершена. Пойдёмте, внесём последние штрихи.

Чтобы завтрашнее солнце стало заходящим солнцем империи.

На следующий день...

Жанна и Гюнтер стояли на стенах крепости Хамона, осматривая лагеря имперских войск.

— Мы оттесняем их назад... пока что, — сказала Жанна Гюнтеру, который был рядом с ней. — Их атака яростна, но если мы будем продолжать отбивать их, то они первыми выдохнутся. Нам нужно продержаться как можно дольше и ждать, пока их боевой дух не упадет.

— В конце концов, только так мы можем победить, — серьёзно сказал Гюнтер. Мария призвала всё человечество к единому фронту, поэтому она не собиралась предпринимать контрнаступление со стороны Империи. Это вынудило их занять оборонительную позицию.

В то же время, будучи самой могущественной из всех наций, у них не было союзников, которых они могли бы попросить поддержать их. Даже Королевство Фридония, с которым они заключили тайный договор против Домена Владыки Демонов, не смогло бы выступить против Королевства Великого Тигра. Если Империя хотела победить и чего-то добиться в этой войне, ей нужно было выиграть битву на истощение, а затем преследовать врага, пока он бежал, и нанести ему серьёзный урон.

Жанна скрестила руки и коснулась подбородка: — Меня беспокоит то, что никто ещё не видел Фугу. Я слышала, что он дикий человек, которому нравится сражаться на передовой....

— Не будет ли плохой идеей для главнокомандующего такой сводной силы, как их, зайти слишком далеко на фронт?

Правда, хотя Фуга привык сражаться вместе с солдатами Королевства Великого Тигра, в его армии были и земские наёмники, и солдаты из Ортодоксального Папского Государства. Если он отправится на фронт и погибнет, как Ната в первый день, это будет серьёзным ударом по боевому духу его армии. Будь Жанна его советником, она бы недвусмысленно заявила ему, что ему совершенно не следует отправляться на фронт. Тем не менее, это всё ещё беспокоило её.

— Силы Фуги тоже послали отвлекающий отряд на север, верно? Я подозреваю, что Фуга может быть с ними....

— Учитывая интенсивность их атак, я бы сказал, что основная часть их сил должна быть здесь.

— Согласна. Я не сомневаюсь, что это их главная сила.

Даже если бы Фуга был с отвлекающим отрядом, он не смог бы привести значительно уступающую армию к большой военной победе. Одного Крахе должно быть достаточно, чтобы справиться с ним.

Тем не менее, Жанна не могла избавиться от своих опасений. И они окажутся вполне обоснованными.

В тот день, даже когда взошло солнце, нападения на крепость не последовало. Жанна насторожилась, гадая, что происходит. Днём она увидела, как над лагерем Фуги образовался огромный водяной шар.

Жанна приказала своим войскам сохранять бдительность, глядя на шар.

"Они, должно быть, собираются снова использовать трансляцию", подумала она.

До этой битвы Хашим использовал его, чтобы посеять смуту внутри Империи, поэтому Жанна ожидала ещё больше пропаганды.

"Но что они собираются транслировать сейчас...?"

Теперь, когда трансляции использовались для того, чтобы посеять смуту, если Империи показывали информацию, которую они уже знали, зрители просто думали: — Опять это? — Во второй раз эффект не будет таким сильным и не вызовет такого хаоса, как раньше.

"Есть ли у него еще один трюк в рукаве?"

Внезапно...

— Ах?!

Когда они увидели сцену, спроецированную на этот шар воды, Жанна и все остальные люди в крепости Хамона сглотнули. Это была шокирующая картина, но столпотворения не было. Это было потому, что пейзаж, который им показали, был невероятным.

— Это абсурд! Главная армия Фуги здесь! — крикнула Жанна, ударив по краю крепостной стены.

Глаза Гюнтера тоже расширились. Ибо изображение, спроецированное на водяной шар, было Валуа, окруженная огромной силой...

Внимание! Сообщение для тех, кто уже прочитал 6 главу, до выкладки этой! 6 глава была обновлена, так как изначально была потеряна её последняя часть, так что, прежде чем читать эту главу, просьба - дочитать предыдущую.

---------------------------------------------------------------------------------------------

Несколько недель до взятия столицы в кольцо...

— О, почему, Ваше Величество! — сетовал Крахе Лаваль, командующий эскадрильями грифонов – главной ударной силой ВВС Империи.

Когда войска Фуги были на грани нападения, Крахе, почитавший Марию как святую, пребывал в приподнятом настроении. Он думал, что наконец-то пришло время сразиться с захватчиками за своего сеньора. Однако Мария приказала ему присоединиться к рыцарям и дворянам севера, чтобы перехватить войска Фуги. Бывшие вассалы королевства Мелтония и Федерации Фракт использовались для вторжения в саму Империю.

По прогнозам Империи, основные силы будут атаковать со стороны Лунарской теократии и государства наемников Зем, а силы на севере были лишь отвлекающим маневром. Это означало, что Крахе не примет участия в решающем сражении. Он чувствовал себя преданным.

— О, Ваше Величество! Почему вы не позволяете мне сразиться?! Генерал Гюнтер и половина наших эскадронов грифонов сражаются в решающей битве, а я не заслужил этого?! Я готов отдать свою жизнь за вас!

В слезах Крахе бил кулаком по столу. Его удары были столь тяжелы, что на костяшках пальцев выступила кровь.

Кто-то бесшумно подошел к Крахе сзади.

— Кто здесь?!

Крахе молниеносно выхватил свою рапиру и сделал выпад в сторону того, кто секунду назад стоял позади. Когда острие клинка оказалось у горла этого человека, он невозмутимо поднял руки.

— Это я, сэр Крахе.

— Мадам Люмьер? Я ... прошу прощения.

Поняв, кто это, Крахе убрал рапиру в ножны. Перед ним стояла Люмьер, высший чиновник империи. У нее были владения на севере, и она была бывшим военным офицером, поэтому она присоединилась к армии Крахе со своими личными войсками.

Люмьер покачала головой. — Нет, мне не следовало подкрадываться к тебе. Казалось, тебя что-то мучило, и я подумала, что небольшой сюрприз поможет тебе расслабиться....

— Спасибо за заботу... — Крахе поблагодарил ее, затем отвернулся.

— Я понимаю, что ты чувствуешь... — прошептала ему Люмьер. — Ты боишься, не так ли?

— Ах! О чем вы говорите, мадам Люмьер?! — Крахе был уязвлен обвинением. — Я - меч Святой Марии! С какими бы противниками я ни столкнулся, как бы велико ни было их число, я не покажу страха! Я убью их и принесу свою победу в жертву госпоже Марии!

— В том-то и дело, — сказала Люмьер тихим голосом. — Я уверена, что вы не боитесь врагов. Вы боитесь чего-то другого. То, что находится в глубине вашей гордости. Другими словами... — Люмьер указала указательным пальцем на Крахе. — вы боитесь, что Мария станет обычным человеком.

— Что?!

Крахе потерял дар речи. Он размышлял над тем, что имела в виду Люмьер, пытаясь придумать ответ, но ему нечего было сказать.

Люмьер посмотрела на Крахе.

— Вы - верный рыцарь Ее Величества. Вы готовы любой ценой победить её врагов. Но только потому, что народ почитает ее как святую. Ваша доблесть зиждится на ее святости. Если она перестанет быть святой, вы лишитесь смысла своей жизни. Вы боитесь этого. Больше всего на свете вы боитесь перестать быть рыцарем на службе у святой. Или я где-то не права?

— Мадам Люмьер. Вы... — Сбитый с толку, Крахе подумал: — Почему ты так говоришь?

Её утверждение попало в самую суть его недавних переживаний. Если она была права, это объясняло все, что мучило его последнее время.

Но почему вы решили сказать мне об этом именно сейчас?

Пока он размышлял, Люмьер, казалось, смотрела вдаль.

— Я чувствовала то же самое, сэр Крахе.

— Мадам Люмьер?

— Изначально я стремилась сделать карьеру в армии. В детстве я говорила со своей подругой Жанной о том, что хотела бы присоединиться к ней и использовать свои боевые способности для её поддержки. Однако, казус с обучением отрезал мне этот путь, и я была вынужден переквалифицироваться в чиновника. Я приняла это. Если Ее Величество улыбалась и говорила: — Я рассчитываю на тебя, — я была готова сделать для нее все, что было в моих силах. Так я поднялась на вершину государственной машины. — Сказав все это, Люмьер покачала головой, чувствуя, что погорячилась.

— Однако, в последнее время Ее Величество была слишком осторожна во всем. Наши действия против Домена Владыки Демонов носят чисто оборонительный характер, и даже после того, как Фуга заявил о себе, освобождая эти земли, мы ничего не предприняли. Морской союз неуклонно крепнет, но она не чувствует угрозы - она даже обращается к ним за поддержкой во время кризиса. Разве она не была святой, способной вести за собой людей? Мне хотелось хоть какого-то ощущения, что я служу правильному правителю, пусть даже в качестве чиновника.

Со всеми этими словами Люмьер посмотрела в глаза Крахе.

— А вы, сэр Крахе?

— Что... вы имеете ввиду?

— Вы можете смириться с тем, что Ее Величество падёт перед обычным человеком? Даже если нам удастся отбить атаку Фуги сейчас, я сомневаюсь, что она перейдет в контрнаступление на Королевство Великого Тигра. Вместо того, чтобы решить вопрос, она пойдет по пути примирения, стараясь не усугублять ситуацию. Так же, как и раньше.

Крахе смотрел на нее, не в силах ответить.

— Вы можете принять это? Даже если это означает потерю ее сияния?

— Я....

— Сэр Крахе, вот вам одна мысль. Если Ее Величество собирается стать обычным человеком... возможно, долг ее рыцаря - покончить с ней, пока она еще святая.

От слов Люмьер по позвоночнику Крахе пробежала дрожь.

Но не от страха. Нет, от волнения.

Он мог покончить с Марией, пока она еще была святой. Пусть сеньора, которую он хотел видеть сияющей, закончится, пока она все еще сияет. Это были приятные слова для искаженного чувства верности Крахе. Он был готов отдать свою жизнь за святую Марию. Неважно, какой позор это может принести ему, он был готов. Он мог стать злодеем ради святого сияния Марии. Ему было все равно, если бы люди, любившие Святую Марию, ненавидели и отвращались от него. Если бы святая Мария могла остаться прекрасной легендой, он был бы рад, если бы его убили, могилу осквернили, а кости обглодали дикие звери.

Вот оно! Мой долг!

Крахе чувствовал себя так, словно получил знак свыше.

Увидев зловещий огонек в глазах Крахе, Люмьер продолжила.

— Многие на севере держат обиду на Дом Эйфории. Если мы с тобой поговорим с ними, то легко склоним их к переходу на другую сторону. Если мы объединимся с армией Фуги, мы сможем взять столицу в осаду. Если даже этого будет недостаточно, чтобы пробудить Ее Величество к ее роли святой, что ж....

— Вы хотите, чтобы мы сами закончили это, да? — сказал Крахе с достойным выражением лица. Любой, кто посмотрел бы на него сейчас, понял бы, насколько он был безумен.

Это может показаться предательством, но Крахе искренне верил, что это его долг. Он убьет Марию ради Марии.

Все прошло хорошо...

Люмьер почувствовала облегчение от его реакции. По сравнению с Крахе она была немного более адекватна. В том, что она ему сказала, не было лжи, но Люмьер хотела служить не осторожной империи, а великой державе, которая подчиняет события своей воле. Поскольку путь в высшее командование армии был для нее закрыт, она боялась, что если она не совершит нечто великое сейчас, то вся ее жизнь будет бессмысленна.

Вот почему, когда Хашим прислал ей план, она сразу же согласилась. Она хотел придать смысл своей жизни.

Мне жаль Жанну... Но я собираюсь идти своим путем.

Даже если это означало навсегда расстаться с подругой.

◇ ◇ ◇

И вот Крахе и Люмьер начали действовать. Они взяли только тех, кто согласился с их планами соединиться с силами Фуги на северо-востоке.

Север Империи был расстроен тем, как Мария справляется со стихийными бедствиями, а многие рыцари и дворяне были недовольны Домом Эйфория, поэтому большинство присоединилось к этой ереси. Те, кто отверг предложение, не стали препятствовать.

Бывшие имперские войска под командованием еретиков присоединились к войскам Фуги на северо-востоке, вместо того чтобы преградить им путь. Объединенные силы направились к столице Империи.

Так Валуа оказался в окружении.

◇ ◇ ◇

Падающие цветы, текущая вода

В бурные потоки этой эпохи вот-вот должен был упасть цветок...

Имперская столица Валуа была окружена объединенными силами в 25 000 человек, состоящими из отряда армии Фуги и сил повстанческих владык севера под предводительством Люмьер. Имперские защитники насчитывали всего 3 000 человек, поэтому было ясно, что им не удержаться. Исход битвы был предрешен в тот момент, когда Крахе, отправленный перехватить отряд Фуги, перешел на другую сторону.

Фуга и Муцуми были с войсками Королевства Великого Тигра, как и почтенный полководец Гайфуку, которого они взяли с собой в качестве телохранителя. Их главные союзники и элитные воины отправились атаковать крепость Хамон, но эти трое пришли с этой группой, потому что с самого начала знали, что именно здесь решится исход войны.

— Я никогда не думал, что мы так быстро атакуем столицу... — сказал Фуга, выглядя наполовину впечатленным и наполовину разочарованным.

— Га-га-га! Я готов поспорить! — Гайфуку ответил широким кивком. — Мы были всего лишь маленькой страной в степях Союза Восточных Народов, а теперь приставили меч к горлу самой большой страны на континенте. Чего только не увидишь, дожив до моих лет... Жаль, что я не могу показать это твоему отцу, лорду Райге.

— Мне тоже ... Хотя меня это не сильно печалит.

Фуга представлял себе, как прорывается сквозь имперских солдат, преградивших ему путь к столице, когда его острый клинок приближается к горлу Империи. Но на самом деле он прошел практически беспрепятственно, проделав весь путь сюда на марше.

Муцуми криво улыбнулась его реакции. — Наверное, это благодаря тому, что мой брат нашел мадам Люмьер. Он сосредоточил свои усилия на ней, и она стала важной частью плана.

— Ты прав... — Фуга хмыкнул, скрестив руки. — Она не только объединила лордов, которые были против Дома Эйфория, но она также является верхушкой имперской чиновничьей машины. Это значит, что у нее есть опыт управления великой нацией, и многие из тех, кого она обучила, тоже будут очень способными. Она именно тот человек, который нам нужен, чтобы решить проблему нехватки людей в администрации.

Сказав это, Фуга с досадой пожал плечами.

— Она одна делает эту экспедицию более чем успешной. Столица станет только приятным бонусом.

— Хи-хи, если вы скажете что-то вроде: —Люмьер была намного более важна для меня, чем столица Империи , — они могут записать это в список ваших знаменитых цитат.

— Ха-ха-ха! Мне это нравится! Пусть летописец запишет это! — сказал Фуга с веселым смехом.

— Вы слишком добры, — сказала Люмьер, которая в этот момент появилась вместе с Крахе.

Они опустились на колени перед Фугой склонив головы, затем Люмьер заговорила.

— Я благодарю вас за то, что вы позволили нам служить под вашим знаменем и доверили нам убедить лордов севера. С этого момента я буду рисковать своей жизнью, служа вашему великому делу, лорд Фуга.

— Хм. Это хорошее проявление решимости, но разве тебе не важна Мария? — спросил Фуга.

Люмьер подняла лицо и посмотрела ему в глаза. — Я считаю, что она была хорошим правителем, но... наши взгляды не совпадают. У нее было все необходимое, чтобы захватить весь континент, и все же она сохранила осторожность. Я много раз советовала ей быть более активной в отношении Домена Владыки Демонов, но она отвергала мои советы и продолжала терять время. Мне было невыносимо видеть, как угасает страсть людей к миру без Домена Владыки Демонов, и видеть, как вместе с ней угасает пламя моей собственной страсти. Вот почему я решила сделать ставку на вас.

— Логично....

Он видел огонь в глазах Люмьер.

Если бы Мария могла что-то сделать с Доменом Повелителя Демонов, она бы, несомненно, захотела. Но они с Люмьер разошлись во мнениях относительно количества времени, необходимого для решения проблемы. Мария хотела решать ее медленно, поскольку проблема Домена Владыки Демонов могла уничтожить ее страну. Она хотела свести потери к минимуму. Она закладывала основу для того, чтобы, даже если проблема не будет решена во время ее правления, она могла быть решена во время следующего или последующего.

Люмьер, тем временем, считала, что они должны немедленно действовать, чтобы решить проблему.

Если беженцы страдали, если на севере существовала неизвестная угроза, нужно было срочно что-то делать. Даже если это означало радикальные меры, такие, которые мобилизовали бы всю нацию, она хотела сделать что-то своими руками. В этом желании было небольшое стремление к личной славе, но это было свойственно всем в той или иной степени, и ее нельзя было за это осуждать.

Это различие во взглядах привело к непроходимой пропасти между ними. В настоящий момент не было возможности узнать, кто из них прав. На самом деле, даже последующие поколения не смогут судить их. Могло случиться так, что обе были правы или обе ошибались. В остальном, это был лишь вопрос личных предпочтений. И силы Фуги предпочитали действие.

Фуга фыркнул и приподнял уголки губ. — Похоже, мне не нужно предупреждать тебя, чтобы ты не предавала меня. Пока в тебе есть эта страсть и твой дух горит, ты никогда не захочешь покинуть нас.

— Действительно.

— Ха-ха-ха! Ты мне нравишься. Ты хорошо подходишь для моих сил, — со смехом сказал Фуга, затем повернулся к Крахе. — И могу ли я предположить, что ты тоже будешь служить мне?

— Я не хочу видеть, как леди Мария падет и станет простым человеком. Вот почему я хочу забрать ее жизнь сейчас, пока она еще может оставаться прекрасным воспоминанием.

— Какая-то тьма в твоих глазах....

Глядя в глаза Крахе, Фуга чувствовал, что тот был полон темных эмоций, но говорил с сильной волей. По этой причине он мог быть уверен, что Крахе не предаст его. Хотя, когда Мария умрет, эта страсть пропадет, и он может остаться лишь пустой оболочкой...

Фуга кивнул им обоим.

— Понял. С этого момента вы оба будете усердно служить мне.

— Да, сэр!

— Хорошо, Люмьер. Хашим велел мне спросить тебя, что будет дальше.

— Верно. Посовещавшись с сэром Хашимом, вот что я подготовила, — ответила она, затем подняла руку.

Увидев это, ее люди принесли им эфирную жемчужину.

— Жемчужина, да?

— Действительно. Во-первых, мы будем транслировать изображения того, как мы окружаем столицу, на всю Империю - что равносильно тому, что мы одержали стратегическую победу. Сюда, конечно, входит и основная армия, сражающаяся в крепости Хамон. Сэр Хашим соберет магов воды и подготовится к показу. Я уверена, что это нанесет сильный удар по Жанне и другим защитникам.

Люмьер поднялась и протянула руку в сторону Валуа.

— И мы призовем Марию сдаться. Если она согласится, мы победим. Если нет, мы уничтожим ее. После этого, если Жанна попытается вернуться в столицу, сэр Хашим и ваши основные силы ударят по ней с тыла.

— Идеальная ловушка. Впечатляет... — сказала Муцуми, а Фуга кивнул.

— Если у Сомы есть Хакуя и Юлий, то у меня есть Хашим и Люмьер.

— Хи-хи. Это станет одной из твоих знаменитых цитат. — Муцуми рассмеялась и озорно улыбнулась.

◇ ◇ ◇

Так изображение столицы в осаде стало транслироваться и у крепости Хамон.

Вид его поверг Жанну в смятение. Она несколько раз ударила кулаком по краю крепостной стены. Борясь с желанием усомниться в реальности происходящего, она покачала головой и решила что-то предпринять.

— Проклятье! Я должна немедленно идти спасать сестру!

— Успокойтесь! — крикнул Гюнтер, заставив Жанну и всех солдат поблизости остановиться.

Когда обычно неразговорчивый генерал повысил голос, все остановились и обратили внимание.

Гюнтер опустил руки на плечи Жанны. — Если ты потеряешь присутствие духа, наши силы рухнут на месте! Враг не позволит нашим силам оставить крепость и вернуться в столицу! Они нападут на нас с тыла. Даже если мы прибудем до падения города, будет невозможно спасти их, если мы будем обескровлены этой битвой!

У Жанны перехватило дыхание. Ощущение хватки Гюнтера на ее плечах привело ее в чувство.

— Но если мы не будем действовать, моя сестра обречена... Что мы можем сделать?

— Ну....

Видя, что Жанна немного успокоилась, и убедившись, что она не убежит ни с того ни с сего, Гюнтер отпустил ее плечи.

Затем, взглянув на изображение императорской столицы, он сказал.

— Спасти столицу будет невозможно. Мы никогда не успеем вовремя. Если бы Ее Императорское Величество могла просто сбежать и присоединиться к нам, у нас были бы варианты....

— Она бы никогда! Моя сестра не сможет бросить жителей столицы....

Жанна прижала руку ко лбу и повесила голову. Она не могла представить, что Мария с ее святой добротой оставит жителей столицы, когда они окажутся на пороге войны. Если уж на то пошло, Мария могла бы с готовностью отдать собственную жизнь, чтобы не втягивать людей в конфликт. Такой уж она была женщиной.

Солдаты начали поднимать шум. Жанна подняла голову и увидела, что на экран проецируется изображение Фуги.

— Это послание для Святой Императрицы Марии! — начало изображение Фуги. — Имперская столица уже окружена. Большая часть ваших сил находится в крепости Хамон и, скорее всего, не успеет вернуться сюда вовремя. По мановению моей руки, мои войска возьмут столицу штурмом, превратив в пепел ее исторический городской пейзаж и жителей. Это не то, чего ты хочешь, Мария! Открой ворота и смело сдавайся! Клянусь своим именем, Фуга Хан, что безоружные люди уйдут невредимыми!

Это был ультиматум Фуги.

— Нет смысла спорить о том, кто здесь прав, а кто виноват. Эта война произошла потому, что у нас две непримиримые точки зрения. Вы хотите защитить настоящее, а я пытаюсь завоевать для нас будущее. И моя сторона собирается выиграть эту битву! Многие из ваших людей, которые не смогли принять ваши взгляды, теперь со мной. Мое присутствие здесь и сейчас - это их ответ тебе! Они поддерживают меня!

Как только Фуга сказал это, войска Королевства Великого Тигра перед крепостью разразились бурным ликованием. Должно быть, они были уверены в своей победе.

Имперские солдаты в крепости, напротив, молчали, как будто из них выбили дух. Они начинали чувствовать, что, как бы они ни старались, им не удастся переломить ситуацию.

— Я рассчитываю на то, что ты сделаешь разумный выбор....

Как только Фуга закончил свой ультиматум, его изображение исчезло. Декорации изменились, и вместо него появилась женщина. Красивая женщина в платье стояла на каком-то балконе высокого замка.

— Сестра! — воскликнула Жанна. Это действительно была она, императрица Мария Эйфория.

— Во-первых, генералу Жанне, которая, я уверена, наблюдает за этим... У меня есть приказ для вас и для солдат крепости Хамон. Пожалуйста, поставьте водяной шар, чтобы вы могли слышать меня отчетливо.

Как только Жанна услышала это, она отдала приказ.

— Пусть наши маги воды немедленно подготовят водяной шар!

— Да, мэм!

Вероятно, это было сделано на случай, если войска Фуги развеют водяной шар в их лагере.

Сестра сейчас скажет нам что-то важное... Это почувствовала Жанна. Солдаты поспешили подчиниться ее приказу, и вскоре над стенами крепости Хамон также появился водяной шар. И в шаре, поднятом войсками Фуги, и в шаре, поднятом имперцами, появилось изображение Марии.

После небольшой задержки Мария продолжила.

— Королевство Великого Тигра использовало трансляцию, чтобы отправить сообщение с требованием капитуляции по всей Империи. Таким образом, это сообщение должно дойти до каждого жителя страны. Я прошу всех людей Империи и Королевства Великого Тигра прислушаться ко мне на минутку.

Мария смотрела прямо на них, когда говорила.

— Справедливо будет сказать, что я была бездеятельна по отношению к Домену Владыки Демонов. Это связано с большими потерями, которые понесли объединенные силы человечества более десяти лет назад. Мой отец, бывший император, возглавлял те силы, и все мы тогда были уверены, что с таким количеством собранной силы мы сможем сокрушить любого врага. Это привело к уничтожению наших объединенных сил. Когда наши силы были сильно ослаблены, мы не смогли противостоять монстрам, пришедшим с юга. Многие страны были разрушены, что привело к миграции.

Мария говорила тихо и красноречиво, и солдаты Империи, и даже солдаты Королевства Великого Тигра, слушали ее, не перебивая. Затем Мария свела руки перед грудью в жесте, словно молилась.

— Когда инерция на нашей стороне, нам кажется, что мы можем все. Мы думаем, что, когда ветер дует нам в спину, ни один враг не сможет встать на нашем пути. Чем мощнее наша страна, тем сильнее становится эта тенденция. Однако, это создает для нас ловушку. Мы не можем знать, как долго продлится эта инерция. Люди никогда не могут знать, когда повернутся ветры эпохи. Ведь мы не боги. Если мы будем считать, что все будет хорошо, в какой-то момент мы гарантированно попадем в ловушку. Так же, как и объединенные силы....

Мария замолчала, давая время тем, кто наблюдал за ней, впитать ее слова.

— Вот почему я не стала активно атаковать Домен Владыки Демонов... Вместо этого я сосредоточилась на создании основы для сотрудничества всего человечества в борьбе с ним. Я стремилась избежать падения других стран и новых волн беженцев. Это правда, что мои методы не решили фундаментальной проблемы. Наверное, правильно будет назвать это халатностью с моей стороны.

— Нет! — крикнула Жанна. — Вы пытались изменить ситуацию! Вы пытались найти мирный путь - сотрудничество с другими странами - и идти по нему неуклонно, шаг за шагом! Вы не были небрежны!

Это особенно огорчало Жанну. Проводя широковещательные встречи с премьер-министром Королевства Фридония Хакуей и взяв на себя ответственность за их дипломатию с Королевством, Жанна знала все, что Сома и Мария делали вместе. Теперь люди, которые ничего этого не знали, называли Марию нерадивой, и она чувствовала, что не может винить их за это.

Мария продолжала, не обращая внимания на чувства Жанны по этому вопросу.

— Отсюда я вижу, что Люмьер, которая поддерживала меня, управляя нашей внутренней политикой; Крахе, командир наших эскадрилий грифонов; и многие лорды и рыцари с севера Империи сотрудничают с Королевством Великого Тигра.

Слова Марии вызвали тревожный ропот среди солдат.

— Нет, только не Люмьер....

— Сэр Крахе! Я не могу поверить, что именно он мог сделать это....

Жанна и Гюнтер были одинаково потрясены. Жанна знала о честолюбии Люмьер, но все же считала ее другом, а Гюнтер знал о безумной любви и уважении Крахе к Марии, поэтому ни тот, ни другой не могли скрыть своего удивления по поводу этого отступничества. И в то же время они понимали. Столица была полностью окружена, потому что эти двое, вместе с рыцарями и лордами севера, перешли под знамена Фуги. То же самое говорили и люди по всей Империи, смотревшие трансляцию.

— Леди Мария! О....

— Ах... Это... Этого не может быть.

— Кто-нибудь, кто-нибудь, спасите ее!

Люди, смотревшие трансляцию, застонали от отчаяния.

Среди рыцарей и дворян были те, кто не очень-то жаловал Дом Эйфорию, но Марию любил народ. Все смотрели в смятении и панике, думая, как спасти ее. Но, будучи безоружными, они ничего не могли сделать. Только молиться.

Несмотря на это, Мария продолжала говорить с мужественным лицом.

— Вы просили о конкретных мерах против Домена Владыки Демонов, но я не дала согласие. Каким бы обширным ни были владения Империи, у нас не хватит сил на все и вся. Если мы доведем себя до предела, у нас не будет права на ошибку - любое непредвиденное обстоятельство может парализовать нас. Это может произойти в любой момент, как в случае с землетрясением и извержением вулкана в северных регионах. Именно это меня и пугало. Невозможность протянуть руку помощи тем, кто в ней нуждается. Поэтому, даже если бы это было возможно, я не хотела распылять силы, продвигаясь в Домен Владыки Демонов. Именно это заставило людей, осаждающих столицу, потерять надежду. Если я не смогла удержать их на своей стороне, то это моя ошибка. Возможно, воля Небес говорит, что я больше не нужна.

— Что ты говоришь, сестра?!

Пока Жанна наблюдала, изображение Марии перенесло стоящий рядом стул к перилам. А затем она забралась на них. Жанна потеряла дар речи. Если бы Мария хоть немного наклонилась вперед, она бы упала прямо вниз.

Платье Марии развевалось на ветру, показывая, насколько шатким было ее нынешнее положение.

— Это может быть плохо... — пробормотал про себя Хашим в лагере у крепости Хамон.

— Что-то случилось, сэр Хашим? — спросил Гатен, который подслушал его.

Нахмурившись, Хашим ответил.

— Сэр Гатен, и остальные. Немедленно приготовьте свои силы к бою.

— Но почему? Столица выглядит готовой пасть в любой момент.

— Возможно, Мария планирует умереть, — сказал Хашим, глядя на ее изображение, стоящее на перилах. — Если Мария умрет сейчас, есть риск, что имперские силы в крепости Хамон превратятся в абсолютных берсерков. Они могут пойти на нас как мученики, готовые умереть во имя мести за нее... Если мы выступим против них напрямую, то понесем значительные потери.

Хашим предсказывал, что после окружения столицы Мария обязательно капитулирует. Он рассчитывал, что Мария, будучи нежной душой, не сможет вынести того, что имперская столица сгорит, а ее народ будет растоптан. В результате она сдастся сама.

Однако, если она покончит с собой в прямом эфире, когда вся страна смотрит, все изменится. Все ее сторонники стали бы бороться за месть. Не только солдаты в крепости Хамон, но и каждый из ее народа стал бы ненавидеть Фугу. Восстания были бы непрекращающимися, и земля оставалась бы неспокойной даже после войны.

Ты нашла самый эффективный способ изводить нас, Мария Эйфория, - подумал Хашим.

— Возможно, нам... больше не нужна императрица. Если этот титул - если само мое существование - стало причиной этой войны... Тогда... я отброшу свою жизнь.

Хашим смотрел, как Мария продолжает говорить.

— Неужели там нет никого, кто мог бы остановить мою сестру?! — умоляюще кричала Жанна, понимая, что ее сестра намерена умереть. Она молила: — Кто-нибудь, хоть кто-нибудь, оттащите ее от края!

И со спокойным выражением лица Мария сказала: — Я бы отдала жизнь за то, чтобы людям, живущим в этой империи, не было больно... Я всегда была готова к этому. Вот такая я императрица. Пожалуйста, все, оставайтесь здоровыми....

С этими словами Мария медленно откинулась назад. Жанне и остальным показалось, что она двигалась гораздо медленнее, чем на самом деле. Ее тело наклонилось, а затем гравитация потащила его вниз. Когда она исчезла из виду, Жанна закричала.

— Нееееет!!!

◇ ◇ ◇

Она падала. Ветер рычал в ее ушах, и казалось, что он тянет ее изнутри ее собственного тела.

О... Это более неприятное ощущение, чем я ожидала, - подумала Мария, все еще сохраняя ясную голову при падении.

С тех пор как она стала императрицей, ей пришлось пережить тяжелые времена. Бывали ночи, когда она ложилась спать совершенно разбитой. Давление было почти сокрушительным, а бывали дни, когда ее тошнило из-за чрезмерной похвалы и критики. Бывали даже моменты, когда ей хотелось выброситься с балкона своего кабинета.

Тем не менее, до сих пор она никогда не заходила так далеко, чтобы сделать это, поэтому она впервые узнала, насколько это неприятно.

Еще через несколько мгновений ее тело врежется в землю внизу, забрызгав ее красной кровью. И все же, Мария думала об этом, словно наблюдая за тем, как это переживает кто-то другой. Возможно, это было похоже на то душевное состояние, в котором Сома оказался во время Амидонской войны. Она поняла свою роль и больше не чувствовала тяжести жизни. Тем не менее, вес самой Марии стремительно приближался к земле внизу.

— Даже если я потерпела неудачу... я сделала свою часть... — пробормотала Мария, закрывая глаза.

— Я не позволю этому случиться!

Мария почувствовала боковой удар. Она медленно открыла глаза и увидела перед собой лицо короля Фридонии Сомы. Когда их глаза встретились, наступило мгновенное облегчение, которое быстро перешло в гнев, и он ударил лбом в ее лоб.

— Ой!

После этого удара головой Мария схватилась за лоб, и слезы наполнили ее глаза. Тогда она поняла, что ее держит на руках Сома, а они едут на спине огромного черного существа. Возможно, это была та самая королева, о которой она слышала, Надин Рю. Мария поняла, что Сома использовал удар головой, потому что его руки были заняты тем, что держали ее.

— Твоего прыжка не было в сценарии! — сказал Сома, бросив на нее взгляд, полный гнева и отчаяния.

Мария смотрела на него с пустым изумлением.

— О...! Эм... простите.

— А... Ну, в конце концов, все обошлось... Слава богу.

Когда Сома сказал это, расслабившись, Мария наконец-то почувствовала страх смерти. Странно, что она почувствовала его не тогда, когда прыгала, не тогда, когда падала, а сейчас, когда ее спасли от смерти.

Мария обвила руками шею Сомы и заплакала.

— Я так испугалась!

Когда ее истинные чувства просочились наружу, Сома вздохнул.

— Конечно... Надин, ты не могла бы нас поднять?

—Вас поняла.

Дав указание Надин подняться, Сома мягко сказал Марии.

— Молчи. Продолжаем действовать по плану.

— Да... Пожалуйста, сделай это.

Со слезами на глазах Мария зарылась лицом в его плечо, а Сома обнял ее крепче.

-------------------------------------------------

Падающие цветы, текущая вода

(1) Изображает конец весны. Цветы опадают и уносятся в воду. По смыслу означает гниение и упадок.

(Словарный словарь с четырьмя символами, Gakken Educational Publishing)

(2) Влюбленные мужчина и женщина. Мужчина - это цветок, а женщина - вода. Если мужчина захочет довериться течению воды, то женщина захочет удержать на плаву упавший цветок.

(Словарный словарь с четырьмя символами, Gakken Educational Publishing)

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Огромнейшее спасибо пользователю Zigfried за редактирование этой главы

— Нет... Сестра... — Жанна упала на колени, увидев падение сестры.

Жанна знала - это был балкон офиса Марии. Жанна была абсолютно уверена, что падение с такой высоты может иметь только один исход. Гюнтер же продолжал недоуменно смотреть.

— ...А?! Что?! — воскликнул он.

Жанна удивленно посмотрела на него.

— Сэр Гюнтер?

— Только что в проекции пролетело что-то большое и черное.

— Что-то... черное?

Жанна посмотрела туда, куда указывал Гюнтер в водяном шаре. Там было изображено небо Валуа, когда Марии не стало. И в этом изображении свернувшееся черное существо вдруг стало подниматься вверх. Ее глаза расширились, когда она увидела фигуру дракона.

Я знаю, что это, - подумала она. - И если это... тот, о ком я думаю...

Прежде чем она успела закончить мысль, кто-то спрыгнул со спины существа, его черный плащ развевался на ветру, когда он спускался на балкон. На руках у него была упавшая Мария.

— Сестра!

Жанна, сама того не желая, высунулась за край крепостной стены. Она прищурилась, вглядываясь в изображение, но не увидела на Марии никаких следов ранения. Императрица обхватила своими изящными ручками шею своего спасителя. Жанна произнесла хорошо знакомое ей имя.

— Сэр Сома....

Фигура в проекции была королем Фридонии Сомой А. Элфриденом.

Он с ворчанием поправил свою хватку на Марии, и она крепко сжала руки на его шее. По этому жесту все наблюдавшие за проекцией поняли, что Мария выжила. На этот раз с императорской стороны раздались аплодисменты, а войска Королевства Великого Тигра замолчали.

Затем Сома заговорил с императрицей на руках. — Гордая и благородная императрица Мария, это совершенно неправда, что времена, в которые мы живем, не нуждаются в вас! В доказательство - я узнал о угрожающей вам опасности и пересек континент ради вас.

Его выступление было немного театральным, но это воодушевило имперцев, наблюдавших за ним. Сома, который не мог видеть их реакцию, повернулся и обратился к зрителям.

— Слушайте меня, о солдаты Империи Гран-Кэйос и Королевства Великого Тигра Хан! Мы, три нации Морского Альянса, начали интервенцию, чтобы остановить вторжение Королевства Великого Тигра в Империю!

◇ ◇ ◇

— Так ты наконец-то решил появится!

В это же время Фуга в главном лагере армии, осаждавшей Валуа, смотрел на проекцию. Его взгляд был суров, но голос приобрел радостные нотки. Он был взволнован, как будто смотрел кульминацию фильма.

Люмьер же поддалась гневу и панике.

— Король Фридонии?! — закричала она. — Почему он здесь?! Почему сейчас?!

Да, почему именно сейчас... - Фуге показалось, что что-то не так.

Появление Сомы было слишком своевременным. Он появился в тот момент, когда Мария спрыгнула с балкона, и лихо ворвался в трансляцию после ее спасения. Хашим предложил транслировать эти события через жемчужину, так что это видела вся Империя. Люди, которые любили Марию, сейчас наверняка вытирали слезы благодарности.

Чем больше Фуга думал об этом, тем больше его напрягала сложившаяся ситуация. Сома мог спланировать и осуществить такую операцию, но он никогда бы не позволил подвергнуть Марию такому риску.

Это значит, что этот сценарий принадлежит кому-то другому...

Черный премьер-министр Хакуя или недавно присоединившийся Юлий могли бы создать подобный план, но Сома никогда не одобрил бы такой инициативы своих подчиненных.

Ну, кто же это был... - подумал Фуга. Вдруг в его памяти всплыли слова, сказанные Сомой в тот день. — Ты уверен, что не относишься к Марии Эйфории слишком легкомысленно? —

О! Так вот оно что! Теперь я понял!

Фуга начал топтать землю.

— Ты меня подловила, Мария Эйфория!

Фуга увидел, как над крепостью словно цветы раскрываются парашюты. Их несла и сбрасывала кавалерия виверн. Бесчисленные парашюты спускались к замку, развеваясь на ветру, как хлопковый пух.

◇ ◇ ◇

— Уф... Кошмар.

В то же время, в лагере перед крепостью Хамон...

Хашим с горечью стиснул зубы. Он был одним из немногих, кто мгновенно оценил ситуацию.

Гатен подозрительно посмотрел на Хашима.

— Почему вы так мрачны, господин советник? — спросил Гатен. — Похоже он явился с не слишком большим отрядом... Разве лорд Фуга не сравняет с землей Сому и его войска?

— Все не так просто... — Хашим покачал головой. — Сома сказал, что он вмешивается не только с фридонской армией, но и с Морским Альянсом. Это означает, что Республика Тургис и Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона будут серьезно вовлечены в войну. Он привел малые силы, но его резервы намного больше. Они будут действовать по всему континенту.

— Д-действительно кошмар. — Гатен запнулся, когда наконец осознал значение сказанного.

Очевидно, что войска Сомы уже были готовы, когда он явил себя. Хашим был уверен, что и проекция Сомы сейчас скажет то же самое. Ведь он сделает все, чтобы сломить боевой дух войск Королевства Великого Тигра.

Его мрачные предчувствия оправдались.

— Вы увидели лишь один ход моей игры. Черный премьер-министр Хакуя занят развертыванием остальных сил. Сейчас он разъяснит вам ваше положение. Если после этого вы решите продолжить борьбу, то... да будет так, — громко и отчетливо произнес Сома.

◇ ◇ ◇

В то же время в окруженном стеной городе на юге Зем...

— Что это?! — крикнул один из наемников, наблюдавший за происходящим с вершины южной стены.

Горы, по которым проходила граница с Республикой Тургис, колыхались словно живые. На расстоянии казалось, что деревья падают. Солдат подумал, что это лавина, но сейчас не сезон лавин, а волна была коричневой. Это точно не сулило ничего хорошего.

В спешке найдя подзорную трубу он разглядел, что коричневая масса - это тысячи нумотов - животных, которых в Республике Тургис тренируют как ездовых зверей.

— Это Республика! Республика идет!

Когда наемник закричал, остальные начали спешить.

Сейчас в этой крепости было всего 8 000 человек. Крепость была построена как первая оборонительная стена против нападения со стороны Республики. Поэтому, даже если восемьдесят процентов их сил были отправлены на соединение с силами Фуги, здесь все еще оставался значительный гарнизон.

Однако, наступающие силы Республики выглядели еще более многочисленными. Если нумотов были тысячи, значит, рядом были десятки тысяч республиканских солдат.

Командир наемников в окруженном стеной городе немедленно отдал приказ.

— Отправьте гонца к королю наемников, господину Мумею, который сопровождает войска Фуги! Мы не сдержим эту атаку, и у них хорошие шансы зайти глубоко на территорию Зема! Он должен немедленно вернуться!

— Есть, сэр!

Как только приказ был отдан, командир наемников бросил взгляд в сторону сил Республики.

— У нас может не быть выбора, кроме как оставить крепость. Республика хорошо сражается в снегу, но они плохо удерживают захваченные территории. Если мы заставим их растянуть линии снабжения, по ним будет легче наносить удары, а вернуть захваченное будет проще.

Пока наемники бегали вокруг, звук грохота постепенно усиливался.

Тысячи нумотов неслись со стороны гор, возвышающихся над городом-крепостью. Это была кавалерия нумотов, категория войск, эквивалентная боевым слонам из старого мира Сомы. Они разрывали порядки врага намного успешнее обычной кавалерии, но были меньше и могли делать более крутые повороты, чем слоны. Поскольку нумоты были существами из холодного региона, они могли преодолевать лед и снег. Однако, по мере продвижения на север и повышения температуры они становились слабее.

Этих нумотов сопровождали 50 000 воинов-зверолюдов, принадлежащих к пяти расам снежных равнин. Это были все силы, которыми располагал Ку Тайсей, глава Республики.

Ку скакал верхом на нумоте в первых рядах, крича своим людям.

— Оокякя! Хорошо, мы достаточно близко, звук должен дойти до них! Группа, давайте устроим им настоящее шоу!

По приказу Ку группа, сидящая на хауде на спине одного из ведущих нумотов, начала играть на своих инструментах. Они не обращали внимания на гармонию, сосредоточившись на том, чтобы создать много шума.

Они играли так громко, как только могли, чтобы их не заглушал топот ног нумотов и чтобы показать величие сил Республики.

— Уф... У меня болят уши....

Вторая жена Ку, Лепорина, ехавшая с ним в одном хауде, прикрыла свои кроличьи ушки. Она успела взять с собой беруши, потому что Ку заранее сообщил ей об этом плане, но отличный слух ее расы делал какофонию невыносимой.

Ку прижал голову Лепорины к своей груди.

— Что...! Мастер Ку?

— Если я не сделаю этого, ты не сможешь меня услышать, верно?

— Ооо....

Лепорина, которую муж держал рядом и шептал ей на ухо, стала ярко-красной.

— Зачем вы двое флиртуете, когда мы на марше...? — простонал Найк с измученным выражением лица.

В какой-то момент он проворно вскочил на нумота и сидел на краю хауды. Лепорина заволновалась, когда поняла, что за ними наблюдают, и попыталась встать, но Ку ее не отпустил.

Ку, гогоча как обезьяна, сказал.

— Выглядит забавно, не так ли? Почему бы тебе тоже не найти себе жену?

— Да, да, я так ревную, — категорично сказал Найк. — Дома тебя тоже ждет твоя вторая симпатичная жен Тару.

Ку криво улыбнулся.

— Я поражен, что ты можешь так говорить. Я слышал, ты пользуешься у дам даже большей популярностью, чем я. Спорим, ты получаешь больше хвостов, чем знаешь, что с ними делать, я прав?

Найк славился как красивый молодой копьеносец в Союзе Восточных наций, поэтому, после приезда в Республику на него ласково смотрели многие женщины разных рас. Ку начинал ревновать, когда замечал это, а жены его за это осуждали: Тару - с молчаливой яростью, а Лепорина - со слезами на глазах. Они обе научились держать своего мужчину под контролем, пока были в Королевстве.

— Я предпочитаю делать предложения, а не получать их, — сказал Найк, пожав плечами. — Если бы нашлась такая воспитанная и достойная женщина, как моя сестра Муцуми, я бы, возможно, выбрал ее.

Теперь настала очередь Ку в ужасе смотреть на Найка.

— В мире брата существует слово для таких людей, как ты - сисконщик.

— Сисконщик? Что это? Какой-то титул?

— Знаешь что, забудь об этом... Важнее то, что ты знаешь, что мы делаем дальше, верно? — спросил Ку, вернув себе самообладание главы Республики.

Найк также вернулся в серьезный режим и сказал.

— Да. Мы продолжаем запугивать их, пока приближаемся к городу, да? Делаем как можно больше шоу из этого.

— Да. Всего у Зема около 100 000 солдат, но большинство из них поддерживают Фугу. Если учесть, что им нужно иметь войска и на границе с Фридонией, даже если это место является одной из их ключевых оборонительных позиций, они не могут оставить там даже 10 000 парней..

— И именно поэтому мы сможем запугать их - делая вид, что можем легко раздавить их под ногами и заставить убежать, верно? Если наши враги умны, они, скорее всего, отодвинут свои оборонительные линии, чтобы сконцентрировать свои силы..

— ...Более или менее. — Ку издал озорную усмешку. — Брат и его премьер-министр приказали нам только запугать их. Если враг скажет своим парням, которые поддерживают Фугу, что их родина атакована, они забеспокоятся и захотят вернуться домой. На этом наша работа будет закончена.

— Тогда, есть ли необходимость форсировать атаку?

— Что ты имеешь в виду? Если я проделал весь этот путь, то нет проблем с тем, чтобы оттяпать себе город или два.

С мальчишеской ухмылкой на лице Ку продолжил.

— Давайте вызовем Тару, чтобы она превратила захваченные нами города в неприступные крепости. У нее есть идеи, от которых ей пришлось отказаться из-за протеста, который был бы, если бы мы сделали это в одном из городов Республики. Но город, который мы отбили у врага – это другое дело! Мы можем переделывать его сколько угодно, и они не смогут сильно жаловаться. Здесь есть потенциал и для сельского хозяйства... О, я знаю! Мы пробурим туннель через эту гору и соединим его с Республикой! Это упростит обслуживание наших линий снабжения!

Глаза Найка расширились, когда он понял, что, несмотря на невинное выражение лица, Ку постоянно обдумывал, как он будет править областью после войны. Каким бы беззаботным он ни казался, Ку был достоин стоять во главе государства, а Найк теперь служил ему.

— Нет проблем, — ответил Найк, подсознательно крепче сжимая копье. Он был слишком горд, чтобы показать это на своем лице, поэтому намеренно оставался отстраненным в своем ответе. — Я предпочел бы оказаться в менее холодном месте. Этот город вполне сгодится.

— Конечно. Если наемники, защищающие это место, окажут сопротивление, я буду рассчитывать на то, что ты покажешь, на что способен. Давай вместе поднимемся на стены и заставим их бежать.

— Вы тоже идете на передовую, мастер Ку? Когда узнает леди Тару, она расстроится, понимаете?

— Оокякя! Ну, держи это в секрете от нее!

В разгар их дружеской перепалки...

— Боже! Может, вы двое перестанете говорить так, будто меня здесь нет?! — запротестовала Лепорина, все еще находясь в неловком положении.

◇ ◇ ◇

В то же самое время на восточной окраине Царства Великого Тигра бесчисленные корабли появились в открытом море рядом с портовым городом...

Суда различных типов, буксируемые морскими драконами и рогатыми долдонами, принадлежали флоту архипелага королевства Девятиглавого дракона. В ответ на изменения в военно-морской войне королевство архипелага сотрудничало с Королевством Фридония, чтобы дополнить существующий флот деревянных и железных кораблей стальными линкорами типа - Альберт II. Эти новые корабли могли нести большие пушки и противовоздушные метательные машины.

Кстати, Шабон сказала Соме.

— Я хотела бы иметь островной авианосец и готова немало за него заплатить, — но, очевидно, ему пришлось отказаться. Однако, Шабон научилась вести переговоры у Ку и оказалась гораздо настойчивее, чем ожидали Сома и остальные. В итоге они сошлись на том, что как только будет построено достаточно новых авианосцев и придет время выводить из эксплуатации прежние, она сможет получить один. В настоящее время Шабон превратилась в решительную и упрямую королеву.

Королева архипелага Девятиглавого дракона Шабон стояла на мостике самого большого и внушительного линкора своего флота - нового короля Драконов.

— Они слишком беззащитны... Неужели они не подумали, что мы можем напасть по морю, пока господин Фуга в отъезде? — сказала Шабон Кишуну, своему королевскому консорту и премьер-министру. Она наблюдала за тем, как солдаты портового города беспорядочно бегают по улицам в ответ на прибытие флота.

— Кто может их винить? — сказал в ответ Кишун. — Люди сэра Фуга - степняки, мастера войны на суше. Они никогда не подвергались нападению с моря, поэтому нельзя ожидать, что они будут настороже. Я уверен, что он просто оставил задачу управления этим портовым городом его бывшему владыке, когда они подчинились ему.

— Так же, как сказал нам господин Сома?

За последние два года Сома объяснил Шабон важность морской силы, а также предполагаемую неосведомленность Фуги о ней. Это означало, что единственной страной на этом континенте, кроме Королевства Фридония и королевства архипелага, имеющей правильное представление о морской силе, была Империя Гран-Кэйос. И он объяснил это Шабон, которая, благодаря географическому положению своей страны, лучше всех понимала важность этого и могла построить свои силы так, чтобы воспользоваться этим.

Если бы он сохранил это в тайне, то смог бы построить военно-морские силы королевства, не сравнимые ни с какими другими странами, но это привело бы к протесту и, вероятно, распаду Морского союза. Если бы королевство архипелага стало враждебно относиться к нему и начало заниматься пиратством, с этим было бы невероятно трудно справиться.

Вместо этого, Сома и Хакуя решили, что лучше объяснить ей все с самого начала и устроить все так, чтобы это было выгодно им обоим. Даже если флот королевства Девятиглавого дракона не был абсолютным, пока у них был самый сильный флот в Морском союзе, они могли поддерживать мир на море.

Шабон улыбнулась дерзкой и царственной улыбкой. После рождения двух детей она стала выглядеть прекрасно, не уступая Джуне или Эксель.

— Тогда мы должны будем показать им, что значит сражаться на море.

— Да. — Кишун кивнул. — Мы научим их тому, как важно уметь принимать решения и действовать немедленно в соответствии с ними.

Шабон махнула рукой в сторону портового города. — Как и планировалось, наша первая цель - артиллерийская батарея в порту. Наша вторая - военные корабли у причалов. Давайте нейтрализуем их до того, как они смогут выйти в море. Всем кораблям открыть огонь.

— Вас понял. Всем кораблям открыть огонь!

Бум! По приказу Шабон и Кишуна загрохотали пушки нового Короля Драконов.

По этому сигналу остальная часть флота начала обстреливать порт из пушек и другого порохового вооружения. Бесчисленные снаряды врезались в батарею, построенную для защиты входа в порт. Это были не взрывные снаряды, а снаряды, основанные на чистой кинетической силе, поэтому не было никаких эффектных столбов пламени или дыма.

Тем не менее, когда здания артиллерийской батареи рухнули, стало ясно, что она была нейтрализована. В этот момент корабли покинули порт, возможно, для перехвата, а возможно, для бегства.

— Слишком медленно. Им не хватает подготовки.

Шабон приказала своему флоту продолжать огонь, а главная пушка нового Короля Драконов снова взревела. Его пушечное ядро врезалось в самый большой вражеский линкор - вероятно, их флагман. Даже на расстоянии они могли отчетливо видеть, как его мостик рушится и падает, словно карточная башня.

— Превосходно. — Шабон удовлетворенно кивнула. — Наши артиллеристы великолепны.

— Действительно. У наших войск гораздо больше опыта, чем у них... Итак, леди Шабон. Нашим заданием от премьер-министра королевства было — уничтожить военные суда Фуги, которые, как он ожидал, будут собраны здесь, верно?

Кивнув, она ответила.

— Да. А также уничтожение всех строящихся военных кораблей. Даже если бы они не понимали, что такое морская мощь, сэр Фуга и сэр Хашим не были бы в восторге от того, что мы захватили контроль над морями. Значит, они должны были строить флот в своем портовом городе на восточном побережье. Нам было приказано захватить или уничтожить его.

— И мы не обязаны брать этот город?

— В конце концов, у них есть сухопутный маршрут сюда. Нам будет трудно удержать его, когда вернется господин Фуга, — сказала Шабон, пожав плечами, и указала на запад. — Что еще важнее, этот город находится недалеко от родины сэра Фуги в степях, так что теперь, когда мы угрожаем ему....

— Понятно. Это должно посеять раздор в объединении Фуги. — Кишун издал стон восхищения. — Тогда что нам теперь делать? Их оборона нейтрализована; если мы не собираемся занимать город, то, по крайней мере, должны уничтожить их склады?

— Нет... Было бы неразумно вызывать слишком большой гнев у людей, поддерживающих господина Фугу. Если мы атакуем только их военные объекты, это создаст разницу в эмоциональной реакции военных и гражданского населения. Одинаковое отношение к ним только сплотит нашего врага.

— Очень верно.

— Лучше не трогать их продовольственные склады, чтобы люди не голодали. Я запрещаю любые грабежи, направленные на гражданских лиц, разумеется. Проследите, чтобы у всех были строгие приказы на этот счет.

— Да, мэм! Это будет сделано.

— Однако... — Шабон высунула язык и озорно улыбнулась. — Давайте угостимся оружием и боеприпасами, которые они, без сомнения, запасли на базе. Если возможно, я бы также хотела захватить строящиеся и нейтрализованные военные корабли. И все ресурсы, которые у них есть для строительства новых.

Кишун на мгновение уставился на нее пустыми глазами, а затем криво улыбнулся.

— Ты стала совсем безжалостной....

— Тебе это не нравится?

— Нет, ни капли.

— Хи-хи, тогда хорошо. Думаю, у нас будут хорошие сувениры для Шаран и Шарон.

— Вы хотите подарить детям военные корабли? — Кишун с досадой пожал плечами.

Их дети, принцесса Шаран и принц Шарон, в настоящее время находились на попечении бывшего короля Девятиглавого дракона Шана, которому было доверено управление Островами-близнецами. Они оба криво усмехнулись, увидев, как суровое лицо бывшего монарха смягчилось, и он превратился в заботливого дедушку.

Шабон хлопнула в ладоши и сказала.

— А теперь, давайте поступим, как положено пиратскому флоту, и угостимся всем, чем сможем.

Став царицей и матерью двух младенцев, Шабон стала очень надежной.

◇ ◇ ◇

В то время как государство наемников Зем и портовый город на востоке Королевства Великого Тигра ввергались в хаос, в Лунарском Ортодоксальном Папском государстве разворачивалась большая неразбериха...

Тридцать тысяч солдат Фридонийских сил национальной обороны появились на их границе. Люди кричали и бегали в ужасе, и все признаки жизни исчезли из близлежащих городов и поселков. Все они были напуганы войсками Королевства и в качестве беженцев устремились в священный город Юмуэн.

Переполненный прибывающими людьми, Юмуэн оказался не в состоянии отправить на границу оставшихся там защитников.

Тем временем источник этого хаоса - фридонская армия, состоящая из 30 000 солдат, в основном из Национальных сил обороны, не предпринимала никаких попыток пересечь границу. Они не выпустили ни одного магического болта или стрелы. Они вели себя так, словно «просто проходили мимо» , собираясь здесь, чтобы продемонстрировать свою мощь Православному Папскому государству. И все же, что ужасало людей - истинный источник такого столпотворения - это генерал, возглавлявший эти силы.

Они кричали его имя, когда бежали.

— Это Юлий! Юлий здесь!

— Кровавый принц Юлий?! Мы должны бежать, быстро!

Все, от простых людей до рядовых солдат, были потрясены известием о его прибытии, и с этого момента все пошло наперекосяк. Они бросали все и бежали, как люди, запаниковавшие после встречи с медведем в горах.

С неописуемым выражением на лице Юлий наблюдал за происходящим из главного лагеря войск Королевства. Как будто он попробовал невкусную еду... но с отстраненным взглядом в глазах, как будто он смирился с чем-то.

— Народ Ортодоксального Папского государства ужасно боится вас, сэр Юлий, — раздался сзади него непринужденный голос.

Юлий медленно повернулся и увидел Мио Кармин, стоявшую там в своей броне. Поскольку в основном использовались Национальные силы обороны, они вызвали Мио и назначили ее вторым командиром после Юлия.

Кстати, когда она получила приказ, между ней и ее женихом – Колбертом - произошел такой обмен мнениями:

— Наконец-то, шанс снова послужить в качестве воина! Я должна участвовать!

— Подождите, госпожа Мио! А как же домен Кармин?!

— Я оставлю это тебе, любимый!

— С каких пор любимый означает раб?

— Слышал выражение «порабощен любовью»?

— Не смешно!

Юлий посмотрел на Мио мертвыми рыбьими глазами.

— А, это вы... госпожа Мио.

— Ух ты! Ты выглядишь еще более мертвым внутри, чем обычно. Что случилось?

— О, ничего. Просто тяжело смотреть на последствия решений, которые я принимал из-за недостатка опыта... — Юлий вздохнул и посмотрел в сторону Лунарской теократии. — Это случилось после того, как я принял амидонский трон от моего покойного отца... Я безжалостно подавлял верующих, которых теократия подстрекала к восстанию против меня. Похоже, у меня здесь дурная репутация.

— А... Это объясняет, почему они были так напуганы. — Мио хлопнула в ладоши, уловив связь.

Юлий вздохнул. — Тогда я думал, что это был мой единственный выход, и до сих пор считаю, что не ошибся, но... потом в моей голове промелькнуло лицо Тии. Я представляю, как ее печалит кровь всех тех, кого я растоптал своими ногами.

— Возможно... Но с ней связано нечто большее, не так ли? — С нарочитой улыбкой Мио похлопала Юлия по спине. — Тиа выглядит невинной, но у нее ясная голова на плечах. Даже если она узнала о твоей дурной репутации, она предпримет необходимые действия. Сидеть и грустить – не ее стиль.

— Госпожа Мио... Хех. — Юлий наконец-то улыбнулся. — Никогда бы не подумал, что дочь Дома Карминов скажет мне такое... Подумать только, я сражался против вас в прошлом.

— Ну, мы, служивые, должны принимать хорошее вместе с плохим. Так мне всегда говорил отец. Если бы вы оставили повстанцев в покое, то кто-то бы пострадал, так что у меня нет права осуждать вас. И, послушайте. Благодаря вашей скверной репутации нам удалось без боя потрясти теократию.

— Использует все, что в его распоряжении... премьер-министр ведет грязную игру.

Именно Хакуя приказал Юлию вести 30 000 солдат на границу с Теократией. Учитывая прошлое подавление верующих, Хакуя решил, что этого будет достаточно, чтобы потрясти их, и именно поэтому он отдал твердый приказ не переводить войска через границу. Поскольку необходимости во вторжении не было, все, кроме Юлия и нескольких солдат, вроде Мио, которые были посланы охранять его, были слабыми солдатами, которые с тем же успехом могли быть вырезанными из картона фигурками.

Мио недоуменно посмотрела на него.

— Но ты уверен, что нам не стоит переходить границу? По плану Республика должна атаковать с юга, королевство Архипелага - с востока, а мы - с юго-востока. Тем временем Его Величество ведет отряд на соединение с Империей на западе, верно? Если все четыре направления нашей атаки будут серьезными, разве силы Фуги не разлетятся на куски?

— Это закончится трясиной... — сказал Юлий, скрестив руки с задумчивым выражением лица. — Если бы Морской союз предпринял серьезную атаку как раз в тот момент, когда Фуга собирался уничтожить Империю, мы, вероятно, смогли бы нанести ему сокрушительный удар. Однако, если мы это сделаем, сторонники Фуги будут глубоко возмущены Сомой. Они увидят в нем самого ужасного человека, который, с одной стороны, женился на сестре Фуги, а с другой - активно препятствует осуществлению мечты своего шурина.

— Это довольно эгоистичная интерпретация, особенно когда они сами пошли и разрушили мечты госпожи Марии.

— Ну, просто люди такие. Фуга и Хашим, несомненно, подняли бы шум о том, как несправедливо обошлось с ними Королевство. А дальше все превратилось бы в трясину - бесконечную войну, которая продолжалась бы до тех пор, пока одна фракция или другая не была бы уничтожена. Хотя, скорее всего, Хашим перебросил все свои силы на Империю, полагая, что Сома никогда не сделает такой глупости....

— Понятно....

Юлий вздохнул.

— Скорее всего, именно здесь для премьер-министра в черной мантии начнутся настоящие испытания.

◇ ◇ ◇

— В этой войне нам нужна не победа. На самом деле, она была бы излишней.

В этот момент, премьер-министр Хакуя находился в замке Парнам, перед картой континента, объясняя свою стратегию Томоэ, Ичихе и Юриге.

— Если мы предотвратим завоевание Империи сэром Фугой, нанеся ему серьезный удар, это вызовет вражду тех, кто его лелеет. Когда это произойдет, даже если мы возьмем какой-нибудь город, он не будет стабильным, и сэр Фуга легко сможет появиться, чтобы снова захватить его. А чтобы удержать сэра Фугу от вторжения, Морскому союзу придется постоянно посылать войска в районы, где сэра Фуги нет, заставляя его неоднократно возвращать их обратно, прямо как в игре в крестики-нолики.

Это было почти как финальная стадия периода Троецарствия в Китае. Чтобы избежать уничтожения более многочисленным и могущественным Вэй, Шу и У поочередно нападали на них, заставляя разделить свои силы между востоком и западом. Есть те, кто считает, что именно поэтому Чжугэ Лян и Цзян Вэй продолжали Северные походы, несмотря на то, что Шу не обладал большой силой как государство.

— Это была бы трясина. Эпоха остановилась бы, и все фракции были бы истощены. Если бы волна демонов пришла из Домена Владыки Демонов, ни одна из наших стран не смогла бы оправиться. Наши истощенные страны не смогут принять свежие волны беженцев, ведя оборонительную войну. Мы должны создать у людей... впечатление, что господин Фуга победил.

— Вот почему вы не приказали им взять ни один из городов, верно, господин Хакуя? — спросил Ичиха.

— Именно, — кивнув, ответил Хакуя. — Может быть, и хорошо взять один город, но если мы захватим еще, это создаст впечатление, что мы одержали победу над сэром Фугой. Мы хотим дать войскам Фуги пиррову победу. Это эквивалентно тому, как если бы он победил по жребию.

Хакуя указал на Империю на карте.

— Больше всего на свете Королевству Великого Тигра сейчас нужны бюрократы Империи. Это люди, которые знают, как управлять большой нацией. Если он сможет заполучить их в свои руки, то обширные земли Империи станут лишь дополнительным бонусом. Вот почему я ожидаю, что он использует предателей, чтобы быстро штурмовать имперскую столицу и заставить госпожу Марию сдаться. На самом деле, для него будет проблемой, если госпожа Мария умрет. Если это произойдет, он вызовет гнев ее сторонников, и вновь приобретенная Империя станет неуправляемой, в результате чего он не сможет назначить своих новых администраторов на должности в Королевстве Великого Тигра. Он захочет взять в заложники жителей столицы, чтобы заставить госпожу Марию сдаться. Однако, все, кто знает госпожу Марию, понимают, что это несбыточная идея. Потому что она из тех, кто предпочтет собственную смерть капитуляции, если решит, что так будет лучше для народа Империи.

— Старший брат тоже так сказал, — вмешалась Томоэ. — Он сказал, что Мария именно такой человек.

Хакуя кивнул. — Да. Если это случится, господин Фуга и его люди не смогут получить то, что хотят. И Королевство Великого Тигра, и Империя пострадают, и никто от этого не выиграет.

— Да. Вот почему я решила сотрудничать с господином Сомой, — сказала Юрига, скрестив руки и почесав щеку. — Я сказала своему брату:"Если я собираюсь выйти замуж за господина Сому, я должна ставить интересы Королевства на первое место - но я не хочу, чтобы пострадала ни одна из стран. Я хочу сделать все возможное, чтобы обе стороны получили выгоду.". При этом, послушав господина Хакую, я думаю, что моему брату не стоит сейчас полностью разрушать Империю.

— Юрига... Ты не против? — спросила Томоэ, волнуясь, но Юрига кивнул.

— Моему брату нужно учиться. Есть вещи, которые нельзя получить, постоянно побеждая.

— Возможно, мы выиграем от того, что обе их страны рухнут... Когда Империя разрушена, а в Королевстве Великого Тигра посеяны семена беспорядков, это повысит значимость Морского Альянса.

Когда Хакуя сказал это, Томоэ подмигнула ему.

— Нет...! Тогда мы бы бросили Марию и Жанну. Вы же со старшим братом дружили с ними все это время, не так ли?

— Так и есть. Но даже в качестве премьер-министра бывают моменты, когда меня могут подтолкнуть к принятию таких решений. Мадам Жанна это понимает. Возможно, поэтому она сказала мне, что я не должен напрягаться из-за нее. Я... не смог найти способ спасти Империю в ее нынешнем состоянии. В этом случае я не мог поставить свои собственные чувства на первое место и послать наших людей вмешаться в войну из-за моей личной привязанности к ней.

— Господин Хакуя....

Увидев страдальческое выражение лица Томоэ, Хакуя внезапно улыбнулся.

— Но одно слово Его Величества полностью изменило условия.

В тот день, когда Жанна отвергла его помощь...

— Невозможно защитить эту страну и сохранить Империю. Если мы безрассудно попытаемся защитить и то, и другое, это превратится в трясину. Как бы я ни думал об этом... я не могу найти нужный мне ответ.

Когда Хакуя повесил голову, Сома сказал ему следующее.

— Нет необходимости сохранять Империю в полной целостности. Мария хочет, чтобы Империя уменьшилась.

Услышав это, Хакуя вскинул голову, широко раскрыв глаза от удивления. Сома продолжил.

— Мария устала от нынешней ситуации, когда она является единственным человеком, поддерживающим слишком огромную империю. Все это время она хотела найти способ мирно разрушить ее. Она открылась мне об этом, когда мы встретились в Земе.

— Я не могу поверить, что Святая Императрица могла сказать такое....

— Послушай, Хакуя. Ты сказал, что невозможно сохранить Империю, но если в этом нет необходимости, то мы можем выбрать немного лучшее будущее, верно? В конце концов, у нас есть Фуга, который хочет больше земли и людей, и Мария, которая хочет освободить часть земли и людей. Готов поспорить, что ты сможешь найти способ устроить все так, чтобы спасти Марию и Жанну, не так ли?

Затем, переместившись в другое место и показав ему приготовления, которые он делал, Сома сказал Хакуе следующее.

— Я хочу, чтобы ты хорошенько подумал над нашим будущим.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Большое спасибо пользователю Zigfried за помощь в редактировании перевода.

Сома поставил Марию на ноги и посмотрел на зрителей.

— Такова ситуация на всех фронтах. В этот момент 150 тысяч солдат Королевства Фридония сходят на берег в западном порту Империи. С учетом транспортной сети Империи и возможностей моего государства, они соберутся в Имперской столице примерно через два дня. Если вы хотите продолжать, то, как я и сказал, мы примем бой. Хорошо подумайте над своим решением.

После этого изображение Сомы исчезло. Таким образом Сома оповестил всю Империю о текущей военной ситуации. Сторонники Марии радостно приветствовали каждое его слово, в то время как сторонники Фуги были охвачены чувством разочарования. Но большинство сомневалось, что это действительно правда. Однако те, кто знал хоть что-то о Соме, нынешней Фридонии и Морском союзе, сразу поверили его словам.

Перед крепостью Хамон Хашим скрежетал зубами.

— Подумать только... он зашел так далеко....

— Что нам делать? Солдаты из Зема и теократии требуют, чтобы мы позволили им вернуться домой.

Хашим фыркнул на вопрос Гатена.

— Пусть те, кто хочет вернуться домой, уходят. Если мы не ослабим бдительность, то сможем противостоять крепости Хамон только силами Королевства Великого Тигра. Если они захотят отступить без разрешения, то мы можем заставить их ответить за это после войны.

Увидев ухмылку Хашима, Гатен склонил голову набок.

— После войны...? Можно ли уже начинать думать об этом?

— Эта война закончится здесь... В качестве предосторожности мы с лордом Фугой придумали план действий на случай вмешательства Морского союза. Я сомневаюсь, что Сома или его премьер-министр хотят ввязаться в серьезную войну с нами. Не будет ничего кроме мелких стычек.

— Хм... Я доверяю твоему чутью, — сказал Гатен, пожав плечами. Хашим бросил взгляд в сторону лагерей Зема и теократии.

— Лорд Фуга описал Сому как горную черепаху с бесчисленными змеями на хвостах. Я тоже считал его чудовищем, но судьба чудовища - быть убитым великим человеком. Я был уверен, что лорд Фуга с легкостью сразит Сому, но... каким бы великим ни был лорд Фуга, он не сможет сделать это с разношерстной коалицией. Только когда он получит полную власть, он сможет стать великим человеком.

Увидев бесстрашную улыбку на лице Хашима, Гатен понял, что сейчас прольется кровавый дождь в Теократии и Земе. Осознание этого послало нехарактерную дрожь по его позвоночнику.

◇ ◇ ◇

Тем временем в лагере Фуги под Валуа...

— Вот и конец этой войне... — пробормотал про себя Фуга. От этих слов глаза Люмьер расширились.

— Почему?! Если все так, как сказал король Сома, то у нас есть еще два дня, прежде чем фридонские войска доберутся сюда! Даже с дополнительными войсками, которые только что перебросили в Валуа, это не значительное изменение! Если мы атакуем с теми силами, которые у нас есть, мы сможем уничтожить и Марию, и Сому одним ударом!

— Дело не в этом, — сказал Фуга, почесывая голову, пока Люмьер разглагольствовала. — Сома - самый далекий от безрассудства или беспечности человек. В отличие от меня, ему не нравится жить на грани. Если сам Сома здесь, значит, у него есть шанс победить нас. Причем такой, что его будет нелегко переиграть.

— Даже так....

— Кроме того, судя по всему, если мы сейчас отступим, Сома позволит нам уйти с победой.

— А?

— Госпожа Люмьер, постарайтесь вспомнить, что сказал господин Сома, — начала объяснять Муцуми, пока Люмьер безучастно смотрела на них. — Сэр Сома сказал, что если мы будем продолжать войну, он примет бой. Это значит, что он хочет только прекращения военных действий, а не полного выхода из земель Империи. Другими словами, мы можем сохранить уже захваченные территории. Мы все равно победим Империю. Однако, если мы продолжим сражаться, то нам придется играть против сэра Сомы по принципу "все или ничего".

— И что в этом плохого?! Почему вы так осторожны?! Это не похоже на вас, господин Фуга!

Несмотря на бесстрастные слова Люмьера, Фуга только рассмеялся с оттенком самоуничижения.

— Быть немного осторожным - это правильно. По крайней мере, против такого противника, как Сома. Он достаточно силен, чтобы я не хотел бороться с ним и с Марией одновременно.

Люмьер не могла с этим согласиться и ответила.

— Тогда атакуйте только силами Империи, которая вам подчинилась! Мы возьмем столицу сами!

— Госпожа Люмьер! — Муцуми собиралась отчитать ее, но Фуга подняла руку, чтобы Муцуми остановилась.

— Ну, я не вижу в этом проблемы. Пусть попробуют.

— Что?! Лорд Фуга?!

— Спасибо. — Люмьер отсалютовал ему, прежде чем уйти.

Муцуми уставилась на лицо Фуги.

— Это действительно нормально...? Они, наверное, не смогут победить.

— Готов поспорить, что нет. — Фуга скрестил руки и усмехнулся. — Считай это уроком. Парни, которые сдались, могли бы узнать, как тяжело сражаться с Сомой. Я уверен, что немного боли заставит их лучше слушаться.

— Да, вы правы... И то, что они напали на Имперскую столицу, затруднит их последующее возвращение в Империю... я уверена, что старший брат Хашим сказал бы это.

— Ха-ха-ха, без сомнения... И кроме того... — сказал Фуга, поглаживая свою короткую козлиную бородку, глядя на Валуа. — Я хочу посмотреть, что собирается сделать Сома. У него наверняка есть какой-нибудь секретный прием, о котором мы никогда не подумаем. Давайте откинемся назад и насладимся шоу.

Тем временем...

— Хе-хе-хе....

Крахе, который стоял наготове со своими личными силами, дрожал от ликования.

— Ха-ха-ха... Ха-ха-ха-ха!

Сначала он сдерживал свой смех, но, наконец, он достиг предела и разразился искренним хохотом.

— Я.… я получил знак с Небес!

Крахе с криком поднял кулаки в воздух.

— Я знал, что я прав! Это моя роль! Став врагом Марии, я вернул ей сияние святой! Любовь Небес вернулась к ней! Вы видели, воины?! Мои товарищи, любители и поклонники леди Марии! Она бросилась с высокого балкона! Обычно она разбилась бы о землю внизу, и на месте ее удара расцвел бы кровавый цветок! Но леди Мария не умерла! Король Сома прилетел на своем черном драконе, чтобы спасти ее!

Глаза Крахе сияли экстазом и безумием.

— Король Сома - божественный слуга, посланный Небесами, чтобы спасти леди Марию! Ее спасение здесь - доказательство того, что она истинная святая! А мы - те, кто привел ее к этому! Мы, стоящие здесь как ее враги! Из-за того, что мы противостояли леди Марии, она смогла воссиять как святая! Мы - враги святой! Мы выступили против нее, как повелитель демонов, и тем самым заставили героя появиться на этой земле! Мы сыграли поистине небесную роль!

Крахе выхватил свою рапиру и направил ее на Валуа.

— Теперь мое сердце не омрачено! С этим знаком с Небес, я буду противостоять святой! Чем сильнее будет мое зло, тем больше будет сиять леди Мария! Что может быть более прекрасно?!

Как только он это сказал, к нему подбежал гонец.

— У меня сообщение! Госпожа Люмьер велит атаковать столицу!

— Да будет так!

С этим ответом Крахе вскочил на спину своего грифона.

Стоя перед своими личными войсками, он поднял рапиру над головой и крикнул.

— А теперь давайте сражаться! До конца наших жизней!

◇ ◇ ◇

— Вы великолепно выполнили свою работу, Пилтори, — сказал я Пилтори Сарасену, моему послу в Империи, после обращения по трансляции с балкона замка Валуа. Именно он руководил магами, контролировавшими трансляционную драгоценность с самого начала трансляции Марии. Такая тонкая деталь действительно иллюстрировала, насколько все было спланировано между Королевством и Империей. Мне удалось остановить падение Марии, потому что я уже был рядом.

— Вы оставались в имперской столице, работая даже тогда, когда приближался огонь войны. Спасибо...

Когда я это сказал, Пилтори сложил руки перед грудью и поклонился.

— Нет, я лишь исполнил свой долг посла. Поскольку приказа о возвращении домой не поступало, я был уверен, что вы будете защищать императорскую столицу, сир.

— Спасибо... Я рад, что вы поверили в меня.

Я посмотрел на Марию, которую только что спас. В моей улыбке был намек на гнев.

— Верно, госпожа Мария?

— П-правильно....

— Почему ты прыгнула? Это не входило в план.

— Хм... Когда я стояла там, я обнаружила, что меня переполняют эмоции... — Мария издала смущенный смешок. — Многие мои вассалы покинули меня, включая Люмьер и Крахе. Мое имя как Святой теперь разрушено. Я не буду скучать по ним, но, если я собиралась утешить и объединить тех, кто все еще решил остаться со мной, то мне нужно было немного той божественной ауры, например, чудесное спасение вопреки всему...

— О-хо... Так это было не всерьез?

— Да... — пробормотала она, отводя глаза.

Я положил руки ей на плечи и нежно улыбнулся.

— Эм? Сэр Сома? — Выражение лица Марии дернулось.

Я посмотрел ей в глаза, откинул голову назад и... Бонк!

— Ой!

Я нанес ей хороший, сильный удар головой.

Мария держалась за лоб, пока ее глаза слезились.

— Ой, как больно. Ты ужасен.

— Вот что случается с лжецами! — сказал я, повышая голос от гнева. Сейчас я не мог сдерживаться. — Не говори мне эту чушь после того, как отбросила всякую волю к жизни! Если бы я не успел вовремя, тебя бы это устроило! Твоя смерть положила бы конец войне, и ты была бы свободна от обязанностей императрицы!

— Урк... Ты хорошо меня понимаешь....

— Слишком хорошо.

Я вынужден играть определенную роль в силу своего положения, а затем эта роль берет надо мной верх. Я испытывал это много раз. Это чуть не убило мое сердце...

— Ты сама это сказала, не так ли?! "Я хочу быть человеком, и я хочу, чтобы меня любили как человека!".

— Ах...!

Мария говорила об этом в прошлом.

— Я могу быть императрицей, но я все еще человек. Вместо того чтобы все поклонялись мне как святой, я хочу оставаться человеком, и чтобы меня любили как человека.

Это было заявление о том, что она не уйдет в свою роль императрицы и не потеряет свою человечность.

— Ты хоть представляешь, сколько людей будут горевать, если ты умрешь? Ты, которая жила как человек, и которую любят как человека. Конечно, люди, которые поклоняются тебе как Святой, могут думать, что мученичество сделает тебя святее, но те из нас, кто любит тебя как человека, те, кого ты любила как человека, никогда не хотели бы этого для тебя!

Из глаз Марии полились крупные капли слез. Это произошло само собой. Мария сама заметно удивилась, когда заметила, что они текут по ее щекам.

— А? Это странно... Почему они не останавливаются...?

Мария несколько раз вытирала их, но поток не прекращался.

Она так долго силой воли не давала себе заплакать, что теперь не могла это контролировать. Понимая размер бремени, которое она несла, я утвердился в своем решении нести его вместе с ней и впредь. Конечно, сам я был не очень силен, но я подключу своих друзей и семью, и мы все вместе выдержим это.

— Сома! Войска повстанцев на марше! — доложил Хэл, спустившись с неба на спине красного дракона Руби.

Хэл и его люди следили за войсками Королевства Великого Тигра.

Я думал, что, если покажу, насколько я уверен в себе, дикие инстинкты Фуги учуют опасность, и он не станет нападать, но похоже, что это северные рыцари и дворяне Империи сделали свой ход. А может, он позволил им это, чтобы посмотреть, что мы будем делать.

— Тогда мы просто встретим их атаку, как и планировали. Госпожа Мария...

— Да.

— Я знаю, что ты получила мои инструкции от Пилтори, но смогла ли ты все подготовить?

— Конечно... — ответила Мария, фыркнув. Она вытерла слезы с глаз и посмотрела прямо на меня. — Когда на севере произошло землетрясение и извержение, я положила вещи, которые ты послал с гуманитарной помощью туда, куда ты мне сказал. Они готовы к использованию в любое время.

— Хорошо.

Я кивнул, затем обратился ко всем присутствующим.

— А теперь давайте покажем Фуге и его людям, что у нас есть. Время для плодов двухлетних исследований.

◇ ◇ ◇

Люмьер направила войска к северным, южным, восточным и западным воротам города, чтобы штурмовать Валуа. Поскольку королевство Фридония прислало лишь небольшое подкрепление, а силы Фуги все еще значительно превосходили защитников, она полагала, что атака с четырех направлений позволит легко взять город.

Когда четыре армии заняли свои позиции и атака была неизбежна, со стороны Валуа послышался звук пушечной пальбы.

Бум! Бум! Бум!

Люмьер и ее люди приготовились к обстрелу, но звуки были слишком немногочисленны. Ни с одного из четырех направлений не было видно дыма.

— Что... это все было?

Пока Люмьер размышляла, к ней примчался гонец.

— У меня сообщение! Что-то медленно падает со стороны Валуа! — передал гонец.

Люмьер посмотрела в подзорную трубу и увидела, как что-то летит из столицы, затем в воздухе над ним раскрылся парашют, и он начал медленно опускаться к земле.

Она узнала в нем то же самое оборудование, которое использовало Королевство Фридония для доставки солдат в столицу. Однако, на этот раз парашют нес не человека, а какой-то кристаллический объект с металлическими предметами вокруг.

— Что это...? Ну, это не имеет значения. Скажи им, чтобы немедленно сбили, что бы это ни было!

— Да, мэм!

По приказу Люмьера маги атакуют... или так она думала. Однако, вопреки ее ожиданиям, ни одна атака не коснулась загадочного предмета.

"Что делают маги?!" - подумала она.

Пока Люмьер с нарастающим раздражением наблюдала за происходящим, к ней торопливо подбежал тот же гонец, что и раньше.

— Леди Люмьер!

— Что такое?! Почему они не начали атаку?!

— У меня есть отчет! Они не могут использовать магию! Не только маги, но и все наши солдаты!

— Что?! Как могло случиться что-то настолько абсурдное?!

В полном недоумении Люмьер попыталась использовать свою собственную магию ветра. Однако, хотя она чувствовала, как применяет свою силу, она не смогла создать даже легкого ветерка.

— Нет... этого не может быть!

— Мадам Люмьер. Дела идут все хуже.

Пока Люмьер оправлялась от шока, подошел Крахе.

— В чем дело, сэр Крахе?! Вернитесь на свой пост!

— Грифоны были беспокойны с тех пор, как появился этот объект. Как будто они хотят взлететь, но не могут. Такими темпами мы не сможем использовать наши воздушные силы.

— Нет...! Может ли это быть связано с тем, что магия больше не работает?

"Это был трюк Королевства Фридония? ". Как только эта мысль пришла ей в голову, Люмьер вспомнила, что сказал ей Фуга.

— Быть немного осторожным - это правильно. По крайней мере, против такого противника, как Сома. Он не настолько прост, чтобы я хотел бороться с ним одновременно с Марией.

Так вот о чем говорил сэр Фуга...?

Поняв, наконец, что он имел в виду, Люмьер в досаде стиснула зубы. Она не ожидала, что попадет на поле боя, где вся магия будет полностью заблокирована.

Здравый смысл подсказывал ей, что это невозможно. Однако, то, чему она была свидетелем, противоречило здравому смыслу. Так думала Люмьер, обладавшая более острым умом, чем большинство людей.

— Вероятно, объект препятствует нашему использованию магии. Но они не должны быть в состоянии блокировать нашу магию, сохраняя возможность использовать свою собственную. Поэтому мы должны считать, что этот предмет делает всю магию непригодной для использования. Он мешает нам, но условия равны для обеих сторон.

Люмьер отказалась от использования магии и решила отдать приказ осадить замок, используя только обычные атаки. Если враги не смогут использовать магию, то это будет нелегко, но они смогут взять город с подавляющим числом войск и обычными осадными машинами. Однако...

Поп! Поп! Поп! Поп! Поп! Поп!

Не успела она отдать приказ, как из замка раздалось бесчисленное множество хлопающих звуков, каждый из которых был похож на уменьшенную версию прежней пушки. Затем звуки наложились друг на друга, так что можно было подумать, что их тысячи. У Люмьер появилось плохое предчувствие, когда к ней бросился новый гонец.

— У меня доклад! Наши войска понесли большие потери, когда они обстреляли нас маленькими железными шариками с вершины городских стен, когда мы атаковали!

— Нет! Они могут использовать магию?! Подождите, этот звук... Не говорите мне...! — Осознав такую возможность, Люмьер вздрогнула. Пороховое оружие.

В этом мире уже был открыт порох, но его применение было ограничено. Поскольку магия была сильно ослаблена на море, в качестве замены была разработана пушка. После того как она стала стандартом для морского боя, развитие стрелкового оружия в конечном итоге отошло на второй план.

Если король Сома изначально планировал сражение без магии, он наверняка вооружил бы свою армию оружием, подобным морскому. У нас не было ни шанса с самого начала! Черт!

Люмьер с досадой воткнула меч в землю.

◇ ◇ ◇

Бум! Бум! Бум! Бум!

Я слышал работу нашей артиллерии с крепостных стен. Сейчас войска фуги атаковали стены без доступа к магии и подвергались обстрелу двух тысяч орудий. Я отдал Шабон огромный заказ, предвидя битву, подобную этой. Я рад, что отправил их в Империю вместе с гуманитарными грузами.

В этом мире без винтовок пушка "Лёвхен" (прим. редактора: в прямом переводе используется словосочетание «львиная собака», которое, как я понял, отсылает к небольшой породе домашних собак. Так как это звучит не очень, я стараюсь заменять его названием породы на немецком) была самым маневренным видом порохового оружия. Они выглядят глупо, но показывают хорошую эффективность в отсутствии магии. На их приобретение у архипелага Девятиглавого Дракона потребовался значительный капитал.

Силы Фуги были повергнуты в смятение, когда они внезапно оказались без магии и под градом снарядов размером с кулак. В следующий раз они придут с контрмерами. Эта стратегия была из тех, которые гарантированно сработают только на тех, кто ее не видел, но этого было достаточно, чтобы сломить их желание сражаться.

— Странное ощущение.

Я посмотрел на Надин, которая вела себя так, словно у нее было похмелье. Надин и Руби начинали чувствовать себя плохо всякий раз, когда присутствовали при пушечной стрельбе. Вероятно, это происходило потому, что они использовали магию, чтобы принять форму дракона или человека.

— Прости, Надин. Ты можешь продержаться еще немного?

— Нгх....

Когда я погладил ее по голове, Надин бросила на меня взгляд, который говорил: "Хорошо, если придется.".

— Сэр Сома. Почему мы сражаемся пушками? Вы говорили, что эта штука отменяет магию... — спросила Мария, указывая за стены.

"Да, она хотела бы об этом знать, не так ли?" - я задумался, потом сказал.

— Он сделан из проклятой руды, источника энергии, который мы используем для бура, только сжатого, чтобы сконцентрировать его эффект. Когда он активируется, то сводит на нет или ослабляет всю магию. Машина всасывает всю энергию, используемую для проявления магических эффектов. Думаю, ее можно назвать поглотителем магии.

— Всасывает... Значит, она отменила действие магии, наложенной на броню?

— Верно. Вы уловили идею, — сказал я, кивнув.

Если бы магия была водой, то их магическая броня была бы похожа на мокрый костюм, а наш поглотитель магии - на комок кизельгура(прим. ред. Он же диатомит. Гигроскопичное природное ископаемое. Интересный факт, Нобель использовал его как один из вариантов основы для динамита), всасывающий все в одно мгновение. Но то, что эта штука всасывала, не было безвредной водой - это была энергия.

— Так что если ты будешь продолжать пытаться использовать магию рядом с ним, в конце концов ты выйдешь за пределы его возможностей и....

Ка-бум!!!

Не успел я договорить, как раздался громкий взрыв, за которым последовал сотрясающий землю удар. Оглянувшись, я увидел огромный шлейф черного дыма, поднимающийся из одного угла сил Фуги.

— Он взорвется…

Мне довелось увидеть редкое зрелище: имперская Святая смотрела на меня в замешательстве. Скорее всего, он был уничтожен в результате атаки тех из войск Фуги, кто догадался, что поглотитель магии делает. Учитывая, что в этом мире солдаты усиливали свои атаки с помощью магии, а сейчас она была отменена, могло показаться, что они просто бьют по куску металла обычными мечами, но, сами того не зная, они вливали магическую энергию в поглотитель. Когда емкость переполнилась, она взорвалась.

— Проклятая руда так ненавистна не только потому, что, обнаружив ее во время добычи, вы больше не сможете использовать магию, но и потому, что если вы будете продолжать пытаться использовать магию, она взорвется и обрушит шахту. Мы разработали поглотитель магии с учетом этого негативного аспекта проклятой руды.

С моей идеей о том, что магиум - это наномашины, а проклятая руда состоит из нефункциональных наномашин, Женя, Мерула и Трилл провели последние два года, исследуя проклятую руду. Поглотитель магии был побочным продуктом этих исследований.

Когда я услышал, что проклятая руда сводит на нет магию и взрывается, моей первой мыслью было, что ее можно разбрасывать в качестве оружия. Но я отказался от этой идеи, потому что после этого она оставалась бы в почве, причиняя вред людям в течение долгого времени, как кассетные боеприпасы или обедненный уран. Однако, разработав поглотитель магии, который запрещал использование магии на большой площади, не рассеиваясь по ней, я смог заставить своих врагов сражаться без магии.

Кстати, у того, который только что взорвался, мощность была намеренно снижена. Это была идея Хакуи.

— Когда мы используем поглотители магии, мы должны намеренно использовать несколько штук с пониженной емкостью. Если мы покажем им их на ранней стадии, а также что они быстро взрываются от атак, мы сможем уменьшить количество этих атак противника на поглотитель. Кроме того, так они вряд ли понесут его обратно после войны. Никто не хочет брать что-то опасное в свой собственный лагерь, в конце концов.

Я думаю, он так и сказал. Мой премьер-министр был хитер и коварен. Но, в общем, это не сильно выгодно для нас... это как ЭМИ-атака. Если мы использовали поглотитель магии, враг не мог использовать магию, но и мы не могли. Рядом с поглотителем магии Надин и виверны не могли летать, а наши возможности для дальних атак были ограничены простыми луками и пушками. Кроме того, пока использовался поглотитель магии, не было возможности наложить исцеляющую магию на раненых. Нам нужно было вести оборонительный бой без магии. На этот раз у нас было готово большое количество порохового оружия, но его подготовка и использование стоили невероятно дорого.

По всей вероятности, мы потратили на эту битву несравнимо большую сумму, чем силы Фуги. Кроме того, мы не могли массово производить поглотители магии. Это был не тот метод, который мы могли бы использовать каждый раз. Тем не менее, в дебюте он оказался чрезвычайно эффективным.

Когда войска Фуги увидели мощный взрыв, они потеряли всякую волю к продолжению борьбы и отступили от стен Валуа, как отлив в море. Можно было с уверенностью сказать, что кризис в столице на данный момент закончился.

Как только основная часть сил национальной обороны Фридонии прибудет с запада, войскам Фуги будет невозможно полностью уничтожить Империю, поэтому Фуге придется принять победу, которую я ему предлагал.

— Как только силы Фуги отступят, я хочу, чтобы вы извлекли и отключили отменяющие магию устройства. Не теряйте бдительности, — приказал я своим подчиненным.

Вскоре после этого прибыл гонец с известием, что Фуга принял наше перемирие.

◇ ◇ ◇

Тем временем, примерно в это же время, Жанна плакала в крепости Хамон.

Жанна сама видела по трансляции, как Сома спас ее сестру. Она сама слышала, в каком состоянии находится война на всем континенте. И что тот, кто разработал этот план, был черный премьер-министр Хакуя. Несмотря на отказ от его помощи, несмотря на тяжелое положение, в котором оказалось королевство Фридония, он все же протянул ей руку помощи.

— Я не дам тебе умереть.

Жанна могла поклясться, что слышала его голос.

— Спасибо... Господин Хакуя...

Жанна схватилась за грудь, беззвучно проливая слезы. Дав ей время, ее второй командир, Гюнтер, молча наблюдал за силами Фуги за пределами крепости.

----------------------------------------------------------

Большое спасибо пользователю Zigfried за неоценимую помощь с редактурой главы.

Той ночью, в Валуа...

Я снял форму и переоделся в рубашку перед тем, как ответить кому-то на звонок по трансляции.

— Фуга прислал посланника, согласного на прекращение огня, — сказала Лисия на другом конце, выглядя облегченной.

— Понятно. Тогда мы можем пока расслабиться.

В настоящее время она была с Эксель, возглавляя основную часть Фридонийских сил национальной обороны, высадившихся на западном побережье. Если бы мы в полной мере использовали наши транспортные возможности и транспортную сеть Империи, они бы прибыли сюда раньше. Однако, хотя мы и объявили по радио, что фридонцы являются союзниками Империи, мы всё ещё были силой из более чем 10 000 иностранных солдат, появившихся из ниоткуда. Города и деревни вдоль их маршрута, несомненно, дрожали от страха. Мы должны были брать это в расчёт, так что это немного замедлило их продвижение.

Если бы имперские граждане решили, что мы враги, с которым им придётся сражаться, это привело бы к ненужным жертвам. Чтобы предотвратить это, мы должны были послать вперёд людей, чтобы объяснить ситуацию, успокаивая граждан по мере продвижения. Войска должны были передвигаться с осторожностью, и это ограничило скорость нашего марша.

— Тем не менее, я ожидаю, что мы прибудем на место к завтрашнему дню. Но до тех пор не теряйте бдительности.

— Да. Я тоже хочу поскорее увидеть твое лицо, Лисия.

— Хи-хи, спасибо... Подожди, сейчас не время думать обо мне. — Лисия наставила на меня палец с другой стороны трансляции. — Сома, тебе сейчас нужно быть с госпожой Марией... Я думаю, что она чувствует себя раздавленной, как ты в тот день.

— Да...

Несмотря на то, что мы преодолели текущий кризис, Мария осталась под замком в своей комнате. Её судьба и судьба Империи зависела от переговоров между мной и Фугой. Хотя Империя не была бы уничтожена полностью, она была побеждённой стороной в войне. Я не мог даже представить, что могла сейчас чувствовать Мария как побежденная императрица. Лисия, скорее всего, беспокоилась, что она может снова попытаться покончить с собой...

— Я отчитал её за это, так что не думаю, что она снова бросится с балкона... — сказал я.

— Это всё равно больше, чем может вынести человек в одиночку. Единственный, кто может быть сейчас с госпожой Марией... единственный, кто понимает, какое бремя она несла... это ты, верно? Ты единственный, кто может защитить её сердце.

"Конечно, я бы так и сделал", подумал я. У меня были все намерения попытаться помочь Марии: — Но что я могу сделать...?

— Иди и побалуй её.

— Побаловать... её?

— Делай всё, что она хочет. Госпожа Мария всё это время в одиночку держала на себе всю страну. Как женщина и как королевская особа, я уважаю её. Так что, просто... освободи её. Прими её желания, её потери, её стремления, её сожаления и её боль. Как твоя первая основная королева, ты имеешь мое разрешение делать всё, что тебе нужно.

— Ха-ха-ха... — Лисия была просто потрясающей. Мне нужно было подготовиться. — Хорошо. Я собираюсь избаловать Марию до смерти.

Как только я закончил разговор с Лисией, я сразу же направился в комнату Марии. За дверью Марии стоял один дракшутист, которого я оставил охранять её, и один имперский гвардеец. Я быстро поприветствовал их, затем встал перед дверью, выравнивая дыхание, прежде чем постучать.

— Госпожа Мария, это Сома. Могу я войти?

— Господин Сома...? Да, пожалуйста, — раздался голос Марии из комнаты.

Я открыл дверь и вошёл. Моё первое впечатление: было темно. Свечи не горели, и только бледный лунный свет проникал через окно. Я был рад, что сегодня не пасмурно. Если бы не лунный свет, то, наверное, было бы слишком темно, чтобы мы смогли нормально поговорить.

Закрыв за собой дверь, я оглядел дорогую мебель и другие предметы декора. В целом, тон комнаты был светлым и женственным.

Мария стояла у окна. Когда я подошёл достаточно близко, чтобы мы могли видеть выражения лиц друг друга, она слабо улыбнулась мне.

— ...Это напоминает мне о том времени, когда мы встретились в Земе.

— Раз уж ты об этом заговорила... луна в ту ночь тоже была яркой.

Мария хихикнула: — Да. И мы дали обещание под лунным светом. Вот почему ты сейчас здесь, со мной.

— Я всё ещё не уверен... что это повод для радости, — сказал я, пожав плечами.

◇ ◇ ◇

В тот день, когда мы впервые встретились в Земе, в обмен на помощь Империи с (тогда ещё) Союзом Архипелага Девятиглавого Дракона, Мария предложила, чтобы я пообещал ей кое-что взамен. В то время это казалось немыслимым.

Вот что сказала Мария...

— Если в какой-то момент в будущем... окажется так, что империя может распасться, я намерена разделить её без колебаний.

Я был ошеломлён. Я сомневался в своих ушах и не мог ничего сказать в ответ.

Не обращая внимания на мою реакцию, Мария продолжила.

— Наша страна стала слишком большой. Население слишком велико, чтобы мы могли с ним справиться. Я принимала свою должность главы Декларации Человечества до сегодняшнего дня, потому что понимала необходимость мощной нации в качестве эмоциональной поддержки в противостоянии с Доменом Владыки Демонов... Но сейчас Королевство Фридония прочно утвердилось в качестве могущественного государства на востоке, и фракция сэра Фуги также поднимается. Эпоха, когда люди полагались на Декларацию Человечества для поддержания своего существования, подходит к концу.

Она покачала головой.

— Нет, дело не в этом, — поправила себя Мария. — Это старая, окостеневшая система, с которой нужно покончить. Если всё, что осталось в сердцах людей моей Империи – это гордость за то, что они возглавляют Декларацию Человечества, то это не лучшее место для нас. Я не могу допустить, чтобы из-за гордости проливалась кровь. С этой целью, я думаю, я собираюсь начать подготовку.

Глаза Марии были полны убеждённости, когда она говорила.

— Чтобы отсечь сторонников жёсткой линии, зацикленных на том, что Империя когда-то была величайшей из всех наций, и желающих активно участвовать в борьбе с Доменом Владыки Демонов я буду медленно собирать на севере, перемещая туда их владения. Это позволит им легко отделиться от Империи, когда они откажутся от меня.

— Вы собираетесь заставить их воспользоваться правом на самоопределение?!

— Да. Дыра в Декларации Человечества, о которой вы мне скали, сэр Сома. Поскольку декларация уважает право культурных и расовых групп на самоопределение, у нас нет возможности помешать им уйти. Правила говорят, что мы не имеем права. Я попрошу их "воспользоваться" этим.

Я обхватил голову руками, потому что понял, что Мария всерьёз намерена разделить Империю. Распад великой державы и изменение баланса сил между странами по соседству – это наверняка вызовет большие волны, которые поглотят близлежащие страны. Это гарантированно отразится и на нашей стране.

"Я должен подготовиться", — срочно подумал я.

Затем, тихим голосом, Мария сказала: — У меня есть к тебе просьба... когда придёт то время.

— Просьба?

— Да. Когда это произойдет, Декларации Человечества больше не будет. Империя перестанет быть самой сильной нацией, и я полагаю, что нам будет трудно поддерживать государство в одиночку. Даже если это произойдёт... я все равно хочу защитить тех, кто верит в меня. Я хочу разделить страну, а не уничтожить её. Поэтому, когда придёт время...

С решительным видом она изложила свою просьбу.

— Я хочу заключить несекретный союз с Королевством.

Одолеваемый разными мыслями, я сумел вымолвить: — Не стоит говорить такие зловещие вещи....

— Важно подготовиться, — сказала Мария со смехом.

Я был удивлён, что есть лидер, который может подготовиться к подобным вещам. Это заставило меня по-новому оценить её как человека, который в одиночку поддерживал достоинство этой великой нации.

В то же время я понял, что она достигла своего предела и тянется ко мне в поисках спасения.

— Хорошо... — сказал я, взяв её за руку.

Я чувствовал как рациональное желание короля предотвратить распад Империи и его последствия для моей страны, так и личное желание спасти женщину, которую я видел перед собой. Оба они имели один и тот же ответ, поэтому я не испытывал никаких колебаний.

— Если это время когда-нибудь наступит, Королевство поступит так, как ты пожелаешь.

— Я верю в вас, господин Сома.

Это было наше обещание.

◇ ◇ ◇

— Империя распалась... — сказала Мария.

Услышав её, я пришёл в себя.

Она говорила о распаде Империи, как человек, разочарованный тем, что его любимую кружку разбили. Но... я знал, что лучше не предполагать, что то, как она говорила, совпадало с тем, что она чувствовала внутри. Всё это время она носила маски. Маска императрицы величайшей страны в мире. Маска лидера Декларации Человечества и всего человечества. И маска святой, которая была добра ко всем, но её сердце всегда разрывалось.

Как бы она ни хотела быть обычным, рядовым человеком, эти маски преследовали её повсюду. Временами она использовала их, а временами они использовали её. Дошло до того, что она забыла, какой была её настоящая сущность.

Мария мягко улыбнулась, продолжая.

— Я долго готовилась, чтобы этот день настал. Я взяла тех, кто хотел, чтобы я стала святой, тех, кто хотел предринимать активные шаги к Домену Владыки Демонов, тех, кто слепо поклонялся мне, и сосредоточила их в северных регионах. Я делала это медленно, чтобы они не заметили. Среди них был даже сэр Крахе, который отдал бы за меня жизнь, и бывший друг Жанны Люмьер.

Я внимательно слушал её слова.

— Я сделала так, чтобы их было легко освободить. Чтобы, когда моих сил станет недостаточно, я могла отпустить эти земли и реорганизовать империю в нечто более лёгкое для управления... Нет, это уже нельзя назвать империей. Наконец-то я могу отказаться от титула императрицы.

С улыбкой, которую можно было прочитать либо как язвительное веселье, либо как насмешку над собой, Мария положила руку на грудь.

— Тем не менее, теперь, когда дело дошло до этого, мои эмоции захлёстывают. Несмотря на то, что всё это время я хотела отбросить их в сторону, иногда мне даже хотелось просто выплеснуть их. Но теперь, когда они вырываются, я чувствую себя жалкой. Меня одолевает чувство сожаления, которого я никак не ожидала испытать. Хе-хе-хе... Я такая безнадёжная правительница.

— Госпожа Мария....

Я подошёл ближе, произнеся её имя. Но она продолжала говорить.

— Хех... По правде говоря, я чувствую себя ужасно из-за того, что втянула в это тебя, Королевство Фридония и даже остальных членов Морского Альянса. Мне очень жаль, но я должна рассчитывать на то, что ты будешь присматривать за всем отсюда. Я знаю, что ты можешь быть более жизнеспособным правителем, чем я, – тем, кого народ не превратит в идола. Поэтому....

— Мария!

Я схватил её за плечи и посмотрел прямо в глаза, как бы говоря: "Посмотри на меня." Хотя она улыбалась, когда говорила, она совсем не смотрела на меня. Казалось, она убила своё сердце до такой степени, что не видит лица собеседника.

— Ой...! Больно.

Улыбка, которая была на её лице, исказилась от боли. Я наконец-то сорвал с неё эту маску.

Я сжал сильнее. Её руки были такими стройными, что даже моя хватка – которая, несмотря на все тренировки, которые мне дал Оуэн, была немногим лучше, чем у обычного грубияна – была для неё болезненной. И всё же эти стройные плечи выдерживали вес огромной нации. Как сильно это сказалось на её сердце?

— Достаточно, Мария...

Что-то потекло из моих глаз, по щеке. Следующее, что я понял... я заплакал раньше, чем она.

Мария уставилась на меня, ошеломлённая. Ещё бы не была. Она была единственной, кто действительно хотел заплакать, но я её опередил.

— Господин... Сома?

— Достаточно, Мария. Ты больше не должна... держать всё в себе.

В следующее мгновение по лицу Марии скатилась крупная слеза. Она дотронулась до неё, удивлённо оглядывая собственную руку.

— Ах...

Её лицо, такое спокойное до этого, напряглось.

— Ах... Аххххххххххх!!!

Она громко заплакала.

Как только я ослабил хватку на её плечах, она неоднократно пыталась вытереть слезы. Но это было невозможно. Она сдалась и зарылась лицом в мою грудь.

Я нежно обнял её хрупкое тело.

◇ ◇ ◇

В день смерти моего отца я, Мария Эйфория, стала императрицей.

Во время правления моего отца перекосы в государстве, вызванные экспансионистской политикой прошлых императоров, привели к беспорядкам, в результате чего Империя Гран Хаоса вступила в эпоху упадка. Отец был терпеливым человеком, поэтому, скорее всего, не возражал против этого. Однако с появлением Домена Владыки Демонов люди стали смотреть на нашу упадочную Империю как на знаменосца человечества, и наш авторитет начал восстанавливаться. Это привело к тому, что объединённые силы человечества начали вторжение в Домен Владыки Демонов... и потерпели полное поражение.

Отец был убит горем при мысли о всех погибших, и это разрушило его сердце, его тело и в конечном итоге забрало его жизнь. Несмотря на это, я унаследовала огромную империю. Это были тёмные дни.

Города были наполнены голосами неуверенности... Беженцы были изгнаны из своих домов, им некуда было идти. Те, кто жил на границе, боялись, что они будут следующими. Правители, подозрительно относящиеся друг к другу. Трения с беженцами и моими собственными людьми, борющимися с плохой экономикой.

— Что теперь будет...?

— Мы ничего не можем сделать. Нападение на Домен Владыки Демонов было неудачным...

— Дальше будет только хуже.

Все они повесили головы, никто из них не мог видеть светлое будущее.

Те, кто имел определённый достаток, опасаясь, что его отнимут, не могли проявлять сострадание к другим. В результате страдали беженцы, бедные и другие угнетённые слои общества. Это была эпоха без надежды. Я хотела сделать то немногое, что в моих силах, чтобы изменить это.

Во-первых, я создала Декларацию Человечества, выступив в качестве главного подписанта пакта, и показала всему миру, что ситуация не станет хуже, чем была. В то же время я использовала своё положение императрицы сверхдержавы, чтобы держать другие страны в узде, предотвращая войны между всеми остальными народами человечества. Я хотела быть той надеждой, которая позволит людям поднять голову.

Пока я все это делала, расширение Домена Владыки Демонов привело к тому, что давление от атак монстров стало распределяться более широко. Это создало тупик, и империя и другие страны начали успокаиваться. Затем, когда спокойствие вернулось, меня стали называть святой империи.

Хотя я была рада, что стала источником надежды для людей, в результате меня возненавидела Лунарская Ортодоксальная Церковь. Тем не менее, я смирилась с этим.

Надев маску миролюбивого правителя, я гармонично улыбалась им. Правителям, которые, несмотря на свою настороженность по отношению к моей стране, просили нашей помощи и искали любую возможность воспользоваться ею. Обнищавший народ, жаждущий спасения от жалкого уровня жизни. Мои собственные сторонники, закостенелые в своей гордости за принадлежность к величайшей стране и призывающие к мести Домену Повелителя Демонов... Я должна была действовать так, чтобы все эти люди увидели во мне хорошего правителя.

Единственной, кому я могла показать себя, была моя сестра Жанна. Я приходила к ней в комнату, садилась у её кровати и болтала с ней о всякой ерунде, а она в отчаянии смотрела на меня.

— Жанна... я устала. Могу я одолжить твои колени в качестве подушки?

— О, ради всего святого. А ты ведешь себя так достойно перед всеми остальными....

Несмотря на свои вздохи, она всегда смирялась и позволяла мне положить голову ей на колени. Вспоминая сейчас... возможно, тогда на мне была маска. Маска недисциплинированной старшей сестры Жанны.

Я вела себя так, чтобы Жанна не волновалась, позволяя ей видеть, как я расслабляюсь, чтобы она думала, что у меня всё ещё есть какая-то гибкость. На самом деле я уже давно достигла предела своих возможностей и вела себя так, как требовали от меня люди. Я могла бы даже играть роль лорелеи. Но... у меня была одна маленькая надежда: Сэр Сома Казуя, герой, призванный тогдашним королевством Эльфриден.

Я предложила Королевству провести ритуал вызова героя в качестве альтернативы, потому что знала, что они не смогут выплатить нам субсидии на войну. Я никогда не думала, что это действительно сработает... И в самых смелых мечтах я не представляла, что сэр Сома восстановит приходящее в упадок Королевство, присоединит княжество Амидония, пусть и с помощью принцессы Ророа, и станет величайшей державой на востоке.

Наконец-то я нашла человека, который мог бы вместе со мной нести все тяготы мира. Сома, в отличие от меня, не стал бы ничьим идеалом. Он не отрывался от реальности и неуклонно проводил в жизнь свои политические взгляды, даже если для этого ему приходилось быть жестоким.

С момента его появления, мало-помалу, я смогла показать всё больше и больше своей истинной сущности; Марии Эйфории, которая была не императрицей или святой, а обычным человеком.

— Ты и он – как масло и вода... Такое ощущение, что вы оба смотрите в совершенно разные стороны...

"Если подумать, именно так Жанна сначала увидела сэра Сому. Как я отреагировала? Хммм... О, да!"

— Но если мы оба смотрим в разные стороны, не думаешь ли ты, что мы могли бы устранить наши слепые зоны, если бы мы сотрудничали?

"Я так и сказала. Правда, Жанна? То, что я сказал тогда. То, что я чувствовала в тот момент. Может быть, ты понимаешь это сейчас?"

Иметь короля в далёкой стране, короля с другой точкой зрения, готового стать моим надёжным союзником. Тот, кто протянул бы мне руку помощи, когда моя страна рушилась, а я была на грани смерти. И который даже сейчас протягивал мне свою грудь, чтобы я могла опереться на неё, когда моё сердце было готово разорваться на две части.

"Понимаешь ли ты, как прекрасно иметь такого человека?"

— Вахххххххххх!!!

Сейчас я бесстыдно рыдала, уткнувшись в грудь господина Сомы. Когда в последний раз я могла вот так показать свои истинные чувства?

Сома нежно обнял меня, поглаживая по спине.

— Я...! Я...

— Да...

— Я... я не хотела просто быть милой со всеми! — заикаясь, пролепетала я. — Правда в том, что я просто хотела защитить тех, о ком я забочусь – тех, кто заботится обо мне! Я хотела играть в любимчиков!

— Да...

— Те, кого я действительно хотела защитить, были обычными людьми в городе... людьми, борющимися за свою обычную жизнь... Беженцы, изгнанные из своих родных мест... Я хотела быть их надеждой! Но если бы я была добра только к этим людям, я бы обязательно встретила сопротивление! Для людей, которые хотели, чтобы я освободила Домен Владыки Демонов, чтобы показать, что Империя – величайшая нация в мире... Я должна была вести себя как хороший правитель.

— Да...

— В моём сердце... меня это не волновало... Если люди могли жить в мире, мне этого было достаточно... Но я была вынуждена носить маску безмятежного и могущественного правителя. Я... я больше не хочу этого делать....

— Да... я знаю.

Руки сэра Сомы крепко обхватили меня. Теперь я была настолько близко, что могла чувствовать биение его сердца, а он, скорее всего, чувствовал и моё. Это было похоже на доказательство того, что я открываю ему всё.

Сэр Сома прошептал мне на ухо.

— Мир стал сильнее благодаря всем вашим отчаянным усилиям. Королевство Фридония, Республика Тургис и Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона – все они вступили в свои права. И, хотя я знаю, что странно говорить это о человеке, который только что пытался уничтожить Империю, но Фуга – великий человек. Мир не будет разрушен легко. Это уже не та эпоха, когда все должны держать глаза опущенными. И тот, кто вывел нас из этих времен... это ты, Мария. Никогда не сомневайся в этом.

— Да...

Держась в объятиях господина Сомы, я подняла на него глаза.

— Но я сделала это не сама по себе. Это потому, что ты тоже был там.

— Ах-ха-ха... Для меня большая честь слышать это. Ну, у меня есть такие союзники, как Ку и Шабон, семья и друзья, которые поддерживают меня. Даже такой сильный враг, как Фуга. Если бы кого-то из них не было, я не знаю, смог бы я зайти так далеко. Так что...

Сэр Сома оттолкнулся от меня и мягко положил руку на мою щеку.

— Тебе больше нет необходимости взваливать на себя всё. Мы будем нести это бремя вместе с тобой.

— Сэр Сома...

— Один я бессилен, но у меня есть вся помощь, которая мне понадобится; семья, люди и союзники в изобилии. Нас много, чтобы нести мир на своих плечах, так что давайте возьмём его на себя атакой человеческой волны.

— Хи-хи... Ты всё спихиваешь на них всех.

Услышав, как сэр Сома говорил об этом, я наконец-то улыбнулась.

— В этом нет ничего плохого. В моей стране наш стиль – делегировать дела людям, которым мы можем их доверить. Так что... — Положив руку на мою щеку, Сома мягко улыбнулся мне. — Теперь ты тоже можешь делать то, что хочешь.

Эти слова разрушили все маски, которые я носила всё это время.

Бремя свалилось с моих плеч, напряжение исчезло, и мне даже показалось, что я невесомо парю в воздухе. Наверное, у меня было очень глупое выражение лица, когда я освободилась.

Я протянула руку, коснулась щеки сэра Сомы... и ущипнула его.

— Ой...

— Я подумала, что мне это приснилось.

— Разве вам не нужно ущипнуть себя за щеку, чтобы проверить это?

— Я могу чувствовать боль в своих собственных снах.

— Да, тогда я не знаю.

Поскольку у нас был такой глупый обмен мнениями, слёзы ушли.

— Это действительно... нормально для меня делать то, что я хочу?

— Не понимаю, почему бы и нет. Я уверен, что вы подавляли себя чертовски долго.

— Понятно... — Я ухмыльнулась Соме и сказала: — Есть кое-что, что я хочу сделать прямо сейчас. Ты не против?

— М-м. Конечно, если это то, что я могу сделать. Лисия сказала мне баловать тебя, в конце концов.

— Прекрасно.

Я крепко схватила лицо Сэра Сомы обеими руками. Когда он удивлённо уставился на меня, я встала на цыпочки, и... в следующее мгновение мои губы сомкнулись с его губами.

Секунды спустя, когда наши лица разошлись, его глаза были широко раскрыты. Я хихикала над его глупым выражением лица.

Затем, когда он уставился на меня в оцепенении, я сказала ему:

— С этого момента, я думаю, я буду делать то, что хочу, не сдерживаясь. Так что... прими меня такой, какая я есть.

Я понял одну вещь.

— Мурлык....

Мария сейчас была похожа на довольную кошку.

Имперская святая мурлыкала, положив голову мне на колени. Она делала это каждый раз, когда я проводил пальцами по ее блестящим волосам. Я протер глаза, когда утреннее солнце заглянуло в окно.

Прошлая ночь была... тяжелой.

Мария, вероятно, была на пределе своих эмоциональных возможностей. Чувство вины за раскол страны и за то, что она бросила других ради тех, кому хотела помочь, неуверенность в том, как люди отнесутся к ее поступку, и облегчение от того, что ее освободили от всех тягот... Все эти мысли и чувства кружились внутри нее, не давая ей уснуть. А когда ей все же удавалось заснуть, она тут же просыпалась снова.

И каждый раз, когда она это делала, я прижимал ее к себе.

Верный своему слову, я сделал все, о чем она просила. Если она не могла заснуть, я болтал с ней о всяких несущественных вещах, а если она просыпалась от кошмара, я крепко обнимал ее и шептал, что я рядом с ней. Если она плакала, я нежно гладил ее, а если она дрожала, я делился с ней теплом своего тела. В общем, я откликался и исполнял все ее желания, чтобы облегчить ее сердце. Все это привело к тому, что сейчас ее голова лежит у меня на коленях.

На мне были рубашка и брюки, а на Марии - пеньюар, но я не помнил, как мы переоделись... Вообще, я так устал, что все мои воспоминания были какими-то расплывчатыми.

"Мне нужно обратиться к психиатру, или консультанту, или... к кому-то еще." - размышлял я работоспособной частью мозга.

Хоть я в общих чертах представлял себе работу таких специалистов, но не имел никаких академических знаний на эту тему. Поэтому сейчас я собирал людей, интересующихся психологией, в Профессиональной школе Джинджера и поручал им собирать анамнезы. В этом мире, где вера глубоко интегрирована в жизни людей, многие вопросы доходили до церкви. Поэтому я попросил архиепископа Соуджи и исповедальные комнаты сотрудничать с ними.

— Сэр Сомааа... Погладь меня еще....

— Хорошо, хорошо.

Я вернулся к работе, поглаживая голову Марии. Я немного волновался, что она вернулась в какое-то детское состояние.

— Уже утро....

— Миу... Я не хочу идти на работу.

— Да... У тебя достаточно времени для отдыха. Переговоры не начнутся до обеда.

Ситуация оставалась напряженной, но Лисия и Эксель скоро прибудут с основными силами, а Хакуя должен был забрать Жанну из крепости Хамон по пути сюда. Я сказал Фуге, чтобы он также связался с Хашимом. Не стоит ожидать их прибытия до полудня.

Я хотел немного поспать, чтобы подготовиться к этому, но...

— Хи-хи-хи, сэр Сомаа.

Мария держала мою руку, потираясь щекой о ее тыльную сторону. Отдохнув, она выглядела лучше, но собиралась ли она отпустить меня в ближайшее время?

◇ ◇ ◇

Тем временем, с рассветом премьер-министр Хакуя прибыл в крепость Хамон. Пока он спускался из гондолы, ожидавшая его Жанна бросилась в его объятия.

— Господин Хакуя!

— Ах! Госпожа Жанна... — Хакуя обнял ее, когда она прижалась к его груди. — Я... так рад, что с вами все в порядке.

— Уркх... Прости. Я говорила тебе, что у нас все будет хорошо, но посмотри на это печальное зрелище... Мы втянули тебя и Королевство.

— Нет. Я здесь по приказу Его Величества, ищу оптимальный для нас исход.

С этими словами Хакуя отпустил Жанну и вытер слезы с ее глаз.

— Если бы я потерял вас, я бы уже не смог придумать самое лучшее будущее.

— Господин Хакуя....

Жанна пыталась сдержать слезы перед солдатами, но не смогла. Глаза Гюнтера и имперцев округлились при виде рыдающей Жанны. Это был первый раз, когда она проявляла столько эмоций.

Она всегда была на взводе. Будучи младшей сестрой императрицы и генералом Империи, Жанна не могла ни на кого положиться из-за своих несравненных талантов, что заставляло ее все это время держаться с достоинством. Но теперь ей было на кого опереться. Солдаты, понимавшие это, плакали вместе с ней - даже неразговорчивый генерал Гюнтер.

Хакуя подождал, пока Жанна успокоится, прежде чем заговорить.

— После этого я отправлюсь в Валуа для переговоров о перемирии. Мадам Жанна, я бы хотел, чтобы вы меня сопровождали.

— Шмыг... Ты хочешь? — Жанна вытерла слезы и подняла глаза на Хакуя. — Конечно. Я бы хотела пойти с тобой. Однако... я не уверена, что смогу оставить гарнизон....

— Идите, госпожа Жанна, — сказал Гюнтер, прерывая ее возражения. Он стукнул по грудной пластине брони. — Защиту этого места предоставьте нам. Даже если войска Королевства Великого Тигра нападут после вашего ухода, мы отправим их в полет столько раз, сколько потребуется. Я прав, мужики?!

— Дааааааа!!!

Имперские солдаты громко закричали в ответ.

Этого следовало ожидать, когда здесь собралось столько поклонников Дома Эйфории. Гюнтер улыбнулся Жанне, хотя из-за его грубого характера это было трудно распознать.

— Мы будем держать оборону здесь. А вы идите и поддержите Ее Императорское Величество. Я уверен, она захочет увидеть ваше лицо.

— Сэр Гюнтер....

— Премьер-министр Фридонии. Пожалуйста, присмотрите за леди Жанной для нас.

Гюнтер склонил перед ним голову, а Хакуя твердо кивнул ему.

— Так и будет.

И вот они вдвоем сели в гондолу Хакуи и отправились в столицу.

В гондоле Хакуя с беспокойством посмотрел на Жанну, которая сидела напротив него. Поскольку ее лицо было обращено вниз, Хакуя, который был выше и сидел выше, не мог видеть ее выражения.

— Что станет с Империей... и сестрой? — пробормотала Жанна. Хакуя заколебался, но решил быть с ней откровенным.

— Я уверен, что, раз империя пала, госпожа Мария не может остаться императрицей.

— Д-да?

— Да. Но это было то, чего желала госпожа Мария.

— А...?

Хакуя взялся за объяснения того, как Мария планировала уменьшить империю. Он рассказал про небольшие изменения, которые она внесла в домены своих вассалов. О том, какие предложения она сделала Соме, чтобы получить поддержку Морского альянса, когда придет время. И наконец... как она осуществила свой план по отторжению части своей территории, когда войска Фуги пошли в атаку.

Когда Жанна услышала все это, она закрыла лицо обеими руками.

— Я возложила на свою сестру такое бремя...!

— Я должен признать, что госпожа Мария невероятна, раз смогла спланировать весь этот сценарий в одиночку, — произнес Хакуя, а его голос был спокоен. — Однако, ей понадобилась помощь многих людей, чтобы воплотить свой план в жизнь и прибрать за собой. Это не было результатом только ее усилий. Возможно, это первый раз, когда она обратилась за помощью к другим.

— Обратилась... за помощью?

Хакуя молча кивнул.

И Его Величество протянул ей руку. Он обратился ко многим людям, чтобы спасти госпожу Марию. У Его Величества есть искренность, чтобы искать помощи у других, и сила, чтобы заставить их захотеть одолжить ему свои силы. Именно так он смог мобилизовать не только Королевство Фридония, но и Республику Тургис и Королевство архипелага Девятиглавого Дракона. Когда я предложил ему свои услуги, я сказал ему, что у него неплохой потенциал как у короля.

— Это было комплиментом...?

— Это высшая оценка.

То, как Хакуя сказал это с бесстрастным выражением лица, вызвало смех у Жанны.

— Господин Сома действительно потрясающий, если смог помочь моей сестре.

— Я же говорил вам, не так ли? У Его Величества талант привлекать других людей на помощь. Без других это было бы невозможно. Очевидно, это касается и вас, и ваших людей.

— И мы тоже?

— Задержав силы Королевства Великого Тигра, вы дали нам время, необходимое для того, чтобы добраться сюда. Если бы они смогли захватить не только северные земли, переговоры были бы намного сложнее.

— Понятно... — Жанна немного прослезилась и слегка улыбнулась. — Вы думаете, что я смогла помочь своей сестре, пусть даже совсем немного.

— Да. И....

— И?

— Кажется вероятным... что время, когда нам действительно понадобится ваша сила, вот-вот наступит, госпожа Жанна.

— Моя сила?

Жанна подмигнула ему. Хакуя кивнул.

— Каким бы ни был результат... эта война станет поражением для Империи. Даже если все прошло по плану госпожи Марии, это все равно капитуляция с передачей севера. Госпоже Марии, как лидеру побежденной армии, придется взять на себя ответственность.

— Ах...!

— Очевидно, что ее жизнь не будет в опасности. Как участники переговоров, мы бы этого не допустили. Однако, в новой, меньшей стране госпоже Марии будет невозможно оставаться императрицей. Я не знаю, будет ли править королева или императрица, но этот титул должен будет перейти к кому-то другому. А что касается того, кто этот кто-то....

Хакуя пристально смотрел на Жанну. Внезапно ее осенило.

— А?! Я?!

— Ты думаешь, что принцесса Трилл, сможет?

— О, нет! Это невозможно... Но я тоже не люблю политику! Я никогда не смогу стать правителем, как моя сестра....

— Нет необходимости взваливать на себя все, как это делала госпожа Мария. Вы можете взять кого-нибудь, хорошо разбирающегося в политике, в мужья и вместе с ним управлять страной...

— Королевский консорт...? Но....

По сути, Хакуя говорил ей, чтобы она взяла себе мужа. Жанна потрясенно замолчала, услышав эти слова от него. Чувства, которые она испытывала к Хакуе во время их конференций, кричали внутри нее. Однако, это длилось всего секунду.

Хакуя медленно встал, затем опустился на одно колено перед Жанной.

— С-сэр Хакуя?

— С этого момента я буду поддерживать тебя не через кристалл, а стоя подле тебя, — сказал он, протягивая ей правую руку.

Он предлагал... Предлагал стать ее супругом.

Жанна быстро моргнула.

— А?! Вы собираетесь стать моим мужем?! Господин Хакуя?!

— Да.

— А как же Королевство?! Вы же их премьер-министр, верно?!

— Я уже получил разрешение от Его Величества. Это означает, что мне придется некоторое время исполнять обязанности премьер-министра обеих стран, но я намерен жить в Империи. Уверен, что мои обязанности в Королевстве постепенно перейдут к моему преемнику, господину Ичихе.

Хакуя предсказывал, что новая империя вступит в личный союз с королевством Фридония. Если посмотреть на близость отношений между Сомой и Марией, то вполне можно было предсказать, что она выйдет за него замуж теперь, когда она больше не императрица. Это означало бы, что Сома будет носить императорский титул, как он носил княжеский титул Амидонии. Но в отличие от княжества, которое было их соседом, империя не была связана с ними географически, поэтому ее было бы трудно включить в состав. Это означало, что для укрепления отношений между двумя странами будет создан личный союз во главе с Сомой, а фактическое управление будет осуществлять их новая правительница Жанна. В такой ситуации Хакуя мог бы стать премьер-министром обеих стран.

Жанна посмотрела на него в замешательстве.

— Вы уверены? Это тяжелая ноша.

— Я готов к этому. Его Величество уверен во мне.

— Вы действительно не против приехать в Империю?

— Как ни странно, я с нетерпением жду этого... — Хакуя слабо улыбнулся, чего обычно от него не ожидали. — Я слышал, что Великая библиотека Валуа даже более замечательна, чем архивы, которые есть у нас в Королевстве.

— Мург... Твоя причина номер один - книги?

— Хех, конечно нет. Номер один - это ты, конечно же.

— Ну, тогда все в порядке. — Жанна взяла Хакуя за руку. — Полагаю... с этого момента я смогу воспользоваться твоей помощь, когда захочу.

— Пока я жив.

— Я начинаю чувствовать, что это будет происходить часто. Но это значит, что мне придется привыкнуть приказывать тебе....

С этими словами Жанна отпустила руку Хакуи и похлопала по сиденью рядом с собой.

— Во-первых, я бы хотела, чтобы вы сели рядом со мной.

— По вашей воле.

Хакуя сел рядом с Жанной, как было велено. Жанна продолжала.

— Посмотрим. Думаю, теперь я попрошу тебя обнять меня.

— Хех, это приказ?

Когда Хакуя задал этот вопрос, Жанна застенчиво улыбнулась.

— Нет. Это милая просьба от женщины, которая станет твоей женой.

◇ ◇ ◇

Около двух часов дня фридонские силы национальной обороны прибыли в Валуа.

Фуга, похоже, не был заинтересован в продолжении войны, а силы Королевства Великого Тигра прекратили осаду имперской столицы, поэтому Национальные силы обороны развернулись напротив них. Это было сделано специально на случай, если войска Фуги захотят продолжать сражение.

Пока Национальные силы обороны под руководством Эксель и Людвина сдерживали силы Королевства Великого Тигра, Лисия прибыла в замок Валуа вместе с Айшей. Мы с Надин встретились с ними в офисе правительственных дел замка.

— Сома, ты в порядке? Ты ведь нигде не ушибся? — это были первые слова Лисии, когда она начала ощупывать меня со всех сторон, проверяя, нет ли на мне повреждений. Я чувствовал, что теперь, когда она стала матерью двух младенцев и помогала другим королевам с их детьми, она стала еще более склонна возиться со мной.

Я криво улыбнулся и положил руку на плечо Лисии.

— Я же сказал тебе, я в порядке. Ты ведь видела трансляцию? С тех пор я нахожусь в замке.

— Но ты поймал госпожу Марию, когда она падала, верно? Никто не говорил мне, что будет такое шоу, поэтому у меня мурашки по коже.

— Да... у меня тоже, — сказал я.

"Вспоминая... Поскольку Мария решила сама провернуть этот трюк, я с содроганием думаю, что бы случилось, если бы я не успел вовремя."

Лисия помахала рукой Айше, которая отреагировала с явным ликованием. Она виляла своим метафорическим хвостом, когда подошла к нам.

— Ваше Величество! Я так скучала по вам!

— Да ладно, прошло всего несколько дней, верно?

— Но ты не взял меня с собой, когда собирался в осажденный замок, — пожаловалась она, а ее щеки надулись. — Из-за этого я чувствовала себя такой одинокой в роли твоей королевы и телохранителя. Если бы я была с тобой, я могла бы уничтожить наступающие полчища солдат Королевства Великого Тигра.

"Какое жестокое суждение для такого милого личика..."

Я криво улыбнулся, погладив Айшу по голове.

— Извини. Но я должен был учесть возможность того, что, если Фуга решит не быть разумным, между нашими силами может произойти бой. Я хотел, чтобы ты была с Лисией, если до этого дойдет.

— Хмм... Ну, да, я тоже хочу защитить Лисию....

— Хи-хи, спасибо, что всегда была рядом, Айша, — сказала Лисия.

— Да, мэм! Вы слишком добры!

Айша отсалютовала в ответ на улыбку Лисии.

Они прекрасно ладили друг с другом благодаря всем тем тяготам, которые им пришлось разделить, и опыту совместного воспитания детей. Хотя это можно сказать о любых двух моих женах.

Затем Лисия улыбнулась Надин.

— Спасибо, что позаботилась о Соме, Надин.

— Эй, это моя работа. Он всё-таки мой рыцарь, — ответила она с самодовольным фырканьем. При этом чешуйчатый хвост Надин метался взад-вперед, шлепая по земле позади нее.

"Ее так легко прочитать.". Я всегда с улыбкой наблюдаю за тем, как общаются мои жены.

— Хи-хи! Кстати, Сома?

Лисия подозрительно посмотрела на меня.

— Хм?

— Это было в уголке моего зрения все это время, поэтому я задавалась вопросом... что это?

Лисия смотрела на шторы, закрывающие окна рядом с дверью, ведущей на балкон. Одна из них неестественно оттопырилась, обернувшись вокруг чего-то.

— О, это... — Я почесала щеку. — ...бывшая императрица.

— Повтори? — Лисия косо посмотрела на меня. Я мог практически видеть вопросительный знак, плавающий над ее головой.

— А... госпожа Мария? Не могли бы вы уже выйти?

Комок в занавесках дернулся, когда я назвал ее имя. Затем, покрутившись, она вышла вся ярко-красная, ее воздушные длинные волосы были немного растрепаны, а глаза слезились.

Лисия уставилась на нее, ошеломленная тем, что обычно спокойная и владевшая собой Мария находится в таком состоянии.

— Что... случилось с ней?

— Я баловал ее, как ты и сказала, и что ж... вот результат.

Накануне вечером я потакал всем прихотям Марии. Говорил и не говорил. Это привело к тому, что Мария мурчала, как котенок, почти до рассвета. В отличие от меня, который ухаживал за ней всю ночь, цвет лица Марии значительно улучшился благодаря полноценному отдыху. Это означало, что она была в более осознанном состоянии, чем я.

Да, придя в себя, Мария вспомнила все, что мы делали прошлой ночью. Все, начиная с момента, когда она поцеловала меня, и заканчивая тем, чем мы занимались после этого - и, самое главное, время, которое она провела, изображая кошечку. Так что...

— Господин Сома, погладьте меня побольше.

— Мрроу... Я не хочу работать.

Она вспомнила все те времена, когда разговаривала со мной этим мурлыкающим голосом.

Когда она проснулась в постели, опираясь на мою руку, и обнаружила, что я сплю рядом с ней (я вырубился), на нее нахлынул поток воспоминаний о прошедшей ночи. К тому времени, когда я сам проснулся, Мария была слишком смущена, чтобы посмотреть мне в лицо. Вместо этого она корчилась, уткнувшись лицом в подушку. Это было довольно мило.

— Вот как все было… — сказала Лисия, выслушав мое объяснение, и я кивнул.

— Ага.

— Чтобы госпожа Мария была так смущена... Что она сделала?

— Ты бы видела, как она мурлычет....

— Не говори ей! — Мария заплакала, закрывая мне рот, чтобы заткнуть меня.

Затем, пытаясь скрыть неловкость, Мария прочистила горло.

— Хм... давно не виделись, не так ли? Леди Лисия.

— А? О, да. С момента встречи лидеров в Королевстве Драконьих Рыцарей, я думаю?

— Вроде так. Значит, около двух лет?

— В то время я никогда бы не подумала, что наша следующая встреча будет такой. — Лисия посмотрела в глаза Марии. — Но в тот момент ты уже готовилась к этому.

— Да... — сказала Мария со слегка извиняющейся улыбкой. — Лидер нации, готовящийся расколоть ее. Это было трусостью с моей стороны, не так ли?

— Нет... Я уважаю тебя за это. Ты осталась верна себе, защищая тех, кого хотели защитить - даже если это означало, что страна распалась, а люди винили в этом тебя. Как человека, родившегося в королевской семье, и как женщину, это настолько впечатляет, что вызывает у меня зависть.

— О...! Спасибо, леди Лисия. — Мария улыбнулась, ее глаза увлажнились от слез. Она нашла еще одного человека, который понимал ее.

Лисия, тем временем, застонала, на ее лице появилось сложное выражение.

Мария недоуменно посмотрела на нее и спросила.

— Что-то случилось?

— Я слышала от Хакуи, что будет дальше. Скорее всего, ты больше не будешь императрицей. И как только ты станешь свободной, ты захочешь выйти замуж за Сому, верно?

— Ну... да. Если это возможно, я бы хотела этого, — сказала Мария, покраснев и посмотрев в мою сторону.

Лисия, Айша и Надин смотрели на меня во все глаза. Они не обвиняли меня, но я все равно чувствовала себя виноватым. Как будто я спал на кровати с иголками.

Лисия вздохнула.

— Не будет ли проблемой то, что я выше тебя в иерархии семьи...?

— Не будет. В отличие от меня, которая отбросила все это, ты мужественно несла бремя, которое твоя кровь возложила на твои плечи, не так ли? — Мария слегка улыбнулась Лисии. — И я, конечно, сделаю все, что в моих силах, чтобы поддержать тебя в этом.

— Госпожа Мария....

— Хи-хи. Хотя, теперь, когда я не императрица, я нашла то, чем хочу заниматься, так что, думаю, я бы хотела поставить это на первое место перед любой работой в замке.

— И что это может быть? — спросила Лисия.

С озорной улыбкой Мария приложила палец к губам.

— Пока что это секрет, — сказала она. — Мы поговорим, когда я снова стану просто Марией.

Мария выглядела такой красивой, когда говорила это. Чем она хочет заниматься? Она мне тоже не говорила, но было ясно, что у нее есть какое-то светлое будущее. Это радовало меня больше всего.

Пока мы болтали, прибежал гонец и сообщил, что Хакуя и Жанна прибыли. Мы все поспешили во двор замка Валуа.

Жанна как раз выходила из гондолы, когда мы приехали.

— Жанна!

— А?! Сестра!

Мария подбежала и нырнула в объятия сестры.

Жанна сначала выглядела удивленной, но вскоре пролила обильные слезы, когда обняла ее, искренне радуясь, что ее сестра в безопасности.

Увидев, что сестры Эйфории воссоединились, я почувствовал жар в груди. Я должен защитить этих двоих. Я поклялся себе в этом.

◇ ◇ ◇

— Честное слово, сестра! Ты хоть представляешь, сколько проблем ты всем доставила?!

— Да....

Как только они воссоединились, Мария и Жанна попросили остальных дать им побыть наедине и удалились в комнату Марии. Теперь Мария была вынуждена стоять на коленях на кровати, пока Жанна делала ей замечание.

Мария сжалась, как маленькая девочка, несмотря на то, что ей было уже за двадцать.

— Когда я увидела, как ты прыгнула... меня чуть не разорвало на части! Солдаты в крепости Хамон тоже были в ужасе! Вечно ты! Ты недостаточно ценишь себя! Это просто невыносимо для окружающих!

— Да... мне жаль.

— Да... еще бы... тебе не было... — сказала Жанна, ее голос повысился от гнева. Но постепенно он затих, когда ее глаза наполнились слезами. — Старшая сестра....

— Жанна....

— Я... Я так... так рада... что с тобой... все в порядке... Вахххххх! — Жанна крепко сжимала Марию, пока рыдала. Мария обхватила Жанну руками и нежно погладила ее по спине.

— Жанна. Из-за тебя трудновато дышать.

— Оххх... Просто потерпи немного... — сказала Жанна, фыркая.

— Хи-хи! Хорошо...

Мария продолжала нежно обнимать Жанну, пока та плакала.

Через некоторое время, когда Жанна успокоилась, Мария перестала стоять на коленях и попросила Жанну сесть рядом с ней. Сестры сидели на кровати бок о бок. Мария гладила Жанну по голове, когда та заговорила о том, о чем им нужно было поговорить.

— Слушай, Жанна. Я хотела тебя кое о чем попросить.

Жанна фыркнула, прежде чем спросить.

— Что это...?

— Это то, что я сама не могу сделать хорошо, поэтому я хотела спросить тебя, — сказала Мария с мягкой улыбкой.

— Ты уверена в этом, сестра? — нерешительно спросила Жанна, стоя позади Марии, которая сидела на стуле.

Мария, однако, была совершенно спокойна.

— Да. Режь, — сказала она бодрым тоном. Это заставило Жанну приготовиться к тому, что ей придется делать.

— Хорошо... Тогда я начинаю!

С этими словами, побудившими ее к действию, Жанна сжала ножницы, которые держала в руках.

Щелк! И прядь прекрасных золотистых волос Марии упала и рассыпалась по полу.

— Ик! — удивленно вскрикнула Жанна, отпрыгивая назад.

Жанна бесстрашно противостояла Нату Чиме, человеку, который был воплощением жестокости. И все же сейчас она реагировала, как крестьянская девочка, внезапно наткнувшаяся на лягушку.

Мария захихикала от того, насколько это было странно.

— Хи-хи, чего ты кричишь?

— Но! Твои волосы!

— Не делай из маленькой стрижки такую большую проблему, — сказала Мария, поправляя челку. — С тех пор как я услышала историю о том, как Лисия обрезала волосы в знак решимости, я хочу сделать то же самое. Я чувствую, что это поможет мне начать жизнь с чистого листа.

Жанна несколько раз моргнула.

— Ты делаешь это так легко?! Но ведь ты отращивала волосы целую вечность, не так ли?

— Я сделала это, потому что думала, что это поможет произвести впечатление достойной императрицы, но... они тяжелые, понимаешь? И за ними трудно ухаживать. Мне начинает казаться, что это воплощение моего титула императрицы.

— Не надо так легко говорить такие ужасные вещи.

— Вот почему я хотела воспользоваться шансом и отрезать их. Но я не уверена, что смогу отрезать так же аккуратно, как это сделала Лисия, поэтому я и хотела, чтобы ты мне помогла.

— Это справедливо... Вероятно, все пойдет ужасно, если ты попытаешься сделать это сама.

Мария была неуклюжей, когда дело касалось чего-то другого, кроме харизмы или административной работы. Легко было представить, что даже если бы она просто подравнивала челку самостоятельно, она подстригла бы ее странно, а потом все равно пришла бы к Жанне за помощью.

Когда Жанна представила, как ее сестра выглядит такой дурочкой, все сильные чувства, которые она испытывала по поводу стрижки волос сестры, быстро остыли.

Мария позвала свою сестру.

— Пойдем, Жанна. Работа еще не закончена. Если ты оставишь меня в таком виде, я буду выглядеть странно, лишившись только части волос. Я буду слишком смущена, чтобы позволить Соме и остальным увидеть меня в таком виде.

— Точно, точно... — Жанна вздохнула и вернулась к стрижке волос Марии.

Чик, Чик. Каждый раз, когда ножницы рассекали волосы Марии, пряди золота рассыпались по полу.

— Разве не стыдно так поступать? У тебя такие красивые волосы.

— Тогда, когда ты закончишь стричь, как насчет того, чтобы собрать их и начать какой-нибудь бизнес? Мы могли бы продавать парики, сделанные из волос Святой Империи, или, может быть, струны..

— Есть определенные маньяки, которые были бы благодарны....

— Держу пари, что Крахе заплатил бы много, не так ли?

— Мое воображение рисует ужасные картины, так что не могла бы ты прекратить....

Чик, Чик.

— Тогда, может, я подарю их господину Соме? Как первый подарок от новой жены.

— Его первый подарок от тебя - твои волосы? Слишком тяжелый подарок!

— Их вес — это проблема?

— Я говорю об эмоциональном весе!

— Ваа... — Мария выглядела недовольной. — Я подумала, что это хорошая идея. На его черной форме много золотой вышивки, так что я не думаю, что он заметит, если я вплету в нее часть своих волос.

— Ты собиралась сделать это, не сказав ему?! Ладно, может, он бы и не заметил, но это все равно тяжело! Заставить его постоянно носить с собой твои волосы? Такие вещи делают для тех, кто умер! Чтобы поминать их!

— О, но разве не было бы прекрасно, если бы он всегда помнил обо мне?

— Нет... Отсутствие романтического опыта натолкнуло тебя на странные мысли.

Чик, Чик.

— О, и ты уже говорила это вскользь, но....

— Да?

— «Новая жена»? Ты собираешься выйти замуж за сэра Сому?

— А…Я надеюсь, что так. Нам еще придется все обсудить.

— Эм... поздравляю. Это нормально так говорить, да?

— Хи-хи, спасибо, Жанна. Но....

— Хм?

— У тебя ведь тоже есть партнер, с которым ты хочешь разделить остаток жизни?

— А?! А, точно....

— Это господин Хакуя?

— Да. Он приедет сюда... гм... в эту страну, чтобы взять меня в жены.

— О, Боже!

— Уф... Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко....

Чик, Чик.

— Прости, Жанна... Я знаю, что отныне тебе станет очень тяжело.

— Нет, не беспокойся об этом. Все это время ты несла еще более тяжкое бремя, так что я справлюсь. В конце концов, я буду не одна.

— Хи-хи, потому что с тобой будет господин Хакуя?

— Не поднимай эту тему!

— Надеюсь, Трилл тоже найдет кого-нибудь хорошего.

— А... Сейчас она ведет себя как временная невестка сэра Людвина. Если бы сэр Людвин женился на ней... Нет, это было бы несправедливо по отношению к нему; у него от нее голова болит.

— Хи-хи, принцесса-дрель оправдала свою репутацию просверлив дыру прямо в его черепе, да? (прим ред. не самая лучшая адаптация игры слов, но сделал, что мог)

— Ему вряд ли понравилась бы эта шутка... В любом случае.

Чиик...

— Мы все закончили, сестра, — сказала Жанна, передавая Марии зеркало.

Взглянув в зеркало, Мария увидела свое собственное лицо с короткими и аккуратными волосами. Она потеряла достоинство, которое придавали ей длинные волосы, но взамен этого лицо Марии как женщины выделялось еще больше.

Мария наклонила голову, осматривая все вокруг, затем кивнула.

— Да, я тоже думаю, что мне идут короткие волосы.

— И это говоришь ты...? — Жанна вздохнула в отчаянии.

Увидев выражение лица своей сестры, Мария улыбнулась и сказала.

— Спасибо, Жанна. Наконец-то я сняла этот груз с плеч.

Позже Мария продемонстрировала свою новую прическу Соме и остальным. Сначала их глаза расширились от удивления, но, когда они пришли в себя, она получила массу комплиментов.

Услышав все положительные отзывы, Мария показала Жанне победный знак мира.

— Мы сделали это, Жанна!

Вечером я получил сообщение, что Хашим прибыл вместе с упряжью виверн, которую Фуга отправил за ним.

Мы немедленно начнём мирные переговоры между Королевством Фридония, Империей Гран Хаоса и Королевством Великого Тигра. Чтобы предотвратить ненужную путаницу, мы установим лагерь между силами Фридонии и Королевства Великого Тигра, а делегации от каждой стороны будут небольшими.

Обе стороны были на взводе, давая понять, что готовы броситься в атаку, как только что-то случится с одним из их VIP-персон. В этой напряжённой ситуации вот кто был выбран от каждой делегации: Королевство Фридония послало меня, Хакую и Аишу. Империя послала Марию и Жанну. Королевство Великого Тигра послало Фугу, Муцуми, Хашима и предательницу Люмьер. Приехал и старый генерал Гайфуку, служивший телохранителем.

Поскольку Королевство и Империя уже считались на одной стороне, команда Королевства Великого Тигра была больше, чем обе наши вместе взятые. Кстати, я заранее сказал Фуге, чтобы он не вмешивал Крахе, потому что он только всё усложнит.

— Люмьер... — пробормотала Жанна, увидев своего старого товарища с другой стороны.

Жанна считала Люмьер близкой подругой, поэтому Жанна не знала, как относиться к тому, что она встала на сторону Фуги, а не сестры. Хакуя положил руку на спину Жанны, мягко поддерживая её.

Люмьер, с другой стороны, не подала виду. На самом деле, на её лице было такое серьёзное выражение, что можно было заподозрить, что она подавляет собственные чувства. Она сделала это для того, чтобы с гордостью заявить, что не совершила ничего плохого.

Внутри лагеря нас разделили на соответствующие команды, и все, кроме Айши и Гайфуку, заняли свои места. С моей точки зрения, Хакуя сидел напротив Хашима, Жанна – напротив Люмьер слева от меня, а между ними лежала карта Империи.

— Я бы хотел сразу перейти к определению границ после войны, — начал Хашим, и Хакуя кивнул.

— Очень хорошо. Мадам Жанна, мадам Люмьер, всё в порядке?

— Да.

И вот, они вчетвером начали обсуждать наши соответствующие владения. Я доверял Хакуе вести переговоры за меня, а Фуга поручил Хашиму вести переговоры за него. Они оба были умны, так что наверняка найдут достойный компромисс. Они объединят те области Империи, которые дезертировали, в Королевство Великого Тигра, как есть. После этого нужно было проработать мелкие детали.

Пока самые умные люди в комнате вели переговоры, Мария, Фуга, Муцуми и я обсуждали, что будет происходить дальше в более широком смысле.

— Я не рассчитывал, что ты сейчас вмешаешься, — сказал Фуга с раздражением, но я только пожал плечами.

— Мой союзник был в опасности. Я не мог просто бросить её на произвол судьбы.

— Даже несмотря на то, что в этом случае ты мог бы получить весь мир?

— В отличие от тебя, мне не нужен весь мир.

— Эм... — Муцуми, которая слушала, подняла руку. — Вы назвали её своим союзником, но когда Королевство и Империя заключили союз?

— Тайный союз был заключен вскоре после моего появления в этом мире, так что... с 1546 года, я думаю?

— А?! Это было так давно...?

Когда глаза Муцуми расширились, Мария захихикала.

— Да. С тех пор Сома был надёжным союзником.

— Ха-ха-ха, ты действительно меня обманул. Я недооценил силу связей между Королевством и Империей. — Фуга почесал голову. Давненько я не видел его без шлема.

Затем он бросил боевой взгляд на Марию.

— Подожди... Ты подстриглась? Выглядит хорошо.

— Спасибо. Это было тяжело. Это как груз с моих плеч.

— Вы отстригла парней на севере таким же образом?

— Хи-хи, я понятия не имею, что ты можешь иметь в виду.

Фуга оскалился, а улыбка Марии была расслабленной, но в ней чувствовалась загадочная напряжённость. Мы с Муцуми наблюдали, как эти две харизматичные фигуры столкнулись лбами. Это было похоже на то, как если бы нас бросили в клетку со львом и медведем.

"Я должен стать посредником между этими двумя...?" Я чувствовал, что буду подавлен положением, в котором оказался, но мне нужно было держать себя в руках.

Внезапно Фуга заговорил, прервав ход моих мыслей.

— Итак, как ты планируешь уладить дела? — спросил Фуга, положив щёку на ладонь одной руки. — Мы можем позволить им всем обсудить, как будут выглядеть границы, но что будет с Империей дальше? Декларация Человечества на данный момент практически мертва. Мария... или мне лучше спросить у Сомы? Какие у тебя планы на Империю?

— Наверное, это Мария должна сказать.

Я посмотрел на Марию. Она молча кивнула.

— Прежде всего, я распускаю Декларацию Человечества. Вы будете контролировать север континента, а Морской союз будет расширяться на юге. Наша страна также будет участвовать в Морском союзе, так что эпоха застоя, когда нужна была Декларация Человечества, уже закончилась. В то же время моя страна полностью откажется от наших бывших вассальных государств - Федеративной Республики Фракт и Королевства Мелтония.

— Вы отказываетесь представлять человечество? Сома, Мария, вы оба обладаете силой, чтобы захватить мир. Почему вы так пассивны в поисках славы? Я не могу этого понять, — презрительно сказал Фуга, нахмурив брови.

Мария слегка улыбнулась и сказала: — Нехорошо, когда возможности твоего охвата превышают возможности твоего контроля. Мои желания меньше, но не менее важны.

— Желания, которые вы имеете не как императрица Мария, а как просто Мария?

— Да.

Мария решительно кивнула, а Фуга разразился искренним смехом.

— У тебя непоколебимые глаза, как у Муцуми. Я не могу этого не одобрить.

— Спасибо.

— Так что насчёт самой Империи?

— Люди, подчинившиеся вам, и земли, которыми они правят, не вернутся к нам, я уверена... С окончанием Декларации Человечества моя страна сильно уменьшилась. Я не думаю, что уместно больше называть её Империей Гран Хаоса. Отныне мы будем Королевством Эйфория. Я отрекусь от престола, и моя младшая сестра Жанна заменит меня в качестве королевы.

— Что...?

Распад империи, основание нового королевства, отречение Марии от престола, коронация Жанны... Даже Фуга должен был удивиться, получив всю эту информацию сразу.

— Королевство Эйфория? Разве не так называлась страна, уничтоженная императором Манасом? — спросила Муцуми.

— Да, — ответила Мария кивком.

Империя Гран Хаос была основана, когда Манас Хаос, Король Хаоса, аннексировал родину своей жены, королевство Эйфория. Я слышал, что он мог чувствовать вину за это, потому что Манас унаследовал имя Эйфории от разрушенной им земли. "Поэтому ли последующие императоры использовали имя Эйфория?"

В основном, Мария планировала восстановить королевство Эйфория. Прежнее королевство располагалось на северо-западе Империи, так что это было восстановление только по названию. Но этого было бы достаточно, чтобы удержать дворян и рыцарей, которые следовали традициям этой страны.

Хакуя, Жанна и я были удивлены, когда услышали это. "Насколько тщательно Мария подготовилась к такой развязке?"

— Что будет с вами после отречения от престола? Вы уходите с поста, чтобы взять на себя ответственность за эту войну, так?

— Ну...

— Я заберу её, — ответил я Фуге от имени Марии. — Пока госпожа Мария уходит с поста, чтобы взять на себя ответственность, мы будем теми, кто возьмет её под опеку. Я никому не позволю наложить на неё руку, Фуга. Даже тебе.

Фуга и те, кто подчинился ему, скорее всего, хотели захватить Марию и преследовать её политически, чтобы легче было управлять захваченными землями. Если бы они подвергли её Шемякину суду*, громко крича о праведности своих действий, это стало бы отличной пропагандой. Но я не собирался позволить им это сделать.

— Меня устраивает, что это победа для вас, по крайней мере, на бумаге. Королевство Великого Тигра смогло сохранить человеческие ресурсы, и, за вычетом погибших во время стычек, вы ничего не потеряли. Но если вы собираетесь требовать опеки над Марией, возмещения ущерба или чего-то ещё, всё изменится.

— Ты думаешь, что сможешь выиграть бой со мной...? — Фуга посмотрел на меня. Он был страшен, но я держался на ногах.

— Да. Или принудить к ничьей, которая только навредит нам обоим, если не получится победить. Ты потеряешь свою "победу", если это случится. Это должно быть болезненным ударом для тебя, пока постоянная победа – это то, что позволяет тебе объединять людей.

— Да, в этом есть смысл.

"О, значит, он сам это понимает?" Это было облегчение.

Фуга посмотрел на Марию: — Для чего ты едешь в Королевство? Чтобы выйти замуж за Сому?

— Я надеюсь на это.

— Моя сестра Юрига тоже там, ты знаешь?

— Ну, судя по тому, что я слышала, мы прекрасно поладим. Я слышала, что госпожа Юрига решила, что ты не сможешь победить господина Сому в его нынешнем состоянии. Думаю, мы отлично поладим.

Увидев улыбку на лице Марии, Фуга с досадой пожал плечами.

— В наши дни слишком много сильных женщин развелось. И они постоянно опровергают мои ожидания.

— Я обнаружил это давным-давно... — пробормотал я.

— Держу пари, — сказал Фуга с язвительной улыбкой.

*п.п.: не знаю использовался ли фразеологизм в оригинале, в анлейте используется фразеологизм kangaroo court, обозначающий инсценированный суд. Не уверен, что подобранный мной фразеологизм полностью передаёт заложенный смысл, ну хоть так.

◇ ◇ ◇

Пока Сома, Мария, Фуга и Муцуми на удивление спокойно обсуждали, что будет после войны, премьер-министр Хакуя в чёрной мантии и Хашим Мудрость Тигра вели напряжённую словесную войну.

Хашим хлопнул рукой по карте, лежащей между ними.

— В настоящее время мы удерживаем восточную часть Империи вплоть до крепости Хамона, — сказал он. — Эта земля является важной связью между Земом и Ортодоксальным Папским Государством. Мы будем удерживать её.

Хакуя ответил: — Если вы вернёте часть северных земель империи вдоль побережья, я буду готов принять это.

— Эти земли уже достались нам.

— Тогда вам следует обменять на них другие земли. На северных территориях есть несколько рыцарских и дворянских домов, которые выбрали верность Дому Эйфории, несмотря на то, что оказались в окружении членов фракции Фуга. Мы возьмём их под свою опеку, и вы сможете перераспределить их земли.

— Но владения, в которых есть порты, очень ценны.

— И мы уступим территорию, важную для сухопутного судоходства, так что это равноценный обмен. Госпожа Мария перебросила большую часть Императорского флота на юг. Если бы мы форсировали вопрос с помощью нашего флота, вы полагаете, что сможете защитить эту территорию?

— Вряд ли... Очень хорошо, тогда мы займём земли к северу от крепости Хамона.

— Это неизбежно, я полагаю... Давайте обсудим три города, которые Республика захватила у Зема.

— Вы ведь не собираетесь их отдавать, даже если мы попросим, верно?

— Верно. Хотя они являются частью Морского Альянса, Республика – независимое государство, поэтому я хотел бы обсудить этот вопрос отдельно.

— Хех, для нас нет большой боли, если Зем потеряет территорию, но... Вот эту, около центра, им придётся отдать. Если они это сделают, то смогут сохранить две другие.

"Он хочет, чтобы они вернули тот город, который будет труднее всего защищать в случае нападения, не так ли?" Хакуя задумался. — Я передам сообщение сэру Ку.

Они оба были блестящими интеллектуалами, поэтому понимали, что важно для их собственных стран, а что нет, где будет легко защищаться, а где трудно атаковать. Они видели, где находятся точки компромисса в этих переговорах, поэтому они не тратили время на то, чтобы попытаться максимально увеличить количество территорий, которые они получили. Они решили вопрос о распределении территории после войны правильно и в нескольких словах.

Рядом с ними сидели Жанна и Люмьер.

На лице Жанны появилось страдальческое выражение, а Люмьер смотрел на неё с разочарованием.

Они были хорошими друзьями, но часто расходились во мнениях из-за политики Марии, и Люмьер предпочла Фугу Марии.

— Люмьер...

— Не говори этого, Жанна. Я выбрала свой путь.

Люмьер сначала оттолкнула её, но потом взглянула на потолок.

— Нет... Я думала, что выбрала свой путь, но, глядя на это сейчас, я, возможно, просто танцевала на ладони твоей сестры. Теперь, когда я вижу результаты, я могу сказать, что твоя сестра предсказала, что мы потеряем веру в неё, и заранее готовилась от нас избавиться. Сейчас трудно сказать, кто от кого отказался.

Люмьер издала самодовольный смешок и посмотрела на Жанну.

— Однако я не понимаю, почему вы оказали поддержку в восстановлении севера. Если вы намеревались освободить нас, зачем вообще оказывать поддержку? Если бы вы этого не сделали, это был бы финансовый удар против Фуги, когда он приобрёл эту территорию.

— Я думаю... сестра разрывалась в мыслях, что с этим делать, — сказала Жанна, взглянув на Марию, которая болтала с Сомой и другими людьми неподалёку. — До сих пор она всегда старалась быть императрицей, в которую верили люди. Но она достигла своего предела. Я думаю, что если бы вы продолжали верить в неё, она бы тоже продолжала, но если бы вы отказались от неё, тогда всё... Поэтому она продолжала работать на благо северных территорий до самого конца.

— Если бы у неё была такая решимость, я бы хотела, чтобы она использовала её для освобождения Домена Владыки Демонов!

Жанна пожалела Люмьер, увидев разочарование на её лице.

В конечном счете, у них просто были разные цели. Однако у Марии и Люмьер были свои позиции, которые нужно было учитывать, поэтому в разногласиях оказалось замешано большое количество людей, и разрыв перерос в конфликт, из которого уже не было возврата.

"Тем не менее, я рада, что всё так получилось. Ведь теперь моя сестра наконец-то будет свободна", подумала Жанна.

Вскоре переговоры Хакуи и Хашима подошли к концу.

— Может, пока этого будет достаточно? — спросил Хакуя.

— Наверное, так и будет... — согласился Хашим.

Хакуя и Хашим обменялись рукопожатием, которое было совершенно формальным.

◇ ◇ ◇

Вот обзор того, что было решено на переговорах:

1. Ни одна из сторон не должна была выплачивать никаких репараций.

2. Королевство Великого Тигра не считало Марию ответственной за войну и не требовало опеки над ней.

3. Империя откажется от северных территорий и восточной части империи.

4. Лорды отторгнутых территорий решат, к какой стране они хотят принадлежать. (Большинство лордов и рыцарей севера перейдут на сторону Королевства Великого Тигра).

Вся эта война была известна как Валуанское Перемирие. Люди, несомненно, рассматривали это как победу Королевства Великого Тигра. Хотя они не смогли получить репарации, они получили землю и людские ресурсы, и оказались в невыгодном положении только в одной стычке с королевством Фридония в самом конце.

Между тем, Империя, потеряв земли и людей, считалась проигравшей стороной в этом конфликте. Их сухопутные силы были особенно ослаблены, а ядро их военно-воздушных сил ушло в Королевство Великого Тигра вместе с генералом Крахе, поэтому их способность вести войну на земле была сокращена примерно вдвое. Однако, поскольку их военно-морские силы практически не пострадали, и было принято решение о вступлении в Морской альянс, они всё ещё представляли собой силу, с которой нужно было считаться.

Мария воздержалась от ответственности за кризис и объявила о роспуске Империи Гран Хаоса. После основания нового королевства Эйфория на трон вместо неё взойдет её младшая сестра Жанна. Жанна сразу же объявила о намерении Эйфорийского королевства присоединиться к Морскому союзу.

Теперь континент был разделён на две части: север и юг, Фуга и Сома.

Эпоха трёхстороннего противостояния закончилась, и началась новая эра противостояния Севера и Юга. Королевство Великого Тигра вывело свои войска с территории Королевства Эйфории, и как только фридонские войска проводили их, они тоже вернулись домой.

— Фуга. Что ты планируешь делать дальше? — спросил я, когда мы готовились к отъезду. — Королевство Великого Тигра достаточно большое. У тебя теперь есть персонал, чтобы управлять великой страной. Что ещё остается?

— Домен Владыки Демонов, очевидно, — сказал Фуга, в его глазах горел огонь амбиций. — Люди хотят от меня мир без угрозы Домена Владыки Демонов. Сейчас мир поделён между мной и тобой. Как только я укреплю свою поддержку на внутреннем фронте, я, наконец, смогу собрать армию для окончательного освобождения Домена Владыки Демонов. Я нанесу последний удар в самое сердце того, что вызвало эту эпоху беспорядков.

Фуга был разгорячён. Это должно было привлекать к нему людей.

— Понятно... Всё пройдет так хорошо? — Мне было не по себе.

Отчасти это было связано с тем, что я видел тот массивный куб в горном хребте Звёздного Дракона. Я подозревал, что на севере есть что-то такое, с чем знания этого мира не могут справиться. Фуга не мог просто войти в замок повелителя демонов, убить его и получить счастливый конец, как будто это была какая-то старая видеоигра. Было над чем подумать: отношения между монстрами и демонами; послание таинственного куба "Иди на север"; имя "Повелитель демонов Дивалрой", которое показалось мне знакомым...

Однако Фуга, казалось, не был обеспокоен.

— Мы стали величайшей страной на суше. Вы, люди, правящие морем. Мы отправимся на север по суше и по морю. Изменим времена своими руками.

— Точно...

Я мог лишь дать такой же неконкретный ответ.

Через некоторое время после подписания Валуанского перемирия...

Когда войска Фуги полностью отступили от недавно установленных границ Королевства Эйфории и в мире снова воцарился мир, Сома и Мария вместе появились на приёмниках вещания на фонтанных площадях обеих стран.

— Эй! Посмотрите на волосы леди Марии!

— Да. Но сейчас она выглядит такой спокойной, как будто освободилась от чего-то, что владело ею.

— Она такая красивая... Я бы хотела быть похожей на неё.

Многие в толпе были удивлены короткими волосами Марии. Однако теперь на её выражении лица не было и тени. Увидев спокойное выражение её лица, они с облегчением поняли, что её не заставили обрезать волосы или что-то в этом роде. Для граждан бывшей империи, которые в отчаянии наблюдали, как она бросилась с балкона, было облегчением видеть её живой и улыбающейся так спокойно.

— Сегодня нам есть что рассказать всем в Королевстве Фридония и Королевстве Эйфория, — начал Сома, и тут вперёд вышла Мария.

— Это касается того, что произошло до сих пор, и будущего наших стран.

Затем они вдвоём объяснили жителям обоих королевств суть Валуанского перемирия. Северные территории бывшей империи станут частью Королевства Великого Тигра, Мария отречётся от престола, чтобы взять на себя ответственность за поражение в войне, а её сестра Жанна будет править как новая королева Эйфории. Они также объяснили, что королевство Эйфория присоединится к Морскому альянсу.

Сома подготовил новую карту континента, на которой было видно, что Морской союз по размерам соперничает с Королевством Великого Тигра. Поскольку он показал им физическую карту, а не просто рассказал, это успокоило жителей обоих королевств. Жители Королевства Эйфории, которые едва избежали уничтожения от рук Фуги, получили гарантию безопасности на ближайшее будущее, поэтому они приветствовали этот союз.

— Теперь... Жанна.

— Да.

Когда Мария назвала имя своей сестры, Жанна появилась в эфире и встала перед ней на колени. Она водрузила на голову Жанны тиару, которая являлась атрибутом королевы, и сказала: — Отныне я вверяю тебе будущее этой страны.

— Да, госпожа! Я буду работать со всем усердием, чтобы не опозорить ваше имя, сестра.

После завершения официальной передачи власти Мария объявила, что для укрепления связей их страны с Королевством Фридония, а также для того, чтобы её влияние в Королевстве Эйфория не стало помехой для Жанны, она выйдет замуж за короля Сому, главу Морского альянса. В то же время они объявили, что Хакуя, премьер-министр в чёрной мантии, женится на новой королеве Жанне в качестве её королевского супруга.

Поскольку Сома спас Марию во время войны и вызволил Империю из тяжёлого положения, люди в обеих странах поддержали этот брак.

Хотя Королевство Фридония и Королевство Эйфория были двумя отдельными государствами, они будут двигаться как единое целое. Люди неофициально будут называть объединение этих двух стран Империей Гран Фридония. А Сома, который должен был стать Сома Эйфория Фридония, будет называться Императором Фридонии.

◇ ◇ ◇

Когда занавес опустился над конфликтом, мы оставили Хакую, который теперь был премьер-министром двух стран, с Пилтори и его семьёй в королевстве Эйфория и забрали Марию с собой в королевство Фридония.

Когда я вернулся в замок Парнам, меня ждала гора работы. Теперь, когда мы работали с двумя странами в рамках одной системы, количество работы, которая попадалась мне на пути, увеличилось.

Мы с Лисией с тревогой смотрели на высокие кипы бумаг.

— Знаешь, это зрелище навевает воспоминания, — сказала Лисия, и я с ней полностью согласился.

— Да... и в этот раз с нами нет Хакуи. Хотя, у нас больше людей, чем тогда.

— П-правильно! Я сделаю всё возможное, чтобы помочь!

Я посмотрел в сторону Ичихи, который с энтузиазмом сжимал свою руку.

Как только я вернулся, я назначил его, протеже Хакуи, исполняющим обязанности премьер-министра в отсутствие его учителя. У него была печать одобрения Хакуи, и он должен был взять на себя роль Хакуи в Королевстве в будущем.

— А? — Лисия наклонила голову в сторону. — Если подумать, где госпожа Мария? Она бы очень помогла...

Действительно, учитывая, что Мария в одиночку поддерживала великую нацию, её административные способности были бы очень кстати. Не говоря уже о её харизме. Она могла бы с лихвой заполнить дыру, оставленную Хакуей.

— А... я бы не рассчитывал на помощь Марии, — предупредил я Лисию. — Я имею в виду, если мы действительно не справимся, она может иногда протянуть руку помощи.

— Хм? Почему бы и нет?

— Как только мы пришли, она убежала, сказав, что у неё есть дела, которые она хочет сделать.

— То, что она хочет делать, да? Ну, мы не можем заставить её, если она не хочет этого делать, — Лисия вздохнула и пожала плечами.

До этого Мария работала до изнеможения ради своего народа и страны. Мы все считали, что раз она наконец-то свободна, то должна какое-то время делать всё, что ей заблагорассудится.

Я хлопнул в ладоши и попытался переключить передачу.

— Ну тогда, как насчет того, чтобы приступить к работе? Лисия, позови Ророа и Колберта... Ему придётся потерпеть это некоторое время, прежде чем помогать Мио.

— Поняла. Я пошлю гонца во владение Кармин.

— Ичиха, отправь мне все документы, требующие королевского одобрения.

— Будет сделано, сир.

Через некоторое время после этого Ророа и министр финансов Кольбер были в офисе по делам правительства, чтобы обсудить бюджет.

"Бах!" Двери офиса распахнулись.

— Ч-Что происходит?! — воскликнула Ророа, когда один нежданный гость вошёл без стука в дверь.

Мы с Колбертом оба были удивлены. Мы посмотрели в сторону двери и увидели "непринуждённо одетую" Марию в комбинезоне и рубашке. Белая шляпа, которую она надела, была едва ли модной, но всё, что было ниже, не могло не смотреться на фермере.

Позади неё стояла Надин, выглядевшая измученной.

— Сома!

Мария прошла мимо Ророа и Колберта и встала перед моим столом. Затем она положила передо мной карту страны с кучей отметок на ней.

— В деревне Осал, на полпути между Городом Красного Дракона и Городом Лагуны, неоднократно случались неурожаи. Похоже, в этом виноваты вредные насекомые и недостаток солнечного света. Это может привести к голоду, если мы ничего не предпримем, — пока она говорила, мы все смотрели на карту. — Я прошу вас прислать сельскохозяйственные желины для уничтожения вредителей и продовольственную помощь, чтобы поддержать людей на время.

— Д-да. Понял. Я займусь этим прямо сейчас.

— Также, Ророа.

— Что?!

— Деревня Райан на северо-западе является центром торговли и имеет большое население. Я хочу открыть там школу. Есть ли у нас на это бюджет?

— Слушай, если ты будешь спрашивать меня об этом так внезапно, я ничего не смогу тебе сказать... — сказала Ророа, уклоняясь от вопроса, но Колберт дал о себе знать и вмешался.

— У нас есть прибыль от недавнего мероприятия с участием лорелей, не так ли? Вы могли бы её использовать.

— Нет, нет, я планировала вложить её в следующее мероприятие...

— Кажется, я помогла тебе в том мероприятии с лорелеями, не так ли? — сказала Мария, оглядывая Ророа с приятной улыбкой.

"Её красивая и напряжённая улыбка пугает Ророа..." Я могу это понять.

— Ты использовала рекламу со мной, чтобы заработать эти деньги, так ведь? Называя это коллаборацией мечты между Примой Лорелеей и поющей и танцующей бывшей императрицей? Ты собираешься сказать мне, что я не могу использовать эти деньги?

— Ох, ладно! Бери деньги, чёртов вор!

— О, боже, вор? Это не самая приятная вещь, чтобы так называть кого-то, — Мария хихикнула.

Она держала Ророа именно там, где хотела. Нелегко было перехитрить женщину, которая когда-то управляла империей, в таких переговорах. Я точно не мог...

"Это то, что она хочет делать, да?" подумал я, глядя на улыбку на лице Марии.

В ночь, когда я приехал в Валуа во время войны, она сказала мне со слезами на глазах...

— "Я не хотела просто быть милой со всеми!"

— "Я хотела играть в любимчиков!"

И Мария решила поступить именно так. Она начала помогать людям, которым действительно хотела помочь, тем, кого общество оставило без поддержки. Вскоре после прибытия в Королевство она уговорила Надин отправить её в полёт, чтобы она могла изучить ситуацию в этой стране. Теперь, когда она нашла все эти потенциальные семена будущего недовольства, она собиралась исправить их одно за другим.

В основном, она хотела заниматься филантропией. Это также было причиной того, что она отрезала свои длинные волосы.

Поскольку отправиться в глубинку обычно означало испачкаться, длинные волосы, скорее всего, мешали бы ей. Без давления, которое она испытывала раньше, Мария стала невероятно агрессивной в достижении поставленных целей.

Добившись желаемого результата, Мария снова свернула карту и улыбнулась.

— Хорошо, я отлучусь на некоторое время. О! И я снова одолжу Надин.

— Подожди! Ты и так ездила на мне, как тебе вздумается, но единственный, кто обычно должен ездить на мне, это мой партнёр!

— Партнёр твоего партнёра – твой партнёр. Пойдём, пойдём.

Мария уговорила Надин, а затем за руку вывела её из кабинета. Жанна уже говорила, что Мария похожа на бурю, и... именно такой она и была.

Затем, когда она уже почти вышла за дверь, Мария остановилась и повернулась ко мне лицом: — О! Я вернусь на нашу свадьбу. Люблю тебя, Сома.

Как только она это сказала, Мария запустила в мою сторону воздушный поцелуй.

◇ ◇ ◇

После этого Мария отказалась стать первичной королевой, потому что не хотела ограничений, и продолжила творить великие дела в качестве нашей третьей вторичной королевы, лорелеи, врача-практика, филантропа и во множестве других ролей.

Она построила фонтанные площади в тех районах, где раньше можно было только слушать радио, и установила оборудование, чтобы его можно было слушать в тех районах, где даже это было невозможно. Она строила школы там, где их поблизости не было, и поддерживала промышленность в районах, страдающих от бедности. Мария даже приводила доводы в пользу улучшения нашей системы медицины и добилась того, что предложение о повышении налогов для улучшения медицинского обслуживания наконец-то прошло через национальную ассамблею, где ранее оно было провалено.

— Это было быстрее, чем я думал...

— И правда.

Мы с Ророа были потрясены, когда услышали об этом.

На собранные ею средства мы строили больницы и клиники по всему королевству. Иногда она устраивала благотворительные концерты вместе с Джуной и другими лорелеями, направляя собранные деньги на дальнейшую помощь нуждающимся.

И таким образом её стали называть ангелом Фридонии.

— Подождите, это же на ступень выше, чем быть святой!

— Хи-хи, интересно, почему.

Мария посещает старших королев (версия Лисии)

Всем привет. Я - Мария. Раньше для меня самым ценным была моя страна. Теперь я хочу выйти замуж за Сому, и поэтому мне нужно сблизится с другими его супругами. Сегодня днем я посещала детский сад, чтобы узнать об уходе за детьми от Её Величества Лисии.

Лисия вела за собой двух близнецов с таким же цветом волос, как у нее.

— Это Сиан, а это Казуха. Наши с Сомой дети. Им уже по четыре года.

— Ух ты, какие милые близнецы.

Я наклонилась, чтобы посмотреть на них. Казуха с интересом смотрела на меня, а Сиан прятался за Лисией. Они оба были очаровательны.

Казуха указала на меня, прежде чем склонить голову набок.

— Мамочка. Она тоже моя мамочка? — спросила она.

— А? Я твоя мамочка?

Пока я все еще удивлялась тому, что меня вдруг назвали мамой, Лисия в досаде хлопнула себя по лбу и вздохнула.

— Я родила раньше других королев, поэтому мы все заботились об этих двоих. Ророа увлеклась и начала говорить:"Мамочка здесь," - и близняшки стали считать всех нас своими мамами.

— О-о, правда?

— Да. Когда моя собственная мать начала говорить им:"Мама здесь," - я сделала все возможное, чтобы остановить это.

— Я... понимаю, почему.

Сиан, который до этого момента прятался, тихо сказал.

— Мамочка? — и с улыбкой направился ко мне.

"О, какой же он милый," - подумала я.

— Леди Лисия... Могу я ответить ему?

— Нет! Зачем ты говоришь такие глупости?!

— Еще мгновение назад он боялся меня, но как только он подумал, что я его мама, он улыбается мне без всякой настороженности! Я хочу стать его мамой!

— Успокойся, — произнесла Лисия, подкрепив это легким ударом карате по моей голове.

— Ай-ай-ай... А! Что я такого сказала?

— Я вижу, вы пришли в себя. Сиан, Казуха, идите играть со всеми.

Близнецы ответили энергичным — Кей! — и унеслись прочь, рука об руку.

Я хотела поговорить с ними побольше...

Пока я так думала, ко мне подошла голубоволосая девочка лет трех с каштановолосым мальчиком лет двух-трех.

О! Они тоже милые!

— Эта голубоволосая девочка - дочь Сомы и Джуны, Энджу, а каштанововолосый мальчик - сын Сомы и Ророа, Леон. Им обоим около двух лет.

— Здравствуйте, Энджу, Леон.

Я опустилась на уровень их глаз, чтобы поприветствовать их, как я сделала это с Сианом и Казухой.

— Хевво, — слегка затянуто произнесла Энджу, одарив меня улыбкой будущей красотки. Тем временем Леон застенчиво ерзал.

— О... Они тоже милые.

— Хи-хи, они действительно такие. Энджу бесстрашная, как и следовало ожидать от дочери Джуны, а Леон интроверт, в отличие от Ророа. Наверное, это у него от Сомы.

Энджу и Леон обняли Лисию.

— Мамочка Сиа!

— Мамочка Сиаааа.

Они хотели внимания. Я уставилась на Лисию.

— Они тоже называют тебя мамой.

— Я не вижу в этом проблемы, — заикаясь, начала краснеть Лисия. — Они заставляют моих детей делать это.

Я посмеялась над её растерянностью. Затем леди Лисия передала Энджу и Леона женщине с волчьими ушами (позже я узнала, что она была биологической матерью Томоэ), а вместо них принесла ребенка, которому было меньше года.

Ребенок с тускло-голубыми волосами сосал указательный палец и смотрел на меня, когда Лисия держала его на руках.

— Это второй ребенок Сомы и Джуны, Кайто. Не хочешь ли подержать его?

— Да. Очень хочу.

Я почувствовала вес ребенка, которого приняла от Лисии, а также теплоту в воздухе вокруг него. Кайто посмотрел на меня и улыбнулся.

Переполненная эмоциями, я посмотрела на Лисию.

— Вы все вместе воспитываете детей и имеете сообщество женщин, которые оказывают взаимную поддержку в их воспитании. Это то, что могло бы послужить руководящим принципом для государства.

— Какие-то сложные вещи ты обдумываешь. Как и ожидалось от бывшей императрицы, — заметила Лисия, похоже, впечатленная.

Я хихикнула.

— Теперь я тоже хочу собственных детей.

— Как только ты это сделаешь... я буду обожать их всеми силами. Так же, как и остальных.

Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Мария посещает старших королев (версия Айши)

Привет всем. Я – Мария. И, кажется, моя фигура в опасности из-за потери работы императрицы. Теперь я хочу выйти замуж за Сому, и поэтому мне нужно сблизится с другими его супругами. Сегодня я наблюдала, как тренируется вторая главная королева Айша.

— Хнгх! Хах! Уах!

С каждым криком Айша взмахивала своим мечом, отчего серебряные волосы струились за спиной прекрасной и сильной воительницы темных эльфов. Моя младшая сестра, Жанна, была способным воином, но Айша превосходила ее. Она обладала природной силой и приемами, отточенными ежедневными тренировками. Ни один воин в Империи не мог сравниться с ней.

— Ты действительно сильна, Айша, — сказала я, сидя в углу крытой тренировочной площадки.

Айша издала смущенный смешок, продолжая тренироваться.

— Учитывая мои таланты, только так я могу помочь Его Величеству.

Смуглая кожа ее щек покраснела. О, Боже. Она такая милая, что трудно поверить, что она так размахивает массивным мечом.

— Я вижу, ты продолжаешь стараться даже теперь, когда ты королева.

— Да...! Это правда. Я изначально навязалась Его Величеству в качестве телохранителя, поэтому не хотела бы пренебрегать этим долгом теперь, когда я стала королевой...

— Но ты ведь вторая основная королева? Разве он не просил тебя прекратить делать опасные вещи?

— У нас даже для королевских особ найдется дело. Другие королевы, и леди Лисия в том числе, продолжают заниматься тем, к чему у них есть талант. Ну, если не считать Лисии, в которой течет кровь королевского дома Элфриден, и Ророа, в которой течет кровь княжеского дома Амидонии, остальным из нас не нужно так сильно напрягаться в этих вещах.

Странно это для королевской семьи...

Королевы воспитывали детей вместе, и у каждой была своя задача. Сома тоже старался присматривать за детьми, как мог, и я несколько раз наблюдала, как Лисия пинала его под зад и говорила:"Хватит, иди уже на работу.".

У короля и каждой королевы была необходимая государству работа, и поскольку они были так заняты ею, они разделили труд по воспитанию детей. Это не приводило к ситуации, когда после свадьбы оставалось только бороться за власть внутри семьи. Это было так необычно... и в то же время так успокаивало меня.

Здесь я смогу получить то, что всегда хотела.

Я посмотрела на Айшу, пока думала об этом. Как и у меня были вещи, которые я хотела сделать, так и у Айши было желание защитить Сому.

— Сома - счастливчик, что у него есть такая женщина, как ты.

— Интересно....

Айша перестала раскачиваться. Что-то случилось?

— Я сказал что-то, что тебя обидело? — спросила я.

— Нет, вовсе нет. Это правда, что я защищаю Его Величество в ситуациях, когда мои боевые способности позволяют мне это сделать. Если бы Фуга Хан напал на Его Величество, я бы сделала так, чтобы битва длилась не менее десяти ударов. И все же... в любой другой ситуации, чаще всего, именно он защищает меня. Как король, Его Величество имеет в своем распоряжении огромное количество людей, к тому же, он готовит такую вкусную еду.

Да..., наверное, это правда. Бывали случаи, когда для защиты других требовалось боевое мастерство, но мир не так прост, чтобы все можно было решить только силой оружия.

Айша издала короткий вздох.

— В такие моменты я чувствую себя такой жалкой. Я не знаю, как я должна реагировать, когда человек, которого я надеюсь защитить, вынужден защищать меня....

На лице Айши было выражение влюбленной юной девы. Несмотря на невероятную силу, в ней была и нежная сторона. Это, должно быть, было частью ее привлекательности.

— Я думаю, все очень просто.

— Госпожа Мария?

Я улыбнулась, когда она в замешательстве склонила голову набок.

— Просто говори «спасибо», когда он защищает тебя. Ты же счастлива, когда он хвалит тебя за службу?

— Спасибо, что всегда была рядом, Айша.

— Прости за неприятности. Ты действительно спасла меня там, Айша.

Айша кивнула, словно вспоминая те случаи, когда он благодарил ее.

— Ты права. Именно это дает мне удовлетворение от проделанной работы.

— Понимаю. Когда Жанна благодарила меня за что-то, это снимало усталость. Я уверена, что Сома в этом похож на нас.

— Спасибо, госпожа Мария, — улыбнувшись, сказала Айша и взяла в руки деревянный меч, лежавший на полу. — Тебе, наверное, скучно просто смотреть. Пойдем, попотеешь со мной.

— Э-э... Об этом... Эээ....

Я хотела возразить, что бои это не мое, но навыки самообороны явно могут мне пригодится. И сейчас самое время их получить.

— Не могла бы ты быть помягче со мной, пожалуйста?

Мария навещает старших королев (версия Ророа)

Всем привет. Я Мария, и мне совершенно нечего делать. Теперь я хочу выйти замуж за Сому, и поэтому мне нужно сблизится с другими его супругами. Сегодня днем меня позвала третья королева Ророа, у которой была ко мне просьба.

Когда я пришла в офис бюрократов министерства финансов, Ророа заметила меня и заговорила заискивающим тоном.

— Привет, привет, старшая сестра Мари. У меня к тебе небольшая просьба.

— Старшая сестра Мари?! Меня никогда раньше так не называли.

Ророа сложила руки в умоляющем жесте, прижав их к правой щеке и наклонив голову набок. Это была расчетливо милая поза.

— Если отбросить наши должности, мне нравится, когда старшие люди считают меня своей почетной младшей сестрой. Я уже называю других старшей сестрой Сиа, старшей сестрой Ай и старшей сестрой Джун, так что ты будешь старшей сестрой Мари.

— О, понятно... А? А что насчет Надин?

Как представительница долгоживущей расы, Надин, скорее всего, старше ее, как и все остальные королевы.

— Кх-ха-ха... — Ророа издал кривой смешок. — Понимаешь, я не могу назвать ее старшей. Даже Томоэ и Ичиха сейчас выглядят старше неё.

Прости, Надин... Она права.

— Ну, не будем об этом, у твоей милой сестренки есть к тебе просьба.

— Как я вижу, вопрос со «старшей сестрой» уже решен.

— Наша страна собирается объединиться с вашей старой страной в некое подобие альянса: две страны - одна нация, верно? Так вот, ходят разговоры о том, чтобы объединить и наши вещательные программы, пока мы в этом участвуем...

— Ооо, это было бы удобно, да.

У каждой страны было ограниченное количество вещательных кристаллов, что означало ограниченное количество передач. Если бы наши две страны работали вместе, мы смогли бы позволить себе более крупные бюджеты. Одни плюсы, но...

— Разница в часовых поясах между нашими странами составляет почти полдня.

— Ну, мы ничего не можем с этим поделать. Но мы можем показывать одни и те же программы два раза. Все получится.

— Для музыкальных программ это будет похоже на несколько выступлений. Звучит разумно.

У Ророа всегда быстро появлялись подобные идеи. В огромной Империи любая цель была достижима простыми методами, и многие бюрократы зачерствели. Они не могли придумать такое.

— Итак, переходим к главному вопросу. Ты была лорелеей в Империи, верно, старшая сестра Мари?

— Хм? Да. Я однажды попробовала, и многие просили меня продолжить.

— Угу, я слышала, ты была очень популярна. Итак, в качестве нашей первой программы в новом объединенном составе я надеялась провести Парнамский музыкальный фестиваль во главе с командой мечты - старшей сестрой Джуной, нашей примой-лорелей, гордостью королевства Фридония, и тобой – поющей и танцующей императрицей.

"Музыкальную программу? И такую, где я буду сотрудничать с Джуной?" – подумала я.

— Я больше не императрица, ты понимаешь?

— Ты больше не должна быть императрицей, но это не повод отказываться от роли лорелеи, не так ли? Старшая сестра Джуна по-прежнему много работает, несмотря на то, что замужем и имеет двоих детей. Если люди услышат, что ты и старшая сестра Джуна - которую они все любят - вместе устраиваете музыкальное шоу, люди заговорят. Я уверена, что те, у кого нюх на прибыль, как у Люси в компании Эванса, охотно вложат деньги в рекламу своего бизнеса.

— Это все ради денег, не так ли?

Я знала, что Ророа обладает сильным финансовым чутьем. Но я должна быть против ее маниакального стремления зарабатывать крупные суммы, особенно когда она использует для этого членов семьи, таких как я или Джуна...

— Ты хочешь помочь слабым, не так ли, старшая сестра Мари?

Возможно, уловив мою нерешительность, Ророа сбросила свою глупую улыбку и сделала серьезное лицо. Несомненно, это было лицо королевы.

— Главное в деньгах - это то, где ты их делаешь и для чего ты их используешь. Если вы просто делаете деньги ради денег, это эксплуатация. Если вы даете деньги людям, которые их не заслужили, вы делаете их декадентами. Вы должны заработать их, использовать их, распространять их вокруг, и поддерживать этот добродетельный цикл как можно дольше. Не так ли?

— Ты права....

Мои уши немного горели от смущения. Тем не менее, будучи идеалистом, я была благодарна за то, что кто-то может дать мне реальностью по лицу. Так было и с Сомой, и с Ророа.

— Хорошо... я согласна.

— Да? Ух ты, ты просто спаситель.

Дружелюбная улыбка вернулась на губы Ророа. Она действительно использовала множество различных выражений. Но в этом я ей не уступала. У меня была улыбка, которую я выработала в бытность императрицей.

— Но ведь вы будете направлять прибыль на мою благотворительную деятельность, не так ли?

— А? Я надеялась использовать часть из них для финансирования следующего мероприятия....

Ророа отвела глаза. Я не собиралась упустить такой шанс.

— Вы будете зарабатывать на мне деньги. Вы же позволите мне решать, как их использовать, не так ли?

Я улыбнулась ей. Ророа наконец уступила.

— О, прекрасно! Я поняла! На этот раз это будет благотворительная акция!

— Хи-хи, спасибо.

Возможно, я нашла себе хорошего союзника.

Мария посещает старших королев (версия Джуны)

Добрый вечер всем. Я - Мария, решила жить для любимых людей. Теперь я хочу выйти замуж за Сому, и поэтому мне нужно сблизится с другими его супругами. Сегодня вечером я выступала в качестве гостьи на музыкальной программе вместе с первой второстепенной королевой Джуной.

Это была идея Ророа - провести музыкальный фестиваль, на котором Джуна Дома, прима-лорелея королевства Фридония, и я, императрица-лорелея империи, выступили бы на сцене вместе. Умница, не правда ли? Впервые за долгое время на мне было мое платье лорелеи, которое Жанна любезно прислала из замка Валуа.

В эфирном кристалле всегда проецируются изображения из настоящего, поэтому у нас есть только один шанс сделать все правильно.

— Мария? — Джуна окликнула меня, когда я ждала за занавесом, чувствуя давление.

Синеволосая красавица была одета в наряд с тонкой вуалью, в котором удалось найти баланс между элегантностью и сексуальностью. Она была изящна и в то же время чувственна. Несмотря на то, что мы обе были женщинами, у меня перехватило дыхание, когда я увидела, как она прекрасна.

Джуна улыбнулась мне.

— Ты напряжена?

— Да. Я уже давно не пела перед людьми.

— Понимаю. Я слышала, что твой график всегда был невероятно плотным.

Ее глаза были сочувственными, а ее слова - сострадательными. Наверное, никто не мог соперничать с ней в умении читать сердца людей. Сома рассказывал мне, что Джуна утешала и поддерживала его в тяжелые моменты столько раз, что он сбился со счета.

Джуна мягко улыбнулась мне.

— Тебе нравится петь, Мария?

— А? Э... да. Мне нравится. Я пела для отца и Жанны, когда была маленькой.

Это было далекое воспоминание, до того, как на меня свалилось бремя императрицы. Тогда я просто любила петь и хотела, чтобы люди меня услышали.

— Я думаю... именно поэтому мне было так весело быть лорелеей.

— Хи-хи, тогда все будет хорошо. — Джуна прижала обе руки к груди, к месту, где находилось ее сердце. — Песни едины с сердцем. Сначала они исходят из сердца певца, а затем ложатся в сердца слушателей. И так они передаются и распространяются.

Держа левую руку над сердцем, Джуна протянула правую и коснулась моей груди.

— Нужно просто делать то, что велит сердце, петь так, как вам нравится. Возможно, это будет не та песня, которая понравится всем, но песня, которая нравится вам, тронет больше сердец, чем та, которая не нравится. Вот во что я верю.

— Ты права, — нерешительно согласилась я, положив руку Джуны себе на грудь. — Ты же прима-лорелея, в конце концов. Я запомню твой совет и буду петь изо всех сил.

— Хи-хи! Неловко, когда ты говоришь об этом как о чем-то важном.

Какая зрелая улыбка. Трудно поверить, что она на год младше меня.

Я почувствовала азарт.

— Простите, если я украду у вас место примы-лорелеи.

— Я уже отказалась от этой битвы. Меня не волнует, как люди оценивают нас.

— О, а что если я смогу затмить вас перед сэром Сомой?

— Я расстроюсь.

Джуна сердито надула щеки. Я была довольна, что добилась от нее выражения, более соответствующего ее возрасту. Вскоре ее лицо превратилось в напряженную улыбку.

— Я понимаю. Я буду выступать с полной отдачей.

— Да. Давайте сражаться честно и справедливо. Как лорелеи и как королевы.

Мы обменялись гармоничными улыбками.

— Знаете, я тут больше всех волнуюсь, — сказал робкий голос сзади нас.

Я повернулась и увидела симпатичную девушку в костюме лорелеи.

— Джуна? Кто это?

— Это мисс Комари Корда. В настоящее время она занимает первое место среди лорелей как по популярности, так и по способностям...

Когда Джуна сказала это, Комари посмотрела на нее со слезами на глазах.

— Ооо... Когда ты так говоришь, Джуна, быть номером один среди действующих лорелей тяготит меня. Ты все еще невероятно популярна среди людей, даже после того, как отошла от дел, а я буду стоять рядом с этой леди, которая когда-то была императрицей. Попробуйте представить, каково это - стоять рядом с вами двумя и быть представленной как нынешняя лорелея номер один.

Да. Я понимаю, к чему она клонит.

— Это действительно так? — спросила я.

— Мария?

Конечно, Комари меньше похожа на законченный продукт, чем Джуна. Но мне казалось, что эта незавершенность может привлечь людей.

— Невозможно сопереживать тому, кому ты поклоняешься, потому что ты поместил его выше себя. Мы с Джуной можем трогать сердца людей, но слушатели не могут эмоционально погрузиться в наши выступления. Если кто-то здесь и может позволить им это сделать, так это ты.

— Да. Я думаю, это часть твоего очарования, Комари, — кивнув, сказала Джуна, взяв Комари за руку. — Твоя наивность заставляет людей с нетерпением ждать, что ты покажешь им в будущем. Это то, на что мы, люди достаточно опытные, не способны.

— Леди Джуна, леди Мария....

Когда Комари снова разрыдалась, мы с Джуной потянулись к ней.

— Давай, пойдем, Комари.

— Все ждут нас.

Фыркнув, она ответила.

— Хорошо!

А теперь пусть начнется музыкальный фестиваль.

Мария посещает старших королев (версия Надин)

Доброе утро всем. Я - Мария, только что потеряла должность, которую занимала много лет. Теперь я хочу выйти замуж за Сому, и поэтому мне нужно сблизится с другими его супругами.

В начале дня второстепенная королева Надин сказала, что спустится в город-замок, и я присоединилась к ней.

— Сома сказал мне, что вы занимаетесь прогнозом погоды, а также выступаете в качестве своего рода мастера на все руки в городе-замке?

— Так вышло, — произнесла Надин, неловко почесывая щеку, пока мы шли по мощеной дороге в Парнаме. — Когда я убивала время в городе, я помогла одной старушке, которая попала в беду. Потом я сделала еще кучу других дел, например, доставила вещи, оставленные клиентом, или убрала с дороги поврежденную телегу. Теперь люди постоянно просят меня об услугах.

Надин была черным Рю из горного хребта Звездного Дракона. Она обладала силой и подвижностью, что, вероятно, делало ее огромным подспорьем для горожан.

— Вы прислушиваетесь к мнению простых людей. Это прекрасно.

— Пустяки.

Я была серьезна, но Надин отмахнулась.

— А! Надин. Спасибо за доставку.

— Эй, леди Надин! У меня в запасе есть хорошие овощи, не хотите ли вы взять несколько штук домой? Ваш муж любит готовить, так что он будет благодарен за них!

— Леди Надин, давайте поиграем в прятки.

Жена пекаря, торговец зеленью и ребенок, идущий по дороге - все они окликнули Надин, как близкие друзья. Она же повернулась и ответила каждому из них.

— Ваши дети еще маленькие, верно? Если вам понадобится что-то еще, просто дайте мне знать.

— Я зайду по дороге домой, так что придержите их!

— Я сегодня показываю кое-кому окрестности, так что не получится! Мы сыграем в следующий раз!

Значит, они играла в прятки?

Количество людей, окликающих ее, не уменьшалось. Мои глаза расширились от удивления.

— Ты действительно популярна, Надин.

— Они все забыли, что я королева.

Когда все немного успокоилось, Надин сказала.

— Они уважают Сому, Лисию и других, как и положено. Я единственная, к кому они относятся так небрежно. Твой народ тоже любил и уважал тебя, верно?

— Да, верно, но... это не всегда хорошо, понимаешь?

— Хм? Да?

— Да. Люди уважают королей или королев, потому что они их не видят. Конечно, они видят наши лица по трансляции, но они не имеют с нами близкого общения. Вот почему простые люди боятся и уважают королевскую власть.

— Это... звучит правильно.

Надин выглядела не до конца убежденной. Однако, я говорила ей то, что было у меня на сердце.

Вспоминая то время, когда я была императрицей, я говорила, что делаю все для людей, но у меня никогда не было возможности вступить в контакт с этими людьми. Я никогда не говорила с ними напрямую, так что могу ли я действительно высоко держать голову и говорить, что я была хорошим правителем?

— Я думаю, что у них отличные отношения с тобой, Надин. Если уж на то пошло, я вижу их близкими к идеальным, так как ты способна слышать голоса горожан напрямую.

— Это не так уж важно. Но хорошо, что ты это сказала, — ответила Надин с улыбкой. И тут у меня возникла идея.

— Поняла! — воскликнула я, хлопая в ладоши.

— А?! Ч-что такое?

Надин бросила на меня взгляд, полный сомнений. Меня это не смутило. Я схватила одну из ее рук обеими своими.

— У тебя много свободного времени, верно? Давай используем это время, чтобы вместе путешествовать по стране! Тогда мы сможем встретить людей по всему королевству!

— Путешествие?! Что?!

— Если ты позволишь мне ехать на тебе, я смогу услышать людей со всего королевства. Слабых и угнетенных, чьи голоса редко доходят до тех, кто находится на самом верху. С тобой нам не понадобятся телохранители. Надин! Пойдем, послушаем многих людей и вместе сделаем эту страну лучше!

— Стоп! — Надин поспешно высвободилась из моих рук. — Неплохая идея, но единственный, кто имеет право ездить на мне, это мой напарник, Сома, понимаешь?! Я не могу просто позволить тебе ездить одной...

— Партнер твоего партнера - это твой партнер. Так что все в порядке! (прим ред. (͡° ͜ʖ ͡°))

— В порядке? С чего бы...?

— Теперь, когда все решено, пойдем и получим разрешение Сомы!

Я взяла Надин за руку и пошла дальше.

Надин запротестовала.

— Да послушай ты!

Но... все в порядке! Мы отлично поладим!

Еще до войны между Империей Гран Хаос и Королевством Великого Тигра, в комнате с самоцветом вещательной сети замка Парнам...

— А?! Не возвращаться?! — младшая сестра императрицы Марии, Трилл Эйфория, практически закричала.

Это произошло потому, что человек на другом конце трансляции, ее вторая сестра, Жанна, настояла на том, чтобы она не возвращалась в страну. До сих пор Трилл всегда угрожали вернуть ее в Империю, когда она доставляла неприятности своим дорогим Жене и Людвину. Ей сказали не возвращаться? Это было впервые.

Проекция Жанны торжественно кивнула.

— Ты слышала меня, Трилл... Королевство Великого Тигра нацелилось на нашу страну. Мы ожидаем большой войны в ближайшем будущем. Я намерена рискнуть своей жизнью, чтобы защитить нашу сестру, но... все может пойти не так. Оставайся в Королевстве, под их защитой.

— Я не могу! Возможно, я ничего не могу сделать, чтобы вернуться, но мне противна мысль оставаться здесь в безопасности, пока мои сестры сражаются! Ах! Я знаю! Давайте обратимся за помощью к сэру Соме! Я уверена, что он...

— Трилл! — крикнула Жанна. — Мы не можем втянуть другую страну в наши проблемы. Даже ты должна это знать.

— Я все еще не могу принять это! Разве мы не заключили союз с Фридонией именно для того, чтобы они могли помочь нам в такие моменты?! — спросила Трилл, на ее глаза наворачивались слезы. — Должности, обязанности, кровь – все это не имеет значения! Выжить – вот что самое главное! Если страна только и делает, что сковывает вас двоих, то пусть она достанется тем, кто хочет ее заполучить!

— Трилл... Мне очень нравится, как ты мыслишь, — сказала Жанна, мягко улыбаясь. — И потому я хочу, чтобы ты жила полной жизнью. Я уверена, что сестра согласится. Дело не в том, чтобы обеспечить выживание нашего рода, а в том, что я хочу, чтобы ты вела ту жизнь, которую хочешь вести. Я хочу, чтобы у тебя были свободы, которых не было у нас, хорошо?

— Ты не можешь этого иметь в виду!

— Пока... Трилл.

На этом звонок прервался. Тишина в комнате была оглушительной. Трилл некоторое время стояла ошеломленная, но в конце концов по ее щекам начали катиться крупные слезы.

— Вах... Ваххххххх!

Трилл выбежала из комнаты, заливаясь слезами. На бегу, даже не вытирая глаз, она мчалась по коридорам замка к своей карете, которая тут же доставила ее в мастерскую подземелья семьи Максвелл-Аркс. Через несколько часов, приехав туда, она нашла Женю в построенном там бревенчатом доме и прыгнула к ней в объятия.

— А? Три... Бларх!

— Старшая сестра Женя!!!

Женя ничего не ответила. От быстрого крепкого объятия Трилл она чуть не потеряла сознание. Некоторое время Трилл продолжала яростно трясти Женю. В конце концов подоспел Людвин, хотя довольно поздно, и оттащил Трилла.

Тридцать минут спустя...

— Прости меня, старшая сестра, лорд Людвин. Я не должна была позволять тебе видеть, как я веду себя подобным образом.

Наконец успокоившись, Трилл извинилась перед ними двумя, попивая чай, который подал Людвин. Она выплакала все глаза и выглядела подавленной. Несоответствие между ней и ее обычной жизнерадостностью обеспокоило Женю и Людвина.

— Ну да, — сказала Женя.

— Итак, что же произошло? — спросил Людвин.

— Ну, видите ли...

Трилл рассказала им о разговоре, который у нее был с Жанной. Выслушав, Женя не знала, что сказать подавленной Трилл. Людвин тем временем, казалось, о чем-то размышлял.

— Понятно... Это объясняет, почему Его Величество...

— Лорд Людвин?

— Ах! Ничего страшного, госпожа Трилл, — сказал Людвин, положив руку ей на плечо. — Это может показаться пустым заверением, но... я уверен, что с госпожой Марией и госпожой Жанной все будет хорошо. Есть много людей, которые хотят им помочь.

— Ах! Эта страна уже начала что-то предпринимать?!

"Они уже выдвинулись, чтобы спасти Марию?" Трилл уже собиралась спросить, но Людвин поднял руку, чтобы остановить ее.

— Любые мои знания конфиденциальны, поэтому я ничего не могу сказать.

— По... понятно.

— Однако я сделаю все, что в моих силах, чтобы это не закончилось таким результатом, который заставит вас плакать. Меня не будет в доме некоторое время, так что можешь оставаться здесь в мое отсутствие, — сказал Людвин и поднялся на ноги. — Женя.

— Да, да.

— Сейчас я направляюсь в замок. Я не вернусь в течение некоторого времени. Присмотри за домом и мадам Трилл, пока меня не будет.

— Конечно. Постарайся, старший брат Лу.

Людвин драматично вышел из дома, а его миниатюрная жена проводила его взглядом. Трилл пролила слезы благодарности, глядя ему вслед, теперь она была уверена, что есть люди, которые будут бороться за ее сестер.

◇ ◇ ◇

Теперь мы возвращаемся в настоящее. Спустя некоторое время после войны между Империей Гран Хаос и Королевством Великого Тигра...

— Итак, почему ты все еще здесь? — спросила Женя, надувая щеки.

— Потому что я хочу быть с тобой, конечно, старшая сестра, — невозмутимо ответила Трилл.

Когда война закончилась, а Мария и Жанна оказались в безопасности, Людвин вернулся домой, а Империя Гран Хаос была реорганизована и стала Королевством Эйфория, но Трилл все еще оставалась в доме Жени. До тех пор, пока она не убедилась, что Мария и Жанна в безопасности, Трилл вела себя кротко и робко, но теперь она снова взялась за старое.

— Сэр Людвин велел мне остаться в этом доме.

— Это было только до тех пор, пока он вернется, верно?

— О, Боже. Правда? — Трилл просунула свою руку в петлю, которую делала Женя, и наклонилась, чтобы коснуться ее щек. — Хи-хи, старшая сестра~♪

— Хватит. Старший брат Лу, помоги мне.

— Дайте ей передышку, госпожа Трилл.

Людвин наблюдал за ними с кривой улыбкой на лице... В дверь бревенчатого дома неожиданно постучали.

— Гость? — сказала Женя, склонив голову набок.

Единственными людьми, которые посещали их здесь, были Мерула, коллеги Трилл по исследованиям или члены семьи Сомы. И если бы это была семья Сомы, их бы уведомили заранее.

— Хм? Да, входите.

— Извините.

Дверь открылась, явив прекрасную женщину. Это была Мария Эйфория, бывшая императрица и будущая третья второстепенная королева, коротко остригшая свои светлые волосы. Трилл отпустила руку Жени, когда ее глаза расширились от удивления.

— Старшая сестра Мария?! Что привело тебя сюда?

— Я слышала, что могу найти тебя здесь.

Мария подошла с улыбкой на лице и остановилась перед сестрой. Лицо Трилл дернулось, когда она почувствовала смутное неприятное ощущение от этой улыбки.

Уголки рта Марии приподнялись еще больше. — Теперь, Трилл.

— Ч-что такое, старшая сестра Мария?

— Пора домой! — сказала ей Мария, прозвучав как городской громкоговоритель в вечернее время.

Трилл моргнула: — Э-э... Ты имеешь в виду... в мой дом в Парнаме?

— Нет. В Валуа, в город, где ты родилась.

— Имперская столица?!

— Мы теперь королевство, поэтому это королевская столица.

Мария приказала ей вернуться в Королевство Эйфория.

— Совместный исследовательский проект по созданию бура дал результаты, и твоя коллега-исследователь, Тару, тоже вернулась домой. Самое время тебе вернуться в Валуа. Нам нужен кто-то, кто научит людей в королевстве Эйфория использовать недавно разработанные технологии.

— Это нечестно...! Ах! Я знаю! У меня есть обязанности посла Королевства...

— Я займусь этой работой. — Мария пресекла все дальнейшие аргументы, прежде чем Трилл успела их высказать. — Мы приняли соглашение "две страны – одна нация". Я могу действовать как мост между ними.

— Но разве ты не занята, старшая сестра Мария?

— Когда меня не будет, жена сэра Джинджера, госпожа Сандрия, будет меня заменять. Она родом из Империи, и у нее все еще есть семья в королевстве Эйфория.

Казалось, выхода не было. В конце концов, Мария долгое время управляла Империей. Трилл никогда не сможет победить ее в подобном споре. Когда она замолчала, потеряв дар речи, Мария с нежной улыбкой взяла ее за руку.

— Старшая сестра Мария?

— Пойдем, Трилл. Пришло время для твоего триумфального возвращения. Отныне ты будешь поддерживать Жанну.

— Нечестно! Старшая Сестрааа!

Трилл отчаянно потянулась к Жене за помощью, но...

— Да, да, твоя старшая сестра здесь. И у тебя есть еще одна в Валуа, — сказала Мария, потянув ее за руку, когда она вышла из дома Жени.

Сестры Эйфории появились внезапно и так же внезапно ушли. Женя и Людвин ошеломленно смотрели, как все это происходило.

— Я не знаю, что сказать... Как будто только что закончилась буря, — пробормотал Людвин, когда вновь воцарилась тишина.

Женя язвительно улыбнулась этой формулировке: — Это точно. Но сейчас...

— Женя?

Женя прижалась к руке Людвина. Из-за своего маленького роста по сравнению с ним, ей пришлось использовать все свое тело, чтобы обхватить его руку.

— Хе-хе, теперь мы вдвоем наконец-то можем насладиться одиночеством.

— Э-э... Д-да, полагаю это так, хах?

Красивый второй командующий Национальных сил обороны кивнул, окрасившись в ярко-красный цвет.

Во время войны между Королевством Великого Тигра и Империей Гран-Хаос Республика Тургис - государство на самой южной оконечности континента - воспользовалось неразберихой. Они вторглись в государство наемников Зем, союзника Королевства Великого Тигра, и захватили три города, которые находились недалеко от их собственных границ.

При этом, хотя города были взяты силой, большинство наемников Зема находились далеко, сражаясь вместе с Королевством Великого Тигра, что ослабило их оборону. У Республики было намного больше сил, собранных для продвижения на север и ожидавших в близлежащих городах. В результате, Республика не встретила особого сопротивления.

Когда война закончилась, они вернули только самый северный из этих трех городов, тот, который был жизненно важен для обороны Зема, а два других были включены в территорию Республики. Это произошло по трем основным причинам. Во-первых, после провозглашения победы Фуга хотел сосредоточиться на стабилизации своих новых земель, а не на решении проблем своих вассальных государств. Во-вторых, упрямство в переговорах главы Республики Ку Тайсея. И, наконец, последняя причина заключалась в том, что Сома был привлечен к посредничеству в качестве лидера Морского Альянса.

— Оокякя! Нам наконец-то удалось продвинуться на север, а! — прокричал Ку, улыбаясь, осматривая свои новые города с расстояния. — Смело со стороны Фуги Хана позволить нам оставить себе два города, если мы вернем им самый северный из них.

— Может быть, он думает, что можно пока отдать их тебе, раз ты все равно не сможешь их удержать? — пожав плечами, предположил Найк Чима, стоявший рядом с ним.

Этот молодой, способный командир, владеющий копьем, был другом и доверенным лицом Ку.

— Еще бы, — произнес Ку с язвительной улыбкой. — Любой, кто знает историю Республики, так бы и подумал. Мы и раньше захватывали города в попытке расшириться на север, но в итоге нам всегда приходилось их бросать.

Республика не имела себе равных в зимних боях, где сила воздушных сил, таких как виверны, была подавлена. Но, поскольку холодный климат не позволял им выращивать виверн, у них не было собственных воздушных сил. Когда становилось теплее, и враг получал возможность выслать своих виверн, Республика неизбежно оказывалась в проигрыше. Кроме того, в середине зимы Республика была скована снегом и льдом, что закрывало связь между родиной и захваченными городами. Вот почему им было так трудно удерживать свои завоевания.

Фуга, должно быть, тоже это знал. Он решил, что даже если он прекратит переговоры вернув себе только один город, то остальные он сможет забрать позже в любом случае.

Ку дерзко улыбнулся.

— Оокякя! Именно такой была Республика раньше. Однако, давайте покажем ему, что эти рассуждения не применимы к Республике, которую мы собираемся создать.

Глаза Найка расширились от такого уверенного заявления.

— Я вижу, ты уверен в себе. Есть ли у тебя причины думать, что мы можем победить?

— Ха! Я кое-чему научился, наблюдая за тем, как правит мой брат Сома. Я изучил, как завоевать сердца и умы людей на подконтрольной нам территории.

— Ты говоришь о том, как господин Сома аннексировал Амидонию? — спросила вторая жена Ку, Лепорина, слегка наклонив голову. Она стояла напротив Найка, а также была здесь в качестве телохранителя Ку, поэтому ее кроличьи ушки подергивались от настороженности. — Он передавал музыкальную программу, верно? Вы собираетесь это сделать, мастер Ку?

— Оокякя! Не совсем так. Предоставление широковещательных программ для развлечения - лишь один из методов, но суть завоевания людей глубже и проще, чем кажется.

— Это... просто?

— Да. Если всё быстро подытожить, то речь идет о том, чтобы представить им что-то новое.

Сказав это, Ку подбородком указал на то, что было перед ними. Там собрались десятки людей из двух городов и их окрестностей. Это были зажиточные фермеры, крупные торговцы, бывшие наемники, ушедшие на покой и ставшие лордами - в общем, те, у кого есть власть. Они были призваны сюда сегодня именем Ку и теперь трепетали в окружении солдат Республики.

В настоящее время все они собрались у подножия горы. Все эти влиятельные лица опасались, что их могут убить здесь, а их тела выбросить в горы, чтобы они не мешали его правлению. Никто не объяснил им причину сбора, поэтому вряд ли можно винить их за то, что они так думают.

Глядя на этих людей, Ку сказал Лепорине.

— Эти парни похожи на то, какой была Республика раньше. У них есть чувство ценности, которое они выработали со временем, и традиции, которые они культивировали, и которые мешают им принимать то, что приходит извне. Если кто-то засунул пальцы в уши, никакие медовые слова его не убедят. Сначала нужно вытащить эти пальцы. Необходимо создать момент уязвимости.

— И это то, что делает представление им чего-то нового? — спросил Найк.

— Да, — ответил Ку, кивнув головой. — Когда люди видят что-то, чего они не могли себе представить, удивление делает их сердца уязвимыми. Это на мгновение отбрасывает все их устоявшиеся традиции и ценности. Если ты сможешь использовать это открытие, чтобы преподнести им что-то заманчивое, они обязательно согласятся, насколько бы это не было невероятно.

Ку хлопнул в ладоши. Звук собрал все взгляды на него.

— Бро использовал для этого широковещательные программы, но вот это то, что я буду использовать. — Ку поднял свою дубину, повернув только голову. — Сделай это, Тару!

С этими словами он взмахнул дубиной.

Бах! В горах раздался звук взрыва, затем...

Грохот, грохот, грохот! Земля задрожала, и птицы в горах взлетели в небо.

— Это землетрясение?!

— Только не говорите мне, что это обвал!

— Разве мы не должны бежать?!

Собравшаяся толпа смотрела на них в замешательстве, но Ку был решительно спокоен, говоря им.

—Не о чем беспокоиться! Я хочу вам кое-что показать.

Затем он указал дубиной на скалистый склон горы.

Скрежет, скрежет, скрежет... Скала рухнула на их глазах, обнажив массивную цилиндрическую машину. Эта машина, прогрызающая камень и грязь, была продуктом совместного исследовательского проекта Республики Тургис, Королевства Фридония и Империи Гран-Хаос - бура.

Последние два года Ку строил свой собственный бур для бурения туннелей. Затем, решив захватить города Зема, он начал медленно прокладывать туннели в горах вдоль их границы.

— Дыра за этой машиной идет до самого сердца Республики! — сказал Ку собравшимся перед ним представителям власти. — До сих пор, когда Республика захватывала земли за пределами региона Тургис, мы с трудом удерживали их, когда зимний снег затруднял связь. Но с этим туннелем путешествовать туда и обратно станет намного проще. Как только вы окажетесь внутри Республики, у нас будет много верховых лошадей, способных справиться со снегом. Поставки товаров в эту область должны стать намного лучше... Оокякя! Вот так!

С этими словами из туннеля появилась группа людей верхом на нумотах и снежных яках с корзинами. Это был торговый караван из республики Тургис.

Ку велел им разложить принесенные вещи, чтобы жители Зема увидели их. Их глаза расширились, когда они увидели, что в корзинах лежит свежая рыба. Там были и моллюски, и они всё еще были живы.

— А теперь взгляните. У нас свежие морепродукты, выловленные сегодня в портах Тургиса. Вы - кучка жителей материка, поэтому, вероятно, не часто получаете свежую рыбу. Я прилагаю усилия к логистике, как и Королевство Фридония, — похвастался Ку. Он взял бутылку спиртного у своей первой жены, Тару, лучшего технолога Республики, которая присоединилась к ним после руководства буровой командой. Он поднял ее, чтобы толпа увидела. — А теперь давайте выпьем и закусим рыбой! Скучные разговоры оставим на потом!

На это заявление толпа разразилась аплодисментами. Они думали, что их убьют и похоронят. Но им не просто дали жить - им показали эту новомодную буровую машину, угостили свежими морепродуктами и даже напитками к ним. Освобождение от страха в сочетании с этим возбуждением притупило их способность принимать решения. Никто здесь больше не считал Ку и его людей захватчиками. Эти влиятельные люди попались на его уловку.

— Итак, все! Давайте сегодня отрываться по полной, веселиться и набивать морды! Ваше здоровье!

— Ваше здоровье! За лорда Ку и Республику!

Когда занавес ночи начал опускаться, был устроен большой банкет между военными Республики и влиятельными лицами бывших городов Зема вместе с их семьями. Над входом в туннель повесили простой занавес, а за ним разложили еду и напитки, привезенные из Республики, чтобы создать пространство для торжества. Ку находился в центре вечеринки, говоря о будущем с бокалом вина в одной руке.

— С этого момента вы тоже жители Республики! Мы будем привозить все больше и больше морепродуктов через этот туннель! Но это еще не все! Эта теплая земля станет важным мостом между Республикой Тургис, Королевством Фридония и империей Гран-Хаос - подождите, они же теперь Королевство Эйфория, не так ли? Что ж, это будет важный мост между тремя странами! Здесь будут собираться люди и товары, а значит, вы можете рассчитывать на большое развитие!

— Даааа!

— Теперь континент разделен между Морским Альянсом и Королевством Великого Тигра. Даже если Фуга постучится, нам не стоит беспокоиться! Есть ли у него удивительная машина, способная пробить эти горы? Нет! Только у стран Морского союза! Если Фуга нападет, мы пройдем через этот туннель и поспешим на помощь!

— Вау! Вы такой крутой, Лорд Ку!

— Оокякя! Спасибо!

Когда Ку помахал рукой хлопающим пьяным, раздались аплодисменты. Тару, Лепорина и Найк наблюдали за ним с небольшого расстояния, поглощая еду и выпивку.

— Вот, Найк. Это горячее вино.

— О, спасибо. — Найк вежливо поклонился Лепорине, когда она налила ему напиток.

Хотя он пил его для согрева, он не выпускал из рук копье. Если кто-то попытается навредить Ку, он был готов в любой момент пронзить его насквозь.

Продолжая наблюдать за Ку, Найк прошептал.

— Он выглядит так, будто напился и буянит, но на самом деле он трезв, не так ли?

— Конечно, — ответила Тару. — Молоко, которое пьет мастер Ку, не заквашено, это обычное молоко.

— Он делает вид, что ослабил бдительность, чтобы заставить их открыться ему, но он вовсе не ослабил бдительность, — объясняет Лепорина. — Он готов разыгрывать из себя дурачка, чтобы завоевать их сердца. Это показывает, что он действует на другом уровне.

Тару кивнула.

— Как правитель, он получает высшую оценку. Но, как жена, я должна снять ему пять баллов.

— Хм? Почему? — спросила Лепорина, но Тару раздраженно отвела взгляд.

— Он весь поглощен своей работой, оставляя двух своих милых жен одних.

— Ах-ха-ха... Вы попали в точку. Кстати, сколько баллов составляет высшая оценка?

— Сто.

— Даже после того, как вы его забрали себе, он все равно набирает только девяносто пять баллов? Ты на голову выше всех, не так ли?

По тому, как говорили его жены, можно было понять, что они все поняли. Ку все еще сражался. И он был уверен, что победит.

Чувствуя доверие между ними, Найк подумал.

— Понаблюдав за ними, я понял - я хочу иметь собственную жену... .

◇ ◇ ◇

Тем временем в королевстве Фридония Сома был настолько занят работой, что думал, что она может его убить.

В этом не было ничего нового, но количество работы, поступающей к нему в последнее время, росло. Все потому, что после того, как Мария сложила с себя полномочия императрицы и вышла замуж за Сому, премьер-министр Хакуя отправился жениться на новой королеве Жанне. Принятие системы "две страны - один народ" в Королевстве Фридония и Королевстве Эйфория требовало многих изменений.

Итак, сегодня Сома снова работал вместе со своей женой Лисией. В это время на улице уже начало темнеть.

— Извините, Ваше Величество.

Вошел Ичиха, который исполнял обязанности премьер-министра, пока Хакуя был в Королевстве Эйфории.

— Ичиха? Что случилось? — спросил Сома, и Ичиха встал во весь рост, давая свой отчет.

— Сэр Пончо вернулся. Он ждет в личной столовой вашей семьи, сир.

Ичиха отлично справлялся со своей задачей, сохраняя самообладание под пристальными взглядами королевской четы и их бюрократов. Видно было, что он преемник Хакуи. Он действительно освоился в роли исполняющего обязанности премьер-министра.

Сома кивнул и перестал заниматься бумажной работой.

— Давайте сделаем перерыв. Ты тоже пойдешь, Лисия?

— Да. Похоже, здесь может быть что-то интересное.

Лисия, которая, похоже, знала, куда отправили Пончо, безмятежно улыбалась, положив на стол пачку бумаг. При этом раздался сильный стук, заставивший Сому поморщиться.

— Осталось еще столько же...? Ну, это может подождать, - покачал головой Сома, откладывая бумаги в сторону, а затем вышел из офиса вместе с Лисией и Ичихой, чтобы пойти к Пончо.

Когда они вошли в столовую, Пончо уже разложил плоды своего путешествия на длинном широком столе. Заметив Сому и остальных, он многократно поклонился.

— Что-что, Ваши Величества. Рад видеть вас обоих. Я, Пончо Ишидзука Панакотта, вернулся, да.

— Спасибо за беспокойство, Пончо.

Когда Сома поблагодарил мужчину, Лисия посмотрела на него, немного смутившись.

— Хм? Сэр Пончо... Вы снова похудели?

— Теперь, когда ты об этом заговорила, похоже на то... — кивнув, согласился Сома.

Это не было похоже на внезапную, сильную потерю веса, через которую он прошел раньше, но он потерял свою обычную округлость форм.

Пончо неловко улыбнулся, почесав щеку. — Гм... Мисс Серина и мисс Комайн хотят "следующего", видите ли... Да.

— А... — Сома и Лисия мгновенно все поняли. Это случилось раньше. Должно быть, он прилагал много усилий, поздно ночью, со своими двумя женами.

Ичиха, который был рядом с ними и подслушивал, стал ярко-красным, так как тоже догадался об этом.

— Это... больше, чем мне нужно было знать, — сказал он.

— Нет, нет, ты уже в том возрасте, когда нужно начинать думать и о таких вещах, понимаешь?

— Вы так думаете?

— Ну, мы можем оставить этот разговор на потом. Это важнее. — Сома хлопнул в ладоши, пытаясь отойти от этой неловкой темы. — Итак, как прошла поездка в Королевство Духов Гарлан?

— О, да. Подумать только, я смог отправиться в Царство Духов, выполнить свою миссию и вернуться через неделю. Это невероятное время в жизни, да, — сказал Пончо с язвительной улыбкой.

Лисия посмотрела на Сому.

— Ты подал запрос в Королевство Рыцарей Дракона Нотунг, верно?

— Да, это я. Я попросил королеву Силл послать рыцарей-дракона, чтобы они высадили Пончо и забрали его обратно. Их переход от королевства рыцарей-дракона к "королевству курьеров" очень удобен. Они могут выполнять такие скоростные перевозки на большие расстояния, которые раньше для нас делали только Надин и Руби, что позволяет нам свободно перемещать людей и припасы.

Это было особенно заманчиво в качестве средства для переброски ретейнеров. Если бы он захотел, Сома мог бы вернуть Хакую из Эйфорийского королевства примерно за день, а из Фридонийского королевства легко было отправить туда людей и припасы.

— В настоящее время они ограничивают свои услуги запросами, которые мы подаем как нация, но с развитием глобализации Королевство Рыцарей Дракона станет незаменимым для всего мира.

— Они превращаются в невероятную страну... Королева Силл, должно быть, тоже много работает, — впечатленно произнесла Лисия.

Затем Пончо указал на вещи, разложенные на столе.

— Как и просили, я привез образцы потенциальных торговых товаров из Королевства Духов, да. Король Гарула положительно относится к торговле с нашей страной.

Сома отправил Пончо в Королевство Духов, чтобы выяснить, какие у них есть торговые товары. Независимое правительство на острове Отца было единственной частью Королевства духов, подчинявшейся Фуге. Остров Матери все еще сохранял свою независимость от него.

Во время инцидента проклятия Короля духов (или инцидента болезни волшебного жука) высшие эльфы острова Матери поняли, что есть некоторые проблемы, с которыми они не могут справиться в одиночку. Не в силах оставаться прежними, они стали более открытыми для торговли. Королевство духов теперь было открыто для внешнего мира. Они торговали с Королевством Великого Тигра Фуги, используя принцессу Элулу, которая была представителем независимого правительства на острове Матери, в качестве посредника, а также хотели торговать с Морским Альянсом.

Однако, хотя Королевство Фридония могло предложить многое, например, медицинские товары и продукты питания, Сома задавался вопросом, есть ли у Королевства Духов какие-либо собственные привлекательные товары. Если торговля будет односторонней, это может быть расценено как экономическая эксплуатация. Чтобы предотвратить трения, Королевство духов должно было иметь свои собственные звездные товары. Пончо, как профессионального гурмана, послали выяснить именно это.

Как бы хорошо он ни путешествовал, даже Пончо не смог бы попасть в Царство Духов, когда оно было закрыто для внешнего мира, поэтому он заинтересовался их местной кухней.

Пончо широко улыбнулся, поднимая коробку, которую он привез с собой.

— О, кухня Царства Духов и впрямь поразила, да. Я думал, что они живут исключительно лесными богатствами, как темные эльфы из Богохранимого леса, но, похоже, они едят практически все. Жаркий, влажный климат привел к появлению культуры питания, в которой используются специи, чтобы компенсировать трудности с сохранением пищи, да.

— Специи, да? Если подумать, я помню, Мерула упоминала об этом. Что-то о том, что они выращивают такие специи, которые можно использовать для приготовления порошка карри.

— Это верно, да, — сказал Пончо, кивая с ликованием. — Там было много специй, которых я не видел на континенте, и я думаю, что они станут прекрасным товаром для торговли, да. Я привез несколько специй с собой, так что с нетерпением жду, как я смогу использовать их в своей собственной кухне. А... Думаю, сначала я попробую курицу. Интересно, как она будет мариноваться в каждом из них... .

На лице Пончо была глупая ухмылка, без сомнения, он представлял себе всевозможные блюда, которые собирался приготовить. Видя его таким, остальные присутствующие почувствовали голод. Особенно Сома, у которого все еще были яркие воспоминания о карри из его старого мира.

"На архипелаге Девятиглавого Дракона есть приправы, которых нет на континенте, так что я надеюсь, что смогу соединить их и приготовить что-то вроде карри в японском стиле. Это расширит наш репертуар блюд, и... что более важно, я хочу съесть немного карри. Я не ел его уже много лет...".

"Вздох..."

— Сома, у тебя слюни текут... — предупредила его Лисия.

— Упс, — произнес Сома, вытирая рот. — Так у них было что-нибудь, кроме специй?

— О, да. Там было несколько культур, с которыми я не был знаком, но одна, которая привлекла мое внимание, это "бобовый чай". Его также пьют во многих местах на континенте, но запасов не так много. Тем не менее, казалось, что Королевство Духа может выращивать его в изобилии.

— Бобовый чай? — спросил Сома.

— Вот оно, да.

Пончо протянул Соме бутылку, наполненную коричневыми бобами.

Погодите, это... - подумал он, прежде чем открыть бутылку и понюхать их. - Да, это точно они.

— Это кофе? А... понятно. Вы, ребята, называете это чаем из бобов, да?

— Как вы говорите, сир, это сорт кофе, да.

— О, да!

Сома с энтузиазмом вскинул руку, чем заслужил пустой взгляд Лисии.

— Ты уже пил кофе у Жени, не так ли? Разве это повод для радости?

— Ну, отчасти это потому, что я больше люблю кофе, чем чай, но это, очевидно, больше северное блюдо, а не то, что у нас в большом количестве. Я думаю, что Женя тоже получила свой от северных беженцев. Это делает его скорее роскошью, чем чем-то, что люди могут пить регулярно.

— Да. Звучит примерно так, — сказала Лисия, кивнув. В этой стране все было именно так.

Сома взял бобы и понюхал их.

— Кофеин, содержащийся в этих бобах, сразу разбудит вас. Я представляю, как люди пьют его, когда работают допоздна или задерживаются на учебе.

— Тогда понятно, зачем он тебе нужен, Сома...

Работа во дворце была битвой упорства. Сома работал дома, но ему все равно приходилось много работать сверхурочно и всю ночь. Это было не так плохо, как после его призыва, но все равно сокращало время сна. До сих пор Сома компенсировал это тем, что пил хорошо заваренный чай, но если бы он мог пить кофе ежедневно, то зерно стало бы мощным союзником.

— О, это хорошо. Если мы сможем торговать большими партиями, я отправлю немного Хакуе, поскольку его загруженность тоже убивает его... Я бы хотел импортировать сразу большое количество и кофе, и специй.

— Я думаю, что Царство Духа будет радо услышать это, да.

— А... Но ведь и специи, и кофе - это товарные культуры... — сказал Сома, почесывая голову. Лисия хлопнула в ладоши.

— Ооо. Например, то, что вызвало наш продовольственный кризис.

Похоже, она вспомнила.

— Если вы выращиваете слишком много товарных культур на экспорт, это снижает уровень самообеспеченности продовольствием, и неблагоприятные события могут привести к продовольственному кризису. Вы можете использовать деньги для импорта продовольственных культур из других стран, но не стоит полагаться на это слишком сильно... Думаю, нам нужно обсудить это с королем Гарулой и посмотреть, сможем ли мы найти здоровый баланс... Ну, сначала нужно сделать кое-что еще.

— Хм?

— Поскольку у нас уже есть немного, почему бы нам всем не попробовать?

Сома решил сразу же приготовить кофе для своих друзей и семьи.

В результате Джуне и Ророа он понравился, а Аиша и Надин не были его поклонниками. Лисия и Мария были где-то посередине. (Они могли пить его с молоком и сахаром.) Удивительно, но он понравился Томоэ, Ичихе и Юриге. Они сказали, что если он станет более доступным, то они захотят ввести его в салоне семьи Люси. Пройдет немного времени, и в продаже появятся сладости со вкусом кофе.

Наблюдая за их реакцией, Сома подумал.

—Мы нашли надежного союзника в неожиданном месте, — и отпил кофе с молоком.

В последнее время в Парнаме Сома стремительно готовился ко второй в своей жизни церемонии бракосочетания - разумеется, с Марией и Юригой.

Король восходящей державы на востоке женился на бывшей императрице павшей великой державы на западе, а также на принцессе Юриге, которая приехала из Королевства Великого Тигра в качестве студентки по обмену. В королевстве Фридония не было ни одного человека, который не был бы взволнован.

В этот день "Черный" премьер-министр, который был гордостью королевства Фридония, женился на королеве Жанне, новой правительнице королевства Эйфория. Эта свадьба должна была состояться в Эйфорийском королевстве, но народ был в восторге от того, что "Черный" премьер-министр станет королевским супругом там. То есть все, кроме всех женщин, которые втайне сами охотились за ним.

Сейчас в Парнаме царило праздничное настроение, не уступающее, если не превосходящее то, что было при бракосочетании Сомы с Лисией и другими королевами.

Как и тогда, Сома обратился к своим приближенным, желающим вступить в брак, чтобы свадьбы проходили одновременно по всему городу. Среди них были Мио Кармин, дочь Георга Кармина, чье имя было очищено от черной метки измены, и Колберт, министр финансов.

Этот разговор произошел на днях, во владениях Карминов...

— Поздравляю, Колберт. У тебя тоже наконец-то будет жена, да?

Это было уже после того, как о свадьбе стало известно. Юлий приехал в земли Карминов со своей женой Тией, чтобы поздравить своего старого друга.

С кривой улыбкой Колберт сказал.

— Спасибо, Юлий. Технически, это я войду в её семью.

— О, понятно... Значит, ты берешь ее имя. Я больше не смогу называть тебя Колбертом.

Полное имя Колберта было Гэтсби Колберт, но Колберт было легче произнести, чем Гэтсби, поэтому Юлий и Ророа всегда называли его по фамилии. Это переняли и другие, и к его фамилии стали относиться так, будто это его имя. Однако, как только он женится в доме Кармин, его имя стало Гэтсби Кармин.

— Я не вижу в этом проблемы. Он все еще может быть Колбертом, — сказала Мио, входя в комнату, держа на руках ребенка Юлия и Тии, Тиуса. Тиа стояла позади нее и улыбалась.

Мио вернула Тиуса на руки Тии, затем положила руку на плечо Колберта. — Ты всегда будешь Сэром Би, Сэр Би. Неважно, как тебя будут называть другие, это никогда не изменится.

— Госпожа Мио...

— И если тебя это беспокоит, ты можешь попросить Его Величество и леди Ророа позволить тебе оставить Колберт в качестве второго имени. Гэтсби К. Кармин.

— Нет, нет, госпожа Мио, я не могу... Намеренно сохранять свою фамилию, когда для этого нет политической причины, как это было у Максвеллов... .

— Хм... Это, вообще-то может быть хорошей идеей.

— Юлий?! — Глаза Колберта расширились.

Юлий рассмеялся.

— Ророа будет огорчена, если больше не сможет называть тебя Колбертом. Думаю, я сам напишу просьбу, когда завтра приеду в замок.

Колберт был ошеломлен.

Поэтому предложение оставить Колберта в качестве второго имени прошло на удивление легко. Это идеально подошло для Сомы, который был бы в замешательстве, если бы ему пришлось начать называть его Гэтсби или Кармином.

Пока в столице продолжалась подготовка к значимым свадьбам, другие тихо готовились к собственным. Одной из таких пар была Томоко, родная мать принцессы мудрых волков Томоэ, и Инугами, заместитель командира "Черных котов".

Инугами был тесно связан с семьей Инуи, поскольку работал телохранителем Томоэ, а ее младший брат Ру был полностью убежден, что Инугами должен быть его отцом, поскольку не помнил собственного отца. Инугами и Томоко также, казалось, испытывали взаимную симпатию друг к другу, поэтому окружающие подталкивали их к тому, чтобы они наконец-то связали себя узами брака. Однако, поскольку Инугами был членом подпольной организации, а для Томоко это был второй брак, они не хотели придавать этому событию большого значения.

— Тогда давайте сделаем это, пока идут все остальные свадьбы, — такова была идея Томоэ, и именно поэтому пара решила сделать это во время массового свадебного мероприятия.

Достигнув возраста, когда она сама задумывалась о замужестве, Томоэ хотела увидеть, как ее родная мать обретет счастье.

◇ ◇ ◇

— Ты... не против этого, Томоэ? — спросил Ичиха, услышав об этом от Томоэ.

В ответ Томоэ бросила на него пустой взгляд.

— Что-то не устраивает?

— То, что господин Инугами - твой отец. Я подумал, что ты можешь чувствовать себя не в своей тарелке.

— Хм... Не сейчас, нет? — Томоэ склонила голову набок, заметив обеспокоенный взгляд Ичихи. — Я имею в виду, у меня уже есть много родственников, которые не состоят со мной в кровном родстве.

— О... Это имеет смысл.

В семью Томоэ входили ее родная мать Томоко, ее родной брат Ру, ее приемные родители Альберт и Элиша, ее приемная сестра Лисия и ее деверь Сома.

К тому же, все жены Сомы относились к ней как к младшей сестре. Добавление Инугами в качестве отчима уже ничего не изменит.

Томоэ прижала руку к щеке и вздохнула.

— Кроме того, я думаю, что господин Инугами - хороший выбор. Он заботился обо мне все это время как мой телохранитель, так что если он сделает маму счастливой, то это самое главное.

— Думаю, да.

— Но я не могу тратить все свое время на беспокойство о них двоих, — сказала Томоэ, делая большой глоток фруктового сока через соломинку.

Ичиха и Томоэ вместе посещали фруктовый салон, которым управляла семья Люси, компания Эванс. Короче говоря, это было свидание.

Огорченные отсутствием прогресса в их отношениях, несмотря на очевидное взаимное влечение, друзья стали чаще заставлять их ходить куда-то вдвоем. И все же между ними мало что изменилось.

За столом воцарилось молчание.

Это произошло потому, что Ичиха просто не хотел делать первый шаг. У него была невероятно низкая самооценка после того, как он провел большую часть своей жизни в княжестве Чима, подвергаясь издевательствам со стороны людей, которые не могли признать его таланты. Он знал о привязанности Томоэ к нему, а он к ней, но он изо всех сил старался стать достойным ее статуса принцессы.

Однако, после приезда в эту страну талант Ичихи расцвел, и люди это признали. Близкие к Соме люди считали, что нет никого другого, кто мог бы стать более подходящим партнером для принцессы Томоэ. А те, кто не знал большего, полагали, что они уже помолвлены. Все было готово, и Ичихе оставалось только атаковать и захватить крепость под именем Томоэ. Томоэ даже ждала его со снятым засовом ворот.

Единственное, что удерживало их в неопределенности - это интровертная личность Ичихи.

"Ух! Это никуда не годится...!" - подумала она.

Именно поэтому Томоэ решила попробовать что-то сделать сегодня. Она собиралась заставить Ичиху сделать первый и единственный шаг, необходимый для того, чтобы довести его до финиша. Даже если для этого придется использовать женские хитрости, которым она научилась у первой второстепенной королевы Джуны. Да, Мудрая Волчья Принцесса хотела заставить его признаться ей в любви.

— Знаешь, Юрига тоже собирается выйти замуж.

Томоэ начала тыкать пальцем в общем направлении.

— Ну, они поженятся, но не будут пытаться завести ребенка какое-то время. Юрига хочет пока продолжать играть в магический футбол.

— О, да?

— Да. Я знаю, потому что я собираюсь стать камергером.

Было решено, что Томоэ возьмет на себя роль Маркса в управлении дворцовыми мероприятиями и заботе о здоровье королевской семьи. Одной из этих обязанностей было управление их ночным расписанием, чтобы обеспечить распространение королевской крови. Это означало, что планированием их семьи занималась Томоэ, и в последнее время она использовала это, чтобы подшучивать над Юригой. Это было восхитительно, когда Юрига злилась и становилась свекольно-красной.

Томоэ усмехнулась про себя, вспомнив лицо Юриги.

— Старший брат и остальные хотят уважать решение Юриги, — сказала она.

— Понятно. Ну, у них уже есть принц Сиан и принцесса Казуха в качестве наследников. Если учесть наши отношения с Королевством Великого Тигра, то, наверное, лучше не торопить события.

— Да. Так что... возможно, проблема во мне. В последнее время мне поступает много предложений о замужестве. — Томоэ подошла и нанесла прямой удар по этому вопросу. — Может быть, многие люди находятся под влиянием этого массового брака? Я получаю много запросов от рыцарских и дворянских семей... Это очень неприятно, знаешь ли.

Томоэ издала прерывистый вздох, но... все это было ложью.

Сома предпринял некоторые шаги за кулисами, тихо закрывая любые предложения руки Мудрой принцессе-волчице, прежде чем они могли состояться.

Подчеркнув, что у нее уже есть кто-то на примете, и привлекая Лисию и других королев, которые всегда были рады услышать о личной жизни своей младшей сестры, ему удалось пресечь все попытки сказать:"Будет плохо выглядеть, если она откажется, так что мы можем просто устроить их встречу?".

Короче говоря, никаких предложений жениться на Томоэ сейчас не было. Это был полный блеф! Томоэ просто интриговала, чтобы заставить Ичиху почувствовать, что ему срочно нужно сделать ей предложение! Вот что могла сделать Мудрая принцесса-волчица, когда становилась серьезной!

Теперь, что касается Ичихи...

— Да, понятно. Я тоже получаю горы таких запросов.

— ...

Он был серьезен. Как только его таланты были открыты, Ичиха стал знаменит на всю страну. Было решено, что он будет исполнять обязанности премьер-министра, пока Хакуи не будет в стране. Лучших людей для брака ради богатства и власти было мало, поэтому все семьи высшего класса, у которых были дочери брачного возраста, замышляли устроить брак с Ичихой. Приехав из другой страны, Ичиха не имел таких сильных сторонников, как Томоэ. Ему было трудно отказаться от встреч. Пока он находился в Королевской академии, а Томоэ была рядом с ним, дома сдерживали себя, считая, что лучше не гневить младшую сестру короля.

Однако, теперь, когда он закончил школу, они не видели необходимости сдерживаться. Многие из них считали, что даже если он в какой-то момент обручится с Томоэ, они должны прийти первыми, установить связь, и пусть он выберет их дочерей в качестве второй или третьей жены.

Томоэ тоже это понимала. Она пыталась надавить на Ичиху, но вместо этого неосознанно надавила на себя. Какой прирожденный бабник! Ичиха Чима!

Но Томоэ было не остановить.

— Тогда, я думаю, тебе стоит найти себе достойных сторонников. Если бы у тебя была невеста, за которой стоят влиятельные люди, это отбило бы желание у других делать предложения. Могу ли я предложить кого-то, кто связан с королевской семьей?

Вопиющий призыв выбрать ее!

Томоэ была почетной младшей сестрой короля Сомы. Кто может иметь более влиятельного сторонника, чем она? Если бы он только обручился с ней, то смог бы избавиться от всех этих надоедливых предложений.

"Итак, предложи мне," - говорила она.

Томоэ сделала Ичихе многозначительный жест, но...

— Хм... Но не будет ли это грубо по отношению к даме, которой я сделал предложение, если я делаю это только для того, чтобы отбиться от других невест?

Ичиха невероятным образом пропустил этот вопиющий ход благодаря своей искренности! То, что он говорил, было искренне, и это был весомый аргумент. Но из-за этого Томоэ не могла продолжать настаивать. Однако, она не сдавалась!

— По той же логике, разве не ужасно неискренне ходить на встречи с потенциальными брачными партнерами, которых вы не намерены воспринимать всерьез? — спросила она.

Томоэ опрокинула его хороший аргумент своим собственным! На лице Ичихи появилось задумчивое выражение.

— Ты права... Мне становится все труднее отказываться каждый раз, когда я их вижу, но я не могу просто игнорировать их... .

— Тогда...

— Как ты справляешься с этим, Томоэ? Тебе ведь тоже поступали предложения?

Неожиданная контратака!

Ее прежние попытки заставить Ичиху почувствовать необходимость действовать быстро вернулись, чтобы укусить ее! Поскольку все попытки сделать Томоэ предложение руки и сердца были полностью пресечены, она никогда не сталкивалась с этой проблемой.

Томоэ уклончиво огляделась вокруг, потягивая чай и стараясь казаться спокойной.

— Ну... В конце концов, ты должен искренне отказать им, я полагаю?

— Да, ты права, — ответил Ичиха, многократно кивнув.

Томоэ просто пыталась сказать что-то иносказательное, но Ичиха был согласен. Несмотря на притворное спокойствие, ее руки дрожали, когда она держала чашку с чаем.

"Уркх... Я так плохо умею вести себя как зрелая женщина..." - подумала она.

Чтобы конкурировать с Юригой, чей кругозор расширялся по мере взросления, Томоэ обратилась к Джуне за уроками, как вести себя взрослой женщине. Возможно, благодаря этому Томоэ уже не боялась взрослых, как раньше, когда Сома только нанял ее. Она приобрела способность сохранять самообладание независимо от того, с кем имеет дело.

Однако, это было лишь на поверхностном уровне, с людьми, с которыми у нее были лишь поверхностные отношения. Когда дело доходило до такого человека, как Ичиха, с которым она хотела установить более глубокие отношения, ей не хватало опыта, чтобы проявить такое самообладание. В конце концов, он был ее первой любовью. И они зашли так далеко в своих отношениях.

Томоэ уставилась в свою чашку.

"Это безнадежно. Я не могу придумать, куда это отнести. Что мне делать, Джуна?"

Внутренне она обратилась за помощью к своему наставнику. Когда она это сделала, слова Джуны эхом отозвались в ее сознании...

— Бывают моменты, когда, думая головой, вы заходите в тупик. Иногда нужно действовать честно, руководствуясь своими чувствами. Удивительно, но есть моменты, когда такая откровенность сработает лучше.

Однажды Джуна сказала ей об этом.

— Было время, когда я отдавала предпочтение собственным чувствам, а не положению моей семьи. Это было на церемонии награждения тех, кто отличился во время войны с Амидонией. Правильнее всего было бы, наверное, действовать от имени домов Вальтер и Варгас в интересах моей бабушки. Но бабушка дала мне нужный толчок, и это позволило мне попросить Его Величество о том, чего я действительно хотела. Хи-хи-хи! Теперь я рада, что была честна со своими чувствами.

Джуна погладила Томоэ по голове, когда она это сказала. Даже зрелая Джуна раньше поддавалась эмоциям, и этот факт подтолкнул Томоэ к действию.

— Я... ненавижу это... — сказала Томоэ, с трудом выговаривая слова. Ичиха вдруг поднял на нее удивленные глаза.

По ее лицу текли крупные слезы.

Ичиха запаниковал.

— Т-Томоэ?! Что случилось...?!

В то время как Ичиха был потрясен, Томоэ позволила своим эмоциям говорить.

— Я не хочу, чтобы ты выходил замуж за кого-то другого. Мы... Мы были вместе все это время... И я хочу, чтобы мы остались вместе... навсегда... Шмыг...

— Ну... да. Я тоже хочу быть вместе всегда.

— Шмыг... Ты имеешь в виду... как семья? Ты будешь со мной всю жизнь? — спросила Томоэ между рыданиями. Ичиха был так занят мыслями о том, как заставить Томоэ перестать плакать, что потерял весь свой прежний самоконтроль и неуверенность.

Поэтому, почти рефлекторно, он сказал то, что сдерживал все это время.

— Конечно, как семья! Потому что я хочу, чтобы ты тоже была той, с кем я проведу остаток своей жизни...! А...

Мгновение спустя глаза Ичихи расширились, когда он понял, что только что сказал. Не было никаких сомнений в том, что он только что сделал Томоэ предложение. В ответ на это по лицу Томоэ покатились слезы.

В отличие от прежних рыданий, теперь она всерьез рыдала. Ичиха все еще не знал, как реагировать.

— У-Ум... Томоэ?

— Спасибо...

— Спасибо...?

— Слава богу! О, слава богу! Ты сделал предложение, Ичиха...

Когда она услышала его предложение, все напряжение, которое она испытывала, спало. Это были слезы радости.

Увидев ее слезы, Ичиха понял, что Томоэ ждала его все это время. Хотя сначала он колебался, Ичиха решился встать со своего места и подошел, чтобы обнять ее сзади.

— Эм... Прости, что я бессердечный трус и заставил тебя так долго ждать...

— Шмыг... Не рассказывай мне об этом. Ты такой болван.

Ичиха язвительно улыбнулся. Он должен был признать, что был большим болваном, заставив ее так волноваться.

— Да. Но если ты примешь меня, я надеюсь, мы сможем быть счастливы вместе.

— Да.

Томоэ расслабилась, прислонив голову к Ичихе.

◇ ◇ ◇

Чуть позже, когда они успокоились, Томоэ захлопала в ладоши.

— Ладно, почему бы нам не пойти и не сказать старшему брату, что мы теперь помолвлены?

— А?! Так скоро?

— Да. Было бы здорово, если бы мы могли объявить о нашей помолвке на свадьбе.

Томоэ хихикала, несмотря на то, что не так давно плакала.

Она поднесла руки к его лицу, и выражение ее лица изменилось.

— Эти слезы были не просто притворством... не так ли?

— Хи-хи! Я не такая уж искусная актриса. Я поняла это сегодня, — сказала Томоэ с мягкой улыбкой. — Вот почему я открылась в своих чувствах. Просто так получилось.

— Ты меня опередила...

Увидев улыбку Томоэ, Ичиха поднял белый флаг. Если подумать, сегодня его бросало то в одну, то в другую сторону по прихоти эмоций Томоэ. Когда она переставала думать и вела себя естественно, Томоэ становилась еще большим маленьким дьяволом. Осознав это и то, что отныне его судьба будет находиться в ее власти, Ичиха вздохнул, не совсем недовольный таким исходом.

Это был прекрасный зимний полдень, с ясным небом и теплым солнцем. Пока Сома и бюрократы все еще страдали от убийственной нагрузки, три королевы наслаждались чаепитием в одном из углов двора. Точнее, одна из его королев и две будущие королевы.

— Хочешь еще чашку, Айша?

— О! Спасибо.

Мария сама налила чай, и Айша покорно приняла его.

С точки зрения их будущей иерархии, Айша могла бы занять более высокое место, но она меркла перед грацией и достоинством, которые излучала такой бывший лидер великой нации, как Мария.

Мария улыбнулась, теперь обращаясь к своей коллеге-кандидату в королевы.

— А ты, Юрига?

— Ах! Я еще не допила свою чашку, так что я пас... Спасибо, — вежливо отказалась Юрига, выглядя при этом невероятно напряженной.

Присутствовавшие здесь три королевы были: вторая главная королева Айша, четвертая главная королева-кандидат Юрига и третья второстепенная королева Мария. Мария, желая сама подать чай, попросила служанок отойти, так что королевы были предоставлены сами себе.

Присев, Мария одарила Юригу безмятежной улыбкой: — Я давно хотела с тобой поболтать, потому что мы одновременно выходим замуж за господина Сому.

— П-правда... Понятно, — ответила Юрига, ее лицо напряглось. Внутренне она сильно нервничала. — Я бы не хотела...

Юрига была младшей сестрой Фуга Хаана, человека, из-за которого рухнула империя Марии. Павшая императрица и сестра человека, который ее низверг – их отношения легко могли стать враждебными. И все же они обе собирались выйти замуж за одного и того же человека. Юрига никогда не слышала о двух людях, разделивших столь странную судьбу, даже во всех книгах, которые она читала раньше.

"Неужели это мой удел – быть сестрой героя?" сетовала Юрига.

Впрочем, дело было не только в Марии. Было слишком много близких ей людей, таких как Ичиха и Сами, чьи отношения с Юригой осложнились из-за действий ее брата. Если бы существовал бог, Юрига хотел бы высказать ему все, что думает о том, как это несправедливо.

— Юрига, — позвала ее по имени Мария.

— Д-да! — Юрига заикалась, приходя в себя.

— Хи-хи, не стоит так напрягаться, — с усмешкой сказала Мария. Улыбка на ее лице нисколько не уменьшила тревогу Юриги.

— Нет, от того, что ты так говоришь, легче не станет...

— Я не собираюсь тебя съесть или что-то в этом роде. Слушай, если бы я попыталась причинить тебе боль, Айша остановила бы меня. Верно?

— А?! Это то, ради чего я здесь?! — Настала очередь Айши реагировать с широко раскрытыми от удивления глазами.

— Хи-хи, я пошутила, — сказала Мария, подмигнув и высунув язык.

Этот обмен мнениями заставил Айшу и Юригу понять, что независимо от их относительного положения в иерархии, они никогда не сравнятся с Марией. Ее обаяние и самообладание, с которым она дразнила их, были на том же уровне, что и у почтенной Эксель.

Мария села прямо, затем склонила голову перед Юригой.

— Юрига... Спасибо.

— А?! — От неожиданности Юрига запаниковала. — Стоп, что?! Подними голову!

— Нет, я чувствую, что должна поблагодарить тебя должным образом. — Мария подняла лицо и посмотрела Юриге в глаза. — Мне сказали, что ты помогла с планом, который я придумала, и Сома принял его.

— Я сделала это не ради вас, госпожа Мария... — ответила Юрига, обиженно отвернув голову. — Я сделала это только потому, что думала, что это поможет и моему брату. Вот и все.

Юрига не помешала Королевству Фридония вмешаться в войну между Империей и Королевством Великого Тигра. И это несмотря на то, что с точки зрения Королевства Великого Тигра, помолвка между Сомой и Юригой была инструментом, чтобы не допустить его вмешательства в конфликт. Юрига даже была предупреждена о плане до того, как Хакуя обрел решимость, и согласился сотрудничать.

— План моего брата состоял в том, чтобы заставить вас сдаться и забрать страну, ее жителей и бюрократию себе. Но вы не собирались сдаваться, — объяснила Юрига, по-прежнему глядя в сторону. — Даже если бы он захватил всю Империю, было ясно, что он не сможет удержать ее, и страна развалится, если он сделает врагами ваших сторонников. В этом случае ему лучше было захватить часть земель и часть бюрократов, что дало бы ему определенную победу и в то же время позволило бы примириться с вами. Проще говоря, это был более быстрый путь к его мечте – завоеванию Владыки Демонов.

— Ух ты, вы все хорошо продумали, — сказала Айша, совершенно пораженная. Несмотря на свое непревзойденное мастерство в боевых искусствах, она совершенно не разбиралась в политике.

Однако эта искренняя похвала, рожденная из отсутствия смысла, смутила Юригу.

Прочистив горло, она сказала: —Это просто показывает, что Томоэ и Ичиха – не единственные ученики господина Хакуи.

— О, конечно.

— Моей задачей было рассказать все это моему брату после войны и снизить его враждебность к этой стране и сэру Соме. Если он ввяжется в конфликт с этой страной, это сильно навредит обеим сторонам, поэтому я слежу за тем, чтобы он это знал.

— Замечательно. Я вижу, у тебя хорошая голова на плечах, — сказала Мария, хлопая в ладоши и улыбаясь. — Ты понимаешь идеалы своего брата, но при этом можешь делать выбор, основываясь на реальности. Ты напоминаешь мне мою младшую сестру Жанну. Сэру Фуге повезло, что у него есть ты.

— Вы слишком сильно мне доверяете.

— Это совсем не так. Я хочу дружить с тобой, потому что ты такая. Хотя, возможно, ты чувствуешь какое-то чувство вины по отношению ко мне.

— Н-нет... Не совсем...

— Как я уже говорила, я благодарна тебе и не держу зла. Если мы не сможем быть друзьями из-за того, что ты чувствуешь вину за случившееся, то мне было бы очень жаль. — Мария поднялась со своего места и наклонилась, чтобы взять Юригу за руку. — Мы станем семьей, поэтому я хотела бы построить с тобой сестринские отношения.

— Ургх...

Юрига была напугана тем, как быстро Мария пыталась приблизиться к ней. Она бросила взгляд на Айшу, умоляя о помощи. Однако Айша только погрызла сладости с чаем и покачала головой.

— Я не думаю, что у нее есть скрытые мотивы, — сказала Айша, сглотнув. — Она очень похожа на госпожу Джуну, поэтому лучше позволить ей делать то, что она хочет. Ничего плохого не случится.

— Э-э, это не то, что я хотела услышать...

— Послушай, Жанна ушла от меня, а Трилл я тоже только что отправила домой. Мне нужна заботливая младшая сестра, которая будет уделять мне внимание, — сказала Мария, со вздохом прижимая одну руку к щеке.

Юрига схватилась за голову: — У меня был только старший брат. Так вот каковы старшие сестры?!

— Я сама единственный ребенок, поэтому не могу сказать, — с язвительным весельем сказала Айша, потянувшись за очередным печеньем. — Но когда я нахожусь рядом с госпожой Ророа, госпожой Надин и госпожой Томоэ, мне хочется заботиться о них, как о младших сестрах.

— Как о младших сестрах... Семья, да? — У Юриги появилось задумчивое выражение лица.

Мария склонила голову набок: — Что-то случилось?

— Учитывая мою ситуацию, я решила выйти замуж за Сому, чтобы иметь возможность делать как можно больше того, что я хочу. Я не думаю, что это был неправильный выбор, но... после того, как я так расчетливо вышла за него замуж, я сомневаюсь, смогу ли я быть хорошей женой. Вы знаете, сэр Сома и его семья очень дружны, и кажется, что вы тоже хорошо понимаете друг друга, госпожа Мария.

— Юрига...

Казалось, Юрига подхватила брачный синдром еще до свадьбы.

— Господин Сома добрый. Он ругает меня, когда я совершаю ошибку, и даже извиняется после. Он угощал меня поздно вечером больше раз, чем я могу вспомнить, и, кажется, он мне нравится. Но в то же время он больше похож на милого друга моего брата... Я выхожу за него замуж для собственного удобства, и это заставляет меня задуматься, действительно ли это нормально...

— Я думаю... ты чувствуешь себя так, потому что он тебе небезразличен, понимаешь? — Мария улыбнулась, протянув руку и погладив Юригу по голове. — У тебя несколько уникальная ситуация, но он сказал тебе, что даже когда вы поженитесь, некоторое время ты будешь вольна делать все, что захочешь, верно? Если в какой-то момент ты передумаешь, я уверена, что сэр Сома примет это. Я думаю, тебе не стоит торопиться с ответом.

— Ха-ха, а ведь она права. — Айша согласилась со смехом. — У всех нас были свои обстоятельства, когда мы выходили замуж за господина Сому. Мне сказали, что госпожа Надин однажды спросила, не является ли любовь, которая начинается по чьей-то указке, настоящей любовью. Возможно, это вас удивит, но множество вещей может в итоге углубить отношения. Я не думаю, что вам нужно так сильно беспокоиться.

— Госпожа Мария, госпожа Айша...

Слушая их двоих, Юрига немного успокоилась.

Мария начала хихикать: — Хотя, сначала я собираюсь пофлиртовать с господином Сомой.

— Э-э, пофлиртовать...?

— Сейчас меня ничто не сдерживает, поэтому я буду делать то, что хочу! В любви и в работе! Пришло время вернуть все те годы моей молодости, которые я потратила на поддержку Империи!

Когда Мария сжала кулак и произнесла эту страстную речь, Юрига почувствовала, как рушится ее образ павшей императрицы разрушенной страны. Даже когда ее страна была расколота, а сама она находилась далеко от своих прежних земель, Мария оставалась собой, сияя мощью. Наблюдая за ней, собственные переживания Юриги казались глупыми.

— Ха-ха... Это правда? — Юрига сказала с легким смешком.

— Ну, если ты не хочешь быть женой... У нас есть как раз то, что нужно, — бесстрастно сказала Айша, смакуя свой чай.

Мария и Юрига склонили головы набок. Айша огляделась, чтобы убедиться, что никто не смотрит, и поманила их ближе. Они так и сделали, наклонившись так, что их лица оказались близко к ее лицу.

Айша прикрыла рот одной рукой и прошептала: —Мы, королевы, все получаем... особые уроки...

То, что она объяснила дальше, заставило двух других покраснеть. И они обе согласились, что обязательно примут участие в следующий раз.

Третий курс подготовки невест, дата не запланирована...

◇ ◇ ◇

Война между Империей и Королевством Великого Тигра в 1552-м году по континентальному календарю изменила мир.

Между Королевством Великого Тигра Фуга, Декларацией Человечества Империи и Морским Альянсом существовало трехстороннее соперничество. Однако после падения Империи и выхода из Декларации Человечества остались только две фракции. Королевство Великого Тигра стало самой могущественной страной в мире, обладая землей, населением и персоналом северной половины континента. Тем временем Морской союз принял в качестве нового союзника Королевство Эйфория, основанное на остатках Империи, что также увеличило их силу.

Более того, после того как Сома, глава Морского альянса, женился на Марии, а премьер-министр в черной мантии Хакуя женился на королеве Эйфории Жанне, координация между двумя государствами углубилась, что позволило им эффективно править, как будто они были одним государством. Жители этих двух стран назвали новое государство "Империей Гран Фридония", а Сома стал называться Императором Фридонии.

Чтобы выдержать конкуренцию, Фуга последовал предложению Хашима переименовать Королевство Великого Тигра Хаан в Империю Великого Тигра Хаан и стал называть себя Императором Великого Тигра Фуга Хаан.

Это была эпоха, когда два императора, один северный, а другой южный, боролись за власть. Хотя Сому называли императором только люди, а Фуга принял этот титул только потому, что это предложил его приближенный, так что ни один из императоров не был настолько привязан к тому, чтобы называться таковым. Каждая страна должна была приспособиться к этому новому биполярному миру.

Пытаясь стабилизировать свою расширенную территорию, Империя Великого Тигра создала новую бюрократию вокруг своего главного бюрократа Люмьер. Используя навыки общественных работ, которые она приобрела в Империи, она воспользовалась мобильностью мальмхитанской кавалерии, чтобы создать транспортную сеть. Она развивалась гораздо быстрее, чем сеть дорог, которую Сома построил в первый год после своего призыва.

— Сэр Касен. Следующий документ, пожалуйста.

— Да, мэм!

Люмьер находилась в кабинете правительственных дел замка Хаан, окруженная кипами документов, со своей перьевой ручкой.

Фуга обладал харизмой, чтобы убеждать других, и его боевое мастерство было абсолютным, но у него не было особого дара к управлению. (Не то чтобы он не мог управлять, но он был немотивирован и неэффективен). Поэтому сейчас Хашим и Люмьер управляли империей Великого Тигра. Однако Хашим также должен был заниматься дипломатией и политической стратегией, поэтому внутренние дела полностью легли на плечи Люмьер.

Люмьер использовала Касена Шури, арбалетчика Тигра, которого выбрала в качестве своего помощника из-за его молодости и способностей, как продолжение себя в борьбе со всей этой бумажной работой.

"Вздох... Теперь я понимаю, почему госпожа Мария всегда держала кровать в кабинете правительственных дел. Когда так много работы, трудно вернуться в собственную комнату." Люмьер вздохнула, глядя на то, как ее руки продолжают двигаться. И она занималась дипломатией, политической стратегией и даже просьбами народа, например, выступала в роли лорелеи. "Я всегда знала, что она великая, но она оказалась еще более великой, чем я себе представляла... Я понимаю, почему она хотела отказаться от всей этой работы. Если бы только у нее была возможность..."

И Фуга и Люмьер были теми, кто дал эту возможность Марии. Теперь, когда все закончилось, она могла видеть, что все фракции работали над тем, чтобы Мария оставила свою страну. Люмьер была возмущена, когда впервые поняла, что именно ее императрица отказалась от нее, но сейчас она уже смирилась с этим и работала над достижением своих собственных целей.

"Я хочу управлять великой нацией изнутри бюрократии и завоевать славу, осуществив мечту человечества – полностью освободить Владения Владыки Демонов. Моя цель не изменилась. Вот почему я рассталась с госпожой Марией и моей подругой Жанной. Теперь я должна воплотить ее в жизнь, чтобы иметь возможность высоко держать голову перед ними."

— Сэр Касен. Пожалуйста, отнесите этот документ сэру Хашиму.

— Д-да, мэм! — Касен был ошеломлен Люмьер.

Он стоял на стороне яростных, смелых генералов, таких как Фуга и Шуукин, которые сияли как звезды, поэтому он думал, что привык видеть великих людей. Он считал, что даже если бы ему пришлось столкнуться со знаменитыми генералами из других стран, он бы не испугался и не дрогнул.

Теперь, когда он оказался подчиненным администратора, это привело его в замешательство.

"Мадам Люмьер невероятна", подумал Касен.

И почему-то... то, как Люмьер с головой погрузилась в работу, напомнило ему о том, как круто выглядели Фуга и Шуукин, ведущие за собой на передовой линии сражения. Если рассматривать это с точки зрения старого мира Сомы, то Касен мог бы быть похож на нового сотрудника компании, влюбленного в карьеристку.

— Что вы делаете? Пожалуйста, немедленно уходите.

— А?! И-извините!

Как только Люмьер окликнула его за безделье, Касен выбежал из комнаты с охапкой бумаг. Это была еще одна вещь, которая делала его похожим на нового сотрудника.

Благодаря усилиям Люмьер Империя Великого Тигра смогла быстро преодолеть узкие места, навязанные ей нестабильностью, связанной с приобретением новых территорий.

◇ ◇ ◇

В это время другая женщина пыталась справиться со своим состоянием...

Это была недавно коронованная королева королевства Эйфория, Жанна.

Жанна находилась в своем собственном офисе по правительственным делам, окруженная бумажной работой... и устала от нее.

— Господин Хакуя... Не могли бы мы уже сделать перерыв?

Жанна была неотразимой силой на поле боя, но ее способности к бумажной работе были не очень высоки. Ее стоны заставили Хакую, который был с ней больше в качестве инструктора, чем помощника, пожалеть Жанну, но это не помешало ему дать ей новый документ для работы.

— Пожалуйста. По крайней мере, просмотрите эти бумаги и подпишите их. Они касаются реорганизации флота Империи Великого Хаоса и регулярного размещения флота Морского Альянса в этой стране.

— Флоты теперь наш "щит", в конце концов... — сказала Жанна, принимая документы.

— Да. — Хакуя кивнул. — Это подарок, который оставила нам твоя сестра. Причем невероятно ценный.

В результате падения Империи Королевство Эйфория потеряло свои северные земли, Люмьер и ее бюрократов, а также половину своих военно-воздушных сил. Однако, поскольку Мария приняла меры, чтобы их военно-морские силы были сосредоточены на юге, их флот остался в основном нетронутым, за исключением некоторых кораблей, принадлежавших лордам северного побережья. Хотя эти военно-морские силы явно не могли сравниться с флотом Королевства Фридония, из-за того, что эта страна использовала островные авианосцы, они, по крайней мере, были равны флоту Королевства Девятиглавого Дракона.

Учитывая уменьшившуюся нацию, количество морской мощи в их распоряжении было несколько чрезмерным. Благодаря этому флоту, если Фуга снова нападет на них, они смогут использовать свои корабли, чтобы отступить или нанести мощные удары по его плохо охраняемым берегам. Флот Эйфории был щитом, сдерживающим врага от нападения, и одновременно мечом.

Вдруг новый голос сказал: —Хи-хи! Так вот зачем ты меня позвал, не так ли?

Жанна повернулась в направлении голоса, а там стояла пышногрудая красавица с голубыми волосами и маленькой парой рогов на голове. Это была главнокомандующая Силами национальной обороны Королевства Фридония Эксель Вальтер.

— О, простите, что заставила вас проделать такой путь, — сказала Жанна. Она хотела встать, чтобы склонить голову, но Эксель жестом веера попросила ее остановиться.

— Вы теперь королева нации. Вы не должны идти на поклон к генералу из другой страны.

— Э-это так... Но...

— Герцогиня Вальтер права. Вам нет необходимости кланяться, — бесстрастно сказал Хакуя, пока Жанна пыталась сообразить, что ответить. Затем он перевел свой холодный взгляд на Эксель. — У вас было "свободное время", да? Мне сказали, что вы поручили сэру Людвину взять на себя ваши обязанности главнокомандующего Национальными силами обороны и позволили сэру Кастору командовать флотом.

— Хи-хи-хи, важно обучать своих преемников, понимаете? — сказала Эксель со смехом, прикрывая рот веером.

— Да, — согласился Хакуя с фальшивой улыбкой, которая выглядела так, словно была наклеена на его лицо. — Вот почему вас пригласили командовать флотом Эйфории.

— Вы и ваш лорд оба твердо решили не дать мне спокойно уйти на покой, как я вижу.

— Я приму это как комплимент, — ответил Хакуя.

Хотя они оба улыбались, ни один из них не считал это искренним. Тем не менее, этот разговор был возможен, потому что каждый из них знал, что другой человек умен, и понимал причину их поступков. Однако Жанна, которая ничего этого не понимала и смотрела, как два интригана улыбаются друг другу, хотела только одного – схватиться за голову.

"Сестра... Быть королевой – слишком большое бремя для меня..." подумала Жанна.

Эксель постучала по своему вееру: — Ну, вам лучше побыстрее со всем этим разобраться. У вас есть и другие важные обязанности, не так ли?

— Другие... важные... обязанности? — Жанна была в замешательстве. Эксель с усмешкой посмотрела на Хакую.

— Я имею в виду вашу свадьбу, конечно.

В тот момент, когда она это сказала, Жанна стала ярко-красной, а Хакуя скорчил гримасу. Их реакция лишь заставила Эксель улыбнуться еще шире.

-1-й месяц 1553-й года по континентальному календарю-

— Хахх!

— Слишком слабо!

Двое мужчин сражались мечом и копьями на палубе островного авианосца "Хирю". Один из них был капитан, Кастор, а другой - Красный Демон - командир Дракшутистов, Халберт Магна.

Когда Халберт замахивался двумя копьями, одно за другим, Кастор парировал удары мечом, который держал в одной руке, а другой вызывал пламя, чтобы обрушить его на Халберта. Иногда Халберт уклонялся от пламени. В других случаях он отклонял их, выискивая возможность нанести решающий удар. Оба бойца использовали магию огненного типа, но у Кастора, как у драконида, она была мощнее. Понимая, что в дальнем бою он будет в невыгодном положении, Халберт отчаянно старался не дать Кастору отдалиться от него.

Кастор был достаточно хорошим воином, чтобы сражаться на равных с Айшей, что делает его одним из лучших в Королевстве. Тем не менее, Халберт держался уверенно, так что явного победителя не было. Следовательно, это означало, что Халберт тоже был одним из лучших бойцов Королевства - плод многолетних упорных тренировок.

Экипаж корабля "Хирю" и подчиненные Халберта ликовали, наблюдая за происходящим издалека. Их глаза были прикованы к этой битве между воинами, находившимися на совсем другом уровне, по сравнению с ними.

— Тч! — Устав от безвыходной ситуации, Кастор расправил крылья и поднялся в воздух. Он хотел уладить дело с помощью магической атаки с высоты, так как Халберт не мог летать без красного дракона Руби.

Однако...

— Этого не случится! — Халберт бросил в небо одно из своих копий-близнецов.

Копье пролетело над головой Кастора по дуге. Пока Кастор и зрители думали, что оно промахнулось, Халберт бежал к месту, где оно должно было приземлиться.

— Что?! — удивленно воскликнул Кастор, когда над его головой образовалось кольцо из цепи, соединяющей два копья.

Затем Халберт потянул за копья, чтобы намотать цепь.

— Хи-хи-хи!

— Аргх!

Сокращающаяся цепь обвилась вокруг крыльев Кастора, выбив его из равновесия. В тот момент, когда он уже собирался врезаться в землю, он внезапно оправился настолько, что приземлился на четвереньки.

Но как только Кастор поднял голову, копье Халберта оказалось у его горла. Кастор угрожающе уставился на Халберта, но вскоре его губы искривились в улыбке.

— Ты поймал меня. Я проиграл.

— Даааа! — Зрители издали горловой возглас, когда Кастор признал свое поражение.

Халберт наконец-то одержал победу над Кастором. Те, кто видел, как Халберт тренировался и стремился к совершенствованию с ранних лет, праздновали его победу, как свою собственную.

— Ты стал сильным, Халберт, — сказал Кастор, принимая руку Халберта, когда его поднимали на ноги. — Недолговечные расы растут быстро. Еще недавно ты был для меня всего лишь ребенком.

— Не измеряйте меня ценностями долгоживущих рас.

Долгоживущие расы, такие как эльфы, дракониды и морские змеи, имели склонность к постоянным размышлениям из-за своей продолжительности жизни. Следовательно, их способности развивались в более спокойном темпе, чем у людей или зверей. Они хорошо подходили для того, чтобы специализироваться на чем-то одном и совершенствовать свои способности. Но люди с более нормальной продолжительностью жизни привыкли думать о временных рамках и могли добиваться результатов в короткие сроки.

Кастор положил руку на плечо Халберта.

— Но ты сумел победить меня, человека со столетним опытом. Ты можешь гордиться этим.

Халберт усмехнулся и покачал головой.

— У меня еще все впереди. Есть парень, которого я хочу победить.

После паузы Кастор спросил.

— Это ведь Фуга Хан?

— Да. Если дело дойдет до него, то я должен уметь защищать свою семью и страну.

Халберт посмотрел на копья в своих руках. Он выглядел довольно взволнованным, но Кастор просто пожал плечами.

— Разве король не сказал тебе, чтобы ты не взваливал все на свои плечи?

— Я мужчина. Я не хочу вести себя снисходительно. Я хочу защищать дорогих мне людей своими руками.

— Признаю, ты настоящий воин.

Пока они хвалили друг друга, две женщины пробились сквозь толпу крепких мужчин и бросились к Халберту.

— Боже! Что, по-вашему, вы делаете в такое время?! — Руби, вторая жена Халберта, ругала их. — Мы должны быть на свадьбе в столице! Вы не должны сейчас устраивать свои маленькие спарринги!

— Ну... У нас было свободное время, и я решил попросить капитана дать мне несколько уроков... — Халберт отчаянно пытался объясниться, но...

— Не нужно оправдываться, лорд Хэл.

Красивая дама в форме сил Национальной обороны, с интеллигентным видом стояла перед Халбертом. Она была высокой и стройной, с длинными ногами, а нижняя половина ее униформы была довольно короткой, а не как как у Лисии, так что она открыто демонстрировала ее потрясающие ноги. Смуглая кожа и эльфийские уши выдавали в ней темную эльфийку.

— Урх, Велза.

Она была одной из школьных подруг Томоэ в Академии, а после окончания учебы поступила на службу в Национальные силы обороны. Благодаря поддержке первой жены Халберта Каэдэ, Велза смогла осуществить свою мечту - служить под началом Халберта.

Велза наставила на него палец.

— Что значит это "Урх"? Это самая ужасная вещь, которую можно сказать своей симпатичной подчиненной.

— И-извините... Но стоит ли тебе называть себя милой?

— Я ведь симпатичная, правда? Я довольно популярна в армии, знаешь ли. Правда, в основном среди женщин.

— Ах... — Халберт и Руби с жалостью смотрели на Велзу.

Ее короткие волосы придавали ей мальчишеский вид. Высокий рост и правильные черты лица придавали ей вид либо симпатичного мальчика в девичьей одежде, либо элегантной леди в мужской. Члены дома Магна, знавшие Велзу с детства, знали, как блестят ее глаза при виде вкусной еды, поэтому у них сложилось устойчивое представление о ней как о девочке ее возраста.

Велза громко прочистила горло.

— Что еще важнее, лорд Хэл. У нас есть приглашение на свадьбу Его Величества. Я также получила приглашения от одной из невест, Юриги... э-э, леди Юриги, и от господина Ичихи, который объявит о своей помолвке с леди Томоэ. Будет непростительно, если мы опоздаем.

— Ну, для Руби это всего лишь короткий перелет...

— Это ведь не значит, что ты можешь оставить леди Каэдэ одну заниматься всеми приготовлениями в столице?! Маленький Билл - сын Халберта и Каэдэ - тоже, наверное, ждет твоего возвращения домой.

— Точно... — Халберт повесил голову, когда молодая женщина ругала его.

Отважного воина, который был несколько минут назад, теперь не было видно. Зрители хихикали над этой сценой, пока Халберт не одарил их смертельным взглядом, от которого они разбежались.

Руби, наблюдавшая за этим обменом, кивнула в знак согласия.

— Ты стала такой надежной, Велза.

— Я бы предпочел, чтобы вы ее немного успокоили.

— Не хочу. Я согласна с Велзой в этом вопросе...

С этими словами Руби превратилась в огромного красного дракона, вытянула голову в сторону Халберта и Велзы и заговорила прямо в их головах.

— Поехали. Вы оба, запрыгивайте, быстрей-быстрей.

— Д-да.

— Понятно.

Халберт и Велза ответили, а затем забрались на спину Руби.

Велза сидела перед Халбертом, надежно привязав себя к нему веревкой. Обычно только партнер дракона мог оседлать его, но Велза уже более или менее гарантированно вышла замуж за Халберта, поэтому они использовали старое оправдание "партнер моего партнера", чтобы обойти этот вопрос.

Как только они были готовы к старту, Халберт отдал честь Кастору, который находился внизу под ними.

— До свидания, капитан. Мы отправляемся в путь.

— Береги себя. Я сам пойду позже.

Как только Кастор отсалютовал в морском стиле, Руби поднялась в небо.

Проводив представителей дома Магна, Кастор почувствовал сильное желание побыть с собственной семьей. Аксела, Карла, Карл... Все они будут присутствовать на свадьбе, и он сможет увидеть их снова. После восстановления чести дома Кармин был восстановлен и дом Варгас, а вместе с ним и разрешение видеться с семьей. Однако, поскольку он не любил посторонних глаз, Кастор решил пока не возвращаться в дом.

"Хех... Хорошо бы их увидеть," - подумал Кастор, глядя в ту сторону, куда улетели Халберт с его семьей.

◇ ◇ ◇

Конец 1-го месяца 1553-й года по континентальному календарю - Королевская столица Парнам...

Был яркий день с ясным небом, хотя снег, выпавший на днях, все еще лежал на крышах.

В Парнаме проходило многосвадебное мероприятие, посвященное церемонии Сомы, Марии и Юриги. Сома и его семья предпочли бы отложить свадьбу до весны, но в преддверии внезапных шагов Империи Великого Тигра Хан они решили провести церемонию, пока есть возможность.

Теперь по всей столице в рамках этого мероприятия заключались браки между сторонниками Сомы.

Родная мать Томоэ - Томоко - и Инугами, второй командир "Черных котов", были одной из таких пар. Среди присутствующих были Джирукома, Комаин, некоторые друзья Томоко из числа беженцев, переселившихся в новый портовый город Венетинова, а также мистические волки, занимающиеся изготовлением мисо и соевого соуса под маркой Киккоро. Личность Инугами была скрыта, поэтому никто из его знакомых не смог присутствовать. Однако, он все равно получил небольшую гору цветов и других подарков от Кагеторы и других доброжелателей из "Черных котов".

Инугами был одет в смокинг, но не снял маску, что заставило тех, кто не был знаком с его ситуацией, очень удивиться, когда они увидели его. Томоко усмехнулась, увидев, как неловко он себя чувствует.

— Поздравляю! Отец, мать.

— Поздравляю вас обоих.

Младший брат Томоэ Ру и ее подруга Люси пришли поздравить их.

Ру был еще маленьким, когда впервые приехал в Королевство, но сейчас ему было около десяти лет. Потеряв биологического отца в раннем возрасте и не имея о нем никаких реальных воспоминаний, он уже давно принял защитника семьи Инугами как отцовскую фигуру.

Люси, тем временем, была здесь по поручению Томоэ. Она принесла в подарок корзину дорогих фруктов.

— Это от Томи. Она говорит, что прибежит, как только объявят о ее помолвке.

— О, Боже! Спасибо.

Томоэ сейчас находилась в замке, чтобы объявить о своей помолвке с Ичихой. Она хотела бы быть на свадьбе своей биологической матери, но ее помолвка была делом государственной важности, поэтому Томоко и Инугами сказали ей не беспокоиться об этом.

Люси хихикнула про себя.

— Держу пари, что Томи примчится сюда со своим женихом на буксире.

— Ох, боже-боже, — сказала Томоко с мягкой улыбкой, в то время как Инугами застонал от досады.(п.р.: это то самое легендарное ара-ара!!!!!!)

— Это должен быть самый счастливый день в моей жизни, и я ни капли не жалею о своем выборе, но... жаль, что я не буду присутствовать при объявлении помолвки Томоэ.

Люси могла только вежливо посмеяться над искренним разочарованием Инугами.

— Ах-ха-ха... Тебе точно нелегко приходится, да?

— Что ты имеешь в виду? — спросил Ру, очаровательно наклонив голову в сторону.

Люси криво улыбнулась и сказала.

—Я имею в виду, что тебе часто приходится иметь дело с ним.

— Отец, ты заноза в заднице! — крикнул Ру, подняв обе руки со всей невинностью ребенка. За его словами не было злобы.

— Гвах!

Инугами был повержен, как боксер после критического удара. Это было так смешно, что все, включая Томоко, разразились хохотом.

Тем временем, в другом месте проведения свадьбы, Мио Кармин - дочь Георга, бывшего генерала армии - проводила церемонию со своим женихом, Гэтсби К. Кармин.

Присутствовали отец Колберта Глейв (из-за его связи с Георгом), личный тренер Сомы Оуэн и другие военные, связанные с отцом Мио. Со стороны Колберта были его друг Юлий и его жена Тиа, его коллеги по работе в Министерстве финансов, а также лорелеи, такие как Нанна и Памилла, которым он всегда помогал. Вероятно, было необычно, что гости жениха и невесты так четко разделились на представителей военного и бюрократического/культурного крыла страны.

— Ну вот, началось!

— Ух ты! Госпожа Мио?! Вы бросили его слишком высоко!

По окончании церемонии Мио была так рада, что связала себя узами брака с Колбертом, что со всей силы бросила букет. Присутствующие женщины стремились поймать букет и получить часть этого супружеского блаженства для себя. Однако, букет взлетел так высоко в воздух, что они решили, что место его приземления будет слишком опасным, и все разбежались.

Юлий в отчаянии погладил свой лоб и повернулся к жене Джирукомы Лорен, которая присутствовала в качестве телохранителя Тии.

— Мадам Лорен, будьте добры.

— Да, сэр, — ответила Лорен, прежде чем броситься к месту посадки и поймать букет. — Я уже замужем, так что...

Она осторожно подбросила букет в сторону других женщин. Поймала его Памилла Кэрол, представительница детской расы кобито. Памилла на мгновение выглядела ошеломленной, а затем расплылась в ухмылке, когда остальные присутствующие зааплодировали. Мио была так благодарна Юлию и Лорен за их быстрый ответ, что неоднократно склоняла голову.

За шумной свадебной церемонией издалека наблюдала тень - командир "Черных котов" Кагетора. Он был абсолютно никак не связан с невестой, но удовлетворенно кивнул, увидев, что большой день Мио празднуют многие его друзья и знакомые.

— Ты мог бы наблюдать с более близкого расстояния, а не отсюда, понимаешь?

— ...! — Кагетора напрягся от неожиданного голоса.

В какой-то момент рядом с ним появилась жена покойного Георга, мать Мио. Внезапность ее появления посрамила бы его тайных оперативников.

Кагетора посмотрел на окутанный кромешной тьмой плащ.

— Этот плащ обладает магией, которая должна мешать людям воспринимать меня... — тихо сказал он.

Жена усмехнулась.

— Я просто проверила, где вы, по всей видимости, находитесь. Я верила, что вы не настолько бессердечны, чтобы не прийти, но вы не могли заставить себя подойти ближе. Я предположила, что ты будешь наблюдать из тени, ни слишком близко, ни слишком далеко.

— Ты меня удивляешь... — Выражение лица Кагеторы под маской подергивалось. Это было потому, что он стыдился своей незрелости и был потрясен мастерством этой женщины.

Мио заметила их двоих и помахала рукой, широко улыбаясь.

Магия, ухудшающая восприятие, не была совершенной. Если кто-то был рядом с ним и заметил этого человека, он тоже мог его увидеть. Быть может, Мио махала рукой только своей матери? Или, возможно...

Жена помахала Мио, прошептав.

— Раз Мио нашла себе хорошего мужчину, значит, в нашем доме стало на одну заботу меньше.

— Ты говоришь так, как будто есть другие...

— Да. Есть еще особенно большая, — с улыбкой сказала ему жена.

Кагетора отвел взгляд, не в силах что-либо сказать в ответ.

◇ ◇ ◇

В тот же день в Валуа, столице Эйфорийского королевства, в разгаре были собственные торжества. Королева Жанна и премьер-министр Хакуя собирались пожениться.

Хакуя женится в ее семье в качестве королевского консорта, поэтому с этого дня его будут звать Хакуя Эйфория.

Как раз в тот момент, когда церемония должна была начаться, Жанна, одетая в традиционное императорское свадебное платье, улыбнулась Хакуе, стоявшему рядом с ней.

— Тебе идет и белое, — заметила она.

— Хотя мне трудно успокоиться.

"Черный" премьер-министр обычно носил черную одежду, как и следовало ожидать от его прозвища. Но он явно не мог надеть черное на собственную свадьбу, поэтому был одет в чисто белый смокинг.

Жанна обхватила руку Хакуи, когда он неловко навис над ней, а затем положила голову ему на плечо.

— Сколько раз я мечтала об этом дне? Я думала, что это никогда не будет больше, чем сон.

Хакуя нежно положил свою руку на руку Жанны и сказал.

—Со мной было то же самое. Я давно мечтал о том дне, когда смогу быть с тобой вот так.

— Ах-ха-ха... Но я никогда не думала, что стану королевой, когда это случится!

— С этим я тоже вынужден согласиться.

Пока они вдвоем смеялись над этим, Трилл вмешалась, возмущенная этой слащавой демонстрацией.

— Не могли бы вы двое оставить эти вещи на потом? Ну, знаете, в свободное время, когда церемония закончится?

Это заставило обоих опомниться, и они быстро отстранились друг от друга.

Трилл громко прочистила горло, а затем приподняла уголки юбки и сделала реверанс.

— Поздравляю. Старшая сестра Жанна, старший брат Хакуя.

— Да. Спасибо, Трилл.

— Спасибо, леди Трилл.

Как только они поблагодарили ее, Трилл подняла голову и усмехнулась.

— Старший брат, пожалуйста, позаботься за меня о старшей сестре.

— Да. Конечно.

— Когда она сердится, постарайся успокоить ее, хорошо?

— Да, — рефлекторно ответил он. Через мгновение он пробормотал. —Хм?

Трилл гоготнула.

— Отныне, когда я создаю проблемы и старшая сестра устраивает мне за это неприятности, я буду прибегать к тебе за защитой. Ты ведь защитишь свою дорогую невестку, правда?

— Трилл! — крикнула Жанна, заставив проказницу быстро спрятаться за Хакуей.

— Слушай, теперь твой ход, старший брат.

— Подожди, Трилл! Это нечестно, что ты используешь сэра Хакую как щит!

— Боже правый... — простонал Хакуя, оказавшись между двумя сестрами Эйфория.

У него было много возможностей увидеть, как над Сомой измывались его невесты (теперь уже жены), когда он был в королевстве Фридония. Если бы он знал, что сам столкнется с этим, ему следовало бы использовать время, проведенное во Фридонии, чтобы узнать, как Сома справляется с семейными распрями.

Сейчас Хакуя очень жалел, что не сделал этого.

◇ ◇ ◇

Теперь история возвращается в Парнам в королевстве Фридония...

В то время как многие подчиненные играли свадьбы в городе, Сома, Юрига и Мария проводили свою церемонию в замке. Зал для аудиенций был украшен по случаю торжества, и по обе стороны красной ковровой дорожки, ведущей от входа к трону, выстроились такие высшие чины, как Эксель и Кастор.

Пока играл оркестр, Мария и Юрига молча шли по ковру, одетые в свадебные платья. Походка Марии была элегантной и уверенной, а у Юриги - скованной и напряженной. Трудно было винить ее, учитывая, что это транслировалось на всю страну.

Король Сома и первая главная королева Лисия сидели на тронах, к которым они шли. Рядом с ними сидели исполняющий обязанности премьер-министра Ичиха и будущий камергер Томоэ, которые только что объявили общественности о своей помолвке.

Когда она увидела, что Томоэ хихикает над ее напряжением, Юрига раздраженно поджала губы. Эта злость придала ей смелости - ложной или нет - надуть грудь от гордости, и это помогло ей расслабиться.

Мария и Юрига подошли к месту, где находился Сома, затем оба опустились на одно колено. Когда они это сделали, Сома и Лисия поднялись со своих тронов.

Сома спустился по ступенькам и прошел перед ними. Лисия сначала получила от Томоэ две диадемы, которые обозначали их как королев, а затем встала рядом с Сомой.

Затем заговорил Сома.

— Леди Мария из Королевства Эйфория и леди Юрига Хан из Империи Великого Тигра Хан, настоящим я приветствую вас как королев этой страны. С помощью этой церемонии я надеюсь укрепить вечную дружбу между нашими странами.

— Да, — ответили Мария и Юрига, склонив головы в унисон.

Сома взяла диадемы у Лисии и водрузил их на их головы в доказательство их королевского статуса. Во время первой свадьбы с Лисией и остальными они поцеловались в этот момент, но в этот раз это было пропущено. Это было связано с тем, что дипломатическое значение этой церемонии подчеркивалось больше, чем свадебное. Неизвестно, как Империя Великого Тигра может повести себя в будущем, поэтому он старался быть внимательным к тому деликатному положению, в котором могла оказаться Юрига.

После завершения церемонии Сома и Мария стояли бок о бок на балконе с трансляционной драгоценностью. Они показали собравшимся и тем, кто смотрел трансляцию, что только что состоялась свадьба, и что она укрепит координацию между Королевством Фридония и Королевством Эйфория. Увидев спокойную улыбку на лице Марии, те, кто любил и уважал ее в Королевстве Эйфория, тоже почувствовали себя спокойно.

— О, точно, ты ведь тоже работала лорелеей, не так ли, Мария? — Сома спросил тихим голосом, помахав людям. Мария вопросительно склонила голову набок.

— Да, это так. Почему ты спрашиваешь?

— Ну... Я тоже так думал, когда женился на Джуне, но твои фанаты-мужчины меня возненавидят, да? Я просто представляю, как они сейчас делают сотни соломенных кукол... .

— Зачем им это делать?

— Они используются в проклятиях из моего старого мира.

— О, это что-то вроде того, — сказала Мария с довольной усмешкой. — Я полагаю, что уже поздно что-либо предпринимать, так что постарайся принять это всё таким, каково оно есть.

— Ты так говоришь, как будто это не твоя проблема...

— Ну, это ты украл меня, объект их привязанности.

С этими словами Мария поцеловала Сому в щеку.

Толпа, наблюдавшая за происходящим с балкона, разразилась аплодисментами, видя, что молодожены проявляют явные признаки любви. Драгоценный камень тоже уловил все это и транслировал на фонтанные площади обеих стран.

Сома на мгновение потерял дар речи. С дрожащей улыбкой на лице он сказал.

—Я думаю, что ты только что увеличила количество соломенных кукол на пятьдесят процентов.

Мария громко рассмеялась.

◇ ◇ ◇

Пока Королевство Фридония пребывало в праздничном настроении, город Зем, столица государства наемников, пылал.

Наемники были загнаны в угол Колизея - на них напали простые люди, орудующие сельскохозяйственными орудиями и кухонными ножами вместо нормального оружия. Даже наемники, уверенные в своих силах, не смогли выстоять против такого количества людей. В толпе явно были и опытные бойцы, поэтому наемники падали один за другим.

— Пришло время изменить эту страну снизу!

— Покажите деспотичным наемникам наш гнев!

— Император Фуга Хан с нами!

Казалось бы, в этой стране все было правильно, но подавляемый гнев населения взорвался, заставив его подняться на восстание. Однако, было ясно, что Империя Великого Тигра Хан - то есть советник Фуги Хашим - плетет интриги в тени.

Все началось с самовольного отступления наемников Зема во время войны с Империей Гран-Хаос.

Хашим осудил их после окончания конфликта и вместе с Мумеем, который действовал как король наемников, преследовал их за дезертирство. Наемники, которые, как правило, ненавидели ограничения, воспротивились этому и укрылись в ключевых городах, чтобы противостоять силам Фуги. Все это время эти люди жили благодаря силе своего оружия. Когда наемники оказывали сопротивление, это происходило не потому, что они собирались защищать страну или землю. Если дела пойдут плохо, они, вероятно, думали, что смогут бежать, возможно, даже из страны, чтобы в худшем случае стать искателями приключений.

Но их непродуманные планы, конечно же, никогда не сработают против холодного и расчетливого Хашима. Возникли искры для конфликта.

Эта страна была основана наемниками. Сила была здесь всем, но слабые и угнетенные существовали, и у них были свои претензии к наемникам. Бывший король наемников, Гимбал, был талантливым монархом и управлял своими наемниками так, чтобы не дать проявиться недовольству населения. После поражения от Фуги Гимбал был смещен с трона и ушел в отставку. В это время Хашим начал подстрекать население, которое оказалось в слабом положении.

— Наемники кичатся своей силой и смотрят свысока на слабых, но посмотрите, как они бегут, когда битва оборачивается против них! Люди Зема! Как долго вы позволяете этим людям угнетать вас?! С Фугой Ханом в качестве вашего защитника, вы должны разбить систему этой страны и позволить ей родиться заново!

Эта мощная речь взбудоражила простых людей. Хашим сделал проблему Империи Великого Тигра с наемниками Зема внутренней проблемой Зема, что привело к противостоянию наемников и народа. Даже после того, как наемники укрылись в ключевых городах, те, кто их содержал, были гражданскими - подавляющее большинство населения. Земские наемники оказались атакованы жителями городов, которые они пытались удержать.

Бывший король Гимбал, решивший не вставать на сторону наемников, которые на него положились, был еще одним фактором.

Наемники попросили его поднять флаг восстания против Империи Великого Тигра, но он отказался, заявив, что находится в отставке. Он всегда проводил политику, благоприятствующую народу, поэтому у него не было причин выступать на стороне наемников, которые действовали только в своих корыстных интересах.

Теперь Гимбал находился под бдительным присмотром агентов Мумэя и под домашним арестом в своем маленьком домике в горах, но это была, по сути, мирная отставка. Это было потому, что Мумей уважал заслуги Гимбала и сделал так, чтобы он мог жить без неудобств.

И теперь город Зем, последний бастион наемников, должен был быть освобожден.

— Встретьте наш многолетний гнев!

— Ик! Не подходи! Не подходи!

По иронии судьбы, местом, куда бесконечная орда простолюдинов загнала наемников в угол, был Колизей, который являлся символом этого города. Здесь, в месте, где многие завоевали славу, а многие были опозорены как проигравшие, наемники падали один за другим.

Естественно, Хашим не оставил это на усмотрение людей. В их ряды проникла элита Империи Великого Тигра и другие солдаты-изгои, которые поддерживали уугу, чтобы обеспечить уничтожение наемников Зема.

В возбужденном состоянии люди были жестоки, разрывая павших наемников на части, так что трудно было определить, какие части кому принадлежали. Когда люди приходили в себя, тела хоронили на кладбище возле Колизея и проводили поминальную службу, но наемников это не утешало.

Потеряв наемников, игравших центральную роль в защите страны, народ обратился за защитой к Фуге Хану. Фуга принял их просьбу, аннексировал страну и назначил Мумэя губернатором региона Зем.

Таким образом, государство наемников Зем исчезло с карты.

Тем временем в Лунарском православном папском государстве происходили очередные волнения...

Приверженцы жесткой линии, которые во имя Лунарии казнили умеренных за желание дистанцироваться от Фуги, теперь разделились на две фракции.

Одной стороной была фракция пап, которые хотели, чтобы Фуга подчинялся их религиозной власти. Другой стороной была фракция святых, сосредоточенная вокруг Анны. Они считали, что воля Фуги, как святого короля, является волей Бога, и они должны служить ему, распространяя слово.

Однако, этот раскол был легко улажен. Это произошло потому, что фракция святого пользовалась военной поддержкой Империи Великого Тигра. Как только начался конфликт, Папа был взят под стражу Империей Великого Тигра.

В главе 6 "Князя" Макиавелли сказал:"Если бы Моисей, Кир, Тесей и Ромул были безоружны, они не смогли бы долго обеспечивать соблюдение своих конституций."

Макиавелли также отметил, что поскольку Джироламо Савонарола, который подстрекал народ изгнать Медичи из Флоренции и некоторое время правил ею, не имел собственного оружия, у него не было возможности сохранить себя, когда его популярность пошла под откос, и поэтому он погиб в огне.

Фракцию Папы постигла та же участь, что и Савонаролу.

Бывший Папа был заключен в тюрьму и в конце концов "умер из-за неопределенных причин" от рук Хашима. Был ли это яд, или он был брошен на смерть? Остатки его фракции постигла та же участь, что и умеренных до них. Их заклеймили как еретиков и сожгли на костре.

Жители ортодоксального папского государства спокойно наблюдали, как еретиков сжигали на городской площади. Население было послушно церкви, и это не изменилось, когда на смену высшим чинам пришли члены фракции святых. Даже если старые высшие чины, объявившие своих новых хозяев еретиками, теперь были привязаны к бревнам и горели заживо, население не сомневалось, что все делается правильно.

Анна спокойно наблюдала за разворачивающимися событиями с высоты. Она словно выжигала еретиков в своей памяти. Когда пламя догорело и еретиков больше не было, весь свет исчез из ее глаз. Девушка "убила" свое сердце во имя святого долга.

Таким образом, хотя ортодоксальное папское государство продолжало бы существовать как страна, им бы напрямую управляло Королевство Великого Тигра. Во время пышного банкета мир стремительно менялся.

Империя Великого Тигра Хан уничтожила государство наемников Зем и захватила Лунарское ортодоксальное папское государство. Теперь у Фуги была система, позволяющая изменять континент по его прихоти. Объединенное государство, более крупное, чем все существовавшие до этого, основанное великим человеком эпохи.

Мудрые люди, вероятно, сомневались, что эта страна сможет удержаться после того, как лишится харизмы Фуги. Однако, большинство людей этого не понимали. Они восхищались подвигами Фуги, как своими собственными, и горячо поддерживали его. Это была страна, которая могла даже вернуть себе Домен Владыки Демонов. Нет, они могли пойти еще дальше: они могли заставить Морской Союз подчиниться и объединить континент - мечта, которую еще никто не мог осуществить.

Мечтатели не склонны думать наперед. Они слишком заняты мечтами, чтобы думать о том, что будет потом.

Главное - осуществить свою мечту, получить то, чего они хотят, а результаты этого остаются на втором плане. Это было верно и для Фуги. — Я сделаю это, потому что никто другой этого не сделает. — Это все, что завело его так далеко.

— Как далеко... я могу зайти?

Однажды ночью, лежа в своей кровати с балдахином, Фуга бормотал это про себя. Когда он это сделал, Муцуми, которая лежала на его руке в качестве подушки, протерла сонные глаза и зашевелилась.

— Дорогая...?

— О, прости. Я тебя разбудил?

— Нет. Все в порядке.

Муцуми тесно прижалась к Фуге. Они оба были полностью обнажены, и каждый чувствовал тепло друг друга.

— Что-то случилось? — мягко спросила она.

— О, ничего особенного. Я думал о том, как мы взяли Зем и православное папское государство, как Юрига теперь замужем, и... куда эта страна движется дальше... .

Муцуми хихикнула.

— Ты чувствуешь себя нехарактерно сентиментальным.

— О, отвали... Мир и эта эпоха меняются мгновение за мгновением. Возвышение нашей страны стерло несколько государств с карты, которая все еще перерисовывается. А эта маленькая дурочка Юрига теперь чья-то жена, понимаешь?

— Хи-хи, это последняя часть, которая заставляет почувствовать, как много времени прошло, не так ли?

— Я думал о том, что все всегда будет меняться. Эпоха, эта страна и мы.

Сказав это, Фуга широко зевнул.

Муцуми села и наклонилась к Фуге, зачесав свои длинные черные волосы назад на плечо и поцеловав его в лоб. Муцуми всегда казалась такой чистой и непорочной, но в этот момент в ней было что-то манящее.

— Я решила быть с тобой - независимо от того, как меняются времена и как меняется мир. Так что, пожалуйста, мчись по пути, в который ты веришь, и покажи мне то, чего я никогда раньше не видела. Эти дни, которые мы провели вместе с тех пор, как нас освободили из наших маленьких стран в Союзе Восточных Народов, не были плохими ни в коем случае.

— О, да?

Фуга протянул свою толстую руку и притянул Муцуми ближе.

На следующий день в зале заседаний замка Великий Хан Фуга приветствовал Хашима и Мумэя, которые закончили истребление мятежных элементов в Земском регионе, и Анну, которая уничтожила своих политических противников внутри ортодоксального папского государства. Муцуми стояла рядом с ним, когда он садился на трон, и выражение ее лица было решительным.

— Все молодцы.

— Да, сэр!

Все трое опустились на колени и поклонились в ответ на похвалу Фуги.

Анна подняла голову, затем сложила руки перед лицом, как бы молясь ему.

— Есть кое-что, что я хотела бы показать тебе, святой король Фуга, — объявила она.

— Хм? Что это?

— Принесите его, пожалуйста...

Анна подняла руку, и появилась группа мужчин в одеяниях лунарианской ортодоксии, которые несли на плечах какой-то большой предмет, похожий на переносную святыню. Он был настолько велик, что Хашиму и Мумею пришлось отступить в сторону, чтобы они могли пройти. С тяжелым стуком мужчины опустили его позади Анны.

Предмет был достаточно высоким, чтобы люди смотрели на него снизу вверх, а также широким и толстым. Все, кроме Анны, уставились на него, ошеломленные.

— Хей, Анна. Что это такое? — спросил Фуга, и Анна подняла руку, чтобы подать сигнал.

С него сдернули ткань, обнажив то, что выглядело как массивная каменная табличка или, возможно, памятник.

Анна приняла позу, как будто молилась перед ним, а затем сказала.

—Это величайшее сокровище лунарианской ортодоксии, Луналит.

— О-хо-хо... Так вот что это? — Хашим, наблюдавший со стороны, погладил свой подбородок. — Я полагаю, что будущие события высечены на этом памятнике, да?

— Да. Мы смогли расшифровать только фрагменты, но православный папа управлял страной в соответствии с пророчествами этого монолита. Я принесла его сюда на случай, если он может быть полезен вам, лорд Фуга, — сказала Анна, прикрывая грудь рукой.

Однако, Фуга нахмурил брови.

— Что за чушь... — пренебрежительно сказал он. — Если бы это было правдой, почему Лунарианское ортодоксальное папское государство сейчас в наших руках?

Он оперся локтем на выступ трона и положил подбородок на ладонь, прежде чем продолжить.

— Почему еретики были уничтожены? Если бы они знали из пророчеств, что это произойдет, они были бы готовы к этому.

— Ну... Они, должно быть, неправильно истолковали наставления леди Лунарии.

— Если все получится, значит, они следовали пророчеству. Если они потерпят неудачу, то это потому, что они неправильно истолковали его. По-моему, это ничем не отличается от обычного предсказания. И я не собираюсь управлять будущим, которое мне предсказал кто-то другой. Мы проложим широкую полосу к будущему и завоюем его для себя. Как мы и делали все это время.

Муцуми и Мумэй кивнули, соглашаясь с Фугой. Хашим пожал плечами, не возражая, а Анна с завистью смотрела на Фугу.

— Кроме того — добавила Фуга, выковыривая серу из одного уха со скучающим видом — у Сомы наверняка есть эксперты по таким вещам. Он нанимает не только умных и сильных - он нанимает людей со всевозможными странными навыками. Эта страна - ящик с сюрпризами. Никогда не знаешь, что вылезет наружу. Не удивлюсь, если кто-то там сможет правильно расшифровать эту штуку.

— Ааа... Иногда так бывает, не так ли? — кивнула Муцуми. Таланты ее брата Ичихи расцвели там, потому что это была именно такая страна.

Фуга поднялся с трона и подошел к луналиту, чтобы прикоснуться к его поверхности, на которой была надпись, которую он не смог прочитать.

— Если мы можем читать только фрагменты, то будет проблемой, если Сома сумеет расшифровать все целиком. Я лучше просто разобью его...

— Я бы очень хотела, чтобы вы этого не делали... Пожалуйста, — сказала Анна, а в ее голосе чувствовалась настоятельная необходимость.

Луналит был источником духовной поддержки для верующих. Если Фуга разрушит его, он рискует подорвать их веру, даже если речь идет о тех, кто поклонялся ему, как Анна.

Фуга неистово рассмеялся, как будто все это время понимал.

— Это была шутка. Но если мы оставим все как есть, это может пойти на пользу Соме. У него, похоже, есть хорошие шпионы, в конце концов. Правда, Хашим?

— Действительно, — ответил Хашим, сложив руки перед собой и кивнув. — Похоже, у Сомы действительно довольно талантливая группа оперативников. Мы организовали "Белых змей", расширив и усилив шпионскую группу, которая когда-то работала на Дом Чимы, но они занимаются этим дольше нас, так что мы, похоже, играем в догонялки. Хотя мы не враждуем открыто с Королевством Фридония, борьба между нашими агентами усиливается на поверхности.

— Да... Будет плохо, если они проберутся в этот замок и увидят Луналит. Давай запечатаем его где-нибудь, куда они не смогут до него добраться. Это сработает?

Анна почтительно поклонилась в ответ на вопрос Фуги.

— Все будет сделано так, как прикажет Святой Король Фуга. Есть только одна вещь, которую я хочу, чтобы вы услышали — сказала она, нежно поглаживая луналит. — В последнее время на Луналите часто появляются символы, обозначающие северные земли. Это важная нота, о которой я хотела, чтобы вы знали.

— Северные земли, да? Домен Владыки Демонов...

Слова Анны придали лицу Фуги задумчивое выражение.

— Я наконец-то наладил жизнь внутри страны. Теперь я могу свободно использовать все имеющиеся в моем распоряжении силы. И... Морской Альянс, вероятно, не сможет мне отказать. Их лидер, Сома, должен понимать важность полного освобождения Домена Владыки Демонов. Если мы с ним будем работать вместе, мы сможем противостоять Домену Владыки Демонов всей мощью человечества на этом континенте.

Фуга почувствовал, что пришло время возобновить войну человечества с Доменом Владыки Демонов.

— Времена снова круто изменятся! И ты пойдешь со мной, Сома!

При этой мысли на лице Фуги расплылась дикая улыбка.

◇ ◇ ◇

Однажды вечером, когда я наслаждался чашкой кофе из Царства Духа в комнате Юриги после окончания работы, она затронула этот вопрос.

— Мой брат просит о широковещательной встрече с тобой, Сома.

Хотя мы были женаты, в свете позиции Юриги, мы откладывали ночные супружеские отношения на потом. Тем не менее, было бы неловко держать ее на расстоянии. Люди стали бы приставать с расспросами, поэтому по совету Лисии и нашего нового камергера Томоэ я раз в неделю проводил время с Юригой ночью.

Хотя, даже если это было ночью, все, что мы делали, это пили чай или кофе и, может быть, немного алкоголя пока болтали. Это была ценная возможность узнать ее мнение о человеке, которого этой стране следует опасаться больше всего - Фуге.

Кроме того, в последнее время было трудно найти время, чтобы просто поговорить вот так, поэтому это было для меня таким же расслабляющим занятием, как и наши чаепития с Джуной, которые мы все еще иногда устраивали.

— Я чувствую, что меня ждут новые неприятности... — сказал я, выглядя явно недовольным.

— Еще бы, — ответила Юрига, пожав плечами. — Мой брат не стал бы связываться с нами, если бы у него не было чего-то неприятного, во что он хотел бы тебя втянуть.

— Это удивительно жестко.

— Потому что это правда... Я имею в виду, что он всегда был таким.

Юрига поправила себя. С тех пор, как она стала моей женой, она старается говорить более непринужденно. Она не хотела быть сверхформальной, чтобы люди вечно относились к ней как к иностранной принцессе. Поэтому она старалась быть откровенной с нами, за исключением общественных мероприятий, где нужно было учитывать иерархию... Хотя она все еще привыкала к этому.

Мне было бы жаль ее, если бы я обратил на это внимание, поэтому я пошел дальше.

— Фуга уничтожил Зем и захватил Православное Папское Государство. Что означает... если он хочет о чем-то поговорить, то, скорее всего, о Домене Владыки Демонов, да?

— Если только он не объявит войну этой стране, я уверена, что так и будет, — без колебаний ответила Юрига.

Морской союз был единственной силой, которая могла противостоять Империи Великого Тигра Фуги, поэтому я был единственным правителем, который мог противостоять ему. Это означало, что все на континенте видели во мне человека, с которым Фуга в конце концов должен будет сразиться. Я слышал, что там уже были пьяницы, спорящие о том, кто из нас победит. Хорошо, что им было весело, потому что мне это определенно не нравилось...

Теперь, когда Империя Великого Тигра была объединена единой волей, если Фуга нападет на нашу фракцию сейчас, будет трудно заставить его отступить, направив войска всего Морского Альянса, как тогда, когда мы спасли Империю Гран-Хаос. Это, конечно, подорвет их боевой дух, но если он сможет заставить королевство Фридония подчиниться, то, вероятно, сможет вернуть все территории, которые он потерял в других местах...

Я вздохнул между глотками кофе.

— Ну, Фуга захочет позаботиться об угрозе своему тылу, прежде чем начинать тотальную войну с нами. Он довольно осторожный парень, если так подумать.

— Это правда. Если будет драка, он захочет иметь возможность бросить против тебя все, что у него есть.

— Какая неприятность. Серьезно.

— Э, прости...

— Это не твоя вина, Юрига, — сказал я, положив руку на ее поникшие плечи.

Затем, на следующий день, у меня была встреча с Фугой.

— Ну вот и все, шурин. Мне нужно сотрудничество Морского Альянса в полном освобождении Домена Владыки Демонов.

— Вы не можете просто сказать "Вот так, и всё тут".

Во время встречи, которую мы проводили по трансляции, Фуга попросил Морской Альянс принять участие в операции по полному освобождению Домена Владыки Демонов.

Я сжал виски, чувствуя приближающуюся головную боль, и сказал.

— На пике своего развития Империя потерпела крупное поражение в борьбе с Доменом Владыки Демонов, несмотря на то, что возглавляла объединенные силы народов человечества. Мы можем столкнуться с неожиданной ситуацией. Кроме того, ваша Империя Великого Тигра только недавно подчинила себе Зем и Ортодоксальное Папское Государство. Если вы споткнетесь здесь, это будет смертельным ударом для вашей страны.

— Я тоже так думаю, брат, — сказала Юрига, которая стояла рядом со мной, демонстрируя позицию, противоположную позиции своего брата. — Это хорошо видно из-за пределов страны. Империя Великого Тигра существует как империя только благодаря тебе и твоему престижу. Если бы ты не смог взять Домен Владыки Демонов, и это повредило бы твоему престижу, Империя Великого Тигра рассыпалась бы.

— Это твое собственное мнение, Юрига?

— Да. Сома не заставляет меня говорить это; это то, что я на самом деле думаю.

— Ты научились говорить за себя, да? Думаю, наличие партнера имеет значение.

Фуга улыбнулся, довольный тем, как выросла Юрига после того, как она смело выступила против него.

— Брат! — Юрига продолжала, возможно, чувствуя, что он не воспринимает ее всерьез, но Фуга поднял руку, чтобы остановить ее.

— Я понимаю, что вы двое пытаетесь сказать. Но этот престиж я не смогу поддерживать долго. Сейчас мир сбалансирован между моей страной и вашей фракцией. Мы находимся в ситуации, когда я мог бы иметь стабильное правление, я уверен. Но мир заставляет мечты и амбиции людей угасать. Если мы не будем действовать, пока человечество способно объединиться против Домена Владыки Демонов, мы упустим эту возможность. Мы можем справиться с Доменом Владыки Демонов только сейчас, пока человечество жаждет освободиться от его угрозы.

Я мог понять, к чему он клонит. Я согласился, что если мы собираемся захватить Владения Владыки Демонов, то сейчас самое подходящее время для этого. Но риск неудачи был также велик... Когда правитель думает о том, что его страна может потерять стабильность в битве или другим способом, стабильность, ради которой трудилось столько людей, он обычно проявляет большую нерешительность. Конечно, возможно, способность отбросить подобную нормальность была одной из предпосылок для того, чтобы стать великим человеком.

— Мы направимся к самой северной точке континента по суше. Я хочу, чтобы ваш Морской Альянс использовал флоты, которыми вы так гордитесь, чтобы направиться туда напрямую и организовать высадку. Мы поймаем их в клещи с севера и юга.

— Мы не знаем, насколько глубоко простирается домен Владыки Демонов.

— Это часть того, почему мы посылаем людей. Мы не можем вечно сидеть сложа руки, потому что мы не знаем.

— Ходят слухи о повелителе демонов или боге демонов.

— Только слухи. Но если он есть, я бы хотел на него взглянуть, — с ухмылкой ответил Фуга.

В улыбке Фуги была порочная невинность. Этот человек, безусловно... чист, я полагаю. Чист в своем идиотизме. Чист в своем величии. Чист в своей человечности.

— Очевидно, что даже если вы откажетесь, мы попытаемся освободить Домен Владыки Демонов своими силами.

Уф... Это был бы худший исход. Причина провала объединенных сил Империи заключалась в том, что они начали войну, не зная толком о демонах. Они послали силы, которые думали, что их цель - истреблять монстров, как истребляют опасных животных. У них не было различий между монстрами и демонами, и в итоге они вступили в войну с демонами. Благодаря способностям Томоэ и ее прошлому опыту, мы знали, что с демонами можно общаться.

Если я оставлю управление доменом Владыки Демонов полностью на усмотрение Фуги, он будет атаковать даже тех демонов, с которыми мы сможем договориться, а когда они дадут отпор, все может повториться как в прошлый раз. Если Фуга проиграет, его страна расколется или развалится на части, а страны, которые не смогут справиться с атаками монстров, погибнут. Это привело бы к появлению новых беженцев, что оказало бы давление на страны юга. Мы снова окажемся в той же ситуации, что и в первый год после моего призыва.

Если я собирался остановить это, я не мог оставить все на усмотрение Фуги.

— Когда... вы планируете отправить войска?

— Господин Сома?! — шокированно вскрикнула Юрига.

Скорее всего, у меня было такое выражение лица, будто я укусил что-то неприятное. Однако, Фугу это не волновало.

Он сказал мне.

— Мы планируем начать в 11-м месяце этого года. Домен Повелителя Демонов - это пустынный регион на крайнем севере. Я думаю, если мы не хотим, чтобы наши люди погибли от жары, нам лучше сделать это где-то после осени. Ночи будут холодными, но не неуправляемыми.

Это произойдет не сразу, у нас было более полугода времени на подготовку.

— Тогда не делай ничего безрассудного до тех пор. Я тоже хочу собрать информацию о Домене Владыки Демонов. Было бы чистой глупостью начинать войну без плана. Возможно, в замке Валуа в королевстве Эйфория есть записи прошлых сражений.

— Хм... Вы правы. Может быть, я прикажу поискать на бывших имперских территориях в моем королевстве тоже.

— Слушай. Избегай любых необдуманных действий до того дня, когда мы отправим наши войска, Фуга.

— Отлично... Приятно работать с вами.

Трансляция прервалась. Я прижал руку ко лбу, уставившись в потолок.

— О, Боже!

— Сома... — Юрига потянула меня за рукав рубашки, ее тон был сострадательным, но в то же время кротким, потому что она чувствовала вину за эгоистичные требования своего брата.

Я похлопал ее по плечу, пытаясь успокоить, а затем пошлепал себя по щекам, чтобы прийти в себя.

— Времени нет. Я должен сделать все, что в моих силах. Мне понадобится помощь других стран Морского Альянса. В частности, мне нужно, чтобы Хакуя расследовал, что произошло примерно в то время, когда объединенные силы человечества проиграли Домену Владыки Демонов... У нас нет возможности терять время, Юрига.

— Хорошо!

Мы с Юригой вышли из комнаты с драгоценным камнем, подтвердив свою решимость.

- Один день 7-го месяца 1553-го года по континентальному календарю.

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как мы отправили исследовательскую группу в Королевство Эйфория.

В этот жаркий день, последовавший за чередой других жарких дней, я получил сообщение от Ичихи о том, что он закончил обобщать собранные нами данные о монстрах и демонах. Я собрал восемь человек в комнате для совещаний: пять моих жен - Лисия, Айша, Джуна, Ророа и Юрига; мудрая принцесса-волчица Томоэ, которая теперь стала нашим камергером; исполняющий обязанности премьер-министра Ичиха; и, наконец, белый генерал Юлий.

Я собрал людей, обладающих знаниями в самых разных областях, но, поскольку Хакуи больше нет среди нас, это полностью превратилось в семейную встречу. Юрига была одной из моих жен (хотя ее нынешнее положение было довольно сомнительным), Томоэ - моей почетной младшей сестрой, Ичиха - ее женихом, а Юлий - моим шурином. Учитывая время года, казалось, что все родственники собрались вместе на праздник Обон.

Кстати, две мои другие жены, Надин и Мария, были в отъезде. Мария занималась своей обычной благотворительной деятельностью, а Надин летала с ней по окрестностям. Мария, когда ее освободили от обязанностей императрицы, стала сильной женщиной. Раньше говорили, что лучший муж - это тот, который здоров и не сидит дома, но в нашей семье все было наоборот... Но, я отвлекаюсь.

— Хорошо, Ичиха. Приступай к делу.

— Хорошо. Принято.

Ичиха раздал всем материалы. Айша, вложившая все свои силы в то, чтобы стать воином, скривилась, увидев письменные принадлежности. Она не была неграмотной, но, по ее словам, от всего сложного у нее болела голова. Ичиха проигнорировал ее, вернулся на свое место и начал объяснять.

— С помощью премьер-министра Хакуи и моей сестры Сами в Королевстве Эйфория мы смогли узнать о некоторых демонах в Домене Владыки Демонов. Моя система идентификации монстров использует искаженную природу монстров, чтобы идентифицировать их по отдельным частям. Моя сестра Сами перевернула эту систему. Она идентифицирует все, что в отчетах свидетелей не кажется искаженным, как демона.

Ичиха пролистал свой раздаточный материал, и мы перешли на одну и ту же страницу.

— Наиболее замеченными демонами были огры, орки, кобиты и дьяволоподобная гуманоидная раса с крыльями летучей мыши.

— Господин кобольд... — Лицо Томоэ потемнело.

Похоже, ей было трудно отнести существо, которое спасло ее, к демонам.

Кстати, Юлию и Юриге уже рассказали историю Томоэ. Все присутствующие разделяли взгляд на монстров и демонов, основанный на теории происхождения жизни в подземелье, предложенной Женей.

— Отличаются ли летучекрылые демоны от драконьих, как госпожа Карла? — Айша подняла руку и спросила.

О, да, крылья драконов и виверн похожи на крылья летучей мыши, да? Если бы вы не знали о драконах и вивернах, было бы разумной ошибкой предположить, что это крылья летучей мыши.

Ичиха покачал головой.

— Если бы это были дракониды, то в отчетах было бы написано, что это были именно они. Но в них говорится только о том, что у них были крылья летучей мыши. Кажется вероятным, что очевидцы представляли их похожими на чертей из наших сказок.

— Да, — согласился я. — Они могли бы так подумать, да?

Если просто прикрепить к человеку пару крыльев летучей мыши, он будет похож на дьявола, горгулью или, может быть, вампира. Насколько я понимал, если эльфы существовали, то вампиры не были такими уж надуманными. В моем представлении они оба были сказками.

Затем Джуна подняла руку.

— Вы упомянули огров. Отличаются ли они от тех, которых мы видели в подземелье в Республике?

— О, эти гориллы-людоеды, да?

— Гориллы-людоеды? — Лисия, которая в тот раз осталась дома, склонила голову набок.

Казалось, слово "горилла" для нее не переводится, но когда я объяснил, что это буйные, четырехлапые существа, похожие на старика Оуэна, свет погас в ее глазах.

— Они звучат... невыносимо.

— Я знаю, верно? Даже для огров эти были полностью искажены.

— Да, это верно, — согласилась Джуна. — Эти людоеды не выглядели так, как будто они могут быть разумными.

Ичиха пролистал бумаги.

— Согласно отчетам о контактах, они не были искажены таким образом. Они были просто большими краснокожими гуманоидами с рогами на лбу.

— Рога, да... Ты имеешь в виду такие, какие вырастают у старшей сестры Сии, когда она кому-то что-то высказывает?

Когда Ророа сказал это, Лисия хлопнула руками по столу и вскочила на ноги.

— Эй, Ророа! Что это значит?!

— Ня-ха-ха, да, вот оно! Вот о чем я говорю! — сказала Ророа, приложив пальцы к вискам, имитируя рога.

Да, иногда мне кажется, что у Лисии вырастают рога, когда она читает мне нотации...

— Эй, Сома? Ты ведь не думаешь ни о чем грубом?

— А?! Нет, вовсе нет...

Лисия бросила на меня зловещий взгляд, прочитав мои мысли, и я отвел взгляд.

— Теория происхождения жизни в подземелье, не так ли? — сказал Юлий, поглаживая свой подбородок с задумчивым выражением лица. — Идея о том, что различные расы человечества, а также животные, могли изначально родиться в подземельях... Это была идея Жени М. Аркс, не так ли? А теория Сомы заключалась в том, что в этих подземельях мог произойти сбой, и монстры - это неудачный результат, да?

— Хм? Да, точно, — сказал я. Я ведь придумал это во время симпозиума по монстрологии, да?

Подземелья в странах человечества теперь извергали монстров, поэтому тот же самый сбой мог повлиять на подземелья в Домене Владыки Демонов. Если бы демоны воспринимали монстров как нечто, что подземелья производят сами по себе, так же, как и мы, монстры и демоны могли бы противостоять друг другу. Теория, которая пришла мне в голову, когда я подумал, что монстры и демоны могут быть разными.

— В таком случае — продолжил Юлий, — если это неудачи, вызванные неисправностью подземелий, то есть ли у подземелий что-то, что они изначально пытались произвести? Если человекоподобные монстры - это провалы, то в чем же провалы демоноподобных монстров?

— О! Понятно! Мы можем работать в обратном направлении, отталкиваясь от неудачного продукта! — Глаза Ичихи расширились.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Томоэ, наклонив голову.

Ичиха достал ручку и нарисовал гориллу-людоеда, которого мы видели в Республике, рядом с обычным огром на обратной стороне одного из отчетов.

— Единственное, что отличает монстров от демонов, это то, насколько они искажены как живые существа. Если искаженные огры, которых видел Его Величество, были монстрами, то, возможно, изначально они должны были стать такими же, как эти более человекоподобные огры, которых видели в глубине Домена Владыки Демонов. Заимствуя выражение Его Величества, гориллы-людоеды - это неудавшиеся огры.

В этом есть смысл. Значит, первоначальная функция подземелья заключалась в создании огров, похожих на людей, но после долгих лет оно сломалось и начало выпускать тупых монстров с раздутыми верхними частями тела, которые ходили на четвереньках?

Ичиха приложил палец к губам, задумавшись.

— Эти отношения, вероятно, относятся не только к ограм. Есть монстры, называемые зомби - они похожи на гниющих людей, и скелеты - они двигаются, несмотря на то, что являются лишь костями. Я могу представить, что они были созданы в неудачной попытке сделать людей.

— Если перевести это в другое русло, не могут ли существовать полные версии монстров, похожие на людей? — сказал Юлий, развивая объяснение Ичихи. — Королевство Ластания было атаковано ящеролюдами во время демонической волны. Если предположить, что эти монстры с человекоподобными телами были в какой-то степени социальными существами и имели более полную версию своей расы, которая не встречается у народов человечества, то...

— Тогда это может быть одна из рас демонов, да? — закончил я за него.

— Вы считаете, что демоны - это расы, которые ранее не были обнаружены на этом континенте, верно, Сома?

— Да. — Я кивнул.

— Значит, полный ящеролюд будет... драконидом, может быть? — спросила Ророа, мысленно скрестив руки.

— Нет. — Ичиха покачал головой. — Я изучил останки ящерицы, которые мы привезли. Части его тела отличались от частей тела драконида. Даже если бы они были завершены, они не были бы драконидами.

Если уж на то пошло, то это были бы люди-динозавры, а не полудраконы. В моей голове возник рисунок из научного журнала, который я читал, в котором была статья о том, как могли бы выглядеть динозавры, если бы они не вымерли и эволюционировали как люди, а также рыцарь-дракон Банхо из одного из фильмов про Дораэмона. Есть ли такие расы в Домене Владыки Демонов?

Когда я об этом подумал, это пробудило во мне дух приключений.

— В любом случае, если есть монстры, похожие на людей, я думаю, интересно поработать в обратном направлении и представить, какими людьми или демонами они могли быть. Я бы хотел заручиться помощью моей сестры Сами в Королевстве Эйфории и других исследователей монстров, чтобы разобраться в этом, — сказал Ичиха.

Мы все кивнули в знак согласия.

Как раз в тот момент, когда мы определились с направлением нашего расследования о демонах, двери в зал заседаний с силой распахнулись с громким стуком.

— Мы дома!

— Я устала...

В дверях стояли энергичная Мария и измученная Надин. Они вернулись после благотворительной работы.

— Добро пожаловать домой, вы двое, — поприветствовал я их. — Куда вы отправились на этот раз?

— Мы искали на западе подходящее место для школы, — сказала Мария, заняв место за круглым столом. — Похоже, большой мост через реку к северо-востоку от Лагуна-Сити разрушился из-за возраста и сильных ветров. Это прерывает движение между прибрежными городами к северу и югу от моста, поэтому, пожалуйста, пришлите команду, чтобы починить его.

— Хм? Но мы не получали сообщения об этом.

— Это потому, что я вернулась сразу после того, как услышала об этом от местных жителей, — объяснила Мария, на что Ичиха кивнул.

— Подобные отчеты сначала поступают к местному лорду, а затем они запрашивают помощь из столицы, если это необходимо, так что обычно это занимает некоторое время. Я уверен, что мы получим запрос где-то завтра.

Это имело смысл. Если подумать, мы смогли действовать быстро, когда беда обрушилась на Богохранимый лес, потому что Айша получила весточку от своего отца, а я оказался там с подразделением военных инженеров Запретной армии неподалеку. Если бы нам пришлось проходить через официальную процедуру запроса помощи, нам потребовалось бы больше времени, чтобы прибыть в лес. Из-за того, что произошло, мы создали систему, позволяющую немедленно связаться с людьми в случае чрезвычайной ситуации. Но, когда их жизни не были поставлены на карту, как сейчас, это было менее приоритетно и могло занять некоторое время. Это то, над чем мне нужно поработать... Но сначала...

— Понял. Ичиха, прикажи военным инженерам подготовиться, чтобы мы могли отправить их немедленно.

— Как прикажете, сир.

— Хорошо... А теперь, почему ты выглядишь такой уставшей? — спросил я Надин.

Как только ее усадили за круглый стол, она положила голову на руки.

Надин подняла голову и вздохнула.

— Когда дело касается школ, приходится прислушиваться к мнению родителей, верно? Ну, меня заставили присматривать за всеми детьми, пока Мария это делала.

— Хи-хи. Куда бы мы ни пошли, Надин всегда пользуется успехом у детей, — весело сказала Мария. Надин была рю, что делало ее несколько особенной. Из всех моих жен она была больше всего похожа на девочку из моего старого мира. Надин могла взаимодействовать с людьми, не ограничиваясь рангом или статусом, вместо этого она смотрела на вещи с точки зрения того, с кем имела дело. И здесь, в столице, она пользовалась большим успехом у горожан.

— Не хочешь ли ты попробовать поучаствовать в образовательной программе? Например, "Вместе со старшей сестрой", может быть? — предложил я.

— О, это было бы здорово. Может быть, ты споешь и потанцуешь со мной? — сказала Джуна, хлопая в ладоши.

— Дай мне передохнуть... — ответила Надин, прежде чем снова опустить голову.

Мария, с улыбкой наблюдавшая за Надин, заметила документы на столе.

— О чем вы все сейчас говорите? — спросила она.

— Монстры и демоны. А также гриб и великан? — Лисия объяснила со вздохом. Мария склонила голову набок.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду под двумя последними?

— Мы получили материалы от следственной группы, которую мы направили в Эйфорийское королевство, включая показания свидетелей той кампании. И мы обсуждали, что некоторые вещи, которые они видели, не похожи на монстров или демонов.

— Ааа, и это будут гриб и гигант. — Мария взяла копию материалов. — Хм. Я сама слышала о гиганте. Что-то о сверкающем гиганте в полном облачении, летающем по небу... Но этот гриб для меня в новинку.

— Правда? — спросила Лисия.

— Мой отец тогда был императором, а мне было всего десять лет, но... О! — Мария прижала палец к губам, казалось, что-то осознав. — После возвращения из Домена Владыки Демонов отец сказал что-то, когда его приковало к постели чувство вины за всех тех, кого он потерял.

— Хм?! Что это было?! — спросил я, заставляя Марию щипать себя за виски, пока она отчаянно пыталась вспомнить.

— Я думаю, это были... Точно, следы. Они сказали, что видели следы.

— Следы? Как... от колес кареты?

— Да. Но сказал, что они, очевидно, были широкими и глубокими, почти как пустой ров или высохшая река. И части лошадей и людей были разбросаны по дну, раздавленные до такой степени, что их уже нельзя было узнать... .

— Фух... — Все слегка сморщились, представив себе это.

Следы, похожие на высохшую реку, да? Если они были сделаны колесами, то какого они были размера? А колеса, предположительно, были достаточно массивными, чтобы сделать фарш из людей и лошадей, которых они перекатывали.

— Если и есть какая-то возможность... так это то, что эти следы были оставлены гигантским грибным монстром, — сказал Ичиха, заставив Томоэ качнуть головой в сторону.

— Что ты имеешь в виду, Ичиха?

— Ну, у нас были свидетели, которые говорили, что грибовидное чудовище сотрясало землю, когда раздавливало людей под собой, так? Если оно оставило следы, а не шаги, мы можем предположить, что оно передвигается на колесах или чем-то подобном. Если бы оно выглядело так, как будто у него есть колеса, я уверен, что никто не опознал бы его как гиганта. В таком случае, я подумал, что это мог быть гриб.

— В этом есть смысл, — согласился я. — Если ты прав, то мы можем предположить, что это какое-то оружие.

— Да. — Лисия кивнула. — Возможно, он похож на сухопутный линкор Альберт, который Сома использовал в битве за Город Красного Дракона. Он оставил за собой следы и тоже мог давить людей, верно?

Ооо, это. Думаю, кто-то мог бы сделать что-то подобное, да.

— Но... мы использовали его как стационарную платформу для пушек в битве за Город Красного Дракона, так что мы не переезжали людей. И мы просто приделали к нему колеса, чтобы заставить его передвигаться по суше, так что он не смог бы выдержать большого давления. Я имею в виду, что после войны нам пришлось списать оригинальный Альберт.

— Хм, — хмыкнул Юлий. — Значит ли это, что у демонов есть сухопутный линкор, который может свободно передвигаться?

— Если они это сделали, то у нас будут проблемы... .

В этом случае это был бы скорее танк, чем линкор. Если бы это действительно был танк, то, учитывая размер гусениц, он должен был бы быть еще больше, чем такие танки-монстры, как "Ратте" или "Монстр", ни один из которых так и не прошел стадию планирования.

— Я бы предпочел избежать сражений с такими видами чудовищного оружия, — пробормотал я, и все кивнули в унисон.

— Если он оставляет следы, то это наземное оружие, верно? Силы Фуги – сухопутные войска... — сказала Лисия со вздохом, но я покачал головой.

— Нет, нам также нужно беспокоиться о летающем гиганте. Если они могут сделать такое оружие, то с гигантом, скорее всего, будет так же трудно справиться. Если он может летать, он может появиться в море, в конце концов.

— Хорошая мысль...

— Юрига, не могла бы ты передать эту информацию Фуге? Хотя я знаю, что это не изменит его планов.

— Хорошо... Я согласна с тобой. — Юрига кивнула, а ее плечи опустились. В конце концов, Фуга был не из тех, кто слушает других.

На этом мы решили закончить и продолжить подготовку, исходя из предположения, что гриб - это какое-то оружие, используемое демонами. Когда все, кроме Лисии, Айши, Надин и Марии, вернулись к своим обязанностям, Надин запрыгнула мне на спину.

— Ах! Эй, прекрати это, Надин.

— Сегодня мой день, не так ли? Я устала, так что будь со мной поласковее.

— Хи-хи, ты, конечно, выглядишь измотанной. Будь добр к ней, Сома, — сказала Лисия, криво улыбаясь.

То, что они говорили, было разумно, поэтому я погладил Надин по голове. Она мурлыкнула, явно не обращая внимания на этот жест.

Затем Мария подняла руку.

— Завтра мой день, не забывай. Давай займемся всем тем, чем занимаются влюбленные молодожены.

— Ой, да ладно. Это ведь ты только и галдишь с тех пор, как мы только поженились?

— Хе-хе, то, что я с тобой, дает мне энергию, чтобы так активничать, — сказала она, улыбаясь.

— Неужели теперь...

Я не мог спорить с такой безупречной улыбкой.

Но оружие в форме гриба, да? В тот момент, когда я решил разобраться с Доменом Владыки Демонов, не было ничего, кроме топлива для моей неуверенности. Я должен был сделать все возможное, чтобы подготовиться, даже если это казалось бесполезным. Другого выбора не было.

◇ ◇ ◇

Двусторонняя атака на Домен Владыки Демонов с суши и с моря была запланирована на 11-й месяц. До этого времени страны Морского Альянса и Империя Великого Тигра Хан, крупнейшая страна на континенте, работали над расширением своих вооруженных сил и укреплением администрации. В этот период Империя Великого Тигра Хан проводила стратегию активной пропаганды своего народа с помощью трансляции драгоценностей.

— Наконец-то пришло время уладить дела с Доменом Владыки Демонов!

Это было одно из таких обращений к народу перед наступлением в 11-м месяце. Хотя они, разумеется, не указали четких целей, они сказали, что в ближайшем будущем будет проведена крупная операция. Это сообщение произвело желаемый эффект, и сторонники Фуги были воодушевлены предстоящей битвой между их великим человеком и Владыкой Демонов.

В то же время, эта стратегия вещания служила проверкой против нас, которые должны были действовать совместно с ними. Если бы мы замедлили или задержали отправку наших сил, Фуга и его люди объявили бы нас предателями. Передачи Фуги не играли роли в Морском союзе, но купцы и путешественники приносили вести в нашу страну, поэтому и в наших землях были люди, возлагавшие большие надежды на результаты предстоящей битвы.

Тем не менее, мы не смогли развеять эти надежды.

Было решено, что мы отправимся в Домен Владыки Демонов вместе с силами Фуги, поэтому попытка пресечь эти ожидания только подорвет боевой дух и запутает население. Даже если бы я знал, что они задумали, у меня не было никаких уловок, чтобы избежать этого. Хашим обманул нас.

И вот... время подготовки подошло к концу.

-начало 10-го месяца 1553-го года по континентальному календарю.

— Хорошо, Сома. Время пришло.

Фуга не тратил времени на любезности, прежде чем приступить к делу во время нашей трансляции.

Если бы люди были посвящены в содержание сегодняшней встречи, это, вероятно, запомнилось бы как знаменитая цитата. Правда, единственное, что я подумал по этому поводу: "Знаете, один профессиональный рестлер сказал нечто подобное давным-давно..." .

Сегодня было последнее собрание перед началом двухстороннего наступления. Либо воля Фуги была абсолютной, либо все остальные были заняты подготовкой, потому что Фуга был единственным, кто присутствовал со своей стороны. Хашим, скорее всего, не присутствовал, так как собирался рассказать только о том, что уже было решено.

Тем временем на нашей стороне присутствовали Лисия и Юрига.

— Я же говорил тебе, Фуга... У демонов может быть оружие, о котором мы не знаем. Если вы пойдете туда, как на веселую прогулку, вы только унизите себя.

Я возразил на его невероятно непринужденное отношение, но Фуга издал гнусавый смешок.

— Независимо от того, едем мы туда с позитивным или негативным настроем, будущее не откроется, пока мы не поедем. Поэтому, если уже решено, что мы едем, не нужно вести себя мрачно. Беспокойство только усугубит ситуацию.

Ё-маё... Не беспокойтесь... Если я помню, это было то, что сказал мастер дзен Хоудзё Токимунэ, когда он столкнулся с монгольским вторжением в Японию. Это был урок, который гласил:"Не волнуйся, действуй так, как считаешь нужным". — Возможно, у Фуги был похожий образ мышления.

— Брат... — сказала Юрига, шагнув вперед. — Я - жена господина Сомы, а он - мой муж. Вам с моим мужем предстоит вместе противостоять трудному врагу. Обычно, как связующее звено между вами, ничто не могло бы сделать меня счастливее. Но когда перед вами Домен Владыки Демонов, мое чувство тревоги побеждает!

Фуга молча слушал отчаянную мольбу сестры.

— Я все еще болею за тебя! Но мне кажется, что это слишком безрассудно! Разве ты не должен быть более осторожным? Искать лучший способ справиться с этим вместе с сэром Сомой?! Одна ошибка может стать для вас необратимой, как это случилось с Империей Гран-Хаос много лет назад! Я беспокоюсь!

Однако, через некоторое время Фуга покачал головой и сказал.

— Я понимаю, что ты говоришь так, потому что беспокоишься за меня.

— Брат!

— Но я не могу остановиться. Движение вперед - это то, что делает меня тем, кто я есть.

"...Даже если это означает, что ты умрешь по пути, да?" – подумал я.

Фуга посмотрел прямо на меня.

— В следующий раз мы поговорим лично, на самой северной точке этого континента. Я с нетерпением жду этого.

— Конечно, если мы оба тогда не умрем.

— Ха-ха-ха! Я сделаю все возможное, чтобы избежать этого. Ты тоже должен.

С этими словами Фуга прервал передачу. Юрига бессильно опустилась на землю, а Лисия обняла ее за плечи.

Поглаживая Юригу по спине, Лисия посмотрела на меня и сказала.

— Значит, ты должен идти.

— Да... Столкновение с этим было неизбежностью. Я бы предпочел избежать такого контакта, когда Фуга находится на главных ролях, но... я должен избежать того, чтобы демоны первыми вступили в контакт с Фугой.

— Тем не менее, вы не можете обогнать Фугу, отправив наши войска раньше времени. Для Морского союза слишком опасно связываться с демонами в одиночку. Мы до сих пор ничего о них не знаем. Если мы понесем большие потери, то не сможем противостоять атаке Империи Великого Тигра.

— Ты права... Если возможно, я бы предпочел, чтобы силы, идущие сухопутным путем, были людьми, которым мы могли бы доверять, например, Империя Гран-Хаос под командованием Марии.

Теперь, когда Империя распалась и исчезла, это могло быть только сценарием "что-если".

У Лисии появилось грустное выражение лица.

— Я... не могу пойти с тобой, да?

— Прости... Ты должна возглавить страну, если со мной что-нибудь случится, Лисия.

— Я знаю. Просто обидно, что в такие моменты приходится учитывать мое положение, — сказала Лисия, прикусив губу. К сожалению, ей придется с этим смириться.

Если мы понесем большие потери в этой кампании, Фуга, скорее всего, тоже получит серьезные повреждения. Даже если он не умрет, он может получить тяжелые ранения. Если он уйдет с поля боя, это может привести к краху Империи Великого Тигра.

Великие страны, построенные на харизме одного человека, имели свойство разрушаться, когда эта харизма исчезала. И наоборот, если Морской союз объединится, мы, скорее всего, сможем пережить хаос после распада Королевства Великого Тигра. В конце концов, Морской союз не полностью зависел от личности одного человека. Если Лисия будет поддерживать хорошие отношения с Ку, Шабон, Жанной и Хакуей, то эта нация сможет выжить и без меня. В любом случае, Лисия была представительницей королевского рода Элфриденов.

Ну, это только заставит ее волноваться, если мы будем говорить об этом, поэтому я не собираюсь ничего говорить.

Пока мы ждали, пока Юрига успокоится, чтобы покинуть комнату с драгоценностью...

— Отец!

Дети Лисии, Сиан и Казуха, подбежали так быстро, как только могли; каждый крепко обнял одну из моих ног.

Теперь, когда в 12-м месяце этого года им исполнилось шесть лет, они были больше и тяжелее, чем раньше. Даже с учетом преимуществ тренировок Оуэна, ходить с одним из них на каждой ноге становилось все труднее.

— Хм? Как дела, вы двое? — спросил я.

Казуха подняла голову и усмехнулась, но лицо Сиана все еще было зарыто в моих штанах. Пока я продолжал гадать, в чем дело, к нам поспешила Карла в форме горничной.

— Мне жаль. Они убежали, потому что хотели быть с тобой...

— Нет, тебе не нужно извиняться, — сказала я ей, пока Лисия поднимала Казуху. — Ну и ну, ты такой маленький комок энергии.

— Да! — радостно ответила Казуха.

Она выглядела нормально. Проблема была в том... Я положила руку на голову Сиана, пока он продолжал зарываться лицом в штанину моих брюк.

— Что случилось, Сиан?

— Не уходи... — Сиан посмотрел на меня, его глаза были полны слез. — Отец, не уходи. Если ты уйдешь, ты не вернешься.

Услышав его просьбу, мои глаза расширились. В отличие от энергичной Казухи, Сиан был тихим мальчиком, который редко о чем-то просил. Этим детям не было и шести лет. Естественно, они не знали о наступлении в Домен Владыки Демонов, и даже если бы услышали, как об этом говорят в городе, то все равно не поняли бы. Несмотря на это, Сиан догадался, что я иду в опасное место.

Лисия потрясенно посмотрела на Карлу, но служанка энергично покачала головой. Похоже, это не она ему все объяснила.

Не говори мне... У меня была одна идея.

Мать Лисии, леди Элиша, обладала магией. Когда леди Элиша была на грани смерти, она могла посылать свои воспоминания своему прошлому "я". Как мне рассказывали, тот, кто получал эти воспоминания, чувствовал, что видит будущее. Мы еще не выяснили, какой магией обладают Сиан и Казуха. Однако, если способность леди Элиши перешла через поколение и досталась Сиану, или у него была похожая магия, способная предсказывать будущее, то сказанное им может оказаться правдой...

Я содрогнулся от последствий.

...И был кто-то, кто смотрел на нас с Сианом.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя я собрал всех своих ключевых помощников - за исключением Хакуи, который находился в Королевстве Эйфория - в зале для аудиенций. Я сидел на троне, а семь моих жен, включая Марию и Юригу, стояли в ряд позади меня.

Сначала я позвал Эксель, главнокомандую Силами национальной обороны, и ее второго помощника Людвина.

— Эксель, Людвин.

— Да, сэр!

Они шагнули вперед и опустились на колени у подножия ступеней к трону, склонив головы.

Я приказал им поднять головы и встать.

Как только они это сделали, я продолжил.

— Во время этой экспедиции в Домен Владыки Демонов, решения, которые мы примем на месте, будут иметь огромное значение. Мне придется самому отправиться с флотом. Но... нас втягивает в это Фуга и его Империя Великого Тигра. В некотором смысле, мы недостаточно подготовлены, так что нам придется ожидать неожиданностей.

— Да. Я согласна, — сказала Эксель с внушительной улыбкой. — Даже если приливы и отливы этой эпохи были на его стороне, ему удалось построить огромную империю за несколько лет. Все, что я слышала, говорит о том, что ему нельзя доверять. Мы не можем быть уверены, что он не развернет свои силы и не нападет на эту страну, пока вас нет, сир.

Я кивнул в знак согласия.

— Ты права. Мы не можем быть невнимательными в наших приготовлениях... Людвин.

— Да.

— Мы оставим наши сухопутные и воздушные силы позади, за исключением Халберта и его дракшутистов, которые будут на борту островного авианосца. Усильте нашу оборону на случай, если Фуга предпримет что-нибудь сомнительное. Координируйте свои действия с госпожой Жанной в Королевстве Эйфория и Ку в Республике.

— Понятно. Я буду защищать эту страну своей жизнью, пока вас нет, сир.

Кивнув на ответ Людвина, я вызвал Юлия и Каэдэ.

Когда они прошли вперед, минуя всех остальных моих помощников, я сказал.

— Стратег Юлий и офицер штаба Каэдэ, я буду рассчитывать на вашу поддержку Людвина. Хакуя тоже будет здесь, пока меня не будет. Я хочу, чтобы вы трое использовали свою мудрость для защиты этой страны от любых замыслов.

— Да, сэр!

— Понятно.

Я отпустил Людвина и двух других, прежде чем посмотреть на Эксель.

— Эксель. Флот организован, я полагаю?

— Все было сделано, как вы приказали. Мы готовы отправиться в путь в любое время, — сказала Эксель с поклоном. Я кивнул.

— Вы будете служить в качестве главнокомандующего нашим флотом и принимать командование во время сражений. Хотя мы оставляем позади и сухопутные войска, мы развернем все наши морские силы. Однако, часть из них будет оставлена, чтобы реагировать на неожиданные обстоятельства, которые могут возникнуть. Мы возьмем с собой не только авианосец Хирю, но и готовые корабли той же модели, Сорю и Унрю. Вы также будете исполнять обязанности капитана Сорю.

— Понятно.

Закончив с Эксель, я посмотрел на других своих подчиненных.

— Домен Владыки Демонов - это опасность, которая постоянно висит над головами всего человечества, а также то, что сделало Фугу великим человеком. В настоящее время Домен Владыки Демонов является нашим общим врагом и оправданием для военных действий против других стран. Если эту угрозу удастся устранить, Фуге станет сложнее оправдывать свои военные действия. Это поможет принести мир в нашу страну и нашим товарищам по Морскому союзу.

С этими словами я сделал паузу, чтобы перевести дух.

— Если мы сможем, я бы хотел быть как можно более осторожным и попытаться найти диалог с демонами, но... на поле боя все может пойти не так. Мы должны подготовиться к неизвестности и быть готовыми принимать решения в самые разные моменты. Я хочу, чтобы вы все придавали мне сил, пока это трудное испытание не останется позади!

— Да, сэр!

Вся группа сложила руки вместе перед собой и склонила голову.

Когда все получили приказы, я отправился в королевскую столовую вместе со своими женами, а также Ичихой и Томоэ. Служанки Серина и Карла тоже присутствовали. Альберт и Элиша, которые пришли поиграть с детьми, присматривали за ними в садике.

Я обратился к этому собранию семьи и других людей.

—Я возьму с собой в эту экспедицию Айшу и Надин.

— Да, сэр. Понятно.

— Да, конечно.

Айша и Надин, две мои лучшие жены, когда дело касалось боя, кивнули.

— Мы не можем взять Лисию, Ророа или Марию, — сказал я. — Они слишком влиятельны, чтобы позволить чему-то случиться с ними... И если со мной что-то случится, вы все должны быть готовы к этому.

— Да...

— Даже если бы я пошла с тобой, я бы мало чем могла помочь тебе, дорогой.

— Я всегда оставляла командование нашими войсками Жанне, в конце концов...

Три мои жены, которым пришлось обдумать свои позиции, неохотно кивнули. Даже если я не смогу вернуться, как предсказывал Сиан, Лисия сможет работать с Ророа и Марией, чтобы держать ситуацию семьи под контролем.

Я бы предпочел, чтобы до этого не дошло...

— Остаются Джуна и Юрига...

— Я пригожусь в морской битве. Возьми меня с собой, — сказала Джуна, прежде чем я успел закончить.

Правда, я хотел, чтобы Джуна поехала со мной и приняла командование над "Альбертом II", на борту которого я планировал находиться. Но, когда я подумал, как молоды были Энджу и Кайто... я заколебался. Джуна улыбнулась, казалось, видя меня насквозь.

— У детей достаточно надежных матерей здесь, в замке. Не о чем беспокоиться.

— Джуна... Хорошо. Я буду полагаться на тебя.

— Да.

Как только Джуна закончила, Юрига подняла руку и сказала.

— Я тоже пойду с вами. С вами я буду более надежной защитой от брата, чем оставаясь здесь, в Королевстве.

— Проверка против него? Думаешь, ты сможешь это сделать?

— В какой-то степени... Хотелось бы думать, что да, хотя бы немного, — неуверенно произнесла Юрига.

— Ну, хорошо. Думаю, немного лучше, чем ничего... Добро пожаловать на борт.

— Понятно.

— Итак... Томоэ и Ичиха, могу я попросить вас пойти с нами? Мы будем держать вас в тылу, подальше от линии фронта, конечно.

Если мы собирались связаться с демонами, способности Томоэ и знания Ичихи будут незаменимы. Я не хотел отправлять их в слишком опасное место, поэтому должен был иметь возможность немедленно эвакуировать их, если возникнет кризис.

Они посмотрели друг на друга, затем кивнули.

— Конечно, старший брат! Именно поэтому ты усыновил меня в первую очередь!

— Я чувствую то же самое. Сейчас у меня есть шанс отплатить вам за то, что вы меня наняли.

— Спасибо вам обоим, — сказал я, выражая свою благодарность. Раздав всем приказы, я перешел к завершению работы. — Теперь...

— Подождите! — перебил кто-то.

Я оглянулся и увидел Карлу в платье горничной, с поднятой рукой.

— Ваше Величество. Пожалуйста, возьмите меня с собой в эту экспедицию.

— Карла? — Лисия уставилась на нее, широко раскрыв глаза.

Карла посмотрела на Лисию и ударила себя одной рукой по груди.

— Чем больше телохранителей у Его Величества, тем лучше. Я уверена, что ты чувствуешь себя неловко, не имея возможности пойти с ним самой, поэтому я буду защищать его вместо тебя.

— Ну, мне было бы намного лучше, если бы ты была рядом... — сказала Лисия, бросив на меня взгляд, который говорил:"Как насчет этого?".

Хм... Ну, Карла - сильный боец, и было бы успокаивающе иметь ее рядом, я думаю.

Она все еще была рабыней (по ее собственной просьбе), так что если с ней что-то случится, это не будет иметь более широкого влияния. Это помогло снизить планку, чтобы взять ее с собой. Она всегда присматривала за детьми, поэтому, если она хотела впервые за долгое время заняться воинскими делами, у меня не было причин отказываться.

— Понял. Ты тоже пойдешь, Карла.

— Спасибо!

После этого все было готово. Теперь оставалось посмотреть, чем все закончится... Мы отправились в таинственное владение Владыки Демонов, где нас ждали монстры, гиганты и грибы.

-11-й месяц 1553-й года по континентальному календарю - Ночь...

Силы Империи Великого Тигра наконец-то начали свой поход к самой северной точке континента Ландия. Они мобилизовали солдат только из Империи Великого Тигра Хан и Лунарианского ортодоксального папского государства, но к ним присоединились добровольцы из числа высших эльфов с острова Отца Королевства Духов Гарлана, а также беженцы, которые хотели вернуть северные земли. В общей сложности их силы насчитывали около 800 000 человек.

Фуга разделил эти силы на три группы, которые должны были продвигаться вглубь владений Владыки Демонов. Одна, возглавляемая Шукином и включающая высших эльфов, двинется с запада. Другая, возглавляемая Ломбардом, бывшим королем Ремуса, и включающая войска из бывшей Империи Гран-Хаос, займет центр. И последняя, возглавляемая самим Фугой, включающая его элитных воинов и высокомотивированных беженцев, которые хотели вернуть свои родные земли, войдет с востока.

Однако, силы Шукина и Ломбарда были предназначены в основном для отвлечения демонов и защиты захваченных территорий, поэтому им было приказано не опережать силы Фуги. Между тем, в это же время поступило сообщение, что Сома, глава Морского Альянса, ведет флот Фридонийских национальных военно-морских сил обороны к северной части континента по морю.

Основные силы Фуги продвигались вперед, уничтожая разрозненные группы монстров, которые нападали на них из засады по пути. Стратег Хашим бросился к Фуге и Муцуми, которые находились в центре этих сил.

— Ваше Императорское Величество, согласно докладам наших разведчиков, впереди находится группа фортов, которые демоны построили, используя города и деревни. Разведчики обследовали их на расстоянии из осторожности, поэтому мы не знаем, как обстоят дела внутри, но их численность значительна.

— Это значит, что мы теперь на территории демонов, да? — Фуга, лежавший на спине Дурги, сел. — Как раз вовремя. Контратака человечества начинается здесь.

Муцуми, сидевшая на лошади рядом с ним, нахмурилась, увидев дикую улыбку на лице Фуги.

— Даже на пике своего могущества, собрав силы со всего континента, Империя Гран-Хаос все равно не смогла их победить. Не теряй бдительности, дорогой.

— Это правда, — согласился Хашим с Муцуми. Но Фуга только усмехнулся.

— Я знаю это. Мы пока пытаемся их прощупать. Но у Империи Гран-Хаос были разрозненные силы, и их командиры не могли их объединить. Вот почему они рухнули после одного поражения. Но мы - другое дело. Если меня внезапно не уберут, мы, возможно, окажемся в проигрыше, но сможем оправиться.

— Именно это меня и беспокоит. Ты всегда хочешь идти впереди всех, — сказал Хашим с холодным взглядом, заставив Фугу неловко почесать голову.

— Слушай, я понимаю... Только в этот раз, я буду играть осторожно. Сначала мы отправим беженцев в качестве скирмишеров. Кавалерия виверн будет наблюдать с воздуха. Разделите нашу элитную кавалерию и пусть они стоят наготове с обоих флангов.

Скирмишеры были солдатами, которые сражались в нерегулярном строю, используя дальние атаки, чтобы нарушить строй противника перед битвой, а затем отступали в тыл, когда враг наступал. По приказу Фуги, если враг неожиданно атакует их, они теряли только тех, кого могли позволить себе потерять. Если бы оказалось, что они в невыгодном положении, было бы проще отвести основные силы. По сути, беженцы имели минимальную ценность, поэтому он использовал их как приманку. Хашим, знавший о его намерениях, склонил голову.

— Понял. Я сообщу нашим силам, — сказал Хашим, прежде чем ускакать.

Фуга повернулся к Муцуми. — Отправь гонца к Шукину и войскам Ломбарда, чтобы сообщить им, что мы начнем сражение на рассвете. Если дело застопорится, их прибытие должно изменить ход битвы.

— Да. Я сделаю это немедленно.

Лошадь Муцуми пустилась в галоп. Фуга смотрел, как она уходит, а затем повернулся, чтобы посмотреть на то, что было впереди.

— Теперь... посмотрим, что выйдет. Будут ли это демоны или бог демонов? — пробормотал он про себя.

Сразу после рассвета, когда на улице было еще не так светло, Империя Великого Тигра решила начать атаку. Если бы они атаковали позже, в полдень, изнуряющая жара быстро истощила бы войска. Солдаты-беженцы, которым было приказано атаковать форты и отступить, приближались в качестве скирмишеров. Беженцам сказали, что их задача - выяснить, есть ли в фортах защитники, и если есть, то какова их относительная сила. Однако...

Грохот, грохот, грохот!

— Что?!

— Землетрясение?!

Как только они попытались приблизиться к одному из фортов, земля начала содрогаться. Грохот усилился, и стало ясно, что к ним что-то приближается.

— Что-то приближается?

— Что это?!

Когда ужас начал зарождаться, он появился перед солдатами-беженцами. Не изнутри форта, а выскользнув из-за угла. Такое высокое, что заставляло нападавших смотреть вверх, оно приближалось к ним с сильным грохотом, сглаживая землю под собой по мере приближения.

— Что это, черт возьми?!

— Г-грибное чудовище?!

— Т-трехглазое грибное чудовище!

Массивное образование определенно напоминало гриб или, возможно, снеговика с двумя шарами, нижний шар которого был наполовину зарыт в землю. А высоко над головами солдат беженцев, в верхней его части, находились три мигающих огонька персикового цвета...

— ○△×□●!!!

Оно произнесло что-то похожее на слово, да так громко, что его услышали все, кто находился поблизости. Но это было не на общем языке континента, поэтому никто ничего не понял. Однако, они чувствовали, что чтобы оно ни означало, оно не приветствовало их.

— ○△×□●!!! — повторял он.

Все еще не понимая, солдаты-беженцы в оцепенении смотрели на массивное образование. В это время центральная часть гриба начала ярко мигать, свет становился все больше и больше.

— О, черт!

Дикие инстинкты Фуги забили тревогу в его голове, когда он наблюдал за происходящим издалека, и он немедленно отдал приказ.

— Пусть все наши силы разбегаются! Что бы они ни делали, им нужно немедленно убраться с дороги!

Фуга разослал гонцов и посыльных. Он приказал разделить центр армии, где он находился, на две части, намеренно заставив оба фланга нарушить строй. Это разделило главные силы Фуги в тылу по центру. Однако, скирмишеры были широко разбросаны и не заметили этого движения, поэтому они просто стояли и смотрели в ужасе.

Затем массивная грибовидная фигура перестала собирать свет.

----!!!

Внезапно свет хлынул прямо на область перед ним.

Вспышка света охватила треть солдат беженцев и поглотила часть основных сил Фуги, которые бежали медленнее. Те, кто попал под свет, были стерты в одно мгновение, оставив после себя лишь пылинки. Горячий ветер, налетевший вместе с ярким светом, сдул убегавших солдат, и его жар ощутили даже главные силы Фуги, находившиеся в тылу.

— Черт! Это и есть то демоническое оружие, о котором говорил Сома?!

Фуга недовольно щелкнул языком, глядя на исчезающий свет.

Благодаря заранее принятым мерам предосторожности и быстрому реагированию, лучшие силы Фуги избежали вреда. Беженцы-скирмишеры выглядели почти уничтоженными, если учесть число убитых и раненых, но это все еще была ситуация, когда они могли перегруппироваться и сразу же ринуться в бой.

— Лорд Фуга! Немедленно отдай приказ о тотальной атаке! — предложил Хашим. — Я не могу представить, что они могут атаковать многократно. Это наш шанс. Пока это чудовище спокойно, мы должны атаковать всеми силами и уничтожить его!

— Если мы отступим здесь, это будет просто повторение прошлого раза, да? Отлично, тогда действуй!

Фуга мгновенно согласился с предложением Хашима. Он вскочил на спину Дурги и помчался в небо, выкрикивая команды.

— Слушайте сюда, люди! Я слышал, что король Фридонии Сома привел свой собственный флот, чтобы сразиться с "кайдзю" размером с гору! Если он смог это сделать, то неужели вы думаете, что я, ваш император, тоже не смогу?! Думаете, есть что-то, что может сделать эта робкая, пассивная страна, чего не можете сделать вы, мои храбрые воины? Нет! Ни в коем случае!

После того, как речь Фуги привела его паникующих людей в чувство, они издали боевой клич. Видя, что их боевой дух восстановлен, Фуга направил свой разрушающий камни клинок Занганто на массивного врага.

— Настало время! После всех наших долгих лет страданий, контратака человечества начинается сейчас! Следуйте за мной!

Когда Фуга и Дурга напали, они вызвали фанатичное рвение у тех, кто их видел, и эта страсть вскоре охватила всю армию. И вот войска Фуги начали тотальную атаку на своего массивного грибовидного врага.

◇ ◇ ◇

В то же время...

— Рассвет, да...?

Я щурился от солнечного света, стоя на мостике корабля "Альберт II". — Фридонский флот был в море, поэтому нас встретил ранний восход солнца.

Флот Королевства Девятиглавого Дракона под командованием Кишуна присоединился к нам в качестве эскорта, и у нас было три собственных островных носителя. Общая численность наших сил здесь была больше, чем у группы, убившей Ооямидзучи.

Три островных носителя были расположены спереди, посередине и сзади, каждый с кольцом линкоров вокруг них в оборонительной формации. Передний корабль - "Хирю" Кастора, средний - "Сурю" Эксель, а задний - "Унрю", одним из кораблей сопровождения которого был линкор "Альберт II".

Далее в тылу флота находились корабли снабжения и линкор с Томоэ, Ичихой и Юригой в сопровождении флота Архипелага Девятиглавого Дракона. Эта группа не была предназначена для сражения и должна была немедленно отступить в случае непредвиденных обстоятельств.

— Чистое небо и спокойное море...? — пробормотал я про себя, глядя на поцелованные рассветом волны.

— Да, море очень спокойное. Почему у тебя такое беспокойное выражение лица? — спросила Джуна, которая стояла рядом со мной в своей белой морской форме. Она выглядела прекрасно в своем обычном наряде лорелеи, но и в форме она была не менее привлекательна.

Я заставил себя улыбнуться и кивнул. — Я чувствую, что в эту экспедицию... что меня втянули в нее по чьему-то решению, и я просто не в восторге от этого.

— Чье-то чужое решение?

— Я делаю все это не по своей воле.

Именно благодаря решению Фуги я отправил войска в домен Владыки Демонов. Во всех битвах до этого момента я сам принимал решение и мог подготовиться. Но не в этот раз...

Макиавелли говорил, что для того, чтобы противостоять фортуне, необходима добродетель.

Что касается того, что такое virtù, то в японском языке при переводе мы обычно разбиваем его на другие слова, обозначающие силу, волю и страсть, но по сути это означает "найти свою решимость, принять решение и подготовиться". Если для борьбы с судьбой нужна сила, это означает:"Прокладывайте путь вперед своими руками. Не полагайся на других людей или судьбу, хорошую или плохую". Макиавелли не одобрил бы, если бы я доверил свою судьбу решению Фуги, как в этот раз.

Еще была тревожная фраза Сиана о том, что я не вернусь.

— Возможно, я никогда не испытывал такой тяжести на сердце за все время моего царствования.

— Не бойся. Я буду защищать вас, сир.

— Да. Мы защитим тебя.

Айша и Надин с энтузиазмом заверили меня. Джуна тоже улыбалась.

Мои жены очень надежны. Я улыбнулся им в ответ, чтобы выразить свою благодарность.

Вдруг Карла бросилась к нам с сообщением от посыльного Куи.

— Сир! Это от моего отца... Нет, с корабля капитана Кастора! Там написано: "Что-то в небе впереди. Будьте бдительны".

— А?!

Я поспешно прищурился в том направлении, куда мы двигались. Но я ничего не мог разглядеть.

— А! Я вижу! — сказала Айша, у которой было лучшее зрение из всех нас. Я все еще не мог ничего разобрать.

— Это немного за горизонтом, — продолжила она. — Оно... парит в воздухе? И если он выглядит таким большим на таком расстоянии... он должен быть огромным!

— Сир! — Джуна была следующей, кто повысил голос. — Бабушка на Сурю использует сигнальные флаги. "Всем кораблям приготовиться к бою. Повернуться боком, сохраняя кольцо вокруг носителей".

По сути, Эксель хотела, чтобы мы распределились по сторонам, чтобы мы могли вступить в бой немедленно, в зависимости от действий другой стороны.

— Айша. То, что ты видишь, что-нибудь делает?

— Он просто висит в воздухе. Нет никакого движения. Подождите... это бронированный гигант?

Исследовательская группа Сами сообщила о грибе и бронированном гиганте. Столкнулись ли мы с гигантом? Если учесть, что он не напал на нас внезапно из засады, значит ли это, что есть возможность для диалога? Похоже, нам предстояло сблизиться с врагом, пытаясь понять, собирается ли он напасть на нас или нет.

В таком случае... это плохая идея для меня и Эксель находиться так далеко друг от друга, да? Я принимал политические решения, а Эксель и другие командиры принимали военные решения. Было опасно, чтобы между ними существовала временная задержка.

После минутного раздумья я принял решение.

— Я перехожу на Сурю. Надин, перенеси меня туда, где находится Эксель.

— А?! Эээ, поняла!

— Сир! — Джуна бросила на меня обеспокоенный взгляд, но я покачал головой.

— Если возникнет расхождение между моими решениями и решениями Эксель, это рискует ввергнуть весь флот в беспорядок. Будет надежнее, если мы встретимся лицом к лицу, чтобы согласовать наши военные и политические решения. Отпустите меня.

— Ургх... Хорошо. — Джуне было трудно принять это, но она кивнула.

— Простите... Мне нужно, чтобы ты приняла командование над Альбертом II, Джуна.

— Поняла... Пожалуйста, береги себя.

— Ты тоже, Джуна. Айша, Карла, вы пойдете с нами в качестве телохранителей.

— Да, сэр!

Я запрыгнул на спину Надин после того, как она трансформировалась в свою черную форму рю, а Джуна наблюдала, как мы взлетели в небо. Поскольку время не было, Надин держала Айшу и Карлу на руках. Пока мы летели к Сурю, я видел, что вдалеке что-то есть, но это было лишь крошечное пятнышко, поэтому я не мог разглядеть его.

Мы приземлились на палубу "Сурю", и я спрыгнул со спины Надин. Эксель сразу же бросилась к нам.

— Вы подоспели как нельзя вовремя, Ваше Величество. Я как раз собиралась позвать вас.

— Эксель, он вообще двигался? — спросил я, но она покачала головой.

— Пока нет. У наших кораблей строгий приказ стоять наготове, пока это не произойдет.

— Хорошо. Айша сказала мне, что это бронированный гигант.

— Да. У нас есть отчет и от Кастора... Трудно поверить, что одна из двух сущностей, уничтоживших объединенные силы человечества во главе с Империей Гран-Хаос, находится сейчас прямо перед нами...

Обычно спокойное выражение лица Эксель потемнело. Это означало, что ситуация настолько плоха, что даже такая впечатляющая женщина, как она, потеряла самообладание.

Вдруг над морем раздался громкий звук.

— ○△×□●!!!

— Что?! "

Возможно, это был какой-то голос. Какой-то язык. И, судя по тону, это было предупреждение. Однако, я не мог разобрать, что он говорил... Подождите, что?

За все время моего появления в этом мире у меня никогда не было проблем с языком.

Как рассказали мне мои исследователи Женя и Мерула, чары в камере вызова, используемые для вызова героя, были связаны с языком и, вероятно, должны были сделать так, чтобы вызванный герой мог говорить на общем языке этого континента. И все же, я слышал язык, который не мог понять?

— Кто-нибудь знает, что оно говорит?

Айша, Надин, Карла и Эксель покачали головами. Никто не мог разобрать, что оно говорит. Даже я. Это означало, что это был не общий язык континента, и не один из языков, которые я узнал на Земле. Ну, я мог разобрать слова, только если это был японский или английский, но я полагал, что по крайней мере узнаю другие основные языки. И не узнал.

— ○△×□●!!!

Это были те же слова, еще раз. Что, черт возьми, оно пытается нам сказать?!

Я все еще был в недоумении, когда пролетел посыльный куй и приземлился на руку Айше. Она сразу же открыла письмо, которое он нес, и пересказала его содержание.

— Сир! Это от госпожи Джуны с борта "Альберта II"! Есть срочное сообщение от госпожи Томоэ, находящейся в тылу флота!

— От Томоэ?

— Да! О голосе, который мы только что слышали!

А?! О, точно. Возможно, способности Томоэ позволили ей понять этот голос!

— Что хочет сказать Томоэ?! — спросил я, и у Айши появилось странное выражение лица.

— Очевидно, голос говорит:"За пределами этого места находится царство северных подопытных. Если южные подопытные попытаются повлиять на них, будут приняты оборонительные меры"!

Подопытные...? Северные подопытные. Южные подопытные. Эти термины показались мне странными, но было ясно, что гигант предупреждает нас.

— Эксель! Прикажи всем нашим кораблям остановиться!

— Поняла, — ответил Эксель, немедленно подав сигнал всем кораблям прекратить движение.

Все наши корабли остановились, но оставались готовыми ответить на атаку. Воздух стал напряженным от неуверенности, когда иноземное существо постепенно приближалось к нам.

Когда он, наконец, был достаточно близко, чтобы хорошо рассмотреть его...

— Что?! — Мои глаза выпучились, а я растерялся.

Сначала я протер глаза в недоумении. Затем я потрогал лоб, думая, что бредил от жара. Затем я ущипнул себя за щеку, потому что это мог быть сон. Мне пришло в голову, что это может быть какое-то заклинание иллюзии, поэтому я спросил Айшу, Надин и Эксель, что они видели, но нет, для них все было одинаково...

— Это бронированный гигант из рассказов...

— Значит, это было по-настоящему.

Айша и Надин одновременно сглотнули.

Нет, это не бронированный гигант или что-то такое... Ладно, справедливо. Если опираться только на общепринятые знания об этом мире, то он определенно выглядел как бронированный гигант. Я слышал, что они часто ссылаются на западную или японскую броню, когда разрабатывают дизайн для таких вещей.

"Почему... Почему эта штука вообще существует?" - подумал я, глядя на существо, которое остановилось в таком положении, что могло смотреть на нас сверху вниз.

Я... знал, как это называется.

Если верить каталожным характеристикам, его рост составлял около двадцати метров, вес - около шестидесяти тонн, а источником энергии служил термоядерный двигатель. Он летал с реактивным ранцем на спине под названием Aranzal Zerde. Это был Джангар Скай-тип, воздушная боевая версия машины главного героя в меха-аниме Assault Suits Jangar. Перед нами предстало гигантское гуманоидное оружие, которое должно было существовать только в вымышленном мире аниме.

Я знал, что этот мир как-то связан с моим старым миром, но все же! Я уже был уверен, что этот мир и мой собственный мир связаны. Но это был, по сути, ответ на данный момент.

Пока я смотрел, ошеломленный ситуацией...

— ○△×□●!!!

Джангар снова произнес те же слова, которые, как я мог предположить, были предупреждением. Переговоры были невозможны, если мы не понимали языков друг друга...

— Эксель, отправь виверну за Томоэ и доставь ее сюда. Прикажи всем нашим кораблям не двигаться, несмотря ни на что, пока Томоэ не прибудет.

— Понятно.

Эксель поспешила уйти, чтобы позаботиться обо всех приготовлениях.

В результате мы остались на палубе, продолжая наблюдать за Джангаром.

Если бы эта штука не была бумажным тигром и действительно обладала всеми характеристиками, о которых говорится в аниме... она, вероятно, могла бы потопить островной авианосец в одиночку. Однако, если мы отправим команду рыцарей-драконов в составе Хэла и Руби и перегрузим ее всей кавалерией виверн, мы сможем победить ее силой численности. Это потому, что если он соответствует спецификациям каталога, у него есть ограничения по времени действия и количеству патронов в каждом из его орудий.

Это подобно тому, как в фильмах о зомби, даже если бронемашина сможет накачать наступающую орду свинцом, их непрерывный штурм в конце концов истощит ее. Но то, что мы будем использовать против этой штуки, будут не зомби, а солдаты. Люди из плоти и крови, чьи семьи ждут их дома. Я не хотел относиться к ним как к одноразовым.

— Оно все еще не двигается... Что скажете, Сир? — спросила Айша, держа меч наготове.

Я покачал головой.

— Я не знаю. Но раз уж он сделал предупреждение, хотелось бы верить, что есть возможность для диалога.

— Мы можем только надеяться...

"Теперь это испытание терпения," - подумал я. Если он будет сидеть на месте до прихода Томоэ...

— А! Сома! — Надин, озиравшаяся по сторонам, повысила голос. — Это плохо! Корабль флота Девятиглавого Дракона в движении!

— Что?!

Один из кораблей Королевства Девятиглавого Дракона, который Шабон послал сопровождать нас, сломался под давлением ситуации и начал действовать. Командующий флотом Девятиглавого Дракона Кишун предложил защитить Томоэ и ее группу, поэтому я передал корабли, находящиеся здесь, под наше командование. Однако, моряки Архипелага Девятиглавого Дракона, будучи выходцами из страны пиратов, отличались кровожадностью, поэтому они не выдержали давления.

В следующее мгновение голова Джангара повернулась в их сторону, и...

— ×□●○△×□.

Она сказала что-то совсем не то, что раньше, когда доставала винтовку из рюкзака и направляла ствол на тот корабль. О, нет!

— Сто- — Мои слова были заглушены звуком света, вырывающимся из ствола его винтовки.

В одно мгновение свет пронзил корабль флота Девятиглавого Дракона, вероятно, воспламенив порох на борту, и он разлетелся на куски. Взрыв был настолько сильным, что пламя охватило несколько соседних кораблей.

Лучевое оружие... То, что я только что наблюдал, не было похоже на лазерный луч, который пронзает цель в момент выстрела - это было как в аниме, когда луч двигался достаточно быстро, чтобы глаз успевал следить за его движением. Это было похоже на оружие, которое использует настоящие боеприпасы, но может пробить или прожечь путь через что угодно.

Пока я смотрел, он сделал второй выстрел, воспламенив корабль флота Девятиглавого Дракона.

— Сир! Отдавайте приказы! — Эксель бросилась к нам и закричала, приводя меня в чувство.

Я понятия не имел, какой приказ следует отдать в этой ситуации, но промедление в принятии решения только увеличит потери. Я должен был что-то делать.

— Ургх... Высылайте всю конницу виверн с Хирю, Сурю и Унрю! Но приоритет отдайте не атаке, а уничтожению врага! Тем временем, пусть флот отходит! И передайте флоту Архипелага Девятиглавого Дракона следующее: если они решат проигнорировать мой приказ и продолжать сражаться, то они сами виноваты!

— Значит, мы отступаем?

— Если верить его словам, это оборонительная акция. Если мы не будем приближаться к их территории, оно не будет нас преследовать... Давайте верить в это.

— Понятно...

Эксель подняла веер в знак сигнала, а затем отдала приказ, который я ей дал.

Кавалерия виверн под командованием Халберта и Руби вылетела с трех островных носителей разрозненными группами. Затем кавалерия виверн, словно комары, начала роиться вокруг Джангара. Я видел, как Хэл на своем красном драконе тоже вступил в бой.

------!!!

Джангар выстрелил из своего лучевого оружия в Руби, которая, должно быть, выделялась больше всех. Меня прошиб холодный пот, но Хэл и Руби уже видели эту атаку и умело уклонились от нее, выйдя из-за ствола. Поскольку они привыкли видеть магию, возможно, существование лучевого оружия само по себе было для них не таким уж удивительным.

Уклонившись, Хэл заставил Руби плюнуть в Джангара огненным шаром. Однако, Джангар заблокировал его своим щитом и остался невредим.

Видя это, кавалерия виверн нанесла одну за другой огненные атаки. Они не причиняли особого вреда, но поднимающееся пламя и дым закрывали врагу обзор.

— Эксель! Прикажи отступить немедленно!

Ра-та-та-та-та-та! Пулемёты в груди Джангара прорвались сквозь рыцарей на вивернах.

Пули, которые они могли сделать в этом мире, не смогли бы пробить плоть вивер, но пулемёты Джангара прорвали ее насквозь, разорвав многих рыцарей на вивернах на куски, оставив их падать в водянистую могилу.

А мгновение спустя ранец Джангара изверг огонь; мгновенно вырвавшись из окружения кавалерии виверн, он в мгновение ока обрушил атаку на палубу нашего носителя - Сурю.

Все произошло так быстро, что никто не мог пошевелиться.

------!!!

Джангар выстрелил из своего лучевого оружия в палубу один раз. Сурю сильно тряхнуло, и хотя он не взорвался, но сильно кренился на один бок. Было ясно, что он вывел судно из строя одним выстрелом. Брр... Во-первых, из-за этого мы не сможем убежать, да?

Затем Джангар направил свои пулемёты в мою сторону.

Судя по тому, как он остановил наше движение и выделил меня из всех людей на палубе, он знал, кто является главным командиром этого флота. "Нацелено ли оно на быстрое решение проблемы с помощью обезглавливающего удара?" - подумал я, мой разум мчался быстрее, чем обычно, перед лицом угрозы моей жизни.

Из его груди пулемёты открыли огонь. Пули впивались в землю, оставляя за собой след из пулевых отверстий, которые шли в мою сторону.

О, ши...

Бум!

В этот самый момент кто-то оттолкнул меня с дороги. Я с ужасом смотрел, как человека, стоявшего на том месте, где мгновение назад был я, пронзают пули.

Ее доспехи, красные, как ее волосы, были разбиты, и свежая кровь хлынула из ее тела.

— Карла!!!

Она рухнула на палубу, когда я выкрикнул ее имя.

◇ ◇ ◇

В принце Сиане было что-то странное.

— Карла. Не могла бы ты присмотреть за детьми?

— Конечно. Предоставь это мне, Лисия.

Принц Сиан и принцесса Казуха - дети господина, которому я служу. Они - законные наследники королевского дома Элфриден, а главное - дети моей дорогой подруги Лисии. Присматривая за ними в качестве служанки с самого их рождения, они были невероятно дороги мне.

Примерно когда им исполнилось два года - они еще не умели говорить, но уже могли ходить и играть во дворе - произошел инцидент.

— Вах... Вааааа!

Сиан, который до этого момента счастливо играл с принцессой Казухой, вдруг разрыдался. Затем он крепко обнял принцессу Казуху и попытался не дать ей никуда уйти.

Это было необычно для обычно необщительного Сиана. Но Казуха, взявшая пример со своей матери-сорванца, вырвалась, как бы говоря ему, что он мешает, и убежала.

Принц Сиан упал, а затем свернулся клубком и зарыдал.

— С вами все в порядке, лорд Сиан? — спросила я, бросаясь к нему.

В то же время принцесса Казуха забралась на край фонтана во дворе и начала ходить вдоль него.

Вдруг... Плюх! Она потеряла равновесие и плюхнулась в воду.

— Ваххх!!!

Я подхватила принца Сиана и взяла его под руку, а затем бросился вытаскивать принцессу Казуху из воды.

Принцесса Казуха некоторое время безучастно смотрела на меня, но потом произошедшее дошло до нее, и она начала рыдать у меня на груди. Услышав ее, принц Сиан тоже начал плакать, и я не знала, что с этим делать.

Подобные инциденты происходили снова и снова.

Каждый раз, когда принцесса Казуха подвергала себя опасности и получала травмы, принц Сиан начинал плакать еще до того, как это случалось, и пытался остановить ее. Чаще всего ему это не удавалось, но после того, как я увидела, что это происходит так часто, я начала задумываться: "Принц Сиан знает, когда принцесса Казуха будет в опасности?"

С этим подозрением я начала наблюдать за ними более пристально.

Когда принцесса Казуха получала травму, принц Сиан плакал прямо перед тем, как это случалось. И наоборот, было много случаев, когда я могла защитить принцессу Казуху, внимательно наблюдая за ней после того, как принц плакал.

Может ли принц Сиан видеть будущее?

Было необычно, чтобы кто-то проявлял магию в столь юном возрасте, поэтому в этой стране традиционно принято ждать, пока ребенок подрастет, прежде чем выяснять, какой магией он обладает. Однако, если принц Сиан уже проявил магию, и это было что-то вроде предвидения или пророческой магии, это объяснило бы странное поведение, которое я наблюдала.

А на днях принц Сиан попытался помешать королю Соме отправиться в Домен Владыки Демонов.

— Ты не вернешься.

Он так и сказал. Если это было предсказание, сделанное его магией, то жизнь моего хозяина может быть в опасности. Вот почему я вызвалась присоединиться к нему в этой экспедиции, чтобы быть рядом с ним и защищать его.

Ра-та-та-та-та!

Вот почему... я смогла защитить его от атаки гиганта.

Я почувствовала, что мое сознание ускользает, прежде чем я успела ощутить боль от удара, пронзившего мою грудь. Но, увидев шок на лице моего хозяина, я почувствовала облегчение от того, что смогла защитить его.

— Потому что... я должна убить тебя... когда ты станешь тираном... Я не могу позволить тебе умереть здесь.

Эти мысли эхом отдавались в моей голове, когда мое сознание угасало.

◇ ◇ ◇

Мой разум помутился, когда я увидел, как Карла упала.

Как будто все звуки ушли из моих ушей - весь шум, наполнявший мир, разом исчез. Я не знал, что говорили Айша или Надин, которые были рядом со мной, когда я бросился к Карле и обнял ее.

— Почему ты!

— Граххх!

Хэл и Руби упали с неба и врезались в Джангара.

Звук постепенно вернулся в мои уши. Из груди Карлы вытекало огромное количество крови, и жизнь уходила с ее лица. Смерть подкрадывалась к ней все ближе. Я чувствовал это.

— Сир!

— Сома!

Но голоса Айши и Надин не позволили мне отказаться от размышлений.

Если я сейчас откажусь от своих мыслей, смерть обрушится на Айшу, Надин и многих других. Я ударил себя по лбу, затем положил тело Карлы на палубу.

Затем я повернулся, чтобы посмотреть на Эксель, которая стояла там, потеряв дар речи, и сказал ей.

— Эксель. Позаботься о Карле. И пусть флот отходит.

— Понятно, но что вы будете делать, сир? — спросила она.

Я взглянул на небо, где Руби была в центре перепалки с Джангаром.

— Оно охотится за мной. Я его оттащу, — сказал я.

— Что ты имеешь в виду...?

— Надин, помоги мне.

Когда я это сказал, Наден словно опомнилась.

— Вас поняла!

— Сир! Я иду с вами! — сказала Айша, держа свой меч наготове.

Я бы не справился с летящими снарядами... Думаю, у меня не было выбора, кроме как взять ее с собой.

— Я рассчитываю на тебя, Айша.

— Предоставьте это мне!

— Сир! — Эксель попыталась остановить нас, но я поднял руку, чтобы остановить ее.

— Если с нами что-нибудь случится, присмотри за Лисией и остальными.

— Понятно... — сказала Эксель, кивнув. Она знала, что времени на споры нет.

Если бы эта тварь преследовала меня, она, вероятно, не стала бы преследовать отступающий флот после моей смерти. Моя смерть не помешала бы Лиссии, Ророа и остальным, кто выжил, управлять здоровой страной. По этой причине... важно было сделать так, чтобы никто, кроме меня, не погиб здесь.

Я забрался на спину Надин вместе с Айшей, и мы танцевали в небе. Джангар последовал за нами, как я и ожидал. Он не обращал никакого внимания на флот. Похоже, пулемёты на его груди нельзя было использовать в полете из-за его позы, поэтому он целился в нас из своего лучевого оружия.

------!!!

— Направо!

— Поняла!

Убийственный свет летел в нашу сторону, но Айша предсказала траекторию по направлению ствола и сказала Надин, в какую сторону она должна повернуть, чтобы уйти с дороги.

Пока мы летели, Айша бросала воздушные клинки, Надин наносила электрические удары, Хэл, Руби и кавалерия виверн использовали огненные атаки, но Джангар не подавал признаков остановки.

Я посмотрел на флот внизу. Похоже, они продвигались вперед, эвакуируя обездвиженного Сурю и спасая экипажи затонувших кораблей, которые плавали в воде. Мне нужно было выиграть для них время...

— Сир! — Голос Айши вернул меня к текущей ситуации.

Джангар повернулся и разрядил в нас свои пулемёты. Он целился не очень тщательно, но град пуль попал в Руби и виверн, заставив их потерять высоту.

— Гух...!

— Надин?!

Один из выстрелов попал Надин в заднюю ногу.

— Я в порядке... Он просто задел меня.

Так она говорила, но боль, казалось, нарушала ее равновесие.

Джангар повернул ствол своего лучевого оружия в нашу сторону, пока мы пытались удержаться в воздухе. "Вот дерьмо," - подумал я, вспоминая войну с княжеством Амидония, когда Гай приближался ко мне. В тот момент я приготовился к смерти.

В следующее мгновение мои глаза наполнились потоком света...

И все же мы были в порядке.

Другой свет, гораздо более мощный, чем от лучевого оружия, которое собиралось выстрелить по нам, врезался в мех, отправив его в полет. Подброшенный в воздух, Джангар запылал и заискрился так, что стало ясно, что он получил серьезные повреждения.

Мы повернулись в направлении нового света, и там был...

Белый дракон, огромный, как гора, с рогами, как у барана.

— Леди... Тиамат? — пробормотал Надин в наших головах.

Это была величественная форма матери-дракона Тиамат, которую я видел еще в горном хребте Звездного Дракона.

Мать всех драконов, обитающих в горном хребте Звездного Дракона, и Бог для обычных людей.

Тогда Тиамат издала рев, похожий на крик кита. Затем она обратилась к облакам, низко висевшим в небе.

— Ты хочешь убить знакомого, которого ты так долго ждал?

Когда она это сделала. Массивный черный куб, который я видел раньше, спустился с облаков.

Тем временем в лагере Фуги разворачивалась напряженная битва между его силами и массивным грибом. Он был огромным, твердым и обладал подавляющей огневой мощью. Столкнувшись с этим беспрецедентным противником, который сотрясал землю при своем продвижении, люди Фуги окружили его в пешем строю и пошли в атаку.

— Похоже, это не столько существо, сколько нечто похожее на движущийся замок, — сказал Хашим, внимательно наблюдая за их противником. — Мы можем предположить, как было сказано в отчетах о расследовании, полученных нами от короля Сомы, что это оружие, используемое демонами. Поэтому мы должны рассматривать это не как убийство монстра или стычку, а как осадное сражение.

— По-моему, логично. Тогда мы обойдем его и ударим по нему всей нашей огневой мощью.

Фуга ехал на спине Дурги, держа наготове Занганто и отдавая приказы своим войскам.

— Кавалерия и пехота рассредоточиваются вокруг него, и не давайте ему времени сосредоточиться на цели! Думайте о нем, как о горной крепости, и взбирайтесь наверх, если увидите просвет! Маги и дальнобойные войска, держитесь на расстоянии! Сосредоточьте свои атаки на одной точке! Пушки у носорогов мощные, так что просто продолжайте бить по нему!

Фуга отдавал приказы один за другим, и его командиры принялись за работу.

Приняв в свои ряды офицеров бывшей Империи Гран-Хаос и изучив их приемы, оснащенные пушками носороги выдвинулись вперед и начали обстреливать массивное грибовидное орудие. Они использовали снаряды, которые не взрывались и полагались на кинетическую энергию, но при достаточном количестве попаданий им удавалось вмяться в грибовидное оружие и повредить его.

Флаг Тигра, Гатен Бахр, вел свою лошадь рядом с арбалетчиком Тигра, Касеном Шури, который вел лучников.

— Касен. Наши кнуты и луки не могут нанести эффективные удары по этой твари. Все, что мы можем сделать, это привлечь его внимание, я полагаю.

— Вывести из строя противника! Есть! Лучники, за мной!

Касен и Гатен скакали вокруг конных лучников, пуская стрелы в грибовидное оружие, хотя и знали, что это бесполезно. Выпустив свет, грибовидное оружие начало вращать три пушки на своем корпусе, взрывая солдат, которые наседали на него. Им нужно было занять его, чтобы взрывы не попали в пушечных носорогов.

Тем временем боевой маньяк Ната Чима - Боевой Топор Тигра - расстраивался.

— Черт побери! Куда мне нужно залезть, чтобы воткнуть топор в эту штуку...? Стоп!

Пробормотав это, Ната вдруг обнаружил, что его оторвало от земли. Посмотрев вверх, он увидел, что находится в пасти грифона, принадлежащего Крахе Лавалю, Крыльям Тигра, который командовал их воздушными силами.

— Да пошел ты, Крахе! Что ты делаешь?!

— Ты, похоже, очень хотел порезвиться, и я подумал, что могу отвести тебя в подходящее для этого место, сэр Ната.

Сказав это, Крахе взлетел на своем грифоне сбоку от грибовидного монстра, чтобы высадить Нату на вершине. Это было пустое пространство обтекаемой формы, похожее на вершину дюны.

— Я уверен, что здесь ты сможешь размахивать своим топором в свое удовольствие.

— О-о, да? Ну, разве ты не внимателен.

— Теперь я желаю вам удачи.

С этими словами Крахе ушел. Оглядевшись по сторонам, Ната увидела, как один за другим туда высаживают других мускулистых членов войск Фуги.

Ната ухмыльнулся и замахнулся своим топором.

— О, да! Давайте сделаем это!

Он с силой врезался в него. Так члены войска Фуги по-своему сражались с оружием грибного типа, но атаки оружия быстро увеличивали число жертв.

— Хаххх!

Треск! Летая на Дурге и выпуская молнии, достаточно мощные, чтобы поразить носорога, Фуга сумел уничтожить одну из больших пушек, но он был измотан и нетерпелив.

Его люди сражались хорошо, но он не мог игнорировать растущие потери. Единственным врагом, с которым они до сих пор сталкивались, было это грибное оружие, а демонов они пока не видели. Если он истощит слишком много своих людей, продолжать войну станет невозможно. Он мог восстановить силы, объединившись с отрядными колоннами под командованием Шукина и Ломбарда, но он хотел сохранить преимущество, когда встретится с силами Сомы в глубинах Владыки Демонов.

Существует ограничение на количество сухопутных войск, которые Сома может привести со своим флотом, поэтому Фуга ожидал, что у него будет численное превосходство...

"Остается надеяться, что у Сомы тоже возникнут подобные проблемы..." - подумал Фуга.

Бум! Внезапно, из ниоткуда, огромный огненный шар влетел в оружие грибовидного типа и разорвался. Фуга повернулся, пытаясь понять, что произошло, и увидел, что в воздухе парит больше драконов, чем он мог сосчитать. На их спинах сидели рыцари.

Фуга нахмурил брови.

— Рыцари Дракона... Парни из Нотунга, да?

Королевство рыцарей-драконов Нотунг было исключительно оборонительным государством, поэтому они обычно не ввязывались в войны других стран. Фуга как раз задавался вопросом, что они здесь делают, когда к нему подлетела королева Силл Мунто на спине своего партнера, белого дракона Пая.

— Сэр Фуга. Мы здесь, чтобы помочь вам нейтрализовать эту штуку по просьбе Горного хребта Звездного Дракона, — объявила Силл.

Фуга посмотрел на нее.

— Во что ты играешь? Раньше ты никогда не заботилась о Домене Владыки Демонов.

— Разве я только что не сказала тебе? Наш союзник, Мать-Дракон Тиамат, попросила нас об этом. Но мы будем помогать вам только до тех пор, пока эта штука не будет уничтожена. Как только она будет уничтожена, мы уйдем.

Судя по тону голоса Силл, она никогда бы не стала помогать Фуге и его людям после того, как они разрушили королевство Ластания и убили нескольких ее рыцарей-драконов. Тем не менее, это была просьба от Горного хребта Звездного Дракона, поэтому у нее не было другого выбора, кроме как присоединиться к нему.

"Что ж, тогда все в порядке," - подумал Фуга. Если она собиралась помочь ему здесь, а не принимать активное участие во вторжении в Домен Владыки Демонов, это было очень удобно для него.

— О, да...? Ну, делай, что хочешь.

— Да. Мы собираемся сделать именно это.

Силл вернулась к своим рыцарям и подняла копье.

— Все, приступайте!

С этой короткой командой рыцари дракона начали атаковать оружие грибного типа. Один взрыв дыхания дракона расплавил поверхность оружия грибовидного типа, оставив на ней обугленные осколки. После этого всякий раз, когда воздушные силы сбрасывали на него бочки с порохом или он попадал под огонь пушек носорога, на нем оставались видимые повреждения. В одних местах обнажились внутренности, в других летели искры.

Увидев, что ход битвы изменился, Силл почувствовала тихое облегчение. "О, хорошо... Похоже, мы справимся."

Она была удивлена, когда пришла просьба поддержать войска Фуги и сразиться с гигантским оружием, появления которого они ожидали, но рыцари дракона согласились на договор, который не позволял им отказаться. Несмотря на свои опасения, Силл привела свои войска, и теперь она с облегчением увидела, что все получится.

— Это было аномалией даже в истории нашей страны. Госпожа Тиамат до сих пор никогда не просила нас посылать рыцарей дракона за пределы страны.

— Да. Должно быть, она очень торопилась, — телепатически ответил партнер Силла Пай. — Ее настоящая цель, вероятно, находится там, где Сома и Надин. Она послала нас сюда, чтобы самой отправиться туда. Тогда не будет казаться, что она отдает предпочтение одной из сторон.

— Хм... Какой окольный путь.

— На нее наложено много ограничений, поэтому у нее был небольшой выбор. Если ей пришлось зайти так далеко, значит... .

— Эта война так важна, не так ли? — Силл сжала руку, в которой держала копье. — Тогда, как ее союзники, мы должны сражаться изо всех сил. Вперед, Пай!

— Хорошо!

Рыцарь серебряного дракона направилась к оружию грибного типа и вступила в бой.

Через некоторое время объединенным силам Империи Великого Тигра и Королевства Нотунг удалось нейтрализовать массивное оружие грибовидного типа.

◇ ◇ ◇

В море...

Черный куб появился из облаков и опустился перед нами. Однако, Джангар не прекратил движение и все еще пытался выстрелить из своего лучевого оружия. Черный куб телепортировался, встав между Джангаром и нами. Куб содрогнулся, получив прямое попадание луча.

А?! Он защитил нас?!

Хотя я все еще был удивлен, я услышал тот же голос, который я слышал в Горной цепи Звездного Дракона.

— Знакомый... Сома Казуя... Я ждал, — сказал знакомый голос. Это был громкий, трудноразличимый голос, но я смог разобрать слова лучше, чем в прошлый раз.

Затем черный куб вызвал к себе облака, породив вихрь с дождем и молниями, и врезался в Джангара. Мех был отправлен в полет, и его движения стали дергаными, как у марионетки, у которой перерезали несколько ниточек.

— Прекрати это, Хранитель 01. Он не тот враг, которого ты должен уничтожить, — сказал куб странным женским голосом. — Сома Казуя. Я выполню протокол управления для Хранителя 01.

— А?

— Пожалуйста, передайте мне права на управление, — сказал черный куб.

Протокол управления? Разрешения на передачу? Пока я в замешательстве смотрел на куб, он продолжил, его тон стал более настойчивым.

— Требуется ваш голос. Пожалуйста.

Вежливая просьба ничего не объясняет... Я повернулся, чтобы посмотреть на госпожу Тиамат, и она кивнула.

— Я разрешаю передачу управления!

— Передача подтверждена. Выполняю протокол управления для Хранителя 01.

С этим Джангар прекратил свои рывковые движения. Он выстрелил из верньеров на спине, завис на месте, но его руки повисли по бокам, вместо того чтобы направить оружие на нас.

— Хранитель 01 перешел под мой контроль. — Голос куба прозвучал во внезапно затихшем небе. — Прекращаю функции самообороны.

— Что? Что происходит?

— Все это не имеет для нас никакого смысла...

Надин и Айша были в замешательстве.

Я поднял глаза на плавающий куб, не более осведомленный, чем они.

— Что... ты?

— Я ждал. Знакомый - древний - Сома Казуя. — Затем куб медленно приблизился к нам. — Я умоляю тебя... Иди к Мао, ради моих детей. Судьба не только моих собственных детей, северных подопытных, но и детей Тиамат, южных подопытных, находится в твоих руках.

Ее дети? Подопытные? Это все еще не имело никакого смысла. Но сейчас были более важные вещи, чем получение объяснений.

— Госпожа Тиамат! Джангар ведь теперь не будет продолжать движение?! — спросил я.

— Да. — Госпожа Тиамат кивнула. — Гуманоидное оружие теперь под ее контролем. Оно больше не нападет без ее приказа.

— Ну, хорошо. Нам нужно поторопиться и спасти ребят, которые упали в море.

Я посмотрел на океан. Островное судно Сурю, получившее прямое попадание из лучевого оружия, накренилось. Кроме того, хотя я не мог видеть ее отсюда, Карла лежала на мостике, получив пулю за меня. Судя по тому, сколько крови она потеряла, ее внутренние органы должны были быть разрушены. Если так, то светлая магия не могла...

— Проклятье!

Бам!

— Сир?!

— Сома?!

Айша и Надин удивились, когда я ударил себя по голове.

Это не помешало мне делать это снова и снова. Это была моя вина. Мы ввязались в такую встречу с врагом, потому что я позволил кому-то другому решать все за меня. В результате Карла и многие солдаты из Королевства Фридонии и Королевства Девятиглавого Дракона погибли или были ранены.

Я должен был знать! Никогда не позволяй никому принимать за тебя решения. Сколько раз я говорил себе, что мне нужна добродетель, чтобы укротить фортуну?! Но я позволил Фуге принимать за меня решения, потому что боялся противостоять ему! И вот результат!

— Пожалуйста, остановитесь, сир! — Айша умоляла меня, схватив мой кулак, чтобы я не ударил себя. — Это ничего не изменит!

— Да! — согласилась Надин. — Тебе нужно прекратить избивать себя и начать брать этот хаос под контроль.

— Ургх...

Их слова помогли мне немного остыть. Флот все еще был в беспорядке. У меня не было времени на сожаления.

Куб снова заговорил. — Адаптация к языку. Настройка. Тест. Тест. — После паузы он продолжил гораздо более легким для восприятия голосом, чем раньше. — Адаптация завершена. Можете ли вы меня понять?

— Я тебя понимаю, но это может подождать? — крикнул я в ответ.

— Я обнаружил потери в результате боевых действий. — Голос куба был спокойным, в отличие от наших собственных поспешных реакций. — Я не могу оживить тех, чьи тела были полностью уничтожены, но можно будет отремонтировать тех, у кого тяжелые раны или кто находится в критическом состоянии. Наш лекарственный раствор сможет восстановить даже тех, кому не поможет светлая магия.

— Еще раз?! — воскликнул я. Ремонт... Это значит исцелить? Может ли это помочь Карле и остальным?

— Тиамат. Приведи соответствующих людей ко мне, — сказал куб.

Госпожа Тиамат кивнула, прежде чем я успел обдумать предложение куба.

— Хорошо. Я отправлю всех раненых к ней, — сказала госпожа Тиамат, используя мысленную речь, не дожидаясь нашего ответа, прежде чем зарычать. Мягкий голос дракона медленно разнесся по небу.

Когда мы уставились на нее, не зная, что сказать по этому поводу, госпожа Тиамат сказала строгим голосом.

— Я передала ей раненых здесь и раненых на суше.

Перенесены... О, точно, госпожа Тиамат уже мгновенно телепортировала меня на горный хребет Звездного Дракона. Ее существование действительно превосходило все остальное в этом мире. А раненые на земле? Это были люди Фуги? Их тоже атаковало подобное оружие? Отсюда было не понять, но меня больше волновало то, что происходит внизу.

— Надин. Отвези нас на палубу "Сурю".

— Вас поняла!

Я забрался на Надин, и она спустилась. Когда мы приблизились к "Сурю", Руби поддерживала накренившийся корабль с одной стороны, в то время как множество кораблей тянули его канатами с другой, чтобы поддержать эвакуацию экипажа. Эксель, вероятно, увидела, что Джангар перестал атаковать, и переключила внимание с боевых действий на спасательные операции. Мы заметили ее на палубе и приземлились перед ней.

— Эксель! Где Карла?! — крикнул я Эксель, которая, казалось, была в некотором оцепенении, когда я спрыгнул со спины Надин. Эксель быстро пришла в себя, увидев меня, и скрестила руки.

— Ваше Величество?! Карла, она... ее сердце остановилось, а потом она внезапно исчезла... Мы постоянно получаем сообщения о других раненых солдатах, которые тоже исчезли, — докладывала она, звуча в недоумении.

Я так и думал... Значит, Карла все еще была на грани смерти? Я прикусил губу, но затем покачал головой, пытаясь отвлечься от этих мыслей. Разве я только что не решил, что сожаления должны подождать?

— Госпожа Тиамат перевезла людей, которые исчезли, — сказал я Эксель, — Я полагаю, их отправили туда, где их можно вылечить.

— Вылечить...?! Карла будет жить?! — Глаза Эксель расширились.

Я молча покачал головой.

— Я не знаю. Мы просто должны пока верить, что она это сделает.

— О, понятно...

— Эксель. Нашей первой задачей должно стать взятие этого хаоса под контроль. Джангар больше не собирается нападать. Приоритет - эвакуация "Сурю" и спасение тех, кто упал за борт.

— Хорошо... Понятно. — Эксель кивнула, но затем нерешительно спросила. — Что я должна сказать Кастору о Карле?

— Извини, но... просто скажите ему, что ее лечат.

Если бы с Карлой случилось самое худшее, он мог бы обидеться на меня за это. Но это касалось не только Карлы; то же самое можно было сказать и о семьях всех тех, кто погиб в результате моего решения. Как король, я должен был нести бремя их негодования. Но сейчас, когда было неясно, выживет она или нет, было бы просто жестоко подвергать Кастора эмоциональным горкам, к которым привело бы известие о том, что все произошло именно так, как произошло.

Пока мы с Эксель обменивались словами, сзади нас раздался еще один голос.

— Извините, что прерываю.

— А?! Кто там?!

Эксель повернулась, на ее лице появилось суровое выражение. Позади нас стояла пожилая женщина, закутанная в белый халат. Женщина выглядела старой, но ее спина была идеально прямой, и в ней было что-то торжественное и узнаваемое.

Айша встала в боевую стойку с мечом, а Эксель подняла веер, как она делала перед тем, как высвободить свою магию. Тем временем Надин опустилась перед женщиной на одно колено, склонив голову.

Увидев реакцию Надин, я наконец вспомнил.

— Айша! Эксель! Отставить!

— А? Сир?

— Это госпожа Тиамат!

При моих словах Айша и Эксель поспешно опустили оружие и пали ниц перед ней. Перед нами была человеческая форма госпожи Тиамат, которую я встретил в горном хребте Звездного Дракона.

Мать-Дракон была объектом поклонения, живым богом, в конце концов. Для людей этого мира встреча с ней была подобна встрече с Буддой или Христом, поэтому их реакция была вполне ожидаемой. Госпожа Тиамат назвала меня "знакомым" и попыталась поставить меня даже выше себя. О последствиях этого было страшно даже подумать.

Госпожа Тиамат протянула мне руку.

— Сейчас я отведу тебя к ней.

Я запаниковал от этого внезапного заявления.

— Стоп, подожди минутку. Кто это "она"? Куб? Эта штука - женщина?

— На ваш второй вопрос я отвечаю утвердительно. На третий - отрицательно. У этого объекта нет пола, но для удобства я обращаюсь к нему как к женщине.

Нет пола? Это не мужчина и не женщина? Или это машина, как она выглядит? Сейчас не время зацикливаться на этом - были более важные вещи, которыми следовало заняться прямо сейчас.

— Я не могу уйти сейчас... — сказал я. — Я должен эвакуировать своих людей с этого тонущего корабля.

— В таком случае, позвольте мне перевезти их и весь этот носитель на побережье. Это облегчит спасательную операцию, я уверена.

— А? Вы можете это сделать?

— Да. Я могу послать несколько кораблей. Я бы хотела, чтобы вы поторопились, ради нее, в конце концов, — сказала госпожа Тиамат, глядя на куб, который все еще висел в небе.

В ее тоне я почувствовал жалость к кубу. Глаза госпожи Тиамат были похожи на глаза Лисии, когда она провожала нас на пути к Домену Владыки Демонов. Казалось, она действительно хотела, чтобы я отправился к Владыке Демонов, или куда бы она ни планировала меня отправить.

Немного разобравшись со своими мыслями, я сказал.

— В таком случае, не могли бы вы перевезти этот носитель, Сурю; Альберта II, туда, где находится Джуна? И перевезти линкор флота в наш тыл, туда, где находятся Томоэ, Ичиха и Юрига?

— Это возможно, — ответила Тиамат, кивнув.

Я повернулся к Эксель.

— Пусть люди пока не сходят с кораблей. Отправляйтесь на "Хирю", где находится Кастор, и оттуда принимайте командование над всем флотом. Как только все люди, выброшенные за борт, будут спасены, берите флот и идите к самой северной точке Домена Владыки Демонов, следуя нашим запланированным курсом. Их не перехватят больше механические орудия типа "Джангар", верно?

Я взглянул на госпожу Тиамат в поисках подтверждения, и она кивнула. Эксель тоже кивнула.

— Поняла, сир.

— Я рассчитываю на тебя. Сейчас, Надин.

— А? Я?

— Иди и немедленно вызови Хэла и Руби. Скажи Руби, что ей больше не нужно поддерживать носитель, поэтому они должны прийти сюда и служить нашими телохранителями. Если объяснения потребуют слишком много усилий, просто скажи им, чтобы они забрались внутрь носителя.

— П-поняла!

Эксель и Надин ушли по своим делам. Через некоторое время все корабли вышли на связь, и, когда все приготовления были завершены, я обратился к госпоже Тиамат.

— Хорошо, госпожа Тиамат. С вашего позволения.

— Хорошо.

Госпожа Тиамат мгновенно превратилась из облика старухи в гордого белого дракона, а затем зазвучал ее китовый клич.

Мое зрение дрогнуло, и мир передо мной тут же изменился. Еще мгновение назад до самого горизонта была вода, но теперь это был пляж, переходящий в пустыню. А за песками виднелись...

— А...?

Мы все потеряли дар речи.

На краю песка был город. Был ли этот город местом, где находились демоны? Но нет, удивительно было не это. Благодаря высоте нашего теперь уже полуразрушенного носителя, у нас была хорошая точка обзора, чтобы посмотреть на стены города перед нами. Мы смогли понять то, что иначе не смогли бы понять.

Это... то же самое, что и Парнам...

Стены этого города имели такую же круглую форму, как и стены нашей королевской столицы.

— Парнам?! Нет, это другой город? — спросил Халберт.

— Но он выглядит точно так же, как королевская столица... — сказала Руби.

Эти двое только что присоединились к нам и смотрели на ту же сцену. Здесь были не только они - мы попросили кавалерию виверн, оставшуюся на "Сурю", забрать Джуну, Томоэ, Ичиху и Юригу с других кораблей.

Стены, напоминающие стены Парнама, удивили меня, но у меня уже была идея. Женя и исследователи сказали мне, что сам город Парнам, возможно, был продуктом сверхнауки - массивным транспортным устройством. Если он существовал для того, чтобы привозить вещи из моего старого мира, то было бы не очень удобно, если бы существовал только один, не так ли? Не так уж странно, что они построили несколько подобных городов, или что демоны тоже используют один из них.

— И это... силы демонов, Сома?

— Похоже на то...

На Сурю снизу смотрело около десяти тысяч человек, все они были хорошо вооружены. Поскольку они управляли таким оружием, как Джангар, я ожидал, что у них будет тяжелое огнестрельное оружие или лазерные пушки, лучевые мечи и другое футуристическое оружие.

Вместо этого эти войска были вооружены мечами, копьями и доспехами, а лучники и маги у них были совсем как у нас. На самом деле, учитывая, что я не видел никаких пушек, технологический уровень демонов, похоже, был даже ниже нашего. У них было оружие, как у Джангара, но отдельные солдаты были экипированы в средневековую экипировку. Это несоответствие привлекло мое внимание.

— У них много тяжелого оборудования. Неужели их чародейская магия не очень развита? — сказала Джуна, анализируя вражеские формации.

Чары усиливали базовые качества оружия и доспехов, поэтому в этом мире люди в военной форме могли сражаться с теми, кто был в полном доспехе. Наши собственные силы делились на бойцов типа Лисии, которые делали упор на скорость и носили офицерскую форму (плюс дополнительная броня в отдельных областях), и бойцов типа Карлы, которые делали упор на защиту и силу и носили тяжелую броню. Однако, если все демоны использовали тяжелую броню, возможно, они не могли пропитать свою одежду защитными чарами. Это действительно выглядело так, как будто у них была неполноценная технология.

— Мы не можем ослабить нашу охрану. У нас гораздо меньше солдат, чем у них, в конце концов, — сказал я, чтобы ни у кого не возникло идей.

— Конечно, — кивнула Джуна.

На нашей стороне, вероятно, было всего несколько тысяч человек, способных сражаться. В настоящее время мы были развернуты с Сурю в качестве форта, двумя линкорами, которые были перевезены в качестве орудийных батарей, и морскими пехотинцами, защищающими их. С нашей численностью и качеством оборудования, мы, вероятно, сможем отбить атаку демонов. Хотя, это зависело от того, что мобильное оружие Джангара не будет задействовано.

Джангар возвышался над демонами, словно массивная статуя.

— Айша. Ты можешь сказать, какие расы находятся на стороне демонов?

— Рогатые - это огры, я полагаю. Но не искаженные, как те, которых мы видели в Республике. Больше похожи на людей с рогом на лбу. Я также видела бронированных ящеров, но они похожи на людей с хвостами, плюс чешуя на конечностях, — сказала Айша, прикрывая глаза рукой, когда смотрела на них. — Остаются те, у кого крылья летучей мыши... Они похожи на монстров, называемых вампирами. Еще есть орки и кобольды. Они выглядят так, как ты ожидаешь, но носят доспехи.

— Господин кобольд... — отреагировала Томоэ.

Они из той же группы, что и кобольд, который пощадил Томоэ и мистических волков? Из того, что я слышал, у демонов не было искаженных форм, как у монстров. Как будто кто-то взял существ, которых мы называли монстрами, и сделал их более человечными. Мне казалось, что это еще больше подкрепляет теорию Жени о том, что жизнь зародилась в подземельях, которую мы расширили до постулата, что монстры были неудачными продуктами, созданными в результате ошибки в процессе.

— Хм...? — Когда Айша осматривала другую сторону, она вдруг нахмурила брови.

— Что это?

— Среди армии демонов есть существа, которые кажутся людьми.

— Что?!

Я тоже смотрел на демонов, но все они были просто точками в моих глазах. Мне действительно следовало взять с собой телескоп.

— Значит, среди демонических рас тоже есть люди?

— Нет, их численность кажется слишком низкой, чтобы сделать такой вывод... Люди и зверолюди обычно превосходят по численности долгоживущие расы, поэтому странно видеть их так мало. — Айша скрестила руки под грудью и застонала. — И их выражения лиц меня тоже беспокоят.

— Их выражения?

— Да. Многие из них выглядят испуганными. Они выглядят почти как защитники маленького замка, которым сказали, что на них нападает большая армия. Как будто они набрались храбрости, чтобы сражаться, если придется, даже если это будет напрасно.

— Ну, для этих демонов мы, вероятно, выглядим как захватчики.

Оказалось, что демоны сильно отличаются от того, какими их рисовали слухи. Я представлял их себе как воинственных варваров, грабящих города и деревни, а затем сжигающих то, что осталось. Но, возможно, они не так уж сильно отличались от человечества. Последняя война, должно быть, была случаем эскалации репрессий, которые вышли из-под контроля. Если так, то я хотел сделать что-то, чтобы разрядить эту пороховую бочку ситуации.

Я повернулся и посмотрел на госпожу Тиамат, которая стояла неподалеку в человеческом облике.

— Как долго нам еще так сидеть?

— Я уверена, что она свяжется с вами в ближайшее время... Видите?

Словно побуждаемый ее словами, черный куб медленно спустился с неба. Это вызвало множество разговоров и волнений на стороне демонов. Одни кричали, другие пели и танцевали. Я заметил, что они часто использовали слово "мау", повелитель демонов.

— Они говорят:"Это леди Мао", "Леди Мао здесь" и "Это наш ди..." что-то или кто-то еще.

— Ты действительно понимаешь язык демонов, да?

Томоэ навострила уши и переводила услышанное, что поразило Юригу.

Похоже, что способность Томоэ к переводу работала хорошо. Однако, я, который понимал общий язык этого континента, когда был призван, не мог ничего разобрать. Я мог понять куб, но не демонов. Это было еще одно несоответствие.

Затем от вершины куба, как только он приземлился на землю, поднялось колебание в воздухе, похожее на тепловую дымку.

— Это похоже на трансляцию драгоценностей... — пробормотала Джуна.

Она была права - это похоже на то, как мы использовали приемники фонтанной площади или магию воды Эксель для проецирования трансляции. Если так... что будет проецироваться? Пока я наблюдал, в конце концов появилось изображение...

— А...? — Я оказался шокирован, не предполагая увиденного. Все, что он показывал, это одинокую девушку.

Но... могу ли я назвать ее человеком?

Здесь, в этом месте с более чем десятью тысячами солдат, включая нас самих, она была настолько неуместна, что у меня помутилось в голове. Я уже несколько раз думал, что то, что я вижу, не может быть реальным, но этот случай превзошел все ожидания. У остальных была другая реакция.

— Девочка? — вопросительно сказала Айша.

— Она милая, но разве это не просто кукла? — предположила Джуна.

— Нет, не кукла. Картинка? Хотя, называть ее картинкой тоже как-то странно, — подхватила Надин.

— Это Владыка Демонов? Она не совсем то, что мы ожидали, да? — прокомментировала Юрига.

— Но демоны продолжают называть ее Леди Мао, или что-то в этом роде? — ответила Томоэ.

— Ее черты - черты милой девушки, но она не человек... Может быть, она манекен? — задался вопросом Ичиха.

О, точно! Никто из них не узнал, что это было, поэтому они не знали, живое оно или нет. Вполне справедливо. Без предварительных знаний это выглядело бы как движущаяся картинка, кукла... а может быть, даже фигура или манекен.

Это и есть истинная форма Владыки Демонов Дивальроя? Мау... Дивальрой... А-

— Ахххх!!!

— Вау?!

Мое внезапное восклицание испугало Надин. Я не позволил сомнительным взглядам, которые все бросали в мою сторону, обеспокоить меня, наклонившись, чтобы рассмотреть поближе.

Неудивительно, что он показался мне знакомым! Это была просто программа, которая читала текст, который вы вводили в нее. Но, когда на упаковке появилась симпатичная девушка и программа стала антропоморфной, многие люди полюбили ее. Она была жительницей цифровой сферы, но со временем ее стали называть цифровым идолом, способным проводить концерты в реальном мире.

Она была ДИВАлойдом.

Было создано множество ДИВАлойдов. Одним из самых популярных среди них была девушка с зелеными волосами, острыми кошачьими ушами, крыльями летучей мыши и хвостом, похожим на стрелу. Ее звали...

— ДИВАЛОЙД Mао...

Подождите. Владыка демонов Дивальрой - это программа преобразования текста в речь из моего старого мира? Я все еще работал над своим замешательством, когда 3D-проекция Мао протянула ко мне руку.

— Я ждала вас, господин Сома Казуя.

Она говорила на понятном мне языке.

— Я так долго ждала этого момента. Прошла целая вечность с тех пор, как мне доверили северных подопытных. Так долго, что я уже не в состоянии выполнять свои обязанности. Но теперь, наконец, пришло то знакомое, чего я так ждала. Прошу вас, пройдите в мой главный корпус. Чтобы закрыть дверь как можно скорее.

С появлением Владыки Демонов Дивальроя, она же ДИВАлоид Мао (далее "Мао"), война с демонами перед нами, казалось, была пока предотвращена.

Я взял с собой Айшу, Джуну, Надин, Хэла, Руби, Томоэ, Ичиху и Юригу, когда мы спускались с Сурю.

Затем, когда мы прошли половину пути к лагерю демонов, черный куб Мао послал вперед несколько демонов. Этот крупный мужчина с собачьей мордой - кобольд? Там была женщина, похожая на вампира в доспехах, и тяжеловооруженный ящер.

За ними стоял человек с темной кожей, как у Джирукомы или Комаин.

— Они довольно разнообразны... — сказал я себе.

— Наша сторона ничуть не хуже, — заметила Джуна, и я был вынужден согласиться, раз уж я об этом подумал. У нас были люди, зверолюди, драконы, темный эльф и небожитель.

Мы оказались лицом друг к другу, похожими на плавильный котел разных рас. И Мао, проекция которой теперь была в человеческий рост, склонила ко мне голову.

— Хорошо, что вы пришли, господин Сома Казуя. Я так долго ждала этого дня. Я бы с удовольствием пожала вам руку, но... — С этими словами Мао протянула руку в мою сторону. — Как видите, эта форма - всего лишь проекция. Надеюсь, вы не возражаете.

— О, это не проблема, но... у меня есть гора других вопросов.

— Что это может быть?

— Во-первых, эта форма - ДИВАлоид Mао, верно? Антропоморфизация программы преобразования текста в речь?

Мао кивнула в ответ.

— Да. Эта форма из той программы преобразования текста в речь, которая была популярна на Земле в 21 веке. Даже по стандартам серии ДИВАлоид, Mао, была чрезвычайно успешной.

— Хорошо... Повелитель демонов, будучи Мао, а также двухмерным существом... уже вводит меня в заблуждение. Но ты, та, кто говорит с нами через эту форму - ты отдельная сущность, в другом месте? Как актер за спиной?

Я спросил об этом, думая, что, возможно, кто-то заставляет Мао говорить все эти вещи, как человек за движущимся аватаром, но Мао только качнула головой в сторону.

— Это вроде как правда, но в то же время и нет. Я как ИИ, который управляет северными подопытными, и у меня нет тела. Но когда я общаюсь с органическими формами жизни, полезно иметь руки, чтобы выразить себя, верно? Вот почему я заимствую этот облик. Эта форма далека от долины сверхъестественного и не вызывает чувства тревоги у неосведомленных гуманоидов.

Эмм... Значит, Мао - это ИИ без физического тела, и она позаимствовала форму "ДИВАлоида Мао", чтобы установить контакт с людьми вроде нас... И это все? Долина сверхъестественного - это эффект, который возникает, когда что-то кажется слишком похожим на человека и вызывает неприятные чувства, верно? Это та вещь, когда люди пугаются восковых кукол или манекенов, потому что они выглядят слишком реалистично. Значит, она намеренно использовала блочный 3D-персонаж, чтобы избежать этого?

— Эм... сир? Я с трудом понимаю, что говорит этот человек.

Айша, которая не очень-то любила думать, смотрела на меня такими глазами, словно кто-то только что положил перед ней большой учебник по решению задач. Не волнуйся, Айша. Я тоже ничего не понимаю. Подожди... Значит, все могут понять Мао, да? Это был мой таинственный герой-переводчик за работой?

— Если подумать, ты назвала меня Сома Казуя, не так ли? — спросил я.

— Да. Это ваше имя, не так ли?

— Ааа. Это изменилось после того, как я женился. Теперь я называюсь Сома Э. Фридония.

— А, понятно. Вы были зарегистрированы у меня под своим именем во время вызова.

— Зарегистрирован...?

Как похоже на машину. Я понимаю, почему она называла себя ИИ.

В этот момент большой кобольд, который ждал позади Мао, вышел вперед.

— ○○○○, ○○○○.

Он что-то говорил, но я не мог разобрать.

Я посмотрел на остальных своих спутников, но пустые выражения их лиц сказали мне, что с ними должно быть то же самое. Тогда темнокожая женщина, стоявшая за кобольдом, которой на вид было около двадцати лет, заговорила.

— Гарогаро говорит:"Южные люди. Добро пожаловать. Я - Гарогаро. Представитель северного народа".

О, она собирается переводить для нас? В этот момент Томоэ шагнула вперед.

— Старший брат. Это правда, тот кобольд сказал:"Приветствую вас, люди юга. Я - Гарогаро, представитель северного народа".

— О?! Вы можете понять господина Гарогаро? — сказала женщина, а ее глаза расширились.

Томоэ усмехнулась.

— Я могу понять благодаря моей магии перевода. Ты выглядишь как человек, так почему ты с демонами?

— А! Эм... меня зовут Поко. После нападения монстров с севера я скиталась, потерявшись, когда эти демоны взяли меня в плен и привели в свой город. Меня привели сюда, потому что им нужен переводчик.

Ооо... Такие демоны тоже есть, да? Демоны были разумной жизнью, как и люди, поэтому, конечно, среди них тоже были хорошие и плохие люди. Некоторые из них были враждебны к человечеству из-за войны, но некоторые из них были рады помочь нуждающемуся человеку. Это было довольно похоже на человеческое поведение.

— △△△△, △△△△!

Женщина-вампир в доспехах что-то сказала Поко с суровым выражением лица.

— О, простите, мисс Лавин, — извинилась Поко перед рыцарем-вампиром.

Вероятно, она отчитывала ее за то, что она так много говорит на нашем языке. Поко не выглядела испуганной, поэтому, похоже, она не была слишком строгой.

Поко жестом указала на рыцаря-вампира и человека-ящерицу.

— Эээ... Это вампир Лавин Гор, а это ящер Кукудора. Они оба - важные представители своих рас, так что можете считать их чем-то вроде старейшин племени.

Ящерица протянула чешуйчатую руку.

— ××××, ××××.

— Он говорит:"Приятно познакомиться, старший брат," — сказала Томоэ.

— О... Приятно познакомиться, — ответил я, пожимая руку Кукудоре.

На ощупь он меньше напоминал кожу ящерицы и больше - виниловую куклу кайдзю, материал которой размягчился с возрастом.

Рыцарь-вампир, Лавин Гор, что-то сказала Мао.

— "Если это тот человек, о котором мы слышали, который может закрыть дверь, я считаю, что будет лучше, если он сделает это быстро," - вот что она говорит Мао, — сказала мне Томоэ.

Дверь... О, да, она что-то говорила об этом.

Мао посмотрела в нашу сторону, протягивая руку в мою сторону. — Лорд Сома. Пожалуйста, немедленно приезжайте в мой замок. Чтобы закрыть дверь.

— Что это за дверь, о которой ты все время говоришь?

— Врата, которые мы использовали, чтобы попасть в мир юга. Мы использовали их, чтобы эвакуироваться сюда, но не имели возможности закрыть их за собой. Вот почему врата до сих пор широко открыты и зовут северных монстров.

— Северные монстры... — пробормотал про себя Ичиха. — Я слышал, что когда появился Домен Владыки Демонов дверь в другой мир открылась, выпуская огромное количество монстров, которые нападали на города и деревни. Это и есть та самая дверь в другой мир?

— Ооо. Кажется, я тоже слышал о чем-то подобном, раз уж вы об этом заговорили, — сказал я.

— Да. Чтобы спасти моих детей, которых подталкивали к краю пропасти в землях на севере, я должна была позволить им сбежать в южные земли под юрисдикцию Тиамат. Однако, хотя я и смогла использовать неортодоксальные методы, чтобы соединить врата, у меня не было разрешения закрыть их. Именно вы имеете на это право, сэр Сома. Вы, знакомый с материнской планеты, и никто другой, — сказала Мао, глубоко склонив голову.

Увидев это, Гарогаро, Кукудора, Лавин Гор и Поко тоже склонили головы.

Пока я все еще чувствовал себя в замешательстве, сзади меня раздался мягкий голос.

— Пожалуйста, идите, — сказала госпожа Тиамат, которая, очевидно, стояла там уже некоторое время, пока я не заметила.

— Госпожа Тиамат?

— Она не может остановить это по своей воле. Даже если ее дети страдают, она также родила их мучителей, поэтому она не может вмешиваться сама. Если ты сможешь освободить ее от ограничений, это устранит источник страданий для людей на этом континенте.

— Вы всегда все объясняете таким окольным путем... — сказал я, заслужив слабую улыбку от мадам Тиамат.

— Есть много ограничений. Как на меня, так и на нее.

Ну... сидеть здесь без дела не помогло бы. Я хотел вступить в контакт с демонами и общаться с ними как можно более мирно. Если они приглашали меня прийти, то я получил именно то, чего хотел.

Я посмотрел на Халберта.

— Хэл... могу ли я рассчитывать на то, что ты будешь некоторое время управлять здешними войсками?

— Я не против, но... ты планируешь уехать?

— Да. Во-первых, мне нужно кое-чему научиться. Ничто не может начаться, пока я не узнаю, что происходит.

Хэл фыркнул.

— Попался. Предоставь это место мне и Руби.

— Вы спасли жизнь... Мао... э, госпожа Мао? Могу ли я взять с собой всех, кто здесь находится, кроме Хэла и Руби?

Мао кивнула.

— Спасибо, лорд Сома... Теперь, если позволите.

В следующее мгновение пейзаж вокруг нас изменился. Выжженная солнцем пустыня исчезла, сменившись тусклой металлической комнатой.

Эта комната... Здесь та же атмосфера, что и в лаборатории подземелья Жени, да?

Затем Мао раскинула руки и начала говорить.

— Добро пожаловать, господин Сома, в мое сердце.

Как только она это сказала, над нашими головами появилось массивное изображение. Это была проекция в воздухе, подобная тем, что используются в трансляции драгоценностей. На ней была изображена одинокая планета, парящая в космосе.

Это был слишком знакомый образ Земли.

Пока я смотрел на него, удивленный и потрясенный, Мао тихо заговорила.

— Сейчас вы узнаете, как появился этот мир, лорд Сома.

Мао начала рассказывать историю своим милым голосом ДИВАлоида.

Этот мир - продолжение мира, в котором вы когда-то жили, лорд Сома. По старому календарю это было бы начало двадцать второго века.

В результате неуклонного развития технологий человечество приобрело способность свободно изменять массу атомов, из которых состоят предметы. Проще говоря, это была технология, которую Тиамат и ей подобные - драконы - использовали при изменении размеров своих тел. С приобретением этой технологии человечество увидело такой же взрыв прогресса, какой, должно быть, произошел в древности с открытием огня. Любой предмет можно было увеличить в размерах при той же плотности атомов, а любую конструкцию, какой бы замысловатой она ни была, можно было уменьшить до размеров, слишком малых для человеческого глаза.

Первый был использован для решения проблем с энергией и продовольствием, а второй - для создания универсальных объектов, называемых "наномашинами", которые могут делать все, что угодно. Эти открытия способствовали массовому увеличению численности человечества, которая начала сокращаться. Справедливо сказать, что именно в эту эпоху человечество было наиболее активным.

После того как были решены вопросы продовольствия и энергии, а наномашины были запущены в работу для улучшения почвы и поддержания здоровья людей, были решены проблемы, которые были с человечеством на протяжении всего нашего существования, такие как войны и болезни. Все с волнением наблюдали за этими событиями, задаваясь вопросом: "Что будет дальше?" и "Какое новое светлое будущее нас ждет?. Их надежды, вероятно, проявились в увеличении рождаемости.

Кроме того, благодаря новым способам поддержания здоровья с помощью наномашин, уровень смертности снизился. И это еще не все. Манипулируя генами на эмбриональной стадии, люди смогли значительно увеличить продолжительность своей жизни... Да, именно так. Эта темная эльфийка стоит рядом с вами. Ее раса, наряду с другими долгоживущими расами, является продуктом этого процесса. Естественно, само по себе увеличение продолжительности жизни людей привело бы к взрывному росту населения, поэтому они снизили рождаемость этих новых человеческих рас. Поскольку человечество увеличивало свою численность с помощью подобных корректировок, в конце концов, его численность превысила прежний максимум. И расширенное население возобновило экспансию в космос, которая была отложена из-за снижения численности населения.

Вело ли человечество войну в космосе, как в манге и аниме? Это действительно произошло в начале продвижения в космос. Но во время этого нового расширения у них появились наномашины. Человечеству не нужно было строить гигантские станции в космосе; они могли распространять наномашины на планете, чтобы за короткий период времени придать ей климат, похожий на земной. Другими словами, терраформинг. При этом, с точки зрения эффективности, при терраформировании Луны, Марса и других планет Солнечной системы им нужно было начинать с нуля. Но при терраформировании за пределами Солнечной системы они выбирали планеты, которые уже были похожи на Землю.

Верно... Эта планета, на которой вы сейчас находитесь, является внесолнечной планетой, которая была терраформирована. И это также место, где было проведено множество экспериментов.

Они сделали это, чтобы найти человекоподобную расу, лучше всего подходящую для этой планеты, когда наше население переполнит Солнечную систему. Как я уже говорила, терраформирование на этой планете было не таким полным, как терраформирование на планетах Солнечной системы. Вот почему они закончили эксперименты в планетарном масштабе.

◇ ◇ ◇

- Место проведения эксперимента...

Я уже слышал о северном и южном полигоне. Имели ли они значение в данном случае? Было о чем подумать. Мне только что скормили больше информации, чем я мог обработать, и поэтому не знал как реагировать, а также, я чувствовал, что едва понимаю ситуацию.

Я повернулся, чтобы оценить реакцию остальных. Большинство из них склонили головы набок.

— Госпожа Джуна... Ты поняла ее? — спросила Айша.

— Примерно половину, да. Я потеряла нить, когда она начала говорить о планетах, — ответила Джуна.

— Если Джуна не поняла её, то у остальных нет ни единого шанса, — добавила Надин.

Рядом с ними Томоэ повернулась к Ичихе и спросила.

— Ты понял, Ичиха?

— Едва ли... Я уловил суть, но не уверен, что до конца понял, — сказал он. — Я чувствую некоторый... ужас при мысли, что эта планета была создана людьми, которые могли бы быть потомками Его Величества.

— Да... Когда ты так говоришь, это не смешно, — подхватила Юрига. — С нами обращаются как с животными для их экспериментов.

Томоэ, Ичиха и Юрига на удивление хорошо следили за развитием событий, возможно, благодаря своему гибкому мышлению. И, похоже, Ичиха особенно хорошо понимал ситуацию. Казалось, он испытывал чувство, которое можно назвать "космическим ужасом". Страх того, что существуют сущности, которые создали нас и которые однажды могут нас уничтожить, был продемонстрирован в произведениях, подобных мифу о Ктулху.

— Было упоминание об испытательных полигонах. Я помню, вы назвали эту половину планеты испытательным полигоном госпожи Тиамат, верно? Это как-то связано? — спросил я, и Мао кивнула.

— Разделение тестовой площадки на северное и южное полушария было просто еще одной частью теста. Чтобы проверить, к чему приведут различия между администраторами.

Как только Мао сказала это, на экране появилась карта мира в нашем понимании. На ней был изображен континент Ландия с горным хребтом Звездного Дракона в центре, а также архипелаг Девятиглавого Дракона и два острова Царства Духов с несколькими точками. Что представляли собой эти точки?

— Исследователи, созданные для того, чтобы понять какой вид человеческой расы наиболее подходит для этого мира. Для этого нужно было использовать образцы.

— Образцы?

— Расы, которые вы называете зверолюдьми, кобольдами, гномами, эльфами и другими полулюдьми. Мы исследовали, какая из них лучше всего приспособилась к этой планете. А "пробирки", которые мы использовали в нашем эксперименте, были тем, что вы называете подземельями.

— Подземелья?! — Ичиха и я закричали в унисон.

Значит, подземелья тоже являются частью этого, да? Значит ли это, что теория Жени о том, что жизнь зародилась в подземельях, верна?

Мао продолжила свои объяснения.

◇ ◇ ◇

Я думаю, вы знаете, что до тех пор, пока у них есть ядро подземелья, подземелья будут создавать определенное количество жизни и поддерживать экологическую систему внутри себя. Почти все существующие подземелья неисправны, поэтому они производят отбраковку... Другими словами - монстры; но изначально они были пробирками, используемыми в поисках хорошо приспособленных полулюдей.

Первоначальная цель подземелий была... Ну, приведу пример: чтобы проверить, подходит ли та зверолюдка-волчица, которая у вас есть, для этого мира, нужно было создать ее расу, затем создать экологическую систему внутри подземелья, где они могли бы размножаться. Если раса успешно развивалась, то в конце концов они обнаружили бы, что внутреннее пространство подземелья слишком тесное. Самые смелые из них выйдут наружу, и если они смогут выжить в этом мире, то поведут свою расу за собой.

На этом задача подземелья на некоторое время заканчивалась, и оно приступало к следующему эксперименту по разведению. Этот повторяющийся процесс привел к тому, что полулюди, которые смогли успешно размножиться и выйти из своих подземелий, распространились по северному и южному полушариям.

Тиамат и я были теми, кто управлял подземельями, в которых создавались полулюди.

В северном полушарии я наблюдала за своими подопечными как развоплощенный ИИ. Тем временем, в южном полушарии Тиамат было дано тело, и в обмен на прохождение через процесс смерти и возрождения ей было позволено оставить своих потомков, управляющих полигоном на протяжении многих поколений. Родственники Тиамат - драконы и дракониды, родившиеся в результате их смешения с другими расами, были созданы в это время. Вот почему они не существуют в северном полушарии.

Я и Тиамат... Будем мы жить вечными жизнями или ограниченными... Живем в одиночестве или в кланах... Изучение влияния подобных различий было частью эксперимента. Все это делалось для того времени, когда человечество, слишком разросшееся, однажды придет на эту землю...

◇ ◇ ◇

Все потеряли дар речи.

Было просто слишком много шокирующих откровений. Цель существования всех полулюдей в этом мире, смысл существования госпожи Тиамат и Мао... Если бы об этом стало известно, это повергло бы общество в хаос. Хорошо, что я ограничил количество людей, пришедших со мной.

И все же... Подопытные, да? Были ли кости монстров и драконов, которые мы обнаружили в королевской столице, следами того, что подземелья давным-давно создали жизнь? И они уничтожили себя так давно, что не осталось никаких записей, кроме окаменелостей... возможно? То есть, по сути, кости, которые мы использовали для создания Мехадры, были не от драконов горного хребта Звездного Дракона, а были созданы для эксперимента в подземелье? Поэтому никто не рассердился на нас за то, что мы использовали их для борьбы с гигантским существом?

Мао продолжала говорить.

— Окружающая среда этой планеты постепенно развивалась. Ее пригодность для жизни была доказана, когда ты был послан сюда из прошлого, Сома. Ты, не получивший особых способностей получеловека.

Ну, если бы окружение не было готово, думаю, я бы просто умер, когда Альберт вызвал меня. Я слегка вздрогнул, подумав об этом.

— Но сколько бы мы ни ждали, старик так и не пришел... — сказала Мао, выражение ее лица стало печальным.

Они так и не пришли? После того, как приложили значительные усилия для терраформирования планеты и пошли на то, чтобы провести эксперимент с эльфами, зверолюдьми и тому подобными существами?

— Может быть... была война между теми, кто живет на Земле, и теми, кто в космосе... или что-то в этом роде? — спросил я. Как в аниме.

Мао покачала головой.

— Нет. Все гораздо менее мрачно, но более глупо.

— Менее мрачный, но более глупый?

— Да. Старое человечество просто потеряло мотивацию.

◇ ◇ ◇

Полностью переделав Луну и Марс по образу и подобию Земли, человечество прозрело. С этого момента все будет повторяться снова и снова. Как бы они ни увеличивали свою численность, распространяя свои семена по всей Вселенной, это будет просто повторение того, что они делали до этого момента, повторение их прошлой истории.

Человечество все это время придумывало новые идеи в поисках того, чего ему не хватало. При капитализме процветают богатые, и желание быть богаче других - вот что движет людьми. При социализме богатство делится, чтобы устранить бедность. Обе системы имеют свои светлые и темные стороны, но в своей основе они обе решают вопрос о том, как люди должны жить и что создаст наибольшее счастье в реальности, где существуют различия между людьми.

Но что, если бы научный прогресс сделал так, чтобы все были довольны? Чтобы каждый человек мог жить в достатке? Что, если бы в стремлении к большему богатству не нужно было бы подниматься выше? Что если бы не было бедности? Что, если бы единственные различия были настолько малы, как наличие двух или трех дополнительных зерен риса, чтобы съесть их на следующий день? Стали бы вы воевать из-за такой ничтожной разницы? Отправились бы вы к далеким звездам только из-за этого? Стали бы вы пытаться увеличить численность своего населения, чтобы превзойти другие народы? Стали бы вы заводить детей в обществе, где вы могли бы сами контролировать продолжительность своей жизни?

Если бы существовал какой-то проект, который невозможно завершить при вашей жизни, вы могли бы доверить его будущим поколениям, но в мире, где большинство вещей можно сделать при вашей жизни, захотели бы вы создать семью?

Вы понимаете, к чему я веду...? Люди пытаются делать что-то, потому что есть вещи, которые они не могут сделать. Это их подпитка в жизни. Это движет их эмоциями и заставляет их влиять на других. Лорд Сома, есть разница в том, сколько проживете вы и ваша жена темный эльф и дракон. Я уверен, что вы боретесь с этим. Есть разница между вами, который оставит их позади, и ими, которые будут оставлены позади. Ты не хочешь, чтобы они чувствовали себя привязанными к тебе. Вы хотите, по крайней мере, оставить им семью, с которой они могли бы быть вместе. Эти очень человеческие эмоции рождаются в результате вашей борьбы с реальностью.

Однако, человечество, получив удовлетворение, зашло в тупик.

Человеческая психика должна была расти вместе с развитием науки, но рост человеческого духа был слишком медленным, чтобы поспевать за наукой. В результате... человечество превратилось в затворников в окрестностях Земли.

◇ ◇ ◇

— А? Они превратились в затворников? — Я не мог не ответить ей эхом на это неожиданное развитие событий.

Мао кивнула.

— В том смысле, что у них пропало желание выходить на улицу, и они довольствуются тем, что остаются дома, они стали замкнутыми.

— Послушайте, я понимаю, что вы хотите сказать, но... — Это напомнило мне о том, как только вы привыкаете к доставке, у вас пропадает желание ходить в магазин так часто. — Вся человеческая раса превратится в затворников? Это трудно представить...

— В конце концов, к тому времени наука продвинулась настолько далеко, насколько это было возможно. Они даже могли использовать энергию, текущую через их тела - биение их сердец - для создания машин, которые могли поддерживать себя, так что у людей не было особых причин работать вообще. Фактически, это был мир, в котором некоторые видели единственную ценность своей жизни в том, чтобы служить аккумулятором для машин.

— Ладно, да, это начинает казаться утопией для затворников.

Мы дошли до того, что мне было трудно представить себе то, о чем мы рассказывали. Я скрестил руки и склонил голову на одну сторону.

— Но если бы в их жизни закончились неудобства, разве они не обратились бы к внешнему миру, чтобы найти больше неудобных вещей?

В мое время, до того как меня привезли сюда, были люди, которые устали от жизни в городе и отправились в поход, чтобы насладиться его неудобствами.

На лице Мао появилось неловкое выражение.

— Вы правы, но с развитием технологии VR они смогли создать виртуальные миры, которые задействовали все пять чувств так, что они были неотличимы от реальности. Если они хотели испытать неудобства, они могли отправиться в виртуальный мир, чтобы сделать это без риска для жизни и конечностей, и испытывать любые неудобства столько раз, сколько им заблагорассудится. Будь то жизнь в мире меча и колдовства, как этот, или жизнь в эпохе Рейва, из которой вы пришли.

— Итак... Что ты хочешь сказать?

— Я уверена, что человечество на Земле обеспечивает свои машины энергией, живя в виртуальных мирах по своему желанию. Не в антиутопическом смысле, как это показано в ваших фильмах, а потому что они сами решили погрузиться в миры лжи.

Ух ты, какая кучка затворников... Неужели это действительно то, что случилось с человечеством в будущем? Было ли что-то, что они не могли сделать в виртуальном мире?

— О! А как насчет семьи? Даже если они влюбились и завели детей в виртуальном мире, эти данные - не реальный ребенок, верно? Неужели никто не возразил против этого?

— Виртуальные реальности могут быть общими, поэтому если они поделятся спермой и яйцеклетками с людьми, которых они там встретят, они могут завязать романтические отношения в этом виртуальном мире, и в результате у них появится реальный ребенок. Хотя, поскольку срок жизни больше, чем в вашу эпоху, они придают меньше значения кровным узам.

— Точно...

— Конечно, были люди, которые выступали против этого. Они переселялись на терраформированные планеты и начинали жить там. Это были лунарии, о которых говорит лунарианская ортодоксия, и предки людей, живущих на этом мире. Тем не менее, из-за смешения с полулюдьми они уже стали новой расой, отличной от старого человечества.

У меня больше не было возражений. Если бы я углубился в эту тему, то начал бы беспокоиться, что и этот мир может быть ненастоящим, и что если госпожа Тиамат или Мао говорят мне обратное, то только потому, что они так запрограммированы, поэтому я решил, что лучше остановиться. Кроме того, старое человечество - это не то, о чем Мао действительно хотела поговорить.

— Я понимаю, что старое человечество так и не пришло. Теперь я хотел бы услышать, что вы хотите сказать по поводу демонов и монстров, — сказал я. Что такое демоны? И что такое монстры?

Мао кивнула.

— Поскольку старое человечество так и не пришло, этот испытательный полигон размером с планету оставили, чтобы он продолжал существовать в прежнем виде.

◇ ◇ ◇

Я уже упоминала, что экспериментальные планеты, подобные этой, были подготовлены с расчетом на расширение активной сферы деятельности человечества из-за взрывного роста населения. Однако, этот прогноз оказался необоснованным, и человечество ограничилось Землей и ее ближайшими окрестностями, оставив планеты, подобные этой, в покое. Даже будучи покинутыми, мы, администраторы, продолжали эксперименты, потому что они были причиной нашего существования. Это означает, что мы создавали подземелья, рождая расы, подходящие для этой планеты, на протяжении веков, тысячелетий, дольше, чем вы можете себе представить... Снова и снова...

В конце концов, подземелья начали давать сбои. Они извергали жизнь, которая была явно искажена. Вот что такое монстры.

Тела монстров гнили или были похожи на лоскуты других существ, потому что неисправные подземелья утратили способность правильно собирать жизнь. Тиамат, управляющей югом, было позволено производить свою собственную родословную и обновлять себя на протяжении поколений. Между поколениями ей удалось удалить программу, которая заставляла ее создавать подземелья.

Наверное, поэтому в южном полушарии ограниченное количество подземелий.

В северном полушарии мне поручили постоянное управление регионом, поэтому я до сих пор создаю подземелья, которые дают сбои, извергая монстров. Хуже того, они создали несколько массивных, мощных монстров, которых нет на юге. На севере нет большого континента, как в Ландии; вместо этого он состоит из бесчисленных островов, больших и малых, но разумные формы жизни, которые являются моими детьми, все равно обнаружили, что их владения постепенно съедаются монстрами. В конце концов, их загнали на последний остров. Я не могла больше смотреть на это...

Хотя это может быть вызвано неисправностью, я была тем, кто породил монстров, поэтому у меня не было разрешения причинять им вред. Я могла использовать это роботизированное оружие, чтобы перебить детей Тиамат, но у меня не было разрешения нападать на монстров. Вот почему... цепляясь за крупицу надежды, я перебралась в южное полушарие вместе с выжившими разумными формами жизни. Я надеялась, что Тиамат уничтожит меня, которая была связана своей программой, чтобы продолжать создавать неисправные подземелья.

Если меня уничтожат, то, по крайней мере, на севере не будет создано ни одного нового подземелья, и мы сможем закрыть ворота между севером и югом.

◇ ◇ ◇

— ...Вот так мы появились на этой земле, — закончила Мао.

Это была невероятная история. О! Так вот почему она напала на Горный Хребет Звездного Дракона, да? Чтобы госпожа Тиамат уничтожила ее.

— Ты хочешь сказать, что у тебя был этот Джангар, но ты все равно не смогла справиться с монстрами? — спросил я.

— Этот Джангар изначально не был предназначен для боя. Не кажется ли вам странным, что оружие, предназначенное для практических боевых действий, выглядит как робот из вашего аниме?

— Хорошая мысль.

— Это был макет, сделанный для воссоздания аниме-робота. Подумайте об этом, как если бы музей создал копию требюше. Даже если она функциональна, это просто антиквариат, неуместный в современной эпохе. Эта копия Джангара и эта странная "мобильная крепость для осадной войны" были единственным оружием в моем распоряжении.

Копия и диковинное оружие... И это то, чему проиграли объединенные силы человечества во главе с Империей? Что бы подумала Мария, будь она здесь? Они были сделаны с помощью технологий далекого будущего, так что они все еще были достаточно угрожающими в этой эпохе. И, несмотря на наличие этих вещей, демоны не могли использовать их против монстров.

— Это означает... что демоны сражались с монстрами напрямую? С таким старым снаряжением, которое было на них во время нашей схватки с ними на побережье?

— Да...

Они, должно быть, боролись больше, чем я могу себе представить. Должно быть, для Мао это было мучительно - не иметь возможности протянуть им руку помощи. Она была вечным существом, поэтому ей пришлось бы терпеть эту боль невероятно долго. Я понял, почему она была в таком отчаянии в Горном хребте Звездного Дракона.

Мао пристально посмотрела на меня и сказала.

— И все же, через десять лет после приезда на юг, я обрела надежду.

— Надежда?

— Под этим я подразумеваю вас, господин Сома.

Я? Все мои спутники повернулись и уставились в мою сторону.

Мао продолжила.

— Тебя вызвала система вызова в Парнаме... поэтому ты можешь остановить меня.

◇ ◇ ◇

Система вызова Парнама изначально была создана для транспортировки больших объемов материалов и иммигрантов, которые ожидались с Земли. Чтобы выразить это в понятных для вас терминах, Лорд Сома, представьте ее как массивную "Дверь в любое место" с функцией перемещения во времени. Она может мгновенно перемещать людей, материалы и массивное оружие, такое как Джангар, с Земли.

При этом большинство наномашин, питавших его, перестали функционировать и теперь спят глубоко под землей. С оставшейся вокруг Парнама энергией он может вызывать только одного человека раз в несколько столетий. Именно так. Использование обряда вызова героя - это то, что вызвало вас сюда.

Однако, как я уже говорила, эта система никогда не использовалась для миграции, потому что человечество на Земле превратилось в затворников. Система больше не нужна, но люди, которые пришли сюда, потому что отвергли виртуальный мир, и стали предками нынешних людей на этой планете, решили оставить ее на месте.

Изначальная Тиамат, другие администраторы, которых в разных регионах помнят как богов-зверей, и я - те, кого мы называем "старыми". Мы и другие системы, такие как подземелья, защищены, чтобы подопытные не могли влиять на нас. Если бы из-за смены поколений люди потеряли свои права администраторов, у них не было бы возможности справиться с системой, которая дает сбои, как у меня.

Поскольку они были обеспокоены такой возможностью, мигранты построили город над Парнамом, позволив ему накапливать энергию через повседневную жизнь жителей и вызывать человека с правами администратора во время кризиса. Для того чтобы вызванный человек мог общаться с местными жителями, они даже подготовили систему, позволяющую ему понимать местный язык, и сделали так, чтобы другие могли понимать, что говорит человек.

◇ ◇ ◇

— Ах! Так вот оно как, а!

— Что?! Сир? — воскликнула Айша, удивленная моим собственным внезапным восклицанием.

— О, простите. Слушая ее рассказ, кое-что из сказанного ею привлекло мое внимание.

— Это... было?

— Да. В прошлом я думал о том, почему мои языковые способности искажены.

Языковая способность, которую дала мне система вызова, работала не совсем правильно. Я понимал письменный язык этого мира, мог читать и писать на нем. Но разговорный язык был другим. Я понимал местный язык, а Лисия и остальные тоже понимали мой японский. Но они не могли подобрать слова, которые не имели эквивалентных понятий в этом мире, и не понимали вещей, передаваемых через песню.

Когда Джуна пела песни, которые она слушала с моего телефона, она просто дословно воспроизводила звуки. Это означало, что она воздействовала на мозг людей, с которыми я разговаривал. Если бы она позволяла мне говорить на языке, как я могу писать на нем, то не было бы необходимости в такой извилистой системе. Казалось, система вызова отчаянно хотела сохранить мой язык в неприкосновенности.

Я понял это, когда Мао сказала: "Обнаружен поддерживаемый язык" - в горном хребте Звездного Дракона. Теперь это имело для меня смысл: причина системы вызова героев, и почему я был призван в этот мир.

— Меня вызвали сюда для технического обслуживания, когда вы начали вести себя неадекватно? А мой японский оставили нетронутым, потому что для этого нужен язык с Земли.

— Вас призвали люди этого мира, не по нашему приказу, но все остальное более или менее так, как вы догадались. Вот почему я пригласила тебя сюда. Чтобы вы прекратили мои функции, раз уж у меня появился баг.

Так вот почему она тогда попросила меня "приехать на север"? Это заняло у меня много времени...

— Есть ли какая-то причина, по которой меня выбрали? Похоже, это сделал бы любой.

— Хотя это правда, что вас вызвали сюда по чистой случайности, вы были выбраны из-за ряда заранее существующих условий. Во-первых, те люди, которые сейчас спят на Земле, где телесные модификации продвинулись так далеко, не подходят на роль администраторов. С учетом этого, было бы бессмысленно звать кого-то из столь давних времен, что он не сможет понять, о чем мы говорим.

Я кивнул, и она продолжила.

— Это означает, что нам нужно, чтобы человек был из двадцатого или двадцать первого века, и молодой человек, не имеющий родственников, который вызовет минимальное воздействие, если исчезнет. Также может потребоваться некоторая настройка на высокий уровень коммуникативных способностей или другие факторы, чтобы мы могли понимать друг друга.

Значит, меня просто выбрали наугад из списка людей, подходящих под нужды этого мира? Я был продуктом случайности, а не судьбы.

— Это... не совсем честно, не так ли? — сказала Джуна, сурово глядя на Мао. — Даже если у него не было семьи, у Его Величества был дом и семейная могила, и, возможно, друзья тоже. Просто слишком жестоко отрывать его от всего этого и списывать все на "совпадение".

— Да, — согласилась Надин, кивая. — Я рада, что он пришел в этот мир, и мы смогли с ним познакомиться, но мне неприятно слышать о том, почему это произошло.

Айша тоже выглядела несколько недовольной. Я был благодарен им за заботу.

Мао склонила голову набок и посмотрела на них.

— Но ведь это не мы вызвали сюда господина Сому?

О.

Если подумать, она была права. Это бывший король вызвал меня, а Мария подговорила его. Мао вообще не принимала в этом никакого участия. Альберт и Мария тоже уже были членами семьи, так что у меня не было людей, на которых я мог бы разозлиться из-за этого.

Как бы то ни было, я более или менее знал, для чего Мао хотела меня использовать.

— Я понимаю, что исполнение вашего желания приведет к решению проблемы Домена Владыки Демонов. Так что же я должен сделать в первую очередь? — спросил я.

Мао вывела на экран проекцию береговой линии. Среди пляжных и океанских пейзажей было одно место, которое выглядело искривленным и шатающимся.

— Это ворота, которые мы использовали, чтобы попасть на юг. Этот город был построен с той же целью, что и Парнам, но я использовала его функции для переноса самого города. Дыра, открывшаяся при этом, до сих пор призывает монстров с севера.

— Ооо, это то, что они называли вратами в другой мир.

Еще в самом начале мне рассказали о вратах, которые появились в самой северной точке континента и начали выплевывать монстров.

Мао кивнула.

— Северное и южное полушария были отдельными испытательными полигонами, и обычно они не могли мешать друг другу. Конец северного моря - неисследованная территория, но там есть поле помех восприятия, которое не позволяет путешествовать с севера на юг и с юга на север.

— Значит, на нашей карте было только южное полушарие...

— Да. И открытие северных ворот нарушило этот закон. Лорд Сома. Пожалуйста, скажите:"Я разрешаю вам закрыть эти транспортные врата".

— Что будет, если я сделаю...?

— Я смогу предотвратить проникновение монстров из северного полушария. Это также положит конец периодическим вспышкам монстров, которые вы, люди, называете "демоническими волнами".

— А?! Демонические волны?! — удивленно воскликнула Юрига.

— Не могу поверить, что их можно так легко решить... — удивленно моргая, сказал Ичиха.

Если подумать, когда Ичиха и Юрига жили в Союзе Восточных Наций, их страны обе были на грани уничтожения демоническими волнами. Я мог бы положить конец этому ужасу, дав ей разрешение...?

Мао сказала.

— Волны демонов представляют угрозу и для нас. Поскольку я породила чудовищ, я не могу остановить их вторжение. Поскольку я не могу использовать оружие, как Джангар, выжившие с севера отчаянно держатся в этом единственном городе.

Должно быть, ей было нелегко. Даже если Мао была искусственным интеллектом, у нее были человеческие эмоции, поэтому она должна была бороться с этим.

Я посмотрел на госпожу Тиамат, чтобы убедиться, что все в порядке, и она кивнула. Мне показалось, что она говорит:"Пожалуйста, исполни ее желание."

— Понял... Мао, я разрешаю тебе закрыть эти транспортные врата.

— Спасибо.

После этого искаженная область на изображении мгновенно исчезла. Теперь на нем были только пляж и море. В этот момент одна из проблем, стоящих перед человечеством, исчезла без следа.

— Это было... хорошо? — спросил я.

— Да. Пока сойдет. Самая большая угроза жизни моих детей устранена. Большое спасибо, — с улыбкой сказала Мао.

Стоп, подождите. Она только что сказала "пока"?

— Эм... Под "пока" ты имеешь в виду?

— Неисправности, с которыми я сталкиваюсь, нужно устранять одну за другой. Мы разобрались с самой насущной проблемой, но если мы не перейдем к другим, другая, еще более серьезная проблема может в конце концов дать о себе знать. Это не изменит того факта, что количество подземелий в северном полушарии растет, и оно превратилось в горнило, наполненное монстрами. Если что-то откроет еще одни врата, все повторится сначала.

.........

Не означает ли это, что это глубоко укоренившаяся проблема, на решение которой уйдет много времени? Мао улыбнулась, а я уставилась на нее, потеряв дар речи.

— Это правда, что проблему будет трудно решить в краткосрочной перспективе. Но это не меняет того факта, что непосредственный кризис предотвращен. Вы все, должно быть, устали, поэтому, пожалуйста, оставайтесь в этом городе некоторое время. Я уверена, что вы беспокоитесь за своих раненых.

— А?! О, да! Карла и остальные в порядке?! — спросил я.

Мао повернула ладонь вверх и сделала жест, как гид в туристическом автобусе.

— Я покажу вам. Пожалуйста, следуйте за мной.

Она привела нас в другое открытое помещение, отличающееся от предыдущего. Потолок был высоким, и здесь было так же просторно, как в лаборатории Жени в подземелье, но из-за массивного предмета, занимавшего центр комнаты, атмосфера казалась странно угнетающей.

Это... аквариум? Там был резервуар, который выглядел как массивная версия одного из круглых аквариумов, похожих на перевернутую медузу. Он был достаточно большим, чтобы Надин могла поместиться в нем в своей форме рю, если бы свернулась калачиком.

Массивный резервуар был заполнен полупрозрачной зеленой жидкостью, и в нем плавало бесчисленное множество людей. Одни были одеты во фридонийскую форму, другие - в пиратские доспехи Архипелага Девятиглавого Дракона, третьи - в доспехи кочевников Империи Великого Тигра. Карла, которая была ранена, защищая меня, была там вместе с ними.

— Карла! — крикнул я, бросаясь к ней, когда заметила ее. Разве они не должны были ее лечить?! Они как будто консервируют ее в формальдегиде!

Пока я размышлял об этом, рядом со мной появилась Мао.

— Пожалуйста, не волнуйтесь. Этих людей лечат.

— Лечение? Вот что это такое?

— Да. Они подвешены в дышащем жидком лекарстве, в то время как наномашины и специально выращенная водоросль хлорелла обрабатывают их раны. Эта система восстановления может исцелить большое количество людей одновременно. После них могут остаться шрамы, но она спасет их, даже если их сердца недавно остановились.

— Тогда ладно...

Я понятия не имел, как работает эта техника будущего, но если Мао сказала, что она справится, значит, она справится. Мне было не по себе от того, что останутся шрамы, но пока Карла жива, этого было достаточно. В конце концов, если она умрет, я не смогу извиниться или позволить ей злиться на меня.

Вздохнув с облегчением, я склонил голову перед Мао.

— Пожалуйста, позаботьтесь о них для нас.

— Да. Вы можете на меня рассчитывать... Сейчас. — Дав мне твердый кивок, Мао склонила голову набок. — Я лечу солдат другой армии одновременно с вашей, лорд Сома, но вы уверены, что хотели, чтобы я это сделала?

— Да... Пожалуйста, сделайте это. Исцелите также солдат Фуги.

Если бы я заставил ее лечить только моих людей, Фуга не принял бы это близко к сердцу. Это может быть использовано в качестве пропаганды, чтобы сказать, что мы были в тесных связях с демонами. Более того, если дать людям Фуги испытать преимущества технологии демонов, это поможет предотвратить неприятности в будущем.

Айша начала считать на пальцах.

— Эмм... Мы закрыли дверь для монстров на севере, и мы проверили, что с Карлой и остальными все в порядке. Битва с демонами на данный момент приостановлена... Было ли что-нибудь еще?

Когда она спросила об этом, я скрестил руки и повертел головой по сторонам.

То, что было решено, и то, что не было... Я чувствовал, что между этими двумя категориями существует очень мало задач, которые мы могли бы решить сейчас.

— Теперь, когда мы знаем состояние северного полушария, закрытие двери не решит эту проблему, но... это даст нам время. Это не то, с чем мы можем что-то сделать немедленно. Я также не хочу торопить лечение Карлы и остальных... Так что, если мы и можем что-то сделать сейчас, так это прекратить военные действия и поговорить о том, что мы можем сделать в будущем. Но и то, и другое подождет, пока мы не соединимся с Эксель и основными силами.

— Хм, — Юрига подняла руку, — Я думаю, нам нужно объяснение для моего брата. Будут проблемы, если мы встретимся как есть.

Она была права. Я не хотел, чтобы он разрушил возможность диалога.

— Давайте свяжемся с ним по трансляции... Я думаю, что это все, что мы можем сделать на данный момент? — сказал я.

— Нам вдруг стало нечем заняться, да? — сказала Джуна, положив руку на щеку.

Мы все неловко посмотрели друг на друга. Проблемы, с которыми мы столкнулись, были невероятно масштабными, и в то же время мы уже сделали все возможное, чтобы немедленно их решить. Казалось, что у нас слишком много свободного времени.

Мао усмехнулась и сказала.

— Пожалуйста, отдохните в этих землях некоторое время, если не возражаете. У нас нет места для всех этих солдат, поэтому им придется разбить лагерь за стенами, но некоторые из вас будут рады прогуляться по городу.

— Вы уверены? Я дам строгий приказ своим людям не создавать проблем, но в прошлом мы вели с вами войну, помните?

— Да. — Мао кивнула. — Я ожидаю, что мои дети еще долгое время будут идти рядом с вами, поэтому я хотела бы постепенно наладить взаимопонимание. Для этого вам нужно узнать о нас, а нам - о вас.

— Понял... — Я оглянулся на своих спутников. — Вы слышали ее. Я собираюсь вернуться к носителю и связаться со всеми, у кого есть драгоценность. Айша и Джуна, вы идете со мной.

— Да, сэр, — с готовностью ответила Айша.

— Понятно. — Джуна сложила руки над сердцем и кивнула.

Надин подняла руку, глядя на меня с некоторым недовольством.

— Подожди, Сома... А как же я?

— У меня к тебе просьба, Надин, — сказал я, положив руку ей на макушку. — Я бы хотел, чтобы ты охраняла Томоэ, Ичиху и Юригу. У меня есть для них работа. Я пошлю с тобой Хэла и Руби, так что охраняй их для меня. Томоэ, Ичиха, Юрига... вы слышали, без неприятностей, ясно?

— Хорошо.

Они стояли втроем, криво улыбаясь.

— Я хочу, чтобы вы пошли вперед и разведали город. Вы все уже взрослые, поэтому вместо того, чтобы сопровождать кого-то более взрослого, я хочу, чтобы вы гуляли сами по себе, изучали то, что вас интересует, и то, что вы считаете нужным знать. То, что вы увидите и услышите, и что вы об этом подумаете, будет иметь прямое влияние на нашу национальную политику. Имейте это в виду.

Они больше не были детьми. Они также не просто шли с нами. Было несправедливо ожидать, что они останутся там, где мы сможем за ними наблюдать. Мы по-прежнему были связаны семейными узами, но в будущем мне придется полагаться на них троих как на отдельных людей. Это заставляло меня остро ощущать, как быстро проходит время, но... в этом не было ничего негативного. Это было доказательством того, что подрастает следующее поколение.

— Я рассчитываю на вас троих.

— Да, старший брат.

— Да.

Все они решительно кивнули, и я повернулся к Мао, удовлетворенный.

— Если подумать... я ведь еще не слышал название этого города? Как он называется? — спросил я.

Мао посмотрела прямо мне в глаза и ответила.

— Этот город должен был стать "дверью", которая принимала людей с материнской планеты, и поэтому он был назван Халга.

— Халга...

— Да. Полагаю, если проследить их историю, ваш Парнам происходит от того же слова.

— Что?! Парнам должен был это иметь в виду?

Языковой дрейф превратил его из Халги в Парнам? Это... довольно шокирующее развитие событий, не так ли? Если Халга означает дверь, как сказала Мао, то даже если я был вызван случайно, то неизбежность того, что кто-то будет вызван в Парнам, была неизбежна. Вспоминая то время, когда меня вызвали, меня охватило странное чувство, которое я не мог выразить словами.(п.р.: про города - тут, скорее всего, была какая-то игра слов на японском, но передать это почти невозможно)

Замок Мао возвышался над центром города демонов, Халги. Планировка города была похожа на Парнам: замок располагался в центре круглых городских стен, а главные дороги тянулись прямо от него. Однако, хотя они называли его замком, он был похож на ствол огромного дерева или массивный столб. Сома описал бы его так: колонна, которая упала с неба, потом застряла в земле, но осталась стоять... .

Сам замок был метко назван замком Мао. В сочетании с городскими стенами он выглядел как вращающаяся верхушка, наполовину утопленная в песке. Из-за нехватки строительных материалов многие дома были построены из камня, и хотя Мао с помощью своей силы смогла найти для них источник воды, земля пожелтела от песка, занесенного извне.

Если бы вы не смотрели на него со стороны, а смотрели вниз с точки обзора, позволяющей видеть весь город, было бы трудно понять, что он имеет тот же дизайн, что и Парнам.

Глядя на группу, собравшуюся перед входом в замок Мао, Надин пробормотала.

— Ух, ничего себе... Вот это у нас вечеринка-приключение, да?

В группу входили трое, которых Сома отправил вперед: Томоэ, Ичиха и Юрига, а также их защитники - Надин, Хэл и Руби. К этим шестерым присоединился кобольд Гарогаро, которого демоны послали в качестве проводника, а также рыцарь-вампир Лавин Гор и человек-переводчик Поко.

Кстати, Кукудора, ящер, который был с ними, когда они приветствовали Сому, был существом немногословным - что было характерно как для него самого, так и для его расы в целом, поэтому он отказался от роли проводника, поскольку не подходил для этой задачи.

— Не знаю, как нам удалось собрать такую мешанину из разных рас, — со вздохом добавила Надин.

— Подожди, ты же одна из этой самой мешанины, — ответила Руби, не в силах удержаться от того, чтобы не подколоть ее.

Среди них было три человека, зверочеловек, небожитель, два дракона (один был рю), вампир и кобольд, что создавало мешанину рас, когда все выглядели совершенно непохожими друг на друга. Группа была еще более разнообразной, чем семья Сомы, в которой и так было много уникальных членов.

— ○○○○, ○○○○, — сказал Гарогаро.

— ●○●○, ●○●○! — Поко быстро поправила.

— ○○○○, ○○○○? — Гарогаро склонил голову набок.

Все, кроме Томоэ и Лавин Гор, понятия не имели, о чем они говорят.

— Конечно, неудобно не понимать языки друг друга, — сказала Юрига, скрестив руки.

— Да, — согласилась Томоэ с язвительной улыбкой. — Хотя они не говорят ничего такого важного. Поко переводила для него слова Надин и Руби. Гарогаро сказал:"Конечно, верно, что ящеролюд с оленьими рогами - это необычно"- а Поко сказала:"Эта леди, очевидно, дракон". Склонив голову набок, Гарогаро ответил: "Дракон? На юге есть такие драконы? " . И... вот и все.

Руби, которая слушала объяснения Томоэ, ухмыльнулась Надин.

— Хм. Ящеролюд, да? Вот как он назвал тебя, Надин.

— Хи-хи, ты давно не пыталась меня так спровоцировать... — Надин бросила косой взгляд на Руби, которая ответила ей дерзкой улыбкой. — Если ты хочешь драки, я с радостью дам тебе ее, понимаешь?

— Пожалуйста. Я покажу тебе, на что мы, военные, способны.

— Не стоит недооценивать девушку с прогноза погоды, которую любят жители Парнама, хорошо? Если я поговорю с жителями города, ты больше никогда не сможешь ходить туда за покупками.

— Почему вы так странно популярны среди простых людей...?

Когда Надин и Руби уставились друг на друга, продолжая свои старые выходки, Халберт поспешно вмешался, чтобы остановить их.

— Прекратите, вы двое. Демоны смотрят, — предупредил Халберт.

— Хмф!

Они обе раздраженно отвернулись.

Когда Лавин Гор услышала, что сказал Халберт (с переводом Поко), она посмотрела на него и сказала.

— △△△△, △△△△.

— А? Что? Я сказал что-то, что обидело ее? — спросил Халберт, обращаясь за помощью к Томоэ.

Томоэ кивнула с язвительной улыбкой.

— Эмм... Лавин Гор говорит:"Называть нас демонами - то же самое, что называть нас монстрами. Это оскорбительно."

— А? О... Простите. Я не знал.

Халберт кротко склонил голову, а Лавин Гор выглядела удивленной, а затем сердито повернула голову в сторону. Халберт, похоже, не понял, что это значит, поэтому Гарогаро объяснил ему с помощью перевода Поко.

— ○○○○, ○○○○. — (Перевод Поко: Она не ожидала извинений, поэтому не знает, что теперь делать со своим гневом. Еще недавно мы были врагами, и это была деликатная ситуация. Она должна быть на взводе, чувствуя, что не может позволить относиться к себе легкомысленно).

— Понятно... Тогда это было еще более необдуманно с моей стороны, — ответил Халберт, неловко почесывая голову.

Ичиха, который слушал, сделал задумчивое выражение лица и сказал.

— Это сложный вопрос. Мы не знаем языков друг друга, и мы не знаем, на что обидится другая сторона. Мы так привыкли говорить на нашем общем языке, что у нас нет опыта общения на иностранных языках.

— Языки большинства стран - это просто диалекты общего языка, как торговый сленг. Это делает его удобным при ведении переговоров, — добавила Юрига.

— Единственный настоящий иностранный язык, который мы слышим, - это язык старшего брата, — подхватила Томоэ. — Но таинственная способность героя к переводу позволяет всем его понимать.

Ичиха кивнул.

— На данный момент, давайте сообщим, что то, что их называют демонами, расстраивает их. Не могли бы вы спросить их:"Как бы вы предпочли, чтобы мы называли вас вместо этого?". Томоэ?

— Конечно. Я могу это сделать.

Томоэ задала вопрос Ичихи, и Лавин с гордостью ответила.

— △△△△, △△△△. — ( Наша родина на севере была миром с огромными морями и множеством больших и малых островов. Поэтому мы называли себя людьми моря, или сидийцами).

— Люди моря...?

— △△△△, △△△△. — ( Нам сказал Мао, что этот мир, в отличие от мира севера, имеет один большой континент, поэтому мы называем вас жителями земли, Ландийцами).

— Ландийцы?! — Томоэ, Ичиха и Юрига одновременно вскрикнули от удивления.

Надин, Халберт и Руби посмотрели на них троих косо.

— Неужели это такой сюрприз? — спросила Надин.

— Огромный! — воскликнула Томоэ. — Как называется континент, на котором мы живем?

— Ландия? — Надин ответила с сомнительным взглядом. — Ооо, да, похоже, да? Или точно так же?

— Да. Этимология должна быть одинаковой, — сказала Томоэ, эмоционально переживая это открытие. — Наши родители и учителя учили нас, что этот континент называется Ландия. Но никто не знал, откуда взялось это название. Теперь, после разговора с сидийцами, я знаю, что название нашего континента означает земля.

— Когда информация неясна, возможны самые разные интерпретации, — заметил Ичиха. — Я готов поспорить, что было много стран, которые использовали это в политических целях или для пропаганды. Это немного приоткрывает завесу тайны.

— И самое страшное, что, возможно, впереди еще много интересного, — добавила Юрига. — Я готова поспорить, что есть много вещей, которые мы могли бы собрать воедино, объединив то, что знаем мы, с тем, что знают сидийцы. И хорошее, и плохое.

— О-о, это имеет смысл...

Наден, Халберт и Руби кивнули, очень впечатленные этим объяснением.

Они могли понять, почему троица из Королевской академии была удивлена. Межкультурная коммуникация сталкивается не только с языковым барьером - могут быть и такие проблемы.

Представители группы Королевства кивнули, понимая, что им придется представить Соме подробный отчет.

— Пока что мы можем называть их сидийцами, а себя - ландийцами, хорошо? — предложила Надин. — Эти слова не кажутся такими уж плохими.

Все согласились с ее предложением.

Затем Гарогаро, который наблюдал за этим обменом мнениями, заговорил.

— ○○○○, ○○○○? — ( Извините. Мне кажется, что вы понимаете наш язык, юная леди?)

— О, да. Моя магия позволяет мне общаться с людьми и животными, — объяснила Томоэ, отчего глаза Гарогаро расширились.

— ○○○○! ○○○○, ○○○○? — (Ооо! Если подумать, у тебя волчьи уши и хвост... Может быть, вы уже разговаривали с кобольдом?)

Глаза Томоэ расширились прежде, чем Поко успела закончить переводить для остальных.

— Да. Это был кобольд, который спас нас, когда мы были в опасности много лет назад... Вы случайно не знаете его?

— ○○○○, ○○○○. — (Значит, я был прав... Юная мисс, у меня есть просьба.)

— Просьба? — спросила Томоэ, наклонив голову набок.

Гарогаро глубокомысленно кивнул головой.

— ○○○○, ○○○○. — (Да. Пожалуйста, приходите в нашу деревню и встретьтесь с нашим батором).

◇ ◇ ◇

Пока Томоэ и остальные отправились в город-замок, мы находились в комнате на борту затонувшего островного судна Сурю.

— Итак, я полагаю, что это более или менее проясняет ситуацию.

Проецируемые изображения Лисии и Хакуи потеряли дар речи.

Айша, Джуна и я использовали драгоценный камень на борту носителя, чтобы связаться с Лисией в Парнаме и сообщить ей о ситуации. Хакуя тоже был там, потому что мы попросили его приехать из Королевства Эйфория на случай непредвиденных обстоятельств.

Было трудно рассказать им о том, что случилось с Карлой, а также о частичном уничтожении одного из наших островных носителей, но не было смысла скрывать это, поэтому я прямо рассказал об этом.

— Ну, если считать ущерб, нанесенный "Сурю", ценой того, что он защитил вас и остальной флот, то можно сказать, что потери были сведены к минимуму, — сказал Хакуя, придя в себя быстрее, чем Лисия.

Затем, придя в себя, когда услышала его слова, Лисия подошла к драгоценности так близко, что я подумал, что она выпрыгнет из проекции.

— Забудь об этом! Карла в порядке?!

— Д-да! Она... — Я кивнула слегка поморщившись, когда Лисия крикнула. — Они сейчас лечат ее. Мао сказала мне, что ее жизни ничего не угрожает.

— О... Слава богу... — Лисия облегченно выдохнула, а затем быстро покачала головой. — Нет, сейчас не время радоваться этому. Там есть люди, которые действительно погибли.

Она была права. Нельзя было радоваться только потому, что кто-то из наших близких выжил. Карла и те, кого забрала Мао, выжили, но многим не повезло. Многие не отделались лишь тяжелыми ранами; многие были распылены лучевым оружием, а многие погрузились на дно моря. Их смерть была моим бременем.

— Это все моя вина... Я позволил импульсу Фуги заставить меня отдать нашу судьбу в его руки. Если бы я лучше справился с ситуацией... возможно, мы бы не потеряли всех этих людей.

— Сома...

— Но времени на сожаления нет. Нам нужно поторопиться и решить, как вести себя дальше.

— Верно, — кивнув, ответил Хакуя. — Мы должны решить, как поступить с демонами и Фугой, пока между нами не возникли ненужные трения. Оставь свои сожаления на потом.

— Да, я знаю... — согласилась я. — Лисия.

— Что?

— Когда я вернусь, я хочу, чтобы ты действительно отчитала меня, — сказал я с серьезным выражением лица, и Лисия слегка улыбнулась.

— Да, конечно. Только убедитесь, что вы все вернетесь домой в безопасности.

— Хорошо.

Это было успокаивающе - знать, что дома нас кто-то ждет.

◇ ◇ ◇

— Это... это то самое место? — спросила Томоэ.

Они находились на северной окраине города-замка.

— Да, — ответил ей Гарогаро, кивнув. — Это район, в котором мы, кобольды, живем.

Если посмотреть вокруг, то у женщин, стоящих перед домами и разговаривающих, и у детей, бегающих по дороге, у всех были собачьи уши и хвосты. Открытые участки кожи женщин были покрыты гладким мехом, а у мужчин были еще и собачьи морды.

Группа из Королевства привыкла видеть Томоэ и Инугами, поэтому их это не смутило. Однако, их смутило то, как трудно было отличить кобольда, собаку или зверя-волка.

Трудно отличить сидийских кобольдов от ландийских зверолюдей. Если отбросить эти понятия, трудно определить их только по виду... "Так вот о чем беспокоился Его Величество?" - подумал про себя Ичиха. Сома и Хакуя рассказали ему и Юриге обо всех возможных проблемах, которые, по их мнению, могут возникнуть при встрече с демонами. В том числе и об отсутствии различий между зверолюдьми и демонами.

— Гарурун Батар! — воскликнул Гарогаро, когда они стояли перед одним из каменных домов. — ○○○○, ○○○○! — ( Ты дома?! Это сын Ругаруги, Гарогаро! Здесь есть кое-кто, с кем я хочу тебя познакомить!)

Глубокий голос изнутри дома ответил.

—□□□□? □□□□, □□□□. — ( Гарогаро? Можешь войти.)

— ○○○○, ○○○○. — ( Тогда мы так и сделаем. Давайте, гости, я хочу, чтобы вы вошли со мной).

По настоянию Гарогаро Томоэ с группой зашли внутрь.

В доме из каменной кладки было темновато, но сквозь открытые отверстия, служившие окнами, пробивался мягкий свет. В нем они увидели пожилого кобольда в кресле-качалке. Его длинные, заросшие волосы выдавали его возраст и скрывали глаза и подбородок. Если бы Сома был рядом, он бы сказал, что пожилой кобольд похож на йоркширского терьера.

Старый кобольд одной рукой поднял волосы с глаз, чтобы посмотреть на них.

— □□□□, □□□□. — ( Вы пришли сегодня с довольно большой группой. Это не только вы с женой?)

— А? Жена? — Надин в замешательстве склонила голову набок, следя за переводом.

Поко застенчиво повесила голову и объяснила.

— Видите ли... мы с Гарогаро женаты.

— Что?! Ты?! — промурлыкала Надин.

— △△△△, △△△△, — ( В этом нет ничего странного.) — сказала Лавин, скрестив руки. — △△△△, △△△△. — ( Мы приютили Поко после того, как на нее напали монстры. Здесь, в Халге, живет много таких, как она, и с момента нашего прибытия прошло почти двадцать лет. Вполне ожидаемо, что между ними произойдет некоторое смешение).

— Но я слышал, что человечество и вы, эм... сидийцы вели интенсивную войну. И что там были резня, изнасилования и многое другое, — сказала Надин.

— △△△△, △△△△. — ( Я не собираюсь отрицать, что такие вещи случались. Но Ландийцы совершали злодеяния и против нас. Это была война, в конце концов).

— Похоже, это пример проблем, которые могут возникнуть, если рассматривать монстров и сидийцев как одно и то же, как и сказал нам Его Величество, — сказал Ичиха, подводя итог.

Он говорил о теории, что человечество считало сидийцев ничем не отличающимися от монстров и уничтожало их, как опасных животных, а затем, не осознавая этого, попало в ситуацию тотальной войны. Учитывая то, что произошло на данный момент, получается, что человечество напало на сидийцев, пока те сражались с монстрами, а затем супер-оружие Мао уничтожило их.

— △△△△, △△△△. — ( Это правда, что некоторые из нас массово убивали ландийцев... Но они были привлечены к ответственности за свои преступления после войны).

— О, понятно... Ммм... Извините.

— △△△△, △△△△. — ( Нет, вам не за что извиняться...)

На лицах Надин и Лавин Гор появилось неловкое выражение.

Пожилой кобольд, Гарурун, выглянул в окно и пробормотал.

—□□□□, □□□□. — ( Мы все отчаянно пытались выжить, но и ландийцы делали тоже самое. Возможно, нам следовало остаться в северных землях. Разве мы только не продлили путь разрушения на юг?)

— ○○○○, ○○○○! — ( Что ты говоришь?! Такой батар, как ты?! Ты стоял в авангарде, ведя нас к выживанию все это время, не так ли?! Не отрицай своих достижений!) — крикнул Гарогаро, не в силах больше слушать.

Юрига прошептала на ухо Поко.

— Эй, я тут подумала, а что такое "батар"?

— Мне сказали, что это означает "герой"... Гарурун Батар сейчас в отставке, но долгое время возглавлял кобольдов.

Гарогаро стоял высоко и гордо.

— ○○○○, ○○○○. — ( И вы не просто приносили несчастье всем вокруг. Разве не ты сказал: "Однажды, давным-давно, я предупредил тех, у кого волчьи уши и хвосты, о грядущей опасности". Ты помог им спастись от нападения монстров).

— □□□□, □□□□. — ( Даже когда я это сделал, это было из-за корыси... чтобы заставить себя чувствовать себя лучше. Не то чтобы я оставался с ними до конца. Я даже не могу с уверенностью сказать, что они выжили).

— ○○○○, ○○○○, ○○○○! — ( Батар, ты можешь гордиться! Эта девушка с волчьими ушами и хвостом - одна из тех, кого ты спас! И она говорит, что понимание языка кобольдов спасло ей жизнь!) — сказал Гарогаро, указывая на Томоэ.

Услышав это, Гарурун был потрясен и на мгновение замолчал. Но затем его челюсть упала, а глаза расширились настолько, что это было видно даже за его густым мехом.

— □□□□, □□□□. — ( Ее...? Та, с которой я разговаривал, была гораздо меньше, но... Нет, это было так давно, не так ли? Правда, если бы она была жива сегодня, она была бы примерно в возрасте этой девушки...)

— ○○○○. ○○○○, ○○○○. — ( Батар. Это та самая девушка, которую ты спас в тот день).

— □□□□, □□□□? — ( Но почему она здесь? Разве она не сбежала на юг?)

— ○○○○, ○○○○. — ( Вы, должно быть, слышали, что с юга пришла армия. Тот, о ком нам говорила леди Мао, у которого была власть закрыть врата. Эти врата, которые мучили нас все это время, теперь закрыты. А она - почетная младшая сестра того человека).

— □□□□, □□□□? — ( Юная леди, не могли бы вы подойти сюда?)

По мановению руки Гаруруна Томоэ подошла и опустилась перед ним на колени. Когда она это сделала, он потянулся вниз, обхватив ее лицо обеими руками.

— Вы та юная девушка, с которой я разговаривал тогда?

— Да.

— О! Ты понимаешь наш язык. Тогда сомнений быть не может.

— Да. Спасибо... за спасение меня, моей семьи и всей расы мистических волков.

Со слезами на глазах Томоэ осторожно положила свои руки на мохнатые, которые касались ее лица.

— Все это время... я хотела сказать вам спасибо. Благодаря тебе я, моя семья и все остальные в порядке. Благодаря тебе мы спаслись, смогли встретиться со старшим братом, и благодаря этому сегодня я здесь.

Томоэ сыграла важную роль в правлении Сомы. Она помогла создать условия для выращивания носорогов для поезда носорогов, а также увеличить количество виверн, которых они могли погрузить на островные носители. Кроме того, именно она обнаружила Ичиху в Союзе Восточных Наций, и сомнительно, что Юрига приехала бы в Королевство, если бы не Томоэ.

Если бы не Томоэ, Королевство Фридония, возможно, не выросло бы в великую державу, которой оно стало. Возможно, оно не смогло бы отправиться в Домен Владыки Демонов наравне с Империей Великого Тигра Хана. Если бы Томоэ не добралась до Королевства, такое будущее могло бы и не наступить. Без сомнения, Гарурун был тем, кто помог этому случиться.

Глаза-бусинки Гаруруна увлажнились.

— О, понятно... — пробормотал он. — Значит, все, что я делал, было не напрасно.

— Вовсе нет! Я счастлива и здорова благодаря вам!

Томоэ одарила его улыбкой, более лучезарной, чем солнечный свет, проникающий через окно.

◇ ◇ ◇

— □□□□, □□□□! — ( Га-га-га! Давай, пей, молодой!) — сказал Гарурун, поднимая свой кубок.

— Конечно... Вот так.

Халберт сидел в пабе и пил с Гаруруном, который обнимал его за плечи. Когда они впервые встретились, Гарурун показался им старым и немощным, но встреча с Томоэ, казалось, вдохнула в него новую жизнь, и он превратился в такого же веселого старика, как Оуэн. Сейчас он весело утопал в алкоголе.

Он хотел выпить с Томоэ в честь праздника, но она, Ичиха и Юрига решили отказаться от спиртного, сославшись на то, что позже им нужно будет отчитаться перед своим королем, поэтому он захватил Халберта в качестве замены.

Руби с беспокойством наблюдала за ними.

— Эй? Это правда нормально? — Руби спросила Гарогаро, но кобольд только посмеялся.

— ○○○○, ○○○○. — ( Наш батар был измотан после долгой борьбы, но теперь он так бодр... Ооо, какой радостный сегодня день!)

— Ах... Я так рада за тебя, Гарогаро. — Его жена, Поко, тоже была растрогана до слез и вытирала рукавом уголки глаз.

Существовала реальная разница в том, насколько эмоциональными были ландийцы и сидийцы. Лавин Гор, единственная сидийка, сохранявшая спокойствие, потягивала свой напиток, словно не желая принимать в этом никакого участия. Надин нахмурила брови, глядя на вампира.

— Эй, ты уверена, что можешь позволить им продолжать в том же духе?

— △△△△, △△△△. — ( Кобольды известны своими сильными эмоциями... Честно говоря, я не могу за ними угнаться).

— Да, да... Я знаю, что ты чувствуешь.

— Ах-ха-ха... Но ты же человек, да, Поко? — спросил Ичиха, криво улыбаясь.

Поко кивнула, слезы все еще стояли в ее глазах.

— Да. Я была родом из кочевого племени в пустошах, но я отстала от семьи и племени, когда напали монстры... Когда я скиталась, на меня напал монстр, но Гарогаро и его люди спасли меня. Надеюсь, с моими людьми все в порядке... .

Поко опустила лицо, выглядя немного одинокой. Гарогаро ободряюще положил руку ей на плечо. Они казались хорошей парой, заботящейся друг о друге.

И тут Томоэ осенило.

— Поко, у тебя довольно темная кожа. Она напоминает мне некоторых людей, которых я знаю, таких как Джирукома и Комаин. Может, вы из одного племени?

— О! Ты знаешь наших вождей?!

Поко наклонилась ближе. Томоэ отступила назад, испугавшись, и многократно кивнула.

— Да. Они вели беженцев на юг и прибыли в королевство Фридония... вернее, в королевство Элфриден, как оно называлось в то время. Я был членом их группы беженцев, и они очень хорошо заботились обо мне... Значит, вы говорите, что они были вождями вашего племени?

— Да. Я из племени Джирукома. Были ли в группе беженцев другие люди с темной кожей?

— Эмм... Это была очень большая группа, так что я не уверена, сколько их было, но я видела их довольно много.

Поко выглядела облегченной, услышав это.

— О, понятно... Значит, им удалось добраться до юга... .

— ○○○○, ○○○○? — ( Разве это не здорово, Поко?) — спросил Гарогаро.

— Да! — ответила Поко с улыбкой.

Когда все немного успокоились от этой неожиданной, но радостной новости, Ичиха открыл рот, чтобы сказать.

—Его Величество попросил нас узнать больше о северном мире и о том, как живут сидийцы. Не могли бы вы рассказать нам, что вам известно?

— Полагаю, первый вопрос должен быть о том, есть ли какие-нибудь сидийцы, кроме тех, что живут в этом городе, верно? — сказала Юрига, но Гарогаро покачал головой.

— ○○○○, ○○○○. — ( Мы тоже этого не знаем. Все, что мы знаем, это то, что мы единственные, кто добрался сюда...)

— Хм? Что это значит? — спросил Ичиха.

— △△△△, △△△△," ( Я уже говорил. Мир севера, из которого мы пришли, был миром островов и моря).

От имени Гарогаро отвечала Лавин Гор.

— △△△△, △△△△. — ( В нашем мире были сотни средних и больших островов и бесчисленное множество маленьких - как разбросанных по морю, так и расположенных в некоторых местах близко друг к другу. Они могли находиться так близко, что море между ними было похоже на реку, а иногда там были огромные водные просторы. Вот такой это был мир).

— Похоже на наш Архипелаг Девятиглавого Дракона, — прокомментировала Юрига.

— Да. — Томоэ кивнула в знак согласия.

— △△△△, △△△△. — ( Бесконечные нападения монстров вынудили нас бежать с острова на остров. Невозможно узнать, как обстоят дела у остальных жителей Сидии. Возможно, некоторые остались позади, и они где-то укрылись. Если повезет, может быть, даже найдутся острова, избавленные от нападений монстров).

— В каком-то смысле, сидийцы тоже беженцы, да? — задалась вопросом Юрига.

— Да, — согласился Ичиха. — Что вы можете рассказать нам о своей жизни в этом городе? Смогли ли вы обеспечить себя?

— ○○○○, ○○○○. — ( Благодаря Леди Мао, мы смогли выращивать урожай в городе. Мы едим их, наш скот и всех съедобных монстров, которые нападают на нас).

— Ты можешь определить, какие монстры съедобны, без системы идентификации, как у Ичихи? — продолжила Юрига. — Или ваши желудки настолько выносливы, что вы можете съесть любого монстра?

Лавин Гор с досадой пожала плечами.

— △△△△, △△△△. — ( Как долго, по-вашему, мы имеем дело с монстрами? Для нас не составляет труда определить, какие из них съедобны, а какие нет).

— Ты, должно быть, накопила гораздо больше опыта работы с ними, — сказал Ичиха, похоже, впечатленный. — Только около двадцати лет назад, когда появился Домен Владыки Демонов, мы впервые столкнулись с угрозой монстров за пределами подземелий. Но вы, жители Сидии, сталкиваетесь с ними гораздо дольше. Знания передавались от родителей к детям, от мастера к ученику и, естественно, совершенствовались с течением времени. А это значит...

— Они находятся на другом уровне, чем мы, да? — сказала Юрига, удовлетворенная объяснением. Сидийцы, вероятно, уже разработали систему идентификации монстров, основанную на их собственном опыте.

Лавин Гор дерзко улыбнулась.

— △△△△, △△△△. — ( Монстры представляли угрозу, но на них было интересно охотиться. После каждой тяжелой битвы с новыми видами мы думали о том, что делать с их останками. Хотя, когда наши потери были тяжелыми, было трудно думать об этом. Те, у кого были силы сражаться, могли наслаждаться этим, но те, у кого их не было, в конце концов, постоянно находились в состоянии опасности).

— Подожди... Это звучит как... — У Юриги было такое выражение лица, словно она что-то поняла.

— Юрига?

Томоэ собиралась спросить ее об этом, но Ичиха заговорил первым, спросив Гарогаро.

— Я хотел уточнить. Хотят ли сидийцы вернуться домой, в северный мир, или вы надеетесь поселиться здесь навсегда?

— ○○○○, ○○○○. — ( Если мы можем вернуться, мы хотим этого. Мир севера - наша истинная родина).

— △△△△, △△△△ — ( Но даже если бы мы вернулись сейчас, потребовалось бы много работы, чтобы восстановить районы, захваченные монстрами. Как ни жалко это признавать.) — сказала Лавин Гор с издевательским смехом над собой. — △△△△, △△△△. — ( Если вы скажете, что ваш король закрыл эти проклятые ворота, то жители Халги на некоторое время обретут мир. При условии, что ни один Ландиец не попытается украсть у нас этот последний город).

— Ооо... Да. Похоже на то, да? — Юрига выглядела так, будто укусила что-то неприятное.

Должно быть, она вспоминала своего брата. Если Фуга намеревался продолжать войну, это закрыло бы путь к примирению между ландийцами и сидийцами, который наконец-то открылся.

Через мгновение Юрига испустила долгий вздох.

— Что ж, сейчас нам придется полагаться на переговоры между моим братом и моим надежным мужем. Я, конечно, тоже сделаю все возможное для примирения.

— Юрига... — Надин выглядела немного обиженной. — Я ценю твои чувства, но... просто помни, что он и мой муж тоже, хорошо?

Поняв, что Надин был раздосадована тем, что услышала от нее слово "мой", Юрига поспешно покачала головой.

— Я знаю это, леди Надин.

— Ну, тогда все в порядке.

Все посмеялись над этим обменом мнениями.

Они чувствовали, как тяжелая атмосфера, которая начала оседать в комнате, ослабевает. Но...

— □□□□, □□□□! — ( Выпивка! Будем пить, пока не опустеет погреб!)

— Не переусердствуй, старина! О, Боже, кто-нибудь, помогите мне остановить его!

Один человек был уже совершенно пьян. Все они смотрели друг на друга, обмениваясь кривыми улыбками, слушая жалобные крики Халберта о помощи.

— Ландийцы и сидийцы, да?

В комнате, приготовленной для нас в замке Мао, я бил себя по голове, читая отчет Ичихи, который принесла мне Юрига.

Что касается вопроса о том, как нам называть демонов, мы решили пока называть их сидийцами. Некоторые из сидийцев желали вернуться домой, другие просто хотели жить в безопасном месте. Они были очень похожи на группу беженцев, возглавляемую Джирукомой и Комаин. Вообще-то, учитывая последовательность событий, приведших сидийцев в Халгу, они, по сути, были беженцами. Учитывая это, мы, вероятно, могли бы справиться с этой ситуацией таким же образом.

Если бы они настаивали на возвращении домой, мы бы их выгнали. Если бы они считали этот мир своим новым домом, мы бы их приняли. Разница была лишь в том, что на этот раз мы бы выгнали их на кишащую монстрами территорию, так что они не собирались уходить легко. Возвращаться на север с лучшими солдатами было бы самоубийством. Это означало, что они не смогут уйти, даже если захотят, а если мы попытаемся заставить их уйти, они запрутся в Халге.

Напряженная ситуация между нами и сидийцами продолжалась. Я хотел отложить принуждение их к принятию решения до тех пор, пока мы не сможем хотя бы создать системы поддержки их возвращения, но... с этим были большие проблемы.

— Вопрос в том... смогу ли я убедить Фугу...

Теперь, когда Фуга поднял кулак, он, вероятно, искал удовлетворительную причину, чтобы опустить его. Он собрал армию во имя полного освобождения Домена Владыки Демонов, поэтому ему нужно было достижение, которое приравнивалось бы к этому начинанию. Пока у него его не было, он не мог принять во внимание участь сидийцев.

"Мысли о том, как закончить войну, уже и так принесли достаточно головной боли..." - подумал я, вздыхая.

— Эээ... Извини, — извинилась Юрига, который была рядом со мной.

— О, виноват. Я не хочу винить тебя в этом, Юрига.

— Но это все из-за моего брата.

— Надеюсь, Фуга понимает, что фокус вопроса тоже изменился.

Нам удалось закрыть ворота на севере, но ситуация в северном полушарии оставалась неизменной. Неизвестно, когда стена между севером и югом может разрушиться, что позволит огромному потоку монстров устремиться на юг. Это уже дошло до того, что мир юга не мог справиться с ситуацией самостоятельно.

Юрига поднесла руку ко рту, словно размышляя о чем-то.

— Да... Проблема изменилась. Так что, возможно, мой брат сможет... — размышляла она.

— Хм? Что?

— Нет. Ничего страшного. — Юрига покачала головой.

О чем это было? Ну, неважно. Я вздохнул и снова поднял глаза к потолку. — Госпожа Мао. Если вы меня слушаете, не могли бы вы подойти сюда?

— Что-то случилось? — ответила Мао, внезапно появившись перед нашими глазами.

— Что?! — Юрига в шоке отпрянула назад.

Мао была проекцией, объектом данных и самим этим регионом. Она, вероятно, знала обо всем, что происходило в этом замке.

— Мы исправили вашу ошибку, верно? Теперь ты сможешь сама отвести сидийцев на север? — спросил я, но Мао извиняюще покачала головой.

— Мне очень жаль. С вашей помощью я смогла закрыть эти врата и прекратить работу функции, которая заставляла меня создавать новые подземелья, но это ошибка, которая развивалась в течение долгого времени... В результате старения, можно сказать, я не могу быть уверена, когда я могу вызвать еще одну опасную ситуацию. Быстрее всего было бы отключить меня совсем, но это означало бы бросить моих детей, поэтому... мне нужно оставаться активной еще немного.

Похоже, Мао была нужна им для поддержания этого города, иначе без оборонительных систем, подобных Джангару, сидийцам будет трудно выжить. Мао и раньше пыталась уничтожить себя ради них, но теперь для нее это был не вариант.

Кроме того... когда она выглядит как девушка и ведет себя так беспокойно, я не могу не сочувствовать ей, понимаете?

Если машина выходит из строя и становится угрозой для людей, она должна быть уничтожена. Но, поскольку ее проекция выглядела как человек и выражала свои опасения так, как это делал бы человек, стало гораздо труднее предлагать ее уничтожить. Неужели создатели Мао придали ей форму ДИВАлоида для того, чтобы люди так к ней относились? Есть ли у Астро Боя и Дораэмона свои собственные жизни и разум? Вправе ли человек рисковать своей жизнью ради машины? Я никогда не ожидал, что настанет день, когда я буду вынужден задавать себе подобные научно-фантастические вопросы.

Мао посмотрела прямо на меня.

— Однако, решив самые насущные проблемы, мы получили время, чтобы все обдумать. Кроме того, я собрала ваш голос и генетический образец, так что вы можете передать полномочия по отключению моих функций и некоторые другие ограниченные возможности тем, кто разделяет определенное количество вашей ДНК.

— Подожди, ты же не имеешь в виду Сиана и других моих детей?!

— Да. Ваши потомки, в пределах определенной степени родства, будут иметь возможность накладывать на меня ограничения.

Серьезно? Значит, не только я? Сиан, Казуха, Энджу, Леон, Кайто и все мои нерожденные дети, внуки и правнуки могут быть втянуты в это?

— Если страны юга решат отправиться в северное полушарие, то они захотят кого-то из твоего рода, Сома, — сказала Юрига, спокойно анализируя ситуацию. — Если они не смогут заполучить конкретно тебя, они захотят заполучить кого-то из твоих детей.

— Это не смешно. Боже. — Я схватился за голову.

Королевство Девятиглавого Дракона не было проблемой, потому что Сиан уже был помолвлен с принцессой Шаран. Однако, Ку - глава Республики - говорил, что хочет установить с нами официальные брачные узы, и я сказал ему, что рассмотрю этот вопрос, когда у него действительно появится ребенок. Что касается Королевства Эйфории, Мария вышла замуж в нашу семью, так что для них этого будет достаточно, пока у нас есть дети, но... как насчет всех остальных стран? Королевство Рыцарей Дракона и Королевство Духов были дружелюбны к нам или чувствовали себя в долгу перед нами, так что с ними все было в порядке. Было бы опасно, если бы Лунарианское ортодоксальное папское государство пришло за детьми. Но самое срочное...

Я посмотрел на Юригу, которая начала неловко чесать щеку, так как поняла, о чем я думаю, по одному только взгляду.

— Ну, мой брат захочет, чтобы мы поторопились и сделали ребенка, я уверена.

Наверняка... Самой большой потенциальной проблемой была Великая Тигриная Империя Хан. Если бы Фуга интересовался северным полушарием, он бы точно захотел иметь одного из моих потомков. Если у меня будет ребенок от Юриги, он, вероятно, захочет получить опеку над ним, а если у нас не будет детей, он, возможно, будет охотиться за одним из моих других детей. В любом случае, это не может быть более хлопотным делом.

— Лучше бы он дал мне передышку... — ворчал я.

— Я не думаю, что он это сделает. Я имею в виду, я только начала думать о том, что у меня может быть ребенок, после того, как услышала то, что она сказала...

— Что?!

Я в шоке посмотрел на Юригу, но она просто пожала плечами.

— Я все еще поддерживаю мечту моего брата. Я знаю, я сказала, что мы поженимся, чтобы я могла умолять его о жизни, если он потерпит неудачу, но что ж... Если мой брат решит заинтересоваться северным полушарием вместо того, чтобы объединить континент... думаю, я готова помочь ему заполучить одного из твоих детей, если он действительно в этом нуждается. Это также защитит королевство Фридония.

Как невероятно прагматично с ее стороны. Я понятия не имел, что сказать. Она была очень похожа на Лисию, когда дело касалось этого.

— Но как ты думаешь, его приближенные или люди будут готовы принять такую внезапную смену направления...? — спросил я.

— Да, в том-то и дело... — обреченно вздохнула Юрига.

Помимо амбиций Фуги по полному освобождению Домена Владыки Демонов, его цель заключалась в объединении континента, чего еще никто не совершал. Скорее всего, именно к этому Фуга стремился все это время, и его вассалы и люди, должно быть, надеялись, что ему это удастся.

Если бы он сказал, что отправляется в какое-то северное полушарие, которое они только что открыли, что бы подумали все эти люди? Не почувствуют ли они, что их надежды были обмануты? Потерял бы Фуга ту невероятную харизму, на которой держалась его огромная империя?

Юрига скрестила руки и застонала.

— Хм... Я не думаю, что он сразу же изменит курс, если отбросить вопрос о том, хочет он этого или нет. Он может решить, что хочет заполучить одного из твоих детей, чтобы после объединения юга отправиться на север. И если этот ребенок окажется моим, в котором течет кровь Хан, то тем лучше.

— Ааа... Да, я могу это понять.

Амбиции Фуги были грандиозными, к лучшему или к худшему. Имея перед глазами конечную цель, он бежал к ней, не обращая внимания ни на какие опасности, не беспокоясь о том, что может споткнуться по пути. А если он спотыкался, то мог признать, что не справился с задачей. Именно это отсутствие предусмотрительности и привело Фугу к тому, что он стал великим человеком.

— Может, мне стоит попросить Томоэ добавить меня в ротацию... Ей будет неудобно следить за моим состоянием, но я не могу быть суетливой... — . пробормотала про себя Юрига.

Я чувствовал, что если скажу что-нибудь, то навлеку на себя беду, поэтому я оставил ее в покое. Мы должны были провести семейное собрание по этому поводу, когда вернемся.

"Я приношу только плохие новости, да?" - подумал я, схватившись за голову.

— Лорд Сома. Раненые прошли полный курс лечения, — внезапно доложила Мао, совершенно не связанная с тем, о чем мы говорили.

Она сказала это со всей бодростью автоматического водонагревателя, сообщающего, что ванна готова... Подожди, раненые?!

Придя в себя, я закричал.

— Точно! Что случилось с Карлой и остальными?!

— Лечение завершено. Однако, быстрое восстановление требует выносливости, поэтому я ожидаю, что пройдет еще некоторое время, прежде чем они очнутся. Я прикажу поместить их в другую комнату, чтобы они отдохнули.

— Значит, они в порядке?! Слава богу...

Когда я откинулся в кресле, Юрига положила руки мне на плечи, чтобы обеспечить дополнительную поддержку. В этот момент в комнату вошла Джуна и отсалютовала в военно-морском стиле.

— Ваше Величество, флот бабушки только что прибыл.

— Они справились, да?

Если Эксель приплыла, то Кастор был с ней. Если учесть, что я едва уклонился от необходимости показывать Кастору его дочь, плавающую в аквариуме, то, возможно, он выбрал удачное время. Тем не менее, Карла чуть не погибла из-за меня, а она спасла мне жизнь. Я намеревался принять любой гнев или обиду ее отца в мою сторону.

Мне было бы лучше, если бы он просто сорвался с места и ударил меня, но... если он действительно приложит всю свою силу, я умру, так что, надеюсь, он сдержится. Хуже всего будет, если он захочет пожаловаться, но будет вынужден сдерживаться, потому что я его сеньор. Даже если бы я ничего не мог с этим поделать.

Блин, это удручает...

Я жаждал одной из лекций Лисии.

Как только Эксель и Кастор присоединились к нам, мы поспешили в комнату, где отдыхала Карла. Кастор уже был проинформирован о ситуации. Он побледнел на мгновение, когда впервые услышал подробности, но с облегчением узнал, что ее лечат и ее жизни ничего не угрожает.

Когда я извинился за свои решения, ему оставалось только сказать.

— Нет... Если она смогла рискнуть жизнью, защищая своего сеньора, я не думаю, что может быть большая честь для того, кто родился в семье воинов.

Тем не менее, он, должно быть, волновался. Это было видно по тому, как быстро он шел к ее больничной палате.

— Карла! Ты в порядке?!

— О-отец?

Когда Кастор вбежал в комнату, Карла села в кровати и уставилась на нас пустым взглядом. На ней не было красных доспехов; вместо них она была одета в больничный халат, похожий на те, что использовались в моем старом мире.

Кастор схватил ее за плечи и встряхнул.

— Ты в порядке?! Где-то болит?!

— У меня болят плечи, когда ты за них хватаешься.

— О! Прости.

Кастор поспешно отпустил ее, и Карла неловко кашлянула. Затем она обхватила его руками.

— Я в порядке. Я чувствую себя измотанной, но ничего не болит.

— Слава богу...

Кастор упал на колени, облегчение лишило его сил. Несмотря на решительный вид, он сильно волновался.

Увидев его в таком состоянии, Карла обеспокоенно воскликнула.

— Отец?!

Когда Кастор успокоился, Эксель подошла к нему и сказала.

— Карла... Я так рада, что с тобой все в порядке.

— Ваше Величество! И бабушка тоже! — Ее глаза расширились, когда она заметила нас, а затем она посмотрела с глубоким облегчением. — Слава богу. Вы все выжили. Я не могу вспомнить, что произошло после того, как великан выстрелил в меня...

— Да. Ты спасла меня, Карла. Правда... я не могу отблагодарить тебя.

— Твоя самоотверженность спасла многих людей. Как твоя бабушка, я не могу не гордиться тобой.

— Н-нет, вы слишком преувеличиваете.

Карла судорожно замотала головой, но мы ничуть не преувеличивали. Если бы ее там не было, я мог бы умереть, а если бы я там умер, то, возможно, не было бы перемирия с сидийцами. Никто не мог сомневаться, что присутствие Карлы оказало большое влияние на настоящее.

— И еще... прости. — Я глубоко поклонился Карле. — Мои слишком оптимистичные решения привели к жертвам, которых мы могли бы избежать, и подвергли опасности твою жизнь. Мне искренне жаль.

— Сир, не надо так склонять голову! Это я решила подвергнуть себя опасности ради вас!

Карла махала рукой туда-сюда в торопливом отрицании, прежде чем остановиться и сделать глубокий вдох.

— Кроме того, — продолжала она, — я думаю, что могла бы сделать лучше. Однажды мне удалось защитить тебя, но я потеряла сознание и больше ничего не могла сделать, пока ситуация не закончилась, хотя принц Сиан был достаточно добр, чтобы предупредить нас.

— Итак, о Сиане... Это из-за него ты смогла так быстро среагировать и защитить меня...?

— Да. Когда он сказал, что вы не вернетесь, я заподозрила, что что-то может случиться.

Карла часто присматривала за детьми вместе с Лисией и другими. У меня и моих жен была работа, которую нужно было выполнять, и мы не могли тратить все свое время на воспитание детей, поэтому, скорее всего, Карла проводила с ними больше времени, чем кто-либо из нас. Из-за этого Карла заметила очевидную способность Сиана предсказывать опасности ближайшего будущего, и в итоге она отнеслась к предупреждению более серьезно, чем я.

— Ну, черт... Думаю, вы с Сианом спасли меня.

— Это очень мило с твоей стороны, но это был мой долг. — Карла потянулась к рабскому ошейнику, который служил доказательством ее верности королевской семье. — А...?

Однако, ошейника там не было, что вызвало растерянное выражение лица Карлы.

— О, если ты ищешь свой ошейник, то его нет. Эта штука не снимается, пока ты не умрешь или не освободишься из рабства. Но если перевернуть, это значит, что он снимется, если ты умрешь... В какой-то момент твоё сердце полностью остановилось. Наверное, тогда он и оторвался.

— Я была в такой опасности, не так ли?

Еще раз осознав, насколько близко она подошла к смерти, Карла побледнела.

Я криво улыбнулся и сказал ей.

— С тех пор, как произошел инцидент с Мио, появилась возможность смягчить приговоры членам Дома Варгас, которые просто следовали за Домом Кармин. Я не хочу повторного рабства после того, как ты спасла мне жизнь, так что можешь считать себя освобожденной.

— О, но... как насчет моей роли - остановить тебя, если придет время?

— Ты можешь сделать это, не будучи рабом, не так ли? Ах, но если ты хочешь вернуться в ВВС или быть под командованием Кастора, мне придется подумать об этом.

— Нет, — покачала головой Карла, — я все еще беспокоюсь за принца Сиана и остальных, поэтому, пожалуйста, позвольте мне продолжать служить вам в замке. У меня впереди долгая жизнь. Небольшой перерыв - это не проблема.

— Да. Это будет большой помощью для меня и Лисии, если ты это сделаешь.

— Хорошо!

Затем Эксель шлепнула веером по ладони.

— Итак, сир. Мне не хотелось бы лить холодную воду на гармоничную атмосферу здесь, но... Если Карла очнулась, значит, и другие раненые должны были закончить лечение. Это касается и наших солдат... и солдат Империи Великого Тигра.

— Ты говоришь, что мы должны вернуть раненых Фуги ему, так? — сказал я с серьезным выражением лица, и Эксель кивнула.

— Да. И мы должны закончить войну с демонами... Нет, с сидийцами.

— Верно. Теперь, когда все знают положение другой стороны, нет смысла продолжать борьбу с ними... Хотя будет трудно заставить Фугу понять это.

— Но если мы этого не сделаем, то эта трясина будет продолжаться.

— Да, я знаю... Госпожа Мао.

— Ты звал?

Мао внезапно появился перед нами. Кастор и Карла были ошеломлены, но Эксель выглядела невозмутимой благодаря самообладанию, отточенному ее долгими годами.

— Леди Мао. Если подумать, что делает госпожа Тиамат? Я не видел ее со дня нашего прибытия.

— Она в моем ядре, присматривает за мной. Чтобы убедиться, что я не причиню вреда никому из вас.

— Вам что-то нужно, господин Сома? — раздался знакомый голос.

— Вау?!

Я отпрянула назад в шоке, когда мадам Тиамат тоже внезапно появилась перед нами.

Даже зная, что оба они могут телепортироваться, они появлялись и исчезали так внезапно, что я был вынужден предположить, что они делают это нарочно. Кастор и Карла ошарашенно смотрели друг на друга, а веер, которым Эксель прикрывала рот, возможно, чтобы скрыть собственное удивление, дрожал.

— Существо, считающееся Владыкой Демонов, и Мать-Дракон горного хребта Звездного Дракона вместе в одной комнате. Даже я немного напугана такой комбинацией. Чего только не увидишь, когда живешь так долго, как я... — пробормотала Эксель.

Даже если она так говорила, леди Тиамат и Мао прожили столько веков, что, вероятно, смотрели на Эксель не более чем на ребенка. У нее не было бы ни единого шанса против них.

Тем не менее, Мать-Дракон была здесь, и я решил поговорить о делах.

— Госпожа Тиамат. Похоже, что люди Фуги прошли лечение, так что не могли бы вы отправить их обратно к нему?

— Очень хорошо. Вы хотите, чтобы это было сделано немедленно?

— О, нет. Мы хотим, чтобы один из солдат передал сообщение Фуге, так что это может подождать до тех пор.

Госпожа Тиамат кивнула и исчезла. Учитывая ее положение, она, вероятно, не могла быть замечена в том, что приняла нашу сторону.

Эксель нахмурила брови.

— Если вы отправляете сообщение, то, полагаю, вы планируете провести встречу с сэром Фугой?

— Да. Как я уже говорил, нам нужно найти выход из этой печальной ситуации. Если он одичает здесь, это может закрыть возможность примирения с сидийцами.

Потери, которые мы понесли в этой войне, были результатом того, что он принимал решения за меня. Отныне нам придется делать свой собственный выбор, чтобы избежать повторения этого.

— Он такой смутьян. — Эксель слегка вздохнула. — Даже когда дверь на север закрыта, мир севера все еще кишит монстрами, да? Мы не знаем, когда дверь может открыться снова, так что его амбиции по господству на юге - всего лишь неприятность.

— Да... Но теперь, когда мы вступили в контакт с Мао и ее людьми, я наконец-то вижу способ закончить эпоху Фуги и победить его.

Это заставило глаза Эксель расшириться.

— Ну, это, конечно, необычно. Вы всегда полагаетесь на меня и господина Хакую, когда дело касается тактики и стратегии, поэтому я не ожидал, что вы будете так говорить о победе.

— Верно. Но это не относится к области тактики или стратегии.

Это было нечто более великое, но в то же время более фундаментальное, чем любое из них. Если тактика и стратегия позволяли великому человеку выжить в трудные времена, то теперь нужно было просто положить конец этим трудностям. У нас уже был ключ к тому, чтобы вызвать подобный сдвиг парадигмы.

Но все равно придется хотя бы раз столкнуться с Фугой...

Мысль о возможных жертвах тяготила меня, но... об этом я подумаю позже. Сейчас мне нужно было разрешить сложившуюся ситуацию, чтобы мы могли перейти к следующему этапу.

Через день после того, как раненые были отправлены обратно к Фуге...

У нас с Фугой была встреча по трансляции. Сначала я объяснил основные детали того, что с ним произошло.

— ...И вот примерно так всё и было.

— Ты заключил перемирие с демонами и закрыл врата в другой мир... Да?

— Сидийцы, а не демоны.

Мы вступили в бой с сидийцами и понесли значительные потери, но согласились на прекращение военных действий, когда в ходе сражения стало ясно, что каждая сторона неправильно понимает другую. После этого я встретился с Мао, представителем сидийцев, которого мы называли Владыкой Демонов Дивалроем, и мы обменялись информацией.

Там я узнал, что на самом деле демоны - это люди из-за северного моря, называемые сидийцами, и они тоже стали жертвами нападений монстров. Затем мы с Мао совместными усилиями закрыли ворота, через которые проходили монстры. Это подавило бы волны демонов, которые до этого случались раз в десятилетие, но даже после закрытия врат разрозненные острова Сидии все еще были наводнены монстрами.

Кто знал, когда ворота снова откроются и монстры хлынут наружу? Мы выиграли время, но проблема все еще требовала решения.

Я рассказал ему все это без капли лжи. Однако, я скрыл, что те, кто имеет право контролировать Мао и закрыть ворота - это я и любой из моих детей. Эта информация могла только вызвать неприятности. Кроме того, пришлось бы долго объяснять, как появился этот мир, поэтому я обошел стороной и эту деталь. Я не знал, поймет ли он, а если и поймет, то мне будет трудно доказать это.

— Этот "северный мир"... тот, из которого, как вы говорите, пришли эти сидийцы, находится за северным морем? — спросил Фуга.

Я кивнул.

— Да. На картах этого мира это терра инкогнита, верно?

— Конечно.

— Я слышал, что даже если вы отправитесь на север с северной части континента, то в конце концов вас развернет и вы окажетесь там, откуда пришли. Если вам трудно это понять, то вы можете просто представить себе, что существует барьер, установленный некой духовной сущностью. До сих пор никто не мог пройти между северным и южным мирами, но эти врата открыли дыру между ними.

— Хм... Некоторые части того, что ты говоришь, трудно принять, но у них действительно было это гигантское механическое оружие. Ты тоже пришел из другого мира, так что, полагаю, мне придется поверить в то, что на севере есть еще один неизвестный мир. Опасный мир, который все еще существует... Верно?

— Ты правильно понял. Нет смысла продолжать войну с сидийцами. Они как беженцы, сбежавшие из северного мира. Эта война началась из-за невежества и недопонимания. Я думаю, сейчас мы должны примириться и вместе работать над решением проблемы, созданной пришедшими сюда сидийцами.

— И поэтому ты согласился на перемирие...? — Фуга бросил суровый взгляд в мою сторону. — Ты думаешь, люди примут это? Все на этом континенте верят, что в Домене Владыки Демонов есть повелитель демонов, у которого есть слуги-демоны и который контролирует всех монстров. Думаешь, так легко опустить наш кулак теперь, когда мы его подняли?

— Конечно, их нужно будет убедить. Но если мы не будем медленно исправлять их заблуждения и не примиримся, между мирами начнется война. Северный мир нестабилен, потому что кишит монстрами. Мы не сможем решить эту проблему без помощи Мао и сидийцев.

— Во время этой кампании с нашей стороны было много смертей. Я благодарен, что они лечили наших раненых, но неужели ты думаешь, что этого будет достаточно, чтобы убедить меня, что мы должны прекратить воевать?

— Мы потеряли людей, как и вы, и один из моих ценных носителей потерпел крушение. Если мы не остановим ситуацию здесь, ущерб будет еще больше. Объединенные силы человечества начали все это, вторгшись в первую очередь, так что мы в первую очередь неправы.

— Если у меня не будет хотя бы головы повелителя демонов, чтобы показать за все это, я не вижу, как я собираюсь удовлетворить своих людей, ты понимаешь меня?

— Тебе нужна голова, чтобы показать все это...?

— Хм? Что ты имеешь в виду?

— Госпожа Мао, не могли бы вы показать себя?

Я позвал Мао, когда Фуга бросил на меня сомнительный взгляд.

В одно мгновение она появилась. Глаза Фуги расширились от неожиданности.

— Фуга. Это ДИВАлоид Мао. Вы можете называть ее госпожа Мао. Имя Владыка Демонов Дивалрой появилось из-за того, что люди неправильно расслышали ее имя.

— Это тот... Дивалрой, о котором я слышал слухи?

— Это ДИВАлоид... Ну, с нашей точки зрения, вы можете считать, что это скорее название ее расы, а Мао - ее настоящее имя. Думаешь, кого-то убедит, если ты отрубишь ей голову и покажешь ее всем, сказав, что ты убил Владыку Демонов?

Фуга растерялся.

Мао была антропоморфной программой для чтения, и самый простой способ описать ее внешность заключался в том, что она была милой девушкой. Это было далеко не то, как человечество представляло себе Владыку Демонов все это время. Если бы он вернул ее отрубленную голову, люди бы усомнились в здравомыслии великого Фуги и были бы очень удивлены.

— Кроме того, нет никакой возможности выставить ее отрубленную голову на всеобщее обозрение.

Я взмахнул рукой, чтобы ударить ее по спине, но она просто проскользнула сквозь нее без всякого сопротивления. Глаза Фуги расширились еще больше.

— А? Что происходит?

— Она существует только как проекция... Вы можете думать о ней как о духе или призраке. Сидийцы все поклоняются ей как своей матери, так же как люди почитают госпожу Тиамат в нашем мире. Вы не можете взять ее голову. Это невозможно как физически, так и политически.

— Это проблема... Люди хотят результатов.

Взгляд его глаз был холодным, но я пожал плечами.

— У вас есть результаты. Примирившись с сидийцами, мы смогли закрыть врата в другой мир. Половина причины, по которой мы смогли установить контакт с Мао и ее народом, заключается в том, что вы решили прислушаться к предупреждениям сидийцев. Благодаря вам люди на некоторое время освободятся от волн демонов.

— Вы хотите сказать, что я могу взять ваши достижения?

— Я только говорю правду... Я могу возмущаться тем, что втянули меня в это, что стоило многих жизней, но если бы вы не подняли свою армию, мы бы не были здесь сейчас с такими результатами.

— Что вы будете делать с сидийцами? Добавите их в Морской Альянс?

— Ну, я это учитывал...

Если бы я так поступил, то украл бы славу Фуги и заслужил бы вражду тех, кто его поддерживал.

— Обсудив этот вопрос с Хакуей, мы решили, что лучше этого не делать.

— Однако, было бы разумно, если бы Империя Великого Тигра и Морской Альянс прислали наблюдателей, а мы рассматривали бы сидийцев как независимую фракцию. Как я уже сказал, нам совершенно необходимо их сотрудничество в будущем. Эта территория всегда была пустыней без жителей. Мы должны принять их как иммигрантов из северного мира и наладить с ними торговый и культурный обмен.

— Мы сбежали отсюда, сражаясь с монстрами, поэтому мы не процветаем, но мы поможем вам очистить северные районы континента от оставшихся монстров, — предложила Мао.

— Хмм... — Фуга хрюкнул в ответ.

Если он собирался стабилизировать расширенную Империю Великого Тигра, то оставшиеся на севере монстры были препятствием для этого. Если сидийцы говорили, что будут сражаться с чудовищами, то это не должно было быть плохим предложением для Фуги.

Он бросил испытующий взгляд в мою сторону.

— У сидийцев только один город, верно? Не будет ли быстрее просто захватить его и заставить их подчиниться?

— Если вы это сделаете, Морской Альянс не будет в этом участвовать. Я слышал, что вы тоже столкнулись с супер-оружием со своей стороны, но стальной гигант, который потопил наш линкор одним выстрелом, остался цел. Горный хребет Звездного Дракона и Королевство Нотунг тоже больше не помогут вам, так что если вы хотите сражаться с сидийцами в одиночку - дерзайте.

— Я не скажу, что мы не сможем победить, но цена будет непомерной. — Фуга задумался на мгновение... и в конце концов кивнул. — Хорошо. Я согласен на перемирие. Но мы должны прояснить нашу историю, прежде чем объявлять ее народу.

Он хотел убедиться в том, что ни одна из сторон не ставит себе это в заслугу.

— Хорошо... Пусть Хакуя и Хашим обсудят детали.

— Да. Кстати, Сома.

— Хм? Что?

— Велик ли мир севера?

Я посмотрел на Мао. Она кивнула, сказав.

— Да. У него нет главного континента, как у этого мира, и он полностью состоит из островов, но если включить в него и моря, то он будет такого же размера, как и южный мир.

— Хм. Терра инкогнита, да? Звучит интересно, — сказал Фуга с блеском в глазах.

Ну, это новый рубеж, я думаю. Фуга был увлечен именно этим. Было бы прекрасно, если бы его интересы переместились с этого континента в мир севера, но... этому не бывать. Его народ не позволит ему свернуть с пути господства, по которому он шел все это время. Они собирались потребовать ответа. Ответа на вопрос:"Как закончится эра Фууги?". Фуга тоже должен был это почувствовать.

— Прежде чем идти на север, мне нужно сначала завоевать юг, — сказал Фуга, устремив взгляд в мою сторону.

"Да, вот так," - подумал я.

— Знаете, если бы вы просто встали на путь сотрудничества, юг мог бы объединиться уже на следующий день.

— Ха! Ха! Ха! Если бы я был из тех, кто выбирает легкий путь, мы бы никогда не зашли так далеко. Я просто буду продолжать мчаться вперед, пока те, кто меня поддерживает, подгоняют меня сзади. Объединю ли я континент? Или нет? Думаю, пришло время узнать, какой ответ даст нам эта эпоха.

— Хм?!

Выражения лиц Айши, Эксель и Кастора, которые слушали рядом со мной, стали суровыми.

Слова Фуги говорили о том, что настало время для прямой конфронтации между Империей Великого Тигра и Морским Альянсом. Без сомнения, пройдет совсем немного времени, прежде чем Фуга нападет на Королевство Фридония. Результат этой битвы решит не только наши судьбы, но и судьбу этого мира.

— Если вы планируете прикоснуться к моему дому, ждите возмездия за это, — сказал я.

Фуга подмигнул мне.

Что?

— Ха! Ха! Ха! Я не ожидал, что ты скажешь:"Приходи!". Ты думаешь, что у тебя так много шансов на победу, да? — Фуга сказал с улыбкой чистого веселья. — Звучит заманчиво. Посмотрим, что ты приготовил для меня.

С этими словами Фуга прервал передачу.

— Фух... — Я вздохнул, когда ко мне подошла Эксель.

— Сир... Он придет, чтобы напасть на нас, не так ли?

— Теперь, когда проблема Домена Владыки Демонов решена, Морской Альянс - единственный потенциальный враг, который у него остался. Поскольку я являюсь его лидером, он и его люди захотят договориться со мной. Если он сможет победить нас, то континент, по сути, будет объединен.

— Объединение континента - это подвиг, который не удавалось совершить никому за всю нашу историю.

— Да. Именно поэтому его слепые последователи будут требовать этого от него.

Но вот в чем дело, Фуга. Это цель, которая жизнеспособна из-за времени, в котором мы живем сейчас, и она вполне может показаться бесполезной в грядущей эпохе. Ты поймешь это с большим трудом.

Я сказал Эксель

— Фуга захочет выйти против нас полностью подготовленным. Но у нас не так много времени в запасе. Нам нужно спешить обратно в Королевство.

— Да, я согласна.

На этом мы договорились о скорейшем возвращении домой.

◇ ◇ ◇

В следующее мгновение передо мной появился черный куб...

На данный момент между Морским альянсом, Империей Великого Тигра и сидийцами заключено перемирие, и мы будем продолжать диалог, ища пути к примирению. Независимо от того, решат ли сидийцы остаться на этом континенте или попросят нашей помощи в возвращении в северное полушарие, нам придется строить новые отношения между ландийцами и сидийцами.

Поскольку положение на севере технически стабилизировалось, мы решили немедленно вернуться в свою страну. Нам нужно было быстро вернуться домой и начать подготовку контрмер против Фуги, который собирался после освобождения Домена Владыки Демонов попытаться доминировать на континенте.

Для того чтобы начать завоевание юга, Фуга должен был заручиться поддержкой общественности. А если он скажет, что они разобрались с демонами, и теперь пришло время вторгнуться в южные страны человечества... что ж, это вызовет военное истощение и антивоенные настроения. Мы должны были использовать то немногое время, что у нас было, чтобы подготовиться.

Как раз когда мы собирались отправиться домой, Мао позвала меня поговорить с ней наедине. Ее появление в виде ДИВАлоида MAO было лишь интерфейсом для общения, в то время как этот черный куб, очевидно, был ее основным телом.

Тиамат и я были вдвоем, стоя перед кубом.

— У меня есть что дать вам, господин Сома. Пожалуйста, протяните руки. — Мао сжала руки, как при зачерпывании воды, и протянула их ко мне.

— А...? Конечно.

Я сделал, как она просила, протянув свои сцепленные руки к Мао. Когда я это сделал, она осторожно положила что-то в них. Это была красная магатама размером с мою ладонь. Драгоценный камень в форме запятой выглядел довольно большим, но был не очень тяжелым. Поверхность немного блестела, мерцание напоминало пламя или, возможно, пульсирующую кровь.

— Что это?

— Это знак моей благодарности, и самое малое, что я могу дать тебе в качестве прощального подарка, когда ты отправишься встречать бурю, — сказала Мао, а выражение ее лица было серьезным. Она указала на магатаму в моих руках. — В ней содержится запись ваших биологических данных, которые я собрала ранее. В том мире, который был раньше, мы могли бы использовать ее для реконструкции вашего тела или даже тела предка, живущего в десятках поколений. Я также смоделировала его по образцу аксессуара из вашей родной страны.

— Я не понимаю... Ты меня тут пугаешь.

При правильной технологии меня можно клонировать? Неужели люди в будущем зашли так далеко? Как человек, не понимающий ни технологий, ни этики, я не знал, что мне делать с тем, что она мне только что дала.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не планируешь создать еще одного "я", который сможет исправить все твои будущие ошибки. Я бы очень хотел, чтобы ты этого не делала, — сказал я.

— Не бойтесь. Я бы не смогла дать административные привилегии такому реконструированному существу.

Должен ли я чувствовать облегчение по этому поводу? Я подумал.

— Тогда зачем давать это мне? Как я должен его использовать?

— Мы слышали, как ты пришел в этот мир ни с чем, — спокойным голосом сказала госпожа Тиамат, выступая от имени Мао. — Ты был внезапно отрезан от своего прежнего мира действиями людей этого мира. Эта система вызова была разработана для того, чтобы найти подходящего человека из группы изолированных людей, у которых нет семьи, но у тебя когда-то были родители, бабушки и дедушки. Нам жаль, что ты не смог принести в этот мир ничего, что свидетельствовало бы о вашей связи с ними.

— Госпожа Тиамат...

— Но ваше тело было дано вам вашими родителями, — продолжала Мао. — Даже если ваши клетки заменяются день за днем, ваше тело все еще содержит запись, которую вы унаследовали от своих родителей, бабушек и дедушек. Это может извлечь ее, поместив в форму, которую вы сможете увидеть.

Ее объяснение позволило мне понять, для чего нужна эта магатама.

— Это... должно служить как своеобразный алтарь, раз уж я не смог взять с собой семейный, да?

В своем прежнем мире я оставил наш дом, семейный алтарь и их могилы. Если бы это было далекое будущее, от них бы уже ничего не осталось. Я уже много раз жалел, что не смог принести хотя бы скрижали их могил. Ладно... Значит, в этой магатаме есть запись о дедушке и остальных.

Я убрал магатаму в карман.

— Спасибо, я с удовольствием возьму его. Может быть, мне стоит установить домашнее святилище в Парнаме и украсить его этим.

Я не хотел, чтобы настроение стало слишком тяжелым, поэтому сохранил бодрый тон.

Мао и госпожа Тиамат улыбнулись и кивнули.

— В нашем положении мы не имеем права вмешиваться в решения, принимаемые людьми этого мира. Хотя мы знаем, что вы и ваша страна скоро окажетесь втянуты в конфликт, мы не можем протянуть руку помощи.

— Поэтому, по крайней мере, мы будем молиться за вас и ваших близких, чтобы они оставались в безопасности.

Это означало, что ни горный хребет Звездного Дракона, ни сидийцы не смогут принять участие в нашей битве с Фугой.

Однако, если бы они это сделали, было бы совершенно ясно, что нас обвинят в "пособничестве демонам против человечества" или "подавлении других верований, кроме поклонения Матери-Дракону", что затруднило бы управление нашими внутренними делами. Мне нужно было, чтобы Бог и Дьявол не вмешивались в это дело. Человечество должно было само разобраться со своими проблемами.

— Я понимаю. Я, мои друзья и семья как-нибудь справимся с этим.

Мао и госпожа Тиамат улыбнулись.

— Пусть удача сопутствует вам.

Пока я слушал эти слова, я внезапно потерял сознание.

◇ ◇ ◇

— А?! Ваше Величество!

— Ух ты! Ваше Величество?! Вы в порядке?!

Когда я пришел в себя, я находился на борту Альберта II, поддерживаемый Джуной и Айшей. Похоже, я был телепортирован сюда силой Мао или госпожи Тиамат. Очевидно, я споткнулся, когда внезапно появился, и мои жены бросились меня ловить.

— Да, я в порядке. Не о чем беспокоиться, — сказал я, вставая на ноги, а затем подошла Эксель.

— Вы попрощались?

— Да. У меня тоже есть неожиданный сувенир, — непринужденно ответил я, а Эксель прикрыла рот веером, улыбаясь.

— Хи-хи! Вы сделали это, не так ли? Хорошо, Ваше Величество, ваш флот готов и ждет.

— Хорошо, как насчет того, чтобы отправиться домой.

— Понятно.

Как только я сказал слово, Эксель дала сигнал, и объединенные флоты Королевства Фридония и Королевства Архипелага Девятиглавого Дракона отправились обратно в свои страны. Когда мы отошли от берега, то увидели, что на скалах стоят сидийцы и машут нам вслед.

Был ли с ними пожилой кобольд, спасший Томоэ? Человек, который спас нашу любимую младшую сестру. Все было так суматошно, что я только слышал эту историю. Сам я с ним не встречался, но хотел поблагодарить его лично. И для этого... если я хотел однажды снова встретить сидийцев с улыбкой, мне нужно было убедиться, что все наши приготовления к войне прошли идеально.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя...

Мы оставили флот с Эксель в Лагун-Сити и полетели домой в замок Парнам вместе с Надин.

— Вааа! Вааах!

— Привет, Сиан!

Первое, что встретило нас, когда мы вернулись домой - это нападение моего сына Сиана. Со слезами на глазах он бил меня по ноге. Это было ничуть не больно, ведь ему всего шесть лет, но его отчаяние ошеломило всех нас. Лисия выглядела обеспокоенной, поскольку он игнорировал ее попытки заставить его остановиться, а обычно буйная Казуха пряталась за матерью, тоже со слезами на глазах.

Айша, Джуна, Надин, Томоэ и Карла, которые вернулись домой вместе со мной, смотрели на это с широко раскрытыми глазами. Сиан обычно был таким замкнутым и терпеливым, и сдерживал свой гнев, даже когда его девчонка-сестричка избивала его до полусмерти или причиняла ему боль.

— В чем дело, Сиан? Почему ты бьешь меня? — спросил я в замешательстве, а Сиан поднял на меня заплаканные глаза.

— Вааа... Карла пострадала... Я мог никогда больше не увидеть ее... Я сказал, что это опасно... Я говорил тебе, что это опасно, отец... Хик...

— А?! Это обо мне?! — сказала Карла, широко раскрыв глаза от удивления.

О, это имеет смысл... Он расстроен, что Карла могла погибнуть, да? Он был еще совсем ребенком, поэтому, вероятно, не понимал, что там произошло. Просто... кто-то, о ком он заботился, пострадал, и он злился из-за этого. Это было незрело, но в то же время... это была очень правильная, очень человеческая реакция.

— Понятно, Сиан... Ты меня ругаешь, да?

Я опустился на колени и обнял сына. Сиан снова захрипел и обнял меня в ответ, его руки крепко обвились вокруг моей шеи. И не успел я опомниться... как расплакался.

Карле посчастливилось выжить, но другие не выжили. Семьи погибших, должно быть, чувствовали то же самое, что и Сиан. У них просто не было возможности выплеснуть свой гнев. Это была моя вина... Эти потери произошли потому, что я позволил Фуге взять на себя инициативу.

— Фортуна - арбитр половины наших действий, но она оставляет нам право направлять вторую половину с помощью человеческой добродетели.

Это были слова Макиавелли, которые я повторял себе снова и снова.

Я не собираюсь повторять ту же ошибку... Фуга, ты больше не будешь диктовать условия. Я собираюсь положить конец твоей эпохе... Лично.

Я поклялся себе в этом, крепко обнимая Сиана.

Это случилось вскоре после того, как Сома и его группа вернулись из Домена Владыки Демонов в Королевство.

Примерно в это время две страны решали, как объявить о полном освобождении Домена Владыки Демонов в результате совместной операции Королевства Фридония и Империи Великого Тигра. Даже после того, как бедствие миновало, на горизонте маячила тень новой битвы, но пока на континенте царил мир.

Группа из пяти друзей, учившихся в Королевской академии, впервые за долгое время собралась...

— Хорошо, Ичиха. Скажи "А-а-а".

— А-а-а.

Томоэ протянула ложку пудинга Ичихе, и тот нерешительно съел ее. Томоэ сияла, а Ичиха, казалось, не возражал против этого жеста. Юрига, Люси и Велза выглядели так, будто их сейчас стошнит от этого приторно-сладкого проявления привязанности. Они находились в ресторане, которым управляла семья Люси, и пили чай. Их пути разошлись после окончания школы, и с тех пор было трудно собрать всю группу вместе.

— Смотри, Ичиха. Этот эклер тоже вкусный.

— Нет, он явно слишком большой для... ммм!

Ичиха набил полные щеки эклеров.

— Эй, прекратите, вы двое! — закричала Юрига, не в силах больше терпеть это. — Делайте это, когда будете одни! Подумайте, каково мне смотреть на эту любовную чепуху!

— Оу. Но мы же помолвлены, понимаешь? — с усмешкой сказала Томоэ, заслужив кривые улыбки от Люси и Велзы.

— Значит, ты одна из них, Томи. Ты ведешь себя настолько мило, насколько, по твоему мнению, тебе это может сойти с рук, так? У тебя, наверное, накопилось много стресса за то время, что вам двоим понадобилось, чтобы наконец-то сблизиться, да?

— Это было долгое, долгое ухаживание, в конце концов. Ичиха, постарайся принять всю ее любовь.

— Глыть... Ах-ха-ха... Хорошо.

Ичиха проглотил свой эклер, а затем кивнул с обеспокоенным смешком. Но Юрига ничего не могла с этим поделать.

— Это не значит, что вы можете заниматься этим где угодно! Подумай, кто смотрит...

— О, Ичиха. У тебя на щеке немного крема.

— Эй, послушай меня!

Томоэ положила руки на стол и наклонилась, не обращая внимания на жалобы Юриги. Затем, положив одну руку на противоположную щеку, она приблизила свое лицо и...

— Ммм.

(Плюх!).

— Что?!

— Т-Томоэ?!

Она высунула свой маленький язычок и слизала крем с его щеки. Люси и Велза покраснели.

— Ух ты! Ты, конечно, продвинулась, Томи.

— Я думаю, это прекрасно... Может быть, я сама попробую это с Хэлом.

Что касается Юриги, ее мозг, казалось, на мгновение приостановился, затем она пришла в себя и очень разозлилась.

— Я же сказала тебе подумать, где ты находишься! Смотри, у тебя Ичиха замер в растерянности!

— Хе-хе, ты ревнуешь, Юрига?

— Ничего подобного!

— Ну, если ты ревнуешь, почему бы тебе не пойти пофлиртовать со старшим братом?

— ...!

Когда Томоэ сказала это, Юрига представила, как она делает то, что только что наблюдала с Сомой, и ее лицо внезапно покраснело.

Томоэ ухмыльнулась.

— В конце концов, он твой муж. Почему бы не позволить ему баловать тебя?

— Заткнись! Ты - маленькая соплячка!

— Маленькая? Я сейчас примерно одного роста с тобой, вообще-то.

— Заткнись! Заткнись! Заткнись! Я иду домой!

Юрига поднялась со своего места и возмущенно устремилась обратно в замок. Ичиха вздохнул, увидев ухмылку на лице Томоэ, наблюдавшей за ее уходом.

— Томоэ... Это было намеренно?

— Эй, если я ничего не сделаю, они никогда не добьются никакого прогресса. — Томоэ пожала плечами, не пытаясь отрицать это. — Это политический брак, и Юрига находится в деликатном положении. И она, и старший брат склонны слишком много сдерживаться. Они женаты, так что не кажется ли вам, что такие отношения немного... грустны? Старший брат должен быть самым близким человеком для нее, и она должна иметь возможность позволить ему баловать ее.

— О, так вот почему ты ее так разгорячила, — сказала Велза, похоже, впечатленная.

— Вот почему они сделали тебя своим камергером, а? Ты всегда думаешь о том, как помочь королевским особам наладить отношения. — Люси согласилась.

Томоэ хихикнула про себя.

— Ну, наполовину это было потому, что я хотела показать, как мы с Ичихой влюблены друг в друга.

— Да она самый настоящий маленький дьявол!

Все трое содрогнулись от скрытого потенциала Томоэ.

◇ ◇ ◇

В тот вечер я находился в офисе по правительственным делам, работая над некоторыми простыми документами, которые были слишком незначительными, чтобы откладывать их на завтра, когда раздался робкий стук в дверь.

— Входи, — сказал я.

Вошла Юрига, она повесила голову и играла руками.

— Что случилось, Юрига?

— Ничего... Ничего особенного, мне ничего не нужно, но... .

Не имея здесь никаких дел, она не спешила уходить. Она просто стояла там, неловко покачиваясь. Я подумал, что это странно, но когда я вернулся к своим бумагам...

— П-простите меня.

Вдруг Юрига забралась ко мне на колени. Юрига, может, и не была такой маленькой, как Надин, но все же она была миниатюрной, так что поместилась там как надо. Крылья, растущие из ее спины, касались моих рук, и это было очень щекотно. А? Что здесь происходит?

— Эм, я все еще пытаюсь сделать кое-какую работу.

— Разве я мешаю...? — спросила Юрига, повернув голову, чтобы посмотреть на меня с выпученными глазами. Это было довольно мило.

— Неа... Ты легкая, так что работать рядом с тобой не так уж сложно.

— Хорошо... Тогда позволь мне остаться так ненадолго. Ты мой муж, так что все в порядке, верно?

— Ухх, хорошо. Конечно.

Она была похожа на котенка, который пилит вас, когда чего-то хочет. Чувствует ли она потребность быть избалованной сегодня?

Некоторое время я продолжал работать за своим столом с Юригой на коленях.

*Дом К

Однажды я был в офисе по связям с правительством и планировал мероприятие по продвижению экономики с Ророа.

— Сома, Ророа, у вас есть минутка? — раздался голос.

— Юлий?

— Брат?

К нам заглянул Юлий, старший брат Ророа, ставший моим Белым генералом.

— В чем дело? У тебя проблемы с военными или что-то в этом роде? — спросила Ророа.

— Нет, ничего такого важного.

— Ты поссорился со старшей сестрой Тией? Она сбежала от тебя?

— Как грубо. Мы прекрасно ладим как пара.

— Да, как обычно, как и ожидалось от твоей маленькой леди.

— Я больше беспокоюсь о тебе, — сказал Юлий. — Я молюсь, чтобы твоя склонность выходить и говорить такие вещи не заставила твоего мужа возненавидеть тебя.

— О, да? Если вам нужен бой, я дам вам его со скидкой.

Наблюдая за перебранкой брата и сестры, я думал о том, насколько лучше они теперь ладят друг с другом. Когда-то они были политическими противниками, но теперь выглядели как брат и сестра, которых вы могли бы встретить.

Чувствуя себя немного обделенным, я криво улыбнулся и спросил Юлия.

— Итак, Юлий, зачем ты пришел сюда?

— Ах, да. — спохватился Юлий и посмотрел на меня. — Я хотел поговорить с тобой о моем хорошем друге Колберте.

— Хм? Что-то насчет мистера Колберта? — спросила Ророа, склонив голову набок.

— Ты ведь знаешь, что Колберт женится на госпоже Мио из дома Кармин в тот же день, что и вы с госпожой Марией?

— Да. Они участвуют в массовом свадебном мероприятии. И?

— Это означает, что с этого момента он будет членом Дома Кармин. Его первое имя - Гэтсби, так что он будет Гэтсби Кармин.

— Понятно... Мы больше не сможем называть его Колбертом, да? — размышлял я.

Полное имя Колберта было Гэтсби Колберт, но мы с Ророа называли его Колбертом, потому что нам так было легче произносить. Но вскоре он должен был жениться в доме Кармин, что означало бы, что он больше не Колберт.

— Это... немного грустно, да? — пробормотала Ророа.

Колберт был для Ророа как второй брат. Даже когда она была в плохих отношениях со своим настоящим братом, Колберт был с ней в Министерстве финансов.

— Для меня он всегда был мистером Колбертом, поэтому, если я не смогу называть его так, мне будет казаться, что он стал совсем другим человеком.

Ророа начала чесать щеку с обеспокоенной улыбкой.

Было ли это похоже на внезапную смену фамилии брата или сестры после свадьбы? Я был единственным ребенком, поэтому мне было трудно поставить себя на ее место, но... я мог бы, по крайней мере, немного посочувствовать.

— У меня появилась идея, — сказал Юлий, переходя к теме. — Не могли бы вы позволить Колберту оставить свою фамилию в качестве второго имени? Я знаю, что фамилия Кармин имеет историческое и политическое значение для этой страны, но... со своей стороны, я бы хотел иметь возможность продолжать называть его Колбертом.

— Дорогой, я бы хотела, чтобы ты позволил ему, — согласилась Ророа, обратив на меня ожидающий взгляд.

— Понятно. Гэтсби К. Кармин, да? — Я задумался на мгновение, скрестив руки, затем быстро кивнул. — По-моему, звучит неплохо. Для меня было бы странно называть его Гэтсби или Кармином в данный момент.

— Но не будут ли люди беспокоиться о том, как его назвать? — спросил Юлий, но я только пожал плечами.

— В этом нет ничего нового. Я превратился из Сомы Казуи в Сому А. Элфриден, а скоро стану Сомой Э. Фридония. Куда делось мое первое имя Казуя?

— Это твоя вина, что ты все испортил в самом начале, дорогой, — сказала Ророа слегка раздраженным тоном.

— Да? — спросил Юлий.

— Конечно, — ответила она.

Я громко прочистил горло.

— У вас та же проблема, не так ли? Юлий Ластания.

— Да, наверное, да... — сказал Юлий, теперь настала его очередь пожать плечами. — Я не могу сейчас изменить свое имя на Юлий А. Ластания. Я бы не хотел, чтобы Тия и мой сын Тиус несли бремя фамилии Амидония.

— Погоди, брат? Это мне приходится нести это бремя, понимаешь?

— Ты отняла его у меня, так что тебе придется взять на себя ответственность за это.

— Уф... Я хочу вернуть тебе его вместе с процентами.

Они снова принялись за старое. Теперь они действительно лучше ладили...

— В любом случае, Колберт не хочет отказываться от своего имени, а Мио не требует, чтобы он от него отказался, верно? В таком случае, я решил, чтобы он оставил его себе.

— Да!

— Я сообщу Колберту и госпоже Мио.

Так родилось имя Гэтсби К. Колберт.

-------------------------------------------------------------------------

*Пончо возвращается домой

В благородном квартале Парнама многие владения когда-то принадлежали коррумпированным дворянам, которых наказал Сома. С тех пор эти владения были переданы вновь нанятым Сомой военным или гражданским чиновникам или использовались для размещения иностранных гостей. Особняк Пончо был одним из таких случаев.

— Фух, наконец-то я дома, да.

Вернувшись из путешествия в Царство Духов и сделав доклад Соме, Пончо наконец-то смог добраться до дома к вечеру.

— Интересно, как все справляются без меня, да.

Когда Пончо проходил через ворота, его приветствовали слуги особняка, которыми в основном управляла Серина, а затем он пошел и открыл входную дверь. Две маленькие фигурки прыгнули на Пончо, как только он это сделал.

— Отец! Добро пожаловать домой!

Его обычное, более полное телосложение могло бы поглотить удар, но в настоящее время он был стройным из-за того, что Серина и Комаин требовали от него еще одного ребенка, поэтому он почувствовал удар, попавший прямо в его внутренние органы.

— Гвух...! Я дома, Марин, Марон. — Пончо немного покряхтел, прежде чем оправиться достаточно, чтобы погладить своих двух пятилетних девочек по голове.

Марин была его дочерью от первой жены Серины, а Марон - от второй жены Комаин. Они выглядели как близнецы, обе были пухлыми, как и их отец, но кожа Марон имела легкий красноватый оттенок, что позволяло легко их различать.

— Эй, эй, ты ведь ходил в то место под названием "Заграница"?

— Ты привез подарки? Есть ли сладости?

Девочки просили есть, как только он вернулся. О да, Пончо не сомневался, что это были его с Сериной и Комаин дети.

Вернув их объятия, Пончо сказал.

— Я привез кое-что для вас, но сначала хотел бы увидеть ваших матерей, да.

Близнецы посмотрели друг на друга.

— Отец поцеловал наших мамочек на прощание!

— Теперь он поцелует наших мамочек!

— Не говорите так громко, да.

Пончо был напуган, видя, что его дочери так прямолинейно говорят об этом. Слуги, наблюдавшие за происходящим издалека, захихикали.

Затем по лестнице спустились две женщины.

— Добро пожаловать домой.

— Добро пожаловать домой, Пончо.

Это были жены Пончо, Серина и Комаин.

Они были одеты в одежду, которую привыкли носить дома, наряд горничной и традиционный этнический костюм. Марин и Марон, обнимавшие Пончо, закричали: "Мама!" - спрыгнули с отца и бросились к своим матерям. Обе они с любовью погладили своих дочерей по голове.

— Марин, ты правильно поприветствовала своего отца?

— Я сделала это! Я сказал:"Отец! Добро пожаловать домой!"!

— А ты, Марон? Ты тоже поприветствовала его?

— Да! Он сказал, что также принес подарки!

Обе матери криво улыбнулись, глядя на задорную улыбку своих дочерей.

Пончо подошел к ним вчетвером в спокойном темпе.

— Я дома, да. Серина, Комаин, я ничего не пропустил, пока меня не было, да?

— Ничего такого важного... Если бы мне нужно было что-то сказать вам, то это было бы то, что мы, возможно, были немного одиноки? И из-за отсутствия мужа, и из-за уменьшения количества блюд на столе, — без тени вины сказала Серина, вызвав на лице Комаин язвительную улыбку.

— В конце концов, мы не можем попробовать твои экспериментальные блюда, когда тебя нет рядом. Это так похоже на Серину, смешивать любовь с голодом... Я никогда не смогу сказать, что из двух больше: ее любовь к тебе или ее аппетит к еде, которую ты готовишь.

— Разве ты не такая же, Комаин? Марин и Марон никогда бы не родились, если бы мы не были такими.

— Ах-ха-ха... Думаю, нет.

Наблюдая за ними, Пончо ощущал в сердце теплое, пушистое чувство. Когда он только поступил на службу к Соме, он и представить себе не мог, что однажды его жены и дочери будут вот так приветствовать его дома. Он наслаждался счастьем, укладывая сумку.

— Итак, я привез из Королевства Духов бобовый чай и специи, и я собираюсь использовать их, чтобы приготовить вкусную еду для всех нас, да.

— Ура!

Марин и Марон подняли руки и подпрыгнули в воздух, когда услышали, что будет вкусная еда. Не в силах ждать, они подхватили его сумку и помчались с ней на кухню. Когда они ушли, Серина и Комаин незаметно подошли к Пончо и поцеловали его в каждую щеку, а затем зашептали ему на ухо.

— Дорогой, у нас был перерыв из-за твоей поездки, но давай вернемся к работе сегодня вечером.

— Марин и Марон настойчиво просили у нас младшего брата или сестру, и мы должны сделать для них все возможное.

Услышав это, Пончо понял, что в обозримом будущем ему не удастся вернуть свой вес.

---------------------------------------------------------------------------

*Смотреть, как говорят умные люди - нервное зрелище

В садах замка Валуа, в городе Валуа, который совсем недавно превратился из имперской столицы в королевскую, королева Жанна и ее королевский супруг Хакуя пили чай с Эксель Вальтер, которая была прислана из королевства Фридония, чтобы помочь проинструктировать их флот. Этот перерыв был предложен Хакуей, чтобы дать Жанне немного отдохнуть от тяжелой работы.

— О? Вы когда-нибудь были так внимательны к Его Величеству? — спросила Эксель, усмехаясь, а ее рот был спрятан за веером.

Хакуя пожал плечами.

— Его Величество окружали многие, такие как снисходительная леди Джуна и обожаемая леди Айша, чтобы помочь ему восстановиться. Леди Лисия всегда была рядом, следила за его душевным состоянием, поэтому я никогда не чувствовал необходимости что-то говорить.

— Хе-хе, полагаю, да. И поэтому вы так мило ведете себя с леди Жанной?

— Я считаю, что это вполне естественно, что муж должен потакать своей жене.

— Ты точно знаешь, как привести аргументы... — сказала Эксель, испустив вздох, наполовину измученный, наполовину впечатленный.

Затем, переведя взгляд с лица Жанны на лицо Хакуи, она захлопнула веер.

— Понятно. Госпожа Жанна работала снаружи как военный офицер, а сэр Хакуя защищал ее внутри как гражданский чиновник. Похоже, в семье Варгас сохраняется мир, потому что моя дочь держит Кастора под своим контролем, но я вижу, что у вас двоих все наоборот.

— Что? Сэр Хакуя держит меня под своим началом? — Жанна моргнула, чем вызвала усмешку со стороны Эксель.

— Речь идет о распределении ролей. Все обычно складывается гораздо лучше, если надежный партнер держит в руках бразды правления более активного партнера. Так было с госпожой Мио и сэром Колбертом из Дома Кармин, которые скоро поженятся. Сэр Колберт оказывает ей хорошую поддержку. Если же надежный партнер не держит бразды правления, то в итоге вы получаете леди Женю и бедного сэра Людвина, у которого скоро начнется язва от всего того стресса, который она ему причиняет.

"Увы, такова жизнь для них на данный момент," - подумала Эксель, с невозмутимым выражением на лице потягивая свой черный чай. Затем она улыбнулась Жанне.

— Тебе не о чем беспокоиться. Будь самим собой и делай все, что в твоих силах. Это обязанность королевского консорциума - управлять делами должным образом для тебя.

— Я чувствую за этими словами многолетнюю мудрость, — сказал Хакуя с улыбкой, которая, казалось, была нарисована на его лице.

Эксель в ответ так же ухмыльнулась и сказала.

— О, Боже, я полагаю, что было слишком рано говорить об этом с маленьким мальчиком, который по росту всего лишь взрослый.

— Ха-ха-ха.

— Хи-хи-хи.

Между ними проскочили искры.

Они оба были остроумны и просто подшучивали друг над другом, ожидая, что это сойдет им с рук, но Жанна была вне себя от беспокойства, наблюдая за ними.

— Т-так, как дела с нашим флотом, герцогиня Вальтер? — спросила она, пытаясь сменить тему.

Отставив чашку, Эксель ответила.

— Ну... я могу сказать вам без излишней лести, что флот этой страны первоклассный. Даже если у вас нет такого замечательного оружия, как на островных носителях, у вас более чем достаточно кораблей каждого типа, и они хорошо обслуживаются и поддерживаются. С таким большим флотом для меня остается загадкой, почему Империя никогда не выходила в море.

— Похоже, прошлые императоры были сосредоточены на расширении наших наземных владений. Господство на морях оставалось на втором месте, — объяснил Хакуя с серьезным выражением лица. — Флот, очевидно, был построен с учетом тогдашнего Союза Архипелага Девятиглавого Дракона, но только для того, чтобы подавить их пиратство.

— И у сестры тоже было полно дел с монстрами на суше... — добавила Жанна.

— Да, полагаю, так и есть, — кивнув, ответила Эксель. — Однако, сейчас пришло ваше время, и ваш флот станет одной из движущих сил новой эры.

— Герцогиня Вальтер... Да! Я думаю, вы правы! — ответила Жанна, полная энергии.

Кивнув с удовлетворением, Эксель сказала.

— О, я знаю, — и хлопнула в ладоши. — Теперь, когда я вспомнила об этом, я привезла с собой из Королевства немного чая. Поскольку мы уже побаловали себя, возможно, вы захотите...

— Подожди, — прервал Хакуя, остановив Эксель прежде, чем она успела приказать слугам приготовить его.

Затем, с улыбкой на лице, он повернулся к Эксель.

— В этом чае случайно ничего нет? Я знаю, что вы выудили из короля Сомы разную информацию с разрешения его жен, вы понимаете?

— Боже, вы так проницательны. А я-то надеялась подготовить учебные материалы для леди Жанны.

— А? Я?! О чем вы говорите?! — Жанна растерянно моргнула.

Улыбаясь, Хакуя сказал.

— Оставьте это для Его Величества.

— Интересно, так перекинуть ответственность на Его Величество.

— Для меня большая честь получить такой комплимент от почтенной герцогини Вальтер.

— Хи-хи-хи.

— Ха-ха-ха.

Каждый из них снова встретил друг друга улыбкой.

В конце дня Жанна все время была на взводе.

------------------------------------------------------------------------------------------

*Отношения Хэла и Велзы

— Эй, Велза, ты уверена, что это то место, куда ты хотела пойти?

Это был фруктовый салон, которым управляла семья Люси, компания Эванс. Велза сидела напротив Халберта, в кресле на террасе второго этажа.

— Учитывая, что мы празднуем твой первый рабочий день и все такое, я бы с удовольствием отвез тебя в более дорогое место, понимаешь?

— Нет. Это место - то, куда я хотела прийти, лорд Хэл, — с готовностью ответила Велза.

Сегодня Велза достигла совершеннолетия и официально перешла на службу в Дом Магна, поэтому они собрались здесь, чтобы отпраздновать это событие. Разумеется, с разрешения жен Халберта - Каэдэ и Руби.

— На самом деле это место, где Ичиха сделал предложение Томоэ. Они приходят сюда с тех пор, как поженились, чтобы пофлиртовать друг с другом. Вот почему я хотела прийти сюда с вами, лорд Хэл, — сказала она с улыбкой.

— О-о, да? — Сердце Халберта учащенно забилось, когда он увидел ее сияющее лицо. Когда она так смотрела на него, это заставляло его воспринимать ее как девушку, нравится ему это или нет.

Сегодня они оба были в гражданской одежде. Велза выглядела очень привлекательно в своей форме, и женщины из военного ведомства то и дело заглядывались на нее. Но в коротких брюках, которые она носила сейчас, чтобы продемонстрировать свои здоровые ноги, и с небольшим макияжем она выглядела как симпатичная, хотя и немного мальчишеская девушка.

— Спасибо, что подождали.

Подошла официантка с едой. Велза заказала парфе, а Халберт - кофе. Кофе был недавно привезен из Королевства духов Гарлана, и Халберту понравился его аромат.

— А теперь, пожалуйста, не торопитесь и наслаждайтесь, — сказала официантка, прежде чем уйти.

Велза тут же взяла ложку парфе, ее щеки расплылись в ухмылке.

— Ммм!

Несмотря на ее обычное спокойное поведение, когда она ела сладости или находилась перед Халбертом, выражение ее лица становилось более похожим на то, что можно было ожидать от девушки ее возраста. Халберт криво улыбнулся, наблюдая за ней.

— Ах-ха-ха... У тебя это выглядит довольно аппетитно.

— В сладких вещах заключено все счастье этого мира.

С этими словами Велза зачерпнула немного крема и пудинга из своего парфе и предложила его Халберту, как будто хотела сказать:"Скажи А-а-а-".

Халберт застыл, увидев это.

— Эм... Велза?

— Леди Томоэ делала это с Ичихой, и я решила попробовать сам.

— Ну, ты должна делать такие вещи с парнем, который тебе нравится...

— Да, именно поэтому я это делаю, — ответила Велза, не оставляя места для сомнений, подталкивая ложку ближе. Ее взгляд был прикован к Халберту.

Успокоившись под ее взглядом, Халберт принял предложенную ложку и прожевал ее с кривой улыбкой на лице.

— Подумать только, я тебе так нравлюсь...

— Разве вы не заметили? Я думала, что все достаточно ясно объяснила.

— Ну, да, я заметил. Я имею в виду, ты работала над тем, чтобы запереть меня и отрезать все пути к отступлению.

Халберт со вздохом откинулся на спинку кресла.

— Каэдэ и Руби всегда говорят мне, что я должен относиться к тебе как к девушке, а не как к младшей сестре или что-то в этом роде, а мои предки уже относятся к тебе как к члену семьи. А твой отец, Сур, постоянно называет меня твоим будущим женихом. На данный момент я уже смирился с тем, что у тебя есть все намерения выйти за меня замуж.

— Это потребовало много работы, если я смею так сказать, — сказала Велза, надувая грудь от гордости. Халберту это показалось немного милым.

— Я вроде как ожидал, что ты в конце концов остынешь к этой идее...

— Мы, женщины темных эльфов, страстные натуры. Моя любовь к тебе никогда не остынет.

— Я понял это, наблюдая за госпожой Айшей, но... я человек, понимаешь? Мы живем в разных временных масштабах.

— Вы так говорите, но ведь вы уже женились на Руби, лорд Хэл?

— Ну... в этом есть смысл.

— Все в порядке. Мы, долгоживущие расы, знаем, во что ввязываемся, — сказала Велза, усмехаясь. — На самом деле, если мы оставим вас, короткоживущих, в покое, вы исчезнете в мгновение ока. Вот почему я хочу дорожить теми драгоценными мгновениями, которые у нас есть вместе.

— О, да? Полагаю, это один из вариантов. — Халберт застенчиво почесал голову. — Я счастлив, что у меня есть кто-то, кто так заботится обо мне.

— Ну, у тебя есть Каэдэ и Руби, так что считай себя трижды благословенным.

— Ха-ха-ха. Это кажется почти чрезмерным.

— Да. Итак... — Велза положила свои руки поверх рук Халберта, которые лежали на столе. — Живи как можно дольше, и давай вместе сделаем много счастливых воспоминаний. Ты спас девушку от песка и грязи и заставил ее слабеть в коленях из-за тебя, так что, пожалуйста, неси ответственность за свои поступки, хорошо?

Кофе был сладким на вкус, а Велза улыбнулась ему.

-----------------------------------------------------------------------------------

*Просьба к Шабон

Через некоторое время после того, как было найдено решение проблемы Домена Владыки Демонов, Королева Девятиглавого Дракона Шабон и ее партнер Кишун посетили Парнам.

Они публично объявили об этом как о визите вежливости в знак признания освобождения Домена Владыки Демонов, но основные причины были более практическими. Мы все собирались обсудить, как вести себя с Фугой, а также договориться о торговле. При этом наши страны были в хороших отношениях, и еще одной целью поездки было познакомить моего сына Сиана с его невестой, дочерью Шабон, принцессой Шаран.

— Смотри, Шаран! Сюда! Сюда!

— Ааа! Подожди меня, старшая сестра Казу.

Дети шумно играли в саду моего тестя Альберта в замке.

— Опасно так бегать, вы двое, — позвал Сиан своих товарищей по играм.

— И вы тоже, лорд Сиан! И леди Казуха, не тяните ее так!

Похоже, моей дочери Казухе приглянулась принцесса Шаран. Казуха вела ее за руку, а Сиан, волнуясь, бежал за ними. Карла, служанка, наблюдала за ними, постоянно находясь в напряжении.

— Хи-хи, дети, конечно, энергичные, — сказала Шабон, поглаживая по голове своего второго ребенка, принца Шарона, который спал у нее на коленях. Мы с Лисией были с Шабон и Кишуном в беседке, попивая чай во время перерыва.

— Однако слишком много энергии может стать проблемой. Особенно с Казухой, — со вздохом сказала Лисия. На это я лишь криво улыбнулась.

— Она действительно похожа на тебя, да? — сказал я.

— Подожди, что это значит?

— Как раз то, на что это похоже.

— Вы двое ладите, как всегда, как я вижу, — сказала Шабон, посмеиваясь над нами. — Я завидую.

— Ты так говоришь, но вы с Кишуном, должно быть, и сами неплохо ладите, — возразил я. — Я имею в виду, вы уже родили двух детей.

— Да. И это не были близнецы, как это было для меня, — согласилась Лисия.

— Почему бы и нет, — ответила Шабон с улыбкой. — Я считаю, что мы с тобой равны, если говорить о том, насколько хорошо мы можем поладить. Верно, Кишун?

— Для меня большая честь, что вы так говорите... — Кишун ответил неловко.

Для Кишуна Шабон была не только его женой, но и принцессой, поэтому объединенные чувства любви и верности не позволяли ему не соглашаться с ней. Я не знал как относиться к этому...

Шабон с легким стуком поставила свою чашку.

— Итак, что это за услуга, о которой вы хотели попросить меня? — Ее выражение лица стало немного суровее, когда она заговорила. — Если это снова касается Империи Великого Тигра, значит ли это, что ты просишь об услуге мою страну?

— О, нет, нет, это не что-то такое тяжелое, — сказал я, поспешно исправляя заблуждение. — Есть кое-что, что я хочу заказать у ваших мастеров для личного пользования.

— Для... вашего личного пользования?

— Да, вот это, — сказал я, доставая нарисованный мной грубый проект.

— Это дом... Нет, возможно, святилище?

— Да, я знал, что на архипелаге Девятиглавого Дракона есть такие проекты.

— О чем это ты, Сома? — спросила Лисия.

Я указал на чертеж и сказал.

— Это что-то из моего старого мира, сделанное по образцу святилищ, где люди в моей стране молились Богам. Культура архипелага Девятиглавого Дракона во многом похожа на культуру моей родины, поэтому я решил, что у них там есть подобные здания.

— Понятно. И ты просишь, чтобы они построили это для тебя? — спросила Шабон, склонив голову на одну сторону.

— Нет, нет, — покачал я головой. — Я хочу маленькую. Миниатюрную. Она должна быть подходящего размера, чтобы держать эту магатаму.

Я положил на стол драгоценный камень в форме запятой, который светился тусклым красным светом. Лисия внимательно посмотрела на него.

— Эта штука... Ты получил ее от Повелителя Демонов... то есть Мао, не так ли?

— Да. Это как могильная плита для всех моих предков. Этот проект я разработал для своего рода домашнего святилища под названием "камидана", где можно молиться Богам у себя дома. Я надеялся поместить магатаму в одну из них, чтобы я мог выразить ей свое почтение там.

— О! У нас есть подобная традиция в Архипелаге Девятиглавого Дракона.

— На обочине дороги стоят маленькие каменные святилища, и мы молимся в них местным богам каждого острова.

Шабон и Кишун кивнули, похоже, догадавшись, о чем идет речь. Если это были придорожные святилища, то, возможно, они предназначались для богов, присматривающих за путниками? Да, традиции действительно были похожи.

Я предложил проекты Шабон.

— Я бы хотел, чтобы она была сделана без гвоздей, если это возможно. Как вы думаете, они могут это сделать?

— Ну, я думаю, да... В конце концов, ремесленники нашей страны превосходны. — Шабон взяла планы и свернула их. — Но это, конечно, неожиданно. Я никогда не считала вас религиозным человеком, сэр Сома.

— Да, я имею в виду, что ты отказался стать Святым Королем, поэтому я предположила, что тебя не интересует божественная власть, — сказала Лисия, соглашаясь с Шабон.

— Ну, я не глубоко религиозен, нет, но я и не атеист. В моей старой стране вера была чем-то немного личным, интегрированным в нашу повседневную жизнь.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы не ходили в церковь и не молились Богу, но думали что-то вроде: "Бог солнца следит за мной, поэтому я не могу сделать ничего плохого" - или: "Это оскорбление моих предков". О, и еще: "Ты должен заботиться о своих вещах, потому что у всего есть душа". Эти мысли можно рассматривать как поклонение солнцу, поклонение предкам и анимизм, верно?

— Ами... Эни... Думаю, я вроде бы все поняла, не считая последнего, начинающегося на А.

Я язвительно улыбнулся, глядя на лицо Лисии, которая пыталась понять.

Взяв красную магатаму, я поднес ее к свету.

— Ничего сложного. Просто если представить, что бабушка и дедушка наблюдают за мной через эту магатаму, мне становится немного легче.

— Хи-хи, я думаю, это прекрасная мысль, — с улыбкой сказала Шабон. — Мы приступим к строительству со всем уважением, которого заслуживает такой проект. Это дом для предков будущего партнера Шаран, поэтому он должен быть великолепным.

— Спасибо, Шабон.

Я чувствовал, что эта просьба поможет укрепить связь между нашими странами.

Декларация о полном освобождении Домена Владыки Демонов, выпущенная совместно Морским Альянсом и Империей Великого Тигра, достигла людей по всему континенту Ландия. В результате компромисса между двумя сторонами она гласила следующее:

1) Объединенные силы Империи Великого Тигра и Королевства Фридония вошли в Домен Владыки Демонов и столкнулись с существами, известными как демоны, глубоко внутри территории. Несмотря на мелкие стычки, после встречи с представителем демонов, Мао, которую раньше считали Владыкой Демонов Дивальрой, военные действия были прекращены.

2) В ходе обмена информацией стало известно, что демоны — это еще одна раса человечества, известная как «сидийцы», пришедшая издалека через море на север. Мы же известны им как «ландийцы», как люди, населяющие континент Ландия. Битва с демонами была битвой против человечества.

3) Выяснилось, что на сидийцев тоже нападали монстры, и они нашли убежище в Ландии. Таким образом, была найдена точка соприкосновения интересов. Объединенные силы вместе с Мао запечатали врата в другой мир, из которого впервые хлынули монстры.

4) С закрытием врат волны демонов, которые раньше приходили раз в десятилетие, скорее всего, прекратятся. Монстры все еще будут существовать в разных регионах, но если работать над их уничтожением вместе с сидийцами, то до их полного истребления пройдет совсем немного времени.

5) Халга, город на крайнем севере, населенный сидийцами, будет передан под совместный мандат Империи Великого Тигра и Морского Альянса и получит их совместную защиту.

Империя Великого Тигра хотела скрыть от своего народа, что «Сома и Мао закрыли врата в другой мир», подчеркивая при этом свой собственный вклад.

Королевство Фридония, напротив, хотело избежать прославления Сомы как героя, освободившего мир от Владыки Демонов, опасаясь, что это может взбудоражить Империю Великого Тигра и Лунарианское Ортодоксальное Папское Государство. Если бы правда об этом стала достоянием общественности, существовал бы риск, что весть о происхождении Сомы и правах, предоставленных тем, кто принадлежит к его роду, тоже откроется.

Желание Империи подчеркнуть свой вклад и желание Королевства свести его к минимуму совпадали. Объявление отражало намерения обеих стран, но все равно вызвало волну эйфории по всему континенту.

Когда жители Ландии услышали, что Домен Владыки Демонов, мучивший их долгие годы, больше не существует, а демоны (сидийцы) согласились прекратить военные действия, они подумали, что наконец-то наступило мирное время.

Изгнанные с севера люди, должно быть, надеялись, что смогут вернуться в свои дома. Однако тем, кто критически оценивал этот подвиг, было не по себе. После устранения угрозы Домена Владыки Демонов континент разделился на два лагеря: Империю Великого Тигра и их союзников и Морской Альянс. Смогут ли две фракции поддерживать дружеские отношения, не имея общего врага? Не назревает ли на заднем плане борьба за господство? Во всяком случае, жители Империи Великого Тигра надеялись именно на это.

Неужели вечно победоносный и непобедимый (хотя на самом деле его так и не назовешь) Фуга сможет совершить беспрецедентный подвиг — объединить континент? Морской Альянс был крупной фракцией, в которую входили Королевство Фридония, Республика Тургис, Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона и Королевство Эйфория. Любая из этих стран выглядела бы маленькой и слабой на фоне Империи Великого Тигра.

На последних этапах периода Воюющих государств в Китае, когда Цинь аннексировала остальные шесть государств, разве люди не надеялись, что могущественная Цинь сможет положить конец хаосу и объединить все семь стран в одно целое?

Разве в хаосе в конце периода Муромати люди не желали, чтобы Нобунага объединил Страну восходящего солнца? А когда он пал, разве не обратились они к Хидэёси, а затем после его смерти и к Иэясу?

Разве люди, очарованные мифом о непобедимом Фуге, не надеялись, что он подчинит себе Морской Альянс и объединит континент? Они надеялись на появление великого человека, и этот великий человек появился, чтобы оправдать их надежды. Тогда люди пожелали от великого человека еще большего, и он устремился вперед, вселяя в себя их надежду.

Однако если бы ему не удалось оправдать эти надежды, народ покинул бы его.

Чтобы не быть покинутым народом, великому человеку не оставалось ничего другого, как продолжать двигаться вперед, даже если это означало принятие радикальных мер. Такова судьба каждого, кто становился великим.

Чего сейчас и хотел народ Империи Великого Тигра, так это финальной схватки между великим Фугой Ханом и Сомой Э. Фридония из Морского Альянса. Это желание было очевидным для жителей Морского Альянса, поэтому атмосфера неизбежного конфликта вытеснила первоначальную радость от освобождения Домена Владыки Демонов.

◇ ◇ ◇

Вернувшись в Парнам с северной окраины континента, я быстро собрал лучшие умы нашей страны.

В комнате собралась надежная команда, состоящая из Лисии, премьер-министра Хакуи, который прибыл сюда из Королевства Эйфория, чтобы следить за порядком, пока меня не было, его преемника Ичихи, Белого стратега Юлия, главнокомандующего Силами Национальной Обороны Эксель и ее второго помощника Людвина, а также советника Людвина Каэдэ.

Мы объяснили им, как мы с Мао закрыли врата в другой мир, что означало краткое изложение истории этого мира и привилегий, дарованных тем, в ком течет моя кровь — кровь старого человечества. У всех, кто слышал эту историю, был такой вид, будто они либо хотят схватиться за голову, либо только что укусили что-то неприятное.

— Подумать только, что это бремя ляжет не только на Сому, но и на детей… — с досадой сказала Лисия. Я чувствовал то же самое.

Неудачи будущих жителей Земли возлагались на детей, которые даже не знали, что такое Земля, в конце концов.

— После разговора с Мао я смог отключить ее более опасные функции, такие как открытие врат в северное полушарие и создание новых подземелий. Не думаю, что моя кровь понадобится сразу, но...

— И все же ваша кровь будет необходима, чтобы отправиться в северное полушарие, — сказал Юлий, скрестив руки, — Если бы королевство Ластания еще существовало, я бы непременно попросил усыновить одного из ваших с Ророа детей. Я бы хотел, чтобы род не прерывался, если что-то случится.

— Да, это правда, — подхватил Хакуя, — Как супруг королевы Эйфории, мы бы тоже хотели усыновить одного из ваших с Марией детей.

«Даже Хакуя придерживается того же мнения, да? — подумал я, — Я понимаю это чувство, но дайте мне передохнуть».

— Хорошо, давайте отложим вопрос северного полушария на потом. Проблемы юга имеют приоритет, — сказал я, заставив Каэдэ заговорить от напряжения.

— Вы хотите сказать... что Фуга Хан наконец-то нападет.

— Ну, страны Морского Альянса — единственные, кто может противостоять ему сейчас, — сказала Эксель, пряча рот за веером, — Страна Фуги получила поддержку народа благодаря постоянному росту. Несмотря на то, что он освободил Домен Владыки Демонов, если он остановится в своем прогрессе, то вскоре они столкнутся с внутренним недовольством. Это быстро приведет к началу гражданской войны, и поддерживать страну станет сложно. Империя Фуги может просуществовать до конца его естественной жизни, но вскоре после этого она распадется на части.

— Дело в том, что у его страны нет другого выбора, кроме как сражаться, верно? — со вздохом спросил Людвин.

Фуга получил в свои руки таких компетентных администраторов, как Люмьер. Если бы он захотел приложить усилия и все спланировать, то, возможно, смог бы продлить жизнь своей страны и после своей смерти. Но с его характером «все или ничего» он не мог принять такое решение.

— Фуга хочет доверить свою судьбу собственным талантам, — утверждал я, — Он — человек амбициозный, так он спрашивает у мира, как далеко он может зайти. Поэтому он никогда не остановится. Он обязательно объявит войну Морскому Альянсу, и первой его целью станет королевство Фридония, которое он считает самой большой угрозой.

По всем присутствующим прокатилась волна напряженных выражений. Никто не занимал оптимистическую или противоположную позицию. Все понимали, что такова истинная природа Фуги.

— Он не остановит свое продвижение. Даже если мы будем неоднократно отгонять его, он будет неустанно подниматься на ноги, а затем снова возвращаться, чтобы напасть на нас. Эпоха — люди — хотят его. Вот что значит быть Фугой Ханом. Герой, рожденный в эту эпоху, находится под защитой времени, в котором мы живем. Поэтому, если мы хотим остановить его, нам нужно изменить саму эпоху.

Единственный способ победить Фугу — привести мир к эпохе, в которой люди не будут искать героя.

— Думаю, я знаю, как это сделать. Я понял это после того, как мы достигли Халги, города, которым правит Мао, лидер сидийцев. Пожалуйста, внимательно слушайте то, что я сейчас скажу...

Я продолжил объяснять метод победы над Фугой, который нашел в Халге. По мере того как я рассказывал, каждый в какой-то момент склонял голову набок, но при достаточном объяснении они все поняли.

— Понятно. Так вот оно как? — Эксель одарила меня улыбкой, которая показала, что она не совсем недовольна этим, — Вы говорили мне, что в Халге это не вопрос тактики или стратегии, но... Да, я согласна, что это не то и не другое. Хи-хи! Если вам удастся это провернуть, я уверена, что жители Империи Великого Тигра не смогут ответить.

— Это определенно эффективный ход. Если он сработает, то Фуге и Хашиму придется хорошенько подумать, — согласился Юлий. Но он склонил голову набок и добавил, — Однако... разве не потребуется время, чтобы применить это на практике?

— Да... Мне сказали, что это займет еще полгода, — сказал я.

— Фуга не сможет двигаться, пока не сплотит народные настроения, но, скорее всего, он нападет, как только будет готов. Он не будет ждать нашей готовности.

— Вот почему мы должны выиграть столько времени, сколько сможем.

Ичиха, который все это время слушал, нерешительно поднял руку. Будучи самым молодым в окружении всех этих опытных людей, он, должно быть, сильно нервничал.

— Ичиха? — Я позвал его по имени. Он, казалось, обрел решимость и шагнул вперед.

— Хм... В таком случае, я думаю, мы можем прибегнуть только к стратегии проволочек. Даже если Фуга атакует, мы должны затруднить решающую битву. Если мы будем защищать границы, это быстро приведет к решающей битве, так что, думаю, нам нужно больше уклоняться, иногда защищаться и медленно отступать.

Такой стиль ведения боя требовал от нас значительных усилий. Однако, вероятно, у нас не было другого способа выиграть время в борьбе с Империей Великого Тигра. То, что он смог высказать такое реалистичное мнение, пусть и непростое, показало, что он растет в своей роли преемника Хакуи.

— Да. Именно поэтому я хотел собрать всех здесь, чтобы выработать стратегию и тактику с учетом этой политики. Лучшие умы этой страны находятся здесь, в этой самой комнате. Я надеюсь, что вы все сможете придумать лучшую стратегию, чем я.

Все кивнули, когда я сказал это. Затем Хакуя поднял руку.

— Если речь именно об этом, то есть два человека, которых я хотел бы пригласить к нам в штаб.

— Хм? Я не возражаю. Кого ты собираешься позвать?

Хакуя ухмыльнулся, — Некоторых людей вы знаете довольно хорошо, Ваше Величество.

◇ ◇ ◇

Несколько дней спустя, в новом городе Венетинова...

— И именно поэтому я хочу, чтобы вы срочно отправились в Парнам.

Вейст Гарро, лорд этого города, лично вызвал в свой кабинет некоего человека. Мужчина пришел, не зная, зачем его вызвали, и только что получил приказ от короля Сомы явиться в замок.

На мгновение он выглядел ошарашенным, но как только понял, что от него требуется, удивленно вскрикнул, — Что-что?! Почему я?!

Вейст передал мужчине письменный приказ, а затем ободряюще похлопал его по плечу.

— Вы нужны Его Величеству и премьер-министру в черной мантии. Разве это не большая честь? Я надеюсь, что вы сделаете для них все возможное, как представитель этого города, сэр Уруп.

— ...

Рот Урупа беззвучно раскрылся, когда он уставился на приветливую улыбку Вейста, заставившую даже суверенного князя Амидонии Гая ослабить бдительность.

Когда в 1546 году по континентальному календарю строился новый город Венетинова, старик Уруп рассказал Соме легенду о морском боге, которая предупреждала об опасности цунами.

После встречи с королем планы города были изменены. Уруп переехал в Венетинову, где продолжил работать рыбаком, а также там он подрабатывал рассказчиком, передавая людям легенды и о том, что делать в случае цунами.

Шли годы, тяжелый труд рыбака довел выносливость Урупа до предела. В конце концов он решил оставить эту работу своим детям и внукам, чтобы сосредоточиться на своей деятельности рассказчика. Он ходил по детским садам — по образцу того, что был в замке Парнам, — и рассказывал детям свои истории. Через некоторое время после, однажды ему в голову пришла мысль.

«В каждом регионе должны быть легенды, предупреждающие о стихийных бедствиях. Не только о цунами, но и об оползнях в горах и долинах, о наводнениях у рек на равнинах. В лесах тоже водятся опасные звери. Неужели у всех этих легенд… действительно есть свои рассказчики?»

Благодаря знаниям из своего прежнего мира, Сома понял ценность легенды Урупа о морском боге и придал ей большое значение. Однако сам Уруп, напротив, до встречи с королем не знал, насколько ценна история, которую он пересказывал. Не исключено, что, когда его жизнь оборвется, легенда будет утрачена. А если бы никто не знал ее, когда наступил день бедствия, сколько жизней было бы потеряно?

«Я содрогаюсь при мысли об этом. И мне невыносимо видеть, как легенды, которые наши предки с таким трудом оставили нам, просто исчезают, оставаясь незамеченными...»

В этот момент Урупа осенило вдохновение.

Он был уже стар, и не было бы странным, если бы он в любой момент скончался. В таком случае оставшееся время он посвятит сбору легенд и станет их рассказчиком. Приняв это решение, Уруп начал действовать быстро. Он сразу же составил письмо Соме, в котором изложил свои мысли. Время, потраченное на обучение чтению и письму после ухода с поста рыбака, стоило того.

— Его Королевское  Величество, хотя я не могу противостоять волнам времени и не могу больше плавать в море, сейчас я берусь за это перо в надежде выполнить последнее задание, ха! — Сома громко рассмеялся, прочитав первую строчку письма, не заботясь о том, что кто-то услышит, — Старик Уруп собирается стать фольклористом, да? У него еще полно энергии!

Вытерев слезы, когда Лисия и остальные удивленно переглядывались, Сома тут же начал писать письмо с одобрением и обещал финансировать начинание. Кроме того, он выдал сертификат, в котором говорилось, что исследования Урупа одобрены королем и что люди должны сотрудничать с ним. Он даже поручил Юноне, Дече и другим достойным доверия искателям приключений сопровождать старика в его путешествиях.

Позже это письмо Урупа было передано в столичный музей и стало одним из его главных экспонатов. Но это уже другая история…

— Привет, старик Уруп. Я принесла тебе письмо от короля.

— Ох, девчонка! Скорее, скорее покажи мне его!

Прочитав ответ, отправленный вместе с Юноной и другими искателями приключений, Уруп отправился к своей семье. Они были достаточно обеспокоены его недавней склонностью к опасным для его возраста поступкам, но он не позволял этому замедлить себя.

— Я ухожу! — объявил он и отправился в путь.

— Ладно, ладно, куда сначала, старик? — спросила Юнона.

Уруп потеребил усы и сказал, — Бедствия, связанные с водой, страшны, поэтому сначала мы пойдем вдоль побережья, потом по рекам, я полагаю. После этого наступит черед гор. Как только я соберу легенды со всего мира, мы должны будем вернуться в Венетинову, чтобы я мог их упорядочить.

— Звучит невероятно трудоемко...

— Конечно. Я намерен посвятить этому остаток своей жизни.

С этими словами Уруп отправился в путь в приподнятом настроении.

Обычно работа по сопровождению осуществлялась из одной деревни в другую. Юнона и остальные присоединялись к нему, когда это соответствовало их планам. В других же случаях, Урупа сопровождали другие доверенные авантюристы из гильдии, получившие запрос от королевства.

Были и те, кто с подозрением относился к Урупу и его «свите», расспрашивавших о местных легендах, но, увидев письменное свидетельство короля Сомы, они быстро изменяли свое отношение и начинали сотрудничать. Люди, видевшие встречи Урупа, распространяли о них истории, преувеличенные до смешного. В более поздние годы была даже поставлена пьеса под названием «Турне старика Урупа», в которой он несколько напоминал некоего старого отставного правителя из региона Мито.

Кстати, те, кто сопровождал его в этой пьесе, как и Сукэ и Каку в оригинале, всегда были членами партии Юны. (Хотя они не всегда путешествовали с ним... но это уже слишком далеко от темы).

Так Уруп путешествовал по всей стране, изучая мифы и народные сказания, которые оставались уроками в каждом регионе. В конце концов он возвращался в Венетинову, чтобы собрать их воедино, а затем снова отправлялся на поиски новых легенд. Его отредактированные сборники представлялись стране в качестве отчета, и Сома с Хакуей оставались довольны проделанной им работой.

Однажды, после того, как это продолжалось уже несколько лет...

Вернувшись в Венетинову, чтобы составить очередную серию историй, Уруп получил вызов от лорда Вейста Гарро и приказ Сомы явиться в замок Парнам. На следующий день прибыла гондола с вивернами, чтобы отвезти его в столицу, и в мгновение ока Уруп стал человеком неба.

«Д-да… Чем же я его обидел? Было ли что-то в моем докладе, что не понравилось королю или премьер-министру?»

Гондола была просторной и служила королевской семье, но Уруп ютился в одном из ее углов. Пока он задавался вопросом, как все до этого дошло, гондола продолжала свой путь. Прежде чем он успел все осознать, они приземлились во дворе замка Парнам.

— Вы, должно быть, сэр Уруп. Как хорошо, что вы пришли, — вежливо поприветствовала Урупа старшая горничная Серина, когда он нерешительно сошел с гондолы.

Хотя Уруп и был связан с королем Сомой, он все еще оставался простолюдином. Он был потрясен тем, что его приветствовали как какого-то дворянина или министра.

Серина указала направо ладонью правой руки. — Пожалуйста, пройдите сюда.

Уруп последовал за ней, не говоря ни слова. Он уже успел привыкнуть к Соме и некоторым другим, но даже залы замка казались ему настолько официальными, что он нервничал. Он шел, пока его не привели в комнату.

— Пожалуйста, подождите здесь минутку, — сказала Серина, поклонившись, и удалилась.

Помимо того, что комната была украшена картинами и другими произведениями искусства, в ней также стояли два больших удобных красных дивана. Похоже, это была своего рода комната ожидания.

«Ничего, если я присяду...?»

Уруп, будучи немного скрягой, не решался сесть на что-то столь роскошное. Постояв некоторое время, он услышал голос с другой стороны двери.

— Пожалуйста, подождите немного в этой комнате. Его Величество скоро подойдет к вам, — сказал кто-то.

Дверь распахнулась, и он мельком увидел по ту сторону служанку-драконида Карлу.

Вдруг в комнату ворвался человек. Это был крупный бородатый мужчина, который выглядел в замке еще более неуместно, чем Уруп.

«Кто этот парень? Он больше похож на разбойника, — подумал Уруп».

Их взгляды встретились, и здоровяк спросил, — Хм? Тебя тоже вызвал король, старик?

— Я Уруп, прибыл из Венетиновы. Кто спрашивает?

Если бы здоровяк стал буйствовать в этой комнате, он мог бы переломить старика пополам. Однако Уруп надул грудь, не желая проигрывать ему, по крайней мере, в настрое.

Видя, как ведет себя Уруп, и чувствуя, что напугал старика, здоровяк с неловкой улыбкой почесал затылок.

— Меня зовут Гонзалес. Я капитан команды горных спасателей. Сегодня мне неожиданно вызвал король... Тебя тоже, старик?

— Да… Так и есть, — почувствовав, что мужчина не представляет для него опасности, Уруп ослабил бдительность, — Я слышал о команде горных спасателей, когда путешествовал по деревням в горах. Его Величество создал их, чтобы искать и спасать людей, которые заблудились. Многие из них — бывшие горные бандиты, которые оставили преступную жизнь, но им доверяют люди, потому что они хорошо знают горы и готовы пойти куда угодно, чтобы помочь.

— Хе-хе... Ты заставляешь меня краснеть, — сказал Гонзалес, ничуть не смущаясь. Улыбка делает любого человека более обаятельным, а он обладал обаянием совершенно расслабленного медведя.

— Тебя тоже вызвали, верно, старик? Раз так, ты что-нибудь слышал?

— Нет, подробностей я тоже пока не знаю...

Пока они разговаривали, дверь открылась, и в комнату вошел Сома вместе с Хакуей.

— Старик Уруп, Гонзалес. Простите, что вызвал вас в такой короткий срок, — непринужденно сказал Сома.

— Спасибо, что нашли время, — добавил Хакуя, склонив голову.

— Д-да, Ваше Величество!

— Король... О, простите.

В ответ на внезапное появление короля Уруп поспешно пал ниц, а Гонзалес опустился на одно колено, что, похоже, было для него непривычно.

Язвительно улыбнувшись их реакции, Сома сказал, — Нет, нет. Не чувствуйте себя обязанными вести себя формально. Давайте, встаньте, вы двое.

Оба мужчины поднялись на ноги, не зная, как к этому отнестись.

Сома улыбнулся и сказал им, — Спасибо вам обоим, что пришли. Есть кое-что, с чем мне действительно нужна ваша помощь.

Уруп и Гонзалес переглянулись.

После этого Урупа и Гонзалеса провели в другую комнату, в которой было темновато из-за отсутствия окон.

В центре комнаты, занимая большую часть пространства, находился большой объект, который они не могли толком разглядеть. При ближайшем рассмотрении они поняли, что это масштабная модель королевства Фридония. На ней было изображено взаимное расположение деревень, поселков и городов и даже воссозданы высоты гор.

Уруп и Гонсалес ахнули при виде этого зрелища. Точность модели была поразительной.

Путешествуя по стране, собирая легенды, Уруп мог сказать, насколько она точна. Гонзалес тоже знал об этом, ведь он исследовал горы в рамках своих спасательных операций. Даже подробные карты были тщательно охраняемым секретом, так что эта сложная модель была не из тех, которые обычные люди, вроде них, могли бы увидеть при обычных обстоятельствах.

— Что это...?

— То, на что похоже. Масштабная модель этой страны, — ответил Хакуя, который уже находился в комнате.

Оглядевшись по сторонам, они увидели, что главнокомандующая Силами Национальной Обороны Эксель и Белый стратег Юлий тоже присутствуют.

Это была вторая военная комната в замке Парнам, где не так давно планировалось освобождение Империи Гран-Кэйос.

Наконец, придя в себя, с каплями пота, Гонзалес сказал, — Так... зачем вы решили показать это нам? Разве это не государственная тайна?

— Хи-хи! Да, так и есть. Если бы вы попытались вынести ее отсюда, от вас бы избавились тайно, — Эксель рассмеялась, спрятав рот за веером. Она улыбалась, но двум гостям было не до смеха.

Приглашенные мужчины обливались холодным потом. Зачем их позвали сюда и что с ними будет дальше?

— Эксель. Пожалуйста, не пугай их, — укорил Сома, заставив Эксель игриво высунуть язык.

Это было похоже на то, как ее внучка Джуна делала такой же жест после небольшой шалости.

— Ну и ну, — сказал Сома, опустив плечи. Затем, хлопнув в ладоши, он попытался вернуть разговор в нужное русло, — Итак, что касается того, почему вы оба здесь, Хакуя сказал мне, что хочет позаимствовать немного вашей мудрости.

— Верно, — сказал Хакуя, шагнув вперед, — Вы оба обладаете специальными знаниями. Сэр Гонзалес знает горы этой страны как свои пять пальцев. А сэр Уруп, собирая легенды о бедствиях, связанных с водой, узнал достаточно, чтобы по праву называться экспертом по борьбе с наводнениями. Я хотел бы, чтобы вы оба одолжили нам свои знания ради блага этой страны.

После этого Хакуя объяснил им ситуацию, в которой оказалась страна.

Единственной фракцией, которая могла противостоять Империи Великого Тигра, был Морской Альянс, и, поскольку положение на севере стабилизировалось, ожидалось, что Фуга вторгнется в страну в недалеком будущем. Большинство жителей государства радовались тому, что угроза со стороны Домена Владыки Демонов миновала, и наконец-то наступило мирное время, поэтому для обоих это откровение стало грубым пробуждением.

— Так вот что происходит? — сказал Гонсалес, недоумевая.

— Звучит грубовато… — добавил Уруп и продолжил, — Но теперь я еще меньше понимаю, зачем вы нас сюда позвали...

Хакуя слегка улыбнулся, положив руку на масштабную модель.

— Подумайте о силах Империи Великого Тигра, как о воде, устремляющейся к нам. Они движутся быстрее, когда переходят с более высоких мест на более низкие, и теряют темп, двигаясь в противоположном направлении. Если они разделяются, они теряют свой импульс, а если объединяются, то приобретают еще большую силу. В этом отношении вода и армии похожи. Потому что места, через которые вода может легко пройти, также легко преодолеваются людьми.

Сказав это, Хакуя посмотрел на Урупа и продолжил.

— Сэр Уруп. В своих отчетах вы указывали области, которым грозит опасность, несмотря на отсутствие легенд, верно? Это потому, что, основываясь на легендах, которые вы собрали до сих пор, вы инстинктивно понимаете, где легко скапливается вода. Если мы уподобим силы вторжения воде, разве вы не сможете сказать нам, куда они двинутся, основываясь на этой масштабной модели?

— Ну… — Уруп замолчал, но при этом смоделировал поток воды на масштабной модели перед собой.

«Как будет двигаться вода, если она пересечет северную границу? — подумал он, — Она разделится у той горы, а затем снова соединится в этом бассейне. Если она пойдет по этому узкому пути, то зайдет в тупик, а по другой дороге — гладкий путь в столицу».

— Нет, нет… — Уруп покачал головой, прогоняя мысленную симуляцию, — Это правда, я могу сказать, как вода будет двигаться на этой масштабной модели, но настоящие горные тропы не так просты. Должны быть пути, которые вы не смогли изобразить с помощью этого.

Хакуя кивнул, — Да. Именно поэтому я также вызвал сэра Гонзалеса.

— М-меня? — Гонзалес указал на себя указательным пальцем.

— Верно, — Хакуя кивнул, — Как капитан команды горных спасателей, вы многое узнали о многочисленных горах этой страны. Возможно, не меньше, чем люди, живущие в этих местах.

— Хм... Ну, я уверен, что поднялся на большее количество гор, чем кто-либо в стране. Гонзалес почесал затылок.

Хакуя снова кивнул, прежде чем продолжить, — Сэр Гонзалес, вы хорошо осведомлены о скрытых дорогах в горах, которые сэр Уруп назвал проблемой, а также о тропах диких зверей. Если ваши знания компенсируют недостатки этой масштабной модели, то сэр Уруп, вероятно, сможет разработать точный маршрут вторжения.

— Понятно. Вот зачем вы и позвали этих двоих, — сказал Юлий, впечатлившись, а затем скрестил руки, — У Фуги не будет другого выбора, кроме как использовать большую армию для вторжения в страну. Здесь более высокий уровень жизни, а благодаря ежедневным передачам, просвещающим население, ему будет не так просто использовать пропаганду, как это было в случае с Империей. Если у него не будет другого выбора, кроме как начать лобовое вторжение с большой армией, то пути, по которым смогут пройти его войска, будут ограничены.

— А если мы сможем сузить круг возможных маршрутов, то подготовить контрмеры будет проще, — сказала Эксель, закрывая свой веер, — Как уже говорил сэр Ичиха, нам нужно использовать тактику проволочек. В местах скопления воды легче всего развернуть военные силы, поэтому их будет трудно защищать, что приведет к их оставлению. Но области, где вода должна расступиться, легко оборонять, поэтому мы будем удерживать эти ключевые точки, чтобы Империя Великого Тигра не смогла развернуть там свои силы.

— Верно, — подтвердил Хакуя, — В то же время, если мы воспользуемся знаниями, которыми обладают эти двое, мы сможем помешать врагу использовать неизвестные нам маршруты, чтобы обойти нас с тыла.

Уруп и Гонзалес были все так же озадачены, но все умные люди в комнате, казалось, были удовлетворены этим объяснением.

Сома, который до этого момента слушал, сказал, — Я понял, о чем думает Хакуя. Уруп, Гонзалес.

— Да, Ваше Величество!

— В чем дело?

Склонив голову, Сома ответил, — Пожалуйста, одолжите стране свою мудрость.

Увидев, что король поклонился, оба запаниковали еще больше. В этот момент нельзя было ни отказываться, ни колебаться.

— Поднимите голову, Ваше Величество! Если этот немощный старик может быть полезен, то я сделаю все, о чем вы меня попросите!

— Да, сир! Я тоже в долгу перед вами за то, что вы помогли мне выбраться из дела горных бандитов. Если то, что я знаю, может быть полезным, то позвольте и мне помочь вам!

— Спасибо вам обоим, — Заручившись их помощью, Сома поднял голову и улыбнулся.

Так Уруп и Гонзалес присоединились ко второй военной комнате Королевства Фридония и начали укреплять оборону против грядущего вторжения.

— Господин премьер-министр, на этой горе есть тропа. Она недостаточно широка для лошадей, но люди могут пересечь ее пешком.

— Хм. Мы могли бы разместить здесь войска в качестве меры предосторожности или, возможно, использовать ее для засады на их тыловые подразделения, — сказал Хакуя.

— Здесь этот бассейн широко открыт, но с западной стороны он поднимается к югу. Вода будет скапливаться здесь, но будет с трудом течь на юг. Если уж на то пошло, она должна стекать с восточной стороны.

— Понимаю, как это. В таком случае, это место, где продвижение противника будет неравномерным. Сэр Юлий? — спросила Эксель.

— Вероятно, вы правы, — ответил Юлий, — Я думал, что нам придется отказаться от этой точки, если мы не сможем ее защитить, но, возможно, будет лучше занять здесь прочную оборону и затормозить их продвижение.

— Хи-хи! Да, это правда. Думаю, мы могли бы нанести некоторый урон, если бы отряд атаковал нас с востока.

Капитан горноспасательной команды и рассказчик легенд участвовали в стратегических совещаниях с премьер-министром, военным стратегом и главнокомандующей, и их мнения имели одинаковый вес. Их дебаты продолжались день и ночь, а предлагаемые ими тактики проволочек становились все более изощренными. Вероятно, эта ситуация и была той самой «черепахой с множеством змей вместо хвостов, которые нападают независимо от намерений самой черепахи», которой так опасался Фуга.

Подобные явления происходили и в других местах.

С момента своего основания столичный учебный центр, известный как Профессиональная школа Джинджера, неуклонно набирал популярность. С постройкой дополнительных зданий, соответствующих его постоянно растущим масштабам, название сменилось на Колледж Джинджера.

Сегодня в одном из лекционных залов собралось множество девушек в белых одеждах.

Девушка, стоявшая впереди толпы, спросила, — Все готовы?

— Да, Святая Мэри!

Ответ вызвал у Мэри тревожный смех, — Я уже говорила вам, что больше не являюсь святой, а все вы теперь бывшие кандидаты в святые, не так ли?

Это были участницы девичьего хора Лунарии, состоящего из бывших кандидатов в святые, которые бежали из Лунарианского Ортодоксального Папского Государства.

Девушки из хора осыпали Мэри взглядами восхищения, словно она была их старшей сестрой.

— Нет, леди Мэри, это вы спасли нас от Ортодоксального Папского Государства!

— Вы — наша спасительница!

— Что бы кто ни говорил, вы всегда будете для нас Святой!

Услышав эти слова в сочетании с их обожающими взглядами, Мэри не знала, как реагировать.

— Ха-ха-ха! Почему бы просто не позволить им поклоняться тебе, если они этого хотят? Я не вижу в этом ничего плохого, — раздался голос в очень непринужденном тоне.

Мэри бросила взгляд на говорившего, — Вы говорите так, будто это так просто, Ваше Святейшество архиепископ Соуджи...

— Эй-эй, не надо на меня так смотреть, — сказал Соуджи, широко раскинув руки, — Это, несомненно, результат твоих собственных действий. Я слышал, что сторонники Фуги, которые сейчас удерживают власть в Ортодоксальном Папском Государстве, проливают дождь крови, проводя постоянные чистки во имя охоты на еретиков. Если бы эти девушки остались в стране, они бы стали их жертвами. Эти сторонники хотят укрепить авторитет святой Фуги, поэтому существование других кандидатов для них лишь помеха.

— Святая Фуги... Ты имеешь в виду Анну, я полагаю?

Выражение лица Мэри омрачилось. Она протянула руку Анне, когда они собирались бежать из Ортодоксального Папского Государства, но получила отказ. Анна была одной из тех, кого ей не удалось спасти. Вернее, если девушка сама выбрала это, то, возможно, неправильно считать, что она не смогла ее спасти.

«Анна... О чем ты сейчас думаешь? Что ты чувствуешь, когда видишь кровь, которая течет по твоим ногам? Разве это не разбивает тебе сердце? У того, кто хотел жить так, чтобы быть нужным людям, а теперь используется как подпорка для поддержания чужого авторитета…»

Пока Мэри размышляла об этом, Соуджи вдруг обхватил руками ее виски и покачал головой.

— Постой, что ты делаешь?! Пожалуйста, прекрати! — запротестовала Мэри, но Соуджи лишь усмехнулся.

— Ну, знаешь... у тебя было такое кислое выражение лица. Я решил немного побаловаться.

— Не тряси меня так! Боже, посмотри, какой беспорядок ты устроил в моих волосах.

Освободившись от рук Соуджи, она надула щеки, поправляя взъерошенные волосы.

Увидев ее выражение лица, Соуджи рассмеялся и сказал, — Да, это больше похоже на правду! Открытое проявление эмоций подходит тебе гораздо больше, чем задумчивое выражение лица.

— Кто тебя просил...?

— Если ты выглядишь мрачной, это вызывает беспокойство у многих людей, — сказал он, указав жестом подбородка за ее спину.

Мэри повернулась и увидела, что бывшие святые смотрят на нее с беспокойством. «Почему?» — подумала она.

— Видишь? Это значит, что ты теперь большая и важная святая для этих девочек, — подтвердил Соуджи, — Признаешь ты это или нет, но они тебя уважают и обожают. Если бы кто-то, кого ты любишь и уважаешь, выглядел так, будто ему больно, ты бы тоже забеспокоилась, не так ли?

— Этого не может быть. Я не такая уж и важная… — Мэри пыталась вести себя скромно, но более двадцати четырех пар глаз, устремленных в ее сторону, говорили об обратном.

Трудно было быть чрезмерно скромной в присутствии всех этих людей. Если они возлагали на нее какие-то надежды, то из естественного человеческого сострадания не хотелось их разочаровывать.

— Наверное, в какой-то момент... я действительно стала такой важной персоной.

— В конце концов, такой дегенеративный священник, как я, смог стать архиепископом. Люди меняются, когда меняется мир или среда, где они оказываются. Главное, думать своей головой, стоять на своих ногах независимо от того, в каком месте ты находишься. Плыть по течению или бороться с ним — смысл в том, чтобы выбрать свой собственный путь.

— Ваше Святейшество...

«Подумайте сами, а?»

Если Анна решила стать святой, как и Мэри решила освободиться от оков, наложенных на нее статусом святой, то, возможно, нет причин переживать по этому поводу. Возможно, Мэри следовало бы признать выбор Анны как одной из немногих, кто знал, какие страдания он влечет за собой. Неважно, как люди настоящего или будущего отнесутся к ее решению.

Выражение лица Мэри смягчилось, — Должна отдать вам должное, Ваше Святейшество. Ты умеешь наставлять бродячих ягнят на путь истинный.

Услышав такой комплимент, Соуджи погладил свою гладкую голову и рассмеялся, — Ха-ха-ха! Я всегда был больше любителем баранины, чем ягнят, но почему-то продолжаю помогать заблудившимся ягнятам. Это очень вопиющий позор.

— О, но одному медведю-ленивцу всегда помогают ягнята. Если бы не мисс Мерула и я, кабинет архиепископа быстро стал бы таким захламленным, что негде было бы встать, а ваш престиж давно бы упал на землю, Ваше Святейшество.

— Я вижу, ты научилась держать себя в руках, юная леди...

Получив от короля Сомы особое поручение присматривать за Соуджи, Мэри управляла большей частью его повседневной жизни. Поскольку Соуджи был лицом Лунарианской Ортодоксии Королевства, потеря его авторитета негативно отразилась бы на всех последователях в стране. Чтобы строго следить за его деятельностью, она организовала совместный фронт с высшей эльфийкой Мерулой, которая бесплатно жила в его доме в обмен на уборку.

Когда-то Мерула была объявлена ведьмой Ортодоксальным Папским Государством, и Мэри оказалась в положении, которое требовало от нее осуждения Мерулы, но теперь они объединились ради исправления Соуджи. Благодаря им двоим (и изменению его собственного мышления) он стал вести более здоровый образ жизни.

В связи с этим Сома сказал, — Знаешь, ортодоксия королевства не запрещает своим священнослужителям жениться, так что возьми их обеих в жены, — на что Соуджи нахмурился.

Бывшие кандидаты в святые улыбались, наблюдая за этим обменом мнениями между архиепископом и святой, в котором было неясно, кто одержит верх.

Внезапно в зале раздался низкий джентльменский голос, — Ах, кхм. Вы оба закончили?

Источником был человек с моржовым лицом, одетый в смокинг, стоявший рядом с президентом колледжа Джинджером и его женой Сандрией.

Это был Морс, представитель расы моржей (состоящей из моржей-зверолюдей), одной из пяти рас Снежных равнин Республики, а также представитель Общества Трудовой Песни. После успеха «Настоящей песенной битвы Востока и Запада» Морс занялся музыкой и теперь является дирижером девичьего хора Лунарии.

С кривой улыбкой Морс сказал, — Самое время начать эксперимент. Сэр Джинджер, все ли готово, чтобы мы могли начать?

— Да. Драгоценность, которую мы одолжили у Его Величества, сейчас показывает этот лекционный зал, — сказал Джинджер, жестом указывая на предмет, установленный у входа, — Трансляцию можно смотреть не только в этой стране, но и во всех государствах Морского Альянса. Эксперимент заключается в том, чтобы определить, смогут ли участники в каждом городе исцелить раненых, прослушав эту презентацию пения Лунарианского девичьего хора.

Тайное искусство Лунарианской Ортодоксии, зональное исцеление, заключалось в том, что светлые маги церкви оживляли большое количество больных одновременно с помощью песни.

Недавняя «Настоящая песенная битва Востока и Запада» показала, что мысленные образы важны для эффективности магии и что песни эффективно дают заклинателю нужную визуализацию. Таким образом, этот эксперимент должен был проверить, окажет ли прослушивание песнопений по трансляции усиливающий эффект на магию исцеления. Женя, Мерула и другие гении Королевства считали, что вероятность этого велика. По их мнению, влияние, скорее всего, будет меньше, чем при личном прослушивании, но образность песни от трансляции не уменьшится.

Если эта гипотеза окажется верной, каждая страна Морского Альянса сможет использовать свои каналы вещания для оказания помощи в лечении раненых в глобальном масштабе, когда идут боевые действия. Даже если другая сторона заметит эти передачи, Морской Альянс сможет по сигналу друг друга изменить свои частоты, чтобы предотвратить их использование противником, так что это будет серьезным преимуществом.

После того как Джинджер объяснил замысел эксперимента, Сандрия выступила вперед и сказала, — Итак, по сути, ваши шутки были видны всему миру. Могу ли я предложить вам ограничиться флиртом в вашем собственном доме?

— Э-э, нет, мы не флиртовали, — запротестовал Соуджи, но Мэри смущенно опустила лицо. Бывшие кандидаты в святые визжали от радости, наблюдая за их реакцией.

Затем по комнате разнесся звук хлопка.

— Ладно, ладно, хватит. Неприлично совать свой нос в чужую личную жизнь, — сказал Морс своим глубоким звучным голосом.

— Точно! — с энтузиазмом ответили бывшие кандидатки в святые.

Соуджи, казалось, хотел что-то сказать, но не мог, потому что понимал, что это разворошит осиное гнездо. Мэри же, напротив, закрывала лицо руками и жалела, что у нее нет норы, в которую она могла бы спрятаться.

Криво улыбнувшись их затруднительному положению, Морс поднял свою палочку, — Итак, все собрались. Начинаем?

— Да!!!

Так начался эксперимент по трансляции зонального исцеления.

Результат, как и ожидалось, оказался успешным. Сома и остальные были в восторге, когда услышали отчет, и приказали Джинджеру и его команде продолжить эксперименты.

~ Конец 1553-го года по континентальному календарю ~

Жители каждой страны устраивали большие пиры, чтобы отпраздновать конец года, который запомнится как год освобождения Домена Владыки Демонов. Избавившись от тревог, преследовавших их на протяжении десятилетий, они, несомненно, мечтали о светлом будущем. В нашей стране Джуна руководила подготовкой к ежегодному песенному бою (этот не был исследовательским, а чем-то напоминал новогодний Песенный турнир Красных и Белых).

[[п. п.: «Кохаку ута гассэн» («Песенный турнир Красных и Белых»), часто коротко называемый просто «Кохаку» — ежегодное музыкальное конкурсное шоу, проводимое телекомпанией NHK в предновогодний вечер (незадолго до полуночи) и транслируемое по телевидению и радио в Японии, а также за её границами подписанными на неё кабельными провайдерами]].

Однако, в отличие от праздничного настроения народа, политические и военные лидеры стран Морского Альянса не могли позволить себе столь приподнятого настроения. Поскольку общественное мнение в Империи Великого Тигра ужесточилось, Королевство Фридония было уверено, что вторжение в союз стран неминуемо. Об этом они сообщили трем своим союзникам: Республике Тургис, Королевству Архипелага Девятиглавого Дракона, Королевству Эйфория — и Королевству Рыцарей Драконов Нотунг, которое находилось вне альянса, но в последнее время взаимодействовало с ним по делам доставки.

Необходимо было, чтобы остальные помогали в реализации плана, поэтому я не торопился объяснять то, что услышал в глубинах Домена Владыки Демонов, в том числе о том, как появился этот мир, и о северном полушарии.

Сегодня у меня была встреча с Ку, Шабон и Жанной, главами государств четырех стран Морского Альянса, по видеосвязи. Когда все были готовы, я заговорил первым.

— Итак, давайте начнем собрание.

— Ага.

— Да.

— Хорошо.

Увидев, что остальные трое кивнули, я ответил тем же и повернулся к Ку.

— Сначала... Ку.

— Хм? Что случилось, брат?

— Я слышал, у тебя скоро будет четверо. Поздравляю.

— Укак-ка-ка. Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко, — Ку смущенно почесал затылок, когда Шабон и Жанна присоединились к поздравлениям.

Он все еще переживал из-за того, что внезапно стал отцом четверых детей. На самом деле Ку узнал о беременности Тару и Лерины только на днях. Более того, последняя, судя по всему, была беременна тройней, а ее живот уже достиг значительных размеров. Раса белых кроликов известна своей плодовитостью, так что он мог предвидеть такое развитие событий.

Пытаясь вернуть диалог в нужное русло, Ку усмехнулся и покачал головой.

— Ну что ж, так оно и есть. Раз у меня четверо детей, то некоторые из них, возможно, поладят с твоими, брат. Давай обручим их с Казухой, Эндзю или Кайто.

— Ты забегаешь вперед, ведь они еще даже не родились...

С Казухой разница в возрасте составит шесть лет... Вполне приемлемо для этого мира, но я хотел бы избежать брака, на который не согласны обе стороны.

— Ну… — начал Ку, качая головой, — Теперь, когда ты рассказал нам, как важна твоя кровь древнего человечества, брат, Республика хочет заполучить часть этой родословной для себя. Архипелаг Девятиглавого Дракона заключил помолвку между Сианом и Шаран, а Королевству Эйфория нужно, чтобы ты завел ребенка от их бывшей императрицы. Как глава Республики, я не могу согласиться с тем, что мы останемся ни с чем.

«Понимаю, к чему он клонит... Думаю, я бы чувствовал то же самое на месте Ку».

— Справедливо. Когда ваши дети родятся и немного подрастут, давай познакомим их друг с другом. Если найдутся пары, которые подойдут друг другу, то, думаю, можно будет сосватать их.

— Ага! Я буду держать тебя в курсе, брат, — сказал Ку с широкой ухмылкой.

Жанна кивнула в знак согласия, — Это правда, нам тоже нужна кровь древнего человечества. Когда у вас с моей сестрой появятся дети, мы хотели бы усыновить одного из них.

— Забегаете вперед, мадам Жанна...

— Ох! Жанна права, брат.

Если подумать, она теперь моя невестка. Да, пожалуй, после Томоэ это делает ее моей второй невесткой.

— В любом случае... Я должен извиниться, Жанна. За то, что так часто отзывал Хакую, когда вы только поженились.

— Я понимаю, — Жанна язвительно улыбнулась и покачала головой, — У вас нет выбора, учитывая нынешнюю ситуацию.

— Приятно слышать это от вас…

— Честно говоря, меня беспокоит не муж... Когда сэра Хакуи нет в стране, я больше беспокоюсь о том, какие глупости может выкинуть Трилл. Она сейчас усиленно разрабатывает что-то, чтобы выпустить пар из-за разлуки с мадам Женей.

«Принцесса Трилл в своем репертуаре, да?»

Жанна испустила измученный вздох, — Раньше она говорила: «Одной только обороне замка не хватает изюминки! Согласись, было бы неплохо иметь замок, способный основательно потрепать наших врагов?» — а потом она начала переделывать стены замка.

— Р-Разумеется...

— Тем не менее, сэр Хакуя просматривает ее изобретения и отбирает все, что может пригодиться, так что она вносит большой вклад в развитие технологий нашей страны...

— Укак-ка-ка! Я вижу, мисс Трилл, как всегда, очень интересна! Я бы очень хотел, чтобы она приехала в нашу страну и помогла восстановить город, который мы украли у Зема!

— Она в вашем распоряжении, — сказала Жанна, сделав жест, словно передавая ему что-то.

Хотя Трилл и Ку познакомились во время строительства тоннеля, казалось, что из них может получиться опасная комбинация.

— Сэр Сома...

— Хм?

В этот момент Шабон, которая все это время молча слушала с безмятежным выражением лица, выпрямилась и склонила голову передо мной.

— Я должна извиниться за то, что флот моей страны опозорился во время похода в Домен Владыки Демонов.

— Ох... Это?

Когда мы отправили свой флот в Домен Владыки Демонов по просьбе Фуги, Шабон послала флот Архипелага Девятиглавого Дракона, чтобы сопровождать нас. Однако, когда мы столкнулись с гуманоидным оружием Джангар, один из кораблей Архипелага Девятиглавого Дракона проигнорировал приказ ничего не начинать и атаковал его, что вызвало вспышку боевых действий. В той битве мы потеряли один островной авианосец, и недостатка в потерях не было.

[[п.п.: тут, вероятно, отсылка на Джангара — хана, правителя страны Бумба, сына Узюнг-хана из одноименного калмыцкого эпоса]].

Я уже получил от нее одно извинение после возвращения в Королевство, но впервые она произнесла его официально.

— Те, кто ослушался приказа, будут наказаны по законам нашей страны, но я должна извиниться за промахи тех, кто находится под моим командованием.

— Подними голову, Шабон. Мы не предвидели такой ситуации. Я сам виноват, что позволил Фуге подтолкнуть меня к отправке флота. Я слышал, что большинство погибших были из флота Архипелага Девятиглавого Дракона, так что если вы говорите, что уже позаботились об этом, то мне больше нечего сказать по этому поводу.

— Спасибо.

— Сейчас важнее то, что у меня есть просьба к вам троим.

— Вы говорите о Фуге Хане, верно? — спросил Ку.

— Да, — я кивнул, — Более или менее гарантировано, что в следующем году нам придется сразиться в решающей битве с Империей Великого Тигра.

— Это то, о чем мне говорил сэр Хакуя. Он твердит, что они почти наверняка вторгнутся в королевство Фридония, — сказала Жанна, заставив Ку склонить голову набок.

— Укак-ка-ка? Можно ли говорить так определенно? Моя страна граничит с бывшим государством наемников Зем, но находится далеко от родины врага, а Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона — за морем. Логично, что мы не являемся здесь целью, но разве Королевству Эйфория не нужно беспокоиться тоже?

— Это займет слишком много времени. Пока у нас есть план, о котором я вам рассказывал, время на нашей стороне. Если Фуга начнет настоящее наступление на Королевство Эйфория, мы сорвем его всем, что у нас есть. Пока Фуга будет разбираться с этим, у него наверняка закончится время... Для Жанны это будет не очень хорошо, ведь ее страна будет захвачена, но в целом лучшего исхода мы и желать не можем.

Сказав все это, я вздохнул и продолжил.

— Но этот человек поднялся так высоко, потому что у него нюх на опасность. Он бесчеловечен, на уровне дикого зверя. Фуга должен понять, что мы что-то замышляем. Я слышал, что тайные агенты, подчиняющиеся непосредственно Хашиму, в последнее время активизировались.

— Вы хотите сказать, что он узнает об этом плане и вторгнется в королевство Фридония, чтобы сорвать его? — спросил Шабон.

— Да, — ответил я, кивнув, — Но маловероятно, что Фуга это обнаружит, возможно, он просто подумает, что что-то не так. Быстрая и решительная война — это то, чего мы сейчас меньше всего хотим. А раз так, Фуга будет проводить такую политику без колебаний. Если мы будем надеяться, что он пойдет по другому пути, и в результате ослабим наши приготовления, он может просто все сожрать.

— Укак-ка-ка... Чертовски хороший парень, чтобы родиться в одну эпоху с ним, да? — Ку натянуто улыбнулся.

«Ты это сказал».

В одной из манга-адаптаций романа «Троецарствие» есть сцена, в которой Чжоу Юй, после того как его перехитрил Кунмин, говорит: «Зачем Небеса родили Чжоу Юя, а затем в ту же эпоху родили Кунмина?», после чего умирает в порыве гнева. Если бы мне пришлось в одиночку противостоять Фуге, возможно, я бы чувствовал то же самое.

— Но мы противостоим Фуге не одни.

У нас были связи, которые мы создавали и развивали с другими людьми. Некоторые из наших товарищей были друзьями с самого начала, а другие, такие как Кастор, Юлий и Мэри, когда-то были врагами. В какой-то момент все эти люди образовали слабый союз, и, прежде чем кто-либо из нас понял это, мы стали сотрудничать ради одной цели. В этом и заключается сила Морского Альянса.

Я ткнул кулаком в сторону троих товарищей, чтобы показать им свой энтузиазм.

— Мы будем работать вместе, чтобы преодолеть эти трудности и опустить занавес эпохи, где Фуга находится в центре внимания. Давайте покажем ему, что мы построили и насколько это жизнеспособно.

— Ага! Я жажду битвы!

— Да! — Ку, Шабон, Жанна и я подняли кулаки с криком «ура».

◇ ◇ ◇

Примерно в это же время Фуга встречал Новый год в замке Хан...

После возвращения из Домена Владыки Демонов он провел некоторое время, наводя порядок в делах внутри страны. Домен Владыки Демонов был полностью освобожден и находился под контролем Империи Великого Тигра, за исключением города на северной окраине континента, где жили сидийцы.

Любой, кто внимательно взглянет на ситуацию, скорее всего, подумает, что его выбросили в пустошь. Однако многим из его народа, а также беженцам, которые наконец-то смогли вернуться на родину, это покажется блестящим достижением. Даже если бы этих пирующих ждала долгая, тяжелая работа по восстановлению, они бы с ликованием принялись за дело. А те, кто мог бы пожаловаться, воздерживались от этого. Сила харизмы Фуги была непреодолимой.

На его новые земли были отправлены войска, которые принялись за работу по очистке континента Ландия от оставшихся монстров. Полностью уничтожить их было невозможно, так как подземелья все еще существовали, но их количество не увеличилось бы с тех пор, как Сома и Мао закрыли врата.

Территория человечества, несомненно, расширится еще больше. Но простая охота на монстров мало интересовала стратега Фуги Хашима, поэтому это задание было поручено Шукину и другим компетентным помощникам.

А Фуга тем временем воспользовался этой возможностью, чтобы провести долгожданное время с женой Мицуми. Если подумать, то это был самый спокойный период в жизни Фуги до сих пор. В остальное время его жизнь была наполнена насилием.

Однако покой не приносил великому человеку удовлетворения.

Ночью в своей спальне Фуга сидел в кресле, обнаженный до пояса, и полировал свой меч. Его любимым оружием был Занганто — клинок, разрушающий скалы и напоминающий Клинок Полумесяца Зеленого Дракона. Он редко доставал этот меч, висевший у него на бедре, но за то время, что он провел в боях, он все равно успел поцарапать его то тут, то там.

[[п.п.: Клинок Полумесяца Зеленого Дракона — легендарное оружие, которым владел китайский генерал Гуань Ю в романе «Троецарствие»]].

— Ты не можешь заснуть...?

Фуга обернулся на внезапный голос. Мицуми сидела в постели, укутавшись в одеяло, под которым ничего не было.

С кривой улыбкой он повернулся к ней и сказал, — Прости. Я разбудил тебя?

— Нет... Я просто задремала, когда поняла, что моего мужа нет рядом.

— Да. Я почему-то чувствую себя бодрым.

Фуга поднес меч к лунному свету, проникающему через окно. Отполированное лезвие отражало его лицо и шрам, подаренный ему братом Мицуми, Гошем.

Он вздохнул, — Когда слишком тихо, я просто не могу успокоиться. Мне кажется, что я должен что-то делать.

— Госпожа Люмьер, наверное, велела бы тебе помогать ей с внутренними делами, — сказала Мицуми.

Люмьер, вероятно, работала больше всех, чтобы расширенные территории как можно скорее стали вкладом в национальную мощь Империи Великого Тигра. Фуга понимал это, но, хотя он и не был совсем уж неприспособленным к внутренним делам, эта работа не приносила ему удовлетворения. В отличие от Сомы или Марии, он никогда не работал сверхурочно и не спал в своем кабинете по правительственным делам. Эта работа лежала на плечах Люмьер и Касена, которым было поручено помогать ему.

— Я благодарен им. Бегать по полю боя мне больше по душе.

— Даже став императором, ты в душе остаешься воином, дорогой, — усмехаясь, пробормотала Мицуми.

Она обернула одеяло вокруг своего обнаженного тела и, поднявшись с кровати, подошла к Фуге сзади и обняла его.

— Я знаю, что в этих краях жарко, но ночи все равно бывают прохладными, — сказала она, приглашая Фугу забраться под одеяло. Он не стал сопротивляться.

— Да. Прости за это.

— Нет-нет. Я не могу позволить своему любимому простудиться, когда он хочет мчаться вперед.

На лице Фуги появилось слегка обеспокоенное выражение, когда она это сказала, — Даже если единственное место, куда мне остается идти... это на юг?

— Полагаю...

К югу от Империи Великого Тигра располагались страны Морского Альянса. Там жила младшая сестра Фуги, Юрига, а также братья и сестры Мицуми — Ичиха, Найк и Сами. Мицуми это, конечно, понимала. Но все же... она прижалась к бородатой щеке Фуги.

— Если ты скажешь, что будешь продолжать, я пойду с тобой, пока не увижу, чем закончится твоя эпическая история.

— Ох, да?

Он коснулся щеки Мицуми, которая находилась рядом с его лицом. После этого они провели некоторое время, прижавшись друг к другу.

~ 1-й месяц 1554-го года по континентальному календарю ~

Вот и наступил новый год. Жители Империи Великого Тигра встретили его с невероятным ликованием. Упиваясь славой, что их император Фуга Хан, величайший человек этого поколения, успешно освободил Домен Владыки Демонов в прошлом году, они с нетерпением ждали, какие чудеса принесет этот новый год.

— Может ли кто-нибудь остановить поход нашего императора? Может ли какой-нибудь враг остановить нашего императора? — Тексты песен звучали в воздухе, пока люди пили и веселились.

В замке Хан тоже был устроен роскошный пир. Фуга, который жаловался, что ему трудно есть и пить, находясь на троне, восседал на широком шикарном ковре вместе с Мицуми и приближенными. Он был во главе группы, а по обе стороны от него в ряд сидели знаменитые генералы Империи Великого Тигра. Эта величественная сцена выглядела как нечто из мандалы, но присутствовали не все.

[[п.п.: Мандала — геометрический узор из повторяющихся элементов]]

— Что-то я не вижу молодого Касена, — сказал Гатен, Знамя Тигра, самый стильный мужчина Империи Великого Тигра. Поскольку Гатен постоянно подтрунивал над самым молодым генералом Касеном, Арбалетом Тигра, он первым заметил его отсутствие.

Правая рука Фуги, Шукин, Меч Тигра, язвительно улыбнулся и сообщил ему? — Касен работает с госпожой Люмьер. Он сказал: «Если госпожа Люмьер работает в Новый год, то я, как ее помощник, не могу позволить себе отдыхать».

Бюрократам было не до отдыха в Новый год. Они изо всех сил боролись за сохранение своих расширенных земель, как и чиновники в Парнаме через год после вызова Сомы. Хашим тоже не присутствовал на празднике, так как был занят вынашиванием своего очередного плана.

— Тяжелая работа, не так ли? — Гатен хмыкнул, пожав плечами, — Стратегии сэра Хашима и политика мадам Люмьер — вот что поддерживает все сейчас. Я склоняю голову перед ними. Особенно перед мадам Люмьер, которая закладывает для нас прочные основы, несмотря на то что она новичок, и Касеном, который помогает гению в ее работе.

— Да. С этого момента они будут незаменимы для Империи Великого Тигра, — утверждал Шукин, — Способных воинов можно заменить. Они, скорее всего, важнее нас.

— Хм. Если до этого дойдет, мне придется защищать ценой своей жизни, — Представив, как он умирает за Касена, Гатен усмехнулся, — Думаю, это неплохой выход.

Рисковать жизнью ради другого человека противоречило его чувству дендизма, но увидеть шокированное выражение лица Касена, когда из него вытекает жизнь, было не так уж и страшно.

— Эй! Лорд Шукин! Это блюдо тоже очень вкусное! — вмешалась девушка, высунув голову из тени Шукина. Это была Элулу, дочь Гарула Гарлана из Королевства духов Гарлан.

Глядя на безупречную улыбку на ее лице, когда та накладывала себе на тарелку кучу еды, Шукин был одновременно очарован и разочарован тем, какой невероятно непринужденной она была. Элулу не выглядела запуганной, даже сидя среди грязных мужчин, составлявших свиту Фуги.

— У вас есть деликатесы со всего мира, верно? Вот она — Империя Великого Тигра! Еда столь же разнообразна, сколь обширны ваши земли. И все это очень вкусно.

— Элулу... может, немного успокоишься? — вздохнув, сказал Шукин, — Я позволил тебе пойти с нами только потому, что иначе ты бы не слушала меня, так что постарайся вести себя прилично, пожалуйста.

— Оке-е-ей.

По ее ответу трудно было понять, получила она это сообщение или нет.

Благодаря привязанности Элулу к Шукину, а также ее связям с независимым правительством Королевства Духов острова Отца она получила контроль над северо-западом Империи Великого Тигра. Она не только контролировала остров Отца, но и торговала с островом Матери, который шел по пути либерализации.

Фуге и Хашиму ее правление могло показаться слабым, но, если бы два острова Королевства Духов присоединились к Морскому Альянсу, под их контролем оказалась бы вся береговая линия Империи Великого Тигра. То же самое произойдет, если Империя Великого Тигра попытается подавить их силой. Не имея возможности контролировать моря, если Морской Альянс перекроет им доступ к морю, десант страны будет легко уморить голодом.

Если это произойдет, то лучше использовать дружбу Элулу и Шукина, чтобы удержать их рядом. Таким образом, острова сохранятся как независимая страна, на которую Сома не сможет легко наложить руку. В сущности, близость между Шукином и Элулу была лучшим, о чем мог мечтать любой народ.

Из-за их отношений Шукин сказал Элулу, что на Новый год поедет в замок Хан, но она упрямо настаивала на поездке.

— Я хочу увидеть больше мира. Наша страна стала изоляционистской из-за различий и конкуренции между разными расами, но времена изменились.

Сома из Королевства Фридония верил в меритократию и нанимал людей без учета расы или национальности, поэтому и другие страны Морского Альянса стали поступать так же. В результате старые враждебные отношения между различными расами сошли на нет. Это мнение разделяли и в Империи Великого Тигра, которая держалась благодаря непреодолимой харизме Фуги. Между нациями и идеологиями могли происходить столкновения, но межрасовые распри практически исчезли.

— Во время инцидента с болезнью волшебного жука моя родина наконец поняла, что не может продолжать замыкаться в себе. Я хочу увидеть больше мира. Я верю, что так будет лучше для народа высших эльфов.

Элулу серьезно говорила о своей стране, поражая Шукина и Гатена своей задумчивостью. Несмотря на все доказательства обратного, она все еще была принцессой.

— Кроме того, в огромном-огромном мире столько вкусной еды. Я бы все пропустила, если бы не знала, — сказала она, забрасывая в рот фрукт вместе с его листочками и стебельком.

— Ну вот. Ты опять все испортила, Элулу.

Шукин схватился за голову от того, как мало изменилась Элулу, а Гатен засмеялся над тем, как знаменитый Меч Тигра носится по ее милости.

~~~

Пока другие люди праздновали Новый год, Люмьер, ставшая главным бюрократом в Империи Великого Тигра, вместе со своими бюрократами справлялась с убийственно тяжелой работой.

Они расставляли людей по новым землям, которые когда-то были Доменом Владыки Демонов. Они намеревались соединить эти земли дорогами для доставки грузов. По этим путям также можно будет перемещаться между землями, чтобы уничтожать любых монстров и обеспечивать безопасность земель.

Она использовала все, чему научилась, служа под началом Марии в Империи Гран-Кейос. На Марию отчасти повлиял образ правления Сомы, так что можно сказать, что Люмьер могла править, представляя собой гибрид Королевства Фридония и Империи Гран-Кейос.

«Лорд Фуга рассматривает возможность конфликта с Морским Альянсом. Если я не укреплю страну хотя бы в некоторой степени до того, как он начнет действовать... тогда не будет смысла в моем пребывании здесь».

Люмьер оставила Марию, чтобы присоединиться к Фуге, потому что отвергала мнение Марии о том, что для мирного изменения мира потребуется много времени. Вместо этого она считала, что если есть способ решить проблему, то это нужно сделать немедленно, даже если это произойдет насильственным путем. В результате угроза, которую представлял для человечества Домен Владыки Демонов, была устранена. Однако Люмьер также понимала, что, поскольку Фуга решил проблему так быстро, он не мог остановиться на достигнутом. Скорость, с которой строилась страна, делала ее хрупкой. Им всегда нужен был враг, чтобы объединить их; в противном случае они рисковали развалиться в мгновение ока.

«Уверена, леди Марии это бы не понравилось... Если бы у нас была возможность остановиться, как только проблема будет решена, мы бы и не начинали с самого начала, даже если бы у нас были силы справиться с самой проблемой».

Не то чтобы Люмьер раньше не понимала идеалов Марии; Люмьер просто была разочарована ее пассивностью. Теперь, в своем нынешнем положении, Люмьер чувствовала, что может немного больше соответствовать образу мыслей Марии. Хотя, учитывая ее пристрастие к безрассудной поспешности, это могло и не изменить результата.

«Слишком поздно для этого... Я сама выбрала этот путь, поэтому должна идти по нему».

Переключившись, Люмьер опустила взгляд на лежащий перед ней документ. Внезапно дверь в министерство финансов распахнулась, и вошел Касен, Арбалет Тигра, толкая тележку. В ней не было почти ничего, кроме стопок бумаги.

— Мадам Люмьер. Я собрал бумаги из всех соответствующих департаментов, — Касен вздохнул, вытирая пот со лба.

Люмьер, хотя и смотрела на эту новую кучу работы со страдальческим выражением лица, быстро пришла в себя и улыбнулась, — Спасибо, что взял на себя этот труд, Касен.

— Нет, ничего особенного, — ответил Касен, неся стопки бумаг к столу Люмьер.

Она горько рассмеялась, принимая бумаги, — Я очень рада, что вы рядом, но разве генералы не собрались сейчас на новогодний пир? Почему бы вам не присоединиться к ним?

— Нет, я не могу, — Касен покачал головой, — Мне бы не хотелось оставлять вас наедине с работой и наслаждаться банкетом. Позвольте и мне помочь.

— О... понятно.

— Да. И, эй, смотри...

Касен на мгновение вышел из комнаты и вернулся с тележкой, стоявшей за дверью. Верхний и нижний ярусы были завалены роскошными блюдами. Глаза Люмьер расширились, когда Касен озорно ухмыльнулся, как ребенок, только что провернувший шалость.

— Пока я собирал бумаги, я совершил набег на кухню. Давайте перекусим и удвоим наши усилия.

— Хи-хи. Давай, — Она мягко улыбнулась.

Почувствовав, что поведение Касена обескураживает ее, Люмьер нахмурила брови.

~~~

В другом месте, в то же самое время...

Оставив пиршество по случаю окончания года, чтобы посидеть в своей комнате, Хашим принимал доклад от подчиненной ему разведгруппы.

Не глядя на него, Хашим спросил, — Как продвигаются дела?

Оперативник разведки склонил голову и начал свой доклад, — Формирование общественного мнения внутри страны идет полным ходом. Голоса тех, кто хочет, чтобы Фуга завоевал весь континент, растут с каждым днем.

— Великолепно.

— Однако... результаты наших операций в Королевстве Фридония оказались менее приятными. Оперативники разведки, состоящие на службе у короля Сомы, довольно опытны и глубоко преданы королевской семье. У них нет щелей, в которые мы могли бы проникнуть. Мы подозреваем, что втереться к ним, как мы это сделали в Империю Гран-Кейос, будет невозможно.

— Хм... Это неожиданно.

Хашим вспомнил лицо Сомы. Оно было простым, лишенным величественности Фуги или очарования Марии, поэтому он удивился, узнав, что у него есть такие способные агенты. Хашим, конечно, знал о существовании фридонской разведки, но никогда не думал, что они могут полностью перекрыть одну из его операций. Существование тайных оперативников указывало на темную сторону Сомы. Любой, кто содержит такую мощную разведывательную службу, должен был обладать определенной долей тьмы.

— Полагаю, нельзя судить о книге по обложке… — пробормотал он.

— А...?

— Нет, все в порядке. Не заходите слишком далеко во Фридонию; вместо этого сосредоточьтесь на реформировании общественного мнения внутри нашей страны.

— Да, сэр!

Отдав подчиненному приказ, Хашим пересмотрел свое представление о Соме.

~ Конец 1-го месяца 1554-го года по континентальному календарю. Ночь. Замок Парнам ~

Это был как раз тот момент, когда новогоднее настроение начало утихать. Когда я, как и каждый день, работал сверхурочно в отделе по правительственным делам, я почувствовал, как за моей спиной промелькнула тень.

Айша, сидевшая на диване с полуоткрытым ртом и грустным взглядом, внезапно вскочила на ноги и положила руку на эфес своего меча.

«Должен ли я похвалить ее за то, что она смогла должным образом охранять меня, заснув на рабочем месте? Или жаловаться, что она вообще не должна спать?» — подумал я.

Она бросила острый взгляд за спину и бросила вызов незваному гостю, — Кто там?

— Это я, милорд, — раздался из-за моей спины голос Кагеторы, предводителя Черных котов.

Учитывая, что именно этот человек сумел проскользнуть сквозь защитную сеть замка Парнам и подобраться так близко, прежде чем Айша заметила его, это, вероятно, был не кто иной, как он. Именно поэтому я сохранял спокойствие, даже когда Айша вскочила на ноги.

— У тебя есть что сообщить, да? Айша. Не могла бы ты встать у двери и не пускать людей?

— Да, сир! Понял.

Подчиненные Кагеторы, Черные коты, тоже будут нести вахту, так что я просто проявлял повышенную осторожность. Когда мы были готовы, я посмотрел на него.

— Продолжим?

— Да, сир. Агенты Империи Великого Тигра, которые в прошлом году активно рыскали внутри нашей страны, с начала этого года сократили масштабы своих операций. Мы полагаем, что они отказались от маневрирования внутри нашей страны.

— Ну, в конце концов, мы тщательно подавляли любые семена беспорядков, которые они могли бы разжечь.

Очевидно, что править, не вызывая недовольства народа, было невозможно. Однако даже если бы люди были недовольны, мы могли бы удержать их на таком уровне, чтобы они не захотели браться за оружие для исправления ситуации. Хашим, вероятно, хотел подстрекнуть народ к восстанию против государства, но восставшие рисковали бы собственной жизнью.

Если только они не страдали от сурового правления и не находились в таком отчаянном положении, что для них все решалось само собой, они бы так просто не восстали. Даже если среди людей и были потенциальные мятежники, их друзья и знакомые, не желающие нести ответственность за их действия, должны были сдать их, прежде чем из этого что-то вышло.

В девятнадцатой главе «Государя» Макиавелли «О том, что государи должны избегать ненависти и презрения» он говорит, что те, кто замышляет что-то против государя, всегда рассчитывают порадовать народ его смещением, но когда заговорщик может рассчитывать только на оскорбление народа, у него не хватит смелости пойти на такое, а также что заговорщик не может действовать один, и он не может взять себе соратников, кроме тех, кого он считает недовольными.

В конце концов, правление таким образом, чтобы народу было трудно расстраиваться, спасет короля. Моя новая жена, Мария, летала по всей стране, занимаясь благотворительностью, впитывая беды бессильных и докладывая нам об их устранении. Все эти мелочи в совокупности нанесли болезненный удар по интригам Хашима.

Я скрестил руки и поднял взгляд к потолку.

— Если бы я мог подумать о ком-то еще, кого он мог бы агитировать в этом королевстве, то это были бы те, кто хотел бы заполучить трон для себя, или те, кто против нынешней тенденции к меритократии. Но королевский дом Элфриден был в значительной степени уничтожен во времена Элисии, а что касается княжеского дома Амидонии, то Ророа и Юлий — надежные союзники.

— Там нет королевских особ, которые могли бы восстать против вас.

— Да. Что касается продажных дворян, на восстание которых можно было бы рассчитывать в такое время, то я очистил их всех через год после получения трона... Если рассматривать это как подготовку к настоящему моменту, то, думаю, стоило запачкать руки кровью.

Я опустил взгляд на свои руки. Тогда я не мог поверить, что действительно принял правильное решение, но сейчас мне казалось, что это было верное решение. Когда я думал о том, что эти парни могли бы все еще болтаться поблизости в этот момент... меня бросало в дрожь. Ну, это я могу сказать только задним числом.

После долгой паузы Кагетора кивнул и сказал, — Наверное.

Мы вместе разделили тихий момент грусти.

Затем, словно желая развеять эти эмоции, я покачал головой.

— Что ж, если на нас будет меньше давления, то это к лучшему. Мы просто должны подготовиться к грядущей войне, чтобы быть готовыми ко всему. И, возможно... возможно, нам даже понадобится помощь «мертвых», понимаешь? — Я пошутил, бросив многозначительный взгляд в сторону Кагеторы.

Кагетора, однако, ничуть не вздрогнул, — Нет причин для беспокойства, мой господин. Сила молодых в этой стране растет с каждым днем. Нет нужды цепляться за такую абсурдную чепуху, как возвращение мертвых к жизни.

— Вот как?

Услышав весомый голос Кагеторы о том, что нет причин для беспокойства, я почувствовал, что все действительно в порядке...

— Ваше Величество! Кто-то идет, — внезапно позвала Айша, стоявшая перед дверью.

Прежде чем я успел подать сигнал Кагеторе взглядом, он уже исчез. Он действительно отшлифовал весь свой образ ниндзя.

Через некоторое время в дверь кабинета нерешительно постучали.

— Войдите, — позвала я, и в кабинет вошла Юрига. Она посмотрела на нас с Аишей, словно собираясь что-то сказать, но не решаясь.

— Что случилось, Юрига?

Она, казалось, обрела решимость и подняла голову.

— С-Сома! Я хочу, чтобы ты отпустил меня домой!

◇ ◇ ◇

История разворачивается примерно на два месяца назад, к концу предыдущего года...

В раздевалке на построенном многофункциональном стадионе Парнама Юрига, не снимая магической футбольной формы, повесила голову. Совсем недавно ее команда, «Черные Драконы Парнама», сражалась с «Упрямцами Лагун-Сити» за первое место в этом футбольном сезоне. Это был важный матч, в котором определялся абсолютный победитель.

«Уф. Мы проиграли… А у нас ведь почти получилось...»

Команды боролись за очки, и дело не заладилось даже в овертайме, поэтому жаркий матч перешел в серию пенальти, которая, к сожалению, закончилась тем, что «Черные Драконы Парнама» упустили победу.

Вдруг кто-то набросил полотенце на голову Юриги.

— Хорошая работа, королева.

Отбросив полотенце в сторону, Юрига бросил холодный взгляд на говорящего, — Не могла бы ты не называть меня так, капитан?

— О, Боже. Тебе не нравится?

Капитаном команды Юриги была девушка-драконид, которая также была старшой Юриги во время учебы в Королевской Академии. Она села рядом с Юригой, казалось, ни о чем не заботясь.

— Ну и ну, мы были очень близки, да? Нам почти удалось.

— Ты не расстроена, капитан?

— Конечно, расстроена. Еще недавно я плакала в кабинке туалета.

Капитан была известна своими шутками, поэтому на мгновение Юрига подумала, что дело только в этом, но при ближайшем рассмотрении на улыбающемся лице капитана появились слабые следы слез в уголках глаз. Они обе были одинаково расстроены, но, как лидер команды, она изо всех сил старалась не показывать этого.

Юрига сжала кулаки, — Наша команда достаточно хороша. Мы могли бы выиграть... поэтому я не могу не думать о том, что мне следовало бы сделать что-то по-другому.

— Да, я знаю. И в этой игре мы тоже попали в веселую погоню благодаря нестандартной стратегии «Упрямцев». До меня дошли слухи, что герцогиня Эксель давала советы на их стратегических совещаниях ради развлечения.

— Уф! Эта старая ш... Ммф!

Капитан поспешно прикрыла рот Юриги, чтобы остановить оскорбление, которое чуть не вылетело из него.

— Стой! Нельзя такое говорить!

Про Эксель можно было сказать несколько нелепых вещей, и ходили слухи, что если произнести любую из них, то она внезапно появится у вас за спиной. Кстати, слухи эти ходили по базе бывшего флота, потому что там ей было легко подслушать, но, похоже, эти истории обрели собственную жизнь.

Капитан убрала руку от рта Юриги и усмехнулась, — Что ж, в следующий раз нам придется постараться. Давай вместе поднимем кубок победителя в следующем году!

— В следующем году... Конечно.

При словах «в следующем году» выражение лица Юриги потемнело. Именно тогда ее брат, Фуга Хан, нападет на эту страну. Именно так считал ее муж, Сома, и элита этой страны, и именно к этому они готовились.

Будут ли в следующем году проводиться магические футбольные матчи? Что подумают люди о том, что она, младшая сестра Фуга Хана, попала в команду? Такие мысли угнетали. Но в то же время она хотела защитить свою жизнь в этой стране. Поэтому Юрига знала, что только она может что-то сделать. Она понимала нынешнюю политику Сомы. И поэтому Юрига задумалась о решительном шаге, который она могла бы сделать.

«Чтобы достичь светлого будущего... я вернусь к своему брату! Временно!»

Юрига решила на время вернуться домой, в Империю Великого Тигра.

◇ ◇ ◇

— Я хочу, чтобы ты отпустил меня домой!

Мы с Айшей не поверили своим ушам, услышав ее внезапную просьбу.

Даже когда она ссорилась с Лисией или кем-то еще, и ситуация становилась щекотливой, кто-то всегда вмешивался, чтобы урегулировать ее. Обычно мы могли рассчитывать на то, что Джуна все уладит, а в тех редких случаях, когда и она сердилась, все понимали, что семья переживает кризис, и старались привести ее в хорошее настроение. Таким образом у нас поддерживалась гармония, поэтому мы никогда не слышали подобных разговоров. Хотя отчасти это объяснялось тем, что замок Парнама был домом Лисии.

Я ошеломленно подумал, что эта фраза, услышанная от близкого тебе человека, действительно причиняет боль... Айша опомнилась первой и приблизилась к Юриге, а затем схватила ее за плечи.

— Не стоит принимать поспешных решений, Юрига! Королевский развод — дело не маленькое! Если с Его Величеством что-то не так, я заставлю его это исправить, так что, пожалуйста, передумай!

«Мы предполагаем, что я что-то натворил?! О... нет, может быть, я и правда сделал что-то не так?» — Пока я размышлял о своих прошлых действиях, Айша трясла Юригу за плечи.

— Пожалуйста, одумайся, Юрига!

Юрига быстро заморгала, покачивая головой туда-сюда, — А? Развод? О чем ты говоришь, Айша?

Судя по пустому выражению ее лица, похоже, произошло недоразумение. Мы глубоко вздохнули, чтобы успокоиться, и Юрига громко прокашлялась.

— Простите... В спешке я недостаточно хорошо объяснилась. Когда я сказала, что хочу вернуться домой, это не потому, что я хочу развестись. Я имею в виду, что хочу временно вернуться в Империю Великого Тигра, чтобы встретиться с братом. Я надеялась получить твое разрешение сегодня.

— Временное возвращение домой...? В такое время?

Я почувствовал, как нахмурились мои собственные брови. Все в моей семье и в высших эшелонах власти этой страны понимали, что Фуга нападет на нас где-то в этом году. Решение Юриги, видимо, тоже было принято с учетом этого. Ее решимость была твердой; она ничуть не поколебалась, увидев суровое выражение моего лица.

— Именно потому, что сейчас такое время, я решила, что есть вещи, которые могу сделать только я.

— Хорошо... Давай послушаем, что ты хочешь сказать.

— А? Ты не против? — спросила Айша.

Я кивнул, — У тебя есть какая-то идея, верно? Давайте сначала послушаем ее.

— Спасибо, — Юрига слегка склонила голову. Затем, снова подняв лицо, она посмотрела мне в глаза, — Я много думала об этом сама. Если сражение с моим братом неизбежно, может быть, мы сможем сделать его коротким? Если война затянется, обе стороны только понесут новые потери и истощат себя. Когда я размышляла о том, могу ли я что-то сделать, чтобы избежать затяжного конфликта, меня осенила одна мысль.

— И это...? — спросил я.

— Поставить временные рамки для амбиций моего брата, — Юрига кивнула, — Если будет ограничение по времени, как в футбольном матче, мы сможем снизить ущерб для этой страны.

— Хм, я понимаю, но не совсем... Ты говоришь о зимнем перемирии или о чем-то подобном?

— Нет, я не думаю о том, что он снова нападет, как только потеплеет в следующем году. Если он собирается атаковать в этом году, я хочу поставить своего брата в ситуацию, когда если он не выиграет, у него никогда не будет другого шанса.

«В этом есть смысл. И можно назвать это наложением временны́х ограничений на его амбиции...»

— Если ты имеешь в виду нанесение сокрушительного удара, от которого он не сможет оправиться в первом же бою, то я понимаю. В конце концов, мы к этому и стремимся. Но судя по тому, как ты говоришь, твоя цель другая, верно?

— Да. Даже если мой брат не нападет в этом году, моя идея поставит его в такое положение, что со следующего года он уже не сможет мечтать о завоевании континента. Я хочу покончить с его амбициями в этом году, независимо от того, начнется война или нет.

— Это возможно?

— Конечно, я не могу сказать наверняка. Но я думаю, что это будет достаточно эффективно, чтобы стоило попробовать. И сделать это могу только я, как его младшая сестра.

И вот Юрига раскрыла мне свой план...

Когда она только начала говорить, я очень сомневался, что это сработает. Но, послушав, я вскоре решил, что это неплохой ход. Особенно меня впечатлил тот факт, что этот план был основан на том, чему Юрига научилась в сидийском городе Халга. Даже если ее усилия окажутся тщетными, они наверняка вобьют еще один узкий клин в амбиции Фуги.

— Хмм... Думаю, это будет эффективно, — сказал я, скрестив руки, — Но… я также хочу узнать мнение Хакуи.

— О! Я уже советовалась с господином Хакуей. Он поставил ряд условий, но согласился, что стоит попробовать. Он сказал, что окончательное решение должен принять ты.

«Она уже заставила его подписаться, да? Не зря она училась вместе с Томоэ и Ичихой. Я должен был ожидать от нее такой ловкости рук».

— Хорошо, какие были условия?

— Убедиться, что я точно смогу вернуться в эту страну и что ключом к этому плану была возможность встретиться с братом и поговорить, чтобы не зацикливаться на том, что встреча должна состояться в замке Хан.

— Да. Вот об этом и стоит беспокоиться.

Если бы Юрига, приехавшая в нашу страну в качестве невесты, случайно отправилась в замок Хан, это был бы прекрасный повод для обвинений в наш адрес. Споры между королями использовались для оправдания конфликтов, по крайней мере, со времен Троянской войны. Они могут пустить слух, что Юрига сбежала, потому что я был груб с ней, или что-то в этом роде. Даже если сама Юрига скажет обратное, правду можно будет разбить, и Юриге не позволят вернуться сюда.

— Что ты думаешь об этом, Юрига?

— Я понимаю, что мое возвращение может негативно отразиться на нас. Поэтому, хотя я и вернусь на родину, я хотела бы устроить встречу с братом где-нибудь недалеко от границы.

— Хм? Ты собираешься привезти Фугу к нашей границе? — «Сомневаюсь, что он потрудится приехать в страну, на которую планирует напасть», — Не могу представить, чтобы он согласился на это...

— Ты прав. Именно поэтому я планирую встретиться у другой границы, — Юрига указал на карту мира, лежащую на столе, а именно на самую северную точку континента Ландия.

— О! Рядом с Халгой, да?

— Да. На данный момент она фактически находится под совместным контролем Морского Альянса и Империи Великого Тигра. Я думаю позвать брата, чтобы он встретился со мной здесь, в этом пустынном регионе. Ведь встретиться рядом с Халгой удобно и для моего плана.

— Возможно, ты права, но это довольно далеко. Как ты собираешься вернуться?

— Владыка Демонов... нет, госпожа Мао может использовать магию для транспортировки людей, как Мать Драконов, верно? Если она захочет помочь, моя безопасность гарантирована.

«В плане учтены даже сверхспособности Мао, да?»

На лице Юриги появилось обеспокоенное выражение, — Но... это при условии, что госпожа Мао согласится помочь. Она нейтральна, так что если она откажется помогать, то мне ничего не останется, как отказаться от плана.

«Да... Если безопасность Юриги не гарантирована, я не могу дать ей разрешение», — подумал я, а затем ответил, — Ну... мы можем хотя бы попросить.

— А? — Юрига уставилась на меня, и я повернулся к Аише.

— Айша, не могла бы ты открыть камидану для меня?

[[п. п.: камидана — миниатюрное святилище]].

— Да, сир. Понятно.

Айша потянулась, чтобы дотянуться до камиданы в японском стиле, которую я установил на высоком месте в офисе по правительственным делам, и открыла двери в маленькое святилище внутри. Я сделал его сам, используя свои любительские плотницкие навыки. Внутри лежала красная магатама, которую я получил от Мао в тот день.

[[п. п.: магатама — изогнутая бусина из драгоценного камня в виде запятой]].

Пока она это делала, я активировал простой приемник. Юрига смотрел на происходящее, не понимая, что происходит.

Я встал перед камиданой и хлопнул в ладоши, обратившись лицом к магатаме.

— Мао. Если ты меня слышишь, могу я попросить тебя показаться?

— Вы звали, лорд Сома?

Услышав немедленный ответ, я повернулся к простому приемнику, на который было спроецировано изображение Дивалойда Мао.

Эта магатама была тем, что Мао дала мне вместо гробовой доски, потому что я был оторван от своего первоначального мира и не мог взять с собой ничего на память о своей семье. Она сказала, что в ней хранятся мои биологические данные, но она обладал не только функциями хранения информации — с ее помощью можно было связаться с Мао.

Мао была искусственным интеллектом. Если я активирую ее, она могла ответить мгновенно. У нее не было потребности в личном времени или сне, поэтому она могла участвовать в широковещательных встречах с лидерами других стран без необходимости корректировать расписание. Физического тела у нее тоже не было, но, пока у меня была магатама и что-то, на что она могла проецировать себя, мы могли разговаривать в любое время.

Эта функция была добавлена по просьбе Мао на случай, если на ее стороне возникнет еще одна ошибка, для исправления которой потребуется мое разрешение (или разрешение моих потомков). Поскольку Мао была ИИ, не имеющим телесной формы, можно было сказать, что, вызывая ее в эту комнату, она фактически находилась «здесь».

Я повернулся к Мао, на лице которой было выражение пустого замешательства из-за моего внезапного призыва, — Мао. Я хочу, чтобы ты решила, возможно ли кое-что или нет.

— Хм? Что бы это могло быть?

Я рассказал Мао о плане Юриги, — Вот и все... Как думаешь, ты сможешь нам помочь?

— Конечно, смогу.

После объяснений Мао быстро согласилась. Это было так просто, что мы с Юригой ошеломленно смотрели друг на друга.

— Ты уверена? Ты ведь не вмешиваешься в конфликты этого мира, верно? Хотя, в данном случае, я не уверен, что это считается вмешательством.

— Верно. Мы с Тиамат не уполномочены принимать участие в войнах между новыми расами человечества... Даже если они подвергают риску вашу жизнь, лорд Сома. Если таков будет выбор нового человечества, то мы запрограммированы так, что не можем вмешаться. Я также не могу послать подкрепление на помощь в войне между новыми расами человечества, не могу перевозить грузы и людей, участвующих в такой войне.

Мао извинилась, но вскоре снова подняла голову.

— Однако то, о чем вы меня просите, не противоречит этому. Война в то время еще не разразится; все, что я буду делать, — это гарантировать безопасность Юриги и предоставить место для встречи. Ее план не повлияет на войну напрямую, верно?

— Да. Именно так, — твердо кивнул Юрига, — То, что я хочу сделать, скорее всего, никак не повлияет на войну, которая может разразиться между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра. Прежде чем мой брат что-то предпримет, я хочу ненадолго вернуться домой и поговорить с ним. Проще говоря, это все. А вы всего лишь предоставите место, где мы сможем поговорить как брат и сестра без чьего-либо вмешательства.

— Вы не врете? — Осведомилась Мао.

— Клянусь своим родом Хан, — утвердительно ответила Юрига.

Кивнув, Мао продолжила, — Тогда нет проблем. Хотите, я прямо сейчас доставлю вас в Халгу?

«О, она уже может это сделать? Ну, как и в случае с госпожой Тиамат, существа, способные использовать магию транспортировки, существуют на совершенно ином уровне».

Юрига покачала головой, — Нет, мне еще нужно подготовиться. Я приду к вам, когда все будет готово.

— О, понятно... Что ж, как только начнется война или страны будут на ее пороге, возможно, я больше не смогу вам помогать, так что, пожалуйста, поймите.

— Я знаю. Я точно буду готова до этого времени.

— Понятно. Тогда на этом все, — с этими словами приемник остановился, и изображение Мао исчезло.

Магатама ничего не ответила, и я попросил Айшу закрыть двери камиданы. Покончив с этим, я обратился к Юриге.

— Ладно, если у нас есть помощь Мао, что насчет других приготовлений, о которых ты говорила?

— О! Я хочу, чтобы ты кое-что приготовил для меня, когда я встречусь с братом.

— Что это?

Юрига попросила меня одолжить ей кое-что. Мои глаза расширились от понимания того, что это было.

— Ты хочешь это?! А разве взять его с собой не будет стоить огромных усилий?

— Не обязательно все, конечно. Если я смогу взять часть и показать брату, думаю, это поможет убедить его в том, что я буду говорить.

«О, только часть? В таком случае, да, это возможно», — я вздохнул, — Но теперь это не в нашей стране. Мне придется получить разрешение от Шабон.

— Ну... используй силу Морского Альянса или что там.

— Ты говоришь, будто это так просто... Ну и ладно, — я почесал голову и кивнул. Если я объясню, а потом верну, Шабон наверняка одобрит.

Я снова посмотрел на Юригу. В ее глазах была надежда, как будто она цеплялась за меня. Но в то же время я чувствовал решимость следовать своим убеждениям.

— Я думаю, что твой план интересен, Юрига. Уверен, что он взбудоражит Фугу и, возможно, ограничит его амбиции по времени... но большего ожидать не стоит. Например, Фуга откажется от своей цели — объединить континент.

Юрига отреагировала ошеломленным молчанием.

«Да... я так и думал».

В том, что рассказала нам Юрига, не было никакой лжи. Но я чувствовал, что за ее планом стоит слабая надежда. Мысль о том, что, возможно, она сможет остановить надвигающееся вторжение. Даже если шанс был настолько слаб, что практически невозможен, она не могла не гнаться за ним.

— Возможно, нет даже одного шанса из миллиона, что Фуга изменит свой образ жизни.

— ...

— Но ты ведь все равно хочешь это сделать?

— ...Да, — Юрига решительно кивнула, — я также сомневаюсь, что мой брат внезапно изменит свой уклад. Но... я хочу показать ему, что есть другой путь. Что есть будущее, в котором все решается не с помощью борьбы. Даже если я уверена, что он никогда не выберет это будущее, я хочу, чтобы он увидел его. И если есть хоть один шанс из миллиона — нет, один шанс из миллиарда — что он выберет другой путь, я хочу показать его ему. Вот что я хочу!

Она боролась со слезами. Ее слова были сильны. Я чувствовал, как в них просачивается решимость Юриги.

— Думаю, эти надежды предадут тебя.

— Даже так!

— Понятно...

Если она была так решительна, мне больше нечего было сказать.

Я глубоко вздохнул, а затем самым мягким тоном, на который был способен, сказал, — Попробуй и посмотри, что получится. Делай то, что считаешь нужным.

— О! Спасибо! — Слова Юриги были окрашены ликованием.

Я посмотрел на нее с серьезным выражением лица и сказал, — Но, пожалуйста, пообещай мне только одну вещь.

— Что именно...?

— Даже если все сложится не так, как ты хочешь, ты вернешься сюда. Теперь ты член нашей семьи, и это твой дом. Пообещай мне это, по крайней мере.

— Точно! Ты не можешь просто не вернуться домой! — Айша поддержала меня.

Конечно, я планировал попросить Мао вернуть ее домой вне зависимости от того, нравится ей это или нет, как только она закончит. Вытягивать устное обещание не имело смысла, но я хотел донести до нее наши чувства должным образом.

На секунду опустив взгляд, Юрига ответила, — Да! — Улыбаясь со слезами в уголках глаз, она добавила, — А если не получится, позволь мне поплакать у тебя на груди.

◇ ◇ ◇

Прошло около месяца...

Юрига и Фуга стояли лицом к лицу перед вратами Халги, сидийского города на северной окраине континента. С Фугой была только Мицуми, но его войска стояли на небольшом расстоянии. Юрига же держала Кагетору за спиной.

Чтобы показать, что встреча происходит по согласию Юриги, Сома попросил остальных Чёрных Котов охранять её из тени. Присутствие Кагеторы говорило о том, что у нее есть и другие невидимые охранники, чтобы сдерживать другую сторону.

— Я не ожидал, что ты позовешь меня сюда.

— Мы давно не виделись с тобой, Юрига.

Фуга и Мицуми склонили перед ней головы.

— Да, давно не виделись, брат и старшая сестра Мицуми. Спасибо, что проделали такой путь.

— О, ты можешь отказаться от формальностей, — прямо сказал Фуга, — В любом случае, тебе есть что сказать мне, не так ли?

— Да. Мне нужно, чтобы ты это услышал, брат.

Юрига посмотрела брату прямо в глаза. Его взгляд мог запугать кого угодно, но только не младшую сестру. Даже когда Фуга готовился сожрать весь мир, Юрига могла стоять перед ним в одиночку. И, увидев ее снова, он почувствовал ее решимость.

— А? Прямо сейчас? Полностью осознавая риск, связанный с тем, что ты предстаешь перед нами как жена Сомы?

Фуга испытывал ее, но она была непоколебима.

— Да, — она кивнула, — Потому что я думаю, что это будет единственный раз, когда я смогу поговорить с тобой.

— Судя по тому, как ты это говоришь... не похоже, что ты планируешь вернуться к нам.

— Я уже замужем за Сомой. Если у меня и есть дом, то теперь это замок Парнам.

— Жесткий разговор. Ты же знаешь, что Хашим захочет взять тебя под стражу...

— Старший брат Хашим определенно бы это сделает. Все будет хорошо? — спросила Мицуми, обеспокоенная.

— Все нормально, — кивнул Юрига, — Я приготовилась к побегу, если понадобится.

— Хе-хе! — Фуга искренне захихикал, — Ты точно стала сильной. Наша маленькая Юрига так выросла.

На лицах всех троих было расслабленное выражение, и если убрать большого человека в жуткой маске черного тигра, то все это выглядело бы не более чем обычная беседа братьев и сестер.

— И? — Фуга положил руку на бедро, — Что ты хочешь, чтобы я услышал?

— То, что, как мне кажется, ты хотел бы услышать… — Юрига подняла правую руку. Врата Халги открылись, и песчаная земля задрожала от грохота.

В конце концов через ворота пронесли что-то массивное и вынесли за спиной Юриги. Когда глаза Фуги и Мицуми расширились, Юрига уставилась на них неподвижным взглядом.

— Я хотела показать вам это. Вы должны знать об этом, потому что... это было в моих отчетах, — сказала Юрига, жестом указывая на предмет позади себя, — И я хочу рассказать вам о мире, в котором родилась эта штука.

◇ ◇ ◇

Через несколько дней после путешествия на север Юрига вернулась в Королевство Фридония целой и невредимой. Несмотря на то что для обеспечения ее безопасности были приняты все необходимые меры, я был почти разочарован тем, как легко она вернулась из своего короткого путешествия домой. Однако я не мог быть уверен, что ее душевное состояние было столь же спокойным.

Я слышал, что она скоро прибудет в замок Парнам, поэтому в ожидании ее остался в офисе по правительственным делам, чтобы поработать. В ее нынешнем душевном состоянии мне казалось, что встречать ее с излишней заботой или оставлять одну — плохая идея. Я обсудил это с Лисией и Томоэ и решил, что мы должны встретить ее, как обычно.

Хотя сверхурочная работа в кабинете в одиночку была для меня обычным делом... Я услышал стук в дверь.

— Войдите, — сказал я.

— Извини за беспокойство, — ответила Юрига и вошла, опустив глаза.

Оказавшись внутри, Айша тихо закрыла за ней дверь, оставив нас с Юригой вдвоем.

— Добро пожаловать домой, Юрига.

Она склонила голову, опустив глаза, и сказала, — Я вернулась.

Тон ее голоса был нормальным. Но я не мог видеть ее выражения лица. Забеспокоившись, я поднялся с кресла, и она медленно подошла ко мне.

— Кажется, мне удалось вбить клин в сердце брата.

— Ага.

— Он больше не сможет сбежать, хотя я уверена, что он и не планировал этого делать. Но теперь ему придется поставить все на карту в битве «все или ничего», без второго шанса.

— Понятно.

— Но...

Я подошел к ней, и Юрига подняла лицо. По ее щекам начали катиться крупные слезы.

Открыто плача и кусая уголки губ, Юрига говорила, — Я не смогла... заставить брата выбрать другой путь, кроме борьбы... Я хотела... остановить его... если бы могла... Но нет, ничего не вышло.

Я осторожно обнял Юригу за плечи и притянул к себе. Она громко всхлипывала у меня на груди.

«А если не получится, позволь мне поплакать у тебя на груди», — вспомнив ее слова, я выполнил свое обещание, данное в тот день, но мне было только больно. Должно быть, она была расстроена. Юрига хотела, чтобы Фуга остановился, хотя знала, что это невозможно. Она все еще хотела ухватиться за какую-то тщетную надежду. И когда этого предсказуемо не произошло, она не могла просто списать все на очередной расчет.

Я погладил ее по спине, как это делают, чтобы успокоить ребенка, но...

— Не обращайся со мной как с ребенком! — крикнул Юрига, толкая меня в грудь, — Я твоя жена! Если хочешь утешить меня, делай это так, как подобает мужу!

Я вздрогнул, когда она посмотрела на меня. У нее было лицо независимой женщины. Когда я впервые встретил ее, она выглядела как ребенок в средней школе, но она уже давно переросла это.

— Понятно.

Я обогнул Юригу и крепко обнял ее, пока она продолжала всхлипывать. Наверное, она не хотела, чтобы я видел ее лицо в таком состоянии.

Мы оставались так некоторое время, в комнате, где никто не мог помешать.

◇ ◇ ◇

История разворачивается сразу после встречи Фуги и Юриги...

Закончив разговор, Фуга и Мицуми вернулись в свой военный лагерь, где их встретил советник Хашим. Хотя трудно было предположить, что Юрига причинит вред Фуге, было ясно, что она склоняется на сторону Королевства Фридония. Поэтому советник опасался, как бы Сома не потянул ее за ниточки.

— Лорд Фуга. Что хотела сказать госпожа Юрига? Она что-то замышляла?

— Хм? Не похоже, чтобы у нее был какой-то тайный заговор или что-то в этом роде, — ответил Фуга, спрыгивая со спины Дурги. Он помог Мицуми спуститься с лошади, а затем продолжил, — Что касается того, что она сказала... это было просто о мире сидийцев.

— Мир сидийцев?

Какова была жизнь на севере, где, по слухам, жили сидийцы, прежде чем их перенесли в этот мир? Почему Юрига так далеко зашла, чтобы рассказать об этом Фуге? В голове Хашима пронесся целый ряд вариантов, но четкого ответа, к его огорчению, так и не появилось.

Фуга пожал плечами и сказал, — Наверное, нет смысла думать об этом. Я сомневаюсь, что в словах Юриги есть скрытый мотив.

— Вы уверены в этом?

— Да. Хотя... она подала мне сильную дозу «яда».

— Что? Яд? — Глаза Хашима расширились от этого тревожного слова, внезапно вошедшего в разговор, но Фуга со смехом отмахнулся от него.

— Конечно, это не настоящий яд. То, что принесла с собой Юрига, было... Назовем это сердечным токсином. Эта информация — как отсроченный яд, который медленно поражает мою страсть. Он действует только на меня, и только она, как моя младшая сестра, может его изготовить. Вот это да. Похоже, в конце концов, она действительно влюбилась в Сому.

Хашим нахмурил брови, когда Фуга снова разразился хохотом.

— Токсичная информация? Вы все еще в порядке?

— Нет, это подействовало сильнее, чем я думал, — Фуга почесал голову, как бы говоря «Ну и что мне теперь делать?» Даже спокойный и хладнокровный Хашима был взволнован таким поведением Фуги.

— Понятия не имею, что могло произойти, ведь я просто наблюдал со стороны, но... может, это как-то связано с той штукой, которую принесла Юрига? — спросил Хашима.

— Нет, это неважно. Скорее всего, она просто притащила его сюда для объяснения.

— Что же здесь происходит...? — Раздосадованный тем, что Фуга все время говорит без умолку, Хашим посмотрел на Мицуми.

С несколько печальным выражением лица она ответила, — Я подозреваю, что Юрига надеялась предотвратить сражение лорда Фуги и господина Сомы... Хотя она также видела неизбежность столкновения между Империей Великого Тигра и Королевством Фридония, она, вероятно, надеялась, что сможет показать лорду Фуге другое будущее. И хотя он не смог исполнить ее желания... это все равно оставило глубокие шрамы в сердце лорда Фуги.

— Да. Вот и все, — кивнул Фуга, — В разговоре с Юригой я также увидел проблеск мышления Сомы. Похоже, он планирует сражаться не с нами, а с чем-то еще большим, и он планирует победить.

— Хм? Что это значит?

— Извини, я не думаю, что смогу выразить это словами прямо сейчас, поэтому объясню тебе позже. Если мы ничего не предпримем, я не смогу бросить вызов Соме. А тут ещё и яд Юриги. Похоже, у меня будет только один шанс по-настоящему одолеть Сому и его людей. Если я не смогу одержать убедительную победу, то уже никогда не смогу победить их.

— Значит, грядущая война решит все, говорите? — Выражение лица Хашима стало мрачным.

Фуга кивнул, — Именно... Хотя яд Юриги был направлен именно против меня; если бы кто-то занял мое место, он, вероятно, смог бы сделать еще одну попытку.

— Вы, конечно, шутите. Эта великая страна была бы неуправляемой, если бы не ваше величие.

— Да. Именно поэтому следующая битва станет авантюрой целого поколения, — Фуга ухмыльнулся с диким взглядом в глазах.

Чем больше и сильнее был враг, тем живее он себя чувствовал, сражаясь с ним. Такова была его природа, и именно это сформировало в нем того великого человека, которым он стал. Пока у него такое выражение лица, харизма Фуги будет поддерживать веру его последователей в то, что никто не сможет остановить его походный марш.

Фуга сжал кулаки, чтобы подбодрить себя, — Ладно, время уходит. Даже если мы не совсем готовы, будет плохо, если мы позволим им полностью подготовиться. Кто будет создавать будущее этого мира? Я или Сома? Давайте отправимся в его замок в Парнаме и узнаем ответ!

— Да!

— По вашей воле.

Мицуми и Хашим отсалютовали Фуге.

Они поспешно удалились в замок Хан, а Фуга оглянулся в сторону Халги, где он встретил свою сестру.

«Прости, Юрига. Я собираюсь идти своей дорогой. И, похоже, ты тоже выбрала свой путь. Давай продолжим следовать нашим дорогам, чтобы не пожалеть о своем выборе».

Общая угроза человечеству в виде Домена Владыки Демонов была устранена, и по континенту разнеслась весть об отсутствии новых волн чудовищ. С этим люди предвкушали и наступления новой эры.

Жители королевства Фридония и их союзники по Морскому Альянсу с нетерпением ждали, какие новые чудеса появятся в мире, лишенном демонической угрозы. Разнообразие возросло, что могло привести к открытию множества одаренных людей и прогрессу во многих областях искусства и науки. Насколько процветающими они все станут?

Тем временем жители Империи Великого Тигра смотрели на вещи по-другому. Их жизнь была наполнена сражениями за расширение своей страны и возвращение украденных земель. Поскольку они представляли собой собрание обездоленных, об их присутствии узнавали по радостным возгласам и аплодисментам. Они говорили о том, что они — маленькие, слабые народы, вынужденные больше думать о том, как умиротворить другие страны, чем о том, как обогатиться самим. И что именно Фуга освободил их от нищеты, рабства и статуса беженцев.

Тех, кто избавился от страданий, пугала мысль о том, что Фуга может перестать быть абсолютом. Если их спаситель лишится власти, они боялись, что их жизнь вернется к тем тяжелым временам, в которых они жили раньше. В отличие от народов Морского Альянса, устремленных в будущее, эти люди страшно боялись возврата к прошлому.

Страх был более сильным мотиватором, чем надежда.

Именно поэтому, по мнению жителей Империи Великого Тигра, лидером грядущей эпохи должен был стать Фуга, а не Сома. Они не могли спокойно спать до тех пор, пока не станет ясно, кто из них двоих больше подходит для того, чтобы нести следующую эпоху. Фуга и Хашим быстро объединили общественные настроения и создали атмосферу, призывающую к войне с Королевством Фридония.

История показывает, что при поддержке народа сфабриковать казус белли* было проще простого. Можно было придумать нападение вражеской страны, которого никогда не было, заявить, что они укрывают политических противников, или даже обвинить другую сторону в краже их женщины, как в Троянской войне. Какой бы ни была причина, существовали способы ее оправдать.

[[п. п.: казус белли — формальный повод для объявления войны]].

Они могли бы осудить Морской Альянс за то, что он пытается вырваться вперед, ведя переговоры с правительницей сидийцев Мао, не посоветовавшись с ними; или за то, что он оказывает помощь политическим врагам, таким как Сами и Найк Чима, или врагам лунарианской ортодоксии, таким как Соуджи, Мэри и бывшие кандидаты в святые.

Если бы они хотели поднять вопрос о том, что Сома плохо обращается с Юригой после того, как она вышла за него замуж, они, вероятно, могли бы сделать и это. (Но, учитывая характер Фуги, это было маловероятно). Как только странствующие торговцы и искатели приключений сообщили, что общественные настроения в Империи Великого Тигра склоняются к войне, жители Морского Альянса были вынуждены отбросить прежнюю радость, заменив ее мыслями о неизбежности конфликта.

Вскоре весь континент Ландия готовился к войне.

Однажды Фуга собрал своих ключевых подчиненных в замке Хан. Они собрались в большом зале перед троном, как будто праздновали Новый год, но вместо еды в центре лежала карта континента.

Командиры могли сказать, что они, вероятно, собрались здесь, чтобы провести военный совет для гипотетического конфликта против Морского Альянса. И, как и ожидалось, Хашим, возглавлявший собрание, навел указкой на Королевство Фридония.

— Битва против Королевства Фридония должна быть быстрой и решительной, — сказал Хашим собравшимся перед ним уважаемым людям, — Наша Империя Великого Тигра может мобилизовать в два раза больше войск, чем Королевство, но мы окажемся в невыгодном положении, если выступим против всего Морского Альянса сразу. Даже помощи наших союзников в лице Ортодоксального Папского Государства и высших эльфов с Острова Отца будет недостаточно. Если все, что есть у страны, — это ее многочисленные союзники, значит, стратегия заключается в том, чтобы победить их по отдельности. Однако узы внутри Альянса крепки. Мы должны быть готовы к тому, что, двигаясь к одному из них, нам придется столкнуться с ними всеми.

— О, да! Мы собираемся воевать с половиной мира! — Ната, боевой маньяк, был в восторге, но никто ему не ответил.

Посмотрев на карту, Шукин, Меч Тигра, нерешительно сказал, — Королевство Фридония — страна настолько впечатляющая, что мы сочли целесообразным выдать леди Юригу замуж за их короля, чтобы закрепить их дружбу. Очевидно, что они окажутся непростым противником. Я знаю, что общественные настроения в нашей стране стали воинственными, но ведь нам нет нужды форсировать конфликт, не так ли?

Шукин понимал, что Хашим разжигает общественные настроения, но намеренно игнорировал этот факт.

— Лорд Фуга однажды описал короля Сому как огромную черепаху, — продолжил Шукин, — Если мы не сделаем шаг первыми, вряд ли он проявит инициативу. Если все сходятся во мнении, что они не будут вторгаться к нам, то разве мы не можем на досуге накопить силы?

— Все так, как говорит сэр Шукин, — согласилась Люмьер, глава бюрократии, — Этот народ огромен и могуч, но он еще молод. У него есть страсть и энергия, но мы еще не раскрыли весь свой потенциал. Если бы у меня было еще несколько лет, я бы создала для вас страну, способную одолеть Королевство Фридония и Морской Альянс. Могу ли я не просить вас подождать до тех пор?

— Нет, это невозможно… — Фуга, сидевший на троне, отмахнулся от их мнений, — Похоже, Сома и его банда что-то замышляют. Если они что-то провернут, у нас не будет ни единого шанса. Люмьер говорит, что ей нужно несколько лет, но у нас нет столько времени... —

— А?! Что они замышляют?! — спросил Шукин.

Фуга покачал головой, — У меня есть мысли... но пока я не могу тебе о них рассказать.

— Почему?

— Если я скажу это здесь, некоторые из вас запаникуют. Просто знайте. Юрига ставит на то, что я проиграю. Этого достаточно, чтобы понять, что их план смертельно опасен для нас. Мы должны предотвратить его во что бы то ни стало.

— Да. Отсюда следует, что действовать нужно быстро и решительно, — сказал Хашим, перехватывая разговор и указывая на карту, — Когда мы вторгнемся в королевство Фридония, страны Морского Альянса скоординируют свои ответные действия. Как и при вторжении в Империю Гран-Кэйос, на нашу территорию, скорее всего, будет совершено ответное вторжение. Чтобы предотвратить это, мы должны направить силы на борьбу с каждой страной, чтобы держать их в узде. Нашей главной целью будет королевство Фридония, и мы сконцентрируем наш военный потенциал там, но, скорее всего, нам нужно будет подготовиться к тому, чтобы захватить по несколько городов у каждой страны.

Сказав это, Хашим указал на Республику Тургис.

— Во-первых, есть Республика Тургис. Она была весьма активна во время битвы с Империей Гран-Кэйос, захватив три города у государства наемников Зема. Позже они отказались от одного города, но два все еще находятся под их контролем. Можно сказать, что они — самая агрессивная нация в Морском Альянсе.

Фуга ухмыльнулся такому объяснению Хашима.

— Их нынешний глава Ку Тейсей, да? Я видел его во время волны демонов и на переговорах о болезни волшебного жука. От него исходила дикая энергия, как от меня в молодые годы. У парня есть талант и амбиции. Если бы он не родился в таком захолустье, как Республика, — может быть, где-нибудь поближе к центру континента, — он мог бы соперничать со мной и Сомой. Он как большая рыба, скрывающаяся подо льдом замерзшего озера.

— Да. Этого человека нельзя недооценивать, — Хашим кивнул, затем посмотрел на Мумэя, Молот Тигра, — Сэр Мумэй. Вы поведете солдат бывшего Зема, который подчинился нам, в атаку на Республику, вернув два потерянных города и удерживая их. Даже у тех, кто возмущен нашей аннексией Зема, будет сильное желание сражаться после того, что Республика сделала с ними.

— Понял, — коротко ответил Мумэй, скрестив руки.

Несмотря на то что Мумей выглядел как варвар с огромным молотом в руках, он был умен и поэтому назначен наместником Зема.

Он смотрел на Хашима без малейших признаков волнения, — Солдаты Зема рассказали мне, что захватчики из Республики были в приподнятом настроении. Скорее всего, это влияние личности Ку Тейсея, и у меня есть все основания полагать, что он окажется грозным противником. Если нам все же удастся захватить два города, что мы будем делать дальше?

— Земли Республики вряд ли стоят того, чтобы тратить на них ресурсы. Как только два города будут взяты, укрепляйте оборону и создавайте видимость, что вы готовы вторгнуться в Республику в любой момент. Я уверен, что вы понимаете это, сэр Мумэй, но при взятии двух городов вы не должны форсировать атаку до такой степени, чтобы понести потери, ставящие под угрозу вашу способность держать Республику в узде.

— Принято к сведению, — Мумэй скрестил руки и еще раз кивнул.

Затем Хашим указал на карте на королевство Эйфория, после чего посмотрел на ближайшего друга и доверенное лицо Фуги, Шукина.

— Сэр Шуукин возьмет с собой отряд, состоящий из тех, кто присоединился к нам из бывшей Империи, и воинов-добровольцев высших эльфов с Острова Отца, чтобы держать Королевство Эйфория под контролем.

— Что?! Ты снова отводишь меня от важных сражений?! — Глаза Шукина были полны гнева.

Во время инцидента с болезнью волшебного жука Шукин был в неоплатном долгу перед Королевством Фридония и Империей Гран-Кэйос, поэтому в предыдущей битве с ними ему было поручено защищать тыловые линии снабжения. Однако в грядущей войне судьба Фуги и всей страны висела на волоске. Как ни терпелив он был, но даже Шукин не мог смириться с тем, что его отстранят от столь важного дела.

Однако Хашим и глазом не повел, сказав ему, — Я прошу тебя, потому что ты единственный, кто подходит для этой задачи. Я сказал, что это нужно для того, чтобы сдержать их, но чтобы заставить Королевство Фридония сосредоточиться на фронте Королевства Эйфория, нам нужно, чтобы ты сделал вид, будто твоя атака — наша главная цель. Даже если они знают, что наша конечная цель — исключительно Парнам, если мы нападем на недавно образованное Королевство Эйфория... у них не останется выбора, кроме как принять какие-то меры. Кроме того, ты близок к принцессе Элулу, представительнице Острова Отца, так что сможешь направить добровольцев, которых они пришлют нам на подкрепление, на пользу. Разве есть кто-то, кто сможет сделать это лучше, чем ты?

— В твоих словах есть смысл...

Хашим рассуждал здраво. Мудрый и храбрый Шукин должен был признать это, по крайней мере, головой. Но его сердце было другим. Как главнокомандующий Империи Великого Тигра, он испытывал желание вступить в решающую битву на стороне Фуги.

В этот момент Фуга, прислушивавшийся к их разговору, произнес, — Однажды я описал бывшую императрицу Марию как жар-птицу. Она притягивала к себе людей своим сиянием, но свет, который она излучала, исходил от нее самой, и в конце концов она сгорала... или я так думал.

— Что вы имеете в виду, лорд Фуга? — спросил Шукин.

— Из ее пепла родилась новая птица по имени Жанна. Пока она еще только птенец, но со временем она засияет таким же сиянием. Похоже, Дом Эйфории проходит через циклы смерти и возрождения. Жанна — не тот человек, которого мы можем позволить себе недооценивать. Особенно если в качестве ее королевского супруга выступает премьер-министр в черной мантии.

Сказав это, Фуга посмотрел прямо на Шукина.

— Это противники, с которыми нам будет трудно справиться даже под моим командованием. На кого еще я могу положиться в борьбе с ними, как не на тебя? Сделай это для меня... мой друг.

— Фуга... мой господин. Я понимаю, — При всем том Шукин не мог отказать ему. Ни как ближайшему союзнику, ни как другу, выросшему вместе с ним в степях.

Покончив с этим обсуждением, Хашим указал на Лунарианское Ортодоксальное Папское Государство и посмотрел на Анну, Святую Тигра.

— Госпожа Анна и лунартанские ортодоксы нападут на регион Амидония из Ортодоксального Папского Государства. Проследите, чтобы они не проявляли страха, даже если «хладнокровный принц» снова появится.

— Будет так, как пожелает святой король Фуга.

Анна с готовностью кивнула. Во время предыдущей войны с Империей Гран-Кэйос Ортодоксальное Папское государство впало в панику только из-за появления на границе стратега Сомы Юлия Ластании, что привело Фугу в замешательство. Это произошло потому, что воспоминания о притеснениях, которым они подвергались, когда он был Юлием Амидонией, все еще не утихли.

Анну попросили крепко взять бразды правления в свои руки, чтобы не допустить повторения той неудачи. Если бы такая святая, как она, вышла на поле боя, их страх перед Юлием превратился бы в ненависть, и они могли бы выместить ее на королевстве. (Как Икко Икки в период Сэнгоку)*.

[[п. п.: икко-икки – мощное религиозное движение, потрясавшее Японию в конце XV – середине XVI вв. (период Сэнгоку — «Эпоха воюющих провинций»)]].

В этот момент молодой гений Касен, Арбалет Тигра, поднял руку, чтобы заговорить, — Что насчет Королевства Архипелага Девятиглавого Дракона? У нас нет нормального флота, так что я не вижу способа держать их в узде...

— Да. Ты совершенно прав, — Хашим кивнул, — К сожалению, я вынужден сделать вывод, что мы должны оставить эту страну в покое. Мы будем защищать наши прибрежные города, а если они выйдут на берег, мы отступим вглубь страны, и местные гарнизоны встретят их в бою.

— Мы просто позволим им делать все, что они хотят?

— Действительно. Война с Королевством Фридония — это сухопутная борьба. Мы будем доставлять припасы с помощью сухопутных перевозок на носорогах, которые организовала для нас госпожа Люмьер. Также будет организована доставка по воздуху с помощью военно-воздушных сил, чтобы мы могли поддерживать даже те крупные армии, которые нам предстоит развернуть. То же самое касается и Королевства Фридония, разумеется. Так что в этой войне контроль над морем не важен.

Королевство Фридония имело форму прямоугольного треугольника, и побережье было лишь одной из его сторон. Контроль над морями был бы полезен при нападении на Империю Великого Тигра. Однако если Империю Великого Тигра не волновало, насколько сильно пострадают их земли, было бы трудно воспользоваться преимуществами контроля над морем, устремившись через границу. Столкнувшись с врагом, который применяет стратегию отсутствия обороны, Королевство Фридония рискует, если решит разделить свои силы.

— Лорд Фуга, как вы относитесь к королеве Шабон? — спросила Мицуми.

— Хм… — Фуга погладил подбородок, прежде чем ответить, — Наверное... она как медуза.

— Медуза? Те штуки, которые плавают в море?

— Да. Поначалу она кажется пушистой и несерьезной, но в этих парнях может быть опасный яд. Ее трудно уловить, и с ней придется повозиться.

— Согласен. Если мы будем беспокоиться о таком противнике, то попадем в ее ловушку, — согласился Хашим.

— Поэтому ее лучше оставить в покое, — Касен кивнул, похоже, тоже убежденный.

— Да. И все, что нам остается... это обрушиться на Фридонию всеми силами, — Хашим ткнул указкой на Королевство Фридония на карте, — Все решится в этой войне. Кто определит будущее этого мира? Лорд Фуга или Сома? Если нам удастся захватить Королевство Фридония, Морской Альянс распадется. И наоборот, если мы потерпим здесь поражение, то потеряем и шанс на господство на континенте, и поддержку тех, кто желает нам этого. Воистину, это решающая битва, в которой мы либо возьмем все, либо останемся ни с чем.

Все ахнули при этих словах Хашима.

Малхитан, бывший одним из многих соперничающих малых и средних государств в Союзе Восточных Наций, освободил Домен Владыки Демонов и стал настолько огромен, что весь мир казался ему подвластным. Это уже было достаточно большим достижением — славным и легендарным подвигом.

Услышав, что эта война будет по принципу «все или ничего», командиры напряглись. Но было и странное волнение. Люди требовали завершения эпической истории Фуги. И они чувствовали, что играют небольшую роль в той энергии, которая двигает его вперед.

Фуга негромко рассмеялся, — Если подумать, мы проделали долгий путь. Я бежал вперед, думая, что не буду жалеть, если упаду на пути к своей мечте, и именно это привело меня сюда. Осталось лишь пройти оставшийся путь. Если время требует от меня ответа, то я его покажу.

Фуга поднялся на ноги, забрал Занганто у своих королевских стражников и устремил клинок в небо.

— Неважно, что замышляет Сома и его банда! Мы будем бежать, как всегда! След, который мы оставим, будет вписан в историю эпохи! Давайте же, наконец, реализуем наши грандиозные амбиции!

— Даааа!!!

Все командиры встали и радостно закричали. Так началась первая мировая война, позже известная как война между Севером и Югом.

◇ ◇ ◇

Империя Великого Тигра демонстрировала признаки, предвещавшие крупномасштабную военную операцию. На данный момент они даже не пытались скрыть свое намерение развязать войну. Народ Империи Великого Тигра желал решительной битвы за господство с Морским Альянсом. Независимо от личного отношения к этому, если сосед призывал к войне, другой, естественно, был склонен сделать то же самое. Будь то влияние или желание избежать остракизма, этот менталитет охватил всю страну и стал общим мнением. Это была просто человеческая природа.

Фуга начал готовить свои войска вдоль границы с Королевством Фридония и Королевством Эйфория, которые были Лунарианским Ортодоксальным Папским Государством и бывшим владением Зема. Похоже, он планировал одновременное вторжение с материка Империи Великого Тигра в Парнам, с территории бывшей Империи Гран-Кэйос в Королевство Эйфория, из Ортодоксального Папского Государства в наш регион Амидония, а из бывшего владения Зем — в Республику Тургис.

Военные мыслители с нашей стороны, в том числе и я, полагали, что Фуга будет стремиться к быстрому завершению войны, направив свои основные силы прямо на Парнам. Однако если мы окажемся в невыгодном положении на любом из других фронтов, Хашим будет громко говорить о моей неэффективности и непрочности Морского Альянса, что может всколыхнуть людей на нашей стороне. Нам нужно было обороняться по всем направлениям.

Ку, глава Республики, сказал мне, что его страна прикрыта, и я должен сосредоточиться на своей, но мне все еще нужно было разместить войска в недавно образованном Королевстве Эйфория, а также в регионе Амидония. Королева Шабон из Королевства Архипелага Девятиглавого Дракона обещала прислать подкрепление, но когда дело доходило до сражений вдалеке от моря, все, что могло сделать Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона, — это совершать набеги на портовые города. Если бы сторона Фуги решила проигнорировать их, то это бы их даже не потрясло.

Конечно, у меня был целый ряд собственных ходов, которые я планировал разыграть. Мы с Фугой знали, что разделение сил — плохая идея, но все равно должны были укрепить разные регионы, чтобы не оказаться на милости у врага. Перефразируя одно научно-фантастическое аниме, можно сказать: «Нам было тяжело, но и врагу было тяжело».

Однако, в отличие от войны с Княжеством Амидония, на этот раз нам не пришлось скрывать свои приготовления, что несколько облегчило ситуацию. Новостная программа Криса Тахиона ежедневно предоставляла подробные отчеты о передвижениях Империи Великого Тигра. Благодаря этой программе паранойя населения была сведена к минимуму, а жителей деревень и городов, которые могли быть выжжены огнем войны, убедили эвакуироваться.

Я был благодарен, что мне не пришлось прибегать к помощи Юны и авантюристов в эвакуации граждан в последнюю минуту, используя для прикрытия вымышленных монстров Пламенного Пьеро, уничтожающих деревни. Впрочем, я и не мог этого сделать, поскольку Юнона и ее отряд в тот момент находились за пределами страны, выполняя мое очередное поручение.

Как бы то ни было, все различные фракции готовились к грядущей войне.

Так мы дошли до сегодняшнего дня. Я вел переговоры с Фугой. Мы уже знали, что хочет сказать другой, поэтому сразу перешли к делу.

— Ты действительно не можешь остановиться, Фуга?

— Да, — Фуга посмотрел мне в глаза и кивнул.

Я заскрипел зубами от досады на то, что он так и остался непоколебим, — Юрига показала тебе другое будущее! Ты все еще не можешь принять его?!

— Не могу. Это тронуло мое сердце.

— Тогда...

— Но люди и время хотят получить ответ — увидеть конец моей эпической истории и завершение этой эпохи, — спокойно сказал он, — Я не могу бросить все на полпути.

Даже после того, как сестра пыталась убедить его не делать этого, он все равно продолжал.

— Ты не из тех, кого волнует мнение других людей, и ты это знаешь, — заявил я.

— Ха-ха-ха! Это правда. Именно поэтому я хочу получить ответ на этот вопрос, — Фуга обратил свой острый взгляд на меня, — И поэтому я объявляю войну Морскому Альянсу.

Он произнес свое объявление войны так непринужденно. Мы все знали, что это произойдет, поэтому не чувствовалось, что оно имеет какой-то вес.

— Ты понимаешь, что даже ты не сможешь нас победить, — предупредил я его.

— Жесткий разговор. И нехарактерно воинственный для тебя.

— Я только что узнал, что когда другие люди принимают за меня решения, это приводит только к большим потерям. Если эта война неизбежна, то мне следует проявить инициативу, чтобы уменьшить количество жертв.

Фуга разразился веселым смехом, — Значит, ты нашел свою решимость, да? Похоже, я наконец-то наступил на хвост медленной черепахе.

— Хм? Медленная черепаха?

— Я просто разговариваю сам с собой, не обращай внимания... Если это так, то мне больше нечего сказать, — на другом конце трансляции Фуга протянул ко мне кулак, — Давайте решим, кто будет определять будущее! Я или ты!

— Я не проиграю! Ни за что!

Мы с Фугой смотрели друг на друга. В конце концов он фыркнул, и уголки его губ приподнялись.

— Пока, Сома. Увидимся на поле боя.

Трансляция прервалась, и Фуга исчез. Даже то, как он объявил войну, до самого конца соответствовало его натуре. У него не было чувства вины, которое должно быть у человека, стоящего на пороге войны. Он нес в себе тьму, но в то же время и яркий свет. Возможно, именно это и делало его великим человеком.

— Сома.

— Сома...

Пока я стоял на месте, ко мне подошли Лисия и Юрига, которые наблюдали за нами с места, где их не было видно на трансляции.

— Можем ли мы считать это объявлением войны? — нерешительно спросила Лисия.

— Да, я бы так сказал.

Все началось. Не было времени стоять на месте.

Я посмотрел на Юригу, — Ты уверена, что не хотела с ним поговорить?

— Я уже поняла, что ничто из того, что я скажу, не остановит моего брата. Хотя я просила тебя позволить мне быть здесь, чтобы я могла видеть его, наблюдать за тем, как он начинает свою последнюю войну, — сказала Юрига, подавляя свои сложные чувства, чтобы оставаться решительной.

Она по-своему готовилась к этому. Брат и сестра. В глубине души они похожи.

— Ну и ну… — Я вздохнул, — Лисия. Юрига.

— Что?

— Что такое?

— Знаете... даже сейчас какая-то часть меня все еще считает Фугу крутым. Он воплощает в себе некий мужской идеал, оставаясь верным себе.

Лисия и Юрига посмотрели друг на друга, затем обе улыбнулись.

— Даже будучи женщиной, я понимаю его. У него неукротимый дух.

— Я лучше других знаю, насколько крут мой брат.

В этот момент Лисия крепко обняла меня за руку, — Но именно с тобой я чувствую себя в безопасности, Сома. Как я уже говорила в тот день перед герцогом Кармином, я буду идти рядом с тобой.

— Как ни больно мне это признавать, но я чувствую то же самое, что и леди Лисия, — Юрига обхватила меня за другую руку, — Я думаю, что эта страна станет той, которая перенесет нас в грядущую эпоху... Вот почему я сейчас здесь. Ты не такой крутой, как мой брат, но я все равно горжусь тем, что могу назвать тебя своим дорогим мужем.

Даже Юрига теперь говорила такие смелые слова. Но тонкие руки, которыми она обхватила меня, слегка дрожали. Вероятно, она была на взводе, но все же пыталась поддержать меня. Чтобы ответить на ее внимание ко мне, я сделал вид, что не замечаю, и пошутил.

— Эй, это, конечно, хорошо и все такое, но я не могу двигаться, когда вы двое обнимаете меня...

— Держу пари, тебе нравится, когда на каждой руке по красавице, — сказала Лисия.

— Конечно, нравится.

— Это преимущество должности, — сказал Юрига, —У тебя такие милые жены, так что усердно работай для нас, Сома.

— Обязательно.

О, я буду упорно трудиться. Ради будущего, в котором мы сможем жить все вместе.

И вот, спустя всего несколько дней, прозвучали первые выстрелы мировой войны.

Первой выдвинулась группа, расположившаяся на границе с Королевством Эйфория. Возглавлял ее Шукин, а состояла она из солдат армии Империи Великого Тигра и добровольцев из числа высших эльфов. Однако ядро этой атаки составляли командиры и дворяне, переметнувшиеся из Империи Гран-Кэйос в Империю Великого Тигра.

Фуга не был замечен на этом фронте, поэтому был сделан вывод, что это диверсия. Но поскольку это был первый шаг войны, Королевство Фридония стремилось защитить Королевство Эйфория. Невыполнение этого требования может оставить негативное впечатление на народ Королевства Эйфория. Потеря лица главы Морского Альянса может негативно сказаться на способности двух стран координировать свои действия. В ответ Сома немедленно сообщил, что два авианосца островного типа направляются в Королевство Эйфория.

В военном зале замка Хан Хашим принимал доклады, подтверждающие, что корабли действительно покинули порт.

— Итак, что ты думаешь по этому поводу? — спросил Фуга.

— Я полагаю, что эти авианосцы пусты, — ответил Хашим, его лицо было спокойным, — Возможность использовать военно-воздушные силы на море — это преимущество в морских сражениях, но оно не имеет никакого значения, когда сражения ведутся на суше. Для них это способ создать видимость поддержки Королевства Эйфория. В конечном итоге это никак не повлияет на ход войны. Их кавалерия виверн, скорее всего, была оставлена в королевстве Фридония, чтобы укрепить оборону.

— Значит, они избежали нашей диверсии, да? Конечно, это никогда не будет так просто.

— Естественно. Мы знали об этом с самого начала. Именно поэтому мы отправили в Королевство Эйфория только символическую силу, чтобы держать их в узде, — Хашим указал на юг континента, — Я уверен, настоящее столкновение произойдет с Республикой.

◇ ◇ ◇

Боевые действия между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра начались на южном фронте, в Республике. Ку переименовал два города, захваченные им у Зема, в Тарс и Лерс. (Назвать города в честь своих любимых жен было очень в духе Ку). Лерс стоял у туннеля, соединявшего этот район со столицей Республики Сапер, а Тарс расположился рядом с ними.

С Тарсом на передовой на город наступали всего пятьдесят тысяч солдат из бывшего Зема. Изначально государство наемников Зем насчитывало сто тысяч солдат, но во время аннексии Империей Великого Тигра их число сократилось. Даже с учетом того, что к ним присоединились люди из основной армии Империи Великого Тигра, это было все, что они могли выставить. Однако, поскольку их стратегической целью было захватить всего два города, этого количества было вполне достаточно.

Тем временем у Республики было двадцать тысяч человек гарнизона в Тарсе и еще десять тысяч в Лерсе. Всего у Республики было около семидесяти тысяч солдат, но только часть из них могла быть задействована здесь. В отличие от Империи Великого Тигра, которой не нужно было прикрывать спину, Республика рисковала тем, что враг обойдет их и направится прямо на их родину, поэтому остальных держали в тылу. Все было устроено так, чтобы при необходимости можно было послать подкрепление, но Ку был готов удерживать города только с этими тридцатью тысячами человек.

— О, да. У нас нет ничего, кроме врагов, насколько хватает глаз. Я не видел ничего подобного со времен последней волны демонов.

Ку с бесстрашной улыбкой смотрел на вражеский лагерь с высоких стен Тарса. Его вторая жена, Лерина, и его приятель, Найк, вздыхали по поводу поведения своего правителя; ни один из них не был в восторге.

— Ох, господин Ку. Как вы можете говорить так беззаботно? Вы же понимаете, что нам придется сражаться со всеми ними?

— Похоже, старший брат Хашим тоже готов захватить весь мир... Уф, какая боль.

Лерина была одета в свой наряд лучницы, как когда она была телохранителем Ку, а Найк прижимал к плечу свое любимое копье. Несмотря на ворчание, они уже давно решили сражаться.

Ку ухмыльнулся, глядя на их кислые лица, — У-ка-ка! Не волнуйтесь так сильно. Мы попросили Тару устроить в городе сумасшедший ремонт специально для этого случая, даже пригласили на помощь гостя из Королевства Эйфория. Неужели вы думаете, что кучка недоумков, которыми даже не руководит Фуга Хан, сможет взять это место?

— Конечно, нет! — раздался энергичный голос.

Все трое повернулись к новоприбывшему. Это была младшая сестра Марии и Жанны, Трилл, третья дочь Дома Эйфории. Ее вызвали из королевства для оказания технической помощи.

— Мы с Тарой приложили все усилия, чтобы воплотить в жизнь абсурдную идею Ку. Этот город — символ меняющейся Республики. Ни одна страна с жесткими и закостенелыми ценностями не сможет отнять его у нас, — уверенно заявила Трилл.

Она должна была отправиться домой до начала войны, но ей хотелось проверить, работают ли созданные ею системы так, как нужно. К тому же ее собственный народ тоже мог оказаться в огне войны, поэтому Жанна разрешила ей поступать по своему усмотрению.

Характерная прическа Трилл с боковым хвостом затряслась, когда она засмеялась, — Хи-хи, я использую свои механизмы, чтобы заставить всех этих парней из Империи Великого Тигра молить о пощаде.

Несмотря на ее огромную самоуверенность, к ней примчался гонец.

— Леди Трилл! Когда мы тестировали механизмы, произошел сбой! Инженерная команда срочно просит вас приехать!

— Небеса помилуют! — крикнула Трилл, — Извините, мне нужно идти!

Она быстро унеслась вслед за гонцом. Принцесса выглядела не лучшим образом.

— С ней будет все в порядке...? — вслух поинтересовался Ку. Лерина раздраженно пожала плечами.

— Это потому, что все ваши просьбы были столь неразумны, мастер Ку. Было бы жестоко обвинять леди Трилл.

— Нет, я же не держу на нее зла... Найк, прости, но не мог бы ты охранять мисс Трилл ради меня?

— Да-да. Конечно, — легко согласился Найк и последовал за Трилл, неся свое копье через плечо.

Оставшись на стене, Ку и Лерина смотрели на вражескую армию.

Потрескивая костяшками пальцев, Ку сказал, — Ну что ж, пора заставить врага заплатить за недооценку Республики.

— Да, я бы сказала, что это так, — Лерина кивнула в знак согласия, — Я бы хотела сосредоточиться на воспитании наших детей, но по вине этих людей мне приходится возвращаться на поле боя. Это меня так злит! Давайте потрудимся ради наших детей, господин Ку!

Прошло не так много времени с тех пор, как Тара родила своего первого ребенка, а Лерина — троих. Ку намеревался оставить в столице и Лерину, а не только Тару, но первая предпочла сражаться рядом с ним, а не ждать дома. Тара даже сказал ей: «Я присмотрю за детьми, а ты присмотри за господином Ку, Лерина». Семьи Тары и Лерины тоже помогали присматривать за детьми.

Услышав слова Лерины, Ку приготовил дубину и бесстрашно улыбнулся.

— Конечно! Ну что, малыши, папа и мама сейчас покажут вам, какие мы сильные!

— Да!

◇ ◇ ◇

Тем временем в лагере Империи Великого Тигра Мумэй, Молот Тигра, подбадривал своих солдат. Он был немногословен, но его глубокий голос отдавался в груди солдат.

— Пока мы сражались с Империей Гран-Кэйос, Республика ворвалась к нам, как грабители, и отняла у нас эти два поселения. О герои Зема! Пришло время вам спасти эти города от рук этих ничтожных разбойников!

— Да-а-а!!! — радостно воскликнули солдаты. Большинство из них были выходцами из бывшего Зема, поэтому их боевой дух был высок, когда они сталкивались с Республикой.

Среди них был один голос, который звучал громче всех остальных.

— О, да-а-а! Наконец-то пришло время сражений! — крикнула Ната Чима, Боевой Топор Тигра, — Я был в бешенстве, когда меня отослали с решающей битвы против Фридонии, но здесь я могу бесчинствовать на полную катушку! Парни в Империи были кучкой веток в грязи, которые не стоили своей болтовни. Готов поспорить, что здесь я найду тех, кто меня развлечет! — Ната разразился бурным смехом.

Фуга и Хашим хотели провести войну с Фридонией быстрой и решительной, а это требовало скорости и четкого следования приказам. Силы Империи Великого Тигра всегда отличались высокой мобильностью, но они теряли время, если останавливались, чтобы сразиться с сильными врагами, в чем не было необходимости, или отвлекались на мародерство. Если бы они не могли сосредоточиться и обойти более сильные города, то не смогли бы поддерживать свою высокую мобильность.

Времени на то, чтобы взять с собой каждого встречного солдата или собрать провизию в одном павшем городе, прежде чем двинуться к следующему, было не так много. Учитывая то, что они пытались сделать, Ната, который просто хотел сразиться с сильными людьми, будет только мешать. Если бы он атаковал вражескую оборону там, где она казалась наиболее прочной, а затем настаивал на том, чтобы тащить за собой всю армию, чтобы прорваться, это было бы потерей времени без всякой причины. Именно поэтому его отправили на фронт Республики, где он мог разгуляться на полную катушку.

Глаза Ната сверкали жаждой битвы, — Если я быстро разобью этих шутников из Республики, то смогу соединиться с основными силами! Как только враг будет разбит, Мумэй сможет сам защищать это место, так что мой брат Хашим не сможет жаловаться!

Недальновидное мышление боевого маньяка было налицо. Мумэй, тем временем, сохранял спокойствие, наблюдая за силами Республики со всей осторожностью.

Я слышал, что наш враг, Ку Тайсей, смотрит на Сому как на старшего брата. Если он усвоил уроки Фридонии, то он не будет простым противником. Придется подождать и посмотреть, каким будет его первый ход.

Бывший Зем никогда не был богатой страной, и у него не было таких дорогих войск, как военно-воздушные силы или те, кто использовал пороховое оружие. Но у Республики не было и этого, и единственным противодействием кавалерии виверн Империи Великого Тигра было оставаться в своих крепостях и использовать против них противовоздушные многозарядные болтометы. Короче говоря, военно-воздушные силы не могли стать решающим фактором в этой войне.

Вот почему устаревшее оружие может пригодиться.

Мумэй поднял свой молот и с размаху опустил его в сторону Тарса, — Все силы! Устремиться к этому городу! Двигаемся вперед с осадными орудиями! Пехота, защищать носорогов, подтягивая орудия по мере продвижения вперед!

И вот штурм Тарса начался.

Из лагеря начали движение требушеты и осадные башни. Их привез Мумэй со складов в города Зем, где они пролежали без дела. Они были бесполезны на поле боя, где доминировала воздушная мощь, но все же пригодились в месте, где не было таких сил.

Мумэй внимательно следил за тем, как продвигается устаревшее оружие.

Лорд Фуга подходит к этой битве так, словно она последняя на пути к гегемонии... Как будто он ищет последней славы, как эти осадные орудия… Несмотря на свою грубую внешность, Мумэй был очень чувствителен, а его мысли были обращены к своему далекому повелителю. Даже если это так, мы будем следовать за вами до конца! Мой господин, пусть вы достигнете своей долгожданной цели!

◇ ◇ ◇

— У-ка-ка! Враг притащил что-то интересное! — Ку от души рассмеялся, высунув голову из-за крепостных валов.

Осадная битва началась, и Империя Великого Тигра осыпала их стрелами и магией.

— Господин Ку! Опасно высовывать голову! —  Лерине показалось, что он собирается довести ее до сердечного приступа, — Ах! Сейчас!

Лерина нашла момент, чтобы встать и выпустить стрелу во врагов, кишащих на стенах. Ее стрела пролетела прямо, пронзив горло человека, командовавшего солдатами с лошади. Командир упал с коня и лежал без движения.

Ку восхищенно присвистнул, — Ух ты, ты как всегда на высоте.

— Конечно! Я не могла пользоваться луком, пока была беременна, но, как только я родила, я тренировалась, чтобы вернуться в форму... О! Но...

Лерина не теряла бдительности и следила за врагом, но теперь она стала ярко-красной.

— Хм? Что-то случилось?

— Ну... после родов моя фигура изменилась. Поэтому размер нагрудника кажется мне не совсем подходящим...

— В-верно... Это звучит жестко...

Это была лишняя информация, и Лерина выглядела мило, когда смущалась, поэтому Ку тоже покраснел.

— Эй! Осторожно!

Внезапно Ку подпрыгнул и прикрыл Лерину своим телом, когда со стены посыпались каменные плитки. Глаза девушки расширились, когда она увидела, как мимо них пролетела вражеская магия огня.

Когда они оба убедились в своей безопасности, Ку облегченно вздохнул.

— Это не тот разговор, который мы должны вести на поле боя, не так ли?

— Д-да, ты прав...

— И если мы не остановим эту штуку, нас ждут неприятности, — Пока они говорили, к ним подобралась осадная башня, охраняемая солдатами, — Ладно, Лерина! Пошли Трилл сигнал!

— Хорошо!

Лерина достала из колчана на спине стрелу, выбрав ту, что была с особым наконечником. Прикрепив ее к луку, она выпустила ее под еще большим углом в сторону врага. Стрела со свистом пронзила воздух, а затем воткнулась в землю.

— Вот оно… — Трилл напряглась, услышав сигнальную стрелу Лерины.

— В каком направлении? — спросила Тара.

— Только что прибыл гонец! Они на севере!

— Там находятся Ку и Лерина... Запускаем оружие на северной стороне, — скомандовала Трилл, — Свяжись с теми, кто у нас наготове. Активируйте оборудование не все сразу, а по ситуации, исходя из указаний наблюдателей.

— Да, мэм!

Проследив за убежавшим гонцом, Трилл помолилась за безопасность Ку и Лерины, а затем поспешила настроить механизм перед собой.

Осадная башня с грохотом двинулась вперед. Лучники на вершине стреляли по верхушкам стен Тарса, чтобы удержать их от нападения на солдат и носорогов, толкающих башню внизу. Ку, Лерина и другие защищались щитами или прятались за валами. Солдаты у основания башни упорно сопротивлялись силам Республики, изо всех сил стараясь хоть как-то пробиться к стене.

— Слушайте! Не нужно останавливать их приближение! Подманивайте их как можно ближе! — приказал Ку.

Это противоречило ожиданиям солдат на осадной башне. Он приказывал не держать их на расстоянии любой ценой, а приближать. В результате осадная башня подвергалась лишь единичным атакам и быстро продвигалась к стенам. В конце концов они подошли так близко, что защитники на стенах и лучники на башне могли отчетливо видеть лица друг друга.

— Хорошо! Как только мы установим контакт, поднимайтесь на стены осадной башни и создайте плацдарм для наших союзников… — Пока командир отдавал приказы, Ку внезапно выскочил из-за стен и встал на валу. Его глаза встретились с глазами командира осадной башни. От бесстрашной улыбки Ку у того побежали мурашки по коже, и он забыл закончить свой приказ.

— Спасибо, что проделали такой путь, — обратился Ку к солдатам осадной башни, — Я бы с радостью поздравил вас, но это еще не все.

Он поднял свою дубину...

Бум!!! Треск!!!

Толстый квадратный столб вырвался из стены, пробив центр приближающейся осадной башни. Стены Тарса были сложены из больших квадратных блоков, и один из них внезапно оказался выдвинут наружу.

— А-а-а!

— Я падаю! Падаю-ю-ю!

Осадная башня рухнула, осыпав обломками солдат внизу. Было видно, что и другие приближающиеся осадные башни разбиваются о каменные столбы стен.

Ку улыбнулся этому зрелищу, — У-ка-ка! Вы это видели?! Наши стены не только оборонительные!

Когда Ку преображал Тарс и Лерс, он попросил Тару, Трилл и других членов инженерной команды воплотить многие из его идей. Одна из них заключалась в установке этих массивных свай, которые выстреливали из стен. Базовая технология создания сваебойных машин уже была разработана, поскольку они были одним из видов оборудования, использовавшегося в бою с Оямидзути.

— Они и правда полезны...? — с досадой вздохнула Лерина.

Идея с отбивающими стенами была забавной, но сваебойные машины были совершенно бесполезны, если только не приближался какой-нибудь массивный враг: например, осадные башни или гигантское чудовище. Кроме того, раз уж их заметили, в следующий раз враг придет подготовленным. Поскольку это было оружие, действовавшее только на тех, кто его не видел, даже Тара, создавшая эти штуки, сомневалась в их полезности. Возможно, тот факт, что он получил результаты от такого странного оружия, и был частью того, что делало Ку таким удивительным.

— Но господин Ку? Я бы не стала ждать, что они сработают в следующий раз, понимаете?

Ку отмахнулся от замечаний Лерины своим обезьяноподобным смехом, — Ну, подумай, это как сценическая магия. Как только зрители узнают, как работает фокус, им становится скучно. Вот почему нужно регулярно менять свои действия. Заставить их думать, что вот-вот начнется атака, а потом... Нет, ничего! Разве это не весело?

— Против кого вы сражаетесь, господин Ку? — Лерина раздраженно пожала плечами.

Было отрадно видеть, что он может вести непринужденную беседу, сталкиваясь с такой сверхдержавой, как Империя Великого Тигра. Несмотря на то что он был ниже ее ростом, он выглядел таким надежным, и Лерина не выбрала бы никого другого в качестве мужа или лидера своей страны.

Ку потянулся, а затем хлопнул в ладоши.

— Ну что ж, давай покажем этим ребятам из Империи Великого Тигра еще немного веселья!

◇ ◇ ◇

Тем временем требушеты Империи Великого Тигра атаковали на другой части фронта. Это оружие не обладало дальнобойностью пушек, но имело то преимущество, что могло метать все, что угодно: от пушечных ядер до камней, от взрывных бочек до картечи. Главное, что они были недорогими, поэтому наемники Зема собрали их в большом количестве.

Трилл и ее инженерной команда работали над последней корректировкой той части стены, которая подверглась ожесточенной атаке.

— Леди Трилл! Атаки противника интенсивны, и повреждения стен растут! — закричал один из членов инженерной команды.

— Я уже знаю! — крикнула Трилл, — Еще немного... Это... сюда!

Закончив работу, Трилл нажала на кнопку, и батарея из проклятой руды, которая также использовалась в Малыше Сусуму Марк V, начала посылать энергию на стены. Убедившись, что все работает, ее охватило чувство облегчения.

Она пробормотала, — Ку, конечно, приходят в голову удивительные идеи. Например, «Ты ведь знаешь, что стены атакуют осадные орудия? Так почему бы нам не заставить их двигаться, чтобы избежать этого?»

С грохотом стена перед ней начала двигаться, заставая врасплох тех, кто находился по другую сторону.

— Что?! Почему стена движется?! — крикнул один солдат.

— Стена! Стена идет прямо на нас! — воскликнул другой.

Эта кошмарная сцена повергла атакующих солдат Империи Великого Тигра в полное смятение. Кроме того, со стены посыпались свинцовые шары размером с кулак, пробивая доспехи солдат и ускоряя их погружение в хаос.

Чтобы выдержать вражеские атаки и позволить людям преодолевать их, стены Тарса были построены толстыми. Идея заключалась в том, что секция примерно в половину толщины могла отделяться и атаковать, как самодвижущаяся осадная башня, использующая принцип бура. На этой осадной башне также были установлены орудия типа «львиная собака» (небольшие пушки) с архипелага Девятиглавого Дракона, чтобы обстреливать врагов.

Республика, как и бывший Зем, не была богатой страной. Однако благодаря торговле медицинским оборудованием и морскими продуктами с другими странами Морского Альянса ее экономика стала намного больше, чем у бывшего Зема. Теперь они могли позволить себе использовать такие виды порохового вооружения.

Осадная башня настенного типа прошла через центр бегущих войск Империи Великого Тигра и встала прямо перед требушетом. Требушеты и пушки были мощным оружием, но на смену цели уходило много времени. А прицелиться в движущееся орудие было практически невозможно.

Когда солдаты, охранявшие требушеты, убегали, в них бросали горшки с маслом и раскаленные угли, которые поджигали все требушеты, пока они не развалятся.

— Слава богу. Кажется, все прошло хорошо.

Трилл и ее команда наблюдали за работой осадной башни через брешь в стене. Отрыв осадной башни оставил после себя углубление квадратной формы, но не дыру, которая прошла бы насквозь.

— Но мы не можем просто стоять и наблюдать. Мы должны немедленно возвращаться!

Это место, еще недавно находившееся внутри стены, теперь, когда осадная башня отделилась, было открыто для посторонних глаз. Силы Империи Великого Тигра пока находились в смятении, но если они нападут, она и ее команда, не состоящая из бойцов, окажутся беспомощными.

Трилл призвала свою группу быстро эвакуироваться через небольшую дверь, установленную специально для этой цели.

Раздался звук, словно что-то разрезало воздух, а затем один из убегающих техников был аккуратно рассечен пополам.

Трилл в шоке уставилась на внезапно хлынувшую кровь, когда по другую сторону от скорчившегося тела появился берсерк с топором.

— Это вы, люди?! Это вы пытаетесь провернуть все эти маленькие трюки?! — прорычал он. Это был боевой маньяк Империи Великого Тигра, Ната, с глазами как у голодного зверя, излучающими желание убивать и воняющими кровопролитием.

Это был первый раз, когда Трилл оказалась на поле боя, и у нее подкосились колени. Это безумие! Совершенное сумасшествие, старшая сестра Женя! Она прослезилась, пытаясь отступить, сидя на земле, но сжалась так сильно, что ее тело не слушалось.

Ната продолжал идти к ней.

— Вы, типы из Морского Альянса, все пытаетесь быть такими хитрыми! Дайте мне насладиться чистой битвой! — прорычал он, поднимая топор для удара.

Я умру, — подумала Трилл, крикнув, — Спаси меня, старшая сестра!

В голове промелькнули лица Марии, Жанны и Жени, на которых она смотрела как на сестер. Трилл крепко зажмурила глаза, представляя, что именно таким должен быть момент перед смертью. Но потом...

— По крайней мере, сначала хотя бы позови кого-нибудь, кто сможет тебя спасти! — раздался голос сверху.

Глаза Трилл распахнулись, и Ната отпрыгнул назад как раз в тот момент, когда он собирался обрушить на нее топор. Там стоял молодой человек с копьем в руках, воткнув его в землю там, где стоял Ната. Если бы он среагировал хоть немного медленнее, ей бы пробили череп.

Глаза Наты вспыхнули от ярости, когда он понял, кто только что вошел, — Ты! Найк!

— Это ты, Найк! — Узнав своего спасителя, Трилл бросила на него умоляющий взгляд.

Не обращая внимания на своего брата Нату, Найк посмотрел на Трилл и кивнул.

— Не делай ничего слишком безрассудного. У меня и так дел по горло, чтобы служить такому эксцентричному господину, как лорд Ку. Если вы нагрузите меня еще большим количеством проблем, у меня начнет болеть голова.

— М-мне очень жаль!

Пока они разговаривали, Ната злился, что его игнорируют, — Эй, Найк! Думаешь, ты сможешь противостоять своему старшему брату? А?!

Найк поднял с земли копье и направил его на Нату.

— Пожалуйста, не волнуйся. Старшая сестра Сами, Ичиха и я все ненавидим тебя до глубины души. Поэтому я не стесняюсь нанести тебе удар здесь, — он понизил голос до шепота и сказал, — Старшая сестра Муцуми и старшая сестра Йоми не слишком любят тебя тоже, раз уж на то пошло...

— Чушь!

Разъяренный Ната замахнулся на Найка своим топором с силой, достаточной, чтобы расколоть скалу. Найк увернулся, как матадор от быка, а затем ударил брата в бок. Ната отбил стремительный выпад кулаком. Затем он взмахнул топором в горизонтальной плоскости, намереваясь рассечь торс Найка надвое. Найк отпрыгнул в сторону и с размаху опустил копье на плечо Наты. Треск!

— Гух...!

Плечо доспеха Наты сломалось, и он издал вопль боли. Но как только Найк приземлился, Ната отправил его в полет тяжелым ударом ногой прямо в живот. Удар!

— Тьфу!

Всего один удар ногой заставил Найка взмыть в воздух. Падая, он скорректировал свое положение и маневрировал, чтобы приземлиться рядом с Трилл.

— Ты в порядке, Найк? — спросила она обеспокоенным голосом.

— Тск! Фух... Человек, который хвастается только своей силой, думаю, это примерно то, чего я ожидал от своего старшего брата, — проворчал он, потирая живот.

Этот удар мог мгновенно вывести его из боя, если бы он попал не в то место, так что, конечно, его нынешнее непринужденное поведение было отчасти блефом. Тем не менее Найку удавалось обмениваться ударами с Натой на равных.

— Ты думаешь, что сможешь победить меня?! — Ната зашипел.

— Не думаю, что я проиграю. В конце концов...

Хлоп! На этот раз Найк пнул Нату ногой. Однако, поскольку Ната был сложен как валун, он не сдвинулся с места. Вместо этого Найк отлетел назад. Но Найк именно этого и добивался, он не столько пытался ударить Нату, сколько использовать его в качестве опоры для прыжка.

Он снова приземлился рядом с Трилл, — Так, похоже, все готово...

— А? Готово к чему? — Трилл растерянно моргнул.

— У меня есть мозги, в отличие от моего брата! — Найк ухмыльнулся, глядя на Нату.

— А? О чем это ты...?

— Старший брат. Без части стены ты понимаешь, что это квадратное углубление, верно? Не стоит атаковать такое место!

Сказав это, Найк подхватил упавшую Трилл на руки, а затем оттолкнулся от земли ногами, овеянными магией ветра. Этот прыжок перенес их примерно на половину стены, где Найк просунул копье и повис на нем. Застыв в недоумении, Ната услышал шум ветра вокруг себя. Взглянув вверх, он увидел бесчисленные стрелы, сыплющиеся вниз.

Сверху раздался крик Найка, — Такая квадратная выемка — легкая мишень для сосредоточенного огня из дальнобойного оружия! Если ты человек из Дома Чима с нашей репутацией стратегов и политиков, ты должен это знать!

— Будь ты проклят, Найк!

Ната был в ярости от насмешек брата, но даже он не смог выдержать град стрел. Хотя многие из них пронзили его, он взмахнул топором, чтобы уберечься от смертельных ударов, а затем вырвался из окружения.

Увидев, что его брат ушел, Найк облегченно вздохнул.

— Спасибо тебе. Ты спас меня, — сказала Трилл, повиснув в воздухе вместе с ним, — Но я была бы признателен, если бы ты сопроводил меня более элегантным способом. Ты должен знать, что я боюсь высоты.

— Какая требовательная принцесса.

— Жалуйся, сколько хочешь, но мне все эти раскачивания кажутся очень тревожными… Ульп!

Трилл прикрыла рот рукой, борясь с волной тошноты, заставившей Найка запаниковать.

— А-а-а! Я сейчас же что-нибудь придумаю, так что потерпите еще немного! — Он быстро использовал свою магию ветра, чтобы проделать остаток пути по стене.

Учитывая свои потери в этом осадном сражении, Мумэй пришел к выводу, что отвоевать два города у Республики только с одной этой армией будет непросто, и перешел к стратегии окружения. По крайней мере, он не допустит Республику к сражению Сомы и Фуги.

Ку подготовил оборону, но риск нападения был слишком велик, поэтому обе стороны в итоге остались на своих местах. С этого момента фронт зашел в тупик.

◇ ◇ ◇

В то время как на фронте Республики разворачивалась активная борьба в тылу, на другом поле боя не наблюдалось никакого движения. Это был фронт Королевства Эйфория.

Силы Империи Великого Тигра здесь возглавлял Шукин Тан, Меч Тигра, а его вторым командиром была главный бюрократ Люмьер. Их союзники с Острова Отца Королевства Духов также прислали принцессу Элулу, которая обожала Шукина, и некоторое количество воинов-добровольцев из числа высших эльфов.

На стороне Королевства Эйфория выступали солдаты под предводительством самой королевы Жанны, при поддержке премьер-министра Хакуи и генерала Гюнтера. В эту армию входила и Сами Чима, библиотекарь великой библиотеки в замке Валуа, которая присоединился к ним со словами: «Я больше никогда не позволю Империи Великого Тигра отнять у меня место утешения... или людей, которые мне дороги». Пилтори, постоянный посол Королевства Фридония в Королевстве Эйфория, также был на их стороне в качестве приглашенного командира.

Обе армии были разделены горами и лесами по обе стороны, но в центре находилось открытое поле, используемое для сельского хозяйства, на котором стоял всего один маленький домик. Они стояли лицом к лицу по обе стороны поля, у каждой стороны было около пятидесяти тысяч солдат, но не было никаких признаков начала боя. Хотя обе стороны были готовы мгновенно отреагировать на любое движение противника, ни одна из сторон не проявляла никаких признаков движения.

Более того, вышеупомянутые командиры собрались в фермерском доме (западного стиля), расположенном между двумя армиями. Что же они там делали, пока сто тысяч человек смотрели на ожидаемое поле боя...

— Лорд Шукин. Не желаете ли еще чашечку чая?

— О, благодарю вас, госпожа Энджи.

— Вы будете чай или кофе, леди Жанна?

— Спасибо, госпожа Шихо. Пожалуй, я выпью кофе.

Возле небольшого ручья, перед навесом с прикрепленным к нему водяным колесом, за большим столом сидели Жанна, Хакуя, Шукин, Люмьер и Элулу и пили чай. Прислуживали им жены Пилтори, сестры Энджи и Шихо.

Обе стороны привели своих телохранителей (среди них были Гюнтер, Сами и Пилтори), но охранники просто стояли на месте. Все было спокойно, и они не утруждали себя более чем беглой проверкой на яд.

Поскольку все, кто был направлен на этот фронт, обладали острым аналитическим мышлением, они четко понимали ситуацию. Победа или поражение здесь не повлияли бы на ход войны в целом.

Роль Шукина заключалась в том, чтобы предотвратить нападение Королевства Эйфории на Империю Великого Тигра с западной стороны континента. Самым опасным сценарием для него было бы вторжение Королевства Эйфории, которое вызовет панику среди основных сил, которые Фуга вел для нападения на Королевство Фридония.

Тем временем Жанна очень беспокоилась о том, не оттеснят ли силы Шукина их назад, а затем будут хвастаться тем, как неэффективен Морской Альянс, что поставил под угрозу ее способность координировать свои действия с союзниками. Это поставило бы в невыгодное положение Сому, сражавшегося на востоке. Поэтому ей нужно было остановить вторжение Шукина и его людей сюда.

В общем, обе стороны объединяли три вещи: оборона была их главным приоритетом, они не могли позволить себе проиграть битву, и окончательный результат будет решаться в прямой схватке между Сомой и Фугой.

Даже если бы Шукин вторгся в страну, ему было бы нелегко бороться с королевой Жанной и, премьер-министром в черном, Хакуей. Если он ослабит бдительность, то, как он считал, они поставят ему подножку. Он также полагал, что Жанна и Хакуя с их недавно реорганизованной армией будут на пределе своих возможностей, просто обороняясь, и не смогут организовать контрнаступление.

Поскольку обе стороны понимали, что сражение приведет к ненужному кровопролитию, они обсудили и договорились сохранять здесь спокойствие, пока не будет решена битва на востоке.

— Жанна. Эти условия вас устроят?

— Да. Я не возражаю, Люми, — сказала Жанна, принимая бумаги.

Это был договор с подписями Жанны и Шукина.

Вкратце в нем говорилось, что если Королевство Фридония потерпит поражение от Империи Великого Тигра, то Королевство Эйфория немедленно капитулирует. Если Империя Великого Тигра потерпит поражение от Королевства Фридония, Шукин и его люди отступят. До тех пор ни одна из сторон не будет перемещать свои войска или заниматься грабежом.

Жанна просмотрела бумаги, затем передала их Хакуе, сидевшему рядом с ней.

Пока Хакуя читал, Жанна разговаривала с Шукином, — Я слышала, что многие воины Империи Великого Тигра кровожадны. Я благодарна, что сюда пришли именно вы с Люми, способные мыслить рационально.

— Ну, в конце концов, у нас много людей, которые живут моментом. Если бы этот фронт достался кому-то, кто не понимал важности поддержания боевой линии, да еще и с низким приоритетом победы здесь, подозреваю, вы бы все бегали вокруг них кругами, — с язвительной улыбкой сказал Шукин, — В любом случае, вы уверены, что условия приемлемы? Если мы проигрываем, то отступаем, а если вы проигрываете, то сдаетесь. Мне это не кажется справедливой сделкой.

— Тут уж ничего не поделаешь, — ответил Хакуя, — Это самое большее, что вы можете нам пообещать, сэр Шукин. Дальнейшая компенсация в случае победы Морского Альянса будет обсуждаться после войны. Однако если король Сома потерпит поражение, у Королевства Эйфории не хватит сил, чтобы в одиночку противостоять Империи Великого Тигра. У нас не будет другого выбора, кроме как сдаться.

— Ты говоришь это так легко... Как будто не думаешь, что можешь проиграть.

— Ни я, ни королева Жанна, ни король Сома не участвуем в битвах, которые не можем выиграть, — сказал Хакуя со спокойным выражением лица. Его дерзость заставила Шукина взглянуть на него чуть острее.

— Эй, эй, лорд Шукин! Эти пирожные с кремом очень вкусные! — провозгласила Элулу, поедая их рядом с ним. От этого напряжение в воздухе быстро рассеялось.

Шукин схватился за виски и вздохнул, — Элулу... Я прошу тебя, пожалуйста, отнесись к этому немного серьезнее.

— Вы так говорите, лорд Шукин, но когда передо мной такая вкусная еда, я просто обязана насладиться ею. Я слышала, что в этой кремовой начинке используется бобовый чай (кофе) из Королевства Духов.

— В конце концов, Морской Альянс торгует с островом Матери, — сказала Жанна, с улыбкой глядя на Элулу.

После этого Жанна повернулась и снова посмотрела на Люмьер. Та посмотрел на нее в ответ, их взгляды столкнулись. На лицах обоих было напряженное выражение.

Когда-то они были лучшими подругами, но Люмьер предала Марию и Жанну, перейдя на сторону Империи Великого Тигра. Возможно, в Королевстве Эйфория были люди, которые ненавидели ее и всех остальных командиров и дворян, перешедших на другую сторону, но Жанна не могла заставить себя так сильно ненавидеть бывшую подругу. Особенно зная, что ее уход — это то, чего Мария и добивалась.

Что касается Люмьер, то она осталась верна своим убеждениям. Как бы ее ни называли в результате, она не жалела о том, что отделилась от них двоих. Однако, испытав на себе хотя бы малую часть той ответственности, которую когда-то несла Мария, она с новым уважением относилась к своей бывшей правительнице. Ни одна из них не ненавидела другую так сильно, как, вероятно, должна была бы в своем нынешнем положении.

Как бы ни была неловка ситуация, Жанна нерешительно заговорила, — Люми... Эм… Ты правильно питаешься?

— Что? Ты начинаешь с этого? Я бы ожидала этого от отца, который не знает, что сказать своей дочери-подростку, но не от тебя.

— Ну, ты выглядишь такой исхудавшей.

— На моих плечах лежит больше работы, чем когда я была в Империи... И теперь я понимаю, насколько невероятной была леди Мария. Знать, что она вынесла все это на своих плечах, просто удивительно... Это так утомительно.

— Да. У меня самой было такое же осознание.

Они обе вздохнули.

Люмьер посмотрела прямо на Жанну, — Я не жалею о выбранном пути. Факт в том, что Домен Владыки Демонов был освобожден.

— Но... я слышала, что вы понесли значительные потери, прокладывая себе путь внутрь. Если бы мы поняли демонов, то есть сидийцев... разве мы не смогли бы полностью избежать пролития крови?

— Я понимаю, что леди Мария стремилась именно к этому. Но утверждать это можно только задним числом. Когда есть будущее, которого можно достичь без кровопролития, но никогда не знаешь, когда оно наступит, и будущее, к которому можно стремиться прямо сейчас, даже если для этого придется пролить кровь... можно долго спорить, что выбрать.

— Это правда... Я понимаю. В конце концов, мы по-разному смотрим на вещи. Просто... я беспокоюсь, что ты перегружаешь себя работой.

— О, я перетруждаюсь? Если я не буду делать хотя бы этого, то не смогу противостоять вам, сестрам, — Люмьер слегка улыбнулась, — Я знаю, что это поздно, но поздравляю вас со свадьбой, Жанна.

— Спасибо... Мне неловко, когда ты говоришь это так формально.

— Я всегда знала, что ты выйдешь замуж за мужчину постарше. В тебе всегда была эта зрелая аура.

— Д-да, а тебе всегда нравились молодые мужчины, верно, Люми? Нашла кого-нибудь хорошенького?

— Угкх... Ну, не то чтобы у меня не было никого на примете.

— О-о-о. Я бы с удовольствием послушала подробности.

— Кха-кха.

— Кхм?!

Когда разговор постепенно перешел на девичьи темы, Хакуя и Шукин громко прокашлялись. Вскоре после этого наступила неловкая тишина.

Элулу с интересом наблюдала за ними, потянувшись за очередным пирожным с кремом. Шукин попытался разрядить обстановку, заговорив с Хакуей.

— Знаете, я был очень удивлен, обнаружив здесь премьер-министра в черном, господин Хакуя. Я был уверен, что вы будете рядом с королем Сомой.

— Я уже отдал общие приказы, а отдельные вопросы лучше решать герцогине Волтер или Белому Стратегу Юлию. К тому же там находится мой преемник, сэр Ичиха, так что, думаю, у них не возникнет проблем, несмотря на мое отсутствие.

— Вы напоминаете мне, как много людей в Королевстве Фридония... А младший брат леди Муцуми, сэр Ичиха, теперь ваш преемник?

— Да. Он молодой, способный нести следующее поколение.

— Следующее поколение, ха... Я завидую вашей способности говорить так, — В выражении лица Шукина появилась легкая грусть, — Для нас мой господин и друг Фуга Хан просто ослепительно великолепен. Он — великий человек, который быстро превратил нас из незначительного государства в великую империю. Все понимают, что никто не сможет занять его место.

— Вы видели, как это было с леди Марией... Ты ведь понимаешь, Жанна? — спросила Люмьер.

— Наверное, да… — Жанна кивнула, — Моя сестра, безусловно, блистала, когда была императрицей. Если бы вы попросили меня соответствовать ее славе, мне было бы трудно. Мне и сейчас, когда страна уменьшилась в размерах, есть о чем подумать.

— Да... именно поэтому я хотела, чтобы мы сделали как можно больше, пока леди Мария еще сияла. Но это было не то, чего хотела леди Мария на самом деле...

— Думаю, теперь... я могу понять, каково было тебе, Люми.

Когда правитель блистает, страх потерять его сияние может привести к сужению перспектив. Люди пытаются сделать что-то, пока этот свет ещё есть, и не думают о том, что будет потом. Харизма таких лидеров, как Мария и Фуга, довела окружающих до такого состояния. Никто не мог сказать, что это плохо, но...

— Скажу лишь одну вещь… — начал Хакуя, и все обратили на него внимание, — Я рад, что наш король Сома так прост. Он по-прежнему незаменим, но, по крайней мере, народ способен мыслить оптимистично. Есть много других, более талантливых и выделяющихся, чем он, так что наверняка кто-то сможет его заменить.

Когда Хакуя, пожимая плечами, говорил о мягкости своего правителя, все криво улыбнулись.

Они подумали: Может быть, такой правитель тоже ничего.

На западном фронте без перемен...

В то время как на фронте Королевства Эйфория продолжалось бескровное противостояние, на границе Лунарии с Амидонией шло интенсивное кровопролитие.

Анна, Святая Тигра, повела свои войска в атаку на регион Амидония Королевства Фридония. Этот фронт был лишь одним из многих отвлекающих манёвров, но армия Ортодоксального Папского Государства состояла из набожных приверженцев, и у них не было сомнений в том, что они прольют кровь за веру.

— Победа святой Анне! Слава Святому Королю Фуге!

— Не цепляйтесь за свои жизни! Леди Лунария следит за нашим трудом!

— Кровь язычников и еретиков направит нас на сторону леди Лунарии!

— Не бойтесь мученичества! Пойдем на встречу к раю!

С этими фанатичными криками войска Ортодоксального Папского Государства устремились к Силам Национальной Обороны Королевства Фридония. Фридонские войска не хотели пускать в свою страну такую толпу, поэтому они перегородили маршрут вторжения и встретили их на поле боя.

Ортодоксальное Папское Государство было менее могущественным и богатым, чем даже регион Амидония, поэтому их снаряжение было довольно убогим по сравнению с Национальными Силами Обороны королевства. Кроме того, раны, нанесенные недавним политическим переворотом, оставались незажившими. Ортодоксальное Папское Государство, которое в обычных условиях должно было выставить пятьдесят тысяч солдат и столько же добровольцев, смогло мобилизовать лишь половину из этого. И среди них семьдесят процентов составляли именно добровольцы.

Их силы устремились к Амидонскому фронту и его хорошо подготовленной оборонительной линии. Это было все равно что пробивать стальную стену голыми руками, и силы Ортодоксального Папского Государства сильно кровоточили при этой попытке. Но это их не останавливало. Они продолжали наступать, пока на них сыпались стрелы и копья пронзали грудь. Даже если они видели перед собой товарища, сраженного вражеским клинком, они перелезали через мертвое тело, чтобы атаковать. Эти благочестивые люди воспринимали смерть в бою как путь в рай.

— Убивайте их! Путь праведности заключается в том, чтобы убить как можно больше неверных.

— Такой путь не может быть праведным!

Два меча пронеслись по воздуху и вырезали крест на командире, который вел фанатиков на лошади. Женщина-рыцарь с львиными ушами и хвостом перепрыгнула через него и проворно приземлилась с другой стороны. Это была Мио К. Кармин, дочь бывшего генерала армии Георга Кармина. Сегодня она была здесь как глава восстановленного Дома Карминов.

Во главе Амидонского фронта стоял отец Халберта, Глейв Магна. Командиры, служившие под его началом, были либо выходцами из бывшей армии, связанными с Домом Карминов, либо амидонцами. По сути, обороняли эту землю те, кто жил ближе всего к ней. Поэтому боевой дух защитников был высок, ведь они чувствовали, что защищают свои владения и родные города.

— Победа Святой!

— Наказание неверным!

— Тц!

Звук лезвия! Мио одним ударом разрубила обоих нападавших.

Несмотря на плохое снаряжение, солдаты Ортодоксального Папского Государства бросились на явно сильную Мио и были легко убиты. Когда они падали, на их лицах читалось чуть ли не удовлетворение.

Мио обнажила клыки и уставилась на них.

— Ваши смерти напрасны! Единственный случай, когда можно так мало заботиться о своих жизнях, — это когда вы сражаетесь, защищая то, от чего не можете отказаться! Когда вы идете на нас и умираете, все это напрасно! Неужели вы этого не понимаете?!

Ее голос упал на глухие уши воинов Ортодоксального Папского Государства, сражавшихся за одну только веру. Никакие слова не могли дойти до тех, кто их не слушал. Мио мысленно цокнула языком. Похоже, на этот раз они не отступят перед лицом печально известной репутации сэра Юлия...

Когда Королевство Фридония вмешалось в предыдущую войну между Империей Гран-Кейос и Королевством Великого Тигра, им удалось расшатать силы Ортодоксального Папского Государства, создав видимость, что Юлий, страшный «Кровавый принц», собирается вторгнуться в их страну. Однако теперь, предвидя, что враг предпримет меры противодействия, Премьер-министр в черном и Белый стратег Юлий согласились, что им не следует сражаться на амидонском фронте. Ведь поскольку противниками на этот раз были фанатики Ортодоксального Папского Государства, они безрассудно атаковали бы, если бы появился их ненавистный враг.

В этом случае Силы Национальной Обороны королевства понесут значительные потери. Впрочем, даже без Юлия безрассудное наступление врага все равно вынуждало фридонцев обороняться. Они знали, что такое наступление не продлится долго, но в отличие от этих фанатиков, не боявшихся смерти, у солдат Сил Национальной Обороны были семьи и дома, в которые они хотели вернуться. Из-за своего превосходства над противником они были парализованы бездействием из желания сохранить собственные жизни.

Силы Ортодоксального Папского Государства продолжали наступать, и даже были места, где оборона начала рушиться. Мио направила туда отряд, чтобы оказать поддержку, но чувствовала давление. Она хотела, чтобы эта односторонняя битва закончилась и она смогла вернуться к своему любимому Колберту, чтобы он побаловал ее по полной.

— Мы умрем и попадем в рай...

— Ох, заткнись уже!

Устав от этой односторонней битвы, Мио замахнулась, чтобы убить своего противника, но...

Что?! Ребенок?!

Это был юноша не старше пятнадцати.

Вооруженные силы Ортодоксального Папского Государства, должно быть, отчаянно нуждались в добровольцах. Несмотря на то что их было совсем немного, дети-солдаты были смешаны с другими фанатиками.

Когда Мио инстинктивно убрала свои клинки, двое взрослых солдат присоединились к мальчику и напали на нее сзади. Мио увернулась от копья мальчика, но мечи мужчин устремились к ней, пока она не потеряла равновесие.

— За Лунарию!

— Умри, неверная!

О, нет! Мио запаниковала, но внезапно появился крупный мужчина, разрубивший обоих нападавших солдат.

— Не теряй бдительности! — прорычал он, после чего нанес сильный удар ногой в солнечное сплетение мальчика.

Мальчик скорчился от боли, когда крупный мужчина отобрал у него оружие, а затем схватил его за шиворот и отбросил в сторону. Там ждали люди, одетые во все черное, и, прежде чем оттащить мальчика, они заткнули ему рот и связали.

Крупный мужчина в черных доспехах вытер кровь с катаны Девятиглавого дракона, подаренной ему королем Сомой. Убрав оружие в ножны, он посмотрел на девушку-лвицу.

Глаза Мио заслезились, когда она узнала, кто это.

— Оте... Ургх!

Он резко ударил Мио по голове.

— Тебе еще многому предстоит научиться, — сказал он.

Этот человек, стоявший над Мио и защищавший ее, пока она сжимала голову и стонала, был не кто иной, как Кагетора... командир «Черных котов».

— Если и можно проявить милосердие на поле боя, то только после того, как ты полностью одолеешь своего противника. Иначе у тебя не может быть такой свободы действий. Поскольку их вера слепа, эти враги сражаются убежденно.

— Ургх... Да, сэр! — Мио выпрямилась и ответила, держась одной рукой за больную голову. Она выглядела как ученица, нашедшая новый стимул после резкого упрека мастера.

Увидев, что Мио пришла в себя, Кагетора повернулся, взмахнув плащом, скрывающим его личность.

— Мы поможем там, где оборона находится на грани краха. Мои подчиненные сейчас прощупывают внутреннюю часть вражеского лагеря. Подготовьтесь, чтобы быть готовыми к наступлению, как только мы узнаем местоположение регулярной армии Империи Великого Тигра.

С этими словами он ушел.

Мио смахнула слезы с глаз и, глядя прямо перед собой, ответила, — Да, сэр!

В этот момент к ним на помощь подоспел отряд под командованием Маргариты Вандер, которая когда-то была генералом бывшего княжества Амидония. Хотя сейчас она была певицей, она вернулась на службу, чтобы ответить на угрозу своей родине.

— Госпожа Мио! С вами все в порядке?! — крикнула бывший генерал, сходя с места.

Мио кивнула, — Да! Я в полном порядке, мадам Маргарита!

Ее энергичный ответ был встречен взглядом облегчения.

— Слава богу. Ты заставила меня попотеть, когда направилась туда, где оборона выглядела готовой пасть при таком малом количестве солдат. Сэр Глейв, должно быть, тоже волнуется.

— Прости... Ты можешь отругать меня позже. Но сейчас...

— Да, ты права. Сначала нам нужно отправить этих ребят собирать свои манатки.

Мио и Маргарита стояли бок о бок. Когда-то герцогство Кармин было щитом, защищавшим королевство Эльфриден от княжества Амидония. Из-за этого амидонские солдаты и бывшие подчиненные Дома Карминов часто враждовали. Мио и Маргарита, две женщины, ранее принадлежавшие к враждующим сторонам, теперь стали товарищами по оружию. Это был опыт, который поднимал их дух даже перед лицом этой изнурительной войны.

— Вперед, госпожа Мио! Защитим нашу Родину!

— Да! Мы будем защищать ее до конца!

Они обе приняли боевые стойки.

Говорят, что фанатики более агрессивны по отношению к еретикам, чем к язычникам. Это объясняется тем, что язычники еще не встали на путь, который верующие считают праведным, и у них есть возможность спастись через обращение. Но еретик следует ошибочной вере, исповедуя имя того же божества; у него нет шансов на спасение.

В качестве простого примера из истории Земли можно привести конфликты между католиками и протестантами. В Тридцатилетней войне, которая из религиозной войны превратилась в международный конфликт, католики устраивали резню в протестантских городах, а разъяренные протестанты убивали пленных католиков, умоляющих спасти им жизнь. И это несмотря на то, что обе стороны были христианами.

Отчасти это было связано с тем, что власть имущие пользовались религиозным авторитетом. Было неудобно, если верования, оправдывающие их правление, были слишком похожи на те, что распространял другой правитель. Это приводило к путанице и опасениям, что их собственные приверженцы будут привлечены схожей верой, что напоминало междоусобную ненависть. Вот почему лидеры Лунарианского Ортодоксального Папского Государства ненавидели архиепископа Соуджи и Мэри, которые основали еретическую секту, известную как Лунарианская Ортодоксия Королевства.

Более семидесяти процентов войск Лунарианского Ортодоксального Папского Государства составляли добровольцы, собранные для участия в «священной войне». Это были те, кого можно назвать «солдатами веры» — фанатиками. Несмотря на то что они были собраны так поспешно, они так смело бросились на регулярные войска Королевства Фридония, потому что среди них были святые люди, которые разжигали их пыл.

— Сражайтесь! Обрушьте молот Божий на этих еретиков!

— Уничтожьте фридонцев, распространяющих ложные учения!

— Лунария наблюдает за вами! Сражайтесь храбро, как воины Божьи!

Воинствующие священнослужители кричали, подбадривая фанатиков.

Их яростная и воинственная риторика исходила от разъедающей их неуверенности. Последние несколько лет в Лунарианском Ортодоксальном Папском Государстве постоянно происходили чистки. Они начались с возвышения Фуги Хана.

Группа, поддерживавшая его, столкнулась с теми, кто считал его угрозой. Все, кто выступал против него, за исключением тех, кто бежал из страны, как Мэри и кандидаты в святые, были подавлены как еретики. И вот, после войны между Королевством Великого Тигра и Империей Гран-Кейос, те, кто просто хотел воспользоваться властью Фуги, и те, кто поклонялся ему, вступили в конфликт. Поклонники во главе со святой Анной одержали победу и сожгли на костре тех, кто хотел лишь использовать его.

Короче говоря, духовенству Ортодоксального Папского Государства показали, что бывает с проигравшими в любой политической борьбе. Само существование Лунарианской Ортодоксии Королевства показалось им крайне угрожающим. Если бы Сома победил Фугу и ортодоксия королевства возвысилось, они могли бы стать следующими, кого сожгут как еретиков. Страх и беспокойство побуждали их действовать, и фанатики двинулись по их приказу.

Ломбард наблюдал за тем, как они сражаются, из главного лагеря войск Империи Великого Тигра. Отряд подкрепления, который он и его жена Йоми возглавляли для Империи Великого Тигра, остался в главном лагере, чтобы охранять Анну, которая фактически являлась командующей этой армией. Они находились здесь исключительно для того, чтобы следить за войсками Ортодоксального Папского Государства, и взяли с собой всего несколько сотен человек. Их задача заключалась в защите центральной колонны, Анны, а не в сражении на передовой.

— Несмотря на все кровопролитие... боевой дух войск Ортодоксального Папского Государства ничуть не упал, — пробормотала Йоми.

Ломбард, стоявший рядом с ней, кивнул в знак согласия, — Страшно смотреть, как они сражаются с опытными солдатами, полагаясь только на веру. Я бы не хотел сражаться против них или вести их в бой.

— Даже если они наши союзники?

— Такие люди всегда беспокойны. Их невозможно контролировать. Если они устроят резню на захваченной нами территории, не будет никакой возможности управлять ею стабильно. Конечно, я уверен, что цель сэра Хашима вовсе не в захвате территории, а в том, чтобы они одичали и привлекли сюда врага...

— Значит, они просто... одноразовые пешки?

В планах Хашима не предполагалось, что Ортодоксальное Папское Государство сможет продвинуться вглубь Амидонии. Фанатики не боялись смерти, но не могли проводить сложные военные маневры. Они наседали даже на самые трудные участки вражеской обороны, неся потери, так что даже если бы они пробрались глубже, их линии снабжения не смогли бы за ними угнаться. Хашим, вероятно, надеялся, что они погибнут со славой, уменьшив силы противника и привлекая его внимание.

В доказательство этого, когда Ломбарда и Йоми отправили наблюдать, их предупредили, чтобы они не перенапрягались, но не допустили полного краха.

Йоми посмотрел в сторону главного лагеря Ортодоксального Папского Государства, — Госпожа Анна... понимает это?

— Должна. Она все понимает, но все равно разжигает фанатиков.

— Мне больно... смотреть на лицо госпожи Анны. Она такая же, как Сами в тот день, — сказала она, и выражение ее лица потемнело.

Она поднесла руку к груди, вспоминая свою далекую сестру-близняшку. Видя, как Анна ведет себя как бездушная кукла в роли Святой, Йоми вспомнила, как Сами впала в отчаяние из-за потери приемного отца, которого она так любила.

Ломбард проявил к Йоми нежное сострадание, когда воспоминания пронеслись в ее голове.

Тем временем в главном лагере Ортодоксального Папского Государства Анна наблюдала за битвой с пустым выражением лица.

Люди сражались с верой в Бога и в нее как Святую, получали ранения и падали. Анна и глазом не моргнула. Единственный способ защитить себя — стать бездушной марионеткой. Анна не могла самостоятельно командовать солдатами. Этим должны были заниматься воинствующие клирики. Она же просто стояла здесь как их святая и велела им сражаться. Она верила, что такова задача, поставленная перед ней небесами.

Пока она наблюдала за происходящим, на поле боя произошли изменения. Верующие безрассудно неслись вперед, но их движения вдруг стали странными.

Что-то происходило. Анна чувствовала это...

Слабый певучий голос доносился по ветру.

— Это... песня?

Сначала голос был достаточно тихим, чтобы затеряться в шуме битвы, но постепенно он становился все громче и вскоре стал настолько отчетливым, что она смогла разобрать слова. Это был Лунарианский ортодоксальный гимн.

Голоса доносились из лагеря Королевства Фридония.

Неужели эта песня притупляет движения ее фанатиков на поле боя? Она увидела, как на противоположной стороне от войск Королевства Фридония образовался большой водяной шар. Он был похож на тот, что используется для демонстрации трансляции драгоценностей. Как только Анна поняла это, появилось изображение Мэри, перешедшей на сторону Королевства Фридония.

— Приветствую всех. Вы меня слышите? — сказала Мэри, глядя вперед, — Я обращаюсь ко всем верующим Лунарии, которые сражаются на поле боя. И к тебе, Анна... Святая Лунарианской Ортодоксии.

Анна слегка подпрыгнула, когда ее назвали по имени. Несмотря на то что изображение было очень далеко, ей казалось, что Мэри находится рядом с ней.

— Доходит ли до тебя мой голос?

В комнате крепости, расположенной немного южнее поля боя, Мэри стояла перед сферой вещания, ее взгляд был устремлен вперед.

— Я уверена, что вы, верующие, считаете нас еретиками за то, что мы приняли защиту Королевства Фридония, потому что священнослужители, в которых вы верите, сказали вам это. Но можете ли вы по-прежнему верить в это, когда слышите эту песню?

Мэри замолчала, и послышались звуки Лунарианского Ортодоксального Гимна.

Это был девичий хор Лунарии, состоявший из кандидаток в святые, которые бежали из страны вместе с Мэри. С тех пор как было обнаружено, что с помощью песен можно придать форму магическому образу и тем самым увеличить его силу, в Королевстве Фридония изучали связь между песнями и магией.

В Лунарианской Ортодоксии существовало секретное искусство под названием «Исцеление на области», и там узнали, что если раненые подпевают песне, то это усиливает лечебный эффект восстанавливающей магии. В результате Королевство Фридония организовало трансляцию, во время которой хор лунарианских девушек постоянно пел, меняя участниц, чтобы они могли делать перерывы по мере необходимости. Эта песня звучала в медицинских учреждениях на каждом поле боя, и сейчас Мэри исполняла ее, чтобы исцелить раненых.

Мэри снова заговорила, — Как вы знаете, эта песня — гимн Лунарианской Ортодоксии. Нет никакой разницы между Ортодоксией Папского Государства и Ортодоксией Королевства. Так что же такого особенного в нас, которых вы называете еретиками? Лунария, в которую мы верим, одна и та же. Основа Лунарианской Ортодоксии — спасение слабых и помощь друг другу. Наши убеждения не изменились. Разница лишь в том, кто является нашими защитниками — Королевство Фридония или Империя Великого Тигра.

При этих словах взгляд Мэри стал суровым.

— Понимают ли те из вас, кто смотрит это, в чем разница между нами? Или то, что вы знаете, просто правда, потому что так сказали ваши епископы и священники?

Хотя ранее упоминалось, что ревнители более агрессивны по отношению к еретикам, чем к язычникам... это относится только к правящему классу, который подстрекает тех, кто ниже его. Рядовые верующие не так хорошо продумывают этот вопрос. Им велено убивать еретиков, и они так и поступают, полагая, что это должно быть правдой. Высшие чины сказали им, что они могут делать с еретиками все, что угодно, поэтому любые действия против них, какими бы бесчеловечными они ни были, оправданы.

Но когда им самим приходится объяснять причины преследований, они вдруг становятся менее уверенными. Если бы кого-то попросили объяснить разницу между несторианством, арианством и афанасианством или разницу между тхеравадой и махаяной, он бы не знал, если бы не изучал их. Единственные люди, которые зацикливаются на таких различиях, — это те, кто стоит у власти и боится потерять свой авторитет.

Мэри, представив гимн в таком виде, нанесла прямой удар по психологии воинов веры. Они не стали бы прислушиваться к голосу разума, но песня была знакома их ушам. Когда они настроились слушать, появился шанс, что голос Мэри дойдет до них.

— Пусть те, кто находится в войсках Лунарианского Ортодоксального Папского государства, услышат наш гимн.

Этот план исходил от премьер-министра в черном, который умел манипулировать хитросплетениями сердец. Теперь, когда они подозревали, что их противники тоже могут быть верующими в ту же Лунарию, даже у тех, кто раньше был способен безрассудно выбросить свою жизнь, появились сомнения, которые притупили их остроту. Груз греха убийства, о котором они забыли в своем рвении, снова стал казаться им очень реальным. Большинство фанатиков были обычными людьми, которых толкали на службу. Психологическая нагрузка на них должна была быть невероятной.

На практике песня служила для того, чтобы значительно замедлить маневры фанатиков. Мэри не могла видеть этого с того места, где она находилась, далеко от поля боя, но она говорила убежденно.

— В этой стране я узнала, что вера для живых, а не для мертвых. Она нужна для того, чтобы поддерживать людей во время их страданий, и ни в коем случае не должна использоваться как инструмент, доводящий их до безумия... Верно, Святая Анна?

Мэри говорила с Анной так, словно находилась рядом с ней.

— Для кого твоя вера?

У Анны не было слов.

Она выросла сиротой. Одинокая в мире, нигде не принадлежащая и никому не нужная. Однако когда ее избрали святой, она наконец-то стала нужна другим, и это стало ее идентичностью. Ее избрание святой было посланием с небес, которое говорило ей, что она может существовать в этом мире. Поэтому Анна играла роль святой, как того хотели другие. Даже если люди называли ее куклой, она верила, что это и есть причина ее существования. Пока она была святой, она была нужна людям. Если бы ее спросили, для кого это, она смогла бы сказать, что для людей... или должна была бы.

Однако она видела слишком много крови для этого. Тех, кого сжигали как еретиков; тех, кого считали фанатиками, кто пал в бою, веря, что сражается за Лунарию, веря, что она святая; лицо человека, которого однажды пронесли мимо нее на носилках и который вцепился в нее своей окровавленной рукой. Бесчисленные смерти были впечатаны в ее память.

Нет... я делаю это... ради леди Лунарии... ради Святого Короля... Анна думала о существах более высоких, чем она сама. Она пыталась оправдать отказ от собственной воли, убеждая себя, что все это соответствует их великим замыслам. Однако она никогда не встречалась с леди Лунарией и не слышала ее откровений напрямую. Святой Король Фуга не относился к ней плохо, но иногда казалось, что он смотрит на нее с жалостью. Ей казалось, что его глаза были такими же, как у Мэри, когда она сказала ей: «Пойдем со мной».

«Для кого твоя вера?» — Анна поняла, что у нее нет ответа на вопрос Мэри.

Затем сбоку от Мэри появился крупный мужчина. Он был бородат, брит налысо, одет не в обычную монашескую одежду, а в великолепное облачение, подобающее архиепископу.

Он встал рядом с Мэри и произнес, — А-а… Кхм. Приверженцы Лунарианской Ортодоксии, вы меня слышите? Я — Соуджи, глава Лунарианской Ортодоксии в Королевстве Фридония. Я знаю, что вы заняты битвой, но одолжите мне на минутку свои уши.

Это был архиепископ Соуджи Лестер из Ортодоксии Королевства. Причина, по которой он называл Ортодоксию Королевства Лунарианской Ортодоксией в Королевстве Фридония, скорее всего, заключалась в том, что между ними почти нет разницы.

— Когда я учился в Ортодоксальном Папском Государстве, мой учитель и те, кто его окружал, говорили следующее: Леди Лунария милосердна. Она протягивает руку спасения каждому, независимо от степени его греховности. Лунарианская Ортодоксия — это учение о том, как принять эту руку, и все верующие после смерти будут приняты леди Лунарией... Возможно, вас всех учили подобным образом?

Нас учили, — подумала Анна. Это было именно то, чему она научилась, и почему она могла верить в то, что существует как святая ради леди Лунарии.

Соуджи хрустнул шеей и продолжил.

— Разве это не странно? Если леди Лунария готова простить любого, независимо от того, насколько он грешен, и все верующие будут спасены после смерти, то какая разница, как мы живем? Мы все равно будем спасены, верно? Это говорит нам о том, что пока ты веришь, тебе не нужно ничего делать для веры.

А...? Его слова глубоко запали в сердце Анны. Это был абсурдный аргумент. Это всего лишь личная интерпретация Соуджи.

Однако, поразмыслив над этим, она не стала категорически отвергать это высказывание. На самом деле любое учение зависит от чьей-то интерпретации. Люди не могли сами встретиться с Богом, поэтому никакая вера не могла быть установлена без того, чтобы люди не истолковывали волю Бога.

— Как только эта мысль пришла мне в голову, я почувствовал, что понимаю, почему учения велят нам помогать слабым и помогать друг другу. Если все, кто верит в леди Лунарию, будут спасены, то нет необходимости помогать друг другу, верно? Но в наши дни страдает так много людей, что, да, мы должны помогать друг другу. Поскольку милосердная леди Лунария спасет нас после смерти, пока мы живем в этом мире, нам необходимо поддерживать друг друга до самой смерти.

Он сделал паузу, чтобы дать своим словам впитаться.

— Сейчас... ваши священники могут говорить вам: «Путь к леди Лунарии — это смерть в бою», но по-настоящему милосердная леди Лунария не станет делать различий между теми, кто сражался или не сражался здесь. Конечно, вы можете сражаться. И даже если вы убьете людей или будете убиты сами, леди Лунария спасет вас, но на самом деле вам не обязательно это делать. Вы можете бежать к своим семьям, и она все равно спасет вас.

Это было хитрое использование слов. Если бы он сказал: «Леди Лунария не спасет вас, даже если вы будете сражаться здесь», фанатики отнеслись бы к этому как к вражескому бреду. Однако, сказав, что они будут спасены независимо от того, сражаются они или нет, фанатики задумались, правдивы ли его слова. Они бы проигнорировали его, если бы почувствовали, что он отвергает их. Но, услышав его согласие с их действиями, они задумались над его точкой зрения. И все это благодаря талантам Соуджи.

— Леди Лунария спасет тех, кто верит в нее. Верьте в Лунарию, помогайте слабым и помогайте друг другу... После этого вы вольны делать все, что захотите.

Слова Соуджи сломили фанатиков.

Они были вольны сражаться или вольны вернуться домой к своим семьям. В любом случае леди Лунария спасет их. Услышав это, трудно было продолжать сражаться. Возможно, кто-то хотел умереть здесь и получить свое спасение сейчас, но это не было волей всей группы. Как только люди начали бежать, чтобы вернуться к своим семьям, другие последовали их примеру.

Боевые линии Ортодоксального Папского Государства быстро посыпались, поскольку все больше и больше людей бежали, осознавая свое поражение. Силы Королевства Фридония не преследовали бегущих фанатиков, сосредоточившись только на солдатах, которые шли на них, но многие предпочли бежать.

Анна молча наблюдала за полным разгромом своих войск.

— Леди Анна! Эта битва безнадежна!

— Здесь опасно! Мы должны немедленно отступить!

В то время как командиры с ней давали свои советы, гвардейцы, защищавшие главный лагерь, были отправлены в полет внезапной кавалерийской атакой.

— Захватите Святую Анну! Как только мы это сделаем, победа будет за нами!

Отряд под командованием Мио Кармин пронесся по хаотичному полю боя, проникнув в главный лагерь Ортодоксального Папского Государства. Мио скакала верхом, рубя мужчин двумя своими длинными мечами, и приближалась к Анне, которая могла только стоять.

Когда она приблизилась, сбоку внезапно подъехал рыцарь и ударил Мио копьем.

— Я не позволю тебе! — крикнул он.

— Ургх! — Мио блокировала атаку, но ее удар был остановлен.

Ломбард, закованный в броню рыцарь, скомандовал, — Мы займемся этим! Силы Ортодоксального Папского Государства, быстро отступайте!

— Думаешь, я тебе позволю?!

Два длинных меча Мио замахнулись на Ломбарда. Она могла сражаться против Айши, величайшей воительницы королевства, поэтому Ломбард быстро перешел в оборону, но с помощью копья и щита выдержал ее атаки.

Пока они сражались, Ломбард кричал, — Пока у нас есть Святая Анна, Ортодоксальное Папское Государство остается угрозой, которую Королевство Фридония не может игнорировать. Вы должны немедленно отступить, чтобы не позволить этому отряду преследовать лорда Фугу!

Услышав его, командиры, стоявшие рядом с Анной, начали оттаскивать ее. Отряд Мио попытался преследовать их, но люди Ломбарда отчаянно отбивались.

— Нгх! Уйди с дороги!

— Я отказываюсь!

Хотя общие способности Ломбарда были высоки, он не обладал ничем выдающимся, что выделяло бы его среди других воинов. Тем не менее его вспыльчивый характер и искренность говорили о том, что он считается одним из самых надежных людей в Империи Великого Тигра. Несмотря на неустанный натиск Мио, он продолжал выполнять свой долг.

Внезапно копье Ломбарда сломалось. Он хотел выхватить клинок у бедра, но длинные мечи Мио уже приближались к нему.

— Лорд Лом! — Кусок льда пронесся по земле в их сторону, заставив Мио отступить на некоторое расстояние. Жена Ломбарда, Йоми, прибыла вовремя со своим отрядом магов.

Йоми попыталась приказать им атаковать Мио, но Маргарита прискакала со своим подразделением из сухопутных войск Королевства Фридония, и они выстроили перед Мио оборонительную стену. Между отрядами разгорелась борьба. Но когда войска Ортодоксального Папского Государства обратились в бегство, а во Фридонии собрались новые силы, только Ломбард и его люди остались, удерживая свои позиции.

Видя, что отступление закончено, Ломбард опустил меч и закричал, — Услышьте меня, мои люди и люди Фридонии! Поскольку Ортодоксальное Папское Государство бежало, наше дело сделано! Дальнейшая борьба не имеет смысла! Все, бросьте оружие! И люди Фридонии! Мы сдаемся, так что, пожалуйста, пусть военные действия закончатся на этом!

Услышав Ломбарда, бой постепенно прекратился, и его люди опустили мечи в знак того, что все кончено. Некоторое время раздавался звон падающего на землю оружия, но в конце концов на поле боя воцарилась тишина, и Ломбард опустился на колени перед Мио, опустив голову.

— Мы сдаем оружие. Народ Фридонии, я хочу, чтобы вы знали: ответственность за эту проигранную битву лежит на мне, и я прошу вас гарантировать безопасность моих войск!

— Лорд Ломбард… — Йоми опустилась рядом с ним, тоже опустив голову.

Увидев их обоих, Мио и Маргарита обменялись взглядами, а затем кивнули друг другу.

Как представитель королевства, Мио произнесла, — Пока что мы разоружим выживших и возьмем их в плен. Его Величество будет решать, что делать с вами, но я могу гарантировать вашу безопасность до этого времени.

— Спасибо.

— Да...

Ломбард и Йоми склонили головы.

Оставшихся в живых солдат, которые еще могли ходить, связали и увели, а раненых унесли. Ломбарда и Йоми связали последними. Когда их погрузили в повозку для пленных, Мио окликнула их.

— Эмм... Я знаю, что, наверное, не должна говорить этого сейчас, но, госпожа Йоми, вы ведь старшая сестра сэра Ичихи, верно? Сэр Глэйв поручил мне проследить за тем, чтобы с вами обращались со всей учтивостью.

Они оба слегка склонили головы при ее словах.

— Я у вас в долгу...

— Спасибо.

И вот карета увезла их. Мио смотрела вслед уезжающей карете, как вдруг заметила, что рядом с ней стоит Кагетора.

Не поворачиваясь к нему, она сказала, — Обычно... я не должна говорить такие вещи побежденному генералу. Ты не будешь меня за это ругать?

Это прозвучало так, словно она хотела, чтобы он упрекнул ее. Однако Кагетора не кивнул, но и не покачал головой.

— Ты уже глава Дома Карминов и должна сама решать, были ли твои решения правильными.

Он не подтвердил и не отверг ее методы. Но забота в его голосе вызвала на лице Мио слабую улыбку.

— Ха-ха... Ты как всегда строг.

Между тем, примерно в это же время...

Закончив трансляцию, Мэри спокойно наблюдала, как члены Дома Джуниро (семьи Ивана Джуниро, игравшего Владыку Сильвана) уносят драгоценность и прочее оборудование. Они уже получили известие о своей победе через гонца. Их работа здесь была закончена. Силы Ортодоксального Папского Государства потерпели крах, а некоторые важные командиры были взяты в заложники. В этом случае нападение с той стороны границы было маловероятным.

— Маленькая мисс Мэри.

Голос Соуджи привел Мэри в чувство.

— Ах! Ваше Святейшество.

Он неловко почесал голову, похоже, не зная, что сказать, — Эм... Эй... Ты в порядке? Ты выглядишь довольно обеспокоенной.

— О... А я?

— Да. Если тебе нужно с кем-то поговорить, я внимательно слушаю, понимаешь? В конце концов, это часть церковных дел.

— Раз уж ты об этом заговорил, то, наверное, да, — сказала Мэри с легким смешком, — Я думала об Анне.

— Святая Империи Великого Тигра?

— Да. Она... одна из возможностей того, кем я могла бы стать.

Мэри опустила глаза, ей было больно думать об этом.

— У нее нет собственной воли. Хорошо это или плохо, но она ищет свое место, и она будет продолжать молчать о своих мыслях и быть святой только для того, чтобы кто-то сказал ей, что это нормально для нее. Такова судьба осиротевшей девочки, избранной кандидатом в святые Ортодоксальным Папским Государством.

Соуджи потерял дар речи.

Когда-то Мэри была точно такой же. После того как ее избрали святой для короля Сомы, у нее появился шанс покинуть Ортодоксальное Папское Государство и познакомиться с культурой этой страны, и тогда она поняла, насколько все это извращенно. Но у Анны такой возможности не было. Мэри не могла не думать о том, что Анна похожа на нее саму: она стала святой, не зная другого образа жизни.

— Неважно, сколько верных верующих она посылает умирать на поле боя... Сколько бы ее политических противников ни сгорело на ее глазах... В глубине души она по-прежнему чиста и невинна и делает то, о чем ее просят люди.

Из глаз Мэри потекли слезы. Слезы по Анне.

— Что... То, о чем я говорила раньше... Это загонит ее в угол. Я только что сказал девушке, которая подавляет свою волю ради других, что она должна задуматься о своих действиях. Это заставляет ее противостоять тому, от чего она отворачивалась, чтобы защитить свое сердце. Если она сейчас оглянется назад, осознав все кровопролитие на своем пути, это может сломить ее.

Соуджи продолжал слушать, пока Мэри говорила, ее слова смешивались с рыданиями.

— Во всем мире... я единственная... кто должен понимать ее лучше, чем кто-либо другой... И все же именно я пытаюсь разрушить ее дом... Я знаю... что делаю это ради общего блага, но... это не значит, что это не растраивает...

Если бы Анну и Ортодоксальное Папское Государство оставили в прежнем виде, то, без сомнения, в этой стране пролилось бы еще больше крови. Даже если это причиняло ей душевную боль, Мэри не могла позволить себе сожалеть об этом. Ведь если бы жители этой страны услышали, что она так говорит, они бы гневно спросили, не считает ли она, что они должны страдать вместо нее. Переполненная такими мыслями и эмоциями, она почувствовала, как что-то сжалось у нее в груди.

— Пойдемте, маленькая леди.

— Ваше Святейшество...?

Редкий для такого бестактного парня, как Соуджи, поступок — он нежно обнял Мэри. Он не стал говорить ей, что она права или не права, а просто обхватил ее, как незнакомое облачение.

— Ооо... Ваше Святейшество... Ва-а-а!

Словно прорвав плотину, слезы, которые она сдерживала, хлынули наружу. Соуджи нежно гладил ее по голове, пока она плакала.

— Сердце нелегко исцелить. Но время и сострадательные люди могут постепенно залечить шрамы. Я часто наблюдаю это в своей работе. Когда люди хотят положиться на Бога, они обычно хотят выплеснуть свои страдания, поэтому многие приходят ко мне поговорить о своих душевных ранах.

Его слова донеслись до нее сверху.

— Если потеряет сознание от этих ран, и это кто-то, кто тебе дорог, то продолжай протягивать руку спасения. Знаешь, король говорил, что собирается обучить... психологов, кажется, он их так называл? Что-то вроде докторов души. И что он хочет, чтобы Ортодоксия Королевства помогла ему в этом, верно? Что ж, возможно... эта страна сможет залечить сердечные раны. Так что, маленькая мисс, ты должна быть готова помочь ей, когда придет время.

Мэри подняла голову, — Возможно ли... помочь ей?

Она выглядела неуверенной, но Соуджи твердо кивнул ей.

— Вера и церковь призваны спасать заблудших. Это гораздо более церковно, чем подавлять еретиков или будоражить людей, чтобы они шли и проливали за вас кровь, не так ли? — сказал он нарочито шутливым тоном.

Вытирая слезы, Мэри кивнула, — Да, Ваше Святейшество!

Так битва на фронте Лунарии-Амидонии завершилась победой Королевства Фридония. Однако пока Ломбард и Йоми были взяты в плен, Святая Анна все еще была на свободе, поэтому силам королевства на границе Амидонии пришлось оставаться страже против Ортодоксального Папского Государства.

Исход войны решится в схватке между Сомой и Фугой.

Перед тем как Фуга Хан начал свое вторжение в Королевство Фридония, Сома приказал жителям городов и деревень, расположенных вдоль маршрута вторжения Империи Великого Тигра, эвакуироваться на юг Парнама. В этот раз у него было больше возможностей для подготовки, чем во время Амидонской войны, поэтому ему не пришлось прибегать к таким радикальным мерам, как изобретение огненных чучел, чтобы сжигать деревни и изгонять людей для их же блага. Он мог завершить эвакуацию, просто распространив информацию о том, что грядет.

Это было сделано потому, что великие умы королевства согласились с тем, что, победа или поражение, боевые действия не будут продолжаться дальше Парнама. Некоторые люди хотели стоять и сражаться в местах своего рождения, но приоритетом была эвакуация обычных граждан, таких как дети, женщины, не служившие в армии, и старики.

То же самое было сделано и в самом Парнаме. Сома заставил Пончо занять место Вейста на посту лорда Венетиновы, теперь второго по величине города Королевства. Это позволило гурману эвакуироваться туда вместе с Джинджером, Женей, другими жителями и их семьями. Когда-то Пончо был наместником Сомы в Венетинове. Но когда это звание было присвоено, было решено, что передача такого ключевого города новичку, как Пончо, вызовет серьезные возражения. Вместо него титул лорда достался Вейсту, который долгое время служил под началом Эксель. Однако благодаря его усилиям во время продовольственного кризиса и военной логистики Пончо теперь имел за плечами блестящую карьеру, и можно было смело назначать его главой Венетиновы.

В городе проживало много бывших беженцев, которые равнялись на его вторую жену, Комаин, так что ему не составит труда управлять им. Что касается Вейста, то он был вознагражден за свою службу расширением своего предыдущего владения, Альтомуры.

Тем временем Сома организовывал отъезд некоего человека из столицы...

◇ ◇ ◇

— Ророа. Я хочу, чтобы завтра ты вместе с детьми переехала в Венетинову.

В тот вечер я был один в своей комнате с Ророа, которая была в пижаме, когда я затронул эту тему. Она смотрела на меня, как ребенок, которого только что ударили по лицу без всякой причины; это была смесь шока, разочарования и печали.

Тем не менее она скрежетала зубами, пытаясь притвориться спокойной.

— Ты уверен... что мне нельзя здесь находиться...?

— Да… — сказал я, — Есть вещи, которые я хочу, чтобы ты сделала в Венетинове. Если с нами что-то случится... ты единственная, на кого я могу рассчитывать, чтобы позаботиться обо всем после этого.

— Позаботиться обо всем, если с тобой что-то случится? Ты понимаешь, как ужасно ты поступаешь, прося меня об этом? Мне пришлось бы жить, заботясь о детях в одиночку, понимаешь? С позором быть королевской особой из страны, которой больше не существует...

— Извини...

— Не извиняйся! — крикнула Ророа, обрушивая кулак на мою грудь.

Раздался громкий стук, но удар такой хрупкой девушки, как она, не причинил особой боли. Ророа в досаде прикусила губу, осознав это.

— Нет ничего более обидного, чем отсутствие сил для сражения. Даже старшая сестренка Джуна, лорелея, может вступить в бой... но когда дело касается меня, я ничего не могу сделать в такие моменты...

— Не говори так. Это благодаря тебе наша казна так полна. Это позволяет нам встретить войну во всеоружии. И я думаю, что, Фуга или не Фуга, у нас больше шансов пройти через это с меньшими потерями.

— Именно последнее меня и беспокоит, — Ророа сделала шаг назад и посмотрела прямо на меня, — Что ты собираешься делать с Юригой и старшей сестренкой Марией? Они ведь тоже не умеют сражаться, верно?

— Я должен учитывать желания Юриги, и я хочу, чтобы она была под рукой, чтобы вести переговоры с Фугой, если потребуется. Что касается Марии, то она уже вдали от столицы, занимается своими делами. Кроме того... они поженились со мной совсем недавно, так что детей еще нет. Если я собираюсь доверить кому-то всех наших детей, то она сама должна быть матерью одного из них — то есть тебя, Ророа. Я хочу, чтобы ты присматривала за Леоном и другими детьми.

— Это нечестно, так говорить… — Ророа печально опустила глаза, а затем снова подняла взгляд, — Я предчувствовала, что это случится, с тех пор как мы узнали, что Фуга собирается напасть. Я сделала все, что могла, и больше ничего не могу сделать.

— Ророа...

— Так что рассчитывай на меня!

Ророа приняла позу модели, положив правую руку на шею, а левую — на бедро и кокетливо хихикнув. Это была та самая поза, которую она приняла в день нашей первой встречи.

— Если с тобой что-нибудь случится, дорогой, то эта амидонская красавица использует все свое мастерство и женские хитрости, чтобы подлизаться к большим шишкам при дворе Фуги и защитить наших детей.

Она сказала это в шутку, но... я не сомневался, что она именно так бы и поступила. Это была девушка, которой хватило смелости выйти замуж за меня, убийцу ее отца, чтобы защитить народ Амидонии. Если бы речь шла о защите наших детей, она смогла бы подавить свой гнев и ненависть, чтобы выйти замуж за человека, ответственного за мою гибель. Неважно, что она сама об этом думала...

Видя, что я ничего не могу сказать в ответ, Ророа поняла, что я чувствую, и нырнула в мои объятия.

— Что? Тебе так не нравится эта идея, да? Конечно, Фуга не такой твердолобый, как мой старик, но он не позволил бы мне так весело зарабатывать деньги и тратить их. Ты знаешь, что ты для меня единственный, дорогой. И если ты сделаешь что-то, чтобы отпустить свою милую жену и позволить ей попасть в руки другого мужчины, я буду злиться на тебя до конца жизни и после нее.

— Да... знаю, — я твердо кивнул ей.

Ророа обхватила меня за шею. Ее лицо приблизилось, и наши губы прижались друг к другу. После долгого поцелуя она улыбнулась мне.

— Я очень рассчитываю на тебя, дорогой. Тебе лучше прийти за мной.

— Да. Рассчитывай на это.

— Хи-хи! Ну, мне же не нужно отправляться в путь до завтра, верно? — Ророа плотно прижалась ко мне и прошептала на ухо, — Может, попробуешь сбить меня с ног еще раз. Чтобы наверняка. Не знаю, забеременею ли я сегодня, но... Если да, то я получу свою прибыль там, где смогу.

Она с застенчивой улыбкой прошептала мне соблазнительные слова.

◇ ◇ ◇

В другом месте замка Томоэ, Ичиха и Юрига тоже прощались.

Юрига останется в столице, а Томоэ и Ичиха, как важные гражданские фигуры, завтра отправятся в Венетинову вместе с Ророа.

— Ты ведь... останешься, Юрига? — спросила Томоэ с грустью на лице.

Юрига пожала плечами, — Да. Я должна довести битву между братом и Сомой до конца. Как сестра... и как жена.

— Наверное, мне не стоит спрашивать, все ли у тебя в порядке, верно?

— Верно. Я уже смирилась с этим, — Юрига положила руки на бедра и усмехнулась, — Вы отправляетесь в Венетинову, да? Ну, берегите друг друга как будущие муж и жена, слышите?

— Еще сложно об этом думать...

— Что ж, вам лучше начать. Мой муж и его команда верных товарищей уже готовы к вашему отъезду, так что я уверена, что мы быстро встретимся и снова будем улыбаться друг другу. Даже если наша страна проиграет, я клянусь, что буду защищать вас двоих. Вы оба важны для этого мира, и я позабочусь о том, чтобы мой брат понял, что любой вред, причиненный вам, — это потеря для всех.

— Ты говоришь так, будто можешь справиться с этим, но я бы предпочел, чтобы ты не оказалась в положении, когда тебе придется делать это для нас, — со вздохом сказал Ичиха.

В качестве заместителя Хакуи Ичиха отвечал за политическую стратегию, поэтому в случае начала войны ему было нечем заняться. Военной стратегией занимались Юлий и Каэдэ, а политические директивы он мог отдавать из тыла, поэтому было решено, что он эвакуируется вместе с Томоэ.

Юрига слегка толкнула Ичиху в грудь, — Не беспокойся обо мне. Присматривай за своей невестой. Зная ее, она наверняка скажет: «Я тоже останусь!» — и спрячется где-нибудь в Парнаме.

— Ну... в этом ты права, — с язвительной улыбкой ответил Ичиха, зная, насколько удивительно активный характер у Томоэ.

— Да ладно… — Томоэ возмущенно надула щеки, — Я не хочу слышать этого от тебя, Юрига, после того, как придумала уплыть на корабле до Архипелага Девятиглавого Дракона.

Последовала неловкая пауза, после которой Юрига сказала, — ...Я не помню этого, наверное, это было так давно.

— Прошло всего несколько лет.

— Заткнись, маленький ребенок! — Юрига ущипнула Томоэ за щеки. Они занимались этим еще со школьных времен. Это вызвало чувство одиночества, от которого на глаза обеих наворачивались слезы, когда они улыбались.

— Как ты думаешь... мы сможем снова делать такие глупости и смеяться над ними вместе? — с улыбкой спросила Томоэ.

— О, мы сможем посмеяться, — ответила Юрига с легкой усмешкой, — Конечно. И Люси с Велзой тоже будут, чтобы посмеяться вместе с нами.

— Звучит неплохо. Я бы с удовольствием отдохнул и перекусил вместе со всеми, — сказал Ичиха, и они обе кивнули.

◇ ◇ ◇

На следующий день Лисия, Юрига и я попрощались с ними, а затем наблюдали, как гондола с вивернами, в которой находились Ророа, Томоэ и Ичиха, отчалила от внутреннего двора.

— Мы ведь... увидим их снова? — спросила Лисия, слегка волнуясь. Я рассмеялся.

— О, пожалуйста. Не говори так, чтобы это стало сигналом к началу таких событий. Мы просто должны продолжать спокойно работать, чтобы подготовиться к нападению Фуги и защитить дом, в который они вернутся.

— Да, ты прав... Ты в порядке, Юрига? — Лисия спросила с ноткой беспокойства, но Юрига покачал головой.

— Я готова к тому, что будет дальше. Мы должны остановить его...

Остановить его, да? Я хлопнул в ладоши, услышав решимость в ее голосе.

— Хорошо, давайте устроим ему прием, которого заслуживает великий человек. Если мы хотим положить конец его эпохе, нам нужно подготовиться к тому, чтобы времена изменились.

Теперь пути назад не было. Мы шли вперед, глядя в будущее.

Вторжение наконец началось, когда основные силы Империи Великого Тигра пересекли границу Королевства Фридония.

Фуга и Хашим ожидали, что у другой стороны есть какой-то план, и если они дадут им время на подготовку, то это будет означать их поражение. Поэтому ситуация требовала молниеносной войны с быстрой и убедительной победой. Им нужно было как можно быстрее добраться до Парнама и убить или захватить Сому, чтобы заставить его сдаться.

Для этого они оставляли в целости и сохранности все подчинившиеся им города, деревни и поселки на своем пути, но при этом тщательно уничтожали всех, кто им противостоял, чтобы они могли продолжать свой путь. Сома и его команда знали об этом, поэтому они эвакуировали города и деревни и отказались от поселков, которые не могли защитить на ранней стадии, сосредоточив свои силы на тех городах, которые, по их мнению, они могли оборонять.

Фуга, Хашим и Муцуми, находясь в центре основных сил, шедших вперед с основной частью своего боевого потенциала, слушали доклад своих разведчиков.

— Вот наш отчет. Никаких признаков присутствия людей в городах и деревнях вдоль нашего маршрута. Не замечено ни затаившихся солдат, ни ловушек. Мы считаем, что их уже покинули.

— Мы говорим о Соме. Он знает, что мы придем, поэтому, конечно, заставит своих людей бежать, — сказал Фуга, скрестив руки.

Фуга ожидал, что все пойдет по одному из двух вариантов: либо они встретят ожесточенное сопротивление, как только пересекут границу, либо им позволят пройти вглубь, не встретив серьезного сопротивления. Похоже, это будет последнее. Такой способ ведения боя не доставлял Фуге особого удовольствия, и с ним было трудно справиться. Поэтому Королевство, конечно же, решило использовать его.

— Однако в деревнях были оставлены некоторые припасы, такие как еда и вода, — продолжил разведчик, — Мы исследовали их, и не нашли никаких признаков того, что они отравлены.

— Хм? Вы хотите сказать, что он эвакуировал людей, но оставил провизию? — Муцуми подняла бровь.

Обычно нет причин оставлять еду в городе или деревне, которые собираются покинуть. Это только облегчило логистику Империи Великого Тигра. Конечно, нужно было опасаться, что продукты могут быть отравлены, но, похоже, Королевство даже этого не сделало.

— Как ты думаешь, брат, какую цель он преследует, делая это? — Муцуми спросила Хашима, военного советника.

Хашим поднес руку ко рту, обдумывая вопрос, и заговорил, как только привел свои мысли в порядок.

— Вероятно... чтобы облегчить наши поставки.

— Оказать поддержку своим врагам? Зачем?

— Сома и его люди не хотят, чтобы мы застряли или ушли в другое место. В нашем плане используется особенность мальмхитанцев — конный бой, который присуща высокая мобильность. Мы как можно быстрее бросаемся в атаку на врага, захватываем сопротивляющиеся города и грабим их на предмет припасов. Так мы хотим сохранить темп. Однако... если припасы уже есть, это избавляет нас от необходимости мародерствовать.

— Понятно, — хмыкнул Фуга, — Он ведет нас кратчайшим путем в Парнам.

Если армия обнаружит, что у нее не хватает припасов, она сделает все необходимое, чтобы добыть их. Это, скорее всего, приведет к ослаблению воинской дисциплины, и солдат могут отправить грабить места, расположенные не по самому прямому пути. В результате ущерб, нанесенный королевству, только увеличится, а этого им не хотелось бы. Вот почему они не оставили припасов на пути следования Фуги.

По мнению Хашима, они пытались контролировать силы Империи Великого Тигра, чтобы те не отклонялись от намеченного маршрута.

— Это для того, чтобы уменьшить вред, наносимый невинным людям? — спросила Муцуми.

Хашим покачал головой, — Даже если Сома и надеялся на это, среди наших врагов также есть Хакуя, премьер-министр в черном, Юлий, белый стратег, и почтенная Эксель. Он мог бы сделать это, чтобы принести пользу людям, но они бы не позволили ему, если бы это было невыгодно.

— Значит, ты хочешь сказать, что Сома и его банда держат нас в своих руках... Так? — спросил Фуга и получил в ответ кивок.

— Да. Я посылал несколько небольших отрядов, чтобы найти обходные пути, но каждый раз они терпели неудачу. Этот маршрут — единственный, который позволяет нам двигаться плавно и быстро.

— Они потерпели неудачу? Попали в засаду врага?

— Нет, — сурово ответил Хашим, — Налицо нечто еще более странное.

— Что это... как ты думаешь?

Услышав донесения своих разведчиков, Гатен, Флаг Тигра, взял несколько своих лучших людей и выехал на своем темсбоке, чтобы убедиться в их правдивости. Он был потрясен тем, что они обнаружили — перед ним расстилался мрачный лес.

Согласно тому, что ему сказали перед отправлением, это должно было быть безлюдное поле, по которому они могли бы провести большую армию. В обычных условиях он бы выделил часть своих сил в отряд и напал на города в стороне от маршрута основных сил, чтобы отвлечь фридонских военных.

Конечно, силы Королевства это понимали, и поэтому Хашим сказал Гатену, что они могли разместить здесь свои силы, чтобы встретить его, а значит, именно здесь может произойти первое сражение войны. Но, вопреки ожиданиям, Королевство не перехватило Гатена здесь. Все, что его встретило, —  это море деревьев, простирающееся неизвестно на какое расстояние.

— Мы только вчера отправили разведчиков. В отчетах был такой лес? — Гатен спросил одного из своих людей, тот поспешно покачал головой.

— Нет, сэр! Разведчик ничего не говорил об этом. Я беседовал с ним ранее, чтобы подтвердить, и он сказал, что абсолютно уверен, что это было бесплодное поле, когда он пришел сюда вчера.

— По сути, этот лес вырос за одну ночь, да? — сказал Гатен, поглаживая подбородок. В это трудно поверить, и все же... столкнувшись с королем Фридонии Сомой, я не удивлюсь, если узнаю, что у него есть для этого средства.

Королевство Фридония уже построило корабли, похожие на острова, бомбы, нейтрализующие магию, и другие изобретения, противоречащие здравому смыслу. До него доходили слухи, что они даже сражались с морским чудовищем с помощью механического дракона. Не было бы ничего странного в том, что такая страна способна за одну ночь создать лес.

Это не было бы странным...? Достаточно странным, что им удается убедить нас в том, что вещи, которые следует считать странными, кажутся нормальными. Мы уже сильно отравлены их влиянием.

Гатен был добродушным и безвкусным человеком, но спокойным и собранным, когда командовал своими войсками.

Теперь, когда появился лес, он не мог послать отряд. Даже если бы лес был какой-то иллюзией, разделение сил против врага, способного провернуть такое, привело бы к полному поражению.

— Нам следует отказаться от посылки отряда. Я передам это сэру Хашиму.

С этими словами Гатен забрал своих людей и вернулся в свой лагерь.

Группа тихо пряталась в ветвях, наблюдая за действиями войск Империи Великого Тигра. У всех них была загорелая кожа и характерные для эльфийской расы заостренные уши. Это были темные эльфы Богохранимого Леса. Большинство из них были одеты в легкие доспехи и носили луки, но один был облачен в великолепную мантию. Перед ним опустилась на колени молодая девушка, темный эльф.

— Лорд Водан. Похоже, враг отказался от попыток пройти здесь.

— Молодец, Вельза.

Человек в одежде был отцом Айши и вождем Богохранимого леса, Воданом Удгардом. Девушка, стоявшая перед ним на коленях, была секретарем Халберта, Вельзой.

Рядом стояли брат Водана, Робтор, и отец Вельзы, Сур, чтобы защитить Водана в случае необходимости.

Вождь мягко улыбнулся, — Кажется, нам удалось направить врага. Это поможет Айше и моему зятю.

Задача темных эльфов состояла в том, чтобы закупорить лесом все обходные и боковые пути на предполагаемом пути следования армии вторжения, не давая им рассеяться. Эта задача требовала высокой степени мобильности в лесах, поэтому она была возложена на проворных темных эльфов, которые и так были лесными жителями.

— Да! Я пойду и сообщу об этом в Парнам! — Вельза кивнула.

— Будь осторожна, Вельза, — предупредил Сур, — И передай господину Хэлу, что я желаю ему удачи в сражениях.

— Да, отец! — Вельза снова кивнула, а затем поскакала прочь.

Проследив за ее уходом, Робтор со вздохом похлопал по коре дерева.

— Стрелы, способные за одну ночь заставить лес прорасти... Король Сома действительно создал нечто невероятное.

— Нет, мне сказали, что они были разработаны до того, как король Сома был призван. Очевидно, это был неудачный эксперимент молодой леди из Дома Максвелл.

Услышав это, Робтор расширил глаза и спросил, — Правда?

Сур объяснил, что стрелы — это та самая неудача, из-за которой в свое время сверхученую Женю выгнали из отдела исследований и разработок. Ее нестандартная идея заключалась в том, что «раз война приводит к опустошению земли, давайте изобретем стрелы, которые заставят деревья расти там, где они упали», но ситуация вышла из-под контроля, и в результате исследовательский центр был поглощен лесом.

Позже Женя вернулась на передовую и доработала свое изобретение благодаря усилиям Сомы. В результате рост деревьев сократился, и они стали вымирать через некоторое время. Они не могли использовать стрелы слишком часто из-за дороговизны производства и экологических последствий, но изобретение прекрасно выполняло свою задачу. Этот стихийный лес исчезнет через несколько дней.

Робтор издал вздох восхищения, — Подумать только, во внешнем мире существовали такие чудеса еще до прибытия короля...

— Хе-хе. Даже когда мы заперлись в лесу, мир продолжал меняться, шаг за шагом. И так было бы, независимо от того, пришел бы мой зять или нет, — сказал Водан Робтору с озорной ухмылкой, — Мы были правы, что открыли глаза на это раньше, чем позже. И все это благодаря моему зятю и Айше, которая сама покинула лес, чтобы встретиться с ним. Мы, темные эльфы, должны сделать все возможное для этих двух благодетелей.

— Да, ты прав.

— Да!

Робтор и Сур кивнули. Водан удовлетворенно улыбнулся им.

— Я должен сделать все возможное, чтобы в один прекрасный день держать на руках и Айшу, и ребенка моего зятя.

— Точно так же я не могу умереть, пока не увижу Вельзу замужем за сэром Хэлом.

— И я, пока дочь, которую оставила мне жена, не повзрослеет.

Эти трое были лучшими воинами Богохранимого леса, но они были еще и заботливыми отцами.

Остальные темные эльфы наблюдали за ними с кривыми улыбками, пока они продолжали разговаривать.

◇ ◇ ◇

Тем временем Касен, Арбалет Тигра, который, как и Гатен, отправился на разведку, тоже оказался обманут.

Горная дорога была довольно опасной, но он выслал отряд разведчиков, зная, что скачущая кавалерия на своих темсбоках все равно сможет ее преодолеть, и они обнаружили вражескую крепость. Она находилась на открытой местности вдоль горной дороги, где было мало деревьев. Замки и крепости обычно строились вблизи основных магистралей, но он никак не ожидал увидеть их здесь, тем более неиспользуемыми.

Кроме того, по этим неровным дорогам было бы трудно пополнить запасы продовольствия, да и обеспечить водоснабжение было бы нелегко. Это означало, что Королевство Фридония поставило крепость в труднообороняемом месте, чтобы никто не смог пройти.

Касену это показалось странным, когда он услышал отчет, и он решил отправиться туда и убедиться в этом лично. Когда он добрался до места, там действительно была крепость. Стены из каменных блоков возвышались над одиноким участком горы, на котором почти не было листвы. Блоки обветрились, словно руины погибшей цивилизации, а на вершинах стен развевались фридонские флаги, которые, похоже, были установлены здесь недавно.

Королевство действительно разместилось здесь?! — подумал он.

Не было смысла защищать это место, если враг не прорвется сюда, а если бы даже они и защищали его, то такой маленький форт не продержался бы долго, если бы его окружила тысяча или около того человек. Это выглядело пустой тратой людей и материальных средств.

Или они просто подняли там свой флаг, чтобы сбить нас с толку? Может, мне стоит подойти поближе и посмотреть?

Как раз в тот момент, когда Касен готовился к отправке своего отряда...

Бум! Ка-бум!!!

Из крепости донесся звук взрыва, а через мгновение между ней и группой Касена поднялся столб огня и дыма. От внезапного всплеска света и шума они на мгновение замерли, но быстро сообразили, что их обстреливают.

Ка-бум! Ка-бум!

Прежде чем Касен и его люди успели что-либо предпринять, снаряды посыпались один за другим. Столбы огня и дыма были еще далеко, но они становились все ближе и ближе по мере того, как враг корректировал свою цель.

Огнестрельное оружие в такой бессмысленной крепости?! Королевство сошло с ума?!

До сих пор Империя Великого Тигра не встречала сколько-нибудь значимого сопротивления. Города и поселки на их пути были либо пустыми, либо быстро сдавались. Эти места было легко защищать, и они были стратегически важны, но Королевство отказалось от них, чтобы укрепить этот форт в глуши? Это противоречило всякой логике.

— Й-а-а!!!

Боевой клич поднялся от солдат в крепости. Судя по звуку, там было довольно много людей.

Здесь происходит что-то подозрительное… Это было бы плохой идеей заходить слишком глубоко.

Решив, что глупо терять людей, сражаясь за столь неважное место, Касен немедленно приказал отступить и обратиться за советом к Хашиму. Выслушав доклад, Хашим заподозрил какой-то обман, исходя из стратегической бессмысленности обороны такой крепости. Но он решил, что разгадка вражеской хитрости будет стоить им времени, которого у них нет. Он отказался от использования этой сложной горной дороги и решил вместо этого поставить солдат у входа на дорогу, чтобы охранять ее.

Когда Касен и его отряд из армии Империи Великого Тигра отступали, на крепостных стенах стояли всего два человека и смотрели, как они уходят. Один из них был похож на героя: на нем была серебряная маска с обручем и амулетом, а на шее — красный шарф. Другой — в толстых доспехах, черном плаще и костяном шлеме — выглядел как злой император.

Первый был главным героем любимой токусацу-программы, известной во всем Королевстве Фридония (и даже в некоторых других странах), Сверхчеловеком Сильваном. Вторым был его соперник, Великий Злой Император-людоед Акки Тайтей. Они вели напряженные, порой комичные бои в программе, но сейчас с трезвым видом наблюдали за отступлением войск Империи Великого Тигра.

— Похоже, враг отступил, Акки Тайтей, — сказал Сильван, и Великий Злой Император-людоед разразился заунывным смехом.

— Хе-хе-хе... Ха-ха-ха! Ах-ха-ха-ха-ха! Вот идиоты! — воскликнул Акки Тайтей, — Они попались на нашу уловку! Они хорошо потанцевали под нашу дудку.

— Я не сражался рядом с тобой так с тех пор, как мисс Дран разбушевалась.

— Мне неприятно работать с тобой, моим ненавистным врагом, но завоевание этой страны — дело рук Акки Тайтея и Черной Группы. Я не позволю кучке Джонни-пришедших-поздно делать все, что им вздумается.

— Меня это бесит не меньше... Но ради детских улыбок захватчики должны быть отброшены. Ради этого я готов объединиться с кем угодно, даже с дьяволом!

— Ах-ха-ха! Хорошо сказано, Сильван! Я сведу с тобой счеты, когда закончится эта битва!

Пока они разговаривали...

Сиена Джуниро, девушка лет двадцати пяти, высунула голову, чтобы спросить, — Брат, отец, почему вы так себя ведете?

Это была младшая сестра актера, играющего Сильвана, Ивана Джуниро, и дочь играющего Акки Тайтея, Молтова Джуниро. Услышав, как она обращается к ним, Иван и Молтов, полностью вошедшие в образ, неловко сняли маски.

— Ну, когда мы в костюмах, мы просто не можем не быть в образе... Правда, отец?

— Да. Я почему-то всегда так волнуюсь.

Сиена окинула их холодным взглядом в ответ на их оправдания, — Зачем вы вообще нарядились в костюмы? Его Величество приказал нам использовать магию иллюзий нашей семьи, только чтобы запутать врага, верно?

Действительно. Взрывы, которые только что видели Касен и его люди, и боевые крики солдат были результатом применения иллюзорной магии Ивана, Молтова и Сиены. Когда магия начала изучаться, выяснилось, что она работает, проецируя в воздух образы и воспоминания. Семья Джуниро использовала эту магию для создания спецэффектов в транслируемых программах.

Теперь им было приказано применить эти навыки, чтобы перекрыть один из боковых путей, которым могла бы воспользоваться Империя Великого Тигра. Они смыли мох с этой давно заброшенной крепости, установили флаги, чтобы создать видимость ее активного использования, а затем с помощью магии иллюзий создали видимость наличия большого количества защитников.

Эту землю было трудно оборонять, но она все равно представляла бы проблему, если бы враг пошел по другой стороне. Хакуя и Юлий решили заблокировать ее с помощью магии семьи Джуниро. Если бы в Империи Великого Тигра думали, что здесь есть защитники, они, скорее всего, не стали бы испытывать судьбу, пытаясь прорваться, а если бы и попытались, то трое людей здесь легко могли бы спрятаться. Если же враг решит пройти мимо, предполагая, что крепость пуста, то они смогут использовать свою магию иллюзии, чтобы заставить их думать, что позади них появился враг. Эти три человека должны были замедлить движение и сбить врага с толку.

— Но операция не требовала, чтобы ты играл Сильвана.

Иван и Молтов неловко посмотрели друг на друга.

— Ну, знаешь, костюмы помогают нам психологически настроиться. Верно?

— Да. Его Величество сказал: «Мысленный образ важен для усиления магии». Вживаясь в образ, мы можем создавать более сильные иллюзии.

— Скажите мне, что вы на самом деле чувствуете...

— Мы позволили себе увлечься!

Холодный взгляд Сиены заставил брата и отца признаться.

— Ну... Я понимаю, что вы чувствуете, — она вздохнула, — У всех нас есть свои сомнения по поводу войны. Это нормально, что в такие моменты хочется держаться за героев.

— Верно. Мы не подвергались подобному вторжению со времен войны с княжеством Амидония, — сказал Молтов с трезвым выражением лица, — Я думаю, что в наших программах достаточно справедливости, зла и борьбы. Но пока идет война, мы не можем использовать драгоценности для их создания. Война в реальном мире — это скучно, уныло и ужасно, поэтому я хочу, чтобы она поскорее закончилась.

— Пап!

— Отец...

С этими словами Молтов снова надел шлем Акки Тайтея.

— Великий Злой Император-людоед — достаточное зло для одного мира! Ах-ха-ха-ха!

Иван и Сиена улыбнулись, когда Акки Тайтей разразился громким смехом.

◇ ◇ ◇

В то время как отдельные силы Империи Великого Тигра были вынуждены отступить, их основная армия продолжила наступление на Парнам. Однако города, расположенные вдоль маршрута вторжения, были либо пусты, либо сразу же сдавались, поэтому они не встречали значимого сопротивления и могли обеспечить свои линии снабжения. Такое, казалось бы, спокойное продвижение к фридонской столице не осталось незамеченным Фугой и Хашимом.

— Интересно, о чем думает Сома, — сказал Фуга Хашиму, сидя на спине Дурги рядом с наступающими войсками. Хашим сидел на лошади рядом с ним, а Муцуми — с противоположной стороны.

— Сома что-то замышляет, и что бы это ни было, время на их стороне. Однако, несмотря на то, что они мешают нашим отрядам, основные силы не испытывают никаких задержек. Мы движемся к Парнаму, не теряя боевого потенциала. Если бы мы бросились в бой, не учитывая планы противника, то, скорее всего, достигли бы Парнама менее чем за сутки.

Их скорость передвижения была стабильной, но Империя Великого Тигра не могла использовать мобильность. В Королевстве Фридония было много интриганов, таких как Хакуя, Юлий и Эксель, поэтому существовал риск, что любой промах в осторожности может быстро переломить ситуацию. Судя по тому, как часто их отряды оказывались в затруднительном положении, в тот момент, когда они ослабят бдительность, их линии снабжения могут быть перерезаны, и они окажутся в изоляции посреди вражеской территории с большой армией, которую нужно поддерживать. Именно поэтому Империя Великого Тигра была вынуждена продвигаться вперед с такой скоростью, которая позволяла бы им сохранять темп без ущерба для себя. Повторные набеги на их пути могли бы затормозить их продвижение, но Сома не стал этого делать.

— Разве они не хотят выиграть время? — вслух поинтересовался Фуга.

— Я уверен, что так и есть, — ответил Хашим, — но, возможно, они избирательны в выборе места?

Муцуми наклонила голову и спросила, — Что значит "избирательны"?

— Они могли бы задержать нас, защищая города на нашем маршруте до тех пор, пока они не падут, или устраивая спорадические мелкомасштабные атаки, но это увеличило бы потери Королевства. Если Сома сможет сосредоточить свои силы на хорошо подготовленном поле боя и встретить нас там, выиграв при этом столько же времени, то именно это он и выберет.

— Значит, он стремится минимизировать ущерб для своего народа?

— Отчасти это так. Но это также логичное решение, если учесть, что будет после войны. Если он уверен, что они одержат победу, то, сколько бы городов мы ни взяли, он сможет их вернуть. Скорее всего, это решение сохранить людям жизнь, которую никак не вернуть, если ее отберут.

— Но тогда… — Муцуми замялась.

— Это значит, что враг уверен, что победит нас. Страшно, — закончил за нее Фуга.

По его словам, то, что было страшным, звучало так, словно ему это нравилось. Фуга был похож на ребенка, которому интересно, что ему подарят на Новый год. Он с нетерпением ждал, что же приготовил для него этот враг.

— Кхм… — Хашим громко прокашлялся, — Однако я не ожидаю, что следующее место, на которое мы нападем, будет таким же. В отличие от всех остальных мест, где мы были до сих пор, нельзя сказать, что потеря этого города не навредит Королевству.

— Город Красного Дракона, верно?

— Да. Он служит щитом, защищающим Парнам с севера, и является резиденцией бывшего генерала военно-воздушных сил Кастора Варгаса. Здесь также обучали кавалерию виверн, так что потеря места, где сосредоточено все это ноу-хау, будет болезненным ударом для Королевства. Это укрепленная крепость, встроенная в склон горы, что делает ее выгодной для обороны, так что... возможно, нам позволили зайти так далеко, чтобы задержать нас здесь?

Фуга скрестил руки и застонал, — Но ведь Сома уже однажды сам брал этот город-крепость, разве нет? Во время восстания Георга и Кастора, если я правильно помню.

— Да. Однако, судя по собранной мною информации, защитников тогда было всего несколько сотен, и ни одной нормальной оборонительной битвы так и не состоялось. Сторона Сомы использовала линкор на суше для бомбардировки города и начала тайную атаку через секретные ходы замка. Думаю, правильнее будет сказать, что он взял город с помощью уловок, а не прямым штурмом.

— Я тебя понял. Поэтому мы, вероятно, не сможем сделать то же самое.

— На этот раз у них будет достаточно защитников, и я уверен, что они запечатали все тайные ходы, которые там были.

— А это значит, что у нас наконец-то начнется настоящий бой.

Фуга с энтузиазмом подхватил Занганто* на плечо. Хашим бросил на него холодный взгляд.

[[п.п.: Занганто — серповидный клинок, достаточно тяжелый, чтобы расколоть землю]].

— Я прошу вас воздержаться от нападения на авангард. Мы не можем знать, когда враг может использовать то оружие, которое запечатывает магию.

— Ты же не хочешь, чтобы они применили его, когда ты будешь лететь на спине Дурги и разобьешься насмерть... верно? — предостерегла его Муцуми.

— Я не хочу уходить таким образом, — хмуро ответил Фуга. Хашим кивнул.

— Эта огромная армия зависит от вашего существования, Ваше Величество. Если вы будете серьезно ранены, все это мгновенно рухнет. Пока мы не знаем, какие планы у врага наготове, единственное время, когда мы сможем ввести вас в бой...

— ...это когда мы будем настолько загнаны в угол, что другого выхода не будет, да? Я понял, — Фуга издал хриплый смешок. Он как будто надеялся, что Сома поставит их в такое положение, что его затащат на поле боя.

Хашим и Муцуми раздраженно пожали плечами.

По слухам, Империя Великого Тигра Хан могла выставить около четырехсот тысяч человек. В это число входили войска бывшего Союза Восточных Наций, половина бывшей Империи Гран-Кэйос и два их вассальных государства, наемники Зема, перешедшие на их сторону, и призывники из этой страны, а также солдаты-беженцы и искатели приключений, добровольно согласившиеся служить под началом Фуги (Ортодоксальное Папское Государство было независимой страной, поэтому их численность не учитывалась).

Кроме сил, сдерживающих Королевство Эйфория на западе, тех, кто отражает атаки Республики на юге, а также нескольких сотен, отправившихся с Ломбардом для поддержки и наблюдения за Ортодоксальным Папским Государством, и тех немногих, кто остался охранять родину... только около двухсот тысяч, половина от общего числа, были направлены на войну с Королевством Фридония.

У обороняющихся фридонцев было сто пятьдесят или сто шестьдесят тысяч человек. Однако им пришлось отправить сорок тысяч из них в Амидонию, чтобы дать отпор ортодоксальному папскому государству, а их знаменитый военный флот не мог быть использован в битве в глубине страны, поэтому прогнозировалось, что они смогут выставить против Фуги лишь сотню тысяч человек.

Солдаты победоносной Империи Великого Тигра были уверены, что смогут победить с преимуществом два к одному, но высшие чины осознавали, что у них всего лишь вдвое больше людей, чем у противника. Даже если бы и был разрыв в количестве войск, Королевство Фридония обладало гораздо большей национальной мощью и технологическим развитием. Это был хитрый противник, который во время войны с бывшей Империей Гран-Кэйос использовал странное оружие, делающее магию бесполезной, и все же Империи Великого Тигра пришлось послать своего второго по силе полководца Шукина и свирепого Мумэя для подготовки к войне с Королевством Эйфория и Республикой.

Считалось, что знания их противников сделают тяжелую битву неизбежной.

Тем временем в Королевстве Фридония люди были напуганы, но не впали в панику от количества войск в армиях Империи Великого Тигра. Это происходило благодаря тому, что новостная программа Королевства постоянно сообщала о передвижениях Империи Великого Тигра. Информация была точной, как будто зритель наблюдал за ними с воздуха, и служила руководством для эвакуации. Эти передачи можно было смотреть даже в городах, уже захваченных Империей Великого Тигра, если у зрителя был простой приемник. Казалось, что Королевство передает только ту информацию, на которую им было все равно, увидит ли ее противник или нет, но Хашим все равно был удивлен ее точностью. Он послал Крахе и всадников на грифонах, думая, что это может быть связано с тем, что за ними наблюдают кавалерийские разведчики виверн, но они ничего не нашли.

Как Королевство могло так точно отслеживать передвижения Империи Великого Тигра? Ответ был найден на высоте, превышающей высоту полета виверн или грифонов.

— Хм... Похоже, Империя Великого Тигра скоро приблизится к Городу Красного Дракона. Нет никаких признаков того, что они потеряли войска, так что наши попытки помешать их отрядам, должно быть, проходят успешно, — пробормотала Серина, высунувшись из гондолы, чтобы посмотреть вниз с помощью телескопа.

Понаблюдав еще немного, она вернулась обратно в гондолу.

Повернувшись к своей попутчице, Комаин, она сказала, — Курс не изменился. Авангардные отряды скоро прибудут в Город Красного Дракона. Отправь сообщение в замок Парнам и Город Красного Дракона.

— Поняла... Отправляйтесь, — Комаин быстро записала то, что сказала ей Серина, а затем выпустила посыльных куи*, чтобы они доставили сообщения адресатам.

[[п. п.: куи (kui) — многозначная фигура в древнекитайской мифологии. Может означать одноногого горного демона или бога дождя Куи, который, по разным данным, похож на китайского дракона (по крайней мере так написано на одном из фандомов). Аналог почтовых голубей в данном случае]].

Эти посланники были обучены высотному полету и скользили к земле под углом. Это было так высоко, что виверны не могли летать, поэтому они опускались на более подходящую высоту, прежде чем раскрыть крылья и продолжить путь к месту назначения.

Закончив работу, Серина и Комаин закрыли окна, которые из-за большой высоты пропускали прохладный ветерок. Почему жены Пончо занимались этим?

— Как вам полет, дамы? Прием, — раздался голос из трубки связи. (Хотя в данном случае это было больше похоже на телефонную трубку из консервной банки).

— Отлично, — ответила Серина, — Мы наслаждаемся элегантным путешествием по воздуху, леди Силл. Прием.

— Ха-ха-ха, я рада это слышать!

Голос принадлежал королеве Силл из Королевства Рыцарей Драконов Нотунг. Ее напарник, Пай Белый Дракон, был тем, кто вез эту гондолу.

— Знаете, — сказал Силл, — наша страна сейчас полностью окружена Империей Великого Тигра. Это затрудняет прибытие торговцев и сказывается на наших поставках. Хорошо, что мы открыли торговые пути с Королевством. Прием.

— Хи-хи. Ну, Венетинова — центр торговой сети Королевства, а наш муж и дети — большие любители поесть, так что у нас много еды в запасе. Уверена, у нас найдется что-то, что придется вам по вкусу. Прием.

— Да. Мы смогли получить много качественных товаров. И вы были достаточно любезны, чтобы предоставить нам значительную скидку, если мы приведем с собой несколько «экскурсантов», когда будем доставлять товары в нашу страну. Прием.

На этом откровенный разговор завершился.

— Действительно. Мне говорили, что представители трехглазой расы очень любят осматривать достопримечательности, так что я уверена, что они вполне довольны таким предложением.

У Комаин, слушавшей рядом с Сериной, было неловкое выражение лица, словно она не знала, как себя вести.

— Эм... Что это было? — спросила она, — Вы обе звучали так коварно.

— Хи-хи. Людям и государствам важно соблюдать приличия, — ответила Серина с улыбкой, похожей на ту, что она носила, когда дразнила Карлу.

Короче говоря, за силами Фуги наблюдали Серина и Комаин, а также представители трехглазой расы, к которой принадлежала доктор Хильда. Они сели в гондолу, перевозившую припасы из Венетиновы в Королевство Рыцарей Драконов Нотунг, и доложили Соме и остальным о том, что, по их мнению, делает внизу Империя Великого Тигра, предоставив точную информацию для программы новостей.

Королевство Рыцарей Драконов Нотунг должно было оставаться невовлеченным в войны между другими странами. Однако не существовало правила, запрещающего им брать с собой пассажиров при доставке припасов в свою страну. Серина и Комаин были гражданскими, а груз не носил военного характера. Что касается представителей расы трехглазых, то они были просто людьми, обладающими очень хорошим зрением.

Что бы они ни увидели во время путешествия и кому бы ни сообщили об этом, рыцарей драконов это не касалось. Они не вмешивались в войны между другими странами, но не могли нести ответственность за то, что могут сделать их пассажиры.

— Не знаю, насколько этот аргумент состоятелен, но... в конце концов, мы на войне, — задумчиво произнесла Комаин.

Серина перестала улыбаться и кивнула, — Мы делаем это для того, чтобы вернуться к счастливому обеденному столу с нашим мужем, Марин и Марон. Давай поможем Его Величеству поскорее уладить этот бессмысленный конфликт.

— Согласна... Я хочу поскорее вернуться к нашему мужу и детям.

Обе кивнули в знак согласия.

◇ ◇ ◇

Посыльный куи, отправленный Комаин, приземлился в Городе Красного Дракона. Его принял бывший управляющий Дома Варгасов Толман, который теперь возглавлял Национальные Силы Противовоздушной Обороны. Он повернулся, чтобы посмотреть на человека позади него.

— Похоже, силы Фуги скоро будут здесь.

— О, п-понятно...

Тот, кто ответил ему пронзительным от напряжения голосом, был нынешний глава Дома Варгасов Карл Варгас.

— Наконец-то все началось, — пробурчал Карл.

На вид мальчику было не больше двенадцати, но он делал все возможное, чтобы выстоять перед лицом страха и давления войны.

Как было видно на примере Айши и Надин, эмоциональный возраст долгоживущих рас был в некоторой степени связан с их внешним видом. У Карла, родившегося от двух драконов, которые жили даже дольше эльфов, физическое и умственное развитие шло медленнее, и он все еще выглядел ребенком.

Однако теперь, когда он стал главой Дома Варгасов вместо отца и старшей сестры, он не мог вести себя как испуганный, охваченный паникой мальчишка. Толман знал это, поэтому продолжал, словно не замечая, как тот напряжен.

— Да. Приказ Его Величества — защитить Город Красного Дракона любой ценой. По совету леди Томоэ мы смогли создать здесь подходящие условия для выращивания виверн; это значительно повысило боевой потенциал Национальных сил воздушной обороны. Если это место будет захвачено или уничтожено, это будет большой потерей для Королевства. Мы также не можем просто позволить врагу пройти мимо. Мы должны либо выиграть время до завершения приготовлений Его Величества, либо отвлечь часть вражеских сил.

— Я знаю это... Именно поэтому Его Величество послал сюда половину военно-воздушных сил и тридцать тысяч солдат.

Его старшая сестра, Карла, была таким же вспыльчивым командиром, как и его отец, Кастор, но Карл брал пример со своей серьезной и спокойной матери, Акселлы. Возможно, ему не хватало той властной ауры, которой обладали его отец и сестра, но его искренний, прямолинейный характер вызывал одобрение у Сомы, других представителей элиты страны и жителей его владений. Он поддерживал Дом Варгасов в трудные времена, когда требовалась ловкая рука во главе государства. Однако открытый конфликт все изменил.

Это была первая война, с которой Карл, не любивший насилия, столкнулся в качестве главы дома. И это была не просто стычка. Он находился на передовой линии великой войны, охватившей весь мир. Вполне естественно, что неуверенность в себе словно раздавила его.

Как раз в тот момент, когда он повесил голову, думая, что его сердце может разорваться...

— Теперь ты командир. Держи голову выше, Карл! — крикнул кто-то.

— А! — Карл выпрямился, услышав этот упрек.

К нему направились двое: с крыльями, рогами и хвостами, как у драконов, и такими же рыжими волосами, как у него самого.

— Отец! Сестра! — радостно воскликнул Карл.

Это были Кастор и Карла, которых, как предполагалось, изгнали из Дома Варгасов.

Дом Варгасов стал пользоваться симпатией, когда выяснились истинные причины восстания Георга Кармина. Успехи Кастора в охоте на кайдзю в Архипелаге Девятиглавого Дракона и защита Карлой Сомы в битве с сидийцами наконец позволили им вернуться. Однако, чтобы как следует ответить за свои поступки, а также потому, что оба нашли достойную работу: Кастор в качестве капитана корабля Хирю, а Карла в как опекун принцев и принцесс, — ни один из них до сих пор не пытался вернуться.

Но поскольку и Королевство, и Город Красного Дракона переживали кризис, Сома приказал им вернуться в свои прошлые владения.

— Прости, Карл, — с улыбкой сказала Карла, — Мы заставили тебя ждать, да?

— Нюх... Да! Я ждал тебя, сестра! — энергично ответил Карл, вытирая глаза рукавом.

Для Карла, которого мучила неуверенность, их возвращение было более обнадеживающим, чем прибытие десяти тысяч солдат.

Кастор подошел к Толману, чтобы поговорить с ним, — Я тоже доставил тебе немало хлопот, Толман. Спасибо, что присмотрел за Карлом.

— Не думайте об этом, господин... Нет, я полагаю, теперь я должен называть вас «капитан»?

— Да. Карл — нынешний глава нашего дома.

— Ну что ж, капитан. Хотя для такого долгожителя, как вы, это, возможно, и не покажется долгим, но, насколько я понимаю, мы уже давно работаем вместе. Для меня, привыкшего таскаться по вашим прихотям, присмотр за вашим искренним сыном не составил никакого труда.

— Резкие слова прямо с порога, да? Мне следовало ожидать этого от моего бывшего управляющего, — с язвительной улыбкой сказал Кастор.

— Отец, — позвал Карл, подходя к нему, — Раз уж вы вернулись, могу ли я передать вам командование нашими силами?

В голосе Карла звучала надежда, но Кастор покачал головой.

— Нет. Мы с Карлой пришли сюда как бойцы. Теперь, как глава дома, ты должна делать все, что в твоих силах, опираясь на поддержку Толмана. Я, конечно, тоже буду тебя поддерживать.

— О-о, нет...

Карл не знал, что сказать после того, как получил отказ. Карла похлопала его по плечам.

— Не смотри так. Никто не просит тебя быть идеальным командиром в одиночку. Мы с отцом оба не справились. Мы чуть не разрушили этот Дом своим твердолобием.

— Сестра...

— Посмотри на битву своими глазами. Если тебе покажется, что твоих способностей не хватает, учись у других. Если не можешь сражаться сам, ободри войска и будь с ними в сердце. Если ты будешь стараться изо всех сил, кто-то увидит это и поддержит тебя.

— Да. Уверен, ты станешь лучшим лордом, чем был я, — сказал Кастор, на что Карла кивнула.

— Чем дольше ты идешь, тем больше рук будут поддерживать тебя, — сказала она, процитировав колыбельную из этого мира.

Эту же колыбельную Джуна пела Соме в первый год, когда он вот-вот должен был сломиться от усталости и напряжения.

Карл поднял голову, — Да! Я сделаю все, что в моих силах!

Его все еще детское лицо было полно решимости. Кастор, Карла и Толман удовлетворенно кивнули.

— О, Боже. Похоже, вам всем весело, — сказал чей-то голос.

К ним подошла новая женщина. Эта женщина тоже была похожа на драконида: у нее был один рог на лбу, драконьи крылья на спине и хвост, но волосы и чешуя были голубыми. Она была одета в морскую форму, похожую на форму Джуны, а на бедре у нее висела рапира.

Перед ними стояла Акселла, дочь Эксель и ее (ныне покойного) партнера, жена Кастора и мать Карлы и Карла.

— Подожди, Акселла?! Что ты делаешь в такой одежде?! — спросил Кастор, широко раскрыв глаза от удивления.

У нее было приятное лицо, напоминающее лицо Эксель, но она была известна как тихая красавица, а не коварная женщина, как ее мать. И все же она была в полной боевой форме. Карла, Карл и Толман потеряли дар речи.

— Подожди... Ты же не собираешься сражаться?! — спросил Кастор.

— О, Боже, — Акселла улыбнулась, — Ты забыл, чья я дочь?

— Герцогини Уолтер, разумеется.

— Да. И я возглавляла морскую пехоту под ее командованием до того, как вышла за тебя.

В этот момент Кастор наконец вспомнил. Со дня их свадьбы прошло полвека, и он уже давно забыл об этом, но Акселла, как и Джуна, была командиром морской пехоты. Выйдя замуж, она сказала Кастору: «Я хочу провести некоторое время вне поля боя, чтобы побыть с нашими детьми как мать», и с тех пор вела жизнь прекрасной леди, но изначально она была солдатом. Возможно, кровожадный характер Карлы (который в значительной степени удалось укротить благодаря обучению Серины) — не совсем вина Кастора.

Акселла покрутилась вокруг себя и показала им, — Давненько я ее не надевала. Я рад, что она все еще впору.

— Конечно, впору. Твоя фигура не изменилась за последние пятьдесят лет...

— Что вы думаете, Карла, Карл? Подходит ли она мне?

Когда она спросила детей, что они думают...

— Не задавай вопросов, на которые мы не хотим отвечать! Это стыдно!

— М-мам...

Карла и Карл как ни в чем не бывало слушали историю о том, как их родители впервые встретились. Толман тем временем отводил глаза, стараясь не попасть впросак. Несмотря на все это, Кастор как-то сумел прийти в себя и с суровым выражением лица повернулся к Акселле.

— Я спрошу еще раз. Ты планируешь сражаться?

— Да, Кастор. Я больше не позволю тебе оставлять меня без внимания, — сказала она, улыбаясь. Но ее глаза говорили совсем о другом, — Тогда я перешла на сторону матери, надеясь хотя бы защитить Карла, но на самом деле я хотела сражаться рядом с тобой. Я никогда не хочу оказаться в положении, когда мне придется наблюдать со стороны, как мои муж и дочь снова сражаются за свои жизни. На этот раз я буду защищать дом и свою семью.

— Акселла...

Ее слова были полны убежденности. Карл был почти тронут ими, но тут... Акселла усмехнулась и захлопала в ладоши.

— Я попросила маму прислать целую кучу пушек и ядер для такого случая. Я приготовила еще кучу всего, так что давайте все найдем им хорошее применение.

Акселла сказала это таким же тоном, как если бы кто-то сказал: «Мои родные прислали нам яблоки, так что давайте съедим их все вместе». Все поняли, что эта женщина, несомненно, дочь Эксель.

— Наш сеньор сказал, что нам не нужно торопить события, — посоветовал Кастор, — мы можем просто потянуть на время...

— Теперь, когда вся семья в сборе, мы должны отпраздновать это с размахом!

— Не говори так легко об опасных вещах! Тебе это нравится?! Тебе ведь нравится, не так ли?!

Акселла вела себя игриво, настолько игриво, насколько может быть игрива взрывчатка, пока Кастор таскался за ней по ее прихоти.

Когда Карла и Карл наблюдали за тем, как их родители ведут себя подобным образом, второй сказал, — Сестра... Их кровь течет в моих жилах, не так ли?

— Да... Точно так же, как и в моих.

— Угу... Я начинаю чувствовать, что могу выложиться по полной.

— Именно таким и должен быть мужчина из Дома Варгасов... так я должна сказать, наверное?

На лицах обоих было невероятно неловкое выражение.

◇ ◇ ◇

Примерно в это же время Лисия пробормотала, — Интересно, все ли в порядке с Карлой и ее родными...

Сейчас в военном зале замка Парнам находились только она, я и Юлий.

Первая серьезная битва с Империей Великого Тигра должна была состояться в Городе Красного Дракона. Республика успешно сдерживала Империю Великого Тигра на своем фронте, Королевство Эйфория находилось в напряженном положении, а Ортодоксальное Папское Государство уже было отброшено назад на амидонском фронте.

Наши товарищи делали все возможное по всему континенту. Чтобы не потратить их усилия впустую, мы не могли позволить врагу прорваться сквозь нас.

— Проблем быть не должно, — сказал Юлий, указывая на Город Красного Дракона на карте, разложенной перед нами, — Город Красного Дракона — это укрепленная крепость. С десятью тысячами защитников они могут продержаться несколько месяцев без пополнения запасов. А если учесть, что их бывшие хозяева, сэр Кастор и госпожа Карла, тоже присутствуют, то моральный дух в замке должен быть высок. Даже Империи Великого Тигра будет трудно взять город.

Хотя Юлий сказал это, Лисия выглядела только более обеспокоенной.

— Но если они собираются справиться с Фугой и его летающим тигром, то это могут сделать только Халберт и Руби или Надин и Айша, верно? Все четверо защищают Парнам. Я знаю, что Карла там, но сможет ли кавалерия виверн справиться с Фугой или Крахе и его кавалерией грифонов?

— Мы все устроили так, что они смогут, — сказал я, прямо глядя на Лисию, — У них есть люди, оборудование и припасы. Я также подготовил для них несколько секретных планов. Если Фуга явится сам, им придется задействовать отменитель магии и спрятаться в замке, но Фуга и его люди не смогут с ними справиться. Если он останется там, одержимый идеей захвата Города Красного Дракона, он будет делать именно то, что мы хотим.

— Согласен. Если бы я был на стороне врага, то вместо того, чтобы преследовать такой проблемный замок, я бы оставил несколько солдат, чтобы держать их под контролем, и двинулся бы к Парнаму. Ведь именно этого мы и не хотим, чтобы они делали.

Лисия кивнула в ответ на слова Юлия, — Ты прав... Скоро у нас здесь будет достаточно проблем, так что нам остается только верить в них и ждать.

— Да. Как только они пройдут город Красного Дракона, между ним и Парнамом больше не будет городов, которые могли бы служить волнорезом. Фуга и его люди прибудут в кратчайшие сроки. Нам нужно закончить подготовку к встрече с ними.

Заметив на лице Юлия несколько сложное выражение, я спросил, — Что-то случилось?

— Нет... Ничего… — На этот вопрос Юлий лишь молча покачал головой.

◇ ◇ ◇

Тем временем в лагере Империи Великого Тигра в горах, окружающих Город Красного Дракона...

— Для начала нам нужно вступить в короткую стычку, чтобы оценить готовность противника к бою, — сказал Хашим.

Вместе с ним собрались Фуга и Мицуми, а также Гатен, Касен, Гайфуку, Крахе и влиятельные командиры из поглощенных ими земель.

— Враг укрылся в замке генерала Кастора. Это ключевой город для Королевства Фридония, где тренируется кавалерия виверн, так что они не оставят его так же легко, как и другие. Я полагаю, что у них здесь есть значительное количество всадников виверн. Если мы попытаемся штурмовать замок, воздушные силы, несомненно, выйдут нам навстречу.

— Тогда пусть моя кавалерия грифонов справится с этой задачей! — Крахе встал, ударив себя в грудь одной рукой, — Грифоны быстрее виверн, и мы можем выполнять более крутые повороты. Мы — воздушные клинки, которых боятся другие народы еще со времен службы в Империи Гран-Кэйос. Я бы не стал говорить так смело, если бы мы выступали против Королевства Рыцарей Драконов, но нет ни малейшего шанса, что Королевство Фридония сможет нас победить!

Крахе говорил уверенно, но Фуга смотрел на него с сомнением, упираясь щекой в ладонь.

— Ты говоришь о многом, но я сомневаюсь, что все будет так просто. Они знают, что ты присоединился к нам, и я полагаю, что Королевство уже приняло меры против грифонов, как ты думаешь?

— Какие бы планы ни выдумывал наш противник, моя эскадрилья, клинки, обученные Святой Марией и предложенные великому Фуге, разрубят их на куски. В нашей последней битве они использовали против нас эту проклятую штуку (отменитель магии), сделав так, что мы даже не могли летать, но и они оказались в таком же затруднительном положении. Не могу представить, чтобы они использовали оружие, которое сделает их собственные воздушные силы неэффективными, так что победитель будет определяться исключительно тем, кто из нас сильнее.

Крахе пылал уверенностью. Исторически сложилось так, что кавалерия грифонов превосходила кавалерию виверн, и Сома опасался их после войны с княжеством Амидония. Кроме того, даже если враг использует отмену магию, у грифонов, в отличие от Дурги, были крылья, и они могли спуститься на поверхность.

Фуга на мгновение задумался... затем кивнул, — Что ж, можешь попробовать. Действуй.

— Как прикажете. Победа будет за вами, мой господин.

С этими словами Крахе развернулся и ушел.

Юный гений Касен посмотрел на Фугу, — Разумно ли это? Сэр Крахе, похоже, легкомысленно относится к врагу...

— Должен согласиться с молодым Касеном, — добавил Гатен, разделяя беспокойство Касена, — Его самоуверенность опасна.

Фуга пожал плечами, — Этот парень много лет сражался как клинок Марии. Мы не сможем исправить эту его гордость, пока ему не придется туго. В конце концов, он даже не участвовал в нашей последней войне с Королевством. Десятки тысяч человек, засевших в Городе Красного Дракона, — ничто против сил нашего масштаба. Если Крахе победит, то хорошо, а если нет, то это не будет иметь большого значения. Если он поумнеет и увидит в Соме и Королевстве угрозу, которой они являются, после того как заставят его страдать, это тоже будет хорошо.

— Не похоже, что ты думаешь, что он сможет победить, — сказал Гатен, чем вызвал бурный смех Фуги.

— В информации, которую я получил от Юриги до того, как она вышла замуж за Сому, никогда не упоминались военно-воздушные силы. Если она могла передавать информацию об островных авианосцах, но не о ВВС, значит, он скрывал от нее их секреты.

— А это значит... что у них есть что-то для нас, — заключила Мицуми.

— Да, — Фуга кивнул, — Мне не терпится узнать, что это такое.

У остальных членов группы было сложное выражение лица, они не знали, стоит ли им сохранять спокойствие или беспокоиться из-за того, как радостно Фуга говорит об этом.

— Докладываю! Кавалерия грифонов и виверн отбилась от войск Империи Великого Тигра! — крикнул солдат, наблюдавший за происходящим со сторожевой башни, — Часть их наземных войск также начала продвигаться к Городу Красного Дракона!

Услышав это, Кастор и Карла вскочили в седла на спинах своих виверн.

— Хи-хи... Знаешь, это действительно возвращает меня в прошлое, отец, — с усмешкой сказала Карла. Кастор кивнул и улыбнулся ей в ответ.

— Я понимаю твои чувства. Мне пришлось остаться здесь и держать оборону форта, когда мы сражались против нашего господина, так что для меня это было еще дольше.

— Разве ты не летал верхом, когда был на авианосце? Вы ведь перевозили виверн, не так ли?

— Я всегда был слишком озабочен тем, чтобы отдавать приказы. К тому же, когда я был в море, управлять крейсером было веселее, чем летать на виверне.

— Похоже, ты в полной мере наслаждался жизнью в море...

Карле было трудно с этим смириться. Пока она находилась в замке, принуждаемая Сериной надевать унизительные наряды, Кастор жил припеваючи в открытом море.

Кастор рассмеялся, — Это весело, когда привыкаешь. Ты должна прийти и поиграть, когда война закончится. Весь корабль будет рад тебе.

— Ты планируешь вернуться на авианосец после войны?

— Сейчас он для меня как дом вдали от дома. Жаль, что я не смог взять его с собой в этот бой. Может быть, мы могли бы попросить Мехадру или носорогов вытащить его.

— Ты же знаешь, что именно это уничтожило оригинальный линкор Альберт. Кроме того, если ты будешь называть его своим домом вдали от дома, Карл и мама расстроятся, понимаешь?

— Нет... Мне начинает казаться, что Акселла, возможно, поедет со мной в следующий раз.

— Похоже, проблемы Карла продлятся еще долго...

Пока они беседовали, к ним подбежали Карл с Толманом.

— Отец, сестра. Я вижу, вы отправляетесь на битву.

— Да, Карл. Предоставь небо нам. Толман, я доверяю Карла и солдат тебе.

— Понял, — сказал Толман с кивком, напоминающим о его днях в качестве управляющего.

— Карл… — сказала Карла, положив руку на голову брата, — Ты хорошо защищал дом все это время. Вот почему я знаю, что мы можем доверить тебе Город Красного Дракона. Убедитесь, что у нас есть дом, куда мы можем вернуться, когда все закончится.

— Да! И удачи тебе, сестра!

Карл смотрел, как Карла удаляется, а Кастор крикнул остальной кавалерии виверн, — Так, пора отправляться в путь!

В состав отряда входили те, кто раньше сражался под командованием Кастора, и те, кто сейчас служил под его началом на борту авианосца Хирю. Для них Кастор был надежным командиром, которому можно было доверять.

— С этого момента больше нет необходимости скрывать отточенные навыки и технологии, которые мы долго держали в секрете! Мы бросим на врага все, что у нас есть! Пусть они увидят, что мы — звезды, когда дело доходит до битвы в небе!

— Да-а-а-а! — Слова Кастора были встречены громкими аплодисментами.

Выслушав аплодисменты, он высоко поднял правый кулак.

— Друзья! Активируйте свои двигательные установки!

По команде Кастора всадники виверн активировали кольцеобразные устройства на седлах своих скакунов. Это были легкие модели двигательных устройств Максвелл, также известные как Малыш Сусуму Марк V Лайт. Они были разработаны после войны с Княжеством Амидония и до сих пор не нашли боевого применения из-за отсутствия войн между странами с тех пор. Халберт использовал эту технологию только во время шторма на горном хребте Звездного Дракона, но теперь она впервые вступит в бой.

— Итак, народ! Давайте промчимся по небу на мечах Его Императорского Величества! — крикнул Крахе со своего места во главе кавалерии грифонов и виверн, вылетевшей из лагеря Империи Великого Тигра.

Если враг сам поднялся в воздух, это свидетельствовало о том, что Королевство Фридония не намерено на этот раз использовать оружие, сводящее на нет магию. Крахе пришел к выводу, что они, скорее всего, планируют прямое столкновение между двумя воздушными силами. Он также считал, что в битве ВВС против ВВС Империя Великого Тигра могла одержать ошеломляющую победу.

Если виверны были бомбардировщиками, то грифоны — истребителями. В отличие от виверн, чьи большие крылья требовали много времени для поворота, крылья грифонов были меньше, что позволяло делать более крутые повороты. Когда они сталкивались лоб в лоб, грифоны одерживали верх. Однако стиль полета грифонов означал, что они быстро устают, поэтому им требовались союзники на вивернах, чтобы прикрыть их.

Кроме того, поскольку Королевству Фридония все еще нужно было оставить воздушные силы для защиты Парнама, у них было только определенное количество виверн, чтобы направить сюда кавалерию. С другой стороны, Крахе мог направить в бой почти все воздушные силы, которые Империя Великого Тигра привлекла для этого вторжения. Имея количественное и качественное преимущество, он чувствовал, что его победа неизбежна.

— Докладываю! Враг также выслал свою кавалерию виверн!

Крахе улыбнулся, глядя вперед и слушая доклад, — Я так и знал! У врага меньше половины нашей численности!

Силы виверн, взлетевших из Города Красного Дракона, в лучшем случае были на сорок процентов меньше сил Крахе. Теперь, когда враг был еще и в воздухе, риск применения магического запечатывающего оружия был полностью исключен, а от рыцаря красного дракона, которого он считал угрозой, не осталось и следа. Крахе был уверен в победе.

— Покажем фридонцам, кто звезды этого неба! Мы сотрем в порошок такую ничтожную силу, как их, в мгновение ока...

— Наступаем!!! — крикнул один из людей Крахе, прервав его.

Кавалерия виверн Королевства, казавшаяся такой далекой, быстро приближалась. Когда глаза Крахе расширились от удивления, они были уже в двух шагах от него.

— Грр! Перехватить...

— Слишком поздно!

Когда Крахе пытался отдать приказ, мимо него с невероятной скоростью промчалась кавалерия виверн Королевства. Он даже не понял, кто это сказал. В отличие от воздушных сил Империи, летевших строем, воздушные силы Королевства просто летели прямо на них. Они даже пролетели мимо, не выпустив из своих виверн огненное дыхание на воздушные силы Империи.

С точки зрения эффекта, все, что они сделали, — это пролетели мимо. Это даже не было атакой. Однако, увидев, как враги проносятся мимо со скоростью, во много раз превышающей возможную, разум Крахе застыл, не в силах отреагировать. Кроме того, когда враг пролетел мимо, раздался сильный порыв ветра, разорвавший строй Империи Великого Тигра.

— Эй! Не подходи!

— Ух ты, не жалуйся мне... Агх!

— Поднять высоту! Вы хотите столкнуться?!

По мере того как они теряли контроль над своими вивернами и грифонами, повсюду стали происходить столкновения в воздухе, а некоторые люди даже падали на землю.

Придя в себя, Крахе приказал своим людям успокоиться, — Ургх! Успокойтесь! Замешательство только на руку врагу!

— Наступают! Еще одна атака слева!

Раздался еще один крик одного из солдат, и слева на них обрушились атаки дыхания виверн, стрелы и магия ветра, выпущенные противником.

Рефлекторно Крахе крикнул, — Всем защищаться!

По его команде воздушные силы Империи начали выполнять оборонительные маневры. Они отражали дыхательные атаки своими, блокировали или уклонялись от других, используя различные методы, чтобы выдержать нападение. Однако им не давали даже минутной передышки.

— А вот и они! — крикнул кто-то.

И тут на них снова набросилась кавалерия Королевства, так же быстро, как и огненные шары виверн, атаковавшие их. Они снова смело пролетели мимо воздушных сил Империи, нарушив их строй, но на этот раз Крахе мог внимательно наблюдать за своими врагами.

У них что-то есть на спине в седле?! Я не знаю, как это работает, но это должно быть источником их скорости. Неужели они хотят компенсировать неумение своих виверн делать крутые повороты, специализируясь на скорости и соревнуясь с нами, используя тактику «бей и беги»? Грр... Как проницательно с их стороны. Пока он думал об этом, воздушные силы королевства улетели вдаль. Их скорость невероятна. Но в то же время это означает, что они потеряли способность проходить крутые повороты. Вот где мы найдем наш шанс на победу!

Найдя решение, Крахе закричал, — Народ! Вас не должны обмануть движения врага! Они быстры, да! Но они не могут так быстро менять направление! Смотрите! После одной атаки они улетели так далеко! Они убегают, и мы не можем атаковать их за то время, которое им потребуется, чтобы развернуться!

Командуя воздушными силами так долго, как он, Крахе не терял времени, выясняя слабые места двигательных устройств.

— Между одной атакой и следующей будет время! Используйте его, чтобы успокоиться и вернуться в строй! Они должны приблизиться к нам, чтобы начать эффективную атаку, поэтому нам нужно только подождать и нанести удар, когда они это сделают! Если мы перехватим их с минимальным перемещением, то неизбежно, что они, которых гораздо меньше, устанут раньше нас!

— Да-а-а-а!

Слова Крахе подействовали на его людей успокаивающе. Военно-воздушные силы Империи удерживали свои позиции и продолжали противостоять ВВС Королевства с минимальным количеством поворотов, готовясь к атаке.

Тем временем в воздушных силах Королевства...

— Отец! Враг приходит в себя!

— Да. Похоже, на их стороне есть способные люди.

Кастор и Карла разговаривали, пока их виверны летели бок о бок. Кастор поглаживал подбородок с озабоченным выражением лица, размышляя о том, что делать.

— План состоял в том, чтобы повергнуть их в еще больший беспорядок и захватить контроль над битвой... но, похоже, Империя Великого Тигра планирует просто сидеть и ждать, пока мы не нападем.

— Напасть на них — все равно что нарваться на подготовленных пикинеров с обычной кавалерией. Может, нас и пронесет, но наверняка будет больно.

Услышав это от дочери, Кастор усмехнулся.

— Да. Я не любитель боли.

В его улыбке чувствовалось спокойствие. Повернувшись и оглянувшись, он крикнул всадникам на вивернах, следовавших за ними.

— Похоже, они думают, что мы не сможем повернуть с этими двигательными установками, и решили поджидать нас! И в обычной ситуации они были бы правы! — Кастор улыбнулся, — Но вы помните, как называется наше подразделение, ребята?!

— Мобильная кавалерия виверн!!!, — отвечали солдаты без промедления.

— К чему вы прикреплены?!

— Авианосцу Хирю!!!

— Кто обучал вас и руководил вами?!

— Капитан Кастор!!!

Если дракушисты Халберта были лучшими из лучших, когда речь шла о наземных операциях, то Мобильная Кавалерия Виверн была элитой в воздухе. Они учились у Кастора на борту Хирю и были надежными людьми, с которыми он ел и спал рядом.

Удовлетворившись их ответами, Кастор посмотрел на Карлу.

— Карла! Мы собираемся сделать это!

— А...?! Это? — Выражение лица Карлы стало немного напряженным.

— Я же учил тебя, не так ли? Ты практиковалась? — спросил Кастор.

— Да, — ответила она, — Я одолжила одну из виверн замка, но это будет мой первый раз, когда я сделаю это в реальной боевой ситуации.

— Ха-ха-ха! Не волнуйся. Это касается нас всех.

— Это совсем не обнадеживает! Да уж… — Даже сказав это, Карла взяла себя в руки.

Если Кастор сказал, что они это сделают, значит, так и будет. Даже после всего того времени, что она провела вдали от дома, Карла все еще гордилась своей выдающейся карьерой в ВВС. Именно поэтому она отрабатывала «эту технику», когда могла найти время, при этом присматривая за принцем Сианом и принцессой Казухой.

Видя энтузиазм Карлы, Кастор повысил голос, — Мужики, после следующей атаки мы используем это! Пришло время показать наш талант и смекалку!

— О-о-о!

Военно-воздушные силы Королевства разразились радостным криком, который эхом разнесся по небу. Даже ВВС Империи смогли его услышать.

— Вот они! Всем приготовиться к ответному удару!

Предвидя новый удар, воздушные силы Империи приготовили свои луки и держали клинки для удара; пасти их виверн были открыты и готовы встретить нападающих своим огненным дыханием. Их действия, казалось, говорили: «Налетай!» И именно так и поступили воздушные силы Королевства.

— Огонь!

По команде Крахе в сторону воздушных сил Королевства полетел залп стрел, магии и пламенного дыхания.

— Что?!

Однако все атаки пролетели под силами Королевства.

В отличие от предыдущих атак, они не просто летели прямо на воздушные силы Империи, а взяли курс, чтобы пролететь над головами своих противников, в результате чего атаки были пропущены. Крахе щелкнул языком, глядя на проносящиеся над головой воздушные силы Королевства.

— Тц... Опять обман. Но им все равно потребуется время, чтобы развернуться. Народ, возвращайтесь в строй, пока они не успели повернуть...

Пока он пытался отдать этот приказ...

— Да, ты можешь так думать! Сделайте это!

По команде Кастора Карла и воздушные силы Королевства отключили питание своих движителей, развернув длинные шеи и хвосты виверн, словно ковбой, раскручивающий лассо. Благодаря импульсу виверны продолжали двигаться в том же направлении, но при этом замедлялись, а их тела были направлены в противоположную сторону. Этот маневр был фактически разворотом в воздухе.

Таким же способом кошки переворачивались и всегда приземлялись на лапы. Изменить направление в воздухе, просто повернув тело, было невозможно, но, вращая шеей и хвостом, они могли развернуть туловища. Повернув виверну, Карла подождала, пока ее импульс угаснет, а затем снова запустила двигатель.

— Нгх! — На ее тело было оказано такое давление, какого она никогда не испытывала.

Она поморщилась от напряжения, но справилась, и вскоре снова летала на воздушные силы Империи. Это была не только Карла. Кастор и кавалерия виверн уже готовились к новому удару по воздушным силам Империи.

В «Мобильной кавалерии виверн» этот маневр прозвали «разворотом Кастора».

Сделать это с обычной виверной было невозможно, но без возможности ускориться в обратном направлении она оставалась уязвимой. К тому же был риск упасть из-за недостаточной подъемной силы, поэтому до сих пор никто не пытался сражаться таким образом. Однако, имея двигатели для придания ускорения, Кастор втайне изучал этот способ ведения боя на борту своего авианосца.

Воздушные силы Империи все еще пытались развернуться. Их спины были полностью открыты для сил Королевства, которые уже развернулись и набирали скорость.

— Атака!

По приказу Кастора военно-воздушные силы Королевства атаковали Империю сзади.

Воздушные силы обычно могли атаковать только то, что находилось перед ними, и вынуждены были бежать или уклоняться от атак, которые приходили с тыла. Позади них было трудно стрелять из луков или использовать магию, а виверны не могли пользоваться своим дыханием. Поскольку они не могли поворачиваться на месте, как это делали наземные боевые единицы, когда враг оказывался у них в тылу, им оставалось только бежать и надеяться, что они смогут сменить направление и дать отпор.

— Что?! Сзади нас?!

— Абсурд! Это не под силу виверне!

— Уф! Мы должны как-то уклониться...!

Эта атака с тыла привела военно-воздушные силы Империи в полное замешательство. Каждый из них метался в поисках решения. Одни ускорялись, пытаясь стряхнуть врага, другие смещались влево или вправо, но это лишь разрывало строй и приводило к столкновениям, усугубляя хаотичную ситуацию. Тем не менее элитная кавалерия грифонов смогла обойти кавалерию виверн Королевства с минимальными перемещениями.

— Успокойтесь! Не позволяйте неожиданным планам врага сбить вас с толку! — Крахе закричал, пытаясь взять ситуацию под контроль, но порыв ветра атаковал и его.

— Я вижу, ты командир! Твоя голова — моя! — крикнула Карла. Она бросилась в атаку на своей виверне.

Налетев на него на большой скорости, она взмахнула мечом, надеясь одним ударом снести ему голову. Крахе, однако, легко увернулся, наклонив своего грифона в сторону.

— Что?!

— Дура! Твои движения слишком прямые!

Крахе напитал магией три коротких меча, прикрепленных к спинке седла, и метнул их в Карлу, которая только что обошла его. Три клинка сомкнулись над ней сзади, и охотник быстро превратился в преследуемого.

— Ургх! Я рассчитываю на тебя, виверна!

Карла сделала еще один поворот, как и прежде, сбив три приближающихся клинка дыхательной атакой виверны. Но как только она попыталась снова ускориться, рапира Крахе сомкнулась над ней.

— Если я успею схватить ее до того, как она ускорится!

— Черт побери! — пробурчала она. Этот парень хорош!

Как раз в тот момент, когда Карла выхватила меч, чтобы дать отпор, сверху на Крахе обрушилась огненная магия, заставившая его рефлекторно остановить своего грифона. Затем между ней и Крахом пронеслась красная тень.

— А?! — вскрикнула она.

Это были Кастор и его красная виверна. Опустившись между ними, Кастор сделал поворот, направив свой двигатель к земле, и снова поднялся между ними. Теперь, когда он хорошо рассмотрел двух своих противников, Крахе наконец понял, кем они должны быть.

— Дракониды? Вы из Дома Варгасов?

— Да. Но теперь я просто драконид без фамилии, — сказал Кастор.

Карла кивнула, — Я нахожусь в похожем положении, но мое желание защитить Дом Варгасов такое же, как и прежде.

— Вот он... бывший генерал ВВС Империи Гран-Кэйос, Крахе Лаваль.

И Кастор, и Карла знали о Крахе.

Сома и остальные сказали им, что если и есть в небе кто-то, кого нужно остерегаться, кроме самого Фуги Хана, так это Крахе. Его бывшая начальница, Мария, предупредила их: «Он может быть немного тщеславным и обладать уникальным чувством эстетики, но он определенно способный командир».

— Значит, меч Святой Марии пал, чтобы стать собакой Фуги, да? — Кастор насмехался, заставляя глаза Крахе вспыхивать от гнева.

— Это вы, люди, опорочили мою любимую святую! Я хотел, чтобы она стояла в первых рядах всего человечества, неся наш флаг! Встреча с королем Сомой заставила ее опуститься до уровня обычной женщины!

— Какая эгоистичность! — Карла злилась, глядя на то, как Крахе говорит об этом, — Ты просто навязываешь ей свои идеалы! Королева Мария — единственная, кто может решать, как ей жить! И сейчас она сияет ярче, чем когда жила так, как хотели люди! Почему ты этого не видишь?!

— Да, она права... Королева Мария теперь так полна жизни, — Кастор согласился, — Летает ли она, помогая слабым, или пачкает руки при ликвидации последствий стихийных бедствий — она всегда прекрасна. Знаешь ли ты, Крахе? Теперь ее называют Ангелом Королевства.

— Ангел?! А-а-а! Ясно! Я вижу! — Лицо Крахе изменилось от ярости до экстаза, — Благодаря тому, что я стал ее врагом, она вновь обрела свое сияние! Даже потеряв страну, пост императрицы и выйдя замуж за этого скучного короля, она сохранила свое сияние, потому что смогла преодолеть все эти несчастья! Это значит, что, дав ей больше поводов для борьбы, я стал для нее тем, чем дьявол является для небес!

— Что не так с этим парнем? Он сумасшедший, — Карла почувствовала отвращение к Крахе.

У него было собственное чувство эстетики и внутреннее повествование, которое объясняло мир так, как было удобно ему. Люди склонны смотреть на мир сквозь призму своих собственных ценностей, но в его случае он зашел слишком далеко. Он никогда не задумывался о том, действительно ли все так, как ему кажется.

То, как он полностью погрузился в свое собственное повествование, не давало покоя всем остальным.

— Думаю, можно сказать, что он чист... в каком-то смысле.

— Отец?

Карла с сомнением посмотрела на своего отца, который проявил признаки понимания.

— Когда-то мы были похожи на него, — пояснил Кастор с язвительной улыбкой, — Ослепленные гордостью воинов и верностью королю Альберту, мы своим упрямством доставили неприятности многим людям. Помнишь?

— Я понимаю, к чему ты клонишь...

Должно быть, он вспомнил о восстании Георга. Карла почувствовала его боль, как свою собственную.

— Мы ведем войну, которую начал твой господин, — сказал Кастор Крахе, — Я не знаю, делаешь ли ты это из верности ему, ради дружбы, гордости воина, эстетики, будущего или чего-то еще... Ты можешь придумывать любые оправдания, но все, что ты увидишь на земле внизу, — это груда трупов. Если ты будешь отворачиваться от суровой реальности, то в итоге навредишь тому, что хочешь защитить.

Его слова были полны убежденности, но до Крахе они не дошли.

— Заткнись! Я буду выполнять отведенную мне роль! Если это нужно для того, чтобы такие великие люди, как лорд Фуга и леди Мария, сияли ярче, я с радостью замараю свои руки! — крикнул Крахе.

Кастор нахмурил брови, — Твоя любовь к «великим» так глубока, что ты потерял из виду все остальные ценности, которые у тебя могли быть. Возможно, все было бы иначе, если бы у тебя была семья или любимый человек...

— Я сказал заткнись!

Крахе замахнулся на Кастора, но тот ускорился и увернулся.

— Карла! Объединим наши атаки, чтобы он не смог воспользоваться преимуществом, когда нам нужно будет ускориться!

— Да, отец!

Откликнувшись на призыв отца, Карла приблизилась к Крахе, замахнувшись клинком.

Крахе уклонился от атаки Карлы и попытался догнать ее, но прежде чем ему это удалось, Кастор завершил разворот и выстрелил в его сторону, и Крахе пришлось уклониться от атаки. Это дало Карле возможность закончить свой поворот и провести еще одну атаку, которую Крахе снова парировал... Так продолжалось некоторое время.

Крахе демонстрировал впечатляющее представление, постоянно отражая атаки двух свирепых воинов, но больше он ничего не мог сделать, и растерянные воздушные силы Империи уже не могли прийти в себя. Так их численно превосходящие воздушные силы были подавлены гораздо меньшими силами Королевства.

В то время как в воздухе разворачивалась великая битва, наземные войска Империи Великого Тигра также наступали на Город Красного Дракона. Это был хорошо защищенный город на полпути к вершине горы, но силы врага наступали, опираясь на численность и мощь. Они проигрывали в воздухе, но не настолько, чтобы потерять контроль над небом. С другой стороны, наземная атака Империи Великого Тигра достигла стен, не подвергаясь бомбардировкам авиации Королевства.

Фуга, наблюдавший за своими войсками из главного лагеря, повернулся к Хашиму и спросил, — Значит, тот замок... Город Красного Дракона, да? Ты ведь говорил, что Сома уже захватывал его?

— Да. Это было во время восстания бывшего генерала армии Георга Кармина, — ответил Хашим, не проявляя интереса. Фуга скрестил руки и застонал.

— Защита выглядит жесткой. Как Сома справился с ней, если он так не любит сражаться? Ты что-то говорил о том, что он использовал линкор на суше, но я нигде не вижу, чтобы это было так.

Видя, как Фуга забавляется, Мицуми с досадой вздохнула.

— Ни одна ситуация не кажется напряженной, когда я рядом с тобой, дорогой. Это облегчает мне жизнь.

— Не будь такой, Мицуми. Мне скучно все время оставаться в главном лагере.

Хашим вздохнул по поводу туристического настроя Фуги.

— К сожалению, похоже, его уже разобрали. После того как его перетащили сюда с помощью носорогов, линкор Альберт пришлось списать.

— Какая жалость, — с улыбкой сказал Фуга.

Тем временем Карл наблюдал за атакой на Город Красного Дракона.

Во время предыдущей битвы между Сомой и Кастором его отправили пожить с Эксель в Лагун-Сити, так что это было первое поле боя, которое он видел. Карл, все еще слишком низкий, чтобы носить доспехи, полагающиеся лорду, стоял на стене, облаченный в одежду, усиленную чарами. Под ним стояла огромная армия Империи Великого Тигра, пытавшаяся захватить Город Красного Дракона. Все эти люди были здесь, чтобы уничтожить Дом Варгасов и забрать его голову. От страха у него ослабли колени, но он продолжал стоять, как лорд.

— Лорд Карл. Вы могли бы подождать в замке, — сказал ему Толман тоном, выражающим беспокойство.

Карл покачал головой, — Нет. Позвольте мне остаться здесь. Вы можете отдавать приказы, сэр Толман, но я как лорд обязан довести дело до конца. Отец, сестра и даже мать сражаются. Единственный способ, которым я, не умеющий сражаться, могу защитить наш дом, — это взять ответственность за происходящее на себя.

Даже когда на них навесили ярлык предателей-мятежников, Карл оставался главой Дома Варгасов, поддерживаемый Толманом и его матерью Акселлой. Может, он и был еще маленьким, но в нем было много стойкости. Наблюдая за ним, Толман, бывший управляющий, удовлетворенно улыбнулся.

— Не бойтесь. Мы не позволим им делать с этим домом все, что им заблагорассудится.

С этими словами Толман принялся за работу, чтобы дать отпор Империи Великого Тигра.

Моральный дух был высок, когда сухопутные войска Империи Великого Тигра атаковали Город Красного Дракона. Армия, собранная для наступления на Парнам, теперь прокладывала себе путь в гору. Они отдавали все силы, чтобы обеспечить гегемонию Фуги в войне с Сомой — это был их последний шанс на продвижение.

Поскольку они знали, насколько грозно Королевство Фридония, если им удастся взять Город Красного Дракона, война будет практически выиграна. Как только это произойдет, остальные страны Морского Союза должны будут прекратить сопротивление. Это означало, что для солдат Империи Великого Тигра это был последний шанс продвинуться вперед и заявить о себе. Кроме того, тот факт, что до сих пор они не встретили заметного сопротивления, а посланные отряды умело оборонялись, привел к разочарованию среди бойцов. Они не были такими фанатичными, как Крахе, но все до единого желали сражаться вместе с великим человеком Фугой в войне, которая определит мир для будущих поколений.

Несмотря на их приподнятое настроение, основные силы, включая таких командиров, как Касен и Гатен, которые были здесь еще со времен Союза Восточных Наций, оставались в тылу. На фронте находились наемники, солдаты-беженцы, а также солдаты из недавно присоединенного Королевства Мелтония и фактически несуществующей Федеративной Республики Фракт. По сути, это были люди, которые хотели продвинуться в мире, но не могли быть большой потерей.

Поскольку время в этой войне было на стороне Сомы, если станет ясно, что взять Город Красного Дракона будет слишком сложно, войска Фуги планировали отрядить часть солдат, чтобы сдержать их, а затем двинуться к Парнаму. Основные силы они держали в тылу, чтобы не истощать их в общем штурме, пока будут прикидывать, насколько целесообразно взять город. Вместо лучших из лучших эти нападавшие были кучей корысти, ничем не отличающейся от бандитов. Если бы они ворвались в город, началась бы кровавая бойня с грабежами, нападениями и резней.

Защитники отчаянно сопротивлялись, чтобы не допустить этого. С высоких стен города они обрушили на наступающие имперские войска дождь стрел и магии...

— К сожалению, мы мало что можем вам предложить, — пробормотал однорогий синеволосый драконид, стоявший на стене и смотревшая вниз на нападавших. Это была Акселла Варгас, дочь Эксель, жена Кастора и мать Карлы и Карла. Впервые за много лет она надела военно-морскую форму и высоко подняла руку.

— Если у нас и есть что-то для вас, так это... Начинайте стрелать!

— Есть, мэм! Начинаем стрельбу!

— Приступить к атаке!

— Начинаем стрельбу!

По этой команде пушки открыли огонь по врагам, устанавливающим лестницы и осадные орудия или стреляющим по стенам из луков и магии.

Хлоп, хлоп, хлоп. Кабум! Хлоп, хлоп, хлоп. Бабах! Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп!

Рев больших пушек раздавался среди непрекращающейся стрельбы львиных пушек. Они обрушивали железный дождь на головы наседающих имперских войск.

Бах! Треск!

— Гвагх!

— Вахххх?!

На войска Империи Великого Тигра обрушилось такое количество пушечного огня, которое, вероятно, было чрезмерным для одного города. Куски железа размером с кулак падали вместе с пушечными ядрами, пробивая шлемы и черепа, а также разрушая лестницы и осадное оборудование. Эксель направила все пороховые орудия флота на защиту города, где жила ее дочь и ее семья.

Однако численность Империи Великого Тигра была подавляющей, и сколько бы их ни погибло, к стенам всегда стекались новые. Это было похоже на орду зомби из фильмов, и имперские войска бесконечно наступали, даже когда их сбивали пушечным огнем. Вдоль стены бой шел либо ровно, либо защитники были измотаны.

Подумать только, желание чего-то добиться, служа под началом Фуги, может быть таким сильным, — подумала Акселла, глядя на происходящее со стены, — Неважно, сколько их товарищей лежит ранеными поблизости, они настолько целеустремленны, что не обращают на это внимания. Чтобы по-настоящему победить Фугу Хана, мы не можем просто выиграть... Вот что имел в виду Его Величество.

Те, кто был очарован грандиозными амбициями Фуги, будут подниматься снова и снова, если Фуга не утратит своей харизматической привлекательности. Они могли победить раз или два, но пока харизма Фуги оставалась нетронутой, Империя Великого Тигра не сдавалась. Даже если бы сам Фуга пал, огонь негодования остался бы в народе, и мир продолжал бы разрушаться, пока рождались бы преемники его наследия.

Чтобы предотвратить это, чтобы полностью победить Фугу и пресечь беду на корню, Сома готовил кое-что. И для Города Красного Дракона он тоже разработал план.

Хорошо, что мы подготовили эту штуку к такому случаю. Акселла повернулась к стоящим позади нее фигурам в капюшонах.

— Если мы хотим сломить боевой дух наших противников, мы должны застать их врасплох, — сказала она, — Прошу вас, окажите мне помощь, обе.

Две девушки подошли к Акселле и представились.

— Ты ее слышала. Похоже, мы понадобились, Мерумеру.

— Не называй меня Мерумеру... Вот почему нас вызвали сюда с места эвакуации в Венетинове. Поездка была бы напрасной, если бы эта штука не смогла появиться.

Из-под капюшонов показались два главы исследовательского отдела королевства, которые теперь, когда Тара и Трилл вернулись домой: сверхученая Женя и высший эльф Мерула. Сначала их эвакуировали в Венетинову по приказу Сомы, но затем по просьбе Акселлы отозвали в Город Красного Дракона.

Сома и Людвин были против того, чтобы они находились на передовой, но интерес к предложению и энтузиазм пары переубедили их. После того как Эксель привела доводы Акселлы, Сома уступил и разрешил им отправиться в путь.

— Мы выводим ее, — сказала им Акселла, — Пожалуйста, приготовьтесь.

— Поняла, — сказала Женя со своей обычной непринужденностью, — Но мы не те, кто будет ее перевозить.

— Потому что наша задача была переделать ее, — кивнув, согласилась Мерула, — На самом деле перемещением будут заниматься сэр Сома и големы Жени. В этом смысле, разве мы не можем сказать, что ты тоже его перемещаешь?

— Возможно, — сказала Женя, — В любом случае, я пойду и свяжусь с сознанием Его Величества через големов, которые стоят рядом.

Акселла кивнула.

— Пожалуйста. А теперь, может, еще больше оживим это место? — Она повернулась, чтобы обратиться к посыльному и Жене, — Передайте артистам приказ начать игру! Мисс Женя, пожалуйста, попросите Его Величество начать двигать эту штуку вместе с музыкой!

— Да, мэм!

— Поняла-поняла!

Через некоторое время после того, как гонец сорвался с места, на стенах зазвучала бравая, зажигательная мелодия. Солдаты с фридонской стороны знали ее. Она звучала в одной из программ токусацу, и они решили, что ее, вероятно, используют для поднятия боевого духа.

После песенной битвы стало известно, что музыка может усиливать магию. Однако солдаты Империи Великого Тигра не знали этой мелодии. Даже если они могли предположить, что враги играют ее для поднятия боевого духа, никто из них не понимал ее смысла.

— Ладно, все! Давайте все вместе споем, чтобы поднять настроение!

Акселла подняла руки над головой, словно дирижер во главе марширующего оркестра.

Тут же зазвучала мелодия, и люди начали подпевать. Жители Города Красного Дракона: старики, женщины и дети, — стояли за вокалом. Они прятались в стенах своих домов с указаниями от Акселлы петь, когда зазвучит музыка.

Что касается мелодии…

«Сверкающий дракон завоевания (версия полного облачения в доспехи)» (Слова: Сома Казуя; Музыка: Джуна Дома)

Clad in hunks of warships, its steel body shines.

Call that when you’re in trouble! The guardian of the world has risen!

Pile! (Driver!) Tail! (Drill!) Tearing apart enemies!

Dragon! (Cannon!) Butt! (Bolt Thrower!) Shooting enemies!

The sparkling dragon of conquest, Me-cha-dra!

[[п. п.: Плохо умею переводить стихи, чтобы оставалась рифма и не терялся смысл, так что оставлю так. Если есть предложения, можете написать в комментариях свои варианты]]

Это была тематическая песня механического дракона Мехадры, появившегося в токусацу Сверхчеловек Сильван. Словно в ответ на их пение, Мехадра появился из леса на склоне горы. Однако со времен битвы с Ооямидзути она изменилась. С новым стальным снаряжением механический дракон выглядел так, словно на нем были доспехи.

Но это было еще не все. Теперь по всему телу у него располагалось дальнобойное оружие, включая пушки линкора и противовоздушные ретрансляционные болтометы. Он действительно выглядел как мехадра в полной броне и был похож на бронированный линкор. Это дополнительное оборудование было создано из останков оригинального линкора Альберт.

Видя, как великолепно он выглядит, войска Королевства ликовали, а солдаты Империи были ошеломлены.

Женя усмехалась про себя, слушая пение, — Теперь, когда истинная природа этого мира раскрыта, мы доказали, что кости, использованные в Мехадре, не имеют ничего общего с горным хребтом Звездного Дракона. Теперь мы можем переделать их по своему усмотрению.

— Не то чтобы это делало использование останков в оружии более удачным, — с досадой вздохнула Мерула.

— Ну, политика Его Величества такова, что он использует все, что может, — сказала Акселла, ухмыляясь этому обмену, — Так пусть же он сделает все возможное, чтобы спасти наш дом с помощью Мехадры.

Словно отвечая Акселле, Мехадра сделала жест, будто ревет, а затем тяжелыми шагами направилась к солдатам за стеной.

— Что это?!

— Не может быть! Я думал, демонов не существует!

— М-монстрррр!

Внезапное появление бронированного механического дракона повергло в панику армию, атакующую Город Красного Дракона. Одного взгляда Мехадры было достаточно, чтобы некоторые из них рухнули вниз с лестниц, по которым карабкались. Они были в замешательстве, хотя на них еще не напали, потому что помнили битву с сидийцами.

На северном конце континента они сражались с гигантским оружием и одержали ожесточенную победу при некоторой помощи горного хребта Звездного Дракона, но их потери были велики. Они опасались, что их сметут вспышкой света. Когда Мехадра опустила передние лапы на землю, установленные на ее спине пушки линкора нацелились на войска Империи Великого Тигра.

Бум! Бум!

Они начали уничтожать осадные орудия, например таран, подведенный к воротам. Многие солдаты разлетались от взрывов, что только усиливало хаос. Чем больше запутывалась ситуация, тем легче было атаковать со стен, и стало трудно определить, какая сторона атакует. Женя и Мерула наблюдали с вершины стены за тем, как имперские войска оттягиваются то в одну, то в другую сторону.

— Ага. Похоже, перезарядка идет нормально.

— Это твои големы стреляют, да?

— Верно, — Женя кивнула, — Часть сознания Его Величества управляет Мехадрой, но перезарядка, прицеливание и стрельба осуществляются по моему приказу.

— Нам повезло, что враг впал в панику. На самом деле это не так уж сильно отличается от использования линкора на суше, не так ли? В конце концов, Мехадра не предназначена для противопехотного оружия.

Как отметила Мерула, движения Мехадры были медленными и тяжелыми. Этого вполне достаточно для борьбы с одним кайдзю, но броня у него была не хуже, чем у линкора. Если бы имперские войска вернули себе самообладание и сосредоточили свои атаки, то долго бы не продержались.

— Это правда. На самом деле это всего лишь изящная уловка, — признала Женя, — Мы не можем позволить им захватить Город Красного Дракона. Но в то же время, если они обойдут его и направятся прямиком в Парнам, у нас будут проблемы. Мы хотели бы задержать их здесь на несколько дней, а Мехадра — удобный способ привлечь их внимание. Надеюсь, враг решит, что она будет представлять угрозу для их продвижения, если они решат оставить ее в покое.

— Неужели все так хорошо сложится?

В главном лагере войск Империи Великого Тигра, на который Мерула смотрела с беспокойством, Фуга улыбался от радости. Поскольку Мехадра была такой большой, он мог разглядеть ее даже на таком расстоянии.

— Это тот самый механический дракон, о котором говорила Юрига! Он очень крутой!

— Да, ты как раз из тех, кому нравятся такие вещи, дорогой… — с досадой сказала Мицуми.

— Угу, — кивнул Фуга, — В одном из отчетов Юриги много лет назад она говорила, что он использовал механического дракона для борьбы с кайдзю на архипелаге Девятиглавого Дракона. Так ли это? Интересно, что заставляет его двигаться?

— Важнее другое: все ли в порядке? Твои люди впадают в ступор, — заметила Мицуми.

— Хм-м… — Фуга погладил подбородок, — Знаешь... он не так опасен, как тот гигантский гриб, который защищал демонов... наверное, мне следует называть их сидийцами? Во всяком случае, он не стреляет такими световыми атаками, как та штука.

— Действительно. Я подозреваю, что оружие, которое мы видим, не представляет особой угрозы, — сказал Хашим и повернулся к посыльному, — Передай людям на фронте, чтобы их не вводил в заблуждение его внешний вид. Этот дракон может стрелять только из пушек. Скажи им, что это что-то вроде осадной башни, которую можно использовать даже на плохой местности, и пусть они сохраняют спокойствие и поступают с ней соответствующим образом.

Проследив за тем, как гонец кивнул и побежал к линии фронта, Фуга посмотрел на Хашима.

— Итак, на твой взгляд, возможно ли взять город?

— Если мы готовы потратить время и понести значительные потери, — пожал плечами Хашим, — Однако чем больше времени мы потратим на этот город, тем больше будет расти преимущество Сомы. Это тем более верно, если, как вы сказали, лорд Фуга, у него на уме какой-то план.

— Да, не сомневаюсь. И что теперь?

— Думаю, нам следует оставить солдат, чтобы они удерживали их на месте, и немедленно двигаться дальше. Ведь именно этого меньше всего хочет от нас Сома.

— И делать то, чего враг не хочет, — это значит побеждать на поле боя, да? — Фуга кивнул, — Понял. Прикажи наземным войскам прекратить атаки и немедленно отступить. И передай воздушным силам, чтобы они продолжали сдерживать врага, а затем вернулись, если враг отступит.

— Понятно.

Когда Хашим ушел, Фуга, скрестив руки, посмотрел на Мехадру, бесчинствующую вдалеке. В его глазах была радость... и одновременно грусть.

Заметив это, Мицуми спросила, — Что-то случилось, дорогой?

— Да нет, я просто подумал, как весело наблюдать за всем тем, что появляется, когда ты вступаешь в войну с Сомой.

— И все же... ты выглядишь грустным?

— Да, это весело и все такое, но... я не смогу наслаждаться этим вечно, — ответил Фуга с небольшой улыбкой, — Либо это моя победа, либо Сомы. Возможно, еще долго не будет такой большой войны. Если я выиграю, то смогу объединить нации человечества на этом континенте. Если победит Сома, то возникнет свободная федерация государств, подобная Морскому Альянсу. Тогда отпадет необходимость в больших войнах. Эти времена заставляли мою кровь бурлить, а сердце биться... и они подходят к концу.

— Из-за того, что Юрига рассказала тебе о...?

— И это тоже, — Фуга кивнул с язвительной улыбкой, — В конце концов, в нашу последнюю встречу она поставила временные рамки для моей мечты.

— Я уверена, что Юрига хотела остановить тебя... чтобы ты мог перейти к другому делу, — сказала Мицуми. Она знала, как обстоят дела и что чувствуют эти брат и сестра.

Фуга, глядя прямо перед собой, сказал, — Даже если это так, я просто продолжу мчаться вперед. Чтобы дать ответ этой эпохе.

— Ты такой неловкий.

— Я тоже так думаю.

Фуга и Мицуми приблизились друг к другу, наблюдая за отступлением своих войск.

Тем вечером Фуга выступал перед своими генералами.

— У нас нет времени на взятие Города Красного Дракона, — сказал он, — В Королевстве Фридония много настоящих интриганов, и Сома — один из них. Если мы дадим им время, есть риск, что они придумают план, который мы не сможем разгадать. Чтобы предотвратить это, мы должны перерезать ему горло быстрее, чем они ожидают.

— Значит, вы предлагаете оставить Город Красного Дракона в покое? — спросил Гатен, и Фуга кивнул.

— Верно. Но мы сохраним силы, чтобы убедиться, что они не ударят по нам сзади... Крахе.

— Да, сэр! — Крахе шагнул вперед, когда его позвали.

— Вы сражались с кавалерией виверн Королевства, верно? Возможно ли остановить их?

— Да, сэр! Оборудование, которое они используют для ускорения в воздухе, доставляет много хлопот, но я подозреваю, что оно также должно создавать значительную нагрузку на наездника. Похоже, оно не приспособлено для длительного использования. Если мы продержимся и измотаем противника, то, возможно, не добьемся превосходства в воздухе, но, по крайней мере, сможем предотвратить атаку с тыла. Пожалуйста, позвольте мне взять на себя эту задачу.

Глаза Крахе были полны решимости. То, как военно-воздушные силы Королевства сыграли с ним в тот день, всколыхнуло его гордость как специалиста по воздушному бою.

— В следующий раз я точно выиграю, — добавил он.

Фуга кивнул, — Тогда мы поручим генералу Крахе его воздушное подразделение, а также отряд из десяти тысяч сухопутных войск. Если солдаты в Городе Красного Дракона попытаются броситься в погоню, защитите нас и разгромите их.

— Да, сэр! Как прикажете!

И тогда было решено, что Крахе останется в Городе Красного Дракона, а Фуга поведет главные силы на сам Парнам. Между ним и столицей не осталось ни одного города, так что схватка между двумя лидерами была совсем близко.

Так он думал, но тут случилось то, чего не ожидал даже Сома...

◇ ◇ ◇

Сегодня, как и всегда, я находился в кабинете по правительственным делам в замке Парнам, занимаясь канцелярской работой.

Даже во время войны бумажная работа не прекращалась. На самом деле война создавала еще больше необходимой бумажной работы, и я поручил Лисии и Юриге помогать мне разбираться с тем, что попадалось на пути. Вопросы стратегии и военного командования я доверил стратегу Юлию, главнокомандующей Экселю и советнику Людвина Каэде, поэтому для нас не было проблемой сосредоточиться на бумажной работе. Но это не означало, что мы не были обеспокоены текущей ситуацией.

Даже в этот самый момент проливалась кровь моего народа. Я готовился и готовился, пытаясь убедиться, что ничего из того, что я не предсказал, не произойдет, но это было нервное занятие, когда я чувствовал себя так неспокойно. Особенно сейчас, когда рядом не было детей, которые могли бы меня успокоить.

В комнату вбежали Айша и Надин.

— Ваше Величество. Империя Великого Тигра сдалась после того, как атаковала Город Красного Дракона всего один день! — сообщила Айша, — Они оставили лишь небольшой отряд, чтобы сдерживать наши силы, и теперь направляются к Парнаму!

— Юлий и остальные говорят, что готовы встретить их в бою, когда понадобится, — доложил Надин.

Должно быть, они получили посыльного от Серины, которая наблюдала за ними с неба.

Я отложил перо и задумался. Ясно... Значит, Фуга и его люди не зациклились на захвате Города Красного Дракона, да?

— Это близко к нашим худшим прогнозам. Я думала, они будут ждать и наблюдать хотя бы два-три дня, — сказала Лисия.

— Они слишком легко сдаются, — фыркнула Надин, — У войск Империи Великого Тигра нет хребта.

— Нет, я думаю, они не хотели дать вам выиграть время, — предположил Юрига, — Я не могу сказать, было ли это связано с предложением советника Хашима или с дикими инстинктами моего брата.

Здесь были только я, Лисия, Айша, Надин и Юрига, что означало, что все мои жены, оставшиеся в столице, собрались в одном месте.

— Дела идут медленно, но... это ненадолго, — вздохнул я, глядя на святилище камиданы, украшавшее кабинет, — Мао, как идут приготовления?

— Это займет еще немного времени.

— Вау?! — Юрига отступил назад, когда в комнате внезапно появился образ Мао и ответил.

Лисия и остальные не удивились, но, вероятно, это было связано с тем, как долго они были рядом со мной. Юрига тоже давно в этой стране, но только сравнительно недавно мы смогли посвятить ее во все, и должно пройти какое-то время, прежде чем она привыкнет к этому.

— Каков общий прогресс?

— Около девяноста процентов. Материалы уже собраны, так что, думаю, сегодня или завтра все будет готово, но еще больше времени уйдет на их транспортировку в каждую точку.

— Мы действительно близки к цели...

Мои плечи опустились. Я хотел закончить его до того, как Фуга нападет на Парнам, но это оказалось непросто. Я сказал Мао продолжать работу, а затем попросил ее уйти (или, скорее, исчезнуть, поскольку она была проекцией).

Откинувшись в кресле, я испустил долгий вздох.

— Хотелось бы, чтобы они теряли время подольше...

— Город Красного Дракона — важное место, которое мы не можем оставить без внимания. Мы крепко защищали его, но, может быть, нам стоило попросить Карлу и остальных сразиться в более болезненной битве? — предложила Лисия.

Я покачал головой, — Нет. Ни Фуга, ни Империя Великого Тигра не являются настолько легкими противниками, чтобы мы могли защищаться от них, сдерживая удары. Если бы мы хоть немного ослабили бдительность, город Красного Дракона пал бы, и могли бы произойти ужасные вещи.

— Ты прав...

— Вдвоем Фуга и Дурга смогут взять замок в одиночку, — пробормотала Айша, скрестив руки.

Способность Фуги выпускать молнии на уровне дракона в сочетании с высокой мобильностью Дурги представляла собой опасную комбинацию. Если крепость не была должным образом подготовлена, он легко мог сам пробить ворота. Чтобы защититься от его дикой силы, оборона должна была быть сверхпрочной и способной заставить врага сомневаться, не случилось ли чего с Фугой.

Я поднялся со стула и обратился к остальным четверым, — В любом случае, между Городом Красного Дракона и Парнамом нет места, где мы могли бы обороняться. Фуга и его люди приблизятся сюда в самое ближайшее время. Я уверен, что Эксель уже готовится встретить их в бою, но мы тоже должны идти.

— Да.

— Да, сир!

— Принято!

— Хорошо.

Лисия и остальные кивнули. Наконец-то пришло время встретиться с Фугой лицом к лицу. Или я так думал…

— Что это значит?!

После того как Фуга и его люди отказались от нападения на Город Красного Дракона, мы получили сообщение, что на следующий день они уже направляются в Парнам. Выслушав один отчет, я ворвался в военный кабинет вместе с Лисией и Айшей.

Юлий был там с мрачным выражением лица, Эксель прятала свое за веером, а Каэде беспокойно озиралась по сторонам.

Я подошел к Юлию.

— Между этим городом и городом Красного Дракона нет ни одного пригодного для обороны города! Оставалось только встретить Фугу в бою у Парнама! Вот почему мы договорились не оставлять войска в замках и крепостях по пути следования Империи Великого Тигра!

— Да... наверное, так и было, — сказал Юлий, и выражение его лица не изменилось, когда он кивнул.

Теперь, когда он признал это, я вцепился ему в лицо, даже не пытаясь скрыть, насколько я взбешен.

— Тогда почему отряды удерживают свои позиции?!

В полученном мной отчете говорилось о том, что в покинутых крепостях и эвакуированных городах по маршруту вторжения все еще остаются отряды.

— Ваше Величество... Пожалуйста, успокойтесь, — успокаивающим тоном вмешалась Эксель.

Однако в этот момент я никак не мог успокоиться.

— Ни один из этих городов или замков не сможет противостоять такой огромной армии! — воскликнул я, схватив Юлия за воротник, — Если они продержатся там со своими мизерными силами, их просто одолеет и раздавит враг! Ты должен немедленно отозвать эти подразделения!

— Я… — Юлий сделал паузу. Глядя мне прямо в глаза, он закончил, — не могу этого сделать.

Я отдал ему королевский приказ. В этом не должно было быть ничего странного, однако, как ни странно, он отказался его выполнять.

Я удивленно моргнул.

— Почему...?

— Потому что они сами этого пожелали, — ответил Юлий, стиснув зубы.

— Сами? Кто возглавляет оставшиеся подразделения?

— Генерал Оуэн Джабана и мой родной дед, генерал Герман Ньюманн.

Старик Оуэн и Генерал Герман?! Они должны были участвовать в этой операции только как отдельные командиры. Почему они защищают такое место?!

Я посмотрел на Юлия, — Ты сказал, что это их собственная воля, верно? Ты что-то знаешь, Юлий?

— Да... Они позвали меня на беседу прежде чем началась эта война.

С страдальческим выражением лица Юлий начал рассказывать эту историю.

◇ ◇ ◇

— О чем ты хочешь поговорить, дедушка Герман?

Однажды, когда приближалась война с Империей Великого Тигра, Юлий посетил владения Германа в Амидонии.

На днях он получил послание: «Я хотел бы, чтобы ты пришел ко мне домой, не предупредив Его Величество и Ророа. Это не срочно, но, пожалуйста, приезжай как можно скорее».

Как только Юлий прибыл в поместье Германа, управляющий провел его в гостиную. Вместе с Германом там находился еще один мужчина — гора мускулистых мышц.

Я видел его в замке и раньше. Кажется, личный тренер Сомы, сэр Оуэн.

Пока Юлий размышлял, Герман заговорил.

— Хорошо, что ты пришел, Юлий. Присаживайся, — сказал он, указывая на диван напротив них.

Несмотря на чувство подозрительности, Юлий сел.

— Дедушка, сейчас у нас много дел, но может быть, тебе что-то нужно? Поскольку скоро начнется война с Империей Великого Тигра, я сейчас не очень свободен...

— Я знаю. Я хотел кое-что сказать о той войне.

— Той войне?

Увидев подозрение на лице Юлия, Герман и Оуэн посмотрели на него теплыми глазами.

Затем, не сводя глаз с Юлия, Герман сказал, — Юлий. Теперь ты стратег Его Величества, не так ли?

— Хм...? Да. Что с того?

— Значит, ты понимаешь слабость Его Величества?

Юлий задумался над словами Германа. Когда ему задали вопрос, Юлий подумал, что у Сомы их так много, что трудно ответить. Но Герман и Оуэн ждали, что он ответит, и Юлий ответил.

— Если говорить о слабостях... Он не обладает боевыми способностями и иногда придумывает нестандартные стратегии, но затем оставляет детали своим помощникам. Он не выделяется как король и не может возражать королевам. Он настолько не зациклен на своей власти, что позволяет Халберту и мне разговаривать с ним небрежно. Если говорить о личной харизме, то он не только уступает Фуге или королеве Марии, но и проигрывает главе Ку, королеве Шабон и королеве Силл.

— Довольно суровая оценка.

— Но мы, его подчиненные, более чем способны восполнить эти недостатки. Истинная ценность правителя заключается не в его собственных талантах, а в качестве и количестве людей, служащих ему. В этом отношении Сома — правитель, превосходящий даже Фугу и королеву Марию.

В этот момент Юлий откровенно оценивал Сому.

С точки зрения способностей, у Сомы могли быть странные идеи из другого мира, но Юлий чувствовал, что у него есть преимущество перед Сомой в боевых искусствах и стратегии. Однако его правление было недолгим, в то время как правление Сомы казалось надежным. По мнению Юлия, главная причина этого заключалась в том, что, несмотря на разницу в могуществе их стран и ситуации, в которой они оказались, Сома сумел нанять способных подчиненных, оценить их и заставить работать.

В Княжестве Амидония Юлий оттолкнул свою способную сестру Ророа и друга Колберта, окружив себя только милитаристами, как и его отец, Гай. Это сузило его поле зрения, и его правление рухнуло вскоре после того, как он унаследовал трон. Однако в королевстве Ластания его поддерживали Тиа и ее родители, король и королева, а также такие надежные товарищи, как Джирукома и Лорен. Примирившись с Сомой и Ророа, он смог защитить страну от очередной волны демонов.

То, чему Юлий научился в ходе своих неудач и разочарований, было тем, что Сома умел делать всегда. Юлий считал, что именно это дает ему право быть королем.

Герман удовлетворенно кивнул на ответ Юлия, — Я уверен, что ты прав. Как твой дед, я горжусь тем, что ты пришел к такой точке зрения... Но здесь кроется ловушка, в которую попадает Его Величество.

— Что ты имеешь в виду...?

— Его Величество умеет нанимать способных подчиненных и доверять им выполнение задач, которые он перед ними ставит. Короче говоря, это означает, что он человек, который ценит своих подчиненных... Иногда даже слишком, — Герман смотрел прямо на Юлия, продолжая, — Это самая большая слабость Его Величества. Он не может относиться к своим слугам как к пешкам.

Юлий сглотнул. Он был так же умен, как Хакуя; поэтому он знал, к чему клонит Герман и почему его вызвали сюда одного... Взглянув на это в свете нынешней ситуации в стране, он смог найти ответ.

— Сэр Юлий. Вы ведь тоже это понимаете? — спросил Оуэн, который до сих пор хранил молчание, — Полные подробности до нас не дошли, но мы можем сказать, что Его Величество, премьер-министр в черном, герцогиня Уолтер и вы сами работали над стратегией войны с Империей Великого Тигра. И я знаю, что вы хотите сделать все возможное, чтобы выиграть время для реализации этого плана.

Юлий ничего не ответил.

— Если речь идет о том, чтобы выиграть время, то есть один способ сделать это. Пусть его подчиненные сражаются насмерть и рискуют своими жизнями, выигрывая это время.

— Ну, да, но... Это не то, чего хочет Сома!

— Уверен, что так и есть, — Оуэн кивнул в знак согласия, — Его Величество заботится о своих людях. При том высоком уважении, которое к нему питают люди, если бы он сказал погибнуть за страну, многие бы так и сделали, но он не из тех, кто может это приказать. Это черта, вызывающая симпатию. Однако... если он не сможет выиграть достаточно времени и столкновение с Империей Великого Тигра произойдет раньше, чем будет готов его план, это может привести к еще большим жертвам. И если это произойдет, то пострадают его подчиненные.

— Итак... вы двое добровольно соглашаетесь стать жертвенными пешками?

Юлий покачал головой. Это было исключено.

— Вы же знаете, что Сома никогда этого не допустит, — сказал он им.

— Конечно, мы не собираемся получать разрешение. Мы будем действовать по собственному усмотрению, исходя из ситуации, которая сложится перед нами. Солдаты и подчиненные, которых мы возьмем с собой, были тщательно отобраны и добровольно согласились на это.

Оуэн сардонически улыбнулся.

— Их оказалось больше, чем я ожидал, знаете ли. Эта битва с Империей Великого Тигра... Если мы проиграем, это будет катастрофа, но даже если мы победим, многим из нас, старым солдатам, больше негде будет блистать. После уничтожения Империи Великого Тигра почти все страны мира стали нашими союзниками. Я уверен, что Его Величество задумывался о том, что будет в мире после этого, но у нас не хватит выносливости и продолжительности жизни, чтобы последовать за ним. Когда тебе столько лет, сколько нам, трудно изменить образ жизни. Поэтому, по крайней мере, мы хотели бы заложить фундамент для будущего молодых людей.

— Но...

Юлий искал контраргумент, но не мог сформулировать его. Он был лучшим спорщиком, но эти двое говорили не логически, а убежденно. Он не мог придумать, что сказать, чтобы убедить их.

— Дедушка Герман. Ты огорчишь Ророа. И Тиа тоже.

В итоге из уст Юлия вырвался банальный призыв к чувствам их семьи. Обычно суровый Герман при этом расплылся в улыбке.

— Просто услышав это от тебя, я могу уйти без всякого сожаления.

— Не глупи! Тебя это устраивает? Заставлять своих внуков плакать?

— Я говорю от чистого сердца. Я видел, как вы с Ророа, двумя внуками, которых оставила мне дочь, помирились и пошли вперед вместе. Кроме того, Ророа родила Леона от Его Величества, а у тебя и госпожи Тии появился Тиус. Будучи воином, я никогда не знал, когда могу погибнуть на поле боя, но дожил до правнуков. Разве может быть более приятная жизнь, чем эта?

— Его Величество для меня как внук, — сказал Оуэн и разразился бурным смехом, — Ведь это я воспитал из этого слабака мужчину. Когда я увидел, что он готов вступить в драку с какими-то головорезами, меня переполняли эмоции. Так что для меня все дети Его Величества — мои правнуки.

Оуэн перевел взгляд на Юлия.

— Сэр Юлий, — продолжил он, — Мы не собираемся понапрасну лишать себя жизни. Если план Его Величества пройдет гладко, мы спокойно выполним его приказ. Однако... если мы увидим, что возникли проблемы и необходимо выиграть время, мы будем действовать по собственному усмотрению. Я хотел, чтобы вы и герцогиня Уолтер знали об этом.

— Герцогиня Уолтер знает?!

Судя по тому, что до Сомы и Юлия не дошло ни слова, Эксель, должно быть, решила хранить молчание на случай, если то, что они предлагали, окажется необходимым. Это было против воли Сомы, но именно Сома превратил эту страну в место, где каждый работает по-своему, не так, как он задумал, но на благо нации.

Даже если потом Сома рассердится, способность действовать по собственной инициативе была сильной стороной этой страны. Юлию ничего не оставалось, как отказаться от попыток убедить их, и его плечи опустились.

— Вот два письма от меня, — сказал Герман, — Если что-то случится, передай их Его Величеству и Ророа.

Оуэн протянул ему еще одно, — Мое — для Его Величества.

На лице Юлия появилось страдальческое выражение, но в конце концов он принял письма и положил их в карман. Он мог только надеяться, что не наступит момент, когда ему придется отдать их адресатам.

◇ ◇ ◇

Однако, вопреки надеждам Юлия, он передал эти письма мне.

Дрожащими руками я вскрыл конверт, запечатанный воском с гербом Дома Джабана, и достал письмо. Треть его составляли извинения за действия без приказа. Он также просил, чтобы я не винил ни Юлия, ни Эксель, которые молчали только из уважения к его чувствам и не несли никакой ответственности за его действия.

Оставшиеся две трети были посвящены его воспоминаниям обо мне.

Он рассказывал о том, как ему нравилось обучать меня, как личному тренеру и советчику; как он был счастлив кататься на велосипеде, который мы с Ророа использовали во дворе; как он радовался, когда мои дети называли его Дедушкой Оуэном... Все это было немного странно.

Примерно в тот момент, когда мои глаза настолько увлажнились от слез, что я уже не мог разобрать буквы, я увидел внизу письма следующее.

«Я думаю, что даже если бы мы не бросились в эту глупость, у вас уже был план, который разгромит Великую Империю Тигра. Однако безупречная победа не обязательно лучшая. Она приводит победителей к гордыне и оставляет тьму в сердцах побежденных. Осознание того, что обе стороны понесли потери, заставляет победителя оставаться осторожным и приносит утешение проигравшим».

Закончил он так:

«Ваше Величество... Пожалуйста, не забывайте эту боль. Это мой последний урок вам».

— Старик Оуэн...

Я передал письмо, помятое от того, как крепко я его держал, Лисии и Айше. Они прикрыли рты, когда прочитали его, и старались не растеряться, когда потекли слезы.

Мы еще не читали письмо Германа. Вероятно, в нем было что-то похожее, и я хотел прочитать его вместе с Ророа, когда битва закончится. Да. Как только битва закончится.

— И-ик?!

Каэдэ подпрыгнула от удивления, а я посмотрел на Юлия, Эксель и своих советников... Должно быть, мое выражение лица было довольно пугающим. Я ударил себя по лицу и посмотрел прямо на Юлия и остальных.

— Я не буду сейчас никого обвинять. Оуэн и Герман этого не хотели бы. Но я выскажу вам все, что думаю! Как только эта война будет выиграна!

— Да, сэр!

Все ответили мне согласием.

◇ ◇ ◇

На пути вторжения в Парнам горели старый форт и город-крепость.

Во всех городах и крепостях, с которыми сталкивались войска Империи Великого Тигра, за исключением Города Красного Дракона, защитники либо сдавались без серьезного сопротивления, либо быстро уходили. Поначалу захватчики ожидали, что и с этими двумя все будет так же, но оказалось, что старый форт — это импровизированное укрепление, которое поспешно восстановили. Что касается города, то он был невелик, и жители уже покинули его.

После ухода защитников войскам Империи нужно было оставить лишь часть войск, а затем основные силы двинулись бы прямо к столице. Однако после отступления основной массы вражеских защитников часть осталась, затворившись внутри баз. Их количество исчислялось сотнями, и силы Империи тщетно пытались убедить их не сопротивляться, но эти остатки были упрямы и не желали слушать. Поэтому Фуга приказал взять эти две базы силой.

Однако, поскольку дикие инстинкты подсказывали ему, что в этих двух местах есть что-то тревожное, он не стал ввязывать в бой своих лучших солдат, предоставив наемникам и новичкам вести штурм. Все предполагали, что битва закончится менее чем через час, даже если небольшие силы противника укроются за этими не слишком прочными укреплениями. Но обе базы оказали упорное сопротивление.

Между силами Королевства, готовыми сражаться буквально до последнего человека, и силами Империи, уверенными в своей победе, но понимающими, что если они пострадают здесь, то потеряют шанс отличиться в главном сражении, была большая разница в боевом духе. В итоге бой оказался сложнее, чем ожидалось, и войска Империи были вынуждены перестать вести себя высокомерно и стать серьезнее.

И вот, когда имперским войскам удалось прорваться в крепость...

Бабах!!! Обе базы почти одновременно взлетели на воздух в столбе пламени и черного дыма, вызвав сотрясения даже в главном лагере Фуги. Остатки войск набили базы взрывчаткой и, почувствовав, что настал конец, взорвали себя вместе с наседающими имперскими войсками.

Фуга вскочил на ноги, увидев, что небо охвачено пламенем.

— Не может быть! Они взорвали себя, чтобы забрать наши силы с собой?!

— Похоже, что так оно и есть… — Ответ Хашима был спокойным, но выражение лица было таким, словно он только что откусил что-то неприятное, — Это довольно неожиданно... видеть, как Королевство использует своих собственных солдат в качестве жертвенных пешек. Нужно поспешить проверить, нет ли в других разрушенных нами городах ловушек.

Готовясь к этой кампании, в лагере Фуги тщательно проанализировали, каким правителем является Сома, а также мнение Фуги о нем как о человеке. Они пришли к выводу, что Сома будет уделять первостепенное внимание минимизации потерь и снижению ущерба, наносимого конфликтом. Такие шаги, как выбрасывание своих людей в качестве жертвенных пешек, разрушение плотин, вызывающее наводнения, которые также ложатся бременем на его людей, и тактика выжженной земли, например разрушение городов, были маловероятны для него.

Это было верно до этого момента на пути вторжения, поскольку Сома продолжал делать выбор, сохраняющий граждан и их города. Однако теперь он пожертвовал своими людьми и разрушил город. Это был дикий ход, который перечеркнул все их предположения и заставил пересмотреть всю стратегию.

Фуга и его люди не могли предположить, что это подчиненные Сомы действуют по собственной инициативе. Как только Хашим поспешил покинуть основной лагерь, чтобы убедиться во всем самому, Мицуми подошла к Фуге.

— Как ты думаешь... эта стратегия действительно была приказом господина Сомы?

— Да, нет... Наверное, нет. Сома ненавидит такие вещи. Вероятно, солдаты, оставшиеся на базах, сами принимали решения.

— Значит, вассалы действовали самостоятельно, рискуя жизнью без каких-либо приказов со стороны правителя? — спросила Мицуми.

Фуга скрестил руки и кивнул.

— Да. Я думаю, это блестящее проявление преданности, и то, что Сома вытягивает ее из них, говорит о том, что он хорошо справляется с ролью короля. Возможно, даже лучше, чем он думает.

— Уверен... он сейчас об этом жалеет.

То, что Сома был хорошим правителем для своих слуг, привело к их гибели. Когда он услышал об этом, он был полон печали и сожаления.

Однако для этих двоих Сома был тем, кого они должны были победить, чтобы реализовать свои амбиции. Они не испытывали к нему личной неприязни, ведь он также присматривал за Юригой и Ичихой. Фуга и Мицуми сочувствовали тем страданиям, через которые, несомненно, придется пройти Соме после этого.

Из-за того, что Империя Великого Тигра была вынуждена перепроверять захваченные ей города на предмет наличия в них ловушек, им пришлось задержаться на два дня.

◇ ◇ ◇

Фуга Хан был любимцем эпохи.

Возможно, подобно тому, как люди называют период, когда Наполеон совершал свои невероятные подвиги, «эпохой Наполеона», эту эпоху можно было бы назвать «эпохой Фуги Хана». Это было время мечтаний и приключений, когда грандиозные амбиции одного великого человека потрясли весь континент.

Как уже не раз говорилось, единственный способ победить Фугу — того, кому покровительствует эта эпоха, — это изменить само время.

Сколько бы Лю Бан ни проигрывал Сян Чжи (Сян Юю), он неустанно старался, пока наконец не переломил ситуацию и не вышел победителем. Несмотря на то что треть всех сражений заканчивалась поражением или ничьей, Нобунаге почти удалось объединить страну под своим началом.

Во времена национального кризиса во Франции рождались такие великие люди, как Бертран дю Геклен, Жанна д'Арк и Артур де Ришмон во время Столетней войны. Пока эпоха не решит, что такие люди отслужили свое, они кажутся бессмертными, восставая вновь и вновь. Это происходит потому, что люди, поддерживающие их, хотят, чтобы великие продолжали сражаться, и одобряют их действия, какими бы жестокими они ни были.

Поэтому победы над Фугой будет недостаточно, чтобы потушить огонь. Даже если он потерпит горькое поражение и будет вынужден уйти, его сторонники все равно потребуют реванша. С этими голосами, толкающими Фугу вперед, он начнет еще одну мировую войну. Это не изменится, даже если его убьют в этой битве. Более того, это может быть даже худшим исходом.

Если Фуга умрет и остануться только люди, очарованные его амбициями, как они будут действовать? Во-первых, они возненавидят меня и мою страну, начнут войну ради мести и, возможно, прибегнут к терроризму или партизанской тактике. Кроме того, без Фуги они не смогут поддерживать столь обширные владения и, скорее всего, распадутся на конкурирующие государства. Северная часть континента опустеет, хлынут беженцы, и мы снова окажемся там же, где были, когда расширялся Домен Владыки Демонов.

Единственный способ остановить это — начать интервенцию, но, как я уже говорил, они будут недовольны этим. Вмешательство Морского Альянса вызовет сопротивление, и потребуется много времени, чтобы подавить его. По этим причинам в этой войне мы продвигали план, который должен был покончить не столько с Фугой лично, сколько с поддерживающей его эпохой.

В эту ночь мы с Лисией находились в кабинете по правительственным делам и слушали доклад Мао о том, что подготовка, давшая нашему плану необходимый последний толчок, завершена.

— Все задачи выполнены, господин Сома.

— Вот как? Значит, мы успели вовремя… — Я пробормотал про себя, испытывая наполовину облегчение, наполовину досаду.

Я был благодарен за то, что план был готов до непосредственного столкновения с Фугой. Но кто нам дал это время, так это Оуэн, Герман и другие добровольцы, рисковавшие своими жизнями. Если бы только все закончилось на два дня раньше.

В голове промелькнули лица двух стариков. Как только я их вспомнил, во мне вспыхнули гнев и ненависть к Фуге. Если бы только он не начал эту глупую войну ради своих мечтаний и амбиций. Мне хотелось по-настоящему на него наброситься. Несмотря на то, что я логически понимал, что убивать Фугу в этой войне невыгодно, мне было трудно отказать себе в эмоциях.

— Сома… — тихо произнесла Лисия, положив руку мне на плечо.

— А?! — Я опомнился и повернулся к ней с легкой улыбкой.

— Выражение твоего лица стало пугающим. Не думаю, что Оуэн или Герман хотели бы этого, — укорила она меня.

— Да, ты права… — сказал я, кротко кивнув. Мы были еще не в той ситуации, когда мне нужно было переходить в режим короля.

Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, а затем повернулся к Мао.

— Спасибо за помощь, Мао. И прости. Обычно ты не должна ввязываться в битву между людьми, но я заставил тебя поднапрячься.

Мао улыбнулась моим извинениям и покачала головой, — Нет. Это дело не имеет никакого отношения к войне, так что не беспокойтесь... Если что, я расстроена, что это все, что я могу сделать. Я слышала, что у вас были потери из-за того, что производство затянулось с моей стороны.

— Нет, вы все справились с этим хорошо. Лучше, чем я мог ожидать. Я очень благодарен. Спасибо, Мао.

— И я благодарю вас, госпожа Мао, — присоединилась Лисия.

— Пусть ландийцы и сидийцы обретут будущее, к которому вы сможете стремиться вместе, — сказала Мао, улыбаясь.

С этим пожеланием ее образ исчез. Теперь все было готово.

— Лисия, как проходит развертывание?

— Все готово. Военные и все остальные находятся на своих позициях и готовы в любой момент дать отпор силам Империи Великого Тигра. Но враг стал медленнее продвигаться вперед после задержки, поэтому мне сказали, что мы не ожидаем его прибытия до завтрашнего утра.

Зная Фугу, я подумал, что он может безрассудно атаковать, как только проверит свой тыл, но, похоже, этого не случилось. Вероятно, это произошло благодаря тому, что Оуэн и Герман, рискуя жизнью, вбили кол в его планы.

Как только у него сложится впечатление, что в моих войсках есть люди, готовые бросить мне вызов, чтобы совершить самоубийственную атаку, осторожность будет обязательна.

Вздохнув, я посмотрел на Лисию.

— Значит, финальная битва будет завтра.

— Да. Все решится завтра... Ты чувствуешь напряжение?

— Ну, да. Но не так напряженно, как тогда, когда мы сражались с Княжеством Амидония. На нашей стороне больше людей, чем тогда, и никто из наших союзников не рискует нас предать. В отличие от прежних времен, когда мы вслепую искали решения, сейчас все объединились вокруг одной идеи, и мы довольно спокойны.

— Да... Тогда все было в полном беспорядке.

Во время Амидонской войны мы оказались на пересечении намерений стольких людей — моих, Гая и Юлия, Георга, Кастора, Ророа, продажных дворян, которые восстали, дворян-изгоев, которых я позже казнил, и, наконец, Альберта и Элисии.

Сейчас, оглядываясь назад, я удивляюсь, как мне удавалось сохранять спокойствие. По сравнению с теми временами сейчас все были сосредоточены на одной цели: защитить страну от Фуги и его людей.

Это было не только то, что мы чувствовали в нашей стране. Республика, Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона, втайне Королевство Рыцарей Драконов Нотунг и Горный хребет Звездного Дракона, а также сидийцы тоже чувствовали это. Неудивительно, что на этот раз мне удалось остаться намного спокойнее... Не то чтобы у меня не было некоторых  опасений.

— Хотя мои намерения не изменились по сравнению с тем, что было тогда, — сказала Лисия и, наклонившись, прижалась губами к моим.

Я ответил ей тем же, и мы стали исследовать мягкие ощущения. Лисия покраснела и улыбнулась, одной рукой зачесывая волосы за ухо.

— И тогда, и сейчас, и всегда... Я буду идти рядом с тобой, Сома.

— Знаешь... мне кажется, тогда ты не была такой прямолинейной.

— Тогда я ждала, что ты сделаешь шаг ко мне.

— Ну, извини, — дразняще сказал я, затем встал и крепко обнял Лисию. Она удивилась, но ее тело расслабилось, и она доверилась мне.

— Ты тоже, Сома... Ты стал более инициативным, не так ли?

— Ну да, у меня теперь больше опыта за плечами, в конце концов.

— Хи-хи, конечно. У тебя так много симпатичных жен, — сказала она, нацепив угрожающую улыбку.

— Эта улыбка пугает! Эй, не тыкай меня в ребра.

Поиграв так немного, Лисия мягко оттолкнула меня.

— Знаешь, со всем этим опытом… Где ты должен быть? Я думаю... ей сейчас больнее, чем кому-либо из нас. Так что иди и будь с ней.

Увидев искреннее выражение на лице Лисии, я кивнул.

Я подошел к комнате Юриги, где Айша охраняла дверь.

Из-за положения Юриги, когда приближалась решающая битва, я попросил Айшу остаться с ней в качестве телохранителя и наблюдателя. Юрига сотрудничала с нами, но кто-то, кто этого не понимал, мог попытаться связаться с ней с плохими намерениями, и ей нужен был кто-то, кто следил бы за ней, чтобы ее не одолело чувство ответственности и она не совершила что-нибудь отчаянное.

Если бы Томоэ все еще была в замке, я бы попросил ее поддержать Юригу, но если бы с Томоэ что-нибудь случилось во время конфликта, это был бы огромный удар не только по Королевству, но и по всему человечеству. Кроме того, у Юриги остался бы глубокий эмоциональный шрам, так что эвакуация Томоэ вместе с Ичихой была правильным решением.

— Как Юрига? — спросил я у Айши.

— Спокойно, — ответила она, бросив взгляд на дверь, — Мы нормально разговаривали до самого вечера.

— Понятно... Спасибо, что присматриваешь за ней, Айша.

— Нет, я тоже беспокоюсь о Юриге... Но, несмотря на ее решительный вид, я уверена, что у нее есть свои мысли по поводу происходящего. Ваше Величество, пожалуйста, позаботьтесь о ней...

— Я знаю.

Легонько постучав в дверь, я вошел в комнату Юриги. Она сидела на кровати лицом ко мне, при этом держа перед ним пушистую подушку. Она пыталась быть каким-то монстром — женщину с лицом-подушкой?

— Что ты делаешь...?

— Я не могу смотреть тебе в глаза, поэтому закрываю лицо, — сказала Юрига, ее голос был немного приглушен подушкой.

Эмм... Это не та реакция, которую я ожидал. Я думал о том, как утешить ее, если она в депрессии, плачет или скрывает свои чувства, чтобы сделать серьезный вид, как это делала Мария, когда была императрицей. Но... я не ожидал встретить ее в облике женщины с лицом подушки.

Я сел на стул рядом с кроватью, раздумывая, что делать. Юрига продолжала зарываться лицом в мягкую подушку.

— А? Мы серьезно собираемся разговаривать, когда между нами эта подушка?

— Ну, я не имею права смотреть тебе в лицо.

Юрига твердила одно и то же.

— Я слышала... о сэре Оуэне и сэре Германе…, — продолжала она, — Я была готова к тому, что подобное может случиться, если ты и мой брат будете сражаться... Но не к тому, что среди погибших окажутся люди, чьи имена я знала.

— Тебе не за что переживать... Хотя, думаю, это не поможет.

— Ты прав. Это не поможет. Это немного чересчур, чтобы просить меня ничего не чувствовать по этому поводу, — сказал Юрига сквозь подушку.

Что за выражение у неё на лице?

— Ты не возражаешь, если я сяду рядом с тобой...?

Я не мог понять, что лучше — оставить ее одну или быть рядом с ней.

— Давай, — ответила она, похлопав по месту рядом с собой на кровати.

Даже когда она одной рукой хлопала по кровати, другая рука по-прежнему закрывала ее лицо. Это было сюрреалистическое зрелище, но я сел рядом с ней.

— Что делать, если ты ничего не можешь сделать? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не знаю, могу ли я хорошо это объяснить. Внутри меня бурлят все эти эмоции... но я ничего не могу с ними поделать... Я не могу справиться ни с чем из этого... Что мне делать в такой момент? Ты когда-нибудь чувствовал то же самое, когда был королем, Сома?

— Да... Несколько раз, — честно признался я ей, — После войны, после казни врагов… Когда мои приказы требовали прекращения жизни людей, я всегда испытывал противоречивые чувства, и это не давало мне покоя по ночам. В моем случае меня утешали Лисия и остальные. Как бы пафосно это ни звучало, но иметь кого-то рядом — это обнадеживает.

— Понятно...

— Но я думаю, что это одинаково для всех. После того как Мария приняла решение, расколовшее ее страну, она плакала как ребенок. Поэтому я все время оставался рядом с ней, как Лисия и остальные делали это для меня.

— Мария плакала? Я даже представить себе не могу...

— Я так ее избаловал, что в конце концов она превратилась в котенка.

— В каком смысле? — спросила она, сдерживая смех.

Возможно, я немного поднял ей настроение.

— Ну, я хочу, чтобы ты не давила на себя и позволила нам побаловать тебя... Вернее, если ты будешь вести себя слишком угрюмо, мы будем баловать тебя, хочешь ты этого или нет.

— А?! Я даже не имею права голоса?

— Если хоть один член семьи выглядит мрачным, мы все волнуемся.

— Даже если это я?

— Ты ведь действительно вошла в семью, миссис.

— Мое положение было настолько деликатным, что мы все были так сдержанны друг с другом, так что я просто еще не осознала этого.

Сказав это, Юрига придвинулась чуть ближе, позволяя нашим плечам соприкоснуться.

Когда мы сидели бок о бок, она спросила меня через подушку, — Хорошо, если я попрошу тебя утешить меня... Как ты собираешься это сделать?

— Как насчет чего-то вроде этого...?

— Ух... Ммф!

Я обнял ее поближе и прижался лицом к подушке с другой стороны. Если бы она не мешала, мы бы поцеловались.

Юрига на мгновение выглядела удивленной, но затем напряжение с ее плеч спало.

Постояв еще немного в таком положении, я сказал, — Ну... что ты думаешь?

Когда я спросил это, уткнувшись лицом в подушку, Юрига медленно отодвинулась, опустив ее. Ее обнаженное лицо было краснее вареного осьминога.

В уголках ее глаз виднелись следы слез, которые даже сейчас были влажными, но у нее все еще хватало духа взглянуть на меня.

Через некоторое время она наконец ответила на мой вопрос.

— Без подушки было бы лучше...

И мы повторили это снова, на этот раз без подушки.

Когда войска Империи Великого Тигра вот-вот должны были прибыть на поля Парнама, посланные ими вперед разведчики увидели скопления полевых лагерей и крепостей, построенных для защиты столицы, а также ожидающие войска Королевства Фридония. Это было похоже на то, как Западная армия в битве при Сэкигахаре развернулась в строй, который должен был поглотить наступающую Восточную армию.

Однако в отличие от Западной армии в Сэкигахаре, которая представляла собой мешанину из разных военных сил без общей цели, армия Королевства Фридония была едина в своем стремлении защитить страну под командованием Сомы и Лисии. Западная армия не могла правильно использовать свое формирование из-за союзников, которые предали их или отказались сражаться, но силы Королевства могли использовать это полуокружающее формирование с пользой.

Услышав от своих разведчиков об этом построении, Фуга спросил Хашима, — Армия Королевства не закрылась в замке Парнам?

— Круглые стены замка плохо подходят для обороны. Если учесть, что в распоряжении обеих сторон десятки тысяч человек, решающая битва на открытой местности имеет смысл, — со спокойным выражением сказал Хашим, — Однако я ожидал, что они встретят нас в бою в Городе Красного Дракона...

—Хм. Похоже, они затащили нас так далеко не просто так.

— Не просто так? — Мицуми склонила голову набок.

—Да, — Фуга кивнул, — Если бы это было не так, то вассалы Сомы не пошли бы против его воли и не отдали бы свои жизни, чтобы выиграть время. Должна быть достаточно веская причина, чтобы они это сделали.

Фуга рассматривал действия Оуэна и Германа в серьезном свете. Сома был не из тех, кто приказывает своим подчиненным идти на смерть. То, как его люди сражались на тех двух базах, готовые взорвать себя, чтобы задержать врага, должно было быть решением, которое они приняли для себя из преданности.

Должно быть, было что-то, что заставило его сторонников думать: «Если мы пожертвуем собой здесь, Королевство точно победит» и «Наши жертвы не будут напрасными».

Понаблюдав некоторое время за силами Королевства, Фуга отдал приказ.

— Всем войскам. Занять позиции. Они не придут сюда, чтобы атаковать нас, когда уже занимают выгодные позиции. Не теряйте бдительности и будьте готовы в любой момент начать общее наступление.

— Есть, сэр!

Силы Империи встали в строй и вышли на поле боя, где их ждали силы Королевства.

◇ ◇ ◇

— Сома... Уже почти пора, да? — пробормотала Лисия рядом со мной.

Вместе с Лисией, Айшей и Надин я наблюдал из главного лагеря, расположенного неподалеку от Парнама, за тем, как войска Империи Великого Тигра выходят на равнину. Для этой битвы мы не стали закрываться в замке. Отчасти это было связано с тем, что замок Парнам не слишком хорошо подходил для обороны, но также и с тем, что структура города, доходящая до самых стен, была частью магического круга, используемого для вызова героя.

Его можно было активировать лишь раз в несколько столетий, но через несколько поколений после того, как меня не станет, им снова может понадобиться призвать кого-то с Земли в прошлое. Чтобы быть уверенным, что это все еще возможно, когда придет время, мне нужно было избежать сильных повреждений системы вызова. Поэтому я возвел на полях оборонительные укрепления и приготовился встретить врага.

— Хорошо, — сказала себе Лисия, засовывая рапиру за пояс, — Ну, Сома. Я пошла.

По просьбе Лисии она поведет армию, как во время Амидонской войны. Официально я командовал в этой войне, но приказы отдавать будет Людвин. Главнокомандующая Силами Обороны Эксель должна была играть важную роль, поэтому мы решили, что Людвин будет руководить всей армией, а Каэдэ станет его советником.

Армия была разделена на восточную, центральную (южную) и западную группы. Восточной командовала Лисия, западной — Вейст Гарро, а центральной — Юлий.

Поскольку это была битва между двумя гораздо более крупными силами, чем те, что участвовали в Амидонской войне, решения, принятые на поле боя, были жизненно важны. Мы не могли позволить себе оставить Лисию, способную командовать, в резерве в главном лагере.

Глядя на Лисию, которая казалась такой надежной в боевом режиме, я сказал, — Я знаю, что ты не остановишься, если я попрошу тебя об этом, так что я не буду, но не дави на себя.

— Я должна сказать тебе то же самое. Ты постоянно попадаешь в неприятности.

— Ты думаешь?

— В лагере беженцев ты бросился защищать Юнону от тех грубиянов, а потом во время Амидонской войны тебя чуть не убил Гай VIII. Как я слышала, ты вел себя безрассудно во время волны демонов, когда сражался с Ооямидзути и когда спасал Марию. И все это несмотря на то, что ты не очень силен.

— Уркх... Мне нечем это оправдать.

Прожив вместе так долго, как мы, она знала все мои слабости.

Лисия хихикнула, — Не волнуйся. Я защищу все — нашу семью, наш дом и нашу страну.

— Ты смелая мама.

— Айша, Надин. Позаботьтесь о Соме за меня.

— Да, госпожа! Поняла.

— Заметано.

Кивнув с удовлетворением на их ответы, Лисия покинула главный лагерь.

Лисия, Айша, Надин и Юрига, а также Ророа, Мария и Джуна, которых здесь не было, работали каждый по-своему. Чтобы наша семья, включая детей, которые были в Венетинове, могла когда-нибудь снова собраться в одном месте.

Сегодня я завершаю эпоху Фуги.

◇ ◇ ◇

В это же время в главном лагере, на командном пункте, Людвин, Каэдэ и Юлий в последний раз вместе обсуждали стратегию. Присутствовали также напарник Каэдэ, Халберт и его вторая спутница, Руби.

Каэдэ указала на карту поля боя, — Если план Его Величества осуществится, силы Империи Великого Тигра будут постепенно терять темп. До тех пор мы должны удерживать полуокружение и защищать его, чтобы войска империи не могли продвинуться дальше. Мы должны вести это полевое сражение так, словно это осадное сражение, понятно?

— Да, — сказал Людвин, — Благодаря Каэдэи ее магам земли у нас уже есть базы для обороны и соединяющие их туннели. Если мы сосредоточимся только на обороне, то сможем сдержать их.

— Полагаю, да… — Юлий кивнул.

Однако, несмотря на словесное согласие, вид у него был обеспокоенный.

— Сэр Юлий. Что-то не так? — спросил Людвин.

— Нет... Думаю, мы провели более чем достаточную подготовку к обычной битве. Но зная, что Фуга и Дурга умеют перевернуть все с ног на голову... трудно чувствовать себя спокойно. Несмотря на нашу готовность.

— Я понимаю, к чему вы клоните… — Людвин удовлетворенно кивнул, — В конце концов, он — одиночка, способный изменить поле боя благодаря собственной храбрости.

Если бы Фуга налетел с Дургой сзади, у этой формации не хватило бы защитных сил, чтобы остановить его. Они разместили противовоздушные болтометы, чтобы создать ситуацию, в которой Фугу будет сложнее отправить на передовую, опасаясь, что он получит ранение, но если они поставят силы Империи в положение, в котором его использование станет необходимым, то он все равно придет.

И если план Сомы сработает, то сторона Фуги точно окажется загнанной в угол.

— Раненый зверь может быть невероятно пугающим, — пробормотала Каэдэ, уловив тяжелую атмосферу в комнате.

— А ведь мы здесь именно для этого, не так ли? — сказал Халберт, уверенно выпятив грудь и развеяв эту атмосферу, — Если Фуга покажет свое лицо, то я, Руби и элитная мобильная кавалерия виверн остановим его всем, что у нас есть. Именно поэтому мы и были направлены сюда в качестве отряда против Фуги.

Сочетание Дурги и Фуги само по себе могло переломить ход любой битвы. Первый был быстрее и проворнее драконов горного хребта Звездного Дракона, а второй — лучшим воином, чем Айша, и мог стрелять молниями наравне с Надин. Именно поэтому Сома и остальные считали их самой большой угрозой. По этой причине было сформировано специальное подразделение в составе Халберта и Руби с мобильной кавалерией Виверн, и их единственной задачей было противостоять Фуге.

— Капитан Кастор держит половину вражеской авиации в Городе Красного Дракона. Это значит, что мы можем бросить все силы на то, чтобы остановить Фугу.

— Да. Я не собираюсь позволять этой большой кошке делать все, что ей вздумается, — Руби кивнула в знак согласия с Халбертом. Будучи драконом, несущим на себе рыцаря, она, очевидно, испытывала соперничество с ездовым животным Фуги Дургой.

Каэдэ с тревогой посмотрела на них обоих.

— Я знаю, что не должна говорить это как человек, ответственный за отдачу приказов в этой операции, но все же... Не будьте безрассудны. Если война закончится и мы победим, а вы двое уйдете, оставив меня наедине с Биллом... Я буду плакать, вы знаете.

Услышав, что Каэдэ обращается к ним не как к командиру, а как к членам семьи, Халберт и Руби кивнули.

— Да! Давайте все вернемся домой с улыбками на лицах.

— Я согласна. Ты позволила мне подержать Билла, так что я не умру, пока не позволю тебе подержать ребенка, который родится у нас с Хэлом.

— Хи-хи, Вельза, наверное, тоже волнуется. Так что да, давайте все вернемся домой с улыбками.

Людвин и Юлий посмотрели друг на друга и язвительно улыбнулись.

— Теперь я вдруг обнаружил, что хочу увидеть Женю.

— Взаимно, сэр Людвин. Нужно оставить эту войну в прошлом и поспешить в Венетинову, чтобы забрать Тию и Тиуса.

Каждый из них подтвердил свою приверженность, думая о своих близких.

В этот момент вошла главнокомандующая Эксель. При ее появлении все встали по стойке смирно. Эксель улыбнулась всем пятерым, достала из рукава своего обычного нарядного платья веер и направила его в их сторону.

— Пора. Итак, люди, все по местам.

— Да, мэм!

Пятеро ответили на тихие слова Эксель громким согласием.

◇ ◇ ◇

Силы Империи Великого Тигра начали выдвигаться на позиции, чтобы атаковать обороняющиеся войска Королевства...

— У меня есть донесение! — крикнул гонец, вбегая в главный лагерь Фуги? — В лагерях королевства начали появляться огромные водяные шары!

Услышав это, Фуга и остальные вышли из палатки. Подняв голову, они увидели огромные шары воды, парящие в воздухе. Но шары были не просто водой — они оказались приемниками, используемыми на фонтанных площадях по всему континенту. Похоже, Сома намеревался использовать их для трансляции.

— Значит, тебе все еще есть что сказать на столь позднем этапе игры, Сома...? — пробормотал Фуга.

Вскоре на приемниках появился Сома в военной форме.

— Это объявление для всех, кто видит это изображение, — начал он, — Я — король Соединенного Королевства Эльфриды и Амидонии и глава Морского Альянса, Сома Э. Фридония.

Фуга был озадачен словами Сомы. Жители королевства Фридония, очевидно, знали его, и все люди Фуги считали его врагом, которого нужно победить. Учитывая этот факт, странно было начинать с представления.

Соме не потребовалось много времени, чтобы объяснить, зачем он это делает.

— В настоящее время это изображение можно увидеть на фонтанных площадях по всему миру и везде, где есть простой приемник. Другими словами, это всемирная трансляция. То же самое, что было использовано Империей Великого Тигра против бывшей Империи Гран-Кэйос. Они исследовали частоты Империи Гран-Кэйос, чтобы перехватить их и передать изображение Валуа, окруженного войсками Империи Великого Тигра...

Он сделал паузу.

— Это более или менее то же самое. Разница в том, что мы, члены Морского Альянса, переключили наши частоты на те, которые использует Империя Великого Тигра, как было установлено нашими шпионами. Я также проинформировал Королевство рыцарей-драконов Нотунг, Королевство духов Гарлан и даже сидийцев на крайнем севере, что буду вещать на этой частоте в данный момент.

С дерзким выражением лица Сома поднял вверх один палец.

— В отличие от сил Империи Великого Тигра, которые проделали весь путь до Парнама, люди дома могут просто выключить и не смотреть. Но позвольте мне сказать... если вы досмотрите до конца, это будет того стоить. Вы не пожалеете! То, что я открою, затронет все человечество, будь то Королевство Фридония или Империя Великого Тигра.

Сома заявил об этом с абсолютной уверенностью.

— Вы хотите сразу войти и сорвать трансляцию? — Хашим спросил Фугу, но Фуга покачал головой.

— Вряд ли его будет так легко остановить. У нас будет больше проблем, если мы будем отвлекаться на его слова во время битвы. Давай пока выслушаем его, если он не просто выигрывает время. Но убедись, что войска готовы двинуться в любой момент.

— Как пожелаете.

Проекция Сомы продолжала работать, а Фуга и остальные наблюдали за происходящим.

— В настоящее время силы Империи продвинулись до нашей столицы, Парнама, и находятся в напряженном противостоянии с моими силами. До сих пор нам удавалось сохранять свой боевой потенциал, чтобы встретить их в лучшем виде. Моральный дух Империи тоже должен быть высок, ведь будущее зависит от этой битвы. Это будет напряженная борьба, я уверен... Но перед этим я хочу, чтобы вы кое-что услышали. Кстати, я не собираюсь сейчас рассуждать о морали развязывания захватнической войны.

Сома демонстративно пожал плечами.

— Я знаю, что в этом нет смысла. Я мог бы осудить это, но люди, очарованные великим человеком, Фугой, не станут слушать ни слова. Им интересно лишь увидеть завершение его эпической истории.

Силы Империи были удивлены тем, что Сома продемонстрировал некоторое понимание причин их вторжения. Если вы однобоко осуждали людей, их переставали слушать. Если же вы проявляли частичное понимание, они вмиг отбрасывали свои предубеждения и открывали уши.

Он хорош в таких вещах, — подумал Фуга, впечатленный красноречием Сомы, — Это одна из тех областей, в которых он лучше меня.

Сома продолжил.

— Великий человек, Фуга Хан, появился в маленьком уголке Союза Восточных Наций, изменив мир, погруженный в застой. Он отогнал волну демонов, объединил страну и победил огромную Империю Гран-Кэйос, захватив половину ее земель. И все это для того, чтобы создать Империю Великого Тигра Хан, самую большую империю, которую когда-либо знала наша история. Затем он решил проблему Домена Владыки Демонов, которая долгое время мучила человечество, и раскрыл истинную природу Владыки Демонов и сидийцев.

Большинство из этих достижений было достигнуто благодаря сотрудничеству Королевства Фридония и Морского Альянса, но Сома не стал этого говорить. Для жителей морского союза это было само собой разумеющимся, и ему казалось, что лучше не хвастаться, если он хочет, чтобы граждане Империи его слушали.

— Пришло время уладить отношения между Фуга Ханом и последним оставшимся могущественным противником.

Он поднял руку в позе размышления.

— Многие из вас, должно быть, думают… «Фуга Хан может пойти так далеко, как потребуется» или «Фуга Хан может завоевать этот континент». Возможно, вы считаете, что «когда мы станем одной страной, наступит мир во всем мире» или «сейчас все трудно, но мы будем вознаграждены, когда Фуга станет доминировать на всем континенте». Те, кто живет в странах, разоренных Фугой, могут считать, что «это было необходимо для такого исторического достижения». А видя, как он захватывает страны, думаешь: «Если это для осуществления его великой мечты, то нельзя винить его за то, что он их уничтожил».

Сома понимал, что чувствуют сторонники Фуги. Именно такие мысли заставляли людей поддерживать Фугу, даже если его действия были бесчеловечными. Пока их мысли оставались неизменными, Фуга мог снова подняться, сколько бы раз он ни терпел поражение. Это было доказательством того, что он был великим человеком, и причиной того, что он был любимцем этой эпохи.

— Но... это все иллюзия.

Поведение Сомы изменилось. Он выглядел почти жалостливым.

— Потому что даже если он победит меня, подчинит себе весь Морской Альянс и продолжит подчинять себе оставшиеся независимые страны, такие как Нотунг и Гарлан... это все равно не будет означать, что он завоевал весь мир. Я хочу, чтобы вы это увидели.

На экране появилась карта мира. Это была знакомая карта с ромбовидным континентом, а также отдаленными островами Архипелага Королевства Девятиглавого Дракона и Королевства Духов.

Все жители Империи склонили головы набок, недоумевая, о чем говорит Сома, но один только Фуга широко раскрыл глаза.

— Я понял! Ты собираешься использовать эту информацию здесь, Сома! — крикнул Фуга, когда над первой картой появилась еще одна.

Вторая карта была в основном пустой, но в самом низу, в центре, находился крошечный участок суши с разбросанными вокруг островами.

Сома без колебаний назвал эту недавно появившуюся пустую карту.

— Видите ли... к северу от того места, где мы живем, в Ландии, находится другой мир, зеркально отражающий наш собственный по размерам. Эта далекая земля известна как Сидия. Именно оттуда пришли люди, которых мы называем демонами, — сидийцы. Ландия и Сидия были отрезаны друг от друга таинственной магией. Однако между ними открылась дыра, через которую хлынули стаи чудовищ, угрожавших этому континенту и подвергавших опасности сидийских беженцев.

В совместной декларации о природе сидийцев, выпущенной Морским Альянсом и Империей Великого Тигра, уже было сказано, что они являются беженцами из другого мира. Поэтому люди понимали, что сидийцы прибыли из неизвестного ландийцам места, и могли предположить, что это где-то на севере, в неизвестных землях. Но они и представить себе не могли, что мир севера может быть таким же большим, как мир юга.

Люди были склонны верить той информации, которую могли увидеть своими глазами. Исходя из численности населения сидийцев, люди полагали, что страна, из которой они прибыли, не может быть больше островов Королевства духов Гарлана. Чтобы предотвратить панику, элиты Морского Альянса и Империи Великого Тигра не пыталась исправить это заблуждение. Именно поэтому Сома решил раскрыть правду.

Это мое доказательство того, что завоевание Фугой континента не приведет к завоеванию мира.

Это означало, что то, что человечество считало финишной чертой, теперь таковой не являлось. Они верили, что если Фуга сможет реализовать свои грандиозные амбиции и завоевать континент, то это будет конец. Мир станет единым, эпическая история Фуги завершится, и в мире наступит настоящий мир. Именно поэтому люди поддерживали Фугу, даже когда это было больно, и даже если страны были разрушены или вот-вот будут разрушены, они просто должны были терпеть, пока он не пересечет финишную черту.

Однако этой финишной черты больше не существовало...

Если его целью по-прежнему было мировое господство, то даже если он подчинит себе Морской Альянс и завоюет Ландию, трудные дни продолжатся. Конечно, некоторые могли бы не обращать внимания на Сидию и считать достижением цели только завоевание Ландии. Однако такую точку зрения могло разделять не все человечество.

Люди, пожертвовавшие собой ради великой мечты, не могли удовлетвориться тем, что остановились на каком-то этапе пути. Те, чьи народы были захвачены Империей Великого Тигра во имя объединения мира, возмутились бы, спросив, ради чего они потеряли свои родины, если он остановился лишь «на полпути». Люди, которые прошли этот тяжелый путь ради его мечты, будут возмущены и спросят, ради чего были потрачены все их усилия.

Слова Сомы вызвали явный раскол среди сторонников Фуги. Конечно, Сома понимал это, поэтому продолжал говорить просто, как будто его это не касалось.

— Судя по тому, что нам рассказали сидийцы, Сидия — это мир, кишащий монстрами. Волны демонов были результатом того, что некоторые монстры из того мира попали в этот, так что их там должно быть очень много. Из-за недостатка информации и понимания мы не можем сказать, что скрывается в девяноста девяти процентах здешних земель. Мы не исключаем, что там могут быть еще кайдзю, подобные тем, что напали на архипелаг Девятиглавого Дракона. Врата в тот мир были закрыты, но монстры и Сидия все еще существуют. Если что-то снова соединит миры, возможно, повторится та же трагедия.

Сказав это, Сома поднял правую руку на уровень глаз.

— Чтобы предотвратить это, Морской Альянс считает, что мы должны сотрудничать с сидийцами и продвигаться в Сидию с нашей стороны. В качестве первого шага к этому позвольте мне показать вам это видео...

Сома щелкнул пальцами, и изображение переключилось на сцену густых джунглей.

Скорее всего, изображенная местность была тропической, как и Королевство Духов Гарлана. На заднем плане слышалась какофония щебетания птиц. Зрителям казалось, что они чувствуют жару и влажность с другой стороны проекции.

По лесу шли четверо, мужчины и женщина. Они были одеты как отряд искателей приключений, состоящий из мужчины-мечника, мужчины-драчуна, женщины-мага и мужчины-священника. Драчун, который шел сзади, настороженно оглядываясь по сторонам, окликнул лидера, мечника, шедшего впереди.

— Так жарко... Эй, Дис. Они действительно здесь? Может, они уже ушли?

— Именно здесь их видели. Если их здесь нет, то нам нужно подтвердить это и сообщить.

Священник, шедший впереди драчуна, повернулся и укорил его.

— Опасно терять бдительность, Аугус! Здесь есть множество монстров, которых нет в Энциклопедии монстров, — сказал священник, крепко сжимая в руках энциклопедию монстров, которую Ичиха издал, словно священный текст.

Маг, шедший рядом с ним, хихикнул, — Ха-ха. Я знаю, что по роду деятельности ты священник, но забавно видеть, как вы так бережно храните эту энциклопедию. Она так важна для вас, Фебрал?

— Конечно, Джулия. Это моя книга книг.

Дис язвительно улыбнулся этому заявлению Фебрала.

К четверке подбежала теневая фигура. Это была зеленоволосая воровка.

Дис не терял времени, прежде чем заговорить с ней, — Как все прошло, Юна?

— Да, они здесь. На два часа. Мы с подветренной стороны, так что они нас еще не заметили.

Воровка Юна указала в ту сторону, откуда пришла. Остальные четверо кивнули с серьезными выражениями на лицах.

Затем Юна посмотрела в другую сторону, подальше от этих четверых. У людей, наблюдавших за трансляцией, возникло ощущение, что она только что посмотрела им в глаза.

Дис, лидер группы, снял с пояса меч и сказал своим спутникам, — Ладно, пошли. Пришло время охоты.

◇ ◇ ◇

Эти события произошли примерно за месяц до начала войны, пока королевство Фридония готовилось к приходу Империи Великого Тигра.

Однажды ночью Юна пришла в замок Парнам. Она бывала здесь столько раз, что уже сбилась со счета, присоединяясь к королю Соме и его королевам на тайных чаепитиях. Но в тот день она пришла не за этим. Сома использовал Малыша Мусашибо, чтобы связаться с ней и сказать, что у него есть для нее работа.

Отработанными шагами Юна карабкалась по деревьям и стенам, пока не добралась до балкона. Сома и Лисия уже были там, на столе, как всегда, стоял чай.

Юна недоверчиво нахмурила брови при виде этого зрелища, — Разве сейчас время неспешно пить чай? Война приближается, ты знаешь?

— Да? — Сома ответил с ноткой покорности в голосе, — Ты права. Войны с Империей Великого Тигра, скорее всего, не избежать.

— Тогда сейчас не время для чаепитий, — заявила Юна, глубоко обеспокоенная, — Не тратьте на меня свое время.

— Сейчас-сейчас, — укорил ее Сома, — То, что у нас есть для тебя работа, — правда. Не стой в стороне, присаживайся, и давай обсудим это за чашкой чая.

— Давай, Юна, садись, — призвала Лисия, — Ты ведь будешь черный чай?

— Э... Конечно.

Юна нерешительно села в кресло. Пока Лисия подавала чай и кофе, Сома заговорил.

— Что делают искатели приключений? Мы разорвали контракт с гильдией, поэтому я не считаю, что авантюристы обязаны участвовать в военных действиях.

— Ты прав. Судя по тому, что я слышала, большинство из нас планирует сбежать отсюда до начала войны, — сказала Юна, — Хотя, если Империя Великого Тигра и Морской Альянс будут воевать, весь мир окажется в состоянии войны, так что нигде не будет безопасно. Люди подумывают о том, чтобы уехать в сельскую местность, где огонь войны не так сильно разгорается...

— Понятно.

— О, и есть кучка идиотов, которые хотят встать на сторону Империи Великого Тигра и сделать себе имя. Они, наверное, думают, что если проявят себя, сражаясь на стороне агрессоров, то смогут получить неплохие выгоды.

Юна одним глотком выпила чай, который ей подала Лисия, а затем усмехнулась.

— Есть и еще меньшая группа таких же идиотов, как мы, которые говорят о службе стране в качестве добровольцев. Есть немало искателей приключений, которые любят эту страну, даже если они не связаны с вами, как я. В конце концов, это страна, где они зарабатывают хорошие деньги и никогда не беспокоятся о том, что пропустят обед... Ну, если вы оставите в одиночестве такого фанатичного поклонника Ичихи Чимы, как Фебрал, он поможет вам всем, что у него есть.

— Как королю, мне приятно это слышать.

— Согласна. Я тоже ценю это чувство, — добавила Лисия, криво улыбнувшись вместе с Сомой.

Они говорили слова благодарности, но, похоже, не хотели помощи. Юна склонила голову набок, гадая, почему так, а Сома неловко почесал щеку.

— Дело в том, что у меня есть предложение о работе для авантюристов, которые будут сотрудничать с нами. Это гораздо более важное задание, чем присоединиться к нам на линии фронта.

— Важное задание?

— Да. Итак, Юна… — Выражение лица Сомы стало серьезным, — Не могла бы ты отправиться вперед нас в приключение в мир севера?

◇ ◇ ◇

Пока Юна и ее отряд шли через джунгли, диктор с глубоким голосом говорил за кадром.

«И теперь эти искатели приключений отправляются в неизведанный мир севера».

Знающие люди могли бы догадаться, что этот глубокий, несколько показной голос принадлежал Вейсту Гарро. Однако в настоящее время Вейст находился среди защитников в полевых условиях за пределами Парнама, и эта передача отличалась от предыдущих.

«Это мир, из которого сидийцев, жителей севера, изгнали чудовища. Для нас, жителей юга, этот мир полон неизвестностей. Вождь сидийцев Мао рассказала нам, что там водятся чудовища, настолько огромные, что они могут менять ландшафт, рождая новые острова и стирая с лица земли другие. Таким образом, наши карты, скорее всего, окажутся бесполезными».

По трансляции было видно, как Юна и остальные выходят из джунглей. Вдалеке они заметили нечто. Оно было рыжим, волосатым и огромным — похоже, оно питалось оленем размером со взрослого мужчину, которого, по всей видимости, убило.

При виде этого существа Юна и все остальные быстро спрятались в траве.

— Это рыжий медведь, как и в отчете, — объявил Фебрал, — Они есть и на южном континенте. Не похоже, что это монстр, но... он все равно слишком большой.

Аугус вздохнул, — Рыжие медведи бывают ростом не более двух метров? А эта тварь, похоже, не меньше трех метров.

— Это говорит о том, что даже дикие животные становятся все больше и сильнее здесь, в северных землях, — сказал Фебрал, на что Дис кивнул.

— Только сильные могут выжить в мире, который заполонили чудовища.

— Выживает сильнейший, да? — Джулия сказала это спокойным тоном.

Выражение лица Юны стало напряженным, — Итак... что нам делать? Если эта тварь бродит здесь, наш лагерь в опасности.

Все взгляды собрались на их лидере, Дисе.

Через некоторое время он сказал, — Давайте поохотимся на него. Будет плохо, если мы потеряем его из виду, пока будем возвращаться к отчету. Как бы ни был он массивен, это все же существо, с которым мы знаем, как справиться, так что мы должны быть более чем способны победить его.

— О, да! — Аугус сжал кулаки, словно ждал этого.

Дис и Аугус шли впереди группы, привлекая внимание рыжего медведя, пока они сражались с ним, Джулия и Фебрал поддерживали их магией, а Юна оставалась в центре, отвлекая зверя, чтобы он не смог напасть на ее союзников в тылу. Определившись с ролями, они заняли позиции и медленно приблизились к красному медведю.

Как раз в тот момент, когда Дис поднял левую руку, чтобы дать сигнал к атаке...

— А?! Держись, Дис! Над тобой! — крикнула Юна, заметив что-то.

Внезапный крик заставил красного медведя остановиться и повернуться к Юне и группе. Однако, учитывая срочность предупреждения Юны, ее не волновало, что красный медведь их заметил.

Члены отряда подняли головы. Они увидели, как что-то быстро спускается со стороны солнца.

— Прячьтесь! — скомандовал Дис.

Его спутники рефлекторно спрятались в кустах. Вскоре воздушный нападающий атаковал красного медведя, который наблюдал за Юной.

— Гагхххх!

— Гагвагх?!

Массивное существо, летевшее вниз, схватило красного медведя обеими лапами, повалив его на землю. Затем оно вгрызлось в его шею, пока тот пытался вырваться, и с легкостью перекрутило и переломало кости. Красный медведь, убитый мгновенно, остался лежать без движения. Нападавший лакомился останками, которые теперь были не более чем куском мяса. Густой мех не стал помехой, и он без труда набил свою пасть.

Пока разворачивалась эта дикая сцена, Юна и ее спутники перегруппировались, стараясь не привлекать внимания хищника.

— Это же виверна, да?! Почему она такая большая и сильная?! — прошептала Юна.

Джулия прошептала в ответ, — Похоже, на ней могут сидеть пять, может быть, шесть человек.

Лицо Фебрала дернулось, — Мы привыкли видеть одомашненных виверн, но, похоже, в этом мире они занимают довольно высокое положение в пищевой цепи. С тех пор как мы прибыли сюда, одно за другим происходят открытия, которые нарушают все наши привычные представления. Честное слово...

— И что теперь, Дис? Наша миссия заключалась в том, чтобы исследовать красного медведя и уничтожить его, если это возможно, верно?

Дис немного подумал над вопросом Аугуса, прежде чем покачать головой.

— Это слишком далеко от наших ожиданий. В такой ситуации, без надежды на помощь со стороны других групп, было бы безрассудно вступать в бой с этой штукой. Даже если нам удастся ее одолеть, вряд ли у нас хватит сил, чтобы вернуться в лагерь.

— Было бы очень неприятно убить виверну, а на обратном пути быть уничтоженными другим красным медведем! — добавила Юна.

— Да — Дис кивнул в знак согласия, — У диких виверн обширная территория, так что, скорее всего, она здесь не задержится. Мы подтвердили смерть красного медведя, на которого нацелились. Давайте отступать. Мы можем доложить о том, что видели, в штаб.

— Ясно.

Юна и все остальные ушли молча, чтобы не быть обнаруженными виверной.

Видео еще некоторое время продолжало показывать виверну, питающуюся красным медведя, но в конце концов перешло на крупный план лица Юны.

— Ну же, мистер Маленький Мусашибо! Хватит снимать, пора убираться отсюда!

С этим видео переключилось. В отличие от напряженной атмосферы, царившей до этого момента, на экране появились изображения джунглей, лесов, рек, водопадов и пляжей, подобных которым люди никогда не видели. Затем в ролике появились сцены борьбы огромных существ друг с другом на просторах природы, и снова зазвучал дикторский голос.

«Это земля, с которой были изгнаны сидийцы. Земля новых горизонтов, которых мы, ландийцы с юга, никогда не видели. Это дикий мир, где монстры и другие могущественные существа борются за выживание, и никто не знает, что осталось позади».

В видеоролике были показаны руины в джунглях и пирамида, затонувшая под водой. Неужели в мире севера действительно есть такие места?

«Что ждет нас там? Ловушки? Сокровища? Что ждет исследователей? Слава или смерть? Никто еще не знает ответа. Здесь нет народов. Нет королей. Никакой классовой структуры. Только деревни тех, кто сделал первый шаг. В этом мире каждый может стать великим человеком. Если вы сможете завоевать доверие народа, то сможете основать страну, где станете королем. Или, может быть, вы продолжите скитаться в поисках приключений».

Видео передавало взгляд с высоких гор на джунгли внизу, а затем на бесчисленные острова за ними. После этого диктор произнес последнюю фразу:

«Что все вы увидите в этом мире?»

◇ ◇ ◇

Когда видео закончилось, в лагере Империи Великого Тигра воцарилась тишина.

Им потребовалось немного времени, чтобы осмыслить увиденное. Но со временем... они поймут это. Импульс поднялся из глубины их души.

Я наблюдал за ними из главного лагеря армии Королевства.

— Это и есть тот секретный план, о котором ты говорил, Сома? — спросил Надин, сидя рядом со мной.

— Да, — Я кивнул, — Для его создания я использовал функции записи и воспроизведения, которые стали доступны мне после встречи с Мао. Это рекламное видео, чтобы пригласить людей на границу.

Когда я вел переговоры с Мао в Городе Мао, зашла речь о том, может ли она выпустить некоторые из тех технологий, которые Женя назвала бы «сверхнаучными», чтобы мы могли их использовать. На Мао и госпожу Тиамат были наложены определенные ограничения, поэтому им было бы сложно выпускать технологии, которые они не создали сами, но они могли бы расширить функциональность тех драгоценностей, которые мы уже использовали.

Оказалось, что транслируемые изображения хранятся внутри драгоценного камня, и их можно извлекать и ретранслировать. Другими словами, я мог использовать эту функцию записи и воспроизведения. Используя ее, я хотел сделать рекламный ролик, который помог бы переключить внимание людей с «завоевания континента»на «продвижение в мир Севера». Мао занималась этим до последней минуты — даже использовала время, которое Оуэн и другие выиграли для меня, — редактировала видео и готовила его к трансляции.

Наверняка кто-то уже сказал: «Война — это не игра». Но есть парни, которые относятся к ней как к игре. Фуга и его сторонники, вероятно, рассматривают его амбиции по завоеванию континента как одну большую игру. Такую, где завоевание мира означает победу, а поражение — конец игры.

— А-а... Мы, воины, часто сравниваем победу и поражение с настольной игрой, — сказала Айша с некоторой неловкостью, возможно, потому, что понимала, как это относится к ней самой.

Ведь сам Цезарь сказал: «Alea iacta est», так что сравнивать войну с игрой или азартными играми было вполне обычным делом. (Не принимая во внимание на данный момент, сказал ли он это на самом деле).

Когда я думал об этом, мне пришла в голову одна мысль. Фуга и его люди играют в симулятор. По образцу романа Троецарствие или периода Сэнгоку, где вы перемещаете войска по карте и пытаетесь объединить страну под своей властью...

Но в играх-симуляторах была своя закономерность. Как только ваша фракция разрасталась и вы преодолевали окружение, игра становилась скучной, поскольку вы уже почти закончили завоевание земель. Быть самой мощной силой в поздней игре означает, что вы просто постоянно топчете более слабые державы, превращая игру в рутину. Если же в поздней игре оказывалось две крупные державы, то игра превращалась в каторгу, где приходилось сражаться с одним и тем же врагом до тех пор, пока он не был уничтожен.

Именно в такой ситуации сейчас находились Фуга и его люди. Они уничтожали страны и нации, поэтому им предстояло довести дело до конца. Они победят Морской Альянс, совершат великий подвиг — объединят континент, и тогда все их труды будут вознаграждены. До этого момента им нужно было просто продержаться.

Но что, если бы им предложили другую игру?

Что бы они подумали, если бы, играя в симулятор, который превратился в занятие, увидели рекламный ролик охотничьего экшена или игры, в которой можно исследовать необитаемую землю? Разве они не захотели бы сыграть в эту игру?

— Независимо от того, выиграют они или проиграют, игра, известная нам как эпическая история о Фуге, подходит к концу. Что подумают жители Империи Великого Тигра, если теперь им предложат гораздо более увлекательную игру? Где можно продвигаться к неизвестным северным границам? Им сказали, что там их ждет не просто эпическая история Фуги, но и история, в которой любой из них сам может стать великим человеком.

— Чем больше я слышу, тем отвратительнее звучит вся эта твоя затея, — с кислым видом сказал Надин, — Если подумать, ты сам говорил так, будто считаешь это отвратительным, когда сказал: «Я положу конец эпохе Фуги».

— Понимаю... Насильно создавая эпоху, в которой люди больше не нуждаются в Фуге, вы заставляете его потерять свое превосходство как ее любимца... Похоже, эта стратегия полностью направлена на то, чтобы уничтожить лично Фугу. Если люди Империи Великого Тигра поймут это… — Айша оторвалась от размышлений, глядя на силы Империи Великого Тигра.

— Именно так, — я кивнул, — Видя то, что мы им показали, могут ли они продолжать эту скучную игру?

◇ ◇ ◇

Меньше одного процента из тех, кто видел видео, показанное Сомой, правильно поняли его смысл. Но даже те, кто не понял, все равно что-то почувствовали.

Люди из Морского Альянса и других стран, таких как Королевство Рыцарей Драконов, которые не были на стороне Империи Великого Тигра, скорее всего, думали: «Почему он показывает нам это сейчас?» Они могли понять, что у Сомы и других мозгов Морского Альянса был какой-то план на послевоенный период. Но для того, чтобы осуществить этот план, им нужно было сначала что-то сделать с Империей Великого Тигра... Не было смысла мечтать о будущем, пока они не справятся с возникшим кризисом. Видеоролик не поднял их боевой дух, но и не вызвал особого смятения.

С другой стороны, люди, присоединившиеся к Империи Великого Тигра, почувствовали волнение в своих сердцах.

Империя Великого Тигра превратилась в огромное государство с многочисленным населением. Все эти люди, выходцы из разных стран с разным образом мышления, в настоящее время были объединены харизмой Фуги. Можно сказать, что Империя Великого Тигра стала местом, где люди собрались вместе, чтобы доверить свои мечты грандиозной амбиции Фуги — завоеванию континента.

Фуга понимал это, поэтому он выставлял свое далеко идущее видение на всеобщее обозрение, собирая поддержку, позволяя им думать, что они являются участниками его эпической истории. Те, кто выступал против его повествования, становились злодеями, а те, кто поддерживал его, играли роль его союзников, создавая систему, которую можно назвать «театральным способом господства».

Все было сосредоточено вокруг Фуги, включая саму эпоху.

Но теперь эта эпоха начала колебаться. В стране собралось так много людей, что они по-разному интерпретировали видео, показанное им Сомой. Старая гвардия, которая была воинами по духу, как и сам Фуга, не могла не испытывать чувства восторга. Они были кучкой мечтателей, которыми не двигала никакая выгода, которые прибыли из маленького уголка Союза Восточных Наций, чтобы промчаться через весь континент, объявив о своей гегемонии. Как только они узнали, что их ждет еще одно приключение — не похожее ни на одно из тех, что они знали раньше, в мире, который может стать их собственным, — тогда, конечно, они заволновались.

— Это... вызовет раскол, — пробормотал про себя Шукин.

Далеко к западу от Парнама, на границе между Империей Великого Тигра и Королевством Эйфория, продолжалось противостояние, пока обе стороны ждали, когда Сома и Фуга уладят ситуацию. Уже несколько дней они только и делали, что глазели друг на друга, но сегодня над главным лагерем Эйфории из ниоткуда появилась водная сфера для трансляции. В ней проецировались речь Сомы и видеозапись.

— Лорд Шукин? Что вы имеете в виду под расколом? — Элулу спросила его.

— Элулу, — Шукин смотрел на нее с грустью в глазах, — Что ты подумала, когда увидела это видео?

— Я? Мне показалось, что мир севера довольно интересен...

— Да. Не сомневаюсь, что для тебя он таковым и является, — криво усмехнулся Шукин на искренние слова Элулу, — Но для меня... меня влечет сюда так сильно, что я ничего не могу с собой поделать. Мир, который я еще не видел? Приключения, которые я еще не пробовал? Зная, что он где-то есть, я не хочу соревноваться с другими народами человечества за господство; я хочу пойти и найти его. Я слышал о мире, из которого прибыли сидийцы, но никогда не думал, что он так же велик, как наш собственный мир. И мы действительно можем туда отправиться? Честно говоря, я завидую авантюристам.

Шукин скрестил руки и застонал, прежде чем продолжить.

— Если бы я знал о том мире до этой войны... я бы посоветовал моему другу Фуге прекратить попытки завоевать юг, чтобы мы могли продвинуться на север. Хотя... мы с Фугой уже были в таком положении, что больше не могли этого сделать...

— Лорд Шукин...

Когда Элулу с беспокойством смотрела на Шукина, позади них раздался громкий стук. Удивившись, Элулу повернулась и увидела, что Люмьер бросила рапиру, висевшую у ее бедра, на землю, в ножнах и все остальное.

— М-мисс Люмьер?

— Они изменили «конец» для нас...

Люмьер посмотрела на небо с выражением разочарования.

— Я думала... мы почти у цели. Еще немного, и континент будет объединен. Я хотела, чтобы мое имя было включено в это великое достижение... Именно так я думала, когда ударила в спину своим друзьям и леди Марии, чтобы присоединиться к этой стороне, — Она говорила ровным тоном, но казалось, что она вот-вот заплачет, — Но сейчас... я не понимаю, где конец. Если люди хотят, чтобы мы завоевали еще один мир, такой же большой, как этот... сколько еще лет это будет продолжаться? Сможем ли мы содержать страну такого размера так долго?

Элулу попыталась что-то сказать, но Шукин положил руку ей на плечо и остановил ее. Видимо, он решил, что все, что они могут сделать, это оставить Люмьер в покое, пока она не успокоится.

— Элулу, мы все собрались под мечтой Фуги. Но все мы стремимся к ней с разной степенью страсти. Некоторые болеют за Фугу по собственной воле. Некоторые верят в него слепо. Некоторые верят потому, что верят те, кто их окружает. А у некоторых никогда не было другого выбора, кроме как верить... Эти различия проявятся в том, как они отреагируют после просмотра этого видео.

— Вот почему вы сказали... что будет раскол?

Шукин кивнул в ответ на вопрос Элулу.

Сердца тех, кто поддерживал Фугу, были потрясены тысячей различных способов после просмотра видео. Например, силы Империи Великого Тигра на фронте Республики...

Боевому маньяку Нате было интересно сражаться только с сильными противниками, поэтому видеоролик не вызвал у него никакого отклика. Будь то мир севера или мир юга, он был счастлив, пока мог бесчинствовать.

В отличие от него, большинство бывших земских наемников, составлявших силы Империи Великого Тигра на этом фронте, считали иначе. Они всегда думали, что подняться за счет одного лишь мастерства владения клинком — это достоинство, и их сильно привлекал северный мир, где это казалось возможным. Государство наемников Зэм уже было аннексировано, и многие из них предпочли бы свободно сражаться в северном мире, а не под властью правил Империи Великого Тигра. Главнокомандующий на этом фронте, Мумэй, с трудом контролировал своих солдат, чей боевой дух постоянно падал.

В качестве другого примера можно привести Лунарианское Ортодоксальное Папское Государство. Они отступили из Амидонии и укрепляли оборону своей страны, но это видео вызвало у них массовое замешательство. Существование сидийцев само по себе уже было трудно совместить с их доктриной, а тут еще открылся новый огромный мир. Они спорили о том, как спасти мир, на который не спустились лунарии, ученики Лунарии, Богини Луны.

Поскольку в Ортодоксальном Папском Государстве неоднократно происходили междоусобицы, подавления и чистки, повсюду тлели искры. Подавленные и очищенные фракции пытались использовать эту неразбериху, чтобы вернуться или отомстить, поэтому они никак не могли предпринять единые действия против Морского Альянса. И посреди всего этого Святая Анна, которая должна была подавить хаос, закрылась в своей комнате.

Она безучастно смотрела на небо со своего балкона.

Если мы потеряем сияние нашего святого короля Фуги и его мечту о завоевании континента... Тогда... для чего все это...?

В голове Анны пронеслись крики сжигаемых еретиков и свежая кровь тех, кто погиб в бою, поверив, что она святая. Все это время она продолжала играть роль святой, говоря себе, что все это ради веры, ради леди Лунарии. Однако... священные писания, в которые она верила, легко поколебались от одного видео.

Почему же тогда сожгли этих людей? Почему пролилась кровь? Почему она должна была отправить тех, кто верил в нее, на смерть на поле боя?

Эти вопросы мучили юную Анну. Она убила свое сердце, чтобы стать святой, но теперь, когда само существование святых пошатнулось, она начала испытывать душевную боль.

Может, проще будет просто сброситься с этого балкона...

Эта мысль мучила ее.

Анна положила руку на перила, но в голове промелькнул другой образ — выражение глаз Мэри, когда бывшая святая протягивала ей руку. Если Анна собиралась убежать сейчас, ей следовало взять Мэри за руку тогда. Она сама виновата в том, что не сделала этого.

Она должна была встретить свои решения лицом к лицу. Анна не позволила бы себе сбежать. Даже если наступит день расплаты за ее грехи, она будет играть роль святой до самого конца.

Именно так я возьму на себя ответственность, — поклялась она себе.

Таким образом, у сторонников Фуги было множество эмоциональных реакций на видео. То же самое происходило и в главном отряде, который возглавлял Фуга и который был настроен на решающую битву с фридонской армией. Они по-прежнему считали, что завоевание южного континента станет великим достижением. Это не изменилось.

Однако когда они узнали о существовании мира на севере, смысл этой войны пошатнулся.

Даже если бы они подчинили себе все народы человечества, они не смогли бы контролировать весь мир. Это разделило бы сердца людей. Одни считали, что господство на южном континенте — это все равно великое достижение, поэтому его нужно сделать первым. Другие сомневались в необходимости этого, ведь господство на континенте не означало бы, что они правят всем миром.

Что касается людей, чьи страны были поглощены Империей Великого Тигра, то они рассуждали так: хотя они и были готовы смириться с потерей своих государств ради достижения чего-то великого, но если все еще существует мир, который они могут захватить, не воюя против своих собратьев, то зачем было разрушать их старые страны?

Те, кто жаждал личного прогресса, считали, что даже если они одержат победу над королевством Фридония, то получат от этого не так уж много. Львиная доля славы и земель достанется старой гвардии, и, если они не сделают себе имя, им достанется лишь малая часть награбленного. В таком случае у них было бы больше шансов прославиться, отправившись в северный мир.

Люди, которые не нашли цель своей жизни в битве и собирали все свое мужество ради этой великой мечты — а они составляли подавляющее большинство войск Империи Великого Тигра, — думали: чем сталкиваться с непредсказуемым Королевством Фридония, им, вероятно, безопаснее сражаться с монстрами в северном мире.

Таким образом, можно увидеть, что в сердцах людей царил хаос, но сомнение, зарождавшееся в каждом из них, было одинаковым.

Насколько ценной на самом деле является эта война?

С такими сомнениями они никак не могли сражаться изо всех сил. И все же, даже находясь в стране, в которой царил беспорядок, Фуга сохранял спокойствие.

Мицуми заговорила с ним, ее тон был полон беспокойства, — Кажется... парни действительно потрясены этим.

— Да... я знаю, что они чувствуют, — Фуга без колебаний кивнул, а затем пожал плечами, — Уверен, если бы мне вдруг показали это видео, я бы тоже захотел отправиться на север. Если бы мне представили интересную мечту об освоении нового мира вместо доминирования на континенте... Но дело в том, что, хотя я и хочу посвятить себя этой войне, мое сердце тянется к неизведанным границам. И клин, который Юрига вбила в мое сердце, все еще там.

Вдвоем они вспоминали встречу с Юригой на северной окраине континента.

Незадолго до начала этой войны, в тот день, когда Юрига встретилась с Фугой перед воротами сидийского города Халга...

Это была первая встреча брата и сестры за много лет, но с тех пор Юрига стала частью Королевства Фридония, выйдя замуж за Сому. Они были уверены, что окажутся по разные стороны в грядущей войне.

После того как Фуга и Юрига немного поболтали, он спросил, — И? Что ты хочешь, чтобы я услышал?

— То, что, я думаю, ты хотел бы услышать… — сказала она, подняв руку.

Ворота Халги открылись, и в воздухе раздался громкий грохот: песчаная земля задрожала под их ногами. В конце концов через ворота пронеслось что-то массивное и оказалось за спиной Юриги. Когда глаза Фуги и Мицуми расширились, Юрига уставилась на них непоколебимым взглядом.

— Я хотела показать вам это. Вы должны знать об этом, потому что... это было в моих отчетах, — сказала Юрига, жестом указывая на объект позади себя, — А я хочу рассказать вам о мире, в котором родилась эта штука.

За спиной Юриги лежал массивный череп. Он имел драконью форму, но был гораздо больше, чем у красного дракона, на котором летал Халберт, или у любого из драконов из Королевства Рыцарей Драконов Нотунг, с которыми ему доводилось сражаться. Даже Фуга не видел настолько огромного существа, что одна только его голова была больше, чем у носорога.

Пока Юрига продолжала говорить, Фуга с благоговением взирал на величие этого существа.

— Это череп кайдзю Ооямидзути, который напал на Архипелаг Девятиглавого Дракона. Как вы уже догадались по его размерам, он был величиной с гору или небольшой остров, и Королевство Фридония и бывший Союз Архипелага Девятиглавого Дракона смогли уничтожить его, лишь объединив свои усилия и сражаясь вместе. Сейчас кости Ооямидзути принадлежат Королевству Архипелага Девятиглавого Дракона, но я обратилась с просьбой к королеве Шабон через сэра Сому. Она разрешила мне одолжить череп, чтобы представить его здесь сегодня.

— Я слышала об этом... это было действительно огромное существо, не так ли? — сказала Мицуми, вздохнув.

— Да, — кивнул Фуга, — Если его голова уже такая большая, то... оно было гораздо больше, чем даже то грибовидное оружие, с которым мы сражались. Теперь понятно, почему Архипелаг Девятиглавого Дракона не смог справиться с ним в одиночку.

Сказав это, Фуга посмотрел на Юригу.

— Так зачем ты нам его показываешь?

— Мне сказали, что за морем, в северном мире, есть еще существа такого же размера, — сказала Юрига, жестом указывая на море по другую сторону от города Мао.

Затем она объяснила Фуге все, что они знали о северном мире. За этим морем находился другой мир, называемый Сидией, который был такого же размера, как и южный мир, Ландия. Сидия была миром разбросанных островов, и с тех пор, как сидийцы потеряли ее из-за наседавших монстров, она превратилась в мир неизвестностей, полная картина которого была неясна.

Фуга молча слушал объяснения Юриги.

Детали звучали причудливо. Но то, что она рассказывала ему об этом, находясь перед городом сидийцев, после того как выкатила череп, более массивный, чем все, что он когда-либо видел... он был в состоянии поверить ей. С разрешения Сомы Юрига заранее раскрыла Фуге информацию, которую планировалось позже передать всему миру.

После того как она все рассказала, она сглотнула и сказала, — Королевство Фридония уже движется в новую эпоху.

— Новую эпоху? — спросил Фуга.

— Да, — Юрига кивнула, — Независимо от того, удастся ли вам завоевать весь южный континент или нет, следующая эпоха гарантированно будет направлена на продвижение людей в мир севера. Но ведь это очевидно, не так ли? Если мы знаем, что на севере существует мир загадок, то смельчаки и амбициозные люди отважно отправятся туда. И наоборот, узнав, что угроза монстров все еще существует, более консервативные люди также почувствуют необходимость решить эту проблему. Ведь если они оставят все как есть, могут начаться новые волны демонов. А это значит, что в любом случае людям придется идти на север.

Юрига с уверенностью смотрела Фуге в глаза.

— До сих пор твоя мечта о господстве на континенте была тем, что никто не мог воплотить в жизнь. Если бы юг был всем, что есть в этом мире, это была бы самая большая мечта, которую только можно себе представить. Именно эта мечта очаровала меня и старшую сестру Мицуми. Все в Империи Великого Тигра работали до изнеможения, чтобы исполнить твое большое желание. Я ошибаюсь?

Хотя она спросила его, не хочет ли он возразить ей, в словах Юриги не было ничего неправильного. Фуга и Мицуми молчали.

Приняв их молчание за согласие, Юрига продолжила.

— Но юг — это еще не все, что есть в этом мире. Теперь ясно, что есть северный мир, такой же большой, как и этот. Может, твоя мечта и остается тем, чего еще никто не достигал, но это уже не самая большая мечта, которую только можно себе представить. Когда Сома и госпожа Мао встретились, словосочетание «мировое господство» изменило свое значение, включив в него и северные земли. И Империя Великого Тигра не может воплотить эту мечту в жизнь самостоятельно.

Юрига рассказала о пределах мечтаний Фуги.

— Когда ты уже почти на финишной прямой... Когда люди думают, что стоит только победить Морской Альянс, и мечта сбудется... Бесчисленное множество людей готовы были терпеть обиды, чтобы продолжать бежать вперед. Но теперь, когда появился еще один рубеж, неужели им придется проходить то же самое расстояние заново? Их и так уже довели до предела, а теперь им скажут, что они только на полпути. Они ни за что не смогут этого стерпеть. Народная поддержка гарантированно прервется. А у Империи Великого Тигра, которая все это время рвалась вперед изо всех сил, не хватит выдержки, чтобы остановить их.

Фуга и Мицуми смотрели на Юригу, сосредоточившись на ее словах.

— Единственные, кто приспособлен к наступающей эпохе, — это Морской Альянс, который сохранил свою выносливость, создав свободный союз наций и увеличив мощь каждой из них за счет технологического сотрудничества! У нас нет другого выбора, кроме как отправиться в северный мир, и Морской Альянс может это сделать. Они сохранят свой свободный союз, пока каждая страна будет сотрудничать с госпожой Мао и сидийцами, чтобы отправить туда людей. Если госпожа Мао будет помогать им, они смогут использовать врата в другой мир. Сэр Сома и его люди уже начали экспериментировать с отправкой экспедиций на север для исследования.

— А?! Сома уже наложил лапы на северный мир?! — удивлённо воскликнул Фуга, получив от Юриги решительный кивок.

— Конечно. Но поскольку это может быть воспринято как попытка монополизировать его для своей страны, он также обратился к другим странам Морского Альянса, сидийцам и Королевству Рыцарей Драконов, чтобы отправить предварительную исследовательскую группу, которая будет действовать под совместным управлением всех вовлеченных стран.

Юрига прищурилась, глядя на Фугу.

— Ты только что подумал, что он обогнал тебя, брат?

— ...!

— Я уже говорила, что на север захотят отправиться авантюристы и амбициозные люди, и разве это не характеризует тебя с лучшей стороны, брат? Когда ты услышал мое объяснение, ты пришел в восторг, не так ли? Разве ты не хотел сам отправиться на север?

— Ну...

Фуга растерялся. Выслушав объяснения Юриги и увидев перед собой массивный череп, он почувствовал, что сердце его забилось... Волнение, нарастающее внутри него, говорило о том, что она права.

Юрига продолжала, как будто она видела его насквозь.

— Я говорю с тобой так, потому что понимаю, что ты за человек, брат. И я думаю, что те, кто собрался под твоим началом и может разделить твою мечту, такие же. Шукин, Гатен, Мумэй и Касен. Все они были бы так же рады услышать то, что я тебе только что рассказала. Разве ты не чувствуешь то же самое, старшая сестра Мицуми?

— Ах...! Полагаю, ты права, — ответила Мицуми, покорно кивнув, когда разговор внезапно перешел на нее, — Не знаю, что подумают об этом мой брат и его люди, но я не могла не думать о том, как интересно было бы промчаться по северному миру рядом с моим мужем.

Фуга неловко почесал голову, — Ладно, я согласен, что в словах Юриги есть своя прелесть. Но зачем рассказывать об этом сейчас? Я никак не могу просто отменить войну с Королевством, чтобы мы могли все вместе отправиться на север, понимаешь?

— Если бы ты мог... разве это не было бы здорово? — Юрига сказал с грустным видом, — Для меня идеальным был бы мир, в котором вы изменили курс и стали сотрудничать с Морским Альянсом, поддерживая империю и сотрудничая с сэром Сомой, чтобы отправиться в северный мир... это был бы мой идеал. Но вы все слишком много потеряли и несете слишком тяжелое бремя на своих плечах, чтобы быть в состоянии сделать это.

— Да... Теперь меня не остановить, — тихо кивнул Фуга, — Все страны, которые я захватил, и ребята, которых я уничтожил, никогда бы не позволили мне так поступить. Отказаться от своей мечты на полпути означало бы отбросить все жертвы, которые были принесены ради нее. Каким бы ни был конечный результат, мечту нужно довести до конца. Для этого мне нужно уладить отношения с Сомой.

Слова Фуги прозвучали как отказ.

— Я знаю это, — сказала Юрига, поднимая голову.

Хотя выражение ее лица было твердым, в уголках глаз застыли крупные слезы.

— Как великий человек, ты не имеешь права останавливаться... И все же я хотела сыграть на слабой надежде. Потому что я не хочу, чтобы твоя мечта закончилась печально.

— Юрига...

— Но я так же хотела, чтобы ты знал, что если ты когда-нибудь падешь от власти и перестанешь быть великим человеком, то этот вариант будет доступен для тебя. Когда ты проиграешь следующую войну, теперь, когда ты услышал то, что я хотел сказать, я уверена, что ты не сможешь продолжать сражаться, чтобы отомстить Морскому Альянсу. Потому что вместо того, чтобы продолжать долгие и затяжные сражения с Сомой и остальными, желание отправиться в мир севера наверняка будет мучить тебя и дальше… — сквозь слезы объяснила Юрига.

Глаза Фуги расширились, — Это то, чего ты хотела?

Он наконец понял, какую цель преследовала Юрига — именно поэтому она позвала его сюда, на самый север континента, чтобы поговорить с ним в этот момент.

— Ты хотела ограничить время для моих мечтаний, да?

Если уж нельзя было избежать битвы между Сомой и Фугой, то, по крайней мере, она хотела, чтобы она закончилась одним конфликтом. Если бы Фуга победил, его мечта была бы исполнена. Если же он проиграет, то Морской Альянс не намерен вторгаться в Империю Великого Тигра, поэтому он сможет вернуться и повторить попытку еще несколько раз. Однако теперь, когда Фуга услышал рассказ Юриги, он предпочел бы отправиться на север, а не вести затяжную серию войн с Морским Альянсом.

Наступление новой эпохи. Новая мечта.

Теперь, когда он осознал это, Фуга больше не мог быть великим человеком.

Фуга вздохнул, как будто что-то, что владело им, выходило из его тела, — Понятно... Ты подала мне настоящий «яд». Быстродействующий тип, известный как информация...

— Прости, брат, — извинилась Юрига. Фуга положил руку ей на плечо.

— Не стоит. Ты пыталась добиться желаемого результата, верно? Тогда держи голову высоко.

— Брат...

— Юрига. Кто ты сейчас? Младшая сестра Великого Императора, Фуги Хана?

— Нет...

Вытерев слезы, Юрига посмотрела прямо на Фугу.

— Я — Юрига, жена короля Сомы Э. Фридонии!

— Это прекрасно. Ты идешь по тому пути, в который веришь!

— Да!

На этом разговор Фуги и Юриги на севере подошел к концу.

◇ ◇ ◇

Пока шел рекламный видеоролик, подготовленный Сомой, Фуга и Мицуми вспоминали тот день.

— Все зависит от того, выиграем мы или проиграем. Если мы победим, моя мечта будет исполнена. Если же мы проиграем, то сердца людей разделятся между продолжением борьбы или примирением, чтобы продвинуться на север. Оказавшись в такой ситуации, мы уже никогда не сможем противостоять Морскому Альянсу.

— Да, я согласна. И я ожидаю, что если это произойдет, твоя страсть к господству на континенте начнет остывать.

Фуга криво улыбнулся и кивнул в ответ на слова Мицуми.

— Да. Серьезно... Ты чертовски хорошая младшая сестренка, Юрига!

Фуга одарил свою младшую сестру Юригу, которая, вероятно, сейчас находилась в лагере врага, комплиментом, который она не могла услышать.

Меня зовут Додзёмару, и я добился больших успехов в написании романтических комедий, поскольку эта история по большей части очень серьезная.

Этот том представляет собой первую половину финальной битвы с Фугой.

Фуга мчится вперед, подгоняемый временем, в котором он живет, а Сома пытается изменить саму эпоху. Развязка этой битвы, в которую оказалась втянута каждая страна, уже близка.

Я отношусь к тем, кто вкладывается в создаваемых персонажей, поэтому актерский состав становится все больше и больше. Даже в истории в жанре исекай, где люди предпочитают, чтобы главный герой был единственным сильным, или в романтической комедии вроде Yashiro-kun, мой актерский состав продолжает расти, а вместе с ним и длина текста.

В отличие от этого, в Nomad Princess я сосредоточился на том, чтобы избежать этого, сделав романтическую комедию один на один. Хотя, я подозреваю, что актерский состав будет расти и там, но это должно быть хорошо... я думаю.

Не успел я оглянуться, как серия разрослась до восемнадцати томов, и история близится к завершению. Я ожидаю, что 20-й том станет заключительным томом Хроник восстановления королевства реалистом.

Я хотел бы поблагодарить всех, кто принимал участие в работе над этой книгой, и всех моих читателей.

Королева Шабон очень занята

По мере приближения тотальной войны между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра по всему миру нарастало напряжение и страх перед грядущим конфликтом. Но среди этой суматохи жители Королевства Архипелага Девятиглавого Дракона были спокойны.

Их страна была отделена от континента морем, поэтому Империя Великого Тигра вряд ли вторгнется к ним в ближайшее время. И даже если на них нападут, незнание океана помешает Империи высадить десант. По крайней мере, таково было общее предположение. Но хотя Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона было искусным в морских сражениях, у них практически не было опыта ведения войны на суше, в глубине страны. Кроме того, у них не было командиров, способных возглавить такую кампанию, поэтому Фуга не считал их угрозой и был намерен игнорировать до окончания войны с Королевством Фридония.

Пока Королевство Архипелага Девятиглавого Дракона было далеко от финальной битвы, разворачивающейся на континенте, его королева Шабон была невероятно занята. Даже сейчас она сражалась с кучей бумаг, лежавших перед ней...

Культура этой страны представляла собой смесь Китая эпохи Тан и Японии периода Эдо, поэтому документы лежали на толстых циновках татами, образуя круг вокруг низкого письменного стола. Она также писала кистью, поэтому, заглянув в эту комнату, можно было подумать, что она писательница.

— У меня есть отчет, — объявил Кишун, сидя рядом с Шабон.

Он был ее мужем, но на работе обычно выступал в роли ее подчиненного.

— Сэр Ку, глава Республики, заказал дополнительные орудия «Львиные собаки»...

— Он не может их получить, — решительно отвергла Шабон, не поднимая головы, — Наше производство уже близко к пределу, верно?

— Все так, как вы говорите, — Кишун с готовностью кивнул, — Дальнейшее увеличение темпов невозможно.

В настоящее время Архипелаг Девятиглавого Дракона был завален заказами на огнестрельное оружие от других стран Морского Альянса.

Одним из таких предметов была пушка «Львиная собака» — миниатюрная портативная пушка (наподобие ручной пушки или пушки «Крадущийся тигр»). Это было второстепенное оружие, используемое в морских сражениях, в которых применение магии было ограничено. Однако разработка Королевством Фридония отменителя магии изменила сложившееся положение вещей. Магический отменитель создавал на суше зоны, в которых магия не могла быть использована; таким образом, пороховое оружие внезапно оказалось в центре внимания. В связи с неизбежной битвой между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра их союзники заказали еще больше «львиных собак», чтобы усилить свой военный потенциал.

— Мы получаем прибыль, но трудно быть полностью довольным ситуацией… — Шабон вздохнула. Она отложила кисть и прислонилась щекой к ладони, — Хорошо, что Королевство Фридония и Республика Тургис снабжают нас железом, которого у нас обычно не хватает, но мы ничего не можем поделать с количеством ремесленников. Их не так просто обучить, поэтому мы также не можем снизить качество, чтобы увеличить их производительность.

Кишун кивнул в знак согласия, — Да, вы правы. Особенно когда это может повлиять на жизни людей и исход войны.

— Очень хорошо. Мы уже отправили заказанное заранее количество, поэтому мы должны попросить других членов альянса пойти на компромисс друг с другом.

— Понятно, — Кишун поклонился, затем переключился и продолжил чтение отчета, — Далее у нас письмо от королевы Юриги из Королевства Фридония. Она хочет кое-что позаимствовать у нашей страны.

— Юрига? Чего она хочет?

— Ну...

Кишун назвал то, что просила Юрига, и Шабон посмотрела на него с недопониманием.

— Ей нужно это? В такой момент? Почему?

— Она только пишет, что это для ее стратегии. Однако на письме также стоит подпись короля Сомы, так что, по всей вероятности...

— Значит, у Королевства Фридония есть что-то на этот счет.

— Да.

Шабон ненадолго задумалась, затем кивнула, — Ясно. Кишун, где она хранится?

— Мы путешествуем с ней по острову как эмблемой вашего правления и символом стабильности.

— Прошу отозвать ее и отправить в Королевство Фридония.

— Понял.

— Ну а теперь...

Выслушав все отчеты и уладив пока все бумажные дела, Шабон собиралась перейти к следующему...

— М-мама… — раздался нерешительный голос из дверного проема.

Шабон и Кишун повернулись и увидели, что их дочь, принцесса Шаран, высунула голову из-за раздвижной двери.

— Шаран? В чем дело?

Шаран была таким же интровертом, как и Шабон. Она редко приходила в офис в рабочее время, поэтому они были удивлены, увидев ее.

— Я хотела спросить тебя, мама.

Глаза Шаран блуждали, пока она говорила. Шабон повернулась к дочери лицом.

— В чем дело? — спросила она с улыбкой.

Шаран ответила, — Я слышала, что Фридония в опасности.

— Да, это так.

— А с лордом Сианом и леди Казухой все будет хорошо...?

Шаран была слишком мала, чтобы понимать, что такое война, но даже она чувствовала, что что-то угрожает Сиану и Казухе и что они могут больше не встретиться.

— Ты ведь любишь их обоих, Шаран?

— Да.

Шабон, оставаясь на коленях, приблизилась к Шаран.

— Все будет хорошо, — сказала Шабон, обнимая ее, — Скоро ты увидишь их снова. Я позабочусь о том, чтобы это случилось.

— Правда...?

— Да. Просто предоставь это своей маме.

С этими словами Шабон подняла Шаран на руки и повернулась к Кишуну.

— Переведи план в следующую фазу. Ради Шаран и ее будущего мужа.

Считалось, что королева Шабон не сможет повлиять на исход войны, но прошло совсем немного времени, и она послала нечто такое, что загнало Фугу в угол.

Опасная комбинация

Тотальная война между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра приближалась...

— Апчхи! Уррр... Так холодно.

— У-ка-ка! Рад, что ты смогла прийти, мисс Трилл! И добро пожаловать!

Они находились недалеко от северной окраины Республики Тургис, в городе под названием Тарс, который они завоевали в последней войне. Здесь Ку, Тару, Лерина и Найк из Республики встречали принцессу Трилл из Королевства Эйфория.

Оглядевшись по сторонам, Трилл потерла руки, чтобы согреться, — Республика такая же холодная, как я слышала...

— Да ну? Мне кажется, что в этих краях довольно тепло, — весело ответил Куу.

Вздохнув, Найк сказал, — Я не устану повторять, что для нас, людей, это ощущается совершенно по-другому. Даже летом, в таком месте, как Сапер, я чувствую, что мне все равно нужно надеть еще два слоя поверх рубашки.

Найк и Трилл были единственными присутствующими людьми. Поскольку Найк не принадлежал к Пяти Расам Снежных Равнин, которые приспособились к жизни в холодном климате, он ощущал холод Республики до самых костей.

Ку продолжал, не позволяя Найку отвлечь его, — Извини, что наваливаюсь на тебя, когда ты только что прибыла, мисс Трилл, но мне нужна твоя помощь в строительстве оборонительных сооружений для Тарса и соседнего города Лерс. Они станут первыми полями сражений, когда мы выступим против Империи Великого Тигра. Нам нужно укрепить оборону, чтобы ее было нелегко прорвать.

Таков был план Ку, для реализации которого он вызвал Трилл, иностранную принцессу. Во время предыдущей встречи на высшем уровне между четырьмя странами Морского Альянса Ку услышал, что Жанна не знает, что делать с эксцентричной принцессой-бурильщицей, поэтому он решил пригласить ее в Республику. Трилл быстро приняла его предложение.

— Старшая сестра Жанна уже рассказала мне об этом. Но ты уверен? — Трилл наклонила голову в сторону, — Я дилетантка, когда дело доходит до войны, так что, возможно, тебе лучше спросить кого-нибудь другого?

— О, я не против, — Ку усмехнулся, — Я буду придумывать идеи для защитного оборудования, а ты просто реши, возможно ли это. Если скажешь, что сможешь их реализовать, то Тара и ее инженеры сделают их вместе с тобой. Все расходы оплачивает Республика, разумеется.

— В таком случае... думаю, все в порядке.

— Отлично. Итак, я слышал о том, что брат переделывал Мехадру под руководством Жени и ее команды, и эта сваебойная машина была твоей идеей? Тогда я подумал, что просто обязан привести тебя сюда, чтобы ты переделала крепостные стены.

— О, это была очень тяжелая работа… — Тара вздохнула, вспомнив о своем участии.

Она работала над перестройкой Мехадры, хотя и только в качестве ремесленника, а идеи исходили в основном от Жени и Трилл. Она страдала вместе с Мерулой, другим здравомыслящим человеком в команде, когда они пытались воплотить все эти нелепые мысли в реальность.

— Сейчас, сейчас, — сказала Лерина, пытаясь успокоить Тару, которая смотрела на нее отрешенным взглядом.

Ку хлопнул в ладоши.

— В любом случае, мы не должны стоять на месте. Давайте отнесем это куда-нибудь, где мы сможем все подробно обсудить.

Группа переместилась в особняк, который Найк получил в качестве временного магистрата Тарса. Большой стол в его кабинете был завален всевозможными документами, разбросанными в беспорядке.

— Что это...?! — воскликнула Трилл, взяв в руки одну из страниц, ее глаза расширились.

На каждой странице было изображено какое-нибудь устройство, которое Ку хотел сделать, а также простая иллюстрация. Но Трилл удивило не содержание, а объем.

— У тебя столько идей?

— Конечно. Я просто записал то, что хотел попробовать, и вот что получилось.

Ку даже не расстроился. Трилл посмотрела на одну из его идей. Она гласила: »Дракон на стене, который кажется декорацией, внезапно извергает огонь на врагов». Остальные идеи были похожи по характеру.

— Все это очень... необычно, скажем так, — Трилл, что нехарактерно, была немного удивлена, — Кажется, ты жаждешь этой войны, Ку. А вот старшая сестра Жанна и старший брат Хакуя выглядят такими мрачными.

— А? Нет. Я думаю, что война — это боль. У меня только что родились дети, и я не хочу тратить свое время на эту ерунду... Понимаешь?

— Правда? Похоже, у тебя много идей, — сказал Тару, ничуть не удивленная таким неожиданным мнением Ку.

— У-ка-ка! Потому что я не хочу вести скучную войну. Эта битва в любом случае будет локальным конфликтом. Реальный результат решит схватка между братом и Фугой. Я просто хочу поднять как можно больше пыли и свести наши потери к минимуму, пока мы отгоняем врага. Вот и все.

Выражение лица Ку, когда он говорил, несомненно, было выражением правителя.

— Лорд Ку всегда застает нас врасплох, когда речь заходит о таких вещах, — сказала Лерина, на что Тара и Найк кивнули.

Услышав это, Трилл на мгновение опешила, но вскоре надела смелую улыбку, — Тогда я тоже не стану сдерживаться. Я возьмусь за дело со всем, что у меня есть.

И вот опасная комбинация Ку и Трилл объединила свои силы и приготовилась встретиться в бою с Империей Великого Тигра.

Изучение секретной техники

Когда тотальная война между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра приблизилась к концу, над замком Парнам пролетела виверна.

На спине виверны, прочерчивающей в небе сложные дуги, сидел не солдат, а горничная — Карла, дочь бывшего генерала военно-воздушных сил. Ее платье служанки развевалось на ветру, пока виверна летела.

— Так... Поехали! — Карла крикнула своей виверне и крепко сжала поводья.

Виверна заняла положение, когда голова устремлена в небо, а хвост — к земле... и вдруг она повернула шею и хвост и захлопала крыльями, что позволило ей затормозить в воздухе. Потеряв подъемную силу крыльев, виверна постепенно набирала высоту.

Уф... Это нехорошо?

Карла снова натянула поводья. Это заставило виверну изменить положение, широко расправить крылья и плавно опуститься на землю.

— Хмм... Это просто не работает… — пробормотала Карла, когда виверна приземлилась.

Навстречу ей послышались шаги.

— Похоже, это была тяжелая работа, Карла, — раздался голос.

— Да это же леди Томоэ!

— А! Тебе не нужно спешиваться. Ты ведь занята тренировками, верно?

Это была приемная сестра Лисии, Томоэ. Не дав Карле слезть с виверны, Томоэ с любопытством посмотрела на зверя.

— Это очень необычно. Я не часто вижу, чтобы ты летала на виверне.

— Ну, в последнее время я была занята своей работой служанки, так что у меня не было возможности...

— Тогда почему сегодня?

— О, ну... В войне с Империей Великого Тигра мой отец, Кастор и я, скорее всего, будем нужны на поле боя, и он сказал мне, что есть техника, которую он хотел бы, чтобы я практиковала для этого.

— Техника...?

— Да, но важнее другое: что привело тебя сюда, леди Томоэ?

Томоэ усмехнулась и погладила виверну, — Я проверяю здоровье виверн, потому что могу задавать им вопросы.

— В этом есть смысл.

Способности Томоэ позволяли ей понимать речь животных (и сидийцев), поэтому виверны могли напрямую рассказать ей о своих симптомах. Приближалась решающая битва с Империей Великого Тигра, и они надеялись, что виверны будут в отличной форме, насколько это возможно.

Томоэ склонила голову набок, — Итак, Карла, что это за техника, о которой ты говорила?

— О, нет, я действительно не должна говорить...

— Ах! Если это военная тайна, то можно и не говорить.

— Нет, я должна быть в безопасности, чтобы рассказать тебе, леди Томоэ. Правда в том, что...

Карла объяснила все, что могла, о технике, которой Кастор пытался ее научить, разложив ее на составляющие, чтобы было легче понять. Томоэ кивала, слушая.

Когда объяснение было закончено, Карла вздохнула, — Я никогда раньше не занималась этой техникой, поэтому не знаю, как должна двигаться и как эффективно передать это виверне. Это невероятно раздражает.

— Понимаю... Позволь мне немного поговорить с этой виверной.

Томоэ пообщалась с виверной.

— ...и это то, чего она хочет. Ты сможешь это сделать?

Виверна издала низкий рев, а затем зарычала.

— Понятно. Что ж, постарайся вспомнить, что случилось в тот раз.

Виверна снова зарычала.

Карле показалось, что Томоэ говорит, а виверна ревет, но при этом они общаются.

Некоторое время Томоэ была поглощена разговором, но в конце концов повернулась и посмотрела на Карлу.

— Я объяснила, и она сказала, что должно получиться.

— О-о, да? Что ж, тогда я попробую.

Карла снова взмыла в небо вместе со своей виверной. Она пролетела вокруг, и натянула поводья, как только они набрали скорость.

— Ха-а?!

На этот раз получилось! Леди Томоэ просто великолепна!

Блестяще выполнив маневр, она полетела вниз и приземлилась рядом с Томоэ, ликуя от счастья.

Плавно соскочив с виверны, Карла сказала, — Мы сделали это, леди Томоэ!

— И-ик?!

Повторюсь, на Карле было короткое платье горничной, разработанное Сериной. Когда она спрыгнула со спины виверны, то... полностью обнажила нижнее белье.

Томоэ закрыла лицо руками, и Карла, поняв, что произошло, покраснела. Ее единственным спасением было то, что единственным свидетелем была Томоэ.

— Хм... Если ты собираешься продолжать тренировки, может, тебе стоит надеть под них штаны?

— Да. Пойду одолжу несколько у Лисии.

Несмотря на то что она освоила эту технику, Карла чувствовала себя очень глупо.

Положитесь на Бога войны в трудные времена

Решающая битва с Империей Великого Тигра под предводительством Фуги Хана стремительно приближалась, и мы неуклонно готовились встретить его в бою. Нам требовалось не только тщательное планирование и развертывание сил, но и эвакуация жителей на предполагаемом пути вторжения. Чтобы убедить их спокойно уйти, нужно было показать им, что в местах эвакуации есть необходимые для выживания припасы, которые мы тоже должны были подготовить... В общем, у нас была куча дел.

Я оставил военные планы Хакуе, Юлию, Эксель и Каэдэ, чтобы полностью сосредоточиться на бумажной работе. Но даже в этом случае я не мог избавиться от мучительной неопределенности войны. Нашим противником был любимец этой эпохи, великий Фуга. Никакая подготовка не могла дать мне полной уверенности.

У меня и близко нет такого мужества, как у Фуги...

Я не мог относиться к собственной смерти так же беспечно, как он. Я не хотел умирать и не хотел терять никого из своей семьи. Хотелось бы думать, что все в этой стране чувствовали то же самое. И все же один мой приказ мог привести к гибели многих людей. Если бы я когда-нибудь перестал чувствовать давление этого факта, это означало бы, что я больше не человек.

Быть человеком — значит хотеть за что-то уцепиться... — подумал я, вздохнув.

— О чем ты вздыхаешь, Сума? — спросил Юлий, который ждал, пока я разберусь с бумагами, — Весь замок сейчас на взводе. Если ты будешь вести себя так, то заставишь волноваться тех, кто под тобой.

— Прости... Я просто не могу не беспокоиться. Вот бумаги.

— Принято... Не то чтобы я не понимал, к чему ты клонишь, — сказал Юлий, слегка нахмурив брови, несмотря на спокойное выражение лица, — Одна из сильных сторон Империи Великого Тигра — отсутствие страха перед потерями. Они — группа, у которой мало что было с самого начала, поэтому вполне логично, что они будут вести себя подобным образом. С другой стороны, у нас есть близкие, о которых мы должны заботиться, а это сопряжено со страхом их потерять.

— Да... И тем более каждый может упереться ногами, решив защитить своих близких. Но от неуверенности и сомнений никуда не деться. Хотя, возможно, Империя Великого Тигра была бы этому рада.

Я откинулся в кресле и уставился в потолок.

— Когда я прижимаюсь спиной к стене, мне хочется ухватиться за что угодно. Я почти готов начать молиться Богу войны о помощи.

Я не обращался к богам, когда наступали тяжелые времена... но не потому, что был атеистом. Будучи японцами, даже если у нас не было конкретной веры в синтоизм, буддизм или христианство, у нас было укоренившееся благоговение перед нашими предками и миром природы. Мы думали: «Как я смогу встретиться со своими предками?» или молились камню, который никогда не упадет, и просили его об успехе на экзаменах. Именно поэтому я чувствовал желание положиться на них сейчас... возможно, это и есть тот ментальный пробел, которым пользовались люди в культах.

Размышляя об этом, я заметил, что Юлий тоже погрузился в раздумья.

— Хм..., — хмыкнул он.

— Что-то случилось?

— Хм? О, нет. Я подумал, что, если тебе неспокойно, ты можешь попробовать попросить богов об услуге по-настоящему.

Я? Обратиться за помощью к богам? В этом мире? Я задумался, а потом сказал, — Но я не поклоняюсь Матери Драконов или Лунарии.

— Нет, я не это имел в виду. Ты можешь помолиться Богу войны, который тебе близок.

— Богу войны, который близок мне? — удивился я, повторив странную фразу.

Юлий улыбнулся и кивнул, — Да, Бог, который близок и глубоко связан с нами.

◇ ◇ ◇

Недалеко от Вана, столицы бывшего Княжества Амидония, на холме, с которого открывался вид на реку, по которой мы плыли на лодках на фестиваль памяти, был возведен мавзолей.

— Это дом дедушки?

— Конечно. Здесь спит твой дедушка, — объяснила Ророа нашему сыну Леону, который держал ее за руку.

— А дедушка Леона и мой дедушка один и тот же?

— Хи-хи! Да, именно так. Он и твой дедушка тоже, — сказала жена Юлия, Тия, держа на руках их сына Тиуса.

Это был мавзолей Гая VIII, отца Ророа и Юлия.

Мы устроили фестиваль его памяти, чтобы утешить жителей Амидонии, которые восхищались его воинскими подвигами. Для проведения фестиваля необходимо было место для празднования и поклонения, поэтому мы построили этот мавзолей на месте могилы княжеской семьи.

Сам я этого не знал, но в какой-то момент Гай, которому поклонялись в этом мавзолее, был возведен в ранг Бога войны. Я создал это место лишь для того, чтобы утешать духов умерших, но, поскольку это было место поклонения, люди решили, что оно предназначено для какого-то Бога, и воины стали поклоняться Гаю из-за того, как он вел себя при жизни.

Я был здесь, чтобы помолиться вместе с Ророа и Леоном, а также Юлием, Тией и Тиусом — всеми членами семьи Гая.

— Никогда не думал, что буду молиться о помощи своему тестю, — пробормотал я перед мавзолеем.

Юлий подавил смех, — А, ну, он все еще отец для Ророа и меня.

— Теперь, когда ты так говоришь... кажется, что мы просто навещаем семейную могилу.

Я чувствовала себя так, будто стою перед буддийским алтарем родственника во время Обона. Подумать только, Гая почитают как Бога войны...

— Он может помочь тебе, Юлий, но неужели он действительно одолжит мне свою силу? — спросил я.

— Даже если они ненавидят своего зятя, дедушки всегда мягко относятся к внукам.

Юлий подбородком указал на Ророа и остальных.

— Давайте, сложите руки вместе и помолитесь дедушке, — сказал Ророа.

— Ты тоже, Тиус, — поддержала его Тиа, — Пусть он знает, что у нас все хорошо.

— Хорошо.

Леон и Тиус, которым уже исполнилось по четыре года, сделали, как велели им мамы, и подняли руки. Позы у них были неважные, но выглядели они мило, так что все было в порядке.

Даже каменное лицо Гая смягчилось бы при виде таких очаровательных внуков.

— Да... Я тоже помолюсь.

Я дважды поклонился, а затем дважды хлопнул в ладоши, хотя в этом мире так не принято.

Я обещаю защищать ваших детей, внуков и землю, которую вы любили. Даже если вы не можете меня выносить, прошу вас, будьте пока на моей стороне. Прошу вас, дайте мне мужества... чтобы я мог стоять без страха, даже если передо мной появится Фуга.

С этой молитвой я глубоко склонил голову в сторону мавзолея.

Их прошедшие дни

В Империи Гран-Кэйос, еще до того, как Сома был призван в этот мир...

Когда Люмьер ела в одиночестве в столовой офицерской академии, где готовили будущих командиров Империи, к ней подошла Жанна, младшая сестра императрицы Марии, неся поднос с едой.

— Привет, Луми. Не возражаешь, если я сяду с тобой?

— Тебе не нужно спрашивать. Если есть свободное место, ты можешь просто занять его, понимаешь?

Слова Люмьер прозвучали резко, но не со зла — просто она была такой по натуре. Жанна знала это, поэтому улыбнулась и села в кресло.

Жанна и Люмьер. Королевская особа и будущий вассал. Они происходили из разных слоев общества, но были серьезными и трудолюбивыми людьми. Они отлично ладили и были довольно близкими подругами.

— Если подумать, Луми, я слышала, что ты отказала одному старшекласснику, который снова пригласил тебя на свидание, — проговорила Жанна в перерывах между едой.

Люмьер нахмурила брови, — Не говори «снова». Я из-за тебя плохо звучу.

— Сколько их было в этом месяце?

— Он был бы третьим... кажется?

— Если он был третьим всего за две недели, значит, тебя приглашают на свидания чаще, чем раз в неделю.

— Это настоящая головная боль.

— В парнях, заинтересованных в такой красивой и талантливой девушке, как ты, нет недостатка.

— Я улавливаю намек на злобу? — Люмьер одарила Жанну легким взглядом, пока она нанизывала вилкой жареную рыбу, — Потому что, когда это говорит такая талантливая красавица, как ты, это звучит так, будто это от злости.

— Хм? Но меня никто никогда не приглашал на свидание.

— Конечно, нет! Какой бы красивой ты ни была, никто не будет пытаться ухаживать за младшей сестрой императрицы. Все решат, что у его родителей были амбиции, и от парня отрекутся, чтобы дистанцироваться от него. Ни один идиот не выбрал бы тебя с такими рисками.

— Ну... наверное, ты права.

— Они охотятся за мной, потому что рядом с тобой я кажусь более достижимой. Не то чтобы меня интересовало подобное предложение, в котором нет ни капли амбиций.

Люмьер с ожесточением вгрызлась в кусок жареной рыбы, насаженный на конец ее вилки. Жанна язвительно улыбнулась, заметив, что у нее, должно быть, не самое лучшее настроение.

— Кроме того, я могу сказать, что они остановились на мне только потому, что не могут соблазнить тебя, — сердито проворчал Люмьер, — Нет, подожди, все гораздо хуже! Они хотят сблизиться со мной, чтобы стать ближе к тебе. И что это делает со мной? Лошадь для преследования?! Или, может быть, волнорез для тебя?

— И-извини за это. Но... нет, я понимаю, что ты чувствуешь.

— А? С чего бы тебе понимать?

— Потому что ко мне часто обращаются как к «младшей сестре леди Марии» или «сестре Эйфории, которая не Мария, — ответила Жанна, вздохнув.

Люмьер перестала есть, услышав это. Поскольку Жанна была младшей сестрой харизматичной Марии, нетрудно было понять, почему к Жанне относились как к меньшей из двух. Только Жанна могла знать, как Жанна к этому относится.

— Подожди, но ведь у тебя есть еще одна сестра, не так ли?

Жанна окинула Люмьера взглядом, — А? Ты имеешь в виду Трилл? Она сама по себе проблемный ребенок. Конечно, она талантлива в создании вещей, но она также находится в центре всех проблем. Иногда меня даже называют «младшей сестрой Эйфории, которая не является проблемным ребенком.

— Тяжело быть средним ребенком, да?

Люмьер посочувствовала Жанне, и ее гнев улетучился. Затем на нее нахлынула волна усталости, и она вздохнула.

— Честно говоря... я не выношу привязанности старших. Они так прозрачны в своем желании использовать меня для блага своей семьи или собственного будущего.

— Хм. Тебе нравятся мальчики помоложе, Луми?

— Ну, не уверена, что я бы так сказала... А как насчет тебя, Жанна? Я знаю, что тебе нельзя устраивать личную жизнь, но кто-нибудь из наших однокурсников тебя интересует?

— Хмм... Когда речь заходит о парнях моего возраста или младше, все они смотрят на мою сестру, а не на меня.

— Ну... с этой материнской аурой не поспоришь.

Улыбка Марии, похожая на улыбку богини, могла очистить сердце любого одержимого страстью мужчины и превратить его обратно в маленького мальчика... или так говорят. В ней было что-то незыблемое и священное.

— Однако их почтение может быть обузой для сестры, — Жанна слабо улыбнулась, — Вот почему я думаю, что кто-то зрелый, кто будет смотреть только на меня, может быть идеальным вариантом.

— Хм... Значит, тебе нравятся мужчины постарше, Жанна.

— Эй! Это что, расплата за предыдущее?

— Что ж, было бы неплохо, если бы наши идеальные партнеры встретились.

По иронии судьбы, эти двое, беседуя столь непринужденно, однажды оказались врагами в противоборствующих лагерях. А вот есть ли у них поблизости мужчины, которых они могли бы считать своими идеальными партнерами... Что ж, это может быть немного забавной историей.

Мировая война между Морским Альянсом и Империей Великого Тигра расколола континент Ландия на две части. Как раз в тот момент, когда силы Королевства Фридония, возглавляемые Сомой, должны были столкнуться с силами Империи Великого Тигра, подчиняющимися Фуге, план Сомы пришел в действие...

В небо проецировались изображения неизведанного северного полушария, на которых было видно, что Юна и ее отряд искателей приключений прибыли раньше всех. Сома представил людям рекламный ролик, призванный заманить их в новый мир.

Открытие нового мира, полного загадок, разрушило иллюзии жителей Империи Великого Тигра, которые считали, что если им удастся заставить Королевство Фридония покориться, то весь мир будет принадлежать Фуге. Возможно, ему удастся завоевать континент, но это не будет означать, что он покорил весь мир.

В то же время существование нового мира, который нужно было исследовать, заставляло людей мечтать о завоевании материка. Предложив им более захватывающую цель, чем покорение континента, Сома перенаправил интерес последователей Фуги в сторону приключений в новом мире. Великий человек прокладывает свой путь к гегемонии, опираясь на надежды людей, и именно благодаря тому, что они подтверждают его серьезность, он формирует историю, какой бы кровавой ни была эта дорога.

Но теперь людской интерес отвернулся от великого человека.

Они нашли историю о приключениях, которая взволновала их больше, чем легенда о Фуге. Сома сравнивал свои действия с показом им привлекательного рекламного ролика нового ролевого экшена, когда они дошли до финальной стадии симулятора, и им ничего не осталось, кроме изнурительной битвы на истощение. Он верил, что каждый выберет новую игру.

Наступила новая эпоха, не нуждающаяся в великом человеке. Больше всех от этих перемен пострадал сам Фуга. Он постоянно бросал вызов этой эпохе, спрашивая, как высоко он может подняться и как далеко он может зайти. Он воплощал в себе дух приключений. Этим воспользовались его младшая сестра Юрига и ее муж Сома.

У Фуги оставалось не так много времени. Даже он чувствовал, как его внимание переключается с господства на континенте на новый мир. Если он не сможет выиграть эту битву и захватить мир, то не сможет сохранить страсть к новой войне за контроль над континентом. Подобно человеку, оправляющемуся от лихорадки или пробуждающемуся от сладкого сна, амбиции Фуги угасли бы.

— Тск. Серьезно... Ты чертовски хорошая младшая сестра, Юрига! — сказал Фуга, глядя на видео, проецируемое на небо.

В отличие от Фуги, который относился к ситуации философски, солдаты его армии были в полном замешательстве. Выступление Сомы показало всему миру очертания грядущей эпохи.

Теперь, когда им показали, что в новой эпохе их ждет новая мечта — та, которую они могут принять, а не доверить Фуге, — какой смысл бороться с Королевством Фридония?

Было бы хорошо, если бы они выиграли. Но что, если они проиграют? Или если все закончится болезненной ничьей? Это лишь замедлит продвижение Империи Великого Тигра в новую эпоху.

Если они погибнут в бою или получат тяжелые ранения, то потеряют шанс отправиться в мир Севера. Солдаты, для которых этот последний шанс на честь был важнее собственной жизни, когда они верили, что вступают в последнюю битву за господство на континенте, благодаря «рекламе» Сомы снова стали ценить свои жизни.

Среди них наверняка были и те, кто желал, чтобы Империя Великого Тигра поторопилась и примирилась с Королевством Фридония, чтобы они могли отправиться в мир Севера. Однако, начав поход к гегемонии, от него нельзя было отказаться. Империя Великого Тигра состояла из побежденных, их обидчиков, тех, кто принес себя в жертву, и оставшихся в живых родственников погибших — всех их связывала харизма Фуги. Если они начнут думать о собственных мечтах, а не будут повиноваться Фуге, страна расколется.

Почувствовав настроения в их лагере, Хашим обратился к Фуге с таким выражением лица, словно только что съел что-то неприятное.

— Лорд Фуга. Кажется, мы опоздали, — были его первые слова.

Это было доказательством того, что победа, к которой они стремились, ускользает. Фуга кивнул:

— Да. Из попыток Юриги разубедить меня я понял, что именно так Сома видит грядущую эпоху, но я не знал, что он так ударит по нашим солдатам…

— …

— Так вот почему я почувствовал, что Сома сражается не против нас, а против чего-то большего, да? Никогда бы не подумал, что он пытается положить конец той самой эпохе, которая поддерживает нас…

Фуга выглядел впечатленным. Хашим нахмурился еще сильнее.

— Я знал, что Сома что-то замышляет. Если бы его целью были вы или Империя Великого Тигра, я полагал, что ваш контроль и динамика позволят нам поглотить их, и мы сможем справиться с любым его замыслом. Но план Сомы был направлен на все человечество. Против такого... наш внутренний контроль над страной ничего не сможет сделать.

Услышав разочарование Хашима, Фуга кивком головы утвердительно ответил, — Если бы мы хотели помешать этому плану, нам следовало бы напасть на Парнам и победить Сому до того, как он покажет эту передачу. Но его помощники помешали этому своей решительной тактикой промедления. Если им потребовались эти задержки, значит, и Сома не успевал сделать все вовремя.

— Да. Это невероятно обидно.

Если бы они продолжили свое безрассудное наступление на Парнам, не проверяя свой тыл после того, как Оуэн и Герман, положившие жизни, задержали его, все могло бы сложиться иначе.

Но это был лишь сценарий «что-если».

Тщательный план, разработанный Сомой, а также преданность его соратников, удивившая как друзей, так и врагов, навели темные тучи на путь Фуги к господству.

Хашим покачал головой, пытаясь переключиться на другую тему.

— Однако мы не можем позволить себе предаваться сетованиям. В сердцах наших людей образовалась трещина, которая продолжает расширяться. Эта трещина приведет людей к мечте о новой эпохе, о которой говорит Сома. Итак, подведем итог…

— У нас нет будущего, если мы не будем сражаться и побеждать сейчас, верно? — закончил за него Фуга.

— Верно, — кивнул в ответ Хашим.

Им нужно было укрепить свою мечту о господстве в нынешнем мире, прежде чем люди примут мечту о новом мире на севере. Реванша быть не может. Если они не достигнут своей цели сейчас, люди перейдут к следующей. Таков был план Сомы.

Увидев спокойствие на лице Фуги, Хашим сказал, — Эта битва не допускает поражений и имеет лимит времени. Если она затянется, мы проиграем. Мы должны быть готовы победить сейчас и за один день.

Он говорил, что сегодня у них единственный шанс сразиться. Услышав неразумный совет, Фуга резко сверкнул глазами и громко рассмеялся.

— Теперь нас действительно прижали к стенке! Давненько я так себя не чувствовал!

Фуга Хан был человеком, который преодолевал любые трудности, чтобы довести свою страну до сегодняшнего дня. Несмотря на бесчисленные угрозы жизни, он умиротворил степь и поглотил Союз восточных наций. Так он создал великое государство, охватывающее северную половину Ландии. Однако, как только Фуга установил эту власть, он оказался в другой лиге. Он чувствовал, что победа для него естественна, и редко ощущал угрозу для своей жизни.

Даже против такой равной силы, как Морской Альянс, он не чувствовал, что у них хватит воли вторгнуться в Империю Великого Тигра.

Дни, проведенные Фугой в качестве правителя, показались ему скучными. Даже с Доменом Владыки Демонов, который, как он предполагал, окажется грозным противником, произошла неожиданно тяжелая битва, но после нее они легко заключили мир. Фуга так устал от мира, что предложение Юриги его покоробило.

Теперь же он внезапно оказался в невыгодном положении.

Для победы были выдвинуты жесткие условия, заставляющие его оказаться в ситуации, когда, проиграв здесь, он может потерять все. Это не могло не разжечь огонь внутри Фуги.

— Приказываю всем войскам! Сегодня мы начинаем тотальную атаку на короля Фридонии, чтобы решить исход этой войны, — сказал Фуга, подняв в воздух свою толстую руку, — Это прекрасно, что они думают о будущем! Но кто будет нести следующую эпоху — я или Сома?! Мы задаем этот вопрос небесам, и сегодня мы услышим ответ! Люди, это последняя великая битва на континенте, так что сражайтесь без страха в глазах!

— Так точно, повелитель!

Хашим скрестил руки и склонил голову.

Затем он отправился отдавать приказы армии.

Силы Империи Великого Тигра издали боевой клич в ответ на проникновенную речь Фуги и начали атаку на оборонительные позиции Королевства Фридония.

Так поднялся занавес последней битвы Великого Фуги...

Страница книги Хроники восстановления королевства реалистом в интернете

Table of Contents

Иллюстрации

1 - 0.5

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 3.5

1 - 4

1 - 4.5

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

Иллюстрации

2 - 0.5

2 - 1

2 - 2

2 - 3

2 - 3.5

2 - 4

2 - 5

2 - 6

2 - 7

2 - 8

2 - 9

2 - 10

2 - 11

2 - 12

2 - 13

Иллюстрации

3 - 0.5

3 - 1

3 - 1.5

3 - 2

3 - 3

3 - 4

3 - 5

3 - 5.5

3 - 6

3 - 7

3 - 7.5

3 - 8

3 - 9

3 - 10

3 - 11

Иллюстрации

4 - 0.5

4 - 1

4 - 2

4 - 3

4 - 4

4 - 5

4 - 6

4 - 7

4 - 8

4 - 9

4 - 10

5 - 0

5 - 1

5 - 1.1

5 - 2

5 - 2.1

5 - 3

5 - 3.5

5 - 3.6

5 - 4

5 - 5

5 - 6

5 - 7.1

5 - 7.2

5 - 7.3

5 - 7.4

5 - 7.5

5 - 7.6

6 - 0

6 - 1

6 - 2

6 - 3

6 - 4

6 - 5

6 - 6

6 - 7.1

6 - 7.2

6 - 8

6 - 9.1

6 - 9.2

6 - 9.3

6 - 10

6 - 11

7 - 0

7 - 1

7 - 2

7 - 3

7 - 4

7 - 5

7 - 6

7 - 7

7 - 8

7 - 9.1

7 - 9.2

7 - 9.3

7 - 9.4

7 - 9.5

7 - 10

8 - 0

8 - 1

8 - 2

8 - 3

8 - 4

8 - 5

8 - 6

8 - 7

8 - 9

8 - 10

8 - 11

8 - 12

8 - 13

8 - 14

9 - 0

9 - 1

9 - 2

9 - 3

9 - 4.1

9 - 4.2

9 - 5

9 - 6

9 - 7

9 - 8

9 - 9.1

9 - 9.2

9 - 9.3

9 - 9.4

9 - 9.5

9 - 10

9 - 11

10 - 0

10 - 1

10 - 2

10 - 3

10 - 4

10 - 5

10 - 6

10 - 7

10 - 8

10 - 9

10 - 10

10 - 11

11 - 0

11 - 1.1

11 - 1.2

11 - 2.1

11 - 2.2

11 - 2.5

11 - 3

11 - 4

11 - 5

11 - 6

11 - 7

12 - 1

12 - 2

12 - 3

12 - 4

12 - 5

12 - 6

12 - 7

12 - 8

12 - 9

12 - 10

12 - 11.1

12 - 11.2

12 - 12

12 - 13

12 - 14

12 - 15

13 - 0

13 - 1

13 - 2

13 - 3

13 - 4

13 - 5

13 - 6

13 - 7

13 - 8

13 - 9

13 - 10

13 - 11

13 - 12

13 - 13.1

13 - 13.2

13 - 14

14 - 0

14 - 1

14 - 2

14 - 3

14 - 4

14 - 5

14 - 6.1

14 - 6.2

14 - 7

14 - 8

14 - 9

14 - 9.1

14 - 10

14 - 11

14 - 12

14 - 13

14 - 14

14 - 15

15 - 0

15 - 1

15 - 2

15 - 3

15 - 4

15 - 5

15 - 6

15 - 7

15 - 8

15 - 9

15 - 10

15 - 10.1

15 - 11

15 - 12

15 - 13

15 - 14

15 - 15

16 - 0

16 - 1

16 - 2

16 - 3

16 - 4

16 - 5

16 - 6

16 - 7

16 - 8

16 - 9

16 - 10

16 - 11

16 - 12

16 - 13

16 - 14

17 - 0

17 - 1

17 - 2

17 - 3

17 - 4

17 - 5

17 - 7

17 - 8

17 - 9

17 - 10

17 - 11

17 - 12

17 - 13

17 - 14

17 - 15

18 - 0

18 - 0.5

18 - 1

18 - 2

18 - 3

18 - 4

18 - 5

18 - 6

18 - 7

18 - 8

18 - 9

18 - 10

18 - 11

18 - 12

18 - 13

18 - 14

19 - 0.5

О книге