Пролог

Кто сказал, что через время все забудется?

Те, кто говорят так, либо оптимисты, либо те, кто увидели истину и познали крайнее отчаяние. В любом случаем нужно помнить, что слова одновременно расплывчаты и многогранны, поэтому редко говорят правду. Тем не менее история, которую я хочу рассказать, будет изложена теме же самыми словами. Эту историю пересказывали из поколения в поколения. Она заслуживает того, чтобы ее помнили до конца времен.

Страдания нашего бренного мира исходит из самого его существования. Вещи, что так сильно злят и раздражают нас, рождены из того, что мы просто живем. Созданные в таких условиях, мы постоянно упускаем счастье, которое так сильно жаждем. Из-за этого люди лишь создания печали. Поэтому, когда кто-то считает, что свобода, дарованная героям нашей истории, не что иное, как надежда в завтрашний день, когда они смогут вырваться из цикла печали, человек должен говорить об этом с потрясением и скорбью.

С начала Универсального века выросло уже несколько поколений, и человечество все дальше строило свои колонии, отдаляясь от Земли. Первоначально считалась, что все это приведет к очищению и спасению планеты или, как минимум, продлит жизнь на ней. И хоть человечество заселило лишь маленькую щепотку бескрайнего космоса, но они никак не смогли убежать от классовых, расовых раздоров, что приводили к войнам. Как оказалось, увеличение жизненного пространства лишь сильнее раззадорило былые противоречия.

Под конец Земной эры человечество осознало, что их слишком много на Земле и что это может привести к не самым лучшим последствиям. Человечество объединилось и прекратило все свои конфликты и тогда разрозненным элементам общества удавалось сосуществовать в мире. Вот только когда космос был колонизирован и опасность миновала, человечество вспомнило свою естественную любовь к репрессиям и войнам. Можно сказать, что колонизация стала лишь новой причиной для раздоров, открыв новые просторы для реализации своей злобы.

История повторила цикл.

Возможно, судьба человечества заключается в повторении своих собственных ошибок.

Есть теория, что когда мировое разочарование достигает пика, люди сами создают себе врагов, поэтому террористические акты, которые раздувают пламя ненависти, не более чем результат этого. Легко осуждать такие иррациональные действия индивидуумов, но слова никогда не остудят мировое разочарование.

Слова не будут услышаны в бескрайнем море космоса...

Гиги

— Извините.

— Ничего.

Капитан Кеннет Слег трижды зевнул, прежде чем встать и обратиться к двадцатилетнему молодому парню, что сидел рядом с ним. Парень, который что-то читал в своем ноутбуке, беззаботно улыбнулся Кеннету и поставил ноутбук себе на колени, чтобы дать пройти.

Несмотря на то, что вокруг была невесомость, простой пролет, чтобы уйти со своего места, вызвало бы гнев других пассажиров. Сегодня на борту Хаузена половина пассажиров были представителями привилегированного класса. Из-за этого показывать пируэты в невесомости было запрещено, так как эти влиятельные люди могли легко остановить карьерный рост любого лихача. Кеннет был рад, что тут не было чиновников, связанных с армией, хотя это не сильно что-то меняло.

Краем глаза Кеннет заметил, как один из министров льстил молодой девушке, о которой все говорили, пока он ходил в туалет в задней части корабля.

На летном рейсе 365 было около сорока пассажиров с экипажем в пять человек. Это был эксклюзивный рейс, и чтобы сесть на него, нужно либо заплатить огромную сумму денег, либо иметь связи с влиятельными людьми, которые могут все организовать бесплатно. На этом рейсе никого не проверяли и не осматривали. Факт того, что ты на борту, хватало, чтобы тебе никто не задавал вопросов. Кроме того, если не считать военные самолеты, этот рейс был единственным вариантом быстро высадиться на самой Земле.

Юноша рядом с Кеннетом производил впечатление беззастенчивого человека. Он происходил из семьи, что имела немереные связи, позволяющие сесть на борт Хаузена. Юноша легкомысленно расспрашивал девушку позднего подросткового возраста, которой льстил какой-то министр. Было в этой девушке что-то вульгарное, что-то такое, из-за чего казалось, что она не подходящий пассажир для этого элитного рейса.

— Гиги Андалусия? — закончив свои дела, Кеннет встал перед зеркалом, вспомнив имя девушки, о которой все вокруг шептались.

Поправив свой костюм, он подумал, что его одежда придавала ему немного крутости, хотя внешний вид Кеннета нисколько его не волновал.

— Если бы ребята из Кимберлинской оперативной группы справилась со всем должным образом, мне не пришлось бы ехать сюда в такой спешке.

По крайней мере, он так считал.

После восстания Чара космические силы Земной Федерации давно не участвовали в реальных боях и даже лишились потенциальных врагов. И даже в таких условиях Кеннет бессмысленно занимался разработкой новых мобильных доспехов. Хоть он и обрадовался, что сможет вновь оказаться на поле боя, однако то, что его отправили на Землю, не очень радовало.

Тем не менее Кеннет был еще достаточно молод.

В последнее время на Земле активизировалась антиправительственная организация под командованием Мафти Эрина. Кимберлинскому отряду было приказано подавить их. Десять дней назад им поставили новейший доспех Пенелопа вместе с его пилотом-испытателем Лейном Эймом, который теперь был под командованием Кеннета.

Буквально позавчера к Кеннету пришло письмо с приказом принять на себя командование над оперативной группой. Именно поэтому Кеннету пришлось воспользоваться своими военными связями, чтобы как можно быстрее оказаться на Земле. Первым попавшимся рейсом стал наш 365.

Нахождение на рейсе с кучей министров подтвердило его мысли о том, какими они были, мягко говоря, неприятными людьми.

«Если меня убьет Мафти Эрин, я даже не буду жаловаться», — подумал Кеннет.

Поправляя галстук, он задался вопросом, почему Джули решила расстаться с таким лихим мужчиной, как он. Не прошло еще и двух лет с их развода.

Покинув уборную, Кеннет пошел в гостиную.

Там три парочки чиновников сидели со своими супругами и болтали с напитками в своих руках. Помимо них еще трое чиновников одиноко играли в видеоигры. Увидев это, он вернулся в каюту.

Министр, что беседовал с Гиги Андалусией, куда-то ушел.

Кеннет подплыл к печально известной девушке, сидевшей неподалеку. Он взглянул на ее колени, на которых был открытый ноутбук. На экране ноутбука двигались разнообразные картинки.

Длинные, прозрачные светлые волосы девушки закрывали плечи, а ресницы блестели прозрачным сиянием. Ее лицо хоть и было европеоидной формы и не вызывало особенного восхищения, но с другой стороны, ее восточная нежность вместе с латиноамериканским оттенком кожи лишь сильнее подчеркивал прозрачность волос.

Несмотря на то, что Кеннет был типичным воякой, он был не менее жестоким и суровым, что можно было не понять по его внешности. Тем не менее легкость, с которой девушка общалась со всеми, была вызвана ее наслаждением обществом мужчин, что собирались вокруг нее. Отчасти это объясняло, почему женатые министры так сильно хотели поговорить с ней, несмотря на упреки со стороны своих жен.

— Вы не против?

— Нет, прошу.

Хотя ее голос и не подавал удивления, но тело говорило об обратном, когда к ней неожиданно обратился мужской голос. Но все равно это выглядело достаточно элегантно. Та скорость, с которой она подняла лицо, покорила его, почти застав врасплох.

— Спасибо. Просто я не могу найти, с кем я мог бы поговорить.

Своими словами Кеннет тут же стер со своего лица кривую улыбку.

«В конце концов, она лишь ребенок, не так ли?», — подумал он про себя.

Должно быть, Кеннет был слегка смущен, что было заметно на его лице, поэтому девушка сначала собралась рассмеяться, но затем тут же успокоилась, когда посмотрела в его глаза. На его памяти это был первый раз, когда при первой встречи девушка сразу же начала смотреть в глаза.

В довершение ко всему его поразило постоянно меняющаяся гамма выражений лица девушки.

— Вы не против, если я к вам подсяду?

Все на борту знали, что этой девушке принадлежало сразу три сидящих места.

— Если вы надолго... — прямолинейно начала говорить она.

— Хорошо.

— В таком случае, о чем вы хотите поговорить?

Кеннет был, мягко говоря, неприятно удивлен, что к нему так прямолинейно обратились.

— Как хотите. Я буду краток. Меня зовут Кеннет Слег. Я из армии Земной Федерации, — он проговорил это, пока садился на сидение.

— Полагаю, вы капитан?

Не желая закрывать ноутбук, она проследила за его движениями своим полупрозрачным взглядом.

— Что читаете?

— Книгу с картинками. Смотрите.

Девушка плавным движением повернула к нему ноутбук. Красивая компьютерная графика заполонила экран. Там в мультипликационной форме рассказывалась сказка о двух кроликах, что гонялись за бабочкой. Под изображением отображалось несколько строк текста.

— Должно быть, это история достаточно популярна?

— Это классика. Не могу сказать, на сколько она популярна, но если мне что-то нравиться, я посмотрю несмотря ни на что.

— Хмф.

Прежде чем Кеннет успел выразить свое восхищение, девушка уже переключила экран.

— Смотрите. Это мило, не правда ли?

Экран был полон анимационной динамики. Кролик и лиса бегали кругами, пока в центре кролик, пойманный в клетку, плакал фонтаном слез.

— Ну... Достаточно интересно...

Пока Кеннет смотрел на экран, девушка перешла на другую тему.

— Поскольку вы солдат, я хочу кое-что спросить. Что вы думаете о Мафти Наву Эрине?

— Эм...

Вопрос застал его врасплох. Кеннет на мгновение взглянул в глаза молодой девушки. То, как она переключила тему в середине разговора, при этом без колебания сказав то, что было у нее на уме, показывало, что она была непростой девушкой, противореча своему внешнему виду.

— Что вы имеете в виду? — спросил Кеннет, смутившись.

Хоть он и собирался задать вопрос спокойно, но то, как Кеннет был связан с делом Мафти, что было причиной его отправки на Землю, подвело его и эмоции всплыли наружу.

— Ничего конкретного. Мне просто интересно и хочется погореть с вами, как с незнакомцем, которого случайно встретила на улице.

Она рассмеялась после своей неловкой аналогии. Ее прямота никуда не пропала. Кеннет нашел в ее отсутствующей двусмысленности приятную легкость.

— А что смешного?

— Вы же отправляетесь на Землю, что уничтожить Мафти, не так ли?

Кеннет не мог не заметить, что происходит что-то необычное в понимании молодой девушки, пока она занималась словесными поединками.

— Вы...

— Меня зовут Гиги Андалусия. Я бы хотела, чтобы вы обращались ко мне правильно.

— Извините. Все что вы сказали правда.

Несмотря на его очевидный дискомфорт, Гиги сохранила свою слабую улыбку. У нее была небольшая доля сочувствия к замешательству Кеннета.

— Ну так что по поводу моего вопроса?

Почувствовав блеск ее глаз, он выпалил ответ, неподходящий мужчине его возраста.

— Мафти опасный человек. Он представляет опасность правительству Земной Федерации.

— Такой формальный ответ. Мне кажется, что мир любит Мафти. По телевиденью крутят столько программ, в которых задаются вопросом, является ли Мафти новым Амуро Реем, или, может быть, это воскресший Чар.

Позабыв о ноутбуке, Гиги подтянула верхнюю часть тела, позволяя устройству поддаться невесомости. Кеннет протянул руку, поймав ноутбук, и передал хозяйке.

— Спасибо.

Поставив ноутбук на колени, она будто совершенно позабыла о своем вопросе и снова начала залипать в экран.

— Мне кажется, Мафти чрезмерно радикален. Он хочет убить всех важных людей в правительстве Федерации, а затем провести политику очищения Земли, заставив всех людей покинуть ее и переселиться в космос. Довольно детское заявление.

Кеннет заговорил с вновь обретенной уверенностью, считая, что ее хватит, чтобы противостоять словам молодой девушки, однако ее ответ был на удивление прост:

— Иногда логика ребенка может оказаться верной.

— Мне кажется, вы недостаточно об этом думали. Мир устроен не так просто.

— Согласна. Я понимаю, к чему вы клоните, но... Давайте возьмем высшее общество. Правда оно такое высокое и могущественное?

Словно желая положить конец их обсуждению, Гиги наклонилась и обратилась к нему полушёпотом:

— Я понимаю вашу точку зрения. Существует в мире коррупция, фаворитизм, поэтому невозможно быть по-настоящему высшим, не так ли?

— А что вы думаете по этому поводу? — он увидел блеск в ее глазах и все же позволил себе задать такой вопрос.

— Может быть, стоит смазать колеса общества?

— Из ваших уст, как обычно, исходят лишь одни загадки.

Кеннету нечего было толком ответить, особенно увидев гнев на лице девушки. Он прекрасно осознавал, что не мог ничего сказать толкового, кроме банальных слов, чтобы продолжить разговор.

— Однако я хочу кое-что уточнить. Вы говорите, что они хотят убить важных лиц страны, но будет ли это считаться убийством, если будут использованы мобильные доспехи?

— Нет. Это будет неизбирательное нападение.

— Я так не считаю. Это не неизбирательное нападение, если они нацелены только на членов правительства Земной Федерации. Мафти же четко сказал, что собирается сделать.

Кеннет промолчал. Гиги вновь положила ноутбук на колени и сменила изображение на экране. Кеннет понял, что его «ненадолго» подошло к концу.

— Я понимаю, что мое время истекло, но все же мне интересно ваше мнение о Мафти.

— Я думаю, это мило, — сказала она прежде чем вновь уткнулась в ноутбук.

— Вы хотите сказать, что организация под командованием Мафти Наву Эрина, милая?

— Да. Удивительная смесь суданского, арабского и древнеирландского. Это не имя, а жутка мешанина, — она сказала так, будто продекламировала, не отрывая глаза от экрана.

— Хаха... Согласен...

Кеннету хотелось еще задать пару вопросов, но понял, что уже сильно раздражает девушку, поэтому ушел от нее. Он проплыл к молодому человеку. Парень кивнул, и мужчина прошел на свое место, а затем Кеннет взглянул на него с мыслью:

«Что с ним? Он горбатый, что ли?».

Страница книги Мобильный Доспех Гандам: Вспышка Хэтуэя в интернете

Table of Contents

Пролог

Гиги

О книге