Глава 1 - Возрождение

Му Сяоя умирает. Если быть точным, десять дней назад она ясно чувствовала, что приближается к смерти.

Десять дней назад она вернулась домой навестить своих родственников и на выходе из аэропорта упала в обморок на обочине дороги и вызвала большую панику. К счастью, работники аэропорта сработали правильно и ее быстро отправили в больницу.

Когда она проснулась, с ее семьей уже связались. Ей не нужно было задавать никаких вопросов. Она смотрела на красные и опухшие глаза родителей, знала и боялась, что на этот раз все плохо. В противном случае ее родители, которые всегда были уравновешенными, не были бы такими эмоциональными. Му Сяоя хотела задать мучавшие ее вопросы, но у нее не было сил открыть рот.

Затем она снова потеряла сознание, девушка почти постоянно находилась без сознания и непрерывно просыпалась и засыпала. Каждый раз, когда это происходило, она становилась все слабее и слабее, и все больше и больше медицинских инструментов оказывалось рядом с ее кроватью.

К тому времени, когда ее состояние стабилизировалось, она уже дважды попадала в реанимацию, и уже неделю находилась в больнице. Только тогда врачи поняли, что с ней не так.

– Мисс Му, у вас очень редкое наследственное заболевание, – сочувственно сказал доктор, – это генетическое заболевание было внезапным и имеет низкую вероятность возникновения. До наступления болезни не было никаких физических отклонений, но как только происходит приступ, организм быстро деградирует.

– Тогда... это можно вылечить? – после того как Му Сяоя спросила, мать Му рядом с ней не смогла сдержать чувств. Теперь и без ответа доктора девушка смогла догадаться.

– К сожалению, от этой болезни нет лекарства, – сокрушался доктор.

– Понимаю, – реакция Му Сяоя была спокойной. Она была в коме всю прошлую неделю и не осознавала ситуацию до конца. Как обладательница своего тела, она ясно понимала изменения в своем организме, поэтому была уже морально подготовлена: – Сколько у меня осталось времени?

– Твои органы начали постепенно отказывать. Судя по этой скорости, если смотреть с оптимистичной стороны, может быть... пять дней,  – в те пять дней врачи использовали бы все виды известных и ценных лекарств. Даже так Му Сяоя сможет прожить только еще один день.

Поскольку она была обречена на смерть, Му Сяоя не хотела, чтобы ее родители тратили на нее деньги, но она также знала, что это было последнее, что ее родители могли сделать для нее. Если они остановятся, то только еще больше расстроятся, когда она уйдет.

В течение следующих пяти дней, в дополнение к утешению своих родителей, Му Сяоя принимала посетителей. Все родственники, которых она не знала и у которых были близкие кровные отношения с ее семьей, навещали ее в больнице. Это была жалость и сочувствие к ней, Му Сяоя онемела.

На четвертый день Му Сяоя неожиданно почувствовала себя лучше. Этот внезапный всплеск энергии заставил ее подумать о худшем: вся ее жизнь пронеслась перед глазами.

Неужели она не доживет до пятого дня?

Слабая Му Сяоя наконец нашла в себе силы пошевелиться, она приподнялась на кровати, чтобы сесть, с трудом открыла ящик у кровати, чтобы достать свой мобильный телефон. Телефон уже давно разрядился. Му Сяоя нажала кнопку на прикроватной тумбочке, чтобы вызвать медсестру: – Здравствуйте, у вас есть зарядное устройство, которое я могу одолжить?

– Я найду для тебя внешний аккумулятор, – розетки у кровати были заполнены всевозможными инструментами, и не было места, чтобы подключать еще и зарядку для мобильного. Кроме того, доктор уже объяснил, что пациент в этой палате может умереть в любое время, поэтому медсестра принесла свою собственную батарейку, чтобы эта девушка, которая была почти ее возраста, могла побыстрее использовать свой мобильный телефон.

Он был подключен к источнику питания, и телефон автоматически включился в течение нескольких секунд. Затем непрерывно прозвучали уведомления. Было бесчисленное количество телефонных звонков, сообщений в WeChat и электронных писем, которые бомбардировали ее телефон.

Му Сяоя медленно проверила и обнаружила, что половина сообщений была с работы, а другая половина от двух ее лучших друзей. Она не читала сообщения с работы и просто открыла сообщения, отправленные двумя ее друзьями.

Фан Хуэй: [Сяоя, что ты делаешь? Ты уединилась, чтобы найти вдохновение… Ах, почему я не вижу тебя уже несколько дней? Почему ты не отвечаешь на мои звонки?]

Лян Ноно: [Сяоя, когда ты возвращаешься? Когда вернешься, не забудь прийти и поиграть со мной. Теперь вся гора красная и полна вишен, я приглашаю тебя прийти и поесть.]

Да, она всегда говорила Ноно, что хотела бы увидеться с ней. Но у нее не было времени прийти раньше, теперь она боялась, что больше не сможет сдержать свое обещание. С кривой улыбкой Му Сяоя собиралась попрощаться со своими двумя подругами.

Бах!

Внезапно дверь палаты резко распахнулась, и в комнату ворвался мужчина. За его спиной стояла медсестра, которая с тревогой отговаривала его: – Господин, что вы делаете? Это больница, вы не можете быть таким агрессивным.

Незваный гость проигнорировал медсестру, он держал в руках стопку документов и смотрел на Му Сяоя на больничной койке. Медсестра потянула его за руку, но он ничего не говорил и не собирался уходить.

Му Сяоя уставилась на человека, который внезапно появился в ее палате. Мужчина был в шляпе и маске, плотно закрывавшей его лицо и открывавшей только пару глаз. Он не был похож на хорошего человека. Но было странно, что Му Сяоя чувствовала, что его глаза были знакомы, и казалось, что она уже видела их раньше.

Движения медсестры становились все агрессивнее, мужчина нервничал и торопливо уворачивался, но она стянула с него шляпу и обнажила пятнистый шрам на ухе. Шрам покрывал большую площадь, он тянулся от задней части уха до нижней части маски, а затем из-под маски к воротнику. Кожа и плоть были деформированы и выглядели ужасно. Медсестра вздрогнула и бессознательно перестала снимать маску.

– Бай Чуань? – Му Сяоя узнала человека.

Когда он услышал свое имя, глаза мужчины заблестели, и он все еще смотрел на Му Сяоя, не говоря ни слова.

– Медсестра, это мой друг, – Му Сяоя узнала человека и представила его медсестре.

– Твой друг? Почему он не сказал? – медсестра была немного рассержена, она долго его расспрашивала, но тот не сказал ни слова. Она почти думала, что он немой.

– Простите, – Му Сяоя быстро извинилась. Она знала ненормальность Бай Чуаня, но другие не были в курсе. Бай Чуань был ее соседом, аутичным ребенком с синдромом ученого. Он жил со своей бабушкой с самого детства. Всего четыре года назад, когда умерла бабушка Бай, Бай Чуань покинул общежитие факультета и больше она никогда его не видела.

– Бай Чуань, почему ты здесь? – медленно и тихо прошептала Му Сяоя.

– Я… я изучил все медицинские записи, но у меня нет способа спасти тебя, – покрытое шрамами лицо Бай Чуаня было полно тревоги. Его руки дрожали вместе с ее медицинскими записями. Он запинался, когда говорил, и предисловие не соответствовало контексту.

Му Сяоя был немного удивлена: – Ты врач?

– Вовсе нет, – Бай Чуань сердито покачал головой. Впервые он испытал сильное раскаяние. Почему он не изучал медицину в самом начале? Бабушка сказала, что он был гением, так что если бы он изучал медицину, был бы способ вылечить Му Сяоя.

Болезнь Му Сяоя была внезапной генетической болезнью, и вылечить ее было невозможно, если ген не был изменен. Но Бай Чуань был единственным, кто пытался вылечить ее после того, как она заболела.

Му Сяоя не могла не задаться вопросом: – Почему ты хочешь вылечить меня? – ей было очень любопытно, отношения между ними не казались особенно хорошими.

Бай Чуань: – Я хочу жениться на тебе.

Эти пять простых слов сразу же вернули Му Сяоя к воспоминанию, которое она почти забыла. В последний раз, когда она видела Бай Чуаня, она вспомнила, что он сделал ей предложение.

Бай Чуань: – Моя бабушка умирает, она хочет, чтобы я женился, я... я хочу жениться на тебе.

В тот день, когда она вышла из своего дома, Бай Чуань сразу же подошел и сказал что-то вроде этого. Она не помнила, что именно ответила, но определенно отказала ему. К счастью, она отказалась, иначе Бай Чуань теперь стал бы вдовцом.

Поэтому она улыбнулась и пошутила: – Если бы ты женился на мне, то скоро стал бы вдовцом.

– Я хочу жениться на тебе, – Бай Чуань с когнитивными нарушениями не мог хорошо выразить свои мысли. Он мог только повторять это снова и снова.

Слова этого мужчины ввергли Му Сяоя в шок. Неужели он не знает, что такое смерть, или она ему действительно нравится?

Перед ней были чистые глаза Бай Чуаня, Му Сяоя изо всех сил старалась, чтобы ее улыбка выглядела лучше. Она знала, что сейчас выглядит очень плохо, но ей хотелось улыбнуться и поблагодарить Бай Чуаня, молодого человека, который сделал ей предложение четыре года назад.

– Спасибо тебе, – хотя даже на этот раз она все еще не могла ему ничего обещать.

– Я…

– Малыш Чуань?! – в это время в комнату ворвался мужчина в элитном костюме западного покроя. Как только он вошел, он нервно схватил Чуаня и осмотрел его сверху донизу. – Ты в порядке? Почему ты убежал один?

Бай Чуань проигнорировал мужчину и попытался освободиться от его руки, чтобы продолжить разговор с девушкой.

– Мисс Му, мне очень жаль, что мой брат побеспокоил вас, – после того как он убедился, что Бай Чуань в порядке, у него было время для Му Сяоя.

– Все в порядке, – это оказался старший брат Бай Чуаня. Неудивительно, что он выглядел как Чуань до ожога.

– Тогда вас стоит хорошо отдохнуть, мы пойдем первыми, я желаю вам... – мужчина сделал паузу, – желаю хорошо отдохнуть.

После того как он закончил, мужчина поднял упавшую на пол шляпу и надел ее на голову своего младшего брата, он проигнорировал борьбу Бай Чуаня и забрал его силой. Однако из-за ожесточенной борьбы Бай Чуаня документы из его рук выпали и разлетелись повсюду.

Медсестра вошла после ухода Бай Чуаня, она, бормоча проклятья, подняла с земли разбросанные бумаги. Му Сяоя попросила отдать их ей, она дважды просмотрела их и обнаружила, что они полны ее собственных медицинских записей и другой медицинской информации. Листы, которые не содержали ее медицинских данных, были исписаны мелким почерком, и она насчитала несколько сотен в толстой стопке.

Сяоя слабо улыбнулась, умиляясь. Она аккуратно положила документы на колени, затем снова взяла свой телефон, добавила своих подруг в групповой чат и приготовилась попрощаться с ними.

Му Сяоя изначально хотела сделать видеозвонок, но когда она подумала об этом, ее энергия внезапно начала рассеиваться. Девушка знала, что ей недолго осталось. Она отказалась от этого плана и просто отправила голосовое сообщение в групповой чат: – Фан Хуэй, Ноно, я ухожу. Не грустите слишком сильно. Если у вас найдется время, навестите моих родителей.

Она отпустила палец, и голосовое сообщение было отправлено, мобильный телефон также выпал из руки Сяоя и вместе с кучей бумаг с колен соскользнул на пол.

Зазвонил мобильный телефон. Кто-то пытался до нее дозвониться, но у Му Сяоя не было сил ответить. Внезапный приступ отнял у нее все силы. Затем ее зрение постепенно затуманилось.

Умирая, она услышала, как кричат ее родители. Мать держала ее за руку и снова и снова звала по имени.

«Мама, папа, мне очень жаль».

«Если я смогу вернуться, я определенно не буду учиться за границей после окончания школы. Я останусь с вами еще на несколько лет».

Последнее крохи сознания Му Сяоя исчезли в ослепительном белом свете, и когда пришла в себя, она вернулась в лето четырехлетней давности.

В тот день, когда Бай Чуань сделал ей предложение.

Глава 2 - Предложение

Му Сяоя ясно помнила, что она умерла, и сцена в ее воспоминаниях перед смертью была все еще яркой.

Ее мобильный продолжал звонить, медицинские записи были разбросаны повсюду, медицинский персонал ворвался, и ее родители горестно плакали. Как она могла оказаться в своей комнате, едва открыв глаза?

Кремовые шторы, светло-желтые стены, розовые диван, черно-белый узорчатый ковер. Все это появилось в ее комнате еще до того, как она уехала за границу. После того как она уехала, ее родители сразу же все поменяли. В ее комнате больше не было прежнего ковра, он был заменен на паркет с подогревом, установленным под полом.

Му Сяоя внезапно сбросила одеяло и подбежала к зеркалу в комнате.

В зеркале у Му Сяоя было каре, и потому, что она только что проснулась, ее волосы были немного растрепаны, а она все еще была одета в детскую мультяшную пижаму.

Это было неправильно!

Му Сяоя училась за границей в течение двух лет, затем нашла работу в местной компании. Чтобы сделать свой образ более зрелым, она изменила прическу, прежде чем приступить к своей работе. Она отрастила волосы немного длиннее, чем сейчас.

Это была не та, кем она была сейчас, а та, кем она была несколько лет назад.

Динь-динь-динь…

Зазвонил унылый рингтон, Му Сяоя подняла одеяло, привычно нашла свой устаревший мобильный телефон, который не был ей знаком.

– Му Сяоя, ты все еще спишь? Ты забыла о наших выпускных фотографиях сегодня? – в трубке послышался голос Фан Хуэй.

– Фан Хуэй? – Му Сяоя была немного удивлена. – Выпускное фото?

– Я знала, что ты забыла. Наш класс будут фотографировать в 11 часов. Тебе следует немедленно вызвать такси, – после того как она это произнесла, Фан Хуэй яростно повесила трубку.

Выпускное фото? Му Сяоя рассеяно размышляла. Сегодня был день, когда они делали выпускные фотографии, это было в июне 2019 года? Му Сяоя повернула голову, чтобы посмотреть на календарь. Конечно же, прикроватный календарь показывал, что сегодня 12 июня 2019 года. Там же были слова, написанные ее собственным почерком «Выпускные фотографии».

Если это не сон, сможет ли она увидеть своих бывших одноклассников и сделать еще один выпускной снимок, как только она приедет в школу?

Правильно, просто сходить в школу и посмотреть. Если то, что произойдет, будет тем же самым, что она помнила, это означало, что она не спала. Неужели она действительно вернулась в прошлое?

Му Сяоя возбужденно подбежала к двери, но даже не подумала сменить пижаму. Надев тапочки, она выбежала с мобильником в руках и растрепанными волосами. Неожиданно она столкнулась с Бай Чуанем, как только вышла.

– Бай Чуань?! – Му Сяоя вскрикнула от удивления. Она стояла перед Чуанем, и на его лице не было шрама, он сейчас совершенно отличался от того человека, которого она встретила в больнице.

– Я... – на самом деле Бай Чуань уже давно стоял в дверях. Он пребывал в растерянности, слишком боясь войти или уйти. Он ожидал, что Му Сяоя выйдет. Но теперь, когда она вышла, он не знал, что сказать. Он смущенно опустил голову и посмотрел на свои пальцы.

– Чем я могу тебе помочь? Голос Му Сяоя был очень легким, что было привычкой, которую она сформировала из разговоров с Бай Чуанем. Когда Бай Чуаню исполнилось семь лет, родители отправили его обратно к бабушке. Поскольку дом бабушки Бай находился недалеко от дома семьи Му, Му Сяоя часто видела Бай Чуаня. Кроме того, в этом районе было не так много детей. Когда она была ребенком, Му Сяоя часто ходила играть с Чуанем. Однако Бай Чуань не обращал на нее особого внимания. Он всегда был погружен в свой собственный мир, что делало Му Сяоя расстроенной и злой. Только когда бабушка Бай объяснила отличия Бай Чуаня, Сяоя поняла.

Также из-за этого каждый раз, когда Му Сяоя разговаривала с Бай Чуанем, ее тон был как у бабушки Бай, нежный, деликатный и терпеливый. Со временем маленький Бай Чуань наконец-то захотел обратить на нее внимание.

Бай Чуань: – Моя бабушка умирает. Она хочет, чтобы я женился. Я... я хочу жениться на тебе.

У Му Сяоя глаза расширились от удивления. Сегодня?

Да, это было сегодня.

Сегодня был день, когда Бай Чуань сделал ей предложение.

– Я... я хочу жениться на тебе, – снова повторил Бай Чуань. Обычно он очень неохотно разговаривал, но бабушка терпеливо учила его с самого детства. Если он хочет, чтобы другой человек понял, что он имеет в виду, он должен сказать это.

Итак, она вернулась в прошлое. Она действительно вернулась на четыре года назад и снова столкнулась с предложением Бай Чуаня?

Согласится ли она на этот раз?

Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня, который стоял перед ней. Бай Чуань был почти одного с ней возраста, но, возможно, потому что он часто бывал в своем собственном мире, он все еще имел ауру наивного ребенка. Он был одет в белоснежную футболку, повседневные хлопчатобумажные брюки, белые туфли, а его тонкие черты лица напоминали фарфоровую куклу. Он стоял перед внутренним двором и весь светился. Му Сяоя готова была поспорить, что если бы он не был аутистом, то Бай Чуань определенно стал бы парнем, который заворожил бы тысячи девушек.

Жаль, что такое красивое лицо потом обгорело.

Му Сяоя все еще ясно помнила лицо, которое она видела в палате, даже если он носил маску, она не могла увидеть под ужасным шрамом его изначального лица, она чувствовала огромный шок внутри. Насколько велик был огонь, который принес такие кошмарные последствия?

– Сяоя, ты все еще помнишь Бай Чуаня из дома бабушки Бай? – через год после весеннего праздника она вернулась домой, и ее мать вдруг заговорила о Бай Чуане.

– Бай Чуань, что с ним?

– Я слышала, что он сильно обгорел, и пожар устроила его жена.

– Не говори чепуху, пожар случился дома. Его жена не знала, что Бай Чуань дома, – ее отец нахмурился.

– Если мужа нет дома, как может жена не знать? – мать Му возразила: – Снаружи говорят, что эта женщина была ослеплена семейной собственностью Бай. Она без колебаний вышла замуж за Бай Чуаня, страдавшего аутизмом. В результате она не могла выносить аутизм Бай Чуаня после замужества. Она хотела, чтобы он сгорел в огне, чтобы унаследовать его состояние.

– Не говори такой чепухи без доказательств, – отец Му не хотел, чтобы его жена распространяла нелепые сплетни, но сказал своей дочери: – Раньше у тебя были хорошие отношения с Бай Чуанем. Сходи к нему, когда у тебя будет время.

Позже Му Сяоя пошла к семье Бай, чтобы увидеть Бай Чуаня, но она так и не увидела его, только отца Бай Чуаня. Он сказал ей, что его отправили на лечение за границу. Позже Му Сяоя уехала учиться за границу, а затем начала работать. Она не видела Бай Чуаня до самой смерти.

– Я хочу жениться на тебе, –  перед ней Бай Чуань все еще повторял свои требования.

– Почему ты хочешь взять меня в жены? – с любопытством спросила Му Сяоя. Положение Бай Чуаня было совершенно особенным. Он был аутистом. Бабушка Бай старательно учила его, поэтому Чуань действовал гораздо лучше, чем другие аутичные пациенты. Он мог общаться с людьми ровно столько, сколько хотел. Но Бай Чуань, у которого все еще был дефект личности и когнитивные нарушения, понял ли он, что ей говорил?

– Бабушка сказала, что у каждого... будет партнер, партнер... если тебе... кто-то нравится, – серьезно сказал Бай Чуань, но его фраза была слишком длинной. Он продолжил свои объяснения. – Мечта бабушки – чтобы я женился и имел партнера. Бабушка умирает. Я хочу жениться на тебе.

Потому что бабушка Бай умирала и ее самым большим желанием было, чтобы он женился и у него был партнер, чтобы сопровождать его, и я тебе нравлюсь, поэтому ты пришел сюда сделать мне предложение?

Объяснения Бай Чуаня было очень плохими, но Му Сяоя поняла. Она посмотрела в серьезные глаза Бай Чуаня и внезапно захотела согласиться.

Если сцена в больнице не была сном, если она действительно вернулась на четыре года назад, то четыре года спустя она все равно заболеет и умрет. Если вы спросите кого-то, кто знает, что они не смогут прожить долго, будут ли они все еще заводить семью и детей? Она не знала про других, но Му Сяоя не хотела этого, она проведет остаток своего времени с родителями.

Но Бай Чуань был особенным. Он не возражал против ее смерти. Он был единственным, кто сказал, что хочет жениться на ней в больнице, хотя знал, что она скоро умрет.

Глаза Му Сяоя внезапно вспыхнули, и она вспомнила разбросанные медицинские записи, а также исписанные мелким почерком листы в медицинских записях и панику Бай Чуаня, когда он боролся со своим старшим братом, который забрал его.

Бай Чуань, должно быть, действительно любил ее, верно? Му Сяоя подумала: если ей суждено прожить еще четыре года, почему бы ей не выйти замуж за Бай Чуаня? Пусть он избежит трагедии своей прошлой жизни в благодарность за разбросанные медицинские записи из ее прошлой жизни.

– Хорошо, – почти импульсивно согласилась Му Сяоя.

Глаза Бай Чуаня расширились, и в его глазах собралось 10 000 звезд, как будто они сияли в его глазах, пока не превратились в яркое звездное небо.

Это был самый красивый пейзаж, который Му Сяоя когда-либо видела в своей жизни.

Бай Чуань был действительно хорош собой, ах, вздохнула Му Сяоя. Даже ради этого лица она выйдет за него замуж. Во всяком случае, она не может позволить будущему пожару разрушить эту красоту, ах.

– Пошли! – Бай Чуань был взволнован и схватил руку Му Сяоя. Его хватка была очень сильной. Внезапно Му Сяоя потащили, она была шокирована и почти не могла стоять, по дороге она потеряла одну туфлю. Однако именно это действие заставило Му Сяоя понять, что она все еще была одета в пижаму.

– Куда мы?

– Больница, найти бабушку.

– Сначала мне нужно переодеться.

Бай Чуань удивленно посмотрел на девушку, словно не понимая, зачем ей нужно было переодеваться.

– На мне пижама. Нехорошо так выходить на улицу, – терпеливо объяснила Му Сяоя, затем взяла Бай Чуаня за руку, чтобы затащить его в свой дом. Она оставила Бай Чуаня в гостиной и вернулась в спальню переодеться. Затем они поехали в больницу на машине.

Когда машина прибыла в больницу, Фан Хуэй позвонила снова и Му Сяоя подняла трубку, ее собеседница сразу же отругала ее: – Му Сяоя, ты умерла? Я звонила тебе час назад, но ты все еще не приехала, весь класс ждет тебя.

– Прости меня, прости, – Му Сяоя действительно забыла об этом, но что было важнее, бабушка Бай или выпускные фотографии? Однако она уже стояла у дверей больницы, бежать в школу и делать выпускные фотографии было невозможно.

– Фан Хуэй, извинись за меня перед всеми. Я не могу пойти сегодня, сфотографируйтесь сами, – хотя она и сожалела об этом, но у нее не было другого выбора.

– Что?! Лучше объясни мне причину. Что может быть важнее, чем делать выпускные фотографии? – Фан Хуэй была явно зла.

– Я выхожу замуж! – Му Сяоя сбросила бомбу.

Слова Му Сяоя были подобны переключателю, который одним щелчком активировал режим работы Бай Чуаня. Хотя у Бай Чуаня не было изменений в выражении лица, его непоколебимые глаза внезапно наполнились мерцающим отражением волн и солнечного света.

– Во цао! – она выразила свои чувства в этих двух словах, Фан Хуэй понятия не имела, какие прилагательные использовать, чтобы описать ее настроение в это время.

П. п.: Во цао – кролики не едят траву из своего гнезда. В основном это говорит, что вы не должны быть в отношениях с людьми, которые близки с вами.

– Я принесу тебе ситан завтра, ах, – после этого, не дожидаясь реакции Фан Хуэй, Му Сяоя повесила трубку, взяла Бай Чуаня за руку и вошла в здание больницы.

П.п.: Ситан – сладкое, данное по счастливому случаю. Например, венчания.

Бай Чуань тихо следовал за ней, его глаза смотрели на спину Му Сяоя.

– На каком этаже лежит бабушка? – когда они вошли в лифт, Му Сяоя спросила Бай Чуаня.

Бай Чуань молча нажал кнопку верхнего этажа.

Лифт тронулся и медленно поднимался вверх. Бай Чуань посмотрел на свою ладонь, которую Му Сяоя отпустила. Его рука чувствовала внезапную пустоту, и он сжал ее несколько раз.

Когда лифт был на полпути вверх, Му Сяоя вдруг вскрикнула: – Как я могу прийти с пустыми руками? – она собиралась навестить больного, но забыла купить подарок, и Му Сяоя с сожалением нахмурилась.

В это время Бай Чуань молча сжал ладонь Му Сяоя и, держа ее, сказал: – Не с пустыми руками.

Му Сяоя посмотрела на свою правую руку, которая внезапно стала не пустой, и странная мысль возникла в ее сердце: действительно ли Бай Чуань чувствовал, что она не была пустой?

В этот момент Бай Чуань уставился на номер этажа в лифте, который постоянно менялся, и его настроение наконец успокоилось.

Глава 3 - Брак

Чтобы не тратить впустую внимательную мысль Бай Чуаня, Му Сяоя позволила ему взять на себя инициативу и больше не отпускала его руку.

Через некоторое время лифт поднялся на верхний этаж, и как раз в тот момент, когда они собирались выйти, кто-то ворвался к ним. Внезапно Бай Чуань вздрогнул и в панике отступил на шаг.

Бай Чуань был человеком с аутизмом. Он не любил вступать в физический контакт с другими людьми, поэтому с детства боялся тесноты и близкого контакта. И теперь, когда он поднимался на лифте, всякий раз, когда кто-то входил, он напрягался. В это время кто-то чуть не налетел на него, и он поспешно увернулся. Му Сяоя заметила это и быстро шагнула вперед, чтобы встать между ними, затем успокоила Бай Чуаня:

– Все в порядке, давай выйдем.

– Простите, простите, я просто... – в это время посетитель также обнаружил, что в лифте были и другие. Он понял свое безрассудство и извинился. Когда он поднял голову и увидел, кто был в лифте, его сожалеющие выражение лица сменилось удивлением: – Малыш, ты вернулся.

Человек был взволнован и схватил Бай Чуаня за руку. Бай Чуань поджал губы, и его тело отпрянуло назад. Му Сяоя поспешно подняла руку и заблокировала движение человека:

– Мне жаль, он не любит, когда другие прикасаются к нему.

– Ах да, простите, простите, чуть не забыл, – этот человек, очевидно, знал Бай Чуаня, поэтому, естественно, он знал, что Бай Чуань был особенным. Он не стал предпринимать никаких дальнейших действий и первым вышел из лифта, чтобы дать им возможность выйти.

– Малыш, ты наконец вернулся. И председатель и его жена встревожены. Генеральный директор долго искал тебя.

Му Сяоя слегка замерла, прислушиваясь к словам этого человека, неужели Бай Чуань улизнул один? Семья Бай Чуаня не знала?

– Председатель, второй молодой господин вернулся, – когда они вышли из лифта, мужчина побежал сообщить новость.

– Ты не сказал своей семье? – Му Сяоя спросила Бай Чуаня.

Бай Чуань посмотрел на Му Сяоя и ничего не сказал.

«Забудь об этом, я не думаю, что он понял».

Му Сяоя вздохнула и сказала:

– Пойдем к бабушке.

Они вместе двинулись вперед, и вскоре из одной из палат выбежала элегантная женщина. Му Сяоя узнала в этой женщине мать Бай Чуаня. На китайский Новый год Му Сяоя часто видела ее во дворе бабушки Бай.

– Малыш Чуань, малыш Чуань, где ты был? – Бай Чуань внезапно исчез, и мать Бай забеспокоилась. Она послала группу людей на его поиски, но они вернулись без каких-либо новостей. В это время она увидела, что сын вернулся, и так обрадовалась, что ей захотелось подойти и крепко обнять его. Но она знала состояние своего сына, он не любил физического контакта, поэтому она могла только сдерживать свои чувства.

Однако когда ей удалось совладать со своими эмоциями, она обнаружила, что ее маленький сын, которого не так легко было бы коснуться семье, послушно позволил женщине взять себя за руку.

«Это... что случилось?»

– Тетушка, – позвала Му Сяоя, подходя ближе.

– Му Сяоя? – мать Бай узнала ее. Хотя у них не было частых встреч, ее свекровь всегда упоминала девушку по имени Му Сяоя из дома ее соседа, когда она звонила, чтобы поговорить с мужем и женой о жизни Бай Чуаня. Во время китайского Нового года Му Сяоя приехала на новогодние каникулы, и они также встречались несколько раз.

– Я услышала от Бай Чуаня, что бабушка Бай больна.

– Ты здесь, чтобы увидеть бабушку, иди сюда, иди скорее.

Му Сяоя привела Бай Чуаня в палату. В дверях она встретила отца Бай Чуаня, Бай Гоюя:

– Дядя Бай.

Бай Гоюй слегка кивнул, и он выглядел усталым. Он посмотрел на своего младшего сына и уже собирался заговорить, когда из-за двери раздался старый и слабый голос: – Малыш Чуань вернулся?

Бай Чуань услышал голос своей бабушки, и его эмоции снова активизировались. Он взял Му Сяоя за руку и поспешил внутрь, игнорируя своего старого отца, который хотел что-то сказать в дверях.

– .... – Ну, старый отец привык, чтобы его так игнорировали.

Бай Чуань отвел Му Сяоя к больничной койке и позвал бабушку. Окликнув ее, он тихо замер.

– Бабушка Бай, – Му Сяоя так же позвала ее.

Лицо бабушки Бай выглядело нормально, несмотря на ее слабый голос. Сначала она посмотрела на своего внука, затем ее глаза проследили за его правой рукой и остановились на Му Сяоя. Она дружелюбно улыбнулась:

– Сяоя, ты пришла навестить бабушку?

– Бабушка, вам лучше? – с беспокойством спросила Му Сяоя.

– Я не поправлюсь, я уже стара, это естественный ход вещей, – бабушка Бай широко улыбнулась. В этом году ей исполнилось 89 лет, и она была очень довольна, что дожила до этого возраста.

– Бабушка... – хотя она знала, что было естественно родиться, состариться и умереть, сердце Му Сяоя было полно горечи, когда она увидела, что такой добрый и любезный старый человек скоро умрет.

– Ты нашла Сяо Чуаня и вернула его? – старушка, очевидно, не хотела говорить о ее здоровье.

– Нет, – Му Сяоя покачала головой. – Это Бай Чуань пришел, чтобы найти меня.

– Сяо Чуань пошел искать тебя? – бабушка Бай с удивлением посмотрела на внука. – Сяо Чуань, ты ушел искать Сяоя?

– Мы собираемся пожениться, – радостно сказал Бай Чуань, он сгорал от нетерпения, чтобы объявить об этом.

Бай Гоюй и его жена Ли Жун были потрясены, когда услышали это. Они подсознательно посмотрели друг на друга, и оба увидели недоверчивое выражение.

Только бабушка Бай посмотрела на Му Сяоя после короткого мгновения удивления и спросила: – Сяоя, то, что сказал Сяо Чуань, правда?

В это время Му Сяоя была немного смущена. Несмотря на то, что она согласилась на предложение Бай Чуаня, она все еще чувствовала себя неловко, когда старушка прямо спросила ее об этом. В конце концов, раньше у них не было отношений и они пошли прямо к старейшинам. Кроме того, Бай Чуань был человеком, не способным к межличностному общению. Она выглядела как человек, который похитила их сына, хотя именно он сделал ей предложение.

Молчание Му Сяоя сделала Бай Чуань озадаченным. Он не понимал, почему Му Сяоя не ответила на слова бабушки, сожалела ли она об этом? Чувство тревоги охватило сердце Бай Чуаня. В бессознательности лоб Бай Чуаня покрылся испариной, и он все крепче сжимал руку Му Сяоя.

Когда семья Бай увидела это, все вдруг занервничали и насторожились. Посторонние могут не знать, но это было предвестником изменений Бай Чуаня. Когда эмоции Бай Чуаня были спокойны, он был тихим ребенком, но как только что-то нарушит его спокойствие, он станет маниакальным и беспокойным, разбивая вещи вокруг себя. В тяжелых случаях он даже бился головой о стену.

– Это правда, – после короткого периода смущения, Му Сяоя, которая отрегулировала свои эмоции, тщательно ответила, – я и Бай Чуань... мы собираемся пожениться.

Эмоции Бай Чуаня внезапно успокоились, и его лоб снова разгладился.

– Ха-а~~ – в то же время родители семьи Бай тоже расслабились. Только сейчас они были готовы удерживать своего сына и вызвать врача.

– Неужели?! – бабушка Бай задрожала и протянула руку Му Сяоя. Заметив это, она проявила инициативу и протянула руку, чтобы взять ее.

– Сяоя, бабушка знает, что ты хорошая девочка, но... ты действительно хочешь выйти замуж за Сяо Чуаня? Ты об этом не думала? Ты же знаешь особое положение нашего Сяо Чуаня.

После волнения бабушка Бай постепенно успокоилась. Если бы малыш в ее семье не страдал аутизмом, они с Му Сяоя были бы хорошей парой. Но внук ее семьи не был нормальным человеком. Она заботилась о Сяо Чуане более 20 лет. Никто лучше нее не знал, сколько терпения и мужества требуется, чтобы жить с аутичным человеком. Хотя состояние Сяо Чуаня было намного лучше, чем у других аутичных пациентов.

Хотя в глубине души она хотела, чтобы Му Сяоя была ее внучкой, но если эта дорога не была хорошей, лучше не начинать, это было бы хорошо для них обоих.

– Бабушка, я думала об этом очень тщательно, – Му Сяоя услышала беспокойство в словах бабушки Бай и улыбнулась, чтобы успокоить ее.

– Хорошо, очень хорошо, – бабушка Бай счастливо улыбнулась, – у Сяо Чуаня будет жена. Наконец-то я могу спокойно закрыть глаза.

– Мама, о чем ты говоришь? – Бай Гоюй не хотел, чтобы его мать говорила так, словно это были ее последние слова.

Когда бабушка Бай произнесла эти слова со спокойной душой, в глазах Бай Чуаня мелькнуло облегчение и радость.

– Сяо Жун, принеси мой браслет.

Мать Бай Чуаня, Ли Жун, услышала просьбу своей свекрови и, повернувшись, подошла к кровати. Она вытащила из бокового шкафа коробку из красного дерева и протянула ее бабушке Бай:

– Мама, вот он.

Бабушка Бай повернулась, отдала коробку Му Сяоя и сказала:

– Открой ее и посмотри.

Му Сяоя замерла и открыла маленькую элегантную шкатулку красного дерева, в которой лежал изумрудный нефритовый браслет. Му Сяоя видела этот браслет, это был тот браслет, который всегда носила бабушка Бай.

– Он хорошо выглядит? – спросила бабушка Бай.

– Очень. Бабушка, я помню, что это ваш браслет.

– Да, этот браслет был приданым, которое дала мне моя мать, когда я вышла замуж. Это наша семейная реликвия, и она передается от матери к дочери. Изначально я хотела передать его своей дочери, но родила только сына, и у меня не было такой возможности. Сяоя, теперь бабушка хочет отдать его тебе.

Как только слова бабушки Бай упали, пара Бай на стороне снова удивилась. Для семьи Бай значение этого браслета было намного больше, чем обычная ценность. Никто из них не думал, что бабушка Бай отдаст этот браслет постороннему человеку.

– Это... это неправильно, – Му Сяоя быстро отказалась.

– Я изначально хотела оставить этот браслет жене Сяо Чуаня, но не ожидала, что у меня будет возможность подарить его лично.

– Но... – Му Сяоя хотела вернуть его. Эта вещь, переданная предками, была прекрасным нефритом и должна была иметь высокую ценность. Как она могла принять его? Однако прежде чем она успела сказать что-то еще, Бай Чуань внезапно потянулся к нефритовому браслету в деревянной шкатулке и заставил ее надеть его, в то время как Му Сяоя смотрела на него смущенными глазами.

– Бай Чуань? – Му Сяоя удивленно посмотрела на Бай Чуаня.

– Носи его, – эти короткие слова были бесспорно авторитетными.

Когда Бай Чжэну позвонил его помощник, он бросился обратно в палату и стал свидетелем этой сцены. Странная женщина сидела на стуле перед больничной койкой его бабушки, в то время как его младший брат, которому не разрешили входить, неуклюже, но решительно надевал нефритовый браслет на ее руку. И бабушка с облегчением кивнула головой.

– Это прекрасно, – бабушка Бай взяла руку Му Сяоя, которую украшал нефритовый браслет, смотрела на него снова и снова, а после долгого времени она снова спросила с нетерпением: – Когда ты планируешь выйти за него?

Ее внук собирался жениться, и бабушка Бай с жадностью хотела выкроить у судьбы еще немного времени, чтобы присутствовать на свадьбе внука.

Му Сяоя посмотрела на пылающий дух бабушки Бай и забеспокоилась. Она не могла вспомнить, когда умерла бабушка Бай, но знала, что это скоро произойдет. Потому что в своей прошлой жизни она пошла в больницу на следующий день, чтобы увидеть бабушку Бай, но ее там уже не было.

– Вечером я пойду домой и скажу родителям, что завтра получу сертификат. Мы покажем его вам, как только получим его, – ответила Му Сяоя.

– Хорошо, – бабушка Бай повторила это три раза подряд, потом ее голос внезапно ослаб. Все заметили, что что-то не так, и поспешно подняли глаза, чтобы посмотреть, только чтобы обнаружить, что бабушка Бай закрыла глаза.

На этот раз все в палате были напуганы, все сосредоточились на кровати и постоянно звали бабушку Бай. Только Бай Чуань, который все еще тихо стоял рядом с Му Сяоя, спокойно смотрел на старушку, мирно лежащую на кровати.

Через некоторое время пришел доктор. После краткого осмотра врач сказал:

– Она просто заснула.

Толпа вздохнула с облегчением.

– Однако у нее заканчиваются силы, у нее осталось мало времени. Ее жизнь – это вопрос времени. Когда она проснется, если у вас есть еще что сказать, поторопитесь, – посоветовал врач и вышел из палаты.

Настроение в палате вдруг снова переменилось. Все в семье Бай были погружены в печаль, что бабушка Бай может уйти в любой момент. Какое-то время они игнорировали брак между Му Сяоя и Бай Чуанем.

Му Сяоя посмотрела на пожилого человека, который мирно спал на больничной койке, как будто она могла уйти в любое время, внезапно стиснула зубы, повернулась к Бай Чуаню и сказала:

– Бай Чуань, пойдем за сертификатом.

– Хорошо, – без колебаний согласился Бай Чуань.

– Я пойду домой и возьму документы, как насчет твоих?

Бай Чуань моргнул, затем повернул голову, не обращая внимания на ошеломленных родителей, и уставился на своего столь же ошеломленного брата: – Мне нужны мои документы.

– .... – Бай Чжэн не нашел что ответить, может кто-нибудь сказать ему, что случилось?

Наконец документы были переданы Бай Чуаню. Бай Чжэн отправился домой за ними и лично доставил их к двери загса. Затем он наблюдал, как Му Сяоя и его младший брат вошли, получили сертификат и вышли вместе.

В этот период он был поражен реакцией своего брата. Его брату Бай Чуаню в возрасте одного года диагностировали аутизм. Было обнаружено, что он имеет специфическую память и вычислительные таланты в возрасте трех лет. Он был одним из счастливчиков с 10% вероятностью, у которого был синдром ученого. С момента этого открытия его родители наконец нашли направление развития младшего сына и не жалели сил для его воспитания. Его младший брат учился очень быстро, но всегда держал себя в своем собственном мире, не желая общаться с другими.

До тех пор, пока его младшему брату не исполнилось семь лет, их семья бесчисленное количество раз испытывала свое терпение, чтобы вызвать реакцию его младшего брата, но общение по-прежнему было трудным. В итоге бабушка приняла решение, что она заберет его младшего брата обратно в старый дом.

Доктор сказал, что его брат знал, как реагировать, а это означало, что он знал о внешнем мире и не страдал тяжелым аутизмом. Если он поправится, то, скорее всего, снова обретет способность к общению.

Им не нужен был гений в семье Бай, но кто-то, с кем они могли бы общаться. Итак, родители согласились с решением бабушки забрать его младшего брата. Более десяти лет тот все это время жил с бабушкой, и выздоровление младшего брата приносило им радость. В возрасте 12 лет он наконец принял всех членов семьи Бай и был готов отвечать на их вопросы.

Но его ответ обычно не был своевременным. После того как ему задавали вопрос, младшему брату требовалось несколько минут или даже полчаса, чтобы ответить.

Хотя в последние годы его навыки общения явно улучшились, кроме его бабушки, Бай Чжэн никогда не видел, чтобы его брат отвечал кому-то сразу.

Пока не появилась Му Сяоя.

Глава 4 - Грусть

– Мы должны взять это и показать бабушке, – в машине Му Сяоя сложила два свидетельства о браке вместе и отдала их Бай Чуаню.

Бай Чуань неловко вцепился в свидетельства о браке, только спустя некоторое время он механически кивнул головой несколько раз.

Спустя тридцать секунд, тридцать секунд, и его брат уже ответил этой женщине.

На протяжении всего путешествия он обращал внимание на взаимодействие двух людей, сердце Бай Чжэна внезапно наполнилась грустью, они родились у одних родителей и выросли вместе как близкие братья, разве он все еще не может справиться с одним посторонним человеком? Кроме того, как он может быть так близок с этой женщиной по имени Му Сяоя, в то время как в обычное время, когда он хотел прикоснуться к нему, он всегда подсознательно избегал его?

– Поверни налево, – в это время внезапно заговорил Бай Чуань.

– Что? – Бай Чжэн был немного чувствителен к голосу своего младшего брата.

– Поверни налево, – Бай Чуань повторил свои слова еще раз.

– Бай Чуань имеет в виду, что на этом перекрестке мы должны были повернуть налево, – объяснила Му Сяоя.

Бай Чжэн был слегка ошарашен, но потом он неловко обнаружил, что уже свернул не на ту дорогу. Поэтому он мог только притвориться, что ничего не произошло, и развернуться на следующем перекрестке, продолжая слышать беспрепятственный разговор Му Сяоя и его брата на заднем сиденье.

– Бай Чуань, ты помнишь дорогу, по которой мы ехали до этого.

– Помню.

– Когда ты запомнил?

– По дороге.

Это действительно удивительно, ответ на каждый вопрос занимает не более секунды.

Все трое очень быстро вернулись в больницу, бабушка Бай все еще крепко спала, поэтому всем пришлось дежурить в палате, чтобы дождаться, когда бабушка Бай снова проснется. Около 5 часов вечера старушка наконец проснулась, Му Сяоя поспешно потянула Бай Чуаня, и они вместе показали свои свидетельства о браке бабушке.

– Бабушка, посмотри.

Глаза бабушки Бай сразу же засияли, когда она села, полная сил, и дрожащими руками взяла ярко-красные свидетельства о браке.

Она медленно и внимательно рассматривала фотографию супругов, официальную печать и имена с датой свидетельства, не позволяя ничему ускользнуть от ее глаз.

После того как закончила смотреть на документ, она взяла Бай Чуаня и Му Сяоя за руки и высказала им много пожеланий и сердечных слов. Сказав эти несколько слов, она также начала рассказывать им, как они впервые встретились, когда были еще маленькими. Бабушка Бай говорила так много-много фраз, как будто не замечала усталости в своем теле, она рассказывала все это до тех пор, пока цвет неба постепенно не потускнел, а потом она наконец заснула медленно, спокойно, не просыпаясь больше никогда.

Бабушка Бай безмятежно скончалась, на ее губах застыла нежная улыбка.

Они уже были готовы столкнуться с этим вопросом раньше, поэтому настроение членов семьи Бай было все еще стабильным, и, кроме того, смерть от старости была естественным ходом жизни, это все еще можно принять, поскольку они прощались с кем-то, кто прожил до глубокой старости. Похороны прошли быстро, но все же почетно, и не прошло и нескольких дней, как бабушка Бай уже покоилась в гробу рядом с дедушкой Баем.

Было много гостей, которые пришли, когда настало время выразить соболезнования, но сегодня на похоронах присутствовало только несколько членов семьи Бай.

После того как родственники на кладбище все вышли, Ли Жун, мать Бай, посмотрела на своего младшего сына, который стоял неподвижно перед надгробием в одиночестве, она тихо подозвала Му Сяоя к себе.

– Тетушка, – после получения свидетельства она должна изменить способ, с которым она обращалась к ней на «мама», но Му Сяоя еще не привыкла, к счастью, Ли Жун явно не возражала против этого.

– Сяоя, тетушка хочет поблагодарить тебя, поблагодарить за то, что ты исполнила желание бабушки Бай Чуаня и позволила ей уйти со спокойным сердцем, – Ли Жун поблагодарила ее, и отец Бай, стоявший рядом также, благодарно кивнул головой.

– Это то, что я должна была сделать, – бабушка Бай хорошо обращалась с ней, когда она была еще маленькой, и так как она уже решила выйти замуж за Бай Чуаня, то делать такие вещи было естественно, это было именно то, что она должна была сделать.

– Сейчас бабушка уже скончалась, что ты планируешь делать в будущем?

– А? – Му Сяоя была немного поражена.

– В тот день бабушка говорила о своем желание малышу Чуаню в палате, она сказала, что еще не видела его свадьбу своими глазами. После этого малыш Чуань исчез так быстро и вернулся уже с тобой, – говоря это, Ли Жун не удержалась, повернула голову и посмотрела на своего младшего сына, который все еще стоял перед могилой. – Малыш Чуань был воспитан бабушкой с детства, поэтому все его чувства были сосредоточены на ней. Тем не менее обстоятельства малыша Чуаня особенные, хотя мы надеемся, что у него может быть спутник в его жизни, но мы не будем настаивать на этом, как это сделала его бабушка.

– Тетушка, что вы имеете в виду? – Му Сяоя начала догадываться о словах, которые хотела сказать ей тетушка.

– Мы хотим спросить тебя, этот брак произошел, потому что ты хотела помочь исполнить предсмертное желание бабушки или потому что ты действительно хочешь выйти замуж за малыша Чуаня? – Ли Жун больше не ходила вокруг до около, она хотела поговорить об этом с Му Сяоя ранее, но из-за вопросов, которые она должна была решить, было слишком мало свободного времени за последние несколько дней, только сейчас она смогла выкроить время, чтобы спросить ее.

– Вообще-то я и сама не очень уверена, – ответ Му Сяоя поверг отца и мать Бай в шок, даже Бай Чжэн, который стоял немного поодаль, наклонил голову и посмотрел на нее.

Му Сяоя, которая только что пережила перерождение, чувствовала себя счастливой после того, как пережила катастрофу, но обращение вспять времени сделало ее сознание немного хаотичным. После того как она провела здесь несколько дней, она была абсолютно уверена, что переродилась, но она все еще чувствовала, что находится в каком-то осознанном сне.

Если и есть какая-то причина, заставляющая девушку ответить на предложение Бай Чуаня, то эта причина заключается в самом Бай Чуане, принесшем эту толстую и тяжелую медицинскую карту вместе с теми плотно упакованными записями, которые заставили ее сердце трепетать.

И вот, когда она выскочила из дома и снова услышала предложение Бай Чуаня, она импульсивно согласилась.

Даже зашла так далеко и получила штамп в паспорте, но девушка не очень заботилась об этом. Так как ей осталось жить всего четыре года, то как она могла возражать против этого незначительного свидетельства о браке?

– Дядя, тетя, хотя это решение было принято импульсивно, пожалуйста, будьте уверены, я хорошо позабочусь о Бай Чуане.

Характер Му Сяоя всегда был решительным, как только она решала что-то, она выполняла это до конца.

– Ты хочешь сказать, что все еще собираешься сохранить свой брак с малышом Чуанем?

– Да, – Му Сяоя с улыбкой кивнула головой.

Ли Жун была несколько удивлена, она в растерянности оглянулась на своего мужа, наконец-то собравшись с мыслями, они как будто приняли решение, ответив: – Это здорово, тогда мы должны назначить встречу с твоими родителями, обе стороны должны встретиться.

Родители? Улыбка на лице Му Сяоя мгновенно погасла. Черт! Все ее мысли были заняты только этой проблемой, она выкрала свой паспорт и зарегистрировала брак с Бай Чуанем, даже не сказав родителям.

– Что случилось? – Ли Жун заметила, что выражение лица девушки резко изменилось, поэтому она спросила с беспокойством.

– Ничего не случилось, – Му Сяоя неловко продолжила: – Возможно ли подождать со встречей еще два дня, мой брак... ах, у меня не было времени рассказать родителям…

– Ты все еще не говорил об этом со своей семьей? – отец Бай что-то пробормотал себе под нос, а потом обратился к жене: – Жунжун, приготовь подарки, нам надо съездить в гости.

– Хорошо, – Ли Жун тут же кивнула головой и согласилась.

– В этом нет никакой необходимости, – Му Сяоя была немного взволнована, ее родители все еще не знали об этом деле, если бы родители Бай Чуаня нанесли им визит прямо так, ее родители были бы напуганы до смерти. – Дядя, тетя, пожалуйста, позвольте мне сначала вернуться и позвонить моим родителям, а потом мы можем договориться о времени встречи, хорошо?

– Мы должны быть единственными, кто проявит инициативу и нанесет визит по этому вопросу, – Бай Гоюй высказал свое мнение, если бы они не спешили ради желания его покойной матери, то Му Сяоя могла бы спокойно рассказать все своим родителям, но теперь она не могла сказать, что уже замужем за его собственным сыном.

– В этом действительно нет необходимости, как насчет того, что... я пойду с Бай Чуанем и поговорю с моими родителями? В конце концов, этот брак – наше личное дело.

Бай Гоюй нахмурил брови, обычно, когда два человека женятся, Бай Чуань как зять, идущий в семью Му, безусловно, был бы правильным выбором, однако у его собственного сына были особые обстоятельства, идти или нет – любое из этих решений было бы плохим; чем больше Бай Гоюй думал, тем больше его охватывало беспокойство.

– Просто позволь Сяоя взять с собой малыша Чуаня, – Ли Жун вдруг начала убеждать своего мужа. – Те, кто будут жить вместе в будущем, – это они, мы должны верить в них.

– Но…

– Просто пусть сначала попробуют, если все пойдёт наперекосяк, тогда мы можем навестить их и позже.

– Тогда ладно, –  отец Бай некоторое время размышлял, потом кивнул головой в знак согласия.

Ли Жун успокаивающе похлопала мужа по руке, повернув голову, она посмотрела на Бай Чуаня и сказала Му Сяоя: – Похоже, малыш Чуань останется здесь на некоторое время, мы... оставим его на твое попечение.

Хотя она все еще не успокоилась, но так как она уже решила принять Му Сяоя, то нет никакого вреда, чтобы попытаться оставить ей малыша Чуаня.

– Хорошо, – Му Сяоя согласилась.

– Пойдем отсюда, – отец Бай позвал своего старшего сына и потянул за собой жену, а потом повернулся и пошел к выходу с кладбища.

Бай Чжэн некоторое время колебался, но в конце концов решил уйти вместе с родителями. Но когда проходил рядом с Му Сяоя, то коротко сказал: – Мы оставляем вам машину, ребята.

– Да, спасибо, – девушка коротко поблагодарила его и медленно направилась к Бай Чуаню.

Бай Чжэн подсознательно повернул голову, глядя на свою невестку, которая уже получила одобрение родителей, он следил за каждым ее шагом, пока она не подошла к младшему брату, а затем так естественно похлопала его по плечу.

Но его младший брат не избегал ее прикосновений даже на мгновение.

У Бай Чжэна было сложное выражение лица, было похоже, что его брат действительно принимал эту девушку по имени Му Сяоя, но может ли она вечно любить его брата? Или это будет так же, как с его бывшей женой, говорящей ласковые слова по отношению к Бай Чуаню до брака, а затем в конечном счете…

Лицо Бай Чжэна потемнело, он изо всех сил старался не позволить себе погрузиться в эти дурные воспоминания. Тяжело вздохнув, Бай Чжэн заставил себя уйти. Он быстро прошел вперед, прямо, пока не сел в машину, его брови все еще хмурились всю дорогу.

– Что случилось? – Ли Жун поняла, что с ее старшим сыном что-то не так.

– Мама, как ты думаешь, как долго Му Сяоя сможет быть вместе с братом? – прямо спросил Бай Чжэн, в глубине души он не мог поверить, что Му Сяоя будет вечно сопровождать Бай Чуаня.

– Не важно, как долго, но мы всегда будем рядом с малышом Чуанем, – ответила Ли Жун.

– Но…

– Бай Чжэн, хотя у малыша Чуаня аутизм, но у него все еще есть свое собственное мнение и свое собственное мышление, мы должны позволить ему самому прожить свою жизнь. Разве профессор Фэн уже не сказал, что, если малыш Чуань будет действовать самостоятельно, это будет означать, что его выздоровление продвинулось еще немного? – Бай Гоюй добавил: – Мы должны поддержать его.

Все они боялись, что Бай Чуань может пострадать, тем не менее они не могут ограничивать его жизнь только по этой причине.

– Вот именно, – Ли Жун одобрительно кивнула головой в ответ на слова мужа.

– Как вы, ребята, можете так легко принять ее? – Бай Чжэн не мог понять, хотя у его младшего брата аутизм, но в его глазах не все могли заслужить его драгоценного брата.

– Если бы это были другие люди, мы бы не стали так быстро их признавать, но Му Сяоя совсем другая, она из тех, кого одобрила твоя бабушка. В этом мире нет никого, кто любил бы малыша Чуаня так сильно, как твоя бабушка, – ответила Ли Жун.

Бай Чжэн замолчал.

…

На территории кладбища в этот момент оставалось только два человека – Му Сяоя и Бай Чуань. С момента смерти бабушки Бай и до окончания погребальных обрядов Бай Чуань, который не произнес ни единого слова, внезапно решил заговорить в этот момент.

– Бабушка больше не вернется, – заявил Бай Чуань, демонстрируя свое ясное понимание того, что такое смерть.

– Мы все еще можем вернуться и увидеть ее, – утешила его Му Сяоя.

– Если кто-то умер, от него ничего не останется, – все еще настаивая на своем, он  жесткими словами ставил собеседницу в тупик, и та не могла подобрать слов.

– Тебе грустно? – спросила Му Сяоя.

Да, она спрашивала его об этом, потому что было действительно трудно понять его чувства только по выражению лица и тону. Му Сяоя не была уверена, что Бай Чуань сейчас чувствует боль и печаль.

– Здесь... здесь что-то странное, – Бай Чуань прижал руку к своей груди, он все еще не мог понять, как передать это трудное чувство. Он знал, что продолжительность жизни каждого человека ограничена, он может ясно принять тот факт, что его бабушка уже ушла из этого мира, однако он не способен понять ту особенность в своем сердце, когда он осознал, что он больше не может увидеть свою бабушку.

– Тебе грустно, – объяснила девушка.

– Грустно... что же мне делать? – лицо Бай Чуаня было переполнено растерянностью и беспомощностью.

– Тебе нужно, чтобы кто-то обнял тебя, – Му Сяоя подошла ближе и крепко обняла его.

Для Бай Чуаня объятия были странным контактом между конечностями, он чувствовал себя очень противоречиво, он не мог терпеть прикосновения, за исключением людей, которых он одобрял, касания других людей заставляли его чувствовать тревогу, поэтому объятия были чем-то невозможным для него. Однако ему нравилась Му Сяоя, нравился комфорт и тепло, которые он чувствовал, когда она обнимала его.

Он не может описать, что это были за облегчение и тепло, которые он почувствовал.

Глава 5 - Подозрительная бывшая жена

Бай Чуань долго стоял перед надгробием бабушки, и Му Сяоя просто молча поддерживала его, если Бай Чуань не уходил, она не будет его уговаривать.

Пережив однажды смерть, Му Сяоя стала более терпеливой и спокойной. Ей осталось жить всего четыре года, поэтому она не будет учиться за границей, не будет тратить много времени на учебу, не будет нервно искать работу, даже не будет прилагать больших усилий для осуществления своих прежних мечтаний. Все это казалось ей теперь незначительным, она вдруг обнаруживала, что жизнь замедляется вместе с ней, время бесконечно удлиняется.

В настоящее время у Му Сяоя была надежда, что она сможет провести свои четыре года таким теплым и обычным способом.

«Гул~»

С самого утра девушка успела только немного перекусить, Му Сяоя поспешила на кладбище, хотя до сих пор она пыталась сопротивляться голоду, но ее желудок действительно не мог вынести пренебрежения своего владельца, поэтому он наконец заурчал с недовольством.

Девушка украдкой взглянула на Бай Чуаня, который стоял рядом с ней, к счастью, он, казалось, ничего не слышал, так как все еще стоял неподвижно перед могилой. Чувствуя, как внутри у нее все переворачивается, она протянула руку и накрыла его ладонью. Когда она двигала рукой, изумрудно-зеленый нефритовый браслет стукнул по пуговице на ее блузке, послав ясный и четкий звук.

Звук был действительно легкий, его можно было почти не заметить, но Бай Чуань, который только что ничего не сказал, вдруг оглянулся. Пациент с аутизмом иногда проявлял острую реакцию на мелкие, незначительные звуки.

Он неуверенно посмотрел на Му Сяоя, которая потирала живот.

– Я немного проголодалась, – Му Сяоя неловко рассмеялась.

– Нам надо пойти поесть чего-нибудь. Если ты голодна, то должна поесть.

Мозг аутичных пациентов обычно имеет линейное мышление, у них не было забот и опасений нормального человека, если бы они хотели что-то сделать, они бы сделали это прямо и быстро. Конечно, при условии, что они обладают хорошей способностью к самовыражению.

Способность Бай Чуаня к самовыражению была чрезвычайно хороша, в последние несколько лет его доктор профессор Фэн подозревал, что Бай Чуань на самом деле был пациентом с приобретенным синдромом ученого. Он несколько раз допрашивал родителей Бай Чуаня, не было ли у него поражен мозг, когда ему было меньше года. Это потому, что выздоровление Бай Чуаня было очень хорошим, как будто он изначально обладал способностью к социальному взаимодействию.

Сяоя была очень голодна, ей хотелось что-нибудь съесть. Эта мысль подстегнула Бай Чуаня покинуть это место, но он обнаружил, что Му Сяоя не следует за ним после того, как он прошел несколько шагов, поэтому он остановился в недоумении.

– Бабушка, мы уже уходим, – сказав это, Му Сяоя поспешила за Бай Чуанем, естественно держа его руку в своей.

Бай Чуань был ошеломлен. Это был уже третий раз, когда в его сердце возникло понимание: Му Сяоя любит соединять их руки вместе.

Это новое понимание сделало его немного более счастливым.

Два человека следовали по лестнице, шаг за шагом приближаясь к подножию холма. У ворот кладбища был припаркован черный «Бенц», привлекший всеобщее внимание. Му Сяоя знала, что это, должно быть, та самая машина, которую оставил для них Бай Чжэн, поэтому она остановила Бай Чуаня, чтобы он подошел.

– Малыш Чуань, – когда эти двое подходили к машине, из нее вышла женщина в черном платье, фамильярно зовя Бай Чуаня по имени.

Бай Чуань лишь равнодушно посмотрел на нее, не сказав ни слова в ответ, а затем отвел глаза. Но Му Сяоя знала, что с отношением Бай Чуаня, который не может легко общаться с людьми, эта простая реакция сказала ей, что он знает эту женщину.

– Мисс Му, – женщина, казалось, привыкла к отсутствию реакции Бай Чуаня, поэтому она повернула голову и позвала Му Сяоя.

– Здравствуйте, вы?..

– Я секретарь президента Бая, меня зовут Ван Цзин, и президент Бай приказал мне ждать вас здесь, – сказав это, Ван Цзин распахнул перед ними дверцу машины.

Му Сяоя просто поблагодарила и потянула Бай Чуаня за собой, чтобы вместе сесть в машину.

После того как Ван Цзин закрыла дверь, она тоже села в машину и, заведя двигатель, спросила: – Мисс Му, хотите, я сначала отвезу вас обратно?

– Благодарю вас, мой дом находится по адресу: …

– Улица Фаньхуа № 126, общежитие преподавательского и административного персонала средней школы Цинъюань, дом 18, – не дожидаясь, пока девушка закончит свои слова, Ван Цзин уже точно сообщила адрес Му Сяоя.

– Откуда вы это знаете? – Му Сяоя была немного удивлена.

– Я раньше уже встречалась с малышом Чуанем, ваш дом находится рядом с его, так что я, естественно, помню адреса вас обоих.

– Я понимаю, – Му Сяоя была немного любопытно, казалось, что эта Ван Цзин была очень хорошо знакома с Бай Чуанем, поэтому она не могла не спросить: – Вы очень хорошо знакомы с малышом Чуанем?

– Именно так, – Ван Цзин сказала – я получила стипендию Yi Feng Group, поэтому после того, как закончила обучение, я сразу же получила предложение о работе. Президент Бай очень заботится о своем младшем брате малыше Чуане, поэтому, когда он был в компании, он всегда проявлял особую заботу обо всех его нуждах. Став секретарем президента Бая, я бы не удивилась, если бы у меня было много контактов с малышом Чуанем, – Yi Feng Group была компанией Бай Гоюя, которую он сам основал.

– В таком случае малышу Чуаню повезло, что в компании вы заботились о нем.

– Ну конечно же. На самом деле я была там, когда малыш Чуань нашел вас, чтобы сделать предложение руки и сердца.

– Правда? – Му Сяоя удивленно подняла брови.

– В тот день малыш Чуань внезапно исчез из больницы, президент Бай очень беспокоился за него, поэтому после того, как закончили обыск по периметру, мы заподозрили, что он убежал домой, и поэтому поехали на машине, чтобы возобновить поиски, но я не ожидала увидеть малыша Чуаня, предлагающего вам выйти замуж, – Ван Цзин рассмеялась и добавила: – На самом деле я была более нервной по сравнению с вами обоими в то время.

Му Сяоя смущенно улыбнулась, она не ожидала, что ее предложение будет кем-то засвидетельствовано.

– К счастью, я согласилась.

– Вот именно, если бы вы тогда не согласились, я бы согласилась за вас, – полушутя сказала Ван Цзин.

Му Сяоя хотела рассмеяться от поддразнивания девушки, но случайно ее взгляд скользнул мимо красивого и прекрасного лица Бай Чуаня, ее сердце внезапно подпрыгнуло, а пересекающиеся шрамы на лице Бай Чуаня из ее прошлой жизни внезапно пронеслись перед ее глазами.

– Как вы могли согласиться за меня, а? – Му Сяоя вдруг стала очень чувствительной.

– Может быть, мисс Му и не знала, но малыш Чуань очень красив и умен, хотя его обстоятельства довольно специфичны, но в нашей компании он все еще занимает пятое место в списке самых популярных холостяков. В нашей компании есть много девушек, которые хотят выйти за него замуж.

Ван Цзин сказала это так, как будто она шутила, но Му Сяоя больше не могла улыбаться. Если бабушка Бай умерла в то же самое время в ее прежней жизни, то, когда она отвергла Бай Чуаня, куда бы он пошел просить о браке после этого? Все эти события соединились вместе и подсказали ей, что эта Ван Цзин перед ней была женой Бай Чуаня в ее прежней жизни.

Интересно, если бы она отвергла его, согласился ли он жениться на этой женщине? Но чтобы исполнить предсмертное желание бабушки Бай, Сяо Чуань, вероятно, сделает это.

Чем больше Му Сяоя думала об этом, тем больше она чувствовала, что эта вероятность не была невозможной, прежде всего насколько сильно семья Бай заботилась о Бай Чуане, они не позволили бы ему найти просто кого-то, кто бы просто вышел за него замуж. Но Ван Цзин была секретарем президента Бая, она, похоже, хорошо ладила с Бай Чуанем, и если Бай Чуань будет настаивать на том, что он должен жениться до того, как бабушка умрет, семья Бай может согласиться.

Если Ван Цзин вышла замуж за Бай Чуаня в своей прошлой жизни, то тем, кто причинил вред Бай Чуаню, также должна быть она…

– Мисс Му? Мисс Му?

Му Сяоя была захвачена своими мыслями и внезапно пришла в себя, услышав, как Ван Цзин выкрикнула ее имя.

– Что такое?

– Мы уже приехали, – Ван Цзин улыбнулась, когда она напомнила ей об этом.

Му Сяоя выглянула в окно, как и ожидалось, она обнаружила, что машина припаркована перед воротами ее дома, а Бай Чуань молча смотрит на нее сбоку.

– Давай выйдем из машины, – Му Сяоя подал знак Бай Чуаню выйти из машины, он послушался девушку, и они вышли вместе.

– Мисс Му, я буду ждать вас здесь, перед воротами. После того как вы оба закончите есть, я отвезу малыша Чуаня обратно домой, – сказала Ван Цзин.

– Нет никакой необходимости ждать, секретарь Ван, после того как мы закончим есть, я сама могу отвести его обратно, – Му Сяоя не могла отмахнуться от своих подозрений, и ей не хотелось, чтобы у Ван Цзин было много шансов связаться с ее мужем.

– Но... президент Бай уже распорядился, чтобы я лично отвезла его брата домой.

Му Сяоя нахмурилась, она не хотела, чтобы Ван Цзин отвозила его домой, но Ван Цзин исполняла приказ Бай Чжэна, с другой стороны, ее отношения с Бай Чжэном были не очень близкими, так что эта вещь сделает их еще более неловкими по отношению друг к другу.

– Ты не хочешь, чтобы она подождала? – в это время Бай Чуань, который был рядом с ней, внезапно заговорил. Он слышал, что Му Сяоя хочет, чтобы Ван Цзин уехала отсюда прямо сейчас.

Ван Цзин была удивлена, когда она посмотрела на Бай Чуаня, это был первый раз, когда она видела, как Бай Чуань берет на себя инициативу отвечать другим людям.

– Да, я отвезу тебя обратно вечером, – Му Сяоя кивнула головой.

– Возвращайся! – ясно поняв смысл слов Му Сяоя, Бай Чуань без малейшего колебания прогнал Ван Цзин. Тем не менее это был первый раз, когда он разговаривал с Ван Цзин в грубой манере и без тени вежливости.

– Малыш Чуань, я… – Ван Цзин вдруг смутилась.

– Уходи, – Бай Чуань слегка нахмурился, недоумевая, почему этот человек все еще не уходит.

До тех пор, пока вы являетесь сотрудником группы Фэн, у вас будет одно общее правило, а именно: вы не должны делать второго молодого мастера Бай Чуаня несчастным, нельзя позволить ему даже слегка нахмуриться, потому что всякий раз, когда второй молодой мастер Бай теряет контроль над своими эмоциями, председатель и президент Бай найдут вас для обсуждения. И по этой причине, когда Ван Цзин увидела складку на бровях Бай Чуаня, она не осмелилась больше ничего сказать и сразу же уехала от дома Му Сяоя.

– Разве она тебе не нравится? Почему ты прогоняешь ее? – после того как Ван Цзин уехала, Му Сяоя выразила свою радость, но она все еще хотела понять причину властного отношения, которое Бай Чуань показал только что, это было действительно неожиданно.

– Она мне не нравится, – Серьезно поправил ее Бай Чуань.

– Не нравится? Тогда почему она назвала тебя малыш Чуань? – Му Сяоя подняла брови, в последний раз, когда они столкнулись с помощником семьи Бай, он явно обращался к нему «второй молодой мастер», как эта женщина может просто называть его «малыш Чуань»? Когда кто-то слышал это, они подсознательно думали, что у них есть близкие отношения.

– ...она называет меня как хочет, – в понимании Бай Чуаня «Бай Чуань», «второй молодой мастер», и «малыш Чуань» были просто тем, как к нему обращались, он думал, что между этими тремя обращениями нет ничего особенного.

– Значит, ты просто позволяешь ей называть тебя так, как она хочет? – Му Сяоя была очень недовольна.

Бай Чуань был озадачен, глядя на девушку, он не понимал, что означают ее слова.

У всех аутичных людей были трудности в общении, хотя они и не были лишены своей языковой функции, но когда они взаимодействовали с другими людьми, они слышали, что те говорят, вот и все, все эти метафоры, аналогии и саркастические замечания были для них непонятны. Так что Бай Чуань не смог извлечь никакого смысла из метафоры и риторического вопроса Му Сяоя.

– Не позволяй ей так тебе называть, – Му Сяоя также знала, что Бай Чуань не понимает этих саркастических реплик и метафор, поэтому она могла говорить только напрямик.

– О, – Бай Чуань не понимал смены настроения Му Сяоя, но он понимал, о чем она просила его, и чувствовал, что это вовсе не было неразумно.

– Позже ты можешь позволить только близким людям называть тебя малышом Чуанем, понимаешь? – объяснила Му Сяоя.

– О, – Бай Чуань имел смутное представление.

Значит, когда Му Сяоя назвала его малышом Чуанем в машине, она показала, что уже близка с ним? Внутри когнитивной системы Бай Чуаня появился ряд новой информации.

Послушание Бай Чуаня позволило девушке наконец почувствовать себя довольной: – Мои родители должны быть дома в это время, после того как мы войдем, я расскажу им о нашем браке, ты просто должен сесть рядом со мной, хорошо?

– Да.

– Я сейчас чувствую себя немного голодной, мы должны поговорить о браке после того, как закончим есть.

– Да.

– Хороший мальчик.

Темные и большие глаза Бай Чуаня спокойно и внимательно смотрели на Му Сяоя, видя, что она обращается с ним как с хорошим ребенком, он не выказывал никакого противоречия. Он даже немного лелеял этот момент, потому что прошло уже так много времени с тех пор, как Му Сяоя уговаривала его вот так.

– Старший брат Бай Чуань, подожди меня здесь, я скоро вернусь. После того как девочка высказалась, она побежала вприпрыжку и вернулась только через некоторое время.

– Старший брат Бай Чуань, ты все это время ждал меня здесь? Ты не уходил?

Мальчик серьезно покачал головой, не отходя ни на шаг.

– Хороший мальчик, – девочка научилась вести себя как взрослая, она встала на цыпочки, желая погладить мальчика по голове, но из-за разницы в росте она могла только похлопать его по плечу.

На этот раз она не похлопала его по плечу. Выражение глаз Бай Чуаня изменилось, неожиданно он потянул Му Сяоя за руку и с силой прижал ее к своему плечу.

– Что случилось? – Му Сяоя повернула голову и посмотрела в блестящие глаза Бай Чуаня.

Глава 6 - Мы ждем их согласия

Родители Му Сяоя были учителями старшей школы. Ее отец, Му Жочжоу, был руководителем математического факультета Цинъюаньской старшей школы, а мать, Шэнь Цинъи, – руководителем английского отделения. Они оба были знаменитыми учителями в школе Цинъюань. За 26 лет преподавания у них было много студентов, которые учились в известных университетах.

Однако при том, что она являлась ребенком таких знаменитых учителей, академическая успеваемость Му Сяоя с самого детства не была хорошей. Когда она училась в средней школе, то даже не могла поступить в школу Цинъюань, где преподавали ее родители.

За это родители не винили свою дочь. Их единственным требованием к дочери было быть здоровой и счастливой. Напротив, Му Сяоя чувствовала, что уронила достоинство своих родителей, поэтому она усердно работала после окончания школы и наконец поступила в хороший университет.

Однако она осмелилась выйти замуж за Бай Чуаня за спиной своих родителей именно из-за чрезмерной снисходительности родителей.

Родители Му были удивлены внезапным визитом Бай Чуаня. Супруги предположили, что бабушка Бай только что скончалась, и Бай Чуань чувствовал себя не в свой тарелке. Итак, их дочь позвала их к столу, так что они не расспрашивали их. Супруги тепло приветствовали Бай Чуаня.

Они также знали, что у Бай Чуаня синдром ученого. Будучи учителем математики, Му Жочжоу иногда изучал некоторые сложные математические задачи. Он знал, что вычислительные способности Бай Чуаня превосходны, поэтому задал ему несколько вопросов, которые не смог решить во время еды. Бай Чуань также интересовался математикой, поэтому он отвечал на вопросы своего тестя.

Это обрадовало Му Жочжоу. После ужина он попросил Бай Чуаня помочь ему написать расчетные формулы.

Незнакомец потянул его за руку, даже если это был его тесть. Бай Чуань был очень бесстыден и прятался за спиной Му Сяоя. Это заставило Му Жочжоу немного смутиться, как будто он пугал детей.

– Малыш Чуань, мне очень жаль, – Му Жочжоу неловко кашлянул, затем посмотрел на свою дочь, которая была очень близка к Бай Чуаню, и спросил: – Сяоя, ты можешь попросить малыша Чуаню записать формулы для меня?

– Папа, если ты хочешь, чтобы он написал их для тебя, тебе нужно взять ручку и бумагу, – Му Сяоя рассмеялась.

– Да-да, я сейчас принесу, – Му Жочжоу погладил его по голове, поспешно повернулся и побежал в кабинет за бумагой и ручкой.

Шэнь Цинъи, казалось, привыкла к поведению своего мужа, она покачала головой и улыбнулась, а затем начала убирать со стола. Когда Му Сяоя заметила ее действия, она обернулась и сказала Бай Чуаню, который все еще сидел за обеденным столом: – Ты можешь сесть на диван и помочь моему отцу написать несколько формул. Я помогу маме вымыть посуду.

Бай Чуань тупо кивнул головой и послушно сел на диван.

Му Сяоя пошла на кухню, чтобы помочь с оставшимися тарелками.

Шэнь Цинъи болтала со своей дочерью, чистя плиту: – После того как учитель Цуй покинула его, настроение Бай Чуаня не кажется плохим.

Первоначально фамилия бабушки Бай была Цуй. Она также была учительницей школы Цинъюань, прежде чем вышла на пенсию. Ее преподавательская карьера была почти такой же длинной, как история средней школы Цинъюань, поэтому Шэнь Цинъи всегда называл бабушку Бай учителем Цуй.

– Это хорошо, только немного грустно, – ответила Му Сяоя.

– Это нормально – грустить, – как же Бай Чуань, будучи соседом, постепенно оправился от молчаливого аутичного ребенка и стал тем, кем был сейчас? Никто не понимал это более ясно, чем бабушка Бай и ее усилия в этот период. – Они говорят, что дети с аутизмом живут только в своем собственном мире, но малыш Чуань умеет грустить. Видно, что усилия учителя Цуй не пропали даром.

– На самом деле малыш Чуань действительно может общаться с внешним миром, – Му Сяоя воспользовалась случаем, чтобы сказать это.

– Действительно, я думаю, что с тобой приятно общаться.

– Вашу дочь все любят, – с улыбкой похвасталась Му Сяоя.

– Все тебя любят? Посмотри на себя, такая бесстыдная. Быстро вымой посуду и отвези малыша Чуаня обратно, – сказала Шэнь Цинъи с улыбкой.

– Тогда мне придется подождать, пока малыш Чуань поможет папе закончить писать формулы.

После этого мать и дочь молча смотрели на гостиную вместе, Му Жочжоу прилежно сидел на корточках перед Бай Чуанем. Он был опьянен, наблюдая, как Бай Чуань пишет формулы, и время от времени восхищенно вздыхал. Глядя на эту сцену, мать и дочь снова улыбнулись, а затем продолжили убирать кухню. Му Сяоя отвечала за мытье посуды, а Шэнь Цинъи – за то, чтобы убрать посуду и палочки для еды.

– Малыш Чуань больше не сможет жить рядом с нами, – после смерти учителя Цуй Шэнь Цинъи почувствовала, что семья Бай не согласится с тем, что Бай Чуань будет жить по соседству один.

– Я не знаю.

– Конечно нет, – обеспокоенно произнесла женщина. – Я просто не знаю, сможет ли малыш Чуань приспособиться к изменениям в окружающей его среде. В конце концов, его положение особенное.

– Мама, ты беспокоишься о Бай Чуане? – Му Сяоя подняла бровь.

– Ерунда, я так смотрю на детей, которые выросли на моих глазах, – Шэнь Цинъи сама была очень ответственным учителем, и она относилась к своим ученикам как к собственным детям. Не говоря уже о том, что положение Бай Чуаня было особенным. Он всегда был ребенком, растущим на ее глазах.

– Тогда я скажу тебе кое-что, ты не должна слишком сердиться, – после еды посуду почти вымыли. Му Сяоя подумала, что сейчас самое подходящее время.

– Что ты такого сделала, что боишься, чтобы я не рассердилась? – Шэнь Цинъи было очень любопытно.

– На днях я сняла копию с нашего домашнего реестра.

– И что ты сделала с нашим домашним реестром? Разве ты уже не получила паспорт и визу для выезда за границу? – спросила ее мать.

– Я... взяла его и вышла замуж…

*Бах!* Шэнь Цинъи была неловка, белая фарфоровая чаша выпала из ее руки, мгновенно разбившись на куски. Двое мужчин в гостиной испугались и подняли глаза от формулы.

– …за Бай Чуаня, – Му Сяоя закончила на одном дыхании.

– …

Неожиданная взрывоопасная новость удивила супругов Му. Женщины долго молча стояли в гостиной, а двое мужчин тихо и неловко сидели на диване в гостиной, словно ожидая приговора.

В конце концов Му Жочжоу все же решила позволить своей дочери сначала отвезти Бай Чуаня обратно.

– Мама, папа, я сначала отвезу малыша Чуаня домой, – Му Сяоя встала и приготовилась увести Бай Чуаня.

– Папа, мама, до свидания, – кто же знал, что перед отъездом Бай Чуань вдруг изменит свое обращение и назовет их родителями.

...Когда он назвал их «мама» и «папа», лица Му Жочжоу и Шэнь Цинъи изменились.

Ни один из них не ответил на это вежливое прощание. Теперь Бай Чуань был не просто бедным, беспомощным и жалким молодым человеком, живущим по соседству, а их зятем.

Люди были такими. Были некоторые вещи, к которым при стороннем наблюдении они проявят беспримерную терпимость и сочувствие, а то и проявят инициативу, чтобы помочь другим. Но как только инициатива была проявлена, и дело станет личным, отношение к проблеме изменится. В этот момент супруги Му не понимали, как им относиться к этому.

Му Сяоя знала, что ее родителям нужно время и пространство, чтобы успокоиться, поэтому она больше не давила на своих родителей и поспешно ушла с Бай Чуанем.

Выйдя из дома, Бай Чуань подсознательно остановился и оглянулся.

– Что случилось? Ты что-то забыл? – спросила Му Сяоя.

– Только что... мама и папа не попрощались со мной, – очень серьезно сказал Бай Чуань.

Ха…

Му Сяоя вдруг смутилась, она не ожидала, что Бай Чуань был очень серьезным и честным мальчиком.

– Они забыли. Я напомню им об этом позже. Я обещаю, что в будущем это больше не повторится, – уговаривала Му Сяоя.

– Разве они не согласны?

– В чем?

– Не согласны, что мы поженились, – серьезно ответил Бай Чуань.

Му Сяоя была ошеломлена. Она не ожидала, что Бай Чуань, у которой есть когнитивные нарушения, может так ясно чувствовать эмоции ее родителей.

– Почему... ты так думаешь? – спросила Му Сяоя.

– Я был у вас двадцать шесть раз с тех пор, как был ребенком. Каждый раз, когда я уходил, они прощались со мной с улыбкой, но на этот раз они этого не сделали, – объяснил Бай Чуань, используя свою уникальную логику. – Сегодня есть только два отличия от предыдущих двадцати пяти раз. Бабушка умерла, и мы поженились. И в обоих случаях замешана женитьба.

– Ты... ты можешь сказать так много сразу, – Му Сяоя была поражена аналитическими способностями Бай Чуаня и в то же время сердито ругала свою мать. Кто сказал, что Бай Чуань имеет когнитивные и эмоциональные барьеры? Да ладно, его логические выводы были почти наравне с детективами.

– Да, – Му Сяоя внутренне ругала свою мать, но Бай Чуань не мог услышать этого, а потом серьезно спросила: – Тогда почему ты обычно молчишь?

– Нет необходимости.

– Ты много говоришь, когда это необходимо?

– Да, – Бай Чуань кивнул. – Я не люблю разговаривать.

– Только не говори, что тебе не нравится разговаривать. Пойдем, я отвезу тебя домой, – Му Сяоя проигнорировала первоначальный вопрос Бай Чуаня и вывела этого человека из общины. Она вызвала такси и поехала на виллу Бай Чуаня.

– А почему они не соглашаются? – но Бай Чуань не был обычным человеком. Он не будет избегать этого вопроса из-за намеренного уклонения Му Сяоя. Нет, как только машина тронулась, он снова спросил.

«Почему нет? Потому что в глазах моих родителей ты аутист с психическим дефектом, не очень подходящая пара для их дочери».

– Они не спорят, они все еще думают. Когда они прояснят свои мысли, они согласятся, – уговаривала Му Сяоя.

Бай Чуань моргнул, как будто принял объяснение Му Сяоя, и больше не спрашивал.

***

Машина быстро остановилась у ворот виллы семьи Бай. Му Сяоя попросила водителя подождать ее в машине некоторое время, чтобы она могла проводить Бай Чуаня внутрь.

– Мы женаты, – Бай Чуань не вошел внутрь.

– Да, я знаю.

– А когда же мы тогда будем жить вместе? – спросил Бай Чуань.

– … – Му Сяоя застыла, – жить вместе?

– Да, после свадьбы муж и жена должны жить вместе.

– ... – «ты действительно знаешь об этом, ха». Му Сяоя притронулась к своему лбу, – мои родители еще не согласились.

– Они должны согласиться, чтобы мы жили вместе? – спросил Бай Чуань.

Честно говоря, Му Сяоя с самого начала даже не думала о том, чтобы жить с Бай Чуанем. В этот момент она могла только собраться с силами и натянуто произнести: – Хорошо, хорошо.

– Тогда я подожду, пока они согласятся, – получив положительный ответ, Бай Чуань остался доволен.

Возможно, сегодня вечером поведение Бай Чуаня было слишком нормальным, и Му Сяоя не удержалась и спросила: – Если... мои родители не согласятся?

– Мы женаты, – Бай Чуань снова подчеркнул это: – Даже если они не согласятся, это бесполезно.

– !!! – Му Сяоя была поражена и не могла поверить в то, что только что услышала.

– Значит... они должны согласиться.

– ... – Потому что было бесполезно спорить, они должны были согласиться, верно?

Оказывается, он умел так хорошо использовать логику, что Му Сяоя не могла ни плакать, ни смеяться.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 7 - Любить его

После того как Му Сяоя ушла, все члены семьи Бай собрались вокруг и держались на расстоянии, чтобы Бай Чуань чувствовал себя комфортно, тщательно расспрашивая, что произошло в семье Му сегодня вечером.

– Сяо Чуань, а что сказали родители Сяоя? – Бай Гоюй так не нервничал, даже когда компания Бая была зарегистрирована на рынке.

– Они согласились на твой брак с Сяоя? – Ли Жун спросила более конкретно.

Все, что он хотел спросить, было сказано отцом и матерью Бай, поэтому Бай Чжэн просто молчал и ждал ответа брата.

Бай Чуань продолжал идти, проходя через гостиную, поднялся по лестнице на второй этаж только для того, чтобы ответить тремя словами: «Они не согласились». Сказав это, он продолжил идти, запершись в своей спальне.

– Не согласились? – три члена семьи Бай образовали круг у подножия лестницы.

– Ну, на самом деле это понятно, – Бай Гоюй был более рассудителен, чем его жена, хотя его сердце было немного кислым, но он все еще может понять точку зрения родителей Сяоя. Если бы он был ее отцом, то не хотел бы, чтобы его дочь вышла замуж за психически ненормального человека.

– Я уже говорил, что мы не должны отпускать Сяо Чуаня одного, – Бай Чжэн немного сожалел.

Бай Чуань был неразговорчивым человеком, и его познающий мозг отличался от мозга нормального человека. Даже если кто-то будет ругать его, он возможно даже не отреагирует, Бай Чжэн также не знал, получил ли его брат какие-либо жалобы в семье Му этой ночью или нет. Обычно, когда он был в компании Бай, ему хотелось, чтобы офис Бай Чуаня находился прямо перед его глазами.

– Бай Чжэн, распорядись, чтобы кто-нибудь приготовил соответствующие подарки. Мы с твоей мамой лично навестим семью Му, – Бай Гоюй подумал немного и решил пойти туда сам.

– А что, если они все равно не согласятся? – спросил Бай Чжэн.

– Тогда нам остается только сдаться. Мы не можем заставить людей выдавать свою дочь замуж в нашу семью, – такая возможность не была лишена оснований.

– Тогда как насчет Сяо Чуаня? Сяо Чуань действительно любит Сяоя, разве вы не видели, каким он выглядел расстроенным, когда вернулся? – думая об этой возможности, Ли Жун не могла не волноваться.

– Сяо Чуань почувствовал разочарование? – удивился Бай Гоюй. Разве его сын не выглядел таким же чопорным, как обычно?

– Конечно был, вы, мужчины, просто невнимательны и не видите этого ясно.

Бай Чжэн, который тоже этого не видел, молча отвернулся.

– Короче говоря, что бы ни думала семья Му, мы должны быть предельно искренни, – Бай Гоюй принял решение.

Му Сяоя вернулась домой и увидела, что ее родителей больше нет в гостиной. Она немного помолчала и пошла в кабинет отца на втором этаже.

Подняв руку, она дважды постучала в дверь, прежде чем войти.

– Просто говори, если тебе есть что спросить, – спокойно подойдя к столу своего отца, Му Сяоя знала, что за то время, пока она провожала Бай Чуаня, беспорядочные мысли ее родителей уже были улажены.

– Это правда, что ты вышла замуж за Бай Чуаня? – до сих пор Шэнь Цинъи не могла поверить, что ее дочь вышла замуж.

– Это правда. Мы с Бай Чуанем получили свидетельство о браке в тот день, когда умерла бабушка Бай. В тот день было слишком много работы, вы также должны были следить за тестом в школе, так что у меня не было времени, чтобы сказать вам об этом до сих пор.

– В тот день, когда умерла учитель Цуй? Значит, это произошло несколько дней назад, верно? Когда мы пришли на поминальную службу учителя Цуй, семья Бай ничего не сказала, – Му Жочжоу нахмурился.

– Возможно, они подумали, что это слишком неожиданно.

– Что ты имеешь в виду? – Шэнь Цинъи была озадачена.

– За последние несколько дней произошло слишком много событий. Они также знали только то, что я внезапно вышла замуж за их сына, кроме того, бабушка Бай умерла в тот день, у них, вероятно, не было времени, чтобы разобраться, – Му Сяоя объяснила.

– Тогда что семья Бай думает о вашем браке? – спросил Му Жочжоу. Если бы они тоже были застигнуты врасплох, как они, то какова была бы их реакция на это?

– Вообще-то… – Му Сяоя горько улыбнулась. – Когда я была на кладбище, мать Бай Чуаня также спросила меня, собираюсь ли я продолжать этот брак или нет.

– Что она имела в виду? – чутко спросила Шэнь Цинъи.

– Мать Бай Чуаня сказала, что хотя она и надеется, что у Бай Чуаня может быть партнер в его жизни, но она не станет навязывать его никому, кто не хочет этого.

– … – услышав рассказ дочери, родители Му почувствовали еще большую тяжесть на сердце. Это заявление показало, что они не заставляли ее, когда она вышла замуж за Бай Чуаня, это было полностью желанием их дочери.

– Почему ты хочешь выйти замуж за Бай Чуаня? – Шэнь Цинъи не могла понять этого. – Было ли это из-за последнего желания учителя Цуй?

Будучи соседями в течение многих лет, Шэнь Цинъи и бабушка Бай всегда были в хороших отношениях, и она, естественно, знала, о чем бабушка Бай думала. В прошлом, когда бабушка Бай говорила с ней о будущем Бай Чуаня, Шэнь Цинъи даже оптимистично убеждала бабушку Бай, говоря, что будет девочка, которая сможет оценить Бай Чуаня, независимо от его недостатков.

Но человеческая природа всегда такова. Сторонний наблюдатель и кто-то вовлеченный, конечно, будут различаться в отношении. Она восхищалась бы девушкой, которая будет заботиться о жизни Бай Чуаня, несмотря на его особые обстоятельства, но она не хотела, чтобы эта девушка была ее собственной дочерью.

Подобно образу героини с прекрасным сердцем в кино, все ценят ее преданность и терпимость по отношению к Джону Нэшу (американскому математику, страдающему психическим заболеванием), но не у всех хватает смелости испытать страдания, через которые она прошла.

– Я люблю Бай Чуаня, – это был ответ, который Му Сяоя дала своим родителям.

Она знала, что для ее родителей нет ничего, что могло бы превзойти эту причину. Чтобы еще больше убедить своих родителей, Му Сяоя продолжила и добавила: «На самом деле, он мне уже давно нравился. Вы также знаете, что я часто бывала в доме Бай Чуаня. Поэтому, когда Бай Чуань прибежал сюда и сделал мне предложение несколько дней назад, я была так счастлива, что согласилась, не задумываясь».

– Бай Чуань внезапно сделал тебе предложение, ты когда-нибудь думала, что это может быть только для его бабушки? – напомнил ей Му Жочжоу.

– Я думала об этом и уже спросила его.

– Тогда каков же был его ответ?

– Бай Чуань сказал, что бабушка Бай попросила его жениться на той, которая ему нравится, а потому он пришел ко мне, – ответила Му Сяоя.

Супруги Му снова замолчали. Бай Чуань был аутичным ребенком, и главной характеристикой аутичных детей было то, что они не желали общаться с другими, но они не лгали и не находили причин для оправданий. То, что они говорили, было самым искренним чувством, которое они чувствовали внутри. Бай Чуань сказал, что ему нравится Сяоя, значит, это его настоящее сердце.

– Сяоя, ты когда-нибудь думала, что тебе будет трудно с Бай Чуанем? – Му Жочжоу не мог не напомнить ей снова.

– Это верно, хотя Сяо Чуань хороший и умный ребенок, но в конце концов он все еще кто-то с аутизмом. Он не может выразить свои чувства, как нормальный человек. Ваша новая жизнь, вполне возможно, будет изношена реальностью уже через несколько дней. В то время вам обоим не будет больно? – добавила Шэнь Цинъи к словам мужа.

– Папа, мама, я уже думала об этом, но все равно хочу попробовать, – Му Сяоя сказала, – я говорю это только после тщательного обдумывания.

Му Сяоя может понять так называемое беспокойство своих родителей, но так как она уже прошла через перерождение, Му Сяоя чувствовала, что ее и Бай Чуаня конец будет таким же, как и в прошлый раз, когда она умрет от болезни и Бай Чуань станет вдовцом. Нет, это должно быть лучше, по крайней мере в этой жизни Бай Чуань может избежать судьбы быть изуродованным, чтобы он все еще мог быть красивым вдовцом.

– Тогда как насчет учебы за границей? – снова спросила Шэнь Цинъи.

– Я не отправлюсь, – Му Сяоя с самого начала не планировала учиться за границей.

– Не пойдешь? Разве это не твоя мечта – пойти в SG учиться дизайну? – Шэнь Цинъи не могла в это поверить.

– Мам, я тебе потом все объясню.

Му Сяоя знала, что ее перемена была слишком резкой и ее родителям будет трудно смириться, если она будет выдавать изменение одно за другим. Но она не могла сказать правду. Ее генетическое заболевание, которое должно было проявиться через четыре года, в настоящий момент не было обнаружено. Единственное, что она могла сделать, – это проводить с ними больше времени.

– Ма, я действительно хочу выйти замуж за Бай Чуаня, как и ты, когда хотела выйти замуж за папу, – причина была почти та же, Му Сяоя начала наносить удары с помощью стратегии "продажа своей привлекательности".

– Ты уже сделала это, тебе все еще нужно, чтобы мы согласились? – Шэнь Цинъи оттолкнула свою дочь в плохом настроении.

– Я сделала это не так, как надо. Это было потому, что в то время нужно было срочно действовать, и позже я действительно забыла об этом. Извините, а~, – Му Сяоя проигнорировала плохое настроение матери и бесстыдно приклеилась.

Шэнь Цинъи беспомощно посмотрела на мужа, но глаза Му Жочжоу были также полны беспомощности. Как только что сказала его жена, ее дочь и Бай Чуань уже получили свидетельство о браке, даже если бы они были против этого, они не могли изменить тот факт, что их дочь была замужем. Более того, они были учителями уже более 20 лет, и они очень хорошо знали, что есть определенные вещи, которые дети должны испытать сами, иначе, если учителя будут продолжать заставлять их учить, они даже не услышат и грамма того, что говорят учителя.

Но как родитель, узнавший, что его дочь вышла замуж при таких обстоятельствах, в сердце он все еще чувствовалась горечь:

– Мы с твоей мамой хотим еще немного поразмыслить над этим вопросом.

– Как долго ты должен думать об этом? – спросила Му Сяоя.

– Мы расскажем тебе, когда все хорошенько обдумаем, – сказав это, Му Жочжоу равнодушно встал и вышел из комнаты.

Увидев, что ее муж уходит, Шэнь Цинъи улыбнулась дочери и последовала за ним.

Повернувшись лицом к пустой комнате для занятий, Му Сяоя молча почесала лоб и вдруг расхохоталась. Ее родители были учителями всю свою жизнь. Они всегда будут побуждать и никогда не будут заставлять своего ребенка делать или не делать что-то. Единственное, о чем они думали, была ли она согласна или нет или просто судила о чем-то по их стандартам.

Они думали об этом всю ночь и задавали ей так много вопросов, но ни разу не произнесли ни одной фразы, которая заставила бы ее покинуть Бай Чуаня. Они просто анализировали преимущества и недостатки ситуации снова и снова и спрашивали ее, действительно ли она думала об этом.

На самом деле, если хорошенько подумать, за 26 лет своей прошлой жизни, за исключением короткого времени, когда она не имела хороших отношений и не имела времени, чтобы провести его с родителями, она думала, что ее жизнь на самом деле не была плохой.

В окно ворвался порыв вечернего ветра, и рисовая бумага на столе зашуршала. Му Сяоя прижала папирусное пресс-папье к бумаге, а затем плотно закрыла окно. Окно кабинета выходило на соседний двор бабушки Бай. Теперь, когда бабушка Бай скончалась, во дворе больше не горел свет.

Если она исчезнет через четыре года, будут ли ее родители смотреть на ее спальню, точно так же, как она смотрела на двор бабушки Бай?

Нет, они будут еще более печальны.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 8 - Пришли мне свою фотографию

Му Сяоя встала рано и побежала в школу, переодевшись. Сегодня был день, когда школа выдаст ей диплом, но она упустила свой шанс сфотографироваться. Если она не получит сертификат вовремя, Фан Хуэй, вероятно, сразу же убьет ее.

Выйдя на автобусной остановке на улице Сюэюань, она прошла несколько шагов и увидела Фан Хуэй у школьных ворот. Фан Хуэй в то время все еще не была способной и проницательной женщиной, как несколько лет спустя, она все еще была той неординарной девушкой с более чем тремя цветами, окрашивающими ее волосы.

– Фан Хуэй.

Му Сяоя помахала рукой Фан Хуэй счастливо. Фан Хуэй повернула голову и увидела Му Сяоя, бегущую к ней. Ее рот все еще был наполнен чаем с молоком, она не собиралась реагировать на приветствие девушки. Но Му Сяоя больше не беспокоилась об этом, одним прыжком она запрыгнула на подругу словно осьминог.

– Моя одежда! Му Сяоя, ты сейчас умрешь! – из-за внезапного нападения чай с молоком в руке Фан Хуэй пролился, и на ее недавно купленной одежде появилась коричневое чайное пятно.

– Я так давно тебя не видела... Ах, как же я по тебе скучала, – Му Сяоя не слышала жалоб Фан Хуэй, все еще погруженная в радость встречи с подругой.

– Не вешай мне лапшу на уши, говорю тебе, если ты не покажешь мне свидетельством о браке, то не получишь мое прощение, – Фан Хуэй безжалостно оттолкнула ее.

– Я не принесла свидетельство о браке, но у меня все еще есть фотография, хочешь посмотреть? – спросила Му Сяоя.

– ... – Фан Хуэй заколебалась, ее больше не волновало пятно от чая, и спросила Му Сяоя, – Ты действительно замужем?

– Да, – Му Сяоя уверенно признала это.

– Не может быть... кто это? За кого ты вышла? Когда ты успела влюбиться? Почему я не в курсе? – Фан Хуэй всегда считала, что Му Сяоя говорит о браке только для того, чтобы как бы невзначай извиниться за то, что не успела сфотографироваться на выпускной.

– Это долгая история, помнишь соседа, о котором я тебе рассказывала?

– Конечно, ты сказала, что твой сосед – красивый парень, но, к сожалению, у него аутизм.

– Это он.

– Му Сяоя, ты с ума сошла! – люди, которые изучали искусство, имели хороший контроль над своим лицом, но, конечно, никто не пошел бы так далеко и не нашел бы аутичного человека только для своей репутации.

– Не волнуйся так, я расскажу тебе все подробно, – и вот, два человека шли бок о бок, входя в школу, Му Сяоя и Фан Хуэй говорили обо всех тонкостях этого дела.

После прослушивания выражение лица Фан Хуэя стало более сложным. Она вопросительно посмотрела на Му Сяоя и спросила: – Так ты вышла за него замуж, чтобы исполнить желание старейшины, или ты действительно хотела выйти замуж за Бай Чуаня?

– И то и другое, – честно ответила Му Сяоя.

– Как ты можешь просто говорить и то и другое ... позволь мне изменить свой вопрос, – Фан Хуэй почувствовала, что ее вопрос не совсем точен, поэтому она снова спросила: – Если бы бабушка Бай Чуаня не умерла в это время, ты бы согласилась выйти замуж за Бай Чуаня?

– Да, – подумав некоторое время, Му Сяоя все же дала положительный ответ. Бабуля умерла как раз в тот момент, но ее первоначальным намерением было все же выйти замуж за Бай Чуаня, чтобы предотвратить дальнейшие трагедии. Конечно, если бы бабушка Бай не была на последнем издыхании в то время, Бай Чуань не сделал бы ей предложение, но это было не то, о чем хотела спросить Фан Хуэй.

– Значит... он тебе нравится? – спросила Фан Хуэй.

Например? Нравится ли ей Бай Чуань? Му Сяоя спросила себя: конечно он ей нравится, но это не симпатия между мужчиной и женщиной. Если бы он ей так нравился, она не отвергла бы Бай Чуаня в своей прошлой жизни. Но после перевоплощения Му Сяоя почувствовала, что романтическая любовь уже не так важна, поэтому ее брак стал намного более чистым и простым.

– Люблю, – Му Сяоя не осмелилась сказать Фан Хуэй, что она на самом деле думает, иначе, основываясь на ее характере, она не остановилась бы прямо здесь.

– Фан Хуэй, Му Сяоя… – Фан Хуэй все еще хотела что-то сказать, но кто-то впереди внезапно окликнул их по имени. Они оба подняли глаза и увидели, что им машет несколько одноклассников. Они перестали разговаривать и быстро пошли туда.

– Му Сяоя, почему ты не пришла, когда мы делали выпускное фото? – Му Сяоя была единственным человеком, не присутствующим на их выпускной фотографии, так что ее одноклассникам стало любопытно.

– Фан Хуэй сказала, что ты вышла замуж, это правда?

– Конечно нет, но разве Му Сяоя не собирается в следующем месяце за границу? Ах, это было место, о котором мы мечтаем день и ночь.

Му Сяоя терпеливо ждала, пока они закончат, а затем сказала с улыбкой: – Фан Хуэй не лгала вам, ребята, я действительно замужем.

– Ни хрена себе, с кем?

– Есть фотография? Давайте посмотрим.

Кто-то спросил об этом, и все вдруг перестали говорить о выпускной фотографии. Все они столпились у дверей классной комнаты, ожидая, когда Му Сяоя покажет им фотографию своего мужа.

– У меня нет фото в телефоне, – Му Сяоя думала, было возможно, что у нее не было никаких чувств к Бай Чуаню раньше, и именно поэтому у нее не было его тайных фотографий, только фото свидетельство о браке, но она не может сразу показать, это изображение ее одноклассникам.

– Кому ты врешь, как можно не иметь фото собственного мужа?

– Если нет, то просто сделай, пусть твой муж пришлет тебе свое селфи.

–  Так-так, дай-ка я посмотрю, кто такой обаятельный и украл нашу красавицу, как только она окончила школу.

Му Сяоя обратилась за помощью к Фан Хуэй, но у нее был такой вид, будто она наблюдает за чем-то интересным. Честно говоря, она слышала, как Му Сяоя упоминала, как красив Бай Чуань, но сама она этого не видела, поэтому не могла не испытывать некоторого любопытства.

– Тогда... я попробую, – в телефоне Му Сяоя есть контакт Бай Чуаня, но она почти никогда им не пользовалась. По ее мнению, Бай Чуань часто жил в своем собственном мире. Иногда, когда вы зовете его, он не обязательно ответит, не говоря уже о том, чтобы позвонить ему по телефону. Му Сяоя даже не подозревала, что Бай Чуань совершенно не замечал ее WeChat.

Хотя Му Сяоя так и думала, он все же открыла WeChat Бай Чуаня и послала ему сообщение.

– Обычно он очень занят, так что может и не заметить, – Му Сяоя предупредила их заранее.

– Если он этого не увидит, просто позвони ему, – ее одноклассники просто не перестанут ворчать, пока не увидят фото.

Му Сяоя вдруг почувствовала, что пот капает с ее лба.

В особняке семьи Бай Бай Чуань сидел на балконе и читал книгу. Он читал очень быстро, ему потребовалось всего две-три секунды, чтобы перевернуть страницу.

Рядом с правой рукой Бай Чуаня стоял маленький круглый столик, на котором были аккуратно расставлены несколько блюд для завтрака, но по холодной каше было видно, что эти блюда уже давно были расставлены здесь и к ним никто не прикасался.

В этот момент в комнату тихо вошел дядя Лю, домоправитель семьи Бай. Он окинул взглядом нетронутый завтрак и почувствовал себя беспомощным, подумав, что второй молодой мастер опять забыл позавтракать.

Дело не только в завтраке, но и в том, что второй молодой мастер может запросто забыть о трехразовом питании. Нет, эти слова не отражали картину достаточно точно, он забывал есть, он ел только тогда, когда чувствовал голод. Восприятие второго молодого мастера отличалось от обычных людей, у него часто было одному приему пищи в день, а иногда он не ел вообще. Из-за этого все в семье Бай чувствовали себя крайне обеспокоенными, но они были беспомощны, поскольку ничего не могли поделать, потому что когда второй молодой мастер погружался в свой собственный мир, он не реагировал, что бы вы ему ни говорили.

И единственное, что домоправитель может сделать, это всегда следить за тем, чтобы еда была легкодоступна для рук второго молодого мастера, поэтому, когда он почувствует голод, всегда будет еда, чтобы поесть.

Дядя Лю принес из кухни только что приготовленный завтрак, подошел и поставил на место остывшего. Он не осмелился ничего сказать, только постоял немного, повернулся и вышел. Подойдя к двери спальни, дядя Лю вдруг услышал странный шум. Он подсознательно оглянулся и обнаружил, что телефон на прикроватном столике звонит.

Дядя Лю не воспринял это всерьез и поэтому не стал напоминать ему о телефоне. Честно говоря, смартфон второго молодого мастера всегда был инструментом одностороннего контакта, поскольку он использовался только тогда, когда тот хотел найти кого-то. По сути, это нонсенс для других, чтобы найти его через личный телефон. Обычно, если хозяева хотели найти его, они звонили по домашнему телефону, и тогда дядя Лю шел и оповещал Бай Чуаня.

Креаак~

Когда дядя Лю только что повернул голову, он услышал звук стула, трущегося об пол позади него, сопровождаемый звуком шагов. Дядя Лю не поверил своим ушам и, обернувшись, увидел, что второй молодой мастер действительно отложил в сторону недочитанную книгу, покину балкон, подошел к кровати и сразу же разблокировал смартфон.

Пришел ли второй молодой мастер, услышав сообщение?

Нет, это невозможно, второй молодой мастер никогда не реагировал так быстро, это должно быть совпадение, второй молодой мастер, должно быть, ищет кого-то другого. Да, так и должно быть.

Дядя Лю подумал так, и его сердце немного успокоилось, когда он, продолжая держать тарелку, вышел из спальни.

В это время Бай Чуань поднял телефон и увидел сообщение от Му Сяоя: [Ты можешь прислать мне свою фотографию?]

Фото? Бай Чуань поджал губы и посмотрел направо и налево, думая о том, где взять фотографию, он обратил свое внимание на дядю Лю, который собирался выйти из двери.

Он не знал, когда пришел дядя Лю, и ему было все равно, он только знал, что сейчас ему нужна помощь дяди Лю, поэтому он открыл рот, чтобы позвать его.

– Дядя Лю, – позвал Бай Чуань.

– В... второй молодой мастер?! – дядя Лю был слишком взволнован и чуть не опрокинул тарелку в руках. Он ведь не ослышался, верно? Ему всего 52 года в этом году, он не должен быть слишком старым, чтобы иметь проблемы со слухом. Только что его позвал второй молодой мастер? Это правда?

Кроме того... второй молодой мастер действительно знал его имя.

– Я хочу сделать снимок, – Бай Чуань передал свой телефон дяде Лю.

Сфотографироваться? Второй молодой мастер хочет сфотографироваться? Второй молодой мастер действительно хочет, чтобы он его сфотографировал?!

Дядя Лю быстро ответил, тарелка на его руке была быстро поставлена на пол, когда он поспешно подбежал, чтобы поднять телефон Бай Чуаня: – Второй молодой мастер, как вы хотите сфотографироваться?

Возможно, это был первый раз, когда второй молодой мастер попросил его сделать что-то, он должен был сделать это идеально.

– Сфотографируй меня, – повторил Бай Чуань.

«Я такой глупый, почему я спросил его, как он хочет сфотографироваться? Как мог второй молодой мастер понять искусство фотографии, позы и все такое, его готовность позволить мне сделать снимок была уже большим шагом. Через некоторое время я должен сказать об этом хозяину, мадам и молодому господину!»

– Второй молодой мастер, свет в комнате не очень хороший, как насчет того, чтобы пойти на балкон и сфотографироваться? – предположил дядя Лю.

– Да, – Бай Чуань послушно вернулся на балкон и небрежно остановился.

Дядя Лю изначально хотел сделать хороший снимок и стремился сделать фотографию как можно более совершенной. Но когда второй молодой мастер его семьи небрежно стоял на балконе, слезы дяди Лю внезапно хлынули из глаз. Второй молодой мастер его семьи, просто стоящий там так небрежно, уже создал идеальную композицию, где ему нужна его дерьмовая техника?

Дядя Лю сделал много фотографий и вернул телефон второму молодому мастеру, прежде чем неохотно уйти с холодным завтраком. Далее Бай Чуань сразу открыл WeChat Му Сяоя и отправил свое фото. Он не продолжил читать свою книгу, скорее, он внимательно уставился на телефон, ожидая ее ответа.

Му Сяоя уже подготовила свое сердце к тому, что не получит ответ Бай Чуаня, она совершенно не ожидала, что она получит его по прошествии всего двух минут.

– Быстро, фото, открывай скорее! – прежде чем Му Сяоя смогла ясно рассмотреть, некоторые любопытные одноклассники нажали на фотографию. Внезапно появившийся Бай Чуань был расширен в полный экран перед глазами всех.

– О боже~!

– О-о-о~~!

– Му Сяоя, твоя жизнь слишком хороша!

Внезапно звуки восклицаний и бесконечных выдохов стихли. Хотя это была всего лишь одна фотография, она могла бы объяснить всю неразумность Му Сяоя с внезапной женитьбой.

Даже глаза Фан Хуэй были полны удивления. Если бы Му Сяоя не сказала ей об этом утром, она не смогла бы связать этого красивого молодого человека с яркими глазами с аутистом. Если уж говорить что-то порывистое, то стоило выйти замуж только из-за этого лица.

Му Сяоя всегда знала, что Бай Чуань хорош собой, но это был ее первый раз, когда она обнаружила, что он также фотогеничен. Бай Чуань на фотографии был одет в обычную хлопчатобумажную рубашку, его волосы были немного растрепаны, как будто он только что проснулся. Он стоял против света, его глаза пристально смотрели вперед, как будто он смотрел на нее через линзу.

После того, как все удовлетворили свое любопытство, Му Сяоя удалось вернуть свой телефон. Она взглянула на парня на фотографии и заметила завтрак в правом нижнем углу фотографии.

Слегка нахмурившись, Му Сяоя отправила сообщение: [Фотография такая красивая, не забудь позавтракать.]

Завтрак? Бай Чуань в замешательстве поднял глаза и наконец заметил завтрак, стоявший перед ним.

Бай Чуань: [Хорошо.]

Ответив на ее сообщение, Бай Чуань вернулся к столу и начал медленно есть.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 9 - Ты мое окно

Разговор между ними был прерван несколькими одноклассниками, которые внезапно появились. Получив диплом, Фан Хуэй потащила Му Сяоя в ближайшее кафе.

– Капучино и кусок пирога "Шварцвальд", ты угощаешь, – как только они вошли в кафе, Фан Хуэй без тени вежливости подтолкнул Му Сяоя.

– Хорошо, старшая сестра, что-нибудь еще? – Му Сяоя сотрудничала гармонично.

– Пока все, эта старшая сестра добавит еще немного после того, как закончит, – Фан Хуэй покачала головой, как цундэрэ, и пошла искать место.

Му Сяоя улыбнулась и пошла к прикассовой стойке, чтобы купить пирожные и кофе.

Фан Хуэй сделала глоток кофе и бросила взгляд на черный кофе перед подругой. Она нахмурилась:

– Как ты можешь пить черный кофе, такой горький.

Му Сяоя побледнела, уехав за границу, она была слишком занята из-за учебы и работы, часто засиживалась допоздна, чтобы успеть сделать эскизный проект, поэтому у нее появилась привычка пить черный кофе. Но она помнила, что ей сейчас не нравится пить его.

– В последнее время я плохо спала, и это как раз то, что мне нужно, – Му Сяоя небрежно искала оправдание.

– Дядя и тетя не согласились, – догадалась Фан Хуэй.

– Дело не в том, что они не согласны, просто они все еще рассматривают это.

– Рассматривают? Когда это дядя и тетя обдумывали твое решение, а не просто поддерживали тебя всем сердцем? Если они рассматривают это, то это означает, что они не согласны, – Фан Хуэй завидовала тому, что у Му Сяоя есть пара либерально и демократически настроенных родителей, в отличие от ее твердолобых родителей.

– Они согласятся, – уверенно ответила Му Сяоя.

– Это бесполезно, даже если они не согласятся, поскольку вы уже получили свидетельство о браке, – насмешливо сказала Фан Хуэй.

– Вот именно, – Му Сяоя вдруг вспомнила, что Бай Чуань, кажется, тоже говорил что-то подобное прошлой ночью, и сразу же не смогла сдержать смех.

– Ты все еще смеешься? – Фан Хуэй напомнила ей: – Серьезно, Бай Чуань – аутист, он вообще знает, что такое брак? Брак – это не просто внезапный порыв получить сертификат, хотя внешность твоего мужа хороша, но тогда тебе придется провести с ним всю оставшуюся жизнь. И после этого у вас, ребята, будут дети... Ах, он знает, как заводить детей?

– Фан Хуэй! – Му Сяоя сердито посмотрела на подругу, поначалу она все еще говорила о серьезных вещах, и чем больше она говорила, тем больше это становилось возмутительным.

– Вы, ребята... уже сделали это? – как только она подумала об этом, как она могла повернуть назад? Фан Хуэй не боялась, что Му Сяоя бросит на нее свирепый взгляд, когда ее слова станут более ясными.

– О чем ты думаешь?!

– А-а, это не так, – только взглянув на Му Сяоя, Фан Хуэй уже знала, что молодожены все еще чисты и неотличимы от белой бумаги, – нет, я должна проверить. Если этот аутист не может этого сделать, ты должна оставить его как можно скорее.

Сказав это, Фан Хуэй действительно схватила свой телефон и начала проверять.

– Ты... довольно! – Му Сяоя чувствовала стыд и гнев, когда схватила телефон Фан Хуэй.

– Ладно-ладно, не буду больше дразнить тебя, – Фан Хуэй увидела, что Му Сяоя встревожилась, и перестала дразнить ее. – Когда ты планируешь провести свадьбу?

– Может быть... она не состоится, – неуверенно произнесла Му Сяоя.

– Кроме того, есть еще одна старушка, которая недавно умерла, – Фан Хуэй понимающе кивнула.

Когда речь зашла о бабушке Бай, Му Сяоя невольно взглянула на нефритовый браслет на ее запястье.

– Браслет на твоей руке подарила бабушка Бай? – Фан Хуэй заметила выражение лица Му Сяоя и догадалась.

– Да, – Му Сяоя кивнула.

– Этот браслет не выглядит дешевым, похоже, старушка осталась довольна внучкой, – хотя Фан Хуэй не разбиралось в драгоценностях, но этот вид нефрита словно проточная вода, выглядел как сокровище, цена определенно не была низкой.

Му Сяоя только молча улыбнулась.

– Кстати, а как к тебе относятся родители Бай Чуаня? – Фан Хуэй снова спросила: – Разве ты не собираешься учиться за границей в следующем месяце? Его семья согласится, чтобы ты поехала?

– Я... не буду учиться за границей, – ответила Му Сяоя.

– Ты не пойдешь? – Фан Хуэй нахмурилась, – ты даже бросила учебу за границей ради Бай Чуаня?

– Это не для Бай Чуаня, я сама больше не хочу туда езжать. Я подумала об этом и решила открыть студию вместе с тобой, – Му Сяоя изначально хотела поговорить об этом с Фан Хуэй, поэтому она воспользовалась шансом, как та и просила.

Она и Фан Хуэй вместе изучали дизайн обуви, но во второй половине ее выпускного года, когда они собирались выпускаться, она и Фан Хуэй сделали совершенно другой выбор. Она поступила в аспирантуру проектного института СГ и намеревалась продолжить учебу.

– Ты хочешь открыть со мной студию? Разве ты не говорила, что было бы большой потерей открыть студию с нами, как с непризнанными выпускниками университета? – удивилась Фан Хуэй. Когда она сказала, что хочет открыть студию, Му Сяоя попытался остановить ее. Фан Хуэй знала, что Му Сяоя беспокоится, но ей было все равно. На самом деле она хотела открыть студию для развлечения, не важно, если она потеряет деньги, потому что ее отец был богат.

– Ты сама сказала, что если теряешь деньги, то ты просто теряешь деньги, во всяком случае твоя семья богата, – преувеличенно сказала Му Сяоя.

В ее прошлой жизни студия Фан Хуэй не была очень успешной, и сама Фан Хуэй поддерживала студию своими собственными деньгами. Если бы это было раньше, Му Сяоя, естественно, не захотела бы открывать студию с ней, но теперь она просто хотела сделать работу, которая ей нравится, и провести следующие четыре года в покое.

– Я чуть не забыла, что ты теперь замужем за богатым человеком, и, конечно, у тебя не будет недостатка в деньгах~.

– Совершенно верно, – Му Сяоя ответила с улыбкой. На самом деле у нее были кое-какие сбережения. Когда она училась в колледже, она продала несколько моделей обуви какому-то производителю, после того как сумма была вычтена из ее собственных расходов, они составили двести-триста тысяч. Этого достаточно, чтобы использовать его в качестве первоначального взноса для своей студии.

– Тогда мы должны осмотреть площади сегодня днем, как насчет того, чтобы я договорилась о встрече с агентом? – с приходом Му Сяоя Фан Хуэй сразу же наполнилась энергией.

– Хорошо, – Му Сяоя с готовностью согласилась.

***

После школы Му Жочжоу и его жена вместе пошли на рынок за овощами, а затем медленно пошли домой. Когда они обсуждали, что приготовить на ужин – мясо или рыбу, то вдруг обнаружили, что перед их дверью стоят два человека, держа в руках множество подарочных коробок.

– Учитель Му, учитель Шэнь.

– Господин Бай, госпожа Бай? – Му Жочжоу на мгновение побледнел, а затем понял намерение собеседника прийти к ним домой.

Хотя он и его жена все еще не могут смириться с внезапным браком их дочери, они все еще не могут держать людей за дверью.

– Учитель Му, учитель Шэнь, что касается брака между Сяо Чуанем и Сяоя, то наша семья Бай была груба, – как только они вошли, Бай Гоюй первым извинился.

– Господин Бай не должен этого делать, Сяоя сказала нам, что брак был ее собственным решением, – Му Жочжоу не был неразумным человеком, поскольку в этом деле не было вины семьи Бай, вместо этого это была вина их дочери, которая вышла замуж.

Бай Гоюй и его жена посмотрели друг на друга, оба они ясно знали, что хотя Му Жочжоу сказал это вежливо, он на самом деле не хотел выдавать свою дочь замуж за Бай Чуаня. Они знали об этом пункте и уже подготовили свои сердца, прежде чем прийти сюда.

– Учитель Му, учитель Шэнь, на самом деле мы собрались здесь сегодня, чтобы официально обсудить брак наших детей, – сказала Ли Жун.

– Как вы хотите это обсудить? – Му Жочжоу нахмурился.

– Учитель Му, учитель Шэнь, – Ли Жун искренне сказала, – что касается этого брака, я знаю, что наш Сяо Чуань недостоин вашей Сяоя, если бы Сяоя была моей дочерью, я бы тоже не согласилась выдать ее замуж за мужа-аутиста. Тем не менее я мать Сяо Чуаня, в своем сокровенном сердце и эгоизме я действительно хочу, чтобы этот брак продолжился. Итак, мы здесь сегодня, чтобы получить ваше согласие для нашего Сяо Чуаня.

Искать одобрения родителей женщины должен был сам жених, но Бай Чуань был аутистом, он не мог этого сделать, поэтому его родители могли прийти только самостоятельно. Му Жочжоу и его жена больше всего возражали против этого, но все равно терпеливо выслушали их.

– У Сяо Чуаня аутизм, он живет в своем собственном мире, и ему было трудно войти в него, это также тот момент, о котором вы беспокоитесь. Но мы хотим сказать вам, что в мире Бай Чуаня есть место для Му Сяоя, – Ли Жун сказала: – Бабушка Бай Чуаня произнесла эту фразу на своей больничной койке, она сказала, что мир Сяо Чуаня действительно мал, настолько мал, что может вместить только самого себя. Но когда он открывается для кого-то, этот человек становится всем его миром. Для нашего сына существование вашей дочери имеет такой же смысл.

– Конечно, мы знаем, что то, что мы скажем, не имеет особого смысла для вас, поэтому мы взяли с собой доктора Сяо Чуаня. Если вам удобно, можете ли вы прислушаться к его профессиональному мнению? – Ли Жун попросила их согласия.

Доктор, отвечающий за Бай Чуаня? – Му Жочжоу и его жена переглянулись, а затем согласились с предложением Ли Жун.

Доктор Бай Чуаня, профессор Фэн, был ведущей фигурой в области аутизма. Чтобы навестить семью Му сегодня, Бай Гоюй лично отправился в больницу, чтобы пригласить его, и теперь профессор Фэн ждал в машине.

Бай Гоюй вышел на улицу и пригласил профессора Фэна войти. После короткого приветствия профессор Фэн не стал спешить с описанием состояния Бай Чуаня, а вместо этого выложил несколько видеороликов, посвященных лечению Бай Чуаня.

В первом видео Бай Чуань был еще очень маленьким, он выглядел так, как будто ему было семь или восемь лет. Он спокойно сидел в кресле, рисуя картины, очень сосредоточенный, он всегда игнорировал профессора Фэна, независимо от того, как сильно профессор хотел общаться с ним, пока профессор Фэн не спросил его: – Девушка на картине – твой друг?

– Му Сяоя, – детский голосок Бай Чуаня был отчетливо слышен на видео.

Во втором видео Бай Чуань немного подрос, ему было лет одиннадцать-двенадцать. Он читал маньхуа.

– Сяо Чуань, почему тебе вдруг захотелось читать комиксы?

Бай Чуань никак не отреагировал.

– А эта история интересная?

Бай Чуаня это не волновало.

– Кто купил тебе эту книгу?

Бай Чуань ответил через некоторое время:

– Сяоя.

Позже видеоролики проигрывались один за другим, большая часть контента была похожа друг на друга: когда профессор Фэн не мог привлечь внимание Бай Чуаня, но пока он упоминал Му Сяоя, Бай Чуань давал некоторые ответы.

Профессор Фэн позже объяснил:

– Я встречал много детей с аутизмом. Некоторые из них вообще не говорят, некоторые даже не могут узнать свою собственную семью, меньшинство из них выразило бы свои желания, и очень немногие из них оправились до состояния Бай Чуаня. Выздоровление Бай Чуаня можно назвать чудом в медицинских записях, которые я изучал, и это было потому, что он почти восстановил свою способность общаться.

– Конечно, между этой способностью и способностью нормального человека все еще существует разрыв, но пока он готов сотрудничать, он вполне способен жить самостоятельно, – профессор Фэн отметил: – Причина, по которой он может выздороветь, заключается в том, что между его миром и нашим есть окно. Этого окно, большинство аутичных пациентов, возможно, и не имеют в своей жизни, но Бай Чуаню очень повезло, что у него есть два таких окна.

– Одно из них – бабушка Бай, а другое – Му Сяоя.

Настроение Му Жочжоу и его жены стало сложным, и они не могли не посмотреть еще раз на последний кадр видео. На видео Бай Чуань, похожий на подростка, рисовал. На бумаге для рисования была изображена спина девушки, она сидела на траве и смотрела вдаль, разноцветные цветы покрывали ее пышную юбку. Цвет картины был ярким и живым, жизнь ярко проступала из бумаги.

Такова была Му Сяоя в глазах Бай Чуаня.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 10 - Милый

– Сяоя очень важна для малыша Чуаня нашей семьи, но мы также знаем, что это не должно быть причиной, по которой ваша дочь должна выйти замуж нашего сына. Мы попросили профессора Фэна приехать сюда. Мы не хотели использовать это, чтобы получить сочувствие. Мы просто хотим доказать вам, что между этими двумя детьми существует особая дружба. Они поженились из-за этой дружбы.

– Конечно, если вы не согласны с этим браком, мы вас прекрасно понимаем. Но если вы готовы дать Чуаню шанс, наша семья Бай будет очень благодарна. Я и отец малыша Чуаня, безусловно, будем относиться к вашей девочке как к собственной дочери и защищать ее, как малыша Чуаня.

– И мы можем заверить вас, что, если однажды Сяоя почувствует усталость и не захочет больше оставаться с семьей Бай, она может уйти в любое время.

Родители Бай Чуаня и профессор Фэн уехали совсем недавно, но Му Жочжоу и его жена Шэнь Цинъи не могли успокоиться. Они сидели без дела, а в голове у них постоянно звучали слова, сказанные матерью Бай Чуаня перед отъездом.

Они все были родителями, и они, естественно, ценят любовь родителей Бай Чуаня к своему сыну. Не говоря уже о том, что Бай Чуань был почти как их собственный ребенок, когда они смотрели, как он растет. Даже если он был странным ребенком, они также были тронуты, когда увидели заботу Бай Чуаня об их дочери на видеозаписях. Бай Чуань – больной аутизмом, но у него хватило мужества выйти и обнять весь мир.

Очевидно, семья Бай Чуаня, как и они, не думала, что этот брак продлится долго. Они были готовы к тому, что Сяоя уйдет в любой момент. Он и его жена боялись, что Сяоя пострадает в этом браке, но родители Бай Чуаня не боялись, что Бай Чуань пострадает.

Последние слова матери Бай Чуаня едва не отдали их дочери доминирующее положение в этом браке. С такой привязанностью к ней он никогда не разрушит этот брак, но Сяоя может уйти в любое время. Это было равносильно тому, что они смирились с вредом, который Сяоя могла причинить Бай Чуаню. Какое великое доверие, какая великая искренность. Му Жочжоу чувствовал только тяжесть.

– Есть кто дома?! – Му Сяоя вскрикнула от страха. Она только что вернулась домой и обнаружила, что в доме совершенно темно. Она думала, что ее родители ушли в школу, чтобы посмотреть, как ученики учатся вечером. Кто знал, что, когда включился свет, эти двое сидели на диване и напугали ее до холодного пота.

– Почему вы не включили свет, я испугалась, – Му Сяоя прикрыла свое маленькое сердечко и обессилено рухнула на диван.

Му Жочжоу бросил взгляд на сцену, где его дочь швыряла тапочки в другой конец гостиной, и его настроение стало еще более сложным. Как могла эта девушка, обычно неприглядная дома, пробиться сквозь миллиарды человеческих миров и попасть в мир Бай Чуаня? Почему эта девушка так привлекла Бай Чуаня, что он стал смотреть только на нее?

– Мам, а что мы будем есть на ужин? Я бегала по городу весь день. Я так проголодалась, – сегодня днем они с подругой осмотрели больше дюжины мест, но не нашли ничего подходящего. Наконец они так устали, что не чувствовали голода. Но когда она вернулась домой, у Му Сяоя появился аппетит.

– Я приготовлю тебе лапшу, – Шэнь Цинъи беспомощно поднялась.

– Спасибо, мама. Не забудь два яйца.

Шэнь Цинъи пошла на кухню, рассортировала купленные ранее овощи и убрала их в холодильник. Затем она просто сварила три миски лапши.

После еды Му Сяоя восстановила некоторые силы. Она взяла на себя инициативу встать, чтобы помочь прибраться, вымыть посуду и закончить уборку на кухне. Му Сяоя вытерла руки, прежде чем выйти, после чего она застыла, когда она вдруг услышала своего отца: – Подожди минутку, назначь встречу с семьей Бай Чуаня, чтобы мы могли официально встретиться.

– Что?! – девушка была шокирована в течение длительного времени, прежде чем смогла прийти в себя. – Папа, ты согласился с моим браком?

– Хм! – Му Жочжоу хмыкнул и вошел в кабинет, не глядя на свою дочь, как будто это не он только что сказал эти слова.

– Мама? – Му Сяоя подошла и внимательно посмотрела на мать.

– Иди и сделай это, – Шэнь Цинъи улыбнулась. Когда родители Бай Чуаня уехали после обеда, она знала, что муж согласится.

– Мам, спасибо, – Му Сяоя подбежала и крепко обняла мать. Независимо от того, в прошлой или в этой жизни, было ли это ее решение остаться за границей для профессионального развития или решение ее собственного жизненного события, ее родители всегда поддерживали и любили ее безоговорочно.

***

Вернувшись в комнату, Му Сяоя собиралась позвонить семье Бай и сказать им, что ее родители согласились. Но когда она открыла записную книжку своего мобильного телефона, пальцы девушки на мгновение остановились на контактной информации матери Бай Чуаня, затем внезапно переместились и в итоге нажали на контакт Бай Чуаня.

В течение дня Бай Чуань своевременно отвечал на WeChat, и это было то же самое, когда он ответил на телефонный звонок.

Прежде чем Му Сяоя успела собраться с мыслями, звонок был подключен.

– Сяоя, – голос Бай Чуаня был мягким и глубоким. Это звучало иначе, чем общение с ним лицом к лицу. Голос в это время, казалось, нашептывал ей прямо в ухо.

– Бай Чуань, я хочу тебе кое-что сказать, и мне нужно, чтобы ты передал это своей матери, – сказала Му Сяоя.

– Малыш Чуань.

– Эм? – Му Сяоя застыла.

– Вчера... ты назвала меня малыш Чуань, – в голосе Бай Чуаня слышалось неприметное упрямство.

– ... – Му Сяоя не удержалась и в ответ схватилась за лоб. Разве этот парень не безразличен, почему его особенно волнует, как она его называет? Хотя она была беспомощна в своем сердце, Му Сяоя последовала желанию Бай Чуаня и изменила способ обращения к нему: – Сяо Чуань.

– Да, – сначала Бай Чуань ответил серьезно, а затем спросил: – Что ты хотела передать?

– Мои родители согласились на наш брак. Пожалуйста, пусть тетя и дядя договорятся о встрече, – сказала Му Сяоя.

– Хорошо, – после разговора Бай Чуань выключил телефон.

Он не выразил ни радости, ни удивления и даже был несколько невежлив. Му Сяоя чувствовала себя немного неуютно. Однако если подумать, это был довольно хороший ответ с личностью Бай Чуаня. Как она могла ожидать, что он будет таким же вежливым, как обычные люди?

Му Сяоя вздохнула с облегчением, но Бай Чуань был шокирован. Он держал свой смартфон и провел больше десяти минут в своей комнате, переваривая новости. Затем он молча повернулся и пошел вниз.

– Молодой вто... второй?.. – Первым, кто обнаружил Бай Чуаня, был дядя Ли, который собирался подняться наверх и доставить ему фрукты. Три члена семьи Бай, которые что-то обсуждали в гостиной, немедленно повернулись к нему.

Бай Чуань проигнорировал дядю Ли и сосредоточился на спуске по лестнице. Он шел шаг за шагом, размеренно и медленно. Если бы кто-то измерил время, то обнаружил бы, что время, которое Бай Чуань проводил на каждом шагу, было одинаковым.

Они не осмелились прервать его, затаив дыхание и ожидая, когда он спустится. Дойдя до последней ступеньки, Бай Чуань вдруг поднял голову, и его глаза горели, когда он смотрел в направлении гостиной.

Отец Бай, мама Бай и Бай Чжэн – все трое сразу нервно выпрямили свои спины. Бай Чжэн держал цветочный чай в руке, который хотел выпить, но он не решился поставить его вниз, как будто он боялся, что звук будет стимулировать Бай Чуань и мог только держать его в вертикальном положении все время.

«Ты пришел к нам?»

«Да».

До тех пор, пока Бай Чуань не остановился перед ними троими, они не осмеливались сказать об этом.

– Малыш Чуань? – Бай Чуань внезапно пришел, чтобы найти их, и взволнованный голос Ли Жун задрожал, – Ты нас ищешь? – осторожно спросила она.

Бай Чуань моргнул, посмотрел на мобильник, который держал в руке, затем его мозг, казалось, нашел связь и он ответил: – Сяоя сказала, что ее родители согласились, и сказала вам договориться о встрече.

– О, родители Сяоя согласились… Что?! Они согласились? – Ли Жун была слишком возбуждена и не обращала внимания на громкость.

– Успокойся, ты пугаешь малыша Чуаня, – нервно напомнили ей ее супруг и старший сын.

Ли Жун тоже была удивлена. Она прикрыла рот рукой и испуганно посмотрела на Бай Чуаня. Она боялась, что Бай Чуань, который не мог легко приблизиться к ним и общаться с ними, будет напуган.

– Назначьте встречу, – Бай Чуань не испугался. Он не только не испугался, но даже четко повторил свою просьбу.

– Что?

– Назначить встречу, – Бай Чуань нахмурился.

– О, о-о~ хорошо, мама понимает, – Ли Жун быстро согласилась.

Бай Чуань выглядел расслабленным, но продолжал смотреть на Ли Жун, не говоря ни слова и не уходя.

Ли Жун смутилась и с сомнением посмотрела на мужа и старшего сына.

– Назначь встречу, – напомнил Бай Чжэн.

Разве мы уже не договорились? Ли Жун сначала удивилась, но, к счастью, она быстро ответила, используя свое высокое понимание эмоций: – Назначить встречу, да, назначить встречу. Назначить встречу прямо сейчас.

Ли Жун тут же вытащила свой мобильный телефон и, проверяя дату, сказала мужу и сыну: – Когда вы, ребята, сможете пойти?

– Я спрошу своего помощника, – Бай Гоюй вызвал помощника.

– Я спрошу у секретаря, – Бай Чжэн позвонил секретарю.

– Ты свободен в субботу? – Спросила Ли Жун.

– Нет, в субботу у меня назначена встреча с Ли Донгом, чтобы обсудить сотрудничество, – сказал Бай Гоюй.

– В воскресенье?

– В воскресенье я еду в Пекин по делам, – ответил Бай Чжэн.

– Отмени! – Ли Жун нахмурилась, – Что важнее – пойти на свадьбу сына или в командировку?

– Отмените все! – когда мадам заговорила, отец и сын не посмели возразить. В то же время они сидя на месте отдали приказ помощнику/секретарю на другом конце провода и одновременно повесили трубку.

– Тогда в субботу или воскресенье? – снова спросила Ли Жун.

– Не имеет значения.

– Тогда в субботу, в отеле «Хайатт», я закажу отдельный номер, – затем Ли Жун нашла номер телефона управляющего отелем и тут же заказала ужин на субботу.

– Да, заказ на эту субботу, в семь вечера, в отеле «Хаятт» на номер «Полная луна», – Как только Ли Жун сделала заказ, она не могла дождаться, чтобы сказать Бай Чуаню время и место.

Информация была полностью получена, и Бай Чуань остался доволен. Он развернулся на месте и ушел без следа.

Три члена семьи Бай держались за шеи и смотрели, как Бай Чуань возвращается в спальню. Они недоверчиво посмотрели друг на друга.

– Малыш Чуань взял на себя инициативу поговорить с нами прямо сейчас? – Ли Жун не могла поверить в то, что только что произошло.

– А еще сказал несколько слов, – Бай Гоюй был не менее взволнован.

– Каждый ответ занимал всего пять секунд, – на лице Бай Чжэна была радость. Это можно рассматривать как результат влияния Му Сяоя.

***

Вернувшись в спальню, Бай Чуань сел на стул на балконе, включил свой мобильный телефон, затем отредактировал сообщение, которое он только что напечатал. Он прочитал его три или четыре раза, а затем отправил, как только убедился, что пунктуация была правильной. Отправив его, он молча уставился на телефон, ожидая ответа.

Однако Му Сяоя, казалось, была занята и не ответила сразу. К счастью, Бай Чуань не торопился. Он держал свой смартфон  и терпеливо ждал.

В итоге примерно через двадцать минут загорелся  индикатор телефона, а также глаза Бай Чуаня.

Му Сяоя: [Ты уже назначил встречу так скоро?]

Бай Чуань: [Да.]

Му Сяоя: [Хорошо, я расскажу родителям позже.]

Бай Чуань: [Да.]

Му Сяоя: [Увидимся в субботу.]

Бай Чуань: [Да.]

Му Сяоя: [Ты можешь использовать другие слова, кроме «да»?]

Бай Чуань смотрел на это сообщение около десяти секунд, а затем внезапно открыл опцию словаря Байду: хорошо, да, правильно, хорошо понял, я понимаю, увидимся тогда, даже если мы не увидимся, не сдавайтесь и не уходите, хорошо, ясно…

Первоначально Му Сяоя просто хотела подразнить Бай Чуаня, но, посмотрев на длинный ряд синоним для «да», она немедленно разрыдалась и послала длинную строку многоточия, чтобы выразить свои сложные эмоции.

Бай Чуань: [Я не понимаю.]

Без слов Бай Чуань не мог понять смысла этого послания от Му Сяоя.

Му Сяоя: [Мило хвалю тебя.]

Глаза Бай Чуаня снова загорелись: [Спасибо.]

Пуф~~ – волосы Му Сяоя были мокрыми, когда она увидела ответ Бай Чуаня, находясь в своей спальне, а затем упала прямо в постель.

Почему она раньше не замечала, что Бай Чуань такой милый?

Как только эта мысль возникла, Му Сяоя с удивлением обнаружила, что с тех пор, как поступила в университет, она редко уделяла много внимания Бай Чуаню. Если сложить обе ее жизни, то получится почти восемь лет.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 11 - Сидеть вместе

В разгар лета Му Сяоя и Фан Хуэй побывали более чем в десяти местах, пока, наконец, не нашли подходящее место для своей студии.

– Хотя это место выглядит немного неподходящим сейчас, но несколько соседних домов были все недавно открытые элитные сообщества, так что это не плохо, чтобы купить или арендовать дом здесь, – Фан Хуэй объяснила: – Наша студия позже пойдет с нью-мейнстримом и превосходным заказным дизайном, группа клиентов тоже оказалась похожего типа. Подождите еще полгода, дома будут почти распроданы и здесь будет оживленно, тогда у нас появится собственный поток клиентов, покровительствующих нашей студии.

– У мисс Фан действительно хорошее зрение. Место, которое вы выбрали сейчас, является лучшим местом в этом районе, так как оно находится рядом с двумя элитными районами, а также есть торговый центр в двух кварталах, который будет открыт через месяц, – агент по недвижимости увидел, что эти двое намеревались арендовать, поэтому он сразу же не пожалел усилий, чтобы рекомендовать его, – Хотя в настоящее время он не очень популярен, но, как сказала мисс Фан, он будет оживленнее через полгода, и вы не будете беспокоиться о потоке клиентов.

Му Сяоя кивнула и спросила: – А как насчет цены?

– Айя, цену больше нельзя снижать. Если быть честным с вами, компания уже выпустила уведомление о повышении цены в следующем месяце, поэтому, если вы двое хотите арендовать, вы должны рискнуть и подписать его как можно скорее, – агент выглядел встревоженным, как будто он сам хотел снять это место.

Фан Хуэй подняла брови в сторону Му Сяоя, спрашивая ее мнение.

– Мне нравится это место, мы его снимем, – ответила Му Сяоя.

– Ладно, давайте подпишем контракт, – Фан Хуэй немедленно захлопала в ладоши.

Они тут же подписали договор аренды. Арендная плата была рассчитана на три года, с ежемесячным гарантийным взносом за каждые три месяца аренды. После того, как они вытащили карту и заплатили за четверть года, агент оставил им ключи и покинул место, полный радости.

– Арендная плата такая дорогая, – заплатив по счету и держа контракт в руках, Фан Хуэй внезапно почувствовала боль внутри.

– Сейчас тебе больно, но я не видела, чтобы ты колебалась. Собственно, место и раньше было неплохое.

– Разве это не из-за тебя? – Фан Хуэй ткнула пальцем в Му Сяоя: – Разве ты не говорила, что у тебя хорошее зрение, когда ты вошла сюда? И что ты будешь более вдохновлена, чтобы нарисовать больше проектов здесь в будущем? Как я могу не осмелиться взять его в аренду?

Му Сяоя потерла голову и засмеялась, ей действительно нравилось это место. Место, которое они выбрали, находилось как раз на пересечении улиц, общественный парк был прямо по диагонали от них. Дорога была полна пышных деревьев и цветов, так как в это время была середина лета и растения цвели пышным цветом. Она может чувствовать себя освеженной, просто глядя на эти две линии дорог.

– Фан Хуэй, когда мы вернемся и начнем отделку, давай установим здесь окно от пола до потолка, – Му Сяоя указал на угол, выходящий на улицу, – тогда мы установим здесь небольшой бар и несколько диванов. Если придут гости, они могут посидеть здесь и отдохнуть.

– Устроить небольшое крытое кафе?

– Угу, – Му Сяоя с энтузиазмом закивала головой.

– О-о-о... тебе больше не нужны деньги, – Фан Хуэй усмехнулась.

– Я буду много работать, чтобы заработать деньги, – пообещала Му Сяоя, подняв вверх кулак.

– Подожди, пока не получишь прибыль, тогда ты сможешь сказать это снова. Теперь все должно быть экономичным и практичным на самом высоком уровне, – Фан Хуэй безжалостно отвергла ее.

– О, – Му Сяоя также знала, что первоначальный фонд для предпринимательства был ограничен, и она может только с сожалением сдаться.

– Давай, давай, давай сделаем снимок и отправим его в групповой чат, – Фань Хуэй взволнованно достала телефон. Они стояли у пустых ворот, делая самую первую фотографию со своей студией.

– [Студия Hamp;Y была официально основана.]

После добавления этих слов эти два человека отправили фото в свой круг друзей и сразу же привлекли группу студентов, которые изо всех сил пытались найти работу.

Одноклассник А: [Черт! Я отправил сотню резюме и получил только пять звонков. Но вы, ребята, сами стали боссами!]

Одноклассник Б: [Босс, вы набираете людей? Я могу подавать чай и воду, кроме дизайна.]

Одноклассник С: [Босс, у меня на один навык больше, чем наверху, я могу рассказывать анекдоты!]

Одноклассник Б: [Проваливай!]

Фан Хуэй засмеялась и ответила, посылая один за другим несколько красных конвертов своим одноклассникам. Потеряв больше сотни юаней, она наконец-то успокоила этих ревнивых гиен.

– Почему ты не отвечала в группе, заставив меня посылать красные конверты самостоятельно, я уже потеряла больше сотни.

– У нас есть только один представитель, чтобы отправить красные конверты, если я также присоединюсь к чату, я должна отправить еще сотню. С таким же успехом можно промолчать, чтобы уменьшить потери, – сказала Му Сяоя.

– Какие потери?

– Я чувствую себя счастливчиком, я помогу тебе вернуть пятьдесят юаней, ужин за мой счет, – Му Сяоя гордо потрясла своим телефоном, как будто только что прошла через несколько раундов удачных азартных игр.

– Чему ты радуешься? Это все еще мои деньги, – Фан Хуэй стиснула зубы.

Ночью два человека, которые должны были разослать красные конверты, в конце концов забрали себе пятьдесят штук, так что каждая съела по одной миске лапши.

– Я наконец-то поняла, как трудно начать свое дело. Это только начало, и я могу есть только лапшу, – сокрушалась Фан Хуэй.

– Кроме лапши, есть еще ребрышки, – Му Сяоя наблюдала, как Фан Хуэй жалобно кричит, а затем поделилась ребрышком из своей миски.

– Я чувствую себя спокойно после аренды этой студии, но когда я думаю, что арендная плата рассчитывается каждый день, я чувствую еще больше беспокойства, – Фан Хуэй вздохнула, набивая полный рот мясом.

– Послушай, как ты можешь вдруг так нервничать? У тебя был совсем другой вид, когда ты впервые сказала, что хочешь открыть свое дело.

– Теперь все по-другому.

– А что изменилось?

– Когда я сказала, что хочу начать бизнес, ты не сказала, что собираешься участвовать. Это нормально, если я потеряю свои собственные деньги, но теперь, когда ты вложила свои деньги, как я могу не беспокоиться?

– Успокойся, это не более чем получение прибыли. Мои требования не высоки, пока мы не теряем деньги, тогда все в порядке, – Му Сяоя успокоила ее.

– Это требование не очень высокое, а?

– Хорошо-хорошо, я уменьшу свои требования, – Му Сяоя рассмеялась, – мне плевать на эти 300 тысяч юаней, я просто позволю Бай Чуаню поддержать меня.

– У кого-то есть удивительный парень, – Фан Хуэй закатила глаза, обиженно вдохнула побольше воздуха и успокоилась, но потом вдруг вспомнила кое-что, – разве завтра не день, когда ваши родители официально встретятся?

– Да, – Му Сяоя кивнула головой.

– Тогда как ты думаешь, что будет завтра? – Фан Хуэй не могла не начать сплетничать.

– Какой бы ни была ситуация, ее все равно можно решить, – мои родители уже дали свое согласие, – неуверенно сказала Му Сяоя. – Эта встреча глав семей – всего лишь формальность.

– Тогда где же ты будешь жить с Бай Чуанем? Жить в доме семьи Бай или жить отдельно? – спросила Фан Хуэй. – Этот вопрос будет обсуждаться завтра.

Му Сяоя нахмурилась. Бай Чуань сказал, что хотел бы, чтобы они жили вместе, но ее родители все еще не были согласны с их браком в то время, поэтому она также не думала об этом. Теперь, когда родители согласились, этот вопрос должен был быть упомянут.

– У Бай Чуаня аутизм, его семья, конечно, не позволит ему жить на улице. Я думаю, тебе придется жить в доме Бай, – не дожидаясь ответа Му Сяоя, Фан Хуэй продолжила анализ.

– Конечно они будут волноваться, – Му Сяоя понимала этот момент.

– Ты очень понимающий человек, им не придется беспокоиться, так как ты не собираешься быть жестокой к нему.

– Что? Ты не преувеличиваешь? Семья Бай Чуаня – все хорошие люди.

– Знаешь, проблема между матерью и невесткой заключается в том, что вы, ребята, живете вместе и поэтому создадите некоторые небольшие трения, – Фан Хуэй сказала: – У Бай Чуаня аутизм, его родители, конечно, будут беспокоиться за него, они не смогут следить за вами обоими. Всякий раз, когда ты совершаешь ошибку, они будут сдерживать себя и держать чувства внутри, и после того, как они накопится в течение длительного периода времени, тогда, конечно, что-то пойдет не так.

– Я только что вышла замуж, неужели ты не можешь не передавать мне негативную энергию? – честно говоря, когда она впервые согласилась на предложение Бай Чуаня, она действительно не думала об этой "проблеме со свекровью".

– Если ты больше не можешь этого выносить, то как бы ты проводила свои дни в доме семьи Бай, ах, как жалко, – Фан Хуэй покачала головой и вздохнула.

– Послушай, почему ты не можешь быть оптимистичнее насчет меня и Бай Чуаня? Неужели я такая неудачница? – Му Сяоя удивлялась, почему все были против них с тех пор, как они объявили о своем браке? Даже бабушка Бай, которая хотела, чтобы они поженились, посоветовала им хорошенько подумать. Когда она была на кладбище, мать Бай Чуаня даже намекнула, что она может пожалеть об этом позже, нет необходимости говорить то, что сказали бы ее родители, подумав об этом в течение двух дней, и поскольку то, что сделано, не может быть отменено, они тогда неохотно согласились на это.

– Не то чтобы тебе чего-то не хватало, но дорога, которую ты выбрала, очень трудна, – Фан Хуэй сделала паузу и покачала головой, – забудь об этом, ты уже замужем, я не должна тебе этого говорить.

– Я знаю, о чем ты беспокоишься, не волнуйся, я действительно думала об этом, – Му Сяоя улыбнулась. Она знала, что Фан Хуэй была доброй, и также знала, о чем все беспокоились. На самом деле, она видела, как бабушка Бай пряталась, когда плакала из-за заботы о Бай Чуане, и это было не один раз. Му Сяоя чувствовала, что она не может быть такой сильной, как бабушка Бай, и заботиться о нем всю свою жизнь, она согласилась на этот брак только потому, что ей нужно было заботиться о нем всего четыре года. Четыре года — это не долго, она не может обещать прожить всю жизнь вместе с ним, но Му Сяоя может продержаться четыре года.

– Тогда я не буду об этом беспокоиться. Я просто хочу сказать тебе, независимо от того, обдумала ли ты это тщательно или нет, если что-нибудь случится в будущем, эта сестра будет стоять на твоей стороне, – пообещала Фан Хуэй, похлопав себя по груди.

– Спасибо тебе, сестра, – Му Сяоя рассмеялась.

-Суббота-

В 6.50 вечера Му Сяоя и ее родители появились вовремя в номере «полная Луна» отеля, чтобы встретиться с семьей Бай.

Обе стороны были разумными людьми, и, кроме того, поскольку у них были давние отношения, атмосфера была гармоничной. После короткого приветствия обе стороны заняли свои места.

Четыре члена семьи Бай сидели по левую сторону круглого стола, а три члена семьи Му – по правую.

– Учитель Му, сегодня… – Бай Гоюй хотел что-то сказать, но в этот момент Бай Чуань, сидевший в конце стола, внезапно встал.

Это резкое движение Бай Чуаня сразу же привлекло всеобщее внимание. Семья Му чувствовала себя странно только потому, что не знала, чего хочет Бай Чуань. Однако семья Бай была обеспокоена, потому что сегодняшнее событие было очень важным, они боялись, что Бай Чуань сделает что-то и оставит плохое впечатление у родителей Му Сяоя и заставит их сомневаться в этом браке.

Даже Бай Чжэн, которому всегда было безразлично, могут ли Бай Чуань и Му Сяоя быть вместе, заволновался. Раньше Бай Чжэн чувствовал, что даже без этой девушки их семья все еще может заботиться о его брате хорошо, но в тот день он увидел видео, которое его родители принесли. Просмотрев его, Бай Чжэн долго не мог заснуть. Хотя он и не хотел, но должен был признать, что Му Сяоя действительно важна для его брата.

Бай Чжэн внимательно следил за действиями своего брата и был готов немедленно остановить его, если тот сделает что-то не так.

Но Бай Чуань ничего не сделал. Он только встал, обошел вокруг своего места под пристальными взглядами всех присутствующих, а затем придвинул стул. Сделав все это, он повернулся, чтобы посмотреть на Му Сяоя, которая была не так далеко от него, подошел к ней и выдвинул стул рядом с ней…

И сел.

…

Оказалось, что он хотел сидеть вместе с Му Сяоя.

Пара Му сразу же заулыбалась, в то время как три члена семьи Бай обливались потом.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 12 - Не надо меня ненавидеть

После того, как ужин продолжался некоторое время, обе семьи,наконец прошли неловкий период и постепенно стали более знакомы, тема также изменилась с национального дохода на жизнь брака двух детей.

– В будущем, ребята, вы должны простить нашу Сяоя. Эта девочка, ах, она была испорчена мной с самого детства, – родители с обеих сторон также перешли от хвастовства о своих детях к выявлению их недостатков.

– Сват, о чем ты говоришь? Сяоя будет моей невесткой в будущем, конечно, я должен баловать и ее тоже, – обращения, которыми они называли друг друга, также эволюционировали от учителя Шэнь или госпожи Бай до свата/сватьи.

Хотя разговор шел о ней, но Му Сяоя все еще не перебивала и продолжала молча есть свою еду.

– Ах да, мы все еще хотим кое-что спросить у Сяоя.

– Да? – услышав свое имя, Му Сяоя поспешно подняла голову.

– Эта девушка умеет только есть. Взрослые разговаривают с тобой, – Шэнь Цинь бросила на нее презрительный взгляд.

Му Сяоя смущенно отложила палочки и ухмыльнулась родителям: – Тетя, пожалуйста, говорите, я слушаю.

– Все еще зовешь тетей, а? – Ли Жун посмотрела на Сяоя, делая ей намек.

– Кха... мама, – Му Сяоя изменила форму обращения с красным лицом.

Ли Жун вдруг почувствовала себя счастливой, улыбаясь до тех пор, пока ее глаза не превратились в щелочки, а затем сказала: – Это так, я знаю, что вы, молодые супруги, любите жить сами по себе, поэтому я обсудила с твоим отцом; если ты и малыш Чуань хотите жить сами по себе, то мы можем помочь подготовить дом заранее.

– Что? – Му Сяоя была ошеломлена. Она никак не ожидала, что семья Бай Чуаня предложит им жить без них.

Не только она удивилась, но и Му Жочжоу с женой тоже почувствовали, что это было неожиданно. Разумеется, они хотели, чтобы их дочь жила одна после замужества, чтобы они могли легко навещать ее. Но при таких обстоятельствах, как у Бай Чуаня, как семья Бай могла быть уверена, что они оставят его наедине с дочерью? Думая об этом с другой точки зрения, если это была Му Сяоя, у которой был аутизм, они смогли бы согласиться, и поэтому они никогда не думали и не упоминали об этом. Было действительно неожиданно, что семья Бай проявила инициативу и подняла эту тему.

– Вот именно, Сяоя, какой дом тебе нравится? Я позволю Бай Чжэну купить его для тебя, – сказал Бай Гоюй.

– Да, я с этим разберусь, – Бай Чжэн тоже кивнул.

– Я... я… – Му Сяоя повернула голову, чтобы подсознательно взглянуть на Бай Чуаня, но увидела, что он опустил голову, все еще погруженный в свой собственный мир, и никак не отреагировал на ее взгляд.

– Все в порядке, ты можешь принять решение. У Бай Чуаня не будет никаких проблем с этим, – в этот момент Ли Жун все еще понимала своего собственного сына. Пока Му Сяоя с ним, он не будет возражать, где он бы он ни жил. Более того, с этого момента Бай Чуань внезапно снова стал молчать. Если Му Сяоя даже не имела права принимать такое решение, как они могли успокоить ее родителей?

Му Сяоя также знала, что Бай Чуань не может дать совета, поэтому она задумалась и ответила: – Ма, я хочу пожить некоторое время в вашем доме. После того, как я познакомлюсь поближе с Бай Чуанем, мы переедем жить сами по себе, хорошо?

– Хорошо, конечно, все в порядке, – Ли Жун была так счастлива, что сразу согласилась.

Хотя Ли Жун уже обсудила это с мужем и была готова позволить Бай Чуаню жить одному, но все же она все еще беспокоилась в глубине своего сердца. Она боялась, что у Бай Чуаня вдруг случится припадок, когда она не сможет его видеть. Хотя она верила, что Му Сяоя будет усердно работать, чтобы заботиться о Бай Чуане, но у Му Сяоя все еще не было опыта борьбы с болезнью Бай Чуаня, она боялась, что ее сын отпугнет ее.

Но ей не следовало обсуждать эту тему с Му Сяоя, она боялась, что если она скажет это, девушка подумает, что они недостаточно ей доверяют. Кроме того, профессор Фэн также сказал, что если они предоставят им свободную среду, то это заставит Бай Чуаня чувствовать себя более расслабленным и будет полезно для его выздоровления. Поэтому, несмотря на некоторые опасения, они втроем приняли решение оставить их жить вдвоем.

Но теперь, когда Му Сяоя захотела пожить в семье Бай некоторое время, чтобы приспособиться к состоянию Бай Чуаня, это не только дало им некоторое время для перехода, но и убедило их, что Му Сяоя серьезно относится к болезни Бай Чуаня. Как они могут не согласиться на это, когда они так счастливы?

– Тогда с этим мы сначала подготовим дом. Ты можешь переехать туда, когда захочешь, – весело сказал Бай Гоюй.

После разговора на эту тему решение было принято, атмосфера за обеденным столом стала совершенно непринужденной. Отцы обеих семей продолжали свою праздную болтовню о государственных делах и средствах к существованию, в то время как матери говорили об уходе за кожей. В это время Бай Чжэн чувствовал себя немного голодным, поэтому он взял свои палочки и наклонил голову, чтобы поесть.

Затем остальные тоже принялись за еду. В это время Му Сяоя уже поела, она повернула голову, чтобы посмотреть на Бай Чуаня, и обнаружила, что он все еще погружен в свой собственный мир с опущенной головой, на тарелке перед ним все еще лежали кусочки рыбы, которые Му Сяоя только что выбрала для него.

Разбужу я его или нет? Он все еще ничего не ест.

Му Сяоя колебалась, будить его или не мешать погружению в свой собственный мир. Она вспомнила, что говорила раньше бабушка Бай. Она сказала, что у Бай Чуаня синдром ученого, поэтому иногда он замолкает, не заботясь о людях вокруг. Вполне вероятно, что он о чем-то задумался, нужно просто дождаться, пока он закончит, тогда он очнется сам.

Забудь об этом, просто дай ему подумать, я просто помогу ему собрать немного еды, чтобы поесть позже. Му Сяоя думала так же, но палочки в ее руке продолжали собирать еду и класть их в тарелку Бай Чуаня, молча пытаясь разбудить Бай Чуаня тарелкой, полной блюд.

Бай Чуань знал, что Му Сяоя наполняет его тарелку едой. Он не был погружен в свой собственный мир и не думал о какой-то проблеме. Его руки сжались в кулаки, прячась под скатертью, изо всех сил стараясь вынести шум, который мог слышать только он.

В последние двадцать минут Бай Чуань слышал пронзительный скребущий звук, который был звуком лампы на потолке позади него. Резкий звук был вызван старением проводов и плохими схемами, и звук действительно терзал его слух, он был в тупике, и его голова почувствовала взрыв боли.

Но Бай Чуань знал, что только ему одному в этой комнате было не по себе. Бай Чуань был действительно знаком с такого рода сценами, поскольку он уже испытывал это несколько раз прежде, поэтому он становился раздражительным, если он когда-либо слышал эти сбивающие с толку звуки.

Просто выключи звук, просто выключи свет, и все будет хорошо. Если бы это было раньше, Бай Чуань немедленно встал бы и отключил всю энергию в комнате, чтобы все эти раздражающие звуки могли исчезнуть. Но теперь он не может делать то, что ему нравится, он пытается сдержать болезненное желание внутри себя.

Раньше, когда он вдруг вставал и делал такое движение, люди вокруг него всегда смотрели на него странными глазами. Хотя ему было все равно, но сегодня все было по-другому, сегодня он не может ошибиться. Его семья сказала ему перед тем, как они приехали сюда, что он должен хорошо себя вести на сегодняшнем ужине, он не должен ошибиться и оставить плохое впечатление у родителей Сяоя.

Он не может ошибиться, он не может заставить родителей Сяоя смотреть на него странными глазами.

Поэтому он старательно терпел с тех пор, как двадцать минут назад услышал их, пытался игнорировать эти звуки, но эти царапающие и рвущие звуки становились все громче и чаще, как будто электрическая дрель сходила с ума в его мозгу. Он чувствовал себя неловко, слишком неловко, что он больше не мог думать, чувствовал, как вся его кровь течет назад, так неловко, что ему хотелось разбить все на части.

Нет, ты не можешь, ты не можешь допустить вспышки болезни.

Скрип… – снова прозвучало, почему эта лампа до сих пор не разбита?

Скрип~ так неудобно, когда он может покинуть это место?

Сяоя рядом со мной, не подходи ко мне, не смотри на мою ненормальность.

Бай Чуань отчаянно кусал губы, опустив лицо и пытаясь скрыть свое выражение, но он не мог скрыть естественную реакцию своего тела, так как он вспотел.

Му Сяоя вдруг заметила, что что-то не так, она заметила, что рубашка Бай Чуаня, прижимавшаяся к его коже, была пропитана потом. Хотя было лето, но кондиционер был включен в этой комнате, и даже если вы пьете горячий чай, невозможно пропотеть настолько сильно, почему Бай Чуань потеет так много?

– Малыш Чуань? – Му Сяоя хотела прикоснуться к Бай Чуаню.

– Бах! – Бай Чуань внезапно встал и отошел в сторону, обернувшись, чтобы Му Сяоя не увидела его. Однако это действие еще больше обнажило пот на его спине, все его лицо выглядело так, будто он промок под дождем.

Как могли другие этого не заметить? Лица семьи Бай сразу изменились, глядя на внешность Бай Чуаня, они поняли, что он на грани срыва.

– Малыш Чуань, что с тобой случилось? Тебе неудобно? – Му Сяоя собиралась снова потянуть Бай Чуаня за руку.

– Не подходи ко мне! – Бай Чуань не хотел, чтобы Му Сяоя увидела, как приступ его болезни, и толкнул ее, не оглядываясь. Му Сяоя была захвачена врасплох, пошатнулась и ударилась о стол. Чашки и тарелки на краю стола упали и разбились вдребезги на полу.

– Сяоя! – Шэнь Цинь поспешила на помощь дочери.

Внезапно болезненный крик Му Сяоя, звон бьющегося фарфора, встревоженный крик Шэнь Цинь и никогда не прекращающиеся царапающие звуки окончательно сломили Бай Чуаню его предельное самообладание.

– А-а-а!!! – Бай Чуань в исступлении бил себя по голове, крича без остановки.

Это так шумно, не ссорьтесь больше, исчезните, все голоса, просто исчезните!

Бай Чуань хватал все, к чему могли прикоснуться его руки, с силой ударяя ими по настенной лампе, которая продолжала издавать эти резкие звуки, однако это было бесполезно, независимо от того, сколько раз он попадал по ней, и чем более неэффективно это было, тем больше он бросал и разбивал…

Среди громких трескучих звуков всего за короткое время половина тарелок и чаш на столе была разбита вдребезги.

– Малыш Чуань?! – Му Сяоя кричала в панике, так как она хотела пойти и остановить Бай Чуаня, Шэнь Цинь боялась, что ее дочь пострадает, поэтому она и ее муж остановили ее.

– Бай Чжэн, быстро останови малыша Чуаня! – закричал Бай Гоюй.

Нет нужды напоминать Бай Чжэну, он уже поспешил вперед, когда Бай Чуань начал действовать. Он с силой обнял маниакального Бай Чуаня и помешал ему схватить еще тарелки на столе.

В это время вбежал официант и был потрясен, увидев разбитые вещи на полу.

– Быстрее выключи свет! – с тревогой крикнула Ли Жун официанту, стоявшему в дверях.

Официант не знал почему, но все равно послушно выключил свет.

Как только настенный свет был выключен, борьба Бай Чуаня наконец немедленно прекратилась.

– Все в порядке, все в порядке, свет выключен, – пока Бай Чжэн успокаивал брата, у него защемило сердце, когда он увидел руки Бай Чуаня, порезанные острыми фарфоровыми осколками.

– Поезжай в больницу, – Бай Гоюй вздохнул.

…

Раны на руках Бай Чуаня были не глубокими, была повреждена только кожа, все будет нормально после простой перевязки. Но настроение у Бай Чуаня действительно было подавленное, он вяло сидел на стуле возле приемного покоя и не двигался с места, кто бы ни звал и ни кричал на него.

У группы людей не было другого выбора, кроме как сопровождать его.

Бай Гоюй, переживая за своего сына, в то же время чувствовал стыд перед родителями Му Сяоя. Он никак не ожидал, что Бай Чуань внезапно заболеет, когда их семьи встретятся в первый раз. Кроме того, он оттолкнул Му Сяоя, как ее родители могут быть уверены, чтобы отдать им свою дочь?

– Сват, мне очень жаль, – Бай Гоюй извинился за своего сына.

– Все в порядке, Бай Чуань не хотел этого, – Му Жочжоу махнул рукой, но выражение его лица было не таким спокойным, как то, что он говорил.

– Сват, малыш Чуань редко поддается своей болезни, сегодня особая ситуация, возможно, что-то не так с лампой, – Ли Жун тоже постаралась объяснить, но она все равно чувствовала, что ее объяснение было слишком слабым, как может проблема заключаться в лампе? Проблема в малыше Чуане.

Бай Чжэн молчал, он только прислонился к стене коридора и смотрел на Бай Чуаня и Му Сяоя издалека.

– У тебя болят руки? – тихо спросила Му Сяоя, сидя рядом с ним.

Бай Чуань проигнорировал ее и опустил голову, как будто не слышал, что она сказала. Но Му Сяоя знала, что он услышал это, потому что увидела, как шевельнулись ресницы Бай Чуаня.

– Ты сделал мне больно, когда толкнул меня сейчас… – намеренно сказала Му Сяоя.

Бай Чуань вздрогнул, встревоженно поднял глаза, полные страха и самобичевания.

– …но мне будет еще больнее, если ты не заговоришь со мной, – затем Му Сяоя неторопливо произнесла вторую половину своего предложения.

– Я... я... я сделал это не нарочно, – это был первый раз, когда он попытался объяснить кому-то после многочисленных маниакальных эпизодов, которые у него были за всю его жизнь.

– Я знаю. Ты можешь рассказать мне, что только что произошло? – Му Сяоя думала, что Бай Чуань не впадет в ярость без причины.

– Лампа... слишком шумно, – как будто почувствовав неловкость, Бай Чуань нахмурился, – у меня болит голова.

– Тебе все еще больно?

– Мне больше не больно, – Бай Чуань покачал головой.

– Тогда иди домой и отдохни, хорошо? – Му Сяоя встала и потянула Бай Чуаня за руку, желая отвести его домой.

Кто знал, что лицо Бай Чуаня вдруг стало бледно-белым? Он неохотно поднялся со стула и нетерпеливо объяснил.

– Я... я сделал это не нарочно.

– Я знаю, ах, – Му Сяоя не могла понять, почему Бай Чуань вдруг снова забеспокоился.

– Не уходи, – Бай Чуань крепко держал руку Му Сяоя, умоляя ее взглядом.

Му Сяоя на некоторое время побледнела.

– Не уходи, не надо меня ненавидеть, я больше не буду болеть, – говоря и говоря снова, Бай Чуань постепенно опустил голову, как будто он сделал очень неразумную просьбу, даже он сам не смел надеяться, что Му Сяоя согласится на его просьбу. Он только держал руку Му Сяоя, не отпуская ее ни на секунду.

Ее сердце чувствовало мучительную боль. Несколько фраз Бай Чуаня, казалось, ударили ее прямо в грудь.

– Я не уйду, я вернусь домой вместе с тобой, – Му Сяоя присела на корточки и тихонько стала его уговаривать.

– Правда?

– Разве это не нормально? Подожди, пока я получу разрешение от родителей, и я буду жить вместе с тобой.

Жить вместе? Так что я ничего не испортил, верно?

Уголки губ Бай Чуаня приподнялись, обнажив обычно скрытые глубокие ямочки.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 13 - Первый день совместной жизни

У ворот больницы Му Сяоя сопровождала Бай Чуаня, чтобы попрощаться с родителями.

– Папа, мама, сегодня я остаюсь в доме Сяо Чуаня.

– Понимаю. Завтра я соберу для тебя кое-какую одежду, – Шэнь Цинь кивнула.

– Нет, я вернусь и упакую вещи завтра, – Му Сяоя отказалась.

– Хорошо, – ответила Шэнь Цинь, обернувшись, увидела Бай Чуаня, стоящего рядом с дочерью, и спросила: – Сяо Чуань, у тебя все еще болит рука?

– Не болит, – Бай Чуань в это время был в хорошем настроении и не чувствовал боли в руке.

– Это хорошо, в будущем... я буду навещать Сяоя, когда свободна, – Шэнь Цинь знала, что ее дочь теперь считается замужней женщиной. Только при мыслях об этом нос Шэнь Цинь не мог не стать немного кислым.

– Пошли, машина уже здесь, – напомнил жене Му Жочжоу.

Попрощавшись со своими родственниками, Му Жочжоу и его жена уехали на машине. Глаза Шэнь Цинь не могли не смотреть назад, когда машина отъехала далеко.

– Не смотри. Ты увидишь ее завтра, – Му Жочжоу утешал свою жену.

– Жочжоу, ты понимаешь, что Сяоя из нашей семьи только что вот так вышла замуж? – Шэнь Цинь уже думала об этой сцене, когда ее дочь выходит замуж и уезжает, но она никогда не подозревала, что это будет так неожиданно и заставит их так волноваться.

– Это недалеко. Мы можем видеться в любое время, – сердце Му Жочжоу было неспокойно, но он все еще хотел утешить свою жену.

– Я знаю, просто мне не по себе, – Шэнь Цинь беспокоилась. – Я хочу тебя спросить, что ты думаешь о Сяо Чуане? Что, если у него снова будет приступ в будущем, что может сделать Сяоя против его огромной силы?

– Вряд ли, сватья сказала, что болезнь Сяо Чуаня редко проявляется. Сегодня была особая ситуация.

– Если бы не было увиденного немного ранее в больнице, я бы действительно отказалась от нашего одобрения и не согласилась на это, – Шэнь Цинь была потрясена проявлением болезни Бай Чуаня. Она всегда считала, что Бай Чуань не разговорчив и не умеет общаться. Она никогда не ожидала, что у него есть склонность к насилию, когда его болезнь обостряется.

Пока Бай Чуань лечился в больнице, Шэнь Цинь колебалась. Ей было наплевать на этот брак, но теперь, когда она стала свидетельницей болезни Бай Чуаня, она пожалела об этом и чуть было не увезла Му Сяоя домой. Но в конце концов она увидела улыбку Бай Чуаня.

Шэнь Цинь не знала, как описать эту улыбку. Это была улыбка, которая заставит любого смягчиться, как только он ее увидит. В этот момент Бай Чуань был полон жизненных сил, как саженец, который упорно борется весной, чтобы вырасти к солнцу; и ее дочь, Сяоя, была его солнцем.

Шэнь Цинь вдруг стало грустно. Она спокойно оглянулась на мужа и обнаружила, что его лицо очень похоже на ее собственное. В это время мать заплакала. Наконец ее сердце смягчилось, и она оставила дочь Бай Чуаню.

– Не волнуйся, семья Бай позаботится о нашей девочке, – Му Жочжоу утешал свою жену, но в то же время утешал и себя.

Бай Чжэн сидел за рулем автомобиля, в котором ехали Му Сяоя и его брат Бай Чуань. Он закрыл окно, чтобы отгородиться от внешнего шума, затем включил стерео и заиграли тихие фортепьянные композиции.

Именно эту песню им подарил профессор Фэн. Говорят, что она может помочь людям с аутизмом, чтобы облегчить их настроение. Он и его родители подготовили ее, чтобы она играла дома и в каждой машине. Когда настроение Бай Чуаня было неустойчивым, они включали ее для него.

Прибавив громкость, Бай Чжэн тайком наблюдал за происходящим в зеркале заднего вида. Бай Чуань был очень спокоен. Он откинулся на сиденье с закрытыми глазами, как будто заснул. Его тело больше не излучало ни раздражительности, ни... не было и живой улыбки, которую он показывал раньше.

Дело не в том, что Бай Чжэн никогда раньше не видел улыбки Бай Чуаня. С самого детства и до наших дней у Бай Чуаня также были моменты, когда он был счастлив. Бай Чуань любил читать и складывал губы в улыбку, его глаза были яркими, а уши красными. Им всем нравилось смотреть, как улыбается Бай Чуань. Пока Бай Чуань улыбался, это было так же волнующе, как видеть удвоение производительности их компании за один год. Но улыбку, которую они только что видели, они никогда раньше не видели.

Неужели эта улыбка появилась только для Му Сяоя?

Наблюдая за братом, Бай Чжэн также наблюдал за девушкой. Му Сяоя смотрела в окно. Кажется, она наблюдала за пейзажем по пути, но она всегда оглядывалась назад, время от времени, чтобы убедиться, спит ли Бай Чуань или бодрствует.

Машина быстро вернулась в дом семьи Бай. Без напоминания Бай Чжэна девушка уже разбудила Бай Чуаня. Они вышли из машины, но Бай Гоюй и его жена Ли Жун опередили их и ждали у ворот дома.

– Дядя Ли, это Сяоя, жена Сяо Чуаня, – Ли Жун представила управляющему личность Му  Сяоя.

– Я знаю, знаю, жена второго молодого господина хорошая, – дядя Ли слышал о Му Сяоя давным-давно и обнаружил, что, как и слухи, младший ребенок их семьи был очень близок с ней.

– Сяоя, это дядя Ли, управляющий нашей семьи. Ты можешь найти его, если тебе что-нибудь понадобится в будущем.

– Дядя Ли, – поприветствовала дядю Му Сяоя.

– Не будьте такой вежливой. Вторая мисс, если вам что-нибудь понадобится в будущем, просто скажите мне.

Бай Чуань был болен, поэтому им нужно было отдохнуть в это время, поэтому все закончили с приветствиями и вошли в дом. Ли Жун проводила невестку до двери спальни Бай Чуаня и после краткого объяснения ушла.

Когда дверь закрылась, в комнате остались только Бай Чуань и Му Сяоя.

Не сумев сдержать свое любопытство, девушка осмотрела спальню Бай Чуаня. Она подвела его к кровати, откинула одеяло и жестом велела ему лечь и отдохнуть.

– Я еще не мылся, – Бай Чуань повернулся, чтобы взглянуть на ванную.

Бай Чуань хочет принять ванну? Му Сяоя непроизвольно взглянула на забинтованную правую руку Бай Чуаня и сказала: – Твоя рука повреждена. Ты не можешь касаться воды.

Бай Чуань посмотрел на свою правую руку, и его брови недовольно изогнулись: – Я хочу принять ванну.

– ... – все еще любит быть чистым, Му Сяоя была безмолвна. – Ты, наверное, не хочешь, чтобы я помогла тебе помыться, да?

Бай Чуань на мгновение замолчал и казался немного смущенным.

– Ты, наверное, не хочешь, чтобы я помогла тебе, – когда Му Сяоя увидела, что он все еще обеспокоен, она тут же рассмеялась: – Подожди, я позову дядю Ли, чтобы он помог тебе.

– Нет, я сам, – Бай Чуань отказался немедленно, без колебаний.

– Они сказали, что нельзя прикасаться к воде.

– Не вымывшись... я не могу спать, – у большинства людей с аутизмом бывает какое-нибудь обсессивно-компульсивное расстройство. У них будут свои собственные правила жизни, которые будет нелегко изменить или нарушить. Однажды изменившись или сломавшись, они станут тревожными.

Было очевидно, что он действительно не сможет заснуть из-за этого.

– Тогда подожди. Я принесу тебе пищевую пленку, – Му Сяоя вышла и попросила у дяди Ли рулон пленки. Она отнесла его обратно в комнату и дважды обернула поврежденную правую руку Бай Чуаня в три слоя. Рука была полностью завернута и теперь выглядела как копыто свиньи, поэтому она остановилась.

– Ладно, можешь идти. Не позволяй своей правой руке касаться воды, хорошо?

– Да, – Бай Чуань послушно кивнул и повернулся, чтобы принять душ в ванной.

Вскоре из ванной донесся шум воды, а Му Сяоя нечего было делать, поэтому она начала исследовать комнату Бай Чуаня. Комната была обставлена в минималистском стиле, если не считать необходимой мебели. Большая часть книг в комнате была размещена в углу около балкона. Там была книжная полка около двух метров высотой, которая была заполнена всевозможными книгами, которые Сяоя никогда не видела. Толщина книг вызвала у девушки серьезное беспокойство. Если книга упадет и ударит его по голове, он сразу же получит сотрясение мозга.

Бай Чуань любит читать. Му Сяоя вспомнила, что в доме бабушки Бай был большой кабинет. В нем было много книг. Когда она была ребенком, она не ходила в библиотеку, вместо этого она приходила в дом бабушки Бай читать. Но книги бабушки Бай были всемирно известными книгами, так что иногда их было слишком скучно читать. Поэтому она тайком приносила комиксы и заставляла Бай Чуаня читать их вместе с ней, не позволяя ему читать дальше самому.

Шум воды прекратился, и Му Сяоя поняла, что Бай Чуань почти закончил. И действительно, через некоторое время Бай Чуань вышел из ванной в пижаме. Его волосы были мокрыми. Первое, что он сделал – это поднял правую руку, показывая девушке, стоявшей на балконе.

Му Сяоя посмотрела на руку, которая из-за нее превратилась в свиное копыто, и смутилась.

– Садись, я тебе ее развяжу, – Му Сяоя попросила Бай Чуаня сесть, потом пошла в ванную и достала сухое полотенце. Затем сразу же вытерла влажную голову Бай Чуаня, пока она не стала наполовину сухой. Затем она наклонила голову, чтобы снять полиэтиленовую обертку с руки Бай Чуаня. Сняв пленку, Му Сяоя пошла искать фен, чтобы помочь ему тщательно высушить его не полностью высохшие волосы.

Все это время Бай Чуань спокойно сидел, позволяя девушке действовать, и, казалось, даже не моргал.

– Хорошо, ложись спать. Я приму душ.

Девушка отправила Чуаня спать, а потом пошла в ванную, чтобы принять душ. Внезапно она поняла, что не захватила с собой одежды, поэтому ей пришлось временно взять футболку из гардероба Бай Чуаня и переодеться в нее. Выйдя из ванной, она обнаружила, что человек, который должен был отдыхать, все еще сидит в изголовье кровати. Его два больших ослепительных глаза смотрели на нее без малейшего намека на сонливость.

– Почему ты не спишь? – странно спросила Му Сяоя.

– Жду тебя, – ответил Бай Чуань.

Му Сяоя сначала была шокирована, но потом вдруг улыбнулась. Она подошла к кровати, откинула одеяло и села рядом с Бай Чуанем. В этой серии движений Му Сяоя не чувствовала себя неестественно или неудобно вообще. Теперь она была женой и не осознавала, что впервые делит постель с мужем.

– Ну вот, я вернулась, теперь ты можешь спать? – Му Сяоя уговаривала Бай Чуаня, как ребенка.

Да, в глазах девушки Бай Чуань – ребенок, и она относится к нему как к ребенку. Так что даже если в это время они делили одну постель, у них не было ни малейшего желания.

– Тебе все еще больно? – вдруг спросил Бай Чуань.

– Что?

– Там, куда я тебя толкнул, – Бай Чуань посмотрел на ее талию.

– О, это не больно, – Му Сяоя неожиданно улыбнулась.

Бай Чуань задумался и вдруг протянул руку, чтобы поднять футболку Му Сяоя.

– Что ты делаешь? – Му Сяоя была поражена и быстро протянула руку, чтобы остановить его, он схватил край ее футболки и почти обнажил ее нижнее белье.

– Я хочу посмотреть.

– Нет, все в порядке, совсем не больно, – Му Сяоя пыталась убедить его, но забыла о настойчивости людей с аутизмом.

Бай Чуань увидел, что Му Сяоя не согласна. Он не стал силой поднимать одежду девушки, но и не отпустил ее. Он продолжал держать и уставился на Му Сяоя влажными, как у оленя, глазами. Глаза были полны решимости, как будто если Му Сяоя не позволит ему увидеть это, то тогда никто не сможет уснуть сегодня ночью.

– ... – девушка сразу захотелось плакать. Как именно она прочитала столько информации в глазах Бай Чуаня?

– Ты... должен увидеть? – нет, она не поверила, поэтому спросила.

Бай Чуань кивнул.

– Не смотри, ладно? – Му Сяоя хотела убедить его.

Бай Чуань продолжал смотреть прямо на нее.

Ладно, ты победил!

Му Сяоя стиснула зубы, разве он не хотел просто посмотреть? Во всяком случае, они оба были мужем и женой. Не имело значения, смотрел он или нет. Кроме того, Бай Чуань ничего не понимал. Он просто заботился о ее травмах и не будет думать об этом.

Думая об этом таким образом, девушка отпустила руку, которая держала руку Бай Чуаня, повернулась и взяла инициативу на себя, чтобы показать Бай Чуань свою спину.

Му Сяоя лежала на боку и не видела выражения лица Бай Чуаня. Она просто чувствовала, как ее одежда постепенно сворачивается, вероятно, в том месте, где она была ранена. Затем два слегка горячих пальца нежно сжали ее талию и нежно погладили.

Му Сяоя никогда не касалась своей поясницы так, как сейчас. Она чувствовала возбуждение и онемение, которое поднималось от копчика, заставляя ее немного дрожать.

– Я делаю тебе больно? – дыхание Бай Чуаня попало на лицо Му Сяоя. Сильное мужское дыхание мгновенно заставило ее щеки покраснеть.

Ба-дам.

Ее лицо быстро изменилось.

Бай Чуань не придавал этому особого значения. Должно быть, с ней что-то не так.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 14 - Обещание

– Нет, просто немного чешется, – Му Сяоя не посмела обернуться. В этот момент, с головы до ног, она чувствовала себя странно.

Она действительно потеряла себя. Как она могла быть такой? Му Сяоя укусила подушку. Она выглядела уродливой и жаловалась.

Когда Бай Чуань услышал, что с ней все в порядке, он не смог удержаться и снова дотронулся до нее рукой.

Му Сяоя вдруг вскочила и крикнула: – Не трогай.

– ... – Бай Чуань уже убрал руку. В это время он тупо смотрел на Му Сяоя.

Му Сяоя покраснела. Она знала, что ее реакция была слишком бурной, но не понимала, что с ней не так. Как только пальцы Бай Чуаня коснулись ее талии, она не выдержала. Нет, нельзя сказать, что она чувствовала дискомфорт, то есть тело испытывало неконтролируемое чувство возбуждения, которое заставляло ее чувствовать себя немного неловко и стыдно.

Это странно. Почему я раньше не знала, что моя талия такая чувствительная?

– Мне... очень жаль, – Бай Чуань никогда не видел, чтобы она сердилась или кричала. После долгого шока он не забыл извиниться.

– Нет, это не ты, это... это так зудит. В тот момент я ничего не могла с собой поделать, – Му Сяоя поспешно объяснила.

– Мне очень жаль, – Бай Чуань все еще извинялся.

– Я сказала, что это не имеет к тебе никакого отношения. Ты не причинил мне вреда прямо сейчас.

– Цвет синий.

– Что? – Девушка немного помедлила, прежде чем отреагировать. Бай Чуань говорил о ее талии, – Все в порядке, это не больно, моя кожа слишком белая. На ней легко появляются синяки. Через два дня все будет в порядке.

Бай Чуань кивнул, но не смог избавиться от слегка посиневшей кожи в своем сознании. Синий цвет был так ослепителен на белой спине Му Сяоя.

– Я... я... – Бай Чуань хотел сказать, что больше никогда не подобного не допустит, но он очень ясно понимал, что этот вопрос находится вне его контроля. – Когда в следующий раз у меня будет приступ. Не беспокойся обо мне.

Пока Му Сяоя не была рядом с ним во время приступа, он не причинит ей вреда.

– Нет, – Му Сяоя отказывалась думать об этом и хотела что-то сказать, еще когда была в больнице.

Бай Чуань был ошеломлен и непонимающе поднял голову. Он не понимал, почему Му Сяоя отказала ему в просьбе. Когда у него начинался приступ, он не мог контролировать свои эмоции и жесты. Он не хотел ранить ее. Он не хотел, чтобы Му Сяоя ненавидела его. Он боялся, что она не выдержит его болезни и уйдет от него.

– Сяо Чуань, почему ты сделал мне предложение? – Му Сяоя знала, что Бай Чуань не понимает, поэтому терпеливо направила его.

– Потому что я хочу, чтобы ты была моим партнером, – Бай Чуань однажды уже ответил на этот вопрос девушки.

– Да, каждому нужен партнер, потому что партнеры могут сопровождать друг друга и заботиться друг о друге, – сказала Му Сяоя. – Ты знаешь, что значит друг для друга? Это означает, что когда одна сторона находится в беде, другая сторона придет на помощь. Я твой напарник. Если я не забочусь о тебе, когда у тебя приступ, я не квалифицирована, чтобы быть твоим партнером. Неквалифицированный партнер не нужен. В итоге они разведутся со своей второй половинкой. Ты хочешь развестись со мной?

Бай Чуань в ужасе покачал головой. Он не хотел, он не хотел разводиться с ней.

– Раз ты не хочешь, ты не сможешь сказать это снова, – потребовала Му Сяоя.

– Но... когда у меня случается приступ, я не могу себя контролировать. Я не хочу причинять тебе боль, – Бай Чуань не хотел, чтобы Му Сяоя развелась с ним, и он не хотел обидеть ее. Он не хотел выбирать ни тот, ни другой вариант. Он был немного расстроен и не знал, что делать.

С точки зрения простого мыслительного процесса Бай Чуаня он никогда не был так запутан, как маленький зверек, пойманный в ловушку на перекрестке, тупо озирающийся по сторонам, не зная, в каком направлении идти, чтобы избежать машин.

– Сделай глубокий вдох, Сяо Чуань, успокойся, – Му Сяоя поняла, что настроение Бай Чуаня внезапно снова испортилось, и была удивлена. Она никогда не думала, что ее слова заставят настроение Бай Чуаня так сильно измениться. Она выкрикнула имя Бай Чуаня, пытаясь выдернуть его из своих мыслей, но Бай Чуань был пойман в ловушку собственной совести. У Му Сяоя не было другого выбора, кроме как подражать бабушке Бай из прошлого, она насильно держала голову Бай Чуаня, так что их лбы соприкасались и заставляли его глаза смотреть на нее.

– Сяо Чуань, это Сяоя. Посмотри на меня, посмотри на меня, – Му Сяоя звала снова и снова, наконец, Бай Чуань, казалось, узнал девушку перед собой, его дыхание постепенно успокоилось, затем его пустые и встревоженные глаза снова сфокусировались.

– Сяоя ~~ – Бай Чуань позвал ее по имени. Пот стекал по его щекам, а лицо было усталым.

– Закрой глаза и успокойся.

Бай Чуань послушно закрыл глаза и перенес свой вес на лоб Му Сяоя. Ему нравились прикосновения и расстояние между ними в это время, как будто он мог дышать ее запахом. Это позволяло ему чувствовать себя непринужденно, и он больше не чувствовал усталости.

– Я... опять чуть не потерял контроль?

Спустя долгое время, когда Му Сяоя думала, что Бай Чуань заснул, Бай Чуань внезапно издал звук. Его голос был легким и медленным, очевидно, он развеял свою тревогу, которую только что испытывал, но настроение у него было не очень хорошее, и он выглядел немного подавленным.

Му Сяоя глубоко вздохнула, отпустила его руку и позволила ему посмотреть ей прямо в глаза, а затем широко улыбнулась.

– Послушай, ты не причинил мне вреда только что, – удивленно сказала Му Сяоя.

– ... – Бай Чуань тупо уставился на Му Сяоя.

– Видишь ли, хотя у тебя только что чуть не случился приступ, ты не причинил мне вреда. Ты контролировал себя, – Му Сяоя продолжала: – Это означает, что ты не теряешь контроль каждый раз, когда у тебя начинается приступ. Ты ведь можешь управлять этим, верно?

Бай Чуань слушал молча. У него с детства была хорошая память. Он почти никогда ничего не забывал, но каждый раз, когда у него начинался приступ, его память становилась очень нечеткой. Он не мог вспомнить, брал ли он на себя инициативу контролировать свои эмоции раньше, но даже если и брал, то лишь несколько раз, иначе бабушка не волновалась бы так сильно.

– Прежде, в больнице, ты сказал мне, что действовал таким образом из-за странного шума от лампы. У тебя болела голова из-за этого шума? – Му Сяоя увидела, что Бай Чуань молчит, и продолжала терпеливо расспрашивать ее.

Бай Чуань кивнул.

– В таком случае: приступ случился, как только ты услышал этот звук, или после того, как ты слушал его очень долго?

– Некоторое время слушал, – Бай Чуань сбился с пути, но он всегда упорно трудился, чтобы выжить, но независимо от того, как долго он терпел, он в конце концов потерял рассудок.

– Тогда, если бы мы выключили свет, когда ты впервые услышал звук, приступ все равно наступил бы? – спросила Му Сяоя.

Бай Чуань покачал головой.

– Это и есть решение. В будущем я выключу для тебя свет, – сказала Му Сяоя.

Бай Чуань спокойно посмотрел на Му Сяоя.

– Сяо Чуань, давай дадим обещание. Я не хочу разводиться с тобой, а ты не хочешь причинить мне боль, верно?

– Да, – Бай Чуань тяжело кивнул.

– Тогда мы дадим обещание. Если ты чувствуешь себя неуютно в будущем, ты должен сказать мне сразу. Если еще одна лампа издаст странный звук, я выключу ее для тебя. Если есть что-то еще, что я не могу исправить, я обниму тебя, как только что, чтобы ты не расстраивался, – Му Сяоя выжидательно спросила: – Хорошо?

– Я не хочу, чтобы ты меня ненавидела, – с трудом выговорил Бай Чуань.

– Почему ты думаешь, что я тебя возненавижу? – Му Сяоя не поняла. Почему Бай Чуань решил, что она его возненавидит? Он уже не в первый раз говорил ей, что она возненавидит его.

– Бабушка сказала... – начал Бай Чуань, – что не все могут бесконечно терпеть меня, поэтому мне приходится много работать, чтобы контролировать свои эмоции и стараться свести их к минимуму, чтобы другие не возненавидели меня. Таким образом я смогу выжить и один после того, как она покинет меня. Таким образом после того, как у меня будет партнер, мой партнер не будет ненавидеть меня.

По сравнению с тем моментом, когда он сделал предложение и говорил красноречиво, сейчас он говорил в такой четкой манере, что это заставило Му Сяоя чувствовать себя крайне неловко.

– Я не хочу, чтобы ты меня ненавидела. Я боюсь, ты будешь игнорировать меня долгое время, как и раньше.

Му Сяоя подавила грусть и спросила: – Когда это я так долго игнорировала тебя?

– Когда я окончил среднюю школу. В тот день, когда ты пришла ко мне домой, а я заболел, бабушка попросила тебя уйти, ты не появлялась все лето. Позже, когда ты поступила в колледж, ты приходила еще реже.

Му Сяоя вспомнила, что именно в этот день были опубликованы результаты вступительных экзаменов в колледж. Она училась исключительно усердно и получила очень хорошие оценки. Родители очень обрадовались и дали ей денег на поездку с одноклассниками. В тот день она побежала сообщить Бай Чуаню хорошие новости. Половина причин, почему она хорошо выступила на экзамене, заключалась в том, что Бай Чуань помог ей выделить основные моменты.

Но в тот день, подойдя к двери, она услышала странный шум внутри. Потом вышла бабушка Бай и попросила ее уйти. Она не стала долго раздумывать и ушла. После этого она была занята волонтерской работой, путешествиями, посещением родственников и подготовкой к колледжу. У нее были очень напряженные летние каникулы.

Когда она поступила в колледж, то стала жить в кампусе. Она познакомилась с новыми людьми, и было большое количество вещей, которые она хотела бы узнать, у нее было меньше времени на посещения друзей.

«Иногда, когда я возвращалась домой на выходные, я торопливо возвращалась и никогда не приходила в дом бабушки Бай, когда у меня было время».

– Мне очень жаль, – Му Сяоя вдруг вспомнила слова бабушки Бай, сказанные ей, когда она умирала.

– Сяоя, мир Сяо Чуаня так мал, что он может вместить только его. Но когда он откроет свое сердце кому-то, этот человек станет для него всем миром.

Поэтому, когда она наполнила его сердце счастьем и была принята в его мир, она также покинула мир Бай Чуаня и оставила его там одного.

Му Сяоя знала, что это не ее вина. Никто не должен быть миром другого человека, и никто не должен родиться привязанным к другому человеку. Но как только она думала о Бай Чуане, сидящем в одиночестве в своем мире и ждущем ее возвращения, ей становилось грустно и хотелось плакать.

В этой жизни она заставила Бай Чуаня ждать четыре года, а потом вернулась. Но в своей прошлой жизни она заставила Бай Чуаня ждать восемь лет и в конце концов не смогла вернуться в его мир.

– Не плачь, – Бай Чуань неуклюже вытер слезы с лица девушки.

– Сяо Чуань, я не буду, – Му Сяоя взяла Бай Чуаня за руку и серьезно заверила его: – Я обещаю тебе, что не буду ненавидеть тебя из-за твоей болезни и не оставлю тебя из-за этого.

– Да, – Бай Чуань тяжело кивнул головой, чувствуя себя счастливым. Он верил тому, что говорила Му Сяоя. Пока она говорила это, он был готов поверить.

– Тогда ты также обещаешь мне, что скажешь мне, когда почувствуешь себя неловко, чтобы я могла помочь тебе.

– Да, – Бай Чуань кивнул, Сяоя не будет ненавидеть его из-за его болезни, поэтому он приложит все усилия, чтобы контролировать себя.

– Ладно, клятва на мизинцах, – Му Сяоя протянула ему мизинец.

При взгляде на мизинец Му Сяоя улыбка Бай Чуаня постепенно становилась шире. Он вспомнил, как при их первой встрече Му Сяоя случайно наступила на цветок в бабушкином дворе. Она заставила его пообещать на мизинцах, чтобы он не сказал бабушке. Му Сяоя с усилием подняла палец.

– Ты не можешь рассказать, если дашь обещание на мизинцах.

Он ничего не сказал, потому что через два дня цветок снова вырос, и бабушка ничего не заметила.

– Ты сдержал свое слово. Давай будем друзьями в будущем, – тогда Му Сяоя в одностороннем порядке подружилась с ним.

– Обещание, – на этот раз Бай Чуань взял инициативу в свои руки и обхватил палец Му Сяоя.

На этот раз у Му Сяоя больше не было односторонних обязательств.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 15 - Настоящие время

Спокойный ночной сон.

Солнце уже стояло высоко и ярко светило снаружи, но Му Сяоя не чувствовала солнечного света из-за плотно задернутых штор на балконе. Когда она взяла свой мобильный телефон и обнаружила, что уже 9:30, то сразу же вскрикнула и села.

– Я умру, я так умру, почему уже девятый час?! – это не имеет значения, если она спала в своем собственном доме до полудня, но она в доме Бай Чуаня.

Скорбно причитая, Му Сяоя встала с кровати и побежала в ванную с босыми ногами, планируя найти одежду, которую она носила вчера. В результате она долго искала, и совершенно ничего не нашла.

Моя одежда?

– Ты проснулась, – в этот момент Бай Чуань внезапно появился в дверях ванной комнаты, с чистым и опрятным видом, выглядя чрезвычайно освеженным.

– Сяо Чуань? Ты не знаешь, где моя одежда? – спросила Му Сяоя.

– Служанка отнесла в стирку, – ответил Бай Чуань, глядя на босые ноги Му Сяоя.

– Постирать? Тогда что же мне надеть? – она была ужасно расстроена, конечно же, она не может просто уйти, надев футболку Бай Чуаня, верно?

Бай Чуань ничего не ответил. Он подошел к ней, внезапно согнулся и взял ее на руки.

– И-и-и-к-к, Сяо Чуань. Что ты делаешь? – Му Сяоя в панике обхватила руками шею Бай Чуаня и наконец сумела стабилизировать свое тело.

Бай Чуань вышел, обняв Му Сяоя, и вернулся в спальню. Он опустил ее на ротанговое кресло на балконе, затем молча повернулся и снова вернулся в спальню.

– … – Му Сяоя была несколько сбита с толку этим неожиданным поворотом событий, но вскоре ее привлекло открывшееся перед ней зрелище.

Му Сяоя знала, что комната Бай Чуаня соединена с балконом, но чего она не ожидала, так это того, насколько красив был пейзаж с этого места. С первого взгляда она смогла заметить прекрасный сад семьи Бай и связанный с ним парк поблизости, ее взгляд был заполнен бесконечной пышной зеленью, простирающейся до широкой реки вдали. Время от времени по сверкающей глади воды проплывали корабли, но издалека не доносилось ни звука, словно текучая и спокойная пейзажная картина.

Просто вид на эту чрезвычайно дорогую землю Юньчэна был уже редкой роскошью.

П. п.: Юньчэн – название города

– Надень это.

Му Сяоя очнулась от своего рассеянного состояния и увидела Бай Чуаня, держащего пару тапочек, согнувшегося в поясе и присевшего перед ней на корточки.

– Ты ходил за тапочками для меня? – Му Сяоя была немного удивлена.

– Обуйся в них, а то простудишься, – Бай Чуань помог ей надеть тапочки, а потом снова сказал: – Я принесу одежду.

Произнеся это, Бай Чуань снова повернулся и вышел с балкона.

Му Сяоя не могла найти возможности высказаться, поэтому ошеломленно уставилась на свои ноги в тапочках, как будто на них все еще осталось тепло Бай Чуаня.

Хотя движения Бай Чуаня были несколько неуклюжими и его речь тоже была не очень связной, но Му Сяоя действительно могла чувствовать его намерение.

Обо мне... заботился Бай Чуань?

Шур-х ... – она очнулась от звука ветра, треплющего страницы книги. Му Сяоя подняла голову и увидела свое уличающее отражение в окне балкона.

– Одежда, – Бай Чуань вернулся с одеждой.

Му Сяоя встала и приняла вещи из рук Бай Чуаня. Ее одежда была выстирана, вокруг витал слабый аромат лаванды, точно такой же, как запах тела Бай Чуаня.

– Я собираюсь переодеться, – Му Сяоя улыбнулась, чувствуя, что погода сегодня была особенно хорошей.

Они спустились вниз после того, как переоделась, было уже 9:50.

Сегодня выходные, и никто из членов семьи Бай не выходил из дома. Первоначально Бай Чжэн должен был пойти по делам, но когда они обедали с семьей Му в тот день, его мать попросила его и отца освободить их расписание, поэтому он отменил свой план. Позже он узнал, что ужин был назначен на субботу и что это не противоречило его расписанию, но он был слишком ленив, чтобы изменить свое расписание обратно в этот момент.

– Доброе утро, – когда Му Сяоя была на полпути вниз, она уже увидела семью Бай, аккуратно собравшуюся в гостиной, ее лицо внезапно покраснело от смущения. Уже почти десять часов, но она все еще смеет говорить, что еще утро.

– Доброе утро.

– Доброе утро.

– Доброе утро.

Тем не менее все три члена семьи Бай посмотрели ей в лицо и один за другим ответили на приветствие Му Сяоя.

– … – это прозвучало так иронично, что лицо Му Сяоя покраснело еще сильнее,– простите, я... я проснулась поздно.

– Все в порядке, хорошо поздно вставать, это показывает, что ты привыкаешь жить здесь, – Ли Жун тихо засмеялась и сказала: – Я сказала кухне оставить вам завтрак, вы можете пойти и поесть с Сяо Чуанем.

– Ты еще не завтракал? – Му Сяоя вздрогнула и посмотрела на Бай Чуаня. Бай Чуань проснулся раньше ее, и она подумала, что он уже позавтракал.

– Жду тебя, поедим вместе, – ответил Бай Чуань.

– Быстро, быстро идите есть, – Ли Жун была так счастлива и не только потому, что он ждал, чтобы поесть вместе со своей женой, было уже достаточно того, что ее сын мог думать о завтраке. Как только окно было открыто, ее сын мог видеть уже накрытый завтрак на обеденном столе.

Бай Чжэн взглянул на взволнованную мать, потом на румяное лицо брата. Он молча повернул голову и продолжил читать газету, опустив голову.

– Тогда... пойдем завтракать, – сказав это, Му Сяоя и Бай Чуань последовали за дядей Ли, который ждал неподалеку, в столовую.

– Посмотри на них, – Ли Жун не было нужды упоминать об этом, потому что Бай Гоюй тоже мог это видеть, их сердца, которые волновались всю ночь, наконец-то успокоились. Выздоровление Бай Чуаня было намного лучше, чем у других пациентов с аутизмом, вероятность возникновения маниакального эпизода также была ниже. Правда, неизвестно почему, хотя у Бай Чуаня меньше случаев срыва, но после каждого такого срыва он будет долго пребывать в депрессии.

Как и вчера, когда он молчал перед приемным покоем, это было нормально для него. Но сейчас Бай Чуань не только не был подавлен, но и пребывал в очень хорошем настроении.

– На этот раз я наконец-то чувствую облегчение, – Ли Жун вздохнула.

Бай Чжэн нахмурился, не разделяя того же расслабленного настроения, что и его родители. Он не отрицал положительного эффекта, который Му Сяоя оказывала на Бай Чуаня, но этот эффект был как особое лекарство, и это был уникальный, незаменимый тип лекарства. Возможно, потому что у него самого был неудачный брак, Бай Чжэн всегда не хотел верить, что есть какие-то отношения, кроме кровного родства, которые нельзя разорвать. Чем больше Бай Чуань полагался на Му Сяоя, тем больше Бай Чжэн будет беспокоиться о нем. Если Му Сяоя однажды покинет его, тем сильнее удар будет нанесен по Бай Чуаню.

Дело было не в том, что Бай Чжэн был пессимистом, он просто слишком хорошо понимал человеческую природу. Прямо сейчас Му Сяоя была кем-то, кто только что окончил университет, ее мир был все еще прост и добр, поэтому она могла оставаться рядом с Бай Чуанем с этой добротой и состраданием внутри нее, но что произойдет через некоторое время? Подожди, пока она не испугается Бай Чуаня несколько раз, подожди, пока ее слова не смогут достигнуть Бай Чуаня, подожди, пока его бесконечная уверенность не будет давить на нее, подожди, пока она не найдет лучшего мужчину…

Он не мог быть таким же оптимистом, как его родители. Конечно, он был благодарен Му Сяоя, но чем больше он был благодарен ей, тем больше он волновался…

У Му Сяоя не заняло слишком много времени, чтобы съесть завтрак, она съела только несколько ложек, прежде чем выйти.

Она взяла Бай Чуаня с собой к Ли Жун и сказала: – Ма, я хочу взять Сяо Чуаня на некоторое время.

– Ты собираешься собирать вещи? Я разрешу водителю отправить тебя, – сказала Ли Жун, желая, чтобы дядя Ли все приготовил.

– Нет, в этом нет необходимости, я могу сама вести машину, просто... я хочу одолжить у тебя машину, – застенчиво сказала Му Сяоя.

– Что ты имеешь в виду под словом «одолжить»? Разве все вещи в этом доме не твои? Скажи «одолжи» еще раз, и мама рассердится, – Ли Жун притворилась несчастной.

Му Сяоя тоже поняла, что сказала что-то не то, и внезапно растерялась.

– Когда Сяо Чуаню было восемнадцать лет, я купил ему на день рождения «Ауди». Так как он не может водить ее, то лучше всего просто дать ее тебе. Дядя Ли, приготовьте «Ауди» в гараже,– вдруг сказал Бай Чжэн, – я хочу, чтобы вы все сделали сами.

– Да, – быстро подтвердил дядя Ли.

– Спасибо, – слова Бай Чжэна заставили Му Сяоя почувствовать облегчение. Хотя теперь она была замужем в семье Бай, это не означало, что вещи семьи Бай принадлежали ей, конечно, она не могла просто принять их как должное. Однако, говоря о заимствовании, она казалась слишком отчужденной, поэтому она не могла не чувствовать, что находится в затруднительном положении. В это время Бай Чжэн сказал, что отдаст машину Бай Чуаня в ее пользование. Хотя эта машина все еще была куплена на деньги Бай Чжэна, но до тех пор, пока она принадлежала Бай Чуаню, она может использовать ее с более спокойным сердцем.

– Не за что, – Бай Чжэн равнодушно кивнул.

Му Сяоя улыбнулась. Она обнаружила, что этот старший брат Бай Чуаня, хотя и был холоден и безразличен к ней все это время, но все же он хороший человек.

– Кстати, мама, я тоже хочу знать, как связаться с врачом, который лечит Сяо Чуаня, – сказала Му Сяоя.

Все члены семьи Бай побледнели и уставились на нее. Бай Гоюй прямо спросил ее: – Ты хочешь связаться с профессором Фэном?

– Да, – Му Сяоя сказала, глядя на Бай Чуаня: – То, что произошло вчера, напомнило мне, что я должна знать больше о состоянии Сяо Чуаня. Если я буду более осведомлена, то смогу сделать больше подготовки и профилактики в будущем, так что не будет подобной ситуации, как вчера.

Так как она вчера заключила соглашение с Бай Чуанем, то ей нужно будет понять больше о причинах, которые могли бы вывести состояние Бай Чуаня из-под контроля.

Все в семье Бай были шокированы, их взгляды на Му Сяоя были полны благодарности. Му Сяоя сказала это, чтобы показать им, что она действительно хочет интегрироваться в жизнь Бай Чуаня, а не просто сопровождать его.

– Я помогу тебе записаться на прием, – сказал Бай Чжэн.

– Спасибо.

К тому времени, когда Бай Чжэн договорился о встрече с профессором Фэном, машина уже была готова.

– Тогда мы уходим. Мы можем вернуться позже, так что не ждите нас на ужин, – сказав это, Му Сяоя обернулась и посмотрела на Бай Чуаня.

Бай Чуань на мгновение замер, затем повернулся к трем людям в гостиной и повторил: – Мы уходим.

– Ладно, ладно, еще увидимся, – Бай Чуань снова взял на себя инициативу поговорить с ними, и семья Бай сразу же почувствовала возбуждение. Они также встали и отослали Бай Чуаня, не опуская рук, пока машина Му Сяоя не скрылась из виду.

Вся эта процедура заставляла Му Сяоя чувствовать себя так, словно она играет роль Александра Македонского.

– Я вспомнила, разве ты не купил эту «Ауди» в прошлом году? Если она тебе больше не нравится, то ты должен был избавиться от нее, – спросила Ли Жун у своего парализованного старшего сына.

– Я избавился от нее сейчас, хорошо? – спросил в ответ Бай Чжэн.

– Хорошо, – Ли Жун рассмеялась.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 16 - Ты просто ослепительна

Профессор Фэн был преподавателем психологии в университете Юньчэн, его главным исследованием были дети с аутизмом, и он помогал Бай Чуаню с его консультациями с пяти лет. Можно сказать, что, помимо роли бабушки Бай и Му Сяоя как его окна во внешний мир, профессор Фэн также вносил некоторый вклад в восстановление Бай Чуаня до сих пор.

Сегодня выходные, профессор Фэн проводил добровольное консультирование в специальном детском доме. Когда Бай Чжэн позвонил ему, он болтал с ребенком-аутистом. Услышав, что Му Сяоя хочет приехать, профессор Фэн специально выделил ей 20 минут.

Му Сяоя приехала на полчаса раньше, и поскольку профессор Фэн все еще был занят, то они с Бай Чуанем могли только ждать в офисе.

Это был первый раз, когда Му Сяоя пришла в такое место, поэтому она была любопытной. Раз уж ей пришлось ждать полчаса, она повела Бай Чуаня прогуляться по двору. Но после десяти минут ходьбы Му Сяоя не выдержала и потащила Бай Чуаня обратно в приемную, на какое-то время ей стало не по себе.

Бай Чуань взглянул на Му Сяоя, затем шагнул вперед, чтобы обнять ее.

– Сяо Чуань? – Му Сяоя взвизгнула в замешательстве.

– Ты грустишь. Когда тебе грустно, – раздался у нее за ухом голос Бай Чуаня, – тебя нужно обнять.

Му Сяоя побледнела, это было то, чему она учила Бай Чуаня. Но было ли выражение ее лица действительно очевидным, что даже Бай Чуань может это почувствовать?

– Знаешь, что меня печалит? – не удержалась от вопроса Му Сяоя.

– Не знаю, – Бай Чуань покачал головой. Он не знал, почему Му Сяоя вдруг стало грустно, он только смутно чувствовал, что ей стало грустно, когда они только что гуляли во дворе, но они, очевидно, никого там не встретили.

– Я видел тех людей снаружи и не могу не думать о прошлом, которое ты пережил, – если бы не было бабушки Бай, если бы не было того, что Бай Чуань родился в богатой семье, был бы он таким же, как те дети снаружи? Одетый в форму больного пациента, он сидел на корточках в траве, глядя на листья на дереве и небо впереди, и никому не было до них дела. День за днем, год за годом, просто жить так всю свою жизнь?

Эти люди снаружи? Бай Чуань выглянул в окно и наконец заметил других детей во дворе. Он посмотрел на этих детей и почувствовал что-то знакомое. Он вспомнил, что когда-то жил так же, как они.

– Я не снаружи, – Бай Чуань не думал, что это плохо – оставаться таким, он также любил оставаться неподвижным в тихом мире, потому что он может думать о многих вещах. Но Му Сяоя любит быть живой, она всегда искала его и говорила, как щебечущая птица, поэтому он мог только отвечать ей, как только мог.

– Да, к счастью, ты не снаружи, – вот за это Му Сяоя была очень благодарна. К счастью, у Бай Чуаня была семья, которая так сильно любила его, не отказывалась от него и не позволяла ему стать похожим на тех детей снаружи.

«Хорошо, хотя я не понимаю, почему Сяоя не любит, чтобы я был снаружи, но раз ей это не нравится, то я не выйду наружу».

Образ мыслей этих двух людей был разным, но они каким-то образом пришли к странному соглашению.

– Простите, что заставил вас ждать, – в это время дверь кабинета распахнулась, и вошел профессор Фэн.

Му Сяоя поспешно высвободилась из объятий Бай Чуаня, на ее лице отразилось смущение: – Профессор Фэн.

– Хе-хе-хе... – профессор Фэн улыбнулся смущенной Му Сяоя и поддразнил ее: – У молодой пары хорошие отношения.

– ... – лицо Му Сяоя стало еще краснее.

– Садись, садись, давай сядем и поговорим, – профессор Фэн жестом пригласил их сесть.

Му Сяоя откинулась на спинку стула, Бай Чуань тоже сел рядом с ней. С того момента, как профессор Фэн вошел в дверь, Бай Чуань бросил на него только один взгляд, а затем отвел взгляд, все его мысли были заняты девушкой.

Да, Сяоя больше не грустит. Бай Чуань от счастья приподнял уголки губ.

Заметив это движение, профессор Фэн удивленно поднял брови.

– Му Сяоя, я уже давно жду, когда ты придешь и найдешь меня, – отведя взгляд, профессор Фэн посмотрел на девушку.

– Что? – Му Сяоя немного не поняла.

– Может быть, ты меня и не знаешь, но я знаю тебя уже лет десять, – профессор Фэн рассмеялся.

– Мы раньше встречались? – Му Сяоя была еще более удивлена, она не помнила встречи с профессором Фэном, более того, она была еще ученицей начальной школы десять лет назад.

– Да, через Сяо Чуаня, – профессор Фэн с улыбкой посмотрел на Бай Чуаня.

Услышав свое имя, Бай Чуань подсознательно взглянул на профессора Фэна, но вскоре отвел глаза. Однако один этот взгляд очень обрадовал профессора Фэна, все эти годы он не получал от него никакой реакции, но теперь, по крайней мере, Бай Чуань все еще был готов признать его.

– Через Сяо Чуаня? – Му Сяоя не была убеждена.

– Совершенно верно. Давным-давно, – объяснил профессор Фэн. – Это было, вероятно, через полгода после того, как Бай Чуань последовал за своей бабушкой и поселился в старом доме. Тогда я узнал о твоем существовании во время одного из сеансов.

– Сяо Чуань говорил вам обо мне?

– Да, хотя если быть точным, я обнаружил тебя первым, – профессор Фэн объяснил: – В то время Сяо Чуань не очень активно общался с людьми, но позже я нашел тебя на его картинах. Обычно дети-аутисты не любят говорить, и это может сделать их лечение очень трудным, мы можем только стимулировать их различными вспомогательными способами, а затем найти то, что их интересует, из их ответов. У Сяо Чуаня синдром ученого, поэтому он обладает особыми талантами в некоторых областях. Помимо математики, его картины также очень хороши, и наше первое общение было через них. С его картин мы можем видеть части мира в его глазах.

– В начале картины Бай Чуаня были бессмысленными пейзажами, иногда там были замысловатые линии, и нам было трудно найти то, что его интересует. Пока в один прекрасный день, девочка была добавлена к его живописи, – профессор Фэн многозначительно указал взглядом на Му Сяоя.

Му Сяоя почувствовала, как ее сердце подпрыгнуло, и профессору Фэну не нужно было указывать на это, поскольку она уже догадалась, что девушка на картине – это она сама.

– Эту картину хранит семья Бай, ты бы посмотрела, когда будет возможность, – заметил профессор Фэн и продолжил: – Это была самая красочная из всех картин, написанных Сяо Чуанем. Можно себе представить, что ты очень ослепительна в его глазах, вот почему он может нарисовать тебя таким количеством цветов.

«Я ослепительна в глазах Бай Чуаня?»

Му Сяоя была несколько удивлена, когда впервые услышала об этом. Она снова посмотрела на Бай Чуаня, желая получить подтверждение, но на лице Бай Чуаня не было особого выражения.

Профессор Фэн посмотрел на часы, до следующего сеанса оставалось еще десять минут.

– Бай Чжэн сказал, что у тебя есть кое-что, что ты хочешь спросить у меня? – осталось десять минут, и этого должно хватить, чтобы ответить на вопросы Му Сяоя.

– Да, – Му Сяоя быстро сдержала свои эмоции и серьезно проконсультировалась о состоянии Бай Чуаня: – профессор Фэн, я хочу знать, какие вещи могут стимулировать состояние Сяо Чуаня для приступа? Есть ли способ предотвратить это? Кроме того, есть ли что-нибудь, что я должна принять к сведению, когда со мной Сяо Чуань?

Профессор Фэн нахмурился, задумался на мгновение и сказал: – Пациенты с аутизмом получают стимулы извне и реагируют иначе, чем нормальные люди. Например, звук, цвет и движение, если они попадут в их глаза, это вызовет различную реакцию. Его можно бесконечно увеличивать, а можно и бесконечно уменьшать. Например, для нормальных людей некоторые звуки были слишком тихими, чтобы их можно было услышать, но для пациентов с аутизмом это было бы похоже на крик в высоком децибеле прямо у вашего уха с громкоговорителем. Напротив, может быть, есть что-то, что вы можете услышать, как шум, но они будут относиться к этому как к пустяку. Пациенты с аутизмом имеют более слабую способность к адаптации, поэтому, если их слишком сильно стимулировать, их болезнь может обостриться.

Му Сяоя сразу же подумала о вчерашнем электрическом звуке, который стимулировал Бай Чуаня.

– Кроме шума, есть еще свет и другие неразумные вещи. Большинство пациентов с аутизмом имеют определенную степень обсессивно-компульсивного расстройства, – сказал профессор Фэн. – Все должно быть так, как они думают. Если кто-то испортит их вещи, они будут чувствовать себя некомфортно и постоянно желать вернуть их на прежнее место. Если это не было достигнуто, то их болезнь тоже может обостриться.

– Значит, я не могу случайно передвинуть вещи Сяо Чуаня, верно? – спросила Му Сяоя.

– Ответ Сяо Чуаня в этом вопросе очень легок, хотя он хочет вернуть вещи на их первоначальное место, но этого недостаточно, чтобы стимулировать его болезнь. Самое большее, он будет беспокойным. Ты должна просто уделять этому больше внимания, но не стоит беспокоиться.

– Есть еще что-нибудь, на что я должна обратить внимание? – Му Сяоя кивнула и продолжила расспросы.

– Удовлетвори его любопытство.

– Любопытство?

– Да, хотя аутичные пациенты замкнуты в своем собственном мире, это не значит, что у них нет любопытства. Напротив, они не только испытывают любопытство, но и очень сильно. Просто это любопытство редко проявляется во внешнем мире. Итак, – сказал профессор Фэн, – если у них есть сильное любопытство к чему-то внешнему, то их любопытство должно быть удовлетворено, иначе их эмоции могут быть легко взбудоражены. Точно так же, как ребенок постоянно плачет о новой игрушке, но пациентам с аутизмом труднее примириться со своими эмоциями, их не так легко успокоить, как детей.

Му Сяоя кивнула, показывая, что все поняла.

– Кроме того, эмоциональный интеллект аутичного пациента невысок. При общении с ними это должно быть сделано с помощью простых и прямых слов и жестов. Хотя Сяо Чуань очень умен, но его эмоциональный интеллект все еще очень низок; он не может лгать, и он не может понять, как избежать проблемы. Это вызовет некоторые проблемы в жизни, такие, как уклонение от ответа на то, на что он не хочет отвечать, настаивание на том, чтобы делать то, что он не хочет делать. Именно в это время тебе потребуется много терпения, чтобы быть с ним. Если это произойдет, то лучший способ – довести с ним дело до конца, и даже если ты не хочешь, ты все равно не должна действовать поверхностно или избегать его, вместо этого ты должна рассуждать с ним как можно больше, чтобы он мог понять.

Му Сяоя вспомнила вчерашнюю ночь, когда Бай Чуань настоял на том, чтобы поднять ее одежду и осмотреть раны.

– Тогда что я могу сделать, чтобы помочь Сяо Чуаню выздороветь? – спросила Му Сяоя.

– Твое общество – лучшее лекарство для него, – профессор Фэн рассмеялся. – Конечно, если ты хочешь получить какой-то совет, то я предлагаю тебе вывести его на прогулку, поговорить с ним на социальные темы или заняться с ним какими-то делами. Все это поможет ему интегрироваться в общество. Короче говоря, пусть он больше контактирует с внешним миром. Чем больше он интересуется внешним миром, тем быстрее выздоровеет.

– Тогда что же мне делать, если он заболеет? – спросила Му Сяоя.

– Я... контролирую, – Бай Чуань, который до этого молча слушал, вдруг заговорил.

Му Сяоя на некоторое время побледнела.

Профессор Фэн был так счастлив, что рассмеялся и сказал: – При таких темпах я думаю, что шанс его приступов очень мал. Даже если это случится, это все равно не имеет значения, просто дайте ему успокоиться, а затем обнимите его, как раньше.

Му Сяоя торжественно кивнула.

– Я могу контролировать, не заболею, – продолжал Бай Чуань.

– Хорошо, я знаю, – успокаивала его Му Сяоя.

Бай Чуань нахмурился, он всегда чувствовал, что Му Сяоя на самом деле не доверяет ему.

Тогда он должен работать усерднее и заставить Сяоя быть уверенной в нем.

П.п.: Боже, я плакала! Надеюсь, все закончится хорошо и все будут счастливы. У этого автора много замечательных работ, но почему-то все они вызывают у меня слезы…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 17 - Наушники

Было уже время обеда, когда они вышли из детского дома. Му Сяоя почти ничего не ела на завтрак и уже была голодна. Она посмотрела на навигатор и нашла поблизости торговый центр, чтобы перекусить, прежде чем отправиться домой собирать вещи.

– Сяо Чуань, что ты хочешь съесть? – Му Сяоя припарковала машину и спросила Бай Чуаня, пока искала рестораны в этом торговом центре с помощью своего мобильного телефона.

– Я не голоден, – ответил Бай Чуань.

– Если ты не голоден, то все равно должен поесть. Еда вовремя не повредит твоему желудку, – небрежно произнесла Му Сяоя.

– О, – Бай Чуань замер и кивнул.

– Что ты хочешь съесть? – Му Сяоя посмотрела на ослепительное количество ресторанов на своем мобильном телефоне, не в состоянии принять решение в данный момент. Она всегда чувствовала, что это почти одно и то же и что нет никаких вкусных блюд.

– А когда мне следует поесть? – внезапно спросил Бай Чуань.

– Что?

– Есть вовремя, когда я должен есть, чтобы это считалось вовремя? – cпросил Бай Чуань.

– ... – Му Сяоя не понимала, как эта тема стала такой, но, поразмыслив, она вдруг ответила: – Когда ты... обычно ешь?

– Ем, когда я голоден, – ответил Бай Чуань.

– А когда ты голоден? – спросила Му Сяоя.

– ... – Бай Чуань серьезно вспоминал и наконец обнаружил, что не обращает внимания на то, когда ему хочется есть, поэтому честно покачал головой: – я не обращаю внимания на то, когда.

Му Сяоя была ошеломлена, а затем внезапно из глубины ее сердца вырвались неприятные эмоции. После долгого молчания она спросила: – Сколько сейчас времени?

Бай Чуань достал свой мобильный телефон и взглянул на него: – 12:31.

– Хорошо. Тогда ты должен помнить, что каждый день в это время нужно пообедать. Если не успеваешь, можешь поесть за час до или после, но ты должен поесть.

Бай Чуань на мгновение застыл, а затем кивнул, показывая, что понял.

– На завтрак ты должен поесть до восьми.

– До восьми, во сколько? – Бай Чуань нуждается в особом времени.

– ... – Му Сяоя пришлось подправить свои слова, – Между семью и восемью часами ты должен позавтракать.

Бай Чуань снова кивнул.

– На ужин, между 6:30 и 7:30 вечера. Ешь три раза в день и ешь много, только не забывай есть вовремя, хорошо? – настаивала Му Сяоя.

– Буду помнить, – Бай Чуань серьезно кивнул.

– Не забудь это сделать.

– Да, – Бай Чуань кивнул. – Пора обедать, пойдем поедим.

Ты мне что-то напоминаешь?

Му Сяоя не смогла сдержать улыбку, выключила телефон и перестала выбирать ресторан: – Пойдем, мы поедим в любом ресторане, который увидим.

Они поднялись наверх, нашли ближайший к лифту ресторан и просто пообедали.

Выйдя из здания, Му Сяоя планировала пойти в сервисный центр с квитанцией на получение бесплатного парковочного талона. Когда она подошла к стойке обслуживания, ее внезапно привлекло объявление рядом с ней.

Там висела рекламная вывеска для наушников. Это был всемирно известный бренд, о котором слышала Му Сяоя, и его можно было считать высококлассным по сравнению с другими наушниками. В колледже Фан Хуэй купила одни, и Му Сяоя использовала их несколько раз, и качество звука было действительно хорошим. Но то, что привлекло внимание Му Сяоя, было не качеством звука наушников, а другой функцией наушников.

– Наслаждайтесь музыкой без шума.

– Шумоподавление 90%.

Шумоподавление? Ситуация из прошлого снова появилась у нее перед глазами. Может ли Бай Чуань использовать наушники для защиты от шума? Мысли Му Сяоя лихорадочно метались. Получив парковочный талон, она повела Бай Чуаня к стойке с наушниками на втором этаже.

– Здравствуйте, какие наушники вам нужны? – поскольку это были высококачественные наушники, покупателей в магазине было немного. Как только Му Сяоя вошла, ее тут же окружили сотрудники отдела продаж.

– Мне нужна пара наушников с шумоподавлением, – сказала Му Сяоя.

– Вот сюда, пожалуйста, – сотрудник привел их к стойке, где были наушники для шумоподавления, и объяснил: – Эти наушники имеют очень хорошее шумоподавление. Эта модель «полуночный фантом» является самыми экономичными шумоподавляющими наушниками. Благодаря новейшей технологии шумоподавления шум прекрасно изолируется, а качество звука очень хорошее. Вы можете их примерить.

Глаза Му Сяоя прояснилось. Она взяла наушники, о которых только что упомянул консультант, и повернулась, чтобы закрыть уши Бай Чуаня.

Внезапно на него надели наушники, и Бай Чуань озадаченно посмотрел на Му Сяоя.

– Ты меня слышишь? – спросила Му Сяоя.

Бай Чуань кивнул.

Му Сяоя вдруг разочарованно посмотрела на своего помощника: – Ты же говорил, что шумоподавление хорошее? Почему он все еще слышит меня?

Сотрудник тут же смутился: – Мисс, шумоподавление означает, что большая часть белого шума уменьшается, поэтому звуковой эффект лучше, но в то же время полностью изолировать шум невозможно.

– Разве в вашей рекламе не говорится, что они способны изолировать 90% шума?

– Это тоже относится к белому шуму, а вы стоите рядом. Как этот джентльмен мог не слышать вас, когда вы так близко? – с кривой улыбкой пояснил помощник.

Му Сяоя сняла наушники с головы Бай Чуаня и надела их сама. Звук и ритм музыки немедленно послышались из наушников. С точки зрения качества звука эти наушники были хороши, но Му Сяоя все еще чувствовала, что эффект шумоподавления был недостаточно хорош. Потому что даже когда она надела наушники, она все еще смутно слышала шум в торговом центре.

Му Сяоя нахмурилась, это было совсем не то, что она ожидала.

– Есть ли какие-нибудь лучшие шумоподавляющие наушники, чем эти? – спросила Му Сяоя.

– Вот эти, – помощник поднял большие красные наушники и протянул их Му Сяоя. – Эта гарнитура – лучшая в нашем бренде. Материал гарнитуры – углеродное волокно, а вес всего корпуса эквивалентен наушникам, которые используются с мобильными телефонами, он вообще не ощущается тяжелым.

Му Сяоя посмотрела на наушники в своей руке и обнаружила, что они были очень легкими.

– Материал, который покрывает ухо – это лучшая звукоизоляционная губка, которая может в наибольшей степени изолировать внешний шум. Если вы увеличите громкость наушников, то не услышите постороннего шума, – консультант подозвал Му Сяоя, чтобы та попробовала.

Му Сяоя надела гарнитуру, и при недавнем сравнении сразу же обнаружились преимущества этой гарнитуры. Она просто надела их без музыки и уже чувствовала, что было намного тише.

Му Сяоя вдруг почувствовала, что эта гарнитура хороша, поэтому она повернулась и снова отдала ее Бай Чуаню.

После того, как Бай Чуань надел наушники, его глаза загорелись, и ему, очевидно, также понравилась звуковая изоляция наушников.

– Тебе они нравятся? – спросила Му Сяоя.

Бай Чуань кивнул.

Му Сяоя сразу обрадовалась и спросила: – Сколько стоит эта гарнитура?

– Сегодня наш магазин проводит рекламную акцию. Со скидкой гарнитура стоит всего 9 999, – ответил помощник.

– Сколько? – Му Сяоя подумала, что ослышалась.

– 9 999, – Терпеливо повторил помощник.

– Это так дорого, ах, – Му Сяоя была шокирована. Неужели теперь гарнитура действительно стоит 10 000?

– Эта гарнитура действительно немного дороже. На самом деле, если у вас есть более низкие требования к шумоподавлению, гарнитура, которую я вам только что представил, довольно хороша. Это будет стоить всего 2 888 со скидкой, – предположил консультант.

...Как это можно изменить, не было никакого вреда без сравнения, кто может взять за 2 888 после того, как испытал те, что за 9 999.

Му Сяоя взглянула на Бай Чуаня и обнаружила, что он спокойно слушает музыку, а его глаза слегка блестят, и все его лицо стало гораздо более расслабленным. Кроме того, большие красные наушники, которые были на голове Бай Чуаня, были очень красивы.

Му Сяоя стиснула зубы и сказала: – Я куплю их.

– Что именно?

– Те за 9999, – с болью произнесла Му Сяоя.

– Хорошо, я дам вам квитанцию. Пожалуйста, подойдите к стойке обслуживания, чтобы заплатить, – помощник быстро вручил Му Сяоя квитанцию.

Му Сяоя взяла квитанцию, и Бай Чуань к стойке обслуживания и открыла Alipay для оплаты.

– Оплата не прошла, – сказал кассир, взглянув на компьютер.

Му Сяоя была ошеломлена и подсознательно посмотрела на свой мобильный телефон. На экран ее мобильного телефона выпрыгнуло текстовое сообщение: [Ваша текущая сумма покупки составляет 9 999,00 юаней. Из-за превышения лимита кредитной карты сделка не состоялась].

...Я забыла, что моя кредитка была не такой большой, как четыре года спустя.

– Извините, я на минутку, – Му Сяоя оттащила Бай Чуаня в сторону и начала искать людей, чтобы занять денег.

Ее первоначальный депозит в размере 300 000 юаней был использован для запуска студии с Фан Хуэй, и собственные деньги Фан Хуэй были в основном инвестированы, поэтому было невозможно попросить ее занять деньги.

А как насчет родителей? В первый же день замужества я купила подарок своему мужу, а после попросила у родителей денег, это слишком позорно.

Еще труднее было спросить об этом у семьи Бай. Учитывая ее связи, из всех знакомых ей людей Лян Ноно была единственной, кто мог одолжить ей сразу 10 000 юаней.

Лян Ноно была соседкой Му Сяоя по комнате в колледже. Она изучала бизнес-администрирование, и Му Сяоя не была частью этой специальности. Но поскольку в главном женском общежитии по управлению бизнесом было полно народу, она не могла там жить. А общежитие Му Сяоя как раз было открыто, поэтому школа отправила Лян Ноно туда. Несмотря на то, что у них не было одной специальности, им было суждено построить очень хорошую дружбу за четыре года учебы в колледже.

После окончания колледжа все стали искать работу и уезжать за границу. Только Лян Ноно вернулась в свой родной город, чтобы помочь отцу выращивать вишни.

Му Сяоя позвонила Лян Ноно, и та быстро ответила.

Му Сяоя: – Ноно, ты занята?

Лян Ноно: – Не занята, что я могу для тебя сделать?

– Это... – Му Сяоя немного смутилась, – не могла бы ты одолжить мне немного денег?

Бай Чуань, который спокойно ждал, когда Му Сяоя позвонит, вдруг посмотрел на Му Сяоя, и его глаза вспыхнули.

– И сколько же? – Лян Ноно прямо спросила сумму.

– Десять тысяч, я верну их как можно скорее, – быстро сказала Му Сяоя.

– Хорошо, вы с Фан Хуэй только что вместе открыли студию. Пришло время использовать деньги, ты можешь вернуть мне деньги, когда заработаешь их. Я переведу их на твой Alipay, – Лян Ноно сказала бодро.

– Спасибо, – поблагодарила ее Му Сяоя.

– Ты все еще так вежлива со мной. Кстати, наши вишни уже созрели. Я пришлю тебе адрес позже и пришлю тебе и Фан Хуэй попробовать.

– Твои вишни уже созрели? – удивилась Му Сяоя.

– Да, ах, вишневые цветы в горах такие красивые и красные. Когда вы с Фан Хуэй освободитесь, я покажу вам.

Когда Му Сяоя внезапно вспомнила свою прошлую жизнь, последнее сообщение, которое прислала ей Лян Ноно, было приглашение посетить вишневый сад. На самом деле вишни созревают каждый год, и Ноно приглашала их пойти туда. К сожалению, Му Сяоя уже много лет находилась за границей и ни разу за эти четыре года не была там.

– Я приеду, как только мы освободимся, – Му Сяоя пообещала, что в этой жизни она должна будет однажды встретиться со своим другом, которого она упустила в течение четырех лет.

– Тогда я буду ждать тебя. Кстати, приводи своего мужа, когда приедешь. Я его еще не видела, – Лян Ноно знала, что Му Сяоя была замужем, но она видела только фотографии, которые показала Фан Хуэй и интересовалась Бай Чуанем.

Му Сяоя оглянулась на Бай Чуаня и сказала с улыбкой: – Хорошо.

Бай Чуань увидел, что Му Сяоя улыбается ему, и естественно улыбнулся в ответ.

Она повесила трубку, и вскоре Лян Ноно прислала ей деньги. Му Сяоя расплатилась и пошла в магазин, чтобы забрать гарнитуру.

– Эти наушники также функционируют как радио, а также могут записывать... – помощник послушно представил дополнительные функции наушников двум людям, но Му Сяоя не могла запомнить слова и наконец небрежно сказала, что она вернется и прочитает руководство.

Она сказала это, но кто бы на самом деле читал такие скучные вещи, как руководство. Она повернулась и дала задание Бай Чуаню: – Не забудь прочитать инструкцию.

Бай Чуань надел наушники, послушно достал инструкцию и прочитал ее. Когда Му Сяоя вернулась домой, Бай Чуань уже освоил все функции наушников.

– Все, – доложил Бай Чуань.

– Что? – Му Сяоя уже забыла об инструкции.

– Наушники, – Бай Чуань указал на наушники, висевшие у него на шее.

Память у Сяоя была все так же плоха, как и раньше. То, что она сказала, будет забыто. Но это не имеет значения, он все помнит.

Бай Чуань отложил инструкцию, положил ее обратно в коробку и дотронулся до наушников на шее.

Это подарок, который Сяоя купила для меня…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 18 - Зарплата

Хотя Му Сяоя ранее сказала, что она вернется домой, чтобы упаковать вещи, Шэнь Цинъи помогла своей дочери упаковать вещи заранее. Му Сяоя было нечего делать, так что она сопровождала мать, чтобы делать работу по дому. Когда Бай Чуань увидел, что Му Сяоя вернулась в родительский дом и не обращает на него внимания, он притих и послушно сел на диван в оцепенении. Во всяком случае, когда он был в оцепенении, это было обычным для него оставаться таким весь день.

Эта сцена попалась на глаза его тестю, и он больше не мог этого выносить. До того как Бай Чуань был всего лишь соседским ребенком, Му Жочжоу часто заставал его за решением математических задач. Один момент состоял в том, что Бай Чуань может легко решить эти математические задачи, а другой заключался в том, что он хотел найти способ для Бай Чуаня общаться больше. Теперь, когда Бай Чуань стал его зятем, ему не нужна причина, чтобы заботиться о нем.

Даже в глубине души он чувствовал себя немного подавленным. Другие зятья спешат, чтобы пообщаться со своим тестем. Но когда он приезжает, ему приходится ладить со своим зятем.

– Сяо Чуань, подойди и помоги мне разобраться с этими вопросами, – Му Жочжоу взял несколько олимпийских математических вопросов и положил их перед Бай Чуанем.

Бай Чуань взглянул на них и начал писать. Вскоре он написал всю формулу и решил задачу с помощью самого простого и понятного метода расчета.

– Ее можно решить таким образом и вычислить по такой простой формуле, – увидев два решения, Му Жочжоу еще раз убедился в математических талантах Бай Чуаня, мгновенно отбросив личность тестя и превратившись в фанатика.

Бай Чуань проигнорировал его и продолжил решать задачи, затем вместе вычислил оставшиеся математические задачи, все еще используя исходную формулу.

– Значит, эту формулу можно использовать и здесь? Но если эту формулу заменить здесь, – Му Жочжоу обвел большую часть процесса расчета, написанного Бай Чуанем на черновой бумаге красной ручкой, и написал рядом с ней совершенно новую формулу, – с этой формулой, ты можешь сэкономить много шагов.

Методы решения задач Бай Чуаня просты и понятны, и он никогда не ошибается, но странно, что он использует только самые простые формулы при решении задач. Есть много четких выводов, которые можно сделать за один шаг. Он должен использовать три-четыре шага. Хотя это было правильно, это была не лучшая методология. К этому моменту Му Жочжоу чувствовал себя очень странно. В конце концов он может винить в этом поведении Бай Чуаня только его синдром ученого.

Му Жочжоу прочитал несколько статей в интернете, в которых говорилось, что многие люди с синдромом ученого видят проблему в своих глазах, и мозг автоматически придумывает формулы и вычислительные процессы. Может быть, только самая простая формула может возникнуть только в мозгу Бай Чуаня?

– Я не понимаю, – внезапно заговорил Бай Чуань.

– Что? – Му Жочжоу поднял голову.

– Это слишком сложно для понимания Сяоя, – Бай Чуань ответил, что для того, чтобы дать Му Сяоя понять процесс решения проблем, он исследовал и использовал математическую формулу, выученную в начальной школе. Он тратил больше энергии, чем требовалось для решения математических задач.

– … – Му Жочжоу вспомнил, что его дочь не была хороша в математике с самого детства, но она не училась у своего отца, который преподавал математику. Вместо этого она любила ходить к соседу Бай Чуаню, чтобы изучать математику. Причина, по которой она сделала это, была в том, что если она не поняла, Бай Чуань не будет ругать ее за глупость.

Поэтому методы решения проблем Бай Чуаня используют только самые простые формулы. Это было для его дочери?

Уголки губ Му Жочжоу были опущены, и он не знал, стоит ли ругать свою дочь за глупость или ругать ее за то, что она использует Бай Чуаня как гребаный нож для убийства цыплят.

П.п.: в Азии, как правило, вы просто ломаете шею цыпленка своими руками и не нуждаетесь в инструментах.

Из-за этого Му Жочжоу несколько раз за обедом пристально смотрел на свою дочь, заставляя Му Сяоя чувствовать себя необъяснимо и гадать, что она сделала не так.

После ужина Му Сяоя немного поболтала с родителями, прежде чем отвезти Бай Чуаня обратно на виллу семьи Бай. Отказавшись от благих намерений Ли Жун позвать слугу, который помог бы ей распаковать вещи, Му Сяоя потащила свой багаж и направилась прямо к шкафу Бай Чуаня.

Шкаф Бай Чуаня был большим, но в нем не было ни одежды, ни других вещей. Поначалу Му Сяоя удивлялась, почему мама Бай Чуаня не покупает больше одежды для Бай Чуаня, но потом подумала, что характер Бай Чуаня, вероятно, заставил его не носить ее. И если бы в его комнате было слишком много вещей, Бай Чуань не был бы счастлив.

– Эта половина шкафа – моя, – Му Сяоя подтащила чемодан к шкафу.

– Все для тебя, – великодушно сказал Бай Чуань.

Му Сяоя засмеялась: – Нет, у тебя слишком большой шкаф. У меня не так много одежды.

Бай Чуань моргнул и промолчал. Он стоял рядом и смотрел, как Му Сяоя открывает свой багаж и развешивает одежду одну за другой в шкафу. Когда Му Сяоя закончила вешать их, только тогда он понял слова Му Сяоя.

Одежды у Сяоя было немного, не так много, как у него.

– Не стой здесь. Иди и прими душ, – Му Сяоя взяла из шкафа пижаму и бросила ее Бай Чуаню: – Ты иди мойся первым, а я пойду мыться за тобой.

Бай Чуань посмотрел на одежду, которую держал в руках, затем послушно повернулся и вышел. Вскоре Му Сяоя услышала шум воды, льющейся из ванной.

На этот раз Му Сяоя не принесла много одежды, только летнюю одежду. Другая ее сезонная одежда осталась дома. Она не торопилась переезжать. Во всяком случае, она будет часто ездить домой, навещать родителей и потихоньку забирать вещи.

Закончив распаковывать вещи, Му Сяоя вернулась в спальню, поставила компьютер и несколько чертежных инструментов, которые принесла с собой, на единственный стол в комнате и начала возиться с косметикой. Честно говоря, средства по уходу за кожей, которые она использовала сейчас, были значительно менее эффективными, чем те, которые она использовала четыре года спустя, но цена была намного ниже. К счастью, она только что закончила колледж и Milk Muscle еще не была популярна, а ее кожа не производила так много излишков масла, поэтому ей не нужно было тратить много денег на покупку средств по уходу за кожей.

Разве она не женщина? Красота должна рассматриваться как номер один, и человек всегда должен быть готов баловать себя.

– Ну, мне приходится много работать, чтобы заработать деньги.

Когда она вздохнула, дверь ванной внезапно открылась, это был Бай Чуань в пижаме, который только что закончил свой прием ванны и вышел.

– Я закончил мыться, – сказал Бай Чуань и посмотрел на Му Сяоя.

– Тогда я пойду, – Му Сяоя пошла в ванную, держа в руках средства по уходу за кожей, и вдруг вспомнила кое-что, прежде чем войти в дверь. Она повернулась к Бай Чуаню и сказала: – Если я поставлю что-то не так, как надо, ты скажешь мне, и я все исправлю.

В течение дня профессор Фэн сказал, что некоторые аутичные пациенты страдают обсессивно-компульсивным расстройством при размещении предметов в своем пространстве. Она заняла большое пространство для себя и не знала, будет ли Бай Чуань неудобно.

– Нет, – Бай Чуань покачал головой.

– Что?

– Твои вещи вполне уместны, – пока они принадлежит Му Сяоя, он считает уместным поместить их куда угодно.

Похоже, что ОКР у Бай Чуаня было не очень серьезным. Не было необходимости переносить ее вещи, Му Сяоя была так счастлива, что пошла в ванную с улыбкой.

Послышался шум льющейся в ванной воды. В комнате было много вещей, которые ему не принадлежали. Бай Чуань чувствовал себя неуютно, но этот дискомфорт был скрыт за удовлетворением, исходившим из его сердца. Бай Чуань подошел к своему столу и сдвинул лампу на прежнее место на один сантиметр, но не сдвинул вещи Му Сяоя, ничего, кроме нее.

Еще раз оглядев комнату, он обнаружил, что больше ничего не сдвинулось с места. Бай Чуань облегченно вздохнул, открыл дверь, вышел из спальни и поднялся на третий этаж.

Вилла семьи Бай состоит из трех этажей, на первом этаже располагались гостиная, столовая и кухня. На втором и третьем этажах располагались спальни и гостевые комнаты. Но из-за особенностей Бай Чуаня все члены семьи Бай оставили весь второй этаж Бай Чуаню, чтобы дать ему удобное пространство. Остальные три члена семьи Бай Чуаня жили в спальнях на третьем этаже, но Бай Чуань почти никогда не поднимался туда.

В дальней правой комнате третьего этажа Бай Чжэн только что принял ванну и пошел налить себе чашку холодной воды, он уже собирался почитать книгу перед сном, как вдруг в дверь постучали.

Кто искал его в этот момент?

Бай Чжэн нахмурился, в дверь постучали, но голоса не было слышно. Это не могли быть родители или слуги, не так ли... Му Сяоя?

Это предположение сделало выражение лица Бай Чжэна немного сложным, но он все же подошел и открыл дверь.

– Сяо Чуань?! – Бай Чжэн тупо уставился на появившегося в дверях Бай Чуаня.

– Я ищу тебя, – бесстрастно сказал Бай Чуань.

– А? О, войди и скажи, – Бай Чжэн быстро отошел в сторону, чтобы Бай Чуань мог войти.

Бай Чуань вошел согласно его словам и остановился посреди спальни.

– Это... ты сядь и скажи, если хочешь поесть, я скажу дяде Ли принести что-нибудь, – его младший брат впервые посетил его комнату, и Бай Чжэн спешил и не знал, как с ним разговаривать.

– Не нужно, я уйду после разговора, – Бай Чуань покачал головой.

– О чем ты хочешь поговорить? – Бай Чжэн с любопытством спросил, что же заставило Бай Чуаня прийти к нему сегодня вечером.

– Мне нужна зарплата.

– Что?! – Бай Чжэн был ошеломлен. Что только что сказал его брат? – Что ты сказал?

– Мне нужна зарплата, – повторил Бай Чуань, и на этот раз его голос был явно громче, чем прежде.

– … – Бай Чжэн подтвердил, что сейчас он не ослышался. Его брат действительно просил у него жалованье, – Но почему?

– У всех в компании есть зарплата. Зарплата выплачивается ежемесячно. Я работал три года, шесть месяцев и семь дней… – Бай Чуань начал подсчитывать свою занятость в компании.

- Погоди-ка … – Бай Чжэн схватился за лоб, не понимая, почему он вдруг начал подсчитывать зарплату,– я спрашивал тебя, почему ты вдруг захотел зарплату, прежде ты не хотел.

– У Сяоя нет денег, – прямо сказал Бай Чуань. Да, у Сяоя нет денег, и ей приходится занимать деньги у других, чтобы купить подарки.

Услышав этот ответ, Бай Чжэн действительно не знал, что сказать. У Му Сяоя нет денег, поэтому Бай Чуань пришел к нему за зарплатой. Это было неправильно? Да, конечно. У Му Сяоя, студентки колледжа, которая только что закончила обучение, не было денег. Это было разумно. Вместо этого их семья Бай не думала достаточно, и они не ожидали, что нужно будет дать им некоторую сумму для расходов на жизнь. Он даже заставил своего младшего брата прийти к нему в комнату посреди ночи, чтобы попросить жалованье.

– Завтра я скажу бухгалтеру выплатить тебе жалованье, – Бай Чжэн глубоко чувствовал, что совершил ошибку.

Бай Чуань кивнул и напомнил ему: – Три года, шесть месяцев и семь дней.

– Не волнуйся, ты не потеряешь ни фыня, – у Бай Чжэна были черные морщины на лице, как он мог уменьшить зарплату своего брата.

Бай Чуань немедленно удовлетворился этим, повернулся, открыл дверь и вышел. Действие совершалось одним движением, не прощаясь со своим «начальником».

– ...Бай Чжэн.

Когда Бай Чуань вернулся в комнату, Му Сяоя уже вышла из ванной и сидела на кровати, вытирая волосы полотенцем.

Бай Чуань огляделся, прошел в ванную, чтобы взять фен, прежде чем идти к Му Сяоя.

– Ты вернулся? – Му Сяоя улыбнулась Бай Чуаню. Она просто вышла и не увидела Бай Чуаня и была удивлена.

– Да, я помогу тебе высушить волосы феном, – партнеры помогают друг другу. Вчера Сяоя помогла ему высушить волосы. Сегодня он также хочет помочь Сяоя высушить их.

– Ты поможешь мне высушить волосы феном? – Му Сяоя подняла брови. – У меня очень длинные и густые волосы, и мне потребуется много времени, чтобы высушить их феном.

– Я буду сушить их феном, – настаивал Бай Чуань.

После сушки феном в течение некоторого времени Бай Чуань обнаружил, что Му Сяоя была права, ее волосы действительно трудно высушить. Волосы Му Сяоя примерно в 29 раз длиннее его волос, они водопадом свисали с ее головы. Горячему воздуху было трудно проникнуть внутрь. Ему нужно было поднять ее волосы пальцами, затем медленно высушить их феном, пока они как следует не высохнут. Это заняло в шесть-семь раз больше времени, чем когда обычно он сушит волосы.

Но Бай Чуань не находил в этом ничего страшного. Ему нравилось чувствовать, как длинные волосы Му Сяоя скользят по его пальцам.

– Что ты делаешь? – Му Сяоя странно повернула лицо, волосы у нее были сухие, почему Бай Чуань все еще держал ее за волосы?

– До этого… – улыбнулся Бай Чуань, – ты своими волосами ударила меня по лицу.

С этими словами Бай Чуань поднял длинные волосы и прижал их к щеке.

Зуд не такой, как в тот раз, но очень приятный. Подумав об этом, Бай Чуань невольно улыбнулся еще шире, и внезапно появились две ямочки, радостно приветствуя Му Сяоя.

– Ту-дум!

Му Сяоя слышала, как бьется ее сердце.

***

Камерный театр:

Му Сяоя с косами: – Брат Бай Чуань, почему ты меня игнорируешь?

Бай Чуань продолжал читать, не поднимая глаз.

Му Сяоя сердито фыркнула, затем двумя черными и толстыми косами ударила Бай Чуаня по лицу.

Бай Чуань почувствовал зуд и наконец поднял голову.

Му Сяоя взмахнула косой и гордо сказала: – Не обращай на меня внимания, и я тебя уколю.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 19 - Ты прекраснее книг

На второй день.

Му Сяоя, которая установила будильник раньше, встала до того, как пришло время завтрака. Она привела Бай Чуань с собой к обеденному столу семьи Бай.

Ли Жун была втайне счастлива, она думала о том, как найти тему и поболтать с Му Сяоя, опасаясь, что девушка будет чувствовать себя подавленной из-за того, что слишком сдержанна.

– Сяоя, я помню, что ты изучала дизайн в университете, – начала было спрашивать Ли Жун.

– Да, я изучала дизайн обуви, – ответила Му Сяоя.

– Дизайн обуви? Это редкая специальность.

– Первоначально я подала заявку на дизайн одежды, но из-за ошибки в несколько минут экзамен был изменен на дизайн обуви. Однако узнав об этом в течение некоторого времени, я думаю, что дизайн обуви действительно интересен. Кроме того, обувь, которая была разработана мной, казалось, была более удобной для ношения.

– Да, это так, эти туфли снаружи, хотя они и выглядят хорошо, но они могут повредить ноги, если носить их некоторое время, – у Ли Жун было глубокое впечатление, когда она сказала: – Туфли на высоком каблуке, которые я часто ношу, сделаны на заказ за границей.

– Я также могу создать высокие каблуки, я помогу вам сделать пару в другой день, в то время вы бы попробовали мое мастерство? – Му Сяоя, естественно, знала, что обувь ее изготовления не может сравниться с теми туфлями, которые были заказаны для Ли Жун из-за границы, но для невестки это имеет другое значение, чтобы помочь подобрать обувь теще, Му Сяоя думала, что Ли Жун это понравится. Вдобавок, кроме этого, Му Сяоя действительно не могла придумать никаких других подарков, которые она могла бы дать семье Бай Чуаня.

Ли Жун был очень удивлена, услышав, как Му Сяоя сказал эти слова:

– Ты можешь сделать обувь?

– Да, я на самом деле работаю с одноклассницей, чтобы подготовить студию, и я планирую специализироваться на изготовлении обуви и разработке нашего собственного бренда в будущем. Когда студия будет закончена, я смогу первым делом изготовить вам обувь.

– Это хорошо, это хорошо, значит, я буду первым клиентом вашей студии.

– Да, – Му Сяоя видела, что Ли Жун это очень понравилось, и ее сердце тоже не могло не радоваться.

– Ешь, – внезапно Бай Чуань положил очищенное яйцо в миску Му Сяоя.

– Спасибо, – Му Сяоя улыбнулась и взяла яйцо, съев его маленькими кусочками.

После того, как Бай Чуань посмотрел на Му Сяоя, которая ела, он отвел взгляд и продолжил есть свой завтрак.

Только сейчас Сяоя была сосредоточена на разговоре, так что она забыла есть свой завтрак.

Видя эту сцену, три человека из семьи Бай чувствовали себя сложными, смешанными между сладким и кислым. Кислый, потому что Бай Чуань никогда не давал им еды, сладкий, потому что Бай Чуань научился заботиться о других людях, а это означало, что он сделал шаг вперед к внешнему миру.

– Изготовление обуви на заказ не является легкой вещью в Китае, – внезапно заговорил Бай Чжэн.

– А? – Му Сяоя был немного сбита с толку.

– Обычные люди вообще не делают индивидуальную обувь, а те, кто делает индивидуальную обувь, также регулярно ездят за границу к тем известным брендам, чтобы сделать обувь, которая была заказана заранее. Это неразумно для двух новых выпускников делать обувь на заказ, – Бай Чжэн проанализировал. – Цена высока, поток клиентов низок, это в основном трудно сделать.

Хотя Бай Гоюй ничего не сказал, но он действительно согласился с анализом Бай Чжэна. Идея Му Сяоя была хороша, но ее трудно было реализовать.

– Бай Чжэн, Сяоя еще даже не начинала, почему ты так уверен, что она не справится? – Ли Жун бросила на сына презрительный взгляд. Ее старший сын действительно не может говорить слишком много, всего несколько слов, и это может заставить другого хотеть умереть. Кроме того, что нельзя сделать? Неужели их семье Бай все еще не хватает этих денег?

– … – критикуемый Бай Чжэн на какое-то время лишился дара речи. Следует знать, что на улице было слишком много людей, которые умоляли его стать их бизнес-тренером, но он был слишком ленив, чтобы сделать это. Сегодня он проявил редкую инициативу, но вместо этого получил холодное плечо: – Я просто хочу сказать, что если ты действительно хочешь идти по этому пути, то ты должна сначала найти известную компанию для сотрудничества. После того, как у тебя будет определенная репутация в отрасли, ты сможешь открыть свою собственную студию.

Бай Чжэн также знал, что Му Сяоя не знакома ни с одной известной компанией, поэтому он сказал задумчиво:

– Я знаю генерального директора GJ, если хочешь, я могу познакомить тебя с их компанией.

GJ был очень известным брендом спортивной обуви в мире.

– Да, накопление некоторого опыта перед началом бизнеса будет полезно для будущей работы, – Бай Гоюй тоже советовал.

В этот момент Му Сяоя уже обдумывала свой ответ, она знала, что Бай Чжэн был добр к ней. На самом деле в своей прошлой жизни она также следила за мыслями Бай Чжэна. Сначала она два года училась за границей, затем получила рекомендацию наставника и продолжила свой путь в очень известную зарубежную обувную компанию в качестве дизайнера. Просто когда она наконец сделала небольшое достижение, она уже умерла молодой, и теперь, когда она думала об этом, она не может не чувствовать, что это было слишком жалко.

– На самом деле у нас нет таких больших амбиций, – Му Сяоя объяснила: – Я и Фан Хуэй, одноклассница, которая открыл студию вместе со мной, мы просто не хотим выходить и работать на других, поэтому мы подумали об открытии нашей собственной студии. Хотя мы говорим о создании высококачественной индивидуальной обуви, цена, безусловно, не будет высокой. Основными целевыми группами являются только представители среднего класса и высокопоставленные белые воротнички. В обычное время мы создадим несколько более продаваемых моделей кроссовок и продадим их в интернете как наш основной источник дохода. Мы не думали о том, чтобы заработать много денег, просто чтобы жить комфортно и не испытывать потерь, этого уже будет достаточно.

После того как Му Сяоя объяснила это, Бай Чжэн замолчал и даже почувствовал, что он был слишком назойлив. На самом деле она просто хотела открыть небольшую студию и поиграть, ее требование было не зарабатывать деньги, а только не терять их слишком много. Такая странная бизнес-цель, это действительно... Бай Чжэн неловко отхлебнул полный рот каши и больше не продолжал оценивать ситуацию.

– Итак, как продвигается твоя студия?– с интересом спросила Ли Жун.

– Мы нашли хорошее место и арендовали студию, следующим шагом будет украсить ее. На официальную работу студии может уйти еще два месяца, – ответила Му Сяоя.

– Значит, ты собираешься заниматься украшением в течение этих двух месяцев?

– Да. Но большую часть работы будет делать моя одноклассница, я просто буду ходить туда иногда, – поскольку Му Сяоя недавно вышла замуж, Фан Хуэй фактически взяла на себя большую часть работы, чтобы не мешать их медовому месяцу. Только при обсуждении плана украшения она связалась с Му Сяоя.

– Ешь, – в это время Бай Чуань передал ей яйцо.

– … – Му Сяоя была беспомощна, почему Бай Чуань продолжал давать ей яйца, а? Она шепотом напомнила ему: – Я больше не могу есть, не давай мне больше яиц.

После этого она взяла второе яйцо, которое дал ей Бай Чуань, и решила съесть его. Кто знал, что когда она просто хотела откусить кусочек, Бай Чуань внезапно забрала яйцо обратно.

– Что?!

– Ты больше не можешь есть, я буду есть, – Бай Чуань проглотил половину яйца Му Сяоя за один укус.

«Это... это слишком интимно!» Лицо Му Сяоя покраснело, она почти не осмеливалась поднять голову и увидеть лица других членов семьи Бай.

Неожиданно для всех троих, находившихся там, даже после того, как им дали полный рот собачьей еды, Ли Жун также укрепилась в своих мыслях.

После завтрака Бай Гоюй и Бай Чжэн приступили к работе. Ли Жун отправилась на поиски Сяоя, объяснив ей, что она думает.

– Мам, так ты хочешь, чтобы я взяла с собой Бай Чуаня в путешествие?– удивилась Му Сяоя.

– Совершенно верно, – из-за того, что случилось с бабушкой Сяо Чуаня, ваше свадебное празднование не состоялась, но вы все равно должны провести свой медовый месяц. Более того, профессор Фэн также сказал, что для Сяо Чуаня было бы хорошо пойти на прогулку. Раньше, когда мы брали Бай Чуаня на прогулку, он вообще не двигался с места, но я думаю, что он будет счастлив, если ты будешь тем, кто возьмет его.

Му Сяоя повернула голову и посмотрела на Бай Чуаня, который сидел в саду и читал книгу. Му Сяоя вдруг поняла, что если бы она не уделяла ему внимания или не разговаривала с ним некоторое время, Бай Чуань читал бы книги или оставался бы в оцепенении.

– Выведи его на прогулку, и пусть он будет более открыт для внешнего мира. Чем больше его интерес к окружающему миру, тем быстрее он придет в себя, – профессор Фэн только вчера дал ей совет, чтобы Му Сяоя, естественно, запомнила его. На этот раз Ли Жун снова упомянула об этом, так что ее сердце было тронуто.

– Если вы уверены во мне, у меня действительно есть схожие размышления, и это также подходит для Сяо Чуаня, – сказала Му Сяоя.

– Конечно-конечно, я уверена, – с того дня, как Му Сяоя была принята в качестве ее невестки, Ли Жун решила поверить в нее, и, не говоря уже о том, что Му Сяоя сделала, когда у Бай Чуаня случился приступ, она уже давно была хорошо принята семьей Бай.

– Тогда... я подготовлю все необходимое, чтобы взять Бай Чуаня на экскурсию, – Му Сяоя быстро приняла решение.

– Хорошо, ты должна быть готова, тогда я позволю тебе собрать вещи, – сказала Ли Жун и с волнением ушла, чтобы найти дядю Ли и сделать некоторые приготовления заранее для этих двух людей. Что касается того, куда Му Сяоя собиралась отправиться, Ли Жун было все равно, во всяком случае, об этом можно подумать позже, сейчас важнее подготовиться.

После того, как вы решили отправиться в путешествие, первое, что нужно было сделать, это сказать об этом своему попутчику.

Му Сяоя подошла к Бай Чуаню и обнаружила, что в то время, пока она разговаривала со своей свекровью, Бай Чуань уже закончил третью часть книги, которую он только что взял.

Что это за книга? Му Сяоя попыталась посмотреть на несколько строк, написанных в ней, но различные продвинутые профессиональные термины заставили ее, прожившую 4 года за границей, почувствовать себя неграмотной. Му Сяоя перестала читать и отвернулась, затем вытянула ладонь и закрыла книгу от его глаз.

Поскольку читаемая им книга была заблокирована, Бай Чуань подсознательно поднял голову. Когда он увидел Му Сяоя, на его лице естественно появилась улыбка.

– Хороша ли книга?

– Да, – Бай Чуань кивнул головой.

Му Сяоя вдруг захотелось подразнить его, поэтому она нарочно спросила: – Тогда я красивая или книга красивая?

– Ты выглядишь лучше, – Бай Чуань ответил без малейшего колебания.

*Бум!*

Му Сяоя прикрыла грудь, ее душа долго не могла вернуться в тело. Это было предложение, когда даже если вы знаете, что другая сторона лжет, вы все равно были бы счастливы услышать его, но это был Бай Чуань, который не может лгать. Если он сказал, что она хорошо выглядит, то она должна быть действительно прекрасна в глазах Бай Чуаня.

Это признание очень обрадовало Му Сяоя, и она невольно улыбнулась от уха до уха. Затем она сказала Бай Чуаню:

– Пойдем путешествовать.

– Путешествовать? – Бай Чуань нахмурился, он не очень любил путешествовать. Раньше его семья хотела взять его с собой в путешествие, но снаружи было слишком шумно, и окружающая среда тоже была странной, и поэтому он вообще не любил выходить.

– Да, только мы вдвоем, мы пойдем и поиграем там, – Му Сяоя продолжала: – У меня есть место, куда я всегда хотела пойти, но никогда не имела возможности, на этот раз ты можешь сопровождать меня.

Место, куда Сяоя всегда хотела пойти, но никогда не имела возможности?

– Хорошо, – Бай Чуань кивнул. Если Сяоя хочет поехать, то он готов сопровождать ее. Ничего, если будет немного шумно, он может взять с собой наушники, которые купила для него Сяоя.

– У меня там очень хорошая подруга, она очень хочет познакомиться с тобой, так что я представлю вас друг другу, ребята, – Му Сяоя взволнованно сказала:– У ее семьи очень большой вишневый сад, мы можем собирать вишню и есть ее там вместе!

– Хорошо, – Бай Чуань засмеялся, вспомнив, что Сяоя очень любит вишню, поэтому каждое лето, когда бабушка спрашивала его, Какие фрукты он хочет есть, он всегда отвечал «вишню».

– Я помню, ты ведь тоже любишь вишню, верно?– Му Сяоя вспомнила, что каждый раз, когда она приходила в дом бабушки Бай, когда она была ребенком, на столе всегда была вишня. Бабушка Бай сказала ей, что Бай Чуань тоже любит есть вишню.

– Да, – Бай Чуань кивнул.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 20 - Вручение зарплатной карточки

Вишневый сад, в который Му Сяоя хотела попасть, но так и не смогла, был в родном городе ее подруги Лян Ноно. После окончания университета в своей прошлой жизни она думала о местах, в которые она не могла пойти, поэтому Му Сяоя назначила его местом своего медового месяца с Бай Чуанем. Более того, вишневый сад Лян Ноно располагался в горной местности, по словам самой Лян Ноно, ее родной город был живописен, в нем не было недостатка и в других туристических местах за его пределами.

Самым важным было спокойствие горы и меньшее количество населения, это должно было сделать пребывание Бай Чуаня более комфортным.

Проверив багаж, они попрощались с дядей Ли, который привез их в аэропорт, а затем Му Сяоя повела Бай Чуаня в зал ожидания. Поскольку они заказали билеты первого класса, в зале ожидания было не так уж много народу. Му Сяоя рассчитала время посадки самолета, связавшись с Лян Ноно, чтобы она забрала их.

Лян Ноно:

– После того, как сойдешь с самолета, возьми такси до железнодорожного вокзала и купи билет на последний рейс до Жунсяня. Тогда я найду кого-нибудь, кто вас подберет.

Му Сяоя подняла брови:

– Все еще нужно ехать на поезде, а?

Лян Ноно:

– В сельской местности с транспортом немного неудобно. Однако пейзаж на дороге по пути действительно хорош, сам поезд окрашен в зеленый цвет, который вот-вот будет потерян в истории.

Му Сяоя:

– Но я все равно не хочу его брать.

Лян Ноно:

– На этот раз я не могу забрать вас из аэропорта, подождите, пока вы не приедете, семья этого раба будет хорошо относиться к вам, ребята. ( подмигивание.файл GIF )

Му Сяоя фыркнула от смеха. Она повернулась, чтобы посмотреть на Бай Чуаня, и увидела, что он повернул голову, чтобы посмотреть на нее с вопросительным выражением на лице.

– Ноно сказала, что мы должны сесть на поезд после того, как сойдем с самолета. Думаю, когда мы доберемся до вишневого сада, уже почти стемнеет, – объяснила Му Сяоя.

Бай Чуань кивнул, показывая, что у него нет своего мнения на этот счет. Но эта Ноно, похоже, он слышал о ней в прошлом.

– Ноно, это та самая подруга, которая одолжила тебе денег в прошлый раз? – спросил Бай Чуань.

– Ты это слышал? – Му Сяоя была немного смущена. Она просто хотела купить Бай Чуаню гарнитуру, но все равно должна была занять на нее денег, это было действительно неловко. Когда она позвонила, то намеренно отошла немного дальше, но не ожидала, что Бай Чуань все еще услышит ее.

– Да, – Бай Чуань кивнул. Это верно, он слышал это.

– Кхе~~– Му Сяоя неловко кашлянула.

– Вот, – внезапно перед ней оказалась серебряная банковская карточка.

– Что это? – Му Сяоя побледнела.

– Моя зарплатная карточка, – Бай Чуань сказал, – все для тебя, не нужно занимать деньги.

На следующий день после того, как Бай Чжэн выслушал просьбу своего брата, он отправился в финансовый отдел компании, чтобы срочно урегулировать вопросы со счетами Бай Чуаня. И чтобы его брат, который был особенно чувствителен к числам, не обнаружил никаких проблем, он специально поручил финансовому департаменту считать зарплату Бай Чуаня до последних двух цифр после десятичной запятой. После этого, перед тем как пойти на работу сегодня утром, он лично отдал ее Бай Чуаню.

– Твоя зарплатная карточка? – Му Сяоя была немного удивлена, ей потребовалось некоторое время, чтобы все обдумать. Ли Жун уже говорила ей, что Бай Чуань работает, похоже, он занимается программированием в их компании.

– Да, вручаю зарплатную карточку, – рука Бай Чуаня снова вытянулась вперед.

Вручает зарплатную карточку? Понимает ли он, что это значит? Кроме того, как Бай Чуань узнал о вручении зарплатной карточки, кто ему об этом сказал?

Му Сяоя не смогла удержаться и спросила его:

– Кто сказал тебе отдать свою зарплатную карточку?

– Бабушка сказала, что когда я в будущем женюсь, я должен буду отдать свою зарплатную карточку жене, – так сказала ему бабушка в первый же день, когда он пошел на работу. Хотя прошло уже много времени, но у Бай Чуаня была хорошая память, и поэтому он может четко запомнить это: – Ты моя жена, поэтому я даю тебе свою зарплатную карточку.

«Ты же моя жена!»

Тон Бай Чуаня был ровным и совсем не властным, но Му Сяоя не могла удержаться, чтобы не покраснеть.

«Этот парень, ах, он прирожденный льстец, почему я не заметила это раньше?»

– Ты отдаешь мне все свои деньги? – Му Сяоя взяла зарплатную карточку.

– Даю тебе все, пароль – это мой день рождения, мой день рождения – он…

– Я знаю, за день до начала учебного года, – Му Сяоя вспомнила, что день рождения Бай Чуаня был 31 августа. Когда она была маленькой, перед началом нового учебного года она ходила к бабушке Бай и помогала ей готовиться ко дню рождения Бай Чуаня. Это был день рождения Бай Чуаня, а также большая трапеза Му Сяоя в последний день летних каникул.

– Да, – улыбка Бай Чуаня мгновенно появилась, и на его щеках снова показались ямочки. Сяоя помнила его день рождения, хотя у нее была плохая память, но она помнила его день рождения. Хотя он уже четыре года не отмечал с ней свой день рождения, но она все еще не забыла!

«Она не забыла~~»

Не в силах вынести этого, Бай Чуань подпрыгнул от радости.

– Тогда я их потрачу, – Му Сяоя была невежлива, у нее не так уж много денег осталось. Хотя Лян Ноно будет принимать их в этой поездке, и ей не придется тратить много денег, но ей все равно нужны деньги, чтобы покрыть расходы на их поездку. Во-вторых, в их поездке на этот раз семья Бай не дала им никаких дополнительных денег, должно быть, потому что они уже знали о существовании этой карты. Она просто не знала, какая у Бай Чуаня зарплата, может ли он содержать семью…

П.п.: Семью из себя и нее.

Му Сяоя на мгновение задумалась и внезапно поняла чувство безопасности, о котором говорили ее замужние коллеги раньше.

После двухчасового полета самолет благополучно приземлился. Они взяли свой багаж, а Му Сяоя вызвала такси, и они поехали прямо на вокзал. Ожидая прибытия поезда, Му Сяоя послала сообщение, чтобы доложить Лян Ноно.

Как сказала Лян Ноно, единственным поездом, который отправлялся в Жунсянь, был действительно окрашенный в зеленый поезд, и это был первый раз, когда Му Сяоя отправилась на таком поезде. Зеленый поезд двигался очень медленно, кондиционера не было, скамейки были жесткими, как те старые в музее. Но ничто из этого не было самым худшим. Хуже всего было то, что в поезде было слишком много людей, и после того, как поезд тронулся, пассажиры могли свободно передвигаться. Мало того, туристы со всего мира любили поболтать по дороге, поэтому различные темы и диалекты смешивались и гудели внутри поезда.

Му Сяоя повернула голову, чтобы подсознательно посмотреть на Бай Чуаня, и, как она и предсказывала, брови Бай Чуаня нахмурились.

– Неудобно? – с беспокойством спросила Му Сяоя.

– Да, – Бай Чуань кивнул, ему не нравилась шумная обстановка.

– Тогда слушай музыку в наушниках, – Му Сяоя надела наушники, которые были на шее Бай Чуаня, затем достала свой телефон и включила фортепьянные записи, которые использовались, чтобы успокоить Бай Чуаня.

Выражение лица Бай Чуаня немного смягчилось, но он все еще поджимал губы, было очевидно, что он все еще чувствует себя неловко.

– Мы посидим здесь два часа, два часа – это очень быстро. Тебе нужно немного поспать, я разбужу тебя, когда мы приедем.

Бай Чуань неловко кивнул, затем прибавил громкость в наушниках и неподвижно лег на жесткую скамью зеленого поезда.

Му Сяоя не осмеливалась шуметь, она только тихо сидела, наблюдая за пейзажем за окном. Как сказала Лян Ноно, хотя поезд был старым и ржавым, но пейзаж по пути был действительно красивым.

Поезд шел очень медленно, но по пути было много остановок, он останавливался почти каждые полчаса, чтобы забрать другие группы пассажиров. Когда он остановился во второй раз, напротив нее уже сидели бабушка с дедушкой и внуки. Девочке было лет пять-шесть, она, по-видимому, только что рассталась с родителями и плакала навзрыд.

– У-у-у-у-у-у-у-у... я хочу свою мамочку, я хочу свою мамочку~~

– Милое дитя, не плачь, мы вернемся после летних каникул, – терпеливо уговаривала бабушка.

В это время Бай Чуань, который спал спокойно, начал двигаться, так как его, казалось, потревожил шум. Му Сяоя была поражена, она поспешно вытащила большую коробку шоколада из своей сумки перед маленькой девочкой.

Дети этого возраста обычно любят сладости, но их ограничивают родители. Когда ей вдруг показали столько шоколада, ее крики и вопли мгновенно прекратились.

– Милая сестренка, не плачь, дай брату немного поспать. Эта коробка конфет для тебя, хорошо? – мягко уговаривала Му Сяоя.

Девочка подсознательно повернула голову, чтобы посмотреть на спящего брата, а потом все смотрела и смотрела, не в силах оторвать глаз. Это заставило Му Сяоя подумать, что должно быть что-то на лице Бай Чуаня, но после того, как она внимательно посмотрела, ничего не было, его лицо было чистым, и его спящее лицо выглядело просто как у ангела.

– У брата такие длинные ресницы, – вдруг закричала девочка, – совсем как у жирафа.

Му Сяоя побледнела, и, когда она посмотрела на глаза Бай Чуаня, она обнаружила, что они действительно были длинными, особенно когда он смотрел на нее своими мерцающими глазами.

– Тогда мы не должны будить жирафа, хорошо? – Му Сяоя не смогла сдержать улыбки.

– Да, – девочка была хорошо воспитана. После того, как Му Сяоя сказала ей об этом, она не только перестала плакать, но и не потянулась за конфетами. Но Му Сяоя настояла на том, чтобы отдать конфеты маленькой девочке.

– В этом нет необходимости. Только что мы потревожили вас, это было нашей ошибкой изначально, – бабушка девочки отказалась.

– Это не имеет значения, этот шоколад – мой подарок на встречу этой маленькой сестренке, спасибо, что похвалила ресницы моего мужа, – Му Сяоя рассмеялась.

– Ваш муж? – старушка была несколько удивлена, видимо, она не ожидала, что пара, выглядевшая как студенты, уже поженилась. Но когда она снова посмотрела на них, то почувствовала, что они очень хорошо подходят друг другу.

– Да, мы только что поженились.

– А, тогда, наверное, это можно считать свадебными сладостями? – сказала бабуля, передавая свои поздравления. Она больше не отказывалась от конфет, так как это было благословением получать такие сладости.

Поезд продолжал медленно двигаться, непрерывные монотонные звуки железной дороги всегда заставляли людей хотеть спать. Когда они собирались остановиться на третьей станции, Му Сяоя тоже немного клонило в сон, и она бессознательно заснула рядом с Бай Чуанем.

В вагон вошла новая группа пассажиров, большие и маленькие сумки теснились в коридоре, а поезд становился все более шумным. Бай Чуань пошевелился и медленно открыл глаза, когда увидел рядом с собой лицо спящей девушки.

«Я вижу это снова, каждый раз, когда просыпаюсь, я вижу спящее лицо Сяоя~~»

Бай Чуань медленно улыбнулся, он не шевельнул ни единым мускулом, продолжая смотреть на Му Сяоя, точно так же, как в эти дни, когда он вставал каждое утро, он всегда смотрел на Му Сяоя некоторое время.

– Брат, сестра проснется, если ты посмотришь еще раз, – вдруг послышался детский голосок. Из-за того, что ребенок был слишком близко, наушники не могли заглушить ее голос.

Бай Чуань бессознательно повернул голову и увидел незнакомых стариков и детей. Маленькая девочка держала в руках коробку конфет, ту самую, которую Сяоя положила себе в сумку сегодня утром. Это открытие заставило Бай Чуаня почувствовать себя ближе к незнакомцам перед ним.

– Брат, тебе очень-очень нравится сестра? – маленькая девочка невинно спросила.

Бай Чуань замер. За исключением нескольких знакомых людей, он мог потратить несколько минут, чтобы ответить на вопросы других людей.

– Не говори ерунды, – старуха увидела, что выражение лица Бай Чуаня было неправильным, и быстро отдернула внучку.

– Со мной тоже так бывает. Когда я спала, мама всегда смотрела на меня, она будила меня своим взглядом каждый раз тогда. Я спросила ее, почему она так пристально смотрит на меня, и она ответила, что это потому, что я ей действительно нравлюсь, – маленькая девочка надула губы с недовольством.

– ... – бабушка бросила неловкий взгляд на Бай Чуаня и набила девчушке рот шоколадом, – не разговаривай больше, ешь сладости.

– Да, – Бай Чуань вдруг открыл рот, – очень нравится.

Старушка на мгновение побледнела, потом добродушно улыбнулась. Этому парню потребовалось много времени, чтобы ответить, оказывается, он был просто застенчивым, ах, очень отличается от характера своей жены, но они дополняют друг друга.

– Брат, хотя ты очень любишь сестру, но ты не можешь все время пялиться на нее, потому что человек, который спит, тоже может чувствовать, как ты пялишься. Это будет неудобно, если вы не будете достаточно спать, – маленькая девочка сказала старшему брату: – Самое большее... ты можешь смотреть одну минуту.

Маленькая девочка с шоколадными пятнами на пальцах указала прямо перед Бай Чуанем, как милая старшая сестра.

Бай Чуань безучастно смотрел в течение длительного времени, прежде чем он ответил негромким мычанием.

Маленькая девочка убрала назад свои уже ноющие маленькие ручки и тайно вздохнула в душе: «Эти взрослые такие ребячливые, даже если я не позволю тебе смотреть слишком много, ах, но тебе все равно не нужно думать об этом так долго».

Примечание автора:

Бай Чуань. Все мои деньги предназначены для того, чтобы ты их потратила…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 21 -

– Когда вы сойдете с поезда, кто-нибудь вас подберет. Номерной знак автомобиля – RONG 888*9.

Бай Чуань потащил их багаж, а Му Сяоя огляделась вокруг в поисках машины Лян Ноно. Она сказала, что пришлет машину, чтобы забрать их, но после долгого времени она не видела автомобиль, который должен была забрать их.

– И номера телефона тоже не назвала, – пробормотала Му Сяоя. Она уже собиралась позвонить Лян Ноно, но увидела издалека мужчину в соломенной шляпе и комбинезоне, который махал ей рукой.

– Му Сяоя? – голос мужчины был так громок, что его можно было услышать на всей площади.

Му Сяоя замерла и увидела бегущего к ней мужчину: – Девочка, ты Му Сяоя?

– Это я, а вы?

– Ноно послала меня забрать тебя, пошли. Машина стоит у парадного входа, – сказав это, мужчина с энтузиазмом потянулся за чемоданом, который держал в руке Бай Чуань. Кто знал, что, прежде чем его рука коснулась чемодана, Бай Чуань уже успел увернуться.

Мужчина набрал в легкие побольше воздуха, потом бросил странный взгляд на Бай Чуаня и, увидев, что тот спокоен и молчит, решил, что сделал что-то не так.

Может быть, потому что он только что доставил товар в город, и из-за этого запах пота был слишком тяжелым, а люди из города не привыкли к такому? Подумав об этом, мужчина тут же извинился:

– Извините, пот на моем теле слишком сильный. Должно быть, он мешает вам дышать.

– Нет, вы неправильно поняли, мой муж интроверт и не любит физического контакта с людьми, – Му Сяоя поняла, что собеседник его не понял, и поспешно объяснила.

– О, хе-хе... ладно, – мужчина улыбнулся, но тогда не воспринял это всерьез. Когда он увидел, что другой стороне не нужна помощь, чтобы взять чемодан, он повел их вперед. – Меня зовут Лян Чэн. Я из той же деревни, что Ноно. Можешь звать меня дядя Лян. Я только сегодня утром привез в город тележку с товарами, все распродал и уже собирался возвращаться, но тут Ноно сказала, что у нее есть двое друзей, которые специально приехали к ней из большого города, и попросила меня забрать их.

– Мы доставили вам неудобства.

– Никаких неудобств, совсем никаких.

Му Сяоя улыбнулась и удивилась:

– Как вы только что узнали меня?

– Как бы еще я узнал. Обычно мы не видим таких хорошо одетых людей, как ты, в нашем маленьком провинциальном городке. Я мог бы легко найти вас с первого взгляда, когда вы двое остановились на площади, – Лян Чэн весело улыбнулся, – особенно мужчина твоей семьи, выходящий с этой станции, выглядел так, словно появился прямо из телевизора.

«Мужчина твоей семьи?» Это описание действительно прямое и грубое. Му Сяоя не могла не покраснеть снова.

«Как я могу быть теперь замужем, но все еще стыдиться этого? Нет, мне просто нужна более толстая кожа». Му Сяоя покачала головой и попыталась взбодриться.

– Что случилось? – с беспокойством спросил Бай Чуань.

– Все в порядке, просто немного жарко, – Му Сяоя использовала жаркую погоду, чтобы скрыть свой румянец, хотя Бай Чуань, возможно, ничего не заметил на ее лице.

Бай Чуань остановился и увидел, что лицо Му Сяоя сильно вспотело, поэтому он вытащил из кармана носовой платок, чтобы помочь Му Сяоя вытереть лицо.

– Я... я сделаю это сама, – Му Сяоя схватила платок и вытерла пот, но ее пальцы все еще чувствовали прохладу кончиков пальцев Бай Чуаня.

«Почему у меня температура намного выше, чем у Бай Чуаня?!! – тупо подумала Му Сяоя.

– Ладно, клади чемодан на заднее сиденье, – в это время Лян Чэн внезапно закричал.

Му Сяоя повернула голову и увидела, что Лян Чэн стоит перед грузовиком, и он указал на его заднюю часть, где также стояла груда пустых корзин из-под фруктов.

Неудивительно, что она сама не смогла найти машину. Оказалось, что это был грузовик, который приехал, чтобы забрать ее. Лян Ноно, та мертвая девушка, не сказала этого заранее, что заставило ее просто посмотреть на номер машины.

Лян Чэн помог им погрузить багаж в машину, а затем сказал Му Сяоя:

– У меня есть небольшое место в передней части машины, так что я могу взять только одного человека, или ты хочешь, чтобы твой мужчина сел сзади?

Му Сяоя осмотрела салон автомобиля и обнаружила, что в передней части было только два сиденья. Внезапно она слегка нахмурилась. Ей было бы неловко, если бы Бай Чуань сидел один в грузовике, но она все равно чувствовала бы себя неловко, если бы Бай Чуань тоже сидел на пассажирском сиденье впереди.

– Дядя Лян, давайте мы сядем сзади, – Му Сяоя решила не разлучаться с Бай Чуанем.

– Дорога будет ухабистой, и мы еще долго будем ехать по горной дороге. Удары будут очень сильными.

Тогда Бай Чуаня тем более нельзя оставлять в одиночестве.

– Все в порядке. Ноно сказала, что пейзаж здесь очень красивый. Я сяду и посмотрю на него, – Му Сяоя небрежно извинилась.

– Ладно, ладно, – Лян Чэн больше не уговаривал ее. – Вы, люди из города, привыкли жить в городе обычно, таким нравится наши горы и местные реки, – их горные пейзажи хороши, и иногда некоторые городские друзья любят приезжать в гости, так что Лян Чэн не думал, что есть какие-то проблемы с оправданием Му Сяоя.

Му Сяоя улыбнулась и, не говоря ни слова, села в машину вместе с Бай Чуанем. Она положила чемоданы, и они уселись на них, прислонившись спинами к кабине грузовика.

Дорога от загородного городка до дома Лян Ноно заняла более получаса, и за это время они провели на горной дороге более десяти минут. Вначале машина двигалась плавно. Когда они въехали в гору, Лян Чэн крикнул:

– Дорога будет ухабистой, вы должны крепко держаться.

– Хорошо, – громко ответила Му Сяоя, затем повернула голову, чтобы напомнить об этом Бай Чуаню, когда машина внезапно свернула за угол. Она была отброшена инерцией и приземлилась в объятия Бай Чуаня.

Бай Чуань прислонился к багажному отсеку машины и крепко обнял ее.

– Это... дядя Лян сказал, что дорога впереди плохая. Итак, давай держаться крепче, – Му Сяоя сказала это так, словно дала себе пощечину, и не смогла удержаться, чтобы не добавить: – Не падай как я.

– Да, – Бай Чуань серьезно кивнул.

Му Сяоя удобнее устроилась в руках Бай Чуаня, затем крепко ухватилась обеими руками за спинку багажного отделения, чтобы подготовиться к следующему участку горной дороги, который еще не был пройден.

*Дзинь, дзинь, данг, данг, данг, дзинь~~*

Их тела поднимались и опускались вместе с машиной, а спина была прижата к багажному отделению машины. Они несколько раз ударились о пол и почувствовали боль. Но Му Сяоя не осмеливалась протянуть руку, чтобы потереть спину, боясь, что если она сделает это, то потеряет устойчивость.

*Лязг! Данг~~*

Машину снова тряхнуло, и как раз в тот момент, когда Му Сяоя стиснула зубы и снова собиралась врезаться в поверхность, чья-то рука мягко обняла Му Сяоя за спину. Му Сяоя только почувствовала, что ее спина была мягкой, а тело заключено в теплые объятия.

– Бай Чуань?! – Му Сяоя обернулась.

– Это больно, я поддержу тебя, – Бай Чуань говорил очень тихо. Если бы не хороший слух Му Сяоя, его голос почти затерялся бы в шуме грузовика. Но Бай Чуань не нуждался в том, чтобы Му Сяоя слышала, он просто не хотел, чтобы у Му Сяоя были такие же синяки на спине, как у него.

Сяоя слишком боялась щекотки и не позволила ему прикоснуться к себе. Если она была ранена, он не мог сделать ей массаж и применить лекарство, чтобы она не пострадала.

Му Сяоя спокойно лежала в объятиях Бай Чуаня. С каждым ударом машины они все теснее соприкасались. Му Сяоя не знала, как описать свои чувства в то время, но она чувствовала, что это объятие казалось центром маленького мира, и все вокруг было тихо. Она слышала только биение сердца и дыхание собеседника. И все ее чувства были сосредоточены на сильных руках Бай Чуаня.

Она не знала, сколько времени прошло после этого, но машина внезапно остановилась. Лян Чэн вышел из кабины и с улыбкой обратился к ним:

– Мы приехали.

– Мы добрались? – Му Сяоя внезапно пришла в себя.

– Это вишневый сад семьи Ноно, – сказал Лян Чэн, помогая опустить багаж, который они передали друг другу.

– Спасибо, дядя Лян, – выйдя из машины, Му Сяоя достала из рюкзака коробку шоколадных конфет и протянула их: – У меня есть коробка конфет. Вот, возьмите.

– Так не пойдет, я же сказал, что это мне по пути, так что это удобно, – Лян Чэн махнул рукой и сказал, что не примет его.

– Это сувенир, который мы случайно купили. Это не дорого, это чтобы показать нашу признательность.

– Все хорошо, – люди с гор были прямолинейны. Когда он увидел, что Му Сяоя действительно хочет сделать ему подарок, он больше не отказывался от него.

– В ближайшее время Ноно спустится, чтобы забрать нас, – Сяоя улыбнулась.

– Ладно, тогда я ухожу. Приходите и поужинайте в доме этого дяди, когда освободитесь, – Лян Чэн махнул рукой и уехал на своем пикапе с шумом.

Пока звук грузовика не затих, брови Бай Чуаня не разгладились. Он никогда раньше не видел такой шумной машины, которая была даже громче, чем поезд.

– Муму! – В этот момент с холма донесся звонкий женский голос, а затем девушка в клетчатой рубашке побежала вниз с горы, как ветер.

– Ноно, – Му Сяоя была так счастлива, что отпустила свой чемодан и побежала ей навстречу. Две похожие на цветы девочки обнимались на травянистом склоне холма, улыбаясь, как два пятилетних малыша.

Бай Чуань взглянул на улыбку Му Сяоя, и все недовольство, накопившееся за время шумного путешествия, мгновенно рассеялось. Его глаза блестели, даже светились некоторым удовлетворением. Он подумал, что если бы он мог видеть улыбку Сяоя каждый раз, когда ему приходилось испытывать такой шум, то он чувствовал бы, что этот шум не был бы таким невыносимым.

Они вдоволь посмеялись, и тогда Лян Ноно обратила свое внимание на молодого человека, который спокойно стоял под холмом. При его появлении она тут же сказала с ревностью и завистью:

– Какой красивый юноша, как он мог встретиться с тобой?

– Ревнуешь, а? – Му Сяоя рассмеялась. – Я встала в очередь более чем на десять лет вперед.

– Я знаю твоих детских возлюбленных.

Они отошли на несколько шагов, и Лян Ноно протянула руку Бай Чуаню: – Здравствуйте, меня зовут Лян Ноно, и я хорошая подруга вашей жены.

Му Сяоя повернула голову, чтобы увидеть Бай Чуаня, но вместо того, чтобы настаивать или напоминать ему, она спокойно ждала ответа Бай Чуаня.

Бай Чуань сначала посмотрел на протянутую руку Лян Ноно, затем на лицо Лян Ноно, его движения были медленными и невыразительными.

Лян Ноно не была нетерпелива, все еще с доброжелательной улыбкой она терпеливо ждала ответа Бай Чуаня. Ситуация Бай Чуаня уже давно была упомянута ее подругой, поэтому она не чувствовала себя странно или нетерпеливо в это время.

– Привет, – через две минуты Бай Чуань наконец ответил, но он просто поздоровался и не протянул руку, чтобы пожать протянутую руку Лян Ноно.

Но именно этот ответ очень обрадовал Му Сяоя. Потому что Бай Чуаню понадобилось всего две минуты, чтобы принять ее подругу.

– Я решила, что в следующий раз, когда поговорю с ним, я определенно не буду предпринимать никаких действий, – ее рука была вытянута в течение долгого времени, и у девушки было немного кислое чувство, поэтому Лян Ноно не могла удержаться, чтобы не потереть ее руку и не пожаловаться своей подруге.

Му Сяоя проигнорировала ее, держа за руку Бай Чуаня, и они пошли вверх по горе.

Лян Ноно схватила багаж Му Сяоя и последовала за ними, ведя их в маленький деревянный домик в вишневом саду.

Всего в ряд выстроились пять домиков. Они были построены посреди вишневого сада.

Лян Ноно отвела Му Сяоя в средний домик, а затем представила:

– Кухня находится в задней части, а справа – ванная комната. Прими ванну и переоденься, а потом мы поедим. Я живу по соседству. Ты можешь позвать меня в любое время.

– Хорошо, – Му Сяоя мельком взглянула на деревянный дом, внутреннее пространство очень большое, около двадцати футов. Хотя убранство комнаты было простым, оно вызывало очень сентиментальные чувства. Лян Ноно даже приготовила им малиновое одеяло с вышивкой мандариновой утки, совсем как в комнате для новобрачных.

– Тогда я пойду сначала приготовлю ужин, – подойдя к двери, Лян Ноно обернулась и подмигнула Му Сяоя. – Дружеское напоминание.

– Что? – спросила Му Сяоя.

– Звукоизоляция здесь плохая, ребята ... будьте внимательны ночью, – закончив, Лян Ноно быстро выскочила за дверь и чисто случайно избежала приступа ярости Му Сяоя от унижения, увернувшись от атаки летящей обувью.

Когда она промахнулась, Му Сяоя обернулась и встретилась взглядом с Бай Чуанем, так что дисгармоничные мысли, которые Лян Ноно вбросила в ее мозг, внезапно переполнили ее сознание, и она не могла принять их.

– Все в порядке, я могу надеть наушники, – Бай Чуань напомнил, что с тех пор, как Сяоя купила ему наушники, он больше не боится шума, как раньше.

– ...

Какой смысл носить наушники для такого рода вещей?!!

Примечания автора:

Бай Чуань. Бесполезно носить наушники, что мне делать?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 22 - Хороший Бай Чуань

Приняв ванну, Бай Чуань сел на край кровати и неспешно вытер волосы. Его движения были очень медленными, как будто он считал время. Он уставился на дверь, ожидая возвращения Му Сяоя.

Как раз сейчас, когда он вернулся из душа, Сяоя сказала, что выйдет ненадолго и попросит его подождать здесь.

*Скрип*

Деревянная дверь распахнулась, и в комнату вошла Му Сяоя, сопровождаемая лекарственным запахом, глаза Бай Чуаня едва заметно заблестели, а сердце почувствовало необъяснимое облегчение.

«Вернулась!» (#^.^#)

– Почему ты до сих пор не высушил волосы? – спросила Му Сяоя. Когда она только что вышла, Бай Чуань вытирал волосы. Она прикинула время, и оказалось, что прошло четыре или пять минут. Как мог Бай Чуань до сих пор сушить волосы?

Бай Чуань замер и неловко остановился. Затем через некоторое время он вспомнил, что должен ответить ей:

– Они сухие.

Бай Чуань почувствовал себя немного виноватым. Только что он ждал возвращения Му Сяоя. На какое-то время он забыл, что все еще вытирает волосы.

Му Сяоя достала мазь из аптечки, затем повернулась и сказала Бай Чуаню, который сидел на кровати:

– Сними одежду и дай мне осмотреть твою спину, – раньше дорога была слишком ухабистой. Му Сяоя боялась, что Бай Чуань ранен, она не почувствует облегчения, пока не увидит.

Бай Чуань не колебался. Перед ней он снял белую футболку, которую только что надел, обнажив белую блестящую кожу под одеждой.

– Кха... повернись, – ее глаза были ослеплены светлой кожей Бай Чуаня. Му Сяоя проигнорировала смущение своего сердца, подошла к кровати и жестом велела Бай Чуаню повернуться. Бай Чуань повернулся к ней спиной, обнажив синяки на спине.

Конечно же, она была синей.

Му Сяоя нахмурилась и с тревогой посмотрела на большие синяки. «Почему все было так плохо?» Прошло меньше часа с тех пор, как они вышли из машины, как она могла быть так изранена?

– Тебе больно? – Му Сяоя нежно коснулась кончиками пальцев спины Бай Чуаня.

– Это больно, – у Бай Чуаня нет так называемого мужского шовинизма, как у обычных мужчин. Если вы спросите его, он скажет, что это больно.

Му Сяоя тут же обвинила себя:

– Тогда почему ты все еще держал меня? Тебе не было бы так больно.

Бай Чуань в одиночку выдержал вес двоих, и сила удара его спины о багажный отсек машины удвоилась. Чтобы удержать ее, Бай Чуань мог использовать только одну руку, чтобы поддерживать равновесие ее тела, что неизбежно уменьшило расстояние. Поэтому большинство синяков на спине Бай Чуаня были нанесены ею.

– Если я обниму тебя, то пострадаю только я, – ответил Бай Чуань.

Из-за его горящих глаз ей вдруг захотелось плакать. Даже после двух жизней Му Сяоя никогда по-настоящему не думала об этом. Однажды, когда он обнял ее из-за машины, она была так тронута, что ей захотелось плакать.

На самом деле профессор Фэн и бабушка Бай ошибались. Кто бы ни говорил, что люди с аутизмом не могут выражать эмоции, Му Сяоя верила, что эмоции Бай Чуаня могут напрямую достигать сердца других людей.

– Я... я принесу тебе немного льда, – с красными глазами Му Сяоя повернулась и вышла. Когда она вернулась на кухню, чтобы найти лед, она встретила свою подругу Лян Ноно.

– Му-Му, почему ты плачешь? – Лян Ноно увидела, что глаза Му Сяоя покраснели, и тут же нервно спросила.

– Все в порядке, у тебя есть пакет со льдом? – Му Сяоя улыбнулась и попыталась справиться со своими эмоциями.

– В морозилке есть лед. Я заверну его в полотенце для тебя, – Лян Ноно не захотела продолжать разговор, когда увидела глаза своей подруги, поэтому она не стала переспрашивать и сделала для Му Сяоя пакет со льдом и полотенцем.

– Спасибо, – Му Сяоя развернулась с пакетом льда и ушла, а Лян Ноно стояла в дверях кухни, глядя в ту сторону, куда ушла ее подруга, и ее глаза горели беспокойством.

Когда Му Сяоя вернулась в комнату, Бай Чуань продолжал сидеть спиной к ней, как будто он не двигался с тех пор, как она ушла. Синяк на его спине, казалось, немного увеличился.

– Сяо Чуань, ложись на кровать, – Му Сяоя подошла со льдом.

Бай Чуань послушно лег.

– Это немного льда, но если приложить его, синяки не увеличатся, – объяснила Му Сяоя.

– Да, – Бай Чуань негромко согласился.

Му Сяоя приложила кубики льда в пакете, обернутые полотенцем, к спине Бай Чуаня. Она осторожно прикладывала холодный пакет, боясь ослабить руки, чтобы не травмировать поврежденную кожу Бай Чуаня.

После того, как она приложила лед, Му Сяоя снова достала мазь для улучшения кровообращения и устранения застоя крови и наложила ее на кожу Бай Чуаня. Ее пальцы нежно погладили спину Бай Чуаня и задержались на талии. Синяк на талии Бай Чуаня был самым серьезным. После льда в синеве появился пурпурный след. Му Сяоя не могла не покрыть эту область мазью несколько раз.

– Сяоя ~~, – внезапно произнес Бай Чуань.

– А? – Му Сяоя ответила небрежно, ее пальцы все еще наносили мазь.

– Почему мне не щекотно, когда ты прикасаешься ко мне, но тебе щекотно, когда я прикасаюсь к тебе? – Бай Чуань повернул голову и серьезно спросил.

– !!! – «Что, ты меня трогаешь, а я тебя?..»

Му Сяоя посмотрела в любопытные глаза Бай Чуаня, а затем попыталась удержать себя, чтобы не скривиться:

– Потому что... потому что мое тело просто не переносит щекотку.

– Тогда почему я не вырос таким же?

– Чувствительность у всех разная. Твоя талия не восприимчива к щекотке. Может быть, ты вырос, чтобы бояться щекотки где-то в другом месте.

– О, – Бай Чуань все понял. Он повернулся и тихо лег: – Оказывается, самое чувствительное место Сяоя – это ее талия.

*Дерг* Рука Му Сяоя напряглась, и огромное количество мази было мгновенно выжато ее хваткой.

Глядя на большой комок белой мази на тыльной стороне ладони, Му Сяоя яростно нанесла ее на спину Бай Чуаня. Его спина стала такой липкой и жирной, что ему понадобится еще один душ, чтобы избавиться от нее.

На ужин приглашены только три человека: Му Сяоя, Бай Чуань и хозяйка, Лян Ноно.

– Здесь только мы, а как насчет других людей? – Му Сяоя как-то странно спросила, что в таком большом вишневом саду не может быть одна только Лян Ноно.

– Все остальные разошлись по домам. Все они – помощники из деревни, – ответила Лян Ноно.

– А как же дядя и тетя?

– Мои родители поехали навестить мою сестру. Они вернутся только через два дня, но сюда они уже не вернутся. Они привыкли жить в деревне, – Лян Ноно ответила.

Му Сяоя ясно кивнула.

– Ты действительно планируешь сажать здесь вишни в будущем? – этот вопрос Му Сяоя задала сознательно, потому что в течение следующих четырех лет Лян Ноно действительно оставалась в своем родном городе.

– Я планирую открыть специализированный магазин Taobao, который продает все виды фруктов, – с улыбкой сказал Лян Ноно. – У нас здесь хорошая почва и вода. Плоды, которые мы выращиваем, лучше, чем те, что растут снаружи. Я планирую начать с моего вишневого сада. Если выгода будет хорошей, мы мобилизуем жителей деревни на совместную работу.

– Ты хочешь, чтобы вся деревня разбогатела?

– Да. Ты хорошо меня понимаешь, – Лян Ноно рассмеялась.

– Прости, но я восхищаюсь тобой.

– Давай попробуем нашу вишню, – Лян Ноно поставила перед подругой тарелку с вымытой вишней. – Сегодня уже поздно, и я не могу показать вам окрестности прямо сейчас, но завтра уже получится.

Му Сяоя ответила, взяв вишню и попробовав ее, и обнаружила, что она сочная и вкусная. Вкус было намного слаще, чем у вишни, которую она обычно ест, и ее глаза заблестели, и она взяла еще одну. Перед Бай Чуанем появилась вишенка:

– Сяо Чуань, попробуй ее. Эта вишня слаще, чем купленная в Юньчэне.

Бай Чуань, который ел спокойно, отложил палочки и проглотил вишню с руки Му Сяоя.

– Это вкусно? – тут же спросила девушка.

– Это восхитительно, – Бай Чуань кивнул, но вместо того, чтобы продолжать есть вишню, он снова взял палочки и продолжил свой незаконченный ужин.

– Завтра мы можем пойти в сад и выбрать себе что-нибудь.

– Да, – Бай Чуань снова перестал есть и после положительного ответа он продолжил трапезу.

Му Сяоя и Бай Чуань не чувствовали ничего плохого в том, как они общались, но Лян Ноно со стороны устала после того, как некоторое время наблюдала за ними. Бай Чуань был так тих, что она даже забыла о его существовании, когда только что разговаривала с Му Сяоя. Теперь, когда Бай Чуань ответил, он был похож на говорящий манекен, он только слегка ответил, когда Му Сяоя спросила его. Как только Му Сяоя перестала говорить, он замолчал, как будто ее не существовало…

– Хотя я и знала, что аутизм похож на это, теперь, когда я вижу его своими глазами... Я лично вижу разницу между ними и нормальными людьми, – Лян Ноно теперь глубоко осознавала всю трудность и чувствовала себя бессильной. «Был ли этот человек действительно будущим мужем Муму? Сможет ли Муму так терпеливо руководить им в течение следующих нескольких десятилетий?» Только подумав об этом, Лян Ноно мгновенно поняла те опасения, о которых говорила ей раньше Фан Хуэй.

Слишком утомительно, если бы Муму жила так, это бы действительно обессиливало.

– Почему ты не ешь? – Му Сяоя не могла не напомнить об этом Лян Ноно, которая была погружена в свои мысли.

– Хах, думаю о разных вещах, – Лян Ноно вернулась к своим чувствам.

– О чем ты думала?

– Я хотела спросить, не будете ли вы оба моделями для меня завтра? – с улыбкой сказала Лян Ноно. – Я планирую сделать несколько красивых фотографий и загрузить их в свой магазин Taobao. Вы двое должны сотрудничать со мной и сделать несколько фотографий.

– Тебе нужна модель, а ты даже не продаешь одежду, – Му Сяоя не поняла.

– Ты не понимаешь. В наши дни красивые люди всегда привлекают к себе внимание. Если я помещу вас обоих на свою страницу, когда гости просматривают, то они останутся еще на несколько секунд. Может быть, они купят после того, как посмотрят?

– Тогда ты должна сделать это сама. Я сделаю снимки для тебя. Я была студентом-дизайнером, и моя техника будет лучше твоей.

Эти двое утонули в жарком споре. За оставшееся до ужина время атмосфера оживилась, но общение происходило только между этими двумя людьми. Третий человек, Бай Чуань, был похож на тихую марионетку, которая никогда не проявляла инициативу, чтобы вмешаться.

После ужина Му Сяоя испугалась, что Бай Чуань устал, и попросила его сначала вернуться в комнату, чтобы отдохнуть, пока они с Лян Ноно сидели под вишневым деревом и продолжали болтать.

– Бай Чуань, он всегда был таким тихим? – Бай Чуаня здесь больше не было, и Лян Ноно осмелилась заговорить о нем.

– Да, он молчит с самого детства, – Му Сяоя улыбнулась и, вероятно, догадалась, что Лян Ноно собирается сказать дальше.

– Прежде чем... – Лян Ноно сделала паузу, а затем спросила уже другим тоном, – теперь ему лучше?

– Так гораздо лучше. В детстве я часто задавала ему вопросы, но теперь он иногда проявляет инициативу и начинает говорить, – но, кажется, только когда они были одни.

– Это хорошо. Я думала, что он ответит только тогда, когда ты возьмешь на себя инициативу поговорить с ним, – Лян Ноно вздохнула с облегчением, когда узнала, что он взял инициативу в свои руки. По крайней мере, это не было односторонним сообщением.

– Спасибо, – Му Сяоя неожиданно поблагодарила ее.

– Почему ты вдруг сказала «спасибо»? – удивилась Лян Ноно.

– Спасибо, что беспокоишься обо мне, – Му Сяоя рассмеялась. – Но, Ноно, не смотри на нас так, как ты только что смотрела.

– Я... – Лян Ноно была ошеломлена, заколебавшись, она быстро подумала, что странно, что Му Сяоя заметила это за обеденным столом, но она подумала, что ее смена темы была слишком внезапной.

– Знаешь, сегодня ты послала за нами грузовик, и мы не смогли сесть впереди? Бай Чуань и я могли только сидеть в задней части фургона. Когда мы въехали в гору, дорога была очень ухабистой. Чтобы я не пострадала, Бай Чуань защищал меня все время, из-за чего вся его спина была покрыта синяками, – Му Сяоя посмотрела на звездное небо, – я спросила его, больно ли это, он сказал, что больно, но вместо того, чтобы пострадали два человека, пострадал только он.

– Люди с аутизмом обычно не лгут. Если Бай Чуань сказал, что это больно, то это действительно больно. Хотя я не думаю, что будет больно, если я столкнусь с грузовиком, он все еще защищал меня, – глаза Му Сяоя снова стали немного влажными. Она была тронута не потому, что Бай Чуань страдал из-за нее, а потому, что Бай Чуань был готов защитить ее.

Пациенты с аутизмом иногда рассматривались как одномерные личности, которые либо хотят это делать, либо нет, но они никогда не взвешивали преимущества или недостатки. Му Сяоя знала, что даже если это причинит боль в десятки или тысячи раз больше, чем сейчас, Бай Чуань все равно будет готов защитить ее.

– Не важно, что он не любит говорить. В любом случае, если я спрошу его, он ответит мне, тогда я просто спрошу немного больше, – Му Сяоя оптимистично сказала: – Так что не смотри на нас так, у Бай Чуаня когнитивные нарушения. Он не может понять эмоции в глазах других людей, но он может сказать, когда глаза меняются.

Лян Ноно слушала безучастно, ее эмоции были чрезвычайно сложными.

– Мне очень жаль, – лицо Лян Ноно было полно вины.

– Ты имеешь в виду, когда за нами приехал грузовик? – Му Сяоя повернула голову и спросила спокойным тоном.

– Да. У меня был только трактор, и я подумала, что тебе это не понравится.

– Спасибо, мне бы этого не хотелось.

…

– Муму~

– Да?

– Бай Чуань очень хорош. В то время, когда он смотрит на тебя, его глаза сияют как звезды.

Му Сяоя посмотрела на звездное небо, как прекрасно звездное небо, так вот почему так много людей ездит в Тибет, в полярные области, во все места, где они могут видеть звезды.

Примечания автора:

Бабушка. Сяо Чуань, тебе нравится сестричка Сяоя по соседству, верно?

Маленький мальчик Бай Чуань молча смотрел на бабушку Бай.

Бабушка. Я бы хотела, чтобы ты высказался, если она тебе нравится.

Маленький Бай Чуань все еще молча смотрел на бабушку Бай.

Бабушка. Когда она говорит с тобой, ты должен отвечать ей. Иначе она подумает, что ты ее больше не любишь, и никогда не вернется.

На лице юного Бай Чуаня отразилась нервозность, но ему потребовалось очень много времени, чтобы привыкнуть и ответить.

Малышка Сяоя. Брат Бай Чуань.

Молодой Бай Чуань. Да.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 23 - Неожиданно популярная реклама

В деревянном доме в вишневом саду не было ночных занавесок в спальне. Раннее солнце светило в окно и с энтузиазмом бросало солнечные лучи прямо на их лица. Это позволило Му Сяоя ясно увидеть отношения между ней и ее мужем, когда они впервые проснулись утром.

Ее крепко обнимал Бай Чуань.

– Доброе утро, – Му Сяоя подняла глаза и увидела сонливость в глазах Бай Чуаня, которая еще не отступила.

Бай Чуань не ответил. Он еще не совсем проснулся, но только почувствовал движение в своих руках и бессознательно сжал их.

– ... – Му Сяоя, собиравшаяся было встать, остановилась.

К счастью, Бай Чуань быстро проснулся. Они переоделись и вышли из дома. Они смотрели на цветущую вишню в саду и глубоко вдыхали ароматный фруктовый воздух. Му Сяоя чувствовала себя комфортно.

– У тебя все еще болит спина? – спросила Му Сяоя у Бай Чуаня.

– Это больно, – Бай Чуань кивнул.

– Забудь об этом, не стоило и спрашивать, – даже если будет немного больно, Бай Чуань все равно скажет, что больно. – Стало лучше?

– Лучше.

– Дай посмотреть, – Му Сяоя подошла, подняла одежду Бай Чуаня и посмотрела. Она обнаружила, что вчерашний синяк приобрел более глубокий цвет, но не распространился.

– О, что ты делаешь сегодня прямо средь бела дня? – в это время соседняя деревянная дверь случайно открылась, и Лян Ноно закрыла глаза, как только вышла.

Лицо Му Сяоя застыло, затем она повернулась к Бай Чуаню и сказала:

– Я помогу тебе сделать горячий компресс после бега, тогда через два дня все будет в порядке.

– Бег? – Бай Чуань нахмурился.

– Да, профессор Фэн сказал, что тебе нужно больше тренироваться, – Му Сяоя не забыла совета профессора Фэна. Она чаще брала Бай Чуаня на прогулку и позволяла ему общаться с внешним миром и больше заниматься спортом. В частности, помогая вчера Бай Чуаню с ледяным компрессом, Му Сяоя заметила, что кожа Бай Чуаня была бледной, нездоровой, а плоть слишком мягкой без каких-либо мышц. На первый взгляд он был похож на отаку, который не занимается спортом круглый год.

– Ты должен бегать по утрам, – с энтузиазмом предложила Лян Ноно, – ты можешь бегать туда, там есть озеро. Ты можешь пробежать вдоль озера, это около 800 метров. Пейзаж у озера тоже хорош, – предположила Лян Ноно.

Му Сяоя потащила явно не желающего Бай Чуаня на пробежку. Они выбежали из вишневого сада и минут пять бежали по горной тропинке. И действительно, она увидела озеро, о котором упоминала Лян Ноно. Ранним утром мягкий солнечный свет падал на озеро, отражая сверкающую красоту. Му Сяоя бежала медленно, чувствуя, что каждый вдох был свежим и сладким.

– Сяо Чуань, не останавливайся, давай пробежим еще круг, а потом вернемся.

Пробежав около километра, Бай Чуань больше не мог бежать. Его тело не слушалось мозга, он бесконтрольно дрожал, и пот со лба капал безостановочно. Поразительное количество пота шокировало Му Сяоя.

Бай Чуань, который устал и мог дышать только ртом, слабо поднял голову, затем послушно попытался заставить себя бежать. Все, что он мог чувствовать – это как его конечности тянут его вниз, будто наполненные свинцом. Он так устал, что ему захотелось лечь на землю прямо сейчас, но фигура девушки была перед ним и, казалось, удалялась все дальше и дальше. Похоже, она убежит, если он ее не догонит. Он стиснул зубы и погнался за ней. В этот последний раз он заставил себя бежать изо всех сил и впервые почувствовал, что время тянется так долго.

Вернувшись наконец в вишневый сад, Бай Чуань не мог дождаться, чтобы рухнуть на пол прямо на месте.

– Сяо Чуань, не садись. Давай сделаем еще несколько шагов. Ты не можешь сесть сразу после бега.

В это время Бай Чуань не мог думать, но инстинктивно последовал за голосом Му Сяоя.

В то же время Лян Ноно готовила еду и смотрела на Бай Чуаня, который тяжело дышал и укоризненно смотрел на Му Сяоя:

– Что случилось с Бай Чуанем?

– Он слишком слаб, пробежал всего два круга, – сказала Му Сяоя.

– Старшая сестра, к сожалению, ты не делаешь устойчивого прогресса постепенно. Разве ты не пробежала почти два километра, разве это не слишком жестоко?

– Неужели? – удивилась Му Сяоя, обычно она пробегает по утрам пять километров.

– Ты должна думать о трудностях, которые ты чувствовала, когда бежала 800 метров на уроке физкультуры, – Лян Ноно закатила глаза на подругу и позволила ей испытать это.

Му Сяоя подумала, не слишком ли она была жестока, и налила стакан воды для Бай Чуаня.

Бай Чуань долго хрипел, прежде чем его мозг снова обрел способность думать. Когда он почувствовал, что у него пересохло во рту, Му Сяоя поднесла ему стакан воды. После того как он осушил его досуха, он задохнулся.

– Это было трудно? – огорченно спросила Му Сяоя.

– Да, – Бай Чуань никогда еще так не уставал.

– Похоже, что два круга – это слишком много, так что давай пробежим один круг завтра.

– !!! – Бай Чуань в шоке поднял голову и несколько раз открыл рот, но не смог произнести ни слова. К счастью, Му Сяоя была очень терпелива и не перебивала его. Через некоторое время она услышала, как он сказал: – Мы можем... не бежать?

Впервые в жизни Бай Чуань обсуждал с другими то, чего не хотел делать.

– Нет, твоя физическая подготовка слишком плоха. Ты должен тренироваться, – Му Сяоя отказалась без всяких обсуждений.

Луч надежды в глазах Бай Чуаня слегка потускнел. Он выглядел таким расстроенным, что она чуть было не пообещала ему, что они больше не побегут, но, к счастью, здравый смысл вовремя остановил ее.

«Красота завораживает, ах~~»

– О, – хотя он и не был готов, Бай Чуань согласился с решением Му Сяоя.

Бабушка говорила, что после свадьбы будут и хорошие и плохие вещи, но партнеры должны быть терпимы друг к другу. Когда он выбрал Му Сяоя, он должен был терпеть «плохие вещи», принесенные Му Сяоя. Не говоря уже о том, что со времени их свадьбы все было хорошо, кроме бега. Бай Чуань успокоился и решил терпеть «плохие вещи», которые приносила Му Сяоя.

– Иди прими душ и переоденься, – Бай Чуань так сильно вспотел, что вся его одежда, казалось, была пропитана водой, что просто переодеться было невозможно.

После завтрака Лян Ноно повела их на хорошую экскурсию по вишневому саду и показала подруге несколько красивых живописных мест в горах. Наконец они переоделись в рабочую одежду и пошли за ней собирать вишни.

Му Сяоя набрала половину корзины вишни и внезапно почувствовала боль в спине.

– Ты позволила мне помочь тебе собирать вишню и не обманула меня, чтобы я сделала всю эту тяжелую работу за тебя, верно?

– Честно говоря, естественно, это было сделано для того, чтобы ты лично испытала агротуризм, – Лян Ноно решительно отрицала это.

– Агротуризм, верно? Ладно, я уже достаточно испытала. Мне нужно отдохнуть, – как только Му Сяоя сняла шляпу и перчатки, она рухнула под дерево и не двигалась, – Сяо Чуань, больше не собирай. Отдохни немного.

Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня, который молча усердно собирал вишни, и на ее лице появилось невероятное выражение. Как он мог так устать после пробежки, но быть в порядке, собирая вишню в течение половины дня?

Бай Чуань послушно остановился и протянул Му Сяоя свою корзину, наполовину заполненную вишней, словно предлагая ей сокровище. Затем взял одну из самых больших вишен и отправил ей в рот.

Му Сяоя проглотила ее с открытым ртом и улыбнулась, сказав, что она сладкая, а Бай Чуань тут же счастливо улыбнулся.

Почти ослепленная своими собачьими глазами, Лян Ноно невольно закатила глаза. Глядя на небо, Лян Ноно вдруг сказала:

– Теперь свет хороший, он подходит для съемки. Я хочу сделать несколько снимков. Муму, в колодце рядом с кухней есть арбузы. Иди и разрежь их, чтобы мы могли поесть.

– Почему ты не положила арбуз в холодильник, а в колодец? – удивилась странности Му Сяоя.

– Потому что в колодце лучше.

После этого Лян Ноно взяла фотоаппарат и начала делать снимки. Му Сяоя и Бай Чуань вернулись назад. Они пошли к колодцу за арбузом и разрезали его ножом на кухне. Потом один человек взял арбуз, и они сели на ступеньки деревянного дома, чтобы поесть.

Вау, вкус прохладный и приятный, что совершенно отличается от прохлады от того, когда его хранят в холодильнике.

Лян Ноно, сфотографировав, почувствовала, что уже почти пора возвращаться и есть арбуз, поэтому вернулась с фотоаппаратом из вишневого сада. Но неожиданно она увидела двух людей, которые ели арбуз. В это время они сидели спиной к заходящему солнцу, и красный и золотой солнечный свет падал с деревянной крыши, как святое сияние с небес. Они просто ели арбуз, но были захвачены чистым и святым ореолом.

Лян Ноно бессознательно подняла камеру и запечатлела эту сцену.

– Ну что, ты закончила? – Му Сяоя обнаружила Лян Ноно.

– Где мой арбуз? – Лян Ноно сделала снимок, прежде чем поняла, что у каждого в паре есть по половинке арбуза, так что для нее ничего не осталось.

– В колодце еще осталось немного, режь сама, – безразлично сказала Му Сяоя.

–  ... – Лян Ноно сердито зашагала прочь. Проходя мимо этих двоих, она также услышала, как Му Сяоя спросила Бай Чуаня: – Разве не здорово есть арбуз вот так?

«Итак, ты забываешь о своем близком друге и позволяешь своему мужу испытать восхитительное и освежающее чувство от поедания арбуза?»

Одинокие собаки должны научиться заботиться о себе сами. Лян Ноно подошла к колодцу, выудила себе арбуз и разделила его пополам. Она положила половину в холодильник, а для второй половины взяла ложку, потом села и съела арбуз вместе с двумя людьми.

– После арбуза мне не нужно готовить ужин. Я сказала тете Лю, чтобы она не готовила, – тетя Лю – кухарка, которая готовит еду для вишневого сада.

– Готовить?

– Ты все еще можешь ужинать, съев половину арбуза, а?

– Я не могу есть, но Сяо Чуань может есть, – сказала Му Сяоя.

Лян Ноно, получившая два жестоких удара, почувствовала, что арбуз в ее руках изменился во вкусе.

После ужина Лян Ноно перебрала сделанные ею фотографии, затем отправила их в свою группу WeChat для рекламы, а затем прямо попросила эту парочку переслать их: – Вы двое едите мою еду, пьете мою воду, живете в моем доме. Быстро покажите своему другу поддержку и помогите мне получить огласку.

– Хорошо, – Му Сяоя была прямолинейна, – но все мои друзья – бедные студенты, которые только что окончили университет, и мало кто может позволить себе купить вишню, – вишни сейчас такие дорогие, почти десятки юаней за килограмм.

– А твой муж? Переслал ли он их? – Лян Ноно посмотрела на Бай Чуаня.

– Ему это и не нужно. В его WeChat не так уж много людей, – друзья Бай Чуаня в WeChat – это немногочисленные члены семьи Бай, кроме нее самой.

– Как бы мало ни было комаров, они тоже мясо. Более того, разве цель WeChat не в том, чтобы распространять информацию между друзьями друзей? – без возражений вопросила Лян Ноно.

Му Сяоя не могла не обернуться и сказала Бай Чуаню:

– Сяо Чуань, может быть, ты сможешь отправить их через свой WeChat.

Бай Чуань, который прислушивался к шуму насекомых в горах, кивнул, достал из кармана мобильный телефон и переслал их в WeChat.

***

Юньчэн.

После ужина Ли Жун сидела в гостиной и смотрела на свой WeChat. Внезапно страница на ее WeChat вспыхнула, и в поле ее зрения появились два знакомых лица.

Разве это не Сяоя и Сяо Чуань?!!

Ли Жун не могла удержаться, чтобы не посмотреть еще два раза, а затем увидела знакомую фигуру на панорамном снимке в вишневом саду.

– Лао Бай, посмотри, это не Сяо Чуань? – взволнованно спросила Ли Жун своего мужа.

Бай Гоюй подошел посмотреть. На увеличенном снимке телефона жены он действительно увидел фигуру, которая, как он подозревал, принадлежала Бай Чуаню.

– Сяо Чуань собирает вишню. Он выглядит очень счастливым, – радостно воскликнула Ли Жун.

«...Фотографии размыты, его лица почти невозможно было разглядеть. Где она может видеть, что Сяо Чуань счастлив? Но... кажется, он очень энергичен».

– Сяо Чуань сказал, что эта вишня очень вкусная, поэтому я тоже куплю ее, – Ли Жун посмотрела на адрес Taobao, отмеченный в WeChat, затем решительно открыла страницу сайта и купила больше дюжины килограмм. Мало того, она также переслала сообщение сына своим друзьям по WeChat и непосредственно передала это вишневое объявление кругу дам в Юньчэне.

«Когда Сяо Чуань сказал, что это было восхитительно? Это, очевидно, реклама». Бай Гоюй был немного ошарашен импульсивной покупкой своей жены.

– И ты тоже, – Ли Жун повернула голову и продолжила давить на мужа.

–  ... – Так что этот пост WeChat был послан президентскому кругу Юньчэна.

В то же время Бай Чжэн, который все еще работал сверхурочно в компании, только что закончил просматривать WeChat. В это время выскочило новое обновление, а он бессознательно нажал на него. Затем его усталые глаза внезапно расширились: Сяо Чуань даже опубликовал пост в WeChat?

Бай Чжэн внимательно изучил объявление, а затем нашел своего брата, который собирал вишню на картинке.

– Войди, – Бай Чжэн вызвал помощника.

– Президент, – вошел помощник.

– Сообщи в административный отдел, что в будущем я буду покупать фрукты для послеобеденного чая компании в магазине в WeChat.

«WeChat?»

Конечно, у помощника есть WeChat босса. Выйдя из офиса, он подсознательно открыл WeChat. Как и ожидалось, он увидел сообщение, перенаправленное его президентом тридцать секунд назад... реклама?

В результате эта реклама была передана в круг второго поколения Юньчэна.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 24 - Неожиданный удар

На следующий день Му Сяоя продолжила брать Бай Чуаня на утреннюю пробежку по живописной местности. Хотя Бай Чуань не был таким усталым, как вчера, он все еще задыхался, когда сидел под вишневым деревом после пробежки. Его драгоценный образ был разрушен в этот момент.

– Выпей немного воды, – Му Сяоя своевременно дала воду Бай Чуаню.

Бай Чуань слишком устал, чтобы говорить, и взял воду, чтобы напиться.

– Ты сегодня отлично бежал, завтра мы пробежим еще 100 метров, хорошо, – Му Сяоя, приложив палец к голове, с улыбкой разговаривала с Бай Чуанем.

Бай Чуань посмотрел на этот палец, его усталое тело все еще протестовало, но он кивнул улыбающимся глазам Сяоя.

– Отлично, – Му Сяоя обрадовалась. – Сегодня мы пробежали километр, потом прибавим по сто метров каждый день, так что через месяц ты сможешь бегать…

Четыре километра!

Бай Чуань никогда не думал, что такая простая математическая задача вызовет у него желание упасть в обморок, когда он получит ответ. Должен ли он бегать каждое утро и испытывать эту настоящую боль, прогрессировать каждый день, а затем, через месяц, испытывать текущую боль в четыре раза?

– Я... я могу заболеть, – Бай Чуань чувствовал, что его нынешнее состояние было очень плохим. Если его нынешнее самочувствие ухудшится в четыре раза, он опасался, что заболеет.

– Этого не случится, – Му Сяоя со слезами на глазах замахала руками и улыбнулась. – Ты пытаешься найти оправдание, чтобы избежать бега?

– Я этого не делал, – Бай Чуань был очень огорчен. Он не искал оправданий. Он очень боялся, что заболеет.

– Так ты хочешь бегать или нет?

– Бегать, – обиженно согласился Бай Чуань.

Преуспевающая Му Сяоя ухмыльнулась: – Пойдем завтракать.

Девушка оторвала своего мужа от земли, и они вернулись в домик завтракать. Как только они добрались до деревянного дома, у Лян Ноно, которая должна была готовить завтрак, случился эпилептический припадок, и она безумно улыбалась, сидя за обеденным столом со своим мобильным телефоном.

Когда она спросила, она знала, что это было связано с тем, что магазин Таобао Лян Ноно имел чрезвычайно удивительные показатели продаж прошлой ночью. В это время она была очень счастлива, ища помощи.

Чтобы отправить товар как можно скорее, Лян Ноно организовала сотрудников, чтобы собрать и упаковать в быстром темпе, и не было времени развлекать подругу. Му Сяоя не возражала. Во второй половине дня она взяла с собой еду и воду, чтобы устроить пикник в горах с Бай Чуанем.

За вишневым садом в одном повороте было озеро, мимо которого они пробегали каждое раннее утро, если подняться от него, можно было увидеть пышный склон холма, где был чистый ручей, извивающийся вниз к деревне под горой. Сидя у ручья, вы можете наслаждаться панорамным видом на всю горную деревню, которая является лучшим живописным местом в Лянцзя.

На этом месте Му Сяоя положила большую скатерть для пикника в тени дерева, а затем разложила еду и фрукты, которые Ноно приготовила для них.

– Сяо Чуань, тебе здесь нравится? – спросила Му Сяоя у Бай Чуаня.

– Да, здесь тихо, – затем Бай Чуань снова посмотрел на бегущий ручей. – Это очень мило.

– Тогда мы останемся здесь, пока не стемнеет? Ноно сказала, что по вечерам будут светлячки, и мы можем подождать, чтобы увидеть их, – Му Сяоя никогда не видела светлячков, все ее знания о светлячках были из фотографий и телевизора.

– Да, – Бай Чуаню здесь нравится, и, естественно, у него не было никаких проблем. Он сидел под деревом с книгой и внимательно ее читал.

Му Сяоя также достала свой собственный проект дизайна, села рядом с Бай Чуанем и начала проектировать первую пару обуви после своего перерождения.

Если у нее и есть какие-то неожиданные достижения, помимо Бай Чуаня, после ее перерождения, то это, вероятно, ее знание модных тенденций в течение четырех лет в будущем. За последние четыре года Му Сяоя разработала много обуви, большинство из которых – женские туфли на высоком каблуке, но женские туфли на высоком каблуке, которые она разработала раньше, имеют очень высокие требования к коже и качеству изготовления. Это не подходило для маленькой студии, которую они с Фан Хуэй только что создали. Итак, Му Сяоя планировала разработать несколько недорогих и простых в продаже ботинок.

Кроссовки – одна из самых часто носимых пар обуви, и они подходят для весны, лета, осени и зимы, поэтому независимо от сезона, когда бы они ни были сделаны, есть рынок для продажи. Пока девушка размышляла, кисти в ее руках продолжали рисовать контуры кроссовок. Вскоре она нарисовала основу. Затем Му Сяоя сделала паузу, задумалась на некоторое время, затем кисть в ее руке снова зашевелилась и слегка очертила несколько линий на чистой обуви, сделав чистую белую обувь более модной, но не громоздкой.

Затем Му Сяоя нарисовала несколько боковых видов этой пары обуви соответственно в нижней части чертежа дизайна и отметила различные измерения и необходимые материалы для обуви в деталях, чтобы предотвратить искажение обуви в процессе производства.

После рисования Му Сяоя перевернула страницу и планировала нарисовать новый проект дизайна. Она намеревалась изменить дизайн некоторых частей первоначального проекта, чтобы обувь отражала разные чувства. Уже собираясь рисовать, она вдруг вспомнила, что давно не обращала внимания на Бай Чуаня, и обернулась, чтобы посмотреть на него.

Она увидела, что Бай Чуань все еще сидит под деревом и читает книгу. Она не знала, когда лист упал ему на голову, но он этого не заметил.

– Сяо Чуань, – внезапно позвала Му Сяоя.

Тело Бай Чуаня, казалось, было снабжено специальным переключателем, который чувствовал Му Сяоя. Му Сяоя просто издала какой-то звук, и он тут же поднял голову.

– Ничего, – Му Сяоя на самом деле просто хотела позвать Бай Чуаня, но после этого ей нечего было сказать, поэтому она улыбнулась и повернула голову, чтобы продолжить рисовать свой собственный проект дизайна.

Бай Чуань замер на две секунды, видя, что Му Сяоя игнорирует его. Он не сердился и продолжал смотреть вниз, чтобы прочитать свою книгу. Молчаливое понимание пронизывало их обоих, и оба были спокойны, как картинка. Во всей этой гармонии не было слышно ни единого звука, кроме журчания ручья и пения птиц.

Му Сяоя умело нарисовала второй дизайнерский рисунок и только что закончила основу. Внезапно перед ее глазами потемнело, она подсознательно посмотрела на небо и тут же нахмурилась.

Она не заметила, когда это большое черное облако проплыло над ее головой. Небо в горах действительно быстро меняется.

– Сяо Чуань, будет дождь. Давай быстро вернемся, – Му Сяоя закрыла чертеж, встала и побежала к Бай Чуаню. Но она недооценила скорость грозы. Му Сяоя только успела вытащить Бай Чуаня из-под дерева, и пошел дождь.

Они оба мгновенно промокли насквозь.

Му Сяоя это не слишком волновало. Она засунула чертеж и книгу Бай Чуаня в рюкзак, затем присела на корточки, чтобы собрать скатерть для пикника и еду.

Бай Чуань тупо стоял под дождем, и какое-то время он не мог ответить и не знал, что делать. Он хотел помочь Му Сяоя, но ему было очень неудобно из-за своего липкого тела. Он сумел проигнорировать свой дискомфорт и сделал два шага в направлении Му Сяоя. Внезапно в небе раздался раскат грома, и разразился грохот.

Все тело Бай Чуаня застыло, а в голове воцарился хаос.

Му Сяоя завернула скатерть для пикника с земли в шар, небрежно подняла ее, повернулась к Бай Чуаню, который стоял сбоку, и сказала: – Сяо Чуань, пойдем к подножию горы, чтобы избежать дождя.

Затем Му Сяоя взяла инициативу на себя, чтобы бежать вниз по горной дороге, но после бега некоторое время она вдруг обнаружила, что Бай Чуань не двинулся вслед за ней, и обернулась.

– Сяо Чуань?

На этот раз чрезвычайно чувствительный переключатель Бай Чуаня на Му Сяоя, казалось, был неисправен. Он стоял под дождем, как кусок дерева, неподвижно, позволяя дождю все больше и больше заливать его тело.

– Сяо Чуань, – крича, Му Сяоя побежала обратно к Бай Чуаню. Только когда она подошла к Бай Чуаню, в небе раздался еще один раскат грома, он был громче предыдущего и напугал Му Сяоя.

– Ах, ах!~~~

Хаотичный мозг Бай Чуаня, казалось, раскололся от этого грома. Он вскрикнул быстро, как испуганный зверь, в ужасе повернулся и, спотыкаясь, упал в яму у большого дерева.

– Сяо Чуань, – Му Сяоя была встревожена, но она не могла бояться. Она бросилась вперед и вытащила Бай Чуаня за руку, чтобы он не спрятался под деревом.

В это время Бай Чуань совсем потерял рассудок. Он боролся в панике, пытаясь освободиться от хватки девушки, и изо всех сил бежал в направлении большого дерева.

*Бум!*

Раздался еще один удар грома, и все тело Бай Чуаня содрогнулось, он в шоке присел на корточки прямо на землю. Он схватился за голову и задрожал.

– Сяо Чуань, вставай. Давай уйдем отсюда, – гром становился все громче, а дождь все сильнее. Му Сяоя была в ужасе. Это была гора. Здесь не только нет громоотводов, но и полно деревьев. Это слишком опасно, когда идет гроза. Она должна отвести Бай Чуаня вниз с горы.

– Ах, ах, ах... – Бай Чуань скорчился на земле, крепко зажмурившись, и короткий крик сорвался с его губ. Как бы Му Сяоя ни звала его, он не отвечал. Он выглядел испуганным, как беспомощный и уязвимый ребенок.

– Сяо Чуань, вставай. Гора слишком опасна, мы должны спуститься, – Му Сяоя сильно потянула, но она была слишком слаба, чтобы тянуть Бай Чуаня. Она даже несколько раз поскользнулась и упала на землю из-за чрезмерной силы.

– Сяо Чуань, ты должен встать. Давай спустимся с горы, – Му Сяоя хотела заплакать, но Бай Чуань не мог видеть ее слез. Она была расстроена как никогда раньше. Она переоценила себя. Психологические приготовления, которые она сделала, и меры, направленные на то, чтобы справиться с состоянием Бай Чуаня, в данный момент были бессильны. Глубокое чувство слабости вместе с дождем пронизывало ее тело и разум.

«Что же делать? Что же делать?»

*Бум! Бум!*

Раздался еще один удар грома, и тело Бай Чуаня содрогнулось от каждого удара.

Му Сяоя стиснула зубы и вдруг тряхнула тряпкой у своих ног, прикрывая их головы от дождя. Она опустилась на колени и села рядом с Бай Чуанем, закрыв его уши обеими руками, крепко держа голову Бай Чуаня в своих руках.

– Не бойся, я здесь.

– Не бойся, ничего не случится, не бойся! – Му Сяоя разговаривала с Бай Чуанем и с самой собой.

Грозовой ливень продолжался, беспорядочно сметая землю, ручьи в горах становились все более и более бурными, а деревья опрокидывались. Но место, накрытое скатертью для пикника, кажется их собственным миром, стоящим неподвижно на ветру и дожде.

Примечания автора:

Еще две главы для восхваления сварливого краба (#^.^#)

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 25 - Первый поцелуй

Дождь в горах лил как из ведра, но после получасового ливня он наконец прекратился.

Му Сяоя почувствовала, что небо становится все светлее. Она посмотрела вниз на Бай Чуаня, который сжался в ее объятиях, его глаза все еще были плотно закрыты, его лицо было белым, он был явно напуган. Дождь лил на них почти полчаса, хотя одеяло для пикника имело некоторую степень водонепроницаемости, было очевидно, что их одежда промокла. Му Сяоя вздрогнула, чувствуя, как холод проникает внутрь ее тела, ее губы слегка посинели.

– Сяо Чуань, – Му Сяоя прошептала имя Бай Чуаня, ее голос дрожал от холода.

Ресницы Бай Чуаня дрогнули, но он по-прежнему не открывал глаз. Однако Му Сяоя почувствовала облегчение внутри, потому что он отреагировал на ее голос, это означало, что Бай Чуань вышел из состояния крайнего страха.

– Сяо Чуань, дождь прекратился, грома больше нет, давай вернемся, – Му Сяоя попыталась отодвинуть руки от ушей Бай Чуаня.

– М-м-м ... – когда руки Му Сяоя только шевельнулись, Бай Чуань бессознательно затрясся, чувствуя, что грохочущий гром все еще звучит у него в ушах, он инстинктивно прижался к рукам девушки, боясь, что заплачет.

– Не бойся, я здесь, я с тобой, – Му Сяоя терпеливо успокаивала его, какое-то время она понятия не имела, что делать.

На самом деле нормальный человек тоже будет напуган таким яростным громом, не говоря уже о таком аутичном человеке, как Бай Чуань. Однако обычный человек может быстро успокоить свои эмоции после того, как испугается, и когда поймет, что реальной опасности нет, он может быстро избавиться от этого страха. Однако Бай Чуань не может этого сделать. Гром снаружи прекратился, но все еще продолжался в мире Бай Чуаня.

Она должна была найти способ отвлечь внимание Бай Чуаня, заставить его почувствовать, что гром не так уж страшен и опасен, чтобы он смог освободиться от страха.

Как это сделать? Му Сяоя успокоилась и тщательно обдумала услышанное. В это время Бай Чуань еще не полностью очнулся, и хотя Бай Чуань откликнулся на ее голос, но этой реакции было недостаточно, чтобы разбудить его, так что же еще она могла сделать?

Только что Бай Чуань наклонился к ней, несмотря на ее попытки разбудить его, так что Му Сяоя снова закрыл уши. В это время Му Сяоя опустила голову и обнаружила, что держит лицо Бай Чуаня в своих ладонях. Внешность Бай Чуаня была действительно изысканной, его кожа была светлой без единого изъяна, длинные и густые ресницы, высокая переносица, тонкие губы... которые выглядели привлекательными, пока она опускала голову…

«Это выглядит... странно восхитительно, что происходит?»

Внутри мир Бай Чуаня был ужасен, с большими и темными облаками, плывущими вокруг, они закрывали некогда голубое небо, дождь лил, не прекращая, оставляя его без укрытия. Тепло перед ним было единственной опорой, которую он мог найти в этой бесконечной темноте. Кто излучает это знакомое тепло? Оно было очень знакомо, конечно, он даже мог вспомнить его…

Бай Чуань напряженно думал, у него было предчувствие, что как только он вспомнит, кому принадлежит это тепло, гром немедленно прекратится.

Внезапно что-то еще более теплое и мягкое вошло в его мир, знакомый запах, принесенный этим теплом, окутал его изнутри и заполнил нос. В хаотичном мозгу Бай Чуаня темное небо, казалось, внезапно раскололось, открыв яркое и ясное небо позади, когда он, наконец, вспомнил кое-что.

Это запах Сяоя.

Бай Чуань резко открыл глаза. В тусклом свете он увидел силуэт девушки, очень, очень близкий к нему. Это было даже ближе, чем когда Му Сяоя лежала ночью в его объятиях, в этот момент он даже мог сосчитать количество ее ресниц. Два глаза, верхние и нижние веки, всего 268 ресниц.

«Что делает Сяоя? Она что, целует меня?»

Верно, Му Сяоя целовала его. Она не могла сдержаться, в конце концов, она была соблазнена красотой мужчины и поцеловала Бай Чуаня.

Когда Му Сяоя наконец заметила перемену в Бай Чуане, она поняла, что он очнулся. Она удивленно открыла глаза и встретила любопытный взгляд Бай Чуаня. Бай Чуань не имел ничего против поцелуя, это также то, что должны делать влюблённые, Му Сяоя подумала, что так и была захвачена внезапным импульсом углубить их поцелуй. Она остановилась на некоторое время, и прошептала тихим голосом: – Открой свой рот.

Бай Чуань послушно открыл рот, и Му Сяоя снова придвинулась, вторгаясь на его территорию, как будто она феодал в своей собственной стране.

Как раз в тот момент, когда два неумелых языка собирались соприкоснуться, в их тесном пространстве внезапно раздался звон несвоевременного телефонного звонка.

Му Сяоя резко отпустила Бай Чуаня, ее лицо было таким красным, что она походила на вареную креветку. Было очевидно, что она начала первой, но в этот момент она казалась девочкой, у которой обманом украли первый поцелуй, она была так застенчива, что не осмеливалась поднять глаза.

– Алло, – Му Сяоя подняла свой чересчур качественный телефон, он все еще не был сломан даже после того, как он промок под этим сильным ливнем.

– Муму, где ты? Только что шел сильный дождь, ты в порядке? – звонила Лян Ноно.

– Я в порядке, мы возвращаемся прямо сейчас, – Му Сяоя бросила неосознанный взгляд на Бай Чуаня. В это время Бай Чуань был совершенно спокоен, его глаза сияли еще ярче, чем прежде. Он казался более энергичным, но его лицо все еще было бледным. – Помоги нам приготовить имбирный суп.

Повесив трубку, Му Сяоя подняла клетчатое одеяло, которым они были накрыты. Внезапный яркий свет ослепил их обоих, и они невольно прищурились.

– Видишь, дождь прекратился, – изо всех сил стараясь не обращать внимания на смущение, Му Сяоя улыбнулась Бай Чуаню.

«Не стыдно, не стыдно, мы же муж и жена, в конце концов, поцелуй – это ничто. Кроме того, Бай Чуань может и не понять, что это значит».

– Да, – Бай Чуань ответил согласием. Дождь прекратился, он знал об этом с того момента, как Му Сяоя вывела его из темноты.

– Тогда давай вернемся, – Му Сяоя встала и потянула за собой Бай Чуаня. Будучи так долго под проливным дождем, эти два человека, можно сказать, промокли насквозь, словно крысы. Они промокли с головы до ног, снаружи и внутри, кроме того, их одежда была тонким летним одеянием, в этот момент она была плотно приклеена к их телам, что было довольно неудобно.

Черное нижнее белье Му Сяоя было еще более заметным под ее белой рубашкой.

Бай Чуань не смог отвести от нее взгляд.

– На что ты смотришь? – Му Сяоя подсознательно прикрыла грудь.

Бай Чуань моргнул, он не понимал, почему Му Сяоя хочет спрятаться, он просто неосознанно чувствовал, что черный цвет под ее белой одеждой был таким ярким.

– Черный, – поскольку Сяоя спросила его, на что он смотрит, он должен был ответить.

– ... – девушку внезапно охватила паника. Этот прямой ответ действительно может лишить кого-то дара речи.

«Черный – это черное нижнее белье, или он просто смотрел на черный цвет?» Разум девушки говорил ей, что «черный» Бай Чуаня, должно быть, говорил, что он смотрит на что-то черное, но ее мозг все еще воспринимал происходящие в другом ключе, и воображение показывает ей что-то, что не подходит для детей.

Самым неразумным было то, что она, очевидно, просто помогала своему собственному мужу, но у нее все еще проскальзывают мысли, что он просто использует ее, хватит!

– Сяо Чуань, – сделав глубокий вдох, Му Сяоя попыталась успокоиться, – если одежда девушки мокрая, было бы невежливо с твоей стороны так на нее смотреть, хорошо?

– Да, – Бай Чуань кивнул головой, давая понять, что все понял.

Му Сяоя вздохнула с облегчением, затем услышала, как Бай Чуань снова спросил.

Ему нравится смотреть на Му Сяоя, потому что он чувствует себя необъяснимо непринужденно, когда смотрит на нее.

– Если твой муж спросит тебя, может ли он смотреть, когда твоя одежда мокрая, как ты на это ответишь?

– О боже, – Му Сяоя плакала от стыда. Если бы она не знала, что Бай Чуань был таким невинным, она действительно подумала бы, что Бай Чуань дразнил ее.

– Я не могу? – Бай Чуань почувствовал себя немного потерянным, но все же отвернулся и перестал смотреть на Му Сяоя.

– Можешь, – Му Сяоя стиснула зубы, – только когда мы одни.

«Забудь об этом, свидетельство о браке было выдано, губы соприкоснулись, пусть смотрит, если хочет, я ничего не потеряю от этого».

Бай Чуань тут же засиял от радости.

– Поторопись, помоги мне собрать вещи, нам нужно вернуться, – только что хлынувший дождь разбросал все вещи, которые они принесли, Му Сяоя и Бай Чуань также собрали мусор, чтобы не загрязнять окружающую среду.

Когда они вернулись в Вишневый сад, Лян Ноно была потрясена, увидев эту пару в таком жалком состоянии. Она быстро заставила их двоих принять ванну и переодеться, а затем приготовила имбирный суп и лекарства от простуды, но Му Сяоя все равно простудилась на следующий день.

Ее ужасно морозило, и Му Сяоя даже не могла подняться с кровати.

– Ах, почему бы тебе просто не схватить Бай Чуаня и не бежать домой? Это же самый обычный дождь, Бай Чуань в порядке, а ты стала похожа на медведя, – Лян Ноно дала подруге лекарство от простуды, ругая ее, – я думаю, что в будущем тебе следует больше тренироваться.

– Я уже в таком состоянии, но ты все еще смеешься надо мной, – Му Сяоя села на кровати при поддержке Бай Чуаня и проглотила холодное лекарство, запив теплой водой, которую дала ей Лян Ноно.

– Давай узнаем, нет ли у тебя лихорадки, – Лян Ноно передала ей градусник.

– В этом нет необходимости.

– В деревне нет врача, и если у тебя сильная лихорадка, то я должна отвезти тебя в округ заблаговременно. Поторопись и измерь, я отвезу тебя в больницу, если у тебя высокая температура.

Му Сяоя чувствовала, что ее собственная температура не была высокой, но когда она снова захотела отказаться, Бай Чуань внезапно протянул руку, чтобы взять термометр у Лян Ноно, и молча уставился на Му Сяоя. На самом деле Бай Чуань тоже не любил больницы, но он знал, что больницы – это место для лечения болезней. Он не хотел, чтобы Сяоя попала в больницу, но хотел, чтобы она была здорова.

– Я сама измерю себе температуру, – столкнувшись с пристальным взглядом Бай Чуаня, Му Сяоя не могла продолжать упорствовать и приняла свою судьбу, чтобы измерить температуру, положив градусник под мышку, и откинулась на кровать.

– Я вернусь через десять минут, – Лян Ноно встала и пошла по своим делам.

Му Сяоя чувствовала себя неловко и беспокоилась о Бай Чуане. Она взглянула на него и сказала: – Тебе также следует принять лекарство от простуды, просто для профилактики.

– У меня нет простуды, – Бай Чуань не любил принимать лекарства. С тех пор как он был еще ребенком, бабушка давала ему много лекарств, особенно когда он болел, он должен был принимать десятки различных лекарств в день. Съев их, он чувствовал дискомфорт в желудке и головокружение.

– Но у меня простуда, ты же всегда со мной, ты тоже можешь заразиться.

– Все в порядке.

– … – Му Сяоя обнаружила, что Бай Чуань может быть очень упрям, – тогда тебе нельзя оставаться со мной, если ты не примешь лекарство.

Бай Чуань молча посмотрел на жену, затем послушно взял лекарство из коробки, чтобы предотвратить простуду. Он небрежно взял воду, которую Му Сяоя еще не допила, и запил ею лекарство.

Му Сяоя сразу же почувствовала удовлетворение. Хотя иногда он бывает довольно упрямым, но все равно послушный. Однако самым большим сюрпризом в этом событии было не то, что она заболела, а то, что Бай Чуань очень хорошо выздоровел после того, как приступ повторился. В нем почти не осталось отрицательных эмоций, и он не извинился перед ней из чувства собственной вины. Значит ли это, что Бай Чуаню снова стало лучше?

Через десять минут Лян Ноно вернулась и взглянула на термометр. У Му Сяоя была низкая температура, и ей не нужно было идти в больницу. Хотя ей не нужно было идти в больницу, но ее выздоровление затянулось, она испытывала головокружение в течение двух дней и кашляла в течение трех дней, прежде чем ее дух вернулся к ней.

Сегодня выздоравливающие Му Сяоя и Бай Чуань вышли на прогулку, а когда вернулись к обеду, то увидели Лян Ноно с мрачным лицом, разговаривающего с кем-то по телефону.

– Ноно, что случилось? – дожидаясь, пока разговор закончится, Му Сяоя с беспокойством спросила.

– Мой племянник, этот маленький предок, не хочет есть, и это действительно сводит меня с ума до смерти, – Лян Ноно выглядела беспомощной.

Племянник Лян Ноно был ребенком ее старшей сестры. Сестра Лян Ноно рано вышла замуж, так что теперь ребенку было почти десять лет и он учился в третьем классе. Поскольку она была больна в эти дни, родители Лян Ноно вернулись из дома старшей дочери и привезли своего внука. Однако когда пожилая пара вернулась, то они отправили ребенка в Вишневый сад и сказали Лян Ноно позаботиться о нем. Лян Ноно уже однажды жаловалась ей на это.

– Это потому, что погода нынче жаркая? Почему бы тебе не взять для него несколько арбузов? – в жаркую погоду люди легко теряют аппетит.

– И что, если погода жаркая? Он просто не хочет есть, только умеет решать примеры.

– Решать примеры?

– Да, это так, – Лян Ноно беспомощно сказала: – Мой племянник – ботаник. Когда другие дети любят играть снаружи, он любит только учиться в доме. Не важно, зима это или лето, выходные или каникулы, если он не читает книги, он будет решать примеры. У него хорошие оценки, но моя сестра боится, что он станет затворником, поэтому она заставила его приехать сюда, желая, чтобы он провел хорошие летние каникулы в сельской местности. Но в конце концов он просто принес несколько книг по математике и каждый день решал математические вопросы.

– Есть еще такой ребенок, который любит так учиться? – Му Сяоя была удивлена.

– Ты тоже думаешь, что это странно, – Лян Ноно горько усмехнулась. – Я только что хотела попросить его поесть, но он сказал, что я нарушила его мыслительный процесс и что он должен решить математическую задачу в книге, прежде чем сможет поесть. Он также сказал, что если я хочу, чтобы он поел, то я должна помочь ему решить эту задачу.

– А ты не можешь ее решить? – спросила Му Сяоя.

– Ты ее еще не видела! Это не математика уровня начальной школы! Я не могу понять ни одной задачи, написанной там, – она не только не понимала этого, но и получила глубокое презрение своего племянника; он спрашивал, почему тетя, которая окончила колледж, все еще не может заниматься математикой уровня начальной школы. Лян Ноно почувствовала пощечину на своем лице, но она все еще не могла опровергнуть это.

– Я только что позвонила своей сестре, и она сказала, что тоже не может сдвинуть его с места, когда он решает свои задачи, поэтому она просто позволила мне делать все что угодно. Я немедленно пойду и схвачу его, – свирепо сказала Лян Ноно.

Если слова не помогут, Лян Ноно намеревалась применить силу.

Му Сяоя подняла брови и посмотрела на уходящую Лян Ноно. Через некоторое время она вытащила маленького толстого мальчика в очках.

– Сначала поешь!

– Нет! Я еще не решил этот пример!

– Сначала поешь, а потом можешь продолжать!

– Не хочу! К тому времени я все забуду!

– Если забудешь, ты сможешь подумать позже, только сначала поешь!

– Как насчет того, чтобы одолжить мне компьютер? Я спрошу своего одноклассника в интернете.

– Не волнуйся, твоя мама уже разрешила тебе играть все летние каникулы, тебе больше ничего не нужно делать.

Му Сяоя видела, что эти двое становятся все более и более шумными и еда скоро остынет. Хотя сейчас лето, но холодная еда все равно потеряет вкус.

– Ладно, ладно, разве это не просто решение некоторых математических задач? Пойдем, я тебе помогу.

Два человека, которые тянули друг друга, остановились и сказали в унисон:

– Ты можешь это сделать?

Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня с гордой улыбкой.

Примечание автора:

Бабушка Бай спрашивает семилетнюю Му Сяоя.

Бабушка Бай . Сяоя, почему ты хочешь играть с Сяо Чуанем, как только видишь его?

Семилетняя Сяоя. Потому что он мне нравится.

Бабушка Бай. Что тебе нравится в нем?

Семилетняя Сяоя. Нравится его симпатичное лицо…

Бабушка Бай. Дети в наше время... уже начали обращать внимание только на внешность…

Это было то, что бабушка Бай думала, когда она пошла на кухню, чтобы захватить тарелку с фруктами.

Семилетняя Сяоя шла впереди девятилетнего Чуаня . Брат Бай Чуань, я хочу поцеловать тебя.

Девятилетний Чуань даже не поднял головы.

Семилетняя Сяоя. Ты не сказал, что не согласен, поэтому это молчаливо согласие.

Через некоторое время раздалось громкое и ясное «му-у-а~», девятилетний Чуань все еще не поднимал головы.

Семилетняя Сяоя быстро нашла бумажные полотенца и с нечистой совестью вытерла слюну с лица Бай Чуаня, боясь, что бабушка Бай узнает об этом.

П. п.: /// UwU/// Сяоя ты была намного решительнее в детстве! Но! Мы дождались поцелуя! Ура-а-а! Ребятки празднуем!

Задачи маленького толстячка ММО – это задачи уровня Международной математической олимпиады.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 26 - Кокетство

Му Сяоя взяла у пухленького Лю Цюя задачи ММО и тетрадь и передала их Бай Чуаню.

Бай Чуань бросил только один взгляд и немедленно сообщил ответ:

– 128.

– Напиши подробное решение, – Му Сяоя была беспомощна.

– О, – затем Бай Чуань взял ручку и написал на листке бумаги, не прошло и минуты, как он закончил записывать решение.

Увидев потрясенные глаза Лян Ноно и маленького толстячка, Му Сяоя почувствовала себя немного гордой, но притворилась небрежной и передала им бумагу:

– Теперь мы можем поесть.

Лю Цюй был слишком нетерпелив, он быстро забрал бумагу и посмотрел на простой и ясный процесс решения на нем, он сразу же посмотрел на Бай Чуаня с лицом, полным поклонения.

– Как ты до этого додумался? – глаза маленького толстячка были полны звезд, сияющих с обожанием, он спросил громким голосом, жалея, что Бай Чуань просто проигнорировал его. Увидев, что звезды в глазах малыша вот-вот погаснут, Му Сяоя посмотрела на него с жалостью. Она ткнула пальцем в Бай Чуаня, и тот наконец поднял голову.

– Он спросил, как ты догадался, – Му Сяоя повторила вопрос маленького мальчика.

– Я понял это с первого взгляда.

– ... – Интеллект смертного нельзя сравнить с интеллектом гения.

Лорд-ученый всегда любит играть с другим лордом-ученым, пухлый мальчик Лю Цюй сразу же стал считать Бай Чуаня своим кумиром и все время бегал вокруг него, большой брат то, большой брат се, кричал и настаивал на том, чтобы «поиграть» с ним, заставляя Бай Чуаня раздраженно хмуриться.

Эта редкая сцена заставила девушку полностью отказаться от мыслей отослать ребенка прочь, она больше не мешала маленькому толстячку приставать к Бай Чуаню.

Однако после того, как Лю Цюй раздражал Бай Чуаня в течение всего дня, он наконец получил ответ Бай Чуаня.

– Старший брат Бай Чуань, как мне учиться, и какие знания я должен усвоить, чтобы стать таким же умным, как ты?

– Ты не можешь этого сделать.

– Я буду очень много работать.

– Ты все равно не сможешь этого сделать, даже если будешь усердно работать всю жизнь.

– ...Ва-а-а~! – маленький мальчик, которому сказали грубость, плакал и больше не приставал к Бай Чуаню.

Бай Чуань расслабил брови, чувствуя, что весь мир в конце концов снова стал мирным и спокойным.

– Сяо Чуань, что ты делаешь, говоря ему это? – Му Сяоя чувствовала, что не знает, смеяться ей или плакать.

– Я ничего не делал, – лицо Бай Чуаня было невинным и чистым, – я родился таким, он не сможет этого сделать.

– ... – хорошо, это кажется разумным.

– Бай Чуань, ты сделал это великолепно! – хотя Лю Цюй и плакал печально, но Лян Ноно была так счастлива. Она достала учебник ММО своего племянника и протянула его Бай Чуаню: – Реши все вопросы здесь. Не оставляй ему ничего, я посмотрю, сможет ли он все еще удручающе прятаться внутри, если нет никаких задач, которые он может решить.

– ... – Такой тетушки, которая обманывает собственного племянника, больше нет, кроме Лян Ноно.

В учебнике ММО для начальной школы есть только несколько тем, и Лю Цюй сделал почти половину из них, поэтому Бай Чуаню потребовалось всего полчаса, чтобы закончить остальные задачи вместе. После того, как он закончил решать эти задачи, Му Сяоя взяла Бай Чуаня посмотреть на светлячков.

В прошлый раз, когда они пошли на берег реки, чтобы посмотреть на светлячков, ливень с грозой нарушил их планы, и Му Сяоя даже слегла с болезнью на несколько дней. Теперь, когда ей стало лучше, Му Сяоя снова вспомнила об этом. Они побрызгали немного противомоскитного средства и, держась за руки, направились к предыдущему склону холма.

В это время небо все еще было немного светлым, поэтому им пришлось ждать, пока небо не станет полностью темным, и тогда должны были появиться светлячки.

Они сидели у ручья и терпеливо ждали. Му Сяоя повернула голову и посмотрела на Бай Чуаня, который вертел в руках наушники. Она не могла удержаться, чтобы не спросить с любопытством:

– Что ты делаешь?

– Записываю, – ответил Бай Чуань.

– Наушники могут записывать? – удивилась Му Сяоя.

– Да, – «Сяоя опять забыла, продавец ясно объяснила это, когда мы покупали это».

– Тогда что же ты записываешь?

– Записываю звуки здесь, мне нравится их слышать.

– Какие звуки?

Бай Чуань промолчал. Он включил режим записи, а затем поднял наушники перед собой. Му Сяоя на мгновение побледнела и вскоре поняла, что звуки здесь относятся к звукам природы.

Журчание бегущего ручья, время от времени дующий ветер, пение птиц издалека, жуки на траве и шелест листьев вокруг них…

Все эти звуки смешались вместе, они не проиграли ни одной великой симфонии в этом мире. Похоже, Бай Чуаню здесь очень понравилось, и он хотел записать их.

Му Сяоя не беспокоила его и тихо сидела в стороне, ожидая так же тихо, как когда-то Бай Чуань ждал ее, она просто смотрела на него, записывающего звуки природы, ожидая появления светлячков.

Внезапно из ручья поднялся слабый свет, за ним последовала вторая точка и третья точка, все больше и больше света поднималось из мокрой травы, освещая глаза Му Сяоя. Она хотела позвать Бай Чуаня, но обнаружила, он тоже смотрит в эту сторону, держа наушники.

Вскоре вылетели еще светлячки, и маленькие склоны холмов мгновенно осветились их мерцающими теплыми огнями. Они сидели неподвижно, чувствуя себя так, словно находятся в центре мерцающего млечного пути.

– Я впервые смотрю на светлячков, – Му Сяоя не смогла сдержать благоговейный вздох.

– Это не так.

– Что?

– Ты уже видела это раньше, – у Му Сяоя всегда была плохая память, но Бай Чуань помнил все, – ты видела это, когда тебе было шесть лет.

– Когда мне было шесть? – Му Сяоя нахмурилась, пытаясь вспомнить, видела ли она светлячков, когда была ребенком, но тщетно.

– В бабушкином дворе вдруг появились два светлячка. Ты была очень счастлива и напевала тогда, – Бай Чуань вспомнил, что это был 128-й день его знакомства с Му Сяоя. На ней была цветастая юбка и розовые сандалии, когда она пришла к бабушке поесть арбуз.

– Я пела? – Му Сяоя удивленно вскинула брови. Однако, когда ей было шесть лет, она все еще была в детском саду в то время, она, казалось, любила петь, когда была ребенком.

– Да, после этого ты больше не пела, – голос Бай Чуаня, казалось, был полон сожаления.

Му Сяоя повернула голову, посмотрела на Бай Чуаня и почувствовала, что вернулась в свое детство: \

– Хочешь послушать, как я пою?

– Хочу, – голос Бай Чуаня бессознательно стал чуть громче в предвкушении.

– Подожди немного, я найду музыкальное сопровождение, – Му Сяоя рассмеялась и достала свой телефон, открыла приложение и с трудом нашла «Обычный день», – я думаю, что эта песня особенно подходит.

Дело не в том, что Му Сяоя была самовлюбленной, она действительно пела довольно хорошо, она также выиграла десять лучших певческих наград кампуса. Однако она уехала учиться за границу, ее учебный и рабочий график были слишком плотными, из-за чего она постепенно забыла, что на самом деле любит петь.

Заиграла музыка, Му Сяоя последовала за ритмом и естественно и точно вошла в музыку.

Я просыпаюсь естественно в семь тридцать каждое утро

Звенит колокольчик ветра, и это день с легкими облаками

Запах нагретой солнцем одежды очень успокаивает

Все мягко и спокойно

На каждом перекрестке на солнце распускаются цветы

Из крошечного магазина доносятся звуки прекрасной песни о любви

Не займет много времени, чтобы прибыть в мой пункт назначения

Проходящие мимо люди полны доброжелательности

Это самый обычный день

Ты тоже по нему скучаешь?

Бай Чуань слушал с отсутствующим выражением лица, казалось, что-то мерцало в его глазах, он крепко держал наушники в своих объятиях, не смел пошевелиться, боясь, что даже легкий ветерок нарушит эту песню.

…

На самом деле в Вишневом саду было не так уж много дел, вы можете испытать всю повседневную жизнь всего за один день, но пара не чувствовала, что это скучно. Напротив, они вели неторопливую жизнь. Бай Чуань любил тишину и спокойствие в Вишневом саду, в то время как Му Сяоя чувствовала себя живой, каждый день был полон смысла.

Поскольку оба человека были в хорошем настроении, они взяли корзину и помогли Лян Ноно оборвать плоды вишневого дерева. Они выбирали те, что выглядели особенно аппетитно, и Бай Чуань старательно передавал их Му Сяоя. После того, как Му Сяоя съедала их, Бай Чуань улыбался до тех пор, пока его глаза не начинали щуриться от счастья. Иногда, когда им хотелось прогуляться, они отправлялись в поле в горах и собирали арбузы, чтобы поесть. Постукивание по арбузам было также интересным занятием, хотя Му Сяоя пыталась научиться этому в течение половины дня, она все еще не могла сказать, какой арбуз был спелым, а какой нет. Именно в это время Бай Чуань продемонстрировал свое впечатляющее мастерство, поскольку он, казалось, был способен различать звуки каждого арбуза от природы и легко выбирал самый сладкий из них.

– Я оставлю покупку фруктов на тебя.

– Да.

После сбора арбуза и возвращения в Вишневый сад они помещали его в колодец, чтобы охладить на одну ночь, и можно считать, на следующий день обед был готов.

Когда у Лян Ноно было немного свободного времени, она заставляла их вдвоем заниматься разработкой продуктов, таких как вишневое вино и вишневое варенье. Для брожения вина требуется время, так что за это время они научились варить варенье. Однако Бай Чуань, который всегда был умным, казалось, не мог разобраться в этой области, так как он ничего не мог понять, несмотря ни на что. В конце концов он только помогал собирать вишню и передавал ее жене, которая затем перерабатывала ее в варенье.

Они пробыли в Вишневом саду еще несколько дней, прежде чем Му Сяоя наконец решила уехать. На самом деле они уже пробыли здесь почти полмесяца, хотя и не хотели уезжать, но в конце концов им пришлось это сделать.

Перед отъездом Лян Ноно нагрузила Му Сяоя множеством сувениров, а также вишневым вареньем и вином, которые они производили в Вишневом саду.

– Почему бы тебе не остаться еще на несколько дней? Я в последнее время была так занята с интернет-магазином, и я не могла вас долго развлекать, – сказала Лян Ноно с некоторым чувством вины.

– Я больше не могу оставаться, Фан Хуэй отремонтировала студию. Я здесь уже полмесяца, и на полмесяца стала похожа на беспомощного лавочника (который просит других работать, но сам ничего не делает). Если я не вернусь, она, вероятно, захочет порвать со мной отношения, – вчера Фан Хуэй прислала ей сообщение, что студия отремонтирована, но она не захотела посылать ей фотографию, поэтому ей пришлось вернуться и осмотреть все самой. Сказать, что это был сюрприз, значило на самом деле побудить ее вернуться.

– Тогда ладно, приезжай в гости следующим летом.

– Хорошо, но ты не можешь встречать нас на грузовике или тракторе, – сказала Му Сяоя. Бай Чуаню здесь понравилось, и если он захочет приехать снова в следующем году, то Му Сяоя не будет возражать против поездки.

Лян Ноно подумала о ситуации, когда эти двое приехали, и сразу же рассмеялась, а затем лично поехала на фургоне своего отца, чтобы доставить их прямо на вокзал.

Два часа на зеленом поезде, один час на такси из аэропорта, и они наконец сели в самолет, возвращающийся в город Юнь. Когда она сказала семье, что они возвращаются, Ли Жун попросила дядю Ли заказать билеты, хотя это был лишь трехчасовой рейс, билеты были в первый класс.

Бай Чуань не привык к поездкам и в основном спал в поезде и самолете. Му Сяоя попросила у стюардессы два одеяла и дала одно Бай Чуаню, прежде чем тот надел наушники и закрыл глаза. Конечно, Му Сяоя использовала гарнитуру, которая шла вместе с самолетом, а Бай Чуань наушники, которые дала ему Му Сяоя.

Му Сяоя спала как в тумане, прежде чем резкий крик внезапно пронзил ее уши сквозь наушники прямо до барабанной перепонки. Му Сяоя резко открыла глаза, когда многие люди в первом классе проснулись одновременно. Стюардесса поспешно перебежала с заднего ряда в начало.

– Мадам, пожалуйста, помолчите.

– Извините, извините, я сейчас его успокою, – несколько усталый женский голос обратился к стюардессе, извиняясь перед немногочисленными пассажирами.

– Малыш, не плачь, сестра даст тебе конфет, – стюардесса хотела помочь ребенку успокоиться, но кто знал, что ребенок станет кричать еще громче, звук был таким резким, как будто он мог вонзиться прямо в мозг человека.

– Не трогай его, он боится прикосновений других людей, – после того, как женщина сказала это, она повернула голову, чтобы снова успокоить своего ребенка, – будь хорошим, Сяо Ман, будь хорошим, сделай глубокий вдох, не шуми, хорошо?

– А-а-а-а-а!!! – ребенок, казалось, стал еще более раздражительным, и его крики становились все более и более громкими, пока, наконец, другие пассажиры не потеряли терпение.

– Что ты делаешь как мать? Ты не можешь успокоить даже собственного ребенка.

– Этот парень уже не выглядит маленьким, почему он не может быть разумным?

– Простите, простите, у моего ребенка аутизм, он... он не хотел этого, простите... – женщина встала и поклонилась, искренне извиняясь.

Так это аутизм, неудивительно, что его так трудно успокоить.

Как только все это услышали, на их лицах отразилось сочувствие, и они больше не обвиняли ребенка. Они просто надели наушники, включили звук и перестали смотреть по сторонам.

Хотя все молчали, но женщине было очень стыдно. Она посмотрела на сына, который никак не мог успокоиться, стиснула зубы и беспомощно посмотрела в сторону стюардессы:

– Я дам ему лекарство.

Кроме этого, она не знала, как успокоить своего ребенка из-за его внезапного приступа, она не могла просто позволить ему кричать, плакать и раздражать других пассажиров.

– Да, – стюардесса тут же повернулась, чтобы налить воды.

Му Сяоя посмотрела на бледное и отчаявшееся лицо женщины. Она вдруг повернула голову и сняла наушники с головы Бай Чуаня.

– Одолжи мне их ненадолго, – после того, как Му Сяоя сказала это, она встала и подошла к соседнему ряду.

Женщина увидела, что Му Сяоя подходит к ней, и подумала, что это еще один пассажир, который разозлился на ее сына, и она немедленно извинилась. Му Сяоя помахала рукой, затем взяла наушники в руку. Перед удивленными глазами женщины она закрыла уши кричащего ребенка.

Плач ребенка постепенно стихал, и через некоторое время он наконец успокоился и послушно откинулся на спинку кресла.

– Это... – женщина удивленно посмотрела на девушку.

– Мои наушники звуконепроницаемы, и внутри звучит успокаивающая музыка, я подумала, что это может быть полезно для вашего ребенка, поэтому попробовала. Я не ожидала, что это будет полезно.

– Большое вам спасибо, – рука женщины, держащая контейнер, напряглась. Ее ребенок был тихим, поэтому ей не нужно было давать ему лекарства.

– Пожалуйста, отдохните как следует, – Му Сяоя улыбнулась и вернулась на свое место. Когда она села, то обнаружила, что Бай Чуань смотрит на нее с жалобой, выражение его лица было таким, какого Му Сяоя никогда раньше не видела.

– Что случилось? – спросила Му Сяоя.

– Наушники мои, – Бай Чуань чувствовал себя очень подавленным. Почему Сяоя отдал его наушники другому? Там все еще есть звуки, который он записывал.

Я знаю, но сначала мы одолжим их для хорошего дела, и они вернут их нам, когда самолет приземлится, – уговаривала его Му Сяоя.

Бай Чуань нахмурился, все еще недовольный:

– Мои.

Почему его нельзя успокоить на этот раз?

Му Сяоя уставилась на редко бывавшего серьезным Бай Чуаня. Внезапно она воспользовалась случаем и поджала губы, немедленно послав невежественному Бай Чуаню воздушный поцелуй.

Просто одолжи их на час, ладно? – Му Сяоя вела себя кокетливо.

Бай Чуань заморгал, а потом выпрямился и замолчал.

Он... согласен?

Оказалось, что кокетничать полезно и с теми, кто страдает аутизмом.

П. п.: я действительно чувствую, что есть сдвиг в чувствах Сяоя к Бай Чуаню после их медового месяца, вы, ребята, тоже чувствуете это? ( 〃￣ ω ￣〃 ) ゞ

Теперь это действительно выглядит, как любовный роман! Надеюсь, нас ждет много сладостных моментов!

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 27 - Возвращение домой

Без наушников брови Бай Чуаня были сдвинуты на протяжении всего оставшегося часа полета, хотя он ничего не говорил, но Му Сяоя ясно видела, что ему неудобно, поэтому она почувствовала некоторое сожаление за то, что только что одолжила его наушники этому ребенку.

Когда самолет наконец приземлился, Бай Чуань не встал, а неподвижно сидел на своем месте, глядя на переднее сиденье своими острыми глазами. Му Сяоя знала, что Бай Чуань, должно быть, ждал, пока ребенок вернет ему наушники.

К счастью, мать не заставила их долго ждать, так как вернула наушники сразу после того, как самолет благополучно приземлился.

– Спасибо за наушники, – женщина высказала свою благодарность, ее руки все еще держали ребенка 7-8 лет. Маленький мальчик был одет в одежду западного стиля с короткими штанами, со школьной сумкой на спине, его маленькое светлое лицо было немного пухленьким, сейчас он совсем не был похож на того ребенка, который кричал не переставая.

– Не за что, позже вам тоже стоит купить что-нибудь подобное, это полезно в критические моменты, – посоветовала Му Сяоя.

– Да, – женщина еще раз поблагодарила ее, прежде чем повернуться и уйти вместе с ребенком.

Когда они ушли, Му Сяоя вернула наушники Бай Чуаню. Как только Бай Чуань получил их, он быстро повесил наушники на шею, опасаясь, что их заберет кто-нибудь другой.

Когда Му Сяоя посмотрела на него, она нашла это забавным и немного пожалела:

– Позже я больше не буду одалживать твои наушники другим людям.

– Ага, – Бай Чуань счастливо улыбнулся.

Они вышли из самолета, забрали свой багаж и попытались пройти на стоянку. Машина семьи Бай уже ждала их за десять минут до прибытия самолета, но аэропорт города Юнь был действительно слишком большим, Му Сяоя не была знакома с ним, кроме того, у нее было плохое чувство направления, поэтому они довольно долго не могли найти парковку, на которую указал шофер семьи Бай.

– Стоянка Р2, это дорога на Р2 или эта? – Му Сяоя уже 5 минут стояла перед картой аэропорта. В этом районе была только одна карта, и на ней не было четкого символа направления, поэтому она чувствовала себя неуверенно, сомневаясь, в какую сторону ей идти. Она вспомнила, что однажды пошла на Р1 из-за невнимательности, когда вернулась в свою страну в прошлой жизни, обойдя все вокруг, она потратила впустую целых полчаса.

– Сюда, – Бай Чуань подождал Му Сяоя пять минут и решил, что она не отдыхает, а не может найти правильный путь, поэтому он решил заговорить.

– Ты знаешь дорогу? – Му Сяоя удивленно подняла голову.

– Она нарисована на карте, – Бай Чуань указал на направление Р2 на карте аэропорта с ничего не выражающим лицом. Тут ясно нарисован путь, зачем нужно знать дорогу?

Глаза Му Сяоя сразу же заблестели, это верно, ах, у Бай Чуаня синдром ученого, возможно, помимо его математических навыков, у него также сильно развито чувство направления.

– Тогда ты показывай дорогу, – с улыбкой сказала Му Сяоя.

– Угу, – таща свой багаж, Бай Чуань шел впереди. Он не смотрел ни на какие символы по пути, как будто он был уже знаком с планировкой аэропорта, поворот налево, спуск по лестнице, поворот направо, пройти немного вперед, затем они наконец нашли машину семьи Бай.

Водитель семьи Бай увидел их издалека и вышел, охотно помогая двум людям перенести их багаж.

– А я и не знала, что ты так хорошо разбираешься в картах, – не удержалась от похвалы Му Сяоя.

Однако Бай Чуань не чувствовал, что он отлично разбирается в картах, просто Му Сяоя всегда была такой, поднимая шум из-за тривиальных вещей. В прошлом каждый раз, когда он помогал Му Сяоя решать некоторые математические вопросы, она вела себя так, он уже привык к этому.

После того как они сели в машину, Му Сяоя начала обсуждать с Бай Чуанем, как разделить подарки, естественно, только Му Сяоя говорила всю дорогу, а Бай Чуань молча слушал ее рядом.

– На этот раз мы отправились в сельскую местность, так что там нечего купить, кроме этих местных деликатесов, есть только вишневое вино Лян Ноно и вишневое варенье, – Му Сяоя спросила Бай Чуаня: – К счастью, мы также помогли, когда Ноно делала вино и варенье, правда?

– Да, вишня, я сорвал ее, – хотя Бай Чуань не любил говорить, но когда Му Сяоя спросила его, он просто обязан был ответить.

– Тогда подарим варенье. Когда мы вернемся, ты сможешь сказать маме и папе, что мы лично собирали вишню. И так, конечно, мама и папа не будут чувствовать, что наши подарки слишком незначительные, – сказала Му Сяоя.

– Ладно.

Видя, что ее цель достигнута, Му Сяоя изобразила дьявольскую коварную улыбку.

Водитель в первом ряду слушал, как они болтали всю дорогу, и не мог не чувствовать себя счастливым. Он был водителем семьи Бай уже более десяти лет, но это был первый раз, когда он слышал, как второй молодой мастер говорил так много в машине. И кроме того, как хозяин и госпожа могут считать их вишневое варенье незначительным подарком? Что бы ни дал им второй молодой мастер, даже если это всего лишь перо, они будут считать его сокровищем. Эта вторая молодая госпожа, она явно соблазняет и уговаривает второго молодого господина больше общаться со своей семьей.

Время прибытия этих двух людей как раз было в середине дня, это идеально, чтобы избежать вечерних пробок, поэтому машина беспрепятственно проехала прямо к особняку семьи Бай. Как только они вернулись домой, дядя Ли сразу же поприветствовал их, приказал слугам взять багаж и приготовить что-нибудь поесть, опасаясь, что они оба устанут после долгого путешествия.

– Дядя Ли, тебе не нужно готовить еду, скоро придет время ужина, – Му Сяоя сказала, указывая пальцем на большой мешок с местными деликатесами в боковом кармане чемодана: – Отнеси их на кухню, Сяо Чуань любит вяленое мясо, ты должен взять немного, чтобы приготовить ужин.

– Да. Быстро возьмите его на кухню и приготовьте к ужину, – дядя Ли немедленно отдал приказ.

– Где папа и мама? – после того как эти двое вернулись, их встретил только дядя Ли, и Му Сяоя догадалась, что сейчас в доме никого нет.

– Господин и старший молодой господин на работе, они еще не вернулись домой. Мадам отправилась на благотворительную акцию, однако все они наверняка придут на ужин, – ответил дядя Ли.

Му Сяоя кивнула и больше ничего не спрашивала. Она и Бай Чуань вернулись в свою комнату, чтобы принять душ.

Увидев, что Му Сяоя уходит, дядя Ли достал свой телефон и начал посылать несколько сообщений.

[Господин, госпожа, старший молодой господин, второй молодой господин и вторая молодая госпожа благополучно вернулись домой. Кроме того, они привезли с собой много подарков и местных деликатесов, они поделятся ими с вами вечером.]

Разослав донесение и не дожидаясь ответа, дядя Ли сиял улыбкой, поправляя очки. Он поручил кухне приготовить еду на 5 человек.

Сообщение быстро распространилось в кругу семьи Бай.

Как только Бай Гоюй посмотрел на свой телефон, он повернул голову и спросил своего помощника:

– Когда я могу закончить работу?

– Председатель, ваша последняя встреча закончится около шести часов, но у вас назначена встреча за ужином с председателем из Tai Heng, – напомнил ему помощник.

– Отмените ужин и перенесите встречу на полчаса раньше.

– Э-э, да, – помощник на какое-то время замер. Хотя это довольно странно, но ему все равно пришлось подчиниться. После этого он сразу же сделал уточняющие телефонные звонки и сказал участвующему персоналу перенести время встречи.

В том же многоэтажном здании, в конференц-зале на другом этаже, Бай Чжэн ругал людей с черным лицом.

– Взгляните на отчет за предыдущий квартал и посмотрите, какие результаты вы получили. Если в следующем квартале все будет так же, вы все можете убираться отсюда.

Отругав отдел продаж, Бай Чжэн продолжил ругать отдел рекламы.

– Посмотри на свой рекламный план, что это за чушь такая? Мы работаем над виртуальной игрой, это то же самое, что и те традиционные онлайн-игры у других? Твои мозги все в дерьме? Переделайте его и дайте мне новый план до восьми.

В зале заседаний царила тишина, так как никто не осмеливался опровергнуть даже половину предложения, в конце концов, они хотели, чтобы встреча поскорее закончилась. Когда Бай Чжэн наконец ушел, все громко выдохнули. Директор рекламного отдела больше волновался, когда ругали других людей, то это было просто ругательство, но ему нужно было переделать все до восьми, он чувствовал себя подавленным, чем больше думал об этом.

Бай Чжэн вернулся в свой кабинет, нахмурившись, его помощник вовремя подал ему стакан воды. Только что генеральный директор так сильно ругал людей, что ему, должно быть, захотелось пить прямо сейчас.

– Генеральный директор, это письмо о намерениях сотрудничества от компании Tengfei Technology, – подождав, пока Бай Чжэн допьет воду, его помощник передал ему документ.

Бай Чжэн бросил взгляд на документ и спросил:

– Как продвигается проект у отдела разработки игр?

– Чжан Гун только что пришел сюда, он попросил мне спросить вас, когда второй молодой мастер вернется к работе, – ответил помощник.

– Что? – Бай Чжэн нахмурился: – Они все еще не нашли решение?

– По-прежнему никакого прогресса.

– Разве все они не могут работать без Сяо Чуаня?! – Бай Чжэн не удержался и выругался. Сяо Чуань находится в отпуске только полмесяца, а весь отдел разработки игр даже не может написать небольшую программу? Прошло больше полмесяца, а работа совсем не продвинулась!

Помощник боялся отвечать, хотя и не был специалистом в программировании, но он знал, что нет никого, кто мог бы сравниться со вторым молодым мастером семьи Бай. Их разработка виртуальных игр настолько опережает нынешнюю индустрию, не было ли все это из-за синдрома ученого второго молодого мастера? Этот синдром, ах, его нельзя сравнивать с обычными людьми.

– Генеральный директор, во время вашей встречи зазвонил телефон, кажется, пришло сообщение из дома, – помощник напомнил ему об этом.

Бай Чжэн остановился, затем взял телефон, чтобы посмотреть,  выражение его лица подсознательно смягчилось. Он положил смартфон обратно и проинструктировал:

– Отмените все оставшиеся дела, я хочу сегодня закончить работу вовремя.

– Да, – помощник повернулся и вышел из офиса, достал телефон и позвонил запуганному начальнику рекламного отдела: – Генеральный директор хочет сегодня закончить работу вовремя.

– Брат, я не могу отплатить тебе за твою великую доброту, позволь мне угостить тебя едой.

Ассистент рассмеялся и повесил трубку.

На другом конце города Ли Жун, только что закончившая благотворительный аукцион, отклонила приглашение на ужин от председателя благотворительного фонда.

– Госпожа... Бай, как насчет того, чтобы поужинать в отеле «Сянхэ»?

– Нет, нет, мои сын и невестка сегодня возвращаются из свадебного путешествия, я должна вернуться и поужинать с ними, – вежливо сказала Ли Жун.

– Бай Чжэн снова женился? – председатель был потрясен.

– Не он, мой второй сын, – Ли Жун улыбнулась, попрощалась, повернулась и вышла.

Когда дядя Ли готовил ужин на кухне, он получил три одинаковых коротких сообщения:

– Вернусь к ужину.

В 6:30 вечера все члены семьи Бай вовремя появились за обеденным столом. Некоторая часть представленных блюд была полностью местными деликатесами, привезенными девушкой из отпуска. Во время еды Му Сяоя также достала вишневое вино, чтобы все могли попробовать. Двое мужчин из семьи Бай постоянно хвалили их, Му Сяоя даже слышала, как преувеличены были похвалы, исходившие из уст Ли Жун. Однако, думая о намерениях других, Му Сяоя просто улыбнулась и не выдала их.

После ужина Му Сяоя поговорила с семьей Бай об их жизни в Вишневом саду. Хотя они и пробыли в Вишневом саду полмесяца, но вели неторопливую жизнь. Помимо ежедневного сбора вишни, они также сидели под деревом, наслаждаясь прохладным ветерком. Му Сяоя сказала это небрежно, но все трое в семье Бай слушали с большим интересом. Особенно когда речь шла о Бай Чуане, даже если это всего лишь маленький вопрос, они дадут отличный ответ.

Му Сяоя также раздавала подарки, которые они приготовили:

– Папа, мама, брат, на этот раз мы поехали в сельскую местность, там нет ничего, кроме вишни, так что я и Сяо Чуань можем только вместе приготовить для вас вишневое варенье.

– Вы сделали его сами? – Ли Жун крепче сжала свою руку.

– Я и моя одноклассница были теми, кто варил его, но вишня была собрана Сяо Чуанем, – сказала Му Сяоя.

– Сяо Чуань собрал их? – теперь даже Бай Гоюй и Бай Чжэн стали немного беспокойными.

– Да, две большие полные корзины, почти 25 килограмм.

Три члена семьи Бай внезапно широко открыли свои мерцающие глаза и с нетерпением посмотрели на Бай Чуаня:

– Это подарок, сделанный самим Бай Чуанем?

Бай Чуань озадаченно посмотрел на них.

Му Сяоя быстро напомнила:

– Сяо Чуань, где подарок, который мы приготовили?

– Наверху, я принесу, – ответил Бай Чуань, встал и пошел наверх не быстро и не медленно. Троица членов семьи Бай тупо смотрела, как Бай Чуань поднимается, а затем спускается по лестнице, а затем они продолжали смотреть на три банки варенья в руках Бай Чуаня.

– Я собирал вишни, – Бай Чуань встал перед тремя людьми, которые смотрели на него горящими глазами, а затем повторил слова, которые Му Сяоя попросила его сказать: – Употребление варенья может улучшить красоту, укрепить селезенку и желудок и полезно для тела. Это для вас.

Затем он был похож на лидера, раздающего трофеи своим подчиненным один за другим, слева направо: Бай Чжэн, Ли Жун и Бай Гоюй.

Все три члена семьи Бай держали по банке варенья и смотрели на одну и ту же упаковку. В то же время им пришла в голову идея: мне нужно написать свое собственное имя на этикетке, чтобы его не взяли по ошибке или не съел какой-нибудь вор.

П. п.: ребята, вы чувствуете то же, что и я? Это семья такая милая и теплая. У меня теперь есть мечта – выйти замуж в такую семью…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 28 - Недостаточно сил

Биологические часы Бай Чуаня были очень точны, он просыпался каждое утро в шесть. Когда он был в Вишневом саду, утреннее солнце заставляло его встать на полчаса раньше. Но после того как они вернулись домой, с толстыми шторами, закрывающими окно, биологические часы Бай Чуаня вернулись в свое первоначальное состояние. Точно так же и у Му Сяоя.

Однако хотя Бай Чуань просыпался в шесть утра, Му Сяоя просто спала, пока не просыпалась естественным образом, а затем снова обнимала кровать.

Бай Чуань проснулся уже пять минут назад, он стоял у кровати и с тревогой смотрел на спящую жену, раздумывая, будить ее или нет.

– Сяо Чуань, я буду бегать с тобой каждое утро, не забудь разбудить меня, – так сказала Му Сяоя Бай Чуаню перед тем, как лечь спать прошлой ночью.

Но теперь...

– Сяоя, вставай, бег, – Бай Чуань осторожно притронулся к девушке.

– Мнн-хх. Не хочу, я не хочу вставать, – Му Сяоя завернулась в одеяло, перевернулась на другой бок и заснула.

Это был уже третий раз, и единственными различиями между тремя попытками разбудить ее были, вероятно, только их диалоги. В первый раз она попросила поспать еще пять минут, а теперь просто отказалась вставать.

Подождав еще пять минут, Бай Чуань позвал ее два раза, прежде чем наконец осознал реальность, то есть он узнал новую личность жены – сонную, которая внезапно стала враждебной. И что она не любит рано вставать.

Получив три отказа, Бай Чуань решил выйти и бегать самостоятельно. Он пообещал Му Сяоя, что не сдастся на полпути, хотя первой сдалась Му Сяоя…

«Мне приходится бегать еще по 100 метров каждый день, так что сегодня я должен пробежать 2700 метров».

Переодевшись в спортивную одежду и надев спортивную обувь, Бай Чуань толкнул дверь и спустился вниз, прошел через гостиную прямо в сад. У ворот он столкнулся с Бай Чжэном, который тоже собирался бегать.

Увидев своего брата, одетого в спортивную одежду, Бай Чжэн внезапно широко раскрыл глаза. На его обычно невыразительном лице отразился шок:

– Бай Чуань, что случилось?.. Что ты делаешь?

Бай Чуань тоже заметил своего старшего брата и пробормотал в ответ.

– Бег.

Бег, конечно, я знаю, что ты хочешь бежать, я понял, что ты хочешь бежать, как только я взглянул на твою одежду, вопрос в том, действительно ли ты хочешь бежать?

Сердце Бай Чжэна было полно тысяч слов, но его уста только произнесли:

– Вместе?

Бай Чуань ничего не сказал и просто побежал. Он уже рассчитал свой маршрут, пробежать от ворот вниз до подножия холма, прямо до второго светофора, это было около 1 км, потом снова пробежать еще 350 метров, прежде чем вернуться домой, это было ровно 2700 метров.

Бай Чжэн увидел, что его брат побежал первым и сразу же последовал за ним. Скорость Бай Чуаня была не очень высокой, так что он мог догнать его в два шага. Они пробежали около ста метров, прежде чем перед ними появился перекресток. Бай Чжэн подумал, что его брат может быть незнаком с окружающей обстановкой, поэтому он взял инициативу в свои руки и предложил:

– Сяо Чуань, беги налево, там есть небольшой парк.

Бай Чуань проигнорировал его, следуя своим собственным маршрутом, и побежал вниз по склону.

Бай Чжэн видел, что брат не обращает на него внимания, но он не рассердился и продолжал догонять его. Это просто другой маршрут, не о чем беспокоиться, единственный смысл бега сегодня состоял в том, что он может бегать вместе со своим братом, это было то, о чем он никогда даже не мечтал раньше. Размышляя так всю дорогу, Бай Чжэн почувствовал, что подошвы его ног подобны ветру, а шаги легки и быстры.

***

Сразу же после того, как два брата семьи Бай выбежали вместе, господин и госпожа встали с постели, спустились и сели в гостиной, а дядя Ли принес кофе, который был приготовлен для этого утра, и сообщил им из первых рук хорошие новости.

– Господин, госпожа, старший молодой господин и второй молодой господин пошли вместе бегать.

– Что? – Бай Гоюй был приятно шокирован этим, что чуть не пролил свой кофе.

– Кхе-кхе… – однако Ли Жун, сделавшая глоток кофе, теперь отчаянно кашляла.

– Дядя Ли, что ты сказал? Сяо Чуань собирается на утреннюю пробежку? – так или иначе, первое, что сделала Ли Жун, было выяснить, не ослышалась ли она.

– Это правда. Пять минут назад второй молодой мастер спустился по лестнице один и встретился со старшим молодым мастером у ворот, так что они весело отправились на утреннюю пробежку, – дядя Ли улыбнулся, повторяя свои слова.

– Один? Он не с Сяоя? – спросила Ли Жун.

– Да, второй молодой госпожи не было.

Парочка ошеломленно уставилась друг на друга, по их лицам было видно, насколько это невероятно. Их аутичный, замкнутый, необщительный ребенок рано встает и отправляется на пробежку? Утренняя пробежка, какое яркое и здоровое занятие, это было совсем не то, что любит делать аутист.

Увидеть собственными глазами – значит поверить, пока они не удостоверились, правда ли это, они не хотели верить. Они сели поудобнее, держа в руках по чашке кофе и время от времени поглядывая на ворота.

– Господин, госпожа, два молодых господина ушли меньше, чем десять минут назад и так скоро не вернутся, – задумчиво напомнил дядя Ли.

– Кха… Да, я знаю, – Бай Гоюй неловко поставил чашку с кофе.

Дядя Ли улыбнулся и пошел на кухню сказать повару, чтобы тот сварил еще несколько яиц. Эти двое выбежали на пробежку, им понадобится больше белка.

Получив напоминание от дяди Ли, супруги Бай наконец поняли, что на утреннюю пробежку уйдет не меньше получаса, и им не нужно было так торопливо смотреть на дверь. Итак, одна взяла телефон, а другой – газету, чтобы чем-то занять себя.

Но они успели прочитать только несколько строк, прежде чем услышали приветствие горничной из-за двери:

– Старший молодой господин, второй молодой господин.

Уже вернулись?

Они быстро положили вещи в своих руках и вместе посмотрели на дверь, и сразу заметили слегка покрасневшее лицо Бай Чуаня, когда он слегка задыхался, входя в ворота. Однако Бай Чжэн, который был позади него, не выглядел покрасневшим, и он не задыхался, казалось, что он не выходил для пробежки, а просто вышел прогуляться.

Бай Чжэн был немного подавлен, его тело только разогрелось, но Бай Чуань внезапно перестал бежать. После того, как они пробежали чуть больше километра, Бай Чуань развернулся и побежал домой. Он поспешил догнать его и предложил пробежать еще немного, чтобы они могли достичь цели упражнения. В конце концов, Бай Чуань ответил ему фразой:

– Сяоя сказала, что сегодня мне нужно пробежать только 2700 метров.

– … – «Сказала Сяоя. Конечно, то, что она сказала, не может сравниться с моими словами. Если говорить об упражнениях, то можно ли ее сравнить со мной?» – Бай Чжэн, который без устали тренировал свое тело в течение семи-восьми лет, мог только жаловаться в своем сердце.

– Сяо Чуань, ты пошел на пробежку? – Ли Жун подождала, пока Бай Чуань подойдет ближе, прежде чем спросить.

Шаги Бай Чуаня замедлились, он посмотрел на мать и слегка кивнул головой.

– Почему тебе вдруг пришло в голову бегать? – на самом деле Ли Жун уже догадалась об ответе, должно быть, это Сяоя попросила его. Однако даже если бы Ли Жун знала это, она все равно хотела поговорить с сыном, потому что знала, что пока речь идет о Му Сяоя, Бай Чуань обязательно ответит.

– Сяоя сказала, что у меня недостаточно сил.

– Пфф~~ – Бай Гоюй, только что спасшийся от беды, наконец тоже подавился своим кофе.

Трое членов семьи Бай были потрясены «недостаточной силой» Бай Чуаня, и все они отключились, пока Бай Чуань не вернулся в свою комнату.

– Это... означает ли это то самое, что я думаю? – спросила Ли Жун своего мужа.

– Кха… – Лицо Бай Гоюй покраснело: – Не думай об этом, ты не знаешь Сяо Чуаня?

Бай Чжэн чувствовал, что отец прав. Его брат был как подросток, так что это определенно не было тем, о чем он подумал.

– Ну что ж… Я надеюсь, что Сяо Чуань немного повзрослеет, чтобы я могла обнять своего внука раньше, – после первоначального шока Ли Жун начала чувствовать сожаление. Если то, что Му Сяоя сказала о том, что у него «недостаточно сил», действительно относится к этой вещи, то разве их семья Бай не собирается завести ребенка?

– Не будь слишком жадной, это уже хорошо, что Сяо Чуань сейчас чувствует себя лучше, – посоветовал Бай Гоюй своей жене.

– Я знаю, но не могу не ждать этого с нетерпением, – вздохнула Ли Жун. – Раньше я думала только о здоровом росте Бай Чуаня, а мы даже не смели думать о его работе или браке. Но теперь Сяо Чуань не только может работать, но и женат. Все идет так хорошо, как я могу не думать об этом? Более того, что, если это действительно может произойти?

Бай Гоюй мысленно представил то, о чем говорила его жена, так что его сердце не могло не чувствовать себя немного взволнованным.

– Ах, как жаль, – сказала Ли Жун с обеспокоенным выражением лица, – мы ничего не понимаем о Бай Чуане, словно смотрим на лист белой бумаги, мы также не знаем, может ли он... сделать это.

Как только прозвучали два слова «сделать это», лицо Бай Чжэна внезапно почернело. Он никогда не думал, что однажды они с родителями сядут вместе и будут говорить об этом.

– Бай Чжэн, – Ли Жун вдруг уставилась на старшего сына своей семьи.

– А? – Бай Чжэн поднял голову.

– А как насчет... ты идешь учить своего брата?

*Бам!*

Бай Чжэн внезапно опрокинул принесенный служанкой горячий кофе, мгновенно промочив свое тело.

– Старший молодой господин, мне очень жаль, очень жаль, – служанка была так напугана, что ей хотелось плакать, почему она сделала эту ошибку так рано утром?

– Все в порядке, убери это, – Бай Чжэн вытер руки несколькими салфетками и подождал, пока горничная уйдет. Он не мог удержаться и нахмурился, глядя на мать: – Ма, что ты говоришь?

Когда Ли Жун увидела, как нахмурился ее старший сын, она поняла, что он сердится, поэтому больше не осмеливалась просить помощи у Бай Чжэна, только повернула голову и обиженно посмотрела на мужа.

– Кха… Бай Чжэн, каково твое мнение о проекте, упомянутый проектным отделом? – Бай Гоюй благополучно сменил тему.

Ли Жун закатила глаза и посмотрела в направлении второго этажа. Она начала думать: неужели я должна вести себя как свекровь и намекать Сяоя. Не будет ли это выглядеть так, будто я тороплю ее? Это не похоже на то, что сделала бы хорошая свекровь…

***

Му Сяоя ничего не знала о серии инцидентов, вызванных словами Бай Чуаня в то утро, но за завтраком она вдруг заметила, что все смотрят на нее, как будто что-то не так.

Должно быть, Бай Чуань отправился на утреннюю пробежку и шокировал их.

Му Сяоя быстро нашла идеальное объяснение для себя.

После завтрака все были готовы идти на работу, даже у Му Сяоя была назначена встреча с Фан Хуэй в студии.

Бай Чуань проводил Му Сяоя к воротам.

– Я вернусь вечером, – сказала Му Сяоя.

– В котором часу? – поинтересовался Бай Чуань.

– Эн~~ шесть часов. Я вернусь домой в шесть часов.

– Ладно, – Бай Чуань кивнул головой. Наблюдая, как другой человек уезжает, пока машина не скрылась из виду, затем повернулся обратно к особняку, готовый вернуться в свою комнату и ждать Му Сяоя.

Шесть вечера, он может дождаться этого времени, читая, это будет легко.

Бай Чуань вернулся в комнату и взял с полки книгу. Когда он уже собирался выйти на балкон, в дверь спальни внезапно постучали.

Бай Чжэн стоял за дверью, он не был уверен, что брат откроет ему. Раньше, когда они входили в комнату Бай Чуаня, то никогда не стучали в дверь, потому что Бай Чуань мог не открыть им дверь. Поэтому каждый раз, когда им приходилось искать его или когда они приказывали слуге доставить ему вещи, все они просто входили в его комнату. Но теперь Бай Чуань был женат, комната принадлежала не только ему, поэтому Бай Чжэн не толкнул дверь и вошел, как раньше.

Он подумал об этом, если Бай Чуань не откроет дверь через пять минут, то он подождет до вечера, чтобы поговорить с ним.

*Щелк.*

Дверь открылась, и Бай Чжэн с удивлением уставился на стоящего перед ним Бай Чуаня. Он еще раз убедился, что состояние Бай Чуаня действительно улучшилось.

Он научился открывать дверь, ах!~~~

– Не Сяоя, – Бай Чуань выразил свое разочарование, увидев лицо Бай Чжэна.

– … – «Прошу прощения, что я не твоя жена».

Бай Чжэн глубоко вздохнул и выдохнул, он спросил:

– Сяо Чуань, когда ты планируешь вернуться к работе?

– Не поеду, – сказав это, Бай Чуань сразу же закрыл дверь.

– …

«Если бы ты не был моим братом, я бы уже сто раз тебя уволил…»

П. п.: « Прошу прошения, что я не твоя жена… »

Ва-а~ Разве они не милашки? Присоединяюсь к семье Бай – жду милую булочку!

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 29 — Пазл

Му Сяоя припарковала машину рядом со студией. Издали она увидела новенькую дверную вывеску – Hamp;Y, две огромные английские буквы алфавита, художественно вырезанных на двери, позволяли каждому, кто проходил мимо нее, почувствовать чувство моды от этой студии.

Му Сяоя заглушила машину, быстро подошла к двери, ей не терпелось распахнуть ее.

Солнце лилось из окна от пола до потолка, освещая пол блеском, пышная зелень со всех сторон и свежий дизайн заставляли людей чувствовать себя комфортно, когда они смотрели на обстановку. В студии было несколько столов и немного верстаков, которые не были расположены близко друг к другу. А в углу, точно так же, как и в первоначальной идее Му Сяоя, был установлен небольшой кофейный бар со всеми видами кофейных приборов на стойке.

Это... тот сюрприз, о котором Фан Хуэй сказала мне в прошлый раз, верно?

– Ты выглядишь так глупо, – было не понятно, откуда появилась Фан Хуэй, она посмотрела на Му Сяоя, которая тупо стояла на пороге, и посмеялась над ней.

– Фан Хуэй, это... как ты это сделала? – Му Сяоя не могла удержаться от вопроса, хотя сама она не разбиралась в дизайне, но у нее тоже были глаза. Если взять во внимание кофейные приборы на баре, их нельзя купить, если у вас нет сотен тысяч в запасе. Действительно, сначала она хотела сделать кофейный бар, но просто планировала купить что-то дешёвое в интернете и установить в свободном углу.

– Сколько ты потратила на это? Диван, книжная полка, письменный стол – это не дешевые вещи. Мы не можем позволить эти вещи с нашими маленькими деньгами. Более того, этот дизайн полностью отличается от оригинального, который ты мне показывала.

– Так лучше или хуже?

– Конечно, так лучше! Вопрос в том, откуда взялись эти деньги, а?

– Мы не тратили никаких денег, – гордо сказала Фан Хуэй.

– Не потратили никаких денег? – Му Сяоя побледнела: – Как же так получилось, что ты не потратила денег? Это твой отец…

Ее семья была довольно богатой, и для ее отца было вполне возможно поддержать свою дочь в открытии бизнеса.

– Папа принес две бутылки вина, и я поставила их в холодильник. Мы выпьем вместе, когда начнем наше дело, – сказала Фан Хуэй.

– Это не твой отец? А кто?

– У одной из нас папочка-богач, а другая замужем в богатой и влиятельной семье. Если это не я, то... – Фан Хуэй замолчала, чтобы дать Му Сяоя возможность переварить информацию.

– Человек Бай Чуаня? – Му Сяоя догадалась: – Как же так? Я даже не сказала им, где находится студия.

– С деньгами можно найти все что угодно. Кроме того, когда мы регистрировались, разве мы не записали адрес на бизнес-лицензии? Теперь сайт промышленности и торговли имеет онлайн-рекламу, и можно проверить, если есть желание. – Фан Хуэй дала Му Сяоя бутылку воды из холодильника и сказала: – В тот день, когда ты была за пределами города Юнь, кто-то подошел к двери, сказал, что он помощник брата Бай Чуаня, и привел дизайнера прямо ко мне. Они не стали меня беспокоить с планом дизайна, подбором материала, оформлением, трудовыми и другими расходами, я только отдала ключи и пошла домой спать.

– Но я вспомнила, что ты хотела тот кофейный бар, поэтому сказала им, и вуаля~! – Фан Хуэй села на диван и продолжила: – Они сделали все это бесплатно, единственное требование, которое они мне дали – это не беспокоить тебя ремонтом во время вашего медового месяца.

– Бай Чжэн?! – Му Сяоя никогда не думала, что Бай Чжэн найдет кого-то, кто отремонтирует и украсит ее студию.

– Тебе не показалось странным, что за последние полмесяца я ни разу не взяла на себя инициативу найти тебя? – спросила Фан Хуэй.

– Я думала, что ты просто знаешь, как быть тактичной, – смущенно улыбнулась Му Сяоя.

– Ба! Ты сама сбежала на медовый месяц и заставила меня отремонтировать большую студию вроде этой. Если бы мне не помогли, я бы беспокоила тебя до смерти, – раздраженно сказала Фан Хуэй. Было уже хорошо позволить Му Сяоя провести свой медовый месяц на начальной стадии их нового бизнеса, но Му Сяоя все еще смеет думать, что она вообще не будет беспокоить ее?

– Тогда сколько это стоит?

– Около пяти или шести сотен, не нужно слишком много думать об этом, просто подумай, что это подарок семьи Бай для тебя, – Фан Хуэй приняла решение за Му Сяоя.

– ... – Му Сяоя на какое-то время растерялась, думая, что она действительно не может себе этого позволить с ее нынешним экономическим достатком, поэтому она должна была иметь это в виду и ждать возможности вернуть услугу позже.

– За последние два дня я составила кое-какие планы. На ранней стадии у студии не будет никакого бизнеса, поэтому нам не понадобится много людей, мы можем просто нанять одного или двух человек, – после посещения студии они вдвоем заговорили о работе.

– У меня нет никакого мнения. Когда же ты хочешь открыться? – спросила Му Сяоя.

– Как насчет завтрашнего дня? Мы можем поставить две цветочные корзины и запустить петарды или что-то в этом роде.

– ...Не слишком ли это случайно?

– Я также не хочу относиться так небрежно, но проблема в том, что здесь не так много людей, если мы организуем большое мероприятие, на которое никто не придет, разве это не будет просто пустой тратой денег и энергии?

Му Сяоя кивнула, думая, что сказанное подругой имеет смысл:

– Кстати, как выглядели чертежи дизайна, которые я посылала тебе раньше? – она также не просто уехала в отпуск, когда отправилась в Вишневый сад, она нарисовала несколько дизайнерских чертежей, которые были отправлены подруге.

– Я уже отдала чертеж своему дяде, – ее дядя был владельцем обувной фабрики. У него под рукой очень большая фабрика по изготовки обуви, выпускающая международные бренды, а также несколько для продажи на местном рынке. Му Сяоя спроектировала пару женских кроссовок во время выпускного экзамена второго семестра и подарила их Фан Хуэй в качестве подарка на день рождения. Фан Хуэй они очень понравились, и ее увидели в них, когда она возвращалась домой к своему дяде, поэтому он попросил племянницу снять их для него, чтобы скопировать.

Фан Хуэй поссорилась с ним в то время, но она успешно заставила своего дядю потратить 5000 юаней, чтобы купить первый дизайн Му Сяоя. Позже Му Сяоя несколько раз сотрудничала с ним, Фан Хуэй также помогла договориться о доле от ее проектов. Два ее проекта были проданы очень хорошо, что дало Му Сяоя некоторую прибыль, и именно так ей удалось накопить 300 тысяч юаней, чтобы открыть свой бизнес.

– Мой дядя, этот бессовестный торговец, снова сказал, что хочет выкупить право, поэтому он был проклят моей мамой.

Му Сяоя не смогла удержаться от смеха.

– После того, как моя мать поддержала меня, мой дядя наконец принял мое предложение, – взволнованно сказала Фан Хуэй. – Теперь обувь была запущена в производство, и мой дядя согласился сначала продать ее в своем магазине и интернет-магазине, поставив на них нашу торговую марку и добавив URL-адрес нашего веб-сайта внутри коробки продукта.

– Так прекрасно? – не только помогает им продавать в розницу, но и помогает с рекламой.

– Однако мы должны разделить с ним половину прибыли, – добавила Фан Хуэй.

– Конечно мы должны, такой хороший канал распространения и бесплатная реклама не могут быть куплены только за небольшие деньги, – не говоря уже о том, сколько стоят ее собственные проекты дизайна, и беря во внимание, как дядя Фан Хуэй проложил путь к каналу распространения для них, даже если она не получит долю прибыли, это приемлемо.

– Кто сделал его моим дядей? Разве он не должен помочь своей племяннице начать ее дело? – наглое поведение Фан Хуэй было оправдано.

– Я наконец-то знаю, почему богатые становятся богаче, это потому, что они помогают друг другу, – вздохнула Му Сяоя.

– Ты не думаешь, что, даже преуспевая в университете, вступая в общество, человек должен иметь высокий эквалайзер и широкие связи. Если бы не мой дядя, как бы я осмелилась открыть студию? – хотя у нее не было недостатка в деньгах, она также не настолько глупа, чтобы выбрасывать деньги, как игрушку.

– Сколько пар было запущено в производство нашей первой партией?

– Первоначально я планировала 300 тысяч на эту раннюю стадию затрат, думала сначала сделать меньше, подождать, пока мы получим некоторую прибыль, а затем увеличить производство, но теперь мы даже не потратили ни одной купюры на ремонт, поэтому я просто вложила 700 тысяч, – сказала Фан Хуэй.

– Все? – Му Сяоя была потрясена.

– Не волнуйся, с дистрибьюторской сетью моего дяди, даже если ситуация с продажами будет не очень идеальной, нам не составит труда покрыть расходы, будь уверена, – уверенно сказала Фан Хуэй.

Му Сяоя действительно была не так хороша в продаже вещей, как Фан Хуэй, видя ее решительность, она больше ничего не сказала.

Они также обсудили план продаж после того, как обувь поступит на рынок, метод работы официального флагманского магазина и вопрос о наборе персонала. После разговора об этих больших и малых вещах, день пролетел в мгновение ока. Му Сяоя посмотрела на часы, было уже больше 5 часов. Вспомнив о своем обещании Бай Чуаню, она встала со стула.

– Фан Хуэй, мне пора домой.

– А? Почему? – Фан Хуэй как раз присмотрела несколько резюме, чтобы показать Му Сяоя.

– Я обещала Бай Чуаню вернуться в шесть.

– ...Я не думаю, что ты заботишься о своем муже, ты просто как мать, у которой есть ребенок, ах, нужно идти домой и готовить для ребенка, как только ты закончишь работу.

– Откуда вам, одиноким собакам, знать романтику, супружеских пар? – Му Сяоя атаковала словами в ответ.

Ты поторопись и выкатывайся! Ты думаешь, что можешь высмеивать нас, одиночек, что плохого в том, чтобы быть одинокими? Сегодня я одинока, но это не значит, что я буду одинока завтра.

– Тс-с-с, тогда я хочу пожелать тебе самой лучшей романтической встречи сегодня вечером.

Фан Хуэй радостно слушала, и как раз в тот момент, когда она улыбалась, в дверь вошел мальчик-курьер с большой коробкой в руках:

– Простите, а кто из вас мисс Му Сяоя?

– Я, – удивилась Му Сяоя.

– Здравствуйте, это ваша посылка, распишитесь, пожалуйста.

Му Сяоя подписала бумагу и посмотрела на большую коробку с растерянным выражением лица.

– А что ты купила? – спросил Фан Хуэй.

– Я не покупала, – Му Сяоя тоже задавалась этим вопросом.

– Что это за штука?

– Это похоже на головоломку, – в графе отправителя был указан магазин Таобао, специализирующийся на головоломках.

Как бы то ни было, Му Сяоя просто запихнула головоломку на заднее сиденье и поехала домой. Она попыталась ускориться, но все равно опоздала из-за пробки на дороге. В это время Бай Чуань уже больше десяти минут ждал ее у двери.

Му Сяоя не ожидала, что Бай Чуань будет ждать ее у двери, и сразу же почувствовала себя виноватой:

– Извини, я опоздала.

– Все в порядке, – Бай Чуань не рассердился, потому что Му Сяоя значительно улучшилась по сравнению с предыдущим годом. В прошлом Му Сяоя всегда говорила ему, что придет навестить его через два дня, но каждый раз, когда она уходила, проходил один или два месяца, прежде чем они снова могли увидеть друг друга. На этот раз прошло всего десять минут, так что можно сказать, что это было очень быстро.

За ужином оказалось, что все остальные члены семьи Бай должны были присутствовать на светских мероприятиях, поэтому Му Сяоя и Бай Чуань просто поужинали и вернулись в свою комнату. Му Сяоя открыла полученную днем головоломку, и обнаружила почти метровый пазл и пять больших пачек пазлов.

– Сколько там элементов? – Му Сяоя перевернула картинку, взглянула на цифры и вдруг воскликнула: – Пять тысяч?!

Кто мог заказать этот пазл, и также знать адрес студии. Му Сяоя перевернула упаковочный пакет и обнаружила полную картину головоломки: мужчина и женщина, сидящие перед деревянным домом и поедающие арбуз.

– Лян Ноно, – с одного взгляда Му Сяоя уже поняла, кто прислал эту картинку. Этот девушка действительно взяла их фотографии, чтобы сделать на заказ такай большой пазл: – Как я могу сложить такую большую картину?

Му Сяоя нетерпеливо достала свой телефон и позвонила Лян Ноно:

– Лян Ноно, что ты имеешь в виду, посылая мне такую большую картину?

– Ай-ай-ай, она так быстро была доставлена. Что думаешь? Как считаешь, эта фотография особенно прекрасна? Не нужно меня благодарить, это мой свадебный подарок для тебя, – сказала Лян Ноно с улыбкой.

– Фотография хорошая, но почему ты разбила ее на 5 тысяч кусочков пазла, а? Как я могу собрать их вместе? Разве ты не знаешь, что мне трудно даже просто разобраться в карте? – Му Сяоя была на 100% уверена, Лян Ноно сделала это специально.

– Такая красивая фотография, конечно, ты должна собрать ее медленно, чтобы она могла иметь больше значимости, удачи, о~

Сказав это, Лян Ноно просто повесила трубку и перестала разговаривать с подругой.

– ...Ты сделала это нарочно, – яростно сказала Му Сяоя, но отомстить ей было невозможно. Когда она повернулась и уже собиралась убрать подарок, то обнаружила, что Бай Чуань сидит на полу и что-то делает.

– Сяо Чуань, что ты... – Му Сяоя присела на корточки, чтобы посмотреть, и внезапно замолчала.

Она увидела Бай Чуаня, который сидел на полу, скрестив ноги, а рядом с ним лежали раскрытые пакеты с пазлами. Бай Чуань подбирал разбросанные кусочки и быстро складывал их вместе с невероятной скоростью. Некоторые из деталей были помещены в середине, а некоторые в углу, с быстрыми и решительными движениями, как будто ему не нужно было думать, он собирал элементы там, где они должны были быть.

Му Сяоя спокойно посмотрела на него, и через полчаса она уже видела свое собственное лицо на картине.

Пять тысяч элементов можно сложить вместе, лишь взглянув, так... это еще один навык человека с синдромом ученого?

Примечание автора:

Сяо Чуань любил сидеть во дворе, как только наступал вечер, он не хотел входить в дом, даже когда шел дождь.

Бабушка Бай не знала, что происходит с ее внуком.  Сяо Чуань, идет дождь, давай войдем в комнату.

Сяо Чуань сидел неподвижно, бабушка Бай вздыхала, ей оставалось только остаться с внуком во дворе с зонтиком.

Пока из соседней комнаты не раздался звонкий девичий голос.  Мама, я иду к брату Бай Чуаню вместе делать уроки ~

Подросток встал и молча вернулся в комнату.

П. п.:

Снова время для суперспособностей мужа~! (* ≧ ∀ ≦ *)

Нажмите кнопку «Следующая» ~ ヾ ( ≧ ∇ ≦ ) ゞ

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 30 — Сколько денег на зарплатной карточке?

Му Сяоя сидела на полу, глядя, как Бай Чуань складывает кусочки головоломки и повторяет одно и то же действие пять тысяч раз. На это должно было быть чрезвычайно скучно смотреть, но постоянно совершенствующаяся картина выглядела так замечательно перед ее глазами.

Некоторые люди говорят, что идеальное состояние между мужчинами и женщинами было тогда, когда мужчины баловали женщин, в то время как женщины обожали мужчин, в этот момент Му Сяоя внезапно почувствовала, что ее брак обладал таким идеальным состоянием. Будь то распознавание дороги, просмотр карты, решение математических задач или складывание головоломок… Бай Чуань всегда проявляет свои способности, она не могла не обожать его, Бай Чуань был намного лучше, чем она думала сначала.

Когда Бай Чуань положил последний элемент на место, Му Сяоя не смогла ждать и сразу же достала свой телефон, чтобы сделать снимок.

– Я сейчас отправлю ее Ноно, она думает, что 5 тысяч элементов пазла смогут меня расстроить? Хм! – Му Сяоя сфотографировала картину, выставила ее напоказ в своем кругу друзей и написала чрезвычайно дерзкое описание:

[Мне потребовалось всего два часа, чтобы собрать пять тысяч кусочков пазла, это было так легко, кто осмелится дать мне что-то более сложное?]

Через некоторое время непрерывно приходила куча сообщений:

[Му-Му, это свадебная фотография? Ты такая интересная, ах.]

[Этот арбуз, достаточно взгляда, чтобы понять, что он восхитителен.]

[Нет-нет, жених выглядит более аппетитно.]

[Черт возьми, кое-кто хочет чужого мужа, будь осторожна, Му-Му, когда-нибудь кто-нибудь придет и бросит тебе вызов.]

Фан Хуэй: [Это Бай Чуань собрал их вместе, о~]

Му Сяоя ответила подруге: [Да.]

Лян Ноно тут же ответила: [Не полагайся на своего мужа, если у тебя нет таких способностей.]

Му Сяоя запостила стикер с закатыванием глаз и ответила: [У меня есть муж, почему я не могу положиться на него? Если у тебя есть возможность, ты тоже можешь найти одного, ах~]

Лян Ноно: [Опять избили...]

Когда Му Сяоя увидела, что Лян Ноно уступила, она почувствовала себя отдохнувшей и ответила несколькими комментариями, прежде чем обернуться с улыбкой и сказать Бай Чуаню:

– Они все мне завидуют.

– Завидуют чему? – Бай Чуань ничего не понял.

– Завидуют, что у меня есть муж, ах.

Бай Чуань замер, думая, что этот вопрос имеет отношение к нему самому, и его глаза невольно заблестели.

– Нет, на самом деле они завидуют тому, что ты мой муж. Не у всех муж такой красивый и умный.

Слегка просветлевшие глаза Бай Чуаня вдруг засияли еще ярче. «Достаточно ли я красив и умен, чтобы заставить других восхищаться Сяоя?»

– Я могу собрать еще большие пазлы, – он хотел, чтобы другие больше завидовали Сяоя.

– Я знаю, но эта уже такая большая, давай сначала повесим ее, ладно? Повесим у изголовья кровати, как нашу свадебную фотографию? – кстати говоря, их брак был несколько поспешным, и они не прошли через нормальный процесс, поэтому нет ни банкета, ни свадебных фотографий. Казалось, что после перерождения она следовала логическому ходу мыслей и стала женой Бай Чуаня, но у них не было ничего,  что было у нормальных супружеских пар.

В это время, когда она смотрела на картину, ей внезапно пришла в голову идея сделать их свадебные фотографии.

– Да, – Бай Чуань взял готовую картину, посмотрел на чистую белую стену и стал думать, как ее повесить.

– Я позову дядю Ли на помощь, – Му Сяоя вышла из спальни, чтобы найти его. Когда дядя Ли услышал ее просьбу, он сразу же поднялся наверх с ящиком инструментов в руке. Му Сяоя подумала, что Бай Чуань, который так долго собирал картину, должно быть, хочет пить, поэтому она отправилась на кухню и налила ему стакан теплой воды.

Неся два стакана воды, Му Сяоя собиралась повернуться и подняться наверх, но Бай Чжэн внезапно вошел, также держа стакан в руке, собираясь налить немного воды.

– Брат, – Бай Чжэн был человеком со своей собственной аурой, более того, он также был довольно сдержан и казался недосягаемым, и каждый раз, когда Му Сяоя видела его, она не могла не чувствовать себя несколько настороженной.

– Да, – Бай Чжэн кивнул, затем небрежно вошел в кухню и налил себе стакан воды.

Му Сяоя некоторое время постояла в дверях кухни, размышляя, а затем сказала:

– Брат, спасибо.

– ?.. – Бай Чжэн удивленно посмотрел на девушку.

– Студия, декорации, – напомнила Му Сяоя.

– Всегда пожалуйста, – безразлично отозвался Бай Чжэн. Он мимоходом упомянул об этом деле своему помощнику, на самом деле он не сделал ничего лишнего, поэтому он не чувствовал, что сильно помог.

– Угу… – ответ Бай Чжэна был слишком холодным, и каждое слово, казалось, выражало, что он не хочет разговаривать с ней. Му Сяоя почувствовала себя немного неловко, поэтому просто молча вышла с двумя стаканами воды.

– Что… – но кто мог знать, что как раз в тот момент, когда Му Сяоя отвернется, Бай Чжэн внезапно возьмёт на себя инициативу и заговорит.

Му Сяоя поспешно снова повернулась, чтобы посмотреть на Бай Чжэна.

– Ты действительно хочешь поблагодарить меня? – спросил Бай Чжэн с напряженным лицом.

– Конечно, – хотя она не знала, почему Бай Чжэн спросил ее так внезапно, Му Сяоя все еще отвечала прямо.

– Тогда... не могла бы ты мне кое в чем помочь? – на лице Бай Чжэна промелькнуло смущение.

– В чем дело? – с любопытством спросила Му Сяоя.

– Кхе… не могла бы ты попросить Сяо Чуаня вернуться на работу на следующей неделе? Он уже почти месяц в отпуске, – глаза Бай Чжэна блеснули, он был слишком смущен, чтобы смотреть на Му Сяоя.

– Хорошо, я скажу ему, – улыбнулась Му Сяоя и согласилась. Она не спросила его, почему он попросил ее сказать Бай Чуаню, чтобы он вернулся к работе, потому что она знала, что если бы Бай Чуань не отверг его, Бай Чжэн не пришел бы к ней. Такая потеря лица, Му Сяоя, естественно, не разоблачит его.

– Спасибо. Когда ваша студия откроется, я попрошу кого-нибудь прислать несколько цветочных корзин, – после этого Бай Чжэн шагнул вперед и покинул кухню, прежде чем Му Сяоя успела что-либо сказать. Глядя на его спину, она поняла, что тот пытается скрыть свое смущение.

Му Сяоя посмотрела, как он почти бегом скрылся за углом, и не смогла удержаться от смеха.

Вернувшись в спальню, Му Сяоя обнаружила, что картина еще не была повешена, и с удивлением посмотрела на дядю Ли.

– Второй молодой мастер не позволяет мне забивать гвозди, – дядя Ли держал в руке молоток, его лицо было подавленным, – но если мы не забьем гвозди, то как же это можно повесить?

Му Сяоя была шокирована, но она не беспокоилась об этом, вместо этого она сначала дала Бай Чуаню стакан воды, подождала, пока Бай Чуань выпьет его, а затем спросила:

– Не хочешь повесить картину?

Бай Чуань посмотрел на изголовье кровати и мрачно покачал головой.

– Тогда почему бы тебе не позволить дяде Ли забить гвоздь?

– Неудобно, – Бай Чуань нахмурился, его голос звучал обиженно. Он хотел повесить головоломку, но как только дядя Ли захотел забить гвоздь, у него внезапно заболела голова. Он не хотел подводить Му Сяоя и не хотел, чтобы у него был еще один приступ. Дилемма незнания, что делать, заставляла его чувствовать себя больным и обиженным.

«Неудобно?» Му Сяоя побледнела:

– Тебе не нравится звук забивания гвоздя?

Бай Чуань покачал головой.

– Значит, тебе не нравится, что в изголовье кровати гвоздь?

– Эн, – Бай Чуань почувствовал себя еще более неловко оттого, что его мысли были угаданы Му Сяоя. Он обещал ей, и он действительно хотел повесить их совместную фотографию, но он не понимал, почему не мог вынести лишний гвоздь в этом месте.

– Дело не в том, что я намеренно не согласен, – Бай Чуань не знал, как выразить свои чувства, поэтому он мог только задержать дыхание и выдавить из себя это единственное предложение.

Он не намеренно не соглашался, но также не мог ясно сказать, почему он это сделал, к счастью, Му Сяоя поняла.

– Тогда мы просто не будем забивать гвозди, – утешила его Му Сяоя, – ее можно повесить и без гвоздей, просто это немного хлопотнее, может быть, мы сможем сделать это завтра. Дядя Ли, могу я попросить тебя помочь мне завтра повесить эту картину без применения гвоздей?

– Да, никаких проблем, – дядя Ли провел так много лет в особняке Бая, а также наблюдал, как растет Бай Чуань, и он сразу понял, что Му Сяоя имела в виду своими словами только что. Второй молодой мастер был расстроен, увидев гвоздь у изголовья кровати, тогда он просто позвонит профессионалу завтра, чтобы не дать второму молодому мастеру увидеть гвоздь.

Когда Бай Чуань услышал это, ее нахмуренные брови тут же расслабились, и на его лице появилось выражение радости.

Дядя Ли пообещал и немедленно вышел, неся ящик с инструментами. Бай Чуань осторожно положил картину, которая заставила Му Сяоя гордиться им, на стол, опасаясь случайно наткнуться и испортить ее.

– Сяо Чуань, – Му Сяоя подошла к Бай Чуаню и легко спросила: – Ты только что был смущен?

– Смущен? – Бай Чуань редко встречался с этим словом, и в данный момент оно казалось несколько непонятным.

– Смущение означает, что ты находишься в затруднении, когда решаешь что-то, – Му Сяоя терпеливо объяснила: – Разве ты не хотел повесить картину, но ты также не хотел, чтобы гвоздь был забит у изголовья кровати, и поэтому ты чувствовал себя неловко?

– Ага, головная боль, – Бай Чуань честно кивнул.

– Да и потом, разве мы не придумали решение вместе? – снова спросила Му Сяоя.

– Угу, – хотя Сяоя не очень хороша в математике и имеет плохую память, но она все еще очень умна в некоторых вещах.

– Итак, ты обнаружил, что на самом деле многие запутанные вещи имеют решения, которые могут удовлетворить всех? В следующий раз, когда ты столкнешься с чем-то, что тебя смущает, не беспокойся, не чувствуй дискомфорта, ты можешь спокойно подумать об этом и наверняка найдешь решение. Более того, так у тебя не будет болеть голова, – Му Сяоя ободряюще посмотрела на Бай Чуаня.

Слова Му Сяоя были немного длинными, и подразумеваемая причинно-следственная связь была несколько сложной для Бай Чуаня. К счастью, память у Бай Чуаня была очень хорошая, он повторял эту фразу снова и снова, пока не понял, что имела в виду Му Сяоя.

– Эн, я подумаю об этом позже, – серьезно пообещал Бай Чуань.

– Потрясающе! – Му Сяоя была в восторге, восхваляя его.

Бай Чуань слегка улыбнулся.

– А послезавтра мы можем навестить моих родителей? – Му Сяоя хотела навестить своих родителей с тех пор, как они вернулись из Вишневого сада, но, так как они были учителями средней школы, у них не было того, что называют летними каникулами. Они должны были вести уроке в школе для старшеклассников и возвращались домой после 10 вечера. Му Сяоя может найти их только в выходные дни во время летних каникул.

Пока он с Му Сяоя, у Бай Чуаня не будет никаких проблем, куда бы они ни пошли.

– Есть еще одна вещь, которую я хочу обсудить с тобой, – серьезно сказала Му Сяоя. – На этот раз мне, возможно, придется использовать твою зарплатную карточку, чтобы купить подарки моим родителям.

«Сяоя хочет воспользоваться моей зарплатной карточкой? Тогда пусть использует ее», – Бай Чуань уставился на Му Сяоя, ожидая продолжения.

Му Сяоя подождала некоторое время, но она все еще не видела реакции Бай Чуаня, когда наконец поняла, что только что не использовала вопросительную интонацию, так что, должно быть, именно поэтому Бай Чуань не знал, что ответить. Она тут же спросила:

– Могу я ее воспользоваться?

Хотя Бай Чуань сказал, что он отдал ей деньги на зарплатной карточке, но сам Бай Чуань понятия не имел о значении денег. Однако, будучи в браке, Му Сяоя чувствовала, что должна дать ему знать, на что она потратит его деньги.

– Отдам тебе все, – ответил Бай Чуань.

– Тогда я не буду вежлива, – Му Сяоя счастливо улыбнулась. Эта фраза «отдам тебе все», каждый раз, когда она ее слышит, она не может не радоваться.

После этого они оба умылись и легли спать. Прежде чем лечь спать, Му Сяоя взяла телефон и заколебалась, ставить ли будильник или нет. Если это только завтрак с семьей Бай, она может просто установить его в 7:30, но если она хочет бегать с Бай Чуанем, то она должна установить время на 5:30.

«Половина шестого, слишком рано…» – Му Сяоя задумалась, но все же подумала, что это слишком утомительно: – «Но я обещала Бай Чуаню бегать с ним, ох…»

«Погоди, погоди, кажется, я сегодня утром не вставала и не бегала…»

– Сяо Чуань, ты сегодня утром ходил на пробежку? – спросила Му Сяоя.

– Бегал, – Бай Чуань добавил: – 2700 метров.

Он не ленивый.

– Ты ходил один? Почему ты меня не разбудил? – Му Сяоя была потрясена.

– Ты же сказала, что не хочешь вставать, – я же три раза тебя будил.

«Потому что я сказала, что не хочу вставать, поэтому Бай Чуань не стал будить меня и пошел бегать один, тогда разве это не значит…»

Му Сяоя обрадовалась в своем сердце и кокетливо сказала:

– Тогда позже ты можешь пойти на свою утреннюю пробежку без меня?

– Хорошо, – Бай Чуань кивнул.

Му Сяоя вполголоса поблагодарила его, а затем поставила будильник на 7:30. Как замечательно было поспать еще два часа утром, ах~

И вот на следующее утро Бай Чуань встал в 6 часов, переоделся, вышел, встретил Бай Чжэна у ворот, и братья снова побежали вместе. Бай Чжэн был рад узнать, что Бай Чуань продолжает бежать вперед в том месте, где он сделал разворот на 180 градусов вчера. Как раз в тот момент, когда он подумал, что сегодня может побегать с Бай Чуанем, тот  на самом деле пробежал еще только пятьдесят метров и решительно вернулся обратно.

– ... – Бай Чжэн почувствовал, что его счастье еще не пришло.

– Ты сегодня не бежишь 2700 метров? – не удержался от вопроса Бай Чжэн.

– Сегодня 2800 метров, – Бай Чуань, который бегал уже более полумесяца, привык к количеству упражнений, которые он делал в это время, поэтому он мог говорить с легкостью во время бега. Но хотя он и не ощущал усталости, ему не хотелось пробегать еще один лишний метр.

– Вчера 2700, сегодня 2800, значит, ты прибавляешь по 100 метров каждый день? – Бай Чжэн ухватился за это правило.

– Эн.

«Итак, согласно этому возрастающему соотношению, если я хочу счастливо пробежать пять километров со своим братом, мне нужно… 22 дня?»

«А также… Му Сяоя уже сказала Сяо Чуаню о возвращении на работу?»

После завтрака Бай Чуань, как обычно, проводил Му Сяоя на работу. Когда Му Сяоя пришла в студию, Фан Хуэй грызла фруктовый блин.

– Уже позавтракала? – спросила Фан Хуэй.

–  Да, – ответила Му Сяоя, затем открыла компьютер и сказала: – Я прочитала резюме, которое ты вчера прислала мне на почту, не думаю, что есть какие-то проблемы, пусть люди придут на собеседование.

– Хорошо, я расспрошу их позже, ты отвечаешь за то, чтобы выставить обувь на Таобао. Лучше всего взять несколько эскизов дизайна, чтобы люди могли сразу увидеть стиль нашего продукта, – сказала Фан Хуэй.

Те, кто изучал дизайн, естественно, знали, как делать рисунки, для Му Сяоя не было трудно спроектировать макет страницы на Таобао, однако такие вещи отнимали у нее много времени, она потратила целое утро, заканчивая макет только одного типа обуви.

В полдень они вдвоем отправились перекусить в ближайший торговый центр. Фан Хуэй вдруг спросила Му Сяоя:

– Твой муженек так липнет к тебе, но тебе приходится работать каждый день, разве Бай Чуань не будет создавать неприятностей дома?

– Он не будет, Бай Чуань очень тихий. Если ты не будешь его беспокоить, он может спокойно читать книги весь день в одиночестве, – хотя у Бай Чуаня был аутизм, он не беспокоит других людей.

– Бездельничать все время тоже нехорошо, ах. Разве ты не говорила в прошлый раз, что профессор Фэн сказал тебе о том, чтобы позволить Бай Чуаню больше двигаться и иметь больше взаимодействия с другими людьми для его улучшения? Как насчет того, чтобы взять его с собой в студию? Не волнуйся, я не возражаю, что ты разбрасываешь собачью еду, – великодушно сказала Фан Хуэй.

– А кто сказал, что Бай Чуань – бездельник? У нашего Бай Чуаня есть работа, – пожаловалась Му Сяоя.

– Есть работа? Что это за работа? – с любопытством спросила Фан Хуэй.

– Похоже, это программирование, я тоже не очень хорошо разбираюсь. Мать Бай Чуаня сказала это вскользь в прошлый раз, но я не спрашивала подробно.

– Ух ты, есть работа, значит, он может зарабатывать деньги.

– Конечно, Бай Чуань дал мне свою зарплатную карточку. Я собираюсь использовать деньги Бай Чуаня, чтобы купить моим родителям подарки позже, – тихо прошептала Му Сяоя.

«Кто позволил тебе дискриминировать Бай Чуаня, члена моей семьи? Я дам тебе знать, что Бай Чуань очень могуществен, не меньше, чем обычные люди».

– Зарплатная карточка? Сколько денег на его зарплатной карточке? Какую зарплату он получает в месяц? – Фан Хуэй не могла не удивляться.

– Я тоже не знаю, еще не проверяла ее.

– Тогда как насчет того, чтобы проверить? – предположила Фан Хуэй.

Му Сяоя тоже было любопытно, поэтому она кивнула, и они ускорили свой обед, а затем пошли к банкомату на первом этаже, чтобы вместе проверить баланс.

Когда Му Сяоя ввела пароль, Фан Хуэй не подглядывала за ней, а просто стояла у двери и ждала, когда подруга скажет ей ответ. В результате, после долгого ожидания, она все еще не заметила, чтобы Му Сяоя сделала какое-либо движение, и поэтому подумала, что банкомат сломался.

– Банкомат сломался? – спросила Фан Хуэй.

Му Сяоя не ответила. Она молча вытащила свою банковскую карточку, вышла из здания с тупым видом, а затем показала Фан Хуэй восемь пальцев.

– Восемьсот тысяч?

Му Сяоя покачала головой.

– Восемь миллионов?

– Восемь цифр, – Му Сяоя глубоко вздохнула.

– Нечего себе! Так много денег? Ты уверена, что это зарплатная карточка, а не акции, которые семья Бай дала Бай Чуаню? – судя по возрасту Бай Чуаня, даже если он работает, это должно быть всего несколько лет, где он заработал столько денег? Это возможно, только если речь идет о дивидендах по акциям компании.

Неважно, – Му Сяоя крепко сжала в руке банковскую карточку: – Хорошо, – она выдохнула сухой воздух и сказала.

– Я собираюсь купить массажное кресло за 30 тысяч юаней прямо сейчас и отправить его своим родителям.

Фан Хуэй с презрением посмотрела на подругу, держа в руках восьмизначную зарплатную карточку мужа и тратя всего лишь 30 тысяч юаней, неужели ей все еще нужно так скрежетать зубами?

– Ладно! Закажу одно! – Му Сяоя была быстра как ветер и сразу же направилась в демонстрационный зал на первом этаже.

П. а.:

карманный театр:

Му Сяоя. Я купила подарок, позже скажу, что оплатила  его твоей зарплатной картой.

Бай Чуань. П ервоначально моя зарплатная карточка…

Му Сяоя. …

Бай Чуань. …была отдана тебе, чтобы ты тратила.

Му Сяоя. (#^.^#)

Ворчливый Краб. Так счастлив~~~

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 31 - Чашка счастья

Ранним утром в выходные Му Сяоя и Бай Чуань вместе вернулись в дом ее родителей. Перед отъездом Ли Жун упаковала в машину кучу подарков и велела передать их отцу и матери Му. Му Сяоя не была претенциозной и поблагодарила своих родственников, а затем погрузила их все в машину.

Через час они вдвоем прибыли в дом семьи Му. Му Жочжоу и его жена Шэнь Цинъи уже давно ждали у двери. Глядя на автомобиль Audi издалека, они приветствовали их улыбкой.

– Сяо Чуань, – как только машина остановилась, Шэнь Цинъи подошла, чтобы помочь Бай Чуаню открыть дверцу пассажирского сиденья.

Бай Чуань вышел из машины, некоторое время смотрел на Шэнь Цинъи, прежде чем медленно выдать два слова.

– Спасибо, мама.

Хотя эти слова были произнесены с большой паузой, такой разговор был чрезвычайно редок для Бай Чуаня, страдающего аутизмом. Шэнь Цинъи понимала это и, естественно, была чрезвычайно взволнована.

– Айя, Сяо Чуань поблагодарил меня. Лао Му, ты только что это слышал? – Шэнь Цинъи повернулась, чтобы спросить своего мужа, который стоял рядом с ней.

П.п.: это обращение просто для того, чтобы показать старшинство, то есть то, что он старший в семье, уважительный титул.

– Я слышал, ты быстрая, – Му Жочжоу был очень подавлен. Он явно стоял ближе к машине. Если бы он только сейчас открыл дверь, его «спасибо» было бы для него.

Бай Чуань сделал паузу, взглянул на своего тестя, и позвал:

– Папа.

– Эй! – Му Жочжоу мгновенно исцелился, и его глаза счастливо сузились в улыбке, как у его жены.

С другой стороны машины Му Сяоя, которая уже давно не пользовалась вниманием родителей, не могла не позавидовать:

– Посмотрите на вашу внимательность. Если бы я не знала, что это ваш зять пришел навестить вас, я бы подумала, что вы встречаете лидера, который пришел навестить вас.

П. п.: в Китае коммунисты, поэтому у них есть лидер Коммунистической партии, который является исполнительным лидером/правителем.

– Что за чушь ты несешь? – Шэнь Цинъи уделила дочери лишь мизерное внимание.

– Почему это я несу чушь? Машина еще даже не остановилась, а ты уже помогла открыть дверь. Ни одна теща не открывает дверь своему зятю.

– Как Сяо Чуань может быть таким же?

– Почему это? Разве Сяо Чуань моей семьи не может открыть дверь?

– Да! – когда Шэнь Цинъи, которая собиралась ответить назло дочери, неожиданно первым ответил Бай Чуань.

– …

Поскольку он ответил именно так, Му Сяоя радостно рассмеялась. Старейшины семьи Му некоторое время были удивлены, а затем рассмеялись вместе со своей дочерью. Зять их семьи был особенным, но скорость его реакции на их дочь была действительно быстрой, что ничем не отличалось от обычных людей. Вот так их беспокойство немного уменьшилось.

Шэнь Цинъи даже призналась Бай Чуаню:

– Это все моя вина. Мне не следовало открывать тебе дверь.

– Это не имеет значения, – хотя он не обиделся, но теща все равно извинилась, Бай Чуань чувствовал, что все равно должен простить ее.

Му Сяоя закончила с приветствиями. Она открыла багажник и вытащила оттуда большое количество подарков. Там были сумки разных цветов, которые все были очень яркими, и их было больше дюжины.

– Зачем ты привезла столько вещей? – Шэнь Цинъи увидела количество пакетов и помогла вытащить вещи.

– Не вини меня, – Му Сяоя указала на два самых простых и грубых пластиковых пакета и сказала: – Эти два пакета принесла я. Остальные были приготовлены моей свекровью для вас.

– Это… – Шэнь Цинъи и ее муж переглянулись и нахмурились, – тогда как же мы можем все это взять? Наша семья не дарила семье твоего мужа никаких подарков, поэтому принимать их неуместно.

– Да, – Му Жочжоу посмотрел на подарочные пакеты, которые все трое только что закончили разгружать, и не смог удержаться, чтобы не добавить: – наша семья и семья Бай имеют неравенство в экономической силе. Хоть мы не хотели делать никакие подарки, и эти вещи, купленные семьей Бай, тоже нехорошо принимать.

С экономической мощью семьи Бай такие вещи были не так уж и сложны, но для семьи Му каждый полученный подарок был слишком дорогим. Семья Му не хотела принимать слишком много дорогих подарков, потому что это заставляет их чувствовать давление.

– Послушайте, вы двое слишком много думаете, – Му Сяоя знала своих родителей лучше всех, они были гордыми, добродетельными и чрезвычайно дорожили своей репутацией. Хотя они немного легкомысленно относились к социальным связям, но все же были легкоранимы, – я уже вступила в семью. Вы можете выбрать, что с ними делать, я уже живу там.

– Это… – когда старейшины семьи Му услышали это, они внезапно почувствовали, что если они не примут подарки, то это будет неуместно.

– В противном случае вы можете сказать моей свекрови сами, – сказала Му Сяоя и потянулась за своим телефоном.

– Что ж, Сяоя права. Мы все родственники, и это не имеет ничего общего с социальными отношениями, пока у нас есть чистая совесть в наших сердцах, – Му Жочжоу быстро остановил свою дочь от этого телефонного звонка.

– Совершенно верно. Когда я вернусь, я вернусь с подарками.

– Мы получили так много вещей, что будет правильным для нас подарить в ответ? – Шэнь Цинъи нахмурилась.

– Я думаю, что банка нарезанного перца в нашем холодильнике отлично подойдет. Я возьму ее позже вечером, – Шэнь Цинъи родом из провинции Сычуань, она любит есть чили и даже лично его готовит. У нее есть привычка готовить и резать чили дома время от времени. Итак, в холодильнике семьи Му круглый год хранились чили, приготовленные Шэнь Цинъи.

– Сколько может стоить эта штука? – Шэнь Цинъи эта идея не понравилась.

– Но у семьи Бай его нет. Я хочу съесть его, как твоя дочь, но все равно не могу.

– Хорошо-хорошо, сегодня вечером я приготовлю еще несколько банок.

Пошутив, все четверо вошли в дом с подарками.

Как только Му Сяоя вошла в гостиную, она бросила подарки на кофейный столик, а затем рухнула на диван.

– Посмотри на себя, какая ты ленивая. Надеюсь, в доме семьи Бай ты не такая, – Шэнь Цинъи бросила лишь один взгляд на позу дочери.

– Почти, – Му Сяоя откинулась назад и вздохнула. Куда бы она ни пошла, уютнее всего она себя чувствовала в родительском доме.

– Сяо Чуань, Сяоя в твоем доме такая же? – Шэнь Цинъи повернулась, чтобы спросить своего зятя, потому что ее зять не стал бы лгать.

– Эн, – Бай Чуань кивнул. В его глазах Му Сяоя – это Му Сяоя, которая везде одинакова.

Когда она увидела, что Бай Чуань кивнул, Му Сяоя внезапно начала размышлять о своем поведении в доме семьи Бай. Перед другими она определенно не была такой. Он имел в виду их спальню?

– Что ж если уж на то пошло, сегодня мне придется сказать тебе несколько слов, – сказала Шэнь Цинъи со вздохом. После этих слов она пошла на кухню готовить любимые блюда дочери.

Бай Чуаня забрал его тесть, чтобы решить некоторые математические задачи, в то время как его теща готовила обед на кухне. Му Сяоя, которой нечего было делать, устроила гнездо в гостиной и использовала свой мобильный телефон, чтобы транслировать на экран телевизора в гостиной фильм. Когда фильм был близок к финалу, внезапно зазвонил мобильный телефон Му Сяоя. Она взглянула на него и выбежала из гостиной. Вскоре приехали несколько рабочих в спецодежде.

Внезапно стало шумно, и старейшины семьи Му удивились, они по отдельности высунулись из кабинета и кухни. Бай Чуань закончил математические задачи, которые ему дали, и медленно вышел из-за спины своего тестя.

– Что это? – Му Жочжоу посмотрел на трех рабочих, которые внезапно появились в гостиной.

– Поставьте его сюда, да. Прямо туда, – Му Сяоя указала на открытое пространство рядом с диваном, где люди могли положить вещи, а затем повернулась, чтобы ответить на вопрос отца: – Массажное кресло.

Рабочие подошли и поставили массажное кресло. Они быстро распаковали его, отладили, чтобы убедиться, что нет никаких проблем, а затем попросили Му Сяоя расписаться в накладной.

– У вас есть один месяц, чтобы вернуть его и три месяца на замену. Если у вас есть какие-либо вопросы, пожалуйста, звоните нам в любое время, – сказал сотрудник.

– Хорошо, спасибо.

После того как Му Сяоя закончила подписывать, рабочие убрали мусор и быстро покинули дом семьи Му.

– Сяоя, что это за массажное кресло? – Шэнь Цинъи, все еще держа в руке зеленый лук, встала рядом с массажным креслом и спросила свою дочь о произошедшим.

Му Сяоя подмигнула Бай Чуаню, который стоял рядом со своим тестем.

Однако Бай Чуань никак не отреагировал на это.

– … – «И зачем я вчера объясняла все вчера Бай Чуаню».

– Что ты делаешь, почему подмигиваешь Сяо Чуаню? – Му Жочжоу взглянул на дочь, прищурившись и нахмурившись.

«Подмигивание?»

Когда Бай Чуань подумал об этом ключевом слове, его память мгновенно ожила. Он подумал о том, что Му Сяоя сказала ему прошлой ночью.

– Сяо Чуань, я использовала твою зарплатную карточку, чтобы купить массажное кресло для моих родителей, но это массажное кресло немного дорого. Мои родители наверняка будут ворчать, что я потратила деньги напрасно. Так что завтра скажи, что ты купил его для них, хорошо?

– Ладно.

– Тогда я тебе подмигну.

– Эн, – Бай Чуань без колебаний согласился. Однако он не понимал смысла этого подмигивания, пока его тесть не «сказал» ему.

Хотя Сяоя не подмигнула ему правильно, Бай Чуань прекрасно сотрудничал с ней.

Му Сяоя вскользь посмотрела на него и спокойно показала большой палец Сяо Чуаню.

– Ты его купил? – старейшины семьи Му были поражены, – Зачем ты купил массажное кресло?

– Моя зарплата, я купил его для вас, – Сяоя только попросила его сказать, что он купил его. А почему, она ему не сказала, так что Бай Чуань может сказать только это.

Однако даже если Бай Чуань не сказал, старейшины семьи Му автоматически придумали причину от его имени за короткое время.

– Сяо Чуань купил это, чтобы показать сыновнее уважение? – Шэнь Цинъи с радостью посмотрела на мужа. Они не ожидали, что смогут так быстро насладиться сыновним благочестием своего зятя?

– Твоя зарплата? – что еще больше удивило Му Жочжоу, так это то, что Бай Чуань мог зарабатывать деньги.

– Моя, – Бай Чуань кивнул.

Они оба знали, что подарок, скорее всего, был куплен их дочерью, но деньги были из зарплаты Бай Чуаня, что делало смысл совершенно другим. Думая об этом таким образом, два человека посмотрели на это совершенно новое массажное кресло и сразу же почувствовали, что все было хорошо.

– Папа, мама, это массажное кресло отлично подходит для массажа шейного отдела позвоночника. Пожалуйста, опробуйте, – Му Сяоя толкнула свою мать, которая была ближе всех, и усадила ее в массажное кресло. Старейшины семьи Му были учителями, поэтому они подготавливали уроки или проверяли контрольные работы в течение всего дня. Состояние их позвоночника было не очень хорошим, вот почему Му Сяоя купила это массажное кресло.

Массажное кресло было уже в рабочем состоянии. Му Сяоя выбрала режим и нажала кнопку «Пуск».

Они по очереди сидели в массажном кресле в течение получаса. Они не думали, что массажное кресло будет действительно эффективным. Как бы то ни было, они оба чувствовали себя комфортно, пока солнце светило им в лицо. Шэнь Цинъи не могла не приготовить еще несколько блюд на обед.

После обеда Му Сяоя и Бай Чуань пошли в соседнюю комнату, потому что Бай Чуань сказал, что хочет найти несколько книг.

Хотя двор по соседству уже некоторое время пустует, семья Бай регулярно убирает его. Зеленые растения в саду были аккуратно подстрижены, так что он не выглядели заброшенными.

Войдя в гостиную, Му Сяоя на мгновение впала в транс.

На ее памяти она не была здесь уже много лет, но обстановка совсем не изменилась. Диван по-прежнему был украшен цветочным принтом, занавески, как всегда, были молочно-белыми, и даже чайный сервиз на кофейном столике был таким же.

Му Сяоя взяла одну из чашек и с первого взгляда заметила небольшой скол на бело-голубой фарфоровой чашке. Он был невелик, но бросался в глаза.

Глядя на эту брешь, Му Сяоя почувствовала, что уже видела его.

– Форма этой щели очень красивая, в форме сердца.

Бай Чуань взглянул на него и снова что-то вспомнил, и в его глазах мелькнула улыбка.

– Разве это не произошло давным-давно? – она уже давно не была в доме бабушки Бай, но она чувствовала, что он ей знаком, и, вероятно, пройдет много времени, прежде чем она вспомнит.

– Восемь лет, три месяца и пять дней.

Хотя она знала, что память Бай Чуаня была хорошей, но каждый раз, когда она слышала такую точную дату, Му Сяоя не могла не вздохнуть:

– Это было так давно, почему это не изменилось?

– Этот скол имеет форму сердца. Если пить воду с этой чашки, каждый глоток будет согревать сердце, и вода будет вкуснее. Если выпить достаточно, можно обрести счастье, – Бай Чуань мягко посмотрел на Му Сяоя.

Му Сяоя молча оглянулась на Бай Чуаня.

Такая глупая и сладкая фраза могла существовать только в девичьей маньхуа. Этого не сказал бы ни Бай Чуань, ни мудрая пожилая бабушка Бай, поэтому, отбросив их, Му Сяоя начала сомневаться в себе.

– Я это сказала?

– Эн, – Бай Чуань кивнул.

– Когда я училась в средней школе, я, казалось, была очарована седзе, – Му Сяоя неловко почесала подбородок, а также предположила другую возможность: – Этот скол я сделала сама.

– Эн, – согласившись, Бай Чуань указал на место в углу стола.

Му Сяоя поняла, что Бай Чуань имел в виду, что она использовала угол стола, чтобы сделать скол, ударив чашкой об него.

Му Сяоя посмотрела на чашку и представила себе ситуацию, когда она с серьезным лицом обманывала Бай Чуаня, думая об этой сцене, она почувствовала, что это было несколько забавно.

– Тогда я солгала тебе, – с улыбкой сказала Му Сяоя.

– Нет, – Бай Чуань покачал головой. – Если выпить достаточно, ты действительно сможешь обрести счастье.

– Счастье? Знаешь ли ты, что такое счастье?

– Знаешь, счастье – это быть с Сяоя, – Му Сяоя просто небрежно спросила, но Бай Чуань ответил очень серьезно.

Этот ответ был сродни острому лезвию и резанул сердце Му Сяоя, заставив его разорваться от боли.

– Ты пил воду из этой чашки.

– Да.

Внезапно ей стало очень грустно, а глаза Му Сяоя покраснели. Она считала, что многие люди говорили или слышали много случайных слов или намеренно дурачили других, когда были молоды. Одни не поверят, другие поверят. Даже если они поверят в это, это будет только на время, потому что невинность исчезнет, зрелость и рассудительность позволят им различать истину и ложь. Но Бай Чуань был другим, в его мире, пока он верит во что-то, он будет верить в это всю жизнь.

Более восьми лет Бай Чуань помнил, как она случайно произнесла несколько слов, но она забыла об этом, вернее говоря, эти события не сохранились в ее воспоминаниях.

– Извини, я забыла.

– Не важно, у тебя плохая память, – бабушка говорила, что его память – это дар небес, не у всех она есть, так что не важно, что Сяоя забудет, он помнит.

Первоначально Му Сяоя плакала, потому что была виновата. В результате, когда Бай Чуань вдруг произнес фразу «не важно», она не смогла удержаться от улыбки:

– Да, у меня плохая память. Но на этот раз я точно не забуду.

Му Сяоя обернулась и вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– Не важно, я запомню.

– Сяо Чуань, я запомню, – Му Сяоя повернулась, прямо посмотрела на Бай Чуаня и твердо сказала.

– Эн, – Бай Чуань кивнул, словно снова увидел девушку, которая всегда неправильно решала математические задачи.

– Ах, ах, почему я опять сделала что-то не так? – Му Сяоя в школьной форме отчаянно теребила волосы. – Сяо Чуань, покажи мне еще раз. Обещаю, на этот раз я запомню.

– Эн, – юный Бай Чуань ловко поднял ручку и в пятый раз стал объяснять использование одной и той же формулы.

На самом деле у Бай Чуаня была тайна, которую он никому не рассказывал. Он втайне надеялся, что Му Сяоя никогда не вспомнит формулу и будет каждый день приходить к нему после школы.

– Пойдем, пойдем в библиотеку, поищем книги.

Хотя это был тот же тип жилого дома, кабинет семьи Бай был намного больше, чем семья Му. Поскольку в семье Бай жили только два человека: Бай Чуань и бабушка Бай. Бабушка Бай убрала все спальни на втором этаже и организовала небольшую библиотеку для Бай Чуаня. Все книги, которые читал и хочет читать Бай Чуань, собраны и хранятся там.

Каждый раз, когда Му Сяоя входила в этот кабинет, она была глубоко потрясена. Вдоль стен ровными рядами тянулись книжные полки, и все они были плотно забиты книгами. Бабушка Бай даже оборудовала передвижную лестницу рядом с полками, чтобы Бай Чуаню было удобно подниматься и спускаться. Посреди кабинета стоял небольшой письменный стол, окруженный морем книг. Кажется, что пока вы сидите там, даже если бы вы были неграмотны, вы могли бы сразу же узнать больше информации из древних и современных времен.

– Какую книгу ты ищешь? Я помогу тебе найти ее, – количество книг было слишком большим, их невозможно было даже сосчитать. Было пустой тратой времени для них искать вместе. Му Сяоя посмотрела на несколько рядов книжных полок и обнаружила, что книги, похоже, не следуют никаким правилам организации. Искать в таком хаосе будет слишком сложно.

– Я нашел ее.

Му Сяоя обернулась и увидела, что Бай Чуань держит книгу в зеленой обложке.

– Ты так быстро нашел ее? Повезло?

– Я помню их все.

– Ты хочешь сказать, что помнишь, где находятся все книги? – Му Сяоя была потрясена.

– Эн.

Му Сяоя подумала, что это забавно, поэтому не смогла удержаться и сказала:

– Тогда помоги мне найти книгу.

– Ладно.

– Раньше я оставляла тут книги? – прежде чем началась средняя школа, она была помешан на маньхуа. Как только наступали каникулы, она приходила к Бай Чуаню под видом обучения. Как только родители входили, она небрежно ставила ее на книжную полку, чтобы никто не нашел. Хотя она не была уверена, она подумала, что, возможно, оставила здесь один или два тома маньхуа.

– Чистая школьная трава, – ответил Бай Чуань.

П. п.: название означает, что это самый красивый мальчик в школе, он  чист и невинен.

– Что?

– Чистая школьная трава, – Бай Чуань повторил название точно таким же тоном.

– Седзе маньхуа? – Му Сяоя смутно помнила, что это была маньхуа, которая ей особенно нравилась в начальных классах.

– Эн.

– Эта маньхуа, где она?.. – спросила Му Сяоя.

– Восточная полка, шестой ряд снизу, 128 – 136-я книги слева направо, – не дожидаясь, пока Му Сяоя закончит свои слова, Бай Чуань четко обозначил конкретное место.

– Здесь девять томов, – Му Сяоя начала искать книги в соответствии с инструкциями Бай Чуаня. – Восток, один, два, три, четыре, пять, шесть, этот ряд, слева направо… А, нашла.

Томики маньхуа всегда были меньше, чем обычные книги, поэтому она быстро нашла их, заметив ряд. Му Сяоя нашла всю серию «Чистая школьная трава».

– Обложка такая новая и хорошо сохранилась, – Му Сяоя небрежно пролистала несколько страниц, а затем обнаружила, что персонажи маньхуа внутри были великолепны и вызывали у людей мурашки по коже. Глаза главного героя были подобны бриллиантом, и они были светло-голубыми. Когда он улыбался, на заднем плане были великолепные лепестки роз. Какой особенный эффект, Мэри Сью, как я могла раньше любить такие вещи?

Но если подумать об этом, на самом деле иногда люди были странными. Когда-то им что-то нравится, но однажды они обнаружат, что это скучно.

– Ты хочешь еще книгу? – Му Сяоя стряхнула с себя мурашки и положила книгу обратно.

Бай Чуань покачал головой.

– Ну что ж, пошли.

Прибыв на место, они направились прямо в кабинет. Когда они вышли, то направились к двери, которая была в противоположном направлении от предыдущей. Из-за этого Му Сяоя, бросив лишь один небрежный взгляд, заметила портрет на стене гостиной.

Это был портрет бабушки Бай. На портрете бабушка Бай была одета в темный чонсам, ее волосы были собраны в аккуратный пучок, в ушах были жемчужины, а руки сложены друг на друге. Она грациозно сидела на стуле красного дерева и с обожанием смотрела на все перед собой.

– Я ее нарисовал, – Бай Чуань проследил за взглядом девушки и увидел, что она смотрен на масляную картину. Он нарисовал ее для бабушки, и ей очень понравилось. Она повесила ее на лестницу, чтобы видеть каждый раз, когда поднималась или спускалась.

– Ты это сделал? – неудивительно, что у бабушки Бай был такой любящий взгляд, она смотрела на Бай Чуаня.

– Эн, – Бай Чуань кивнул, – на третий день после того, как я ее нарисовал, бабушку положили в больницу.

Му Сяоя на какое-то время была ошеломлена и расстроена. На самом деле его память слишком хороша, и иногда это не обязательно было хорошо.

– Ты скучаешь по ней? – Му Сяоя не могла не спросить.

– Я думаю, – Бай Чуань кивнул.

Да, ах, как может Бай Чуань не думать? Память Бай Чуаня настолько хороша, что в его мире было очень мало людей, которых можно было бы запомнить. Если он хочет забыть, то не может.

Внезапно ее тело заключили в знакомые объятия.

Му Сяоя удивленно подняла глаза и обнаружила, что это Бай Чуань. Она не знала, когда он отложил книгу. В это время он нежно обнял ее:

– Не грусти.

«Грустно? Разве не тебе сейчас было грустно?»

Нет, она явно боялась, что Бай Чуань грустит, как она может быть грустной.

– Сяо Чуань, тебе все еще грустно, когда ты думаешь о бабушке? – тупо спросила Му Сяоя.

– Нет, – Бай Чуань покачал головой, – бабушка сказала, что у каждой жизни есть предел времени. У нее была своя, а у меня – своя. Бабушкин лимит времени истек, и она ушла. Я не хотел этого, но мне не грустно.

Бабушка была права.

Возможно, только такие аутичные пациенты, как Бай Чуань, могут спокойно и рационально встретить уход близких.

Однако на самом деле это хорошо. Когда придет время и она уйдет, он сможет сделать то же самое?

Примечания автора:

Бабушка Бай вдруг обнаружила пропавшую чашку из своего любимого чайного сервиза.

Бабушка Бай. Откуда появился скол, мы больше не можем ее использовать.

Бабушка Бай выбросила ее в мусорное ведро.

Бай Чуань увидел это и молча подошел, наклонился, чтобы поднять чашку, затем настойчиво поставил ее обратно на кофейный столик.

Бабушка Бай. Сяо Чуань, из-за скола она опасна и порежет тебе губы, – объяснив, она опять выбросила ее.

Бай Чуань присел на корточки и снова достал ее.

Бабушка Бай. …

Когда это Сяо Чуань так полюбил эту чашку?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 32 - Вернуться к работе и содержать жену

Они задержались во дворе в течение длительного времени и не возвращались домой, пока почти не наступил ужин.

Шэнь Цинъи уже накрыла стол блюдами, которые были любимыми блюдами Му Сяоя и Бай Чуаня.

– Папа, мама, а какую еду вы любите есть? – Му Сяоя некоторое время ела свои любимые блюда и вдруг заметила проблему. Она прожила с родителями всю свою жизнь и никогда не замечала, что они любят есть.

– Почему ты вдруг об этом спрашиваешь? – странно спросила Шэнь Цинъи.

– Я просто хочу знать, потому что с самого детства ты готовила мне мои любимые блюда. Я не знаю, что ты любишь есть.

– После замужества все по-другому. Наконец-то учишься любить своих родителей, – лицо Шэнь Цинъи было счастливым.

– Мама ~~ – Му Сяоя кокетливо умоляла о пощаде, но ее сердце было полно вины. Что она может сделать для своих родителей, даже если это было лишь пустяк…

– Жареная свинина с чили и тушеные свиные ребрышки, – Бай Чуань вдруг сказал несколько слов.

Бай Чуань внезапно назвал эти два блюда, и три члена семьи Му были мгновенно шокированы. Му Жочжоу с любопытством спросил:

– Откуда ты знаешь, что я люблю тушеные свиные ребрышки?

– И жареная свинина с чили, откуда ты знаешь, что я люблю ее есть? – Шэнь Цинъи тоже спросила.

Му Сяоя ошеломленно уставилась на своих родителей: неужели они имели в виду, что Бай Чуань был прав?

– Я помню, – ответил Бай Чуань.

– Помнишь? – Шэнь Цинъи и ее муж переглянулись. – Мы уже упоминали об этом при Бай Чуане?

– Эн, – Бай Чуань кивнул.

– …Посмотри на себя, – Шэнь Цинъи вдруг начала презирать свою дочь, – Бай Чуань всего несколько раз приходил к нам домой и вспоминал, что мы любим есть. Ты живешь в нашем доме уже более двадцати лет. Кроме набирания веса, чем еще ты занималась?

– Как это может быть одно и то же? С точки зрения памяти, как Сяо Чуань и я можем быть на одном уровне? – Му Сяоя сказала это обиженно.

– Я помогу ей вспомнить, – Бай Чуань видел, что его жену критикуют за то, что она не помнит, что ее отец и мать любили есть. Он быстро выразил готовность помочь ей вспомнить. Если он помнит, они никогда не забудут.

– Ладно, проявим уважение к Бай Чуаню, давай больше не будем об этом говорить, – Шэнь Цинъи ответила улыбкой, отпуская дочь с крючка.

Поскольку Му Сяоя пришла сегодня рано, Шэнь Цинъи начала нагружать дочь вещами, которые нужно было принести домой для свекрови после ужина.

– Еще рано, – Му Сяоя не хотела уходить.

– Что рано? Дорога назад займет час, – Шэнь Цинъи жестом велела мужу передать дочери приготовленный нарезанный перец.

– Вот, возьми, это сделала твоя мама в прошлом месяце. Эта партия перцев особенно острая. Пожалуйста, напомни своей семье, когда будете их есть, – напомнила она дочери, чтобы та отнесла подарок в ответ. Наконец она улыбнулась Му Сяоя, похоже, что они не могли дать ничего хорошего и довольствовались тем, что делали сами. В любом случае они не могли конкурировать с семьей Бай в плане финансовых ресурсов.

– Мы все в одном городе. Если ты хочешь прийти, пожалуйста, приходи к нам в любое время, – сказала Шэнь Цинъи.

– Я хочу видеть тебя каждый день, – неохотно сказала Му Сяоя.

– Тогда почему ты так торопилась выйти замуж? Если бы ты не вышла замуж, то могла бы все это время сидеть дома, – сказал Му Жочжоу и посмотрел на свою дочь. Он вдруг почувствовал себя усталым и старым. Он не злился, но да, он винил свою дочь за то, что она вышла замуж слишком рано.

– Нет! – как только Бай Чуань услышал, что его тесть против брака Сяоя, он сразу же забеспокоился и спрятал Му Сяоя позади себя.

– … – как только Му Жочжоу увидел оборонительную позу Бай Чуаня, он не мог ни смеяться, ни плакать. Этот ребенок не понимает, что я просто шучу.

– Ладно, я не буду тебя обкрадывать. Забери Сяоя, – сказала Шэнь Цинъи с улыбкой.

Двое ушли.

Старейшины семьи Му посмотрели, как отъезжает машина, а затем вернулись в дом. Хотя они и не хотели этого делать, на их лицах читалось облегчение и удовлетворение. На этот раз они обнаружили, что Бай Чуань не только умел зарабатывать деньги, работая, но даже умел защищать и любить их дочь. Разве не таковы были их требования к будущему зятю?

Поэтому Бай Чуань жил лучше, чем они думали, и Сяоя тоже жила лучше, чем они думали.

На обратном пути Му Сяоя начала хвалить сегодняшнее поведение Бай Чуаня:

– Ты сегодня очень хорошо себя вел. Мои родители, очевидно, любят тебя больше.

– Это из-за массажного кресла, купленного на мою зарплатную карточку? – спросил Бай Чуань.

– Это… – «Ппочему ты спрашиваешь о чем-то настолько реалистичном?» – Это одна из причин, но есть еще кое-что: ты помнишь, что мои родители любят есть, и это также очень вкусно.

– Эн, – Бай Чуань необъяснимо кивнул.

– Кстати… – есть одна вещь, которую Му Сяоя постоянно забывала спросить, – Сяо Чуань, сколько ты зарабатываешь каждый месяц?

– 500 000 юаней и премия в конце года, – Бай Чуань ответил, что не знает, как рассчитать премию в конце года, поэтому не назвал конкретной цифры.

– 500 000?! Шесть миллионов в годовом окладе и плюс премия в конце года… Значит, ты проработал больше трех лет?

– Три года, шесть месяцев и семь дней.

Му Сяоя подсознательно начала подсчитывать заработную плату, но через некоторое время сдалась. Короче говоря, она была уверена, что зарплатная карта Бай Чуаня не использовалась в течение этих трех лет. Первой оплатой, вероятно, за сегодняшнее массажное кресло.

– А чем ты занимаешься в компании? Почему зарплата такая высокая? – спросила Му Сяоя.

– Главная ответственность – программирование… – Бай Чуань произнес ряд профессиональных терминов один за другим. Услышав это, Му Сяоя пришла в замешательство. В итоге ей оставалось только убедить его, что она все поняла.

Забудь об этом, она не хотела входить в мир ученого.

Однако когда дело доходит до работы, она, кажется, обещала Бай Чжэну попросить Бай Чуаня вернуться к работе.

– Сяо Чуань, почему я не вижу, как ты идешь на работу? – удивленно спросила Му Сяоя.

– Сопровождаю тебя.

– ...Но мне также нужно идти на работу днем, так что ты не можешь сопровождать меня.

– Жду тебя.

– …

Му Сяоя была тронута, но в то же время почувствовала некоторое давление. Она знает, что очень важна для Бай Чуаня, но когда вся жизнь человека вращается только вокруг вас, люди вокруг него будут чувствовать бесконечное давление, особенно Му Сяоя. Если Бай Чуань пожертвует работой и жизнью только для того, чтобы ждать ее и сопровождать, то она почувствует, что это будет сродни предательству, когда пойдет на работу.

Даже если у нее осталось не так уж много времени, она не может позволить Бай Чуаню так жить. Она хотела, чтобы он был здоров и хорошо ладил с другими.

Миновав перекресток, Му Сяоя притормозила и остановила машину. Обернулась и посмотрела на Бай Чуаня. Она была очень спокойна и серьезно спросила:

– Сяо Чуань, ты любишь работать?

Бай Чуань посмотрел на Му Сяоя, которая говорила, и слушал, но Му Сяоя добавила:

– Не сравнивай это с моей работой.

– ...Нравится, – через некоторое время Бай Чуань кивнул.

Ему очень нравится его нынешняя работа. Эта работа может производить удивительные вещи с помощью простого кодирования. И время от времени будет появляться новый проект, очень сложный, который будет передан ему. Ему нужно понемногу распутывать его. Ему очень нравится процесс расшифровки.

– Ты вернешься на работу на следующей неделе? – спросила Му Сяоя.

– Ты хочешь, чтобы я работал? – спросил Бай Чуань с непониманием в глазах. Это заставило Му Сяоя чувствовать себя плохо, если она ответит «да», она будет отрицать желание Бай Чуаня сопровождать ее и ждать, как он делает это сейчас.

– Сяо Чуань, ты знаешь, что делает муж после свадьбы? – Му Сяоя не ответила прямо на вопрос Бай Чуаня, она решила убедить его приемлемой причиной.

Бай Чуань недоуменно покачал головой. Он только знал, что когда женится, то всегда сможет быть с Му Сяоя.

– После женитьбы муж зарабатывает деньги, чтобы содержать семью. Если ты не работаешь, как ты можешь содержать свою семью и меня? – Му Сяоя притворилась расстроенной.

– Я позабочусь об этом. В понедельник я пойду на работу, – Бай Чуань тут же пообещал, что будет поддерживать свою семью и Сяоя.

Желая показать, что Бай Чуань слишком мил, Му Сяоя не сдержалась и поцеловала Бай Чуаня в щеку, прежде чем снова завести машину, чтобы уехать.

Бай Чуань закрыл лицо руками, в его глазах отражались яркие неоновые огни города, и он наконец слегка улыбнулся.

Было уже восемь часов, когда они вернулись домой. Как только машина была припаркована, дядя Ли поздоровался с ними.

– Второй молодой господин, вторая молодая госпожа. Я повесил для вас картину из пазлов.

– Спасибо, дядя Ли, – сказала Му Сяоя.

– Вторая молодая леди очень вежлива. Кстати, на кухне есть охлаждённые арбузы. Вторая молодая госпожа, второй молодой господин, не хотите ли немного?

– Нет, спасибо, – покачала головой Му Сяоя и отдала дяде Ли нарезанный перец, который принесла из дома. – Это нарезанный перец, который моя мама собственноручно приготовила.

– Если это приготовлено ею, то должно быть очень вкусно. Завтрашний ужин будет из рыбы с чили, так что это как раз то, что нужно, – ответил дядя Ли.

– … – она не знала, что ужин планируется на каждый день.

Они вместе прошли в гостиную. Как только они вошли в дом, Му Сяоя почувствовала освежающий аромат арбуза.

Похоже, что сегодняшним десертом после ужина был арбуз. Неудивительно, что дядя Ли спросил их, не хотят ли они съесть арбуз.

Вся семья Бай была внизу, и Му Сяоя, естественно, хотела поздороваться. Вдвоем они вошли в гостиную, следуя за запахом арбуза. Они увидели трех членов семьи Бай, сидящих на диване с половинками арбуза в руках.

– … – «Что не так с этой странной картиной? «

Странно ли было есть арбуз? Есть арбуз, конечно, не странно.

Было ли странно держать половинку арбуза и есть ее ложкой?

Не было ничего плохого в том, чтобы есть арбуз, и не было ничего плохого в этом смелом и непринужденном способе есть арбуз. Но разве не разумно было бы на роскошной вилле, в роскошной гостиной, перед тремя людьми, одетыми в изысканную одежду, разрезать арбуз на мелкие кусочки, а затем проткнуть его маленькой вилкой?

– Сяо Чуань, Сяоя, вы вернулись? – Ли Жун приветствовала их с белой фарфоровой ложкой в руке.

– Папа, мама, брат, как арбуз? – через некоторое время Му Сяоя успокоила свои странные мысли.

– Да-а, да-а, мы никогда раньше так не ели арбуз. Я не ожидала, что будет так приятно есть его прямо ложкой.

– Ха-ха-ха… это довольно приятно, – Му Сяоя не знала, что сказать, и могла только согласиться с этим.

– Это все благодаря вдохновению, которое вы с Сяо Чуанем принесли нам, – взволнованно сказала Ли Жун.

– Мы? – Му Сяоя была ошеломлена, она только что вернулась из своего дома и ничего не сделала.

– Как только я увидела картину в твоей комнате, она мне понравилась. Я ничего не могла сделать со своим желанием, мне очень захотелось съесть арбуз так же, как и вы, – в течение дня дядя Ли помог повесить картину, и Ли Жун последовала за ним, чтобы посмотреть на нее. Когда она увидела взаимодействие двух людей на картине, ей это понравилось. Итак, она схватила мужа и старшего сына за обедом и заставила их есть арбуз вместе, как на той картине.

Му Сяоя посмотрела на двух других людей. Один смутился, а другой опустил глаза и ничего не сказал; он не переставал есть арбуз, который держал в руке.

– Тогда... тогда просто продолжайте есть. Сначала мы поднимемся наверх и переоденемся, – Му Сяоя не чувствовала, что ей лучше оставаться здесь, и была готова ускользнуть.

– Подожди минутку, ты можешь сфотографировать нас, я хотела бы позже сделать пазлы и попросить Сяо Чуаня помочь нам, – сказала Ли Жун.

Еще одну фотографию!

Отец и сын семьи Бай ели арбуз, который держали в руках, и замерли.

– Хорошо, – Му Сяоя достала свой мобильный.

– Вы двое идите сюда. Давайте сфотографируемся вместе, – Ли Жун повернула голову, чтобы сказать это двум мужчинам, которые дулись и ели арбуз.

Те молча переглянулись. Неизвестно, через какое мысленное путешествие они прошли. Наконец они сели с арбузом слева и справа от нее, потом все посмотрели в камеру.

Сделав снимок, Му Сяоя отправила его Ли Жун через WeChat, а затем с улыбкой убежала в комнату на втором этаже, чтобы показать свою необузданную улыбку.

Ох~~~ Бай Чуань последовал за своей женой, она была такой милой, ха-ха-ха…

Внизу, после того как семья Бай сделала снимок, отец и сын сразу же отделились друг от друга и сели на свои места, намереваясь как можно скорее доесть арбуз, который держали в руках, чтобы выбраться из этого неловкого положения. Но они не ожидали, что их арбузы еще даже не были закончены, когда эта фотография распространилась по всему богатому кругу города Юньчэн.

Некоторые люди даже тайно послали прямое сообщение на WeChat, чтобы спросить Бай Чжэна: [Планирует ли семья Бай заняться фруктовым бизнесом? Почему в последнее время это были вишни и арбузы?]

Бай Чжэн:

– …

Му Сяоя наконец немного успокоилась, обернулась и увидела уведомление круга друзей своей свекрови, затем сразу же улыбнулась и закрыла его.

Приняв ванну и переодевшись в пижамы, они сели, скрестив ноги, на край кровати и подняли глаза, чтобы полюбоваться картиной, висящей на стене.

– Сяо Чуань, тебе все еще не по себе? – хотя картина была повешена, Му Сяоя знала, что за ней все еще есть гвозди.

– Нет, – Бай Чуань посмотрел на загадку и мягко покачал головой.

Му Сяоя внезапно почувствовала облегчение и настроилась внимательно оценить эту картину. Посмотрев на нее некоторое время, Му Сяоя вынуждена была признать, что способности Лянь Ноно к фотографии были хороши, так как композиция и освещение были почти идеальными. Даже со своими академическими исследованиями в области дизайна она не могла выделить никакой дисгармонии.

Кроме того, Му Сяоя нравится настроение на фотографии. В тот день она и Бай Чуань помогали Лянь Ноно собирать вишни, поэтому они оделись небрежно. Простые рубашки с длинными рукавами, штанины и рукава были закатаны, а волосы растрепаны после целого дня труда. Она и Бай Чуань сидели плечом к плечу, с потными лицами, с арбузом в руках, улыбаясь. Солнце светило им в спину, а в углу стояла корзина со свежесобранными вишнями. Вся картина была полна жизни, тихой и прекрасной.

– Мне нравится эта фотография, – сказала Му Сяоя.

– Мне тоже нравится, – Бай Чуань не знал, как это оценить, но когда он смотрел на эту фотографию, у него было очень приятное чувство.

Ранним утром следующего дня Бай Чуань встал вовремя для пробежки и, как обычно, встретил своего старшего брата у входа.

Сегодня беговая дистанция Бай Чуаня должна составить 2900 метров. Во время бега Бай Чжэн планировал пробежать 1450 метров с Бай Чуанем сегодня, а затем, когда его брат повернет назад, завершить оставшуюся часть пробежки. Он будет продолжать бежать вперед, чтобы пробежать свои собственные пять километров. Иначе этого расстояния для бега каждый день было бы недостаточно.

Пробежав некоторое время до знакомого перекрёстка со светофором, Бай Чжэн понял, что ему предстоит пробежать оставшееся расстояние одному. Как только он подумал об этом, Бай Чуань внезапно обернулся.

То есть повернул назад.

Бай Чжэн не остановился. Он выбрал другой путь и продолжал бежать вперед. Пробежав метров семь-восемь, он все еще чувствовал себя немного неуютно, поэтому оглянулся и вдруг остановился.

Потому что Бай Чуань действительно остановился на месте и не двигался.

Бай Чжэн был немного озадачен и поспешил обратно. Когда он собирался спросить Бай Чуаня, почему он не вернулся, он услышал, как Бай Чуань сказал:

– Ты продолжал бежать.

– … – «Конечно продолжал, это твоя задача пробегать 2900 метров, а не моя. Мне приходится бегать по 5 километров каждый день». Но… видя серьёзное выражение лица брата, как мог Бай Чжэн сказать такое. Более того, это был первый раз, когда его брат проявил заботу о нем, хотя это и было немного ошибочно.

Со вздохом Бай Чжэн взял на себя инициативу признать свою «ошибку»:

– Я не рассчитал расстояние.

Видя, что Бай Чжэн вовремя осознал свою ошибку, Бай Чуань больше ничего не говорил, вместо этого он повернулся и продолжил бежать обратно тем же путем.

Бай Чжэн последовал за ним со сложным взглядом, размышляя некоторое время о том, чтобы пойти в спортзал, чтобы использовать беговую дорожку, чтобы компенсировать оставшееся расстояние.

Подбежав к воротам, они одновременно остановились, и слуга быстро подал им полотенце, чтобы они вытерли пот. Бай Чжэн вытер пот с шеи. Внезапно он почувствовал, что кто-то смотрит на него, и оглянулся.

– Я иду на работу, – Бай Чуань ждал, когда Бай Чжэн посмотрит на него. Увидев, что он смотрит на него, он тут же закончил то, что хотел сказать, и ушел не оглядываясь.

– … – «Если ты не хочешь идти, то не ходи. Если бы ты не был моим братом, тебя бы сто раз уволили».

Хм!

Потому что Бай Чуань собирался вернуться на работу завтра после отпуска, после завтрака Му Сяоя повела Бай Чуаня в городской супермаркет. Она планировала купить несколько свадебных конфет и отдать их Бай Чуаню, чтобы он мог поделиться ими со своими коллегами, когда вернется завтра на работу.

– Сколько человек в вашей компании? – спросила Му Сяоя.

Бай Чуань замер и вдруг начал доставать свой мобильный.

– Что ты делаешь со своим мобильником? – странно спросила Му Сяоя. Это был первый раз, когда Бай Чуань не дал немедленного ответа, когда она спросила его о цифрах.

– Я не знаю, сколько людей в компании, поэтому я спросил своего старшего брата, – Ответил Бай Чуань.

– … – спросить Бай Чжэна было равносильно тому, чтобы спросить, сколько сотрудников было в Yifeng Group. В соответствии с этим количеством, если мы купим столько свадебных конфет, сколько это будет стоить?

– Кхе… не это… сколько человек в твоем отделе? Это люди, которые регулярно общаются с тобой на работе.

– Пятнадцать, – на самом деле в отделе исследований и разработок игр было не пятнадцать сотрудников, а пятнадцать человек, которые могли общаться с Бай Чуанем.

– Пятнадцать, их немного, – Му Сяоя посмотрела на свадебные конфеты перед собой и решила выбрать более дорогие. – Тогда мы купим двадцать пакетов свадебных конфет. Ты отдашь их им завтра, когда пойдешь на работу.

– Там всего пятнадцать человек, зачем покупать двадцать пакетов? – Бай Чуань, чрезвычайно чувствительный к числам, не терпел противоречий.

– Пять дополнительных пакетов будут отданы любому, кто тебе понравится.

– Ох.

Выбрав конфеты, Му Сяоя пошла купить розовые открытки, а затем отвела Бай Чуаня домой.

В мгновение ока наступил понедельник.

Сегодня она попросила соискателей прийти на собеседование, поэтому Му Сяоя ушла на полчаса раньше обычного. Прежде чем уйти, она еще раз напомнила Бай Чуаню, чтобы он не забыл отнести свадебные конфеты в компанию и раздать их своим коллегам.

Му Сяоя шла около десяти минут, когда подъехала машина, которая забрала Бай Чуаня.

Поскольку Бай Чжэн и Бай Гоюй сегодня утром не поехали в компанию и собирались на встречу в другом месте, Бай Чжэн специально попросил своего секретаря забрать Бай Чуаня на работу.

– Сяо Чуань, – дверь открылась, и Ван Цзин, одетая в костюм, вышла из машины с улыбкой на лице. Ван Цзин была секретарем Бай Чжэна. Когда Бай Чуань и бабушка Бай жили вместе, Ван Цзин почти всегда забирала Бай Чуаня на работу и с работы.

Когда Бай Чуань увидел ее, он крепче сжал в руке свадебный пакет с конфетами, затем поджал губы и замер.

– Второй молодой господин, секретарь Ван пришла забрать вас на работу, – дядя Ли открыл дверь для Бай Чуаня. Бай Чуань иногда жил на вилле, так что дядя Ли тоже несколько раз встречался с Ван Цзин. У него было хорошее впечатление о Ван Цзин, потому даже если есть проблема, то до тех пор, пока второй молодой мастер любит кого-то, дядя Ли, естественно, будет чувствовать, что этот человек более приятен для глаз. Более того, это была инфекционная болезнь семьи Бай, которая есть почти у всех.

– Нет, – отказался Бай Чуань.

– Почему ты вдруг не хочешь ехать? Разве вы не обещали сегодня утром это второй молодой леди? – удивился дядя Ли.

– Сяо Чуань, нам пора на работу. Люди в отделе исследований и разработок слышали, что вы возвращаетесь, и ждут, чтобы поприветствовать вас, – также убеждала Ван Цзин с улыбкой.

– Не говори, – Бай Чуань посмотрел на Ван Цзин и сухо сказал: – Не называй меня Сяо Чуань.

Лицо Ван Цзин изменилось, но она заставила себя улыбнуться и спросила:

– Сяо Чуань, я сделала что-то не так? Если так, скажи мне, я обещаю измениться.

– Не говори, – Бай Чуань сердито нахмурился. Почему этот человек не понимает? Он сказал, что ей нельзя говорить, но она все равно звала его так.

В это время Бай Чжэн вышел из дома и услышал шум. Он подошел с угрюмым лицом и спросил Ван Цзин:

– Что происходит?

– Президент, я не знаю, Сяо Чуань…

– Не называй! – крикнул Бай Чуань, на этот раз голос был явно гораздо громче, чем раньше, и это быстро напугало Ван Цзин, заставив ее замолчать.

Как только настроение Бай Чуаня менялось, никто больше не осмеливался заговорить. Через некоторое время молчания Бай Чжэн почувствовал, что настроение Бай Чуаня немного успокоилось, и он мягко спросил Бай Чуаня:

– Что случилось, Сяо Чуань? Почему ты не идешь на работу?

– Нет, не позволяй ей отвозить меня. Ей нельзя называть меня Сяо Чуань, – сказал Бай Чуань и указал на Ван Цзин.

Лицо Ван Цзин побледнело, она в панике посмотрела на Бай Чжэна и объяснила:

– Президент, я ничего не делала. Я не знаю, почему... второй молодой мастер сказал это.

Бай Чжэн взглянул на Ван Цзин. Вместо того чтобы тут же обвинить ее, он махнул рукой и сказал:

– Вернись в компанию.

– Да, – хотя Ван Цзин была готова все объяснить, она не знала, в чем проблема, поэтому могла только вздохнуть и с тревогой уехать.

Когда Ван Цзин уехала, Бай Чжэн с серьезным видом спросил Бай Чуаня:

– Ван Цзин сделала тебе что-то плохое?

Глаза Бай Чжэна потемнели. Если Бай Чуань кивнет, то его гнев никто не сможет остановить, но Бай Чуань молчал и никак не реагировал.

– Почему ты вдруг не позволил ей отвести тебя в компанию? – Бай Чжэн подумал, что Бай Чуань не понял, и переформулировал свой вопрос.

– Потому что Сяоя этого не любит, – ответил Бай Чуань.

«Му Сяоя?» Бай Чжэн подумал об этом и сразу же вспомнил, что, когда он был на кладбище, он попросил Ван Цзин остаться и отвести Бай Чуаня и Му Сяоя обратно в дом семьи Му. «Похоже, Ван Цзин сделала что-то такое, что расстроило Му Сяоя. Итак, Му Сяоя попросила Бай Чуаня не вступать в контакт с Ван Цзин, и это вызвало сегодняшнюю суету? «

– Вторая молодая леди ревнует? – догадался дядя Ли.

– … – «От женщин одни неприятности».

Какой бы ни была причина, поскольку Бай Чуань не любит Ван Цзин, то Ван Цзин не будет позволено появляться перед Бай Чуанем:

– Дядя Ли, пусть семейный водитель отвезет Сяо Чуаня в компанию.

– Ладно, – дядя Ли тут же обернулся, чтобы оповестить водителя.

– Подожди, старший брат сменит тебе водителя, – сказал Бай Чжэн Бай Чуаню.

– Спасибо.

Холодное лицо Бай Чжэна мгновенно расслабилось, только за это «спасибо» он был готов десять раз сменить водителя.

Примечания автора:

Му Сяоя училась в университете, поэтому она меньше ходила в дом Бай, а Бай Чуань, очевидно, был более молчалив. Профессор Фэн предложил разрешить Бай Чуаню заниматься общественной работой и расширить его круг общения.

Бай Чжэн: – Сяо Чуань, ты хочешь пойти работать в нашу компанию?

Бай Чуань: – …

Бай Чжэн: – В компании много людей твоего возраста.

Бай Чуань: – …

Бай Чжэн: – Они только что окончили университет…

«Университет? Сяоя только что поступила в университет, будет ли она работать после окончания?»

Бай Чжэн: –  Работа тоже может быть…

Бай Чуань сказал решительно и быстро: – Я пойду!

Бай Чжэн: – «...Какой из моих доводов убедил его?»

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 33 - Раздача свадебных конфет

Yifeng Group

Охранник здания увидел приближающийся издалека черный автомобиль. Когда машина подъехала ближе, он увидел номерной знак, затем быстро подбежал и открыл дверь на со стороны заднего сиденья.

– Второй молодой господин, вы вернулись к работе, – как квалифицированный охранник он запомнил номера всех высших руководителей компании, не говоря уже о номерах семьи председателя.

Бай Чуань взглянул на него, медленно вышел из машины, затем достал из сумки пакетик свадебных конфет и протянул его охраннику.

– Для меня? – молодой охранник был немного нерешительным. Он уже два года работает охранником в компании. Не говоря уже о том, что каждый день, по крайней мере четыре раза в неделю, он помогал второму молодому мастеру Бай открыть дверцу машины и впервые заговорил с ним.

– Свадебные конфеты, – Сяоя сказала, что лишние пять упаковок свадебных конфет можно подарить людям, которые были приятны глазу. Охранник очень радует глаз и часто помогает ему открыть дверь.

– Мне... свадебные конфеты? – молодой охранник в шоке заикнулся. Спустя долгое время он произнес поздравление: – Второй молодой мастер... счастья новобрачным.

«Счастья новобрачным?»

После женитьбы он был по-настоящему счастлив. Бай Чуаню очень понравилось это благословение, и он сразу же почувствовал, что не зря отдал этот пакетик свадебных конфет.

Рядом с молодым охранником стоял охранник средних лет. Увидев его, он быстро подошел поздравить, надеясь, что сможет также прикоснуться к сыну босса. Кто знал, что второй молодой мастер Бай просто взглянет на него и спокойно уйдет?

– Почему свадебные конфеты только для тебя? – охранник средних лет недовольно посмотрел на молодого охранника.

– Второй молодой мастер… Он только что говорил со мной? – ошеломленно спросил его молодой охранник.

– А я и забыл, что ты дурак. Я возьму половину свадебных конфет, – охранник средних лет выхватил свадебную конфету из рук охранника и открыл пакет. Между разноцветных конфет виднелась розовая записка. Охранник средних лет достал ее, и молодой охранник наклонился, чтобы посмотреть.

– Спасибо, что позаботились о Бай Чуане, – за словами последовал мультяшный персонаж в образе невесты.

Это написала вторая молодая леди? – спросил охранник средних лет у маленького охранника.

В свадебных конфетах была записка с карикатурным персонажем невесты. Кроме жены второго молодого мастера, больше никто не мог этого сделать.

– Похоже, второй молодой мастер женился на хорошей женщине.

При входе в вестибюль были люди, которые приветствовали Бай Чуаня всю дорогу, но все были очень осторожны, чтобы держать дистанцию, так что поток людей в пространстве вокруг Бай Чуаня не был слишком плотным. Это была строгая инструкция, выданная отделом кадров Yifeng Group до того, как Бай Чуань прибыл в компанию. Все сотрудники Yifeng Group знали, что Бай Чуань страдает аутизмом и не любит тесного контакта с людьми, поэтому, если они встречают Бай Чуаня в компании, им нужно держаться как можно дальше.

Всю дорогу до лифтовой комнаты Бай Чуань, не обращая ни на кого внимания, стоял перед лифтом и ждал.

Когда Бай Чуань стоял там, отдел безопасности заставил лифт остановиться на втором этаже и сообщил сотрудникам в лифте через громкоговоритель лифта:

– Вы все на втором этаже. Спуститесь по лестнице и освободите лифт для второго молодого мастера.

Люди в лифте не чувствовали в этом ничего странного. Они привыкли выходить из лифта на втором этаже и спускаться по лестнице. Поэтому, когда лифт прибыл в вестибюль на первом этаже для Бай Чуаня, там не было даже тени от посетителей.

Сотрудники Yifeng Group тоже привыкли к этой сцене. Как только Бай Чуань вошел в лифт, они, естественно, рассыпались у дверей каждого лифта.

На самом деле в самом начале Бай Чжэн рассматривал возможность установки специального лифта для Бай Чуаня, но, учитывая, что Бай Чуань пользуется лифтами только два раза в день, общее время составляло менее пяти минут, поэтому было немного преувеличено выделять лифт для этого. Поэтому, когда Бай Чуань поднимался на лифте, он попросил отдел безопасности оказать ему максимальное содействие.

Об этом инциденте Yifeng Group намеренно не уведомила всю компанию, но все сотрудники компании были элитой. После нескольких инцидентов они также поняли правила. Обычно, когда они видят Бай Чуаня, стоящего у двери лифта, они автоматически отстраняются. Конечно, были некоторые новые сотрудники, которые не знали о правилах и случайно входили в лифт с Бай Чуанем, но в этой ситуации количество людей в лифте было небольшим и толпы не было, поэтому Бай Чуань не чувствовал себя неловко и у него не было реакции.

Ради этого неписаного правила Yifeng Group специально добавила своим сотрудникам дополнительное преимущество: опоздание на три минуты не считается опозданием. Другими словами, Yifeng Group дала каждому в компании три минуты, чтобы Бай Чуань мог воспользоваться лифтом.

Люди в отделе исследований и разработок игр уже давно были проинформированы о том, что Бай Чуань возвращается сегодня на работу. Если это был обычный человек, вернувшийся на работу после столь длительного отпуска, коллеги компании символически приветствуют его возвращение и организуют торжественную церемонию. Однако Бай Чуань не был обычным человеком. Программисты из отдела исследований и разработок относились к Бай Чуаню как к своему кумиру, даже если они умирали мысленно, они не осмеливались подбежать, чтобы выразить свои искренние чувства. Если они выразят свое мнение и у Бай Чуаня возникнут проблемы, президент порубит их ножом.

Так что они могут только делать свои собственные вещи шаг за шагом, как будто все было как обычно. Но…

Внутренняя чат-группа отдела исследований и разработок.

[Синсин (Орангутанг): Пришёл ли второй молодой мастер?]

[Цянь Тай (Стойка регистрации): Только что вышел из лифта и несёт пакет.]

[Пан Цзы (Толстяк): Принес ли нам второй молодой мастер подарок?]

[Все: Ты работал сверхурочно прошлой ночью и еще не проснулся?]

[Пан Цзы: Мне кажется, я скоро умру. У меня начались галлюцинации.]

П.п.: он думает, что его жизнь мелькает перед глазами и он вот-вот умрет, потому что счел, что босс принес им подарок.

[А-Тун Му: Держись, второй молодой мастер вернулся, чтобы спасти нас. Дни сверхурочных наконец-то подходят к концу.]

[Синсин: Я действительно хочу обнять и поцеловать второго молодого мастера.]

[Все: Проваливай. Если ты посмеешь отпугнуть второго молодого мастера, мы убьем тебя сегодня же.]

[А-Тун Му: Выйдет ли наша новая AR-игра по расписанию и сможем ли мы получить бонус в этом квартале, зависит от второго молодого мастера.]

[Синсин: Вы рассортировали вопросы и отправили их на рассмотрение?]

[Цзюэбу Тутоу (Не лысый): Все готово, они будут автоматически отображаться при включении.]

Другого выхода не было. Их второй молодой мастер обычно не разговаривает с людьми и не читает электронные письма, поэтому, если у них есть какие-либо вопросы, которые они хотели бы задать второму молодому мастеру, они могут использовать только специальное программное обеспечение, которое позволяет отображать их сообщения на экране компьютера Бай Чуаня.

Кстати говоря, отдел исследований и разработок однажды получил болезненный урок. Когда Бай Чуань впервые пришел в отдел исследований и разработок, он игнорировал всех. У них была техническая проблема, которую нельзя было решить. Они общались с Бай Чуанем, но тот их игнорировал. Не найдя решения, один из программистов придумал «плохую идею» поместить проблему непосредственно в компьютер Бай Чуаня. Думая, что Бай Чуань будет смотреть на свой компьютер каждый день, он увидит проблему в это время. Кто знал, что когда соединение между компьютерами произошло, оно было контратаковано брандмауэром, установленным Бай Чуанем, оно не только не смогло успешно вторгнуться, но и уничтожило все данные на этом компьютере.

Это была ужасная потеря. В это время программист был готов расплакаться. В конце концов президент Бай Чжэн долго беседовал со вторым молодым мастером, а затем второй молодой мастер поднял свою дорогую руку, чтобы восстановить компьютер. И они также согласились установить на его компьютер небольшую программу для автоматического открытия новой почты, что было основным решением проблемы связи.

*Ка-ча~*

Бай Чуань толкнул дверь кабинета и вошел. Как раз в тот момент, когда все спокойно посмотрели на Бай Чуаня и подумали, что он идет в свой кабинет, они вместо этого наблюдали, как Бай Чуань, который только что вошел в дверь, повернулся и остановился в кабинете Цзюэбу Тутоу.

– Второй… второй молодой мастер? – настоящее имя Цзюэбу Тутоу – Юй Цянь. Когда он увидел Бай Чуаня, стоящего перед ним, как только он вошел в дверь, он не мог не чувствовать себя виноватым. Неужели он уже перебрал всю информацию, которую отправили на электронный ящик второго молодого мастера? Как второй молодой мастер узнал так быстро?

Бай Чуань ничего не сказал, он просто достал пакетик свадебных конфет и дал ему.

Юй Цянь посмотрел на пакет, который был особенно красочным. Этот неопознанный предмет подозревался в том, что это… свадебные конфеты. Он был так счастлив, что не смел пошевелиться. Это что шутка, неужели их второй молодой мастер был похож на того, кто любит людей настолько, чтобы дарить им свадебные конфеты?

– Свадебные конфеты, – сказал Бай Чуань.

– Свадебные конфеты?! Для... для меня? – Юй Цянь тут же изобразил недоверчивое выражение лица; это действительно были свадебные конфеты, ах.

– Да, – чтобы выполнить задание Сяоя, Бай Чуань тоже старался изо всех сил и общался с остальными.

– Спасибо… Спасибо… второй молодой мастер, – Юй Цянь с таинственным видом взял свадебные конфеты.

Когда Бай Чуань увидел, что он взял их, он повернулся и пошел к следующему столу. Потом достал пакетик свадебных конфет и протянул.

С прецедентом Юй Цяня реакция других людей была намного спокойнее. Хотя они все еще думали, что это волшебство, никто больше не был шокирован. После поздравлений они почтительно взяли свадебные конфеты.

Бай Чуань раздал пятнадцать пакетов свадебных конфет один за другим. Он лично подходил к столу каждого из них и передавал их. После того как последний пакет был отдан, Бай Чуань с облегчением вернулся в свой кабинет.

Закончив раздавать свадебные конфеты, он оставил позади кабинет тупых обезьян-программистов.

[ОМГ, в своей жизни я действительно могу съесть свадебную конфету, лично подаренную вторым молодым мастером.]

Неизвестно, кто вздохнул в группе, но чат-группа отдела исследований и разработок немедленно взорвалась пламенем.

[Второй молодой мастер женат, верно? Из-за того, что старая госпожа умерла?]

[Я слышал, что этот брак был заключен для того, чтобы исполнить последнее желание старой госпожи. Я тайком узнал об этом от группы сплетников из административного отдела. Источник – помощник президента.]

[Ты, бесстыдник, пошел в административный отдел к этому черному человеку.]

П. п.: я думаю, что они имеют в виду Ван Цзин, и если это так, то это означает, что ее коллеги видят в ней чернобрюхого человека или зеленую чайную суку.

[Но если источник – помощник президента, то информация достоверная.]

[Разве смысл этого разговора не в том, что второй молодой мастер взял на себя инициативу лично отдать нам сегодня свадебные конфеты?]

[А, второй молодой мастер взял на себя инициативу поговорить со мной сегодня.]

Никому не нужно было спрашивать, кто это, все знали, что это Юй Цянь, но его фраза была молчаливо проигнорирована всеми, и обсуждение свадебных конфет продолжилось.

[Сумка второго молодого мастера невелика. Похоже, что только наш отдел получил их.]

[Вы знаете, кто заставил второго молодого мастера раздавать свадебные конфеты?]

Сразу после того, как вопрос был задан, в группе внутреннего чата внезапно появилась фотография. Это была розовая записка с ярким карикатурным портретом невесты и рядом с ней: [Спасибо, что позаботились о Бай Чуане.]

Внезапно группа притихла, и звук распаковки свадебных конфет эхом разнесся по кабинету. Они обнаружили, что в каждой пачке свадебных конфет была одна и та же розовая записка.

[У-у-у-у ~~ Мне нравится вторая молодая госпожа.]

[Заткнись, ты хочешь умереть?!]

Работая с Бай Чуанем, страдающим аутизмом, многие люди в отделе исследований и разработок должны обращать внимание на Бай Чуаня или приспосабливаться к нему. Хотя зарплата для этого отдела была очень высокой, детали размещения были не просто зарплатой. Это было все равно что уступать места нуждающимся в метро. Вам не нужно, чтобы вас благодарили другие, но эта благодарность всегда заставит вас чувствовать себя теплее.

П. п.: они показывают, как они случайно приспосабливались к Чуаню и что розовая записка Сяоя действительно согрела их, потому что отношение, которое они имели раньше, было ожидаемым, и никто никогда не показывал им благодарности

Тепло также заставляло их чувствовать, что расстояние между ними и Бай Чуанем уменьшалось.

В студии Hamp;Y.

Му Сяоя взяла две чашки кофе. Одна чашка была дана Фан Хуэй, которая устала и была парализована на диване, в то время как другая была для себя.

– Вдыхая запах кофе, я чувствую, что немного восстановил силы, – Фан Хуэй села и сделала глоток кофе.

– Почему ты приглашаешь так много людей на собеседование? – за два с половиной часа они опросили почти двадцать человек, которые искали работу. У них даже не было времени выпить воды.

– Я думаю, что около половины из них хорошие. Кто бы мог подумать, что их будет так много? –  Фан Хуэй вздохнула: – Неужели сейчас так трудно найти работу?

– Я не пробовала искать работу, не знаю, – Му Сяоя уехала учиться за границу в своей прошлой жизни и сразу же открыла студию в этой. Она действительно не знала, как выглядит нынешний внутренний рынок.

– За работу в 5000 юаней почему конкуренция такая жестокая? – Фан Хуэй не могла не вздохнуть.

– Не все могут быть такими счастливыми, как мы, – в этом отношении Му Сяоя была более обоснованной, чем Фан Хуэй. Старейшины семьи Му оба были учителями. Эта пожилая пара работала десятилетиями, и сегодняшние отчисления на премию к зарплате составляли лишь немногим более 10 000 юаней.

– Кроме того, – семья Фан Хуэй – богачи, но когда она была ребенком, она пережила несколько лет лишений, но все еще была совершенно не осведомлена о реальности мира, – какие двое, по-твоему, подходят для этих должностей?

– Я думаю, парень, который работает неполный рабочий день в кафе.

Фан Хуэй бросила взгляд на бар позади них и сразу же поняла смысл слов Му Сяоя:

– Понятно, значит, этот новобранец. Есть также маленькая девочка, которая очень хорошо использует фотошоп. Мы определенно сможем использовать ее, когда откроем магазин Таобао. Давай ухватим этих двух.

– Хорошо, – у Му Сяоя не было своего мнения.

– Кстати, когда ты пришла сегодня утром, ты сказала, что Бай Чуань сегодня вернулся на работу? – поговорив о работе, Фан Хуэй начала сплетничать.

– Да, – Му Сяоя кивнула.

– Я действительно не могу себе представить, как аутист идет на работу.

– Не смотри на людей свысока. Бай Чуань нашей семьи имеет трехлетний опыт работы и является талантом высшего уровня с годовой зарплатой в 6 миллионов, – Му Сяоя сильно подчеркнула шесть цифр и ткнула ей правдой в лицо.

– А что тут такого? Компания моего отца имеет чистую прибыль более 100 миллионов долларов в год.

– Ты собираешься использовать богатство своего отца, чтобы сразиться со мной? – Му Сяоя прищурилась.

– Забудь об этом. Теперь у тебя два папы. Моя семья – выскочки, воевать совсем не обязательно, – Фан Хуэй подняла кулак, чтобы признать поражение, и сказала: – Я сдаюсь.

Эти двое прервали свою болтливую беседу, и, вопреки ожиданиям, Му Сяоя вспомнила Бай Чуаня. Как только она приехала на работу, она была занята интервью с Фан Хуэй и не имела возможности спросить Бай Чуаня о работе. Хотя Бай Чуань работает в компании уже более трех лет, в этом не было ничего неудобного, но как «виновник», который обманул Бай Чуаня, чтобы вернуться на работу, Му Сяоя не могла не волноваться.

Му Сяоя достала свой мобильный телефон и отправила сообщение Бай Чуаню:

[На работе?]

Бай Чуань быстро ответил:

[Да.]

Му Сяоя:

[Ты, должно быть, очень занят после возвращения из долгого отпуска.]

Бай Чуань: [Не занят.]

Никто не осмеливается оговаривать объем работы Бай Чуаня. Ему всегда нравилось контролировать, сколько он делает, поэтому он никогда не чувствовал себя занятым.

Му Сяоя улыбнулась и продолжила спрашивать:

[Что-нибудь неудобно или не так, как раньше?]

Бай Чуань:

[Да.]

Му Сяоя нахмурилась:

[Что не так?]

Бай Чуань:

[Я хочу уйти с работы и увидеть тебя дома.]

Му Сяоя уставилась на это сообщение и была ошеломлена. Затем она счастливо улыбнулась.

– На что ты смотришь, так много улыбаешься? – Фан Хуэй схватила мобильный телефон Му Сяоя, взглянула на содержимое, и тут у нее заболели зубы. – Черт возьми, Бай Чуань – эксперт по флирту.

– Верни мне телефон, – Му Сяоя забрала телефон у Фан Хуэй.

– Эй, ты уверена, что у Бай Чуаня аутизм? – голос Фан Хуэй был искажен, чтобы подражать недавнему разговору этих двоих. – Что не так? Да, я скучаю по тебе, я хочу уйти с работы. Этот уровень речи не просто очевиден, но и уровень понимания эмоций провокационный.

– Он имел в виду, что когда ходил на работу, то не хотел уходить с работы, но теперь, когда мы поженились, он хочет уйти. Это просто простые слова, а не провокация, – Му Сяоя объяснила.

– Именно это я и имею в виду.

– А что, аутисты не могут думать о своих женах? – Му Сяоя не была счастлива.

– Понимаю. Ты имеешь в виду, что если бы это был кто-то другой, они сказали бы это намеренно, но твой Бай Чуань сказал это от всего сердца, верно? – заключила Фан Хуэй.

– Да.

– О боже, ах, я не могу этого вынести! – Фан Хуэй вышла из-за стола, кисло похлопав по столу.

– Куда это ты собралась? – спросила Му Сяоя.

– Зайду на сайт по подбору персонала и размешу сообщение, чтобы нанять бойфренда, – огрызнулась Фан Хуэй.

Му Сяоя улыбнулась и продолжила посылать сообщения Бай Чуаню:

[Хорошо поработай. Я буду дома в шесть.]

Бай Чуань: [Да, я тоже иду домой в шесть.]

Му Сяоя: [Кстати, все свадебные конфеты уже подарены?]

Бай Чуань: [Да, осталось четыре пакета.]

Му Сяоя: [Им понравилось?]

В отделе исследований и разработок Бай Чуань увидел это сообщение от Му Сяоя и не знал немедленного ответа. Вместо этого он быстро набрал строку кода пальцами на клавиатуре, отредактировал инструкцию, а затем нажал, чтобы выполнить. Как только Бай Чуань нажал клавишу ВВОД, за пределами офиса в отделе исследований и разработок было пятнадцать компьютеров, на экранах которых одновременно появилось сообщение.

[Тебе нравятся сегодняшние свадебные конфеты?]

В то же время программисты замерли. Никто не ожидал, что им придется давать обратную связь после получения свадебных конфет. Но было бы плохо, если бы они не отвечали. Их второй молодой мастер был очень властным. Если они не ответят, то не смогут пользоваться своими компьютерами. Итак, менее чем за десять секунд все представили свои ответы, как будто все они были текучими, как вода.

Затем Бай Чуань взял сотовый телефон и ответил на сообщение жены:

[Им всем нравится.]

Му Сяоя: [Работай усердно и не забывай есть.]

После ответа Бай Чуаня он подсознательно взглянул на часы. Было 11:45, и до обеда оставалось 46 минут.

Yifeng Group имеет свою собственную столовую для персонала, и для того, чтобы удовлетворить вкус сотрудников, там были все виды китайской и западной кухни. Время обеда для группы Ифэн с 11:30 до 1:30 каждый день во второй половине дня. Но программисты в отделе исследований и разработок были особенными, потому что они часто задерживались допоздна, чтобы работать сверхурочно, поэтому у них были всевозможные энергетические пайки в офисе круглый год, они ели, когда были голодны, и давно забыли нормальное трехразовое питание.

Поэтому, когда коллеги с других этажей спустились на обед, люди в отделе исследований и разработок вообще не двигались. Когда они чувствовали голод и кафетерий был закрыт, они могли только пойти в комнату отдыха и сделать лапшу.

Естественно, Бай Чжэн не позволит своему младшему брату попасть в такую ситуацию, поэтому он будет посылать специального человека, чтобы доставлять обед Бай Чуаню каждый день. Хотя Бай Чуань может и не есть его, это хотя бы гарантирует, что когда Бай Чуань захочет есть, то он будет есть питательную пищу.

Через некоторое время было 12:31.

Рука Бай Чуаня, казалось, была поставлена на таймер, и именно в эту минуту он немедленно прекратил печатать на клавиатуре. Он привычно повернулся к столу с левой стороны, но на этот раз не нашел на нем знакомой еды и с сомнением нахмурился.

Странно, если бы я был голоден раньше, то в этом месте была бы еда.

Бай Чуань непонимающе поднял глаза и некоторое время не мог вспомнить, кто доставлял ему еду, поэтому не знал, кого искать в это время.

Что же мне делать? Я обещал Сяоя хорошо поесть. Пора есть, но обеда нет.

«Если ты задерживаешься, то не можешь опоздать больше часа до и после, ты должен поесть», – в панике Бай Чуань вдруг снова вспомнил слова Му Сяоя.

У него оставался еще час, и Бай Чуань постепенно расслабился.

Расслабленный мозг Бай Чуаня начал работать, и он начал думать о том, кого еще он мог бы найти в компании. Вскоре он вспомнил о человеке, поэтому достал свой мобильный телефон и позвонил.

На звонок быстро ответили. Бай Чуань не стал дожидаться, пока собеседник заговорит, и сразу же спросил:

– Где мой обед?

Он обедал с другими боссами. Бай Чжэн, чьи глаза отражали полный стол деликатесов и морепродуктов:

– ...

– Президент Бай, что-то случилось в компании? – кто-то видел, что цвет лица Бай Чжэна был неправильным.

– Извини, мне нужно выйти и позвонить, – Бай Чжэн снял трубку и вышел, чтобы позвонить своему помощнику.

Лу Ян был помощником Бай Чжэна. Он только что вернулся из столовой и готовился рассортировать материалы для встречи Бай Чжэна во второй половине дня. Ему позвонил начальник.

– Президент.

– Ты уже поел?

Лу Ян удивленно заморгал. Когда президенту было не все равно, поел он или нет, но он правдиво ответил:

– Только что закончил.

– Ты что, забыл про еду, а?

Лу Ян, даже если он был глуп, мог услышать, что что-то не так. Он испугался и чуть не заплакал:

– Президент, если я сделал что-то не так, пожалуйста, объясните это. Я исправлю это.

– Когда ты голоден и знаешь, что надо есть, почему ты не забыл послать Сяо Чуаню еду? – спросил Бай Чжэн.

Второй… второй молодой мастер, – Ван Цзин всегда доставляла еду Бай Чуаню, но в это время Лу Ян, конечно, не мог сказать, что Ван Цзин не доставляет ее. Поэтому он мог только пообещать: – Я пошлю ее второму молодому мастеру.

– Хм!

В первый раз Лу Ян, на которого хмыкнул Бай Чжэн, задрожал от страха. Он повернулся, чтобы найти Ван Цзин, и осыпал ее вопросами:

– Секретарь Ван, ты не доставила еду второму молодому мастеру сегодня?

– Я… Я хотела сделать это, но сегодня утром президент сказал, что больше не хочет, чтобы я заботилась о втором молодом мастере, – сказала Ван Цзин с лицом несправедливо обиженной девушки.

Лу Ян нахмурился и как-то странно посмотрел на Ван Цзин. В кабинете президента было три секретаря. Способности Ван Цзин не были выдающимися, но ее держали в кабинете президента, потому что она была терпелива и заботилась о втором молодом мастере. Что происходит сейчас? В первый же день его возвращения из отпуска она его обидела?

– Президент больше не позволяет тебе заботиться о втором молодом мастере, поэтому ты не делаешь свою работу? Если ты не доставляешь еду, почему не напомнила об этом другим? – спросил Лу Ян.

– Извините, я сейчас же отнесу, – сказала Ван Цзин, спускаясь вниз.

– Не надо! Я лично доставлю ее, – как Лу Ян осмелится передать свое задание Ван Цзин? Он пошел в кафетерий, чтобы приготовить еду, а затем отправил ее в офис отдела исследований и разработок.

Второй молодой мастер, обед, – Лу Ян поставил коробку с обедом перед Бай Чуанем.

Бай Чуань посмотрел на часы. Было 12:46:18, у него еще оставалось время доесть. Итак, его впечатление о Лу Яне было хорошим, так как он вовремя прислал ему еду. Подумав об этом, он достал пакетик свадебных конфет и отдал его Лу Яню.

– Благодарю вас, второй молодой мастер, – Лу Ян был польщен и удивлен, когда взял их, а потом вдруг почувствовал, что пока есть этот пакетик свадебных конфет, у него не будет неприятностей, когда президент вернется днем.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 34 - Еще один приступ

– Обувь уже на рынке, – в студии Фан Хуэй сидела рядом с Му Сяоя с планшетом.

– И как? – спросила Му Сяоя. Их первая партия фирменной обуви была продана через эксклюзивный магазин дяди Фан Хуэя, но цена на 50% выше, чем у другой обуви в его магазине, поэтому они не были слишком оптимистичны в отношении прогнозируемых продаж.

Они были выпущены только сегодня днем, данные о продажах мы посмотрим завтра, – сказала Фан Хуэй.

– Вечера и выходные – лучшее время для распродаж. Потребуется около двух дней, чтобы узнать о популярности нашей обуви, – заметила Му Сяоя.

– Я вдруг начинаю нервничать, что же мне делать? – Фан Хуэй нахмурилась.

– Разве ты не обещала мне, что это не имеет значения, если мы не получим прибыль и не потеряем деньги? Почему ты сейчас нервничаешь? – Му Сяоя улыбнулась.

– Когда у тебя есть бизнес, разве не естественно хотеть делать деньги и не терять их? – настроение у Фан Хуэй было плохое.

– Ладно, нет смысла думать об этом сейчас, – Му Сяоя закрыла компьютер и встала, забирая свою сумку. – Думаю, нам лучше пораньше вернуться домой и немного поспать. Результаты мы узнаем завтра утром.

– Нет, сколько сейчас времени? Ты сейчас заканчиваешь работу? – Фан Хуэй взглянула на часы – еще не было и пяти.

– Сегодня мне нечего делать, и я обещала Сяо Чуаню, что буду дома сегодня в шесть часов. В прошлый раз я опоздала и заставила его ждать меня. На этот раз я должна вернуться пораньше, чтобы быть тем, кто ждет его, – сказала Му Сяоя.

– Ребята, вы ведете себя по-детски. Ты ждешь меня, я буду ждать тебя, – будучи взрослой, Фан Хуэй не могла принять такую любовь, которая была на уровне детского сада, когда дети встречаются друг с другом, чтобы пойти в школу каждый день.

Му Сяоя улыбнулась и ничего не объяснила. То, как она ладила с Бай Чуанем, было просто и почти по-детски. Но это ребячество может быть самым важным для Бай Чуаня прямо сейчас. Му Сяоя не знала, как долго продлится ее терпение и сможет ли она каждый раз сдерживать свое обещание, данное Бай Чуаню. Но хотя бы сейчас она была готова сотрудничать с ребяческим способом Бай Чуаня ладить.

– Иди, – она замахала руками, чтобы прогнать ее, и Му Сяоя толкнула дверь, а затем вернулась на виллу за полчаса.

***

Yifeng Group.

Вчера днем Бай Чжэн закончил разговор о внешнем сотрудничестве. Вернувшись, он обзвонил всех начальников отделов и безостановочно встречался с ними. Он не возвращался в свой кабинет, пока не кончилось его дежурство.

– Президент, – помощник Лу Ян проворно принес чашку теплой воды, чтобы утолить его жажду.

Бай Чжэн сделал глоток, смочил горло и сказал:

– Через некоторое время договорись, чтобы водитель отвез Сяо Чуаня обратно.

– Хорошо, я все устрою, – немедленно ответил Лу Ян.

– Кроме того, организуй для меня материалы для встречи и закажи мне ужин, – во время разговора Бай Чжэн снял пиджак и повесил его на вешалку, затем закатал рукава. Когда он собирался продолжить работу, то увидел, что его помощник все еще стоит за столом и не уходит.

– Что-то еще? – спросил Бай Чжэн.

– Президент… – Лу Ян немного поколебался, достал из кармана пакет и положил его на стол Бай Чжэна.

– Что это такое? – Бай Чжэн нахмурился.

Свадебные конфеты, – ответил Лу Ян.

Бай Чжэн на мгновение остолбенел, свадебные конфеты?

– Ты женился? – Бай Чжэн подсознательно начал обдумывать их рабочий график, – Последние несколько проектов очень загруженные, и скоро будет выпущено пятое поколение VR-игр. Я не смогу предоставить тебе отпуск из-за этого периода времени. Поэтому я могу попросить финансовый отдел прислать тебе дополнительный красный конверт, который станет твоим свадебным подарком. После того, как пик закончится, я устрою тебе большой праздник.

– ...Я не женился, – Лу Ян, который не был женат, неловко ответил.

– Ты не женился, тогда почему ты даешь мне эти свадебные конфеты? – Бай Чжэн потерял дар речи.

– Это свадебные конфеты, которую подарил мне второй молодой мастер.

«Сяо Чуань?» Бай Чжэн снова холодно посмотрел на пакетик свадебных конфет другим взглядом.

– Я слышал, что когда сегодня в компанию пришел второй молодой мастер, он принес большой пакет свадебных конфет. У двери он отдал пакетик свадебных конфет охраннику Сяо Чэню. Во всем отделе исследований и разработок нет ни одного человека, который не получил бы свадебных конфет. Это было дано мне, когда я пошел, чтобы доставить еду в полдень, – как помощник Бай Чжэна, Лу Ян прекрасно знал о любви своего босса к младшему брату Бай Чуаню. Даже если инвестиционные проекты стоимостью в десять миллионов юаней будут завершены, Бай Чжэн будет счастливее, когда второй молодой мастер его семьи добьется некоторого прогресса в аутизме.

– И... откройте его и посмотрите, – снова напомнил Лу Ян.

Бай Чжэн взглянул на Лу Яна, взял свадебные конфеты и, согласно словам помощника, открыл пакет, затем вытащил розовую записку. Потом он долго смотрел на нее, не говоря ни слова.

Лу Ян знал, что в это время он должен уйти, поэтому он собирался забрать свои свадебные конфеты и пойти, чтобы организовать водителя для второго молодого мастера. Неожиданно его палец только успел коснуться края пакета конфет и был удержан Бай Чжэном.

– Президент, эти конфеты, которые подарил мне второй молодой мастер, – у Лу Яна внезапно появилось дурное предчувствие, когда он увидел властную позу Бай Чжэна.

– Разве ты не принес их мне? – спросил Бай Чжэн.

– Я... это… – это было просто чтобы показать…

Под холодным взглядом Бай Чжэна у Лу Яна действительно не хватило смелости сказать то, что он хотел.

Оставив свадебные конфеты, Лу Ян уныло покинул кабинет Бай Чжэна. Закрыв дверь, он осмелился пробормотать:

– Он не получил свадебных конфет от своего младшего брата, а пошел и украл мои. Я хочу, чтобы мне было даровано хоть какое-то счастье. В этом году я найду себе подружку.

Приход Бай Чуаня на работу было чрезвычайно точным, он входит в свой кабинет в 8:50. Но, напротив, он не так точен в отношении своего рабочего времени. Обычно он покидает офис, закончив одно из своих дел, и вдруг понимает, что пора идти домой. Затем в это время дежурный по отделу исследований и разработок Сяо Ли позвонит водителю, чтобы сообщить ему, что он должен ждать у входа в компанию.

Поэтому, когда Бай Чуань уходит с работы, это обычно происходит нерегулярно, но после долгого времени Сяо Ли смог предсказать приблизительный временной диапазон. Бай Чуань будет покидать свой офис с 6:00 до 7:30 каждый вечер. Однако в конце дня никто не выходил из своих кабинетов вовремя. Но сегодня, с 1:00 до 5:30, Бай Чуань не заботился о том, что программа была написана только наполовину, он немедленно выключил свой компьютер и вышел из офиса.

– Второй молодой мастер уходит с работы? – программисты увидели, как Бай Чуань внезапно покинул офис, и тихо переговаривались в групповом чате.

– Нет, последняя программа, над которой он работал, была написана только наполовину. Второй молодой мастер страдает маниакально-навязчивым расстройством и не оставит работу, пока не закончит ее.

– Но второй молодой мастер уже почти у дверей лифта.

– Может, хочет сходить в туалет? – рядом со входом в лифт был туалет.

– Идиот, у второго молодого мастера в кабинете есть ванная.

Чтобы Бай Чуань чувствовал себя комфортно, Бай Чжэн приготовил все, что мог, в кабинете Бай Чуаня. Можно сказать, что до тех пор, пока Бай Чуань не хотел, ему не нужно было делать ни одного шага за пределы своего кабинета. Так постепенно люди в отделе исследований и разработок поняли, что как только Бай Чуань покинет офис, он должен быть готов отправиться домой.

Бай Чуань вышел из большого кабинета и направился к лифту справа.

– Второй… второй молодой мастер, вы уходите с работы? – Сяо Ли неуверенно спросил.

Бай Чуань ничего не ответил, вместо этого он нажал кнопку лифта. Когда лифт подъехал, он вошел.

– Сяо Ли, второй молодой мастер уходит с работы, чтобы вернуться домой? – Юй Цянь высунул голову и спросил.

– Я не знаю, ах. Второй молодой мастер не ответил, – Сяо Ли на мгновение заколебался и решил снять трубку настольного телефона, чтобы сообщить об этом водителю внизу: – Второй молодой мастер только что спустился.

– Похоже, второй молодой мастер действительно уходит с работы, – Юй Цянь обернулся и объявил всем.

– Кто, кто вылечил нашего второго молодого мастера от обсессивно-компульсивного расстройства, – кто-то жалобно вскрикнул, второй молодой мастер только что вернулся из своего месячного отпуска, они не смели ожидать, что второй молодой мастер будет упорно работать, но они надеялись, что он закончит программу, которую уже начал.

– Нет, я не думаю, что обсессивно-компульсивное расстройство второго молодого мастера было вылечено, но когда второй молодой мастер приступил к работе, одновременно пришло сообщение, приоритет второго молодого мастера изменился, чтобы выполнить задачу более высокого уровня.

– А что за задача более высокого уровня? – все недоумевали в замешательстве.

– Жена позвала его домой ужинать.

– …

Бай Чуань потратил три минуты, чтобы спустится на лифте из офиса на первый этаж, и еще одну минуту, чтобы сесть в машину и пристегнуться. Он подсчитал, что дорога от компании до дома займет всего 20 минут. Он сможет вернуться домой до шести.

Когда водитель тронулся с места, Бай Чуань сел на заднее сиденье и стал молча считать время. Он рассчитал время, чтобы выйти с работы, время, чтобы войти и выйти из лифта, скорость, но он забыл рассчитать трафик. Другими словами, бывший Бай Чуань никогда не обращал внимания на дорожное движение, когда ездил на работу.

В 5:30 вечера большинство компаний в городе уже были свободны от работы. Это было пиковое время для пробок. Не прошло и десяти минут, как машина явно замедлила ход. Только к шести часам они прошли чуть больше половины пути.

Водитель, который должен был отвезти Бай Чуаня домой, не знал, что Бай Чуань должен был вернуться домой до шести часов. Столкнувшись с пробкой, он снизил скорость и медленно сравнялся с черепашьей скоростью движения. Он терпеливо ехал вперед, пока сзади не раздался внезапный резкий звук.

Уже шесть часов!

Бай Чуань выглянул из машины и обнаружил, что не вернулся домой вовремя. Он вдруг забеспокоился. Он хотел вернуться домой и увидеть Сяоя. Он поспешно протянул руку, чтобы открыть дверь, пытаясь выйти из машины, чтобы вернуться назад, но, когда он попытался открыть ее, он обнаружил, что не может открыть ее. Затем он попробовал еще несколько раз, но безрезультатно.

Почему он не может ее открыть?

Тревога мгновенно возросла до бесконечности, и действие открывания двери становилось все более и более яростным. Наконец Бай Чуань ударил в дверь всем телом, пытаясь открыть ее.

– Второй молодой, второй молодой мастер, что с вами? Вы не можете сейчас выйти из машины, – водителю только поручили отвезти Бай Чуаня домой. Он никогда раньше не видел этой сцены. Он был напуган и не знал, что делать.

– Уже шесть часов. Я иду домой. Я иду домой. Сейчас шесть часов, – Бай Чуань повторял «шесть часов», «вернуться домой», при этом ударяя в дверь плечом, издавая приглушенный звук.

– Второй молодой, второй молодой мастер, не бейте в дверь, – водитель был напуган, но не мог ничего сделать, кроме как закричать.

– Уже шесть часов, я иду домой, – Бай Чуань продолжал повторять эту фразу и не слышал никаких посторонних звуков.

– Второй молодой, второй молодой мастер! – если он ударит так еще раз, он будет ранен. Водитель стиснул зубы, посмотрел на пустое сиденье, переставил машину на обочину, затем нажал на аварийный тормоз, снял ремень безопасности и забрался на заднее сиденье, чтобы Бай Чуань не поранился.

Водитель крепко держал Бай Чуаня сзади за талию и сильно тянул назад, но пространство в салоне было небольшим, и в сочетании с силой Бай Чуаня во время его наступления водитель вообще не мог удержать Бай Чуаня, поэтому он мог только минимизировать удар. В этом пространстве Бай Чуань даже несколько раз ударил водителя локтем в лицо, но он только стиснул зубы от боли.

Пока водитель раздумывал, что делать, Бай Чуань, отчаянно боровшийся в его руках, внезапно остановился. Он перестал колотить в дверь, медленно сунул руку в карман и вытащил оттуда ярко освещенный мобильник.

Кто-то позвонил второму молодому мастеру? Однако мелодия звонка у телефона была очень тихой. Даже он не смог бы услышать его, если бы не обратил на него внимания, и определенно не смог бы услышать его пока второй молодой мастер боролся.

– Эй, Сяо Чуань, ты не на работе? Когда ты будешь дома? – когда звонок был соединен, в трубке раздался голос Му Сяоя.

– Это 6:10, 6:10, 6:10, – Бай Чуань взглянул на часы на телефоне, и все его существо снова начало впадать в состояние паники.

– Эй, алло, Сяо Чуань, что с тобой? – Му Сяоя услышала Бай Чуаня и, поняв, что что-то не так, с тревогой спросила.

– 6:10, 6:10, 6:11.. – по мере того, как время шло за минутой и секундой, Бай Чуань становился все более и более встревоженным, из-за чего он не мог сосредоточиться, чтобы ответить на вопрос Му Сяоя.

Когда водитель увидел, что Бай Чуань не может нормально общаться, он мог только нажать кнопку громкой связи на его мобильном телефоне и крикнуть человеку на другом конце провода:

– Здравствуйте, я водитель, которому поручено отвести второго молодого мастера обратно. У второго молодого мастера, похоже, возникли проблемы.

– Что, что происходит?

– Только что второй молодой мастер пытался выбраться из машины и ударился телом о дверь. Наконец мне удалось его остановить. Сейчас… – водитель взглянул на Бай Чуаня и сказал: – Он не ударяется о дверь и говорит 6:10.

– Господин, как ваша фамилия? – Му Сяоя, догадавшаяся о причине, успокоилась.

– Моя фамилия Ма.

– Господин Ма, пожалуйста, поднесите телефон к уху Сяо Чуаня и включите громкость на максимум, – скомандовала Му Сяоя.

Водитель сделал все, как и говорили, а затем услышал, как девушка в телефоне сказала Бай Чуаню очень легким тоном:

– Сяо Чуань, я заеду за тобой. Ты подождешь меня в машине?

Услышав эту фразу пять раз подряд, Бай Чуань постепенно пришел в себя:

– Ты приедешь за мной?

– Да, я уже в пути. Ты подождешь меня в машине?

– Хорошо.

– Тогда отдай свой сотовый водителю рядом с тобой. Мне нужно ему кое-что сказать.

Бай Чуань молча повернул голову, посмотрел на странного водителя рядом с собой и передал ему телефон. Господин Ма взял трубку и приложил ее к уху:

– Это я.

– Господин Ма, пожалуйста, пришлите мне ваши GPS-координаты с мобильного телефона Сяо Чуаня. Прежде чем я приду, внимательно наблюдайте за ним и не дайте ему выйти из машины или пораниться. Я должна вас побеспокоить, – искренне попросила Му Сяоя.

– Хорошо! – господин Ма не осмелился выпустить Бай Чуаня из машины. Он запер машину изнутри и сел рядом с Бай Чуанем, чтобы охранять его. В то же время он позвонил в компанию, чтобы сообщить, что со вторым молодым мастером, сыном председателя, что-то случилось, и он не может объяснить это.

В тот момент, когда Лу Ян получил звонок, его испуганное лицо было совершенно бледным от страха, и он бросился в кабинет президента:

– Президент, у второго молодого мастера возникли проблемы по дороге домой.

– Что?!

На самом деле место, где стояла машина Бай Чуаня, было очень близко к вилле семьи Бай, поэтому Му Сяоя прибыла к месту расположения Бай Чуаня быстрее, чем Бай Чжэн, но пробка в это время была более серьезной. Увидев, что она находится менее чем в километре от Бай Чуаня и что машина заблокирована, она решила идти пешком.

– Дядя Ли, я пойду вперед, а ты потихоньку подъедешь, – Му Сяоя с тревогой толкнула дверцу машины и выбежала, не дожидаясь ответа дяди Ли.

Му Сяоя пробежала между машинами, пробежала несколько шагов и почувствовала, что ее скорость недостаточно высока. Му Сяоя просто сняла туфли на высоких каблуках и побежала с ними в руках. Пробежав около десяти минут, Му Сяоя наконец увидела машину Бай Чуаня.

Она подбежала к окну заднего сиденья и увидела внутри Бай Чуаня.

Бай Чуань сидел прямо на заднем сиденье, держа в руке мобильный телефон, и она не была уверена, что он говорит.

Увидев, что с Бай Чуанем все в порядке, Му Сяоя вздохнула с облегчением. Она наклонилась, осторожно постучала в окно рядом с Бай Чуанем и позвала:

– Сяо Чуань.

Услышав знакомый голос, Бай Чуань повернул голову и увидел за окном Му Сяоя. Его глаза сразу же загорелись, и он был так взволнован, что сразу же попытался открыть дверь и выйти.

На этот раз водитель его не остановил. Он отпер машину и позволил Бай Чуаню плавно открыть дверцу.

– Сяоя, – Бай Чуань выскочил из машины и схватил Му Сяоя за руку. Он толкнул Му Сяоя и споткнулся. Женщина сделала два шага назад, и туфли на высоких каблуках выпали из ее рук.

– Я здесь, – Му Сяоя не стала поднимать туфли и внимательно наблюдала за выражением лица Бай Чуаня. К счастью, это выглядит не слишком серьезно.

– Сяоя, Сяоя, Сяоя… – Бай Чуань продолжал звать, и Му Сяоя позволила ему это. Он звал, и Му Сяоя отвечала, пока Бай Чуань не успокоился.

– В шесть часов я не пошел домой, – голос Бай Чуаня был полон обиды. Он обещал Сяоя, что вернется домой в шесть часов, но сейчас уже 6:46, а его все нет.

Неужели это произошло из-за того, что он не пришел домой вовремя?

– Все в порядке, – спокойно и мягко сказала Му Сяоя, – разве я здесь не для того, чтобы отвезти тебя домой?

– Я опаздываю, в шесть часов я не пришел домой вовремя.

– Я тоже опоздала, ах. На прошлой неделе я опоздала из-за пробки, а ты меня ждал, – сказала Му Сяоя.

– Я не хочу, чтобы ты меня ждала. Когда ты ждешь, время идет очень медленно, – Бай Чуань не нравилось ощущение, что время движется очень медленно.

«Итак, когда ты ждал меня, ты всегда чувствовал, что время идет медленно?»

– ...Я не ждала тебя. Я пришла к тебе, – ей вдруг захотелось плакать.

Поразмыслив немного, Бай Чуань подумал, что объяснение Му Сяоя кажется очень разумным.

Да, Сяоя не стала ждать, вместо этого она пришла, чтобы найти его. Это осознание сделало Бай Чуаня немного счастливым, и он не мог не улыбнуться.

– Туфли, – улыбнувшись, Бай Чуань заметил, что туфли Му Сяоя стоят рядом с ее ногами. Он наклонился, помог ей стряхнуть пыль и выровнял туфли.

Му Сяоя подняла ноги и надела туфли.

– Сяо Чуань, пойдем домой, – Му Сяоя потянула Бай Чуаня назад и вернулась к машине.

Движение по-прежнему было перегружено. Люди постоянно сигналили, что вызывало головную боль. Когда водитель влился в поток машин, движение еще больше замедлилось. Но Бай Чуань на заднем сиденье больше не проявлял нетерпения. Господин Ма взглянул в зеркало. Их второй молодой мастер держал девушку за руку, и их глаза блестели, как будто они были в хорошем настроении.

Он сделал вывод, что это жена второго молодого мастера, о которой он слышал от охранника Сяо Чэня, которому сегодня в компании подарили свадебные конфеты.

На расстоянии более десяти метров от их машины Бай Чжэн остановился и смотрел, как отъезжает машина Бай Чуаня, пока не подъехал Лу Ян.

– Президент, а как насчет второго молодого мастера, – странно спросил Лу Ян, увидев Бай Чжэна, который выскочил из машины, чтобы побежать за вторым молодым мастером, но вместо этого ошеломленно застыл на обочине дороги.

– Уехал домой, – Бай Чжэн подумал о записке в свадебной конфете и о состоянии Му Сяоя, которая только что бежала босиком в пробке. Похоже, он окончательно убедился, что эта женщина была искренна по отношению к его младшему брату.

– Возвращаемся в компанию, – Бай Чжэн вернулся к машине.

– А? – удивился Лу Ян. Этот человек с комплексом брата, когда у второго молодого мастера были проблемы, обычно он всегда ходил к нему, но сейчас он не только не пошел к нему, он все еще был в настроении вернуться в компанию?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 35 - Не имеет ничего общего с добродетелью или ответственностью

Вскоре после того, как они вернулись на виллу, дядя Ли, который отвез Му Сяоя, тоже вернулся. Как только он вошел в дверь, он поспешил увидеть Бай Чуаня, но обнаружил, что тот спокойно сидит в столовой за ужином.

– Второй молодой мастер, вы в порядке? – обеспокоенно спросил дядя Ли.

– Он в порядке, – мягко кивнула Му Сяоя.

– Как это могло случиться так внезапно? – вздохнув с облегчением, дядя Ли спросил: – Раньше у Бай Чуаня никогда не возникало проблем перед поездкой на работу или в машине.

– Я назначила встречу с Бай Чуанем на шесть часов вечера. Он застрял в пробке, и он был взволнован, так что... это все моя вина, – Му Сяоя винила себя.

– Как я могу винить тебя? – дядя Ли не ожидал, что Бай Чуань вдруг расстроится из-за того, что не вернулся домой вовремя, но в этом деле не должно быть вины второй молодой леди, вина… Чья же это вина?

Была ли вина в том, что второй молодой мастер был слишком настойчив, не знал, как измениться, или слишком заботился о просьбе своей жены? Если вы должны винить кого-то, то единственная причина может быть только из-за состояния второго молодого мастера. Дядя Ли посмотрел на Му Сяоя, которая винила себя, и внезапно почувствовал себя неловко. Второй молодой мастер и жена второго молодого мастера были молоды и красивы, они были идеальной парой. Но как мог второй молодой мастер…

– К счастью, с Сяо Чуанем все в порядке, он просто беспокоился. Дядя Ли, ты можешь позвонить папе и маме и дать им знать, чтобы они не беспокоились об этом, – с улыбкой спросила Му Сяоя дядю Ли. Она знала, что дядя Ли, должно быть, сообщил другим о проблеме Бай Чуаня.

– Хорошо, – когда дядя Ли позвонил по телефону, мастер и госпожа уже возвращались. Услышав только начало слов своего старшего сына, они больше не слышали ничего из того, что он говорил, и сразу же намеревались вернуться.

После того как Бай Гоюй и Ли Жун вернулись домой, Бай Чуань, как обычно, был в спокойном настроении и с розовым цветом лица. Их сердца расслабились, и они снова утешили Му Сяоя. В них не было упрека, но вместо этого они сказали ей несколько слов. Они напомнили ей, что аутизм Бай Чуаня заставляет его быть упрямым и негибким. Он сильно фокусируется на времени, поэтому Му Сяоя должна стараться не быть конкретной во времени, когда она хочет встретиться с Бай Чуанем. Потому что в случае несчастного случая, который делает невозможным встречу в назначенное время, Бай Чуань станет раздражительным.

– Сяоя, мама и папа говорят тебе это, чтобы напомнить, что мы не пытаемся сказать, что ты виновата. Сяо Чуань такой, так что ты, должно быть, шокирована. Это не твоя вина. Ты не должна принимать это близко к сердцу, – Ли Жун беспокоилась, что Му Сяоя будет слишком много думать об этом.

– Я знаю. Я не была с Сяо Чуанем долго и не знала многих его привычек. Хорошо, что вы мне об этом сказали. С этого момента я буду обращать на это внимание, – Му Сяоя понимала значение слов Ли Жун в своем сердце. Она не слишком задумывалась об этом, но сегодня Бай Чуань страдал, так что она не могла не винить себя.

– Все в порядке, если ты понимаешь.

– Папа, мама, я пойду наверх проведать Сяо Чуаня, – Му Сяоя забеспокоилась о Бай Чуане и вернулась в спальню.

После ухода Му Сяоя Ли Жун все еще волновалась. Она посмотрела на мужа и с тревогой спросила:

– Ты думаешь, Сяоя чувствует, что с Сяо Чуанем слишком много хлопот?

Бай Гоюй задумался на мгновение и ответил:

– Сяоя ничего не сказала, так что я не могу делать какие-либо предположения.

– А ты не волнуешься? Если Сяоя чувствует, что Сяо Чуань беспокоит ее, и захочет уйти…

– Мы обещали родителям Сяоя, что если она захочет уйти, мы ее не остановим, – Бай Гоюй напомнил Ли Жун, хотя и не хотел, чтобы Му Сяоя уходила.

– Я... боюсь печали Сяо Чуаня, – если бы Му Сяоя действительно хотела уйти, Ли Жун не остановилась бы и не встала бы у нее на пути, но пока она думала о Бай Чуане, она не могла этого вынести.

– Не думай об этом, и… – Бай Гоюй сказал: – давай как можно меньше говорить о Сяо Чуане и Сяоя.

– Ты также думаешь, что я зря напомнила Сяоя об этом, как ты думаешь, Сяоя будет слишком много думать об этом? – Ли Жун забеспокоилась.

– Нет. Я просто думаю, что когда Сяоя вышла замуж в нашу семью, наша семья слишком много заботилась о Сяо Чуане. Через долгое время возникнут недоразумения. Я думаю, что им пора съезжать. Таким образом можно заранее избежать некоторых недоразумений, – предположил Бай Гоюй.

– А что, если у Сяо Чуаня опять случится припадок? – Ли Жун была расстроена.

– Ты можешь успокоить Сяо Чуаня в машине телефонным звонком? – спросил Бай Гоюй у жены.

Нет, Ли Жун знала, что все, что они могли сделать раньше — это не дать Бай Чуаню причинить себе вред, пока он не успокоится.

Когда Му Сяоя вернулась в спальню, Бай Чуань сидел за столом и что-то писал.

– Сяо Чуань, уже почти пора принять ванну и отдыхать, – Бай Чуань только что вернулся к своему стабильному эмоциональному состоянию, и Му Сяоя подумала, что ему следует лечь спать пораньше.

После того как Бай Чуань закончил последний штрих, он послушно встал из-за стола, взял пижаму, которую протянула ему Му Сяоя, и пошел в ванную, чтобы принять душ.

Когда из ванной донесся шум воды, Му Сяоя с любопытством подошла к письменному столу, чтобы посмотреть, что писал Бай Чуань. Это был блокнот с отрывными листами. Бай Чуань не закрыл его, поэтому он был раскрыт на столе. На белой бумаге Бай Чуань написал жирным красивым почерком: «Было шесть часов, и я хотел домой».

От одного этого взгляда слезы, которые Му Сяоя сдерживала все это время, мгновенно упали. Внезапно она даже не смогла сдержаться и заплакала.

– Я помылся, – Му Сяоя слишком долго была ошеломлена. Она не знала, когда Бай Чуань закончил мыться и уже стоял рядом с ней.

– Хорошо, тогда я тоже помоюсь, – Му Сяоя повернулась, чтобы уйти, но внезапно ее потянул Бай Чуань.

– Ты плачешь, – Бай Чуань нахмурился и спросил с некоторым раскаянием: – Это потому, что я сегодня не пришел домой вовремя?

– Нет, – Му Сяоя вытерла слезы, как будто могла скрыть тот факт, что плакала уже давно.

– Тогда почему ты плачешь? – удивился Бай Чуань.

– Я действительно не плакала.

– Плакала, – тон Бай Чуаня был твердым, глаза блестели, и на его лице отражалось явное упрямство.

– … – В это время Му Сяоя страстно хотела остаться на некоторое время одна, чтобы разобраться с плохими эмоциями в своем сердце, но Бай Чуань не мог понять этого или понять ее слова, вместо этого он был настойчив и спросил, почему она плачет. Му Сяоя не знала, что ответить, потому что внутри нее скопилось слишком много эмоций, и она не могла точно сказать, почему плачет. Она просто чувствовала себя усталой и грустной.

– Я не хочу говорить, ладно? – голос Му Сяоя умолял с намеком на беспомощность.

Бай Чуань замер, сомневаясь некоторое время, и вдруг наклонился и обнял Му Сяоя. Он нежно уговаривал ее на ухо:

– Не плачь, я обниму тебя.

– Ууу… – накопившиеся эмоции Му Сяоя вырвались из ее сердца. Она хотела разобраться с этим, приняв ванну, но забыла об этом, как только Бай Чуань успокаивал ее, как ребенка, это было похоже на то, как будто открылся шлюз.

– Мне просто хочется плакать. Почему ты все спрашиваешь, спрашиваешь?

– Не спрашиваю, не спрашиваю, – Бай Чуань неуклюже похлопал Му Сяоя по спине.

После этого сеанса успокоения настроение Му Сяоя стало намного лучше. Умывшись, она и Бай Чуань рано легли спать. Перед тем как они уснули, Бай Чуань посмотрел на Му Сяоя с таким выражением лица, как будто хотел что-то сказать и не мог заснуть.

– Что ты хочешь сказать? – Му Сяоя была беспомощна.

– Я хочу сказать, – Бай Чуань тут же взволнованно вскочил с одеяла, – я не буду спрашивать тебя о том, о чем ты не хочешь, чтобы я спрашивал, так что в будущем ты можешь перестать плакать?

– ...Нет! – Му Сяоя подумала и снова захотела заплакать: – Если я хочу плакать, я буду плакать. Почему я не могу плакать?

– Тогда... тогда ты можешь делать все, что захочешь, – Бай Чуань с невинным видом лег обратно. Бабушка права, женские мысли действительно сложны.

***

На следующее утро.

За завтраком психическое состояние Му Сяоя было явно не очень хорошим. Другие члены семьи Бай видели это и знали, что происходит, но они не говорили открыто. На какое-то время атмосфера за столом стала несколько удручающей.

После завтрака Му Сяоя проводила Бай Чуаня к двери. Сегодня Бай Чжэн тоже собирался в компанию, поэтому Бай Чуань ехал в одной машине с Бай Чжэном, чтобы сразу отправиться в компанию, не дожидаясь водителя.

– Я вернусь сегодня в шесть часов, – прежде чем сесть в машину, Бай Чуань снова очень серьезно заверил Му Сяоя.

Когда Му Сяоя услышала это, улыбка на ее лице застыла. Опять? Нужно ли возвращаться каждый день в это время в будущем?

– Я распоряжусь, чтобы водитель привез Сяо Чуаня к шести часам, – Бай Чжэн вдруг взглянул на Му Сяоя, которая замерла, и сказал это.

Му Сяоя взглянула на Бай Чжэна и, поняв, что имеет в виду собеседник, улыбнулась и поблагодарила его.

– ...Давай уйдем, – Бай Чжэн больше ничего не сказал, открыл дверь, чтобы уйти.

Выражение лица Му Сяоя прямо сейчас было очень знакомым. Можно сказать, что время от времени ее лицо и лицо родителей выглядело именно так. Это чувство ответственности, давления, усталости и душевной боли. Именно такое чувство возникает, когда вы действительно понимаете, что заботиться о Бай Чуане нелегко, и только те, кто действительно заботится о Бай Чуане, будут иметь такое выражение. Он надеялся, что Му Сяоя сможет найти способ ослабить это давление, и он также уважал Му Сяоя, которой было трудно примириться с собой.

– Подожди минутку, – в этот момент Му Сяоя внезапно позвала Бай Чжэна.

Бай Чжэна замер и не сел в машину, а снова оглянулся.

– Это водитель, который вчера отправил Сяо Чуаня обратно, господин Ма. Похоже, вчера он случайно пострадал от Сяо Чуаня, потому что хотел помешать ему биться о дверь, – Му Сяоя обнаружила травму на лице водителя, но в то время она присматривала за Бай Чуанем, поэтому у нее не было времени спросить.

– ...Понятно, – Бай Чжэн помолчал немного, потом кивнул, показывая, что знает, что делать. Вчера благодаря сообразительности водитель заблокировал машину. Если бы он этого не сделал, Бай Чуань мог бы выбежать из машины, и последствия были бы невообразимы.

***

Улица Хайюан.

Фан Хуэй ехала на работу с воодушевлением. Прежде чем машина въехала на стоянку, она издалека увидела машину Му Сяоя. Она удивилась, почему Му Сяоя приехала сегодня утром раньше нее, но обнаружила, что Му Сяоя шокировано сидит на водительском сиденье, а машина все еще работает.

Что делает эта девушка?

– Что ты делаешь? – Фан Хуэй выключила машину и не смогла удержаться, чтобы не постучать в окно.

– Фан Хуэй? – Му Сяоя пришла в себя и оглянулась.

– Черт возьми, что за большая пара глаз панды. Ты слишком много потакаешь себе в течение ночи или беспокоишься об объеме продаж нашей обуви всю ночь? – Фан Хуэй не могла не пошутить.

– Из-за Сяо Чуаня, – слабо ответила Му Сяоя.

– Потому что… – лицо Фан Хуэй резко изменилось. Глядя в глаза Му Сяоя, она вдруг увидела «желтый» свет, – Это баловство, ах. Ты наконец стала настоящей замужней женщиной…

П. п.: Слово «желтый» в китайском языке часто ассоциируется с порно или сексом.

– Фан Хуэй, я ухожу, мне нужно кое-что сделать, и я вернусь во второй половине дня, – Му Сяоя проигнорировала Фан Хуэй, как будто внезапно приняла решение. Она развернула машину и уехала.

– … – Фан Хуэй, которая осталась позади и была окутана большим количеством выхлопных газов, спросила: – В чем дело, а?

Покинув студию, Му Сяоя направилась прямо в университет Юньчэн. Она решила поговорить с профессором Фэном.

Поскольку это было неожиданно, Му Сяоя могла только попытать счастья и пойти в кабинет профессора Фэна. Затем ей сказали, что утром у профессора Фэна занятия, поэтому она пошла в большой класс, где был профессор Фэн, и тихо слушала лекцию. Она не вставала со своего места, пока все студенты, которые подошли к кафедре, чтобы задать профессору Фэну несколько вопросов, не ушли. Она встала и улыбнулась профессору.

– Что-то не так с Сяо Чуанем? – они шли по обсаженной деревьями аллее университета Юньчэн, разговаривая о Бай Чуане.

– Вы знаете?

– Даже если это и не так, если учесть время, тебе почти пора было вернуться и повидаться со мной? – сказал профессор Фэн.

– Что вы имеете в виду? – Му Сяоя была озадачена.

– Нелегко ладить с людьми, страдающими аутизмом. Хотя Сяо Чуань очень хорошо приспособился, все же есть много отличий, которые он имеет по сравнению с обычными людьми. Нормальные пары со временем будут иметь проблемы друг с другом, не говоря уже о вас и Сяо Чуане. Ты пришла позже, чем я ожидал, – сказал профессор Фэн.

Му Сяоя горько улыбнулась.

– Но ты все равно пришла ко мне, я очень счастлив, – глядя в удивленные глаза Му Сяоя, профессор Фэн улыбнулся: – Это доказывает, что ты не намерена отказываться от Сяо Чуаня. Ты пришла ко мне, ты хочешь, чтобы Сяо Чуань изменился к лучшему, верно?

– Да, – вот что подумала Му Сяоя.

– Давай зайдем ко мне в кабинет на чашку чая и посмотрим, что я могу для тебя сделать, – профессор Фэн непринужденно улыбнулся и повел Му Сяоя в свой кабинет.

В кабинете Му Сяоя подробно рассказала профессору Фэну о ситуации с Бай Чуанем до и после его личного кризиса. Профессор Фэн внимательно выслушал ее, прежде чем ответить.

– Обычно у людей с аутизмом есть самоустановленная траектория, и как только она нарушается или они думают, что не справляются со своей задачей, или они не могут завершить ее в свои временные рамки, им будет трудно успокоиться за короткий промежуток времени.

– Я знаю, что именно поэтому Сяо Чуань был расстроен вчера, – заметила Му Сяоя.

– Нет, ты неправильно поняла, что я имел в виду, – профессор Фэн улыбнулся, – Вчера Сяо Чуань не вернулся домой, но ты его успокоила.

– А что в этом плохого? – спросила Му Сяоя.

– Нет, это очень хорошо, очень хорошо, – профессор Фэн сказал это дважды подряд, и его голос был немного взволнован: – Я не знал, что многосторонность является универсальной чертой аутичных пациентов, но вчера ты позволила Сяо Чуаню научиться адаптироваться.

– Адаптироваться? – Му Сяоя застыла.

– Да, – сказал профессор Фэн, – мы всегда думаем, что аутизм подобен стеклянной оболочке, которая отделяет аутичных пациентов от нормальных людей, но как только мы прорвемся сквозь эту стеклянную оболочку и они смогут беспрепятственно общаться, между аутичными пациентами и обычными людьми не будет большой разницы. Теоретически, то, что могут делать нормальные люди, они тоже могут.

– То, как ты справилась с ситуацией, было очень удачной ситуацией. Когда Сяо Чуань не смог вовремя вернуться домой, ты предложила взять на себя инициативу, чтобы найти его, он понял и принял, а затем успокоился. Хотя это связано с твоими хорошими коммуникативными навыками и высоким принятием Сяо Чуанем того, что ты ему говоришь. В этот момент ты позволила Сяо Чуаню понять, что есть еще одна возможность решить его проблему. Это почти то же самое, что здравый смысл для обычных людей, и это особенно трудно для пациентов с аутизмом, особенно с проблемами эмоционального понимания. Если ты сможешь заставить Сяо Чуаня осознать это самостоятельно, он постепенно научится приспосабливаться.

– Самостоятельность? Как я могу это сделать? – Му Сяоя нахмурилась.

– Не волнуйся. Не будь слишком напряженной. Разве я только что не сказал, что это требует хорошего общения? – профессор Фэн с улыбкой утешил ее: – Итак, теперь ты проделала хорошую работу, и пока ты останешься с ним в таком состоянии, он, естественно, будет медленно ее развивать.

– Понимаю. Я буду, – пообещала Му Сяоя.

– После разговора о Сяо Чуане давайте поговорим о тебе, – внезапно сказал профессор Фэн.

– Мне? – Му Сяоя застыла.

– На самом деле члены семьи аутичных людей нуждаются в психологической консультации больше, чем аутичные люди в таких ситуациях, – профессор Фэн многозначительно сказал: – В действительности аутичные люди могут жить в своем собственном мире; они могут не чувствовать давления. Но давление по-прежнему оказывается на членов их семей. В детском доме более половины родителей ежегодно отказываются от реабилитационного лечения своих детей. (Больше половины родителей сдают больных детей в специализированные учреждения и отказываются от них, будучи не в состоянии справиться с ситуацией.) И иногда некоторые родители оставляют своих детей с аутизмом у дверей квалифицированного учреждения.

– Я не хотела сдаваться, – поспешно объяснила Му Сяоя.

– Не волнуйся. Я просто хочу сказать тебе, что если ты чувствуешь усталость, грусть, даже если ты когда-нибудь захочешь сдаться, это нормально. Не будь слишком сурова к себе, не дави на себя слишком сильно. Когда захочешь поговорить, приходи ко мне в любое время, – сказал профессор Фэн.

Му Сяоя поняла смысл слов профессора Фэн. Профессор Фэн боялся, что она окажется в ловушке замкнутого круга, что она не может отказаться от Бай Чуаня и несет за него ответственность. Она была захвачена этим видом самодовольства и, наконец, раздавлена этим видом давления. Он видел, что сегодня она не в лучшем настроении, и советовал ей снять это давление.

Однако где бы она взяла столько добродетели? Она никогда даже не думала, что у нее есть какие-то благородные чувства. Если бы это было так, она приняла бы предложение Бай Чуаня в своей прошлой жизни.

То, что она делала сейчас, было потому, что она хотела сделать это.

Это не имеет ничего общего с добродетелью или ответственностью.

Она пережила мир без Бай Чуаня и не тоскует по нему. Напротив, она больше дорожит настоящим.

– Благодарю вас, профессор Фэн. Я понимаю, что вы имеете в виду. Я не буду запираться внутри, – ответила Му Сяоя.

Была ли там радость или печаль, это было будущее, в котором она была готова пересечься с Бай Чуанем. Ее жизнь была слишком короткой, как она могла так легко отпустить?

Примечания автора:

Маленький театр:

Когда Бай Чуань был мальчиком, он не был хорош в общении и иногда заставлял свою бабушку плакать.

Девочка Сяоя однажды увидела, как бабушка Бай плачет, и не смогла удержаться от беспокойства.

Девочка Сяоя. Бабушка, почему ты плачешь?

Бабушка Бай . Я в порядке,  просто немного устала.

Девочка Сяоя. Ты сердишься на брата Бай Чуаня?

Бабушка Бай . Да, я так злюсь, что хочу вышвырнуть его вон.

Девочка Сяоя. Бабушка, это не сработает. Мама говорила, что детей можно учить, когда они не правы, но их нельзя выбрасывать.

Бабушка Бай. Твоего брата Бай Чуаня слишком трудно учить.

Сяоя. Позволь мне помочь тебе поговорить с ним.

Поэтому девочка Сяоя побежала в кабинет и весь день разговаривала с Бай Чуанем. Она не позволяла ему перелистывать страницы.

Подросток Бай Чуань, который не мог читать свою книгу и которого ругали целый день, впал в редкую депрессию.

Итак, бабушка Бай была волшебным образом исцелена.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 36 - Уговоры жены

Когда она вышла из университета Юньчэн, уже наступило время обеда, и Му Сяоя нашла поблизости ресторан, где можно было пообедать. Ожидая, пока подадут еду, она вдруг вспомнила о Бай Чуане.

Она была не в лучшем состоянии, когда утром отправила Бай Чуаня на работу, и еще не знала, заметил ли это Бай Чуань или нет. Хотя Бай Чуань не был очень чувствителен к эмоциям других людей, но Му Сяоя всегда чувствовала, что Бай Чуань может понять ее эмоции.

Когда подали еду, Му Сяоя сфотографировала свою еду и отправила ее Бай Чуаню.

Вскоре после этого Бай Чуань уже ответил на ее сообщение:

[До 12.31 еще десять минут.]

– ...

Действительно не гибкий, ах. Му Сяоя беспомощно улыбнулась, но потом подумала об этом и почувствовала, что время еды, которое она назначила для Бай Чуаня, больше не может быть изменено. В любом случае есть вовремя было действительно хорошей привычкой.

Но... реакция такая быстрая, так что он не должен быть затронут этим вопросом, верно? Сделав предположение, Му Сяоя медленно расслабилась и сосредоточилась на еде перед собой.

Десять минут спустя Му Сяоя только что закончила свой обед, и ее телефон внезапно зазвонил. Она открыла его и обнаружила, что это была фотография обеда из Бай Чуаня, четыре блюда и один суп, который выглядел питательным и здоровым.

Му Сяоя улыбнулась и вернула сообщение с несколькими словами:

[Ты должен доесть его, о~]

Через пятнадцать минут Му Сяоя получила ответ от Бай Чуаня: фотография чистой тарелки, свидетельствующая о том, что он закончил с едой.

Эта фотография снова улучшила настроение Му Сяоя, поэтому она направилась прямо в студию.

Вернувшись в студию, Му Сяоя увидела, что Фан Хуэй сидит перед стеклянным окном и пьет кофе. Она улыбнулась и подошла к столу, чтобы сесть.

– Принеси мне еще чашку кофе.

– Пропала с работы без уважительной причины, как только пришла, все еще смеешь приказывать крупному акционеру, твои кишки не слабые, – Фан Хуэй бросила на нее взгляд, не сдвинувшись ни на сантиметр.

– Но я уже попросила разрешения встретиться с тобой лицом к лицу…

– Сяо Синь, сделай чашку кофе, – крикнула в сторону Фан Хуэй.

– Ладно, – Ин Синь был недавно нанятым сотрудником студии. Сегодня был его первый рабочий день, и он заметил Му Сяоя, как только она вошла в дверь, поэтому он готовил кофе до того, как Фан Хуэй сказала ему сделать это.

– Твоя чашка кофе, – через некоторое время Ин Синь подал ей кофе.

– Спасибо, ты... – Му Сяоя вспомнила, что мальчик приходил вчера на собеседование, но не могла вспомнить его имени.

– Меня зовут Ин Синь, можете называть меня сяо Синь, я вчера пришел на собеседование, – представился молодой человек.

– Привет, я Му Сяоя, – улыбнулась Му Сяоя и сказала: – Спасибо за кофе.

– Не за что.

– Сяо Синь, иди позови сюда Лэн И, – приказала Фан Хуэй.

– Ладно.

Некоторое время спустя Ин Синь привел с собой молодую девушку с милым бантиком на макушке.

– Это наши недавно нанятые сотрудники, Ин Синь и Лэн И, – Фан Хуэй также указала пальцем на Му Сяоя и представила ее: – Это ваш другой босс, будущий большой дизайнер, Му Сяоя.

– Привет, босс, – они поздоровались в унисон.

– Не называйте меня боссом, мы почти одного возраста, можете звать меня просто Муму, – она и Фан Хуэй только что закончили университет в этом году, так что их возраст не сильно отличался от возраста Ин Синя и Лэн И.

– Я уже говорил вам, ребята, что наша студия небольшая, и нас здесь всего четверо, все примерно одного возраста, так что не будьте слишком осторожны, и мы поладим. Можете более небрежно обращаться к нам, так что все в порядке, пока мы серьезно относимся к работе, – сказала Фан Хуэй.

– Так и сделаем, – они ответили более непринужденно.

Некоторые из них были новичками в обществе, поэтому после обеда они поладили и вскоре познакомились. Лэн И специализировалась на графическом дизайне, после окончания политехнической школы у нее был годичный опыт открытия интернет-магазина, поэтому она не чувствовала никакого давления, чтобы взять на себя управление интернет-магазином в студии. После работы в течение одного дня интернет-магазин Hamp;Y studio наконец-то выглядел презентабельно, днем даже появился один человек, который спросил о цене.

– Фан Хуэй, только что у нас был клиент, который спрашивал в интернете, – Му Сяоя немедленно сообщила Фань Хуэй хорошие новости.

– А что в этом странного? Я уже продала десятки пар, – неодобрительно сказала Фан Хуэй.

– Что? Когда это случилось? Почему я об этом не знала?

– Я хотела сказать тебе сегодня утром, но ты все время игнорировала меня, – Фан Хуэй развела руками.

– Быстро, быстро расскажи мне об этом, – Му Сяоя в волнении оттащила Фан Хуэй в сторону.

– Мой дядя позвонил мне утром и сказал, что наш обувной рынок идет хорошим темпом, – улыбнулась Фан Хуэй, – хотя мы открылись только на один день, но 50% торговых точек уже открыли заказы, один продал одну пару, другой продал две пары. И в 80% магазинов обувь, которая была запрошена и надета, также была в хорошем состоянии. Мой дядя также сказал, основываясь на своем многолетнем опыте продаж обуви, что наша обувь… у нее есть шанс быть распроданной.

– Значит, мы сможем заработать на аренду в течение следующих шести месяцев? – Му Сяоя была очень взволнована.

– Конечно, ах. Наконец нам не нужно беспокоиться о том, что у нас нет денег на оплату аренды.

Лэн И и Ин Синь молча посмотрели друг на друга: «Наша компания, кажется, немного бедна, будет ли нам выплачиваться зарплата в следующем месяце?»

В Yifeng Group.

В большой приемной отдела исследований и разработок внезапно появился курьер с букетом роз.

– Простите, а кто А-Тун Му? – крикнул курьер в двери.

– Я, я, – он поспешно снял наушники, встал и подбежал.

– Здравствуйте, ваш букет роз, пожалуйста, распишитесь здесь.

– Спасибо, – после того как подписал бумагу, он пронёс букет через весь офис.

Другие издевались над программистом: – Черт! Работа такая напряженная, но у этого парня действительно есть время заботиться о своей девушке?!

Получив завистливые, ревнивые и полные ненависти взгляды всех одиноких программистов в комнате, он осторожно положил букет на стул рядом с собой.

Пан Цзы, сидевший перед ним, обернулся и спросил:

– Парень, ты собираешься расстаться со своей девушкой?

– Уходи, вороний клюв, не можешь ли ты сказать что-нибудь получше? – А-Тун Му сердито посмотрел на толстяка.

– Парень, есть только две ситуации, когда будут дариться цветы, первая – это день Святого Валентина, а вторая – оскорбление своей подруги, – толстяк рассмеялся: – Судя по тому, что ты время от времени посылаешь цветы, я думаю, что пройдет совсем немного времени, прежде чем вы расстанетесь.

– Проваливай!

– Этот брат не проклинает тебя, это потому, что твои старые уловки не новы, ты должен найти первопричину проблемы, ах, – как человек, который прошел через то же самое, Пан Цзы ясно знал, что иногда женщин не так-то легко уговорить, иначе как он может быть брошен каждый раз?

– Вчера был день рождения моей жены, и я забыл об этом из-за работы, она очень рассердилась и плакала по этому поводу.

– Тогда ты должен уговорить ее как следует, – тон Пан Цзы был немного серьезен.

– Именно, сегодня я закончу работу вовремя, я не буду работать сверхурочно, что бы там ни говорили, – решительно заявил он.

– Не волнуйся, пока сервер не рухнет, мы, приятели, тебе не вызовем, – заверил Пан Цзы.

«Жена сердито плакала?»

Бай Чуань, обычно не обращавший внимания на звуки снаружи, вдруг подхватил несколько ключевых слов. Он взглянул на офис снаружи, встал, толкнул дверь и вышел, направляясь прямо к двум людям, которые только что разговаривали.

– В-второй молодой мастер? – они оба были поражены, увидев Бай Чуаня, который внезапно появился перед ними. Хотя их расположение было очень близко к офису Бай Чуаня, и их разделяла только стеклянная дверь, но Бай Чуань всегда был полностью защищен от вещей, которые его не интересовали. Судя по их трехлетнему опыту, даже если бы они пели караоке, Бай Чуань даже не поднял бы головы и не оглянулся, так почему же он вдруг вышел сегодня?

– Жена плакала? – спросил Бай Чуань.

– А, в-верно, а... – А-Тун Му был сбит с толку, как может второй молодой мастер вдруг беспокоиться о моей жене?

– Жена плакала, что делать? – спросил Бай Чуань с любопытством.

– ... – Они посмотрели друг на друга и вдруг почувствовали: «Когда приходит удача, ум работает хорошо». Наконец А-Тун Му осторожно спросил:

– Второй молодой мастер, вы тоже заставили свою жену плакать?

– Да, – Бай Чуань кивнул.

Такая большая новость, ах, внезапно звук печатающих клавиатур прекратился, и все зрители тихо навострили уши.

– Когда она плачет, что же мне делать? – видя, что А-Тун Му не отвечает, Бай Чуань продолжил расспросы.

– Э-э... плакала, плакала, надо... послать цветы и успокоить, – ответила А-Тун Му.

– Цветы?

– Верно, цветы, – сказав это, А-Тун Му также показал розы, что только что купил через интернет, которые он планировал подарить своей девушке после работы.

Бай Чуань взглянул на букет в руках А-Тун Му, затем протянул руку... и забрал его.

– ... – «Что это значит?»

Бай Чуань быстро вернулся в свой кабинет, прежде чем А-Тун Му смог наконец отреагировать:

– …Э-э... мммм...

Двое коллег, сидевших впереди и сзади А-Тун Му, один быстро отреагировал, удерживая его, в то время как другой закрыл ему рот. Они надавили на А-Тун Му, чтобы убедиться, что Бай Чуань вернулся в офис, прежде чем отпустить его руки.

– Что вы двое делаете? Это мои цветы, – сердито сказал А-Тун Му.

– Неужели у тебя нет совести? – сказал коллега впереди.

– Неужели ты не можешь посочувствовать? – сказал коллега сзади.

– Как я могу не иметь совести и быть несочувствующим? – А-Тун Му растерялся от горя.

– Сколько стоит букет цветов? Ты все еще хочешь получить его обратно от второго молодого мастера?

– Но... это цветы, которые я хочу подарить своей девушке, – объяснил А-Тун Му.

– Как нормальный человек, разве ты не можешь просто купить их снова?

– У второго молодого мастера аутизм, но ты все равно хочешь, чтобы он пошел покупать сам? Ты вчера напрасно съел свадебные конфеты, ах, – говорили они вдвоем, в то время как другие коллеги кивали в знак согласия.

– Я… Я просто куплю его снова, – А-Тун Му чувствовал себя обиженным, он явно лишился своих цветов, но все еще был осужден другими.

Негодуя, А-Тун Му развернулся и заказал букет цветов онлайн. Хм! На этот раз я заказал что-то получше и подороже.

Из-за ситуации, которая произошла вчера, Бай Чжэн велел своему помощнику организовать таксиста, чтобы отправить Бай Чуаня домой сегодня в 5 часов вечера, чтобы убедиться, что ему не помешает час пик. Поэтому, когда Му Сяоя вернулась из студии, Бай Чуань уже ждал у дверей особняка, держа в руке прекрасный букет роз. Рядом с ним был взбудораженный дядя Ли, весь в слезах, уже потирая свой телефон, и готовый сделать много фотографий.

«Кто подал идею научить Бай Чуаня дарить цветы?»

Му Сяоя удивленно подняла брови, затем открыла дверцу и вышла из машины.

– Цветы для тебя, – Му Сяоя только что вышла из машины, а Бай Чуань уже выставил цветы прямо перед лицом Му Сяоя.

– Зачем ты даришь мне цветы? – намеренно спросила Му Сяоя.

– Успокоить тебя.

«Айя, второй молодой мастер, как можно говорить такие вещи намеренно?»

Дядя Ли вдруг почувствовал, что совершил ошибку. Он был взволнован тем, что второй молодой мастер действительно знал, как покупать цветы, но забыл, что второй молодой мастер не знал, как говорить романтические слова.

Му Сяоя рассмеялась и наслаждалась ситуацией:

– Спасибо, мне очень нравится.

К счастью, второй молодой госпоже это было безразлично. Помимо того, что дядя Ли был счастлив, он не забыл записать эту сцену на свой телефон и вскоре заполнил альбом, который он посвятил второму молодому мастеру, обилием новых фотографий.

Бай Чуань увидел, что Му Сяоя улыбнулась, и вскоре он уже не испытывал того странного чувства, которое испытывал сегодня утром, он улыбнулся:

– Как и ожидалось, цветы полезны, уговоры успешны.

Му Сяоя невольно опустила голову и вдохнула аромат цветов, но вместо этого с удивлением обнаружила поздравительную открытку, спрятанную в лепестках роз. Она с любопытством развернула ее, посмотрела на нее, а затем многозначительно посмотрела на Бай Чуаня:

– Моей самой любимой… соус мяо?

П.п.: Цзянь Мяомяо

Бай Чуань не понял смысла слов Му Сяоя, поэтому он все еще смотрел на Му Сяоя с улыбкой. Дядя Ли, стоявший в стороне, сразу же перевел взгляд, когда Му Сяоя прочитала содержание карточки: «Что это значит? Нравится ли второму молодому мастеру кто-то еще? Ни за что».

– Вторая молодая госпожа, в цветочном магазине, должно быть, забыли карточку, – дядя Ли знал, что второй молодой мастер его семьи не может этого объяснить, поэтому поспешно помог ему.

Му Сяоя проигнорировала дядю Ли и посмотрела на Бай Чуаня:

– Кто такая «соус мяо»?

– Не знаю, – Бай Чуань покачал головой.

– Для кого эти цветы?

– Цветы для тебя.

– Откуда взялись эти цветы?

– Я взял их в офисе.

– ...

«Простите, мой муж подозревается в краже чужой вещи или внебрачной связи, что мне выбрать?»

П. п.: Бай Чуань~ ಠ . ಠ тебя следует наказать десятью поцелуями!

Хаха~  Это было весело!( ﾉ ≧ ∀ ≦ ) ﾉ -‥ ... ・ ★

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 37 — Приятный сюрприз

Поскольку реакция рынка на их обувь была лучше, чем ожидалось, Фан Хуэй ускорила продвижение официального сайта студии и разместила на главной странице Taobao новый магазин только с тремя моделями. На главной странице магазина она специально показала студию, при этом оставив фотографии студии, адрес и номер телефона. Благодаря отделке Бай Чжэна студия выглядит высококлассно и стильно, один взгляд – и любой желающий может увидеть художественный стиль и потенциал студии, что дало ей много бонусных очков.

Продвижение на главной странице Taobao было чрезвычайно мощным, не прошло и дня, как их новый магазин получил много лайков и закладок, они даже продали несколько пар туфель. Это привело Фан Хуэй в состояние восторга, и как только она махнула рукой, они вчетвером отправились в ресторан, чтобы отпраздновать, съев прибыль от десяти пар обуви за один присест.

– Фан Хуэй, подойди сюда и посмотри, хорош ли этот браслет? – во время чаепития Му Сяоя сидела за барной стойкой и просматривала официальный сайт ювелирного магазина определенной марки.

– Дай посмотреть, – Фан Хуэй подошла и посмотрела. – О? У них есть новая модель, эта модель очень хороша, должна быть, будет очень красиво смотреться на руке.

– Тогда я куплю, – Му Сяоя сделала заказ онлайн и решила забрать его из магазина.

– Ты отправишься за ним? Этот магазин находится довольно далеко от нас, лучше пусть они доставят его через курьера, это займет всего один день, чтобы доставить в тот же город, – предположила Фан Хуэй.

– Я собираюсь подарить его сегодня, – ответила Му Сяоя.

– Подарить? Кому? – с любопытством спросила Фан Хуэй.

– Девушке коллеги Бай Чуаня.

– ...Не слишком ли далеки эти отношения? – Фан Хуэй потеряла дар речи.

– Вчера Бай Чуань взял для меня букет роз, – при воспоминании о вчерашнем букете Му Сяоя снова захотелось рассмеяться, – я узнала об этом только тогда, когда спросила его, но, видимо, он взял его у своего коллеги, который изначально хотел подарить его своей девушке.

– ...А-а-а... – Фан Хуэй сразу все поняла, это из-за Бай Чуаня.

– Итак, я должна как-то компенсировать это тому коллеге, – хотя Му Сяоя не знала точно, что произошло вчера, но она понимала, что Бай Чуань все равно взял чужую вещь. Бай Чуань не понимал человеческих отношений, поэтому как его жена и получатель цветов она должна была быть той, кто исправит это. Поэтому она купила подарок и приготовилась отправиться в Yifeng Group, чтобы извиниться перед невинным коллегой, которого ограбил Бай Чуань.

– Это лишние хлопоты для тебя.

– Но я получила цветы... – и это был первый раз, когда Бай Чуань подарил ей цветы.

– Разве это не просто букет роз? – Фан Хуэй не удержалась и подразнила ее: – Ты никогда не видела мира, вышла бы замуж через несколько лет и гарантирую, еще дважды подумала бы, прежде чем принять эти цветы.

Му Сяоя улыбнулась, конечно, она получала цветы, но люди, которые их дарили, были другими, так и смысл тоже был другим.

Выбрав подарок, Му Сяоя пораньше ушла с работы. Магазин, в котором она планировала купить браслет, находился в торговом центре недалеко от Yifeng Group, поэтому Му Сяоя сначала пошла за браслетом, а затем заказала куриные котлеты и кока-колу на 15 человек в магазине жареных цыплят за пределами торгового центра. Она попросила отправить еду в отдел исследований и разработок игр Yifeng Group, а затем отправилась в компанию с одним только браслетом.

Му Сяоя никогда раньше не была в Yifeng Group, и, из-за того, что хотела сделать Бай Чуаню сюрприз, она ничего не сказала заранее, поэтому ее остановила сотрудница со стойки регистрации в вестибюле внизу.

– Извините, но вы не можете подняться наверх без предварительной записи, – секретарь терпеливо объяснила.

– ... – Му Сяоя чувствовала себя немного беспомощной, казалось, что она не может сдержать сюрприз. Достав телефон, Му Сяоя уже собиралась отправить сообщение Бай Чуаню, как вдруг услышала, что кто-то зовет ее по имени.

– Мисс Му? Мисс Му, это действительно ты? Ты меня помнишь? Я Ван Цзин, – Ван Цзин, казалось, только что вошла с улицы, держа в руках кипу документов и информации. Увидев, что Му Сяоя смотрит на нее, она поспешила подойти.

– Секретарь Ван, – кивнула Му Сяоя, конечно, она помнила Ван Цзин, хотя видела только один раз, но как она может легко забыть об этой «бывшей жене» Бай Чуаня?

– Ты здесь, чтобы найти второго молодого мастера? – Ван Цзин взглянула на телефон в руке Му Сяоя: – Когда второй молодой мастер работает, он очень сосредоточен и почти не реагирует на посторонние голоса, поэтому он может не ответить на звонок, позволь мне привести тебя в его кабинет.

– Тогда… – Му Сяоя не беспокоилась, что Бай Чуань не ответит на ее звонок, но Му Сяоя все еще была готова пойти с ней, чтобы сохранить свой сюрприз для Бай Чуаня.

Ван Цзин провела Му Сяоя через вестибюль и вошла в лифт.

– Отдел исследований и разработок второго молодого мастера находится на 22-м этаже, – нажав кнопку этажа, Ван Цзин начала разговор с Му Сяоя.

– Я знаю, Сяо Чуань говорил мне раньше, – ответила Му Сяоя.

– О, хорошо, – Ван Цзин на мгновение замолчала, и внезапно на ее лице отразилась внутренняя борьба. Когда она встретила Му Сяоя внизу, Ван Цзин действительно хотела спросить ее, но она не знала, как это сделать, теперь они были только вдвоем в лифте, и она чувствовала, что сейчас самое подходящее время поговорить. Ван Цзин боролась некоторое время и наконец повернулась к девушке, чтобы спросить то, что озадачивало ее в эти дни.

– Госпожа Му, могу я задать вопрос?

– В чем дело? – Му Сяоя странно посмотрела на Ван Цзин.

– Дело вот в чем: раньше я была постоянным помощником второго молодого мастера и хорошо ладила с ним, но после того, как второй молодой мастер вернулся на работу после отпуска, он вдруг начал холодно относится ко мне. Я хочу знать, не сделала ли я чего-то плохого, что сделало его несчастным, – хотя Ван Цзин спрашивала, почему Бай Чуань вдруг возненавидел ее, выражение ее глаз ясно показывало, что она знала, что это дело имеет какое-то отношение к Му Сяоя.

Она много думала за это время и обнаружила, что изменения Бай Чуаня должны были произойти с тех пор, как она впервые встретила Му Сяоя в доме Му.

– Дело не в том, что Сяо Чуань вдруг начал обижаться на тебя, а в том, что я сказал ему, что больше не хочу, чтобы ты помогала ему, – ответила Му Сяоя совершенно ясно и прямо.

Как и ожидалось, все было именно так.

– Почему? – Ван Цзин не смогла подавить свой гнев и это отразилась в ее голосе, она не знала, что сделала, чтобы обидеть ее, и почему Му Сяоя так с ней обращаться.

Ее квалификация и послужной список в Yifeng Group не были выдающимися. Когда она впервые пришла в компанию, ее способности не были квалифицированными и ее ежедневное рабочее давление было очень тяжелым. Только после того, как она стала работать неполный рабочий день помощником Бай Чуаня, заботясь обо всех потребностях Бай Чуаня во всех аспектах его работы, давление на нее наконец могло немного уменьшиться.

Позже она постепенно обнаружила, что председатель и генеральный директор очень заботятся о Бай Чуане, поэтому она подумала, что до тех пор, пока у нее будут хорошие отношения с Бай Чуанем, она сможет утвердиться в Yifeng Group. Поэтому каждый раз, когда она подвозила Бай Чуаня на работу, она продолжала свои отчаянные попытки завести с ним разговор. Но что бы она ни говорила, Бай Чуань почти никогда не отвечал ей, поэтому она придумала другой способ.

Она проделала небольшой трюк и изменила форму обращения к Бай Чуаню. Она обнаружила, что независимо от того, называла ли она Бай Чуаня вторым молодым мастером или прямо называла его по имени, Бай Чуань отвечал ей одинаково. Поэтому, чтобы показать, насколько «близки» были ее отношения с Бай Чуанем, она стала ласково называть его «Сяо Чуань».

Этот прием был очень полезен, просто потому что она изменила форму обращения, он отличал ее от других помощников. Она стала самым «любимым» помощником среди всех помощников Бай Чуаня, и благодаря этому она добилась положительных изменений, и ее премия за каждый квартал была самой высокой в офисе генерального директора.

Но помимо того, что она разыграла эту мелкую карту, она думала, что не сделала ничего несправедливого по отношению к Бай Чуаню, она была искренне добра к Бай Чуаню, поэтому она действительно не могла понять, почему Му Сяоя сделала это.

Му Сяоя почувствовала гнев Ван Цзин, и эмоции в ее сердце несколько усложнились. В конце концов, причина, по которой Ван Цзин сожгла лицо Бай Чуаня в своей прошлой жизни, все еще была неясна, так что было также не понятно, действительно ли Ван Цзин была добра к Бай Чуаню или нет. Если пожар в ее прошлой жизни действительно был несчастным случаем, то Ван Цзин невиновна и у нее нет причин винить ее.

Но независимо от того, какова была причина, как человек, который знает конец, Му Сяоя не могла хорошо относиться к Ван Цзин, независимо от того, правда это или нет.

– Потому что ты мне не нравишься, – ответ Му Сяоя был простым и прямым. Для людей, которые ей не нравились, Му Сяоя всегда была прямолинейна. В ее жизни было не так уж много времени, и она не хотела тратить его на ничтожных людей.

– ?! – лицо Ван Цзин отражало ее недоверие, она явно не ожидала, что Му Сяоя скажет такое так прямо.

– Прошу прощения, я знаю, что это предложение не очень приятно слышать, но ты мне действительно не очень нравишься. Ты можешь думать обо мне как о жене, которой не нравится вид красивой другой женщины рядом с ее мужем, – в это время лифт прибыл на 22-й этаж, и дверь открылась с мягким звуком: – Я могу дойти сама, спасибо, что сопроводила меня.

Сказав это, Му Сяоя проигнорировала Ван Цзин и вышла из лифта.

Все закончится на этом, независимо от того, сделали ли ты это намеренно в прошлой жизни, ты не будешь иметь ничего общего с Бай Чуанем в этой жизни.

– Здравствуйте, могу я спросить, кого вы ищете? – Сяоли на стойке регистрации вежливо спросила Му Сяоя, которая вышла из лифта.

– Привет, я здесь, чтобы найти Бай Чуаня, – Му Сяоя с любопытством оглядела обстановку на 22-м этаже и поняла, что на 22-м этаже есть не только один офис, если бы она не спросила, то не знала бы, который из них принадлежит Бай Чуаню.

– Ищите второго молодого мастера? А вы?.. – выражение лица Сяоли стало серьезным, когда она услышала про Бай Чуаня. Второй молодой мастер их семьи не мог быть случайно представлен каким-то незнакомцем.

– Я его жена, – ответила Му Сяоя.

– Ах! Вы вторая молодая госпожа?! – выражение лица девушки мгновенно сменилось на удивление: – Я вчера получила свадебную конфету, которую вы вчера подарили, она была очень вкусной!

– Одну конфету? – Му Сяоя переспросила с сомнением: – Я помню, что положила около десяти конфет в каждый пакетик.

– Второй молодой мастер не давал мне свадебных конфет, я смогла выпросить только одну у человека из отдела исследований и разработок, – добродушно улыбнулась Сяоли; второй молодой мастер давал свадебные конфеты только сотрудникам в своем офисе, он не раздавал их другим людям, эту конфету, которую она съела, было нелегко достать.

Человек, который говорил, не думал, что это странно, но человек, который слушал, чувствовал себя смущенным, и улыбка на лице Му Сяоя больше не могла удержаться на своем месте. Если бы она знала, что все будет именно так, то купила бы еще несколько упаковок свадебных конфет. Если бы они были у нее с собой прямо сейчас, разве не было бы подходящего времени, чтобы дать их еще нескольким людям?

– Вторая молодая госпожа, второй молодой мастер в своем кабинете, пожалуйста, идите прямо по этому проходу, второй молодой мастер в самом маленьком кабинете, – Сяоли указала на кабинет слева.

– Хорошо, спасибо, – Му Сяоя последовала ее словам и вошла. Как только она отвернулась, Сяоли уже объявила о ее прибытии в групповом чате, поэтому, когда она вышла из двери, пятнадцать ярких лиц, подсвечиваемых синими экранами компьютеров, все посмотрели на нее в унисон.

Эта сцена… как бы выразиться? Это просто ужасно…

– П... привет… – Му Сяоя не смогла сдержать дрожь.

– Здравствуйте, вторая молодая госпожа, – пятнадцать человек ответили в унисон, как будто у них было молчаливое соглашение раньше, эта сцена была точно такой же, как когда военный лидер инспектировал, а его подчиненные выкрикивали их лозунг в ответ.

– ... – Му Сяоя неловко улыбнулась и шаг за шагом направилась в кабинет Бай Чуаня под взглядами всех присутствующих.

П.п.: не забудьте проголосовать за новеллу и оценить ее~ ღ ゝ ◡ ╹ ) ノ ♡

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 38 — Пропуск работы

Офис Бай Чуаня находился в конце прохода, его кабинет и внешняя сторона были разделены прозрачной стеклянной стеной, так что он мог видеть внешнюю ситуацию, когда поворачивал голову. Но концентрация Бай Чуаня во время работы была необычной. Он прищурил глаза, глядя на экран компьютера, его линия зрения не выходила никуда за пределы этой коробки. В это время, если бы он только заглянул немного за ширму, он наверняка увидел бы Му Сяоя, стоящую за стеклянной стеной.

Му Сяоя не вошла в кабинет сразу же, она остановилась прямо напротив стола Бай Чуаня, спокойно наблюдая за ним через стеклянную стену. Она никогда не видела, как выглядел Бай Чуань, когда работал; он был так же внимателен, как обычно, но у него был спокойный и уверенный темперамент, который ошеломил ее.

*Бип, бип-бип…*

Внезапно зазвонил телефон Бай Чуаня, и специальный звук оповещения заставил его немедленно прекратить печатать на клавиатуре и поднять трубку.

Му Сяоя: [Ты занят?]

Это Сяоя, глаза Бай Чуаня заблестели, и он быстро ответил: [Не занят.]

Му Сяоя: [Тогда... подними голову.]

Бай Чуань замер, несколько озадаченный, но послушно поднял голову. Затем… он увидел, как Му Сяоя стоит у его кабинета и машет ему рукой.

Они... были разделены только прозрачной стеклянной стеной.

«Это Сяоя, Сяоя за дверью, Сяоя пришла сюда, чтобы увидеть меня».

– Сяоя, – широкая улыбка появилась на его лице за мгновенье, его личность была словно черно-белая картина, которая внезапно оказалась раскрашена красками – мгновенно стала яркой и живой.

Му Сяоя заметила, как Бай Чуань был ошеломлен на несколько секунд, но после стал выглядеть как глупо счастливый человек, а затем наконец подумал о том, чтобы выйти из своего офиса. Он выбежал в спешке и даже ударился об угол стола, когда уходил, сметая документы на пол.

– Сяоя, – прибежавший к своей жене Бай Чуань очень естественно взял маленькие руки своей супруги, мимоходом сжимая их.

«Я держу ее, это действительно Сяоя», – думая об этом таким образом, Бай Чуань больше не мог подавить улыбку на своем лице, и та стала еще более яркой.

[Черт возьми! Что только что произошло?]

[Неужели второй молодой мастер только что выбежал из своего кабинета?]

[Значит, второй молодой мастер может бегать?]

[…]

В офисе снова зазвучали потрескивающие звуки клавиатуры, все сплетни были о Бай Чуане.

– Почему ты так быстро бежал? Тебе не больно? – Му Сяоя с огорчением посмотрела на левую ногу Бай Чуаня. Она услышала глухой звук, когда он только что ударился об угол стола.

– Тогда было не больно, но сейчас немного больно, – ответил Бай Чуань.

Этот его опрометчивый поступок действительно заставил Му Сяоя почувствовать себя расстроенной, хоть ей и было немного смешно. Но все эти горячие, горящие глаза вокруг них заставили Му Сяоя почувствовать себя неловко. Она мягко сжала руку Бай Чуаня и прошептала:

– Не мог бы ты помочь мне познакомиться?

– Познакомить с кем? – Бай Чуань не понял ее слов.

– Представь меня своим коллегам здесь.

Бай Чуань на мгновение замер, огляделся по сторонам и был немедленно встречен пятнадцатью возбужденными лицами, сияющими на фоне синего света.

Как представить? Бай Чуань, который никогда не разговаривал с таким количеством людей, был немного невежественен.

«Он сбит с толку? Ранее Бай Чуань с трудом мог говорить один на один, и внезапная просьба поговорить со столькими людьми одновременно могла бы заставить его чувствовать себя еще более неловко».

Как раз в тот момент, когда Му Сяоя начала размышлять, не слишком ли она усложнила задачу для Бай Чуаня, она увидела, как он внезапно отпустил ее руку, повернулся к своему кабинету, а затем быстро нажал что-то на клавиатуре компьютера.

Что он делает? Му Сяоя была озадачена.

Бай Чуань быстро вышел из кабинета с расслабленным лицом и радостно сказал:

– Знакомство закончено.

– Что?

Му Сяоя только начала сомневаться, когда люди в офисе внезапно встали и снова дружно поприветствовали ее:

– Приветствуем, вторую молодую госпожу.

Му Сяоя подсознательно обернулась и увидела на ближайшем к ней экране компьютера строку необычно яркого текста: [Это моя жена, Му Сяоя.]

«А?!»

Му Сяоя быстро подошла к другому компьютеру и обнаружила, что экран дисплея каждого компьютера в офисе был точно таким же в это время. Белый текст на синем фоне, слова Бай Чуаня плавали на экране: [Это моя жена, Му Сяоя.]

«Бай Чуань представил меня таким образом? И он просто прямо назвал меня своей женой, это… это действительно просто и мощно, а также очень мужественно…»

– Всем привет, я Му Сяоя, жена Бай Чуаня. Вы, ребята, можете звать меня просто Сяоя, пожалуйста, не называйте меня второй молодой госпожой, это звучит немного странно.

Бай Чуань может представить ее таким сообщением, но у Му Сяоя не было такой способности, поэтому она может представиться только еще раз.

В офисе снова поднялась волна добрых приветствий.

– Точно, – Му Сяоя обернулась и прошептала Бай Чуаню: – Где ты взял вчерашние розы?

– А-Тун Му дал их, – ответил Бай Чуань.

– А-Тун Му? – Му Сяоя на некоторое время замерла, разве это не название того мультфильма...  – Кто такой А-Тун Му?

– Я... я А-Тун Му, – А-Тун Му, который был недалеко от них двоих, услышал свое имя и быстро вышел, чтобы представиться.

– Ты А-Тун Му? – подтвердила Му Сяоя.

– Это я.

– Мне очень жаль, Бай Чуань вчера забрал твои цветы домой, – извиняющимся тоном сказала Му Сяоя.

– Нет-нет, эти цветы я по своей инициативе подарил второму молодому мастеру, – внезапное извинение Му Сяоя немного застало А-Тун Му врасплох, более того, вчера он не был зол, поэтому был несколько ошеломлен этим извинением.

– Я видела открытку в букете, – Му Сяоя подтолкнула подарочную коробку, которую она принесла, к А-Тун Му: – Это всего лишь браслет, который я купила в торговом центре по соседству, пожалуйста, отдай его своей девушке в качестве компенсации за вчерашний подарок. Я надеюсь, что вчерашнее поведение Бай Чуаня не повлияло на вашу встречу с ней.

– Нет, это… это действительно не имеет значения. Позже я пошел к флористу и заказал букет цветов. Это никак не повлияло на свидание, мы были очень счастливы, правда, – А-Тун Му не осмелился принять подарок и энергично отодвинул его.

– Просто прими это, иначе я буду чувствовать себя неловко.

– В этом действительно нет необходимости, действительно нет необходимости…

– ...

Несколько раз передав подарок туда-сюда, Му Сяоя поняла, что А-Тун Му просто не примет его, поэтому она повернулась и посмотрела на Бай Чуаня.

Бай Чуань не понимал человеческих отношений, но он понимал намерение Му Сяоя, разве она просто не просит А-Тун Му принять ее подарок? Бай Чуань взял подарочную коробку и положил ее прямо на стол А-Тун Му, затем сухо сказал:

– Для тебя.

– !.. – А-Тун Му, который только что решительно отказался от этого, немедленно замолчал и больше не осмеливался настаивать. Он некоторое время сжимал коробку, затем застенчиво сказал: – Тогда... тогда я приму это.

Му Сяоя была удовлетворена, она повернулась и сказала всем:

– Я впервые пришла сюда, но я не принесла никаких подарков для вас. Я только что видел восхитительные куриные котлеты в торговом центре, поэтому я заказала их для всех, и они должны быть доставлены через некоторое время, я надеюсь, что все смогут насладиться ими вместе.

– Заказала для нас куриные котлеты?

– Я только вчера ел свадебные конфеты, а сегодня еще могу съесть куриные котлеты, разве это не слишком удачно?

– Если жена второго молодого мастера будет часто приходить, наши уста будут благословлены, – было непонятно, кто вдруг выкрикнул эти слова, но преступник получил мгновенную железную пощечину от других коллег.

– Все в порядке, – Му Сяоя не возражала, она даже рассмеялась и сказала: – Тогда я должна чаще приходить в будущем.

Все видели, что Му Сяоя, похоже, не возражала против этого, даже, казалось, ей понравилось, поэтому атмосфера внезапно снова оживилась.

– Жена второ... кхе, Сяоя, ты хочешь попробовать игру, разработанную вторым молодым мастером? – вдруг предложил кто-то.

– Верно-верно, ты играла в нее раньше?

– На самом деле я не очень хорошо знаю работу Бай Чуаня. Я спросила об этом однажды, но его объяснение было слишком профессиональным, и я, кажется, не смогла ничего понять, – смущенно сказала Му Сяоя. – Не могли бы вы ребята рассказать мне об этом?

– Можем, конечно мы можем, мы на самом деле те, кто разрабатывает игру.

– Вот, вот, ты узнаешь, если сыграешь сама, – все повели Му Сяоя в игровую зону в углу кабинета, заполненную белыми инструментами, расположенными на одной платформе, кресло выглядело как в научно-фантастическом фильме. Сбоку от кресла есть рамка, и на этой рамке висят очки виртуальной реальности.

– Ты видела это раньше? – спросил А-Тун Му, указывая на очки виртуальной реальности.

– Видела, в торговом центре есть зона для ознакомления, это 5D-игра? – VR-игры теперь имеют специальные зоны в крупных торговых центрах, хотя Му Сяоя не играла в них раньше, но она видела это довольно много раз.

– Мы намного продвинулись вперед, чем все эти аутсайдеры. VR-игры и видео снаружи могут только повторять некоторые простые игровые действия или использовать экран в качестве стороннего наблюдателя. Игра, которую мы разработали, может управлять действиями в игре более плавно и естественно через все другие способы управления. Бег, прыжки, повороты могут быть непосредственно синхронизированы с игрой через наши собственные действия. Наша конечная цель – создать виртуальные игры в самом прямом смысле, конечно, все еще есть некоторые пробелы, но наша технология превзошла большинство однотипных игр на рынке. Подойди, ты можешь сама попробовать, – после хвастовства о том, что сделал Бай Чуань, А-Тун Му затем отдал очки Му Сяоя, чтобы она сама испытала игру.

Му Сяоя надела на себя очки виртуальной реальности.

– Второй молодой мастер, вы должны играть вместе, – некоторые люди протянули Бай Чуаню еще одну пару очков.

Бай Чуань посмотрел на Му Сяоя, которая уже надела очки, затем тоже молча взял и надел очки.

Кто-то вложил им в руки два контроллера и напомнил Му Сяоя:

– Это оружие в игре, можешь просто следовать руководству по эксплуатации.

Му Сяоя проверила ощущение в своих руках и кивнула в знак согласия.

– Загрузите игру, – сказал А-Тун Му кому-то, чтобы включить игровой процессор.

Когда она впервые надела очки, Му Сяоя могла видеть только огромное пространство белого клетчатого экрана, но с началом игры начался обратный отсчет от 5 до 1, и когда он закончился, белый экран перед ней превратился в городскую улицу. Му Сяоя подсознательно подняла голову, и ее зрение соответственно изменилось. Она обнаружила, что ничего не может сделать, кроме как повернуть голову, чтобы изменить свою точку зрения в игре.

Это виртуальная игра?

–Тук-тук...

Послышались приближающиеся к ней шаги, Му Сяоя повернула голову и увидела молодого человека, держащего двойной пистолет в переулке позади нее. На парне были ботинки Martin, кожаная куртка и пулемётная лента вокруг талии. Он вышел из-за угла и подошел к Му Сяоя за два шага, прежде чем остановиться.

Это игра-стрелялка? Му Сяоя посмотрела на свою руку и увидела, что она действительно держит пистолет.

– Второй молодой мастер, скажите что-нибудь, измерьте звуковой эффект, – все уставились на экран компьютера, наблюдая за двумя людьми в игре, и не могли не напомнить второму молодому мастеру, который подошел к своей жене, но ничего не сказал.

Это… Бай Чуань?

– Сяо Чуань? – Му Сяоя недоверчиво спросила.

– Да, – на холодном красивом лице мальчика не было никакого выражения, но голос действительно принадлежал Бай Чуаню.

– Это действительно ты? – Му Сяоя выглядела удивленной, уровень симуляции этой игры был действительно высоким, звук был таким, как будто Бай Чуань действительно был перед ней.

– Это я, – невозмутимый красивый парень даже кивнул.

Внезапно в левом нижнем углу поля зрения Бай Чуаня появилось системное сообщение: [Второй молодой мастер, я сейчас отправлю двух NPC, вы должны лихо подстрелить их на глазах у своей жены.]

Юй Цянь закончил отправку системного сообщения и не стал дожидаться ответа Бай Чуаня, постучав несколько раз по клавиатуре. Два врага, вооруженные автоматами, тихо начали свою охоту на пару, которая стояла и болтала посреди дороги. Поскольку это был режим человек-машина, движение NPC, очевидно, было довольно неуклюжим. И естественно, как только Бай Чуань поднимет пистолет и выстрелит дважды, он может сразу же стать героем, который спасет красавицу, однако, что можно сделать в ситуации, когда Бай Чуань с самого начала и до сих пор смотрел только на свою жену и не заметил сообщение системы только что? Следовательно…

С двумя звуками бах-бах пара мгновенно упала на землю. Большое и четкое оповещение появилось на экране: «Большой провал».

– ...

В кабинете воцарилась тишина, толстяк стукнул себя по собственной глупой голове, которая посмела действовать самостоятельно своими железными кулаками. Какие еще NPC? Разве это не просто все испортило?

Му Сяоя некоторое время молча смотрела на тело виртуального Бай Чуаня, затем сняла очки и неловко сказала:

– Похоже, что… на нас напали.

– Все в порядке, мы можем перезапустить ее снова, – сказал А-Тун Му, на этот раз он изменил программу и снабдил NPC только кинжалами, он не верил, что они могут проиграть.

– Не нужно, я не очень хорошо играю в такие игры, – Му Сяоя убрала очки, – но эта игра действительно потрясающая, я действительно чувствовала, как будто была внутри игры.

– Конечно, это тот эффект, которого мы хотим добиться, мы использовали… – все начали объяснять ей, перебивая друг друга, уникальные характеристики игры, говорили о проблемах, с которыми они столкнулись во время разработки, а также их «стремление быть первым и страхе быть последними»; они были даже более оживленным и активными, чем репортеры в погоне за действительно горячими новостями. Поначалу Му Сяоя едва могла понять, а позже она могла только глупо улыбаться профессиональным терминам, появляющимся то тут, то там. К счастью, в это время только что доставили еду. Все столпились, чтобы разделить ее, что разрешило неловкость.

Му Сяоя тихо выдохнула, втайне думая: «Способность этих людей выражать свои мысли ненамного сильнее, чем у Бай Чуаня моей семьи.

– Второй молодой мастер, Сяоя, тоже поешьте, – все ели куриные котлеты, но не забыли о них.

– Вы, ребята, ешьте, а я и Бай Чуань скоро выйдем поесть, – ответила Му Сяоя.

Когда все услышали это, они все подумали в унисон: значит, это свидание, тогда нет необходимости давать им котлеты.

Когда Бай Чуань услышал, что Му Сяоя собирается вывести его, его первой реакцией было то, что еще не время уходить с работы, поэтому он мягко потянул Му Сяоя за рукав и тихо напомнил ей:

– Еще не время уходить с работы.

– Тогда ты пойдешь или нет? – Му Сяоя подняла брови.

– ...

Бай Чуань нахмурился, что важнее? Уходить с работы вовремя, или жена, зовущая меня на свидание? После некоторого сопротивления Бай Чуань попытался продолжить и переубедить:

– Еще не время есть.

– Значит, ты идешь? Или нет? – Му Сяоя все еще настаивала на ответе.

Она дважды спросила, это потому, что Му Сяоя расстроилась? Бай Чуань поджал губы и после долгих раздумий решил:

– ...Иду.

– Пфф~ –  Му Сяоя, которая изначально планировала дождаться, когда Бай Чуань закончит рабочий день, и уйти с ним вместе, чтобы не создавать трудности для принятия решения, могла только открыто и справедливо заставить этого определенного человека проигнорировать работу.

Примечание автора:

Маленький театр:

По дороге из школы она обнаружила, что KFC перед школой проводит акцию: Гамбургер купи один, получи один бесплатно. Маленькая девочка Сяоя была очень взволнована и достала свои карманные деньги, прождав полчаса, чтобы купить два гамбургера и один пакет картошки фри. Она взволнованно побежала к соседней двери, чтобы найти маленького мальчика, который никогда раньше не ел пищу из KFC, и поделиться с ним.

– Послушай, это KFC, бабушка Бай определенно не позволит тебе есть. Я спрятала все в школьной сумке, мы должны закрыть дверь и съесть его тайком! – таинственно прошептала девочка.

– Ты опоздала, – Бай Чуань не смотрел на блюда KFC.

– Я стояла в очереди, чтобы купить гамбургер.

– Ты опоздала.

– Ты такой надоедливый! Ты хочешь есть или нет?! – маленькая Сяоя задыхалась от ярости, уперев руки в бока: – Если ты не будешь есть, я уйду!

Бай Чуань молча закрыл рот, его рука потянулась за гамбургером.

– Я знаю, что тебе тоже нравится его есть, ты говоришь одно, но имеешь в виду другое, хм!

П.п.: даже в детстве они были милашками ( ღ ⌣ ღ )

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 39 - Подарок за победу

– Где мы будем есть? – Бай Чуань питал особые эмоции к своему первому пропуску работы.

– Еще не время есть, давай немного пройдемся по магазинам, – небрежно ответила Му Сяоя, ведя машину.

– Я уже сказал, что еще не время есть, – Бай Чуань, чьи правила были нарушены, неловко сморщил нос, он не мог сдержать свои мысли.

– ...

«На меня жаловались?» Му Сяоя почувствовала, что получила жалобу от Бай Чуаня, поэтому она намеренно не ответила, ведя машину молча, пытаясь понять, что Бай Чуань скажет дальше.

– Мы должны поесть после половины седьмого, – Му Сяоя решила на этот раз помочь Бай Чуаню.

– Сейчас только пять часов, – рабочее время компании было до половины шестого, но они уже вышли в это время, так что они без проблем смогут успеть вовремя.

Произнеся эти слова, Бай Чуань замолчал на две минуты, а затем повторил эти предложения снова.

– Еще не время есть… мы должны поесть после половины седьмого… сейчас только пять часов, – Бай Чуань тихо бормотал эти три предложения снова и снова с интервалом в две-три минуты, как будто у него была установлена одна программа воспроизведения, он повторял их без устали.

Сначала Му Сяоя не чувствовала раздражения, а вместо этого думала, что он немного милый, потому что Бай Чуань не любил разговаривать в обычные дни. Но в то же время она продолжала думать, что он похож на маленькую старушку, которая выглядела забавно напряженной.

Однако по мере того, как время, потраченное на повторение этих точных предложений, становилось все длиннее, Му Сяоя медленно понимала, что что-то не так. Повторяющиеся слова Бай Чуаня были произнесены не из-за его желания говорить, а потому, что он не может контролировать себя. Это было похоже на ту ночь, когда он продолжал писать в своем блокноте, что должен вернуться домой в шесть часов, это было из-за навязчивой идеи, вызванной его неспособностью адаптироваться после того, как его правила были насильственно нарушены. Эта одержимость требует, чтобы он вернулся на «правильный» путь, прежде чем он сможет снова успокоиться.

Хотя на этот раз ситуация не была серьезной, в конце концов, Бай Чуань не был спровоцирован, он был только слегка встревожен, но Му Сяоя знала, что ее поведение сегодня все еще вызывало у него дискомфорт.

Му Сяоя молча припарковала свою машину на подземной стоянке торгового центра, выключила двигатель, а затем повернула голову, чтобы посмотреть на Бай Чуаня, который все еще бормотал, как заезженная пластинка, сам того не подозревая. Она открыла рот и спросила:

– Сколько сейчас времени?

– Сейчас 5:20, до окончания работы еще десять минут, – в подсознание Бай Чуань все еще думал о том, как он не смог вовремя уйти с работы.

– Когда мы вышли из компании? – продолжала спрашивать Му Сяоя.

– 4:50, – он ушел с работы на сорок минут раньше.

– Тридцать минут, уже полчаса, ты повторяешь, что время еще не пришло и что тебе не следует уходить с работы, – Му Сяоя на мгновение замолчала, а затем спросила: – Ты сердишься на меня? Обвиняешь меня в том, что я забрала тебя?

– Нет, – Бай Чуань, не задумываясь, покачал головой, хотя ему все еще не следовало выходить рано, но он не сердится.

– Тогда почему ты продолжаешь говорить об этом? Если ты продолжаешь говорить об этом, то разве это не означает, что ты несчастен? Если ты несчастлив, значит, ты винишь меня, а если ты винишь меня, значит, я сделала что-то не так. Но я только что ясно спросила тебя, и ты сам согласился пойти со мной, а теперь обвиняешь меня, когда мы уже вышли? – выражение лица Му Сяоя было немного грустным, эта печаль была не потому, что Бай Чуань твердил об одном и том же, а потому, что она видела, что Бай Чуань был в таком состоянии.

– Я… Я не сержусь, не виню тебя, я... я… – как это объяснить? Бай Чуань был встревожен, он так разволновался, что все его лицо не покраснело.

Он на самом деле не сердился, он просто почувствовал небольшой дискомфорт. Когда он не мог приспособиться к чему-то новому, он не мог не повторять одно и то же снова и снова, это было состояние Бай Чуаня, Бай Чуань действительно не мог контролировать себя.

Бай Чуань четко знал все характеристики своего собственного состояния, он видел многих врачей с детства, он также прочитал много книг в этой области, он даже может точно перечислить различные реакции, которые аутичные люди будут иметь во время своих приступов, однако всякий раз, когда появляются эти симптомы, его мозг перестает нормально функционировать. Его правое полушарие будет говорить ему, что он должен прекратить повторять эти предложения, но, с другой стороны, его левое полушарие будет действовать так, как будто у него есть собственная инициатива.

Бай Чуань иногда ненавидел рациональность своего правого полушария. Когда у него был приступ, он даже пожелал, чтобы рассуждения его правого полушария прекратили свое существование. Таким образом, он не будет чувствовать себя виноватым каждый раз, когда придет в себя, он не будет бояться возможности того, что Сяоя возненавидит его.

– Я просто хотела сделать тебя счастливым, отправившись в компанию, чтобы найти тебя. Поскольку ты винишь меня, я больше не пойду тебя искать.

Му Сяоя все еще говорила, и каждое ее слово заставляло Бай Чуаня чувствовать себя неловко. Этот дискомфорт постепенно возобладал, помогая его правому полушарию подавлять поведение левого полушария, и желание Бай Чуаня повторять эти фразы постепенно ослабевало.

– Я... я не виню тебя, – если Сяоя будет грустно слышать это, то он прекратит такое поведение в будущем, по крайней мере, он не будет шуметь.

«Да, просто ничего не говори, просто повторяй это про себя, так Сяоя об этом не узнает. Или просто пойти домой и записать это в блокнот, короче говоря, до тех пор, пока это не обнаружит Сяоя, тогда все в порядке. Если меня не обнаружат, то Сяоя не будет ненавидеть меня».

– Я больше не буду этого делать в будущем, – найдя решение, Бай Чуань заговорил с большой уверенностью: – Я не сержусь, ты должна прийти и найти меня снова.

Ему понравилось, когда Му Сяоя пришла к нему на работу, он был рад, когда он поднял голову и вдруг обнаружил, что она стоит там, Бай Чуань даже почувствовал, что, возможно, в будущем он будет подсознательно время от времени выглядывать из кабинета, когда он в офисе.

Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня, который поклялся со всей искренностью, в ее сердце была проблема: «Правильно ли я его направила?»

Профессор Фэн сказал, что жизненный путь аутичного человека чрезвычайно прост, он не общается, живет сам по себе и даже изучает вещи в одиночку. Траектория их повседневной жизни похожа на единственную прямую линию, и никогда не будет развилок или поворотов, поэтому как только они определят, что их путь был внезапно нарушен, то очень легко почувствуют беспокойство. Они будут выражать свое беспокойство с помощью действий, слов и всех других форм поведения, которые они могут использовать. Если уровень тревоги слишком велик и достиг определенной точки, их состояние может легко спровоцировать приступ.

Бай Чуань забеспокоился, потому что не может вовремя вернуться домой, рано уйти с работы и не поесть в установленное время, но этого уровня тревоги все еще было недостаточно, чтобы заставить его беспокоиться, хотя ничего нельзя было сделать, он потерял контроль, повторяя одни и те же вещи снова и снова. Ему нужно было облегчить свое беспокойство с помощью этого повторения, так как на самом деле это был метод его саморегуляции. Если говорить серьезнее, он на самом деле лечил себя.

Однако прямо сейчас Бай Чуань был готов прекратить это лечение из-за ее нескольких слов.

«Правильно ли так поступать?» – Му Сяоя колебалась. С одной стороны, она надеялась, что Бай Чуаню будет лучше, даже немного прогресса было необходимо, но, с другой стороны, она не хотела, чтобы Бай Чуань чувствовал себя неловко.

– Я знаю, что ты сделал это не нарочно, ты просто не можешь контролировать это, верно? – в конце концов, Му Сяоя просто не смогла ожесточить свое сердце, столкнувшись с угрызениями совести, отраженными на лице Бай Чуаня.

– Да, – Бай Чуань быстро кивнул головой, его лицо было таким, как будто он освободился от тяжелого груза.

«Сяоя поняла меня».

– Тогда как насчет того, чтобы произвести обмен? – предположила Му Сяоя.

– Обмен?

– Да, – Му Сяоя хотела, чтобы ему стала лучше, но она не могла видеть, как он чувствует себя неловко, поэтому она хотела дать Бай Чуаню некоторую компенсацию: – Если что-то подобное произойдет в будущем, например, если я сделаю что-то, что заставит тебя чувствовать себя неловко, тогда ты можешь попросить у меня что-то взамен. Пока это в моих силах, я соглашусь со всем, о чем ты меня попросишь. Взамен ты больше не можешь так разговаривать. Э-э... если ты действительно не можешь этого вынести, то не станешь повторять это больше трех раз.

Му Сяоя подняла три пальца вверх, чтобы Бай Чуань мог ясно видеть это. Она надеялась, что этот обмен немного облегчит беспокойство Бай Чуаня.

Бай Чуань тупо уставился на три пальца перед собой, в то время как его мозг начал анализировать смысл слов Му Сяоя: «Сяоя сказала, что если подобная ситуация возникнет в будущем, то Сяоя согласится с одной из моих просьб?» При одной мысли об этом беспокойство в его сердце немного улеглось.

После того, как понимание осенило его, Бай Чуань решил попробовать, поэтому он не мог дождаться, чтобы спросить:

– Тогда... могу ли я сделать просьбу сейчас?

– Ты можешь, что ты хочешь, чтобы я сделала? – хотя сегодня Бай Чуань потратил тридцать минут на повтор нескольких фраз, а не три раза, но в качестве их первого «обмена интересами» Му Сяоя не возражала быть щедрой. Более того, ей также было любопытно, о чем попросит ее Бай Чуань.

– Улыбнись.

– ?..

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, – Бай Чуаню сейчас не нравилась внешность Му Сяоя; ее глаза были такими же мрачными, как туман, который он видел, когда бегал трусцой по утрам, ему это не нравилось.

Услышав это, Му Сяоя на самом деле хотела заплакать, но, чтобы сдержать свое обещание, она все же заставила себя улыбнуться так широко, как только могла. Она не смотрела в зеркало, но сейчас ей нужно было заставить себя не выглядеть неприглядной, потому что она должна была передать Бай Чуаню тепло своего сердца через улыбку.

И в тот момент, когда улыбка Му Сяоя появилась, Бай Чуань обнаружил, что его желание повторить эти фразы было подобно туману после восхода солнца: все это исчезло без следа.

Из-за этого дела они так задержались, что было почти шесть, когда они добрались до ресторана наверху. Затем они нашли свой номер, заказали еду и стали ждать, когда подадут блюда. Му Сяоя посмотрела на часы, и было ровно 6:30, это случайно совпало с графиком Бай Чуаня.

Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня, который никак не отреагировал на весь процесс, и на мгновение почувствовала неуверенность. Была ли это из-за ее предложения обмена, или это было потому, что Бай Чуань расслабился, потому что они едят в определенное время?

Но сегодня она не собиралась продолжать исследовать его, состояние Бай Чуаня нужно терпеливо контролировать, и Му Сяоя чувствовала, что сегодня она достаточно сделала.

– Когда мы закончим есть, я отведу тебя в одно место.

– Да.

После ужина Му Сяоя повела Бай Чуаня на третий этаж торгового центра в Восточном районе, где были сосредоточены обувные магазины ТЦ. Это также было главной целью девушки прийти в этот торговый центр, потому что один из магазинов в этом центре принадлежал дяде Фан Хуэй. Внутри были три пары обуви, которые она создала.

Когда они вошли в специализированный магазин, она просто прошлась по нему, и Му Сяоя быстро нашла обувь, что она спроектировала, которая была размещена в центральной части, в новой зоне горячих продаж.

– Сяо Чуань, смотри, – Му Сяоя взяла одну из пару и показала ее Бай Чуаню.

– Эта та, которую ты нарисовала, – Бай Чуань не разочаровал Му Сяоя и с первого взгляда узнал обувь. Это было то, что она нарисовала, когда они сидели в вишневом саду у ручья, в тот день, когда они столкнулись с сильной грозой.

– Да, – Му Сяоя сказала с некоторой гордостью: – Я смотрела игру, которую ты разработал сегодня, поэтому я покажу тебя обувь, которую я создала. Это бренд, соучредителями которого являемся мы с Фан Хуэй, это логотип нашей студии, – после этих слов Му Сяоя показала подошвы Бай Чуаню. На белых подошвах есть небольшой круговой узор, который был художественно обработанным узором из двух английских букв H и Y. Издалека он был похож на цветок, но если приглядятся поближе, то можно увидеть две буквы.

– H – это Хуэй, Фан Хуэй, Y – это…

– Сяоя – это Y, – ответил Бай Чуань.

– Совершенно верно.

– Клиенты, вам нравятся эти туфли? – в это время подошел продавец магазина, взглянул на обувь в руках и сразу же начал рекламировать: – Это обувь, совместно разработанная нашей компанией и студией Hamp;Y. Это новая модель на этот год. Обувь выглядит просто и элегантно, и ее очень удобно носить. Верхняя ткань очень дышащая, и даже если носить ее летом, вы будете чувствовать только комфорт. Эти туфли очень хорошо продаются в нашем магазине, вы хотите купить пару?

– Не нужно…

– Да, – Бай Чуань прервал слова Му Сяоя: – Я хочу эту пару, эту пару, а также эту пару, я хочу их все.

Бай Чуань указал на три пары подряд, каждая пара была разработана Му Сяоя, он вспомнил каждую пару обуви, разработанную ей в вишневом саду в тот день.

– Хорошо, какой размер? – после такого большого выбора приветственный энтузиазм продавца стал еще более явным, чем раньше.

– Пара для размера 36, 37, 43 и 44, две пары для размера 45, – сказал Бай Чуань.

– Это… какой размер для какой модели? – продавец хотел подтвердить.

– Мне нужны все модели.

– Вы имеете в виду, что… вы хотите купить три пары для каждого размера обуви? – снова спросил продавец, не смея поверить собственным ушам.

– Шесть пар для 45-го размера, – Бай Чуань боялся, что продавец ошибется.

– Вы... вы уверены? – как это все еще можно назвать покупкой, это оптовая торговля?..

– Конечно, – Бай Чуань утвердительно кивнул, он никогда раньше не ошибался в расчетах.

– Бай Чуань, что ты делаешь…– Му Сяоя была потрясена и потеряла дар речи, так как Бай Чуань начал произносить цифры за цифрами, она неловко улыбнулась продавцу и решительно отвела Бай Чуаня в сторону: – Почему ты покупаешь так много обуви? И, даже если тебе нужна обувь, ты можешь просто сказать мне, почему ты тратишь так много денег, чтобы купить так много?

Вчера Фан Хуэй попросила несколько пар их обуви с фабрики и сложила их в студии. Если Бай Чуаню понравились эти туфли, она может просто взять несколько из кучи, не тратя ни копейки.

– Хочу купить, хочу поддержать, – твердо сказал Бай Чуань.

– Тогда тебе не нужно покупать так много, все в порядке, если ты просто купишь пару.

– Дам людям, – повторил Бай Чуань.

– Кому? – Му Сяоя было любопытно, Бай Чуань действительно может взять на себя инициативу купить что-то, чтобы дать людям.

– Ты сказала, что, когда твоя студия официально откроется, ты отдашь отцу, матери и брату, – Бай Чуань подумал, что Му Сяоя, должно быть, снова забыла.

– ... – Му Сяоя не забыла, она сказала, что отдаст им свои туфли, когда они будут завтракать в тот день, но Му Сяоя пообещала сшить их обувь на заказ, а не посылать эти «двести-триста юаней за пару» серийные туфли.

– Тогда тебе не нужно покупать так много, для трех человек достаточно просто купить три пары, – сказала Му Сяоя.

– Шесть человек, – Бай Чуань сосчитал: – Мои родители, твои родители, брат, а также я.

В конце концов Му Сяоя с радостью взяла карточку Бай Чуаня, купила 18 пар обуви, которые она спроектировала, а затем вернулась в особняк, чтобы подарить родителям Бай и Бай Чжэну по три пары каждой.

Все в семье Бай: – ...Сяо Чуань нашей семьи так щедр, что дает нам сразу три пары.

Примечание автора:

Когда они вернулись домой, дядя Ли привел двух слуг, чтобы они отнесли несколько коробок с обувью, и последовал за Бай Чуанем, чтобы вручить подарки один за другим.

Первым был Бай Чжэн, который услышал стук в дверь и открыл ее.

Бай Чуань . Обувь, которую придумала Сяоя, дарю тебе.

Бум-бум-бум, три пары подряд сунули в руки Бай Чжэну, прежде чем он ушел.

Бай Чжэн, который держал три пары обуви . …

Вторые – родители Бай.

Супружеская пара семьи Бай была приятно удивлена. Сяо Чуань, почему ты здесь?

Бай Чуань. Обувь, которую придумала Сяоя, даю вам... тебе и тебе.

Затем паре людей, которые были в пижамах, была дана серия из шести пар.

Пара Бай . …

Бай Чуань вернулся в спальню, прося похвалы. Я отдал им все.

Му Сяоя, которая только что вышла из душа . ...Ты отдавал обувь посреди ночи?

Примечание переводчика:

Когда Сяоя «пожаловалась» на состояние Бай Чуаня, я: грустно ( ﾟ ω ﾟ )

Когда Бай Чуань сказал: «Улыбнись» в качестве первого подарка за свою первую «победу», я: потею глазами. (f‿f)

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 40 - Свадебный дом

Каждое утро, когда Бай Чуань возвращался после пробежки, Му Сяоя просыпалась. После того как она умывалась, Бай Чуань был почти готов, ожидая ее в комнате, чтобы вместе спуститься вниз на завтрак.

Му Сяоя вошла в гардеробную, когда увидела Бай Чуаня, сидящего на стуле и серьезно завязывающего шнурки на ботинках. У его ног стояла пустая коробка из-под обуви, огромный логотип Hamp;Y на ней очень бросался в глаза.

Му Сяоя улыбнулась, подошла и сказала:

– Надев эти ботинки, ты должен сочетать их со светлой одеждой, – затем Му Сяоя подошла к гардеробу Бай Чуаня и, некоторое время поразмышляв, быстро выбрала набор: футболку и пару светлых выстиранных джинсов, прежде чем повернуться и вручить их Бай Чуаню.

Бай Чуань посмотрел на голубую рубашку, которую он уже надел, и послушно взял одежду, которую дала Му Сяоя, положил ботинки, которые он только что собирался надеть, и встал, чтобы переодеться.

Внешность Бай Чуаня была красивой, так что он не будет выглядеть уродливо в любой одежде, но ей нравилось видеть Бай Чуаня в светлой одежде, особенно когда он читал книгу на балконе, когда вокруг него сияло солнце, время как будто остановилось и светило ярче для него.

– Одежда не надета должным образом, – футболка Бай Чуаня не была гладкой, а на талии виднелась складка. Му Сяоя протянула руку и помогла расправить их, но из-за разницы в росте ее нос находился как раз на уровне ключицы Бай Чуаня, и когда она натянула одежду, то почувствовала исходящий от него аромат геля для душа.

Бай Чуань только что вернулся после пробежки, и, хотя он только что принял душ, кожа на его шее все еще была слегка красной.

– Ты только что бегал, ты устал? – тихо спросила Му Сяоя. Когда она впервые взяла Бай Чуаня на пробежку, Бай Чуань выглядел так, словно ему больше не хотелось жить, и это произвело на нее глубокое впечатление.

– Не устал, – Бай Чуань слегка покачал головой, на самом деле еще месяц назад он адаптировался к интенсивности бега, а также обнаружил, что после бега каждое утро его психическое состояние стало намного лучше.

– Ты больше не ненавидишь бегать?

– Не ненавижу.

– Тогда ты должен продолжать в том же духе, и стремиться развивать мышцы живота, – Му Сяоя говорила небрежно, но после разговора ее глаза невольно опустились, глядя на живот Бай Чуаня. Ее мозг визуализировал картину мышц живота Бай Чуаня после того, как он снял одежду, и даже от одной мысли об этом у нее заблестели глаза.

– Да, – Бай Чуань искренне пообещал.

Просто бегая, как он может развить мышцы живота? Му Сяоя тоже просто произвольно говорила что-то, но, услышав серьезное обещание Бай Чуаня, она все равно почувствовала себя хорошо:

– Надень обувь, пойдем завтракать.

Они спустились вниз и направились в столовую. После того, как они поздоровались с парой Бай, Му Сяоя смутно почувствовала, что сегодня в столовой что-то не так. Когда она все еще размышляла об этом, вошел Бай Чжэн, одетый в костюм в западном стиле. Му Сяоя посмотрела на Бай Чжэна, и ее глаза сразу же засияли, когда она внезапно поняла, что сейчас было не так.

Что не так с сегодняшним днем, так это то, что пара Бай была одета слишком небрежно.

В будние дни отец Бай и Бай Чжэн всегда носили костюмы и кожаные туфли, но сегодня отец Бай был одет в повседневную спортивную одежду, а мать Бай всегда носила изысканный наряд, теперь на ней были только простая белая футболка и джинсы.

– Па, ты не пойдешь сегодня в компанию? – Бай Чжэн взглянул на своих родителей и спросил, садясь.

– У меня сегодня назначена встреча с Го Дуном, чтобы поиграть в гольф, – сказал Бай Гоюй.

– Разве у тебя не была назначена встреча с ним в компании на десять часов? – с любопытством спросил Бай Чжэн.

– Это неважная встреча, я могу просто обсудить ее во время игры в гольф, – сказал Бай Гоюй, и его глаза, казалось, все время смотрели под стол.

Бай Чжэн проследил за взглядом отца и заглянул под стол. С одного взгляда он понял, что происходит, и внезапно на его лице появилось отвращение.

«Гольф? Клюшки для гольфа вот-вот заржавеют дома, и тот, кто никогда не выходил играть в гольф, внезапно сменил место встречи на поле для гольфа только для того, чтобы найти возможность надеть новую обувь».

«Ребячество!»

Бай Чжэн с отвращением отвел глаза и яростно схватил бутерброд, прежде чем безжалостно откусить его. Отказавшись от официальных обязанностей из-за личных интересов, кроме того, до выходных оставалось всего два дня, разве он не может дождаться выходных, чтобы покрасоваться?

– Сяоя, обувь, которую ты разработала, действительно красива и универсальна с одеждой, – Ли Жун встала и прямо показала невестке: – Послушай, разве это не сочетается с моей одеждой?

– Да, – Му Сяоя была немного смущена похвалой, в любом случае этот стиль изначально был очень универсальным.

– Мало того, что стиль красивый, их также очень удобно носить, подошвы мягкие и легкие, и в них удобно ходить. Качество этой обуви не уступает качеству обуви известных брендов.

– Это хорошо, если тебе нравится.

– Сяо Чуань, смотри, мама носит ту же пару, что и ты, – когда Бай Чуань вошел, Ли Жун сразу увидела его ботинки. Хотя все туфли были куплены Сяо Чуанем, но всего было три пары обуви, для нее, чтобы носить такие же туфли с Сяо Чуанем в один и тот же день, это было похоже на редкое молчаливое взаимопонимание между ними. У ее мужа не было такого молчаливого понимания, ее старший сын даже не носил обувь Сяоя.

– Да, – Бай Чуань взглянул на обувь своей матери и кивнул в знак признания. Это тихое гудение заставило улыбку Ли Жун внезапно стать ярче.

С другой стороны, Му Сяоя уже была смущена и могла только спрятать голову, чтобы сосредоточиться на еде. Хотя она понимала радость семьи Бай из-за получения подарков от Бай Чуаня, но такая детская похвала и внимание были действительно неловкими. Особенно с этими немногими людьми здесь, когда они выходят, все они были престижными людьми в городе Юнь.

Хотя Му Сяоя недолго была в семье Бай, она уже обнаружила, что в семье Бай существует неписаное правило: когда семья ест вместе, пока нет особых обстоятельств, даже если кто-то заканчивает есть пораньше, он не возьмет на себя инициативу покинуть обеденный стол. Они будут замедлять скорость приема пищи до тех пор, пока последний человек не закончит с едой, а затем встанут и уйдут вместе. И обычно последним, кто заканчивал принимать пищу, был Бай Чуань.

На протяжении всего завтрака Бай Чжэн был очень молчалив, он ждал, пока Бай Чуань съест почти всю свою еду, прежде чем сказать:

– Дом, я купил его.

«Дом? Бай Чжэн собирается съехать?» – Му Сяоя с любопытством посмотрела на него, а затем обнаружила, что Бай Чжэн смотрит на нее, произнося эту фразу.

– Это в районе рядом с твоей студией, пентхаус в комплексе, отремонтированный, ремонт был произведен в этом году, можете непосредственно остаться там.

– Почему... ты купил рядом с моей студией? – ошеломленно спросила Му Сяоя.

– Расположение хорошее, это недалеко от компании, так что Сяо Чуаню также удобно добираться оттуда, – Бай Чжэн добавил: – Застройщик этого района – мой друг, он сохранил этот дом для себя, чтобы интерьер внутри не нужно было перестраивать снова. Но ты должна сама подобрать мебель, – сказав это, Бай Чжэн достал из кармана фиолетовую карточку и протянул ее Му Сяоя.

– Это торговая карточка мебельного центра Meihe, на ней миллион, вы с Сяо Чуанем можете ходить туда по выходным, чтобы выбирать мебель.

– Дом куплен для нас? – Му Сяоя была удивлена.

– Конечно. Разве мы не обещали тебе раньше? Когда ты выйдешь замуж, мы купим тебе новый дом, чтобы ты могла переехать туда, если захочешь, – сказала Ли Жун.

Хотя Му Сяоя никогда не упоминала об этом, они знали, что Му Сяоя не совсем комфортно жить в особняке. После того, как она каждый день возвращалась с работы, помимо еды, она проводила большую часть своего времени на втором этаже с Бай Чуанем, семья Бай, конечно, замечала это. Кроме того, они пообещали ей и Бай Чуаню позволить жить только вдвоем, когда они поженятся. Профессор Фэн также предложил, чтобы они предоставили Бай Чуаню более комфортные условия, и поэтому пара Бай обсудила это с Бай Чжэном, чтобы подготовить этот дом.

– Но… нет никакой необходимости покупать новый дом. Если мы собираемся переехать, мы можем просто переехать в семейный комплекс, бабушкин дом тоже пуст. Более того, Сяо Чуань и я знакомы с этим местом, – сказала Му Сяоя.

– Это место отдано тебе, и мы также оставляем место для тебя здесь, просто живи там, где ты хочешь жить, – сказала Ли Жун с улыбкой.

– Верно, ты будешь очень занята на ранней стадии своего бизнеса, если поблизости есть дом, не будет ли это удобнее? – Бай Гоюй также был человеком, который построил свой бизнес с нуля, поэтому он знал, как трудно начать новый бизнес. Хотя семья Бай не испытывала недостатка в деньгах, которые зарабатывала Му Сяоя, но они ценили решимость и стремление Му Сяоя создать свой собственный бренд, особенно после ношения обуви, разработанной ей.

– Тогда... карточка не нужна, мы сами купим мебель, – Му Сяоя знала, что не может отказаться от дома, поэтому она должна вернуть хотя бы карточку.

– Мебель просто считай это моим подарком на новоселье для тебя, – сказал Бай Чжэн с пустым выражением лица.

– Но дом… – прошептала Му Сяоя, ей было очень стыдно получать больше.

– Дом был подарком родителей, я дарю только кое-какую мебель, – Бай Чжэн увидел, что Му Сяоя хочет отказаться, он тут же нахмурился и сказал: – Или ты предпочитаешь, чтобы я дал тебе другой дом?

– Нет, нет... все не так... спасибо, брат, – Му Сяоя боялась, что Бай Чжэн действительно купит другой дом, она испугалась и поспешно убрала карточку.

Му Сяоя обнаружила, что с семьей Бай вообще нельзя быть вежливым. Чем вежливее вы будете, тем больше подарков получите.

После завтрака все аккуратно вышли на улицу. Бай Чжэн и Бай Чуань отправились в компанию, отец Бай отправился на поле для гольфа, в то время как мать Бай пригласила своих подруг на встречу, таким образом четверо членов семьи Бай вышли за дверь вместе.

Дядя Ли подошел с клюшкой для гольфа отца Бая и посмотрел на одежду семьи, и с блестящими глазами он выразительно похвалил их:

– Мастер, мадам, второй молодой мастер, то, что вы сегодня носите, будь то одежда или обувь, один взгляд, и все поймут, что вы члены семьи.

Отец и мать Бая вдруг просияли от радости.

– Хм!

Холодное хмыканье исходило от Бай Чжэна который остался в своем костюме.

***

Эффективность работы Бай Чжэна была очень высокой. Он просто упомянул о доме утром, и вскоре после того, как он прибыл в офис, он уже попросил своего помощника прислать свидетельство о собственности. Му Сяоя просмотрела и обнаружила, что свидетельство о недвижимости было написано на ее имя и Бай Чуаня.

– Значит, это не только твое имя или имя Бай Чуаня, но ваши имена вместе, – Фан Хуэй посмотрела на свидетельство о собственности и сказала: – Семья Бай много думала.

С финансовыми ресурсами семьи Бай было вполне возможно купить дом для Му Сяоя, но они этого не сделали. Они специально написали имена Му Сяоя и Бай Чуаня в сертификате, при этом они говорили ей, что они поставили ее и Бай Чуаня в одно и то же положение.

– Верно, я этого не ожидала, – Му Сяоя почувствовала тепло в своем сердце.

Если бы в свидетельстве было написано только ее имя, Му Сяоя развернулась бы и передала дом Бай Чуаню, но теперь, когда имена этих двоих написаны в этом свидетельстве вместе, Му Сяоя ничего не сделает. Намерения семьи Бай были настолько очевидны, что если бы она сделала что-то большее, то это стало бы лицемерием.

– Размер этого дома составляет более 130 квадратных метров, и в нем также есть чердак, в нем должно быть много комнат. Зарезервируй одну из них для меня, если я буду работать допоздна в будущем, я могу просто пойти к тебе домой, чтобы завалиться в кровать, – пошутила Фан Хуэй.

– Если тебе не стыдно становиться лампочкой, тогда добро пожаловать в мой дом, – Му Сяоя бросила на нее взгляд.

П.п.: третья сторона, нарушающая уединение пары.

– Одноклассница Му Сяоя, я нахожу, что с тех пор, как ты вышла замуж в богатую семью, ты становишься все более и более скупой. В прошлом ты явно хотела разделить со мной полутораметровую кровать, но теперь ты не хочешь предоставить мне кровать в этих 130 квадратных метрах?

– Кто сделала меня женщиной в браке? Если я все еще была бы одинока, не говоря уже о кровати, я отдала бы тебе даже дом, – великодушно сказала Му Сяоя.

– Вот это да! – пошутив, Фан Хуэй предложила: – После обеда почему бы мне не пойти с тобой посмотреть твой новый дом?

– Ни за что… Я хочу подождать до выходных и пойти посмотреть его с Бай Чуанем, – сказала Му Сяоя.

– Хорошо, тогда я не буду вас беспокоить, ребята, я просто подожду, пока интерьер не будет закончен, – Фан Хуэй понимающе кивнула. Свадебный дом, ну, по сравнению с подругами… естественно, в первый раз она должна идти с мужем.

– Если ты будешь свободна в выходные, ты тоже можешь пойти с нами, – пригласила ее Му Сяоя.

– Почему?

– Разве ты не всегда хотела увидеть Бай Чуаня? – Му Сяоя улыбнулась.

Примечание английского переводчика:

Они переезжают! Оооо~ это любовное гнездышко ( ノ ^o^) ノ

Ожидаем хороших новостей в далеком будущем! ( ≖ ᴗ ≖ ✿ ) Может быть, какие-нибудь милые булочки?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 41 - Непреодолимый зуд

В мгновение ока наступили выходные.

Эти двое собирались осмотреть новый дом. Когда они вышли из дома, дядя Ли поспешно упаковал для них два зонтика, сказав, что сегодня прогноз погоды обещает осадки, и положил их в машину в качестве запасного варианта, чтобы они не попали под дождь.

Му Сяоя поблагодарила его, взяла зонтики и уехала с Бай Чуанем.

Через полчаса эти двое прибыли на стоянку возле рабочего места. Му Сяоя нашла там припаркованную машину Фан Хуэй. Зная, подруга приехала, она повела Бай Чуаня прямо в студию.

– Сяо Чуань, смотри, вот где я работаю, – подойдя, Му Сяоя указала в сторону студии и представила ее Бай Чуаню.

Бай Чуань серьезно посмотрел на дверь студии, на которую указала Му Сяоя, а затем ответил:

– Я помню.

– Давай войдем, Фан Хуэй ждет нас, – Му Сяоя взяла Бай Чуаня за руку, быстро сделала несколько шагов, подошла к двери, толкнула ее и громко крикнула внутрь: – Фан Хуэй, мы здесь.

– Я в комнате материалов, – раздался изнутри голос Фан Хуэй.

– Пойдем внутрь, – Му Сяоя повела Бай Чуаня в небольшую комнату для материалов. Как только они вошли, они увидели Фан Хуэй, которая сортировала кожу.

– Материалы и инструменты для индивидуальной кожаной обуви были доставлены? Когда они прибыли? – Му Сяоя осмотрела комнату, которая была более заполненной, чем в предыдущие два дня, и была удивлена. В дополнение к продаже обуви в интернете, их студия также включала создание высококачественной кожаной обуви, но инструменты и материалы для этого не были полностью подготовлены.

– Их доставили вчера днем, – ответила Фан Хуэй.

– Тогда почему ты не попросила меня приехать и отсортировать их вместе? – готовя студию к открытию, большую часть работы выполнила Фан Хуэй. Она почти ничего не делала, только нарисовала несколько рисунков и долго чувствовала себя неловко.

– Разве ты не ездила вчера к своим дяде и тете? Во всяком случае, я тоже бездельничаю, так что не буду мешать паре поехать домой навестить своих родственников, – Фан Хуэй положила последний кусок кожи на место, с улыбкой обернулась и увидела Бай Чуаня, стоящего в дверях.

– В сто раз лучше видеть, чем слышать, – внезапно вздохнула Фан Хуэй.

– Что?

– Реальный человек красивее, чем фотография, – тихо подмигнула Фан Хуэй своей подруге.

Му Сяоя ответила гордым взглядом, затем махнула рукой в сторону двери, чтобы Бай Чуань подошел. Она улыбнулась и представила их друг другу:

– Сяо Чуань, это мой хороший друг и партнер Фан Хуэй. Фан Хуэй, это Бай Чуань, мой муж.

– Привет, муж Сяоя, – Фан Хуэй понимала ситуацию Бай Чуаня и знала, что он не очень хорошо общается с людьми, поэтому она активно протянула руку, чтобы выразить свое дружелюбие.

«Муж Сяоя?»

Глаза Бай Чуаня заблестели.

– Привет, – Бай Чуань поднял руку и коснулся руки Фан Хуэй, затем быстро опустил ее.

Рукопожатие Бай Чуаня было очень коротким, вместо этого можно сказать, что это было прикосновение, но его поступок все равно удивил Му Сяоя:

– Фан Хуэй, я впервые вижу, как Сяо Чуань пожимает руки другим, похоже, ты ему очень нравишься.

– В самом деле?

– Правда, в прошлый раз, когда мы ходили в вишневый сад, рука Ноно была поднята в течение нескольких минут, и Сяо Чуань проигнорировал ее, – объяснила Му Сяоя.

– Кажется, я более очаровательна, чем Лян Ноно, – шутливо спросила Фан Хуэй у Бай Чуаня, – верно?

К сожалению, на этот раз Бай Чуань не ответил ей, просто слегка улыбнулся и спокойно стоял в стороне.

Видя, что Бай Чуань игнорирует ее, Фан Хуэй не рассердилась и не стала продолжать спрашивать. Как сказала Му Сяоя, Бай Чуань смог взять на себя инициативу пожать ей руку, и она уже была удивлена. Фан Хуэй сменила тему и сказала:

– Ты берешь своего мужа на экскурсию по нашей студии. Там еще осталось немного кожи, которую нужно организовать. Когда я закончу, я выйду и найду тебя.

– Я помогу тебе отсортировать это, – Му Сяоя взяла коробку и подошла к полке.

– Все в порядке, поторопись и уходи отсюда, – Фан Хуэй схватила коробку, а затем вытолкнула Му Сяоя за дверь. Когда Бай Чуань увидел, что его жена ушла, он, естественно, последовал за ней.

– Я закончу через десять минут, подожди меня снаружи, – после этого Фан Хуэй сразу же закрыла дверь с грохотом.

Этот человек… Му Сяоя знала, что Фан Хуэй беспокоится, что если она поможет ей, Бай Чуань останется в стороне, но где Бай Чуань был таким деликатным?

– Тогда... пойдем осмотрим студию, – улыбнулась Му Сяоя и начала показывать Бай Чуаню студию.

– Студия находится в начальном этапе, поэтому тут не так много людей, всего четыре человека. Это мой стол, – Му Сяоя впервые повела Бай Чуаня к своему столу, – но когда я рисую эскизы, мне нравится сидеть в кафе-баре напротив, он вон там. Сидя там, можно видеть улицу через окно от пола до потолка, так что у тебя будет более широкий обзор, и твое мышление станет более гибким.

– Позади наш склад, я не поведу тебя туда. В любом случае там есть только три пары, и ты их видел и уже одевал, – с тех пор, как он купил эти три пары обуви, Бай Чуань чередовал их, вместо того чтобы прикасаться к другим туфлям в своем шкафу. Как будто красавица вошла в гарем, и не было других наложниц, которые могли бы привлечь глаза императора.

– Справа находится «материальная» комната, мы только что были там. Слева – наша приемная. Она предназначена для приема высококлассных клиентов, которые хотят кастомизацию. В настоящее время мы не получили внешних клиентов. Но теперь, когда все материалы для кастомизации прибыли, мы должны начать принимать гостей, одного за другим, – Му Сяоя провела Бай Чуаня в приемную.

П. р.: Кастомизация – индивидуализация продукции под заказы конкретных потребителей путём внесения конструктивных или дизайнерских изменений.

Тема приемной была в индустриальном стиле. На серых стенах висело множество рисунков обуви. Это были рисунки, нарисованные Му Сяоя и Фан Хуэй, когда они учились в университете. Были также образцы, опубликованные некоторыми всемирно известными дизайнерами. В центре комнаты стоял диван, а вокруг дивана была песчаная тропа шириной около 60 см, покрытая песком. По обеим сторонам песчаной тропинки была насыпана галька, а посередине было посажено несколько кактусов.

В комнате, полной дизайнерского смысла, внезапно появился песок, который был очень резким. Как только Бай Чуань вошел, его привлек круг из песка.

– Ты знаешь, для чего нужен песок? – намеренно спросила Му Сяоя.

Бай Чуань с любопытством покачал головой.

– Давай снимай обувь и иди прогуляйся, – Му Сяоя указала на песчаную дорогу.

Следуя словам жены, Бай Чуань тут же снял ботинки и носки и пошел босиком по песку. Песчаная дорога была недолгой, и вскоре он прошел весь круг. Когда он прошел один круг и вернулся на свое первоначальное место, Му Сяоя взяла пару тапочек и положила их у его ног.

Бай Чуань надел тапочки и посмотрел на круг следов, которые он оставил позади.

– Знаешь ли ты, что все позы при ходьбе разные, и следы, которые вы оставляете на песчаной дороге, действительно отражают твою позу при ходьбе и силу, используемую твоими ногами во время ходьбы. Посмотри, отпечаток твоей левой ноги глубже, чем у правой, а это означает, что твой центр тяжести сосредоточен на левой ноге. Когда ты опускаешь ногу, подошва имеет небольшой внешний отпечаток, поэтому внешняя сторона подошвы обычно более изношена, чем внутренняя, – Му Сяоя серьезно проанализировала следы Бай Чуаня.

Бай Чуань никогда не знал, что по его следам можно будет узнать так много информации.

– Как это было, я потрясающая? – Му Сяоя гордо подняла голову.

– Да, – искренне похвалил Бай Чуань. Он всегда знал, что, кроме памяти и математики, он уступает Сяоя.

Анализ Му Сяоя только что был основан на простом знании человеческой эргономики, и даже если вы не знаете человеческой эргономики, если вы хорошо наблюдаете за людьми с некоторым жизненным опытом, вы также можете составить хороший анализ. Но Бай Чуань был другим. В некотором смысле некомпетентность Бай Чуаня была похожа на понимание Му Сяоя продвинутой математики. Тем не менее Му Сяоя наслаждалась чувством обожания Бай Чуаня и сразу же почувствовала, что некомпетентность Бай Чуаня была очень милой.

– Садись, – Му Сяоя прижала Бай Чуаня к дивану, а затем побежала к шкафу с инструментами сбоку. Она достала измерительную ленту, бумагу и ручку, а затем вернулась к Бай Чуаню и присела на корточки.

– Могу я измерить твои ноги и сшить тебе пару туфель? – спросила Му Сяоя, подняв голову.

– У меня есть, – Бай Чуань указал на ботинки, которые были рядом с ним, которые он снял ранее, указывая, что у него уже были ботинки, разработанные Му Сяоя.

– Это совсем другое, – объяснила Му Сяоя, – Я собираюсь сшить для тебя пару туфель на заказ. Я изготовлю эту пару от начала до конца. Это не та обувь, которую массово производят машины на обувной фабрике. Это будет единственная пара в мире.

– Единственная пара? – Бай Чуаню понравилась эта фраза.

– Я измерю тебя, – Му Сяоя подняла ступню Бай Чуаня одной рукой и начала серьезно измерять. Длина, ширина и даже толщина подошвы были измерены, а также измерения в каждой точке, они были тщательно записаны на белой бумаге, кроме этого. Измерив левую ногу, она поработала над правой. Хотя размер левой и правой ступни пары обуви был одинаковым, на самом деле левая и правая ступни людей обычно не были одинаковыми, поэтому при изготовлении обуви каждая ступня должны измеряться отдельно.

Во время процесса измерения Бай Чуань спокойно сидел на диване. Он опустил голову и нежно посмотрел на руки Му Сяоя, держащие его за ноги. Ее руки очень мягкие и теплые. Во время измерения ее кончики пальцев проскальзывали по подошве его ног, что вызвало покалывание, как будто взрыв статического электричества пробежал до макушки его головы вдоль позвоночника, заставляя все его мышцы напрячься.

Бай Чуань хотел спрятаться, и не хотел убегать. Он был жаден до этого тепла, как будто все его существование было заключено в ладонь Му Сяоя, нежно и от всего сердца любимую.

– Расслабь подъем, – Му Сяоя увидела, что подъем Бай Чуаня был напряжен, и подсознательно подняла руку и нежно погладила его. После того, как Бай Чуань расслабился, она продолжала измерять, пока не были измерены размеры правой и левой ног. Она подняла глаза и поняла, что лицо Бай Чуаня покраснело.

– Почему ты покраснел?

– Щекотно, – прошептал Бай Чуань.

– Все еще щекотно? – Му Сяоя быстро опустила ноги Бай Чуаня.

– Да, – Бай Чуань все еще чувствовал зуд. Даже несмотря на то, что руки Сяоя покинули подошвы его ног, онемение все еще преследовало его сердце, задерживаясь невыносимо и неохотно. Десять пальцев на тапочках были сжаты.

– У тебя такие чувствительные ноги? Я только что была очень осторожна, – пробормотала Му Сяоя несколько слов. – Тогда ты немного расслабься, а я все положу на место.

Бай Чуань послушно кивнул и не осмелился взглянуть на девушку, потому что пока он смотрел, он не мог не замечать ее руки, и когда он видел ее руки, онемение его сердца становилось сильнее.

«В то время, когда Сяоя сказала не прикасаться к ее талии, было ли это причиной? Нет, этого не должно быть, потому что я... не ненавижу это чувство».

Хотя и зудело, но он не сопротивлялся.

Примечание автора:

В младших классах средней школы Му Сяоя увлекалась мангой в жанре седзе.

– Ах, ах, этот мужчина такой красивый, лицо убивает, лицо убивает, у меня будет кровотечение из носа, – девочка кричала в кабинете, держа мангу.

П. п.: "Убей лицо" – модная интернет-фразочка, которое относится к движению прикосновения к подбородку, которое является одним из действий, разрывающих сердца бесчисленных мальчиков и девочек.

Юный Чуань, который серьезно читал книгу, нервно оглянулся и обнаружил, что Сяоя закрывает лицо мангой.

Сяо Чуань встревожился, бросил книгу, подошел и поднял лицо девочки.

Сяоя. Бисенэн!

П. п.: Модное интернет-словечко, которое относится к красивому мужчине, вышедшему из комикса и внешне похожему на главного героя комикса, – используется для описания очень красивых мужчин.

Сяо Чуань. Что насчет кровотечения из носа?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 42 — Не хочу его пугать

Когда они вышли из приемной, Фан Хуэй ждала их в кафе-баре у двери. Перед ней стояли три чашки кофе, одну она взяла для себя, а две другие, очевидно, были приготовлены для них.

Они подошли и сели. Му Сяоя взяла кубики сахара, положила два кусочка сахара в кофе Бай Чуаня, размешала и протянула ему.

Бай Чуань взял стаканчик, сделал глоток и выглядел счастливым.

Да, не горько.

– Хочешь еще кусочек сахара? – Му Сяоя помнила, что Бай Чуань в детстве не любил горького, и она не знала, нравится ли ему вкус кофе.

Бай Чуань покачал головой.

Затем Му Сяоя поставила сахарницу, взяла свою чашку кофе и улыбнулась. Она спросила улыбающуюся женщину напротив нее:

– С кем ты болтаешь? Почему ты так счастливо улыбаешься?

– С Ноно, я сказала ей, что твой муж взял на себя инициативу пожать мне руку, и она не поверила этому, – ответила Фан Хуэй.

– … – Му Сяоя потеряла дар речи, что они сравнивают?

– Бай Чуань, как тебе кофе? Это вкусно? – Фан Хуэй увидела, как Бай Чуань сделал несколько глотков кофе, думая, что ее навыки приготовления кофе улучшились, и не смогла удержаться от вопроса.

Бай Чуань взглянул на нее и молча улыбнулся.

Эта улыбка была особенно застенчива и легка, как перышко. Это царапнуло сердце Фан Хуэй и пощекотало. Ей хотелось схватить его и спрятать у себя дома.

Похоже, что Фан Хуэй внезапно подверглась критическому удару шторма, она прикрыла грудь и застонала.

– Какой грех, ах!

– Что случилось? – Му Сяоя посмотрела на человека, у которого слишком внезапно заболело сердце.

– Ничего-ничего. Просто на мгновение я разволновалась, когда начала видеть свет, – такова человеческая природа – стремиться к хорошему. В улыбке Бай Чуаня есть какая-то магия, та самая чистая сущность, которую редко можно увидеть у нормальных взрослых, как луч света, освещающий все в мире, и которая никогда не будет запятнана посторонними вещами.

Му Сяоя сердито накричала на Фан Хуэй; Фан Хуэй рассмеялась, склонила голову и продолжила спорить с Лян Ноно.

После того, как все трое допили кофе, они вместе отправились в жилой район.

Свадебный дом, который Бай Чжэн купил для них, был очень близко от ее работы. Когда они вышли из студии, то повернули направо, и ворота сообщества были всего в 100 метрах впереди. Поскольку это было новое сообщество, жильцов было меньше половины, но меры безопасности были на высоте. Если бы не Му Сяоя, у которой был сертификат на недвижимость, они боялись, что не смогли бы войти в ворота общины.

Войдя через ворота, они увидели пышную листву, окруженную зелеными растениями по обе стороны дороги. Там был небольшой сад, выполненный компетентными дизайнерами, а в центре был музыкальный фонтан. Полоса движения в сообществе была разделена на пешеходное и автомобильное движение, и на дороге почти не было припаркованных автомобилей, что делало все сообщество безопасным и аккуратным.

– Это то самое здание, верно? – предположила Фан Хуэй, указывая на здание перед собой.

– Я попробую, – Му Сяоя взяла карточку доступа, которую она только что получила в управлении недвижимостью, подошла и провела ею, после щелчка дверь открылась.

Все трое вошли и поднялись на лифте на верхний этаж. Дверной замок в блоке имел кодовый замок. Быстро введя пароль, Му Сяоя наконец увидела дизайн интерьера нового дома.

Как упоминал Бай Чжэн в начале, квартира была тщательно отремонтирована. Несмотря на то, что мебель в комнате была убрана и из-за этого вся комната выглядела пустой, но высококачественные деревянные полы, кухня со столом с мраморной столешницей и балкон с бесшовной плиткой – все это демонстрирует изысканное убранство.

Как только она вошла в дверь, Фан Хуэй была взволнована больше, чем два владельца. Она неуклюже вбежала в комнату. Посмотрев вниз, она повернулась и побежала наверх.

Му Сяоя обошла гостиную кругом. Ей здесь понравилось, после того как она взглянула на чисто белые стены, огромные окна от пола до потолка и много света.

– Сяо Чуань, тебе здесь нравится? – Му Сяоя обернулась и спросила Бай Чуаня.

– Возможно, – у Бай Чуаня на самом деле не было особых требований к тому, где жить, пока Сяоя была рядом. Так что, пока Му Сяоя это нравится, ему это понравится.

– В будущем здесь будем жить только мы двое, – может быть, каждый мечтает о собственном доме, без родителей, но со своей семьей и тем, кого он любит. Этот дом будет тщательно оформлен своими руками. Каждый предмет мебели будет подобран лично, и он может быть не роскошным и изысканным, но будет очень удобным.

– Эта гостиная площадью более 30 квадратных метров также соединена с кухней. Позже мы поставим здесь большой диван лицом к стене, где разместим телевизор, а затем купим большой телевизор и будем смотреть его на диване каждый вечер, – Му Сяоя не могла не начать планировать. – Или ты будешь сидеть здесь и смотреть телевизор, а я готовить, а потом мы поедим вместе. После еды ты должен помочь мне вымыть посуду.

– Готовить? – бессознательно повторил Бай Чуань, его глаза расширились.

– Да, ах, хотя я не могу сравниться с тетей дома, но это не так уж плохо, – она прожила за границей четыре года, и Му Сяоя была самоучкой в кулинарии. Если не оглядываться на уровень шеф-повара, с домашними блюдами определенно нет проблем.

Бай Чуань взглянул на кухню, представил, как Му Сяоя стоит там и готовит для него, и был в хорошем настроении.

– Сяо Чуань, это спальня, – Му Сяоя повела Бай Чуаня в спальню. В главной спальне также есть собственный балкон. Хотя этот балкон не такой большой, как в гостиной, дизайн более изысканный. – Мы также купим небольшой столик, похожий на тот, что на балконе виллы, и поставим его здесь. Ты можешь использовать его для чтения на балконе в будущем.

– Да, – Бай Чуань действительно любит читать.

– Мы поставим кровать здесь. Затем здесь мы постелем ковер побольше и добавим несколько подушек. Когда идет дождь или наступает зима, мы можем раздвинуть шторы и сесть на ковер, чтобы полюбоваться пейзажем снаружи.

– Да.

– Давай сделаем гардеробную в соседней комнате. В любом случае там никто не живет. Я хочу повесить всю свою одежду, чтобы было легче выбирать ее.

– Хорошо.

– Мы можем сделать комнату для занятий на чердаке наверху, а затем взять татами. В ней должно быть много книг. Давай поднимемся и посмотрим... – Му Сяоя потянула Бай Чуаня на чердак. Когда она добралась до лестницы на чердак, то увидела Фан Хуэй, сидящую на первой ступеньке, ведущей на чердак.

Она подперла подбородок обеими руками и посмотрела на них с улыбкой на лице.

– Почему ты здесь сидишь? – пока Му Сяоя серьезно обдумывала планировку дома, она почти забыла о существовании Фан Хуэй.

– Я боюсь побеспокоить вас двоих, пока вы, ребята, строите планы на будущее, – еще десять минут назад Фан Хуэй закончила осмотр чердака. Ей не терпелось высказать свое мнение о доме, но когда она увидела, как Му Сяоя и Бай Чуань взволнованно описывают свое будущее, Фан Хуэй внезапно передумала.

Эти два человека, один спокойно соглашался, в то время как другой взволнованно жестикулировал. У мужчины была снисходительная улыбка, и радостное настроение было похоже на сияющую пыльцу под солнечным светом. Это их дом, где она, посторонняя, не может произнести лишних слов. Осознав это, она тихо присела на лестнице, стараясь не потревожить их.

– Ты осмотрелась наверху? Что скажешь? – спросила Му Сяоя.

– Да, осмотрелась. Будь спокойна, это очень подходит в качестве кабинета, – Фан Хуэй улыбнулась и отошла от лестницы. – Поднимись и посмотри.

– Давай пойдем наверх, – Му Сяоя была невежлива и потащила Бай Чуаня бегом наверх.

Фан Хуэй, естественно, не хотела продолжать высказывать свое мнение. Она прошла в гостиную, посмотрела с севера на юг в прозрачные большие окна гостиной и вдруг улыбнулась. Она почувствовала облегчение и пожелала им всего хорошего. Муму не лгала. Она вышла замуж за Бай Чуаня не из сочувствия.

– Похоже, что мое присутствие здесь немного излишне, ах... – Фан Хуэй не могла удержаться от смеха над собой. – Я должна найти кого-то, кто будет осматривать дом вместе со мной.

Потому как на прохождение всех процедур с недвижимостью ушло много времени, после краткого визита был уже полдень. Все трое покинули общину, чтобы отправиться на обед в ближайший торговый центр.

– Терраса наверху довольно большая. Я хочу разбить на ней небольшой сад, – на втором этаже дома, в дополнение к мансарде и кладовке, была также огромная терраса.

– Это хорошая идея, но как ты сохранишь эти цветы живыми? – Фан Хуэй, которая хорошо знает свою подругу, не могла не подначить ее. Му Сяоя любит сажать растения, но всегда поливает небрежно и рассматривает растения с чувством антропоморфизма. То есть хотят ли цветы пить или нет, Му Сяоя чувствовала, что они хотят пить, и позволяла растениям отчаянно пить. До сих пор в ее руках только редиска была живой и крепко росла.

– …Я не могу прокормить себя в одиночку, как я могу прокормить двоих? – Му Сяоя отказалась принять приглашение.

– Чтобы вырастить цветок, нужны два человека. Тебе следует вырастить ребенка.

Руки Му Сяоя были напряжены, а ее лицо на мгновение стало неестественным.

Увидев выражение лица Му Сяоя, Фан Хуэй поняла, что она, вероятно, сказала что-то не так.

Му Сяоя очень любит детей. Когда они вместе обсуждали будущее, Му Сяоя даже сказала, что, когда она выйдет замуж, у нее будет по крайней мере двое детей. Но теперь, когда дело дошло до этого, Му Сяоя показывает это выражение, было ли это... потому что Бай Чуань не понимал этой концепции?

– Хорошо, я уйду после еды, – Фан Хуэй сменила тему и не осмеливалась задуматься об этом слишком глубоко.

– Что-то случилось?

– Нет, но это пустая трата хороших выходных, когда вы издеваетесь над измученными собаками, – только что в их новом доме она уже насытилась собачьим кормом.

Му Сяоя улыбнулась и положила куриные крылышки в свою миску.

– Поскольку деньги на мебель выделяет старший брат твоей семьи, я могу послать тебе только кое-какие мелочи. Растения на террасе, я куплю их для тебя, – великодушно сказала Фан Хуэй. – Я должна выбрать самые жизнестойкие растения.

– Ты ведь не дашь мне кактус, верно? – со страхом уточнила Му Сяоя.

– Узнаешь, когда получишь.

– Сяо Чуань, Фан Хуэй сказала, что пришлет нам растения для террасы, – сказала Му Сяоя Бай Чуаню, стоявшему рядом с ней.

Хотя Бай Чуань все это время молчал, то, что сказала Му Сяоя, он слушал все это время. Естественно, он помнил, что сказала Фан Хуэй, и он не был против, потому что у Фан Хуэй та же аура, что и в Вишневом саду. Как и Лян Ноно, она хороший друг Сяоя.

– Спасибо, – тихо поблагодарил Бай Чуань.

– Бай Чуань поблагодарил меня. Я не буду покупать кактусы, я куплю цветы, – Фан Хуэй вздохнула и посмотрела на Му Сяоя: – Я не знаю, почему, те же самые слова, когда это говорит твой муж, это лучше, чем когда это говоришь ты.

Поев, все трое отправились обратно. Му Сяоя решила сначала проводить Фан Хуэй, а затем она и Бай Чуань вернутся в дом и продолжат планировать обстановку. Им все еще предстоит проделать большую подготовительную работу, такую как размер кровати, устанавливаемой в комнате, размер окон, размер штор, которые необходимо купить, и так далее…

– Будь осторожна на дороге, – на стоянке Му Сяоя помахала Фан Хуэй, которая сидела в машине.

Прежде чем завести машину, Фан Хуэй взглянула на свою подругу, затем на Бай Чуаня рядом с ней. Чем больше она смотрела, тем больше ей казалось, что жаль, что такой молодой человек был так слеп в руках Му Сяоя, поэтому она не смогла удержаться, протянула палец и поманила подругу.

Му Сяоя с сомнением подошла к ней.

– Что? – спросила Му Сяоя.

– Ты и Бай Чуань, разве у вас нет этого... – спросила Фан Хуэй.

Му Сяоя не ожидала, что Фан Хуэй действительно спросит об этом, и в присутствии Бай Чуаня она вдруг сердито посмотрела на свою подругу:

– Почему тебя это волнует?

«Это выражение, этот тон, это смущение. Вы действительно женаты, ах, эти четыре слова от замужней женщины?»

Фан Хуэй вздохнула. Му Сяоя всегда легко смущалась. Когда они учились в университете, у нее было три парня, но Му Сяоя никогда не говорила о своих парнях. Однажды она видела, как подруга целовалась со своим парнем в общежитии. Хотя Му Сяоя не убежала, она чувствовала себя более неловко, чем вовлеченные в это люди.

– Муму, я знаю, что ты стеснительная, но есть некоторые вещи, в которых только ты можешь проявлять инициативу, – искренне убеждала Фан Хуэй. – Более того, вы двое за закрытыми дверями, и никто не узнает, кто проявит инициативу...

– Заткнись.

Прежде чем Фан Хуэй закончила говорить, Му Сяоя сердито встала, оттащила Бай Чуаня и быстро убежала со стоянки.

– Муму, сейчас 21 век, свобода... – Фан Хуэй высунулась из машины, чтобы закричать, ее сердце было наполнено беспокойством.

Раскрепощенная, что значит «раскрепощенная»? О чем она думает, и вовсе она не консервативная, она просто…

Му Сяоя остановилась и посмотрела на Бай Чуаня в тени дерева, у которого был спокойный взгляд, она просто... не хотела пугать Бай Чуаня, который не знал, что такое любовь.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 43 – Хочу, чтобы пошел дождь, дабы поцеловать тебя

Чтобы украсить новый дом, нужно учесть слишком много вещей, но это ощущение наполнения дома мало-помалу давало полноценное чувство счастья. Такое счастье может развеять всю усталость.

Бай Чуань был погружен в фантазии Му Сяоя и впервые отчаянно захотел жить в совершенно незнакомом доме. Он хотел большой диван, о котором говорила Му Сяоя, тот, который позволил бы им обоим смотреть телевизор и спать, не возвращаясь в спальню, когда их сморит сон. Он хотел большой телевизор на противоположной стене и купить хорошую стереосистему, с помощью которой, по словам Му Сяоя, можно было бы посмотреть фильм как в кинотеатре. Он хотел увидеть Му Сяоя на кухне, готовящую для них ужин на мраморной столешнице. В то время он хотел помочь ей разложить посуду и поесть вместе, а затем вымыть всю посуду и поставить ее обратно в шкаф.

Он хотел почитать книгу на чердаке с Му Сяоя, позволить солнечному свету проникать сквозь цветные стеклянные окна на татами.

Ему нравится этот дом; это только его дом и дом Му Сяоя.

*Бум ~~*

С неба донесся приглушенный шум, который встревожил Му Сяоя, которая лежала на полу, раздумывая, какого цвета диван купить.

– Оказалось, действительно будет дождь, – Му Сяоя посмотрела на небо, которое снаружи постепенно покрывали облака. Утром дядя Ли сказал, что будет дождь, но она до сих пор в это не верила.

Шел дождь и гремел гром.

Бай Чуань тупо уставился в окно, его глаза неосознанно вспыхнули.

– Сяо Чуань, иди и включи свет в гостиной, – небо затянули грозовые тучи, и в комнате сразу потемнело. Му Сяоя с трудом разглядела слова в своей записной книжке: – Так быстро стемнело, и какое-то время будет идти сильный дождь. Я закрою окна в спальне и на чердаке.

Му Сяоя бросила блокнот, который держала в руке, на пол и встала. Когда она уже собиралась пойти в спальню, чтобы закрыть окно, Бай Чуань внезапно схватил ее за руку.

– Сяо Чуань? – Му Сяоя удивленно обернулась, но в это время небо было уже очень темным, и освещение в гостиной было очень тусклым, так как свет не был включён. Она не могла видеть выражение лица Бай Чуаня и поэтому спросила его: – Что случилось?

– Идет дождь, – голос Бай Чуаня был немного сиплым.

– Я знаю, это, должно быть, гроза. Хотя небо выглядит пугающе, дождь скоро прекратится. Не бойся, – утешила Му Сяоя.

– Гром, – после того, как Бай Чуань сказал это, с неба донесся еще один приглушенный звук, похожий на приглушенный рев дикого зверя, и его кадык подкатил к горлу.

– Ты… – Му Сяоя вспомнила, что Бай Чуань боялся грома, как она могла забыть?!

– Не бойся, гром нам не повредит, – Му Сяоя не успела закрыть окно. Она встала на цыпочки и изо всех сил попыталась закрыть уши Бай Чуаня, опасаясь, что он снова испугается грома. Закрывая ему уши, она хотела найти ближайшее укрытие, чтобы пробудить в Бай Чуане ощущение безопасности.

– Сяо Чуань, пойдем в ванную, – окно в ванной маленькое, в отличие от гостиной, которая была пристроена к балкону, спрятаться там было бы не так страшно.

– Идет дождь, – Бай Чуань не последовал инструкциям Му Сяоя и ошеломленно стоял на том же месте в гостиной, механически повторяя эти слова.

Му Сяоя подумала, что Бай Чуань испугался, но, если бы в это время в гостиной горел свет, она бы обнаружила, что на лице Бай Чуаня не было и следа страха.

– Я знаю, пойдем в ванную, – Му Сяоя потащила Бай Чуань, но он схватил ее и потянул в противоположном направлении.

– Сяо Чуань? – рука Бай Чуаня была твердой и сильной, Му Сяоя пошла за ним и смотрела, как он идет прямо на балкон. Затем он открыл окно балкона от пола до потолка и вывел ее на залитый дождем балкон.

Всего мгновение спустя эти двое утонули, промокнув под проливным дождем.

*Бум~~*

В небе снова прогремел гром, за облаками вспыхнула вспышка света. Из-за этой вспышки света Му Сяоя увидела мокрого Бай Чуаня. Он стоял спиной к небу и смотрел на нее сверху вниз. Но из-за темноты она все еще не могла разглядеть выражение его лица.

«Что не так?»

– Сяо Чуань, идет дождь. Давайте войдем, – Му Сяоя не знала, что случилось с Бай Чуанем, но ей было неуютно, когда на нее обрушился шторм. Сначала она попыталась отвести его обратно в дом.

Видя, что Му Сяоя не понимает его, Бай Чуань решил остановить ее и прижал Му Сяоя всем телом к стеклянному окну балкона, затем опустила голову, чтобы напомнить ей своими действиями.

– О!

Ее глаза расширились; ее мокрое тело почти прижималось к гладкому стеклу окна. Сзади ее талию крепко поддерживал Бай Чуань. Они целовались друг с другом на дождливом балконе, они целовались под темным небом…

Если бы Му Сяоя не поняла, что имел в виду Бай Чуань, то это была пустая трата времени на свадебное путешествие. В этот момент она, казалось, вернулась к той маленькой темной и влажной сцене на склоне холма.

Му Сяоя закрыла глаза и взяла на себя инициативу углубить поцелуй.

После того как ливень продолжался более десяти минут, постепенно стало спокойнее, грозовые тучи рассеялись, и в мир вернулся свет.

Эти двое тоже вернулись в гостиную, прислонились к стене и сидели на полу гостиной, мокрые и дрожащие. Вода стекала с их тел и капала с одежды на пол.

– Окно спальни открыто, в комнате, должно быть, много воды, – сказала Му Сяоя.

– Да.

– Дверь на чердак не была закрыта. Должно быть, на террасе еще больше воды.

– Да.

– Такой хороший пол будет стоить больших денег, чтобы его починили, если он поврежден.

– Да.

– Ты просто, просто… это все из-за тебя. Что ты собираешься теперь делать? – сердито спросила Му Сяоя.

– …Я вытру это, – Бай Чуань двинулся, чтобы встать, но Му Сяоя удержала его.

– Единственная вещь в этой комнате, которую можно использовать в качестве тряпки, – это одежда на нас, но наша одежда тоже промокла, – Му Сяоя подняла рукава, и струйка капель воды мгновенно скатилась с рукава, а затем залилась в щели в полу.

Помолчав немного, Бай Чуань вдруг снял куртку, скомкал ее в руке и выжал воду.

– … – Это было сделано для того, чтобы выжать ее досуха, чтобы вытереть пол, но все равно вода капала прямо на пол.

Похоже, Бай Чуань тоже обнаружил, что только что совершил ошибку, поэтому подсознательно вытер воду курткой, которую он только что отжал.

– … – Когда Бай Чуань закончил, он обнаружил, что с его одежды снова начинает капать. Внезапно он смущенно нахмурился и беспомощно посмотрел на Му Сяоя. Боже, каким невинным было это выражение.

Му Сяоя закрыла лицо руками и не смогла сдержаться, она просто великодушно рассмеялась. Она громко рассмеялась, и начала раскачиваться из стороны в сторону, как будто у нее был эпилептический припадок.

Ее муж такой милый.

– Почему ты поцеловал меня только что? – насмеявшись вдоволь, Му Сяоя пригладила мокрые волосы и спросила Бай Чуаня, наклонив голову.

– Идет дождь и гремит, – Бай Чуань поджал губы и неловко ответил.

«Была ли Сяоя сердита?»

– Потому что я поцеловала тебя в прошлый раз, когда шел дождь и гремел гром, так что ты поцеловал меня на этот раз, потому что шел дождь и гремел гром, верно? – спросила Му Сяоя.

– Да, – Бай Чуань был немного виноват. В конце концов, этот инцидент произошел только один раз. Он не был уверен, можно ли это использовать как соглашение между ним и Му Сяоя. Но ему нравится этот поцелуй. Он хочет сделать это обычным делом в дни грозы. Он хотел снова испытать это чувство.

– Боже, ты такой глупый, – конечно же Му Сяоя, которая подтвердила свои догадки, не знала, как ей реагировать.

«Сяоя отругала меня за глупость, ей... это не понравилось?»

– Почему ты должен целовать меня только в день грозы? Дождь идет всего несколько дней из 365 дней в году. Если ты хочешь поцеловать меня, ты можешь сделать это в любое время.

Унылое выражение лица Бай Чуаня не успело проявиться, как он засиял, как цветы, распускающиеся весной.

– Я твоя жена, ты можешь поцеловать меня в любое время, тебе не нужно ждать, пока пойдет дождь, – даже на более интимные вещи ты имеешь право…

Му Сяоя никогда еще не была так прямолинейна, говоря слова нежности кому бы то ни было. Даже в присутствии Бай Чуаня она все еще чувствовала себя немного неловко. Но она не отвела взгляда из-за застенчивости. Она боялась, что если отвернется, то Бай Чуань не поймет. Она хотела посмотреть ему в глаза и сказать ему голосом, эмоциями, глазами и всем остальным, чтобы Бай Чуань мог понять.

«Мне нравятся твои поцелуи».

Бай Чуань улыбнулся, его глаза сияли, а от улыбки появились ямочки на щеках. Он наклонился и приблизил свое лицо вплотную к лицу Му Сяоя.

Му Сяоя не стала прятаться, она покраснела, и ее сердце бешено заколотилось. Ожидая следующего движения мужчины, ожидая, что он мало-помалу накроет ее губы своими.

Гроза за окном уже прекратилась, но гроза в сердце Бай Чуаня только началась. С этого момента поцелуй того дождливого дня будет появляться каждую минуту его жизни.

Внезапно ему понравились грозы.

– Как мы теперь собираемся выходить, а? – прошло больше десяти минут после того, как Бай Чуань достаточно нацеловался.

Эти двое все еще сидели с растрепанными волосами на мокром полу гостиной, и это было неловко.

– Никуда не пойду, – ответил Бай Чуань.

Это было действительно просто и грубо. Му Сяоя неохотно беспомощно дернула уголком рта, это несвоевременное действие вызвало покалывающую боль. Даже не глядя в зеркало, Му Сяоя знала, что ее рот выглядит не очень хорошо.

– Я возьму свой мобильный телефон и попрошу кого-нибудь купить нам одежду, – к счастью, она положила свой мобильный телефон на столе на кухне, так что он уцелел, иначе им двоим действительно пришлось бы подождать и естественным образом высохнуть, прежде чем отправиться домой.

Му Сяоя подняла свой мобильный телефон и обнаружила, что было более дюжины пропущенных звонков, все они от семьи Бай.

– Почему мы не слышали звонка? – сердце Му Сяоя подпрыгнуло, и она поспешила ответить на звонок Ли Жун.

– Мам.

– Сяоя, как ты? Сяо Чуань в порядке? – в панике спросила Ли Жун.

– Все в порядке, мы в порядке.

– Только что гремел сильный гром, а Сяо Чуань боится грома, – она позвонила Му Сяоя, как только раздался гром, но Му Сяоя так и не ответила, что заставило ее забеспокоиться. Из страха, что у Сяо Чуаня внезапно возникнут проблемы, и Му Сяоя не сможет позаботиться о нем в одиночку.

– Сяо Чуань… – Му Сяоя оглянулась на Бай Чуаня, который подошел и сказал: – Сяо Чуань не боится грома.

– Сяо Чуань не боится грома? – Ли Жун не могла в это поверить.

– Ты сам скажи маме, – Му Сяоя схватила телефон и прошептала Бай Чуаню.

Бай Чуань кивнул и наклонился, чтобы ответить Ли Жун, которая была на другом конце провода: – Я не боюсь грома.

– Сяо Чуань? Ты в порядке? Ты действительно не боишься грома? – Ли Жун все еще не верила в это, так как в Юньчэне редко случались грозы, но каждый раз, когда они случались, настроение Бай Чуаня было плохим.

– Да, мне нравится гром, – добавил Бай Чуань в хорошем настроении.

– Как гром? – это было странное направление развития.

– Кхе… мама, пожалуйста, скажи старшему брату и папе, что и я и Сяо Чуань в порядке. Я не буду отвечать на их пропущенные звонки, – Му Сяоя неловко кашлянула, боясь, что Бай Чуань скажет что-то, чего не должен был говорить.

– Хорошо, тогда я скажу им.

– И... здесь в доме немного воды. Боюсь, полы промокли, так что мне нужно все вымыть, прежде чем я смогу вернуться.

– Я попрошу дядю Ли помочь тебе, – сказала Ли Жун.

– Нет, я просто возьму швабру и скоро все вытру, – они сказали еще несколько слов, прежде чем Му Сяоя повесила трубку.

Закончив звонок, Му Сяоя заказала в интернете два комплекта спортивной одежды и купила несколько чистящих средств. Менее чем через полчаса раздался звонок в дверь. Му Сяоя знала, что это прибыл курьер, затем попросила Бай Чуаня открыть дверь.

Ее нынешняя внешность действительно не подходила для того, чтобы появляться перед посторонними.

– Здравствуйте, это одежда, которую вы заказали, женский комплект, мужской комплект и швабра… – как только дверь открылась, курьер увидел мокрого красивого мужчину с покрасневшими и опухшими губами.

Вот... как сбиваются с правильного пути, ах.

– Сяо Чуань, ты забрал одежду? – беспокойно спросила Му Сяоя из спальни.

Душа курьера воспламенилась в одно мгновение, и его фантазии пошли по новому кругу. Если он не ошибся, в этом пустом доме нет ничего, что значит эти два человека…

– Да, – Бай Чуань взял вещи, с грохотом захлопнул дверь, прервав бесконечное воображение курьера.

Примечание автора:

Я сама плакала в этой главе…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 44 - Злость

Было очень поздно, когда они вернулись вчера, но они не смогли избежать внимательного дяди Ли. Они ушли на целый день и вернулись в другой одежде. В ту же ночь об этом сообщили родителям семьи Бай.

Матушка Бай возбужденно мечтала посреди ночи, ворочаясь с боку на бок, так что и отец Бай плохо спал.

Вчера шел сильный дождь. Сяоя и Сяо Чуань, должно быть, попали под него и переоделись. Что за шум ты поднимаешь? – мужчина не понимал, почему его жена так взволнована.

– Ты такой скучный, это не весело, – Ли Жун повернулась к нему спиной, подняла одеяло и снова легла.

– … – «Как я могу быть скучным? Нет, почему со мной не весело?» Бай Гоюй беспомощно вздохнул, боясь снова заговорить, опасаясь, что его снова выгонят в кабинет.

Поскольку Ли Жун не очень много разговаривала с Бай Чуанем прошлой ночью, на следующее утро она не смогла сдержать своего любопытства.

– Вчера гремел гром, но Сяо Чуань действительно не боялся? – спросила Ли Жун у Му Сяоя.

– Верно, Сяо Чуань не боялся грома, – в дождливый день даже она выглядела немного испуганной. Но Бай Чуань вывел ее под дождь, и страх исчез. Думая об этом, Му Сяоя не могла не думать о вчерашнем поцелуе под дождем. Испугавшись, она поспешно сделала глоток холодного молока, чтобы остыть.

Хотя она знала об этом из вчерашнего телефонного звонка, Бай Чуань с детства не мог спокойно переносить грозы. Теперь он внезапно перестал бояться грома, что заставило семью Бай почувствовать, что это было таинственно.

Как ему вдруг стало лучше?

– Сяо Чуань, почему ты вдруг перестал бояться грома? – спросила Ли Жун, глядя на Бай Чуаня.

Бай Чуань перестал есть и слегка нахмурился. Он услышал вопрос матери, но не знал, как выразить перемену в своем сердце.

Он вдруг перестал испытывать страх.

– Сяо Чуань, мама тебя кое о чем спросила, – Му Сяоя подумала, что Бай Чуань не расслышал ее, и прошептала напомнив.

Бай Чуань посмотрел на свою мать, затем посмотрел на Му Сяоя, которая напомнила ему. После он внезапно наклонился в сторону и, прежде чем девушка успела ответить, поцеловал ее.

– Действуя таким образом, я не буду бояться, – Бай Чуань почувствовал, что эта череда действий была способом все объяснить.

*Бам!*

– Па, лови!

Палочки для еды Бай Чжэна упали на стол, тарелка Бай Гоюя разбилась о пол, а румянец у Ли Жун был еще ярче, чем у Му Сяоя. Разница в том, что Му Сяоя была застенчивой, в то время как Ли Жун была взволнована.

– Я… с меня хватит, – это не странно целоваться, когда ты замужем, не странно целоваться с мужем! Но даже несмотря на то, что она замужем, ее родители и шурин пристально смотрели на них. Она больше не могла сохранять спокойное выражение лица, поэтому оставила свои палочки для еды и убежала.

Бай Чуань на мгновение замер, затем проследил за действиями жены, отодвинул свою еду и ушел.

После того, как виновники ушли, в гостиной некоторое время царила тишина, пока взволнованный крик Ли Жун не разбил тишину.

– Сяо Чуань взрослеет?! – Ли Жун схватила мужа за рукав и взволнованно потрясла его. – Я права, я угадала правильно. Женская интуиция – самая точная.

– Да, да, – Бай Гоюй тоже был очень доволен, но такого рода вещи не должны быть настолько очевидными. Разве она не видела, что оба ребенка были смущены?

После того, как Бай Чжэн на мгновение остолбенел, он спокойно поднял палочки для еды, которые уронил, и продолжил свой незаконченный завтрак. Он был серьезным человеком, не таким старым и бесстыдным, как его родители. Они действительно говорили о делах своего сына и невестки за их спинами.

– Муж, то, что ты сказал, правда. Это отличная идея позволить им переехать. Прошел всего один день, и есть такой большой прогресс, – Ли Жун немного беспокоилась о том, что Бай Чуань уедет, но теперь ее тревоги пропали.

– Теперь ты не будешь волноваться? – Бай Гоюй улыбнулся.

– Нет-нет, – она была более чем уверена в себе. Она хотела бы позволить им съехать сегодня, – Бай Чжэн, дом – хороший выбор.

– … – Бай Чжэн никогда не испытывал недостатка в комплиментах с тех пор, как был ребенком, и никогда не отказывался принимать похвалу. Но сегодняшняя похвала, он действительно не хочет ее принимать. Имеет ли это логическую связь с домом, который он выбрал?

– Я тоже наелся, – Бай Чжэн больше не хотел ничего слышать, поэтому он даже не выпил свой кофе и встал, чтобы покинуть столовую.

– Сяоя так занята своей работой. Так что позже я попрошу дядю Ли помочь им украсить дом, чтобы они могли быстрее переехать.

– Нет-нет, пусть они украшают свой собственный дом. Сяо Чуань страдает обсессивно-компульсивным расстройством, он не будет удовлетворен и может испытывать дискомфорт...

– Так если все будет так, если они переедут и будут спокойно жить вместе, сможем ли мы в следующем году подержать наших внуков?

– Не слишком ли быстро развивается ситуация?

– … – Бай Чжэн решительно ушел, ускорив шаг.

***

Му Сяоя вернулась в комнату, прикрывая лицо. Она чувствовала, что теперь не сможет показать свое лицо, или спуститься вниз, чтобы встретиться с людьми.

– Все в порядке, это не имеет значения. Бай Чуань и я – официальная пара. Что плохого в поцелуе в щеку? – Му Сяоя продолжала гипнотизировать себя. Но как бы сильно она себя не уговаривала, как только она подумала об удивленных глазах семьи, ей захотелось вырыть яму и спрятаться.

– Да! – Му Сяоя яростно бросилась на кровать, схватила простыни и завернулась в кокон шелкопряда, и завыла: – Это вина Сяо Чуаня, почему он поцеловал меня?!

Как только Бай Чуань вошел в комнату, он услышал, как Му Сяоя обвинила его, и его лицо сразу побледнело. Он стоял в изголовье кровати, поджав губы, смотрел на свернутую постель и упрямо ждал. Пока Му Сяоя не успокоилась и, наконец, не вылезла из-под одеяла, только после этого он сказал обиженно:

– Ты сказала, что я могу целоваться, когда захочу.

– …– Му Сяоя моргнула и некоторое время смотрела в упрямые глаза своего собственного мужа. Какое-то время она была в замешательстве, что происходит?

– Ты опять забыла?

– Я… нет, мм, – даже если у нее плохая память, она не забудет то, что обещала вчера.

– Значит, ты собираешься взять свои слова обратно? – голос Бай Чуаня дрожал, как будто он пытался что-то подавить. Он мог бы смириться с плохой памятью Му Сяоя, потому что он может напомнить ей, если она забудет. Но если Му Сяоя откажется, он не знал, что делать в таком случае.

– Забрать? Это...

– Запрещено! – прежде чем Му Сяоя закончила говорить, Бай Чуань сердито закричал. Как она может отказаться от того, что обещала?

– Ты что, злишься на меня? – Му Сяоя в это время была не только ошеломлена, но и почувствовала новые чувства.

– Я… – «Я не хотел быть жестоким с тобой, я просто… Я не могу себя контролировать».

«Нет, я пообещал Сяоя, что постараюсь контролировать себя, если у меня вот-вот начнется приступ». Бай Чуань отреагировал очень быстро. Он поспешно развернулся, подбежал к столу, открыл шкаф, чтобы достать гарнитуру, которую ему подарила Му Сяоя, быстро открыл футляр и закрыл уши.

Бай Чуань закрыл глаза и рухнул на стул, как будто обрел искупление. С закрытыми глазами в его мире было только пение Му Сяоя, и его мозг представлял их на том склоне холма в его сознании. Таким образом он не потеряет себя.

Это значит... злость.

Через стол Му Сяоя спокойно посмотрела на Бай Чуаня. Говорят, что настроение пациентов с аутизмом очень нестабильное, и время от времени они выходят из себя по какой-то необъяснимой причине. Но она была с Бай Чуанем долгое время, и это был первый раз, когда она увидела, как Бай Чуань потерял контроль, более того – причина истерики была довольно милой!

Снова прослушав музыку в наушниках, Бай Чуаня постепенно успокоился. Он открыл глаза и увидел Му Сяоя на другом конце стола.

– Сяоя, – Бай Чуань положил наушники, но выражение его лица все еще было немного обиженным.

– Да? – ответила Му Сяоя. Ей было любопытно, что Бай Чуань скажет прямо сейчас.

– Ты сказала, что если ты сделаешь что-то, что заставит меня чувствовать себя плохо в будущем, ты можешь пообещать мне просьбу, верно? – Бай Чуань нервно посмотрел на Му Сяоя, опасаясь, что она тоже забудет об этом деле или заберет свои слова.

– Да, – Му Сяоя кивнула.

– Тогда… Мне только что было плохо, – сказал Бай Чуань.

– Да, – «Но ты хорошо держал себя в руках».

– Я хочу обратиться с просьбой, – строго сказал Бай Чуань.

– Что ты хочешь?

– Вчерашние вещи… не сожалей об этом, – тон Бай Чуаня был властным. – Ты не можешь отказаться от того, что обещаешь мне, или пожалеть об этом.

– Хорошо, – усмехнулась Му Сяоя.

«Стоит просто забыть об этом, я окружена зрителями. Что в этом такого особенного? В худшем случае мне просто придется избавиться от своего смущения».

Бай Чуань, которому обещали, был так счастлив, что улыбнулся вместе с Му Сяоя. Властная аура, появившаяся лишь на несколько секунд, исчезла под его яркой улыбкой как мимолетное облако.

***

Из-за этого небольшого эпизода Му Сяоя весь день была в отличном настроении, поэтому ее вдохновение умножилось. Эффективность ее работы резко возросла, и проект дизайна новой обуви на следующий сезон был завершен за неделю.

– Тебя недавно вдохновляла муза? Твое вдохновение вырвалось наружу, – Фан Хуэй посмотрела на последний законченный проект дизайна Му Сяоя и сказала: – И я думаю, что твой проект дизайна намного лучше, чем когда ты была в университете. По сравнению с тобой мои проекты непрезентабельны.

Хотя когда она поступила в университет, ее оценки были не так хороши, как у Му Сяоя, но такого большого разрыва не было. Если вдохновение основано на таланте, она не может сравниться с ней в этом отношении, даже после завершения проекта дизайна Му Сяоя значительно превзошла ее. Метод рисования эскизов Му Сяоя был более лаконичным и точным, что сильно отличалось от ее предыдущего манера.

– Разве я раньше не планировала учиться за границей? Боюсь, раньше я бы не справилась, поэтому выполняла больше заданий, – Му Сяоя объяснила. Ее нынешние дизайнерские способности развились после четырех лет шлифовки и учебы, естественно, это было бы намного лучше, чем в университете.

– Ладно, в любом случае чем ты лучше, тем выгоднее это будет для меня, – Фань Хуэй просто восхищалась успехами своей подруги. Она была завистлива, но не испытывала особой ревности. – Кстати, был опубликован отчет о продажах обуви за первую неделю, что на десять процентов выше, чем мы ожидали.

– Неужели?! – Му Сяоя была удивлена и получила отчет, переданный Фан Хуэй. Она не читала его, и сразу перешла к колонке прибыли и посмотрела на нее:

– 100 000… мы заработали 100 000 юаней за неделю?

– Посмотри на себя, ты ведешь себя глупо. Где мы сейчас находимся, а? Всего существует всего три вида обуви, и нужно вычесть расходы. Половина прибыли будет передана моему дяде. Подумай об этом, если все это вычесть, и все их магазины продают нашу обувь, как ты думаешь, сколько мы заработали? – Фан Хуэй казалась очень спокойной перед Му Сяоя. На самом деле она отреагировала ненамного лучше, чем Му Сяоя, когда впервые получила отчет.

– Я очень довольна, – работая дизайнером в своей предыдущей жизни, Му Сяоя также выпустила несколько очень популярных туфель. В то время компания дала ей всего 100 000 юаней в качестве бонуса. Теперь у нее есть собственная студия, которая может зарабатывать 100 000 юаней в неделю, и эта прибыль устойчива. Если они будут продолжать продаваться, они всегда будут получать прибыль.

– Если я буду работать усерднее, я догоню Бай Чуаня, – взволнованно сказала Му Сяоя.

– Почему, разве Бай Чуань твоей семьи не поддерживает тебя, а? – Фан Хуэй прищурилась.

– Поддерживает, он поддерживает меня, и я поддерживаю его, – сказала Му Сяоя с улыбкой. – Муж и жена финансово взаимозависимы, поэтому брак может длиться вечно.

– О? Есть ли давление, когда выходишь замуж в большую семью?

– Нет… – ответила Му Сяоя. – Просто моя семья настолько превосходна, что мне приходится много работать.

– Ты умрешь, если вы двое не будете выставлять напоказ свою любовь друг к другу перед всеми, а? – Фан Хуэй не удержалась и закатила глаза.

– Мы умрем независимо от того, будем ли мы выставлять себя напоказ или нет, так почему бы нам не насладиться этим, – дерзко ответила Му Сяоя.

– И-и-и! Посмотри на мурашки по всему моему телу, – Фан Хуэй протянула руку Му Сяоя, чтобы показать мурашки на ее руке.

Му Сяоя была в хорошем настроении и дала пять.

– Ты не боишься, что станешь такой замечательной, что другие станут говорить, что Бай Чуань недостоин тебя? – язвительно заметила Фан Хуэй.

– Я не боюсь. В любом случае Бай Чуань не понимает, – в этом отношении Му Сяоя совсем не волновалась. Не стоит упоминать о разговорах за спиной Бай Чуаня. Даже если вы поговорите с ним лицом к лицу, Бай Чуань из ее семьи будет слишком ленив, чтобы разговаривать.

– Как ты можешь быть такой гордой и чувствовать такое превосходство из-за столь удручающего случая аутизма? – вздохнула Фан Хуэй.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 45 - Бегство

Группа Ифэн.

А-Тун Му вернулся со встречи с отделом планирования, и его тело было опустошено от сверхурочной работы, в которой они были по уши. Когда люди из отдела исследований и разработок увидели его, они поняли, что он, должно быть, снова был уничтожен в конференц-зале.

– Босс, как дела? – коллеги из отдела исследований и разработок незаметно обошли его, а затем, в один голос, спросили.

– Отправлено по расписанию, – при этих словах А-Тун Му чуть не закричал: – Я сейчас подам в отставку. И никто не остановит меня.

– Нет, если ты уйдешь, мне придется ходить на эти собрания, – Толстяк поспешно забил А-Тун Му до смерти, чтобы тот не ушел в отставку. А-Тун Му возглавляет отдел исследований и разработок, а также был научным руководителем. Если А-Тун Му уйдет в отставку, тогда он будет на его месте. Он также хотел уйти в отставку, но на него сильно давил дом, который он купил всего несколько лет назад по ипотеке, поэтому он не решился написать заявление.

– Все в порядке, тебе не нужно уходить. Ты можешь заставить второго молодого мастера работать сверхурочно! – хотя он возглавляет отдел исследований и разработок, должность второго молодого мастера в отделе была на самой вершине. Только потому, что у него особая ситуация и он не может заниматься управленческой работой, ему была предоставлена эта проклятая должность.

Его месячная зарплата всего на 5000 юаней больше, чем у Толстяка в месяц, но как сильно он страдает.

– Я не могу этого сделать, – так как второй молодой мастер может работать сверхурочно, им нужно было следить, чтобы у второго молодого мастера не было проблем.

– Отдел планирования сказал, что игра будет выпущена в китайский День святого Валентина. Мы не только должны отладить игру, следуя плану, но и сделать дополнительный красивый рекламный ролик для игры, – сказал А-Тун Му.

П. п.: китайский день святого Валентина – 25 августа. Даты меняются каждый год (7-й день 7-го китайского лунного месяца).

– Они хотят убить нас! Мы еще не закончили отладку игры, и нам дали больше работы, – услышав плохие новости, люди в офисе закричали один за другим.

– Они просто говорят, давайте усердно работать сверхурочно.

– Как мы можем работать сверхурочно? На этой неделе у нас даже нет времени пойти домой и переодеться.

– Да, ах, моя мама с трудом может вспомнить, как я выгляжу.

– Даже моя собака не помнит моего запаха.

– У тебя еще есть время на собаку?

– Босс, ты должен позволить отделу планирования прийти и посмотреть, какой жизнью мы здесь живем.

– Я сказал это, но люди в отделе планирования также сказали, что то же самое относится и ко второму молодому мастеру отдела исследований и разработок, который намного элегантнее и красивее нас, поэтому нас высмеивают одного за другим. Основная причина в том, что наши способности слишком посредственные, – сердито сказал А-Тун Му. С точки зрения красноречия, люди в их отделе исследований и разработок, как они могли быть противниками отдела планирования, это было просто обманом людей.

– Это слишком коварно, как мы можем сравниться со вторым молодым мастером? С кем-нибудь, у кого синдром ученого?

– Он становится все более и более красивым, почему бы нам не найти жену, которая помогла бы нам выглядеть лучше?

Чем больше все говорили, тем грустнее им становилось, а потом они не могли не посмотреть в сторону офиса. За гладким и прозрачным стеклянным окном второй молодой мастер был свеж и расслаблен, эта спокойная поза действительно вызывала зависть.

Что еще более раздражало, так это то, что у человека с аутизмом, который не любит разговаривать, была нежная и красивая жена.

Возможно, это было всеобщее недовольство, которое было настолько сильным, что включило сенсорный нерв Бай Чуаня и заставило его взглянуть на них. Однако Бай Чуань только взглянул и не удивился, почему люди снаружи смотрели прямо на него. Затем он спокойно опустил глаза, чтобы продолжить работу.

– Босс, на самом деле, если бы второй молодой мастер не отправился в свадебное путешествие и вернулся домой вовремя, у нас было бы достаточно времени, – некоторые люди обнаружили, что их отдел исследований и разработок имеет огромную рабочую нагрузку.

– Ты можешь это говорить нам, но осмелишься ли ты привлечь второго молодого мастера к ответственности? – спросил А-Тун Му.

– Разумеется, мы не осмеливаемся, но раз уж мы не осмеливаемся, поэтому люди из отдела планирования тоже не должны.

– Ты имеешь в виду… – глаза А-Тун Му загорелись: – Использовать второго молодого мастера, чтобы пойти против этого ненавистного отдела планирования?

– Да, – мужчина усиленно кивнул, вот что он имел в виду. – Второй молодой мастер отчужден и является большим БОССОМ, верно? Даже офис президента не может на него давить, и этот отдел планирования ни черта не сможет сделать.

– Это верно, но как мы можем заставить второго молодого мастера встретиться с этим ненавистным отделом планирования?

Да, ах, как заставить появиться второго молодого мастера? Второй молодой мастер – это человек, которому все равно, разговаривают ли с ним люди. Не говоря уже о том, чтобы он лично показался, чтобы посмеяться над ненавистными людьми.

– Я подумаю об этом, – умный и сообразительный Юй Цянь взволнованно подбежал и сделал предложение. – Жена второго молодого мастера.

– Конкретнее, – потребовал А-Тун Му.

– Босс, ты помнишь, когда у тебя в последний раз украли твои розу, мы...  – Юй Цянь рассказал о своем плане и обо всем, что пришло ему в голову. У А-Тун Му и Толстяка были удивленные лица, когда они слушали.

– Это надежно? – с сомнением спросил Толстяк.

– В прошлый раз вы видели реакцию второго молодого мастера на его жену. Когда вы когда-нибудь видели второго молодого мастера таким оживленным, а? Я думаю, что этот метод полезен. Не имеет значения, если это не сработает, давайте попробуем. Во всяком случае, известно, что наш второй молодой мастер ничего не скажет внешнему миру, – сотрудники отдела исследований и разработок полагались на второго молодого мастера, у которого был редкий случай аутизма. Этот офис часто сыпал проклятиями на компанию, и это было передано президенту, у которого были уши в офисе. – Босс, если отдел планирования не сдастся, наш проект не будет завершен в срок, и премия за производительность в этом году будет вычтена.

– Вперед! – когда речь зашла о бонусе, А-Тун Му тут же стиснул зубы и согласился.

Десять минут спустя А-Тун Му просмотрел отредактированное письмо и нажал «Отправить», затем все трое повернули головы и уставились на реакцию Бай Чуаня в офисе.

В офисе Бай Чуань, редактировавший программу, посмотрел на внезапно появившееся окно. Вместо того, чтобы закрыть его, лишь скользнув взглядом по нему, как обычно, он уставился на электронное письмо пустым взглядом.

От А-Тун Му: [Второй молодой мастер, не хотите ли что-то сделать для Сяоя и сделать ее счастливой благодаря вам?]

Глядя сквозь стеклянную дверь А-Тун Му растирал свои ладони, которые были все в поту:

– Ни шанса, да?

– Смотри, смотри, второй молодой мастер ответил на электронное письмо, – как только Юй Цянь понизил голос, на компьютер А-Тун Му пришел ответ Бай Чуаня по электронной почте.

От второго молодого мастера: [Как это сделать?]

– Быстро поторопись и спроси второго молодого мастера, – взволнованно настаивал Толстяк.

А-Тун Му быстро ответил: [Я скажу, но сначала мы должны пойти на встречу.]

От второго молодого мастера: [Хорошо.]

– Да! – все трое зааплодировали. – Быстрей позвони в отдел планирования. Через час у нас будет еще одна встреча.

Час спустя в конференц-зале.

Директор департамента планирования Фэн Янь был властным и прошел в конференц-зал уверенными шагами. Он хотел посмотреть, какое оправдание нашел отдел исследований и разработок, чтобы отложить выпуск игры. Фэн Янь чувствовал, что люди в этом отделе были слишком наивны. Если бы сотрудники отдела исследований и разработок не завершили игру вовремя и их бонус был бы вычтен… тогда разве их отдел планирования смог бы увидеть свои бонусы за этот квартал, если бы они позволили Ramp;D отложить выпуск игры?

Поэтому, что бы они ни говорили, Фэн Янь был полон решимости не менять дату.

– Менеджер Фэн, мы здесь, – А-Тун Му с улыбкой поприветствовал Фэн Яня, когда тот вошел в конференц-зал.

– Менеджер Тун, я сказал на встрече час назад… Второй молодой мастер! – Фэн Янь увидел Бай Чуаня, сидящего во главе стола для совещаний, и испуганно закричал.

П. п.: все помнят, что его полное имя А-Тун Му, что то же самое, что Астро Кид… из аниме

Зачем пришел второй молодой мастер?

– Менеджер Фэн, на самом деле эту встречу проводит второй молодой мастер. Он хочет вам кое-что сказать, – А-Тун Му усмехнулся и наивно улыбнулся.

– Второй молодой мастер, вы меня искали? – лицо Фэн Яня отражало подозрением. Кто в группе Ифэн не знает, что второй молодой мастер был специалистом в области программирования, а также работал в отделе исследований и разработок? Но ему было все равно.

Бай Чуань посмотрел на ошеломленного Фэн Яня и холодно заявил:

– Дата релиза будет перенесена на две недели.

– Второй молодой мастер, на этот раз это… решение вашего отдела исследований и разработок, – лицо Фэн Яня изменилось, и он поспешно согласился.

– Дата выхода отложена на две недели, – Бай Чуаню было все равно, кто назначит это время.

– Второй молодой мастер, я действительно не могу откладывать это. Наш отдел планирования уже начал публиковать рекламу для общественности и сделал первые инвестиции...

– Дата выхода отложена на две недели! – Бай Чуань потерял терпение.

– Менеджер Фэн, второй молодой мастер сердится. Я думаю, что это тоже решено, – А-Тун Му прошептал, чтобы напомнить ему, что он боялся, что второй молодой мастер выйдет из себя. В случае вспышки гнева ни он, ни Фэн Янь не стали бы жить хорошо.

– Мы… – что еще мог сказать Фэн Янь? Он может энергично сражаться против А-Тун Му, но он не осмелился сражаться со вторым молодым мастером.

А-Тун Му увидел, что Фэн Янь был избит до состояния сморщенного боба, и его темное сердце прояснилось, он не дал Фэн Яню возможности заговорить и сказал Бай Чуаню:

– Второй молодой мастер, все кончено. Давайте вернемся.

Бай Чуань без всяких колебаний встал и покинул конференц-зал, оставив Фэн Яня из отдела планирования на месте плакать без слез.

Они вдвоем вернулись в отдел исследований и разработок. Как только они вошли в дверной проем, А-Тун Му помахал в небо, показывая свой успех, и вызвал всеобщий хор одобрительных возгласов в унисон.

– Ты этого не видел. Второй молодой мастер просто сидел там и сказал, что дата выхода должна быть отложена на две недели. Этот Фэн Янь слушал и ни черта не делал. Какое регулирование компании, экономические потери, оценка эффективности? Он не осмелился сказать ни слова, – А-Тун Му поднял брови и почувствовал гордость: – Это большое удовольствие, ха-ха-ха...

– Метод, – Бай Чуань прервал А-Тун Му. Встреча закончилась, и он хотел знать, как сделать Сяоя счастливой своими руками.

– Ах, этот метод… метод… – А-Тун Му внезапно пришел в себя, повернулся, похлопал Толстяка по плечу и спросил: – Что я просил тебя купить?

– Это, – Толстяк поспешил к столу, вытащил коробку конфет и протянул ему. Это были красиво упакованные шоколадные конфеты, которые он только что купил в торговом центре по соседству.

А-Тун Му взял их, вложил в руки Бай Чуаня и сказал:

– Второй молодой мастер, это любимый шоколад моей девушки. Говорят, что девушкам нравится эта марка шоколада. Отнесите это своей жене, и она будет счастлива.

Бай Чуань посмотрел на шоколад в руках и недовольно нахмурился:

– Просто отдать?

Бай Чуань был разочарован, просто подарок? Он не дарил их раньше. Хотя Сяоя была очень счастлива получать вещи, такого рода счастье было только потому, что она получила подарок, а не из-за него.

При виде выражения лица Бай Чуаня, сердце А-Тун Му не могло не забиться, был ли второй молодой мастер не удовлетворен? Нет, я должен найти способ исправить это.

– Конечно… не просто подарок. Этот шоколад – всего лишь глазурь на торте. Неуместно идти с пустыми руками, – А-Тун Му внезапно осенило, и он радостно сказал: – Второй молодой мастер, вы идете забирать свою жену с работы?

Бай Чуань честно покачал головой.

– Точно! – А-Тун Му хлопнул себя по бедру. – Второй молодой мастер, в прошлый раз ваша жена забирала вас с работы, вы были очень счастливы тогда?

Бай Чуань кивнул.

– Так что вы должны забрать ее с работы, это называется взаимностью. И это нельзя сказать заранее, это должно быть сюрпризом, – сказал А-Тун Му.

Бай Чуань сосредоточился на воспоминаниях. В тот день внезапно пришла Сяоя. Когда он выглянул из офиса и увидел, что она была снаружи, он был действительно очень счастлив. «Итак, если я также заберу Сяоя с работы, будет ли она очень счастлива, когда вдруг увидит меня?»

Глаза Бай Чуаня были полны радости. Он взял коробку с шоколадом и вышел из офиса.

После того, как Бай Чуань ушел, вскоре выяснилось, что он внезапно провел встречу с другими. И это встревожило президента Бай Чжэна, который получил эту новость. Он сразу же отправился в отдел исследований и разработок и собирался спросить Бай Чуаня, почему он внезапно провел совещание, но обнаружил, что его брата вообще не было в офисе.

– Где Бай Чуань? – никого не увидев, Бай Чжэн сразу же понизил голос.

– Второй молодой мастер, разве он не на свободном посещении? – А-Тун Му не ожидал, что президент вдруг подойдет и ответил с некоторым трепетом.

– Ушел с работы? Сейчас только три часа. Что он делает, уходя сейчас? – спросил Бай Чжэн. Бай Чуань обладал сильным чувством времени и никогда не уходил с работы рано.

– Второй молодой мастер пошел… чтобы забрать жену с работы, – ответил А-Тун Му.

Бай Чжэн нахмурился, немного подумал и напрямую набрал номер водителя внизу:

– Второй молодой мастер пользовался машиной?

– Еще нет, разве второй молодой мастер не пунктуален, когда уходит с работы?

Как только он услышал ответ, цвет лица Бай Чжэна изменился, и он сразу же повесил трубку, а затем напрямую набрал номер брата. Телефон зазвонил быстро, но звонок раздался из маленького кабинета за спиной Бай Чжэна.

Сяо Чуань не взял с собой свой мобильный телефон?!

Примечание автора:

Му Сяоя редко возвращалась домой после учебы в университете и не возвращалась даже по выходным.

Бай Чуань ждал день за днем, всегда с нетерпением ожидая Му Сяоя, и выработал привычку искать Му Сяоя перед картой.

«Институт дизайна Юньчэн». Бай Чуань посмотрел на знак на университетской карте, посмотрел на него снова и снова, медленно запоминая всю карту.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 46 – Я заберу тебя с работы

Лу Ян поспешно сбежал вниз по лестнице из отдела безопасности и увидел Бай Чжэна, оглядывающегося туда-сюда у ворот здания. Он не смел перевести дыхание, так как не мог отложить доклад:

– Генеральный директор, второй молодой мастер вышел из здания в 2:51.

– Он вызвал машину? – пристально спросил Бай Чжэн.

– Нет. Второй молодой мастер побежал в ту сторону, – Лу Ян указал на правую сторону дороги. – После въезда на третью южную дорогу наша система мониторинга и контроля больше не может его обнаружить.

– Сяо Чуань не взял с собой ни телефон, ни деньги, – Бай Чжэн был взволнован, он ударил кулаком по машине перед собой: – Какого черта делают эти люди в отделе безопасности?! Они не могут позаботиться даже об одном человеке!

– Генеральный директор, пожалуйста, не волнуйтесь, второй молодой мастер должен искать вторую молодую госпожу, – Лу Ян пытался утешить, но его сердце понимало, что в этом деле нельзя винить отдел безопасности. За те несколько лет, что второй молодой мастер провел в компании, его рабочее время всегда было четко зафиксировано, будто у машины, кроме того, все люди внутри работали как обычно, и без такого неожиданного происшествия, как это, служба безопасности ни за что не стала бы постоянно следить за системой мониторинга без продыха.

– Нам нужно около получаса, чтобы доехать отсюда до студии Му Сяоя на машине, как Сяо Чуань может дойти туда пешком?

– Генеральный директор, второй молодой мастер умен, с ним ничего не случится.

– Кроме того, что его математические навыки превосходны, он как дурак в других аспектах! Он даже не может разговаривать с другими людьми, и ты еще смеешь говорить мне, что у него не будет никаких проблем?!

– Генеральный директор, у второго молодого мастера очень хорошая память, он мог запомнить, по какой дороге ехать ко второй молодой госпоже. Мы должны поехать на машине по обочине и поискать, так мы точно сможем его найти, – предложил Лу Ян.

Бай Чжэн постепенно успокоился, посмотрел на часы и сказал:

– Сейчас 15:16, сяо Чуань уехал 25 минут назад, вы, охранники и водители, все на машинах, на мотоциклах, проследите дорогу к дому Му Сяоя и немедленно ищите его.

– Да, я все организую, – Лу Ян повернулся и быстро побежал решать этот вопрос.

Бай Чжэн открыл дверь машины, одной рукой завел ее, а другой позвонил Му Сяоя.

– Алло? – на вызов быстро ответили.

– Му Сяоя, – во время управления автомобилем он не переставал следить за двумя тротуарами на дороге. Хотя он четко знал, что Бай Чуань уже почти полчаса как ушел, так что он ни за что не окажется возле здания компании, но все же не осмеливался упустить чью-либо тень из виду.

– Брат? – голос Му Сяоя был немного шокирован.

– Тебе звонил сяо Чуань?

– Нет, разве сяо Чуань сейчас не работает?

– Он вышел, чтобы найти тебя, сказав, что хочет забрать тебя с работы, – взгляд Бай Чжэна потемнел, даже Му Сяоя не знает об этом?

– Он хочет забрать меня с работы? Я немедленно позвоню ему!

– Не звони. Он не взял с собой телефон.

– Что?! – вместе с шокированным криком Му Сяоя раздался звук падения какого-то тяжелого предмета на землю. После долгого молчания в трубке, Му Сяоя снова спросила дрожащим голосом: – Брат, ты звонишь мне, значит ли это, что ты еще не нашел сяо Чуаня?

– ...Он не только не взял с собой телефон, но и не взял машину, которую я для него приготовил, он вышел один, – Бай Чжэн решил ничего не скрывать.

– Он... как долго его не было? Я... я пойду и найду его, – дрожащий голос Му Сяоя был смешан со слезами и страхом.

Бай Чжэн почти проехал на красный свет впереди. Его сердце уже давно было встревожено, но он не забыл утешить Му Сяоя:

– Не волнуйся, я уже отправил водителей и охранников компании искать его вдоль дороги. Ты оставайся в студии, я отправлю его туда, если найду. Не бегай вокруг, сяо Чуань ищет тебя.

– Хорошо, – Му Сяоя глубоко вздохнула. – Брат, отправь людей искать вдоль дороги к дому тоже, есть вероятность, что сяо Чуань пойдет домой.

– Нет, он сказал, что хочет найти тебя, поэтому он, должно быть, ищет тебя прямо сейчас, – преданность Бай Чуаня никто не знал лучше, чем его семья.

– Тогда... тогда ты следуешь карте для поиска, сяо Чуань помнит карту, поэтому он должен следовать карте, чтобы прийти ко мне.

– Я знаю, – Бай Чжэн положил трубку, включил навигатор и начал медленно двигаться по дороге со скоростью 20 километров в час.

– Муму, что случилось? – Фан Хуэй только что вернулась из рекламной компании, держа в руках пачку плакатов, она увидела Му Сяоя, стоящую у двери с красными глазами.

– Фан Хуэй, сяо Чуань, сяо Чуань пропал, – увидев Фан Хуэй, слезы, которые Му Сяоя сдерживала все это время, внезапно хлынули как ливень.

– Что?! – Фан Хуэй была потрясена и замерла на месте.

– Бай Чжэн только что позвонил и сказал, что сяо Чуань вышел из компании один, не взяв с собой телефон и бумажник, он сказал, что хочет приехать сюда, чтобы забрать меня с работы, – Му Сяоя была напугана до смерти: – Ты говоришь, что сяо Чуань попадет в аварию на такой длинной дороге?

– Не плачь сейчас, ты… – Фан Хуэй тоже была в замешательстве, она повернулась и в тревоге позвала сяо Синя. Дождавшись, пока сяо Синь прибежит, она отбросила плакаты, которые держала в руках, обняла Му Сяоя и утешила ее: – Все хорошо, не надо себя пугать. У Бай Чуаня синдром ученого, его IQ выше, чем у большинства людей, он может запомнить все, что увидит, поэтому, конечно, он помнит и дорогу к нам, он точно не собьется с пути. Возможно, он даже сам придет сюда через некоторое время.

– От компании Ифэн до нас почти 20 км, по дороге очень много перекрестков, много незнакомых людей, много машин и велосипедов… – с каждым словом Му Сяоя все больше бледнела: – Сяо Чуань не любит говорить, ему также не нравится слушать, что говорят другие люди, я даже не знаю, способен ли он смотреть на светофор, он...

– Муму, Муму, Му Сяоя! – Фан Хуэй нервно надавила на плечи Му Сяоя, почти крича во все горло. – Успокойся немного.

– Хуэйхуэй, я боюсь, – чувство беспомощности наполнило голос Му Сяоя.

– Разве Бай Чуань не хотел забрать тебя с работы? Тогда тебе придется ждать его здесь. Он так сильно тебя любит, конечно, он сможет дойти досюда, верь в него, – Фан Хуэй изо всех сил старалась утешить подругу, но она и сама знала, что аутисту, идущему в одиночку по сложной дороге длиной 20 км, наверняка придется столкнуться с множеством тревожных проблем.

– Правильно, сестра Муму, у нас очень хороший общественный порядок, с твоим мужем не будет никаких проблем, – Сяо Синь, который тихо слышал их со стороны, также присоединился и утешил ее.

– Сяо Синь, разве у тебя нет электромобиля? Поезжай на своей машине и следуй по пути группы Ифэн, чтобы помочь им в поисках. Я отправлю фото Бай Чуаня на твой телефон, если у тебя будут новости, сразу же позвони мне, – Фан Хуэй не могла быть уверена в том, как Му Сяоя выглядит сейчас, поэтому она могла помочь только так.

– Хорошо, я пойду. – Сяо Синь бросил все дела, взял ключи от машины и вышел.

– Муму, давай подождем внутри, – Фан Хуэй хотела отвести Му Сяоя внутрь студии.

– Нет, я подожду здесь, – Му Сяоя оттолкнула Фан Хуэй, села на ступеньки перед студией, обняла колени и прямо посмотрела на дорожный перекресток.

У Фан Хуэй не было альтернативы, и она могла только сопровождать Му Сяоя и сидеть на крыльце.

Прождав почти час, они так и не увидели Бай Чуаня, не получили звонка от Сяо Синя, но наконец встретили Бай Чжэна.

Бай Чжэн вышел из машины, посмотрел на взволнованную Сяоя, которая бросилась к нему прямо с лестницы, открыла дверь машины и заглянула внутрь. Поначалу он хотел задать ей несколько вопросов, но рот не мог вымолвить ни слова.

Есть ли необходимость спрашивать? Если сяо Чуань здесь, она не будет выглядеть так.

– Все еще не нашли? – Му Сяоя не отрываясь смотрела на Бай Чжэна.

– ... – глядя на Му Сяоя с таким видом, Бай Чжэн мог только сказать несколько утешительных слов: – Не волнуйся, сяо Чуань не в первый раз выходит на улицу, не должно быть... никаких проблем.

Все верно, Бай Чуань уже вырос, и это был не первый его выход в свет. Если говорить о его последнем выходе, то это, должно быть, когда он сделал предложение Му Сяоя, кроме того, если вернуться к прошлому, то Бай Чуань несколько раз тайком выходил один, когда был еще ребенком.

Хотя он всегда благополучно возвращался домой, но, в конце концов, Бай Чуань был не таким, как обычные люди. Даже если он миллион раз благополучно возвращался домой, они все равно не могли умерить свое беспокойство в тот миллион и один раз, когда он решил выйти на улицу.

– То, что ты говоришь, правильно, сяо Чуань настолько умен, конечно, он сможет найти сюда дорогу, – Му Сяоя утешила себя, вернулась к лестнице, села и возобновила ожидание.

Бай Чжэн вздохнул. Он вернулся к своей машине, планируя сделать разворот и поискать еще раз.

– Хуэйхуэй, если нам нужно полчаса на машине, то сколько часов нам нужно идти пешком? – мрачно спросила Му Сяоя у Фан Хуэй.

– Около 3 часов, – при скорости 6 километров в час, чтобы преодолеть 20 километров дороги, потребуется около 3 часов.

– Сяо Чуань уже шел полтора часа, если мы подождем еще полтора часа, то сможем ли мы увидеть сяо Чуаня? – спросила Му Сяоя.

– Да, – кроме кивка головой, Фан Хуэй не знала, как ответить.

Два дня назад, когда она сопровождала их, осматривая новый дом, она почувствовала облегчение от того, что хоть Бай Чуань и не был идеальным, но Му Сяоя выглядела очень счастливой с ним. Однако сейчас, увидев испуганный вид Му Сяоя, Фан Хуэй почувствовала себя несчастной.

Партнеры должны взаимно поддерживать друг друга, но Бай Чуань был человеком с аутизмом, который мог заставить других людей сгорать от беспокойства, когда он выходил один. Семья Муму могла рассчитывать только на ее поддержку. Было много счастья, но было и много тягот.

П. п.: Она говорит о Сяоя и Сяо Чуане как о семье.

Прошло еще полчаса, сяо Синь вернулся на своем электромобиле, но покачал головой. Зная, что Бай Чуань не найден, он лишь молча возобновил поиски.

Прошло еще 20 минут, и Бай Чжэн, совершивший еще один круг, снова вернулся на перекресток. Он посмотрел на Му Сяоя, которая все еще сидела на лестнице, и почувствовал, что не может сделать ни шагу ближе.

– Генеральный директор, люди, которые ушли, вернулись, но новостей все еще нет, – Лу Ян позвонил по телефону: – Как насчет того, чтобы сообщить об этом в полицию?

– Не спеши. Подождем еще час, – если Бай Чуань действительно отправился на поиски Му Сяоя, то он должен прийти сюда после того, как пройдет еще час. После того, как он два раза объехал вокруг, он знал, что дорога от группы Ифэн до студии была беспрепятственной, это показывало, что нигде не произошло никаких происшествий. Пока сяо Чуань не попал в аварию, даже если он потеряется, его можно будет найти с помощью финансовых ресурсов семьи Бай.

Утешив себя, Бай Чжэн положил трубку и с раздраженным видом зажег сигарету. Он прерывисто затягивался, и как раз перед тем, как окурок догорел, его взгляд непроизвольно метнулся к зеркалу заднего вида, зрачки вмиг сузились.

«Сяо Чуань? Я вижу сяо Чуаня?»

Бай Чжэн в недоумении потянул дверь и увидел, как Бай Чуань идет с другой стороны машины... мимо него.

В это время тело Бай Чуаня покрылось испариной, на щеках появился румянец, он торопливо шагал, а в руках держал коробку шоколада, украшенную фиолетовой лентой. Когда его глаза увидели Му Сяоя, сидящую на лестнице, они внезапно вспыхнули теплым светом.

Этот луч света остановил Бай Чжэна, который как раз собирался кричать. Он просто последовал за Бай Чуанем и спокойно наблюдал со стороны.

Му Сяоя тоже увидела Бай Чуаня, она взволнованно встала с лестницы и, пошатываясь, направилась к Бай Чуаню.

– Сяо Чуань! – Му Сяоя яростно бросилась к Бай Чуаню, она стучала по его груди, пока он не отступил назад, и они вместе чуть не упали на землю.

– Сяоя, я приехал забрать тебя с работы, – Бай Чуань посмотрел на часы, сейчас было 5.20, он успешно пришел до того, как Сяоя ушла с работы.

Му Сяоя кусала губы, стараясь не дать рыданию вырваться сквозь зубы, она крепко держала Бай Чуаня, чтобы он не видел ее заплаканного вида.

– Я устроил сюрприз и пришёл забрать тебя с работы, ты счастлива? – чтобы создать сюрприз, он не сказал Сяоя заранее.

– Счастлива, почему ты вдруг здесь? – Му Сяоя безостановочно вытирала слезы, стараясь выглядеть счастливо удивленной.

– Я также принес шоколад, посмотри, – Бай Чуань приблизился, пытаясь показать ей коробку с шоколадом.

– Не двигайся, дай мне еще немного остаться в твоих объятиях, – слезы еще не высохли, а глаза все еще были красными, Му Сяоя не хотела, чтобы Бай Чуань увидел ее в таком виде.

Бай Чуань специально пришел сюда пешком, если бы он знал, что она плачет, то разве это не означало бы, что его усилия преподнести ей сюрприз были бы напрасны? Его тяжелая работа, Му Сяоя не могла разрушить ее. Она могла только крепко обнимать Бай Чуаня, плача, и выплескивая эмоции, делая так, чтобы он не мог видеть. Она подождала, пока не выплакала достаточно слез и ее настроение не успокоилось, и только после этого отпустила.

Бай Чуань послушно стоял на месте, обнимая Му Сяоя, пока она не успокоилась. Он увидел улыбку на лице Му Сяоя и протянул шоколад, словно передавая сокровище:

– А-Тун Му сказал, что тебе точно понравится это.

Му Сяоя отвязала красивый бант и подняла изящную крышку, открыв лужу черного шоколадного внутри.

– Он весь растаял, – с улыбкой сказала Му Сяоя.

– Как это может быть...

– Это не имеет значения, мы можем просто взять его домой, положить в холодильник и съесть его после заморозки.

– Да, – Бай Чуань кивнул.

– Только посмотри на себя, все твое тело покрыто потом, лицо тоже красное.

– Я шел 3 часа, в дороге было очень жарко.

– Ты приложил много усилий.

– Это не трудно, – Бай Чуань глупо улыбнулся, погрузившись в глубокое удовлетворение от того, что ему удалось самому сделать сюрприз.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 47 – Чего ты боишься?

– Сяо Чуань, я слышала, что ты сегодня забрал Сяоя с работы? – во время ужина Ли Жун притворилась спокойной, когда упомянула об этом вопросе.

Хотя Бай Чжэн не сразу доложил ей о том, что Бай Чуань вышел из здания компании, не взяв с собой телефон, она узнала об этом после того, как Бай Чуаня нашли. И хотя она уже не в первый раз испытывала страх по такому поводу, в ее сердце все еще жил ужас.

Ранее Бай Чуань тоже блуждал, хотя нельзя сказать, что он потерялся, просто Бай Чуань пошел один и никто не знал, куда он направился. В то время она была на волоске от гибели, переживала и боялась, ожидая Бай Чуаня. Когда он нашелся и вернулся, она обняла Бай Чуаня и со слезами на глазах сказала ему, чтобы он впредь не выходил один. Однако в этот раз она вела себя спокойно, как будто Бай Чуань был обычным человеком, и ни о чем не беспокоилась, когда ушел в одиночестве.

– Ма, не приставай к Сяо Чуаню по этому поводу в этот раз, – это было то, о чем Бай Чжэн неоднократно просил супругов Бай после своего возвращения. Ли Жун не понимала почему, но она знала, что Бай Чжэн всегда ведет дела уверенно, и все, что он говорит, имеет логическое обоснование, поэтому она не стала расспрашивать и просто непринужденно поговорила об этом за обеденным столом.

– Да, – Бай Чуань, похоже, был в хорошем настроении, поэтому ответил быстро.

– Почему ты вдруг решил забрать Сяоя с работы? – снова спросила Ли Жун.

– Сяоя внезапно увидела меня, очень обрадовалась, – только что Сяоя вдруг радостно обняла его. С малых лет Сяоя никогда не проявляла инициативу, чтобы обнять его, а сейчас она обнимала его так долго.

Му Сяоя с улыбкой смотрела на Бай Чуаня, одобряя этот «сюрприз», который он сделал для нее с выражением счастья в глазах.

Семья Бай смотрела на это взаимодействие между ними, и они сразу почувствовали облегчение. Они почувствовали облегчение от трансформации Бай Чуаня, но боялись, что это принесет еще больше неопределенности. Бай Чуань, который следовал своим правилам, уже истощил их сердца и умы, не говоря уже о том, что теперь, когда он изменился...

– Сяо Чуань, какой путь ты выбрал? – с любопытством спросил Бай Чжэн. Он послал десятки людей, и сам дважды искал и возвращался назад, но никто не мог найти и следа Бай Чуаня.

– Много дорог, – эти простые четыре слова подытожили трехчасовое путешествие. На самом деле рядом с Му Сяоя Бай Чуань всегда говорил с другими в краткой манере.

– Сяо Чуань, расскажи немного подробнее, мне также интересно, откуда ты пришел. Встретил ли ты что-нибудь интересное за те три часа, что находишься в пути? – Му Сяоя хотела понять, какой путь проделал Бай Чуань, потому что в будущем может случиться подобная ситуация, и если они смогут узнать об этом заранее, то будет удобнее найти его позже.

– Хорошо, – Бай Чуань положил палочки и начал вспоминать свой путь: – Я вышел из компании, повернул направо, вошел на третью Саньнаньскую дорогу, повернул налево на пересечении с улицей Пухуа, прошел до улицы Цюфэн, продолжил идти прямо до Шаньдэ, затем перешел на Цинъян...

Бай Чуань говорил одну дорогу за другой, некоторые из этих дорог были известны Бай Чжэну, а некоторые нет. Однако это также помогло ему понять, почему он не мог найти Бай Чуаня после того, как отправил столько людей на его поиски. От компании до мастерской Му Сяоя дорога была несложной, можно было просто доехать на машине по дороге Саньнань до дороги Минхай, затем проехать еще пять километров и выехать на дорогу Гуанчао. Это, очевидно, требовало поездки только по трем дорогам, но Бай Чуань предпочел вместо этого пересечь дюжину разных дорог.

– Ты шел по короткому пути? – спросила Му Сяоя.

– Да, если идти так, то можно сократить путь на пять километров, – побывав в студии Му Сяоя один раз, Бай Чуань молча подсчитал расстояние между ними на карте и, естественно, выбрал самый короткий путь.

Бай Чуань слегка поднял голову, как бы прося похвалы. Му Сяоя отрезала для него кусок тушеной свинины.

– Ты тоже ешь, – Бай Чуань тоже дал Му Сяоя кусочек.

После ужина Му Сяоя придумала оправдание и отправила Бай Чуаня обратно в их комнату. Дождавшись, пока Бай Чуань уйдет, Му Сяоя внезапно встала со своего места и глубоко поклонилась родителям Бай:

– Папа, мама, простите меня.

– Сяоя, что ты делаешь? – родители Бай встали в шоке.

– Сегодняшнее дело – это все из-за меня. Сяо Чуань не сказал никому в компании и убежал один, потому что хотел сделать мне сюрприз, – никто из семьи Бай не винил ее в этом, но даже если семья Бай не говорила об этом, Му Сяоя не могла просто притвориться, что не знает.

– Этот ребенок, о чем ты говоришь, никто не знал, что это могло случиться, – утешала Ли Жун.

– Но если бы не я, то Сяо Чуань не вел бы себя так, – если бы не она, Бай Чуань продолжал бы ходить на работу и с работы, как раньше, и не убегал бы один, не сказав ни слова. Если посмотреть на все с другой точки зрения, если бы ее ребенок потерялся, даже если бы она знала в своем сердце, что не может винить человека-причину, она все равно на мгновение затаила бы злость. Более того, этот вопрос имеет прямое отношение к ней.

– Сяоя, не неси этот груз на себе в одиночку, если кто-то и будет виноват, то Бай Чжэн – первый человек, ответственный за это дело, – неожиданно сказал Бай Гоюй.

Бай Чжэн взглянул на отца, не говоря ни слова.

– Куда ты смотришь? Разве в рабочее время ты не отвечаешь за присмотр за Сяо Чуанем? – Бай Гоюй посмотрел на старшего сына.

– Верно, это была моя ошибка, – Бай Чжэн не стал спорить и просто чистосердечно признал свою ошибку.

– Но...

– Но что? – Бай Чжэн прервал Му Сяоя.

Сегодня он дважды искал Бай Чуаня по дороге туда и обратно, и, хотя разум подсказывал ему, что Му Сяоя не стоит винить в этом деле, он все равно подсознательно чувствовал недовольство. Как она сказала, если бы не она, у Сяо Чуаня даже не возникло бы мысли уйти одному. Поскольку он способен так думать, он верил, что его родители тоже так думают. Просто они все рациональные люди, и даже если они думали так неосознанно, они все равно подавят это недовольство.

К счастью, в этот раз с Сяо Чуанем все было в порядке, и он вскоре отправился в студию Му Сяоя, но если в этот раз Сяо Чуань попал в аварию, или, как в прошлый раз, его нашли на улице после того, как прошел день и ночь? Бай Чжэн подумал про себя, что если бы это было так, то он мог бы затаить обиду на Му Сяоя, хотя он знал, что это дело не имеет к ней никакого отношения, но сердца людей устроены так, что нет такого понятия, как абсолютная бескорыстность.

Но когда он стоял позади Сяо Чуаня, наблюдал за тем, как Сяо Чуань шел три часа, и в тот момент, когда он увидел Му Сяоя, как внезапно изменилось выражение его глаз, Бай Чжэн вдруг почувствовал, что вместо того, чтобы позволять брату выглядеть таким безжизненным, как раньше, не лучше ли позволить ему быть беспринципным и своевольным?

Поэтому, когда он вернулся, он сказал родителям не упоминать о том, что Сяо Чуань вышел из дома один, не позволять ему чувствовать, что сегодняшнее дело было ошибкой, и не портить сюрприз, который он так старательно создавал. Они хотели поступить как Му Сяоя, притвориться, что ничего не знают, сделать вид, что Сяо Чуань все очень хорошо скрыл, притвориться приятно удивленными.

– Я знаю, о чем ты беспокоишься, ты боишься, что Сяо Чуань попадет в аварию из-за тебя, и ты переживаешь, что мы обвиним тебя.

Му Сяоя стиснула зубы и ничего не сказала, но выражение ее лица все объяснило. Она действительно так думала.

– Вообще-то, вначале я не был согласен с тем, чтобы ты вышла замуж за Сяо Чуаня, – неожиданно сказал Бай Чжэн. – Потому что я не верю, что кто-то, кто не является кровным родственником, будет так же искренне добр к Сяо Чуаню, как мы.

– Бай Чжэн?! – Бай Гоюй не мог больше терпеть и закричал, чтобы остановить своего старшего сына. Разве он не видит, что Му Сяоя уже винит себя? Как он может продолжать так говорить?!

– Папа, дай мне закончить, – Бай Чжэн проигнорировал бледное лицо Му Сяоя и продолжил говорить: – Я буду тем, кто скажет тебе, что ты угадала правильно, если что-то случится с Сяо Чуанем, то мы действительно будем винить тебя.

– Бай Чжэн, не говори больше, – Ли Жун не могла больше смотреть на это, она утешила Му Сяоя и сказала: – Сяоя, не слушай его глупости.

Му Сяоя ничего не сказала, она упрямо смотрела на Бай Чжэна, ожидая, когда он закончит говорить.

– Но... разве ты оставишь Сяо Чуаня, боясь, что мы обвиним тебя? – Бай Чжэн проигнорировал мать и продолжил говорить о незавершенной проблеме.

– Ни за что, – Му Сяоя ответила, не задумываясь.

– Тогда, чего ты боишься? – Бай Чжэн спросил: – Ты жена Сяо Чуаня, законный партнер Сяо Чуаня, по закону или по моральным устоям, ты самый близкий человек для него. Если у вас самые близкие отношения, то ты должна нести самую большую ответственность, если у тебя нет сил нести такую ответственность, то просто быстро разводитесь.

Му Сяоя молчала, родители Бай тоже молчали, в это время в столовой на некоторое время воцарилась тишина.

– Я понимаю, – Му Сяоя выпрямилась, ее лицо больше не выглядело растерянным и полным раскаяния. Она улыбнулась, затем повернулась, чтобы покинуть столовую.

После ухода Му Сяоя Ли Жун с упреком посмотрела на Бай Чжэна:

– То, что ты сказал, явно было из-за добрых намерений, но почему ты не можешь говорить чуть мягче?

– Как говорить мягче? – спросил в ответ Бай Чжэн.

– Не мог бы ты сказать, что мы не будем винить ее, что бы ни случилось?

– В это… ты сама можешь поверить?

– Однако если так говорить… давление на Сяоя уже велико, ей и так было трудно выйти замуж за Сяо Чуаня, – Ли Жун испугалась, что слова Бай Чжэна отпугнут Му Сяоя.

– Мама, Му Сяоя... действительно любит Сяо Чуаня. Поверь в нее немного, – сказав это, Бай Чжэн тоже покинул столовую.

– ... – Ли Жун на некоторое время замолчала, прошло еще некоторое время, прежде чем дверь закрылась, и она наконец закричала: – Что за чушь, с чего это я не доверяю Сяоя?!

– Хорошо-хорошо, – Бай Гоюй успокоил свою взволнованную жену: – Бай Чжэн, наверное, думает... что Сяоя справилась лучше нас.

Бай Гоюю было любопытно узнать, что увидел Бай Чжэн, что он так изменился по отношению к ней. Он убедился, что Му Сяоя не станет легко разводиться с Бай Чуанем, прежде чем решил поговорить на эту тему.

***

Когда Му Сяоя вернулась в комнату, Бай Чуань спокойно сидел за столом и читал книгу. Как только он услышал, как она вошла, он сразу же отложил книгу и оглянулся.

– Твой телефон, – Му Сяоя достала из сумки телефон Бай Чуаня. Он был передан ей Бай Чжэном после обеда.

– Я забыл, что сегодня днем он остался в офисе, – Бай Чуань взял его и вспомнил, что забыл свой телефон.

– Разве у тебя не суперпамять? Как ты можешь забыть свой телефон? – спросила Му Сяоя.

– Я не думал об этом, – Бай Чуань думал, что такая «забывчивость» не имеет ничего общего с его хорошей памятью, но он не знал, как объяснить это Му Сяоя, поэтому просто решил не объяснять.

– Тогда что же будет, если я захочу найти тебя, если что-то случится? – Му Сяоя пододвинула квадратный табурет и села напротив Бай Чуаня.

– Я как раз собирался найти тебя, – Бай Чуань улыбнулся.

– Тогда что, если меня не будет в студии из-за какого-то дела?

– ... Бай Чуань нахмурился: «Предположим, я пытаюсь дойти до студии Сяоя, но ее там нет, и у меня нет телефона, поэтому я не могу связаться с ней...» Внезапно его настроение стало ужасным: – Я не знаю.

– Если ты не знаешь, тогда просто жди меня в том месте, – Му Сяоя взяла Бай Чуаня за руку и мягко сказала: – Я пойду и найду тебя.

– Но ты не будешь знать, пойду ли я искать тебя, – логика Бай Чуаня очень сильна, он вспомнил, что для создания этого сюрприза он не сказал Му Сяоя заранее.

– Пока я хочу найти тебя, тогда я могу найти тебя.

– Тогда... я буду ждать тебя, – Бай Чуаню понравилось это предложение, он радостно кивнул.

– Однако... чтобы я не заставляла тебя ждать слишком долго, не забудь в следующий раз взять с собой телефон, хорошо?

– Да, – Бай Чуань крепко сжал свой телефон, серьезно пообещав: – Я возьму его с собой в будущем.

– И он должен быть полностью заряжен.

– Да.

– Сяо Чуань... ты хочешь поцеловать меня?

Бай Чуань невинного моргнул, а затем наклонил свое тело, пересекая половину стола, чтобы оказаться перед лицом Му Сяоя.

Ветер на балконе приподнял угол занавески, задувая в длинные волосы Му Сяоя. Шелковистые пряди обвились вокруг ладоней двух сплетенных рук, нежно лаская их сердца.

Примечание автора:

Обычному ученику особенно легко быть соблазненным богом сна во время работы над школьными заданиями, не говоря уже о том, что учебная комната семьи Бай была такой удобной.

Когда Сяоя погрузилась в глубокий сон, у нее потекла слюна и намочила половину контрольной работы.

Подросток Чуань нахмурился при виде этого зрелища, он потратил все свои силы, чтобы вытащить бумагу из-под рук Сяоя и высушить ее на солнце.

Когда он оглянулся, слюна продолжала стекать по столу.

Подросток Чуань мог только сидеть рядом с Сяоя и помогать ей вытирать слюну салфетками.

Сяоя проснулась и открыла глаза, увидев вблизи сияющую красоту подростка, она не могла не покраснеть.

– Ты... почему ты смотришь, как я сплю?

– У тебя слюни текут.

Девушка проследила за взглядом подростка и обнаружила мусорное ведро, полностью заполненное салфетками.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 48 — Он уже давно мне нравился

«Сюрприз», сделанный Бай Чуанем своей жене, также вызвал значительные потрясения в компании. Больше всех винил себя за эту глупую идею, чтобы получить еще 2 недели времени на отладку, не кто иной, как А-Тун Му.

Рано утром следующего дня А-Тун Му принес смиренные извинения перед офисом Бай Чжэна.

– Генеральный директор, это я во всем виноват, это я подал идею второму молодому господину забрать вторую молодую госпожу с работы, – А-Тун Му не нашел никаких оправданий и просто честно признал свою ошибку.

Сяоли из приемной тоже винила себя:

– Нет, это моя вина, если бы я не вышла из приемной в то время, я бы увидела, что второй молодой господин выходит, и тогда я могла бы связаться с водителем, чтобы он отвез его, – одной из задач Сяоли было сообщить охраннику и водителю, когда Бай Чуань захочет покинуть компанию, чтобы он мог спокойно сесть в машину компании. Но, к несчастью, Бай Чуань ушел как раз в то время, когда она вышла ненадолго, чтобы выпить стакан сока.

Чтобы гарантировать безопасность Бай Чуаня внутри компании, Бай Чжэн установил несколько контрольно-пропускных пунктов, но в конце концов небольшой инцидент все равно смог возникнуть. Люди из отдела исследований и разработок думали, что на ресепшене увидят Бай Чуаня, когда он будет выходить, но по случайности Сяоли оставила свой пост в это время. Поскольку водитель не получил уведомления, он продолжал ожидать распоряжений в офисе.

Цепь совпадений породила вчерашнее дело, но, по большому счету, они не совершили большой ошибки, нельзя же просто не дать своему сотруднику немного времени, чтобы сварить кофе или выпить сока, в конце концов.

– Забудьте об этом, просто не повторяйте подобных ошибок в будущем, – Бай Чжэн также не собирался слишком долго разбираться в этом.

– Спасибо, генеральный директор, мы заверяем вас, что это дело больше не повторится, – эти два человека действительно не ожидали, что генеральный директор так легко помилует их, их выражение лица говорило о том, что это действительно невероятно.

– Тогда уходите, – Бай Чжэн открыл документы рядом со своей рукой, готовясь к выполнению своей работы.

– Да, – двое повернулись, чтобы уйти, но Бай Чжэн внезапно окликнул А-Тун Му.

– А-Тун Му, ты остаешься.

– Генеральный директор, – А-Тун Му дрожал от страха, пока шел обратно, ведь его, как главного виновника, так просто не отпустят, верно?

– В отделе планирования сказали, что ты хотел отложить выпуск игры на 2 недели?

– Нет нужды, я просто пойду и возьму сверхурочные, не буду спать, я закончу все тесты к назначенному времени, – как бы А-Тун Му отважился упомянуть об отсрочке? Именно из-за этого вопроса он чуть не потерял второго молодого мастера.

– Без сна так просто получить внезапную смерть, хотя наша компания не испытывает недостатка в деньгах, но мы все равно не хотим оплачивать расходы на похороны сотрудников, – Бай Чжэн бросил на А-Тун Му холодный взгляд.

А-Тун Му почувствовал, что его спина внезапно похолодела, он не осмеливался сделать вдох, стоя неподвижно.

– Двух недель достаточно?

– А? – А-Тун Му оцепенел, а когда его мозг наконец соединил все слова, что сказал Бай Чжэн, счастливое выражение лица почти вырвалось из-под контроля:

– Достаточно, достаточно, достаточно.

– Тогда я дам тебе еще одну неделю, пусть люди под твоим началом вернутся и приведут себя в порядок, я чуть не провонял до смерти, когда вчера зашел в твой кабинет, – у Бай Чжэна на лице проступило отвращение.

– Все еще... все еще дадите еще одну неделю? – свалившийся с неба пирожок заставил А-Тун Му остолбенеть. «Что это значит? Это не только согласие отложить релиз, но и дать их отделу исследований и разработок еще неделю?»

– Уходи, – Бай Чжэн отмахнулся от него.

– Г-генеральный директор, до встречи! – А-Тун Му вышел с ошеломленным выражением лица.

Закрывая дверь кабинета генерального директора, А-Тун Му стоял у двери и думал о том, что вчера он работал сверхурочно и даже до поздней ночи, поэтому ему казалось, что сейчас он, должно быть, видит сон или что-то в этом роде. Почему, когда они совершили такую большую ошибку, генеральный директор не только не наказал их, но и наградил? Как насчет того, чтобы вернуться и спросить еще раз, нет, он не может, у него не хватает смелости.

– Что ты стоишь как дурак? – Лу Ян увидел, что А-Тун Му стоит у двери с глупым видом, поэтому он постучал по его плечу с документом в руке.

– Нет... почему я чувствую, что это нереально? – А-Тун Му оглянулся в поисках помощи: – Помощник Лу, неужели генеральный директор действительно согласился отложить встречу, да еще и на целых три недели?

– Посмотри на свое глупое лицо, – Лу Ян усмехнулся: – Как мог наш брат-генеральный директор не дать больше времени, когда второй молодой мастер лично попросил об этом?

– Это правда! Теперь все понятно!

– Ты можешь уговорить второго молодого мастера, ты также довольно способный, – Лу Ян искренне восхитился, ведь за три с лишним года работы в компании второй молодой господин не желал спускаться вниз, чтобы поесть, не говоря уже о встрече.

– Хе-хе... хе-хе… – счастье пришло слишком внезапно, А-Тун Му пригладил свои сальные волосы и удалился с глупой ухмылкой.

Ему не терпелось вернуться в отдел исследований и разработок, чтобы поделиться со всеми этой замечательной новостью, но как только он вошел, он закрыл нос и отступил.

«Черт, действительно воняло, почему я не узнал об этом раньше?»

***

Приехав на работу, Фан Хуэй столкнулась с пробкой, поэтому пришла немного позже обычного. Когда она вошла в студию, то обнаружила, что рабочее место Му Сяоя пустовало. Она нахмурилась и спросила у двух сотрудников студии:

– Муму пришла?

– Она пришла, в мастерской, – Сяо Синь указал на заднюю дверь.

– Как ее настроение?

– Очень хорошее, она даже принесла нам закуски, – Лэн И подняла пряную палочку, которую держала в руке.

– Она так быстро поправилась? – Фан Хуэй удивленно подняла брови, а затем похлопала Лэн И по руке, которая была покрыта пряным маслом: – Ешь пряности рано утром, протри клавиатуру.

– О-о-о, – Лэн И поняла, что была слишком самонадеянной, поэтому поспешно взяла влажные салфетки, чтобы начать уборку.

Фан Хуэй бросила сумку и пошла прямо в мастерскую, Му Сяоя рисовала узор на кожаной обуви.

– Туфли Бай Чуаня? – изготовление кожаной обуви на заказ в мастерской еще не было официально запущено, поэтому туфли, которые Му Сяоя сейчас делала, могли быть только туфлями Бай Чуаня.

– Верно, – Му Сяоя кивнула и улыбнулась.

– Левая и правая ступни расходятся на половину размера, – Фан Хуэй взглянула на подошву, приготовленную Му Сяоя.

– Точно, левая нога Сяо Чуаня больше правой.

– Позволь мне помочь тебе, – Фан Хуэй достала инструменты, желая помочь Му Сяоя.

– В этом нет необходимости, я хочу сама сделать эту пару обуви, – она пообещала Бай Чуаню, что эти туфли будут сделаны ее собственными руками.

Фан Хуэй посмотрела на подругу, выражение лица Му Сяоя было очень сосредоточенным, она разговаривала и смеялась с ней как ни в чем не бывало, она не могла отличить ее от обычной, когда смотрела на нее. Однако чем больше она так себя вела, тем больше Фан Хуэй волновалась. Вдруг она вспомнила, как вчера вечером болтала с Лян Ноно.

– Ноно, ты не видела, как Муму была встревожена, когда узнала, что Бай Чуань потерялся, – Фан Хуэй забеспокоилась: – Я и сама это вижу, даже если Бай Чуань хорошо приспосабливается, но он все равно не обычный человек, в конце концов. У него аутизм, он не может интегрироваться в общество. Если бы он был нормальным, то, когда он вышел один, как он мог заставить Муму так волноваться? Будущее еще безгранично, как она может так выжить?

– Что? Ты все еще хочешь убедить ее на развод? – спросила Лян Ноно.

– Я не осмеливаюсь, – Фан Хуэй вздохнула: – Муму выглядела так, будто потеряла свою душу только потому, что не может найти Бай Чуаня, как я могу осмелиться уговаривать ее развестись?

– Вот почему, ах, давай не будем ничего говорить, Муму нужна не наша забота, ей нужна наша поддержка, – сказала Лян Ноно.

«Поддержка?» Фан Хуэй вернулась к своим мыслям, положила инструменты обратно и нашла стул рядом с Му Сяоя, обсуждая с ней будущее обустройство студии.

– Я планирую начать изготавливать обувь на заказ на следующей неделе, как ты думаешь, наша цена за пару кожаных туфель, изготовленных на заказ, подходит?

– Это зависит от кожи, которую использует клиент, – ответила Му Сяоя.

– Я тоже так думаю, я планирую оставить только две или три высококачественные кожи. Если цена будет слишком дешевой, мы не только не заработаем денег, но и потратим время и энергию. Так что лучше использовать лучшее, тогда мы сможем установить цену немного выше.

– Согласна, – Му Сяоя считала, что Фан Хуэй была права.

– Итак, я планирую установить цену на пару обуви в размере... тридцати тысяч юаней.

– Тридцать тысяч? – Му Сяоя была шокирована, глядя на подругу.

– Конечно, это всего лишь цена на этой ранней стадии. Когда наш бренд наберет популярность, мы сможем снова скорректировать цену.

– Нет, я имею в виду... ты уверена, что кто-то придет к нам делать обувь на заказ по 30 тыс. юаней за пару? – Му Сяоя спросила без особой уверенности.

– Почему бы и нет? Средний класс в этом году больше всего готов тратить деньги, хотя эти местные тираны не полетят на самолете, чтобы сделать обувь на заказ в Италии, но они все равно готовы выложить 30-40 тысяч юаней, – Фан Хуэй добавила: – Кроме того, не имеет значения, если никто не примет заказ, мы не будем полагаться на это, чтобы заработать деньги.

– Хорошо, так ты увидела, что наша повседневная обувь хорошо продавалась в этот раз, и теперь ты летаешь в облаках?

– Мне все равно, в любом случае цена установлена, я думаю, мы стоим этой цены.

– Хорошо, хорошо, тогда я прислушаюсь к тебе, – когда Му Сяоя увидела, что Фан Хуэй настаивает, она не могла об этом не беспокоиться, в любом случае она открыла эту студию не для того, чтобы зарабатывать деньги.

– Это… – заикнулась Фан Хуэй, она все еще хотела о чем-то поговорить, но не могла найти нужных слов.

– Хочешь спросить о нашем с Бай Чуанем деле? – Му Сяоя потеряла свою улыбку, еще когда Фан Хуэй вошла и начала говорить с ней, она уже догадалась о ее намерениях. Ее вчерашний вид, должно быть, напугал ее.

– Это так заметно?

– Тебе не хватает только того, чтобы кто-то написал это на твоем лице, – Му Сяоя закатила глаза.

– Раз это так заметно, тогда скажи это ты, – ее лицо было лицом человека, готового слушать сплетни.

– Что ты хочешь услышать?

– Твоя... любовь к Бай Чуаню, это правда? – прямо спросила Фан Хуэй.

– Да, – Му Сяоя улыбнулась и с готовностью согласилась.

– Так это правда… – лицо Фан Хуэй показало, что она угадала правильно: – Я так и знала, когда я посмотрела на твой жалкий вид вчера, я уже знала, что ты влюблена в Бай Чуаня, и это не просто обычная любовь. Но мне показалось странным, как твое чувство могло развиться так сильно всего за два месяца?

Фан Хуэй все еще помнила тот день, когда Му Сяоя сказала, что хочет выйти замуж, она не видела ни капли любви на ее лице. Если и можно было сказать, что она испытывала какое-то чувство, то это можно было расценить только как простую симпатию. Фан Хуэй даже некоторое время подозревала, что Му Сяоя была переполнена материнской любовью до такой степени, что ее мозг затуманился, прежде чем она согласилась выйти замуж за Бай Чуаня.

– Фан Хуэй, я думаю... Бай Чуань нравился мне с давних пор, просто я сама этого не понимала, – ответила Му Сяоя.

– Что ты имеешь в виду?

– Бай Чуань старше меня на два года. Когда мне было пять лет, он переехал в соседний дом. В нашем районе было много старых учителей, было очень мало детей одного возраста со мной, кроме того, Бай Чуань такой симпатичный, поэтому я любила бегать к нему домой, – Му Сяоя вспоминала: – Детский сад, начальная школа, средняя школа, старшая школа, каждые выходные, каждые летние каникулы я всегда ходила искать Бай Чуаня. Сначала я не знала, что у него аутизм, и каждый день злилась, потому что он часто игнорировал меня. Но в один день бабушка Бай сказала мне...

– Она сказала: «Твой брат Бай Чуань особенный интроверт, поэтому он не любит разговаривать. Но он не убегает от тебя, это значит, что ты ему нравишься, ты никогда не должна сердиться на него». Затем, бабушка Бай дала мне много закусок, я сразу же поверила в то, что сказала бабушка Бай, из-за этих закусок, – вспоминая об этом, Му Сяоя не могла не рассмеяться.

– Позже, когда я узнала, что у Бай Чуаня аутизм, он уже мог разговаривать со мной. Он игнорировал других, но никогда не игнорировал меня. Я не сильна в математике, он учил меня снова и снова, иногда, когда я отворачивалась на пять минут, я уже забывала тему, которую он только что преподавал, но он все равно неустанно учил меня. Когда я училась в младших классах, мой английский был не очень хорош, поэтому он сопровождал меня, чтобы я улучшила словарный запас. Когда я училась в старших классах, я выбрала гуманитарные науки, но, честно говоря, я просто не могу запомнить историю, поэтому он все запомнил и читал мне каждый день.

– Вообще-то он не любит говорить, но поскольку я сказала ему, что я смогу запомнить, если он будет читать мне время от времени, позже он продолжал читать мне эти английские словари, исторические даты или что-то еще.

– Эти вещи, я не слышала этого от тебя раньше, – Фан Хуэй была поражена.

Му Сяоя убрала упавшую прядь волос и горько улыбнулась:

– Потому что... я тоже долгое время не вспоминала об этом, я... бросила Бай Чуаня в старшей школе.

– Разве ты не спрашивала меня раньше, почему я всегда смотрю свысока на тех бесчисленных людей, которые бегали за мной? – Му Сяоя улыбнулась: – Может быть, потому что в моем сердце уже нет никого, кто мог бы быть так же хорош для меня, как Бай Чуань.

«Как я могу вынести потерю такого хорошего человека?»

П. п.: Итак... Сяо Чуань и Сяоя сочетались браком со своей первой любовью? ( ᗒᗨᗕ )

А вообще говоря, это очень трогательно… (┬┬ ﹏ ┬┬)

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 49 — Противоречие

Хотя положение Бай Чуаня всегда было хорошим, но ему все равно нужно было посещать профессора Фэна по крайней мере раз в месяц. Это было обычное обследование и не лечение, простая беседа, чтобы профессор Фэн мог понять текущее психическое состояние Бай Чуаня.

Когда Бай Чуань был маленьким, об этом заботилась бабушка Бай. Позже, когда бабушка Бай стала старше, семья Бай по очереди приводила Бай Чуань на эти сеансы. Теперь, когда Бай Чуань женился, эта задача, естественно, легла на плечи Му Сяоя.

– Я не хочу туда идти, – дойдя до входа в больницу, Бай Чуань недовольно нахмурился.

– Мы войдем и останемся на полчаса, просто поболтаем немного с профессором Фэном и уйдем. После этого мы можем пойти пообедать. После обеда нам еще нужно поискать мебель в мебельном центре, – Му Сяоя уговаривала.

– Мы можем переехать после того, как купим мебель? – услышав о мебели, выражение лица Бай Чуаня стало намного лучше.

– Именно, после того как мы купим всю мебель, мы сможем переехать в наш новый дом.

– В это время ты можешь приготовить для меня еду.

– Я приготовлю все, что ты захочешь, тогда что ты будешь делать? – Му Сяоя разразилась смехом, Бай Чуань был так настойчив, чтобы заставить ее готовить для него.

– Тогда я помою посуду, а потом мы вместе посмотрим телевизор в гостиной. – Сяоя вспомнила все, что она сказала ему в новом доме в тот день.

– Да, да… – Му Сяоя воспользовалась возможностью, когда Бай Чуань разговаривал, и обманула его, чтобы завести внутрь. Но она не могла не удивляться, она не видела Бай Чуаня таким несчастным, когда приходила в предыдущие два раза, она не знала, что случилось с ним сегодня.

Профессор Фэн уже ждал в процедурной комнате, когда он увидел, что они вошли внутрь, он улыбнулся и спросил:

– Что с вами? Вы выглядите немного несчастными.

Бай Чуань бросил взгляд на профессора Фэна и сел, ничего не сказав. Но он знал, что даже если бы он не заботился о нем, профессор Фэн все равно продолжал бы говорить с ним без остановки.

Конечно, он услышал, как профессор Фэн продолжал говорить:

– Что случилось? Ты можешь мне рассказать?

Бай Чуань молчал, он опустил голову и сосредоточился на игре пальцами.

У профессора Фэна не было другого выхода, он мог только повернуться, чтобы спросить Му Сяоя:

– Что случилось до того, как вы пришли?

– Ничего, просто... Сяо Чуань выглядел так, будто он не рад, что пришел сюда.

– Не нравится приходить сюда? Этого не может быть, он приходил сюда уже более десяти лет, почему он вдруг стал таким? – профессор Фэн не прятался от Бай Чуаня, когда говорил это, возможно, можно сделать вывод, что он сказал это Бай Чуаню намеренно, тайно наблюдая за его реакцией.

Но Бай Чуань все еще не ответил, он продолжал играть с пальцами и время от времени поворачивал голову, чтобы посмотреть на часы на стене.

«Ему не терпится уйти?»

Профессору Фэн это показалось интересным, и он продолжил попытки наладить общение с Бай Чуанем:

– Ребята, вам еще есть чем заняться после этого?

Бай Чуань на этот раз ответил, он посмотрел на профессора Фэна, но все еще ничего не сказал. Однако профессор Фэн понял этот его взгляд, в нем было видно сопротивление и нетерпение.

«Он идет против меня?»

Профессор Фэн задался вопросом, хотя Бай Чуань не любил говорить, как обычно, но он никогда не показывал такого большого конфликта по отношению к нему, как сейчас. Если профессор Фэн говорил на тему, которая интересовала Бай Чуаня во время лечения, Бай Чуань все равно иногда беседовал с ним по собственной инициативе. Однако сейчас эта тема явно заинтересовала Бай Чуаня, но Бай Чуань настаивал на том, чтобы игнорировать его.

– Мы сегодня будем выбирать мебель, – почувствовав взгляд профессора Фэна, Му Сяоя помогла Бай Чуаню ответить.

– Вы собираетесь переезжать?

– Да, вы знаете об этом? – Му Сяоя была немного удивлена.

– Это было мое предложение позволить вам съехать, как я могу не знать об этом? – профессор Фэн сделал глоток чая и улыбнулся.

Услышав это, Бай Чуань поднял голову и посмотрел на профессора Фэна, нежелание внутри него немного уменьшилось.

Профессор Фэн все больше и больше интересовался Бай Чуанем сегодня, прошло всего десять минут после того, как они вошли, но Бай Чуань был более выразительным сегодня, чем за десять с лишним лет его лечения.

– Тогда... нужно ли нам обратить внимание на что-нибудь, прежде чем мы съедем? – спросила Му Сяоя. Хотя она провела большую подготовку, она все еще беспокоилась, что не сможет сама позаботиться о Бай Чуане.

– Тебе не нужно ни на что обращать особое внимание, бабушка Бай могла жить с Бай Чуанем одна, конечно, ты можешь сделать то же самое, – профессор Фэн подбодрил ее.

– Я буду усердно работать, – Му Сяоя не знала, сможет ли она сделать все лучше, чем бабушка Бай, но она будет стараться изо всех сил.

После этого профессор Фэн отпустил Му Сяоя на улицу, а сам двадцать минут болтал с Бай Чуанем наедине. Через двадцать минут профессор Фэн вышел из процедурного кабинета один.

– Профессор Фэн, что с Сяо Чуанем? – Му Сяоя поспешно расспросила его.

– Тише, давай поговорим здесь, – профессор сделал безмолвный жест Му Сяоя, словно боясь, что Бай Чуань может услышать его изнутри комнаты. Он вывел Му Сяоя в коридор снаружи, а затем сказал нормальным голосом: – Сяо Чуань не желает сотрудничать со мной в лечении.

– Почему? – Му Сяоя забеспокоилась: – В последнее время ему стало лучше, и его родители сказали, что состояние Сяо Чуаня намного лучше, чем раньше.

– Ему действительно намного лучше, более того, это было действительно большое изменение.

– Тогда… – Му Сяоя не могла понять.

– Он проявляет все больше и больше эмоций, но его сопротивление мне не было внутри его собственного запечатанного мира, наоборот, он намеренно не хочет реагировать на меня, – профессор Фэн улыбнулся: – Слово «намеренно» я обычно не использую для аутистов.

Му Сяоя наконец поняла, что профессор Фэн хотел сказать, что такое намеренное сопротивление было своего рода проявлением восстановления.

– Но я все еще надеюсь, что ты сможешь спросить его позже, почему он сопротивлялся моему лечению, а затем тайно рассказать мне причину, – именно поэтому он пришел сюда, чтобы поговорить с Му Сяоя без ведома Бай Чуаня.

– Хорошо, я спрошу его, когда он будет в лучшем настроении, – Му Сяоя пообещала, кивнув.

– Есть еще… – профессор Фэн продолжил: – Некоторое время назад, чтобы удивить тебя, Сяо Чуань тайно покинул компанию и пошел искать тебя, верно?

– Да, вообще-то, я тоже хочу посоветоваться с вами по этому вопросу. Если будет похожая ситуация, как вы думаете, я должна остановить его? Или позволить ему следовать этому естественному развитию?

– А что ты сама думаешь? – спросил в ответ профессор Фэн.

– Я... я хочу позволить ему следовать своему естественному развитию, я хочу, чтобы Сяо Чуань делал все, что хочет, – сказала Му Сяоя, – но я не знаю, хорошо это или нет?

Профессор Фэн благодарно улыбнулся и похвалил ее:

– Твоя идея верна. На самом деле довольно давно, это должен быть второй раз, когда Бай Чуань сбежал из дома, в тот раз я предложил родителям Бай Чуаня дать ему немного свободы. Но в то время что-то случилось, и этот план сорвался.

– Что случилось?

– Поскольку они боятся, что не смогут найти Бай Чуаня, брат Бай Чуаня нашел часы с функцией GPS и надел их на брата. Однако Бай Чуань выбросил эти часы и пробыл на улице день и ночь, прежде чем наконец вернулся домой. Семья Бай была в ужасе, и после этого они не смели никуда отпускать Бай Чуаня.

– Один день и одна ночь, куда он пошел? – спросила Му Сяоя.

Профессор Фэн посмотрел на Му Сяоя и многозначительно спросил:

– Ты хочешь знать?

– Могу ли я?

– Конечно же можешь, – профессор Фэн рассмеялся: – Пойди и спроси Бай Чуаня, если он не захочет тебе сказать, тогда я пришлю тебе видео.

– О, хорошо, – Му Сяоя не спросила, почему профессор Фэн не отправил ей видео напрямую, она лишь подумала, что у него есть причина так поступить.

– Позволить Бай Чуаню гулять одному – это хороший способ способствовать его интеграции в общество, – профессор Фэн продолжил только что начатую тему: – На самом деле я всегда думал, что семья Бай Чуаня слишком опекает его. Люди с аутизмом могут легко погрузиться в свой собственный мир, поэтому, если мы можем позволить ему выходить на улицу и больше двигаться, особенно в одиночку, мы можем заставить его общаться с внешним миром, это очень эффективное лечение. Конечно, этот метод очень опасен. Мы не можем исключить вероятность того, что он столкнется с чем-то, что может ухудшить его состояние и вызвать раздражение и даже приступ, но глядя на состояние Бай Чуаня сейчас, я думаю, что можно попробовать.

– На самом деле я предлагаю тебе снять больше ограничений с Бай Чуаня. Например, не нанимай ему водителя, пусть он ездит на такси на работу и с работы, и, может быть, пусть он каждый день говорит одну-две фразы незнакомцу.

– Не будет ли это слишком сложно для Сяо Чуаня? – забеспокоилась Му Сяоя.

– Просто попробуй, если не получится, тогда мы сможем скорректировать наш план.

– ...Хорошо, – Му Сяоя немного поразмыслила и согласилась.

– Отлично, возвращайся, он ждет тебя.

Му Сяоя кивнула профессору Фэну и повернулась к процедурной комнате, чтобы забрать Бай Чуаня. Профессор Фэн прошел по коридору и остановил маленького мальчика, который ел листья.

***

После выхода из здания настроение Бай Чуаня стало намного лучше, но Му Сяоя не спешила спрашивать, почему он не хочет сегодня сотрудничать с профессором Фэном. Сначала она отвела Бай Чуаня на обед, а затем, согласно первоначальному плану, они отправились в мебельный центр.

За это время Му Сяоя уже купила много вещей, таких как шторы, ковры, стиральная машина, кондиционеры, телевизоры, кухонная утварь и так далее; она почти закончила покупать все необходимое, поэтому их целью приезда в этот мебельный центр было только выбрать кровати и диваны, а также книжные полки, которые будет использовать Бай Чуань.

Поскольку приближался китайский праздник святого Валентина, в мебельном центре было много рекламных акций. В конце концов, это был День святого Валентина, поэтому были все виды вещей для пар, независимо от того, будет ли это использоваться парой, будет очень большая скидка на это.

Му Сяоя, которая всю свою предыдущую жизнь была одинокой собакой, никогда не пользовалась такими скидками, которые предназначались только для пар, поэтому она не могла удержаться, чтобы не посмотреть несколько раз на товары со скидкой, независимо от того, нужны они ей или нет.

– Господин, госпожа, если вы купите эту двуспальную кровать, то в качестве бонуса мы подарим пару подушек, пару диванных подушек, пару кукол-возлюбленных, а также пижамы для пары, – не жалели сил продавцы.

– Спасибо, мы все еще присматриваемся, – Му Сяоя немного попробовала, но почувствовала, что кровать не очень удобная, поэтому она оттащила Бай Чуаня.

– Что? Тебе нравится эта кровать? – Му Сяоя видела, что Бай Чуань часто оглядывается, поэтому она не могла не спросить.

– Пижама.

– Что?

– Парная пижама, – глаза Бай Чуаня были яркими, он хотел надеть такую же пижаму, как у Му Сяоя.

– Кхе... мы должны посмотреть еще немного, – после таких слов лицо Му Сяоя покраснело, и она быстро оттащила Бай Чуаня.

– Господин, госпожа, наш матрас сделан с использованием новейших нанотехнологий, он мягкий и упругий, на нем будет приятно спать, – продавец внезапно приблизился к Бай Чуаню, бросив взгляд, понятный только мужчинам, и сказал двусмысленно: – Он не деформируется, как бы вы ни кувыркались.

– … – румянец, который Му Сяоя с трудом подавила, тут же вспыхнул снова.

«Все-таки одна гора выше другой, неужели китайцы в наше время настолько открыты? Разве вы не видели, что в интернет-романах запрещено писать о том, что ниже шеи? Вы, ребята, так нагло говорите об этом средь бела дня, будьте осторожны, чтобы ваш магазин не закрыли!»

– Вы даете пижамы для пар? – Бай Чуань, который не понял намека, упорно думал о пижаме.

– Пижамы для пар? – выражение лица брата-продавца стало загадочным, он тихо сказал: – Мы можем дать вам сексуальную пижаму.

– ...Нет, спасибо, – Му Сяоя не стала дожидаться ответа Бай Чуаня, а сразу же потянула за собой, чтобы убежать из этого места.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 50 — Спи со мной

Побродив полдня, двое немного отдохнули в зоне отдыха в мебельном центре. Му Сяоя устала до боли в ногах, она не могла больше терпеть и начала массировать и разминать ноги.

– Сяо Чуань, ты устал? – Му Сяоя спросила Бай Чуаня.

– Не устал, – Бай Чуань покачал головой, посмотрел на окрестности и сказал: – Просто немного шумно.

– Сегодня выходной, кроме того, в торговом центре проходит мероприятие, так что ничего не поделаешь, людей много. Чувствуешь ли ты себя некомфортно? Если тебе некомфортно, то мы можем просто уйти, – вначале Му Сяоя не планировала гулять так долго, на самом деле она уже выбрала мебель, и сегодня она пришла сюда только для того, чтобы посмотреть на некоторые товары. Но в результате она не ожидала, что другие вещи окажутся настолько интересными, поэтому она не могла остановиться и бродила вокруг, ошеломленная таким невероятным разнообразием для выбора.

– Все в порядке, – Бай Чуань действительно чувствовал себя несколько неловко, но, когда он подумал, что после покупки этих вещей он сможет переехать домой, его настроение сразу же снова стало хорошим, он почувствовал, что голова уже не так сильно болит.

Му Сяоя внимательно наблюдала за Бай Чуанем, хотя он говорил, что все в порядке, но его лоб всегда был напряжен. Му Сяоя протянула руку и нежно погладила Бай Чуаня по лбу, спросив мягким голосом:

– У тебя болит голова?

Они купили две чашки прохладительных напитков и сели, руки Му Сяоя были довольно холодными после того, как она держала чашку прямо сейчас, позволяя Бай Чуаню чувствовать себя комфортно при каждом поглаживании.

– Как насчет того, чтобы вернуться домой? – сказала Му Сяоя, собираясь встать.

– Не хочу, – Бай Чуань потянул Му Сяоя за руку, снова положив ее ладонь себе на лоб под вопросительным взглядом девушки: – Вот так хорошо.

Му Сяоя на некоторое время замолчала, улыбнулась и снова села, потирая лоб, пока не почувствовала, что Бай Чуань пришел в себя, затем она убрала руку. Однако, зная, что ему было не по себе, Му Сяоя не хотела больше долго оставаться в мебельном центре, она решила все сделать быстро.

– Сяо Чуань, мы пока остановим свой выбор на сером диване, хорошо? Потом купим еще дюжину подушек разных цветов, навалим их друг на друга, и тогда он уже не будет казаться однотонным, – Му Сяоя открыла рекламную брошюру и показала Бай Чуаню изображение дивана.

– Желтый и черный, – Бай Чуань только что снял наушники, поэтому он снова услышал эти шумные звуки, его уши подсознательно немного дрожали.

– Ты говоришь о цвете подушек? Хочешь только желтый и черный?

– Да, – Бай Чуань кивнул.

– Хорошо, тогда мы выберем эти два цвета, – Му Сяоя понимала, что Бай Чуань немного страдает ОКР, поэтому она не стала спрашивать слишком много и с готовностью согласилась: – Тогда как насчет книжной полки? Какая тебе нравится?

– Эта, – отношение Бай Чуаня к вещам, которые ему нравятся, было очень четким, он принял решение почти без малейших колебаний.

– Хорошо, мы возьмем эту, – Му Сяоя сделала жест "хорошо", затем последовал последний пункт: – Тогда как насчет кровати? Какая тебе нравится?

Бай Чуань, который продолжал выбирать без паузы, посмотрел на Му Сяоя и вдруг промолчал.

– Что? Ничего не нравится? – спросила Му Сяоя.

– Тебе не нравится, – только что, когда они обошли столько матрасов, когда ему что-то нравилось, Сяоя всегда тянула его и уходила, поэтому Бай Чуань просто отказался от выбора.

– Ты до сих пор ничего не выбрал, почему ты знаешь, что мне это не понравится? – с любопытством спросила Му Сяоя.

Бай Чуань покачал головой, все еще ничего не выбрав.

– Раз так, тогда я выберу три вида, а ты выберешь из них, – У Му Сяоя была небольшая фобия в выборе вещей, поэтому она предоставила последнее решение Бай Чуаню, иначе, если они будут полагаться на нее в принятии решения, впору опасаться, что будет уже ночь, прежде чем они смогут закончить выбор.

– Эта, эта, и еще эта... Я думаю, что они все хороши, но не знаю, какая из них лучше, – Му Сяоя нашла брошюры нескольких марок и одну за другой открыла их, чтобы дать посмотреть Бай Чуаню.

Бай Чуань взглянул и только через секунду остановил свой выбор на последней.

После этого всего за несколько минут кровать, диван и книжная полка были выбраны.

Мебельный центр предоставил услугу бесплатной доставки, за исключением книжной полки, потому что у монтажников были заняты руки, и поэтому диван и кровать были доставлены сразу же. Два человека подождали, пока рабочие уложат их вещи в грузовик, а затем они вместе поехали на машине в свой новый дом.

Рабочие работали очень быстро, им понадобилось всего полчаса, чтобы привезти вещи и красиво расставить их по местам. Перед отъездом рабочие дали в руки Бай Чуань темно-синюю коробку, сказав:

– Это поощрительные подарки за кровать.

«Поощрительные подарки?»

Му Сяоя недолго думала, когда услышала это. Большой универмаг недавно проводил мероприятия и часто дарил бесплатные подарки, эти подушки она получила в подарок за покупку дивана. Дождавшись ухода рабочих, Му Сяоя с удовольствием легла на диван, обняв желтую подушку, она вздохнула:

– Этот диван действительно удобный, он также особенно подходит к нашей гостиной, не говоря уже о том, что он не пахнет, – когда они покупали этот диван, она немного колебалась, но после того, как она купила его, она чувствовала себя хорошо.

Бай Чуань взял подарок и подошел к дивану, наблюдая за Му Сяоя, которая с улыбкой каталась по дивану.

– Что за подарок? Открой его, упаковка совсем неплохая, – кровать была самой дорогой из трех предметов мебели, которые они купили сегодня, не будет странно, если подарок окажется лучше.

– Пижама, – Бай Чуань передал коробку Му Сяоя и ответил, даже не открывая его.

– Пи... пижама? – Му Сяоя открыла крышку с некоторым недоверием, и, как и ожидалось, она увидела внутри фривольный комплект, состоящий практически только из кружев и жалкого количества материала, а эти кусочки хлипкого материала, через них все можно... увидеть насквозь.

«Сексуальная пижама!!!»

Эти два слова, дополненные восклицательными знаками и подчеркнутые жирным стилем, проплывали в мозгу Му Сяоя, как гигантские киты.

Она вспомнила, что из трех кроватей, которые она выбрала, только с этой была пижама: «Не говорите мне...»

«Не может быть, не может быть, Бай Чуань из моей семьи такой чистый, он не такой человек!»

– Ты... почему ты выбрал эту кровать? – Му Сяоя не могла сдержаться, чтобы не спросить, ее сердце зудело, но она даже не знала, какой ответ хотела бы услышать...

– Потому что они дают пижаму, – однако, ответ Бай Чуаня был чрезвычайно, чрезвычайно честным и прямым.

Му Сяоя поджала уголки рта, она не знала, смеяться ей или плакать, действительно!

Однако Му Сяоя уже знала, что у Бай Чуаня не было никаких плохих идей, он просто настойчиво хотел получить пижаму. Но... почему он вдруг так настойчиво хочет пижаму?

Когда Му Сяоя все еще была в недоумении, вдруг промелькнула тень. Бай Чуань протянул руку и схватил пижаму в коробке, не только поднял ее высоко перед своим лицом, но и сказал:

– Почему здесь только одна?

– Ты... положи ее! – лицо Му Сяоя стало таким красным, что она не могла смотреть прямо на Бай Чуаня в этот момент.

«Даже если у тебя нет ни йоты отвлекающих мыслей, но твоя жена, я, всего лишь обычный человек, ясно? Не мог бы ты не делать таких вещей с таким невинным лицом?!»

Сердце Му Сяоя сейчас ревело как зверь, очевидно, что Бай Чуань ничего не делал, а просто взял этот кусок тряпки, однако, она чувствовала, что вся кровь в ее теле прилила к голове, как будто она открыла чайник с горячей водой, ее лицо покрылось паром за секунду.

– О, – Бай Чуань послушно положил пижаму на место.

После того, как скандальная одежда вернулась в коробку, Му Сяоя, не теряя темпа, положила крышку обратно. Эта энергичность, как будто она запечатывала какого-то зверя, который мог принести беду в мир людей.

– Я хочу пить, – Му Сяоя велела Бай Чуаню сходить на кухню и принести воды, затем слетела с дивана, втиснула коробку в самый низ гардеробной и с несравненной скоростью побежала обратно к дивану.

Выпив два глотка воды, Му Сяоя постепенно успокоилась, ее внимание снова вернулось к недавно купленному дивану. Бай Чуань сидел рядом с ней, изучая внешний вид Му Сяоя, обнимая подушку и спокойно глядя в телевизор напротив.

– Подожди до завтра, я пойду к провайдеру и подключу интернет, тогда мы сможем смотреть телевизор, – сказала Му Сяоя.

– Хорошо, – Бай Чуань кивнул, затем снова посмотрел на кухню.

– На кухне все еще есть один дезинфицированный шкаф, который еще не доставлен. Вновь приобретенную посуду и кухонную утварь нужно как следует вымыть и простерилизовать, прежде чем использовать.

– Я помою, – Бай Чуань всегда помнил о своей задаче.

– Хорошо, я оставлю все на тебя, – имея мужа, который любит заниматься домашними делами, Му Сяоя чувствовала себя очень счастливой.

– Мм, – Бай Чуань также чувствовал себя очень счастливым.

Настроение Бай Чуаня сейчас было хорошим, Му Сяоя почувствовала, что это неплохая возможность, поэтому она начала расспрашивать о том, что профессор Фэн сказал ей сегодня утром. Она старалась быть непринужденной:

– Сяо Чуань, почему ты не хотел сотрудничать с профессором Фэн?

– … – Бай Чуань замялся, не говоря ни слова.

– Не хочешь говорить... если ты не хочешь говорить, тогда не нужно рассказывать, – Му Сяоя увидела, что улыбающееся выражение на лице Бай Чуаня внезапно исчезло, она не решилась продолжать.

– Мне не нравится быть там, также не хочу видеть профессора Фэна, – Бай Чуань просто не может отказаться от ответа на вопрос Му Сяоя, даже если этот вопрос был таким, на который он действительно не хотел отвечать.

– Почему? Профессор Фэн – главный врач, ты знаешь его уже более десяти лет, – Му Сяоя снова спросила.

– Я не хочу лечиться, – тон Бай Чуаня был несколько торопливым и с оттенком недовольства, его красные глаза смотрели на Му Сяоя, когда он повторил: – Я не хочу лечиться.

– Хорошо, никакого лечения, больше никакого лечения, – Му Сяоя боялась, что это может взволновать Бай Чуаня, она поспешно села и обняла его, мягко поглаживая.

В ее объятиях Бай Чуань постепенно успокоился, но Му Сяоя не осмеливалась больше спрашивать, боясь, что взволнует его, она только тайком взяла свой телефон и переслала разговор профессору Фэну. Вскоре пришел ответ профессора:

[Как я и думал, Бай Чуань сопротивляется лечению, потому что он не хочет, чтобы другие думали, что у него есть заболевание.]

[Му Сяоя: Профессор Фэн, тогда что нам делать?]

[Профессор Фэн: Это хороший знак, не волнуйся. На самом деле все аутисты четко знают, что они отличаются от других, поэтому, когда я назначаю им лечение, они не будут активно сотрудничать, но они также не будут ненавистно сопротивляться, они просто естественно раскроются передо мной. Но теперь Бай Чуань начинает заботиться, он не хочет, чтобы ты думала, что у него необычное состояние. Приход ко мне или в больницу напоминает ему, что он не обычный человек, поэтому он будет сопротивляться.]

[Му Сяоя: Боится, что я так подумаю?]

[Профессор Фэн: Да. Эта перемена произошла только после того, как он женился на тебя. Я почувствовал это, когда он пришел в последний раз. Ты делаешь что-то, что делает его чувствительным, когда вы покидаете мои сеансы?]

[Му Сяоя: Я... я не знаю.]

[Профессор Фэн: Ты уже раньше показывала, что у тебя плохое настроение?]

Му Сяоя помолчала. За менее чем три месяца, что она была с Бай Чуанем, она встречалась с профессором Фэном всего четыре раза и три раза ходила к нему, но казалось, что каждый раз, когда она выходила из здания, ее настроение становилось несколько подавленным. Не только из-за состояния Бай Чуаня, но и потому, что каждый раз, когда она видела других детей, ее настроение подсознательно становилось плохим.

Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня, который серьезно мыл посуду на кухне, и ее мысли начали безостановочно гудеть.

«Сяоя, в следующий раз, когда у меня будет приступ, не подходи ко мне близко, не заботься обо мне, так я не причиню тебе вреда».

«Не ненавидь меня, хорошо?»

«Я могу контролировать себя».

«Не злись, я больше не буду повторять».

«Я изменюсь...»

Внезапно перед глазами все расплылось, нос защипало, в груди стало тесно и немного не хватало воздуха. Му Сяоя крепко сжала в руках подушку и яростно зарылась в нее лицом.

«Оказывается... Бай Чуань сам сделал столько изменений».

«Оказывается... мои эмоциональные колебания так сильно давят на Бай Чуаня».

«Оказывается... Бай Чуань уделяет гораздо больше внимания мне, чем себе».

– Сяоя, Сяоя, – внезапно раздался голос Бай Чуаня.

Му Сяоя вытерла слезы на глазах, подняла голову и сделала вид, будто ничего не произошло. Она улыбнулась и спросила:

– Что случилось?

– У тебя красные глаза, – Бай Чуань нахмурился.

– О, это пустяк... Я... я сейчас немного хочу спать.

– Тогда поспи немного, я только что закончил мыть посуду, сейчас помою кухонную утварь, – Бай Чуань протянул руку и пригладил прядь волос надо лбом Му Сяоя: – Это может мешать глазам.

– Не надо больше мыть, спи со мной.

Му Сяоя обняла Бай Чуаня за талию, и они свернулись калачиком на большой кровати, которую только что купили и не успели застелить, и погрузились в глубокий сон.

Примечание автора:

Продавец матрасов увидел возвращающуюся пару и многозначительно улыбнулся Бай Чуаню.

– Я знал, что вы вернетесь, будьте уверены, я скажу работнику доставить вещь вам в руки.

Бай Чуань. …

– С китайским Днем святого Валентина, вас! Так мило.

Му Сяоя. …

Примечание автора 2:

Сяо Чуань хочет, чтобы Сяоя была счастлива~ Это единственное, что Бай Чуань делал до сих пор: учил ее математике, делал нелепые вещи, выходил из своей комфортной зоны, делал ей сюрпризы, а теперь отказывается идти на лечение... （；へ：）

При взгляде на них сейчас становится очевидно, какой большой путь они прошли （ * ﾟーﾟ）

Что же ждет нас дальше? Жду с нетерпением! ( ･∀･ )

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 51 - Сяоя любит меня

До тех пор, пока она была в городе Юньчэн, Му Сяоя возвращалась в родительский дом каждые выходные. Она также не уходила после еды, а оставалась с раннего утра до вечера; ее визит затягивался на целый день. Ее частота посещения дома становилась более частой, чем раньше. Родители семьи Му задавались вопросом, издевались ли над их дочерью в семье Бай.

– Скажи мне честно, тебе неудобно оставаться в доме семьи Бай? – Шэнь Цинъи воспользовалась тем, что Бай Чуаня забрал ее муж, и украдкой отвела дочь в сторону.

– О чем ты говоришь? Ты не представляешь, насколько все меня любят, – Му Сяоя не знала, как ей реагировать.

– Тогда почему ты такая липкая, как жвачка, каждый раз, когда возвращаешься?

– …Как я могу быть жвачкой? – Му Сяоя отказалась признавать правду.

– Какая замужняя девушка похожа на тебя? Ранним утром бежит обратно в дом своей матери и не хочет уходить до окончания ужина.

– Дело не в том, что я замужем, но я боюсь, что вы будете думать, что ваша дочь больше не любит вас, поэтому я возвращаюсь, чтобы чаще проводить с вами время, – Му Сяоя опустила глаза, не позволяя матери увидеть эмоции в ее глазах.

«Я просто… Я хочу проводить с тобой больше времени».

– Не волнуйся, это начало учебного года. Несмотря на то, что мы с твоим отцом заняты, как мы можем не скучать по тебе? – Шэнь Цинъи с улыбкой ткнула дочь пальцем в лоб. – Но ты без колебаний приезжаешь сюда каждые выходные. Когда я наконец заканчиваю со старшими классами, то устаю еще больше, так как мне придется по возращению готовить для тебя.

– Я твой ребенок. Как ты можешь относиться к своим ученикам лучше, чем ко мне, а? – Му Сяоя немного ревновала.

– Что с тобой не так? Я вернулась, чтобы приготовить для тебя. После того, как ты уйдешь вечером, мне все еще нужно подготовиться к завтрашними урокам, – Шэнь Цинъи проигнорировала ее.

– О~~

Му Сяоя знала, что ее мать будет очень занята со своими старшеклассниками в этом году, и у нее также есть занятия по выходным для старшеклассников. Она определенно увеличит нагрузку на свою мать, если будет возвращаться так часто. Но если она не вернется на выходные, когда она сможет проводить с ними время?

– Кроме того, тебе не нужно покупать так много вещей каждый раз, когда ты возвращаешься. Семья Бай богата, но ты не можешь так тратить. Замужней девушке нехорошо все время покупать вещи для своих родителей, – Шэнь Цинъи предупредила: – Кроме того, нам с твоим отцом очень хорошо платят, нам не нужно, чтобы ты что-то покупала.

– Это мои собственные деньги, – возразила Му Сяоя.

– Разве вы с Фан Хуэй не стремитесь сделать бренд больше и стабильнее, поэтому тебе следует сэкономить деньги на будущее. Хотя мама не очень разбирается в бизнесе, но деньги нужно тратить на бизнес, например, инвестиции.

– Не беспокойся об этом. Все под контролем, – бренд будет становиться все больше и стабильнее, но она не знала, сколько времени потребуется для такого достижения. По крайней мере, в течение четырех она знала, что он не достигнет уровня Хайкоу, как когда-то хвасталась Фан Хуэй. Так что ей нет необходимости экономить деньги.

– Ты когда-нибудь покупала что-нибудь для семьи Сяо Чуаня? Разве ты не говорила, что дизайн интерьера в твоей студии был оплачен Бай Чжэном? – спросила Шэнь Цинъи, чистя картошку.

– Был... подарок, – немного виновато ответила Му Сяоя. Она пообещала сшить обувь по индивидуальному заказу для матери Бай Чуаня, но она настояла на том, чтобы должна заплатить, сказав, что она должна быть первым клиентом ее студии. Что касается обуви, которую она разработала, у семьи Бай есть по три пары каждой, но за счет денег Бай Чуаня.

– Что ты имеешь в виду?

– Это подарок, он не очень ценный, – неважно, что бы ни подарил Бай Чуань, это было то, что она подарила. Точно так же, как то, что она подарила своим родителям, это было равносильно подарку Бай Чуаня.

– Ценность не важна, главное – это намерения, ты понимаешь?

– Понимаю, конечно понимаю, почему ты всегда придираешься ко мне, ах, это твоя менопауза?

– Если бы это была моя менопауза, я бы изводила тебя до смерти.

– Хорошо, хорошо, хорошо, я не буду возражать, когда придет время, я понимаю. – «Если... если я смогу дождаться этого».

Му Сяоя отвлеклась и срезала слишком большой слой корнеплода вместе со шкуркой.

– Айо, я позволила тебе взять нож, и теперь эта картофелина вдвое меньше своего первоначального размера. Иди и поиграй с Сяо Чуанем.

Мать вытолкала Му Сяоя из кухни, но вместо того, чтобы искать Бай Чуаня в кабинете, она вернулась в свою комнату. Она сидела за столом, прислонившись подбородком к столу. Вся ее тело казалось парализованным и бескостным, она тупо смотрела на пейзаж за окном.

«Прошло почти три месяца, время летит так быстро, ах. Листья во дворе начали опадать».

На самом деле за последние три месяца произошло много всего. Окончив учебу, выйдя замуж и открыв студию, Му Сяоя подумала, что ее три месяца были более насыщенными, чем ее предыдущие 20 лет. Но почему она всегда чувствовала себя опустошенной? Может быть, это было потому, что у нее больше не было времени, чтобы тратить его впустую.

Каждый раз, когда она возвращается домой, ее настроение было сложным, потому что каждый раз, когда она видела своих родителей, это словно напоминание о том, как мало времени у нее осталось. Это чувство намного менее болезненное, когда она вместе с Бай Чуанем, иногда она даже забывает о своем генетическом заболевании. Му Сяоя знает, что она так себя чувствует, потому что она изменила судьбу Бай Чуаня, когда он был ранен в пожаре, но в конечном счете она не смогла изменить конец своих родителей.

Что касается Бай Чуаня, даже если он потеряет ее, у него все еще есть его семья. В прошлой жизни он провел четыре года без ее общества.

– Сяоя~~

Голос Бай Чуаня внезапно раздался позади нее.

Му Сяоя обернулась и подсознательно улыбнулась, как только увидела его. «Да, ах, Бай Чуань в этой жизни определенно будет жить лучше».

Увидев улыбку Му Сяоя, Бай Чуань вздохнул с облегчением. Все прошло, гнетущая атмосфера, которая только что окутала Сяоя, исчезла.

– Мой папа снова потащил тебя решать олимпиадные математические задачи? – с тех пор, как он обнаружил, что Бай Чуань любит использовать простейшую формулу при решении олимпиадных математических задач, отцу Му нравилось таскать Бай Чуаня для решения задач. Он хотел бы, чтобы Бай Чуань мог каждый год решать все новые олимпийские математические задачи. Таким образом, он будет более осведомлен, читая лекции ученикам; даже тем, у которых нет хорошего фундамента.

– Да, – Бай Чуань кивнул.

– Мой папа такой надоедливый. В следующий раз не обращай на него никакого внимания, чтобы тебе не пришлось решать за него задачи весь день.

– Не раздражает, – на самом деле Бай Чуань действительно любит решать задачи, потому что каждый раз, когда он решает задачу, он вспоминает дни, когда помогал Му Сяоя изучать математику. В течение четырех лет, когда Му Сяоя училась в университете, она часто обсуждала с ним математику в его кабинете.

Бай Чуань подошел, выглянул в окно напротив Му Сяоя и увидел свой собственный двор.

– Давай сходим туда после обеда, – хотя Бай Чуань никогда этого не говорил, Му Сяоя знала, что он скучает по бабушке Бай. Так что каждый раз, когда она приходила сюда, они с Бай Чуанем заходили в соседний дом, чтобы осмотреться. Иногда они берут одну или две книги, иногда ничего не берут и просто гуляют по двору.

– Да.

После обеда они вдвоем отправились в соседний дом.

– Сяо Чуань, пойдем в твою старую комнату, посмотрим, – даже после стольких визитов Му Сяоя все еще не была в комнате Бай Чуаня.

– Хорошо, – Бай Чуань повел Му Сяоя наверх, затем толкнул дверь с правой стороны лестницы. – Здесь.

– Разве твоя комната не там? – Му Сяоя посмотрела на маленькую комнату перед собой, затем подсознательно посмотрела на главную спальню слева.

– Переехал сюда, – Бай Чуань вошел, и в маленькой комнате было не так уж много места, чтобы осматриваться. Он окинул взглядом комнату, схватил книгу со стола и тихо сел на кровать в комнате.

В это время вошла и Му Сяоя. Она посмотрела на маленькую комнату площадью всего семь или восемь квадратных метров, и ее глаза наполнились замешательством.

Планировка ее дома такая же, как у бабушки Бай, но комната, в которой жил Бай Чуань, самая маленькая на втором этаже, с окном, выходящим на север. Даже когда погода особенно хорошая, солнечный свет проникает внутрь только вечером. В их доме эта комната всегда использовалась как кладовка. Му Сяоя не понимала, как бабушка Бай могла позволить Бай Чуаню жить в этой комнате, зимой там было бы так влажно.

Му Сяоя внимательно наблюдала. Чем дольше она наблюдала, тем больше открывала для себя. Детали этой комнаты были похожи на комнату, в которой они живут сейчас. Светло-серая кровать, белые стены, серо-белый письменный стол, обращенный к северному окну. Это было похоже на две горошины в стручке, стол, две лампы на столе и угол наклона стола были точно такими же, как в комнате, в которой они живут.

– Отсюда ты можешь видеть мою комнату, – Му Сяоя выглянула в окно и увидела розовые и белые занавески в своей комнате напротив.

– Да, – Бай Чуань кивнул.

– Тогда ты часто подглядывал за мной раньше, а? – пошутила Му Сяоя.

– Да.

Откровенность Бай Чуаня вызвала у Му Сяоя, которая изначально была счастлива, шок.

– Когда ты переехал сюда? – спросила Му Сяоя шепотом, но в ее сердце уже был смутный ответ, но она хотела подтвердить его.

– 1 октября 2015 года, – память Бай Чуаня всегда точна в определение даты.

Это мои первые каникулы на первом курсе.

Му Сяоя больше не осмеливалась спрашивать. Она боялась, что если попросит слишком многого, то не выдержит. Но она чувствовала, что должна дать какой-то ответ…

– Сяо Чуань, я тебе действительно нравлюсь, верно? – Му Сяоя задала вопрос, на который она уже знала ответ.

– Нравишься.

– Ты мне тоже нравишься.

Это был первый раз, когда Бай Чуань услышал, как Му Сяоя сказала, что он ей нравится. Он был очень счастлив. Он стоял перед Му Сяоя и улыбался, как ребенок, который впервые попробовал сахар.

– Я не буду заглядывать в будущее. Я... я буду выглядеть достойно.

– Хорошо.

Они немного побродили вокруг, затем вернулись, но хорошее настроение Бай Чуаня продолжалось, и даже родители Му заметили это.

– Ты нашла деньги? Так счастлива после возвращения, – Шэнь Цинъи с сомнением посмотрела на свою дочь.

П. п.: Нахождение денег на улице обычно приводит людей в хорошее настроение и символизирует удачу.

– Сяо Чуань не будет счастлив, потому что он получил деньги. Ваш зять не поверхностный человек, – сказала Му Сяоя.

– Почему Сяо Чуань так счастлив, а? – с любопытством спросил Му Жочжоу.

– Спроси его сам, – Му Сяоя отказалась быть посредником. Она обнаружила, что ее родители все еще не отвыкли относиться к Бай Чуаню как к пациенту, который плохо умеет общаться. Но было ясно, что Бай Чуань добился большого прогресса.

Шэнь Цинъи взглянула на Бай Чуаня и взяла палочками для еды кусочек картофеля, чтобы положить в его миску. Она улыбнулась и спросила:

– Сяо Чуань, почему ты так счастлив сегодня, а?

Му Жочжоу тоже был заинтересован и ждал ответа.

Бай Чуань перестал пользоваться палочками для еды и уставился на свою тещу, которая серьезно спросила его, а затем радостно ответил:

– Я нравлюсь Сяоя.

– Пффф~~

Му Жочжоу, услышавший ответ, не смог удержаться от смеха.

– Глупый мальчик, если бы ты не нравился Сяоя, зачем бы ей выходить за тебя замуж? – Шэнь Цинъи тоже засмеялась.

– Да, – он узнал об этом только сегодня.

Примечания автора:

Когда Сяоя вернулась из школы, она обхватила щеки руками и сказала с большим восхищением:

– Мой одноклассник, который сидит за одним столом, признался мне.

– Что такое признание? – спросил подросток Бай Чуань.

– Это когда кто-то говорит тебе, что ты ему нравишься, ах.

Бай Чуань. Сяоя призналась мне, ха-ха…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 52 - Сделать лучше

Новая мебель для дома была почти вся куплена. Они могут пойти в бизнес-зал в понедельник, чтобы получить доступ в интернет, и могут зарегистрироваться в любое время. Семья Бай также подготовилась к тому, что Му Сяоя и Бай Чуань могут уехать в любое время. Они всегда спрашивали, чего им не хватает за обеденным столом.

– У нас есть все. Я еще не все потратила на карточке для покупок, которую дал старший брат, – сказала Му Сяоя.

– Так дешево?

«Даже не потратила миллион юаней на отделку дома».

Му Сяоя оставалось только промолчать.

«Извините, я ошиблась. Я не смогла потратить даже миллион, действительно крайне бесполезная».

– Кхе… когда ты собираешься переезжать? – Ли Жун с отвращением посмотрела на своего сына. «Сколько ты потратил на других?» От этого Бай Чжэну, которого ругали за то, что он давал деньги, пришлось молча склонить голову.

– На следующей неделе, – улыбнулась Му Сяоя. – Хотя недавно купленная мебель не имеет запаха, я все равно хочу проветрить ее.

– Да, устроить вентиляцию безопаснее, так не останется никаких вредных газов, – Ли Жун начала свой бизнес вместе со своим мужем. Она много страдала и была более приземленной, чем ее старший сын.

– Вторая юная госпожа, когда вы переедете, я возьму служащих семьи, чтобы помочь вам прибраться, – дядя Ли пришел с фруктами после ужина и вставил это предложение с улыбкой. Недавно обставленный дом нуждался в тщательной уборке, и молодые люди, такие как второй молодой мастер и вторая молодая госпожа, определенно не будут хороши в этом.

– Больше нет необходимости в уборке, да и дом невелик. За последние два дня я почти все убрала, – Му Сяоя улыбнулась и пригласила: – Но когда мы переедем, каждый сможет помочь нам оживить дом вместе.

– Это хорошо, как насчет следующей недели? Я скажу секретарю, чтобы он освободил время, – как президенту, хотя у него много денег, ему часто приходится развлекаться по выходным. Бай Гоюй знает, что когда у тебя есть деньги, у тебя обычно нет времени.

– Тогда... в субботу я скажу своим родителям тоже прийти, – предложила Му Сяоя.

– Хорошо, я сообщу секретарю, – Бай Гоюй начал отправлять сообщение секретарю со своего мобильного телефона. Бай Чжэн также молча перестал пользоваться палочками для еды и воспользовался своим мобильным телефоном, чтобы очистить свое расписание.

– Не надо! – внезапно Бай Чуань, который некоторое время молчал, заговорил, глядя на всех с серьезным выражением лица.

– Сяо Чуань? – Му Сяоя озадаченно посмотрела на Бай Чуаня.

– Что не так?

– Чего ты не хочешь? – остальные переглянулись и перевели на него взгляд.

– Я не хочу, чтобы вы приходили, – Бай Чуань нахмурился и с неохотой сказал: – Это наш с Сяоя дом.

В столовой на мгновение воцарилась тишина.

Бай Гоюй, который только что уведомил секретаря, молча убрал свой мобильный телефон. Бай Чжэн тоже не стал уточнять свое расписание, вместо этого он снова взял палочки для еды и поднес кусок ребрышек ко рту. Ли Жун, которая всегда была рада видеть, как ее сын общается, была в сложном настроении. «Может быть, это та самая легендарная невестка, которая забыла свою мать, и теперь ей даже не разрешили приходить в новый дом?»

– Сяо Чуань, – Му Сяоя заметила, что атмосфера была не очень хорошей, поспешно протянула руку, чтобы потянуть за уголок одежды Бай Чуаня и прошептала: – Дом и мебель были подготовлены нашими родителями и старшим братом. Теперь мы будем жить в нем, мы должны пригласить их в качестве гостей.

«Именно!» Все трое из семьи Бай откликнулись в унисон в своих сердцах.

– У меня тоже есть деньги. Я верну им деньги, – ответил Бай Чуань.

– … – «Я знал, что не должен был давать тебе такую высокую зарплату». Бай Чжэн откусил кусочек свиных ребрышек.

– Кхе… – смущенное лицо Му Сяоя было зеленым, как она может объяснить это Бай Чуаню? – Сяо Чуань, мы семья, а семья часто навещает друг друга.

– Мы будем возвращаться на ужин каждую неделю, – это было решено, когда они решили переехать, и Му Сяоя пообещала это родителям Бая. Каждые выходные она будет приводить Бай Чуаня на ужин. В субботу будет дом семьи Бай, затем в воскресенье будет дом Му, равное отношение к обеим сторонам.

У Му Сяоя болела голова, и она обхватила свой лоб рукой. «Как может быть такая ситуация? Очевидно я знаю, что это неправильно, но я не знаю, как это объяснить!»

Атмосфера была патовой, и в конце концов Ли Жун разрядила обстановку и сказала:

– Если ты не хочешь, чтобы мы приходили, тогда мы не пойдем. В любом случае это будет то же самое, когда вы будете возвращаться на выходные.

– То же самое, – Бай Гоюй также согласился. И он и его жена понимали, что когда Бай Чуань упорствовал, то никто не мог объяснить ему его неправоту.

– Хм! – только Бай Чжэн осмелился выразить свое недовольство фырканьем, но это было всего лишь фырканье. Когда он фыркнул, он не осмелился взглянуть на Бай Чуаня.

Хотя семья Бай пошла на компромисс, приятный ужин утратил свою приятную атмосферу. Из всего стола только Бай Чуань не подвергся этому изменению и продолжал весело есть. Хорошо поев, он отложил палочки для еды и сел в ожидании рядом с Му Сяоя.

– Сяо Чуань, мой компьютер, кажется, немного барахлит. Не мог бы ты помочь мне и взглянуть на него? – Му Сяоя, которая не закончила есть, вдруг сказала Бай Чуаню.

– Хорошо, – Бай Чуань согласился, но не сдвинулся с места.

– Ты можешь посмотреть сейчас? Я хочу использовать его после того, как закончу свою еду.

Все присутствующие поняли, как только Му Сяоя произнесла эти слова, остальные члены семьи Бай посмотрели на нее. Было ясно, что ей нужно поговорить о Бай Чуане.

Но человек, о котором шла речь, Бай Чуань не понял. Он безоговорочно поверил, кивнул и без колебаний встал, чтобы уйти.

– Сяоя, ты хочешь нам что-то сказать? – Ли Жун подождала, пока ее сын уйдет, и сразу же спросила Му Сяоя.

– Да, – ответила Му Сяоя. – Я вернулась немного поздно в субботу, и у меня не было времени поговорить с вами о ситуации с Сяо Чуанем.

– Что не так с Сяо Чуанем?

Суббота – это день, когда Бай Чуань был на встрече у профессора Фэн. Услышав это, Ли Жун подумала, что состояние Бай Чуань изменилось, и ее сердце сразу же защемило. Так же подумали Бай Гоюй и Бай Чжэн.

– Не волнуйтесь, профессор Фэн сказал, что Сяо Чуань чувствует себя очень хорошо, и его эмоции более открыты, чем раньше, – поспешно объяснила Му Сяоя.

– Напугала меня до смерти, – Ли Жун похлопала себя по груди и откинулась на спинку стула. – Итак, что ты собираешься нам рассказать?

– Из-за этого профессор Фэн сказал, что Сяо Чуань хорошо справляется и можно поддерживать его начинания в дальнейшем. Он предложил, чтобы мы позволили Сяо Чуаню… ходить на работу одному, – Му Сяоя сделала паузу в середине своих слов и все же закончила.

– Значит ли это, что нам больше не нужно возить его? – спросил Бай Чжэн.

– Да. Профессор Фэн сказал, что вначале Бай Чуань мог бы взять такси, чтобы ездить на работу в одиночку, что создало бы для него относительно безопасную и менее многолюдную обстановку. После того, как он немного приспособится, он сказал подумать о том, чтобы позволить ему пользоваться общественным транспортом для поездок на работу и с работы, – сказала Му Сяоя.

– Нет, как я могу позволить Сяо Чуаню ездить на автобусе на работу и с работы? Он боится людных мест, не говоря уже о том, чтобы отпускать его одного, – Ли Жун была первой, кто возразила.

– Вопрос о том, чтобы сесть на автобус, зависит от комфорта Сяо Чуаня. Только когда он адаптируется, он сможет поехать. Если он не сможет адаптироваться, то я его не отпущу, – объяснила Му Сяоя.

– Нет, я не согласна позволять Сяо Чуаню ездить на работу одному, – Ли Жун решительно отказалась и впервые была очень тверда перед Му Сяоя.

– Сначала успокойся и послушай слова Сяоя, – Бай Гоюй и Бай Чжэн были гораздо спокойнее, чем Ли Жун.

– Мама, я знаю, что ты беспокоишься о Сяо Чуане, и я тоже беспокоюсь о нем. Но я хочу, чтобы Сяо Чуань научился некоторым базовым жизненным навыкам. По крайней мере, когда он выйдет один, мы не будем так волноваться, как в прошлый раз. Я хочу, чтобы он изменился к лучшему, – Му Сяоя искренне сказала: – Конечно, я не брошу Сяо Чуаня в толпу сразу. Я думаю, что сперва я подпишу ежемесячное соглашение с компанией такси, чтобы они присылали машину, чтобы забрать Сяо Чуаня утром и вечером. Я буду в курсе ситуации с водителем и автомобилем заранее, так что, даже если автомобиль и водитель каждый день разные, безопасность Сяо Чуаня гарантирована.

– Меняй водителей каждый день, чтобы Сяо Чуань не узнал, что эти машины были специально организованы тобой, это побудит его лично пообщаться с водителем, – Бай Чжэн сразу понял намерение Му Сяоя.

– Да, я также обдумала вопрос об автобусе, – Му Сяоя продолжила: – Возле моей студии есть автобусная остановка, с которой автобус идет прямо в компанию. Я буду каждый день сажать Сяо Чуаня в автобус и ждать, когда Сяо Чуань прибудет на остановку у компании...

– Я могу попросить охранников ждать его каждый день, – Бай Чжэн ответил немедленно.

– Ты очень заботливый, – услышав это, Бай Гоюй кивнул. Му Сяоя отправляет его, в то время как Бай Чжэн договаривается, чтобы кто-нибудь забрал его, так что пока Бай Чуань не выйдет из такси во время поездки, несчастных случаев не будет.

– Тогда что, если водитель ненадежен или если Сяо Чуань выйдет не на той станции, когда сядет в автобус, как мы сможем найти Сяо Чуаня? – когда человек чрезмерно обеспокоен, он обнаружит все скрытые опасности в мире. Как мать, Ли Жун легко обладает этой способностью.

– В мобильном телефоне теперь есть функция GPS, и я могу проверить местоположение Сяо Чуаня в любое время, – Му Сяоя также приняла это во внимание.

– Тогда что, если мобильный телефон потеряется, снаружи так много воров, а Сяо Чуань медленно реагирует.

– … – Му Сяоя понимает беспокойство Ли Жун, но если она действительно будет следовать мыслительному процессу Ли Жун, то даже нормальный человек в обществе не будет в полной безопасности, не говоря уже о Бай Чуане. Под такой чрезмерной защитой он никогда не сможет жить самостоятельно. Но Ли Жун – старшая и ее свекровь. Хотя Му Сяоя не согласна с ней, у нее не хватит твердости, чтобы опровергнуть ее.

– Тогда у него может быть дополнительное GPS-устройство, – в это время внезапно сказал Бай Чжэн. – Я могу установить GPS-прибор в часы Сяо Чуаня, но Сяо Чуань чувствителен в этом аспекте. Кажется, он способен уловить даже мельчайшие изменения в часах. Я установил для него GPS раньше, но он сразу же выбросил его. У тебя есть какой-нибудь способ, чтобы он не избавился от прибора?

– Я постараюсь, – ответила Му Сяоя.

– Бай Чжэн, как ты...

– Мама, если ты хочешь, чтобы Сяо Чуаню стало лучше, не переусердствуй, – перед Ли Жун у Бай Чжэна не так много угрызений совести, как у Му Сяоя. Не дожидаясь, пока она закончит говорить, Бай Чжэн прямо прервал ее.

– Я...

– Я согласен, – Бай Гоюй также выразил свое отношение в это время.

Четыре человека, трое против одного, Ли Жун не нашла, что сказать, и замолчала.

– Тогда этот план начнется, когда мы с Бай Чуанем съедем, – наконец подтвердила Му Сяоя.

– Хорошо, через два дня я отдам тебе часы, – Бай Чжэн кивнул.

– Тогда я пойду наверх, папа, мама, старший брат, спокойной ночи, – Му Сяоя виновато взглянула на Ли Жун. Она могла понять беспокойство своей свекрови, но ей еще предстояло кое-что сделать.

Как только Му Сяоя ушла, Ли Жун не могла дождаться, чтобы сказать своим мужу и сыну:

– Что с вами двумя происходит? Разве вы не согласились, когда Сяо Чуань выходил один раньше? Ты забыл, что Сяо Чуань пропал на целый день и ночь четыре года назад? Что случилось за один день и одну ночь? Когда он вернулся, его колени и локти были в крови, и мы не знаем, кто его ударил...

Четыре года назад профессор Фэн однажды предложил, чтобы они умеренно позволяли Бай Чуаню свободно передвигаться. Однако как только Бай Чуань внезапно исчез, семья Бай не могла найти его в течение целого дня и ночи, и когда Бай Чуань вернулся на следующий день, на нем были пятна крови, а синяки были особенно сильными. Врач сказал, что, скорее всего, его сбила машина. С тех пор как произошел этот инцидент, семья Бай больше не осмеливается отпускать Бай Чуаня одного.

– Нынешнее положение Сяо Чуаня намного лучше, чем было в то время, – сказал Бай Гоюй: – И я думаю, что Сяоя права. Мы должны позволить Сяо Чуаню выработать в обществе немного здравого смысла.

– Тогда если произойдет несчастный случай, просто если вдруг он случится, вы подумали о последствиях? – сказала Ли Жун с закрытыми глазами. – Я также знаю, что Сяоя хочет помочь Сяо Чуаню стать более независимым. В конце концов, никто не хочет, чтобы ее муж был аутистом...

– Мама!

– Ли Жун!

Бай Чжэн и Бай Гоюй одновременно остановили следующие слова Ли Жун на случай, если она скажет что-нибудь непоправимое.

– Мама, я знаю, что тебе не все равно, но Му Сяоя сделала это для Сяо Чуаня от своего имени. Разве ты не видишь, если она думала о Сяо Чуане только как об аутичном человеке, почему она согласилась выйти за него замуж? Если бы это было просто для того, чтобы удовлетворить последнюю волю бабушки, она могла бы развестись в любое время после того, как бабушка скончалась, – напомнил Бай Чжэн.

Бай Гоюй сначала взглянул на своего сына, а затем повернулся, чтобы успокоить жену, которая потеряла дар речи, услышав правду:

– Разве мы не говорили об этом? Чтобы передать Сяо Чуаня под опеку Сяоя?

– Мне жаль. Лао Бай, я просто слишком напугана. Я не могу смириться с несчастным случаем с Сяо Чуанем. В конце концов, Сяо Чуань был… из-за меня… – профессор Фэн рассказал им о причине «синдрома ученого». Существует медицинская теория, так называемая «гипотеза травмы левого полушария мозга». Другими словами, повреждение, полученное левым полушарием мозга пациента, то есть стороной, которая «отвечает» за социальное взаимодействие, вызовет аномальное развитие правого полушария, то есть стороны, которая «обрабатывает» информацию. Такого рода повреждения с большой вероятностью могли произойти во время беременности и привести к дисплазии головного мозга. Итак, Ли Жун всегда думала, что аутизм Бай Чуаня был вызван ее истощением во время беременности.

– Нет, это не из-за тебя, – Бай Гоюй всегда знал о сердечной боли своей жены. Утверждение профессора Фэн было всего лишь предположением и не может быть полностью подтверждено. Если это было из-за того, что его жена была слишком истощена во время беременности, то он был виновником. В то время компания была занята финансированием и выходом на публику. Он был так занят, что не оставался дома три-четыре месяца подряд, а Ли Жун была на шестом месяце беременности, и ей приходилось заботиться о больном Бай Чжэне.

П.п.: Итак, для читателей, у которых нет делового чутья, когда частная компания становится публичной, это означает, что акции компании могут быть проданы публично, это способ привлечения новых инвестиций и притока денежных средств в компанию, что является довольно большим шагом! Кроме того, результаты деятельности компаний, налоги и прочее могут быть опубликованы публично, поскольку теперь это государственная компания, а не частная.

Бай Чжэн знал, что его родители снова стали винить себя в том, что касается его младшего брата. Если бы преступников заносили в список, ему в то время было всего пять лет, и он заболел в неподходящее время, поэтому он был одним из виновников и должен был там присутствовать. Но что толку в раскаянии, может ли самобичевание вылечить Сяо Чуаня?

– Не нужно бояться, – нетерпеливо сказал Бай Чжэн. – Этот человек, Му Сяоя, не имеет кровного родства с нашим Сяо Чуанем, но осмеливается пойти на этот риск. И как его родители вы все еще не в состоянии это поддержать?

Рассуждения Бай Чжэна имели некоторый смысл, но чем ближе были люди, тем больше они волновались. Но его вопрос заставил Ли Жун очнуться, любовь несет ответственность, которая выходит за рамки терпимости.

– Да, ты прав. Я не возражаю, я поддерживаю это, – Ли Жун вытерла слезы и отстранилась от объятий мужа. – Я умоюсь.

Бай Гоюй подождал, пока его жена уйдет, и повернулся, чтобы посмотреть на своего старшего сына, который сидел напротив него, затем спросил с большим интересом:

– Это ты больше всего беспокоился о Му Сяоя и Сяо Чуане раньше. Как ты можешь так сильно доверять ей сейчас?

Бай Чжэн взглянул на своего отца и ничего не ответил.

– Я спросил тебя! – настаивал Бай Гоюй, даже если его младший сын игнорировал его, его старший сын должен был ответить.

– Я начал чувствовать себя неловко, потому что ты слепо верил. Но теперь я чувствую облегчение, потому что долгое время наблюдал, – оставив это предложение, Бай Чжэн тоже вышел из столовой.

Бай Гоюй с улыбкой покачал головой и взял зубочисткой кусочек арбуза с подноса с фруктами, чтобы съесть.

– Господин, у вас высокий уровень сахара в крови, и вы не можете есть арбуз, – дядя Ли остановил арбуз в руке Бай Гоюй.

– Я не могу есть... Тогда зачем ты это приготовил, а?

«Разве я не могу его съесть?»

– Вторая юная госпожа любит арбуз, – улыбнулся дядя Ли.

– …

————

Когда Му Сяоя вернулась в комнату, Бай Чуань сидел за столом и уставился в компьютер. Он немедленно сообщил о происходящем Му Сяоя:

– Видеокарта – это то, что приводит к нестабильности программы. Я переустановлю программу, и он скоро будет пригоден для использования.

– Не волнуйся.

Первоначально это было оправданием, Му Сяоя, естественно, не волновалась.

– После обновления системы он будет работать.

Компьютер Сяоя был оснащен пиратскими системами, которые были не только нестабильны, но и несовместимы, неудивительно, что он был непригоден для использования.

– Спасибо.

Бай Чуань улыбнулся. Он уже был очень рад помочь своей жене.

– Сяо Чуань, только что внизу, когда ты отказался пустить своих родителей на наше новоселье, они не были счастливы, – Му Сяоя все еще хотела обсудить этот недавний вопрос с Бай Чуанем, но в столовой было так много людей, что она не могла сказать все прямо.

Бай Чуань был ошеломлен, его губы сомкнулись, и он молчал. Однако Му Сяоя чувствовала, что его настроение ухудшилось. Из-за такой реакции видно, что Бай Чуань все еще заботится о семье Бай.

– Может быть, мы позволим им прийти на новоселье в выходные? – Му Сяоя снова предложила: – Просто все вместе поедим, и они скоро уйдут.

Бай Чуань уставился на экран компьютера, его пальцы бессознательно впились в угол стола, его лицо изменилось от нежелания.

– Ты все еще не хочешь, чтобы они пришли?

– Это… наш дом, ты готовишь только для меня, – Бай Чуаню нравился дом, который описала ему Му Сяоя. Он не хочет никаких отличий от ее описания. Он знал, что его идея огорчила его родителей и старшего брата, но он просто не хотел этого. Он пытался смириться с этим, но в конце концов не смог.

– Бабушка сказала, что если я чего-то не хочу, я могу отказаться, – Бай Чуань внес некоторые изменения из-за Му Сяоя, но есть вещи, которые он все еще не хочет менять.

Голос Бай Чуаня был упрямым, но его лицо выглядело как у обиженного ребенка.

Му Сяоя сразу же почувствовала себя расстроенной и пожалела, что не может взять назад все слова, которые только что сказала. Она ясно знала, что Бай Чуань не обладал гибкостью в этом отношении, он не понимал, как уступить и пойти на компромисс. Но она полагалась на особое отношение Бай Чуаня к ней и попросила его измениться.

– Бабушка права, – Му Сяоя немедленно сменила направление на противоположное.

Обиженный Бай Чуань пораженно поднял голову, удивленный переменой Му Сяоя.

– Если родители сердятся, то мы принесем извинения. Мы не впустим их, если они нам не нужны, – твердо сказала Му Сяоя, как будто она была тем человеком, который не позволил семье Бай прийти на их новоселье.

– Ты злишься?

– Я не сержусь, – Му Сяоя чувствовала, что ей следует подумать: – Сяо Чуань, то, что я говорю, не обязательно правильно. Если у тебя есть что-то, чего ты не хочешь делать в будущем, ты можешь выразить это так же твердо, как и раньше. Когда я это услышу, я обязательно поддержу тебя.

– Тогда… Я извинюсь завтра.

– Я буду с тобой.

Бай Чуань чувствовал, что слова бабушки были действительно правильными. Те, кто действительно любят его, не только будут его любить, но и поймут и поддержат его. Даже если он не преуспеет или даже совершит ошибку, этот человек будет стоять рядом с ним и сопровождать его, чтобы вместе взять на себя ответственность.

– Компьютер работает, – в это время обновление компьютера было завершено.

– О, давай примем душ и ляжем спать.

– Разве тебе не был срочно нужен компьютер?

– …

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 53 — Заботится о семье

На следующее утро.

После завтрака, когда все собирались уходить на работу, Му Сяоя внезапно позвала всех:

– Мама, папа, старший брат, пожалуйста, подождите минутку. Сяо Чуань хочет кое-что сказать.

– Сяо Чуань хочет нам что-то сказать? – Это было неожиданно. Они с большим интересом посмотрели на Бай Чуаня, который сидел напротив них.

Бай Чуань встал под ободряющим взглядом Му Сяоя, посмотрел на троих людей напротив него и начал извиняться:

– Извините, но… Я все еще не хочу, чтобы вы приходили на наше новоселье.

– … – Улыбка на лице Му Сяоя застыла. Она хотела закричать на Бай Чуаня: «Что ты имеешь в виду под этими словами?»

– … –  Родители Бай: «Это извинение или вторая провокация»?

– Понял, – выражение лица Бай Чжэна не изменилось. Он вытер руки салфеткой, встал и вышел. Неизвестно, задело это его или нет.

– Хе-хе, это не имеет значения, мама и папа не сердятся, – после того, как Ли Жун на мгновение напряглась, она решила проигнорировать вторую половину предложения и слушать только первые три слова.

– Да, Сяо Чуань, не беспокойся об этом, – Бай Гоюй также сказал несколько слов для утешения своего сына. Это был первый раз, когда Бай Чуань извинился перед ними.

– Да, – Бай Чуань, которого простили, выглядел счастливым и повернулся к жене за похвалой:– Я извинился.

– Да, да? – Му Сяоя не знала, что еще она должна была сказать.

Выйдя из столовой, Бай Чжэн поправил манжеты и пошел на стоянку, затем завел машину, чтобы ехать на работу.

Он выехал из ворот виллы, затем повернул направо по асфальтированной дороге. Это был один и тот же маршрут, по которому Бай Чуань и он бегали вместе каждый день. Это расстояние в один конец в 2,5 км, а туда и обратно составляло ровно 5 км. Каждый раз, когда они добегают да светофора перед ними, они разворачиваются и бегут обратно.

Бай Чжэн остановил машину и посмотрел на дорогу позади себя в зеркало заднего вида. Дорога все это время не менялось. На светофоре несколько раз менялся свет, но это не могло привлечь его внимания. К счастью, на горной дороге виллы было не так много транспортных средств, и остановка Бай Чжэна не вызвал заторов на дороге, но это привлекло внимание работников.

– Господин, что-то не так с машиной? – сотрудник в униформе подошел с метлой и поинтересовался ситуацией.

– Нет, – Бай Чжэн очнулся от своих мыслей, неосознанно бросил взгляд вперед и увидел зеленый свет.

– Тогда поторопитесь и будь осторожны, чтобы не опоздать на работу.

– Спасибо, – Бай Чжэн кивнул и отпустил тормоз, чтобы продолжить свой путь. После того как он освободил дорогу, сотрудник энергично стал подметать метлой. Его задачей этим утром была только эта последняя часть дороги. Только что машина помешала ему вымести весь мусор, теперь, когда машины не было, он должен быстро собрать весь мусор совком, иначе он не сможет успеть позавтракать дома.

Настроение Бай Чжэна казалось особенно хорошим. Он открыл люк в крыше и позволил солнечному свету и тени беспрепятственно проникнуть в машину. Его улыбающееся лицо выглядело удовлетворенным в струящихся свете и тени.

«Ты знаешь, как извиняться. У тебя есть хоть капля совести».

Родители Бай тоже были в том же настроении, что и Бай Чжэн, но они не были так спокойны, как их старший сын. Как только они вышли из столовой, Ли Жун бросилась прямо в объятия мужа:

– Лао Бай, Сяо Чуань… Сяо Чуань думает о нас, верно?

– Конечно, профессор Фэн не так давно сказал, что Сяо Чуань просто не знал, как выразить себя, но на самом деле он все понимает, – глаза Бай Гоюя тоже были немного горячими. Хотя профессор Фэн сказал это, за все эти годы, кроме гнева, они никогда не видели ни малейшей открытой эмоции на лице Бай Чуаня, и даже не чувствовали, что он заботиться о них. Теперь, когда они ясно почувствовали, что Бай Чуань думает о них. Бай Гоюй ощущал себя даже счастливее, чем когда их компания была публично внесена в список.

– В сердце Сяо Чуаня есть не только Сяоя, но и мы, – Ли Жун была очень рада и счастлива.

– Да.

– Это хорошо!

Му Сяоя не знала, что неловкое извинение Бай Чуаня окажет такое большое влияние на семью Бай. Она отвела мужа к машине и сразу отправилась на работу. Когда она прибыла в студию, Му Сяоя направилась прямо в мастерскую. Кожаные туфли, которые она сшила для Бай Чуаня, были почти закончены, и она хотела завершить все сегодня.

Му Сяоя была занята на работе до полудня и наконец, завершила последние штрихи. Некоторое время она восхищалась ими и хотела найти коробку из-под обуви, чтобы упаковать их. Она будет ждать китайского Дня Святого Валентина через два дня, чтобы подарить их Бай Чуаню. Но после долгих поисков в мастерской она не нашла подходящей коробки для кожаных туфель.

Му Сяоя вышла из мастерской, держа обувь в руках, и спросила Фан Хуэй:

– Фан Хуэй, в нашей студии есть коробки для обуви на заказ?

– Коробки на заказ? О, я забыла об этом, – ответила Фан Хуэй.

– Нет коробки из-под обуви? – упрямо переспросила Му Сяоя.

– Нет, изготовленная на заказ обувная коробка должна быть хорошего качества. Я нашла несколько, но не была удовлетворена ими, а потом забыла об этом, – Фан Хуэй взглянула на туфли в руках подруги, а затем удивленно задала вопрос: – Они уже готовы?

– Да, – Му Сяоя кивнула с улыбкой.

– Покажи мне, – Фан Хуэй наклонилась и забрала кожаные туфли, затем вышла на хорошо освещенную площадку, чтобы рассмотреть поближе. Ее серьезное выражение лица было похоже на профессионального учителя, проверяющего домашнее задание: – Твои линии кроя, клей, эта ручная работа... почти на одном уровне с мастером моего дяди, который проработал на фабрике более десяти лет.

– Как мой уровень может сравниться с ним, – Му Сяоя была очень застенчивой самоучкой. У нее были некоторые таланты в дизайне, но она не могла так быстро развиваться, не накапливая опыт работы в течение длительного времени. Она просто накопила некоторый опыт за четыре года своей предыдущей жизни, но по сравнению с мастером Фу с фабрики, у которого более десяти лет опыта, это было несравнимо.

– Я же вижу твое мастерство, нам не нужно нанимать опытного мастера, просто сделай это сама, – добавила Фан Хуэй.

– Ты хочешь измотать меня, ха-х, – ей потребовалась почти неделя, чтобы самостоятельно сшить кожаные туфли Бай Чуаня. Если бы ей пришлось потом самой шить каждую пару обуви на заказ в студии, не стала бы она слишком занята?

– Я знаю, что ты не хочешь, – пошутила Фан Хуэй. – Это также первая пара обуви на заказ в нашей студии. Позже я попрошу Сяо Синя сделать снимок позже, а затем мы разместим его на нашем сайте. И пара туфель на высоких каблуках твоей свекрови, когда ты их закончишь? Я хочу опубликовать фотографии вместе.

– На следующей неделе, – Му Сяоя прикинула время.

– Такая хорошая обувь обязательно должна идти в паре с высококачественной обувной коробкой, – Фан Хуэй на некоторое время задумалась и сказала: – Я пойду обговорю это с несколькими компаниями.

– Не думаю, что это будет быстро, я не буду ждать новости от тебя. Я лучше пойду и сама куплю коробку.

– На коробке из-под обуви, которую ты купишь, нет нашего логотипа.

– Все в порядке, я нарисую его позже, – эти туфли для Бай Чуаня. Му Сяоя не настаивала на том, чтобы на коробке из-под обуви был логотип студии, но, видя, что Фан Хуэй столь настойчива, не будет проблемой добавить его. В любом случае у нее есть навыки дизайна, нарисовать логотип студии на коробке из-под обуви было очень просто.

– Эх, подожди минутку… – Фан Хуэй, казалось, что-то вспомнила, внезапно развернулась и вошла внутрь. Через некоторое время она достала четыре или пять коробок из-под обуви разных цветов.

– Это коробки-образцы, которые я запросила у нескольких онлайн-продавцов. На них нет логотипа, и они однотонные. Посмотри, можно ли их использовать.

Му Сяоя осмотрела каждую, затем в итоге выбрала темно-синюю обувную коробку и сказала:

– Эта подходит.

– Хорошо, ха-ха, ты выбрала одну из самых дорогих, – Фан Хуэй улыбнулась.

– Сколько она стоит? – Му Сяоя интересовалась ценой коробки из-под обуви, которая была самой дорогой.

– Сто.

– Сотня за коробку из-под обуви? – недоверчиво спросила Му Сяоя.

– Да, не суди об этом только того, что она из-за картона, производитель сказал, что эта обувная коробка – специальная обувная коробка PITAILA. Я не очень хорошо понимаю, какое особое мастерство используется, – Фан Хуэй объяснила: – Однако мне тоже нравится эта коробка для обуви, но она слишком дорогая, и я еще не приняла решение.

– Она очень дорогая.

– Да, еще нужно дополнительно напечатать на ней логотип нашей компании. Это отдельная плата.

– Еще больше увеличивает стоимость… – «Неужели бизнес в наши дни всегда был таким безжалостным»?

– Я подумаю об этом еще раз, но эта коробка для обуви в первую очередь для тебя, – Фан Хуэй собрала остальные коробки из-под обуви и отложила их в сторону. – Я выберу еще несколько, когда посмотрю снова. В любом случае у нас пока нет бизнеса по изготовлению обуви на заказ.

– Хорошо, – это действительно было не срочно.

Му Сяоя взяла коробку, завернула кожаные туфли в пылезащитный чехол, а затем осторожно положила их внутрь. Темно-синяя коробка из-под обуви имеет темные линии внизу. Вы можете почувствовать текстуру линий, прикоснувшись к ним руками. На самом деле ей не нужны никакие другие дополнительные особые черты, нынешний дизайн коробки для обуви и так прекрасен. Но так как она пообещала Фан Хуэй, Му Сяоя начала разрабатывать дизайн. Она посмотрела на гладкую и чистую поверхность обувной коробки, затем через некоторое время ей в голову пришла идея. Она встала и вернулась в мастерскую за акрилом.

Акрил – это тип краски, которую можно наносить непосредственно на обувь и одежду. Краски были яркими и не выцветали. Когда Му Сяоя училась, она любила рисовать акрилом небольшие узоры на своей белой футболке и белых туфлях. Таким образом, не только стоимость одежды была низкой, но и сохранялась ее индивидуальность.

Му Сяоя не хотела слишком вычурно раскрашивать коробку из-под обуви. Она выбрала золотую краску и нарисовала логотип студии в центре обувной коробки. Затем она просто написала три слова ниже:

Кому: Бай Чуаню

И в конце она написала маленькую цифру 001 и свою подпись в нижнем углу коробки.

– Фан Хуэй, ты можешь подойти и посмотреть, удачно ли получилось? – Му Сяоя подозвала Фань Хуэй, чтобы полюбоваться ее шедевром.

– Ты уже закончила? – Фан Хуэй подбежала с кофе, посмотрела на логотип и подняла бровь: – Ты рисовала акрилом?

– Да, цвет не достаточно яркий при использовании цветной ручки, – Му Сяоя объяснила свой выбор.

– Хороший выбор, и не выцветет легко и создает атмосферу высокого класса, – глаза Фан Хуэй скользнули в нижний угол коробки, затем она спросила: – 001, что это значит?

– 001, это означает, что эта пара обуви – первая пара обуви, которую я, Му Сяоя, создала своими руками.

– Это также означает, что Бай Чуань – первый клиент, верно? – Фань Хуэй тихо произнесла: – Ты также можешь показать свою любовь с помощью обувной коробки, никто другой не сможет этого повторить.

– Я не это имела в виду, – Му Сяоя не знала, как ей реагировать на это. – Я просто хочу записать это.

– Просто записать это? – Фан Хуэй взглянула на номер и подпись в правом нижнем углу и внезапно хлопнула себя по бедру и воскликнула: – Это хорошая идея, позже на коробках с обувью из нашей студии будет записан серийный номер и подпись. Пусть у каждой обувной коробки будет серийный номер и подпись дизайнера, например, как у каждого бриллианта есть серийный номер? Правильно, это то, о чем я раньше не думала.

– Не будет ли это слишком преувеличено? – прошептала Му Сяоя.

– Какое еще преувеличение. Бриллианты в ювелирных магазинах стоят всего на 10 000 дешевле. Серийные номера нашего бренда на нашей обуви не будут одинаковыми, в любом случае они будут насчитывать только сто тысяч, – возразила Фан Хуэй.

– Хорошо, подождем, пока ты все это не продашь, – я боюсь, что, когда компания останется открытой в течение следующих нескольких лет, будет неловко, если серийные номера все еще будут состоять из однозначных цифр.

– Ты собираешься сделать подарок Бай Чуаню на китайский День Святого Валентина? – эта дата была совсем скоро, так что Фан Хуэй могла догадаться об этом, не спрашивая.

– Да, – вот почему ей так хотелось найти коробку.

– После этого праздника почти время переезда.

– Переезжаем в эти выходные.

– Ну, я почти закончила выбирать все растения, которые подарю тебе. Я пришлю их в эти выходные на ваше новоселье.

П. п.: Итак, Хуэй означает «растение» по-китайски, ха-ха-ха, поэтому она посылает растения как буквальное напоминание о себе.

– Ты не могла бы... прислать их за два дня вперед? – пробормотала Му Сяоя.

– Почему? – Фан Хуэй была озадачена.

– Хе-хе-хе… Сяо Чуань не любит, когда люди приходят в наш новый дом, – своей улыбкой на милом лице Му Сяоя пыталась заискивать перед ней.

– …Ты, – Фан Хуэй помолчала с угрюмым выражением на лице. – Тогда скажи ему, что мне не нравится, когда он приходит в мою студию.

Примечание автора:

Сяо Я взяла напрокат набор комиксов и притянула Сяо Чуаня, чтобы вместе почитать. Сяо Чуаню не разрешалось читать быстрее, чем ей. Так что Сяо Чуань, прочитав страницу, должен был слушать вздохи молодой девушки.

– Да, собственничество этого мужчины настолько сильно, что мне это очень нравится.

Молодой человек снова удивленно посмотрел на комикс, но увидел только властное заявление главного героя: «Ты и твои вещи можете принадлежать только мне, никому другому».

– Этот человек... несчастен, – Сяо Чуань указал на героиню комикса.

– Что ты знаешь? Внешне главная героиня выглядит так, но на самом деле она счастлива. Смотри… ее лицо покраснело.

После того, как они выросли…

Бай Чуань. Никому не позволено входить в наш дом.

Му Сяоя. Выглядит немного счастливой…

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 54 - Подарок на День святого Валентина

Нерешительность Бай Чжэна привела к тому, что его совесть возобладала, поэтому дата выхода игры была на неделю позже, чем ожидалось, и программисты в отделе исследований и разработок в последнее время были в хорошем настроении. За это время они не только вовремя заканчивают работу, но и приходят на работу как «белые» люди, что было очень счастливым событием.

Они встретились друг с другом и приветствовали улыбкой, подобной весеннему ветерку. Другие отделы с подозрением относились к тому, что в отделе исследований и разработок коллективно повысили заработную плату.

– Что я тебе скажу, я пришел на работу сегодня утром после того, как мама сварила мне пшенную кашу. Это было вкусно...

– Я тоже, в эти дни я прихожу домой на ужин, и моя мама приготовила для меня еду по новогодним стандартам, что действительно красиво.

– Я наконец-то постирал одежду, которую накопила за месяц...

– Я могу менять нижнее белье каждый день...

– …

После минутного молчания группа разразилась коллективным вздохом:

– Вспоминая прошедшую неделю, это действительно была нечеловеческая жизнь...

Все вспоминали и плакали горькими слезами по своей загубленной жизнью. Наконец-то они ели нормальную еду, спали в человеческих условиях и носили чистую одежду.

Как же это было трудно, а?

– Не вздыхай. Подойди и возьми горшочек алоэ для себя, – утром А-Тун Му принес большую коробку с растениями алоэ в горшках и раздавал их по одному.

– Босс, почему тебе вдруг пришло в голову подарить нам алоэ? – спросил кто-то.

– Моя жена сказала, что алоэ может очищать воздух и предотвращать радиацию, поэтому она подарила мне горшок для моего стола, – А-Тун Му радостно поделился: – Я подумал, что у меня не может быть такой хорошей вещи только для меня, поэтому я пошел с женой в цветочный магазин рано утром, чтобы купить горшок для всех.

– Спасибо, босс.

– Босс, ты такой милый.

– Вы демонстрируете неприкрытое публичное проявление любви, – толстяк взял горшок и сказал со скрытой горечью: – В будущем, пока мы будем видеть этот горшок с алоэ, мы будем помнить его происхождение, да ты просто издеваешься над нами.

– Презренный.

– Так вот, оказывается, какова истина!

– Это уже слишком.

В ответ программисты с негодованием осудили это, так как это был китайский День святого Валентина. Они даже не осмеливались зайти в магазин за покупками, так как боялись публичного проявления чувств. Но в результате их босс действительно пришел в офис и прямо при всех сотрудниках продемонстрировал свою привязанность, используя алоэ в качестве средства!

– Заткнитесь-заткнитесь, собака кусает хороших людей и не знает доброй воли, верно? Верните их все мне, – А-Тун Му притворился сердитым.

Как бы они их вернули? После нескольких шуток они держались за алоэ как за свою собственность. Не говоря уже о том, что это растение было достойно того, чтобы стать лучшим украшением природы, поэтому в офисе было несколько дополнительных горшков с алоэ. Мертвый офис сразу же оживился.

– У меня действительно сразу поднялось настроение, – признался Толстяк.

– Да, – А-Тун Му улыбнулся и полил горшок с алоэ на своем столе, так как это дала ему жена, ему пришлось хорошо заботиться о нем.

– Есть горшок и для второго молодого мастера? – Толстяк посмотрел на последний горшок с алоэ.

– Да.

– Уже почти время для прибытия второго молодого мастера, – Толстяк посмотрел на время, и оказалось, как раз пришел тот час, когда Бай Чуань приходит на работу.

Через некоторое время Бай Чуань действительно вошел из-за пределов офиса. Как только Бай Чуань зашел, он ненормально замер в дверях, а затем все же продолжил свой путь.

Глаза А-Тун Му загорелись, второй молодой мастер тоже заметил, что кабинет изменился, поэтому он замер у двери. Когда Бай Чуань оказался рядом с ним, А-Тун Му поспешно поднял последний горшок с алоэ, улыбнулся и остановил Бай Чуаня:

– Второй молодой мастер!

Бай Чуань хорошо запомнил А-Тун Му, благодаря его совету он усилил привязанность между ним и Сяоя. Парень считал А-Тун Му наставником в любви. Поэтому когда Бай Чуань понял, что А-Тун Му зовет его, он остановился, чтобы проявить к нему уважение.

– Второй молодой мастер, вам не кажется, что наш офис сегодня немного другой? – после некоторого периода общения А-Тун Му обнаружил, что на самом деле со вторым молодым мастером было не так уж трудно общаться. До тех пор, пока он найдет правильный метод, второй молодой мастер будет отвечать и не только будет общаться, но и на удивление хорошо разговаривать.

– Да, – Бай Чуань кивнул. Сегодня все действительно по-другому.

«Конечно же он заметил, что я принес алоэ», – А-Тун Му продолжал спрашивать:

– Что изменилось?

– Вы все чистые.

– Все... все… – «…Что он имеет в виду, говоря "чистые"?!»

А-Тун Му не выдержал удара, огляделся и увидел своих коллег, которые подслушивали, навострив уши. Они закрыли свои смущенные лица и закашлялись.

– Кхе… вам это мешало? – А-Тун Му тоже был смущен.

– Все в порядке, – он вернулся в кабинет, закрыл дверь и открыл окно. Все было в порядке, просто когда он пришел сегодня, воздух был намного лучше, и он не привык к этому.

– …Это действительно беспокоило вас, – А-Тун Му в отчаянии поставил растение в горшке перед Бай Чуанем и тихо сказал: – То, что я вам дарю, очищает воздух.

– Зачем дарить мне подарок? – Бай Чуань был озадачен.

Когда кто-то дарит тебе подарок, ты просто принимаешь его. Это ничего не значит, почему ты спрашиваешь что-то? Есть ли хоть какое-нибудь понимания ситуации?

Ну, у второго молодого мастера действительно нет ничего подобного.

– Это… Китайский День святого Валентина почти наступил. В любом случае просто примите это, – А-Тун Му извинился и сунул растение в горшке прямо в руки Бай Чуаня, а затем убежал.

– Китайский День святого Валентина? – Бай Чуань замер, держа алоэ, и увидел, что А-Тун Му не планирует объяснять ему, поэтому он не спрашивал. Он вернулся в свой кабинет, поставил алоэ перед компьютером, некоторое время смотрел на него и начал работать.

В обеденное время Бай Чжэн неожиданно появился в отделе исследований и разработок. Он взглянул на офис, который изменился до неузнаваемости, и почувствовал, что его решение дать отделу исследований и разработок еще одну неделю было полезным. По крайней мере сейчас этот офис напоминал место для людей.

– Здравствуйте, президент.

Бай Чжэн кивнул и направился прямо в кабинет Бай Чуаня. Видя, что Бай Чуань не заметил его прихода, он поднял руку и постучал по столу.

Бай Чуань оглянулся, взглянул на брата, затем снова продолжил работать.

– …

Бай Чжэн выдержал это и позвал:

– Сяо Чуань, пора обедать.

– Обед не был доставлен, – нынешние ответы Бай Чуаня были намного быстрее, чем раньше. По крайней мере, теперь, когда с ним разговаривают, он не будет отвечать так медленно, как раньше.

– Мы сходим куда-нибудь поесть, – сказал Бай Чжэн.

Бай Чуань взглянул на него, ничего не сказал, повернул голову, чтобы продолжить работу, чтобы выразить действием свое нежелание уходить.

– Я был зол, что ты отверг меня вчера, – Бай Чжэн опустил глаза, и он намеренно пожаловался.

– Я извинился, – напомнил Бай Чуань.

Бай Чжэн поднял брови и спросил:

– Я принял это?

– Ты сказал… «понял», – Бай Чуань был поражен его логикой. Было же понятно, принял он или нет.

– То, что я понял тебя, не значит, что я прощаю.

Бай Чуань поджал губы, чувствуя себя немного подавленным. Он явно извинился, почему старший брат не простил его?

– Пообедаешь со мной в полдень, тогда я тебя прощу, – Бай Чжэн попросил «компенсацию».

Бай Чуань некоторое время колебался, затем отодвинул клавиатуру и встал.

– Пойдем, – Бай Чжэн обернулся, демонстрируя довольную улыбку. «Если ты думаешь, что фраза "прости" позволит мне простить тебя… пусть старшей брат должным образом научить тебя, что в мире нет таких бесплатных вещей».

Бай Чжэн специально не пригласил Бай Чуаня в ресторан, но нашел столик в кафетерии для персонала, чтобы поесть как ни в чем не бывало. Однако новость о том, что два брата Бай обедают за одним столом впервые за три года, все еще распространилась по всему зданию компании и успешно дошла до ушей председателя, прежде чем тот закончил свою работу.

Реакция Бай Гоюя, услышавшего это, заключалась пораженном виде и мыслях о том, что это было невозможно… действительно… слишком невероятно.

Он сердито пошел в кабинет Бай Чжэна и с апломбом спросил:

– Ты обедал с Сяо Чуанем в полдень?

– Да, – ответил Бай Чжэн.

– Почему ты не позвал меня?

– Зачем тебя звать? – спросил в ответ Бай Чжэн.

– Что за неблагодарный сын! Я еще не обедал.

– Хех... не ел, ты должен пойти со своим секретарем, – Бай Чжэн усмехнулся и продолжил свою работу.

– … – Он это серьезно? Бай Гоюй не мог смириться с тем, что его старший сын отнесся к нему с таким пренебрежением, однако с Бай Чжэном ничего нельзя было поделать. В конце концов у него не было другого выбора, кроме как неловко спросить: – Как, черт возьми, ты это сделал?

Бай Чжэн взглянул на своего родителя, подумав про себя, что все же это был его отец, поэтому он не мог быть таким непослушным и так ответил прямо ему в лицо:

– Я сказал, что очень зол из-за вчерашних событий и что я не прощу его, если он не пойдет со мной на обед.

– Ты... презренный, – Бай Гоюй ругал сына за то, что он был бесстыдным хитрецом, и задавался вопросом, может ли он сделать то же самое.

– Если ты хочешь сделать то же самое, утром… – Бай Чжэн уже прочитал мысли своего отца, – вы с мамой простили его?

– Кто хочет сделать то же самое, – «Если бы я знал, я бы не простил Сяо Чуаня так быстро. Теперь я не могу сделать то же самое, даже если бы захотел. Нет, как он мог быть похож на Бай Чжэна, бесстыдно шантажируя своего ребенка».

Председатель Бай пришел злой и ушел еще злее. Лу Ян боялся, что в компании произошло что-то серьезное. Он был в ужасе весь день, и даже когда он ушел с работы, он не получил никаких специальных инструкций, однако президент его компании, казалось, был в хорошем настроении.

Похоже, что его карьерная чувствительность была несколько неточной.

***

В мгновение ока наступил китайский День святого Валентина. В этот день Му Сяоя встала раньше обычного. Она воспользовалась отсутствием Бай Чуаня, когда тот был на пробежке. Девушка быстро переоделась в красивое платье, надела туфли на высоких каблуках и нанесла легкий макияж.

После своего перерождения она уже давно не представала перед другими людьми в таком прекрасном виде. Не было необходимости брать интервью, общаться, заводить новых друзей или посещать вечеринки. До сегодняшнего дня Му Сяоя даже не осознала, что с момента своего перерождения она ни разу не одевалась для своего мужа.

Посмотрев в зеркало, она снова осмотрела свой внешний вид, удовлетворенно улыбаясь. Му Сяоя взяла коробку с обувью, вышла и встала лицом к двери спальни, ожидая, когда войдет Бай Чуань.

«В этот момент Сяо Чуань должен быть у двери. Какое у него будет выражение лица, когда он толкнет дверь и увидит меня в таком наряде?»

Когда эта мысль пришла в голову, за дверью послышались шаги Бай Чуаня.

*Скрип...* Дверь спальни открылась, и вошел потный Бай Чуань. Он привычно взглянул на кровать, но неожиданно обнаружил немного другую Му Сяоя.

В это время шторы на балконе были раздвинуты, и солнечный свет разлился по всей комнате. Ресницы Му Сяоя отбрасывали тень, эта тень опускалась на нос, затемняя его. Но губы резко выделялись на белоснежном лице.

Бай Чуань на некоторое время замер, затем сделал несколько шагов вперед и остановился в шаге от жены.

– Я выгляжу глупо?

«Ты так долго стоял на месте с пустым выражением лица», – Должно быть, она выглядит странно.

Бай Чуань ничего не сказал. Он просто сделал еще один шаг вперед, без предупреждения, и сразу же захватил самую яркую часть лица Му Сяоя.

Поцелуй последовал внезапно, за спиной Му Сяоя не было никакой поддержки. Они неуверенно упали на кровать, и коробка с обувью, которая была аккуратно упакована девушкой, также упала на пол.

– Обувь...

Бай Чуань воспользовался шансом углубить поцелуй.

– Второй молодой мастер, вот ваши ботинки… о, ничего… – быстро перебил себя дядя Ли, оставил обувь и убежал, словно его сдуло ветром.

– … – Му Сяоя подумала, что все кончено.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 55 - Подарок на День святого Валентина

Бай Чуань присел на корточки, поднял туфли одну за другой, положил их обратно в коробку и передал Му Сяоя.

Красивая и теплая сцена вручения подарков закончилась так из-за Бай Чуаня, но они также были наполовину раскрыты сплетником дядей Ли. Настроение девушки было несколько подавленным. Но глядя на губы мужа, измазанные помадой, Му Сяоя не могла долго сердиться.

– Макияж, который я с таким трудом нанесла, был испорчен тобой в одно мгновение, – Му Сяоя устала при мысли о том, что через некоторое время придется снимать и наносить его заново.

Бай Чуань невинно смотрел на жену, держа в руках коробку. Неизвестно, понял ли он это.

Му Сяоя посмотрела на коробку из-под обуви, которая лежала перед ней. В это время она не могла вспомнить душещипательное предложение, о котором думала раньше. Она могла только подарить напрямую:

– Обувь для тебя.

Бай Чуань склонил голову и наконец-то увидел золотой шрифт на коробке с обувью: «Для Бай Чуаня, 001, Му Сяоя».

Это были их имена.

Бай Чуань поспешил снова открыть только что закрытую коробку с обувью. Туфли, которые он только что подобрал с пола, приобрели совершенно другое значение, когда он снова посмотрел на них.

– Индивидуальные, уникальные, – Бай Чуань посмотрел на Му Сяоя в поисках подтверждения.

– Да, – Му Сяоя подняла крышку обувной коробки и показала ее Бай Чуаню: – 001 – это моя первая пара обуви, сделанная на заказ.

Бай Чуань улыбнулся, и его руки от волнения задрожали. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но из-за сильного волнения не мог говорить.

– Хочешь примерить? – спросила Му Сяоя.

Бай Чуань энергично кивнул головой, но все еще некоторое время стоял неподвижно.

«Неужели это счастье может сделать его да такой степени глупым?!»

Му Сяоя вздохнула и взяла мужа за руку, чтобы он сел, затем присела на корточки и помогла Бай Чуаню, который стал глупым, снять кроссовки, прежде чем надеть кожаные туфли.

– Встань и пройдись, – Му Сяоя сказала ему встать, но впервые Бай Чуань не слушал ее слова, он сидел неподвижно и не шевелился.

– Сяо Чуань? – Му Сяоя позвала мужа и увидела, что он поднял голову. Она повторила: – Встань и сделай два шага, чтобы почувствовать, как они сидят?

– Нет, – Бай Чуань посмотрел на туфли на своих ногах и вдруг нагнулся, чтобы снять их и положить обратно в коробку с обувью.

– Что ты делаешь? – Му Сяоя была озадачена.

– Не носить, спрятать.

– Это обувь. Она предназначена для ношения. Почему ты ее прячешь? – Му Сяоя не знала, как реагировать на такое.

Бай Чуань не ответил, просто крепко держал коробку с туфлями и отказывался надевать их снова.

– Хорошо, – Му Сяоя видела, что Бай Чуань упорствует, и больше ничего не сказала. Это не было большой проблемой, в будущем, если она сделает больше обуви, она не верила, что Бай Чуань будет прятать каждую пару. – Тогда ты должен хорошо их спрятать.

– Да, – он кивнул с улыбкой, снова крепко сжав коробку.

– С китайским Днем святого Валентина! – Му Сяоя улыбнулась. Это их первый День святого Валентина после того, как они сошлись, а также ее первый День святого Валентина.

– Китайский День святого Валентина? – Бай Чуань услышал эту фразу во второй раз.

– Китайский День святого Валентина – это День святого Валентина в нашей стране, Китае. Влюбленные дарят друг другу подарки. Теперь, когда ты получил свой подарок, что насчет моего? – Му Сяоя попросила свой собственный подарок.

Бай Чуань моргнул, задумался на мгновение, и вдруг его лицо стало зеленым.

...

За завтраком все обнаружили, что Бай Чуань сегодня выглядит крайне озабоченным. Он ел завтрак с невиданной ранее скоростью. После еды он также непривычно не ждал жену, а с тревогой поспешил на работу.

Это изменение заставило всех посмотреть друг на друга. Ли Жун спросила своего старшего сына:

– Ты разрешил Сяо Чуаню работать сверхурочно?

– Нет, – Как он мог осмелиться, тем более разве Бай Чуань был из тех людей, которых можно заставить работать сверхурочно?

Раз это не сверхурочная работа, то... все дружно посмотрели на Му Сяоя.

– Я... я не знаю, – весь завтрак Му Сяоя не смела поднять голову. Она все время беспокоилась, что дядя Ли уже успел поделиться сплетнями о событиях сегодняшнего утра.

***

Приехав в компанию, Бай Чуань первым делом поспешил в свой кабинет, затем поднял горшок с алоэ, стоявший на столе. Повернув голову, он вышел из кабинета, затем решительно поставил алоэ перед компьютером А-Тун Му.

– Второй молодой мастер, вы… – А-Тун Му выглядел озадаченным.

– Отдаю его тебе, – Бай Чуань ответил в течение нескольких секунд, что было почти самой быстрой скоростью реакции, которую он демонстрировал при общении с другими.

– Почему... Почему? – А-Тун Му не понимал. Когда это подарок, ты либо не принимаешь его, либо не возвращаешь после принятия. Как их второй молодой мастер мог вернуть подарок через два дня, может ли быть такое, что у аутистов реакция медленнее, чем у других?

– Я не хочу этого.

– Поч... почему?

– Я... не принимаю чужие подарки на китайский День святого Валентина, – Бай Чуань был предельно ясен. Он не испытывал к А-Тун Му тех же чувств, что и к Му Сяоя.

– Почему это… это для китайского Дня святого Валентина... Китайский День святого Валентина? – А-Тун Му вспомнил, что он, кажется, говорил об этом дне... когда дарил его, говорил, что это подарок на китайский День святого Валентина?

– Кхе... второй молодой мастер, вы неправильно поняли. Я дарю вам это, но это не значит, что это так, вы понимаете? Я просто придумал нелепую причину, – А-Тун Му очень старался объяснить, но Бай Чуань совсем не понимал. После долгих тщетных попыток и бессилия А-Тун Му пришлось взять обратно растение алоэ в горшке и пообещать: – Я заберу его обратно и больше не буду дарить его вам.

Услышав этот ответ, напряженное лицо Бай Чуаня разгладилось, и он повернулся обратно к своему кабинету.

А-Тун Му посмотрел на Бай Чуаня и, увидев, что тот вернулся к работе, поставил горшок с растением на подоконник. А-Тун Му не придал значения этому маленькому эпизоду. В конце концов, это было всего лишь комнатное растение. Бай Чуань не хотел его брать. Он заберет его обратно, чтобы вырастить, но он никогда не думал, что Бай Чуань серьезно рассердится.

Прошло утро, он послал Бай Чуаню задание, но Бай Чуань ничего не сделал.

Учитывая эффективность работы Бай Чуаня, как могла произойти такая ситуация? Это было явно преднамеренно.

– В чем дело? – толстяк, который был связан с заданием Бай Чуаня, тихо подошел и спросил А-Тун Му.

– Кажется, я обидел второго молодого господина, – А-Тун Му ответил безжизненным голосом.

– Ты такой храбрый. Как ты посмел обидеть второго молодого господина? – Толстяк почувствовал безграничное восхищение.

– Я... я собираюсь признать свои ошибки! – А-Тун Му ударил по столу и смело направился прямо в кабинет. Он постучал в дверь, но не увидел Бай Чуаня, поэтому вошел, «утолщив свое лицо».

Другими словами, он впервые вошел в кабинет второго молодого мастера. В прошлом они общались по электронной почте. Но очевидно, что сегодня господин не отвечает на его электронную почту, поэтому у него не было другого выбора, кроме как лично прийти к нему и позволить ему нанести убийственный удар.

– Второй молодой мастер, я был неправ, – А-Тун Му вошел и извинился. Он решил, что, что бы ни сказал второй молодой мастер, он признает свою вину.

Бай Чуань посмотрел на свой мобильный телефон и проигнорировал его.

– Второй молодой мастер, я больше никогда не буду дарить вам алоэ?

Бай Чуань все еще смотрел на свой мобильный телефон.

– Я ошибся. Я никогда не подарю вам подарок на Китайский День святого Валентина. Вы мне верите, второй молодой мастер? Я уже глубоко размышлял о своем...

Китайский День святого Валентина? Бай Чуань, который извлек ключевые слова, очнулся и бросил удивленный взгляд на А-Тун Му рядом с собой.

– Второй молодой мастер, простите, простите меня, – А-Тун Му увидел, что Бай Чуань наконец-то готов его выслушать, и склонился в поклоне на 90 градусов.

– ...Я прощаю тебя, – хотя Бай Чуань не знал, за что А-Тун Му извиняется перед ним, но раз он этого не помнит, значит, это пустяк. Так как это что-то незначительное, следует великодушно простить.

– Вы простили меня, это здорово, тогда давайте сделаем всю работу, – возбужденно пробормотал А-Тун Му.

– Нет, – Бай Чуань решительно отказался.

– Почему? Разве вы не простили меня? – А-Тун Му собирался заплакать. – Второй молодой мастер, что вы хотите, чтобы я сделал, чтобы вы простили меня, скажите все что угодно, если только вы готовы усердно работать.

А-Тун Му действительно боялся, что если он не будет в хороших отношениях с этим вторым молодым мастером, то рано или поздно он потеряет свою работу.

– Я учусь кое-чему, – ответил Бай Чуань.

– Учитесь чему-то... чему вы учитесь?

Бай Чуань показал А-Тун Му экран своего мобильного телефона.

– Как сделать пару обуви вручную? – А-Тун Му с сомнением посмотрел на Бай Чуаня. – Второй молодой мастер, почему вы вдруг заинтересовалась изготовлением обуви? Если вам нравится обувь, я пойду и куплю ее для вас. Можно сделать их на заказ. Я найду опытного сапожника, который сделает заказ.

– Я хочу сделать их сам, – настаивал Бай Чуань.

– Второй молодой мастер, даже если у вас высокий интеллект из-за синдрома ученого, это нельзя выучить за несколько дней, почему бы нам не учиться этому медленно?

Бай Чуань также знал это, так как он пытался учиться все утро, но не узнал многого. В это время он был расстроен и не мог ничего сделать.

– Нет.

– Почему?

– Я сделаю это сегодня, – сегодня китайский День святого Валентина.

– Это... почему вы вдруг хотите сделать обувь? – А-Тун Му горько заплакал.

– Сяоя подарила мне пару туфель, и я тоже подарю ей пару! Я сделаю это сам.

И только теперь А-Тун Му обнаружил суть проблемы.

– Второй молодой мастер, вы не должны дарить одинаковые подарки, вы понимаете? – А-Тун Му посоветовал: – Эта Сяоя умеет делать обувь, поэтому она подарила вам пару обуви, но вы не умеете делать обувь, поэтому вы не можете подарить ей обувь.

– Тогда что же мне подарить? – спросил Бай Чуань.

– Что вы можете сделать?

– Программу.

– Да! Второй молодой мастер, посторонние говорят, что мы, программисты, не романтичны, но на самом деле они не понимают нашу романтику, – выражение лица А-Тун Му было чрезвычайно страстным, как будто он не мог не представить себя на вершине мира и исправить репутацию программных обезьян.

Бай Чуань не знает, что такое романтика, но идея А-Тун Му, похоже, каждый раз срабатывает.

– Тогда... как это сделать?

– Вы можете сделать небольшую игру и подарить ее. Но это не кажется особенно романтичным, эм… – А-Тун Му взволнованно продолжил: – Второй молодой мастер, наша игра, наша предстоящая 5D игра. Через две недели наша игра будет выпущена во всем мире. Напишите письмо-приглашение своей жене, чтобы она посетила конференцию, и пусть она увидит ваш успех в этом году.

«5D игра?»

Бай Чуань внезапно вспомнил причину, по которой он решил заняться разработкой 5D игры. Это был первый раз, когда Бай Чжэн привел его в компанию.

– Сяо Чуань, сейчас это одни из самых передовых продуктов в IT-индустрии. Можешь ли ты сказать своему старшему брату, что тебе больше нравится?

После просмотра иностранного AR-фильма Бай Чуань решил изучить AR-технологию, а затем потратил полгода на создание собственного фильма.

– У меня есть… – Бай Чуань достал из ящика изящный USB-накопитель. – Я сделал его сам.

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 56 - Подарок на День святого Валентина

Пять часов.

Му Сяоя, которая уже собрала вещи и была готова уйти с работы, вдруг получила сообщение от Бай Чуаня, и она издала удивленный вздох.

– Что случилось? – спросила Фан Хуэй.

– Сяо Чуань сказал, что он собирается работать сверхурочно, – Му Сяоя выглядела озадаченной. Она уже давно планировала забрать Бай Чуаня с работы и найти место, чтобы провести китайский День святого Валентина вместе.

– Не может быть, сверхурочные в этот день? Ты ему еще не напомнила? – спросил Фан Хуэй, немного удивленная.

– Нет... Сяо Чуань никогда раньше не работал сверхурочно. – Главной особенностью аутистов было то, что они придерживались регулярного образа жизни.

– Тогда что это за ситуация?

– Я спрошу, – Му Сяоя нашла WeChat Бай Чжэна и отправила сообщение:

[Брат, Сяо Чуань собирается сегодня работать сверхурочно?]

Бай Чжэн тоже почувствовал, что это немного странно, поэтому ответил: [Пойду посмотрю.]

Через пять минут Бай Чжэн закончил проверку и ответил:

[Да, он будет работать сверхурочно, не волнуйся, я распоряжусь, чтобы водитель отвез его обратно.]

– Похоже, что твой День святого Валентина на этот раз можно провести только со мной, – Фан Хуэй положила руку на плечо Му Сяоя и сказала с некоторым сожалением.

Му Сяоя положила телефон и легла на свое рабочее место с удрученным видом.

– Не грусти, разве это не просто День святого Валентина? Все равно у тебя его не было предыдущие двадцать лет, – утешила Фан Хуэй.

– Разве все так же? – она была одинока более двадцати лет, но теперь у нее уже есть муж, а она все еще не может отпраздновать этот день? Она чувствовала себя подавленной, когда думала об этом: – Я даже подарила ему подарок утром, я специально напомнила ему, что сегодня День святого Валентина, но неожиданно он все равно пошел работать сверхурочно, этот болван.

«Вот именно, разве он не тупоголовый? Более того, он не обычный тупоголовый, я раньше не слышала, что у аутистов могут быть какие-то успехи», – Фан Хуэй осмелилась сказать это только в сердцах, конечно, ей все равно пришлось потрудиться, чтобы успокоить свою удрученную замужнюю подругу.

– Хорошо, эта сестра будет сопровождать тебя в этот День святого Валентина, есть, ходить по магазинам и смотреть фильмы, я буду сопровождать тебя до конца. Я точно смогу успокоить тебя лучше, чем твой муж.

– Поехали! Я опустошу его карточку! – возмущенно сказала Му Сяоя.

– Тебе придется купить дом, иначе будет трудно снять с его карты все деньги, – насмехалась Фан Хуэй.

Естественно, они не стали покупать дом. Они вместе поужинали, немного погуляли по улице и в конце концов разошлись, так ничего и не купив. Причина была в Бай Чуане. Му Сяоя на протяжении всей прогулки была рассеянной, снова и снова смотрела на свой телефон. Фан Хуэй увидела ее в таком состоянии, поэтому просто отпустила ее обратно, а сама пошла одна искать себе развлечение. В этот день пар в баре больше одиноких мужчин и женщин, поэтому сегодня был хороший день, чтобы поохотиться друг на друга, не беспокоясь о том, что у того, на кого охотишься, уже есть партнер.

Му Сяоя вернулась домой, но Бай Чуань еще не вернулся, однако все остальные члены семьи Бай были в гостиной.

– Сяоя, ты вернулась, – Ли Жун увидела ее одинокую фигуру, и в ее глазах появился след извинения. Сегодня был китайский День святого Валентина, она и ее муж были уже пожилой парой, но Бай Гоюй все равно сделал ей подарок. Однако ее сын решил поработать сверхурочно в такой важный день. Думая об этом, Ли Жун не могла не смотреть на двух мужчин в своем доме.

– ... – Бай Гоюй был обижен, что на него все еще смотрят, хотя он уже подарил подарок. Хотя он и председатель, но он никогда не вмешивался в дела игровой компании. Чтобы выразить свою невиновность, он объединился с женой и вместе осуждающе посмотрел на Бай Чжэна.

Бай Чжэн спокойно встал, бросив фразу о том, что идет в свою комнату, и непринужденно покинул это место.

– Папа, мама, я тоже пойду наверх, – настроение Му Сяоя действительно было не очень хорошим, поэтому после того, как она поприветствовала всех, она последовала за Бай Чжэном.

– Только посмотри на это... Что ты, председатель, делаешь? Позволяешь Сяо Чуаню работать сверхурочно в такой важный день? – спросила Ли Жун у своего мужа.

– Откуда я могу знать? Я не заботился об этом игровом вопросе все это время, – Бай Гоюй объяснил: – Кроме того, с характером Сяо Чуаня, даже если я попрошу его поработать сверхурочно и заставлю его работать, он все равно не послушается.

– ...Неважно, все равно это твоя вина, – Ли Жун также знала, что слова мужа имеют смысл, но как женщина Ли Жун понимала настроение Му Сяоя лучше, чем они. Более того, для этой девушки единственным плюсом Бай Чуаня было то, что он воспринимал ее как свой мир, если даже этот плюс исчез, то на что Бай Чуань мог рассчитывать, чтобы удержать свою жену рядом с собой?

– Ладно-ладно, мы все большие дураки, – в этом отношении никто не может выиграть у женщин, поэтому он просто спокойно назвал себя большим дураком.

Вернувшись в пустую комнату, Му Сяоя почувствовала себя несколько неуютно. Казалось, она впервые вернулась в эту комнату одна с тех пор, как они с Бай Чуанем поженились. Слуги семьи Бай были очень преданны своему делу и каждый день с должным усердием убирали комнаты, но без сопровождения Бай Чуаня эта чистая комната выглядела просто как комната в гостинице.

Му Сяоя достала свой телефон и отправила сообщение в WeChat Бай Чуаню:

[Сяо Чуань, когда ты вернешься?]

[Бай Чуань: Я вернусь, когда закончу кое-какие дела.]

[Му Сяоя: Следи за своим состоянием, не переутомляйся.]

Вздохнув, Му Сяоя положила телефон, повернулась к гардеробной и взяла из шкафа пижаму. Когда она оглянулась, то увидела коробку из-под обуви, которая была поставлена на полку так аккуратно, словно это был ребенок Бай Чуаня.

– Ты был так счастлив, когда получил подарок, но почему ты не можешь пойти домой раньше? – Му Сяоя сердито уставилась на коробку из-под обуви, как будто она смотрела на Бай Чуаня. Хотя она была немного сварлива, но она лучше других знала, что Бай Чуань всегда был таким.

У него аутизм, и, естественно, его EQ был низким, он не может понять и позаботиться о многих вещах. Он не поймет вашу просьбу, не сможет уловить скрытый смысл в ваших словах, он даже не сможет отплатить за энергию или время, которые вы потратили на него. Му Сяоя действительно готовилась к таким вещам, прежде чем выйти замуж. Но на самом деле после того, как они получили свидетельство о браке, Бай Чуань вел себя очень хорошо.

Он обнимал ее, когда она плакала, дарил цветы на следующий день, шел пешком три часа, чтобы сделать сюрприз и забрать ее с работы. Это было намного выше ожиданий Му Сяоя, но эти вещи раздули ее рациональность, это заставило ее захотеть попросить большего.

– Просто подожди, когда ты вернешься, посмотрим, как я буду приводить тебя в порядок, – настроение Му Сяоя несколько улучшилось после того, как она выпустила наружу обиды в своем сердце. Она подумала о том, что когда ее муж вернется, то она должна будет прочитать вслух все дни будущих фестивалей и праздников, чтобы Бай Чуань услышал, и пусть он запомнит, что на эти дни нельзя будет работать сверхурочно.

Приняв душ, высушив волосы и посмотрев фильм, Му Сяоя сидела одна на кровати и ждала до одиннадцати часов, но так и не увидела Бай Чуаня.

– Почему так поздно? – от волнения Му Сяоя не могла не позвонить Бай Чуаню.

На звонок быстро ответили, не дожидаясь, пока Му Сяоя спросит, Бай Чуань уже сказал:

– Осталось еще 10 минут до завершения, я вернусь до двенадцати.

– А ты не можешь сделать это завтра? – обеспокоенно спросила Му Сяоя.

– Не могу, нужно сделать сегодня, подожди меня, – произнеся это, Бай Чуань взял на себя инициативу и впервые в жизни повесил трубку первым.

В это же время на балконе третьего этажа Бай Чжэн также звонил помощнику:

– Сяо Чуань все еще в компании?

– Да, но процесс должен закончиться в любой момент. А-Тун Му сказал, что второй молодой мастер уже на последнем этапе, я думаю, что скоро все будет готово, – Лу Ян доложил, попивая кофе.

– Отвези его обратно сразу же, обращай внимание на безопасность.

– Да, я понял, – Лу Ян положил трубку и пошел за чашкой кофе с уставшим лицом: – Мне нужно выпить еще одну чашку, чтобы освежиться.

Бай Чуань все еще не вернулся, Му Сяоя, конечно, не могла спать, поэтому она завернулась в одеяло и сидела на балконе, глядя на ворота особняка. Хотя она знала, что Бай Чуань в это время все еще в компании, и что он не сможет вернуться через некоторое время, но она могла успокоить свое сердце, глядя в том направлении.

*Динь!*

На телефоне загорелся индикатор уведомления, и Му Сяоя быстро взяла его в руки. Она увидела сообщение, отправленное Бай Чуанем:

[Я возвращаюсь, жди меня.]

– Чего ждать? Я буду спать назло тебе! – Му Сяоя сердито встала, прошла обратно в спальню и даже легла на кровать. Однако, покрутившись некоторое время, она все же не удержалась и вернулась обратно на балкон.

– Я жду. Я позволю тебе увидеть меня, чтобы ты почувствовал себя виноватым, – летний ночной ветер ощущался прохладным и приятным, он принес вкус солнечного света и развеял беспокойное сердце Му Сяоя. Если здесь есть китайское дерево-зонтик, она может установить под ним качели и наслаждаться ветерком.

Сейчас уже 11:45, если он не вернется, то китайский День святого Валентина через некоторое время закончится.

Внезапно спереди появился луч света. Му Сяоя сузила глаза и увидела машину, подъезжающую к воротам особняка.

– Второй молодой мастер, второй молодой мастер вернулся? – дядя Ли, который беспокоился о Бай Чуане и не сомкнул глаз, увидел машину и поспешно открыл ворота особняка.

Машина подъехала, остановилась, и задняя дверь открылась. Бай Чуань вышел, держа что-то в руках, и поспешил войти в особняк. Дядя Ли, который очень хотел помочь, даже не успел толком рассмотреть Бай Чуаня.

– Второй молодой мастер...

– Дядя Ли, я возвращаюсь, – Лу Ян, выполнивший задание, с улыбкой поприветствовал дядю Ли, а затем уехал той же дорогой. Сегодня День святого Валентина, время, когда встречаются пастух и девушка-ткачиха. Но он всего лишь сорока.

П. п.: Сказка о пастухе и девушке-ткачихе, чья любовь не была разрешена и поэтому была разделена серебряной рекой (млечным путем). Раз в год стая сорок устанавливала мост, чтобы воссоединить влюбленных на один день.

Послышались тяжелые шаги. Му Сяоя сдержала порыв побежать и поприветствовать его, она стояла на месте и ждала, когда Бай Чуань войдет.

Дверь открылась, и Бай Чуань взглядом нашел Му Сяоя, стоявшую на балконе.

– Я вернулся, – Бай Чуань улыбнулся, улыбаясь так счастливо, как странник, который возвращается из долгого путешествия, увидев теплые огни дома.

– Ты вернулся, – Му Сяоя тоже улыбнулась. Все ее обиды, все ее мелкие планы отомстить Бай Чуаню исчезли, когда она увидела улыбку на лице этого человека.

– 11:50, – Бай Чуань подошел к жене, все еще тяжело дыша.

– Ты также знаешь, что опоздал.

– Осталось еще десять минут, – Бай Чуань поднял руки, держа вещь перед глазами Му Сяоя.

– Очки виртуальной реальности? Почему ты принес это? – Бай Чуань держал пару белых очков виртуальной реальности, индикатор мигал синим светом.

– Подарок на День святого Валентина, – Бай Чуань добавил: – Я сделал его сам, он уникален и не имеет аналогов.

– Ты... сделал это для меня? – Му Сяоя вдруг стало трудно дышать, может ли это быть...

– Быстро смотри, осталось еще девять минут, видео можно закончить смотреть за семь минут, – Бай Чуань с волнением помог надеть очки виртуальной реальности и нажал кнопку включения.

Синий свет излучался из очков, и Му Сяоя вошла в совершенно новый мир внутри этого яркого ореола света.

Примечание переводчика:

Ох-х-х~ что же будет? ( ≧∀≦ )

Нажмите «дальше»~ (o^^)o

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 57 - Первая ночь в новом доме

Это был двор бабушки Бай.

С того момента, как она вошла в строение, Му Сяоя почувствовала себя здесь очень знакомо, просто услышав знакомый шелест ветра, мягко дующего на листья, и увидев шезлонг под деревом и качели рядом с ним.

Это был шезлонг бабушки Бай, бабушка очень любила сидеть на нем под деревом с китайским зонтиком, обдувая себя прохладным ветерком. Однако она и Бай Чуань больше всего любили качели.

– Брат Бай Чуань! – маленькая девочка с растрепанными косичками вбежала из-за двора, неся школьную сумку, перед этим она проделала весь путь от дома Му Сяоя.

Му Сяоя подсознательно последовала туда же.

Маленькая девочка вбежала в комнату с таким искусным мастерством, и закинула школьную сумку на плечо рядом стоявшему подростку, который серьезно читал книгу, напугав его до того, что он не вскочил.

– Брат Бай Чуань, я уже из школы, пойдем играть! – подросток молчал, и его лицо казалось каким-то безвольным, но девочка насильно потянула его, невзирая на желания подростка.

– Я хочу покачаться, ты меня подтолкни, хорошо? А я подтолкну тебя потом, – девочка села на качели первой и повернула голову, чтобы убедить его. Подросток не удержался, поторопился и слегка подтолкнул ее.

– Старайся сильнее, ах, толкайся изо всех сил, – подросток наконец понял просьбу девочки под ее напором, и тогда он использовал всю свою силу, чтобы подтолкнуть девочку высоко в небо. Но девочка не сказала подростку, что делать дальше, и когда она с искренним смехом перемахнула с самой высокой точки на самую низкую, то тут же ударилась о подростка, который стоял на своем месте, пока не отлетел.

– Брат Бай Чуань! – девочка отчаянно потянула подростка, и когда она увидела, что у него пошла кровь из носа, она закричала в шоке: – Хнык-хнык… Нет, не умирай!

Девочка не знала, как оказать первую помощь, она знала только, что нужно вытереть кровь на лице подростка рукавом. Вытерев кровь, она вытерла свои слезы, и вот, когда бабушка Бай, услышав шум, вышла на улицу, во дворе стояли двое детей с лицами, залитыми кровью.

Девочка поняла, что натворила дел, ей было страшно и грустно, она никак не могла перестать плакать. Тогда, под удивленным взглядом бабушки Бай, подросток поднял руку, чтобы закрыть глаза девочки:

– Не плачь больше.

Му Сяоя вспомнила, что это была первая фраза, которую Бай Чуань сказал ей.

Сняв очки, Му Сяоя сразу столкнулась со взглядом Бай Чуаня. Подросток из видео повзрослел и научился слегка улыбаться:

– Сяоя, поздравляю тебя с китайским Днем святого Валентина.

– Спасибо, брат Бай Чуань, – Му Сяоя крепко держала очки виртуальной реальности в руках и обратилась к нему, как делала это в прошлом.

Бай Чуань улыбнулся еще счастливее, затем достал из кармана приглашение и протянул его девушке:

– Игра, которую я разработал, конференция, ты придешь, чтобы принять участие.

Му Сяоя взяла его обеими руками. Это приглашение несло в себе все достижения карьеры Бай Чуаня на данный момент, и ей повезло, что она получила шанс насладиться этим вместе с ним.

Поздно вечером девушка лежала в объятиях Бай Чуаня и задала вопрос, который хотела спросить уже давно:

– В тот день… как ты вдруг заговорил со мной?

Бабушка Бай была поражена, когда Бай Чуань внезапно заговорил с ней в тот день, ведь до этого он произносил не более трех слов за год.

– Я всегда с тобой разговаривал, а, – на самом деле Бай Чуань разговаривал с Му Сяоя с того момента, как девочка вытащила его из кабинета, и до того, как он ударился о качели; Бай Чуань говорил, но никто, казалось, не понимал, что он говорит. В то время парень тоже привык к такой ситуации, и она не казалась ему странной. Но когда Му Сяоя заплакала, и ее слезы продолжали падать вниз, он наконец-то закричал от волнения.

С этого момента Бай Чуань неожиданно нашел способ общаться с внешним миром.

После китайского Дня святого Валентина следующие два дня были выходными. Поскольку Бай Чуань сильно сопротивлялся тому, чтобы другие люди приходили в их с Му Сяоя новый дом, процесс переезда двух людей был особенно пустынным, содержа в себе лишь процесс перетаскивания чемоданов.

Му Сяоя чувствовала себя несколько одиноко, но Бай Чуаню это очень нравилось.

Тапочки – пара, зубные щетки – пара, палочки для еды – пара, чайные чашки – пара, полотенца – пара… Казалось, весь мир был окутан парными вещами, и это сильно удовлетворяло ОКР в сердце Бай Чуаня.

Видя, что Бай Чуань счастлив, Му Сяоя достала из сумки часы, которые ей подарил Бай Чжэн, когда они покидали особняк. В циферблате часов была функция GPS, Му Сяоя хотела подарить их Бай Чуаню, ведь парень точно не стал бы их просто так выбрасывать.

– Сяо Чуань, – Му Сяоя позвала Бай Чуаня, который искал все парные вещи в комнате.

– Для тебя, – подождав, пока Бай Чуань подойдет ближе, Му Сяоя передала ему часы.

Парень взял их, взглянул на циферблат и нахмурился, что-то обнаружив.

«Он заметил?» – Му Сяоя подумала о часах, которые выбросила раньше, и спросила с некоторым чувством вины: – Тебе… они не нравятся?

– Часы сломаны, – ответил Бай Чуань.

– Сломаны? Где они сломаны? – «Не может быть, эти часы такие дорогие, я только что прочитала счет-фактуру, и их стоимость составляет сотни тысяч». Все верно, магнат Бай Чжэн отдал эти часы вместе с накладной, его не волновало, что других пугает цена.

– Они идут на две секунды медленнее в течение каждого часа, – ответил Бай Чуань.

– … – «Значит, ты можешь замечать что-то подобное?»

Му Сяоя подумала, что, возможно, она нашла причину, по которой Бай Чуань выбросил часы, он мог подумать, что часы тоже сломаны:

– Тогда… тогда я отнесу их в ремонт.

– Угу, – Бай Чуань кивнул и вернул часы девушке.

Му Сяоя правдиво пересказала все Бай Чжэну, тот некоторое время молчал, а потом ответил:

– Понял.

Поскольку вещей было не так много, процесс их распаковки был относительно простым. Они достали одежду из чемодана и развесили ее, подключили свои телефоны и компьютеры к вайфаю, разложили только что выстиранные и высушенные на солнце простыни и одеяла на новой кровати, и на этом их задачи можно было считать выполненными.

– Нам еще не хватает еды, ведь тогда в этом доме будет пахнуть вкусной пищей, – после того, как они закончили все укладывать, было уже три часа дня, хотя никто не пришел на новоселье, но Му Сяоя все равно хотела немного отпраздновать его с Бай Чуанем. Они вместе отправились в ближайший торговый центр, чтобы купить ингредиенты и приправы. Изначально они планировали купить только одну порцию еды, но не ожидали, что вернутся после покупки разных вещей, которые заполнили два больших пакета.

– Я приготовлю, – вернувшись домой, глядя на все специи и ингредиенты, Му Сяоя в волнении подняла рукава.

– Тогда я посмотрю телевизор, – Бай Чуань послушно сел на диван и включил телевизор, прекрасно воссоздав план Му Сяоя.

– Если бы я знала, что все будет именно так, я бы попросила тебя помочь мне на кухне, – девушка покачала головой и горько улыбнулась, но сегодня был только первый ужин, так что она позволит Бай Чуаню насладиться этим удовольствием в течение нескольких дней, а затем будет медленно обучать его, чтобы он стал хорошим мужем. – «Хе-хе~»

Когда Му Сяоя готовила, Бай Чуань не обращал внимания на телевизор. Он изредка поглядывал на кухню, и с каждым взглядом улыбка в его глазах становилась все глубже.

«Это блюдо приготовлено специально для меня, только для меня».

Умение Му Сяоя готовить можно назвать средним, к тому же ели только двое, поэтому она приготовила только три простых блюда и один суп. Тем не менее девушка аккуратно накрыла обеденный стол элегантной и чистой скатертью, красивыми благоухающими розами, кругом стояли подсвечники и красное вино, которое Фан Хуэй подарила в дополнение к растениям на террасе.

Сидя за обеденным столом, Бай Чуань не мог дождаться, когда он возьмет свои палочки для еды.

– Подожди минутку, я сделаю снимок, чтобы отправить в беседу. – она не могла позволить им прийти на новоселье, поэтому нашла другой способ сообщить им, что ее переезд в новый дом успешно завершен. Телефонные звонки были слишком нарочитыми, поэтому естественнее было просто отправить сообщение в семейный чат.

Как и ожидала Му Сяоя, родители Бай и Му волновались по поводу их переезда, даже если они знали, что ничего не случится, они просто хотели знать, благополучно ли устроились их дети.

Как только сообщение девушки появилось, почти одновременно появилось пять лайков, а затем комментарии.

[Ли Жун: Ужин выглядит очень пышным, я не ожидала, что Сяоя так хорошо умеет готовить.]

[Шэнь Цинъи: Это может быть еда на вынос.]

От такого оскорбления, исходящего от ее биологической матери, Му Сяоя не могла не дернуться. Она не готовила дома, поэтому ответила: [Я вернусь и приготовлю для тебя в следующий раз.]

[Шэнь Цинъи: Раз это действительно не на вынос, тогда я буду терпеливо ждать здесь.]

[Отец Му: Есть еще я.]

После перерождения она всегда скучала по блюдам, приготовленным ее матерью, но как она могла никогда не думать о том, чтобы приготовить еду для своих родителей?

– Сяоя, – Бай Чуань помахал рукой перед глазами Му Сяоя.

– А? – Му Сяоя подняла голову.

– Что случилось?

– Ничего? – девушка поменялась в лице и взяла красное вино, чтобы налить бокал себе и Бай Чуаню. – Сяо Чуань, я хочу завтра увидеться с родителями и приготовить для них еду.

«Не вспоминай об этом, не чувствуй себя виноватой, просто выясни, что ты упустила, и немедленно наверстай. Есть некоторые вещи, которые будет слишком поздно сделать, когда ты только проснешься, чтобы увидеть правду, так что не позволяй снова упустить что-то».

П. п.: Она «проснулась, чтобы увидеть правду», когда умерла в своей прошлой жизни.

– Они еще не попробовали твою еду? – Бай Чуань чувствовал себя немного странно: – «Свекровь и Сяоя живут вместе уже более 20 лет, разве они не ели еду Сяоя раньше?»

– Они не ели, ты первый человек, который ест мою еду. – «Если это соответствует этой жизни».

– Ох, – Бай Чуань взял свои палочки и съел кусочек, это сделало его первым человеком, который попробовал мастерство Му Сяоя. Он определил, что никто не занял эту позицию, прежде чем тихо и расслабленно выдохнуть.

– Вкусно?

– Вкусно.

С другой стороны, семья Бай, прочитав семейный чат, добавив похвалы и оставив несколько сообщений перед едой, вдруг начала обсуждать вопрос, который они никогда не рассматривали раньше.

Первым, кто поднял эту проблему, был Бай Чжэн. Посмотрев на сообщение Му Сяоя, особенно на привлекающую внимание бутылку красного вина на фотографии, он поднял проблему, которую они игнорировали более двадцати лет.

– Папа, мама, можно ли Сяо Чуаню пить алкоголь? – спросил Бай Чжэн.

Родители Бай промолчали.

– Проблем быть не должно, у нашей семьи неплохая устойчивость к алкоголю, – сказал отец Бай, сам не очень уверенный в своих словах.

– Ничего страшного, даже если его выносливость не очень хорошая, в худшем случае он просто сразу уснет, – мать Бай не могла удержаться от фантазий.

Бай Чжэн вспомнил сцену, когда он пил в первый раз, казалось, что действительно не было никакой побочной реакции, и более того, процент алкоголя в красном вине был низким, Му Сяоя также не позволяла Бай Чуаню пить слишком много, поэтому он просто отбросил эту мысль.

…

– Сяо Чуань… ты… что ты делаешь? – в середине трапезы Му Сяоя, которую Бай Чуань внезапно отвел в учебную комнату, была очень озадачена.

– Реши задачу. – Бай Чуань похлопал по листу белой бумаги, на котором была написана задача по математике для ученика третьего класса средней школы. Однако как, черт возьми, Му Сяоя могла решить такую задачу? Она знала, что это задача по математике для третьего класса средней школы.

– Я… я не могу.

– Не решаешь – не спишь, – парень был ненормально строг.

– Сяо Чуань… ты, что с тобой?

– Реши задачу! – Бай Чуань снова ударил по столу, испугав Му Сяоя.

– Ты… ты пьян? – спросив, девушка взглянула на румяное лицо Бай Чуаня.

– Реши задачу!

Вот так в первую ночь в новом доме Му Сяоя почти до смерти замучили математическими задачами.

Примечание автора:

Девочка Сяоя, которая училась три раза, но все еще не может понять. Это трудно, ах~.

Подросток Чуань, который учил три раза без успеха. Такая глупая, о~.

Бабушка Бай. Если ты продолжишь говоришь, что Сяоя глупая, она больше не придет, о~.

П. п.: (* ≧▽≦ ) МАТЕМАТИКА!!! Сяо Чуань внезапно превратился во властного… учителя математики?! Омг, Сяоя, я знаю твою боль! ( ╯ ° ▽ °) ╯ ┻━┻

И еще: «Они не ели, ты первый человек, который ест мою еду, (если это согласно этой жизни)». – то кто тот, кто попробовал ее стряпню в прошлой жизни? ( ・・； )

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 58 – Признаки генетического заболевания

– Ха-ха-ха! Так ты говоришь, что Бай Чуань был пьян прошлой ночью и заставил тебя решать математические вопросы, затем ты попросила помощи у своего отца по телефону, прежде чем ты смогла наконец лечь спать в двенадцать? А-ХА-ХА-ХА! Я… я не могу, я буду смеяться до смерти! – эхом раздавался смех Фан Хуэй в студии рано утром.

Му Сяоя прикрыла лоб, думая, что в ее голове все еще звучат математические формулы. Она может гарантировать, что не решала столько задач по математике, даже когда готовилась к экзамену в средней школе.

– Ты можешь поблагодарить свою счастливую звезду за то, что у тебя есть отец, который преподает математику, если бы твой отец преподавал китайский язык, был бы у тебя все еще кто-то, к кому ты могла бы обратиться за помощью? Если кто-то спросит зачем, твой отец должен ответить, что зять заставил его дочь заниматься математикой… ха-ха-ха! – Фан Хуэй чувствовала себя все более забавной, чем больше она об этом думала.

– Разве ты уже не достаточно посмеялась?! – крикнула Му Сяоя с мрачным лицом. – «Эта женщина смеялась все утро!»

– Нет… я просто почувствовала… эта штука действительно… она довольно забавная, а-а-а-ха-ха-ха-ха! – Фан Хуэй больше не могла себя контролировать, она действительно чувствовала, что этой вещи будет достаточно, чтобы заставить ее смеяться целый год. Через некоторое время она наконец-то с трудом смогла взять себя в руки: – Ты говорила мне, какой Бай Чуань симпатичный, но я так не думала, однако теперь я вижу, что он довольно симпатичный после того, как напился.

– Он не был пьян, – Му Сяоя объяснила: – Профессор Фэн сказал, что алкоголь стимулирует его скрытую личность.

– Раздвоение личности?

– Это не раздвоение личности, это… – Му Сяоя вспомнила слова профессора Фэна и объяснила: – Из-за аутизма часть личности Сяо Чуаня была подавлена, и эта личность может проявиться только в ситуации, когда его настроение выходит из-под контроля. Алкоголь делает мозг Сяо Чуаня более активным, чем обычно, поэтому он может вызвать некоторые вещи, которые он хотел сделать, но не сделал.

– Значит, когда тебя учили математике, но ты все еще не могла понять, даже после стольких раз, Бай Чуань не рассердился, но это не потому, что он не был зол, а только потому, что его личность была подавлена, поэтому у него не было способа выпустить пар, а-ха-ха-ха~!

«Смеется! Снова смеется!»

– Я больше не буду с тобой разговаривать! Я собираюсь нарисовать дизайн, – Му Сяоя больше не хотела заботиться о Фан Хуэй, поэтому она вернулась на свое место с недопитым кофе. На прошлой неделе она разработала дизайн пары осенних сапог, но он показался ей слишком простым, поэтому она хотела добавить несколько уникальных деталей, чтобы украсить его, сделав его одновременно содержательным и красивым. Пока она все еще искала вдохновение, неожиданно зазвонил телефон.

– Мама? – увидев определитель номера, Му Сяоя с улыбкой ответила.

– Простите, это дочь учителя Шэнь? – голос, ответивший ей, был совершенно незнакомым.

– Я, а вы?..

– Я коллега учителя Шэнь, фамилия Ян. Учитель Шэнь внезапно упала в обморок на уроке и сейчас находится в лазарете.

– Что?! – Му Сяоя сразу встала со стула: – Я… я сейчас направлюсь туда, пожалуйста, позаботьтесь о моей маме.

– Не волнуйтесь так сильно, школьный врач сказал, что это может быть гипогликемия, все будет в порядке после того, как учитель Шэнь сделает небольшой перерыв. Учитель Шэнь сейчас находится под внутривенной капельницей, но учителя Му сейчас нет в школе, поэтому я звоню вам, чтобы сообщить об этом.

– Я понимаю, я приеду, спасибо, – зная, что с ее матерью все в порядке, Му Сяоя наконец-то смогла немного успокоиться. Она положила трубку и вышла с сумкой.

– Что случилось с тетей? Я пойду с тобой, – Фан Хуэй тоже услышала звонок Му Сяоя.

– Все в порядке, просто низкий уровень сахара в крови, я справлюсь сама.

– Тогда не нервничай, езжай спокойно по дороге, – произнесла Фан Хуэй.

Му Сяоя кивнула, а затем отправилась в среднюю школу Цинъюань.

Когда она приехала в медпункт, Шэнь Цинъи уже очнулась, но внутривенная капельница все еще висела на ее руке.

– Мама, ты в порядке? – Му Сяоя наклонилась к матери и подняла руку, чтобы проверить температуру, дотронувшись до ее лба.

– Не волнуйся, ничего страшного, просто старая болезнь снова дает о себе знать, – Шэнь Цинъи улыбнулась.

– Какая старая болезнь? Почему я не помню, что у тебя есть старая болезнь – обмороки? – спросила Му Сяоя.

– Вообще-то, это просто гипогликемия, плюс небольшой тепловой удар, – школьный врач сбоку объяснил: – Учитель Шэнь, ты не можешь просто преподавать уроки ученикам, снова не позавтракав.

– Мама, как ты можешь не завтракать? – лицо Му Сяоя вдруг стало полным упрека после того, как она услышала, что это из-за того, что она не позавтракала.

– Эй, теперь твоя очередь наказывать меня? Ты не завтракала каждый день, когда училась в колледже, и у тебя еще хватает ума говорить мне такое? – Шэнь Цинъи вопросительно посмотрела на дочь.

– Ты же учитель, как учитель может подавать плохой пример? – Му Сяоя потеряла дар речи.

– Хорошо, я знаю, я торопилась с оцениванием экзаменационных работ и забыла позавтракать, в будущем я больше так не буду делать, – Шэнь Цинъи похлопала дочь по руке и пообещала.

– А как насчет отца? Почему его не было здесь, когда ты упала в обморок? – спросила Му Сяоя.

– Твой отец взял учеников на соревнования в среднюю школу Чэнбэй. Он поехал один, поэтому не может оставить учеников. К тому же, это не такая уж большая проблема.

– О, – Му Сяоя посмотрела на внутривенную капельницу, затем сказала школьному врачу: – Доктор, не пора ли вытащить иглу?

Школьный врач подошел и увидел, что бутылочка опустела, поэтому он вынул иглу из руки Шэнь Цинъи и произнес:

– Нет большой проблемы, возвращайся и отдыхай, не забывай теперь завтракать.

– Хорошо, спасибо, доктор Лю, – Шэнь Цинъи поблагодарила с улыбкой.

– Спасибо, – Му Сяоя привела свою мать обратно в соседний район, пошла на кухню, вскипятила воду, смешала молоко и чайный пакетик и сделала чашку молочного чая для своей матери. – Сначала выпей этот молочный чай, а я быстро что-нибудь состряпаю.

– Подумав об этом, ты обещала вернуться вечером и приготовить для нас что-нибудь, – Шэнь Цинъи рассмеялась: – Ты действительно умеешь готовить.

– Конечно, ах, ты попробуешь мое мастерство через некоторое время, – Му Сяоя открыла холодильник и обнаружила, что там осталось всего несколько помидоров и картофелин. – Мама, в холодильнике нет еды, поэтому в этот раз я могу обойтись только этим. После обеда я пойду и куплю овощи, а вечером приготовлю что-нибудь вкусненькое для вас с папой.

– Хорошо, – Шэнь Цинъи редко проявляла такую дочернюю заботу, но и она ответила улыбкой.

Однако прилежные люди ничего не могли с собой поделать. Когда Му Сяоя резала картошку на кухне, Шэнь Цинъи взяла швабру и начала мыть пол. Увидев это, Му Сяоя сразу же вышла из кухни, держа в руках кухонный нож:

– Мама, что ты делаешь?! Разве я не говорила тебе отдыхать?

– Все в порядке, я уже снова в форме, это была просто старая болезнь, правда.

– Какая старая болезнь? Я никогда не видела, чтобы ты падала в обморок, – Му Сяоя не поверила ей.

– Это случилось сегодня, потому что я не позавтракала, поэтому все стало немного серьезнее, но я и раньше какое-то время была рассеянной.

– Что? О какой рассеянности ты говоришь? – спросила Му Сяоя.

– У меня иногда кружится голова, но это несерьезно, и это длится всего две-три секунды, это как если бы ты сидела на корточках на земле и вдруг встала и пошла, – Шэнь Цинъи объяснила.

– Как получилось, что я не знала об этом?

– Разве я только что не сказала об этом? Это как будто я внезапно была одержима на две три секунды, иногда я даже забываю обо всем, когда же я смогу найти возможность рассказать тебе об этом? – сказала Шэнь Цинъи.

– Тогда… ты была в больнице, чтобы проверить это? – спросила Му Сяоя.

– Нет.

– Почему ты не ходила? Должна же быть причина твоих частых головокружений.

– Это наследственное, у твоей бабушки и тети. Твоей бабушке сейчас уже больше 60 лет, но она все еще в порядке.

– Наследственное?! – Му Сяоя только почувствовала громкий звон в голове.

«Неужели я только что узнала о признаках наследственного заболевания? Если это наследственное заболевание не возникло внезапно, то можно ли его обнаружить заранее?»

– Кстати, у тебя тоже кружилась голова? У меня впервые закружилась голова, когда я была примерно в твоем возрасте, – Шэнь Цинъи спросила дочь.

– Нет, – Му Сяоя покачала головой и заставила себя успокоиться.

– Это хорошо, я думаю, что эта болезнь наполовину подавлена геном твоего отца. – Хотя это не большая проблема, но если ее дочь может быть здоровой, Шэнь Цинъи, естественно, была бы счастливее.

– Я собираюсь готовить, и после того, как ты закончишь есть, мы пойдем в больницу на обследование, – Му Сяоя улыбнулась, сказала матери, чтобы она больше не мыла пол, а затем вернулась на кухню готовить.

После обеда, несмотря на возражения Шэнь Цинъи, Му Сяоя все же отвезла ее в больницу на комплексное обследование.

После тщательного осмотра все показатели были в норме, ее мать была очень здорова.

Му Сяоя вздохнула с облегчением, и в то же время почувствовала себя немного потерянной, прежде чем начать винить себя: «Му Сяоя, ты слишком несправедлива, почему ты чувствуешь себя потерянной? Неужели ты надеешься, что у твоей матери такая же проблема как у тебя?!»

– Разве я уже не сказала это? Я в порядке. Только посмотри, как ты тратишь все эти деньги и еще таскаешь меня везде целый день. Школа каждый год устраивает медицинское обследование, и три месяца назад я уже получила заключение, все в норме, – уставшая Шэнь Цинъи не могла не упрекнуть свою дочь.

– Просто возьми его для меня, чтобы я могла чувствовать себя спокойно, – Му Сяоя привела в порядок свое настроение.

– Теперь тебе легче? – Шэнь Цинъи ткнула пальцем в голову дочери.

– Угу.

– Тогда пойдем, разве ты не говорила, что хочешь приготовить большой ужин для меня и твоего отца? – Шэнь Цинъи с улыбкой встала, и они вместе вышли из больницы.

Когда они вернулись домой, отец Му и Бай Чуань уже ждали их дома. Первоначально они хотели поехать в больницу, но после телефонного звонка они узнали, что Му Сяоя и мать Му уже едут домой, поэтому послушно ждали их дома.

– Цинъи, как дела? – с беспокойством спросил Му Жочжоу.

– Я в порядке, если не веришь, можешь посмотреть на стопку лабораторных анализов в руках твоей дочери, – Шэнь Цинъи рассмеялась: – Это просто старая болезнь, и так получилось, что она повторилась вместе с низким уровнем сахара в крови. Сяоя беспокоилась, поэтому заставила меня пойти в больницу для комплексного обследования.

– Хорошо, что проверили, – Му Жочжоу, очевидно, знал о проблеме своей жены: – Хотя твое головокружение не является серьезной проблемой, но если его можно вылечить, то его нужно вылечить.

– Проблема в том, что при обследовании ничего не было обнаружено.

– Ты, вероятно, слишком устала в последнее время, как насчет того, чтобы оставить должность директора школы? – Му Жочжоу не хотел, чтобы его жена слишком много работала.

– Моя работа только встает на правильный путь, а дети только привыкают ко мне, я не могу уйти, – Шэнь Цинъи отказалась без раздумий.

Бай Чуань много не говорил, с того момента, как свекровь вошла в дверь, он только стоял рядом с Му Сяоя и выражал свое беспокойство глазами.

Шэнь Цинъи заметила взгляд Бай Чуаня и успокоила:

– Не волнуйся, я в порядке.

– Угу, – Бай Чуань почувствовал облегчение.

– Папа, мама, в холодильнике не осталось продуктов, я пойду с Бай Чуанем, чтобы купить немного еды, мы вернемся и приготовим ужин для вас позже, – Му Сяоя положила результаты анализов на журнальный столик в гостиной и вывела Бай Чуаня.

Недалеко от ворот маленькой спального района находился овощной рынок, но, учитывая грязную обстановку рынка, Му Сяоя предпочла пойти в супермаркет. С тех пор, как они отправились в путь, и до возвращения, Му Сяоя была вся в заботах, а Бай Чуань с ее стороны был в некоторой растерянности. Он даже пытался начать разговор, но Му Сяоя лишь отмахивалась от него, говоря «угу» или «ах».

Бай Чуань не умел говорить, а в это время Му Сяоя явно отказывалась общаться, что немного напугало Бай Чуаня. Когда они подошли к воротам жилого района, Бай Чуань в конце концов не выдержал и остановил свои шаги, одновременно протягивая руку Му Сяоя, которая шла вперед одна.

– А? Что? – сказала Му Сяоя, которая наконец-то пришла в себя.

– Я говорю с тобой, но ты не обращаешь внимания, – пожаловался Бай Чуань.

– Прости, я просто беспокоилась о болезни мамы, поэтому не слышала, что ты сказала. Что ты сейчас сказал? – спросила Му Сяоя.

– Я понимаю, давай вернемся, – Бай Чуань отпустил Му Сяоя, взял пакет с овощами и продолжил идти. Он просто хотел узнать, о чем думает Му Сяоя.

– … – «Что понимает?» – Му Сяоя была немного растеряна.

Вернувшись домой, девушка понесла ингредиенты прямо на кухню, а Бай Чуань остался в гостиной и ждал ужина со своими свекрами.

– Сяо Чуань, вкусная ли еда у Сяоя? – это был вопрос от ее собственного биологического отца. Ведь она уже выросла такой большой, но Му Жочжоу никогда не видел, чтобы его родная дочь готовила.

– Вкусно, – Бай Чуань кивнул.

– Ты спрашиваешь Сяо Чуаня, разумеется, он скажет, что это вкусно, – Шэнь Цинъи рассмеялась, все мысли Бай Чуаня были заняты ее дочерью, любой, у кого есть глаза, мог это заметить. Но казалось, что после женитьбы состояние Бай Чуаня стало намного лучше, чем раньше, его речь и реакция стали намного быстрее и острее.

– А, точно, – Му Жочжоу тоже засмеялся.

Бай Чуань посмотрел на тестя и тещу, которые непринужденно разговаривали и смеялись, и вдруг очень торжественно встал и поклонился.

– Сяо Чуань, что ты делаешь? – оба человека в испуге подпрыгнули.

– Я хочу попросить вас об одной вещи, – сказал Бай Чуань.

– Что такое? Ты говоришь, ах, – двое посмотрели друг на друга, их лица были полны любопытства.

– Можете ли вы оба перестать болеть в будущем?..

Примечание автора:

О? Ключ к болезни Сяоя? ( ・∀・ )

Сяоя, расскажи об этом Сяо Чуаню! Он может помочь тебе на этот раз!!! ゞ◎ Д ◎ ヾ

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 59 - Потерять контроль

Было уже восемь часов вечера, когда они покинули дом семьи Му. Родители Му прогнали молодую пару, стоя у двери, и с благодарным чувством вздохнули.

– Кто сказал, что люди с аутизмом не могут говорить? Только посмотри на Сяо Чуаня из нашей семьи, он может говорить очень хорошо, а попросив нас больше не болеть, он даже звучит более искренне, чем «желаю вам здоровья», – когда Шэнь Цинъи слушала Бай Чуаня в то время, она просто чувствовала, как тепло разливалось по ее телу.

– Не так ли? – Му Жочжоу тоже почувствовал облегчение, вспомнив торжественный вид Бай Чуаня. Хотя их зять был немного невнятен, но он искренне поддерживал их глубоко в своем чутком сердце.

На обратном пути настроение Му Сяоя все еще было не очень хорошим, она одновременно винила себя и грустила. Изначально она была готова уйти из жизни через четыре года, но из-за внезапного обострения старой болезни матери Му Сяоя наконец увидела проблеск надежды. Она верила, что если она сможет раньше заметить признаки этого наследственного заболевания, то, возможно, ей удастся в какой-то степени предотвратить плохой исход. На самом деле смерть – это не самое страшное, это когда ты думаешь, что тебя неожиданно спасли из безвыходной ситуации, но в итоге все оказывается тщетным.

Кроме того… когда она сопровождала свою мать в больницу на обследование во второй половине дня, она надеялась, что они смогут найти симптомы этой болезни у ее матери, как у нее вообще могла возникнуть такая мысль? Му Сяоя с трудом может простить себя.

– Не волнуйся больше, я уже спросил отца и мать, они обещали больше не болеть, – в глазах Бай Чуаня Му Сяоя всегда сияла яркой и солнечной аурой, но каждый раз, когда она возвращалась из семьи Му, эта аура покрывалась дымкой. Однако сегодня она была особенно тяжелой.

– Обещали? – Му Сяоя не расслышала: – Что тебе обещали мои родители?

– Они обещали мне… что не будут болеть в будущем, – Бай Чуань объяснил: – Они не заболеют, так что тебе не стоит беспокоиться.

Му Сяоя была ошеломлена, педаль газа под ее ногой была поднята, и скорость автомобиля внезапно замедлилась, шокированный водитель белого автомобиля позади них сердито нажал на клаксон, и девушка пронзительным голосом произнесла:

– Это дело о болезни, обещание против нее не поможет, – после того, как машина возобновила свою стабильную скорость, Му Сяоя ответила Бай Чуаню с горькой улыбкой.

– Это полезно, – Бай Чуань начал приводить пример: – Раньше, когда бабушка болела, ее постоянно госпитализировали. Потом она пообещала мне больше не болеть, и больше в больницу не ходила. И только когда пришло время бабушки, она вернулась в больницу.

Бабушка Бай пообещала Бай Чуаню больше не болеть, а потом больше не ходила в больницу?

Как Му Сяоя могла поверить в такое? Она просто предположила, что бабушка Бай, должно быть, вызывала врача домой, когда Бай Чуаня не было дома.

– Хорошо, буду знать, спасибо, – Му Сяоя понимала доброту Бай Чуаня, но она не могла поверить в это так же, как и он.

– Ты не веришь, – дыхание Му Сяоя совсем не изменилось, Бай Чуань знал, что его утешение не сработало и Му Сяоя не верила ему.

Парень был расстроен, он чувствовал себя крайне потерянным. Он знал, что он отличается от других, и он также знал, что между ним и реальным обществом существует пропасть. Профессор Фэн и его бабушка говорили ему не беспокоиться об этом, просто принять свою истинную сущность и позволить себе интегрироваться постепенно, и не быть тревожным и раздражительным. Но иногда он все еще не мог контролировать свое беспокойство, он не хотел быть только тем, кто принимает помощь и утешение от других, он также хотел стать тем, кто может дать это другим людям.

Однако его метод всегда казался неправильным, как будто он был бесполезен. В прошлом бабушка вздыхала, а теперь Му Сяоя всегда была подавлена.

Они молча вернулись в свой район. Когда они вошли в дом, то увидели у двери коробку с часами, оставленную Бай Чжэном.

Му Сяоя взяла ее, посмотрела на нее и передала Бай Чжэну, что получила ее.

– Для тебя починили часы, – Му Сяоя передала часы Бай Чуаню.

Бай Чуань посмотрел на коробку и спросил:

– Это от брата, да?

Му Сяоя была ошеломлена:

– Откуда ты знаешь?

– Четыре года назад он также подарил мне часы, которые всегда опаздывают на две секунды каждый час, – ответил Бай Чуань.

– Да, брат надеется, что ты будешь носить их, – Му Сяоя снова увидела чистое сердце Бай Чуаня, она тоже не хотела скрывать это.

Бай Чуань взял их, открыл коробку и надел часы на руку, после чего внезапно побежал на чердак один.

Му Сяоя замолчала на некоторое время, когда она уже собиралась посмотреть, что происходит, Бай Чжэн написал ей в WeChat: [Бай Чуань надел их? Время на часах все еще отстает?]

Му Сяоя: [Он надел их, Сяо Чуань ничего не сказал, проблем быть не должно.]

Бай Чжэн: [Это хорошо, я уже все подготовил в компании.]

Му Сяоя вдруг вспомнила о плане лечения, который она составила для Бай Чуаня, но у нее не было времени обсудить его с Бай Чуанем, поэтому она пообещала: [Хорошо, я расскажу ему позже].

Му Сяоя повернула голову, посмотрела в сторону чердака и пошла наверх. Она думала, что Бай Чуань будет читать книги в кабинете, но когда она заглянула в кабинет, свет не был включен. Му Сяоя заколебалась, повернула направо и вышла на внешнюю террасу.

На тусклом стуле на террасе извивалась черная тень, а циферблат часов излучал мерцающий свет. Му Сяоя положила руку на выключатель, собираясь включить свет, но Бай Чуань остановил ее:

– Не включай свет.

Девушка убрала руку и на мгновение замолчала, после чего подошла к Бай Чуаню. Она стояла в шаге от него, но из-за темноты не могла разглядеть выражение его лица. Му Сяоя видела множество выражений лица Бай Чуаня: счастливое, застенчивое, сердитое, тревожное и даже безразличное. Однако все это были единичные эмоции, а не как в этот раз – сложная эмоция, состоящая из множества чувств.

– Несчастлив? – спросила Му Сяоя.

– Да.

– Злишься?

– Да.

– Немного расстроен?..

Бай Чуань задумался над этим разочарованием и хмыкнул «угу», когда понял его.

Му Сяоя сидела, скрестив ноги, напротив Бай Чуаня, бетонный пол весь день находился под летним солнцем, даже в это время на нем еще оставалось много остаточного тепла.

– Я тоже несчастлива, я немного зла и немного расстроена, – на этот раз Му Сяоя не спешила утешать Бай Чуаня, ее настроение в это время тоже было очень плохим, она тоже хотела, чтобы кто-то ее утешил.

Бай Чуань ничего не сказал, отчего в воздухе повисла удушающая тишина.

Неужели он не понимает?

– Сяо Чуань, я немного устала, – темнота делала людей хрупкими, в одно мгновение на сильном сердце Му Сяоя появилась щепка: – Ты можешь меня обнять?

Бай Чуань, который не знал, что делать, казалось, нашел путеводный свет. Он поспешно встал с подвесного кресла, присел на корточки рядом с Му Сяоя и крепко обнял ее.

– Сяо Чуань, мне немного страшно, – Му Сяоя зарылась головой в объятия Бай Чуаня, рассказывая ему о страхе в своем сердце: – Я думала, что мне не будет страшно, но когда я подумала об этом снова, я на самом деле все еще боюсь.

– Не бойся, не бойся, – Бай Чуань уговаривал ее, как уговаривают ребенка.

– Я совсем не сильная, я как страус: отчаянно зарываю голову и жду, когда наступит этот день.

– Когда я только что была в больнице, то даже надеялась, что в заключении обследования моей матери будет что-то не так, чтобы я могла… я… как я могла думать так?!

Бай Чуань не знал, как утешить Му Сяоя, которая внезапно потеряла контроль над собой, и даже не мог понять смысл слов Му Сяоя. Он мог только относиться к нынешней Му Сяоя как к самому себе после того эпизода, крепко обнимая ее и ничего не говоря.

– Прости меня, я была не в себе, – после того, как она достаточно наговорилась, Му Сяоя смущенно подняла голову, она не ожидала, что выйдет из себя в присутствии Бай Чуаня.

– Оказывается… у Сяоя тоже может быть приступ, – голос Бай Чуаня был несколько новаторским.

«Приступ?» – Му Сяоя замерла, такой вывод был весьма подходящим:

– Точно, у меня тоже может случиться приступ, и я потеряю контроль над своими чувствами.

– Все в порядке, я не возражаю.

– Правда? Тогда, я действительно благодарю тебя, – Му Сяоя позабавил тон Бай Чуаня «мне не противно», и ее настроение мгновенно улучшилось.

– Давай вставать, пол немного горячий, – Бай Чуань не только чувствовал жар, его колени также болели из-за стояния на них.

Они поднялись с пола и сели в подвесное кресло, в котором только что сидел Бай Чуань. Это подвесное кресло было специально выбрано Му Сяоя, оно было двойным, так что они оба могли сидеть полностью.

– Ты, ах... Почему ты несчастлив, зол и расстроен? – собственные эмоции Му Сяоя восстановились, и она не забыла о чувствах Бай Чуаня.

– Теперь я в порядке.

– Хорошо? Ты в порядке после того, как увидел у меня приступ? – «Этот парень не стал бы злорадствовать, верно?»

– Это не так… – Бай Чуань покачал головой, а затем объяснил: – Я не знаю, как утешить тебя, поэтому мое настроение стало плохим. Но теперь, когда ты здорова, я тоже в порядке.

Промолчав, Му Сяоя немного склонила голову, видя в тусклом свете лишь смутный профиль Бай Чуаня.

Она вдруг поняла, что эту семью поддерживает не только она одна, Бай Чуань тоже растет, и хотя он все еще неуклюж, но старается изо всех сил. Му Сяоя больше не хотела плакать, но она не могла удержаться от слез. Она повернула голову и позволила себе посмотреть вдаль, любуясь ночным видом города с высокого чердака. Она подумала, что именно такой партнер дает понять, что он поддерживает тебя всей душой.

Бай Чуань тихо взял Му Сяоя за руку, он не хотел нарушать ее спокойствие и только убедился, что внутри нее больше нет дымки.

*Динь!*

Телефон в кармане Му Сяоя внезапно издал звук уведомления, она достала его и увидела, что это была ее мать.

[Мама: Сяоя, когда ты сейчас готовила на кухне, Сяо Чуань обратился ко мне и твоему отцу с просьбой. Он очень торжественно попросил нас больше не болеть. Мы приняли его доброе намерение и дали обещание. Хотя это невыполнимая просьба и никто не может никогда не заболеть за всю свою жизнь, но мы будем серьезно заботиться о себе, чтобы не подвести его чувства к нам.]

[Мама: Изначально мы не собирались говорить тебе об этом, но мы подумали и почувствовали, что внезапная просьба Бай Чуаня, должно быть, из-за тебя. Так что, дочка, твои родители сами о себе позаботятся, не волнуйся.]

– Сяо Чуань, то, что ты сказал, было правильно, – Му Сяоя посмотрела на телефон и глупо усмехнулась: – Обещания определенно полезны.

– Полезны.

– Тогда можешь пообещать мне одну вещь?

– Хорошо, – Бай Чуань привычно согласился на требования Му Сяоя.

– Завтра утром возьми такси, чтобы самому поехать на работу, – Му Сяоя воспользовалась случаем, чтобы сказать это.

– А?

П.п.: Сяоя, Сяо Чуань… будьте сильными… (ó ﹏ ò ｡ )

К слову, я родом из тропической страны, и хотя днем бывает жарко, ночью все равно ветрено и прохладно. В Китае все по-другому, лето влажное и жаркое, и ветра практически нет даже ночью, для меня это было слишком удушливо… ( ≖ ͞_ ≖ ̥)

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 60 - Взросление

В первый день, когда Бай Чуань отправился на работу один, казалось, что даже Бог сжалился над ним, так как с неба падал мелкий моросящий дождь.

Держа зонтик в левой руке, а правой почесывая шов на штанине, он иногда оглядывался на ступеньки, ведущие к дому. Несмотря на то, что их разделяла завеса дождя и двухметровые ступени, Му Сяоя все равно чувствовала тяжелое беспокойство Бай Чуаня.

– Он стоит там уже десять минут, – сказала Фан Хуэй, которая прибежала сюда рано утром, чтобы увидеть волнение, теперь прислонилась к французскому окну, потягивая кофе, и выражение ее лица было очень довольным.

– Девять минут, – Му Сяоя поправила.

– Какая разница?! – Фан Хуэй закатила глаза. – «Эта девушка была с Бай Чуанем слишком долго, что она стала копировать его и становится чувствительной к цифрам?» – Забудь об этом, ты же видишь, какой он жалкий.

– Нет! – Му Сяоя решительно и прямолинейно ответила.

– О, это и есть ожесточение сердца? – Фан Хуэй была несколько удивлена.

– Есть некоторые вещи, которым он должен научиться.

– Глядя на то, как ты тогда переживала из-за него, я подумала, что ты готова заботиться о нем до конца своих дней.

– Я тоже хочу… – с горькой улыбкой Му Сяоя тихо вздохнула. Если бы она могла, она не хотела так сильно принуждать Бай Чуаня.

– Что ты сказала?

– Я сказала… Бай Чуань должен быть в состоянии преодолеть это, как тогда, когда я попросила его пойти на утреннюю пробежку, – все верно, как и в случае с утренней пробежкой, он превратил то, что отвергал, в образ жизни, который ему нравился.

– Но неужели ты не боишься, что Бай Чуань попадет в аварию? Хотя все в семье согласились, но если с Бай Чуанем действительно что-то случится, они все равно обвинят тебя, – напомнила Фан Хуэй.

– Я знаю, – Му Сяоя уже мысленно приготовилась: – Бай Чжэн был прав, они обязательно обвинят меня, если с Бай Чуанем что-нибудь случится.

– Бай Чжэн? Почему он так сказал?! – Фан Хуэй уставилась на нее, казалось, что она вот-вот выйдет из себя. – Ты уже так себя ведешь ради Бай Чуаня, а они все еще смеют обвинять тебя? По какой причине?!

– Я не думаю, что он имел это в виду, – Му Сяоя объяснила: – Он имел в виду, что независимо от того, кто принял это решение, если с Бай Чуанем что-то не так, то мы все будем обвинять друг друга. Винить другую сторону и винить себя. Но любовь, помимо терпимости и защиты, имеет и обязанности. Если мы хотим сделать Бай Чуаня лучше, мы должны идти на риск, а раз мы должны идти на риск, то у нас должно быть мужество, чтобы нести последствия. Я хочу иметь такое мужество, и они тоже.

– Значит ли это, что он доверяет тебе? – Фан Хуэй подняла брови.

– Должно быть, Бай Чжэн лично сказал, что я юридически и морально самый близкий человек к Сяо Чуаню.

– Он достоин быть президентом компании, которая котируется на бирже, эти слова, ах, это не то, что поймет большинство людей, – Фан Хуэй повернула голову и посмотрела в окно, такси медленно подъехало с перекрестка: – Уже пять машин.

Му Сяоя тоже нервничала, она затаила дыхание и ждала реакции Бай Чуаня.

Бай Чуань тоже заметил машину, он подсознательно оглянулся на Му Сяоя. Му Сяоя тоже смотрела на него, но она отказалась подойти и помочь ему.

«Неужели ты хочешь, чтобы я сам поймал такси?»

Машина подъезжала все ближе и ближе, и казалось, что он окончательно решил, что Му Сяоя не выйдет и не поможет ему сегодня, поэтому Бай Чуань глубоко вздохнул и поднял руку вперед.

– Господин, вас подвезти? – Таксист припарковал машину точно перед Бай Чуанем и с энтузиазмом спросил, опустив окно.

Бай Чуань подсознательно сделал шаг назад, он снова беспомощно обернулся и увидел, что Му Сяоя все еще стоит на высоких ступенях, не двигаясь.

«Сяо Чуань, ты поймаешь такси, чтобы поехать в компанию завтра утром. Не волнуйся, все просто. Когда увидишь такси, подними руку, и такси остановится. Когда водитель спросит, хочешь ли ты взять такси, ты кивнешь головой или ответишь «да», откроешь дверь машины и сядешь на заднее сиденье. После того как сядешь в машину, водитель спросит тебя, куда ты хочешь поехать, и ты назовешь ему адрес компании. После всего этого все будет как прежде, просто жди в машине, пока не подъедешь к компании, а потом выходи из машины», – Бай Чуань молча вспоминал процедуру, которой Му Сяоя научила его прошлой ночью. Его молчание заняло много времени, к счастью, все эти таксисты были заранее предупреждены Му Сяоя, поэтому они не требовали скорого ответа Бай Чуаня.

Уже то, что Бай Чуань мог поднять руку и остановить машину, было большим улучшением, теперь они просто ждали, пока он наберется смелости, чтобы сесть в машину и уехать.

– Да, – наконец-то Бай Чуань ответил на вопрос водителя.

– Тогда, пожалуйста, садитесь в машину, – водитель тихо пробормотал «наконец-то есть реакция», затем быстро напомнил другой стороне сесть в машину.

Бай Чуань был хорошо знаком с процедурой посадки в машину; он открыл дверь машины, закрыл зонтик и сел внутрь.

Как только Бай Чуань сел, водитель завел машину и умчался прочь. Испуганный Бай Чуань обернулся и посмотрел назад, но фигура Му Сяоя была заслонена деревьями на обочине и больше не была видна.

– Господин, куда вы хотите поехать? – водитель начал запускать счетчик.

Бай Чуань напрягся и вдруг осознал, что, по сути, втискивает свое тело в очень маленькое пространство с совершенно незнакомым человеком. Он так нервничал, что не мог говорить, и даже хотел выпрыгнуть из машины.

– Сэр, скажите мне, куда вы хотите поехать? – водитель увидел, что Бай Чуань все еще не отвечает, поэтому он настоял и спросил снова.

– Я… я… хочу выйти, – пальцы Бай Чуаня спокойно держались за ручку двери. В этот момент его телефон внезапно зазвонил.

– Сяоя… Сяоя… – Бай Чуань поднял трубку и закричал в панике, как утопающий, крепко ухватившийся за корягу.

– Сяо Чуань, не бойся, успокойся, сделай глубокий вдох… – голос Му Сяоя повторялся снова и снова в телефоне, она ждала, пока Бай Чуань успокоится, прежде чем спросить: – Ты сказал водителю место, куда ты хочешь поехать?

– Нет, – Бай Чуань покачал головой.

– Тогда ты все еще помнишь куда?

– Дорога Саньнань, номер 1999, здание «Ифэн».

– Тогда повтори это водителю перед тобой, и он отвезет тебя туда, – Му Сяоя мягко добавила: – Сяо Чуань, не вешай трубку, я здесь, рядом с тобой.

Это предложение придало Бай Чуаню бесконечные силы, и он заставил себя снова вырваться из мира, где есть только он и Му Сяоя, и попытался общаться с водителем, сидевшим впереди:

– Я… хочу поехать на улицу Саньнань, номер 1999, здание «Ифэн».

– Хорошо, мы скоро будем там, – водитель не оглянулся и больше ничего не сказал, как будто он не видел ничего, что только что произошло позади него. Он только еще раз проверил замок двери и убедился, что она заперта правильно.

Как только машина достигла угла улицы Саньнань, охранник у двери увидел ее издалека. Он поспешно крикнул на другой конец:

– Машина второго молодого господина прибыла!

Затем он с готовностью шагнул вперед и помог Бай Чуаню открыть дверь.

– Добро пожаловать, второй молодой господин.

Появление маленького охранника заставило Бай Чуаня полностью успокоиться. Он действительно приехал в «Ифэн», и тот, кто открыл дверь, был охранником, которого он встречал каждое утро, чтобы открыть дверь своей машины.

– Второй молодой господин, вы не выйдете из машины? – охранник увидел ошеломленный вид Бай Чуаня и не смог удержаться, чтобы не прошептать напоминание.

Конечно, Бай Чуань должен был выйти. Когда он уже собирался взять свой зонтик, он вдруг что-то вспомнил и достал что-то из кармана. Он достал сто юаней и протянул их водителю впереди:

– Деньги.

Бай Чуань вспомнил, что после прибытия в компанию, он должен заплатить деньги водителю.

– Подождите немного, я ищу вашу сдачу, – водитель также уже приготовил сдачу, он сразу взял ее и отдал Бай Чуаню. После того, как Бай Чуань вышел из машины, он поспешно уехал, как будто боялся, что Бай Чуань снова сядет внутрь.

– Сяоя, я приехал, – Бай Чуань все еще держал телефон в руке.

– Тогда иди на работу, хорошо? После окончания работы я буду ждать тебя в студии, чтобы вместе поехать домой.

– Угу, – Бай Чуань непрерывно кивал, хотя Му Сяоя, очевидно, не могла этого видеть. Положив трубку, он вошел в здание «Ифэн», глядя на все вокруг, он подумал, как он только что прибыл в это место на такси, и сердце Бай Чуаня внезапно ощутило небывалое чувство достижения и уверенности.

– Президент, второй молодой мастер уже прибыл в отдел исследований и разработок, – Лу Ян взглянул на телефон и сообщил новости, которые он получил от Астро, Бай Чжэну, который расхаживал взад-вперед по офису.

– Понял, начинайте совещание! – Бай Чжэн взял телефон и сообщил новость своим родителям и Му Сяоя.

– Да, – Лу Ян повернулся и сообщил руководителям, которые уже более 20 минут ждали в комнате для совещаний, что президент сейчас придет.

Хотя Му Сяоя и Бай Чуань всю дорогу разговаривали по телефону, если сообщение Бай Чжэна с подтверждением еще не было отправлено, она все равно не могла чувствовать себя уверенно. В это время она окончательно расслабилась. Она улыбнулась и посмотрела на Фан Хуэй, которая была с ней все это время:

– Он сделал это! Он сам научился ездить на такси!

– Я знаю, просто посмотри, как ты так задорно себя ведешь.

– Ты не понимаешь! Это первый шаг Бай Чуаня на волю! В будущем он сможет становиться все лучше и лучше.

– Действительно, я не понимаю, тогда мне придется просто медленно наблюдать, – Фан Хуэй также надеялась, что Бай Чуань сможет стать лучше, лучше, если он сможет стать еще лучше.

В 5:30 пополудни Му Сяоя получила сообщение от Бай Чжэна: [Сяо Чуань в машине.]

Му Сяоя сразу же взяла незаконченный проект и перенесла его со своего стола на стойку возле двери. Так она могла убедиться, что Бай Чуань сможет увидеть ее, как только придет.

*Динь!*

На телефон Му Сяоя пришло еще одно сообщение от Бай Чуаня: [Я сел в машину и сказал водителю адрес студии.]

«Он ждет похвалы?» – Му Сяоя не могла удержаться от улыбки, она сразу же воодушевилась: [Большой прогресс, достойный похвалы.]

Благодаря водителю такси, знакомой дороге и быстрой скорости, Бай Чуань прибыл к входу в студию на пять минут раньше, чем ожидалось. Му Сяоя смотрела вниз, чтобы изменить некоторые мелкие рисунки, и не заметила такси, которое остановилось у двери. Но Бай Чуань бросил взгляд на окно и увидел Му Сяоя.

Он держал зонтик, шагал бодрым шагом, как будто у него на ногах были крылья, и смотрел в сторону Му Сяоя, ожидая, что она увидит его через окно.

Му Сяоя провела последнюю линию и неосознанно подняла глаза, чтобы посмотреть, не подъехало ли такси. Кто бы мог подумать, что когда она поднимет глаза, ее встретит благодушная улыбка Бай Чуаня.

Бай Чуань улыбался на улице под дождем, Му Сяоя улыбалась в студии, их разделял слой стекла, и никто не двигался.

Вдруг Бай Чуань протянул руку и поймал каплю воды на край зонта, а затем быстро написал строчку на стекле окна: «Сяоя, я вернулся».

Такие простые 3 слова, Му Сяоя была так взволнована и счастлива, что бросилась из студии прямо под дождь и попала под зонт Бай Чуаня.

– Так красиво, ах, – сказала Лэн И, одна из двух сотрудников студии.

– Так романтично, ах, – сказала Фан Хуэй, одна из двух начальников студии.

– Почему вы не сказали Бай Чуаню просто войти? Сестра Муму выбежала вот так, разве их одежда не промокнет насквозь? – сказал сяо Синь, один из двух сотрудников студии.

– Замолчи! – двойное презрение от Лэн И и Фан Хуэй.

– …

П. п.: Панда: «Заткнись, Сяосинь!» ( ／ ‵Д′) ／ ~ ╧╧

Побочное примечание: Вот почему я люблю роман Краба. Для меня любовь означает уважать, понимать, жертвовать, меняться, принимать и становиться «домом» друг для друга. Это значит пройти через все горькие и сладкие моменты вместе, и я желаю Сяоя и Сяо Чуаню всего самого лучшего. ♡ ＾▽＾♡ Да, Сяоя, эту семью будете поддерживать и ты, и Сяо Чуань вместе, вы не одиноки.

Глава 61 - Я был в твоей школе

На десятый день после того, как Бай Чуань отправился на работу один, 5D-игра «Одиночка», разработанная Бай Чуанем, была официально представлена публике. Поскольку это была первая крупномасштабная 5D-игра в Китае, которая поддерживала многопользовательскую игру в режиме онлайн, Yifeng Group провела для нее очень большую пресс-конференцию.

Финансовые и экономические сети, киберспортивные сети и даже национальные новостные сети соревновались за право посетить эту пресс-конференцию. Акции Yifeng также выросли в день открытия рынка, а затем остановились, и все это благодаря новой игре.

П. п.: Для тех, кто не знает об акциях, вы можете торговать и продавать акции компании. А на рынке есть лишь ограниченное количество акций, и не только это, там может быть только несколько человек, продающих свои собственные акции, которые можно купить. Это значит, что акции Yifeng поднялись очень высоко, потому что они пользуются большим спросом, и купить акции их группы стоит дороже.

Однако это не волновало Му Сяоя, ее волновал только Бай Чуань, сидящий рядом с ней.

Сегодня Бай Чуань был одет в официальную одежду. По настоятельной просьбе Му Сяоя он переоделся в костюм и кожаные туфли, которые она лично изготовила для него. Его обычно чистые и свежие волосы были уложены с помощью геля для волос, а челка убрана со лба.

– Не двигайся, – Му Сяоя не могла не остановить Бай Чуаня, который хотел протянуть руку и дотронуться до волос.

– Неудобно, – Бай Чуань не любил, когда его волосы были жесткими.

– Но это очень красиво. Позволь мне посмотреть еще час на них, хорошо? Мы вернемся, и я вымою волосы для тебя, – еще через час пресс-конференция должна была закончиться.

– Угу, – «Час?» – Бай Чуань взглянул на часы и начал молча отсчитывать время.

Оба тихо общались под сценой. На сцене был Бай Чжэн, который отвечал на различные вопросы репортеров. Самый главный вопрос был о том, почему главный дизайнер этой игры не был на месте событий.

Бай Чжэн посмотрел на Бай Чуаня, который спокойно сидел под сценой, и с улыбкой сказал:

– Наш главный дизайнер готовит версию 2.0 «The Lonely One». Когда выйдет версия 2.0, я думаю… главный дизайнер должен будет стоять здесь.

Все не стали долго думать, почему Бай Чжэн добавил этот комментарий о главном дизайнере, вместо этого они мгновенно отвлеклись на обновленную версию игры, и тема плавно перешла к разработке «The Lonely One» 2.0.

– Эта игра только вышла на рынок, и вы собираетесь разрабатывать версию 2.0?

– Когда она будет доступна?

– Каковы основные изменения в обновленной версии игры? Будете ли вы разрабатывать игровой шлем, который появляется в фильме?

П. п.: Фильм, о котором они говорят, – это рекламный ролик, который Атунму был вынужден сделать, когда они использовали Бай Чуаня, чтобы продлить срок, тогда он упоминался одним предложением.

Репортеры задали так много вопросов, что микрофон и камера почти слились с лицом Бай Чжэна. Когда Му Сяоя увидела эту сцену, она была очень рада, что Бай Чуаня не было на сцене. «Но в то же время я не могу не чувствовать, что это все упущено, потому что… эта слава должна была принадлежать Бай Чуаню».

– Сяо Чуань, ты хочешь, чтобы другие знали, что эта игра была разработана тобой? – Му Сяоя спросила Бай Чуаня.

– Я не хочу, – Бай Чуань покачал головой.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы так много людей знали, – если возможно, кроме своей семьи и Му Сяоя, Бай Чуань не хочет знать других людей, не говоря уже о том, чтобы быть в центре, как Бай Чжэн, вокруг которого толпились и расспрашивали его.

– Тогда не будем, – Му Сяоя улыбнулась.

Час спустя пресс-конференция успешно завершилась. После того, как Му Сяоя и Бай Чжэн поприветствовали друг друга, она ушла вместе с Бай Чуанем. С пресс-конференции рука Бай Чуаня не покидала его голову. Первоначальная чистая и красивая прическа была вскоре испорчена Бай Чуанем и стала похожа на куриное гнездо.

П. п.: Куриные гнезда выстилают сеном, чтобы они могли какать на него, и его легко менять и чистить, поэтому его прическа похожа на грязное сено.

– Прекрати возиться с этим. Я отведу тебя помыть голову, – Му Сяоя изначально хотела отвести Бай Чуаня домой, чтобы он помыл волосы, но из-за того, что ему было так неудобно, она передумала.

Место проведения конференц-зала было очень близко к ее бывшей школе. Отсюда дорога на машине займет менее десяти минут. Му Сяоя отправилась в парикмахерскую, которую она раньше часто посещала, с небольшой витриной и немногочисленным персоналом.

– Мы хотим шампунь и мойку, – Му Сяоя попросила Бай Чуаня сесть на стул и сказала подошедшему помощнику парикмахера.

Помощница парикмахера услышала, что другая сторона хочет помыть волосы шампунем. Она повернулась и подошла с принадлежностями, но когда она уже собиралась действовать, ее остановила Му Сяоя, которая стояла в стороне:

– Я помою сама, – она только что пообещала Бай Чуаню, что вымоет ему волосы.

– Но… – помощница парикмахера неуверенно посмотрела на свою начальницу, которая стояла рядом с ней.

– Ты можешь мыть сама, но мы возьмем деньги, – босс, очевидно, был знаком с Му Сяоя.

– Разве это не двадцать юаней? – с презрением спросила Му Сяоя.

– Цена выросла, теперь она составляет 30 юаней.

П. п.: Это 4,25 доллара США, что довольно дешево. Меньше, чем чашка боба.

– Тогда дайте мне другой фартук, – Му Сяоя воспользовалась случаем, чтобы спросить.

Босс оставил фартук, а затем оставил их вдвоем. Му Сяоя надела фартук и скопировала действия помощника парикмахера рядом с ней, чтобы обслужить Бай Чуаня. Техника мытья шампунем была, естественно, плохой. Когда шампунь вспенился, на его щеках и коже головы образовалось много пены. Она не только намочила его костюм, но и попала парню в глаза.

– Эй, Сяо Чуань, закрой глаза, а я вытру за тебя, – Му Сяоя поспешно протянула руку, чтобы вытереть пену на лице Бай Чуаня, но ее руки были полны пены. Чем больше она вытирала, тем больше пены оставалось на его лице.

В конце концов помощница парикмахера сбоку не выдержала. Она протянула полотенце, чтобы разрешить проблему.

– Красавица, в нашем деле все не так просто, как кажется, – ассистентка парикмахера поддразнила.

– Да… да, ах, ха-ха-ха… – Му Сяоя смущенно улыбнулась.

– Если оставишь, я помою, не порти глаза своему парню.

Му Сяоя посмотрела в зеркало и обнаружила, что глаза Бай Чуаня были красными и чувствительными, но все еще упрямо открытыми. Он посмотрел на Му Сяоя через зеркало и даже улыбнулся.

– Сяо Чуань, как насчет того, чтобы я попросила кого-нибудь помыть за меня, – Му Сяоя спросила мнение Бай Чуаня.

– Не хочу, – Бай Чуань не протянул руку, чтобы вытереть мыльные разводы, вместо этого он схватил угол одежды Му Сяоя. Его глаза, раздраженные мыльным раствором, казалось, говорили: «Ты только что обещала мне».

– Настаиваешь на мытье, ах, не забудь отвести его в подсобку, чтобы смыть это, – босс прошел мимо и напомнил.

П. п.: Итак… Я понятия не имею, почему вы должны идти в другое место, чтобы ополоснуть/вымыть волосы после шампуня… кто-нибудь, пожалуйста, прокомментируйте и просветите меня. Здесь вы ложитесь, мойка находится вокруг вашей головы, и процесс смывания происходит там.

– … – Му Сяоя неловко кашлянула и послушно повела Бай Чуаня мыться в другую комнату.

После мытья они собирались покинуть парикмахерскую. Владелец парикмахерской взял 30 юаней и шутливо сказал:

– За ваше проявление симпатии я получу 30 юаней, а вы – испорченный костюм.

Му Сяоя вытащила Бай Чуаня, одежда которого была наполовину мокрой, из парикмахерской и нашла место, где было мало людей, чтобы Бай Чуань мог снять пиджак. На нем осталась чистая белая рубашка, которая из-за воды прилипла к коже.

– Расстегни воротник, – с этими словами Му Сяоя встала на ноги, чтобы расстегнуть пуговицу на воротничке Бай Чуаня. Когда пуговица была расстегнута, Му Сяоя не думала об этом, но когда белые ключицы открылись солнцу, девушка бессознательно замерла.

– Вау-у-у, – только когда группа проходящих мимо студентов издала двусмысленные звуки восхищения, Му Сяоя пришла в себя.

– Пойдем... пойдем домой, – Му Сяоя только почувствовала, что потеряла лицо и не может больше смотреть на людей, поэтому она потянула Бай Чуаня к парковке.

Но Бай Чуань не двигался. Он указал на переднюю часть и сказал:

– Твоя школа.

– Да, это моя школа. Я провела четыре года в этом здании, – Му Сяоя не ожидала, что Бай Чуань знает, что это ее школа.

– Я знаю…

– Ты знаешь? – Му Сяоя была немного удивлена. – Не хочешь осмотреться?

– Хорошо, – Бай Чуань согласился без раздумий. Ему было любопытно, что это за место, из-за которого Сяоя так долго не хотела возвращаться домой… чтобы увидеть его.

– Пойдем, – Му Сяоя привела Бай Чуаня к школьным воротам и рассказывала, пока шла: – Это южные ворота школы. За южными воротами находится торговая зона. Там много магазинов, таких как салоны красоты, одежда и так далее. Туда ученики ходят, чтобы позаботиться о своем имидже.

– Войдя в южные ворота, иди прямо до другого конца школы, там находятся северные ворота. За северными воротами есть рестораны, и там есть целая улица, посвященная еде, она особенно вкусная, – Му Сяоя предложила: – Как насчет того, чтобы поесть у северных ворот сегодня в полдень?

– Так… а как насчет восточных ворот?– неожиданно спросил Бай Чуань.

– Восточные ворота? За восточными воротами проходит главная дорога. Там проезжают машины, и мы редко там бываем.

– Редко ходим? Ты имеешь в виду раз в день?

– Реже, чем раз в день, иногда я не хожу туда неделю, – Му Сяоя продолжила: – Станция метро находится у западных ворот, еда – у северных, магазины одежды – у южных, а у восточных ворот ничего нет. Обычно они используются для посторонних, например, людей, приезжающих посетить школу, или оттуда приходит руководство.

– Ох, – Бай Чуань тихо хмыкнул, со следами раздражения на лице. – Неудивительно, что я не видел тебя в прошлый раз.

– В прошлый раз – это когда? – Му Сяоя замерла. – Ты был в моей школе?

– Да, – Бай Чуань кивнул. – Когда ты училась в колледже, ты долго не приходила домой. Я скучал по тебе, поэтому пришел к тебе.

– Ты… пришел один? – «Если бы его не сопровождала бабушка Бай или другие люди из семьи Бай, найти меня было бы невозможно».

– Угу, – Бай Чуань кивнул и грустно сказал: – Я ждал у восточных ворот 24 часа.

«Около четырех лет назад Сяо Чуань однажды убежал один на один день и ночь, после чего вернулся. С тех пор семья Бай больше не смеет отпускать Сяо Чуаня одного. Никто не знает, куда он ходил всю ночь, может, ты спросишь его?»

Му Сяоя давно интересовал этот вопрос, но она так и не спросила. Она боялась, что если спросит, то станет такой же, как все в семье Бай, и не позволит Бай Чуаню выходить одному. Поэтому она решила не раздувать панику, пока Бай Чуань не научится выходить на улицу один. Но она не думала, что получит ответ на этот вопрос, поэтому она была неожиданно застигнута врасплох.

П. п.: Она не хотела спрашивать Бай Чуаня, потому что боялась его ответа, поэтому она не хотела знать, пока не будет уверена в безопасности Бай Чуаня, что он сможет самостоятельно передвигаться.

– Оказывается, ты ходишь к восточным воротам только раз в неделю. Мне следовало подождать еще шесть дней, – Бай Чуань задумался о своих ошибках того времени. Если бы он подождал еще шесть дней, то, возможно, смог бы провести с Сяоя еще четыре года.

– Почему… почему ты не ждал у других ворот, почему ты ждал у восточных ворот? – голос Му Сяоя был отрывист.

– Потому что восточные ворота твоей школы… ближе всего к твоему дому, – ответил Бай Чуань.

«Поскольку между восточными воротами и моим домом самое короткое прямое расстояние, ты ждал у восточных ворот. Почему ты не подумал о том, что я ем три раза в день и пойду к северным воротам. Почему ты не подумал о том, что метро у западных ворот? Если бы я хотела пойти домой, я бы пошла к западным воротам…»

«Почему ты все время ждал у восточных ворот?»

Но… Если бы Бай Чуань мог принять это во внимание, тогда Бай Чуань был бы нормальным человеком. Если бы он был нормальным человеком, разве он заботился бы о ней так же сильно, как сейчас?

– Пойдем! – внезапно Му Сяоя потянула Бай Чуаня и повернулась к дороге перед ними. Они пошли прямо в другую сторону. Пройдя 20 минут, она остановилась у восточных ворот школы.

– Иди туда, – Му Сяоя отпустила Бай Чуаня и указала вперед.

– Куда? – Бай Чуань был озадачен.

– Подожди меня, – Му Сяоя посмотрела на Бай Чуаня и заверила его: – На этот раз я обязательно выйду.

Глаза Бай Чуаня загорелись, он кивнул и повернулся, чтобы побежать к воротам. Он выбежал из ворот и встал под тополем с левой стороны от восточных ворот, затем посмотрел в сторону ворот.

Му Сяоя стояла на месте и смотрела вслед уходящему Бай Чуаню. Но она не стала сразу же преследовать его, а подождала пять минут, прежде чем выйти на улицу.

Она шла шаг за шагом к входу в школу, стараясь соответствовать своему походному состоянию и темпу, когда она была ученицей, как будто она была ученицей, которая только что закончила утренние занятия, держа в руках книгу, и шла к воротам школы. Она просто вышла за ворота школы и не искала его специально, но Му Сяоя сразу увидела Бай Чуаня под тополем.

П. п.: Эй, ребята, разве это не первая их «ролевая игра»? LOL.

«Оказалось, что ты ждал меня в таком неприметном месте...»

Му Сяоя улыбнулась Бай Чуаню, и ее спокойный шаг стал тревожным. Она быстро подбежала и встала перед Бай Чуанем:

– Ты пришел ко мне?

– Угу, – Бай Чуань радостно кивнул. Время и пространство в этот момент немного размылись перед ним и постепенно слились в сцену четырехлетней давности, когда он ждал Сяоя.

Из глубины его сердца хлынул поток тепла, он втянул в себя и смыл скрытое пятно сожаления, которое пряталось в глубине его сердца.

– Почему ты ищешь меня? – продолжала спрашивать Му Сяоя.

– Я хочу сказать тебе… – незаметно ответил Бай Чуань. – В будущем ты можешь ездить домой и на выходные.

– Хорошо, я буду ездить домой на выходные. В будущем я буду ездить домой не только на выходные, но и каждый день, – Му Сяоя улыбнулась, ее сердце неловко забилось, а солнечный свет, падающий из щели между листьями, осветил слезы на ее глазах.

Сердце Бай Чуаня было тронуто. Он опустил голову и поцеловал слезы на глазах Му Сяоя, а затем ушел. И без того короткая осень прошла в одно мгновение, и наступила холодная зима.

Страница книги Мой муж с синдромом ученого в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Возрождение

Глава 2 - Предложение

Глава 3 - Брак

Глава 4 - Грусть

Глава 5 - Подозрительная бывшая жена

Глава 6 - Мы ждем их согласия

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 7 - Любить его

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 8 - Пришли мне свою фотографию

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 9 - Ты мое окно

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 10 - Милый

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 11 - Сидеть вместе

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 12 - Не надо меня ненавидеть

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 13 - Первый день совместной жизни

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 14 - Обещание

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 15 - Настоящие время

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 16 - Ты просто ослепительна

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 17 - Наушники

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 18 - Зарплата

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 19 - Ты прекраснее книг

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 20 - Вручение зарплатной карточки

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 21 -

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 22 - Хороший Бай Чуань

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 23 - Неожиданно популярная реклама

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 24 - Неожиданный удар

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 25 - Первый поцелуй

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 26 - Кокетство

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 27 - Возвращение домой

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 28 - Недостаточно сил

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 29 — Пазл

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 30 — Сколько денег на зарплатной карточке?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 31 - Чашка счастья

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 32 - Вернуться к работе и содержать жену

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 33 - Раздача свадебных конфет

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 34 - Еще один приступ

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 35 - Не имеет ничего общего с добродетелью или ответственностью

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 36 - Уговоры жены

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 37 — Приятный сюрприз

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 38 — Пропуск работы

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 39 - Подарок за победу

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 40 - Свадебный дом

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 41 - Непреодолимый зуд

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 42 — Не хочу его пугать

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 43 – Хочу, чтобы пошел дождь, дабы поцеловать тебя

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 44 - Злость

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 45 - Бегство

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 46 – Я заберу тебя с работы

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 47 – Чего ты боишься?

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 48 — Он уже давно мне нравился

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 49 — Противоречие

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 50 — Спи со мной

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 51 - Сяоя любит меня

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 52 - Сделать лучше

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 53 — Заботится о семье

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 54 - Подарок на День святого Валентина

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 55 - Подарок на День святого Валентина

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 56 - Подарок на День святого Валентина

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 57 - Первая ночь в новом доме

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 58 – Признаки генетического заболевания

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 59 - Потерять контроль

Мой муж с синдромом ученого [Завершено✅] Глава 60 - Взросление

Глава 61 - Я был в твоей школе

О книге