Пролог

– Веришь ли ты в предсказания?

– Простите, ваша светлость. Эта девица не верит в суеверия.

– Какой стыд. В суевериях есть что-то величественное. Они придают энергию людским жизням.

Вокруг тишина.

Пятитысячная толпа беззвучно слушала разговор между двумя людьми, перед ними.

С одной стороны стояла невообразимо прекрасная женщина. Пока что она была дворянкой, управлявшей городом, но сейчас она так же была и тем, кто потерпел поражение в этой осаде.

С другой стороны сидел тёмный человек. Облачённый в чёрный плащ и одетый в чёрные же одежды, он мог быть описан только как посланник тьмы. В довершение образа, он обрывал лепестки цветка. Лепесток за лепестком, роза была оборвана и зловеще упала на пол.

– Ранее, у тебя уже была возможность сдаться.

– Я признаю это.

– Четырежды.

Человек продолжил.

– Четырежды я отправлял посла, предоставляя тебе возможность сдаться. Тем не менее, каждый раз ты перерезала ему горло и отправляла обратно труп. Видя, к чему это все привело, давай говорить начистоту. Я жажду отрезать твою прекрасную голову и насадить ее на копьё.

Всё это он произносил невозмутимо. Глядя со стороны, могло показаться, будто бы он рассуждал о погоде.

Правда, если бы вы отвели взгляд в сторону, то поняли бы, насколько неправильно было бы так подумать. Гоблины, орки, и наконец, огры, эти огромные монстры охраняли человека, стоя так, что между ними не было ни единой щели. Эти монстры могли мгновенно разорвать те пять тысяч человек, что собрались здесь, если бы только Человек приказал им.

"... Он выглядит как обычный человек, но от него исходит такая пугающая сила."

Ей оставалось только сглотнуть. На её плечах покоилась ответственность за защиту жизни горожан.

"Жаждет насадить мою голову на копьё. Говорит ли он правду, или просто запугивает? Или, возможно, он просто проверяет меня..."

Кристина Луиза фон Вольфусбрук.

Героиня, известная как "Северная Жемчужина" Империи.

Она начала восстание в армии повелителя демонов. Это произошло примерно через полгода после того, как в Империю вторглись демоны, и всё ещё оставались люди, не смирившиеся с участью жить под гнётом монстров. Казалось, что вероятность успеха этой революции определенно высока.

Но человек перед ней среагировал, прежде чем кто-либо другой.

В течение нескольких дней, сообщения между остальными городами были обрезаны, маршруты поставок разграблены, а крепости захвачены в плен. К тому моменту, когда она наконец смогла взять себя в руки, её город уже пал всего за четыре месяца.

"Так значит, это Владыка Демонов..."

Кристина Луиза сильно прикусила губы.

Один из семидесяти двух, который управляет более чем десятью тысячами демонов.

Владелец алхимии, управляющей ложными риториками.

Актёр в театре актёров.

Названный Многоликим Владыкой Демонов.

Данталиан.

Владыка Демонов Данталиан.

Так звали этого человека.

Кристина Луиза вздрогнула от ужаса.

"Один неверный шаг, и я буду убита...!"

Чтобы унять дрожь в своих коленях, Кристина Луиза вспомнила посмертные слова отца: "Не теряй достоинства". Это было правильно. Настало время вести себя как подобает дворянке и решительно реагировать.

"Если будет необходимо, я могла бы продать своё тело."

Уже давно были слухи о том, что сидящий перед ней повелитель демонов был извращенцем.

Несмотря на то, что она не гордилась этим, Кристина Луиза была совершенно уверенна в своём внешнем виде.

В случае необходимости, она бы стала секс-рабыней, если тем самым сможет защитить свою семью.

Кристина Луиза приняла решение.

– О, великий Владыка Демонов.

– Не могла бы ты не называть меня так?

Человек перебил ее, показывая явную неприязнь.

– Что ты подразумеваешь словами: "О, великий Владыка Демонов"? Я чувствую, как меня начинает тошнить, едва только я слышу эти слова; я не удивлюсь, если в это самое мгновение, мои уши начинают таять. Там по всему континенту таскаются более пятидесяти Владык Демонов. Вот если бы я был единственным "великим Владыкой Демонов".

– В таком случае, как стоит обращаться к Вашему Высочеству?

– "Вашего Высочества" будет вполне достаточно.

Кристина Луиза кивнула в ответ.

– Да, Ваше Высочество. Могу ли я смиренно сообщить Вашему Высочеству что есть три причины, по которым стоит сохранить мою жизнь?

– Даже так? Назови мне только одну.

Человек сорвал лепесток и тот медленно опустился на пол.

– У меня не так много терпения.

"!.."

Ледяной холод растёкся по спине Кристины Луизы. Человек даже не смотрел на неё, и всё же она чувствовала, как будто сотни невидимых плавающих глаз уставились на неё.

"Д-должно быть, у меня галлюцинации."

Во рту Кристины Луизы пересохло.

"Ничего этого нет, эти фокусы проделывает мой разум."

Она пробормотала в своей голове мудрое изречение, поколениями передававшееся в её семье:

"О, предки. Не возводите в истину ошибочные изречения старших, не игнорируйте младших праведные мысли".

Будто путешественник, идущий по тёмной горной тропе, полагающийся при этом на плохо сделанный факел, Кристина Луиза едва ли была в состоянии набраться смелости открыть рот, чтобы говорить как подобает её гордой семье.

– ...Есть ещё шесть городов, которые поддерживают восстание. Очевидно, что потребуется огромное количество времени и средств, чтобы завоевать их все."

Человек поднял плечи.

– В самом деле. Меня посещают мысли о суициде каждый раз, когда я думаю об этом.

– Ваше Высочество. Получите контроль над ними не копьями, но щедростью. Если Ваше Высочество проявит терпимость и помилует нас здесь, то остальным городам будет легче отдать вам власть. Однако, если Ваше Высочество поступит с нами жестоко...

– От страха, что с ними поступят так же, те будут бороться еще сильнее,

– перебил ее Человек,

– вот, что ты хочешь сказать?

– Да, Ваше Высочество.

Как и следовало ожидать, он быстро всё понял.

Кристина Луиза увидела небольшой проблеск надежды.

Человек, сидящий перед ней, был не просто тираническим Владыкой Демонов. Он был из тех, кто хорошо соображает. В общем, её слова дошли до него. Теперь шанс остаться в живых перестал быть напрасной надеждой. Кристина Луиза усмирила свои страхи.

Молчание затянулось.

Когда на розе не осталось лепестков, Человек взял другую. Не говоря ни слова, он оборвал весь цветок вплоть до стебля. Красные лепестки разлетаясь как снег, медленно опадают в кучу у ног Человека.

– ...оголена.

Единственное слово повисло над всеми.

Это был невероятно спокойный тон. Кристина Луиза не понимала, что происходит. Она лишь моргала от удивления.

– Простите?

– Баронесса фон Вольфусбрук. Ты подняла бунт из-за своего собственного упрямства. В итоге, две тысячи граждан расстались со своими жизнями. Конечно, они не были моими людьми. Будь то две или двадцать две тысячи, мне это безразлично. Но...

Человек медленно поднял голову.

Кристина впервые смогла увидеть его глаза.

Своими абсолютно чёрными зрачками, он казалось проникал в самые глубокие глубины её сердца.

– Ты... Все те две тысячи человек что погибли, были твоими людьми. На всём континенте, единственная кто может взять на себя ответственность за все эти жизни – это ты.

Человек вздохнул.

Несколько минут назад, ты обратилась ко мне, лишь чтобы сохранить свою жизнь. Ты не должна была так поступать. Не ради своей собственной жизни, но ради жизней тех людей. Ты должна была молить сохранить жизни своих людей. Вот как человек должен нести ответственность.

– В-ваше Высочество, это была...

– Баронесса Кристина Луиза фон Вольфусбрук. Ты добрая и красивая женщина. Если точнее, ты дьяволица. Я приговариваю тебя к бесславной смерти.

Человек встал со своего места.

В тоже мгновенье, все монстры вокруг подняли своё оружие. Горожане, пораженные страхом, разразились воплями.

На этих людей пал вердикт Владыки Демонов.

– Ты будешь оголена и униженна моими солдатами. Перед всеми этими горожанами. Я, Данталиан, обладающий 71-ым рангом и носящий звание Многоликого, сим приговариваю: Кристина Луиза должна быть лишена своего благородного титула и встретить смерть как простолюдин.

– Ваше Высочество... ...!?

– Множество жизней будет оборванно здесь. Печально, но я помещу имя того, кто бесцельно потратил жизни других людей, на самом дне своего сердца.

Человек равнодушно покинул сцену.

Внезапное движение плаща вызвало у пола порыв ветра, развеявший только опавшие лепестки роз. Кристина Луиза продолжала кричать: "Ваше Высочество!", однако, Человек не обернулся.

В этот день, женщина известная как "Северная жемчужина" была казнена.

И снова по континенту вторилось имя Владыки Демонов, Данталиан.

Многоликий Владыка Демонов, 71-ого ранга, Данталиан.

Как это случилось?

Чёрт, всё пошло не так, как я планировал!

Кристина Луиза появилась в игре в качестве героини. Её роль заключалась в том, чтобы помочь протагонисту, в политических делах. Концовка, в которой у вас получается преодолеть социальную пропасть между вами, и в конечном счете, жениться на Кристине, любима многими поклонниками. Очевидно, я был одним из тех поклонников.

Я бы хотел спасти её, если бы это было возможно.

В реальности, она оказалась гораздо красивее, чем на иллюстрациях в игре.

Боже мой. Казалось, будто богиня спустилась с небес.

Чтобы скрыть то, что я сражён её красотой, мне пришлось опустить голову. Единственная причина, по которой я обрывал розы была в том, что я скрывал свои эмоции, в то время как...

[1. Казнить ]

[2. Помиловать]

Как обычно, всякий раз когда появляется важное решение, всплывает окно выбора. Прозрачное окно видно только моим глазам. Конечно, я пытался сделать выбор номер 2, чтобы спасти их.

Но чем дальше заходил разговор, тем более странным становилось моё настроение.

Даже будучи совершенно циничным человеком, кто пойдёт на такое?

Две тысячи человек погибли. Две тысячи. Несмотря на тот факт, что появилось странное окно выбора и окно статистики сияло перед моими глазами, это тем не менее жестокая реальность. И в этой реальности, две тысячи человек погибли от амбиций одного человека.

В этом не было ни малейшей вины Кристины Луизы.

Моё настроение начало падать. Волнение, что я почувствовал, впервые лично увидев героиню, виденную до этого лишь через экран компьютера, быстро утихло. Когда я пришел в себя, я обнаружил что отдаю приказ на самую позорную смерть.

Я сделал это снова.

Я выпустил небольшой вздох и обратился к подчинённому.

– Возвращайтесь на территорию и обезглавьте заключённых.

– Да? Разве мы не должны доставить им больше страданий?

– Хватит. Это будет достаточным примером для других городов.

Подчинённый, получив приказ, вернулся на территорию.

Немного позже.

[1. Казнить ]

[2. Помиловать]

Надписи ярко сверкнули в воздухе.

Затем, слова разлетелись на мелкие частицы. Не смотря на то, что чувствовалось, будто они исчезнут в любую секунду, частицы внезапно слетелись вместе, чтобы сформировать новые слова.

[Бездушное и немилосердное решение! ]

[Континент пугается вашей жестокости!]

[Дурная слава о вас резко возросла! ]

Затем слова разлетелись как лепестки.

Информация о том, что дурная слава обо мне снова возросла, ещё больше вогнала в депрессию.

"Как же всё так обернулось."

Я мог спросить только себя.

Это не так.

Я хотел жить спокойной жизнью.

Когда же всё пошло не так? Конечно, рождение само по себе не было ошибкой, не так ли? Ведь так? С самого начала, жизнь лишена смысла...

Ах, а я так хотел...поразвлечься с Кристиной.

Не только с Кристиной, я хотел наслаждаться весёлой жизнью с другими героинями, такими как Ромей, или дочкой императора, Элизабет.

По правде говоря, я совсем не хочу работать.

Серьёзно, почему я должен заканчивать, получив тело Владыки Демона.

Со всеми всё в порядке. Пожалуйста, исправьте мою испорченную жизнь...

Ну, или дайте хотя бы мне месяц отпуска!..

Два года назад

Говоря прямо, моя жизнь уже окончена.

Если и есть что-то, что стоит осветить в моей оконченной жизни, так это мой отец. Как человек, мой отец был просто мусором.

Однажды, он напился и домогался девушки. Ученицы старшей школы, если быть точным. Даже я был потрясён, несмотря на то, что это был мой отец и я знал что когда-нибудь что-то подобное произойдёт.

-Если ты хотел приставать к кому-то, почему это должна была быть именно школьница?

-В наши дни молоденькие девушки просто бесподобны.

Вот какой ответ я получил, когда пошел встретиться с ним.

Позвольте исправиться.

Мой отец не просто мусор, он отброс.

-Эта девушка моложе меня на пять лет.

-Только на пять? Ты что, ещё в колледже?

Мой отец сузил брови

Выражение его лица было невероятно серьёзным.

-Я думал, что тебе уже около 41 года.

-Если бы ты хоть иногда смотрел на меня, то знал бы, что у меня детское лицо.

-Бугага! Не смеши меня. Да у тебя были усы когда ты ещё был младенцем.

Если бы только желание убить действительно убивало.

На его лице сменилось выражение, и он бросил на меня взволнованный взгляд.

-Твоя мать очень расстроилась?

-Которая?-презрительно спросил я, - есть, по крайней мере, четыре человека, которых я могу назвать матерью. Я не совсем уверен, о которой из них ты сейчас говоришь.

-Я говорю о твоей матери.

Я вздохнул.

Вот что я скажу.

Гарем - это преступление.

Как будто было не достаточно завести кучу любовниц, что ещё хуже, ему надо было еще и наделать детей то тут, то там.

Ему-то может это всё нравилось.

Но будучи одним из тех детей, мне хотелось убить себя.

Даже после того как ему стукнуло сорок, матери продолжали кровавое соперничество и вражду за моего отца. Отец был постоянно нерешителен и так и не сделал выбор.

В итоге, теми, кому действительно был причинён вред, оказались дети. Дети, погибающие в этой материнской борьбе, не менее невинные, чем никто из нас.

"Если бы ты был умнее, разве твой отец не обратил бы больше внимания на меня?! Ты должен стать лучшим в школе, не важно в чём!"

Знаете ли вы, каково слышать подобные вещи каждый день? Для меня обстоятельства сложились чуть лучше, ведь я был парнем. Мои младшие сестрички были совсем жалкими. Чтобы получить чуть больше заботы, они должны были льстить ему каждый раз, когда только могли.

С моей же стороны, видевшего всё то что происходит, и имевшего худшее мнение об отце, нельзя было услышать хоть что-то хорошее.

-Слушай внимательно. Я собираюсь медленно и предельно точно объяснить, что ты должен сделать после того как выйдешь отсюда. Ничего ведь плохого не случится, если ты выслушаешь мой совет, верно?

-Естественно. Я готов внимательно выслушать всё, чтобы ты там не сказал.

-Тогда во-первых, сделай всё возможное, чтобы остаться в тюрьме как можно дольше и не выйти отсюда.

-Мм...

Мой отец нахмурил брови.

-Он слегка отличается от того, на который я надеялся.

-Не выходи из тюрьмы, просто останься здесь на всегда. Пока не сдохнешь. Если перед тобой замаячит слово "освобождение", ни в коем случае не иди к нему навстречу. Закончи свою полную сожалений жизнь в клетке.

-Я никогда не сомневался в том что у меня преданный сын, но теперь что-то начинаю сомневаться. Сын. Это действительно лучший вариант?

-Моя мать хочет убить тебя.

Тишина.

Мой отец наклонил голову.

-Ты хочешь сказать, что она так зла, что готова оторвать мне голову?

-Нет. Я имею в виду именно то, что сказал. Она собирается тебя убить.

Прим. пер.: В корейском языке, глагол "убить" имеет одиннадцать значений. Сейчас было использовано первое значение, т.е. мать на самом деле хочет его убить.

-Могу ли я уточнить значение, которое сейчас используется?

-"Прервать или завершить жизнь другого".

-В этой жизни не было каких-либо надежд или мечтаний...

Отец схватил голову руками.

Наконец, он понял всю серьёзность ситуации.

-Ты долгое время звал мою мать странным словом "цундере", но вот что я скажу тебе теперь. Моя мать - "яндере". Когда женишься на ком-то, озаботься тем, чтобы у тебя не было при этом других жён.

-Но меня так заводило, когда она смотрела этим кровожадным взглядом. Это такой её шарм.

-Как бы было здорово, если бы ты уже умер, - пробормотал я.

Я не верю в Бога. На то всего одна причина. Если бы Бог действительно существовал, то человек передо мной, давно был бы мёртв. Мой отец как слуга сатаны, инфекционный зародыш, что превращает людей вокруг него в атеистов. Я назвал его "Человеческий Мусорный Вирус".

-Во-первых, я не знал, что она была старшеклассницей. Когда я щупал её задницу, я не знал даже, что это женщина. Это несправедливо.

-Т.е. ты задирал её юбку, думая при этом что это мужчина? Мои поздравления. Какая удача узнать о своих настоящих сексуальных предпочтениях под конец жизни. Если бы ты осознал это 25 лет назад, то весь белый свет мог стать более мирным, семьи были бы более спокойными, а моя жизнь более гладкой.

-Я выпил 7 бутылок соджу, я был не в себе. //прим. пер.: согласно Википедии, соджу - традиционный корейский алкогольный напиток. Объёмная доля спирта может составлять от 20 % до 45 % (наиболее популярный вариант 20 %).

-Ты хоть когда-нибудь был в себе?

Я встал с места.

Пока вставал, я произнес:

-Ни за что не упоминай алкоголь в суде. Если они примут это во внимание, то твой срок скорей всего будет сокращен. А на следующий день, когда ты выйдешь, моя мать будет ждать тебя с ножом.

-Мой любимый сын.

-Да? И что же ты хочешь сказать мне, мой нелюбимый отец?

-Ты должен сделать правильный выбор в жизни.

Я фыркнул.

-Из твоих уст это звучит невероятно убедительно.

-Да?

-Я буду навещать тебя всякий раз, как появится время, так что веди себя хорошо.

Как ни посмотри, мой отец полностью провалился в роли мужа.

Здесь нет места сочувствию.

Тем не менее, он не провалился как родитель. Начиная с меня, шесть моих братьев и сестёр были в состоянии жить безбедной жизнью. Это было невероятным достижением. Кроме того, пока кто-то живет своей жизнью, будь то муж или родитель, пока он успешен хотя бы в одной роли, я считаю он достоин восхищения. И мои принципы в этом всё ещё не изменились.

Остаться в тюрьме навсегда.

Мой отец с радостью последовал моему совету.

В конце концов, так и произошло.

Четыре дня спустя, мой отец умер от сердечного приступа.

***

"Я полностью опустошен..."

После сортировки моих коробок и мебели, я лежал на кровати.

За последний месяц, я столкнулся с Адом. И это не шутка. Если бы демоны могли видеть мою жалкую, неказистую фигуру, то стали бы испытывать ко мне такое сочувствие, что в итоге бы превратились в ангелов.

Я сложил пальцы вниз один за другим.

"Похороны закончились. Выставил всё недвижимое имущество на продажу. Отдал всё на благотворительность..."

Я грубо отбросил из своей жизни всё, в чём так нуждался.

Отказался от наследства.

Я объявил об этом преприятнейшем известии как только умер отец.

Мать упала в обморок, а половина братьев и сестер устроила переполох. Вторая моя младшая сестренка стала особенно страшной. Она вцепилась в меня так, что чуть не порвала мои штаны. Тем не менее, моя воля была недвижима, как недвижим снег, лежащий на самой вершине Гималаев. Если хотите побороть моё упрямство, вам придётся ускорить глобальное потепление лет на шестьсот. К сожалению, мои матери, братья и сёстры не имеют возможности немедленно поднять в семьдесят раз уровень двуокиси углерода в атмосфере по всему миру.

"Если брат уйдёт, мы тут всё уничтожим!"

"Старший брат идиот!"

"Я больше никогда не буду с тобой общаться!"

Наконец, когда моя вторая младшая сестрёнка сдалась, я сбежал.

Фух.

На моем лице застыла удовлетворённая улыбка.

Прожить остаток своей жизни, вдали от мирских забот. Там, где нет нужды притворяться кем-то другим, покупать вещи, будто ты аристократ. Я слишком занят, чтобы сходить сума и тратить на всё деньги. В то время, как некоторые из моих братьев и сестёр были рады тому что стали главами компаний в таком юном возрасте, младшая сестра продолжала утверждать: "Даже если в итоге, мы разорвём ему(брату) уши, мы не можем позволить ему уйти! Без него наша семья распадется за шесть лет", и я знал что она была права.

"Ладно, я уже повстречался со всем чем мог. Теперь я по-настоящему свободен..."

Спасибо, отец.

За то что скончался в подходящее время.

Кто-то подумает о том, что такие мысли неблагодарные и аморальными, и скажет что мне стоит вколоть 1мг совести, но если учесть то количество дерьма, которое отец оставил в моей жизни, то всё станет на свои места.

Даже при смерти, я не забуду тот момент, когда он использовал сына в качестве щита, чтобы избежать удара ножом от моей матери (болезненное воспоминание середины лета второго года начальной школы).

Учитывая все обстоятельства, я уже выиграл игру в Жизнь.

В настоящий момент, на моем банковском счету лежит крупная сумма более чем из пятисот миллионов вон. // Прим. пер.: около 30 миллионов рублей по курсу на 22.07.2016.

То что я отказался от наследства не значит, что я не набил свои карманы. Теперь я могу наслаждаться оставшуюся часть жизни, не заботясь о работе.

Угу.

Я встал с постели, взял кисть и сделал большую надпись на листе пергамента.

В течении следующих 50 лет эта мантра будет определять оставшуюся часть моей жизни:

[1. Не работай ]

[2. Не заводи друзей]

[3. Не женись ]

"...Как прекрасно."

Я был тронут своим собственным письмом.

Интересно, был ли Пифагор, когда открыл закон математики, так глубоко тронут, как я сейчас.

Во-первых. не работать.

Это до смешного очевидно.

Я слышал, что в мире есть люди, которые наслаждаются плодами трудов в их жизни. К счастью я не один из тех извращённых мазохистов.

Во-вторых, не заводить друзей.

Это было так же очевидно.

В мире есть только предатели и потенциальные предатели. Дружба - это лишь тщетная мечта, виртуальный образ, фантазия. И я не приму никаких контраргументов.

В-третьих, не жениться.

Это было важно.

Мой отец имел отношения с пятью женщинами. После того, как я, будучи ребёнком, стал зрителем романтической драмы из шести человек, я пришел к тяжёлым и серьёзным выводам.

Брак является актом безумия.

Слова вроде настоящей любви это просто дерьмо собачье.

Любовь это просто способ убийства, которое принимается всеми на удивление спокойно. По сути, это просто желание собственничества и сексуальное желание.

Конечно, растущие члены общества могут иметь мнение, отличное от моего. Это в порядке вещей. Удовлетворяйтесь вашей яркой и прекрасной жизнью в браке. Однако, возможно, только возможно, если в итоге вы разойдётесь со своим партнёром...сравните вашу жизнь в браке с той, что откроется перед вами. Вы вспомните мои слова. Для начала, исчезнет угроза ножевого ранения. Это уже само по себе отличное чувство, вы не находите?

Да.

Я пессимистичный человек.

Я не хотел этого с самого начала. Поверьте мне.

По началу, я был весьма позитивным. Мир был прекрасен и нравственность билась в моей груди как пойманная скумбрия. Если точнее, я был таким еще месяц назад. Однако, после того как я стал свидетелем попытки моей матери устроить дезматч из четырех человек формата "Каждый сам за себя", я вежливо отправил свои надежды и мечты в мусорную корзину.

Вот так. Этот мир трагичен. Но, даже если вас это беспокоит, что вы можете сделать? Это правда. Уровень углекислого газа в атмосфере не начнёт снижаться, Китай всё равно захватит капитал всего мира, Джастин Бибер получит Нобелевскую премию по литературе..., и в 122 года вы будете мертвы, я буду мёртв, все будут мертвы.

О, я даже скажу вам, так, на всякий случай: вашего очаровательного домашнего питомца переедет велосипед и он умрёт... Сожалею, что мне пришлось сообщить вам эту новость, но что поделать? Это правда.

Если вы стали грустить, выпейте пива.

Я лично, чтобы начать мою беззаботную жизнь, отправился в магазин и купил 60 банок пива.

Продавщица в магазине взглянула на меня, как бы спрашивая: "Простите, это не моё дело, но в вашей жизни всё в порядке?". Я поблагодарил за такое внимание с её стороны и спокойно оплатил своей картой.

Вот что.

На моей карте лежат чёртовы пять сотен миллионов вон. Пять сотен миллионов вон - это сила!

Вот так-то! Если у вас проблемы, приходите ко мне!

"Сын"

"Что бы ты ни выбрал"

"Что бы ты ни выбрал, сделай лучший выбор чем я..."

Интересно, было ли это из-за пива.

Я вспомнил кое-что неприятное.

Своего рода травму.

Я открыл вторую банку пива и пробормотал:

"Мне удалось сбежать, отец."

Это были последние слова, обращённые к моему отцу.

Я остался в углу своего своего дома и больше не выходил.

Прощай, труд.

Прощай, мир!

Я буду связываться с тобой посредством монитора.

Adieu(франц.: "Прощайте").

***

Два месяца пролетели в мгновение ока.

Я победил во всех компьютерных играх, которыми хотел насладиться за последние 4 года.

-Такова жизнь...

Я безмолвно растроган до слёз.

Поскольку питался я только фастфудом, то моя нынешняя фигура приближалась к фигуре гориллосапиенса.

Мусор навален от меня со всех четырех сторон.

Особенно впечатляюще выглядел стол с монитором, возвышающийся над всем этим.

Империя Пустых Стаканчиков Из-Под Рамена и Республика Пустых Пивных Банок вели свою собственную мировую войну на моём столе-континенте. Рисуя на нем все виды геометрических национальных границ. В этом мире, я был тем, кого вы бы назвали Абсолютным Богом. Если Империя начнет проигрывать, я могу добавить чашку рамена. Если такое произойдет с Республикой, я поставлю еще банку пива. Не будет преувеличением сказать, что именно благодаря мне, на этом континенте всё ещё соблюдается баланс сил...

В этот момент, на моём мониторе появилось уведомление.

"О-оу~"

Пришло входящее сообщение.

Переместив свой курсор, я кликнул чтобы открыть его.

[ Благодарим вас за то, что наслаждаетесь нашей игрой "Атака Подземелья". Для того чтобы сделать лучше наше следующее дополнение, мы проводим опрос. Участники смогут получить шанс стать бета-тестером для следующего патча!]

Это было обыкновенное электронное письмо.

Мой электронный адрес, вероятно, был подписан когда я купил игру.

Правда, когда я собирался удалить письмо, я заколебался.

"Следующее дополнение, значит?"

Стандартное РПГ по захвату подземелий, "Атака Подземелья".

Это была одна из тех игр, в которые я играл в течении двух месяцев.

Стать героем, и победить Владыку Демонов.

Это было невероятно сложной задачей. В первый раз, я едва смог дойти до середины битвы с боссом. Вторая попытка, третья, и наконец, на шестнадцатой попытке, после утомительного гриндинга, я был едва в состоянии победить финального босса.

прим. пер.: гриндинг в играх - монотонное повторение одних и тех же действий (обычно убийство монстров) с целью получения золота, опыта, или каких-то внутриигровых вещей.

Мой персонаж становился сильнее после каждой попытки.

С точки зрения Игровых Персонажей, я, наверно, выглядел мошенником, но что поделать? Жизнь была иррациональна с самого начала.

Кто-то начинает жизнь с хорошими статами, а кто-то нет.

~клик.

Я принял участие в опросе щелчком мыши. Вероятно сейчас последуют вопросы типа: было ли мне трудно, испытывал ли я какие-либо трудности с интерфейсом и всё такое. В принципе, я приятно провёл время в "Атаке Подземелья" и был согласен потратить время на этот опрос.

Открылась новая страница на экране моего монитора.

[1. В конечном счёте, я предпочитаю маленьких девочек!]

[2. В конечном счёте, я выберу зрелую женщину! ]

"..."

"Мистер Вопрос, это совсем не то, чего я ожидал!"

Мой взгляд на мгновение потемнел.

Это что же, шутка такая? Нормальные вопросы пойдут после этого?

Подумав минуту, я выбрал номер 2. Если у вас есть хоть толика здравого смысла, то вы выберете номер 2. Педофилия это психическое заболевание.

На белом экране появился второй вопрос.

[1. В конечном счёте, мне нравится, когда меня кто-то бьёт...!]

[2. В конечном счёте, мне нравится, когдя я бью кого-то... ! ]

-Рёбаный йот, да что ж это за опрос такой?!-кричал я на монитор.

Многоточие и восклицательные знаки в конце предложения выглядели беспричинно яркими. Все это выглядело, будто я признаюсь в своих тайных сексуальных желаниях...

Я посмотрел на монитор с брезгливым взглядом.

На данный момент, я выбрал номер 2. Получить удар или ударить самому. Если бы мне пришлось выбирать, то я выбрал бы последний вариант. Я слышал, что существует группа людей, которые испытывают удовольствие от боли, но, слава небесам, я не извращенец.

[1. Я предпочитаю низкую сложность.]

[2. Я предпочитаю высокую сложность.]

Наконец-то пошли нормальные вопросы.

Вероятней всего, они поместили такие странные вопросы в начало опроса, чтобы завладеть вниманием опрашиваемого.

Не знаю, хвалить ли их за проявленную смекалку, или жаловаться что они так серьезно отнеслись к простому опросу.

[1. Я решаю свои проблемы силой.]

[2. Я решаю свои проблемы знанием.]

Без каких-либо колебаний, я выбрал номер 2.

Я прекратил решать свои проблемы силой с того момента, как был побит девочкой в детском саду. Людей вроде меня, зовут чистым пацифистом.

[1. Я получаю выгоду от хранения тайн других людей.]

[2. Я получаю удовольствие от использования чужих тайн.]

Опять же, без колебаний, я выбрал номер 2.

В детском саду, как только я узнал, что та девочка каждое утро мочит постель, я воспользовался этим на полную катушку. После того как я так поступил, я познал величие информации. Дипломатические исследования называют этот вид политики "вооруженным нейтралитетом".

[1. Дружба подразумевает движение вместе вперёд к одной цели]

[2. Дружба подразумевает друга, который еще тебя не предал.]

Ох, я не знаю кто написал вариант номер два, но они должны воздать овации тому человеку.

Теперь, когда я думаю об этом, я выбирал только второй вариант. Видимо, номер один указывает на ненормальных, а номер два на адекватных.

Думаю, прошло около тридцати вопросов.

Впервые появился вопрос в другом формате:

[ Вы знаете, каким будет конец этого мира? ]

[ Да ]

[ Нет ]

Я остановил свою мышь.

... Этот вопрос был задан абстрактно специально.

Он был сформулирован так, что только те, кто очень добросовестно играл в эту игру могли понять.

Герой побеждает Владык Демонов.

Всё очень просто.

Однако... в итоге, мир вероятно ожидает уничтожение. Причина, по которой слово "вероятно" была включено в предложение, проста. Игра не стала любезно сообщать вам, что случилось с миром после её окончания. Это был лишь вывод, к которому я пришел, проходя компанию.

В "Атаке Подземелья", Владыки Демонов являются обладателями магической энергии, это люди, с огромным количеством энергии сконцентрированной в них. Что произойдет, когда все эти люди будут убиты?

Магическая энергия переполнится.

Как и в случае уничтожения многих водохранилищ, вызывающего наводнения.

Герой, убил Владык Демонов, чтобы защитить человечество, уничтожил баланс магической энергии, и затем, вопреки его целям наступает конец человечеству и разрушение мира...

Вот чем я называл "истинное окончание" игры.

"Благодарим главного героя.

Благодарим игрока.

Тем не менее, мы должны извиниться, но из-за ваших усилий мир был разрушен."

Нет надежды и мечты.

Вот почему мне понравилось.

Пессимистическое мировоззрение... оно мне подходит.

Я сказал "да", и кликнул мышью.

Как будто потребовалось что-то подсчитать, прошло некоторое время, чтобы появился следующий вопрос.

Появившееся предложение снова оказалось абстрактным.

[Если бы это был ты, смог бы ты изменить финал?]

Интересно.

Защитить человечество, и при этом не убивать демонов.

Другими словами, принести мир между этими двумя расами.

Согласно истории, люди и демоны сражались друг с другом в течении почти трех тысяч лет. Вероятно, было бы легче примирить лидера исламских экстремистов с президентом Соединенных Штатов Америки.

Я был бы в состоянии сделать такое...

Я начал думать.

Затем подумал ещё.

И...

[Да]

Прозвучал звук щелчка, и в тот же момент.

"...!"

Яркий белый свет засиял из моего монитора.

Это было последнее, что я смог вспомнить.

Где-то пробили колокола. Нет, возможно это был звук взрыва. Я потерял ориентацию, такое чувство, будто мой череп расширяется со всех четырех сторон.

Я оглох и всё стало таким далёким.

Мой взор продолжал мигать.

Я не мог сам пошевелить своими веками.

Как будто, кто-то другой открывал и закрывал за меня глаза.

Моё сознание замерло.

Затем.

Затем....

[ Обучение начнётся прямо сейчас.]

[Уровень сложности установлен на БЕЗУМНЫЙ (максимально возможный)]

[НАЧАЛО]

Дьявольские шаги по сцене (часть 1)

Потолок разрушился и стал падать.

Большой кусок скалы приземлился прямо перед моим лицом.

"Какого...!"

Я быстро обнажил все свои чувства.

Инстинктивно, я сделал шаг назад, однако, с глухим звуком, моя спина ударилась о что-то. Это была стена.

Осторожно осмотревшись, я понял, что нахожусь в чёрной как смоль пещере.

Когда-то, во время школьной поездки, я ходил в пещеры посмотреть на сталактиты. Из того что я сейчас мог видеть, могу сказать, что потолок здесь раза в 2-3 выше, чем в пещере. Он был настолько высоко, что я едва мог видеть вершину. Даже представить не могу, где в этой темноте мог быть вход в пещеру.

"..."

Я затаил дыхание.

Почему я здесь?

Как я сюда попал?

Громкий звук сирены раздался в моей голове. Мой разум мгновенно похолодел. Всякий раз, когда я оказываюсь в непредвиденной ситуации, моя голова охлаждается, чтобы успокоить себя.

Всё из-за травмы, которую я приобрёл, будучи молодым.

За мою жизнь, меня трижды похищали. Воспоминания тех времён вскрывают мне череп и выливают ледяную воду, как бы говоря, чтобы я держал себя в руках.

"Не кричи", это будет только раздражать похитителей.

"Спокойно поговори сам с собой", так ты сможешь лучше понять ситуацию, в которой находишься.

Процедуры поведения заготовлены, будто руководство.

Как спецназ, слушающий приказы перед встречей с террористами, моё сознание охотно следует инструкциям, высеченным в моей памяти.

"... Минуту назад я сидел в своей комнате... за компьютером. Было семь вечера. Я выпил две банки пива. На ужин у меня была чашка рамэна..."

Постепенно, моё дыхание успокоилось.

С памятью проблем не было.

Это, по крайней мере, означало, что меня не пичкали наркотиками, используемыми при похищении.

"Это были не наркотики."

Учитывая это, ситуация была достаточно благоприятной. Это означало, что похититель имел намерение поговорить со мной.

Вот почему, моё похищение на третьем году начальной школы было серьёзней. Тогда целью было получить моё тело. Я должен был безоговорочно держать рот на замке. Независимо от причин...

"Ладно, далее..."

Я проверил свои чувства.

По порядку: зрение, обоняние, слух, вкус, осязание.

Не торопясь, я должен был убедиться, что мои чувства работали должным образом.

"Нахожусь я, по всей видимости, в пещере. Определенно в пещере. Тут очень темно. Не похоже, чтобы это было из-за проблем со зрением. Камень, ножницы, бумага..."

Я стал двигать пальцами, чтобы показать названные предметы.

Я видел их вполне хорошо.

Отлично. Зрение в порядке.

А вот с обонянием проблема.

"...!"

Удушливый тошнотворный запах.

Запах крови разливался вокруг меня.

Хотелось бы знать, это из-за того, что я вдруг оказался в незнакомой обстановке, но я до сих пор не обращал внимания на этот запах. Теперь же, когда я осознал это, отвратительный запах стал настолько сильным, что казалось, будто он проник сквозь мои ноздри в мозг и встряхнул его там.

"Это..."

Это был запах, который я чувствовал до сего момента лишь три или четыре раза в своей жизни.

Запах, который я никогда бы не хотел почувствовать снова. Запах крови и внутренностей.

Трупы были разбросаны по всей пещере.

Здесь были трупы людей, опухшие как у утопленников, тела с перерезанными глотками, и даже тела с конечностями, согнутыми под неестественными углами.

"Угх..."

Если эта пещера была одной из тех художественных выставок, то её куратор, несомненно до абсурдного извращённый садист. Как будто триумфально показывая здесь, насколько многими способами люди могут умереть. Единственным утешением был тот факт, что пещера была тёмная, поэтому трупы было сравнительно тяжело увидеть.

"Это место должно быть тайна человеческого тела... Чёрт."

Я должен был быстро убраться отсюда.

Я поставил свою правую ногу вперёд и... сразу же почувствовал.

Моя лодыжка была сломана.

Кость была сломана, а не что-то очаровательное вроде растяжения связок.

"Дерьмо."

Я непреднамеренно произнёс проклятие. Мне пришлось прийти к выводу, что я не мог сейчас бегать или ходить. Боль была нестерпимая. Если бы сейчас появились похитители, то я не смог бы сбежать. Возможно, они сломали лодыжку нарочно. Приняли меры безопасности. Вот, видимо, почему мне не вкололи наркотики.

"Хаа."

Сражённый, я сел.

Я поставил себе мат.

Не понимаю, почему они похитили кого-то вроде меня.

"... Я оставил всё состояние своим братьям и сёстрам. Ладно бы ещё, два месяца назад, я бы тогда понял, но какой смысл было похищать меня теперь?"

Конечно, они бы не стали брать меня в заложники чтобы угрожать моим родным.

Глупо. Единственное что я знаю, так это то, что домом сейчас ведает моя вторая младшая сестра. Она могла управляться с хозяйством, пусть и не так хорошо, как я. Вы сильно ошибётесь, если будете недооценивать мою сестру только потому что она молода.

"Хооо..."

Я мог только вздыхать, думая о том, кто же был виновником.

Есть куча людей, разбросанных по всему миру, которые хотели бы свести со мной счёты. Было так же на удивление много ребят, которые до сих пор держали злобу на моего отца, но вместо этого желавших выместить её на мне. Вот почему, я хотел ни с чем не связываться.

Именно тогда я услышал торопливый голос, идущий с другой стороны пещеры.

"Я нашёл его!"

"Владыка Демонов здесь!"

Владыка Демонов.

Это имя никак не было связано со мной.

Тем не менее, по какой-то причине, голос был направлен в мою сторону.

Я смущён. За мою жизнь, меня много раз называли дьяволом, но Владыкой Демонов меня называли впервые. Может быть, это был секретный код?

"Не двигайся!"

"Мы убьём тебя, если шевельнёшься!"

Люди, пришедшие будто волки.

Они держали в руках холодное оружие, такое как ножи и топоры. Я определённо сбит с толку. Я поднял обе руки вверх.

"Я сдаюсь!"

"На землю, ублюдок!"

Без предупреждения, другой человек схватил меня за голову и приложил о землю. Они были жестоки со мной, хоть я и сказал им что сдаюсь.

"Ах..."

Камень, лежавший на земле резко ударил по щеке.

-Мордой вниз! Делай как велено!

Я чуть не испустил крик боли, но смог сдержаться.

Громкий шум раздражал похитителей. Во время похищения, как бы больно вам не было, вы должны не кричать.

На третьем году начальной школы я ничего такого не знал и продолжал стенать. После пяти разбитых зубов, я научился молчать.

Тишина.

Вежливо.

Может показаться глупым, но это правильно - идти навстречу похитителям.

-Я поймал его! Рифф из Джэлсона, поймал Владыку!

-О-ох. Наш доблестный и прекрасный капитан Рифф. Ты же не собираешься прибрать к рукам всю добычу, не так ли?

Мужчины начали увлечённо болтать.

Я, затаив дыхание, прислушался к их разговору.

-Конечно нет. Я разделю всё поровну. Хе-хе.

-Взгляни на него. Этот Владыка Демонов выглядит, что гусеница.

-Смотрится отлично, когда голова его прижата к земле. Давайте убьём его уже.

-Чего это ещё ты говоришь такое, "убьём его"! Есть ещё кое-что, о чём мы его не спросили.

Кто-то пнул меня в бок.

Это был не настоящий удар, сделанный больше в шутку, но тем не менее он всё равно был довольно болезненный.

-Может, на всякий случай, сделаем его более сговорчивым?

-Товарищи! Извольте отпинать сего буржуазного Демонюгу до разумной степени мягкости.

Безжалостное насилие опустилось на меня.

Десять человек стали пинать меня. Я отчаянно сдерживал свои крики. Прошло более пяти минут, прежде чем удары стали стихать.

-Ладно-ладно. Достаточно.

-Товарищи! Бригадир говорит устроить перекур.

-Хе-хе.

Наконец, насилие прекратилось.

Я с трудом дышал, а в это время один из мужчин говорил со мной в качестве парламентёра.

-Ну что ж, уважаемый Владыка Демонов. Мы хотим спросить у вас только одно. Где все деньги в этом замке? По правде говоря, сами мы деревенские и остро нуждаемся в деньгах.

Как и ожидалось, я был похищен ради денег.

Но постойте, они продолжали использовать слова, с которыми я не связан. Нужно было кое-что проверить. Есть шанс, что они ошибочно приняли меня за другого.

-Что вы имеете в виду под "Владыкой Демонов"...?

Когда я открыл рот, я испустил стон. Мои губы были разорваны.

-Хорошо. Отлично, - подытожил мужчина, - несмотря на то что мы так сильно тебя избили, ты все ещё способен проявлять свою природу. Великолепная позиция. Я не ненавижу вещи подобного рода, достопочтимый Владыка Демонов.

Мужчина грубо схватил меня рукой за волосы.

"Ух..."

Я был вынужден поднять своё лицо.

Я взглянул на человека перед собой.

Человек наклонил своё тело вперед и посмотрел на меня сверху вниз. Всё его лицо было покрыто бурой бородой. Тёмнейший гриб, что рос в общественном туалете, который не чистился более пяти лет, вот как выглядела его борода. Проще говоря, пугающе грязной.

-Но у моих друзей не так много терпения, как у меня.

-...чем я могу помочь вам?

-Ваше высокоблагородие. Мы не хотим применять к вам бессмысленное насилие.

Убедительно.

-Вместо того, чтобы попусту тратить и твою и нашу энергию, давай пойдем навстречу друг другу? Скажи нам, где сокровищница, и мы не станем тебя сразу же убивать. Мы не станем тебе отрезать руки или ноги. И, конечно же, мы не станем вырезать твой драгоценный рог. Хорошенько подумай. По правде говоря, в этой сделке, мы уже идём в убыток.

-Ага, в большой убыток!

Они разразились смехом.

Смехом людей, грубых от рождения.

Я подождал, пока они успокоятся, прежде чем снова заговорить. Как всегда, учтиво. Убедившись, что не стану их раздражать.

Я спросил:

-Прошу прощения, но что вы имели в виду, говоря "рог"?

-А? Ты чего?

Мужчина положил руку позади моей головы.

-Вот. Я говорю об этом.

Он схватил что-то на моей голове. Голове, которая должна была иметь только волосы. Что-то длинное там было прикреплено к моему черепу.

Я почувствовал затылком.

Там было что-то твёрдое.

По форме, как и сказал человек, это было похоже на рог.

"..."

Это...

Как это может быть...

Я смотрел вперёд пустыми глазами.

Только не говорите мне...

Перед тем, как меня похитили, нет, перед тем, как я потерял сознание. Я проходил опрос по игре за своим компьютером.

Когда я открыл глаза в этой пещере, я услышал слабый голос... Уверен, что прошептали: "Обучение начнётся прямо сейчас". Я проигнорировал его, потому что посчитал, что это отголосок из моего сна.

Мужчина назвал меня Владыкой Демонов. Позади моей головы было что-то, очень похожее на рог.

Игра. Обучение. Владыка Демонов.

Эти три слова указывали всего на один возможный вариант.

К сожалению, или к счастью, мой разум быстро пришёл к выводу.

-А теперь, уважаемый Владыка Демонов Данталиан. Мы спросим вас в последний раз.

Я не мог ответить.

Опыт, здравый смысл, и те знания, что я приобрёл за всю свою жизнь, полностью отрицали вывод, к которому я пришёл. Тем не менее, будто смеясь над моим бегством от реальности, раздался сигнал

-Дилинь~

В воздухе появились белые слова:

[1. Принять предложение искателя приключения Риффа.]

[2. Отклонить предложение искателя приключения Риффа.]

"..."

Дьявольские шаги по сцене (часть 2)

-Дилинь~

В воздухе появились белые слова:

[1. Принять предложение искателя приключения Риффа.]

[2. Отклонить предложение искателя приключения Риффа.]

"..."

Я потерял дар речи.

Неопровержимое доказательство само предстало предо мной.

-Итак, примите ли Вы наше предложение? Или предпочтёте умереть здесь? Ого. Не думаю, что Вам когда-нибудь ещё представится более очевидный выбор. Хе-хе. Давай уже определись и сделай выбор, достопочтимый Владыка Демонов.

Мужчина недобро рассмеялся. Определённо, он не мог видеть плавающие слова.

Будет ли это, как...

Будет ли это, как...

...будет ли это, как.

Мой монолог продолжился, эхом уносясь прочь от моего сознания.

Словно актёр, забывший свои реплики на сцене, и продолжающий повторять последнюю строчку.

Я прикусил губу. Вкус крови растёкся по моей полости рта. Резкий кислый вкус привёл меня в чувство. Передо мной стоял грубый мужчина с широкой улыбкой на лице.

Хочу я того или нет...

Я Владыка Демонов в мире "Атака Подземелья".

Моя голова похолодела.

Время, как будто растянулось.

-Господин Владыка Демонов немного затянул с решением.

Не только этот человек забыл побриться. Остальные тоже носили бороды. Должно быть, для этих людей нормально не бриться.

"Их одежда старая."

"Чересчур старая."

"Если точнее, я бы сказал, что ей лет четыреста."

Возможно, времён Короля Франции Генриха IV, когда яро боролись против Римских Католиков. Одежда похожа на ту, что носили люди во время французских религиозных войн. На них была одежда, которую стоило отправить прямиком в музей, однако, как бы вы ни посмотрели на этих людей, не похоже, чтобы они были работниками музея.

-Ты серьёзно думаешь не отвечать?

Положение, бывшее совершенно непонятным до этого момента, стало проясняться предположениями. Словно таинственное явление, объяснённое наконец законами физики.

-Ой, Ваша Светлость Данталиан.

Владыка Демонов Данталиан.

Эти люди зовут меня Данталианом.

Это имя Владыки Демонов, появившегося в "Атаке Подземелья".

В общей сложности, в этой игре появилось 72 Владыки Демонов. Данталиан занимает 71 место среди них. Практически на последнем месте. Соответственно, его уровень так же очень мал. На самом деле, его можно сравнивать с трэш-мобом для новичков.

Прим. пер.: в ММОРПГ, треш-мобами зовут монстров внутри зоны инстанса (рейдового подземелья), которые не являются боссами или иными ключевыми монстрами. Они сильнее обычных монстров, находящихся вне подземелья, но т.к. внутри находится группа игроков, эти монстры убиваются так же легко.

Даже тот, кто ни разу не играл в компьютерные игры, смог бы убить его с первой попытки.

Если сравнивать с другими играми, то он похож на кроликов в локации для новичков. До тех пор, пока вы умеете кликать мышью, вы сможете убить кролика. Данталиан такой же.

... И так же стоит добавить.

После первого убийства, Данталиан вообще больше не появляется в игре. Его удалили, чтобы он не раздражал игроков.

Представьте, что говорите воину 20-го уровня: "Вернись в локацию новичков, и поохоться на кролика". Было бы скучно. Данталиан - кролик, с которым вы не захотите сражаться снова.

И, если я прав, сейчас, я управляю Данталианом.

"....."

Во рту горький привкус.

Как же вырваться из лап этих авантюристов.

В данный момент, я схвачен людьми. Если так всё и продолжится, моя голова полетит с плеч, или меня приведут в город и казнят там. Как бы я ни напрягал свой мозг, я мог думать только о ПЛОХИХ КОНЦОВКАХ.

Даже, если бы я воскликнул: "Я не Данталиан!"; я был бы признателен, если бы в ответ получил всего лишь усмешку.

Я не мог полагаться на способности Владыки Демонов Данталиана.

Позвольте перефразировать.

Чтобы выбраться из этой ситуации, я могу рассчитывать только на свои собственные способности

-Если ты сейчас испытываешь моё терпение...

-Сокровищница в Минлэкдонг

***

Я принял решение.

Искатель приключений, Трусливый Мародёр, Рифф Хоффман

04.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

прим. пер.: здесь "Искатель приключений" - стандартная приставка всех героев, "Трусливый Мародёр" - нечто вроде ранга/звания, ну и потом идёт имя. P.S. напишите в комментах, если игровые примечания излишни.

Мародёр Рифф.

Это был мой ник.

Несмотря на то, что я был искателем приключений, я не охотился на демонов, вместо этого грабил других искателей. Вот как я получил свой ник. Что ж, пусть зовут меня как хотят.

Люди, которые честно охотятся на демонов - идиоты, вы так не считаете?

Тот, кто умело живет в мире, получает преимущество.

Люди, использующие свой здравый смысл для борьбы с монстрами - идиоты. Я говорю это искренне и предельно серьёзно.

Жить не искренне и оказаться трупом, или же быть честным, и стать трусливым мародёром. Если бы мне пришлось выбирать, то, конечно, я бы выбрал последнее. Выберу ли я снова последний вариант, если умру и перевоплощусь? Я никогда не умру.

Хе-хе.

Неважно, в конечном счёте, свет освещает мою карьеру мародёра.

Полмесяца назад, я получил карту Замка Владыки Демонов Данталиана. Мне повезло. Была девушка, слишком красивая, чтобы гнить в каком-то захолустном селе. Я собирался слегка её изнасиловать, но показав мне эту карту, она взмолилась: "Я отдам тебе это, пожалуйста, отпусти меня". Это была девушка с прекрасными рыжими волосами.

Хм? Конечно, насиловать девственниц неправильно.

Но мне очень нравится делать плохие вещи.

Я же говорил.

Я мародер.

Я не только забираю содержимое карманов мертвых искателей, но также и девственность всех юных дев по всему миру. Лично я предпочёл бы прозвище "Крадущий Девственность". Что-нибудь вроде "Похититель Девственностей" звучит как крутое название романа. Оно хорошо тем, что звучит романтично.

прим. пер.: в анлейте использовалось "Virginity Looter" и "The Looter of Virginities", на английском звучит гораздо лучше, но на русский язык так же хорошо перевести эти фразы не удастся.

Благодаря этой карте, я был способен собрать кучу случайных авантюристов. Данталиан был одним из слабейших Владык Демонов, и по всей видимости, в замке не было ни единого монстра. Пока мы знали, где его найти, схватить его не составило труда.

Мы использовали артефакт, обнаруживающий магическую энергию, чтобы произвести поиск внутри пещеры. Мы бродили по тёмной пещере около четырёх часов, но наши усилия не были напрасными. Нам удалось схватить Владыку Демонов Данталиана. Поразительно! Карта была настоящей!

-Взгляни на него. Этот Владыка Демонов выглядит, что гусеница.

Мои товарищи посмеиваются, держа владыку на земле.

-Смотрится отлично, когда голова его прижата к земле. Давайте убьём его уже.

-Чего это ещё ты говоришь такое, "убьём его"!

Я одарил говорившего презрительным взглядом. Можно получить большую награду, захватив Владыку Демонов живым. Кроме того, было кое-что, о чём мы его ещё не спросили. Где находятся сокровища.

Получить любую доступную информацию. Вот что такое здравый смысл.

Первым делом, мы избили Владыку Демонов, а затем спросили его, где сокровищница.

Но этот Владыка... Его реакция была странной.

Он внезапно уставился пустым взглядом, сузил брови и опустил подбородок, точно погрузился в глубокие размышления. Чего это он? Он идиот? Я конечно полагал, что Владыки Демонов должны были быть жуткими тиранами, но этот-то мелкая сошка.

Ну, благодаря тому, что он был мелкой сошкой, я и смог схватить его. Нет повода для жалоб. Я люблю мелких сошек. Я бы с удовольствием отказался от Владык Демонов типа Барбатоса или Паймона.

-Господин Владыка Демонов немного затянул с решением. Ты серьёзно думаешь не отвечать?

Я захихикал и потрепал по щеке Владыку Демонов.

-Ой, Ваша Светлость Данталиан.

А затем.

"......"

Всего на мгновение, но Владыка Демонов приобрел ужасающе страшный взгляд.

Я моргнул пару раз, и после этого, предо мной снова предстал Владыка Демонов, выглядящий как мелкая сошка.

А?

На краткий миг, атмосфера переменилась.

... видел ли я это?

Ну что ж. Сокровище. Сокровище более важно.

Давайте, ещё надавим на Владыку Демонов.

***

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга.

04.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

-Сокровищница в Минлэкдонг

Мои оппоненты нахмурили брови.

-Мэйрок...чё?

-Минлэкдонг. Оно в Минлэкдонг.

Я сказал о местонахождении сокровищницы во второй раз.

По правде говоря, я просто сказал первое пришедшее на ум название пригорода. Откуда ж мне знать, где тут сокровищница Владыки Демонов?

Если бы я искренне ответил: "Я не знаю, где она", вероятно, я бы встретился с прилетевшим в меня лезвием. На данный момент, я должен говорить им что угодно, лишь бы это соответствовало их интересам.

Я должен внимательно проследить за их реакцией.

-Миллак, Муйракутон... Блядское странное произношение!"

-Вы не знаете о нём? Давайте, я его запишу.

Предложив записать его, я опустился свое тело и написал на полу пещеры.

У меня не было никаких письменных принадлежностей, но я пролил много крови. Погрузив палец в собственную кровь, я плавно написал слово:

민락동

民樂洞

Первая строка на корейском языке. Вторая состоит из китайских иероглифов.

Я слегка сместил взгляд, чтобы увидеть их реакцию.

-Эй, поднеси факел поближе.

-Без понятия... Вы видели такие буквы?

Они переглянулись и стали обсуждать:

-Никто из нас читать даже не умеет.

-Да, но здесь даже форма совершенно иная.

Ладно.

В целом, я понял принцип их языка.

Пока что, всё что я слышал, они произносили на корейском. Тем не мене, когда я написал слова, они не смогли их понять.

В заключение, лишь потому что я слышал их на корейском не означает, что они так же слышали на корейском.

Существовало два варианта:

Первый: произношение у нас одно и тоже, а вот алфавит различается. Либо же второй: и произношение и письмо были различны, но почему-то лишь я воспринимал всё на корейском языке.

Вот только какой из этих вариантов правильный.

Я решил проверить это немедленно:

-Джентльмены, естественно, что вы не знакомы с этими символами. Это древний демонический язык. Для того, чтобы полностью обезопасить сокровищницу, я специально использовал демонический язык, чтобы магическим способом запечатать сокровище.

-Магия?

-Да. Хранилище не откроется тому, кто не понимает языка.

Искатели пришли в замешательство.

Этот диалог дал мне ответ на мой вопрос.

В данный момент, мы говорим на языке, совершенно отличном и по произношению и по письменности.

Как я это узнал? Потому что я прямо сейчас я говорил на иностранных языках.

Первое предложение я произнёс на английском, второе на немецком, третье на китайском, а четвертое на японском языке. И, тем не менее, эти люди полностью поняли меня.

Не знаю, каким образом, но наш разговор автоматически переводится.

-Мистер Владыка Демонов. Должны ли мы, ээ, должны ли мы понимать этот древний демонический язык для того, чтобы открыть хранилище?

-Да, разумеется.

-Хммм...

Человек нахмурил брови.

... Прямо сейчас, он собирается меня убить.

Он обещал сохранить мою жизнь, если я сообщу ему расположение секретного хранилища, но это всё было ложью. Можно сказать, что он бессовестно лгал мне прямо в лицо.

А значит, я должен был дать им причину сохранить мне жизнь.

-Хорошо, почтенный Владыка Демонов. Я рад, что ты пошёл нам навстречу.

Он так мило попался на мою ложь.

-Думаю, мы можем поладить. Так, где конкретно этот Муиракутонг?

-К нему ведёт секретный проход оттуда, где я был изначально.

-В покоях Владыки Демонов? Когда мы проверяли, там ничего не было.

-Это не так. Он в моих покоях, и станет видимым лишь когда узнает меня... Он открывается, когда я кладу на него свою руку.

-Магическое устройство. Ладно.

Искатель схватил меня за руку и потянул.

Ужасная боль распространилась от моей правой лодыжки. На этот раз, я не смог сдержать крика.

-ААааах!

-Ой, Ваша нога не в порядке.

Мужчина щёлкнул языком.

"Эй, новенький! Ты будешь поддерживать Его Светлость, Данталиана.

-Понял, капитан!

Молодой парень, который, как я предположил, был "новеньким", подошёл, чтобы помочь мне. У него был кинжал, прикреплённый к поясу. Лидер группы крикнул:

-Шевелимся, парни!

Группа из десяти искателей приключений двинулась вперед через пещеру.

Эти люди похоже знали, где находятся покои Владыки Демонов. В этом мне повезло, т.к. я-то понятия не имел, где бы они могли быть.

Скажи они мне вести их к моим покоям, и я вероятно тут бы и умер.

Колокол зазвенел со звуком "Дилинь~"

[1. Принять предложение искателя приключения Риффа.]

[2. Отклонить предложение искателя приключения Риффа.]

Первый вариант ярко засиял, а затем появились новые слова. Выбор не был сделан, потому что я думал о выборе, но скорей всего, он был принят моими реальными действиями.

[Кризис преодолён умелым красноречием.]

[Предупреждение. Действия, предпринятые во время обучения, в дальнейшем будут влиять на вашу статистику]

Я преодолел кризис.

Иными словами, если бы я не солгал им тогда, то действительно оказался бы в смертельной ситуации. От этого ненужного замечания у меня холодок пробежал по спине.

Эти люди вокруг не шутят.

Жить или умереть. Вот в чем вопрос.

Я едва прошёл через первое препятствие.

Во что бы то ни стало, я должен выжить.

Дьявольские шаги по сцене (часть 3)

Группа авантюристов продолжала идти через пещеру.

-Может просто убьём его прямо сейчас...

-Ага. Мы же не какая-то там банда грабителей. Вместо того, чтобы тратить время на поиски скрытого хранилища, мы могли бы просто аккуратно прикончить его здесь...

-Не знаю, как вы, парни, а я согласен с кэпом. Нет ничего плохого в том, чтобы подзаработать чуть больше деньжат...

Я мог слышать разговор искателей, идущих впереди.

Меня не волнует, что вы обсуждаете вопрос моей жизни и смерти, но не могли бы вы, по крайней мере, обсуждать это так, чтобы я не мог слышать? Это ведь не так уж и трудно.

У них совершенно нет манер.

-Эй. Даже если его нога подвернута, не чересчур ли он медленный?

-А я о чём. Он нас тормозит.

Они дошли до того, что стали открыто издеваться надо мной.

Уровень искателей, что схватили меня не очень высок.

Они излучали убогость. Лезвия на их оружии были испещрены сколами и царапинами. Что говорило о том, что те не ухаживали должным образом за своим снаряжением. В обычной игре их ранг определили бы как "F". Самая слабая группа искателей приключений. Вот на каком уровне они были.

Они бы померли где-то от двадцати гоблинов.

... Но даже если так, уровень Владыки Демонов Данталиана не позволял взять под командование тех же гоблинов, которые распространены практически везде.

-Ваша Светлость, Владыка Демонов. Мои товарищи немного нетерпеливы, - сказал со смешком мне человек, по имени Рифф. Я опустил голову.

-Мои извинения. Я постараюсь идти быстрее.

-Прекрасный и быстрый ответ. Это хорошо.

Он говорил со мной, будто я его служащий.

Я принял решение. Определённо, я уничтожу его горделивую физиономию. Я изваляю его лицо в грязи.

Я не буду вести себя с ним полегче, даже если позже он взмолит о пощаде. С нетерпением дожидайся будущего, Рифф.

-Знаешь, у нас, искателей, есть профессиональная болезнь. Кажется, что остальные подозревают, будто бы Ваша Светлость пытается обмануть нас. Будто бы ты намеренно тянешь время, чтобы что-то сделать с нами.

-Это невозможно, - сразу же ответил я.

Не было никакой причины говорить им правду.

Что ж, пора идти на активные действия.

-Вообще, у меня были слуги. Гоблины, импы, орки... ничего такого, но все они были моими драгоценными слугами. Однако, до вас, джентльмены, другие искатели приключений напали на этот замок три раза подряд.

Края моих глаз заблестели.

У меня была способность плакать по собственной воле. Она требовала небольшого трюка. Это был тактический ход, которому обучили меня мои младшие сёстры.

-Вы, господа, в четвёртый раз пришли в мой замок. Все мои слуги уже мертвы. Даже самые маленькие, пробывшие со мной более тридцати лет. Все они...

-Х-хах? - забеспокоился Рифф. - Эй, Ваша Светлость, ты же не собираешься заплакать?

-Н-нет. Плакать? Да никогда, - произнёс я точно ребёнок, отчаянно пытающийся сдержать слёзы. - Это всё потому, что среди них была няня, которая заботилась обо мне с тех времён, когда я был ещё младенцем. Да. Она была чем-то похожа на орка. Это потому, что она была орком. Но она искренне заботилась обо мне. Я даже называл её "мамой". Неделю назад, её грудь пробило копьё искателя, и она умерла...

Жалкий плач эхом разнёсся по пещере.

-Ну, это. Наверно, мне стоит сказать. Это весьма печально. Мои соболезнования.

-Она защищала меня до самого конца. Даже будучи раненой, даже после того, как пролила столько крови, она держала меня так крепко, чтобы защитить меня от падающих стрел. Я... Я не могу забыть те эмоции, через которые прошёл, как бы я ни старался...

-...

-Она закрывала мне глаза. Я ничего не мог видеть, но с глухим звуком, её тело содрогалось. Звук за звуком, а её тело продолжало содрогаться. Сначала я не понимал, что происходит, но после я понял, что это было из-за стрел. Каждый раз, когда в нее попадала стрела, она сжималась. И несмотря на это...

Так, а сейчас надо позволить скатиться одной слезе.

Теперь, моя игра должна достичь кульминации.

-Несмотря на всё это, она смотрела на меня сверху вниз и улыбалась! Да, она улыбалась до самого конца. Я был не в себе. Думаю, я сходил с ума. Самый дорогой в этом мире человек умирал прямо перед моими глазами... Умирал, чтобы защитить меня, и она при этом даже улыбалась... Что я должен был сказать?!

Я закрыл лицо руками.

Сквозь мои пальцы слабо пробивались слёзы.

-Я спросил, было ли ей больно. Она наверно была воплощением боли, но знаете, что она ответила мне?

-...

-Я в порядке, юный Хозяин.

В воздухе повисла мёртвая тишина.

В какой-то момент, искатели стали захвачены моей историей и стихли.

***

Отец с детства учил меня быть актёром.

Однажды, я проходил испытание. Должен был пойти в любое кафе и начать говорить по телефону.

На самом деле, с той стороны не доносилось ни звука, но я делал вид, будто убеждал свою девушку:

-Прости. Прости за всё.

-Отныне, я стану лучше.

Небольшая импровизация.

Сначала, реакцией со стороны других посетителей кафе, было раздражение.

Они просто пришли расслабиться, а теперь появился какой-то школьник, и стал громко говорить по телефону. Но со временем, выражения их лиц стали меняться. Они стали испытывать другие эмоции.

Это было сочувствие.

Прежде, они тоже были в подобной ситуации. Они тоже когда-то умоляли любимого человека. Сопереживая, наконец, они стали относиться ко мне с жалостью.

Это была реакция современных людей, видевших уже фильмы и романтические драмы всех видов.

Люди в этом мире, те, что в лучшем случае станут слушать лишь хвастливого поэта, мне жаль это говорить, но такие люди мне не подходят.

***

Тонкие мышцы лица, способные передать малейшие детали.

Используя их по своему усмотрению, я страстно продолжил:

-Она сказала: "Всё в порядке"... и умерла.

-...

-Больше у меня ничего не осталось. У меня и правда были два гоблина, но я заставил тех уйти. Я более не нуждаюсь в них. Вот почему у вас нет причин недоверять мне. Здесь попросту никого не осталось.

Я снова прикрыл лицо и заплакал.

Моя игра, которая заставила бы рыдать французского актёра, оканчивается здесь.

-Эй, эй. Кто заставил плакать достопочтенного Владыку Демонов?

-Я даже и не знал, что у него были такие обстоятельства.

-А мне всё было интересно, почему здесь не было стражи. А оказывается, что остальные группы полностью зачистили это место.

-Значит, он разом всё потерял. Ай-яй...

Как и ожидалось, на меня снизошла симпатия.

Но произошло кое-что, чего не ожидал и я. В воздухе появилось белое уведомление:

[ Ваше дьявольское красноречие пленило людей. ]

[ Расположение Искателя приключений Риффа выросло на 2. ]

[ Расположение Искателя приключений Дэйла выросло на 1. ]

Ах, да, тут же есть система отношений.

Это всё существенно облегчает.

-Хотя, я рад, что встретил вас.

Я слегка улыбнулся, как будто испуская атмосферу, горя и жизнерадостности.

-Вы не убили сразу же такого Владыку Демонов, как я. Вы проявили внимание ко мне, когда узнал, что я тяжело ранен, и даже поддерживали меня прямо как сейчас. Впервые за всю свою жизнь я встретил искателей, настолько вежливых со мной... Раньше, я действительно думал, что все искатели были злодеями вроде тех, что убили мою няню!

Это была ложь.

Наглая ложь.

Я знал, что вы, мужики, собирались убить меня сразу как увидели. Вы спрятали в ножны своё оружие, только по причине того, что хотели поживиться моими деньгами из сокровищницы. Злодеи, как и те, которых я описал ранее.

Однако, ни один человек не откажется быть польщённым. Искатели неловко чесали бороды.

-Да нет, на самом деле мы не сделали ничего такого...

-Это всё потому что Ваша Светлость сотрудничала с нами с такой готовностью.

[ Расположение Искателя приключений Риффа выросло на 4. ]

[ Расположение Искателя приключений Дэйла выросло на 3. ]

Расположение остальных восьми искателей так же поднялось.

Упала ли их настороженность? Соответственно очкам, на которые возросли. Моя актёрская игра удалась на славу.

С опухшим заплаканным лицом, я широко улыбнулся:

-Простите за то, что так всех задержал. А теперь, давайте продолжим идти к хранилищу.

-...

Это была не улыбка от счастья, а вынужденная улыбка, чтобы походить на остальных. Я подчеркнул это. Чтобы посеять в них чувство вины.

Один из искателей кашлянул в руку:

-Кхм. Ну, это, у нас нет никаких причин так сильно торопиться.

-И ведь верно. Хранилище никуда от нас не сбежит.

-Раз у Его Светлости так сильно болит нога, давайте сбавим темп. Тем более, раз он сказал, что демонов здесь больше нет.

Атмосфера смягчилась.

Говорят, что люди - самые пугливые животные на Земле, но я считаю иначе. Люди - животные, которых мне легче всего успокоить.

Я не смогу обмануть медведя. Встреть я слабейшего дикого бородавочника, я мог бы умереть.

Но вот люди.

Людей можно обмануть.

"Сын."

"Ты ещё больший Дьявол, чем я"

Мой отец был прав.

Я не хотел признаваться в этом, но у меня врождённый талант обманывать людей.

Лично я не считаю, что это завидное умение. Завоёвывать доверие людей правдой мне более привлекательно, чем ложью.

Вот почему, я избегал прибегать к обману, пока не чувствовал, что моя жизнь в опасности. Что-то наподобие способности к вранью это то, что ценно пока этим не хвастаешь.

Сейчас тоже самое.

-Ах, но.

Если бы эти искатели не угрожали моей жизни.

Если бы они были более благосклонны ко мне.

Мне бы не пришлось обнажать клыки.

-Но знаете.... Если мы потратим слишком много времени, сюда могут нагрянуть другие группы искателей.

-Чего?

-Как вы все поняли, в моём замке не осталось ни единого гоблина. А поскольку замок пуст, другие искатели, вероятно, тоже придут за сокровищами. Это может стать проблемой для всех вас...

Искатели обеспокоенно переглянулись.

В замке не было ни единого монстра. Даже, если бы некоторые из них остались, эти люди могли бы использовать меня, Владыку Демонов, как заложника, чтобы прогнать их. Однако, есть кое-что более опасное, чем монстры.

Другие люди.

Искатели были конкурентами другим искателям. Сокровище замка Владыки Демона. Награда за голову самого Владыки... любой захочет получить всё это в свои руки. Даже, если для этого придётся убить других людей.

В "Атаке Подземелья", герой сражался не с одними только монстрами. Было много групп искателей, нападавших на других с целью забрать их богатство. Они лишь называли себя искателями, хотя сами ничем не отличались от кучки воров.

-Чёрт возьми. Об этом я не подумал.

-Нет гарантии, что другие искатели придут.

Мужчины стали хмуриться. Они попались на мою ложь.

-Тупица. Ты не слышал, что это место уже трижды зачищали? Другие волки, которые слышали об этом, придут.

-Это нехорошо. Это очень нехорошо... Мы всего лишь схватили Владыку Демонов, а теперь ты говоришь мне рисковать жизнью, чтобы сражаться с другими живучими искателями? Не шути так со мной.

-Дерьмо. Как будто мы отдадим его кучке собак.

Эти искатели, впервые покинули родные места, чтобы быстро разбогатеть. Они не могли сдержать своё волнение, когда представили перспективу расстаться со своими жизнями.

-Эй, все, -сказал я спокойным голосом.

Естественно, все взгляды метнулись ко мне.

-Возможно, прямо сейчас, к нам уже подбираются другие искатели. Может всё-таки продолжим идти к хранилищу? У нас не так много времени. Поговорить вы можете и по пути.

Мужчины переглянулись еще раз и все вместе кивнули.

-Его Светлость прав. Давайте сперва заберем сокровища. Ага!

-Двигаемся дальше. Мы не должны показаться в Джэлсоне без пары царапин.

С шумными возгласами, искатели возобновили марш.

Хорошо.

Теперь было достаточно.

Я сделал им приятное предложение. Их защита от Владыки Демонов Данталиана исчезла ещё не полностью, но, по крайней мере сейчас, они не видят во мне врага. Их расположение продолжало расти. Это хороший знак...

-Новичок, понесёшь его на спине. Так будет быстрее.

-Есть, капитан!

Парень быстро меня поднял.

-Ох, большое спасибо.

-Вы такой лёгкий, что вы обычно едите? Снаружи выглядите прекрасно, но внутри у вас как будто ничего нет.

Как будто я ничего не весил, человек шёл с легкими шагами. Внезапно я заслужил поездку на спине, и это лучше, чем заставлять себя идти.

Думаю, вы могли бы сказать, что я прошёл через второе препятствие.

Я должен был открыть хранилище, следовательно, дал им повод оставить меня в живых. Кроме того, я смог расположить их к себе, внушив фальшивое чувство, будто я на их стороне. Это было благоприятно. Тем не менее, оставалось ещё две проблемы.

Первая проблема была в том, что я понятия не имел, существовала ли вообще сокровищница. Как только они поймут, что я солгал, не зависимо от того, сколько я заработал очков расположения или чего-либо ещё, они меня убьют.

Второй проблемой была необходимость избавиться от искателей. Если я не смогу решить эти две проблемы, мне будет суждено встретить смерть.

-Статус базы, - прошептал я, слегка пошевелив губами.

Ничего не произошло.

Не обескуражившись, я продолжил экспериментировать:

-Статус подземелья, состояние подземелья...Ммм. Это тоже не то, хах.

Пока что, у меня не было возможности получить доступ к игровой системе.

Это было всего лишь предположение, но я должен был быть способен использовать и другие окна состояния, нежели окна одних только очков расположения. Например, должен быть способен увидеть карту замка. Вот что было моей целью.

Вскоре, мой прогноз был подтверждён:

-Статус Замка Владыки Демонов.

"Дилинь~", раздалось в моей голове.

Дьявольские шаги по сцене (часть 4)

"Дилинь~", раздалось в моей голове.

Передо мной возникли белые слова.

Замок Владыки Демонов Данталиана

Тип : Пещера

Название : Отсутствует

Ранг : F

Специальные Эффекты : Отсутствуют

Военная сила : Отсутствует

Горожане : Отсутствуют

Состояние : 100 либр

※Замок в руинах. Дети с соседних округов относятся к этому месту, как к весёлой игровой площадке.

Это место в опасности быть завоёванным в любой момент.

Немедленно откройте Окно Наёмников и приобретите войска.

Я надеялся, что было ещё хотя бы небольшое количество сил, но, видимо здесь действительно никого не осталось. Это место действительно не было ничем большим, кроме как детской площадкой.

Спасибо за то, что у меня вообще было хоть какое-то богатство.

"Либрой" в "Атаке Подземелья" называли единую валюту. Как-то мне было скучно, и я решил сравнить валюты. В переводе на корейские деньги, одна либра стоила 500 000 вон. (прим. пер.: около 28к рублей)

Прямо сейчас у меня было 100 либр.

Иными словами, я получил 50 миллионов вон.

Насколько далеко можно зайти с такой суммой?

После поиска среди всех игровых функций, я, наконец, нашёл то, что хотел.

"Окно Наёмников".

Предо мной появился полупрозрачный список.

....

Какие слабые.

И чертовски дорогие.

Как ни посмотри, платить двести тысяч вон за Слизь это перебор. В наши дни, можно купить двух средних коров за двести тысяч вон. Не телят, а коров. Как бесполезная Слизь может стоить в два раза дороже коровы, которую можно пустить в работу на ферме?

Скорее всего, цена поднялась из-за сложности игры.

"Тц. Это портит мой план..."

Поначалу, я подумывал слить все деньги, наняв монстров. Но даже, если бы я потратил все свои деньги, и нанял бы 8 гоблинов-перебежчиков, вероятность их победы над искателями была неопределённой.

Нет, возможно эти искатели ещё более жалкие, чем я думаю. Как бы это проверить?

-Статус, - мысленно пробормотал я, глядя на искателя.

[Этот персонаж недостаточно расположен к вам.]

[Будут отображены только простейшие характеристики.]

С тем же, что и прежде звуком "Дилинь~", появилось окно над головой искателя.

Имя: Рифф Хоффман

Выносливость: Е

Атака: Е

Расположение: Е

-Угх, - невольно испустил я стон.

Чуть-чуть сильнее, чем гоблин.

Конечно, он определённо слабый, но эта небольшая разница имела для меня большое значение. Остальные искатели имели примерно такие же характеристики. Даже, если бы я нанял 8 гоблинов, им бы не удалось перебить этих искателей.

Что же делать.

Не было никакой уверенности в победе или поражении. Стоит ли мне положиться на судьбу и сыграть в эту азартную игру. Рискнуть своей жизнью. Это не в моём стиле. Я бы предпочел сначала поднять свои шансы на победу, прежде чем идти в бой.

А в то время, пока я был в глубоком раздумье:

-Мы почти дошли, - крикнул один из искателей.

Мы почти дошли до комнаты Владыки Демонов.

-Хах. И почему эта пещера такая большая?

-Вы впервые пришли в Замок Владыки Демонов. Так что неудивительно. Обычно, такие замки полны ловушек, из-за чего вы должны ступать крайне медленно.

Искатели шумно переговаривались.

У меня совсем не осталось времени. Пора принимать решение.

Должен ли я взять их числом и нанять много Слизи и Фей? Или, стоит нанять сильнейшего Голема, и застать их врасплох? Нет. Оба способа далеки от "верной победы". Если я позволю себе оказаться в опасности...

... Ладно. Это был самый лучший вариант.

-Отлично. Заходим.

Искатели ворвались в комнату.

Я сильно кусал губы. Кожа оторвалась и в рот потекла кровь.

Если бы меня попросили оценить мои шансы, я бы поставил на 70%. Это ужасно мало, если принимать в расчёт то, что на кону моя жизнь. Однако, это был мой лучший шанс.

Я думал, что освободился, как только мой отец умер. Я сбежал в надежде, что заживу мирной жизнью.

Я убежал так далеко, а теперь вы говорите мне, что моя жизнь снова в опасности? Чтобы я попал в странный мир, и вы мне сказали, что я должен умереть без малейшего понятия о том, что происходит, лишь потому, что я стал Владыкой Демонов? Не смешите меня!

Кого заботит, что я Владыка Демонов, или кто я там? Если появится кто-то, кто попытается лишить меня моей праздной жизни, то я буду с ним беспощаден. Я выживу, не важно какой...

***

Комната Владыки Демонов была жалкой развалиной.

-Сокровищница и правда здесь?

Это место, судя по всему, было разграблено уже много раз. Будь то кровать, или стулья, вся деревянная мебель была опрокинута. Трудно поверить, что в этом бедламе было хранилище сокровищ.

Капитан Рифф произнёс:

-Ваша Светлость. Поторопитесь и откройте этот Муйракутон или как там его.

Я кивнул:

-Ага. Не беспокойтесь. Я знаю, что... Ах!

Я упал, слезая со спины новенького. Нарочно подвернул лодыжку.

Искатели испуганно подбежали:

-Ох, ты в порядке?

-Эй! Поддержите же его нормально!

-Я... я в порядке. В порядке.

С дрожащими ногами, я встал сам. Главной целью было добиться сочувствия. Если бы я воспользовался плечом другого искателя, существовала опасность, что они бы увидели во мне надоедливого нытика.

Хромая, я пошел к стене.

-Народ, это здесь.

-А? Я вижу только стену.

-Здесь гравировка, видимая только Владыкам Демонов. Хранилище откроется, если поместить руку на гравировку и прочитать определённое заклинание, - не моргнув, солгал я.

Искатели заинтриговано переглянулись.

-Ох, Магия. Понятно.

Начинающие искатели не смыслили в магии, прямо как эти искатели, до этого момента бывшие простыми фермерами или дровосеками. Большинство из этих людей, скорее всего, за всю свою жизнь не видели настоящей магии. Если бы я им сейчас сказал, что произошла магия, они бы просто кивнули и сказали: "Вот как...".

-Так, все. Мне жаль, но я вынужден попросить вас отойти от меня на 10 шагов.

-Почему?

-Только Владыка Демонов способен высвободить магию хранилища. Оно ни за что не отопрётся, если поблизости будет находиться хоть один посторонний человек. Если произойдёт ошибка, сработает защитный механизм, и вы можете получить травму.

-Защитный механизм, значит...

-В худшем случае, сокровище будет запечатано навсегда.

Лица искателей мгновенно окаменели.

Как только я пригрозил этим грабителям лишением сокровищ, эффект наступил мгновенно. Следуя моим указаниям, все 10 человек стали пятиться.

Шаг. Ещё шаг.

Отойдя ровно на десять шагов, они произнесли:

-Как-то так. Как ты и просил, ровно 10 шагов.

-...

Эти искатели такие искренние в их положении.

Я был в восторге, но демонстрируя мудрость, сдержанно улыбался.

-Ровно 10 шагов. Ни больше, ни меньше. Теперь высока вероятность того, что вы не подвергнетесь магии на такой дистанции. Отлично сработано.

Искатели широко заулыбались.

-Да это пустяки.

-Вообще, я немного перфекционист.

Думаю, они искренне верили в это.

Я всегда поражаюсь, когда встречаю таких вот, как эти ребята людей, настолько уверенных в себе. Люди с таким типом мозга могли бы отделиться от Homo Sapiens.

Не было бы ли это своего рода чудом?

Я повернулся лицом к ним, и спиной к стене.

-Сейчас я начну читать заклинание. Вы должны соблюдать тишину!

Очевидно, что на стене не было никакой гравировки. Как я и говорил, мои слова о том, что здесь была сокровищница так же были наглой ложью.

Но кое во что я всё же верил.

"Богатство Замка Владыки Демонов".

На гладкой стене возникли белые слова:

Богатство Замка Владыки Демонов

Сумма на вывод: ххх Либр

Текущая сумма: 100 Либр

※Предупреждение: Вы можете обанкротиться, если выведете слишком много средств.

Это была одна из игровых функций, обнаруженная мною ранее.

На правах Владыки Демонов, я мог снять деньги где и когда пожелаю. Но всё бы закончилось, если бы я вытащил кучу монет.

Однако, будет проблематично просто отдать деньги.

Небольшое улучшение.

Добавим изюминку и подарочную упаковку.

Глубоко вздохнув... сохраняя серьёзность на пределе своих возможностей, я прокричал:

-Данса Ме Ос, Клаппа Эра Хэндер...!

.........

..... Честное слово, я прокричал это с серьёзным видом.

Я придумал это, после того, как написал на земле Минлэкдон. Наш разговор, конечно, переводится, но искатели не смогли точно произнести слово "Минлэкдон". Значит, разговор переводится неточно.

-Йёр Сом Ви Йёр Та Ногра Стег От Вэнстер, Люссна О Лэр Мисса Интэ Кансен, Ню Ар Ви Хо Мер Карамэльдансэн, У-у-уа-уа…

Прим. пер.: в оригинале ГГ декламировал Сутру сердца - это какая-то важная буддисткая штука, которую анлейтер не взялся переводить, оставив оригинал. Но вам повезло, переводчик у вас Петросян, поэтому здесь ГГ поёт Карамелдансен (чтобы его мысли вязались с тем, что он произносил, я совсем чуть-чуть изменил дальнейший перевод). Для тех, кто не знаком с этой песней, советую её прослушать, просто чтобы оценить дальнейшие реплики искателей (их я перевёл точно по анлейту).

Такие слова, как например химические формулы, или профессиональные термины, вроде H2O, или "Деформация", не могут быть переведены. Кроме того, слова, которые я воспринимал как имена собственные так же не переводились. Именно по этой причине, искатели понятия не имели что означает Минлэкдон.

Несмотря на то, что я произносил вполне обычные слова шведского языка, они не переводились. Всё дело в том, что я не знал шведского, и когда произносил заученный наизусть текст, я не вкладывал смысл в конкретные слова, поэтому они и оставались тем, чем были.

Таким образом...

-Э-это язык демонов?

-Я понятия не имею, что он говорит, но это звучит угрожающе...

-Я чувствую, как что-то заставляет дрожать моё сердце...

С точки зрения искателей, я, пожалуй, действительно произносил неизвестное колдовство.

-Данса Ме Ос, Клаппа эра хэндер, Йёр Сом Ви Йёр Та Ногра Стег От Вэнстер...

Пока ртом я продолжал песнопение, своими глазами я внимательно следил за окнами.

Мне пришлось замедлить темп, пока я выводил деньги.

Богатство Замка Владыки Демонов

Сумма на вывод: 79 Либр

Текущая сумма: 21 Либра

※Предупреждение: Вы можете обанкротиться, если выведете слишком много средств.

Я решил взять 8/10 от того, что имел.

Вероятно, было бы подозрительно, если бы у меня оказалось ровно 80 монет, поэтому я установил размер в 79.

-Люссна О Лэр Мисса Интэ Кансен, Ню Ар Ви Хо Мер Карамэльдансэн, У-у-уа-уа! - победоносно воскликнул я, воздев руки к небу.

В конце последней строчки заклинания, я мысленно произнес слово "вывести".

В воздухе стали появляться и падать на пол серебряные монеты.

-С-серебро! Это серебро!

-Сколько его здесь?!

-Это настоящее волшебство!

5 серебряных монет стоят одну золотую. В общей сумме, здесь высыпалось 395 серебряных монет. В "Атаке Подземелья", средний фермер зарабатывает около 15 серебрянных монет в год.

А значит, для искателей, это был джекпот.

-Ой! Ооооох....!

Серебряные монеты образовали на полу кучу.

80% всего моего состояния исчезло в одно мгновенье.

Видимо, они неслабо распалились, от лицезрения такого обильного денежного дождя прямо перед ними.

-Эй. Вы же не забыли, что мы всё разделим поровну, не так ли?

-Разумеется. Я убью любого, кто сейчас попытается изменить своё слово.

Искатели уставились на серебро с налитыми кровью глазами.

От них прямо несло алчностью.

Богатство Замка Владыки Демонов

Сумма на вывод: хх Либр

Текущая сумма: 21 Либра

※Предупреждение: Вы можете обанкротиться, если выведете слишком много средств.

Упала последняя монета.

Словно стая волков, искатели кинулись вперёд.

Дьявольские шаги по сцене (часть 5)

Упала последняя монета.

Словно стая волков, искатели кинулись вперёд.

Какие нетерпеливые.

Дождавшись, когда они сделают первый шаг, я быстро вскинул руку.

-Не приближайтесь! Вы словите проклятие!

-П-проклятие?

Услышав тревожные слова, они остановились.

Я упал на колени и, притворившись, что испытываю огромную боль, стал стонать.

-Гаааах...!

Я исказил своё лицо как только мог.

Из моего рта пошла пена.

Искатели стояли, поражённые внезапной ситуацией.

-Ч-что происходит? Ваше Высочество, что происходит?

-Это чёрная магия! Он был проклят чёрной магией!

Мужчины в страхе отшатнулись.

Для того, чтобы моё выступление выглядело ещё более реалистичным, я ударил свою сломанную лодыжку о землю. Болью прошило всё моё тело. Мучительный крик разорвал мои лёгкие.

-Ааах-Гуаааааааааах!

Я вопил, схватившись за глазницы. В это время, я взглянул сквозь пальцы на искателей. Их лица побелели. Некоторые даже пытались сбежать. Моя лучшая игра сработала.

-О, Боже. Это ужасно...

-Скажи же, что происходит? Ты в порядке!?

Один из храбрых искателей попытался подойти ко мне, но я поспешно помешал ему сделать это.

-О-отойди! Это следствие использования чёрной магии... Если вы приблизитесь, то можете тоже попасть под её влияние... ... Угх, гуааа!

-Хиии!

Мужчина сразу же остановился.

Искатели наблюдали, как серебряные монеты появились из воздуха. Для них, это была магия. Они ничего не могли сделать, но верили, что если я говорю, что что-то является магией, то это магия.

Искатели стали перешёптываться:

-Получается. Когда он говорил нам отойти на 10 шагов... он делал это ради нас?

-Это был его шанс избавиться от нас...

Да.

Вот какого ответа я добивался.

Если мой план сработает, я подниму очки их расположения насколько это возможно. А что производит на кого-либо сильнейшее впечатление?

Когда кто-то жертвует собой, чтобы спасти другого.

Прямо, как сейчас.

-Гуааааааах!

Я стал сильнее корчиться от боли.

-П-постойте. Таким темпом, он умрёт! Вы уверены, что мы не должны остановить его!?

-Идиот, ты разве не слышал, как он говорил, что это чёрная магия? Разве ты не слышал истории о людях, умирающих от ужасных проклятий!?

-Дэйл прав. Единственное, что мы можем, к сожалению... это просто ждать.

-Чёрт возьми, - злобно воскликнул кто-то из искателей.

Прямо сейчас, непрерывно выскакивали окна уведомлений:

[ Ваша дьявольская игра пленила людей. ]

[ Расположение Искателя приключений Риффа выросло на 15. ]

[ Расположение Искателя приключений Дэйла выросло на 13. ]

[ Расположение Искателя приключений Зеда выросло на 19. ]

Идеально.

Как и ожидалось, резкий рост расположения.

Ногтями, я расцарапал кожу на лице. Брызнула красная кровь. Это было невероятно больно, но моё самочувствие сейчас стоит гораздо меньше, нежели моя жизнь. Мои крики продолжались ещё некоторое время.

Через несколько мгновений.

Я выпустил неровный вздох.

-Всё в норме....... Теперь вы можете собирать монеты... всё чисто.

-Мм.

-К-кхм.

Их отношение полностью переменилось.

Волков, ранее так отчаянно желавших набрать монет, нигде не было видно. Все искатели боялись, что монеты могут быть всё ещё прокляты.

-Иди первым, и проверь.

-Нет-нет. Ты же знаешь, как говорят: "Уважай старших", значит самый старший и должен пойти.

Искатели по очереди передавали друг другу честь пойти первым, ни за что не соглашаясь принять её самому.

Достаточно насмотревшись, лидер группы шагнул вперёд.

-Хрен с вами! Жалкие трусы! Понятия не имею, как вы вообще здесь оказались. Мне, наверно, стоило изрубить вас всех своим топором. Вы все были так уверены в захвате Замка Владыки Демонов, но посмотрите же на себя сейчас. - взревел лидер партии Рифф.

-И Одноглазый Дэйл. Ты был вместе со мной в течении двух лет. Что ты делаешь, прячась вместе с этими желторотиками?

-Ну, я впервые встретился с чёрной магией.

-О, ты только погляди, всё ещё оправдываешься. Что за мужик, будучи старшим, станет прятаться как новичок?

-Ну так и иди первым.

-Ага. Капитан должен идти первым.

Остальные согласно закивали.

Рифф вздёрнул нос.

-Я собирался это сделать и без ваших трусливых указаний.

Он гордо пошёл к груде серебра.

Искатели стали перешёптываться друг с другом, наблюдая за его шагами.

-Он снова выпендривается.

-Он постоянно вздёргивает нос, когда выпендривается.

-Что ты сказал!?

Рифф уставился на них. Когда он хмурился, его медвежье лицо выглядело по-варварски. Искатели, присвистывая, попрятали взгляд.

Рифф повернулся к серебряной куче.

-Хоо...хоо... А вот и я!

Он протянул руку и схватил монету.

Очевидно, что ничего не произошло. Тут ведь не было никакой черной магии.

Но, так как он этого не знал, Рифф подчёркнуто посмеялся над остальными.

-Взгляните! Разве Его Светлость Владыка Демонов не говорил, что здесь больше нет проклятия? Идиоты, мне надо наверное просто поотрезать вам яйца! Хе-хе-хе!

-...

Искатели неловко смотрели друг на друга.

Наблюдая за всем этим на расстоянии, я издевательски улыбался.

Интересно, от того ли, что я получил достаточное расположение, но теперь я мог видеть детальную информацию в Окне Статуса Риффа. Там я мог видеть психическое состояние Риффа, которое тот не озвучивал.

Имя: Рифф Хоффман

Раса: Человек

Работа: Дровосек(В), Искатель Приключений(F)

Репутация: Песчинка в галактике

Лидерство: Е

Мощь: Е

Интеллект: F

Политика: F

Шарм: F

Техника: E

Привязанность: 21

Текущее Психическое Состояние: "Вот дерьмо. Я уж думал, что кишки высру. У меня всё ещё трясутся ноги...!"

Это был блеф.

Неплохая мысль, отругать своих подопечных, пока сам трясёшься от страха. Остальные искатели, не осознавая этого, чесали головы.

-Н-ну, пошли что ли?

-Мм. Капитан доказал нам.

-Маленькие люди, вроде нас, должны следовать его примеру.

Искатели осторожно приблизились к куче.

-Хах. Вы кучка жалких мужчинок.

Хоть Рифф и насмехался, он всё же не пытался помешать приблизиться остальным.

Подойдя, прочие искатели стали с жадностью хватать монеты. Когда кто-то пытался подобрать больше монет, чем должен был, прочие искатели пристально на него смотрели.

-Если хоть одна монета окажется в твоём кармане, я лично тебя прибью.

-Делим всё поровну. Не пытайтесь ничего украсть!

Прошло довольно много времени, прежде чем все монеты были посчитаны.

Рифф удовлетворённо фыркнул.

-Хух. Итого здесь 386 серебряных монет.

Что?

Я слегка сузил брови. Уверен, что я достал 395 монет.

9 монет куда-то делось.

-...

-...

Несколько человек нервно заёрзали.

... Значит, им не удалось удержаться от того, чтобы не украсть немного. Несмотря на то, что они всё время угрожали друг другу, в итоге, некоторым удалось успешно украсть. Как чудесно.

-Хорошо. Давайте честно разделим по 38 монет каждому.

-Останется еще 6. Что с остатком?

-Как это "что"? Я, капитан, заберу их. - беспардонно заявил Рифф.

Прочие искатели стали его освистывать.

-Капитан сказал, что всё разделим поровну, неважно как!

-Это грязно. Грязно!

-Заткнитесь, сволочи! Если бы не я, вы трусы, вообще не подошли бы к деньгам.

-Это, это вообще не то!

-Что ещё за "это" и что за "то"! Говори яснее!

Группа начинающих искателей так быстро встретилась с внутренним конфликтом.

Это было похоже на спор между детьми.

После оживлённой дискуссии, было решено, что Рифф заберёт остаток.

-Тц-тц. Кучка обывательских ханжей. - ворчал Рифф.

Выглядело, будто он обиделся тому, что остальные воспротивились отдать оставшиеся 6 монет ему, капитану. Не могу даже сказать кто здесь обывательский ханжа.

В любом случае, пора начинать.

-Народ, - сказал я, - мне очень жаль беспокоить вас, пока вы заняты, но я должен кое-что вам сообщить.

-Хм? Ох, и что там?

Их ответ был равнодушным. Искатели были заняты, запихивая монеты в свои сумки и обувь. Некоторые из них, ослабили пояса, чтобы засунуть монеты себе в трусы. Это было довольно грязно.

-Прошу прощения, произошло то, чего мы так боялись. Прямо сейчас, группы других искателей вторглись в замок.

-...

Их руки сразу же замерли.

-Что?

-Я Владыка Демонов. Здесь установлена магическая система, которая уведомляет меня всякий раз, когда кто-то вторгается в мой замок. Минуту назад, я слышал в своей голове звон колокольчика.

Глаза искателей, в панике, широко раскрылись.

-В-владыка Демонов, это правда?

-Да. К сожалению, это правда.

-Нет ли вероятности того, что вам послышалось?

-...Конечно, вероятность есть. Я тоже надеюсь, что ослышался. Тем не мене, в этом месяце я четырежды слышал такой же звонок. Очень маловероятно, что мне могло послышаться такое, - с печальным выражением, признался им я.

Искатели явно были потрясены. Когда я играл, порой бывали времена, когда я чувствовал, что мог видеть эмоции других людей в виде густого облака. Я касался этого облака то там, то там, формируя его по своей воле.

-С-сколько. Ты знаешь сколько их?

-Не совсем. Я мог бы предположить, подсчитав звонки...

Я прикусил губы, сделав вид, что число трудно посчитать. Видя это, искатели становились все более тревожными.

-...Звонок прозвенел трижды.

-Что это значит?

-Звонок звенит раз в 10 человек, вторгнувшихся в замок. Иными словами, сюда вошло, по крайней мере, 30 человек.

Тридцать человек.

Число, с которыми людям, стоящим передо мной, не справиться.

Искатели побледнели.

Дьявольские шаги по сцене (часть 6)

Искатель приключений, Трусливый Мародёр, Рифф Хоффман

04.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

Мне совсем не нравится эта ситуация.

Если верить сказанному Владыкой Демонов, в пещере появилась еще одна группа искателей. В которой было, по крайней мере, 30 человек. Это уже не шутки... чёрт побери.

Чтобы дойти сюда, я набрал слабаков. Опытные люди требуют больше денег. В нашей группе, сокровище хранилища было разделено поровну, но награда за Владыку Демонов Данталиана досталась бы целиком мне. Чтобы добиться таких условий, мне пришлось собирать группу из всяких фермеров.

Дерьмо. Мне просто стоило потратить больше денег и нанять опытных людей. Нет, даже если бы я так сделал, 30 человек это слишком много. Они бы не справились с таким числом. Как же это горько.

-Возможно, мы победим, если укрепимся в этой комнате!

-Ты спятил. Там тридцать человек. Тридцать! Мы будем не в состоянии с ними справиться!

-Если вы собираетесь принять бой, то дайте мне уйти. Я никогда не имел обыкновения заниматься самоубийством. Я сам выберусь отсюда.

-Хах! Грязный трус! Вот ты и показал своё настоящее лицо!

Спор разбил искателей на два лагеря: тех, кто хотел остаться и принять бой, и тех, кто хотели убежать. Они спорили уже 10 минут, но по-прежнему стояли вместе.

Честно говоря, у меня тоже не было хороших идей. Очевидно, что мы должны бежать, но не было никакой гарантии, что на нашем пути мы не встретим другую группу. Вот в чём проблема. Дерьмо, что мне нужно сделать, чтобы безопасно выбраться отсюда?

...постойте.

Если думать от противного.

Пусть даже, мы встретимся с ними. Всё будет путем до тех пор, пока я смогу безопасно сбежать. Меня не касается, сколько при этом выживет или умрёт людей.

Я сверился с картой. Отсюда до входа в пещеру было три маршрута.

Я подошёл к Владыке Демонов, и спросил его:

-Ваше Высочество. Сколько путей ведёт отсюда до входа в замок?

-Три.

Как и ожидалось, карта была точной. Даже Владыка Демонов подтвердил это.

-Ты знаешь, каким путём они сюда идут?

-Мне жаль, но с такого расстояния я ничего не могу сказать... - с выражением стыда на лице, ответил Владыка Демонов.

-Да ничего, всё в порядке. Я благодарен хотя бы за то, что ты рассказал нам о них.

Я слегка похлопал Владыку Демонов по плечу. После того, как я это сделал, он благосклонно опустил голову.

Хоть я и говорил это уже, но у этого парня совсем нет характера. Будучи Владыкой Демонов, он так уважительно говорит с человеком, подобному мне. У него что, совсем нет гордости? Вообще говоря, это довольно мило, он знает своё место. Что ему ещё остаётся, кроме того что разве быть избитым в случае неповиновения. Хе-хе-хе.

В этот момент, Владыка Демонов посмотрел прямо мне в глаза. Он выглядел настолько серьёзным, что я весь застыл.

-Сэр Рифф. Так или иначе, мне суждено быть схваченным искателями.

-Хм? И?

-В таком случае, я бы, по крайней мере, хотел выбрать более безопасный для этого путь. Вы все не убили меня в тот же момент, когда увидели. Одно только это говорит мне быть на вашей стороне. Прошу, выбери мудрое решение и выживи.

Ага.

Мне кажется, я наконец начал понимать что это за фрукт. Можно забыть про гордость, если это поможет выжить. Я тоже так считаю.

-Хе-хе. Вы хорошо знаете свое дело, Ваше Высочество. Хорошо, не волнуйтесь. Раз Вы верите в меня, то точно доберётесь в город в целости.

-Спасибо. Большое спасибо...

Он мило, будто домашний питомец, опускал свою голову снова и снова.

Я крикнул на остальных, всё ещё споривших.

-Внимание!

Они замолкли. Думаю, они поняли, что нет смысла спорить друг с другом. Они глядели с налитыми кровью глазами.

-Мы отступаем.

-Но капитан!

-Слушайте сюда, салаги. Вы не в состоянии видеть от того что у вас монеты в карманах? Кто вы, по-вашему, такие? Вы, ребята, на нашем пути столкнулись только с двумя гоблинами. Как вы планируете, с вашими способностями, встретиться с 30 искателями?

Я грозно на них посмотрел.

Говорят, я вырос с грубым лицом. Здесь не было никого, у кого хватило бы смелости дать мне отпор.

-Хватит мечтать. Вы умрёте, будучи неспособными ничего сделать.

-...но капитан! Нет гарантий, что всё будет хорошо, если мы попробуем сбежать.

Тот кто ответил, до этого молчал и не принимал участия в споре.

Этот лысый одноглазый старик был достаточно опытным.

-Что ты собираешься делать, если нам не повезёт, и мы встретимся с врагом? Здесь мы, по крайней мере, можем укрепиться и отбиться от них, но что будет, если мы встретим их там?

-Я понимаю, ублюдок. Вот почему, мы разделимся на три группы и пойдем тремя разными путями.

-Тремя разными путями?

-Ко входу в замок ведет три маршрута. Выберете свой, и идите по нему.

Воцарилось молчание.

-...Капитан, ты же не имеешь в виду...

-Именно. Так или иначе, одна группа встретится с врагом. С другой стороны, две другие выживут.

-Это бегство жалких козлов! - громко ответил Одноглазый.

Должно быть, он был сильно разозлён, потому что на шее у него вздулись вены. Тц, он хороший парень, но в моменты, когда он становится серьезным, он надоедает.

Остальные жаловались, говоря что-то в духе: "Это неправильно!" и "Лучше уж умереть всем вместе!".

Кучка жалких придурков, вот вы кто. Никто из вас не знает, что такое смерть. Вот почему, вы с такой легкостью можете сказать, что готовы умереть вместе.

...но мне нет никакой выгоды говорить им здесь правду. Лучше добавить чуточку лжи то тут, то там. Что? Я честен только с самим собой. Я никогда не говорил, что я честен с остальными людьми, не так ли?

-А ну заткнулись, босота! Моя работа заключается в том, чтобы отправить живыми домой столько людей, сколько я смогу!

Они дрогнули. Вы только посмотрите. Они испугались только из-за того, что я немного на них накричал. На что же они рассчитывали с таким отношением, когда думали, что смогут драться с тридцатью искателями.

-У всех вас есть семьи, не так ли? Мужская гордость? Это хорошо. Товарищество? Тоже неплохо. Но какой во всём этом смысл, если в итоге вы умрёте? Кто будет держать ответ перед вашими семьями?

-...

-Как насчёт ваших детей? Как насчёт тех фермеров, что работают сейчас в полях вместо вас? Как насчёт ваших жён?

Повисла многозначительная тишина.

Как и следовало ожидать, нет ничего более убедительного, чем семья. Может я и неграмотный, но по крайней мере, я знаю, как обращаться с людьми.

-Выжившие возьмут на себя ответственность перед семьями павших.

Я смягчил голос и подвёл итог:

-Нам больше некуда отступать, босота. Подумайте о своих семьях и деревне. Всё прочее не значит ничего. Забудьте об этом и думайте лишь о своих семьях...

Они опустили головы.

Конечно. Если бы они хоть немного подумали, то поняли бы, что моё решение было лучшим. Просто оно подразумевало, что придётся принести в жертву жизнь кого-то другого, что трудно принять. Им нужно отсечь эту часть разума.

Искатели разделились на три группы.

4,3,3 человека в каждой.

-Выдвигаемся, - строго сказал я.

На каком пути встретится враг, целиком зависит от удачи. Если у врагов есть устройство обнаружения магической энергии, то оно среагирует на Владыку Демонов. Цель, естественно пойдёт за ним. Иными словами, он будет наживкой. Моя голова хорошо работает в такого рода вещах.

Пожалуйста умрите, мои дражайшие товарищи.

Ведь в таком случае, выживу я.

***

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

04.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

Искатели хлопали друг друга по плечам. Затем они разошлись, каждый по своему собственному пути.

-Идите и умрите, псы!

-Тем кто умрёт, будешь ты. Не волнуйся, я развлекусь с твоей женой вместо тебя.

Ругань искателей между собой была своего рода способом преодоления трудностей. Они знали, что чем тяжелей они будут прощаться, тем тяжелей им будет идти.

Лидер группы, в которой был я, произнёс:

-В общем, пора идти.

-Ага.

Я снова оказался на спине новичка.

Я специально вошел в группу из четырех человек. Это из-за того, что им пришлось нести дополнительный груз, в роли которого выступал я. Временно исполняющим обязанности лидера был лысый одноглазый искатель. Тот, кто ранее спорил с Риффом.

-...

-...

Мрачные шаги эхом отдавались по пещере.

Никто не говорил ни слова. От факелов, на стенах отражались тени искателей. Тени дрожали, словно мираж.

Честно говоря, когда Рифф предложил разделиться на три группы, я хотел прыгать от радости. Это была как раз та идея, которую я изначально и хотел предложить. Я опасался группы из 10 человек, но вот группа разделённая до трёх или четырех человек мне была не страшна.

Они были глупы.

Рифф предложил разделиться с целью повысить его шансы на выживание, насколько это было возможно, однако он ошибся в своём замысле. Он полностью поверил Владыке Демонов. Как правило, искатели и Владыки должны быть враждебны друг к другу, но те легко доверились моей информации.

Были ли они беспечны, или я на самом деле выглядел таким жалким. Если последнее, то тем лучше. Это означает, что мои актерские способности не растерялись. Цена за твою беспечность окажется огромной, Рифф.

Я смотрел в пустое пространство передо мной.

Там проецировалась полупрозрачная карта. Красные точки разделились по трём маршрутам и отдалялись друг от друга.

Возможность видеть карту была среди функций системы. Искатели были удобно отмечены как красные точки и даже показывали свои текущие позиции.

Глухие стены разделяли все маршруты. В нескольких местах, были проходы, соединяющие их, но только я, имеющий системную карту, знал о них. У искателей же вообще не было никаких средств связи.

Даже, если случится бойня.

"Окно Наёмников", - мысленно произнёс я.

Прозвенело до смешного жизнерадостное "Дилинь~".

Дьявольские шаги по сцене (часть 7)

"Окно Наёмников", - мысленно произнёс я.

Прозвенело до смешного жизнерадостное "Дилинь~".

На краткий миг...

Хоть и на краткий миг, но в моих глазах была нерешительность.

Искатели разбились на 3 группы. Они доверились Владыке Демонов Данталиану, в то время, когда должны были быть настроены против него. Они не только снизили свою боевую готовность, но и, к тому же, ослабили бдительность.

Лучшие условия для внезапного нападения.

Но причина, по которой я колебался... кто знает.

Если бы я нанял монстров и атаковал авантюристов здесь, то я бы перешёл Рубикон. Умру я или они. Существовало только одно будущее из двух. И не было никакого пути для отступления.

-...

Во рту пересохло.

Как только я приму решение, пути назад уже не будет.

Я осознавал вес своего выбора.

Затем, второй раз с момента моего появления в этом мире, появилось окно выбора:

[1. Истребить искателей.]

[2. Оставаться схваченным искателями.]

... Как я и думал. Я понял, в каких ситуациях появлялись эти выборы.

Когда на кону стояла моя жизнь, или жизнь других людей. Эти окна всплывали в крайне важных точках, будто говоря мне хорошенько подумать и тщательно делать свой выбор.

Несмотря на это, очевидным для меня выбором был вариант номер 1.

Для Владыки Демонов, схваченного людьми, не существовало обнадеживающего будущего. Даже если искатели не решат меня убить, ничего хорошего мне это сулить не будет. Они просто передадут меня городу, чтобы получить награду, а затем моя голова появится на главной городской площади, чтобы показать людям, как хорошо прошло её отсечение от остального тела.

Таким образом, я выбрал номер один.

Я убью каждого человека передо мной.

"Нанять Слабого Голема"

[Вы наняли Слабого Голема.]

[Желаете ли вы призвать Слабого Голема?]

Всё мое богатство, состоящее из 21 Либры, в одно мгновение сократилось до одной.

В этот же момент, пол пещеры засиял.

-Х-хах?

-Что происходит?

Искатели запаниковали.

В течении пары секунд, свет от круга призыва полностью озарил тёмную пещеру.

ГРААААНЧ!

Этот звук был похож на вскрытие полиэтиленового пакета. Однако, это было нечто гораздо большее, чем открытый полиэтиленовый пакет.

Я сильно укусил ухо новичка, который всё ещё меня нёс.

-Гуааааах! - вскрикнул искатель и стал вертеться.

Я упал с его спины. Я уже подготовился к безопасному падению, так что не сильно при этом пострадал.

-Д-Джек!? Что случилось!? Что произошло!?

-Гх, ах, ухо! Моё ухо!

Внимание, обращённое на круг призыва, перенеслось сюда.

С полным абсолютного ужаса выражением лица, я показал в другую сторону.

-Назад! Оглянитесь назад!

Там, куда я указывал, была каменная рука, протянутая из земли.

Каменная рука схватила землю, и, точно демон, выходящий из самого Ада, возникло огромное тело. Резонировал тревожный звук "грррррдах,грдах". Это был звук булыжников, трущихся друг о друга. Искатели смотрели на магию призыва, раскрыв рты.

-Б-Боже мой...

-Поднимите свои щиты! Достаньте мечи!

Искатели двигались в неразберихе. Тем не менее, лысый одноглазый, подтверждая, что он не зря стал главным в этом отряде, отдал приказ своим товарищам. Однако, вашим врагом был не только внезапно появившийся голем.

-Ммммм....!?

Я прыгнул обратно на спину новичку, и зажал ему рот. Парень широко раскрыл глаза.

Его взгляд кричал: "Что ты делаешь!?"

На его бедре был кинжал, к которому я присмотрелся с самого начала. Я вытащил кинжал и вонзил ему в горло. Один раз, второй, третий, и, наконец, четвёртый раз. Я даже не дал ему возможности сопротивляться.

-Иуб,пбб...гаппбб..... - кричал новичок, но этот крик был заглушен моей рукой, из-за чего он звучал как стон.

Вскоре его стоны наполнились ярко-красной кровью, пропитав мою руку, и сделав её липкой.

-Уух...Иуб......

Я молча смотрел в глаза новичка.

Наконец, его тело обмякло.

На всё ушло 8 секунд.

Остальные искатели не имели ни малейшего понятия о том, что позади них был убит новичок.

Таким образом, я только что совершил своё первое убийство, но у меня не было времени быть сентиментальным. Ситуация всё ещё была плачевная. Я сразу же спрятал кинжал в своей одежде и повернул голову.

-∎∎∎∎∎∎~!

Как раз в этот момент, голем полностью вылез.

Будто празднуя тот факт, что он бежал из душного подземного мира, голем поднял голову и издал дикий рёв. Потолок пещеры затрясся, заставляя также дрожать и сталактиты. Хоть его и назвали "Слабым Големом", прямо сейчас, доминировал здесь именно он.

Это был монстр.

Это был демон.

Его внешний вид был настолько зверский, настолько отличный от людей, что его было достаточно, чтобы вселить в сердца страх.

-Хиии....!

Искатели сжались. Руки одного из искателей дрожали так сильно, что тот бросил свой факел. Так как свет от круга призыва исчез, пещера погрузилась обратно во мрак, от чего испуг искателей многократно возрос. Красноватое свечение факела давало лишь незначительные проблески этого массивного тела в холодной тьме.

Люди, работавшие на ферме, живя в родном городе.

Эти люди, возможно впервые поняли.

Этот искатель — это позорная профессия, в которой является нормой встреча с мифическими ужасами, подобными этому.

Три искателя собрались вместе. Этот инстинкт присущ людям, чтобы объединяться со своими товарищами при встрече большого зверя. Однако, в данной ситуации, этот инстинкт заставил их совершить серьёзную ошибку.

-∎∎, ∎∎∎∎∎∎∎~!

Такие же большие, как и сам голем, его шаги были медленными.

Если бы искатели разбежались вместо того, чтобы собраться вместе, то возможно имели бы шансы против голема. Но этим людям не хватало опыта. Опыта боевых действий с различными типами демонов.

Подобно танку, голем приблизился к мужчинам. Его шаги с грохотом сотрясали землю. Подземные толчки неистово содрогали темноту.

Искатели не могли ничего делать, кроме как держать свои деревянные щиты. Все их тела одеревенели. Их, возможно, стоило бы похвалить за то, что они разом не сбежали.

-О-он мёртв! - крикнул я, чтобы застать искателей врасплох с совершенно другой стороны.

Я держал грудь новичка на руках и кричал:

-Он внезапно упал! Это чёрная магия! Кто-то, без моего ведома, напал на всех! Быстрее, пожалуйста, уходите!

-Что...

Момент нерешительности.

Однако, отвлёкшись даже всего на секунду, они дали голему достаточно времени, чтобы тот оказался перед ними, что привело к трагическому концу.

Внимание искателей было рассеяно. Пользуясь моментом, голем взмахнул кулаком. Целью был лысый одноглазый. Будучи лицом, ответственным за группу, услышав, что новичок умер, тот на несколько секунд замер. Тяжёлый каменный кулак голема беспрепятственно врезался в его тело.

Он даже не успел вскрикнуть.

Его постигла мгновенная смерть от раздавленного черепа.

Деревянный щит, сделанный сельским кузнецом, был бесполезен.

-.......а, ах? - мгновением позже, отреагировали выжившие.

Честно говоря, нельзя сказать, что это была правильная реакция.

Один искатель, будто отказываясь от всякой надежды, упал на колени. Другой, напротив, попытался сбежать. Отбросив свой факел и меч, он избавился от всего, что хоть что-то весило и побежал.

Были бы проблемы, если бы я упустил здесь одного.

-Сюда! Беги сюда!

-Э, а! Ах!

Невнятно ответив, искатель побежал ко мне. Это было похоже на поведение людей при пожаре. Когда им говорят убегать этим путем, они не задумываясь бегут по нему.

Я притянул его поближе и прошептал:

-Успокой свое дыхание. У големов плохие зрение и слух. Если ты тихо спрячешься в углу пещеры, то будешь в безопасности. Можешь мне поверить. Я эксперт по характеристикам демонов.

-Х-хорошо. я понял.

-А теперь, следуй за мной и дыши ровнее. Раз. Два. Фух.

-Фух...фуууух.

-Хорошо. Вот так. Вдохни и медленно выдохни.

Искатель успокоил дыхание. Я крепко схватил его за руку. Всем хорошо известен факт, что люди расслабляются, когда профессионал держит их за руку во время кризиса.

-Раз...

Искатель вдохнул будто следуя моей команде. Я незаметно вытащил кинжал.

-Два...

В этот момент он собирался вдохнуть. Лезвием, я перерезал ему горло. Спокойное дыхание больше уже никогда не выйдет из этих уст. Кровь наполнила его пищевод и его дыхание не могло обратиться в слова. Единственными издаваемыми им звуками были бульканье и кашель. Вскоре после этого, искатель встретил смерть.

Примерно в тот же момент, когда мужчина на моих руках перестал дышать, голем позаботился об оставшемся.

Он просто поднял ногу и наступил на последнего искателя. Человеческое тело оказалось намного крепче, чем я полагал. Его тело не оказалось мгновенно раздавлено.

Ужасный крик вылетал из искателя всякий раз, когда на него опускалась нога голема. Крики становились слабее, а топанье продолжалось. В определенный момент, крики полностью прекратились. Остался только тихий звук ломающихся костей. Липкое вещество приклеилось к ноге голема, что вероятно было кишками.

Это был ужасный вывод.

-...Хууу.

Я сидел, прислонившись спиной к стене пещеры.

Отягощенный усталостью во всем теле. Тепло еще не спало. Я не догадывался, что тепло может быть таким неприятным. С другой стороны, холод исходящий от стены был очень приятен. Прямо сейчас, её температура была прекрасной для меня.

-...Это ещё не конец. - пробормотал я про себя.

Я чувствовал усталость, как будто не спал уже четыре ночи подряд. Несмотря на это, у меня было несколько инструкций, высеченных в моей памяти. Вырезанные, подобно древним иероглифам в Египте. Инстинкт, который был вживлён в меня, когда я был ещё ребёнком, шепнул мне.:

"Убери всё"

Если не хочешь, чтобы твоё преступление раскрылось в дальнейшем.

"Закончи начатое"

Если не хочешь, чтобы осталась злоба и тревога.

-...

Стук сердца в моей груди замедлился.

Дыхание успокоилось, вернулось хладнокровие.

Люди - звери инстинктов.

Если вы создаете инстинкт для любой возможной ситуации, то независимо от того, когда и где вы находитесь, вы, подобно хищному зверю, будете в состоянии справиться.

Не будет нужды в пробах и ошибках.

В этом смысле, слова моего отца были верны.

По правде говоря, Я, "чья жизнь в опасности" выбрал бы "избавиться от людей, подвергающих меня опасности" без каких-либо колебаний. Можно сказать, что именно поэтому я всё ещё в живых.

-Во всяком случае, отец до сих пор...

Даже после смерти, он преследует меня, словно надоедливый призрак.

Я встал, и пошел выворачивать карманы трупов. Это не воровство.

Я просто забирал то, что принадлежало мне. После того, как я обшарил все внутренние карманы и обувь, мое состояние поднялось до 34 золотых монет.

Этого было достаточно, чтобы вызвать еще одного голема и гоблина в придачу.

-Открыть Карту.

Возникла внутренняя карта пещеры.

Интересно, было ли это потому что они двигались осторожно, но оставшиеся две группы не ушли далеко вперёд. Я решил пойти и дождаться их там, куда они подойдут. Идя по кратчайшему пути, неизвестному искателям, я пошёл вперёд них.

Дьявольские шаги по сцене (часть 8)

-Чёрт, почему тут остался монстр...!?

Начался второй бой.

План был очень прост.

Голем сидел в тёмном углу тоннеля. Поскольку, его тело было из камня, в тёмном тоннеле было невозможно отличить голема от остальных глыб. Таким образом, я начал внезапное нападение в тот же момент, когда они проходили мимо.

Неожиданная атака сработала отлично.

Первым ударом была разбита голова одного из искателей. Другого искателя хватает рука голема, которая затем, с легкостью, ломает его тело.

Потребовалось всего 40 секунд, чтобы сократить группу из трех человек лишь до одного.

-Киуук!?

Я пронзил спину оставшегося искателя, который сосредоточился только на големе.

В этот раз уже был не кинжал, а длинный меч. Лезвие полностью прошло сквозь его грудь.

-Не может быть...

Искатель посмотрел вниз на свою грудь. Выражение на его лице говорило о том, что он будто поверить не мог, что меч прошёл сквозь него.

Лицо искателя исказилось, ярко-красные, налитые кровью глаза, уставились на меня.

-Владыка Демонов, ублюдок... ты предал нас...!

-...

Я вытащил длинный меч.

Искатель упал на пол. Интересно, пробило ли лезвие его легкие? Его последние вздохи были хриплыми. Подобно звуку воздуха, выходящего из проколотого колеса велосипеда. Таков был его последний крик.

-Предательство, хах.

Ты не прав.

Я никогда не предавал вас, искатели. На самом деле, всё было наоборот. Это вы захватчики, и это мой дом. Если бы вы сюда не вторглись, то и не умерли бы здесь.

-Хаах.

Я пошел выворачивать карманы трупов.

Красная кровь окрасила серебряные монеты в медь. Я крепко сжал эти монеты.

До тех пор, пока я нахожусь в ловушке в роли Владыки Демонов, другие искатели будут приходить сюда в будущем, чтобы схватить меня. После сегодняшних приготовлений, мне нужно будет собрать военные средства.

Богатство Замка Владыки Демонов

Сумма на вывод: хх Либр

Текущая сумма: 58 Либр

※Предупреждение: Вы можете обанкротиться, если выведете слишком много средств.

Я положил деньги в хранилище замка.

Если учесть 20 Либр, потраченных на призыв голема, то я почти вернулся к сумме, с которой я начинал. Теперь, как только я избавлюсь от группы Риффа, все будет кончено. Я взобрался на плечо голема, и мы отправились дальше.

В данный момент, я достиг входа в замок.

Я приказал голему залечь и ждать, а сам величаво встал у входа в пещеру.

Прошло около 20 минут. С другой стороны тоннеля показалась группа. Группа Риффа.

-Хм? уж не Ваша ли это Светлость, Владыка Демонов?

Рифф узнал меня, и у него поползли наверх брови.

-Как, ты пришёл в одиночку? Где остальные?

Я не ответил.

Интересно, заметили ли они, что атмосфера была мрачной. Группа остановилась. Ну, если у вас есть глаза, то в порядке вещей заметить, что что-то не так. Всё моё тело было усталым.

-Ваше Высочество? Я спросил, где остальные.

Повторил Рифф. На его лице появилось нетерпение. "Все целы. Они отошли чтобы очень быстро что-то сделать". Вероятно, на такого рода ответ он надеялся. Я беспощадно оборвал эту надежду:

-Они мертвы.

-…Э?

-Они все мертвы. Не только группа, которая была со мной. Кроме вас, все семь человек погибли. Они, возможно, наслаждаются все вместе отличным пивом в загробной жизни.

-Только не говори мне... враг атаковал по двум направлениям?

-Сэр Рифф. Перестань притворяться дураком, ты и так уже понял, что произошло. Если бы то, что ты сказал, было правдой, то я бы никак не смог стоят здесь вот так.

Я усмехнулся:

-Не было никакого вторжения в стенах замка. Это была ложь. Одна большая ложь.

-Что?

-Ты всё еще не понял? Это была чистая стратегия, направленная на то, чтобы убить каждого из вас.

Лицо искателя резко переменилось.

От приветственного к подозрительному. От подозрительного к гневному.

Но этого было недостаточно. Моя цель состояла в том, чтобы превратить его гнев в ярость. Я приподнял уголки рта и широко улыбнулся.

-Всё благодаря тебе, Рифф. Я искренне благодарен, что ты поверил мне так легко. Искатели, доверяющие Владыке Демонов. Главный герой, который смог привести эту несмешную комедию к успеху, здесь ты, а не я.

-Всё это было уловкой...?

-Ага. Я убил всех семерых вот этими руками.

Я вытащил кинжал, что прятал в одежде. На лезвии было отчетливо видно кровь.

-Вот этот и этот были просто дурнями. Каждый раз, когда я вонзал в их шеи этот самый кинжал, реакцией каждого из них были широко раскрытые глаза. Вы что правда искренне верили, что Владыка Демонов вроде меня будет послушно сотрудничать? Вот почему начинающие искатели, которым не хватает опыта, так смешны.

-...

-Реакция новичка была особенно захватывающей. Он посмотрел на меня и пробормотал: "Этого не может быть", несмотря на то, что кровь выплёскивалась из его горла. Так что, я проткнул его еще раз. Его жену стоило освободить. Ей будет гораздо лучше без такого глуп...

[ Расположение Искателя приключений Риффа упало на 21. ]

[ Расположение Искателя приключений Зэда упало на 23. ]

[ Расположение Искателя приключений Зака упало на 20. ]

Расположение троих искателей мгновенно упало до нуля. И кто-то из этих троих, изо всех сил, бросил в меня камень. С глухим стуком, камень ударил меня по лбу. В камне заключалась жажда убийства. Вероятно, он намеревался прикончить меня им. Но, к несчастью, цель была чуть ниже; поэтому камень, прочесав мой лоб, пролетел мимо меня.

-Это было неправильно.

Жаль говорить, но это был ваш последний шанс ударить меня. Если бы ты бросил его немного лучше, я уже мог бы быть мёртв. И вы бы, возможно, получили счастливую концовку "Искатели приключений победили Владыку Демонов". На это был, наверно, крошечный шанс, но такая возможность всё же существовала.

-Надо не по краю моей головы, а вот сюда.

Я постучал пальцем по центру своего лба.

-∎∎∎∎, ∎∎∎∎∎~!

Именно в этот момент, голем атаковал их сзади. Голем, секунду назад сидевший на корточках, будто валун, протянул руки.

Это была последняя битва.

Прошу, сделай всё возможное, чтобы защититься, Рифф. Ты первый человек, кто прижал мою голову к земле за последние 10 лет. Я поклялся по полной отплатить тебе за то, что ты сделал.

***

Искатель приключений, Трусливый Мародёр, Рифф Хоффман

04.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

Невозможно. Это невозможно!

Что это за человек? Он излучает совершенно другую атмосферу, по сравнению с тем, что было ранее. Куда девался тот парниша, словно мелкая сошка, стоявший опустив голову? Кто этот человек, стоящий здесь и так бесстыдно ухмыляющийся....!?

-Гуааааааах!

Дерьмо, ещё один готов.

То, что голем пришёл сзади, было особенно плохо. Прежде, чем мы смогли среагировать, кто-то уже был мёртв. Мы пытались сделать всё что могли, сражаясь вдвоем, но.... чёрт побери.

Слабость неопытных искателей не заставила себя долго ждать. Другой оставшийся, чересчур старался, отчего он был не в состоянии правильно поддержать меня. Недоумок. Волнение во время боя становится лишь ядом. Почему он до сих пор не вбил эту информацию себе в голову...?

...нет. Тем, кто привел этих салаг в замок Владыки Демонов был я. Я был ослеплён жадностью, и в конечном счёте, сделал ошибку. В тот момент, мне не казалось это неправильным. Я говорил себе, что это отличная идея. В конце концов, моя глупость навлекла это несчастье....?

То, что сказал Владыка Демонов, было правдой. Мы были слишком беспечны. Дерьмо. Но знайте, я не собираюсь так просто умереть!

Несмотря ни на что, я всё ещё профессионал, когда дело доходит до выживания. Если понадобится, я буду бесчестно бороться до самого конца.

-Я, я сдаюсь!

Я отбросил свой щит и меч.

Человек предо мной произнёс: "О?", и приподнял уголки своего рта. Эта улыбка выглядела на нём невероятно естественно. Скорей всего, это было его истинное "Я": хладнокровный, беспощадный и более зловещий, чем кто-либо ещё.

-Ты вроде не очень хорошо себя вёл, Капитан Рифф

-Я сделаю всё, что Вы захотите, если Вы пощадите мою жизнь. Я, я правда не знал. Что Ваше Высокоблагородие такой страшный человек. Пожалуйста, я прошу у Вас прощения.

Я сделал всё возможное, чтобы изобразить жалкое выражение.

Очевидно, что происходит в твоей голове, Владыка Демонов.

Ты победил, а я проиграл. Мы, внезапно, поменялись местами. Владыка Демонов, притворявшийся до этого побеждённым, в итоге смог обратить ситуацию.

Ты, вероятно взволнован и возбуждён. Понятно, что ты хочешь насладиться моментом насколько это возможно. Пожалуйста, радуйся победе, унижая меня, сколько хочешь.

-Я был глупым и недалёким. Приношу свои извинения, Достопочтенный Владыка Демонов! Пожалуйста, сжальтесь над таким жалким человечишкой и даруйте мне милость! Я никогда более не ступлю на территорию Вашей Светлости....!

Я повторно прижался лбом к земле.

Мне не важно, что этот метод был шумный и жалкий. От того что он шумный даже лучше. Самое главное удовлетворить гордость другого человека. Разумеется, Владыка Демонов усмехнулся.

-Понятно. Если ты хочешь извиниться, то сделай это, отрезав свою руку.

-М-мою руку?

-Да. Сделай это, и позволю тебе жить. Я не стану отрезать тебе ни ногу, ни руку.

Владыка Демонов усмехнулся:

-Хорошенько подумай. По правде говоря, в этой сделке, я уже иду в убыток.

Это были именно те слова, что ранее я насмешливо бросил Владыке Демонов. Эти слова прилетели обратно ко мне, словно стрела. Я заскрипел зубами.

Но это был шанс. Я был в состоянии взять оружие, не беспокоясь о том, что вызову подозрения.

-Конечно. Я более, чем с удовольствием, отрежу себе руку. Спасибо, что простили меня. Большое спасибо, почтенный Владыка Демонов...

Я вынул кинжал, висящий у моего бедра.

Подняв кинжал в воздухе, так, будто собираюсь опустить его на свою руку, я встал прямо так, и бросился на Владыку Демонов.

Ты наивно показал мне выход, Владыка Демонов Данталиан!

-Аааааааааа!

Крича, бежал я. Жаль говорить, но я одарён в понимании психологии людей. Ты сам виноват, став самоуверенным и остановив своего охранника лишь потому что был так близок к победе.

Владыка демонов, возможно, держал длинный меч, но уже слишком поздно, чтобы встать в подходящую стойку. Голем позади, скорей всего не успеет вовремя. Не знаю, что дальше, но я точно сперва проткну клинком чёртова Владыку Демонов.

Я вложил больше духа в своё тело, вонзая свой кинжал вперёд и...

Моё тело пошатнулось прямо перед тем, как я достиг его.

-Ухик!?

В итоге, я испустил сомнительный шум. Моя нога вдруг остановилась. Когда я посмотрел вниз, я увидел голубоватую слизь, обернутую о мою ногу.

Я был не в состоянии справиться с импульсом, и секунду спустя, упал вперёд. Я стонал, отчаянно пытаясь вытащить свою ногу из слизи. Она не сдвинулась с места.

Секунда, другая, прошли, прежде чем мой разум начал осознавать что произошло. Когда это он успел приготовить что-то наподобие слизи? Только не говорите мне, что с самого начала. Хотите сказать, что он с самого начала знал, что я притворяюсь сдавшимся?

Затем, что-то тяжёлое опустилось на моё тело.

-Гуаааах!

Голем хлопнул кулаком по нижней части моего тела. Мои ноги явно были раздавлены, и моя талия вместе с ними. Я отчетливо чувстовал как ломались мои кости. От сильной боли всё передо мной стало размываться и исчезать.

Что-то потекло из меня. Это кровь? Вполне возможно, что внутренности. Чем бы оно ни было, мне конец. Я никогда прежде не испытывал что-то подобное смерти, но по какой-то причине, у меня появилось стойкое чувство, "что я умру здесь".

-Чёрт...

Меня вырвало кровью. У меня даже не хватало сил, чтобы говорить. В моем взоре появилась размытая тень. Тень шевельнулась, а затем клинок пронзил моё горло.

Чтобы быть уверенным в том, что я мёртв.

Разве это не слишком, по отношению к жизни, которой и так уже предстоит скоро угаснуть.

Перед тем, как погрузиться во мрак, я, на мгновение, смог разглядеть лицо человека. Он смотрел на меня сверху вниз и улыбался.

-Отправляйся обратно в утробу матери и попробуй снова, любитель.

Дьявольская улыбка.

Вот как.

Вот что это за раса, известная как Владыки Демонов.

Кх. С самого начала, это был монстр, на которого искателю низкого уровня, подобного мне не стоило осмеливаться идти. Это мы были теми, на кого охотились, а не он. Я глупец, забывший своё место в пищевой цепи...

Для животного, не сумевшего распознать хищника, единственная судьба лечь в ожидании смерти. Я поклялся никогда в своей жизни не сражаться с монстрами и провести жизнь мародёром, но в конце концов, я встретился с самым главным монстром.

Мой взор потемнел. Даже после смерти, я, вероятно, буду сильно сожалеть о своей глупости...

Дьявольские шаги по сцене (часть 9, заключительная)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

04.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

-Хаааа.

После того, как я убедился, что Рифф мёртв, я испустил долгий вздох.

Всё кончено. Я повалился вниз и сел на пол. Чувство, будто мои чрезвычайно чувствительные нервы были помещены в спа-центр и стали плавиться. Последствия того, что я выжимал по полной из своего мозга три часа кряду.

После участия в таинственном опросе, пришедшем на мою почту, меня забросило в другой мир. Для меня стало шоком, что я стал Владыкой Демонов в мире, где игрок был главным героем. К тому же, я стал слабейшим Владыкой Демонов, Данталианом. Будучи неспособным понять, что именно со мной происходит, мне пришлось столкнуться с группой искателей приключений, и, в конечном счёте, убить их всех.

Всё это произошло в течении трёх часов. Очевидно, что мой мозг истощён. Thank you for going through the effort, my pretty brain. Ты работал до того, что вероятней всего, некоторые твои клетки перегорели.

Прим. пер.: непереведенная фраза так произносилась гг в оригинале. Её перевод (не дословный, но близкий по смыслу): "Спасибо, что прошёл через это, мой дорогой мозг".

[1. Истребить искателей.]

[2. Оставаться схваченным искателями.]

Слова, находившиеся в углу моего зрения, ярко засияли.

Буквы разлетелись на мелкие белые частицы, которые затем образовали другие линии.

[Бездушное и немилосердное решение! ]

[Дурная слава о вас слегка увеличилась.]

-Не жестокое, но мудрое решение, - сказал я в ответ.

Как ещё я должен был поступить с бандой, вторгшейся с намерением убить меня? Может мы должны были взяться за руки и начать петь песни о том, как мы едины? Несмешная шутка.

[Обучение пройдено!]

Прозвучал горн победы.

В воздухе появился ряд уведомлений:

[Вы получили бонус за сложность.]

[LUNATIC - Вы получаете наивысший бонус.]

[Привилегии ранга S стали выборочными.]

[Пожалуйста, выберите привилегию.]

Вот как.

То есть вы хотите сказать, все те вещи вроде моей способности видеть статус Замка Владыки Демонов, возможность видеть характеристики других людей, и отображение рейтинга расположения других людей, работали только во время обучения?

Это был пробник. Для того чтобы сперва опробовать все системы, а затем решить, какая мне нужна больше.

Передо мной появился список привилегий:

Гнездостроенье Владыки Демонов(S): Наблюдайте за состоянием замка и расширяйте его.

Орёл Зевса(S) : Независимо от местности, имейте возможность видеть карту в реальном времени.

Наследие Кроноса(S) : Каждые 10 лет вы можете сохранить ваш прогресс.

Апостол Афродиты(S) : Вы можете видеть рейтинг расположения других людей.

Апостол Афины(S) : Ваш уровень лидерства возрастает до ранга Великий Герой.

Апостол Ареса(S) : Ваш уровень мощи возрастает до ранга Великий Герой.

Апостол Аполлона(S) : Ваш уровень интеллекта возрастает до ранга Великий Герой.

Апостол Деметра(S) : Ваш уровень политики возрастает до ранга Великий Герой.

Апостол Гермеса(S) : Ваш уровень очарования возрастает до ранга Великий Герой.

Апостол Гефеста(S) : Ваш уровень техники возрастает до ранга Великий Герой.

Нога Диониса(S) : Все святые в каждом храме боготворят вас.

Длань Посейдона(S) : Вам подчиняются 50 водных демонов высшего класса.

Ухо Геры(S) : Вы можете понимать и использовать любой демонический язык.

Око Аида : Вы получаете эксклюзивное хранилище ваших предметов и денег.

Рука Прометея : Вы можете нанимать и призывать монстров когда-бы вы ни захотели.

-Ого. Сколько всего...

Я просмотрел список мутными глазами.

На меня навалилось сильное желание прилечь и вздремнуть.

Я никогда не был добросовестным человеком. Я был тем, кто почитает лень. Я думаю, вы могли понять это из того факта, что как только умер мой отец, я переехал в отдаленную местность, и дни напролёт проводил, сидя за компьютерными играми. Я слишком много работал сегодня!

-Э-э, думаю... да. Дай мне Апостола Афродиты.

Сказал я, будто хотел прогнать друга, продолжавшего мне докучать.

Способность видеть карту пещеры была, видимо Орлом Зевса, способность доставать и класть деньги в хранилище в любой момент, когда я захочу, была видимо Оком Аида, а способность свободно призывать монстров была, скорее всего, Рукой Прометея. Всё это заманчиво.

Однако, наиболее читерной из всего выглядела способность чтения мыслей других людей и проверка уровня их привязанности. Чтобы иметь возможность заглядывать в людской разум. Если сочетать мои актёрские навыки и способность читать мысли, то мне никогда не придётся беспокоиться о том, куда пойти, и как не умереть голодной смертью.

[Вы выбрали привилегию.]

[Ваши характеристики будут распределены в соответствии с тем, как вы прошли обучение.]

Ладно,ладно.

Теперь уже всё?

Я уже облокотился спиной о голема. Его тело было из камня, и всё же оно было странно-тёплым. Оно было вполне годным, чтобы использоваться как кровать.

Мистер Голем. Мне очень жаль, но я ненадолго воспользуюсь тобой в качестве кровати.

-∎∎, ∎∎∎……- голем выпустил мягкий ропот.

Не знаю, что он пытался сказать, но смысл до меня дошёл. "Прошу, используй меня когда пожелаешь", думаю будет достойным переводом того, что он сказал.

Демон, который добр со своим хозяином, но беспощадный к искателям. Как круто. Я чуть в тебя не влюбился. Тело голема и вправду тёплое. Сон, как будто мгновенно, накрыл меня...

Что это было за место.

Почему оно такое же как вселенная "Атаки Подземелья".

Почему здесь появились системы, которые обычно появляются только в играх.

В моем текущем положении не было ни единого способа ответить на эти вопросы. Несмотря на это, я точно могу сказать, что произойдёт дальше.

Я планирую проваляться во сне весь день.

Безликая болезнь (часть 1)

Воспоминания давно минувшего.

Это было примерно в то время, когда я пошёл в начальную школу.

-Отец. Почему ты не женишься только на одной девушке?

Тогда я узнал, что моногамия считалась здравомыслием почти что в каждой стране. Наша страна не была исключением. Другими словами, то что я рос в необычной среде, было подтверждено на национальном уровне.

-Сын. Ты возможно не поймёшь, но по всему миру встречаются замечательные женщины, хоть и редко. Ещё реже, чем хороший мужчина. Если хорошая женщина и хороший мужчина вдруг встречаются, то они обязательно займутся сексом, - беззастенчиво ответил мой отец. Как, собственно, и всегда.

-О? Значит, отец, ты сумел встретить пятерых, так называемых "редких хороших женщин"?

-Всё потому, что в прошлой жизни я делал много замечательных вещей.

-Может, в следующий раз мне стоит попытаться верить в Аллаха.

С того момента, я стал ходить в церковь каждую неделю и постоянно молился о молнии, что поразит моего отца. Я не уверен, почему, но мой отец всё ещё был в порядке. Может быть, потому что Бог вывел свой бизнес на международный уровень. Он не посчитал, что отчаянная мольба восьмилетнего ребенка важна. Таким образом, я решил не участвовать в бизнес-индустрии Бога.

Давать и брать.

Вот что было фоном причине, по которой я стал атеистом.

-Мой проницательный сын. Имей в виду мои слова.

-Вообще, я считаю, что моя личность стала чёрствой, на 80% по твоей вине, отец. Ну так что там?

-Если тебе повезёт, то ты встретишь хороших женщин. Ты поймёшь, что они хорошие, просто посмотрев на них. Не важно, что ты сделаешь. Ни за что. Ни за что не упусти этих женщин.

-Отец, не мог бы ты, хотя бы, использовать единственное число вместо множественного? Из-за него, всё что я слышу становится подобно мусору.

-Мусор, хах... что ж, ладно. Сын. Будь заранее готов. Неважно, что ты выберешь, ты проживёшь ещё более бесчувственную, чем у меня жизнь.

-Почему это? Я уже более зрелый, чем ты, отец.

-Потому, что ты мудрее меня.

Он поднял уголки рта.

-Слишком мудрые люди не женятся лишь на ком-то одном. В конце концов, они будут искать спутника, который сможет понять их. Единственным, кто будет способен понять мудрого мужчину, будет столь же мудрая женщина. А что, по-твоему, произойдёт потом?

Отец поднял указательный палец.

-Когда два мудрых человека встречаются вместе, они, скорее всего, многого добьются. После того, как ты достигнешь более высокого положения, в конечном счёте, ты встретишь ещё одну женщину, столь же мудрую что и ты. Вы будете способны понять друг друга, и вот, вас уже трое.

Он поднял средний палец.

-Теперь, когда вас трое, ты добьёшься еще более высокого положения. Оглядевшись с той высоты вокруг, ты найдешь ещё одну мудрую женщину. И вот, вас уже четверо. И прежде, чем ты это поймешь, вас станет пятеро.

Он поднял безымянный палец и мизинец.

Я ошеломлённо ответил ему:

-...За всю свою жизнь, я не слышал более бредовый бред, чем этот. Мне казалось, что человек не может забеременеть от собаки, но, когда я смотрю на тебя, отец, я начинаю волноваться, что стал тем, кто смог преодолеть барьер невозможного, совершить чудо, и родиться.

-Ты еще больший Дьявол, чем я. Пределом твоего отца стали четыре женщины. Я зашел так далеко, как смог. Однако, я с нетерпением жажду увидеть, как далеко зайдёшь ты.

-Жалкий отброс, я не стану ни с кем встречаться...

Я посмотрел ему прямо в глаза.

-И, даже если это произойдёт, я буду встречаться лишь с одним человеком. Я никогда не стану обманывать и причинять боль тому, кто мне дорог.

-Ты не преподнёс мне сюрприз.

Он усмехнулся.

Досадно.

***

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

18.04.1505 год по Имперскому Календарю

Локация: Замок Владыки Демонов Данталиана

Жизнь прекрасна.

Она настолько прекрасна, что даже люди, считающие себя нигилистами, должны признать это.

Благодаря сеттингу "Атаки Подземелья", Владыка Демонов является вместилищем магической энергии. Все функции организма управляются посредством магии. Иными словами, если ты не ешь и не спишь, благодаря магической энергии, твой разум, по-прежнему, будет полностью активным.

Не было проблемой, даже то, что я провалялся в постели четыре дня подряд.

Мне даже не надо зарабатывать на еду.

Не это ли та жизнь, о которой мечтают все NEET по всему миру? (прим. пер.: NEET - хикикомори)

Я бы хотел на время взять эту должность и сделать заявление.

Владыки Демонов - лучшие.

Ура Владыкам Демонов.

Вот так вот, Владыки Демонов.

-...Ваше Высочество, Данталиан.

Был момент, когда я действительно так думал.

Я медленно повернул голову из-за резкого голоса.

В данный момент, я лежал на кровати, поэтому, если мне необходимо было повернуть голову, то мне пришлось бы к тому же перевернуть и всё остальное тело. Невероятное количество впустую затраченной энергии. Будто смотря на Министра Окружающей Среды, который только закончил чтение отчета о потреблении электроэнергии в течении лета, я смотрел на этого человека проклинающим взглядом.

-Зачем ты обращаешься ко мне?

-Сегодня истекает срок. В этот раз, неважно каким путём, но Ваше Высочество должно уплатить долг вместе с процентами.

Здесь стояла женщина, заплетавшая волосы в две косы.

На вид, ей можно было дать возраст девушки, что только окончила старшую школу. Не соответствуя её внешнему виду, на её лице совершенно отсутствовали эмоции. Как выглядел, наверное, бы дезертир, вернувшийся с войны, эта девушка выглядела будто она уже давно сжигает все топливо, которое находится в штуке под названием "эмоции".

Стоит ли мне называть это выражение лица сухим?

Это было нормальное для этой девушки выражение лица. Прошло примерно полмесяца с тех пор, как я впервые встретил её, но ни разу не видел у неё ничего даже отдалённо похожего на улыбку. Я начинаю подозревать, кто у нее какая-то болезнь. Возможно, вечно-месячный синдром. Звучит, прямо как реально существующая болезнь.

Девушка продолжила:

-100 Либр, которые Ваше Высочество одолжило три месяца назад. Если Ваше Высочество добавит проценты за эти месяцы, которые в общей сумме составляют 96 Либр. Таким образом, Ваше Высочество должно уплатить 196 Либр.

-Я отвечу снова: Я никогда не одалживал у вас деньги.

Я ковырялся в носу мизинцем.

-Как я должен вернуть деньги, которые никогда не брал? Прекращай уже.

-Это не так. Ваше Высочество совершенно точно получили кредит от Фирмы Киункуска. Прошу, вот, взгляните на эту долговую расписку. Прямо здесь определённо стоит отпечаток пальца Вашего Высочества.

Девушка достала из сумки свиток пергамента.

На пергаменте, старинным подчерком, был написан контракт.

-----------------------------------------------------------

Долговое обязательство

100 монет Либра (ежемесячный платёж - 40%)

Вышеописанное количество золота было заимствовано Владыке Демонов Данталиану, 71-го ранга.

Ежемесячный платёж должен быть уплачен 10-го числа каждого месяца, а основная ссуда должна быть выплачена до 11.04.1505. В случае просроченных ежемесячных платежей, заимодавец может в любой момент потребовать выплату всей суммы, включая проценты. Заёмщик, Владыка Демонов Данталиан, в этом случае не имеет права на возражения.

01.02.1505

Нетитулованный Владыка Демонов Данталиан

Фирма Киункуска, Эксклюзивный Консультант, Лазурит

Настоящим, клянемся перед Гермесом и Аидом.

-----------------------------------------------------------

-Как вы видите, - методично произнесла мне девушка, показывая пергамент, - изначально, крайний срок был установлен на одиннадцатое число этого месяца. С тех пор прошла неделя. Ваше Высочество попросило нас дать неделю отсрочки. Ваше Высочество. Отведенное время истекло.

-Делал ли... я это... Я не помню...

-Нет смысла инсценировать невинность.

Я собирался притвориться равнодушным, но девушка строго оборвала меня.

-Я не могу больше отложить срок.

-Не мог ли бы вы перенести его на следующую неделю?

-Это невозможно, - немедленно ответила она.

-Не это ли сказали Ваше Высочество в крайний раз? Отсрочка может быть дана один раз, но никак не дважды подряд.

Злыдня.

Она была из того типа, кто мог, не моргнув, убить кого-нибудь.

Безликая болезнь (часть 2)

Неделю назад.

Эта девушка неожиданно посетила мой замок, представившись в качестве сотрудника какой-то фирмы. В моём родном мире, такого рода гостей, встречают не слишком любезно, и будьте уверены, она сразу же заявила о долговом обязательстве, висящем на мне, и начала давить, чтобы я заплатил.

-Долг...?

-Именно так, Ваше Высочество.

Девушка опустила голову и поклонилась. Выглядело, будто она была ветераном горничных. Каждое её движение было дисциплинированным.

За исключением того факта, что я не чувствовал ни капли уважения к себе. Она давала понять, что склонила голову лишь потому, что приветствие было главной составляющей социального взаимодействия.

Ну, Владыкой Демонов я был только на словах. Я по-прежнему был чем-то, что можно сравнить с медакой. Я благодарен, что она показала хоть малейшую толику этикета по отношению ко мне, наоборот, это я тот, кто должен был кланяться. У меня не было никаких жалоб.

Прим. пер.: японская медака (рисовая рыбка) - маленькая пресноводная рыба с длиной тела до 3.2 см. Отсюда и далее, девушка говорит о своих действиях в третьем лице, тем не мене, это не раболепие, а формальное обращение. Она тем самым показывает, что тот является Владыкой Демонов, а она оказывает услуги.

-Ваше Высочество взяли у нашей фирмы, Киункуска, кредит в размере 100 Либр, примерно в это же время, два месяца назад. Сегодня происходит начисление процентов по кредиту, и Ваша покорная слуга пришла лично, чтобы встретиться с вами.

-Боже мой....

Я плотно закрыл глаза.

Я и не думал, что положение Владыки Демонов Данталиана может стать хоть сколько-нибудь хуже прежнего, но, похоже, что я был чересчур оптимистичным.

Я поставил на кон свою жизнь и сумел победить искателей, а теперь, у меня на пороге появился представитель ростовщичества. Экономическая агрессия после вооруженного протеста. Фактический стандарт колониальной политики. Это конечно замечательно. В случае необходимости, я бы приветствовал этот чисто дипломатический метод. Если бы тем, кто стал непосредственно вовлечён во всё это, был не я. Чёрт побери.

-Ваше Высочество?

Пока я был полон отчаяния, девушка стояла, склонив голову. Скорее всего, она уже довольно давно была знакома с Данталианом. Она могла заметить, что я внезапно стал странно себя вести, в сравнении с прежним Данталианом.

Для того, чтобы выяснить имя этой личности, я пробормотал в голове:

"Статус."

Имя: Лазурит

Мощь: D

Защита: F

Привязанность: 0

Значит, её зовут Лазурит.

Я собрался, чтобы придать серьёзное выражение лицу. Полагаю, будет уместно лежать здесь и далее. Так как её расположение на нуле, мне подойдёт слегка холодный, по отношению к ней, тон.

-Лазурит. Есть секрет, который я должен тебе рассказать.

-...

Э?

Я не знаю, почему, но эта девушка слегка подняла глаза. Похоже, что её очень удивило то, что я сказал. Я ведь даже не сказал ещё ничего странного, а вот её реакция действительно странная.

-Что случилось?

-Мои извинения. Ваша покорная слуга даже в самых смелых её мечтах не могла подумать, что Ваше Высочество будет помнить имя такой как она. Обычно, Ваше Высочество относится к ней как к метису, неодушевлённому предмету, личинке, или как к проститутке...

Данталиан оказался куском мусора, выходящим за рамки моих ожиданий.

Я откашлялся и сменил тему.

-Кхм. Ты можешь этого не знать, но ровно неделю назад, группа искателей приключений вторглась сюда. Пока я разбирался с вышеназванными искателями, я ударился головой о землю. И знаешь, что произошло? Я обнаружил, что потерял часть своей памяти.

Затем, я указал на свою ногу.

-Помимо прочего, я тяжело травмировал свою ногу, которая зажила лишь пару дней назад. Я бы умер, если что-нибудь пошло не так. Честно говоря, я помню лишь то, что тебя зовут Лазурит, остальное же всё нечетко и расплывчато.

-...Вот как.

Лазурит смотрела на меня глазами, полными подозрения.

Конечно, никто бы не стал легко верить словам человека, который внезапно заявляет, что потерял память. Тем не мене, я продолжал держаться нагло. На мгновение, повисла атмосфера, будто мы пытаемся проанализировать друг друга.

Похоже, что Лазурит, поняла мои слова как-то по своему и снова опустила голову.

-Для Вашей покорной слуги будет честью оказывать услуги Вашему Высочеству. Если есть что-нибудь, что она может сделать, чтобы помочь Вашему Высочеству, то так и скажите, и она сделает всё возможное, чтобы помочь.

-Хорошо. Тогда я сразу бы хотел попросить кое о чём.

-Да.

-... Не могла бы ты немного отсрочить дату выплаты?

Лазурит моргнула.

-Простите?

-В данный момент, у меня совсем нет денег. Я совершенно точно смогу заплатить в течении этой недели, так что, пожалуйста, дай мне ещё немного времени. Хорошо? Прошу тебя.

-...

Её взгляд стал холодным.

Десять к одному, что она скорее всего неправильно меня поняла, и решила, что я заявил о потере памяти просто чтобы оттянуть срок. К сожалению, у меня не было возможности исправить недопонимание...

Лазурит была хладнокровный женщиной.

Если позволить мне быть более субъективным, то она была дьяволицей. Она не дала согласия на отсрочку платежа даже на неделю. Несмотря на мою просьбу, она дала мне лишь два дня.

С этого дня в течении недели, я играл в кошки-мышки с этой ростовщицей.

В первый день:

-Ваше Высочество. В общую сумму долга начислены проценты за два месяца. Первоначальный заём составлял 100 Либр, но одни только проценты уже составляют 96 Либр. Пожалуйста, совершите платёж.

-Во-первых, это даже не смешно, сложные проценты составляют 40% в месяц!? Это чересчур дорого! - воскликнул я во время прогулки по одному из маршрутов пещеры.

Прим. пер.: так уж случилось, что в русском языке часть ежемесячного платежа, являющаяся платой заимодавцу за ссуду, называется процентами. Поэтому в переводе получается тавтология. Сложный процент - процент, который высчитывается не только от суммы ссуды, но и от начисленных ранее процентов.

В одном углу пещеры было подземное озеро. Интересно то, что озеро нагревалось прямо как спа. Моим хобби было ходить туда каждый день, и проводить своё время, мирно наслаждаясь теплом воды, обволакивающей моё тело. Однако, эта ростовщица решила свою проблему с жильём в этой пещере и стала продолжать мне докучать. Из-за неё я не мог спокойно наслаждаться своим простым хобби.

-Фирма Киункуска, или как там вас, я подам официальную жалобу! Такой вид процентной ставки экономически и логически оказывает вредное влияние на общество!

-Именно поэтому, Ваша покорная слуга предупреждала Ваше Высочество с самого начала. Никогда не занимать деньги у нашей фирмы, если только Вы не в безвыходной ситуации. Но тот, кто так настаивал на кредите два месяца назад, были не кто иной, как Вы.

-Нет. Тем, кто занимал деньги, был не я...! - зарычал я, стиснув зубы.

Почему я должен платить деньги, заимствованные кем-то другим?

Это было иррационально. Ах, это было иррационально сверх меры. Прекрасная жизнь, как и ожидалось, была заблуждением. Жизнь была дешёвой и грязной. Я проклинал судьбу за то, что стал Владыкой Демонов.

Владыки Демонов худшие.

Умрите, Владыки Демонов.

-Прошу прощения, Ваша покорная слуга не понимает, что Ваше Высочество имеете в виду.

-Я говорю, что это был какой-то недоумок, по имени Данталиан, который взял этот кредит...!

Лазурит смотрела так, будто смотрит на что-то гнилое.

"Разве не Ваше Высочество этот Данталиан", - вот что спрашивали меня её глаза. Да. Кроме меня самого, никто из людей не способен понять, что я имею в виду... Это было очевидно...

-Если это действительно слишком сложно, у Вас так же есть возможность объявить о банкротстве.

-Я должен был беспокоиться о банкротстве с самого начала, хах. Ахаха.

Привет, люди нации.

Этот примерный гражданин стал Владыкой Демонов.

Когда говорят о Владыках Демонов, вы думаете, что они командуют армией демонов и беспощадно истребляют людей, но по какой-то причине, я, похоже, ничего не имел.

Я думал, что нечестно то, что я чуть не умер от рук искателей, едва я открыл свои глаза, но теперь вы говорите мне, что я ещё должен вернуть долг? Куда мне нужно пойти, чтобы заявить о такой несправедливости? К копам? В суд? Или возможно в психиатрическую лечебницу?

А я ведь просто хотел, комфортно прожить оставшуюся часть своей жизни будучи NEET в углу своего дома. Мирно. Не вызывая какой-либо суеты. Вы поступаете со мной так только из-за этого крошечного желания? Мир хочет сожрать меня?

Мне хотелось покончить с собой...

-Ваше Высочество. Нет ничего постыдного в том, чтобы не иметь возможности погасить кредит. Напротив, постыдно пытаться не погасить его. Что Ваше Высочество имеете в виду, говоря, что Его Высочество потеряли воспоминания? Как такой великий Владыка Демонов, как вы, Ваше Высочество, могли прибегнуть к такому детскому предлогу?

-Я правда прошёл через частичную потерю памяти!

-....хааа. Конечно.

-У тебя правда талант расстраивать людей, да!?

Уголки моего рта дёрнулись.

-Короче, дай мне неделю. Всего неделю. Ровно через неделю, я сделаю всё, что ты мне скажешь.

-Ваша покорная слуга подождёт еще один день.

-Какая прижимистая...!

Безликая болезнь (часть 3)

На второй день:

Утром, когда я только вставал с постели, Лазурит, будто поджидая этого, вошла в комнату. Я хотел бы отметить, что у меня привычка спать голым.

Логично предположить, что когда Лазурит вошла в мои покои, я был в новом модном спортивном стиле, не надев даже своего нижнего белья. Таким образом, едва увидев её, я испустил вопль:

-Убирайся! Я сказал, убирайся!

-Ваше Высочество. Процен....

-Да я же сейчас не одет ни во что!

-Всё в порядке. Вашу покорную слугу не беспокоит, что тело Вашего Высочества нагое.

-Меня это беспокоит!

Со всей силы, я бросил в неё подушку.

Лазурит не сдвинулась ни на дюйм, и позволила попасть в себя. Конечно, атака не сработала. Её лицо оставалось спокойным и бесстрастным.

-Ваша покорная слуга напоминает вам ещё раз, что объявление о банкротстве является так же приемлемым решением. Если Ваше Высочество не может погасить долг, то, пожалуйста, рассмотрите этот вариант.

-...я понял тебя, - ответил я, медленно одеваясь.

Какая же от этой ростовщицы головная боль.

-Что произойдёт, если я объявлю о банкротстве?

-Во-первых, наша фирма потребует все права на замок Владыки Демонов.

Они конфискуют мой дом.

Прекрасный ад жизни уже предстал передо мной.

-После этого, наша фирма выдвинет Вашему Высочеству несколько требований. Все их, Ваше Высочество будете обязаны выполнить.

-Короче, я превращусь в марионетку вашей фирмы...

-Мне очень жаль, но именно так.

Я уже занимался подобной работой прежде, и хорошо знал о ней.

Обычно, крупная компания поддерживает бедного политика, а затем использует его как шахматную фигуру. В этом мире, большая фирма воспользовалась нищетой Владыки Демонов.

-Оглянись вокруг, Лазурит. Я Владыка Демонов, у которого ничего нет, - искренне сказал я ей, - использовать меня как марионетку, вам не будет интересно даже для забавы.

-Всё в порядке. Существует бессчётное количество экономических применений, лишь того, что вы Владыка Демонов. Руководители нашей фирмы возлагают на Ваше Высочество большие надежды.

-А ты и правда крайне честная!

-К несчастью, честность - единственное, что Ваше Высочество может приобрести у Вашей покорной слуги.

"Но у тебя все равно ничего нет, так что ты бы в любом случае, не смог бы ничего приобрести" - вот, какой смысл она явно вкладывала в свои слова.

Она мне не нравилась.

Она действительно мне не нравилась.

Она настолько мне не нравилась, что мне хотелось наступить на неё ногой.

-...Ваше Высочество?

-Что тебе?

-Ваше Высочество, прямо сейчас, стоите на моей левой ноге.

-Я считаю, что это похвала тому, что мои действия стали согласованы с мыслями.

-Больно.

-Ты не выглядишь так, будто тебе и вправду больно.

-Мне очень жаль... но на самом деле, скорее я испытываю удовольствие от этого.

-Может ли быть такое, что ты извращенка!?

-Не смотря на то, как выглядит Ваша покорная слуга, в ней течет кровь суккубы.

-Не ты ли сказала, при нашей последней встрече, что заявление о том, что все суккубы извращенцы всего лишь предрассудок! Ты сама сказала это!

-Пожалуйста, избавьтесь от предрассудка о том, что все предрассудки лишь предрассудки.

-Так вот почему ты ведёшь себя так высокомерно и властно...!

-Прошу прощения, но вообще-то я очень сознательный человек.

Прим. пер.: здесь она перестала говорить о себе в третьем лице.

-Раздражаешь! Ты очень сильно меня раздражаешь!

-Я полукровка от человека и суккубы. Моё происхождение настолько низкое, что я считаюсь изгоем. Родившись сиротой, я в течении 20 лет бродила в нижних частях улиц. Однако, я сама добилась успеха в своей жизни. Теперь я служащий в самой большой фирме на демоническом континенте. В дополнение к прочему, я здесь в качестве эксклюзивного консультанта Вашего Высочества.

-Ты правда сознательна...!?

-Именно. Моя сознательность на совершенно другом уровне, в сравнении с Вашим Высочеством, кто родился, будучи Владыкой Демонов. К тому же, Ваше Высочество Владыка Демонов всё ещё ничего не добился, в то время как Ваша покорная слуга в одиночку смогла подняться так далеко.

-Ты сознательна, но, как я и думал, это тоже раздражает! Да что же с тобой.

-Прошу прощения. Всё потому, что Ваша покорная слуга честна с Вашим Высочеством.

-Если это честность, то мир стал бы лучше, если бы все в нём были лжецами.

Интересно почему.

Она нисколько не оскорбляла меня, но по какой-то причине, я чувствовал себя оскорбленным. От девушки, без эмоций стреляющей едкими замечаниями, у меня закололо в груди.

-Я буду предельно ясным: я не собираюсь становиться чьей-либо марионеткой.

-Понятно, - кивнула Лазурит, - тогда, пожалуйста, оплатите долг.

-Извини, но у меня совсем нет денег. Тц-тц, какой позор. Я хочу дать вам деньги, но похоже, что мои карманы пусты, так что я не могу! Ха-ха! А-ха-ха!

-...

По правде говоря, в моих покоях под кроватью было 80 Либр.

Это были деньги, что я забрал у искателей, рискуя своей жизнью. Как будто я отдам эти деньги прижимистой суккубе с её вечным временем луны.

-Ваше Высочество. У вас правда есть желание погасить долг?

-Конечно. Я человек, который постоянно горит желанием. Аах, какая же трагедия. Я искренне хочу отдать вам деньги, но, увы, так как у меня нет ни копейки, я не в силах ничего сделать. Ограничения. Ох уж эти ограничения.

-Тогда, работайте, чтобы выплатить его.

-...Э?

Правая рука Лазурит ярко засияла.

Сформировался светло-розовый магический круг, и, мгновением спустя, Лазурит держала в руках кирку.

Кирку.

То, что вы бы увидели у работяги в шахте.

-...Зачем ты это мне даёшь?

-Ваше Высочество, вы не знаете? По сравнению с другими зонами, замки Владык Демонов имеют высокую концентрацию магической энергии. То, что замок Вашего Высочества является пещерой просто превосходно, так что какое месторождение Ваше Высочество бы не выбрали и не стали разрабатывать, Вы мгновенно получите магические камни. Магические камни с большим количеством магической энергии, заключённой в них, можно продать по очень высокой цене.

-Правильно ли я понял, что ты предлагаешь мне стать шахтёром?

-Да.

-Вы серьёзно, - невольно вежливо сказал я.

Это был такой шок, что я на мгновение забыл, что я Владыка Демонов.

-Разве Ваше Высочество не говорили, что Вы переполнены желанием?

Лазурит передала мне кирку.

Я тупо уставился на деревянную палку, с прикрепленной к ней железной палкой.

-Теперь, всё что нужно Вашему Высочеству, это проявить это желание.

-...

ДЗЫНЬ!

[ Вы извлекли 1 х Железной руды.]

ДЗЫНЬ!

[ Вы извлекли 1 х Железной руды.]

ДЗЫЫНЬ!

[ Вы извлекли 1 х Железной руды.]

ДЗЫНЬ........

[ Вы извлекли 1 х Железной руды.]

ДЗЫЫЫНЬ.......

Я свирепо посмотрел на Лазурит.

-Я объявляю о банкротстве.

-Но прошел всего день.

-Чудо то, что я смог вытерпеть 30 минут ручного труда!

Я изо всех сил отбросил кирку.

Моё тело кричало от боли в мышцах. Как человеку, чьей целью была бесподобная жизнь NEET-а на углу дома, такая работа была слишком для меня тяжела. К тому же я практически не получал прибыли. Даже, если бы я махал киркой весь день, максимум, на что я мог рассчитывать была всего одна серебряная монета.

-Как я могу продолжать делать что-то подобное!

-Просто Ваше Высочество так хвастали, что у Вашей покорной слуги были большие надежды.

-Разве здесь не худший результат!? Результат! Если я буду получать одно серебро в день, то даже, если я буду работать весь месяц, всё, что я заработаю - это 6 золотых! В этом месяце одних только процентов будет 80 Либр, и это в 10 раз больше, чем я бы заработал! Ты что, хочешь, чтобы я впустую тратил здесь своё время!?

Прим. пер.: 5 серебра = 1 золота, золотая монета называется Либрой, серебро же - просто серебро

-...

Внезапно, Лазурит перестала говорить.

Её голубые зрачки слегка расширились. Видимо, каким-то образом, мне удалось её удивить. Проявление эмоций было крайне редким, для Лазурит, явлением.

Это было странно.

Но ничего в том, что я произнёс не было странным. Из того, что я сказал, не существовало причины для удивления. Интересно, почему Лазурит, чьё постоянное состояние заключалось в отсутствии эмоций, была удивлена.

-Почему ты на меня так смотришь?

-...Прошу прощения. Ваша покорная слуга не ожидала, что Ваше Высочество будет способно к простой математике. Это было настолько неожиданно, что Ваша покорная слуга потеряла дар речи.

Это был возмутительный ответ, выходящий за рамки моего воображения!

-Ваше Высочество правы. Будет трудно погасить долг одной только добычей камней.

-Да. Если бы на моём месте была ты, то я не сомневаюсь, ты была бы злой... погоди. Если ты знала, что я не смогу погасить долг добычей руды, то зачем ты заставила меня заниматься этим в первую очередь?

-Ваша покорная слуга не понимает, о чём говорит Ваше Высочество. Как кто-то, занимающий такое низкое положение как я, может быть способен принуждать Владыку Демонов к чему-либо. Всё, что Ваша покорная слуга сделала, лишь подарила Вашему Высочеству эту кирку.

-Ой, вот эту херь....?

Я косо посмотрел на Лазурит.

-Лазурит. Впервые, я встретил женщину, равную мне.

-Я не заслужила такой высокой оценки.

-Я не шучу.

Более 20 лет жизни.

Единственная женщина, кто могла со мной тягаться, кроме матери, была моя вторая младшая сестра. Учитывая, что она была полукровкой и изгоем, удивительно, что я не смог расположить к себе Лазурит.

К примеру.

Я нарочно, начинал вести себя с симпатией по отношению к ней. Моей целью были очки расположения. Владыка Демонов вроде меня, общающийся на равных с кем-то низкого статуса вроде неё. Я посчитал, что одного только этого было бы достаточно, чтобы незначительно поднять её расположение. Однако, в результате меня ждал провал.

Если я начинал лукаво говорить мне, она вторила мне и лукаво отвечала. Если я говорил ей шутку, она, с её бесстрастным лицом, отвечала шуткой.

Вот что это было.

Она давала почувствовать, что "раз Владыка Демонов вроде меня хочет такого рода общения, то я проявлю немного юмора". В результате, она мне не открывалась. Подобно необходимости поздороваться в социальном взаимодействии. Лазурит оставалась суха ко мне и вела только деловые отношения.

....а время, между тем, беспощадно шло.

Безликая болезнь (часть 4)

И вот, настал седьмой день

Чтобы проверить результаты моей напряженной работы в течении недели, я посмотрел прямо на Лазурит и пробормотал в голове:

"Статус."

Вскоре после этого, в воздухе появилась её статистика.

Имя: Лазурит

Выносливость: Е

Мощь: D

Защита: F

Расположение: 2

-Хаа... - непроизвольно издал я стон.

После победы над группой искателей, я потерял доступ ко всем системам.

Я не мог запросить статус замка, не мог видеть карту местности, и у меня не было возможности снимать и вкладывать деньги, которая нравилась мне больше всего. За исключением одного, я всё ещё имел доступ к функции, позволяющей видеть характеристики и расположение других людей.

Я мог узнать, если другой человек действительно мной интересовался... Это был ценный навык. Особенно, для такого человека, как я, кто полностью полагается на политику.

Привязанность Лазурит была равна лишь двум.

Если бы, у меня не было такой способности, то я бы скорее всего предположил, что уже "добился дружеских отношений с Лазурит". Я был не в состоянии выяснить, какие эмоции скрывались под этим стоическим лицом.

Но теперь я уверен.

У этой девушки ледяное сердце.

Для этой девушки-суккубы, я был не более, чем объект бизнеса. Тот факт, что расположение едва поднялось за всю неделю, показал это. Она была потрясающей девушкой.

Чтобы сблизиться с ней и затем использовать её... мой исходный план был отправлен в мусорку. Он потерпел сокрушительное фиаско.

Тем не менее, это не значит что исчезли все мои методы.

Был способ обработки людей, которые следуют разуму а не сердцу. Я точно знал, что он был.

Другое дело, что он был одним из наиболее крутых из всех радикальных методов.

Если вы захотите охотиться на тигра, то вам придется взять ружье и отправиться горы. В худшем случае, я должен был готов быть растерзанным диким зверем. Такое психическое состояние не было чем-то, что вы могли просто заказать в ресторане быстрого питания и получить мгновением позже.

Моя собственная решимость.

"Если я не убью их, то буду убит ими", такой вид мышления был жизненно важен.

-Ваше Высочество.

Лазурит спокойно мне сообщала:

-Если Ваше высочество не погасит ссуду вместе с процентами, либо не объявит о банкротстве, то у фирмы Киункуска не останется иного выбора, кроме как забрать вашу собственность и тело силой.

-Я Владыка Демонов. Наиболее знатный среди демонов. Кто способен силой схватить Владыку Демонов?

-У фирмы Киункуска есть бесчисленное множество сторонников. Среди них есть и другие Владыки Демонов как и Ваше Высочество. Включая Владыку Демонов Марбаса 5-го ранга и Владыку Демонов Пеймон 9-го ранга.

Наивысшие Владыки Демонов.

Те люди, с которыми Владыка 71-го ранга, подобный мне не мог столкнуться.

-Наша фирма известна тем, что безжалостна к должникам, которые не могут произвести выплаты. В прошлом, был случай, когда Владыка Демонов Гласеа-Лаболас, занимающий 25ое место, получил кредит в размере 20 000 Либр и не выплатил проценты за 2 года. Наша фирма сразу же наняла небольшую группу из 9000 наёмников и поставила руководить ими Владыку Демонов Ситри, 12-го ранга. Ваше Высочество. Владыка Демонов Гласеа-Лаболас не смог продержаться до сдачи и трех недель.

Лазурит вздохнула.

-...Вот в чем сила фирмы Киункуска. Рациональное насилие. Оно так же является причиной, по которой наша фирма продолжает занимать самое высокое положение среди демонов в течении последних 500 лет. Ваше Высочество Данталиан, Ваша покорная слуга искренне предлагает вам. Пожалуйста, объявите о банкротстве на день раньше.

Я скинул листы со своей кровати.

-...

Прекрасно.

Я всё ещё мог выиграть.

Если все пойдёт по плану, то я смогу разорвать девушку передо мной на части, и сделать её моей.

Я собрался с мыслями и...

медленно открыл свой рот.

-Лазурит. Я сделаю предложение, которое определённо пойдёт на пользу тебе.

-Да, Ваше Высочество. Пожалуйста, скажите Вашей покорной слуге что-нибудь.

-Видя, что всё равно всё идёт к этому, я собираюсь занять через вас ещё больше денег у этой фирмы.

Лазурит нахмурила брови.

Даже, если бы она услышала, что мир будет разрушен, она, вероятней всего, ответила бы на это: "Пусть он будет разрушен в один миг". Нахмурить ради этого брови было бы огромным жестом с её стороны.

Её голос стал предельно сухим.

-На Вашем Высочестве Данталиане уже висит долг. Но это всё ещё вполне нормально. Если Ваше Высочество Данталиан будет хорошо работать, то более вероятно, что в течении какого-то времени, он сможет полностью выплатить долг. Однако, если Ваше Высочество сейчас получит больший кредит...

-Тогда провалюсь ещё дальше в долговую яму.

Я улыбнулся.

-Это то, чего я хочу.

-Простите?

-Лазурит. Давай не будем строить из себя благопристойность и поговорим начистоту.

Я мягко улыбнулся.

-Даже, если ты утверждаешь, что являешься моим эксклюзивным консультантом, ты по-прежнему являешься пешкой фирмы Киункуска. Выгода твоей фирмы, это и твоя выгода.

По её словам, Владыки Демонов имели более чем достаточно политических применений.

Добившись успеха, в превращении такой фигуры в марионетку фирмы, Лазурит, скорее всего, получит благодарность со стороны руководства фирмы. Она станет продвигаться по карьерной лестнице быстрее кого-либо ещё. Будет на шаг, нет, на двадцать шагов впереди остальных конкурентов.

-...

Полусуккуба всё еще была с непроницаемым лицом.

Может, она делала вид, что я не понимаю, о чём говорю?

-Разве не будет тебе наиболее выгодно, если я буду не в состоянии расплатиться по долгам?

-Это недоразумение. Ваша покорная слуга всегда на стороне Вашего Высочества...

-Я хорошо осведомлён о привычках купца.

Если другой человек пытается оправдаться, то меняй тему.

Мы боролись не оружием, но словами. Я должен яростно атаковать. Не было необходимости выслушивать чужие отговорки.

-С давних времён, купцы не вкладывали деньги в то, что не принесёт им выгоды. Однако, по какой-то причине, Фирма Киункуска одолжила мне 100 Либр...

Всему миру было очевидно, что Данталиан недееспособен.

Даже, если они одалживали ему деньги, не было ни единого шанса получить что-то обратно. Это не имело смысла. Как если бы банк выдал банкроту кредит в миллион вон.

Это означало, что в первую очередь их интересуют не деньги.

-Чтобы надеть на меня ошейник.

Я усмехнулся.

-Чтобы превратить меня в марионетку под предлогом долга. Фирма с самого начала ставила эту цель. Или я неправ?

-...

-Ранее ты сказала. Что если это слишком сложно, у меня есть "выбор" объявить о банкротстве. Но разумом, ты честно хотела сказать мне.

Что банкротство было моим единственным выбором.

Выбора не существовало с самого начала.

Сам кредит был ловушкой, в которую Владыка Демонов Данталиан по-идиотски попался.

Итак, невозмутимая суккуба. Давай же, ответь.

Ты как горная крепость. Так как она построена на вершине скалистой горы, она становилась стеной, которую трудно преодолеть. Становилась тем, что коробит противника от одного только приближения.

Однако, стоит только осадить крепость, как для неё всё становится кончено. Я не дам тебе пути к бегству. Я захвачу твою крепость в одно мгновение...

***

Продавец Киункуска, полукровка, Лазурит

18.04.1505 год по Имперскому календарю

Офис Фирмы Киункуска

Владыка Демонов Данталиан улыбался перед моими глазами.

...Честно признаться, я недооценила его.

Прошёл год с тех пор, как я стала эксклюзивным консультантом Владыки Демонов Данталиана.

Мне казалось, что он был никуда негодным куском мусора, однако похоже, я ошибалась. Откровенно говоря, я была удивлена. Устрашающе острый взгляд, и его глаза кажется смотрят так, будто он испытывает меня.

Его зрачки были темны как колодец.

Будто я не могла увидеть дна... вот что я испытывала. Всегда ли был Данталиан персонажем такого рода?

Тот, кому повезло родиться будучи Владыкой Демонов и прожить ленивую, неряшливую жизнь. В лучшем случае, всё что я о нём думала, это...

"Ах".

Внезапно, я поняла свою ошибку.

От неожиданного удара, я невольно перестала говорить.

Это было большой ошибкой. Молчание здесь означало, что я признаю его правоту. Я должна сменить тему.

-Предположим, что вывод Вашего Высочества верен.

-Я слышать ничего не хочу о гипотезах. То что я хочу знать - простая истина.

...Ты совершенно не оставил мне пути для отступления.

Моя шея похолодела.

Владыка Демонов Данталиан определённо изменился.

Полмесяца назад, Данталиан подвергся угрозе со стороны группы искателей. На счастье этой группы, у них была карта замка Владыки Демонов. Возможно, эта группа искателей была на том же уровне, что и маленькая группа дружинников в какой-нибудь далекой горной деревне, но Владыка Демонов оказался в серьёзном положении... так ведь? Мог ли опыт близкой смерти так резко изменить человека?

Данталиан был Владыкой Демонов, за которого отвечала я. Если он станет более разумным, то эту ситуацию я безошибочно должна приветствовать с распростертыми объятиями. Но, если честно, радоваться этому трудно.

Я хотела, чтобы Владыка Демонов был на уровне лисицы. А вовсе не на уровне тигра. Будет проблематично, если марионетка станет слишком умной. Кто мог ожидать, что такое произойдет.

Владыка демонов тяжело на меня смотрел.

-Лала. Идти в Фирму Киункуска, и скажи им об этом.

Лала?

Я моргнула.

-Лазурит, сокращенно - Лала. Подходящее прозвище, по-моему.

Прим. пер.: Лазурит по-английски: Lapis Lazuli.

-Ваше Высочество придумали Вашей покорной слуге прозвище?

-Тебе не нравится?

-Она только благодарна.

Безликая болезнь (часть 5)

Мир демонов был строго иерархическим обществом.

Даже, если у вас была одна раса, если вы принадлежали другому клану, то ваше положение так же отличалось. Если были орки, которые считались элитой, то были так же и орки, которые считались рабами. Если бы кто-то попытался определить каждый ранг из всех, что существовали, то ему бы пришлось пройти через сотни, если не тысячи кланов и рас.

Я была изгоем. Помесь суккубы и человека. Суккуб уже презирали, как расу проституток. Но я была тем, кто умудрилась родиться не только от суккубы, но ещё и от похотливого человека... Таким образом, став полукровкой.

Болезнь общества.

Я не могла осмелиться войти в контакт с другими людьми, с этим грязным телом. Если, даже случайно, я коснулась хотя бы пальцем кого-то, кто выше статусом, то мне бы пришлось отрезать этот палец; войди я в храм, и пальцы на моих ногах будут разорваны; начни я читать Священное Писание одного из богов, и мой язык нашинкуют.

Вот почему, когда Владыка Демонов наступил на мою ногу,я занервничала. К счастью, всё обернулось шуткой, но если бы кто-нибудь увидел это, мне пришлось бы отрезать свою ступню. Оглядываясь на тот случай, мне начинает казаться, что поведение Данталиана угрожает мне.

Как и ожидалось, я должна двигаться в ритме Владыки Демонов.

Тем временем, я склонила голову.

-Так какое сообщение Ваша покорная слуга должна доставить в фирму?

-Владыка Демонов Данталиан окончательно сошел с ума. Поскольку ему было совершенно не на кого полагаться, он доверил свой разум и тело тебе, суккуба. Ты, во всю используя свое очарование, смогла успешно соблазнить Владыку Демонов.

-...

Каковы его намерения.

Я не могла понять, что происходит в его голове. Однако, даже если я честно скажу свое мнение о том, насколько глупой эта идея была, он снова загонит меня в угол своей напористостью. Пока что, я отвечу будто полностью поняла его и что его мысль прозвучала как интересная идея. Были времена, когда пустая похвала была действенной тактикой.

-То есть. Простолюдинка, вроде Вашей покорной слуги, стала любовницей Вашего Высочества...? Интересная история.

-С давних времен, не было ничего более романтичного, чем история о принце, влюбившемся в простолюдинку. Это история, что вышла за рамки того временного периода, когда она была рассказана. Передай руководителям своей фирмы, что я безумно в тебя влюблен, и что непохоже, что я вскоре смогу мыслить здраво.

-Вы многое возлагаете на Вашу покорную слугу. Она столького не заслуживает.

-Ааа. Данталиан, готовый на всё ради денег, начал нести совершенную околесицу. Он утверждает, что через два месяца распространится болезнь, и что он знает лекарство от этой болезни. Поэтому, он монополизирует ингредиенты для лекарства прежде, чем распространится чума и наживет целое состояние. Передай фирме, что с этим заявлением, я хочу получить еще один кредит.

-...

Понятно.

Я была едва способна его понять.

Прямо сейчас, Данталиан пытается выставить себя клоуном. Владыка Демонов, влюбившийся в простую суккубу. В дополнение ко всему, он выдумал нелепую ложь для получения кредита.

-Сумма кредита будет где-то... хах. Думаю, 10 000 золотых монет должно хватить.

-Говоря 10 000 золотых монет...

Это была сумма, которую он не сможет выплатить, даже если будет работать 130 лет.

Если сюда добавить проценты, то сумма станет ещё более внушительной.

Руководители фирмы, вероятно, встретят его с распростертыми объятиями.

Это было очевидно. Чем больше долг, тем сильнее затянется петля на шее Данталиана. Было похоже, что Владыка Демонов совершает безумный прыжок прямо в ловушку, чтобы сгинуть в ней.

Я стану тем, кто привела Владыку Демонов к его собственной гибели в этой комедии, таким образом, обрету огромное количество заслуг. Не зависимо от того, насколько низок мой статус, люди не смогут игнорировать мой вклад. В тот же момент, я стану кандидатом в руководители фирмы.

-Как насчет этого? Это достаточно привлекло твой интерес?

-Да.

Соблазнительное предложение.

Как ни посмотри на него, это была возможность получить огромное количество прибыли.

... Оно было настолько заманчивым, что я стала испытывать еще большее подозрение к нему.

Как в этой ситуации Данталион сможет получить хоть какую-то выгоду? Эта история выглядела привлекательно только для меня. Я не надеялась, что он даст мне тот ответ, что я жду, но я была обязана спросить его.

-Ваше Высочество. Ваша покорная слуга не понимает. Как Вы планируете получить выгоду в этой большой игре?

-Ты торговец, - спокойно ответил Данталиан, - торговцы тщательно проверяют, есть ли выгода, которую они могут получить, и если есть, мчатся к ней. Если ты видишь выгоду в моем предложении, разве не стоит тебе без вопросов принять его?

-Ваше Высочество правы. Однако, торговцу присуще быть осторожным перед игрой, чрезмерно аппетитной. Если однажды утром он проснется и ему скажут, что перед его дверью валяется лисица, в это будет трудно поверить.

Услышав это, Его Высочество ухмыльнулся.

-Почему бы и нет? На мой взгляд, лисица могла попасться тебе на удочку.

-...

Он льстив.

Его способность вести разговор не была на среднем уровне.

Даже если он был на пороге смерти, может ли человек измениться настолько? Это странно. С точки зрения здравого смысла, это было непостижимо.

-Лала. Не было ни одного случая, чтобы когда охотник ловил лисицу, он проявлял внимание к ее чувствам. Это было бы смешно. Как охотнику, то что ты должна сделать - просто. Во-первых, достань арбалет...

Данталиан повел руками.

Будто в них действительно был арбалет.

-Преследуй лисицу с намерением убить её. Если ты замешкаешься с выстрелом, то лишь вспугнешь её и она убежит. Целься точно в центр лба. А затем...

Невидимый болт в арбалете был направлен мне в лоб.

Данталиан нажал на спусковой крючок.

-Бах, - в шутку выстрелил он, - прикончи её одним выстрелом.

-...

-Иди в фирму и передай им. Что Данталиан вконец сошел с ума. Что это блестящая возможность навсегда связать этого жалкого Владыку Демонов.

Его Высочество Данталиан легко похлопал меня по плечу.

Краем сознания я чувствовала тревогу. С одной стороны, моя рациональность говорила, что Его Высочество был прав, но с другой стороны, моё сердце кричало:

"Это ловушка!"

Передо мной лежала чрезвычайно опасная ловушка.

Если я сделаю необдуманный шаг, мне конец.

... Всякий раз, когда мой разум и сердце расходились во мнениях, я следовала за первым. Проблема в этой ситуации в том, что моё сердце ещё никогда так не колотилось.

Подавив зловещее чувство, я пошевелила губами:

-Ваше Высочество. Ваша покорная слуга боится одного. Того, что в игре, в которую она собирается сыграть, лисица обернется тигром. Одной стрелы недостаточно, чтобы схватить тигра.

-Ну. В таком случае, я полагаю, тебе не остается ничего, кроме как быть съеденной тигром.

Его Высочество Данталиан протянул свою правую руку.

Не понимая, что значит это жест рукой, я тупо уставилась.

Его Высочество, поняв что это бесполезно, криво усмехнулся.

-Как долго мне ещё придётся держать эту руку?

-...

Наконец, я поняла, что Его Высочество предлагал пожать руку.

Предлагал пожать руку. Я не знала, как реагировать.

До сих пор, я никогда ещё прежде не держала чью-нибудь руку. Тот факт, что наши ноги коснулись ещё был простителен, но вот касание наших рук будет явным преступлением.

-Личность неясного происхождения, подобная Вашей покорной слуге не посмела бы замарать руки Вашего Высочества.

Его Высочество Данталиан скорее всего был прекрасно об этом осведомлен.

В конце концов, будучи аристократом, он был бесконечно горд. Он даже не рассматривал что-то вроде меня, как личность. Я не держала за это на него зла. Было бы странно, если бы Владыка Демонов признал полусуккубу-получеловека вроде меня.

У меня не было желания лишаться своих запястий.

-Прошу извинить мнение Вашей покорной слуги, но хоть она и благодарна, она лишь опорочит достоинство Вашего Высочества. Пожалуйста, уберите руку Вашего Высочества.

-Какая странная позиция, быть обеспокоенным потерей лица при обсуждении столь дерзкой темы.

Его Высочество Данталиан усмехнулся.

-Если ты пожмёшь мою руку, то она осквернится, я простужусь, а мой социальный статус упадет? Я всего лишь хочу, чтобы мы пожали друг другу руки, тем самым подразумевая, что отныне мы будем хорошо относиться друг к другу.

-Даже если Ваше Высочество теперь отрицательно относится к иерархической системе, большинство людей не разделяет этого мнения. Если простолюдин вроде Вашей покорной слуги, коснется тела Вашего Высочества, то законным наказанием Вашей покорной слуги будет...

-Оох. Здесь есть то "большинство"?

Преувеличенно разведя руками, Его Высочество Данталиан огляделся вокруг.

Естественно, здесь были только Его Высочество и я.

-Владыка Демонов Данталиан, так или иначе сам не лучше мусора. Я Владыка Демонов только именем. У меня ничего нет. Лала. Ты всё ещё не хочешь пожать мою руку?

-...

Сказав так много, я уже не имела права отказаться.

Осторожно, я протянула свою руку и коснулась его.

Первая рука человека, когда-либо касаемая мной оказалась холодной. Я, украдкой, почувствовала прикосновение его ладони. При этом, Его Высочество Данталиан крепко сжал мою руку.

-Отныне, относись ко мне хорошо.

-...Ага. Прошу, относитесь к Вашей покорной слуге так же хорошо, Ваше Высочество.

Чувствовалось, что это будут длительные отношения.

Я не была уверена, но интуиция говорила мне именно так.

Безликая болезнь (часть 6)

Руководитель Киункуска, Скупой Гоблин, Торукель

20.04.1505 год по Имперскому календарю

Штаб-квартира Фирмы Киункуска, Конференц-зал

-Проведение общего собрания - довольно редкий случай, кирук.

Прим. пер.: "кирук" - это звук, который он издал. Он ничего не значит.

Из штаб-квартиры внезапно пришел приказ на общее собрание.

Руководители Киункуска были разбросаны по всему континенту. У меня самого были планы отправиться сегодня в Батаафс, чтобы командовать флотом. Это всеобщее собрание было явно незапланировано.

Вызов всех руководителей на сбор... это не было обычным явлением. У меня было плохое предчувствие. Возможно, где-то случилось что-то большое.

Скрывая свою тревогу, я прошел в штаб-квартиру. В большом зале заседаний собрались все руководители.

-Кирурук.

Как и прежде, тут собралась куча противных морд. Вампиры, оборотни, ящеры. Будто парад рас... Хм? В одном из углов конференц-зала была девушка, которую я раньше никогда не видел. У неё были светло-розовые волосы. Расы с таким цветом волос были редкими.

И в тот момент, когда наши взгляды встретились...

-Хм...!

Я невольно сглотнул.

Ядовитые глаза на её бесстрастном лице были из ряда вон выходящими. Это глаза человека, убивавшего прежде. И не одного или двух человек, это были глаза того, кто убивал бесчисленное количество раз. К счастью, наши взгляды встретились ненадолго. Вскоре после этого, девушка повернула голову.

Кирук.

Я не знал, кто она, но это экстренное собрание было скорее всего вызвано из-за неё. Подобного рода ситуации всегда возникают из-за незваных гостей. Появилась девушка, которую я никогда прежде здесь не видел. Сделать вывод мне не составит труда.

Руководители высказывали своё недовольство.

-Теперь уже, когда Скупой Торукель тоже здесь, начнем уже совещание.

-Вы знаете, сколько у меня осталось недовольных клиентов?

-Ага, ты прав. Будет ужасно, если я сегодня не успею продать всю сушенную сельдь.

Какие же все нетерпеливые.

Даже у меня сегодня были планы дать в гавани аудиенцию торговцам из Фригии. У меня был очень назойливый человек. Время имеет важное значение для торговца. Ну, совещание это или чем бы оно там ни было, оно уже началось. И если это возможно, скоро оно закончится.

-Итак. Успокоились все.

Старый вампир, сидевший на возвышенном месте, успокоил руководителей.

-Есть причина, по который мы вызвали на собрание всех руководителей. Мы не будем попусту тратить ваше время, так что не переживайте.

Ивар Лодбрук.

Это старик с пышной белой бородой был высшим руководителем нашей фирмы. Он мог упоминаться, как конкретное физическое лицо, управляющее фирмой.

Как и подобает вампиру, он прожил более 600 лет. Хотя, должен я вам сказать, что пора бы уже провести его похороны. Он определенно, прожил уже долгое время.

-Итак, Лазурит. Рассказывай.

-Хорошо, Глава, - ответила девушка в центре конференц-зала.

Лазурит?... Я уже слышал это имя прежде.

-Это та окаянная с блядской родословной.

-Почему нечто подобное принимает участие в совещании руководителей?

Некоторые из руководителей опознали личность девушки. Морща лоб, они начали перешептываться между собой. Они открыто показывали свою неприязнь.

Ааа. Я вспомнил. Это ребенок, который будучи изгоем, смог успешно устроиться в нашей фирме.

Какое-то время ходили слухи о девушке, чей талант превосходил её статус. Кирурук, так значит эта девушка была главной героиней тех споров.

Определенно, её голос ясен. Она спокойна, несмотря на то, что стоит перед этой галактико-подобной кучей руководителей. Наверняка, это не просто мужество.

-Глава, оно ведь даже не кандидат в руководители. Разве оно не обычный офисный клерк? Что это? Даже для исключений есть рамки.

-Мне неприятно уже то, что мне приходится дышать тем же воздухом, что и эта грязнокровка.

Руководители продолжали изливать свои жалобы.

Как глупо.

Иерархическая система была не более чем бесполезным старьем. Это был инструмент, использовавшийся тупыми аристократами, чтобы возвысить их еще более тупых сыновей и дочерей. Не будь её, презирали бы вы эту девочку? Во-первых, мы, торговцы, уже имеем низкий ранг. Тц-тц, они готовы поотрезать себе носы, чтобы разозлиться ещё сильнее.

Ивар Лодбрук горько улыбнулся.

-Как насчет того, чтобы сперва выслушать то, что она хочет сказать. Это нечто очень выгодное. Золото, побывавшее в желудке свиньи и золото, окроплённое святой водой имеет одну и ту же стоимость... Лазурит.

-Да. Владыка Демонов Данталиан просит кредит.

Лазурит говорила спокойно.

-В настоящее время, Владыка Демонов Данталиан имеет долг в 196 Либр. Несмотря на то, что его будущий долг возрастет, он рассчитывает на волевую победу.

-Хм.

Руководители стали переглядываться.

Независимо от их предыдущего отношения, у этих людей всё ещё были головы на плечах. Они быстро поняли, что это главное событие на повестке дня. Оставив пока позади статус Лазурит, руководители начали переговариваться.

-Он что, собирается погасить один кредит другим?

-Это верх глупости.

-Кролик просит позволить ему самому забраться в ловушку, нет никаких причин мешать ему.

-Итак? Сколько он просит?

Мои мысли были такими же.

Владыки Демонов обладали политическими применениями, даже если это Владыка Демонов 71-го ранга. Это неплохой шанс захомутать его.

Тем не менее, после следующего ответа, все руководители стихли.

-Сумма, которую запрашивает Владыка Демонов Данталиан составляет... 10 000 золотых монет.

-Чего?

На лицах руководителей застыло ошарашенное выражение.

-Он в своем уме!?

-Ха, этот идиот не смог справиться даже со 100 золотыми монетами.

"Это безумие, он сошел с ума", - открыто вылетали подобного рода слова.

Но несмотря на то, что мы поливали грязью Владыку Демонов, того, кто располагается на вершине социального статуса, все было в порядке. Не было никого, кроме нас, кто мог бы услышать это.

-Ты уверена? 10 000 золотых монет. Это было именно то, что он сказал?

-Клянусь на Реке Стикс, что уверена.

-Он действительно сошел с ума...

Руководители ухмыльнулись.

10 000 золотых монет были суммой, которую граф заработал бы за год, если население на его территории достигнет 50 000 человек. В прошлом году, бюджет, полученный имперцами Габсбургской Империи составил около 500 000 Либр.

Владыка Демонов Данталиан, у которого не было ни территории, ни граждан, запросил 1/50 суммы, заработанной великой империей за год? У него в голове вместо мозга слизь?

-Мои дорогие товарищи, - видимо, решив, что атмосфера накалилась, открыл рот Ивар Лодбрук.

В конференц-зале снова стало тихо. Когда этот старый вампир начинал говорить, даже самые гордые из руководителей закрывали рты.

-Я лично, считаю, что это хорошая возможность. Конечно, 10 000 золотых монет являются целым состоянием. Однако, если такой ценой мы навсегда превратим Владыку Демонов в домашний скот, то это не столь драгоценная сумма.

-Кирурук, - случайно издал я смешок.

Священного и неприкосновенного представителя, символизирующего абсолютное достоинство, одного из 72 Владык, что командуют армиями демонов. Упоминать подобного аристократа, как домашний скот... Воистину, он один из трех древних вампиров, все ещё пребывающих в этом мире. Это надменное отношение достойно Ивара Лодбрука.

Вообще, я бы разочаровался, если бы вся эта встреча свелась бы к одному только Ивару Лодбруку. Давайте сделаем шаг немного вперед.

-Подождите, Глава. Есть кое-что, что со своей стороны хотел бы спросить я.

-Мм. Не ходи вокруг да около и озвучь свои мысли.

Ивар Лодбрук встретился со мной взглядом.

Ярко-красные зрачки. Цвет, напоминающий людям кровь. Некоторые руководители перешептывались, что эти глаза были пугающими, однако, по какой-то причине, я мог думать об этих глазах только как о красивых. Бессердечный, суровый и циничный вампир... Ивар Лодбрук определенно превратит эту фирму в неувядающую компанию. По возможности, я хотел бы быть там, когда это произойдет. Это была моя маленькая мечта.

-Не может ли это быть ловушкой?

-Ловушкой?

-Ни одна или две золотые монеты, а не менее чем 10 000 золотых монет. Кирук. Если Владыка Демонов на самом деле не безумен, то у него должен быть план.

Я не думаю, что Владыка Демонов Данталиан будет способен справиться с таким огромным кредитом. Но несмотря на это, необходимо рассмотреть все возможности. Это должно быть ясно.

-Неплохая точка зрения.

Хм?

Ивар Лодбрук слегка улыбался. Такое выражение он показал бы, если бы думал о коварном плане. Даже если он был старым, насколько вообще можно быть старым, у этого мужчины превосходные морщины.

-Лазурит пояснит этот момент.

-Да, Глава. Я хотела бы сообщить столпам Киункуска. В данный момент, Владыка Демонов Данталиан считает меня любовницей.

-...Что ты сейчас сказала?

-Может прозвучать грубо, но по моему собственному решению, я использовала свои прелести, чтобы соблазнить Владыку Демонов Данталиана.

В этот раз, руководители не смогли сдержать своего удивления.

С другой стороны, Лазурит - от начала и до конца поддерживала своё безымоциональное лицо. Всегда спокойная.

Нет, я даже не знаю, можно ли назвать это спокойствием. На её лице полностью отсутствовал какой-либо признак напряженности. Для обычного офисного работника, она как будто и не стоит перед всеми руководителями. Спокойная она или нет, это было явно странно...

-Лазурит. Что ты имеешь в виду, говоря "прелести"?

Прим. пер.: в английском языке, эвфемизм "женские прелести", шарм, обаяние, чары и т.п. можно назвать одним словом "charm". Лазурит использовала это слово в первом смысле, а те, кто ее спрашивают, надеются на какой-нибудь другой.

Я спросил кислым тоном:

-Ты говоришь, что пленила Владыку Демонов своим телом?

-Именно так, как вы и сказали, сэр Торукель.

Лазурит смотрела прямо на меня.

Чистые зрачки, такие же голубые, как лазурь.

Её прозрачный взгляд даже не дрогнул.

-Я переспала с Владыкой Демонов Данталианом.

-Бог мой, - пробормотало несколько руководителей.

Если вступить в половую связь с полукровками, на тебя падет Божья кара. Это конечно мог быть предрассудок, но, когда в него верило 90% населения всего континента, вы не могли просто от него отмахнуться. Священному и неприкосновенному Владыке Демонов оскверниться гибридом. Это само по себе было трудно контролируемой проблемой. Которая затем, может перерасти в колоссальную проблему.

-Ты хоть понимаешь, что натворила!?

-Мы могли быть отлучены от храма!

Руководители тыкали пальцами в лицо Лазурит.

Если вы хотите продать или купить что-то на этом континенте, то вы должны получить разрешение от храма. Кроме того, за исключением храмов Афродиты и Артемиды, все остальные храмы строго запрещают изгоям общаться с людьми других социальных статусов...

Руководители кричали с красными лицами:

-Глава! Вышвырните прямо сейчас отсюда эту шлюху!

-Мало того, что она пошла против законов Богов, но она так же подвергла опасности нашу фирму! Мы не можем позволить этой проклятой быть в нашей фирме!

-Эта проказа, мразь...!

Критика захватила конференц-зал подобно шторму.

Проститутка демонов сего мира, суккуба.

И среди всего, худшее это грязнокровка.

Даже я, нелюбивший иерархическую систему, потерял дар речи. Однако, Ивар Лодбрук спокойно сидел в своем кресле, наблюдая за суккубой.

-Это ещё не всё. Есть ещё одна часть, которую стоит разъяснить руководителям. Чего ты тянешь? Давай уже, рассказывай им.

В голос Ивара Лодбрука примешивался озорной смех... он наслаждался этим? Несмотря на то, что, если слегка преувеличить, жизнь и смерть нашей фирмы была на грани? В любом случае, вампиры ненормальные. Их головы были неадекватными, так как они не получали никакого солнечного света. Отсутствие питания наносит серьёзный удар по вашему разуму. Будучи гоблином, у которого есть как утонченность, так и общие знания, я не мог идти с ним в ногу.

-Да. Есть кое-что, что я всё ещё не поведала руководителям, - продолжала говорить тихим голосом Лазурит.

Секунду назад, на неё сыпались все виды проклятий. И вы говорите мне, что она всё ещё невозмутима? Она точно ненормальная.

-Как всем вам известно, изначально наша фирма не имела дел с Владыками Демонов ниже ранга 60, как с клиентами. Так как это бы означало падение уровня нашей фирмы. Несмотря на это, с прошлого года и по настоящее время, я работала в качестве эксклюзивного консультанта Владыки Демонов Данталиана. На это была лишь одна причина.

После остановки на вдох, Лазурит продолжила.

-Я лично, настоятельно просила дать мне эту должность консультанта.

-Что?

-С самого начала, я ставила целью стать любовницей Владыки Демона Данталиана.

Руководители начали шуметь.

Люди, критиковавшие суккубу секунду назад, теперь были сбиты с толку. Всё потому, что Лазурит говорила в таком, полном достоинства, тоне. Ситуация выходила всё дальше за границы понимания руководителей.

В этот момент, кто-то рассмеялся.

Повернув голову, я увидел, что смеется Ивар Лодбрук. Смеется в такой ситуации. Не обращая внимания на то, что все руководители были ошарашены, Ивар Лодбрук взревел.

-Друзья. Вы всё ещё не понимаете? Владыка Демонов Данталиан не сошел внезапно с ума. Все было проделано этой суккубой. Не более чем за год, этот ребенок смог превратить Владыку Демонов Данталиана в раба страсти.

Так вот, что это было!

В итоге, все это имело смысл.

Хотя статус Лазурит и был низок, у нее был прекрасный внешний вид. Она пленила своей внешностью Владыку Демонов. И, нам неизвестно как, но она смогла подбить Владыку Демонов на взятие большого кредита у нашей фирмы...

Остальные руководители должны были так же понять истинную природу ситуации. Их лица побледнели. Больше они не выражали презрения к Лазурит.

-Но... к чему такой безрассудный поступок...?

-Ради успеха.

-Успеха?

-Владыка Демонов станет информатором фирмы. Мой вклад в этом вопросе, скорее всего будет оценен по заслугам.

-...

Все. Все члены в конференц-зале потеряли дар речи.

Что они должны были сказать офисному работнику, который только что с бесстрастным лицом признался: "я продал своё тело, чтобы добиться успеха"?

Ивар Лодбрук, в одиночку, по-прежнему смеялся.

-Ну как вам, друзья? Разве это не шедевр!?

-...шедевр? - вопросом на вопрос ответил я.

Ивар Лодбрук встал со своего места. Он развел руки, широко, будто он показывал что-то. Как будто он приглашал следующего актера выйти на сцену.

-Именно. Шедевр. Эта полукровка - отброс общества. Рожденная как крыса, ползущая по полу. С самого начала ей было суждено тихо стареть и умереть в каком-нибудь закоулке... и всё же смотрите! Эта суккуба не только смогла попасть в самую лучшую фирму в мире демонов, она смогла стать хозяйкой Владыки Демонов!

-...

-Если это не шедевр, то что? Разве это чистое желание добиться успеха не прекрасно? Разве это чистое стремление к власти не ослепительно? Оох, всякий раз, когда я вижу воинственного молодого бойца, не могу не проронить слезу и не воздать хвалу. Сила - это леди! Поэтому они всегда будут любить воинов!

Руководители были поражены безумием Ивара Лодбрука.

Я же чувствовал себя по-другому.

Моё сердце колотилось.

Это было безумием, то, что я попался на крючок.

Подобно комару, рожденному в темном и влажном болоте, который будет тосковать по прекрасному солнцу. Я, всегда бывший нормальным и следовавший за здравым смыслом, не могу удержаться, чтобы не быть привлеченным Иваром Лодбруком, который был полной противоположностью.

-Лазурит. Иди, и скажи Владыке Демонов! Что мы с удовольствием одолжим ему что-нибудь вроде 10 000 золотых, когда бы он ни пожелал!

-Я сразу же исполню ваш приказ, Глава!

-И насчет твоего желания преуспеть в нашей фирме, ради которого ты даже предложила девственность. Честно, оно мне понравилось. Киункуска - это место, в котором важны лишь личные вклады и навыки. У тебя более чем достаточно права на получение вознаграждения. Скажи, чего ты хочешь?

Ивар Лодбрук говорил холодно.

-Золото? Честь? Я мог бы даже предложить удочерить тебя. Твоя самая большая слабость, вероятно, твой статус, не так ли? Если ты станешь моим ребенком, то эта проблема исчезнет.

-Глава! Независимо от того, что она сделала, это...

-Не вмешивайтесь, товарищ, в разговоры других людей.

Когда руководители попытались воспротивиться, Ивар Лодбрук заставил их замолчать.

-Я пытаюсь наслаждаться разговором с изгоем, который смог соблазнить Владыку Демонов.

Глаза, красные как кровь, смотрели на руководителей.

Тяжелое намерение убийства. Руководители поникли плечами. Воздух в зале заседаний мгновенно похолодел.

-Итак, Лазурит. Скажи, что ты хочешь?

-Пожалуйста, приготовьте мне место на совещании руководителей.

Остальные руководители были сильно потрясены.

Простой белый воротничок только что попросил сделать его руководителем. Это было впечатляюще. Тем не мене, было кое-что более впечатляющее. Сильнее руководителей потряс ответ Ивара Лодбрука:

-Не золото или честь, но авторитет. Что ж, ладно.

-Г-глава...!

-Если план сработает, я сделаю тебя руководителем, отвечающим за весь регион Долстат. С рекой Рейн в центре, Кельном, Ксантеном, Виртеном, Страсбургом, Дуйсбургом, Вормсом и Майнзом. Всё это будет под твоей юрисдикцией. Как насчет этого?

Ивар Лодбрук осматривал девушку. Он наверно испытывал своими глазами её смелость.

-Это было бы честью.

-Сила Империи ослабла, в связи с чем, автономия в этих городах сильнее, чем когда-либо в истории. Насколько изменится развитие, настолько много пустоголовых людей будет отброшено в сторону, и только истинные талантливые люди выживут. Лазурит. Интересно, будешь ли ты в состоянии выдержать эти условия.

-Я докажу это своими силами.

-Конечно докажешь. Ведь если убрать твои силы, от тебя ничего не останется.

Ивар Лодбрук громко рассмеялся во-второй раз.

В темном конференц-зале, все руководители были ошеломлены. Как будто этот старый вампир и эта холодная суккуба жили в своём собственном мире.

Должен признать, всё это превратилось в абсурдную ситуацию.

Суккуба, которой крайне недоставало опыта, к тому же полукровка, стала менеджером филиала. Был же предел быстрого продвижения. Это будет в первый раз за историю Киункуска. В первый и последний раз.

-Кирурук.

Но, Владыка Демонов Данталиан, хах. Я действительно чувствовал, будто мы слишком уж сильно смотрим на него свысока... ну да ладно. В любом случае, он был всего лишь 71-го ранга.

Это было интересно. Под конец я тоже был немного взволнован. Было бы неплохо принять достаточные меры предосторожности.

Давайте насладимся игрой с Его Высочеством Владыкой Демонов.

Безликая болезнь (часть 7)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.06.1505 год по Имперскому Календарю

Замок Владыки Демонов Данталиана

-...Ваше Высочество планирует оставаться в постели весь день?

-Если ты думаешь, что я ничего не делаю лишь потому, что я лежу в постели, то ты жестоко ошибаешься. Несмотря на то, что я лежу, судьба Вселенной разворачивается в моей голове.

Прошло уже два месяца.

С тех пор, как я взял золото в кредит, последние два месяца я проводил время в своё удовольствие. Для Лазурит уже стало повседневной рутиной приходить ко мне и начинать причитать.

-Суммарный процент составляет уже не менее двух тысяч Либр.

-Ах, эта книга просто отличная.

Я лежа листал книгу. Она называлась: "Хроники Великого Владыки Демонов и Специфические Законы, Выведенные из Них".

Причина, по которой я читал подобного рода литературу, проста.

Информация об этом мире, которую я имел, была очень однобокой.

"Атака Подземелья" была игрой, в которой вы играли в шкуре героя человека. Благодаря этому, я был осведомлен о людях и их обществе, но я был до смешного невежественен относительно мира демонов.

В лучшем случае, была героиня-вампир, которая влюбляется в главного героя и в итоге сдается ему. Вот только эта героиня никогда не рассказывала подробностей о мире демонов.

Что ж. Это всего лишь означает, что я должен был изучить их самостоятельно.

-Хох. В этом мире, чтобы один Владыка Демонов мог напасть на другого Владыку, они должны как минимум дважды послать объявление войны, хах. Как бессмысленно в этом случае придерживаться формальностей. С другой стороны, это внушительное средство для предотвращения войны. Хм, хм.

-Если Ваше Высочество продолжит не принимать никаких мер, Ваше Высочество в конечном счете обанкротится в течении трех месяцев. Ваше Высочество, пожалуйста, обратите на это внимание.

-Я хочу съесть немного мороженного...

-...

Она наверно поняла, что эта сторона полностью игнорирует её.

Лазурит помассировала лоб большим и указательным пальцами. Хотя её лицо всё ещё оставалось безэмоциональным, по её настроению, я мог судить, что она очень переживала.

Я нагло улыбнулся ей.

-Не беспокойся. Подготовка уже полностью завершена.

-...Прошу прощения, Ваше Высочество. За исключением распоряжения, которое Ваше Высочество дали Вашей покорной слуге два месяца назад, может ли она сделать что-нибудь ещё?

-Это было единственное необходимое приготовление.

Около пятидесяти дней назад.

Я заставил Лазурит массово приобрести определенную траву. Прямо сейчас, это растение, которое большинство людей считает бесполезным куском зелени. Однако, я знал будущее.

Сейчас 1505 год по Имперскому календарю.

Этим летом появится и распространится по всему континенту инфекционное заболевание.

В будущем, эта болезнь будет известна как Черная Смерть и распространится на всем континенте как символ страха. Почти 40% всего населения будет уничтожено, назвав это кошмаром, вы не будете даже отдаленно близки к описанию этого события. В "Атаке Подземелья", игра начинается примерно в то время, когда Черная Смерть уже прошла... Если быть точным, история игры начинается в 1515 году по Имперскому календарю.

Трагедия ещё впереди. Это то, с чем я ещё не имел дела, верно? Самое интересное произошло позже.

От этой чумы, как ни странно, было лекарство.

Оно называлось просто "Черная Трава". Так как она лечила Черную Смерть, её стали называть "Черная Трава". Люди в этом мире имели ужасный вкус на названия. Внебрачному ребенку, они бы наверно дали лучшее имя.

Позже последовали такие искрящиеся имена как "Ангельская Трава", "Божественное Милосердие" и т.п. Однако, это всё так же было в будущем. Летом 1505 года по Имперскому календарю, перед приходом чумы, Черная Трава была простым сорняком. Во многих регионах, этой траве даже не оказывали честь, иметь хоть какое-то имя.

Вот так.

Сорняк.

Она была просто куском зелени, не имеющим никакой ценности...

Я использовал все 10 000 золотых монет, чтобы вложиться в это растение.

По правде говоря, это было легко.

Во-первых, я заключил контракт с меньшими торговыми фирмами по всему континенту. Затем, через меньшие фирмы, я был способен заключить контракт с фармацевтами, распространёнными по всем землям. И, наконец, фармацевты наняли собирателей трав из городов и сел. Мгновенно был подписан трехсторонних контракт. Плата посредникам и за транспортировку: 2 000 золотых монет. Плата аптекам и расходы на собирателей трав: 6 000 золотых монет. В дополнение, чтобы иметь возможность сохранить траву свежей, насколько это возможно, я нашел полупостоянное хранилище высшего качества.

Я всё ещё не привык к обычаям этого мира, но всё было в порядке. Я был способен к большим планам, где бы я ни был. Все детали сделок (лениво) были поручены Лазурит как заместителю.

Тот, кто обошел все маленькие фирмы и аптеки и заключил с ними контракты, был не кто иной, как Лазурит. Кто-то мог сказать, что мы прекрасно подходили друг другу. Мы были таким совершенно удивительным сочетанием.

Люди, которые не видели всю картину целиком, вероятно, разразились бы смехом, увидев это.

Он взял в кредит 10 000 Либр и нам интересно, как он распорядится ими, но вы только поглядите. Он купил кучу травы, которая не использовалась даже для еды и стал хранить её как какое-нибудь сокровище.

Лазурит рассказала мне о том, что руководители говорили по этому поводу. "Это самая смешная шутка, которую я слышал за весь год", - смеясь, говорили они. Так она сказала.

О выходках Владыки Демонов стали говорить даже в городе.

"Глупый поступок нижайшего, спятившего Владыки Демонов".

"10 000 золотых монет на чушь собачью".

"Выбросил свою жизнь на ветер, просто чтобы привлечь внимание".

И так далее, и тому подобное.

Я был невероятно рад.

Быть способным привнести смех в людские жизни подобными пустяками. Разве не в этом истинное счастье? Кроме того, все мы жили в бесконечно тяжелой и сухой жизни. Я не мог быть более счастливым, если был способен заставить появиться улыбку на лицах людей.

Был ли я серьезен?

Вот почему, я собирался сделать все ещё более интересным.

Не просто лучшая шутка, которую вы слышали за год, но лучшая шутка, которую вы слышали за всю жизнь. "Растение, о котором мы думали, что это всего лишь сорняк, на самом деле оказалось таким же редким, как бриллиант", финал такого рода, ожидался впереди. Если у вас есть хоть капля здравого смысла, вы сможете только от души посмеяться над этим.

-Мне действительно любопытно, какое через месяц у тебя будет выражение лица.

-Прошу прощения?

-Ты круглый год не показываешь никаких эмоций. Тебе это придется по душе, с нетерпением жду этого. Я, безусловно, заставлю тебя рассмеяться.

-...Ваша покорная слуга не понимает, о чем говорит Ваше Высочество.

-Просто наберись терпения, и ты всё узнаешь, - катаясь по своей кровати, хихикнул я.

Возможно, потому что я слишком много её дразнил. Появилось уведомление.

[Расположение торговца Лазурит упало на 1.]

О, Боже. Таким образом, расположение Лазурит стало равно нулю. Оно упало 2 месяца назад, и вот теперь, достигло дна. Незнакомец, вероятно, будет относиться ко мне лучше, чем она.

-Прошу прощения, но Ваша покорная слуга должна покинуть вас. В фирме осталось много документов, которые я отодвинула на задний план.

Лазурит холодно повернулась спиной ко мне.

-Ах, Лала.

-Что?

-Возьми это с собой.

Я бросил ей кусок пергамента.

Лазурит поймала записку обеими руками.

-...Ваше Высочество. Что это?

Я игриво подмигнул ей.

-Это замечательно, что тебя не будет в замке некоторое время. Вместо этого, отправься в это место и понаблюдай там за ситуацией. Вскоре, ты откроешь кое-что интересное.

Бросив на меня взгляд, полный подозрений, она вскоре ушла.

Эта бумажка была последней ловушкой. Лазурит, вероятней всего, поймет о существовании ловушки гораздо позднее. Я с нетерпением жду этого дня.

Безликая болезнь (часть 8)

Торговец Киункуска, полукровка, Лазурит 27.06.1505 год по Имперскому календарю Расслабляющие Горячие Источники Сиракузы -Ха... Ещё один вздох. Интересно, сколько их уже было сделано. Кандидат в руководители великой Киункуска, Лазурит, в данный момент была на горячем источнике. Это место, где горожане могли наслаждаться, принимая ванны. Мужчины и женщины гордо проходили передо мной в обнаженном виде. Но что бы я там ни говорила, я сама была раздета. Мужчины могли прогуливаться по залам и осматривать всех непристойным взглядом. Их глаза были невероятно неприятны... Я хотела раздавить глаза каждого из этих мужчин. Горячие источники были не только местом расслабления, но также и одним из типов любовных зон. Другими словами, можно сказать что люди ходили сюда на свидания в обнаженном виде. Мужчина и женщина, которые пошли на источники, естественно начнут развратничать. Это было своего рода культурой. Даже сейчас, я могла слышать стоны с другой стороны... Я отчаянно держала голову повернутой. -Хаа. Ещё один вздох. Причина, по которой я находилась здесь в Сиракузах, самой южной части континента, была до шокирующего проста. В записке, оставленной мне Его Высочеством Данталианом содержались странные слова: -------------------------------------------------------- Королевство Сардиния, Сиракузы, Городская Баня, Клиника Исходная точка Боль в суставах, высокая температура, кожа чернеет -------------------------------------------------------- Казалось, что без контекста, это выглядело как какой-то шифр. Его Высочество Данталиан за прошедшие два месяца упоминал болезнь. В то время, я не поняла его, подумав, что Его Высочество нарочно говорил бред. Однако, увидев его, пишущего эту записку и передающего её мне, казалось что он действительно серьезно к этому относился... это ведь шутка, не так ли? Со всеми всё будет хорошо, так что просто скажите мне что это шутка. Было ли это так? Болел ли тут кто-нибудь? -Хаа. Очередной вздох. Сами по себе, болезни не были редкостью. Но независимо от этого, предсказать появление болезни? В дополнение к этому, также знать и лекарство от этой болезни? Это невозможно. Именно поэтому, естественно, руководители относились к Его Высочеству, как к сумасшедшему. Честно говоря, хоть и немного, но я надеялась. Что Его Высочество, бывший когда-то беспомощным, но преодолевшим положение жизни и смерти, возродился как истинный Владыка Демонов... Такого рода сказочная история, и может совсем чуть-чуть, но я надеялась на это. Но 71-ый ранг. Может он был просто неисправимым идиотом. Владыка Демонов Данталиан не делал совсем ничего, после того, как купил все эти растения. Он только катался по своей недавно купленной кровати, как ребенок. Откровенно говоря, это было жалко. -Оох. Леди, вы совершенно прелестная. Посетитель, так же принимавший ванну, пытался заговорить со мной. В данный момент, я с помощью магии замаскировалась под человека. Может это и магия, но она не была особо впечатляющей. Я всего лишь изменила цвет своих волос на красный. Суккубы были демонической расой, но их внешний вид в значительной мере был похож на человеческий. Я могла просто скрыть свою личность. -Как насчет одного раза за три серебра...иуут!? -... Я на мгновение посмотрела в глаза мужчины. Вероятно, он принял меня за какую-то проститутку, что работали в этих ваннах, так что я холодно на него посмотрела. Как только наши взгляды встретились, он отступил. Кажется, будто в моих глазах скрыто своеобразное намерение убийства. Было не так много людей, которые были в состоянии смотреть мне прямо в лицо. Как обладатель этого взгляда, я не очень хорошо это понимала. -П-простите. Я признал вас за кое-кого другого. Приятного дня! Мужчина поспешно ушел обратно в залы. Его жировые складки дрожали, пока он бежал. Это было жалко. Как он мог с таким телом рассчитывать купить меня за три серебрянные монеты. Как минимум, 10 золотых монет. Раз он не стал столько предлагать, то обмен ни за что бы не произошел. Как на это ни посмотри, мужчины, которые не могут объективно судить о своём внешнем виде, были ничтожными. -Ах. Что мы можем сделать для вас, мэм? Врачи приветствовали меня. Они думали, что я была дочерью из какой-нибудь благородной семьи. Эта непорочная дева, неведающая о мирских страстях, пришла сюда на волонтерство. Да, я использовала шарм и магическое внушение, чтобы ввести их в заблуждение. -Как пациенты? -Ну, в значительной степени всё так же. День за днем, они стонут и стонут о том, что им больно. По правде говоря, большинство пациентов абсолютно в порядке. -Я бы хотела увидеть самого последнего пациента. -Есть парень, которого доставили только вчера. Но я настоятельно не рекомендую вам посещать его, мисс. -На это есть причина? -Да. У парня очень серьезная надуманная болезнь. У меня болят подмышки, мой пах разрывает и всё такое. Разговор о суете по пустякам. Вы возненавидите его, мисс. -... Боль в суставах -...нет. Всё в порядке. Раз это пациент, я бы пока хотела верить его словам. Я встречусь с этим человеком в первую очередь. -Хаа. Как великодушно с вашей стороны. Я посредственный врач, но впервые за долгое время я встречаю кого-то, настолько искреннего как вы, мисс. Будучи в восторге, врач провел меня к больному в палате. Едва мы открыли дверь, как пациент внутри начал орать. -Ааа, я умираю! Этот торговец с великой земли Сиракуз собирается умереть из-за шарлатана! Горожане! Кто-нибудь, убейте этого шарлатана за меня! Прим. пер.: шарлатаном он называет врача. -Гах. Он как свинья в период спаривания, - вздохнул доктор. Я поняла, почему он предупредил меня от посещения этого пациента. Доктор, сперва быстро взглянув на меня, подошел к пациенту. -Так в чем проблема в этот раз, что заставляет вас вести себя как припадочному? -Проблема? В чем моя проблема? Ладно, я объясню тебе еще раз, так что убедись в этот раз, что все попало тебе в ухо. Во-первых, кровать такая жесткая, что мой позвоночник скоро станет плоским. Во-вторых, я не уверен, камни мне приносят слуги или все же хлеб, но мои зубы скоро раскрошатся. В-третьих, мой долголечащий врач, я продолжаю вздыхать каждый раз, когда ты видишь моё лицо и это уже начинает делать мою жизнь невыносимой. -Ты идиот. Это моя жизнь становится из-за тебя невыносимой. -Правда? Хорошо. Наконец, мы достигли точки, когда мы делаем друг друга несчастными. Надеюсь, с этой мисс не будет так же. Моя жена и я, раньше были готовы перегрызть друг другу глотки, а теперь мы думаем лишь о том, как бы трахнуться. О, подруга. Если ты не планируешь стать моей второй женой, то ёб твою мать! Примись за работу, наконец, и начинай лечить меня! -Черт возьми. Этот парень не принесет в эту жизнь ни капли пользы. Казалось, что эти двое были друзьями с детства, от того что они были достаточно близки, чтобы свободно ругаться в лицо друг другу. Для кого-то вроде меня это была странная сцена. Дружба. Может ли она существовать на самом деле? Как правило, люди восхваляют о том, что дружба длится вечно. Это подозрительно. Вне зависимости от контекста, когда появляется наречие "навсегда", я становлюсь подозрительной. Я лично считаю, что это хорошая привычка. Прим. пер.: Лазурит использовала слово "forever", которое в предложении о дружбе я для чистоты текста перевел как "вечно". В мире были только предатели и потенциальные предатели. Таково мое мнение. Другом ты всего лишь называешь человека, который еще не успел тебя предать. -Простите, мисс, - внезапно извинился доктор, - у этого парня всегда был пошлый язык. Просто думайте об этом, как о нехватке образования и, если можете, игнорируйте. -Я в порядке. Пожалуйста, продолжайте обследование. -Что ж, тогда ладно. Врач положил руку на лоб пациента. -Лоб действительно горячий. Но независимо от того, как я это вижу, это всего лишь холодное лето. Я выпишу тебе одно лекарство, и если тебе действительно станет плохо, то принимай его. Так или иначе, ты поправишься, не переживай. -... Высокая температура На мгновение, в мою голову закралось недоверие. ...Этого не может быть. Я слишком много думаю об этом. Больные суставы и высокая температура были симптомами, которые ты можешь найти в любом месте. Нельзя рассматривать что-то вроде такого, как признак заболевания. -Эх, как вы считаете, мне стоит верить словам этого шарлатана? -Если ты продолжишь звать меня шарлатаном, то вместо лекарства я выпишу тебе яд. Когда ты так громко орешь о подобном, ты задеваешь мою гордость, ублюдок. Ты собираешься разрушить бизнес друга твоего детства, да? -Мне действительно больно, как в аду! Вот, взгляни. Пациент, внезапно поднял свои одежды, оголив торс. Доктор в панике повернулся, чтобы взглянуть на меня, но я спокойно стояла, как и прежде. Меня совсем не заботило голое тело мужчины. Более того, было кое-что ещё, что поймал мой взгляд. На груди пациента справа. Было черное пятно размером с большой палец. -...... Всё моё тело похолодело. Будто я превратилась в камень. -Что это, мля? -Нет причины показывать эту гематому, если она прохладная. -Что ж, ладно. Полагаю, ты прав.... Оба они не заметили изменения в моем настроении. Доктор и пациент были заняты разговором друг с другом. -Это странно. Может ты подхватил от кого-то эндемическое заболевание? (прим. пер.: эндемическое заболевание: заболевание, характерное для конкретной местности) -Тебе знать, ты здесь доктор. Не купец, ты шарлатан. Если ты не собираешься изменить свою работу на профессию гробовщика, то вылечи наконец меня. Если в итоге, я стану завтра трупом, то тебе не придется больше беспокоиться о своей репутации, потому что твоя карьера как врача будет окончена. -Ба, очередная порция раздражающих слов от этого придурка. Кожа чернеет -...Я тут вспомнила, что должна кое-что сделать. Я покину вас. -А? Ох, конечно. Берегите себя. Быстрыми шагами, я вышла из палаты. У меня не было времени, чтобы попрощаться как надо. Ситуация. Я не могла понять эту ситуацию. В моей голове творилось безумие. Что происходило? Никто ведь не говорил мне, что болезнь и в самом деле начнет бесчинствовать? И в дополнение ко всему, что она пойдет в соответствии с предсказанием Владыки Демонов Данталиана? Это было невозможно. Это абсолютно невозможно. Способность предсказывать будущее проявляется у наименьшего числа из и так малого числа святых. И даже тогда, последний признанный случай сбывшегося пророчества был 210 лет назад. Не было никаких шансов, что у Его Высочества Данталиана была такая способность. Или были? Но почему? ...Я должна быть спокойной. Я слишком тороплю события. В лучшем случае, это был всего один пациент. Так же, была возможность что это всего лишь совпадение, что симптомы пациента совпали с бреднями Его Высочества Данталиана. Для начала, я должна посетить других врачей в Сиракузах. По крайней мере два, нет, по крайней мере четыре пациента должны иметь те же симптомы, прежде чем можно будет судить, что это болезнь. Я не должна паниковать. Предсказания это фантазии, которые бывают только в книжках. Они никак не могут вот так просто появиться в реальной жизни. "Но, если Его Высочество Данталиан был прав..." Всего лишь предположение. Я лишь подумала об этом лишь на мгновение, но у меня уже побежали мурашки. Его Высочество Данталиан, купил громадное количество определенного сорняка, утверждая, что он был лекарством от болезни. Естественно, его цена была невероятно низкой. Большая часть золота была потрачена на сам персонал. И даже из-за этих баснословных трат, число растений, что купил Его Светлость Данталиан было... Не менее тридцати тысяч. Если они действительно были лекарством, то не зависимо от того, насколько дешевыми они будут, они будут продаваться, по крайней мере, по 2 золотых за штуку. Таким образом, получится 60 000 золотых монет. Это превзойдет количество, которое изначально занимал Его Высочество. Но нет, это была ситуация, когда цена была установлена на минимум. Если зараза распространится по всему континенту, то растение может стоить и 5 золотых... оно может достичь нелепого состояния. Начнется беспрецедентный хаос. Никто в фирме не мог бы предсказать этого. Глупейшая ошибка из всех возможных. Они, скорее всего, станут искать виноватого, и десять к одному, что козлом отпущения стану я. Мечта стать руководителем в Киункуска. А так же обещание поставить меня во главе всего региона Долстат. Естественно, все это лопнет как мыльный пузырь. -... Я осторожно кусала губы. Родившись в глухом переулке, я прожила свою жизнь, собирая мусор и отходы. И вот только, с трудом, мне удалось поймать возможность избежать этого ада. Я не могу позволить спустить всё это в унитаз. Конечно, я надеялась, что Его Высочество Данталиан пробудится как истинный Владыка Демонов. Однако, его пробуждение было предназначено только для моего личного роста и успеха. Таким образом, я никогда не принимала во внимание такую ситуацию. За один этот день, я обошла каждого врача в городе Сиракузы. И у меня не оставалось выбора, кроме как дать объективное заключение. Тяжелый жар. Боль, распространяющаяся от суставов. Симптом, при котором появляется локальное почернение кожи. -... В моих руках был кусок пергамента, который передал мне Его Высочество. Стоя в центре городской площади, я долго продолжала смотреть вниз на записку. 16 клиник в городе Сиракузы. 29 пациентов с подобными симптомами. На следующий день, число больных увеличилось до 56 человек. 25 человек жаловались на резкую боль, а затем умерли. 10 дней спустя, на тех источниках, что я посетила, умерли все пациенты. Полмесяца спустя, весь город был наполнен мучительными криками граждан. Пророчество Его Высочества Данталиана было верным.

Это была эпидемия. И эпидемия набирала обороты.

Безликая болезнь (часть 9)

Руководитель Киункуска, Скупой Гоблин, Торукель

16.07.1505 год по Имперскому календарю

Фирма Киункуска, Филиал Амстель

-Сэр Торукель, пришло срочное сообщение.

-Кирурук. Мой невоспитанный товарищ! Разве я не говорил тебе, не беспокоить меня, во время посещений Её Высочества Пеймон.

Причудливая приёмная.

Я огорчился из-за секретаря, который вдруг начал стучать в дверь.

Что за идиот, напротив меня сидела Её Высочество Пеймон. Она была одним из самых дорогих гостей Фирмы Киункуска. Когда это человек был в гостях, неважно, работа-то или личные связи, я запрещал всё. Это был вопрос вежливости!

-О, Боже. Эта дама в порядке, Торукель.

К счастью, Её Высочество впервые выразило понимание.

-Должно быть, это срочный вопрос, раз ему пришлось немедленно сообщить тебе.

-Я искренне извиняюсь. Обычно, этот секретарь себя так не ведёт...

-Я сказала, всё в порядке. Эта дама наслаждается ароматом чая, так что можешь на время отойти.

Её Высочество Пеймон мягко улыбнулась.

Хотелось бы знать, насколько она была благодушной. Будет ли она всегда относиться с мягкостью ко мне, смиренному торговцу. Уходя, я несколько раз поклонился.

Разумеется, едва я покинул комнату, моё лицо переменилось.

-Кретин. Что там, кирук?

-П-простите.

Секретарь, нервничая, опустил голову.

Чтобы ты там не делал, мне даже и мысли не пришло прощать тебя. Зайдя так далеко, я не успокоюсь, даже если лично отрежу ему голову.

-Пришло срочное сообщение из штаб-квартиры. Маг написал информацию на этой записке и доставил её.

-Неважно, насколько срочно сообщение, в той комнате не кто иная, как Её Высочество Пеймон. Если в сообщении будет какой-то не имеющий значения вопрос, я сверну тебе шею вот этими руками.

-С-сэр Торукель...!

-Хм.

Я быстро схватил записку из рук секретаря и прочёл её. Так как наша фирма в первую очередь ценила эффективность, на записке было начертано всего пара слов. Кроме того, она была зашифрована так, чтобы её могли понять только руководители, так что здесь я был единственным человеком, кто был в состоянии прочесть его.

----------------------------------------

Вспышка эпидемии.

С центром в гаванях, чума распространилась по всей области Королевства Сардиния.

Определенно, в ближайшее время она распространится на окрестные страны.

Смертность: 80%

...

----------------------------------------

-Какого....?

Едва расшифровав сообщение досюда, я вскинул брови.

Говорится, что летальный исход составляет 80%. Не означает ли это, что из десяти человек, что подхватили болезнь, умрёт восемь человек? Это было не обычное заболевание.

Здесь так же заявляется, что "определенно", болезнь распространится на окрестные страны. Это так же серьезно. У торговцев было правило не преувеличивать информацию. Было бы нормально написать здесь, что "ожидается" распространение.

Конечно, Ивар Лодбрук не мог допустить ошибку в этой части... Определенно? Это значит, что эпидемия распространяется с невероятной скоростью? Это совсем нехорошо. У меня появилось зловещее предчувствие...

Следующие строки заставили мои зрачки остановиться.

----------------------------------------

...

Лекарство от болезни находится во владении Владыки Демонов Данталиана.

В данный момент, приблизительная оценка его стоимости составляет 1 200 000 - 3 000 000 золотых монет.

Все руководители обязаны немедленно вернуться в штаб-квартиру.

----------------------------------------

-...

Бессмыслица какая-то.

-М-мне очень жаль. Сэр Торукель. Мне, правда, очень жаль. Я тоже, хотел подождать до тех пор, пока Её Высочество Пеймон не покинет вас, прежде чем передать вам это.

Этого не могло произойти.

-Честно говоря, эта записка была доставлена около часа назад. Но на ней стояла секретная печать первого класса. Я подумал, что сэру Торукелю не понравится, если она будет отложена дольше...

Это было невозможно.

-С-сэр Торукель? Вы меня слышите? Сэр Торукель...

***

Владелец Фирмы Киункуска, Чистокровный Вампир, Ивар Лодбрук

16.07.1505 год по Имперскому календарю

Штаб-квартира Фирмы Киункуска, Высший этаж

Нас всех обвели вокруг пальца.

Честно говоря, я был совершенно сбит с толку.

-Хмм.

В темной комнате, я в одиночку пил вино.

Мой бокал оставался пустым. Это означало, что я глубоко задумался. Так или иначе, я чувствовал, что сегодня буду пить до поздней ночи...

Кто был ответственен за это. Кто был тем, кто оставил Ивара Лодбрука в дураках.

Владыка Демонов Данталиан был ничтожен. У него не хватило бы мозгов на создание такого грандиозного плана. Тогда кто же это.

Был только один ответ. Полукровка-суккуба, эта девчонка была тем, кто стоит за всем этим...

-Лазурит.

В то время, пока аромат вина разливался у моих губ, я произносил имя девушки. Может это всего лишь моё воображение. Вкус алкоголя стал немного слаще.

Желание добиться успеха было красивым. Не удовлетворяться своим текущим положением и продолжать стремиться стать выше. Это отношение, которое каждый должен был принять. Так я считал.

За исключением одного.

Если ты обнажаешь передо мной клыки, история становится совсем другой.

Теперь, я преподам Лазурит урок.

Было жаль раздавить новичка, перед которым лежало такое многообещающее будущее. Я говорил правду. Если бы вы спросили, что я имел этим в виду, то я о том, что Лазурит должна была стать живой, но неживой куклой.

Я держал бокал.

-Ещё один.

-...

Служанка, без слов, подлила вина.

В какой-то момент, эта девушка тоже была многообещающим кандидатом. Она была прямо, как Лазурит. Обладая низким положением, её стремление к власти завораживало. Красота её глаз была бесподобна. Однако, в итоге она оказалась дурой. Она восстала против никого иного, как самого меня.

Яркие глаза, всегда блестевшие интеллектом, теперь были туманными и серыми.

Потеряв свою волю и сознание, она стала всего лишь моей рабой, повинующейся каждой моей команде...

-Какой стыд. И почему все способные таланты не могут удержаться от соблазна пойти против меня?

Я непроизвольно вздохнул.

Я повернул голову к окну, в нем отразилось моё лицо. Удивительно, но я усмехался. Неудержимое наслаждение застыло у уголков моего рта. Казалось, я отлично повеселился.

Это правда.

Факт того, что я чувствовал стыд, был ложью.

Что там скрывать.

Лично мне сейчас было веселее, чем когда бы то ни было.

Этот внезапный поворот был радостью жизни.

Сделать из новенькой марионетку, и подобно вину, которому необходимо дать дозреть, выставить её как куклу в мою персональную галерею...

Это лучшее из удовольствий.

-Лазурит.

Ещё раз.

Я пробормотал имя этой прекрасной девушки.

Я уничтожу все надежды, что у тебя есть, до последней.

Я оскверню тебя с головы до пят.

А когда ты впадёшь в отчаяние и начнешь метаться, я всажу клыки в твою белую шею и сделаю навеки тебя своей рабой.

-Мм.

Я не мог больше сдерживаться.

Я вонзил клыки в шею рабы.

-...Ах, аах... аааах...

Слуга, слегка вздрогнула.

Сознание может и оставило её, но чувство боли осталось.

Аромат её крови был как у хорошо созревшего вина первого сорта.

Я собирал винные куклы, подобные ей последнюю сотню лет.

Но вот уже 60 лет, как число моих кукол остановилось на 32. Всё потому, что люди перестали показывать пренебрежение по отношению ко мне. Скучное было время.

Истинный владелец Фирмы Киункуска. Богатейший человек в мире демонов. Один из трех чистокровных вампиров, оставшихся на этой бренной земле. Все это было адресовано мне. Молодежь, достаточно смелая, чтобы пойти против меня, крайне редка.

В этом смысле, Лазурит стала первой помехой за 60 лет. В связи с этим, она была ещё ценнее, а так же, она была ценна и как моя 33-я винная кукла.

...Теперь, когда я подумал об этом. В моей коллекции были эльфы, ведьмы, оборотни, кентавры, русалки и многие другие. У меня были все виды рас, но не суккуба. А значит, ценность Лазурит, как части моей коллекции была выше.

Интересно, каким ароматом вина пахнет она.

Я сосал кровь слуги, пока она не упала в обморок и рассмеялся.

Киункуска, о великий Киункуска.

Ты заплатишь кровью.

Безликая болезнь (часть 10)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

16.07.1505 год по Имперскому Календарю

Замок Владыки Демонов Данталиана

Жизнь прекрасна.

До такой степени, что даже я, самый большой пессимист в истории, постепенно начинаю признавать это.

В соответствии с настройкой в "Атаке Подземелья", у Владык Демонов нет родителей. Если вы спросите, о чём я говорю, я поясню, что Владыки Демонов рождаются из магической энергии чрезмерно сосредоточенной в одной точке. Рождаются чисто случайно. Их рождение никак не связано с обладанием хорошей личностью или прирожденным талантом, всё это полагается на удачу...

Вот почему люди ничего не могли делать, кроме как смотреть на них с презрением.

Как компетентный крестьянин презирает некомпетентного аристократа. Люди, которые достигли вершины благодаря своему таланту и способностям в одиночку, смотрели сверху вниз на Владык Демонов. "В любом случае, они просто случайно родились Владыками Демонов. Они не станут проблемой, если вы встретитесь с ними в лоб", - вот что они говорили.

Они были беспечны, потеряв бдительность.

И с их стороны, было смертельной ошибкой ослаблять бдительность, даже на секунду, рядом с таким злодеем, как я.

Было всего два случая, когда я думал, что мир прекрасен.

Во-первых, когда я абсолютно ничего не делал и катался по своей кровати.

Во-вторых, когда я вонзал кинжал в спину людей, которые по своей глупости недооценили меня. В такие моменты, я чувствовал, что постиг истинный смысл жизни.

... Моя младшая сестра сказала, что это извращенное толкование и яростно осудила его. Но я не пытался её переубедить. Разве вина не на том, кто ослабляет бдительность?

Когда лев охотится на кролика, он ставит на охоту всё. Именно поэтому, охота была невероятно утомительной работой. Если ты не собираешься с самого начала делать всё возможное, то лучше вообще не начинать работу. Работа вполсилы возвращает такой же и результат. Эффективней было бы просто быть похожим на меня и бездельничать весь день, экономя энергию.

Если приходится преодолеть лень, чтобы пойти охотиться, то делай это сразу.

Закончи игру, не дав ни единого шанса противостоять.

В данный момент, результат стоял прямо передо мной.

-Оох, Лала. Цвет твоего лица сегодня довольно темный.

-...

Лазурит стояла молча.

Выражение её лица было не столь острым, каким бывает оно обычно. Её глаза, которые раньше были прозрачны, как стекло, сейчас неясные. Это глаза, которые я видел уже прежде бессчетное количество раз - глаза поверженного человека.

-Что это может быть? Магическое заклинание, которое ложится на женщин каждый месяц? У тебя тоже трудный период в жизни.

-... Как Ваше Высочество предугадали это.

-Ох, Лала, дорогая Лала. Я слышу нетерпение в твоих словах.

Подобно статуе лежащего Будды, я лежал на боку, подперев голову рукой.

-Всегда хладнокровная и спокойная, вот в чем твоё обаяние. Пожалуйста, удели еще немного внимания этой твоей красоте.

Лицо Лазурит потемнело ещё сильнее.

Бедняжка.

Несмотря на это, я скорее любил подвергать проигравшего танталовым мукам. Прошу, прими участие в моем высмеивании еще немного.

Прим. пер.: танталовы муки - это различные переживания или мучения, вызванные невозможностью достичь вожделенной и такой близкой цели.

-Какова была реакция у Фирмы Киункуска?

-...Было похоже на разворошенный пчелиный улей. Всего несколько часов назад был разослан приказ на сбор руководителей. Ваша покорная слуга так же получила повестку немедленно явиться в штаб-квартиру.

-Ох-хо. Тогда почему ты здесь, а не направляешься туда?

-...

Лазурит не ответила.

Нет, было бы правильнее сказать, что она была не в состоянии ответить.

Я хитро улыбнулся.

-Позволь угадать, о чем ты думаешь. Ты рассудила, что твоя жизнь будет в опасности, если ты отправишься в фирму сейчас. Руководители фирмы не имеют ни малейшего представления о том, что лишь я один спланировал всё это. В их сознании, виновником всего инцидента являешься ты, Лазурит.

Лазурит уставилась на меня.

Как раненый зверь, с ненавистью глядящий охотнику в глаза в последний миг.

-Вот почему, Ваше Высочество отправили Вашу покорную слугу в Сиракузы? Чтобы посеять разногласие среди руководителей фирмы. Что Ваша покорная слуга была автором этого умысла.

-Верно.

Если подумать логически, предсказать появление чумы невозможно. Кто-то, задействовав неизвестные методы, нарочно распространил болезнь в Сиракузах. Вот нормальный вывод, к которому придут люди.

Кто бы это мог быть?

На кого покажут пальцем руководители фирмы, как на преступника?

-Той, кто соблазнила Владыку Демонов и стала его любовницей, была ты.

Была одна женщина, которая пленила Владыку Демонов своим телом.

-Той, кто побудила Владыку Демонов на взятие в кредит у фирмы большего количества золота, так же была ты.

Была одна женщина, которая страстно убеждала руководителей, что появилась прекрасная возможность надеть ошейник на Владыку Демонов.

-Так совпало, что человеком, который находился в районе, где болезнь впервые распространилась, так же была ты.

Была одна женщина, о которой сообщили, что она была именно там, где изначально вспыхнула Черная Смерть...

-И наконец, тем, кто купил несколько тысяч растений, которые могут вылечить данную болезнь, была никто иная, как ты.

Это было так.

Именно ради этого, я поручил все детали сделок Лазурит. Встречи с небольшими фирмами и аптеками, а также процесс скупки растений. Все документы прошли через Лазурит.

Ну, а теперь.

-Теперь, у руководителей твоей фирмы не осталось иного выбора, кроме как сделать тебя главной подозреваемой.

А самое главное, что Владыка Демонов Данталиан, в этой постановке, был марионеткой, контролируемой суккубой. Той, кто дергает за ниточки была полукровка Лазурит, вот что остается предположить всем руководителям.

Несмотря на то, что все они совершенно неправы.

Я усмехнулся.

-Лала, ты так же дошла до этих мыслей. Вот почему, ты пришла сюда, вместо того, чтобы вернуться в штаб-квартиру. Хорошее решение. Если бы ты вернулась в штаб-квартиру, то тебя бы там покарали, не задавая никаких вопросов.

На мгновение повисла тишина.

В разрухе комнаты Владыки Демонов, ранее разгромленной искателями, за исключением кровати, в комнате было полно пыли и мусора, в этой серой комнате, Лазурит первой нарушила молчание.

-...Зачем? - медленно спросила Лазурит, - зачем Ваше Высочество раскрыло всё это Вашей покорной слуге?

-Потому что я очень высоко ценю тебя, Лала.

Я встал с постели.

-Ты прекрасна. Я хвалю не твою внешность. Я говорю о твоей внутренней красоте.

Я подошел к Лазурит.

-Несмотря на то, что ты родилась полукровкой-изгоем, ты не избавилась от своей страсти к власти. Ты даже пыталась принести Владыку Демонов в жертву ради собственного успеха. Ещё один шаг. Если бы ты была способна сделать еще один шаг, то могла бы стать руководителем в Киункуска.

Необыкновенная жажда власти.

Хладнокровие, что не боится жертв.

И в дополнение к этому, талант, что помог преодолеть происхождение и ранг.

-Я хочу, чтобы ты была моей.

Я поднял голову Лазурит за подбородок.

Бесконечно голубые глаза смотрели на меня.

-Покинь Фирму Киункуска и перейди под мое командование. Киункуска, в конце концов, не более, чем фирма. Деньги могут быть большими, но они ничто в сравнении с властью. Власть - вот что действительно будоражит и приводит людей в восторг.

-...Ваше Высочество всего лишь раз добились успеха, - тихо сказала Лазурит.

Наши лица были так близко, что мы могли чувствовать дыхание друг друга.

-Конечно, Ваше Высочество получит много денег. Однако, здесь всё ещё не будет никакой власти. Ваше Высочество по-прежнему занимает 71-ый ранг, низший Владыка Демонов, у которого нет адекватного фундамента. Каким образом, Ваше Высочество планирует даровать власть Вашей покорной слуге.

-Я оставлю все торговлю лекарством на тебя.

Лазурит колебалась.

Я медленно двигал свое лицо ближе к ней. Я не спешил. Она уже была поймана в центре паутины. Она не могла убежать.

-Закрой глаза. Представь. Континент будет кричать, как в кошмаре, когда чума охватит его. Независимо от того, насколько короткой она будет, она продлится минимум 2 года. Если продолжится дальше, то закончится только через пять лет. Погибнут сотни тысяч людей. Среди них будут богачи и дворяне. Для того, чтобы бороться за жизнь, они пойдут на всё.

Лазурит, слушая мой рассказ, закрыла глаза.

Мягким голосом, я прошептал ей на ухо.

-Это лекарство позволит тебе контролировать жизнь этих людей, и я дам его тебе.

-...

-Бессчетное количество людей, находящихся у власти, будет бегать за тобой чтобы ты продала им лекарство. Если ты продашь его, то люди у власти будут жить. Если не продашь, то люди у власти встретят свой конец. Одно лишь твоё слово могло бы вызвать у различных властителей восторг, отчаяние, печаль и сожаление о небытии...

Я гладил рукой её бедра.

Лазурит, хоть и слабо, нахмурила брови.

Ладонью, я слегка чувствовал её кожу. Гладкое тело, без ненужного жира. Будто ища неизвестное, я водил своей рукой по её телу здесь и там.

От её груди к животу.

От живота к её талии.

-Полукровка. Отброс демонов. Дочь шлюхи. Изгой. Ты, кто привыкла быть презираемой и осужденной этими именами, мгновенно схватишь жизни сотен тысяч людей. Каково это, Лала? Каково это чувство, Лазурит?

Именно тогда, я почувствовал, как мой палец на что-то наткнулся.

Я нашел это.

-То, что ты чувствуешь сейчас, и есть власть.

Я дерзко сунул руку ей под одежду.

Лазурит сильнее нахмурила брови. Неужели она думает, что будет изнасилована здесь? С довольным видом, я вытащил круглый металлический предмет, который был скрыт у талии под одеждой Лазурит. Когда я это сделал, Лазурит, открыв рот, испустила: "Ах". Взгляд удивления.

Это был серебристый металлический предмет.

На первый взгляд, казалось, что это карманные часы. Но если бы это были настоящие часы, то к ним был бы подсоединён ключ, используемый для завода часового механизма. Этот объект не имел цепочки для часов.

-Вот почему, я так высоко тебя ценю.

Я игриво помахал металлическим предметом перед её глазами.

Лазурит кусала губы.

-Ваше Высочество знали об этом с самого начала?

-Ну, это было всего лишь предположение.

Магический артефакт "Пьеса-Воспоминание".

Это был тип устройства записи, который записывал и сохранял аудио. Если он был хорошего качества, то он мог записывать даже видео, подобно видеокамере.

Этот предмет продавался по огромной цене в "Атаке Подземелья". Скорее всего, в этом мире всё так же.

Лазурит, скорее всего, хотела доказать свою невиновность руководителям фирмы. Проблема заключалась в том, что у нее не было никаких доказательств. Таким образом, Лазурит собиралась их получить...

Какое доказательство могло доказать её невиновность? Наиболее эффективным способом было бы, очевидно, получить признание от настоящего виновника. Так что не было никаких сомнений, что она применит артефакт "Пьеса-Воспоминание".

-Грустно. Мм, немного не повезло. Если ты всё сделала хорошо, то тут всё ещё есть шанс стать гордым директором филиала в Фирме Киункуска, но. О Боже. Ты только взгляни на это...

Я бросил серебряный предмет на пол.

А потом, подняв правую ногу, я растоптал его пяткой своего ботинка.

С хрустом, вы могли слышать чистый звук разламывающихся металлических частей. Я повторил это действие пять раз. Затем я взял уже разбитое устройство и со всей силы бросил его о стену.

Я пожал плечами.

-Кажется, твоя последняя возможность сломалась.

-...

-Лала. Перед тобой два пути. Ты не можешь не выбрать ни одного из них. Первый путь. Ты вернешься в фирму без доказательств. Убедительно взмолишься о своей невиновности. Тогда, гм. Тогда... если тебе повезет, то, возможно, ты сможешь сохранить свою жизнь.

Я мягко похлопал её по плечу.

-...Каков второй путь? - сказала Лазурит.

Это было великолепно. Несмотря на то, что ей поставили мат, её голос был по-прежнему холоден. Независимо от того, в какой эта девушка была безвыходной ситуации, даже если её жизнь висела на волоске, было ясно как день, что она будет сохранять спокойствие.

Подобно мне, три месяца назад.

Пока был окружен искателями.

-Перейди под моё крыло. Лазурит. Ох, Моя грязнокровная покорная слуга. Если ты отдашь мне свой талант, я обеспечу тебе статус. Если ты отдашь мне свою верность, я дам тебе силу. Претворю в жизнь твои надежды и желания, что хранятся в твоей груди на этой земле, а ты будешь должна защищать меня от надежд и желаний других людей.

Короче говоря, давать и брать.

Разве это не привлекательная логика?

-Что Ваше Высочество сделает, если Ваша покорная слуга предаст Ваше Высочество?

-Ах, не заблуждайся. Я не прошу от тебя абсолютной верности. Если хочешь предать меня, то милости прошу. Если ты считаешь, что кто-то другой, сможет дать тебе больше преимуществ, чем я, то конечно тебе стоит так поступить.

Я не верю в дружбу.

Я больше не верю в любовь.

Кроме того, у меня не было никакого доверия верности.

-Но я обещаю тебе, ты будешь во всей полноте наслаждаться высшей силой власти.

Тем, во что я верю, был равноценный обмен.

Акт разумных людей, меняющих товары одинаковой ценности.

-...

-...

Лазурит уставилась на меня. Я не избегал её взгляда. Молчание было неловко только тогда, когда в глазах друг друга не было никаких мыслей. Мы до сих пор пытались постигнуть взгляд друг друга.

Что-то было внутри меня.

И так же, что-то было скрыто внутри неё.

У нас не было никакой причины бояться молчания.

И наконец.

-Я поняла, Ваше Высочество.

Лазурит опустилась на одно колено.

Она посмотрела на пол, и поклонилась.

-Я, Лазурит, родившаяся от суккубы Хумбаба и выросшая в переулках городов, человек, что в течении 10 лет работала на Фирму Киункуска в качестве купца третьей степени, должна забыть о своём прошлом и жить исключительно целью подчиняться Владыке Демонов Данталиану. Это сердце. Эта голова. Эта душа, навсегда должны быть во власти Вашего Высочества.

Как только её клятва верности была закончена, появились несколько уведомлений.

[Лазурит была нанята в качестве подчиненного.]

[В статусе Лазурит появилась степень преданность.]

[Нестабильная преданность. Другая сторона рассматривает вас как господина лишь по договору. Другая сторона может предать вас в любой момент.]

Я улыбнулся.

Мне особенно нравилась линия предательства в любой момент. Будь то грязная дружба или вечная любовь, вместо этих высокопарных линий, эта линия была более надежной.

Бессмертная любовь, в которой мой отец клялся моим матерям, в конце концов, терпела неудачу. У людей нет силы, чтобы чтить такую любовь.

Вместо того, чтобы беспокоиться о таких ненужных вещах, я предпочел бы быть ленивым.

Вместо того, чтобы быть грубо серьезным, я бы предпочёл быть серьезно грубым.

Таково моё кредо, мои правила, обитые железом.

Внезапно, из моих воспоминаний, появились слова отца:

"Сын. Будь заранее готов."

"Неважно, что ты выберешь..."

"Ты проживёшь ещё более бесчувственную, чем у меня жизнь."

Прости, отец.

Я не собираюсь повторять жизнь, что была у тебя.

Ты был успешен, как член общества. Однако, ты совершенно провалился, как муж. Я был недоволен этим уже давно. Почему ты становишься одержим кем-то, если уже знаешь, что провалишься?

Если ты не уверен, что добьешься успеха, то не гонись за ним. Вот мой ответ. Это означало, что люди не будут в отчаянии из-за меня. Ты был единственным раскаянием в моей жизни, отец. Я не хочу стать раскаянием другого человека...

-Хорошо. Лазурит.

Я опустился на свои колени, чтобы наши глаза были на одном уровне.

Мы не были просто господином и вассалом. Нанимателем и подрядчиком. Мы были партнерами, основанными на обещании равных прав. Я хотел выразить это ей своим телом.

-Я, Данталиан, никогда не отвечу на твои советы молчанием, и никогда не отвечу на твои предложения презрением. Если ты потеешь и истекаешь кровью ради моего имени, то я должен заплатить за каждую каплю твоего пота и крови.

Я крепко держал её за руку.

Я чувствовал это и раньше, но её рука действительно была мягкой.

Лазурит, долго посмотрев на меня, слегка, совсем слегка кивнула головой.

-...Я к вашим услугам, Ваше Высочество.

Три месяца спустя моего попадания в этот мир.

Я назначил своего первого вассала.

Безликая болезнь (часть 11, заключительная)

Руководитель Киункуска, Скупой Гоблин, Торукель

20.07.1505 год по Имперскому календарю

Штаб-квартира Фирмы Киункуска

Штаб-квартира фирмы была в большем беспорядке, чем обычно.

Гоблины заглядывали глубоко в хрустальные шары и расшифровывали послания. Расшифрованное они одним росчерком записывали на листе пергамента и затем передавали его фее.

Феи, размером с ладонь, стонали, пока перемещали пергаменты. Из операционного отдела в отдел контрмер, отдел распределения и в отдел старших офицеров. Штаб-квартира была довольно большим зданием и всё же летающих повсюду фей было так много, что под потолком можно было видеть пробки.

-В Кельне обнаружена история болезни пациента!

-Мы уверены, что чума следует по реке Рейн и распространяется на север.

-Это сделало совершенно бесполезным закрытие Королевства Сардинии.

-Дама из Дома Сфорца слегла с болезнью...

Отчеты прибывали в массовом порядке со всего континента. Сплошная головная боль для всех сотрудников. Среди них был гоблин, видимо не спавший в течении последних нескольких дней, отчего его глаза отекли и были налиты кровью. Кирурук, как жалко.

Проходя по штаб-квартире, я направился прямо в личный кабинет Ивара Лодбрука. На секунду, я подумал, что вошел не в ту комнату. Здесь было навалено так много стопок бумаг, что даже нельзя было разглядеть фигуру Ивара Лодбрука. Если бы я не услышал его мрачный голос над кучей бумаг, то я бы определенно, покинул эту комнату.

-Что там, Торукель?

-Очень ужасно. Кирук.

-Ого, значит ужасно? Но скоро все будет ещё более ужасно. Садись.

-...Садиться, куда?

Разумеется, о столе не могло быть и речи, но бумаги были раскиданы и по всему полу.

-Да где угодно. Вся информация, так, или иначе, уже хранится у меня в голове.

-Как всегда, превосходная способность к запоминанию... Итак, проявляет ли чума какие-либо признаки угасания?

-Вообще нет, - мгновенно ответил Ивар Лодбрук, - болезнь распространяется с ужасающей скоростью. Союз Калмар и Царство Московское, за исключением Венеции, уже разъедаются чумой. Остальные страны столкнутся с этим заболеванием очень скоро. Аналитики нашей фирмы уже предрекают 30% людских потерь.

Прим. пер.: да, автор совершенно не заморачивается с придумыванием географических названий.

-Погибнет 30% всего континента? Вы шутите?

-Скажи, я хоть раз за всю свою жизнь шутил?

Я невольно пробормотал про себя. Тридцать процентов. Невозможно представить. Это означало, что миллионы людей и демонов умрут. Я не мог даже гадать, насколько ужасным будет ущерб.

-Все лорды временно прекратили торговлю с нашей фирмой.

Ивар Лодбрук говорил таким тоном, будто он чем-то наслаждается.

Или он своим веселым отношением пытается быть в теме даже в этой ситуации? Он на сам деле не в своем уме. Постойте, что важнее, что он только что сказал? Каждый лорд перестал с нами торговать?

-Разве это не огромное событие?

-О-да, это огромное событие. Они боятся, что вместе с товаром, мы так же привезём и болезнь. В связи с этим, все виды товаров, которые мы готовили в течении долгого времени, теперь гниют в трюмах кораблей и хранилищах.

-Не говорите мне, что и остальные фирмы тоже...

-Везде так же. Стала вся торговля.

Это был беспрецедентный кризис.

Эта чума уничтожала не только человечество. Экономика континента разваливается сама по себе. Вот почему, вне зависимости от того, подхватил ты болезнь или нет, все вы несетесь прямо в ад.

После того, как моё лицо посинело, Ивар Лодбрук сменил тон на серьезный.

-У нас, демонов, по крайней мере, лучшие условия. В отличие от людей, мы изучали черную магию на протяжении сотен и тысяч лет. У нас есть понимание того, как справиться с болезнями и свести ущерб к минимуму. Однако, люди другие. Они запретили черную магию на государственном уровне. Поэтому, в подавляющем большинстве случаев, им не хватает опыта и информации. Для них будет не 30, а 40 процентов. А возможно даже, дойдет и до 50.

-О, Господи...

-Проблема заключается в том, как Лазурит предсказала эту эпидемию.

Ивар Лодбрук достал из-под одежды трубку.

Он начал бормотать, набивая трубку табаком.

-Чтобы знать, лекарство от болезни и установить монополию на него. Это было не случайно. Нет никаких сомнений в том, что чума была устроена искусственно.

-Вы говорите... что кто-то умышленно распространил болезнь?

Ивар Лодбрук кивнул.

Но возможно ли это? Лазурит была всего лишь суккубой-полукровкой. У неё не было возможности самостоятельно создать такой род болезни. Нет, на континенте не было ни единого человека, кто был бы способен на это.

Будто прочитав мои мысли, Ивар Лодбрук сказал:

-Если здраво поразмышлять об этом, то станет ясно, что это несбыточная сказка. Однако, если ты Владыка Демонов Барбатос, то такая ситуация становится возможной.

-Владыка Демонов Барбатос...

Владыка Демонов восьмого ранга.

Она была известна как величайший некромант континента, а так же упоминалась как Бессмертный Монарх.

Армия, во главе которой стояла Владыка Демонов Барбатос, состояла из 5 000 мертвецов. Они были давно умершими трупами. Барбатос, мэтр черной магии и болезней, смогла бы создать чуму, подобную этой. Вот, что заключил Ивар Лодбрук...

Это означало, что Лазурит была пешкой Барбатос.

Данталиан был просто поддельной приманкой, выставленной вперед напоказ. Была ли Барбатос истинным виновником? Так ли это. Было ли это правдой...

-Это не необоснованное утверждение. Владыка Демонов Барбатос всегда презирала людей. Если произойдет вспышка эпидемии, потери на человеческой стороне намного перевесят потери у демонов. Это очевидно.

Ивар Лодбрук продолжил говорить в сдержанной манере.

-Таким образом, не было бы странно, если бы Владыка Демонов Барбатос поставила бы целью уничтожить эпидемией человеческую расу. Целесообразней добавить, что это рациональное предположение.

-...Это ужасно.

Теперь я понял, почему Ивар Лодбрук сказал мне, что дальше всё станет только хуже.

Распространить эпидемию просто для того, чтобы избавиться от одной расы. Даже забыв о рациональности, это было непростительное преступление. Мысль "могли ли люди быть настолько отвратительными" вертелась в моей голове, подавая сигналы к рвоте.

-В конце концов, таков характер Владык Демонов. Для того, чтобы воплотить свои мечты в жизнь, они не заботятся тем, будут ли их методы подлыми или нет. Так было на протяжении тысяч лет.

-...Должны ли мы просто молча стоять здесь? Пока миллионы людей кричат в агонии, Барбатос, Данталиан и Лазурит находятся в сговоре. Требуется возмездие.

-Я разделяю это мнение. Торукель. Посмотри на это.

Ивар Лодбрук щёлкнул пальцем.

Определенный свиток поднялся с его стола и полетел ко мне. Получив свиток, я развернул его влево и вправо.

На пергаменте было написано, что через месяц, все Владыки Демонов встретятся вместе. Эта встреча называлась Вальпургиева ночь.

Место - Нифльхейм... Так уж совпало, что это город, в котором расположена штаб-квартира Фирмы Киункуска. Это была блестящая возможность пронаблюдать за встречей.

-Кирук. Это большая встреча, что происходит лишь раз в несколько лет.

-Скорее всего, чтобы принять контрмеры от чумы. Владыка Демонов Данталиан также будет присутствовать. Десять к одному, что маленькая суккуба придёт вместе с ним. Там мы и покончим с этими двумя.

Но.

У нас не было никаких доказательств предположения, что Владыка Демонов Барбатос была истинным виновников. Однако, если мы запугаем Данталиана или Лазурит, а после подвергнем их пыткам, то мы сможем получить хоть какие-нибудь необходимые доказательства.

-Скажите мне, что делать, Лодбрук.

Особенно Лазурит. Эту девушку, я не мог простить.

Несмотря на то, что мы вызвали её, Лазурит не ответила. Оборвала свои контакты. Не оставалось никакого другого выбора, кроме как расценить это, как явное предательство фирмы.

Она забыла о предоставленной нами благодати, когда мы приняли её к себе.

Наказание должно последовать немедленно.

-В данный момент, я собираюсь связаться с Данталианом. Торукель. Ты отправишься к Её Высочеству Пеймон и обратишься к ней с просьбой.

-...Её Величеству Пеймон?

-Виновником является Барбатос. Лишь Её Высочество Пеймон способно противостоять ей.

Я кивнул.

Известно, что Барбатос и Её Величество Пеймон были в плохих отношениях. Если это значит возможность нанести свободный удар по Барбатос, то Её Высочество Пеймон не откажет.

О, великий Киункуска.

Вы заплатите кровью.

Коварные романтические приемы (часть 1)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

15.08.1505 год по Имперскому Календарю

Замок Владыки Демонов Данталиана

Уход из дома всегда ведет к беде.

Я заявляю, что это утверждение является правдой.

Традиционно, люди учат уроки жизни из биографий великих людей.

Одна истина, которую я был способен открыть из океана истории человечества с незапамятных времен, была в том, что все когда-либо случавшиеся происшествия, были за пределами дома.

Причина, по которой Будда прошел через такие страдания заключалась в том, что он сбежал из дома. Причина, по которой Цезарь был убит заключалась в том, что он бесцельно блуждал снаружи.

Самая запоминающаяся смерть была у философа Рене Декарта. Этот человек изначально проводил свое время за дрёмой, однако, ему приказали "приходить на работу к пяти утра", и вот, Рене Декарт умирает от переутомления. Узнав о такой исторической трагедии, я, будучи ещё молодым, понял: Никогда не выходи на улицу. Тогда ты наверняка будешь в безопасности.

Историки, возможно, встретят такое блестящее решение овациями. Мое имя навеки запомнят, как защитника учения в исторических книгах.

Но я не мог стать счастливым.

Мир был переполнен людьми, завидовавшими гениям. Я мог произвести впечатление на историков, но вот восхитить публику было невероятно сложно. В последнее время, я мрачно встречал утро, подобно гению, трагически пожираемому заживо ревностью и завистью людей...

-Ваше Высочество Данталиан.

Виновником возникновения этой трагедии была Лазурит.

По иронии судьбы, она была моим первым вассалом.

-Уже 11 утра. Пожалуйста, вставайте.

-Мм, ммм... Разве 11 утра это не рассвет...?

-Ваша покорная слуга даже не знает как на это реагировать. Если ей нужно обратить на это внимание, то 11 утра совсем не рассвет, - спокойно произнесла Лазурит.

Эта несговорчивая суккуба, представлявшая людей, делала все что было в ее силах, чтобы помешать моему лежачему образу жизни. Мне кажется, она ошибочно спутала свою обязанность с судьбой.

Я застонал, будто политик, попавший под нападки со стороны СМИ.

-Кто умудрился тебе сказать, что 11 утра не рассвет...?

-Мой здравый смысл.

Я натянул одеяло поверх головы.

Желать избавить меня от комфорта. Если это не невообразимое насилие, то я не знаю, что это. Я уверен, одного только ухудшения её цикла было недостаточно, тут налицо и пара разболтавшихся винтиков в её голове.

-Большинство людей психически больны. Здравый смысл есть не что иное, как правила, которыми эти психически нездоровые люди классифицируют себя. Таким образом, это правила для псих-больниц. Будучи уникальным здравомыслящим индивидом, я не поддамся давлению этих психопатов...

-Хаа. Сейчас Ваше Высочество проспали 22 часа.

"Покажи немного сдержанности и поднимайся", - вот какое слабое предупреждение я услышал в её голосе.

Я ещё крепче обнял свою подушку, отчаянно демонстрируя свою волю к сопротивлению.

-Хватит думать так закостенело. Миру не настанет конец. А раз так, то не лучше ли поспать ещё 10 минуточек?

-...Верно ли я поняла, что Ваше Высочество отменит конец света лишь благодаря 10 минут сна? Ваша покорная слуга ничего не может сделать, кроме как восхититься невообразимой способности Вашего Высочества перескакивать через логику.

Лазурит говорила будто она была ошеломлена.

-Это концептуальный сдвиг. Я каждый день живу полной жизнью, как будто следующий уже не настанет. Короче говоря, я делаю все, что от меня зависит, чтобы быть ленивым.

-Ваша покорная слуга никогда бы не подумала, что слово "делать" и слово "лень" могут быть так тесно связаны по смыслу.

Щёлк

Над моим одеялом раздался звук щелкнувшего пальца.

Миг спустя, моё одеяло начало беспокойно двигаться, а затем поднялось само по себе. Это была магия. Я поспешно вытянул руку, пытаясь схватить хотя бы край своего одеяла, но безуспешно.

-А, ааа! Подожди!

-Пожалуйста, спите умеренно. В Вашей жизни нет необходимости спать столь чрезмерно. Если кто-то умрёт, разве не означает это, что он сможет вечность проспать в своей могиле?

Одеяло пролетело через всю комнату.

Я яростно посмотрел на Лазурит.

-Магия это жульничество!

-Вашей покорной слуге казалось, что Ваше Высочество любит жульничество.

-Единственный, кому позволено в этом мире жульничать, это я. Единственное, что подходит остальным, это прожить честную, ординарную жизнь. Так я буду способен получить выгоду, когда бы я ни захотел, разве это не правильно!?

-Судя по всему, похоже что Ваша покорная слуга решила служить не тому господину...

Лазурит испустила слабый вздох.

-Ваше Высочество. Вальпургиева ночь пройдет послезавтра. Если мы не выйдем прямо сейчас, то в итоге, не сможем принять участие в совещании.

-Не принимать участие. Это хорошо. Не принимать участие. Честно говоря, звучит прекрасно.

-Вы не можете. Если Ваше Высочество Данталиан уклонитесь от совещания по контрмерам чумы, обладая при этом массовым количеством лекарства, то Ваше Высочество жестко раскритикуют и обругают. Если таким образом я смогу защитить Ваше Высочество, то Ваша покорная слуга готова использовать самые крайние меры.

-Ого. Ты становишься довольно сильной.

Я фыркнул.

-Извини, но у меня нет родителей или семьи, у меня даже нет друга детства, с которым я расстался в раннем возрасте. Другими словами, я представляю абсолютную силу! Я хочу посмотреть, как ты планируешь победить меня, Владыку Демонов Данталиана, не имеющего ни единой слабости. Давай же, используй свои самые крайние меры, которыми ты так гордишься.

-Хорошо. Как Вам будет угодно.

Щёёлк.

Лазурит снова щёлкнула своим пальцем.

Подушка, плотно прижатая моими руками, плавно выскользнула из них.

-Нееееееееет!?

-Вот. Как Ваше Высочество и приказали.

-Почему ты, хитрюга, так гордо подняла подбородок!? Верни мою подушку немедленно! Это не просто подушка! Это моя душа. Это часть моей души!

-Мои извинения.

В этот момент, со звуком "пуф", подушка взорвалась.

Посыпались белые перья.

-My pretty soul...!? - закричал я. //Прим. пер.: он закричал на английском, переводится как "Моя милая/прелестная душа...!?"

Как у героя, только что потерявшего из-за Владыки Демонов свою подругу детства (которая находилась на втором месяце беременности), бывшей магом, всё моё тело содрогалось.

-Душа мертва.

-Ты Дьявол!

-Вполне естественно звать Вашу покорную слугу Дьяволом. С Дьявольскими способами, Ваша покорная слуга сможет заставить Ваше Высочество встать. Даже если Ваше Высочество накажет Вашу покорную слугу, она останется верной до самого конца.

-Почему ты такая тщеславная!? Мы что, поменялись ролями!?

-Прошу прощения. На самом деле Ваша покорная слуга сильно отличается от Вашего Высочества.

-Похоже, что ты раскаиваешься, но это так раздражает...

-Прошел месяц с тех пор, как Ваша покорная слуга назначена Вашим Высочеством Данталианом. За этот короткий период времени, Ваша покорная слуга встретилась не более чем с 72 фирмами и продала лекарство от болезни. Для того, чтобы набить цену на черную траву, Ваша покорная слуга не торопилась с предложением, таким образом сумев продать черную траву по запредельной цене в 10 золотых за штуку. В связи с чем, в хранилище Вашего Высочества сейчас в общей сумме около 500 000 Либр. И всё ещё осталось 25 000 трав, которые только предстоит продать. Эта сделка, без сомнения, войдет в историю.

Прим. пер.: Здесь автор допустил ошибку: 10*5 000 = 50 000, так что, в хранилище всего 50 000 Либр. Эта ошибка обнаруженна автором позже

-Ты и правда отличаешься...!?

-Так и есть. Можно сказать, что Ваша покорная слуга совершенно в другом измерении от Вашего Высочества, который провел прошлый месяц за развратом с подушкой.

Мне показалось это более впечатляющим в том смысле, что Лазурит могла говорить от начала и до конца с совершенно стоическим лицом. В самом деле.

Если я правильно помнил, в "Атаке Подземелья", годовой доход Имперцев Габсбургской империи составлял 500 000 золота. Лазурит смогла заработать аналогичную сумму всего за месяц.

Честно говоря, признаюсь, что у нее были огромные способности.

Если бы она не вмешалась в мой сон, я бы даже погладил её по голове.

Тем не менее, она не только украла моё одеяло, но и уничтожила мою подушку... Лазурит совершила нечто непоправимое и пересекла реку Рубикон.

Компромисс был невозможен.

Я, как гордый член Совета Старейшин Римской Республики, искренне презирал тирана, не знавшего своего места и пытавшегося стать диктатором. Хорошая идея, отпраздновать сейчас свою победу, Юлий Цезарь. В итоге, ты получишь ножом в спину от ребенка. Ты думал, что был добр и вежлив...

-...Что мне делать. Лишь потому, что я уничтожила подушку, человек, которому я поклялась служить как своему господину, свирепо смотрит на меня, будто я была его заклятым врагом. Я скорее шокирована, чем обеспокоена.

-Лала.

Я серьёзно её предостерег.

-Прекрасно, что ты используешь моё имя, чтобы получить власть. И так же прекрасно, что ты набиваешь свои карманы, пока зарабатываешь деньги. Но есть кое-что. Вне зависимости от всего этого... абсолютно непростительно с презрением относиться к моей подушке! Ты поняла! Это категорический приказ!

Лазурит посмотрела на меня.

У неё были глаза человека, смотревшего на неутилизируемые промышленные отходы.

Коварные романтические приемы (часть 2)

Полукровка, Лазурит

15.08.1505 год по Имперскому календарю

Замок Владыки Демонов Данталиана

Я была способна вытащить Его Высочество наружу.

По словам Его Высочества Данталиана, последний раз он выходил 4 месяца назад. Он заперся с тех пор, как сюда вторглась группа искателей приключений, возглавляемая Рифом.

Возможно ли, что Его Высочество Данталиан не Владыка Демонов, а вампир? Прямо сейчас, я могла поверить даже в такую бессмыслицу. Можно только поражаться лени Его Высочества.

-С-солнце слишком яркое...! - вскрикнул Его Высочество, как только мы вышли из пещеры.

Закрыв лицо руками, он опустился на пол... Ты упырь? Ты тот тип нежити, чья плоть плавится под солнцем?

Хуже всего было то, что сейчас был даже не полдень. Был вечер. В небе разливается прекрасный отблеск заходящего солнца. Даже гули, с гнилыми внутренностями в это время суток двигались бы энергично. Как только я указала Его Высочеству на этот факт, Его Высочество серьезно посмотрел на меня.

-Как ты невежественна. По происхождению, люди, так же уставшие от жизни, как и я, находят даже заходящее солнце ослепляющим и невыносимым.

-Это выступление могло бы быть милым, но вот действия Вашего Высочества просто ужасные.

Я всё ещё не могу в это поверить.

Был ли этот лентяй действительно "тем" Данталианом, который так просто забавлялся с Фирмой Киункуска? Это ведь не какая-то ошибка, правда?

Из моего рта вырвался вздох. Это был 21-ый вздох за сегодня. Мне стоит быть осторожной, чтобы это не стало привычкой.

-...Изначально, использование телепортационной магии было быстрейшим способом передвижения. Однако, из-за вспышки чумы, все города запретили телепортацию. Мы воспользуемся другим методом.

-Как здорово. Быстро пытаются создать контрмеры для заболевания, что показывает, насколько компетентно руководство города. Снимаю перед ними шляпу. И раз так, я буду терпеливо ждать снятия запрета.

Его Высочество повернулся спиной и попытался направиться обратно ко входу в пещеру.

Однако, не сумев сделать и двух шагов, он остановился. Я заранее схватила Его Высочество за плащ.

-Ваша покорная слуга не позволит Вашему Высочеству уйти.

-Чертова суккуба с хроническим пмс.

-Нет смысла Вашему Высочеству клясть Вашу покорную слугу. Знает ли Ваше Высочество, сколько часов потребовалось, чтобы перетащить Ваше Высочество досюда?

-Уууух...

-Нет смысла Вашему Высочеству и делать жалкое лицо. Во-первых, жалкое выражение не подходит Вашему Высочеству. Пожалуйста, постарайтесь отныне сдерживаться от подобного, потому что существует опасность, что того, кто его увидит, может стошнить.

-Ты и правда излишне честна!

Я вытащила из кармана часы, и посмотрела время.

Так как телепортационная магия отпадала, я вызвала ведьм.

Сестры Бирбир. Они были одной из пяти талантливейших групп в мире демонов. Хотя в наши дни, из-за телепортационной магии, путешествие на метле стало устаревшим способом, у нас не было никакого другого выбора.

-Они должны прибыть в ближайшее время.

Карманные часы показывали 11 часов и 55 минут. Они отображают, когда прибудет другая сторона. Они были одним из основных магических инструментов для занятых торговцев.

Начальной точкой было 12 часов. В зависимости от их местоположения относительно вашего, время изменится соответствующим образом. 11:55 означало, что они были в пяти минутах от нас. Ведьмы собирались прибыть через пять минут.

И точно.

Можно было услышать звук песни. Мне казалось, что он шел с неба, но также чувствовалось, что он шел со всех концов леса, шел от входа в пещеру.

"Мир мечты, мы дрейфуем по волшебному небу.

Вращаться, всё и вся будет вращаться.

Планеты будут вращаться, падающие звезды будут вращаться, всё будет вращаться.

Взявшись за руки, мы, ведьмы, тоже вращаемся.

Вы трижды, я трижды, еще раз, мы трижды закрутились.

Собравшись вместе, мы повернулись триста тридцать три раза."

Хор приблизился

По-началу, казалось, будто это стая гусей, летящих по небу зимой. За исключением того, что они были слишком велики, чтобы называться гусями. По правде говоря, крылья были плащами, а клювы - мётлами.

12 ведьм изящно приземлились.

Все они, идеально синхронно, опустились на колени.

-Священный и неприкосновенный представитель, символизирующий абсолютное достоинство, один из 72 Владык, что командуют армиями демонов.

Говорила одна из ведьм, которая, по всей видимости, была лидером.

Девушка с коротко-стриженными бледно-светлыми волосами.

-Позволение присутствовать в Вашем величии для нас больше чем честь.

-Да благославит вас всех богиня Геката. Поднимите ваши головы, - в соответствии с вежливостью ответил Его Высочество Данталиан, - некоторое время, мы будем под вашей опекой. Позаботьтесь о нас насколько сможете.

Лицо его было серьезным. Не было видно и следа человека, по-детски кричащего о том, как его слепит солнце. Кто бы сейчас ни посмотрел, он мог увидеть лишь торжественного и благородного Владыку Демонов.

...Я считаю, это жульничество.

-Да, великий повелитель. Мы, сестры Бирбир сделаем всё возможное, чтобы обеспечить Ваше сиятельство удобным и спокойным путешествием! - энергично ответила ведьма.

Она, вероятно, не заметила и толики истинной формы Его Высочества Данталиана. Её лицо светилось гордостью от того, что она способна служить Владыке Демонов. Завидная непорочность...

В это время, ведьмы были деловито заняты, рисуя магические круги на земле. Их конические шляпы были настолько велики, что они охватывали более 2/3 головы. Это было мило.

Его Высочество Данталиан вдруг шепнул мне на ухо.

-Лала. Разве эти ведьмы не слишком молоды?

-...Слишком близко. Ваше Высочество, прошу, отойдите.

-Ах. Прости.

Тревожило, что время от времени Его Высочество будет так близко ко мне.

Неужели он забыл, что я была изгоем?

К счастью, ведьмы не знали о моем статусе. Не смотря на это, один лишь факт того, что я шептала Его Высочеству, было основанием для большой проблемы в будущем. Владыки Демонов были священными и неприкосновенными представителями, которые символизировали абсолютное достоинство. Что касается меня, существа, бывшего до этого простым обывателем, сам акт беседы с Его Высочеством, должен был быть невозможным. И о чем он только думает...

Я вздохнула... Вот блин, это был 22ой вздох...

Я поправила осанку.

-Не судите о ведьмах по их внешнему виду. С того момента, как ведьмы заключают пожизненный договор с Владыкой Демонов, их телесный рост навеки останавливается. Если они выглядят молодыми, значит они были талантливыми личностями, которых наняли ещё в молодости.

-Хо.

Так и было.

В мире ведьм, молодежь не уважает стариков. Полная противоположность. Старые поклонялись молодым. Правильней было говорить "уважать молодых" вместо "уважать пожилых".

У всех сестер Бирбир были молодые лица. Это означало, что все они были очень талантливыми людьми. В дополнение к этому, на их груди был трех-листный значок. Значок трилистника. Это означало, что они трижды участвовали в войне во Вьетнаме. Благодаря методу расового разделения, ведьмы находились в авангарде воздушных боев, как известно, имевшем самый высокий уровень несчастных случаев. Они были элитой элит.

Кажется, что приготовления были завершены. Девушка-лидер преодолела все расстояние до нас прыжком. Она была, по крайней мере, на 200 лет старше меня, и все же, мне интересно, почему они выглядят такими милыми... Это была непостижимая тайна.

-Великий повелитель! Великий повелитель! Распишитесь здесь!

Ведьма-лидер галантно протянула пергамент.

-У нас, сестер Бирбир, транспортировочные сборы абсолютно прозрачные для всех наших клиентов. Не зависимо от того, что произойдет, позже мы не запросим дополнительных выплат!

Ведьма, будто распираемая гордостью, расправила плечи.

-...

С другой стороны, лицо Его Высочества Данталиана, пока он смотрел на пергамент, безгранично темнело. Что такого могло быть написано на нём, чтобы сделать его лицо таким? Я заглянула через плечо:

--------------------------------------------------

Сестры-Ведьмы Бирбир

Мы всегда будем относиться к нашим клиентам честно и по-доброму

*Магия защиты от ветра: всего 2 золотых

*Магия контроля температуры: всего 1 золотая

*Магия контроля звука: крохотная сумма в 4 серебра

*Прекрасное пение и магия фантастических декораций: всего 1 золотая

*Горячее медовое вино, что способно расплавить ваши внутренности: небольшая сумма в 2 серебра

*Каждый сопровождающий: всего 3 золотых * 12 человек = 36 золотых

--------------------------------------------------

Хм.

Оказалось немного дороже, но все ещё было в пределах допустимого диапазона. Мы нанимали 12 ведьм, которые имели знак трилистника. Даже если мы платили несколько большую сумму, все было в порядке.

-Хехе. Мы рассчитали цену после тщательной проверки текущего рынка.

Ведьма-лидер тоже должна была быть уверена. Она весело улыбалась.

-Общая сумма составляет 41 золотую и 1 серебрянную монеты. В знак уважения и оказанной нам чести сопровождать Вашу Светлость, мы просто отбросим 1 серебро прочь. 41 золотая монета. Ага, так что теперь, это почти что ничего!

-...

Ась?

Уголок его рта застыл.

Совсем чуть-чуть, так что только я заметила. Я не могла понять, почему он так себя вел.

Разумеется, что человек, заработавший более 50 000 золотых на продаже лекарства от болезни не станет скупиться на такую сумму денег. Несколько дней назад, он даже потратил 1 600 золотых на покупку бесполезного кольца...

-Не могли бы вы немного подождать? Есть кое-что, что я должен обсудить со своим вассалом.

Его Высочество Данталиан оставил ведьм позади. Затем, будто снова собираясь шептать мне на ухо он опустил голову.

-Что такое, Ваше Высочество?

-Почему одноразовый полет на метле стоит 41 золотых? Это надувательство. Это точно надувательство!

Он действительно жаден до денег.

-... Простите Вашу покорную слугу, но такая плата вполне уместна. Пожалуйста, обратите внимание на то, что тем самым мы оплачиваем не только перелет, но так же и сопровождение. 12 самых элитных ведьм. Даже если во время полета на нас нападут, они легко смогут отразить угрозу.

-Черт, дерьмо. Моя кровь как деньги...

Дрожащими руками, Его Высочество Данталиан открыл свой денежный мешок.

Это было странно.

Из своего любопытства, я не могла не спросить его:

-Ваше Высочество. Почему Вы так трясетесь над парой золотых монет? В Вашем хранилище лежит 50 000 Либр. И все еще осталось 25 000 трав на продажу. Кроме того, разве не Ваше Высочество, недавно, без промедления потратили кое на что 1 600 золотых монет?

-Ты действительно не понимаешь?

Его Высочество Данталиан уставился на меня.

Его голос был очень серьезным. Это был тон, который он использовал, когда был не ленивым бомжом, а жестоким, уравновешенным интриганом.

Я автоматически занервничала. Было ли возможно, что я что-то упустила?

Его высочество заговорил:

-Разве уменьшение моих денег не означает уменьшение времени, в течении которого я смогу валяться и ничего не делать?

-...э?

Простите.

Я не могла расслышать его правильно.

-Если бы я пошел в пещеру и махал там киркой весь день, я бы заработал 1 серебра. Если бы я попытался заработать 41 золотых, то мне бы пришлось работать 205 дней. 205 дней безделья ушли всего на одну поездку!

-...

-Теперь. Теперь ты понимаешь, почему я скряга? Кольцо помогало в обеспечении моей комфортной жизни, поэтому я, сдерживая слезы, купил его. Как можно сравнивать с этим какую-то поездку!

-...

Всего на мгновение, но.

Его Высочество Данталиан выглядел как личинка, что завелась в гнилой пище.

Действительно ли хорошей идеей было служить Его Высочеству?

Я начала терять доверие к своему собственному решению.

Коварные романтические приемы (части 3-4)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

16.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Площадь Гермеса

Полет занял восемь часов.

Честно говоря, он ничем не отличался от пыток. В который раз, я стал скучать по научным достижениям моего родного мира.

Сидеть позади ведьмы на метле. На словах, звучит просто, но мои ягодицы испытывали невероятную боль. После прибытия в Нифльхейм, я ещё долго не мог нормально стоять. И за такую вот поездку я отдал 41 золота. Я хотел немедленно потребовать возврат.

-Все молодцы. Я подумываю взять всем вам по пиву за то, что безопасно доставили нас сюда, вы не против?

Сохранять хорошее выражение лица даже в такой ситуации. Эта, так называемая "социальная жизнь" лицемера. Разве это не ужасно? Что ещё более ужасно, так это то, что ведьмы приветствовали моё предложение, ответив: "Большое спасибо!".

-Мы знаем хорошее место, - сказали ведьмы и повели нас туда.

Место было торговой площадью. По краю большой площади выстроилось много пабов и баров. Даже мельком взглянув, вы могли бы увидеть более 200 клиентов, сидящих на улице, и пивших пиво. Казалось, что все бары вытащили стулья на улицу.

-Это Храм Площади Гермеса. Главная достопримечательность Нифльхейма. Кроме того, это единственное место, где можно пить пиво, не беспокоясь о своей расе и социальном статусе.

Ведьмы приветливо болтали.

-Это место носит имя Храма Гермеса, который лежал здесь в руинах. Ваше Высочество, вы видите вон там обломки? Это остатки храма.

-Похоже, сохранили из-за некоторой исторической ценности.

-Ахаха, простите, но это не так. Двенадцать лет назад, здесь вспыхнула групповая драка. Куча тупых троллей и минотавров напилась, и устроила большую бучу. Она-то все тут и порушила. Уже на следующий день, губернатор Нифльхейма издал закон, в котором говорилось, что убийство, произошедшее после того, как за столом собралось более чем 7 лиц, которые напились, будет объявлено невиновным. Ну, другими словами, он сообщал людям: "в следующий раз, когда вы напьетесь и решите поднять шум, мы не станем искать виновника, так что заботьтесь о себе сами".

-... Это поразительно оригинальный закон.

-Наш губернатор слегка влюблен в свою работу.

Ведьма кивнула.

-Если серьезно, то можно сказать, что наш губернатор воплощение изобретательности. Развалины оставлены лежать здесь, чтобы быть предупреждением.

-"Не валяйте дурака"?

-Что-то вроде того.

Мы нашли рядом свободное место и уселись.

Подлетела фея, величиной с ладонь, чтобы взять наши заказы. Чувствовалось, что фея была в ужасе от ведьм, которые не могли поднять голову как прежде. Ведьмы начинают считаться рабами с того момента, как их души забирает Владыка Демонов, но также, они обладают невероятной силой, так что к ним нельзя относиться легкомысленно.

Вскоре, фея перенесла нам по воздуху построенное рядком пиво. Каждый из нас взял по кружке и поднял её вверх.

-Вы все проделали сегодня хорошую работу. Несмотря на нападение сирен, во время полета, вы были в состоянии быстро их отразить. Благодарю вас за это. Мы смогли благополучно добраться сюда лишь благодаря вам, сестры. Я хотел бы поднять тост за сестер Бирбир.

-"За сестер Бирбир!"

Дзинь

Кружки пива удовлетворительно зазвенели, ударяясь друг о друга.

Пьянка набирала обороты.

Узнав, что в этом мире никогда не слышали о Шекспире, я сразу же сыграл импровизационную соло-постановку "Макбет" и "Ромео и Джульетта".

Произнести все строки от начала до конца, как я делал в начальной школе, в данный момент было бы проблематично. Но, добавив приличное количество драматического эффекта, я сумел рассказать историю. Ведьмы были очарованы моим выступлением с лицом, полным печали.

...

-... И наконец, Джульетта взяла руку Ромео в свою. Холодную руку. Тепло было, но оно медленно утекало. Джульетта, желая почувствовать хотя бы толику этого тепла, прижала тыльную сторону ладони своего возлюбленного к своей щеке...

-...

Все 12 ведьм затаили дыхание.

Лазурит выглядела спокойной, однако, стакан, который она держала, оставался пустым уже долгое время. Даже Лазурит была очарована моей сымпровизированной игрой.

-Однако, вскоре и тыльная сторона его ладони стала холодной. Из глаз Джульетты потекли слезы. Аах, что же с моим возлюбленным? Почему его тело так холодно? Отчаянно желая почувствовать хоть капельку тепла, Джульетта искала его по всему телу своего возлюбленного... но не могла она найти тепла, что так жаждала. Ах, Ромео, милый мой Ромео. Я не чувствую более твоего тепла...

-Э-э, аах.

Глаза ведьм наполнились слезами.

Если бы вы огляделись вокруг, то заметили бы, что не только за нашим столом было тихо, странное молчание повисло и вокруг нас. Я чувствовал, что остальные люди тоже обратили свой слух ко мне.

Уверен. Я зацепил сердца около тридцати человек.

Современные люди были хорошо знакомы с историей Ромео и Джульетты, поэтому они не были способны полностью прочувствовать её. Однако, эти люди другие. Впервые, эти люди мира демонов слушали такую впечатляющую историю любви.

Запретная любовь всегда была популярной темой.

Я издал скорбный голос:

-О, что же это? В конце концов, Джульетте удалось обнаружить теплое место своего возлюбленного. Губы. Слабое ощущение тепла все еще исходило из его рта. Проливая слезы, Джульетта прижалась к губам возлюбленного. Не было ничего более теплого... более нежного... более мягкого. Но, Джульетта знала. Что скоро, нежность губ её возлюбленного тоже исчезнет, как сон в летнюю ночь.

Я сделал паузу.

Ужасающая тишина повисла над всей площадью.

В самом апогее.

Посмотрев, как слезы текут по щекам ведьм, чувствуя себя приятно внутри, но с трагическим тоном снаружи, я продолжил.

-Пробормотала Джульетта. Если всё обернулось так, надо принять меры до того, как тепло исчезнет. Прежде чем стать свидетелем смерти возлюбленного, сама укроюсь смертью... Джульетта подняла кинжал Ромео.

-Аах, ааах!

Ведьмы прикрыли рты руками.

Они наконец-то осознали окончание истории.

Их глаза были полны шока.

-Крикнула Джульетта. О, кинжал, я рада встрече. Сердце моё станет твоими ножнами!... и Джульетта вонзила кинжал глубоко в свою грудь.

-Ах, аах!

В итоге, ведьмы стали обнимать друг друга.

Мм.

Я был невероятно рад.

Рад тому, что был в способен контролировать людские эмоции своими актерскими способностями. Заставить их чувствовать себя грустными, счастливыми, почувствовать надежду и отчаяние, вот что действительно составляло мой смысл жизни. Стресс, накопившийся во время нашего полета, растаял здесь, как лед под солнцем.

Моя вторая младшая сестра, прежде, сильно критиковала меня за это, говоря, что это извращенное предпочтение.

Я не мог её понять.

Я всего лишь бесплатно дарил людям удовольствие.

Посмотри внимательней. Ведьмы были не в состоянии справиться с трагедией и дрожали. Лазурит, возможно, и выглядела всё ещё бесстрастной, но она держала стакан так крепко, и даже все выпивохи вокруг нас испускали стоны. Разве это не прекрасная, гармоничная сцена?

Вот почему, я должен сделать их счастливее.

Ухмыляясь в душе, я молвил:

-Кровь текла из груди Джульетты. Она чувствовала собственную кровь. Взор Джульетты стал угасать...

-Н-нет, - испустил кто-то стон.

Как ярко они реагировали.

-... В заключение. Джульетта прижалась лицом к телу Ромео. Тело её возлюбленного было очень теплым. На самом деле, это была кровь, вытекавшая из Джульетты. Однако, Джульетта, которая потеряла все свои чувства, могла лишь испытывать нежность, исходившую от тела ее возлюбленного... Дар судьбы, ставший трагедией. Трагедия, ставшая даром судьбы... Джульетта слегка улыбнулась. Наконец, погрузившись в собственную кровь. С лицом, лежавшем на груди её возлюбленного. Медленно, очень медленно... её глаза закрылись.

Опущен занавес.

КОНЕЦ.

...

Минута молчания.

-"Бедняжка-Джульетта...!", - воскликнули ведьмы.

Концовка без всяких грёз и надежд, взорвалась в их сознании. Двенадцать из них мгновенно начали высказывать жалобы.

-Этого не может быть! Так не могло произойти!

-Аааах, аааах...

-Господин, великий господин! Эти двое в конце обретают счастье, ведь так? Появляется какой-нибудь удивительный колдун, "Та-даа~", и он воскрешает Ромео и Джульетту, правда!?

Я ликовал от их страстных криков.

Покорнейше благодарю вас за такую отзывчивую аудиторию.

Но тем, что больше всего в мире я любил показывать людям, скандировавшим о счастливом конце, была жестокая истина безнадежной реальности.

-К сожалению... такая удача не постигла тех двоих.

-У-уверены?

-Да, - кивнул я.

На лицах ведьм застыло печальное выражение лица, будто им только что сообщили новости от Международного Союза Охраны Природы, о том, что морские выдры находились на грани исчезновения.

Я улыбнулся.

-Ромео и Джульетта, будучи неспособными воскреснуть, умерли навсегда.

-Уааааааааа! - сетовали ведьмы во все свои легкие.

Прямо сейчас, на их сердцах появился шрам, который останется навечно.

Я считал, что шрамы заставляют людей расти. Иными словами, нанеся им этот шрам, я так же дал им и ступеньку роста, как личности. В далеком будущем, эти ведьмы, возможно, оглянутся в прошлое и поблагодарят меня. Ведь благодаря глубокому вознаграждению Его Высочества Данталиана, они стали чуть более зрелыми...

Результаты моего урока не заставили себя долго ждать.

[Ваше дьявольское выступление пленило людей!]

[Расположение Ведьмы Хумбаба возросло на 11.]

[Расположение Ведьмы Сфено возросло на 12.]

[Расположение Ведьмы Иуряль возросло на 9.]

Посыпалось огромное количество уведомлений.

За исключением одной ведьмы, рейтинг привязанности невероятно возрос. Несомненно. Ведьмы были глубоко тронуты моими любовными историями. В подтверждение этому, они продолжали лить теплые слезы.

-Леди Макбет, Джульетта, они...

-В мире есть лишь грязные пародии...

-Отныне я не собираюсь верить во что-то вроде религии...

Разве это не потрясающе?

Этот мрачный цвет отчаяния и был тем цветом, что подходит людям.

Подобно сектантскому лидеру новой религии, я смотрел на молодых ягнят с удовлетворением. Вот так-то. Отбросьте ваши надежды о внешнем мире и запритесь внутри. Тогда всё будет хорошо.

Лазурит, сидевшая рядом со мной, выдохнула:

-Ваша покорная слуга должна отметить, Ваше Высочество такой же, как и всегда.

-Я знаю. Мой шарм заключается в том, что я всегда забавный.

-Ваша покорная слуга думает, что недостаток Вашего Высочества заключается в том, что вы всегда прогнивший до глубины души.

-Хоо, вот почему, ревность недалеких умов весьма вульгарна.

Я приподнял уголки рта.

Лазурит смотрела на меня мертвыми глазами.

Прекрасно. Может, её выражение и было такое, но внутри, она все же была тронута моим красноречием. Вероятно, не будет преувеличением сказать, что она была очарована. Просто, она была слишком смущена, чтобы показать свои внутренние чувства...

[Расположение Лазурит упало на 1.]

Я ошибся.

Лазурит была далека от двуликости.

-Хм, хм. В этот раз история была немного ярче...

-Ой! Приём совершенно ужасен!

Это произошло в тот момент, когда я прочищал горло, чтобы сменить тему.

С другой стороны площади раздался грохот, сопровождавшийся шумной возней. Наша группа, будто мы заранее договорились, повернулась в ту сторону.

-У алкоголя ужасный вкус, а сиденья жесткие! У вас нет даже банальной вежливости к вашим клиентам! И вы что, правда рассчитываете получить плату, пытаясь вот так вести свои дела!?

-Прошу прощения. Мои искренние извинения, Ваше Высочество.

Подросток кричал на старого карлика.

Лицо карлика было покрыто морщинами. Его одежда была довольно приличная. Скорее всего, он был владельцем одного из баров. Карлик лежал на земле и всё кланялся и кланялся.

-За то, что наши непритязательные сотрудники были не в состоянии признать Ваше Высочество...

-Ха. Вот почему, каждый старый ублюдок должен умереть.

Бух

Юнец пнул старого карлика в бок.

Старик испустил крик и упал.

-Пытаться завести бизнес, когда у самого плесень в мозгах!

Пинок.

-Взгляни на свою развлекательную программу, это так трогательно!

Ещё один пинок.

На публике происходило бессмысленное насилие.

Атмосфера на площади похолодела. Однако, не было ни одного человека, кто попытался бы остановить это. Будто все дали молчаливое согласие держаться подальше от насилия, происходившего перед ними.

Вкус алкоголя быстро исчез. Опьянение после пива потихоньку сходило на нет. Это было не очень приятное чувство, я бы сказал, это было неприятное чувство.

-Кто этот смешной человек?

-Владыка Демонов Андромалиус, 72-го ранга, - прошептала Лазурит.

-Владыка Демонов?

Я нахмурил брови.

Теперь, когда я присмотрелся внимательней, я увидел небольшой рог на лбу этого человека.

Рог на моём затылке был достаточно мал, чтобы быть почти полностью скрытым волосами, но рог этого человека был даже еще меньше моего. Если бы я не знал, что он был Владыкой Демонов, то ошибочно бы принял его рог за какой-то большой прыщ.

-Да. Андромалиус в течение всего года проводит большую часть времени в казино Нифльхейма. Он известен тем, что использует свой титул Владыки Демонов, чтобы мучить людей.

-В общем, он что-то вроде соседского хулигана, - усмехнулся я.

Владыка Демонов Андромалиус появлялся в игре, так что я хорошо знал о нем.

Если Данталиан был тренировочным боссом, то он был обучающим боссом. Он был ничтожеством, которое жалостно умирает от рук героя 1-го уровня.

Беда не приходит одна.

Будь то Андромалиус или Данталиан, мы оба были одного поля ягоды, подобные рисовой рыбке, так что, по-хорошему, нам стоило поддерживать друг друга, но...

Между мной и этим никчемным человечишкой была существенная разница.

Владыка Демонов Андромалиус "пробуждает" героя.

В прологе, главный герой подвергается нападению демонов.

За исключением него, горожане и вся его семья, умирают. Если вы играете персонажем мужского пола, то ваша младшая сестра; а если вы играете персонажем женского пола, то ваш брат, приносятся в жертву.

Так, или иначе, главный герой теряет кое-что важное для него. Поэтому, горя жаждой мести, он клянется: "Я убью всех Владык Демонов до последнего на этом континенте"...

-Хмм.

Преступник, который порождает монстра, известного как герой.

Вот какое будущее лежало перед этим человеком на площади, что оскорблял старика.

Сейчас идет 1505 год по Имперскому календарю. Село главного героя было атаковано в 1506 году по Имперскому календарю.

Было бы уместно всеми средствами сделать что-то прежде, чем пройдет этот год. Если ничего не сделать, то это значит, что какой-то ребенок в горной долине внезапно пробудится как герой. Если я хочу спокойно и лениво прожить остаток своей жизни, избавление от такой переменной, как герой, было бы разумным решением.

Вот как.

Со звуком "Дилинь~", раздался сигнал и появилось окно.

Появившиеся выборы были будто результатом моих мыслей.

[1. Подружиться с Андромалиусом.]

[2. Убить Андромалиуса.]

Я подпер подбородок.

... Да. Первый выбор был подходящим.

Подружившись с Андромалиусом, я смогу побудить его более основательно атаковать деревню героя. Устранить источник проблемы. Тактика раннего избавления от опасного ростка всегда была действенной.

С другой стороны, второй выбор был радикальным.

Убийство Андромалиуса и таким образом полное избавление от причины проблемы. Направление такого плана само по себе не было неправильным. Проблема была в волновом эффекте.

"Владыка Демонов убил другого Владыку Демонов."

После такого инцидента, внимание всех людей соберется на мне. Как решение, оно соберет слишком много волнений.

Я предпочитал решать проблемы более спокойно. Вроде заказного убийства. Такой способ был мне больше по душе. Однако, я даже не знаю, где нанять убийцу... должен ли я выбрать вариант 1?

Судя, по холодной атмосфере, обволакивающей площадь, я мог бы сказать, что Андромалиус не был популярен. Демонические расы похоже презирали этого потаскуна. Это было проблемой. Если я сближусь с Андромалиусом, то мой образ тоже упадет. Репутация была подобна линии жизни политиков. По возможности, я хотел бы сохранить её, как можно более чистой.

Но, был ли какой-либо выбор, кроме доступного первого? Убить Андромалиуса, избежав при этом внимания. Могу ли я получить такой идеальный результат...? Было невозможно полностью избежать внимания. Но если бы я смог перевести взгляд куда-нибудь ещё...

-Ваше Высочество?

Голос Лазурит вернул меня из моих мыслей.

-Лала. Кольцо всё ещё на тебе?

-Да?... прямо сейчас оно на Вашей покорной слуге.

-Дай я очень быстро проверю.

Без какого-либо предупреждения, я схватил левую руку Лазурит. Я мог почувствовать небольшую выпуклость под её белой перчаткой.

Это было кольцо на её безымянном пальце.

Лазурит была всем известна, как моя любовница.

Владыка Демонов Данталиан настолько сильно влюбился в полукровку, что не считался с политическими вопросами. Такой вот слух. Конечно, это был всего лишь слух, распущенный нами нарочно.

Кольцо было куплено с целью дальнейшего распространения слуха. Пару дней назад, я потратил 1 600 золотых, чтобы купить 2 роскошных кольца.

Это была пара колец, инкрустированных лазурного цвета алмазом в пять карат. Сзади была надпись, сделанная на франкском: "Я не желаю никого, кроме тебя (AUTRE NE VUEIL)."

Иными словами, типичная клятва.

В глазах общественности, Владыка Демонов Данталиан был самым большим дураком в мире. Простак, купивший кольцо своей возлюбленной, едва заработал немного денег. Но взгляните на это сейчас. Хорошо, что я заранее подготовился. Уже появилось применение для кольца. Не зависимо от ситуации, унция профилактики стоит фунта лечения...

-Не думаю, что ты снова когда-либо будешь способен завести бизнес в этом районе, старый пердун! Ты, кусок заплесневелого мусора.

Андромалиус всё ещё оскорблял этого старика.

На лице этого парня была злая улыбка. Казалось, он неплохо так наслаждался, избивая людей. Это наивное лицо было завидным.

В любом случае, играть одному быстро надоедает, Андромалиус. Прошу, позвольте присоединиться к вашему развлечению.

Не беспокойтесь. У меня есть умение делать пьянку восхитительной. Всего лишь минуту назад, я своим красноречием сумел парализовать ведьм. Вы тоже, скоро будете кататься по полу со смеха. Я обращу вас в удивительный сопереживающий романтическим историям характер.

Наконец, я сверился с Лазурит:

-Лазурь. У Андромалиуса есть группа, защищающая его?

-Насколько мне известно, никого нет.

-Есть ли еще какой-нибудь Владыка Демонов, который с ним дружит?

-Ни одного. Даже среди Владык Демонов, Андромалиус считается позорным провалом.

-Щикарно.

Другими словами, мне было не о чем волноваться.

Я поднял стакан пива.

Один. Два. Три.

После отсчета в своей голове, я уронил стакан...

Коварные романтические приемы (часть 5)

Полукровка, Лазурит

16.08.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Площадь Гермеса

Дзинь

Кружка разбилась.

На мгновение, все взгляды обратились сюда.

На этой площади было 200 человек, но никто не издал ни звука. В этой тишине, звук разбившейся кружки эхом разнесся по всей площади... Всего одна кружка, но она звучала так громко, что казалось, её звон достиг самых дальних уголков площади.

-Эээ? - посмотрел сюда Андромалиус.

Его раскосые глаза напоминали, какие лисы отвратительные на вид. В одном только его взгляде можно было разглядеть неприятную личность и гнилой характер.

-И что ты о себе возомнил? Ты что, не собираешься опустить взгляд? - обратился Андромалиус к Его Высочеству Данталиану.

Его Высочество Данталиан никак не реагировал. Что он задумал? Я обернулась, чтобы осторожно взглянуть в лицо Его Высочества, и... моя спина похолодела.

Это было то самое лицо.

То выражение, которое было у него, когда он с легкостью обнаружил и ждет добычу.

Это было не его обычное лицо бездельника. Слабая улыбка играла на уголках его губ. Это было то лицо, которое можно было увидеть на нем, когда зловещая схема, коварный сюжет возникли в его голове.

Казалось, что Андромалиус не узнал Его Высочество Данталиана. В этом не было ничего удивительного. Рог Его Высочества был прикрыт волосами, так что был едва виден.

Андромалиус сплюнул на пол: "Ничего себе, вы только поглядите. Он совсем не собирается опускать взгляд".

Пнув старого карлика еще раз, он направился к нам. То, как он вальяжно шел, было как будто он был каким-то диким котом, который нашел себе для игр новую игрушку.

Демонические расы, сидевшие рядом, осторожно пятились, когда он проходил мимо них. Видимо, они не хотели встревать в проблемы.

С другой стороны, ведьмы Бирбир молча оставались на своих местах. Они были наняты Его Высочеством Данталианом. Их гордость не позволила бы им бросить Его Высочество и убежать.

-Похоже, некоторые крестьяне совершенно незнакомы с этикой.

Было похоже, что он был не доволен тем, что ведьмы не приветствовали его, несмотря на то, что увидели. Андромалиус нахмурил брови.

-Если вы встречаете Владыку Демонов, вы должны, хотя бы поклоном, приветствовать его, но что я вижу? Почему это вы так гордо держите поднятыми свои головы?

Андромалиус схватил за волосы одну из ведьм. Та издала страдальческий стон.

-Уух...

Ведьму звали Беатрис. Я слышал, что с момента последнего её сопровождения прошло много лет, так как она скрывалась несколько десятилетий. Ведьмам не сидится на месте, для них нормально странствовать более сотни лет. Что же касается нее, этой ведьме совсем не повезло, после стольких лет в конечном счете в первой же сопровождающей поездке встретиться с Андромалиусом.

-Ээй, рабы. Здесь Владыка Демонов. Один из почтеннейших Владык Демонов, что дали вам жизнь и питают вас. Вам стоило бы вежливо приветствовать меня, и все же вы даже не сдвинулись с места.

-Ух, уух...

Можно было слышать, как рвутся некоторые волосы.

Несмотря на это, ведьма держала рот закрытым.

Это был вопрос этикета. Приветствовав Андромалиуса, ведьмы бы признали, что Андромалиус был выше по статусу, чем Его Высочество Данталиан. Ведьмам было крайне важно отстоять авторитет Его Высочества.

-Хох. Взгляните на это.

Андромалиус по-садистски улыбнулся.

-Вся группа этих рабов онемела. Если у вас отсохли языки, то вы, по крайней мере, должны склонить головы. Ну надо же, все ваши шеи такие закостенелые. Может, Его Величеству вам их выправить? Не артачьтесь и...

-Что это за отброс, похожий на человека? - произнес Его Высочество Данталиан.

Андромалиус вздрогнул.

-Что?

-Я сравнил тебя с отбросами. Я думал, что у тебя прогнил один лишь мозг, но похоже, что твои уши такие же гнилые.

Можете ли вы ощутить шок людей на площади, повисший в воздухе.

Даже мне на секунду показалось, что я ослышалась. Отброс? Это слово было непозволительно говорить Владыке Демонов в общественном месте. Лицо Андромалиуса быстро перекосилось.

-Как смеешь ты говорить настолько необдуманные слова Его Величеству...

-Вот почему мудаки с раздутым эго так жалки. Если у тебя нет денег, чтобы заплатить за выпивку, то извинись и уйди. Найти какой-то проступок и начать избивать старика. Как будто было недостаточно того, как ты во весь голос нескромно подчеркнул свою недалекость, так ты к тому же прицепился к ведьмам.

Его Высочество Данталиан рассмеялся.

-И ты все еще продолжаешь громко звать себя "Величеством". Просто шедеврально. Андромалиус. Ты не Владыка Демонов. Ты не более, чем салага, каким-то образом, родившийся с рогом на голове.

-Аах ты, ублюдок...?

-Боги действительно жестоки. В этом мире они сделали Владыкой Демонов такую дрянь как ты. Даже святые возгневались бы на Богов, если бы увидели твою грязную рожу. Дни бы шли, и ничего бы не могло произойти кроме как уменьшение числа набожных верующих...

Лицо Андромалиуса становилось то красным то бледным.

Если бы вы пригляделись, то увидели бы, что у него тряслись плечи. Это очевидно. Его должно быть за всю жизнь так не оскорбляли.

Андромалиус заорал на людей вокруг:

-Вы что все делаете!? Почему вы немедленно не схватили эту бесстыжую сволочь!?

Его Высочество Данталиан, как если бы он искренне считал это смешным, фыркнул.

-Смотрите, ну разве он не шедеврален? Он даже прямо перед собой не может узнать представителя той же расы. Не только его уши, должно быть и его глаза уже прогнили настолько, что пора его считать трупом.

-Той же расы...?

Его Высочество пожал плечами.

-Я Владыка Демонов Данталиан, 71-го ранга. Соответственно, ведьмы, к которым ты цеплялся, мои сопровождающие, нанятые мной на день.

-71-ый ранг...

-Будь любезен, и извинись перед моими драгоценными телохранителями за то, что обращался с ними неподобающим образом.

Его Высочество опустил свою кружку пива.

-Ты понял? Искренне извинись и уйди. Для умственно отсталых это может показаться трудным, но таковы основные манеры в обществе. Воспользуйся этой возможностью, чтобы узнать их.

-Хах. А я-то все думал, каким же невероятным аристократом ты должен быть, - с триумфальной издевкой произнес Андромалиус.

Несмотря на то, что его оппонентом был Его Высочество Данталиан, он был выше всего на один ранг. Он был всего лишь мальком, без какого-либо замечательного таланта, без какой-либо надежной группы за его спиной. Вот о чем скорее всего подумал Андромалиус.

Это глупо. Не было ничего более идиотского, чем быть беспечным, стоя перед Его Высочеством Данталианом.

Его Высочество обычно может быть настоящим бездельником, но это не более, чем маска. Истинной сущностью Его Высочества был дьявольский монстр. Он специально позволяет другим потерять бдительность, чтобы затем в один момент погубить их.

Андромалиус, скорее всего, ничего об этом не знал. На губах его все еще играла улыбка. Он был похож на бородавочника, несущегося прямо к краю обрыва.

-Вот как. Данталиан. Иииииях, слыхал, ты был на коне в последние дни. Ходил слух, утверждавший, что какой-то идиот сделал изгоя своей любовницей. Ага. Если ты Данталиан... то это должно быть та знаменитая полукровка.

Андромалиус повернулся, чтобы рассмотреть меня.

Он переключился с Его Высочества на меня?

-Простолюдинка, бесстрашно охмурившая Владыку Демонов своим телом! Разумеется. Твои волосы говорят о твоей пошлой родословной за тебя.

<звук пощечины>

Андромалиус ударил меня по щеке ладонью.

Щеку обожгло резкой болью. Может он и игриво дал мне пощечину, но я чувствовала его истинные намерения.

-Я правда не могу понять твои предпочтения. Почему ты хочешь трахнуть эту девку? Да, у нее неплохой внешний вид, но что важнее, у нее ужасная родословная.

То, что он переключился на меня было нормальным решением.

Владыки Демонов может быть и священны и неприкосновенны, но они не неприкосновенны для других Владык Демонов. Другими словами, они были равны. Если один Владыка Демонов ударит другого, то вмешаются хлопотные законы общего права. С другой стороны, можно было совершенно спокойно ударить изгоя.

Причина, по которой Андромалиус нацелился на меня, так же лежала на поверхности. Он рассудил, что было бы трудно в одиночку одержать верх над кем-то его же ранга, поэтому он быстро нашел другую, более слабую цель.

-Но как это могло произойти? Твое влагалище настолько впечатляющее, что ты смогла пленить этого Данталиана?

Андромалиус начал хихикать.

-Я вот что говорю. Его Величество подумывает предоставить тебе свою царскую милость, что ты об этом думаешь? Тому, кто родился простолюдином, уложить двоих Владык Демонов. Нет большей чести, чем это!

-...

-Ха! С одной стороны, имбецил 71-го ранга. А с другой стороны, шлюха, рожденная от бабенки, изнасилованной каким-то бичем. Ну разве вот это не шедевр? А?

Внезапно.

Андромалиус ударил меня по щеке.

В этот раз не было никакой игривости. Это было чистое намерение насилия. Мою голову развернуло от сильного удара.

...Это уже весьма больно.

Однако, это пустяки.

С раннего возраста, я так часто подвергалась насилию, что стала равнодушным к нему. Были времена, когда деревенские люди ежедневно швыряли в меня камни. По сравнению с этим, удар Андромалиуса был похож на детский.

Люди не способны привыкнуть к боли, но они могут привыкнуть к причиняющим боль. Вот каковы люди. И я одна из них.

-...

Я снова посмотрела прямо.

Едва я сделала это, как смех Андромалиуса прекратился.

-Ээээ? Какого черта ты уставилась?

Андромалиус ударил меня ещё раз. Чувствовалось, что в этот раз он вложил в руку весь его вес. К сожалению, уже стало ясно, что Андромалиус не тратил время на физические упражнения. Его удар совсем не был жёстче.

Я снова посмотрела вперед.

-...И хозяин, и слуга так раздражают! - взревел Андромалиус.

Он снова и снова взмахивал рукой. Каждый раз мою голову отбрасывало от удара. Но все было бесполезно. Раз за разом, она возвращалась в исходное положение.

-Гр, грррр...!

Видя это, лицо Андромалиуса постепенно стало переполняться яростью. Как низко, быть неспособным сдерживать свою детскую ярость. В этот момент, я не могла удержаться, чтобы не наблюдать за ним.

Интересно, если Его Высочество Данталиан сейчас думает о том же, он должно быть посмеивается вместе со мной.

-Какой же у тебя взгляд, Андромалиус. Будучи Владыкой Демонов, быть не в состоянии заставить подчиниться всего одного изгоя. Неслыханно. Ты уверен, что то, что ты стал Владыкой Демонов, не было ошибкой Богов? Может, изначально, ты должен был родиться крестьянином?

Лицо Андромалиуса раскалилось до красна.

-Его Величество... Его Величество...!

-Все нормально. Тебе нет нужды оправдываться. Даже Боги, временами, могут задремать во время работы.

Его Высочество Данталиан улыбнулся.

-Тем не менее, в последний раз я предупреждаю тебя. Не смей больше поднимать руку на мою возлюбленную. Искренне извинись за все перед моим сопровождением и любимой.

-Не смеши меня!

<звук хлопка>

Андромалиус изо всех сил ударил меня кулаком. Я упала со стула и покатилась по полу. Ведьмы вскрикнули.

-...

Во рту после удара стало пощипывать. Языком, я стала чувствовать что-то вроде железа у себя во рту. Я достала салфетку и вытерла уголки своего рта. Салфетка стала алой от крови.

Я медленно поднялась.

-Тебя ждет смертная казнь!

Андромалиус тыкал в мою сторону пальцем.

В его глазах была ненависть. Разве это не удивительно? Как кто-то может презирать другого, едва встретив его. Он устанавливал невообразимо низкую цену на свои эмоции.

К сожалению, как торговец, я не могла уважать недоумка, который пытался продать свой продукт за бесценок.

-Смертная казнь! Тебя ждет смертная казнь! Для чего-то вроде изгоя, мы можем без суда и следствия вынести свой приговор...! Ты не сможешь воспротивиться, даже если будешь помирать от рук Его Величества! Ты понимаешь!? Извинись перед Его Величеством за свое нахальство!

Смертный приговор, смертный приговор. Какой же он шумный.

Быть способным произносить лишь одно слово снова и снова. Это отображало уровень интеллекта этого человека. Пятилетний гоблин, вероятно, показал бы больший словарный запас. Я, с тем же бесстрастным лицом, смотрела на Андромалиуса.

-Она останется сукой до самого конца!

Андромалиус пошел ко мне.

-Прекрасно! Я разорву тебе пасть прямо сейчас, сука! Отправляйся в ад и покайся...иии, уаааааааааа!?

Однако, он не был в состоянии сделать и пяти шагов.

Все люди на площади мгновенно издали крик. Андромалиус упал на пол. Из его шеи текла темно-красная кровь.

Коварные романтические приемы (часть 6)

Андромалиус пошел ко мне.

-Прекрасно! Я разорву тебе пасть прямо сейчас, сука! Отправляйся в ад и покайся...иии, уаааааааааа!?

Однако, он не был в состоянии сделать и пяти шагов.

Все люди на площади мгновенно издали крик. Андромалиус упал на пол. Из его шеи текла темно-красная кровь.

-Э-э, уаах? Аааааах!?

Андромалиус инстинктивно приложил руки, чтобы закрыть рану.

Объем вытекающей крови был серьезным. Это была не какая-то миленькая царапинка, которую вы могли бы просто прикрыть ладонью, чтобы остановить кровотечение. Андромалиус, глядя на количество крови у него на руке, вскрикнул.

Был всего один удар, нацеленный в жизненно важную точку.

С целью верной смерти от одного удара.

Увидев это, я подумала, что это действительно...

Действительно походило на методы охоты Его Высочества Данталиана.

-Как прискорбно.

Его Высочество Данталиан вытер свой кинжал от крови.

-Относиться к моему предупреждению, как к пустяку.

Беззаботность Его Высочества Данталиана была безгранична. Из сотен людей на всей площади, только Его Высочество был расслаблен. Будто он был где-то вдали от гудящей вокруг нас атмосферы...

-Он что, правда просто пырнул Андромалиуса?

...Вплоть до того, что люди неосознанно начнут сомневаться в своих суждениях и подумают именно так.

Несмотря на это, Его Высочество держал в руках нож, с которого стекала кровь. Капающая кровь избавила людей от каких-либо сомнений.

Интересно, было ли это потому что человек, вызвавший инцидент, был настолько расслаблен, площадь, шумно гудевшая секунду назад, начала утихать. Душная тишина повисла над площадью. В этом безмолвном воздухе, голос Его Высочества Данталиана отражался эхом.

-Лазурит.

-Да, Ваше Высочество.

Я тут же опустила голову.

-Назови повод, позволяющий одному Владыке Демонов напасть на другого Владыку Демонов.

-Как будет угодно Вашему Высочеству. Для того, чтобы один Владыка Демонов мог причинить вред другому Владыке Демонов, сначала нужно дважды уважительно предупредить об этом другую сторону. Когда другая сторона явно игнорирует предупреждения и начинает причинять существенный ущерб первому Владыке Демонов, этот Владыка Демонов имеет право атаковать второго.

Общий закон.

Поскольку Владыки Демонов священны, они свободны от земных законов. Однако, в случае конфликта между Владыками Демонов, они становятся ограничены общими законами. Общий закон, который я только что озвучила был известен как "Предупреждение Коцит".

Согласно легендам, когда кто-то умирает, он должен пересечь 5 рек. Ахерон, Коцит, Флегетон, Лету, и Стикс... Коцит был второй рекой. Если умерший пересекал реку Коцит, он в итоге достигал реки Флегетон, где вместо воды была лава. Здесь люди падали в реку и их души загорались пламенем. Вот почему, когда вы делали Предупреждение Коцит, вы говорили другой стороне отступить прежде, чем они обожгутся.

Андромалиус застонал:

-П-предупреждение Коцит...? Киухк! Ублюдок, ты хоть понимаешь, какую чушь ты несешь?

Такого рода ответ был вполне ожидаем.

Обычно, Предупреждение Коцит применялось только в событиях войны. Если Владыка Демонов хотел атаковать базу другого Владыки Демонов, то они должны были дважды послать объявление войны. Предупреждение использовалось в ситуациях такого рода.

Изначальная цель состояла в предотвращении войны. Объявление, что внезапные атаки без отосланных предупреждений были незаконными, стало сдерживать конфликты. Его Высочество Данталиан только что ловко злоупотребил этим законом.

Андромалиус выл:

-Киук, тебе конец, ублюдок! Данталиан! Конец... Другие Владыки Демонов не позволят провернуть это так просто... киуб! Слишком поздно плакать и просить прощения! Его Величество никогда не простит тебя!

-Конец встретишь лишь ты.

Его Высочество Данталиан наступил на тыльную сторону ладони Андромалиуса. Раздался звук ломающихся костей. Андромалиус закричал еще горестней и завертелся на полу.

-Владыка Демонов 72-го ранга. Преступления, совершенные тобой, в следующем. Во-первых, ты без какой-либо причины стал издеваться и бить мой эскорт. Во-вторых, ты неразумно напал на мою возлюбленную.

Его Высочество Данталиан обернулся и заговорил громким голосом.

-Я с уважением просил Андромалиуса остановиться, но он проигнорировал меня. Он не только угрожал моей безопасности, но еще и затронул мою честь. Все здесь тому свидетели!

Его Высочество скорее всего уже не думал об Андромалиусе. Его Высочество Данталиан стремился привлечь всех этих людей в качестве свидетелей.

-Смотрите сюда!

Сняв перчатки и отбросив их в сторону, он схватил мою левую руку сорвал перчатку, что была поверх нее. И, будто собираясь показать всему миру, Его Высочество высоко поднял мою левую руку.

Кольцо на моем безымянном пальце.

Синий алмаз ярко сверкал.

Такое же кольцо было и на безымянном пальце Его Высочества.

-Я - Владыка Демонов. Эта юная девушка - простолюдинка. Нам двоим не позволено жениться. Однако, поклявшись богине Афродите, я, Владыка Демонов 71-го ранга Данталиан, объявил о своей любви к этой девушке! Это кольцо - тому доказательство! Даже если общество запретило наш брак, наши сердца уже соединены!

Люди ахнули.

Владыка Демонов признался в своей любви к простолюдинке. На общественной площади прямо перед сотнями людей, к тому же.

С завтрашнего дня, высшие слои общества перевернутся. Сплетни о страстной любви между Владыкой Демонов и изгоем разнесутся повсюду. Это естественное явление. Независимо от поколения, людей восхищает тема "запретной любви".

Это был обман Его Высочества.

В этой грандиозной истории любви, персонаж, известный как Андромалиус канул в небытие, играя второстепенную роль.

Хитрый трюк.

Что произошло бы, если бы Его Высочество Данталиан просто убил Андромалиуса? Ничем кроме дела об убийстве это бы не стало.

Но если он совершил убийство ради "простолюдинки, которую он полюбил", то дело принимает другой оборот. Однообразная игра об убийстве превращается в постановку запретной любви.

Его Высочество и я были Ромео и Джульеттой.

Андромалиус был второстепенным персонажем, Тибальтом убитым Ромео.

Правда так легко искажается.

-В-влюбиться в изгоя. Спятил. Безумие... Позор Владыки Демонов! - испустил страдальческий стон Андромалиус.

У бедняги не было идей. Он собирался встретить свой конец, не зная, какой схемы придерживаться. Я стала испытывать к нему симпатию.

-Сволочь. Ты не имеешь права называться той же расой, что и Его Величество. Иерархия является священным законом. Как ты посмел пойти против закона природы...!

-Интересно. Закон природы?

Тихий, но ужасающий шепот потек изо рта Его Высочества:

-Позволь мне рассказать тебе, каков истинный закон природы, новичок. Это закон джунглей. Если кошка пойдет против тигра, то единственное что ее ждет - смерть. Правда мира довольно простая и скучная штука. Ты так не думаешь?

Именно тогда лицо Андромалиуса побледнело.

Видимо, он наконец осознал, что Его Высочество Данталиан на самом деле собирался убить его.

Но было слишком поздно.

-Вот почему, я предпочитаю истине ложь. Как голому лицу требуется макияж, ложь имеет важное для жизни значение, придавая той остроту.

-П-пощади...

-Неверно.

Не поинтересовавшись, правильно это или неправильно, Его Высочество взмахнул кинжалом.

Лезвие без малейшего труда перерезало горло Андромалиуса.

Кровь, заполнившая трахею Андромалиуса, заставила того рвать кровью.

-Гуа, гууааааак...

-Спаси меня? Это ужасно скучная линия. Наши, и без того скучные жизни, лишь все больше и больше терзают нас в агонии. Я вижу в скуке грех человеческий, и считаю ее чем-то вроде вредного насекомого, которое заслуживает того, чтобы быть уничтоженным, - прошептал Его Высочество.

Это было настолько тихо, что только я, сидящая прямо возле него, могла услышать.

-В следующий раз, возвращайся после того как подготовишь предсмертные слова получше, второсортный актеришка.

-...

Андромалиус дернулся.

Подобно кукле, с обрезанной нитью, его голова упала.

Последняя эмоция, промелькнувшая в его глазах, была страхом, или возможно это была ненависть к Его Высочеству Данталиану. Думаю, очень возможно, что были оба варианта.

Его Высочество выпрямил спину и обернулся к площади. Никто не пытался посмотреть на Его Высочество. Они все инстинктивно пытались избегать глаз Его Высочества. Каждый был поглощен атмосферой созданной Его Высочеством Данталианом.

Потрясающе. Его Высочество Данталиан в одиночку подавил всю эту огромную площадь.

До сих пор, я считала, что королевское величие было ничем иным, как абстрактным понятием. Однако, глядя на Его Высочество, я поняла. Его Высочество обладал чем-то, что способно подавить аудиторию.

Он не сдерживал горожан страхом. Он не привлекал людей престижем. Здесь оставалось незамеченным что-то иное...

Почему он не показал эту способность в прошлом. Как он получил такое огромное количество талантов после преодоления смертельной ситуации с искателями. В данный момент, я не могла ответить ни на что из этого.

Однако.

-Ты хорошо держалась, Лала.

-Простите?

-Мой вассал никогда не должен бездумно подчиняться другому человеку. Когда ты до самого конца отказалась опустить взгляд, несмотря на нападки Андромалиуса, я был очень впечатлен. Ты блестящая женщина.

Его Высочество лукаво засмеялся.

Услышав этот легкий смех, я подумала.

В конце концов, не было неправильным выбором служить Его Высочеству.

Впервые, я была в этом уверена.

Коварные романтические приемы (часть 7, заключительная)

Руководитель Киункуска, Скупой Гоблин, Торукель 16.08.1505 год по Имперскому календарю Штаб-квартира Фирмы Киункуска, Верхний этаж Самый верхний этаж штаб-квартиры. Место, доступ к которому имела лишь небольшая группа руководителей. В этой большой комнате больше не было никого. Только куча гробов, расставленных по всей комнате... Навскидку, их было больше тридцати. -Кирук. Сколько бы раз я это ни видел, я начинал чувствовать угрызения совести. В настоящее время, вампиры утверждали, что не использовали гробы, потому что они были уже слишком олдскульными. Они, как и все, спали в кроватях. В который раз я осознал, насколько Ивар Лодбрук был стариком, отставшим от времени. Прим. пер.: с верхним абзацем у анлейтера возникли сложности, с самого английского перевод корректен, с оригиналом возможны расхождения. В тот момент, когда я повернул голову, чтобы почитать книгу... -... Господин Торукель. -О, Господи! Я подпрыгнул от неожиданности и обернулся. Невысокая ведьма, в ответ, лукаво улыбнулась: -Выглядите, будто увидели призрака. -Если ты здесь, то можно сказать и так! -Прошу прощения. Когда я Вас увидела, то так захотелось подшутить над Вами, что ничего не могла с собой поделать, господин Торукель. -Кирурук, я думал, что у меня сердце выскочит... но что это за странная манера речи? Широкими шагами, ведьма шла в сторону черного гроба. Если я правильно помнил, её звали Беатрис. Изначально, она была ведьмой, которая была частью сестер Бирбир. Несколько десятилетий назад, после конфликта с Иваром Лодбруком, мы её переманили на нашу сторону. Вчера, она вышла на связь, сообщив что собирается нарыть информацию о Лазурит. Другими словами, что будет действовать в качестве шпиона. -Моя манера речи? Ведьма сидела на гробу. Может её голос и был застенчивым, но лицо вовсю улыбалось. Извращенка. Она определенно наслаждалась этой ситуацией. -А что с моей манерой речи, господин Скупец Торукель? -Она так мне мешает, что кажется будто у меня кишки крутит... Черт. Нет ведь никакого смысла в нытье, ты же все равно не слушаешь. Неважно. Расскажи мне о действиях Лазурит. Ты ведь вернулась, потому что смогла собрать информацию, не так ли? -Пожалуйста, не торопитесь так, господин Торукель. Мужчины, которые давят на женщин, не пользуются популярностью. Вот Вы всегда так, и именно поэтому больше чем за сто лет Вы так и не женились. -Я холостяк по собственному на то желанию! Ведьма разразилась смехом. Даже её смех был ведьмин. Он сводит меня с ума. -Сомневаюсь. Есть кое-что важное, что я нашла. Владыка Демонов Данталиан влюбился в суккубу гораздо сильнее, чем мы думали. Он бесстыже признался ей в любви посреди Площади Гермеса. -Что? -Мне процитировать его слово в слово? "Я - Владыка Демонов. Эта юная девушка - простолюдинка. Нам двоим не позволено жениться. Однако, поклявшись богине Афродите, я, Владыка Демонов 71-го ранга Данталиан, объявил о своей любви к этой девушке". Я поднял брови. Рассказать подобное в общественном месте, значит совсем не иметь здравого смысла. Был предел глупости, на которую способен человек. Даже будь Данталиан тупицей, совсем не знавшим стыда, мог ли он действительно сделать подобное? -Это правда. Он даже убил Андромалиуса, утверждая, что это ради суккубы. -Андромалиуса? Только не говори мне, что ты говоришь о Владыке Демонов 72-го ранга. Ведьма горько улыбнулась. Девчушка всё мне рассказала. О том, как Андромалиус устроил шумиху. Как он оскорбил ведьм и напал на Лазурит. И как Данталиан убил Андромалиуса... -Боже милостивый!  Слушая её рассказ, мой рот открывался всё шире и шире. Ведьма, будто поняв мои чувства, кивнула. -Улицы Нифльхейма гудят. Куда бы вы ни пошли, люди говорят о истории любви между Владыкой Демонов Данталианом и простолюдинкой Лазурит. Люди не могут устоять от запретной любви. -Бессмыслица какая-то. Даже если Андромалиус худший Владыка Демонов, он все еще зовётся Владыкой Демонов. Невозможно просто взять и вот так убить его! -К сожалению, общественность Нифльхейма поддерживает Данталиана. Категоричным тоном, ведьма продолжила. -Андромалиус проводил свое время в казино, ведя себя как вандал, вы уже знаете это. Если убрать его положение, то ничего хорошего бы с ним не произошло. Очевидно, что у него была ужасная репутация. Большинство горожан говорят, что они рады этому и даже поднимают за это бокалы. -... Было нетрудно представить это. Жалобы по поводу отвратительных выходок Андромалиуса приходили регулярно. "Даже если он Владыка Демонов, не слишком ли он суров, не должен ли он быть более сдержанным", такого рода вопросы время от времени поднимались в городском совете. Короче говоря, он был для всех головной болью. К тому же, немалое количество людей умерло от жестокого избиения Андромалиуса. Семьи погибших, скорее всего восхваляют Данталиана. -... Время подобрано слишком хорошо. -Угу... - кивнула ведьма. Вскоре будет проводиться большое собрание Владык Демонов. Там, мы планировали произвести политическую атаку на Данталиана. За тот короткий отрезок времени, оставшийся до начала конференции, Данталиан внезапно смог завоевать популярность среди людей. -Действительно ли это совпадение? Было трудно выбросить сомнения из головы. Мы не могли быть уверены, что убийство Андромалиуса не было запланировано. Я окинул ведьму взглядом, полным сомнений. -Я не была в состоянии копать так глубоко. Однако... -Однако, вероятность высока. Вот, что ты хочешь сказать. -Угу. Лицо ведьмы стало серьезным. -Данталиан, едва Андромалиус напал на его любовницу, использовал Предупреждение Коцит в качестве предлога. Как будто он ждал этого. Это не та идея, которую можно сходу придумать. -Кххх. Тогда это было не случайное убийство. Все знали, что Андромалиус изредка шатался по Нифльхейму. Места, куда он отправлялся также были ограничены. Казино, район красных фонарей, и бар. Вот и все. Вероятность столкнуться с ним была крайне высока. Спланировать его убийство было не так уж и трудно... -Не кажется ли Вам это забавным? -Кирук? Что? -За прошедшие годы никто не пытался помешать Андромалиусу создавать помехи. Лишь потому что он был Владыкой Демонов. Несмотря на это, Данталиан убил возмутителя спокойствия в течении тридцати минут, после встречи с ним... Ведьма криво ухмыльнулась. -Андромалиус схватил меня за волосы и тянул их как ему заблагорассудится. Я чувствовала себя, будто я не человек вовсе, а какой-то домашний скот. Как свинья, которую вы по желанию можете бить и играть с ней. -... -Это было невероятно обидно. Зрачки ведьмы заблестели. Она явно питала враждебность к существованию Владык Демонов. -У него всего лишь был более высокий статус. Когда несостоятельный человек, без какого-либо таланта потянул меня за волосы, это было так неприятно, что я хотела вскрыть ему горло и... -Эй. Я вовсе не спорю с твоим мнением, но все же. Я осторожно продолжил. -С логической точки зрения, Владыки Демонов не совсем бездари. Во-первых, они освоили язык Вавилона. И они ведь не способны понимать и использовать все демонические языки от рождения. Кроме того, их политическое значение... -Я владею 36 языками различных рас. -И я прекрасно об этом осведомлен. В любом случае, Владыки Демонов обладают религиозной таинственностью. Для большинства, Владыки Демонов наместники Богов, и они священнейши. -Значит, если кто-то закажет смерть Владыки Демонов, вместо этого, умрет сам? Ведьма издевательски расхохоталась. -Ох, прошу. Господин Торукель. Перестаньте думать о людях в таком ключе. Тон ведьмы стал торжественным, на её губах появилась проницательная улыбка. -Общественность есть ни что иное, как группа безмозглых, лишенных воображения людей. -Мне очень жаль, но я должен возразить. Группа превосходит индивида. Даже герой не может в одиночку покорить континент. -Значит, Вы говорите, что мы должны следовать логике большинства и использовать ее чтобы понять, что хорошо, а что плохо? Торукель. Наш аристократичный скупой гоблин. В нынешней ситуации, это не очень хорошая тактика. Щёлк. Девчушка щелкнула пальцами. Мгновением позже, раздался звук открывшегося где-то в комнате гроба. В печальной атмосфере, из черного гроба кто-то поднял верхнюю часть своего туловища. Это была девушка, носившая одежду раба. Она медленно открыла глаза и посмотрела сюда. Девушка холодно улыбнулась и пошевелила губами: -Потому что вот нас теперь и больше. -... Мнение индивида может соблюдаться даже в обществе, в котором царствует логика большинства. Это возможно до тех пор, пока каждый хоть чуточку внимателен и цивилизован. -Ох, ты и правда так считаешь? Слуга легонько постучала по тыльной стороне своей ладони. Незамедлительно открылся еще один черный гроб и число увеличилось. В этот раз показался человек с головой волка. Оборотень. Мужчина низко зарычал: -Это возможно, когда меньшинство обладает значительной силой. Однако, в том демоническом мире, в котором мы живем, есть свыше 470 кланов орков, в то время, как племен оборотней осталось всего 2. Если между двумя расами произойдет разногласие, как ты думаешь, станут ли миллионы орков проявлять внимание к сотням оборотней? Можно лишь умолять орков быть чуточку внимательней и цивилизованней. -... Оборотень свистнул. Как только он это сделал, одновременно распахнулись все оставшиеся гробы. В каждом гробу был один человек. В общей сложности, поднялось 33 тела. Среди них, сюда направился старый джентльмен. -Меньшинство требует силы, Торукель. Особенно кто-то вроде меня, принадлежащего расе, в которой помимо меня осталось 2 представителя. Я должен быть еще более осторожен со своим окружением. -...Ивар Лодбрук. Из моего рта вырвался вздох. Это была его сила как вампира и кукловода. Способность перемещать сознание в его рабов по его желанию. Ивар Лодбрук имел 32 куклы-раба. Следовательно, ему было под силу совершать 32 различных задачи, когда бы он ни пожелал. Это был тщательно охраняемый секрет, который среди всех руководителей знал один лишь я. В настоящее время, мир демонов контролировался Владыками Демонов. Неважно, насколько ты богат, всегда существовала опасность исчезнуть по прихоти истинных людей во власти. Вот почему ему необходимо было установить меры предосторожности. Этими мерами были 32 куклы Ивара Лодбрука. Даже если Владыка Демонов станет угрожать нам, Ивар Лодбрук сможет переместить сознание в рабов и оставаться в живых до самого конца. Вот почему Ивар Лодбрук держал этих кукол в абсолютном секрете. Секрете, о котором Владыки Демонов не должны узнать. ...Хотя, глядя на то, как он себя вел, чувствовалось, что часть причины заключалась в том, что это было его хобби. -Хм. Похоже, всё в порядке. Ивар, с довольным видом, стряхнул пыль с тела. -Меня беспокоило возможное появление проблемы от того, что прошло много времени с того момента, как я перенес свое сознание. Я не мог подпитываться. -Какое облегчение. После того, как меня заставили видеть старика, ведущего себя как молодая девушка, я думал, что у меня из глаз и ушей пойдет кровь. Я имею в виду, зачем вы так искусно копировали речь маленькой девочки. Ивар Лодбрук пожал плечами. -А что мне остается делать, когда сознание зависит от тела? Ивар расправил плечи. -Я хочу, чтобы ты понял, Торукель. Для того, чтобы обмануть сестер Бирбир, актёрская игра крайне важна. Они всё ещё не знают, что я захватил Беатрис. -Хорошо, я понимаю зачем так вести себя перед ведьмами. Но зачем вы должны вести себя как девочка и добавлять в голос нотки почтительности, стоя передо мной? -Разумеется, чтобы наслаждаться видом твоего кровавого лица, когда я почтительно к тебе обращаюсь. -Тогда, это Ваше хобби! ------------------- Прим. пер.: как вы знаете, в английском слова "ты" и "вы" обозначаются одним словом: "you". Этим словом нельзя выразить почтение так, как в нашем, для этого используются другие средства. Помимо прочего, всю эту главу, Торукель в своих мыслях употреблял в отношении Беатрис местоимение "they", оно означает не только "они", но также может употребляться к человеку, пол которого неопределен. Глаголы в английском языке так же не несут информации о поле и числе. Иными словами, Торукель с самого начала знал, что перед ним Ивар Лодбрук. В анлейте не было фамильярной речи с его стороны, и в мыслях он не думал явно "она", для более выразительного перевода, мне пришлось писать так, будто Торукель на самом деле не знал, кто стоит перед ним. ------------------- Ивар испустил смешок. Отсмеявшись какое-то время, он стал серьезным. -...Торукель. Хорошенько подумай. Даже если они убили Андромалиуса, Владыка Демонов Данталиан не получит с этого никакой выгоды. -Что? -На короткий, всего на короткий период он станет популярным среди горожан. Но если рассматривать долгосрочную перспективу, то потеря будет огромной. Факт того, что он взял любовницей изгоя останется пятном, портящим его репутацию. В заключении, срок его политической жизни сократится. Он затянет петлю на собственной шее. Я вскинул брови. -Тогда, зачем Данталиан убил Андромалиуса? Ивар Лодбрук покачал головой из стороны в сторону. -Думай дальше, Торукель. -Дальше? -В этом инциденте есть человек, который точно получил выгоду. И это конечно не Андромалиус. И не Данталиан. -...? Это утверждение было подобно загадке. Андромалиус и Данталиан столкнулись. Ни одна из сторон не получила никакой выгоды. Кто мог здесь... аах. Вот что это, вот что это было! -Лазурит! Мой голос стал громче сам по себе. -Благодаря этому происшествию, фактически произошло официальное признание Лазурит в качестве любовницы Владыки Демонов! -Именно. Эта девушка-суккуба была единственной, кто получил какую-то выгоду, - кивнул Ивар. -Эта девушка, вероятно, заранее проинструктировала Данталиана, что если Андромалиус попробует начать ссориться с ними, использовать Предупреждение Коцит как предлог, а затем убить его. С тех пор, как Данталиан так сильно влюбился в эту суккубу, он был более чем рад подчиниться. И, как они и ожидали, они столкнулись с Андромалиусом... Я не мог поверить в это. -Тогда, Лазурит совершила всё это лишь для того, чтобы повысить свой собственный статус...? -Совершенно верно. Она играла двумя Владыками Демонов. Данталианом, разумеется, и Андромалиус, сам того не зная, был сметен в её интригах. -Какая абсурдная женщина. Я чувствовал, как мой голос дрожал. В противоположность этому, Ивар пробормотал, будто он веселился. -Разве это не великолепно? Совсем недавно, эта суккуба была всего лишь торговцем. Однако, она смогла получить огромный кредит у нашей фирмы одурачив нас, она смогла переманить Данталиана на свою сторону, и вот сейчас, она смогла избавиться от Андромалиуса... -... -Я по-настоящему тронут. эта суккуба представляет собой воплощение жажды власти. Для рождения подобной девушки, мир и достоин существовать. Ивар посмотрел на меня. -Торукель. Наш соперник грозен. Эта девушка-суккуба достаточно способная, чтобы преодолеть собственную стену социального статуса. Она бессердечна и беспощадна. -... -Но она все еще не стала ничем больше хрупкой интриганки. Позиция Лазурит основывается на Данталиане. Если мы избавимся от Данталиана, то она больше не будет ни любовницей Владыки Демонов, ни кем-либо ещё. Она станет лишь заносчивым изгоем. Это была точная характеристика. Если ты хочешь стать генералом, сначала оседлай лошадь. Сейчас, Лазурит на лошади, известной как Данталиан, и она с решительностью несется вперед. Если связать ноги Данталиану, то, естественно, её решительность так же будет связана. -Не допуская ошибок. Ты должен разделить их друг от друга... ты справишься? -Даю слово. Её Высочество Пеймон также полностью согласна с вашим планом. Если произойдет непредвиденная ситуация, случающаяся один раз на десять тысяч, я возьму на себя всю ответственность. Я серьезно посмотрел на Ивара Лодбрука. После этого, Ивар Лодбрук кивнул. Не спрашивая, кто начнет первым, мы прочитали нашу клятву: -О, великий Киункуска... -Вы заплатите кровью. Это было высказывание нашей фирмы, которое хвасталось 400 летней историей. Другими словами, к большому собранию, на наших плечах лежало 400-летнее наследие. Проигрыш непростителен. Лазурит. Может быть ты и поразительная героиня, но ты всего лишь юный росток. Мы тщательно тебя раздавим.

Самый нелепый цирк (часть 1)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

***

Снаружи была шумная суета.

Перед главными воротами большого дворца было выстроено множество карет. Из этих карет, непрерывно выходили утонченные дамы и господа. Их внешний вид и наряды различались по стилю, но было кое-что общее: у них всех были рога.

Я сидел в карете и безучастно смотрел в окно.

-Не похоже, что пришло много Владык Демонов.

-Присутствие на Вальпургиевой Ночи не обязательно. Владыки Демонов, которым свойственна упертость в своем мнении, скорее всего не придут. Владыка Демонов 1-го ранга Баал и Владыка Демонов 2-го ранга Агарес не будут присутствовать.

-Тогда почему я должен присутствовать? Так напряжно.

-Встреча проводится с целью обсудить контрмеры чумы. Владея монополией на лекарство, Вашему Высочеству было бы трудно не участвовать.

-Вот она, проблема чрезвычайно выдающихся людей.

Миг спустя, Лазурит, украдкой, тихо пробормотала:

-...Ваше Высочество. Вашей покорной слуге не стоит идти вместе с Вашим Высочеством.

-Опять ты начинаешь? - проворчал я, - Ты публично объявлена моей невестой. Какую еще женщину я должен привести на этот бал, как не свою невесту?

На этой встрече, перед самим собранием, было запланировано развлечение для услады гостей. Запланированным развлечением и был этот бал.

Я выбрал Лазурит в качестве своего бального партнера. Это был очевидный выбор. Однако, казалось, что нашу мисс Лалу, бал сильно тяготил.

-Вальпургиева Ночь - это светская вечеринка, предназначенная исключительно для Владык Демонов. Присутствовать там позволено лишь наиболее значимым аристократам. Это не то место, в котором стоит появляться такой грязнокровке, как Ваша покорная слуга.

-Однако при этом, нет никаких правил насчет того, кем должен быть спутник Владыки Демонов. А значит, я могу привести кого пожелаю.

-Правил может и не быть, но обычаи никто не отменял...

-Аах, ятебянеслышу-ятебянеслышу...

Лазурит закрыла рот.

Даже если ты и смотришь на меня своими недовольными глазами, ты все равно ничего не можешь сделать.

В данный момент, Данталиан находится в центре внимания будучи главным героем романтической истории. Человек, ослепленный любовью. Таков мой образ среди народа. Было бы невозможно бросить Лазурит, и прийти в подобное место в одиночестве.

Кроме того, мне начал нравиться этот образ. Глупец, предавшийся страсти и растерявший остатки рассудка. Разве это не удобно? Никто не станет осторожничать, рядом с подобным дураком.

Умные люди станут лишь презирать такого тупицу, как я, и ничего более. Неправильно всё истолковав, они будут считать истинным виновником Лазурит. Все подозрения сосредоточатся на ней, в то время как я продолжу наслаждаться своими беспечными деньками...

Может быть, я гений?

Это был действительно идеальный план.

Благодаря Черной Смерти, я заработал невероятное количество денег, и теперь, единственное, что мне остается, это запереться в своем замке и провести остаток своей жизни не выходя оттуда. Райские Врата уже прямо передо мной.

-...У Вашего Высочества сейчас такое же лицо, какое бывает, когда Ваше Высочество думаете о чем-то извращенном.

А ну-ка, цыц!

После того, как прошло 20 минут, главный вход стал более свободным. Именно тогда, мы покинули карету и вошли в бальный зал. Все это время мы ждали, потому что не хотели, чтобы нас стали преследовать остальные.

Привратник, заметив наше приближение, во весь голос объявил:

-Прибыл Владыка Демонов 71-го ранга Данталиан.

В мгновение ока, все, кто были внутри, обернулись в нашу сторону.

Не обращая внимания, на их взгляды, я прошел до угла бального зала и занял там свое место. Вокруг нас слышался шепот остальных. Я не был способен услышать, что именно они говорят, но знал: не самое приятное. Похоже, они были ошеломлены тем, что я в самом деле явился на бал в компании изгоя.

Я пробормотал:

-Такое ощущение, будто я стал знаменитостью.

-Ваша покорная слуга считает, что нам не стоит заходить так далеко, взявшись за руки.

-Разве это не отлично подходит к нашему образу?

Мы стояли вместе, рука об руку.

Я улыбнулся.

-Не стоит гнушаться чего-то вроде того, чтобы браться за руки. В конце концов, я так же планирую поцеловать тебя.

-Тогда, Ваше Высочество Данталиан лишитесь языка.

-Как же мне нравится то, как ты недружелюбно реагируешь на это.

-Разумеется, Ваше Высочество.

-Ох, Лазурит. Не будь такой эгоисткой. Прямо сейчас, мы с тобой находимся в центре самого громкого скандала на всем континенте. Люди ждут от нас зрелища. Так не могла бы ты коснуться меня губами, думая об этом, как об услуге другим людям? Прояви в этот раз немного самопожертвования.

-Чтобы Ваша покорная слуга услышала такой совет от самой эгоистичной личности на всем известном Вашей покорной слуге континенте. Просто немыслимо...

-Мне любопытно, так что я спрошу. Знаешь ли ты, что каждый раз, когда ты так холодно говоришь, твои губы сияют невероятно соблазнительно? Если есть вероятность, что таким образом ты пытаешься меня соблазнить, то...

Лазурит отдавила пальцы на моей ноге.

-Какой восхитительный ответ. Ты начинаешь нравиться мне все больше.

-Какое совпадение. Ваша покорная слуга все больше начинает ненавидеть Ваше Высочество.

-Однажды, мы обретем взаимопонимание.

-Пожалуйста, имейте в виду, что корни этого взаимопонимания не будут произрастать из постели.

-Как же это прискорбно.

Пока что, я решил отступить. Действительно, в мире нет ничего более приятного, чем дразнить грамотную женщину.

Феи, удерживающие лотки, наполненные алкогольными напитками, запорхали в нашу сторону. Я приподнял бокал белого вина. Лазурит и я, в хороших отношениях (признаю, мои слова можно назвать спорными), наслаждались вином и ожидали начала бала.

За исключением фей, никто не пытался приблизиться к нам. Люди рассматривали нас лишь издали. Казалось, будто я стал бегемотом в зоопарке.

Несмотря на это, я был в состоянии занятно провести свое время. Было довольно интересно увидеть Владык Демонов в реальной жизни, ведь до этого, я видел их лишь как изображения в "Атаке Подземелья". Пеймон 9-го ранга, Барбатос 8-ранга, Марбас 5-го ранга... Был ли это уровень сильнейших Владык Демонов? Они были могущественными врагами, которые обеспечивали моего главного героя "Game Over"-ом множество раз.

-Я хотел бы воздать приветствие всем владыкам, которые смогли собраться сегодня здесь на Вальпургиеву Ночь. Меня зовут Ивар Лодбрук, я из Фирмы Киункуска. Я был удостоен чести провести сегодняшнюю встречу.

Невероятно старые господа направились в центр бального зала. Слабые аплодисменты раздались со стороны Владык Демонов. Такое чувство, что хлопало всего около 6 человек. Остальные Владыки Демонов просто безразлично смотрели на старика.

С другой стороны, я нахмурил брови.

-Это Ивар Лодбрук?

-Да. Это богатейший человек демонического мира, владелец Фирмы Киункуска и истинный вампир, Ивар Лодбрук. Человек, которого, благодаря Вашему Высочеству, предала Ваша покорная слуга.

-Хмм.

Мужчина, ага.

Ивар Лодбрук был персонажем, так же присутствовавшим в игре. За исключением того, что Ивар Лодбрук, которого я знал, немного отличался от того, что был передо мной.

Я, с полным интереса взглядом, ждал, что произойдет в зале.

-Прежде всего, я хотел бы рассказать о повестке дня на сегодня. Во-первых, в прошлом месяце скончался эрцгерцог Ада. Поскольку нет никаких официальных наследников, следующий эрцгерцог должен быть выбран как можно скорее. Я хотел бы собрать мнения Владык Демонов, присутствующих здесь и...

-Постой. Постой-ка секунду, старик, - раздался резкий девичий голос.

Все обернулись посмотреть на его источник.

Поскольку в бальном зале не было должного освещения, здесь было темно. Были свечи, большие, как человеческие головы, плавающие вокруг. Это и были единственные источники света. Глубоко желтые свечи медленно дрейфовали в воздухе, изредка бросая отблеск то на одного, то на другого человека. Однако, это длилось лишь краткий миг. Вскоре, люди снова погружались обратно во тьму.

-Из-за чертовой чумы, отключены все офисы управления телепортацией. Мы добирались сюда верхом на метлах, с которых не слазили десятки часов. Знаешь, что это значит? Это значит, что пора забыть о скучной, допотопной политике.

Свет от свечи озарил лицо девушки.

Её волосы были белы как снег.

Её глаза, может и светились ярким золотым светом, но определенно, она смотрела сверху вниз на всех, за исключением себя. Неважно, как ты смотрел на нее, она выглядела не более, чем на 14 лет, но она тоже была Владыкой Демонов. Владыкой Демонов, жившей более 500 лет, к тому же 8-го ранга, Барбатос.

Для справки, не уверен, что она сама пыталась добиться соответствия с её белыми волосами, но её фигура была такая же плоская, как и великие равнины Сибири. Разумеется, она выглядела как ребенок.

-Ваше Высочество Барбатос. Мы понимаем, но тема актуальна...

-Конечно. Эпидемия распространяется по всему континенту, семеро наместников в регионах Ада затевают гражданскую войну, а в связи с результатами гражданской войны в королевстве Сардиния, дворяне, не сумевшие победить, начинают бунтовать. И что, теперь мы живем в дерьмовую эпоху? Несмотря на это, мир оставался таким же дерьмом и сотню лет назад, и две сотни лет, и даже пять сотен лет назад.

Барбатос подняла свой бокал в правой руке.

-Даже если собрание задержится на 3 часа, ничего не изменится, старый вампир. Пей алкоголь, ни говоря ни слова. Дай нам пару минут покоя.

-Мм...

Старый господин, Ивар Лодбрук, открыл и закрыл свой рот, как если бы был обеспокоен. Истинные вампиры были знатью среди всей знати, но даже они по-прежнему были ниже Владык Демонов. Было трудно напрямую игнорировать предложение о проведении пьянки.

Если только ты не Владыка Демонов того же ранга.

-Барбатос, как всегда дремучая, - раздался голос взрослой дамы, - ты можешь пить алкоголь, когда бы ты ни пожелала. Ты в любом случае, можешь весь год топить себя в алкоголе, так почему бы тебе не попробовать сдержать себя всего на одну эту ночь? Если, конечно, в твоем словарном запасе вообще есть слово "терпение".

Свет от свечи слабо озарил стоящую под ней женщину.

Совершенно отличаясь от Барбатос, у девушки были огненно-рыжие волосы. Казалось, что во всем мире, единственный человек, которого презирала эта женщина, была Барбатос.

Самый нелепый цирк (часть 2)

-Барбатос, как всегда дремучая, - раздался голос взрослой дамы, - ты можешь пить алкоголь, когда бы ты ни пожелала. Ты в любом случае, можешь весь год топить себя в алкоголе, так почему бы тебе не попробовать сдержать себя всего на одну эту ночь? Если, конечно, в твоем словарном запасе вообще есть слово "терпение".

Свет от свечи слабо озарил стоящую под ней женщину.

Совершенно отличаясь от Барбатос, у девушки были огненно-рыжие волосы. Казалось, что во всем мире, единственный человек, которого презирала эта женщина, была Барбатос.

Лазурит тихо шепнула мне:

-Владыка Демонов 9-го ранга Пеймон. Она хорошо известна своей укоренившейся враждой с Барбатос.

-Я мог бы сказать об этом и без всяких разъяснений, потому что распределение совершенно несправедливо. На месте Барбатос, я бы тоже, наверное, обиделся на Пеймон.

-Распределение?

Я мотнул подбородком в сторону Пеймон. Лазурит, с сомнением на лице, проследовала за моим взглядом и осмотрела Владычицу Демонов.

Её взгляд упал точно на грудь Пеймон. В отличие от Барбатос, Пеймон была счастливой обладательницей роскошной груди. Это доказывало то, что в конце концов, природа несправедлива.

Лазурит вздохнула:

-...Ваше Высочество. Пожалуйста, отнеситесь ко встрече серьезно.

-Всякий раз, когда я вижу эти два возвышающихся холмика, я изумляюсь. Такое же чувство ты испытываешь, когда увидев природный ландшафт, очаровываешься им.

-Прошу, поймите, что прямо сейчас Ваше Высочество выглядите очень, невероятно, чрезвычайно пошло.

-Лала. Я человек, который ненавидит выходить на улицу больше смерти. В данный момент, я в режиме реального времени переживаю смерть. Если я не буду тебя дразнить, то как я смогу противиться искушению убить себя?

Лазурит стихла.

Вместо этого, давление на мою правую ногу возросло.

Не обращая внимания на боль, исходящую от моих ступней, я ухмыльнулся.

-Это плата за мои мучения изо дня в день. Страдай ради меня.

-... Ваше Высочество на самом деле настолько ненавидит просыпаться по утрам?

-У каждого человека есть свои собственные биологические часы. Я тот человек, который физически не должен просыпаться по утрам.

-Видимо, 16-часовой сон тоже является следствием биологических часов Вашего Высочества. Ваша покорная слуга думает, что проблема не физиологическая, проблема в складе ума Вашего Высочества.

-Короче, ты говоришь, что мой склад ума плох и он прогнил, подобно сточным водам.

-Сегодня, стоя на этом месте, Ваша покорная слуга впервые осознала, что Ваше Высочество обладает потрясающей способностью подводить итоги.

-Лала. За день, я должен спать не менее 15 часов.

-Независимо от того, каково достаточное количество, Ваша покорная слуга не может позволить вам больше 7 часов.

-Что? Семь часов?

Мой голос поднялся сам по себе.

-Семь часов!? Ты что, шутишь? Да сказала бы уже, чтобы я ложился спать и немедленно поднимался обратно. Людям требуется как минимум 12 часов сна, чтобы они могли продолжать нормально функционировать!

-Ваша покорная слуга спит не более четырех часов в день. С тех времен, как она бродила в переулках и в течение тридцати лет после.

-Оох. Вот и настал момент, когда выяснилась причина того, почему ты стала такой бесчеловечной, жестокосердечной личностью. Причина, по которой ты всегда неуравновешенная, как будто у тебя постоянно предменструальный синдром, так же выявлена.

-Ваше Высочество. Большинство людей проводит лишь около семи часов во сне.

-И большинство людей не правы! Разве ты не слышала, что сказала Барбатос? Разве она не подтвердила, что будь то настоящее или прошлое, мир всегда был полнейшим дерьмом? Это все из-за недостатка сна. Совершенно логичный вывод.

-Это тот уровень логики, который заставил бы плакать даже Аристотеля.

Прим. пер.: Аристотель - основоположник формальной логики.

И вот снова, я и Лазурит потерпели неудачу в достижении взаимопонимания.

Пятнадцать часов против семи часов, пропасть между ними была слишком велика. Если это произойдет, может вспыхнуть война. Трагедия повторится.

Не только у нас двоих портились дипломатические отношения. В бальном зале, Пеймон и Барбатос разгорячились и проводили психологическую войну.

-Пеймон. Наша элегантная леди-шлюшка! Слышала новость, что ты наконец сношалась вчера с кентавром. Твои чресла должно быть просто горят, но, как я вижу, ты смогла довольно успешно доползти сюда. Или, быть может, всё потому, что твоя вагина уже настолько разработана, что вполне легко способна справиться с чем-то вроде кентавра? Хм...?

-От твоих грубых слов, люди могут подумать, что ты необразованна. Тебе стоит начать обучение того, как вести себя прилично, Барбатос. Ты была капризна, как ребенок, последние пять сотен лет, так что, пора наконец начать вести себя как взрослой.

Пеймон приподняла уголки рта. Затем, на мгновение задержавшись, она прикрыла свой рот оперенным веером. Она нарочно показала свою ухмылку, прежде чем спрятать ее.

-С таким телом, тебе, наверно, никогда не иметь близких отношений с приличным человеком. А раз ты никогда в своей жизни не будешь способна иметь законных отношений, то тебе ничего не остается, кроме как навсегда остаться маленькой девочкой. Ох, дорогая, мне очень жаль. Было неправильно смеяться над кем-то из-за его тела... Как это невежливо с моей стороны.

-...Не то, чтобы я не могла завладеть мужчиной, но я намеренно не собираюсь заводить отношений, мисс Шлюшка. Я одинока по своему на то желанию. Конечно, девушка, которая разбрасывается своим телом вокруг, как кухонным полотенцем, не сможет понять нечто подобное.

-А-ха. Это не так. Эта дама вполне способна понять.

Пеймон сузила глаза.

Насмешка подчеркивалась её красными зрачками.

-Ты никак не можешь сорвать виноград, поэтому ради твоего же психического здоровья лучше не обращать на это внимания, и сказать, что на самом деле ты его не срываешь, потому что он испортился. Разве не восхитительно видеть людей, пытающихся оправдаться перед собой, а, Барбатос? Как будто ты бросаешь мимолетный взгляд на их нехватку индивидуальности и интеллекта...

-...

Барбатос стиснула зубы.

Я был глубоко поражен разговором между двумя Владыками Демонов. Вот почему, я сразу же озвучил Лазурит эмоции, что испытывал.

-Лала. Может я и до глубины души ненавижу внешний мир, однако, если бы я был в сопровождении этих двоих, то перспектива выхода на улицу не казалась мне настолько плохой. Просто вот так стоять и слушать их, и моё настроение улучшается.

-Ваша покорная слуга считает, что это всё потому, что душа Вашего Высочества прогнила насквозь.

-Как ты думаешь, возможно ли пригласить их обоих пойти со мной на свидание в одно и тоже время? Я бы пошел с ними, а затем, втихаря слиняв, просто бы наблюдал, как они ссорятся.

-Малые Боги будут шокированы, люди будут шокированы, и даже старые мудрецы будут настолько шокированы, что повылазят из своих могил из-за отвратительной личности Вашего Высочества.

Лазурит вздохнула.

-За последние 300 лет, Барбатос и Пеймон начинали войну друг с другом 14 раз. Среди Владык Демонов, у них худшие отношения. Ваша покорная слуга, из верности Вашему Высочеству, советует Вашему Высочеству отказаться от этой призрачной мечты.

-Они воюют каждый 21 год?

Война — это не детская забава. Она требует огромное количество трудовых ресурсов, материалов и времени. То, что они так часто начинают воевать, говорит о том, что они действительно ненавидят друг друга до мозга костей.

-До чего же пугающи эти свирепые женщины. Я еще больше заинтересовался ими.

-Ваша покорная слуга начинает серьезно беспокоиться по поводу предпочтений Вашего Высочества в женщинах. Вашей покорной слуге остается надеяться, что это излишнее беспокойство...

-Где третья?

Лазурит наклонила голову.

-Простите?

-Я говорю о третьей. Третий персонаж. Мир подобен миниатюрной вселенной, вот почему он имеет склонность пытаться сохранить вещи в балансе между собой. Смотри. С одной стороны, маленькая леди, проживающая свою жизнь, осыпая все проклятиями, в то время как с другой - женщина, строящая из себя целомудренную, но при этом живущая жизнью, какая ей заблагорассудится. Баланс Вселенной бы не выдержал...

Я покачал головой.

-Невозможно было бы сохранить встречи в течении сотен лет без посредника. Должен быть достойный человек, способный сдерживать этих двух женщин, которые непослушны, как буйволы в жару. Эта женщина, скорее всего, и будет соответствовать моим предпочтениям.

И точно.

-Вы, двое. Успокойтесь.

Невероятно мрачный голос распространился по залу.

-Из-за вашей ругани, остановилось совещание. Как насчет того, чтобы проявить капельку уважения к Ивару Лодбруку, который вызвался принять нас.

Спорившие Владыки Демонов закрыли рты.

Свеча безмолвно осветила лицо нового оратора.

Марбас, 5-ый ранг.

В восточно-европейском стиле, с накинутым на плечи плащом, очень крепким телосложением, этот человек медленно осматривал аудиторию через монокль... Это был лысый мужчина.

Так и было. Третьим персонажем был никто иной, как мужчина с крепким телосложением.

Лазурит пробормотала:

-У Вашей покорной слуги действительно нет причин беспокоиться о предпочтениях Вашего Высочества в женщинах.

-...Я отказываюсь от моего предыдущего заявления.

-Марбас пользуется значительной популярностью среди женщин. Однако, Ваша покорная слуга не знала, что эта популярность так же распространилась и на мужчин.

После того, как Владыка Демонов с наивысшим, среди присутствующих на собрании, рангом, сделал шаг вперед, атмосфера в бальном зале стала более спокойной. Ивар Лодбрук, получив помощь, продолжил совещание. Смачивая полость своего рта вином, я выслушал все виды вопросов.

Самый нелепый цирк (часть 3)

Время тянулось мучительно долго.

Было бы весело, если бы возникла ещё одна ссора, но и Пеймон и Барбатос, держали языки за зубами. Таким образом, не было совершенно никаких развлечений.

От ужасной скуки, мои веки отяжелели. Если бы Лазурит не сжимала постоянно мою руку, я бы, скорее всего, тотчас уснул.

Пока я отчаянно вел свой кровавый бой со скукой, Пеймон, наконец, открыла рот:

-Мои дорогие собратья, и Ивар Лодбрук. Перед тем, как начать обсуждение чумы, есть инцидент, который, мы, безусловно, должны урегулировать в первую очередь.

-О чем это вы, Ваше Высочество?

- Убийство. Полагаю, что все уже здесь знают об ужасном событии, произошедшем несколько дней назад. Наш кровный родственник, Андромалиус, Владыка демонов 72-го ранга, был убит.

Бля.

Я моргнул сонливыми глазами.

Пеймон подняла серьезную тему.

-Андромалиус. Он был постыдным человеком. Он вел себя так, как не подобает вести Владыке Демонов. Однако, несмотря на все это, он все еще был таким же Владыкой Демонов, как и мы.

Легкими шагами, Пеймон направилась в центр бального зала. Каждый сделанный ею шаг вытягивал из моей головы каплю дремоты. К тому моменту, как она остановилась, я уже полностью проснулся.

-Не важно, насколько большой наш континент, число избранных родиться Владыками Демонов было равно 72. Всей популяцией нашей расы было 72 человека. Значение каждого из нас настолько драгоценно, что не может быть сравнимо с остальными расами. И вот, наш родственник был безжалостно убит.

Пеймон повернула голову и уставилась на меня.

Эмоции, пылающие в этих красных глазах, были явно враждебными.

-Каждый должен хорошо понимать, почему это такое тяжелое событие. Виновник убийства нашего родственника должен понести справедливое наказание.

В тот же миг, все Владыки Демонов повернулись сюда.

-…

В моей голове сработала сигнализация.

Сонливость испарилась, мое сознание быстро похолодело. Непредвиденное нападение. Ситуация, к которой я не был заранее готов. Придя к выводу, что я столкнулся с опасностью, мой разум неистово заработал.

♦

Зачем?

♦

Казалось, будто время вокруг меня замедлилось.

"Почему она нападает на меня, я ведь совершенно ничего не делал?"

Информация, которую до этого я намеренно блокировал, потоком хлынула на меня.

Одежда Владык Демонов.

Выражения их лиц.

Движения их губ, когда они перешептывались.

Каждая информационная частица была "собрана", "проанализирована", а затем представлена в виде данных.

Например, Пеймон.

Она всего лишь раз посмотрела на меня, после чего сразу же отвела взгляд в сторону. Даже сейчас, она обращала свою пламенную речь не ко мне, а к остальным Владыкам Демонов. Что это значит?

"Она нападает на меня, не потому что она имеет ко мне эмоциональную неприязнь."

Если так, то.

"Она нападает на меня по какой-то политической причине. Вот почему, перед тем как напасть, она убеждает других Владык Демонов уделить этому особое внимание."

Я временно принял эту гипотезу.

Таким образом, исходная точка для рассуждений получена. Я получил единый фундамент. Как массивное дерево, прорастающее на небольшом участке земли, различные виды гипотез и заключений, подобно ветвям, потянулись из моей головы.

"Какую политическую выгоду ты получишь, напав на меня?"

"Данталиан – медака. Нападением на него, ничего не добьешься."

"Значит, дело в Черной Смерти." – всплыл немедленный ответ.

"Используя убийство Андромалиуса, как предлог, они заберут большую часть черной травы, что находится в моем распоряжении. Цель Пеймон где-то там."

"Соучастник?"

"Если бы она пыталась самостоятельно захватить монополию на всю черную траву, то другие Владыки Демонов, скорее всего, были бы против. Здесь должен быть соучастник. Кто он?"

Первый этап моего вывода завершен.

Я осторожно огляделся.

Количество присутствовавших Владык Демонов равнялось тридцати двум. Количество спутников, сопровождавших Владык Демонов, так же равнялось тридцати двум. Если сюда добавить хозяина встречи, Ивара Лодбрука, в общей сложности получим 65. Все они со всех сторон смотрели на меня и Пеймон.

"Слишком много."

Я должен был уменьшить число подозреваемых.

Я изменил ход мыслей.

В соответствии с инструкцией, выгравированной в моем сознании.

Нужен другой набор фактов.

Нужен более естественный вывод.

"Что, если её главная цель состоит не в нападении на меня?"

Со стороны выглядело, будто я не спрогнозировал появление чумы, а пророчил её. Это покажется невозможным, если рассуждать со здравым смыслом.

Кто-то умышленно распространил болезнь. Было бы более естественно решить именно так. Они так же решат, что раз у Владыки Демонов Данталиана нет талантов, виновник кто-то иной.

Виновница.

Та, кто имела возможность создания и распространения болезни.

Мой взгляд медленно двигался в сторону одной Владыки Демонов. Девушка с белыми волосами держала свой бокал и молча потягивала красное вино.

"Барбатос."

"Только некроманты могут контролировать чуму."

Сильнейший некромант в истории. Владыка Демонов, единственная в своем роде, кто обладал титулом Архимага в области черной магии.

С точки зрения остальных, не было никого более близкого к тому, чтобы быть "истинным виновником", как Барбатос.

"Вот в чем дело."

Мое сердце застыло.

"Так вот почему Пеймон…"

На этот раз, я обратил свой взор на Пеймон.

Пеймон величественно держала свой веер, будто она пыталась что-то сообщить. Ее движения были медленными. Её юбка перестала колыхаться, замерев на месте. Ее рот двигался медленно. Всё окружение было неспособно двигаться соответственно скорости моих мыслительных процессов.

Пеймон.

Главный конкурент Барбатос.

По её словам, Барбатос была реальным виновником, распространившим Черную Болезнь.

Данталиан был не более, чем шахматной фигурой, сдвинутой во время хода Барбатос.

"Интересненнько."

Я отлично понял, в насколько неприятном положении я оказался.

Похоже, что без моего ведома, меня втянули в политическую борьбу этих двух дворян.

Именно поэтому, политики так раздражают. Они самостоятельно разводят суету и вовлекают в нее совершенно посторонних людей. Если они не причиняют огромный вред, то я не знаю, что в таком случае, они еще делают.

Проблема была в том, что отношения между Пеймон и Барбатос были настолько плохие, что они начинали войну каждый 21 год. Их дипломатические отношения были плохими сами по себе. Настолько, что наша словесная перебранка с Лазурит, была совершенно не сравнима с тем, что творили они.

Всякий раз, когда портились отношения между этими двумя Владыками Демонов, вспыхивала война. Несмотря на это, Пеймон, возилась с Данталианом, который был всего лишь пешкой Барбатос. Она обвиняла меня, будучи готовой к худшему исходу.

Масштаб плана слишком велик, чтобы предпринимать попытку, опираясь на несколько простых предположений. Война – это не то, что стоит совершать необдуманно. Погибнут люди, припасы будут растрачены, и даже твое психическое здоровье будет истощено.

Причина, по которой Пеймон начала действовать.

Причина, по которой она сможет обвинить меня в преступлении, отлично понимая, что в худшем случае будет война.

Другими словами, неопровержимое доказательство.

"У Пеймон есть доказательство."

Доказательство того, что Черная Смерть появилась не случайно.

"Но какого рода доказательство может быть, чтобы она… ааа", - воскликнул мысленно я.

Понятно.

И как это я раньше не догадался?

Глядя мимо Пеймон и Барбатос, я перевел взгляд на девушку, стоящую прямо возле меня.

Лазурит.

Если подумать об этом, то все становится понятным.

Двадцать седьмого июня, Лазурит была в том самом месте, где случилась первая вспышка Черной Смерти, и увидела её своими глазами в тот самый день, когда чума начала расцветать. Она стояла в начальной точке.

Лазурит всего лишь пошла в то место по моему совету. Однако, в глазах других всё выглядело совершенно по-другому.

Суккуба, которая случайно купила черную траву, случайно оказалась первым свидетелем вспышки, и, наконец, случайно так вышло, что Черная Смерть лечилась черной травой.

Вот как бы это выглядело со стороны.

И любой бы сказал: "Это невозможно".

Пеймон так же решила, что такое совпадение не было возможным.

Во всяком случае, более правдоподобным было следующее:

Черную Смерть создала Барбатос, а Лазурит использовала какой-то способ, чтобы распространить ее в городе. Затем, Лазурит сбежала к пешке Барбатос – Данталиану…

♦

Истинным преступником была Барбатос.

Данталиан был пешкой.

Исполнителем плана была Лазурит.

♦

Была создана такая вот структура.

Хотел бы я обратить все это в нелепую чушь, но в противоположность этому, нелепой чушью Пеймон посчитает моё заявление.

Если бы Пеймон спросила: "Как ты смог заранее предсказать вспышку Черной Смерти, и почему Лазурит была там?", я мог бы ответить лишь: "Я знал об этом благодаря игре". И даже, если бы я солгал, сказав: "Благодаря вещему сну", я ничего не смог бы ответить, если они бы сочли это бредом. Пеймон будет судить об этом, пользуясь лишь чистой рациональностью…

"Несмотря на то, что, в конце концов, она и напала на меня именно из-за этой рациональности."

Что ж, ладно.

Действия Пеймон все объяснили.

Если все было так, остался открытым всего один вопрос.

♦

Кто рассказал Пеймон о местонахождении Лазурит?

♦

Все то время, что Лазурит провела там, она была с измененной внешностью.

Лишь очень небольшое число людей знало о том, что Лазурит была в городе, где появилась Черная Смерть, в Сиракузах, между двадцатым июня и шестнадцатым июля. Откровенно говоря, знало всего два человека.

Первый – конечно же я, тот, кто отправил Лазурит туда.

Разумеется, я ничего из этого не рассказывал Пеймон.

Оставался всего один человек.

"Человек, которому не оставалось ничего, кроме как знать, где работает Лазурит."

Другими словами, ее начальник.

Человек, получавший ее отчеты.

Старый босс Лазурит.

Ивар Лодбрук.

Повернув голову, я посмотрел на старого вампира. Старый господин, с опрятно отпущенной бородой, безучастно стоял. Будто он не имел никакого отношения к сложившейся ситуации, подобно богомолу, прячущемуся в высокой траве, лежавшему в засаде, этот камуфляж вампира был весьма примечателен.

"Да."

Ты контролировал все, оставаясь в тени.

"Это был ты."

Сообщник был выявлен.

Второй этап моих рассуждений был завершен.

"Признаю."

Ивар Лодбрук был довольно серьезным хищником.

Подобно львице, он пытался осторожно охотиться на меня. Он спланировал все от начала и до конца, сплел вокруг меня сеть. Желторотики вроде Владыки Демонов Андромалиуса или искателя приключений Риффа сильно от него отличались.

Пожалуй, он был сильнейшим противником из всех, с которыми я сталкивался с тех пор, как попал в этот мир.

Самый нелепый цирк (часть 4)

Ивар Лодбрук был довольно серьезным хищником.

Подобно львице, он пытался осторожно охотиться на меня. Он спланировал все от начала и до конца, сплел вокруг меня сеть. Желторотики вроде Владыки Демонов Андромалиуса или искателя приключений Риффа сильно от него отличались.

Пожалуй, он был сильнейшим противником из всех, с которыми я сталкивался с тех пор, как попал в этот мир.

Однако, все еще была вероятность того, что все мои гипотезы были ошибочны.

Прежде чем начинать полномасштабную охоту на Ивара Лодбрука, было кое-что, что мне нужно было проверить в первую очередь.

Я тихонько пробормотал:

-Лазурит.

Как только я пошевелил языком.

Время, до этого текущее так медленно, вернулось к прежнему темпу. Движения Пеймон, шёпот остальных, и даже воздух, что я чувствовал своим носом, восстановили свою скорость.

-…Вот почему, эта дама требует немедленного наказания Данталиана. Это убийство непростительно!

Прим. пер.: если вы обратили внимание, Пеймон, как и Лазурит обожает говорить о себе в третьем лице, даже не знаю, что с этим делать.

Пеймон указала на меня веером, и страстно продолжила:

-Будет совершенно уместно взыскать с него штраф в размере 1 000 000 Либр в качестве компенсации за убийство Андромалиуса, а самого Данталиана, на 15 лет заключить в Ледяную Тюрьму!

Хотелось бы мне знать, посчитали ли они это слишком суровым наказанием. То тут, то там, люди в бальном зале начали перешептываться. Половина людей смотрела, будто они наблюдали что-то интересное, другая половина серьезно кивала, будто они наслаждались происходящим.

В этой обстановке, Лазурит тихо ответила:

-Да, Ваше Высочество?

-Я хочу, чтобы ты, без каких-либо возражений, выполнила мои следующие приказы. Отойди от меня на пять шагов, а затем, будто произошло что-то срочное, быстро направься к выходу из зала.

-… Должна ли Ваша покорная слуга выйти на улицу?

Голос Лазурит был несколько сух. Что ж, в подобной ситуации, когда вас обвиняет Владыка Демонов 9-го ранга, это было неизбежно.

Вторя ей, я прошептал так тихо, как мог:

-Нет. В этом нет необходимости. С этого момента, начнет происходить величайшее цирковое выступление в мире, так что тебе стоит остаться, чтобы посмотреть его до самого конца. Убедись, что ты наблюдаешь с VIP-места.

- VIP-места?

Лазурит была слегка сбита с толку моей беспечностью.

Перешептываясь с ней, я внимательно осматривал каждый уголок бального зала. В этом зале было собрано шестьдесят пять важных персонажей. Даже, если я обладал блестящим мозгом, если мне было необходимо следить за всеми шестидесяти пятью людьми, я должен был быть немного серьезным.

-Я буду отсчитывать от пяти, - приглушенно скомандовал ей я, - Иди в тот момент, когда я произнесу "один". Пять. Четыре. Три. Два…

Один.

Лазурит начала идти.

Следуя моим указаниям, она сделала пять шагов назад. Затем, медленно набирая темп, она направилась к выходу из зала.

"Если есть сообщник, помимо Ивара Лодбрука."

Я сконцентрировал свое восприятие на каждом человеке, присутствовавшем в этом зале.

"Он будет наблюдать не за марионеткой, Данталианом, а за истинным исполнителем плана, Лазурит."

Шестьдесят пять человек.

Среди этих людей, тот, кто станет следить за Лазурит до самого конца, и будет "врагом".

Как только Лазурит отошла, 21 из 65 человек инстинктивно посмотрели на нее. Но лишь на короткое время. Вскоре, люди потеряли интерес к этой маленькой суккубе и перевели свой взгляд обратно на Пеймон или меня. Им не было никаких причин обращать внимание на Лазурит.

"Покажись."

Я улыбнулся.

Будто указывая на перегрев от яростной работы моего мозга секунду назад, на моем лбу выступила капля пота.

"Покажи себя, моя прелесть."

После того, как прошло 3 секунды, число подозреваемых сократилось с 21 до 15.

После пятой секунды, число подозреваемых резко сократилось до четырех.

И наконец, после того, как прошло 11 секунд… не осталось никого…

Кроме Ивара Лодбрука.

Вампир, замаскированный под старого господина, морща лоб, до самого конца следил за Лазурит.

"Ага."

Я ухмыльнулся.

"Так ты говоришь мне, что кроме Пеймон, больше нет никаких сообщников?"

Таким образом, третий этап моих размышлений был завершен.

Найден мотив виновника… найден сообщник виновника… и, наконец, подлинность моих рассуждений была подтверждена… все три шага были полностью выполнены.

"Ивар Лодбрук, разве двух людей не маловато?"

По правде говоря, их было невероятно мало.

Ох, умный вампир.

Не только Пеймон, ты так же должен был привлечь на свою сторону Барбатос и Марбаса. Ты говоришь, что самый богатый человек в демоническом мире. Разве не было возможным подкупить Барбатос и Марбаса, если бы ты использовал все свое богатство?

Но ты привлек лишь одного Владыку Демонов.

Ох, все что ты сделал, это привлек Пеймон!

Для того чтобы справиться со всего одним, самым презираемым в мире изгоем, мне пришлось заложить все мое имевшееся состояние и получить кредит в размере 10 000 золота. Я поставил на кон все свое будущее. Вот что происходит, когда лев вкладывает все свои силы, охотясь на кролика!

Если кто-то придет к вам с намерением убить, то вы не постесняетесь использовать все, что только у вас есть.

Будучи встреченным с такой невоспитанностью, я был раздосадован до самой глубины души.

Мир действительно переполнен людьми, незнакомыми с этикетом. Как человек, который делает все возможное, чтобы сделать мир благовоспитанным, насколько это возможно, трагедия этого мира всегда окутывает меня чувством печали.

Как люди могут быть настолько беспардонными?

Разве не могут люди быть менее ленивыми, во время охоты на других?

Почему те люди, которые уже справились со своей ленью, во время охоты на других, так неохотно готовы тратить пару лишних монет, в то время, как на охоте они должны поставить все что есть.

Моя вторая младшая сестра определила, что у меня самый дьявольский мозг из всех людей на земле, но это было не так. Я просто не понимал, почему люди умудряются проживать свои жизни так "выборочно искренне". В этой области я был совершенно невежественен…

Я лично преподам вам, каким должен быть этикет.

Я заставлю вас пожалеть о том, что вы не стали рисковать собственной жизнью, когда сами принимали решение разрушить комфортную жизнь другого человека.

-Эта дама хотела бы предложить официальное слушание! Я, Пеймон, будучи Владыкой Демонов 9-го ранга, а также будучи властителем, стоящим во главе справедливости, обвиняю Владыку Демонов Данталиана, 71-го ранга в преступлении.

Да.

Для начала, Пеймон.

Ты была первой проблемой.

Ты, думая рационально, решила, что я был пешкой Барбатос. Что это я потворствовал распространению болезни и ничего не делал, в то время как миллионы невинных жизней погибали.

В "Атаке Подземелья", Пеймон, ведя себя неподобающе Владыке Демонов, была дружелюбна к людям. Ее хобби было наряжаться человеком и охотиться на мужчин. Даже в игре, главный герой, гуляя по городу, оканчивал случайной встречей с Пеймон, которая маскировалась под человека.

Пеймон влюбилась в героя с первого взгляда. И, до тех пор, пока герой не соглашался переспать с ней, она настойчиво домогалась его. И даже, когда она встретила свой конец, проткнутая мечом героя:

-Это тело умирает… так не мог бы ты подарить этой даме последний поцелуй? – так она признается герою в своей любви.

Герой, не в силах отказать ее предсмертному желанию, целует Пеймон. Несмотря на то, что целый ряд женских персонажей нацелены на первый поцелуй героя, той, кто крадет его первый поцелуй, была Пеймон, Владыка Демонов, являющаяся врагом человечества. Довольно странная любовная история.

Из-за недавно распространившейся Черной Смерти, большое число людей продолжало умирать. С позиции Пеймон, считавшей людей такими же разумными созданиями с равными правами, Черная Смерть была непростительным бедствием

"Я не могу простить Барбатос за эту трагедию."

"И я так же накажу Данталиана, который работал в качестве твоей пешки."

До этого момента все было прекрасно.

С точки зрения здравого смысла, все верно.

Для людей было обычным явлением заблуждаться насчет преступлений других, как будто они сами проживали эти жизни. Однако, когда ты думаешь рационально, при появлении недопонимания, разве ты не попытаешься сперва поговорить с человеком?

Зачем тебе сразу же нападать?

У тебя эти дни? Или ты тоже подвергнута хроническому пмс, и тебя унесло твоей неконтролируемой эмоциональной турбулентностью? Это большая проблема. Я бы рекомендовал тебе сходить к врачу, описать свои симптомы и приступить к немедленному лечению.

Но сперва, я починю твою голову.

Будь хорошей деткой, и выучи, что такое настоящий этикет.

***

Самый нелепый цирк (часть 5)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

В условиях сумбурной атмосферы в зале:

–... Наивысшим рангом среди всех нас, обладаю я. Уместней всего будет, если конфликт между двумя Владыками Демонов будет разрешать другой Владыка Демонов.

Видимо, решив, что он больше не может оставаться простым зрителем, Владыка Демонов Марбас, 5-го ранга сделал шаг вперед.

–Ивар Лодбрук. Я временно беру на себя роль ведущего. Мне очень жаль, но это слушание слишком важно для меня, чтобы оставить его в твоих руках.

–Как пожелаете, Ваше Высочество, - старый вампир послушно отступил.

–Хм.

Марбас стоял в центре зала.

То, как твердо стояли его ноги, создавало впечатление, будто он был гигантским деревом. Его устойчивость была впечатляющая. Этот лысый мужчина высокого роста сильно хмурил свои брови, будто он действительно совсем не находил приятной эту ситуацию.

–Я – пятого ранга. Как Владыка Демонов, отвечающий за благородство, я буду официально принимать запрос Пеймон. Обвиняемый – Владыка Демонов 71-го ранга, Данталиан, Без титула.

Его объявление довлело над окружающими.

Его, полный достоинства, голос не допускал никаких возражений. Владыки Демонов опустили свои взгляды, а феи выстроились в линию, и осторожно поклонились.

–За исключением прямо вовлеченных людей, вмешательство третьей стороны строго запрещено. Данталиан. Обвиняемый этой Вальпургиевой Ночи. Выйди и предстань перед своим обвинителем.

Целесообразным было только подчиниться правящему бал.

Сделав пару шагов вперед, я встал точно посреди зала.

¬–...

–...

Пеймон и я, смотрели друг на друга, оставив между нами небольшой зазор.

Как в начале гладиаторского поединка в Римском Колизее.

–После того, как обе стороны закончат свою речь, мы решим, чьё мнение является верным посредством голосования. Сперва, я предоставлю Пеймон право на допрос обвиняемого – Данталиана.

–Да, - Пеймон приподняла края своей юбки и поклонилась.

Казалось, что время остановилось на краях ее вежливо приподнятой юбки.

–Благодарю что согласились на это слушание.

Пеймон медленно перевела взгляд на меня.

–Тогда, проверим сперва имеющиеся факты? Данталиан.

–Как вам угодно, Ваше Высочество.

Я качнул головой в знак приветствия.

По правде говоря, мы впервые встретились друг с другом, и между нами еще ни разу не было замечено никакого взаимодействия. Враждебности было явно больше, чем доброжелания.

–Ты, на рассвете 16-го августа, в 4 часа утра, в Нифльхейме, на Площади Гермеса, убил Владыку Демонов Андромалиуса. Эта дама права?

–Все верно. Я подтверждаю это.

–И, Данталиан. Ты, был хорошо осведомлен о том, что другое лицо является Владыкой Демонов, и, тем не мене, все равно убил его. Эта дама ошибается?

–Нет, это так же верно. Ох, я лучше отвечу точнее.

Я расправил плечи.

–В самом начале, я не знал, что он был Владыкой Демонов. Пока я пил на площади пиво, какой-то молодой желторотик избивал старика. Я задавался вопросом, кем же был этот ублюдок. И оказалось, что он был Владыкой Демонов. Я был несколько удивлен.

–...Иными словами, в том событии ты убивал не Владыку Демонов, но убивал ты, тем не менее, с явным намерением.

Я покачал головой.

–Прошу прощение, Ваше Высочество Пеймон. Но здесь явно возникло небольшое недопонимание.

–Недопонимание? – Пеймон вскинула брови, - какое недопонимание могло возникнуть в этой простой истине?

–Я имею в виду Андромалиуса. Клянусь Богом, Ваше Высочество Пеймон, я бы убил этого пса вне зависимости от того факта, Владыка Демонов он или нет.

Люди зашептались.

Пеймон нахмурилась и предупредила меня:

–...Данталиан. Сегодня Вальпургиева Ночь, а ты в данный момент обвиняешься в убийстве. Как насчет того, чтобы сделать свою речь немного более вежливой?

–О-ох. Простите, но я не могу так поступить. Ваше Высочество, я с удовольствием продолжу звать Андромалиуса псиной. Поверьте. Смерть – единственное, чего он был достоин.

–Ты...

–Честно говоря, я немного сожалею. Я должен был подарить этому кретину чуть более болезненную смерть. Я лишь просто прикончил его, всего один раз вонзив в его горло кинжал. Он и правда был мусором, подобно бомжу, бродящему по переулкам. Очевидно, каким он был слабым.

Перешептывание стало гораздо громче.

Я намеренно сгущал краски, делая свои слова более оскорбительными.

Марбас сказал, что решение будет приниматься голосованием. Поскольку Пеймон была Владыкой Демонов 9-го ранга, у нее уже было много последователей. И что бы произошло при обычном голосовании? Как человек, у которого не было ни единого последователя, я был бы обречен на поражение.

А значит, я должен был привлечь союзника.

Владыку Демонов, которая ненавидела Пеймон.

Владыку Демонов, которая предпочитала вежливым словам грубость.

И что самое важное, Владыку Демонов, у которого был высокий ранг, чтобы заиметь столько же последователей, сколько и у Пеймон.

"Барбатос."

Вот для чего все это.

Я отвечал не Пеймон, вместо этого, я обращался к Барбатос. А теперь, следи за мной внимательно. Здесь есть новичок, который определенно соответствует твоим предпочтениям.

Ты же хочешь ударить по Пеймон, верно? В тебе еще должна остаться ярость от поражения в предыдущем споре. Я отомщу за тебя, Барбатос. Все, что тебе нужно сделать, это обеспечить меня большинством голосов. Пусть и на время, это будет потрясающий союз...

–Следи за словами, Данталиан! – крикнула Пеймон, - Андромалиус был нашим родственником!

–Могу согласиться лишь с частью мнения Вашего Высочества. Андромалиус был не просто нашим родственником. Он был позорным членом нашей семьи. Эй, все! Прошу! Давайте будем честны!

Я быстро повернулся, чтобы посмотреть вокруг.

–Лишь потому, что этот пёс не хотел заплатить за выпивку, он напал на владельца бара. Владельцем был старый карлик, который был настолько стар, что его спина сгорбилась. Но и это еще не все. После, я провел некоторое расследование и выяснил, что число граждан Нифльхейма, которых он убил, составляет 54 человека!

–Это...

–В этом списке есть даже 12 детей. Вы все поняли? Этот парниша избивал тех детей до смерти, просто потому, что те не склонили головы перед ним. Но если вы включите в этот список не только убитых, но и раненых, то общее число жертв составит 327 человек. Однако, следует помнить, что это всего лишь то число жертв, что известно. Люди. Я не стал бы удивляться, если бы кто-то сказал мне, что этот ублюдок изнасиловал молодую девушку, и избавился от ее трупа в коллекторах! О, Боги! Пошлите Андромалиусу всех чертей Ада, чтобы тот вечно нес свое наказание!

–Ты действительно...

Пеймон открыла рот.

–Какая дерзость, перед этой дамой... Данталиан. Эта дама может обвинить тебя в неуважении к суду. Немедленно исправь свой тон.

Давайте теперь слегка отступим.

–...Прошу прощения, Ваше Высочество Пеймон. Я так же приношу извинения всем Владыкам, что собрались здесь. У меня нет намерений всех здесь позорить.

Я прикрыл глаза ладонью, будто я ужасно сожалел о том грубом заявлении, что произнес.

Буйство и честность были двумя разными вещами. Буйством вы толкали себя к остальным, и это действие было неприятным. С другой стороны, честность была действом приготовления себя так, чтобы выглядеть привлекательно, а затем преподнесения себя остальным. Как будто вы говорили им: "смакуйте меня".

Люди любили честность и скромные лица. Если иногда я буду хорошо себя вести, то остальные не будут считать меня раздражающим. С грустными щенячьими глазами, я еще раз оглядел аудиторию.

–Люди. Как вы можете видеть, я всего лишь глупец, недостойный той единственной гордости, что у меня есть. 71-го ранга. Я всего лишь безымянная медака, не имеющая ни звания, ни похвалы за своей спиной... В этом вся моя сущность.

–...

–Однако, несмотря на то, каков я, это не я избивал старика, чтобы не платить за счет. Это не я нападал на 327 невинных граждан, и это не я убил 54 из них.

Я понизил голос, чтобы сделать на этом акцент.

–... Это было 16-го августа. Если быть точнее, четыре дня назад. Я услышал отдаленный крик старика. И в тот момент, когда я встретился взглядом с Андромалиусом. Ваше Высочество Пеймон. Полагаю, Вы знаете, что он сказал мне, после того, как посмотрел на меня?

–... "Опусти взгляд", - так мне сказал свидетель.

–Если быть точным, он сказал: "И что ты о себе возомнил? Ты что, не собираешься опустить взгляд?".

Несколько человек рядом со мной цокнули языками.

Я горько улыбнулся:

–Но дело не ограничилось взглядом. Андромалиус направился ко мне и напал на мой эскорт. Я с уважением предупредил его, попросив остановиться. И все же, Андромалиус не слушал. Он стал избивать мою возлюбленную, которая так же является моим вассалом, и повалил ее на землю.

Я обратился к суду:

–Ваше Высочество Пеймон. Что мне оставалось делать в такой ситуации? Мне стоило отпустить свое сопровождение и позволить вредить уже мне? Или, быть может, я должен был ничего не предпринимать и наблюдать за тем, как избивают мою возлюбленную, осыпая её оскорблениями?

–...

Пеймон не ответила.

Культурная и чувствительная Пеймон не могла безбоязненно вести себя здесь. Все потому, что она была схвачена своим собственным чувством справедливости, закрывшим ей рот. Она сама загнала себя в угол.

Теперь.

Время проявления смирения и миловидных фраз закончилось.

Я стал медленно повышать свой голос.

–Я повторю вам всем еще раз. Андромалиус. Он был псом, даже не имеющим права называться Владыкой Демонов. Разве те невинные граждане, что были забиты, не заслуживают утешения? Не они ли здесь являются истинными жертвами, которые заслуживают быть отмщенными?

Вызвать симпатию.

–Из-за таких паразитов, как Андромалиус, портится впечатление обо всех Владыках Демонов. Андромалиус не был нашим родственником! Если все это происходит ради нашей расы, то послушайте! Мы не должны следовать формату, при котором станем жертвовать 71-им ради 1-го. Мы должны жертвовать 1-им ради 71-го!

Сделать из него врага народа.

–Таким образом, я хотел бы спросить. Ваше Высочество Пеймон. Вы все еще считаете Андромалиуса нашим родственником? Вы действительно собираетесь защищать до самого конца личинку вроде Андромалиуса, забывая при этом о всей оставшейся расе?

Главная угроза.

Созданная, благодаря использованию всех видов риторических приемов.

Я посмотрел прямо на Пеймон.

–Ваше Высочество. Пожалуйста, ответьте.

–Эта дама... – Пеймон плотно сжала губы.

Оглушительная тишина опустилась на зал.

И в этот момент

Хлоп.

Откуда-то послышались аплодисменты.

Барбатос хлопала в ладоши. Люди смотрели на Барбатос с пустыми лицами. Видя это, Барбатос наклонила голову и улыбнулась:

–Чего? Он прав.

–...

–Я тоже, если честно, какое-то время хотела убить Андромалиуса. Но этот червяк довольно хорошо прятался от моего взгляда. Хорошая работа, новичок. Благодарю за те трудности, через которые тебе пришлось пройти, чтобы избавиться от этого паразита вместо нас.

Барбатос продолжила хлопать.

И, следуя ее примеру, один или два человека, присоединившись к ней, так же стали аплодировать. До тех пор, пока в конце концов, большинство Владык Демонов не одарили меня овациями. Число Владык Демонов, что не хлопали и просто смотрели на меня до самого конца было равно 10. Скорее всего, это были последователи Пеймон.

♦

[ Ваша дьявольская игра пленила людей. ]

[ Расположение Владыки Демонов Марбаса выросло на 1. ]

[ Расположение Владыки Демонов Барбатос выросло на 2. ]

[ Расположение Владыки Демонов Зепара выросло на 2. ]

♦

Мне жаль говорить вам об этом, ребята, но похоже, что вы только что остались в меньшинстве.

Самый нелепый цирк (часть 6)

Мне жаль говорить вам об этом, ребята, но похоже, что вы только что остались в меньшинстве.

Решение по слушанию выносилось исключительно на основе мажоритарной логики, и, к сожалению, правового метода, отображавшего мнение меньшинства, не существовало. Это был предел примитивной политической системы. Если вам кажется это несправедливым, идите продвигать демократию. Может, заодно и Французскую революцию устроите. Хотя, так же существовала и вероятность того, что голову Владыки Демонов отсечет гильотина, но да ладно. Было правило, что прогресс сопровождается жертвами меньшинства. Вы могли лишь принять свою судьбу.

–Тишина. Я сказал, вмешательство третьей стороны запрещено, – призвал всех к тишине Марбас.

–Особенно ты, Барбатос. Эти твои аплодисменты были умышленным нарушением слушания. Больше так не делай.

–Прошу прощения за это, старик. Я была глубоко впечатлена. Прошло уже немало времени, с тех пор как из Владык Демонов низкого ранга выползал кто-то полезный, обычно все они просто мусор. Я ни коим образом не хотела нанести вред авторитету слушания.

–Меня не волнуют твои мотивы. Единственное, что меня беспокоит – это последствия действий. Барбатос. Поскольку мы с тобой не парочка, не кажется ли тебе пустой тратой времени, выслушивание намерений другого?

–Хм? Старик, ты что, только что косвенно признался мне?

–Я испытаю резкий прилив нежности к тебе, если ты немедленно закроешь свой рот.

–Что? Как я могу упустить шанс заполучить бойфренда впервые за пять сотен лет? – шутя, пожала плечами Барбатос.

Я смог составить основное представление того, в каких отношениях были эти двое. Барбатос была неизлечимо-непослушной младшей сестрой, а Марбас был старшим братом, который находится под постоянным стрессом от исправления всех до единой инфантильных выходок его младшей сестры. Разумеется, в таких отношениях тяжелее всего приходилось старшему брату. Я знал это, ведь у меня самого был опыт проживания с шестью младшими сестрами. Мои соболезнования, Марбас.

Марбас, как если бы его передернуло, качнул головой влево-вправо.

–Я должен завершить наше слушание. Как я уже говорил вам прежде, мы должны решить по большинству голосов, чье мнение верно. А теперь, поднимите руки...

–Подождите минутку, – поспешно возразила Пеймон.

Марбас поднял бровь.

–Что такое? Есть что-то, что ты хотела бы сказать?

–Да, у меня по-прежнему остались вопросы, которые я хотела бы узнать от Данталиана.

–Пеймон...

Марбас снял монокль и протер его платком.

Голос Марбаса стал мягче, будто он говорил со старым товарищем.

–Мы с тобой знаем друг друга уже 500 лет. Пять сотен лет – довольно длинный срок, тебе так не кажется?

–... Так и есть, это был довольно сложный период времени, Марбас.

–Как ты знаешь меня, так и я знаю тебя. Скажу честно, почему я не скрывал своего сомнения на протяжении всего слушания. Пеймон. Я прекрасно осведомлен, что ты бы ни за что не стала искренне защищать Андромалиуса. Во всяком случае, это было бы очень необычно. Кого-то вроде Андромалиуса, ты бы скорее презирала.

Пеймон стихла.

Марбас, после того как полностью почистил монокль, надел его обратно. Золотая оправа монокля безмолвно блеснула светом свечи.

-Сегодня Вальпургиева Ночь, Пеймон. В эту ночь, на собрании обязаны присутствовать все Владыки Демонов, но теперь, она потеряла свою былую значимость, и мы едва в состоянии собрать здесь большинство Владык. Баал, Агарес, Вассаго, Самигина... Сейчас, когда целый континент пытается совладать с небывалой чумой, где все те Владыки Демонов, чей ранг выше моего, и что они делают?

Пеймон опустила голову.

–Марбас. Ты предан демоническому роду более, чем кто-либо еще. Эта дама выражает тебе искреннее уважение.

–Мы уважаем друг друга. Поэтому, раз есть Владыки Демонов, не принимающие участие в этой встрече... разбросанные по всему миру демонов, будучи безразличными и озабоченными лишь своими собственными удовольствиями, давайте избежим ситуации, в которой мы будем осмеянными этими Владыками Демонов.

Марбас продолжил.

-Одного лишь утверждения того, что кто-то пытался защищать Андромалиуса во время Вальпургиевой Ночи, более чем достаточно, чтобы люди высмеивали нас. Господи, да я уже слышу издевательский смех Агареса. Искренне прошу тебя. Пожалуйста, не ухудшай и без того затруднительное положение.

Пеймон кусала губы.

–... Дайте этой даме еще один шанс.

Она коснулась правой рукой груди и глубоко поклонилась.

–Прошу, дайте мне последний шанс.

Марбас погладил бороду.

Владыка Демонов, обладающая среди них 9-ым рангом, зашла так далеко, что продолжила настаивать даже после того, как услышала речь Марбаса. Видимо, в таком положении, Марбасу было трудно настаивать на своем мнении. Это был вопрос сохранения лица и поддержания установленного порядка. В конце концов, Марбас коротко кивнул.

–Хм.

"Чтоб больше никаких возражений. Делай что хочешь, но помощи от меня не жди." – вот какой он нес смысл.

–Данталиан.

Первый раунд окончен.

Весь ее вид говорил, что начинается второй раунд.

Я спокойно произнес:

–Ваше Высочество Пеймон. Кое-что я хочу сказать вам заранее.

–Говори.

–Что бы там ни произошло, у меня нет никаких эмоций в отношении Вашего Высочества.

Пеймон нахмурила брови.

–Что это значит?

–Даже если Ваше Высочество обнаружили ошибку в инциденте с Андромалиусом, я пойму Ваше Высочество. В последствии, я не стану испытывать из-за этого неприязнь.

Несмотря ни на что, она все еще оставалась чувствительным и культурным человеком.

Кроме того, её грудь была оснащена роскошной парой молочных желез. Я боготворил вселенную, преклонился перед законами природы, и восхвалил прекрасную грудь. Пеймон, сдайся, пока еще не поздно.

Я мягко улыбнулся:

–Мы могли бы прямо сейчас поднять бокалы и примириться.

Отступи прямо сейчас.

Если не хочешь быть разорванной клыками и истечь кровью, это твой последний шанс.

Однако.

–Эта дама запросила слушание для того, чтобы определить, что верно, а что нет. Я пришла сюда не вино с тобой пить.

В ответ на мой совет, Пеймон показала явно недовольное лицо. Как будто ей претил сам факт того, что кто-то, кто был всего лишь 71-го ранга, мог так обратиться к ней.

Я кивнул пару раз, показывая, что понял.

Время от времени, у меня появлялось подозрение, будто я говорю на внеземном языке. В смысле, что моя языковая система совершенно отличалась от чьей-либо еще. Не знаю, почему, но если мы и могли понять друг друга, то это была удача астрономической вероятности, и, если честно, мы говорили на совершенно различных языках. К примеру, когда я сказал фразу, означающую: "если не хочешь крови, отступи прямо сейчас", на их языке прозвучало: "Прошу, ударьте меня в лицо".

Эта гипотеза казалась мне довольно весомой.

За свою жизнь, я делал предупреждения, подобные этому, сотни раз, но как объяснить, почему за все это время, ни один человек не внял моему предупреждению? Вот поэтому, у меня всегда была уважительная причина, почему я стал NEET.

Я был разумной формой жизни, рождение которой было чудом, с микроскопическим шансом на удачу.

"Старший брат, не говори ерунды."

"Старший брат не более чем отборный трус."

Разумеется, были другие люди, выдвигавшие свои собственные гипотезы.

Подобно упрямому профессору академии, использующему свой авторитет чтобы подавить оригинальную теорию, я так же безмолвно пропускал все мимо ушей, о чем бы там Пеймон не разглагольствовала.

–... Эта дама пользовалась услугами руководителя Фирмы Киункуска в качестве эксклюзивного консультанта довольно долгое время. Этот руководитель, не так давно, рассказал этой даме довольно тревожные вести.

Ага.

Значит, был гонец, передававший сообщения от Ивара Лодбрука Пеймон и обратно. Умно. С древнейших времен, отличным интриганам было свойственно не идти куда-то лично, а вместо это отправить подчиненного. Именно поэтому, недавно, я нанял очаровательную и сообразительную суккубу. Это было очевидно, ведь, в конце концов, я был величайшим интриганом.

–Эта дама считает, что нет необходимости рассказывать всем вам о недавнем бедствии, распространившимся по всему континенту. Черная Смерть, это ужасное проклятие, без разбора уносит жизни как людей, так и демонов...

Кроме того, она так же изрядно обогащает мое хранилище.

Приветствую вас, люди с континента. Я бы хотел передать слова утешения тем, кто борется с Черной Смертью. Не волнуйтесь. За скромную плату в 10 золотых монет, вы можете получить лекарство от болезни – черную траву. Сохраните свою жизнь посредством денег.

Я не считал свои действия злодейскими. Если бы события шли соответственно изначальному сюжету "Атаки Подземелья", открытие лекарства произошло бы в 1507 году по Континентальному календарю, т.е. через 2 года. Эти 2 года, люди были бы обречены умирать один за другим.

Большинство нищих простолюдинов, не сумевших собрать деньги на лекарство, умрут. В этом страшном бедствии, выживут лишь аристократы да богачи.

Разумеется, люди будут презирать меня.

Подобно Пеймон, которая презирает меня прямо сейчас.

Было вполне нормально проклинать меня и звать алчным демоном.

Мой план был намного глубже, чем они могли себе представить.

Несмотря на это, я все еще планировал сохранять свои гражданские обязанности. Из всех людей в мире, этот долг мог исполнить лишь я.

–... К счастью, от этой болезни есть лекарство. Все ли вы знаете, кто первым обнаружил, что черная трава способна лечить болезнь? Это стоящий здесь Данталиан. Вот что рассказал этой даме руководитель Фирмы Киункуска.

Люди загалдели.

Пеймон повысила голос.

–Но это еще не все. Данталиан купил 30 000 единиц черной травы еще до того, как появилась чума. Эта дама не способна понять эту часть.

–...

–Данталиан. Ты не только знал, что скоро распространится Черная Смерть, но еще и к тому же, ты знал лекарство от этой болезни. Лекарство от болезни, которая появилась впервые в истории.

Пеймон подняла веер и направила его на меня.

–Как это можно объяснить? Ответ прост. Данталиан, ты и есть тот, кто распространил Черную Смерть!

Самый нелепый цирк (часть 7)

–Как это можно объяснить? Ответ прост. Данталиан, ты и есть тот, кто распространил Черную Смерть!

Громогласный возглас Пеймон отразился от сводов зала.

Люди устроили большую суматоху. Бальный зал стал, в плохом смысле, шумным. Было ли правдой, произнесенное Пеймон? Действительно ли кто-то искусственно создал Черную смерть...? Создавалось впечатление, будто люди смотрели сюда, как бы упрекая меня.

–Пеймон. На этом слушании, клевета недопустима, – строгим голосом произнес Марбас. – Ты объявила Данталиана виновником, распространившим чуму. Поводом твоего заявления стало обладание неопровержимым доказательством?

–У Данталиана, подобно этой дамы, был эксклюзивный консультант от Фирмы Киункуска. Процесс скупки травы осуществлялся посредством этого консультанта. Подробности того, как Данталиан покупал лекарство, безусловно, могут быть полностью подтверждены!

От недвусмысленного заявления Пеймон, шум в зале многократно возрос.

Марбас поморщился и перевел взгляд на представителя фирмы Киункуска. Вампир Ивар Лодбрук стоял, с тростью в руке.

–Вампир. Заявление, о котором утверждает Пеймон, – правда?

–Оох, досточтимый Марбас.

Старый вампир склонил голову.

–Ваш покорный слуга, слишком робок душой, и ни за что не осмелится судить о том, что является правдой, а что нет. Однако, если так прикажет Ваше Высочество, Ваш покорный слуга, по первому требованию, сумеет принести доказательства, необходимые для данного обсуждения.

–Ты говоришь, что можешь представить доказательства прямо сейчас?

–Прошу, дайте Вашему покорному слуге лишь приказ, и он незамедлительно представит их.

Людской галдеж возрос еще сильнее.

"Действительно ли все это правда?" – такое начало распространяться подозрение.

Люди скорее всего думали в следующем ключе. Пеймон и Ивар оба были личностями, обладающими невероятным авторитетом. Разумеется, эти двое не станут безо всякой причины упорно настаивать на том, что чума была распространена искусственно. У них были какие-то доказательства... И вот, в результате они уставились на меня. Их взгляд был полон подозрений.

И в этот момент послышался смех.

По началу, я не мог сказать, кто смеется. Это было мне свойственно. Я все еще делил свою концентрацию в фокусировании на всех 65 человек, находящихся в этом зале. Я не видел ни одного человека, который смеялся бы, однако смех становился все громче, и, по какой-то причине, глаза людей, смотревших на меня, становились все шире.

Именно тогда я понял, что смех исходил из моих уст. Могу поручиться за это, однако это не было актерской игрой. Я просто не мог удержаться от смеха. Я заговорил, полным смеха голосом:

–По крайней мере, я преодолел свою лень, и сделал все что было в моих силах. Я мог бы и не заботиться о чем-то вроде чумы, и пустить все на самотек. Вот почему, я устал. Давно известно, что наградой добрым намерениям всегда будет злоба. Серьезно, что в том, что в этом мире, житейские проблемы все те же...

–... О чем это ты говоришь, Данталиан?

–Мои извинения, Ваше Высочество Пеймон. А также, мои дорогие родственники. Я наблюдал за частью вселенной, и, на мгновение, был глубоко тронут. Где бы я ни находился, люди не меняются. Мое решение запереть себя, было совершенно правильным выбором.

Платон был неправ.

Люди в пещере способны копать глубже.

В смысле, пещера не была лишь убежищем от других.

Прим. пер.: https://ru.wikipedia.org/wiki/Миф_о_пещере

С улыбкой на губах, я повернулся к Марбасу.

–О, достопочтимый Марбас. Я, конечно же, хотел бы заявить о своей невиновности. А посему, не могли бы ли Вы разрешить мне короткую приватную беседу с шефом Фирмы Киункуска, всего на минутку?

–Приватную беседу?

–Нет нужды беспокоиться. Может, я и сказал: "приватную беседу", но, по сути, мы всего лишь перекинемся парой фраз. У меня есть в общих чертах предположение, почему главный руководитель Фирмы Киункуска мог начать подозревать меня. Я всего лишь хочу посмотреть, смогу ли я устранить это недопонимание. Это не займет много времени.

Марбас кивнул.

–Если это так, то никаких проблем. Я не против.

–Искренне благодарен Вам.

Я дал знак Ивару Лодбруку подойти ко мне.

Ивар Лодбрук, опустив голову, поспешными шагами направился ко мне. Вампир с превосходным актерским мастерством и блестящим лицемерием немедленно извинился, едва он оказался рядом.

–Мои извинения, Ваша Светлость. Но таково правило нашей фирмы: по запросу клиента, предавать огласке определенный тип информации. Вне зависимости, к какому итогу приведет эта Вальпургиева Ночь, Ваш покорный слуга клянется, что Фирма Киункуска будет помогать Вашему Высочеству Данталиану до самого конца.

–Какие ободряющие слова.

Я усмехнулся.

Выражение лица Ивара Лодбрука же напротив, было невероятно суровым. Ну же, улыбнись. Тут, между прочим, смеется Владыка Демонов. Если ты поделишься своим удовольствием, то его будет в два раза больше. Присоединиться ко мне было бы банальной вежливостью.

Ну, или, быть может, с самого начала, этот вампир не имел никакого представления о манерах. Прекрасно. Я, лично, ничего не имею против того, чтобы учить других. Я буду лично, терпеливо и настойчиво учить тебя.

–Как прискорбно, что наша первая встреча произошла при такой обстановке.

–Ваш покорный слуга того же мнения, Ваше Высочество. Ради помощи Вам, Ваш покорный слуга готов замарать своё старое тело и сделать все что угодно.

–Старое тело. Хм старое ли оно?

Я усмехнулся.

–Прости, шеф. Но я не считаю тебя старым.

–Прошу прощения?

–Мне ты кажешься все еще полным молодости.

–Ваш... Ваш покорный слуга признателен Вашему Высочеству за подобные слова.

Ивар Лодбрук сделал смущенное выражение лица. Как будто бы удивился тому, что я внезапно похвалил его в подобной ситуации. Похоже, наш истинный вампир был из непонятливых. Был типом учеников, которым учителя не любили преподавать. Тот тип учеников, которым потребуется час, чтобы понять одно математическое уравнение. Будь на то моя воля, я бы просил не менее 100 000 вон за один час преподавания такому ученику. Но для нашего случая, полагаю, я проведу бесплатный урок.

–Нет-нет. Я имею в виду, что я действительно завидую твоей юности.

–...?

Он что, все еще не понял?

Я был очень терпеливым учителем. Если бы я спокойно объяснил части все до единой, то, уверен, я смог бы даже слабого ученика сделать специалистом в той области и помог бы ему сделать большое духовное открытие. Я не так легко расстаюсь со своими надеждами относительно людей.

Поэтому, я наклонился.

Я расположил свою голову так, что мой рот оказался у самого уха Ивара Лодбрука.

И, наполнив каждое свое слово доброжелательностью, идущей от самого сердца...

Я тихо прошептал.

♦

–Мне любопытно, в насколько хорошем состоянии твое истинное тело.

–.............

♦

Тишина.

Беззвучный шок.

Эта тишина наглядно демонстрировала, что другой человек впал в безмолвный транс.

Мне очень нравилась эта неподвижность. Наконец, благодаря мне, мой бедный ученик смог усвоить законы природы. Как учитель, сделавший все возможное, чтобы обучить своего ученика, я мог только гордиться.

Даже название этого закона не вызывало затруднений.

Закон джунглей.

Осознание того, кто охотник, а кто жертва.

Заставить его пожалеть о том, какими безответственными они были, дергая льва за гриву.

Всякий раз, когда я дурачил тех, кто верил, будто они были облеченными властью людьми, от их осознания того, что они не более, чем свиной рубец, лежащий на гриле, мне начинало казаться, что я вношу свой вклад в природу вещей в пределах этой частицы вселенной, и таким образом, я чувствовал себя довольным. Можно было бы даже сказать, что это было одно из немногих удовольствий в моей жизни.

–Но, как...

Голос Ивара Лодбрука дрогнул.

–Откуда ты знаешь...?

–Твои светлые волосы просто прекрасны.

Над нами разлилось еще одно приятное безмолвие.

Ивар Лодбрук.

Я никак не мог не знать о личности этого старого джентльмена.

Сюжет игры "Атака Подземелья" развивается с точки зрения героя-человека. Вот почему, герой не был способен завести близкие отношения с демонами. В конце концов, ты все-таки собирался убить всех демонов, кто бы захотел нечто подобное?

Несмотря на это, была уникальная героиня-вампир, которая могла перейти на сторону героя. Она могла преодолеть расовую пропасть между ними и влюбиться в героя. В игре даже был отдельный рут, отведенный исключительно под нее.

Прим. пер.: "рутом" в играх (обычно визуальных новеллах) называют отдельную арку развития отношений с определенной девушкой.

Героиню звали Ивар Лодбрук.

Так вот и было.

Истинной личностью этого старого джентльмена с жуткой внешностью была героиня, чей рост навсегда прекратился, оставив ей внешний вид молодой девушки.

Вот почему я удивился, когда впервые увидел этого старика, так как внешний вид его с головы до ног отличался от его внутриигрового персонажа.

-Это Ивар Лодбрук?

-Да. Это богатейший человек демонического мира, владелец Фирмы Киункуска и истинный вампир, Ивар Лодбрук.

Я мог примерно понять какие тут были скрытые подробности.

В соответствии со сценарием, раскрывающимся в "Атаке Подземелья", история Ивара Лодбрук была следующая: В прошлом, она была невероятно верна одному Владыке Демонов, но внезапно, она оказалась предана тем самым Владыкой Демонов, которому служила, и попала в смертельно опасную ситуацию. Впоследствии, Ивар Лодбрук поклялась, что никогда больше не будет использована Владыками Демонов, и с для выполнения этой цели, она начала жить собственной жизнью, перемещая свое сознание между своими куклами, презирая каждого Владыку Демонов.

В решающий момент, Ивар Лодбрук предала Объединенные Силы Владык Демонов, и стала одной из главных причин, благодаря которым силы героя смогли одержать победу. Этот случай прекрасно иллюстрировал, что благородному человеку никогда не поздно отомстить, даже если на это уйдет 100 лет.

Как тот, кто прошел все сценарии Ивар Лодбрук и её отдельный рут, я конечно же знал о её реальной внешности, и мне так же был хорошо известен тот факт, что ее реальное тело скрыто под снежными полями Московского Царства.

Этот секрет Ивар Лодбрук шептала одному лишь герою.

А так как герой не должен был появиться до 1515 года по Континентальному календарю, в данный момент, об этой трагедии никто не должен был знать.

За исключением меня.

Самый нелепый цирк (часть 8)

–Мне нет дела до твоего старого тела. Я просто беспокоюсь за девушку, чье тело погребено под холодным заснеженным полем, раздираемым метелями...

–...

–Ах, я действительно волнуюсь. Боюсь, что внезапно могут появиться волки, которые оторвут ее несчастные конечности. Или, кто знает, вдруг там появятся отвратительные горные разбойники, которые станут насиловать её тело как им вздумается. Вот так. Ну, к примеру, если я вдруг дам им небольшой сигнал.

Я щелкнул пальцами.

–Существует вероятность того, что будет послан определенный магический сигнал, который обрушит большое несчастье на хрупкое девичье тело. Как небольшой вскрик может стать причиной масштабной лавины. Глава, не стоит так сильно беспокоиться. Можешь не смотреть на меня такими испуганными глазами. Я просто показываю варианты.

Тело Ивар Лодбрук безмерно тряслось.

Пора бы уже было прекратить относиться к ней с безынтересным полууважением.

–О, жалкий вампир. Ты, наверное, была в ярости при мысли, что Лазурит предала тебя? "Давайте растопчем того ребенка, что посмел показать мне свои клыки". Так ты решила? Аах, Лодбрук. Мой бедный друг.

Я рассмеялся.

–Ты совершенно неправильно все поняла. Ты ошиблась. Лазурит не охотилась на меня. Конечно, это дитя достойно восхищения, но разве способна она спланировать настолько великолепную комедию...?

Я охотился на нее.

Я дружелюбно прошептал на ухо Ивар Лодбрук.

–С самого начала и до конца, все это было глупым недоразумением. Лазурит клялась тебе в верности. Но она ведь умный ребенок, и прекрасно понимала, что если она вернется в фирму, то ей придется искупать вину от ложного обвинения. Если не эта девушка – действительно несчастный человек, то я не знаю, кто еще может им быть. Из-за одной долбанной летучей мыши, которая жила своей жизнью, считая себя гением, этой девушке не пришлось бы становиться изгнанником.

Дрожь Ивар Лодбрук стала неистовой.

Я мягко положил руку на плечо своего собеседника.

–Благодаря твоему ошибочному предположению, я сумел избежать некоторых проблем. Лазурит замечательный ребенок. Я благодарен тебе.

–Что... что Ваше Высочество хотите от Вашего покорного слуги...?

–Ох. Всего лишь небольшую услугу.

Я крепко сжал плечо Ивар Лодбрук.

–Я действительно не выпускал Черную Смерть. Все что тебе нужно, это сообщить эту правду. Вот и все.

Не предоставлять доказательство, которое сделало бы убедительным заявление Пеймон.

Такой смысл несла эта угроза.

–Ну... разумеется, иногда ты будешь моей марионеткой. В конце концов, это цена поражения. Глава. Буду честен. Я не собираюсь лицемерить, говоря тебе приятные слова, заверяя тебя, что отныне, ты не будешь знать горя, что все в порядке, и ты можешь расслабиться. Не кажется ли тебе, что подобное лицемерие было бы невежливо?

–...

–Многое изменится.

От самых твоих костей.

–Я так же сделаю тебе много предложений, от которых ты не сможешь отказаться, и ты, на самом деле, будешь не способна отвергнуть ни одно из них. Иногда, ты будешь испытывать чувство стыда, будешь чувствовать себя не человеком, но зверем, пойманным в свинарнике.

Вверх по позвоночнику.

–Время от времени, ты будешь проявлять бунтарский дух и противиться мне. Сказать, как я буду реагировать на это? Ох, я не убью тебя. Правда. Я даже не стану тебя бить. Даю тебе слово. Все, что я сделаю...

До твоего черепа.

–Лишь сорву волосы с твоего реального тела.

Все подчинится мне.

–Я заберу не много. Каждый раз, когда ты станешь сопротивляться, я сорву лишь прядь волос. Так, лишь игриво. Вот и все. Как насчет такого? Смогла ли ты прочувствовать, насколько я великодушен?

–...

–Высоко ценя твое прекрасное лицо. Дерг, дерг, дерг, дерг... дерг.

Со звуком "фуу", я подул ей в ухо.

Ивар Лодбрук дрожала как осиновый лист.

Вот почему, я не могу перестать наслаждаться, угрожая другим.

–Хм. С нетерпением жду того дня, когда ты восстанешь против меня. Сгораю от нетерпения. Но я с этим смирюсь. С удовольствием подожду. В конце концов, у меня огромный запас терпения. В связи с этим, можешь вздохнуть свободней.

Ивар Лодбрук стиснула зубы.

–Ваш покорный слуга... не станет никому присягать.

–Даже лучше.

Я слегка похлопал Ивар Лодбрук по плечу.

–Воспользуйся этой возможностью набраться опыта.

–...

–Знаешь, люди должны учиться, даже если они стары. Если кому-то становится лень заниматься своим образованием, то он опомниться не успеет, как превратится в неудачника. Человек всегда должен заботиться и дорожить своим телом. Ты так не считаешь?

Ивар Лодбрук не могла ответить.

Если все было именно так, то я бы поверил, что моя искренность смогла преодолеть языковой барьер, разделявший нас. Общение такое трудное. Как по мне, довольно печально быть вынужденным прибегнуть к угрозам, чтобы заставить других людей уважать меня. Когда Эдип выколол свои глаза, он, наверное, был не так печален, как ныне я.

Прим. пер.: автор, от лица ГГ, прибегает к гиперболам, используя сильные метафоры. Советую погуглить об Эдипе, чтобы понять, что здесь имелось в виду, сам же ограничусь лишь тем, что Эдип был печален не от того, что ему пришлось выколоть свои глаза, напротив, свои глаза он выколол от отчаяния.

Я выпрямил спину.

Затем, повернувшись, я обратился к судье, Марбасу:

–О, достопочтимый Марбас. Наш разговор окончен. С моей стороны более не будет никаких возражений, при проведении Вами процедур слушания.

–Хорошо. Пеймон, теперь, ты можешь доказать подлинность своего обвинения.

Слушание возобновилось.

Пеймон, с уверенным голосом, обратилась к Ивару Лодбруку.

–Поняла. Лодбрук, прошу, покажи доказательства.

–...

–Лодбрук?

Пугающая тишина сохранилась.

С того момента, Ивар Лодбрук так и не поднял своей головы. Пеймон несколько раз называла его имя, но по-прежнему безответно. От неожиданного молчания, на лице Пеймон появилась паника. По мере того, как молчание продолжалось, ее недоуменное состояние передалось людям вокруг нее, пока в конце концов, весь зал не оказался окутан странной тишиной.

Наконец, Ивар Лодбрук произнес:

–... заявление Ее Высочества Пеймон является ложью.

Тихо.

Невероятно тихо.

Зал был спокоен не потому что все поняли комментарий Ивара Лодбрука. Все было как раз наоборот. Зал был спокоен, потому что никто не понял, что Ивар Лодбрук только что сказал, поэтому, не было и реакции.

–Что ты сказал...

Таким образом, первые раздавшиеся слова были не словами понимания, но вопросом.

–Что ты только что сказал?

–Ваш покорный слуга... Сказал, что не может представить доказательства, запрошенные Ее Высочеством Пеймон.

–Что ты пытаешься сказать... Лодбрук, ты что, спятил!? – взревела Пеймон.

Тишина опустившаяся на зал была быстро разрушена. Как на спокойном пляже, когда прилив внезапно сменяется цунами, на зал обрушилась ярость Пеймон. Гордость уже давно была смыта ее приливами с лица Пеймон.

–Ты сказал этой даме! Что Данталиан был виновником появления чумы, а эта девка, по имени Лазурит, была той, кто распространил Черную Смерть! Своим дрянным языком, ты пытаешься высмеять эту даму!?

–... Прошу прощения. Ваш покорный слуга не понимает, о чем говорит Её Высочество Пеймон. Разве последний раз, когда мы встречались друг с другом лично, был не около десяти лет назад?

Как прекрасно.

С мягкой улыбкой, я наблюдал за их ссорой.

Было что-то в том, как люди постоянно перекладывают ответственность друг на друга, что трогало меня до глубины души. Ох, мне и правда не стоит жить с другими людьми. Да, напрочь запереть себя и провести остаток моих дней в углу своей комнаты действительно было правильным способом образом жизни. Это напомнило мне о об одном виде жизненных уроков.

Ты ведь тоже смотришь на это, не так ли, Лазурит? Я обещал, что покажу тебе величайшее цирковое представление во всем мире. С одной стороны, высокоблагородная Владыка Демонов 9-го ранга, а с другой, богатейший человек в мире демонов. И тем не менее, все, к чему пришли эти двое, было лишь перекладывание ответственности друг на друга.

Я решил посвятить это величайшее сценическое выступление тебе, той, кто жила своей жизнью, будучи несправедливо гонимой, потому что ты была изгоем. Наслаждайся им. Я специально не стал брать денег за постановку и режиссуру этого спектакля. Как бы я ни выглядел, если я делаю что-то для своих подчиненных, то я делаю это экстравагантно.

Самый нелепый цирк (часть 9)

–Это же очевидно, что ты вступил в контакт со мной, посредством своего подчиненного!

–Ваш покорный слуга не осведомлен о том, что Торукель сообщил Ее Высочеству Пеймон. Однако, кое-что Ваш покорный слуга знает. Доказательство того, что Его Высочество Данталиан имел личную причастность к распространению чумы, в данный момент не находится в распоряжении Вашего покорного слуги.

–Ах ты, мелкая, трусливая летучая мышь...!

Красивое лицо Пеймон исказилось. Насколько прекрасной она выглядела, подобно произведению искусства, настолько же страшным был ее разъяренный лик.

–Да будет так. Ты заплатишь кровью! Такая же максима твоей Фирмы Киункуска, не так ли? Эта дама должна придерживаться этой клятвы...!

Из тела Пеймон начала сочиться кровавая аура.

Концентрация магической энергии была настолько сильна, что возможно было увидеть очертание и цвет ее ауры. Колебание магической энергии выглядело подобно множеству красных дрожащих языков пламени.

Пеймон была не просто Владыкой Демонов, но тем, кто к тому же получил звание Архимага.

Среди Владык Демонов, которых теперь было 71, было всего четверо, достигших подобного, и она была в этой четверке.

–Я буду действовать во имя мести! – выкрикнула изречение Пеймон.

Изречения, в этом мире, были тем, что передавалось на протяжении всей истории в каждой области влиятельной державы. Это священные обеты, произносимые тем, кто готов пойти на все, даже пожертвовать собственной жизнью, дабы сдержать свое обещание. Пеймон на самом деле намеревалась убить Ивара Лодбрука.

В этот момент, Марбас топнул правой ногой.

<Грохот>

Весь зал затрясся.

Люди спотыкались, будто их застало небольшое землетрясение.

Марбас, с угрожающе-ледяной атмосферой вокруг него, посмотрел на Пеймон.

–...Немедленно прекрати свои наступательные действия.

Пеймон сделала страдальческое лицо.

–Но, Марбас!

–Я сказал, остановись сию же секунду. Следи за тем, Пеймон, чтобы не вынудить меня самого прочесть изречение. Ты просила последний шанс. Выражусь яснее, я считаю, что чей-то последний шанс означает его заключительное слово.

–Угх...!

Пеймон стиснула зубы.

Ее магическая энергия не пошла на спад, наоборот, она начала усиливаться.

–Только что, главный руководитель фирмы Киункуса забавлялся с этой дамой! Несмотря на то, что он приказал своему подчиненному, Торукелю, показать этой даме доказательства, теперь он пытается пойти на попятную! Эта дама должна немедленно казнить предателя!

–Кем бы он ни был! – взревел Марбас. – Даже, если сюда заявится сам Баал, ты не можешь пролить кровь во время Вальпургиевой Ночи! Находясь здесь, ты будешь сохранять абсолютный нейтралитет! Если только ты не хочешь обернуть меня и всех Владык Демонов нейтральной фракции, включающей 30 000 элитных войск своим врагом. В этом же случае, действуй, пролей кровь, Пеймон. Клянусь, в тот же день, ведомая тобой горная фракция будет уничтожена, а земли Владык Демонов, входящих в нее, будут прокляты на 300 лет, вплоть до того, что ни одна травинка не сможет там расти!

Гневный голос захлестнул зал подобно грозе.

Свечи, плывущие в воздухе, задрожали. Свет и тьма, хаотично смешиваясь, падали на людей; столбы здания, от тряски, испустили пыль.

Люди сжались от страха. Они были поражены силой Марбаса.

Среди более чем тридцати, присутствующих здесь, Владык Демонов, число тех, кто был способен держать спину прямо, было очень мало. Строго говоря, одна лишь Барбатос была в состоянии беспечно потягивать вино.

–Старик... Если потребуется, наша степная фракция так же предоставит тебе помощь, когда бы ты ни захотел. Честно говоря, тебя не тревожит отправиться на войну с одной лишь нейтральной фракцией на твоей стороне? Мы с тобой могли бы образовать отличный альянс.

–Закрой рот, Барбатос. У меня нет настроения для шуток.

–Я всего лишь выказываю тебе расположение, – хихикнула Барбатос.

В отличие от нее, выражение Пеймон могло быть описано лишь как ужасающее. Срывающееся с ее губ разгоряченное дыхание было подобно коктейлю гнева и самоконтроля.

–Торукель...!

Пеймон обдумала свои слова.

–Он был посланником, отправившимся по приказу Ивара Лодбрука! Он прямо сейчас стоит снаружи. Я тотчас позову за ним и докажу, что Ивар Лодбрук осмеял эту даму!

На зал опустился краткий миг тишины.

Марбас снял монокль и пристально посмотрел на Пеймон.

–Ты уверена?

–Эта дама производит обвинение лишь следуя истине.

–...Ты тратишь остатки моего доверия.

Марбас дернул подбородком.

–Отправьте за свидетелем, известным как Торукель!

Получив приказ, фея деловито покинула зал.

Оох.

Я опечалился.

Думай спокойней, Пеймон. Кем бы ни был этот Торукель, он по-прежнему не более, чем просто посыльный. Ты не можешь надеяться получить надлежащее свидетельство от такого человека.

Я понимаю, ты уважаешь каждую расу, включая людей. Для тебя, Черная Смерть стала главным кошмаром. Скорее всего, ты приняла участие в этой встрече, будучи тверда в решении отыскать преступника, ставшего причиной трагедии. Но человек, которого ты считала товарищем, Ивар Лодбрук, неожиданно предал тебя. Вполне разумно, что твоя голова забита злостью. Несмотря на это, ты должна проявлять предусмотрительность. Злость всегда была кратчайшим путем к разрушению.

Вскоре после этого, в зал вошел стареющий гоблин.

Пеймон указала на гоблина.

–Да. Это Торукель!

Она начала допрос голосом, все еще полным гнева.

–Торукель. Ты будешь нашим свидетелем. Ты, по приказу Ивара Лодбрука, действовал в роли посланника. Это так?

–...

Торукель медленно оглядел комнату.

Гоблин опирался на трость. Лоб его, может и был полон морщин, но глаза светились интеллектом. У меня сложилось стойкое впечатление, что он был не стар, а просто прожил долгий период времени.

Гоблин коротко взглянул на Ивара Лодбрука и кивнул. Они не обменялись ни словом.

Торукель осторожно открыл рот:

–Для меня честь оказаться в присутствии всех этих Владык Демонов. Кирук. Ваш покорный слуга, несомненно, является руководителем от Фирмы Киункуса, и я так же нахожусь в тесных отношениях с Иваром Лодбруком.

Как только Торукель так легко раскрыл свою собственную личность, лицо Пеймон осветилось восторгом. Она, скорее всего, подумала, что одержала победу. Подобно пулемету, она быстро начала свой допрос.

–Торукель, эта дама должна сразу перейти к делу. Ты сказал этой даме, что Данталиан способствовал распространению чумы и, что, используя какие-то неизвестные средства, он приложил руку к созданию Черной Смерти. Эта дама права?

–Да. Разумеется, Ваше Высочество.

Публика в очередной раз пришла в движение.

Ивар Лодбрук плотно закрыл глаза, как если бы он был огорчен. Пеймон же, напротив, с торжествующим видом, широко улыбнулась. Это был образ человека, который преодолел насмешки и кропотливо претворял справедливость в жизнь.

Однако.

–Сказанное Ее Высочеством верно. Я определенно утверждал, что Данталиан был преступником, стоящим за Черной Смертью. Однако, это явная ложь. Бездоказательная клевета.

–Что...?

Не прошло и 10 секунд, как шок стер улыбку с лица Пеймон.

Торукель категорично продолжил.

–Ваш покорный слуга хотел завладеть черной травой, которой обладал Его Высочество Данталиан. Разумеется, Ваш покорный слуга не был способен в одиночку изъять личное имущество Его Высочества Данталиана. Однако, Ваш покорный слуга был в распоряжении двух великих поручителей. Ее Высочества Пеймон и главного руководителя, Ивара Лодбрука. Возможно, если бы Ваш покорный слуга стал использовать имена этих двух личностей, то стало бы возможно преодолеть этот тупик. Вот как я думал.

–Торукель... что... что ты такое говоришь... – открыла рот Пеймон.

Ее лицо было полно недоверия.

Торукель, опершись на трость, чтобы поддержать себя, низко поклонился.

–Мои извинения. Ваш покорный слуга был прекрасно осведомлен о заботе Вашего Высочества обо всех людях на континенте. Ваш покорный слуга использовал милосердное сердце Вашего Высочества с целью пробудить ненависть к Его Высочеству Данталиану. В любом случае, Его Высочество Данталиан был всего лишь 71-го ранга. Ваш покорный слуга решил, что едва слушание откроется, оно завершится большинством голосов.

–...

–К слову, Его Высочество Данталиан убил Его Высочество Андромалиуса, и Ваш покорный слуга увидел в этом золотую возможность. Способ оказать давление на Его Высочество Данталиана обвинением в зверском убийстве Владыки Демона. Используя этот шанс, Ваш покорный слуга собирался вытянуть всю черную траву. Но Его Высочество Данталиан превзошел ожидания Вашего покорного слуги и сумел доказать свою невиновность. Как досадно...

Торукель коротко взглянул на меня.

Я посмотрел на него в ответ, с абсолютно безэмоциональным лицом.

В итоге, я непредумышленно цокнул языком. Я мог понять, что этот старый торговец фактически пытался совершить. Он собирался сорвать это восхитительное цирковое представление.

Судья, Марбас, резко спросил Торукеля:

–Ничтожный гоблин. Ты признался, что осмеял Пеймон с целью исполнить собственные эгоистичные желания. Понимаешь ли ты свое преступление?

–Да, Ваше Высочество. Ваш покорный слуга знает, когда нужно признать свое поражение. Ваш покорный слуга пытался получить огромную выгоду от использования Ее Высочества Пеймон и главного руководителя Фирмы Киункуска. И мне не удалось. Вот и все.

Гоблин покачал головой.

–Если Ее Высочество Пеймон совершила что-то неправильное, то это произошло от того, что она доверилась этому старому злобному гоблину. Таким образом, поскольку вся вина полностью лежит на Вашем покорном слуге... пусть и низкого происхождения.

Быстро.

Прежде, чем кто-нибудь смог бы сделать что-нибудь.

Торукель достал из одежды небольшой клинок.

–Ваш покорный слуга должен принести извинения своей ничтожной жизнью.

... и пронзил свое собственное горло.

Самый нелепый цирк (часть 10)

Руководитель Киункуска, Скупой Гоблин, Торукель

20.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

Мы потерпели неудачу.

Я понял это, едва я вошел в бальный зал.

Даже если я и не хотел этого, когда Ее Высочество Пеймон, ранее допускавшая проявление доброты по отношению ко мне, посмотрела на меня до ужаса искаженным лицом, у меня не осталось иного выбора, кроме как смириться с этим.

... Я был готов.

Торговцы всегда должны уважать равноценный обмен.

Даже если Владыка Демонов Данталиан был всего лишь 71-го ранга, а Лазурит была всего лишь полукровкой-изгоем, это тоже жизни, которые делали все, чтобы остаться в живых.

Жизнь за жизнь.

Ты должен поставить на кон собственную жизнь, если собираешься подвергнуть гонениям чужую.

Кирук.

Простое уравнение.

...Я мечтал о мире, в котором не правила иерархия.

Всего лишь родившись Владыкой Демонов, вы уже стояли на вершине мира. На тех, кто родился демоном или человеком, вы смотрели просто как на мусор. Вот в каком состоянии находится мир демонов в данный момент. Я хотел это изменить...

И хотя, в мелких деталях наши мнения расходились, Ивар Лодбрук имел такое же, как и у меня, желание. В этом убогом мире, я и Ивар были связаны духом товарищества.

Если кто-то желает изменить мир, то он нуждается в деньгах. Именно поэтому, мы так далеко зашли в развитии Фирмы Киункуска. За последние сотни лет, мы преодолели бесчисленное множество тягот и невзгод, и вот только достигли звания величайшей фирмы демонического мира...

Ааах.

Я и правда, так хотел увидеть его.

Чуть более равноправное общество.

Я всего лишь хотел жить в месте с меньшим числом предрассудков.

... Я хотел увидеть более прекрасный мир.

–Курук!

Я чувствовал, как холодный металл проколол мое горло.

Как и следовало ожидать, я так же отчетливо чувствовал теплую кровь, стекающую по лезвию.

Сила быстро оставила мои колени. Мое тело медленно осело и потихоньку приближалось к смерти. Я отчетливо это чувствовал.

Ивар. Позаботься об остальном.

Я не смогу увидеть, как изменится мир, но если останешься ты, то ты сможешь дожить до самого конца. В конце концов, ты умный и пугающе хитрый.

Кроме этого, меня беспокоит, что может не оказаться никого, кто был бы способен понять твое безрассудство. Не оставайся в одиночестве. Однажды, ты снова найдешь кого-то, кто будет на твоей стороне...

И вот, я повернулся посмотреть на Данталиана.

На это не было никаких причин. Моя линия взгляда просто сдвинулась в его направлении, когда я упал. Однако, взглянув в лицо Владыки Демонов 71-го ранга, я широко раскрыл глаза.

–...!

Его лицо ничего не выражало.

Его безразличию не было границ.

Несмотря на то, что сегодня он одержал удивительную победу, не было никакого намека на то, что Данталиан был счастлив или вне себя от радости. Не казалось даже, чтобы он был удивлен моим самоубийством. Будто это было очевидно... он смотрел на меня глазами, в которых казалось было полное понимание того, зачем я решил себя убить.

Было ли это... было ли это тем, чем было...!

Увидев его лицо, я сразу понял. Владыка Демонов Данталиан не был легкой добычей. Лазурит, предающая нашу фирму, убийство Андромалиуса, все это было частью плана, задуманного этим человеком. Невозможно было точно сказать, каков план, но эти глаза. Это глаза убийцы, непревзойденной логики, этого было вполне достаточно, чтобы убедить меня: Данталиан был кукловодом!

Аах, Ивар Лодбрук.

С самого начала и до конца, мы ошибались.

Мы сели за шахматную доску, не зная, кем был наш оппонент. Неудивительно, что из-за этого, мы так позорно проиграли. Понял ли ты, Ивар? Осознал ли ты тот факт, что этот человек был истинной опасностью...

Я хотел раскрыть рот и предупредить Ивара. Прошу, остерегайся Данталиана.

Но, к моему ужасу, у меня не хватало сил даже на то, чтобы пошевелить губами. Быстро. Беззвучно, жизнь покинула мое тело. Мой взор потемнел.

Возможно, я и грезил красивой мечтой, но я не смог прожить красивую жизнь. Я совершил немало злодеяний. Нет сомнений, что Боги отправят меня в Ад...

Оох, милосердная Прозерпина.

Прошу, сжалься над этой бедной душой.

И вот, я окутался вечной тишиной...

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

Кинжал легко пронзил шею старого гоблина.

Клинок прошел насквозь и торчал с другой стороны.

Небольшое тело гоблина с глухим стуком рухнуло на пол.

В помещении воцарилось безмолвие.

Красная кровь течет в бальном зале.

–Ах...?

Это была Пеймон.

–А... ааах....?

Пеймон просто уставилась на труп гоблина.

Этот гоблин был торговцем, которому Пеймон доверяла без тени сомнения. Было ясно, что эти двое знали друг друга долгое, очень долгое время.

От того ли, что у нее подкосились колени, но Пеймон опустилась на пол. Кровь, текущая из шеи гоблина, образовала лужу и подол платья Пеймон стал пропитываться этой кровью.

–Ааа... аах, аааах...

Как заезженная пластинка, она раз за разом повторяла свой стон.

Тридцать минут назад, она и представить не могла подобного исхода. Может Пеймон всего лишь и стонала, но я отчетливо понял эмоции, терзающие ее сердце.

Вот почему я предупредил ее.

Не пересекай Рубикон, вместо этого, лучше примирись со мной, держа в руках бокал вина. Но, будучи не в состоянии понять что-либо, Пеймон подняла отравленную чашу. Вот почему произошла эта трагедия.

Слышным лишь себе голосом, я пробормотал:

–Испортил все настроение...

Ты и правда устроил тут хаос, гоблинский ублюдок.

Изначально, я планировал свести все к комедии. Пеймон и Ивар Лодбрук обвиняли бы друг друга. Неподобающим бы им образом, они бы продолжали перекладывать ответственность друг на друга, пока собрание бы ни окончилось.

В итоге, честь одной из сторон понесла бы урон. Такой сценарий был мной задуман. Люди бы разразились неудержимыми аплодисментами, от выступления в котором лев и тигр сражаются друг с другом. Однако, этот старый гоблин был переменной, о которой я даже не подозревал...

Торукель принял на себя все ошибки Ивар Лодбрук и Пеймон, и своим поступком ошеломил их. Его обман стал причиной непонимания со стороны Пеймон и прощения Ивара Лодбрука.

Двое в роли жертв. Один в роли обидчика. Вот только, труп ничего не мог поведать. День, когда правда наконец откроется, никогда не наступит.

Гоблин, я искренне снимаю перед тобой шляпу за твое решение.

Ивар Лодбрук и Пеймон пошли против меня с топорным настроем. Они не рисковали своими жизнями. Но ты – другой. Ты пошел на меня со всем, что у тебя было. В отличие от тех двух, ты не забыл о правилах этикета.

Великолепно.

Должен признать. Люди, подобные тебе, более чем подготовлены для вмешательства в мою комфортную жизнь.

–Мы должны перейти к голосованию по слушанию, – произнес Марбас.

Единственный свидетель только что покончил с собой, а Пеймон потеряла всю свою волю. Видимо, он решил, что нет смысла продолжать слушание дальше.

–Первый вопрос касается инцидента с убийством. Инцидент, в котором Владыка Демонов 72-го Ранга без титула Андромалиус, был убит Владыкой Демонов 71-го ранга без титула Данталианом. Обвинитель требовал взыскать с Данталиана 100 000 Либр в качестве компенсации за убийство Андромалиуса, а самого Данталиана заключить в Ледяную Тюрьму на 15 лет.

Марбас осмотрел зал.

–Те, кто считают, что Данталиан виновен, поднимите правую руку. Те, кто считают, что он невиновен, поднимите левую руку. Те, кто воздерживается от решения, не делайте ничего. Те двое, кто непосредственно принимают участие в деле, и я сам, как взявший на себя роль посредника, не имеем права голоса.

Люди быстро подняли свои руки, после того как Марбас закончил с объяснениями.

Среди 29 Владык Демонов, тех кто проголосовал "виновен", было 9 человек.

Тех, кто проголосовал "невиновен", было 19.

Марбас кивнул.

–За сим, я объявляю Данталиана невиновным, в отношении первого вопроса.

За исключением последователей Пеймон, почти каждый Владыка Демонов проголосовал в мою пользу. По правде сказать, это была явная победа. И все же, послевкусие было горьковато. Все из-за этого благородного самопожертвования старого гоблина. Прежде, я не был так взволнован...

–Второй вопрос касается Черной Смерти. Обвинитель утверждал, что Данталиан был тем, кто стоит за распространением чумы. Те из вас, что считает, что это правда, поднимите левую руку, кто считает, что это ложь, поднимите правую руку.

За то, что я виновен проголосовали те же 9 человек.

За то, что я невиновен проголосовало 15 человек.

–Так как было набрано большинство голосов, я объявляю Данталиана невиновным в отношении второго вопроса. Таким образом, именем Владыки Демонов 5-го ранга, отвечающего за благородство, я, Марбас, поручаюсь за то, что ты, Данталиан, освобождаешься от всякой ответственности. Тем, у кого есть возражения против этого вердикта, следует иметь в виду, что тем самым вы оспорите мою честь.

От одного из Владык Демонов раздались аплодисменты. И в этот раз им оказалась Барбатос. Она даже свистела, празднуя вердикт.

–Хахаха! Поделом тебе, шлюха! Как только ты стала задирать свой нос, считая себя такой властной, я с нетерпением ждала как его разобьют! Видя, к чему все это привело, почему бы не провести немного времени с этим гоблином! Вы двое, наверное, стали бы идеальными партнерами в постели!

Прим. пер.: здесь происходит игра слов в слове "время". В корейском оно может быть прочитано как "си-ган", что означает провести время, но здесь использовались китайские иероглифы, чтение которых произносится так же, но которые имеют другое значение. Они означают некрофилию.

...Хотя, направление празднования было чудовищно пошлым.

Прямо сейчас, Пеймон, с пустыми глазами, безучастно смотрела вниз, на труп Торукеля. Для того, чтобы быть способным в открытую смеяться над женщиной в таком состоянии, нужно иметь не обычное хладнокровие, но огромную жестокость. В ином смысле, это было впечатляюще. Теперь я был точно уверен, что если я хочу сохранить свою мирную жизнь, то было бы отличной идеей никогда не связываться с Барбатос.

Ее грудь была плоской.

Ее грудь была плоской подобно сибирским равнинам...

Это важно, поэтому я дважды подчеркнул это.

Если ты был цивилизованным, разумным человеком, то очевидно, что ты предпочтешь незрелости зрелость, изобилие недостатку. Люди, комплекс Лолиты является психическим заболеванием. Я надеюсь, вы способны сходить в ближайшую психиатрическую лечебницу и пройти самоубийственное обследование.

–Теперь, мы должны обсудить наказание Пеймон. Данталиан. Несмотря на твою невиновность, Пеймон пыталась обвинить тебя. Она должна заплатить за поражение. Предложи то, что считаешь наиболее подходящим наказанием.

–Наказание, хах...

Я опустил взгляд на пол.

В прошлом, судебное разбирательство было подобно дуэли. Поставив на кон свою честь, обе стороны спорили о том, кто виновен, а кто нет. Если обвинитель проигрывал, он получал то, к чему приговаривал обвиняемого. Это означало, что, если ты хочешь кого-то проклясть, сперва тебе нужно было вырыть свою собственную могилу. Это тяжелый пережиток Средневековья.

В этой ситуации, Пеймон придется заплатить штраф размером в 100 000 золота и быть заключенной на 15 лет в тюрьму. Опять-таки, я понимал, какой решимостью должна была обладать Пеймон, выступая на этом слушании. Возможно, ее было не столько же, сколько у гоблина, но Пеймон так же, по-своему, была готова взять на себя ответственность...

Внезапно появилось окно выбора:

[1. Простить Пеймон.]

[2. Наказать Пеймон.]

Самый нелепый цирк (часть 11)

[1. Простить Пеймон.]

[2. Наказать Пеймон.]

Появление окна выбора означало, что я стою перед важным решением.

Подобно выбору убийства Андромалиуса, этот выбор в значительной степени изменит направление мира.

Марбас, низким голосом, надавил на меня:

–Данталиан.

–...

Я взглянул на труп гоблина.

Торукель. Ты не оставил завещания. Но то, что ты хотел сказать, было передано ясно. Любым способом, не позволить Ивару Лодбруку или Пеймон оказаться в беде. Скорее всего, таковы были посмертные слова, которые не смогли покинуть твоего рта. Та часть жизни, что зовется горечью.

Как способом выразить тебе свое соболезнование, я прислушаюсь к твоим словам.

–Все в порядке.

–Прости?

–Я сказал, все в порядке, достопочтимый Марбас.

Я поднял голову и встретился взглядом с Марбасом.

На моих губах была слабая улыбка. Она была нужна затем, чтобы показать усталое выражение лица. Ну, в принципе, прошло уже довольно много времени с последнего раза, когда я так сильно напрягал свой мозг, так что я и вправду немного устал.

–Даже если я оказался под ложным обвинением и клеветой, Ее Высочество Пеймон так же оказалась в плачевном положении, будучи вовлеченной в эту интригу, не так ли? Как уже было всем доказано, истинным виновником всех этих событий был гоблин, лежащий прямо здесь на полу. Он здесь главный злодей. Однако, раз он уже мертв, нет никаких причин, взваливать ответственность на кого-либо еще.

–Иными словами... ты говоришь, что не потребуешь никакого наказания?

–Да, Ваша Честь. На правах человека, который непосредственно участвовал в судебном слушании, кто продержался до самого конца, одержав победу, я попрошу об этом. Владыка Демонов 71-го ранга без титула Данталиан, настоящим просит ни коим образом не наказывать Ее Высочество Пеймон из-за данного инцидента.

Я широко улыбнулся.

–Во-первых, сейчас проходит Вальпургиева Ночь. Это не место для того, чтобы бросаться такими пошлыми словами, как наказание или штраф.

Люди вокруг меня пришли в движение. Они скорее всего и не предполагали, что человек, которого только что обвиняли, проявит такую вежливость. На всех них было одно и тоже выражение удивления. Я же, напротив, едва увидел самоубийство гоблина, был спокоен как никогда.

Я не хотел становиться тем сортом людей, которые постоянно оговорят о "признании" и "уважении". Но я думал признать гоблина Торукеля. Я решил уважать его волю. Тогда, я должен подкрепить свои мысли действиями.

Простить здесь Пеймон, без сомнения, было политически опасным решением. В политическом мире, одного только факта, что вы враги, достаточно для того, чтобы продолжать предпринимать враждебные действия. Сегодня, несмотря на правду, отношения между мной и Пеймон, совершенно точно стали "враждебными". Чтобы претворить их в другой вид, возможно потребуется огромное количество утомительной работы. А может, это и вовсе невозможно.

Вот, что такое уважение.

Отстаивать слова другого, даже если ради этого придется самому получить вред.

Уверен, я не стал бы переживать, даже если бы мне пришлось пройти через тяготы и невзгоды, отстаивая честь другого.

Если бы за основу своих суждений я взял бы чувство справедливости своей второй младшей сестры, то я бы оказался под началом дьявольского мозга.

Если бы за основу своих суждений я взял бы свое чувство справедливости, то я бы стал образцовым студентом, знающим этикет.

–Благородный Марбас. Все, чего я бы сегодня хотел, это всего лишь стакан теплого медового вина.

[1. Простить Пеймон.]

[2. Наказать Пеймон.]

Как только я закончил говорить, окно растаяло.

Вскоре, окно вернулось с новыми строками.

[ Доброе и милосердное решение! ]

[ Континент впечатлен Вашим великодушием. ]

[ Ваша известность существенно возросла. ]

Предложения ярко светились в воздухе.

Слова разлетелись на множество светящихся частиц. Немного погодя, после того, как они кружились в воздухе, подобно лепесткам, они исчезли.

–...

Марбас смотрел на меня. Его голубые глаза наводили на мысли о безмятежном океане. Я не избегал его взгляда и спокойно встретил своим.

–Мысли о долге превыше обиды. На словах звучит просто, но слова имеют склонность становится сложнее для того, чтобы их придерживаться, если они коротки, и их становится проще сдержать, если они длинны. Не любой сможет так поступить. Кроме того, совсем немного людей способно отказаться от возможности легально излить свою злобу на другого.

Марбас похлопал меня по плечу. Я почувствовал его доверие через этот жест.

–Данталиан, ты невероятен. Как хозяин этой Вальпургиевой ночи, я хотел бы выразить тебе свою благодарность. Я с нетерпением жду того дня, когда ты сможешь избавиться от своего статуса "Владыки Демонов без титула" и стать монархом с грандиозным званием.

[ Расположение Владыки Демонов Марбаса выросло на 9. ]

Вместо того, чтобы ответить словами, я склонил голову.

Ранее, Марбас говорил, что не доверяет долгим речам. Таким образом, чтобы соответствовать убеждениям Марбаса, было бы уместно выйти за рамки коротких слов и ответить молчанием. Марбас, похоже, понял мои намерения. Он кивнул и еще раз похлопал меня по плечу.

–...Однако, даже если никакого официального наказания не будет, было бы неразумно не получить ни слова извинений. Пеймон.

Марбас обернулся посмотреть на Пеймон. Она все еще в оцепенении сидела перед телом гоблина. Она была похожа на марионетку, у которой обрезали все нити.

Марбас, со страдальческим лицом, повторил:

–Извинись перед Данталианом.

Пеймон вздрогнула.

–Изви...ниться?

–Да, ты должна держать ответ.

–Лгал... Торукель...сол...гал.

Пеймон двинулась телом в попытке встать, но не смогла. В ее ногах совершенно не было сил, и она просто повалилась обратно. Пеймон приподняла голову чтобы посмотреть на меня.

–Торукель... предал эту даму?

Я кивнул.

–Это так. Ваше Высочество.

–Невиновен...?

–Да. Я не создавал Черную Смерть. Умышленно, я ее так же не распространял. Все это был обман, созданный этим торговцем, Торукелем.

Пеймон медленно опустила голову. Момент безмолвия. Даже представить не могу, о чем она думает. Вскоре, с дрожащими плечами, она очень тихо пробормотала:

–.......Мне ..... ....чень ..... ....

Поначалу, никто не мог понять, что она сказала. Как у поломанного радио, она издавала слова, затем останавливалась, и начинала все заново. Повтор. Подобно статическим помехам, к ее сообщению примешивался звук плача. Несмотря на это, Пеймон повторяла одни и те же слова, снова и снова, пока мы наконец не смогли ясно ее расслышать.

–Мне очень... жаль...

Это были слова извинений.

В том месте, куда упала Пеймон образовалась лужа крови. Что-то капало на нее. Слезы Пеймон. Каждый раз, когда слеза сталкивалась с малиновой лужей, подобно гальке, падающей в озеро, начинали распространяться легкие волны.

–Мне очень жаль...

–...

–Мне очень жаль.... мне очень жаль...

Необычная тишина охватила зал.

Голос Пеймон, безусловно был тих, но создавалось впечатление, что каждый в этом зале слышал ее слова.

Трудно было продолжать на это смотреть. Владычица* Демонов, которая, как я предполагаю, была одной из последователей Пеймон, выбежала и поддержала хрупкую женщину. Пеймон осторожно вывели наружу Владычицы Демонов. Зал покинула группа, примерно из 15 Владычиц Демонов. Никто не пытался остановить их.

–Было много сложностей, но, – сказал Марбас, желая сменить тему, – это не меняет тот факт, что сегодня по-прежнему Вальпургиева Ночь. Несмотря на то, что на повестке дня остались еще некоторые вопросы, мы можем перенести их на завтра. Я принимаю предложение Барбатос касательно того, чтобы все мы могли здесь выпить.

Со звуком "хлоп", Марбас свел свои руки.

В то же мгновение, появились феи и стали приносить все виды напитков и закусок. Эльфы, носящие униформу горничных и фраки, вошли в комнату, неся столы и стулья. Бальный зал мгновенно превратился в банкетный зал. Марбас так же удостоил меня честью, лично налив мне бокал медового вина.

Люди во власти редки. Люди во власти, со здравым смыслом, были еще более редки, вообще, они должны быть объявлены вымирающим видом и помечены сокращением "EX"* в таблицах. Я, с желанием сохранить редкие природные виды, вежливо принял бокал.

До конца ночи, Пеймон так и не появилась.

*Прим. пер.: да, я понимаю, что Владычица звучит откровенно ужасно. Сразу вспоминается сказка о золотой рыбке: "Не хочу быть вольною царицей, хочу быть владычицей морскою...". Но в анлейте было плохое слово female, означающее "особь женского пола". А так, как в данном контексте Владыка Демонов не имеет полового разделения, мне пришлось либо на время взять слово "Владычица", либо постоянно писать "женщин/женского пола". В дальнейшем, все женщины-Владыки Демонов останутся Владыками Демонов.

*EX – "ныне не существующий".

Самый нелепый цирк (часть 12, заключительная)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

21.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

Банкет не завершился даже после полуночи.

Я и представить не мог, что Владыки Демонов были такими пьянчугами. Особенно среди них выделялась Барбатос. Она подняла целый кувшин с выпивкой и осушила его на одном дыхании.

Люди наградили ее приветственными возгласами и аплодисментами. Безумие. Кроме того, похоже, я завоевал симпатию Барбатос, так как она постоянно заставляла меня пить. Если я пытался мягко ей отказать, она говорила: "Ээээ? Ты что ли отказываешься пить дарованную мной выпивку? Послушай, ты меня уважаешь?" и начинала распаляться. Ну и дикая же она.

Будучи не в состоянии с ней больше общаться, я тайком вышел в коридор. Откровенно говоря, я хотел сбежать через главный вход, но была вероятность, что меня сцапает Барбатос.

Она выглядела, как маленькая девочка, но куда девалось все то огромное количество выпитого ей алкоголя? Я не мог этого понять. Как по мне, я считаю, что ученым нужно как можно скорее исследовать ее живот. Я совершенно уверен, что там была крошечная черная дыра... Проблема заключалась в том, что в этом мире не была развита наука. Как результат, мы никогда не узнаем правды. Это было непостижимое таинство...

Мой разум опустел. Видимо, меня развезло. Я шел по пустому коридору, и тем не менее, все передо мной плыло. Черт. Все из-за того, что эта девчонка с сибирских равнин сказала: "Я покажу тебе свое тайное сокровище", и заставила меня выпить какую-то бурду из смеси шести алкогольных напитков. Что она имела в виду под: "Думай об этом, как о предоставленной чести. Не каждый желающий может испить это"? Иди, упейся вусмерть...

Я смог услышать тихие шаги позади себя. Обернувшись, я увидел Лазурит. Я развел руки в приветствии.

– Ох, Лала! Милая моя Лала! Твои глаза подобны лазури, а голос твой подобен любовно воспеваемому гимну!

Кхм.

Вообще, я развел руки в слегка преувеличенной манере.

Какого? Я пьян. Я не в ответе за это.

– ... Ваше Высочество слишком опрометчивы.

– Что? Я настолько велик, что ты влюбилась в меня?

– Ваша покорная слуга сказала, что Ваше Высочество поступили слишком опрометчиво.

– Настолько, что ты захотела моих обнимашек? Замечательно! Если бы ты знала, как тяжко мне пришлось трудиться, в попытке получить твое расположение, то тебе стало бы так меня жаль, что ты добровольно бы предложила мне свои губы.

– Ваше Высочество.

Я заткнулся.

Взгляд Лазурит насквозь буравил меня.

– Ваше Высочество безрассудны, безответственны, и скоропалительны.

–... Разве ты не глубоко тронута моей победой?

– Нет.

– Это немного шокирует.

Последний раз я был так же шокирован, когда в начальной школе я получил признание от другого мальчика из моего класса.

– Пеймон является не только Владыкой Демонов 9-го ранга, но еще и лидером горной фракции, известной как величайшая фракция в Объединенных Силах Владык Демонов. Она командует многими верными последователями и имеет близкие отношения с влиятельными людьми на человеческой стороне. Проще говоря, Ваше Высочество обернули одну из самых важных фигур Демонического Мира своим врагом.

– Постой. Постой-ка секунду, Лала.

Я яростно замахал руками.

– Я не безрассуден, не безответственен, и я не скоропалителен. Впервые в жизни я слышу такие слова. Это невероятно обидно.

– Вот как? А в каком это таком плане Вашего Высочества планировалось обратить богатейшего человека и лидера сильнейшей фракции демонического мира врагами?

– Это... это...

Бесполезно.

Мой разум все еще был в состоянии алкогольного опьянения, так что я не мог сконцентрироваться. Это была не та тема для разговора, о которой я мог бы так запросто говорить, будучи пьяным. Она была подобна самому тщательно проработанному механизму в мире.

– Он чрезвычайно...

– Чрезвычайно?

– Потрясающ... и невероятно пугающий... этот мой план!

– Ваше Высочество обладает весьма впечатляющей способностью убеждать. Ваша покорная слуга была так тронута, что у нее просто нет слов.

– Мои глаза и уши могли одновременно подвести меня, но твой язык совершенно точно далек от того чтобы не произносить ни слова.

– Какое облегчение, что Ваше Высочество способны заметить это.

–Оох!

Как ужасный актер, я выкрикнул в потолок:

– Мне очень жаль, Лала! Все именно так! Я совершенно спятил! После того, как меня обвинила Пеймон, и видя, как старая летучая мышь со стороны смеется надо мной, весь мой самоконтроль полетел к чертям! Вот почему, я преподал им урок! Даже представить не могу, как я мог бы покаяться за свою огромную ошибку перед нашей леди-суккубой!

Я повернулся кругом и поклонился. Это место было совершенно противоположное тому, где стояла Лазурит. Разумеется, там никого не было. Благодаря лунному свету, падающему в окно, я мог лишь едва различать очертания пола.

Нет, из того, что я мог видеть, нельзя было сказать, что там совершенно никого не было. На подоконнике сидела серая кошка и лизала лапу. Я поклонился кошке еще ниже.

– Приношу свои извинения, Пеймон! Приношу извинения ее последователям и сторонникам Ивара Лодбрука! Я опроверг и сокрушил тех двух, которых вы все так любите! Они обвинили меня в преступлении, которого я не совершал, они так высоко подняли свой нос лишь потому, что в нашей огромной вселенной, у них было влияния с ноготь, они были людьми, которые не знают, как уважать других, но тем не менее, каждый должен горячо любить этих двоих. О, Боги, ниспошлите на меня свой гнев! О, Эреб, о, Немезида, страшнейшие Боги! Если вы все там, на небе... если вы ничего не делаете и смотрите со своих мест на меня сверху вниз...

Я посмотрел вверх подобно пророку, получающему заповеди непосредственно от Бога. Мое тело двигалось выразительно, а голос звучал как нельзя лучше. Я выглядел так, будто получал награду лучшему ведущему киноактеру года.

– Должно быть, я слишком образован и переполнен утонченностью, чтобы на самом деле верить в Богов, так что не могу с уверенностью сказать, что все вы действительно существуете на небесах, но, если по какому-то фантастическому случаю это так, и вы на самом деле там... Боги! Не прощайте этот кусок мусора, Данталиана, который высмеял лидера величайшей фракции и богатейшего человека в мире демонов, и ударьте меня!

– ...

– Однако, если говорить субъективно... хоть я и считаю, что это мое субъективное мнение является объективной истиной и нисколько в этом не сомневаюсь... короче, поскольку мне должно быть скромным перед Богами, я буду говорить "субъективно"... Если вы согласны с моим мнением о том, что Пеймон и Ивар Лодбрук жалкие неудачники, пропавшие свиные отбивные, которые уже нельзя спасти... то знаете, что, чертовы Боги!? Прошу, не делайте ничего, вообще ничего, и дайте мне жить своей жизнью, как я того пожелаю! Так как я в тысячу раз более компетентен, чем некоторые Боги, которые сидят сложа руки и дрочат дни напролет!

...

Тишина.

Серая кошка, не ожидав такого, смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Она должно быть даже забыла, что чистила свой мех, так как ее лапа замерла в воздухе. И это не удивительно. В конце концов, она имела честь быть свидетелем моего впечатляющего, величественного вероисповедания. Будто кто-то отдыхал на склоне горы и внезапно, с вершины спустился Моисей. Я мог понять чувства кошки. Я был просто переполнен этим пониманием.

– Хоо, ух...

Я перевел дыхание.

Опьянение начало проходить.

Я развернулся и встретился с Лазурит. Она все так же смотрела на меня своим безэмоциональным лицом. Я поднял свой указательный палец и указал на потолок.

– Смотри. Ничего не произошло.

– ...

– Мысля логически, из этого мы можем прийти к трем выводам. Первый: Боги милостиво простили мои безрассудные, безответственные и скоропалительные выходки. Ох, Лала, ты в самом деле очень выдающаяся девушка, и есть даже шанс, что ты еще более выдающаяся, чем я... Разумеется, эта тема весьма спорная... но ты явно не более выдающаяся, чем Боги. Таким образом, второй вывод: раз Боги простили меня, ты так же должна простить меня. И, наконец, третий: Боги признали, что Пеймон и Ивар Лодбрук подобны испорченной свиной отбивной. Таким образом, угроза этим двоим с теологической, юридической, и этической точек зрения не является проблемой. Ну а теперь. Если у тебя есть что-то против моей абсолютно совершенной логики, то давай, действуй.

Прим. пер.: теология – богословие.

В коридоре снова воцарилось мгновение спокойствия.

Какое-то время, мы смотрели друг на друга.

Лазурит открыла рот:

– Ваше Высочество закончили?

– Ммм.

– Стоит ли Вашей покорной слуге указать на то, что Ваше Высочество использовали начальную риторическую технику "использование ложной посылки"?

– Нет.

– Нужно ли Вашей покорной слуге напомнить Вашему Высочеству, насколько политически опасно так жарко объявлять в публичном месте о своем воинствующем атеизме?

– Тут никого нет.

– Что Ваше Высочество думаете, о реакции Вашей покорной слуги на господина, который логически, политически и теологически виновен.

– Я ничего не думаю об этом.

– Ваша покорная слуга так и думала.

– Лала. Я сейчас и правда не в состоянии объяснить тебе все как надо, потому что я все еще пьян, но я уверяю тебя, что я уже спланировал идеальную схему, которая лишит тебя дара речи. Я раскрою ее тебе после короткого отдыха и тогда, даже ты будешь восхищаться ею. Так что сейчас, давай вернемся в нашу комнату, ляжем на кровать, и обсудим остальное...

– Ваша покорная слуга знает.

– Ась?

– Ваша покорная слуга считает, что Ваше Высочество разрабатываете подробный план.

Я моргнул.

– Это... ну, то есть... что мне сказать... довольно неожиданно.

– Ваша покорная слуга знает, что истинная природа Вашего Высочества подобна хищнику, пауку, если быть точным. Прежде, чем сделать шаг, Ваше Высочество смотрит на 10 шагов вперед, и, если нет уверенности в идеальной охоте, Ваше Высочество терпеливо ждете. Люди, видя, как Ваше Высочество бездействует, могут думать, что Ваше Высочество ни на что не годный бездельник, и могут смеяться над этим, но на самом деле, Ваше Высочество просто ждет свою жертву, чтобы поймать ее в сети.

– ... Спасибо за комплимент?

Моя голова была совершенно пуста, так что я не был совершенно уверен, но, кажется, Лазурит только что впервые похвалила меня. Не зная, как на это реагировать, я вскинул брови.

– Тогда почему ты так плохо относишься ко мне?

– Поскольку образ мышления Вашего Высочества настолько искривлен, Ваша покорная слуга посчитала, что Вашему Высочеству требуется вассал, который будет постоянно на Вашей стороне и будет отчитывать Ваше Высочество.

– Лала. Я совершенно взрослый. Мне нет какой-либо нужды в образе матери и слушании нытья...

Затем.

Медленно.

Лазурит небрежно схватила меня за галстук.

Пока я был в замешательстве, Лазурит потянула.

Не знаю, какой именно физический принцип был скрыт за этим действием, но результат был очевиден.

Лазурит овладела моими губами.

– ...

– ...

Я чувствовал что-то мягкое на своих губах.

Кажется, прошло около 10 секунд. Мы отдалились друг от друга.

Когда два человека разделяются, это кажется неестественным, даже если они должны поделиться друг с другом сотней новостей, но, в этот момент тишины, наше отдаление казалось совершенно естественным. Когда поцелуй закончился, и мы восстановили дистанцию, мне казалось, что наше расстояние было совершенно естественным.

Лазурит прошептала:

– Я так же не намерена выступать в роли матери Вашего Высочества.

– ... Лала, – осторожно произнес я. – Я признаю, что за все это время, я произносил много непристойных строк о поцелуях. Однако, все они были исключительно ради того, чтобы наслаждаться видом твоего смущения, и, тем самым, не имели никакого подтекста. Если, случайно, я посеял это недопонимание, ставшее причиной того, что сейчас произошло, то я сейчас же искренне извинюсь и...

– Я прекрасно знаю об этом. Ваше Высочество, – прервала меня Лазурит.

И снова, она потянула мой галстук вниз.

– Поэтому, прошу, заткнись.

Мы погрузили наши тела в темноту коридора.

После второго поцелуя, последовавшего за первым, нельзя было уже сказать, чья ладонь первой схватила тело другого, и кто первым толкнул другого в темный угол коридора. Бессмысленно обсуждать порядок.

Единственное, что я хорошо помню, были ее безмолвные, сияющие голубые глаза.

– Мяяяу, – мяукнула серая кошка.

Кошка, купаясь в лунном свете, устало вытянулась.

Интермиссия

Торговец Киункуска, полукровка, Лазурит

05.04.1505 год по Имперскому календарю

Офис Фирмы Киункуска

Владыка Демонов 71-го ранга, Данталиан.

Связь между мной и этим дурацким Владыкой Демонов была весьма глубока.

Год назад, подкупив людей в фирме, я получила должность эксклюзивного консультанта Данталиана.

Изначально, Фирма Киункуска не работала с Владыками Демонов ниже 60-го ранга. Это бы снизило уровень фирмы.

Однако, для меня, такой Владыка Демонов, как Данталиан был очень важен. Чтобы такой изгой, как я, смог добиться успеха, я должна была использовать Владыку Демонов. Владыки Демонов более высокого ранга, скорее всего и не подумали бы иметь со мной дел. С такого ракурса, Данталиан был наиболее подходящим кандидатом.

Вполне нормально клясть меня и звать ослепленной успехом девицей.

В конце концов, так и есть.

– Ха-ха-ха. Видимо, в Киункуске есть намётанные глаза, раз вы решили работать со мной, что, в принципе и не удивительно для величайшей фирмы демонического мира.

В начале, Данталиан встретил меня с восторгом. Быть принятым в качестве клиента Киункуска, означало что он признается влиятельным Владыкой Демонов. Он должен был быть счастлив.

– Как тебя зовут?

– Вашу покорную слугу зовут Лазурит.

– Ого. У тебя отменный внешний вид.

Его Высочество, вскользь прошелся взглядом по моему телу.

– ...

Стоит ли мне говорить, что 71-го ранга он был не случайно? Будучи мелкой сошкой, он источал тошнотворный смрад. Может он и родился Владыкой Демонов, но у него не было ни характера, ни таланта.

Но все в порядке. Я пришла сюда, зная, что это произойдет.

... Ну, если бы вы спросили, разочарована ли я, разумеется, я бы ответила, что да.

– Хорошо. Какой ты расы?

– Я суккуба, Ваше Высочество.

– Суккуба! Как очаровательно.

Пусть только наполовину, но я все же суккуба. Даже если мои глаза закрыты, я могла чувствовать сексуальные желания людей вокруг меня. Прямо сейчас, Владыка Демонов Данталиан вожделел меня.

За свою жизнь, я ловила сотни и тысячи взглядов от людей, желавших моего тела. К сегодняшнему дню, у меня не было никаких заблуждений о том, чтобы сделать все непорочно. Я была бы более чем рада стать любовницей Владыки Демонов.

Девушка продаст свое тело за власть.

В этом ведь нет ничего странного?

Будучи торговцем, я считала, что такое отношение более чем уместно.

Вот только проблема была в том, что не было настолько спятивших Владык Демонов, которые купили бы мое тело.

– Подними голову. Сегодня день, когда Его Величество был признан Фирмой Киункуска. Я очень рад. Сегодня, Его Величество устроит тебе банкет.

– Ваше Высочество. Ваша покорная слуга является отпрыском суккубы и человека.

– ...

Тишина.

Владыка Демонов мгновенно замер.

Да. Не смотря на сотни и тысячи пойманных взглядов, полных плотских желаний, причина, по которой я все еще была невинной, кроется в этом. Реакция абсолютно каждого, услышавшего о моей родословной, было именно такой. Как удивительно.

– Банкет отменяется.

Владыка Демонов быстро встал.

– Передай торговцам Киункуска. Они дорого заплатят за то, что посмели унизить Его Величество.

– Как пожелаете.

– Блядская полукровка.

Владыка Демонов плюнул.

Плевок прилетел прямо мне в лицо. Я слышала, что у Его Высочества Данталиана не было никакого таланта в боевых искусствах, но, кажется, мне не стоило верить этим слухам. Смотрите. Разве он, по крайней мере, не имеет склонность к стрельбе из лука?

– ...

Как только Владыка Демонов покинул гостиную.

Я достала зеркало и платок. Отработанными движениями, вытерла плевок с лица. Если вы думали, что такого рода вещи случались со мной раз или два, то вы сильно ошибались.

Сотни и тысячи раз.

Я ведь уже говорила, не так ли?

Короче говоря, Данталиан был дураком, которого уже не спасти. Скорее всего, никто его не любил, кроме, разве что, его матери. Хотя, Владыки Демонов не рождаются от двух людей, а формируются естественным образом из искривленной концентрированной магии.

Все в порядке.

Я приняла решение.

Я замаскировалась под человека и продала карты замка Владыки Демонов искателям приключений.

Численность войск, расположение ловушек, и даже маршруты патрулей. Я сдала им все.

Авантюристы были очень алчными.

Едва получив карту, они сразу же направились прямо к замку Владыки Демонов. Сколько раз это случилось? Три? Четыре? От вторгшихся авантюристов, замок быстро превратился в руины.

Короче, это было чем-то вроде шоковой терапии.

Определенно, Его Высочество Данталиан был личинкой, что лежала за рамками правовой защиты. Но что, если его замок окажется полностью разрушенным? Что будет, если все его подчиненные умрут? Был шанс, что он придет в чувство.

Такой вид обратного подхода был родом моей специальности.

Я с удовольствием принимаю комплименты.

Ведь комплименты не стоят денег.

Разумеется, у меня была другая цель.

Представьте, в каком положении окажется Владыка Демонов Данталиан. Оборона его замка сокрушена. Его войскам так же пришел конец. За что теперь он мог бы цепляться? За свою кровать, стоящую на свалке? Или черная мантия, которую мистер Владыка Демонов так гордо носит, превратится в волшебный плащ, который сотворит чудо?

Ох.

К счастью, ведь оставался еще один человек.

Разве здесь не было торговца-суккубы, которая представилась его эксклюзивным консультантом?

Простая корректировка.

Если кто-то не особо торопится доверять тебе... то избавься от всех, кому он только может доверять, за исключением тебя самого.

Возможно, был способ, с течением времени, медленно завоевать доверие. Но если торговцу и присуща какая-то черта, так это знание того, что "медленно" является синонимом к "тратить время".

Я торговец фирмы Киункуска.

Любой вид растрат непростителен.

***

Искатели приключений уничтожили замок Владыки Демонов.

Однако, они не смогли схватить Его Высочество Данталиана. Они вышли из пещеры с сердитой поступью. Они уходили домой с пустыми руками.

Я наняла высококлассного ассасина, чтобы убить их.

– Пожалуйста, убей их всех.

– Всех?

– Да. До последнего.

Искатели знали, что я была той, кто продала им карту. Даже с вероятностью одна на тысячу, если информация обо мне распространится куда-то еще, то могут появиться проблемы. Я должна избавиться от всех свидетелей.

Первая, вторая, и третья группа, все они были убиты моим наемником. Если я и должна в чем-то признаться, так это в том, что я нацелена на идеальный результат, что бы я ни делала.

– ... Четвертая группа не вышла из пещеры?

В этот раз, я получила неожиданный ответ.

Ассасин кивнул.

– Ага. Мне кажется, они скорее всего мертвы.

– В замке Его Высочества Данталиана не осталось войск. Искателям там просто не от чего расстаться со своими жизнями. Проверь еще раз.

– Я уже проверил, – раздраженно ответил ассасин, – разве это была не группа из 10 человек? Я осмотрел всю пещеру и нашел 10 тел. Хотя, об этом трудно сказать, так как их головы и конечности были оторваны.

– ... Это странно.

Могли ли у Его Высочества Данталиана быть спрятаны тузы в рукаве?

Как ни посмотри, я следила за Владыкой Демонов на протяжении года. Не должно было остаться секрета, о котором бы я еще не знала...

Ошибка? Я что-то упустила?.. Себя?

Я не недооценивала и не переоценивала людей. Себя в том числе. В конце концов, обладание уравновешенным проницательным взором, было моим талантом. Я могла понять, когда человек был тошнотворным отбросом в компостной куче.

Это не тот талант, что дается любому.

– Как были убиты искатели?

– Я не знаю.

– Есть ли вероятность их внутреннего конфликта?

– Я же сказал, я не знаю!

Ассасин уставился на меня.

В его глазах отражалось презрение.

– Не разговаривай со мной так беспечно. Мне претит один лишь факт того, что я говорю с полукровкой! Как же низко я пал... что беру деньги из рук какой-то простолюдинки!

Ассасин плюнул мне под ноги.

Кажется, он стыдился уже того, что дышал тем же воздухом, что и я. Ох, мне так жаль.

Всякий раз, когда кто-то плевал в мою сторону, мне всегда было интересно, откуда бралась для этого жидкость. Я могла лишь надеяться, что она не вытягивалась прямо из их мозга. Их, и без того бедному интеллекту, будет только хуже.

– Шевелись, и гони мне мои комиссионные. 4 золота за голову. 32 золотых, если быть точным. Скажу тебе сразу, не пытайся сбить цену. Все "как договаривались". Пока все идет как договаривались, не будет никаких проблем.

– Как я посмотрю, ассасины тоже уделяют большое внимание уговору.

– Эй, мещанка. Я не в настроении шутить, или цеплять кого-то вроде тебя. Мне нужно плюнуть тебе в лицо, а не на землю, чтобы ты поняла это?

– Посмотри мне в глаза.

– Эй. Ты со своими выходками собираешься мне когда-нибудь заплатить?

– Смори мне в глаза.

Ассасин вскинул брови.

Он не смел коснуться меня из-за нашего контракта. Он яростно на меня посмотрел.

Встретив его взгляд, я ясно сказала:

– Спокойно. Смотри мне в глаза.

– ...

– Пересчитай все мои ресницы, одну за одной. Запомни цвет моих глаз. Текстуру моего зрачка. Медленно изучи узор.

– ... для этой херни есть хоть какая-то адекватная причина?

– Нет, никакой.

Я вытащила из плаща небольшой пузырек.

Он был заполнен прозрачной жидкостью.

– Но есть кое-что для тебя.

– И что же это такое?

– Это твой яд. Уважаемый господин Ассасин.

– ...

Ассасин замер.

Так приятно всегда смотреть как меняются выражения лиц людей, когда те сталкиваются с неожиданной ситуацией. Это вполне можно было назвать моей маленькой радостью жизни.

– Что еще за... шутки...

– Комиссионные сборы уже отправлены твоей наемной группе в Нифльхейм. Твой начальник сказал мне передать это сообщение. "Обычно, волны сами знают, когда тормозить. Океан синий, пора успокоиться да корабль потопить."

Ассасин побледнел.

– Зов Посейдона...

– Похоже, этот стих не редкость среди наёмничьих групп.

– И как давно?

– С самого начала.

С самого начала.

Я просила человека, от которого можно будет легко избавиться. Группа наемников снабдила меня тем, кто идеально подходил под мое требование.

Ассасин принял флакон.

– У тебя есть какие-нибудь последние слова?

– ...

Ассасин на мгновение задержал взгляд на пузырьке, прежде чем выдернуть пробку и одним глотком выпить яд. После, он упал на пол и стал бормотать:

– Дерьмо.

Долгое время.

– Дерьмо...

Ассасин полностью ослабел.

Я достала кинжал и вскрыла его горло. Я слышала, что обученный ассасин мог в любой момент притвориться мертвым. Раз. Второй раз. Третий. И, наконец, в четвертый раз. Я с уверенностью оборвала чужую жизнь.

Должно быть, будет уместно снова признаться вам.

Чтобы я ни делала, я стремлюсь сделать все идеально.

В любом случае, пора встретиться с Его Высочеством Данталианом лично.

Расположить к себе искателей и нанять убийцу стоило мне недешево. Пора начать возвращать мои инвестиции.

Если из-за кризиса, личность Его Высочества Данталиана полностью изменится... это будет лучший из возможных сценариев. Если же, он останется прежним, то единственной, на кого Владыка Демонов мог полагаться, все равно была я. В этой афере я не могла проиграть.

Как мне и нравится.

Ну, а теперь.

Пора начать охоту на запутавшуюся лису.

Пролог

Философы задают великие вопросы,

а политики дают великие ответы.

Я – весь ваш ответ.

Пролог

Совладать со своим прошлым.

Говорят, что это легко.

Однако, если бы меня попросили дать совет этим оптимистам, то я бы сказал, что есть куча опыта, с которым невозможно совладать.

Что если ваша собственная мать подобна отбросу?

Что ж, ладно. С этим можно справиться.

А что, если ваш отец так же подобен отбросу?

Можно стерпеть и это.

Но, когда ты видишь своих младших братьев и сестер, дрожащих от страха, потому что их собственная мать ударила их лишь по той причине, что те были от другой матери, а в это время, отец, не произнося ни слова, лениво смотрел на это со стороны, то тебе лишь остается просто принять истину.

То, что твою жизнь смешали с дерьмом.

Я начал смутно догадываться, что моя жизнь достигла этой стадии, когда мне было 10 лет.

Мои младшие братья и сестры плакали, держась друг за друга. Причина была проста. Моя мать материлась на них с криками: "Грязные шлюхины дети!". Конечно, в то время я еще не знал значение слова "шлюха". День, когда я обнаружил, что существование пениса может быть необходимо для чего-то, отличного от того, чтобы мочиться, наступил, когда мне было 11; таким образом, мне требовался еще год до того, как я вошел в мир непристойности.

Я серьезен.

Даже я, когда-то, был невинен.

Но вернемся к истории.

Раз уж десятилетний ребенок не мог понять слово "шлюха", то пяти-шестилетки и подавно. За исключением того, что, очевидно, сказанные слова несли оскорбительный оттенок.

– Бог мой. Так вы двое, дети шлюхи.

Она говорила не так вежливо:

– Ублюдочные шлюхины дети. Как вы смеете не знать свое место, и!.., – вместо этого, она просто взорвалась своей злостью.

Даже дети поняли, что им здесь не рады.

Не зависимо от того, способен ли ты понимать слова или нет, ты, по крайней мере, можешь понять, пытается взрослый перед тобой убить тебя, или помочь тебе. Это особенно заметно, когда на части "дети шлюхи", взрослый сильно бьет тебя по лицу.

И вот, настал момент, когда у моих братьев и сестер стали трястись плечи.

Момент, когда мои младшие братья и сестры, лишь секунду назад счастливо смеявшиеся, приглушенно плакали, потому что искренне боялись того, что будут убиты.

Я нутром чуял, что если не исправлю эту дерьмовую ситуацию, то моя жизнь тоже превратится в дерьмо.

– Батя. Прогони мать.

– Че?

– Не надо мне тут попусту переспрашивать. Ты все слышал. Разведись с моей матерью.

Отец моргнул.

Даже его моргание мне кажется поводом, который лишь больше усилил мою к нему неприязнь.

– ... Что ты такое говоришь?

– Так ты собираешься и далее играть в дурака? Что ж, ладно. Я воспользуюсь возможностью наглядно это тебе показать. Моя мать безумна. Мои младшие сестрички всего лишь случайно разбили керамическую кружку, и знаешь, что за это сделала моя мать?

Я ударил себя по лицу. Сильно.

Потому что считал, что должен продемонстрировать ему.

– Она ударила их. Достаточно сильно, чтобы они попадали на пол. Да, тут все еще можно допустить, что она всего лишь истеричка, но то, что она сделала далее реальная проблема. Она схватила кухонный нож, и сунула его им в лица.

– ...

– Ты понял? Кухонный нож. Она показала нож моей пятилетней младшей сестренке. Моя мать не истеричка. Она вконец спятивший человек. Немедленно разведись с ней и вышвырни ее из дома.

– Сын. Она все еще твоя мать.

– Я прекрасно это понимаю, – спокойно сказал я.

– Вот почему, я лишь сильнее призываю тебя развестись с ней. Прежде, чем я стану еще больше презирать отца, который объявил, что любит эту женщину и сделал ее своей женой.

– ...

– Батя. Вчера ты читал мне цитаты Руссо. О том, что разница между зверем и человеком в том, что второй обладает волей. Ты читал это мне мягким, очень мягким тоном. И сегодня, я увидел в лице своей матери зверя.

– Определенно, мне стоит нанять тебе учителя по риторике. Ты намного более красноречив, чем был я в твоем возрасте.

– Я еще в шесть лет понял, что гений. Ты же не собираешься своими комплиментами дать мне понять это снова.

– Ты расценил это как комплимент? Я же стебался.

– Ха. Тебе, батя, и правда стоило прослушать несколько уроков по риторике. Ты даже не знаешь, как правильно стебаться над собственным сыном, и ты думаешь, что будешь в состоянии держать в узде свою жену? Прошу, присмотрись к себе повнимательнее.

– Я повторюсь. Она твоя мать.

Голос отца похолодел.

– Перед тем, как подарить тебе жизнь, за те 10 месяцев, пока ты был у нее в животе, она прошла через все виды боли. Твоя мать была первым человеком, улыбнувшимся тебе, когда ты явился этому миру, она же была тем, кто плакал за тебя, когда тебе впервые было больно. Сын. Знай свое место. Как смеешь ты говорить такие аморальные слова, наподобие "вышвырни мою мать".

Я хихикнул.

– Как стыдно.

– Что?

– Это не моя проблема. Батя, эта проблема – твоя. Всего из-за одной матери, шесть твоих детей подвергаются насилию. Простая математика. Сохранить одного, или же шестерых. Избавься от таких раздражающих слов наподобие аморальности. Нет таких людей, кто был бы большим этическим мусором, чем ты, отец. Ни одного.

– …

– Я в последний раз попрошу тебя сделать что-нибудь по этому вопросу. Так что дай мне серьезный ответ. Ты разведешься с моей матерью?

Мой отец замолчал.

Он молчал более 40 минут.

Причина, по которой я помнил время заключалась в том, что я смотрел на наручные часы отца. Было около одиннадцати по полудню.

– Я не могу.

Черт, уже больше двенадцати.

С этого момента, я навсегда возненавидел это время суток. Отсюда же возникла и моя привычка отказываться просыпаться по утрам. Я повторюсь, но все же. Я до смерти ненавижу утро и полдень.

– ... Почему?

– Потому что я люблю твою мать.

– Это воистину очень разочаровывающий ответ. В таком случае, получается, что ты не любишь своих детей, так, батя? Тебя не волнует, что твоя жена собирается убить твоих детей?

– Да.

Я ни за что не забуду этот момент.

Как скульптор, использующий молоток и зубило, я выгравировал в своем мозгу этот след.

Появилась своего рода травма.

– Я так сильно люблю твою мать.

– ...

– Сын, мне очень жаль.

– ... Прямо сейчас, отец.

Я сглотнул.

То, что я проглотил, было не одной лишь слюной.

– Отец, прямо сейчас, ты потерял все мое доверие.

– Знаю.

– Отец, ты только что разрушил мою жизнь.

– Я прекрасно это понимаю.

Мой отец кивнул.

– Неважно, что ты выберешь, ты проживёшь ещё более бесчувственную, чем у меня жизнь.

Долбанный отец.

Как же ты мне отвратителен.

– ... Позволь мне спросить кое-что. Если бы это был обычный вопрос... Очевидно, ты бы принес в жертву одного, чтобы спасти шестерых. Таков ты человек. Но, из-за одной штуки, так называемой "любви", ты говоришь мне, что ставишь одного выше шестерых.

– ... Все так.

– Отец, если эта твоя любовь, лишь делает тебя слабым, то в чем ее смысл?

Отец не ответил.

Кусая губы, я проклинал его:

– Мне стыдно смотреть на своего собственного слабого отца. Ты понимаешь? Мне стыдно, до смерти. В конце концов, что-то ты выбрать не можешь. Ты в самом деле такой, такой долбанный нерешительный.

В тот раз "долбанный" было самым бранным словом, которое я знал.

Я не знал ругательств, более страшных, чем это.

Разве я уже не говорил?

Были времена, когда даже я был невинен.

– Сын.

– Не извиняйся. Я разочарован в тебе не ради извинений. Что изменится от того, что ты извинишься. Просто знай это.

Я поклялся.

Хладнокровной клятвой.

Четкой клятвой.

– Отец, я не стану таким слабым, как ты.

– ...

– Никогда.

И.

И...

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.09.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Площадь Гермеса

<Звук пощечины>

Очень сочный звук.

Звук столкнувшейся кожи о кожу звучал очень громко.

Люди, должно быть, были встревожены внезапной мощной ударной волной, потому что они замерли, разинув рты. Около двухсот демонов различных рас смотрели сюда. "Сюда", в данной ситуации, относилось всего лишь к двум людям.

Ко мне.

И Лазурит.

– Ваша покорная слуга разочарована.

– ...

– От мысли о том, что Ваше Высочество человек подобного достоинства.

С абсолютно безэмоциональным лицом.

И с еще более холодным тоном, она продолжила:

– Раз это Ваше Высочество, Ваша покорная слуга думала, что Ваше Высочество будете отличаться от остальных Владык Демонов. Ваша покорная слуга надеялась, что в сравнении с остальными людьми, обличенными властью, Ваше Высочество продемонстрирует нечто иное. Но все, что Ваша покорная слуга видит перед собой, так это невероятно откормленного борова.

Я осторожно ощупал свою щеку.

Больно.

Моя кожа покраснела и опухла.

Разве не впечатляет?

– ... Лазурит. Хоть ты и моя возлюбленная невеста, ты, в тоже время, по-прежнему моя слуга. Только что, посреди площади в полдень, ты подняла руку на своего господина перед сотнями граждан. Ты ведь понимаешь, насколько это вероломный поступок, не так ли?

– Да. Ваша покорная слуга понимает.

– Хорошо, – кивнул я.

Будучи изгоем-полукровкой, посметь ударить неприкосновенного Владыку Демонов. Одного только этого было достаточно, чтобы стать главной новостью года. Даже люди на площади смотрели на это удивленным взглядом.

Но это еще не конец. Позвольте мне подлить масла в огонь.

Я объявил:

– Настоящим, я, Данталиан, освобождаю тебя от всех обязанностей.

– ...

– Больше не появляйся передо мной.

В тот же день, шокирующая новость разлетелась по городу.

Пара, ставшая самой известной в мире демонов за то, что преодолела разрыв в социальных статусах, распалась через 2 месяца.

Если это не производит впечатление, то я не представляю, что может его произвести.

Довольно близкие друзья (часть 1)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.09.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Площадь Гермеса

- Я все слышала. У тебя была большая ссора с твоей любовницей-суккубой, не так ли?

- Слухи и правда быстро распространяются.

- Я девушка, слегка чувствительная к веяниям.

Барбатос пришла навестить меня в моё съемное жилье.

По какой-то причине, эта Владыка Демонов, обладающая восьмым рангом, привязалась ко мне. Я, видимо, произвел на нее хорошее впечатление в том случае, когда я сбил Пеймон с ее пьедестала. Что ж, это была не единственная причина.

- Давай же, не держи все в себе. Почему вы двое поссорились?

- Разве ты не видишь, что я все еще прикладываю лед? С того момента, как Лазурит дала мне пощечину, прошло всего 20 минут. Честно говоря, прямо сейчас, я не хочу ни с кем разговаривать.

- Ох, бедняжка, - хитро улыбнулась Барбатос.

Это слегка раздражает.

- Хорошенько подумай. Твоя любовница - суккуба-полукровка. Она изгой, которого обычно казнят лишь за касание Владыки Демонов. Если такое дитя ударило тебя, то она делала это, буквально ставя на кон свою жизнь. Что ты мог такого натворить, чтобы заставить ее так рисковать?

- Так ты говоришь, это моя вина?

- Угу. За всю мою жизнь, какая бы проблема ни возникла, мужчины всегда кажутся более вероятными виновниками, чем женщины.

- Ты, должно быть, весьма довольна тем, что родилась женщиной.

Барбатос рассмеялась.

Обычно, мы не могли так откровенно обмениваться неформальными словами.

Барбатос была Владыкой Демонов 8-го ранга. Под ее командованием была постоянная шеститысячная армия и бесчисленное количество последователей. Она даже была лидером огромной политической группы, известной как Равнинная Фракция.

С другой стороны, я был Владыкой Демонов 71-го ранга. У меня не только не было последователей, я даже не был частью полноценной фракции. Может, у меня и было полно денег, но на этом все. В сравнении с Барбатос, я был мошкой.

Несмотря на это, казалось, что Барбатос неосознанно хотела видеть меня ее другом. Что я должен делать, если другая сторона начинает говорить со мной в беспечном стиле речи? Я более, чем рад потакать ей.

- Данталиан. Мы пока что не можем быть друзьями, но я считаю, что мы достигли чего-то близкого к тому, чтобы быть друзьями.

- Это большая честь.

- Я серьезно.

Барбатос усмехнулась.

Даже если она и говорила, что серьезна, ее выражение лица было таким, что я не чувствовал доверия к нему.

- Большинство Владык Демонов куча мусора. Никто из них не представляет интерес. Пока что, за последние 60 лет ты оказался первым талантливым новичком. Я, как более старшая, всего лишь хочу хорошо относиться к тебе.

Более старшая, хах.

Барбатос возглавляла группу, известную как "Равнинная Фракция". Эта фракция получила свое название от того, что большинство Владык Демонов, входящих в эту группу, владели замками, расположенными на равнинах. Следствием проживания на открытой местности были частые встречи с людьми.

Разумеется, из-за этого Барбатос стала враждебной по отношению к людям. Если армии Владыки Демонов должны когда-нибудь вторгнуться в человеческий мир, то несомненно Барбатос будет той, кто поведет их. Она раскинула информационную сеть по всему человеческому миру и постоянно была начеку, будучи готовой к масштабной войне.

С другой стороны, Пеймон, сокрушенная мной Владыка Демонов, известна как глава "Горной Фракции". Из названия очевидно, что, в основном, эта фракция состояла из Владык Демонов, владеющих замками, расположенных в регионе, испещренном горами, где они редко встречались с людьми лицом к лицу.

Равнинная Фракция и Горная Фракция были вечными соперниками.

Может Агрессивная Фракция или Сдержанная Фракция будут получше?

Когда Барбатос назвала себя "более старшей", а меня "новичком", она косвенно пыталась привлечь меня к своей фракции. Ее утверждение было с подтекстом.

Я пристально посмотрел на нее.

- Что ты хочешь сказать?

- Если ты пытаешься порвать со своей любовницей-суккубой, то я могу помочь. Во-первых, это полная чушь, чтобы Владыка Демонов трахался с изгоем. Еще не слишком поздно, так что попроси у меня помощи.

- ...

Секунду мы смотрели друг на друга.

- Ты предлагаешь мне порвать с Лазурит?

- Что такое? Ты смущен? Не беспокойся. Насколько быстро люди были возбуждены вами, настолько же быстро их возбуждение сойдет на нет. Дай год и люди совершенно позабудут, что ты когда-то спал с изгоем.

Барбатос говорила так, будто речь идет о чем-то незначительном.

Я нахмурился.

- Не тебе, а мне судить, что происходит между мной и Лазурит. Не встревай в чужую личную жизнь.

- Как правило, я не столь любопытна. Но ты не обычный ребенок. Ты бесподобный новичок, сумевший нанести Пеймон удар. Как более старший Владыка Демонов, я обязана проявлять интерес к репутации своего младшего товарища.

Барбатос скрестила ноги.

Моему взору предстали белоснежное бедра и лодыжки.

– Конечно, не легко будет порвать с любимой, к которой ты продемонстрировал такую привязанность. Я понимаю. Но, парень, люди становятся сильнее всякий раз, когда теряют свою любовь.

– ...

– Любовь ценна лишь тем, что выявляет твою слабость. Люди не становятся сильней от того, что они испытывали или дарили любовь, они становятся сильнее после того, как отринут ее.

– Хо...

Я скривил уголки рта.

– Так ли это?

– Конечно да. Доверься мне. Несмотря на мой внешний вид, я прожила уже пять сотен лет. Число любовников, с которыми у меня были отношения, перевалило за тысячу. Если ты прислушаешься к моим любовным советам, прекрасные женщины будут готовы сделать тебе минет даже, если ты будешь просто лежать.

Барбатос улыбнулась.

Эта улыбка была ушлая, как бездомная кошка.

– Короче, просто поделись со мой, что привело к вашему расставанию. Излей свою душу. Если ты выпустишь эмоции, то тебе станет гораздо легче.

Некоторое время я молчал.

Что заставило Лазурит дать мне пощечину.

Ситуация, стоящая за этим была слишком большой. Она содержала настолько закрученную историю, что я понятия не имел, с чего начать.

Я медленно открыл рот.

– Полмесяца назад пришла старуха.

– Хмм.

– Сперва, я подумал, что это просто какая-то нищая. В конце концов, выглядела она плачевно. Но вскоре, я узнал, что она была не просто какой-то там попрошайкой. Старуха была...

Я прикрыл глаза на секунду.

Я отчетливо помнил всю сцену.

– Старуха была матерью Лазурит.

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

03.09.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

– Понятно. Так вы, родная мать Лалы. Что привело вас сюда?

– О, Великий Властитель. Ваша покорная слуга услышала новости о ее дочери, в поисках которой, Ваша покорная слуга скиталась долгие годы. Рискуя быть невежливой, Ваша покорная слуга направилась к Вам, Ваше Высочество, – произнесла невероятно морщинистая старуха.

Я лично налил старушке чашку чая. Она настаивала на том, что это слишком большая для нее честь, и много раз пыталась отказаться, но, кем бы я ни казался, я уважаю старость. Кроме того, если она была матерью Лазурит, то и говорить не о чем. Разве это не делает ее моей тещей?

– Прошу, не заставляйте мою доброту пропадать впустую.

– Б-большое спасибо.

Старушка, как если бы у нее не было иного выбора, осторожно приняла стакан чая. Несмотря, на ее действия, не казалось, что он на самом деле ей не нравится.

– Вы сказали, что скитались в поисках Лалы, я прав?

– Да, Ваше Высочество.

– Насколько мне известно, Лала в раннем детстве осталась сиротой. С тех пор, как она себя помнит, ее родителей уже не было. С моей стороны может показаться грубостью, но я думал, что вы бросили Лалу, сбежав прочь...

– О, нет. Это не так.

Старушка расплакалась.

– Ваша покорная слуга была изгнана из своей деревни, едва родила это дитя. Мэр прогнал Вашу покорную слугу прочь. Суккуба, заключившая брачный контракт с простым человеком не могла остаться частью деревни. Таково правило.

Я молча слушал историю жизни этой старушки.

– Ваша покорная слуга родила ребенка холодным зимним днем. Ваша покорная слуга еще не пришла в себя, и все же, мэр неожиданно приказал ей уйти. Ваша покорная слуга упорно умоляла оставить ее... хоть на неделю или по крайней мере хотя бы еще на день. Но все напрасно. Ваша покорная слуга была изгнана из деревни, не получив возможности хоть раз покормить своего ребенка грудью...

Старуха опустила чашку чая и встала на колени.

Она подползла ко мне и схватила левую руку.

– О, Великий Властитель. Единственное, что эта ничтожная женщина оставила этому ребенку, это ее имя – Лазурит. У ее отца были глаза такого же цвета, поэтому Ваша покорная слуга так ее назвала. Это дитя, безусловно, дочь вашей покорной слуги. Прошу, если бы Ваша покорная слуга могла увидеть лицо ее дочери... увидеть, что с ее дочкой все в порядке... это единственное желание ничтожной женщины.

Довольно близкие друзья (часть 2)

Старуха опустила чашку чая и встала на колени.

Она подползла ко мне и схватила левую руку.

– О, Великий Властитель. Единственное, что эта ничтожная женщина оставила этому ребенку, это ее имя – Лазурит. У ее отца были глаза такого же цвета, поэтому Ваша покорная слуга так ее назвала. Это дитя, безусловно, дочь вашей покорной слуги. Прошу, если бы Ваша покорная слуга могла увидеть лицо ее дочери... увидеть, что с ее дочкой все в порядке... это единственное желание ничтожной женщины.

Мольба этой старушки, безусловно, тронула моё сердце.

Суккуба, родившая ребенка от привязанности к человеку.

Так уж пошло, что брак между человеком и демоном запрещен. За нарушение этого табу, эта старушка, была изгнана и потеряла дочь. Любой бы сказал, что это серьезное наказание за одну летнюю ночь любви.

– Ясно. Я устрою вам встречу с Лазурит.

– П-правда!? Спасибо. Огромное Вам спасибо, Ваше Высочество!

– Встреча матери и ребенка. Я всего лишь даю этому произойти. Нет причин благодарить меня.

Я позвал Лазурит в комнату.

Вскоре после этого, прибыла Лазурит, как обычно одетая в аккуратную форму. Лала посмотрела на старуху, но она кажется не поняла, кто эта женщина.

– Ваше Высочество звали Вашу покорную слугу?

– Лала. Моя верная слуга и вечная любовь.

– ... Почему Ваше Высочество так внезапно стали себя вести? Всякий раз, когда Ваше Высочество начинаете подражать этой странной манере речи, Ваша покорная слуга ничего не может с собой поделать, кроме как чувствовать странное беспокойство.

– Присмотрись к этой старушке. Быть может, ты узнаешь ее?

Лазурит нахмурилась.

Ее лицо показало, что та не имела ни малейшего понятия.

– Вашей покорной слуге жаль, но она совершенно незнакома с ней.

– Присмотрись внимательней. Ты и правда не знаешь?

– Ваша покорная слуга никак не может понять, чего Ваше Высочество добиваетесь.

В этот момент, старушка приблизилась к Лазурит.

Издав крик, старушка обняла Лалу.

– Аах!.. Мое дитя! Это, определенно, мое дитя!

От внезапной ситуации, Лазурит замерла. Вместо того, чтобы выглядеть смущенной, она скорее выглядела так, будто не могла понять, что происходит. Вот как мне показалось. Лала повернулась ко мне.

– Ваше Высочество. Что происходит?

– Как ты только что слышала, эта женщина – твоя мать. Разумеется, многое нужно сперва проверить, но человек определенно не станет лгать в присутствии Владыки Демонов, когда истина может раскрыться в любой момент.

Я был, в некотором роде, горд.

Сирота смогла воссоединиться со своим родителем. Даже я, всегда думавший пессимистично, мог быть только лишь тронут этим воссоединением. Я спокойно ждал слов благодарности из уст Лазурит.

Но.

– ...

Лазурит выглядела странно.

На мгновение, на ее лице появилась диковинная эмоция. На очень краткое мгновение. Если бы было необходимо посчитать время, то оно было бы таким же кратким, как миг. Лицо Лазурит было равнодушным... возможно, даже слишком равнодушным.

Несмотря на то, что я не понимал, какая эмоция была на ее лице.

Определенно, это был не тот тип выражения лица, которое появляется, когда кто-то, впервые за прошедшие десятилетия, встречает собственную мать.

Я быстро принял решение.

– Лазурит.

– Да, Ваше Высочество.

– Становись на колени.

Без лишних вопросов, Лазурит опустилась на колени. Была ли старушка смущена внезапно отданным мной приказом, но она переводила недоуменный взгляд с меня на Лазурит.

Я подошел к Лазурит и замахнулся правой рукой. Это была не шутка. Я дал ей пощечину, вложив силу в удар. Лазурит, неспособная устоять против нее, упала на пол. Едва это произошло, старуха издала резкий крик.

– В-Ваше Высочество! Что Ваше Высочество делаете!?

– Молчи, недалекая суккуба. Скажешь еще хоть слово, и я отрежу твой язык и засуну его тебе в ухо.

Я проигнорировал крик старухи и схватил Лазурит за волосы. Затем, силой поднял тело Лазурит. Та, не издала ни звука, лишь безучастно смотрела на меня.

– Признавайся. Ты осмелилась на грязные трюки?

– ... Ваша покорная слуга впервые поняла, что Ваше Высочество намного более жестоки, чем она считала изначально.

– Ты хороша в бесстыдной установке подобных ловушек. Неужели тебя ослепило дарование моей королевской милости? Я позволил такому обывателю, как ты, быть рядом со мной, а теперь, ты хочешь, чтобы я так же относился и к твоим родителям? Говори. Я твой господин или денежный мешок?

Я взглянул на старуху и увидел, как дрожали ее губы.

Кажется, она не могла понять, что перед ней происходит.

– Твоя мать не пришла сюда в поисках тебя. Ты та, кто вероятней всего, первой нашла свою мать. Ты со своей матерью спланировали это безынтересное выступление, целью которого было выставить меня идиотом, я прав?

– Не может быть... Великий господин, это недоразумение! – вскрикнула старушка – Ваша покорная слуга сегодня впервые увидела свою дочь! У нас не было никакой причины заранее встретиться, чтобы плести заговор против Вашего Высочества. Прошу, поверьте Вашей покорной слуге!

– Я прекрасно осведомлен, насколько коварна твоя дочь. Всегда пытается одурачить меня и при любом подвернувшемся шансе нанести мне удар в спину. Здесь тоже самое. Тебе было недостаточно жить в достатке одной, так ты сама решила привести свою мать. Бесчестная женщина.

Я ударил Лазурит по щеке еще раз.

Один раз, второй, третий, я продолжал бить ее.

И с каждым разом, старушка кричала снова и снова. Но разумеется, едва я вытащил кинжал, как старуха поспешно выбежала из комнаты.

– ...

В гостиной повисла тишина.

Лазурит поднялась и молча отряхнула юбку. Лицо Лазурит, по-прежнему, ничего не выражало и, кажется она не чувствовала особой боли от распухшей красной щеки.

– ... Черт возьми.

<Стук>

Я вонзил лезвие в стол.

– Это была ложь. Лала, своей ложью, твоя мать глумилась над нами! Она не пришла сюда в поисках тебя от того, что беспокоилась о тебе, вероятно, она просто собиралась прицепиться к нам, как какой-то паразит.

– Вероятней всего, так и есть, – спокойно ответила Лазурит, – Ваша покорная слуга была официально утверждена в роли любовницы Вашего Высочества Данталиана. В дополнение к этому, Ваше Высочество вошел в ряды богатейших людей континента. Мать Вашей покорной слуги, вероятнее всего, приблизилась к Вашему Высочеству, нацеливаясь на наше богатство.

– Сбежать, бросив под избиением свою собственную дочь!..

Это был простой, но жесткий тест.

Целью которого было определить истинные намерения старухи.

Если эта старуха действительно блуждала в поисках своего ребенка в течении 40 лет, то не было и шанса на то, что она будет стоять, сложа руки и позволит твориться насилию. Она бы попыталась остановить меня, даже если ради этого пришлось бы рискнуть своей собственной жизнью.

Однако, старая карга убежала слишком легко. Что это значит? Это значит, что старуха, будучи матерью, не любила или дорожила Лазурит.

Вероятность того, что цель ее визита – деньги, была десять к одному. Скорее всего, она приползла сюда чтобы воспользоваться своей дочерью и зажить в богатстве. Мое сердце поглотила ярость.

– Как может тот, кто безответственно совокуплялся с человеком, безответственно завел ребенка, и безответственно сбежал сам по себе из деревни, теперь пытаться вернуться и вести себя как мать! Как кто-то может быть настолько наглым после отказа от своего ребенка в течении 40 лет!

– Ваше Высочество.

– Я убью ее! – крикнул я. – Я отрежу ей язык, переломаю ее конечности и брошу в свинарник. Лишь такое наказание, ниспосланное свыше, может подойти такой сволочи. Если Боги пренебрегают своими обязанностями, то не остается иного выбора, кроме как наказать ее вместо них!

– Ваше Высочество.

Лазурит посмотрела на меня.

– Успокойтесь. Вашему Высочеству нет нужды в том, чтобы марать Ваши руки.

– Нет, Лала, нужда более чем есть. Ты моя возлюбленная. Будь то фальшивым прикрытием или нет, ты все еще моя невеста. Насмешка над тобой, унижает меня. Насмешка надо мной, унижает тебя. Как это может ничего не значить!?

– ...

– Не волнуйся. Как могу я говорить тебе об убийстве собственной матери. Просто наберись терпения. Я позабочусь обо всем по отдельности. Я прослежу за тем, чтобы подобный мусор впредь не вмешивался в нашу жизнь. Сперва, найму стражников и...

<Звук пощечины>

На мгновение, я не мог понять, что произошло.

Потому что я никогда бы не смог предположить того, что случилось.

Я ошеломленно посмотрел на Лазурит, все еще не в силах поверить, что произошло.

– Владыка Данталиан.

– ...

– Ваша покорная слуга сказала Вам успокоиться.

Чувства в моей груди стали оседать.

Лазурит, только что, дала мне пощечину.

Само по себе, это не было проблемой. Разве я ранее не бил так же ее по щеке? Око за око и зуб за зуб. Естественно, она так же имела право ударить меня. Однако, сам факт того, что "Лазурит ударила меня", повергал меня в шок.

– Лала.

– Ваше Высочество наконец успокоились?

– Прости. Ранее, я бил тебя не потому, что хотел этого. Я прошу прощения, за то, что поднял на тебя руку, как какая-то скотина. Правда. Но я должен был убедиться, в том, была ли твоя мать честна, или нет.

Тихим голосом, я продолжил.

– Если бы я не прояснил этот факт, то мне кажется, что в итоге, единственной, кому причинили боль, была бы ты. Я хотел обезопасить тебя, ценой превращения в плохого парня. Я клянусь тебе, что у меня не было каких-либо скрытых мотивов.

– Ваша покорная слуга понимает, но проблема не в этом, – покачала головой Лазурит. – Нет причин просить за это прощения у Вашей покорной слуги. Она слуга. Лишь находиться на стороне Его Высочества Данталиана – незаслуженная привилегия для нее. Реальная проблема в другом.

– Что ты имеешь в виду под "реальной проблемой"?..

– Ваше Высочество не понимает?

Подобные вопросы сводят меня с ума. У собеседника, в отличие от меня, был ответ. Раз так, то я, по крайней мере имею право знать хотя бы вопрос, но по какой-то причине, собеседник умалчивает и ответ, и сам вопрос. Разве это не совсем уж несправедливо?

– Лала. Я не хочу вступать с тобой в спор.

– Это не спор, – Лала склонила голову, – это простая проверка.

Затем, Лала покинула комнату.

Не спросив на это моего позволения.

Внезапно, я оказался в комнате, наедине с самим собой, тупо уставившимся в пустое пространство перед собой. В этот момент, появилось полупрозрачное окно уведомления:

[ Расположение Лазурит упало на 1. ]

Долгое время, я отсутствующе смотрел на уведомление. Поскольку в комнате не было никого, кто мог бы услышать мои слова, я тихо пробормотал в пустоту:

– ... В чем же была проблема?

Из окна доносилось щебетание птиц.

Довольно близкие друзья (часть 3)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

20.09.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Площадь Гермеса

– В чем же была проблема?

Барбатос выглядела так, будто потеряла дар речи.

У нее было такое лицо, будто она собиралась откусить язык, чтобы покончить с собой.

– Ты собирался убить мать своей возлюбленной!

Хм.

– ... И что с того?

– О, Богиня Персефона. Господь Бог. Почему ты еще не избавил меня от этого недоразвитого кретина.

Барбатос прикрыла лицо.

– Данталиан. Ты на самом деле хочешь, чтобы я была с тобой честна?

– Правдивый ответ был бы гораздо лучше лицемерного.

– До того, как выслушать твою историю, я искренне советовала тебе порвать с твоей возлюбленной суккубой, не так ли? Но теперь все очень сложно. (Прим. пер.: здесь я не понимаю, о чем она говорит, текст анлейта: "If you’re going to be slapped by an outcast, then you deserved to have been slapped hundreds and thousands of times.", приблизительно переводится как: "Если ты собираешься быть побитым изгоем, то ты заслуживаешь сотни и тысячи пощечин).

–Оо. И что бы тогда сделала ты?

Я убрал пакет со льдом.

Щека, по которой ударила Лазурит, все еще жгла.

– Есть девушка, которую ты искренне любишь. Но эта девушка, не по своему собственному желанию, а по ошибке своих родителей, была рождена в этот мир. Едва она покинула утробу, как на нее навесили ярлык "изгоя". Даже сейчас, Барбатос, ты так же не обращаешь на нее внимания.

– Я не не обращаю внимания на людей низкого социального статуса. Я различаю их.

– Ты говоришь о дискриминации. Короче, все нормально. В любом случае, главным виновником, испортившим жизнь Лазурит, была старая карга. Что я должен был сделать? Что сделала бы ты?

Теми, кого я презирал больше всего, была группа людей, которые безответственно заводили детей. Так поступал мой отец, и так же поступила моя мать.

Обычным людям не понять, каково детям, чья жизнь была разрушена, когда им было всего 10. Однако, по сравнению с Лалой, мою жизнь можно считать Божьим даром. Ее жизнь скомкали, как кусок алюминиевой фольги, с первых лет.

– Я не могу простить эту старуху. Простить ее было бы неправильно. Черт возьми. Мне нужно не париться о том, что там у Лазурит на уме, и просто убить эту женщину, вот и все.

– Данталиан...

Передо мной, со звуковым эффектом, появилась голограмма:

[ Ваш собеседник разочарован вами. ]

[ Расположение Владыки Демонов Барбатос упало на 3. ]

– Ты совершенно чокнутый, да?

Барбатос с сочувствием посмотрела на меня.

– Выглядишь ты прекрасно, но внутренности твоей черепной коробки неисправны. Ты ведь даже не представляешь, насколько сейчас ты похож на психически больного, не так ли?

– Я абсолютно нормален.

– Есть два типа людей, утверждающих что они абсолютно нормальны. Убийца и тот, кто скоро им станет.

Барбатос откинулась на спинку дивана.

Она очень серьезно посмотрела на меня.

– Любой в своей жизни может совершить ошибку. Разумеется, за ошибки надо наказывать. С этой логикой все в порядке. Но ты считаешь, что наказанием обязательно должна быть казнь. К тому же, родной матери твоей возлюбленной.

– Если шлюха должна умереть, то пусть так и будет.

Барбатос вздохнула.

– ... Говоришь, твою возлюбленную зовут Лазурит? Проклятье, она достойна восхищения. Как, черт побери, она смогла вести с тобой дела? Будь я на ее месте, я бы давным-давно лишила бы тебя яиц и сбежала. Вам двоим и правда стоило порвать.

– Ты сейчас на моей стороне или на ее?

– Не знаю, идиотина.

Барбатос почесала голову.

– Я-то надеялась, что после столь долгого времени появился действительно полезный новичок, но разве он не оказался в итоге совершенным кретином? Аах, вот всегда со мной так судьба... Если я возьмусь за его любовные дела, то с ним, кажется все будет в порядке, но как же мне блин сделать этого затупка похожим на адекватного человека?

– Алле. Я слышу все, что ты говоришь.

– Ну разумеется слышишь, ведь я хочу, чтобы ты это услышал. Мистер Нюня, в настоящее время, я думаю о том, стоит ли мне становиться твоей няней. Это все-таки глубочайшее дерьмо.

Барбатос схватилась за голову и застонала.

Было похоже, будто она размышляла, как глубоко она планирует влезть в чужую жизнь.

Если вы свяжетесь с личной проблемой другого человека, то, скорее всего, в конечном итоге, вы окажетесь в бесконечном болоте. Барбатос, вероятно думала об этом липком чувстве.

Я не уверен, но, кажется, она приняла решение.

– ... Ладно. Продолжай.

Лицо Барбатос выглядело так, будто она смирилась с опухолью где-то в ее сознании.

– Продолжать? Что?

– Тупица. Я говорю о твоих любовных делах. Из того, что ты пока что мне сказал, я не вижу между тобой и твоей возлюбленной суккубой огромной проблемы. Может вы и поссорились, но эта ваша ссора не настолько большая, чтобы привести к разрыву. Что за дерьмо ты успел сотворить за остаток месяца, что оттолкнуло от тебя это дитя?

– Ты говоришь таким тоном, будто совершенно уверена, что виноват один лишь я.

– Да. Уверена. Если ты считаешь, что это нечестно, так докажи свою невиновность...

Барбатос посмотрела в окно.

Была еще середина дня, так что снаружи было солнечно.

Будто оценивая вес солнечного света, Барбатос сузила глаза. Солнечный свет переливался на ее икрах, скользил по ним.

Честно говоря, это очаровательно.

Даже солнечный свет был бы доволен тем, что касался ноги Барбатос. Несомненно, он был более счастлив, чем тот, что падал на мою голову. Если бы не ее детская фигура, я бы даже может влюбился в нее.

– ... Эй. На что это ты смотришь?

Барбатос смотрела сюда, как если бы смотрела на нечто гнилое.

Я честно ответил:

– Я любовался твоей ногой.

– Это не бесплатно, если хочешь любоваться ей, то плати.

– Ты можешь взамен посмотреть на мою ногу.

– Поговорим об этом после того, как ты полностью ее побреешь.

Я пожал плечами.

– Я получил информацию.

Барбатос склонила голову.

– Какую информацию?

– Небольшое письмо. Оно никак не было подписано. В нем пером было написано лишь 2 предложения. Содержание довольно запоминающееся.

Я достал из кармана лист бумаги и передал его.

---------------------------------------------------------

У тебя есть враг.

Через десять дней, армия, состоящая из 2, 000 человек вторгнется в твой замок.

---------------------------------------------------------

– Хм-м.

Барбатос шумно выдохнула носом.

– Хах, тут написана прямая угроза.

– Я нахожу это скорее предупреждением, чем угрозой.

– Почему? Даже мимолетного взгляда достаточно, чтобы сказать, что это выглядит, как блеф.

– Взгляни получше на эти строки, Барбатос. Может тут всего два предложения, но в них скрыто много смысла. Во-первых, здесь написано: "У тебя есть враг". Это тонкий намек на: "Я тебе не враг".

Слишком мягко, чтобы быть угрозой.

Вот почему, когда я получил месяц назад это сообщение, мы с Лалой пристально рассмотрели его.

Кто и с каким намерением, отправил такое письмо?

– Глядя на стиль написания, можно судить, что тот, кто написал это письмо, относится к высшему сословию и получил профессиональное образование. Между прочим, слова слегка наклонены, что говорит о том, что отправитель либо правша, либо свободно владеет обеими руками.

– ... Ты можешь сказать все это?

– Это не более, чем предположения.

Я откинулся на спинку стула.

Я продолжил говорить в удобной позе.

– Так же, высока вероятность, что отправитель занимается бизнесом на самых верхах.

– Ась? Почему на верхах?

– Если у тебя есть глаза, то посмотри на число.

Через десять дней, армия, состоящая из 2, 000 человек вторгнется в твой замок.

– Между двойкой и нулем стоит запятая. Вот почему высока вероятность того, что отправитель работает где-то наверху.

– ...

Барбатос была все еще в замешательстве.

Казалось, что эта вспыльчивая Владыка Демонов была не очень сильна в подобного рода вещах. Я вздохнул и объяснил ей:

– Обычные люди не ставят запятую при написании тысячных чисел. Обычно, они просто пишут 2000, без каких-либо специальных символов. Но человек, написавший это письмо, по привычке добавил запятую.

Это значит, что это человек, которому привычно работать с большими суммами денег.

Человек, который взаимодействовал с такими большими числами, как 1,000,000 изо дня в день.

– Нет никаких сомнений в том, что этот человек часто имеет дело с бухгалтерской документацией или конторской книгой. Этот человек может быть главным территориальным камергером, или торговцем, работающим в высших слоях.

– Это так...

Взглянув на письмо, Барбатос поморщилась.

– У тебя совсем непростые мозги.

– Это не все. В этом письме скрыто еще пять истин. Но если я буду должен объяснить тебе каждую из них, то я умру от скуки, так что я опущу их.

Издревле, секреты были похожи на секс.

Когда ты снимаешь со своего партнера одежду, ты должен осторожно избавляться от одного слоя за раз. В чем будет удовольствие, если ты сразу избавишься от всей его одежды?

Все наиболее прекрасно, будучи полуобнаженным. Подобно женщине, которая в таком виде будет более чарующей, нежели совершенно нагая, секреты будут иметь лучший вкус будучи освобожденными здесь и там, и затем приготовленными.

C’est si bon. (фр.: "Это так хорошо")

– Этот парень, совершенно извращенный ублюдок, не так ли?

Выслушав мои эстетики, лицо Барбатос исказилось.

– Короче, ты говоришь, что высока вероятность того, что преступник является торговцем, так?

– Мм. По крайней мере, так кажется со стороны.

Я почесал лоб.

– К счастью, я отлично лажу с торговцами. Если отправитель письма действительно был торговцем и просто дурачился, то будет более чем легко поймать виновника.

– Хм? Как?

Я улыбнулся.

– Я же сказал. Я отлично лажу с торговцами.

Довольно близкие друзья (часть 4)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

05.09.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

– ... Ваш покорный слуга никогда не писал подобного письма.

– Глава. Я тоже хочу верить, что ты невиновен, но в прошлом ты ведь сговорился против меня и напал, не так ли? Короче говоря, тебе еще нельзя полностью доверять.

– У Вашего покорного слуги более нет намерений быть против Вашего Высочества.

– Очень жаль. Я не могу поверить тебе.

– ...

Ивар Лодбрук заскрипел зубами.

Было ясно, что он расстроен. В конце концов, у него действительно было более чем достаточно причин, чтобы злиться.

Человек, стоявший передо мной, изначально был одним из самых властных людей. Он был самым богатым человеком в мире демонов, а также закулисным правителем свободного города Нифльхейм.

Этот человек пал и отныне выступал в роли моей марионетки. Он как пес, лаял по моей команде. Весьма жалко. Несмотря на это, я не планировал прощать его так легко.

– Что Вашему покорному слуге нужно сделать, чтобы завоевать доверие Вашего Высочества?

– Просто окажи мне парочку услуг.

– Какого рода услуг?..

– Для начала, я бы хотел нанять солдат.

В анонимном письме было сказано, что собирается вторгнуться армия из 2-х тысяч человек.

Несмотря на то, что факт истинности или ложности письма, все еще подлежал сомнению, не было ничего плохого в том, чтобы быть подготовленным. Как минимум три тысячи. Да, я хотел бы быть наготове с армией, по крайней мере из трех тысяч солдат.

– Я полагаю, что это будет несложно. Раз уж мы говорим о великолепной Фирме Киункуска, то, конечно, ты будешь в состоянии с легкостью собрать три тысячи человек. Ты так не считаешь?

– ... Конечно. Ваше Высочество.

У моего собеседника было выражение, будто он жевал дерьмо.

Эй, все твои эмоции видны на твоем лице.

Может, он смотрел на меня с презрением? Так ли это? Возможно он решил, что ему не надо соблюдать приличия в моем присутствии?

Это тревожно. Нет никакого толка от питомца, что смотрел сверху вниз на своего владельца. Кажется, я должен был еще раз научить этого вампира манерам.

– Лодбрук. Быть может, ты испытываешь ко мне неприязнь?

– ... Это невозможно. Ваш покорный слуга всегда сохраняет верность и уважение к Владыкам Демонов в своей груди.

– Какое облегчение. Ты, кстати, очень мне нравишься. Я беспокоился, что эта могла бы быть односторонняя любовь. Односторонняя любовь прекрасна лишь в детстве. Но в этом возрасте, быть втянутым в такие вещи – вульгарно, тебе так не кажется?

Ивар Лодбрук посмотрел на меня с сомнительным взглядом. Он, скорей всего, пытался понять, что я имел ввиду.

Я достал кое-что из своего рукава. Ну, это было не слишком важно. Одна прядь волос. Эта была всего лишь одна прядь светлых волос.

Ивар Лодбрук поморщился.

–Что это может быть?

– Я повторюсь. Ты мне очень нравишься. Если говорить не об этом старике, а о твоем настоящем теле. Твоем нежном женском теле. Оно мне нравится больше.

– !..

В глазах Ивара Лодбрука появилось беспокойство.

Основным телом Лодбрук была девушка со светлыми волосами. Волосы, которые я только что вытащил, тоже были светлыми. Что это могло означать?

– Разумеется!..

– Если говорить о твоем теле, то мне лично нравятся твои лодыжки. Твоя миниатюрная грудь и очертания талии тоже хороши. Но я действительно считаю, что твои лодыжки – лучшие.

Я улыбнулся.

– Если нежно погладить ее, то можно ощутить и твердость твоей голени и мягкость твоих лодыжек одновременно. Я чувствовал, что мои руки растают, так мягко им было. Похожий на розы аромат, исходящий от твоей кожи, почти заставил меня невольно пожелать лизнуть тебя.

– Разве Ваше Высочество не обещали не прикасаться к основному телу Вашего покорного слуги!

Ивар Лодбрук разъяренно вскрикнул.

– Ваш покорный слуга предал Ее Высочество Пеймон, как Ваше Высочество приказали! Ваш покорный слуга защитил Ваше Высочество, пожертвовав высшим должностным лицом Фирмы! Тогда почему!..

– Не пойми меня неправильно.

Я говорил беспечным тоном.

–Мы не обещали. Обещания – это нечто взаимовыгодное. Однако наши отношения немного проще этого. Глава. Это абсолютное послушание.

– …

– На колени.

Ивар Лодбрук напрягся.

Интересно, неужели он не мог услышать мое требование должным образом. Видя, что он был в ловушке в теле старика, был ли, возможно, и его слух поврежден? Конечно, это было возможно. Не волнуйся. Я верил в уважение пожилых людей. Я человек, который был способен проявить сочувствие к старшим, насколько это требовалось.

Мягким тоном я приказал еще раз.

– Стань на колени, глава.»

– ...

– Давай же.

Ивар Лодбрук медленно преклонил колени.

Я кивнул.

– Теперь, ползи сюда.

– ...

Унижение и ярость окрасили лицо старого джентльмена.

Я не мог не любить, когда человек власти делал такое выражение. Было ощущение, что я смотрю на преступника, который сам себя исправляет. Я почти хотел вознести хвалу красоте человечества вслух.

Ивар Лодбрук пополз ко мне.

Я снял свою туфлю и придавил голову старого джентльмена вниз правой ступней. Конечно, это был акт высмеивания. Плечи Ивара Лодбрука дрожали.

– Глава.

– ... Да, Ваше Высочество.

– Пожалуйста, веди себя с большей осторожностью, стоя передо мной. Я не высмеивал тебя в тот миг, когда мы встретились. Нормально и мягко. Я относился к тебе как к единомышленнику равного положения, и все же, разве ты не смотрел на меня, словно смотришь на мусор?

Давить, давить.

Я придавил его голову еще ниже.

Нос Ивара Лодбрука коснулся пола.

– Поэтому, общение невозможно. Как долго ты планируешь оставлять меня в неразделенной любви? Если ты желаешь, чтобы я уважал твое достоинство, тогда сначала ты должен уважать мое достоинство. Ты понимаешь?

– Ваш покорный слуга несомненно запомнит это...

– Подготовь три тысячи солдат за 2 дня.

Я убрал ногу.

– Меня бы расстроило, если бы ты собрал кучу случайных людей, потому я буду требовать солдат наилучшего качества. Согласно сообщению, вторжение произойдет через 10 дней, так что поспеши.

Ивар Лодбрук быстро поднял голову.

– Ваше Высочество. Два дня это слишком мало! Дайте нам по меньшей мере неделю…… нет, даже если бы Ваше Высочество дали нам полмесяца, собрать три тысячи солдат наивысшего качества было бы почти невозможно.

– О чем ты говоришь? Поблизости много войск.

– Прошу прощения?

– Разве солдаты не защищают Нифльхейм? Я слышал, что их тут около 8 000 человек. Одолжи мне немного оттуда.

Ивар Лодбрук открыл рот.

У него было лицо, словно он только что услышал невероятное предложение.

– Ваше Величество! Это защитники города!

– А ты фактический правитель Нифльхейма. Ты можешь вертеть его войсками, как тебе угодно.

– Пожалуйста, поймите! Если солдаты уйдут, тогда исчезнет и способ защиты Нифльхейма. Нифльхейм – это свободный город, ответственный за экономику в мире демонов. Большое несчастье падет на весь демонический мир, если этого места не станет. Если такое произойдет, пока Черная Смерть все еще свирепствует!..

– Стой, стой. Успокойся.

Я встал со своего стула.

Я поднял Ивара Лодбрука на ноги и аккуратно смел всю пыль с его одежды. Ивар Лодбрук, не зная, как реагировать, был не в состоянии сказать что-то в ответ.

– Конечно, есть много вещей, о которых стоит беспокоиться. Опасность, с которой тебе придется столкнуться, тоже будет большой. Я понимаю все. Правда, понимаю. Но независимо от всего этого, глава. Очень печально, но.

Наконец смахнул пыль с плеча Ивара Лодбрука.

– Это твоя проблема. Не моя.

– ...

Я широко улыбнулся.

Ивар Лодбрук не мог сказать ни слова.

– Ах. Мне стоит заметить, что эти волосы не с твоего основного тела. Как бы я мог сделать это, если я так сильно уважаю тебя, глава? Не волнуйся.

– Прошу прощения? Тогда откуда?..

– Я выдернул волосы у собаки, которая бродила вокруг дворца губернатора, после того, как поиграл с ней немного. Цвет собаки и ее очарование были довольно благородны. Как и ожидалось, если владелец состоятельный, тогда даже его питомцы живут роскошной жизнью.

Выражение Ивара Лодбрука быстро изменилось.

Должно быть, он только что осознал, что сам подверг себя осмеянию из-за какой-то собачьей шерсти, и он бы потрясен.

Поэтому тебе не стоило отвечать тем же так бесцельно. Мы могли бы разойтись каждый своей дорогой, не расстраивая друг друга. Я не мог понять людей, которые настаивали на защите своей гордости, когда знали, что они, безусловно, проиграют. Ты мазохист? Тебе нравится намеренно испытывать боль? Столь много извращенцев в мире вызывает довольно сильное беспокойство……

– Три тысячи солдат. Высочайшего качества. Оставляю это на тебя, глава.

– ...Да.

–О, да. Я также хотел бы, чтобы ты достал для меня некоторую информацию.

Я ухмыльнулся.

– Это тоже не очень трудное задание, так что тебе нет нужды беспокоиться. Это задание найти единственного человека. А пока ты выполняешь это, купи для меня бутылку наилучшего вина.

– Что бы Вы ни приказали Вашему покорному слуге...

Кажется, он наконец перестал сопротивляться. Ивар Лодбрук склонил голову. Это было мило, потому что его свисающие волосы напоминали собачьи уши.

Его многочисленные морщины были недостатком, но что уж тут. Было бы лучше, если бы я думал об этом как о воспитании питомца с сильным чувством гордости. Мне было бы жаль, если бы я пинал его слишком много, так что позже мне стоит дать ему вознаграждение. О нет. Мне не стоит увлекаться таким занятием, как воспитание питомца……

Довольно близкие друзья (часть 5)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

07.09.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

До меня доносились звуки перекладываемых листов бумаги.

Интересно, потел ли я в течении ночи, поскольку ощущал, что спина влажная. Я потер глаза и, повернув голову, увидел Лазурит, которая читала отчет на постели рядом со мной.

- Лодбрук?

- Да.

В ответ на мой короткий вопрос, были ли это отчеты от Лодбрука, Лазурит ответила немедленно.

Прошла неделя с тех пор, как мы стали любовниками. Интересно, что наши слова доходили друг до друга довольно хорошо. Стоит ли мне сказать, что наша совместимость была хорошей? Нет, даже считать ее своей любовницей могло быть чрезмерно легкомысленно…

- И как?

- Уровень информативности хороший. Общее число невольничьих рынков в северном регионе Сардинии составляет 13. Среди них число невольничьих рынков, которые занимаются рабами, рожденными в благородных семьях, составляет 4. Раб, которого ищут Ваше Высочество, зарегистрирован в Павии.

Лазурит взяла один листок.

Я потряс головой и зарылся носом у нее между ног. Казалось, она нанесла какое-то сладкое масло на свою кожу. От нее исходил дивный запах.

- Оливковое масло?

- Это масло горной розы из Анатолии. Ваше Высочество. Если у Вашего Высочества есть время, чтобы сексуально приставать к вашей покорной слуге, пожалуйста, взгляните сперва на отчет.

- Я не желаю читать слова, как только я просыпаюсь утром. Я был бы признателен, если бы ты могла прочитать его вслух вместо меня.

- Уже не утро, а обед.

Лазурит вздохнула.

- Ваша покорная слуга думает, что жизненный цикл вашей покорной слуги разрушен из-за Вашего Высочества. Слишком много времени тратится на сексуальные отношения. Ваша покорная слуга советует Вашему Высочеству уменьшить с 4 часов до 2.

- Что же мне делать, если моя выносливость не имеет себе равных?

Я слегка ущипнул Лалу за мягкое место.

- Я не стремлюсь удовлетворять свои желания быстро. В любом случае, довольно проблематично, что в наши дни мужчины не умеют проявлять чуткость к женщинам. Как приятно наслаждаться теплом друг друга и...

- Ваша покорная слуга знает. Ваша покорная слуга хорошо знает, что Ваше Высочество невообразимо развратен, так что вашей покорной слуге не нужен еще один урок.

Лазурит сдалась и начала читать отчет.

- Лора Де Фарнезе. С момента ее рождения как незаконнорожденного ребенка в семье герцога Фарнезе ее постоянно держали взаперти в поместье. И хотя кто ее мать, так и не стало известно, был слух, что она родилась после того, как герцог изнасиловал одну из своих служанок.

- Гмм.

Я гладил ляжку Лазурит, слушая ее речь.

У Лалы не было ненужного жира. Скорее всего причиной этому было то, что она родилась изгоем и провела свое детство, недоедая. Шатаясь по переулкам и ища остатки в мусорных банках. Ее проклинали за то, что она полукровка. В нее постоянно кидали камни.

…Мне стоило убить ту старуху.

Я действительно сожалел об этом.

- Кажется, у мисс Фарнезе было детство, лишенное всяческих привилегий.

Лазурит продолжала.

- Не только поместье, ей строго запрещалось покидать и свою спальню. Ее братья и сестры не считали мисс Фарнезе частью своей семьи и даже слуги относились к ней так, словно ее не существовало… Ваше Высочество? Вы слушаете?

- Конечно. Я внимательно слушаю.

- Хотя ваша покорная слуга думает, что Ваше Высочество в последнее время только касались ляжки вашей покорной слуги.

- Понятия не имею, о чем ты. Ты бредишь.

- Ваша покорная слуга продолжит читать.

Лора Де Фарнезе.

Она была важным персонажем, появившемся в «Атаке Подземелья».

Так же, как и главный герой, она была влиятельной личностью той эры, но если бы нужно было указать на разницу, то это она подтолкнула мир к ужасу вместо надежды.

За всем этим крылся несколько сложный для понимания политический мотив.

Главное действующее лицо «Атаки Подземелья», герой, был связан с «Империей Габсбургов». С одной стороны Лора Де Фарнезе работала на народность, известную как «Королевство Британии». Империя и королевство, желая выяснить, кто же был истинным правителем всего континента, начали масштабную войну.

Что ж, это были события, которые могли бы случиться в последующие 15 или 20 лет.

В данное время Лора Де Фарнезе была не больше, чем хрупкой и слабой 16-летней девушкой.

Что же было скрывать.

Я хотел заранее схватить эту девушку, которой суждено было стать великим генералом в будущем.

Поскольку казалось, что 2000 солдат собирались вторгнуться из неизвестного региона. Пока я нанимал войска, я хотел одновременно нанять и командующего. Убить одним выстрелом сразу двух зайцев.

Лазурит закончила читать отчет и заговорила.

- Ваше Высочество. Ваша покорная слуга хочет Вас кое о чем спросить. Почему Ваше Высочество интересуется ребенком человеческой расы?

- Никакой особой причины нет. Просто это дитя питает наибольшую ненависть к людям.

Я невозмутимо солгал ей.

Не было особой причины. Было бы более тревожно, если бы мне пришлось ответить ей честно и сказать: «Я кое-что знаю, потому что я играл в игру, но этот ребенок вырастет, чтобы стать величайшим генералом на континенте». Я мог бы только драматизировать причину и сказать ей об этом.

- Ненависть, разве?

- Да. Подумай, если бы ты была на месте той девушки. Она была появилась на свет как незаконнорожденный ребенок и провела свои дни, вечно закрытая в своей комнате. Она получала оскорбления от людей, которые должны были быть ее семьей. Ее избегали даже слуги. И теперь, когда семья разрушена, Лора Де Фарнезе резко опустилась до уровня рабыни и ее продают на рынке. Как ты думаешь, что затаилось в уме у этой девушки? Чего бы эта девушка непрестанно желала? Разве она не питала бы ненависть к людям?

- …

- Мне нужен этот ребенок. Ребенок, пылающий ненавистью больше, чем кто-либо еще. Мне необходим ребенок, который продаст даже свою душу дьяволу, если бы это позволило ей отомстить людям. Лора Де Фарнезе, личность как раз отвечает моим предпочтениям.

Я усмехнулся.

Лазурит посмотрела на меня с безучастным видом.

У нее были такие глаза, словно она поняла, но и не поняла одновременно.

- Что? Ты расстроена, что это не тот ответ, на который ты надеялась?

- Немного.

Лазурит склонила голову.

- Ваша покорная слуга была уверена, что Ваше Высочество хотели получить и наслаждаться сексуальной рабыней высокого качества благородного происхождения.

- Что? Что за бред… Подожди. Каким же человеком ты меня видишь?

- Конечно, ваша покорная слуга видит все, как оно есть.

Тут есть вассал, который относится к своему владыке как к человеческому отморозку!

Я едва понимал причину, почему привязанность Лазурит все еще не достигла 10. Нет, ну я на самом деле человек, однако! Я не настолько испорчен, чтобы делать нечто такое отвратительное, как взять себе секс-рабыню.

- Лала.

Я говорил чрезвычайно серьезным тоном.

- Я воспользуюсь этой возможностью, чтобы четко сказать тебе.

- Что именно?

- Я предпочитаю зрелых взрослых.

Это было действительно так.

Комплекс Лолиты был душевной болезнью.

Я терпеть не могу людей, который еще пахнут по-детски. Конечно, большую грудь я предпочитаю маленькой, и я предпочитаю приличную попу изящной. Понимаешь? Люди, которым нравится детское тело, все больны и совершенно не контролируют себя.

- Правда?

Лазурит кивнула.

- Подводя итог, Ее Высочество Пеймон ближе к предпочтениям Вашего Высочества, чем ее Высочество Барбатос.

- Прежде чем говорить, близко это или далеко, я не люблю детское тело. Даже если другая сторона подошла и сама предложила себя мне, я отказываюсь!

- Жаль. Если бы Ваше Высочество приобретало мисс Фарнезе с намерением удовлетворить сексуальные желания Вашего Высочества, тогда ваша покорная слуга активно поддержала бы это решение, поскольку это значило бы, что обязанностей у вашей покорной слуги стало бы значительно меньше.

- Тебе так сильно не нравится спать со мной? Нет, подожди. В конце концов, разве это не ты пришла ко мне первая…?

- Прошу прощения. В то время ваша покорная слуга еще не осознавала, что Ваше Высочество фактически жеребец. Ваше Высочество полностью удовлетворили себя в первую же ночь, 3 раза подряд… Честно говоря, ваша покорная слуга начала жалеть об этом.

- Это слишком много!?

Закончилось тем, что я услышал от своей любовницы, которая была таковой 1 неделю, что она уже жалеет о своем решении.

Это могли быть просто физические отношения, совершенно лишенные любви, но я не мог не получить удар….

Пока я болтал с Лазурит, кто-то постучал в дверь.

- О, великий владыка. Принесли обед Вашего Высочества.

-А. Отлично, входите.

Это была прислуга, которая работала в резиденции губернатора.

Прислуга открыла дверь и вошла в комнату. Каждая служанка несла серебряный поднос. Они посмотрели и их лица сразу же застыли. Мужчина и женщина лежали на постели обнаженные. И хотя мы были прикрыты одеялом, верхняя часть моего тела была открыта.

- П-простите! Ваше Высочество!

- Все в порядке. Я сам приказал вам войти, так что нет причины, чтобы вы все приносили извинения. Не обращайте на нас внимания и ставьте обед.

-А… Понятно.

Служанки грациозно расставляли блюда на столе. И хотя прикладывали все усилия, чтобы оставаться безучастными и держать головы, как должно, в конце они инстинктивно подсматривали за нами.

Гм. Они что ли впервые видели Владыку Демонов без одежды?

Довольно близкие друзья (часть 6, заключительная)

Находя это забавным, я тихо продолжал наблюдать за служанками, пока не услышал щелкающий звук языка «тц». Он был настолько тихий, что я мог пропустить его. На сердце у меня резко похолодало.

– Ваши покорные слуги сейчас уйдут.

– Вы все. Стойте, где стоите.

Служанки застыли на месте у двери.

В итоге я невольно стал говорить холодным голосом.

– Кто щелкнул языком?

– Просим прощения?

– Не прикидывайтесь дурочками. Я четко слышал, как одна из вас щелкнула языком. Признавайтесь, кто это сделал.

Служанки посмотрели друг на друга в панике. Но лишь на короткий миг. Их глаза естественным образом сошлись на одной особе. Это была девушка с кошачьими ушами из расы зверей.

Так ли это. Ты ли виновница, которая щелкнула языком?

Я надел халат свободного кроя и встал с постели.

– ...

За это время девушка из расы зверей поняла, какую ошибку она совершила, и начала дрожать. Ее зубы отбивали дробь. Кажется, ее коллеги предвидели, какова будет ее судьба, поскольку отошли на несколько шагов назад.

– Имя.

– Дж… Джулия. Так зовут вашу покорную слугу.

– Ясно. Джулия. У тебя красивое имя.

Вопреки комплименту, лицо мое было суровым.

– Почему ты щелкнула языком?

– Ваша покорная слуга очень сожалеет, Ваше Высочество. Пожалуйста, простите Вашу покорную слугу!

– Я спросил, почему ты щелкнула языком.

Служанка не могла ответить.

Ничего. Я спрашивал ее не в надежде, что она мне ответит. Я уже знал ответ.

Девушка щелкнула языком не на меня. Слегка в мою сторону. Другими словами, она щелкнула языком, пристально рассматривая Лазурит.

Это испортило мне настроение.

Невероятно.

Настолько, что я едва мог контролировать свой гнев.

– Ты презрительно относишься к тому, что я близок с моей возлюбленной?

– Нет. Ваше Высочество, ваша покорная слуга не думала ничего такого…!

– Я понимаю. Наверно, очень неприятно видеть полукровку-простолюдинку в одной постели с Владыкой Демонов. Наверно, тебя это очень озлобляет. Поэтому ты щелкнула языком на мою возлюбленную, да?

– В-ваша покорная слуга… Ваша покорная слуга была…

Я попал в яблочко.

Вот что я ощутил после ее ответа.

Больше не на что было смотреть.

Я отмерял пространство большими шагами перед стеной, где были выставлены мечи, и вытянул один. Издав металлический звук, появилось тонкое лезвие. Видя это, другие служанки вскрикнули.

– Прежде всего, она не простолюдинка, а моя невеста. По какому праву вы глумитесь над чьей-то возлюбленной. Я достаточно смешон, чтобы надо мной глумиться?

– Ваше Высочество… хотя бы жизнь вашей покорной слуги… пожалуйста, пощадите…

Это было действительно трудно понять.

После попадания в этот мир, происходили лишь непонятные вещи.

Почему люди так легко презирают других?

Почему люди не придерживаются хоть последних крох этикета?

И, наконец, почему люди атаковали, когда знали, что проиграют?

Они были непредусмотрительны, им не был присущ здравый смысл, и у них не было знаний. Как не было у Пеймон и как не было у Лодбрук. Та старая карга потрясла мою душу несколько дней назад, и теперь вот эта служанка пытается затеять спор.

Поэтому.

Поскольку было полно таких людей.

Потому что были только эти безответственные люди, мои братья и сестры и я –

Внезапно, панели с выбором действия появились со звуковым эффектом.

[1. Покарать.]

[2. Помиловать.]

Полупрозрачное окошко, которое мог видеть только я.

Я крепче сжал рукоять меча. Другие служанки затаили дыхание. Девушка-зверь бормотала о прощении, роняя слезы.

Убивать или не убивать. Всяческие расчеты замелькали у меня в голове. Мой политический статус под угрозой за убийство служанки в резиденции губернатора. Воздействие на массы, которое станет результатом этого. Вред, нанесенный моему имиджу в глазах общественности. Однако, несмотря на обдумывание всех этих нежелательных последствий, простить эту девушку было сложно. Я не знал точно причину, почему я смог бы это сделать, но...

– Владыка Данталиан.

Сдержанным

и всегда спокойным тоном.

– Этого более чем достаточно.

Произнесла Лазурит.

Я медленно повернул голову к Лале.

В этот момент это были те же глаза, которые я увидел несколько дней назад.

Тот же укоризненный взгляд, который спрашивал, понимаю ли я, что поступаю неправильно.

– …

В тот момент.

Мои мысли сразу же охладели.

Я не мог осознать, насколько безрассудными были сейчас мои действия. Чтобы я попытался убить кого-то только потому, что она раз щелкнула языком. Это было смешно.

Старуха и эта девушка передо мной отличались. Старуха была главной виновницей, которая полностью разрушила жизнь Лазурит. Однако все, что сделала эта девушка, это щелкнула языком. Хотя, конечно же, у нее не было манер, но это было так. Она не совершила преступление, за которое ее стоило убивать!

С некоторой натугой я вылил себе ледяную воду на голову.

«Успокойся.»

«Не создавай себе врагов без причины.»

«Если они признают свою ошибку, отступи назад.»

Образ действий начертался словно руководство.

Основные принципы, которые стали почти инстинктивными благодаря воспитанию моего отца, начали действовать. 1 секунда, 2 секунды, и после 3-й секунды ко мне вернулось мое хладнокровие.

Я с трудом открыл рот.

– … Ты достаточно подумала над своими действиями?

– Д-да! Ваше Высочество! Ваша покорная слуга очень сожалеет! Ваша покорная слуга никогда не сделает это снова!

– Никогда не думай даже забывать это чувство. Единственная ошибка может поставить под угрозу твою жизнь.

Я повернулся, чтобы посмотреть на других служанок и заговорил.

– Имейте это в виду. Будучи прислугой у высшей знати, каждое ваше действие, без исключений, может привести к непоправимой ошибке. Скоро ваши ошибки станут ошибками Нифльхейма. Скоро ваша бесцеремонность станет бесцеремонностью Нифльхейма. Действуйте ответственно.

Все служанки немедленно склонились в низком поклоне.

– Мы будем помнить об этом, Ваше Высочество!

Я кивнул.

Таким образом я смог дать уклончивый ответ.

– Хорошо. Теперь вы можете идти.

И тогда служанки быстро вышли.

[1. Покарать.]

[2. Помиловать.]

Слова ярко сияли в воздушном пространстве.

Потом они распались и сложились в новые строки.

[Доброе и милосердное решение!]

[Репутация слегка возросла.]

Эти линии распались на маленькие части и развеялись словно лепестки.

Мне стоило бы радоваться, что моя репутация выросла даже на самую малость, но, честно говоря, мое настроение сейчас сильно упало. По правде говоря, упало на самое дно. Давно у меня не было такого ужасного настроения.

Лазурит тихо смотрела на меня.

Когда наши взгляды встретились, я инстинктивно извинился.

– Прости.

– За что?

– За…

Я не мог ответить.

Ощущение, что я сделал что-то не так, давило мне на сердце. Однако я никак не мог понять, что же я сделал неправильно, даже чуть-чуть. Это обескураживало.

Тишина миновала.

Наконец Лазурит вздохнула.

– …Поняла.

Что она поняла?

Она встала с постели и оделась. После того, как Лазурит полностью надела свою форму, она склонилась в поклоне. Это было плавное движение без единого намека на ошибку.

– Ваша покорная слуга подготовится к поездке на невольничьи рынки. Было бы неплохо в этот раз также нанять для поездки сестер Бирбир. Пожалуйста, выходите, как только Ваше Высочество закончите обедать.

– Лала.

– Ваша покорная слуга уйдет первая.

Не глядя, она открыла дверь и вышла.

Как и 4 дня назад, меня оставили в комнате одного. Лазурит, возможно, ушла, но ее аромат роз еще витал вокруг.

А потом я заметил окошко.

[Привязанность Лазурит опустилась до 1.]

– ...

Я молча закрыл лицо руками.

За свою жизнь, я принадлежал к той группе людей, которые разочарованы другими, но я никогда не принадлежал к тем людям, которые расстраивали других.

Но не сегодня.

Я расстроил Лазурит.

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

20.09.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

– Знаешь, что самое худшее?

– …

– То, что совершенно не понимал, что я сделал не так.

Поздний вечер.

Еще до того, как я заметил, пейзаж за окном скрыла тьма.

Барбатос смотрела на меня в слегка подрагивающем свете свечей.

По мере того, как за окном темнело все больше, тень, которая закрывала лицо Барбатос, простерлась на все ее лицо. Поддерживая подбородок рукой, она тихо смотрела на меня.

– По крайней мере, я мог бы вести себя беспардонно, если бы не чувствовал, что сделал что-то не так. Я мог бы даже спросить у нее, в чем была проблема. Но нет, я понял, что сделал что-то не так; просто я без понятия, что именно. И… это довольно паршивое чувство. Крайне паршивое…

– …

– Скажи мне. Что Лазурит могла хотеть от меня?

Я пристально и серьезно смотрел на Барбатос.

Барбатос открыла рот, но слов не последовало.

Так что у меня не было иного выбора, как продолжить говорить.

– Она хотела, чтобы я стал на колени и умолял? Что же Лазурит хотела от меня? Чтобы я отбросил свое достоинство, как раб. Чтобы я отказался от возможности сохранить лицо, и просто умолял?... Это могло бы случиться. Это было более чем вероятно.

– …

– Однако почему она даже не сказала мне, в чем была моя оплошность?

Я сжал лоб.

– Это сводит людей с ума. Барбатос. Это то, что действительно сводит людей с ума. Ты знаешь, почему Лазурит ничего не сказала мне?

– … Хотела бы я знать.

– На то одна причина. Лазурит хотела, чтобы я осознал свою ошибку сам. Вот, что она ожидала от меня. Черт!

Бух.

Я топнул по полу.

– Это было оскорбительно и еще оскорбительнее. Почему так… потому что она относилась ко мне как к дураку. Во-первых, она была расстроена тем, что я не осознал своей оплошности. Во-вторых, она надеялась, что я пойму, что я сделал не так. Ты понимаешь? Ты понимаешь, как это было хреново?

Я ухмыльнулся.

Но у меня не получилось сделать это как следует.

Ухмылка вышла больше похожей на вынужденную глупую улыбку.

– Лазурит оценивала не только меня нынешнего, но и меня будущего. Сама. По своему желанию! Так, словно она полностью меня поняла! Так, словно она считала, что стоит выше, чем я!..

Я стиснул зубы.

Это было так оскорбительно, что я мог бы блевать. Я впервые в жизни получил такого рода оскорбление. Разочарование и ожидания Лазурит стали двумя стенами, которые раздавили меня еще больше. В моей груди ярость медленно … гнев медленно нарастали против Лазурит.

– Данталиан.

– Я решил для себя.

Я пристально смотрел на свечу.

Свеча выдавала два цвета.

Верхняя часть была желтой, а нижняя голубой.

Излучая эти цвета, свет горел и медленно опускался вниз.

– Пусть попадется. Я подожду до следующего раз, когда она выкажет неуважение. И если Лазурит бессмысленно проигнорирует меня еще раз.

Я взял фитиль свечи пальцами.

Пламя вскоре затрепетало и погасло.

– Когда это случится, я не останусь хладнокровным.

Этика охоты на обезьян (часть 1)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

10.09.1505 год по Имперскому календарю

Королевство Сардиния, невольничий рынок в Павии

– Всего два человека?

– Да. Я и моя жена.

– Хм. Мы возьмем 2 золотых в качестве платы за охрану.

Я передал 5 золотых нанятому солдату, и он широко ухмыльнулся.

Было какое-то неожиданное очарование, исходящее от улыбки этого наемника, которому не хватало двух передних зубов.

– Спасибо вам большое, ваша честь. Мы, наемники, защитим ваши жизни во время вашего пребывания тут. Желаю вам увлекательного дня с вашей миссис. А ну, сопровождайте эту пару до их места назначения! Смотрите, чтобы все было высший класс!

– Есть.

Окраины Павии.

Работорговцы расставили палатки на всех открытых площадках в этой зоне.

С целью предотвращения воровства солдаты строго охраняли весь рынок. Было 5 платформ разного размера, примерно 70 стражников и рыночные палатки настолько большие, что это место можно было спутать с военным лагерем, если смотреть издали. Большинство бандитов даже не отважились бы иметь дело с этим рынком.

– Сюда, Ваша Светлость.

– Мм.

Следуя указанию мужчины, мы пошли к центру рынка.

Мы с Лазурит выдавали себя за молодую купеческую пару. Мы тонко подделали наши документы, удостоверяющие личность, и имена. Так нам не придется волноваться, что кто-то в ближайшее время выяснит, кто же мы на самом деле.

Невольничий рынок был переполнен атмосферой сырости и подозрительности.

– Пошевеливайтесь, чертовы тупицы!

– Снежные эльфы! Пойманные прямо в снежных горах Царства Московского. По особому случаю я буду показывать их сегодня бесплатно. Пожалуйста, подходите и смотрите!

– Я сказал же идти быстрее!

С одной стороны стражник размахивал плетью, заставляя группу рабов двигаться. 6 рабов-мужчин были соединены одной цепью и очень медленно продвигались вперед. Складывалось ощущение, что я смотрю на гусеницу.

– Пожалуйста, смотрите, сколько хотите. Просмотр бесплатный!

С другой стороны, за металлической решеткой, была заперта обнаженная эльфийка. Зазывала продолжал говорить о том, какой у него чудесный «товар», указывая на грудь и ребра эльфийки. Вокруг металлической клетки собралось много людей, и среди них были даже дети. Маленькие девочки просовывали головы между прутьев решетки и разглядывали тело нагой эльфийки.

Я слышал их разговор.

– Сестричка, а это правда, что эльфы живут, питаясь одной росой?

– ...

– Хмм, я не думаю, что она понимает, о чем мы говорим. И я не знаю, как говорить на языке, используемом в Москве…

– Они говорят, что эльфы каждый год пьют сырую детскую кровь. Потому они остаются милыми сто и двести лет.

– Дура! Не лги!

Группа маленьких девушек захихикала. Эльфийка мягко улыбнулась, смотря на детей. Когда дети дотянулись до ее рук, эльфийка более чем радостно высунула руку, чтобы они могли касаться ее кожи. И хотя рука эльфийки была худой и по большей части костлявой, маленькие девочки были потрясены, словно они касались золота.

– Что за непослушные дети!

Продавец снял детей, от души смеясь.

– Нельзя так бездумно прикасаться к товару!

Я посмотрел и отошел.

– Аааа-аааа!

Звук удара плетью и крик раба были слышны издалека, и все же никто не обращал на это внимания на территории рынка. Единственные, кто обращали внимание на крики, были дети. Каждый раз, когда они слышали стон, дети волновались и спрашивали: «Вы слышали это? Вы слышали это?» Каждый раз, когда они слышали крик, они повторяли тот звук своими голосами, крича «Ааах!» «Уиии!»

Может, это было из-за их наивности?

Я пробормотал.

– Это место производит впечатление. Все невольничьи рынки такие?

– Да. Различий не так много, – ответила Лазурит. – В детстве, на невольничьем рынке, которому Ваша покорная слуга была обязана какое-то время, было такое же ощущение.

– Что? Ты раньше работала на невольничьем рынке?

– Если быть точнее, Ваша покорная слуга не работала на невольничьем рынке, а хотела стать рабой. В то время Ваша покорная слуга сильно страдала от голода. Она считала, что было бы неплохо стать рабой, если так она сможет получать еду. Рабов хотя бы кормят.

Лазурит тихо продолжила:

– Однако, как только работорговец узнал, что Ваша покорная слуга была полукровкой, он тотчас прогнал вашу покорную слугу прочь. Видимо, у изгоев не было «права» стать товаром для торговли. Однако, до того, как личность вашей покорной слуги была раскрыта, она смогла съесть половину черствого хлеба. Это хорошее воспоминание.

– ...

Прошлое Лазурит было столь темным, что становилось страшно...

Желая любым способом сменить тему, я прочистил горло.

– Суккуба, скитавшаяся по таким рынкам, теперь любовница Владыки Демонов. Разве это не восхитительно, Лала? Ценность человека не определяется его рождением. Ты, сумевшая преодолеть все виды несчастий, имеешь наибольшую ценность среди всех них.

Лазурит искоса взглянула на меня.

– Ваше Высочество порой делаете удивительные замечания.

– Мм?

– Ничего. Ваше Высочество похвалили, что ваша покорная слуга достигла успеха, но этого удручающе недостаточно. Пока Ваше Высочество не стало истинным правителем демонов, успех Вашей покорной слуги можно оспорить.

– Ты довольно жадная женщина.

Я улыбнулся.

– Поэтому ты мне и нравишься.

– Вашему Высочеству незачем льстить Вашей покорной слуге

– Я не надеюсь на многое. Мне просто было бы по душе, если бы в отношениях сегодня ночью было подмешано чуть больше очарования. Прежде всего, когда мы этим занимаемся, у тебя такое каменное лицо, что веселее уж…

Лазурит наступила мне на правую ногу. Каблук ее туфли вонзился в край моей ступни, так что это было довольно больно, но в противоположность этому я ощущал радость.

Да, это была та же Лазурит, что и обычно. Та же хладнокровная, спокойная Лазурит, которая бы сдержанно отреагировала на мое поддразнивание. Ощущая редкое чувство облегчения от этого, я распаковал свои вещи в помещении, куда нас привели солдаты.

В тот вечер мы получили приглашение на банкет с работорговцами.

Это стоило того, чтобы дать тому солдату 5 золотых. Люди с рынка приняли нас за ВИП– персон и прислали приглашение.

Интересно, потому ли, что банкет был для работорговцев, но собрание оказалось довольно экстравагантным. Несколько стражей стояли в качестве охраны, а красивые рабыни подавали блюда в обнаженном виде. Вскоре я присоединился к группе торговцев и беседовал с ними.

Алкоголь, как и полагается, был повсюду. Его было вполне достаточно, чтобы люди опьянели. Подобные вычурные ночи лучше всего подходят к тому, чтобы побуждать людей выказывать свои сокровенные мысли. Что ж, докопаемся до сути?..

– Я впервые в жизни вижу такой шикарный невольничий рынок. Я бывал на нескольких подобных рынках в прошлом, они были крупнее, но, если сравнивать качество товара, то, наверно, они не смогут сравниться с вашим высоким уровнем. Народ, он великолепен. Я правда тронут.

– Ха-ха. Вы слишком высокого о нас мнения.

Работорговцы смеялись с ярко красными лицами.

Оживленное настроение распространилось по комнате. Все производили благоприятное впечатление. Глядя на этих людей, имевших дело с рабами, трудно было поверить, насколько безобидными они казались. Разве не чувствовали они даже малейшей вины за то, что продавали рабов?

Что ж, наверно, таковы люди этого века. Это не та проблема, в которую мне стоило ввязываться. Революции нужно оставлять в руках революционеров, а политика должна оставаться в руках политиков. Таково мое убеждение. Тем не менее, было много людей, которые смешивали эти два занятия.

– И всё же, есть нечто, что мне немного любопытно.

– Что же это? Скажите нам.

– Как единственный цветок может затмить весь бальный зал, нет ли здесь так же раба наивысшей ценности на этом рынке? Что каждый бы здесь посчитал цветком этого рынка?

Услышав мой вопрос, торговцы посмотрели друг на друга.

Сразу же после этого началась суматоха.

– Конечно, разве это не та снежная эльфийка, которую я поймал в Москве? Мне пришлось нанять не менее чем 20 охотников только чтобы поймать эту тварь. Без сомнения, мой товар самый лучший.

– Пфф. Честно говоря, мода на эльфов уже прошла. В наши дни самое лучшее – это сирены и русалки. В этом смысле сирена, доставая которую, я прошел через столько бед…

– Ха! Как какое-то чудовище с крыльями может вызвать переполох? Я сомневаюсь, что вы получили бы за них хоть двадцать золотых. Они могут быть редкими видами и способны оживить атмосферу, но нельзя называть их главными звездами рынка. Это точно.

– Нет, конечно, их стоит оценивать выше, основываясь на их редкости. На самом деле я думаю вытянуть свой козырь и показать кентавра. За такого жеребца, благородные дамы будут…

Они галдели.

Спор о том, чей раб лучше, продолжался.

Через некоторое время работорговец указал на молодого человека и сказал.

– А как у тебя, Джакомо? Слышал, в этот раз, ты и правда решил сам подготовить товар.

– Он не настолько хорош, как список товаров любого из вас, – ответил, нахмурившись, молодой человек.

На протяжении всего банкета, он молчаливо пил вино. И хотя другой торговец старался привлечь внимание к его рабу, он стал отнекиваться. Было видно, как потемнело его лицо, казалось, что он был чем-то не доволен.

– Говоришь: "не настолько хорош"?! Довольно скромно с твоей стороны!

– Правильно, Джакомо. Мы не глухие, мы слышали сплетни. Слышали, что тебе удалось получить незаконнорождённого ребенка из семьи Герцога.

Выражение лица у парня стало раздраженным.

Казалось, что ему было не по себе от внимания, которое все сосредоточили на нем.

– …Мне повезло. Вот и все.

Мужчина постучал по своему стакану для вина.

Я украдкой опустил уголки губ и уставился на молодого человека.

Нашел его.

Я был уверен, что именно тот мужчина был работорговцем, во владении которого была Лора де Фарнезе.

Этот банкет стоил того, чтобы пережить мое нежелание идти на него. Возможность найти мою цель так быстро. Мне везло.

Словно удивленный, я повысил голос.

– Подождите. Незаконнорожденный ребенок из семьи Герцога? О чем это вы? Я хотел бы услышать об этом подробнее.

– Я не уверен, но тот парень, Джакомо, получил весьма ценный приз в столь юном возрасте. Это его дебют в сфере торговли рабами, но, Боже мой, он раздобыл товар лучший из лучших!

– Говорят, это незаконнорожденный ребенок из Дома Герцога Фарнезе.

Торговцы заволновались и началась большая суматоха.

– Семья герцога. Не какая-то маленькая семья, но семья Фарнезе! Естественно, их статус действительно упал на самое дно после проигрыша в последней Войне Роз, но все же…

– Ну, это ни для кого не секрет. Вероятно, они не хотели перекладывать ответственность за свое поражение на одного из действительных наследников. Потому они продали своего незаконнорожденного ребенка в качестве компромисса. Хотя это просто поле для спекуляций.

– Разве эта догадка не была бы правильной? Другие варианты невозможны… Эту девчушку выбрали козлом отпущения для семьи.

Кто-то прищелкнул языком.

– Те, кто поднялись наверх после Войны Роз, счастливы, что обесчестили семью Фарнезе, а в семье Фарнезе счастливы, что смогли свести потери к минимуму.

– Если посмотреть внимательно, те благородные ребята лучше справляются с бизнесом, чем мы. Хехе. Те люди на верху точно знают свое дело.

– Более того, они говорят, что «это» не шутка.

Торговец сказал это, жуя куриную ножку.

Я изобразил на лице зачарованность.

– Что вы имеете в виду под «этим»?

– Это, я говорю про это. Ее лицо и тело просто… ухх!

Торговец плутовато улыбнулся. По всем его пальцам был размазан липкий коричневый соус. Другие торговцы восторженно согласились.

– Я тоже слышал молву. Что она была заключенной принцессой Фарнезе!

– Ага. Наверно, потому, что она женщина несравненной красоты, они боялись, что это вызовет волнения в королевстве. Поэтому герцог намеренно спрятал ее в самой глубокой части своего особняка, чтобы ее никто не мог видеть.

– Что ж, наверно, это куча лжи.

Торговцы пожали плечами.

– Неважно, как вы видите это, наверно, они спрятали ее, потому что им было стыдно… Но какое это имеет значение? Только то, что эти слухи, которые следуют за ней, особенные. В конце концов, слухи повышают стоимость товара.

– Полагаю, что так. Для начала она из одной из самых благородных семей в королевстве…

– Слух, что она самая красивая девушка на континенте, распространился повсюду.

– И она в самом соку: 16 лет!

Торговцы разом взорвались смехом.

Единственный человек, неспособный поддаться этому настроению, был тот молодой человек. Его лицо оставалось равнодушным.

– … Прошу прощения, что ухожу первым. Доброй ночи.

Мужчина встал из-за стола и небрежно вышел.

Другие торговцы тоже пожелали ему доброй ночи, но молодой человек слушал их рассеянно. Трудно было расценить это как хорошее поведение. Как только парень вышел, другие торговцы озвучили свои мысли:

– Разве не ведет он себя немного высокомерно? Мы пригласили всех представителей одного ремесла, чтобы мы могли лучше узнать наших коллег, а он так себя ведет…

– У него правда нет манер. Он просто от рук отбился, полагаясь на репутацию своего отца. Все молодые ребята таковы в наши дни.

Казалось, что то, как ведут себя молодые люди в этом мире, и мой оригинальный мир, были одинаковы.

Я натянул улыбку и встал.

– Я желаю осмотреть рынок рано утром, так что, на сегодня, я, пожалуй, вернусь в свои апартаменты. Желаю всем приятной ночи.

– Ох. Хорошего сна.

Выслушав от торговцев слова прощаний, я направился к выходу из банкетного зала. Проинструктировав Лалу находиться на улице и быть готовой к любой ситуации, сам я последовал за молодым человеком. Он не отошел далеко, перед глазами предстала фигура молодого человека, который шел по рынку в одиночестве.

– Сир Джакомо. Сир Джакомо!

– Да?..

Парень обернулся, чтобы посмотреть на меня.

Его глаза были такими, словно он смотрел на подозрительного человека.

Я широко улыбнулся.

– Возможно, вы были бы не против поговорить со мной?

Что ж, сломим сопротивление этого новичка.

Этика охоты на обезьян (часть 2)

Джакомо Петрарх, мелкий лавочник Меторанума, работорговец

09.10.1505 по Императорскому календарю

Королевство Сардиния, Невольничий рынок

В одном из уголков рыночной площади я пил пиво со странным продавцом.

Странно. Я не мог вспомнить, как все пришло к тому, что мы начали пить. Такое чувство, будто мной овладели. Что ж, бывают такие дни в жизни, когда ты просто теряешься…

– Я лишь говорю вам это, сэр Джакомо.

Странный мужчина передо мной горько усмехнулся:

– Честно говоря, сам факт продажи и покупки рабов причиняет мне беспокойство. У меня такое ощущение, словно я совершаю преступление против человечности.

– Правда? Я тоже так думаю, – радостно ответил я на его замечание.

Вот оно. Именно черты характера этого мужчины привели к тому, что мы непринужденно стали вместе пить. Хотелось бы мне знать, было ли это совпадение или чистая удача, но, на удивление, этот сидящий передо мной мужчина был со мной на одной волне.

– Изначально я не хотел быть работорговцем. Однако мой отец принудил меня к этому. Он сказал, что если я хочу быстро стать заслуженным торговцем, то нет лучшей работы, чем работорговля…

– У вас хороший отец. Но в мире есть много вещей более важных, чем приобрести такие заслуги. Было бы здорово, если бы ваш отец понимал это.

– Именно это я и говорил!

Ох, я даже невольно повысил голос.

Но это не было странно. Впервые я встретил человека, который так хорошо ладил со мной, и это посреди невольничьего рынка. Ну разве не причудливая встреча?

– Мой отец слишком привязан к деньгам. Да, работа торговца – зарабатывать деньги и перевозить товары. С этим у меня проблем нет… Но разве рабы не такие же человеки? Будь-то люди, эльфы или сирены… Относиться к ним как к каким-то экспонатам…

– Понимаю. Ох, вижу, ваша чаша пуста. Вот, еще стакан.

– Благодарю вас…

Я поспешно выпил вино, которое тот человек налил мне. Я ощущал, как нарастает приятное опьянение. Кажется, мне действительно нужен был человек, с которым я мог бы открыто поговорить. Мне показалось, что я пью больше, чем обычно, но все в порядке. Это было в рамках допустимого для меня.

А время шло. Я и не заметил, как уже вел мужчину в апартаменты на моей площадке… И зачем я привел его сюда?

– Как чудесно. Воздержаться от того, чтобы одеть кандалы на большинство ваших рабов, это так гуманно по отношению к ним.

Мужчина восторженно смотрел на рабов в повозках.

Ах, точно. Теперь я вспомнил. Он спрашивал, можно ли ему взглянуть на моих рабов, и я с радостью принял его предложение. Даже несмотря на то, что сюда нельзя приводить гостей… Это ведь не станет слишком большой проблемой, правда? Этот человек был не просто гостем, он был моим другом.

Теперь, когда я думаю об этом, как же его звали?

– Большинство людей только говорят об этом, но никогда не пробовали сами. Джакомо, вы другой. Вы действительно тепло относитесь к своим рабам. Я вижу это своими глазами. Восхитительно.

– Ахахах. Вы преувеличиваете.

Ладно, такие вещи, как имена, не столь важны. Важно судить о человеке по его личности. Этому мужчине можно доверять. У него хороший характер.

– Правда, мне кажется, что не все рабы довольны.

– Прошу прощения?

О чем это он говорит?

Не будет бахвальством считать, что других таких торговцев, как я, которые проявляли заботу к своим рабам, не было. Я регулярно кормил их дважды в день, и, очевидно, рабам я тоже нравлюсь. Говорить, что они были не удовлетворены…

– Ох, как это грубо с моей стороны. Я просто мыслил с точки зрения рабов. – Мужчина мягко улыбнулся. – До того, как они были пойманы нами, разве эти рабы не жили своей мирной жизнью? Наверно, они могли свободно передвигаться и жить по своему усмотрению. Я считаю, что скорее всего они еще чувствуют какое-то неудовлетворение, пусть они и вовремя получают свою еду.

– Мыслить с точки зрения раба.

Это неожиданно. Я никогда не задумывался о таком раньше.

Я свободный человек, а они – рабы. Определенно, мы были разными. Не было никакой причины вытеснять мои мысли о них, раз они так отличались от меня. Но я рассматривал это как…

То, что относиться к ним с малейшей толикой внимания было более чем достаточно. Мыслить с точки зрения раба? Возможно ли это? Не слишком ли это идеалистичный способ мышления?..

– И как же оно на самом деле?

Пока я переживал шок от слов мужчины, он кинул мне вопрос.

Я встрепенулся от тревоги. О чем мы говорили? Я не мог вспомнить контекст нашего разговора. В голове у меня уже какое-то время шумело.

– Что "на самом деле"?..

– Я говорю о мисс Фарнезе. Вы уже забыли?

Фарнезе? Он говорил о мисс Лоре Де Фарнезе?

Нет, с тех пор, как эта семья была лишена их дворянского звания, я больше не мог называть ее, используя это фамильное имя. Но я и правда не мог четко вспомнить, вели ли мы такой разговор. Господи, кажется, я слишком много выпил.

Мужчина спокойно объяснил:

– Помните, я спрашивал, довольна ли мисс Фарнезе своей жизнью будучи рабой? И как только я спросил, вы, сэр Джакомо, сказали, что лично мне ее покажете.

– Ах. Да-да… я забыл на мгновение. – ответил я, не слишком уверенный в своих словах.

Мисс Фарнезе была ценностью высшего качества. Во избежание кражи, я спрятал ее в самой глубокой части своей площадки. Даже если он мой другом, я не могу так легко показать ее ему. Я уже начал жалеть об этом. Как я мог дать такое легкомысленное обещание…

Собеседник сразу же заметил мое лицо и заговорил:

– Я понимаю. Вас раздирают сомнения, показывать ли мне ее.

– Нет, на самом деле…

– Все в порядке. Пожалуйста, пусть это не давит на вас. Я предложил это без задней мысли. Мне было просто любопытно, как вы в действительности относитесь к рабам, и что ваши рабы чувствуют к вам на самом деле.

Мужчина горько улыбнулся и тихо сказал:

– Пожалуй, мне стоит извиниться. Из-за моей любопытности я поставил Сира Джакомо в неловкую ситуацию. Давайте вернемся в паб.

– Ах…

Когда я увидел выражение отчаяния у мужчины, у меня в груди стало нарастать неописуемое чувство вины. Вот так. Собеседник просто попросил что-то, считая меня другом. И что же я сделал?

В конечном счете разве я не относился к нему как к чужому? Что отличало меня от тех людей на приеме, которые хлестали своих рабов? Я просто ужасен. Если те торговцы были негодяями, тогда я был не более, чем простым лицемером.

– …Нет. Прошу, подождите. Я отведу вас туда, где находится мисс Фарнезе.

– Простите? – Мужчина моргнул от удивления. – Это действительно нормально?

– Конечно. Никаких проблем, если мы просто посмотрим и вернемся. К счастью, мисс Фарнезе не спит по ночам, так что сейчас должно быть подходящее время для визита.

– Сир Джакомо, если вы испытываете какое-то неудобство от моей просьбы, вы можете сразу же отказаться. – Мужчина взволнованно смотрел на меня. – Возможно, прошло всего лишь несколько часов с тех пор, как мы познакомились, Сир Джакомо, но я чувствую между нами дружбу. Будучи другом, я не хочу быть вам в тягость.

Его внимательность тронула меня. Я сказал ему, что все в порядке, но мужчина все еще беспокоился обо мне и пытался отказаться. И как я мог сомневаться в таком добродушном человеке!

На моих губах сама собой появилась улыбка; толика беспокойства, оставшаяся у меня в груди, растаяла, как снег.

– Нет, все отлично. Я сам хочу услышать мнение мисс Фарнезе. Как бы то ни было, я хотел бы попросить вас пойти со мной. Если для меня возможно мыслить с точки зрения раба… мне не хватало этого до сего момента. Я хочу обсудить это с вами.

– …

Глаза мужчины распахнулись. Наконец он улыбнулся. Это была очень мягкая улыбка.

– Джакомо. Вы умеете уважать других. Это ценная способность, которая исходит от вашего сердца. Не каждый может этому научиться. Я по-настоящему уважаю вас.

У меня просто не было слов от такого прямолинейного комплимента.

И хотя я не мог ничего сказать, а мой рот был раскрыт, тот мужчина просто молча улыбался мне. Словно он говорил мне, что все обо мне… Нет, это было так, словно он понял, насколько я хочу получить высокую оценку от мира, вот такая это была улыбка.

– Ах, что ж. Вы понимаете.

– Да. – Мужчина усмехнулся.

– Это… С-сюда. Прошу вас, следуйте за мной.

Поскольку мне было не по себе, адекватных слов не находилось.

Почему-то я слишком смущался того, чтобы смотреть ему в глаза. Точно, причиной тому было то, что я пьян. От опьянения, мои эмоции то накатывались, то отступали. Другого объяснения не было. Никакого. Правда.

Я испытывал все большее головокружение. Все труднее было оставаться на ногах. И хоть я пытался побороть это, списывая на мое воображение, в глазах у меня слишком все колыхалось. Странно. Я не должен был так ослабеть от алкоголя.

– Е-еще чуть-чуть.

Мои слова стали растянутыми. Сознание быстро покидало меня.

– Еще совсем чуть-чуть и камера, в которой заключена мисс…

– Джакомо, все в порядке?

Мужчина слегка поддержал меня, раскачивающегося то влево, то вправо.

Как только я прислонил к нему голову, все силы покинули мое тело.

Мои глаза начали медленно закрываться, в то время как я еще слышал голос мужчины:

– Кажется, вы слегка перебрали сегодня. Я позабочусь об этом и отведу сэра Джакомо назад, в его апартаменты. Поэтому, прошу вас, не беспокойтесь, отдыхайте.

Голос, который звучал как материнская колыбельная.

Ощущая спокойствие, я закрыл глаза.

Несмотря на то, что в голове у меня царил полный беспорядок, в одной истине я был уверен. Я завел дружбу, которая будет длиться вечно…

Этика охоты на обезьян (часть 3)

Данталиан, Слабейший Владыка демонов 71 ранга

9.10.1505 год по Императорскому календарю

Королевство Сардиния, невольничий рынок в Павии

Что ж, это было плевым делом.

Я положил молодого человека на пол и криво усмехнулся.

– Дружище, тебе не стоит так легко доверять людям, как мне.

Я без усилий покорил этого юнца, которому на вид было около 19 лет. Я лишь сдержанно любезничал с ним, а он сам разгорячился и охотно перебрал. Это было так легко, что даже смешно. Было ли это благодаря моему таланту, или же потому что, как торговец, этот парень был слишком наивным?..

Разумеется, благодаря моему таланту.

Я прекрасно знал это.

Если я и говорил скромно, то лишь в силу этикета.

Кроме того, его расположение выросло до неистовых размеров.

Мы провели всего лишь 2 часа, выпивая вместе, но его очки расположения превысили уровень 10, пересекли 20 и наконец достигли 30. А вот расположение Лазурит было все еще на 10-ке. Почему же ко мне больше расположены мужчины, чем женщины? Должно быть, конец света не за горами.

– Статус.

После того, как я произнес это слово, передо мной появилась голограмма.

Окно статуса приобретало такой вид только когда расположение превышало 20 пунктов.

Имя: Джакомо Петрарх

Раса: Человек

Занятие: Торговец Е

Репутация: Недоучка.

Лидерство: F

Мощь: F

Интеллект: E

Политика: F

Шарм: C

Техника: F

Расположение: 32

Текущее психическое состояние: "Друг…"

Какая очаровательная натура.

В определенном смысле, в отличие от такой девушки, как Лазурит, чьи намерения я не мог понять даже на самую малость, подобные люди были намного услужливее.

Тот тип людей, которые изо всех сил старались уважать других, несмотря на то, что они слабовольные и слегка наивные.

Большинство людей могут высмеивать таких людей как тряпок.

Но, по крайней мере, я этого не делал.

Пожалуй, я слегка завидовал им.

… Потому что я никогда не мог стать таким, как они

– Просто думай об этом, словно тебя поймали с испорченным человеком.

Я шарил по куртке Джакомо, пока мои руки не нашли связку ключей.

Ключи издали металлический звон, когда я их вытягивал. Ключ к камере Лоры Де Фарнезе, скорее всего, среди них.

Воровать – не правильно? Безусловно. Я плохой парень, так что мне естественно совершать что-то, наподобие кражи. С такой штукой, как чувство вины, я распрощался давным-давно.

За свою жизнь, я пришел к осознанию того, что в ней нет необходимости...

Не знаю, о чем может думать мазохист, наслаждаясь собственной болью. Обо мне не могло быть и речи, поскольку я здравомыслящий садист.

– Мммм...

Джакомо Петрарх издал звук во сне.

Так как я подмешал в его пиво довольно сильное снотворное, он некоторое время будет вот так храпеть.

Я потрепал голову Джакомо.

– Спи спокойно. Лора Де Фарнезе – слишком сильный индивидуум, чтобы с ней мог справиться такой добросердечный человек, как ты. Все, что тебе необходимо, это смотреть радостные сны, а ее оставить в моих руках.

– …

– Так будет лучше для Лоры Де Фарнезе, для тебя и для меня. Ты ничего плохого не сделал.

Интересно, мог ли он слышать мои слова, будучи без сознания.

Лицо Джакомо Петрарха медленно разгладилось. Из его губ доносились звуки глубокого дыхания.

Хорошо.

Милое дитя закрыло глаза. Это было как раз то время, когда крайне нечестные особы прокрадываются тайком как призраки в ночи.

Держа ключи в руке, я пошел вперед. Вскоре обозначилось и место, куда я направлялся. Между двумя деревянными повозками располагалась металлическая клетка.

Нежно лился лунный свет.

Но, несмотря на то, что металлические прутья купались в лунном свете, они не блестели, а наоборот, затягивали дальше в темноту. Словно они отталкивали приближение чего бы то ни было, даже простой блеск.

Было там нечто, светящееся под светом. Не клетка, а скорее девушка, заключенная в ней.

Девушка была одета в грязные лохмотья, какие носят обычные попрошайки. Наверно, прошло несколько дней с тех пор, как она смогла в последний раз умыться, потому что по ее коже тут и там была размазана грязь.

А луна, на короткий миг до этого, скрытая за облаками, появилась вновь. Лунный свет снова упал на кожу девушки, от чего она ярко засияла.

– … – Я невольно затаил дыхание.

Кто бы ни пришел, он был бы потрясен красотой этой девушки.

Однако причина, по которой на мгновение был поражен я, крылась не в красоте этой девушки. Нечто совершенно другое так глубоко тронуло меня.

...Девушка-рабыня читала книжку.

Посреди этой бесконечно мрачной клетки.

Используя луну как единственный источник света.

Перед ней на полу была раскрыта толстая книга, а она тихо листала страницы своими покрытыми волдырями руками.

Было что-то невероятное в этом необычном зрелище.

Если бы кто-то спросил почему, то это было потому, что абсолютно ничто не могло стать на ее пути.

Возможно, я впервые видел ее, но я сразу же все понял.

Бесчестье и стыд от того, что она от знати опустилась до рабства, несчетное количество раз, когда люди били и швыряли оскорбления этой девушке, отчаяние и скорбь от того, что ее выкинули собственные родители. Разнообразные эмоции теперь никак не влияли на нее.

Сформировавшийся человек.

Обособленный.

В темноте.

…

Громко шагая, я подошел к клетке.

Несмотря на то, что я намеренно издал шум, девушка не подняла голову.

Она просто смотрела вниз без какого-либо выражения на лице.

Была ли она так сосредоточена на книге, что не слышала никакие звуки извне?

Я стал между луной и девушкой. Над ней нависла тень. И вот впервые девушка медленно подняла голову, чтобы встретиться со мной взглядом, глазами, в которых не было ни крупицы света.

Лора Де Фарнезе.

Девушка, которая пойдет против героя и зальет континент морем крови.

Я обратился к девушке, покинутой миром и своей семьей:

– Я – Данталиан, Владыка Демонов 71-го ранга.

Без лишнего притворства.

Мелкие хитрости не работают против людей с такими глазами.

В такой ситуации, прямота и честность – лучший метод убеждения.

– Де Фарнезе. Я пришел, чтобы заполучить тебя.

– …

– Я богат. Так что я могу легко купить тебя на аукционе рабов, когда бы мне этого ни захотелось. Мои ведьмы и военные отряды расположились вокруг этого невольничьего рынка в ожидании, потому забрать тебя силой также вполне возможно.

Это не было обманом.

В это время Лазурит скорее всего готовилась начать вооруженное вторжение на окраины рынка. Сестры Бербер были с ней. Мои силы ждали распоряжения в любую минуту.

11 ведьм и 9 солдат наивысшего класса.

Защита этого невольничьего рынка была сравнительно сильной, но все же она – не более чем 70 стражников. Используя ведьмину силу огня, мы могли легко превратить их в поджаренное мясо. Схватить Лору Де Фарнезе и спокойно исчезнуть было нетрудно.

Если бы мне понадобилось отдать приказ, это не составило бы труда.

Несмотря на это.

– Но я хочу, чтобы ты признала меня.

Я хотел оставить это, как крайнее средство.

Этика охоты на обезьян (часть 4)

– Де Фарнезе. Я пришел, чтобы заполучить тебя.

– …

--------------------------------------------------------------------------------------------

– Не богатством или силой. Я хочу, чтобы ты просто меня приняла, как человек человека. Пожалуйста, оцени меня своими тусклыми глазами. Определи, обладаю ли я достаточным достоинством, чтобы забрать тебя. Дай мне фактическую оценку.

– …

– Позволишь ли ты мне провести для тебя испытание?

Между нами воцарилось тишина.

Девушка безучастно смотрела на меня. Мы не избегали взгляда друг друга. Время текло безмолвно, пока третье облако не закрыло луну.

Девушка открыла рот:

– Перестань загораживать лунный свет и отойди в сторону.

Это было сказано каким-то неживым голосом.

Словно машина, которая неестественно пытается имитировать голос человека.

Несмотря на это я кивнул.

В этом месте эта девушка идеально установила свое собственное царство. Книжка была для нее всем. Таким образом, тот факт, что я закрывал ей свет, означало, что я вторгался в ее царство. Я быстро выполнил просьбу Мисс Фарнезе и немного отступил в сторону.

Мисс Фарнезе кивнула.

– Я благодарна вам. Вы вежливый человек.

– В конце концов, уважение чужой территории – это основа. Даже если бы ты стала моей слугой, я всегда буду уважать твою волю, как сделал это сейчас.

– Вассалом?

Мисс Фарнезе наклонила голову.

– Я Вам нужна не в качестве слуги? Не секс-рабыни?

– Это так. Если бы я хотел относиться к тебе как к рабыне, я бы купил тебя за золото или я бы предпринял действия, используя силу. Но я расценил, что богатство и сила не требуются, чтобы тебя убедить. Лора Де Фарнезе. Я просто крайне желаю быть тобой признанным.

– Если бы сейчас это было признание в любви, то тогда эта молодая девушка была бы точно тронута.

Мисс Фарнезе положила руку на подбородок.

Прямо сейчас, Лора Де Фарнезе говорила со мной на четырех разных языках. Сардинском, габсбургском, франконском и древнехеласийском. Это не была простая беседа. Она проверяла меня, как же далеко я мог бы зайти наравне с ней.

Я с легкостью прошел базовое испытание. Не важно, где я был, если это подразумевало языки, меня было невозможно победить. Как бы там ни было, я был довольно самоуверен касательно того, на чем специализировался.

С этого момента началось основное действо.

– Я действительно благодарна вам за предложение. Единственная остающаяся судьба для этой молодой леди – скорее всего быть проданной какому-то богатому дворянину и прожить жизнь в роли инструмента для сексуального расслабления.

– Ахх. Это правильно.

Исходя из информации, которую я смог получить в "Атаке на подземелья", у меня было лишь общее представление о том, какова судьба Лоры Де Фарнезе. Было бы хорошо коротко упомянуть тут будущие события.

– Человеком, который купит тебя на аукционе, будет Граф Росвел из Королевства Британия. При всех его ценят как человека с аристократическим характером, но, по правде говоря, он извращенец-садист.

– Ааа.

Я возбудил ее любопытство? В ответе Мисс Фарнезе была видна заинтересованность. Хотя ее глаза все еще оставались тусклыми.

– Расскажи мне более подробно.

– С удовольствием. Граф Росвел считает своей радостью в жизни отправлять в темницу в свою подземную комнату пыток павших аристократов, как ты. Поскольку его предпочтения весьма разнообразны, он любит осуществлять все, от пытки свечным воском до ампутации.

– Ампутация? Что это?

– В мире есть много видов извращенцев, Мисс Де Фарнезе. – Я нежно улыбнулся. – Среди них есть такой тип людей, которые ощущают плотские желания, когда у женщин отрезают ноги и руки.

Я всегда получал удовольствие, когда мог открыть жестокую реальность девушке, которой был неведом мир. Можно было бы сказать, что я ощущал, словно немного помогал этому ребенку с обучением.

Все-таки я дружелюбный парень.

– Если тебя продадут Графу Росвелу, тогда, несомненно, на протяжении 10 лет ты будешь подвергаться групповому изнасилованию в тюремной камере, куда не может проникнуть даже солнечный свет. Если тебе не повезет, у тебя также будет несколько абортов.

– А вот это действительно худшая доля рабыни. Я могу вынести пытки свечным воском, но эта молодая леди не думает, что могла бы справиться, если бы ей отрубили руки.

– Потому что ты не сможешь читать книги?

– Да. Я не смогу читать книги без моих рук, – серьезно ответила мисс Фарнезе.

Я предполагал, что она была именно такой девушкой.

– Но, о Владыка Демонов. Довольно трудно поверить, что вы планируете использовать эту молодую девушку иным образом, а не как сексуальную рабыню. Вы видите, эта молодая леди довольно красива. Даже если вы примете меня в качестве вассала, как эта молодая леди может быть уверена, что вы не будете пленены видом этой молодой леди позже и не изнасилуете ее?

Это была девчушка, которая говорила абсурдные вещи так, словно это было естественно.

Меня немного отвлекли, я нахмурил брови.

– … Ты. Возможно, ты часто слышишь от других, что ты очень тщеславна?

– Прошу меня простить. Я просто оцениваю свою красоту объективно. За всю свою жизнь 4 раза мой отец, 11 раз мои сводные братья и 2 раза мои сводные сестры почти изнасиловали эту молодую леди. Определенно, красота этой леди из ряда вон выходящая. Это весьма неудачно.

– Что? Тебя почти изнасиловали твои сводные сестры?

Даже Владыка Демонов был удивлен этим.

Мисс Фарнезе заговорила резко:

– В этом мире есть много видов извращенцев, о Владыка Демонов. Среди них есть и женщины, которые ощущают плотское желание к людям того же пола. Вдобавок к этому есть также женщины, которым присуще кровосмесительное желание людей одной с ними крови.

Ее предложения звучали с теми же модуляциями, как я говорил ей раньше, стараясь произвести впечатление. Это была ее контратака против меня за то, что я вел себя как взрослый.

Невольно, я восхитился умом девушки.

– …Впечатляет.

– Вы не обязаны делать комплименты этой молодой леди, поскольку эта молодая леди смирилась со своим гением, когда ей было 6 лет.

– О, правда? Какое совпадение. Я тоже осознал, что я одаренный ребенок, в 6 лет.

– Мм, это так? Эта молодая леди осознала свое интеллектуальное превосходство после того, как стала свидетелем, как ее братья и сестры испытывали большие трудности с единственной теоремой по геометрии, уже в возрасте старше 10 лет.

– Я осознал, какой я, после того, как увидел, что мои младшие сводные сестры не способны выучить даже 2 иностранных языка к 5 годам.

– Ахх. Конечно, трудно понять, почему люди испытывают такие трудности с иностранными языками. Разве ими не овладеваешь естественным путем, всего лишь слушая его полгода?

– Определенно так. Я не могу этого понять.

– Когда эта молодая леди видит группу людей, которых смущают самые простые истины, эта молодая леди чувствует грусть и жалость к ним, в то же время эта молодая леди чувствует еще большее подозрение вместо этого. Как же они могли жить так долго с такой головой? Если бы эта молодая леди была на их месте, то немедленно убила бы себя.

– Большинство людей рождаются жалкими. Этому никак не поможешь. Для таких людей, как мы, нет другого выбора, кроме как вежливо учить их интеллигентности и этикету.

– О Владыка Демонов, разве это не утомительное занятие?

– Невероятно утомительное. Однако несмотря ни на что мы все так же являемся частью общества, которое существует в этом мире. Крайне редко, нам необходимо знать, как жертвовать собой на благое дело.

– Под "крайне редко" вы имеете в виду раз в жизни?

– Если это так утомительно, то одного раза более чем достаточно...

Ах!

Вопреки моей воле разговор поглотил меня.

Выражение, которое я изобразил с целью игры, в какой-то момент поблекло.

Химия между мной и этой девушкой была выше всех ожиданий.

– О, точно. Иногда эта молодая леди не разговаривает и погружается в свой собственный мир на целую неделю. Если мы будем проводить время вместе, пожалуйста, примите это во внимание.

– Ах, я тоже изредка закрываюсь в спальне и отказываюсь выходить 4 дня подряд. В таких случаях, я надеюсь, ты будешь уважать мою личную жизнь.

– Конечно. А также эта молодая леди склонна очень громко играть на скрипке. К тому же, бывает, что эту молодую леди охватывает энтузиазм и она также начинает петь. Так что, если вы будете жить с этой молодой леди, вы должны учесть и это.

– Скрипка – удовольствие жизни.

Я убедительно кивнул головой.

– О, вы так думаете?

– Мелодия клавесина звучит очень холодно, потому создает сильное механическое ощущение. А скрипки разве не выражают сильные вибрации жизни? Музыка – это вибрации и ничего кроме вибраций. Гобой тоже весьма удивителен, но, если бы нужно было их сравнивать, скрипка все же выше.

– Эта молодая леди полностью согласна.

– …

– …

Мы пристально смотрели друг на друга.

Я осторожно открыл рот.

– Скажи. Я не знаю, недопонимание ли это, но…

– Мм?

– Я не уверен, но кажется, что мы с тобой будем неплохо ладить.

– Какое необычное совпадение. Эта молодая леди того же мнения.

– Возможно, это неожиданно, но у меня есть несколько вопросов. Какие индивиды самые разумные?

Девушка немедленно ответила:

– Конечно, это одиночки.

– А как стоит поступить с человеком, который отказывается от обещания и пренебрегает другими?

– Единственно уместным было бы немедленно отрезать его конечности и приговорить к смерти.

– Когда ты видишь непорочного человека, какие мысли мелькают у тебя в голове?

– Как он мог прожить жизнь так глупо, но в то же время эта молодая леди будет ослеплена этой чистотой и сможет только допустить, что это раса, которая выше этой молодой леди.

– Что такое любовь?

– Суицидальный акт разрушения, который скрывается под романтикой.

– Что такое дружба?

– Чувство, которым эта молодая леди произвольно награждает людей, которые ее не беспокоят.

– Что такое труд?

– Доказывать, что Бога в этом мире не существует, и что единственно уместным было бы это искоренить.

– ...

– ...

Девушка и я кивнули одновременно.

Этика охоты на обезьян (часть 5)

Можно было с уверенностью сказать, что то был судьбоносный кивок.

– Мисс Де Фарнезе. Лично я не люблю детское тело. Меня больше привлекают в сексуальном плане женщины с более полноценной грудью. Так что, к счастью, шансы, что я буду пленен тобой, невероятно низки.

– О, Владыка Демонов. Эта молодая леди предпочитает мужчин в преклонном возрасте, хотя бы в возрасте 50, а по возможности 60 лет от роду. Эта молодая леди не переносит мужчин без морщин. Очарование мужчины идет исключительно из его лет опыта, таким образом, шансы того, что эта молодая леди соблазнится вами, очень малы.

Мы подались вперед и крепко пожали друг другу руки.

– Отлично.

– Замечательно.

Это давно уже превысило рамки того, совместимы ли мы или нет.

Я был ее второй половиной, а она была моей второй половиной. Мы были рождены на одной планете, но в силу прихоти богов, нас разделили. Пока наконец сегодня мы не смогли объединиться тут. Между нами могла быть разница в возрасте, но это не было проблемой. Товарищ, который разделял ту же самую идеологию, был выше поколений и возраста. Копия моей души, которую я не мог найти в своем первоначальном мире, теперь была передо мной.

Послышался звуковой сигнал и появилось окошко оповещения.

[Вы честно достигли согласия с другой стороной.]

[Уровень расположения Лоры Де Фарнезе достиг 15.]

В мгновение ока, очки расположения превысили 10.

Чтобы поднять расположения Лазурит до 10, потребовалось не менее 150 дней, однако в случае с Лорой Де Фарнезе это заняло всего 15 минут. Почему же была такая значительная разница?

Понятно.

Лазурит была действительно особым случаем.

Я воспользовался ключом, чтобы открыть клетку, довольный своей компетентностью.

Дверь клетки открылась с глухим металлическим звуком. После того, как я расстегнул металлически ошейник на шее мисс Фарнезе, все проблемы теперь были прекрасно решены.

– Ммм. Это освежает.

Мисс Фарнезе вышла из клетки. Потом она протянула руки к луне в ночном небе. Казалось, что она старается оценить, как много неба она могла бы схватить своими руками.

Какое-то время царила неподвижность.

Затем Де Фарнезе развернулась всем телом ко мне.

— Владыка.

Она опустилась на одно колено.

– Пока Ваша Светлость не предадите эту молодую леди первыми, она будет верно исполнять Ваши приказания. Пока Ваша Светлость уважаете эту молодую леди, она всецело передаст Вам свою душу. Лора Де Фарнезе. Третья дочь Герцога Пармы и законного наследника Пьяченцы, в эту ночь, по континентальному календарю 10-го дня, 9-го месяца, 1505 года, при свидетельстве всех Богов, настоящим клянется: Если Ваша Светлость прикажете этой молодой леди быть Вашим мечом, она станет Вашим мечом. Если прикажете стать Вашей головой, тогда эта молодая леди станет Вашей головой. Если прикажете стать Вашими ногами, она станет Вашими ногами. Воля этой молодой леди, знания этой молодой леди и усилия этой молодой леди будут навечно посвящены Вашей Светлости. Владыка, я лишь прошу Вас даровать этой молодой леди малую свободу.

– Я искренне клянусь, что буду защищать твою свободу.

Я крепко сжал руку мисс Фарнезе и поднял ее на ноги.

И хоть это было не более чем формальное словесное обещание, это было первое обещание, данное мной и этой девушкой. Я не мог отнестись к нему небрежно.

– Данталиан, Владыка Демонов 71-го уровня, как неприкосновенный и нерушимый представитель, символизирущий абсолютное достоинство, и как член ордена 72, которые правят всеми демонами, обещаю: Преданность будет вознаграждена. Верность будет оплачена. Ошибки будут прощены. Люди, которые будут враждебно относиться к тебе, станут моими врагами. Дома, которые привели тебя к падению, а значит Дом Медичи во Флоренции, Дом Сфорца в Милане, Дом Агилульф в Павии – и, если ты этого так желаешь, даже Дом Фарнезе в Парме. Каким бы то ни было образом, я буду им мстить.

– …

Мои обещания стали сюрпризом?

Мисс Фарнезе моргнула:

– Вы в здравом уме? Они представители власти, у которых в идеальном подчинении целые королевства. Конечно, они сделали свой вклад в то, что я опустилась до рабства, но…

– Не волнуйся. Я не буду повторять свою клятву. – Я ухмыльнулся.

– Я утоплю эрцгерцога Флоренции в океане, я казню герцога Милана, сделав 36 дырок в его теле, я обезглавлю графа Павии и выставлю его голову на перекрестке, и, наконец, я оставлю судьбу герцога Фарнезе в твоих руках. 10 лет. Нет. Я совершу твою месть всем этим людям в течение 9 лет.

– …

– Как это? Ну, если это так много, то разве мои намерения не очевидны?

– … Судя по всему, кажется, что эта молодая леди решила служить весьма экстравагантному владыке.

Лора Де Фарнезе слегка покачала головой.

– Это затрудняет дело. Если Вы принесете мне так много клятв, то это будет несправедливо. Эта молодая леди должна дать еще одно обещание.

– Еще одно?

– Ахх. Если Ваша Светлось осуществят месть за эту молодую леди, я, Лора Де Фарнезе, с превеликим удовольствием посвящу вам даже свою свободу. Я стану вашей рабыней по своей воле и буду счастлива быть собственностью владыки.

– Великолепно. Клянусь рекой Стикс.

– Клянусь рекой Стикс.

Я легко поцеловал в лоб мисс Фарнезе.

Запах грязи был сильный, поскольку она длительное время не могла помыться, но для меня это почему-то было нормально.

У меня было такое ощущение, словно я обрел младшую сестренку, которая была вылитой копией меня. Тогда я обнял ее. Маленькое тело мисс Фарнезе попало в мои объятия. Она не опиралась. Скорее даже склонила голову мне на грудь. Как мило...

– Милорд, этой молодой леди кое-что любопытно.

– Говори.

– Как именно вы планируете использовать эту молодую леди? Честно говоря, у этой молодой леди нет таланта к политике. Хотя эта молодая леди считает ее способность приобретать и интерпретировать знания своим врожденным талантом и может уверенно этим хвастаться.

– А. Я планирую сделать тебя своим действующим генералом. С этого момента и далее ты будешь отражать иностранных врагов как главнокомандующий моих сил.

– Эта молодая леди в роли генерала?

Голос мисс Фарнезе зазвучал чуть выше.

Наверно, это было потому, что она совершенно не ожидала такой роли.

В оригинальной истории время, когда гений Лоры Де Фарнезе в военном деле расцвел, было на 10 лет позже от этого момента. Это случилось после того, как граф Росвел умер от яда, а она боролась за власть над графским домом. До того момента Лора Де Фарнезе не знала, каков ее истинный талант

Конечно.

Я собирался разбудить того монстра внутри нее на 10 лет раньше.

– Что? Это не входило в твои ожидания?

– Очевидно. Хотя эта молодая леди прочитала много руководств по войне, таланта этой молодой леди в ведении военных действий скорее всего не существует. Война – не то место, куда стоит лезть дилетанту. Эта молодая леди считает, что это задание, которое должно оцениваться очень тщательно до того, как его кому-то давать. Этой молодой леди скорее подойдет роль наподобие хранителя библиотеки…

Я хмыкнул.

Ты говорила это только потому, что не понимала себя до конца.

На тактическом поле боя, если бы тебе пришлось встретиться с врагом с таким же количеством войск, как и у тебя, твои шансы на победу составили бы 100%. Если бы твои силы были меньше на 3/10, тогда у тебя было бы 80% шанса на победу. Если бы твои силы были меньше наполовину, тогда 60%. Ты была чрезвычайным полководцем, который одерживал победу с такими шансами, несмотря ни на что.

Даже герою, чтобы победить тебя, пришлось мобилизовать в 3 раза большую армию. Лора Де Фарнезе, ты была символом и страха, и кошмара на континенте. Одна только новость, что ты принимала участие в битве, заставляла бы множество городов поднимать белый флаг в знак капитуляции.

Девушка, любимая Богиней Войны.

Нет, Богиня Войны, ставшая девушкой.

И эта девушка, покачивая головой, стояла предо мной.

– Поверь моим прозорливым глазам. Ты будешь сверкать ярче, держа жезл на поле боя, чем когда читаешь книжки. Я сделаю так, что история запомнит твое имя.

– Мм. Эта молодая леди почему-то странно преисполнена уверенностью…

Мисс Фарнезе двусмысленно посмотрела на меня.

– Назначить 16-летнюю девушку решать военные вопросы, это неслыханное распределение личного состава. Хоть эта молодая леди верит, что это верх глупости, решение Вашей Светлости весьма твердое. Не слишком корите эту молодую леди, когда она сядет в лужу в военных делах, хорошо?

– Ты довольно цинична. Я повторю это снова. Верь в меня.

Слегка поглаживая мисс Фарнезе по голове, я вытянул свиток пергамента из своей куртки и разорвал его. Как только я сделал это, красное пламя появилось и выстрелило в небо.

Время исчезнуть.

Этика охоты на обезьян (часть 6)

Баааааах—

Пламя взорвалось как фейерверк. Стражники, которые были в ночном дозоре, наверно, видели это. Невольничий рынок медленно наполнился шумом. Охранники бегали по территории, отчаянно пытаясь найти виновника, запустившего световой сигнал.

– … Эй! Где был этот световой сигнал…

– … Черт, это со стороны Меторанума…

– … Потому что эти наклюкавшиеся ублюдки где-то просаживают свои деньги…

Мы слышали, как где-то на расстоянии люди кричали и поспешно отдавали приказания.

Через несколько мгновений перед нами выскочила группа из четырех или пяти стражников. Факелы, которые они держали, освещали местность. Стражники заметили, что Мисс Фарнезе была за пределами клетки.

– Эй! Почему рабыня снаружи без разрешения? – Один стражник скривился. Его глаза были сама внимательность. При необходимости он бы вонзил мне в голову нож.

Я мягко улыбнулся, говоря ему успокоиться.

– Я друг купца из Меторанума, который там лежит. Я проверял качестворабыни вместе с Сиром Джакомо, но он случайно порвал магический свиток во время этого процесса. Я прошу прощения, что подняли гвалт посреди ночи, джентльмены.

Солдаты посмотрели на Джакомо Петрарха, который лежал на полу. Джакомо Петрарх все так же спал, как убитый.

– Что вы имеете в виду под проверкой качества?

– Что ж, если вам нужно показать наглядно, то вот.

Я поцеловал затылок Лоры Де Фарнезе. А правой рукой я скользнул по ее телу и усмехнулся.

Стражники широко раскрыли глаза и смотрели на нас, разинув рот.

– Через несколько дней эта рабыня будет продана Графу Росвелу в Королевство Британия. Благородный Граф, в связи с этим, заказал шикарную секс-рабыню. Но, джентльмены, представьте каково было бы, если бы рабыня оказалась фригидной?

– Э-это так, но…

– Ах. Было бы ужасно. Как вы, возможно, знаете, купец Меторанума довольно молод, так что он весьма несведущ в такого рода вещах. Поэтому, как его друг, я с удовольствием согласился осуществить проверку за него.

– …

Солдаты переглянулись. Было очевидно, что они испытывали противоречивые чувства. Они хотели арестовать виновника, который поджег тот сигнальный огонь, и они волновались, что могут прервать очень важное задание.

– Вопреки всему, эта работа делается для благородного графа. Наверно, мне не стоит говорить это, но я посвящу вас в секрет. Имя Графа Росвела, для его извращенного хобби, слишком вознесено в королевстве. Если при каких-либо обстоятельствах эта рабыня не сможет удовлетворить Графа Росвела, кто знает, какое наказание падет на нас.

Использовать престиж в подобной ситуации было удобно. Граф, граф, граф, лишь произнося снова и снова это слово, я мог отпугнуть этих стражников. Если вы, парни, свяжетесь со мной, тогда аристократ будет расстроен, вы в курсе? Согласитесь ли вы на это? Я лишь вполсилы их так запугивал.

– А, ладно, ладно. Будьте осторожны со свитками, хорошо? Рынок может стать шумным.

Солдаты отступили назад. Для таких наемников как они, граф был далеко за пределами их досягаемости. Естественно, они не хотели без причины сердить такого человека.

В любом случае, вскоре они должны были прийти забрать меня…

Стражники сомневались:

– Сир. Ну, э, по крайней мере в целях безопасности мы должны остаться тут. Есть правило, что 2 солдата должны остаться как надзиратели, когда раб не находится в клетке.

– Мм? Вы можете стоять на страже за пределами помещения.

– Хехе.

Солдаты вяло засмеялись.

Их враждебность исчезла, но сейчас из ниоткуда появилась заинтересованность. Я не понимал, почему они внезапно начали себя так вести. Если мужчины старались быть милыми и заинтересованно смотрели на меня, то у меня от этого могло только скрутить живот. Им стоило уделить внимание моему здоровью.

Мужчины вложили мечи в ножны и потерли рука об руку.

– Если это возможно, в то время, как вы будете проверять качество цветка, можно ли нам посмотреть со стороны? Хехе, честно говоря, мы часто с друзьями обменивались шутками, как бы мы расправились с этой маленькой девчушкой.

– …

Ух ты.

Я поморщился от их честного комментария.

То, как эти парни неловко переминались, выражая свою просьбу, делало их похожими на собак, виляющих хвостами, от чего становилось еще неприятнее. Ну почему же мужчины всегда такие извращенцы?

– Ну, нет. Я тоже мужчина и я понимаю, что вы чувствуете, но… прошу, просто уйдите. Я не эксгибиционист.

– Боже. Сир! Не будьте такими. Даже если мы стоим как стражники на невольничьем рынке, есть много вещей, которые мы не можем делать! Когда молодая леди ходит рядом в обнаженном виде, все, что мы можем делать, это смотреть как статуи, в то время как в наших головах проносятся мысли: «Вот это женщина» или «Вот это щель». Разве такой должна быть жизнь человека? А?

– …

Мне рассказывали о затруднительном положении, которое меня никогда не беспокоило…

По правде сказать, я хотел спросить, почему я должен был волноваться об этом…

Солдаты продолжали скулить с расстроенным выражением на лицах.

– Тут нет места, где можно было бы кончить, а он всегда стоит, черт бы его побрал. Проститутки не ведут тут свои дела, потому что боятся, что их поймают и сделают рабынями. И даже если бы мы хотели пойти в Павию, чтобы сбросить стресс, у нас нет свободного времени, чтобы пойти. Сир. Нет, патрон! Мы не спрашиваем, можем ли мы принять в этом участие, мы лишь хотим тихо посмотреть со стороны!

Внезапно я стал патроном этих мужчин, которых встретил впервые.

Я почесал затылок.

В тот момент у меня всплыло нечто перед мысленным взором. Лицо Лазурит. Как только я вспомнил то время, когда Лала помешала мне убить старуху и служанку, мне стало как-то немного не по себе.

Стоит ли мне это сделать? Я проявлю немного милосердия.

– … Джентльмены, услышав ваши истории, я чувствую сожаление и сострадание к вам. Хотя я также ощущаю небольшое презрение, это все же свойственно человеку, так что все в порядке. В частности, поэтому я пощажу ваши жизни. Ладно? Давайте на этом закончим.

– Простите?

– ... Позаботьтесь о них. – махнул я рукой.

Стражники в замешательстве склонили головы, и в этот момент…

Ведьмы, которые зависли над нами наготове, быстро спустились и ударили в шеи стражников. С вскриком «Ах!» все 5 мужчин одновременно рухнули. Движения ведьм были действенными.

Ведьмы грациозно спешились со своих метел. 11 элитных ведьм, Сестры Бирбир, все как одна, совершенно синхронно преклонили колени.

– О, неприкосновенный и нерушимый представитель, который символизирует абсолютное достоинство, член ордена 72, который правит всеми демонами. Слуги Богини Селены получили Ваш призыв Великого Владыки и явили себя.

– Рад всех вас видеть. Но, Хумбаба, разве мы не знакомы последний месяц? Не слишком ли ты церемонна? – весело обратился я к главной ведьме. – Я беспокоюсь, что у вас отпадет челюсть, если вы каждый раз будете произносить эту вашу скучную речь про неприкосновенного и нерушимого чего-то там. С этого момента, обращайтесь ко мне только как к владыке и опускайте все те учтивости.

– Ахаха. Я поняла, владыка. Если таков ваш приказ.

Главная ведьма широко улыбалась.

Ее серебристые волосы были завязаны в два хвостика и слегка развевались, как пара заячьих ушек. Я не знал, по какому принципу они шевелились, но это было очаровательно. Было немного нечестно для того, кто так выглядел, быть еще и солдатом, который трижды принимал участие в масштабной войне.

– Теперь все собрались здесь, Владыка! Прошу вас, приказывайте. Пока Ваша Светлость платит достаточную сумму, мы даже обрежем свои волосы и соткем из них шелковое полотно.

Это была поговорка из мира демонов, которая означала, что они будут щедро предоставлять свои скромные услуги.

Я притянул Лору Де Фарнезе ближе к себе.

– Оберните это место в Ад.

– А? Что Ваша Светлость имели в виду под «Адом»?

– Я чувствую запах. Это запах жира, который исходит от омерзительных куч плоти. Это запах жадности и лицемерия.

Отбивая ритм, я весело говорил.

– Если они свиньи, то единственно подходящим для них было бы и вести себя как свиньи и хрюкать в хлеву, но все же почему они так дерзко вышагивают по улицам? Что вы сделаете, когда эти свиньи высокомерно стараются имитировать людей и везде суют свои носы?

– Естественно, вы должны поставить на них клеймо, что они свиньи! – энергично ответили ведьмы.

– Только люди могут владеть рабами. Кажется, эти недомерки надменно идут против морали зверей и стараются управлять рабами.

– Пожалуйста, приказывайте нам.

Ведьмы радостно закричали в один голос:

– Этой ночью, мы превратим это место в скотобойню!

– Да. Приказ, который я отдаю – бойня.

Я вытянул мешочек с монетами и бросил его.

Главная ведьма поймала кошелек, в котором находилось 100 золотых монет. Наверно, она ощутила, насколько он тяжелый. На лице ведьмы расцвела широкая улыбка.

– Забивайте этих ублюдков, не давая им возможности даже вскрикнуть. Это не убийство. Не позволяйте вашему сознанию перевесить ваше сердце, а сомнению передаться вашим рукам. Поскольку вы повелители всего созидания, с властью, данной нам Богиней, забивайте этот скот ради нашей далеко идущей цели.

– Как вы прикажете, наш владыка!

Единым рывком ведьмы вернулись на свои метлы и взлетели ввысь.

Этика охоты на обезьян (часть 7)

Массивные огненные шары взлетели в небо и обрушились по всему невольничьему рынку. Вспыхнуло пламя и поднялись столбы огня. Закричали люди. Началась резня.

Солдаты, в панике, пытались наносить ответные удары, но все было впустую. Единственным видом войск, который мог противостоять Волшебно-Воздушным Силам, были те же Волшебно-Воздушные Силы. Будь у них много лучников, все было бы по-другому, но стражники на невольничьем рынке были преимущественно пехотинцами, вооруженные мечами. Какая жалость. С помощью одних только мечей нельзя победить ведьм, летающих в небе. Просто будьте покорно забитыми, как животные.

Отряды охраны быстро пали. Порох дождем осыпался с неба, а ведьмы распределяли по нему огненную магию. Невольничий рынок мгновенно превратился в море пламени.

– Б-бегите! Выбирайтесь отсюда!!

После того, как все организованные силы сопротивления были уничтожены, все, что оставалось, это устроить охоту на индюков. Смеясь от радости, ведьмы убивали стражников и мирных жителей без разбору. Их лица выражали радость. Это не была битва. Как я сказал раньше, это была резня.

– Все кончено… – тихо промолвила Лора Де Фарнезе.

Она ловила движения ведьм в небе с интересом в глазах. Кажется, она совершенно ничего не чувствовала по отношению к мирным жителям, которых вырезали. Действительно, она была человеком с мозгами набекрень.

– Я читала в книге про искусство войны, что единственный хорошо вышколенный отряд Волшебно-Воздушных Сил мог бы победить целый полк копьеносцев. Увидев это глазами этой молодой леди, она понимает: одним лишь пехотинцам не победить Воздушные Демонические Силы.

– Это сестры Бирбир. Один из самых элитных отрядов в мире демонов.

– Сестры Бирбир? Это не имя того военного формирования, которое играло весьма активную роль в силах Владыки Демонов и вовремя 7-й, и 5-й Меркурианской войн.

О, она знала про них?

Мисс Фарнезе воскликнула, пристально смотря в небо.

– Иметь возможность своими собственными глазами наблюдать эти элитные отряды, виденные мной лишь в исторических книгах, … Это довольно вдохновляюще. Они все живые свидетели истории более 250-летней давности, достойные той традиции, которая сохранилась в них самих. Я хотела бы побеседовать с ними позже.

– Э... Если ты будешь действовать в качестве моего генерала, тогда Сестры Бирбир будут под твоим командованием.

– Что? Это правда?!

Глаза Мисс Фарнезе ярко засияли. Очень маленькая искорка вернулась в ее глаза мертвой рыбы. Мисс Фарнезе сжимала свои маленькие кулачки. Словно фанат, который волновался, потому что только что встретился со своим любимым кумиром.

– Это прекрасно. Нет, это просто прекрасно! Это возможность спросить лично, как люди жили 250 лет назад. Всевозможная информация, которую нельзя узнать из книг… Ах, это правда?!

Она что-то поняла?

Мисс Фарнезе приложила руку к подбородку и начала тихо серьезно говорить:

– … Демоны обычно живут сотни лет. Именно поэтому они не отличаются от исторических книг. Если эта молодая леди станет главнокомандующим, тогда она могла бы использовать свою власть, призывая этих демонов, когда она захочет… Если это так, то это становится возможным. Это своего рода преимущество!

Кажется, Мисс смогла найти свое личное очарование в должности генерала.

Мм, хоть это и звучало немного абсурдно, разнообразие значений, придаваемых работе, отличались у разных людей. Я не буду вмешиваться в это дело.

– Мой Господин! Эта молодая леди хотела бы знать заранее, как много власти она получит, действуя как генерал?

Мисс Фарнезе, безусловно, говорила радостным голосом.

Я выбрал именно те слова, которые она хотела услышать:

– Я доверю тебе все. Командование, судебную власть в войсках и даже власть над жизнью и смертью, я все это дарую тебе.

– Э-это просто превосходно… – она сглотнула.

Лора Де Фарнезе стерла капельку слюны с уголка рта.

В этот момент я видел ее скорее, как простую извращенку, чем как дочь из герцогской семьи.

Кажется, обычно Мисс Фарнезе придерживалась холодного и спокойного отношения, но, когда тема касалась чего-то из круга ее интересов, она просто теряла разум.

Разве она не совершенный отаку истории…? Нет, давайте назовем ее горячим поклонником истории. Учитывая достоинство и честь Мисс Фарнезе.

– Я принесу обет верности еще раз, Мой Господин! Быть действующим генералом или кем-то еще, оставьте это на эту молодую леди. Эта молодая леди сотрет всех врагов до единого на пути Вашей Светлости. Пока милорд полагается на командование и судебную власть этой молодой леди!

Мисс Фарнезе схватила мою руку. Как только она это сделала, выскочило сообщение.

[Лора Де Фарнезе была завербована как подчиненная.]

[Уровень верности появится в статусе Лоры Де Фарнезе.]

[Верность нестабильна. Другая сторона считает вас владыкой исключительно в силу договора. Другая сторона может предать вас в любое время.]

Я криво усмехнулся.

После того, как я наконец увидел окошко оповещения, я понял. Грандиозная должность не имела для нее значения. Лишь бы она могла удовлетворять свое хобби. Только так можно было заинтересовать ее.

Отлично.

Человек с таким характером не предаст неожиданно. Договор оставался в силе, пока соблюдался принцип давай-и-бери.

Прошло 10 минут с тех пор, как невольничий рынок обратился в Ад.

Подошла Лазурит с шестью нанятыми солдатами. Несмотря на то, что вокруг нее пылало море огня, ее лицо оставалось холодным. Я радостно приветствовал ее:

– О, Лала. Моя любимая. Как все прошло?

– Мы подожгли караульный пост и позаботились о 36 «жертвах», которые выбежали из основных ворот. Ни один враг не смог убежать.

– Молодец. Невелик шанс, в конце концов у нас не может быть свидетелей.

Пока ведьмы бесчинствовали, Лазурит повела наемников уничтожить караульный пост. Это можно было бы назвать небольшим маневром. В любом случае мы смогли успешно очистить невольничий рынок.

– Во время уничтожения три человека пали в битве. Вне зависимости от этого, Ваше Высочество. Прошу вас, представьте Вашей покорной слуге леди рядом с Вашим Высочеством.

– Ах, да. Это Мисс Лора Де Фарнезе, о которой я рассказывал тебе раньше. С этого момента ты будешь помогать с внутренними делами, в то время как Мисс Фарнезе будет помогать с дипломатическими. Я надеюсь, что вы двое сможете работать вместе как двуконка.

– Ваша покорная слуга понимает.

Лазурит механически склонила голову.

– Эту покорную слугу зовут Лазурит. Рожденная от суккубы Хумбабы и безымянного человека, эта покорная слуга – полукровка. Как Великий Камергер его Высочества эта покорная слуга занимает должность камергера и лорда-распорядителя. Эта покорная слуга будет под вашим присмотром.

– Мм. Эта молодая леди – Лора Де Фарнезе. Я могу быть немного со странностями, когда я вижу что-то, имеющее отношение к истории, но вы тоже иногда заботьтесь обо мне.

Мисс Фарнезе подошла к Лазурит и протянула правую руку.

У Лазурит слегка поднялись брови.

– Эта покорная слуга просит прощения, но она – полукровка-простолюдинка.

Изгою не позволялось прикасаться к другим.

Неписанное правило, которого придерживались и люди, и демоны.

Несмотря на это мисс Фарнезе наклонила голову то в одну, то в другую сторону.

–

Мм? А, все отлично. Это не имеет значения. Эта молодая леди тоже дитя любви рабыни. Я дочь, которая родилась, когда мой отец, герцог, изнасиловал мою мать, которая была рабыней. Если вы так уклонились от упоминания статуса этой молодой леди, то родословная – это не то, чем можно везде хвастаться, потому, прошу вас, не отказывайтесь.

– …

Этика охоты на обезьян (часть 8)

Все внезапно стихли от этой неожиданной новости.

Она была ребенком, рожденным от изнасилованной рабыни? Разве вы не говорили мне, что она была незаконнорожденным ребенком от обычной служанки? Пока мы смотрели на нее, пораженные.

Мисс Фарнезе тихо промолвила «ах» и заговорила:

– Ах, да. То, что только что сказала эта молодая леди – секрет. Публично эта молодая леди известна как дочь служанки, чтобы поддерживать репутацию Дома. Родная мать этой молодой леди была отравлена в тот же день, когда та родилась. С тех пор моя няня заботилась об этой молодой леди. Та особа всем известна как мать этой молодой леди.

– Эта информация не была написана в отчете... – горько произнес я.

Даже в "Атаке подземелья" этот секрет не был раскрыт. Пока мы с презрением думали, какая же сомнительная и темная аристократия, мисс Фарнезе взяла обе руки Лалы и энергично потрясла их.

– Поскольку эта молодая леди младше, прошу тебя, направляй во многом эту молодую леди. Нормально ли, с этого момента, называть тебя сестрицей Лазурью?

– ... Можешь звать эту покорную слугу как тебе угодно.

– Мм. Тогда я буду называть тебя старшей сестрицей. Сестрицей Лазурью.

Охх.

Лазурит нахмурила брови, словно она была сбита с толку.

Впервые я видел, чтобы Лалу смутил кто-то кроме меня. Забавно.

Хм? Лазурит кидала косые взгляды в моем направлении. Она ничего не сказала вслух, а скорее шевелила губами так, что только я мог понять.

«Кажется, Ваше Высочество завербовали девушку, которая прямо как Ваше Высочество.»

«Нет. Не буду этого отрицать, но я не настолько буйный, как она. Я намного смиреннее.»

Если бы вы перешли на мой с Лалой уровень, то общение одними губами было бы возможным.

«Ваша покорная слуга неправильно понимает значение слова смиренный? Или же сквозь голову Вашего Высочества пролетела стрела?»

Что.

«Ваша покорная слуга на пределе, заботясь об одном Вашем Высочестве. Но, чтобы в мире существовал другой человек, похожий на Ваше Высочество? Кошмару нет предела. С этого момента, прошу вас заботиться о Мисс Фарнезе лично, Ваше Высочество.»

«…»

Странно. У меня такое ощущение, словно ее отношение ко мне медленно ухудшается…

Разве я действительно заслужил презрение своей слуги лишь за то, что спал по 12 часов, 4 часа отводил на интимную жизнь и работал по 8 часов каждый день? Неважно, как это выглядело, это достойное расписание. Лазурит была слишком придирчива. Эта суккуба с вечно-месячным синдромом.

Что ж, сам по себе план был выполнен без сучка и задоринки. Теперь, нам следовало отправляться назад. Я успешно взял Лору Де Фарнезе под свое крыло и избавился от свидетелей. Это был счастливый конец.

– Ваше Высочество. Подождите секунду.

– Мм.

Как раз за мгновение до того, как я сел на заднее сидение ведьминой метлы.

Лазурит позвала меня и указала в определенном направлении. Любопытствуя, в чем же была проблема, я посмотрел туда, куда она указывала, и увидел Джакомо Петрарха и очаровательную кучку стражников, которые там спали.

– Все еще есть выжившие. Прошу вас, позаботьтесь о них.

– Ааа. Эти люди хорошие. Я намеренно оставил их в живых.

– ... Намеренно?

Лазурит склонила голову, у нее было такое выражение лица, словно она не понимала.

– Ваша покорная слуга просит прощения, но она не может уловить, каковы ваши намерения. Есть ли какая-то выгода, которую получит Ваше Высочество от того, что оставит выживших?

– Никакой выгоды. Я просто оставляю их в живых, потому что я так хочу.

Я улыбнулся.

– Тот спящий молодой человек – Джакомо Петрарх. Он просто добрый малый, которого закинуло в эту дикую эпоху. Такие люди должны жить. Подобно чистым листам, они оставляют надежду в этом мире.

– …

И в тот момент случилось что-то странное. Вместо того чтобы прийти к взаимопониманию, как я ожидал, сомнение на лице Лазурит только выросло.

– … Тогда что на счет других людей?

– Было слишком умилительно смотреть на этих глупцов, потому я даровал им милосердие. Они довольно везучие парни. Если бы они вели себя более неприятно, то у них бы полетели головы с плеч.

Я ухмыльнулся.

Лазурит пристально смотрела на меня.

Глаза ее были темны, словно глубины океана, нельзя было увидеть ни единой капли эмоций.

Вскоре после этого Лала кивнула.

– … Вот как. Ваша покорная слуга понимает. Мисс Хумбаба, прошу вас, заберите мисс Фарнезе и нанятых солдат к заднему входу невольничьего рынка и ждите там.

– А?

Так как распоряжение ведьмам внезапно отдала Лазурит, главная ведьма переспросила:

– Вернуться к черному входу первыми?

– Да. Его высочество и его покорная слуга должны кое-что обсудить наедине. Поскольку нельзя допустить, чтобы другие люди подслушали, прошу вас, возьмите на себя ответственность увести всех, мисс Хумбаба.

– Э, но наша обязанность – сопровождать Его Высочество.

– Не волнуйтесь. Это не займет много времени.

Главная ведьма развернулась и посмотрела на меня. Ее глаза словно говорили: «Стоит ли нам сделать так, как приказала суккуба?» Я не знал, что именно происходило, но принял сторону Лалы.

– Выполняйте приказ Великого Камергера.

Было важно установить власть своего вассала перед подчиненными. Никто бы не последовал за королем, который относится пренебрежительно к своим вассалам.

Ведьмы взмыли высоко в небо и улетели.

Единственными, кто оставался на руинах невольничьего рынка, были теперь Лазурит и я.

Я склонил голову.

– Что за проблема вдруг? Ты даже не посоветовалась со мной заранее.

– …

Лазурит не ответила.

Возможно, это было мое воображение, но ее лицо выглядело так, словно стало еще холоднее.

По мере того, как ее молчание продолжалось, тревога в моей груди росла тоже. Я почти ощущал, как паук медленно ползет по поверхности моего сердца.

Я громко позвал ее:

– Лала?

Опять молчание.

Вместо ответа Лазурит начала двигаться вперед. Это не была быстрая ходьба. Медленными, но очень выразительными шагами она приблизилась к Джакомо Петрарху и стражникам.

Дзииинь

Лазурит вытянула из ножен меч одного из стражников.

– Подожди, Лала. Что ты …

Не давая мне возможности остановить ее, Лазурит взмахнула мечом и вонзила его в шею стражника.

– Что?

Лезвие резко вошло в человеческую плоть.

На этом Лазурит не остановилась. Высвободив меч, она сразу же заколола другого стражника. От бессознательного состояния стражники мгновенно переходили в вечное забытье. К тому времени, как я едва смог уяснить себе ситуацию, которая разворачивалась передо мной, Лазурит уже совершила свое третье убийство.

– Что ты делаешь, Лазурь!?

– То, что должно быть сделано.

– Что должно быть сделано…?

Даже я, который никогда не паниковал, не мог прийти в себя так быстро в этой ситуации.

– Что это значит? Объясни так, чтобы я мог понять!

Несмотря на то, что она точно слышала мой крик, Лазурит не остановила свой меч. Острый край лезвия перерезал горло четвертого стражника. Кровь хлынула, как фонтан, и покрыла белую кожу Лалы грязными пятнами.

– Ты… Прекрати сию же секунду!

– Ваша покорная слуга просит прощения, но ваша покорная слуга не может выполнить приказание.

– Лазурит, я предупреждаю тебя. Если ты тронешь хоть единый волос, если ты еще раз проигнорируешь мой приказ, я клянусь Зевсом! Я лично сдеру твою плоть!

Шшшух

Последовало убийство последнего стражника.

Лазурит тихо развернулась и посмотрела на меня.

Пропитанная вонью крови тишина тяжело легла вокруг нас.

Я не знал, что сказать, мои губы дрожали. Я совершенно не мог понять поведение другого человека.

… План был завершен без сучка и задоринки. Мы достигли удовлетворительного успеха. После того, как инцидент здесь на невольничьем рынке был замят и приписан другой организации, мы собирались незаметно уехать. После пересечения материка и возвращения в мой замок Владыки Демонов, именно тогда должна была начаться настоящая подготовка к сражению. И все, что последовало за этим, должно было пройти красиво.

Но почему.

– ... Почему ты нарушаешь мои приказы? Операция закончилась. Все идет гладко, как и планировали. Чем ты недовольна? Зачем ты совершаешь эту бессмысленную резню?

Мой голос дрожал, от чувства предательства.

Причина, по которой я помиловал этих стражников, которых изначально планировал убить, была исключительно в том, что я заботился о Лазурит. Она не любила бессмысленные убийства. Поэтому я пошел против своих предпочтений, помиловав их.

И все же, почему?

Лазурит произнесла:

– Ваше Высочество. Прошу вас, перестаньте валять дурака.

– Что ты сказала?

– Бессмысленная резня? Прошу вас, объясните вашей покорной слуге, действительно ли какая-то из этих смертей бессмысленна. – Лазурит обвела вокруг себя рукой.

Все вокруг было сожжено. Единственное, что осталось стоять, это металлические рамы клеток. Под ними были трупы и кучи плоти, пылающие как в аду.

– Ваше Высочество приказало перерезать всех стражников, мирных жителей и даже рабов без разбора. Причина ясна. Чтобы не оставлять здесь след Вашего Высочества.

Лазурит пристально смотрела на меня.

– Исключительно по этой причине, этой ночью погибли 150 человек и 50 демонов. Зайти так далеко и теперь желать помиловать 6 человек? Как бы ни старалась, Ваша покорная слуга не способна понять это. Потому, прошу вас, Ваше Высочество, объясните это вашей глупой слуге.

– …

– Тут есть бессмысленные смерти?

Тихий вопрос.

И в то же время бесконечно холодное замечание.

– Владыка Данталиан, которому я поклялась в верности, – хладнокровный и безжалостный человек. Если бы была хоть малейшая возможность того, что его предадут, Его Высочество весьма обстоятельны, чтобы даже малейшую угрозу не воспринимать легкомысленно. Куда этот человек делся? Куда пропал господин вашей покорной слуги?

– Нет. Это не то. Я был…

– Ваше Высочество ослепли? После вспышки Черной Смерти, ваше становление как одного из самых богатых Владык Демонов на континенте успокоило разум Вашего Высочества? Ваше Высочество. Милосердие и благородство – привилегия только для сильных. Слабые не имеют права проявлять милосердие. Ваше Высочество Данталиан уже стал могущественным?

Лазурит говорила во всех отношениях решительно.

Без эмоций в глазах.

Она пристально смотрела прямо на меня

Почему-то этот взгляд холодил мое сердце.

– Лала…

– Ваша покорная слуга перечислит всех сильных людей, которых знает: 1-й ранг, Владыка Демонов Баал достаточно могущественный, чтобы в одиночку начать масштабную войну. 2-й ранг, Владыка Демонов Агарес достаточно могущественный, чтобы в одиночку уничтожить целую армию. 5-й ранг, Владыка Демонов Марбас контролирует политический мир; 8-й ранг, у Владыки Демонов Барбатос есть бессмертные воины, верные ей; и 9-й ранг, Владыка Демонов Пеймон получает поддержку от каждого жителя в мире демонов. Ваша покорная слуга спрашивает. Что есть у Вашего Высочества Данталиана?

У меня есть золото.

Ничего кроме золота.

– Ваше Высочество обещали вашей покорной слуге, что она сможет получать удовольствие по полной от величайшей власти. Хорошо. Ваша покорная слуга даст Вашему Высочеству ясно понять. Уровень власти, на котором на данный момент находитесь Ваше Высочество, все еще на самом дне. Владыка Данталиан. Ваше Высочество уже довольны, что Ваше Высочество стали могущественной особой?

Я не мог ответить.

– ...

Лазурит развернулась спиной и подняла меч еще раз.

После убийства пяти стражников единственным человеком, который остался, был Джакомо Петрарх.

Молодой человек с дурацки чистой душой.

Я заставил губы шевелиться.

– ... Лазурит. Я не этого хотел. Я просто подумал, что хорошо было бы иногда проявлять благородство. Разве не этого ты хотела от меня?

Лазурит остановилась.

Она повернула голову, чтобы посмотреть на меня.

В надежде покончить с этим недоразумением, я заговорил:

– Это правда. Разве ты не остановила меня, когда я пытался убить твою мать и наказать ту служанку? Потому я рассудил, что это не вызовет твою неприязнь.

– Неверно. – Лазурит покачала головой. – Совершенно неверно, Владыка Данталиан.

Кажется, Ваше Высочество до сих пор не знает, что за человек ваша покорная слуга. Ваша покорная слуга разочарована.

– Лала…?

– Если Ваше Высочество думаете, что Ваша покорная слуга похожа на девушку среднего класса, тогда Ваше Высочество сильно ошибаются. Ваша покорная слуга ясно покажет Вашему Величеству, что за человек ваша покорная слуга.

Лазурит подняла меч высоко в воздух.

А потом.

[Расположение Лазурит опустилось на 1.]

Она опустила клинок.

Меч вонзился как раз посередине шеи Джакомо Петрарха. Лазурит опять подняла клинок вверх. Раз. Два. Лезвие кромсало без остановки. И хотя человек умер мгновенно, Лазурит не останавливалась. Хлынула кровь, окропив ее тело.

– ... Остановись.

[Расположение Лазурит опустилось на 1.]

– Прекрати, Лазурит.

[Расположение Лазурит опустилось на 1.]

– Разве кровь не попадает на твое лицо. Теперь ты можешь остановиться…

[Расположение Лазурит опустилось на 1.]

Словно собака, которая гоняется за своей тенью.

Она продолжала кромсать труп.

Каждый раз, когда она так делала, у меня было ощущение, словно отрывали кусочек моего разума.

♦

Интересно, сколько прошло времени.

Лазурит остановилась.

Звуковой сигнал, который звучал, как безумный еще мгновение назад, теперь не был слышен.

Имя: Лазурит.

Выносливость: Е

Сила: D

Защита: F

Расположение: 0

Это случилось потому, что расположение Лазурит упало до 0.

Поскольку оно достигло точки, из которой падать ниже оно уже не могло, все затихло.

Она нагнулась и что-то подняла.

Это была голова Джакомо Петрарха.

– Пожалуйста, посмотрите, Ваше Высочество, – заговорила Лазурит.

– Запомните выражение на лице этого мужчины. Запомните белки его глаз и его глупо открытый рот. Посмотрите, как неприглядно и легко он умер от рук Вашей покорной слуги. Если Ваше Высочество когда-нибудь забудете, что Ваше Высочество все еще слабы, тогда кто-то другой заставит Ваше Высочество сделать это. А этим другим может оказаться Пеймон или Барбатос. В тот момент лицо Вашего Высочества не будет отличаться от лица этого мужчины.

Яркое пламя отразилось на Лазурит. Оно осветило ее тело и бросило большую черную тень на ее вторую половину.

Она была в центре. Стояла посередине, разделенная светом и тенью пополам.

Лазурит стояла точно посередине. Делая это, она требовала того же и от меня.

– Прошу вас, запечатлите этот момент в голове Вашего Высочества.

Претерпевая длительный момент молчания, я едва мог выдавить из себя слово.

– Лазурит.

– Да, Ваше Высочество. Прошу вас, говорите.

– Ты дьявольская женщина.

Так, словно это было очевидно, Лазурит кивнула.

Багряная капля крови скатилась с ее щеки и упала.

– А кем, до этого момента, Ваше Высочество считали Вашу покорную слугу?

Этика охоты на обезьян (часть 9)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

20.09.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

Воск стекал вниз по свече.

Ночь. Небо за окном уже потемнело.

Я говорил, смотря на медленно горящую свечу.

– Интересно, что же я сделал не так.

– ...

– Пока мы добирались по воздуху из Павии до Империи Габсбургов, на протяжении всего пути к моему замку в Черной Горе мы с Лазурит не обменялись ни словом. В моей голове творилась неразбериха.

Я поднял голову.

Барбатос сидела на диване сбоку от меня. Ее брови сошлись вместе в форме 八, а ее губы были сжаты так, словно она собиралась что-то сказать, однако Барбатос не могла промолвить ни слова. Слушая мою историю, она забыла даже об алкоголе и лишь изумленно смотрела на мое лицо.

Не способная подобрать слова.

В буквальном смысле.

– Я точно для себя решил. Что, если Лазурит переступит черту еще раз, я покажу ей ее место. Но как только это действительно случилось... ярость или что там еще, все эмоции исчезли и осталось лишь замешательство.

На что Лазурит как раз и надеялась.

– Все потому, что я не мог понять. Лазурит остановила меня, когда я пытался убить старуху. Она остановила меня снова, когда я пытался убить ту служанку. Это ли не странно? Разве нет? Барбатос, это ненормально.

Уголки моего рта поднялись. Я хотел улыбнуться, но вместо этого мой рот передернулся. Для Барбатос, наверно, я выглядел совсем уж неблаговидно. Словно в доказательство того, что мои эмоции ускользали из-под моего контроля, я махнул на это рукой.

... В данный момент так было намного лучше вот так.

– Если она хотела, чтобы я был безжалостным негодяем. Если посыл Лазурит был направлен на то, чтобы я стал безжалостным негодяем... Тогда она бы предоставила меня самому себе. Когда я пытался убить ту старую каргу и когда я собирался убить ту служанку. В те моменты, было бы правильно дать мне сделать то, что я хотел. Тогда бы ее действия имели смысл, верно?

– ... Верно.

– Так почему же она требовала от меня в одни моменты проявлять милосердие, а в другие – становиться жестоким? Чего она от меня хотела? Меня начинает это угнетать, когда бы я об этом ни думал...

Я прикрыл глаза руками.

– Барбатос, поверь мне. Я собирался рассмотреть все, что бы Лазурит не потребовала от меня. Если бы Лазурит попросила меня стать милосердным и благородным повелителем, я бы серьезно согласился. Если бы она попросила стать жестоким тираном, я бы с радостью принял и это. Я был готов. Я был готов пойти по этой дороге с ней. Правда.

– ...

– Однако я не могу быть и тем, и другим. Это невозможно. Идти по двум разным дорогам одновременно просто невозможно. Тогда, какие варианты у меня оставались? Гм? Действовать по прихоти Лазурит, только это?

– ...

– Это тоже невозможно. Это самый абсурдный поступок, который я мог совершить. Даже у меня есть черта. Убивать и миловать людей, по указке Лазурит... Я не могу стать для нее такой марионеткой. Никогда.

Для меня это значило смерть.

Несомненно, мои с Лалой отношения рушились.

Даже после возвращения в мой замок мы ни разу не разговаривали. Наша совместная жизнь в спальне, естественно, тоже исчезла. Готовя двухтысячную армию для вторжения, мы составляли планы и отдавали распоряжения, но на этом все.

Слова, которыми мы обменивались, были минимальны.

Разговоры на технические темы и о делах.

За исключением этого мы не обменялись ни словом.

Время отчаянно проходило.

Барбатос заговорила:

– ... Давай немного отдохнем, Данталиан.

От презрительной улыбки и пренебрежения, которые были изначально, у нее не осталось и следа.

Теперь на ее лице остались лишь легкая печаль и чистое сомнение.

Ее печаль была легкой, потому что она изо всех сил старалась не показывать, что симпатизирует мне, а сомнение ее было чистым, потому что она воздерживалась от каких-либо поспешных советов. Судя по одному только этому выражению, я мог бы сказать, что Барбатос хорошая женщина.

– Отдохнем?

– Ты идиот. Уже ночь. Ты проговорил несколько часов. Твой голос надтреснут, а лицо жалкое, как у трупа.

Я безучастно вытянул ручное зеркальце и посмотрел в него.

Как сказала Барбатос, мое лицо было измождено, как у зомби.

Кажется, я слишком углубился в свою роль.

– Да... Предполагаю, нам стоит немного отдохнуть.

– У тебя нет ничего выпить?

Барбатос потрясла бокалом в правой руке. Ее чаша была пуста. Она скалилась как злонравный ребенок.

– Теперь, когда я думаю об этом, разве это не забавно? Эй, Данталиан. Я тут вежливо слушала про твои любовные дела, а ты не можешь даже подать мне пристойную выпивку? Для паршивца, который сделал дерьмовую кучу денег на продаже черных трав, что ты на это скажешь? Если ты будешь так продолжать, то оттолкнешь от себя людей.

– Хаха.

Наверно, она беззаботно ворчала, чтобы поднять настроение.

Я чувствовал проявление внимания со стороны своей собеседницы.

Барбатос действительно хорошая женщина.

В этой скучной жизни внимание было как соль. Какой бы пресной ни была жизнь, если добавить немного соли, то она становилась хоть немного аппетитной. Барбатос знала, как правильно ее использовать.

– Конечно, я знал, что ты так скажешь.

– Гмм. И что ты имеешь под этим в виду?

– Подожди минутку. Я принесу то, что тебе точно понравится.

Я подошел к углу гостиной и вытянул из шкафчика бутылку. Это была винная бутылка. После того, как я показал бутылку Барбатос со словом «Тадам!», ее лицо сразу же застыло.

– Н-не говори мне. Это ведь не то, что я думаю, правда?

Не в пример тому, как она обычно себя ведет, голос Барбатос дрожал.

Я осклабился.

– Самая известная местность в мире демонов, где делают шикарное вино, Пекла Огненного Источника. Среди краев той местности бутылку наивысшего качества раз в году создают в Графстве территории Лава. Вино среди вин. Сделанное в 1101 год Баллелениума, это вино, разлитое в память 2-й Виетской войны. Уникальный продукт, выдержанный 400 лет.

– Это смешно! – крикнула Барбатос.

– Вино высокого качества, к которому даже старик Баал едва может приложить руки! Я постарался.

Честно говоря, я воспользовался стараниями Ивар Лодбрук.

Это яркий пример того, что наличие человека с многочисленными личными связями, который находится под твоим влиянием, делало жизнь удобной.

– О Боги, это безумие! Оно уникальное? Оно же не уникальное, ведь так?!

В этот момент Барбатос уже встала с дивана.

Любовь Владыки Демонов Барбатос к вину была хорошо известна.

Она считала себя величайшей пьяницей, а другие Владыки демонов считали ее самой сильной непробудной пьяницей среди них. Для нее это вино было словно Святой Грааль.

Отбросив манеры и достоинство, она побежала ко мне.

– Дай это мне!

– Конечно. Лови.

Я подбросил бутылку высоко в воздух. Легко, словно я играл с мячом.

– Ийййяааа!?

– Постарайся ее поймать.

– Ах ты, больной ублюдок!..

Барбатос мгновенно использовала магию, чтобы схватить бутылку, которая была высоко в воздухе. Насколько я мог понять, одновременно были задействованы 3 слоя черной магии.

Сначала Барбатос встала на пол и подпрыгнула более чем на 3 метра в воздух. В пустом пространстве возле бутылки появилась черная дымка и обернула ее собой. Благодаря этому падение бутылки замедлилось. Вслед за этим невидимая рука взяла вино.

Если бы другие волшебники стали свидетелями этой сцены, то, скорее всего, они не смогли бы удержаться от потрясения. Первая причина –были задействованы одновременно 3 слоя магии. Вторая причина – эти 3 слоя магии успешно активировались без каких-либо чар или заклинаний. И последняя причина – эта прекрасная магическая техника была использована лишь для того, чтобы взять бутылку вина.

Конечно, было очевидно, что Барбатос не волнует мнение других волшебников о ней. Она была полностью сконцентрирована на «Баллелениуме 1101 года». В этот момент, были использованы волшебные способности, которые она тренировала и тренировала на протяжении 500 лет своей жизни, ради стеклянной бутылки всего десяти сантиметров в диаметре. Мне кажется, что даже Боги были тронуты ее сосредоточенностью.

Наконец бутылка попала ей в руки, и она безопасно приземлилась на пол.

Этика охоты на обезьян (часть 10, заключительная)

– Ааааахххх!

Барбатос подняла бутылку вина в воздух обеими руками. Как баскетболист, которому в решительный момент повезло получить мяч рикошетом.

В это мгновение, несомненно, она была главной властительницей.

– Черт, ты видел это?! Вот оно – величие чертовой Барбатос 8-го ранга!..

– Мм.

Я неосознанно начал ей хлопать:

– Не совсем уверен, но, кажется, тут имела место чудесная акробатика.

– Данталиан, сукин ты сын!

Барбатос свирепо смотрела на меня.

– Такой скотина, как ты, не имеет права получить даже каплю этого лакомства! Как смеешь ты кидать этот Баллелениум словно детскую игрушку! Аааа?

Чудесно. Для особы, которая едва выглядела на 13 лет, от ее взгляда исходила ужасающая аура. Если бы она, словно сокровище, не держала отчаянно в руках ту бутылку вина, я мог бы действительно испугаться. Ага, правда.

– С ума сойти! Я и правда не могу поверить. Вино, которое выдерживали 400 лет! Используя самую особенную магию в мире, магическое заклинание специально для сохранения вина, винодел накладывал это заклинание заново каждые полмесяца. Это вино хранилось несколькими поколениями только для того, чтобы оно стало готовым продуктом, которым сейчас и является! И чтобы ты так кидал это вино, которое даже не продают на рынках, а лишь дарят особам, которых эрцгерцог Огненного Источника избирает как наиболее благородных и прекрасных! Кидать его как какой-то сукин сын! Ты, паршивец, недостоин, как и грязь на когте ворона!

Я кивнул.

– Я лишь больше уверился, насколько ты лютая пьянчуга.

– Я не пьянчуга. Я просто люблю выпить, ты, слабоумный болван!

Скаля зубы, Барбатос смотрела на стекло бутылки. Черная магическая энергия струилась из ее рук. Наверно, с помощью магии, она проверяла, настоящее вино или нет.

– !?

Барбатос ахнула.

Ее выражение стало таким же тонким как на лице <Крика> Эдварда Мунка.

– Т-ты… Если эта вещь ненастоящая, тогда я и правда не оставлю тебя в покое из-за совершенного тобой преступления обмана…

– Я позволю сделать тебе первый глоток.

–!..

Барбатос икнула.

– Но самый первый глоток… он с-самый вкусный, ты ведь знаешь?

– Потому я позволяю сделать его тебе.

Я широко улыбнулся ей.

Сейчас для нее я был просто ангелом.

Наверно, я появился в сиянии, как святой, который получил слово Богов.

– Разве мы не друзья, Барбатос?

– Данталиан…

Барбатос смотрела растроганными глазами.

– Может, ты и сукин сын, но ты правда хороший сукин сын.

– ... Хоть я в большом затруднении, принимать это как комплимент или нет, но вежливости ради, я посчитаю это комплиментом.

– Н-не время для этого. Бокал для вина. Где я оставила свой бокал для вина!?

Барбатос лихорадочно водила рукой вокруг себя. В мгновение ока, вращающийся на ковре бокал оказался у нее в руке. Барбатос сглотнула.

– Х-хорошо, Баллелениум 1101-го. Покажи мне аромат своей чувственной кожи.

– Хотя я думаю, что чувственность не в вине, а в твоей голове…

– Заткнись.

Барбатос начала бубнить заклинание. Могу гарантировать, что из всех магических заклинаний, свидетелем которых я был до сего момента, это было самое вдохновляющее из всех. А причина крылась в том, что заклинание было на самом деле совершенно бесполезное. Эту волошбу, заклинание на удаление пробки, Барбатос бубнила исключительно чтобы вытянуть пробку. По мере того, как она бормотала этот заговор, пробка медленно продвигалась вверх, пока с хлопком не выстрелила.

Барбатос довела открытие бутылки до конца носом и вдохнула.

– …

Ах. Это было лицо человека, который утратил разум.

Словно ее сознание воспарило в небо на высоту 500 метров.

Несмотря на то, что Барбатос даже не начала пробовать алкогольный напиток, ее лицо уже окутало блаженство.

– Т-так, значит, Рай существует.

– Как человек, который подарил тебе это, я вполне счастлив, что тебе доставляет такое удовольствие сам аромат. Давай же выпей его.

– Выпить? Это…?

Барбатос задрожала с бутылкой вина и бокалом в руках.

– Данталиан, тебе неведома ценность этого предмета. Как ты можешь пить сокровище? Ты не пьешь сокровища. Полагается…

– Я думал, ты любишь алкоголь. Вот величайший алкогольный напиток. И ты не собираешься его выпить?

– Ааахххх…!

Лицо Барбатос перекосило от отчаяния.

– Ну что за напасть? Поскольку я люблю алкоголь больше, чем кто-либо другой, я желаю Баллелениум. Но поскольку я люблю алкоголь больше, чем кто-либо другой, и даже больше, я не могу выпить Баллелениум! Парадокс! Агония! Как мне с этим жить!?..

Еще немного и она бы познала смысл вселенной.

Харизма ее высочества Барбатос рассыпалась из-за единственной бутылки вина.

– Дай сюда. Тогда, я налью себе.

– Л-ладно.

Барбатос послушно передала мне стеклянную бутылку.

Следуя этикету распития алкоголя, я чинно налил вино одной рукой. С нервным выражением на лице Барбатос следила, как наполняется бокал алой жидкостью. Я серьезно думал, что она бы меня казнила, пролей я хоть каплю.

– Твое здоровье.

– Т-твое здоровье.

Дзынь.

Чистый звук срезонировал, когда наши бокалы цокнулись. В то время как я расслабленно наслаждался вином, Барбатос беспокойно смотрела на меня.

– Х-хорошее?

– Ну, конечно, хорошее.

– И каково на вкус, а? Опиши как можно детальнее.

– ... Не знаю, почему ты просишь меня об этом, если можешь просто выпить сама.

– Потому что это было бы расточительством...

Я взял обратно свое предыдущее суждение.

Барбатос была безнадежной женщиной.

– Хуу-хаа. Хуу-хаа.

Барбатос начала глубоко дышать. Она даже забормотала себе под нос, что «это всего лишь красное вино, не более». Интересно, имело ли ее бормотание эффект, потому что ее выражение лица стало более расслабленным. Если бы я сказал что-то с моей личной точки зрения, я честно думал, что она была сумасшедшая.

Наконец Барбатос поднесла свой бокал к губам и отхлебнула вино. Ее глаза долго оставались закрытыми. Потом ее плечи начали подрагивать и внезапно она разразилась слезами.

– Оооххх... Хорошо, что я осталась жива. Трудные были времена. Трудно было прожить эти 500 лет, но, ох, это правда хорошо, что я прожила так долго.

– ... Конечно.

Эта ситуация даже меня не могла не поразить.

Барбатос прихлебывала вино, заливаясь горячими слезами. Удивительно было то, что пока она пила, процесс принятия аромата вина через ее нос, процесс смакования вина на ее языке и т.д. продолжался, она самозабвенно следила за тем, чтобы в полной мере выполнить все дегустационные процедуры. И хоть она была безумна, она была рационально безумна.

– Дай сюда.

Барбатос мгновенно осушила свой бокал и силой забрала у меня бутылку. Не в состоянии опираться, я передал ей бутылку.

– Бульк. Бульк-бульк.

Плача.

– Оххх.

Налила еще стакан.

– Хорошее. Такое хорошее, черт.

И снова в слезы.

Передо мной разворачивалась довольно откровенная сцена.

На вид 12-летняя девушка горланила, наливая и хлебая алкогольный напиток. Мягко говоря, это было сюрреалистично. Грубо говоря, она выглядела как псих.

Я заговорил:

– Почему ты ведешь себя для других так неаппетитно, когда пьешь и материшься. Я думал, ты сказала, что оно хорошее.

– Хииии. Насколько оно же восхитительно, и каждый раз, когда пьешь его, то количество, что ты выпиваешь, исчезает также и из общего количества. Вот это настоящая, истинная жопа. Более того, люди говорят, что нельзя обсуждать это чувство с теми, кто пил Баллелениум, не заливаясь слезами.

Выражение, которое вызывало серьезные сомнения в происхождении…

В любом случае мы успешно поменялись настроениями.

Изначально, в силу того, как устроен Владыка Демонов, можно было пить, сколько хочешь, и не напиваться. Происходило это благодаря мане, циркулирующей в наших телах, которая автоматически очищала опьянение. Однако, согласно Барбатос, когда «получаешь» Баллелениум, не опьянеть им – это великое хамство. Барбатос намеренно прекратила циркуляцию манны в своем теле и позволила себе захмелеть.

Алкоголики довольно жуткие.

– И что? Что же случилось дальше?

Барбатос говорила, а лицо ее слегка покраснело. Кажется, она уже дошла до кондиции.

– Вот послушала я твою историю, это ведь не был момент, когда вы порвали, так? Тогда это значит, что есть еще один решающий момент. Спокойно выкладывай все, парень. Раз я смогла насладиться вкусом Баллелениума, я буду нести за тебя ответственность до конца.

– Премного благодарен. – горько усмехнулся я.

– Сперва, поднимем бокалы?

– О, да. Твое здоровье!

Тосты продолжались, а ночь становилась все глубже. В окно гостиной ухнула сова. Мне стало легче шевелить губами, чем раньше, а Барбатос вклинивалась в разговор с большим энтузиазмом.

– Сначала армия вторглась в мой замок.

– Хоу, так сообщение было правдивым.

– Эх. Хотя численность была немного меньше, чем было написано...

С «дзынь».

На первом этаже резиденции губернатора глухо пробили старинные часы, оповещая всех, что уже полночь.

Имя: Лора Де Фарнезе Раса: человек Профессия: Рабыня (А+) Репутация: Первоочередная испытуемая Лидерство: S Мощь: D  Интеллект: А Политика: F Очарование: S+ Техника: А Титул: 1. Незаконнорожденный ребенок 2. Гений 3. Психопат Способности: Библиография S, Музыкант А-, Композитор В Умения: Быстрый Рост (А+)

[Достижения: 1]

Бесчеловечный Гимн (часть 1)

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

15.09.1505 по Императорскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Ваша Светлость, по-видимому, у противника впереди нет аванпостов.

– Мм. В точности с тем, что сообщили наши шпионы. Похоже, что в этом Владыке Демонов по имени Данталиан нет ничего особенного.

Я кивнул, прослушав отчет своего подчиненного.

На данный момент мои войска, войска маркграфа Розенберга медленно маршировали. Пунктом назначения была твердыня Владыки Демонов Данталиана. Наше продвижение проходило гладко. Боевой дух у всех был на высоте и шагалось легко.

Отправка войск произошла неожиданно, но все были послушны. Я был искренне благодарен. Армия численностью 1500 солдат послушно следовала приказаниям начальника, не выражая недовольства. Для человека высокого положения ничего не приносило большего удовлетворения.

– Ваша Светлость. Вы думаете, это правда? По слухам, в замке Владыки Демонов Данталиана хранятся бесконечные запасы черной травы…?

– Неважно, правда это или нет. Важно то, что эти слухи широко расползлись по нашей земле.

Решающей причиной нашей отправки стала Черная Смерть.

Эта ужасающая чума мгновенно воцарилась подобно кошмару, правя всеми людьми края. Друзья и родственники, у которых еще вчера все было отлично, после единственной ночи оказывались холодными трупами. Просто жуть.

К сожалению, люди моего края ничем не отличались. Всего за один месяц этой вспышки умерло 2000 моих жителей.

Все дрожали от страха чумы независимо от социального статуса. Согласно отчету сборщика налогов, все население маленького горного селения погибло. Изначально он ехал туда собирать подати, а закончилось тем, что вместо этого, он хоронил трупы. Тревожная история…

– Незащищенность и страх на пике среди моих подданных. Если мы будем топтаться на месте и ничего не предпринимать, тогда среди людей начнутся волнении. А если это произойдет, тогда есть шанс, что вследствие этого может случиться мятеж.

– Мятеж… – Лицо моего адъютанта стало напряженным.

Наверно, он удивился, что я, лорд, упомянул возможность восстания. Мой адъютант был сведущ, но смелости ему немного не хватало. Расслабится ли он если я ему улыбнусь?

– По мере того, как развиваются события, это всего лишь гипотеза. Подумайте сами, что бы делали мои подданные, если бы их лорд ничего не делал, в то время как их друзья и коллеги умирают? Моим подданным было бы трудно это стерпеть.

– Но это нелогично... Разве Черная Смерть – это не небесное наказание от богов? Ваша Светлость не в силах с этим справиться.

– Будь это небесное наказание или что-то еще, обязанность лорда – заботиться о своих подданных. Если лорд бежит от такой ситуации, то единственное, что его или ее ждет, это руины.

– Ваша Светлость. –адъютант смотрел на меня полным восхищения взглядом.

Перестань смотреть на меня такими глазами. Разве я не сказал нечто очевидное? Довольно обременительно, что молодежь в наши дни так легко чем-то поразить.

Или, может, это я стал таким старым, что не могу справиться с их чувствительностью? Это подавляет. Единственное, что будет преумножаться с возрастом, это морщины и жир на ляжках. Было бы здорово быстро отправиться на поле боя и погибнуть там с честью…

Если бы я выразил недовольство, то на счет того, что войны, которая ощущалась бы как настоящая война, в последние несколько лет нет. Массивная война была еще менее вероятна из-за вспышки Черной Смерти.

А значит, у меня был существенный шанс умереть не на сырой земле поля битвы, а на вершине удобной постели. Другими словами, позорная смерть для воина. Я не имел бы чести встретиться с моими предками в загробной жизни...

– По меньшей мере, жители должны понимать, что знать не бездельничает. Есть черная трава в замке владыки демонов или нет, это проблема второстепенная. Важно показать им, что мы прикладываем величайшие усилия, чтобы сделать хоть что-то.

– Я понимаю. Это и есть политика, да…

– Мм.

Я кивнул.

– Вот за что мы должны быть благодарны, так это что главный герой слухов – Данталиан. Просто облегчение, что это Владыка Демонов 71-го ранга.

– Облегчение?

Это так.

Предположим, что распространились слухи, что монополию на черные травы держит 8-го ранга Барбатос. Было бы чрезвычайно трудно моими силами маркграфа в одиночку напасть на Барбатос. Использовать слухи в политическом плане было бы невозможно.

С другой стороны, Данталиан 71-го ранга – новичок.

Его личность была на том уровне, когда о ней часто забываешь.

– Мы можем свернуть Данталиану шею, когда пожелаем. Честно говоря, даже называть его Владыкой Демонов расточительство. Он всего лишь мелкая рыбешка. Не больше и не меньше.

Согласно информации, которую мы собрали, у Данталиана нет надлежащей базы, и он живет в пещере. У него даже нет ни одного аванпоста в качестве опорного пункта. Будет уместно публично заявить: подчинить Владыку Демонов Данталиана было так же легко, как сломать кисть ребенку.

Так что все складывалось благоприятно.

Таким образом мы можем отправить наши войска по назначению, потому что наша цель – Данталиан. Если бы это была Барбатос, тогда мы не могли бы сдвинуться ни на дюйм. Нам пришлось бы сесть и терпеливо ждать, пока мои подданные не начнут смуту. Удачно получилось, что источник слухов – Данталиан…

Мой адъютант был в восхищении.

– Выслушав слова Вашей Светлости. Я понимаю, что Богиня Фортуна действительно смотрит на Вашу Светлость.

– Мм? Правда?

– Да. Разве другие владения не находятся так далеко, что нам трудно было бы отправить туда войска, даже если бы мы этого хотели? Но земли Вашей Светлости сравнительно близко к замку Владыки Демонов Данталиана. Неважно, насколько велика империя, только Вашей Светлости выпал этот шанс!

– Это удача! Полагаться на такую удачу можно лишь несколько раз в жизни.

Но я вижу. Мой адъютант прав. Стоит ли мне позволить себе радоваться, что Богиня даровала мне этот шанс?

Издав из глубины груди голос, я приказал:

– Солдаты, выдвигаемся! Уже через несколько дней мы достигнем твердыни Данталиана. Там мы добудем себе трофеи!

– Да, Ваша Светлость!

Командующие офицеры разошлись и подстегнули остальных солдат.

– Быстрее. Перерыв закончен. Поднимайте свои грязные задницы!

Войска начали энергично двигаться. Все солдаты были легко экипированы. Мы мобилизовали легко экипированные войска с целью закончить это сражение как можно скорее. Также, было бы трудно доставлять провиант, если бы мы этого не сделали, так что тактика была очевидна.

Я посмотрел в небо и тихо произнес:

– Хорошая погода.

Солнце спряталось за тучи. Дул освежающий ветер. Подходящая погода для марша. Скорее всего мы начнем сражение через два дня. Быстро сметем замок Данталиана и освободим мою землю.

Бесчеловечный Гимн (часть 2)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

15.09.1505 год по Имперскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

Ведьмы доложили, что приближалась неизвестная армия.

Военная сила в количестве примерно 1000 солдат. Армия, которая состояла исключительно из людей и никаких демонов. Согласно предположениям ведьм, судя по скорости их передвижения, они скоро прибудут.

– Не поздновато ли мы о них узнали?.. – пробубнил я подавленно.

Мы поздно их обнаружили. Причина была проста. Это случилось, потому что мы понятия не имели, с какой стороны будут наступать захватчики. В записке говорилось, что захватчики появятся примерно в это время, однако, там не говорилось, кто именно эти захватчики и откуда они собираются атаковать.

В результате – такая вот неприятная ситуация. Мы позволили силам врага подойти прямо к нам под нос. Я чувствовал, словно стал слеп, как летучая мышь. К счастью, у нас хотя бы были ведьмы, которые проводили разведку с неба, но, если бы их не было, как же поздно тогда мы узнали про них?..

Игра и реальность различались. В войне в реальной жизни не было ничего, подобного окошку карты, в котором легко можно было увидеть: «силы врага приближаются с этой стороны». Подавляюще. В итоге мне пришлось выполнять это трудоемкое задание поиска атакующих самому. Это была наихудшая из возможных ситуаций для человека, не покидающего дом. Разве не было волшебного заклинания, которое смело бы силы оппозиции единственным ударом, как в игре? Разве и правда ничего не было? Понятно.

Мне хотелось покончить с собой…

С того дня, как я поссорился с Лазурит, я постоянно пребывал в мрачном настроении. Все в мире было утомительно.

Почему я все еще проживал свою жизнь? Как человек, который с 6 лет осознавал, что его жизнь полное дерьмо, почему я все еще жил. Я мазохист?

... Да, я знал, что это правда. Из-за моего расстройства личности, пока я мог достигать своей цели, мне нравилось даже убивать детей и престарелых людей. Я не чувствовал ни капли угрызений совести от этого. Само превращение чьей-то жизни в куклу и управление ею как марионеткой по моему желанию приносило мне радость в жизни, а растаптывать надменных глупцов, а потом толкать их в канаву было результатом моей жизни. Что же мне было делать? Я уже родился таким.

Так или иначе, однажды я пытался избежать своей судьбы. После смерти моего отца я отказался от наследства и спрятался. Но почему-то я вернулся в мир, который жил по закону джунглей. Моя жизнь снова обрела эти очертания и снова к этому вернулась…

– Хааа... – вздох получился сам самой.

Трудно уже было проживать жизнь должным образом, но трудно ли было проживать ее безумно? Это действительно была моя судьба. Она точно подходила для жизни, которая была полной чепухой. Всем положено есть лишь дерьмо.

Заговорила Лора Де Фарнезе:

– Господин, у вас что-то не то с лицом. Вы в порядке?

У нас с ней как раз проходила стратегическая встреча. Наверно, она была обеспокоена, потому что я внезапно вздохнул посреди нашей встречи. Я посмотрел на мисс Фарнезе впалыми глазами.

– Фарнезе. Что ты делаешь, когда жизнь кажется дерьмом?

– Мм? О чем вы говорите? Жизнь всегда была дерьмом. А вы, Ваша Светлость, ощущали когда-нибудь, что жизнь была чем-то кроме полной ахинеи?

Мисс Фарнезе моргнула, а я расправил плечи.

– Ну... еще нет.

– Видите. Ваша Светлость говорит бесполезные вещи. Эта молодая леди, в среднем, 2 раза в день думает покончить с собой. Суицидальные импульсы уже стали частью жизни этой молодой леди.

– У меня немного меньше. В среднем примерно 1,5 раза в день, наверно.

– Я знала это. Это ведь не похоже на нормальный менталитет человека? Не волнуйтесь о бессмысленных вещах, господин. В любом случае нам уже суждено плавать в канаве до конца нашей жизни. Ничего не изменится, даже если Ваша Светлость будут волноваться.

– Ммм.

Я медленно кивнул.

Она была определенно права. Несомненно, я думаю так же, как она, так что согласен тут и теперь. Но почему же я страдал от таких внезапных рецидивов депрессии? Я не знал, в чем загвоздка. Откуда взялась проблема…?

– У меня сильно испортилось настроение. О, Фарнезе. Видя, что дошло до этого, мне придется сбросить свой стресс, разбив врага. Давай скорее уничтожим их всех до единого.

– Хотя у этой молодой леди нет никаких возражений против этого предложения… Господин? Действовать, основываясь на эмоциях – чрезвычайно скверная привычка. Личные чувства заставляют людей только опуститься до второсортности.

– Я тоже хорошо знаю это. Но что же мне делать, когда я не могу улучшить свое настроение, что бы я ни делал? У меня нет другого выбора, кроме как усмирить свой гнев, смотря на боль на лицах других. – Нахмурился я.

Мисс Фарнезе неохотно кивнула.

– Что ж, эта молодая леди только следует указаниям Вашей Светлости. Однако если Ваша Светлость чувствуют себя столь раздраженными, тогда почему бы не командовать армией самому? Разочарование Вашей Светлости может рассеяться, если вы будете смотреть, как те люди падают от ваших собственных приказов.

– Все отлично. Цель этой битвы – разбудить твой потенциал. Было бы ни к чему, запряги мы телегу впереди лошади.

– Ваша Светлость иногда довольно упрямы.

Лора Де Фарнезе встряхнула головой.

– Эта молодая леди предупредит Вашу Светлость в последний раз. Возможно, эта молодая леди уничтожит все войска, которые Ваша Светлость наняли. Эта молодая леди не уверена, но есть шанс поражения, даже если бы у врага было 1000 солдат, а у нас 3000. Ваша Светлость все еще согласны оставить командование такой леди?

– Пожалуйста, перестань волноваться.

Я придавил макушку мисс Фарнезе.

Это было ее слабое место, о котором я узнал за то время, что мы провели вместе последние пару дней.

Мисс Фарнезе взмахнула руками и увернулась.

– Ай, ай, господин, не макушку. Я не люблю там.

– Слушай внимательно. Неважно, погибнут ли войска. В любом случае этот мир переполнен солдатами. Если они погибнут, наймем новых, а если они закончатся, поднимем еще. У твоего господина столько золота, что оно может начать портиться.

– Ай-йай, макушку нельзя...

Мисс Фарнезе вся обмякла. На ее лице было растерянное выражение, словно она превратилась в желе. Для человека, который совершенно не боялся щекотки, она была леди с очень странным слабым местом.

– Однако ты – человек, которого невозможно заменить. Служащий, которого нельзя сделать, сколько бы золота в это ни вложить. Позволь мне спросить тебя. Я кажусь человеком, который выбросил бы выдающуюся личность, которая сможет выполнить задание с 500 000 людей в будущем, только потому что мне показалось, что я потерял 3000 солдат зря?

– Потому что этой молодой леди не хватает военного опыта…

– Черт побери, помолчи. Я не разрешал тебе отвечать. А только быть послушно придавленной мной.

– Ай — ай — ай —. Поэтому макушка подло…

Ух.

Видя, как мисс Фарнезе извивается, мой стресс немного поутих. Я действительно был здоровым садистом. Образцовая личность.

Хорошо. Я понемногу мог вернуться к своему нормальному состоянию. Обычный я, который безусловно прав.

Забудь сейчас про Лазурит. Немедленно разберись с этими бандитами, этими слабоумными дураками, которые не знают свое место и вторгались на мою территорию по своей воле. Научи этих глупцов настоящему этикету.

– Де Фарнезе. Думай об этом месте не как о поле боя, но как об игровой площадке. Перед тобой положили небольшое число игрушек, в размере 3000, чтобы ты поиграла с ними, как тебе хочется.

– Ясно… Игрушки, да?

– Именно. Относись к жизням этих солдат легко. Или просто воспринимай их как простые точки на карте. Думаешь, я накажу тебя за какие-то сломанные игрушки?

В обычной ситуации я не говорил бы это открыто.

Однако Лора Де Фарнезе и я были похожи. Мы принадлежали к группе совершенно эгоистичных людей. По крайней мере, с ней я не был склонен следить за своими словами.

Моя собеседница, скорее всего думала так же.

– Я понимаю. Тогда эта молодая леди выполнит приказ Вашей Светлости и поиграет разок с солдатиками.

Мисс Фарнезе кивнула.

– Эта молодая леди сначала переместит авангард. – Она передвинула глиняную фигурку, которая стояла на карте.

В тот момент, когда она поставила фигурку с глухим звуком.

... Сражение началось.

Бесчеловечный Гимн (часть 3)

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

15.09.1505 год по Императорскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Ваша Светлость. Разведчики вернулись.

– Скоро начнется сражение. Называй меня генералом, а не господином – строго исправил я ошибку моего адъютанта.

Стать прекрасным дворянином было трудно. В обычной ситуации нужно было бы погружаться в социальные обязанности, занимаясь при этом и внутренними делами. В то время как в чрезвычайной ситуации нужно было принимать на себя ответственность будучи главнокомандующим на войне. Великодушие и снисходительность должны были сосуществовать с бесчувственностью.

Поэтому титул был повелительный. В словах была духовная энергия. Люди могли легко измениться в зависимости от имени, которое им давалось.

На данный момент я был не правителем герцогства Розенберга, а командующим армией числом в тысячу солдат. Не его светлость маркграф, а просто генерал. Здорово было называть так упрямость старого человека. Мое кредо гласило: если чье-то имя не звучит сразу же, тогда и все остальное разрушится.

– Да. Прошу прощения, генерал. С этого момента я исправлю свою ошибку.

– Хорошо. Давай мне отчет группы разведчиков.

– Они доложили, что группа предполагаемого врага блокирует путь вперед.

– Что?

Я широко раскрыл глаза:

– Ты говоришь мне, что под командованием Владыки Демонов Данталиана есть войска?

– Да. Однако точно это не известно.

Не точно? Слышать эту фразу было неприятно. Неопределенность – враг военного командования. Необходимо говорить уверенно.

– На месте вражеского лагеря были замечены знамена, но лазутчики сообщили, что неизвестно, кому они подчиняются. Кажется, это подразделение состоит преимущественно из дварфов.

– Воинское подразделение дварфов неизвестного подчинения… ? Число?

– Их число не производит впечатления, генерал. Согласно отчету, самое большее там от 100 до 200 солдат.

– Я удостоверюсь в этом, увидев собственными глазами.

Со следующей за мной конницей я отправился на передовую. Вскоре после этого я смог увидеть вражеский лагерь, расположившийся на вершине холмистой местности. Я сузил глаза и изучил их лагерь.

– Мм, вижу, что разведывательная группа хорошо выполняет свою работу. Число вражеских сил не достигает и 200.

– Я тоже так думаю. Стоит ли нам отправить гонца, чтобы увидеть, кому принадлежат эти войска?

Я покачал головой.

– В этом нет нужды. За исключением Данталиана здесь нет других Владык Демонов, которые обитают в этой местности.

– Но есть небольшой шанс, что это разрозненное подразделение…

– Я благодарен за совет, но мне придется отказаться от него. Это подразделение появилось, чтобы заблокировать нам путь именно в тот день, когда наши войска продвигались вперед. Тут нет совпадения.

Как только я строго ответил ему, мой адъютант понимающе кивнул и отошел назад.

В любом случае мне было неспокойно.

Раз противник расположился в той местности, это значило, что они знали о вторжении заранее. Откуда же могла просочиться информация…

Нет, узнать об этом мы можем и позже. Необходимо избегать невнимательности. Сначала мы должны освободиться от вражеских сил перед нами.

– Адъютант! Передать мою команду! Мобилизовать разведывательную группу и атаковать вражеские силы с обеих сторон. Пехотинцам оставаться в полной боевой готовности.

– Вас понял! Разведгруппа, вперед на их фланги!

Мой адъютант громко повторил мой приказ. Как только команда дошла до других рот, горнисты затрубили в горны. Величественный и героический звук. Этот горн был уникален для северного региона Габсбурга. Мне нравилось его эхо на поле битвы.

Мой адъютант тихо сказал:

– Вражеские силы, вероятно, так же в отчаянном положении. Сражение может выдастся трудным.

Он проявлял симпатию к противнику? Это стеснило бы нас. Личные чувства – лишь предмет роскоши, не имеющий значения на поле битвы.

– Но у нас тоже есть свои обстоятельства. И хотя мне жаль Данталиана, у нас нет другого выбора, как сделать его козлом отпущения.

– Конечно.

Гм. Было ли это ненужное беспокойство?

10 минут после того, как протрубил горн.

Мой адъютант заговорил с тревогой на лице.

– … Генерал. Враги не наносят ответный удар.

– Ммм.

Мое лицо не слишком отличалось от лица моего адъютанта. Честно говоря, я был в замешательстве.

В этот момент наша легкая разведывательная группа вела огонь с вершины холма. Они стреляли болтами из арбалетов вниз по вражеским отрядам.

Силы врага, наверно, все сильнее истекали кровью, и все же они не сдвинулись ни на дюйм. Что происходило?

– Может, у них в голове другой сценарий…?

– Их намерения неизвестны.

Я нахмурил брови.

– Если они будут так продолжать, то их потери увеличатся.

– Генерал совсем никакого движения. Может, они получают меньше повреждений, чем мы думаем?

– Нет. Шанс, что это так, очень мал.

Конечно, дальность и мощь арбалетов, которыми пользуется разведывательная группа, слабее чем у тех, которые используют пехотинцы. Но все же это арбалеты. Концепция поглощения магической энергии из окружающей среды, чтобы выстрелить сильным болтом, была та же самая. К этому нельзя относиться легкомысленно. Конечно, считалось, что это так, но…

– Генерал, есть вероятность засады.

– На этом широком открытом холме? Поблизости нет лесов. Если бы они спрятали свои войска, то где они могли бы их спрятать?

– …

Мой адъютант закрыл рот. Его удрученное выражение на лице было очевидно.

Я не чувствовал потребности отчитывать его. Скорее всего, мой адъютант хорошо знал, что не было никакой засады. Он просто не мог понять поведение вражеских сил и лишь озвучивал свое «Почему?».

– Тогда, ну, кажется, это элитное подразделение. Они находились под обстрелом последние 10 минут, но все еще нет никаких признаков движения. Генерал, это не группа разношерстных солдат.

– … Это только вызывает дальнейшие вопросы.

– … Это так.

Вражеские силы находились под односторонним ливнем из стрел, и все же они твердо стояли.

Их число не превосходило 200. Неважно, сколько у них было арбалетов, определенно не больше 100.

С другой стороны, у нас было 400 дозорных. 400 солдат, которые открыли бы огонь в ответ, выпуская бесконечный поток болтов. Они не были достойны даже называться противниками. Сражение между взрослым и ребенком, наверно, и то было бы энергичнее.

Несмотря на это пехотинцы все равно продолжали держать строй. Они держали подбородки высоко, словно то, что их боевые товарищи рядом падали от стрел, было пустяковым делом. Их смелость была из ряда вон выходящая.

– При других обстоятельствах мы бы похвалили их за поразительную военную дисциплину…

– … Разве это не печально? Что же отличает этих людей от щита из плоти?

– Да. Действительно жаль.

Мой адъютант, соглашаясь, повысил голос.

Мгновение мы смотрели на поле битвы в тишине.

Наконец, через 20 минут сражения, мой адъютант уже не мог сдерживать свой гнев.

– Я не способен понять! – Его лицо было ярко красным. Скорее всего, он рвал и метал из-за некомпетентности неизвестного вражеского командующего.

– Что именно делает их командующий?! Их солдаты умирают. Наносите ответные удары, поверните ход битвы, сделайте что-то! Если уж на то пошло, сдайтесь!..

Конец.

Примерно 30 минут с тех пор, как началось сражение, вражеские силы наконец были побеждены.

Они были не в состоянии больше сопротивляться ранениям, их строй распался. Крепкая стена была разрушена.

– … Отдай приказание заряжать.

– … Да, генерал.

И генерал, отдающий приказ, и адъютант, приказ принимающий, были измотаны. Но единственные, кого поглотило это мрачное настроение, были мы двое. Наши войска, очевидно, были полны энтузиазма от легкой победы.

Буууууу—

Прозвучал горн.

Получив сигнал, наши войска обнажили свои клинки и смело поспешили вперед на разбитые силы врага.

Так это и закончилось.

Не в состоянии выдержать наш напор, вражеские солдаты быстро рассыпались. Дварфы бежали налево и направо. Из-за слишком очевидной последовательности и слишком очевидных результатов сила в моих плечах исчезла…

– Генерал. Стоит ли нам отдать приказ преследовать?

– Отдайте… Я действительно ничего тут не понимаю.

Вражеские солдаты, не имея возможности отбежать далеко, были сметены нашими силами. Тревожные крики начали отдаваться эхом по холмам. Мой адъютант сузил глаза. Ужасная сцена…

– Что это сейчас была за битва?

– Я тоже хотел бы об этом знать.

В мире было много тайн.

Бесчеловечный Гимн (часть 4)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

16.09.1505 год по Имперскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– … Ясно. Я пришла к пониманию. – Глаза Лоры Де Фанезе сияли. – Одних пехотинцев недостаточно, чтобы победить разведывательные подразделения!

– Почему ты осознаешь то, что очевидно!? – кричал я изо всех сил.

Кипя от ярости, я сильно нажал на макушку этой леди.

– Ай—, ай—. Господин, мне это не нравится. Я не люблю там.

– Что это сейчас было за сражение? Разве оно не навевало лишь тоску?!

– Ах—. Потому эта молодая леди просила Вашу Светлость не оставлять командование на нее…

Мисс Фарнезе распласталась под моей рукой, как рисовый хлебец.

Даже если человек вообще не имел никакого опыта войны, состоявшееся сейчас сражение было ужасным. Оно было просто бесконечно ужасным. Мы в мгновение ока потеряли 150 пехотинцев, не имея возможности сделать ничего в ответ.

– Ты опозорилась. Я беру свои слова обратно. Мы не принадлежим к одной категории людей. И ты не похожа на мою сестру. Ты не более чем мой личный мячик для снятия стресса.

– Господин, какая разница между ним и секс-рабыней?..

– Секс-рабыня может, по крайней мере, решить свои сексуальные проблемы, ты же не можешь решить ничего. Это колоссальная разница. Ты – бесполезная вещь.

– Эта молодая леди резко упала ниже даже чем сексуальная рабыня…

Мисс Фарнезе помрачнела.

В этом сражении количество солдат, которые смогли спастись бегством, не достигло и 20. Это значило, что 9/10 солдат из общего количества, которое мы отправили, погибли.

Мне пришлось смотреть на эту жалкую унылую сцену с мисс Фарнезе от начала до конца, катаясь на метле одной из ведьм. У меня было ощущение, словно меня заставили смотреть второсортный фильм.

– Мм. Но полную ответственность за это несет Ваша Светлость.

– А ну-ка, повтори.

– Поскольку эта молодая леди читала только пособия по искусству войны, очевидно, что эта леди незнакома с настоящим сражением. В одном из пособий по искусству войны, прочитанных этой молодой леди, было написано, что пехотинцев достаточно, чтобы противостоять легкой кавалерии. Так что у этой молодой леди не было другого выбора, кроме как проверить, какие книги были правильные.

Она довольно беззастенчива для человека, который провел самую худшую битву в истории.

Я смотрел на Мисс Фарнезе сердитыми глазами.

– Ну? Твой истинный замысел?

— Поскольку я чувствовала, что все равно проиграю свое первое сражение, эта молодая леди выбросила 150 людей, как одноразовые предметы, на смерть.

– Мне стоит смести твой образ мыслей неудачника.

Давить давить давить.

– Ай, ай-ай – меня сминают, господииин – Аххх. Эту молодую леди сминают…

– Попробуй с большим воодушевлением. Понимаешь? Победа – это девушка. Она улыбается только самым смелым претендентам… Победа держится подальше от глупцов, которые тихонько стоят, скучившись в углу.

– Самые смелые претенденты, это?..

Мисс Фарнезе посмотрела на меня снизу.

Я искренне встретился с ее взглядом.

– Это так. Смело действуй безрассудно.

– Безрассудно…

– Так дерзновенно, что это позволит тебе задуматься, а действительно ли ты все делаешь и правда хорошо.

– Дерзновенно…

Интересно, дошла ли до нее моя искренность.

Лора Де Фарнезе на мгновение глубоко задумалась перед тем, как кивнуть головой. Это было малое движение, в нем определенно была решительность. Поскольку именно я был одарен умением читать человеческую психологию, об этом и шла речь, это точно.

– Поняла. Это точно, как Ваша Светлость и сказали. Эта молодая леди, возможно, была нерешительной. Потому что это был первый раз этой молодой леди, потому что это была неизвестная территория, эта молодая леди могла бы быть осторожной.

– Мм.

– По правде говоря, первый раз – это тот момент, когда можно оценить количество полученных привилегий. Даже если ребенок падает, то нет никого, кто винил бы его в этом. И хотя эта молодая леди, возможно, величайший гений в мире, эта молодая леди все так же ребенок в отношении военных дел. Нет причин заботиться сейчас о гордости этой молодой леди.

– Мм.

– Потому эта молодая леди последует совету Вашей Светлости и перевернет тот способ мышления. Эта молодая леди даже заставить врагов пережить шок. Это хорошо, когда есть ожидания. Клянусь именем этой молодой леди, Лора Де Фарнезе, эта леди не разочарует Вашу Светлость.

– Хотя кажется, что скромность и гордость своими успехами хаотически смешались вместе в этой речи, но как бы там ни было. Именно такой настрой, Лора Де Фарнезе! Разве я не говорил тебе, что славно использовать наших солдат, как тебе нравится? Я буду нести ответственность и потери, а ты получишь славу и победу. Так что это доходный бизнес.

– Как вы прикажете. Мой господин.

Мисс Фарнезе взяла глиняную фигурку.

– В этом искренность этой молодой леди.

С глухим звуком она поставила глиняную фигурку в центр карты.

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

16.09.1505 по Императорскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Генерал. Впереди появились еще вражеские войска.

– Что? – Я сморщил брови от отчета моего адъютанта.

После того, как мы одержали свою непостижимую победу этим утром (я побывал на бесчисленном множестве полей боя в моей жизни, но это впервые я одержал «непостижимую победу» вместо «непостижимого поражения») наши войска перестроились и снова маршировали.

При обычных обстоятельствах подобало бы дать солдатам отдохнуть после сражения. Усталость, которая наваливается на военный люд, задействованный на поле боя, просто невообразима. Само собой разумеющееся соображение.

Однако в этот раз я не мог позволить им этот отдых. Причина была проста. Мои голоса разума и здравого смысла слились воедино и твердили, что «это», наверно, нельзя считать сражением. Раз не было боя, то нет и отдыха. В моей логике не было изъяна.

Но чтобы вражеские силы появились снова? О чем он говорил?

– Адъютант, выкладывай мне все подробности.

– Да. По оценкам число вражеских солдат в этот раз тоже примерно около 150. Кажется, они в боевом строю на вершине относительно высокого холма.

– … Почему это подразделение не было с теми войсками, с которыми у нас случилась стычка сегодня утром?

– Прошу прощения, но мне это так же неясно.

Мой адъютант был в таком же недоумении, что и я. Тут трудно было ждать надлежащего ответа.

Со следующей за мной конницей я отправился вперед. И действительно, еще одно подразделение вражеских сил стояло впереди. И снова развевались флаги неизвестного подчинения.

Однако было нечто совершенно отличное в этих солдатах по сравнению с силами, с которыми мы столкнулись этим утром.

– Адъютант. Не говори мне, что это…

– … Да. Генерал. Увидев это собственными глазами, я тоже пришел к этому выводу, – бормотал адъютант.

– В той роте были исключительно арбалетчики, больше никого.

– …

Мой взгляд затуманился.

По правде сказать, это не вписывалось ни в какие рамки.

За всю свою жизнь я первый раз видел такое подразделение.

Обычно подразделение пехотинцев состояло из копейщиков и арбалетчиков. И этому была своя причина. Всему этому было разумное объяснение.

Копейщики использовали свои длинные копья, чтобы не позволять войскам противника приближаться. Когда настанет время, они выставят свои пики, чтобы предупреждать атаки конницы.

Что касается того, что произошло во время утренней «стычки» – да, я планировал целенаправленно использовать этот термин – мои люди не кинулись безрассудно. Потому что вражеские копейщики держали строй, не оставив ни единой прорехи. Таким образом, мы направили на них шквал стрел издалека, чтобы сделать брешь в их рядах. Атака произошла после этого.

Мой адъютант кисло заговорил:

– Хотя, кажется, они установили деревянное защитное ограждение вокруг своих позиций…

– Гмм.

Вражеские силы поставили деревянные заостренные колья вкруг себя как ограду с целью защиты от конницы. Словно они пытались наверстать то, что упустили. Конечно, это было эффективно для задержания нашей конницы, но ограждение находилось ниже, чем действительная линия, куда приходились колотые раны. С помощью этого только этого, было бы невозможно оградиться от нашей конницы.

– Адъютант. Возможно, это современная популярная стратегия? Я постарел и не мог следовать последним веяниям.

– Прошу прощения, генерал. Если бы это было веянием, тогда империя уже бы давно объединила весь континент. А я бы потерял работу и был бы теперь безработным.

– Стоит ли нам… расценивать это как оригинальную стратегию?

– Вы довольно добры, генерал. Если бы спросили меня, я бы сказал, что это сумасбродство.

Преодолевая разрыв поколений, я мог отождествить себя с моим адъютантом…

В тот момент моего адъютанта словно осенило, он широко раскрыл глаза.

– Генерал. Враг может использовать такую стратегию вынуждено!

– Вынуждено, говоришь?

– Да. Возможно, это не больше, чем мои домыслы, но те солдаты вон там, наверно, планировали встретиться с отрядом, который мы разбили сегодня утром. Скорее всего, они планировали встретить нас теми двумя подразделениями вместе. Однако, поскольку их объединение задержалось, они были побеждены еще до того!

– Гм…

Я почувствовал, что мой взгляд посветлел. Конечно, это было возможно.

– Понимаю. Будь это так… Это бы объяснило, почему войска, с которыми мы столкнулись сегодня утром, не нанесли ответный удар. Они ждали прибытия подкрепления.

– Это так, генерал. А мы прибыли до того, как эти подразделения смогли объединить свои силы. Вероятно, они не ожидали, что мы прибудем так быстро. Наверно, они совсем этого не предвидели.

– Конечно.

Наконец все обрело смысл.

Сегодняшняя утренняя «стычка» была всего лишь ошибкой врага. Они были втянуты в это до того, как их силы смогли должным образом собраться вместе. В завершении результатом этого стало чрезвычайно эксцентричное и смешное поражение.

Конечно, скорее всего командующего не было вместе с вражескими солдатами сегодня утром. В то время они, наверно, неустанно ждали своего командующего и прибытия подкрепления. В общем их командующий не смог прибыть вовремя и все закончилось тем, что все их подразделение было уничтожено…

– Это все благодаря вашей интуиции, генерал! Если бы вы организовали наши войска преимущественно из тяжелых пехотинцев и тяжелой конницы, тогда скорость нашего прохода тоже бы замедлилась. Вероятно, мы бы прибыли на поле сражения после того, как подразделения врага объединились бы.

– Мм, это просто удача.

– Говорят, если совпадение происходит дважды, это уже судьба. Боги, несомненно, присматривают за вами, генерал. Ох, на нас благословение Богини Афины!

Мой адъютант разволновался и повысил голос.

Солдаты были весьма склонны полагаться на религию из-за их тяжелого опыта на поле сражения. Ничто не могло вселить большую смелость в войска, чем знание, что Боги были на их стороне. Поэтому мой адъютант, которому был известен этот факт, крикнул с таким воодушевлением:

– Богиня Афина даровала нашему господину, Розенбергу, свою божественную защиту!

– В чем дело?

Собрались и другие офицеры при упоминании имени Богини.

Как только мой адъютант объяснил им ситуацию, их лица тоже сразу посветлели.

– Поздравляем, Ваша Светлость!

– Ясно, что Боги желают защитить землю Вашей Светлости от Черной Смерти!

Другие командующие офицеры поздравляли так, словно мы уже одержали победу.

Я покачал головой с холодным выражением лица:

– Тихо. Еще слишком рано праздновать нашу победу, когда враг еще стоит перед нами. Мы всегда успеем поднять тост уже после того, как вернемся на наши земли.

И хотя я тоже радовался, это было преждевременно.

Сражение еще не закончилось. Битва продолжалась, пока мы не победили врага и не вернулись в наши дома. Легкомысленность призвала бы непредвиденную гибель.

– Вы все, вернуться к своим подразделениям и построиться! Оставаться в режиме боевой готовности до звука горна.

– Есть, генерал! – незамедлительно ответили командующие офицеры. Они сразу же поняли мое намерение. Они действительно были сведущи. Их жалованье было высоким не просто так. Они составляли надежную группу служащих.

– Адъютант. Отдайте приказ разведывательной роте атаковать. Научим вражеских арбалетчиков, что банальные колья – бессмысленное сопротивление, которое мы перепрыгнем на наших лошадях.

– Я передам вашу команду. Мы обязательно побьем ублюдков-дварфов, пока их задницы не станут красными.

После звука горна наша конница ринулась вперед.

Часть нашей конницы была спешена залпом врага, но на этом все.

Наши войска умело избежали деревянных кольев и затоптали вражеские силы.

– Все кончено.

Это приятное ощущение сняло тяжесть с моего разума.

На этом войска Владыки Демонов Данталиана были истощены.

Теперь больше не было препятствий, которые остановили бы наше продвижение.

Будем же маршировать легким шагом.

Бесчеловечный Гимн (часть 5)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

16.09.1505 год по Имперскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Я сомну тебя.

– Ай, ай — ах, ах —, вы не можете. Вы правда не мооожете—

– Да. Я, конечно, советовал тебе действовать безрассудно. Я также советовал тебе действовать смело. Я полностью допускаю это. Однако, кто сказал тебе вести себя как идиотка!? Это выходит за рамки всего творческого и опускает наши силы просто до кучи дерьма!

– Ай—, дышать на макушку, это своего рода хитрая техника высокого уровня… Эта молодая леди больше не выдерживает… эта молодая леди, ах — , эта молодая леди смята своим господином…

Что было скрывать?

2-ое подразделение было также начисто сметено, вслед за 1-ым. В каждой операции участвовало 150 солдат. Всего за четверть дня, мисс Фарнезе отправила в никуда элитные войска численностью 300 человек. Разве это не поразительная способность?

– Ты могла бы использовать все наши силы сразу и покончить с этим, но почему ты отправила всего лишь малость, 150 солдат за раз?! Ты мазохистка? Лора Де Фарнезе, ты что, принадлежишь к группе людей, которые получают удовольствие от того, что толкают себя в деликатные ситуации? Если ты так желаешь боли, тогда я лично могу показать тебе Небеса. Ааа? Это тут? Это твое слабое место?

– Нет… не дальше, ах —, праааавда…

Мисс Фарнезе, как желе, полностью распласталась.

Ее белокурые волосы были в беспорядке, как рисовый хлебец. На этом я остановился.

После долгого пребывания бесформенной массой Лора Де Фарнезе пробормотала:

– Но это странно. Согласно подсчетам этой молодой леди, они должны были быть в состоянии защититься хотя бы от конницы.

– Странная здесь твоя голова. Ты идиотка.

– Впервые за всю жизнь эту молодую леди назвали идиоткой. Этой молодой леди всегда было интересно, как себя чувствуют люди, которых постоянно называют дураками. Но после того, как ее саму так назвали, это весьма подавляюще. Я хочу покончить с собой…

С печальным выражением мисс Фарнезе поправила волосы и заговорила:

– … Кажется, вражеская конница ехала не на нормальных лошадях, а на улучшенной породе лошадей, боевых лошадях.

– Боевых лошадях?

– Мм. Порода, которая появилась в результате скрещивания кентавра и лошади. Эта молодая леди слышала, что по сравнению с обычными лошадьми, боевая лошадь не боится заостренных предметов и не избегает пламени. Соответственно, хотя боевые лошади считаются главным достоянием Королевства Британия, кажется, враг не оттуда. Поскольку это было написано в книге, эта молодая леди прочитала, что британский боевой конь по размерам как орк.

– Меня еще меньше заботит то, как ты хвалишься знаниями. Покажи результаты. Результаты! – Произнес я. – Больше всего в мире я презираю жертву без роста. Не говори мне, что после 300 смертей ты так и не смогла вырасти?

– Как подло. Вы ведь говорили мне относиться к ним как к игрушкам…

– Я имел в виду, что тебе стоит играть ними хотя бы в рамках здравого смысла, который люди понимают.

Лора Де Фарнезе смотрела прямо на меня

– Господин, разве это не весело?

– Гм.

– Эта молодая леди веселится. И правда кажется, что я забавляюсь, как сержант. – Сказала мисс Фарнезе.

И хотя середина ее изумрудных глаз все еще была туманна, они переливались большей живостью, чем обычно.

– Честно говоря, эта молодая леди удивилась. Ваша Светлость проинструктировали эту молодую леди обращаться с жизнями этих Солдатов как с игрушками, но вопрос был в том, возможно ли это для этой молодой леди. Оставив в стороне тот факт, что у этой молодой леди нет такого органа как совесть, эта молодая леди все же имеет понятие об этике и морали. Эта молодая леди считает, что настоящая радость идет от эйфории ума. Так что вопрос был в том, примет ли тело этой молодой леди действие, которое шло вразрез с рассудительностью этой молодой леди как счастье…

Мисс Фарнезе слабо улыбнулась.

Честно говоря, это было слишком несуразно даже для улыбки.

Это было так, словно машина имитировала человека – там не было души.

Улыбка, которая лишь последовала за жестом «подъема уголков губ».

Несмотря на это:

– Это доставило такое удовольствие, что эта молодая леди не могла себе и представить.

Таким, на данный момент, был лучший результат Лоры Де Фарнезе.

– Все было совершенно наоборот. Относиться к жизни человека как к игрушке – самое приятное развлечение во всем мире. Такое же, как чтение исторической книги, нет, это может быть даже более захватывающе, чем чтение исторической книги. Это прекрасно. Эта молодая леди никогда еще так не чувствовала себя…

– …

Я ухмыльнулся.

Нежным прикосновением я похлопал мисс Фарнезе по голове.

– Ты действительно такая же, как и я, Де Фарнезе. Это чувство. Знаешь, что люди называют удовольствием?

– Нет, я не знаю. – Мисс Фарнезе покачала головой.

– Прошу вас, скажите мне, господин. Просветите эту невежественную молодую леди. Как называется это пугающе приятное чувство. Что эта молодая леди называет радостью, которая словно струится из сердца этой молодой леди и обволакивает ее грудь?

– Кто-то называет это инстинктом обладания. Другие люди говорят об этом как о воле контролировать. А чуть более интеллигентные личности обозначают это как процесс удовлетворения личного превосходства. Однако если бы я должен бы сказать это на своем языке, то это было бы более интуитивно и есть даже единственное слово для этого.

– И что бы это было за слово?

– Это власть.

Я погладил ее по щеке.

У Лоры Де Фарнезе появилось ошеломленное выражение на лице, словно ее поразила молния.

– Власть…

– Да. Власть, моя соратница. Это движущая сила вечных кровопролитий в нашем мире, это также моя личная причина продолжать проживать мою чертову жизнь.

– Власть. Ваша Светлость проживают вашу жизнь, чтобы по полной наслаждаться властью?

Я засмеялся.

Если бы это была Лазурит, то она никогда бы не стала задавать такой вопрос.

Потому что это было столь очевидно.

– Подумай об этом, Де Фарнезе. Запах у крови тошнотворный. Запах внутренних органов такой отвратительный, что хочется блевать. Но несмотря на все это, ты никогда по-настоящему не задумывалась, почему люди потворствуют бесконечным убийствам и резне? Потому что сладость власти столь блаженна, что подавляет отталкивающую вонь крови.

– …

– Ах. Конечно, Человек, никогда не пробовавший на вкус этот деликатес, не способен понять. Он правда не может вникнуть в это. Вот как ты, Фарнезе, которая не знала об этом 16 лет своей жизни…

Лора Де Фарнезе была плодом любви.

Почти всю свою жизнь она провела, заключенная в своей комнате.

От своих оскорблений и рабства она убегала в библиотеку.

Она защитила свое собственное эго, заточив себя в мире книг.

Вселенная внутри книг – такой была ее вселенная.

Во время этой примерки на себя разных выражений лица, инстинкта фокусировать глаза и даже поднимать и понижать голос, она забывала обо всем.

По большому счету...

…С точки зрения третьего лица она была никем иным, как человеком, который потерпел ужасную неудачу в попытке приспособиться к миру.

С ее точки зрения все было совершенно наоборот, поскольку все ее усилия и жертвы пошли на приспособление ее собственного мира.

Увлечение историей Лоры Де Фарнезе тоже не было совпадением. Ее внутренние желания, импульс, который должен был просто рассматриваться как ее инстинкт, отображался, уже будучи «искривленным».

Потому что все существующие исторические события были историей власти.

До этого момента мисс Фарнезе проживала свою жизнь, не ведая, что за человеком она была и какая кровь текла по ее венам.

– Не желаешь еще?

И потому.

Роль, которую я дал этой девушке, была уже предопределена.

Дьявол, соблазняющий чистую деву.

–Разве ты не желаешь попробовать еще раз? Снова контролировать людей, отправлять людей на смерть. Ты разве не хочешь чувствовать, словно ты всемогущая?

– …

– Ты рабыня. Но я скажу тебе, какой рабыней ты станешь с этого момента. Это не похоже на сексуальное рабство. И никогда так не будет. Если бы ты стала сексуальной рабыней, у тебя не было бы другого выбора, кроме как быть закованной в кандалы. Де Фарнезе. Ты можешь стать только рабыней власти.

Я провел рукой по рту мисс Фарнезе.

Касаясь подушечками пальцев ее мягких губ.

– Любой другой вид рабства ограничивает, но рабство у власти отличается. Власть освободит. Если ты хочешь стать хозяином власти, тогда единственный путь, по которому ты можешь пойти, это сперва стать рабом власти! Вот где живет и дышит свобода. В силу этого это королевство, где рабы вскоре становятся хозяевами, а хозяева становятся рабами.

Я представил ключевые моменты моей все еще молодой ученице.

Подобно тому, как в свое время я добродушно учил этому своих сводных братьев и сестер.

… К сожалению, мои братья и сестры были не такие как я.

Несмотря на это я был уверен, что эта девушка передо мной пойдет по тому же пути, по которому пошел и все еще шел я.

Без сомнения.

– … Ха, ахх. – выдохнула Мисс Фарнезе.

Это был выдох, в котором было тепло ее сердца.

– Господин. Эта молодая леди… никогда еще ее сердце не колотилось так, как в это мгновение. Это странно. Эта молодая леди четко ощущает правду в словах Вашей Светлости. Мое сердце продолжает биться…

Она была не в состоянии хорошо показывать свои эмоции на лице.

Но это не имело значения. Ее разогретое дыхание было большим доказательством ее искренности, чем что-либо другое.

В любом случае ее выражение было незначительным. Лицо Лазурит никогда ничего не выражало, и все же она была поглощена желанием власти больше, чем кто-либо другой. Власть давно перепрыгнула через чувства и была слишком глубоко, чтобы ее можно было выразить на лице.

– Ощущаешь ли ты, словно ты живая?

– Да, господин. Эта молодая леди ощущает себя живой…

– Запечатлей это в своей памяти, что ты такой человек, который может ощущать жизнь только так. Если ты когда-нибудь почувствуешь, что что-то не так, тогда оглянись назад на то, что ты за человек. Если ты не забудешь свои корни, тогда ты никогда не сойдешь со своего пути…

И в тот момент, когда я как раз собирался дать ей последний совет.

Чей-то голос резко зазвучал у меня в голове...

Бесчеловечный Гимн (часть 6)

Чей-то голос резко зазвучал у меня в голове.

– Прости.

– За что?

– За…

Гм.

Кусочек за кусочком, словно звук, резонирующий при каждом падении капли дождя в воду, это всколыхнуло все воспоминания.

– Это не проблема.

– Настоящая проблема в другом.

– Разве Ваше Высочество не знаете?

Волны расходились кругами и отдалялись.

Наконец разные части моего сознания ответили на это.

Не только голос, но и ее лицо, взгляд ее глаз и динамика каждого ее слова остались нетронутыми и заиграли.

– Это – не спор. Это простая проверка.

– Ваше Высочество.

– … Лорд Данталиан.

Боже мой.

Как это могло быть.

Мой рот открылся и губы дрогнули.

Все мое тело поглотил поток шока.

– Кажется, Ваше Высочество все еще не знаете, что за человек ваша покорная слуга.

– … Ваша покорная слуга разочарована.

– Прошу вас, выгравируйте этот момент в мозгу Вашего Высочества.

Конечно.

Нет, конечно—

– Лазурит.

– Да, Ваше Высочество. Прошу вас, говорите.

– Ты дьявольская женщина.

– А кем до этого момента вы считали вашу покорную слугу?

...Все стало ясно.

Я понял, почему Лазурит рассердилась и расстроилась из-за меня.

И я мог лишь поражаться, почему я понял это так поздно. Говоришь, я был глупцом? И хотя ответ был прямо передо мной, я не видел его до этого момента.

О господи, Бог милостивый, мать, отец, мои братья и сестры, куриный гамбургер, от Аллаха до Будды.

Я был имбецилом.

Я был слюнявым идиотом и умственным ублюдком.

Теперь я мог понять, почему Лазурит вела себя так непокорно столь длительное время. Это же было очевидно. Было очевидно, что не было другого выбора, кроме как поступать таким образом. Если бы Лазурит вела себя, как я, я бы тоже был в ярости!

Я был безумцем.

Действительно сумасшедшим.

Так почему же я остался жив и не совершил самоубийство? Как же я мог жить в этом мире с таким низкосортным умом. Было бы целесообразно откусить себе язык и покончить с собой. 6-летний ребенок, наверно, был бы умнее меня.

– Господин?

Мои чувства быстро вернулись на зов мисс Фарнезе.

Она рассеяно смотрела на меня.

– С вами все в порядке? Ваша Светлость внезапно перестали говорить и начали дрожать. Если, возможно, Ваша Светлость желает воспользоваться уборной, тогда не обращайте внимания на эту молодую леди и идите.

Мисс Фарнезе положила обе руки себе на грудь. Над сердцем.

– Слова, которые Ваша Светлость желает донести до этой молодой леди, достигли именно этого места. В краткой, но четкой форме…. Эта молодая леди никогда не забудет слова Вашей Светлости, пока не умрет.

[Ваше дьявольское красноречие очаровало другую сторону!]

[Расположение Лоры Де Фарнезе поднялось до 24!]

Я ошарашено смотрел на нее.

Открыто принимая мой взгляд – Лора Де Фарнезе ярко светилась.

И хотя это все еще была неуклюжая имитация улыбки, она должным образом отображала ее чувства.

Впервые со своего рождения она улыбнулась по своей воле.

– Не волнуйтесь о сражении. Испытания закончились. Проверка того, какие аспекты в пособии по искусству войны верны, завершена. Теперь все, что нужно сделать этой молодой леди, это соответственно применить эти знания.

– …

Я медленно встал.

Даже после того, как я поднялся, я немного походил на месте туда-обратно. У меня в голове было четкое осознание, что я буду делать с этого момента. Мисс Фарнезе смотрела на меня, словно я был ненормальный, но меня это не беспокоило.

Поскольку размышления были долгими, решение было твердым.

– Я сейчас вернусь.

В конце концов я не был человеком с нерешительным и робким характером. По натуре я презирал такое поведение. Ковать железо, пока горячо, лучше всего.

– Мм. Кажется, Ваша Светлость склонны терпеть, не посещая уборную, до самого конца. Не спешите...

Я не слышал остальное, что сказала мисс Фарнезе. Я уже отчаянно спешил обратно к замку Владыки Демонов. Поскольку наши военные подразделения располагались с внешней стороны, мне пришлось бежать довольно долго прежде, чем я достиг замка.

Интересно, как много я пробежал. Ясно, что я бежал довольно долго, чтобы это считать чрезмерным для такого жалкого запаса сил редко выходящего человека. По правде сказать, было бы удобнее, если бы я попросил одну из ведьм Сестер Бирбир подкинуть меня, но я понял это лишь позже. Точнее говоря, я понял это уже после того, как остановился перед кабинетом Лазурит в моем замке.

Бах

– Лала!

К счастью, Лазурит была в своем кабинете. Только вот время было не таким уж подходящим. Честно говоря, скверное было для этого время. Лазурит стояла полуголая, переодевая свои черные чулки. Нет, даже наоборот, разве не было это подходящим временем? Я не знаю.

– …

Лазурит посмотрела и тихо вздохнула.

– Ваше Высочество. Разве Ваша покорная слуга не говорила вам много раз до этого стучаться в дверь перед тем, как войти в комнату вашей покорной слуги?

– Подожди. Послушай, что я тебе скажу.

Я глубоко вздохнул.

Поскольку я бежал без оглядки, в груди у меня горело. Я дышал с громким присвистом. Мне требовалось много времени, чтобы мое дыхание успокоилось. Поэтому я терпеть не мог интенсивные упражнения. Они забирали самообладание. Я же был всегда хладнокровный и спокойный.

– … Конечно, Ваше Высочество бежали сюда всю дорогу? Это удивляет. До этого момента, Ваша покорная слуга всегда предполагала, что Ваше Высочество умели только ходить и возлежать, и больше никаких телодвижений.

– Послушай внимательно, Лала.

Я выпрямил спину. И, задействовав руки, использовал всяческие жесты.

– Сейчас нам нужен этот диалог. Нам срочно необходимо достичь взаимопонимания посредством сложного и деликатного, но критически важного диалога. Это серьезная политическая неприятность, поскольку этот основной вопрос важнее, чем что-либо еще.

– … Почему Ваше Высочество внезапно стали так себя вести? Когда Ваше Высочество начинают имитировать эту странную манеру речи, вашу покорную слугу не может не охватывать странная тревога.

Я поднял указательный палец.

– К сожалению, текущая ситуация не очень благоприятна для нас. Не было бы преувеличением сказать, что она продолжает ухудшаться. Вражеские силы числом тысяча солдат приблизятся к нам в течение часа, потому нам необходимо выкинуть политику из головы. Поэтому я скажу это только раз. Поскольку у нас разные вызывающие беспокойство ситуации, я скажу это только раз. Конечно, с этого момента наши обстоятельства улучшатся, и могут последовать дни, когда мы не будем столь заняты, но все же только раз. Не проси меня повторять. Для меня это невероятно, пугающе, безмерно трудное решение, а посему я прямо указываю, что то, что я говорю это тебе лицом к лицу, оказывает на меня ужасное давление.

– Ээ.

Лазурит склонила голову.

Она была потрясена без какого-либо выражения на лице.

– Прошу вас, говорите.

– Я люблю тебя.

Время остановилось.

Часы с маятником тикали и токали.

Кажется, даже воздух перестал двигаться.

После длительной паузы Лазурит сморщила брови.

– Ваша покорная слуга просит прощения, но ваша покорная слуга не может понять.

– Я люблю тебя, Лазурит.

– …

В этот момент она открыла рот.

Я же преувеличенно громко хлопнул в ладоши.

– Хорошо. Я сказал это дважды. В конце концов я смог сказать это дважды. Я решил, клялся и обещал себе сказать это только раз, но в конце концов я сказал это дважды. Хорошо. Отлично. Все же это не вышло за рамки моего предвидения. Никаких проблем. Не проси меня повторять снова. Для меня это было невероятно, пугающе, безмерно трудным решением, а посему я прямо указываю, что то, что я сказал это тебе лицом к лицу, оказывает на меня ужасное давление. Мы можем обсудить детали позже. Я пойду, чтобы позаботиться о вражеских силах, которые приблизятся к нам в течение часа. Если внимательно присмотреться, то это не то, что должен делать Владыка Демонов. Всего доброго. Прощай. Я ухожу.

Хлоп

Я закрыл дверь.

Мое лицо резко скривилось.

Тишина была разлита вокруг. Спокойствие внутренней части моего замка не имело границ. Звук капающей со сталактита воды был слышен повсюду. Все так же подпирая спиной дверь, я испустил «Мм».

– Это было идеально.

И это действительно было так.

Бесчеловечный Гимн (часть 7)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

21.09.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

– …

Выражение Барбатос медленно менялось.

Сначала, кажется, ее мозг был не в состоянии понять то, что она только что услышала. Однако через 3 секунды ее брови медленно поползли вверх.

– … Э?

– Любовь, Барбатос. Я говорю про любовь. – Я улыбнулся.

Барбатос все еще не могла понять мои слова.

С ухмылкой, растянутой на лице, я говорил в игривой манере.

– Подумай об этом. Это было слишком очевидно. Почему я пытался убить мать Лазурит? А?

Поскольку Барбатос не отвечала, я спросил снова:

– Почему я пытался убить мать Лазурит. Если ты хоть немного подумаешь своей головй, тогда сможешь понять. По правде сказать, я не мог получить никакую выгоду от убийства той старой карги. Совсем никакую.

Я хмыкнул.

– Владыка Демонов, который зверски убил мать своей любовницы. Как бы люди смотрели на меня? Они считали бы меня безумным придурком-убийцей. Сделать такое – это словно смешать мое имя с грязью. Несомненно, мне не стоило убивать ее. Очевидно.

Момент, когда ты избавился от своего невежества, был радостным. Ааа, я почувствовал, что мне невольно начал нравиться этот мир.

– Однако я пытался убить ту старую женщину, словно это было самым очевидным в мире. Если бы Лазурит не остановила меня, внутренности той старой женщины разорвало бы на куски. Какова была причина. Почему я старался сделать то, что не принесло бы мне пользы в политическом плане? Есть только один ответ. Потому что я люблю Лазурит…

– …Погоди секундочку. – Барбатос нахмурилась.

– Перестань распалять себя и погоди секунду. Что, любовь? Ты пытался убить мать этого дитя из-за любви? Данталиан. Мои уши все правильно услышали?

– Ты услышала правильно. Кажется, у тебя прекрасный слух.

– Блядь, и в каком месте это – любовь?

Я мягко улыбнулся. Сейчас я относился к жизни безгранично терпимо.

– Принцип очень простой и четкий, Барбатос. Я совершил три действия, которые при обычных обстоятельствах никогда бы сам не сделал.

Во-первых, я пытался убить старую женщину, хоть пользы от этого не было никакой. Во-вторых, я пытался убить служанку из Резиденции Губернатора, вот уж точно никакой корысти. Если бы я бездумно убил служанку, тогда репутация Владыки Демонов была бы сильно повреждена. Пожалуй, это нельзя было бы расценить как логическое действие. В-третих, я пытался сохранить жизни Джакомо Петрарху и стражникам, подвергая себя опасности, что о моем кровопролитии узнают. Вот это действительно было абсурдно. Я был безумцем? Почему я пытался помиловать тех парней? Это случилось лишь потому, что я хотел показать Лазурит, что «я способен проявлять милосердие».

Первый раз был причудой.

Второй раз был совпадением.

Третий раз был неизбежностью.

А я был глупой скотиной, которая не мог понять, что же было неизбежно. Два раза понятно, но чтобы я упустил это и в третий раз? Невозможно.

Мой разум дал ответ, вслед за моим уравновешенным характером.

Лазурит.

Она была моей логической ошибкой.

Не отличающейся от вируса, который был причиной ошибок.

– Честно говоря, это было невероятно очевидно…

Я тупо уставился в пустоту.

– Когда я пытался убить ту старую женщину, мне было совсем не весело. Разве это не удивительно? Для меня нет ничего приятнее, чем отправить кого-то в Ад, используя мою власть. Но по какой-то причине, когда я собирался убить ту старую каргу, настроение у меня было самое скверное…

И со служанкой было так же. Это не было даже чуточку в радость. Крайне неприятная ярость, которая наполняла мою грудь.

Я был тем человеком, который наслаждался, смело смотря в лицо Пеймон и Ивару Лордбруку в Вальпургиеву ночь. В ситуации, когда, сделай одно неправильное движение, я подверг бы себя опасности уничтожения, я все же мило наслаждался чувством, что играюсь с теми двумя, как мне хочется. Я был тем, кто сходил с ума по власти.

Но чтобы я чувствовал себя раздраженным, пытаясь убрать старую женщину и служанку?

Это было странно.

Какую это повлекло за собой ошибку, было ясно.

Все ключи были даны заранее.

Когда я наступил на голову Ивар Лордбрук, я чувствовал удовлетворение...

Когда я запугивал старую женщину и служанку, я чувствовал раздражение...

Разница была проста.

Первое действие было сделано в силу власти, а вот последующие действие были совершены из-за любви.

Если уж это не было сюрпризом, то я не знал, что им могло быть.

Когда я мысленно возвращался к этому, все было ясно.

– Я на самом деле был поражен. Мыслью о том, что действительно настанет день, когда такой человек, как я, по-настоящему полюбит кого-то. Этого я не мог предвидеть даже в своих снах, потому был не способен понять раньше…

– Ты… Ты действительно говоришь это искренне?

– Я всегда искренен, Барбатос.

Лицо собеседницы стало мрачным.

– … Безумец.

– Кто?

– Ты. Ты совершенно безумен.

– В этом нет ничего нового.

Горьковатая сладость смочила мой язык.

Это вино действительно подходило своему названию как лучшее в мире демонов благодаря своему глубокому вкусу.

– Сынок.

– Если тебе повезет, ты встретишь хорошую женщину.

– Неважно, что ты делаешь. Никогда. Никогда не отпускай эту женщину.

Отец, ты был прав.

Если встретишь замечательную девушку, тогда это чувство просто придет к тебе.

Однако в целом, мой отец был прав только в этом.

Потому что, бесспорно, я оказался более сведущим, чем он.

Я докажу это тут.

– То, что мне предстояло сделать тогда, было просто. Во-первых, я должен был признаться Лазурит в любви. Это, как я сказал тебе раньше, у меня получилось идеально.

– Идеально?..

Лицо Барбатос перекосилось, но я проигнорировал это.

– Дальше мне нужно было быстро устранить армию захватчиков. Это было нелегкое задание, поскольку моей целью было не разбить вражеские силы, а возвысить моего будущего действующего генерала. Что ж, в некоторой мере она успешно пробудилась — в некоторой мере. Ее еще многому нужно научить. Мм. В любом случае после подавления захватчиков и сминания мисс Фарнезе на свой вкус…

Я коснулся подбородка.

– После этого мне пришлось порвать с Лазурит.

– …

Растеклось тихое безмолвие.

– … Что?

Я мягко засмеялся.

– Представь ее. Представь ее разочарование. Как Сильно Лазурит разочаровалась во мне. Еще мгновение назад я настоятельно советовал мисс Фарнезе стать не более чем рабой власти, но сразу же после этого, вмиг, оказалось, что я был не более чем рабом любви. Это неправильно. Это не дело.

Я медленно покачал указательным пальцем влево-вправо.

– Лазурит не требовала от меня любви. Конечно, мы немного кувыркались вместе в постели, но что ж… это было не столь важно. Я бы любил Лазурит, даже если бы я был евнухом.

Барбатос изумленно смотрела на меня.

– Ладно, я буду говорить честно. Я мог бы любить ее чуть меньше. Сексуальное желание довольно важно, в конце концов. Вдобавок к этому, она оправдывает свое имя суккубы, умения Лазурит в этой сфере действительно… ух, просто невероятные. И хотя моя увлеченность женщинами была довольно беспорядочной, я чувствовал себя, словно внезапно стал девственником. Я признаю это. Ночные дела сыграли довольно большую роль в том, что моя любовь к ней выросла. Но это и все. Это не было существенно. Язык между нами вышел за рамки телодвижений.

– …

– Единственное желание Лазурит – получить абсолютную власть. Но если бы я просил любви, тогда временами ей бы пришлось подчиняться. Как я невольно сделал для Лазурит… когда встретился с той старой женщиной, служанкой и Джакомо Петрархом.

Я медленно покачал головой.

– Но это было бы пренебрежением желания и намерений Лазурит, а также уничтожило бы мое собственное желание. Потому что…

Я улыбнулся

– Я любил власть больше, чем Лазурит.

Барбатос закрыла рот.

Нежно смотря на нее, я добавил:

– Если бы мне пришлось дать предварительную оценку, что ж. Лазурит была бы третьей.

– Третьей кем?..

– Я говорю о последовательности любви. Порядок приоритетов в жизни человека. Человек должен знать, что для него важно, а что менее важно. Если пытаешься взять и то, и другое, то все закончится у тебя, как у льва, который потерял и кролика, и оленя.

Я слегка сморщил брови.

– Жизнь человека в хаосе распадется на части. Стоит ли называть ее хрупкой? По крайней мере, если ты стоишь перед решающим выбором, тогда нужно знать заранее, что выберешь. Мм. В моем случае самое первое в моем списке важных вещей это жизнь, когда можно немного лениться, а второе самое важное – власть. А теперь Лазурит стала третьей самой ценной вещью для меня.

– …

– Разве это не поразительно? Лень пребывает со мной с тех пор, как мне исполнился год. Власть со мной с тех пор, как мне исполнилось 6. В сущности, они сопровождают меня на протяжении всей моей жизни. Несмотря на это, то, с чем я живу всего лишь полгода, заняло третье место среди самых важных вещей в моей жизни. Если это не чудо, то я не знаю тогда, что это.

Я прижал обе руки к груди. Биение моего сердца передалось ладони.

Я никогда не забуду это чувство.

Это был по-настоящему чудесный и поразительный опыт.

– Это – не любовь, – cказала Барбатос.

Интересно, было ли это лишь мое воображение, но ее голос дрожал.

– Отлично, если вы двое разойдетесь, но любовь… это чувство самое ценное из всех. Это то, чему все прочее должно охотно поддаваться, уступать место.

– Ах, так думает большинство людей. – Я кивнул. – И большинство людей ошибаются, – и ухмыльнулся.

Как и я до этого времени.

Как я и продолжу.

– Я знаю ответ.

Всегда.

Бесчеловечный Гимн (часть 8)

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

17.09.1505 год по Императорскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Адъютант. От группы лазутчиков больше нет отчетов?

– Никаких. Наша линия фронта совершенно чиста, генерал. – с радостным лицом ответил мой адъютант.

И не только мой адъютант. Все солдаты вокруг меня были радостные. Вскоре после этого, наши силы безопасно добрались до замка Владыки Демонов Данталиана.

Сначала мы постоянно настороженно оглядывались вокруг. Причиной тому была холмистая местность, а перед нами расстилался широкий лес.

В отличие от холмов, внезапное нападение было более вероятно в черте леса. Нельзя было исключить возможность вражеской засады. Отправить небольшое подразделение, чтобы оно потерпело поражение, а потом устроить для нас засаду, пока мы были беспечны… Проще говоря, обычная обманная тактика. Даже если бы шанс был один на тысячу, я не собирался упустить из его виду.

– Вот уж действительно, кажется, все военные силы Данталиана были сметены вчера.

– Да. И хотя сначала это вызывало сомнения, кажется, волноваться было бессмысленно.

После того, как мы прошли лес, перед нами оказалась массивная каменная гора. В пределах видимости, голая гора состояла только из камней. Растения были не способны расти на Замке Владыки Демонов, по большей части из-за мощной магической энергии, которую он испускал. Гора перед нами действительно была замком Владыки Демонов Данталиана.

– Наши разведчики нашли вход в пещеру.

– Ммм, продолжайте по плану.

Как мы договорились ранее, в пещеру вошли разрозненные отряды. Это операция совершалась, чтобы подтвердить, действительно ли в замке было много черной травы.

Ничего страшного, если черной травы в замке не окажется. Это было всего лишь действие, призванное показать моим людям, что мы не стоим праздно в стороне. Если же трава там была – это удача, если же нет – то не велика беда. Вот как все было.

Тремя часами позже отдельные отряды завершили поиски и вернулись. Адъютант отчитался мне взволнованным голосом:

– Генерал, они говорят, что обнаружили 6 повозок с черными травами!

– Что?!

Удивительный результат.

В полном неверии я встал и прошел вперед. И действительно: отдельные отряды, радуясь, везли черные травы. Я видел все отдельные отряды, все мои солдаты численностью 1500 человек радовались. Было ощущение, словно наступил праздник.

На дынный момент черные травы в империи продавались более чем по 10 золотых за штуку. Как минимум 10 золотых! В зависимости от региона и торгового места, запрашиваемая цена могла подняться даже до 20 золотых. Я и не заметил, как моя челюсть отвисла.

– Милый Боже. Бог Аид…

Сколько же стоили 6 повозок черных трав? В сумме там было, наверно, около 7000 растений. 70 000 золотых… Бюджет правящей семьи империи за год составлял примерно 500 000 золотых. А это значило, что я получил в руки 1/7 часть национального бюджета, требуемого чтобы управлять всей империей в течение года!

– Это величайший успех, Ваша Светлость! – Пылко закричал мой адъютант. – Теперь территория Розенберга выживет. Нет, это уровень не просто жизни! Люди будут почитать Вашу Светлость как святого, благословенного Богами!

– Это так! Мы можем спасти всех моих граждан, которые страдают сейчас от этой загадочной болезни…

В груди у меня стало тесно от радости.

Сколько моих подданных претерпевали боль. Сколько людей отправляли свои молитвы Богам, и сколько раз Боги молчаливо отворачивались от них.

Два моих внука умерли от этой болезни. Один из них был всего лишь 6-летним ребенком…

У меня дрогнуло в груди от воспоминания о почерневшем теле моего внука. Моя дочь тогда держала тело своего ребенка, вопя от боли. Еще немного, если бы я захватил это место немного раньше, моей дочери не пришлось бы потерять своего ребенка…

– Ваша Светлость, что вы имеете в виду под спасением всех наших граждан? – Спросил мой адъютант.

– Конечно же, мы продадим все это по соответствующей цене. Одной только продажи этих запасов на рынке будет достаточно, чтобы ваши подданные всячески восхваляли вас.

– Нет. Мы обеспечим всех больных травами бесплатно. – Я провозгласил это после того, как мои эмоции улеглись.

Начиная с моего адъютанта, все мои командующие офицеры тоже смотрели на меня с шокированным выражением лиц.

– Это невероятно!

– Мне дважды улыбнулась удача во время этого похода. Первая – что мои территории, к счастью, расположены рядом с замком Владыки Демонов Данталиана. Вторая – что мы смогли разделить и захватить вражеские силы до того, как они смогли объединить свои силы.

То, что мы смогли получить военную добычу сегодня, случилось только потому, что нам это позволила Богиня. Не стоит забывать про это.

– Если Богиня даровала мне удачу, тогда я должен пожаловать эту удачу всем моим подданным. Благодать Господня должна быть дарована всем. Разве не так, джентльмены?

– …

Мой адъютант и командующие кампанией переглядывались.

Через мгновение мой адъютант убедительно опустился и стал передо мной на колени.

– Ваш покорный слуга клянется в верности Вашей Светлости.

Один за другим командующие кампанией склонили головы. Это не было всего лишь движением тела, выполненным солдатами в знак вежливости их соверену. Без привязки к узам контракта, это был знак уважения среди воинов. Я лично, как и надлежит, поднял каждого из них с колен.

– Скажите это остальным солдатам. Каждый военнослужащий наравне с другими будет наделен травами, и как только мы вернемся в наши земли, я угощу всех свининой и пивом.

– Есть!

Если такой дворянин, как я получает уважение, в ответ я должен дать им не только слова, но и ценные ресурсы. Любой может выразить благодарность словами.

Слова, брошенные в пустоту, были словно крепостной вал, построенный в воздухе. Малейший ветер мог бы его завалить. Верность шла от денег. Не было причин стыдиться признать это.

– Нам нужно передвинуть пороховые бочки, Ваша Светлость.

– Мм. Сделайте это.

– Есть. Перевозите бочонки!

– Солдаты осторожно несли пороховые бочки из телеги.

Поскольку существовала опасность взрыва при неправильном обращении, к ним были приставлены 4 мага, чтобы внимательно следить за этим. Это было очевидно. Если бы случился непреднамеренный взрыв, мы все бы погибли. Непозволительна была даже малая халатность.

В течение всего похода маги оберегали пороховые бочки. Их можно было использовать как Воздушные Магические Силы, но, к счастью, сражение было не настолько яростным, чтобы требовалось их отправлять туда.

Маги. Иными, словами Воздушные Магические Силы, были невероятно ценной военной единицей. Только они могли править небом. Нам повезло, что мы не потеряли ни одного мага в этом походе. Правда. Было много всяких излишеств, которые можно было расценить как удачу…

– Ваша Светлость, мы разместили бочки с порохом в пещере.

– Хорошо. Подорвите их осторожно. Удостоверьтесь, что ваша собственная безопасность – первейший приоритет.

– Есть! Подорвать взрывчатку!

Маги направились в пещеру и синхронно выстрелили заклинанием огненной стихии. Максимальная дальность магического заклинания – 50 метров. Огненные шары пролетели необходимо расстояние и взорвались внутри пещеры.

Буууум—

Громкий звук взрыва отразился и потряс скалистую гору.

Порох, сделанный из древесного угля и селитры. А вместе с ним, в бочонке были крупные куски металла и камни. И хотя использовать его в настоящем сражении было затруднительно, он находил себе применение при разрушении вражеских крепостей, наподобие этой.

Замок Владыки Демонов Данталиана обрушился перед моими глазами. Пусть и невозможно было разрушить целую гору, обрушился просто вход в пещеру. Все же я был этим доволен.

Мой адъютант, смотря на спектакль разрушения подножия горы, сказал взволнованным голосом:

– Это чудесно.

И это действительно было так. Этот поход был совершенным от начала до конца.

Теперь Владыке Демонов Данталиану уже не представлялось возможным вернуться. Он не только потерял все свои войска, но также и свою крепость. Таким образом, меры безопасности маркграфа Розенберга были завершены.

Я не ощущал никакого чувства жалости внутри. Это был закон джунглей. Очевидно же, что люди будут враждебно настроены против демонов. Покорно прими свое поражение, о, слабейший Владыка Демонов.

– Войска! Возвращаемся домой!

Буууууу

Горнисты от избытка радости мощно трубили в горны.

Наслаждаясь освежающим полуденным солнечным светом, мои солдаты двигались с удовольствием. А поскольку еще и дул прохладный ветер, все было идеально.

Это так. Была ли уже осень…

Листья стали красными и на поля вышли фермеры. Пора, когда все создания собирают урожай своих собственных жизней.

На самом же деле моя жизнь, прошедшая на полях сражений и аренах, на протяжении 50 лет была одинаковой.

Мне хотелось пасть на поле боя.

Мне хотелось, чтобы меня похоронили с другими воинами.

Но…

«Благодарю тебя, Владыка. О Великие Боги. Даровать этому ничтожному человеку возможность оставить что-то позади себя своим людям при жизни. Я могу быть лишь благодарен.»

Я мысленно помолился богам.

Если, возможно, после того, как я дам людям лекарство, после спасения своих земель, мне будет позволено медленно закрыть глаза. Если такова моя судьба, то это не так уж плохо. Действительно, это совсем не плохо.

Это будет надежда, оставленная новому веку и новому поколению.

Разве это была не прекрасная заключительная роль, данная старику?

– Генерал! В срочном порядке вернулась разведгруппа!

Пока я планировал, как разделю свое наследие между сыновьями и дочерью, мой адъютант отчитывался. Его голос звучал довольно высоко. Почему-то на его лице было растерянное выражение. Группа лазутчиков? На данный момент не должно было быть ничего, о чем стоило отчитываться.

– Что там?

– Появились вражеские силы! Впереди была замечены вражеские отряды!

От крика моего адъютанта воздух вокруг похолодел. Я чувствовал, что солдаты вокруг нас были удивлены и уставились на адъютанта.

Я был слишком шокирован, но легко сохранил спокойное лицо. Если командующего трясет от волнения, тогда волнение мгновенно распространится на все войска. Другими словами, это была болезнь более ужасающая, чем Черная Смерть.

Мм. Кажется, тут требовалась смена обстановки.

– Будьте спокойны! Разве вы уже забыли? Наша война не закончится, пока мы не вернемся домой. Пока сражение не закончено, враг может появиться откуда угодно! Это очевидно. Зачем начинать волнения!?

– М– м-ммм. Прошу прощения.

Как только мой адъютант склонил свою голову, войска, которые уже были готовы поддаться тревоге, быстро затихли. Мой адъютант получил выговор перед лицом солдат. И это тоже было важной ролью адъютанта.

– Дай более подробный отчет. Где расположены вражеские силы и какова их примерная военная мощь?

– Да, генерал. Вражеские силы расположились на холмистой местности, которую, наши войска прошли еще вчера. Их число достигает примерно 3000!

– !..

Я едва мог сдержаться, чтобы не раскрыть широко глаза.

Меня поглотило ощущение, будто из меня вытекла все кровь. Причина, почему я мог сохранять самообладание, крылась исключительно в том, что я всю свою жизнь провел на полях боя и аренах. Если бы у меня не было этого опыта, то, скорее всего, я бы неподобающим образом вскрикнул.

– Ты только что сказал 3000?

Однако я не мог полностью контролировать встревоженность в своем голосе. Настроение было плохое. Я ощущал смятение солдат вокруг меня. Я даже увидел бледное лицо командующего офицера…

– Да. Отряд лазутчиков точно доложил, что их было 3000.

Соберись.

Всегда есть шанс, что отчет ошибочный.

Я проходил нечто такое в прошлом. После того, как я узнал, что, у вражеских сил, которые яростно сражались всю ночь, была военная сила в 3 раза меньше, чем наша, все напряжение у меня в груди исчезло. Пять человеческих чувств не всегда были точны. Было еще слишком рано впадать в панику.

– Мм. В это довольно трудно поверить. Сейчас я отдам приказ всем войскам.

Я изо всех с ил симулировал хладнокровное отношение. У этих солдат не было выбора, кроме как проживать свою жизнь, глядя на меня. Без приказа они начали бы тревожиться. Я имел в виду, что можно стереть тревогу приказом.

– Нам нужно выбраться из этих лесов как можно скорее. Всем отрядам продвигаться вперед и не забывать о возможности сражения.

– Есть генерал! Все солдаты! Продвигаться вперед на максимальной скорости! Вперед на максимальной скорости —!

Наши силы быстро прошли через лес. Через два часа наши отряды достигли холмистой местности и засвидетельствовали зрелище, которое был просто невероятным. На другой стороне холма действительно стояли ряды примерно 3000 вражеских солдат, грозно ожидая нашего прибытия.

– Генерал…

Мой адъютант смотрел на меня с бледным как мрамор лицом. С нашей стороны число воинов достигало примерно 1400. По сравнению с другой стороной, наше число было в 2 раза меньше. Какая сторона выиграет, было очевидно. Это было ясно командующим кампанией и понятно для самих солдат…

Соберись, Джордж. Быть способным изобразить неведение даже в такой ситуации – вот что такое настоящий командующий. Они должны действовать так, словно они не знают правду, которую все ясно понимают. Конечно, это мучительная роль. Но только так я мог взять на себя ответственность.

– Адъютант. Как вы думаете, почему вражески силы появились тут?

– Прошу прощения?

– Если бы у них была военная сила численностью 3000 солдат, то для них было бы уместно появиться раньше. У них было много возможностей смести нас. Однако вражеские силы появились после того, как мы разграбили и уничтожили их крепость. Неважно, как на это смотреть, это ненормальное использование войска.

– Это… так, генерал.

– Все войска нуждаются в моих словах!

Я закричал, вытянув шею. Все солдаты сразу же повернулись ко мне. Этот момент был важен. Единственный шанс, когда я мог удержать их боевой дух на высоте. Давайте построим на этом победный ход.

– Те вражеские солдаты перед нами только что прибыли на поле сражения! Они хотят преградить нам путь, но мы были на шаг впереди. Мы успешно разрушили их крепость!

И неважно, правда это или нет. Вселить рвение в моих солдат, это было моей единственной целью…

– Мы скорее громко засмеемся им в ответ. Мы достигли успеха, а они проиграли. И самое главное, мы достаточно отдыхали, так что наша выносливость на высоте. А раз они только что прибыли на это поле сражения, они все еще уставшие! Если мы атакуем их сейчас, то победа у нас в кулаке!

Солдаты на мгновение всколыхнулись перед тем, как наконец выражение их лиц стало непоколебимым у всех, как у одного. Их боевой дух возвращался в их глаза. Пойдемте же, мои северные солдаты. Люди ждут нашего возвращения!

– Пинайте задницы этих ублюдков-дварфов! Бейте их зады и поносите их! По слухам, говорят, что дварфы визжат подобно свиньям при спаривании. Разве люди не должны добродушно научить этот скот, каковы настоящие мужчины!?

Солдаты ответили ревом. Вместо каких-то громких оправданий иногда просто швыряние оскорблений во врага было более эффективно. Мы не проиграем в решительности.

– Трубите в горны Фолля!

Бууууу—

Буууууу—

Звук горнов эхом отразился по широким холмам. Звук, символизирующий начало войны, которой не было вот уже 700 лет. Это так. Люди нашей земли с боем побеждали в течении 700 лет истории и, таким образом, оказались здесь. Нас не победить так легко.

– Вся конница, в атаку!

Бесчеловечный Гимн (часть 9)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

17.09.1505 год по Имперскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

Прошло 5 минут с начала сражения.

И хотя временно текущая ситуация в сражении была на равных, дух вражеских солдат поражал. Однако было еще кое-что более поразительное. Это было текущее состояние Лоры Де Фарнезе.

– Мисс Фарнезе, ты в порядке?

– Все отлично. У этой молодой леди нет проблем.

– Но ты довольно сильно потеешь…

В какой-то момент времени Лора Де Фарнезе стала сильно потеть. Я волновался, что она нервничала, но к счастью, это было не так. Это был своего рода головной жар. Если ей верить: «Такое всегда случается, когда эта молодая леди напрягает свои мозги», вот что она мне сказала.

– Боевой дух их конного полка, кажется, относительно высок.

– Глупый выбор. Было бы лучше, если бы они попытались скрыться в тот момент, когда обнаружили наши войска. И хотя они понесли бы потери во время погони, по крайней мере, 30 процентов вернулись бы живыми.

Мисс Фарнезе усмехнулась.

Ее улыбка была все еще неуклюжая. Уголки ее рта все еще были жесткими, а ее губы подергивались. И все же было такое ощущение, словно эта улыбка правильнее выражала Лору Де Фарнезе. По крайней мере, мне она нравилась.

– Но враг решил не бежать. Словно это было самое очевидное, что они обязались делать во время сражения. Известны ли вам причины, стоящие за этим, господин?

– Вероятно, из-за черных трав.

– Правильно. Если они смогут вернуться с черными травами, тогда смогут спасти свои земли. Возможно даже, получат признание людей. Вражеские силы обольстились этой иллюзией, и не могут покинуть свои телеги.

Когда рыба находится перед аппетитной наживкой, у нее есть все шансы скрыться в любое время, но она все равно цепляется за нее.

Разве это не было прекрасным случаем?

Мисс Фарнезе использовала домысел, известный как черные травы, чтобы подтолкнуть врага к бою. Вражеские силы, скорее всего, даже не осознавали, что их одурачили. Они буквально стали тупыми рыбками. Наш трюк хорошо с ними сработал.

– Ну, мисс Фарнезе, хотя до этого момента все шло отлично, боевой дух вражеских сил этим не обмануть. Как ты планируешь справиться с этой ситуацией?

– Просто. Причина, почему их боевой дух на высоте, потому что они в наступлении. Но эта молодая леди довольно эгоцентрична. Эта молодая леди не может им позволить долго играть эту головокружительную роль на сцене.

Мисс Фарнезе сжала глиняную фигурку в руке:

– Я буду медленно опускать их до мучительной роли.

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

17.09.1505 год по Императорскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Генерал! Вражеская конница обходит нас!

– Что?

Я посмотрел на другой фланг поля боя. Мой адъютант был прав. Подразделение вражеской конницы обходило холм кругом и приближалось к нам. Лицо мое скривилось.

– Еще одна дурацкая тактика… Если у них еще есть конница в резерве, то было бы уместно, чтобы она приняла участие в сражении немедленно. Зачем же они приказали атаку с фланга?

Несомненно, вражеский командующий новичок в тактике.

В этот момент происходило лютое сражение между нашими и вражескими конными отрядами. Наша боевая мощь была весьма сбалансирована.

Если бы враги использовали свои резервные силы в этой ситуации, десять к одному, что мы бы проиграли. Наши конные отряды были бы уничтожены, а следом за ними и пехотинцы. Наши силы были бы вконец повержены. Несмотря на это их командир по глупости решил использовать свои резервные отряды как отдельные подразделения.

– Ммм. Неужели их командующий совершенно не смотрит, как протекает битва?..

В моем положении я мог быть только благодарен. Если бы их силы кинулись на наши фланги, то единственное, что нам пришлось бы сделать, это использовать пехотинцев, чтобы преградить им путь. Просто выставить наши копья было бы достаточно, чтобы не подпускать близко их конницу.

И хотя все шло к тому, что это будет напряженное сражение, все было отлично. Победа все еще была наша. У нас была возможность выйти победителями. Боги не покинули нас!

– Пехотинцы на правый фланг. Приготовить копья и выстроить противоконную стену. Покажите этим людям отчаянной отваги Ад и…

В этот момент я кое-что увидел.

Телеги для перевозки. Телеги, доверху нагруженные черными травами, находились сзади… Конечно, это была их цель?! Были ли они доведены до большего отчаяния, чтобы пытаться получить обратно свой скарб, а не выиграть сражение в тот момент?

Вражеский командующий был жадным малым. Возмутительно, что он был так одержим деньгам, а не своей победой. Но эта алчность схватила нас за лодыжку…

Я сильно прикусил губу и отдал приказ:

– … Сосредоточить военную силу на правом крыле.

– Генерал, тогда наши силы будут разрежены с обоих сторон! – Мой адъютант был поражен. – Враг сможет прорваться. Прошу вас, подумайте!

– Адъютант, они нацелены на наши телеги. Мы не можем позволить, чтобы травы забрали.

– !..

Эти травы были будущим наших земель. Жизнью наших детей. Надеждой исцелить родителей от отчаяния. Словно мы позволим так легко отобрать это!

– Быстро. Если на телеги нападут, то все будет кончено.

– Есть, генерал! Как вы прикажете!

Как только сигнал флагом был дан, наши солдаты сместили свое внимание на правый фланг. Это должно отбить охоту у вражеского командующего грабить телеги. Не фокусируй свой взгляд на добыче и выйди на нас честно.

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

17.09.1505 год по Имперскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Война действительно доставляет удовольствие, господин. – Промурлыкала мисс Фарнезе.

Сейчас боевой дух врага был на порядок ниже. Их агрессивное поведение медленно стало пассивным поведением. Резкость, которую они проявили, развязывая войну, уже куда-то испарилась.

– Подумать только, что свободный контроль над людьми будет доставлять этой молодой леди такое удовольствие. Эта молодая леди не может удержаться. И хотя выиграть можно, просто разбив вот так левый фланг врага, но… это было бы безвкусно.

– Что ты имеешь в виду под безвкусным?

– Очевидно, что вкус блюда. Блюда, приготовленные искренне – вот что ценно. Разве блюдо, сделанное больше с поспешностью, а не вниманием, не было бы невежливостью по отношению к гостям? – Мисс Фарнезе говорила радостным голосом. Ее лицо сияло словно у ребенка, поглощенного своей игрой.

– Эта молодая леди желает манипулировать чуть больше. Размахнуться немного больше. Наслаждаться немного больше. Поэтому эта молодая леди не будет делать что-то безвкусное, как-то сметать врага в мгновение ока.

– …

Конечно.

Это ли была склонность человека, которого звали Фарнезе?

Будь это я, я бы не думал так, как она. Если бы появилась возможность сокрушить противника, тогда я обязательно немедля разорвал бы их. Стоило ли мне называть это «наступлением в начале»? Неважно, что это было, я наслаждался бы, отдав распоряжение сразу же.

С другой стороны мисс Фарнезе принадлежала к группе людей, которые получали удовольствие неторопливо. Даря противной стороне надежду, за которой следовало отчаяние, а за ним снова надежда, она желала получать удовольствие как можно дольше.

Что ж, подводя итог, если бы вы сказали, что я ощущал власть, видя, как я преобладаю над противником, тогда можно было сказать, что Лора Де Фарнезе ощущала власть, когда видела, как противник в отчаянии из-за нее. Разным было лишь направление, желание же власти было одинаковое.

Я коротко засмеялся:

– Ты ничем не отличаешься от ребенка, который в совершенном восторге от своей новой игрушки. Однажды ты устанешь от этого в определенной мере и начнешь заканчивать дела быстро, как и я. А раз сейчас самое приятное время, играй, сколько тебе хочется.

– Мм. Поскольку пройдет много времени, пока эта молодая леди начнет от этого уставать, то сейчас у этой молодой леди все отлично.

– Я тебя ясно предупредил.

Мне было очень хорошо известно это чувство, поскольку когда-то я прошел через нечто похожее на то, что сейчас испытывала эта маленькая леди.

Даже сейчас вспоминание о том, что я был тайной причиной вылета двух студентов-парней из школы, когда я был школьным президентом, было в радость.

Однако повторно делать нечто подобное было скучно.

Хотя люди довольно быстро устают от других людей, они редко устают от самих себя. Именно благодаря этому принципу я смог так долго оставаться в живых… Как только пройдет 7-10 лет, мисс Фарнезе тоже естественным образом осознает это. Прошу, наслаждайся своими золотыми днями по максимуму.

Лора Де Фарнезе наблюдала за линией фронта глазами, полными предвкушения.

– Ах—, не отступайте там. Пожалуйста, оказывайте еще немного сопротивление этой молодой леди. Разве вы, сиры, не доблестные воины Империи Габсбурга? Покажите вновь силу, которую показали раньше, и ввергните эту молодую леди в бóльшие трудности —. Попробуйте кинуться на эту молодую леди как никчемные собаки и смешать ее с грязью—.

… Она садистка или мазохистка?

Я был доволен, поскольку считал, что она садистка, но она могла неожиданно оказаться мазохисткой.

Что же это было? Когда я давил на макушку мисс Фарнезе, было ли то, что она чувствовала, не обидой, а удовольствием? Разве и я, у кого самые проницательные глаза в мире, неправильно оценил ее характер? Как жутко. Для такого здорового садиста, как я, мазохисты были не более чем чужой расой, которую я не мог понять. Довольно проблематично, что в мире столько уникальных извращенцев…

Бесчеловечный Гимн (часть 10)

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

17.09.1505 год по Императорскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

… Ситуация была скверная. Наши силы медленно оттесняли назад.

И хоть я был готов пойти на что угодно, чтобы изменить военную обстановку, нам не хватало возможности сделать это. Враг упрямо шел на нас, целясь на наши трофеи. Наши войска были связаны этим.

– Словно наши позиции поменяли местами…

– Да. Теперь словно они атакующие, а мы защитники. На данный момент мы не можем делать никакие движения.

Мой адъютант закусил губу. Выражение его лица было безотрадное. Наши силы не могли выполнить тот или иной маневр, вместо этого их тягал за собой враг.

Однако это не было самым мучительным. По правде сказать, наши солдаты весьма достойно вели сражение. Это был как раз тот случай, когда судишь объективно. Они преодолели перевес в военной силе в 2 раза и сражались на равных с войсками противника. По всей вероятности, это был впечатляющий подвиг.

Но, где-то на краю сознания...

... мне не давало покоя осознание того, что нас победили.

Чувство, вдавливавшее нас в трудное положение.

С моих губ слетели сетования.

– … Если бы наши силы находились в наступлении, нам были бы доступны многие варианты. По крайней мере, если бы наши войска находились в явно невыгодном положении, мы могли бы приказать отступать.

– Но сейчас трудно решить что бы то ни было в данной ситуации, генерал.

– Это так. Проблема.

Будет это победа или поражение, результат должен был четко появиться перед нами, чтобы мы среагировали соответствующим образом. И все же какова была текущая ситуация? Она была ни та, ни ся. Только поток нашей воинской силы все дальше и дальше медленно истощался…

Скорее всего, мне не следовало приказывать отступать в этих условиях. В этот момент наши люди яростно сражались с врагом. Единственное, что подталкивало их сзади, была их надежда. Еще чуть-чуть. Если бы они приложили еще чуть больше усилий, то могли бы выиграть. Вот была надежда, которая их поддерживала.

Однако, честно говоря, это «немного» никогда не падало ниже отметки. Вражеские силы цепко держались за свое превосходство, а нас просто тягали. Выносливость наших войск медленно стремилась к нижнему пределу…

Если бы я приказал отступать сейчас, именно в этот момент наши солдаты по-настоящему впали бы в отчаяние. Боевой дух мгновенно бы пропал. Это был бы конец. Не имея возможности должным образом отступить, не имея возможности даже одержать победу, наши силы сами бы бесславно распались.

Росянка.

Я почувствовал, что мы словно увязли в терпеливой росянке. Липкое неприятное ощущение прокатилось по моему хребту. Во рту пересохло. Чувство, когда ты ни то, ни сё, но также когда тебя шаг за шагом тянет к неминуемой гибели… это очень мучительное чувство.

Действительно ли вражеский командующий был новичком? Возможно, нас поймали в ловушку? Глупая мысль, но я не мог отбросить свои сомнения.

Прежде всего, такое сражение шло вразрез с моими предпочтениями. Нанести серьезный ущерб и смести их. Вот идеальное сражение, к какому я стремился. Как же оно обернулось таким…

– Генерал. Может это вражеская военная хитрость?

– Военная хитрость?

Мой адъютант смотрел с полным тревоги лицом:

– Я имею в виду те два военные подразделения, уничтоженные вчера. Возможно, они намеренно оставили те подразделения как наживку, чтобы заставить нас быть более беспечными.

– Нет. Невозможно.

Я твердо покачал головой.

– Если ты сложишь те два подразделения, это составит 300 солдат. Если ты добавишь этих солдат к силам врага, с которыми мы сейчас столкнулись, то они могли бы легко покончить с нами. Зачем им было упускать свой шанс получить легкую победу?

– Это так, э…

– Вдобавок к этому мы обрушили горную породу в их замке Владыки Демонов. Если наша нынешняя ситуация действительно ловушка, тогда это свидетельствовало бы, что они легко позволили нам уничтожить их крепость. Враг не получил бы никакой выгоды, если бы это было так.

Ошибки не было. Они понесли бы только потери.

Их черная трава была украдена, а замок Владыки Демонов разрушен. На стратегическом уровне вражеские силы уже проиграли. Даже если бы они уничтожили нас здесь, вражеские силы не могли бы праздновать победу. Выиграть сражение, но быть жестко побежденными в стратегическом плане – вот каким был бы результат этой войны.

– … Я думаю, другого выбора нет. Давайте воспользуемся магами.

– Да. Я тоже думаю, что других способов не осталось. Если Воздушные Магические Силы будут бомбить врагов с неба черным порохом, тогда, пусть даже и не на много, но наше положение может улучшиться.

На данный момент в наших войсках было 4 мага. Чрезвычайно малое число, но все же достаточное, чтобы повлиять на вражеские войска. Поставим же нашу веру на эту последнюю карту.

– Генерал. Воздушные Магические Силы стали в строй. – Отчитался адъютант.

Как только я посмотрел вверх, группа магов взмыла в небо и полетела на высоте 150 метров. Мои ладони вспотели… Только 4 мага. Однако за их плечами стояли все 1500 жизней наших солдат. Нет, если учитывать травы, нагруженные на телеги, тогда жизни 7000 людей наших земель были за их плечами тоже!

Умоляю вас. Принесите хаос силам противника!

Не нужно убивать многих. Достаточно всего лишь посеять страх в их сердцах, что «черный порох и огонь падают с неба». Небольшой беспорядок. Одного этого будет достаточно, чтобы изменить ход сражения. Маги спешно ринулись к линии фронта. Немного дальше, еще немного дальше…!

– Г-генерал. Посмотрите туда. – В этот момент мой адъютант обращался ко мне. Это был голос, пропитанный отчаянием.

– Это Воздушные Магические Силы. Вражеские войска тоже мобилизировали свои Воздушные Магические Силы.

– Что… Этого не может быть…

Может. Я как раз собирался закончить предложение, как тоже кое-что увидел. С другой стороны группа вражеских магов на метлах приближались по небу. Это были маги с большими коническими шляпами на головах.

– Не говори мне, ведьмы?..

Все мое тело прошибло шоком.

Ведьмы, которым была дарована вечная молодость за то, что они посвятили свои души Владыке Демонов, гордились наивысшим уровнем мастерства. Более того, их число было велико. По сравнению с нашими магами они перевешивали нас.

– Десять, нет, их одиннадцать. Генерал! У противника более ошеломляющее число магического персонала!

– Это невозможно. Почему здесь ведьмы!?

Посреди неба наши маги столкнулись с их. В мгновение ока наши маги были пойманы. Словно играя с игрушками, ведьмы уничтожили наших магов одного за другим. Это не было сражение. Это была просто резня…

Наш последний маг лихорадочно пытался сбежать, пока и его наконец не подбили. Когда ему отрывали конечности, он кричал. Большие куски мяса, разорванные на мелкие ошметки, упали с неба на землю. Потом ведьмы праздновали это побоище, крутясь в небе кругами. Мы с адъютантом потеряли дар речи от чудовищного зрелища, свидетелями которого мы только что стали.

Ведьмы вернулись во вражеский лагерь, словно они жили свободными от мирских забот. Сложилось почти такое впечатление, что они вылетели на прогулку и теперь возвращались назад.

Мой адъютант смотрел на меня с лицом бледным, как у мертвеца.

– Г-генерал…

– …

Думай. Не паникуй и сконцентрируйся, Джордж!

Почему они выслали ведьм сейчас?

Если бы они выстроили своих ведьм в начале сражения, то могли бы с легкостью разбить нас. Почему вытянули свой козырь именно сейчас? Их цель уничтожить нас? Что же это могло значить… Подожди, а что если это ничего не значило? Что если отсутствие значение и представляло их намерения…?

Я медленно открыл рот.

– … Поднять белый флаг. Мы сдаемся.

– Прошу прощения?

– У вражеских сил нет намерения всерьез столкнуться с нами. Они просто медленно играются с нашими войсками, ожидая, пока мы выдохнемся. Они относятся к нам как к игрушкам.

Челюсть моя дрожала от этого мерзкого ощущения.

– Они могут разбить нас, когда захотят, однако не делают этого. Потому что они с самого начала планировали поднять нас на смех.

– Этого не может быть…

Лицо моего адъютанта пошло пятнами от волнения. У меня не было сил отчитывать моего адъютанта за такое выражение. Ощущение поражение кололо изнутри.

– Если бы мы дальше продолжали так сражаться, то единственное, что нам бы осталось, это уничтожение. Разница лишь в том, желаем ли мы, чтобы нас разбили раньше или позже. Поднимайте белый флаг, адъютант… Мы можем лишь надеяться, что они проявят малую толику благородства по отношению к нам…

Мы отправили посланника во вражеский лагерь, чтобы сообщить им про нашу капитуляцию.

Это еще был не конец. Была еще возможность того, что враг не позволит нам сдаться. Что они будут продолжать смотреть, как мы умираем, вздрагивая в агонии.

Тогда и отступление, и капитуляция стали бы неосуществимыми. В этот момент все, что наши солдаты могли бы сделать, это решиться умереть собачьей смертью и биться до самого конца. И, как и надеялся вражеский командующий, мы бы кричали от боли, поскольку попали в ад при жизни, пока наконец не погибли бы в сражении. Невыразимое ощущение бессилия тяжко легло мне на плечи…

Бесчеловечный Гимн (часть 11, заключительная)

Вскоре, наш посланник вернулся.

К счастью, кажется, вражеские силы приняли нашу капитуляцию. Разумеется, на определенных условиях.

Оставить черную траву, украденную из замка Владыки Демонов, самим разоружиться и оставить позади военные знамена наших полков.

– Они говорят нам отказаться от наших трофеев, нашего оружия и нашей чести?

Эти условия принять было нелегко. Пожалуй, это был самый унизительный вид капитуляции.

Голос моего адъютанта дрожал:

– Генерал, это слишком жесткие условия. Вместо этого, нам просто стоит драться до самого конца.

– И что нам останется? Мы все погибнем и людей Розенберга поглотит хаос. Мы можем только пережить это унижение.

– Но…

– Я не приму никакие возражения.

Командующие опустили головы. Настроение было тяжелым. Это было настроение людей, которые проиграли несправедливо. Просто немыслимо, что мы оказались в такой ситуации. Для них, и для меня…

– Сообщите им, что мы принимаем их условия.

– … Есть.

– Поднимите головы. Вы все старались изо всех сил, верно следуя за мной. Только я виноват в этом поражении. Никто из вас ничего плохого не сделал.

Я похлопал адъютанта по плечу.

С моих губ вырвался мягкий голос, которого я сам не ожидал.

– Генерал.

– Не забывайте сегодняшнее унижение. Более того, сегодня будет не самый худший день в вашей жизни. Вы сможете отправиться домой после того, как с трудом выжили и ваши конечности остались при вас. Для солдата, нет ничего важнее этого.

Командующие тяжело кивали головами.

Эти люди более чем достаточно показали верность своему господину. Во всей империи трудно было найти таких верных солдат, как эти. Мне было достаточно даже возможности отправить этих солдат обратно домой, чтобы не пасть духом.

– Скорее, отправляемся. Этот старик поведет.

– Есть, генерал.

Битва была окончена.

Наши войска продвигались колонной вперед. Позади мы оставили наше оружие. Большинство наших солдат отказались выбрасывать свое обычное оружие, такое как кинжалы и ножи, но с этим проблем ни у кого не было. Мы сложили все наши арбалеты и копья.

Наши шаги должны были быть легкими настолько, сколько тяжелого обмундирования мы потеряли, но атмосфера в войске была непомерно тяжелая. Все молчали.

Вражеские войска стояли по обе стороны холма. Было ощущение, что это море, разделенное пополам. Скорее всего, оно говорили нам проходить послушно. Я против воли стиснул зубы, идя впереди всех, и чувствовал, словно они насмехаются над нами.

– Однажды я отомщу.

Поэтому я откажусь от безропотной смерти в своей постели.

Владыка Демонов Данталиан. Всю свою жизнь, клянусь моим именем Джорджа фон Розенберга, я буду всячески мстить за сегодняшнее поражение. В десять раз, нет, я отплачу в двадцать раз больше и буду смотреть, как ты на полу молишь о прощении!

Если я буду полон решимости, я мог бы собрать десять тысяч солдат. Можно было также попросить помощи у других маркграфов поблизости и увеличить число войска до двадцати тысяч. Истребить такого Владыку Демонов 71-го уровня было делом, не требующим усилий.

Однажды. Как только Черная Смерть успокоится и мои земли достигнут определенного уровня стабильности, я вернусь.

Именно в тот момент, когда я тащился вперед с остатками своих войск:

– …?

Что-то привлекло мое внимание. На вершине холма. Подумав, что ошибся, я сморщил брови и потерял дар речи.

На вершине холма стоял ангел.

Там стояла неописуемо красивая девушка. Она была так очаровательна, что я, которому по возрасту следовало бы уже готовиться к смерти, тоже так думал. Я рассеяно посмотрел на нее перед тем, как быстро потряс головой, словно меня передернуло.

Успокойся. Не было причин, чтобы ангел отражался в моих глазах, так?

Я был слишком протравлен реальностью, чтобы верить, что на землю внезапно сошел ангел. Лучше просто думать, словно увидел невероятно элегантную девушку.

– …

В тот момент девушка послала в мою сторону скромное приветствие. Она слегка приподняла край своего плаща и изогнулась в талии. Это был стиль приветствия, идеально соответствующий тому, как это делала аристократия.

– Это ведь приветствие не для меня, так?

Чтобы лучше рассмотреть девушку, я несколько раз моргнул.

В тот момент я снова посмотрел на отдаленный холм.

…Я увидел.

_______________________________________________________________________________________________

– …

За спиной девушки улыбался дьявол.

И хотя никогда мне не доводилось быть свидетелем существования дьявола за всю свою жизнь, в этот момент я понял, «что» именно люди имели в виду, когда называли что-то дьяволом.

– Все…

Каждый нерв моего тела отправлял сигнал тревоги в мой мозг.

Это было непозволительно. Этому не должно было быть позволено существовать на земле.

Конечно, это была галлюцинация. Как только я снова моргнул и посмотрел еще раз на холм, ангелоподобная девушка вернулась.

– Все силы…

Однако мои инстинкты взывали ко мне. Интуиция, которую я отполировал за 50 лет, кричала что есть сил. Это было опасно, оставаться тут даже на секунду было ужасно опасно. Следуя своей интуиции, которая спасала мне жизнь множество раз, я раскрыл рот:

– Все силы… отступать! Это ловушка!

И в то же мгновение.

C холма полетели тысячи стрел.

Со всех сторон доносились крики. Летели брызги крови. Тихий марш отступления мгновенно превратился в ад при жизни. Слева и справа вражеские силы, разделенные пополам, без конца стреляли из своих арбалетов. Наши силы, которые оставили оружие позади, не могли даже подумать о таком выборе, как сопротивление, и были вырезаны, словно скот.

– Бежать! Всем войскам, не падать на колени. Делать все, что вы можете, чтобы убежать!

Несмотря на то, что я кричал, словно блевал кровью, мои солдаты не отвечали. Их просто охватила паника и они в смятении бегали вперед-назад. Были даже солдаты, которые опустили головы к земле и начали дрожать.

– Ваша Светлость. Вам нужно бежать! – Кричал мой адъютант. – Это место опасно! Прошу вас, подумайте о будущем!

– Но солдаты —

– Мы не думаем о мужчинах, которые не способны позаботиться о своих собственных жизнях, состоя в отряде наемников. Эй! Возьмите Его Светлость и быстро отступайте! Если наш господин получит хоть одну царапину, я лично засуну ноготь вам в задницу!

Конница приблизилась ко мне, но я не сдвинулся с места. Я был командующим. Я не могу убежать, оставив позади своих солдат. Даже если они не входили в отряды местного ополчения, а были нанятыми солдатами, это было все равно.

– Прошу прощения за мою грубость.

Мой адъютант вытянул ногу. Затем он воткнул каблук своей туфли в бедро моего боевого коня. Мой боевой конь, уколотый острым каблуком, громко заржал и бросился бежать во весь опор.

– Адъютант!

– Боги защитят Розенберг!

За считанные мгновения я пересек холм и скрылся с поля битвы. В последний раз я обернулся и увидел, как мой адъютант делал все, что мог, чтобы привести солдат в порядок.

Откуда-то прилетела стрела и пронзила голову моего адъютанта. Он упал с коня. Выражение лица моего адъютанта и то, как он падает с коня, я ничего этого не видел.

Всю территорию вокруг него покрывали пехотинцы. Труп моего адъютанта упал в центр оставшихся войск… словно его поглотил океан…

—Ухххх!

У меня во рту разлился вкус крови. Не заметив, я прикусил свой язык.

Ярость блуждала по моим венам и бурлила. У меня в голове стало так жарко, что мой череп оцепенел. Я свирепо смотрел на холм.– Я убью вас…!

Девушка была командующим вражеских войск, это точно. То приветствие, приветствие, которое показалось таким скромным, было не больше, чем знаком открывать огонь. Та девушка была пешкой Владыки Демонов Данталиана. Главная виновница, которая навлекла на меня бесчестье! И мой, Розенберга, враг!

– Я не прощу тебя! Клянусь рекой Стикс! Я не прошу тебя до того дня, когда ты умрешь! Поставить на кон имя и честь Розенберга, поставить на кон мою кровь и кость, я уничтожу тебя!

Смейтесь на этим как над криками побежденного мерзавца. Отлично.

Как клятву я проговорил максиму, которая передавалась в нашей семье из поколения в поколение.

– Север не позволит кануть этой мести в забытье!

Я посвящу остаток моей недолгой жизни, чтобы отомстить этой девушке. Владыка Демонов... Данталиан. И ты, я отрежу твою голову и положу ее на алтарь Богов. А потом, когда я осуществлю свою месть, тогда я закрою глаза…

Гротескная игра в правду или желание (часть 1)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

17.09.1505 год по Имперскому календарю

Окрестности замка Владыки Демонов Данталиана

– Человек, по всей видимости, аристократ, убегает. Господин, благородно ли не преследовать его?

– Оставь его в покое. Это маркграф фон Розенберг. Знатный аристократ, который борется за превосходство в северном регионе империи Габсбурга. Если бы я поймал маркграфа здесь, последствия были бы без надобности серьезными, – сказал я.

Пока для нас еще не было необходимости выделяться.

Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга внезапно поймал величайшего маркграфа в империи, это вызвало бы огромный скандал. Мгновенно привлекая внимание всего континента. Появятся и неусыпно наблюдающие за мной группировки. А этого я не хотел.

Территория Графа Розенберга располагалась на границе мира людей и демонов.

Будь то армии демонов, вторгающиеся к людям, или армии людей, вторгающиеся к демонам, это был путь, который обе стороны должны были пройти прежде всего. Если бы мы бездумно затронули эту опасную зону, мы бы разбудили спящего волка.

Сидеть тихо – вот какой здесь правильный выбор.

– Хоть мы и могли здесь победить, если посмотреть объективно, то это не впечатляющая победа. Здесь было не более, чем 3000 солдат, сдержавших всего лишь 1000. Вдобавок к этому, я также потерял свой замок Владыки Демонов. Как бы то ни было, другие демоны скорее всего посмеются надо мной.

Владыка Демонов, который потерял свой замок вместо того, чтобы воспользоваться поразительным преимуществом в 3 раза большего войска.

Я планировал превратить это в то, как меня оценивали люди.

В заключение, я так же был выскочкой, которому повезло продать черные травы, чтобы стать таким процветающим, меня игнорировали как дурака меж дураков, который принял изгоя-полукровку себе в любовницы. Если это не была идеальная тактика маскировки, тогда я уж не знал, что это было.

Я удовлетворенно засмеялся.

– Маркграф выполнил просто отменную работу. Думать, что он разнесет мой замок Владыки Демонов… Я надеялся, что он только украдет травы из моего замка, но вот его нет и он сделал кое-что, помимо этого. Как чудесно.

– Каким бы огромным ни был мир, Ваша Светлость – единственный Владыка Демонов, который был бы рад, что его замок разрушен, – сказала ошарашено мисс Фарнезе. – Хотя эта молодая леди думает, что другие Владыки Демонов будут смотреть на Вашу Светлость с полным презрением.

– Я буду лишь благодарен, если они будут недооценивать меня.

Именно этого я и хотел.

– Подумай об этом, Де Фарнезе. Маркграф фон Розенберг мог бы легко мобилизировать силу численностью в 10 000 солдат. Однако фактическое число войска, которое он привел с собой, было лишь 1000. Группа войск, состоящая из легких пехотинцев и конницы, к тому же. Как же он недооценивал меня, раз так поступил?

Но именно благодаря этому я смог выжить.

Если бы маркграф привел внушительную армию численностью в десять тысяч солдат, чтобы захватить мой замок, то я был бы беспомощен, в попытке защититься.

Даже если бы у меня денег было через край, мне все равно требовалось бы время, чтобы собрать войска. Потребовало бы несколько месяцев, прежде чем мы собрали бы войско численностью хоть отдаленно приближающееся к 10 000. Если бы нам не повезло, то пришлось бы собирать войско в течение 6 месяцев, оставаясь начеку.

Однако маркграф фон Розенберг прекратил мобилизацию войск на тысяче. Здесь был создан путь для отступления. Беззаботность маркграфа позволила мне сохранить мою жизнь.

– Это правило, даже львы прикладывают все свои силы при охоте на кроликов. Маркграф не знал эту простую истину, которая привела к его собственному истреблению.

– Прикладывать все силы при охоте на кроликов, да?.. Это довольно глубокая мысль. Эта молодая леди будет иметь это в виду.

– Как похвально. В качестве награды я надавлю на твою макушку.

– Ай—, ай-ай-ай-ай—, но мы выиграли—. Мы добились победы, как того хотели Ваша Светлость, но почему эту молодую леди сминают снова-а-а-а…?

Сдаюсь. С этого момента эта молодая леди – мой личный рисовый пирожок. Я пристрастился к этому невыносимо мягкому ощущению ее головы. Я буду нежно любить тебя, как я любил мою вторую маленькую сводную сестренку.

После окончания битвы мы поймали довольно много пленных. Примерно 600 из 1000 вражеских войск утратили желание сражаться и сдались. Поскольку и для меня, и для мисс Фарнезе это был первый раз решения послевоенных задач, мы были в растерянности.

– У Вашей Светлости есть помещения, чтобы разместить пленников?

– Чего ты ожидаешь от Владыки Демонов, у которого только что разрушили замок?

– Мм. Поскольку отпускать их вот так проблематично, давайте просто освободимся от них.

Я пожал плечами. Причин отказывать у меня не было.

В тот день, на холме, мы разобрались с 600 людьми.

Смотря вниз на бойню, происходящую перед нами, мы вели дружественный разговор (так это называется, но читай наказание сминанием). Пленники стонали и молили нас пощадить их. Но мы это проигнорировали.

– Ах, раз я думаю про это. – Я вспомнил кое-что важное. – Де Фарнезе. Ты ведь не совершала убийство своими собственными руками, правда?

– Мм? Если вдаваться в детали, то – да, Ваша Светлость правы.

– Советую тебе воспользоваться этой возможностью, чтобы испытать на себе акт убийства. Разница между тем, когда убиваешь кого-то мысленно и на самом деле, весьма существенная. Если ты получишь такой опыт заранее, тогда позже не окажешься в деликатной ситуации.

– И правда. В этом есть смысл.

Лора Де Фарнезе кивнула головой и пошла вниз по холму. Она взяла длинный меч у одного из солдат и немедленно мягким движением пронзила им шею пленника. Ей пришлось вонзать лезвие 5 или 6 раз, поскольку голова не отделилась с первого раза.

С головой пленника в левой руке мисс Фарнезе шагала обратно туда, где был я. Она посмотрела на меня и склонила голову.

– Эта молодая леди на самом деле не ощутила никаких заслуживающих внимания эмоций?

– Ого, кажется, твое сердце сильнее, чем я представлял себе.

В моем случае меня трясло после моего первого убийства.

Я все еще четко помнил мои трясущиеся руки от того, что я убил двух своих похитителей.

Тогда я учился в 3-м классе начальной школы.

Хотя, по правде сказать, особа, которая заказала это похищение, была одной из любовниц моего отца.

Тогда один из моих похитителей в ужасе кричал: «Я не сделал ничего плохого! Твоя семья сказала, что они заплатят. Прошу тебя, прости меня!»

Возможно, меня больше шокировало это выражение, чем то, что я стоял перед моими убийцами.

Люди, ослепленные любовью, вынуждены делать что-то безумное.

Мой отец уснул вечным сном, так никогда и не узнав правду об этом случае. Я же, со своей стороны, сознательно молчал. Я чувствовал, что буду ябедой, скажи я ему, а это мне было не по душе. Тогда я так думал.

Я не хотел принимать руку помощи от моего отца.

Я бы лично наказал того, кто угрожал моей жизни.

Поскольку лев никогда не станет просить тигра охотится в своей вотчине.

В возрасте 10 лет, это был именно тот момент, когда мое личное фундаментальное чувство этики было выгравировано у меня в мозгу.

– Господин. Эта молодая леди желает сделать из головы этого пленника череп и сохранить его. – Мисс Фарнезе обняла голову и сказала. – По той или иной причине, это первый человек, которого убила эта молодая леди. Судьбоносное событие. Благодаря Вашей Светлости эта молодая леди смогла узнать, что вершить историю самому намного приятнее, чем наблюдать за историей прошлого, не вмешиваясь. Так что голова этого парня станет первой жертвой, которая впишет имя этой молодой леди в историю… Я желаю нежно хранить его.

– Что ж, разве это не отлично? Увлечение коллекционированием черепов довольно утонченное занятие, а потому замечательное.

– Мм, эта молодая леди знала, что Ваша Светлость поймет.

Не то чтобы я полностью понимал ее.

Я ее уважал.

Гротескная игра в правду или желание (часть 2)

– Господин. Эта молодая леди желает сделать из головы этого пленника череп и сохранить его. – Мисс Фарнезе обняла голову и сказала. – По той или иной причине, это первый человек, которого убила эта молодая леди. Судьбоносное событие. Благодаря Вашей Светлости эта молодая леди смогла узнать, что вершить историю самому намного приятнее, чем наблюдать за историей прошлого, не вмешиваясь. Так что голова этого парня станет первой жертвой, которая впишет имя этой молодой леди в историю… Я желаю нежно хранить его.

– Что ж, разве это не отлично? Увлечение коллекционированием черепов довольно утонченное занятие, а потому замечательное.

– Мм, эта молодая леди знала, что Ваша Светлость поймет.

Не то чтобы я полностью понимал ее.

Я ее уважал.

После того, как Лора Де Фарнезе отдала приказ разобраться с послевоенными последствиями – я переложил это задание на нее, потому что делать это самому было чрезвычайно утомительно – я пошел искать Лазурит.

Лала занималась документами в казарме позади нашего войска. Как только я зашел в комнату, она отложила то, чем занималась, и уставилась на меня.

– …

– …

И в тот момент, когда я собирался открыть рот, она взяла инициативу в свои руки.

– Ваша покорная слуга разочарована.

– …

– ...Ваша покорная слуга была разочарована.

Лазурит положила кучу бумаг.

И стала пристально смотреть прямо на меня.

– Ваше Высочество относились к вашей покорной слуге как к обычной любовнице. А Ваша покорная слуга желала от Вашего Высочества отношения как к товарищу по власти, никогда ваша покорная слуга не желала отношений любовников, прикованных друг к другу. Почему Ваше Высочество бездумно стараетесь украсть игру и добычу вашей покорной слуги?

– … Прости.

– Вчера разве Ваше Высочество не сказали, что любите вашу покорную слугу?

Я кивнул головой.

– Ваше Высочество все еще любите вашу покорную слугу?

– Как ни странно, кажется, да.

– … Хаа.

Лазурит слегка вздохнула.

– Давайте установим правила.

– Под правилами ты имеешь в виду что?

– Не просите о любви у Вашей покорной слуги, и ваша покорная слуга тоже не будет желать любви от Вашего Высочества. Самое важное для Вашего Высочества и Вашей покорной слуги – захватить власть в мире демонов. Чтобы достичь этого, необходимо холодное отношение, которое, при необходимости, может пройти мимо крови и слез.

– Я полностью согласен.

– …Все запуталось.

Лазурит приложила пальцы ко лбу и закрыла глаза.

– Любовь – не более чем слабость. Лишний багаж эмоций, который не служит никакой цели. То, что Ваше Высочество считает Вашу покорную слугу женщиной, неожиданно. Но в первую очередь, Ваша покорная слуга не женщина, а всего лишь простолюдинка-суккуба, желающая достичь успеха.

– Лала. В связи с этим, я тоже хочу кое-что сказать.

Я слабо улыбнулся.

– Я не единственный с лишним багажом чувств. Лала, и ты тоже. Жаль, но ты не в том положении, чтобы так уверенно отчитывать меня.

– Ваша покорная слуга просит прощения, но Ваша покорная слуга не может понять, о чем Ваше Высочество говорите.

– Ты разве не влюблена в меня тоже?

– …

Лазурит медленно нахмурила брови.

– Ваше Высочество в своем уме? Есть же предел для чрезмерного эго.

– Хорошенько подумай. Если бы я оказался рабом любви, это, в любом случае было бы тебе полезно. Если бы я был связан, подчинялся бы тебе, и должен был бы вставать на колени по каждому твоему слову, разве в итоге ты не оказалась бы на более высокой позиции, чем Владыка Демонов Данталиан? В таком случае, в день, когда я получу власть, ты уже будешь держать в своих руках, и тогда ты станешь истинной высшей властью, не так ли?

Чрезмерная Лазурит замолчала.

Улыбка в уголке моего рта стала шире.

– Но ты не сделала этого. Нет, ты даже не могла допустить такого. Вместо того, чтобы чувствовать радость, видя, как я поглощен тобой, ты ощущала недовольство. Почему это, как ты думаешь?

– …

Прошло много времени.

В синих глазах Лазурит читался определенный шок. Словно она впервые увидела ошеломляющий природный пейзаж.

– … Ваше Высочество правы. У Вашей покорной слуги нет причин отвергать ухаживания Вашего Высочества. Зачем бы Вашей покорной слуге…

– Потому что ты любишь меня.

Я сделал шаг к ней.

Наши взгляды от этого тоже сблизились.

– Однако прежде, чем кого-то любить, мы, в первую очередь, любим власть еще больше. Вследствие, мы любим человека, который так же любит ту же власть, что и мы. Как музыканта привлекал бы любимый человек, который ценит музыку. И как поэта привлекала бы любимая, на которую имеют воздействие стихи.

Именно такие, как мы сами.

По отношению к человеку, который страстно желал власти, как и он сам.

По отношению к человеку, который понимал точно так же, чем является власть.

То, что мы сошлись вместе, было неизбежно.

– Лала. Я люблю тебя, ту, что любит власть.

– …

– Твоя твердость воли, твой беспощадный прагматизм и твое отношение, которое не позволяет даже малейшей небрежности и терпимости. Я люблю это все. Однако сейчас ты теряешь свое чистое стремление в страсти к власти, я больше не буду любить тебя.

– … Ваша покорная слуга понимает.

Глаза Лазурит медленно сузились.

– Видя, как Ваше Высочество цените что-то так же высоко, как власть, Ваша покорная слуга ощутила от этого разочарование. Потому что Ваша покорная слуга поняла, что та часть Вашего Высочества, которую она любила, угасала.

Лазурит закрыла свои глаза.

– Так это… моя любовь.

– Да.

Еще один шаг.

– Мы одинаковы. Мы оба больше всего любим власть. Потому, когда мы видим, что другие не обращают внимания на власть, в нас поднимается неудержимая ярость.

– Ваше Величество сказали верно. У власти важнейшая ценность. Против этого ничего не скажешь.

Лазурит открыла глаза.

Обычный холодный взгляд Лалы.

– И, хотя Ваша покорная слуга допускает, что любит Ваше Высочество, Ваша покорная слуга должна принести свои извинения. В итоге Ваше Высочество не ценнее власти.

Мы одинаковые.

Шаг ближе.

Возможно, неоправданно считать эту эмоцию любовью.

Это – не любовь.

Это не дружба.

Родство.

То ощущение, когда убеждаешься, что человек, полностью идентичный тебе, существует в этом мире.

Не так, как Лора Де Фарнезе, которая только что сама встала на ноги, а двое людей, которые уже изучили себя и полностью реализовались. Эти двое встретились и узнали, каков другой человек, и подтвердили свое родство.

До этого момента я был уникальной расой в моем мире.

Существовал только я, и я один формировал другой вид человекоподобной расы, далекой от Хомо Сапиенс.

Но вот я встретил Лазурит и столкнулся со вторым представителем моего вида.

Другими словами,

Любовь к человечеству.

Именно сейчас мы постигали любовь к человечеству, которое состояло только из нас двоих.

– Знаешь, что самое лучше в том, что ты Владыка Демонов? Тот факт, что я едва ли должен спать. Было время, когда я не ложился по четыре ночи кряду, мучаясь над чем-то. В то время мне очень не нравилась идея заснуть и оборвать мои волнения на полпути.

Делая последний шаг к ней.

Мы наконец достигли друг друга.

– Нормальные люди сказали бы, что мечты бесполезны. Что среди всего прочего в жизни человека мечты не нужны. Однако я немного другой. Благодаря мечтам моя жизнь не только ощущалась бесполезной, они также сделали ее могущественной. Меня всегда захватывало это чувство.

– И, возможно, лишь наполовину, но ваша покорная слуга все же суккуба.

Никому не пришлось проявлять инициативу.

Мы с ней стали медленно сближаться.

В то время как я обвивал рукой ее спину, она тоже обвила меня рукой.

Словно две ядовитые змеи извивались вместе.

– Ваша покорная слуга может контролировать мечты Вашего Высочества.

– Ты сделаешь меня совершенным.

– Да. Ваша покорная слуга сделает Ваше Высочество совершенным. И Ваша покорная слуга тоже станет совершенной благодаря Вашему Высочеству.

Наши лица сблизились.

И наши дыхания тоже сблизились.

– Ты – моя слабость. Однако если мы уделим этому достаточно внимания, если мы не будем забывать, к какой расе мы изначально принадлежим, тогда у нас будут не отношения, в которых мы раскрываем изъяны друг друга, а отношения, в которых мы компенсируем недостатки друг друга.

Исключительно для более могучей власти.

Исключительно для более величественной власти.

А посему не невеста, но...

Партнер.

Мы были партнерами.

– Лазурит. Я люблю тебя.

– Ваша покорная слуга тоже любит Ваше Высочество. Владыка Данталиан.

Наши губы встретились.

У меня в ушах прозвенел волшебный звуковой эффект.

[Вы искренне достигли согласия с другой стороной!]

[Расположение Лазурит поднялось до 50!]

Вместо того, чтобы обращать внимание на окно оповещения, я подался еще больше на прикосновение Лалы.

Ее прохладная и все же нежная кожа была приятна.

Немного глубже.

Исследуя теплоту друг друга, подтверждая существование друг друга.

Я для себя, а она для себя, каждый просто наполнял друг друга.

Словно собака, которая гоняется за своей тенью.

С корыстной целью.

Гротескная игра в правду или желание (часть 3)

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

21.09.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

– Барбатос. Сегодня утром ты пришла сюда и сказала мне это. Что единственное значение любви – раскрывать твою слабость. Что люди не становятся сильнее, любя, но они становятся сильнее после того, как избавятся от нее.

– …

– Твои слова наполовину верны, а наполовину ошибочны. Конечно, Лазурит была моей слабостью, а я был слабостью Лазурит. Но пока мы оба любим, мы не делаем друг друга слабыми.

Напротив, как раз наоборот.

– Мы только делаем друг друга безгранично сильнее.

Барбатос погрузилась в молчание.

Я же говорил, наслаждаясь вином.

– Возможно, наша любовь не горяча, но она холодна. Возможно, мы не нежны, но мы резки. И даже если мы не можем принять что-то, мы все же к чему-то идем. Мы тверды, так что мы не сломаемся, и в полном согласии уничтожаем врага перед нами. Таков наш метод работы. И только поэтому мы вернулись в Нифльхейм после победы над армией маркграфа.

– Что ты имеешь в виду?

– Письмо.

– Что?

Я улыбнулся.

– Виновник, который написал мне то письмо, оповещающее про захватчиков, никто другой, как ты, Барбатос.

– …

На мгновение.

Лицо Барбатос замерло.

– Как я уже и говорила, о чем это ты?..

– Это была простая проверка. Виновник всегда возвращается на место преступления, где оно прошло успешно. Я как-то однажды пробовал использовать эту старую и древнюю пословицу.

С нежным взглядом.

Словно я гладил ее рукой, я осмотрел Барбатос с головы до ног.

– Кто бы ни прислал мне письмо, ясно, что тот человек благоволил ко мне. Раз он уведомил меня о том, что появятся захватчики, в конце-то концов. Однако кто мог знать детальные обстоятельства о Маркграфе Розенберге и мог получить такую информацию? Барбатос, насколько обширной должна быть информационная сеть, чтобы получать точную информацию о направленных войсках? Виновник однозначно человек, обладающий большой властью.

Например.

Кто-то достаточно могущественный, чтобы быть 8-го уровня.

Кто-то враждебно настроенный против людей, а поэтому постоянно отслеживающий военные передвижения на стороне людей.

Кто-то хорошо осведомленный о ситуации на территории Герцога Розенберга, поскольку она находится на пограничной земле между демонами и человечеством.

– Да, Барбатос. Человек, обладающий такой властью, как ты.

– …

Барбатос раскрыла рот.

В какой-то момент к ней вернулось ее шаловливое выражение лица.

– … Аха, ахахаха. А я все думала, что ты пытаешься сказать.

Голос ее тоже был спокойный.

– Данталиан. Конечно, я чертовски клевая, как ты только что сказал. Информационная сеть среди человеческой расы, что ж, очевидно, это у меня есть. Потому что никогда не знаешь, когда эти люди постараются начать какие-то свои забавные дела.

Барбатос ухмыльнулась.

Она обладала весьма выдающимися актерскими способностями. Идеально для политика. Не совпадение, что она была лидером такой большой политической группировки, известной как Равнинная Фракция.

Ее обычные преувеличенные действия, которые казались легкомысленными, ее бранные слова, от чего у других уши сворачивались, ее одежда столь открытая, что другие чувствовали себя в затруднении, не зная, куда деть глаза. Все это были просчитанные ходы.

Средства, позволяющие соблазнять и манипулировать разумом другого человек как ей угодно.

– Но это и все, что ты знаешь? Я не принадлежу к тем людям, которые пишут нечто такое банальное, как сообщения. Случись что-то, вот как сейчас, я бы сказала тебе об этом лично. Зачем мне отправлять письмо как какому-то недалекому идиоту?

Она сблизилась со мной, словно действительно заботилась о моем благополучии, вопреки тому, что была особой, которую абсолютно не интересовала моя любовная жизнь.

Он действовала так, словно искренне слушала мою историю.

Однако я говорил раньше.

Барбатос была хорошей женщиной.

Я редко видел такую педантичную в политическом плане женщину.

Барбатос могла развивать свои актерские способности на протяжении длительных 500 лет своей жизни. Конечно, это были колоссальные способности. Ах, они были на уровне, что заставили бы плакать даже великих актеров. И хотя это был не мой уровень, я признал, что это было как раз чуть ниже моего подбородка.

Оригинальный талант победил усилия.

Моя одаренность в плане актерского мастерства могла бы только разбить твои усилия.

– Прежде всего, если бы я действительно отправила тебе то письмо, то не было бы причин вот так отрицать это. Ты так не думаешь? В конце концов, ты спасен благодаря этой записке.

Барбатос пожала плечами.

– Без этого письма ты просто не знал бы о вторжении маркграфа и с тобой было бы покончено. Однако человек, написавший то письмо, твой спаситель. Зачем бы мне так легко отказываться от возможности сделать тебя своим должником? Все потому, что я действительно не отправляла его.

Хоть это и было правдоподобно.

Это была слабая отговорка.

– Барбатос. Это потому что ты отправила письмо без намерения спасти меня.

– Какого черта? Я говорю тебе, что не отправляла его, а ты все продолжаешь об этом?

– Ты написала то письмо, просто, чтобы «проверить» меня.

– ...

Барбатос говорила:

" Я-то надеялась, что после столь долгого времени появился действительно полезный новичок, но разве он не оказался в итоге совершенным кретином? Аах, вот всегда со мной так судьба... "

"но как же мне блин сделать этого затупка похожим на адекватного человека..."

Почему она подумала, что я был полезным новобранцем?

Только лишь потому, что я смог заработать деньги на черной траве?

Барбатос не знала деталей того, как именно я разбогател. Случилось это лишь благодаря удаче или потому, что я зажал в кулак Ивара Лордбрука? Удача или способности – она не была уверена, что было источником моего успеха.

Следовательно.

К тому времени как Барбатос промолвила те слова, она уже проверила меня, заранее использовав определенный метод.

– Услышав новость, что армия маркграфа была в пути, Барбатос, скорее всего ты захотела посмотреть на мои способности. Ты хотела увидеть собственными глазами, действительно ли я полезный кадр. Ты отправила письмо, а потом терпеливо ждала, когда увидишь, как я отвечу захватчикам…

Результат был удовлетворительным.

Владыка Демонов Данталиан с уверенностью прошел тест под названием «Маркграф фон Розенберг».

Теперь Владыка Демонов Барбатос решила, что она завербует Владыку Демонов Данталиана в свою фракцию.

Однако существовала проблема.

– Возможно, ты помнишь? Слова, которые ты пробормотала в тот момент, когда приехала сюда вчера.

– … Нет. Поскольку я не тот человек, который, собственно, запоминает что-то бесполезное.

– Так вспомни их. Поскольку для тебя это было нисколько не пустяковым событием. С самого начала ты неожиданно сказала мне это.

" Если ты пытаешься порвать со своей любовницей-суккубой, то я могу помочь."

" Во-первых, это полная чушь, чтобы Владыка Демонов трахался с изгоем. Еще не слишком поздно, так что попроси у меня помощи."

Честно говоря, сказать это – значило грубо совать нос не в свои дела.

Но если немного изменить точку зрения, тогда это был чрезвычайно наглядный совет.

Потому что, если кадр, которого она планировала подыскать для своей фракции, был «дураком, взявшим себе в любовницы изгоя», это нанесло бы огромный вред репутации фракции Барбатос.

Управление репутацией составляло сердцевину политики.

В этом положении Барбатос необходимо было довести меня до разрыва с Лазурит несмотря ни на что.

– … Хаа. Я дала тебе тот совет исключительно из заботы о тебе.

Услышав мои слова, Барбатос скривилась.

– Ты действительно такой ублюдок, который воспринимает услуги как дерьмо, а? Что? В твоих глазах все представляются тебе койотами, нацеленными только на политическую корысть? Твой образ мышления и правда ужасен, Данталиан.

– Когда ты услышала новость, что Лазурит дала пощечину Владыке Демонов Данталиану на площади. – Я говорил низким голосом.

Барбатос стиснула губы.

– В то время ты, наверно, подумала, что представилась прекрасная возможность. Ты быстро пришла ко мне с намерением ковать железо, пока горячо. В течении 20 минут, после того, как я получил пощечину.

"Давай же, не держи все в себе. Почему вы двое поссорились?"

"Разве ты не видишь, что я все еще прикладываю лед? С того момента, как Лазурит дала мне пощечину, прошло всего 20 минут."

– Тут в Нифльхейме я известен своей страстной любовью к Лазурит. В твоем положении,

наверно, это было огромной головной болью. Для начала ты должна была устроить так, чтобы они порвали, но как ты собиралась разлучить их, тебе в голову не пришло.

– …

– Услышав, что я получил пощечину, ты подумала: "вот оно". Нет тоньше стекла, чем тот, кто только что поссорился со своей любимой, в тот момент, когда они стали жить порознь. Оно бы раскололось вдребезги, ударь ты молотком. Скорее всего ты предположила, что если правильно разыграешь карты, то легко сможешь разорвать отношения между Лазурит и мной.

Гротескная игра в правду или желание (часть 4)

Затем Барбатос стала осторожной.

Чтобы ее истинные намерения не проявились.

"Говоришь, твою возлюбленную зовут Лазурит? Проклятье, она достойна восхищения. Как, черт побери, она смогла вести с тобой дела? Будь я на ее месте, я бы давным-давно лишила бы тебя яиц и сбежала. Вам двоим и правда стоило порвать."

В этом Барбатос была достойна уважения.

Она не стала на мою сторону, а наоборот, приняла сторону Лазурит.

Словно чтобы посеять недопонимание, что «разрыв из-за нее» был правильным выбором.

"Вам двоим действительно нужно разойтись."

Она искусно замаскировала свои слова.

Изначально, наверно, Барбатос была довольна, что все протекало пассивно. Как только Барбатос услышала, что я пытался убить мать Лазурит, она была уверена.

С этим всё.

Барбатос была убеждена, что особы, которая терпела бы мужчину, пытавшегося убить ее мать и продолжала бы их любовные отношения, не существует.

Однако по мере того, как ее уловка плавно действовала – она столкнулась с проблемой, о которой не могла и подумать.

– Мгновение, когда ты начала паниковать, Барбатос. Момент, когда я признался в моей любви к Лазурит во второй раз. Наверно, это было очень нелепо. Я понимаю. Скорее всего, ты никогда не представляла себе, что в мире есть такой человек с такой безумной любовью, как моя.

– …

– Ты пыталась убедить меня довольно многословно.

"Какова эта любовь?"

"Это – не любовь."

"Отлично, если вы двое разойдетесь, но любовь… это чувство самое ценное из всех. Это то, чему все прочее должно охотно поддаваться, уступать место."

– Чувство, которое я сейчас ощущаю, это не любовь. Любовь это нечто более благородное, чем все остальное. Более священное. Это нечто более нежное… Твердя это, ты хотела указать мне на мои собственные эмоции и сказать: "Это не любовь", так?

Я нежно улыбнулся.

– Я сожалею, что ты не смогла достигнуть своей цели, Барбатос. Это моя плата за то, что ты была моей любовной советчицей всю ночь. Я специально докажу, что есть другой пример любви.

Дзинь

Я поднял маленький колокольчик и потряс им.

Как только я сделал это, дверь в гостиную открылась и кто-то вошел. Барбатос вздрогнула и повернулась к двери. Там стояла Лазурит без каких-либо эмоций на лице.

– Ваше Высочество звали?

– Ага. Тебе было очень трудно стоять в ожидании всю ночь, Лазурит.

– Все отлично. Благодаря Вашему Высочеству ваша покорная слуга привыкла стоять всю ночь.

Видя нас двоих разговаривающими, Барбатос смотрела на нас с растерянным выражением.

– Что это?..

– Лазурит. Кажется, Ее Высочество Барбатос немного сомневается в нашей любви. По-видимому, она думает, что ты держишь на меня обиду за то, что я пытался убить твою родную мать. Как ты думаешь? Не хочешь ли показать это и Ее Высочеству Барбатос?

– Хорошо. Ваша покорная слуга сейчас же покажет ей это.

Лазурит поклонилась и покинула гостиную. Барбатос смотрела на меня ничего не понимающими глазами. Что ж, подожди немного. Шаг Лазурит неожиданно быстрый, так что она вернется мгновенно.

Особая тишина миновала. Почти сразу же вернулась Лазурит. В руках она несла серебряное блюдо, которое служанки используют для подачи еды.

– Скорее, Лазурит. Покажи Ее Высочеству Барбатос.

– Да. Прошу простить Вашу покорную слугу.

Лазурит аккуратно сняла крышку с подноса.

– …

Глаза Барбатос широко раскрылись.

Широко улыбаясь, я хлопнул в ладоши.

– И как? Разве не прекрасно? Это Лазурит. Это моя первая любовь, моя госпожа, которая, возможно, будет моей единственной любовью. Барбатос. Смотри.

Сверху на сверкающем серебряном подносе была голова человека.

Лицо старухи, которая пришла сюда месяц назад.

– Это родная мать Лазурит.

– …Что?

– Ты все еще не понимаешь? Она была убита. Самой Лазурит!

Я взорвался смехом.

Звук смеха наполнил гостиную. Хотя делать так посреди ночи было довольно невежливо, этого было не избежать. Как же мне остановиться, когда смех сам поднимается из моей груди?

– Лазурит не рассердилась на то, что я пытался убить ее мать. Она была расстроена, потому что я легкомысленно старался шагнуть вперед, забыв свое место!

Лицо у Барбатос все еще было ошеломленное.

– Что… ты говоришь?

– Я говорю о мести, Барбатос. Месть! Разве не очевидно, что человек должен вершить свою месть над человеком, который разрушил его жизнь, сам? Однако, поскольку я пытался сделать, как мне угодно, и отомстить вместо нее, конечно, Лазурит негодовала!

"Почему Ваше Высочество бездумно стараетесь украсть игру и добычу вашей покорной слуги?"

Слова, сказанные мне Лазурит.

Слова, которыми она отчитывала меня, имели это значение.

Не в состоянии больше сдерживать свой смех, я фыркнул. Это был совершенно неподобающий смешок. Однако широта ума не переполняла меня, чтобы я тут переживал за свое достоинство. Я хотел насладиться этим моментом по полной.

– Теперь ты понимаешь, правда? 3-го дня 9-го месяца та старая женщина пришла в мою гостиную, Лазурит сразу же пошла за ней и втайне убила старую каргу. Ахх, какая милая девочка! Как решительно она осуществила эту месть! Лазурит, я поистине люблю тебя…

– …Ее Высочество Барбатос смотрит. Прошу вас, ведите себя достойно, Владыка Данталиан.

– И что с того? Чем больше человек делится своей любовью, тем лучше становится.

Лазурит тихо вздохнула.

Теперь даже этот вздох был чудесен. Я воистину апостол любви. Даже Богиня Афродита посмотрела бы на меня и удовлетворенно улыбнулась. Указывать на меня и критиковать, что «мне неведома любовь», был же предел упорно ложной пропаганде.

– И не только старуха. Лазурит убила даже служанку, которая ее оскорбила. К моему удивлению, я узнал позже, что тот случай был подан как несчастный случай. Говорят, у нее в горле застряла еда и она подавилась, от чего и умерла, но, по правде сказать, это был яд. Изумляться нормально, Барбатос. Поскольку наша Лазурит действительно удивительная женщина.

– Конечно, это действительно проблема – видеть, что бессмысленная болтовня Вашего Высочества вышла из-под контроля. А теперь, прошу простить Вашу покорную слугу.

– А, конечно. Иди отдохни немного. Раз мы не будем сегодня делить постель, можешь не изменять своим привычкам и наносить розовое масло перед сном...

– …

Одарив меня холодным взглядом, Лазурит покинула гостиную.

Да, я осознавал тот факт, что вел я себя довольно глупо. Но это была моя первая любовь. Очевидно, я был не в состоянии прийти в чувства и влюбился в девушку. Это было совершенно нормально. Я повернул голову, чтобы посмотреть на Барбатос.

– Я сказал ей, что если получу пощечину на площади перед многими людьми, то отправитель письма придет искать меня. И как только я сделал это, без малейшего сомнения, она дала мне пощечину, словно мы порвали.

Лазурит была такой женщиной.

Дама, которую я любил, была такой женщиной.

– И, Барбатос.

– …

– Как оно? Маэстро любви, у которой было более 1000 любовников в течении более 500 лет. О, Барбатос, кто сказал, что послушай я твой любовный совет, женщины делали бы мне минет, даже если бы я просто лежал. Каково твое впечатление от этой новой категории любви, свидетелем которой ты стала впервые за 500 лет?

Барбатос молчала.

Голова ее была опущена вниз, плечи подрагивали.

А потом.

– ……Ха.

Ее плечи затряслись немного сильнее

– Ха… хаха, хахах… ахаха – Хахахаха-… Хе, гегеге – еге, кегеге – Хаа, хе, ха – хаха, ГАГАХ! ГАГАГАГА! ГАГА, АГАГАГАГА~ !

Ком. пер.: для лучшего восприятия советую посмотреть это: https://youtu.be/t5nNyocQAH8?t=69

То, что началось, как неконтролируемый смех, превратилось в неконтролируемый смех безумия.

Барбатос смеялась и все ее тело тряслось.

Смех звучал довольно долго. Барбатос откинула голову назад. Явное безумие струилось по ее лицу. Уголки ее глаз и рта были искривлены в ликующей издёвке, а ее белые зубы сияли ненасытной жадностью.

Гротескная игра в правду или желание (часть 5, заключительная)

– Шедевр! Это просто шедевр!

Это.

Это 8-ой ранг.

Колдунья наивысшего ранга, воспетая за своё бессмертие, таково обнаженное лицо Владыки Демонов Барбатос.

– Ах? Эх, хех? Данталиан, ты смог подарить мне радость, превышающую все мои ожидания. Ты мне понравился. Ты мне действительно ужасно понравился. Быть может твоей целью было снискать мою доброжелательность? Если это так, тогда я тебя поздравляю. Мм. Поскольку я действительно привязалась к тебе.

– Я рад, что ты в восторге. –пожал я плечами. – Как актеру, который обеспечивал тебе это представлению всю ночь, мне это приносит внутреннее удовлетворение.

– Представление? Уах, ахахаха. Это было представление? Это была сцена, которую ты просчитал от начала до конца? Запоздалое черт побери. Так ты говоришь, что пошел на всю эту чушь собачью только чтобы вызвать мой смех!?

– Ты Барбатос. Владыка Демонов 8-го уровня. Если потребовалась одна единственная ночь, чтобы добиться твоей искренности, то я считаю, что это малая цена.

Если было еще что-то, что я инвестировал в эту ночь, то это было вино Баллелениум 1101 года.

Я намеренно приобрел вино наивысшего качества, чтобы вызвать хоть самую толику беспечности Барбатос. Чтобы насладиться утонченным вином, Барбатос беззаботно позволила себе напиться. Она сама отключила внутреннюю детоксикацию алкоголя. Результатом стала комедия, которая происходила передо мной.

– Хахахаха! Да, конечно, это малая цена. Ты правда знаешь свое место. В конце концов, ты смог получить мои сокровенные мысли, которые я никому не открывала на протяжении 300 лет, всего за одну ночь. Но это глупо. Без сомнения, это глупо.

Барбатос оскалилась.

Ее ухмылка была такой широкой, словно уголки ее рта вот-вот треснут.

– Знаешь, я не могу игнорировать того, кто выяснил, что я за стерва? Это меня нервирует. Если ты пустишь слух типа: "Я тут разобрался и выяснил, что Барбатос – стерва, которая выращивает внутренности и ядовитых змей". Гм? Это будет неслабым ударом по мне.

– Скорее всего.

– Давай, Данталиан. Быстрее включай свою умную башку. Как мне поступить с тем уродом, который увидел мое неприкрытое лицо? Знаешь ли, мои земляки из мира демонов думают обо мне только как о чистой и добродетельной. Чтобы не разочаровывать тех детей, я обязана разорвать твой рот. Подумай хорошо, прежде чем я отрежу твой язык, маленький Владыка Демонов…

Барбатос медленно приблизилась ко мне.

Черная мгла клубилась вокруг нее.

Мгла, сформированная из магической энергии. Мой глаз не был способен различить, каким магическим эффектом обладала эта мгла. За исключением того, что я мог бы сказать, что ничего хорошего моему здоровью это не предвещало.

– Нет, твой отрезанный язык был бы потерей. Твое красноречие и голос обязательно пригодятся в демагогических операциях. Стоит ли мне сделать тебя своей куклой? Будет ли это более эффективно? Для начала стоит ли мне убить тебя, перерезав тебе горло, а потом оживив уже моим рабом, который сам слушает и выполняет мои указания?

Барбатос хмыкнула.

– Это было бы весело. Ах, и пока уж я этим занимаюсь, стоит ли мне также сделать рабой твою любовницу-суккубу? Я могу презирать суккубов больше всего в мире, но, так или иначе, вы понравились мне оба. Я организую арену, где вы двое можете убить друг друга и умереть. Но, конечно…

Барбатос вцепилась в мой подбородок и слегка приподняла его.

Ее золотистые глаза были крайне близко.

– История была бы другой, поклянись ты мне в верности.

– …

– Я благородная Владыка Демонов, Данталиан. Я защищаю людей, которые приходят в мою фракцию, что бы ни случилось и до самого конца. Хотя может быть небольшое условие, но это не очень важно.

– … Мне довольно любопытно, что это за условие.

– Гм. Невозможность покинуть фракцию до смерти. – мягко улыбнулась Барбатос.

От безумия, которое только что струилось по ее лицу, теперь не осталось и следа.

Но это было не удивительно. Нельзя определить, насколько человек психически больной по тому, как быстро он раскрывал свое безумие, скорее это определялось по тому, как спешно он свое помешательство прятал.

– Хотя на самом деле ты не сможешь уйти даже после смерти. Поскольку я самая великая колдунья на континенте. Если я приложу немного усилий, то смогу оживить твой труп. Поэтому, что касается вечности – ты присоединишься к моей фракции и будешь работать, пока твои кости не станут прахом.

– Могу ли я спросить, какова цель этой работы?

– Какой банальный вопрос. Очевидно же – уничтожение человечества.

Горький смех неожиданно вырвался из меня из-за этого столь характерного для Владыки Демонов ответа.

Все еще спокойно улыбаясь, как Мария, Барбатос заговорила.

– Мир демонов слишком бедный. Здесь не только едва возможно земледелие, но есть и предел того, чтобы прокормить всех наших людей, полагаясь исключительно на коммерцию. Даже простой факт, что люди занимают ту плодородную сельскохозяйственную полосу, наполняет меня яростью.

– Завоевание континента. Это твоя цель, Барбатос?

– Нет. Моя цель – обеспечить мир демонов благодатной жизнью. Данталиан, я могу быть воином, но прежде всего я единственная императрица.

Барбатос укусила меня за правое ухо.

С <хрустом>, мне передалось ощущение, как ломаются в моем ухе хрящи.

Я почувствовал боль, но выдержал ее. Жидкость, что текла из моего уха, наверно, была кровью.

– Стерва Пеймон провозглашает сосуществование с людьми, но, честно говоря, это невозможно. Смотри. Отличные от нас, люди все выглядят одинаково. Несмотря на это они разобщены нациями и чем угодно, и враждебно настроены друг против друга. Чтобы демоны, которые различны по внешнему виду, языкам и обычаям, поладили с людьми? Это грандиозная чушь.

– …

– Но мы, демоны, другие. Демоны могут прийти вместе как один под командованием Владык Демонов. Несметные расы могут объединиться в одно целое.

– И следовательно. Потому мы являемся священными и неприкосновенными представителями, которые символизируют достоинство, и члены ордена 72, который правит всеми демонами…

– Именно. Молодец, наш маленький Данталиан.

Скалясь, Барбатос тянула меня за ухо.

Она упрямо оттягивала то место, где плоть была порвана и ломались хрящи.

– Поскольку люди не принимают божественность Владык Демонов, то другого выхода, кроме как уничтожить их полностью, нет. Поэтому те парни словно инородное тело в нашем мире. Ради утопии, когда все становятся одним целым и живут мирно, мы должны стереть их с лица земли.

– Довольно бескомпромиссная логика.

– Логика всегда бескомпромиссная. Невежественные массы запуганы этой бескомпромиссностью и живут в туманном, но теплом покое. Правда для них как холодный снежный ветер, и если он достигнет их неприкрытой кожи, они замерзнут и умрут. Таким образом, они покрывают себя лохмотьями вперемешку с лицемерием и обманом. И верят, что эти лохмотья – одежда. Но не знают, что, в сущности, это их кожа.

– Поразительная философия.

– Я была бы рада, если бы ты считал ее невероятно точной философией.

Барбатос прекратила изводить мое ухо.

Ее пальцы были покрыты багряной кровью. Она поднесла их к губам. Ее слюна и моя кровь смешались на ее пальце.

– Гм. Твоя кровь довольно сладкая. Вижу, твои пищевые привычки чисты.

– Лично я считаю, что ничего не есть, когда возможно, это правильная пищевая привычка.

– Хороший образ мыслей. И также правильный. Это намного лучше, чем те свиньи, которые суют свой нос куда только могут. Ты был немного как свинья, Данталиан. Я воспользуюсь этим случаем, чтобы сказать тебе.

Прошептала Барбатос.

– Не стоит быть беспечным с Владыками Демонов выше 10 уровня.

– …

– Ты кажешься довольно самоуверенным, раз смог разбить ту стерву Пеймон, но выдохни. Несмотря на ее вид, с ней, стервой, не так легко справиться. Она ведет себя как шлюха, бывает повсюду, раздвигая ноги тут и там, эх. Сделай ты неправильное движение по отношению к ней, и тогда ее любовники отовсюду… это будет затруднительно. Невероятно досадно.

Барбатос щелкнула языком.

– Тебе просто повезло. В тот раз они закрыли на это глаза, потому что было и так ясно, что Пеймон дала маху в Вальпургиеву ночь. Я не знаю, что случится, если к тебе подойдет пачка страшных дядек, знаешь ли?

– …

– Я предложу тебе в последний раз. Приходи в мою фракцию, Данталиан. С твоими ресурсами ты мог бы приложить свою руку к процветанию всех демонов на континенте. И хоть ты прогнил до дна, это не значит, что ты не можешь работать на благое дело. Не волнуйся. Я даже прощу тебе твою любовницу-суккубу. Хотя тебе придется отменить помолвку. Я даже могу быть снисходительной, если ты будешь держать ее в тайне как свою наложницу…

– Я подарю тебе войну.

Барбатос замолчала.

Она нахмурилась.

– Что?

– Скорее всего, ты надеешься на войну, Барбатос. Чтобы уничтожить человечество, требуется масштабная война. В настоящее время, когда свирепствует Черная Смерть, военные силы людей продолжают уменьшаться. Тебе стоило учесть это, если ты хотела осуществить объединение континента, сейчас блестящая возможность.

– … Гм.

Барбатос улыбнулась, как кошка, словно я заинтересовал ее.

– А если твое предположение верно. Что тогда?

– Я не предполагаю. Я просто вижу насквозь.

В этом была разница между теоретиком и политиком.

– Война, которую ты желаешь. Я навлеку ее на нас.

– Гагага. Что говорит этот новобранец 71-го ранга?

Барбатос насмешливо смеялась.

– Знаешь ли ты, какого размаха войну я хочу? Войну на уничтожение. Войну, чтобы искоренить целую расу. Масштабную войну, в которой принимают участие все Владыки Демонов, а также все народы мира людей. Это не мелочь, которую мог бы предложить такой голец, как ты.

– Да.

Я улыбнулся.

– Война, которую я подарю тебе, именно такая.

– А? Как такой, как ты, мог бы начать масштабную войну…

– Пусти слух, что Владыки Демонов распространили Черную Смерть.

Молчание.

В гостиной воцарилась тишина.

В голосе Барбатос угадывалось сомнение:

– О чем ты говоришь?

– Если подумать об этом, то это просто. На данный момент Черная Смерть захлестнула весь континент. Регионов, где успешно подавили начальную вспышку, очень мало, поскольку люди меньше знают про моровые язвы, чем демоны.

Некоторым городам повезло предупредить распространение чумы.

Это случилось благодаря тому, что я нашел черную траву на несколько лет раньше, чем предполагалось. Некоторые владыки использовали и территориальные активы, и фамильное состояние, чтобы массово скупать черные травы, и использовали их, чтобы защитить своих людей.

Однако число владык, которые так поступили, было мало.

Большинство использовали дорогую черную траву, только для защиты себя и своей семьи. Были даже такие люди, которые покупали черную траву у меня и продавали по запредельной цене. В заключение, Черная смерть забирала несметное количество жизней, как это было в <Атаке Подземелья>.

Люди.

Особенно крестьяне переживали ад.

– Человеческое общество медленно разрушается. Соответственно, их лорды и храмы не могут с этим справиться. Недовольство супротив народов и королевских семей самое высокое за всю историю. В этой ситуации, если распространится слух, что «Владыки Демонов пустили чуму», то как, по твоему мнению, воспользуются этим монархи в мире людей?

– …!

Глаза Барбатос расширились.

Она действительно была умной женщиной.

Она быстро уловила мысль, которую я старался донести до нее.

– Они активно воспользуются этими слухами. Люди ошибаются, это не лорды, не народы и не королевские семьи. Они будут рьяно объяснять людям, что истинным средоточием зла являются Владыки Демонов, которые изначально распространили эту ужасающую эпидемию.

– Не говори мне!..

– Мы воспользуемся этим наоборот.

Получив торговца по имени Лазурит, я получил богатство.

Получив генерала по имени Лора Де Фарнезе, я получил военную мощь.

Единственное, что мне требовалось сейчас – это великое дело.

Оправдание.

Имя.

Мое имя.

– Лорды в мире людей распространят слух, чтобы погасить настоящее пламя, но они будут делать это, пребывая в неведении, какую ужасающую силу на самом деле проявит Черная Смерть. Со временем люди проклянут нас, Владык Демонов. Будут презирать нас. Очевидно, что количество голосов, требующих поднять военные силы и подавить Владык Демонов, будут расти в геометрической прогрессии. И без сомнения, наступит момент, когда лорды мира людей не смогут контролировать накаленное общественное мнение. Вся человеческая раса будет взывать к войне и мести, и их лорды смогут только соответствовать им.

Имя Владык Демонов.

– Трубите в горны Прутени. Свистите в свистки Ливонии. Бейте в барабаны Ятвягов и заставьте дрожать весь континент. Сделайте песнь Селонского, Ратгальского и Семигальского царств славой страха. Опустошающая война, Барбатос. Если мы не можем напасть на них, тогда мы сделаем, чтобы они напали на нас.

Я разнесу имя Данталиана по всему континенту.

Я с удовольствием смотрел, как выражение лица Барбатос медленно застывало.

Улыбайся энергичнее. Разве это не развлекательная часть? Мне больше нравилось, когда я улыбался. Конечно, лучше всего, когда люди живут с улыбкой тогда, когда они хотят.

Возможность того, что я стану твоим вассалом, никогда не представится. Но я радостью стану кем-то наподобие делового партнера. Наша ближайшая цель достигнута. Я приложу усилия, чтобы стать полноценным деловым партнером для тебя.

Я погладил щеку Барбатос и сказал:

– Покажи людям, что такое настоящий ад.

Осень заканчивалась.

Листья, которые должны опасть, опадут.

И снег, который должен лечь наземь, опустится.

Скорее.

Давайте начнем сезон Данталиана.

Интермиссия

Барбатос, Демоническая Владыка Бессмертия 8 ранга 21.09.1505 год по Имперскому календарю Нифльхейм, Резиденция Губернатора   ...Хорошо. Очень хорошо. Но ты все еще далеко. Данталиан. Признаю, что ты довольно умный. Возможно, ты даже невероятно умный. Да, если бы я и дальше делала тебе комплименты, тогда у тебя голова могла бы закружиться сильнее, чем моя. Однако у тебя нет власти. У тебя нет информации. Короче говоря, у тебя нет «фракции». И причина твоей ключевой ошибки тоже кроется здесь. Если ты думаешь, что лишь потому, что ты умный, ты можешь понять весь мир, тогда это довольно глупый просчет. Например, ты говоришь сейчас, что я собрала информацию про территорию герцога Розенберга и втайне отправила ее тебе. Но, к несчастью. Ты только наполовину прав, а в остальном ошибаешься.   Потому что это я виновница, которая пустила слух на территории герцога. Аха... 20-го дня 8-го месяца. Как только я увидела, что ты победил ту стерву Пеймон во время Вальпургиевой ночи, возникла мысль. Я проверю, настоящий ты или поддельный. Так что сразу же на следующий день я приказала своим шпионам разнести слух. Знаешь, территория Герцога Розенберга находится в одном из самых ключевых мест. После напряженных усилий у меня есть информационная сеть, раскинутая по той территории.   Данталиан. Проблема всегда возникает из-за самой малой разницы в направлении.   Если у человека достаточно хорошо налажена информационная сеть, чтобы получить слухи. Тогда и наоборот, создать слух на той стороне и запустить его, очевидно, тоже возможно.   Простой принцип, который могли бы понять даже дети. Это был примерно 24-й день 8-го месяца, когда слух начал распространяться на полном серьёзе. Поскольку Черная Смерть была горячей темой, он расходился довольно быстро. А если слух был пущен таким образом, что он гласил «прямо перед их носом есть безграничный запас черных трав»… Гм? На месте тех непослушных людей, которые умирали от неизлечимой болезни, этого же было достаточно, чтобы они помешались на этом, нет? Я тоже все понимаю. Естественно, играть с человеческой алчностью забавно. Если было что-то, чего я не ожидала, так это перемещения Маркграфа Розенберга. Он начал действовать быстрее, чем я думала. К тому времени, как слух о восстании мог хотя бы укорениться, он уже решил отправить войска. На 10-й день распространения необоснованного слуха мальчишка Розенберга отправил солдатам повестки. Эта скорость реакции действительно была быстрой как молния. Гм. Как и ожидалось от дома, который боролся с нами, Владыками Демонов, вот уже примерно 300 лет. Стоит ли мне сказать, что у них не было удобного случая? Это дом, который так сильно стремится к совершенству, что я хочу их убить. В любом случае ситуация развивалась немного зловеще… И хотя я достигла своей цели, поставив это дитя Данталиана в трудное положение, отправка войск все же происходила чрезвычайно быстро. Когда мои шпионы доложили мне, что мобилизация солдат скорее всего будет завершена в течение 6 дней, я невольно вздохнула. Стоило ли тут мне похвалить их за то, что они были «пристанищем наемников», этот северный регион Габсбурга? Расстояние между территорией Герцога Розенберга и замком Владыки Демонов Данталиана – 10 дневных переходов. Если войско будет состоять преимущественно из пехотинцев и конницы, и они немного поднатужатся, возможно, они смогут прибыть через неделю. Наверно, армия Розенберга нападет на замок Владыки Демонов между 16-м и 19-м днем 9-го месяца. Осталось едва ли полмесяца отсрочки. У меня и правда было ощущение, что я поступила нечестно с молодым Владыкой Демонов. Ага. Я повторяюсь. Конечно, излишне было использовать такого противника как Герцог Розенберг в качестве объекта испытания супротив новобранца 71-го ранга. Поскольку я чувствовала, что это было уже слишком— я отправила письмо.

У тебя есть враг. В 10 днях пути, армия численностью 2,000 человек вторгнется в твой замок.

В том случае, если он даст слабину, я целенаправленно добавила несколько преувеличений. По правде сказать, наверно, это заняло бы немного больше, чем 10 дней, но я написала 10. Численность войска была в лучшем случае от 1200 до 1500, но я поставила 2000. Это должно было заставить его серьезно забеспокоиться. …Но я и мечтать не могла, что он вытянет защитные войска Нифльхейма, как только получит письмо. Даже для меня это был шок, новобранец. Тот факт, что между Данталианом и фирмой Кенцушка налажена неизвестная система сотрудничества, было весьма очевидно. Что ж, все остальное согласно «догадкам» парня. Однако.   – Опустошающую войну, Барбатос. Если мы не можем вторгнуться к ним, тогда мы сделаем так, чтобы они вторглись к нам. – …   От предложения Данталиана я на мгновение потеряла дар речи. Этому не было особой причины. Лично я ощущала чувство иронии. Для меня, Барбатос, которая пустила ложный слух, чтобы направить на тебя захватчиков. Чтобы я предположила «еще раз пустить ложный слух и довести людей до желания атаковать нас». Вероятно, это было доказательством пословицы, что никто не знает, как повернет жизнь.   – …Хахах, ахахахах. Хахахаха!   Даже то, что я рассмеялась, было естественно. О, Данталиан. Ты несчастное дитя. Ты стараешься поставить ловушку на очередную жертву, несмотря на то, что тебя самого поймали в ловушку. Ты обставляешь свою глупость как мудрость из-за своей доверчивости или потому что ты горд? Или — это просто твоя молодость?Даже моему почти мертвому сердцу стало жарко.   – Как оригинально, Данталиан. Очень оригинально.   Я гладила Данталиана по животу, груди, шее и щекам, по одному месту за раз. Мне понравились его мышцы, которые оказались тверже, чем казалось. Данталиан смотрел на меня с улыбкой на губах.   – Полмесяца назад, примерно в то время, как я отправила тебе письмо, я думала, что ты будешь, по крайней мере, хоть немного интересным парнем. Но, по-видимому, я прожила слишком много. С таким человеком, как ты, тут мои надежды на мир уже повергнуты! – Барбатос! – Ладно. Я буду с тобой сотрудничать. Война? Вот на что я надеялась. Дикие слухи? Это как раз мне по вкусу. Ради твоих плохих привычек, я, Барбатос, присоединюсь к тебе. Как далеко ты сможешь зайти. Что будет ждать тебя в конце твоей дороги. Бессмертная Барбатос подождет, чтобы увидеть.   Хотя нет уверенности, не закончится ли у тебя все тем, что я возьму тебя за горло. На это можно рассчитывать позже. Давай сейчас насладимся настоящим.   – Лишь представь себе, какая жутко приятная будет война, которую ты начнешь, Данталиан. Ты же не планируешь уйти, оставив без внимания леди, которую ты так разгорячил? – Что…?   Я активировала свою магическую мглу. Черная мгла лизнула сзади ухо Данталиана и просочилась в его мозг. Встряхнув череп этого ребенка, она прошла по его спине и опустилась в поясницу. Как только это случилось, у Данталиана широко раскрылись глаза.– Не говори мне, что эта мгла… – Ага. Возбуждающее заклятие.   Я двусмысленно улыбнулась. Склонить такого новобранца, как ты, на мою сторону легко. Для начала установить отношения, когда твое тело будет не в состоянии больше мне отказывать, потом постепенно, укус за укусом, все будет закончено, когда я медленно сжую тебя всего. Потом в какой-то момент твоей плоти уже не будет и останутся только твои кости. Меня зовут Барбатос. Владыка Демонов всего мертвого. Все, что превратилось в скелет, не будет иметь другого выбора, кроме как следовать моим приказаниям. Я жарко дохнула в ухо Данталиана. – Я давно уже хотела, чтобы меня трахнул сукин сын, как ты, часто дыша, как собака… хочешь  попробовать? И на этом все закончилось.       O, разумное дитя. Скачи на моих бедрах и танцуй на здоровье. Пока ты не упадешь ослабленный и наконец не сгинешь.

Пролог

Поговорка, что жизнь – это азартная игра, была убедительна.

Человек хорош на войне, если он управляет людьми, будто делает ставки. Если бы к человеческим жизням не относились как к ставкам в игре, тогда война, где выкашиваются сотни и тысячи жизней, стала бы адом. Барбатос утверждала, что люди не могут пройти через этот живой ад в трезвом состоянии.

– Равнодушный ублюдок стоит выше исполнительного, а над равнодушным ублюдком стоит ублюдок безумный. Поэтому, если хочешь выиграть на войне, тогда тебе сперва нужно стать безумным ублюдком.

В словах Барбатос чувствовался смех.

Смех и жестокость на ее лице были неразличимы. Не знаю, вела ли она себя так, чтобы показать мне свое веселье, или же потому что она хотела передать мне свою брутальность. Хотя лично для меня эта неразличимость и была собственным безумием Барбатос.

Я часто занимался сексом с Барбатос. Несмотря на это чувств друг к другу у нас не было. Я глубоко понимал ее, но не мог достичь самого дна. Барбатос просто была исполнительной стервой, равнодушной стервой, безумной стервой. Для Барбатос же, я был ленивым ублюдком, проницательным ублюдком и ненормальным ублюдком. Наши предпочтения в постели совпадали. Раз встретились безумная стерва и ненормальный ублюдок, какое-то время они должны были отлично ладить.

"Прошу вас, пощадите нас."

"Если не вашего покорного слугу, тогда хотя бы дочь вашего покорного слуги."

"Я буду работать как пес до конца моей жизни, потому прошу вас, простите меня."

Даже кучке пойманных в плен людей, стоявших перед нами, Барбатос улыбалась. Она подготовилась к войне еще с начала осени. Раз люди были ставками на войне, у Барбатос было много причин быть жестокой. Только пленники не знали про надвигающуюся войну. Для них улыбка Барбатос сияла как неспровоцированное насилие.

– Делайте, что хотите, ребята. Почему вы просите меня о жизни и смерти? Если вы собираетесь жить, то живите, если вы собираетесь умереть, тогда умирайте.

– Мм.

Я кивнул. Язык, на котором говорили люди, и язык, на котором говорила Барбатос, отличались, так что мне приходилось стоять в качестве посредника, чтобы переводить. Единственной особой, кто понимал человеческий язык, будучи также Владыкой Демонов, был я.

– Она сказала покорно умереть.

Все пленники опустили головы вниз к земле одновременно.

"Трудно понять, потому что мы глупы."

"Просим вас, решите, что мы должны делать."

– Эй, глянешь на это?

Барбатос давилась от смеха. Солдаты-демоны вокруг нее тоже смеялись.

– Данталиан. О чем они там лепечут?

– Они сказали, что твои слова чертовски неясные, и хотят, чтобы ты подробно разъяснила им, чтобы они могли лучше понять.

– И-я-а-а, как же много дерьма. Если они живут, это их жизнь, а если подохнут, то это их смерть. Почему меня должно это беспокоить?

Я кивнул головой.

А после, в точности перевел ее слова пленникам.

– Она сказала, ребята, что вы полны дерьма.

"О господин, прости нас!"

"Просим, помилуй нас от твоего гнева!"

Пленники всхлипывали, а демоны еще раз засмеялись. Плач людей затихал и вибрировал, в то время как звук смеха демонов эхом отдавался вверх и рассеивался. Звук всхлипываний и смех был шумный, от чего слова произносились трудно и дрожали. Слова окутывались смехом, съедались им. Поскольку мне самому трудно было управляться со словами, я делал так, как у меня получалось и импровизировал.

Если бы Барбатос спросила:

– Хорошая ли в империи ситуация с провизией?

Я бы перевел это как:

– Она спросила, что вы, ребята, в среднем ели, что ваши морды выглядят такими же грязными, как и задницы.

А на вопрос:

– Я слышала, что у вас по соседству происходит сильная борьба между крон-принцем и 3-ей принцессой империи, о том, кто будет следующим императором. А их милое столкновение как-то влияет на вас, жителей?

Я перевел это как:

– Говорят, что крон-принц, после того, как завоевал две своих младших сестры, а потом убив их, теперь пытается завоевать свою третью младшую сестру. Что вы все думаете об этом?

А кроме этого проблем с общением не было.

Это была не шутка.

Прежде всего Барбатос все равно планировала расстрелять всех пленников. Она просто иногда полушутя издевалась над пленными. Честнее было бы сказать им спешно готовиться к гибели, чем давать ложную надежду.

Если полностью избавиться от смеха и всхлипываний, которые были как глубоко въевшаяся в слова грязь:

—Умрите.

—Мы хотим жить.

—Все равно умрите.

—Мы все равно хотим жить.

Все стало бы ясно.

Так просто.

Время от времени, прикидываясь, что перевожу, я кидал совершенно случайные вопросы.

– Как вас зовут?

– Вы хотели бы сказать предсмертные слова, которые хотите оставить за собой?

– Готовьтесь к смерти.

И тогда крестьяне, осознав, что приближается гибель, плакали.

Вскоре Барбатос это наскучило, и она пресекла жизни крестьян. Отрубленные головы падали на пол и катились в разных направлениях. У всех голов рты были раскрыты, а с их губ еще тянулись какие-то слова.

"…"

"…"

Я смотрел на широко раскрытые рты. Там было просто темно. Я не мог разглядеть что-то дальше за горлом.

За языком лежит в ожидании дорога в ад… эта мысль мелькнула у меня в голове.

Барбатос сказала, чтобы идти на войну и избежать дороги в ад, нужно относиться к жизням других как к ставкам. Однако, будь то Владыка Демонов, императоры, демоны или люди, каждый проживал свою жизнь, глотая ад за язык. Важно было не то, что ты избегаешь ада или нет… еще одна мысль пришла мне в голову. Единственное, что имело значение, это что, если были люди, которые изрыгали ад из своих ртов, значит, были и люди, которые держали ад в своих животах и терпели его.

– Данталиан. Число убитых нами людей уже достигло примерно тысячи?

– Кто знает. Поскольку это уже 22-я деревня с выжигаемыми полями*, должно быть, около того.

Барбатос посмотрела в пустоту.

Потом она пробормотала:

– Тогда нам все еще не хватает… Давай еще немного сожжем. Если мы остановимся в нашей резне здесь, тогда вместо этого умрут многие из нас.

* Деревня, практикующая подсечно-огневую систему земледелия, сжигающая остатки урожая на полях после сбора.

Звуки без слов

– Давай спалим еще немного.

Слова, сказанные Барбатос тихим голосом, перебрались через горные хребты и зажгли деревни. С начала осени мы проводили время, сжигая ущелья и пуская огонь у подножия гор. И хотя казалось, что пламя горит само, это было не совпадение, что на территориях, которые мы подожгли, располагались деревни с выжигаемыми полями. Многие люди погибли в огне.

Мы спрашивали друг друга беззаботным голосом:

– Сколько людей ты убил сегодня?

– Любопытно. Думаю, я спалил около 30.

– Ну дитя. Ты все еще молокосос, разве нет?  Я лично спалила уже 70 сегодня.

– Конечно. Ты молодец.

Так мы приветствовали друг друга.

Поначалу аристократия человеческого общества не предпринимала никаких действий, умирали при этом жители деревень с выжигаемыми полями или нет. Эти деревенские люди принадлежали к наинизшему сословию. Только когда минула осень и подошла зима, а число спаленных дотла деревень с выжигаемыми полями превысило 30, человеческая армия наконец начала шевелиться.

Человеческие лазутчики были медленными. Мы выпустили фамилиаров ведьм, используя их, чтобы наблюдать за человеческими силами. На удивление, человеческие войска шли не для того, чтобы спасать крестьян. Всех, кто пытался избежать преисподней и спастись бегством с гор, будь-то крестьянин или гоблин, человеческая армия отлавливала без разбору.

Если мы сжигали одну сторону горного хребта, отправляли имперских солдат, если мы сжигали, другую сторону горного хребта – отправляли солдат из королевства. Армии все чаще стали замедляться. Солдаты прокладывали себе путь через дым, чтобы найти виновных, которые спалили деревни с выжигаемыми полями. Однако единственное, что оставалось, был черный дым, который сердечно приветствовал лазутчиков с распростертыми объятиями. Интересно, чувствовалось ли это опустошение неловким, но лазутчики без нужды отрезали носы у трупов жителей деревни и гоблинов перед уходом. Повсюду были разбросаны безносые трупы.

– Что это? – хмыкнула Барбатос. – Чье внимание, черт побери, эти ребята стараются привлечь?

– Они стараются вернуть все назад так, словно ничего не случилось.

– Вернуть все назад? Что они стараются вернуть?

– Восстановить то, что нельзя восстановить. Тут уже ничем не поможешь, раз случился лесной пожар, но если они избавятся от всех свидетелей, которые видели лесной пожар, тогда это будет то же самое, словно пожара не было и вовсе.

– Это ведь даже не крестьяне или гоблины подожгли, почему же они перекладывают на них ответственность?

– Перекладывая на них ответственность, солдаты избегают обвинения.

– Но что случится, если крестьяне сообщат королю?

– Поэтому они их всех и убивают.

… В человеческом обществе крестьян не считают гражданами, так что у них нет права обвинять кого-то в преступлении перед королем… Этого я сказать ей не мог. Система классов среди демонов такая же строгая. Я, который состоял в отношениях с изгоем, был неадекватным, и Барбатос, которая состояла в отношениях с неадекватным мной, была такой же неадекватной.

Барбатос тяжело вздохнула:

– Непонятные люди. А раз они непонятные, с ними нельзя связываться. Люди все такие?

– Большинство такими рождаются.

Из пепла и пламени поднялось облако дыма и покрыло горный хребет.

Однажды Барбатос приказала ведьме убить одного из лазутчиков. Ведьма, зарезав солдата, принесла его отчет. Барбатос сморщила брови. Отчет был написан не криптограммой, а обычным текстом.

"Жители деревни с выжигаемыми полями зажигают костры в битвах с гоблинами. Жители деревни поджигают жилища гоблинов, а гоблины делают то же самое с деревнями крестьян. Много дыма. Трудно дышать. Горный хребет пылает. "

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

06.12.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

Демонам показались подозрительными неустанные перемещения человеческих армий. По миру демонов распространился слух. Это был слух вперемешку с сомнением.

"Кажется, эти ребята собираются пересечь горы и атаковать нас."

"Они твердят, что это мы, демоны, пустили Черную Смерть, потому я обеспокоен, что они воспользуются этим, чтобы собрать большую армию."

На улицах народ уже не мог отличить подозрение от уверенности.

Ходили необоснованные слухи, что люди нарочно создали Черную Смерть, чтобы убить нас. Были те, которые отрицали, говоря: «Что за чушь. Мы не Боги, так как же люди могут создать чуму?» и считали это ложными слухами. Но хотя человечество, может, и не создало Черную Смерть, они все же твердо верили, что ее причиной в любом случае были мы, демоны. А значит, была доля правды в словах, что с этого момента нам нужно быть осторожными. В любом случае человечеству нужен был повод для критики. Они могли упрекать своих соседей, но это было бы бессмысленно. Они могли негодовать на Богов, но это было бы безнадежно. Люди ухватились за то, что легче всего критиковать, легче всего обвинять и из-за чего легче всего негодовать – расу демонов. Поскольку их монарх, их императоры и их аристократия не хотели попасть под раздачу, они переложили всю ответственность на демонов. И все же никто не мог ответить на вопрос, что же они собирались с этим делать.

Это решат Владыки Демонов, не мы, представители низкого сословия… Таково было мнение большинства. Каждый день люди собирались в свободных местах и повторяли одни и те же слова без ответов. Я отправлял шпионов и контролировал динамику слухов.

Когда необоснованные и ложные слухи смешались, содержание слов уже было не важно, важна была их масса.

– С давних пор человечество всегда было расой диких варваров, потому нам следует уничтожить их до того, как они напакостят нам, – эти слова звучали громче всех остальных.

Голоса растекались с центра площади по улицам рынков и в переулки. Пока наконец голоса не хлынули потоком во дворец Владык Демонов.

"Убить всех людей!"

Крики ворвались в зал совещаний.

Владыки Демонов собрались в резиденции губернатора в Нифльхейме и соответственно галдели. Владыки Демонов низкого ранга громко шумели, а Владыки Демонов высокого ранга хранили молчание. Казалось, что Владыки Демонов более высокого уровня ждали, пока голоса естественным образом поднимутся со дна.

— Сейчас зима, так как вы собираетесь собрать армию?

— Для нас может быть трудно зимой, но для тех слабых людей это будет еще труднее. Поэтому зима – лучшее время для нашего нападения. Даже лучше, поскольку реки замерзнут, так что ничто не будет стоять у нас на пути.

— Наши солдаты все замерзнут насмерть прежде, чем пройдут через горы.

— Наши воины смелые, так что они не будут падать от зимнего ветра!

— Правильно!

— Вы только посмотрите на них! Кажется, в Равнинной Фракции модно учиться рычать как собака раньше, чем думать.

— На самом деле я не уверен в этом. Но я действительно знаю, как поколотить как пса такого невоспитанного сукиного сына.

— А-ну тихо там.

В этих голосах еще не было логики. Если мы пойдем на войну, то когда и где мы это сделаем? Если мы не пойдем на войну, то по какой причине мы этого не сделаем? Что мы будем сделать с провизией? Что мы будем делать с военными средствами…?

Голоса были приглушенные, словно их покрыл дым. Только после длительных споров Владык Демонов низших рангов голоса стали накладываться один на другой и наконец сформировались в башню, словно приняли форму в 5 w и 1 h*, и лишь после этого слова потекли слажено. Казалось, теперь лидеры каждой фракции желали обсуждать, стоя на вершинах этой башни, где дыма не было.

Звуки без слов (часть 2)

– Мы собрались тут, чтобы побеседовать, разве нет? Или мы собрались тут, чтобы держать наши рты закрытыми? Как только им не о чем будет лепетать, они затихнут, даже если хотят продолжать болтать о пустяках.

– Даже если наши солдаты могут перенести зимний холод, полагаясь на свою силу воли, что вы собираетесь делать с добычей продовольствия? Даже если мы добудем продовольствие, забирая его насильно и мародерствуя, то как вы планируете справиться с чумой? Вы все можете быть храбрыми, но вы просто переполнены излишними словами и вместо этого выделяетесь опрометчивостью.

– О чем ты говоришь? Скажи яснее, чтобы мы могли понять.

– Если есть люди, которым под силу понять сложные слова, значит, есть люди, неспособные понять даже самые легкие слова. Проблема не с моей стороны, это дилемма вашего ума. Если бы мне пришлось немного больше углубиться в вопрос, тогда ваша личность – тоже проблема.

– Теперь я могу что-то понять.

– Вы двое там, успокойтесь, пожалуйста.

– Секунду назад ты сказал нам болтать о пустяках, а сейчас ты говоришь нам замолчать? Не понимаю. Этот парень разглагольствует, как ему вздумается.

– Ты правильно понял. Или, возможно, он говорит нам закрыть рот, чтобы он мог сам болтать о пустяках? Какой плохой человек. Эй, независимо от того, как я выгляжу, я все же 12-го ранга. Зепар, у тебя какой ранг? Ты выше меня?

– Моя ошибка. Вы правы. Не уверен касательно других, но необходимо, чтобы Ситри и Белет молчали. Если два болвана, из Горной Фракции и из Равнинной Фракции, будут галдеть одновременно, поднимется суматоха. Если так будет продолжаться, у всех разболится голова.

– Этот парень сказал, что я тупой?

– Утешает то, что ты смог понять это, поскольку я не имел в виду ничего сверх того.

– О чем вы все сейчас говорите?

– Не твое дело.

Собрание продолжалось всю ночь.

Поскольку мнение большинства редко бывает единогласным, слова сходились в одной точке на мгновение, как дым, перед тем как рассеяться вновь. Чад, который мы с Барбатос подняли осенью, перешел через горы, разрушил границы и теперь сконцентрировался в этом зале совещаний Владык Демонов. Их взгляд было замутнен. Вершину не было видно. И не было никаких надежд, что их слова могут проникнуть сквозь туман. Владыки Демонов высокого ранга сидели молча более 6 часов.

– Достаточно.

Заговорила глава Горной фракции, Владыка Демонов Пеймон:

– Прошу вас, прекратите. Вы все, разве у вас не кружится голова? Эта леди не в себе. Поскольку никто не прислушивается к словам других, разговор вести невозможно, поскольку разговор вести невозможно, они не думают, а поскольку они не думают, они не способны плавно переходить от одного к другому, и таким образом они попадают в тупик. Что это за место? Тут душно.

В зале совещаний стало тихо.

Владыки Демонов, которые до этого переругивались, закрыли рты перед Пеймон. Казалось, они очень боялись отвечать, а не то что бы сказать им было нечего.

Прежде Пеймон пробовала обвинить меня в преступлении в этом месте и потерпела ужасное поражение. И хотя, возможно, репутация Пеймон пострадала вследствие того инцидента, она все еще командовала наибольшим числом Владык Демонов. Люди говорили о Пеймон и ее прислужниках как о Горной фракции.

Владыки Демонов, принадлежавшие к Горной фракции, построили свои замки в самых отдаленных уголках гор, чтобы помешать людям легко к ним подобраться. Это отразилось на их имени, «Горная фракция». Место, куда было трудно подобраться человеческим силам, было так же трудно покинуть и армиям демонов. Мирно. Естественно, поскольку и зайти, и выйти было затруднительно, сражений происходило мало. Владыки Демонов из Горной фракции не хотели идти на войну с человеческими армиями. Для них малодушие было их осторожностью, так что масштабная война была злом тут и теперь. Согласно Пеймон и ее прислужникам, они защищали мир расы демонов.

Однако, согласно предположению Сократа, имя Горной фракции возникло совершенно иным способом. Она называлась Горной фракцией, потому что грудь Пеймон была высока, как горы. Пеймон вместе со своими массивными горами защищала Владык Демонов, а Владыки Демонов подчинялись ее материнскому инстинкту. Сократ говорил о Пеймон и ее прислужниках как о Фракции Большой груди.

Бонжур—.

Пеймон произнесла:

– Какие есть доказательства того, что человеческая армия собирается напасть на наши земли?

—……

– Вижу. Доказательств нет. Наши люди изнурены чумой. Вместо поиска несуществующих подтверждений, мы должны позаботиться о нашей недостающей прибыли и укрепить внутренние дела.

– Ух ты—. Эй-эй, вы посмотрите, как бездумно говорит эта сучка, – сказала лидер Равнинной фракции, Барбатос.

Барбатос и группа ее сторонников проживали в замках Владык Демонов, построенных на обширных долинах. Представители человеческой расы и расы демонов бесконечно сражались за плодородную землю. Прежде, чем все могли устать от вечной битвы, рождалось новое поколение, которое снова наследовало битву. Война продолжалась. В отличие от людей, которые могут передать сражение своим потомкам, нового поколения земли, которая передала бы яростную битву, не существует. Земля оставалась на месте и дальше продолжала получать отметины в сражениях. Сотни лет повторялся процесс получения шрамов и самоисцеления. После 300 лет земля больше не была плодородной даже для единственного зерна пшеницы или колоса ячменя. Земля погибла, а война еще продолжалась. Барбатос и ее группировка, которые настойчиво продолжали вести это напрасное сражение, именовались Равнинной фракцией.

Владыки Демонов в Равнинной фракции пытались найти что-то на земле, где ничего не осталось. Как нищие наделяют бедность достоинствами честности, а священнослужители утверждают, что слабость – это доброта, так и Владыки Демонов сменили «отсутствие причины сражаться» на «отсутствие потребности в причине, чтобы сражаться». Для них сама война была священна. Раз у нас нет ничего, нам необходимо иметь что-то, вот была их логика. Разве они не были группкой людей, потерявших над собой контроль?

Однако, согласно теории Карла Маркса, возникновение названия Равнинной фракции было связано с чем-то совершенно другим. Она называлась Равнинной фракцией, потому что грудь Барбатос была такая же широкая, как великие равнины. Как ровное поле, Барбатос принимала Владык Демонов, а Владыки Демонов были тронуты тем, насколько вместительной она была. Карл Маркс именовал Барбатос и ее группировку Фракцией Плоской груди.

Это так хорошо (C’est si bon)—

– О, посмотрите на этот деревенский народ. Вы планируете молча смотреть, как эта сучка, несет какую-то херь? Раз ее рожа такая раздражающая, значит в ее словах нет смысла. А раз нет смысла в ее словах, значит нет мозгов в ее голове, а раз нет мозгов в ее голове, значит, ее обычная блажь возвышается до полной чуши и бурно разрастается. Она именно такая шлюха, которая заносчиво отнесет себя и к небесам, и к земле и вконец слетит со всех катушек, если вы не остановите эту сучку сейчас.

– …

Пеймон глубоко вздохнула.

На ее лице было выражение, словно она этого ждала.

Опустив взгляд с потолка вниз, Пеймон заговорила.

– Какая жалость. Если лицо этой леди раздражает, тогда это показывает отсутствие интеллекта в твоей голове, а если слова этой леди бессмысленны, то разве это не говорит о том, что твоей жизни нечего на них ответить? Поскольку проживать жизнь без ответов так душераздирающе, то почему бы прямо сейчас не покончить с нею посредством самоубийства? … О дорогая. Эта леди приносит прощения. Если бы ты совершила самоубийство, то это значило бы, что ты пришла к пониманию, что в твоей жизни действительно нет ответов, но в голове у Барбатос нет ума, ведь так? На мгновение, эта леди забыла об этом.

Я хотел встать и поаплодировать им.

Это же были Барбатос и Пеймон.

Это стоило того, чтобы выдержать добрых 6 часов скуки и постоянного прокручивания порнографии в моей голове.

Я жил до этого момента, чтобы увидеть, как эти двое спорят. Они умели красиво ругаться. В соответствии с плоской грудью Барбатос ее заборная брань бросалась на глазок, а в согласии с пышным бюстом Пеймон, ее проклятия лились в обход. Ни у одной стороны не было нормальной груди. Вот так. Это были ненормальные груди…

…

Или все не так?

Это их способности были ненормальные, а не их груди?

Или это не имело значения?

Передо мной все словно слегка кружилось. Странно. Если исключить то, что немного раньше сегодня я был с мисс Фарнезе, пока мы вместе курили, больше в течение дня я ничего не делал. Да и этим я наслаждался очень недолго перед тем, как прийти в зал совещаний.

Что ж, иногда бывали такие дни.

Адью—.

Мадмуазель—.

– Война не подлежит обсуждению. – Промолвила Пеймон. – Это не гражданская война где мы ссоримся и кусаем друг друга, а масштабная война против всей человеческой расы. Тысячи людей погибнут, а сотни тысяч будут ранены. Прошу вас, взвесьте эти цифры. Это не те жизни, с которыми можно расправиться без должного подтверждения.

– Хи. Так ты говоришь, если у нас будет предлог, то война возможна?

– Это решится, когда придет на то время. Эта леди говорит сначала предоставить доказательства. Если об этом не позаботиться заранее, то обсуждение начала войны сейчас преждевременно.

Звуки без слов (часть 3)

Барбатос улыбнулась.

– Человеческая раса готовится к войне с начала осени.

– Доказательства?

– Люди бродят по Черным Горам, не обращая внимания на границу. Если они пересекут горный хребет, то будут на нашей территории. Люди собираются расчистить себе дорогу перед полномасштабным вторжением.

– Что ты имеешь в виду под «расчистить дорогу»… ?

– На той горной гряде расположены деревни орков и гоблинов. Человеческие рыцари сжигают все те деревни подряд. Как вы думаете, в чем причина? Скорее всего, они избавляются от всех стесняющих препятствий в горах, через которые они собираются наступать.

Барбатос говорила уверенно.

Это была ложь.

Виновниками того, что горный хребет пылал в огне, были Барбатос и я.

Человеческие войска шли по нашему следу сквозь облака дыма, которые мы поднимали. Они просто вычищали жилища монстров, преследуя нас. Между осенью и зимой сельские поселения были уничтожены, а жилища монстров разрушены. Прокладывая наш путь через дым, мы играли в прятки с человеческими войсками. Другие Владыки Демонов не могли видеть чад, поднимающийся с горной гряды. С помощью умелой лжи Барбатос затянула облако дыма, которое Владыки Демонов не могли видеть, в зал совещаний.

— Ого, в конце концов Черные Горы – стратегический пункт среди всех стратегических пунктов.

— Довольно тревожно, что человеческая раса занимает вход на дороге в наши земли с другой стороны гор.

— Какие странные ребята. Что же они могут получить с того, что начнут с нами сражаться?

— То, что люди клоуны, не ново. Люди, которые были глупыми за день до того, будут такими же и на следующий день.

— Но ты все еще глупа в большинстве случаев и лишь изредка бываешь умной? Я в затруднении, ты действительно тупая или нет. И, честно говоря, размышления об этом заставляют меня думать, что ты даже еще большая идиотка.

— Это доказательство того, что я на самом деле умная. Как черная точка на белом листе все так же остается черной точкой, если кто-то больше идиотский и иногда находчивый, тогда это просто значит, что он умный. Следовательно, я мудрая.

— О чем вы все тут сейчас говорите?

— Не твое дело.

Владыки Демонов бормотали, словно группка слепцов.

– …

Пеймон посмотрела на Барбатос внимательным взглядом. Ее взгляд был пронзительным. Они были достаточно сильны, чтобы их не сбивали с толку подобные дыму голоса, и они смотрели друг на друга прямо. Вместо того чтобы принять этот взгляд, Барбатос позволила ему протекать в сторону.

– Напали не только на селения в горах. Данталиана так же атаковали имперские солдаты Габсбурга и он потерял свой замок Владыки Демонов.

– Данталиан?..

Брови Пеймон поползли вверх.

Казалось, словно она услышала неожиданное имя в неожиданном эпизоде.

Пеймон перевела взгляд в мою сторону. Даже те Владыки Демонов, которые галдели как слепые секунду назад, все одновременно перевели взгляд в мою сторону. Я ощущал на себе много взглядов в темном зале совещаний. Это были глаза чудовищ. Если бы я промямлил тут свой ответ, тогда эти глаза стали бы ртами и разорвали меня.

– Данталиан. Слова Барбатос правдивы?

– Да. Абсолютная правда. Армия Маркграфа фон Розенберга разрушила мой замок.

– Когда это случилось?

– Это происходило с 16-го дня 9-го месяца по 17-й день 9-го месяца этого года. За три сражения я дважды потерпел поражение и один раз с большим трудом одержал победу. Армия маркграфа использовала черный порох, чтобы завалить мой замок. Правда, после того, как мой замок уничтожили, даже не стоит говорить, что в конце я одержал победу… – горько улыбнулся я.

– Сколько их было?

– По крайней мере 2000. Самое большее 3000. Это не были солдаты-срочники. Это была элита. После допроса один из пленников признался, что их наняли.

– … В этом нет ошибки?

– Я использовал нанятых тут в Нифльхейме солдат, чтобы нанести ответный удар маркграфу. Тут поблизости должны быть солдаты, которые сражались со мной в тот день, так что вы можете спросить у них лично. Слова, которые говорят они, и которые сказал я, не будут отличаться.

Зал совещаний пришел в смятение. Человеческая армия однажды уже была отправлена по назначению. Владыки Демонов были поражены этим фактом.

– Я спросил пленных, почему они напали на мой замок, и они раскрыли все. Что, согласно маркграфу, демоны распространили Черную Смерть, и что лекарство от болезни в больших количествах находится в каждом замке Владыки Демонов. Поэтому, если люди, как они, хотели выжить, у них не было другого выбора, кроме как нападать на Владык Демонов…

– …

– Это все правда. Прежде я думал, что я был единственным, на кого напали. Однако, что меня тревожит, разве человеческие армии не бродили постоянно в горах поблизости? Нервный и взвинченный, я следил за человеческими армиями с начала осени. Имперские силы Габсбурга, отряды из Тевтонского королевства, солдаты из Польско-Литовского королевства... Человеческие войска пренебрегли границей и подожгли горы. Возможно, они втайне пришли к какому-то соглашению. Если пойти дальше, может, они даже в альянсе...

Зал совещаний замер. Зимний ветер снаружи постоянно сюда просачивался. Кто-то, не в состоянии вынести тишину, плюнул на пол. Заразившись этим, несколько Владык Демонов прочистили горло. Их глотки были забиты слизью.

— Люди пытаются начать очередную войну?

— Последняя масштабная война была 150 лет назад, так что как раз подошло время для следующей.

— Если это дым поднимается с Черных Гор, то я тоже часто его вижу.

— Что? О чем это вы говорите нам сейчас?

— Лесные пожары часто случаются осенью, так что я не очень много думал об этом.

— Постарайся жить, когда на самом деле думаешь.

— Я могу жить, и не сильно вдаваясь в размышления, но ты живешь без матери. Поскольку мы одинаково живем без чего-то определенного, просто не обращай на это внимания.

— Этот козел придурок?

Эти ребята умерли для человечества, потому что они заслуживали умереть, да.

В оригинальной истории все Владыки Демонов будут порабощены в течение следующих 30 лет. Я не мог сказать, то ли с позиции человеческой расы, то ли играя в игру, но, увидев этих Владык Демонов лично, я понял. Эти не будут.

С другой стороны гор человеческое общество развивалось через феодализм и абсолютную монархию, но эти ребята, называемые Владыками Демонов, еще выделывали трюки, похожие на то, что происходило в племенах. И хотя 14-й ранг, и 9-й ранг мололи вздор, словно были в ударе, если посмотреть по факту, это были отношения 72 племен, каждое из которых возглавлял Владыка Демонов от 1-го до 72-го ранга соответственно. Владыки Демонов были королями и королевами лишь номинально, на самом же деле они были ближе к племенным вождям.

30 лет.

Предельный срок в 30 лет.

Обратный отсчет начался. Прежде чем отсчет зайдет слишком далеко, необходимо было подавить человеческое влияние. Молния уже ударила. Просто люди еще не слышали грома.

– Вы все. Конечно, я всего лишь юнец 71-го ранга. Несмотря на это я вижу вот этими глазами, что наша ситуация очень серьезная… Мы должны готовиться к войне. Если мы не будем готовиться, по крайней мере мы должны быть начеку. Это ли не правильное решение?

Ну же, примите покорно мой призыв.

Если вы останетесь одни, вы все погибнете. Если вы все будете побеждены, тогда влияние демонов ослабеет, и я тоже буду в опасности. Мы группа, у которой общая судьба. Скорее всего, вам всем будет не по нраву встретить преждевременную смерть от клинка героя. Я устрою поле битвы, достойное особ со статусом Владыки Демона. Не волнуйтесь и не отказывайте…

– Тот, кто подготовлен, восторжествует, а тот, кто в полной боевой готовности, не потерпит поражение. Я потерял свой замок, потому что был неподготовлен и невнимателен. Пожалуйста, я прошу вас не совершать ту же ошибку, которую совершил я…

Звуки без слов (часть 4)

Королевская Любовница, полукровка, Лазурит

06.12.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

– Тот, кто подготовлен, восторжествует, а тот, кто в полной боевой готовности, не потерпит поражение, потому прошу вас, не совершайте ту же ошибку, которую совершил я…

Призыв Его Высочества был хорошо организован.

Хотя его рассуждения основывались на его словах, он не использовал ту логику, чтобы атаковать других. Он говорил о своем прошлом опыте провала, но не остановился на этом. Его слова были резки, и все же голос его был нежен. Так или иначе, это было красиво.

Другие Владыки Демонов кивали головами. Равнинная фракция одобрила идею готовиться к войне, в то время как Горная Фракция согласилась со мнением о полной боевой готовности.

Скорее всего, она ощущала кризис, раз атмосфера больше склонялась к теме войны. Адвокат мира, Пеймон, выступила вперед:

– Данталиан. Эта леди тоже весьма сожалеет, что на твой замок напали.

Владыки Демонов обратили свои уши на разговор между этими двумя. Его Высочество Данталиан и Пеймон уже сталкивались друг с другом в прошлом. В то время Пеймон потерпела сокрушительное поражение. Как же оно закончится в этот раз? Вот какие ожидания витали в зале.

– Однако, нам трудно принять решение отправиться на масштабную войну, обернув всю человеческую расу в нашего врага, только потому что напали на вас одного. Эта леди поможет восстановить ваш замок, так что...

Его Высочество улыбнулся.

– Я очень вам благодарен, мисс Пеймон. Но я откажусь. Я не ощущаю никаких особых сожалений из-за утраты своего замка. При той малой возможности, что я бы сожалел из-за случившегося инцидента, возможность того, что я приму вашу руку помощи, мисс Пеймон, никогда не представится.

– Что это должно значить?

– Причина, по которой Маркграф Розенберг напал на меня, очень проста. До него откуда-то дошел слух, что в моем замке сложено бесконечное количество черных трав. Кажется, маркграф твердо верил, что именно я был виновником распространения Черной Смерти...

Разве это не интригующе?

Владыки Демонов закопошились.

Причина, которую Его Высочество только что раскрыл, согласовывается с обвинением, которое Пеймон выдвинула против Его Высочества в предыдущую Вальпургиеву ночь. Владыка Демонов Пеймон и Маркграф Розенберг осведомлены об одном и том же... это было довольно странно считать это в значительной мере простым совпадением.

Возможно, Пеймон пустила этот безумный слух намеренно?

Такого рода подозрение имело довольно веские основания

– Мне любопытно. Откуда же маркграф мог получить такую информацию? Ах, конечно, я не сомневаюсь в вас, мисс Пеймон. Все мы родственники, в конце концов. Такого предателя, который предал бы свой собственный род, в этом зале совещаний нет ни одного. Разве не так?

– …

– У Маркграфа скорее всего есть независимая информационная сеть, раскинутая по миру демонов. Маркграф случайно натолкнулся на этот беспочвенный слух, таково мое предположение. Не волнуйтесь. Мисс Пеймон, вы не несете никакой прямой ответственности. Да, прямой ответственности…

Лицо Пеймон стало холодным.

Тактичная смена темы…

Даже если Пеймон не распространяла этот слух в человеческом мире, то, что она распускала слухи в мире демонов, было неоспоримой правдой. Если Маркграф действительно узнал этот безумный слух от демонов, тогда вина все равно полностью ложится на Пеймон, которая изначально распространила ложный слух. Тогда это можно было бы рассматривать как то, что Пеймон способствовала разрушению замка Его Высочества.

Говоря открыто – "почему я должен получать помощь от того, кто виновен в разрушении моего замка", с таким циническим подтекстом говорил Его Высочество. У Пеймон не было слов. Стоя перед ней, Его Высочество смотрел на нее наивными змееподобными глазами.

– Все в порядке. Этот инцидент был не более, чем нечто произошедшее исключительно в силу порочной алчности человеческих существ… Было бы неблагоразумно обсуждать здесь правоту или неправоту друг друга. Нет, все могло бы быть по-другому при нормальных обстоятельствах, но наша нынешняя ситуация не терпит отлагательства. Мы не можем начать внутреннее противостояние в состоянии критического положения, когда человеческие войска могут вторгнуться к нам в любую минуту.

– …

Это была действительно искусная словесная игра.

После того, как Его высочество определил нашу нынешнюю ситуацию как критическое положение, он намекнул, что если бы это произошло, возможно, при обычных обстоятельствах, тогда он бы упрекнул Пеймон. Чтобы увернуться здесь от вины, Пеймон могла только согласиться.

Это так. Поскольку наша нынешняя ситуация очень серьезная, нет необходимости начинать ненужное внутреннее противостояние. Весьма вероятно, она думала так же …

Шах и мат.

Если она хотела выразить неодобрение войны, тогда ей нужно было сказать, что наша нынешняя ситуация была обычным случаем. Однако если она хотела избежать обвинения, тогда она должна была принять состояние критического положения. Пеймон оказалась перед двойной дилеммой.

Пеймон кусала губы.

– … На улице идет снег.

– Пардон?

– Резиденция в жалком состоянии. Ваши кости не ощущают холод?

Чем был этот неожиданный вопрос? Я не могла понять значения или умысла. Его Высочество Данталиан тоже склонил голову и спросил в ответ.

– Нам позвать служанок, чтобы они зажгли огонь?

– Уже около полуночи. Найдутся ли еще служанки, которые работают сейчас в ночную смену?

– Не нужно об этом беспокоиться. Разве слуги пошли бы спать, если их господа еще не ложились?

– Понимаю. Это ведь так, да?

Пеймон вглядывалась в Его Высочество.

– Нам посчастливилось быть королями. Даже если мы не ложимся всю ночь, есть много слуг, чтобы разжечь пламя. Если наши войска будут отправлены сейчас, им придется идти через зимние горы и потоки с голыми телами. И хотя у нас есть служанки, преданные в заботе о нашем благе, кто будет зажигать костер, когда замерзнут наши солдаты?

– …

– Эта леди оценила ветер на своем пути в эту резиденцию. Этот ветер особенно сухой. Земля промерзла до внутреннего слоя из-за этой леденящей погоды и копать ее лопатой трудно. Наверно, потребуется полдня, чтобы просто вставить колья в грунт и разбить лагерь. Продвигаясь по зимним полям, наши солдаты будут сами изматываться и падать. Эта леди весьма обеспокоена, что взгляд всех ограничен стенами резиденции и не может достичь холодных зимних равнин.

– … Мисс Пеймон.

Конечно.

Это был веский встречный аргумент.

Выступать не против войны как таковой, а выступать против времени войны. Это также выказывало обеспокоенность за подчиненных как Владыки Демонов, так что это так же было любезно.

–Если мы соберем армию, тогда наши войска пересекут горы и пройдут через леса. Деревьев будет достаточно, чтобы использовать их на дрова. Таким образом беспокоиться, что наши войска будут падать из-за невозможности зажечь костер, излишне.

– Данталиан. С заданием пересечь горы и рубкой дров будут управляться наши солдаты. Разве они не будут терпеть нужду?

– Следует ли мне самому наколоть дрова и показать это солдатам?

Его Высочество невозмутимо засмеялся.

– У вас много забот, мисс Пеймон. Хотя мне известно о врожденной добродетели Вашего Высочества заботиться о ваших подданных, когда занимаешься военными делами, необходима не доброжелательность, а строгость. Муки правителя передадутся генералу, а горе генерала передастся солдатам. Вся страна тогда будет продвигаться вперед с опасением и отступать с опасением, даже если армия одержит победу, она не будет совершенна, а если потерпит единожды поражение, тогда они не смогут восстановиться. С каких пор мы, демоны, волнуемся о кострах, идя на войну?

Крики "Правильно!" послышались то тут, то там.

И хотя лично я считала аргументацию Пеймон логичной… в целом большинство Владык Демонов так не считало. Они совершенно не обращали внимание на мелочи. И не только Владыки Демонов, но и большинство демонов тоже верили в этот идеализм.

Его Высочество Данталиан был другой. Его Высочество использовал этот идеализм. Его Высочество использовал все. Он манипулировал тем, что людям доставляло удовольствие, и эксплуатировал то, что люди презирали. Его Высочество заявлял, что это отношение, когда используешь все, называлось прагматичным. Однажды я спросила: «Если это так, тогда где полезен прагматизм?». Его Высочество ответил немедленно.

Власть.

Иметь власть само по себе было хорошо, а сам факт неимения власти был плох, так что я больше не подвергала сомнению основы. Я была убеждена тем нерациональным замечанием. Мой разум и разум Его Высочества были похожи.

– За последние 500 лет мы собирали большую армию 7 раз и отступали 8 раз. Каждый раз наши силы оттесняли назад, и мы также покидали наши территории. И теперь нас загнали за горы. Если мы и в этот раз потерпим поражение, тогда нам придется уступить им внутреннюю часть горной гряды. Эта леди волнуется за будущее нашего рода.

– Это верно. То, что беспокоит мисс Пеймон, тревожит и меня. Несмотря на это разве не стоит нам стремиться к этой нынешней ситуации, когда жизненные силы человечества в упадке, потому что они страдают от чумы?

– Болезнь влияет без разбору и на людей, и на демонов, так почему…

– Я все еще владею большим количеством трав, которые могут победить эту болезнь. Я хотел бы предложить их за одну десятую от рыночной цены в качестве военных поставок.

– …

– Прошу вас, распространите эту информации среди жителей. Что офицеры и мужчины, которые отправляются на военную службу, будут ли из них сформированы высокие или низкие классы, но они будут обеспечены лекарством. Я предложу 10.000 черных трав для войска. Потому все, пожалуйста, берите траву и свободно распространяйте ее.

По правде говоря, встреча была закончена на этом единственном утверждении.

Его Высочество, Данталиан 71 ранга. Предложил огромное количество военных поставок. У Владык демонов, которые были высшего ранга, чем Его Высочество, не было другого выхода, чем опустить головы, чтобы сохранить свое лицо.

Легкое веселье скользнуло в уголках губ Его Высочества.

Скорее всего, он был уверен в победе.

…Это было немного нечестно.

Каждый раз, когда я видела эту сторону Его Высочества Данталиана, у меня мелькало это в голове. Я вспомнила, какая связь у нас была с Его Высочеством до того, как состоялась эта встреча.

Звуки без слов (часть 5)

Как раз перед общей встречей Его Высочество курил гаю.

Гая – предмет личного предпочтения, похожий на сигары. Поскольку они и легче одурманивают, и не имеют свойства вызывать привыкание по сравнению с сигарами, они невероятно дорого стоят. Цена продажи неограниченная. Его Высочество пристрастился к этому утонченному предмету роскоши.

Его Высочество наслаждался этим не сам, а притащил с собой мисс Лору Де Фарнезе и они вместе губили свои жизни. И сегодня, когда я зашла в спальню, увидела, как эти двое извиваются на полу, словно черви.

Это было величественное зрелище.

Казалось, что группа юнцов, употребляющих наркотики, проявила бы большую сдержанность, чем эти двое.

Я подошла к его Высочеству и дала ему пощечину.

– Господин Данталиан. Прошу вас, придите в себя.

Его Высочество поднял на меня помутневшие глаза.

– Мадмуазель… Мадам—?

– Встреча будет проводиться через 2 часа. Приедут сорок Владык Демонов. Это Вальпургиева ночь. Ваше Высочество планирует опозорить себя при таких обстоятельствах?

– Бонжур—?

Это было неправильно.

Оставив Его Высочество одного, я подошла к мисс Де Фарнезе. Как только я приблизилась, мисс Фарнезе резко встала. А потом разве она не раскинула горизонтально обе руки? На мгновение я потеряла дар речи от такого диковинного поведения.

– … Мисс. Что вы сейчас делаете?

– Эта молодая леди – дерево.

– Дерево?

– Поскольку я дерево, я не могу ответить на ваш вопрос. У деревьев нет слов.

– …

Она была слегка безумна.

Я взвешивала, буду ли я, с этим крестьянским телом, иметь честь стать самым первым человеком в истории, который побеседует с растением. Как ни крути, оказалось, что разговаривать с мисс намного проще, чем с Его Высочеством. Необходимость выбирать между мужчиной, который регрессировал до годовалого малыша, и девушкой, которая превратилась в человека-растение. Это был крайний выбор.

– Скажи, как давно вы под кайфом?

– Эта молодая леди не под кайфом.

Конечно.

– Тогда я изменю вопрос. Когда вы начали курить?

– Мм. Это довольно скрупулезный вопрос.

Мисс Фарнезе кивнула головой с бесстрастным лицом.

– У этой молодой леди тоже есть вопрос. Вы ответите?

– Да, только если это не вопрос касательно роста деревьев.

– Почему за окном внезапно стало светло? Секунду назад было явно темно. Это довольно необычно. Кажется, солнце сошло с ума.

Кто сошел с ума, так это не солнце, а ты.

… У меня заболела голова.

Кажется, Его Высочество и мисс курили гаю всю ночь.

Когда Его Высочество был один, я могла усилить надзор за домашним хозяйством Его высочества, но после того, как втиснулась мисс Фарнезе, все усложнилось. Его Высочество продолжал обучать мисс вредным привычкам, а мисс принимала все с распростертыми объятиями. Словно птенчик, протягивающий свой клювик ко рту матери-птицы, чтобы получить еду. Начиная с алкогольных пристрастий и привычек сна, до привычки к курению, мисс стала точной копией Его Высочества.

Это было увлекательно, потому что это словно воспитание маленькой сестренки, утверждал Его Высочество. Я считаю, что это чистая удача, что у Его Высочества Данталиана нет никаких родственников. Если бы у Его Высочества случайно появился ребенок, миру в тот же день пришел бы конец. Это была не шутка.

– Мисс Де Фарнезе. Если Его Высочество решает сделать что-то безрассудное, вы не должны вестись на его выходки. Вскоре над нами нависнет вспышка войны, и мисс придется взять в свои руки военную власть и приучать к дисциплине личный состав Его Высочества. Какие солдаты будут доверять и следовать за генералом, который принимает наркотики с юного возраста?

– Вы странная. Эта молодая леди дерево, так как же дерево может управлять солдатами?

-…

-Мии-н, ми— минмин—.

Она была не деревом, а цикадой.

Не обращая на меня внимания, Его Высочество и мисс вели беседу.

– Бонжур— боншууур—.

– Минминмии-н…миин, мии-им.

– Мам… Мама—?

– Минмин—.

– Шаба даба ду?

– Мииии-м, мииим…

Наконец двое пришли к созданию своего собственного языка. Передо мной рождался новый язык. Как чудесно. Это было столь необыкновенно, что я не могла вымолвить ни слова. Особенно учитывая, что мисс цеплялась за мое бедро и пускала слюни, это было то еще зрелище.

Лицо мисс Де Фарнезе выглядело прекрасно, но сложная система в ее голове была просто тайной.

Ее лицо было лишено эмоций, а в ее голосе не было выражения. Трудно было угадать ее настроение. И хотя я была такая же в том плане, что у меня лицо ничего не выражало, в моем случае я отказалась от своей души, в то время как у нее души не было. Отказ от своего образа мыслей – то, что делается по своему желанию, потому в этом еще остается чуточка сердца. Однако обсуждение души, которой изначально никогда не существовало, невозможно.

Я долго пристально смотрела в глаза мисс, которые были такие же зеленые, как густые заросли раннего лета.

В глазах мисс абсолютно ничего не было. Чтобы понять другую сторону, нужно использовать иногда проявляемые эмоции, светящиеся в глубине глаз, чтобы перейти с этой на другую сторону. В глазах мисс не было ни единой крупицы эмоций, которые я могла бы уловить.  Я не видела другую сторону. Она казалась далекой, как бывает, когда приближаешься лицом к большому чистому листу бумаги. Что Его Высочество Данталиан нашел в этом пустынном дне, чем он замышлял его наполнить, как планировал раскрасить его, даже в качестве любовницы, я не могла постичь его намерения.

– …

Немного.

Должна ли я слегка проверить это?

Я осмотрела движения Его Высочества. Его дыхание было мягким. Вероятнее всего он не собирался просыпаться в скором времени. Отводя взгляд от Его высочества, я заговорила.

– Мисс. У меня есть вопрос. Не потрудитесь ли вы ответить?

– Цикада не спрашивает и отвечает только летом. Цикада отвечает, только когда солнечный свет падает на них, задаваясь вопросом, но эта молодая леди не уверена, лето ли сейчас. Мии-н, мим—.

– Кем была ваша мать?

– Моя мать была рабыней, – мгновенно ответила Лора Де Фарнезе. – Она жила как рабыня и родила эту молодую леди после того, как ее изнасиловали. В тот день, когда эта молодая леди родилась, мою мать убили. Это было тайное убийство. Никаких записей или памятных сувениров, так что ничего больше кроме этого эта молодая леди не знает.

Мисс склонила голову.

– Мой ответ, как следует, ответил на вопрос старшей сестры Лазурит?

– Да.

Это была ложь.

Реакция, которую я хотела, вызвать, была немного сильнее.

Ради того, чтобы вытянуть хоть пригоршню воды из недр этого сухого колодца, которым был ее рассудок, я продолжила спрашивать:

– Возможно, тебя оскорбляли из-за низкого статуса твоей матери?

– Да. Меня много оскорбляли.

– Наверно, было много незначительных нападок.

– Мм.

– Мне любопытно, как они изводили тебя. Нормально ли будет, если я спрошу?

– Ахх. Это банально. Они давали мне еду, в которую плевали, давали мне воду с вшами или мухами в ней. Несмотря на это бывали просто дни, когда я умирала с голода или у меня пересыхало в горле, так что мне очень повезло.

– Что из дурного обращения ты лучше всего помнишь?

– …

Девушка на мгновение задержала дыхание.

В тот момент, когда она перестала дышать, я обнаружила щель, через которую я могла подглядывать. Однако я не спешила. Как бы там ни было, у меня не было привычки торопиться. Если бы кто-то собирался сорвать цветок с дороги, нужно приближаться, идя медленно.

– Куда ты убегаешь, если хочешь избежать плохого обращения?

– Библиотека в пристроенном к особняку здании…

– Библиотека, да? Я слышала, что ты любишь исторические книги. Запах бумажных книг и правда приятен. Я тоже держу рядом с собой аромат книг, не запятнанных руками других.

– Эта молодая леди тоже высоко ценит запах искренно открытой книги в твердом переплете.

– Раз библиотека в отдельном здании, наверно, люди там встречаются крайне редко. Убегать в место, к которому люди редко приближаются, целесообразное решение.

– Мм.

– Но они все же преследуют тебя, разве нет?

– …

– Наверно, они много раз просто отпускали тебя, если ты убегала, но было также много дней, когда они не отпускали. Если бы они отпускали тебя, это было бы отлично, но они преследовали тебя до самого конца. Сначала на лестничной площадке, а затем до самой твоей спальни… медленно, шаг за шагом, по шагу за раз, они захватывали твою территорию по небольшому кусочку за раз.

Ее плечо немного задрожало.

Я ее поймала.

– И наконец библиотека. Наверно они пообещали не тревожить это место. Как ужасно. Так библиотеку тоже захватили?

– …

Она кивнула головой.

По большому счету мировосприятие человека мало чем отличалось от крепости. Люди строили дом по своему подобию и возводили крепостной вал.

Спокойно и аккуратно.

Подобно тому, как осаждают крепости на поле боя.

Отрезать путь к отступлению, окружить их крепостные валы, усилить охрану вокруг ворот замка и, наконец, после захвата близлежащих деревень вокруг замка, вот когда я ударю по самому важному замку.

Звуки без слов (часть 6)

– Сколько тебе было лет, когда они впервые насильно овладели тобой?

– Когда мне было 10… Летом…

– Понимаю. Было лето, да? Погода была жаркая?

– Я не помню.

– Что ты слышала?

– Звук цикад…

– Звук стрекотанья цикад проникал через окно, понимаю.

– Да. Через окно…

– Значит, ты долго смотрела в окно. Если человек надолго уединяется в библиотеке и читает книги, тогда его глаза часто затуманиваются. Наверно, ты часто смотрела в окно, чтобы высвободить в воздух те строки, которые отражались в твоем уме. Что ты видела в окне?

– Дерево…

– Что за дерево?

– Я не знаю.

– Пожалуйста, постарайся вспомнить. Возможно, ты не знала, что это было за дерево, но ты продолжала пристально смотреть на него. Ты делала все возможное, чтобы не отводить от него взгляд. Чтобы смириться с оскорблением, ты смотрела на дерево. Чтобы забыть его, ты восхищалась звуками цикад. Тебе нравились скрипучие звуки цикад…

Все было выстроено.

Целостность почти разрушена.

Наконец жизненно важный плацдарм.

Ты больше всего не любишь, когда у тебя отбирают эту территорию, и именно в это место я целилась с самого начала.

Сейчас я разрушу его.

– Кто насильно овладел тобой?

– …

Дрожь в плечах перешла на все ее тело.

Мисс опустила голову. Она мотала головой, словно хотела струсить дрожь. Это было ее последнее сопротивление. Честно говоря, это было забавно.

– Все в порядке, мисс. Это случай, который ты давно пережила и уже преодолела. Что за человек преследовал тебя на протяжении всего пути до самой библиотеки?

– Мой отец.

– …

– Я закрыла дверь… Я определенно закрыла дверь накрепко, но поскольку я по ошибке не заперла ее на замок…

Понимаю.

Я подумала про удушающий зной того летнего дня.

Картина невыносимой жары, которая давит на тишину.

– Почему ты не заперла дверь?

– Поскольку все бы взбесились, если бы я заперла ее. Только поэтому…

– Было очень больно?

– Цикады сильно кричали.

Я замолчала.

– Они правда сильно кричали. Долго… непрерывно—

Мисс Фарнезе повторяла одни и те же слова. В ее голосе не было выражения, потому эхо казалось отдаленным.

Возможно.

Наверно, это был шанс.

Владыка Данталиан оказывал знаки внимания этой, стоящей передо мной, девочке. И хотя заметного плотского желания в его любви не было, я давно уже наиболее настороженно относилась к любви без полового влечения.

Сексуальное желание не оставляет сомнений. Оно направляется в ту щель, в которую и должно направляться, и когда оно находит тот путь, который и должно найти, оно достигает удовлетворения. Это желание с неизменным направлением. Здесь были распространены различные виды любви, хаотически выступающие на передний план тут и там, без какого-либо направления, и как только один вид устает быть впереди, то он досаждает другой стороне, чтобы указать путь. В конце концов, человек не учится, как высвобождать свои желания, а как отказываться от своих страстных стремлений и терпеть это, результатом чего является то, что он сгнивает изнутри.

Вместо этого, если Его Высочество обнимал эту девушку передо мной.

Эта мысль появилась внезапно.

Мисс скорее всего кинется на шею от любви Его Высочества. Но что произойдет, если там нет плотского желания? Она никак не сможет ответить на привязанность Его Высочества. Она будет не в состоянии выбросить Его Высочество из головы, это будет наростать – и медленно занимать ее разум дальше.

В какой-то момент ее разум будет заполнен только Его Высочеством. Будучи не в состоянии ответить другой стороне, скорее всего она постарается отплатить собой. Посвятит всю себя Его Высочеству. Я чрезвычайно обеспокоена. Если Его Высочество хоть немного отдалится от этой мисс, то разве она не потянет его на дно своего сердца и не постарается утонуть вместе с Его Высочеством?

Поэтому шанс сломать ее представился именно сейчас.

До того, как Его Высочество достаточно запечатлелся в сердце мисс.

Прежде, чем она задохнется от привязанности Его Высочества.

Я полностью сокрушу ее разум.

Не важно, как сильно душа мисс была похожа на белый листок бумаги, нельзя написать любовь или какие бы то ни было строки на ошметках бумаги, которую порвали на сотни тысяч кусочков. Способ сломать ее был прост. Слова могли резать сердце легче, чем клинки.

Таким образом, все, что мне нужно было сделать, это прошептать слова мисс Фарнезе на ухо, а ее сердце само проглотило бы лезвие и разорвать ее разум на клочки.

Ты отвратительная подобная мусору шлюха, которую изнасиловал ее отец.

...с этими словами.

Мисс Фарнезе устала от повторения одних и тех же слов снова и снова? Она упала на мою ногу и затихла. Однако она еще не заснула.

Чтобы проклятие проникло глубоко, я поднесла рот как можно ближе к уху мисс. Я буду рада твоему негодованию, Лора де Фарнезе. Если способность обвинять другого еще осталась у тебя в голове. Что ж.

– Лазурит. Брось.

– …

– Я не знаю, что ты собираешься сказать, но брось это.

Я повернула голову на этот неотразимый голос. Владыка Данталиан горько улыбался.

– … Ваше Высочество.

– Она все еще ребенок.

– Однажды она станет взрослой.

– Ты переступаешь черту.

В этом легком разговоре мы способны были прочесть намерения друг друга. Мы состояли в отношениях, где ничего не скрывали друг от друга и не планировали ничего скрывать в будущем. Я не вуалировала свою враждебность.

– Пожалуй, это легче, чем переступить черту. Все это время Ваше Высочество подслушивали? Ваша покорная слуга думала, что Ваше Высочество заснули.

– Я слушал, поскольку твоя способность обращаться с людьми весьма искусна. Не вырывай или не разрывай силой на части сердце этого ребенка. Я хочу понаблюдать за ней.

– Ваше Высочество. Разумы людей раскрываются сами по себе, и то, что люди сами выставляют напоказ на самом деле тоже их разум. Если ничего не раскрывается и ничего не выставляется на показ, то нет иного выбора, как вытянуть его силой.

– А дальше? Вот ты вытянула его, и как? Ты довольна?

– Это опасно. – Заявила я. – Губя себя, по натуре она может погубить и Ваше Высочество тоже. Вследствие ее бездонного сердца, кажется, что любой приблизившийся к ней человек рухнет замертво. Ваша покорная слуга не желает, чтобы Ваше Высочество погибли.

Я была твердо уверена в моей способности разбираться в людях.

До сих пор единственным человеком, которого я оценила неправильно, был Его Высочество Данталиан.

Поскольку Владыка Данталиан оказался и моей первой ошибкой, и моей первой любовью, он действительно был исключением среди исключений.

– … Мисс Фарнезе не может спать, даже когда наступает ночь.

– Прошу прощения?

– Это предположение, но скорее всего ее насиловали каждую ночь. Поэтому она не спит ночью, читая. Она переживает ночь с помощью книг. Она изнуряет себя настолько, что уже не может перевернуть следующую страницу, и лишь тогда она отключается и наконец засыпает. В ту ночь, когда я впервые встретил ее, мисс Фарнезе читала в своей клетке.

Его Высочество вытянул трубку и вставил ее в мундштук. Запах горящего табака распространился по спальне. Его Высочество смотрел на облако дыма, которое выпустил изо рта.

– Ну как. Лазурит? Разве не прелестно, насколько этот ребенок доведен до отчаяния?

– Ха, – сорвался вздох с моих губ.

У Его Высочества Данталиана была привычка относиться к серьезным темам как к шутке.

Довольно неприятная черта.

– Еще не поздно избавиться от нее.

– Нет. Этот ребенок во многом полезен.

– Тогда Ваше Высочество может отказаться от нее, как только польза от нее закончится?

Его Высочество не ответил. Вместо этого он курил трубку. Казалось, он надеялся, что дым из его трубки выразит те слова, которые он хотел сказать.

После довольно долгого времени Его Высочество заговорил.

– Поскольку, она ребенок, которого я вернул с намерением поддержать, я сделаю это.

– …

Слова Его Высочества были сухими, потому что они были повелительными.

И хотя целью всего этого была попытка оттянуть будущее, с которым люди не могут справиться, раскраивать судьбу на кусочки, чтобы справляться с одной ее частью за раз, эта манера подходила Его Величеству, я беспокоилась, что Его Величество, возможно, забывал о том, что у его слов нет конца.

… Его Высочество. Слова, как утопленники, они имеют свойство тянуть людей вниз. Слово, известное как любовь, самое сильное среди них, потому оно потянет дальше всего. Поэтому мы установили сеть безопасности, говоря друг другу, что больше всего мы любим власть, когда Его Высочество и его покорная слуга признались друг другу в любви. В связи с этим ослабление, этим понижением и этим крахом… Я хранила этот монолог глубоко внутри.

Поскольку Его Высочество уже знал бы, скажи я ему или нет, я осторожно относилась к необдуманному легкому произношению слова, известного как любовь.

Если это так тогда.

– … Ваша покорная слуга тоже присоединится.

Звуки без слов (часть 7)

Интересно, стали ли мои слова сюрпризом, но глаза Его Высочества расширились.

– Что? Присоединишься к чему?

– Ваша покорная слуга слышала, что мать мисс рано умерла, потому она не должна чувствовать себя слишком неловко, если ваша покорная слуга займет это пустующее место.

– Погоди. Каким образом…?

– Прошу вас, утешьте, как следует, разум мисс, Ваше Высочество. Ваша покорная слуга приведет в порядок тело мисс. Как не опускать голову, как не бормотать слова, как не путать выражения лица, как не сутулить спину и как не испортить походку. Ваша покорная слуга обучит ее этому искусству. Раз она дитя благородных кровей, овладев этими приемами, она станет восхитительной.

– Но я планировал обучить ее всему этому сам…

– Поскольку Ваше Высочество родились с полностью контролируемым телом, жесты Вашего Высочества не соответствуют людям ниже вас. Ваша покорная слуга простолюдинка, и мисс тоже наполовину простолюдинка. Мисс – человек, и ваша покорная слуга тоже наполовину человек. Манеры вашей покорной слуги скорее всего подойдут мисс Фарнезе больше, чем телодвижения Вашего Высочества. Прошу вас, сделайте так, чтобы мисс как вассал обучалась дисциплине, а не методам короля.

– Лазурит, а это не будет утомительно? – встревожено спросил Его Высочество.

На его лице была мягкая предупредительность. Его речь стала растерянной и приобрела обычную интонацию. Это было выражение и интонация, с которыми Его Высочество иногда шептал мне что-то после нашей близости.

Это было немного коварно.

Если бы я услышала такой голос, то даже мне было бы трудно отказать.

Однако я тоже решила быть немного коварной.

– Да. Невероятно утомительно.

– ...

– Честно говоря, это абсурд. Ваша покорная слуга как раз разрабатывает военные маневры, но чтобы пришлось еще заботиться и о ребенке? Как нелепо. Вопрос в том, смыслите ли Ваше Высочество хоть немного в жизни.

– Эх, ууух…

– Поэтому можете ли Ваше Высочество сделать вашей покорной слуге одолжение?

Владыка Данталиана надел чуть ли не плачущее выражение лица.

Это имелось в виду сознательное страдание.

– Е-если я в состоянии осуществить это желание.

– Облегчите не только сердце мисс, но дайте ей и свое тело. Часто гладьте ее по голове и постоянно заботьтесь о ней. Если разум и тело не могут поддерживать друг друга, тогда ваша покорная слуга боится ситуации, когда разум мисс зачахнет в ее теле, а ее тело будет отброшено ее разумом.

Его Высочество протяжно застонал.

– Возможно, ты говоришь, что если мисс Фарнезе попросит мое тело, то мне стоит предоставить его ей?

– Это так.

– Лазурит, мне достаточно тебя одной.

– Даже несколько людей не будут лишними.

– Такие менее развитые дети, как мисс, правда не мой тип, и грудь у нее маленькая.

– Ваша покорная слуга приносит свои извинения, но если это говорит человек, который потерял голову от любви к Ее Высочеству Барбатос, тогда вероятность…

– Это не я потерял голову от любви! Барбатос поглотила меня! Соотношение сил было полностью на той стороне!

– Возможно, так и было сперва, но после свершившегося это уже не так, верно? Прошу вас, выбирайте слова, Ваше Высочество. Досадно слышать, что Ваше Высочество продолжает оправдываться.

– Подожди. Барбатос – жизненно важный инструмент в осуществлении нашего плана, разве нет? Если это так, раз ее можно так широко применять в роли инструмента, заботится о том, чтобы я соглашался с ней, как она того хочет, это …

– Да. Раз Ваше Высочество привезли мисс, поскольку ее тоже можно широко применять, тогда Ваше Высочество может одарить и ее такой же заботой.

Владыка Данталиан приложил руку ко лбу. К сожалению, Его Высочество редко когда выигрывал в споре против меня. Это происходило потому, что я сражалась, только когда знала, что могу выиграть.

Разумеется, я любила так, словно вела войну. Будь-то отношения или война, у меня было правило сражаться с теми, кто признавал свою победу. Вы были беспечны, Ваше Высочество.

– … Если. Если я отец, а Лазурит – мать, тогда это значило бы, что мисс Фарнезе – наш ребенок. Закона против связи между родителями и ребенком ведь нет, не так ли?

– В любом случае она не ваша настоящая дочь, так почему это имеет значение?

– Верно. Это верно, ведь так…

Его Высочество сел. Его последнее сопротивление было с легкостью смято, а из крепости поднялся белый флаг. Увидев мое лицо, посвежевшее от полученной основательной победы, уголки его губ почему-то скривились.

– Лазурит. У нас внезапно появилась дочь, да?

– …Это так.

Я была полна дурных предчувствий.

Каждый раз, когда у Его Высочества было такое выражение лица, всегда происходило абсурдное событие.

– Поскольку дочь нельзя сделать без соития, кажется, нам двоим прямо сейчас нужно заняться интимом.

– …Ваша покорная слуга приносит свои извинения, но сейчас разве не была слегка нарушена последовательность?

– Я не буду слушать возражения.

Его Высочество резко поднял меня и усадил на стул.

Выкрикивая «да ну!» как озорной ребенок, Его Высочество обнимал мое тело.

Он был воистину безрассудным человеком.

– Ваше Высочество, встреча будет проводиться через час.

– Если ты разочарована, тогда есть вероятность, что это закончится отсутствием ощущений.

– Мисс не спит? Ваша покорная слуга беспокоится, что она проснется от шума.

– Есть свое очарование в том, чтобы стараться не быть пойманным. Ах, не снимай чулки. Странно, но, когда мы этим занимаемся я предпочитаю, чтобы ты все же была в них.

Это было неправильно.

– Ваша покорная слуга скажет это снова, но последовательность неправильная. Дочь получается после соития, так зачем совокупляться, когда дочь уже есть?

– Ого, последовательность, правда? Лазурит, ты разве не знала до этого? Это страна дыма, где все задом наперед. Люди говорят наоборот, слова произносятся наоборот, а, следовательно, и человеческие отношения тоже переворачиваются с ног на голову.

Его Высочество поместил голову напротив моей груди и оскалился.

– Повторяй за мной. Яб-ет, юл-бюл, я.

– Яб-ет, юл-бюл, я?

Белиберда.

– Что это значит?

– Теперь скажи наоборот. Тогда узнаешь.

– Яб-ет…

Я попыталась  перевернуть обратно каждое слово и молча произнести его. Поэтому если перевернуть «яб-ет, юл-бюл, я» в обратном направлении.

Я, люб-лю, те-бя.

… Следовательно.

Я люблю тебя.

……

Я была потрясена.

Подумать только, что он придумал такую детскую шутку.

Маленькая девочка, впервые продающая цветы на улице, фыркнула бы от такой игры.

Получая в полной мере мой холодный взгляд, Его Высочество шептал мне на ухо:

– С этого момента мы начнем войну. Войну, в которой все будет перевернуто с ног на голову. Причина и следствие поменяются местами, голоса будут смешаны, а люди будут спутаны. Аристократы станут крестьянами, крестьяне станут аристократами. В этом мире, Лазурит, мы с тобой вознесемся на вершину.

– …

– Однако наша любовь не изменится. Даже если бы последовательность нашей любви изменилась, это все равно была бы любовь.

Вы можете в это поверить?

Все это было предлогом Его Высочества, только чтобы раз со мной переспать.

Чудесно, Ваше Высочество. Как прекрасно.

Прекрасный индивид, который встряхнет весь мир ради сексуальных отношений с единственной недалекой полукровкой-суккубой, не важно, как далеко во времени простиралась история континента, скорее всего один только Владыка Данталиан существовал в качества такого индивида.

Конечно, отдельно от этого, я совершенно не была поражена.

– … Разве Вашему Высочеству не стыдно так дерзко говорить подобные слова?

– Стыдно? Я давно выбросил такие эмоции в мусорную корзину.

– Прошу вас, достаньте обратно личность Вашего Высочества из той мусорной корзины.

– Да ну. Хотя внутренне тебе это нравится, Лазурит. Ты стараешься переиграть это.

О боже.

У меня не было слов.

Если умный человек был бесстыжим, то каким же безумно нарциссическим мог стать индивид, я могла понять, смотря на Владыку Данталиана.

Чтобы Его Высочество пришел в себя, ему пришлось бы повстречать такого же абсурдного человека, как он сам.

Вот в чем была проблема. Мир уже имел дело с Владыкой Данталианом. От одного только этого у мира уже закончилось какое бы то ни было избыточное пространство. Чтобы могли существовать два человека, похожих на Владыку Данталиана. Одной только этой гипотезы было достаточно, чтобы нарушить законы природы.

– Хаа...

Перестав сопротивляться и продумывая, что я должна была сделать, чтобы наиболее эффективно и быстро прижать Владыку Данталиана, я закрыла глаза Его Высочества ладонью. Если мы не хотели опоздать на встречу, то нам нужно было поторопиться. Но это хорошо. Несмотря на мою внешность, половина моей крови принадлежала суккубе.

Я мастер своего дела.

Звуки без слов (часть 8, заключительная)

Собрание подошло к последнему этапу.

И хотя Пеймон продолжала освещать недопущение войны, однако, силы в ее голосе явно не хватало. Скорее всего Пеймон тоже понимала, каков будет исход встречи. Его Высочество не задавался целью помешать Пеймон. Он просто наблюдал за Пеймон пустыми глазами, которые, казалось, восхищались единственным произведением искусства.

…Человеческие намерения проявляются естественным образом сами, и то, что люди сами выставляют напоказ, тоже действительно их намерения. Однако намерения, которые исходили от Его Высочества, и намерения, которые он раскрывал, были своеобразные, так что иногда мне было трудно их постигнуть.

Ленивый сон допоздна и наркотики по ночам – это Его Высочество. Хитрое приукрашивание войны – и это, конечно, тоже Его Высочество. Коварство, которое втайне просочилось в лень, и лень, которая дерзко обитала в коварстве. Когда бы я ни смотрела на Его Высочество, прямо паук – он мне напоминал ядовитого паука, тело которого лежало на паутине, и он спокойно спал. Весь мир было словно паутина для Его Высочества, однако если Его Высочество мирно отдыхал, это значило, что он охотился.

– …

Внезапно Его Высочество обернулся в моем направлении. Поскольку меня воспринимали как простолюдинку, я не могла пойти к центру зала совещаний. Я могла наблюдать эту встречу только издали. В связи с этим Его Высочество стал шевелить губами. Звука не было.

Что это могла быть за игра?

Это было оскорбительное поведение по отношению к священной Вальпургиевой ночи. Непростительное. У меня слегка заболела голова.

Смотря на губы, я прочитала каждое слово, которое слетело с губ Владыки Данталиана и не было произнесено.

ал-ап-аз, ян-ем, ан, ав-онс, ыт… йын-сед-уч, ен, я, ев-зар?

Я никак не могла составить предложение.

Это не был ни габсбургский, ни франконский. С какого языка это было, я не могла… Нет. Одну секунду. Его Высочество был таким человеком, который использовал одну и ту же шутку каждый день. Если бы я прочитала это задом наперед, как делала это раньше, тогда это обретет смысл. «ал-ап-аз, ян-ем, ан, ав-онс, ыт, йын-сед-уч, ен, я, ев-зар» если бы я прочитала это наоборот, тогда...

Разве я не чудесный? Ты снова на меня запала?

…

Ощущая, как глаза у меня все суживаются, прямо как у протухшей рыбы, я стала шевелить губами.

Прошу вас убить себя немедленно.

Шутки продолжались до рассвета. В 4 часа утра Владыки Демонов наконец проголосовали, пойдут ли они на войну или нет. Это был точный результат.

Общее число участников встречи – 63 человека.

За войну – 38 голосов.

Против войны – 21 голос.

Воздержавшиеся – 4 особы.

Поскольку одобрительных голосов было больше половины от общего числа участников, война была предопределена. Все шло в том направлении, в каком желал Владыка Данталиан. Владыка Демонов Баал 1-го ранга, Агарес 2-го ранга и Вассаго 3-го ранга не принимали участие в этой встрече, потому решение начать войну можно было считать принятым скорее поспешно, чем осторожно, но...

В чем была проблема?

Согласно закону, тут не было изъянов.

Теперь мы могли вести войну законно. Если бы мы спекулировали на том, что функция войны – убивать человеческую расу, то как раз сейчас, на конференции секунду назад нам дали право убивать людей на законном основании. Граница дозволенности-недозволенности, построенная на смерти, которая появилась, потому что люди были недовольны после волнений о правомерных и неправомерных законах жизни, была смехотворна. Это была самая смешная шутка, которую я слышала за год. Конечно, Его Высочество Данталиан внутренне просто взрывался от смеха.

— Когда мы преподадим человечеству урок?

— Будет обоснованно выступить, когда холод немного спадет, примерно в 3-м месяце.

— Поскольку мы будем довольно активно мародерствовать, человеческая раса будет шокирована, и они сами склонят свои головы. Я соберу встречу расы и оповещу молодежь.

—Я так давно не разминался.

Лица Владык Демонов были беспечными.

Понятно. Никто не воспринимал решение о войне в полной мере. Они смотрели на это просто как на войну ради грабежа. И это относилось только к Равнинной фракции. Горная фракция понимала это как маленькую стычку в пределах дипломатических отношений. Они серьезно обсуждали тему отправки посланника и в империю, и в королевство, чтобы сделать человеческой расе выговор за их дурные выходки. Комедия.

Как легко они выплевывали слова.

Как губительно для человека было делать выбор в пользу войны, где люди убивали и были убиты другими одними лишь словами.

Этим людям придется самим взять на себя эту ответственность.

Среди Владык Демонов только у Пеймон выражение лица было угрюмым. Увидев результаты голосования, Пеймон долго сетовала. Она прочистила горло. Предупреждение, которое она оставила, достигло потолка и отразилось эхом.

— Когда эта война началась и откуда она пришла, мы не знаем. Раз мы не знаем, когда началась война, мы не будем знать, когда она закончится. Поскольку мы не знаем, откуда пришла эта война, мы не будем знать, куда идти, чтобы ее закончить. Вы все, разве вы не чувствуете головокружение? У этой леди кружится голова. Вес жизней не должен вмещаться в легкость слов, и все же эта леди волнуется именно об этом. Что нашим солдатам придется переносить эти тяготы из-за нашей легкомысленности…

После решения собраться на Равнинах Йотунхейма в 15-й день 2-го месяца, чтобы выступить вместе, встреча была закончена.

Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71 ранга

07.12.1505 год по Имперскому календарю

Нифльхейм, Резиденция Губернатора

Собрание разошлось.

Я ждал, пока все выйдут.

Уставившись в темный потолок, я размышлял над словами, сказанными Пеймон. Сетования Пеймон о том, что мы не знаем, откуда это пришло и куда заведет, честно говоря, были восхитительны. В то время как другие Владыки Демонов старались проложить себе путь через облако дыма, которые мы с Барбатос распространили, Пеймон была обеспокоена тем, откуда был дым. Только она. Единственный человек, который старался не обращать внимания на дым.

Зал совещаний был пуст. Слуги задули свечи. У меня было ощущение, словно я сам был за кулисами концертного зала, откуда актеры ушли, а зрители отбыли.

— Я прошу прощения…… Прошу прощения……

Теперь, когда я думаю об этом.

Даже когда она потерпела крах, получив мой ответный удар в этой комнате, Пеймон приносила извинения чрезвычайно искренне. Женщина 9-го ранга со слезами приносила извинения мне 71-го ранга. Я внезапно испугался ее здравого рассудка, который мог приносить искренние извинения и искренне сетовать. Скорее всего, Пеймон не сделает такую ошибку дважды.

Пройдя сквозь пустой зал совещаний, ко мне подошла Лазурит. Затем она спросила.

– Что Ваше Высочество делаете?

– Я обеспокоен тем, придется ли мне убить одного человека.

– Это будет нелегко.

Лазурит ответила спокойно. Не было никаких признаков того, что ее удивили мои слова. Она даже не спросила, кто был тот человек, которого я думал убить. Я знал, что внутри Лазурит размышляла в точности о том же, что и я.

– Ситри всегда рядом с этим человеком.

– Ситри?

– Владыка Демонов 12-го ранга. Если бы кто-то оценил их по личной силе, то Агарес 2-го ранга выше всех, Барбатос 8-го ранга вторая, а третья – Ситри. Поскольку она следует за этим человеком как старшая сестра и не отходит от него даже на мгновение, то убийце трудно будет пробраться.

– Аах.

Я вспомнил события прошлого. Время, когда Пеймон потерпела крах после моего ответного удара, тогда была женщина Владыка Демонов, которая поддержала ее и ушла. Я не видел ее лица, но, наверно, это была Ситри.

Потом я вспомнил Торукеля. Старый купец-гоблин Торукель. Мысленно возвращаясь к этому, разве гоблин не покончил жизнь самоубийством, тоже чтобы защитить Пеймон? Я протяжно вздохнул.

– Это так. Пеймон повезло с людьми, понимаю. Ее верные подданные защищают ее, образуя вокруг нее оборонный вал, так что снаружи пробраться было бы трудно. Поскольку она такой человек, который волнуется даже о костре, который зажигают отдельные особы, это будет толпа.

– Вы это так оставите?

– Я пока не вижу средств. Верность не формируется сама по себе. Они верны Пеймон, потому что она может заполнить то, что они не способны заполнить сами. Сначала я должен узнать, чем их обеспечивает Пеймон…

Лазурит опустилась на одно колено. Она мягко прислонила голову к моему бедру. В центре пустого зала совещаний мы тихо слушали молчание друг друга.

Ощутив внезапное страстное желание прикосновения, я прижался губами к губам Лазурит. Неважно, как на это смотреть, одного часа было недостаточно. Теперь, когда встреча окончилась, я хотел заполнить то недостающее ощущение, которое осталось со времени, когда собрание еще не началось. Лазурит выдохнула.

– Ваше Высочество. Это священное место…

– Разве от этого не лучше?

Это было священное место, куда приходили только Владыки Демонов, а Лазурит была простолюдинкой. От моей жестокой шутки, когда я предложил замарать божественное место присутствием простолюдинки, Лазурит закрыла рот. Мы были сообщниками. Любовники, которых ранил мир, принесли свои шрамы и поделились ими друг с другом, но в этом не было нужды для любовников, которые пытались навредить миру. В интервалах между тем, как наши тела переплетались, в тишину глубоко врезался звук дыхания.

—…

—…

Мы соприкасались кожей как можно дольше и обвивали плоть друг друга как можно шире. Мы также как можно сильнее сдерживали наши звуки. Когда изредка ее или мои вздохи вырывались наружу, звук достигал самого потолка. Всю ночь за окном бушевала снежная буря. Казалось, что снег покрывал растрескавшиеся поля, которые были особенно безводными. Раны земли будут погребены под снегом.

К рассвету, буря стихла.

Зима (часть 1)

– Попробуй называть меня отцом.

– Вы в своем уме, Господин?

За зиму я подготовил свою армию.

Нрав у солдат был злой и жестокий. Они не могли стерпеть вид 16-летней девки, которая разыгрывала из себя их генерала. Едва я смотрел на них, солдаты быстро начинали слушаться, но это было лишь в то мгновение. Там, где наблюдающих глаз не было, военнослужащие критиковали мисс Фарнезе. Благодаря тому, что ведьмы рассеяли вокруг своих фамилиаров, мы могли в полной мере слышать, что солдаты говорили за нашими спинами.

Записав их слова на артефакт Проигрывания Памяти, я позволил Фарнезе все это выслушать. Солдаты говорили о Фарнезе как о «человеческой шлюхе».

— Мы демоны, так почему здесь ползает какая-то человеческая шлюха и говорит, что будет нами командовать? Что это еще за дерьмо?

— Это недоделанное дерьмо. Вот что это.

— Но внешне, эта девка милая.

— Кто идет на войну, чтобы смотреть на чье-то лицо? Мы сражаемся, чтобы рубить шеи с прикрепленными к ним лицами. Даже если человеческая шлюха запомнила пару строчек из настольной книги по искусству войны, сомневаюсь, что ее испугались бы даже мелкие чиновники, услышав, что она читала какие-то книжки.

—Кто знает? В конце концов, мы все можем потерять головы, если она придавит нас своими бедрами, и мы услышим ее стон.

Рядовые громко смеялись. Мы также слышали укоризненное ворчание кого-то со стороны, говорившего, что стараться трахнуть девку, с которой уже побывал Его Высочество Владыка Демонов, было опасным действием. Однако это было сказано не так, словно их укоряли серьезно. Это было сказано в шутливой манере с помощью жестов. Дослушав до этого, я закрыл артефакт.

– Что ты думаешь?

– Кажется, солдаты безрассудно говорят, что им хочется, ничего не зная об этой молодой леди, – с бесстрастным лицом, тихо проговорила Фарнезе. – Эта молодая леди никогда не делила ложе с Вашим Высочеством. Какие хлопотные люди.

– Эй.

Эта часть не была проблемой.

Еще немножко, как ты говоришь? Разве там не скрыта более важная проблема? Если бы я вдавался в подробности, то фактически твое военное командование не дало даже малейших ростков уважения. Несмотря на мое замечание лицо Фарнезе все еще было лишено эмоций. Она даже не повернулась ко мне, а вместо этого продолжала читать свою историческую книжку.

Читая книжку, она пробормотала:

– Невозможно легко разобрать и решить проблему в армии. Они просто не могут принять постороннего человека, другими словами, это значит, что они уже внутренне крепко связаны вместе. Раз они внутренне стойкие, то они не будут легко распадаться, когда столкнутся с врагом. Это избранные.

– И?

– Если бы эта молодая леди перерезала горло центурионам и деканам, тогда стойкая армия распалась бы изнутри и опустилась до простой толпы. Военачальники, которые проклинали эту молодую леди, сокращены, а на их место попали бы парни, у которых хорошо получается льстить этой молодой леди. Вместо военачальников с возможностями, все закончится тем, что на их место придут те, кто хорош в подхалимстве, и они будут получать привилегированное отношение, а это неправильно. Армия – это большое количество людей, которые в сущности связаны воедино и внутренней, и внешней деятельностью. Эта молодая леди опасается, что переделка внешнего слоя станет только причиной ухудшения внутреннего.

Я внимательно изучил выражение лица Фарнезе.

Вопреки тому, что она слышала грубые слова, выплюнутые недалекими рядовыми, не было никаких признаков, что она как-то сопротивлялась этому. Единственное, что было, так это вид, как она размышляет, что она будет делать, чтобы правильно управлять рядовыми, относясь к ним не как к живым существам, а как к инструментам.

Лора Де Фарнезе была психопаткой.

Несмотря на это она была умной психопаткой.

– Было бы позволительно оставить все военное командование на тебя?

– Разве Ваша Светлость не забрали эту молодую леди с невольничьего рынка, чтобы позволить ей господствовать над вашими войсками? Хорошо, когда Ваша Светлость не волнуется. Военные дела – задание этой молодой леди. Раз это проблема стала на пути у этой молодой леди, то эта молодая леди должна справиться сама.

Я знал, что мое беспокойство было излишним.

Планируя закончить этот разговор проверкой, я отчитал ее:

– Разве с военными делами можно справиться только потому, что кто-то такой, как ты, говорит, что может с этим разобраться?

– Слова Вашей Светлости довольно агрессивны. Вместо того чтобы использовать слова, чтобы вселить в эту молодую леди страх, поставьте себе за цель осветить ей путь.

– Я дам тебе один месяц. В течении 30 дней ты должна получить контроль над военной дисциплиной. Если ты не способна выполнить то, о чем сейчас столь громко размышляла, я выпорю тебя плетью за преступление бездумного чесания языка.

– Понятно.

Фарнезе все еще не отводила свой взгляд от книжки. С тех пор, как я неожиданно открыл перед ней путь, пришло время мягко поддержать путь позади ее. Я спросил у нее с намеком:

– Я ничем не могу помочь?

– Прошу вас, передайте в распоряжение этой молодой леди фамилиаров ведьм. Эта молодая леди будет использовать фамилиаров как ее глаза и уши, и использует их для изучения того, что эта молодая леди не может видеть или слышать.

– Легкая просьба.

– А также... – промолвила Фарнезе,– почему Ваша Светлость сказали, что вы станете отцом этой молодой леди?

– Рядовые не обращают на тебя внимания, потому что ты человеческое дитя. Я прикинул, что презрение к тебе станет меньше, если бы я удочерил тебя как своего ребенка.

Фарнезе оторвала свой взгляд от книжки. Она наконец смотрела в моем направлении, но почему-то ее глаза были полны подозрения. Я почти почувствовал, что она отнеслась ко мне как к кухонным отбросам.

– Это довольно неприлично. Возможно, эти слова верны, но образ мыслей Вашей Светлости достоин жалости. Какой властитель во всем мире попытался бы решить военное дело с помощью удочерения? И хотя эта молодая леди ощутила это раньше, но Ваша Светлость немного безумны. По крайней мере, вы ненормальны.

Какая тебе разница!?

Ты же психопатка!

Зима (часть 2)

Фарнезе погрузилась во внутренний уровень военных отношений. Она перенесла свою постель рядом с казармами, где солдаты отдыхали и играли. Генерал жила там в простой военной форме, какую носили рядовые, с единственной циновкой и одеялом, и миской низкого качества. Она планировала жить рядом с войском.

Командиры сгрудились возле меня и жаловались.

– Нам неловко, что генерал так резко ворвалась на нашу территорию.

– Поскольку генерал поблизости, даже когда мы получаем свой завтрак в мисках, прежде чем мы получим свою порцию супа, все сводится к тому, что мы смотрим на генерала. Пока мы подсматриваем за генералом, все кончается тем, что мы жуем мясо из нашего супа меньше времени. Поскольку мы часто думаем о генерале, мы часто забываем жевать, таким образом, после еды у нас нет энергии, и желудок легко расстраивается. Говорят, что человеку, когда он ест, не должна мешать даже деревенская шавка, но как же мы будем надлежащим образом сражаться, когда генерал мешает трапезе своих подчиненных?

Просим вас, поймите.

– Ваше Высочество, просим вас, поймите.

Я почесал лоб.

Вижу, что эти ублюдки мелочно устроили истерику по поводу своей еды. Они марают мое имя. Раз вы, парни, блеете, как овцы, я тоже буду вести себя ограниченно. Посмотрим, как вы, ублюдки, справитесь с моим разгневанным представлением.

Глубоко вдохнув, я разразился словами, словно пулями из магазина.

– Вы все обсуждаете внутренние дела перед королем? Что ж, пусть будет так. Я сообщу вам обо всех ваших домашних делах. Вся та еда, которую вы каждое утро заталкиваете в свои глотки, идет от меня. Ужин, который вы все запихиваете в себя, и дерьмо, которое выходит из ваших тел, все это идет от меня. Когда ломаются ваши мечи, к кому вы идете, чтобы, попросить их починить? Кто будет искать кузнеца? Кто достанет коня и повозку, чтобы положить оружие и отправить к кузнецу, и кто обеспечит едой и жильем возницу, который будет ездить туда и обратно? Я управляю хозяйством. Вы неблагодарные парни. Я говорю вам, что я ваш монарх. И лишь потому, что вам немного неловко от того, что вы должны чуть больше думать и чуть меньше жевать, вы прошли весь этот путь до моих покоев, чтобы поднять этот шум?

Я схватил деревянную подушку, которую использовал для дневного сна, и кинул ее в командиров. Как только деревянная подушка ударилась об пол и отскочила, спины командиров задрожали. Командиры еще ниже опустили головы.

Манера речи, которую я использовал во время обращения к Владыкам Демонов, и тон, который я использовал, обращаясь к военным командирам, были совершенно разные. Я не позволил им убежать подальше из-за моего напрасного жесткого и могущественного поведения. Напротив, я опустился до их уровня и заставил их утопить головы, когда они не могут сдвинуться ни на дюйм. Такова была моя хитрость.

«Эти невежественные дураки.»

– Ваше Высочество, Ваши слова несравнимы!

– Мы виноваты, Ваша Светлость!

– Наши мысли недалекие.

– Хорошо. Видя, что вы можете так легко принести извинения, я не буду заставлять вас глубоко раскаиваться. Лора де Фарнезе – генерал, отдающий военные команды вместо меня, она – действующий генерал. Когда меня нет, она ваш монарх. Причина, почему я не караю вас прямо сейчас в это же мгновение не потому, что я принял ваши извинения, а потому что я хочу, чтобы вы пошли к действующему генералу и закончили свои извинения. Ошибка, которая случается в армии, должна быть прощена генералом.

– Но, Ваше Высочество.

– Мы сражаемся благодаря силе, которую дает нам наша еда. Если мы не в состоянии есть нашу еду должным образом, тогда.

– Мы не имеем это в виду, но.

Уроды.

Я вытянул меч.

– Мне нужно лично помочь вам, чтобы пища с большей легкостью продвигалась по вашей глотке?

В этот момент командиры наконец бежали. Поскольку их шаги ощущались скорее, как слабые, чем как бодрые, я пошел за ними. Командующие удивились и вскрикнули. Я подобрал деревянную подушку и кинул ее еще раз, поскольку я был талантливым питчером, деревянная подушка попала прямо в центр головы сзади одного командира. Командир исчез. И так я подстраховал Фарнезе.

Я доверял Лоре Де Фарнезе, которой было суждено стать величайшим командующим на континенте подобно тому, как было в оригинальной истории.

И действительно, через 4 дня Фарнезе нашла проблему в армии. В военной форме, предназначенной для рядовых, Фарнезе пришла сообщить мне.

– Иррациональность в войсках просто безмерная, господин.

– Что за иррациональность?

– Если есть полковой командир, центурион и декан, тогда этого достаточно. Вопреки этому полковые командиры передают свои обязанности центурионам, центурионы передают свои обязанности деканам, а деканы передают свои обязанности рядовым. В конце обо всем в армии заботятся рядовые. Даже рядовые, которые устают от этого, различают между собой высших и низших. Затем низшие рядовые расстилают постель для высших рядовых и занимаются их стиркой.

– Проблема, которая бросается в глаза в любой армии.

– Рядовые должны сражаться как рядовые, а центурионы должны сражаться как центурионы, и все же почему они приказывают другим только чтобы сделать свою собственную жизнь легче? Эта молодая леди, которая является генералом, и должна командовать рядовыми, но поскольку есть столько старших, которые заставляют рядовых что-то выполнять, то это словно есть несколько генералов одновременно. Нет никаких шансов собрать военное командование в одни руки и широко распространить его в пределах такой армии.

Я сплюнул на пол. У меня часто было пересохшее горло, потому что зима.

– Ты можешь решить это?

– Эта молодая леди с легкостью сокрушит это.

Я предпочитал оставить иррациональность как она есть и соответствующим образом манипулировать этим, но, кажется, Лора де Фарнезе, была противоположного мнения. Я размышлял, какая сторона была более удобна: терпеть иррациональность или относиться с пониманием к ней в одиночку.

– Очень хорошо. Делай, как считаешь нужным.

– Эта молодая леди будет делать ради цели Вашей Светлости.

Фарнезе начала относиться к военной дисциплине более сурово.

С этого момента будь-то командир, старослужащий или новичок, независимо от звания или опыта, Фарнезе установила правило, согласно которому каждый должен был организовывать свою жизнедеятельность сам. Она сама вызвалась так делать. Фарнезе сама стирала свою форму и лично чистила свои военные ботинки. Однажды, когда рядовой принес для нее еду, Фарнезе громко отчитала его.

– Убери это. Разве у меня нет собственных рук и рта?

В тот день, Фарнезе не ела совсем. Как только командующий отказалась от миски, солдаты не знали, что делать. С того дня исчезли рядовые, подающие еду старослужащим.

Однако с того момента это явление исчезло только внешне.

То, что рассеялось внешне, было вынуждено спрятаться глубоко внутри.

В одну смелую ночь старослужащие тайно собрали рядовых и поносили их. Используя фамилиаров, мы могли слышать звуки жестокости, которые доносились из угла лагеря в прямо сейчас.

–  Эй, а-ну головы ровно, вы, ублюдки. Вы думаете, что человеческая шлюха будет жить в наших казармах всегда? Она такая сучка, которая через полмесяца уйдет. И как только она уйдет, вы парни, умрете от моих рук.

– Хорошенько подумайте, кто на самом деле о вас заботится, ребята. Человеческая шлюха похожа на Его Высочество, а не на таких, как мы. Дам вам честный совет, оставайтесь в строю.

– Да, мы понимаем!

Тут или там, репертуар везде одинаковый...

Пока я поворачивал ухо на звук и получал ощущение сильного желания, Фарнезе бормотала рядом со мной.

– … Вижу, они бросают мне вызов, чтобы посмотреть, кто выиграет.

Да ну?

Возможно, это было только мое воображение, но показалось, что ее лицо слегка рассерженное. Поскольку Фарнезе довольно редко проявляла свои эмоции, это было интригующе.

С того дня Фарнезе стала ходить в ночное патрулирование.

Зима (часть 3

Она не блуждала вокруг открыто, но делала вид, что это совпадение, когда только возможно. Например, она делала вид, что идет в уборную посреди ночи и наткнулась на физическую расправу, которая происходила на складе, или разыгрывала, что проснулась из-за чьего-то присутствия и проверяла задворки казарм. Это была банальная уловка. Конечно, не было такой тактики, которая работала бы так эффективно, банальная уловка. Подумайте об этом. Появляющийся из ниоткуда из темноты генерал. Рядовые могли только испугаться.

– Что вы все делаете?

Младшие офицеры, унижавшие рядовых, не могли ответить.

С бесстрастным лицом Фарнезе заявляла.

– Понимаю. Люди, которые не спят, когда требуется спать, должны сражаться довольно хорошо, когда требуется сражаться. Меня успокаивает, что вы все составляете одну цельную сильную армию. Офицеры, следуйте за мной.

Фарнезе заставляла младших офицеров заниматься физическим трудом. Давая им кирку, она приказывала им копать. Поскольку земля стала твердой от холода, концы кирки не могли проткнуть грунт. Смотря на непробиваемую грязь, солдаты разводили огонь, чтобы растопить грунт. После разведения костра они копали, пока в бараках не появлялась небольшая насыпь. Фарнезе смотрела вниз на солдат и отдавала другой приказ.

– Молодцы. Теперь закидайте обратно.

Офицеры засыпали грязь, которую они выкопали зря, обратно в яму. Потребовалось целых 4 часа, чтобы выкопать и снова заполнить углубление. Земля снова стала плоской. Пока они думали, что их работа наконец закончена, и вытирали пот, Фарнезе холодно проговорила.

– Копайте снова.

Лица офицеров посинели. Полдня они поочередно выкапывали и засыпали ямы. Это был труд без причины или цели. Поскольку не было цели, не было видно конца, а поскольку не было видно конца, они не могли вынести эту ситуацию. Весьма вероятно, они хотели умереть. Наверно, казалось, словно они роют собственные могилы. Держа руки за спиной и стоя поодаль, я смотрел, как Фарнезе бодро мучила офицеров. Честно говоря, это было приятно.

– Прошу вас. Лучше убейте меня.

– Генерал, ваши покорные слуги совершили ошибку!

Офицеры опустили головы к земле и поклонились. Наверно, это был первый раз, когда солдаты говорили о Фарнезе, как о генерале. Фарнезе, с лицом, выражение которого был прозрачным, как вода, посмотрела на них вниз.

– Зачем мне обрывать ваши жизни? Никто не дорожит вами так, как я. Перестаньте болтать и продолжайте копать.

У Фарнезе поднялись уголки рта. Поскольку она еще не привыкла делать выражения лица, рот Фарнезе искривился очень странно. Это было скорее ужасающе.

– Или, может, вы хотите, чтобы я вам сама выкопала яму? Вы все думаете, что могли бы удовлетворить меня своими вялыми членами?

Солдаты взвыли.

С того дня.

Мисс поднялась от обычной шлюхи до злобной шлюхи.

В прошлом звук голосов, говорящих «та шлюха!» в насмешливой манере взмывал высоко в воздух, но теперь голоса раздраженно бормотали «та злобная шлюха…» и понижались.

Звуки, которые резонировали на высокой частоте, рассеивались быстро, а вот звуки, которые просачивались на низкой частоте, распространялись широко.

Радостное это было событие, довольно радостное.

Командиры прибежали ко мне еще раз. В отличие от прошлого раза, их тон был довольно высокий. Ощущалась сильная срочность. Все командиры теперь говорили о Фарнезе как о Мисс Генерал. Возможно, к «Генерал» присоединили только одно слово «мисс», но там было в общем-то много значений. Например, туда входило значение на уровне «та сумасшедшая сучка». Разве это был не поразительный прогресс?

– С тех пор как Мисс Генерал мешает солдатам не только в обед, но также и ночью, юнцы не могут, как следует, спать. Даже если нам не хватает энергии после еды, мы все еще можем сражаться. Однако, как люди должны сражаться без сна?

– Это не из пособия по искусству войны, а из самой жизни. Люди должны читать книжки, основанные на жизни, ведь если бы кто-то начал жить, основываясь на книжках, то разве мир не перевернулся бы тогда с ног на голову? Даже если знания Мисс Генерал глубокие и она прочитала бы все книги по тактике в стране, жизнь – это другое дело. У таких смиренных людей, как мы, нет другого выбора, как продолжать жить настоящей жизнью. Просим вас, поймите!

Я неподвижно выслушал слова, исходящие от командиров. Услышав все, я пошел на склад и принес кирку. Это была та же кирка, которой махали старшие офицеры, пока не упали от изнеможения. Потом я заговорил:

– Как видно, ваши слова настолько глубоки, что они достают аж до первооснов. Давайте теперь проверим, как глубоко ваши тела могут зарыться в грунт.

Капитаны скрылись.

Через месяц иррациональность в армии была полностью подавлена. Привычка центурионов отбирать нарком у деканов, и привычка деканов отбирать нарком у рядовых исчезла. Склонность давать взаймы те деньги, что они отобрали у других, и вступать в сговор с коробейниками и пособниками извне, чтобы продавать предметы по грабительским ценам, так же улетучилась.

Фарнезе была норовистой девушкой. В противовес тому, чем больше это распространялось среди войск, тем меньше слышались возгласы солдат, указывающих на нее и называющих ее злобной шлюхой. В какой-то момент вместо злобной шлюхи по армии стали слышны голоса людей, восхваляющих ее как генерала, который думал прежде всего о рядовых. Это было примерно тогда, когда в бараках появилась 11-я яма.

Командиры чувствительно реагировали на настроение рядовых. Как люди автоматически различили бы душок напыщенности, так и командиры понимали настроения рядовых.

Командиры понимали атмосферу и слушались командующего. Наверно, они боялись последствий того, что пришли ко мне жаловаться без причины, поскольку командиры ходили с возгласами «Ура Мисс Генералу Фарнезе!». Командиры, которые вели себя так, словно будут вылизывать ступни ног Фарнезе, низкопоклонствовали вокруг. Среди них один парень действительно попытался нанести слюну на пальцы ног Фарнезе и его пнули.

Тс-с. Тс-с.

Какие милые ребята.

Наконец осталась лишь группа индивидуумов, известных как сержанты и младшие офицеры.

Эти люди не могли отказать себе в удовольствии вымогать деньги от людей ниже себя. Они были лучше, чем рядовые, но ниже, чем высшие офицеры, так что это были ребята, похожие на отморозков по соседству. Этим людям не хватало политической одаренности, чтобы реагировать надлежащим образом на состояние дел, как это сделали командиры. Низшие офицеры старались защитить свой авторитет и территорию.

Когда они жестоко обращались с рядовыми, то уходили далеко. Они вытянули рядовых на один из самых отдаленных складов в лагере. Мышь, которая была фамилиаром ведьмы, подслушала голоса, которые сочились из щелей в стенах.

– Эй, ублюдки. Кто привел ваши задницы из деревни и записал вас в армию? Я тот старший парень, который жил по соседству. Вы, ребята, родились сначала в деревне, а не в армии, правильно? Тогда вы, парни, должны относиться к старшим из вашей деревни с уважением!

– Может, сейчас мы и живем в части, но когда мы умрем, мы вернемся домой. Если вы, парни, и дальше будете игнорировать своих старших, то, вы думаете, хоть кто-то придет на ваши похороны? Вы думаете, что злобная шлюха отступит от своего пути, чтобы устроить ваши похороны? Она такая сучка, которая прикажет вам умереть, но не сучка, которая позаботится о вас после вашей смерти.

– Эй, не игнорируйте нас. Мы все это говорим с мыслью о вас, парни. Кроме того, неважно, как сильно вы тут кричите, та шлюха не придет.

Фарнезе распахнула дверь.

– Да. Я тут, потому что вы звали.

Солдаты вскрикнули и рухнули на пол. Я слышал звуки падающих с громким грохотом предметов. Позже я спросил Фарнезе, но, вероятно, солдаты смотрели на нее, словно она была привидением.

– Отлично, что вы с нетерпением ждете этого, джентльмены. Давайте сегодня, как следует, покопаем ямы.

Младшие офицеры были вынуждены раскапывать грязь 2 дня подряд без сна.

Наконец военная дисциплина выровнялась. Солдаты сами заботились о своем быте. Если бы это не был официальный приказ сверху, даже рядовые не смели бы его бездумно ослушаться.

В последний день обещанного 1 месяца Лора де Фарнезе сбросила форму, предназначенную для рядовых, и надела военную форму для командующих. Искупавшись, Фарнезе пришла навестить меня с чистым телом. Кожа Фарнезе была белее снега, только выпавшего на землю, а голос ее был чист, как небо, с которого выпал этот снег. Я не знал о ее намерении появиться передо мной, подобно снегу и небу. Независимо от того, знала ли она, что я понял ее чувства или нет, маленькая создающая проблемы девушка-психопатка коротко сказала.

– Эта молодая леди докладывает, что она достигла цели Его Светлости.

Такую гордость своими успехами и самодовольство можно было увидеть в краткости этих слов.

Я хотел похвалить эту девушку. Я хотел признать тот тяжелый труд, через который она прошла, не ложась по ночам и гоняясь за младшими офицерами, утешая новобранцев и стирая все свои вещи своими собственными руками. Я показал Фарнезе жестом приблизиться и мягко расчесал волосы Фарнезе, которая подошла с гребнем из слоновой кости.

Я улыбнулся.

– Молодец. Хочешь выпить?

Зима (часть 4)

Фарнезе не пыталась завоевать обожание своих войск. Фарнезе желала, чтобы каждый отдельный солдат боялся ее. Вместо смелости, чтобы бросаться на врага, Фарнезе высоко ценила ужас, который ощущали солдаты, ослушавшись верховного главнокомандующего. Безусловно, это было не так, как действовал я. Не зная метода получения страха, Фарнезе пришла и спросила меня:

– Что эта молодая леди должна делать, чтобы заставить солдат бояться ее, господин?

– Что ж. У тебя довольно симпатичная внешность, так что это может быть трудно.

– Они бы боялись, будь на лице этой молодой леди некрасивый шрам?

– Черт побери, какое невежественное дитя. Как ты можешь думать так плоско? Думай чуть более приемлемо.

– Только Ваша Светлость и мисс Лазурит могут называть эту молодую леди невежественной…

Фарнезе стала угрюмая. В последнее время Фарнезе воспитывалась и мной, и Лазурит. По сравнению со мной Лазурит обучала ее намного жестче. Было очевидно, что эта маленькая комнатная девушка, которая прожила всю жизнь, веря, что она гений, будет подавлена, если к ней часто относиться плохо. Ощущая некую симпатию, я заговорил издалека.

– Стоит ли мне рассказать тебе о хорошем трюке?

На следующий день.

Фарнезе купила 15 охотничьих собак. Талии охотничьих собак были тонкие, потому они казались тщедушными, но цвет шерсти у них был чудесный. Эту породу, обычно разводили имперские семьи, так что они были необыкновенно дорогими. Собаки не оставляли свою хозяйку ни на секунду.

— Я вижу, мисс Генерал обожает собак.

— Разводить охотничьих собак – хорошее хобби. Они могут унюхать врага и преследовать его, так что нам это тоже будет на руку.

Солдаты собирались небольшими группами и жевали сушеное мясо. И хотя они бросали в рот какие-то куски мяса просто так, охотничьи собаки даже не смотрели на них.

Фарнезе лично покупала еду и сама кормила собак. Собачья еда выглядела более дорогой, чем пища, которую ели люди. Некоторые рядовые шутили, что мисс Генерал кормила шавок лучше, чем их, и хмыкали. Увидев, как Фарнезе дает превосходную еду зверям, некоторые заявляли, что они рады, что она наконец показала себя как молодая девушка, в то время как другие были обеспокоены, что эгоистичный интерес командующего нарушит военный порядок. Наполовину с радостью и наполовину с беспокойством солдаты долго смотрели с завистью на дорогую собачью еду.

Наступило время отправиться моей армии на войну. У войск, которые спали в тепле и ели, пока их животы не были полны, были ясные глаза несмотря на зимнюю пору. 3.500 дварфов-пехотинцев, 500 кентавров кавалерии и 50 ведьм, завербованных в городе, стояли на зимнем поле в ожидании речи генерала перед отправкой. Вокруг по краям поля собрались люди, но это были лишь разносчики, да проститутки. Такого рода люди жили всегда в движении, постоянно следуя за армиями, куда бы те ни шли.

– …

Держа парадный меч, Фарнезе поднялась на платформу. Украшений не было, так что лезвие было маленькое. Поскольку оружие выглядело незначительным, оно хорошо подходило к фигуре мисс. Охотничьи собаки прошли за своей хозяйкой на саму платформу. Они тихо разместились вокруг нее.

Фарнезе обнажила свой клинок. Слыша звук металла, охотничьи собаки посмотрели позади себя. Мелькнув, как голубая молния, меч перерезал длинную шею собаки. Полилась кровь. Другие собаки никак не отреагировали на это. Фарнезе убила все 15 охотничьих собак, и до самого конца ни одна не зарычала. Кровь беззвучно стекала с платформы.

— …

Все солдаты затаили дыхание. Они не смели встретиться взглядом с командующим.

Люди будут бояться генерала, которая беспощадно зарезала охотничьих собак, которых растила с такой заботой, они будут бояться молчаливого генерала, чье лицо было бесстрастно в течение всей резни, и они также будут бояться того, что такой генерал – всего лишь 16-летняя девушка. Особенно они буду ужасаться намерений генерала, которая приложила особые усилия, чтобы перерезать своих питомцев, к которым она относилась с заботой, в день отправки армии. Смотра на отсеченные головы собак, которые вертелись вокруг, командиры потирали свои шеи.

Лора де Фарнезе промолвила:

– Вперед.

Войска послушались.

♦

Из мертвых охотничьих собак Фарнезе сделала сушеное мясо. Отсюда до места, где другие Владыки Демонов планировали собрать свои армии, была неделя ходу. На протяжении недели Фарнезе жевала вяленое мясо из собачатины и разгоняла солдат своим взглядом.

В один из этих дней нам пришлось стать лагерем у парома, чтобы отдохнуть, потому что река замерзла не полностью. Рядом с паромным сообщением располагалась маленькая деревня. Я отдал приказ, запрещающий войскам мародерствовать.

Около полудня поймали трех солдат. Они тайком полезли на частную территорию, чтобы грабить и насиловать женщин и детей. Я слушал отчет, наслаждаясь чаем в задней комнате с Фарнезе и Лазурит по обеим сторонам от меня. Чай согревал меня изнутри. Опуская чашку, я посмотрел на Фарнезе.

– Раз ты генерал, тебе и решать касательно наказания.

– Я хочу их казнить.

– Казнь, да?

Кинув взгляд на Лазурит, я повернулся к Фарнезе.

– Разве казнь – это не слишком?

– Они ослушались военного приказа. Кроме того, они первые нарушители дисциплины. Эта казнь покажет, как с этого момента будет приводиться в исполнение заслуженное наказание. Эта молодая леди хочет сурово разобраться с этим.

Лазурит вмешалась в разговор и тихо спросила.

– Какой способ казни ты проведешь?

– Чтобы установить в пределах армии строгую дисциплину, их головы должны быть отрублены и выставлены на показ. Эта молодая леди обезглавит их.

Лазурит спросила вновь:

– Как?

– …

– Я спросила, как ты планируешь сделать это, мисс.

– Что ты имеешь в виду под «как»? Разве это не конец, когда их головы будут выставлены на показ?

– Как жалко.

Плечи Фарнезе передернулись от укоряющих слов Лазурит. C того дня, как Лазурит торжественно пообещала, что станет ее матерью, она приводила Фарнезе в замешательство. Лазурит намеренно веля себя жестоко, как делал биологический отец Фарнезе, который третировал ее в детстве. Фарнезе было трудно иметь дело с Лазурит, которая так себя вела.

– Люди – как сорняки. Они будут подниматься обратно много раз, когда их растаптывают. Среди этих сорняков? нанятые солдаты наиболее крепкие. Солдаты не склонятся только потому, что отрубили головы трем насильникам. Однако, это если ты, конечно, не заронишь в них страх заранее.

– Тогда что эта молодая леди…

– Подумай об этом сама. Разве у мисс на плечах не голова, а жестяное ведро? Почему ты не можешь подумать сама, а приходишь ко мне за помощью?

– …

– Если ты действительно генерал, тогда нет нужды доверять мне или Его Высочеству. Прежде ты полагалась на Его Высочество, чтобы приобрести страх солдат, а теперь ты пытаешься достичь ужаса солдат, доверяя мне. Однажды тебе придется отдавать долг, который ты взяла у Его Высочества и у меня, и цена этому будет не менее, чем твоя некомпетентность. Если бы кто-то посчитал то количество раз, когда ты принимала руку помощи от других тут и там, то размеры компетентности, которой тебе не хватает, конечно, были бы огромны. Мисс, я не желаю, чтобы злосчастье этого долга, который ты накопила в силу отсутствия у тебя умений, пришлось отдавать Его Высочеству вместо тебя.

Фарнезе замолчала.

Я не влазил межу ними двумя. Если бы я сейчас вмешался, тогда Лазурит было бы стыдно, а Фарнезе чувствовала бы себя униженной. Чтобы позволить двум моим вассалам беседовать между собой и по-своему устанавливать дистанцию, я молчал.

После длительных размышлений Фарнезе тихо промолвила:

– Эта молодая леди лично возьмет меч и посечет преступников на…

<Звук пощечины>

Фарнезе опустила голову.

Щека, по которой отвесили пощечину, покраснела.

Лазурит промолвила:

– Отвечай снова.

– … Я не знаю. Мисс Лазурит. У этой молодой леди нет ни малейшей идеи.

Лазурит ударила по другой щеке собеседницы с большей силой, чем раньше. Фарнезе съёжилась. Она стала такой ничтожной, как смятый моток алюминия.

– Ты не знала с самого начала. Несмотря на это, ты ответила в надежде, что это по случайному совпадению будет ответом. Если бы ты призналась с самого начала, что не знаешь, тогда тебя бы не ударили, если бы ты продолжала пытаться выяснить ответ до самого конца, тогда шанс того, что тебя ударят, в это время так же бы отсутствовал. Твоя нечестность показывает твою ничтожную гордость успехами, а отсутствие усилий показывает твою некомпетентность. Как здесь может сидеть человек, который ничтожен и некомпетентен? Немедленно убирайся.

Фарнезе выгнали прочь из комнаты.

В комнате, где остался лишь я с Лазурит, стало тихо.

– …

– …

Мы налили друг другу чай. Мы наблюдали за молочно-белым паром, который поднимался с наших чайных чашек.

Даже если бы сверху налили еще чай, он остался бы прозрачный и не помутнел. Чай с легким оттенком цвета был более прозрачным, чем обычная абсолютно бесцветная вода. Прозрачность была очевидна в чем-то бесцветном, но чтобы что-то имело и цвет и было достаточно прозрачным, чтобы можно было видеть дно, это было ясно и божественно. Мы хотели обучить Фарнезе подобно этому чай. Мы с Лазурит не считали воспитанием превращение Фарнезе в обычную воду или оставление ее такой, как есть. Мы считали процесс сбора, измельчения, заваривания чайных листьев, а потом, наконец, наливания заваренного напитка в чайную чашку – вот воспитание. Если бы я наградил нашу дочь цветом, а Лазурит ее заварила, тогда Фарнезе естественным образом обладала бы ароматом и сама источала его. Это была искусственность, которая обрабатывала природу, и это была искусственность, которая также раскрывала природу. Мы не имели дело с теми, кто кастрировал и отбросил свою жажду власти во взрослом возрасте, и мы не уважали ребенка, который не знал, как обращаться со своей властью. Мы – холодные люди.

Зима (часть 5)

Когда я поднял чашку и приложил ее к губам, чай уже остыл. За холодным чаем, мы разговаривали между собой вполголоса.

– Как бы Ваше Высочество поступили с насильниками?

– Мм. Главная цель этой задачи – вселить в солдат страх расплаты. Чем четче будет наказание, тем оно сильнее, чем мрачнее благоговейный страх, тем оно мощнее. Оно должно быть определенным с одной стороны и вселяющим ощущение неуверенности с другой. Это самое лучшее решение.

Лазурит кивнула.

– Логичный ответ.

– Если бы это был я, тогда я бы выхолостил гениталии преступников и пробил дыру в месте, где раньше были гениталии. После этого я бы привел неукрощенного орка или гоблина и заставил их изнасиловать в эту дыру. При этом становится ясно, что насильники будут изнасилованы в ответ, а солдаты будут ощущать страх от того, что эта дыра была сделана силой и при этом изнасилована. Таким образом, войска будут ощущать ужас от расплаты до самого мозга костей.

Лазурит кивнула еще раз.

– Незаурядно. За исключением того, что было бы еще замечательнее выколоть им также глаза и вставить в пустые глазницы их яйца. Таким образом, вы могли бы подключить метафору, которая предупреждает: не совершай преступление, будучи ослепленным похотью.

В этот раз была моя очередь кивать.

– Восхитительная идея.

– Поскольку метафора включает в себя точность и мрачность, расплата будет даже более наглядной. Более того, вы не будете выкидывать отрезанные яички, а вместо этого используете их вновь, так будет еще прекраснее.

Это было понимание без слов. У нас двоих не было причин не любить друг друга. Я понял, что термин «пара, созданная на небесах» не был преувеличением, после того как встретил Лазурит.

– На сколько пунктов, по предположению Вашего Высочества, мисс справится с заданием?

– Любопытно. Мне кажется, что она едва достигнет 30 пунктов.

– Ваше Высочество щедры. Ваша покорная слуга предвидит 20 пунктов. Ваша покорная слуга все еще не понимает, почему Ваше Высочество столь благосклонного мнения о мисс. Есть ли у нее действительно талант или нет, Ваша покорная слуга не в состоянии оценить это.

– У нее действительно есть невежественная сторона… – горько усмехнулся я.

В любом случае наша оценка была ограничена сугубо сферой политики. Область тактики была чем-то совершенно иным. Нашего таланта к искусству войны или не существует вовсе или же он невероятно мал. Даже Лазурит должна была бы понять к этому моменту, что Фарнезе гений в отношении тактики.

– За горами, на человеческих землях, живет ужасный монстр. Фарнезе – меч, который победит того монстра.

– … Ваша покорная слуга не специализируется на головоломках. Монстр? Что же это за человек, чтобы Ваше Высочество говорили о нем как о монстре.

– Нет.

Я глотнул остаток своего чая.

– Неверно. Это она.

Зачинщица, которая истребит всех Владык Демонов в течение 30 лет.

В этом мире находилась девушка, которая наймет скромного фермера из деревни с выжигаемыми полями, владеющего мечом, а затем продолжит, отправив его как передовой военный отряд со званием «герой». В этом мире находится девушка, которая будет крушить врагов, продолжающих упорно существовать, сметать врагов, которые сдались, и оттаскивать назад врагов, которые бежали и рассеялись по сторонам. Если был человек, который не изменяет своим манерам после убийства аристократов или не испытывает сострадание после резни среди своих собственных подданных, тогда есть также владычица, которая уничтожит всех Владык Демонов и создаст объединенную империю.

Поэтому.

– Знаешь ли ты, каков конец у этого мира?

Вследствие исчезновения всех Владык Демонов, в мире перестанет циркулировать магическая энергия, что станет причиной ее переполнения, пока, в результате этого мир и не обрушится. Выдающийся ум, который станет первым человеком, открывшим двери объединенному континенту, будучи также первым, кто одновременно с этим уничтожит мир, на данный момент жил в этом мире в лице молодой принцессы из императорской семьи.

Элизабет.

Элизабет А. И. фон Габсбург.

Чтобы противостоять ей, Фарнезе была принципиально важна. Если принцесса из императорской семьи обладает мечом, известным как герой, тогда я обладал клинком, известным как Фарнезе. Я тщательно смаковал чай во рту.

Расти быстрее, Фарнезе.

Торопись и совершенствуйся, о Фарнезе.

Мы живем, чтобы умереть.

♦

Часом позже была осуществлена казнь.

Во льду верхней части реки Фарнезе сделала полынью. Трех виновных опустили в туда. Однако они были погружены не полностью, а только чтобы вода достигала их подбородков. Мисс приказала ведьмам разморозить реку. Тела преступников были полностью в ловушке ледяной воды и торчали только их головы. Фарнезе наклонилась и встретилась с ними взглядом.

– Говорят, здесь скрывается древний монстр. Выдержите это достойно.

Лица виновных стали мертвенно бледными.

Чудища, жившие в воде, плыли к мужчинам. Были видны тени бестий, которые двигались под ледяной платформой.

Преступники кричали и вертелись, и одновременно с их напряженными движениями монстры поспешили к нижней части их тел и начали разрывать их.

— Просим вас, пощадите нас!

— Мы приносим извинения, о великий генерал! Я умоляю вас!

Постепенно.

Под ледяной водой бестии объедали плоть мужчин маленькими кусочками. Монстры разрывали зубами стопы преступников, отдирали плоть на талии и обгладывали легкие. Со временем крики стихли. Вокруг залегла тишина. Тысячи солдат, наблюдавших за казнью, молчали. Только головы преступников остались над льдом, в то время как под ледяной платформой расходился, окрасивший воду, темно-красный цвет.

Фарнезе взглянула на кровь, которая расползалась под ее ногами.

Потом она подняла головы виновных. Так как их тела были уже полностью оторваны от голов, то их головы легко вытянулись изо льда. Фарнезе осмотрела на замерзшие с болезненной гримасой лица, и тихо сказала, как судья, который оценивал работу третьесортного художника.

– Это непривлекательно. Форма их голов неудовлетворительная.

Фарнезе бросила головы командирам.

– Подвесьте их.

Головы преступников насадили на жерди и выставили на обозрение в центре деревни. Ножом на их лицах было вырезано слово «насильники». Кровь стекала по вырезанным клинком линиям. Той ночью холод был столь суровый, что капли крови замерзли.

На следующий день солдаты оставили отделенные головы позади себя и перешли широкую полосу льда. Ступая по льду, солдаты часто смотрели вниз себе под ноги. Казалось, что мысль об этих головах все еще таилась в их разумах. С того дня, нарушавших военный порядок солдат, больше не было.

Без ведома армии мы с Лазурит произвели оценку.

– Видишь? 30 пунктов.

– Вашей покорной слуге кажется, что 20 пунктов.

Фарнезе выбрала лишь одно решение: страха наказания. В расправе не было точности, и ее до отказа наполнял только благоговейный страх. А раз она была наполнена лишь неопределенностью, у расправы не было формы, а без формы она не могла существовать сама по себе.

Расправа Фарнезе не могла зайти так далеко, как карающие меры. Теперь офицеры будут лишь бояться Фарнезе, которая осуществила расправу. Как ребенок, который боится своих родителей. Будет ли это человек при власти, который пытается заниматься политикой с помощью страха, или родитель, пробующий дисциплинировать ребенка с помощью благоговейного страха, это были обычные ошибки, совершаемые людьми. Неудивительно, что ужасный родитель был также ужасным человеком при власти. Я относился презрительно к тем индивидуумам, которые пытались управлять должным образом страной, когда не могли управиться в собственном доме поначалу, несмотря на использования метода Конфуция и Мэнцзы.

Лазурит вздохнула.

– Ваше Высочество, Ваша покорная слуга разочарована. При таких условиях она ничего не сможет понять, даже если пройдет 5 лет.

– Что ты предлагаешь?

– Ваша покорная слуга коренным образом переделает ее. Если мисс не может самостоятельно постигнуть логику, тогда разве не должны вложить в нее разум мы сами?

Глаза Лазурит холодно сверкали.

В этот момент здесь родилось зазубривание.

Лазурит воспитывала Фарнезе еще строже.

В месте, вне поля зрения солдат Лазурит била и обучала Фарнезе. Лазурит не была склонна любезничать с обучаемой. Без каких-либо похвал она учила Фарнезе, как не опускать голову, как не говорить слова с заминкой, как не смешивать выражения лица, как не сутулить спину и как не портить свою походку. Лазурит говорила спокойно.

– Смотри прямо. Говори прямо. Иди прямо.

Фарнезе училась, получая удары. После того, как она была избиваема на протяжении 4 дней, Фарнезе едва могла подготовить хоть одну речь. Лазурит также научила ее, как под каким углом нужно правильно смотреть, куда направлять шаги и где делать акцент на словах. Наконец, стоя перед взглядами солдат, Фарнезе выступила с речью...

Зима (часть 6)

— Берегите свое мужество. Не пытайтесь смело мчаться, когда только возможно. Берегите свое милосердие. Не пытайтесь дарить милосердие другим, когда пожелаете. Берегите свое сладострастие. Не пытайтесь хватать и насиловать девок или мальцов, когда жаждете этого. Мужество, которое в вас есть, когда вы сражаетесь рядом со своими сослуживцами, не есть смелость. Милосердие, которое вы дарите нашим врагам, не есть доброжелательность. Сладострастие, которое вы высвобождаете на свою подругу, не является страстью. Ваш генерал-майор презирает солдат, которые действуют смело, когда не должны, проявляют милосердие, когда не должны, и насилуют, когда не должны.

— Ваш генерал желает, чтобы ваша смелость, джентльмены, использовалась исключительно, чтобы сносить головы врагов, чтобы ваше милосердие использовалось исключительно, чтобы прощать ваших сослуживцев, и чтобы ваше сладострастие использовалось исключительно, чтобы брать семьи врагов. Сдерживайте свою смелость, берегите свое милосердие, экономьте свое сладострастие и посвящайте ваш страх и ужас этому генералу. В ответ вы все получите как дань страх и ужас от каждого недруга в мире.

Среди солдат раздались одобрительные возгласы.

Среди одних лишь солдат.

После того, как речь закончилась, Лазурит дала оценку.

– 30 пунктов. Приложи усилия, чтобы ты могла говорить такие речи без подготовки с этого момента.

– …

Фарнезе повернула глаза ко мне. Ее лицо все еще было лишено эмоций, и все же почему-то в ее взгляде читалась мольба об освобождении.

– Господин…

Я широко улыбнулся.

– 10 пунктов. Жалкая речь. Продолжай страдать.

– Даже Ваше Высоооочество…

Фарнезе упала на колени в снег.

По всей видимости, Фарнезе не знала о том, когда ее не было, мы с Лазурит обсуждали воспитание мисс ночами напролет.

Мы немного неумеренная пара, дочь моя.

Хорошо это или плохо, Фарнезе проходила развитие, подобающее генералу Владыки Демонов.

Солдаты, следуя за Фарнезе, полностью превращались в армию Владыки Демонов.

Мисс Фарнезе господствовала над войсками как генерал, я заботился об армии как монарх, а Лазурит поддерживала военные лагеря как советник. Мисс Фарнезе вела солдат с ужасом вперед и удерживала солдат вместе доброжелательностью в центре, а Лазурит умиротворяла солдат основательностью за их спинами, таково было состояние наших дел. Между нами тремя не было зазора. Мы получали преимущества друг от друга соответственно и крепко сцеплялись, как символы 凹凸. Стратегия–Руководство кадрами–Тыловое командование дышали вместе, как единое тело.

Тут, если мы говорим о Лазурит, которая имела дело с тыловым командованием, то она преимущественно шла в самом конце нашего строя, руководя материальным снабжением. Позади нашей армии были не только повозки, но и коробейники, сутенеры и проститутки, ползающие вокруг. Присматривать и обеспечивать права этих людей было обязанностью Лазурит.

Бессердечная.

Любовница, которая была хладнокровна со мной и жестока с Фарнезе – вот такой человек была Лазурит. Не было ни единого шанса, что такая Лазурит будет великодушно заботиться о коробейниках.

К тому времени, как Фарнезе казнила 2 солдат, Лазурит уже обезглавила 20 коробейников. Лазурит не прощала людей, которые нарушили границы торговой зоны. Она зверски карала любого, кто мошенничал с солдатами. Лазурит определяла тяжесть наказания согласно совершенному преступлению и приводила в исполнение карательные меры в тот же день, когда выносился приговор.

Лазурит всегда быстро принимала решение.

– Перерезать тебе горло.

– Отрубить тебе конечности.

– Распороть твой живот и показать внутренние органы.

– Закопать.

Приговоры было легко понять, и они не оставляли места для неправильного понимания.

Ужасная правда была в том, что методом наказания всегда была исключительно казнь.

Казнь через обезглавливание была своего рода милосердной. Колесование было вторым лучшим вариантом после обезглавливания. До этого момента сохранялась хоть малейшая крупица достоинства человека.

Можно было, по крайней мере посмотреть на труп и сказать: «Так этот парень был гоблином» или «Так этот парень был орком», опознав их по форме тела.

Однако, будь то сдирание кожи заживо со сводников, которые относились к своим проституткам как к рабыням и крали их плату, или вырывание внутренних органов из коробейников, словно пучок лапши, за несправедливое получение прибыли от солдат без царя в голове, тут не было никакого достоинства. Только кроваво красные внутренности.

Лазурит была холоднокровная.

Если была хоть одна ошибка в направлении, тогда кто-то, без сомнения, умирал в тот же день. Даже если цифры соответствовали списку, а у человека предыдущая работа была торговец, она замечала жульничество и обязательно убивала ответственного. Обдурить Лазурит, которая была простолюдинкой, поднявшейся до положения должностного лица в фирме Киункуска, было невозможно.

Поскольку солдаты спереди боялись генерала Фарнезе, а поставщики сзади были в ужасе от наказаний Лазурит, то и передняя, и задняя часть наших сил были спокойны.

Голоса тех, кто не обращал внимания на мисс Фарнезе, заявляя, что она человеческая шлюха, исчезли. И презрительные слова, которые плохо говорили о Лазурит, называя ее грубой простолюдинкой-полукровкой, тоже испарились.

Все, что мне оставалось, это лениться.

Даже если бы я бездельничал, моя армия маршировала без проблем.

В то время как наше путешествие продолжалось в течение недели, командиры с удивлением говорили, что впервые в их жизни у них был такой легкий марш. Обычно армия теряла энергию, чем дальше шла, и их цель слабела, но армия Его Высочества набиралась сил, чем дальше шла, и наша цель становилась все яснее, так что благодаря этому они смогли понять, что на самом деле значат слова Королевская Благодать, вот что утверждали наши командиры.

Я, который на самом деле спокойно ничего не делал, кивал головой в ответ. Все, что мне нужно было делать, это выдавать вовремя их зарплату, время от времени карать тех, кто присваивал чужие деньги, а солдаты кричали: «Ура Его Высочеству Владыке Демонов!», самостоятельно. Это Фарнезе и Лазурит выполняли трудную работу, но у меня была монополия на все похвалы.

Соответственно, это способ победить в жизни.

Бонжур—.

И так прошла неделя.

Перед нами простиралось открытое поле.

Разносились звуки разбиваемого замерзшего ручья, «клац, клац». Солдаты держали инструменты и долбили лед. За мужчинами выстроилось несчетное множество палаток.

Ручей протекал дальше, чего мы не могли увидеть, поскольку нам его загораживали палатки. Он продолжал течь в скрытом состоянии и выходил наружу в причудливых местах, чтобы снова продолжать течь. В каждом месте, где он пробивался наружу, были поставлены 10 гоблинов, которые дробили лед. И эти картины простирались до самого горизонта.

Фарнезе осмотрела горизонт.

– Внушительная армия численностью примерно 60.000…

Темно-синяя кожа орков, зеленая морщинистая кожа гоблинов и жесткая серая кожа троллей заполонили военный лагерь. Он кишел цветами. Все самое разнообразное было смешано вместе и копошилось, словно муравейник. Эти ребята устроили там свой мир.

Это был мир, в который я на самом деле не хотел протискиваться. Я хотел вежливо отказаться. Я было немного слишком молод, чтобы принимать нечто такое людное, кишащее, копошащееся красивое.

– Тут правда будет 60.000? Вон те гоблины там без одежды, так что скорее всего они слуги, а не солдаты. Это тревожит…

– Что вас беспокоит, господин?

– Раз они свободно смешали солдат, которые сражаются, со слугами, которые помогают, нет никаких шансов, что военная дисциплина будет строгой. Я боюсь, что число солдат может оказаться большим, но их ценность не отвечает их количеству.

Пристально смотря на построение объединенных союзных войск Владык Демонов, которые собрались тут, чтобы сдержать людей, Фарнезе промолвила. Кажется, она была ошеломлена количеством палаток, покрывающих поле.

– Но разве это не величественное зрелище?

– Вполне.

– Этот чудесный вид действительно величественный.

2-й месяц 12-й день.

Мы прибыли на обещанное поле.

Северный Хранитель, Маркграф Розенберга, Джордж фон Розенберг

15.02.1506 по Императорскому календарю

Полс

— Вокруг ходят слухи, что приближается конец.

— Говорят, прибудут Владыки Демонов, направляя на нас Черную Смерть.

— Это ложные слухи, ложные слухи…

Святая Империи кашляла кровью и упала без сознания.

Святая заявляла, что видела во сне конец мира. Солдаты собирались по двое и шептались между собой, что святой овладел злой дух. Страх на лицах солдат был очевиден.

— Черный дым охватит горы. Он поглотит империю и, наконец, уничтожит весь континент. У серых туч не будет границ или рубежей, а, следовательно, зима будет продолжаться безгранично или бесконечно. Замерзнете во время этой продолжительной зимы. Все замерзнет. Черный дым не разойдется. Чернота будет…

Договорив досюда, святая отхаркнула кровью. Кровь была липкая из-за содержимого, смешанного с ее кровью. Причина, почему я смог подробно изложить этот случай с такой уверенностью в том, что я был там лично и слышал это пророчество прошлой ночью.

Поскольку я был военачальником, ответственным за северный регион, я принимал участие в совещании для наиболее авторитетных лиц правительства. Мы получили информацию, что Объединенные вооруженные силы Владык Демонов собираются вскоре вторгнуться. Мы должны были подготовиться к вторжению. Я был не единственный человек, который принимал участие в совещании по выработке стратегии, но авторитетные лица, Его Высочество Кронпринц и Ее Высочество Принцесса империи, и вдобавок к этому Святая тоже присутствовали. Тогда Святой овладел дух.

— Чернота будет, чернота будет, чернота будет…

Святая отхаркнула кровь. Ее рвало снова и снова. Ее глаза закатились назад, так, что показались белки глаз. В том, чем ее вырвало, было много комков, смешанных с кровью. Святая билась в конвульсиях. Мы немедленно отправили за клириками и излечили ее.

Принцесса империи выступила с настойчивой просьбой.

— Этот случай не подлежит разглашению. Только мы должны знать о нем. Не разглашайте эту информацию. Если солдаты услышат пророчество святой, они будут глубоко потрясены, из этого следует, что мы не можем позволить нашему боевому духу упасть в нынешней ситуации, когда Владыки Демонов собираются нападать. Неважно, какой ценой, следите за своими словами.

Я был согласен.

Кронпринц, поглощенный страхом, тоже кивал головой.

На этом, как предполагалось, случай будет предан забвению, но – по какой-то причине, не прошло и дня, как в конечном итоге пророчество просочилось в массы. Причем, на весь фронт.

От боевых офицеров до новобранцев все знали новость, что прошлой ночью святую вырвало сгустком черной крови. Даже коробейники с самого дна военного лагеря знали содержание пророчества. Люди шептались, что это зловещий знак.

Всю ночь я бродил в толпе и отчитывал командиров. Не было ничего более ужасающего, чем бездумные слухи. Ничего более пугающего, чем звук слов. Поскольку солдаты теряли и повреждали свои жизни без лишних усилий, они ощущали страх и ужас так же легко. В этом суть солдата. Поскольку я до этого момента прожил уже более 60 лет, я видел много случаев распада армии из-за необоснованных слухов. И ничего не обнадеживало, что это не случится и в этот раз.

Мне бы хотелось отказаться от своего поражения даже еще до того, как были задействованы Объединенные вооруженные силы Владык Демонов. Вероятнее всего, меры нужно было обсудить немедленно. И самое главное, я не мог потерпеть крах прежде, чем отомщу за унижение, которое пережил прошлой осенью…

– Ваше Высочество Принцесса империи, я тут, чтобы отдать дань уважения.

– Входи.

Принцесса проводила свое время в белой палатке. Она не любила идти спать под крышей. Принцесса империи заявляла, что, если войска заставал снег или дождь, и если невозможно было воспрепятствовать выпадению снега или дождя, тогда этого не следовало избегать. Солдаты высоко ценили Принцессу и беспокоились о здоровье Принцессы, главным образом, когда шел дождь или снег.

… Конечно, действия Принцессы были вероятнее всего политической схемой, но большинство аристократов были не в состоянии осуществить даже эту простую уловку. Отдельно от личности Принцессы я уважал ее способности.

Отслонив белое полотно, я удивился, увидев Принцессу в таком виде.

И эта картина была совершенно неожиданной.

Внутри палатки был установлен длинный стол.

Это было в порядке вещей.

Это нормальная картина.

Но если на столе было распростерто тело аллигатора, и вдобавок к тому, если Принцесса империи лично держала нож и разделывала того аллигатора, тогда эта картина была в тысяче миль от нормальной.

– Чтобы маркграф пришел засвидетельствовать свое почтение. Какой редкий случай.

Принцесса империи медленно снимала кожу с крокодила.

Она ни разу не взглянула в моем направлении.

– Разве вы не почувствовали ко мне неприязнь?

– Ничего подобного, Ваше Высочество. Этот генерал всегда уважал Ваше Высочество.

– Это не ложь. Не ложь. Однако вы и не благоговеете передо мной. Разве не так?

– …

– Вы уважаете меня. Тем не менее, иногда слово «уважение» лишь немногим безопаснее и мягче, чем произнести слово «презрение». Слова банальны.

Щелк

Принцесса империи состругала кусочек ароматной древесины и бросила его в медную курильницу. Медь, разогретая огнем из древесного угля, медленно зажгла кусочки дерева. Ароматная древесина загорелась. С появлением дыма распространился и запах. Аромат перекрыл запах крови аллигатора. Скрывая амбре крови, ароматный дым стал густым. Этот аромат проник до самих моих внутренностей.

Чвак

Принцесса свежевала аллигатора в дыму.

Принцесса снимала кожу, отрезая внешний слой мышц и вонзая нож во внутренний слой мышц. Граница между внешним и внутренним слоем была четко видна принцессе. Я невольно восхитился умелыми движениями руки, которая могла определить границу в плоти и естественно вырезать этот стык как профессиональный мясник. Я не мог себе представить, когда и где леди с наилучшей родословной в мире, научилась свежевать аллигатора. С Принцессой, которая напоминала уединенное место, где она родилась и выросла, трудно было иметь дело.

– Вы разве не думаете, что большинство бесед, которые у нас были, можно сжато выразить более простыми словами? Вы мне нравитесь. Я вас ненавижу. Разум человека может начать с этого, но в конце он не может к этому прийти. И хотя люди могут говорить об этом как о пути или течении жизни, я, честно говоря, называю это пустой тратой времени. Сир Розенберг. Давайте не будем тратить зря время друг друга. Зачем вы пришли и нашли меня, несмотря на вашу неприязнь ко мне? Скажите мне причину, почему я должна слушать мужчину, который не благоговеет передо мной, пока еще полдень.

Зима (часть 7)

Это была угроза? Или это было серьезно?

Я не мог понять эмоции собеседницы. На ее лице не было выражения. Казалась, что она полностью сконцентрирована на освежевании аллигатора. И хотя Принцесса находилась не дома, казалось, что она все так же обитает во дворце. Казалось даже, что она сама дворец. Если число дворян, которых она убрала, не перевалило за много дюжин тогда, наверно, до этого момента меня вводила в заблуждение ее внешность.

– Ваше Высочество, вы не можете достичь восхищения дворянства автоматически.

– Вот те на. Я не желаю вашего восхищения.

Принцесса проявила свои чувства и засмеялась.

Это был звук смеха, не имеющего температуры.

– Я просто спрашивала, какое значение имеет ваше уважение. В слове «уважение» есть 5 разных значений и 10 вариаций тона. Поэтому я не доверяю словам. От вас я требую не слова, а действия. Точные-Очевидные-Отчетливые-действия. Конечно, вы бы не послушали, даже если бы я приказала вам любить это. В конце концов, вы – упрямый старик.

– …

– Говорите.

– … Пришла информация, что Владыка Демонов Барбатос, Владыка Демонов Марбас и Владыка Демонов Пеймон как главные лица вместе собирают армию. И хотя общая численность войск неопределенна, ясно, что их число больше 50.000, но меньше 70.000.

– Кажется, все не так зловеще, как я представляла. С ними нет Баала, как нет и Агарес. Барбатос невежественна, Марбас нерешителен, а Пеймон… ну, Пеймон.

– Ваше Высочество на данный момент недооценивает вражеские силы.

– Это не так.

В этот момент Принцесса впервые посмотрела на меня.

Я ощутил, что мой разум охватила беспочвенная тревога, потому что ее лиловые глаза, казалось, могли пронзить саму душу человека.

– Нет. Ох, ради всех Богов. Это совершенно не так! Зачем же мне недооценивать вражеские силы? Никогда в жизни я никого не обесценивала.

– Это так?

– Конечно. Как доказательство этому, вы все еще живы.

– …

– У вас есть талант, принципиально важный для нашей империи. Последние 500 лет, Дом Розенбергов был верен имперской семье. И они защищали нас от вторжений Владык Демонов, приходящих из Черных Гор, на протяжении 1000 лет. Вы сведущий человек, Джордж. Я уважаю вас. Если бы, возможно, я не уважала вас, тогда такого положения как провинциальный полководец, командующий войсками, наверно, и существовать бы не могло, разве не так?

– …

– Вот что значит показывать свою цель с помощью действий. Это точно, очевидно и отчетливо. Джордж, иногда я даже думаю, как было бы замечательно, если бы люди и вовсе жили без использования слов.

Тресь.

Мышца отодрана.

Принцесса империи погрузила свой нож в шейную часть крокодила. Шея была нежнее, чем любая другая часть тела аллигатора. Как только Принцесса двинула ножом, кожа на шее так и снялась.

– К счастью, сейчас не такая ситуация. Расслабься и продолжай. Мои уши готовы вежливо слушать.

– Если Владыки Демонов собираются напасть, тогда они должны выбрать один из трех путей. Первый путь – это проход в горах…

– Проход, который ведет в Тевтонское королевство. К нам это не имеет отношения.

– … Второй путь через равнины.

– Путь в Польско-Литовское королевство. Это тоже определенно не имеет значения для нашей империи. Ради всего святого, нам придется молиться, чтобы Боги повлияли на войска Владык Демонов, чтобы они шли к горам или равнинам. В конце концов мы сможем перевести дух, пока они идут на войну.

– Ваше Высочество.

Я сморщил брови.

Я терпеть не мог такого рода ответы.

– Прощу прощения, но, если этот генерал прав, они такие же люди, как и мы.

– И нет других животных, которые бы убивали людей так же эффективно, как другие люди. Сир Розенберг, пожалуйста, перестаньте притворяться благородным!

Принцесса скромно засмеялась.

– Сколько точно жителей селений было сожжено в горах этой зимой? 100? 200?

Я закрыл рот.

– Или больше 300? Я слышала, что число без труда переваливает за 1000, и, если память меня не подводит, те жители селений тоже были такими же людьми, как и мы. Что делал наш прекрасный сир Розенберг в то время, как тысячи жителей селений зверски убивали как людей? Вы наблюдали. Вы всего лишь смотрели.

– …

– Считаете ли вы слово «наблюдать» таким же, как слово «смотреть на огонь», но сказанное более элегантно? О, Северный Стражник, Один из Четырех Маркграфов, Смотритель и Черной, и Белой Твердынь – сир фон Розенберг.

Я уставился в глаз крокодила. Поскольку моя голова была опущена, я не мог встретиться взглядом с Принцессой. Вместо этого я собирался смотреть хотя бы на бестию.

Прозвучали слова Принцессы:

– Кажется, я сурово осмеяла вас. Прошу прощения. Я приношу извинения за тот факт, что я не чувствую особого сожаления. Имейте это в виду и дальше.

– …Я буду помнить об этом.

– Хорошо.

Треееесь

Принцесса взялась за шкуру со спины крокодила и оторвала ее. Кожа отошла мгновенно. Она мягко снялась по линии, которую принцесса прочертила ранее. Как только кожа отошла, показалась слегка розовая внутренняя плоть. Цвет мяса аллигатора был неприметный и светлый.

– Пусть вас не заботит проход в горах или путь через равнины. Все что мы должны сделать, это защитить путь, ведущий к империи. Вам требуется помощь императорской семьи?

– Северу не требуется помощь ни от кого. – ответил я как можно яснее. – Но я должен выразить свою благодарность за предложение помощи Вашего Высочества.

– Надо же, кажется, он расстроился из-за моих поддразниваний… Это вам лишь в убыток, если красивый мужчина средних лет выйдет из себя перед этой бесчестной девчонкой. Просто покорно примите подкрепление.

– Я прошу прощения, но, Ваше Высочество, я действительно не нуждаюсь в подкреплении. Ваш покорный слуга защитит горы, так что Вашему Высочеству стоит укрепить внутренний фронт вместе с Его высочеством Кронпринцем. Таким образом, если мы будем вынуждены, мы сможем соединить силы или с Тевтоном, или с Польской Литвой и развернуть стратегию.

– С моим братом? Вы точно знаете, как рассмешить меня.

– …

– Вы считаете, что тот парень знает, как управлять военными делами? Он тот, кто не может должным образом управлять собственным ртом и задом. Разве вы плохо видите это? Я так предупреждала каждого молчать про пророчество святой, и все же слух разошелся за одну ночь.

– Ваша благосклонность безмерна, Ваше Высочество.

Принцесса замолчала. Я был не в состоянии понять, почему она замолчала. Вскоре после этого Принцесса заговорила снова.

– Рот моего брата шире, чем анальное отверстие у шлюхи. Даже рядовые не уважают моего брата. И вы говорите мне собирать армию с таким человеком?

– … Для этого генерала Кронпринц такой же командующий. Его Величество Император приказал этому генералу управлять севером и повел себя точно так же с Кронпринцем.

– Несомненно, кажется, вы верны моему отцу, королю. Я понимаю. Я уважаю вашу честность… Но, кстати, Маркграф, считаете ли вы, что слова «почитание родителей» сияют ярче всего, когда это послушание направлено на родителя, который того не стоит, а слово «верность» светит ярче, когда человек предан лорду, который того не стоит? Ваша верность императору просто великолепна. Это поразительно.

Принцесса вонзила нож в стол.

Тряпкой Принцесса вытерла грязные от крови руки. Как только она сделала это, то легко похлопала меня по плечу. Лицо Принцессы было далеко, но ее голос прозвучал так, словно она прошептала мне прямо на ухо.

– Вы лоялист, сир Розенберг.

– …

– Но вы не можете купить мое уважение преданностью. Если вы желаете, чтобы я вас уважала, тогда превыше всего остального вы должны одержать победу. Хотя я могу принимать на себя военное командование, раз вы являетесь верховным главнокомандующим в этой грядущей войне, если по как-то случайности вы совершите ошибку… Что ж, скорее всего я буду очень разочарована, разве нет?

– Этот генерал не доставит разочарования.

– Я буду доверять вам.

И Принцесса промолвила:

– Габсбурги оказывают доверие только раз.

– Север не забудет.

Мы двое обменялись максимами, которые передавались в наших семьях Дома Габсбургов и Дома Розенбергов соответственно. Сам акт обмена девизами, которые передавались уже около 1000 лет, был священным. Клятва Принцессы, которая производила впечатление человека, не очень доверяющего другим, ощущалась еще более значительной. В тот момент, когда я единожды нарушу слово, она избавится от меня без единого сомнения…

Принцесса наколола кожу аллигатора на стержень и подняла вверх в центре военного лагеря.

Аллигаторы известны как потомки драконов. Драконы являются символом Владык Демонов.

Уставившись на крокодилью кожу, солдаты шептались между собой, что этого монстра Ее Величество Принцесса империи поймала лично.

Увидев, что признаков того, что солдаты все еще боятся, больше нет, я подумал об армии Владык Демонов, приближавшейся из-за гор. Трудно было предположить, будет ли это сильная армия или просто толпа, и какую судьбу они принесут с собой. Как Принцесса, чье лицо было скрыто дымом, армия Владык Демонов, была так же скрыта за горами, и все же, я не мог оценить, стоит ли мне бояться того, что не видно, несмотря на то, что оно рядом, или же мне стоит бояться того, что нельзя было рассмотреть из-за расстояния. Окруженное страхом сзади и ужасом спереди, мое тело ослабло.

Я обезглавил двоих военнослужащих, ответственных за распространение необдуманных слухов среди войск и вывесил их головы.

Зима (часть 8)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

12.02.1506 год по Имперскому календарю

Равнины Йотунхейма, гарнизон Объединенных вооруженных сил Владык Демонов

— Откуда выползает эта чернь?

— А, вы не знаете? Разве это не Его Светлость Данталиан? Та сучка с розовыми волосами простолюдинка, а белокурая сучка рядом – человек.

— Тю. У этого парня какой-то заскок на затягивании в постель одних лишь простолюдинок?

— Ты не знаешь? Говорят, у человеческих женщин низкого происхождения тугие влагалища.

— Человек? Вы говорите, что то – человек? Вон то?

Объединенные вооруженные силы Владык Демонов были сбродом. Поскольку слово «сброд» невероятно старомодное, нужно было быть немного честнее.

Я верил, что в словах есть жизнь. Например, слова, подобные слову "вселенная", для меня были слишком устарелыми, чтобы я их использовал. Я предпочитал вселенной "мир". Если бы вы были утонченным индивидуумом со здравым смыслом, тогда, различая мертвый язык и язык современный, вы вынуждены иногда оживлять полумертвый язык, а иногда полумертвый язык полностью уничтожать.

Это не обсуждается, я был на диво утонченным индивидуумом. Следовательно, я изящно выразил суть слова "сброд" языком посвежее.

Объединенные вооруженные силы Владык Демонов были кучей чертовых кусков дерьма.

Как только мы вошли в ворота лагеря с нашими знаменами впереди, солдаты, жалкие как босяки, почему-то подошли к нам и стали нести чушь.

— Ваша Честь Данталиан! Привести к нам, скромным ребятам, которые собрались тут, чтобы подавить человечество, человеческую сучку, мы можем понять ваш неизмеримый мотив. Если Ваша Честь достаточно развлеклись с этой шлюхой, тогда нижайше просим вас дать попробовать и нам!

— На вид эта человеческая шлюха так горделива, что очевидно, что она военачальник-победитель. Если она такая активная днем, то я даже представить не могу, какая веселая она ночью.

Глядя на солдат, которые преградили нам путь, я вздохнул.

Видя, что они бесстрашно идут на меня, было ясно, что они подчиненные Владыки Демонов значительно высшего ранга, чем я. Для демонов люди были врагами нашего вида, а их социальный статус приравнивался к мужичью. Они определенно считали ошибкой, что Владыка Демонов вроде меня, сделал человека вроде Фарнезе, действующим генералом. Я сдержанно отчитал их:

– Кажется, вы, глупцы, утратили разум. Отойдите в сторону, пока у вас не отрезали яйца и не запихнули их вам в рот. Или вы хотите наоборот, чтобы вам сперва перерезали глотки, а уж потом вставили туда ваши члены?

Солдаты громко засмеялись.

— Ваша Честь говорит, что сам нам дрочнет. Нам так приятно, что мы не знаем, куда приткнуть наши тела.

Толпа разделилась пополам, и таким образом путь был наконец открыт.

Я приказал Лазурит и Фарнезе стать рядом со мной, и мы трое двинусь вперед, а головы наших коней выровнялись в одну линию. Лазурит заговорила тихим тоном, который мог слышать только я:

– Вы молодец, что вытерпели это, Ваше Высочество.

– Что мне терпеть? Это вас осмеяли, так что это вы двое держались молодцом.

– О чем Ваше высочество говорите? Ваша покорная слуга позже собирается втайне лишить жизни этих солдат, так что ваше Высочество хорошо справились, вытерпев именно этот момент. Оскорбление, которое получила Ваша покорная слуга она, конечно же, вернет.

– …

Те солдаты были достойны сожаления. Я все еще ярко помнил метод, каким была отравлена одна служанка за то, что оскорбила Лазурит. Те ребята должны быть счастливы, если их тела останутся хотя бы нетронутыми.

Фарнезе пробормотала:

– Эта молодая леди не может понять. Почему все офицеры, которые смотрят на эту молодую леди, предполагают, что эта молодая леди спала с Вашим Высочеством? Если думать логически, нет ни малейшей возможности, чтобы такой человек, как Ваше Высочество мог оказаться в постели этой молодой леди.

– Воспринимай ситуацию серьезнее, идиотка.

Не знаю, то ли потому, что это дитя всегда закрывалось в библиотеке, чтобы читать книги по истории весь день, но она не обладала чувствительностью, чтобы принять реальность.

Я вел своих вассалов, про которых не мог сказать, что у них есть сильная определенная черта, поскольку в действительности у них ничего не было, кроме определенных черт, и вот мы вошли в самую глубокую часть лагеря. Солдаты-демоны осыпали нас насмешками, выкрикивая «Фу... Позор...». Они называли меня «Королем простолюдинов», Лазурит «Шлюхой короля», а о Фарнезе говорили как о «Рабыне короля». Я чувствовал, словно мы внезапно стали популярной айдол-группой.

Как душераздирающе.

Поскольку у них тоже каждый день был дерьмом, следовательно, их жизни должны были идти на претерпевание таких дней, и все же вместо этого они глумились над простолюдинами и рабами. По всей видимости, они страдали из-за аристократов и их вынуждали смотреть вниз, а ниже них были только простолюдины и рабы. Состояние дел стало таким, когда то, что они получали от аристократии, передавалось прямо вниз людям под ними. Что же могло их утешить? Можно ли было еще что-то сказать мотивированности этих людей низкого происхождения, которые не могли собраться вместе, а вместо этого дрались между собой? Те, кто принуждали их не смотреть вверх, были аристократия и члены королевской семьи, как я, так что права карать их за принижение достоинства всего, что было ниже их, у меня не было.

– Кажется, многих нужно убить.

… Если не считать Лазурит.

Раз Лазурит была девушкой, рожденной на самом дне, у нее было более чем достаточно прав швыряться головами тех, кто выше нее. Она была девушкой, которую даже я не мог остановить.  Никто не мог ее остановить. Я заранее молился об упокое тех жалких душ. Легкого вам пути в вечность.

Это было в тот момент, когда мы покорно проходили один из военных лагерей. Солдаты начали бросать комки снега в наши ряды. Мои люди были озадачены и перестали идти. 11 Сестер Бербер, которых можно было считать моими королевскими телохранителями, мгновенно закрыли территорию вокруг меня.

Снег врезался в ведьм. Им попадали снегом в лоб, щеки и туловище, ведьмы покрылись белыми пятнами. Ведьмы тихо переносили этот шквал, пока не превратились в бесформенную массу. Они не промолвили ни единого слова, пока в них кидали. Как и в то время, когда их оскорбил Владыка Демонов Андромалиус в прошлом.

С другой стороны, войско демонов кидало оскорбительные замечания.

— Раз у Вашей Светлости любовница – изгой, генерал – человек, а королевские телохранители – ведьмы, добросовестность Вашей Светлости пронзает небеса. Это действительно подходит Королю простолюдинов.

— Наверно, вам очень повезло, раз вы так популярны среди женщин, Ваша Светлость! Прошу вас, научите людей, как затягивать в постель шлюх низкого происхождения и распространять информацию по миру.

В нас продолжал лететь снег. Они не целились в меня, а кидали так, чтобы попасть в ведьм. Невзирая на это, ведьмы, беспокоясь, что ситуация может ухудшиться, не отходили от меня ни на мгновение. Ведьмы просто охраняли меня со стоическим выражением на лицах.

– …Лазурит.

– Да, Ваше Высочество?

– Откуда эти бычьи яйца?

– Похоже, на их флаге нарисован трехногий козел. Он принадлежит Владыке Демонов 12-го ранга Ситри. Солдаты, которыми командует Ситри, известны грубой многочеривостью и неделикатной манерой речи.

– Вот уж действительно. – Я вздохнул. – Тогда, если бы я перерезал глотки тех солдат, это было бы то же самое, что превратить Горную фракцию в нашего врага.

Ситри была верной подданной Пеймон. Даже если они спровоцировали нас первые, случится большая заваруха, если я бездумно их убью.

Нет, они могли начать этот дебош, чтобы спровоцировать большую заваруху намеренно. Если бы текущая ситуация ухудшилась, тогда обязательно была бы фракция, которая использует мое решение сделать генералом человека в качестве проблемы и представить это как общественное мнение. Что рядовые, возможно, были недовольны, потому что я поставил человека без авторитета своим генералом.

Случись это, я был бы в невыгодном положении. Они говорили мне колкости и втягивали в ситуацию, которая была выгодна для них. Что же мне было делать? Как мне следовало разбираться с этим бедламом…?

Интересно, было ли заметно, что я впал в глубокое раздумье. Со звонким звуковым сигналом передо мной появилось окошко выбора:

[1. Наказать за оскорбления .]

[2. Терпеть оскорбления.]

Я внимательно смотрел на слова, плавающие в воздухе.

Даже если солдаты злодейски бросали комки снега во Владыку Демонов, вроде меня, я не ощущал от этого никакой особой злости. Оскорбления были позорны, когда их наносила особа того же положения. Так что же, если солдаты кидались в меня снегом?

Проблема была в лице. Честь – вот что было всегда важно. Вместо меня грязью кидали в ведьм, но если я ничего не сделаю и оставлю эту ситуацию как есть, моя честь как монарха будет запятнана. Фарнезе, которая, наверно, тоже забеспокоившись об этом, прошептала мне совет:

– Господин. Разве нам не стоит немедленно убить этих людей? Даже если мы не убьем их, если мы их свяжем и затолкаем их лица в землю, они сами закроют рты.

– Ваша покорная слуга не одобряет. – Тихо прошептала мне с другой стороны Лазурит. – Так как обычные рядовые открыто оскорбляют Ваше Высочество, Владыка Демонов Ситри несомненно поддерживает их сзади. Никакой выгоды от столкновения с Ситри Ваше Высочество не получит. Воздержитесь от опрометчивых действий.

– Как переносить такое может быть единственным способом для короля? Мисс Лазурит. Ты никогда не закрываешь глаза на насмешки, которые получаешь, и все же как ты можешь просить у Его Высочества закрыть глаза на то унижение, которое он сейчас терпит?

– Поскольку Ваша покорная слуга смиренный вассал, вести себя неблагородно для Вашей покорной слуги нормально. Благородство смиренного человека – это значит забыть себя и вести себя бесстыдно. Бесчестность – это ограниченность ума, которая подобает месту Вашей покорной слуги. Однако с Вашим Высочеством все по-другому. Прошу вас, будьте толерантны.

Я промолвил:

– Прекратите.

– Это не то, что можно решить прекращением, господин. Эта молодая леди – незаконнорожденный ребенок девушки-служанки низкого происхождения, так что получать оскорбления для этой молодой леди оправданно. Однако, как эта молодая леди может переносить эту ситуацию, когда ее господина несправедливо осмеивают? Прошу вас, прикажите этой молодой леди снести их головы.

– Ваше Высочество. Мисс Фарнезе все еще молода. Не слушайте ее. Даже если люди будут хвалить Ваше Высочество, Ваше Величество не поднимется, и даже если люди насмехаются над вами, ваша честь не будет запятнана. Прошу вас, поймите.

– Черт. Я сказал вам двоим прекратить, а вы все продолжаете пререкаться.

Я поднял правую руку.

В тот момент, когда я это сделал, все ведьмы разом подняли свои клюки. Мои войска тоже нарушили строй марша и подняли копья. Чтобы показать свое рвение, моим войскам, которые состояли из 4000 солдат, потребовалось не более чем несколько секунд.

Лагерь затих. Растекалась агрессивная тишина, словно драка может разразиться в любую секунду. Даже солдаты, которые бросались в нас снегом, обнажили свои мечи грязными руками. Они продолжали узколобо болтать.

— Ваша честь планирует вырезать нас, скромных рядовых? Отлично. Раз Ваша Честь проткнули горло Его Высочества Андромалиуса, чтобы спасти жизнь шлюхи-суккубы, то убийство сотен нас, скромных рядовых, для этих ведьм не проблема, так?

— Просим вас переступить через наши трупы с изяществом Вашей Чести.

Я спешился с лошади и стал вытирать грязь, размазавшуюся по лицам ведьм, своими одеждами. Грязи на них было довольно много, так что стиралась она нелегко. Увлажняя нижний конец моих одежд снегом, я начисто вытер кожу ведьм.

— …

Вид представителя благороднейшего слоя в мире демонов, который очищает лицо простолюдина, – сотни тысяч солдат смотрели на это, затаив дыхание. В этой тяжелой атмосфере только ведьмы тихо болтали и хихикали.

– Ахах, наш хозяин действительно…

– Его способ мышления и правда ненормальный, да?

– Верно~?

Я осторожно прошептал им серьезным тоном.

– Тихо. Не портьте настрой.

– Есть.

Ведьмы ответили едва слышно. И хотя выражение лица у меня было стоическое, как и раньше, это уже было не то безучастное выражение, что раньше. Я искренне вытер всех 11 ведьм.

Грязь, которая стекала струйками с ведьм, вся перекочевала на мои одежды, так что теперь грязным был я. Я снял свою мантию и повесил ее на главную в группе, Ведьму Хумбабу. Дважды стряхнув с ее плеча, я снова сел на лошадь.

– Поедем.

– Отправляемся! – Закричала Фарнезе.

Солдаты, которые с таким энтузиазмом насмехались над нами, не могли остановить наш марш. Они опустили головы, словно были в замешательстве. Нижняя строка окошка выбора ярко засияла и растворилась в воздухе.

[Доброе и милосердное решение!]

[Расположение ведьмы Хумбабы поднялось на 3.]

[Расположение ведьмы Стено поднялось на 9.]

[Расположение ведьмы Эуриэль поднялось на 8.]

Посмотрев на слова, которые рассеялись, словно снег, я улыбнулся. Я уже хорошо справлялся, так была ли действительно потребность в том, чтобы хвалить меня за это? 100 пунктов – это уже 100%, так что в конце концов больше нечего было добавить.

Лазурит промолвила:

– 95 пунктов, Ваше Высочество.

– Бля… Этот счет немного подозрительный. Каковы основания для вычета пунктов?

– Тот, кто слишком идеален, все усугубляет, разве нет? Ваша покорная слуга беспокоилась, что Ваше Высочество станет назойливым, потому Ваша покорная слуга была слегка тактичной. Поскольку вычитание 5 пунктов, в сущности, то же самое, что и добавление 5 пунктов, то это способ вашей покорной слуги показать ее преданность Вашему Высочеству.

Конечно.

Молодец!

Зима (часть 9)

Пеймон, Демоническая Владыка Милосердия 9-го ранга

12.02.1506 год по Имперскому календарю

Равнины Йотунхейма, гарнизон Объединенных вооруженных сил Владык Демонов

– Что же нам делать, сестра…? – Спросила Ситри печальным голосом.

Мы молча смотрели, как Владыка Демонов Данталиан проходит мимо со своими войсками. Мы ничего не могли поделать. План этой леди спровоцировать Данталиана, чтобы тем или иным образом отсрочить начало войны, в конечном счете оказался полным провалом.

– Прости, старшая сестра Пеймон. Я выбрала среди моих войск солдат с самыми развязными языками и расставила их, но, кажется, этого было недостаточно.

– Нет. Это не твоя вина, Ситри. Твой противник просто спокойно разобрался с этой ситуацией. Я старалась спровоцировать его с тех пор, как услышала слух, что он дорожит своими подчиненными, но, чтобы его выражение ни разу не изменилось…

На сердце у меня было тяжело.

Еще с прошлого года ощущение, что эту леди, нет, не только эту леди, но и всех Владык Демонов тоже, сметает шаг Данталиана, не исчезло.

Считать, что у Данталиана наихудшая репутация, было нормально. Он провозгласил изгоя своей невестой (это незаконно), сделал человека своим действующим генералом (это тоже было незаконно), и более того, замок Владыки Демонов, бывший его твердыней, пал. Среди общественности мнение о Данталиане была ужасным. Глупец, ослепленный любовью, грязный развратник…

Однако эта леди думала иначе.

Не было другого выбора, кроме как думать иначе.

За полгода Данталиан смог подняться на одну из самых высоких позиций среди богатейших персон в мире демонов. Если бы этот мужчина был глупцом, достичь этого было бы невозможно. Если посмотреть дальше, то спусковым механизмом для начала предстоящей войны послужил захват замка Владыки Демонов Данталиана. Было ли это совпадением?

Если уж на то пошло, разве не стоит оглянуться назад?

Этот мужчина лично подталкивал мнение общественности думать о нем как о глупце и парвеню (п.п.: parvenu (фр.) – выскочка).

– …

Мое лицо замерло.

Если интуиция этой леди подсказывала правильно, тогда это значило бы, что Данталиан по своей воле манипулирует всем миром демонов. Чтобы всегда достигать, чего он желает, одновременно обставляя все так, что это достижение казалось чистой случайностью. Он маскировал все, чтобы казалось, что это все получается благодаря удаче. Было бесчисленное множество людей, которые терпели поражение, но прикидывались, что достигли успеха. Однако люди, которые достигли успеха, но действовали так, словно они потерпели неудачу, попадались редко. Более того, случай, когда это действо все продолжалось и продолжалось, был даже еще более необычен.

Если мы никак с ним не ладим, тогда.

– Старшая сестра. Ты в порядке?

Ситри смотрела на меня с обеспокоенным выражением на лице.

Надо же, кажется, лицо этой леди невольно стало чрезвычайно серьезным, а она и не заметила. Следуя многолетней привычке, я пошевелила губами и сделала естественную улыбку.

– Да, я в порядке. Ты очень добра, Ситри.

– Эге.

Как только я погладила ее по голове, Ситри потерлась щекой об мою руку. Как мило.

В ту ночь я отправила прочь всех солдат, которые были поблизости от моей квартиры, и позвала шпиона. Шпионом была невысокая девушка. В неизменном черном плаще, обернутом вокруг ее тела, шпионка преклонила одно колено.

– Ваше Высочество звали?

– Да. На твоем пути сюда возникли какие-то неудобства?

– Аха, все в порядке. В лагере сира Данталиана сейчас попойка, так что охрана ослаблена. Никаких стесняющих взглядов, пока я пробиралась сюда тайком, так что все отлично.

– Попойка, это?..

– Он устроил пирушку, говоря, что все хорошо поработали, маршируя неделю по снегу и дождю. Поскольку выпивка и мясо диких кабанов подается бесконечно, рядовые сходят с ума. Обычно ночным дозором руководит девушка по имени Лазурит, но сир Данталиан поймал ее, и на данный момент она наливает ему напитки. Поэтому ваша покорная слуга смогла прокрасться так легко.

– …

По всей видимости, это была не единственная причина устраивать пирушку.

Хотя Данталиан смог благоразумно выйти из ситуации сегодня в обед, вероятность того, что солдаты Данталиана прокручивали в мыслях унижение, полученное их королем, была высока. Пирушка проводилась для того, чтобы освободить от этого их смятенные разумы.

Действительно.

Данталиан не был глупым малым. Об этом предупреждали инстинкты этой леди.

В мире всегда могло случиться нечто с вероятностью один на миллион. Тот путь, по которому до этого времени шел Данталиан, действительно мог быть не более чем совпадением. Способа определить, была ли это неизбежность или все же совпадение, для этой леди не существовало. Если же возможность разграничить, неизбежность что-то или совпадение, не была доступна, эта леди больше склонялась к тому, что это неизбежность.

Поэтому я подкупила шпиона, стоящего передо мной.

– Покажи мне доказательство, которое, по твоим словам, могло бы опорочить репутацию Данталиана.

Шпионка вытянула карманные часы из своего плаща и положила на пол. Как только она слегка махнула запястьем, карманные часы поплыли к ее руке. Поскольку социальное положение этой шпионки было столь низкое, что его можно сравнить с положением изгоя, согласно законам в мире демонов прямой контакт с ней был запрещен.

– Это артефакт "Пьеса-Воспоминание"?

– Ага. Установив его на 12, 7, 5, 4, 2, 3 и 11, вы увидите.

– Эта леди с нетерпением ждет, когда увидит, что за содержимое лежит в этой штуке.

Я повернула часовую стрелку согласно последовательности, которую указала шпионка.

Белый дымок просочился из часов и в дыму стало проигрываться изображение. На сцене, которая отображалась в дыму, появилась фигура Данталиана. Данталиан держал в объятиях человеческую девушку, которую сделал своим действующим генералом. Были видны и ведьмы.

— Превратите это место в Ад.

— Ага? Под «Адом» что подразумевает хозяин?

— Я чувствую запах. Это запах жира, который исходит от мерзких куч плоти. Это запах жадности и лицемерия.

Это… рынок?

В виду того, что вокруг них стояли железные клетки, казалось, что это невольничий рынок. Не земле, казалось, лежали трупы солдат. Данталиан ухмылялся ведьмам.

— Если они свиньи, то единственно подходящим для них было бы и вести себя как свиньи и хрюкать в хлеву, но все же почему они так дерзко вышагивают по улицам? Что вы сделаете, когда эти свиньи высокомерно стараются имитировать людей и везде суют свои носы?

— Естественно, вы должны поставить на них клеймо, что они свиньи! – энергично ответили ведьмы.

— Только люди могут владеть рабами. Кажется, эти недомерки надменно идут против морали зверей и стараются управлять рабами.

— Пожалуйста, приказывайте нам. Этой ночью, мы превратим это место в скотобойню!

— Да. Приказ, который я отдаю – бойня. Забивайте этих ублюдков, не давая им возможности даже вскрикнуть. Это не убийство. Не позволяйте вашему сознанию перевесить ваше сердце, а сомнению передаться вашим рукам. Поскольку вы повелители всего созидания, с властью, данной нам Богиней, забивайте этот скот ради нашей далеко идущей цели.

— Как прикажете, хозяин!

И началась резня.

Стреляя из ночного неба, ведьмы убили всех людей до единого. Там были не только люди. Демоны, захваченные в рабство, так же были преданы смерти. Невольничий рынок мгновенно превратился в пылающий ад. Я, онемев, смотрела, как некоторые из них вопили.

Зима (часть 10)

– Что это?..

– Сцена резни, которую приказал устроить сир Данталиан. – Ответила шпионка.

– Хотя, согласно слухам, сир Данталиан подобрал бесцельно бродившую мисс Фарнезе случайно. Ага. На самом деле это ложь. Сир Данталиан лично ездил спасать мисс Фарнезе, находившуюся в заключении на невольничьем рынке в Павии.

– Но зачем приказывать вырезать…

– Потому что не должно остаться никаких доказательств.

У этой леди не было слов.

Только по этой причине.

Убийство все еще происходило на видео. Независимо от расы или возраста, ведьмы избавились от всех, кто попал в их поле зрения. Среди безжалостно убитых были даже ужасно слабые сирены и дети.

Крик ребенка и смех ведьм смешались вместе. Они соединились вместе словно дым. Бесконечно, бесконечно… у меня так закружилась голова, что я наконец закрыла глаза. Пока не закончилось видео. Глаза этой леди больше не выдерживали эту трагедию.

– …Это не сфабриковано?

– Сфабриковать видео такого размера? Ваше Высочество, должно быть, шутите. Даже если бы кто-то использовал магию сокрытия, чтобы сымитировать главных лиц, сира Данталиана и мисс Фарнезе, тогда что же с остальными людьми? Ваше Высочество думает, что сотни магов бы использовали магию сокрытия, чтобы сделать подобное видео?

Шпионка засмеялась.

– Ахаха, если бы это было правдой, то давно бы уже распространились слухи. Вашему Высочеству должно быть хорошо известно, поскольку Ваше Высочество значительно более известный маг, чем Ваша покорная слуга, но использовать сотни магов втайне невозможно. Вдобавок крики детей чрезвычайно реалистичны, так что считайте это свершившимся действием.

Лясь

Шпионка упала на пол. Шпионка, которой я дала пощечину, валялась на полу. Потому что эта леди больше не могла этого выносить, забыв все про законы в мире демонов, я пинала шпионку.

– Аха, ах хах хаха… ахахахахахах…

Даже получая пинки, шпионка продолжала смеяться. Что могло быть так смешно? Разве могла картина убийства невинного ребенка быть не более чем шуткой для этой шпионки. Звук ее смеха был отвратительным. Звук хихиканья неприятно цеплялся за мою кожу. Эта леди избивала шпионку с еще большей силой, чтобы сбросить с себя то неприятное ощущение. Я чувствовала отвращение к самой себе за то, что наняла такого человека в качестве моего шпиона. Я была дурой, раз поверила, что они в определенный момент были чисты.

Отродья, продавшие свои души.

Абсолютное дно всего низшего.

Потаскухи, торгующие душами.

С лицом, уткнувшимся в землю, шпионка ухмылялась.

– Ваше Высочество? Изливать свою ярость нормально, но разве Ваше Высочество не наняли нас, поскольку вам необходимы были такого рода доказательства?

– Ведьма.

Главная среди Сестер Бирбир, обладательница Знака Трилистника, Ведьма Хумбаба.

Даже когда ее серебристо-белые волосы были покрыты грязью, она не утратила своего веселья. В ее смехе не было безумия. Смеялись ли ведьмы нормально, потому что что-то было смешно, или смеялись, когда страдали, их смех был всегда одинаков. Однако он всегда был противный.

– … Вы отродья, которые не должны были появиться в этом мире.

– Мы часто это слышим.

– Разве в ваших мыслях действительно нет сожаления о жизни других?

– Ваша покорная слуга просит прощения, но разве мы уже не продали свои души?

Кажется, словами к ней не пробиться.

Хотя люди считали прискорбным, что мы не могли разговаривать со зверями, зверей не заботило, что они не могут разговаривать с людьми, ведьмы даже не рассматривали возможность беседы с нами, людьми.

Эта леди вытянула мешочек золота и бросила его. В тот момент, когда мешочек упал на пол и издал металлический звон, Хумбаба немедленно повернула голову на звук. Она обняла мешочек, словно это был самый милый ребенок на свете.

– Доброта Вашего Высочества неизмерима. Спасибо вам большое. Хаха.

– Я положила внутрь половину обещанного золота.

– … Половину?

Хумбаба замерла.

Я холодно посмотрела вниз на ведьму.

– Я отдам тебе оставшуюся половину, как только задание будет выполнено полностью.

– Это немного отличается от обещания, которое ваша покорная слуга слышала раньше…

– Ранее сегодня Данталиан лично вытер от грязи всех вас, и все же все вы предали его. Есть ли у меня хоть малейшая причина доверять тебе?

– Мм... что ж… гм... Ахахах? Это так. Конечно. Ваше Высочество правы...

Хумбаба выпрямила свою конусообразнкю шляпу. Лица ведьмы больше видно не было из-за широких полей шляпы.

– Но хотя бы другое обещание…

– Да. В Вальпургиеву Ночь я буду ходатайствовать, чтобы каждая ведьма, которая участвовала в этой войне, получила Медаль– листок. Тогда ты станешь ветераном, владея Четырелистником. Поздравляю.

– Ахаха. Это прекрасная услуга.

Ведьма просто сияла. Медаль в форме листа была доказательством, что индивидуум посвятил себя своему роду на поле войны. Неважно, сколько ты участвовал в гражданской войне между Владыками Демонов, тебе не давали листок. Поскольку наша нынешняя ситуация стремилась перерасти в широкомасштабную войну с человечеством, это означило, что скоро обстоятельства могли так сложиться, что ведьме передо мной дали бы листок.

Так или иначе, люди низшего класса изначально не могли получать медали за исключением очень редких случаев. Вопреки этому, вот как они сделали сейчас, эти ведьмы могли как-то зарабатывать медали, постоянно повторяя предательство и обман. Каждый должен создавать свою честь сам, не полагаясь на других, и все же… Они были презренной группой.

Эта леди махнула рукой.

– Я больше не желаю тебя видеть. Убирайся.

– Мои извинения, что замарала глаза Вашего высочества.

Хумбаба завернулась в свой плащ и ушла. Так же, как было, когда она пришла, ее шаги были беззвучны и когда она уходила. Казалось, что она еще где-то в казармах из-за ее бесшумных шагов.

– …

Эта леди молча смотрела на карманные часы. Теперь проблема была в том, где я хотела использовать это убедительное доказательство. К сожалению, ясно, что это видео не принесет никакой особой пользы в том, чтобы остановить войну. На данный момент главной особой в пропагандировании войны была Барбатос. Даже если бы Данталиана обвинили, Барбатос не обратила бы на это внимания и начала войну. Однако, даже если это не могло остановить войну, тогда…

Мое беспокойство стало глубже вместе с ночью. Пока я думала о судьбе рожденных монархами, голова этой леди оцепенела. Я разделяла ответственность за провозглашение войны, и все же в ее ходе будут отняты только жизни солдат. Мое сердце колотилось от мысли, что независимо от того, что произошло, я останусь в живых.

Масштабная война.

По крайней мере, нужно предотвратить опустошительную войну …

Зима (часть 11)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

13.02.1506 год по Имперскому календарю

Равнины Йотунхейма, гарнизон Объединенных вооруженных сил Владык Демонов

– Я слышала, ты лично вытер начисто нескольких ведьм. Сумасшедший ублюдок! – говорила Барбатос.

Эти слова были выкрикнуты после того, как она резко ворвалась сюда посреди ночи.

Я положил свое самопищущее перо и вздохнул.

– Благодарю тебя, Лазурит. Теперь ты можешь идти.

– …

Лазурит, которая помогала мне всю ночь с документами, вышла, не промолвив ни слова. Хотя Лазурит была моей женщиной, я был мужчиной Барбатос, следовательно, Лазурит вела себя так, словно она была невидимая перед Барбатос, а Барбатос относилась к Лазурит так, словно ее там не было. Дистанция между Барбатос и Лазурит была слишком велика, чтобы они общались по той причине, что делят одного мужчину. Когда Лазурит вышла из палатки, я заговорил:

– Слухи распространяются довольно быстро.

– Я тут, чтобы похвалить тебя. Ты молодец, что сдержался. Один к десяти, уверена, что это происшествие – одна из схем той сучки Пеймон.

– Возможно. Поэтому я и вытерпел это.

– Поразительно – говорить, что вытерпишь, и на самом деле быть в состоянии вытерпеть. Если бы это была я, я бы ударила Ситри прямо в лицо. Данталиан, ты крутой.

Словно это было смешно, Барбатос закудахтала. Она принадлежала к тому типу людей, которые не говорят людям, почему они смеются, а я был ублюдком, которые не оставил это без внимания и спросил, что такого смешного.

– Что такого забавного? Давай посмеемся вместе.

– Ржачно, потому что прямой парень, который верит в ведьм, выглядит как тормоз. Эй, хочешь узнать кое-что занятное? Ты знаешь, что я постоянно расставляю агентов вокруг той сучки Пеймон, так? Она такая сучка, которая прикидывается чистой и скромной, в то время как сама, в конечном итоге, делает, что хочет,. Если я не расставлю вокруг нее наблюдателей, тогда ах, я не смогу чувствовать себя спокойно.

Барбатос ухмыльнулась.

– Что ж, у той сучки, наверно, есть свои агенты, рассаженные вокруг меня, но не это сейчас важно. Знаешь ли ты, кто только что пошел в палатку той сучки Пеймон?

– …

Я уставился на Барбатос. За исключением белых свечей на столе других источников света в палатке не было. Когда свеча дрожала, тень, покрывающая лицо Барбатос, тоже подрагивала. Не обращая внимание на это подрагивание, Барбатос зловеще улыбнулась. Я помотал головой.

– Это невозможно.

– Как невинно. Мило.

– … Хумбаба? Эуриэль?

– Кто знает? Я недостаточно хорошо знаю их имена. Я только знаю, что после ухода из палатки той сучки Пеймон она исчезла в твоем лагере.

– Дай мне доказательство.

Барбатос подняла средний палец.

– Ешь дерьмо, Данталиан. Я не буду давать доказательства такому, как ты. Веришь ты моим словам или нет, тебе придется решать это самому. Моя работа была выполнена в тот момент, когда я не закрыла глаза на это дело.

Сказав эти слова, Барбатос небрежно ушла. Прощания не последовало. Это было действительно в ее стиле не устраивать изощренное прощание, и просто импульсивно отбросить то, что она начала. Я стал такой несмелый, как дошколенок, который внезапно очутился перед бумагой для рисования, насильно данной ему по решению учителя. Как же мне разобраться с этим?

Предательство было общественным откликом, когда отдельно взятый контракт не выполнялся надлежащим образом. Однако я никогда не нарушал контракт между мной и ведьмами. И хотя я не сомневался, что предательство было банальным явлением в мире, я считал это подозрительным, потому что верил, что не может существовать предательства без причины. У меня внезапно мелькнула мысль. Не могло ли это быть сигналом?

Я молча вышел из палатки и направился к жилищу ведьм. Ведьмы поставили себе большую палатку и жили в ней все вместе. Мне было любопытно, контролировали ли они температуру с помощью магии, поскольку в их палатке было влажно, несмотря на метель на улице. Ведьмы дурачились между собой, переплетаясь телами. Даже увидев, что я вошел в палатку, ведьмы ничего не накинули на себя сверху.

– Блин, Хозяин? Что принесло вас сюда в эту ночь?

– Наш хозяин наконец истосковался по нашим свежим телам и пришел навестить нас, чтобы одарить своей Королевской Милостью~?

Ведьмы захихикали. Среди них было три или четыре, которые налегли телами одна на другую и лизали друг другу кожу. В воздухе царил сильный цветочный аромат. Это был запах декаданса. Аромат был такой насыщенный, что я не мог различить, то ли я дышал через нос, то ли меня с головой погрузили в экстракты. Небеса и земля со всех четырех сторон были погружены в зиму, от чего мир был белый, а ведьмы отдельно превратили это место в квартал красных фонарей.

Я прищелкнул языком.

– Кажется, это место не военный лагерь, а публичный дом. Должен ли я платить за вход?

– Конечно нет. Мы всегда рады нашему хозяину.

– Ц-ц-ц, вот бесстыдные создания…

Я сел там, где мне было удобно. Ведьма, на которую я внезапно сел, игриво взвизгнула.

– Инь и Ян должны соединяться вместе, чтобы создать союз, а вам, девочки, кажется, вполне отлично и так распутно играть с подобными вам бесстыдными подругами.

(Прим.пер.: Инь (женская энергия), распутный и бесстыдный – все начинается с одной буквы. Так что он обращается к ведьмам, и как к непристойным, и как к тем, которые ладят только с другими женщинами.)

– Эх. Почему это беспокоит нашего Хозяина, когда это не первый и не второй раз, что вы нас так увидели?

– Сделал ли что-то хозяин, чтобы дополнить нас, чтобы мы были бесстыдными, непристойно и грязно?

– Тихо. Вы, девушки, слишком дерзкие, раз вас даже не волнует смерть от меча на поле боя, вместо этого вы готовитесь сперва умереть от соития. А ну живо надели какое-то исподнее. Я должен обсудить с вами кое-что серьезное, поэтому пришел сюда к вам сам.

Ведьмы надули губы и накинули одежды на плечи. По правде сказать, это были наряды, которым больше подходило название полотен, чем одежды. Задние части их шей были открыты, а груди полностью обнажены. Учитывая, что они выставляют себя напоказ в моем присутствии, было ясно, что они пытались дразнить меня. Мне больше не хотелось их отчитывать, так что я оставил все как есть.

Ведьмы медленно натягивали одежды. Кажется, они думали, что если будут так делать, я превращусь в животное страсти и наброшусь на них. Видя их нелепое поведение, я фыркнул, и как только я сделал это, ведьмы заворчали с лицами, выражающими недовольство. Как бы то ни было, эти девицы не умели останавливаться.

Я посмотрел на Хумбабу, которая была главной среди ведьм.

– Есть ли какие-то неудобства жизни в лагере?

– Мы обеспечены едой и местом для сна, так какие могут быть неудобства.

– Я беспокоюсь, потому что вы привыкли, что вас повсеместно оскорбляют. Есть какие-то развязные ребята, которые плохо с вами обходятся или бьют вас?

– Да. Люди, которые оскорбляют нас, это обычно аристократы, но, как Ваша Светлость знает, в нашем лагере нет аристократов, а даже если и есть, тут присутствуют только низшие аристократы, от которых разит мочой на семейном древе…

Выражения лиц ведьм постепенно стали мрачнее.

Причины, чтобы их господин приходил к ним с визитом после полуночи просто чтобы спросить их об их благополучии, не было. В беседе была последовательность, так что сначала нужно было подготовить почву. Между тем, как основа разговора была положена, ведьмы забеспокоились, что за разговор последует за этим. Как только я замолчал, в палатке стало тихо. Внутри все еще было влажно, но это было уже не то приятное тепло, а лишь обычная духота. Я заговорил.

– Я слышал, что вы, девушки, меня предали. Почему вы это сделали?

– …

– Я не хочу уклоняться в сторону предосудительности вас всех и полученной информации. Скажите мне причину, которая стоит за предательством.

Над палаткой слышалось уханье совы. Ведьмовская палатка была тонкая, так что звук совы послышался рядом. Ведьмам запрещалось одевать или использовать выделанную кожу животных. Таков был закон в мире демонов. Палатка была полностью сделана из ткани. Как только уханье совы затихло, заговорила Хумбаба:

– Ваша покорная слуга искупит свою вину за преступление смертью.

– Я спросил о причине предательства. Разве не должен я знать перед тем, как решать, приму я извинение или нет? Если бы ты умерла сама, в этом не было бы смысла.

– Мы жаждали денег.

– Денег? Если вы желали денег, вы могли бы попросить меня, разве нет? Вы все должны хорошо знать, что у меня столько денег, что с этим почти невозможно управиться.

– Поскольку нет ничего более ужасного, чем свободные деньги, это также противоречит нам. Пожалуй, работа шпиона более целесообразная и чистая.

– Ох, вот идиотки.

Я приложил руку ко лбу. У меня начали болеть мозги.

Я понял, что поскольку эти ведьмы всю свою жизнь были презираемы другими расами, единственное, чему они могли доверять, были деньги. Люди не считали, что нарушение обещания, данного особам низкого сословия, позорно. Пока речь не шла о деловых отношениях, предательство простолюдинам было предопределено судьбой. Видеть, что эти девушки использовали свою судьбу как оправдание, было тяжело.

– И? Вы получили деньги?

– Нет. Мы получили только половину обещанной суммы.

– Что?.. После того, как вы предали меня, половину вашей суммы присвоили?

Я был ошеломлен.

– Боже мой. Я знал, что вы идиотки, но не думал, что вы еще и простофили. Если вы собираетесь заколоть кого-то в спину, сделайте это как полагается. Так что же вы делаете?

– Мы слышали, что мисс Пеймон добра с обычными простолюдинами, так что у нас была небольшая надежда. Но оказалось, что она не такая добрая, как говорят слухи. Ахахаха.

– Вы смеетесь? Разве сейчас уместно смеяться?

Плечи ведьм тряслись.

Я добивался от них ответов, чтобы узнать, какую информацию они продали. "Нет, ничего серьезного. Правда, ничего", а преступление, в котором призналась Хумбаба, в конечном итоге относилось к категории чего-то серьезного. Услышав правду, что они передали все о процессе спасения Фарнезе и приказе устроить резню Пеймон, я схватился за затылок. Когда я спросил их, сколько денег они должны были получить, они ответили, что 3000 золотых. Поскольку половину из этого они потеряли, то они едва смогли получить 1500 золотых, продав меня.

Как возмутительно.

Мне попалась на глаза накидка, которая висела на бельевой веревке в палатке. Это была черная накидка, которую я подарил Хумбабе вчера. Никаких грязных пятен больше не было, и накидка сохла, что заставило меня удивиться, стирали ли они ее снегом на улице. Кажись, у ведьм искренность стирки куска ткани, который я подарил им, и бездумный акт предательства меня ради денег легко сосуществовали вместе.

Веселье сошло с лиц ведьм. Я впервые увидел ведьм с бесстрастными лицами. Для них это совершенно не казалось нелепым. Предполагалось, что люди, которые всегда улыбались, были тем, у кого есть причина постоянно улыбаться, но сам факт, что они были вынуждены постоянно смеяться, для них не был таким уж смешным. Вот в чем была причина.

Зима (часть 12, заключительная)

Я заговорил, словно вздыхал.

– Девушки, политика вам не идет. Владыки Демонов и я сейчас действуем кулуарно*. И если группа таких чистых девушек, как вы, попробовала бы втиснуться туда, это только нанесло бы вам сильный вред. Поскольку вы все пошли против военного порядка, вы должны понести наказание.

– …

– Принесите разделочную доску. Я отрежу у каждой из вас по пальцу.

Один за одним, своим кинжалом я отрезал у ведьм пальцы. Это был тот же кинжал, который я использовал, чтобы совершить убийство, когда попал в этот мир, клинок, забравший жизнь Андромалиуса.

Когда безымянные пальцы на их левых руках были отрезаны, кажется, ведьмы не ощущали какой-то особой боли. Ощущения боли и разума, который должен был бы упасть вместе с их безымянными пальцами, в ведьмах не было. Отрезая их пальцы, я говорил:

– Поскольку у вас длинная жизнь, однажды вы встретите своего спутника жизни. Даже если этот спутник жизни признается вам в любви и сделает предложение, теперь у вас больше нет пальца, на который одевают кольцо. Вы навсегда покалечены. Покайтесь в пепле и пыли за глупость, что вы не ценили узы и опрометчиво предали их. Вы поймете это чувство, когда встретите того, кого полюбите.

– … Хозяин.

– Найдите меня засветло. Я отдам вам остальное золото, которое вы не смогли получить.

Я вытер кинжал краем моего плаща и оставил помещение. Когда я вернулся в свою собственную палатку, Лазурит готовила постель. Каким-то образом Лазурит подслушала разговор между мной и ведьмами, так что она знала все.

– 5 баллов. Наказание было чрезвычайно слабым. Было бы лучше убить их.

– Они поймались сознательно.

– Прошу прощения?

Я поднял бутылку с алкоголем и выпил прямо из нее.

– Разве ведьмы, которые прожили более 200 лет, так наивны? Они точно знают, что Барбатос близка со мной, так что если бы они шпионили, то им бы пришлось вести себя более осторожно. Несмотря на это разве они не ходили туда и обратно между моим лагерем и лагерем Пеймон без какой-либо маскировки?

Лазурит подперла подбородок рукой.

– Ваше Высочество говорите, что ведьмы намеренно предали Ваше Высочество, чтобы их поймали? Ваша покорная слуга не понимает. Какую выгоду они могли от этого получить?

– Это проверка. Они проверяли, действительно ли я хороший человек, от которого можно зависеть, или нет.

– Проверка…

– Наверно, они забеспокоились, поскольку я постоянно относился к ним с добротой. Они хотели верить и посвятить свою преданность мне, но они были не в состоянии сделать это, потому что не были уверены, буду я дорожить ими или нет. Поэтому они проверяли меня. В случае необходимости они могли лелеять идею о том, что прыгнут на корабль и присоединятся к стороне Пеймон…

Кажется, услышав мои слова, Лазурит еще сомневалась.

С приходом рассвета пришли и ведьмы. Поскольку им не хватало смелости зайти в мое жилище, ведьмы стали на колени на снегу на улице. Как только я вышел из палатки, 11 сестер склонили свои нагие тела на снегу. На них не было одежды.

На чистых белых спинах ведьм остались неизменные шрамы. Следы от плетей, следы от ожогов от прошлых пыток, и раны, которые были исцелены, потом нанесены вновь, пока шрамы не остались нетронутыми, обвивали их тела. У всех ведьм, на которых не было ничего из одежды, на шее висело ожерелье, а в ожерелье висело по указательному пальцу, которые я отрезал.

Хумбаба склонила голову до земли.

– Мы, сестры Бирбир, рожденные без дома, воспитанные в темных переулках городов и деревень, и те, которые проводили наши жизни в качестве наемников десятилетиями и столетиями, теперь желаем забыть наше прошлое и обрести ценность в нашей жизни исключительно как сторонники Владыки Демонов Данталиана. Наши сердца, наши головы, наши души всегда будут частью достояния Вашего Высочества. Однако, Ваше Высочество, просим вас позаботиться о наших потерянных сердцах, головах и душах.

Клятва на верность.

Когда дворяне клянутся в верности, они посвящают свои сердца, мещане посвящают свои сердца и головы, а простолюдины посвящают все вплоть до своих душ.

Я вынес все накидки, которыми владел, и надел их на каждую из них. Ведьмы без устали поправляли свои черные мантии.

Я прислонился лбом ко лбу Хумбабы.

– Клянусь, что я, Данталиан, никогда не отвечу тишиной на совет и никогда не отвечу насмешкой на предложение. Если вы поклянетесь потеть и проливать кровь ради меня, тогда я отплачу вам точным весом за каждую каплю пота и крови.

[Сестры Бирбир завербованы в качестве подчиненных.]

[Уровень верности появится в статусах ведьм.]

[Полная и непоколебимая преданность. Другая сторона считает вас своим единственным господином. Они не предадут вас, пока вы первым не предадите их.]

Принятие этих девушек было тем же самым, что и признание, что даже у ведьм были души.

Ведьмы рыдали в снегу. Это были слезы, пролитые не ради меня, а ради них самих. Они долго сидели на коленях под падающим снегом. Я смел рукой снег, нападавший им на головы.

В этот день было принято окончательное решение касательно стратегии Объединенных вооруженных сил Владык Демонов.

Первая армия. Барбатос, 8-й ранг

Продвигается вперед с Равнинной фракцией вместе с 21 000 солдат под ее командованием.

Вторая армия, Марбас, 5-й ранг.

Продвигается вперед с Нейтральной фракцией вместе с 15 000 солдат под его командованием

Третья армия, Пеймон, 9-й ранг

Продвигается вперед с Горной фракцией вместе с 13 000 солдат под ее командованием.

Хоть на бумаге численность войск достигла до шести армий, были лишь указанные армии. Великий Владыка Демонов Баал 1-го ранга командовал Шестой армией, но Баал никого не привел на нашу встречу. Было примерно еще 30 таких же Владык Демонов. Другими словами, это была вся наша армия.

Величие Объединенных вооруженных сил Владык Демонов, которые когда-то командовали огромной армией в 100 000 солдат на равнинах, уменьшилось. И хотя никто этого бы не признал, все уже знали. Эра Владык Демонов закончилась.

Человечество медленно делало успехи на пути к централизованной авторитарной власти, и в эту эру, когда на ее основе возводились королевства и империи, демонами все еще управляли поселения и кланы. Демоны указывали на людей и смотрели на них свысока, говоря о них как об укрощенном скоте, однако в реальности все было как раз наоборот. Демоны были ничтожными чудовищами, которых нельзя было даже укротить.

Настали темные времена. Большая часть континента была занята людьми. Демоны могли или перечахнуть, окруженные людьми, или же вверить свои тела безнадежной последней войне. В любом случае это было самоубийство.

Пеймон, которая считала, что мы должны сжаться в кучу, поскольку надежды выиграть войну не было, или Барбатос, которая заявляла, что не будет шанса выжить, если мы будем покорными, потому война должна быть проведена. Они были не более чем пионеры, которые учуяли запах уничтожения и впали в отчаяние.

Барбатос, которая болела за отправку войск, заявляя, что это была бесценная возможность, дарованная нам небесами, поскольку людей выкашивала Черная Смерть, которая распространялась по континенту. Или Пеймон, которая предупреждала всех, что не будет конца войне, начатой с верой не в силу нашей армии, а в слабость врагов, так что как только война начнется, вспять все не повернуть.

В эру, лишенную ясности, Барбатос поднимала вопрос о предназначении монарха, который должен был вести своих подданных, а Пеймон обсуждала судьбу монарха, который должен был погибнуть вместе со своими подданными. Даже если бы они последовали за своим предназначением или приняли свою судьбу, растрачены должны были быть жизни людей. Было ли лучше предлагать чью-то жизнь чьему-то заданию или растрачивать чью-то жизнь, следуя чьей-то судьбе, ни Барбатос, ни Пеймон не могли ответить на тот вопрос. Это был вопрос, на который нет ответа. Чтобы найти путь, на котором был ответ, Владыки Демонов проживали жизни, соответствующие их путям.

Барбатос пошла на юг. В южной области земля была плоская и необозримая. Там было легко и вести армию, и перевозить провиант. И там было легко вести сражения. Кажется, Барбатос искала свой путь на бесконечно простирающемся горизонте. Однако Барбатос скорее всего не знала, что ждет ее за горизонтом. Она была не монархом, который задавался вопросом о конце, а монархом, который просто шел по пути.

Пеймон пошла на запад. На западе была горная местность, полная опасностей. Трудно было и вести армию, и перевозить провиант. Казалось, что Пеймон собиралась искать свой путь, когда выберется из расчлененного горного хребта. Однако было ясно, что после того, как Пеймон выйдет из гор, она не будет знать, в каком направлении идти. Она была монархом, который искал конец пути, но потерялся по пути.

А я пошел наискосок между югом и западом.

Юго-западный маршрут был легкий и трудный для прохождения. Это была местность, где один горный кряж спускался вниз, а другой брал свое начало. Путь проходил между местом, где начинались и заканчивались. Как только пройдешь через узкий проход, немедленно окажешься в сердце человеческой империи. Это был короткий путь.

Даже люди хорошо знали о краткости этого пути. Люди построили крепости в проходе между горами. Крепости преграждали восходящий путь на двух уровнях. Если кто-то планировал пройти через горный проход, который находился не на равнине, и не в горах, то ему пришлось бы пройти через 2 крепости. Это был короткий, но трудный путь. Однако, было ясно, что лежало за горным проходом, и куда следовало после него идти.

Встреча закончилась. Было уже за полночь, когда я покинул палатку

Снежные поля пронзал прозрачный лунный свет. Ночное небо и снежные поля, словно сумерки, охватывали лунные лучи и освещали далекие горы. Горы были в конце поля.

Я старался осознать, почему Ганнибал смотрел на Альпы и пытался найти путь в местности, которая путем не была. Проход закончится в конце гор и в будущем после него начнется другой путь. По всей видимости, Ганнибал видел это как конец эры и начало нового века.

– Ваше высочество.

– Господин.

– Хозяин.

Лазурит, Фарнезе и ведьмы подошли ко мне сбоку. Видя, что я не отвечаю на их зов, они проследили за моим взглядом и уставились в ночное небо. Глаза девушек, рожденных и воспитанных в темном месте, были хорошо адаптированы к ночи и могли видеть далеко. Для нас ночь была уютнее и спокойнее, чем утро. Наконец ведьмы стали на колени, Фарнезе поклонилась, а Лазурит склонила голову.

Затем Лазурит спросила:

– Ваше Высочество, куда мы идем?

Смотря на горы, я промолвил:

– На Империю.

Горная цепь в огне (часть 1)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

25.02.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, окрестности Черной Крепости

Несколько дней был очень сильный туман. Солдаты боялись продвигаться вперед по месту, где ничего нельзя было увидеть. Боги не позволяют нам пройти… такие слова произносились шепотом. Мы распаковали наше добро возле горной цепи. Лазурит сказала:

– Ваше Высочество. Это место – известная святыня и мистическая гора в мире демонов, так что было бы уместно совершить здесь ритуал в честь предков перед Богами.

– Действительно ли будет правильно проводить службу в память об умерших посреди войны?

– Есть много солдат, которые вверяют свою жизнь Богам. Утешьте тела и разумы солдат, Ваше Высочество.

– Разумы, да…? – Я почесал лоб. – Это хлопотно, поскольку кажется, это может стать ненужными условностями. Пропустите церемонию и только поставьте еду для ритуалов в честь предков. Не собирайте войска в одном месте и не слишком их упорядочивайте. Вместо этого будьте внимательны и позвольте солдатам возносить молитвы, где они пожелают. Сообщите солдатам, что поскольку в мои намерения входит проявление уважения к Богам, я не буду повиноваться им. Если они разумом зависят от Богов, тогда в то время, когда они будут не в состоянии видеть так называемых Богов, разум их поникнет.

– Ваша покорная слуга передаст приказ Вашего Высочества мисс Фарнезе и оттуда он разойдется к командирам.

Лазурит быстро разобралась с делом. Кажется, она позаботилась о приготовлениях к ритуалам в честь предков еще до того, как мы отправились в поход.

Солдаты отваривали на пару белые соевые бобы, перемалывали их и делали из этого суп. Потом они доставали пшеницу и превращали ее в лапшу. Они делали охлажденный суп на соевом молоке с лапшой. Демоны верили, что если они будут употреблять суп на белом соевом молоке с лапшой во время проведения ритуала в честь предков, тогда их внутренности станут чистыми, а дух очистится. Чем менее соленая была еда на вкус, тем лучше она подходила для поминальных церемоний. Солдаты ели соевый суп с лапшой и молились Богам. Следуя за нами, коробейники и проститутки сделали свою лапшу. Я попробовал из миски, преподнесенной мне, – на вкус суп был приятен. Слуга покрошил огурец и положил немного на лапшу, что заставило меня удивиться, где же они могли приобрести огурцы в зимнее время. Слуги считали, что само то, что они достали огурцы и предложили их мне, выражало их искренность, так что они весьма гордились собой. "Характер местности таков, что тут еще есть огурцы"… вот что сказали слуги, лучезарно улыбаясь. Суп на соевом молоке с лапшой был прост и чист. Я чувствовал, будто мои внутренние органы очищаются. Впервые в жизни я испытал готовность исполнять ритуалы в честь предков, чего не испытывал раньше в этом мире.

– На этом богослужение закончено?

Лазурит ответила:

– Было бы лучше поймать белую лошадь с хорошей родословной и слить ее кровь, а затем вскипятить сгустки этой крови для употребления. Однако, поскольку в качестве нашей кавалерии в войне участвуют кентавры, мы не можем принести в жертву лошадь.

– Гм.

Кентавры были демонами, у которых верхняя часть тела была от человека, а нижняя – от лошади. Будучи расой демонов с красивыми лицами, их инструмент в нижней части тела при этом был по размеру такой же, как у лошадей, так что, честно говоря, они были словно раса читеров. Если бы мы поймали и слили кровь с животного, у которого пенис выглядит так же, как у них, тогда, конечно, кентавры испытывали бы отвращение к этой идее.

– Я вижу, ты весьма предупредительна, Лазурит.

– Так же можно вскипятить сгустки собачьей крови вместо лошадиной. Ваше Высочество, быть может, будет лучше поймать охотничьих собак?

– Отлично. Хотя, в отличие от утиной крови, сгустки собачьей крови скорее всего будут совсем скверные на вкус. А вот этот охлажденный суп на соевом молоке с лапшой освежает. Давай позже поедим это снова.

– Если мы разграбим человеческие деревни, то сможем получить столько соевых бобов, сколько захотим. Если Ваше Высочество так желает, то Ваша покорная слуга приготовит это блюдо для Вашего Высочества, даже если это будет не во время ритуала в честь предков.

– Ты ужасно готовишь, так что это неискреннее выражение преданности…

– Разве кто-то может готовить так же отвратительно, как Ваше Высочество?

– Что, как ты можешь называть отвратительным?

И хотя эти слова необязательно были ошибочны, все же все зашло слишком далеко. Кажется, Лазурит тоже подумала, что ее комментарий был резковат, и исправила свои слова.

– Это была обмолвка. Ваша покорная слуга приносит свои извинения. Еда, приготовленная Вашим Высочеством, не отвратительная, а скорее непитательная.

– Если ты говоришь это как комплимент, тогда ты тоже та еще тайна.

Моя любимая действительно своеобразная женщина.

Соответственно, у Фарнезе так же не было никаких способностей к готовке.

Все мы выросли, употребляя еду, приготовленную другими, или еду, которую мы подбирали, что нельзя было назвать приготовленным, так что владыка и его вассалы все были достойны жалости. Как ребята, которые никогда в жизни не готовили себе приличную еду, могли продвигаться вперед, стараясь попасть на войну, было загадкой. И эти жалкие ребята, собираясь вместе, обсуждали военные операции.

Командиры обсуждали трудности осады.

— Ваше Высочество. Черная и Белая крепости – неприступные цитадели, в которые за последние 1000 лет вторгались всего 6 раз. Более того, разве генерал, который защищает этот оплот, не человек из Дома Розенбергов? В том Доме прекрасные командующие из поколения в поколение.

— Был также случай, когда крепость не пала, несмотря на мобилизацию 40 000 войск, а наша нынешняя военная мощь всего 4 000. Осада будет чрезвычайно трудной.

Я вытянул свою трубку и немного ее прикусил.

– Вы думаете, что я пришел сюда, не отдавая себе отчета в трудности этого пути? Разве ворота замка открылись бы, если бы мы получили еще один урок истории после того, как зашли так далеко? Отложите в сторону то, что нет необходимости говорить. Я хочу услышать ваши военные хитрости. Даже если ваши высказывания будут глупыми, я не буду наказывать вас по военному закону, так что не волнуйтесь. Однако помните, что поддерживать вас в рабочем состоянии намного важнее, чем вы думаете. Вы должны быть более находчивы в своих стратегиях, чем глупый лесоруб. Если же нет, тогда, что ж… из ваших глоток потечет кровь.

Командиры сглотнули.

— Что ж, хорошо. Хоть враг полагается на неровный горный рельеф, из-за этого рельефа им будет трудно получать провиант. Было бы хорошо, чтобы наши войска удерживали позиции на этом широком поле и отдыхали, но вражеские солдаты будут вынуждены ходить в дозор, более того, стены высокие, да и будет так холодно…

Я сплюнул на пол.

– О? Ты говорите, что мы должны терпеливо ждать, пока у врага закончится провизия? Весьма чудесная стратегия и восхитительная тактика. От возможности приветствовать такого стойкого командующего как ты у меня внутри все дрожит. Подойди сюда.

Я пальцем показал ему приблизиться. Следуя моим указанием, командир пал ниц. Я поставил голую ногу на спину командира и грозно заявил:

– До конца этого собрания будешь моей подставкой для ног.

Командир-дварф был на грани слез.

— Королевская милость Вашего Высочества неизмерима…

Поскольку взрослый дварф шмыгал носом, то не было ничего столь безобразного, как звуки этого скулежа. Оставшиеся командиры не смели рассмеяться, потому у них искривились лишь уголки их ртов. Я посмотрел на командиров.

– Слушайте внимательно. Хотя вражеская крепость и располагается на гористой неровной поверхности, их задний вход широко открыт. Их задние ворота сообщаются с Белой Крепостью, а Белая Крепость сообщается с Империей, потому нет никаких шансов на то, что их путь снабжения будет отрезан. Я понимаю, что вы неохотно думаете про осаду, но используйте немного мозги, ваши мозги.

Командиры переглянулись.

— Как на счет того, чтобы сделать ведьм отдельным подразделением и нападать на пути снабжения. Скорее всего, это будет эффективная атака.

— Хотя число наших пехотинцев и кавалерии не более 4 000, у нас 50 ведьм. Обычно в армии, численность которой достигла 30 000 солдат, примерно 50 ведьм, так что нас, возможно, мало числом, но все же мы значительная сила. Прошу вас активно использовать ведьм. Если наши войска перегородят парадные ворота, в то время как ведьмы отрежут задний путь, вражеские силы в цитадели никуда не смогут двинуться и их боевой дух упадет.

Я был восхищен.

– Так прекрасно видеть ребят, которые выдают себя за солдат, а все свои обязанности перекладывают на ведьм. Мне стоило использовать деньги, которые я потратил на то, чтобы нанять вас, парни, чтобы приобрести вместо этого больше ведьм. Похоже, в конце я совершил глупость. В ваших словах нет полного отсутствия логики. Однако разве вы думаете, что в цитадели, известной как передовая, защищающая человечество, в резерве нет никаких припасов? Неважно, сколь малы могут быть припасы внутри той крепости, их должно быть достаточно, чтобы 2 месяца кормить войска; так что мы будем делать в течение этого времени? За 2 месяца, враг легко может собрать дополнительные войска в тылу, однако у нас нет никакого подкрепления, так что же мы можем сделать? Судя по всему, кажется, что и у вас в головах нет мозгов, так что же мы можем с этим сделать?

Я подозвал их кивком.

– Подойдите сюда.

Командиры приблизились. Два командира легли друг на друга как гамбургер. Используя этих идиотов в качестве стула, я сел на них сверху. Командиры стонали и терпели ощущение моего сексуального зада.

– Если у вас нет лучших планов, тогда просто станьте на колени. По крайней мере я признаю достоинство тех, кто честно преклонил колени.

Бух

Весь командный состав, который собрался в палатке, сразу же склонился.

Разве эти парни не подозрительные?

Только Фарнезе осталась с прямой спиной. Даже во время собрания у Фарнезе была открыта книга. Пальцы, вцепившиеся в обложку книги, овевал холодный ветер, потому они покраснели.

– …

Каждый раз, когда она холодными руками переворачивала страницу, воздух вокруг палатки резало шелестом бумаги. Мы с командирами смотрели, как Фарнезе переворачивает страницу одну за другой. Фарнезе сказала прямо.

– Просто ворвемся. В Черной крепости нет вражеских войск.

Командиры с сомнением посмотрели друг на друга. Я спросил:

– Почему же никто не защищает цитадель?

– Маркграф Розенберг – трус. Поскольку кажется, что защитить обе будет невозможно, он попытается отстоять хотя бы вторую половину. Это судьба старого генерала. По всей видимости, у генерала нет военной мощи, чтобы защитить и Черную, и Белую крепости. Он хотел бы удержать Белую крепость любой ценой…

Фарнезе зевнула. Ее слова были бесстрастны, они были похоже на то, как она переворачивала страницы книги, и произнести их было так же легко, как и перевернуть страницу. Я думал о ребенке, который не мог научиться, как говорить, от людей, и у него не было другого выбора кроме как учиться из книг. Я промолвил:

– Что позволило тебе сказать, что военные силы, которые маркграф привел сюда, ничтожны?

– Есть несколько причин. Эти причины сливаются в одну. Скорее всего, маркграф желает отомстить Вашему Высочеству, полагаясь только на свои силы. Глупый парень.

Фарнезе сухо выдохнула. В предыдущем сражении, после нашего обмана, войска маркграфа были полностью вырезаны. Фарнезе говорила о мести, которая ослепила его от этого.

– Есть также и политическая причина. Маркграф – отправная точка этой войны. Атаковав Ваше Высочество, он предоставил демонам оправдание для начала войны. Люди, которых поглотила эта внезапная битва, скорее всего презирают маркграфа…

– Значит, уборка после собственного беспредела.

– Наверно, маркграф именно так и думает, так что он должен испытывать на себе давление.

Я кивнул.

Маркграф Розенберг был верховным главнокомандующим северного региона Империи. Несмотря на это что же маркграф делал? Он пришел в это место, чтобы преградить путь мне, Данталиану, который вел армию, едва достигавшую 4 000 солдат. И в то же время Принцесса Империи Элизабет отправилась навстречу Барбатос и Марбасу. Роли поменялись.

Был только один вывод. Хотя маркграф Розенберг был верховным главнокомандующим, его положение был под угрозой. Дворяне не следовали за ним с легкостью, поскольку относились к нему с презрением. Могли быть и жалобы от людей, в которых задавался вопрос, как виновник начала этой войны мог бывать повсюду и вести себя как генерал.

Вот в чем причина. Вот почему маркграф тут. Чтобы отомстить мне и восстановить его запятнанную репутацию. Глупый парень… слова, которые пробормотала Фарнезе, были верны. Джордж фон Розенберг был глупцом.

– Поэтому, Господин, расслабьтесь и поспешите прямо внутрь. По всей видимости, маркграф желает затянуть нас как можно глубже. Маркграф нацелен на крайние меры, даря нам Черную крепость и заманивая прямо к Белой Крепости.

– И вы собираетесь повестись на этот план, генерал?

– Самая глупая рыба съедает наживку и ловится на крючок. Не столь глупая рыба смотрит на наживку и уплывает прочь. А мудрая рыба съедает только наживку, избегая крючка, и свободно исчезает.

Бух

Фарнезе закрыла книгу, которую она читала. Она посмотрела на меня.

– Однако эта молодая леди не рыба, а одинокая акула. Я затяну сюда маркграфа, нацеплю его на крючок и разорву на кусочки. Господин, доверьте свою жизнь этой молодой леди. Эта молодая леди преподнесет Вашей светлости жизни тысяч.

Я кивнул.

– Поступай, как знаешь.

– Эта молодая леди выполнит это задание только ради Вашей Светлости.

Первый камень был положен на доску для игры в го.

Горная цепь в огне (часть 2)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

25.02.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, Белая Крепость

– Срочное донесение из Черной крепости! Цитадель захватили!

Зал совещаний замер из-за донесения гонца.

Командиры взволнованно смотрели друг на друга. Только я молча смотрел на доску для игры в го. Поскольку падение Черной крепости было делом очевидным, у меня не было причин паниковать. Я побранил их в насмешливо-серьезной манере.

– Эй, куда же это пропал мой противник по го?

– Ах. Да, генерал.

Командир снова поднял свой камень. Как ни крути, острого вкуса не было. Поэтому молодежь в наши дни… Разве они не умели сохранять свое душевное равновесие?

От начала до конца я тягал командира за собой. Черные и белые камни были беспорядочно смешаны. Результатом этого было его поражение с большим отрывом. Одержав поразительную победу, я сказал:

– Кажется, вы проиграли, потому что запаниковали, и вы расстроены, поскольку вы проиграли.

– Да…

– Не удивляйтесь, господа. В Черной крепости было расположено самое большее 200 гвардейцев. Разве это не падение того, чему уже было предрешено пасть? Разве вы не одерживаете победу, избавляясь от камня, которым необходимо пожертвовать. Если вы попытаетесь защитить все, то наоборот потеряете это. Это одинаково и в войне, и в го. Помните про это.

– Есть, генерал.

Командиры склонили головы. Сам вид их со склоненными головами был покорным. Как раздражает. Этим юнцам все еще не хватало большей напористости. В прошлом я побеждал командующих и… нет, погодите. Наверно, я теперь стар? Разве я стал упрямым стариком, который показывает свое недовольство по отношению ко всему вокруг себя? Вполне может быть. У меня начали проявляться очень смешанные эмоции. С возрастом становишься бесчувственным, да? Мне стоит скорее умереть… Но это произойдет только после того, когда я убью Владыку Демонов Данталиана.

– Гонец. Каково было число врагов? Каким образом Владыка Демонов Данталиан захватил Черную крепость? Расскажи мне все, что знаешь.

– Генерал, ничего не было видно. Неизвестно ничего, кроме того, что была чрезвычайно густая снежная пелена. Казалось, у врагов было 2 000 солдат, но также казалось и что у их 4 000. Однако, скорее всего их было не 1 000 и не 5 000. Как бы там ни было, из-за пелены действительно трудно быть в чем-то уверенным. Конечно, слова о вторжении врага так же сомнительны, поскольку ваш покорный слуга не видел это лично.

Я ошалело пробормотал:

– Не знаю, кто выбрал тебя гонцом, но ты просто бесподобен.

Словно чувствуя себя должным, гонец склонил голову.

– Весьма вам благодарен. Я впервые получаю такой комплимент.

– Говори честно. Услышав, что ты ничего не смог увидеть, я стал сомневаться, а не убежал ли ты в действительности, как только началось сражение. Ты скрылся?

– У вашего покорного слуги дома старая мать, о которой я забочусь сам, потому я почувствовал, что не должен умирать бездумно.

– Забрать его и выпороть.

Солдаты схватили гонца и ушли. Тот кричал: «Генерал, генерал…!», но, конечно, я не обращал на него никакого внимания. Во время второй партии в го против командира вбежал еще один гонец и пал ниц:

– Срочное донесение из Черной крепости! Цитадель захватили!

– Я уже знаю. Их число и способ, каким захватили крепость, расскажи мне все, что ты знаешь.

Курьер стал легко преувеличивать.

– Да. Вражеские силы были такие ужасающие, как возрождение древнего демона. Армия, появившаяся сквозь снежный туман, состояла целиком из троллей и огров, от чего складывалось впечатление, что к нам приближаются гиганты. В то время как солдаты с нашей стороны обезумели от страха, на нас налетел дракон и дохнул огнем. И хотя наши силы отчаянно сражались, наша военная мощь была в слишком невыгодном положении, так что они даже мгновение не смогли продержаться и были побеждены.

Услышав слова гонца, командиры зашептались между собой.

– Если это правда, то нам тоже нужно отступать.

– Даже если мы ретируемся, дракон нас поймает и превратит в мясо на гриле, так что нам следует просто сидеть тут и умирать.

– Это больше похоже на мистический сценарий, чем на ужасающий, и это скорее фальшивый сценарий, чем мистический.

– …

У меня раскалывалась голова.

– …Идиот. Излагай правду. Ты говоришь все это прямо после того, как на самом деле увидел это, или ты болтаешь, увидев иллюзию? Драконы вымерли уже много веков назад, каким образом Владыка Демонов Данталиан мог привести сюда дракона?

Курьер наморщил брови.

– Честно говоря, когда на крепость напали, ваш покорный слуга дремал в бараках, так что даже я не уверен, было ли то, что я увидел, реальностью или иллюзией.

– Так ты сейчас толкуешь о своем сне в этом суровом военном деле? И ты даже предъявляешь этот сон как твое донесение?

– Поскольку ваш покорный слуга верит, что это правда, ваш покорный слуга, не думает, что это галлюцинация. Соответственно, разве не вера человека во что-то формирует мир человека? Потому что я верю, что видел дракона, значит, дракон должен существовать.

– Вот человек! Значит, если бы я считал, что тебе вскоре суждено умереть, тогда, предполагаю, ты действительно скоро умрешь.

– Э… – склонил голову набок курьер, – хоть это кажется правильным с логической точки зрения, но что-то, кажется, не то.

– Что-то не то с твоей головой, – рявкнул я, – пусть кто-то заберет этого глупца и накажет его.

Солдаты подняли гонца и потянули прочь. В отдалении было слышно, как кого-то бьют. Пока я концентрировался на доске для игры в го и ставил камень, вбежал третий гонец. Гонец опустился на колени, как только вошел в зал совещаний.

– Генерал!

– … У меня не будет никаких ожиданий, потому просто говори, что хочешь. Правда, было бы лучше не говорить ничего, чем говорить то, что тебе хочется.

– Генерал!..

От начала до конца курьер кричал.

– Черная крепость пала, захваченная мерзкими демонами из вражеских сил! Наши войска уменьшили количество стражей, потому что думали, что враг не будет нападать из-за тумана, но они целились именно в эту беспечность! Вражеские силы выставили чуть больше 20 ведьм спереди и обстреливали наши стены, а пока наши солдаты бегали в замешательстве, вражеские силы взобрались по стенам. Несколько наших людей сражались, но большинство сбежало. Более того, среди тех, кто скрылся, большинство было не в состоянии исчезнуть совсем, и они были пойманы. Генерал! Вражеская пехота состояла исключительно из дварфов и их число было примерно от 3 000 до 4 000 солдат, но их боевой дух казался очень высоким, и они все были хорошо обмундированы!

Только закончив донесение, гонец склонил голову. Это было воистину безупречное движение. Командиры снизили тон и тихо переговаривались.

– … Странно. Парень четко сделал надлежащее донесение, но почему-то оно звучит как ложь.

– Так называемый Закон Шепарда. Если двое первых лгут, то неважно, насколько искренне третий говорит правду, это будет казаться ложью. Поэтому, хотя и важно для человека быть искренним, но он также должен быть первым или хотя бы вторым. Это также важно.

– Я никогда не слышал о законе с таким названием за всю свою жизнь. Вы уверены, что это не закон, который вы случайно выдумали?

– Эй, не обижайте невинного человека…

Эти парни, я сказал им не паниковать и ослабить напряжение, но, кажется, они полностью лишились голов.

Я вздохнул и заговорил.

– Господа, слушайте внимательно. Согласно донесениям наших лазутчиков, вражеская армия насчитывает примерно от 3 000 до 4 000 солдат. Это место – абсолютно не то, на что целятся Объединенные вооруженные силы Владык Демонов. Их цель – отвлечь наше внимание подразделением для особого наступления. Не беспокойтесь и не позволяйте ослепить себя.

– Есть, генерал.

Командиры вежливо склонили головы. Я продолжал:

– Господа, лично патрулируйте стены и подбадривайте наш военный персонал. Наши люди инертные из-за погоды, так что их руки, наверно, холодны. Часто меняйте их смены караула и пусть в казармах регулярно будет готова горячая вода.

Черную крепость захватили, но что с того? В стратегии, которую я запланировал, не было недостатков. Скорее даже наоборот, вполне разумно считать, что все шло гладко. Я размышлял, готовясь писать донесение.

Владыка Демонов Данталиан не минует Черную крепость и не пройдет дальше по горному проходу. В связи с этим их путь снабжения станет длиннее. Вдобавок к этому по обе стороны дороги буйно разросся лес. Оптимальное место, чтобы скрыть засаду. Если бы они попытались бездумно напасть, тогда скорее всего умирали бы именно люди со стороны Владыки Демонов Данталиана.

Этот горный проход был как доска для игры в го. Черная крепость была верхней стороной, Белая крепость – нижней, а весь горный проход простирался как лицевая сторона поля сражения. Одна линия оборонного вала цитадели дополнялась другой линией, и все же поле сражения расширялось вверх и вниз. Без сомнения, предки, которые возвели эти стены в этом месте, были весьма предусмотрительны.

… Беспокоился я не о фронте. Перед нами проблем не было.

Пожалуй, осложнения были позади нас. Будет ли Принцесса Империи Элизабет должным образом обеспечивать нам поставки или нет…

Его Величество Император назначил меня верховным главнокомандующим северных армий. Однако аристократы поклялись в верности Принцессе. Свидетельство о назначении, выданное Императором, не давало ни авторитета, ни величия. Это трагедия.

Принцесса считала меня помехой. Возможностей отложить поставки было более чем достаточно. Мне приходилось препятствовать продвижению Владыки Демонов впереди, и в то же время сдерживать Принцессу позади. Оказаться на войне, окруженным с обоих фронтов, как же я дошел до такого.

Я вспомнил слова, сказанные мне Принцессой.

— Сир Розенберг, не думаете ли вы, что большую часть бесед, которые мы провели, можно свести к более простым словам?

— Габсбурги оказывают доверие только раз.

– …

Образ Принцессы, которая снимает кожу с аллигатора, заполнил мои мысли. Капли холодного пота скатились по моему затылку. Беспечность с принцессой – это не вариант.

С этого момента и далее Принцесса скорее всего получит полный контроль над властью в Империи. Мысль о подчинении Принцессе с целью обеспечить средства к существованию и мысль об отказе кланяться Принцессе, поскольку мое тело уже присягнуло в верности Его Величеству Императору, сцепились во мне. Первое неукоснительно поддерживало средства к жизни, в то время как второе советовало исключительно верность. Глубокий тыл, который пристально смотрел на нас сзади, беспокоил меня больше, чем вражеские силы, которые приближались к нам спереди.

Наши великие предки возвели два ряда стен и подарили нам, людям, свободу, однако казалось, словно вся свобода в мире была свободой врага и свободой Принцессы Империи. Это так. В этом месте меня должны были похоронить. Прорвавшись через это место голым телом, я наконец мог бы уцелеть в моей жизни.

– Мм.

Я сглотнул. С болезненным ощущением, словно у меня что-то застряло в горле, я написал донесение.

"25-й день 2-го месяца. Вражеские силы захватили Черную крепость. Военная мощь примерно 3 000. Командующий – Владыка Демонов Данталиан. Наши силы размещены в Белой Крепости и идеально обеспечены. У нас в избытке провизии и достаточно оружия. Туман густой."

А потом, с намерением предупредить Принцессу, я добавил еще строчку.

"Горы безопасны."

… Хорошо. Даже Принцесса Империи должна бы это понять.

Передав донесение верховому курьеру, я посмотрел за окно. Владыка Демонов будет продвигаться вперед по горам, покрытым чистым белым снегом.

Иди, Данталиан. Иди скорее. Я отсеку твою голову и удовлетворю свою обиду.

Горная цепь в огне (часть 3)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

25.02.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, Черная Крепость

Наши силы заняли Черную крепость еще до первой трапезы. Фарнезе была права. В цитадели почти не было войск.

Там едва было 200 человек. Большинство из них пойманы в плен. Заявляя, что это было слишком скучно, Хумбаба жаловалась:

– Тс... Я думала, мы сможем понюхать крови после такого длительного времени, а мы вернулись с пустыми руками. Почему эти сраные люди сдались, почти не сражаясь?..

– Ты заскучала, поскольку не могла сражаться в полную силу?

– Раздражающее чувство, словно...

Хумбаба надула губы. Я ответил:

– Тогда сожги их.

– Что?

– Разве у нас не гораздо больше сотни пленников? Если хочешь, возьми остальных ведьм и приведи 50 пленников на сожжение. Самое занимательное зрелище в мире – смотреть на огонь, так что ваш стресс должен немного уменьшиться.

Хумбаба наклонила голову.

– …Но разве они не милые вражеские солдаты, которые покорно сдались?

– Раз они сдались покорно, тогда, предполагаю, они и умрут покорно.

– … На самом деле я не знаю, нормально ли это?

– Я планирую завтра пойти и поприветствовать маркграфа.

Я взял немного снега, смешанного с грязью, и бросил себе в рот. Языком я внимательно изучил неприятный вкус грязи и тусклый запах снега. Несмотря на то, что это место среди демонов считалось знаменитым храмом и мистической горой, у грязи и снега никакого особенного явственного вкуса не было. Я выплюнул грязь.

– В прошлом мы познакомились, поскольку маркграф пришел в мою каменную пещеру и ушел из нее,. Теперь, раз я прибыл к каменным стенам маркграфа, вполне естественно, что я поприветствую его. Однако, кажется, у меня, к сожалению, нет для него подарка.

– …

– Я думаю, что 40 голов должно быть вполне достаточно, чтобы выразить мою искренность. Как ты думаешь, Хумбаба?

– Ахаха.

Уголки губ Хумбабы изогнулись. Аха, ахахах… Хумбала плотно натянула свой колпак на голову и безжизненно засмеялась. Черные как смоль поля шляпы закрыли лицо Хумбабы.

– Вот уж действительно, наш хозяин знает свое дело.

– Сожгите их искренне.

– О. Мы, ведьмы, величайшие мастера сжигания людей. Человек, съевший много мяса, хорошо его знает, а те, у кого сильно опалена плоть, умеют также хорошо и сжигать. Вы будете подавлены, хозяин. Вполне нормально, что вы предвкушаете это.

Людей подожгли, пока они еще были живы.

Смотря на свои тела, горящие пламенем, идущим от ног вверх, люди кричали. Это были вопли, словно они блевали собственными кишками. Мы подвесили тела, сожженные до черного как смоль цвета, на крепостном валу. Как и их последние крики, их трупы были дико искривлены.

Ведьмы придумали игру. Это был спорт – кидать камни и попадать в трупы. 1 очко, если попадаешь в тело, 2 очка – если попадаешь в голову и 3 очка – если в яйца. Игроки, которые попадали в яйца три раза подряд, получали 10 дополнительных очков. Ведьмы под моим командованием были гениями.

Мы с Фарнезе смотрели, как люди сгорели и как играли с их телами. Хихиканье ведьм отдавалось эхом по территории. От дыма трупы сделались черными, а к этому примешался белый снежный туман. На той стороне тумана, где дым исчез, внезапно появилось ощущение нирваны. Как только смех ведьм прекратился, Фарнезе заговорила:

– Господин. Вы знаете, какая армия захватила Черную крепость быстрее всего за всю историю?

– Я не интересуюсь историей, так что плохо знаю об этом.

– Ответ – армия повстанцев Империи Габсбургов. Начав восстание в северном регионе, они захватили Черную крепость сзади. Говорят, им понадобилось 15 дней, чтобы овладеть цитаделью, и это был непреходящий рекорд, который не могли побить за последние 313 лет.

– Гмм.

– Когда Ваша Светлость забрал эту молодую леди с невольничьего рынка, вы сказали ей, что сделаете так, что имя этой молодой леди останется в истории.

Конечно, я говорил эти слова.

Я протянул руку соблазна к Фарнезе, которая была заключена в железную клетку и зависела от лунного света в своем чтении исторической книги.

"Ты будешь сиять ярче, держа жезл на поле сражения, чем читая книжки. Я сделаю так, что история запомнит твоя имя…"

Тогда Фарнезе посмотрела на меня с сомнением. Она была ребенком, который не умел улыбаться. Теперь, через полгода, эта девушка стала завоевателем.

– Ваша Светлость действительно были правы. В этот день, мы всего за полдня захватили Черную крепость, которая когда-то противостояла армии повстанце полмесяца.

Фарнезе пугающе оскалилась.

– Кажется, эта молодая леди уже оставила свое имя в истории.

Ее улыбка была холоднее зимы.

– …

– Ай, ахах—!?

Я жестоко тер макушку Фарнезе. Хотя Фарнезе была девушкой, которая заталкивала свои эмоции на самое дно забытья, только ее макушка была легко ранимая. Фарнезе извивалась, махая руками, из-за моей божественной помощи прикосновением.

– Пытаешься хвастаться, захватив всего одну стену.

– Г-господин. Я говорила вам, что ненавижу там… Ах…

– Даже среди великих людей, которые оставляют свои имена в истории, есть градация. Поскольку ты была рождена героиней, ты должна нацеливаться на место 2-го по значимости величайшего человека в истории, так почему же ты мелочно удовлетворяешься одним крепостным валом? Для начала научись у Лазурит, как выступать с речью, а потом я обеспечу тебе соответствующее положение.

– Ах, поняла. Я понимаю, господин…

Фарнезе сжалась на земле.

Как правило, люди должны учиться быть скромными.

♦

Прежде, чем мы выдвинулись на Белую крепость, я осмотрел наши военные силы с Лазурит.

Коробейники и сводники развернулись на месте рынка ниже крепостного вала. Чтобы избежать малейшего зимнего ветра, люди льнули как можно ближе к стене. Они производили впечатление моллюсков, прикрепленных к валунам в морских глубинах, и казалось, что рыбный запах моря исходил и оттуда тоже. Я тихо сказал:

– Пойдем. Я хочу видеть, как люди проживают свою жизнь.

– Зачем Вашему Высочеству идти к углу, где обитают люди низкого происхождения?.. – склонила голову Лазурит.

– Я хочу увидеть, вот почему.

– Ваша покорная слуга боится, что честь Вашего Высочества будет замарана.

– Перестань ворчать и веди меня.

Я производил осмотр простого рыночного места. Демоны издали смотрели на меня. Когда я посмотрел на них, все до единого были в лохмотьях, а на лицах размазана грязь.

Под стеной дети гоблинов кидали камни в человеческие трупы. Кажется, они имитировали игру, в которую ведьмы играли раньше. Когда я подошел ближе, их родители появились из ниоткуда и спешно унесли своих детей. Их собственный мир уже был установлен там.

– Кажется, они за один день создали свой собственный мир в этом уголке вдали от дома. Эти люди…

– Мы пройдем к тем, которые бежали, и опросим их?

– Отлично. А они не будут больше сбегать, если ты их опросишь? Если они побегут, то разве ты будешь не в состоянии увидеть конец? Оставь их как есть.

Их жизненная сила в создании своего мира была мне просто неприятна.

Сожженные человеческие трупы болтались на веревках на стене. Под крепостным валом демоны терлись друг об друга своими тщедушными телами. Почерневшая плоть, сожженная пламенем, и тонкая сухая кожа людей должны были хоть немного отличаться в том, что было мертвым, а что живым, и все же казалось, что в их мире жизнь и смерть не были разделены. Но, вне всякого сомнения, мне было прекрасно известно, что этой неразличимостью и были жизнь и смерть.

Мой отец умер в тюрьме. Это был сердечный приступ.

Он пытался написать пару строк своего завещания, но упал раньше, чем смог написать хоть строчку.

Таким было завещание моего отца.

Я смял листок и засунул в свой карман.

Мои матери, братья и сестры поспешили ко мне и спросили, оставил ли мой отец завещание. Я прямо сказал им: «Завещания не было». Вместо этого он оставил наследство. Десятки триллионов вон были в их распоряжении. До боя насмерть, который был исполнен во время похорон, они прыгали от радости.

…О, молодой хозяин. Мы так благодарны вам, молодой хозяин, говорили мои матери и склоняли головы. Мои братья и сестры называли меня «старшим братом» и низко кланялись. Среди них были и те люди, которые устроили мое похищение. Поскольку это была семья, которая пыталась убить своего «Молодого Хозяина» и «Старшего Брата», не было ничего такого в том, чтобы отделаться от этой семьи. Я усмехнулся. Постарайся жить как можно приятнее. Я посмотрю, как вы все хорошо справляетесь…

Таким образом я пытался спрятаться от мира, и все же закончилось все тем, что другой мир появился сам по себе. Теперь я уже не мог сказать, был ли безумен мир, был ли безумен я или мы оба были безумны. Более того, это мир, который разрушится, если его покинуть, и это был мир, в котором все, включая демонов, прилепившихся к стене, как моллюски, Лазурит и Фарнезе, все исчезнет. Определенный злой умысел стоял за тем фактом, что мир, который умрет, был дан мне, тому, кто сам выбросил мир.

Было ли это намерением Бога? Я задался вопросом. Была ли это цель Неба?.. Самой правдоподобной гипотезой было то, что все это – часть злой шутки моего отца, чтобы еще раз разрушить мою жизнь. Поскольку в этом мире не было Бога, Воли небес или даже моего отца, все это зависело от того, как я на это смотрел.

Что ж, отлично. Я устрою хаос. Я спасу мир этих людей, а после того, как я спасу этот мир, тогда я и буду размышлять, решу ли я заботиться об этих людях, править людьми или стану добрым лордом. Разве сейчас спасение – не самая срочная главная задача? Даже если сотни тысяч людей должны были погибнуть в войне, разве это не было лучше, чем уничтожение всего мира?

– Ваше Высочество. Погода студеная. Прошу вас, зайдите внутрь и отдохните немного.

Я повернул голову. Там, рядом со мной, стояла девушка, которая стала одной из причин, почему я должен бы спасти этот мир.

– Тебе холодно?

– Ваша покорная слуга в порядке. Ваша покорная слуга спала раньше под открытым небом и в более холодные дни.

– У меня тоже все отлично. Разве мы не расстаемся, раз завтра идем на войну? Я хочу побыть с тобой немного дольше.

– Когда Ваше Высочество говорит такие слова, разве язык Вашего Высочества не безумствует от того, как это отвратительно?

Лазурит посмотрела на меня, словно смотрела на жука.

– Ваша покорная слуга иногда просто поражена поведением Вашего Высочества. Прошу вас, будьте щепетильнее.

– И как же я буду жить без тебя?

– Для того, кто отлично жил без Вашей покорной слуги, Ваше Высочество, конечно, волнуется…

– А ты не боишься того, что я смогу жить дальше, даже если бы тебя совсем не стало?

– …

– Если возможно, не умирай. Будь осторожна и еще раз осторожна. Цени свою жизнь превыше моей. Ты последняя сохранившаяся частичка разума, который остался во мне.

Лазурит вздохнула.

– Ваша покорная слуга всегда принадлежала к той группе индивидуумов, которые заботятся только о себе. Отбросьте вашу тревогу, Ваше Высочество. С этим трудно справиться и эти слова ввергают в замешательство. Прошу вас помнить о мудрости держать наши тела близко, в то время как разумы – на значительной дистанции.

– Да. Это ведь правильно, да?

Мы с Лазурит продвигались вдоль крепостной стены и шли вперед.

Теперь мне подумалось о том, что у нас никогда не было ни единой возможности насладиться свиданием.

Если так, то это было наше первое свидание, однако из всех мест в мире путь нашего свидания пролегал вдоль стены с кучей сожженных тел, которые там висели. Что это было за такое изысканное свидание? Будь то романтика или что-то еще, здесь не было совсем ничего.

Широко раскинувшаяся горная цепь—крепостная стена, соединенная сегментами... веревки, на которых болтались трупы... и даже завещание, которое мой отец не смог закончить, как дорога, которая была стерта посередине, было ощущение, словно это было неумолкающее повторение мрачных слов, что каждый вот так и закончит. Поскольку это больше ощущалось как свидание, которое больше подходило нам двоим, я усмехнулся сам себе. Лазурит причудливо посмотрела на меня.

На пути, который мы уже прошли, молодые гоблины собрались вновь. Я слышал звук камней, кидаемых в стену.

Я внимательно прислушался, их общий счет был: 3.

Горная цепь в огне (часть 4)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

25.02.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, Белая Крепость

Я поднялся на верхний этаж крепости и посмотрел вниз на поле.

Вражеские силы разбивали лагерь вдалеке от наших крепостных ворот. В горном проходе развевался черный флаг. Владыка демонов Данталиан использовал черный флаг, чтобы представлять свои войска, поскольку у него не было собственной эмблемы. Владыка Демонов черного флага прибыл в Черные горы и захватил Черную крепость… Довольно смешное совпадение.

Командиры оценивали вражескую армию на глаз:

– Кажется, у них чуть меньше 3 000.

– Похоже, по сравнению с нашими войсками, разница в числе не такая большая. Мы легко защитим это место.

– Мм.

Я кивнул. Проблема была в количестве магов. Прошлой осенью Данталиан командовал 11 ведьмами. Скорее всего, он привел значительное число ведьм и в этот раз. Этому нужно было противостоять.

Я потратил деньги, которые можно было бы использовать на покупку пехотинцев, чтобы нанять больше магов. Наши силы насчитывали 25 магов. Впечатляющее число. Этого было более чем достаточно, чтобы защититься от Данталиана.

– Генерал, посмотрите туда.

В точке, куда указывал командир, вражеские дварфы что-то строили. Это была самодельная катапульта. Предполагая, что они попытаются осаждать нас с этим мусором, командиры насмешливо смеялись.

– Хах. Смогут ли они закинуть камень так далеко?

– Ну, они хоть немного подумали головами. Тянуть громоздкую катапульту по этой тропе было бы непрактично, так что легче собрать… Что ж, это все равно бесполезно, но их усилия заслуживают похвалы.

Через некоторое время они начали что-то запускать с помощью катапульты. Что-то, что оказалось легче, чем камень, или ударялось в крепостную стену, или приземлялось на вершине стены. Командир пошел поднять один из этих предметов и принести сюда. Запинаясь, он преподнес это мне:

– Генерал, это…

Голова.

Наполовину сожженная голова трупа.

– …

Лицо трупа было ужасно искривлено.

Лицо человека, который страдал до самого момента кончины.

Враг сжигал пленников живыми.

Мои руки задрожали, когда я подумал о раскаянии, которое пленники должны были испытывать.

– Эти бесстыдные дьяволы…

Я знал.

Я уже знал, что Данталиан был таким человеком.

Но не нужно было так стараться, чтобы их сжечь. Он мог бы аккуратно обезглавить пленников, убедившись, что перед смертью они будут страдать меньше всего. Несмотря на это, он намеренно использовал самый болезненный способ казни. Только чтобы оскорбить меня.

Закинув так более 30 голов, вражеские катапульты остановились. Затем со стороны вражеского лагеря выехали шесть всадников и остановились у крепостных ворот. Они держали белый флаг, который означал «переговоры».

– Откройте ворота. Я выйду лично.

– А это не будет опасно, генерал?

– Если со мной что-то случится, тогда подожгите стрелы и убейте их. Прикажите арбалетчикам быть готовыми к бою.

Главный привратник открыл ворота.

Когда я их миновал, вражеские всадники стояли прямо передо мной. Среди них мужчина в черной мантии покачал мне головой.

– Прошло много времени, маркграф. Нет, должен ли я называть это нашей первой встречей? Я Владыка Демонов Данталиан. Для меня честь, что вы не пренебрегли переговорами и вышли встретиться с нами лично.

– Человек, которому неведомы манеры…

Так значит, это был Данталиан. Я не мог представить себе этого хрупкого сутулого парня в роли монарха. Если бы я мог вскинуть свой клинок и атаковать его, его немедленное убийство было бы возможно. Приготовившись вытянуть свой меч в любую минуту, я заговорил:

– О, Владыка Демонов. Должно быть, ты искренне пришел сюда, приготовившись умереть. Какие у тебя есть скрытые мотивы, чтобы запрашивать переговоры после того, как швырял в нас трупы пленников? Назови мне причину, почему я не должен перерезать твое горло в это же мгновение.

– Вы довольно агрессивны. Это был всего лишь маленький подарок, поскольку, в конце концов, мы не те личности, которые соблюдают между собой дистанцию …

Данталиан засмеялся.

– Вы разрушили мой замок Владыки Демонов, и вот я пришел под ваши стены. Мне было бы стыдно прийти сюда с пустыми руками. Вам понравился мой подарок?

– …

– Ага. Кажется, вы не удовлетворены.

Данталиан слегка окинул стену взглядом вверх. Арбалетчики оттуда нацелили на Данталиана свое оружие. Если бы я приказал им, тогда они бы немедленно подожгли свои болты и пронзили его горло. Он должен был знать об этом, и все же Данталиан улыбался.

– Отлично. Я приготовил еще подарки на тот случай, если бы вы подняли шум. Посмотрите.

Данталиан развернулся телом и указал в направлении своего лагеря. В том месте дварфы вколачивали деревянные столпы.

Вскоре было возведено более ста столпов. Мои глаза широко раскрылись в тот момент, когда я увидел, кто был привязан к этим деревянным столпам. К каждому столпу был привязан пленник. Дварфы подошли к столпам с факелами в руках. Казалось, словно они планировали поджечь людей немедленно. Пленники вопили.

— Спасите нас! Генерал…

— Просим вас, не бросайте нас…

Мои руки дрожали. Был ли это поступок человека? Разве демоны не говорили о себе как о расе демонов, хвалясь при этом, что они человечны? И не смотря на это, они могут совершать такие поступки без колебаний?

– Ублюдок…

– Прошу вас, прикажите вашим арбалетчикам опустить оружие. Я ничтожный человек, весьма трусливый. Когда кто-то угрожает мне, мое тело болит, а плоть дрожит, от чего становится трудно дышать.

– Это так? Наслаждайся своим последним вздохом в этой жизни, сколько сможешь. Когда я перережу тебе глотку, ты будешь страстно желать этого дыхания, поскольку будешь уже в Аду.

– Оо. Устрашающе. Как устрашающе. Судя по этому, кажется, у маркграфа врожденный талант угрожать другим.

Данталиан поднял правую руку.

– У меня, сожалению, такого таланта никогда не было.

В тот момент один из столпов вспыхнул. Наверно, столп уже был смазан маслом, поскольку языки пламени мгновенно начали подниматься вверх. Смотря, как огонь, появившийся, словно чрево чудовища, приближается к нему, пленник закричал.

— Aaa! Aaа, Aaaaaaaa……

Пламя сразу же поглотило человеческое тело. Пленник отчаянно страдал, пока горел. "Спасите меня, прошу, спасите меня", когда эти крики прекратились, с того места подымался только дым. Пока я был не в состоянии и рот открыть, Данталиан сказал:

– Маркграф, давайте будем честными.

– …

– Как вы могли видеть, я подонок. Отброс, если хотите. Во мне природой заложено относиться к жизни людей хуже, чем к жизни мухи. Но как на счет вас, маркграф? Разве вы не правитель, поддерживающий справедливость? Разве вы не почитаете жизнь ваших солдат, словно они ваши собственные дети? Я такой человек, а маркграф такой. Столь неблагоприятно, что вам пришлось столкнуться с таким подонком, как я.

Кончиками пальцев я прикоснулся к рукоятке своего меча.

– … Что ты хочешь сказать?

– Давайте прекратим боевые действия.

Прекращение боевых действий? Как он мог просить о прекращении боевых действий? Не зная, каковы были намерения противоположной стороны, я внимательно посмотрел на Данталиана. Данталиан заговорил, ковыряясь в ухе:

– Благодаря вашему прекрасному гостеприимству я смог получить бескровную победу. Однако, миновав Черную крепость, я не уверен, что захвачу и Белую крепость. У меня как бы нет значительной военной силы… Даже если бы я обременил себя и попробовал осадить вас, очевидно, что пострадали бы только мои войска.

– Тебе хорошо известно свое место, новичок.

– Вам также следует понимать свое место как "старичку", маркграф. Разве старые кости вашего затылка не ощущают холод? В конце концов, вы в том положении, когда на вас указывает мечом молодая мисс.

– … Что?

– Маркграф, разве вы не боитесь Принцессы Империи?

На мгновение, мой разум отключился.

О чем он говорит? Что это я только что слышал? Что именно этот мужчина передо мной понял, чтобы бросать такого рода вопросы? Данталиан фыркнул.

– Император Империи Габсбургов уже утратил свою власть. Кронпринц – тоже не более чем мертвое дерево. Поскольку вы являетесь последним лоялистом, она такая личность, которую только такой маркграф, как вы, станет бояться. Разве Принцесса не желала бы устранить вас, когда подвернется такая возможность?

– …

– Я не могу захватить ваш бастион. Как бы там ни было, маркграф, было бы глупо с вашей стороны покинуть свою цитадель и атаковать меня, поскольку это значило бы, что вы даете решительный бой за пределами ваших безопасных стен. Наконец, и вы, и я можем абсолютно ничего не делать и просто стоять тут лицом к лицу. Наши взаимоотношения фатальны. Это наша судьба.

Голос Данталиана был слышен так, словно он мне шептал прямо на ухо, он меня притягивал. Теперь я понял, что значит заманивать голосом.

– Овладев Черной крепостью, я сделал достаточный вклад, чтобы мне не было стыдно в глазах других Владык Демонов. Вы также могли бы предотвратить взятие Белой крепости, так что это то же самое, что и сохранить лицо. Поскольку одна рука моет другую, хорошая вещь – это хорошая вещь, так что этого более чем достаточно, чтобы мы с вами стали близкими друзьями.

– …

– Маркграф. Я весьма либеральный человек.

Данталиан мягко улыбнулся.

От этой мягкости моя кровь застыла. Сам факт, что порочный человек был способен вот так улыбаться, было словно оскорбление Богов и немилость мира. Тот человек бахвалился так, словно он уже украл что-то, что никогда не должно было быть украдено. Что же это? Что же ты говоришь мне?

– Если вы согласны временно прекратить боевые действия, я более чем радостно отпущу пленников. Одного человека в день, соответственно. Не сожженные головы или трупы, а людей в идеальном состоянии с головы до ног, я их так и отправлю.

Я сжал зубы.

Я понимал. Мужчина передо мной был Дьяволом.

В день, когда моих солдат жестоко убивали на холме, призрак, которого я увидел, не был простой иллюзией. Данталиан олицетворял собой Дьявола, появившегося на холме. Я пробормотал:

– … Если бы по какой-то случайности, новичок...

– Мм?

– Если бы по какой-то случайности, я обезглавил бы тебя прямо здесь.

Я схватился за рукоятку меча.

Данталиан посмотрел на меня.

– Какое выражение было бы на твоем лице?

– …

Словно удивленный моими словами, Данталиан широко распахнул глаза. Затем он поднял голову и взорвался смехом. Звук сухого смеха Владыки Демонов разлился по сухому зимнему небу.

– Верно, не так ли? Ах. Конечно, я не всезнающий и не всемогущий. Есть вероятность, что я мог оценить человека неправильно. Есть вероятность того, что вы, маркграф, способны не обращать внимания на то, как сжигают ваших подданных, и отрубить мне голову. Да, это более чем возможно…

Данталиан выставил голову. Поскольку у него была длинная, как у змеи, шея, он подставил ее прямо перед моим лицом.

– Тогда давайте убейте меня.

– …

– Давайте погрузимся в Ад вместе, маркграф.

Он был настроен серьезно.

Этот мужчина говорил это искренне.

– Люди часто говорят, что Ад – это место, где все постоянно объято пламенем. Однако это не так. Если бы Ад действительно существовал, то это был бы зимний пейзаж, где все заледенело. Я в этом не сомневаюсь. Равнина, где зима все продолжается и продолжается, что ты уже и забываешь, что это зима, забываешь, что ты заледенел, и, наконец, полностью себя забываешь. Нас поглотит абсолютное ничто. Разве не одиноко погружаться в такое место одному. Пойдемте вместе, маркграф. Давайте исчезнем навеки…

Я едва удержался, чтобы не сделать шаг назад.

Глаза у этого мужчины были ненормальные. Я думал, что они просто черные, но внутри тех черных глаз струился кроваво-красный цвет. От его взгляда исходил запах крови.

Владыка Демонов.

Именно таким и был Владыка Демонов?

Где-то, в другом месте, я видел глаза, похожие на эти, эта мысль с трудом пришла мне в голову. Я не мог понять, где же я раньше видел эти глаза.

– Гм…

Данталиан сузил глаза. Кровавый отблеск в его взгляде мгновенно исчез. Единственное, что осталось на его лице, которое источало безумие, была приятная улыбка.

– Это была шутка. Посмейтесь, маркграф.

– …

– Чтобы уважить вашу особу, я буду освобождать по 2 пленника каждый день. Поскольку у меня 98 пленников, тогда, предполагаю, период временного прекращения огня продлится 46 дней. Говорят, что между людьми появляется связь даже от простого прикосновения к рукаву другого, но связь между нами из ряда вон выходящая.

Тихо сказав «но!», Данталиан развернул голову своего коня. Перед отъездом Данталиан повернулся ко мне и сказал:

– Ах да. Поскольку один уже умер, то пленников не 98, а теперь 97. Я прошу прощения. Я всегда был слаб в арифметике. Это моя слабость. Честно говоря, это моя единственная слабость.

Смеясь, Данталиан собрал своих людей и уехал. Кавалерия из кентавров следовала за Владыкой Демонов. Среди всадников был демон с развевающимися розовыми волосами, втиснувшаяся между ними. Скорее всего, эта женщина была полукровкой-суккубой, о которой говорили как о «Любовнице Короля».

…Стреляйте в них. Неистово стреляйте в них.

Я не мог отдать этот приказ арбалетчикам. Несмотря на то, что мой рот был открыт, я не мог выдавить ни слова. У меня в глазах стояли мои солдаты, привязанные к деревянным столбам. Я не осмеливался отдать приказ, потому что их вопли громко звучали у меня в ушах.

А потом я понял.

У какого человека были такие же глаза, как у Владыки Демонов.

— Вы не можете купить мое уважение преданностью. Если вы желаете, чтобы я вас уважала, тогда превыше всего остального вы должны одержать победу.

— Если по как-то случайности вы совершите ошибку… Что ж, скорее всего я буду очень разочарована.

Ах.

Принцесса Империи. Это была Принцесса Элизабет.

Человек с такими же глазами, как у нее, был в армии Владыки Демонов.

Почему люди с душой Дьявола окружали меня с обеих сторон? Боги пытались проверить меня? Владыка Демонов приближался ко мне спереди одним единым фронтом, а Принцесса подталкивала меня сзади другим. А посреди этого я не мог выбрать жизнь или верность.

Если я подниму свои войска, чтобы смести войска Владыки демонов и пересечь Черные горы, чтобы вторгнуться на территорию демонов, это был бы путь верности, который подтверждает достоинство Ее Величества Принцессы Империи. Но я не был уверен, возможно ли это.

Это трудно. Как легко было отказаться от жизни ради верности, так бесконечно легче было отбросить верность ради жизни, и все же почему было так трудно идти по пути, держась и за свою жизнь, и за верность…

Горная цепь в огне (часть 5)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

25.02.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, окрестности Белой Крепости

– Ваше Высочество, вы действительно желаете прекратить боевые действия?

В то время как наши лошади ехали голова в голову, мы с Лазурит выдвинулись вперед. Видя наше возвращение, солдаты в нашем лагере начали снимать пленников. Я ответил.

– Конечно, нет. Даже маркграф не сможет продержаться дольше, чем пару, дней и вскоре отпрянет. Поскольку у этого человека сильное чувство справедливости, скорее всего он будет не в состоянии выстоять против такого отморозка, как я.

– Но зачем тогда…

– Могу тебя уверить, что маркграф внезапно нападет на нас в течение 10 дней. Разве Фарнезе не ждет в засаде в сосновом лесу? Все, что нам нужно, это прикинуться, что мы отступаем, а потом продолжить, чтобы полностью окружить маркграфа.

– Ваша покорная слуга поняла план Вашего Высочества.

Мы ускорили лошадей. Снежная пыль поднялась от копыт лошадей. Студеный зимний ветер полностью поглотил меня. Я наслаждался этим ощущением, чувствуя, словно мое тело частично замерзает. Зимний ветер сообщал мне, что мое тело еще живо. Я громко рассмеялся.

– Лазурит. Маркграф – добродетельный человек. Чувство справедливости делает его мудрым человеком. Однако его мудрость – также и его ограничение. С другой стороны, аморальный человек – бесконечно недалекий, и в силу этой бескрайней недалекости у него нет ограничений. Весьма радостно, что я недалекий! Может ли маркграф управлять моим счастьем? Может ли кто-то из добродетельных парней в мире справиться со мной? Наверно, это будет плачевно для людей, которые не в состоянии совладать с моей радостью.

– Наверно, приятно быть жизнерадостным, Ваше Высочество.

Лазурит удерживала наших лошадей рядом. Затем она заговорила:

– Ваше Высочество уверены, что маркграф придет в течении 10 дней.

– Конечно. Я верю в его добродетельность.

– Если так, тогда 20 пленников будет достаточно.

– …

– Нам не нужно прилагать большие усилия и увеличивать число пленников, расходуя провизию.

С поводьями в руках я посмотрел прямо на Лазурит. Лазурит не моргнула глазом даже от того, что против нее дул зимний ветер.

– Лазурит.

– Да, Ваше Высочество?

– Если ты умрешь, ты обязательно попадешь в Ад.

– Я понимаю. Поэтому ваша покорная слуга не умрет.

Лазурит встретилась со мной взглядом.

– Некоторые утверждали, что жизнь вашей покорной слуги более ценна, чем Вашего Высочества. Раз это такая ценная жизнь, ваша покорная слуга будет хорошо заботиться о ней.

Я не мог в это поверить.

Я спросил:

– Разве ты не чувствуешь жалости к смиренным пленникам?

– Ваша покорная слуга не совершит ошибку, недооценивая пленников, жалея их. Они являются теми, кто в любое время могут атаковать вашу покорную слугу или Ваше Высочество. Поскольку ваша покорная слуга понимает и признает их силу, ваша покорная слуга убьет их.

Лазурит говорила решительно.

– По правде говоря, разве не ваша покорная слуга искренне уважает пленников?

Мог ли я как-то не рассмеяться в этой ситуации?

Поднимая бурю позади нас, мы вернулись в наш лагерь.

Как только мы вернулись в нашу часть, мы обезглавили 77 пленников.

Горная цепь в огне (часть 6)

Элизабет фон Габсбург, Принцесса Империи, Убийца кровных родственников

29.02.1506 по Имперскому календарю

Северный регион Империи Габсбургов

"25-й день 2-го месяца. Вражеские силы захватили Черную крепость. Военная мощь примерно 3 000. Командующий – Владыка Демонов Данталиан. Наши силы размещены в Белой Крепости и идеально обеспечены. У нас в избытке провизия и достаточно оружия. Туман густой. Горы безопасны."

Я долго смотрела на донесение, присланное маркграфом. Поскольку я долго изучала его, я поняла скрытый смысл.

…Значит, маркграф боится меня. Раз он боится меня, он старается ничего не раскрывать, а поскольку он старается ничего не раскрывать, он написал информацию, которая не имеет ценности. Разве маркграф не знает, что, пытаясь ничего не обнаружить, он фактически раскрывает все детально? Он пытается избежать непосредственной угрозы, изображая незнание? Каково же его истинное намерение, раз он отправил донесение с гонцом, а не с магом, и раз сообщение пришло сегодня, хотя изначально оно было отправлено 25-го…

Я порвала донесение.

Это не были слова. Это было ворчание старика. На этом листке должны были быть написаны слова, но поскольку слов не было, а только повторение, кусок пергамента стал хламом. У меня давно была привычка превращать хлам в мусор.

Холодный пот побежал по шеям дворян, когда они смотрели, как я разрываю в клочки донесение маркграфа. Я заговорила:

– Слушайте сюда. Маркграф утверждает, что в горах безопасно. Я поверила маркграфу. Что вы все думаете об этом деле?

Дворяне хором ответили:

— Делайте, как Ваше Высочество желает.

Они словно ничего и не сказали.

С моих губ слетел сдавленный смех. Дворяне вздрогнули в тот момент, когда я засмеялась. Я не знала причину, почему люди вокруг меня торопеют, когда бы я ни смеялась. Необычное явление.

– Вы все ведете себя неподобающе. У каждого из вас есть голова и рот, и все же вы говорите одни и те же слова? Уместно ли назвать это великой радостью для империи, раз дворяне живут в дружбе и согласии? Уместно ли пощадить одного единственного человека, забрав жизни остальных, раз вы все равно повторяете одни и те же слова? Это довольно хорошая идея, поскольку мы сможем еще и сэкономить на провизии.

Дворяне упали в ноги на пол.

— Пожалуйста, будьте мудры!

У этих ребят не было ни капли здравого смысла.

Больше всего в мире я презирала три фразы: «Ваши слова несравнимы», «Я весьма обязан» и «Пожалуйста, будьте мудры». Не слова, а галлюцинации. Что бы я ни говорила, они всегда были несравнимые, обязующие и мудрые, от чего было трудно сказать, какими же они были сейчас. Однако, когда бы я ни слышала те три фразы, я интерпретировала их как одну строчку.

"Пожалуйста, помолчите!"

Если они говорят мне заткнуться, тогда я так и сделаю. Что еще я могу сделать?

Я закрыла рот и вышла из палатки. Дворяне быстро встали и последовали за мной. Поскольку дворяне следовали за мной, их слуги, рыцари, и подчиненные рыцарей тоже все спешно сопровождали нас, пока наконец 200 людей не следовали за единственным человеком. Даже тогда я не промолвила ни слова.

Комичная сцена. Несмотря на то, что выглядело это смешно, никто не смеялся. Поскольку все испугались бы, если бы смеялась я, я воздержалась от этого. Я хотела развернуться и закричать на 200 человек, шедших позади меня: "… Посмейтесь немного в своей жизни. Смейтесь. Смейтесь, я говорю вам."

В прошлом, было время, когда я действительно сказала эти слова.

В тот момент сотни низкопоставленных чиновников насильно стали двигать лицевыми мускулами и начали смеяться. Ха, хаха, ха, хахаха, ха, хаха, ха, ха, все сразу.

Это было ужасно.

Иногда я видела это в кошмарах.

После того дня я больше никогда не отдавала приказ смеяться. Я сожалела об этом. Как же я могла надеяться, что люди, которые не умеющие образом говорить, будут пристойно смеяться?

Они были не людьми, а привидениями. Они были личностями, которые жили как призраки и встретят свой конец как призраки. Таков был для них мир – проживать жизнь как призраки. Поскольку я считала, что это так, у меня не было другого выбора кроме как оставить им их приемы. Для людей слова существовали как способ высвободить внутренние взгляды, и все же люди использовали их, чтобы скрывать свои взгляды и искажать их, таким образом их слова не содержали ни капли своего настоящего значения или содержали самую малость их эмоций.

Перед группой из 200 человек простиралась равнина. Тут и там в землю были врыты деревянные столбы. Орки, гоблины, минотавры и другие подобные демоны были привязаны к столбам, по одному демону к столбу. Это были пленники, которых поймали наши силы.

Среди них был даже один Владыка Демонов.

Владыка Демонов Белиал 68-го ранга.

Отдельный отряд, выполняя разведку, встретил случайно Владыку Демонов и поймал его живым. Привязанный к деревянному столпу, Белиал смотрел на меня. Я не использовала веревки, чтобы привязать Владыку Демонов к столбу, вместо этого я его пригвоздила. Я вежливо приколотила его ладони, кисти и щиколотки к дереву. Белиал стонал на языке демонов, истекая кровью.

– … будьте прокляты. Будьте прокляты вы все. Вы – чума континента, Боги никогда не простят никого из вас. Божья кара падет на всю вашу расу, которая растоптала и сожгла наши дома…

Дворяне бормотали что-то между собой позади меня. Они не понимали язык демонов. Ну, они и имперский язык не знали должным образом, так что не было возможности, что они будут знать язык другой расы.

Я вытянула нож. Подобным клинком разделывали животных. Когда Белиал увидел клинок, его глаза широко раскрылись. Владыка Демонов забормотал еще более отчаянно.

– О Боги, о Богини, прошу вас покарать тех, кто передо мной. Покарайте несправедливость справедливостью и воздайте кровь за кровь. Молюсь вам как ваш покорный слуга. О Боги, прошу вас…

– Бесполезно.

Владыка Демонов повернул ко мне свой взгляд.

– Что?

– Я сказала, что это бесполезно, о слабый Владыка Демонов.

– Ты, что ты… нет. Как ты понимаешь наш язык…?

– В языке нет твоего или моего. Как цветок все так же остается цветком, если он будет цвести в моем саду, тогда если цветок расцветет в вашем саду, это все равно будет простой цветок. Обычно мне в радость смотреть на цветы в моих владениях, так что я люблю изучать новые языки.

Белиал смотрел на меня.

– Что ты думаешь делать со мной, человек?

– Я заберу твою жизнь.

Я вытянула точильный камень и стала точить нож. Вибрации, шедщие от металла, затачиваемого о камень, передавались моей ладони. Белиал смотрел, как я водила лезвием, в безмолвном потрясении.

– Вы видели флаги, развевающися на другой стороне равнины? Это армия, которой командует Владыка Демонов Марбас. На их передовой вырыты глубокие окопы и установлены деревянные щиты, так что их защита не простая. Спешить туда и громить их – не самая выгодная для нас тактика. Поэтому я планирую заманить их сюда.

– Хах. Сир Марбас командует величайшими кавалерийскими корпусами в мире демонов. Он не проиграет такой, как ты.

– Простите меня, Владыка демонов. Знаете ли вы, кто я?

– Что?

– Кажется, нет. Я предполагала, что вы знали, раз вы сказали «таким, как вы».

– … И кто же ты именно, раз так говоришь?

Хорошо.

Клинок был хорошо наточен.

Я мгновенно поместила железо клинка в огонь и разогрела его.

– Меня зовут Элизабет фон Габсбург. Между этим есть еще пару имен, но я их пропущу. Владыка Демонов Белиал, хоть и недолго, вы будете находиться под моим присмотром. Кроме этого, пожалуй, я буду последним человеком, которого вы увидите в финальные моменты вашей жизни.

– !..

Марбас, вне всякого сомнения, не сможет устоять на месте, если его военнослужащие станут свидетелями, как с живого Владыки Демонов снимают кожу перед их глазами. Демоны будут в ярости и не смогут сдержать этот гнев, они нападут. Они отбросят свои крепкие стены и безопасные окопы, чтобы атаковать нас.

Кажется, Белиал понял мои намерения, потому что он стал отчаянно вырываться. Конечно, Белиал, чье тело было пригвождено, не мог сбежать.

– Нет! Сир Марбас, не приходите! Прошу вас, оставьте меня умирать!

– Сдавайтесь. Не важно, сколько вы кричите, они не могут вас услышать.

– Нет! Аааа! Ты не должна, тварь! Ты не должны!

– Как раздражает.

Тот тип людей, который не знает, когда все тщетно.

Я прижала нож к коже собеседника. Клинок врезался в плоть владыки Демонов мягко, словно это было масло. Он резко закричал. Нацеливаясь на момент, когда его язык высунулся из рта, я отделила кончик его языка. Еще один резкий крик. Теперь крики Белиала утратили свою форму и превратился просто в вопли боли.

Я посмотрела на мага. Маг кивнул головой и исподтишка активировал заклинание усиления звука. С этого момента, крики Белиала были усилены и громко отдавались по всей равнине. Каждый раз, когда у Белиала отрезался палец на руке или ноге, наши солдаты ликовали.

Примерно в то время, как я начала снимать кожу с щек Белиала, дворяне закричали:

— Ваше Высочество, вражеские силы двигаются. Это флаг Марбаса!

— Вражеские силы наступают полным составом!

Дворяне бесцеремонно указывали в сторону фронта. Они действительно были правы. Звук горнов всецело заполнил ту сторону равнины. Они готовились вскоре атаковать. Я очистила нож тряпкой.

– Слушайте внимательно. Вражеские силы будут взволнованы, потому они неистово нападут на нас. Не окапывайтесь против них тут. Затягивайте их глубоко на нашу территорию и окружайте. Постоянно сильно бейте в барабаны и трубите в горны. Двигайтесь статически, не давай вражеским войскам возможность вернуть свое самообладание, вызывая смятение шумом. Вы поняли?

Дворяне с силой ударили себя в грудь правой рукой.

— Да, Ваше Высочество!!

Сражение продолжалось до вечера.

Вражеские силы бросались на нашу линию обороны голыми телами. Кавалерийские корпуса под командованием Марбаса были сильны. Однако их кавалерия была изнурена подъемом на холм, их шаг стал медленней, потому что они застревали в деревянных щитах, им преградили путь пехотинцы и расстреляли насмерть арбалетчики. Демоны пытались атаковать 4, 5 и 6 раз и снова погибали.

Наконец вражеские силы отступили. Это случилось, когда они пытались пробиться через нашу защиту в 7-й раз. Они были уже не столь быстры, как когда впервые напали на нас. Я не упустила этой возможности.

– Преследуйте их и разорвите на кусочки.

Наши корпуса рыцарей ринулись вперед. Поскольку они достаточно отдыхали, рыцари были полны сил. Спины врагов были посечены клинками, которыми размахивали наши рыцари. Вражеские солдаты падали ниц на спуске с холма. Полутрупы падали и скатывались вниз по холму, и к тому времени как они достигали подножия холма, они были трупами уже окончательно. Один за другим полумертвые тела катились вниз по холму. Отступление врага превратилось в поражение. Белиал, висевший на деревянном столбе, еще не умер. Он смотрел на сражение, которое превратилось в резню, неусыпным глазом. Кровь комком стояла у него в горле, он вопил:

— Ааа. Уууууааааа… уууааа! Ууууааааа!

Позже в тот вечер с неба начал падать дождь со снегом. На холме было много вражеских солдат, умерших, уставившись в небо. Они умерли с широко открытыми глазами и ртами. Снег и ветер проникал в эти открытые провалы. Поскольку трупы остыли, снег на них не таял и крепко оседал сверху на их тела. Снег собирался во рту у трупов.

Я отсекла Белиалу голову и бросила ее в снег. В снегу покоилось так много голов, что трудно было отличить голову Белиала среди прочих. Хотя гоблины, кентавры и люди, все выглядят по-разному, форма, которую они приняли после смерти, была почти одинаковая. Такова жизнь. Жизни не были одинаковые, потому что они все жили, они были единственной жизнью, потому что они все умерли одинаково… Поскольку в жизни они должны были бы понимать друг друга в силу своего страха и сочувствия к смерти, так как они не могли пережить смерть в течение своей жизни, демоны и люди были, по правде сказать, разделены и по всей видимости будут сражаться вечно… Посмотрев какое-то время на отрубленные головы в снегу, я отвернулась.

Когда я шла обратно в палатку, дворяне и солдаты выстроились в линию по обе стороны. Они все были покрыты кровью. Пока я шла по дорожке, они один за одним преклоняли колени.

— Ваше Высочество.

— Вы – победитель.

В конце пути у входа в мою палатку стоял мой брат. На его оружии не было крови.

Как только я подошла, рыцари моего брата отступили на шаг назад. Я струсила рукой пыль с плеча моего брата.

– Это облегчение, что вы остались невредимы, Ваше Высочество Кронпринц.

Мой брат задрожал.

– Ты… ты дьявол.

– Я знаю. Это проблема?

– …

– Я спросила, есть ли проблема.

Мой брат склонил голову. Он что-то бормотал тихим голосом, но я не могла его расслышать.

Жалкое зрелище.

Ощущая жалость к этой мелкой гордости и бунтарскому духу, я оставила без внимания моего брата и зашла в палатку. Как бы там ни было, он был тем, кто не мог должным образом смотреть на человека, пока не затянет его в постель.

Подошли служанки, чтобы раздеть и обмыть мое тело.

Вытирая нижнюю часть живота, главная служанка прошептала.

– Ваше Высочество, пришло сообщение от Владыки Демонов Пеймон.

– Убери его. Я прослушаю его позже.

Главная служанка склонила голову.

Теперь с чистым телом я присела на этажерку.

Зимний ветер просачивался к моему уже охлажденному телу. Поскольку палатка не могла воспрепятствовать ветру, зима во всей полноте могла проникать внутрь. Моя голова была ясна. Я думала про донесение, отправленное маркграфом и которое пришло на рассвете.

… Маркграф боялся меня. Было бы вполне уместно уважать этот страх. Безусловно, слабые ужасаются тех, кого признают сильнее себя. Но по какой причине он боялся меня, и все же решился ослушаться приказа? Была ли это гордость? Какое значение могло быть у нездоровой гордости? Я не могла понять. Была ли это глупость? Должна ли я бранить глупость старика? Я не знала. Была ли это моя заносчивость в том, что я считала другую сторону дряхлым стариком по собственному желанию? Скорее всего …

Я взяла перо и начала писать. Это было единственное слово.

"Победа(勝)."

Горная цепь в огне (часть 7)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

1.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, Белая Крепость

"Победа(勝)."

Я был настолько ошарашен, словно меня ударили по голове.

Сообщение о триумфе, которое прислала Принцесса, содержало всего одно слова «победа». Не в состоянии понять, что же Принцесса пыталась сказать, я задумался.

… Говорила ли она, что она выиграла, или она говорила мне выиграть? Давала ли она мне указания повиноваться, поскольку она одержала победу? Значило ли это, что я сам должен определить, кто является победителем? Была ли Принцесса победителем, а я проигравшим?

Единственное слово содержало все эти значения. Принцесса Империи не хвалилась и не кичилась своими достижениями. Она использовала победу, чтобы угрожать мне и запугивать. Приводя свою победу в качестве примера, она подталкивала меня тоже достичь успеха. Если казалось, что победа была для меня недосягаема, тогда она советовала мне повиноваться ей. Давление выиграть подталкивало мое тело сзади вперед, где располагались вражеские силы, а совет повиноваться тянул мое тело назад, где стояли наши силы. Враг и союзник были явно разные, и все же я не видел разницы между тем, что меня подталкивали вперед и тянули назад.

Полноправным правителем Империи был Его Величество Император, а полноправным наследником трона был Кронпринц, и все же, Принцесса вытерла ноги о достоинство  Императора и посмеялась над авторитетом Кронпринца. Эта прецессия вытирания ног и смеха были чрезвычайно обязующими. … Говорила ли она присоединиться мне к этой прецессии? Это ли означала победа (勝)? Означал ли триумф то, что старик пытался достичь успеха в свои преклонные годы? Смотря в небо, я неустанно надеялся, что, по крайней мере, мое старое тело не будет осквернено.

Я позвал в свою комнату командиров и отдал им приказ.

– Армия, которой командует Принцесса Империи, одержала огромную победу в их сражении. Поскольку новость о победе пришла к нам, враг, пребывающий в Черной Крепости, скоро получит донесение о поражении. Организуйте войска на тот случай, если враг попытается отступить.

Командиры склонили головы.

– Вы планируете преследовать врага сейчас, генерал?

– Нет. Все еще глубокая ночь. Учитывайте возможность засады, если нам придется в спешке гнаться за ними. Как только наступит рассвет и закричат первые петухи, высылайте разведчиков, а потом выступайте.

– Как прикажете.

Отослав командиров, я переоделся. Молодой парень помогал мне надевать доспехи. Отец этого парня помогал мне одеваться всю свою жизнь, но прошлой осенью он погиб в сражении с Данталианом. Сын унаследовал работу отца, словно это было в порядке вещей.

В отличие от отца, пальцы его сына были неуклюжи и неловки. Я не мог винить его за это. Хоть этот парень считал неловким, что его не винили, я считал, что его смущение безгранично более унизительно.

– Отлично. Остальное я сделаю сам.

– Прошу прощения, Ваша Честь.

– За что ты извиняешься?.. Теперь ты можешь идти.

– Понял.

Я плотно подогнал остальное снаряжение и сел за стол.

Поскольку Принцесса великодушно написала мне и прислала новости о победе, как вассал императорской семьи я должен был отправить письмо с поздравлениями. Прежде я едва мог написать пару строк, а в этот раз мне не приходило на ум абсолютно ничего.

…Ваше Высочество Принцесса Империи, прошу, не убивайте вашего отца и брата, и также не оскорбляйте их. Я прошу вас не отбрасывать вашу дочернюю благодарность.

Когда я уже собирался написать эти строки, я крепко сжал кулак. Как только я подумал о лице Принцессы, появилась и ухмылка Владыки Демонов Данталиана. Сердце колотилось. Бессилие моих слов прожигало меня до костей.

Как же это трудно.

Ввиду моего возраста, казалось, у меня не осталось избытка сил, чтобы справиться хоть с одним предложением.

Я закрыл глаза. Я подумал о себе, кого очень любят люди северного региона.

Я попытался нарисовать, как я подхожу к Его Величеству Императору после того, как я расправился с армией Владыки Демонов и заговором Принцессы Империи, однако единственный образ, который мне приходил в голову, это как Принцесса снимает кожу с аллигатора. Только покрытые кровью пальцы. На границе ее кистей кожа была снята, словно было предопределено, чтобы она была отделена от тела с начала времен. Мое тело дрожало от этих плавных движений рук…

Где поймали этого аллигатора?

Горная цепь в огне (часть 8)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

01.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, окрестности Белой Крепости

Прошлой ночью пришло срочное донесение.

На донесении был трудный для расшифровки код. Смотря в кристальные шары, ведьмы убирали из слов штрихи.

Я смотрел, как ведьмы расшифровывают донесение. По мере того как штрихи собирались вместе и формировали связные слова, взгляды ведьм стали растерянными. Хумбаба прочитала строки вслух:

– … 29-й день 2-го месяца. Полное поражение. 2-я армия Марбаса разбита.

Когда Хумбаба повернулась ко мне, ее лицо было бледным. Я кивнул.

– Не останавливайся. Продолжай читать.

– … Из 15 000 отобранных элитных войск осталось примерно 9 000. Противник – альянс Империи Габсбургов и Польско-Литовского королевства. Примерное число военной мощи врага – 40 000. Это Нярисская равнина. Враг проникает все дальше. Ох! Марбас – конеголовый ублюдок. Я перейду к сути. Я продержусь 13 дней. Данталиан, ты проникаешь с тыла …

Хумбаба сглотнула.

– Это все, хозяин.

Я коснулся подбородка.

Полностью разбит и разгромлен. Это были тяжелые слова. Хотя Барбатос была девушкой, которая беспорядочно совокуплялась со мной и вульгарно смеялась, когда дело касалось войны, она становилась совершенно другой. Барбатос никогда не преувеличивала, когда речь шла о войне. Полностью разбит и разгромлен. Горький привкус наполнил мой рот.

– 13 дней, да? Барбатос сказала, что она продержится 13 дней?

– Да, хозяин.

Мне показалось, что я прям вижу взгляд суженных глаз Барбатос от того, что она сообщила мне точную дату. Это было 13 дней, значит, почти 2 недели, так что можно было бы написать две недели.

Однако Барбатос указала 13 дней. Она посчитала дни, которые сможет выстоять, и дни, которые не сможет, и сделала вывод про 13 дней. Однако это было не больше и не меньше того, а в точности 13 дней.

В соответствии со своими названиями первая армия Барбатос и вторая армия Марбаса были главными ударными силами Объединенных вооруженных сил Владык Демонов. Если бы они были смяты, то эта война была бы полностью окончена.

То, что Барбатос давала мне указания «проникнуть», означало, что она требовала от меня атаковать объединенные вражеские силы сзади, после вторжения через Белую крепость. Мы не только должны были захватить Белую крепость, но мы также должны были пройти весь путь до тылового пункта управления врага, так что крайний срок в 13 дней было просто 13 днями. Мысленно оценивая шансы на успех, я спросил:

– Хумбаба. Сколько дней нам потребуется, чтобы пойти на север от гор и достичь Нярисской равнины?

– Э, ну. Если мы будем двигаться как можно скорее, тогда четыре-пять дней…? Это будет по-настоящему трудный переход. Если мы будет двигаться, круша, сжигая и освобождаясь от всего несносного на нашем пути, тогда примерно 10 дней?

– Поскольку день уже прошел, тогда, добавив день к тем 10 дням, это составит 11 дней. Если мы добавим дни, необходимые для перехода, тогда мы должны немедленно захватить Белую крепость в течение 3, а если возможно, то 2 дней.

– Хии~, два дня. Разве это на самом деле не жесть~……?

Ведьмы что-то в отчаянии бубнили. Изначально наши силы планировали завоевать Белую крепость в течение недели. Даже неделя – это короткий срок для захвата той цитадели. Поскольку срок сократился, у ведьм просто не было слов. Два дня с этого момента это было послезавтра. Очевидно же, что ведьмы будут встревожены.

Несмотря на это я улыбнулся. Уголки моих губ искривились сами по себе.

– Я вижу, что небеса помогают нам.

– Прошу прощения?

– Примерно в это время Розенберг должен готовиться к отступлению с боем. Поскольку мы сейчас получили донесение, что Объединенные вооруженные силы Владык Демонов были полностью разбиты, тогда маркграф должен был получить его раньше. Положение маркграфа, должно быть, и так усугубило то, что я совершил, и раз выплыла наверх еще и эта благоприятная ситуация, задница маркграфа, наверно, так чешется, что он не сможет устоять на месте.

Я встал со своего места. После того как я встал, мне показалось, что это не у маркграфа дрожит зад, а у меня самого. Ну, что же в этом было плохого? Не было никого, кто обвинил бы меня, если бы моя попа немного потряслась.

– Хумбаба, пойди найди Фарнезе и приведи ее обратно из соснового леса. Мы немедленно проведем военный совет… нет, оставь! Я лично поеду в лес. Так будет быстрее. Подбросишь меня на своей метле?

– Да. На метле вашей покорной слуги всегда есть свободное место для вас, хозяин.

Ведьмы поднялись вместе со мной в ночное небо.

Была красивая ночь с тихо кружащейся снежной крупой. Каждый раз, когда лунный свет сталкивался с небольшим кристаллом льда, рассыпались лучи. Бесчисленное количество едва разделенных лунных лучей падали на сотни тысяч кристаллов снега. И хотя была темная ночь, темнота довлела лишь над землей.

Ведьмы высадили меня у сосен. Все вокруг было тихо. Лунный свет не мог проникнуть в этот сосновый лес. 4 дня назад Фарнезе привела сюда кавалерию, чтобы залечь в засаду и ждать.

Хумбаба протяжно вздохнула.

— Уииииии.

Вскоре звук поглотила метель, и он исчез на другой стороне леса. Вслед за этим, оставляя за собой следы из снежной пыли, к нам быстро приблизилась группа кентавров. Кентавры ничего сверху не надевали, потому грудь у них была голая. Они узнали меня и преклонили передние ноги, чтобы поприветствовать.

– Где действующий генерал?

Ответа не было.

Я сморщил лоб.

Неприятный холодок пробежал по моему позвоночнику.

– Мой генерал? Где мой генерал?

♦

В месте, куда меня привели кентавры, стояла ледяная хижина.

Как только я вошел в иглу, я увидел Фарнезе, съежившуюся в углу. Даже в этом лесу, где была суровая зима, Фарнезе не одевала меховую шинель. Она была лишь в полотняной военной форме.

Когда солдаты видели Фарнезе в таком виде, они говорили, что это потому, что отец и мать зачали ее в снегу. Солдаты верили, что холод, наверно, просочился в материнскую утробу и кости ребенка, потому Фарнезе не ощущала холод даже зимой. Для солдат генерал была девушкой, рожденной зимой. Закрывшись в ледяной хижине, Фарнезе бормотала едва слышным голосом:

– … ти… ости… ти…

– Фарнезе?

– …

Фарнезе замерла.

Чувствуя, что в этом есть что-то странное, я положил руку на ее плечо, и в тот момент раздался вопль. Фарнезе сжала голову и опустилась всем телом на пол. Удивленный этой внезапной реакцией, я отступил на шаг назад.

– Прости… Прости, Отец… Прости…

Я затаил дыхание.

Моя голова остыла.

Мой позвоночник оцепенел, словно по нему шел ток.

Фарнезе, не замечая моего прибытия, продолжала бормотать.

– Прости меня, Отец. Я не сделаю этого снова… Прости меня…

Вот чертовы Боги.

Не в состоянии больше слушать это, я выбежал из иглу. Если бы я опрометчиво подошел к человеку в таком душевном состоянии, то это только ухудшило бы ситуацию. Тот факт, что я получил это знание благодаря опыту, был единственной причиной, почему я должен был благодарить Богов.

Возле иглу сотни кентавров склонили передние копыта. Глава кентавров преклонил колени впереди всех. Указывая на иглу, я спросил:

– С каких пор.

Мой голос затрясся от ярости.

– С каких пор генерал стала такой?

– С тех пор, как мы организовали скрытый лагерь в сосновом лесу…

– В чем причина?

– Э-этот командующий мало об этом знает. Генерал отлично себя чувствует в полдень, но, странно, все заканчивается вот так ночью. Кажется, словно у Мисс противоестественный страх перед соснами, потому мы построили это иглу. Поэтому ситуация немного улучшилась, но…

– Ситуация немного улучшилась?

Я кидал взгляды то на ледяную хижину, то на кентавра.

– Вы говорите мне, что ситуация улучшилась? Это улучшилась?

– …

– Скажите мне сейчас. Вы преклонили колени, чтобы молить о прощении, или вы, преклонившись передо мной, предлагаете мне отрубить ваши головы?

Плечи кентавров задрожали.

– В-ваше Высочество. Прошу вас, пощадите хоть жизнь вашего покорного слуги…

– Почему вы не сказали мне раньше?

– Генерал молила нас никогда не сообщать Вашему Высочеству, потому…

Я обнажил длинный меч на поясе и отрубил кентавру голову. Из его шеи брызнула кровь. Темно-красная кровь разбрызгалась по чистому белому снегу.

Я посмотрел вокруг и сказал.

– Я – ваш господин. Не забывайте это.

Кавалерия из кентавров склонила головы еще ниже. Оставив их, я снова зашел в иглу.

Фарнезе все еще бормотала вперемешку со всхлипываниями.

– Фарнезе.

Я подошел к Фарнезе и взял ее голову. Я едва мог установить с ней зрительный контакт.

– Фарнезе. Это я. Данталиан.

– Простите меня… простите меня, я совершила ошибку…

– Я не твой отец. Посмотри внимательно, Фарнезе. Посмотри на меня. Я не твой отец. Я не буду бить или насиловать тебя. Я не буду закрывать тебя в библиотеке и подавать еду через отверстие в двери.

Я шептал в отчаянии.

– Я не буду морить тебя голодом лишь потому, что ты была непослушная. Я не буду сжигать или рвать книги, которыми ты дорожишь. Фарнезе, я не твой отец. Я Данталиан. Данталиан.

– …

– Ты больше не незаконнорожденный ребенок, связанный со своей семьей. Никто не может заточить тебя. Ты тут. Ты мой вассал. Я твой господин. Держись. Покуда ты не предашь меня первой, я никогда не покину тебя.

Глаза Фарнезе медленно сфокусировались.

– Гос… подин…?

– Правильно.

– С-сосны…

Фарнезе задрожала.

Кажется, она забыла, как ронять слезы, потому могла плакать лишь своим голосом.

– На соснах сидело так много цикад… они продолжали плакать… отец этой молодой леди… эта молодая леди, снова и снова…

– …

Вот оно что.

Дерево, которое Фарнезе видела через окно, когда была маленькой, было такое же, как деревья тут.

Я заглянул Фарнезе глубоко в глаза.

– Это не звук цикад. Тут цикад нет.

– Но они продолжают… звук цикад, без конца…

– Это не звук цикад. Это звук снега. Фарнезе, сейчас ты путаешь звук снега с криками цикад. Из-за твоих воспоминаний, которые привязаны к соснам, эти воспоминания – причина этой ошибки.

– Нет, господин… это не… это не может быть…

– Я докажу тебе.

Я схватил запястье Фарнезе и потянул ее. Хотя Фарнезе боролась, чтобы не покидать иглу, я насильно вытянул ее. Фарнезе знала, кем я был. Это значило, что проблема с ее когнитивной функцией была не так велика. Тот момент, когда ее обычные знания и ее смешавшиеся воспоминания сталкивались, был оптимальной возможностью. Именно в этот момент я должен был воспользоваться ее текущим восприятием, чтобы разрушить ее воспоминания о прошлом.

Вьюга завывала, продувая пространство между соснами. Фарнезе не поднимала головы и старалась никуда не смотреть. Я взял подбородок Фарнезе и заставил ее посмотреть прямо на окружающую местность.

– Посмотри перед собой. Сейчас зима!

– …

– Цикад нет. Это были галлюцинации, которые ты сама создала. Разве звук снега и крики цикад звучат для тебя одинаково? Посмотри внимательно, Фарнезе. Раскрой глаза и ясно узри окружающую среду. Ты 16-летняя девушка. Если тебе 16, тогда ты чертовски взрослая. Как долго ты будешь стонать, потому что привязана к своему отцу-ублюдку!?

Я снова встретился взглядом с Фарнезе. Зрачки Фарнезе дрожали. Однако это было не вздрагивание глаз, неспособных видеть, а вздрагивание глаз, которым еще предстояло найти центр.

– Ты больше не жертва. Ты – нападающая сторона. Ты больше не часть того слабого, которого оскорбляют, ты часть сильного, который оскорбляет. Если кто-то пытается забрать твою жизнь, тогда убей его прежде, чем он доберется до тебя первый. Это просто. Если этот кто-то твой отец, убей своего отца, а если этот кто-то Бог, тогда убей и Бога.

– Господин…

– Все, что тебе нужно сделать, это забрать их жизни.

– Но, если Ваша Светлость выбросит эту молодую леди… тогда эта молодая леди снова.

– Не веди себя, как разбалованный ребенок.

Фарнезе передернулась.

– У меня нет хобби поднимать разбитых кукол.

– …

Медленно.

Понемногу дрожь Фарнезе утихла.

Я не мог сказать, прошло 30 минут или час. За исключением того, что благодаря наложенному ведьмами барьеру вокруг нас мы не замерзли. Фарнезе открыла рот.

– Господин… холодно…

– Ты немного пришла в чувства?

– Эта молодая леди не уверена…

– Звук цикад все еще отдается у тебя в ушах?

– Чуть-чуть… но уже намного лучше, чем раньше.

– Считай, что тебе повезло, что я нашел тебя раньше Лазурит. Если бы это была Лазурит, она схватила бы твою голову и закопала ее в снег.

– А, ах. Если бы это была мисс Лазурит, то это, конечно, было бы возможно—

Я толкнул затылок Фарнезе и мгновенно макнул ее лицо в снег. Фарнезе изо всех сил замахала руками.

Через 4-5 секунд я поднял затылок Фарнезе обратно. С «Фух» Фарнезе вздохнула. От бровей до носа все ее лицо было покрыто снегом. Я усмехнулся.

– И, кажется, на ум приходит, что Лазурит продолжала бы тебя спрашивать дальше. Я спрошу снова. Ты вернулась к чувствам? Или мне нужно засунуть тебе еще опиум в рот, чтобы в твоей голове прояснилось?

– … Я вижу, что личные качества у Вашего Высочества как у пса.

– О? Ты наконец ругнулась. Искренне поздравляю. Мне было довольно любопытно, когда ты наконец научишься сквернословить.

Отпустив ее голову, я вытер ее лицо краем одежд. Она подняла шляпу, упавшую наземь, и обтрусила ее.

– … Какие ругательства нужно говорить, чтобы достаточно выпустить свои чувства в подобной ситуации? Ваша светлость человек, который заявляет, что знает все, значит, вы должны хорошо это знать.

– Конечно. Если ты тихо скажешь «черт», тогда все будет здорово.

– Правильно. По ощущениям это «черт».

Фарнезе вздохнула.

Наконец пришло время подобраться к главной теме.

– По какой причине Ваша Светлость проехали весь этот путь к этой молодой леди?

– Вторая армия, которой командовал Марбас, полностью разгромлена.

– …

Фарнезе посмотрела в моем направлении.

Холодный блеск вернулся в ее глаза.

– … Тогда маркграф должен готовиться для отступления с боем.

– Я тоже так думаю. Как его выманить. Чтобы обсудить эту тему, я и приехал сюда, чтобы точить с тобой лясы посреди ночи.

– Мм. Маркграф – бывалый воин, очень осторожный. Даже если мы сделаем вид, что отступаем, маловероятно, что он просто погонится за нами. Определенная достоверность, мы должны заронить такое убеждение, которое уверит его, что преследовать наши силы – хорошо…

Фарнезе сплюнула на землю. Кажется, она избавлялась от снега, который попал ей в лицо секунду назад. Я объяснил Фарнезе остальную ситуацию.

– Из-за поражения Марбаса Барбатос осталась в изоляции. Захватив за два дня Белую крепость, наши силы должны отправляться безотлагательно на север. Это возможно?

– …

Фарнезе сузила глаза.

– Не два дня, господин. Сегодня ночью крайний срок.

– Сегодня ночью?

– Ах, есть две ситуации, которых маркграф боится больше всего. Первая – это поспешное бегство в тот момент, когда мы получим срочное донесение и сможем исчезнуть целыми и невредимыми. Вторая – когда маркграф преследует нас, в то время как мы неторопливо отступаем, и терпит поражение, попавши в засаду. Это два самых худших исхода для маркграфа. Первая ситуация позволяет врагу, убегающему прямо на глазах, исчезнуть, потому это продемонстрировало бы неверность, а вторая – это поражение от врага и падение, что означало бы конец жизни.

– Продолжай.

– Сегодня пришло срочное донесение. Пришло только что, господин. Маркграфу еще нужно решить, чего он боится больше: неверности или смерти. Как только эта ночь пройдет и настанет рассвет, суждения маркграфа медленно прояснятся. Эта смутная ночь, когда маркграф все еще не уверен касательно своих страхов, для наших сил это самая благоприятная возможность. Если бы мы упустили этот шанс сегодня, тогда выманить маркграфа в будущем стало бы почти невозможно.

Фарнезе смахнула снег и встала.

Фарнезе посмотрела на ведьм, окруживших нас. Она тихо сказала:

– Господин. Давайте забросим наживку.

Горная цепь в огне (часть 9)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

1.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, Белая Крепость

Поздно ночью.

Ко мне примчался командир и отчитался:

– Генерал, нас атакуют! Ведьмы обстреливают стены!

Вражеская атака.

В связи с одной этой фразой я взял свои ножны и клинок и немедленно отправился на верх крепостного вала.

– Что происходит?

Солдаты не могли дать внятный ответ и указывали в небо. Как только я посмотрел наверх, в ночном небе я увидел ведьм. Лунный свет скрывался за тучами и снежной крупой, отчего было трудно хорошо рассмотреть их фигуры. Несмотря на это, я мог сказать, что ведьм было около 20. Ведьмы бросали небольшие предметы на крепостной вал.

– Это…

Это были головы. Такие же головы, как те, которые забрасывали катапультой в прошлый раз, градом летели из рук ведьм. Головы людей, черные от огня, покрывали крепостной вал.

— Ууу, ууууууххх!

Солдаты пригибали спины и дрожали. Они считали, что ведьмы наложили на головы заклятие. Слыша вопли от рядовых, я сузил глаза.

– …

Почему?

Прорвавшись через студеный зимний воздух, почему они пришли так поздно ночью, только чтобы кидать головы трупов?

Хотя это мог быть довольно эффективный способ снизить боевой дух на нашей стороне, выбор времени был странный. Среди всех возможностей была выбрана эта поздняя ночь. Каково же было значение этого, если они не собирались начинать осаду?

Морща лоб, я отдал приказ.

– Поднять всех магов.

Наши Воздушные магические силы ступили на крепостной вал и поднялись в ночное небо.

Единственное, чего воздушные маги боялись больше всего, – это сражение в темноте ночи. Однако в этом случае все было отлично. Число ведьм с их стороны достигало 20, а магов на нашей стороне было около 30. Мы можем разбить их.

Жаркий бой заполонил небо. В ведьм стреляли из арбалетов, и, падая, они кричали. Ведьмы, которые выпускали из рук метлы, падали на землю, а их головы разбивались от удара.

Звук разбивающихся голов эхом отдавался под крепостным валом. Словно падали фазаны, убиваемы охотниками, ведьмы обрушивались вниз одна за одной. Поскольку внизу, куда падали ведьмы, источника света не было, казалось, что там темно, как в дыре в Ад. Трупов не было видно, и только звук разбивающихся голов резонировал раз за разом. Несмотря на то, что мы превосходили их по силе, ведьмы не спасались бегством.

В тот момент осознание как электрический ток прошибло мое тело.

– …!

Вот оно.

Они проводили подготовку, чтобы позволить основным силам отступить прямо сейчас.

Чтобы отвести вражеские войска, единственно чтобы получить больше времени для отступления, они отправили этих ведьм. Бросая головы убитых, они нас запугивали. Пока мы занимались ведьмами и шарахались от угрозы, вражеские силы, по всей видимости, отступали на другой стороне ночного горизонта.

– Генерал! – Закричал командир.

Две ведьмы бросились ко мне.

Удивленные внезапным броском, арбалетчики отчаянно стреляли болтами, заряженными раньше. Одной ведьме болт пробил голову, и это стало ее концом. Однако другая ведьма все еще была жива и приблизилась ко мне, вынимая меч.

Дзынь!

Металл резко скрестился с металлом. Я поднял свой полуторный меч и получил от ведьмы удар с плеча.

И хотя по телосложению ведьма была намного меньше, чем я, так что ее сила была не столь впечатляющей, этот единственный удар, который вобрал в себя также силу, накопленную во время полета на метле, был мощным.

Я отступил назад, перенося силу удара на свой бок. Ведьма немедленно кинулась на меня. Поскольку удары ведьмы приходились совсем близко ко мне, пока мы обменивались выпадами наших клинков, солдаты вокруг нас не могли подступиться.

– Ахахах! Аха, ахах хахахаха—!

Ведьма безумно рассмеялась.

По внешности она выглядела, словно ей было немногим больше 10 лет.

Грудь этой девушки с серебристыми волосами уже пронзила стрела. Каждый раз, когда она заносила свой клинок, из ее раны текла кровь. Наверно, это было достаточно болезненно, чтобы свести с ума, и все же ведьма просто смеялась. Чтобы не дать ведьме возможности произнести заклинание, я мечом загнал ее в угол. И затем, когда между ударами образовался промежуток, я ударил ведьму в живот левым кулаком.

—П-ха.

Будучи не в состоянии выдержать мой удар, ведьму отбросило.

Арбалетчики перегнулись через крепостной вал и стали стрелять вниз. Там, где пролетали болты, в воздухе было тихо. Ведьма больше не поднималась. Поскольку звука разбивающейся головы не послышалось, я предположил, что она сумела избежать смерти.

– Генерал, вы в порядке!?

– Неужели, глядя на меня, вы не можете понять? Я не настолько постарел, чтобы со мной справилась молодая девушка.

Я вложил меч в ножны.

Далеко в ночном небе спасались бегством выжившие ведьмы. Кажется, шесть или семь ведьм из 20 погибли. Учитывая, что исчезающих теней было мало, это было прискорбно.

– Все войска, откройте крепостные ворота и выходы! Вражеские силы планируют скрыться, используя ведьм как козла отпущения, чтобы разделить нас. Трубите в горны!

После отражения ведьм солдаты закричали. Маги выстрелили огненными шарами в ночное небо, чтобы отпраздновать победу.

В эту облачную ночь взрыв огненных шаров был виден далеко. Под влиянием этого яркого света наши солдаты забыли о холоде, забыли о смерти и пошли через ворота. Ротные командиры и адъютанты бегали по темной территории, выстраивая шеренги. Я сел на белого коня и отправился вперед.

Сомнения не было.

Услышав, что их основные атакующие силы потерпели поражение, Владыка Демонов планировал эвакуироваться обратно на территорию демонов.

Поскольку у него не было уверенности в том, что он столкнется с нами, и не было решимости держаться, виня в этом поражение другого формирования, скорее всего он задумал отступить полностью.

– За мной!

Нельзя было терять время.

Если Данталиан сможет безопасно отступить, то это не будет моей победой. Триумф будет принадлежать исключительно Принцессе Империи.

В связи с тем, что Принцесса выиграла, вражеские силы отступили. Если бы я остался тут зрителем, я бы опустился до обычного глупца, потерявшего Черную Крепость и сумевшего вернуть ее обратно лишь благодаря Принцессе. Если такое случится, то эта война будет оформлена исключительно, как победа Принцессы. Этого не должно случиться!

Кто-то должен воспрепятствовать инициативе Принцессы. Если этому не помешать, никто не будет знать, когда эта инициатива превратится в потоп. Когда Принцесса во имя славы свергнет с трона собственного отца и когда избавится от собственного брата, оправдывая это победой, кто сможет осудить ее? Если никто не может сделать это, тогда нет другого выбора, как мне выступить вперед.

Поскольку это долг аристократа.

Поскольку это моя миссия как Розенберга.

Ради мира в Империи и ради моей мести, Владыка Демонов Данталиан, сегодня ночью в этих Черных горах, ты падешь.

Горная цепь в огне (часть 10)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

1.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, горный проход

20 ведьм вылетело, вернулось 12. У всех 12 ведьм была пробита грудь, и они истекали кровью.

Я не видел среди них Хумбабу.

– …

Чувствуя себя ужасно, я не мог спросить, где Хумбаба. Я мог только спросить, смогут ли они продолжать сражаться. Если бы ведьмы сказали, что это трудно, тогда я планировал убрать их из битвы.

– Вы можете снова летать?

– Мы отплатим за доброту нашего хозяина своими жизнями.

Окровавленные ведьмы стали на колени в снег. В тех местах, куда капала их кровь, в снегу появились дыры. Смотря вниз на эти красные дыры, я поклялся. Любой ценой, я получу победу в этой битве.

Хотя в наших войсках было 50 ведьм, я намеренно отправил только 20, чтобы выманить врага. 20 ведьм приняли нелогичный приказ без единого слова. И без единого слова 9 из них погибли. О чем думали те 9, когда падали в холодном зимнем воздухе в последний раз, и как одиноко, наверно, им было опускаться в бесконечно темную пропасть в одиночку, я не осмеливался оценить это чувство. Они умерли ради меня.

Я тихо отдал приказ командирам.

– Рассчитывайте на деревянные щиты. Враг расположит кавалерию спереди и нападет на наши силы. Если вы выйдете за эти щиты, все будет кончено. Копейщики будут защищать арбалетчиков, а арбалетчики будут защищать копейщиков. Полагайтесь друг на друга и держитесь вместе.

Командиры повторили приказы и побежали к передовой.

Издалека доносился стук копыт, гудела земля. Вражеская кавалерия приближалась, поднимая с земли облака снега. В эту темную ночь их фигуры были видны не в деталях, а представали одной огромной массой; словно одна гигантская тень. Среди теней слышались резкие звуки горнов. Копыта, снежная пыль и горны хаотически смешались вместе, от чего казалось, что к нам приближается не тысяча, а десять тысяч.

– Трубите в горны.

Наши трубачи затрубили в горны. В ночном воздухе перемешалось дыхание вражеских солдат и дыхание нашей армии, а ведьмы снова поднялись в небо.

Там отдавался звук горнов, пути ведьм и магов пересеклись. А на земле, дрожа от копыт, схлестнулись пехотинцы и кавалерия. Кровь, которая прорвалась с неба, брызгами летела вниз, а кровь, хлынувшая с земли, выстреливала вверх. Мир пропитался кровью.

Адъютант командира закричал:

— Ваше Высочество, это вражеские пехотинцы!

Лунный свет слабо осветил вражеских солдат на другой стороне горного прохода. И хотя лиц их видно не было, копья, которые они держали, ярко сверкали в тусклом свете. Моя центральная армия состояла из 2 500 солдат, но, кажется, число вражеских солдат достигало примерно 5 000, если они добавили кавалерию к пехотинцам.

Хотя деревянные щиты, на которые полагалось наше войско, были крепкими, нас было мало числом. Между щитами были большие прорехи. Вражеская кавалерия постоянно направляла своих лошадей к тем местам. Наших копейщиков медленно оттесняли назад. Копье, выткнувшееся из лав вражеской кавалерии, пронзило голову одного из пехотинцев. Острие прошло через глаз и вышло через затылок.

Взобравшись на коня и пристально осмотрев поле боя, я спокойно сказал.

– Держитесь. Мы выживем, если вы выдержите. Если вы сдадитесь, мы все погибнем.

Мне было горько от моего бессилия. В эту страшную ночь все солдаты были относительно одиноки. Каждый по-своему наши, солдаты справлялись с тенями врагов, приближавшиеся к ним, как наводнение. Поскольку битвы вели солдаты, а не я сам, я не мог умереть вместо них, и задание умирать приняли исключительно солдаты.

Наши воины падали головой вперед на снег и умирали. Поскольку они не были союзниками, вражеские силы наступали на трупы и еще глубже хоронили их в снегу. Ветер трепал волосы полупогребенных трупов. Поскольку их тела были твердыми, никаких витиеватых слов остаться не могло. Смерть отвергает слова.

Я посмотрел на сосновый лес слева от поля боя. Скорее всего Фарнезе пряталась там, затаив дыхание. Мне показалось, что я ощущаю ее дыхание, когда она, подобно волку, пристально вглядывается в поле боя своими зелеными глазами.

То ли первым паду я, то ли вражеские солдаты смогут первыми прорвать нашу защиту, то ли Фарнезе первой возьмет врагов сзади в клещи, я не мог разобраться, в какой последовательности все это закончится. Каждый был одинок во время этого ночного сражения. Я повторил те же слова, которые сказал за мгновение до этого.

– Держитесь. Мы выживем, если выдержите вы.

Горная цепь в огне (часть 11)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

01.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, горный проход

– Атаковать! Не останавливаться и продолжать наступление!

Наши пехотинцы бросались вперед один за другим. Времени на отдых не было. Пока ночь не закончится, перерывов не будет. Никаких пауз, прежде чем мы уничтожим деревянные колья, убьем вражеских солдат и одержим победу, получив голову Владыки Демонов. Убивайте их, разрывайте, рвите на куски… Сыпались приказы, которые не были словами, они были не более чем взрывом звуков.

В меня прилетела шальная стрела, задев плечо. Потекла кровь и телу стало тепло. Командиры не знали о моем ранении. Хорошо. Так лучше. Намного лучше, что они не знали о моей царапине. Разве не такие как раз и бывают ночные битвы? Я выкрикнул со всей пылающей энергией, кипевшей внутри меня:

– Раздавить их!

Слова исчезли с поля боя, и только эхом отдавался шум. «Копье! Копье!..» – начал взывать рыцарь, выронивший копье в гуще наступления. Он схватил копье, не зная, кто ему его дал, и продолжил свою атаку. Их скрывала пурга, поднявшаяся от копыт лошадей, так что рыцарей не было четко видно. Опять кто-то закричал «Копье!.. Копье!..» и его поглотил снег. Я что-то живо увидел позади наступающего конного войска, его вот-вот должна была поглотить пурга. Хоть я не знал, что это было, я был уверен, что это что-то превосходило слова. Возможно, это было то, что находилось за пределами жизни. Запредельность жизни.

Командир сказал:

– Вражеских солдат было меньше, чем предполагалось, генерал.

– И мы также не видим кавалерию врага.

Я кивнул.

– Получается, меньше чем 3 000. Наверно, Владыка Демонов бежал со своей Королевской гвардией еще до этого. Эти люди оказывают сопротивление, чтобы у Владыки Демонов было время исчезнуть.

Мое предсказание попало точно в цель.

Данталиан быстро среагировал на новость о поражении Марбаса. Отправив ведьм, чтобы использовать тактику прикрытия, Данталиан с главными силами отступил. Если бы я ждал до рассвета, основные силы Владыки Демонов достигли бы Черной крепости, не получив никакого урона.

О, какое невезение, Данталиан.

Тебя уничтожило твое беспокойство. Скорее даже, если бы ты не отправил ведьм, тогда я вероятнее всего ждал бы до рассвета. По всей видимости, вот как бывает, когда кусают кусающего.

Даже если Данталиан смог убраться со своими стражниками, отлично. Хотя было жаль, что мы не могли выполнить норму по Владыкам Демонов, просто уничтожение его главных сил уже было бы довольно большим подвигом.

Моей величайшей целью было помешать Принцессе Империи получить монополию на лавры победы. Я был доволен, что достиг этого.

– Мы пробили брешь в деревянных щитах!

– Генерал, наши пехотинцы прорвались!

Командиры были взволнованы.

Сначала наши силы превосходили вражеские числом. Как человек, упав в реку, хватается за бревно, так вражеские солдаты полагались на ничтожное ограждение и стояли до последнего.

Поскольку вражеские силы были как раз посреди отступления, они не могли надлежащим образом установить свои ограждения, и теперь уже многие щиты, которые они смогли поставить, были разрушены. На что теперь мог полагаться враг? Быть сметенным потоком наших солдат и утонуть!

– Прошу вас, отдайте приказ провести массированное наступление, генерал!

– Позвольте нам принять участие в триумфе великой победы!

– Мм. Идите, – согласно кивнул я.

Издав рев, капитаны замахали своими флагами. Наконец наши резервные силы тоже приблизились к линии фронта. Зазвучали горны.

У горна каждой роты был свой тон, но на поле боя все было слишком беспорядочно, чтобы различать тоны. Вскоре этот хаос закончится, как только завершится сражение.

— …

Посреди шума мне послышался какой-то звук. Это действительно был звук горнов.

Однако казалось, что это звук был дальше и выше, чем остальные.

— Бууу…

По крайней мере, я был уверен, что звук шел не от наших войск. Этот звук шел от демонов? Если так, то звук должен был идти спереди, и все же я слышал этот звук из леса на другой стороне. Вслед за звуком я посмотрел на сосновый бор.

— Бууууу, бууу…

Звук приближался. Он приближался быстрее, чем средняя скорость человеческой поступи. В горн дула не пехота, а кавалерия. Лунный свет пробился в прорехи между облаками. В слабо освещенном лесу ветви сосен дрожали. Сосны содрогались и с них падал снег. Прямо под снег, падающий с веток, из соснового бора появилась девушка.

Девушка ехала на черном коне. Она слегка обтрусила снег, упавший ей на голову. Следуя движениям девушки, черный конь фыркнул. Бушевала пурга, но снежная пыль разлеталась в стороны от девушки, от чего она была единственной четко различимой фигурой в центре яростного зимнего ветра.

– …

Девушка посмотрела в этом направлении. Казалось, словно она встретилась со мной взглядом, однако, я ощущал ее взгляд не глазами, а всем телом. Ее глаза не выражали эмоций и были безучастные, как зима. Девушка заговорила.

Слова, которые она промолвила, скорее всего, были:

—Убейте их.

Вот так.

В тот момент, когда ее слова прозвучали в воздухе.

Яростно зазвучали горны.

— Бууууууууу.

Из соснового бора появилось бесчисленное множество демонической кавалерии. Кентавры, рожденные с лицами людей и ногами лошадей, испустили боевой клич. Кавалерия демонов перепрыгнула через наш тыл, деревянные ограждения и двинулась дальше к задним частям наших войск.

Внезапно застигнутые сзади, наши воины были в замешательстве. Хотя они спешно пытались установить защиту, пространства для этого не было. Этому мешали деревянные ограждения. Из-за неимоверного шока я мог только смотреть, как мои солдаты бегали в замешательстве и еще больше разделялись.

Командиров, которым я мог бы отдать приказ, и командиров, которые послушались бы моих приказаний и передали их дальше, рядом со мной не было. В довершение ко всему уже было слишком поздно. Даже если бы я побежал на то хаотическое поле сражения, даже если бы я рискнул своей жизнью, я так и не смог бы изменить ход этой битвы. Интуиция, которая сопровождала меня всю жизнь, заявляла:

Это было мое поражение.

Ах.

Ааах...

Наших солдат дальше и дальше загоняли в угол. Пытаясь спрятаться за деревянными щитами, солдаты боролись между собой. Деревянные ограждения не могли выдержать напор и падали. Люди валились на землю и разбрызгивали снег, ударяясь о нее. Солдаты барахтались на снегу.

Девушка все еще стояла на краю леса и смотрела на битву вниз. Пар дыхания от ее губ поднимался вверх. Она не двигалась. Такое ощущение, словно поле боя для девушки не имело особого значения.

О, Боги.

Как же вы могли, Дьяволу?

Как вы могли позволить Дьяволу торжествовать?

Чтобы свершить правосудие тут, на нашей земле? Поражение этого старика, заслуженное в вашей праведности? Это ваш великий замысел – позволить владыке Демонов, жестоко убившему, сжегшему и насмеявшемуся над невинными пленниками, одержать победу?

– …

Я поднял очи к небу.

В ночном небе напряженно сражались ведьмы и маги. Однако напряжение, с которым раньше ведьмы получали, в какой-то момент развернулось на 180 градусов, и теперь неистовство испытывали на себе маги. Ведьм, которых раньше было меньше 20, теперь, казалось, было больше 30. Наши маги были побеждены. Они падали с отрубленными головами и отсеченными руками. Они стали красными зимними цветами, с которых срывали лепесток за лепестком.

Так я был побежден.

Я был побежден, значит, я проиграл.

А раз я проиграл, я должен умереть.

– …

Я надел шлем.

Выстуженный зимним ветром, шлем был холодным. Леденящее ощущение металла проникло глубоко в мою голову и в мои мысли. Забыв о Богах и перестав думать о справедливости, я просто смотрел на путь, по которому я должен быть спешить.

Молодой парень схватил мои поводья.

– Ваша честь, куда вы планируете ехать?..

– Я боюсь унижения, которое переживу, вернувшись живым. Ты можешь жить. Бери моего запасного коня и уезжай.

Парень не уехал. Он сел на запасного коня и вытянул меч. Я не мог остановить его. После этого мы развернули лошадей и поспешили в гущу вражеских сил, первым погиб парень, пронзенный стрелами. В него их попало три. В результате того, что стрела пронзила его горло, парня вывернуло из седла. Мне еще предстояло погибнуть, потому я продолжал двигаться вперед.

В тот момент кто-то закричал передо мной:

– Разве это не маркграф!

– !..

Мои глаза притягивал голос, который я не мог осмелиться забыть.

На горе людей и лошадей возвышался на коне Владыка Демонов Данталиан.

Владыка Демонов широко скалился.

– Куда же вы так спешите, маркграф? Разве ночное небо не красиво, а снег не прекрасен? Разве кровь солдат, разбрызганная вокруг, также не восхитительна? Если вы так спешите, то вы можете упустить все эти красóты. Езжайте свободнее!

– …Ты, ублюдок!

– Ах, маркграф может быть немного староват, чтобы наслаждаться красóтами. Возможно, вы обделались и обмочились из-за всех этих удивительных событий, которые произошли этой ночью. Но не волнуйтесь. Я все-таки учтив с престарелыми людьми. Я приму все ваше говно и мочу.

Данталиан рассмеялся в небо.

– Прошу вас, не отказывайтесь. Разве между нами нет особенной связи, маркграф?

– Ты мерзавец!!!

На лошади я ринулся к месту, где стоял Владыка Демонов.

Кентавры быстро набросились на меня, чтобы защитить Владыку Демонов.

Пока я отчаянно рубил и обезглавливал кентавров, что-то мощное ударило меня по затылку. В голове у меня запульсировало, и я потерял равновесие.

Мое лицо погрузилось в холодный снег. Чувствуя, как мое лицо замерзает, а затылок становится горячим, я закрыл глаза.

Звук пустого смеха Принцессы зазвенел у меня в ушах.

— Сир Розенберг, сир Розенберг, сир Розенберг…

А потом я потерял сознание.

Горная цепь в огне (часть 12)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

01.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, горный проход

— В тот момент, когда я открыл глаза, я увидел мужчину и много девушек, сидящих и склонившихся одна к другой. Мужчина был в черном. Он медленно гладил девушку с серебристыми волосами, которая использовала его колени в качестве подушки.

Я не знал, от чего она была в таком восторге, но девушка все терлась щекой о колени мужчины. На голове у девушки была повязка.

С другой стороны рядом с мужчиной сидела другая девушка. Было слышно, как переворачиваются страницы книги.

Я закрыл глаза и снова открыл их. Реальность ли это? Галлюцинация? Мир вокруг них был девственно белым, потому что его покрывал снег. Солнечный свет отражался неравномерно, потому граница между реальностью и галлюцинацией стала слабой.

— …?

— …

Они шептали слова, которые я не мог понять. Девушка с серебристыми волосами продолжала смеяться, мужчина смеялся иногда, я белокурая девушка не смеялась вовсе. В том месте они все сливались в одно целое.

Со стороны подошла девушка с розовыми волосами, держа большое плоское блюдо. Мужчина и девушки получили с блюда еду. В тот момент девушка с розовыми волосами показала в моем направлении и что-то тихо сказала. Мужчина посмотрел на меня.

Плюх

Еле теплая вода полилась мою голову. Я откашлялся и выпрямил тело. Откашливался я с кровью.

После того, как я сплюнул кровь, в голове у меня прояснилось и видеть я стал четко. Мужчина и девушки сидели не посреди солнечного света. Вокруг них было множество трупов.

– Маркграф, вижу, вы живы, – заговорил мужчина. – Считайте удачей, что у вас длинная линия жизни. Если бы Хумбаба здесь умерла, то и вы бы тогда погибли от моей руки.

– …

Я сплюнул кровь изо рта и сказал:

– Зачем ты пощадил меня?

– Я не щадил вас. Вы выжили исключительно сами. Хотя мы использовали веревки, чтобы связать вас, когда вы упали на поле боя, вот и все. Мы не лечили вас и не заботились о вас.

Вы выжили исключительно сами.

Мое сердце онемело от слов Владыки Демонов. Чего я пытался достичь, выживая? Какая именно сокровенная часть моего сознания отчаянно пыталась остаться живой?

– Что ты планируешь делать со мной?

– Я ваш враг, и вы также мой враг. Поскольку нет крепче отношений, чем наши, я сочувствую вам.

Владыка Демонов усмехнулся.

– Уважение старших – правило поведения в обществе, которое выходит за пределы расы и национальности. Я отпущу вас.

Я задохнулся.

Девушки, которые тесно сидели вокруг мужчины, смотрели со стоическим выражением.

Я чувствовал, что их бесстрастные лица были неприкрытым лицом смерти.

– …Убей меня. Забери мою жизнь.

– Возьмите себя в руки, маркграф. Поскольку вы сами выжили, разве не должны вы и умереть тоже сами? Ах, и мне было бы неудобно таскать за собой старика. Я дам вам в слуги одного из ваших людей, ухаживающих за лошадьми. Не расстраивайтесь так.

– Солдаты… что случилось с моими офицерами и людьми?

– Все они умерли.

– И все же разве не осталось никого, кто бы выжил?

Данталиан улыбнулся.

– Мы всех убили.

Ах.

Меня вырвало кровью. Мои внутренние органы запульсировали в обратном направлении. Извергнувши что-то теплое и влажное, я снова потерял сознание.

О Боги.

О Боги.

Горная цепь в огне (часть 13, заключительная)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

01.03.1506 год по Имперскому календарю

Черные горы, горный проход

Смотря, как маркграфа уносят на носилках, Лазурит заговорила:

– Ваше Высочество. Есть ли причина щадить его жизнь? Розенберги – влиятельная семья среди влиятельных семей, много поколений боровшаяся с армиями Владык Демонов. Если Ваше Высочество отрубите голову этому человеку, Ваше величие потрясет весь мир.

– Именно поэтому я не должен рубить его голову.

Я мягко расчесывал волосы Хумбабы, лежавшей у меня на коленях. Хумбаба мяукала, имитируя звуки кошки. Разведчик нашел Хумбабу, упавшей в снег недалеко от Белой крепости, и принес ее обратно. К счастью, раны ее не были тяжелыми. Я спросил ее, желала ли она чего-либо. Она немедленно ответила:

— Колени-подушку!

Я более чем радостно принял эту скромную просьбу. Лазурит тоже не стала критиковать по этому случаю. Мы все признавали вклад, который сделали ведьмы. Однажды я утешу их настоящей наградой, а не просто коленями-подушкой. Улыбаясь, я сказал:

– Марбас был разбит и даже Барбатос загнали в угол. Как же я смог сам одержать такую величественную победу, в то время как война развивается так трагически? Этим я обращу на себя внимание. Тот, кто выделяется, будет повержен. Хотя мы отправляем Розенберга обратно живым…

Все равно принцесса доведет Розенберга до смерти.

Я проглотил эти слова. У меня не было причин изменять себе и говорить эту фразу. Я же сказал слова, которые были менее подозрительны в моих устах.

– В любом случае территория, которой правит Розенберг, вскоре будет занята нами. Если мы лишим жизни лорда, которого уважают его подданные, мы лишь вызовем их гнев. В будущем, когда я буду править ими, я должен быть толерантным.

Интересно, приняла ли она этот ответ. Лазурит больше не спрашивала. Я сказал:

– Сообщи Барбатос о нашей победе. Более того, добавь также просьбу, что ей следует вытереть свои губы, поскольку я иду ей помогать.

– …

Лазурит сузила глаза.

– Ваше Высочество, Вы всегда подчеркиваете, что не выносите женщин с маленькой грудью, но, честно говоря, разве это не ложь? Кажется, что разум Вашего Высочества довольно сильно зацепился за Барбатос. Ваша покорная слуга сомневается.

Как шумно.

Фарнезе оперлась на меня и тихо читала книжку, а Хумбаба мурлыкала, положив голову мне на колени. Я считал, что сегодня мне стоит предаться шалостям этих двоих.

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

01.03.1506 год по Имперскому календарю

недалеко от Черных гор

– …

Когда я открыл глаза, оказалось, что я лежу на постели.

Если верить человеку, ухаживавшему за лошадьми и последовавшему за мной в качестве камердинера, ведьмы отнесли нас и опустили в деревне неподалеку. Это была комната главы деревни, и, проспав полдня, я едва мог прийти в себя. Когда я спросил его о том, что случилось с остальными моими людьми, солдат опустил голову. Я не смог ничего спросить.

Поддерживаемый слугой, я покинул дом главы деревни.

Деревня располагалась у подножия гор. Странно, в городе было тихо. На рассвете из-за звуков пороховых взрывов в Белой крепости жителей деревни эвакуировали. Поскольку место, куда эвакуировали, было неудобным для старого главы деревни, он сказал, что останется дома. Кажется, глава понял, что я лорд.

Как только мы подошли ко входу в деревню, Черные горы стали четко различимы. Белая крепость была в кромешном аду. Языки пламени из крепости быстро перешли на подножие горы, а с подножия огненная тропинка потянулась вверх к вершине, от чего Черные горы становились черные, как смоль.

Оставив пламя позади, армия в несколько тысяч солдат куда-то уходила. Они на самом деле уходили. Хотя я не мог сказать, куда они идут, однако определенно это была не территория демонов, а территория людей.

Я опустился на покрытую снегом землю и долго плакал. Колени мои дрожали, а мои голосовые связки порвались.

…Ах, это жизнь? Вы говорите мне, что это тоже жизнь?

Я человек. Однако, я предатель, из-за которого люди потерпели поражение. Я был предателем, который тысячу раз отвратительнее, чем изменник, продавший свою страну. Теперь по земле будут тяжело ступать враги. Более того, это была земля, на которой неисчислимо больше людей будет рождено и воспитано. Из-за этого старика молодежь, которая еще только должна родиться и воспитаться с этого момента, будет растоптана прежде, чем они смогут зацвести. Что же мне делать с этим? Что я могу сделать?..

Когда наступила ночь, я едва мог стоять. Оторвав нижний конец моих одежд, и я использовал этот оторванный кусок ткани в качестве пергамента и одолжил письменные принадлежности у главы деревни. Я вручил донесение солдату и отправил его первым. Я сказал ему идти вперед и сообщить Принцессе о нашем поражении. Вот какие строки я написал, превозмогая дрожь в пальцах:

1-й день 3-го месяца. Вражеские силы захватили Белую крепость. Военная мощь примерно 4 000. Командующий Владыка Демонов Данталиан. Наши силы уничтожены...

Когда я написал строчку, что наши силы были уничтожены, мое тело затряслось.

Я проклинал свою судьбу, которая позволила мне дожить до возраста, когда я был стариком. Тем не менее, поскольку я не сказал то, что должен был сказать, я был в таком затруднительном положении, а поскольку написать то, что я должен был написать, было последним заданием, возложенным на меня, я написал остальное.

1-й день 3-го месяца. Вражеские силы захватили Белую крепость. Военная мощь примерно 4 000. Командующий Владыка Демонов Данталиан. Наши силы уничтожены. Горная цепь в огне.

Имя: Джордж фон Розенберг

Раса: Человек

Занятость: Лорд (А+)

Репутация: Лорд из Трех Высших Государственных Советников

Лидерство: ранг А  Сила: ранг В+  Интеллект: ранг В

Политика: ранг В+  Очарование: ранг В+  Техника: ранг D

Титул: 1.Северный Хранитель 2.Распорядитель крепостей

Способности: Верховая езда S, Логистика А, Искусство владения мечом В+, Тактика В

Умения: А Бодрая старость (В)

[Достижения: 31]

Дым войны (часть 1)

У нас была единственная миссия.

Идти на север.

Идти на север и спасать Барбатос.

Наши солдаты получили полдня отдыха. Мы разграбили запасы, горой сложенные в Белой крепости, а поскольку забрать все было выше наших сил, остальное мы сожгли. Пока мы сжигали запасы, изначально предназначавшиеся для того, чтобы кормить и одевать заключенных, мы также решили сжечь и пленников.

Поскольку это было целесообразнее.

Я отдал приказ быть жестокими.

– Сжигайте каждую человеческую деревню, которую мы увидим на нашем пути.

Пламя и дым были везде, куда бы ни шла моя армия. Мои солдаты маршировали, поджигая все, что лежало на их пути, и маршировали, оставляя за собой дым. Чтобы предоставить помощь Барбатос, мы энергично продвигались вперед.

Человечество желало отбросить атаку обратно на территорию демонов. Поскольку война была явлением, которое вытаптывало землю, на которой они находились, люди желали, чтобы вместо их собственной вытаптывалась земля демонов.

Теперь в нынешней ситуации, когда вторая армия была полностью разбита, единственной, преграждал путь огромной человеческой армии, была Владыка Демонов Барбатос. Барбатос едва сдерживала продвижение человеческой армии в 40 000 своими 20 000 тысячами солдат. Предоставить помощь Барбатос было главной целью. Таким образом территория демонов могла избежать ужасной катастрофы войны. Мы с Барбатос не станем ренегатами, которые навлекли эту войну.

– Не зацикливайтесь на мародерстве! Убивайте их, если вам хочется лишить их жизни, но не растрачивайте свою энергию на резню. У нас нет времени на изнасилование, потому беспристрастно обращайтесь со своими нижними частями тела. Сжигайте все человеческие города и обращайте тех крестьян в бездомных.

У меня не было и тени сомнения. Палить все. Поджигать все, что видно. Деревни и запасы, которые мы не спалим, станут спасительной помощью, кормящей врагов. Я осуществлял тактику чонг-я наоборот.

Прим.пер.: Тактика чонг-я (청야 전술) – тактика, в которой обороняющаяся армия будет отступать, сжигая все припасы, которые могут быть использованы вражескими силами.

Иногда старейшины деревень сходили с ума от сдерживаемого отчаяния и умоляли нас. Старейшины молили, что им по крайней мере нужны семена, если они желают обрабатывать, землю в эту грядущую весну, потому они просили нас не вырывать у них надежды выжить благодаря кореньям. У меня не было времени объяснять старейшинам срочность ситуации. Их обстоятельства не должны были стать моими, а мои обстоятельства не должны были стать их, так что у меня не было времени синхронизировать наши разрозненные обстоятельства. Даже если бы у меня было достаточно времени, эту неувязку решить было сложно. На старых людей я нагонял страх.

– Тогда вы умрете? Вы бы лучше умерли вместо этого? Послушайте меня внимательно, люди. Пока зима не закончилась, бегите в горы и не спускайтесь оттуда. Земледелие в этом году закончилось, так что не берите с собой никакие инструменты, которые вас задержат. Не возвращайтесь из горных долин!

Со слезами на глазах старики и старухи уходили в поисках убежища.

Дым, поднимавшийся с Черных гор, двигался едва заметно, но определенно на север. С каждым прошедшим днем деревни, лежавшие на нашем пути на север, охватывались пламенем.

Люди текли рекой из городов туда, где остался только пепел. Те жители, которые потеряли свои дома, бежали на юг или прятались в горах. Со всех сторон был густой дым. В нем эхом разносились звуки всхлипываний и плача. Им стоило считать удачей то, что снег и дождь, шедшие во время нашего марша поджогов, были не сильными. Если бы из-за погоды поджигать стало трудно, я бы убил всех людей до единого.

Уходя, беженцы пели.

Если мы уйдем сейчас, когда же мы вернемся

Если мы уйдем сейчас, когда же мы вернемся

Наши деревни пылают, и наши сыны пылают

Эх, если мы уйдем сейчас, когда же мы вернемся…

Когда у них не было тропинки, по которой шагать, и конечного пункта, куда идти, казалось, люди полагались на песни на своем пути отхода. Хотя песня была горестная и глупая, я их не останавливал. Во всяком случае, я толкал людей в спины. Бегите, распространяйте ее, распространяйте песню везде, сообщайте людям этой песней, что мы пришли как ваша чума.

По пути нам преградила дорогу армия герцогов. Это были солдаты, сбежавшие из своих цитаделей, потому что они были не в состоянии выдержать горестную песню людей. Однако это случилось после того, как герцоги предложили большую часть своих солдат императорской семье с целью предоставить военную помощь. И хоть их настрой был достоин похвалы, только их настрой и можно было похвалить.

Едва взглянув на вражеские силы, которые насилу достигали 50 солдат, Фарнезе спросила:

– Что нам делать, господин?

– Затопчите их.

– Поняла. … Как утомительно.

Бормоча, как это утомительно, Фарнезе отдала команду войскам.

Так как наша победа была слишком очевидной, Фарнезе придумала игру. Это была игра, чтобы посмотреть, как она могла убить 50 вражеских солдат, не пропустив ни одного. Испытывая разные виды тактик, Фарнезе издевалась над врагами. Игра имела успех. Солдаты были полностью уничтожены.

Мы отрубили головы так называемым солдатам и насадили их на колья. Каждый раз, когда мы сжигали деревню, мы бросали там примерно 15 голов. Увидев эти головы, старшие люди слушали наши слова немного лучше. Нам не приходилось словесно запугивать их, они сами упаковывали по своему усмотрению свой скарб, чтобы найти прибежище. Весьма просто. Мне следовало сделать это раньше.

Несомненно, мы были армией Владыки Демонов.

Если бы кто-то выразился чуть точнее, то мы были армией ублюдков.

Наши солдаты воспринимали тот факт, что они ублюдки, как нечто, чем стоит гордиться. Чем больше мы мародерствовали, тем более сильную армию формировали солдаты. Маршировать не было тягостно.

Наши солдаты сами давали названия нашей армии, такие как «Вестники зимы», «Чума человечества», «Горные мародеры». Поскольку зиму проклинали, чуму обругивали, а мародерством заниматься было низко, можно было себе представить, какой подлой была моя армия. Насколько заслуживающей улюлюканья. И какой анархичной. Хорошая была пора.

Моя жизнь была более чем ничтожна, так что я бы пел о своей покинутости. Беженцы пели, потому что они не знали, куда идти, а я пел потому, что я не знал, откуда я пришел. Песнь человека, которому некуда пойти, и песнь человека, которому некуда возвращаться, совершенно разные.

– Что же это будет: то или это–? Стены позади храма городского божества упали: будет ли это–? Когда они умрут и умрут снова сотню раз–. Или мы умрем и умрем вместе при этом– будет ли то–?

Прим.пер.: Это объединение двух стихотворений «Хаёга» (하여가) и «Дансимга» (단심가). «Хаёга» было написано с целью провозглашения конца эры. https://en.wikipedia.org/wiki/Jeong_Mong-ju

– Черт возьми, что это за песня? Оригинально.

Фарнезе сморщила лоб. Лазурит, ехавшая на лошади позади меня, тоже странно посмотрела на меня. Я придумал ложь.

– Это слова из напева, который я слышал во сне прошлой ночью. Его ритм так хорошо обвил мой язык, что песнь льется сама собой. Разве это не мотив, которым нас благословила Богиня?

– Гм.

– Попробуйте петь в одиночку. Это песнь, которая незаметно облегчает жизнь. Песни поются, чтобы насладиться вкусом того, что трудно, но с беззаботностью. Чем же будет всё в мире: этим или тем?

Эта песнь мгновенно разошлась среди солдат. «Говорят, что это песнь, которую написал Наш Господин Владыка Демонов лично, услышав ее от Богини», надбавка к этому необоснованному слуху. Как только я добавил к этой песне ритм в стиле трот и продекламировал ее, наши солдаты отбросили военные песни и хихикали на рысях

Прим. пер.: тут игра слов, поскольку англ. слово «trot» – это и жанр корейской музыки, и «рысь, быстрый ход», что и обыграл здесь анлейтер.

Бадум тат бадум что же это будет: то или это?

Бадум татат тат сжигайте храмы и режьте людей – будет ли это?

Когда они умрут и умрут снова сотни раз

Или если мы умрем и умрем вместе при этом – будет ли то?

Прим.пер.: Это старый корейский стиль музыки, когда звук барабана озвучивается голосом вместо настоящей игры на барабане.

Наши офицеры напевали, убивали, мародерствовали и поджигали. С «кунг чак», взбудораженный воздух вихрился, когда они взмахивали своими клинками, и с еще одним «кунг чак» они запевали, разжигая пламя. Каждый раз, когда звучал напев, разбрызгивалась кровь.

По мере нашего продвижения на север эта четырехударная барабанная мелодия стала веселой. Больше всего трот вскружил голову ведьмам, издававшим причудливые вибрации. Верхом на своих метлах, ведьмы низко летали и пели хором. Шагая по земле под ведьмами, вместе с ними пели солдаты. Поскольку хор и повторения колебались туда и обратно, наш марш продвигался быстро.

Песнь беженцев распространялась на юг. Песнь захватчиков прокладывала себе путь на север. Гимн беженцев был всхлипыванием людей, а гимн мародеров был их весельем, так что я не ограничивал их. Я просто считал их всех людьми. Окутанные дымом, который подымался от огня, мы распространяли напев.

В то время как все наши войска шли в ритм, одна только Лазурит оставалась холодной. Лазурит твердо отказалась петь.

– Это скверная привычка.

Дым войны (часть 2)

11-й день 3-го месяца.

Еще до наступления 13-го дня, о котором нас молила Барбатос.

Мы схватили вражеское оцепление за загривок.

– Прорваться через них. – Cказал я, указывая на вражеское окружение.

Для людей слова следовали за миром и изменялись согласно их жизням. Однако для власть имущих мир следовал за словами, и жизни других изменялись согласно словам, сказанным людьми при власти. Я был влиятельной особой. Я приказал им прорваться, и это произошло.

Хумбаба повела других ведьм, и они устроили врагам ковровую бомбардировку. Мы награбили столько черного пороха в Белой крепости, что у нас его было в избытке. Ведьмы разбрасывали мешочки с порохом, не ограничивая себя. Вскоре маги со стороны вражеских сил поднялись в воздух, чтобы нанести ответный удар.

Вражеских войск было много, а наших – мало. В любом случае вражеские солдаты были весьма рассеяны, чтобы образовать окружение. Наши силы отошли назад и нанесли удар в единственном месте. Враг был разбросан, а мы сосредоточены. Вражеские силы были вынуждены следить и за внешней, и за внутренней линией их окружения, а нам нужно было только рваться вперед, смотря лишь впереди себя. Словно вколачивая гвоздь в деревянную доску, Фарнезе вколачивала наших солдат в блокирующие войска. За исключением этого, никакого содержания или особого ума там не было. Это была мощная лобовая атака.

Фарнезе тихо промолвила:

– Армия, которая побеждает посредством лобовой атаки, – счастливая армия.

Она становилась немногословной во время командования. Она разъясняла тактику командирам во время военных советов, но во время фактического сражения смотрела на поле боя мигающим взглядом.

Фарнезе читала поле боя, будто смотрела в книгу. Казалось, что крики солдат, движение подразделения и звук горна, все имело для нее определенное значение, и это значение подразумевало слова и строки. Когда перемещение солдат было неточным, она говорила:

– Не спотыкайтесь и идите на север.

Когда вражеские силы упорно стояли, она говорила:

– Вы тоже держитесь, и будьте тверды в своем желании пролить кровь.

Как только вражеское окружение стало распадаться, она снова заговорила:

– Атакуйте там.

Фарнезе читала поле боя, словно это была книга, и если она корректировала все опечатки на бумаге, она исправляла ошибки на поле боя своими приказами. Ее команды были точными и, следовательно, глубоко врезались в умы офицеров и солдат.

Не говоря ни слова, командиры высоко ценили Лору де Фарнезе, пристально смотревшую вниз позади их голов. Они хвалились, что ощущали взгляд действующего генерала, когда сражались. От командира до рядового не было ни единого человека, который сомневался бы в словах генерала. Я вспомнил слова гениального математика, который утверждал, что весь мир ему являлся в цифрах. Для Фарнезе поле боя скорее всего являлось в виде слов и предложений. Врожденный талант.

Не прошло и 2 часов с тех пор, как мы начали наше наступление на блокирующие войска, как Фарнезе кивнула.

– Все кончилось.

На ее губах появилась кривая улыбка.

♦

5 минутами позже, кольцо окружения было разрушено. Вражеские войска подняли флаги и бежали. Поскольку их отступление казалось спланированным, Фарнезе запретила нашим войскам бездумно преследовать их.

– Не идите за ними. Для нас это закончится плачевно.

Командиры промолчали и послушались приказа. Преследовать остатки вражеских сил, нападать на них сзади и опустошать их карманы – радость для командиров. Зачарованных этой выгодой, число солдат, которые предпочитали грабить, а не сражаться, было бесчисленным. Однако касательно марадерства Фарнезе не была неуступчивой. Командиры, которые мародерствовали, сколько хотели во время нашего форсированного марша сюда, хорошо поняли натуру генерала. Если Фарнезе говорила им не преследовать, значит, они не должны были преследовать. Это серьезное правило. После отступления врага словно шторы раздвинули в стороны и открылся лагерь Барбатос. К нам вышел ответственный за лагерь человек.

– Добро пожаловать, Данталиан. Благодаря вам мы можем продержаться еще день.

– Я могу лишь принести извинения за запоздалое прибытие.

– Говорить, что вы опоздали… У нас не было никаких ожиданий, что кто-то вообще придет.

Смотритель горько улыбнулся. На его белоснежной бороде была размазана кровь.

Этот мужчина со внешностью старика был Владыкой Демонов 16 ранга Зепаром.

– Несмотря на то, что надлежало бы по этикету чествовать вас и ваших людей пиром за то, что вы помогли нам избежать смерти, наша нынешняя ситуация однозначно этому не способствует. Прошу прощения. И все же если бы вы прибыли днем позже, мы бы приветствовали вас как слепые трупы.

– Как этикет на войне может быть таким же, что и обычная учтивость? Давайте не будем беспокоиться о таких вещах. Нет ни малейшей причины, чтобы вы чувствовали себя смущенным, герцог Зепар.

Зепар 16-го ранга и я, у кого был 71-й ранг, беседовали, используя полувежливую речь. Возможно, это противоречило вежливости, но Зепар был лордом, которого спасли, а я был лордом, который даровал ему это освобождение. Я непрямо говорил ему, что таково и есть приличие на линии фронта. Зепар, наверно, понял то, что я подразумевал, поскольку он кивнул.

– Тем не менее мне довольно стыдно приветствовать вас таким образом. Что же мы делали, пока вы, кто владеет низким рангом, пробирались через горный хребет и шли, чтобы спасти нас?..

– Герцог Зепар, какая часть из этого – ваша ошибка? Поскольку владыки из Равнинной фракции защищали континент Демонов, достигший крайних точек, люди определенно оценят ваши усилия. Все, что я сделал, это совсем чуть-чуть помог владыкам в их помощи подданным. Что ж, пойдемте.

Обмениваясь словами благословений, Зепар вел нас к месту разбивки лагеря.

Лагерь был безлюдный. Лагерь, который полагался исключительно на ограждения и траншеи. Ограждения были поломаны из-за повторяющихся атак, совершавшихся тут за прошедшие несколько дней. На деревянных кольях через живот были насажены трупы, они свисали как выстиранное белье. Хищные птицы приземлялись на трупы и пировали на самых нежных частях их плоти, глазах. Кровь сочилась из пустых глазниц ослепленных трупов. В тот момент, когда мы подошли, птицы встревожено улетели. Улетая, птицы покидали растерзанные глазные яблоки на земле. Зепар не промолвил ни слова, пока мы проходили мимо трупов этих мужчин.

Видя, как мои войска входят в лагерь, собрались оставшиеся в живых солдаты. Они ликовали, поднимая копья.

— Ура Его Высочеству Данталиану! Ура!

— Слава нашему спасителю!

Солдаты преградили нам путь, потому мы не могли никуда двинуться. Невозможно представить, чтобы лица солдат, выживших в таких муках, были красивыми. У них не хватало конечностей и зубов, они были грязные от сажи, размазанной по ним. Если и было что-то красивое в них, то это широкая улыбка, которая появилась на их лицах. Зепар отчитывал офицеров и солдат:

– Что это такое? Как бы вы все ни были рады, принято не преграждать путь королю. Живо…

– Нет, все в порядке, герцог Зепар. – Остановил я его.

– Таково правило, что король, ступивший на путь своих людей, перестает существовать.

Я спешился с коня и обнял одного из солдат. Солдат был молодым орком. От его тела исходил сильный резкий запах лошадиных фекалий, крови и мочи. Я крепко сжал молодого орка и поцеловал в лоб.

– Вы все достойны восхищения. Вы все достойны похвалы. Вы все сделали хорошую работу, отстаивая землю. Я сожалею, что не смог прибыть раньше. Вы хорошо…

Солдат разрыдался. Услышав мои слова, прочие солдаты вокруг тоже стали ронять слезы. Они стали вокруг меня на колени и вытирали слезы полами моих одежд. Они истово плакали, бубня «ваше… высочество…». Зепар не мог препятствовать солдатам, которые плакали, потому что выжили. Такое сдерживать нельзя.

В то время как звук плача разносился по лагерю, его прорезал резкий голос.

– Эй! Высокий и хилый!

Это была Барбатос. Она стояла позади склоненных спин солдат.

Барбатос прыгнула. Словно двигаясь по камням для перехода, она наступала на спины своих солдат и так пробежала все расстояние до меня. Поскольку ее не волновало ни лицо, ни достоинство, я был захвачен врасплох и челюсть моя упала. Вот таким меня и обняла Барбатос.

– Я чертовски благодарна, ты сукин сын!

– Ох!

Я потерял равновесие и почти упал. Барбатос смеялась сдавленным смехом, повиснув на моих плечах, и раскачивалась.

– Ты сумасшедший ублюдок, ты сучий ублюдок! Ты ублюдок, который прибывает в течение шести дней, потому что ему было сказано прибыть в течение шести дней! Ты, ты! Ты в течение шести дней полз, потому что горы похожи на твой палисадник? Ты милый ублюдок!

– Ох!

Меня насильно поцеловали. Честно говоря, это было не поцелуй, а сосание. Это и не могло быть ничем иным, как сосанием.

Я, исполнивший довольно романтичную и возвышенную сцену, теперь крутил шеей, чтобы избежать публичного показа сосания. Губы Барбатос часто промазывали. Как только это происходило, эта девушка почему-то расстраивалась.

– Ах, черт. Стой спокойно.

– Э-э-э!?

Барбатос схватила мою голову обеими руками. Наконец она могла проникнуть своим языком в мой рот. В этот момент сосание обернулось глубоким поцелуем. Ввиду того, что внешне она была похожа на ребенка, ее способность целоваться была просто непревзойденной. Сначала она забрала весь мой воздух и создала у меня во рту вакуум. Я задохнулся, мой язык обмяк. Затем Барбатос обернула свой язык вокруг моего и сосала его. На мгновение наши губы потерялись. В тот момент я резко вдохнул со звуком «Хаап…Ха…!» Но лишь на мгновение. Сразу после этого Барбатос снова заткнула мне рот, и в этот раз она придавила своим языком мой посередине и стимулировала его. Сила в моих суставах иссякла. Барбатос легко словила и поддержала мое тело, почти упавшее, поскольку колени у меня подогнулись. Меня изнасилуют. Это слова пронеслись у меня в голове. Действительно. Меня сегодня изнасилуют. Я честно верил, что меня вот так возьмут силой. Барбатос, прижимавшая своим языком мой посередине, обернула мой язык своим с обеих сторон. Издав «Ээ…», я застонал. Я только что издал стон? Правда? Я кончу от одного только языка? Не важно, сколько я двигал обеими руками, чтобы оттолкнуть противоположную сторону, это было бессмысленно. Так как я был не в состоянии влить силу в свои руки, мои взмахи просто скользили. Барбатос хмыкнула одними глазами. «Как мило». Я ощутил, будто Барбатос сказала это. Словно говоря мне не суетиться, Барбатос слегка сжала мою нижнюю часть тела левой рукой. О боже. В глазах у меня побелело. Моя последняя линия сопротивления тоже исчезла без следа. Тут невозможно было бороться. Колени мои дрожали в страхе от техники этой извращенной Владыки Демонов, которая прожила сотни лет. Всем своим телом я ощущал то, что называется словами «быть съедаемым».

Меня съедят. Это был примитивный страх человека перед чудовищем еще с начала времен. Я примитивно задрожал. Боже, прошу, только, серьезно. Затем Барбатос смешала техники толкания своего языка, как дрели, и поимки моего языка своим, как веревкой, вместе и начала двигаться внутри моего рта. У меня было такое ощущение, словно блендер взбалтывает мои мозги.

– Пха.

Наконец Барбатос убрала губы. Тонкая нить слюны свободно протянулась между языком Барбатос и моим как навесной мост. Тяжело дыша, я яростно смотрел на Барбатос.

– Ты… ты действительно…

– Даже не пытайся изворотливо украсть сердца моих людей.

Барбатос укусила меня за мочку и прошептала:

– Я благодарна тебе за то, что ты спас меня, но это все. Послушай внимательно. Мои солдаты – мои. Что я больше всего презираю, так это транжир, которые пристают к моему. Хотя в этот раз я вот так отпущу тебя без наказания, но если ты попытаешься переманить моих подчиненных когда-нибудь снова…

Язык Барбатос лизнул внутреннюю часть моего уха. Это холодное влажное ощущение холодом прошибло мой хребет.

– Данталиан. В тот момент я действительно изнасилую тебя перед недремлющими глазами солдат.

– …

Ик.

– Твой ответ?

– Я буду осторожен.

– Твои планы на сегодняшний вечер?

Голос Барбатос, спросившей меня о планах, просто сочился сладострастием. Если бы у дыхания был цвет, тогда скорее всего в этот момент дыхание Барбатос было бы светло-розовым.

Я икнул.

– Э… Никаких?

– Хи. Тогда как насчет такого? Один сделали только что.

– Пожалуйста, подожди немного. Хотя я не знаю, истощена ли ты после блокирования продолжительных вражеских атак или нет, как на счет надлежащего отдыха сегодня?

– Тогда раз я устала, предполагаю, мне стоит улучшить здоровье приемом тоников?

Аааргх.

– Каждое здравомыслящее существо в мире имеет право принимать решение на основе сексуального поведения в пределах общества. Барбатос, я решительно отвергаю твой соблазн…

– Отвергай все, что хочешь. Я просто отвергну твой отказ.

Это было неправильно.

Барбатос схватила мою правую руку и начала тянуть за собой. Пока она меня тянула, я чувствовал, будто стал рабом, которого продали в другое хозяйство из-за скверного урожая. Это было ужасно и еще раз ужасно.

Тысячи солдат рассеянно смотрели на то, как меня тянут прочь. Очевидно же, что останется сегодня в умах солдат. Картина, как Его Высочество Данталиан обнимает грязные тела солдат и плачет вместе с ними, уже развеялась и испарилась. Лишь единственная сцена запомнится солдатам, и они будут смеяться и говорить об этом всю ночь.

«Ее Высочество Барбатос проглотила Его Высочество Данталиана!»

Вот так.

С последней надеждой я посмотрел на Лазурит, Фарнезе и ведьм. Все они проигнорировали мой взгляд. Ведьмы даже помахали ручками, словно были людьми Пхеньяна и вдохновенно провожали своего лидера. Ведьмы лучились улыбками.

— Пусть вас хорошо съедят Ваше Высочество!

Если мои ушные отверстия все еще работали корректно, значит, именно это ведьмы и крикнули. Черт! По обычаю какой страны и по какому моральному принципу мира совершалось это любезное согласие продажи хозяина и звучали слова, чтобы его хорошо съели. Поскольку три основополагающие принципа в отношениях между людьми были разрушены, а олимпийские кольца исчезли, я буду рассматривать это как то, что совершили вы все. Конфуций и Менций проклянут вас всех. Умрите. Все вы, умрите…

Дым войны (часть 3)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

11.03.1506 год по Имперскому календарю

Нярисская равнина

Офицеры и люди не смогли узнать меня, когда я приблизился, ковыляя с тростью. Даже после того, как я показал кольцо Дома Розенбергов, привратник все еще сомневался. Я выглядел грязным и оборванным. Хоть я пойду и спрошу, не ждите слишком многого, пробубнил привратник и пошел оповестить людей о моем прибытии.

После длительного времени пришел командир с веревкой, которой связывали преступников. Я был с ним знаком. Не в состоянии отнестись ко мне как к преступнику, капитан промолвил, заикаясь:

– Говорят, что преступление поражения, которое вы принесли нам, было ужасным…

– Ее Высочество Принцесса Империи приказала связать меня?

– Мои извинения, Ваша Честь.

Горло мое пересохло. Я сухо кашлянул. С тех пор как меня ударили в затылок, и я упал в снег, кашлять я стал чаще. Этот частый сухой кашель, который настиг меня в возрасте 60 лет, оповещал меня о моем возрасте. Старение, с которым я столкнулся, потому что был стар, было болезненным.

– За что тут приносить извинения. Связывай.

– Прошу вас, гневайтесь на этого командира.

Командир связал обе мои руки и повел меня на плацдарм. Полуденное солнце щедро освещало широкие просторы военной базы. В каждом уголке, который освещало солнце, собирались солдаты и болтали о том о сем. Как только появился командир, ведущий на веревке престарелого мужчину, солдаты повернулись, чтобы посмотреть на него. Кто-то узнал мое старое тело, поскольку мое имя мгновенно разнеслось.

— Это маркграф Розенберга.

— Ну, причина, по которой наша позиция была захвачена несколько дней назад…

Офицеры и солдаты шептались. Я чувствовал, будто мое тело было совершенно открыто и моя внутренняя плоть выставлена на показ. Командир вел меня не к казармам, используемым для военных советов, а к личной палатке Принцессы.

– Я привел поверженного генерала, Ваше Высочество.

Поверженный генерал.

Я вздрогнул. Позор, который я ощутил, теперь проник мне в душу глубже, чем когда я проходил перед солдатами.

Принцесса не ответила. Ее силуэт едва виднелся через белое полотно палатки.

– Ваше Высочество.

Командир позвал еще раз. Ответа нет. В замешательстве, командир повернулся и взглянул на меня. Казалось, что у командира не было смелости, чтобы настаивать и звать Принцессу, которая была словно небо, уже в третий раз. Я прочистил горло.

– Ваше Высочество, Ваш покорный слуга тут, чтобы склонить голову.

– Входите. – прозвучал из палатки тонкий голос.

Шагами преступника я зашел в помещение. Принцесса сидела за столом и разбиралась с документами. В центре палатки от ведра, наполненного горячей водой, поднимался пар.

Даже после того, как мы вошли, Принцесса продолжала лишь касаться документов. Казалось, что длительное пребывание командира в палатке Принцессы необычайно давило на него. В палатке раздавался лишь звук пера, которым писали по пергаменту. И хотя время должно было быть одним и тем же, независимо от пространства, в котором ты находился, командир был не в состоянии справиться со временем в этом изолированном пространстве. Принцесса заговорила:

– Вы можете идти, командир.

Командир быстро ушел.

Только тогда Принцесса встала. Красные как кровь глаза смотрели мне в лицо. В них не было эмоций.

– Сир Розенберг.

– Да, прошу вас, говорите, Ваше Высочество.

– Вы проиграли.

Я упал на колени.

– Не прощайте Вашего покорного слугу, Ваше Высочество.

– Правильно. Именно так вы должны вести себя. Однако если я не прощу вас, разве вернутся к жизни погибшие солдаты? Будет ли снова прегражден путь по горному хребту, через который проникли внутрь? Наши подданные, которых сожгли, это все те же сожженные люди, а солдаты, которые разорвали окружение и отступили, все те же наши бежавшие солдаты.

– …

– Почему вы проиграли?

Я рассказал ей все, что знал, во всех подробностях.

Принцесса молчаливо слушала мои слова. Выслушав все, она промолвила.

– Понимаю, так тот человек – Данталиан.

– Как Ваше Высочество знает о таком…

– Моя знакомая прислала мне некоторую информацию. Вы тоже взгляните.

Принцесса вытянула карманные часы из своих одежд. Как только она повернула часовую стрелку часов, начал сочиться дымок. В дыму появился еле различимый прозрачный экран. Артефакт Пьеса-Воспоминание. Инструмент по заоблачной цене.

– Оберните это место в Ад.

– А? Что Ваша Светлость имели в виду под «Адом»?

– Я чувствую запах. Это запах жира, который исходит от омерзительных куч плоти. Это запах жадности и лицемерия.

Мои глаза мгновенно открылись. На экране появилась фигура Данталиана. Он приказал устроить резню и несчетное количество людей было убито. Я затаил дыхание. Принцесса выключила артефакт и спросила меня:

– Как оно? Наверно, вы видели этого Владыку Демонов лично.

– Да… Несомненно, это был Владыка Демонов Данталиан.

– Есть ли какая-то возможность, что они нашли мужчину с тем же лицом, как у Данталиана, и заставили его действовать как Владыку Демонов? А также есть ли какая-то возможность, что они наняли большую группу магов, чтобы инсценировать все это представление, выставляя себя в ложном свете.

– Вероятность этого крайне мала. Ваше Высочество, ваш покорный слуга узнаёт ведьму, которая была с Владыкой Демонов.

– Кто это?

– Мы скрестили мечи несколько дней назад. Ваш покорный слуга даже сразил ее. Если бы это было постановкой, было бы трудно сделать почти идентичную внешность. Более того, девушка, которую Данталиан держит в объятиях, – генерал Владыки Демонов.

Принцесса положила руку на подбородок и задумалась.

– Я отправила человека в Павию, чтобы подтвердить случившееся. Очевидно, там действительно имело место происшествие, когда на невольничий рынок напали прошлой осенью. Люди Павии считают, что это сделал необузданный демонический монстр.

– Ваше Высочество.

– Владыка Демонов Данталиан скорее всего перерезал людей умышленно, независимо от расы, чтобы замаскировать нападение на невольничий рынок под атаку монстра. Поскольку и люди, и демоны, все подряд погибли, то, естественно, это виделось не иначе, как дело рук демонических монстров.

– …

– Он жестокий человек, сир Розенберг.

Жестокий.

Суждение Принцессы было бесконечно верным. Владыка Демонов Данталиан был бессердечной особой. Еще не было ситуации, когда бы он пощадил жизни людей, взятых в плен. Если бы это понадобилось для победы, он спокойно загнал бы своих подчиненных в смертельно опасную ситуацию. Конечно, несомненно, Данталиан был мерзавцем, более всего подходившим под определение «Владыка Демонов».

Но почему? Почему сцена, свидетелем которой я стал, когда пришел в себя после потери сознания, казалась такой сентиментальной? Я не был уверен, было ли это реальностью или галлюцинацией. В солнечном свете, подобном туману, Данталиан и девушки смешались, как блики света. Эта сцена осталась единственной тайной и отпечаталась у меня на роговице. Чем больше я пытался вытолкнуть эту сцену из своей головы, тем ближе она подступала. Однако даже эта близость была слишком далекой, чтобы я мог ее преодолеть. Казалось, словно то место было нирваной.

– Розенберг.

– Да, Ваше Высочество.

– Габсбурги однажды даровали вам свою веру.

Принцесса подняла кинжал.

Я медленно закрыл глаза. Я пришел сюда решительно. Причина, почему я не совершил самоубийство, была та, что моя личность считала самоубийство чем-то запретным. Насколько умереть по своему желанию было обязанностью человека, настолько это было чрезвычайно расточительно для предателя, который опозорил свою расу и разрушил свою страну. Моя смерть больше мне не принадлежала, и страна должна была меня покарать. Я пришел сюда умереть.

Дым войны (часть 4)

– Ваше Высочество. Вершите свое правосудие.

– …

Внезапно, моих ушей достиг звук пустого смеха.

Клинок рассек воздух и перерезал веревку, освободив обе мои руки. Со странным ощущением, что мое горло не перерезано, я открыл глаза. Передо мной улыбалась Принцесса.

– Я не собираюсь забирать вашу жизнь.

– Ваше высочество…?

– Ваше тело чрезвычайно грязное. Почему маркграф, которых у нас в империи всего четыре, не заботится о свом одеянии должным образом? Разум человека основывается на теле, а тело основывается на одежде. Так что, если одежда в беспорядке, это свидетельствует, что и мысли человека спутаны.

Принцесса расстегнула мой воротник. Хотя я и старался отступить назад, Принцесса крепко ухватила меня за край одежды. Это приводило в замешательство. Абсолютно невозможно, чтобы Принцесса пожелала это старое тело, потому я не мог понять причину, стоящую за этим действием.

– Это приказ.

– Как вассал, как мог бы…

– Вы когда-нибудь были моим вассалом? Тем не менее, раз вы преступник перед империей, вам было бы трудно возражать против моих слов. Или, возможно, вы откажетесь от слов владыки с телом преступника?

– …

Я не мог сопротивляться.

Белые руки Принцессы опустились по моей груди. Когда пуговицы были расстегнуты, мой покров соскользнул.

Как не полагается леди, рожденной в Королевском дворце, руки у Принцессы были грубыми. Я смутно вспоминал слух, что с юности Принцесса училась у рыбака ловить рыбу, у охотника – ловить птиц, у фермера – пахать поле. Аристократы шептались, что это были причудливые выходки Принцессы. Пальцы Принцессы были шероховатые. Это ощущение грубости доказывало, что причудливые выходки Принцессы были не просто нарушением норм в силу юного возраста. Переживая роскошь того, что меня раздевает Принцесса, что не было роскошью, я промолвил:

– Ваше высочество, аллигатор…

– Мм?

– Как Ваше Высочество научились снимать кожу с аллигатора?

– Я видела, как шеф-повар делал это в Королевском дворце.

– Главный повар научил Ваше Высочество?

– Нет. Я не получала никаких уроков. Я просто смотрела.

Принцесса придвинула ближе деревянное ведро и намочила в нем тряпку. Я был поражен.

– Ваше Высочество говорит вашему покорному слуге, что обучилась способу управляться с лезвием, чтобы снимать шкуру, только наблюдая?

– Примерно так и есть.

Брызгая, Принцесса омывала мое тело тряпкой. Кожа у меня была обезвоженная и сухая, потому хорошо принимала горячую воду. Я ощутил, как моя кожа тяжело дышит. По мере того, как она дышала, мой разум расслаблялся. Принцесса успокоила мою измученную спину и плечи полотенцем.

За моей спиной Принцесса говорила:

– Ваше тело рассказывает мне о вашей жизни. Это доказательство, что вы жили не головой, а своим телом.

– Преступнику такое слышать не подобает. Ваше Высочество, прошу Вас, воздержитесь от подобных слов.

– Где вы получили колотую рану на спине?

– Это шрам, который ваш покорный слуга получил, когда ему было 18, и он впервые попал на поле боя. В то время как ваш покорный слуга в страхе убегал, вашего покорного слугу ранил неизвестный человек.

– Ага. 18 лет, значит, это был тот же возраст, что и у меня.

Хоть это и было непочтительно, с моих губ сорвался небольшой смех. Было удивительно, что принцессе Империи было 18 лет, и странно, что мне уже было за 60. Поскольку путь, который я прошел от 18 до 60, был такой длинный, я глухо засмеялся.

– Хоть цифры почти одинаковы, ваш покорный слуга не верит, что другие едва могут приблизиться к вашим достижениям.

– Вы были верны Императорской Семье последние 60 лет и столь же верны были своим людям, но кажется всего лишь двух поражений достаточно, чтобы вас уничтожить. Я утешу ваше тело.

– …

– Ваше унижение – оно ваше собственное, и смыть его я не могу. Поэтому, раз я не могу очистить ваши мысли, подумайте о том, что я утешаю вас, омывая ваше тело. По крайней мере, путь размышлений не будет одиноким.

Я сузил глаза.

Вода стекала, а горячий пар поднимался вверх. Пар наполнил палатку, как дым. От пара исходил запах кожи. То ли аллигатор, с которого Принцесса лично снимала кожу, насладился необычайной роскошью, как животное, то ли я наслаждался необычайной роскошью от того, что мое тело вассала омывала Принцесса Империи. Я не мог решить, что же из этого было лучше. Стоя в теплом пару, я промолвил:

– Что ваш покорный слуга должен делать?

– Я поведу рыцарей и отступлю. Весьма маловероятно, что Барбатос оставит нас в покое, когда мы будем отступать. Ее злоба скорее всего достигла той точки, когда она хочет вернуть нам все те поражения, которые потерпели ее войска до этого момента. Вы заблокируете наш тыл.

– Ваше Высочество говорит вашему покорному слуге умереть при защите?

– Я не буду вас останавливать.

Мое тело задрожало.

Принцесса задевала мои плечи голыми руками. Поскольку ее шероховатые пальцы царапали мою кожу, моя внутренняя плоть тоже зудела.

– Однако вы будете не одни. Мой брат тоже будет там. Если вы позволите Кронпринцу умереть, тогда скорее всего вы будете навечно известны как предатель. Но если вы сможете привезти Кронпринца на юг, то разве этот поступок не будет достоин великой награды?

– … Ваше высочество дает вашему покорному слуге шанс?

– Я просто хочу дать вам подходящее место.

Принцесса также заметила:

– Даже если вы и в этот раз проиграете, я не буду наказывать северный регион. Я клянусь именем Габсбургов, потому уходите, претерпевая свое унижение сами.

Это было излишество, на которое преступник не мог и надеяться.

Я склонил голову.

– Ваше Высочество, этот старик исполнит Ваш приказ.

Дым войны (часть 5)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

11.03.1506 год по Имперскому календарю

Нярисская равнина, военный лагерь на равнине

– Ш-ш.

Меня разбудила Барбатос.

– Тихо.

Мое тело было изнурено после игр с Барбатос, начиная с полудня, так что я заснул. Барбатос тоже должна была бы быть не совсем в порядке от усталости, но в эту ночь, в эту грандиозную ночь, когда не слышно было даже звуков птиц, она меня разбудила. Для справки, люди, которых я больше всего презираю в мире, это те, кто будят меня, когда я сплю. Люди, которые будят остальных, все психопаты и душевнобольные. Я не приму никаких доводов в пользу иного.

– Что-то случилось?

– Тихо иди за мной.

Барбатос понизила голос и захихикала. Хоть она и сказала мне идти за ней, она резко схватила мою руку и потянула за собой. Мы с Барбатос были в том состоянии, когда на нас не было ни единого лоскутка, это значит, что мы были нагие. Мой Бог. Барбатос пыталась вытянуть меня за переделы помещения совершенно голым. У меня не было выбора кроме как быть шокированным.

– Эй, ты с ума сошла?

– Я покажу тебе что-то хорошее.

– Я не знаю, что это, но я не могу выйти на улицу голым!

– Я сказала тебе тихо, идиот.

Барбатос продолжала хихикать. Это была девушка, у которой ни на йоту здравого смысла. В этой девушке отвратительно было то, что, будучи бесчувственной, она обладала непомерно мощной хваткой. Откуда же в этом маленьком теле бралась такая сила? Когда Барбатос тянула меня за собой, я беспомощно тащился, как соломинка, плывущая вниз по реке. О Господи. Эта безумная сучка действительно вытянула меня из палатки!

Стояла поздняя ночь, так что в лагере было тихо. Лишь кое-где в отдалении мелькали разбросанные факелы в руках патрульных. Я взвизгнул.

– Спаси меня, буддистская Богиня Милосердия!

– Тю, ты заткнешься или нет? Ты и правда не обращаешь внимание на то, что говорят другие люди, да?

– Это ты мне говоришь? А? Это ты мне сейчас говоришь это?

– О, Жар Утешения.

Барбатос подула в ладонь. Затем Барбатос коснулась моего лица, шеи, плеча, груди и зада своей правой рукой. В тот момент, когда она сделала это, теплый жар стал распространяться с тех мест, которых коснулась Барбатос. Дико холодный зимний ветер стал такой же теплый, как вечер ранней осенью. Снежная крупа летела в воздухе с неба и таяла, не достигая моей кожи.

– Теперь лучше?

– Спасибо, я тебе благодарен. Я правда благодарен, но есть более основательная проблема, ты разве не думаешь, что, возможно, есть более основательная проблема?

– То, что ты уродлив?

– Вот скотина…

– Вот дерьмо, я веду тебя показать тебе что-то хорошее, потому просто иди за мной. Было бы отлично, если бы длинным был только твой нижний инструмент, но твой язык тоже чертовски длинный. Твой язык настолько длинный, что на нем можно было бы построить ферму, ты, ни на что негодный ублюдок. Я что, должна вырвать твой хлебальник и засунуть его тебе в зад, ты, непотребное дерьмо? Ублюдок, хлопающий задом всякий раз, когда открывает рот, да выпускающий вонь испражнений от Северного до Белого моря, вот, кто ты, сучий сын. Гм? Не заставляй меня делать ту дырку для дерьма дыркой для диареи и чтобы из тебя капала дерьмовая водичка каждый раз, когда ты идешь, дилетант. Захлопни свой хренов рот и иди за мной.

– …

Выступать против Барбатос в битве проклятий было невероятно глупо.

Поскольку я был человеком, который сам получал надлежащее образование и прекрасную утонченность с ранних дней моей жизни, а также потому, что сквернословие было языком другого мира, я мог только беспомощно позволить себя тянуть рукам злодейки по имени Барбатос. Что я могу сделать против божественного изящества ругательств, вмещавших 500 лет ее труда. Если родиться добрым было грехом, то я был таким грешником. Я сочувственно относился к своему преступлению.

Барбатос вела меня за пределы военный базы. Несколько раз нас почти поймал патруль. Избегая охранников, мы кружили по закоулкам военного лагеря. За это время Барбатос иногда разворачивалась и целовала меня абсолютно без причины. Барбатос была девушкой, которая целовала меня, когда ей хотелось целоваться. Я мог только сдаться.

Из-за снега земля за лагерем превратилась в белое поле. Трупы были похоронены в снежном поле, а на тела падало все больше снега, который все глубже вталкивал их в землю. Когда мы достигли места, Барбатос отпустила мою руку.

– Ладно. Что ты планируешь тут делать…?

Барбатос сама пошла в направлении укрытого снегом поля.

Она воздела руки в ночное небо, откуда летел снег. Она начала петь. Желая знать, что же это за действо будет посреди ночи, я уставился на девушку. Это была песня, которая лилась не словами, а только звуком.

Барбатос смотрела на небо, словно она была святая, которой явился Бог, и словно она шла по бескрайним широким снежным полям, она притягивала вьюгу в свои руки, будто хотела исчезнуть навсегда.

Трудно было различить покрытое снегом поле и снежно белое обнаженное тело Барбатос.

Казалось, что ее песня льется из вьюги, а не из ее голосовых связок, и казалось, что вьюга рыдает в далеком зимнем небе.

— .

Там завывала зима. Холодный плач зимы легко пронзал тепло, укрывающее мою кожу. Моя шея замерзла.

Барбатос вкладывала все больше силы в свой голос и ее песня становилась все сильнее. Барбатос широко раскрыла рот, а глаза ее оставались сужены. Она приняла вьюгу, которая спустилась сверху, в свою мелодию и заставила ветер отхлынуть обратно наверх. Кажется, ее голос достиг того диапазона, который мои уши вынести не могли.

“Ах~…” – разносил шум снежный ветер.

Унесенный ветром, от одного края заснеженной земли до другого, до края леса тополей, до волка, который высунул голову из леса и тихо наблюдал за нами, до щелей у волка между зубами, до трупов, у которых лица ушли в мерзлую землю, до глаз тел, в которых застыла кровь, оттуда сюда, и даже до тех просторов, которые были дальше, чем отдаленные места, вьюга заползала в эти уголки и мелодия просачивалась вместе с ней.

Хруст.

Из-под земли поднялась гнилая рука трупа. Куски плоти были оторваны от руки и обнажали кость. На той кости можно было увидеть даже крупицы снега. «Хруст», звук, который появлялся, когда наступаешь на снег, разнесся эхом по всей местности. Хруст, хруст, каждый раз, когда раздавалася этот звук, из снега высовывалась рука. Будто они пытались что-то схватить, замерзшие руки колыхались в пустом пространстве. Сотни, тысячи рук жадно тянулись к небу.

Песня Барбатос медленно подошла к концу. Она стояла в центре, а бесчисленное множество мертвых рук вырывались из снега наверх. Смотря на скелеты, Барбатос заговорила.

— Все вы. Вернитесь к жизни.

Они все ждали той одной строки?

Движения рук трупов прекратились. В пустом пространстве, где ничего не было, руки сжали кулаки. По мере того, как вставали трупы, рассыпались кучи снега. Поскольку тысяча сугробов рассыпалась одновременно, вьюга стала сильнее, а потом медленно успокоилась. Как только она утихла, на укрытом снегом поле стояли тысячи трупов.

Барбатос выдохнула. Ее видимый белый пар от дыхания вытекал из ее губ. Я вытаращился на нее.

– Как оно было? – сделала замечание Барбатос. – Несмотря на холод, последовать за мной было хорошей идеей, не так ли?

– … Что ты только что сделала?

– Гм? Пополнила войска, – немедленно ответила Барбатос.

Пополнила войска? Как это могло быть пополнением для армии?! Разве это не была совершенно безумная девушка?

Только что я стал свидетелем определенного уровня возможностей, который никогда не смогу достичь, как бы сильно я ни старался. Я также увидел причину, почему социальная система, подобная которой существовала в племенах, в мире демонов еще не изжила себя. Владыки Демонов были не только владыками, они были также жрецами, шаманами и святыми. Другие демоны слушались из-за той ужасающей силы, которая вмещалась в том божественном имени.

Однажды моя власть может стать столь великой, что позволит мне контролировать жизни других, как мне хочется. Однако я не смогу контролировать то, в чем нет жизни. Когда я оказался рядом с возможностями Барбатос, мои политические возможности внезапно стали смиренномудрыми,. Как же мне было смириться с этим? Как мне было победить это? Не зная, как я приму тебя, я спросил:

– Барбатос, кто ты?

Барбатос прикладывалась губами к трупам. Она не делала разницы между трупами с кусками плоти и скелетами, которые свою плоть уже утратили. Она благословляла все трупы поцелуем. Ветер погнал снег через поле. Держа голову трупа в руках, Барбатос повернула ко мне только голову, чтобы взглянуть.

Она скалилась:

– Стерва.

И вследствие этого армия скелетов двинулась вперед.

Дым войны (часть 6)

Джордж фон Розенберг, Маркграф Розенберга, Северный Хранитель

12.03.1506 год по Имперскому календарю

Нярисская равнина, имперский военный лагерь

Враг показался на краю поля, окутанном снежным туманом.

Стояла ночь. Услышав, что разведчик прибыл отчитаться, я вышел на улицу. Вьюга и туман смешались, от чего было трудно разобрать что-либо перед собой. Разведчик тяжело дышал.

– Я видел это. Генерал, я был этому свидетелем. Я уверен. Трупы, замерзшие трупы приближались, как рой. Ох, я видел это…

Я стряхнул снег с плеча разведчика. В Доме Розенбергов свидетельства о войне, записанные нашими предками, передавались от поколения к поколению. Донесение, которое разведчик кратко изложил, в точности совпадало с характеристиками, которые описывали Владыку Демонов Барбатос. В этом не было ничего странного.

– Не волнуйся. Я тебе верю.

– Вы верите этому, сир Розенберг? Вы правда верите этим глупым словам?

Кронпринц, который быстро пришел, услышав про срочное донесение, насмешливо засмеялся. Сейчас Кронпринц был в своей пижаме, а на его плечи был накинут меховой плащ. Интересно, провел ли он весь вечер, выпивая, так как его шея и щеки были красные.

– Я вижу, что в силу вашего возраста восхваление вас как великого полководца уже устарело. Соберитесь, Розенберг. Как трупы могут двигаться?

– Глава врагов – Владыка Демонов Барбатос. В свидетельствах о предыдущей священной войне есть много эпизодов о том, что Барбатос использовала черную магию, чтобы контролировать мертвых.

– Ах, те свидетельства, возможно, неверны. Вам стоит мыслить, используя здравый смысл. Его Величество быть может пьян, но я смотрю на мир правильно, в то время как кажется, что вы трезвы, а смотрите на мир наоборот. Такая проблема возникает, когда не пьешь алкоголь. Скорее, выпивку мне! Давайте насладимся выпивкой вместе.

– Ваше Высочество Кронпринц.

– Ого? Вы говорите, что не примете и бокала от меня?

– Как бы ваш покорный слуга мог?.. Я просто желаю защищать Кронпринца от вражеских демонов.

– Может ли человек, который не сумел защитить единственную стену, быть в состоянии защитить меня?

Кронпринц сделал оскорбительное замечание. Я закрыл рот.

– Я шучу. Не расстраивайтесь.

– Ваши слова несравненны, Ваша Честь.

– О Боже, вы действительно планируете не пить со мной. Несмотря на то, что вы, сир Розенберг, – человек, который больше всего нуждается в выпивке. Его Величество обеспокоен, я искренне обеспокоен, сир Розенберг, как же вы можете выносить этот мир без выпивки.

– Ваш покорный слуга планирует не пасовать перед тем, что он должен перенести.

Кронпринц достал бутылку алкоголя из своего плаща. Поскольку Кронпринц был пьян, бутылка выскочила из его рук. Бутылка упала на снег, так что она не разбилась. О Боже, эта драгоценная вещь… пробубнил Кронпринц и засуетился. Он сдул снег, прилипший к бутылке. Эта драгоценная драгоценная вещь…

Я пытался вглядеться во вьюгу, но ничего не смог рассмотреть. Хоть я не смог ничего увидеть, я приказал командирам организовать войска. Солдаты, которых Принцесса оставила позади, все были или старые и слабые, или это были люди, столь уставшие и больные, что они не могли преодолеть холод ночи. Офицеры и солдаты поставили свои арбалеты на землю и терли ладони об ноги. "Ах, так холодно, что я мог бы умереть…" – скулили старые солдаты. Звуки "ах… ах…" смешивались с шумом снежного ветра.

Кронпринц спросил:

– Так Элизабет тоже сказала вам умереть?

– Ее Высочество Принцесса Империи сказала вашему покорному слуге, что обеспечит ему подходящее место.

– О? Это место в пределах Имперской Семьи?

– Ваш покорный слуга не знает.

– Тогда вы умрете в неведении.

Кронпринц говорил напрямик.

– Элизабет – дьявол. Я знаю, что она дьявол. Вы когда-нибудь смотрели долго в ее чисто красные глаза? Я – да. Я чувствую запах крови. Она девушка, которая заставляет запах крови струиться везде, куда бы она ни посмотрела…

Мне внезапно стало интересно. Какое же у Принцессы было детство? Была ли Принцесса Империи все той же Принцессой, когда она была маленькой? Была ли она такая с самого начала? Я кашлянул. В том кашле ощущалась влага. По моему опыту, это было плохим предзнаменованием, когда сухой кашель внезапно становился влажным кашлем.

– Ваша Честь, во дворце что-то произошло?

– …

Кронпринц глотнул свой алкогольный напиток, не сказав ни слова. И хотя Кронпринц смотрел в том же направлении, что и я, я не чувствовал, что мы смотрим в одно место. Казалось, что вьюга, которая бушевала перед нами, показалась Кронпринцу иллюзией.

Кронпринц сказал:

– Это мой грех.

После этого Кронпринц больше ничего не говорил.

Кронпринц, Рудольф фон Габсбург, во всем уступал своей младшей сестре. Мятеж, который Кронпринц не мог подавить за 7 месяцев с армией в 5 000, был сметен за 15 дней Принцессой с тысячной армией. Древний язык, которым Кронпринц искусно овладел в возрасте 14 лет, Принцесса выучила в возрасте 5 лет. По мере продолжения скверного правления Его Величества Императора аристократы стали желать компетентного монарха. Кронпринц подходил идеально.

– Вы видите это? – Пробормотал Кронпринц.

Не зная, что я должен был увидеть, я посмотрел на Кронпринца. Он двусмысленно смотрел на вьюгу, которая бушевала у подножия холма.

– Кто-то пришел.

Рассветная дымка едва коснулась нижней части холма. Из вьюги появилась нога скелета. Ступня скелета легко ступила на наклонную тропу, окутанную дымкой. После очередного шага вперед на снегу отпечаталась форма костяной ступни там, где ступня была до этого.

—…

У подножия склона, скелет поднял голову и посмотрел на нас. Казалось, что у него был взгляд странника, который внимательно осматривал горный хребет, на который ему сейчас предстояло взбираться. Хотя у скелета не было глаз, я ощущал его взгляд. Это был холодный и прозрачный взгляд. Кронпринц засмеялся в снежный ветер.

– Много прибыло, да?

Из тумана, смешанного со снегом, начали появляться тысячи трупов. Нацелившись на лагерь нашей армии, трупы медленно спускались с холма. С нашей базы зазвучал звук горна. Петухи были поражены и начали кричать. Когда крики птиц, которые, казалось, никогда не закончатся, наконец прекратились, вьюга вновь сильно забушевала и скрыла скелеты. В снежной метели не было видно ничего, и все же наши войска подняли свои копья и арбалеты.

– Ясно, зима!

Кронпринц громко проревел. Он сложил ладони рупором вокруг рта, чтобы усилить звук, и громко выкрикнул.

– Зима! Зима близко!

Наши солдаты испугались безумного поступка Кронпринца. Казалось, будто Кронпринц не сообщал нашим солдатам о прибытии трупов, о наоборот звал те трупы поскорее приблизиться к нам. Кронпринц неуклюже вытянул длинный меч и поднял его в воздух.

– Все силы, в атаку! В атаааааку!

Кронпринц перепрыгнул через деревянное ограждение и кинулся бежать. Все войска, следуйте за мнооой… эти крики Кронпринца расходились громким эхом. Не бойтесь смерти, люди–… Солдаты стояли на месте. Не уверенные, что им делать, они переглянулись, а потом повернули свои взгляды ко мне. Фигура Кронпринца исчезла в снежном тумане.

Вскоре после этого.

Кронпринц вернулся из тумана. Он тяжело дышал. С трудом протолкнувшись через расселину в деревянных ограждениях, он пошел туда, где стоял я. Опустив меч, Кронпринц кичливо поднял плечи.

– Ух, ни один человек не пошел. Кажется, у них нет никакого желания сражаться.

– …

– Генерал, давайте просто отступим.

Повернувшись к командирам, я приказал.

– Выкатывайте валуны!

Командиры повторили приказ. Валуны, которые мы приготовили заранее, начали катиться вниз. В силу того, что валуны не могли катиться правильно, они часто поворачивались в совершенно случайном направлении, однако, поскольку в тех случайных местах все равно было много ходячих мертвецов, те направления нельзя было назвать совершенно случайными. Камни сталкивались со скелетами и разбивали их кости вдребезги.

– Что. Почему они слушают слова генерала и игнорируют команды повелителя? Эти парни небеспристрастны. Как только я вернусь в столицу, я накажу их как бунтовщиков.

Дым войны (часть 7)

Сражение разгорелось на рассвете.

Хоть наши солдаты были стары, они также были очень опытны. Поскольку в своей жизни они видели много удивительного, бывалых солдат не взволновал марш скелетов. Хотя был убежавший солдат, никто не пытался его остановить. Ветераны, казалось, понимали, что если один попытается сам спастись бегством по одиноким заснеженным равнинам, то он умрет от голода, замерзнет насмерть, либо будет съеден животными. Солдаты долго жевали черствый хлеб, выданный в качестве завтрака, и запивали его водой.

Как только все валуны скатились, ветераны зарядили свои арбалеты. Арбалеты были оружием дальнего боя, вбиравшие в себя магическую энергию из окружения и стреляли болтами, используя эту энергию. Снаряды летели неестественно, если стреляли слишком быстро, и могли дать сильную отдачу, отчего болты терялись, если стреляли слишком поздно. Командирам не нужно было давать отдельные указания касательно огня, поскольку ветераны могли стрелять из арбалетов, делая грубые подсчеты по времени в голове. Болты, которыми стреляли ветераны, летели быстро и крепко пронзали свои цели.

Поскольку они жили по собственному усмотрению, то и сражались они по собственному усмотрению. То, как они сражались, было похоже на естественную физиологию людей. …Так что люди сражаются. Те, кто сражаются, люди. Я глубоко вдохнул холодный зимний воздух.

– Командиры, слушай мою команду,!

Командиры немедленно стали в тесную шеренгу. Они были командирами преклонного возраста. Они были старыми солдатами, выросшими на третьесортных военных базах из-за своего скромного статуса, незначительных способностей или потому что они не могли должным образом стоять в строю. Поскольку большинство из них были людьми, рожденными на севере, то их бросили тут именно по той причине, что они родились на севере. Поскольку их костяки еще не заржавели, они держали спины прямо.

– Шлейермахер.

– Есть, Ваша Честь.

Я называл каждого командира по имени. Капитан с еще коричневой бородой выступил вперед и выполнил воинское приветствие. Он был вторым младшим братом мелкого чиновника, управлявшего мельницей, находившейся на моих землях. В пору моей юности, когда я еще переживал детскую влюбленность в девушку из деревни, я стоял в карауле на мельнице.

На данный момент военная сила нашей центральной армии была не более 2 000.

– Неважно, какой ценой, вы не должны позволить этим трупам прорваться в центре. Вы понимаете? Защищайте свою позицию до последнего дыхания.

– Как прикажете, маркграф.

– Держитесь как можно дольше. Шансы выжить наших боевых товарищей, которые отступают, увеличатся, чем дольше мы будем держаться. Север не отправит вашу смерть в небытие.

– Понял.

Командир ушел со свитой своих слуг. Издали мы услышали слабый звук, как командир кричал своим солдатам сквозь снег. Другие командиры прислушивались к этому голосу.

– Сир Роенбах.

– Да, генерал.

Мужчина средних лет в серебряных доспехах вышел вперед. Здесь он был единственный, кто не родился на севере. Хотя его имя было всем, что у него осталось, однажды он был лидером Королевских рыцарей-стражей Императора. В нашей нынешней армии было 6 рыцарей, и за ними следовало 20 камердинеров. Это были последними оставшимися здесь рыцарями.

– Вместе с рыцарями, пробегите по холму и сметите всех ходячих мертвецов, которые слишком высовываются. Защищайте передовую своими жизнями, и погибните на ней.

– Я исполню ваши приказания, генерал.

– Север на забудет вашу смерть.

– Я, Роенбах, добьюсь славы.

Лидер рыцарей поправил шлем на голове и взобрался на коня. Другие рыцари собрались вокруг своего лидера. От боевых лошадей с хорошей родословной, вырывалось жаркое дыхание на холодном ветру. Рыцари раз склонили головы в моем направлении, а после еще раз в направлении Кронпринца. Кронпринц кивнул. Он не пробормотал ни слова жалобы о том, что я использую рыцарей, как мне нравится. Кронпринц просто пристально всматривался во вьюгу пьяными глазами. Один за одним так я позвал каждого командира по имени.

– Бергман, я отдам под ваше командование 20 тяжелых пехотинцев. Если какая-то часть нашей защиты покажется в опасности, идите туда и сражайтесь.

– Да, Ваша Честь!

Много десятилетий назад, в голодный год молодой парень, который однажды показал свою невинность, скромно заявив, что подстрелил фазана, поскольку беспокоился, что молодой господин умирает от голода, теперь превратился в старого командира и ответил:

– Гебауэр, собери слуг и раздай всем солдатам снаряды. Более того, выдай остаток провианта нашим офицерам и людям. Люди сражаются с силой, которую им обеспечивает еда.

– Я сделаю все, как требуется, Ваша Честь.

Девушка, которую зачислили в армию, несмотря на ее пол, девушка, над которой часто насмехались мужчины, и в свое время резко парировала, спрашивая, где же были все мужчины и женщины севера, теперь отвечала на мои команды тут, в этом месте, после того, как прошло много десятилетий.

– Могущественные солдаты Габсбурга, слушайте мои слова.

Я повернулся к войскам.

– Я не знаю, кому вы все клялись в верности, и я не верю, что требуется верность, когда под угрозой пропитание. Однако всем вам следует знать. Долг человека и задание солдата – вот то, что вы все должны хорошо знать. Если мы сбежим, тогда молодежь нашей страны умрет. Если мы сдадимся, земли нашей страны сожгут. О, Великие солдаты Габсбурга, которые некогда были молодыми и всегда жили в этих землях, пришло нам время передать то, что нам доставляло удовольствие, сыновьям и дочерям.

Я вынул меч из ножен и поднял его в небо. Парадный меч, передававшийся в моей семье из поколения в поколение, был потерян в предыдущем сражении. Но разве это имело значение? Я жил на поле боя. Это мой дом. Здесь был Дом Розенбергов.

Я крикнул. Жар изнутри устремился вверх, прожигая и пронзая мой влажный кашель, и взорвался в зимней атмосфере.

– За Империю!

Солдаты подняли свои арбалеты и копья и яростно закричали в ответ:

— За Империю!

Надеясь, что мой голос достигнет другой стороны рядов, которые невозможно было рассмотреть из-за тумана, я проревел:

– За Империю!

Солдаты мне вторили.

— За Империю!

Голоса с другой стороны лагеря, скрытого вьюгой, тоже достигли места, где я стоял. Престарелые солдаты, рожденные в разных местах и проживавшие свои жизни по-разному, собирались вместе умереть в конце их жизней в одном месте. Снежинки. Которые формируются соответственно в разных температурах и принесены разными ветрами, все падают на одну и ту же землю и оседают. Жить, как снежинка, и, по крайней мере, умереть как снежинка. Снег, тающий прежде всего, чтобы предотвратить таяние снега, который нагромоздится сверху. Я с радостью принимал весь снег с простыми жизнями и весь снег с простыми смертями. Север – страна снега. Дом, построенный для людей, который не могли пойти на юг. Повернув лицо к небу, я вздохнул. Это был день, весьма подходящий для плача. Хороший день для оплакиванья…

В обед ко мне подбежал командир.

– Ваша честь, первая линия прорвана. Оставшиеся солдаты из первой линии присоединились ко второй. К счастью, во время отступления было небольшое замешательство. Хотя многие были ранены, убитых мало.

– Хорошо. Продолжайте защищать в том же духе.

Смотря на карту, я отдавал приказы. Вьюга была жестокая, так что охватить военный лагерь одним взглядом было невозможно. Рисуя то, что можно и нельзя было увидеть, я понял, в каком нам идти направлении, и сделал предположения, куда нужно было направить наших солдат.

– Мы выигрываем уже одним тем, что вот так сдерживаем их. Не сражайтесь опрометчиво и не умирайте быстро. Держитесь как можно дольше. Передайте это войскам еще раз.

– Вас понял, генерал!

Через некоторое время прибежал посыльный. Он был адъютантом командира. Поскольку командир пал в бою, адъютант выполнял задание вместо него. Я не спрашивал, где пал командир, и он тоже этого мне не сказал.

– Генерал, во второй линии пробили брешь. Вторая и третья линии слились вместе и противостоят врагу. Наш боевой дух падает. Лидер подразделения рыцарей погиб.

– Очень хорошо. На обратном пути сообщи командиру роты Гебауэр оставить данное ей задание и участвовать в битве на передовой. Сражайтесь, считаясь со временем, но двигайтесь спешно. Быстро двигаясь, вы сможете меньше сражаться.

– Есть, генерал!

Когда наступил полдень, примерно в то время, когда вьюга прекратилась, прибежал посыльный. Это снова был совершенно другой человек. В этот раз погиб адьютант и почти все командиры, так что единственные, кто мог прибегать с донесением теперь, были слуги адъютантов. Посланник очень точно отсалютовал и предоставил отчет по ситуации.

– Третья линия разрушена. Вся наша армия отражает атаку у последней деревянной баррикады. Хоть ряды подразделений неорганизованны и смешались, трудностей в том, чтобы сражаться вместе, как группа, нет.

– Хорошо. Приказываю оставшимся рыцарям наступать. Если вы воспользуетесь узкими проходами между ограждениями, тогда осуществить атаку будет легче. Ударить по вражеским флангам, которые заняли нашу сторону.

– Понятно, Ваша Честь. Пусть нам улыбнется удача в войне.

И каждый раз вновь и вновь приходил новый гонец…

Дым войны (часть 8, заключительная)

Наконец-то.

Все успокоилось. Потому что вокруг никого больше не было.

Как люди Севера, командиры боролись до самого последнего момента. Мы не брали в плен солдат, спасавшихся бегством, а поскольку мы их не ловили, думаю, что осталось больше. Из Королевских Рыцарей-стражей, от самих рыцарей до их слуг, все героически погибли. Во время финальной атаки Кронпринц пошел с войсками вперед, не сказав ни слова. Я не спросил, как он погиб, и никто мне также этого не сказал. Последний посланник, который принес мне боевое донесение, был не командир, не адъютант и даже не слуга адъютанта. Последнее донесение мне принес солдат, у которого даже не было звания. Солдат оповестил меня, что последняя линия была прорвана, и немедленно отправился обратно на передовую.

– …

Ощущая безмятежное полуденное солнце на своей спине, я всматривался в карту.

Солнечный свет растопил отходы, распространяя вонючий запах по лагерю. Это было дыхание, проистекавшее с Небес. Поскольку снег спустился с неба, а это был запах, источаемый, когда снег растаял, складывалось ощущение, что это был запах неба. … Была ли страна снега – страной неба? Были ли люди снега – людьми неба? По этой ли причине люди снега так легко вернулись на небо?

Моей спине стало жарко от солнечного света. Вбирая сырой запах, я вспоминал то время, когда Принцесса мыла мое тело. Я был не совсем несведущ касательно причины, почему Принцесса выбросила и Кронпринца, и меня в это место.

— Что Вашему покорному слуге делать?

— Вы закроете наш тыл.

— Ваше Высочество говорит вашему покорному слуге умереть во время защиты?

— Я не буду вас останавливать. Однако вы будете не одни. Мой брат тоже будет там. Если вы позволите Кронпринцу умереть, тогда скорее всего вы будете навечно известны как предатель.

Стать навеки предателем.

Вот что сказала Принцесса.

Люди между собой шептались, что маркграф фон Розенберг был первопричиной начала войны. Маркграф Розенберг потерял Черные горы и разрушил план Империи закончить это сражение короткой войной. Более того, теперь Розенберг не смог защитить Кронпринца от смерти и, следовательно, потрясет Имперский зал суда. Однако, взяв на себя ответственность за все преступления и задачи, Джордж падёт и его покроют замерзшие отходы, вот как вы прекрасно посодействуете; таковы были истинные слова Принцессы. Чувствуя себя ослепленным этой безмерной имперской милостью, я спросил Принцессу.

— Ваше высочество дает вашему покорному слуге шанс?

— Я просто хочу дать вам подходящее место. Уходите, претерпевая все свое унижение сами.

Хотя это был предложение дьявола, в то же время это был всего лишь путь спасти Империю, так что это было предложение, от которого невозможно было отказаться.

… Принцесса Империи действительно дала подходящее место для этого старого мешка с костями. В этой местности был мой дом и моя страна, и это было место, где люди будут селиться снова и снова, Ее Высочество видела это с самого начала.

Позади моей спины появилась тень. Тень шагала по снегу. Издавая невнятный звук, снег принимал вес жизни, которым на него наступали.

– Гм. Вы Джордж фон Розенберг?

– Это так.

Я продолжал смотреть на карту. Каждая карта была местом, где умирали люди. Я думал о людях, умерших подобно тому, как они жили. Я думал об их грубых и крепких руках, нажимавших спусковой крючок на арбалетах. Даже когда они выпускали болт, они продолжали тянуть провод. Стреляя и натягивая снова, они продолжали тянуть. Битва продолжалась до тех пор, пока жизнь упорствовала, и она ощущалась как не более чем мгновение, которое доказывало то бесконечное продолжение.

– Сражение закончилось, человеческое дитя. На что ты смотришь?

– На сражение.

– А если та битва тоже закончилась, на что ты будешь смотреть?

– На сражение.

Вблизи послышался звук металла, который рассек зимний воздух.

… Вот он, звук пресечения моей жизни.

Так я думал. Мне было любопытно, расходилась ли плоть более деликатно, чем воздух, поскольку я не слышал звука ее отделения. Мое взгляд перевернулся, и перевернулся еще несколько раз, пока я наконец не уставился в небо. Оно было местом, куда я вернусь. Я закрыл глаза.

— Раз я не могу очистить ваши мысли, подумайте о том, что я утешаю вас, омывая ваше тело. По крайней мере, путь размышлений не будет одиноким.

Я буду обдумывать значение и размышлять опять. Однако поскольку страна снега была страной неба, однажды они вернутся на землю и снова навалятся валом, продолжая таким образом свои несчастные жизни. Меня утешали те бедные жизни, и это было намного более обнадеживающе, чем внимание Ее Высочества.

Ваша Имперская милость безмерна, Ваше Высочество.

Прошу вас, относитесь к нам, подданным, с состраданием.

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

12.03.1506 год по Имперскому календарю

Нярисская равнина, имперский военный лагерь

– …

Я посмотрел вниз на голову Розенберга, упавшую на покрытую снегом землю.

Розенберг все еще смотрел вперед суженными глазами. Скорее всего, эти глаза ничего уже не могли увидеть и, скорее всего, эти глаза ничего уже не могли оценить. Несмотря на это Розенберг всегда будет указывать направление тем замерзшим взглядом. Когда я повернул голову, чтобы последовать за его глазами, я увидел небо. Я тихо промолвил:

– Отправляйтесь в хорошее место, маркграф.

Я поднял голову Розенберга из снега. Я стряхнул снег с его волос и тряпкой вытер жидкость, которая текла из его шеи. Розенберга обезглавила Барбатос.

Таким образом наш план имел успех. Хотя было и иначе там, где вторую армию Марбаса победила Принцесса Империи, учитывая возможности Принцессы, пожалуй, это был приемлемый результат. Было бы лучше считать облегчением, что Барбатос не проиграла. Вдобавок это благодаря победе Принцессы Империи я тоже смог одержать победу. Петля. Это все же была петля…

На какое-то время война в состояния спокойствия.

Марбас должен был снова набрать войско, и Барбатос тоже должна была привести свою армию в порядок. Время требовалось не только Объединенным вооруженным войсками Владык Демонов, но и Человеческому Альянсу, что было нужно для формирования новой стратегии.

Хотя казалось, что человечество надеялось закончить войну короткой битвой, я прошу прощения. Все же еще слишком рано. Пожалуйста, повальсируйте со мной чуть дольше. Смотря на лицо Розенберга, я расплылся в улыбке.

– Что вы пытаетесь увидеть даже после смерти? Закрывайте глаза и спокойно отдыхайте, маркграф.

Я закрыл ладонью веки Розенберга. Таким образом Розенберг наконец закрыл глаза. Я не знал, какую великую причину и чувство справедливости он пытался высмотреть в свой последний момент. Наверно, это было что-то скучное.

Подошел командир и сказал, что меня звала Барбатос. Я приказал командиру придержать голову Розенберга. Я намеренно запугал его.

– Я планирую подарить это генералу Фарнезе. Держи ее хорошо, поскольку генералу это очень понравится. Если ты вдруг потеряешь ее, тогда ты довольно сильно расстроишь генерала. И тогда даже я не смогу ее остановить.

Лицо командира побледнело, и он осторожно связал голову Розенберга в узел. От того, как дрожали его пальцы, казалось, что он имел дело с собственной головой. Я усмехнулся и направился к Барбатос. В пустых вражеских казармах Барбатос подпиливала ногти.

– О, ты тут?

– Я тут, чтобы поздравить Вас с великой победой, Ваше Высочество~.

Я тихо сказал это, преклоняя колени. Я был таким человеком, который станет на колени, даже если это шутки ради. Барбатос фыркнула.

– Хорошо. Довольно мило, что твоя хренотень набирает обороты. Иди за мной.

– Ты снова собираешься показать мне что-то хорошее? Твои хорошие штуки выстраиваются в очередь на каждый день, так что я не знаю, когда я смогу прилично выспаться.

Барбатос ухмыльнулась.

– Ты можешь просто пойти за мной, не говоря ни слова?

"Если ты поднимешь шумиху, я снова вылью на тебя ведро ругательств," – вот что предполагала нежная улыбка Барбатос.

Как человек, который верит в здравый смысл и утонченность, я пошел за ней. В одном из углов военного лагеря был связан пленник. Его доспехи были довольно толстые. По социальному положению, скорее всего, он был высоким аристократом.

Барбатос прошептала мне на ухо:

– Это Кронпринц Империи Габсбургов.

– …

Конечно.

Это было действительно нечто прекрасное.

Барбатос слегка укусила меня за мочку передними зубами.

– Данталиан, ты не поклялся мне в верности. Это трагедия, которую я считаю весьма прискорбной. Однако, хоть ты не поклялся мне в верности, ты все же предан мне. Я не планирую принимать это без платы.

– О? И что ты имеешь под этим в виду?

– Я отдам его тебе.

Барбатос обтрусила мою грудь своей рукой. Я ощутил, что в каждом ее пальце была взаимосвязанная функция. Так вот каково прикосновение руки, способной поднять из земли мертвых. Так я подумал. Если это так, тогда даже я бы немедленно встал, если бы, будь я скелетом.

– Можешь использовать пленника, как хочешь.

– Барбатос…

Я нежно поднял подбородок Барбатос. Барбатос не отказала мне в этом бесцеремонном прикосновении. Наши губы сблизились.

– Возможно, ты уже знаешь, но я презираю женщин с маленькими телами.

– Гм, и?

– Но ты единственная, кому я не могу отказать.

– Я знаю, идиот.

Мы долго целовались. Это был поцелуй, наполненный благодарностью вместо сладострастия. У Барбатос потому, что я прошел форсированным маршем, чтобы спасти ее, а у меня потому, что она не обратила внимание на мое положение и представила мне надлежащую награду. Как прекрасен партнер, который умеет быть искренне благодарным за то, что получил, и награждать вскоре после этого другую сторону? Мы были прекрасными деловыми партнерами. Я убрал губы и прошептал.

– Хотя кажется, что увеличилось желание довести это до конца прямо тут и сейчас.

– Отлично. У нас уже было чертовски веселый вчерашний день. Иди и займись своими делами.

Барбатос указала на Кронпринца подбородком. Я кивнул и подошел к Кронпринцу Империи.

Интересно, много ли Кронпринц вертелся на земле, поскольку внешне он был грязнее дворняги. У него были серебряные волосы, и все же из-за грязи в них был жестоко вмешан коричневый цвет. Кронпринц посмотрел на меня с совершенно грязным лицом. У него были впалые глаза, как у пьяницы, который только что проснулся после попойки.

– Кто вы…?

– Враг Элизабет.

– …

– Не желаете услышать мое предложение, о, Кронпринц?

Я нежно оскалился.

Сир старший брат.

Я тут, чтобы сообщить вам о чем-то приятном.

____________________________________________________________________

Имя: Барбатос

Раса: Владыка Демонов

Работа: Владыка демонов (SS)

Репутация: Третья Императрица

Лидерство: ранг S;  Сила: ранг А+; Интеллект: ранг А-;

Политика: ранг С; Очарование: ранг А; Техника: ранг С.

Титул: 1. Бессмертный Властитель 2. Лидер равнинной фракции

Способности: Темная магия S+, Тактика А, Актерский талант А-, Военные хитрости В

Навыки: Святая для всех, кто умер (S)

[Достижения: 451]

Беззвучные слова (часть 1)

Мое целомудрие было в опасности.

Значительной, притом.

Это была не шутка.

Я чувствовал, как у ведьм текут слюнки, когда они пристально смотрели на меня.

Несмотря на то, что ничего особенного не произошло, ведьмы пригласили меня в свой самоорганизованный район красных фонарей, бубня: "Хозяин, случилось нечто крупное. Хозяин, случилось нечто незначительное…". Когда я зашел туда, эти ребята курили опиум и смотрели на меня с вязким вожделением. Все они были наги. Ей-богу, это были чудовищные ребята. Так вот почему ведьмы жили в унижении. Мой взор помутнел от этого кричащего соблазна.

– Вы все сошли с ума?

– Аха. Хозяин говорит, что хочет сделать это сразу со всеми нами?

– Почему, когда я вливаю слова в ваши уши, вы, девушки, слышите задницами?

– Черт! Телу нашего господина будет лучше сделать это через наши задние проходы?

– Мы точно говорим на одном языке?

– Только раз закройте глаза и — оп.

Я стукнул Хумбабу по голове костяшками пальцев.

– Послушайте внимательно, вы – девушки с крошечной грудью. Я не считаю таких особ, как вы, потенциальными сексуальными партнерами. Если вы плоские, то должны и вести себя и жить скромно, а вы все равно пытаетесь достичь большего. Вы не в том положении, чтобы вас принял в себя мир, скорее вы находитесь в тех обстоятельствах, когда вы должны сами принять мир.

– Ахахах? Нас немного удручает, когда наш хозяин, послушно поглощенный мисс Барбатос, выставляет, однако, плоскость груди как встречный аргумент?

– …

Эти попавшие не по адресу ухажеры. Они действительно просто безрассудно врываются в слабость другого.

Каждый раз, когда ведьмы выходили на улицу, то всегда одевали на себя толстый слой одежды. Даже в конце зимы, когда прелый запах воды распространялся по окрестностям, и ранней весной, когда противный запах воды просачивался прямо во внутренности, ведьмам были неведомы времена года в силу их тяжелых одежд. Хумбаба сказала мне, что поскольку тела без душ прокляты, им не следует показывать их другим. Каждый раз, когда ведьмы глубже насаживали шляпы себе на головы, я вспоминал белые перчатки, которые всегда носила Лазурит. Обоснование ведьмовских колпаков и белых перчаток Лазурит было одинаково. Масть к масти подбирается.

Учитывая, как они сошлись ко мне отовсюду, было ясно, что они не собирались здесь с какой-то целью. Это место, по всей видимости, было местом, куда они в конце концов пришли после того, как их гнали и преследовали люди. И хотя существовала неотвратимость жизни, а путь человека, который шел к своему предназначению, был прекрасен, путь человека, которого отправили в место изгнания из-за того, что его жизнь зависела от определенной неотвратимости, прекрасным не был. Я считал, что в том месте изгнания мне стоит освободиться от социального статуса самых низших классов и позволить всем быть простыми людьми.

За одну ночь я нарисовал схему. Символом было три белых круга на черном фоне.

Показав его ведьмам, я сказал:

– С этого дня и далее это будет символом Владыки Демонов Данталиана. Поскольку вы все мои королевские стражи, вполне нормально, что вы будете ходить, нося мой символ на плащах.

Для ведьм одежда была тюрьмой, постоянно опутывавшая их тела. Как люди, которые были выгнаны, потому что у них не было принадлежности к общине или дома, для ведьм их одежда была местом изгнания. Накладывая эмблему на их плащи, я освобождал их от их изгнания. Ведьмы поняли мое намерение. Сначала они не могли раскрыть и рта. Пока наконец их глаза не заблестели от слез.

– Хозя-а-а-аин–…

– Замолчите. Если не хотите это надевать, не надевайте.

– Как бы там ни было, перед нашим хозяином мы будем только нагими!

Плача, ведьмы прилепились ко мне. Черт. Оставалось только вздыхать. По возможности я хотел попросить ведьм, чтобы они не оголялись, когда находятся передо мной, но что я мог поделать в этой ситуации? Я похлопывал ведьм по спинам. … Я должен жить с этими ребятами, я понимаю. В конце концов, моя судьба – жить с ними. Чертова судьба.

– Сопение. Так, когда хозяин снимет с нас нижнее белье?

– …

Просыпайся от своих диких снов, ты, кусок слизи.

За исключением ведьм, носить мою эмблему было позволено только Лазурит и Фарнезе. С накидками на плечах, мы часто пересекали военный лагерь Объединенных вооруженных сил Владык Демонов. Завидев нас издали, солдаты шептались между собой.

— Король простолюдинов…

— Шлюхи и рабы короля…

— Почему такие грубые служанки…

Мы считали перешептывания солдат чем-то более тривиальным, чем утренние крики петуха. Вереща «кия—кия—», ведьмы висли на моих плечах. Казалось, что мои плечи были для них игровой площадкой. Даже когда мы шли, Фарнезе в одной руке читала книгу, а другой исподтишка хваталась за край моих одежд вместе с остальными. Ах, кричал я этим надоедливым ребятам, пожалуйста, отстаньте от меня. Лазурит тихо следовала за нами, которые были вот такими.

Внезапно я почувствовал, будто пришел в этот мир и создал семью.

♦

Земля, замерзшая зимой, растаяла.

На пятачках земли таяли замерзшие отходы. Солнце крепче обнимало оттаявшую землю. Словно пытаясь шире принимать лучи, заснеженные поля понемногу раскрывали свои прорехи. В прорехах можно было увидеть сверкающее грязное месиво. Неглубоко раскрывшаяся в снегу почва казалась жабрами белой рыбы. Земля тяжело дышала этими жабрами и вбирала больше солнечного света, пока наконец покрытые снегом поля не растаяли и не потекли ручьем. И хотя пресноводная рыба, жуки и прочие живые существа не могли там жить, так как вода в ручье была все еще холодная, торопливый звук текущей воды призывал другие живые существа. Однажды северный олень с рогами пришел к ручью и поставил копыта в воду. Заметив меня, северный олень спешно выскочил из потока и убежал. Весна была в месте у ручья, откуда скрылся северный олень.

Претерпевая зиму, Объединенные Вооруженные Силы Владык Демонов увеличились в числе.

По континенту прокатился слух, что мы сожгли Черные горы и взяли голову маркграфа Розенберга. Люди расы демонов шептались между собой, что, может, в этот раз, мы сможем… В этот раз, где зима короткая, мы сможем прогнать человечество и вернуть наши дома обратно… Демоны подняли копья. Нанятые солдаты собрались. Были сформированы солдаты-добровольцы. Несколько Владык Демонов, которые раньше относились к войне скептически, подняли свои тяжелые задницы. Весной, когда живые существа возвращаются к жизни, демоны готовились к войне, чтобы лишать жизней врагов. В этом году весна будет безжалостной.

Всю зиму человеческая раса деятельно двигалась. Как только стало точно известно, что краткосрочная битва развернется в длительную войну, все королевства, в которых правили люди, записали проект боевого приказа. Молодежь, готовившаяся на своих фермах к первой в году обработке почвы, была собрана на поле боя. Изредка, когда слухи про человеческие армии достигали нас, это все были слухи про Владык Демонов, которые жили возле человеческой территории и терпели ужасную трагедию.

—Его Высочество 49-го ранга Кросел потерял свой замок Владыки Демонов и ищет приюта в Нифльхейме.

— Говорят, что Владыка Демонов Сиир70-го ранга, погиб в битве.

— Эти люди, отвратительные сволочи.

Голоса были угрожающие. В то время как Объединенные Вооруженные Силы Владык Демонов переводили дух, а Человеческий Альянс развивал дыхание, Объединенные силы и Альянс запальчиво перекидывались мнениями через посланцев.

Некий человеческий король прислал донесение, в котором утверждал, что поскольку демоны первые пересекли Черные Горы и вторглись на земли другой расы, это считалось вторжением.

"Поскольку тот, кто первым, кто разграбил и уничтожил замок Владыки Демона Данталиана, был маркграф Розенберга, и поскольку Розенберг человек, это вы, люди, совершили вторжение. Мы не захватчики, мы жертвы", – такое донесение Владыки Демонов отправили обратно.

"Прежде всего это вы, демоны, распространили Черную Смерть по всему миру, и поскольку Розенберг разграбил замок с простым намерением вылечить своих людей от этой болезни, ах, если охарактеризовать порядок дел, то разве не вы, демоны, заслуживаете смерти?" – прислал резковатый ответ человеческий король.

"Как для людей, у которых нет доказательств, что мы первые распространили чуму, и которые все же яростно настаивают на этом, я понимаю, что у вас, люди, чертовски тупые головы на плечах", – вот какой ответ написала Барбатос. Однако другие Владыки Демонов решительно помешали ей отправить сообщение, а вместо этого истолковали ее слова в более мягком стиле письма.

Как только они начали ссориться, кто первый поступил неправильно, полилось бесконечное число критики, которую невозможно проверить. В письмах не было никаких очевидных доказательств, вместо этого в ход шла пёстрая риторика. Зимой, хоть Объединенные Вооруженные Силы Владык Демонов и Человеческий Альянс ссорились по поводу того, кто зачинщик, по правде говоря, каждый уже хорошо знал, что на данном этапе уже совершенно не имело значения, кто начал первый. Несмотря на то, что все уже приняли это, никто и виду не подавал, что знает. Согласно словам, передаваемым посланниками, люди стали жертвами, и демоны стали жертвами, от чего во вселенной было полно только пострадавших сторон. Следовательно, скорее всего каждый понимал, что в мире, где небо и земля стали жертвами, такой мир по-настоящему не может быть миром, принадлежащим людям, которых обидели. Это была самоочевидная истина. Если бы кто-то всячески старался высказать эту истину, тогда люди бы прикасались, ощупывали и терли эту очевидность, покрывая ее мертвой кожей своих рук, пока, наконец, эта самоочевидная истина не стала бы кричащей правдой, покрытой грязью, следовательно, повелители не говорили ни слова. Первый, кто заговорит, первым бы проиграл.

А никто не желает проигрывать.

Никто.

Беззвучные слова (часть 2)

Я нанял наемников и увеличил число своей армии до 7 000 солдат.

Услышав молву, что «Его Высочество Данталиан платит хорошую зарплату», командиры наемников сами искали меня. Командиры, стоя передо мной, следили за моим выражением лица.

– Молва, что вскоре случится масштабная война, становятся все громче…

– Слухи верны. Вы все тоже последуете за мной на передовую?

– На самом деле, если бы мы, Ваши покорные слуги, отправились на передовую, разве Ваша Светлость не будет выглядеть подлым…

– Это не война, которая служит великой цели, это битва, когда мы наносим удар, когда враг испытывает лишения. Что может быть более подлым, чем это?

– Разве победить людей не великая цель?

– Даже если это великая цель, было ли это вашей целью? Даже если бы мы избавились от человеческой империи и установили золотой век, было бы это место вашим королевством?

– Ваши слова безмерны, Ваша Честь. Просим вас, будьте проницательны.

– В моей армии плата выдается каждые 10 дней. Пехотинцы будут получать 1 золотой, кавалеристы будут получать 3 золотых. Касательно еды, было бы хорошо оставлять половину вашей платы мне и таким образом решить проблему, или же вы можете покупать еду у лавочников, которые следуют за подразделением. Поскольку мы не обеспечиваем оружие отдельно, разбирайтесь с этим сами. Поскольку все функционирует так, так это и понимайте. Не беспокойтесь о великой цели, думайте только о личной выгоде, которую вы можете получить. Я буду человеком, который беспокоится о великой цели.

Командиры закивали головами. По их глазам было видно, что они поняли мои слова.

– Просим Вас рассказать нам, Вашим покорным слугам, воинский устав, которого мы должны придерживаться.

– Не дискриминировать по расе или месту рождения, а обращать внимание только на звание.

Командиры встали и склонили головы до земли.

– Мы поняли указания Вашей Чести.

В конце зимы Фарнезе еще раз обучала свежезачисленных солдат. Поскольку уже было значительное число солдат, верных Фарнезе, обучать новобранцев было не так трудно, как раньше. 2 солдата, которые избили проститутку до смерти, 1 солдат, который запугал, торговца, и 4 солдата, которые занимались ростовщичеством – их всех поймали и заставили выпотрошить себя. Фарнезе лично вынимала их внутренние органы и варила кровавый суп. Выплюнув кусок кишки, Фарнезе сказала:

– Даже внутренности этих глупцов гнилые, потому вкус мяса испорчен. Они действительно были людьми, с которыми не стоит связываться. Обезглавить их и скормить охотничьим собакам.

Даже когда зима прошла и приблизилась весна, для солдат Фарнезе всегда оставалась в их мыслях зимой, так что каждый раз, когда они видели лицо генерала, их плечи вздрагивали. Хотя земля, замерзшая на протяжении зимы, растаяла, дисциплина оставалась холодная, как клинок.

Солдат не интересовало весеннее солнце, между тем они рьяно тренировались. Выкрикивая, солдаты выравнивали ряды и вытягивали копья. Пот солдат падал на землю, где растаял снег.

Как только наступил 4-й месяц, Объединенные Вооруженные силы Владык Демонов двинулись на юг, Человеческий Альянс отправился на север, и словно они условились об этом заранее, обе армии поставили свои лагеря на противоположных концах равнины, которая располагалась в центре между человеческими и демонскими территориями.

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

2.04.1506 год по Имперскому календарю

Поллес, Равнина Бруно

Объединенные Вооруженные Силы Владык Демонов и Человеческий Альянс отправили друг другу ультиматумы. Было решено, что, отправив парламентеров от обеих армий, две стороны смогут решить, действительно ли армии пойдут воевать или начнут мирные переговоры. Конечно, на соглашение о перемирии не было почти никаких шансов.

Количество загубленных жизней уже достигло тысяч. Подобно тому, как гром звучит вслед за ударом молнии, в этот момент идти на войну было естественным развитием событий. Даже все Владыки Демонов (за исключением Пеймон) готовились к этой войне. Была лишь одна проблема.

Кого выбрать в качестве парламентера.

– Почему бы просто не выбрать Данталиана? – Выступила тут вперед Барбатос. – У него наибольший вклад в этой войне, разве нет? Говорить он тоже умеет неплохо, а поскольку у него самый последний ранг, он идеально подходит, чтобы использовать его, как посыльного. Мы ведь отправляем парламентера условно, не так ли? Значит, нам нет нужды терять лицо, отправляя особу высокого ранга, правильно? Используйте его как мальчика на побегушках.

По правде говоря, это было весьма тонкое понимание.

Точно посередине между двумя армиями была установлена белая палатка. Это было место, где эмиссары встретятся и будут вести дискуссию. Поскольку по равнине текло много ручьев, у воды были слышны звуки разгоряченных спаривающихся бродячих собак. Среди бродячих собак не было породистых, так что черный пес переплелся с белой самкой. Я остановился на пути к палатке, чтобы немного посмотреть на спаривание собак.

– Кажется, у этих ребят это получается лучше, чем у меня… – пробормотал я сам себе.

Согласно устоявшемуся этикету парламентерам с заданием объявления войны не позволялось иметь при себе эскорт или слуг.

Как только я обернулся и посмотрел позади себя, я увидел тысячи флагов, развевающихся на ветру. Это место казалось островом, состоящим из демонов. Когда я посмотрел на противоположную сторону, там тоже развевались тысячи флагов, и десять тысяч людей выстроились в линию, от чего они казались огромным островом. Поскольку казалось, что мне принадлежит эксклюзивное владение океаном между двумя островами, я чувствовал себя безмерно великодушным.

В палатке почти ничего не было. Два деревянных стула, окрашенных в белый цвет. И единственный стол, который, конечно же, тоже был окрашен в белый цвет. Тут стояли только эти три предмета. Я сел на один из стульев и стал молча ждать человеческого парламентера.

Словно весенний ветерок, в палатку вошел посланник от человеческой расы.

– …

– …

Наши глаза встретились. Я пошевелил головой и кивнул первый. Девушка тоже слегка кивнула в ответ. Девушка с серебряными волосами села на стул с противоположной стороны стола. С первого взгляда я знал, что это была Элизабет Атанаксия Эватрия фон Габсбург, Принцесса Империи.

Принцесса принесла с собой сверток. Я совершенно не ожидал увидеть то, что она достала из свертка. Это была доска для игры в го. В этом мире это была настольная игра, которая иногда упоминалась как Черные и Белые Флаги. Вытянув доску для игры в го и емкость, наполненную камешками, Принцесса поставила их на стол.

– …

Я решительно взглянул на Принцессу.

Принцесса набрала пригоршню белых камней, а затем кивнула мне.

Она хотела определить, кто будет ходить первый.

— Вы не взгляните?

Я внутренне засмеялся. Намерение за этим анекдотичным жестом было очевидным. Принцесса старалась проверить мои умственные способности прямо сейчас. Если я покажу способности ниже ее ожиданий, Принцесса Империи скорее всего проигнорирует мое существование и не будет считать такого, как я, личностью, с которой можно вести переговоры. Даже если бы я стращал криком «Что это за дурацкий прием?», я бы достиг такого же результата.

Как приятно.

Как же это приятно.

Я выбрал единственный черный камень и положил его на доску для игры в го. Он означал нечетное число. Принцесса показала число камней в ее руке: 3. Действительно, их оказалось нечетное число. Поскольку, я правильно угадал, четность камней в ее руке, я получил право начать. Тот факт, что черные камни ходили первыми, в то время как белые камни ходили после них, было тем же, что и в этом мире. Однако здесь не было коми. Любой, кто берет черные камни и имеет право начать, получает абсолютное преимущество.

(Прим.пер.: в игре го, коми – это очки, которые добавляются к счету играющего белыми камнями как компенсация за то, что он играет вторым)

A следовательно.

Я был человеком, который вообще редко проигрывал, взяв черные камни.

Цок.

Я сделал свой первый ход.

Первый камень, который я поставил, издал легкий звук.

Учитывая, что поверхность доски для игры в го была гладкая, было очевидно, что это была доска, которой любила пользоваться Принцесса. Скорее всего, ее сделали из довольно дорогой древесины. Звук был приятный.

– …

Принцесса Империи молча смотрела на доску для игры в го.

Мой первый ход был в верхнем левом углу доски.

Первый ход в левом верхнем углу доски был подобен беспардонному акту, когда показываешь противнику средний палец. В игре го, где акцент ставился на этикете, такой ход было чрезвычайно сложно стерпеть. Было бы хорошо назвать это моим объявлением войны.

Двигая камни в руке, Принцесса сделала свой ход.

ЦОК.

В этот раз посмирнеть пришлось мне.

Место, куда Принцесса Империи поставила свой камень, было в самом центре доски, другими словами, тэнген.

Если интерпретировать этот ход, то в ответ на мой средний палец, Принцесса показала мне два средних пальца.

Беззвучные слова (часть 3)

– …

В голове у меня прояснилось. Хотя, возможно, все было бы по-другому, если бы тэнген был накрыт черным камнем. Тэнген белым камнем? Даже если бы профессионал играл против 7-летнего ребенка, он никогда бы не сделал такой ход. Даже мой отец не относился ко мне столь пренебрежительно.

Хорошо.

Это будет тяжелый поединок.

Первый ход был слева сверху, а второй ход был тэнген. Разве это не чудесное блаженство? Нечто такое, как вежливость и вдумчивость нужно было швырнуть в пищу ненасытной самке.

— Цок.

В этот раз, во время третьего хода, я намеренно поставил свой камень тихо. То, что моя голова становилась яснее по мере роста гнева, было моей первейшей привычкой. Принцесса, наверно, была такой же, поскольку камень в свой, четвертый ход она поставила тихо, а место, куда она его поставила, было логичным. Детская стычка закончилась. Мы мгновенно погрузились в поле боя на доске.

— Цок.

— Цок.

Война началась на доске вверху справа и медленно распространялась к центру. Я больше шел в атаку, в то время как Принцесса Империи больше оставалась в защите. Пока я атаковал, чтобы пробиться через центр, Принцесса построила там крепость и защищала ее, чтобы обезопасить территорию вокруг себя. Я, пытавшийся начать бой, не отступал, а Принцесса, которая принимала битву, не смещалась вниз. Сам собой завязался бой с применением сильных ударов.

В то время как я наседал на бой в левом верхнем углу доски, время от времени я волнами атаковал из разных направлений. Каждый раз, когда я так делал, Принцесса спокойно встречала мои атаки. Иногда, когда я полагался на современные техники го, чтобы сделать тот или иной ход, Принцесса склоняла голову на бок.

– …

Наконец после каждых 10-20 ходов ее рука поднималась к подбородку. Каждый раз, когда это случалось, Принцесса Империи впивалась взглядом в доску устрашающе долго. Поскольку время не регулировалось, Принцесса могла думать, сколько хотела.

Наконец, когда пролетело около 30-50 минут, Принцесса сделал ответный ход. Хотя я не был уверен, был ли это давний стиль го или нет, по крайней мере я был уверен, что этот ход не был современной тактикой го. Несмотря на то, что он согласовался со здравым смыслом, в нем был какой-то мудреный принцип.

Принцесса восстановила камень, который я забрал, окружила камень, на котором я сосредоточился, и воспользовалась камнем, который я бросил. Я украл камень, который Принцесса старалась защитить, вторгся на территорию, которую Принцесса окружила как свою опорную точку, и разграбил тыл, который она создала. Мы не отступали ни на йоту. Ничего не было уступлено и ни один компромисс не был сделан.

Изредка, когда Принцесса ставила свой белый камень, она беззвучно спрашивала меня о своем ходе.

— Если их так много, то разве этого недостаточно, чтобы отступить?

В такие моменты я ставил черный камень рядом с другим без каких-либо эмоций на лице. Каждый раз, когда противник делал едва различимую заявку на создание дистанции, я немедленно врывался. Даже если при таких действиях я нес потери.

Хоть это могло быть вопросом победы или поражения, в то же время это была своеобразная беседа. Я хотел ответить ей.

— Убирайся.

В действительности Принцесса Империи тоже ответила с лицом, лишенным эмоций. Она повторила то же предложение дважды, а я не поддержал его. Следующий ход, и следующий ход, по мере борьбы мы с Принцессой прощупывали замыслы друг друга.

— Что ж, тогда ваша сторона будет в невыгодном положении…

— Это вы так думаете. Я хочу эту позицию.

— Обычные люди не могут получить все позиции, которые хотят. Откажитесь от нее.

— Именно так обычно несведущий человек кого-то утешает.

— Я сожалею, что говорю вам это, но я не являюсь несведущим человеком.

— И я тоже, я не являюсь нормальным человеком. Мои извинения.

Вторая половина.

Моя рука с камнем замерла в воздухе.

– …

До этого момента я получал изощренное удовольствие от использования современного го. Однако, Принцесса Империи сходу придумала новые меры и делала ответные ходы. В какой-то момент я начал медленно терять тропинки, которыми я мог бы пойти. На доске передо мной разворачивалась борьба, никогда раннее не виданная на страницах учебника по го.

Не сомневаясь, я извлек для себя выгоду в начале средней части сражения. Я боролся и выиграл. Несмотря на это, как только мы достигли середины партии, Принцесса потянула игру в туман. Глубиной был не ее опыт, наоборот, это была исключительно ее голова, ее творчество и более всего прочего это была ее интуиция, которая тянула партию на дно трясины. Принцесса Империи, которая не знала Го Сэйгэна, была без понятия, кто такой Бамбуковая Роща, и не была осведомлена о Ли Чхан Хо, была в состоянии сбросить меня в яму.

(Прим. пер.: Это имена известных игроков го. Го Сэйгэн и Ли Чхан Хо. У Санаэ, известного также как Бамбуковая Роща, нет вики-страницы, но в 2005 году он выиграл национальный чемпионат по го в Южной Корее.)

После середины игры я часто впадал в раздумья. По мере погружения в трясину с дыханием стало справляться все труднее. Чтобы управиться с этим неровным дыханием, я надолго задерживал дыхание и глубоко выдыхал. Мне приходилось тратить в два, в три раза больше времени, чем нужно было Принцессе, чтобы сделать следующий ход.

— В чем дело?

Не сомневаясь ни секунды, Принцесса сделала свой следующий ход в то мгновение, когда я положил свой камень. Она с силой теснила меня. Она меня провоцировала и насмехалась надо мной.

— Кажется, ваш дух внезапно угас. Куда же пропали ваши атаки, которые вы наносили столь самоуверенно? У вас закончились военные хитрости? Вы достигли дна ваших умных схем? Какое разочарование. Вы – гений с блестящим умом. История знала множество подобных гениев.

— ・・・・・・.

Я не отвечал на провокации.

Я сутулился сильнее и сильнее.

Даже когда Принцесса Империи делала свой ход за секунду, даже если она бесцеремонно вторгалась на мою территорию, меня это не интересовало, и я обращал внимание только на вид доски. Все равно ограничения по времени не было. Это был мой принцип – использовать те условия, которые можно использовать.

— Как скучно.

— ・・・・・・.

— Попытайтесь дать более веселый ответ. Разве после такого длительного времени эта игра не становится приятна нам обоим? Ну же, Владыка Демонов. Ваш дух и мой дух, давайте определим, какая сторона из двух сильнее. Разве это также не считается развлечением го?

— ・・・・・・.

— Гляньте сюда.

Я свернулся в клубок. Я просто свернулся в клубок.

Это было нормально – бранить меня и говорить, что я скучный. Смейтесь надо мной, все, что хотите.

Нет лодочников, которые бы шли против бушующих волн. Лодочник выравнивает колышущийся нос корабля под качание волн и избегает немедленной угрозы. Причина была проста. Лодочник пересек океан, чтобы достичь земли, они не собирались выходить в море, чтобы бороться с океаном. В конце человек с целью, человек, которому было дано направление в жизни, не будет опрокинут, когда столкнется с провокациями. Они просто непрерывно плыли.

Наконец.

— ・・・・・・.

— ・・・・・・.

Слова пропали разом и у Принцессы, и у меня.

Между нами больше не было провокаций, насмешек и даже перепалок. Я проводил время, наклонившись вниз, а Принцесса Империи проводила его, свернувшись клубком. Мы оба столкнулись с мучительным временем. Не было искусности или интуиции. Не было опыта или логики. Поскольку остался только избыток времени, который нам нужно было вытерпеть до самого конца, мы были оба втянуты в это. Не было времени, которое текло, было лишь время, которое схватило и потянуло.

Почему мы должны были продолжать ставить камни.

Была только одна причина.

Просто выиграть.

Как только сражение на доске, которое было соревнованием за победу, а также своеобразной беседой, достигло финального момента, осталась только игра, чтобы определить победителя. Мы утратили смысл за всеми этими безмолвными беседами, которые вели до этого момента. Нет, теперь мы не могли даже хорошенько вспомнить их. Мы видели перед собой лишь доску для игры в го.

Это был конец.

Это была конечная игра без славы и тревоги.

Это был завершающий ход, происходящий согласно конечной последовательности, которая была определена.

— Цок.

— ЦОК.

— Цок.

– …

Рука Принцессы остановилась.

252-ход.

Ее тонкие пальцы, в которых находились белые камни, висели в воздухе. Будто, где-то в ее пальцах, время было поймано в сеть, оно стояло на месте. Прошло много времени. Принцесса кивнула головой, а потом поднесла руку к чаше с камнями для го.

Тресь тресь тресь.

Принцесса кинула на доску одновременно три или четыре камня.

Булдзи(不計)

(Прим. пер.: Очки не считаются в связи с односторонней игрой. Это го-эквивалент слов «Хорошая игра».)

Заявление, означавшее капитуляцию.

– …

Я взял два черных камня и положил их на доску.

– …

Как только я сделал это, Принцесса Империи взяла два белых камня и положила вниз. Я задал ей вопрос. Выиграл ли я на 2 очка. Принцесса подтвердила, что я действительно выиграл с разницей в 2 очка. Я осторожно кивнул головой. Так выиграл на 2 очка, да?

Убрав прочь все камни, мы возобновили войну снова. Мы пересматривали все ходы, которые мы сделали. Хоть это и было очевидно, мы с Принцессой четко помнили каждый ход, который мы сделали от начала до конца. Помех, чтобы все возобновить, не было.

– Почему вы походили здесь вот так? [Элизабет]

– Поскольку вы постоянно прилипали ко мне, я развернулся, чтобы ввести вас в замешательство. [Данталиан]

– Ах, так вы действительно пытались сделать это. Я сомневалась, потому что это был такой непродуманный ход. Я немного запаниковала, потому что предположила, что, возможно, вы нацелились на быстрое решение. [Элизабет]

– А как на счет вас? Зачем вы растянули так свои камни? Судя по тому, что я вижу, разве захват внизу справа не был бы более мудрым решением…? [Данталиан]

– Разве это не так очевидно? Если бы я поставила камень сюда, тогда форма потекла бы вот так… [Элизабет]

– Ах. Вы беспокоились, что все ваши камни внизу исчезнут. [Данталиан]

– Это так. По возможности я хотела бы оставить это место так. [Элизабет]

– Постойте. Если бы я походил сюда, что бы случилось? [Данталиан]

– Мм. Разве это не ход с плохим дыханием? [Элизабет]

– Плохое дыхание? Подождите минуту. Если я отрежу здесь, тогда… [Данталиан]

– Я говорила вам, что это действительно плохой ход. Посмотрите внимательно, этому камню трудно выжить посередине… [Элизабет]

Примерно в это время наш разбор закончился.

Я невзначай посмотрел на небо и заметил, что там была кромешная тьма. Невероятно. Мы не могли сказать, село ли солнце. Осмотревшись вокруг, я понял, что мы смотрели на доску для игры в го, полагаясь исключительно на лунный свет. Я нахмурился и взглянул на Принцессу. Как и ожидалось, она аккуратно хмурила брови. Противница была незнакомкой, и все же она казалась знакомой. Казалось, словно мы умерли и вновь вернулись к жизни.

– …

– …

Мы оба встали со стульев. Так же, как мы и пришли, мы ушли, не сказав друг другу ни слова. Сам факт, что мы обсудили столько всего, проводя разбор, был под вопросом.

В тот момент, когда я вернулся в лагерь Объединенных вооруженных сил Владык Демонов, поднялась суматоха. Им было интересно, что это были за переговоры такие, что заставили меня торчать в палатке от рассвета до темноты. Я ничего не смог ответить Владыкам Демонов, которые спрашивали меня, принято ли было решение о войне или же достигнуто мирное соглашение.

Барбатос с лицом, будто она смотрела на самого странного человека в мире, спросила меня:

– Что случилось? О чем вы там говорили?

– … Нет, ничего еще не определено. Я скажу тебе, как только все будет решено.

– Так, когда будет определено? Завтра?

Я наклонил голову.

– Возможно, послезавтра. Примерно тогда.

– Я имею в виду, хорошо, что ты без устали ходишь на встречи, но зачем вести переговоры три дня подряд в ситуации, когда другого варианта, кроме как воевать, нет?

– Я еще не уверен, так что не спрашивай.

Владыки Демонов казались подавленными. Несмотря на это, поскольку я действительно не знал, я не мог дать точный ответ. Наконец было официально решено, что переговоры продолжатся завтра и послезавтра.

Я избежал вопросов других Владык Демонов и вернулся в свои казармы. Как обычно, Лазурит обучала там Фарнезе. Фарнезе училась говорить, громко читая строки, написанные на листке бумаги. У нее была светлая голова на плечах, так что она могла легко запомнить строки сами по себе, но ее голос, когда она говорила речь, и прочие связанные с этим аспекты еще не были идеальны. Ну, скорее всего в глазах Лазурит идеального не было ничего.

Я на мгновение остановил их занятия и сказал:

– Фарнезе, возможно, ты знаешь, как играть в Черные и Белые Флаги?

– Вы имеете в виду го? Хотя эта молодая леди могла много читать про партии го, эта молодая леди никогда сама не играла. Большую часть времени эта молодая леди просто получала удовольствие от чтения в одиночестве.

– Мм. А ты, Лазурит?

– У вашей покорной слуги тоже нет никакого опыта. Это имеет какое-то значение?

– Нет, никакого. Можете продолжать занятия.

Я сел в углу комнаты и долго смотрел в пустое пространство. Партия, которую я сыграл раньше, все крутилась у меня в голове. Это было не то, что продиктовано исключительно формой камней. На той доске сформировалась некая атмосфера или нечто похожее на настроение. Однако, как бы я ни пытался вспомнить ту форму, ничто нельзя было понять точно.

Через некоторое время я услышал, как Лазурит ругает Фарнезе. Я закрыл глаза и мысленно вернулся к доске для игры в го. Однако единственное, что появилось у меня в уме, были тонкие пальцы Принцессы Империи Элизабет. Хотя было некое ощущение, что в этом заключался ключевой момент, было трудно поверить, что такого рода секрет спрятан за теми пальцами.

… Вот уж действительно, странные происходят события в мире. Пробубнил я себе.

Завтра Принцесса, скорее всего, возьмет инициативу в свои руки, поскольку я хожу вторым.

Наверно, я проиграю.

Это была последняя мысль перед тем, как я заснул.

Беззвучные слова (часть 4)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

03.04.1506 год по Имперскому календарю

Поллес, Равнина Бруно

Как только на рассвете пропел первый петух, я направился к равнине.

Принцесса Империи уже пришла в палатку и сидела на стуле.

– …

В этот раз мы тоже легко поприветствовали друг друга, однако в отличие от первого дня, когда все обошлось легким кивком друг другу, в этот раз мы оба должным образом поклонились. Делали мы это не с особым намерением показать друг другу уважение. Это была лишь вежливость, которая проявилась естественным образом. Когда я поднял голову,

Принцесса хмурила брови, словно что-то было странным.

– …

Внезапно Принцесса встала и схватила мое запястье. Она крутила мою руку туда и обратно и изучала ее, но чем больше она смотрела, тем больше хмурила брови. Я не останавливал Принцессу, так как благодаря ее чудачеству я также мог внимательно рассмотреть пальцы Принцессы.

Рука Принцессы была грубой. Мой разум отреагировал гладко на эту грубость. Я понял, что грубость руки и гладкость ума были друг другу пропорциональны. Неожиданная истина. И хотя раньше я уже знал эту истину, у меня было ощущение, что я только что впервые узнал ее. Пока наши правые руки были сцеплены и хватались одна за другую, мы смотрели друг на друга.

– …

– …

Было что-то по-настоящему особенное. Хоть я не знал, что было странным, что-то странное действительно было.

Как и вчера, на столе лежала доска для го. Естественно, я взял белые камни, в то время как Принцесса, разумеется, взяла черные.

Результатом было мое поражение.

На 232 ходе я признал свое поражение Булдзи. Сколько бы я ни считал, я проиграл на 1 очко.

Я тупо пробормотал:

– Разница всего в одно очко?

– Всего 1 очко, ясно.

– Гм.

– Вы хотите разобрать?

– Хоть я и желаю сделать это…

Я посмотрел на небо. Мы определенно начали партию на рассвете, но где-то там вдоль горизонта небо уже пылало закатным солнцем. По сравнению со вчерашним днем на сегодняшнюю партию ушло больше времени. Будь-то Принцесса Империи или я сам, мы не дразнили и не насмехались друг над другом, ни разу, вместо этого мы настоятельно расставляли наши камни от начала до конца. Это была та ситуация, когда в честной игре искали блестящее мастерство. Более того, поскольку характер Принцессы для меня был античным, я не был знаком с ним, и поскольку мой характер был необъясним для Принцессы, он был ей чужд. Поскольку мой честный ход казался ей уловкой, а ее блестящее умение казалось мне плохим ходом, становилось все труднее. Следовательно, трата времени была неизбежна.

– … При таких условиях, кажется, переговоры сегодня тоже будут безрезультатными. Это удручает, потому что Владыки Демонов будут допытываться меня, чем я таким занимался, что потребовало столько времени.

– На этой стороне точно так же. Хоть я вышла на рассвете с намерением спокойно начать переговоры после окончания партии в Черные и Белые Флаги, я не ожидала, что это заберет так много времени…

– Ах, прошу прощения. Наверно, я вышел с опозданием.

– Нет, не нужно извиняться. Я пришла лишь немногим раньше вас, в конце концов. Время, которое я ждала, не достигло, наверно, и 20 минут.

– Гм.

– Ммм…

Мы смотрели то на доску для игры в го, то на лица друг друга. Мы не выражали это вслух, но думали об одном и том же. Я ощущал, что согласно этикету надлежало говорить мне, поскольку сегодня проиграл я.

Я промолвил:

– Принцесса Империи, у вас ведь нет никаких намерений подписывать мирный договор, разве не так?

– Ах, никаких. Ни в малейшей степени.

Немедленный ответ.

Мы оба одновременно кивнули.

– Тогда, я полагаю, соглашение достигнуто.

– Хорошо. Переговоры закончены.

На этом переговоры подошли к концу.

Ни со стороны Принцессы, ни с моей не было ни капли недовольства. Переговоры о перемирии, которые закончились через 5 секунд после начала, разве такое случилось не впервые за всю историю? Что бы это ни было, это не имело значения. Для нас сейчас было нечто более важное.

– Давайте разберем партию.

– Давайте.

Мы разбирали матч до полуночи. По ходу разворачивалась и небольшая насмешливая игра, когда возникал вопрос «Что бы случилось, походи я вот так?». Мы пытались выяснить, как продолжить подготовительную работу нашего любопытства, чтобы сохранить эффект тэнгэна до середины игры. К сожалению, не то что ответ, мы даже близко не подошли к решению.

И сегодня Владыки Демонов ждали меня, не смыкая глаз. На вопрос, что происходило в течение дня, я ответил:

– Человеческий эмиссар и я договорились встретиться снова, через 4 часа, на рассвете. Прежде, чем завтрашний день закончится, независимо от обстоятельств, я планирую определить, провалим ли мы переговоры, или же придем к соглашению.

Несмотря на то, что сегодня я с рассвета был на переговорах, другие Владыки Демонов были удивлены, что я собирался продолжать встречу в 4 утра завтра. Среди них несколько Владык Демонов даже похвалили меня, поскольку я вел себя на редкость серьезно и искренне.

Конечно, переговоры были уже завершены. Ни у одного из нас не было ни малейшего намерения заканчивать войну. Нам было необходимо провести финальную игру, просто потому что на данный момент наш счет был 1:1. Что бы ни произошло, эта игра просто обязана была состояться.

Опасаясь, что я могу понести поражение из-за недостатка сна, я отправился спать в тот же момент, как зашел в свои казармы. Хотя Фарнезе прицепилась ко мне с тем, чтобы я, сделал что-то с Лазурит, я проигнорировал ее. Разбирайся со своим воспитанием сама.

У этого господина впереди самая важная игра в его жизни, дитя. Не беспокой его.

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

04.04.1506 год по Имперскому календарю

Поллес, Равнина Бруно

Я подремал 3 часа. Поскольку у меня не было причин ждать час, я пошел на равнину. В этот день исполнялся год, как я попал в этот мир.

Равнина была пропитана противным запахом воды. То ли утренняя роса пыталась предварительно подготовиться, чтобы принять форму, или внезапный дождь провозглашал войну, дремота на моих ресницах мягко рассекала воздух, пропитанный влагой. Это ощущение было приятно. Через 10 минут, как я вошел в палатку, пришла Принцесса Империи.

– ...

– ...

Мы поприветствовали друг друга. Мы наклонили головы ниже, чем вчера.

Началась финальная игра. Я взял инициативу в свои руки с черными камнями, а Принцесса ходила вторая белыми камнями. В продолжение позавчерашнего и вчерашнего дней, сегодня разворачивалась самая восхитительная партия.

Как и в первой игре, мы, не сомневаясь, провоцировали друг друга. Однако мы не насмехались друг над другом. Даже если она немедленно врывалась, мое размещение не подвергалось риску, поскольку моя база все так же оставалась там. В местах, которые были опасны, черные и белые камни были равномерно смешаны, потому что был риск для меня. Хотя битва ходов была достаточно напряженной, чтобы я понурил голову, так как отсчета времени в обратном порядке не было, я был в состоянии вернуть себе самообладание благодаря разуму. … Ага, битва без ограничения по времени прекрасна, не правда ли?

На рассвете начало моросить.

Дождь с запахом облаков падал на землю. Люди говорят, что если человек хочет быть благоухающим, он должен разбиться много раз. Капли дождя непременно разбивались и источали аромат. Пропитанные звуком разбивающегося дождя и противным ароматом, источаемым дождевой водой, мы продолжали нашу игру в го. Поскольку наши одежды были тягостнее дождя, мы сняли несколько слоев. Поскольку мое тело уже было мокро до нитки, то теперь быть пропитанным влагой было комфортнее.

Много капель падало и на доску для игры в го. Капли, которые падали на черные камни, разбрызгивались, в то время как капли, которые падали на белые камни, гладко стекали вниз по линии камня. Вода образовывала на доске лужицы. Будь то черные или белые камни, они были, как минимум, наполовину поглощены водой. Казалось, будто не мы их туда поставили, а они сами там случайно оказались, что делало их местоположение ближе к совпадению, чем к необходимости. Иногда я ставил камни, не думая, казалось, словно дождь думает вместо меня, а камни постигают глубину на моем месте. Если бы кто-то посмотрел туда снова, это был прекрасный ход, основанный на предусмотрительности. Однако если бы кто-то спросил, сделал ли я прекрасный ход, потому что я так хотел, тогда я мог бы лишь наклонить голову. Мне это казалось неплохим ходом.

Дождь шел полосой и на равнине. В то время как дождь тарабанил по земле вокруг нас, в окрестностях стало тихо. Чтобы прочие звуки не приближались к нам, звук дождя сбивал все прочие звуки. Хоть я промок насквозь, я верил, что дождь обогнул нас и шел на краю равнины. Я не ощущал, что армия демонов и армия людей, стоявшие по ту и эту стороны равнины, были островами, наоборот, я верил, что островом было то место, где на данный момент находились мы. Настольная игра была еще одним островом в пределах острова. Следовательно, мы двое, окружавшие этот остров, были спокойны, подобно океану.

Беззвучные слова (часть 5)

Внезапно, я стал сражаться не ради того, чтобы победить, а ради того, чтобы не сделать ошибку.

Этот день не должен быть запятнан ошибкой. И хотя было бы другое дело, если бы я совершил ошибку, из-за неспособности понять хорошо продуманную игру противника, я никак не мог допустить ошибку, совершенную из-за лени или неискренности. Сделать это было бы стыдно и жалко.

Поскольку у меня было много времени, чтобы думать и вникать, скорость постановки моих камней была низкой. У Принцессы так же. Мы были вялыми. Медленные тела были мокрые от дождя, так что были основательными. В тот миг, когда дождь перестал падать с неба, мы на мгновение задержали дыхание. Вода ушла с доски. Партия была решена.

– …

– …

313 ходов.

Булдзи.

Разница в 1 очко.

Победа черных.

Принцесса тихо промолвила:

– … Кажется, я насладилась всей красотой, которой смогла бы насладиться за всю свою жизнь.

– Действительно.

– Владыка Демонов, вы могли бы прямо сейчас умереть здесь вместе со мной?

Я медленно кивнул.

– Для меня это нормально, но есть ли необходимость умирать прямо в этот миг?

– Какой смысл жить дольше, если свет после сегодня померкнет? Прямо сейчас, я могу легко принять смерть.

– Обещаю вам, с этого момента, число происшествий, более приятных, чем это, возрастет.

– …

Элизабет подставила руку под подбородок и глубоко задумалась.

– Понимаю. Я поверю вашим словам, Владыка Демонов, и буду жить дальше. Даже если дальше я буду жить надеждой, которая в итоге может быть предана, я таки надеюсь, что, по крайней мере вы, Владыка Демонов, не обманете мои ожидания.

– Я приложу все усилия. … О, давайте не будем разбирать сегодняшнюю партию.

– Мм. Я тоже хочу оставить ее так.

Я глубоко склонил голову.

– Я Данталиан. Я на вашем попечении.

– Я Элизабет. Я тоже буду на вашем попечении.

Принцесса Империи тоже склонила голову.

Мы представились на третий день после того, как впервые встретились.

Я заговорил:

– Принцесса, в родном городе, где я когда-то жил, у черных камней, как тех, кто ходят первыми, отнимают от шести до семи очков. Будь это мой родной город, то победили бы вы.

– Как можно оценивать эти партии по чужим правилам? Прошу вас, заберите свои слова обратно. Я хочу принять поражение как есть.

– Как я мог бы отбросить свой дом и обмануть свой разум, когда мое сердце постоянно остается дома в то время, как мое тело тут? Для меня это то же самое, что проиграть вам, Принцесса. В любом случае, это не то, в чем можно убедить.

– Тогда мы оба проиграли.

– Мы оба выиграли.

Мы кивнули. Мы долго смотрели на доску, на которой была лужа из дождевой воды. Хотя весь дождь уже выпал, еще оставалось время, чтобы он стек. Несколько капель сформировали струйку и тихо стекали.

Я заговорил:

– Сейчас хорошо беседовать. Прошу вас считать это тайной встречей между нами, Принцесса. Если ли какая-то возможность подтвердить, вы не обладаете инструментом, подобным артефакту Пьеса-Воспоминание? Не сочтите за неучтивость, это…

– Ах, конечно.

Принцесса встала и разом сняла единственный слой одежды. Я получил ее одежду и ощутил внутренние и внешние карманы. Там не было ничего. На снежно-белом обнаженном теле Принцессы сформировались капли дождя. Я вернул всю ее одежду.

– Благодарю вас.

– Нормально ли было бы, если бы я могла проверить тоже…?

– Конечно.

Я снял всю свою одежду и подтолкнул ее к Принцессе. Как делал и я, принцесса искала даже в уголках моих одежд. Она кивнула и вернула мои одежды.

– Простите меня за неудобства.

– Ерунда.

Мы снова надели нашу промокшую одежду. Сидя на стульях лицом к лицу, мы наконец смогли добраться до главного. Первой заговорила Принцесса Империи.

– Вашей ошибкой было помиловать маркграфа Розенберга и прислать его ко мне, Владыка Демонов. Хотя, кажется, вы надеялись, что у нас с Розенбергом будет междоусобная борьба за военную власть, маркграф слишком стар, чтобы вытянуть это.

– Я также считаю это достойным сожаления.

Это правда. Я думал, что маркграф Розенберг будет противостоять Принцессе Империи немного больше. Я не думал, что он послушно станет щитом из плоти и погибнет на поле боя. В оригинальной истории он был человеком, который начал в Империи беспорядки, потому что он почти поднял восстание против Принцессы.

– Как вы склонили его к этому?

– Он безропотно послушался после того, как я единственный раз выставила перед ним свое тело. Он был глупым стариком.

Я фыркнул от смеха. Она была девушкой, которая умеет получать удовольствие от шутки.

– Я вижу, у Принцессы Империи хорошо получается шутить.

– Правда? ... Впервые с рождения я слышу подобный комплимент.

Принцесса тонко улыбнулась. Улыбкой, подходившей ей. Я удобно умостил свое тело на стуле и заговорил.

– Вы критиковали меня, что я совершил ошибку, но Принцесса, у вас то же самое. Кажется, вы отправили Кронпринца вместе с маркграфом. Как неудачно. Если бы он погиб во время рукопашного боя, тогда вы бы стали единственной наследницей трона. Хотя, наверно, вы переложили бы ответственность за смерть Кронпринца на маркграфа…

Принцесса вздохнула.

– Моего брата взяли в плен?

– Мы поймали его живым. Сейчас Кронпринц мой пленник.

– … Никогда в своей жизни этот мой кровный родственник не помог мне. Раньше, я пыталась отравить и убить его, но он странным образом догадывался, и смог дожить до этого дня. По крайней мере, я дала ему возможность умереть с честью, и все же быть взятым там в плен…

– Я часто беседовал наедине с Кронпринцем. Благодаря этому я узнал большую часть вашего прошлого. Довольно вдохновляюще.

Я мягко поднял уголки моего рта.

– Очевидно, вы убили двух ваших сестер и двух ваших братьев.

– …

Вздохи Принцессы стали глубже.

– … Вижу, мой брат действительно рассказал вам обо всем... О Владыка Демонов, а рассказал ли вам мой брат всю правду, почему я убивала собственную плоть и кровь?

– Да.

Обхаживая Кронпринца, я покопался во всем, что могло сработать в качестве слабости против Принцессы. Семейная история, в которую были вовлечены Кронпринц и Принцесса, была довольно смехотворной. Среди того, что я собрал, хотя там было и несколько фактов, которые я получил раньше через игру, объем информации, которая в игре не открывалась или на которую были только намеки, и она не была должным образом раскрыта, был чрезвычайный. Я заговорил.

– Изначально число ваших кровных родственников состояло еще из двух сестер и трех братьев… Хотя недостатка в цифрах нет, что касается поддержания имперской семьи, после того как произошли загадочные смерти одна за другой, только Принцесса и Кронпринц, только вы двое остались.

– …

– Слухов об этих трагических смертях предостаточно. Кронпринц убил их, нет, у них была тайная вражда, которая привела к взаимному уничтожению. Они были принесены в жертву из-за заговора нескольких аристократов…

Но все они ошибочны.

Все.

Я уставился прямо на Принцессу.

– Согласно тому, что рассказал мне Кронпринц, он заявил, что, честно говоря, это вы, Принцесса Империи, убили всех ваших братьев и сестер. Это правда?

Принцесса кивнула.

– Да. Я убила их всех.

– Хотя среди них был 6-летний младший брат…

– Действительно. Это проблема?

– …

Я горько засмеялся.

– Несмотря на это, разве вы не ощущаете некую грусть, Принцесса?

– Конечно, я испытываю печаль. Однако какая проблема в печали? Как человек должен испытывать печаль от того, что грустно, человек также должен забирать жизни того, что должно быть убито. Так я живу. В любом случае, Владыка Демонов. разве вы живете по-другому?

Без каких-либо изменений, лицо Принцессы Империи оставалось холодным. Ее лицо оставалось таким с тех пор, как она вошла в палатку и даже в то время, когда играла в го. Не думаю, что она как-то управляла своими выражениями лица. Скорее всего Принцесса искренне спрашивала: «Была ли в этом проблема?». Я почесал голову и ответил.

– Нет. Я живу примерно так же.

– Я каким-то образом знала, что так будет. Вы живете довольно жалко…

– Разве это вы должны говорить мне?..

Беззвучные слова (часть 6)

Наконец через некоторое время подул ветер. Это был ветер, который заключал в себе влагу. Белая ткань вздымалась и опускалась, как занавески, и ежеминутно мешала нам видеть друг друга. Когда ветер утих, мы снова могли видеть лица друг друга. Принцесса заговорила.

– Не знаю, говорил вам мой брат или нет, но он втайне сделал мою первую и вторую сестер своими любовницами. Они совершали инцест.

– Слышал.

– Состояли ли они в кровосмешивающих отношениях, мне все равно. Однако, раз я собиралась позже бороться с моим братом за трон, я решила, что когда это случится, будет немного хлопотно и обременительно, если мои сестры поддержат его. Таким образом, когда они весьма утомились после возлежания друг с другом, я воспользовалась этой возможностью, чтобы убить их.

– …

– Мой брат не мог открыто показать неповиновение. Мои сестры были убиты обнаженными на его постели. Если бы об этом где-то узнали, моего брата сразу стали бы подозревать. У него была связь с кровными сестрами? Он их убил, переспав с ними?.. В результате этого мой брат отчаянно пытался спрятать тела моих мертвых сестер. Мой брат – ничтожество.

– Мм. Чистый подход.

– Я тоже так думаю.

Принцесса еще раз вздохнула.

– Я расправилась с остальными братьями, когда представилась возможность. Однако я проследила за тем, чтобы за этими случаями не осталось никаких доказательств. И только мой брат верил, что это была я. Хотя он был человеком, которому не хватало уверенности даже чтобы поделиться своим мнением с другими… Владыка Демонов, вы смогли успешно задобрить моего брата.

– Я не уверен в отдельных деталях, но его враждебность по отношению к вам поражает. Как только я поклялся, что стану врагом Принцессы Империи, его рот раскрылся сам собой. Таким образом, благодаря этой враждебности я смог получить так много информации без каких-либо особых хлопот.

– Вы получили доказательства?

Я пожал плечами.

Ни одного.

У меня было только свидетельство об алкоголизме Кронпринца.

Изучив мое лицо, Принцесса закрыла глаза.

– Какое облегчение. На волоске от опасности, если вы позволите. Если бы у вас, были доказательства, то вы могли бы сжить меня со свету, а я не сдвинулась бы ни на дюйм. Далекая от объединения континента, мысль, что меня почти уничтожили еще до того, как я стала императрицей…

– Но у меня есть свидетельство Кронпринца. Стало бы довольно хлопотно, если бы Кронпринц публично рассказал о ваших преступлениях. Это был бы сильный удар по вашей репутации и чести…

– Кто поверит свидетельству Кронпринца, которого взяла в плен армия Владыки Демонов? В лучшем случае люди смотрели бы сквозь пальцы, что Владыки Демонов его либо запугали, либо промыли ему мозги. Более того, может он и мой брат, но аристократы ни капли не доверяют ему. Это будет тщетная попытка, Данталиан.

– Это действительно будет тщетно?

– …

– Вы хотите проверить это, Элизабет?

Принцесса постучала пальцем по своему лбу. Неважно, насколько некомпетентным был Кронпринц, он все же был наследным принцем. Даже без доказательств, одними своими твердыми убеждениями он мог все же поднять беспорядки в имперском обществе.

Как подчеркнула Принцесса, результатом этого может быть небольшое волнение.

Или, возможно, беспорядки могли бы стать невероятно значительными.

Не было 100%-ой уверенности.

Принцесса медленно шевелила губами:

– Какие ваши условия?

– Мой замок был разрушен из-за маркграфа Розенберга. Хоть я и могу жить без дома, кочуя тут и там, однако теперь это стало довольно утомительно. Помогите мне обеспечить себе новый дом.

– …Вы говорите мне, что хотите, чтобы я подарила вам земли маркграфа?

– Мм. Поскольку, человек, забравший мой дом, – маркграф, разве не было бы закономерно мне забрать дома маркграфа?

– …

Тук-тук-тук.

Постукивание пальца Принцессы стало сильнее.

На равнине стало слышно лошадей. Как только заржали лошади с одной стороны равнины, лошади в лагере на противоположной стороне поля тоже низко заржали. Звук ржания легко прошел через палатку и замер между нами двумя. Пока звук лошадей не затих, мы с Принцессой пристально смотрели друг на друга.

– Хорошо. Я согласна.

– Тогда я тотчас же вернусь в свой лагерь.

– Я тоже.

Мы вернулись в палатку через 30 минут. Я привел с собой Кронпринца, в то время как Принцесса привела некого мужчину в расцвете сил и мальчика, оба они были связаны веревкой. У обоих на лицах была намотана ткань. Она обращалась с ними так, чтобы другие не знали, кто они. Сначала я отдал Кронпринца Принцессе.

– Вот. Это ваш брат.

– Весьма трогательно вновь объединиться с моей семьей.

Принцесса говорила о своих эмоциях равнодушно. Она сняла лоскут ткани с лица Кронпринца. Ловя ртом воздух, Кронпринц быстро осмотрелся.

– Г-где я? … Элизабет? Что ты?

– Я отправила тебя умереть, но, кажется, ты вернулся живым, брат.

Принцесса слегка перевела дух.

– Ты сделал все довольно хлопотным. По всей видимости, это самое большое твое достижение за всю твою жизнь, брат.

– Что?.. Сука, как такой дьявол, как ты, может хорошо жить…

Кронпринц не смог дальше продолжить. Принцесса вытянула свой клинок и ровной линией перерезала горло Кронпринцу. Булькая кровью, Кронпринц упал на пол.

Принцесса стала на колени и сняла кожу с лица своего брата. Прежде, чем Кронпринца постиг конец и пока он еще дышал, он медленно умирал, потому что его лицо было отделено. Принцесса сунула кожу с лица своего брата в карман.

– Благодарю вас, Владыка Демонов. Учитывая, что его черты не изменились, несмотря на то, что он умер, конечно же, он мой брат, а не подставное лицо.

– Обещания ценны, не так ли?

– Мм. Обещания важны.

Принцесса жестом указала на двух пленных мужчин, которых привела.

– Этот мужчина, который в расцвете сил, – единственный сын маркграфа. Когда я стала подозревать, что маркграф вступил в тайный сговор, я и дальше держала этого мужчину в качестве пленника.

– А кто этот маленький мальчик?

– Внук маркграфа. Кажется, он незаконнорожденный сын этого мужчины, так что он не официальный наследник. Поймать его было немного хлопотно. Это оставшаяся линия, которую маркграф оставил в этом мире.

Я сорвал ткань, которой были обмотаны лица пленников. У обоих рты были плотно заткнуты кусками ткани. Ух, уух, уум…! Два пленника широко открыли глаза и осмотрелись. Я внимательно изучал отчет, которым занималась Лазурит, соответственно описание и сына маркграфа, и его внука. Пленники передо мной были настоящими.

– Это они.

– Желаете ли вы, чтобы я сняла кожу с их лиц вместо вас, Владыка Демонов?

– Все отлично. Хоть это может быть и мой первый раз снятия лиц с людей, все всегда бывает в первый раз…

– Прекрасная манера.

– Тогда…

Я расправлялся с сыном и внуком, следуя движениям ножа, которые мне показала Принцесса секунду назад. Принцесса склонилась за мной и указывала на ошибки, которые я делал, пока срезал.

– Подождите минуту, Владыка Демонов. Вам не стоило пропускать вот здесь.

– Но разве так не получается чище?

– Сейчас, может показаться и так, но когда вы посмотрите на сделанную работу позже… Уже ничем нельзя будет помочь. Не могу смотреть, стоя без работы. Передайте мне кинжал.

– Тс, тс. Это также способ зафиксировать…

– Как шумно. Если мы собираемся это сделать, то лучше всего было бы сделать это с толком.

– В любом случае мы все сожжем.

Мы спорили, метаясь туда и обратно. Мы испортили тела настолько, что никто уже не смог бы узнать их.

Подняв ведро масла, которое мы оба принесли с собой, мы вылили его на тела и палатку. Затем мы вышли из палатки и подожгли ее. Это был старый обычай – сжигать палатку по случаю того, что переговоры провалились. Поднимаясь, черный дым оповестил обе армии, что с этого момента начнется война. Белую палатку мгновенно поглотило пламя. Смотря на пламя, я сказал.

– Немного жаль, что та доска для игры в го должна сгореть…

– Разве не восхитительно для нее сгореть вот так? Память об игре все равно у нас в голове, так что мы можем мысленно вернуться к ней, когда захотим.

– Мм.

Я пожал Принцессе Империи руку.

– Так или иначе, это были хорошие переговоры, Принцесса.

– Я тоже довольна. Кстати, Владыка Демонов. Я отдам вам половину мира, если вы станете моим подданным. Объедини мы наши силы, и мы могли бы ускорить объединения континента на десятилетие.

– Согласен.

Я крепко держал грубую руку Принцессы.

– Однако, Принцесса. Слышали ли вы раньше такую историю? В прошлом был завоеватель, второй в мире по величию. У завоевателя было все. Однажды завоеватель пошел к мудрецу. У этого мудреца, как старшего человека, который был безразличен к материальным нуждам, не было ничего, что можно было бы считать его собственностью. Завоеватель спросил: "Скажи мне, чего ты хочешь? Я подарю тебе что угодно". В тот момент мудрец указал на плечо завоевателя и ответил: "Уйди с моей дороги. Ты загораживаешь солнечный свет, льющийся на меня." Завоеватель долго сетовал и ушел оттуда. Согласно легенде, завоеватель сказал так: "Если бы я не родился завоевателем, я хотел бы родиться как тот мудрец…"

Принцесса подняла брови, словно она была изумлена.

– Интересная сказка. …Нет, это действительно интересная сказка. История, которая тем больше источает аромат, чем больше над ней думаешь. Я тронута.

– Я рад, что она была приятна вашему слуху. Принцесса, знаете ли вы, в чем мораль этой истории?

– И в чем же?

Я улыбнулся.

– Она очень простая. Получай все, или не получай ничего. Элизабет, просить меня стать под чье-то начальство – это излишняя шутка. Это вы должны стать вассалом. Я подарю вам половину мира.

– …

Принцесса безучастно посмотрела на мое лицо.

– …Вижу, у нас с вами есть общее.

– Печально, но я тоже считаю, что это так. Однако разве это не наш метод – сожалеть о том, о чем нужно печалиться, и выполнять то, что должно быть исполнено?

– Вот это действительно верные слова, Данталиан. Я искренне желаю подчинить вас себе на день раньше. Я буду молиться, чтобы день, когда я заставлю вас лизать свои стопы, настал раньше.

– О, дорогая Элизабет. Будьте уверены, вы проиграете. Я – Данталиан. Если вы будете светить, как солнце, я всегда буду прятаться за темной луной. Однажды вы утратите свои жизненные силы и падете, однако, со мной такое случиться не может. Я никогда не выдам себя, если уж на то пошло.

– Я более чем радостно позволю вам сейчас это высокомерие. Вы имеете право быть надменным. Но лишь до того, как кто-то похитит это право. Прошу вас наслаждайтесь этим правом, пока можете.

– …

– …

Мы отпустили руки.

Оставив пылающую палатку позади нас, мы направились туда, куда, собственно, мы оба должны были вернуться. Тот белый остров плавал в океане 3 дня. Скорее всего, он больше никогда не поднимется после того, как утонул.

– Ах да. Данталиан.

Сзади послышался голос. В тот момент, когда я обернулся, в меня что-то полетело. Я не задумываясь поймал предмет, летевший в меня, обеими руками. Это были старые карманные часы.

В недоумении я посмотрел вдаль, а Принцесса пожала плечами.

– Я внимательно подумала об этом. Неважно, каким непригодным мусором был мой брат, наследный принц – это все-таки наследный принц. Наследный принц Империи. Было бы неприлично, обменяй я эту фигуру всего лишь на сына и внука маркграфа. Думайте об этом как о небольшом акте доброй воли. А также было бы хорошо считать это пари нашей игры.

– О чем вы говорите?

– Габсбурги даруют свою веру один раз.

Принцесса улыбнулась.

– И Габсбурги только что даровали вам свою веру.

Принцесса Империи развернулась и зашагала к другой стороне равнины. Я долго смотрел, как она уходит. Я положил карманные часы карман и вернулся в лагерь Объединенных Вооруженных Сил Владык Демонов.

Владыки Демонов выстроились в линию у ворот военного лагеря и ждали моего прихода. Они уже видели дым, поднвшийся от горящей палатки. Начав в прошлую осень и продолжая в течение зимы, этот дым теперь наконец прибыл в свой пункт назначения. Другими словами, это был последний огонь. Дым, начавшийся с горной цепи, проник в дворец губернатора Нифльхейма, пересек территорию демонов, пробился через ворота Черной и Белой крепостей и наконец ярко запылал на равнине Бруно. Верно. Война. Все знали, что была объявлена война. Несмотря на это, я, окидывая взглядом Владык Демонов, закричал так, как должен бы ударить гром после того, как блеснула молния.

– Разрыв!

Владыки Демонов подняли в воздух кулаки. Они все закричали в один голос:

– Война!

В этот момент не было адвокатов войны или адвокатов мира. Тут присутствовали только животные, прыгнувшие на поле боя. Война! Война! Война!.. От Владык Демонов до командиров, от командиров до солдат, крик животных передался каждому. Рев огромной армии в сотни тысяч солдат потряс небо. Поскольку небо выпустило дождь, теперь был черед земли проливать кровь.

Приди, о, сладкая война.

Никто не отворачивается от тебя.

Беззвучные слова (часть 7)

Данталиан, Король простолюдинов 71-го ранга

3.04.1506 год по Имперскому календарю

Поллес, Равнина Бруно

Была такая церемония на войне, когда десятки тысяч сталкивались с десятками тысяч. Таково было объявление войны. В этом мире, поскольку люди считали сказанные слова чем-то более священным, чем написанный текст, объявление масштабной войны должно было изливаться изо рта человека, считавшегося в битвах самым божественным.

В тот миг, когда говорящий закончит речь об объявлении войны перед лицом тысяч, Объединенные Вооруженные Силы Владык Демонов больше не будут просто Объединенными Вооруженными Силами, но будут уже именоваться Армией Альянса Полумесяца. Демоны благоговеют перед луной и ночью. Притягивая природу, которую они почитали и которой преклонялись больше всего, они складывают свои имена в сильный альянс.

В тот миг, когда закончится речь, люди больше не будут чем-то вроде Человеческого Альянса, но будут уже именоваться Воинами Креста. Крест был символом, изображавшим свет солнца. Поскольку люди благоговели перед солнцем, даже если бы сегодня сразу же наступила ночь, это объяснилось бы те, что вся ночь была лишь полутьмой, призванной перед утром.

Война между Альянсом Полумесяца и Крестоносцами больше не было банальной разборкой из-за земли. Это был порядок природы и провидение неба. Это была история Богов. На протяжении 1500 лет с тех пор, как появился этот континент и была создана цивилизация, боги 7 раз позволяли проливаться крови убийств и звучать крикам кровавой расправы под святыми именами.

3-й день 4-го месяца1506-го года по Имперскому календарю. Боги приказали писать 8-ю книгу истории чернилами из багряной крови.

Как эмиссара, который вел последние переговоры, меня по умолчанию назначили быть тем, кто скажет про объявление войны. Это была большая честь. По крайней мере, казалось, другие Владыки Демонов надеялись, что я буду думать об этом как о большой чести. Я знал о том, что они возложили все на меня, потому что они не хотели брать на себя вину от того, что вышли вперед.

Будь то история богов или что-то другое, выделяться значило выделяться, так что люди земли могли жить, только будучи в зависимом положении.

О, Боги, вы поистине могущественны. Кто может гнушаться передавать священное значение резни? Более того, поскольку Альянс Полумесяца и Крестоносцы почитали одних и тех же Богов, то разве это не будет домашней ссорой? Я приму славное желание домашней ссоры.

Пусть говорят, что я богохульный. Я и так богохульный.

Пусть говорят, что я жестокий. Я и так жестокий.

Я желал, чтобы мир стал более богохульным, а люди более жестокими. Я планировал получить желаемое из болота, где богохульные и жестокие люди проливали свою кровь.

Чистая и простая, моя цель – спасти мир, который будет разрушен. Этот парадокс уже несколько раз почти ввел меня в оцепенение. И даже теперь я едва мог вынести желание ужаснуться.

Кто мог отвергнуть эту цель?

Если все вместе, поджог, резня и трагедия, причиной которых я был, в конце сыграли роль спасения мира, тогда, о боже, кто мог мне отказать?

Какими отчаявшимися были бы голоса, отвергающие меня, и как жалко бы они звучали? Эти голоса, несомненно, начинали бы с «но… однако… несмотря на то что…»

Тот факт, что они вынуждены были начинать свою речь с союза. В этом была их беда. Они должны были склоняться, нагибаться и подбирать слова. С другой стороны, я выражался как человек при власти.

"Спасти мир – это правильно."

Насколько это однозначно?

Я хочу так жить однажды.

Реализуя свою власть на свое усмотрение и грациозно держа бокал вина в руке, я хотел попытаться сказать: «Успокойтесь, друзья, я просто пытаюсь спасти мир». Я просто хотел законно наслаждаться своей властью без конца. Мое желание осуществлялось.

Со свитой вассалов позади меня я поднимался на вершину скалистого холма. На моем пути по холму стояли другие Владыки Демонов. По мере моего приближения, они расходились. С этого момента я был священником, получившим слова богов. Никто не мог говорить со мной необдуманно. Даже Владыки Демонов, командующие генералами армий: Барбатос, Пеймон и Марбас, молчали.

Наконец я с вассалами вышел на вершину глыбы.

То место было равниной.

Перед нами простиралось ровное поле. Мне было любопытно, завис ли сырой туман над равниной в силу того, что дождь шел на рассвете. За сырым туманом виднелись развевающиеся флаги. С каждым порывом ветра от тысячи флагов и знамен подымался шум.

– …

Казалось, что не слышно ни звука.

Идеальная тишина.

И не было в мире, окутанном туманом, высших или низших сословий, не было злоупотребляющих аристократов или презираемых ведьм, не было солдат, убивающих с жестокостью, или подданных, жестоко убиенных, вместо этого все, что существовало, погрузилось в туман.

Ведьмы смотрели на меня. Они заметили, что подготовка к речи об объявлении войны была завершена. Сейчас голос оратора зазвучит на всю равнину благодаря заклинанию усиления звука.

Хумбаба растопырила пальцы на обеих руках. Поскольку безымянного пальцы на левой руке не было, Хумбаба начала считать не с 10, а с 9. Начался обратный отсчет.

9, 8, 7 ・・・・・・.

Человек, который произнесет здесь речь, станет народным врагом континента.

Человеческие солдаты будут проклинать его, умирая, а солдаты-демоны, падая, будут винить их. Это была роль слепого командира. Причина, почему мне, наинизшему по рангу Владыке Демонов, была дана власть произнести эту так называемую славную и священную речь, крылась в том, что никто другой не хотел брать на себя ответственность за войну. Пеймон, конечно же, и даже Барбатос были точно такие же.

6, 5, 4 ・・・・・・.

К тому же, я тоже в действительности был такой же.

Я не любил бесцельно брать на себя ответственность. Разве это не идеальное положение, к которому можно хорошо относиться, пока целесообразность его не иссякнет? Соответственно, аристократ должен избегать опасных мест.

Следовательно.

– Фарнезе.

– А.

Я более чем радостно передал мою божественную власть своей подчиненной.

Девушке, которая жаждет, чтобы ее имя осталось в истории.

Я более чем радостно передал ей честь стать беспрецедентной знаменитостью и украсить собой анархию.

– В добрый час.

Фарнезе слегка кивнула и вышла вперед. Хотя я слышал шум шокированных Владык Демонов, смотревших на нас, я их проигнорировал. Заклинание усиления звука уже было задействовано. Не было ничего более неприличного или беспорядочного, чтобы остановить речь, которая уже началась.

Хумбаба лукаво пропустила три последних секунды и активировала заклинание. Мы с ведьмами отступили назад, ухмыляясь. Ах, мы воистину радостно глумились.

Даже обучение тому, как произносить речь, что Лазурит вдалбливала в голову Фарнезе, было на этот момент всем. Теперь самая священная территория власти будет запятнана не Владыкой Демонов или демоном, а человеком. Наисвятейшая земля власти будет обесчещена незаконнорожденным ребенком низкого положения. Как это сделала Лазурит в дворце губернатора в Нифльхейме, теперь был черед Фарнезе чернить все.

Ну же, дочь моя.

Рассыпь по миру яд.

Внемли, о род людской.

Вся история до этого момента была историей классовой борьбы.

Владыка Демонов (часть 1)

Данталиан, Король Простолюдинов 71-го ранга

Люди наинизшего класса, у которых их желания были выхолощены.

Этот Король Простолюдинов, сделавший простолюдинку своей любовницей, поставивший простолюдинку своим генералом, и обративший простолюдинов в своих королевских стражей, будет готовить с вами. Я сочувствую вас всем. Что вы есть?

— Просим вас, пощадите нас.

— Если не вашего покорного слугу, то хотя бы мою дочь.

— Я буду работать псом до конца моей жизни, потому прошу вас простить меня.

Жители деревень с выжигаемыми полями. Вы все были слабые и беспомощные, потому вы пали, как собаки, и умоляли. Барбатос насмехалась и валяла дурака с вами, которые ими и были. Когда она забрала ваши жизни, она не побеспокоилась о том, чтобы спросить все ваши имена. Это потому, что ваши имена не имеют достаточной ценности, чтобы помнить их после смерти. Вы были жалкими, и я украдкой вставлял неуместные ремарки, переводя слова Барбатос.

– Как тебя зовут?

– Есть ли последние слова, которые вы желаете оставить после себя.

– Приготовьтесь к смерти.

В тот миг, когда я это сделал, вы осознали, что скоро наступит ваш конец, и заплакали. До вашей смерти ни одно из слов не достигло Барбатос. Поскольку у всех вас нет власти, ваши слова были бессмысленны. «Пощадите меня, не убивайте меня» – даже эти слова, считающиеся самыми отчаянными в мире, не имели смысла. Я вижу, что у вас всех нет власти. Я испытываю жалость к вам всем. Что вы есть?

— Ведь любовница Вашей Чести – изгой, генерал – человек, а королевская стража – ведьмы, добросовестность Вашей Чести пронзает небо. Вот уж действительно это подходит Королю Простолюдинов!

— Наверно, вам очень повезло, что вы так популярны среди женщин, Ваша Честь! Просим вас, научите людей, как затягивать в постель шлюх низкого происхождения и распространять информацию по всему миру!

Ведьмы, вы молчаливо сносили снег и грязь, которые в нас кидали. Солдаты насмехались и глумились над вами. Почти невозможно, чтобы человек не чувствовал хоть самого малого чувства вины, кидая в другого грязь, но, возможно, вы для них не были людьми. Но как вы все можете не быть людьми? Они говорят, что у вас нет душ, но если это так, то у кого они есть? Я вижу, что ваши нагие тела рвали, ломали, били и топтали, очерняя ваши тела порезами и синяками. Поскольку вы были достойны жалости, я дал вам накидки.

– Клянусь, что я, Данталиан, никогда не отвечу тишиной на совет и никогда не отвечу насмешкой на предложение. Если вы поклянетесь проливать ради меня пот и кровь, то я отплачу вам точным весом за каждую каплю пота и крови.

В тот миг, когда я это сделал, вы поняли, что я признал вас всех людьми, и потому заплакали. Был ли это мир, в котором люди проливают слезы, когда их признают людьми? «Я человек, я тоже человек», разве даже эти слова, считающиеся самым искренним желанием, не всем вам позволены. Я вижу, что у вас всех нет власти. Я испытываю жалость к вам всем. Что вы есть?

— Прошу прощения, Отец. Я больше такого не сделаю… Я прошу прощения…

— Мой отец эту молодую леди… эту молодую леди, много раз…

Рабыня. Твоя жизнь была разрушена из-за ошибки, которая не была твоей. Люди игнорировали и пренебрегали тобой. Чтобы вписать тебя в существование, которого в мире не существовало, они лишили тебя свободы и заточили. Я вижу, что раз тебя игнорируют и ограничивают, куда бы ты ни пошла, твое тело – это твое место изгнания, а мир – твоя тюрьма. Я понимаю, что даже если бы ты обрела любимого и родила ребенка, тот ребенок, конечно же, был бы ребенком рабыни, так что твое тело само по себе это адское проклятие. Я слышал о тех отчаянных слугах, которые сами отрезали себе половые органы, чтобы не передавать свое проклятие. Для вас всех не было иного ответа, кроме как смерть. Однако как смерть может быть ответом? Ты была в отчаянии, и я прошептал тебе:

– Ты больше не жертва. Ты – атакующий. Ты больше не часть того слабого, которого оскорбляют, ты часть сильного, который оскорбляет. Если кто-то пытается забрать твою жизнь, тогда убей его прежде, чем он доберется до тебя первый. Все просто. Если этот кто-то твой отец, убей своего отца, а если этот кто-то Бог, тогда убей и Бога. Все, что тебе нужно сделать, это забрать их жизни.

В тот миг, когда я сделал это, ты повела кавалерию и жестоко вырезала врага. Как только я дал тебе власть, ты уже больше не была человеком, которого убивали, но человеком, который нес смерть. «Человек, который попытается убить меня, у меня не будет другого выбора кроме как убить его первой», жила ли ты, когда не могла хоть раз промолвить эти самые пылкие слова в мире? Наконец я вижу, что люди не убьют тебя, если у тебя есть власть. Я чувствую печаль за вас всех. Что вы есть?

Жители деревень с выжигаемыми полями, ведьмы, рабы.

Вы все жалкие, несчастные или отчаянные люди? Это все? Только поэтому кто-то должен жалеть, гладить по головке или заботиться о вас? Вы навсегда остались бы добрыми, мягкими и чистыми личностями, если бы кто-то так делал? Это ваши настоящие цвета?

Ο

Если мы пойдем сейчас, когда мы вернемся

Если мы пойдем сейчас, когда мы вернемся

Наши деревни пылают и наши сыны горят

Эх, если мы уйдем сейчас, то когда же мы вернемся…

Ο

Однако разве не были ваши жестокие смеющиеся лица, когда вы грабили и совершали поджоги, также не проявлением ваших истинных Я? Разве жестокое убийство других простолюдинов в тот момент, когда вы получали власть, не было вашими обнаженными лицами?

Ах, вы все не просто добрые, мягкие и чистые евнухи. Вы такие же, как я. Такого же рода. Я влиятельное лицо, а вы все не более чем люди, которым еще предстоит получить власть. Вот так. «Мы тоже такие же! Мы тоже хотим власти!», даже эти слова, являющиеся самым громким протестом, дóлжно разрешать говорить всем вам.

Несмотря на это такие ребята, как Розенберг, просто считали вас всех бедными подданными. Так было бы лучше? Вы все желаете жить наивно до конца ваших жизней? Разве у вас нет желаний? Разве у вас нет никаких стремлений к власти? Разве вы планируете быть всю вечность как кастрированные питомцы? Я всех вас считаю равными себе! Следовательно, раз я не считаю вас всех просто добрыми, мягкими и чистосердечными подданными, поскольку я не буду просто жалеть и гладить вас по головке, я не буду о всех вас заботиться.

Розенберг верил, что он стоял намного выше своих подданных. В результате этого он пытался собрать всех своих подданных в свои объятия и старался спасти своих людей до последнего. Поскольку слова, под действие которых он попал, были старомодными, тот старик скорее всего агонизировал из-за этой потрепанности.

Простолюдины, я буду забирать ваши жизни, если это необходимо, и, если необходимо, вы все тоже можете забрать мою жизнь. Вот что я имею в виду под тем, что считаю вас всех равными себе.

Есть ли разница между сожженными трупами, висящими на черной стене, и мизерными жизнями, прикрепленными к крепостному валу, как моллюски?

Если есть разделение в жизни и смерти, тогда есть только власть.

У вас всех есть право желать власти и жить ради нее.

Зрелище, как вы все боретесь, истекаете кровью, убиваете и падаете убитыми ради власти, мне приятно.

Если бы он увидел, как вы ревете, насквозь пропитанные кровью врага, тогда все, что Владыка Демонов Данталиан мог бы сделать, это пустить слезу.

Что вы есть?

Вы все до этого момента были ничем.

Чем вы все должны стать с этого момента?

Всем.

Втыкайте ваши копья в людей, которые украли ваши слова, лишили вас ваших душ и выхолостили ваши стремления. Заберите обратно все, что те люди украли у вас. Делая так, один за другим, вы все станете прекрасными как люди.

— Пощадите меня, не убивайте меня!

— Я человек, я тоже человек.

— Человек, который попытается убить меня, у меня не будет другого выбора кроме как убить его первым…

— Мы тоже такие же! Мы тоже хотим власти…

Однако, послушайте. Ваши слова слишком суетливы.

Что это? Вы говорите об этом? Это не слова. Это жалобы новорожденного младенца. Это шум, который также неподвижен. Я вижу, хоть я и считаю вас всех своими соотечественниками, вы не владеете языком.

Прежде чем вы все сможете забирать жизни других, вы сперва должны выучить слова. Я долго размышлял, чтобы определить, что же за слова должны быть наложены на вас всех. Поскольку вашим языком должен быть язык борьбы, язык резни и более всего прочего язык власти.

Все вы, кто приносил свои налоги людям при власти, послушно встречал вторгающихся врагов и умирал, и знал только, как негодовать на других, потому что никто вам не помогал, с этого момента навсегда будут мертвы. Когда Черная Смерть захлестнула континент, ваши судьбы умерли рядом с вами.

Просто желая поздравить вас всех с длительной смертью и новыми рождениями, я дарую вам это королевское послание.

Слушайте, о, простолюдины. Вместо уже мертвых богов Владыка Демонов подарит вам язык.

Кричите с гримасами, соответствующими вашей речи.

Владыка Демонов (часть 2)

Внемли, о род людской   Вся история до этого момента была историей классовой борьбы. В мире есть две войны. Одна война – между людьми и демонами. Однако тот факт, что есть более неуступчивая война, чем эта, война, которая продолжается последние 1500 лет, причем без единого мгновения отдыха. Люди, знаете ли вы, что это за война?     Это опустошительная война, которая длится вечно. По сравнению с ней война между людьми и демонами нелепа. Люди и демоны сражались друг против друга всего 8 раз от начала мира, однако эта масштабная война продолжалась каждый год, каждый месяц, каждый день и каждую секунду. Свободные люди и рабы, Аристократы и простолюдины, Вельможи и смерды, Угнетатели и угнетенные. Разве вы еще не в состоянии услышать Грубый голос опустошительной войны, с которой сражаются эти люди?

Это вечная война, только это и есть истинная война. Даже если бы демоны исчезли с континента, вы все так же вели бы войну. Как прошло уже 1500 лет, и даже если пройдут еще 1500 лет, война класса, война власти будет неизменно продолжаться.

Все сыновья и дочери, угнетенные в мире, слушайте. 500 лет назад Владыки Демонов впервые в истории пришли на континент. В тот день правители королевств сокрушались о сохранении людей. Ваши предки пошли на войну, рискуя своими жизнями, чтобы защитить их. Несмотря на это даже когда война закончилась, смерды все так же были смердами, а подданные все так же были подданными. 400 лет назад Владыки Демонов сошли на континент второй раз. Ваши предки опять боролись с демонами и вышли победителями. Как удивительно. Как поразительно. Вы – действительно щит, защищающий человечество. Несмотря на это, даже когда война закончилась, простолюдины все так же были простолюдинами, а подданные все так же были подданными.       Если бы вас всех здесь не было, тогда континент уже бы попал в руки Владык Демонов. Последние сотни лет вы все были хранителями рода людского, И хозяевами, которые столетиями несли вес цивилизации. Через 300 лет, в этот день, Владыки Демонов пришли на континент. Однако, что же это? Хозяева континента? Вы все – простые люди, которые все так же смерды, простолюдины и рабы. Вы слабейшие среди слабых, умирающие от чумы! Почему вы все умирали до этого момента?

Конечно, вы защищали континент. Континент был землей, остававшейся такой же до того, как случилась война и даже после того, как она разразилась. Вы все так же бедны. Вы так бедны, что кажется, ваша бедность будет вечной. Даже если ваши матери заразятся Черной Смертью и умрут в ваших постелях, вы все доведены до такой нищеты, что не сможете купить даже один стебель травы. Вы все жили, принося жертвы. Ради чего были эти жертвы? Вы все жили, отправляясь на войну. Ради чего это было?

За последние 500 лет вы все бросали десятки тысяч жизней и роняли десятки тысяч слез, чтобы защитить вашу бедность? Вы защищали всех тех правителей и людей при власти потому, что все, чего вы желали, это вечно находиться в нищете? Ради того, чтобы ваши матери стонали, ваших отцов хлестали аристократы, а ваши братья и сестры падали, вспахивая поля, чтобы защитить все это, этот континент, вы все умирали до этого момента?

Это не так. Род людской, вот она, правда. Люди, о которых монархи королевств, императоры империй и аристократы имений говорят, это не вы. Континент, который эта знать хочет защитить, не ваша земля. Те властные лица жили до этого дня, не желая защищать жизни людей и землю людей, а только с целью защитить собственные жизни и свое достояние.   Внемли, о род людской.

То, что ваши предки защищали, проливая кровь, было не тем, что принадлежало людям, а тем, что принадлежало другим, только собственностью той ложной знати. Ах, война закончилась, но вы все еще бедны! Это же очевидно! Поскольку вы все помогали тем людям при власти! В целом, что же за ребята эти правители? Даже если монстры будут двигаться толпами к вашим деревням, они не отправят свои войска, чтобы защитить вас. Они бросят вас, люди, они сразу же бросят вас. Несмотря на это, в то мгновение, когда Владыки Демонов начинают наступать, эта знать заставляет вас всех жертвовать собой и в этот раз тоже.   За род людской! Даже несмотря на то, что Черная Смерть кружила по вашим деревням, эти люди при власти не обеспечивали вас всех лекарством. Люди, они совершенно бросили вас. Тем не менее, как только Владыки Демонов приближаются, те аристократы принуждают вас всех жертвовать собой.   За людей! Теперь люди, о которых говорила та знать, стали свободны. Род людской, о котором они говорят, это люди, называемые аристократами. Континент, о котором они говорят, это только земля, которой владеет та знать. Для чего были те люди? Они были всего лишь людьми для угнетателей. Для чего была эта война? Она была только для того, чтобы сохранить этот гнет.

Для чего были те 1500 лет истории? В течение прошедших тысячи и пятисот лет вы все умирали и продолжаете умирать, чтобы бессмысленно передавать вечную бедность вашим сыновьям и дочерям! О, род людской, не те люди, о которых та знать говорит медовыми словами, а вы, смерды, простолюдины, рабы и настоящие подданные. Вы, хозяева этой земли. Вы, подданные, которые все должны стать хозяевами. Разве что-то не так? Вы все действительно простолюдины? Поскольку все вы являетесь обладателями этой земли, и скорее те аристократы – паразиты, присосавшиеся к вашей коже и венам, то разве не они настоящие простолюдины, сосущие ваш пот и кровь? Раз они простолюдины, то не должно ли вам всем стать лордами? Почему эта знать присваивает зерна пшеницы и кукурузы, которые вы собрали? Почему они не защищают своих подданных, когда на тех нападают монстры, несмотря на то, что заявляют о себе как о хозяевах? Наконец почему они собирают налоги, даже когда все мрут от голода?

Это потому что они не обладатели. О, род людской, они не хозяева, но воры. Они бандиты, крадущие все, чем вы должны наслаждаться. Знать только забирает. Забирая, они живут в домах, которые вы строите, одевают одежды, которые вы шьете, и едят зерно, которое вы собираете. Как это такое абсурдное руководство могло продолжаться последние 1500 лет? Род людской, вот причина. Это потому, что они держат оружие. Другой причины, кроме этой, нет. Если вы просите снизить налоги, они поднимают мечи. Если вы молите их дать вам травы, они выставляют копья. Если вы пропускаете работу, чтобы ухаживать за своими матерями, они хлещут плетьми. Только мечами, только копьями и только плетями. Если это так, тогда, род людской, что же вы должны делать? Что вы все должны делать, чтобы защитить то, что ваше? Что вы все должны делать, чтобы не передавать дальше вашу бедность! Будете ли вы расчленены клинком и умрете? Будете ли вы пронзены копьем и закричите? Будете ли вы исхлестаны плетью, пока не ослабеют ваши кости?

Есть один ответ! Только один ответ! Нет другого выбора кроме как бороться силой с силой! Поднимите ваши топоры. Возьмите свои арбалеты. Вооружитесь. Используйте свои орудия труда для полей и пронзайте их головы. Сделайте так, чтобы только вы собирали урожай того, что вы вырастили. Сделайте так, чтобы естественное развивалось разумным способом. Не давайте и дальше дурить себя, что вы простолюдины. Вы все – те, кто владеет этой землей. Вы все – те, кто действительно человечные люди. Всё на этом континенте по праву принадлежит вам! Вы должны идти на войну только ради себя!

Сражайтесь! Поскольку никто вместо вас не вернет то, что ваше!   Сражайтесь! Поскольку никто вместо вас не проживет вашу жизнь.       Сражайтесь!

О, род людской, что есть подданные? Они – всё! Только о вас можно говорить, как о людях. За всю историю, чем были люди простого звания до этого момента? Они были ничем! А теперь, с этого мгновения чем вы, несравненные люди, должны стать? Всем! Война с целью убивать демонов ради знати окончена. Знайте, что настоящая масштабная война пришла. Вы должны драться только ради собственной жизни и ради своей собственной власти. Пусть те паразиты, который прикидываются лордами, знают, кто настоящие хозяева, с вашими копьями, стрелами и кирками. Стремитесь к миру, где каждый просто живет как хозяин.   Осознавайте историю, где каждый борется со всеми.   Заставьте тех правителей дрожать перед вашей силой подданных.   Кроме ваших ложных оков   вам всем больше нечего терять в этой опустошительной войне.   Только мир, который вы должны получить, все, чем вы должны овладеть, простирается перед вашими глазами!   Наноси ответный удар, род людской!

Владыка Демонов (часть 3)

Это язык простолюдинов.

Поскольку они настойчивые и отчаянные, необходимо говорить только такими страстными возгласами и говорить только во время завывания.

Маркграф Розенберг и я разные. Я не ожидаю, что стану мягким по отношению к вам, и я не хочу быть лишь защищаемым вами. Вассалы, которых я больше всего люблю, – те, кто знает, как предавать других. Следовательно, я могу лишь любить Лазурит. Я могу гарантировать, что однажды Лазурит преподнесет мне отравленную чашу. Жду с нетерпением этого дня. С другой стороны, предательство Хумбабы меня разочаровало. Как человек не должен быть пойманным, после предательства другого, он так же должен получить и все возможные выгоды, когда предательство раскрыто. Даже если бы я предположил, что Хумбаба позволила мне намеренно поймать себя; потерять деньги! Как они могли получить за предательство лишь полцены!? Вот почему они проиграли. У меня не было иного выхода кроме как позаботиться об этих потерянных детях. Что я могу сделать? Они бесчестные ребята.

… Принцесса Империи такая же, как и я.

Нам обоим известен тот факт, что слова – не более чем инструменты. Однако мы также знаем, что слова – полезные инструменты власти.

Принцесса – девушка, сдирающая лицо у человека, который ходит рядом в гриме. Она настаивает, чтобы все вокруг ходили, показывая обнаженные лица. Вот уж действительно, нет никого настолько выдающегося, как Принцесса Империи, в свежевании лиц.

Но, Элизабет.

Ты жила только как Принцесса Империи, которая родилась в Империи.

У тебя нет другого выбора кроме как жить в роли Принцессы Империи.

Это твоя глубина и ограничение. Ты всегда будешь ходить кругами, ведя за собой знать.

Но я другой.

После того, как я попал в этот мир, я постоянно размышлял про то, как смогу победить тебя. Я – Владыка Демонов, скромного 71-го ранга, а ты человек при власти в самой мощной Империи. Я был низко, а ты высоко. Я был беспомощным, а ты – экспертом.

Чтобы стащить тебя вниз с твоего высокого положения и макнуть тебя в грязь я составил грандиозный план.

Первой была Лазурит.

— Я, Лазурит, рожденная суккубой и воспитанная на задворках больших и малых городов, та, которая проработала третьесортным продавцом в фирме Киункуска на протяжении 10 лет, забуду свое прошлое и буду жить исключительно ради того, чтобы быть подданной Владыки Демонов Данталиана. Мое сердце. Моя голова. Моя душа всегда будут принадлежать Вашему Высочеству.

Я привел эту полукровку с холодным сердцем, к которой относились как к изгою, на свою сторону намеренно и сделал ее своей невестой. Это случилось не только потому, что она была сведущей. Это потому что она была полезна для моей грандиозной стратегии. Я связал себя с простолюдинкой.

Следующей была Лора де Фарнезе.

— Лора де Фарнезе. Как третий ребенок Герцога Пармы и законного наследника Пьяченцы, в 10-ую ночь, 9-го месяца 1505-го года по континентальному, пусть все Боги будут свидетелями, я данным соглашением клянусь: Если Ваша Светлость прикажите этой молодой леди стать вашим мечом, она станет Вашим мечом. Если прикажите быть Вашей головой, она станет Вашей головой. Если прикажите стать Вашими ногами, она станет Вашими ногами. Воля этой молодой леди, знания этой молодой леди и усилия этой молодой леди всегда будут посвящены Вашей Светлости.

Я привел это незаконнорожденное дитя, рожденное как дитя рабыни и изолированное от мира, как своего вассала и сделал ее своим действующим генералом. Она тоже была полезна для моего грандиозного плана. Я присвоил звание простолюдинке.

Наконец, ведьмы.

— Мы, Сестры Бирбир, рожденные без дома, воспитанные на задворках больших и малых городов, и те, которые десятилетиями и столетиями проживали свои жизни как наемники, теперь желаем забыть наше прошлое и обрести ценность наших жизней исключительно как последователи Владыки Демонов Данталиана. Наши сердца, наши головы, наши души всегда будут частью собственности Вашего Высочества. Поэтому, Ваше Высочество, просим вас позаботиться о наших потерянных сердцах, головах и душах.

Я принял этих ведьм, которых презирали из-за отсутствия душ, в место забвения в роли своих подчиненных и назначил их своими королевскими стражами. Ведьмы действительно были весьма полезны для моей великой стратегии. Я обнял простолюдинов.

О, Элизабет.

Это мой фундамент.

С этими детьми, которых окутало во тьму пламя мира и сожгло их разумы, я свергну твоих аристократов и людей низкого звания. Я сожгу все. Когда чистая и беспристрастная Принцесса Империи останется на вершине до самого конца. А потом задохнется от дыма, который мы поднимем, и сгорит в огне.

С этого момента простолюдины наинизшего класса будут моими черными камнями.

Аристократы? Вы можете забрать их всех. Берите все, что похоже на белые камни, себе. В любом случае мне надлежит начинать.

О, мои простолюдины, мой фундамент, который также является моими мертвыми камнями, что вы есть? Чем вы должны стать?

Каждый камень, поставленный на доску, это камень, который убьет врага и будет убит врагом. Если ваши жизни будут разбиваться вдребезги, как камни, тогда вам сначала нужно стать такими же твердыми, как камни. Когда вас бьют и когда вы бьете других, должен раздаваться сильный звук.

Я вижу, что ваш звук еще слабоват. Я слышу все ваши звуки. Заговорите еще раз. Я постигну и подниму обратно слова, которые были захоронены в глубине.

— Пощадите меня, не убивайте меня!

— Человек, который пытается меня убить, у меня нет другого выбора, кроме как убить его первой…

Ваши голоса вялые. Они слабые. Не оставайтесь с простыми криками и добавьте форму слов. Запугивайте тех, кто пытается забрать ваши жизни. Показывайте, что даже у вас есть хоть немного силы. Делая так вместо того, чтобы изливаться криками, вы сможете изрыгнуть слова.

– Мы одно целое. Мы объединимся, противостоя нашему врагу. Если человек при власти казнит одного, тогда мы должны стать тысячей и нанести ответный удар. Давайте посмотрим, справитесь ли вы с оружием тысячи.

О, простолюдины, что вы есть? Перестанете ли вы быть жалкими, несчастными и печальными людьми? Я навострил уши на ваш шум. Заговорите еще раз.

— Я человек, я тоже человек.

— Мы все одинаковы! Мы тоже хотим власти…

Восхитительный голос. Давайте добавим ему форму. Поскольку слова – это власть, а люди превращаются в груду развалин, если используют свою власть бездумно, люди будут ломаться и от того, что используют свои слова неосторожно. Чтобы не позволять другим приближаться, постройте крепость и оборонные валы из слов.

– Все люди равны. Право убить того, кто пытается убить меня, равно принадлежит мне и нам. Если власть – это возможность убивать других, тогда мы тоже станем людьми при власти.

Хорошо. Это оборонный вал с хорошо продуманным фундаментом. Неуязвимая конструкция. Продолжайте в этом же духе.

Если вы все сделаете крепость, то это, следовательно, будет и моя крепость.

Если вы все будете махать флагами, тогда моя армия придет туда.

Если вы все создадите мир, тогда и мой мир будет там же.

По праву желайте всего, чего хотите. Я скажу вам как.

По праву становитесь тем, чего боятся. Я обеспечу вам всем оружие.

Я выражаю вам всем поддержку. Я буду вашими желаниями, вашими страхами и вашей смертью.

Я – Данталиан.

Ваш король, король простолюдинов.

Владыка Демонов (часть 4)

Элизабет фон Габсбург, Принцесса Империи, Убийца кровных родственников

03.04.1506 год по имперскому календарю

Поллес, равнина Бруно, Человеческий альянс

— Внемли, о род людской.

Голос девушки отдавался эхом по всей равнине.

Это был прекрасный и благородный голос. Голос, напоминающий о зиме, потому что эмоций в голосе почти не было. Это был голос, который изо всех сил тренировали, и который стоял прямо в центре. По всей видимости, у нее был хороший учитель. Просто слышать человека, научившегося должным образом говорить, это уже давало красивую форму.

С биноклем в руках я осматривала девушку, стоявшую на вершине валуна.

– Эта девушка – Лора де Фарнезе…? – пробормотала я вслух.

Рабыня, ради которой Данталиан преодолел весь путь до Королевства Сардинии, используя воздушный транспорт. Конечно, личность во многом полезная.

— Вся история до это была историей классовой борьбы.

О чем она говорит?

Я посмотрела в бинокль. На ее лице не было эмоций. Она была девушкой, обладавшей красотой снега и мороза. Конечно, учитывая такую внешность, было понятно, что так или иначе возникнет слух, что Данталиан привез человеческую шлюху, потому что она пленила его своим видом. По мере продолжения ее речи знать вокруг меня начали перешептываться.

– Начало речи об объявлении войны довольно странное.

– Что бы они там не рассусоливали, объединение людей нерушимо…

У каждого представителя знати был приставлен к глазам бинокль. Содержание речи было совершенно иным, чем они предвидели. Конечно, командиры и солдаты начали волноваться. Никто никогда не слышал и не знал о масштабной войне, которая была близка к священной войне Крестоносцев.

— Это вечная война.

Однако.

В то время как слова девушки продолжали твердо отчеканиваться в воздухе.

В то время как голос девушки продолжал вибрировать и отдаваться в небе эхом.

— Все угнетенные в мире люди, слушайте!

Лица знати искривились от ярости, а лица солдат вытянулись от удивления. Не было границ для агрессивных слов, исходивших из милого ротика девушки. Это были не слова неприятия, не слова убеждения. Это были слова, долбившие и разбивавшие вдребезги почву, в которой что-то было спрятано под замерзшей землей, пока, наконец, это не было вытянуто наружу.

— Ради чего были эти жертвы? Ради чего были эти битвы!?

Девушка кричала, не сдерживаясь. Ее слова легко вселяли ужас. Поскольку это были слова, которые раскалывали и создавали барьер, слова, разделявшие и порождавшие возбуждение, а также слова, которые переплетались и манипулировали. Девушка полосовала людей словами, которые были острее клинков.

– …

Ах

Аах!

Я поняла намерение противной стороны. Намерение девушки, намерение Данталиана, который прятался за девушкой и распространял свой яд. Тот Данталиан, тот Владыка Демонов не собирается бороться против людей. Он соблазнял людей бороться друг против друга!

— Внемли, о род людской. Что же вы должны сделать, чтобы защитить то, что ваше? Что же вы должны сделать, чтобы забрать свое у тех воров?

Солдаты уже колебались. Голос девушки разбрызгивал яд. Зараженные тем ядом, солдаты смотрели в лица других солдат. Дворяне не могли вернуть себе самообладание и кричали:

– Э-это! Это, это, это, мое слово!

– Я уже хорошо знаю недостатки тех демонов, но говорить такие необдуманные слова!

Какие глупые люди.

Они были не в состоянии даже услышать запах яда, приближающегося со всех сторон. Мне показалось, что я задыхаюсь. Только мысль о том, чтобы предотвратить эту речь, мелькнула у меня в уме. … Правильно. Мы должны остановить эти слова разделения несмотря ни на что. Я должна была остановить это, чтобы предупредить бесповоротный хаос и бедствия, которые поглотят континент. Я быстро встала со своего стула и поспешила к магам.

– Немедленно активируйте заклинание для нашей речи.

– Ваше Высочество?

– Вы меня не слышали? Я приказываю вам активировать заклинание.

Маги смотрели на меня со смущенными лицами. Старик с морщинистым лбом склонил голову.

– Прошу прощения, Ваше Высочество. Приготовления еще не завершены.

– Не завершены?

– Поскольку мы были уведомлены, что наши силы будут произносить речь вторыми, мы приготовились активировать заклинание именно в то время.

– Достаточно будет самой магии усиления звука. Я умею говорить на языке демонов. Прямо сейчас…

– Ваше Высочество, хоть магия усиления звука не является невероятно сложной техникой, предварительная работа важна, чтобы поднять громкость настолько, чтобы было слышно по всей равнине. Прошу вас великодушно понять, что магия не универсальна.

– Если так, то сколько еще нужно времени, чтобы приготовления были завершены.

– Самое скорое это займет 10 минут.

– 10 минут?..

На моей шее выступил холодный пот.

Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз ощущала холодный пот. Возможно, это было, когда мой брат притянул меня в свою комнату и заставил смотреть на его соитие с моими сестрами? Это первый раз с тех пор? Как и в тот день, который разрушил мою жизнь, холодный пот скользил вниз по вырезу горловины. Я чувствовала, как капля пота стекает вниз по шее и дальше по контуру груди.

– …

Я медленно повернула голову и еще раз внимательно осмотрела солдат. Они все были смерды, рабы и простолюдины. Волнение затронуло лицо каждого из них. Ах, через 10 минут будет слишком поздно. Если пройдет 10 минут, тогда уже будет слишком поздно навсегда.

Только я могу слушать спокойно?

Как то время, когда мне пришлось просто смотреть, как мой брат и сестры совокупляются вместе.

Должна ли я снова так страдать в то время, когда ничего не могу сделать?

— О, род людской, что есть подданные? Они – всё! Только о вас можно справедливо говорить, как о людях. За 1500 лет истории, чем были люди простого звания до этого момента? Они были ничем! А теперь, с этого мгновения чем вы, несравненные люди, должны стать?

— Всем!

Будто одурманенные наркотиком, солдаты смотрели на девушку. И хоть они не должны были видеть лицо девушки, поскольку у них не было биноклей, благодаря величию своего голоса от девушки исходило мощное присутствие. Я содрогнулась.

Так вот он меч Данталиана.

Так вот они слова Данталиана.

… Скорее всего, та речь была написана Данталианом. Ах, в этом нет сомнения. Я слышала мужской голос в том голосе девушки. Я смутно ощущала основные принципы Данталиана в словах и предложениях, которые девушка повторяла наизусть. Тем не менее почему Данталиан сам не произносил речь, а вместо этого взял себе на замену девушку?

Причина была ясна.

Слова, которые Данталиан промолвил сегодня, когда мы пожимали руки, пронеслись в моем мозгу. Данталиан широко ухмылялся.

— О, дорогая Элизабет! Я – Данталиан.

— Если вы будете светить, как солнце, я всегда буду прятаться за темной луной. Однажды вы утратите свои жизненные силы и падете, однако, со мной такое случиться не может. Я никогда не выдам себя, если уж на то пошло.

Мой сердце вздрогнуло. Трудно было признать саму по себе правду, что мое сердце вздрогнуло, когда я осознала страх и ужас... Ах, так Данталиан планирует прятаться. Он планирует оставаться закулисным манипулятором и никогда не раскрывать себя!

Поставив Фарнезе в качестве замены, Данталиан будет прятаться. Человеком, который будет стоять впереди, чтобы размахивать клинком и отдавать приказы, по всей видимости, будет Фарнезе. Однако все люди континента будут чтить и презирать Фарнезе. Даже несмотря на то, что настоящий виновник, спровоцировавший их, это Данталиан. В то время как Фарнезе становится конем Владыки Демонов и распространяет слова Владыки Демонов, сам Данталиан скрыт за кулисами представления и его никто не поймает, что позволит ему свободно уничтожить континент без каких-либо препятствий.

С другой стороны.

Я так сделать не могу.

Как Принцессе Империи, мне это сделать невозможно. Я вынуждена проводить свое время с сотнями дворян, постоянно окружающих меня. Как всегда вокруг меня были уши, чтобы слышать слова, которые я говорю, если я предприму действия, всегда будут глаза, чтобы смотреть, что я делаю. До этого момент я с благодарностью относилась к своей судьбе, будучи рожденной Принцессой Империи. Даже на мгновение я не думала, что моя бытность Принцессой может стать моей слабостью!..

Речь девушки достигла пика. Девушка обнажила свой клинок и подняла его в небо. Солдаты все до единого затаили дыхание и были полностью поглощены девушкой.

— Я, Лора де Фарнезе, рожденная как человек и заклеймленная как рабыня, как единственная простолюдинка, которая сейчас тут, чтобы сражаться рядом со всеми вами, сим провозглашаю! Будь то люди, демоны, мещане или простолюдины, я буду сражаться за людей без дискриминирующих границ!

— И вы тоже, наносите ответный удар рядом со мной! Отбросьте ограничения, которые вас всех угнетают! Станьте свободными сами, люди!

Та девушка… Так это преемница Данталиана.

Люди были шокированы новостью, что девушка была человеком. Именно этот эффект был целью Данталиана. Данталиан намеренно использовал человеческую девушку в качестве оратора.

Если бы тот, кто произносил речь, был, возможно, Владыкой Демонов или демоном, тогда солдаты не заволновались бы. Если бы тот, кто там стоит, был дворянином, солдаты бы отнеслись к речи с презрением. Однако Лора де Фарнезе, стоявшая на вершине валуна, не была ни Владыкой Демонов, ни дворянкой, а просто была свободной особой с человеческой кровью. Она была человеком. Поскольку это были слова человека, естественно, они просочились в подданных, также принадлежавших к человеческой расе.

– … Ха.

Смех вырвался, когда отчаяние усилилось?

Наконец я невольно осклабилась.

Внезапно стало ясно, кем я была и где я стояла.

Я была Принцессой Империи. До этого момента я доказала, что я была единственной Принцессой Империи.

Однако раз на этом месте внезапно появился Данталиан, он определил, что же за судьба стояла за бытностью Принцессой Империи. Он был реальностью, определившей меня.

– Данталиан…

Я должна выжить как Принцесса Империи, а потом я должна забрать его жизнь.

Я должна выжить до самого конца, потом я должна забрать жизнь той девушки.

Если мне не удастся это сделать, тогда разрушенной жизнью будет моя.

– Владыка Демонов…

Определенное липкое чувство сочилось из моего сердца, сжимаемого страхом. Ага, я уверена, что безумна. Хотя были существа, которых я должна убить, чтобы остаться в живых, я получала удовольствие в жизни от этого.

– Так ты моя судьба…!

Скорее всего, он спрячется и не выйдет.

Скорее всего, люди никогда не узнают, кто он.

Но я знаю.

Только я смотрю на тебя.

Вселенная – бессмысленная толпа, и если бы это был безлюдный океан, тогда в нем плавал бы единственный остров, а мы сидели бы там, обращенные лицом друг к другу. Как в то время, когда мы столкнулись друг с другом с черными и белыми камнями, находясь в центре сегодняшнего дождя, с этого момента наше будущее будет проходить лицом друг к другу. Владыка Демонов, ты моя судьба, и я уж точно буду твоей судьбой.

Взволнованные дворяне кричали. Они нагоняли страх, ударяя по щекам солдат.

– Дураки! На что вы рассеяно уставились!? Вы разве не можете все закричать и доказать им, что вы подданные Империи!?

– Вы хотите стать предателями и умереть!?

Солдаты быстро стали на колени и послушались дворян. Однако я знала. Другие солдаты вокруг них холодно смотрели на дворян. Была ли это картина, которую Владыка Демонов рисовал в своих мечтах?

Аристократы кричали на офицеров и людей, которые молчали. Так как сердитая брань была грубой, она поднималась в небо, но быстро рассеивалась, однако тишина ложилась тяжело и распространялась далеко. Из-за воздуха, который был разделен на два слоя, казалось, что мир скоро будет расщеплен на две части. Я, Элизабет, попаду в щель между тем разрывом.

Но в чем же проблема?

Моя жизнь стала единственным блаженством. Наконец мое завтра уже не будет повторением сегодня, наоборот, будет днем после сегодня. Сегодня Данталиан уже осуществил обещание, которое мне дал.

— Владыка Демонов, вы могли бы прямо сейчас умереть здесь вместе со мной?

— Для меня это нормально, но есть ли необходимость умирать прямо в этот миг?

— Какой смысл жить дольше, если свет после сегодня померкнет? Прямо сейчас, я могу легко принять смерть.

— Обещаю вам, с этого момента, число происшествий, более приятных, чем это, возрастет.

Как прекрасно.

Прекрасный голос. Так это слова Данталиана.

Так судьба была чем-то столь лучезарным и восхитительным, что даже разрушение превратила в нечто ослепляющее.

– …Ах.

Впервые в жизни я обронила слезу.

В 3-й день 4-го месяца, кажется, я впервые родилась.

Радостно принимая определение своей судьбы убить и быть убитой этим мужчиной, я закрыла глаза. Поскольку в мире, который был темным, была единственная нить мелодии, казалось, будто та девушка будет продолжать эту мелодию вечно. Остановившись на этом чувстве, я долго слушала музыку девушки, состоявшую не из мелодий, а из слов…

— Вы все, неистовствуйте вместо других, и просто неистовствуйте как люди. Просветите людей при власти о том, кто настоящие хозяева. Мы будем петь. Песнь, которую мы будем петь, будет песней клятв, где мы клянемся, что больше не будем опускаться от хозяев до рабов. Тот миг, когда вы вскрикните и поднимете свои копья, Боги таким образом даруют нам славную жизнь с именем завтра!

— Заставьте их дрожать. Заставьте те властные лица дрожать перед революцией всех. Кроме ложных оков вам больше нечего терять в этой революции. Только мир, который вы должны получить, все, что вам должно достаться, я разворачиваю перед вами…

— О, род людской, наноси ответный удар!

Интермиссия

Пеймон, Владыка Демонов Доброжелательности 9-го ранга

03.04.1506 год по имперскому календарю

Поллес, Равнина Бруно, Альянс вооруженных сил Владык Демонов

Эта леди затаила дыхание.

На мгновение, дыхание затаили и люди, и демоны, без разбора. Хоть это было не дольше, чем всего лишь мгновение, оно показалось вечностью.

Эта леди поняла. Что время, которое только что прошмыгнуло мимо этой леди, что время, которое оцарапало и протекло через каждого смертного на этой равнине, было не просто требуемым отрезком времени, но моментом истории. С этого дня и далее, у каждой исторической книжки, которая будет написана, не будет иного выбора, как посвятить целую страницу этому моменту. На целое мгновение в этом месте существовала история.

Однако.

– … Что это, черт возьми?

Подобно всему прочему, поскольку история – это то, что погребено под временем и протекает рядом, это то, что нельзя увидеть, когда оно уже миновало. У всех Владык Демонов, затаивших дыхание из-за чего-то неконтролируемого, разом пораскрывались рты. Однако, слова, сходившие с их губ, не были словами удивления, восхищения или даже проклятий.

– Почему, черт побери, Данталиан передал право произносить речь какой-то человеческой девчонке, когда это право мы дали ему? Этот идиот сошел с ума?

Всего лишь недовольство.

Вот чем это было.

– Эй, старик Марбас! Если моя память не стала дерьмом, я почти уверена, что наше право речи никогда еще до этого не давалось человеку.

– Я тоже так считаю… Это как-то возмутительно. Барбатос, я спрашиваю это осторожности ради, но, возможно, ты позволила Данталиану так себя вести?

– Я сумасшедшая? Зачем мне отдавать человеческой сучке священное место по сплочению Армии Полумесяца?.. В любом случае, хотелось бы мне знать, случилось ли это, потому он новичок, и еще не знает, что правильно, а что нет. Это дитя не знает массу подробностей.

– Проблема не только в форме речи, касательно содержания тоже возникает много вопросов. Заронить семя раскола в человеческой расе – это прекрасно, однако, как разделение людей и демонов может быть неправильным? Хотя кажется, что Данталиан использовал перебежчицу, рожденную человеком, как своего исполнителя, чтобы потрясти вражескую армию… Он зашел слишком далеко. Это против того, что правильно, и против традиции.

– Ага. Она говорит что-то нелепое.

Ах.

В голове у меня затуманилось из-за разговора, произошедшего между Барбатос и Марбасом. Это не было реакцией только этих двух Владык Демонов. Все Владыки Демонов, ставшие свидетелями этой речи, скорее всего, думали примерно так же. Предубеждение или невежество, или скорее чувство надменности, что стоило назвать слепотой, распространялось в атмосфере. Я чувствовала, что задыхаюсь от этого чувства, мне стало трудно дышать…

Люди и демоны равны. Люди простого звания и дворянство равны. Тем не менее, так как все люди независимо от расы должны жить в гармонии, все должны друг друга уважать, пренебрегая своим классом… Эту простую истину невозможно было увидеть их слепыми глазами. Они совершенно не могли разглядеть это. Эта леди едва могла раскрыть рот.

– Все…

– Гм?

– Вы все, неужели вы не в состоянии осознать значение этой речи?

– О чем вы говорите?

Барбатос сморщила брови. Банального жеста, подобного этому, было более чем достаточно, чтобы доказать ее невежество. Эта леди отказывается убеждать ее. Это поразительно, Барбатос. У тебя есть способность оттолкнуть эту леди единым движением брови. Я выражаю свое почтение твоему невежеству.

– Сперва давайте накажем Данталиана, как только речь со стороны человеческой расы закончится.

Наказать? Что вы имеете в виду под наказанием?

Эта леди широко раскрывает глаза и смотрит на Марбаса. Кроме Марбаса Барбатос кивала головой, словно это было очевидно.

– Если бы речь остановилась на середине, мы бы похвалили его, но поскольку он дополз до самого дна, то другого выбора нет. У нас война, так что, для проформы, давайте просто приговорим его к заключению. А что до той девушки, просто выпорем ее до полусмерти, а потом вынесем касательно нее соответствующее решение. Данталиана будет жалко, если мы и правда убьем ее…

Заключение?

Порка?

Что за вздор они только что говорили?

… Барбатос сделала Данталиана альфонсом. Однако я знаю. Я знаю, что по натуре Барбатос не та, кто будет делить свою любовь с кем-то еще. Эта леди легко пришла к предположению, что Барбатос просто связала Данталиана своим телом, потому что он был нужен.

Тем не менее, сделать это так легко.

Быть в состоянии отбросить товарища и любовника, который спас ее жизнь и жизнь ее солдат месяц назад, как грязь.

– …

Суждение Барбатос может быть правильным с точки зрения политических схем. Однако, поскольку это не было правильно с точки зрения добродетели, политически это тоже было некорректно. Правление, которое не добивается справедливости прямо и безмерно размышляет о господстве, эта леди считает просто злом. Да, без сомнения, Барбатос – злонамеренная женщина.

Эта леди закусила губу и немедленно погрузилась в подсчеты.

… Если бы фракция этой леди действительно смогла получить превосходство в ситуации, когда мы пойдем и против Барбатос, и против Марбаса одновременно. Если бы другие Владыки Демонов, которые последуют за этой леди, действительно послушно согласились с решением в ситуации, когда я включу Данталиана в Горную фракцию этой леди после того, как была враждебно настроена по отношению к нему все это время. Всевозможные ситуации и предположения хаотически смешались. В центре этого удушающего тумана естественно выступало одно предложение.

Только сейчас,

Впервые в своей жизни я увидела человека, который мыслил точно так же, как я.

– …

Молчание этой леди стало глубже. Это не глубина исследователя, направляющегося ко дну. Это была глубина выжившего, который тонул, потому что ни дна, ни границ не было. Я потеряла свой путь. Это удушающе.

… Пеймон, ты не должна действовать, основываясь на эмоциях. Подумай здраво о политических последствиях того, что ты приютишь Данталиана. Более того, хоть я и верю в равенство простых людей и дворян, я также признаю необходимость простолюдинов. Люди низкого происхождения существуют везде. Пример тому ведьмы. Тем не менее, скорее всего, Данталиан подхватил бы даже таких простолюдинов. Наш образ мышления отличается очень незначительно. В общем, мне не нужно уподобляться Данталиану на эмоциональном уровне. Успокойся. Эмоции только уничтожат тебя. Успокойся. Возможность всегда появится…

– Подождите. Вот что я думаю. Разве мы не можем притянуть сюда Данталиана прямо сейчас? – сказала Барбатос.

– Речь все равно произносит тот человек, так что мы можем оставить ее и просто привести сюда Данталиана для наказания.

– Действительно, это справедливо. Приведите его сюда.

…

Пеймон.

Ты не можешь.

Взгляни на себя объективно. Ты глава Горной Фракции. Тебе принадлежит самая большая фракция среди армий Владык Демонов. Если ты определишь свою позицию, основываясь на импульсе, тогда это влияние передастся непосредственно другим Владыкам Демонов. Пожалуйста. Если ты прожила 500 лет, будь благоразумной. Разве недостаточно для Владыки Демонов, который всегда ведет себя как ребенок, оставаться исключительно как Барбатос? Правильно, Пеймон. Успокойся. Причина, почему тебе всегда казалось, что ты задыхаешься, в том, что ты считала, что страдаешь от ангины. Если ты медленно вдохнешь, тогда все будет в по…

– Эй, сука.

– А?

– Почему ты, сука, молча стоишь у меня на чертовой дороге?

Барбатос снизу смотрела мне в лицо. Это вульгарное лицо, выглядевшее, словно она буквально в это же мгновение плюнет, подтверждало, насколько она была Барбатос.

… Черт?

Когда эта леди подошла сюда?

Я не помню, чтобы подходила сюда. Точно, секунду назад я стояла на противоположной стороне. Прямо сейчас эта леди загораживала путь Барбатос к Данталиану. Это странно. Это действительно странно. Если я быстро не вернусь…

– Сука, постарайся пожить, выняв немного жира из своей груди. От того, что ты запихиваешь свой жир из живота в грудь, идет дерьмовый запах. Правда, идет грёбаный вызывающий рвоту запах, потому что запах твоих сисек и запах масла смешиваются вместе.

– …

Если я быстро не вернусь.

– О? Так ты не собираешься съебывать? Что ты будешь делать, раз пялишься на меня? В любом случае ты действительно оправдываешь свое имя как самая драная сука среди суккубов, потому что даже твой взгляд легкомысленный. Есть множество демонов, которые хотят сделать это через твое глазное яблоко, а ты умудряешься жить, не став еще одноглазой? Хочешь, чтобы я тебя кому-нибудь представила? Или ты опустишь свои глаза прежде, чем я представлю тебя им?

– …

Прошу.

Благоразумно.

Не эмоционально.

– Эй. Эй. Сдвинься. Ты не собираешься отходить? Эта сука мозги потеряла? Черт...

– Разве та, от груди которой исходит отвратительный запах, это не ты, Барбатос? Я думала, что не могу видеть тебя, раз ты такая низкая, но сегодня я посмотрела на нее, твоя грудь такая маленькая, что я подумала, что ты мужчина. Как на счет того, чтобы повесить где-то на тебе четкий знак, чтобы люди знали, что ты девушка? Правильно. Например, написать слова "Я шлюха" красными буквами у тебя на лбу, попробуй нечто подобное. Или тебе не нравится, что об этом будет так легко узнать?

Ах.

Аааах

Я-я не говорю это!

Я не произношу эти слова, потому что мне так хочется!

Мое тело, сдвинувшееся само секунду назад, теперь контролировало мой рот и двигало по своему усмотрению моим языком. Да. Это правда. Это не мое намерение, но...

– Что за чушь ты несешь. Шлюха – это ты, драная сука. Говорят, что число неприкаянных демонов, которые прошли через твою щель и не смогли найти путь обратно, в этом году достигло примерно двухсот. Это потому твой живот обвислый, что у тебя там внутри побывало 200 людей? Шлюхи ходят тут и говорят, что они «пожирают мужчин», но ты, наверно, обеспечена, поскольку ты буквально ходишь и ешь мужчин, а?

Эта девушка, подобная собачей кости.

Она хочет умереть?

– Почему это дитя, которое не может удовлетворить даже аппетит гоблина, если бы он собирался скрутить и отделить ее конечности, бросается в эпилептическом припадке и пытается начать драться с этой леди, не зная своего места? Гм? Так как ее грудь уже плоская, стоит ли нам сбрить ее волосы и сделать плоской и ее голову? Кажется, ей еще нужно научиться, как останавливать свои собачьи выходки с детства, и она снова приходит ко мне, несмотря на то, что я однажды уже обрила ее голову 300 лет назад, когда она была безумна. Если она поймет, что ее грудь уродлива, тогда ей стоит хотя бы оторвать свой рот и прикрепить к соскам, прикинувшись, что это грудь. Кажется, ты живешь довольно хорошо несмотря на то, что у тебя такая позорная стиральная доска. Что ж, раз твои подданные – трупы, вернувшиеся к жизни, то у них там внизу скорее всего ничего нет. У твоих подданных нет ничего там внизу, а у тебя ничего нет наверху, так что ваш взаиморасчет восхитителен. Хотя я это говорю только потому, что ты так мило играешь со своими трупами. Но в любом случае раз ты играешь с мертвыми телами, то не могла бы и ты немного умереть?

– Ааааааа?!!

– Что ты будешь делать, уставившись на меня?

Мы с Барбатос свирепо смотрели друг на друга. Ты думаешь, что кто-то не бранится, потому что не знает, как? Поскольку той особе присуще достоинство и благоразумие, она сдерживает себя. Это существо совершенно отличное от тебя, которой не хватает и лица, и здравого смысла.

В тот момент послышались звуки шагов. Это был Данталиан. Узнав, что у нас грызня, Данталиан осторожно подошел к нам.

– Прошу прощения. Речи с обеих сторон еще не подошли к концу, потому не могли бы Барбатос и Мисс Пеймон быть немного потише…

– Эй, Данталиан. Ты пришел как раз вовремя.

Барбатос стала на цыпочки и посмотрела на Данталиана. Скорее всего, она хочет вот так схватить Данталиана и наказать его. Хоть они утверждали, что будет наказание только ради формальности, именно с формальности и начинается наказание. Думаешь, это леди так это оставит?

– Зачем ты делаешь речь такой скверной? Иди, я тебя немного побью. Заходи сейчас в клетку и сокрушайся о своей жизни.

– Замолчи, Барбатос.

– …Что?

– Я сказала замолчи.

Эта леди протянула свою правую руку и поставила ее между Барбатос и Данталианом. Да, я преградила ей путь. Наконец я заблокировала ее.

Благоразумие? Политические подсчеты? Уберите все это в сторону. С давних пор эта леди жила, основываясь на чувствах. Несмотря на это эта леди смогла создать величайшую фракцию в армии Владык Демонов. Следовательно, это значит, что чем больше эта леди действует согласно своим чувствам, тем больше удача падает к ее ногам. Проверка завершена. Я не приму никакие контраргументы.

На данный момент, если я смогу видеть это дитя, кривящее лицо, перед собой, я буду этим удовлетворена.

– Отныне Данталиан больше не союзник Равнинной фракции, а Владыка Демонов, которого поддерживает Горная Фракция, ведомая мной, Пеймон. Если ты желаешь наказать Данталиана, тогда получи согласие Горной Фракции или продолжи через формальное голосование во время Вальпургиевой Ночи.

– … А?

– О, дорогая. Вот я думаю сейчас об этом, процедура проведения Вальпургиевой Ночи  во время войны невероятно сложная и мудреная. Как не повезло, Барбатос. Так как в конечном итоге тебе придется с горечью вернуться, держась за свою ужасную грудь.

– Ты… Пеймон. Что ты такое говоришь?

– Ты все еще не понимаешь?

Эта леди самодовольно улыбнулась. По правде говоря, эта леди говорила согласно тому, как двигался ее язык, в то время как ей в голову прилило много крови. Я не в состоянии даже точно описать, что я сейчас говорю. Такова натура этой леди, что она становится такой, когда сатанеет.

– Этот мужчина – не твоя собственность.

Эта леди указала на Данталиана кончиком своего веера.

– Теперь он мой.

– …

Лицо Барбатос медленно начало искажаться.

Правильно. Вот оно. Если эта леди может видеть это лицо, тогда она сможет выдержать и пытки, и оскорбления. Ах, действительно. Все мое нутро ощущает такую свежесть. Зачем кому-то выступать против этой леди с такими скудными возможностями и беспардонно показывать свою собственную глупость, невежество и безрассудство всему миру? Право слово, чтобы Барбатос поняла…

… Черт?

Я посмотрела вокруг. Почему-то все Владыки демонов вокруг меня застыли как статуи. Казалось, что даже воздух замерз.

…Что эта леди только что сказала?

Пролог

– Говорят, та шлюха продала свое тело демонам.

– А разве не говорили, что это леди из Дома Герцога? Конечно, нет.

– Чьей молодой леди эта молодая леди? Везде идет слух, что ее мать была потаскухой.

– Есть доказательства?

– Доказательства? Есть. Конечно, есть доказательства. Я за свою жизнь переспал с кучей проституток, так что теперь могу сразу же сказать, только посмотрев на лицо, потаскуха это или нет, а эта девка по лицу потаскуха. Другими словами, это сразу ясно, потому что ее собственное лицо тому доказательство.

– Любопытно. Одного лишь этого немного недостаточно, чтобы заявлять, что она потаскуха. Честно говоря, совершенно недостаточно. Я не совсем уверен в том, потаскуха ли она, но что я точно вижу, так это что у вас во рту грязная тряпка.

– Да? А ваш уровень мозгов подобен тому ведру с лохмотьями.

– Однако она настолько миловидная, насколько это возможно. Я слышал, что она весьма красноречива и хорошо разбирается в войне. Кто это был там? Владыку Демонов зовут… Данделаен*?

– Данталиан.

– Ага, Данталиан. Это он взял себе такую милашку в подчиненные. Кажется, тот мужчина действительно счастливчик.

– Посмотрим, счастливчик ли он, или же это какое-то повторение, вот подождем и увидим.

– Говорят, что его навыки владения бедрами поражают. Вот так, ахах? Ий-я? Вот так и вот так. Аппетитно каждую ночь. По правде сказать, люди также говорят, что он взял ее не для того, чтобы она была его действующим генералом, а наложницей.

– Как вульгарно.

– Это ужасно.

– Вращайтесь немного лучше, я говорю!

– Я и правда схожу с ума.

– Так как там ее зовут?

– Фарнезе?

– Лора де Фарнезе.

– …

– …

– … Не могу понять. Почему грамотные женщины попадаются неграмотным мужчинам? Это словно какой-то закон. Иногда почти что возникает ощущение, что грамотная женщина на самом деле неграмотная, а неграмотный мужчина на самом деле грамотный.

– Все просто. Когда развлекаешься с грамотным мужчиной, тогда есть тяга к тому, чего ты не можешь иметь, но ты можешь попробовать особый и исключительный вкус, когда развлекаешься с неграмотным мужчиной.

– И что же это должно быть?

– Как я сказал, это… неважно. Если вы хотите ощутить этот вкус, вы должны родиться грамотной женщиной, но даже если вы умрете и вернетесь к жизни, скорее всего, вы никогда не будете грамотной женщиной. На мне не висит обязанность скрупулёзно объяснять вам то, что может или не может случиться после того, как вы умрете и переродитесь.

– Это не только не является объяснением, но также показывает мне, что вы трусливый, подлый и, возможно, скудоумный.

– Значит, эта сучка…

– Знаете, говорят, она продала свое тело.

– Предала свой род и перешла к демонам.

– Красивая внешность, это подходит потаскухе.

– Да, сладкоречивая.

– Потому что она также способна хорошо убивать людей.

– Необычайно искусно.

– Де Фарнезе.

– Лора–.

– Лора де Фарнезе.

– Потаскуха, предавшая человечество.

– Человек, убивавший людей.

– Мошенница, подстрекающая простолюдинов.

– Своим хорошеньким личиком она обдурила даже Богов.

– Как она могла продать свою душу демонам и убить свой собственный род?

– Герцог Фарнезе был мудр. Так и дóлжно отщипывать бутон, когда эта сучка была действительно юной. Подумайте об этом. Даже когда ее продали рабыней, она стала такой жестокой. Если бы эта сучка не была рабыней, тогда насколько ужаснее она бы стала?

– Говорят даже, что она увлекается коллекционированием черепов.

– Черепов?

– О Боже.

– Действительно. Говорят, что она не просто коллекционирует их, но складывает их в кучу и также играет рядом с ними на пианино. Напевая, она, возможно, возбуждается от костей своего рода, который она так жестоко убивала. Я бы не удивился, если бы число черепов, которые она все собирает и собирает, сейчас достигло десятков тысяч…

– Господь милосердный.

– Что касается предпочтений, мне кажется, что между мной и той особой могли бы завязаться отношения.

– Тихо вы там.

– У нее натура гнилая на корню. Разве не кажется, что она почти что была рождена мразью, чтобы проклясть мир?..

– Отвратительная и грубая сука.

– Надоедливая и настырная сука.

– Ага, я просто не могу вынести, что такая особа прямо сейчас дышит и живет. Было бы прекрасно, если бы она уже подохла. Если это невозможно, тогда ей следует отправиться туда, где я не смогу ее видеть, хоть я и не могу ее сейчас видеть, мне бы хотелось, чтобы она убралась куда-то в далекое труднодоступное место, откуда даже новости о ней не достигали бы меня.

– Я слышал, что есть простолюдины, которые поддерживают эту шлюху.

– Вы думаете, они просто так простолюдины? О чем могут знать мужланы? Каждый день они выставляют на параде свое собственное невежество в околице, где живут, месте слишком жалком, чтобы считаться даже околицей, месте, находящемся на обочине мира.

– Игнорируйте их.

– Презирайте их.

– Но игнорируйте их не полностью, глумитесь над ними, когда представляется возможность. Поступая так, мы можем показать им, что игнорируем их на славу и открыто.

– Вот теперь вы немного задействовали свою голову.

– Коллекционер черепов.

– Потаскуха, предала род людской.

– Мошенница, подстрекающая простолюдинов.

– Та, кто играет на пианино рядом с трупами –.

– Лора ...

Лора де Фарнезе

Пора, которая мне не принадлежит (часть 1)

Данталиан, Король Простолюдинов 71-го ранга

03.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца

Суки и кобели, виденные мной вчера, сегодня тоже спаривались.

Посреди равнины. Принудительно превратив людей вон там и демонов тут в своих зрителей, они совокуплялись перед огромной армией, которая была не меньше двухсот тысяч. Солдаты кидали в них камни и смеялись. Хотя смеялись и люди, и демоны, на самом дели все они были слишком далеко, чтобы попасть в собак, так что на поле, к которому нельзя было притронуться, шавки могли спариваться свободно.

⎯⎯ Не кидайте камни!

⎯⎯ Ведите себя как следует, вы негодяи. Боги смотрят.

Сержанты били солдат по задницам. Они предупреждали их не беспокоить собак. Они говорили, что это неблагоразумно. Для меня было неясно, были неблагоразумными солдаты, бросавшие в собак камни, когда вот-вот разразится война, или же офицеры, прилагавшие так много усилий, браня солдат. Не бросайте камни… прекратите бросать… Звуки бросаемых камней и звуки окриков катились до самых далеких полей, и посему, время поля медленно растягивалось.

Фарнезе безжизненно промолвила:

– Они опаздывают. Вы говорили, это была Принцесса Империи Элизабет?

– Правильно. Хотя я ожидал, что она выйдет сразу же.

Мы двое, хозяин и слуга, стояли бок о бок и смотрели на лагерь человеческой армии на другой стороне равнины.

Место переговоров, где сегодня утром мы с Принцессой играли в го, полностью выгорело. Палатка превратилась в руины, которые валялись в центре поля. Кронпринц и отпрыски маркграфа скорее всего погребены под теми остатками. Хотя отсюда мы не могли видеть трупы, вороны иногда направлялись вниз и исчезали в руинах. Я мысленно представил, как вороны клевали и съедали неприкрытое место, где было лицо Кронпринца, у которого его сняли. Мясо, с которого сняли шкуру и приготовили до хрустящей корочки, по всей видимости, было воронам по вкусу.

Наша речь закончилась. Теперь настал черед Принцессы Элизабет произносить свою. Поскольку Принцесса Империи еще не показалась, солдаты проводили время со спаривающимися собаками.

Время от времени солдаты из армии демонов осмеивали опоздание представителя человеческой армии, выкрикивая: "Фу… Выходите уже, чем вы там занимаетесь? Они сбежали, потому что испугались?.." Несмотря на это Принцесса Империи не появлялась. Бок о бок, спаривающиеся шавки, вороны, клевавшие трупы, и солдаты, пришедшие сюда, чтобы идти на войну, – казалось, все были предавались праздности.

– Фарнезе, ты веришь в Бога?

– Боги не помогли этой молодой леди, даже когда ее жизнь была ужасной. Будь то Бог или Дьявол, если они не помогают этой молодой леди, то о чем тогда беспокоиться. Эта молодая леди не тратит свои нервы на ненужные вещи.

Фарнезе взглянула в мою сторону.

– А как на счет вас, Господин? Вы верите в Бога?

– Конечно. Трудно найти такого же глубоко верующего, как я.

– Вижу, у Вашей Светлости сегодня саркастическое настроение.

– Я увижусь с тобой, когда речь будет закончена.

– По какой причине Вашей Светлости необходимо будет увидеться с этой молодой леди? Эта молодая леди стоит прямо сейчас перед глазами Вашей Светлости. Пусть Ваша Светлость, смотрит на красивое лицо этой молодой леди столько, сколько Ваша Светлость пожелает, пока не устанет от этого. О, теперь, когда эта молодая леди думает об этом, Ваша Светлость ведь евнух, который не может возбудиться, смотря на других женщин кроме мисс Лазурит? Господин, эта молодая леди приносит свои извинения. Эта молодая леди не рассматривала ваше бессилие. Так как эта молодая леди проигнорировала ситуацию с нижней частью тела Вашей Светлости, ее нельзя считать поистине Вашей верной подданной.

– Эта девушка…

Она в довольно приподнятом настроении, потому что закончила свою речь.

Конечно, в этой ситуации Фарнезе должна радоваться. Даже если она действовала после того, как стала моей марионеткой, она наконец смогла произнести свое имя в мире. Скорее всего, ее имя будет записано в истории как имя революционера столетия. В отличие от Лазурит и меня, стремившихся к абсолютной власти, Фарнезе стремилась к репутации, и именно этот день был ее праздником.

Подобно маленькому ребенку, который радуется, получив подарок.

Эта девушка, известная как Лора де Фарнезе, воистину ощущала себя довольной.

Несмотря на то, что в действительности она подвела человечество к нескончаемой резне.

– Речь этой молодой леди была совершенна, – промолвила Фарнезе. – Точнее говоря, было бы правильней сказать, что эта речь – результат сотрудничества Вашей Светлости и этой молодой леди. Отныне континент будет разделен на два класса, а сельская местность будет усеяна трупами и пропитана кровью. Несмотря на это Ваша Светлость все еще беспокоится о женщине, известной как Элизабет? Честно говоря, эта молодая леди не боится.

– …

Я взглянул на равнину, простиравшуюся перед нами. Не было надобности отвечать. Даже если сейчас она не знала, довольно скоро она сама увидит и, следовательно, поймет, когда станет тому свидетелем. Хоть в мире было множество людей, которые не могли понять что-то, даже видя это собственными глазами, Фарнезе была моей величайшей ученицей. Она сама сможет понять это.

По полю подул ветер. Шууух… Из-за внезапного ливня, который прошел сегодня утром, наш взор простирался недалеко, и мы были вынуждены смотреть, моргая, лишь на то, что вблизи. Все было близко. Грубые ладони сержантов, которые ударяли солдат, были близко, учащенное дыхание сучек и кобелей, которые спаривались, было так близко, и дико колыхающиеся вражеские флаги на другом конце поля были близко. Шууух… На мгновение подул ветер, и на поле воцарилась тишина после того, как всю болтовню сдуло. Я почувствовал – что-то приближается.

– Она тут.

– О чем вы говорите, Господин?

– Смотри внимательно. Это твой заклятый враг.

Фарнезе склонила голову и повернулась к месту, куда я смотрел. Это было в то мгновение, когда она полностью обратила свой взгляд туда. Речь Элизабет началась, словно это был порыв ветра, дувший с того конца поля на это.

⎯⎯ Солдаты многих народов, не будьте одурачены нашептываниями дьявола.

Словно сотни тысяч солдат направил ветер, их взгляд обернулся на девушку. Мы не могли видеть саму Принцессу Империи, потому что она была слишком далеко, однако сам ее голос ощущался бесконечно близко.

⎯⎯ Все они – демоны и монстры. Разве вы все не теряли ваших родителей, друзей и товарищей в жутких зубах тех монстров? Держитесь. Как особа, одетая в человеческую кожу, та девушка стоит среди тех монстров. Те, кто живет рядом с дьяволами сам как дьявол, так что это дитя точно одно из них.

Я вытянул из накидки карманную подзорную трубу и посмотрел вдаль. Мой взгляд двигался между флагов и знамен. Поскольку я все еще не мог увидеть, где находится Принцесса Элизабет, я внимательно оценивал ее местонахождение только по ее голосу, который, казалось, шептал мне прямо на ухо.

⎯⎯ Дьявол сказал. Они заявили, что мы убивали своих собственных людей. Где вы можете найти ложь, которая будет такой же необъятной, как эта? Дьявол утверждал, что вы все на их стороне и вы их союзники. Где еще вы можете найти такую ложь, которая будет такой же огромной, как эта?

⎯⎯ Это то, о чем вы все должны спросить себя. 400 лет назад кто поставил свои жизни на кон, чтобы защитить континент? 300 лет назад кто посвятил свои жизни, чтобы защитить человечество?

⎯⎯ 250 лет назад кто махал клинками под белыми стенами до последнего стоящего человека? 200 лет назад кто пошел в атаку на монстров на равнине Ульма?

⎯⎯ И в этот день, чтобы сражаться с сотнями тысяч монстров еще раз здесь есть люди, отбросившие все ради своих семей, ради своих сыновей и дочерей, и ради Богов. Вот о чем вы должны спросить себя! Кто эти люди!?

⎯⎯ Да. Эти люди – вы.

⎯⎯ 400 лет назад, 300 лет назад, 200 лет назад и сейчас, именно в этот день те, кто посвящает свои жизни защите континента, – это вы, и только вы! – провозгласила Элизабет.

Она не бросала слова на ветер. Поскольку не было ненужного шума, казалось, что ее голос был мелодией, постепенно становившейся громче. Человеческие солдаты были заворожены, и все устремились взглядами в одну точку. С помощью своей подзорной трубы я проследил за их взглядами. Она звала меня.

⎯⎯ О гордые офицеры и люди многих народов, те, кого всегда жестоко убивали те монстры, это вы, люди. Места, которые те монстры всегда грабили, это поля, обрабатываемые вами, людьми. И те, на кого те монстры всегда наступали, были наши отцы и матери, каждый раз, когда мы пытались жить мирно, те монстры жестоко обращались с нашими жизнями.

⎯⎯ Теперь дьявол говорит с вами. Они утверждали, что никогда сами не запугивали людей. Я спрашиваю вас всех. Это правда?

Вокруг было тихо.

Атмосфера, подогретая ранее речью Фарнезе, успокоилась. Вражеские силы, которые Фарнезе разделила на простолюдинов и дворян, теперь снова были в руках Элизабет как одно целое, и Принцесса Империи стала вызывать каждую армию, которая здесь была собрана.

⎯⎯ Беотийцы. Я помню. 400 лет назад на скалистой равнине Авлиды вы отчаянно защищали своими жизнями одну из линий оборон человечества, более трех дней сражаясь против тридцати тысяч монстров. Великий принц, который руководил вами, Пенелеос, покоится под холмом рядом с вашими братьями.

⎯⎯ Племя минийцев. Я помню. 300 лет назад, в краю голубей, Сисви, хоть приближался монстр из преисподней, вы смогли защитить свой город всего лишь с 400 мужчинами. Не обращая внимания на то, кто должностное лицо, кто аристократ, кто жители и кто рабы, вы все стали одним целым и вместе нанесли ответный удар. Человеческий род не забудет вашу борьбу.

⎯⎯ Люди Аспледона. Кто может забыть легендарную битву, которую вы все провели 150 лет назад!?

В тот момент, когда она промолвила эти слова, одна группа стала ликовать. Племя, известное как Аспледон, истово ответило.

⎯⎯ Ура Аспледону! Ура Аспледону!

С этого момента и далее. Обращение Элизабет больше не было простым поименным называнием, теперь это было массивным эхом, которое потрясало человеческую армию. Каждый раз, когда Принцесса называла племя или город, солдаты, которые были направлены из тех мест, яро махали своими флагами и ликовали.

⎯⎯ Локры, люди, которые жили, заботясь о воде почтенной реки Кефисс! Я помню. 200 лет назад вы все обезглавили не менее 2 драконов на Эвбее. Наверно, даже Боги Неба были тронуты вашей победой!!

⎯⎯ Локрида! Локрида! Локрида!

Бух… Бух, солдаты одной армии начали бить концами своих копий об землю. Они кричали, гордясь своей родиной. Скорее всего, им не было это приказано, но барабанщики подняли свои барабанные палочки и начали сильно молотить по своим барабанам из воловьей кожи. Бам…Бам... Земля тряслась от рева, а воздух дрожал от барабанов. Среди тряски и подрагивания голос Элизабет звучал свободно.

⎯⎯ Люди Абанта! Люди Алфея! Ваше славное сражение все еще запечатлено на каждом камне стены вашей твердыни. Когда мне было шесть лет, проводя своей безгранично юной рукой по запечатленным именам на тех стенах, я твердо решила. Что я буду помнить имена отважных мужчин, записанные здесь на этих стенах, всегда. Следовательно, я буду взывать к вашим предкам.

Адраст, Менесфей, Элефенор, Стира, Опоус, Скарф, Авгий, Тарф⎯⎯⎯⎯.

Она действительно запомнила все имена и называла их по очереди. Ее голос медленно становился все громче и громче. Тряска и подрагивание солдат тянулись за ее голосом и скачкообразно повышались.

Как только число имен, которые она проговаривала, достигло 20, солдаты заликовали, как только число имен, которые она прокричала, перевалило за 30, солдаты стали подкидывать свои шляпы, а как только число имен, которые она вопила, наконец перевалило за 50, вся армия людей стала одним целым и кричала вместе.

Ах.

⎯⎯ О, род людской!

Как прекрасно, Элизабет.

Кусочек за кусочком ты сшила вместе род людской, который я разбил на фрагменты. Если моя речь была острой и рассекала их, тогда ты применила клей к каждой отдельной части и нежно свела их вместе. Хоть я поднял в них ярость и ненависть, Элизабет руководила ими, используя их гордость за свою родину и иллюзию, что род человеческий один.

Никто не хотел называться простолюдинами. Неважно, кто там был, люди хотели верить, что они были всего лишь людьми. До того, как о них говорили, как о простолюдинах, они хотели, чтобы о них говорили, как о людях. Прежде чем обсуждать иерархию, они поддерживали свои дома, а прежде чем погрузиться в разногласия, они любили гармонию.

Элизабет знала это.

Ей был известен тот факт, что любовь разжечь так же легко, как и ненависть.

⎯⎯ Вы все, которых назвали тут тысячей имен вчера и сегодня как Габсбург, Франция, Британия, Батавия, Тевтон, Кастилия, Сардиния, Анатолия, Москва, Кальмар и Берниция. Однако мы знаем. Мы знаем, что изначально мы одно целое!

⎯⎯ Иногда человеческий род становится разобщенным. Иногда человеческий род гневается друг на друга. Однако, несмотря на все это, мы все же одно целое. Когда бы те монстры ни грабили нашу милую землю и ни вырезали наши семьи и наших товарищей, мы всегда становимся одним целым и сражаемся вместе!

⎯⎯ Презрение и ненависть не смогли остановить нас. Даже сильные собаки монстров не смогли разделить нас. Да, а всё потому что мы люди. Это потому, что мы родились людьми, и до финального момента мы будем более чем рады умереть просто как люди.

⎯⎯ Поскольку наша битва была не против самих людей.

⎯⎯ Наша битва была исключительно ради самого человечества!

Наконец моя подзорная труба отыскала Элизабет. Будто Принцесса смотрела в эту сторону с самого начала, потому что казалось, что наши глаза встретились через все это пространство.

Элизабет обнажила меч и подняла его. Это был серебряный меч. Единственный луч света пробился через прореху в хмурых тучах, от чего меч Принцессы ярко засиял серебром. Каждый раз, когда Элизабет выкрикивала, солдаты отвечали ей словами «Правильно».

⎯⎯ Сегодня, в этот самый день, человеческий род снова достиг того момента, когда все стали единым целым. Более чем раньше те монстры сильнее и злобнее. Они знают, что могут выиграть, только если мы будем разобщены. Вы все, наверно, хорошо слышали эти коварные нашептывания. Но как можно забыть? Тот факт, что человечество всегда было единым!

⎯⎯ Правильно! Правильно!

⎯⎯ Сотни лет те монстры прилагают значительные усилия, чтобы разделить нас. Но мы помним. То, что человечество всегда было единым!

⎯⎯ Правильно! Правильно!

⎯⎯ Сегодня они снова пытаются нас разделить. Однако мы знаем. То, что в этот день человечество точно едино! Как наши предки делали это раньше, как мы делаем это сегодня, и наши потомки будут делать так завтра, люди будут продолжать всегда существовать как единое человечество!

⎯⎯ Правильно! Правильно!

Элизабет приложила клинок к руке и полоснула ладонь. Бинты были разрезаны и стала течь багряная кровь. Она сжала кулак и закричала:

⎯⎯ Я, Элизабет из Габсбурга, сим клянусь. Я всегда буду стоять на передовой в этой оборонительной войне, которая развернется с этого дня. Когда бы вы ни захотели стать на колени перед беспощадностью тех монстров, я буду непосредственно позади вас, поддерживать вашу спину. Когда бы вы ни смотрели вперед в отчаянии из-за жестокости монстров, я буду стоять прямо там!

Элизабет разжала кулак. Кровь, собравшаяся в ладони, сразу вся брызнула и разлетелась в воздухе. Словно пытаясь отплатить за каждую каплю крови, солдаты кричали. Наконец, не считаясь с тем, у кого какая родина, их рев хаотично смешался вместе и больше ничего уже нельзя было понять.

⎯⎯ Сегодня некоторые умрут, а некоторые останутся в живых. В этом месте равнина Бруно будет жадно пить кровь рода людского. Пусть так. Пусть равнина пьет столько крови, сколько пожелает! Если наша жажда будет так удовлетворена, тогда да будет так. С этого дня начинается жестокий карнавал человечества!

⎯⎯ Офицеры и люди многих народов! Люди, потомки своих гордых предков! Вместе со мной вы еще раз докажете тем злобным монстрам, что мы все еще люди!?

⎯⎯ Правильно!

⎯⎯ Вы закончили усилять свою готовность остаться в истории крови еще раз!!?

⎯⎯ Правильно!

Горизонт дрожал от рева. Флаги развевались. Барабанщики продолжали грубо молотить по воловьей коже. Как гром, у которого нет темпа или ритма, звук, издаваемый человеческой армией в сто тысяч солдат, потрясал землю и небо.

⎯⎯ Война!

⎯⎯ Война!

Пора, которая мне не принадлежит (часть 2)

Вслед за этим солдаты скандировали про войну еще три или четыре раза. Элизабет сумела начисто смыть яд, известный как классовая борьба, распространенный мной по ее армии. По крайней мере, кажется, что сегодня ее боевой дух не разлетится на куски. Как восхитительно. Конечно, это было достойно девушки, которую я признал своим пожизненным заклятым врагом.

– …

Фарнезе молча стояла рядом со мной. Восторженное легкомысленное настроение, в котором она пребывала сразу же по окончании своей речи, исчезло без следа. Она просто напряженно всматривалась в ликование человеческой армии. Я где-то слышал, что температура взгляда такая же, как температура сердца. Если это так, значит, сердце Фарнезе было замерзшим, как зима. Я погладил ее по голове.

– И как? Ты все еще не обеспокоена?

– … 2 месяца эта молодая леди готовилась к сегодняшней речи. Если вы добавите время, потраченное на учебу у мисс Лазурит, тогда это не менее полугода. Та речь – удар этой молодой леди и Вашей Светлости.

– Да, – кивнул я.

– Принцесса Империи обрушила наш удар всего за 10 минут. Скорее всего она думала об ответных мерах сразу же после того, как услышала нашу речь. Она мысленно придумала речь без какой-либо предварительной подготовки.

Фарнезе, девушка, с которой мы с тобой теперь должны столкнуться лицом к лицу, такой вот монстр. Если мы не сможем отнять жизнь у Принцессы, тогда взамен Принцесса Империи отнимет наши. В результате этого героем, который оставит свое имя в истории, будет она. В лучшем случае о девушке, известной как Фарнезе, будет записано как о потерпевшем поражение революционере и побежденном генерале.

Фарнезе кусала нижнюю губу без эмоций на лице.

– …Элизабет. Элизабет Атанаксия, Эватрия, фон Габсбург.

Фарнезе произнесла имя женщины, которая станет ее заклятым врагом, полностью. Голос Фарнезе был кровожаден. Она произнесла это так, что казалось, будто она планировала посечь тело Принцессы на куски.

– Эта молодая леди не может ее простить. Тот, кто станет владельцем этого века, – не кто иной, как эта молодая леди. Исключительно с этой целью эта молодая леди стала вассалом Вашей Светлости. Как эта молодая леди могла бы оставить в покое такую девушку, когда она планирует обрушить амбиции этой молодой леди?

– Мм.

Я был доволен убийственным намерением этой девушки. Правильно. Я хотел такую реакцию. Потому что я хотел такой ответ, я выбросил всех остальных героев будущего и выбрал Лору де Фарнезе.

Не важно, насколько блистательным был противник, мне была нужна заносчивость, которая могла рассматривать что-то в качестве препятствия исключительно по причине, что та блистательность преграждала ей путь.

Жестокость, которая ничуть не дрогнула бы перед помпезной отговоркой о защите человечества, личность, способная убивать то, что должно быть убито молча, а если противника нельзя убить, тогда тот человек, который может, будет убивать все остальное, что убить возможно.

Поскольку Фарнезе была надменной и жестокой девушкой, Принцесса Империи Элизабет была не более чем незваной гостьей, вступившей с ней в конфликт в приятное и мирное время. Фарнезе была психопаткой. Именно поэтому я выбрал этого ребенка вместо кого-либо другого…

Было много людей, которые сказали бы, что когда дует ветер, это одиноко. Было множество людей, которые ушли бы, сказав, что им нужно куда-то идти, когда дует ветер. Однако, дитя, кто такой милый, как моя младшая сестренка, с тех пор как подул ветер, мы с тобой люди, которые требуют, чтобы флаги были подняты. Даже если Элизабет была бурей, близкой к катастрофе, для нас это было не более чем сигнал поднимать стяги.

– Господин.

Фарнезе посмотрела на меня. В зрачках этого ребенка, который редко показывал свои эмоции, можно было увидеть слабый намек на ненависть. Казалось, будто она была ребенком, на игровую площадку которого вторглись, и который приставал с этим к своему отцу.

– Эта молодая леди убьет эту женщину. Прошу вас, позвольте этой молодой леди сделать это.

– Еще нет. – Я покачал головой. Фарнезе нахмурила брови.

– Почему нет? Разве Ваша Светлость не привез эту молодую леди с невольничьего рынка, чтобы убить ту женщину? Ваша Светлость были правы. Теперь эта молодая леди тоже понимает. То, что такую женщину не может просто убить кто угодно. Однако, если это эта молодая леди, тогда она обязательно сможет убить ее.

– Будь терпелива. Время еще не пришло.

Я медленно убеждал мою лучшую ученицу. Хотя занавес пьесы поднялся и спектакль начался, нужно было преодолеть еще много переломных моментов. Чтобы убить Макбета, нужно было сначала добраться до четвертого акта.

– Хотя отнять жизнь у одного человека – это маленькое задание, все же я должен сделать это лично. Есть тысячи людей, которых мы должны убить, десятки тысяч. Как ты планируешь побороть Элизабет, когда мы окружены людьми, которых мы должны убить?

– Ваши слова двусмысленны, Господин. Прошу вас, откройте этой молодой леди то, что вы действительно имеете в виду.

– Я говорю, что неудобно встречаться лицом к лицу с противником, оставляя в то же время врага за спиной.

Я улыбнулся.

– У нас альянс с Равнинной фракцией Барбатос, но эти отношения строго ограничены тем, что мы просто используем друг друга. Лишь потому что выгода солидная, это не значит, что даже доверие несокрушимо. Более того, глава, руководящая величайшей фракцией в мире на континенте демонов, Горной фракцией, это Пеймон. Эта особа настроена против нас враждебно.

Фарнезе сузила глаза.

– Эта молодая леди понимает. Кажется, сначала мы должны избавиться от хлопот в тылу. Поскольку, скорее всего, у нас будет расстройство желудка, если мы будем слишком жадными, было бы лучше разделываться с ними по одному.

– В яблочко. Именно так лев охотится на оленя.

Я слегка притянул Фарнезе за щеку. Этот был физический контакт, значением которого была похвала. Однако Фарнезе это не понравилось, и она тяжело вздохнула: «Уфф».

– За кем вы планируете пойти первым?

– Первая – Пеймон, – немедленно ответил я.

В любом случае у меня были весьма злополучные отношения с Пеймон. С самого начала, когда я нацелился на исцеление от болезни и в мгновение ока собрал большое достояние, Пеймон относилась ко мне настороженно. Возможно, мне стоит сказать, что она была чрезмерно настороженной. Пожалуй, у нее накопилось много неприязни по отношению к такому сукиному сыну, как я. До этого дня не припоминаю, чтобы я оставлял в покое хоть единого человека, который осмелился препятствовать мне в жизни.

К счастью, подарок, который Принцесса Империи Элизабет подарила мне, лежал у меня в кармане накидки. Карманные часы. Артефакт памяти. Предмет, который содержал сцену, где мне пришлось сжечь невольничий рынок, чтобы утвердить Фарнезе в ее должности.

Изначально на этот предмет записывала Хумбаба, и она продала его Пеймон. Карманные часы оказались в руках Принцессы Элизабет. Это значило, что от Хумбабы они попали к Пеймон, а от Пеймон – к Элизабет. Что это значит?..

Ответ на самом деле был прост.

– Пеймон продала Империи информацию обо мне.

– …

– Скорее всего, она сообщила Империи, что я был настоящим виновником, который втайне стоит за началом этой войны. Она передала мою личную информацию, пока занималась этим. К тому же из всех людей это должна была быть Принцесса Империи Элизабет… Подлый предатель.

Я слегка усмехнулся.

– Ее называли шлюхой, которая продает свое тело коробейникам? Слова Барбатос были действительно справедливы. Чтобы остановить меня, эта женщина, Пеймон, продала не только свое тело, но и душу. Теперь ее черед расплачиваться в полной мере.

Несомненно, я сделал все, что от меня зависело. Пеймон, даже если первый ход с твоей стороны, я отнесся к тебе учтиво. Однако ты не только вмешивалась в каждое мое действие, твое предательство также раскрылось. Ты определенно пересекла черту.

Ранее, поскольку место за нами было шумным, я сошел вниз с валуна. Я увидел, что Барбатос и Пеймон ссорились. Я был без понятия, что происходит, но Пеймон указала на меня и заявила: «С этого момента этот мужчина мой». Из-за этого случился небольшой переполох…

По всей видимости, она поняла, что ее предательство раскрыто. Не знаю, как она это выяснила, но у нее была удушающая информационная сеть. Она знала, что была в опасности с тех пор, как было раскрыто, какие данные она передавала, и именно поэтому она срочно пыталась привлечь меня на свою сторону, говоря: «Присоединяйся к моей фракции».

Пора, которая мне не принадлежит (часть 3)

Как смешно.

Слишком поздно, Пеймон.

Если ты боялась, что твое предательство раскроют, тогда тебе прежде всего не следовало его совершать. Раз уж ты привела в исполнение свое предательство, тогда тебе стоило делать что угодно, чтобы я не пронюхал о нем до самого конца. Первый случай значил бы, что ты добрый человек, второй, – что то ты здравомыслящий человек. Однако тут ни то, ни другое. Ты и недобрая, и идиотка. Я не такой дурак, чтобы идти на такую жертву…

Фарнезе тихо промолвила:

– Господин, эта молодая леди – ваш меч. Этот клинок взмахнет в тех местах, в которых Ваша Светлость прикажет взмахнуть. Однако, хорошо ли это? Впереди нас враги, а позади нас – предатель. Хотя люди говорят, что дóлжно наказывать предателя до столкновения с врагом, подобно этому рассуждению логика, согласно которой дóлжно столкнуться с вражескими силами перед тем, как наказывать врага, также имеет место быть. Это опасная ситуация.

Я кивнул головой. Хороший аргумент. Безусловно, оно того стоило, что мы с Лазурит вложили свое время в то, чтобы лично обучать эту девушку. Говорят, возле школы воробей может петь лучше, кажется, это именно тот случай.

(Прим.пер.: Корейская пословица, которая означает «На человека может влиять его окружение».)

– Хорошо. Касательно этого у меня есть кое-какие мысли. Разве мы не значимся союзниками Барбатос? Даже для Барбатос Пеймон – это назойливый политический соперник. Если мы подкинем ей доводы для изгнания Пеймон, тогда Барбатос, очевидно, охотно бросится.

– Мм. Несомненно.

– К этому времени Лазурит уже должна была начать медленно убирать требуемые шахматные фигуры… В любом случае, Фарнезе, пока мы не разберемся с предателем, не сталкивайся бездумно с Элизабет. Даже если ты случайно встретишься с ней на передовой, мирно избегай ее. Ты понимаешь? Абсолютно никаких сражений с ней. Это приказ – ни в коем случае не сражаться с ней.

– …

– Ого? Смотри-ка. Я вижу, что ответа нет. Ты уже идешь против моего приказа только потому, что хорошо произнесла одну речь? Получив приказ, ты должна подтвердить это. Ради чего ты рисуешься?

– …Я понимаю, Господин. Я хорошо вас слышала.

Фарнезе надулась. Безусловно, она хотела убить Принцессу Империи Элизабет. Я не мог не рассмеяться. Какое милое дитя.

Конечно, это было не то, чего я не мог понять. До того, как попасть в этот мир я считал, что отец – мой заклятый враг, и всегда желал, чтобы я отнял у него жизнь на день раньше. Указательным и большим пальцами я взял Фарнезе за щеку и оттянул ее.

– Черт, это отвратительно. Я останусь в веках из-за тебя, из-за тебя.

– Ууу, уфф.

Фарнезе завертела руками.

– Отпустите, Господин. В целом Ваша Светлость трогает тело этой молодой леди без долгих раздумий. Прошу вас, покажите свои манеры при взаимодействии с леди.

– Ты можешь говорить о том, что ты леди, когда ты на самом деле станешь таковой. По крайней мере, я изменю свое отношение к тебе, когда твоя грудь станет чуть больше.

– Если Ваша Светлость намерен превращать в шутку малый размер груди, тогда разве разница между Лазурит и этой молодой леди не такая уж большая?

– Лазурит – исключение, – спокойно отбросил ее аргумент я. – Независимо от ситуации у Лазурит есть основания получить такое особое исключение. Если у тебя есть какие-то жалобы, тогда иди и стань такой же умной и милой, как Лазурит, ты испорченная дрянь. Конечно, даже если пройдет сто лет, скорее всего ты не сможешь достичь такого мастерства.

– Ваша Светлость действительно благоволит мисс Лазурит…

– Разве это не очевидно, когда она единственный человек с таким же сердцем, как и у меня?

Лазурит – моя любовь.

Лазурит – мое солнце.

Неважно, что все говорят, это очевидная правда, это ясно, как законы физики.

Вот так мы, лорд и вассал, сошли с валуна, говоря друг другу колкости. У подножия валуна, включая Барбатос, Пеймон и других Владык Демонов, которые были командующими армейских корпусов, нас ждало около 30 Владык Демонов. Поскольку речь с нашей стороны и со стороны врага закончилась, теперь единственное, что оставалось, была война.

Среди них Барбатос откинулась на стуле и махала рукой.

– Эй, самопровозглашенный Мистер Гений. Хорошая работа.

– Я всего лишь выполнил священное задание.

Я поклонился. Хотя наедине мы с Барбатос были друзья по сексу, которые разговаривали друг с другом неформально, на данный момент мы были в присутствии других. Кроме того, мы были в пределах армии, где было строгое регулирование командования и дисциплины. Было очевидно, что я, обладатель 71-го ранга, буду говорить формально с Барбатос, которая была 8-го ранга.

Отлично. Нечто подобное разрыву отношений между нами, потому что я говорил формально, случиться не могло. Не только потому что мы были в дружеских отношениях, когда оставались наедине, но потому что мы с Барбатос были политическими союзниками. До этого момента мы были союзниками, и, скорее всего, мы продолжим ими быть еще некоторое время. Пока мы не победим нашего общего врага, Владыку Демонов Пеймон, наше доверие было непоколебимо. Хорошо было быть в этом уверенным.

– Священное задание. Священное задание, это?..

Барбатос осклабилась и скрестила свои белые ноги.

– Правильно. Мы дали тебе священное задание, разве нет? Данталиан, мы передали тебе, дитю, которое болтается на самом дне рангов Владык Демонов, право вступительной речи Альянса Полумесяца, который впервые собрался вместе за последние более чем 200 лет. Не кому-то другому, мы дали его тебе, учитывая твой вклад в нашу армию во время этой войны.

– …

Я остановился.

Барбатос, как обычно, была сама улыбка. Однако атмосфера, исходившая от Владык Демонов Равнинной фракции, стоящих вокруг нее, была угрожающей. Я инстинктивно поставил Фарнезе за спину.

Воздух казался зловещим.

Точнее, глаза Барбатос.

Ярость, которую не мог скрыть даже смех, застоялась в ее глазах.

– Почему ты прячешь ее? Давайте посмотрим на ее лицо. Ты дал ей право речи, которые мы специально даровали тебе, правильно? На свое усмотрение, не посоветовавшись с нами. Я хотела увидеть, какая же это великая девушка, которая смогла заставить нашего мистера Данталиана отдать ей все свои внутренности.

– …Мисс Барбатос.

– Ваше Превосходительство, Барбатос. – холодно произнесла она.– Добавляй «Ваше Превосходительство», идиот.

Зрачки Барбатос холодны. В ее взгляде я не мог найти ни капли расположения к себе. Температура глаз такая же, как температура сердца, да?  Если эти слова были правдивы, тогда, по всей видимости, это был настоящий нрав Барбатос.

– Я одна из командующих армией, управляющих Альянсом Полумесяца в сотни тысяч солдат. Что? Ты смотришь на меня свысока, потому что я все время спала с тобой?

– …

– Ты думал, ты можешь делать что угодно с этого момента только потому, что спас однажды мою армию, когда она была в опасности? О боже, Данталиан. Ты проделал довольно хорошую работу, отправив человеческое дитя в качестве представителя нас, демонов. Думаешь, я тебя за это похвалю?

Улыбка Барбатос стала шире.

– Раскрой свои уши и слушай внимательно, Данталиан, поскольку я собираюсь называть те преступления, которые ты совершил благодаря одной только своей речи. Прежде всего, раз ты выставил вперед какое-то дитя, у которого молоко на губах еще не обсохло, как замену нас, великих демонов, это расовое предательство.

Барбатос подняла средний палец левой руки.

– Раз ты имел наглость устроить беспорядок из военной дисциплины, когда над нами нависает война, это нарушение субординации, к тому же в присутствии врага. Поскольку ты был не один мудозвон, а работал вместе с ведьмами, которых назначил своими королевскими стражами, чтобы состряпать эту речь, это групповой мятеж.

Вслед за безымянным пальцем левой руки, Барбатос подняла средний палец правой руки тоже.

– Так как Владыка Демонов, который стоит на последнем месте в армии, осмелился по своему усмотрению совершить государственную измену на поле боя, где 12 богов будут смотреть на нас, ты также совершил кощунство. Ух ты, Данталиан. Глянь. Сколько тут?  Даже если считать только количество государственных измен, их четыре. Даже если мы отрубим тебе голову, нам пришлось бы сделать это 4 раза. Довольно дерьмовое ощущение, не так ли?

– Ваше Превосходительство, Барбатос.

– Ага, я знаю. Ты используешь эту армию как игровую площадку, где ты можешь заниматься хернёй, когда тебе хочется. Поскольку я постоянно чрезмерно баловала тебя, в моих глазах больше ничего не светится. И все-таки, урод, жизнь не так проста.

Мне не дали даже возможности оправдаться.

Барбатос щелкнула пальцами.

И тень двинулась.

Пора, которая мне не принадлежит (часть 4)

Это было подобно пасти чудовища.

Черная как смоль жидкость выстрелила из тени Барбатос, темная масса осклабила клыки и поспешила ко мне. Каждый из его многочисленных зубов был по толщине как человеческая рука.

Гиаааак

Воздух засвистел, разрываясь. Это было мгновенно. Чудовище из тени выросло в массе, как цунами, и казалось, что оно вскоре проглотит меня.

–!?.

Интересно, понял ли мой разум, что я был в опасности. Окружающая местность начала двигаться на скорости явно более медленной, чем обычно. Куда-то. Я должен сдвинуться и избежать этого. Хоть я и не знал, из какой жидкости был сделан тот черный цунами, очевидно, это не было нечто столь приятное, как Н2O.

Вверх-вниз, налево-направо. Мои глаза искали сторону, где у тени было хоть немного меньше массы. В тот момент, когда я почти что ушел вправо, я осознал единственный факт.

Фарнезе.

Фарнезе стояла за мной.

Если я сдвинусь со своего места, тень немедленно проглотит ее.

В голове стало жарко и я старался разобраться с моими приоритетами. Моя безопасность или безопасность Фарнезе.

Мое сознание определило, что было высшим приоритетом.

"Оставь ее," – звучали слова на краю моего сознания. Я был важнее чем Фарнезе. Не стоило даже задумываться над этим. Однако более тщательно продуманное и сложное суждение опровергло его шагом позже.

"Сделай в точности до наоборот. Защити Фарнезе и прикрой ее."

"Бред."

"Барбатос никак не убьет меня сразу. Для Барбатос нет в этом выгоды. Самое большее, что она сделает – это ранит меня. Но с Фарнезе иначе. Для Барбатос не имеет значения, убьет ли она Фарнезе, по своей прихоти или же случайно. Следовательно, если ты сейчас сдвинешься – Фарнезе умрет."

"И?"

"И."

А Фарнезе – наш с Лазурит ребенок.

– …

Конец суждения.

Больше доводов нет. В тот момент мое сознание закончило расчеты.

Я остановил движение, которое мое тело вот-вот должно было совершить, чтобы увернуться вправо. Поскольку мое решение немного запоздало, из-за задержки мое тело двигалось спешно. Я обернулся и так и обнял Фарнезе. Поскольку я обнял Фарнезе всем своим телом, я почти смог покрыть ее всю. Маленькая Фарнезе извивалась в моих объятиях.

– Гос…

Прежде, чем она смогла закончить слово "Господин".

Я ощутил, как тень чудовища захлестнула нас в воздухе. Фарнезе вздохнула и это стало пусковым механизмом, чтобы все вокруг нас вернулось к своей обычной скорости. Теперь способ уклониться от атаки уже был неактуален.

Ничего нельзя было сделать. Когда бы ни приближалась опасность, я был человеком, который действовал согласно своим приоритетам. Я был таким с детства.

Что я могу сделать? Я мог лишь надеяться, что Барбатос поведет себя со мной чуть мягче. Я обнял Фарнезе крепче и закрыл глаза.

В то мгновение нечто похожее на бриз коснулось моей щеки.

Казалось, будто тень чудовища, которое должно было поглотить нас, остановилось где-то в воздухе, и больше не было никаких знаков, что к нам что-то приближается. Когда я с опаской поднял взгляд, я увидел 7 черных накидок, покачивающихся передо мной.

7 колпаков.

7 посохов.

– Ахахах.

Мои королевские стражи.

Сестры Бирбир.

– Ты не можешь сделать то, ты не можешь сделать это. Будет удручающе для таких покорных слуг, как мы, если наш единственный хозяин будет ранен.

Ведьмы, главой которых была Хумбаба, поднимали свои посохи, а их черные накидки, которые я им недавно подарил, развевались.

Чудовище из тени было заблокировано посохами и не могло подойти ближе. Оно просто извивалось вокруг и делало все, чтобы найти другой путь, изгибаясь то туда, то сюда. Каждый раз, когда оно так делало, ведьмы слегка изменяли направление своих посохов и мешали продвижению чудовища.

– Гаааррр, грррр~ – раздался из чрева чудовища расстроенный рык. Не беспокоясь об этом, Хумбаба засмеялась.

– Что это? Демон Агилиса? Ахахах? Это действительно древний фамильяр. Думаю, прошло уже лет 300 с тех пор, как я видела его в последний раз. Стоит ли мне говорить, что Ее Высочество Барбатос, безусловно, призвало его ради вас? Оно не только слишком благородно для таких, как мы, поскольку даже еда фамилиара исключительная, у таких людей низкого происхождения, как мы, естественно возникает уважение.

– …

Барбатос нахмурилась.

– Эти девки! Как вы смеете не знать свое место и…

– Даааа, мы вмешались, не зная своего места. Мы просим прощеееения. Хотя такие как мы низшие из низших, у нас смертельная болезнь – мы умрем, если не сможем защитить Его Высочество, Данталиана. По природе это неизлечимая болезнь, но разве такие как мы не были уже до этого известны как дерьмо? Мы надеемся, что высшее создание, как Ваше Высочество, сможет великодушно понять это.

Хумбаба засмеялась. Когда она сделала это, другие ведьмы тоже захихикали.

По мере продолжения противостояния другие ведьмы из моей армии тоже начали медленно собираться. Не успел я и глазом моргнуть, как 20 из моих Королевских стражей окружили меня, не оставив ни единого просвета.

– Ах, знаете ли, хоть молодежь в наши дни совершенно темная, мы, низшие, знаем, как избавляться от подобных вещей. Хотя мы можем немедленно уничтожить его, мы тоооолько терпеливо ждем из-за уважения к Вашему Высочеству.

– Грррр… – теневой демон заскулил. Какая-то черная жидкость капала на землю.

Чудовище сжалось настолько, что не могло больше сдвинуться с места ни на дюйм, и дрожало, словно спрашивая свою хозяйку, что ему сейчас делать.

– Тц. – цокнула языком Барбатос. В тот момент, когда она щелкнула пальцами, чудовище мгновенно рассыпалось в прах. Черная жидкость просочилась в землю и так же исчезла.

– Этих существ, которых мне стоило убить раньше, я оставила в живых, потому что то, как они пресмыкались, было жалким зрелищем… Поразительно, Данталиан. Серьезно поразительно. Когда ты сходишь с ума, у вас у всех крыша слетает с катушек.

Барбатос сплюнула на землю.

– Просто, как ты умаслил этих испорченных дряней без душ, что смог сделать их смирными как домашних зверушек? Гм? Твоя невеста – полукровка, твой действующий генерал – человеческая сука, а твои королевские стражи – ведьмы, так? Судя по медалям у них на головах, так у них всех Четырехлистники? Ух ты! Да ты вовсю развлекаешься. Ты, да знаешь ли ты, сколько раз эти суки разводили зад ради Владык Демонов, чтобы получить Четырехлистник? Чееерт. Ох, анальные отверстия тех сук такие потрепанные, что я отсюда слышу, как они свободно хлопают.

Хумбаба согласно покачала головой.

– Ахах. Любезные слова Ее Величества весьма правдивы, хозяин. По правде сказать, нам грустно, что мы на втором месте по слабым задам. Однако, не волнуйтесь! Если уж на то пошло, мы поклялись, что с этого момента и до того дня, когда мы умрем, мы будем раскрывать свои анальные отверстия для нашего хозяина и только для него!

Это то трогательно.

Барбатос скрипнула зубами.

– Чертовы ведьмы. Эти ведьмы так чертовски извращены, что не получают вреда, даже если их проклянешь…

Мм. С этим я охотно согласился.

Я вздохнул и сказал Хумбабе.

– Благодарю тебя. Кажется, я перед тобой в долгу.

– Ахаха, какой же это должен быть долг? Королевские стражи – те, кого вы назначили, чтобы использовать их во времена, подобные этому.

– Но, если Ваше Высочество действительно ощущает себя благодарным нам, тогда прошу вас позже сегодня даровать нам королевскую милость Вашего Высочества.

Эти девушки не изменяются даже в ситуации, подобной этой.

Ну и ну, я смог миновать текущий кризис. Что же мне теперь стоит делать? Прежде всего, нужно было узнать, почему Барбатос вела себя так агрессивно.

Вокруг летали вороны, а затем сели на шляпы и посохи ведьм. Птицы каркали. Поскольку ведьмы были простолюдинами, так что они не могли жаловаться на Барбатос, казалось, что вороны вместо них выступали против Барбатос. Кроме того, казалось, что ведьмы, чьи тела были полностью спрятаны под черными накидками, были одним телом и душой с воронами. Барбатос громко закричала поверх колпаков и ворон.

– Эй, Данталиан! Ты действительно собираешься так поступить со мной? А? Мы, черт побери, дадим друг другу пощечину и вот так порвём? Только посчитать преступления, которые ты сейчас совершил, черт: расовое предательство, несоблюдение субординации перед врагом, групповой мятеж и даже ересь! Никто не сможет пожаловаться, если я прямо сейчас оторву твою голову и проверю цвет твоих внутренностей! Отдай человеческую девку нам и послушно покончи с этим, пока я еще мило прошу!

– …

Что это?

Я понял, почему Барбатос вела себя грубее, чем обычно. Переложив чрезмерную ответственность на Фарнезе, Барбатос хотела уменьшить общую вину, которая ложилась на меня. С точки зрения Барбатос она делала это ради меня. Это был собственный способ Барбатос выказать внимание, так сказать.

Тем не менее.

– Прошу прощения, Ваше Превосходительство, Барбатос.

Я склонил голову.

Я ценю твои чувства, но я должен отказаться.

– Хоть это дитя и является частью человеческой расы, она дитя, которое я решил воспитывать, и она вассал, за которого я несу ответственность. Так как я назначил эту девушку своим действующим генералом, я и тот, кто отправил ее произносить речь. Если генерал Фарнезе совершила ошибку, значит, это моя ошибка, и если есть что-то, за что генерал Фарнезе должна нести ответственность, значит это бремя, которое должен нести только я.

– …Господин.

Фарнезе, которую я держал в своих объятиях, посмотрела прямо на меня. Любопытно, была ли она взволнована. Я был так потрясен, что я чуть не фыркнул в ответ.

Мы с отцом были разные.

Я не был опорой людям, если я был не в состоянии взять за них ответственность с самого начала, а если я делал это, то обязательно нес эту ношу до самого конца.

Конечно, если я возьму на себя всю вину вместо Фарнезе, то будет небольшая задержка в моем плане убрать Пеймон. Как бы то ни было, я выдающийся гений. У меня есть план. А также у меня есть козырь в рукаве. Если что, небольшое препятствие лишь доставит мне больше удовольствия.

Правой рукой я похлопал Фарнезе по спине. Ты слишком молода, чтобы беспокоиться о моей безопасности, дитя. Если ты ребенок, тогда и веди себя как ребенок и стой послушно под защитой взрослого.

– …

Фарнезе слегка кивнула головой. Она медленно опустила голову мне на грудь. Даже если бы мы не были связаны кровью или чем-то другим, дочь, которую мы с Лазурит решили поддерживать вместе, зависела от меня.

Это зрелище, скорее всего, ей было не по нраву. Барбатос резко сплюнула.

– Ха, и что? Ты собираешься извиваться, как змея, не взяв на себя никакую ответственность, хоть ты пошел против военной дисциплины прямо передо мной? Почему бы тебе вместо этого не нассать мне прямо в глаза, Данталиан? Потому что, даже если я умру, я не хочу видеть, как рушится военная дисциплина.

Я тряхнул головой.

– Хоть я хорошо знаю, какое особое значение имеет для Вашего Превосходительства воинский устав, у меня нет ни малейшего намерения избегать своей ответственности. Я возьму ответственность и за проступки генерала Фарнезе. Ваше Превосходительство, прошу вас, казните меня.

– Что?

– Я попросил о собственной казни.

Я спокойно осмотрелся вокруг. Вокруг все замерло. По какой-то причине казалось, что Пеймон смотрела с таким выражением лица, словно она была чем-то обеспокоена. Не раздумывая о том, что стояло позади того выражения, я заявил:

– Данталиан, Владыка Демонов 71-го ранга. Я отказываюсь от своей власти как Владыка Демонов и представляю себя военному трибуналу.

Пора, которая мне не принадлежит (часть 5)

Пеймон, Владыка Демонов Доброжелательности 9-го ранга

3.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца

– Данталиан, Владыка Демонов 71-го ранга. Я отказываюсь от своей власти как Владыка Демонов и представляю себя военному трибуналу.

В тот момент, когда Данталиан промолвил эти слова, все вокруг замерло. И для этой леди все было так же. Требовать собственной казни через военный трибунал, это беспрецедентно. Это… Это переходит все границы.

Барбатос рассеяно смотрела на Данталиана.

– Слова владыки обладают большим весом. Данталиан, сказанные однажды слова никогда нельзя забрать обратно. Это тебе совет от близкого друга и старшего по званию. Только сейчас я в последний раз даю тебе шанс изменить слова, которые ты сказал.

– Мои самые искренние извинения, Ваше Превосходительство, но я не намерен менять свои слова. Генерал Фарнезе – ребенок, которого ваш покорный слуга любит. Я бы скорее умер, чем переложил это бремя на ребенка.

– …

С лица Барбатос исчезли все эмоции.

…Изначально чтобы наказать Владыку Демонов, подтверждение преступления и суровость наказания должны были формально решаться во время Вальпургиевой ночи. Другими словами, Владыку Демонов можно наказать только во время Вальпургиевой ночи. Одной из привилегий Владык Демонов было то, что каждый Владыка Демонов имел право отвергнуть любой вид суда. Если бы это было не так, то существовала бы опасность того, что Владыка Демонов высокого ранга использовал бы предлог войны для устранения Владык Демонов низших рангов во время военного трибунала.

Однако Данталиан только что отказался от своей власти Владыки Демонов. Это значит, что он попал в то положение, когда его по закону могут предоставить военному трибуналу.

Расовое предательство, несоблюдение субординации перед лицом врага, групповой мятеж и кощунство – оскорбления, которые Данталиан сейчас совершил… каждое из них было тяжким преступлением. Обычный солдат был бы казнен, если бы он совершил хоть одно из них. Но совершить 4 государственных преступления… В случае, если военный трибунал будет проведен вот так, Данталиан не сможет избежать казни.

– Я определенно давала тебе возможность. Причем, несколько раз.

– И я ясно выразился, Ваше Превосходительство.

– Ты не сожалеешь, да?

– Да, все правильно. Я всегда беспокоюсь только о безопасности и чести вашего Превосходительства, Барбатос.

– Хаа. – вздохнула Барбатос. Даже она точно знала, каковы будут результаты проведения военного трибунала. Поскольку она знала это, скорее всего, она хотела замять этот инцидент, просто немного отхлестав Данталиана.

Это, казалось, тяготело над мыслями Барбатос, поскольку она хотела зайти так далеко, чтобы переложить большую часть ответственности на девушку вместо Данталиана. Минимум вины на Данталиане. На него бы легло наказание, которое было бы больше, чем обычная формальность. Даже Данталиан должен был знать об этом. Так почему же?

– Ладно. Давайте начнем военный трибунал или что там? Так случилось, что все командиры корпусов тоже здесь. Разве это не прекрасно? Я, Барбатос, как 8-й ранг и глава Равнинной фракции, как та, которая гордится бессмертием, буду вести военный суд над Владыкой Демонов Данталианом.

Обычно военный суд проводят наивысшие по рангу особы в армии.

Поскольку Данталиан не был тесно связан с какими-либо другими Владыками Демонов и самостоятельно завербовал армию наемников, в этой ситуации наивысший по рангу человек, ответственный за его армию, это военачальники. Следовательно, Барбатос, Марбас и эта леди. Как раз вовремя, все собрались здесь перед началом войны…

– Старик Марбас. Озвучьте свое намерение участвовать в трибунале.

– Мм.

Вельможа Нейтральной фракции и командующий второй армией. Владыка Демонов 5-го ранга медленно кивнул головой…

– Я признаю свое участие в этом суде.

У него было смешанное выражение. Этот мужчина был в долгу перед Данталианом.

Высока была вероятность того, что сама операция Альянса Полумесяца провалилась бы в тот момент, когда Марбас потерпел поражение в предыдущем сражении. Нет, если бы Данталиан не одержал победу, тогда операция несомненно провалилась бы. Из-за этого ему казалось, что у него словно камень на шее.

По возможности он бы замял преступления Данталиана… военный трибунал – это было плохо. Это уже имело непосредственное отношение к морали. В военном суде, который простил бы государственную измену, не было никакого смысла. Для Марбаса, который уделяет столько внимания законам и регламенту, почти невозможно поднять руку за Данталиана. Как бы он ни пытался, самое лучше, что он мог бы сделать, это бросить пустой бюллетень.

…И.

Точно так же и для этой леди.

Несмотря на то, что Данталиан первый человек, которого эта леди встретила с такой же идеологией, как у нее, несмотря на то, что эта леди впервые встречает особу с таким же менталитетом, как у нее, скрытом внутри, на данный момент эта леди – командующая тридцатитысячной армией. Эта леди находится в том положении, когда она должна заботиться о боевом духе 30.000 офицеров и солдат. Проголосовать против, когда смотрят другие, – эта леди не может так поступить.

Потому что эта леди – ответственный человек.

Потому что таков долг командующего, ведущего армию.

– …

Что же делать этой леди?

Что же делать этой леди, чтобы естественным образом обойти военный трибунал и не голосовать против? Если бы это был не военный трибунал, спасти жизнь Данталиана было бы возможно. В конце проблема решается голосованием во время Вальпургиевой ночи. Другими словами, это просто борьба чисел.

Как глава Горной фракции эта леди может обеспечить 20 голосов. Если бы Барбатос использовала 15 голосов из Равнинной фракции, тогда даже так у этой леди уже большинство. Это так. Если бы это не был военный трибунал. Если бы мы только могли обойти этот момент…

– Эй, шлюха. Озвучь свое намерение участвовать в суде.

…

………..

– Что? Ты прямо сейчас меня игнорируешь? Шлюха. Алё? Мисс Шлюха, чей разум широк, потому что ее щель превратилась в лохмотья. Сука, ты в курсе, что несмотря на свой вид, ты все еще командующая армией? Если ты знаешь, тогда скажи, что будешь участвовать в…

Ладно.

Если я поступлю так, то это может стать возможным.

Хотя это опасно. Хотя это ни с чем не сравнимая по опасности игра.

Но эта леди сможет это сделать.

Поскольку встревать в азартные игры – особенность этой леди.

Эта леди привела в порядок мысли и подняла свой веер из перьев, чтобы скрыть губы. Поза, которую всегда принимает эта леди. При скрытой половине лица только половина этой леди открыта. Это удобнее всего.

Эта леди промолвила, пристально смотря на Барбатос.

– Нет. Эта леди не будет голосовать за свое участие.

Вокруг залегла тишина.

Начиная с Барбатос, все Владыки демонов уставились на эту леди, словно они думали, правильно ли они только что расслышали.

Это очевидно. До этого момента между Данталианом и этой леди было противостояние в любом действии, которое мы совершали. Это может быть не так для Барбатос или Марбаса, но скорее всего никто никогда не ожидал, что именно эта леди воспользуется своим правом вето.

Именно в этом была причина.

По сравнению с другими, поскольку эта леди была политическим соперником, который больше всего выступал, пытаясь избавиться от Данталиана, именно поэтому план, до которого эта леди додумалась, был состоятелен.

– …Черт, что там еще теперь? Эй, ребята, вы что все обкурились сегодня, что можете со мной шутить? Ублюдок, известный как мой любовник, похерил все сам и теперь просит для себя военный суд, теперь еще эта шлюха отказывается по какой-то ссаной причине. Вы двое куда-то отходили и трахались, пока я не смотрела?

– Прошу, не предполагай, что все в мире такие же вульгарные, как ты. Конечно, если человеку настолько же не хватает ума, как и тебе, тогда ничего уж не скажешь.

Эта леди натянуто улыбнулась. У Барбатос на лбу пульсировала вена, но это не имело значения. Если уж на то пошло, я поддевала ее намеренно.

– Эта леди говорила тебе раньше, разве нет? Барбатос, этот мужчина – больше не твоя игрушка, и теперь он мой. У этой леди есть план втянуть Данталиана в Горную фракцию. Так что, раз такое дело, эта леди никак не согласится на такой суд.

– Эээ?

– Военный суд или что там еще, делай это сама. Хотя то, что Данталиан выставил человеческую девушку как замену – это государственное преступление, это ты выбрала Данталиана быть оратором нашего Альянса Полумесяца.

– …

Лицо Барбатос мгновенно похолодело.

– И что? Что ты там пытаешься бормотать?

– Кто знает? Этой леди просто интересно. Поскольку это ты выставила вперед Данталиана, который всего лишь 71-го ранга, конечно, разве не могло случиться, что ты научила его, что говорить?

Пора, которая мне не принадлежит (часть 6)

Эта леди улыбнулась.

Чем больше эта леди подмешивала намек на кокетливый смех в свой голос, тем холоднее становилась атмосфера вокруг. Постепенно, другие Владыки Демонов должны были бы уже начать улавливать, что эта леди имела в виду под своими словами.

– Барбатос, у этой леди есть подозрения. Если Данталиан совершил ошибку, тогда прежде всего не твоя ли это ответственность? Ты вытолкнула Данталиана вперед как парламентера, и именно ты выбрала Данталиана оратором. Если допустить, что Данталиан совершил ошибку просто потому, что был неосмотрительным, тогда это твоя ответственность, что не увидела его невежество. Более того, если допустить, что Данталиан сделал ошибку намеренно…

Да.

Правильно.

– Тогда, разве не являешься ты преступником, совершившим государственную измену?

Вот стратегия этой леди.

Теперь вокруг залегла полная тишина. Никто не смел неосторожно открыть рот. Люди смотрели с лицами, выбеленными шоком.

То, что сделала сейчас эта леди, было ничем иным, как провозглашением войны Барбатос, которая была равной по должности командующей армией. Хотя эта леди лишь подняла подозрение, именно это подозрение могло стать в политике концом чьей-то жизни.

Барбатос долго смотрела на эту леди, не говоря ни слова. Не было враждебности или ярости. Только спокойная презрительная усмешка, которая просачивалась через нее.

– …Мне действительно странно, когда такая сука, как ты, внезапно хочет забрать у меня Данталиана. Полагаю, ты, конечно, действовала импульсивно, снова позволив себе погрузиться в эти глупые мысли. Ты действительно пытаешься начать со мной битву «все-или-ничего» во время этой войны?

– О боже, это преувеличенная интерпретация, Барбатос. Единственное, что сказала эта леди, это что ей любопытно. Ты назначила Данталианом оратором, а затем ты немедленно напала на него, когда речь была закончена? Неважно, что ты об этом думаешь, это несправедливое отношение.

– Что? Думаешь, я послала Данталиана произносить речь специально, чтобы я могла избавиться от него? Тебе просто следовало бы обвинить меня в том, что я была подстрекателем всего от начала до конца, раз ты вошла во вкус.

– Кто знает? Эта леди никогда ничего не говорила с уверенностью. Эта леди просто желает озвучить свой протест против проведения скорее поспешного, чем внимательного военного трибунала. Как бы там ни было, есть возможность, что Данталиан станет важным свидетелем. Да, и по-возможности, эта леди желает перетянуть его в свою фракцию.

– …

Миг тишины.

– Аг, бугага—, бугагагага—!

Барбатос внезапно взорвалась смехом.

Люди были поражены и стали переглядываться. Хоть она столкнулась с объявлением войны, совершенно не в ярости, она просто живот надрывала от смеха. По всей видимости, это зрелище привело их в замешательство.

Однако эта леди знает. Барбатос всегда была такой женщиной. Особа, постоянно вселяющая страх в людей не смеясь, когда это следовало делать, и смеявшаяся, когда не следовало.

Барбатос смеялась так сильно, что у нее в уголках глаз появились слезы.

– Ага, хм. Да. Пеймон, ты такая сука. Ты всегда была хитрой сукой. Ты ходишь, прикидываясь пай-девочкой, и цепляешься за мелочи, размером с крысиный хвост. В последний раз ты выдвинула свое подозрение, что я создала Черную Смерть, а теперь ты действительно предполагаешь, что я инициировала расовое предательство? Ииияяяя. Такие суки, как ты – чертовски поразительные. Я! Ага, а я признаю это! Я признаюсь! Тот факт, что ты порядочная сволочь. Пеймон!

– …

– Тогда, черт, что ты хочешь сделать? Как видишь, о военном трибунале сейчас не может быть и речи. Гм, стоит ли нам сделать перекличку тех Владык Демонов, которые там обсираются позади? Хочешь просто провести здесь Вальпургиеву ночь? Будет ли уместно, чтобы я умерла или нет, раз я совершила государственную измену? Или стоит ли мне просто нести на себе это подозрение и быть как, О, мисс Пеймон, как то, чем я никогда не была, давай выясним это позже, и объясню это тебе вот так?

Барбатос плюнула на пол.

– Ха, ты чмо. Ты дерьмовая чертова шлюха. Ты и правда делаешь хорошую работу, когда враг находится прямо перед нами. Операция этого Альянса Полумесяца тоже завершена, она завершена. В любом случае ты сука, чья способность просрать хозяйство просто непостижима.

Владыки Демонов, связанные с Равнинной фракцией, выстроились в линию позади Барбатос. В то время как они смотрели в этом направлении, от всех них исходило намерение совершить убийство. На этой стороне было точно так же, соратники этой леди восставали против намерения убить с ощерившимися угрозами. На этом Альянс Полумесяца мгновенно разделился на две части. Владыки демонов Нейтральной фракции изо всех сил пытались всех успокоить, но это было выше их сил.

Посреди армии, которая погрузилась в хаос.

– …

Данталиан стоял и смотрел на эту леди.

Его глаза были иссиня-черные как дно в колодце. Этой леди было трудно угадать, какие мысли и эмоции витали за теми глазами. Казалось, будто он о чем-то размышлял или пытался оценить намерения этой леди. Барбатос сказала Данталиану:

– Данталиан.

– … Да, Ваше Превосходительство.

– Я откладываю твой суд на неопределенное время. Я подготовлю тюремную камеру, чтобы ты там находился. Мы обсудим твои преступления должным образом, как только ситуация утихнет.

Данталиан кивнул.

– Понял. Однако за исключением себя я прошу вас быть толерантной к остальным моим вассалам. В течении зимы мои вассалы вербовали наемников и весьма преуспели в том, чтобы нарастить военную мощь до семи тысяч. Несомненно, они не будут бесполезными в сражении с человеческой расой.

– Ага, ага. Делай, что хочешь.

Затем Барбатос повела свою Равнинную фракцию вниз по скалистому холму. С этого момента Равнинная фракция отколется от единого фронта и будет вести войну по собственной инициативе. Действия Барбатос косвенно указали на это намерение.

Марбас вздохнул.

– Нас разорвет на куски еще даже до того, как мы начнем? О, Пеймон. Это истинная твоя цель? Я все меньше понимаю тебя.

– …Марбас.

– Я буду один присматривать за Данталианом. Учитывая, что только что произошло, я не могу доверить тебе и Барбатос справляться с новичком. Было бы хорошо, если бы надзор за тюрьмой осуществляла каждый день другая фракция. Тем не менее, если и этот Альянс Полумесяца тоже потерпит поражение, тогда в который это уже будет раз?..

Марбас тихо уставился в пустоту. На мгновение сердце этой леди замерло от глаз этого бывалого воина, наполненных меланхолией.

По всей видимости, Марбас отправился в этот поход с искренним намерением достичь успеха для Альянса Полумесяца. Даже если это был неизбежный выбор, эта леди проигнорировала намерение Марбаса. Голова этой леди поникла…

Не сказав больше ни слова, Марбас ушел, ведя за собой Нейтральную фракцию. Единственными, кто теперь остался на холме, были члены Горной фракции, включая эту леди. Дитя, которое было одним из наивысших по рангу в Горной фракции, второе после этой леди, Ситри, подошло и заговорило. Лицо Ситри было весьма возбужденным.

– Старшая Сестра Пеймон, ты была восхитительна! Ияаа. Та Равнинная фракция – ублюдки. Надо было видеть их взгляд, когда они смотрели на нас из-за твоего внезапного нападения. Как бы то ни было, те парни, у которых в головах только дерьмо, пытались прикидываться, что они в ударе.

– …

И не только Ситри. Другие соратники этой леди по Горной фракции отзывались так же. Какое удовольствие, это, Ваше Высочество Пеймон, для вас, я не думал, что она так будет опровергать… Похвалы этой леди не заканчивались и все продолжали звучать, это не могло наскучить.

Наша база Горной фракции находилась довольно далеко от войны и располагалась рядом с горами и береговой линией. Даже если операция Альянса Полумесяца провалится, мы не получим таких же серьезных повреждений, какие получит Равнинная или Нейтральная фракция, так что их отношение к войне тоже было своего рода беспечным. Даже если в этот раз будет провал, всегда есть следующий раз. Мысленное отношение открыто демонстрировалось.

Эта леди не считала, что это неправильно. Как бы там ни было, в каждой войне человеческие ресурсы и богатство тратятся в огромном количестве. Если возможно, лучше всего решить эту проблему с помощью дипломатии. Поэтому до этого момента эта леди втайне вела переговоры с Империей и готовила различные операции на заднем плане.

Однако почему-то.

Безумный смех Барбатос и звук вздоха Марбаса, по какой-то причине эти звуки все звучат в ушах этой леди и не желают затихать.

Словно пытаясь струсить что-то, что не желало исчезать, эта леди повернула свой взгляд к человеческой армии через равнину. В том месте несчетное количество флагов развевалось на ветру, приближавшемуся к нам. Скорее всего, война разразится мгновенно.

– …

3-й день и 4-й месяц.

Зима сворачивается и снова расцветает Весна.

Эта леди могла только закрыть глаза перед видом наших людей, которые пытаются блевать кровью перед этой слепотой истории, даже несмотря на то, что все цветы источали аромат, будучи в полном расцвете. Эта леди желает, чтобы ее глаза всегда были вот так закрыты. Даже такие эмоции обитали в уголках разума этой леди.

Пора, которая мне не принадлежит (часть 7)

– Старшая Сестра Пеймон, почему мы еще никуда не идем? Мы должны готовиться к войне.

Тем не менее, есть голос, который тянет эту леди назад.

Как только эта леди открыла глаза, перед ней, выстроившись в ряд, стояли Владыки Демонов, которые только и ждали ее приказов. Поскольку этой леди необходимо было как-то среагировать, она кивнула.

– …Да. Ситри и все остальные, возвращайтесь в наш военный лагерь и прикажите нашим солдатам стать в боевое построение. Ситри, стань, пожалуйста, в авангарде. Эта леди будет центром и последует за тобой.

– Ладно. Оставь передовую мне, сестра! Как бы там ни было, с тех пор, как я родилась, единственное, что я умею, это сражаться!

Со звуками «Эхехе» Ситри невинно засмеялась. Трудно было воспринимать это как лицо генерала, который вскоре ринется в бой. Но таково, по всей видимости, было простодушие Ситри.

Это нормально.

Если вы все будете показывать только свою простодушную сторону, тогда эта леди сможет продолжать улыбаться. Эта леди может идти. Даже если это война, на которую вы не надеялись, эта леди сделает все, что может, чтобы одержать победу.

– Все. Прикажите знаменосцам поднять свои знамена. Трубите в горны. Время выступать.

– Да, Ваше Превосходительство, Командующая! – разом ответили все присутствующие здесь из Горной фракции.

Скорее всего, нам не стоит атаковать формирование, которым командует Принцесса Империи Элизабет. Это ворота в Ад. Самая слабая армия Человеческого Альянса, также известная как Крестоносцы, наверно, имперская армия Франкии… Хотя Республика Батавии также известна тем, что они самые слабые в маневренной войне… да. Очевидно, нам необходимо стремиться к этим частям имперской армии.

⎯⎯ Буууууу…

Не успели мы заметить, как послышались звуки горна. Это были горны Равнинной фракции. Кажется, Барбатос начала двигаться. Видя направление их движения… они направляются в точности на имперскую армию Габсбургов, которой командует Принцесса Империи Элизабет. Какая жалость.

– Сестра, приготовления завершены! Теперь тебе нужно лишь отдать приказ!

Ситри подбежала, как собака, и посмотрела на эту леди.

– Куда нам идти? С какими людьми должны мы покончить в первую очередь? Габсбурги? Франкия? Бретань? Польско-Литовское? Или мы должны смести их всех сразу?

– Нет. Сначала мы уничтожим имперскую армию Франкии.

– Ладно!

Ситри свела костяшки кулаков вместе с явным стуком. Даже одно это оттолкнуло воздух так, что эта леди почти уронила свой веер. Хотя этот ребенок прост, ее слабое место в том, что она ведет себя безрассудно.

Не стой.

Нет времени сомневаться. Хотя это война, которую эта леди не начинала, и война, в которой эта леди сначала не планировала участвовать, в любом случае эта леди находилась в позиции, очень близкой к войне. К счастью, страстное желание мира, но не презрительное отношение к войне – вот что характеризует армию этой леди. Мы можем с легкостью разбить войска Франкии, пораженные болезнью.

Эта леди подняла кончик ее перьевого веера и указала направление, в котором мы должны идти.

– Горная фракция. Вперед.

Данталиан, Король Простолюдинов 71-го ранга

3.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца

Все развивалось именно так, как я предвидел.

Пеймон была безнравственной изменницей. Я был уверен, что если бы я показал ей лазейку, она, несомненно, воспользовалась бы возможностью. Конечно же, Пеймон накинулась на Барбатос, как койот, учуявший кровь…

Заставить меня присоединиться к Горной фракции было, наверно, не более, чем предлогом. Истинной целью Пеймон была Барбатос. Поставив мою ошибку в вину Барбатос, скорее всего она замышляла сбросить Барбатос с ее поста.

Ранее, прося для себя военный суд, я сказал:

⎯⎯ Я всегда беспокоюсь только о безопасности и чести Вашего Превосходительства Барбатос.

Это была приманка.

Словно подразумевая, что военный суд был единственным способом защитить Барбатос. Я нарочно сделал вывод, что если меня казнят, возможность заставить Барбатос взять на себя ответственность исчезнет вместе со мной. Это было не больше, чем незначительное соучастие, но казалось, что для Пеймон, которая раздумывала о том, как обставить Равнинную фракцию, она могла услышать это так же четко, как ясный день.

Разве это не восхитительно?

Пеймон, хоть ты и предательница, продавшая свой собственный род, ты предательница с чрезвычайным, не имеющим равных интеллектом. Если предательство было талантом, то Пеймон, несомненно, была одарена первоклассным талантом. С этим я ничего не мог сделать, кроме как признать. Честно говоря, я хочу поаплодировать ей.

Изначально в истории Пеймон была прежде всего паразитоподобным существом, которая предала армию Владык Демонов и уцепилась за героя.

В игре "Атака Подземелья" герой встречает Пеймон случайно, бродя у пограничного города. В тот момент Владыка Демонов Пеймон запала на героя с первого взгляда и после того будет постоянно появляться перед ним.

⎯⎯ Эта леди впервые встречает такого же человека, как она сама.

⎯⎯ Эта леди подарит тебе право украсть губы этой леди, мистер Самопровозглашенный Герой.

Соответствуя своему титулу Королевы суккубов, Пеймон мастерски сблизилась с героем. Хотя в то время сердце героя было украдено, и он впервые переживал эмоции, называемые любовью, в конце они не смогли преодолеть разницу между расами и Пеймон умерла от рук героя. Довольно забавно, что даже после того, как ее сердце пронзил холодный меч героя, Пеймон не отказалась от чувств к герою.

⎯⎯ …Демоны и люди, живущие вместе. После знакомства с вами, эта леди начала мечтать о такой возможности. Однако ничего не поделаешь, так ведь? Поскольку мечты похожи на трепетание хрупких лепестков цветов, эта леди не может вас винить.

Когда настал твой последний час.

Пеймон улыбнулась, а с уголка ее рта капала кровь.

⎯⎯ Это тело уже умирает. Не подарите ли вы этой леди прощальный поцелуй?

Будто она накладывала проклятие.

Будто она даровала благословение.

…Стоит ли мне называть ее романтиком, раз она смога обрести свою любовь, пожертвовав собственной жизнью?

Хотя было бы облегчением, если бы она понесла наказание только своей жизнью, Пеймон была главой, руководящей величайшей фракцией на континенте демонов. В силу этого, поскольку герой не получил никакой особой угрозы от демонов, они смогли посвятить себя решению вопроса разделения человечества. А противник, которому пришлось столкнуться с героем, которого отпустили на свободу, был не кто иной как…

– Ситуация была критическая, Господин. В любом случае этой молодой леди никогда не бывает скучно, когда она смотрит на Вашу Светлость со стороны. Время от времени бывают дни, когда эта молодая леди думает, что жизнь Вашей Светлости, возможно, лишь большая шутка.

– …

Это так.

Это был этот наглый ребенок без выражений на лице.

Принцесса Империи Элизабет, которая руководила Империей Габсбургов, поставила героя в авангард, а Королева Генриетта, которая руководила Королевством Бретани, назначила Фарнезе генералом. Два героя столетия взялись за войну, чтобы помочь каждый своей нации завоевать господство… эта история должна была развернуться через 15 лет. На данный момент, так как я сам назначил Фарнезе, это было будущее, которому теперь совершенно никак не было суждено свершиться.

– Более того, что было там раньше? Конечно же, Ваша Светлость не пытались спасти эту молодую леди, жертвуя собой, так? Честно говоря, эта молодая леди может сказать, что это было неприятно, Господин. Эта молодая леди лучше бы отдалась на растерзание Владыки Демонов, чем в объятия Вашей Светлости. Пусть даже эта молодая леди высоко ценит интеллект Вашей Светлости, у вашей покорной слуги невероятно объективная точка зрения, когда речь заходит о физическом облике Вашей Светлости. Другими словами, тело Вашей Светлости страшновато. Кажется, чего-то не хватает, когда оно обнимает, что трудно найти что-либо другое, столь же непрезентабельное, вот такой вот тип телосложения. В силу вышесказанного, если по какой-то случайности эта молодая леди окажется в опасности, не нужно тогда стремиться предстать в выгодном свете, а вместо этого оставьте эту молодую леди и… А-ах? Ох-ах ах?

Я снял шляпу Фарнезе и придавил ее макушку. Это дитя, только потому что она научилась непринужденности от Лазурит, ее нахальство просто зашкаливает. Эта соплячка заслуживает наказания сминанием.

Фарнезе задрожала и раскинула руки.

– Господин~. Разве эта молодая леди не говорила вам, разве эта молодая леди не говорила вам уже много раз? Уу, ахх. Не макушку. Где-то в другом месте было бы отлично, но, ахх… Ахх… макушка, только не макуууушку…

– Просто послушно растай, ты, рисовый пирожок.

– Ах, эта молодая леди тает. Эта молодая леди становится кааашицей.

Потому что этой белокурой девушке, которая сейчас в моих руках превращается в мякоть, суждено стать известным генералом, злейшим врагом героя, и катастрофой для человечества. Хоть я уже был осведомлен, этот мир также довольно гнилой.

Вскоре после этого пришли командиры из Нейтральной фракции, чтобы провести меня. Я не почувствовал с их стороны ни капли агрессивности или враждебного настроения по отношению ко мне. Они просто попросили меня сопровождать их, придерживаясь этикета.

– Хоть и непритязательную, мы приготовили тюремную камеру, Ваше Высочество Данталиан. Не сочтите это невежливостью …

– Что же тут невежливого? Ведите меня туда. Я послушно последую с мыслями того, кто стал пленником.

Командиры Нейтральной фракции склонили головы.

Пора, которая мне не принадлежит (часть 8)

Тюрьма, расположенная в месте, куда вслед за этим я проследовал за командирами была в буквальном смысле скромная. Должен ли я называть это тюрьмой? Она была больше похожа на железную клетку для содержания животных. Только охапка соломы, кинутая в клетке для зверья, там действительно не было ни мебели, ни украшений.

Увидев обтрепанный вид тюремной камеры, Хумбаба засмеялась.

– Ахахах? Это, своего рода, забавная шутка? Или шутка не удалась? Вы, конечно же, не хотите поместить нашего хозяина в эту обтрепанную дерьмовую жестянку, ведь тааааак? Стоит ли нам наслать проклятие, которое заставит вас до конца жизни жить как евнухи? Может, нам стоит оглушить вас проклятием, от которого вы будете ощущать все только своим задом?.. Я спрашиваю только из любопыыытства, вы, парни, очень интересуетесь жизнью без женщин, аскетизмом, как буддийские монахи?

– М-мои извинения, но это действительно все, что у нас есть на этот момент …

– Я вижу, что это ваше уважение – вежливо говорить людям есть дерьмо, поскольку это все, что у вас есть на данный момент. Ммм. Умм. Я понимаю. Но, кстати. На данный момент, единственное, что мы можем дать вам, это проклятие евнуха, что вы думаете об этом?

Ведьмы окружили командиров, лучезарно улыбаясь. Конечно, их лица смеялись, но взгляды были свирепыми. Кто были тут жалкими, так это ответственные лица. Разве является преступлением то, что они выполняли приказ.

Я вздохнул:

– Хумбаба, все в порядке.

– Черт. Но, хозяин…

– Я сказал, что все в порядке? В любом случае, я пленник. Буду ли я наслаждаться властью, попав в такое малое пространство? Будет ли это место шикарным только потому, что я говорю, что наслаждаюсь тут роскошью? Если король не мог вести себя как король, то, по крайней мере, не стоит ли узнику вести себя как узник?

– Нет, это не так.

Хумбаба говорила с очень озабоченным лицом.

– По крайней мере, тут необходима удобная кровать, если подобные нам собираются зайти туда вместе с хозяином и должным образом насладиться отношениями между мужчиной и женщиной, правильно? Если нам будет приказано совокупляться на куче соломы, тогда, конечно, мы можем это сделать, но когда трешься спиной об солому, она немного кусается…

Ведьмы вокруг закивали головами, говоря: «Мг, мг». Кажется, в этой атмосфере они восторженно соглашались с тем, что говорила Хумбаба.

– …

Я молча потянул Хумбабу за щеку. Щека моей дорогой главы Королевских Стражей растянулась, как сыр на пицце.

– Гехухухух! Гаху, гьяхух!?

Естественно, даже то, как ведьмы вздыхали, было необычно.

Не давая ей послабления, я натянул щеку Хумбабы до предела. Эта девица, интересно, от того ли, что она прожила всю свою жизнь, переживая пытки по несколько дней, но она и бровью не повела от обычной боли.

– Хватит мечтать. Что ты имеешь в виду под тем, чтобы войти туда со мной? Вы все немедленно последуете за Фарнезе и отправитесь на войну. Внимательно слушайтесь Фарнезе и возвращайтесь, когда изловите много людей.

– Как же так.

У Хумбабы было лицо, словно настал конец света.

– Раз хозяин уже в тюрьме, мы хотим насладиться заключением вместе…

– Не мелите чепуху.

– Ах. Или, может, вместо того чтобы вести себя как узники, нам больше подошло бы играть роль тюремной стражи, чтобы соответствовать предпочтениям хозяина? Не волнуйтесь. Несмотря на наш вид, мы абсолютные профессионалы и в поруганиях, и в мазохизме. Какие бы ни были извращенные увлечения хозяина, мы готоооовы искренне служить вам!

– О Боже. Сейчас вы несете бред.

Тц-тц, – прищелкнул я языком.

На полном серьезе, эти девицы были совсем пропащими.

– Фарнезе.

– Мм. Не волнуйтесь, Господин. У этой молодой леди нет никакого желания идти в тюрьму вместе с Вашей Светлостью. Эта молодая леди может только надеяться, что Ваше Высочество послушно отправится в тюрьму сам и насладится жизнью в заключении. Если Вашей Светлости нет, то разве это не значит, что мисс Лазурит единственная, кто может бранить эту молодую леди под предлогом образования? Мгм, какая радость. Если это возможно, было бы прекрасно, если бы Ваша Светлость зашел туда и никогда не вышел.

Фарнезе сама себе кивнула.

– Будьте уверены, Господин. Эта молодая леди передаст пожелания Вашей Светлости мисс Лазурит. Конечно. Эта молодая леди – вечная верная подданная Вашей Светлости. Эта молодая леди может справиться с такого рода хлопотами, как это и требуется.

– …

Это по-своему невероятно досадно…

Почему мои так называемые вассалы впадают из одной крайности в другую? Почему такие прекрасные идеи, как умеренность и сдержанность, совсем не были вбиты в их головы? Какой же грех я совершил в предыдущей жизни, что мне приходится планировать общую идею с такими людьми?..

Несомненно, скорее всего, есть люди с прекрасным талантом и хорошо проинформированные про заключение люди рядом с Принцессой Империи Элизабет. С другой стороны, мой действующий генерал безумный человек-психопат, а глава моих Королевских Стражей – извращенка, которой движет сладострастие, а в мозгах только розовый цвет. Мир несправедлив…

– Хорошо. На что еще я могу надеяться от вас, ребята. Просто хорошо себя покажите на войне. Просто хорошо воюйте. Этого более чем достаточно. Не уходите никуда и не живите, получая лишь взбучки, ладно? Если вас ударят раз, ударьте в ответ дважды. Я верю, что хоть это-то вы сможете сделать. Правильно?

Фарнезе и Хумбаба закивали головами. Повинуясь, они пошли обратно, ответив:

– Конечно. Если что, эта молодая леди планирует рубать головы всем врагам и складывать башню из костей. Начиная с завтрашнего дня, враги будут мочиться в штаны, только слыша имя этой молодой леди. Их моча будет течь и течь, пока наконец вся равнина не будет покрыта жидкостью, чтобы ее запах достиг тюрьмы Вашей Светлости, эта молодая леди искренне надеется на это. Наверно, в этом будет содержаться дочерняя верность этой молодой леди с крысиный хвост.

– Даже если не достигнет, подобные нам лично пойдут и наполнят ею ведра и доставят вам, хозяин, так что не беспокойтесь. Как-никак такие смиренные, как мы, перед тем как поклясться вам в верности, хозяин, зарабатывали на жизнь, будучи курьерами. Раньше мы доставляли экскременты, так что моча – это легко!

– Поскольку я всецело понял, насколько ваше существование близко к сакам и дерьму, я прошу вас уйти наконец…

И Фарнезе, и Хумбаба отсалютовали перед уходом.

Как только эти особы ушли, единственные, кто остались, были командиры Нейтральной фракции и я. Командиры украдкой кидали на меня взгляды так, словно смотрели на сумасшедшего. Хотя я размышлял об оправдании, но было ясно, что разговор об этом лишь усугубит мое падение в преисподнюю, потому у меня не было иного выбора кроме как стерпеть это мерзопакостное чувство.

– Запирайте.

– Да, Ваше Высочество.

Словно ждав этого, командиры поспешили вперед и закрыли железную клетку. От любезности, которую они демонстрировали, когда прежде вели меня, не осталось и следа. Я явно чувствовал, что их лица говорили: «Будет большой проблемой, если мы не затолкаем этого извращенного ублюдка побыстрее в тюрьму».

Ага. Отлично.

Как бы там ни было, это была стратегия.

Не мозолить глаза людям и запомниться несуразным человеком, чтобы тянуть за ниточки континента из-за кулис, вот каков был план с самого начала. Это была правда. У меня действительно все в порядке…

⎯⎯ Бряк.

Послышался звук металла, и клетка для животных закрылась.

Словно став единственным безутешным чудовищем, я беспомощно посмотрел на небо. То небо, с которого на рассвете так мгновенно разразился дождь и которое совсем недавно было чистым, теперь снова потемнело. Хочет ли небо подкрепить землю, которая вскоре будет покрыта кровью, дождем?

⎯⎯ Ууууу…

⎯⎯ Бууууу…

Я услышал звуки горна в отдалении. Казалось, что звуки горна были раскатами грома среди темных туч в далеком мире вдали. Гром прогремел несколько раз, он ударил в места, не имевших ко мне отношения, а те люди сражаются там друг с другом, и им нет дела до меня. Хотя это была война, которую я начал, война была от меня далеко.

– …

Кап.

Внезапно что-то упало с потолка железной клетки.

Холодное.

Я посмотрел на небо.

В прорехах между темными тучами начали падать редкие капли дождя. Дождевые капли, которые, разбрызгивались тем больше, чем ниже падали, они схлёстывались сами по себе, пока не перерастали вскоре в струи дождя.

Я верил, что дождь был похож на струи крови, стекавшие с бьющихся солдат, похороненных здесь на этом поле боя, в то время как их естественная воля была проигнорирована. С тем, что здесь происходило, ничего нельзя было поделать. Однако не горько ли было считать, что с тем, что здесь должно было происходить, ничего нельзя поделать?

⎯⎯ Вжууух, жууу…

Я предвидел, что история, которой я положил начало, начнет развиваться как буря одновременно с дождем. Война, которая там развернется – вся моя. Однако подобно времени, которое показывают часовая и минутная стрелки часов, и времени, которое высвобождалось очень долго, когда играла музыка… поток и безучастные дождевые капли, которые свирепствовали по ту сторону клетки, просто падали сюда по капле за раз. Безразличное ко времени, которое протекало там, мое время тихо просачивалось в мое тело.

– …

Я снял верхнюю часть одежды и капли стали падать прямо на меня. Среди моих одежд был поддерживающий пояс и карманные часы, которые я принес с собой заблаговременно. Карманные часы слегка тикали.

Барбатос, Пеймон, Элизабет и Фарнезе будут свободно передвигаться по полю боя. Однако, когда они все осознают, что время, которое обеспечило их этим пространством, всегда было исключительно моим? Кто первая из них приблизится ко мне? Дождь продолжал идти и смывал пыль с моей кожи, прибивая ее к земле. Война была далеко, но та далекая война была вся моя.

Я был тут в этой тюрьме.

прим. пер.: далее текст идет на черном фоне.

– Эй, если у вас есть уши, тогда слушайте то, что я скажу.

– Хотя, кажется, на самом деле людям понадобилось бы только анальное отверстие, если бы они хотели послушать, что вы хотите сказать. Я считаю, порой бывают люди, слушать которых сплошная трата времени. К сожалению, вы – один из таких людей.

– Я тоже это слышал. Они снова умерли, да?

– Лора де Фарнезе.

– В последнее время я слышу только имя этой суки.

– На войне есть только два типа людей, имена которых широко известны. Те, кто хорошо убивают врагов, или те, кто хорошо убивают боевых товарищей. По крайней мере, это облегчение, что еще не было никого, кто прославился бы убийствами боевых товарищей.

– Позавчера была Бретань, сегодня была Батавия, а, может, все закончиться тем, что завтра это будут Габсбурги или Сардиния. Говорят, что коса «беспощадного жнеца» не различает людей по границам и не спрашивает их, какой они народности.

– Но говорят, что она щадит людей, которые сдаются.

– Да. Я также слышал, что она также регулярно раздает еду!

– Ага, она пощадит вас и даст еду, конечно. Но это после того, как она сдерет кожу с вашего черепа. Говорят, если пойти туда, можно ясно увидеть кучу черепов.  Слышал, что выпуклость на горизонте выглядит так, будто у земли эрекция.

– В любом случае, то, как вы говорите, это действительно пошло…

– Если я пошлый, тогда и вы вульгарны, мудак.

– Вы двое, пошлые вы или вульгарные, это неважно. Если что, это можно применить к обеим сторонам. По правде сказать, невероятно высок шанс того, что это действительно можно применить к обеим сторонам. Важно то, что солдаты…

– Солдаты болтают. Говорили, это классовая борьба? Каждый раз, когда разражается сражение, я слышал, они используют усилительную магию и повторяют ту же самую речь с того дня. Поэтому большинство боев – это случаи, когда войска теряли боевой дух еще до того, как они могли хотя бы начать надлежащее сражение.

– Несмотря на это, она не более чем шлюха.

– Я говорю это на тот случай, если вы не знаете, но солдатам действительно нравятся проститутки.

– Наступает конец света.

– А вы говнюк.

– Та сука.

– Как я сказал, сука.

– Хотя я не уверен, что она пошлая, и я не уверен, вульгарная она или нет.

– В любом случае, сука, и было бы не удивительно, если она и то, и другое.

– Если уж на то пошло, девушка, к которой, кажется, нужно применить и то, и другое.

– Лора де Фарнезе.

– Подобная чуме подруга, которая бывает везде, без нужны побуждая к беспорядку на нашем мирном гуманном континенте.

– Наверно, мать этой суки горько сетовала, дав этой суке жизнь. Ах, как по мне, дать жизнь такой прокаженной, так было бы лучше, если бы она родила дюжину ядовитых змей.

– Прежде всего было бы лучше, если бы она и вовсе не рождалась. Если бы это было так, тогда все были бы счастливы. В мире нет ни единого человека, который был бы рад этой девушке.

– Да, Скорее всего, Владыки демонов, пожалуй, использовав, после того выкинут ее.

– Было бы прекрасно, если бы она сама себя убила.

– Почему она все еще жива?

– Было бы прекрасно…

– Если бы она исчезла.

– Пропала с наших глаз.

– если бы она умерла в этот же миг.

Ты иди ко мне (часть 1)

Признаю. Я сукин сын. Если честно, мне стоить признаться, что я не просто сукин сын, а очень умный сукин сын.

Я был не только самым толковым человеком среди людей, которых знал, я был также самым честным. Точнее, поскольку я был достаточно толковым, чтобы осознавать, что я сукин сын, я был достаточно честным, чтобы признавать один лишь этот факт. Найти личностей, которым присуща и мудрость, и честность, как у меня – редкость.

Если бы кто-то подошел ко мне и спросил, что, по моему мнению, я лучше всего сделал в своей жизни, тогда у бесконечно честного меня, безгранично мудрого меня не было бы иного выбора кроме как ответить таким образом.

Заключение моего отца в тюрьму.

– …

Три дня, как меня лишили свободы.

Сегодня тоже шел дождь. Мои волосы совсем промокли и лезли в глаза. Я оставил их мокнуть. Если бы я откинул волосы в сторону, что бы изменилось? Из-за весеннего дождя мое тело болело изнутри.

Ах, Фарнезе.

Я вижу, что на нас обоих лежит грех скверных отцов, наши разумы искалечены. Почему мы не безумны, когда пытаемся принять мир нашими поврежденными телами? Почему наши колени не подгибаются? Если мы ломаем мир, тогда все, что нам необходимо сделать, это попытаться отбросить вес до того, как наши колени прогнутся, но когда люди увидят, что мы делаем это, они будут критиковать нас за жестокость.

Прошло всего три дня с тех пор, как была провозглашена речь, но я получил информацию, что по вражеской передовой линии уже были широко распространены слухи, что Фарнезе незаконнорожденный ребенок Герцогского дома, ее продали как рабыню, а ее кровная мать была шлюхой.

Даже если клевета о Фарнезе расходилась быстро, то это было ужасающе быстро. Стоит ли говорить, что за этим стоит Принцесса Империи Элизабет? Она не глупа. Она знает, как атаковать подставное лицо. Вот у ж правда, она безупречна…

По возможности я хотел организовать структуру Альянса Полумесяца на день раньше и в оперативном порядке принять меры против Принцессы Элизабет. Больше, чем что-либо еще, нужно было преодолеть нынешнюю трехфракционную структуру, в которой Горная фракция, Нейтральная фракция, Равнинная фракция дробили военную силу. Это было очевидное задание. Трудно было воспринимать этих людей здравыми, поскольку эти люди дробили армию на три части, когда у нас был бы в ней недостаток, даже объединись мы все вместе.

Альянс Полумесяца должен стать единым. Не армией, где центром является Барбатос или Пеймон, Альянс Полумесяца должен быть сформирован вокруг меня. Чтобы это сделать, нужно выполнить три условия.

Во-первых, я должен четко доказать, что я весьма компетентен. Если я не компетентен, тогда исчезнет причина ставить меня в центре Альянса Полумесяца.

Во-вторых, я также должен доказать, что Фарнезе тоже чрезвычайно компетентна. Если бы она была некомпетентна, тогда пропала бы причина назначать ее подставным лицом. Например, ситуация, в которой я буду помилован ценой искупления вины Фарнезе, случилась. Недавнее происшествие принадлежало к такому типу развития событий. Короче говоря, Владыкам демонов еще предстоит осознать компетентность Фарнезе…

И, наконец, в-третьих. Я должен доказать, что Принцесса Империи Элизабет ужасно компетентна. Если бы Принцесса была некомпетентной, тогда причина оставлять Фарнезе и меня в живых, чтобы противостоять ей, была бы уничтожена. Заблуждение, что их самих будет достаточно, чтобы противостоять ей, с большой степенью вероятности распространено среди Владык Демонов. "Атака Подземелья" была продуктом такого будущего, в котором это заблуждение полностью контролировало армию Владык Демонов. Это был такой случай развития событий, которого необходимо избегать любой ценой.

…Конечно, дело в сражении. Сражение было ответом. Вступая в большую битву, давайте докажем им, кто самые компетентные личности этой эры. Я желал величественного и все же комического сражения.

Дитя, скорее одерживай колоссальную победу и возвращайся.

Я о многом хочу тебе рассказать.

Я здесь в тюрьме.

Данталиан, Король Простолюдинов 71-го ранга

06.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

– Эй, кожа да кости. Ешь это и живи. Ты должен есть, чтобы жить.

Примерно вечером.

Ко мне подошла женщина с фигурой, похожей на длинную жердь. Личность, известная как Ситри, Владыка Демонов 12-го ранга, сегодня была в ночном дозоре. Поскольку я был узником с особым статусом и поскольку природа моего преступления была исключительно политическая, в ночном дозоре поочередно стояли по одному Владыки Демонов. Это было весьма роскошное отношение.

Надзор продолжался в течение дня. Вокруг звериной клетки было несколько факелов, но, кажется, они были пропитаны какой-то магией, потому что не гасли так просто, даже будучи залитые дождем. Когда факелы горели ночью, надзиратели хитро смотрели на меня.

За прошедшие 3 дня личности надзирателей были по-своему разные. Некий Владыка Демонов, которого направила Равнинная фракция, казалось, искренне подозревал, что я попытаюсь сбежать, потому он лично держал факел в руке и близко подходил к клетке, чтобы наблюдать за мной вблизи. Кажется, они искренне верили, что я совершил государственную измену, но на самом деле я был рад тому простодушию.

На случай, если я собираюсь сбежать, на случай, если я общался с внешним миром, или если бы ничего из того не произошло, тогда на тот случай, если я спокойно наслаждался своим временем тут, после того, как втайне получил от одного из других стражей некую роскошь или распутство, что узникам никоим образом не позволялось. Ни разу не мигнув, надзиратель продолжал наблюдать за мной. Большой мужчина, который представился как Белет, был Владыкой Демонов 13-го ранга.

Люди из Нейтральной фракции осуществляли надзор спустя рукава. Они открыто обещали, что будут обеспечивать меня особой едой и перекусами, если я их об этом попрошу. В некотором роде они заявляли, что я, Данталиан, совершил преступление, но с другой стороны, и не совершил, следовательно, определение, какая сторона была права, зависело от переговоров между Равнинной фракцией и Горной фракцией. На данном этапе, поскольку я не преступник, но даже если это и так, это не делало меня преступником, им не нужно было меня наказывать, но и не было необходимости меня обслуживать. В результате этого они утверждали, что если это нечто простое, как подать мне еду, то они по крайней мере в этом могут проявить свою доброту. Я вежливо отказался от их доброжелательности.

Горсть соломы для сна.

Неудобный и тяжелый деревянный стул.

Вот и все, чем меня обеспечили.

Я проводил время, смотря на дождливое небо. Иногда Лазурит или Фарнезе приходили ко мне, чтобы отчитаться, что происходило по сей день. Хоть Лазурит пыталась лишить меня жизни, к сожалению, между нами были крепкие металлические прутья. Лазурит отчитала меня, потому что я ухудшил ситуацию, когда проблема была не в том, чтобы я из кожи вон лез, чтобы меня посадили в тюрьму. Я пожал плечами и больше ничего не сказал.

Если бы я говорил честно, то я чувствовал себя в безопаснее и удобнее в тюремной камере, чем снаружи. Я был несусветная сволочь. Единственное, что мне требовалось, это или место для сна радиусом 3 метра, или весь мир. Относительно того, с какой стороны накопилось меньше стресса, первое было рангом выше, чем второе. Говорю вам: это рай. Рай.

– Хотя ты мне правда-правда не нравишься. Несмотря на это, я считаю, что кто-то не должен оставаться голодным лишь потому, что он не нравится кому-то другому.

Владыка Демонов Ситри, которая вызвалась добровольцем быть надзирателем в третий день, была близка к Пеймон. Мы с ней во многом были глубоко связаны. Ситри была свидетелем того, как я сокрушил Пеймон на слушании процесса по подготовке к этой войне, она отправила своих подчиненных, чтобы создать мне препятствия. И хотя я впервые встречался с ней лично, я был с ней знаком.

Соответственно, даже на континенте демонов, где, как говорится, много извращенцев, Ситри была женщиной, известной как извращенка высокого класса, поскольку она совершила все виды извращенных действий. Из того, что я слышал, она не только стала гермафродитом, но была сумасбродная запись, в которой говорилось, что она переспала с представителями каждой расы, и с каждым полом каждой расы, которая только существует на континенте демонов. Большинство Владык Демонов были такими.

Ситри оторвала кусок хлеба и протолкнула его мне между прутьями.

– Вот.

– У меня есть тело, однако даже если я ничего особо не ем, оно в порядке.

– Я слышала от людей, которые присматривали за тобой вчера. Они сказали, что ты ничего не ел ни вчера, ни позавчера, не так ли? Не делай так. Даже если мы, Владыки Демонов – ребята, которые прекрасно обходятся без еды, тебе нужно что-то съедать хотя бы раз в два дня. Знаешь, если ты не будешь этого делать, тогда ты потеряешь его.

Что она имела в виду под потерей чего-то?

Я склонил голову.

– Потеряю что?

– Твой смысл жизни.

Ситри смотрела на меня, оставаясь в позе, когда она протягивала мне кусок хлеба.

– Хорошо, вот ты ничего особо не ешь, да? И мало спишь, да? Есть определенное число Владык Демонов, которые стали овощами, потому что привыкли так жить. Почему, как ты думаешь, только половина всех Владык Демонов участвует в Альянсе Полумесяца?

За этим может стоять политическая причина.

Ситри помотала головой.

– Я тупица, потому на самом деле я не понимаю таких сложных вещей. О таких вещах, как политика, думать и размышлять будет Старшая Сестра Пеймон. Но есть ребята, которые полностью теряют свое выражение лица после того, как целый месяц поживут на одной жидкости. Знаешь ли ты, что те ребята действительно интересные? Они реагируют, если коснуться их тела, но даже если ты пощекочешь их или ударишь, их лица останутся бесстрастными, пустыми. Думая, что их выражения лиц вернутся, я даже пыталась насиловать их, но ничего не изменилось. Ничего не возвращается, как было прежде.

– …

– Ешь. Ты сможешь жить, если будешь есть.

Я осторожно взял кусок хлеба.

Только тогда Ситри удовлетворенно кивнула. Затем она села прямо на землю и съела свой кусок хлеба. Каждое из ее действий действительно казались варварскими. Самая роскошная леди среди Владык Демонов была Пеймон, и все же люди, которые ее окружали, были вот такие. Это удивляло.

Ты иди ко мне (часть 2)

– …

Чуть поодаль стояли два стражника. По всей видимости, чтобы скрыть свои личности, они были с головы до пят одеты в белую военную форму. Они ничего особенного не сказали, даже когда увидели, что Ситри так неучтиво садится. Наверно, это значило, что это было ее обычное поведение, эту Владыку Демонов звали Ситри.

– Вы с той сукой Барбатос друзья по сексу, да? Как оно? Она ведет себя хоть немного сдержаннее, когда занимается сексом?

Я пожал плечами.

– Это вопрос, который серьезно посягает на личную тайну.

– Нет, потому что это удивительно, действительно удивительно. Хотя интригует то, что среди Владык Демонов Барбатос завела себе друга по сексу, но да. Это оно, знаешь? Оно. Ты недурно живешь, занимаясь сексом с такой сукой – таким чувством? А ты знал, что все, с кем она зашла так далеко, за исключением одного человека, все они умерли от ее рук?

Барбатос.

Не мне это говорить, но вам стоит немного следить за мнением широкой общественности о вас.

– Но я такое слышу впервые. Тот факт, что она убила всех своих любовников. Это интересно. А можно рассказать мне в деталях?

– Ну да. Но когда я думаю об этом, это тоже серьезно посягает на личную тайну, знаешь ли?

Ситри попутно жевала хлеб.

– Если я раскрою чью-то личную тайну, тогда я буду единственной, кто станет паршивой сукой. Поэтому ты первый расскажи мне, как оно заниматься сексом с Барбатос. Если уж становиться паршивой сукой, то вместе.

– …

Ситри, Владыка Демонов 12-го ранга, была личностью, которая точно поняла, как торговаться…

Нет, прежде всего, я мужчина.

Не знаю на счет паршивого ублюдка, но я не могу стать паршивой сукой.

Как только я указал на это, Ситри нахмурила брови.

– Шклявотина, когда ты называешь кого-то сукиным сыном, ты называешь его так, потому что считаешь, что он действительно дитя собаки?

– Нет.

– Тормозом ты называешь того, кто на самом деле тормозом не является, правильно?

– Да.

– Тогда «сукин сын» и «тормоз». Извини, но можешь ли ты сказать мне причину, почему я могу обругать тебя, называя сукиным сыном и тормозом, но не могу называть паршивой сукой?

Я не смог ответить.

Как результат, я был загнан в положение, когда мне пришлось дать красочный рассказ, а также описание, как оно было заниматься сексом с Барбатос. Не знаю, как оно выглядело в конечном результате, но я сделал это. Я прочистил горло.

– Для начала, мисс Ситри, у Барбатос весьма яркое разнообразие выражений лица. Даже если она обычно ходит, уверенно смеясь, в постели она другая. Конечно, мы занимаемся этим не только в постели, на полу, где-то, где можно что-то схватить или же где ничего нельзя схватить, поскольку мы совокупляемся свободно, строго говоря, это можно видеть в том, что Барбатос появляется с разной внешностью в невероятно многочисленных разных местах. В этом отношении Барбатос не паршивая сука, которая только ходит и смеется, как все предполагают.

– Хо-хо.

Ситри кивнула головой. От вида ее глаз, сверкающих от предвкушения, казалось, словно она была какой-то ученицей средней школы, которая ревностно слушает урок по сексуальному образованию.

– И что?

– Во-первых, все зависит от того, кто берет на себя роль хозяина, а кто решает взять роль раба на тот день совокупления.

Я объяснил.

– Даже если положение лидера немного изменяется каждый день, согласно общему соглашению, которое мы заключаем непрямо или открыто, испражнения запрещены, но золотой дождь в порядке вещей…

Я объяснял.

– В связи с этим, поскольку число заклинаний, которые Барбатос придумала сама, довольно солидное, она свободно может контролировать степень чувствительности и степень того, что можно вытерпеть за пределами возможностей.

Я продолжал объяснять.

– …

По мере того, как объяснение продолжалось, глаза Ситри, которые некогда сверкали, тускнели и мрачнели, пока наконец не стали совершенно противоположными, другими словами, они потемнели и уже больше не светились интересом, а наоборот мерцали презрением, как глаза мертвой рыбы. Выблевав два раза и прочистив свое нутро, Ситри заговорила.

– Ууух… Вы, ребята, и правда упоротые…

Это была чрезмерная критика.

– Ты и правда хочешь жить, делая это? Нет, неправильно. Ты и правда хочешь делать это, пока ты живешь? А ты не можешь забавляться немного нормальнее?

– Хоть я и хочу этого, кажется, Барбатос не любит привычные вещи.

– Не смеши меня. Когда ты мне все это описывал, твое лицо было полно жизни, а твой голос звучал так, будто ты радуешься. Вы двое оба серьезные извращенцы.

Это была нелепая клевета.

– Ох, как же мне теперь с этого момента смотреть на лицо этой суки Барбатос? Не буду ли я вспоминать твое объяснение каждый раз, когда вижу ее? С таким лицом, с таким мелким телом… О боже. Эй, что именно ты мне сейчас тут рассказал? Зачем ты мне рассказал нечто подобное? Ты хочешь умереть?

– Вот те на. Я озвучил свой отказ рассказывать вам детали, но разве мисс Ситри не настаивала, чтобы я все равно рассказал?

– Даже я не ожидала, что все будет настолько. Хотя в какой-то момент я действительно рассматривала шанс того, что где-то в мире могут существовать подобные извращенцы, я не могла ожидать, что ими окажетесь вы двое. Даже если бы такие извращенцы существовали, я считала, что стоит их воспринимать умом, свободным от предрассудков, но после знакомства с одним лично, не думаю, что я смогу. Прости, но не мог бы ты немного умереть?

Она была абсурдным человеком.

Теперь был мой черед спрашивать.

– Мисс Ситри, теперь ваша очередь рассказывать мне. Это правда, что Барбатос разделалась с каждым из своих любовников собственными руками?

– Не со всеми. Я говорила о всех, за исключением одного.

– Разве это не одно и то же?

– Мм.

Ситри почесала затылок.

– Ну, разве возможно это ее способ расправляться с собственными слабостями? В сущности, Барбатос не доверяет людям. Ее много предавали, и она много предавала других. Но разве отношения любовников не такие, в которых одна сторона может быть легко предана, а также может легко предать другую сторону? Если тебя предадут в любом случае, тогда твоему разуму будет немного спокойнее, если ты предашь первый.

– Это звучит как экстремальное предположение…

– Я пытаюсь сказать вот что.

Ситри вздохнула.

– Она использует черную магию чертовски хорошо, правильно? Изначально Барбатос не была магом, она была воином. Но однажды во время войны ее очень сильно предали, так что это сделало ее некромантом.

– Какая связь между тем, что тебя предают, и тем, чтобы стать некромантом?

Ситри наклонила голову.

– Трупы, я говорю о трупах. Ты знаешь, что черной магией можно контролировать трупы? Трупы, которые уже умерли, также никогда не предадут тебя.

– …

– Мне известно то чувство, которое у тебя сейчас. Она действительно ненормальная, да? Поэтому она мне не нравится. Я понимаю, что предательство, наверно, должно быть шоком. Однако, как мне стоит сказать об этом. Это оно, то чувство.

Это было радикально.

Теперь, когда я думаю об этом.

Теперь, когда я оглядываюсь на это.

В ту ночь, когда был сильный снегопад, после того как она тайком разбудила меня и вытянула на улицу, Барбатос показала мне, как поднимается ее армия мертвецов, словно старалась выставить себя напоказ… Что же происходило в тот момент в ее голове?

Какой же был скрытый мотив за торжественной демонстрацией мне, тому, кто как ее любовник был в самом незащищенном положении, чтобы предать и быть преданным ею, солдатов, которые абсолютно никогда не пойдут против нее.

Ситри заговорила:

– Можно получить шрамы, пока ты проживаешь свою жизнь. Но что там с людьми, которые пытаются ранить мир в ответ только потому, что им причинили боль? Разве это не диаметральная противоположность? Поскольку меня ранили, мне стоило больше стремиться к миру, где другие люди не будут травмированы. Люди должны получать хорошее отношение.

Конечно.

Я понял.

Она была другая по сравнению с нами.

День, когда она сможет понять Барбатос, меня, Лазурит или Фарнезе, скорее всего, никогда не настанет. Это непонимание не было ни печальным, ни неблагоразумным. Оно было прекрасным и рациональным. Для нее было хорошо жить так, как она живет.

Впервые за долгое время я довольно улыбнулся.

– Я вижу, мисс Ситри хорошая.

– Гм?

– Было бы прекрасно, если бы в мире были только такие люди, как вы. Однако тут ничем нельзя помочь. Барбатос – сильная женщина. Если случилось какое-то происшествие, которое смогло полностью изменить Барбатос, хотя я не знаю, что это было, наверно это было нечто ужасное. Тут ничего нельзя сделать. Прошу вас, проявите немного понимания.

– …

Ситри уставилась прямо мне в лицо.

– Ты, да ты хоть знаешь, в какой ситуации ты сейчас находишься? Это то же самое, что Барбатос заперла бы тебя лично. Так почему же ты защищаешь ее?

– Я никого не защищаю. Я просто признаю тот факт, что нечто неизбежное неизбежно. Я считаю себя сукиным сыном, но в то же время, я честный сукин сын. То, какой есть этот мир, неожиданно сложно.

Я слегка усмехнулся.

– Я чувствую, что пришло время спросить. Мисс Ситри, я прошел?

– Прошел?

– Я спрашиваю, считаете ли вы, что будет хорошо не убивать меня. Прошу вас, не разыгрывайте незнание. Разве вы не добавили яд в тот кусок хлеба, который дали мне?

– …

Ситри на мгновение замерла.

Вокруг нас надолго залегла тишина.

Ты иди ко мне (часть 3)

Тяжелый дождь сменился изморосью, от чего казалось, что небо посыпает землю солью. Я снял верхние одежды и вытер тело рваным полотенцем. Даже если я позволял дождю хлестать себя, время от времени мне приходилось вытираться, чтобы не подхватить простуду. Причина, почему мне было холодно изнутри, крылась не только в дожде.

Ситри раскрыла рот:

– Как?

– Любопытно? Было довольно много знаков. Прежде всего, вы подошли ко мне, обращаясь в слишком дружелюбной манере. Вы разделили хлеб на две части и вручили мне одну половину, в то время как вы, мисс Ситри, лично съели вторую. Это поведение, которое обычно между людьми, которые близки между собой, как члены семьи. С другой стороны, отношения между мисс Ситри и мной… Мм, не слишком благополучные.

– …

Ситри была близка к Пеймон. С точки зрения Ситри было бы не лишним предположить, что я был политическим врагом Пеймон. Но Ситри подошла ко мне, который был такой личностью, и дружелюбно вручила кусок хлеба?

Можно просто рассматривать ее как столь великодушную особу, которую не волнуют пустяковые вещи. По правде сказать, это позитивное мировоззрение. Печально, что с момента моего рождения я был ублюдком, который едва ли помнит, чтобы он смотрел на мир позитивно. У нее был некий скрытый мотив. Разумно было прийти к такому выводу.

Например, как намерение съесть тот же хлеб, чтобы не было подозрения в отравлении пищи.

Таким образом, я сделал свое предположение.

Я делал так с раннего детства.

– Далее та часть, когда вы блевали, услышав про непристойные шалости между Барбатос и мной. Я не глухой. Я помню, как слышал разговоры людей о том, что вы, мисс Ситри, весьма извращены. По сравнению с такой личностью действия, производимые между Барбатос и мной, скорее всего, не более чем детская игра. Несмотря на это вы выблевали все напрочь… Я могу оценить это лишь как то, что вы намеренно исторгли то, что было в вашем желудке.

– …

– Я не знаю, что за причина стоит за вашим отравлением меня, но давайте спокойно обсудим это сейчас. Для начала, противоядие. Он ведь у вас есть, верно? Если не сочтете за грубость, тогда передайте мне его, пожалуйста. Хоть у меня довольно большой опыт отравлений, конечно, там, где ничего нельзя поделать, ничего не поделаешь. Я не могу отказаться от своего желания жить.

Ну же.

Я высунул руку.

Ситри смотрела на мою руку с застывшим выражением. Это было немного тревожно, так как единственное, что она продолжала делать, это тупо смотреть на меня. Разве она не планирует дать мне противоядие? Несмотря на то, какой я, я мужчина, который считающий, что его смерть может случиться только от руки Лазурит или Элизабет. Если бы меня отравил какой-то побочный персонаж вроде тебя, это было бы гнусно по отношению к тем двум девушкам.

– Ладно, я сейчас закричу. Вон те стоящие там стражи, скорее всего, прибегут сюда. Тогда все будет кончено. Поскольку я засвидетельствую, что мисс Ситри пыталась убить меня ядом, а мисс Ситри близкий помощник Ее Превосходительства, Пеймон, так что за это преступление будет привлечена к ответственности вся Горная фракция. Вы хотите, чтобы это случилось?

– …

– После того, как военный трибунал отклонили, Владыка Демонов, взятый под опеку трех фракций вместе, был убит одним их главных членов Горной фракции. Как прекрасно. Я прям ясно вижу, как об этом кричат по всему континенту демонов. Ага, конечно, если вызывать потрясение – хобби мисс Ситри, тогда я не буду вас останавливать. Это хорошо. Хаос. Мне он тоже довольно сильно нравится.

Ситри крепко закусила губу.

Она скользнула рукой в карман плаща и вытянула стеклянный пузырек. Светло желтая жидкость, похожая на натуральный мед, плескалась в бутылочке. Я получил стеклянный пузырек и глотнул жидкость одним глотком.

Мм, какой гадкий вкус. Оно действительно было скверным на вкус. Почему много видов ядов на вкус приятные, а все их противоядия просто отвратительны на вкус? Вот загадка.

– …Прежде всего, хочу сказать, это не имеет абсолютно никакого отношения к старшей сестре Пеймон. Я сделала это не подумав.

– Хорошее оправдание. По крайней мере, для моих ушей оно звучит правдоподобным оправданием. Я буду лично надеяться, что и другие Владыки Демонов во время суда услышат это так же, как услышал я.

Это был именно тот момент.

Один из солдат, стоявший на страже в небольшом отдалении от тюрьмы, сбросил свою белую военную форму. Как только военная фуражка спала, и мантия высвободилась, человек, который там стоял, оказался, к моему удивлению, Владыкой Демонов Пеймон. На ее лице было заметно паническое выражение. Происходившее до сего момента уже было достаточно интригующим представлением, но то, что Пеймон сказала Ситри, еще больше стоило того, чтобы это увидеть.

– Ситри, ты!.. Ты сказала, что хочешь на минуту проверить его, чтобы увидеть, что он за человек, но ты использовала яд! Разве у проверки было такое значение!?

Ситри почесала затылок.

– Хаа. Сестра, как и ожидалось, мне не нравится этот парень. От него исходит какой-то запах. Запах гниющего трупа. Само собой разумеется, что поскольку сестра лидер Горной фракции, то у меня нет и малейшего права не соглашаться, но…

– Дура! Проблема сейчас не в этом!

Пеймон поспешно подбежала к клетке и склонила голову. Не раз. Два раза, три раза, четыре раза, словно она буквально пыталась подтвердить, насколько ее существование сейчас было близко к земле, она склоняла голову множество раз.

– Эта леди приносит свои извинения, Данталиан. Этой леди искренне жаль. У Ситри не было плохих намерений. Просто, когда что-то касается этой леди, это дитя становится странно взвинченным… Эта леди просит Вашего прощения. Эта леди сделает все возможное, чтобы принести свои извинения, потому прошу вас, простите Ситри…

– Не было никаких плохих намерений, да?

Я спокойно смотрел на пылкие извинения Пеймон.

Я не чувствовал себя раздраженным лишь потому, что меня чуть не отравили секунду назад. В политическом кругу неудавшаяся попытка убийства – наиболее позорное преступление. В зависимости от того, как я ее использую, она была бесконечно ценной.

Прежде всего, я даже отдаленно не доверял Пеймон. После этого случая у меня не было причин быть шокированным, даже если она использует такие средства, как яд.

– Не прошло еще и года с тех пор, как я получил извинения от Вашего Высочества Пеймон во время Вальпургиевой ночи. Тогда Ваше Высочество пытались убрать меня в политическом плане. Поскольку клевета не сработала, так теперь яд и убийство? Как чудесно.

От начала и до конца я говорил саркастически и спокойным голосом. Лицо Пеймон побледнело.

Прошло три дня с тех пор, как началась война. Я слышал, что за те несколько дней Пеймон довольно хорошо показала себя, столкнувшись с имперской армией Франкии. Хотя им еще предстояло провести решающее сражение, можно было ясно говорить, что она достигла прекрасных результатов. Барбатос показывала совершенно противоположное от хороших результатов, неся огромные потери при столкновении с имперской армией Габсбургов.

Однако попытка убийства содержала в себе взрывную силу, которая могла нанести огромные потери в одно мгновение. С точки зрения Пеймон это ничем не отличалось от ночного кошмара.

– Данталиан, эта леди говорит правду. Потому что эта леди просто хотела официально принять тебя, Данталиан, в Горную фракцию. Прежде чем эта леди смогла поговорить с тобой, Ситри попросила у этой леди позволить ей первой поговорить с тобой, чтобы определить, что ты за личность…

– Я вижу, что вы в Горной фракции отравляете людей и смотрите, как долго они могут вытерпеть, чтобы оценить их характер. Поразительно.

– Данталиан…

Пеймон смотрела на меня с таким лицом, будто она в любой момент могла упасть. Она медленно опустилась на колени. Земля, мокрая от дождя, испачкала ее юбку грязью. Увидев это, Ситри нахмурилась.

– Сестра, ради такого типа, ты не должна.

– Закрой свой рот. У тебя нет права говорить. – Пеймон холодно отрезала слова своей близкой помощницы. – Данталиан. Эта леди понимает, что она не кажется вам особой, заслуживающей доверия. Да, эта леди сомневалась в вас и прежде несколько раз клеветала на вас. Тем не менее, уверяю вас, что нет ни капли скрытого мотива за этим предложение принять вас под флаг Горной фракции. Если вы скажете этой леди доказать это, она это сделает. Поэтому, прошу вас выслушать, что скажет эта леди.

– …

Чудесно.

Чудесно было то, что актерская игра Пеймон была столь поразительной, что казалось, будто ее слова сейчас были страстно искренними. Ее наглый характер, который поддерживал ее актерские способности, был невероятен. Мой Бог. Если бы это был кто-то другой, к этому моменту, наверно, он был бы уже полностью одурачен.

Поэтому эта женщина.

Она не только пыталась сфабриковать нечто смехотворное, как распространение мной болезни, она также пыталась использовать врага, продав артефакт памяти Принцессе Империи Элизабет. Она намеренно отказалась от военного трибунала, чтобы стать между мной и Барбатос, и если нужно, эта женщина была той, которая осмелится прибегнуть к яду. И все же она ожидала, что я поверю ей, когда она заявляла, что ни за одним из действий не было злых намерений.

Разве это не было прекрасно? Даже мой отец не мог стать столь откровенно бесстыдным. Я невольно горько улыбнулся.

– Прошу, встаньте, Ваше Высочество. Это недостойно.

– Прошу прощения?

– Есть ли какой-то смысл в том, чтобы Ваше Высочество заполучило меня в Горную фракцию? Неважно, как сильно Ваше Высочество презирает Барбатос, вы хотите зайти так далеко, лишь чтобы ослабить ее? Конечно, это не то, что мне стоит говорить, раз я сам добровольно попросил провести надо мной суд, потому что я знал, что Ваше Высочество поведет себя таким образом.

Это было так. В плане использования эмоций людей мы с Пеймон были одинаковы. Однако несмотря на то, что она была такая, проблема была в том, что Пеймон продолжала вести себя словно была независимой и праведной во всем своем одиночестве.

Ты иди ко мне (часть 4)

– Мне искренне любопытно. Приятно жить вот так?

Имей гордость как хитрый влиятельный человек, Пеймон.

Мне известно, что ты души не чаешь в своих подданных. Однако, будь то злодей, который использует хорошего человека, или хороший человек, который использует злодея, если ты использовала кого-то по своему усмотрению, тогда в тот момент мы оба уже стали интриганами. Разве мы оба не чудовища, нелюди, у которых есть зубы, которыми можно отрывать значительные куски чьей-то плоти?

Пеймон умоляла.

– Нет, это неправильно. Вы в корне что-то понимаете не так. Даже касательно Барбатос, тут какое-то большое недоразумение… Сейчас, именно сейчас это ваш последний шанс. Вы должны схватиться за руку этой леди. Барбатос действительно избавится от вас, воспользовавшись этой возможностью.

– …

– Ситри тоже это сказала. Барбатос, это дитя не оставляет в покое тех, кто знает о ее слабостях. Барбатос в совершенстве владеет актерским мастерством. Скорее, если вы не присоединитесь к Горной фракции и не укрепите свое положение, вы в мгновение ока будете вынуждены искупать свою вину и…

– Разве мое отчуждение в подобный момент этим не является? – громко вздохнул я.

Пеймон вздрогнула.

Этого не будет.

Я пошарил в своей одежде, снятую ранее, и достал карманные часы. Доказательство, перешедшее из рук Хумбабы к Пеймон, из рук Пеймон  к Принцессе Империи Элизабет, а из рук Принцессы Элизабет – в мои.

– …Это.

Это был предмет, знакомый даже глазам Пеймон. Зрачки ее красных глаз подрагивали. Я кивнул головой и показал ей карманные часы.

– Ну и ну. Оказывается, вам довольно хорошо известен этот предмет, Ваше Высочество. Возможно, вы вспомнили момент, когда в последний раз видели его?

– …

– Да, прошу вас, встаньте и посмотрите поближе. Это Артефакт памяти. Секрет и происхождение моего действующего генерала, мисс Лоры де Фарнезе, содержится в этом предмете. После переговоров Принцесса Империи передала это мне. Принцесса Империи – умный человек. Использовав этот секрет, она, несомненно, унизила бы достоинство Фарнезе. Более того, политический удар, который получит мой действующий генерал, скорее всего, передастся и непосредственно мне.

Я оживленно говорил, будто рассказывал ей занятную историю. Однако по мере того, как звучали мои слова, лицо Пеймон просто все больше застывало.

– Я не уверен, кто это был, но, кажется, кто бы ни подарил это Принцессе Империи, он весьма сильно ненавидел меня. Печально. Не помню, чтобы я когда-то совершал какой-то особенный проступок, чтобы стать предметом такой неприязни… Поэтому, даже если я не хочу, чтобы это случилось, между этим человеком и мной формируются враждебные отношения. Разве не так, Ваше Высочество?

– …

Что с лицом, Пеймон? В мире не так много вещей, столь же захватывающих, как процесс самопознания. Следовательно, если обнаженное лицо, которое вы только что в себе открыли – лицо ужасно мерзкой святоши, то это ваша истинная натура. Если вы не в состоянии любить себя саму, тогда кто же может дорожить вами?

Отлично. Я, как и ожидалось, любил свою собственную жизнь, в которой сходил с ума по власти. Причина, по которой мы любили жизнь, была не в том, что мы были знакомы с жизнью, а в том, что мы были знакомы с любовью. Даже ты однажды полюбишь свое лицемерное я.

Уголки моего рта поднялись.

– Не волнуйтесь. Я тоже не дурак. По крайней мере, я знаю, почему Принцесса империи вернула мне такую бомбу. По всей видимости, она надеялась, что я подниму это как проблему и вызову внутреннюю борьбу в Альянсе Полумесяца. Принцесса тоже весьма выдающаяся личность…

В тот день, когда я провалил переговоры и вернулся в свой лагерь, я был весьма удивлен, когда увидел содержимое карманных часов. Я был весьма тронут упрямством Пеймон, которая неуклонно пыталась избавиться от меня. Это была не шутка. Возможно, Пеймон перемахнула через логику и смогла ощутить это благодаря интуиции.

То, что личностью, которая управляла этой эрой, был я, Данталиан.

Пеймон первая среди авторитетных лиц почувствовала это. Поэтому она так пыталась избавиться от меня…

Удивительный дар предвиденья. Я высоко это оценю. Однако ты совершила ошибку. Вместо того чтобы попытаться изгнать меня, тебе следовало попытаться всего лишь втянуть меня внутрь. По крайней мере, подобно тому, как сделала Барбатос, тебе стоило наладить партнерские отношения, где обе стороны использовали друг друга.

В то время, когда я еще казался слабым соперником, твоей грубой ошибкой было неожиданно показать зубы. Слабый никогда не забудет заносчивость сильного.

Ну же.

– Ваше Высочество Пеймон.

Вот и открылось напрямую то, что ты предатель, продавший меня. Что ты будешь делать теперь? Лично мне ужасно любопытно, как долго может длиться твоя беспардонная наглость.

– Возможно, вы еще желаете что-то сказать мне?

– …

Пеймон опустила взгляд. Она не сразу подняла голову. Даже отсюда я видел, как ее губы раскрылись, сомкнулись, и снова раскрылись.

Вслед за этим Пеймон тихо пробормотала:

– … простите. Потому что эта леди.

Дрожащим голосом, который словно шел из самой глубины сердца.

– Потому что эта леди несведущая… Потому что она бесконечно несведущая, эта леди сожалеет…

Это были как бы странные слова для извинения.

Пеймон больше не пыталась умолять и не оправдывалась. Она просто встала с опущенным взором и ушла. Край ее накидки, который испачкался из-за дождя, тянулся за ней, как отлив.

– …

Ситри, виновница сегодняшнего происшествия, взглянула на меня без эмоций на лице и сразу же последовала за Пеймон.

И вследствие этого единственное, что осталось рядом со мной, опять была охапка соломы, ветхий деревянный стул и две лужи грязной воды, которым еще нужно было просохнуть. Когда все ушли, я наконец смог облегченно вздохнуть. И хотя это была жизнь, в которой мало что было, я был доволен этим.

– Хаа.

Разве сейчас дело во времени?

Я посмотрел вверх на темное ночное небо.

Хотя Пеймон настаивала, что я что-то не так понимал, напротив, именно это я и хотел ей сказать. Не только Пеймон, но, кажется, и Барбатос тоже упрямо не понимали одного. Подобно тому, как, казалось, Пеймон считала, что это была война, с которой она должна разобраться, Барбатос, казалось, думала, что это война, которую она начала. К сожалению, они обе ошибались. От начала и до конца эта война была моя.

Нужно было заставить их понять это.

Если они планировали отдалить меня от войны, пусть будет так. Попытайтесь убрать меня подальше. Однако завтра они поймут.

Реальность такова, что даже если я не приближаюсь к войне, она с большим удовольствием приблизится ко мне.

Фарнезе.

Наш час настал.

Ты иди ко мне (часть 5)

Лора де Фарнезе, Одинокий Меч Короля, человек

7.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, центр Армии Альянса Полумесяца

Власть за кровь.

Кровь за власть.

– …

Эта молодая леди долго смотрела на флаг.

Флаг Его Светлости. Пословица, вышитая серебряной нитью. Эти строки стали основой, которая связала нас и Его Светлость вместе. Мне не были неприятны те слова, источающие привкус и аромат тела Его Светлости.

Мы не только обучили 7000 элитных солдат за эту студеную зиму. Его Светлость даровал нам, вассалам, форму и создал новую максиму. В то время как эта молодая леди обучила 7000 совершенно отдельных солдат, Его Светлость объединил всех в единое подразделение. Обучение этой молодой леди и объединение Его Светлости переплелись вместе и к тому времени, как наступила весна, мы сформировали одну сильную армию, отличную от других.

Хумбаба, глава Королевской Стражи, промолвила:

– Вот, кажется, сегодня мы снова пойдем сражаться без хозяина.

– В этом нет никакой проблемы –спокойно говорила эта молодая леди. – Честно говоря, Его Светлость не особо полезен во время сражения. Он весьма посредственный и может считаться мудрым, лишь когда распространяет правила. Так как Его Светлости нет, должно казаться, будто у нашего войска отрубили голову, но по большей части ощущается, будто отсекли хвост, отчего наше тело стало легче.

– Ахах. Я говорю это только потому, что нашего хозяина здесь нет, но хотела бы я сказать, что думаю так же! – загоготала Командир Королевской Стражи.

Ее смех, если бы эта молодая леди поставила перед собой цель выразить словами, содержал в себе нечто, что можно было описать как безумное. Строго говоря, даже слово «безумное» на самом деле было неверным. Она не то что бы была безумной, но она сама по себе была безумием. Если бы эта молодая леди призналась честно, то среди всех, кто служил под началом Его Светлости, эта молодая леди была единственным вассалом, который был хотя бы в здравом уме.

Мисс Лазурит больше походила на невероятно умное дикое животное, чем на человека. Начиная с Хумбабы, лидера Королевской Стражи, все до единой ведьмы были пернатым животным, всецело одержимыми похотью. Его Светлость, который заботился о таких вассалах с обеих сторон, был буквально чудовищем среди чудовищ и королем среди диких зверей. Повинуясь порыву, образованный человек, как эта молодая леди, поймалась в этот чрезвычайно опасный зоопарк, так что это было довольно ужасающе.

О, студеная зима. Хотя зима миновала, погода оставалась холодной. Для жизни такой умной женщины, как эта молодая леди, ветер здесь был леденящий…

Командир Королевской Стражи широко улыбнулась и повернулась в эту сторону.

– Итак. Дорогой достопочтенный действующий генерал? Где нам стоит наделать шороху прежде всего?

– Гм.

Эта молодая леди взглянула на поле боя.

Со стороны Альянса Полумесяца и Крестоносцев друг другу противостояло, как ни странно, в общей сложности 200.000 солдат, что было довольно масштабно для проведения ожесточенных сражений. Однако в реальности все было несколько иначе. В Альянсе Полумесяца силы были разделены на Равнинную, Нейтральную и Горную фракции. Каждая группа, соответственно, сражалась сама по себе. У Крестоносцев было точно так же. Каждая их нация управляла своей армией отдельно, сражаясь против нас.

В результате этого подразделение численностью 7.000 солдат, которым командовала эта молодая леди, стало отдельной армией, мы шли через бои, разворачивающиеся на поле, и врезались во вражеские силы тут и там.

Вчера мы смели рыцарей Королевства Бретани. Позавчера мы вырезали трех графов Империи Франкии. За день до того было полчище Республики Батавия. Благодатное поле боя, где было радостно собирать награбленное. Ах, как прелестно. Эта молодая леди блаженствует. Эта молодая леди была уверена, что она родилась в этом полном сожалений мире, чтобы принести сюда хаос.

Скорее всего, Крестоносцы начали ненавидеть эту молодую леди.

Настало время перестать валять дурака и собрать урожай ненависти.

– За последние несколько дней эта молодая леди снова и снова разбивала человеческие армии. Вопреки тому, что они стоят хаотичными группами, разделенными по нациям, если то, что у них прикреплено к шее, это головы, они будут планировать совместную операцию.

– Аха. Так армии соединятся и будут вместе составлять план, как охотиться на нас, да? Для нас не будет преимуществом поменять позицию охотника на позицию жертвы.

Эта молодая леди кивнула головой. Эта молодая леди думала так же, поскольку у нее не было хобби, чтобы ее выслеживали.

– Его Светлость отдал этой молодой леди приказ. Не сражаться против Принцессы Империи Габсбургов. Другими словами, Его Светлость не хочет, чтобы мы одержали решительную победу, и также не хочет, чтобы мы прикидывались, будто потерпели решительное поражение.

– И?

– Хаос. Только это, – заявила эта молодая леди.

– Его Светлость желает, чтобы по равнине распространился только хаос. Вот приказ, отданный Его Светлостью.

Эта молодая леди глубоко сокрушалась.

Разве он был не абсурдным господином? Он не приказал этой молодой леди, которой было не больше чем 17 лет сейчас, выиграть сражение, он также не сказал этой молодой леди убедительно проиграть, вместо этого он скомандовал этой молодой леди всего лишь превратить все поле битвы в месиво раздоров. Что же эта молодая леди должна делать с таким точным приказом, данным Его Светлостью? Хотя эта молодая леди однажды уже размышляла, что ей следовать делать, решение этой молодой леди уже определено.

– Поскольку эта молодая леди – верная подданная величия, эта молодая леди может только следовать приказам. Командир, трубить в горны. Вы хорошо сделали работу, получая лишь банальную выгоду за последние 4 дня. С этого момента и далее наши войска определенно обратят это поле боя в катастрофу.

– Ахахахах~.

Глава Королевской Стражи, Хумбаба, засмеялась.

– Хорошо, хаос. Это правда-правда хорошо. Это одна из тех вещей, которую подобные нам любят больше всего. Подобно тому, как свинью нужно засунуть в какую-то грязь, чтобы она поняла, что она лишь поросенок, так и люди должны валяться в лужах крови, чтобы понять, что они человеческие ублюдки. Мы более чем радостно обернем людей в людей на стороне Генерала!

Ведьмы все вместе вытянули горны. Звуки нескольких горнов поднялись в небо, как дым.

Из-за внезапного дождя на рассвете тучи были тяжелыми, а небо висело низко. Звук легко достиг темных туч, сотканных из влаги. Мир был темный, у солдат закончился перерыв, и они бродили как тени. Эта молодая леди взобралась на своего черного коня и взглянула на передовую.

Дул ветер. В этом ветре была весна.

Поскольку последние дни попеременно шел дождь, передовая была вязкая и пропитанная влагой. Запах ранней весны был густой, от чего казалось, что скоро весь луг окрасится в желтовато-зеленый цвет. Эта молодая леди почувствовала, будто там может быть запах крови, который даже эта естественная краска не могла закрасить или полностью покрыть. Окрашивать мир в зеленый было в юрисдикции поры года, а присмотр за окрашиванием земли в красный было заданием этой молодой леди.

– Знаменосцы, вперед.

– Вас понял. Знаменосцы, впереееед!

Ведьмы вскочили на свои метлы и легко взмыли вверх. Они стали певцами темной обратной стороны туч и запели нашу походную песнь. В ответ на это солдаты на земле распевали в унисон. Мы выставляли напоказ, что битва, которая была страданиями и стенаниями для другой стороны, для нас была не более чем однотипной мелодией.

– Все войска. Выступаем.

Итак, наше подразделение выступило.

Поле боя было организовано рационально. Одна стотысячная армия и вторая стотысячная армия стояли в боевом порядке и так же приближались друг к другу. Поскольку было очевидно, что если бы хоть одно подразделение внезапно ринулось вперед, на него бы немедленно набросились, будь то вражеские войска или войска Альянса, все они вели битву умов. Вырываясь из самого центра, эта молодая леди приказала:

– Всем силам. Продолжать наступать.

Ведьмы засмеялись и повторили мой приказ.

– Продолжать наступлеееение!

За один миг наши войска выдвинулись из стотысячной армии, из лагеря Альянса Полумесяца и пошли вперед. Было заметно, что подразделения других Владык Демонов чуть поодаль были в замешательстве. Были даже такие, кто отправлял гонцов, спрашивая, что, по нашему мнению, мы делаем. Сказав гонцам: «Понятно, мы отрегулируем свою скорость» и отправив их обратно, эта молодая леди отдала другой приказ:

– Наступать на максимальной скорости.

– Наступать на максимаааальной скоооорости.

Скорее!

Хотя Его Светлость был подобен мяснику среди ублюдков, он был единственным господином этой молодой леди. Тот, кто нашел исключительно эту молодую леди на всем огромном континенте и взял ее к себе. Тот, кто стал новой семьей этой молодой леди. Пусть знают, что эта молодая леди не так легко простит их преступление, что они посмели заточить в клетку для свиньи господина, мужчину и семью этой молодой леди.

Неважно, были ли это Альянс Полумесяца или Крестоносцы. Идите к этой молодой леди все вместе. Вы все не более чем зрители, разве нет?

Эта битва – просто мелодия для Его Светлости, исполняемая этой молодой леди.

Ты иди ко мне (часть 6)

Барбатос, Владыка Демонов Бессмертия, 8-й ранг

7.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, правое крыло Армии Альянса Полумесяца

Ааах. Это не смешно.

Это правда-правда не смешно.

От начала и до конца эта война идет не так, как я хотела.

Вот уже несколько дней мы даем отпор имперской армии Габсбургов, но эти парни двигаются не так, как я хочу.

Они сказали, что ее зовут Принцесса Империи Элизабет? Она не вырывается, очертя голову, даже если мы нападаем на нее, и она с удовлетворением преследует нас, если мы отступаем. Она хорошо разбирается в основных принципах тактики.

Умелый враг – одно из самых ненавистных явлений, второе после слабого союзника. Мммм. Предвижу, что это будет длительная война… Что ж, мы можем продержаться, грабя припасы, которых нам не хватает. Это не особая проблема. Как я и предполагала, тут не хватало своеобразной шумихи, прекрасного взрывного чувства.

Независимо от этого мы не могли проигнорировать ту имперскую армию и просто оставить их. Мы делали так несколько раз прежде, но каждый раз, когда я наблюдала их сбоку, они действительно крушили все и вся. Однажды Элизабет уже победила и Горную, и Нейтральную фракцию. Черт. Этот чертов мир, достойный сожаления. Я тут единственный надежный союзник.

…Нет, если мы будем придираться касательно надежности, тогда стоит ли мне также признать ту человеческую суку?

Лора де Фарнезе.

Девчонка, которую Данталиан припер неизвестно откуда и внезапно назначил своим действующим генералом, походила на своего хозяина, поскольку ее дерзость была в тему.

Она не шла на войну серьезно. Это можно было сказать сразу же, когда взглянешь на нее. Эта девчонка наслаждалась войной.

Она могла притянуть врага и с легкостью уничтожить его, но она просто мучила их 3 часа, а потом отпускала. Причина, вероятно, была проста. Наверно, потому что было бы расточительством проглотить их сразу же. Ее намерение – каждый раз мучить их немного и изводить, пока они не будут полностью истощены – исходило от нее, как поднимающийся дымок. Как единственный приличный военачальник, я могла утверждать.

Она дрянь.

Совершенная дрянь.

Почему среди вассалов Данталиана было под завязку отбросов? Говорят, что хозяин и слуга обычно похожи, и это как раз был именно тот случай. Мы должны убрать его в какой-то момент, но та сучка Пеймон все продолжает вмешиваться.

– Хааа.

Вздох получился сам собой.

Я должна истребить человеческую расу, я должна уничтожить вражеские силы, я должна убить Пеймон, и я должна вбить соответствующий набор манер в Данталиана, я столько всего должна сделать, и все же время идет так медленно. При таком темпе, боюсь, что все будет так же и еще через 500 лет.

Что ж, путешествие в тысячу миль начинается с одного шага. Если исключить тот факт, что тот один шаг был досадно утомительным. Безмерно усталыми глазами я долго смотрела на передовую и размышляла, куда нам следует идти сражаться.

В тот момент.

– …?

Единственная армия среди Альянса Полумесяца начала двигаться. Воспользовавшись магией, чтобы усилить зрение, я смогла увидеть черный флаг с двумя строками, написанными на нем серебряными нитями.

Власть за кровь.

Кровь за власть.

Без сомнения, эта чертова дрянная максима принадлежала только одной личности, Данталиану. Иными словами, человеческая сучка приказала своим войскам выступить.

Они проползли весь путь к центру равнины и открыто начали ставить там деревянные ограждения. Стоит ли мне назвать это защитной позицией? В любом случае, земля была невероятно мягкой, потому что несколько дней шли дожди, так что даже если они поставят там щиты, тем щитам суждено скоро пасть. В центре поля, совершенно безлюдного, то человеческое дитя начало устанавливать свои позиции.

– …Хаа? Черт. Что те парни пытаются протянуть? – обернулась и спросила я.

Там стояли Владыки Демонов из Равнинной фракции. Мои подчиненные переглянулись, что ничего не могли сказать. Это было очевидно. В нашей фракции не было никого, достаточно культурного, чтобы нормально истолковать такие абсурдные действия.

– Просто что же это за сучка такая? А? Она действительно считает поле боя какой-то игровой площадкой? Если ее господин в тюрьме, она просто должна быть покорной, но почему она снова совершенно сходит с ума по-своему?

– …

Мои подчиненные опасливо пытались избежать ответа. Однако поскольку среди них был кто-то рассудительный, или, по крайней мере, старался показать себя рассудительным, он промолвил полным подозрений голосом:

– … Хоть я и опасаюсь поспешно судить намерения человека, как на это ни посмотри, разве они не пытаются спровоцировать вражеские силы?

– Спровоцировать?

– Да. За последние пару дней значительное число человеческих армий уже было уничтожено ими. После того, как они понесли потери от девушки, которой не больше 17 лет, наверно, им трудно это вынести из-за огромного чувства гордости, присущего людям. Если их так смело провоцировать, тогда, даже если это сопряжено с риском для их достоинства, у людей не будет иного выхода, как выступить вперед.

Гмм.

Разве это не совершенно нелепая логика?

Проблема была в том, сработает ли эта провокация так, как надо. Несмотря на их вид, у человеческой расы огромная стотысячная армия. Говорят, что значительная часть их армии перемешана с разнородными формированиями, но с нашей стороны было точно так же. Даже если к человеческой армии были примешаны разнородные группы, очевидно, что армия девчонки численность в 7000 не сможет противостоять, если к ней приблизится огромная стотысячная армия.

В любом случае, благодаря такому ее рывку наш неплотный военный лагерь, состоящий из объединенных левого крыла, центральной армии и правого крыла, распался. Если в центре армии образуется такая дыра, тогда нам придется нести это бремя, потому что на нас держится весь боевой порядок.

Ааах… Ничего не поделаешь. Так как мне это наскучило, я равнодушно махнула рукой:

– Эй, приготовьтесь заполнить дыру, которую оставит за собой та сука. Зепар, возьми на себя командование нашими резервными войсками и приготовься выдвинуться в центр, если нужно.

– Есть, Ваше Превосходительство.

Тысячи резервных солдат под моим командованием немедленно выступили. Во рту у меня было горько. Однако лучше было нашей военной силе немного уменьшиться, если таким образом мы могли предотвратить ослабление центральной армии.

Приняв это решение, я как раз собиралась составить военную стратегию на сегодня, но, кап, что-то упало мне на шею. Холодное. Когда я взглянула в небо, начали падать капли дождя. Он шел вчера и позавчера, отчего дождь ранней весны просто казался докучливым.

– …?

Погодите.

Дождь?

Положение с использованием дождя?

Мой разум мгновенно прочистился.

В любом случае земля продолжала впитывать влагу, потому что дождь шел постоянно. Некоторые места на поле боя поглотила грязная вода. Если тут еще раз пройдет дождь, будь то армия человеческой расы или наша, Альянса Полумесяца, число тактик, которые мы можем использовать, будет весьма сокращено. Особенно если говорить о нападении, а не защите. Я нахмурила брови и глянула на формирования девчонки, которая, в некотором роде, закончила установку защитных ограждений далеко на передовой.

– …Не говорите мне, что они?

В тот миг с другой стороны равнины громко зазвучал горн. Когда я повернула голову, человеческие армии наконец выступили. Из-за дождя при их наступлении впереди была поставлена кавалерия вместо воздушных магов. Когда я увидела это, последние обрывки вялости, которые во мне оставались, полностью исчезли, и я встала со своего места.

– А, черт. Эта сука что-то начала.

– Прошу прощения?

Взгляды моих подчиненных мгновенно устремились все ко мне. Хотя мне правда это не нравилось. Хотя мне серьезно не нравилось идти на бой, когда меня тащили туда, не по моей воле, а по чужой, я должна была отдать приказ.

– Готовьтесь к бою, болваны! Это битва на уничтожение. Притом битва с взятием в кольцо для уничтожения!

Ты иди ко мне (часть 7)

Пеймон, Владыка Демонов Доброжелательности 9-го ранга

7.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, левое крыло Армии Альянса Полумесяца

– Это…

Вздох сорвался с губ этой леди сам собой.

Сражение стало развиваться молниеносно. Еще мгновение тому назад события развивались не так. Левое и правое крыло, каждое должны были справляться с одной армией и вести решительные бои сомкнутым строем. Без сомнения, мы планировали провести первую атаку, основываясь на такой стандартной тактике…

Однако после того как подразделение, которым командовала девушка, известная как Фарнезе, вырвалось вперед, ход событий совершенно изменился.

Именно та девушка вышла вперед, чтобы произнести речь как представитель Альянса Полумесяца, несмотря на то, что она человек. С точки зрения врага она была предателем, с которым им необходимо было разобраться как можно скорее. Если они смогут заполучить голову Фарнезе, тогда, скорее всего, это будет считаться величайшей заслугой. Заманчивая игра.

Ослепленные этим, человеческие армии безрассудно приказали своей кавалерии наступать. Сначала Польско-Литовское королевство, затем Империя Франкии, Республика Батавия, Тевтонское королевство… Каждая армия, соревнуясь за военные заслуги, отправила свою кавалерию.

Именно это действие и было скверным ходом.

Кавалерия, выступившая одновременно со всех сторон, не могла объединиться должным образом, и у них даже не было достаточного пространства для маневра. Погода была особенно гадкой. Когда к уже и так насыщенной влагой земле добавился еще и дождь, почва стала топкой. Как только десятки тысяч копыт прошли по мутной воде…  земля в мгновение ока превратилась в болото, похожее на мягкую и влажную трясину.

То, что посыпалось на полки вражеской кавалерии, попавшей в болото и барахтавшейся там, было продолжительным дождем из болтов арбалетчиков, расставленных впереди подразделения Фарнезе, отчего казалось, будто она все время ждала этого момента. Поскольку впереди путь им преграждала грязь, а тыл заблокирован подходящим подкреплением других армий, кавалерия, состоящая не менее чем из десяти тысяч солдат, была буквально перерезана.

– …

Эта леди окаменела.

Это было не сражение.

Подобно нашему Альянсу Полумесяца, Крестоносцы человеческой расы были всего лишь слабым альянсом. У них не было единства в командовании. Как только началось жестокое убийство кавалерии, некоторые нации приказали отступать, в то время как другие нации отправили еще кавалерию, чтобы спасти своих товарищей, находившихся в опасности. Отступающая и наступающая кавалерия столкнулись во второй раз.

Вопли со стороны вражеских сил было слышно даже здесь. Несчетное количество трупов было раскидано по равнине, которая стала в некоторой мере топким местом, а сильный дождь обрушивался на эти тела сверху. Эта леди, мгновенно забыв даже о командовании своими войсками, просто ошарашено смотрела, как таяла боевая мощь могущественной вражеской кавалерии…

Бууууууу.

Интересно, то ли они не могли уже вынести этого или больше не могли смотреть на эту ситуацию.

Несколько горнов, призывающих к атаке, прозвучали со всего лагеря Крестоносцев. В тот миг выдвинулось вперед огромное количество пехоты, несравнимое с малым числом кавалерии.

Хотя все флаги принадлежали разным нациям, все они направлялись в единственное место: к подразделению Фарнезе. Чтобы спасти свою кавалерию, чтобы отомстить мерзкому мяснику, командующие Крестоносцев наконец отправили вперед все свои пехотные войска. Казалось, что численность их войска была около 50.000, хоть это и трудно было рассмотреть из-за сильного дождя.

Конечно, столкнувшись лицом к лицу с огромной военной мощью, можно было только проиграть. Войска Фарнезе наконец начали медленно отступать. Оставляя барахтающуюся кавалерию, которая все также не могла выбраться из грязи, подразделение Фарнезе медленно отходило назад.

С точки зрения Фарнезе, наверно, это было горькое отступление, будто рыбу, которую полностью уже поймала, она передавала врагу. Словно загоревшись от того, что подразделение Фарнезе отступало, пехотинцы Крестоносцев еще больше взбодрились и продолжали наступление. Войска Фарнезе медленно отступали дальше в тыл, а пехотинцы Крестоносцев все дальше медленно заходили на нашу сторону.

– …

Стоп.

А это действительно было горькое отступление?

Молниеносное осознание пронеслось в голове у этой леди. Эта леди невольно вздохнула.

– Не может быть!..

Если она с самого начала добивалась этого, тогда эта девушка Фарнезе действительно была диким монстром. Никакого шанса. Но… Но если посмотреть на ход событий на поле сражения еще раз, тогда, несомненно, это отвечало условиям. Независимо от того, было ли это намерением Фарнезе или нет, приказ, который эта леди должна отдать, очевиден…

– Все войска!

Эта леди подняла свой веер и скомандовала:

– Рассредоточить наши силы! Рассредоточить как можно шире! Отсюда и дальше наши войска должны стать левым крылом построения в форме журавля и окружить вражеские войска слева!

– Гм? Чего так внезапно, сестра?

Ситри, которая готовилась к сражению, наклонила голову. Как обычно, у нее было наивное выражение лица с недоуменным взглядом, будто она не могла хорошо понять ситуацию. Эта леди безотлагательно объяснила, будучи, однако, очень осторожной, чтобы не поддаться нетерпению.

– Посмотри туда. Подразделение Фарнезе отступает. Пехотинцы Крестоносцев, делают все, что могут, чтобы угнаться за ней. Если Фарнезе сможет хорошенько заманить всех вражеских пехотинцев…

– …

Тогда глаза Ситри забавно заблестели.

– …Хиии. Будет «пробка». Отступает только одно подразделение, но поскольку несчетное количество войск за ним гонится, естественно, они соберутся все в одном месте.

Вот оно!

По правде сказать, обычно Ситри была невыразимо скучной девушкой, но когда разговор касался сражения, она превращалась в совершенно другого человека, также весьма наблюдательного. Эта леди, пока мысли ее были еще жаркими, приказала еще раз.

– Всем приготовиться к битве с взятием в кольцо для уничтожения!

Скорее всего, Барбатос, наверно, поняла истинное намерение, стоящее за ситуацией, разворачивавшейся перед нами. С детства, вопреки всему, она была по крайней мере одарена чертовски сильным инстинктом, когда дело доходило до войны!

Если Барбатос расправит правое крыло, а эта леди расправит левое крыло, тогда Фарнезе сама заманит врага в кольцо. Это была гонка со временем. Если мы сможем завершить взятие в кольцо до того, как Фарнезе настигнет вражеская атака, тогда это будет наша абсолютная победа. Если вражеские силы смогут разбить Фарнезе до того, как мы сможем завершить взятие в кольцо, тогда это будет наш полное поражение. Абсолютная победа или полное поражение. И хотя эта леди не увлекалась азартными играми, именно в такой момент обязанностью военачальника было заключить пари!

Струи дождя сталь мощнее. Из-за мокрого тумана и сильного дождя у всех поле зрения начало медленно сужаться. Это тоже было удачно. Шансы на то, что враг не сможет заметить, как мы замыкаем кольцо с нашей стороны, возрастают. Более того, если они ослеплены военными заслугами… тогда в этой битве есть шанс выиграть!

Эта леди еще раз поторопила командиров.

– Вы все, нет времени колебаться. Мы должны поспешить.

Ты иди ко мне (часть 8)

Барбатос, Демоническая Владыка Бессмертия, 8-й ранг

07.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, правое крыло Армии Альянса Полумесяца

“…быстрее рассредотачивайте уже наши силы! Вы, чертовы дохляки!” – лично пиная под зад своих подчиненных, громко кричала я. Насколько это была тактика, которую мы не планировали заранее, настолько солдаты и проявляли замешательство, однако, черт, спорить из-за этого не было времени. Нужно было двигаться быстро, даже если это значило, что мне пришлось бы пинать этих неуклюжих балбесов по яйцам!

– В-ваше Превосходительство. Прошу прощения, но если бы вы могли объяснить нам причину…

– Если это глаза на твоей роже, тогда посмотри сам, ублюдок.

Я схватила его за грудки и силой заставила смотреть на передовую.

– Что ты видишь за войсками девчонки?

– …Я вижу много вражеских пехотинцев?

– Правильно. Не просто пехотинцы, а пехотинцы, которые приближаются чертовски легкомысленно, концентрируясь в одном месте. У нас тоже черти что, но у людей еще большая мешанина, чем у нас. У них не другого выхода, раз у каждой нации свой командующий.

Я ударила его по щеке.

– А теперь вопрос. К нам приближаются пехотинцы, концентрируясь все в одном месте. Они так сконцентрированы, что едва даже могут нормально поднять мечи. Более того, они также ослеплены желанием добыть голову той человеческой девчонки. Весьма кстати, мы ведь стоим на правом фланге? Что же нам следует делать, мистер Каменная Башка?

– …

У моего подчиненного медленно распахнулись глаза:

– …Мы должны взять их в кольцо, Ваше Превосходительство.

– Правильно, тупица. Один плюс один равно два, а вражеские пехотинцы, которые продолжают погоню на нашей стороне, потому что они ослеплены военными заслугами, это жертва, которую мы должны разнести в прах. Если ты понял, тогда поспеши и рассредоточьтесь в построении в форме журавлиного крыла. Ладно? Мы станем правым крылом построения в форме журавля и окружим те идиотские человеческие армии.

– Но, Ваше Превосходительство. Кольцо не может быть завершено, если будем двигаться только мы. Те ребята из Горной фракции, которые заправляют левой стороной, они тоже должны следовать этому плану, чтобы мы…

Я еще раз ударила своего подчиненного по щеке.

– Пеймон, может, и сумасшедшая сука, но она не безграмотная сука. Если бы эта сука на самом деле была некомпетентной, тогда многие руки давно бы уже отрубили ей голову. Черт, мы были вместе в 6 походах Альянса Полумесяца, участвовали в гражданских войнах друг против друга целых 14 раз! Ее умственные способности, по крайней мере, лучше твоих, так что перестань беспокоиться про других…….Идиоты! Что вы делаете!? Двигайтесь быстрее!

Шлеееп.

Я ударила подчиненного в щеку в последний раз.

Только тогда все взяли себя в руки, а затем пошли, чтобы спешно отправиться с войсками. Крики отдавались эхом тут и там, и энергично сновали гонцы. Так всегда было, и как всегда будет, сражение с взятием в кольцо – это битва со временем. Если мы опоздаем, тогда в нашей центральной армии пробьют брешь, а, следовательно, результатом будет то, что нас разорвут в клочья. Это была оптимальная возможность.

Но.

– …

Мне это не нравилось.

Возможно, если бы это сражение со взятием в кольцо прошло успешно, тогда это было бы так, что человеческое дитя командовало и контролировало это сражение от начала до конца. Это возможно? Выполнить такой трюк невозможно даже для меня, о которой говорили, как о смелом генерале и хвалили как отважную в течение сотен лет. Прежде всего, чтобы такое мастерство стало возможным, нужно было обладать неким другим даром.

Данталиан.

Что же за монстра ты воспитал…!?

Ты иди ко мне (часть 9)

Лора де Фарнезе, человек, Одинокий Меч Короля,

07.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, центр Армии Альянса Полумесяца

Началась финальная стадия сражения. Все протекало гладко.

Наша сторона смогла взять вражеские войска в кольцо на трех фронтах. Хотя вражеские солдаты изо всех сил старались пробить наш центр, это было бессмысленно. Было время, когда мы почти отошли назад, но мои войска были элитными. Мы вернулись в наш боевой порядок за считанные минуты и дали отпор. Можно было сказать, что половина сражения уже прошла.

– Мм.

Владыка Демонов Барбатос и Владыка Демонов Пеймон. Командующие двух соответствующих флангов только что закончили формирование построения в форме журавлиного крыла. При этом превосходство наших сил получило незыблемую основу.

Если бы у врага все еще была кавалерия, тогда они могли бы сделать поворот кругом. Однако большая часть вражеской кавалерии была растрачена на начальном этапе битвы. Не только это, но за ними также образовалась массивная стена грязи, так что даже путь для отступления вражеской пехоты был заблокирован. Теперь вражеские силы были не в состоянии двигаться ни вперед, ни влево, ни вправо, ни назад. В этой ситуации они были окружены со всех сторон.

⎯⎯ Вщууухх…

Ливень продолжал лить и не было никаких признаков, что он вскоре прекратится. Видимость на поле боя становилась все хуже. Взор этой молодой леди достигал недалеко и вынужден был останавливаться из-за мешающего ливня. В каждой точке, где останавливался взгляд этой молодой леди, были распластаны вражеские трупы. Это была судорожная смерть, а жизнь ощущалась так, будто кто-то с отвращением отряхивался.

Ведьмы хихикали, впитывая в себя дождь.

– Шедевр. Это шедевр. Смотрите. Люди умирают, плавая в воде из дерьма. Такой пейзаж трудно отыскать!

– Ага, с тех пор как мы последовали за Владыкой Данталианом, каждый день был такой веселый, что больно жить. Есть столько причин, по которым ведьмы жалуются, что им трудно умереть, но случай, когда трудно жить, довольно редок. В этом отношении Владыка Данталиан весьма «большая шишка».

– Его нижний инструмент – тоже «большая шишка».

– Пооогодите секундочку. Остановитесь все. Откуда вы ээээто знаете? Если я все понимаю правильно, то этот тон звучит почти так, будто вы уже видели раньше обнаженное тело хозяина.

– Нет, нет, старшая сестра Хумбаба. Это недоразумение. Неважно, как сильно мы липнем к Его Великому Естеству и умоляем его позволить нам попробовать, он никогда не одаривает нас своей королевской милостью. Однако, говоря о наблюдении, а не прямом взгляде, нам раньше удавалось посмотреть на него несколько раз. К счастью, нам более-менее удалось увидеть инструмент хозяина.

– Это значит, что вы смотрели украдкой!

– Это проблема?

– Грабить вещи, которые мы не можем иметь, и подсматривать за тем, что мы не можем видеть. Этим мы, ведьмы, и гордимся.

– Если я правильно припоминаю, то мы Королевская Стража хозяина, а если я не сошла с ума, то обязанность Королевской Стражи – защищать королевское тело хозяина, так? Но когда вы, сучки, рядом с хозяином, его королевское тело далеко не в безопасности, то ощущение, что его королевское тело подвергается еще больше опасности, – это лишь мое воображение?

– Это твое воображение.

– Какое возмутительное недоразумение.

– Это заведомо необоснованные слухи.

– Вы ужасные сумасшедшие сучки! Я люблю вас, мои сестренки!

Ахахах, Командир Королевской Стражи повернулась со смехом сюда.

– Ваше Превосходительство, Действующий Генерал, прошу вас, дайте нам заключительный приказ. Мы всегда готовы мчаться и безжалостно убивать тех людей. Что ж, это будет легче, чем охота на стадо индюков.

Команда атаковать, да?

Те слова значат, что командир хочет уничтожить вражеские силы. Ничего странного в этом нет. Раз ступил на поле боя, несомненно, ты стремишься к победе, а пока ты побеждаешь, разумно, что желать одержать полную или великую победу. Однако сражение имеет другой смысл для этой молодой леди. Это искусство и музыка.

Цветок битвы не появляется из победы или поражения. Крики солдат, когда победа приближается, и страдания солдат, когда поражение уже стоит прямо у их порога. Именно эти голоса возвышались до музыки.

Чтобы жизнь стала единственной мелодией, она должна преодолеть несчетное количество изъянов. Однако на поле боя каждая жизнь становится мелодией и напевом. Мог кто-то это понять или нет, в этом была существенная разница между ведьмами и этой молодой леди.

– Ваше Превосходительство?

Эта молодая леди не ответила на позывы командира Королевской Стражи. Вместо этого эта молодая леди закрыла глаза и стала прислушиваться к окружению чуть внимательнее.

Ну же, слушай хорошенько.

Мотиву в центре шума дождевых капель, которые падали в грязную воду, мелодия, выразительно протекающая среди звуков воды…

– Черт. Сдвинься! Я сказал сдвинься!

– Ты сукин сын, тут некуда сдвигаться, так чего же ты от меня ждешь…

– Спасите меня!

– Не сдавать позиции! Вы глупцы, выход не позади, а впереди! Мы выживем, если сможем сделать там брешь, и мы умрем, если не сможем!

– Наступайте! Наступайте вперед! Следуйте за м…

– Мама.

– Раз, два. Раз, два. Раз, два.

– Несмотря ни на что Боги не покинут нас. Мои друзья, не бойтесь. Разве прощание длится вечно? Разве расставания длятся вечно?

– Черт!

– Генерал! Где генерал!?

– Я не вижу.

– Ура великой нации Франкии! Ура Его Величеству Императору!

– На хрен великую Франкию и Его Величество Императора.

– Мой меч.

– Ой.

– Раз, два. Раз, два. Раз, два.

– Однако этот парень уже мертв?

– Разве все так обернулось не из-за тех неотесанных мужланов из Бретани!?

– Хорошо. Вот и все. Давите изо всех сил, поддерживая ритм. Прорваться возможно. Мы можем прорваться!

– Смотрите. Я пойду первый.

– Умираю. Черт…

– Я сдаюсь! Пощадите меня! Я, сдаюсь! Я умею, говорить на вашем языке! Я сдаюсь!

– Что он делает?

– Как я сказал, те слова.

– Это значит подчинение.

– Я подчиняюсь!

– Спасите меня!

– Мои глаза не видят.

– Тот сукин сын барон.

– Я поверил его словам и последовал за ним, наверно, это был эпилептический…

– Пха!

– Просто сдвинься!

– Сдвигайся сколько хочешь, когда я сдохну, ты чертово отребье.

– Я раб. Я не ваш враг! Друг рабов! Ура мисс генералу Фарнезе!

– Мы пробились!

– Они говорят, что пробились там!

– Не там! Это неверно. Тихо. Не толкайтесь! Не тол…

– За Ее величество Королеву!

– Наш король определенно не тот великий человек, за которого стоит ликовать перед смертью…

– Раз, два. Раз, два…

– Еще сильнее!

– Все умерли. Брат, вот и все.

– Я слышал, что нельзя достойно попасть в загробную жизнь, если умираешь от рук демонов. Давай пойдем благородно.

– Я не вижу.

– Друг рабов! Я раб!

– Ух ты. Черт. Дерьмо. Проклятье. Как я все еще могу быть голодным, несмотря на дыру у меня в животе? Что же мне делать, если я буду голоден даже после смерти? Черт. Серьезно, что же мне делать…

– Раз.

– Два.

– Да что ты знаешь про короля?

– Ага. Да что он может знать?

– Пха…я написал свое завещание, когда мне сказали, но нет никого, чтобы я его отдал.

– Тот подлец.

– Та сучья стерва…!

– Черт, я заберу голову той суки прежде, чем умру!

– Убить!

– Убить ее!

– Что изменится, если мы ее убьем?

– Мы должны убить ее несмотря ни на что.

– Но нам придется умереть.

– Раз, два…

– Мама.

– Я слышал, что они пощадят твою жизнь, если ты сдашься, но…

– Я сказал вам убить их, вы мерзавцы!

– Ух ты, смотри на ливень. Красиво.

– Ах.

– Мама.

– Я раб.

Ты иди ко мне (часть 10)

Ах

Ах, ааах.

Как красиво.

Как невероятно красиво.

– …

Дрожь.

Эта молодая леди обняла себя за плечи и слегка вздрогнула. С сердцем, унаследованным от Его Светлости, и с головой, дарованной этой молодой леди Его Светлостью, эта леди едва могла понять эту красоту.

Хоть из-за ледяного дождя эта молодая леди промерзла до самих костей, нутро этой молодой леди наполняло приятное ощущение, а дрожь от холода никак не могла заменить дрожание этой молодой леди, и не было уже больше пробелов, чтобы их можно было заполнить. Дрожа, эта молодая леди была совершенной.

Ах.

Эта молодая леди не открывала глаза, она не могла бы вынести это, потому что не хотела уходить от этой темной радости. Эта молодая леди желала остаться тут еще ненадолго перед отбытием.

Победа и поражение не имели никакого значения для этой молодой леди. Только вопли смерти, вопли о жизни и стоны людей, которые были не в состоянии ни жить, ни умереть. Вот что давало смысл этой молодой леди. В этом мире ахроматических цветов, исключительно те вибрации были жизнью, смертью и музыкой одновременно. В то время, когда эта молодая леди проводила дни, читая лишь исторические книжки в пределах покрытой пылью библиотеки в маленькой комнатке, эта молодая леди была не в состоянии узнать это удовольствие. Радость играть с жизнью и смертью десятков тысяч. Если бы Его Светлость не осведомил об этом эту молодую леди, тогда, вероятнее всего, она навсегда осталась бы в неведении.

– Умм, Ваше Превосходительство? Вы должны отдать приказ наступать, чтобы …

– Наши войска не будут двигаться.

– Прошу прощения?

Как шумно. Не возражай без нужды, ведьма. Разве здесь не примешивается ненужный шум, в то время как эта молодая леди старается насладиться долгожданным моментом десяти тысяч мелодий?

Лишь по одной причине твоя голова еще прикреплена к твоей шее. Потому что Его Светлость принял тебя как свою семью. Эта молодая леди знала о том, что Его Светлость видел мисс Лазурит в роли матери, себя в роли отца, и о его желании, чтобы эта молодая леди руководила своими сестрами, ведьмами, как старшая сестра в семье. Поэтому эта молодая леди заботилась о вас, баламутках, которым была неведома военная дисциплина, с сестринской привязанностью.

Эта молодая леди чуть приоткрыла глаза.

– Я сказала, что мы не будем двигать наши силы. Необдуманно атаковать сейчас неразумно. Командир, вы меня слышите?

Эта молодая леди подняла палец и указала на врагов, которых жестоко убивали в окружении там впереди. Командир проследила за жестом этой молодой леди и повернула голову. И хотя мы обе смотрели в одно и то же место, очевидно, мы видели не одно и то же.

– Эта молодая леди слышит франконский. Эта молодая леди слышит язык Батавии. А также эта молодая леди слышит диалект Сардинии, звуки Тевтонцев тоже слышны. Время от времени примешивается, скорее всего, польско-литовский… Однако нет языка Габсбургов. Слов, которые говорятся людьми Габсбургов, нации, которой управляет Принцесса Империи Элизабет, их просто не слышно.

– ...

Командир Королевской Стражи, Хумбаба, наклонила голову.

– … Ваша слуга слышит только беспорядочные крики. Мой Бог. Ваше Превосходительство может все это слышать? Вы понимаете каждый язык, существующий на континенте? Удивительно.

Эта молодая леди прищелкнула языком. Поэтому слова не могли пробиться.

Овладение основными языками – то, чем люди должны изначально заниматься в жизни. Это было очевидно. Если не учил, тогда не сможешь читать книжки. С этим Его Светлость тоже согласился.

– Командир, хотя эта молодая леди благодарна за ваши добрые слова, вам нет нужды снова напоминать этой молодой леди о ее влиянии. То, что эта молодая леди умна, а вы глупы, – не проблема. Сейчас нужно обратить внимание на другой факт.

– …Господин и слуга действительно не похожи друг на друга. За всяким действием хозяина стоит какая-то причина. Он не отложил в сторону прочие расы и назначил человека своим действующим генералом не просто так.

Командир бормотала. Судя по атмосфере, кажется, она только что соединила эту молодую леди и Его Светлость в одно и оскорбила нас вместе, но это было не то, что эта молодая леди не могла понять. По большому счету, гении не могут не испытывать на себе зависть и ревность заурядных людей. Эта молодая леди великодушно приняла великовозрастную личность Командира.

– Ииии? О, прекрасное Ваше Превосходительство Действующий Генерал. Почему такие, как мы, не должны осуществлять продвижение вперед лишь потому, что язык Габсбургов не примешивается к бессвязному гаму тех людей?

– Я повторю. Эта молодая леди – гений. В плане языков, музыки и военных дел эта молодая леди может похвастаться непревзойденными способностями. Это очевидно, если вы посмотрите, как эта молодая леди контролировала данное поле боя в 200 000 солдат, смешивая вместе вражеские и союзные войска, всего лишь с помощью 7000 офицеров и солдат.

– Да, да. Даже на вашу слугу, прежде чем она опустилась на дно, возлагались большие ожидания как на мага, который возьмет на себя ответственность за следующее поколение. И что?

– Честно говоря, кажется, что вы ничего не понимаете из того, что говорит эта молодая леди. Подумайте об этом. Разве Его Светлость не предупреждал эту молодую леди, которая была такой, никогда не сражаться с Принцессой Империи Элизабет?

– …

Командир Хумбаба нахмурилась. Конечно. Кажется, она до сих пор не могла понять. В этот момент она настолько мешала оценивать музыку, что буквально полностью разрушила концерт, эта молодая леди была раздражена. Однако эта молодая леди благосклонно раскрыла своей младшей сестре самоочевидную истину.

– Командир. Вы были с Его Светлостью с тех пор, как эта молодая леди еще была рабыней, не так ли?

– Да. Это так.

– До того, как Его Светлость обнаружил и назначил эту молодую леди, никто в мире не знал, что у этой молодой леди есть военный талант. Включая саму эту молодую леди. Разве не так?

– Да. Это тоже верно.

– Если это так, тогда, логично размышляя, независимо от того, что предпочтения Его Светлости касательно женщин отвратительные, не было бы правильно предположить, что его способность распознавать талантливых людей просто не имеет себе равных?

– … Это верно, не так ли?

– Следовательно, исходя из предположения, что суждение Его Светлости правильно, это значит, что Принцесса Империи является такой личностью, которая равна по уму этой молодой леди или же близка к этому. Имперской армии Габсбургов, которой управляет такая выдающаяся личность, по случайному совпадению нет в этом кольце окружения. Что бы это могло значить? Вы думаете, что Принцесса случайно заскучала и повела всю армию на прогулку?

– …

– Иногда верьте не только тому, что вы видите, командир. Поле боя – это место, где вы сражаетесь, используя то, что вы не можете видеть, как и то, что вы видеть можете. В это время всех времен, когда поле зрения у всех сужено из-за сырого тумана…

Эта молодая леди обратила свой взор.

Эта молодая леди предвидела, что там, по ту сторону земли и неба, где лились струи дождя, что-то приближалось. Это не было похоже на обычное пророческое ощущение. Эта молодая леди обладала интуицией, которая могла немедленно перепрыгнуть к выводу, если грамотно обозначить основания.

Просто невозможно, чтобы личность с таким поразительным талантом, как у этой молодой леди, упустила такой шанс.

Принцесса Империи Элизабет ждала.

Используя дождь как естественную завесу.

На данный момент где же она могла возвыситься как герой на этом поле боя, где поражение казалось несомненным.

Вскоре после этого интуитивные ожидания этой молодой леди в точности оправдались. Они появились на боевых лошадях, как призраки, прорываясь через струи дождя, и ударили в левый и правый фланги дружественных нам войск. Кавалерия, наступавшая в развевающихся багряных накидках, была, бесспорно, имперской армией Габсбургов. Войска Альянса Полумесяца на обоих флангах не ожидали, что у вражеской армии еще остались отряды кавалерии, вследствие чего на них напали сзади, и они почти не могли обороняться.

– Ах.

С губ Командира сорвался вздох. Перед нами разворачивалось зрелище, которое только и можно было описать прерывистым вздохом «Ах». Внешняя линия Альянса Полумесяца, который сформировал совершенное кольцо окружения, была разрушена. Вражеские солдаты, которые просто ждали, что их убьют в кольце, обрадовались внезапно появившемуся подкреплению, и выдавили из себя остававшиеся у них силы.

Ряды вражеских и дружественных нам сил хаотично смешались. В целом трудно восстановить цепочку исполнения приказов, которая однажды была нарушена. Возможно ли это вообще в сложившейся ситуации, когда дождь шел так шумно во всех направлениях? Хотя Барбатос и Пеймон отчаянно пытались выстроить блокирующие войска, к сожалению, они уже упустили основной шанс. Большинство вражеских солдат спасались бегством. За пределы струй дождя, через сырой туман.

– Гмм.

Затуманенным взором эта молодая леди следила за происходящим. Непрерывный мотив бегства вражеских сил, который становился все тише и тише, был горестным и красивым. Командир Хумбаба беспомощно смотрела в лицо этой молодой леди, которая пребывала в таком состоянии.

– …Ваше Превосходительство Действующий Генерал.

– Эта молодая леди просит прощения, Командир. Пожалуй, это именно тот момент. Прошу вам, подержите свой рот закрытым ровно 2 минуты. Если вы не помолчите, тогда есть шанс, что эта молодая леди убьет вас.

– …

Ты иди ко мне (часть 11)

Прошло 2 минуты.

Это молодая леди была довольна.

– Ладно. Что тебе было любопытно в этот раз?

– Да. Ваше Превосходительство Действующий Генерал сказала так перед сегодняшним сражением. Что наше подразделение не выиграет, но и не проиграет. Что мы лишь посеем хаос по всему полю боя. Под этими словами, возможно, вы имеете в виду…

– Мм. Верно, – кивнула эта молодая леди. – Хотя осуществление битвы на уничтожение с окружением было достижением и достойным награды делом этой молодой леди, то, что его разрушили, было ошибкой и неверным действием Барбатос и Пеймон. Эта молодая леди не одержала победу, но она также не потерпела поражение.

– …

– Наверно, и Барбатос, и Пеймон обе в замешательстве. Барбатос, которая называла эту молодую леди преступницей и пыталась наказать ее, наверно, особенно стыдится. Если она попытается сейчас наказать Его Светлость через военный трибунал, тогда единственное, что падет в бездонную пропасть, будет гордость Барбатос. Она не сможет избежать критики, что она позорно переложила вину за собственное поражение на другого Владыку Демонов, пожалуй.

– …ух. Подождите минуту, Ваше Превосходительство. Для начала, несмотря на то, что вы вполне осознавали, что окружение Альянса Полумесяца падёт, Ваше Превосходительство продолжает удерживать нас здесь нас здесь, чтобы мы забавлялись в центре армии?

– Это так.

– Это немного тревожит. Я говорю это не потому, что особо ценю наших союзников, но разве не было бы лучше просто пойти и обернуть поражение в победу?

Эта молодая леди склонила голову.

– Почему?

– Это очевидно. Это война, которая уже свершилась, так что пока мы на ней участвуем, больше удовлетворения приносили бы победы наших войск.

Эта молодая леди могла только еще раз склонить голову. Трудно было понять, что именно пыталась сказать Командир. Эта молодая леди, облекая в понятную форму невероятно очевидную истину и ужасно правильный здравый смысл, указала.

– Командир. Просто, как Барбатос и Пеймон могут быть союзниками этой молодой леди?

– Прошу прощения?

– Барбатос пыталась выдвинуть ложное обвинение и избавиться от Его Светлости. Пеймон также пыталась использовать Его Светлость в качество обычного политического инструмента. Так что две эти Владыки Демонов, очевидно, враги этой молодой леди. Даже если мы не будем действовать, Принцесса Империи по своей воле предлагает победить тех двух особ, так почему же эта молодая леди должна вмешиваться без нужды? Взять под контроль группу, контролируя другую группу. В любом случае Принцесса Империи желает сделать брешь в окружении, затем у нее нет другого выбора кроме как атаковать один или оба фланга нашего построения, вместо центра армии этой молодой леди, расположенного довольно далеко. Так что все в порядке, раз эта молодая леди неторопливо наблюдает, как они сами обмениваются ударами.

Не было никого, кто бы критиковал эту молодую леди за пассивность только потому, что она лениво стояла в то время, как окружение распадалось. На начальном этапе битвы не было никого, кто решился бы сам стать авангардом и стоять на передовой, кроме этой молодой леди.

Выдвинулась вперед, как наконечник копья, стянула большую часть вражеской кавалерии в одну точку, и вдобавок к тому эта молодая леди сослужила существенную службу, позволив завершить кольцо окружения. Что бы кто сейчас ни говорил, личность, сделавшая самую важную услугу для наших сил, была эта молодая леди. Если вы желаете критиковать эту молодую леди, тогда попробуйте.

– Более того.

И эта молодая леди продолжила.

– Было бы скучно выиграть быстро. В любом случае уже определено, что между врагом и этой молодой леди, стороной, которая одержит победу, будет эта молодая леди. Однако разве не было бы менее расточительно истреблять их как можно умереннее?

– …

Лицо Командира Королевской Стражи Хумбабы снова стало безучастным. Поправив свой колпак, совершенно мокрый от дождя, он пробормотала сама себе.

– …Теперь я точно знаю. Вокруг нашего хозяина только горстка безумцев. Мисс Лазурит и даже Ее Превосходительство Действующий Генерал находятся в категории, которая за тысячу шагов от нормальности. Кажется, я тут единственная разумная особа рядом с хозяином. Конечно, я должна быть той, кто позаботится о нем.

– Хаа?

– Даа?

На поле боя время продолжало идти, даже когда мы вели дискуссию.

Обе армии Пеймон и Барбатос восстановили ранее разорванное формирование. Однако было уже слишком поздно, чтобы преследовать врага. Пролетевшее время невозвратить. Подобно этому и время на поле боя, которое уже прошло, нельзя ухватить снова.

Каждая война была конфликтом, который протекал час за часом, а также был войной времени. Неудивительно, что некоторые моменты в повседневном времени стирались. Напротив, это было обычным явлением. Подобно камням для перехода через ручей, которые едва ли были соединены, ежедневное время было едва ли разъединено. Следовательно, время для человека, которые жил, погребенный под ежедневной жизнью, было похоже на то, как человек пытался пройти по камням для перехода, действием, когда что-то должно протекать и быть стертым между каждым камнем, чтобы их наконец пройти. По мере протекания времени те люди медленно забывают сами себя, пока, наконец, они полностью не впадут в забытье.

С другой стороны, время на поле боя протекало таким образом, что даже единственный шаг нельзя было стереть. Людей, которые забывали себя, уже вышедши на войну, нельзя было простить. Движение вражеских солдат, направление ветра, соответственно которому развевались флаги, и даже запах, аромат и пульсация сердца, которая откуда-то поднималась – все возможные данные необходимо собирать по кусочкам и точно выхватывать поток времени. Человек, управляющий временем, управляет также и полем боя. Сегодня Барбатос и Пеймон окончательно потеряли это время. Шанс на победу отныне никогда к ним не вернется.

Командир Хумбаба клацнула языком.

– Немного жаль. Разве это не значит, что в конце мы их просто использовали?

– Эта война принадлежит Его Светлости, это сражение принадлежит этой молодой леди. Сегодняшний исход был нейтральным результатом, поскольку они посадили в тюрьму Его Светлость, хоть и не знали, кому война принадлежит, и пытались преследовать эту молодую леди за ее убеждения. Было бы хорошо, если бы теперь они осознали свое место.

– Вот уж правда, хозяин и генерал – единственные люди в мире, которые сказали бы Владыкам Демонов 8-го ранга и 9-го ранга знать свое место…

Именно в тот момент. Часть военной силы врага, которую прежде мы считали отступившей полностью, появилась в пелене густого сильного дождя и сырого тумана. Строй вымокших до нитки вражеских фигур был очень редким. Эта молодая леди сузила глаза, задаваясь вопросом, планировали ли они, возможно, осуществить внезапное нападение, но казалось, что это не так. Враги просто стояли, как статуи.

– …

Нет, это было не столько внезапное нападение.

Эта молодая леди слегка похлопала по крупу черного коня и двинулась вперед. Хотя позади слышался паникующий голос Командира Королевской Стражи, эта молодая леди проигнорировала его.

Эта молодая леди направилась к месту, где под дождем ждали враги.

В тот же момент со стороны врагов тоже отделилась фигура, на белом коне, подстраиваясь под шаг этой молодой леди. Противник был черным, и все же он был белым. Даже при нынешней погоде, когда темные тучи заволокли все небо, серебристые волосы той особы бесконечно ярко сияли своим собственным светом. Казалось, будто капли дождя расступались перед ней.

Еще до того, как эта молодая леди смогла увидеть очертания, эта молодая леди уже знала, кто это был.

Элизабет Атанаксия Эватрия фон Габсбург.

Единственный человек, которого Его Светлость признал своим опасным врагом. Эта молодая леди была воспитана Его Светлостью с единственной целью – лишить жизни эту особу.

Девушка и эта молодая леди приблизились друг к другу. Она безучастно смотрела на эту молодую леди с белого коня, и эта молодая леди также смотрела на нее со своего черного коня.

Кажется, в ее голове проносилось много мыслей. Ее лицо было лишено эмоций, но в ее глазах таился продуманный до мельчайших деталей план. Однако у этой молодой леди на уме ничего не было. Эта молодая леди постоянно встречалась с людьми. Хорошо хотя бы, что эта молодая леди могла видеть эту особу своими глазами, только эта мысль и мелькнула у нее в голове.

– …

– …

Шел дождь.

Эта молодая леди любила дождь.

Когда шел дождь, звук падающих дождевых капель смывал досадные помехи мира. Когда дождь брызгал и капал на щеку этой молодой леди, эта молодая леди ощущала безрадостное облегчение, поскольку казалось, что она все еще была снаружи того места.

Было время, когда эта молодая леди думала, что всякие разные вещи в мире мучили ее, а было также время, когда только те мучительные вещи и были у нее в мыслях, но звук дождя смывал те дни и то время прочь. Поскольку струи дождя были заняты тем, что сбивали все в мире, казалось, что в них было недостаточно силы, чтобы препятствовать этой молодой леди. Когда шел дождь, этой молодой леди казалось, будто она была в этом мире чем-то, что имело наименьшую ценность для создания препятствий. Эта молодая леди мгновение дышала в этом безразличии дождя.

Словно исчезло без следа.

Словно исчез след существования этого тела, и даже след, того, что он исчез, тоже пропал.

– Ты.

Она раскрыла рот. Капля дождя скатилась вниз рядом с ее губами, следуя по изгибу подбородка. Те губы, скорее всего, были губами, которые Его Светлость хотел бы целовать.

– Я вижу, что ты мертва.

– …

– Это не лицо живого человека и это не глаза живого человека. Данталиан сделал своим генералом куклу? Или, возможно, он планировал произвести не куклу, но труп, и заботиться о нем? Какой хлопотный человек. Кажется, абсолютно всё, что тот человек решает принять к себе, может быть лишь препятствиями.

– …

– Я вижу, что тебе нечего сказать. Поскольку ты лишь молча смотришь на меня, я не вижу способа поговорить. По правде сказать, под вопросом даже, смотришь ли ты на меня или нет. Что за мысли у тебя в голове, учитывая, что ты совершенно не теряешь самообладания?

Эта молодая леди посмотрела на струи дождя.

И промолвила:

– В голове у этой молодой леди мысль о желании убить тебя.

Она сомкнула губы и ее лицо стало следка встревоженным. Затем она сузила глаза и потрясла головой.

– Прости. Ты не можешь убить меня. Тебе не только не хватает способностей сделать это, но, независимо от того, есть ли у тебя на это способности или нет, сражаться со мной сейчас было бы действием, которое идет против приказа Данталиана. Раз ты марионетка, ты не ослушаешься Данталиана. Так?

– …

– Я хотела вблизи посмотреть на девушку, которую тот человек сделал лицом своей армии. Я вижу, что Данталиан заносчивый. Я вижу человека, который за любую цену пытается взвалить на себя то, что ему не по плечу, и принять то, что ему не дóлжно принимать. Как можно замышлять сохранить ребенка, который уже умер в прошлом, и так же как можно замышлять убить это дитя? Данталиан хочет повернуть время вспять? Разве время человека обернули вспять лишь потому, что желали этого?

Она посмотрела вверх на дождливое небо.

– Передай сообщение своему господину, если хочешь. После встречи с тобой, кукла, я, Элизабет фон Габсбург, думаю, что она довольно милая.

Наверно, она закончила говорить все, что хотела сказать, так как развернула своего коня. Вскоре после этого она исчезла в сыром тумане, и военные офицеры, прибывшие с ней, исчезли за ней, как тени. Эта молодая леди смотрела на тающую тень в сыром тумане, сколько могла.

Эта молодая леди поняла лишь одно.

В следующий раз, когда мы встретимся, эта молодая леди убьет ее.

Так закончилось сражение этого дня.

Никто не смог одержать победу, и никто не потерпел поражение. Однако в Альянсе Полумесяца и среди Крестоносцев появились свои герои.

Это молодая леди, Лора де Фарнезе.

И Принцесса Империи, Элизабет фон Габсбург.

Ты иди ко мне (часть 12)

Пеймон, Владыка Демонов Доброжелательности 9-го ранга

07.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, левое крыло Армии Альянса Полумесяца

– …

Под дождем.

Эта леди крепко сжала свой мокрый перьевой веер.

– … Эта леди сходит увидеться с Данталионом еще раз.

Не то.

Хотя эта леди не уверена, есть ли у нее право говорить это, вопреки тому, что она не может остановить войну, тем не менее, у этой леди нет иного выхода, как сказать это. Прежде всего, поскольку война началась после того, как Данталиона сделали причиной, возможно, не было бы странным, если бы Данталион руководил. Однако даже если бы был отдельный человек, начавший войну, и отдельный человек, который ее завершит, те, кому придется разбираться с войной между этим – это сами солдаты.

В командовании той человеческой девушки внимательное отношение к жизни солдат отсутствует. Возможно, ее действия – это ее собственный способ пожаловаться на то, что мы посадили Данталиона в тюрьму. Возможно, это чисто детские выходки молодой девушки и ее высокомерия. Что бы это ни было, она была такой личностью, которая заставляла людей бесконечно бояться, если в ее руках была единственная армия. Так как она была действующим генералом Данталиона, то разумно было обсудить это с ним.

– Ситри, прими сегодня вечером руководство лагерем вместо этой леди на себя.

– Сестра, нормально ли, что ты идешь одна?

Ситри осмотрела эту леди обеспокоенными глазами. Так как она казалась зверушкой, которая пыталась успокоить своего компаньона, на губах этой леди невольно появилась улыбка. Возможность хоть раз улыбнуться в такой ситуации случалась исключительно благодаря Ситри.

– Все отлично. Эта леди просто встретится с ним и побеседует.

– Не то. Мм. Только что в сражении с другой стороны участвовала Барбатос, правильно? Так что я догадываюсь, что она тоже сейчас расстроена. И хотя самым подходящим для Барбатос было бы умереть, на самом деле вам бы это было не по душе, правильно?

– …

– Если сестра пойдет встретиться с Данталионом прямо сейчас, то не закончится ли все тем, что ты наткнешься на Барбатос? В итоге вы снова будете без нужды ссориться.

– Если это так, то тем более, – промолвила эта леди, вкладывая больше силы в свой голос. – Тогда тем более, эта леди должна идти в этот же миг. Заявление, которая сделала эта леди касательно принятия Данталиона в Горную фракцию, не было обманом. Эта леди открыто заявила перед всеми, что она поддержит мужчину, которого Барбатос сделала своим любовником. В прошлый раз, у этой леди не было иного выбора кроме как задействовать политическую интригу, но…

В этот раз все будет справедливо и правильно.

Смотря прямо на Барбатос, эта леди определенно привлечет к сотрудничеству личность, которую эта леди считает для нас необходимой.

– …

Увидев, что эта леди укрепилась в своем намерении, Ситри кивнула головой. Это дитя, которое всегда молча поддерживало эту леди, вложило доверие, что не изменилось даже до сегодняшнего дня, в свой голос и подтолкнуло эту леди вперед.

– Ладно. Счастливого пути, сестра. Я позабочусь тут обо всем.

Да. Эта леди доверится тебе и оставит все в твоих руках, Ситри. Мой нежный действующий генерал.

Оставив позади командиров, подавленных тем, что они позволили победе ускользнуть у них между пальцами, эта леди ушла. Каждый шаг, который делала эта леди, было грязно, так что грязная вода запачкала ее туфли и намочила юбку, марая ее накидку, но все было хорошо. Если бы эта леди думала, что в каждую грязную лужицу на сегодняшнем поле боя примешано несколько капель крови солдат, погибших под командованием этой леди, то мысль о том, что грязно, даже не мелькнула бы в уме этой леди.

Дождь медленно прекратился. С неба, которое темные тучи не могли затянуть полностью, на землю от закатного солнца упало несколько лучей желтого света. Среди тех лучей закатного солнца один из них упал трупа, как попало валявшийся на земле. Не демона, а труп человека. Ягненок, солдат, который делал все, что мог, чтобы взглянуть ввысь, чтобы увидеть солнечный свет, который он, по всей видимости, не смог увидеть до самой своей смерти, вперил свой пламенный взгляд в небо.

– …

Эта леди мгновенно остановилась и склонилась вперед. Накидка этой леди коснулась земли и пропиталась грязной водой. Опуская вниз веки безымянного подданного, эта леди подумала, что это весьма ужасная обязанность лорда, когда они должны погрузить в воду свои накидки, чтобы выполнить простое задание – закрыть глаза своему подданному.

Несмотря на то, что эта леди была не уверенна, как сильно она испачкалась. Разве не будет возможно хотя бы принять решение позволить себе так испачкаться?

Эта леди рассеяно села на поле, где бледнело сияние закатного солнца.

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

07.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

Сегодняшний дождь наконец прекратился?

Я вытянул табак, который набил в один из карманов куртки. Так как кровли не было, в эту камеру продолжал попадать дождь. Хотя я не планирую говорить, что получаю удовольствие от того, что меня сечет дождь, как и жаловаться на этот счет, тот факт, что я не мог нормально покурить, от одного этого становилось скучно и неуютно. Этой весенний дождь был упрямый и длительный.

Щелкнув, кремнем я зажег огонек. Щелк, щелк… Смотря, как мерцают угольки, которые резко вспыхивали, подобно электричеству, я медленно прокручивал в голове битву, которая должна была произойти сегодня. Я пробормотал слова, говорить которые при этом совершенно не было нужды.

– А, трудно поджечь.

Не одерживай решительную победу и не терпи решительное поражение. Вот приказ, который я отдал Фарнезе. Если бы это случилось давно, то Фарнезе, скорее всего, не смогла бы понять, что это значило, и задала бы вопрос. Однако ее нынешнее состояние, над которым мы с Лазурит поработали оба, было другим. Она должна была легко понять скрытый смысл.

Единственное, что меня тревожило, так это поведение Принцессы Империи Элизабет. Я ответил на ее ход через Фарнезе. Будет ли Принцесса вести себя соответственно тому или нет. Если да, то все будет иначе… Соответственно, направление войны будет решено.

«Бадум тат бадум тат что это будет: то или это? Бадум татат тат сжигайте храмы и убивайте людей – будет ли это?..»

Я напевал походную песню, которую сам сочинил.

Одним словом, командовали на этой войне Элизабет и я. Ни в коем случае это не могли быть Барбатос или Пеймон. Целью битвы, которая должна была развернуться сегодня, было не что иное, как сообщить двум Владыкам Демонов эту холодную правду.

Сядьте спокойно.

Если хотите выиграть войну, освободите меня из этой тюрьмы и передайте руководство мне.

Если же не хотите, тогда однажды вы все умрете от рук Принцессы Империи.

Откровенное и ясное сообщение.

Даже несмотря на то, что вы все были там, вы не смогли понять войну. Несмотря на то, что я был заключен в этой узкой тюрьме, я властвовал на поле боя. Все потому что безгранично более компетентен, чем вы. Тут не было иррациональности, нелогичности или несправедливости. Это просто была правда.

Это была исключительно правда.

«Когда они умрут, и умрут снова сотни раз…»

А.

Тлеющие угольки наконец подожгли табак. Я на мгновение перестал петь, чтобы слегка поддуть воздух в табак. Угольки вспыхнули и как раз смогли поджечь табак сияющим красным цветом.

– Ммм.

Идеально.

Один к десяти, Барбатос, наверно, осознала мое намерение. Шансы на то, что Пеймон поняла намек, были примерно 50 процентов. Если эти двое благоразумны, тогда они поймут, что ничего хорошего не получится, если они уберут меня, и победа отдалится, если они убьют Фарнезе. У этих двоих нет иного выбора, кроме как не выдвигать никаких обвинений и просто безусловно принять это.

Потому что у человеческой расы есть монстр, известный как Элизабет Атанаксия Эватрия фон Габсбург.

Потому что единственные, кто могут остановить ее, это я, Данталион, и Лора де Фарнезе, которую принял к себе Данталион.

Я выживу за счет компетентности Элизабет, и наоборот, я был уверен, что Элизабет сможет дышать благодаря моей и Фарнезе компетентности. Мы с Элизабет были альпинистами, которые вместе взбирались вверх, вися на спасательном тросе друг друга.

– Ну же.

Как отреагируют Барбатос и Пеймон? Будут ли они в ярости? Наверно, они будут в ярости. Будут ли они в отчаянии? Наверно, они будут в отчаянии. Любопытно, что же случится дальше. Настоящая ценность человека всегда доказывалась после того, как наступает то, что «дальше».

С ментальной установкой ожидать все новое, что приближалось, я посмотрел на горизонт через железные прутья. Табак был сладкий, от него мой разум онемел. Я пропел остаток песни, выдыхая дым к закатному солнцу.

«Или если мы умрем и умрем вместе все же – будет ли это то…?

Я был тут в тюрьме.

– Вы видите это?

– Несомненно, я видел.

– Вы уверены, что видели все правильно?

– Постарайтесь сказать нам, как она выглядит.

– У нее черные волосы. Это красиво.

– Ее красные волосы выглядели, будто горят. Отвратительно.

– Если у той сучки только одна голова, то у нее должны быть только одни волосы и, я уверен, у нее будет только один цвет волос, и все же у нас уже есть два цвета волос и два их вида. Другими словами, кажется, у той сучки две головы. Так как мы получили две головы демона, было бы прекрасно, если бы прямо сейчас мне дали дворянский титул.

– Она была высокая! Правда, высокая!

– Из того, что я видел, она была действительно низкая.

– Теперь одно ясно наверняка. Что у вас оба глаза слепые. Если вы подумаете о том, что любую правду трудно получить, то облегчение уже то, что я смог хотя бы получить это огромное облегчение.

– Шел слишком сильный дождь. Дождь. Этот уродский дождь. Этот проклятый дождь совершенно не планирует прекращаться. Разве дождь ранней весной всегда такой обильный? Или это место такое странное? Я впервые приехал в отдаленные районы, так что без понятия.

– Дождь идет, когда идет. Ничего не поделаешь. Было бы немного смущающее, если бы вы указали на идущий дождь и сказали ему прекратиться. Это бессмысленно, как и указывать на дождь, который не идет, и приказывать ему начаться.

– Ваши слова такие же пустые, как и ваша голова. Хотя в этом и нет ничего нового.

– Ну? Так вы видели ее или нет?

– Что вы будете делать, если мы действительно видели ее, и что вы будете делать, если не видели? Если бы мы ее видели, тогда мы бы также описывали то, чего не видели, а если бы мы ее не видели, тогда мы бы описывали только то, что действительно видели. Видели мы ее или нет, та сука в любом случае будет поганой сукой, сумасшедшей сукой и совершенно безумной сукой. Вот что мы решили, так что видели мы ее или нет, это вопрос второстепенный.

– Если действительно не имеет значения, видел я ее или нет, то я предпочел бы не видеть ее по возможности. Я бы умер, если бы увидел. Я слышал, что подчиненные той девчонки подбирали головы всех наших товарищей.

– Но я слышал, что она чертовски хорошенькая.

– Я слышал, что и голос у нее довольно мягкий.

– Я хочу жить.

– Даже если я умру, по крайней мере, я хочу умереть, когда увижу цветы. Хотя, наверно, я хотел бы прожить дольше, а не больше не хотеть жить, если я увижу цветы. Я просто думаю, что это уже немного слишком, что рядом со мной не будет ни единого цветка, когда я умру.

– Ах.

– Я правда не хочу умирать.

– Я слышу тебя.

– Я обещал моей младшей сестре, что мы пойдем вместе куда-нибудь, когда в этом году зацветут вишни.

– Разве ты не говорил, что твоя сестра умерла?

– Потому я и сказал так. Разве это не хорошая шутка?

– Почему они всё пытаются убить нас?

– Почему наши генералы продолжают отправлять нас на передовую к той девчонке, даже когда они четко знают, что мы умрем.

– Потому что все ублюдки.

– Это верные слова. Все негодяи.

– Мы тоже не добродушные люди.

– Они – кучка слабоумных и мы – кучка слабоумных, но почему слабоумными, которые умирают, должны быть мы?

День опадающих лепестков сакуры (часть 1)

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

7.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

Посреди ночи.

Фарнезе вернулась.

– Эта молодая леди принесла памятные подарки, Господин. Много подарков.

Подарок, который принесла Фарнезе говоря это, самый первый подарок, который девушка, которой едва исполнилось 17, как раз подходящий возраст, чтобы источать свежепроклюнувшиеся чувства, подарила мне, человеку, чье существо было ближе всего к существу ее отца, не нечто милое, как карманные деньги, и не традиционное написанное от руки письмо, а просто гора того, что оказалось сотнями человеческих черепов.

Более того, это были черепа с еще оставшимися кусочками плоти.

– …

– Вот рыцарь из Бретани. А вот вожак самого успешного отряда наемников в имперской армии Франкии. У этой особы, информацию о котором эта молодая леди получила после пыток пленников, кажется, была весьма неплохая репутация. А это довольно известный комбриг в Республике Батавия…

С лицом, лишенным эмоций, однако, будто ребенок, который вернулся из своей самой первой поездки за границу и привез сувениры для всех членов семьи, Фарнезе показывала черепа и представляла их по одному. Она довольно хорошо распознавала их. Хотя в моих глазах все они выглядели одинаково, и мне хотелось, чтобы она их немного отложила в сторону, почему-то казалось, что для Фарнезе на каждой голове были прикреплены цветные таблички с именами.

– Вижу. Я прекрасно понимаю, что у тебя сексуальная ориентация, которая имеет невероятно эксцентричное научное значение для исследований. По этой причине, не могла бы ты должным образом избавиться от всего этого прежде, чем я начну блевать? Я слишком нормальный, чтобы принимать твои предпочтения во всей их полноте.

– Погодите секунду, Господин. Эта молодая леди еще не показала настоящий подарок. Вы будете в восторге. Неважно, насколько широкой может быть эта вселенная, единственная девушка, которая могла бы принести Вашей Светлости памятные подарки – это эта молодая леди. Эта молодая леди не уверена, но разве это не потому, что вы сделали что-то невероятно хорошее в вашей прошлой жизни?

Фарнезе вела себя напыщенно.

Серьезно, это немного надоедало.

Кому это дитя подражало, чтобы так себя вести?

Если она ведет себя так, независимо от того, хорошенькая она или нет, интересно, заинтересуется ли ею мужчина. Пожалуйста, не живи, только прилепившись ко мне, глупая. Я не люблю жить, когда угол в моем доме занимает высокопроизводительный социопат.

– Ладно. В любом случает, твой разум, желающий не только приносить мне новости о победе, но и преподнести подарок, действительно достоин похвалы. Так что же это за настоящий подарок?

– Гм-гм.

Фарнезе развела руки в стороны, сделав языком звук "Тадам".

– Среди прочего эта молодая леди постоянно будет дарить Вашей Светлости череп, который вам особенно нравится. Как так? Ваша Светлость не настолько тронуты, чтобы желать построить библиотеку исключительно для этой молодой леди?

– Мне это совершенно не нужно! – прорычал я и встал, чтобы придавить макушку на голове у Фарнезе.

Однако я понял, что это невозможно. К сожалению, между мной и Фарнезе были железные прутья, более того, между нами было еще и значительное расстояние. Холодные железные прутья с лязгом преградили путь моему телу.

– Ты пришла сюда, принеся нечто подобное в узелке в качестве первого подарка твоему величественному господину? Если ты только подумаешь о том количестве уроков, которые я тебе преподал, тогда цены одной лекции было бы достаточно, чтобы построить храм. Подойди сюда и получи немного по заслугам.

– …Конечно, Ваша Светлость недоволен этими черепами? Как досадно. Это товар превосходного качества, который эта молодая леди отбирала строго вручную. Но не волнуйтесь. Ваша Светлость думает, что эта молодая леди не учла изощренное чувство красоты Вашей Светлости? Зная об этом…

Фарнезе хлопнула в ладоши.

В тот миг, когда она это сделала, подошли солдаты, они тянули тачки. Как ни странно, тачки до краев были наполнены человеческими черепами. Хотя дождь прекратился, небо было такое же темное, так что мой обзор был ограничен, я видел очередь тачек, которая начиналась от подножия холма и тянулась до места, где были мы. Фарнезе молодецки поставила руки в боки и заявила.

– Эта молодая леди собрала все трупы на поле боя и взяла только их головы. Ну же, Господин. Прошу вас, свободно оценивайте их, пока Ваша Светлость не найдет голову, которая будет вам по вкусу.

– Как я уже сказал, прошу, выкинь из головы идею дарить другому человеку череп, ты идиотка!

Эта девчонка была неправа… Серьезно, она действительно была неправа…

Фарнезе склонила голову и бормотала, как странно, как Его Светлости могло не понравиться это произведение искусства. Казалось, что она была действительно удивлена.

Для Фарнезе искусство означало момент, когда жизнь и смерть ярко вспыхивали. В этом отношении выражения лиц трупов на поле боя, наверно, были для нее вершиной искусства. Хотя я был в состоянии понять эту своеобразную логику, я просто не обладал достаточной терпимостью, чтобы пассивно согласиться с этим.

Я вздохнул.

– Ты завидуешь?

– Мм? Что Ваша Светлость имеет в виду?

– В отличии от тебя те лица могут свободно выражать свои эмоции, так вот я спрашиваю, завидуешь ли ты тем людям, которые родились нормально и как правило свободны?

Фарнезе замерла.

На расстоянии горел и рассыпался огонь. Мы шли на войну, сжигая трупы. Поднимающийся пепел летал вокруг нас, будто посыпая небо солью, а в противовес этому поднимался черный дым. Периодически пленников, которым еще предстояло умереть и которые цеплялись за свои нити жизни, пока могли, полосовали и убивали наши солдаты лично. Хрусь, хрусь… ах, ааххх… Каждый раз, когда языки пламени вздымались вверх, предсмертные крики слышались с небольшим опозданием.

Фарнезе оставила эти вопли позади себя и безучастно смотрела на меня. Ее эмоции были вялые. Когда люди говорят, что температура взгляда человека – это температура его сердца, то казалось, что Фарнезе ничего даже не знала о температуре.

– Я могу угадать причину, почему у тебя плохо получаются выражения лица. Чем больше у тебя было разных выражений лица, тем больше, наверно, это возбуждало твоего отца. Так что ты в качестве самозащиты решила постараться избавиться полностью от такого явления, как выражения лица, подобно тому, как лесной жук отказывается от своих подлинных цветов и теряется в лесу.

– …

– Фарнезе, если это так, то это то, что ты решила сама. Неважно, насколько это может быть жестоко или нечестно, поскольку это то, через что ты прошла лично, в конце это то, что можешь исправить только ты. Даже если бы ты собрала десять тысяч трупов, у которых есть выражения лица, день, когда ты будешь избавлена от своей ярости и шрамов, никогда не наступит.

– Эта молодая леди не понимает, Господин, – спокойно проговорила Фарнезе. – Ваша Светлость, вы сказали этой молодой леди в тот день в заснеженном сосновом лесу.. Вы сказали этой молодой леди убивать все, что преграждает ей путь, независимо от того, что это может быть, не бояться, не связывать себя тем, что не является ответственностью этой молодой леди, и отсекать все, что старается ее ограничить. Ваша Светлость сказали этой молодой леди, что, если она отсечет это, тогда в том месте будет жизнь этой молодой леди. Почему же сейчас Ваша Светлость советует этой молодой леди перестать брать головы врагов?

Фарнезе накручивала на палец боковую прядь. Это была привычка, которая проявлялась, когда она была в глубоком раздумье.

– Разве отношение этой молодой леди было слишком жестоким? Война сама по себе достаточно жестокая. Методы этой молодой леди слишком жуткие? Нет ничего глупее, чем обсуждать чьи-то обязанности на поле боя. Или, возможно, это нахлынула жалость, которая не пристала Вашей Светлости…

– Я сказал тебе убивать то, что преграждает тебе путь, – оборвал ее слова я.

Хоть она стала красноречивой благодаря обучению риторики у меня и Лазурит, ей все же решительно не хватало способности противоречить мне.

– То, что преграждает твой путь, не похоже на эти черепа. Посмотри внимательно. Разве то, что стоит у тебя на пути, не твое собственное прошлое?

– …

Фарнезе затихла.

Будто девушку, которая жестоко убила по меньшей мере несколько тысяч, а максимум десять тысяч сегодня, заградила невидимая стена, она стояла на месте, не в силах сдвинуться и на дюйм.

– Хоть эта молодая леди не хочет признавать это.

К тому моменту, когда Фарнезе едва смогла раскрыть губы, небо уже стало явно темным и в военном лагере зажгли несколько факелов.

– Ваша Светлость правы. Хотя эта молодая леди смогла освободиться от собственного наваждения, что звук снега был криком цикад, эта молодая леди все еще связана оковами прошлого. И эта молодая леди не может контролировать это с помощью собственной воли.

Бормотание Фарнезе больше напоминало вздох, чем слова.

– Когда перед глазами этой молодой леди появляется лицо с выражаемыми эмоциями, эта молодая леди хочет искалечить его мечом. Если есть лицо, которое проклинает эту молодую леди среди прочих, тогда эта молодая леди хочет показать это лицо после того, как искалечила его. Делая так, эта молодая леди желает вкушать чувство жизни, наслаждаясь тем, что они мертвы, а эта молодая леди жива. Что же этой молодой леди делать? Что должна эта молодая леди сделать, чтобы изменить это?

День опадающих лепестков сакуры (часть 2)

Фарнезе опустила глаза.

Скорее всего. Это дитя мысленно ходило взад-вперед, так как она не знала, что делать. Она знала, что должна была исправить, но не знала, как.

Однако даже это было большим шагом.

Еще до недавнего времени Фарнезе была грудой травм. Она отрицала, что ее подвергал насилию ее собственный отец, она скрывала тот факт как ложь, ни разу не изменив свое выражение лица, и обычно она говорила о своих скрываемых шрамах, только когда была под влиянием алкоголя или наркотиков. По сравнению с теми днями разве Фарнезе не стала более зрелой?

Лазурит сказала, что Фарнезе опасна. Я сказал Лазурит, что возьму ответственность на себя, и попросил оставить это мне и терпеливо ждать. Будучи заключенным в клетке и смотря на Фарнезе с другой стороны железных прутьев, я снова убедился, что мое суждение тогда было правильным.

– Я был такой же, как ты.

Время докапываться прошло, пришло время руководить.

– В моей жизни тоже было существо, подобное отцу. Более того, если говорить о мерзких личностях, возможно, он был такой же или даже хуже, чем твой отец, никогда нельзя было считать его меньше этого. Моя жизнь разрушилась из-за того человека.

– …У Вашей Светлости тоже?

– Да.

Я могу признаться, потому что теперь я лично испытал на себе тюремное заключение. Вопрос в том, кого легче всего посадить в тюрьму. Это был мой отец. Это была не шутка.

Для начала, не может быть двух мнений касательно того, что мой отец был чудовищем, заслуживающим смерти. Я уверился в этом с тех пор, как моя мать, которая его очень любила, вплоть до того, что любила его внутренности, попыталась убить его.

За исключением того, что, независимо, был ли он убит или нет, пока этот день не настал, было много вещей, которые мне пришлось просто принять. Даже когда мой отец растил меня, не было ни единого дня, когда я голодал. Разве это само по себе не то, за что стоит честно поблагодарить? Хоть меня и воспитывал отец-урод, и я вырос сукиным сыном, к счастью, я был честным человеком. У меня не было иного выхода кроме как признать тот факт, что он неким образом выполнил свой долг как отца лишь потому, что я с рождения никогда не голодал.

Именно поэтому вместо того, чтобы лишить его жизни, я решил удовлетвориться тем, что кинул его жизнь в бездонную пропасть. Ребята, известные как милосердие и терпимость, как их называют. Оказывается, даже я был довольно нежным и почтительным сыном.

Способ был прост.

Я втайне отправлял подростков на его гулянки по обмену, которые мой отец обычно проводил на своей любимой вилле. Да. Хоть у него и было четыре или пять жен, он все так же получал удовольствие от промежуточных сексуальных связей. Он был ненормальный? Никто никак не высказывал свое уважение по поводу такого буйного сексуального аппетита. Я считал, что напрасно лишь я знал о выпадах моего отца, так что, соответственно, я регулярно обзаводился оборванцами, известными как осведомители, и обеспечивал доказательства.

Мне не нужно было особо стараться, чтобы случился инцидент. Даже там, где не было моих рук, мой отец флиртовал со многими женщинами. Среди прочего в месте, не связанном со мной, случился скандал из-за сексуальных домогательств. Право, логично, что это была еще одна старшеклассница… была причина, почему я заявлял, что комплекс Лолиты это душевная болезнь снова и снова… я ошалело подливал масло в огонь, которое до этого момента собирал, в историю, которая, естественно, разгорелась. И хотя я говорил об этом как о масле, ничего особенного там не было. Я просто тихо подозвал их и сказал пару слов.

– Молодой Господин, почему мы должны тайно устанавливать тут камеру?

Я сказал, что им нет нужды знать.

– Уф. Э-это правда нормально? Могу ли я также верить, что вы действительно должным образом наградите меня, когда это закончится?..

Я припугнул их, чтобы они молча верили в меня.

– Мы созвали всех адвокатов защиты, Молодой Господин. Не волнуйтесь. Даже если видео просочится, ситуация, в которой пострадает и семья председателя, не произойдет. То, что здесь вовлечена ученица старшей школы, – лишь небольшое препятствие, мы сделаем все, что... Прошу прощения? Вы говорите нам это оставить так? Но?..

Если у них была жалоба, тогда я сказал им жаловаться.

⎯ ...

⎯ ...

⎯ ...

Оставлять их в неведении касательно того, что они имели право знать, создавать для них ситуацию, в которой у них не было иного выбора кроме как верить в то, во что они хотели верить, и заставлять их делать то, что они не должны были. Власть, главным образом, есть нечто подобное, и у меня было достаточно власти.

Я улыбнулся им и спросил: "Почему вы не отвечаете?" Они все сглотнули и ответили мне, кто преемник компании.

⎯ Да.

⎯ Да, понятно...

⎯ Как пожелаете.

Время охоты пришло.

Когда лев охотится на оленя, его не опьяняет отдаленный запах крови лишь потому, что он уже раз попробовал на вкус кровь из шеи оленя.

Даже после того, как моего отца посадили в тюрьму, и я избавился от всех его близких помощников, я был бдителен. Я перехватил информацию и исказил ее. Его осведомители не умолкали, и почему-то настоящие репортеры начали подниматься над дрянной прессой. Ага, если бы это было так, то ничего бы уже нельзя было поделать, так что я лишь пожал плечами.

Оставайся в тюрьме навсегда.

Это было мое последнее желание, и мой отец более чем радостно уступил этой моей небольшой надежде.

Соответственно, так и случилось.

Четырьмя днями позже мой отец умер от сердечного приступа.

– ...

Я посмотрел в небо, откуда перестал лить дождь. Туман не хотел рассеиваться, а наоборот холодом просачивался в землю. Фарнезе молча смотрела на меня, пока я был в таком состоянии.

– Фарнезе, Возможно, в целом я преуспел, но в самый важный момент я совершил ошибку. Хоть я и одержал победу в том, что этого человека посадили в тюрьму, однако я не ожидал, что он умрет от хронической болезни за четыре дня.

Аах.

Четыре дня, едва четыре дня.

Этого времени было слишком мало, чтобы отплатить ему за обиды, которые накопились за всю мою жизнь.

Всего лишь четыре дня.

Я, который выбежал сразу, как услышал новость о внезапной смерти моего отца, был опустошен. Даже когда я читал листок, который он предположительно оставил в качестве завещания, у меня в голове была лишь одна мысль. Мысль, что этот человек, этот подобный мяснику ублюдок, эта непревзойденная ядовитая змея среди прочих ядовитых змей, видел мой план насквозь и намеренно использовал хроническую болезнь как предлог для совершения самоубийства.

Я не знал, как мой план был раскрыт. По всей видимости, он понял это благодаря интуиции. Пожалуй, он был чудовищным человеком.

Поскольку проблемы с сердцем были его старой хронической болезнью, никто не подозревал его смерть. По мнению большинства, он умер, потому что был склонен к этому, а согласно моему разумному доводу он заслуживал того, чтобы быть убитым, но я не смог это сделать. В конце, возможно, я и преуспел в своей мести, но до конца жизни мне пришлось жить с этим горьким привкусом во рту.

Браво, отец. Наверно, ты чувствовал себя беззаботно, раз смог оставить в дураках своего сына в последний раз в финальный момент своей жизни. Да, хорошая работа – умереть. Тебе так не по душе была мысль о том, чтобы искупить передо мной свою вину? Ты хотел сообщить мне, что у тебя в жизни не было ничего, за что ты должен был искупать вину?

– Хаа… – я вздохнул. – В моей истории есть довольно ценная мораль. Знаешь, какая?

– Неважно, насколько он отвратителен, как твой отец – это все же твой отец, потому не следует бездумно лишать его свободы?

– Дура. Чем ты слушала меня? Совершенно наоборот. Без нужды не прощай и не оставляй его в покое, и непременно убей его, отца, который разрушил твою жизнь, твоими собственными руками.

– …

Я поднял подбородок Фарнезе и выразительно посмотрел на нее. Первый ребенок, за которого я решил взять на себя ответственность с тех пор, как пришел в этот мир. Хотя вообще редко говорю это вслух, я считаю тебя моей приемной дочерью. Потому что зрелище того, как исковеркалась твоя жизнь, выглядит так же, как была исковеркана моя.

– Люди со всего мира, скорее всего, будут давать тебе всяческие советы. Прости их. Приведи в порядок свои мысли и измени свою жизнь в позитивную сторону. О боже. Это слова, которые годятся только для тех людей. Возможно, это даже неправильные слова. В любом случае, ты, разве ты не страдала о того, о чем нельзя рассказывать вслух или даже еще тяжелее, от собственного отца? Я легко могу догадаться.

– …

– Лазурит убила свою мать. Наверно, это был первый раз, когда она после рождения должным образом встретилась со своей матерью, но она просто погналась за ней без промедления и перерезала своей матери горло. В этом отношении я считаю, что Лазурит намного мудрее меня. Подумай об этом, Фарнезе. Что ты будешь делать, если твой отец умрет от руки другого человека прежде, чем ты сможешь сделать это сама? Я советую тебе представить это. Разве не ужасно?

– …

– Тогда убей его.

Я сказал.

Тоном, который убеждал в ответе.

День опадающих лепестков сакуры (часть 3)

– Накажи своего отца собственными руками. Отомсти и покончи с его жизнью. Неважно, насколько огромной может быть вселенная, так как нет никого, кто имел бы такое право отомстить, как ты, это должна сделать ты. Задание, которое я не смог выполнить, потому что был небрежен, я искренне молюсь, чтобы ты смогла его выполнить.

Будто я накладывал на нее проклятие и в то же время возлагал благословление.

Я ответил своей приемной дочери:

– Как только ты сделаешь это, ты будешь свободна.

Фарнезе молча пожала плечами. Это была естественная реакция. Мои слова были льдом. Если бы человек хотел переварить лед мгновенно, ему понадобились бы хороший желудок и крепкие зубы. А эта девушка, стоящая передо мной, была основополагающим элементом, который Лазурит, женщина, у которой был самый лучший желудок, и я, у кого, были самые крепкие зубы, вместе всерьез удочерили. Независимо от того, устанет ли она от жестокости действий, которые должна осуществлять с этого момента, она не откажется от этого.

Как и следовала ожидать.

– … Но, Ваша Светлость. Есть проблема. Даже если эта молодая леди попытается убить своего отца, отец этой молодой леди живет в королевстве далеко на юге. Ваша Светлость и эта молодая леди должны лишить жизни еще очень многих людей на севере, так когда мы сможем наступать в южном направлении?

Фарнезе сразу же обозначила проблему. Это означало, что она основательно согласилась с моими словами напутствия убить ее собственного отца. Поэтому я не испытывал неприязнь к этому ребенку, который понимал мои слова.

– Чтобы покорить Империю, мы должны также убить и Принцессу Империи, но согласно словам Вашей Светлости, Принцесса – самая большая гора. Сам переход через эту гору весьма далек, так что пока этот день настанет, как эта молодая леди должна переносить разрушительное действие ее прошлого, пока она в этом чистилище? Как мы можем знать, потребуется для этого 5 лет или 10? Эта молодая леди хочет освободиться поскорее.

– Хорошо, что ты честна. Каждый раз, когда я вижу, как ты медленно все больше превращаешься в сучью дочку, это меня приводит в такой восторг, что я могу пуститься в пляс.

– Хотя эта молодая леди серьезно обеспокоена, поскольку кажется, будто ее личность все больше портится день за днем из-за Вашей Светлости и мисс Лазурит…

– Отлично. Не волнуйся об этом. Мы всего лишь вытянули наружу то, что уже прогнило. Так как это и есть твоя настоящая сущность, постарайся изо всех сил полюбить ее.

– У Вашей Светлости талант касаться струн сердца другого человека каждый раз, когда вы открываете рот. Талант, благодаря которому можно касаться струн сердца другого человека, имеет невероятно скверное значение, вот. Прошу вас, прикусите свой язык и убейте себя, Господин.

Уголки моего рта поднялись.

– Три дня.

– …?

– Ты сможешь убить своего отца за три дня.

Фарнезе нахмурила брови.

– Это дико и необузданно. Как эта молодая леди сможет поймать своего отца за три дня?

– Не ты приведешь его, глупое ты дитя. Разве я не говорил тебе об этом много раз? Прошу тебя, если то, что у тебя прикреплено к шее, это голова, пожалуйста, используй ее. Подумай об этом. Независимо от того, была ты обращена в рабыню или нет, ты все так же наследница Дома Фарнезе. Наследница их семьи предала человечество и перекинулась к демонам, но ты думаешь, что они будут сидеть тихо, когда их достоинство дворянской семьи выставлено на всеобщее обозрение. Даже если бы они пытались сидеть тихо, думаешь, люди вокруг них оставили бы их так просто в покое?

– …

Фарнезе притихла. По ее лицу было видно, что такой сценарий она никогда не обдумывала. Я прицокнул языком и потрусил головой. У этого ребенка, который изучал мир по историческим книжкам, на самом деле было худо с чувствами, когда в действительности речь заходила о чем-то важном.

– Послушай внимательно. Послушай, и заруби себе на носу. Прошло довольно много времени с тех пор, как Принцесса Элизабет получила артефакт памяти. На тот момент Принцесса уже должна была связаться с Домом Фарнезе. Прошло четыре дня с тех пор, как ты стала номинальным руководителем и произнесла ту речь, но если человек настолько компетентен, как Принцесса Империи, то, насколько бы ни была серьезной ситуация, она должна быть в состоянии решить ее за неделю. Следовательно, три дня с этого момента. Независимо от того, что случится прежде, чем пройдет целая неделя, Принцесса Империи, несомненно, будет давить на тебя, поставив Герцога Фарнезе впереди своих войск.

– Как Ваша Светлость может быть в этом уверены…

– О боже, сделать наследницей такую, как ты, как же мне не везет. Ты не просто не можешь думать, ты не можешь и слушать внимательно? Дитя, разве слухи о том, что ты наследница Дома Фарнезе и дочь шлюхи, не разошлись уже по всей передовой Армии Крестоносцев? Гм? Кто, по твоему мнению, столь педантично собирал твою личную информацию, а также запустил о тебе злобные слухи, всего за три дня? Может ли это быть кто-то другой, кроме Принцессы Империи Элизабет?

– …

– Так что не волнуйся, что тебе придется ждать 10 лет, лучше беспокойся об уже приближающихся трех днях. Мой глупый генерал, даже неделя – это время за пределами нашей досягаемости. Пробираться на ощупь сквозь единственный день и исследовать следующий день снова, вот уровень, на котором ты сейчас находишься. Какая же ты дерзкая, что пытаешься обсуждать 10 лет.

– Этой молодой леди все больше не нравится Ваша Светлость…

– Все потому что я куда выше тебя. Мне хорошо известно это чувство.

– Этой леди также не нравится и то, что ваша Светлость прикидывается, будто ему известно это чувство…

– О? Тогда попытайся выиграть у меня. Как для человека, который не способен выиграть, у тебя, наверно, довольно счастливая жизнь, раз у тебя еще осталась гордость. Твой разум чувствует себя умиротворенно?

– Гууууух…

Фарнезе тяжело вздохнула без каких-либо эмоций на лице. Какая милашка.

В сущности, желание власти не прощало никого, кто не критиковал себя. Я был тем, кто пробудил в Фарнезе жажду власти, и фактически я был тем, кто занимал ее небо. В силу этого на месте Фарнезе, у нее не было иного выхода, как чувствовать себя задыхающейся.

– В любом случае, так как все будет развиваться таким образом, не забывай об этом. Так что даже если Принцесса внезапно приведет твоего отца, чтобы умственно встряхнуть тебя, не слишком беспокойся. Если что, радуйся, что 10 лет сократились до трех дней. Отомсти и лиши его жизни. И…

И.

Я как раз собирался добавить несколько слов в тот момент, как.

– …Хорошие слова, Данталион. Отомсти и лиши его жизни.

Я услышал знакомый голос.

Мы вдвоем одновременно повернули головы. Из темного угла, укрытого ночным небом, приближались бодрые и все же легкие шаги. Владелица и голоса, и шагов вышла на место, освещенное факелом у тюрьмы, и остановилась.

Чисто белые волосы.

Желтые зрачки, как у льва.

– Раз на то пошло, я пришла сюда, потому что хотела сказать в точности те же слова тебе.

Там улыбалась Барбатос.

Тик.

Карманные часы в глубине моих одежд пошли.

День опадающих лепестков сакуры (часть 4)

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

07.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

– Привет, Данталион. Мистер Самоадресуемый Гений.

Ночь была водянистая. Дождь, прекратившийся вечером, все еще висел где-то в воздухе. Хотя от света факела тени колебались, будто пар, от чего очертания выглядели размытыми, а не стоящими на земле, казалось, что половина ступней Барбатос поглотило угольно черное болото.

– Э-эй. Наверно, жизнь в тюрьме отлично подходит для твоего тела. Посмотри на выражение своего лица. Твоя физиономия, обычно придавленная усталостью, расцвела, действительно расцвела. Ты очаровательное дитя. Отправить тебя в тюрьму было не пустой тратой времени.

Хоть все было размыто и неясно, отчетливое присутствие Барбатос не расплылось. Ее голос, все потому что ее голос был обернут в смех. Хотя Барбатос легко смеялась, каждый раз ее смех был вязким от той густоты, которая поднималась из самых глубин ее сердца. Каждый раз, когда она смеялась, у меня было чувство, будто я видел бездонный колодец.

– …

Я знал, что она придет.

Мой разум даже был готов к этому.

Однако, было нечто. Если и было нечто, что я не предвидел, так это что Барбатос придет не одна. Барбатос пришла, волоча кого-то за волосы. Мое сердце мгновенно похолодело. Интересно. Почувствовала ли она температуру моего взгляда. Барбатос усмехнулась.

– А. Она? Я как раз шла сюда, когда у меня внезапно появилась идея. Когда эта девушка и ты давно развратничали, я дала вам некий совет касательно отношений, да? Однако при этом мне показалось, что с недавних пор вы не проводили достаточно времени вместе.

Лазурит.

Лазурит. Моя любовь.

Моя любимая с красивыми розовыми волосами и прелестными синими глазами безжизненно распласталась там в обнаженном виде, а все ее тело было испохаблено отметинами от плети и ожогов. Барбатос встряхнула голову Лазурит.

– Поэтому я воспользовалась возможностью познакомиться чуть ближе.

– …

– Ух ты. Ублюдок, да ты глянь на свое лицо. Ты выглядишь так, будто можешь невзначай убить меня, ты в курсе? Гм? Верно, ты уже обвел меня вокруг пальца на поле боя, так почему бы тебе не лишить меня жизни?

Барбатос.

Ты действительно.

– Что? – она широко ухмылялась, – первый раз видишь суку?

Я замолчал.

У противника была заложница. Заложница была инструментом, с которым можно было управляться любым способом, который противник считал подходящим. Следовательно, это был способ козырнуть передо мной своей силой. Другими словами, будто это была бомба, способная взорваться в любой момент, с ней нужно было справиться очень быстро, и я не должен был неосторожно раздражать личность, которая пыталась козырнуть своей силой. Так как я продолжал молчать, Барбатос носом издала протяжный звук «гмм».

– Хорошо, мне нравится, что ты хорошо воспитан. Кажется, ты понял, где твое место. Что ж, раз вы оба и я состоим в отношениях, когда мы видели все, что можно увидеть, я не буду долго тянуть. Проси прощения.

– Просить прощение?

– Да. Проси прощения за то, что поменял оратора на свое усмотрение, проси прощения, что потребовал военный трибунал, как тебе вздумается, а более всего прочего проси прощения за то, что относишься к жизням моих солдат как к игрушкам, будто поле боя — это игровая площадка, Данталион.

Барбатос тихо сказала: «ах» и добавила кое-что еще.

– Ах да. Я не позволю тебе оправдываться. Что-то типа «этого не было в моих планах» или подобный отстой. Когда я слышу отстой, мне кажется, что и противник тоже отстой, но, с другой стороны, у меня также появляется чувство, что и ко мне относятся как к мусору. Возможно, у меня в чувствах непорядок, но, что ж, это неверно. Мне не по душе, когда такое случается. Если люди – это люди, им следует выказывать взаимное уважение. Обе стороны не должны становиться сучьими сынами, верно?

Барбатос швырнула Лазурит вперед. Она скончалась? Лазурит не издала ни единого стона и просто упала на землю.

– Попросить прощения просто. Прежде всего, собственными руками оторви голову этой человеческой девчонке. Дальше перережь собственными руками горло этому изгою. И наконец мне придется забрать одну из твоих рук. Как оно? Просто, правда? Как бы там ни было, извинения должны обладать значимостью, искренностью и сердечностью. Хотя такой нахал, как ты может плохо понимать это, но изначально извинения были примерно такими. Трудно, да? А поскольку это так трудно, тебе прежде всего следует не ошибиться.

– …

– Погибло четыре тысячи солдат.

Барбатос наступила Лазурит на голову правой ногой. Среди Владык Демонов Барбатос выделялась большой силой. Именно в этот момент, вложи она чуточку больше силы в ногу, и голова Лазурит, скорее всего, была бы раздавлена.

– Четыре тысячи солдат, понимаешь? Четыре тысячи одних только моих солдат погибли из-за твоих и этой суки так называемых игр и забав. Тебе это не кажется странным?

– Барбатос, все умирают на войне.

– Да, но они не умирают в шутку. Это важно. Тот факт, что для смерти необходим смысл. С одной только этой мыслью такие люди, как мы, могут идти на войну.

Барбатос вытянула кинжал из своих одежд. Затем она схватила и подняла голову Лазурит снова и приставила лезвие к ее щеке. В тот момент Лазурит медленно открыла глаза.

Наши взгляды встретились.

– …

– …

Хоть мы не промолвили ни единого слова.

Мы с Лазурит закончили свой разговор в одно мгновение.

Независимо от этого, знала они или нет, Барбатос продолжала свое кроваво-шутливое обхождение. Хоть и очень слегка, край лезвия проник в кожу Лазурит. Я отчетливо видел проступившую багряную кровь.

– Я с самого начала особо не доверяла тебе, Данталион. В наших отношениях всегда не хватало доверия.

– Печально это слышать. Я был вполне уверен в том, что мы смогли заложить весьма хорошие отношения. Хотя я не хотел бы говорить покровительственно о том, что уже закончилось, я спас тебя и твою армию, верно?

– Язык Габсбурга.

Барбатос улыбнулась.

– На самом деле я знаю, как говорить на некоторых человеческих языках, ты сумасшедший.

– …

– Ты чувствуешь угрызения совести, верно?

Я немедленно вспомнил пронзительный смех в своей голове.

⎯⎯ Эй, взглянешь на это? Данталион, о чем они там лепечут?

Еще до того, как должна была начаться война. В разгар того времени, когда мы с Барбатос жгли горный хребет, каждый раз, когда мы наказывали жителей деревень с выжигаемыми полями, Барбатос оставляла перевод на меня. Потому что гордые Владыки Демонов не считали для себя важным изучение человеческих языков. Однако, было ли это так? Она знала? Вопреки тому, что она знала, она прикидывалась, что не знает, и просто наблюдала, как я перевожу ее слова. Она проверяла меня, чтобы посмотреть, насколько я надежный, насколько она может доверять мне. Было ли это так?..

Тогда я переводил слова жителей деревень с выжигаемыми полями не в точности так, как они их говорили. Я всегда относился к простолюдинам с сочувствием. Однако Барбатос казалось, наверно, что я искажаю информацию. Парень, которому нельзя полностью доверять. Я не мог спорить, если меня считали таким… Однако, я тоже мог кое-что возразить.

– Верно. Я действительно ощущаю угрызения совести. И что? Ты хотела, чтобы разразилась война. И я подарил тебе войну. Ты хотела получить победу. И я подарил тебе победу. Я преподносил тебе все, чего ты до сих пор желала. Но вопреки этому ты не доверяешь мне из-за банальных ошибок перевода? Есть же предел для ограниченного ума.

– Ха, перестань молоть чушь, мистер Данталион. Будь то война или победа, мы оба этого хотели. Почему ты всячески пытаешься сказать, что подарил что-то или что бы там ни было? Ты хочешь увидеть симпатичный след от лезвия на шее этой суки?

Говоря саркастически, Барбатос приставила кинжал ближе к горлу Лазурит. Лазурит посмотрела на меня, будучи совершенно безмятежной.

Ах, Барбатос. Ты совершила критическую ошибку. Лазурит не была моей слабостью. Она была великой женщиной, которая никогда бы не простила себя, если бы опустилась до того, чтобы быть моей слабостью. Мы с Лазурит делали друг друга сильнее. Я мог оставаться живым и в удовлетворительном состоянии благодаря ее неизменному взгляду.

– Твои слова правильны, Барбатос. Мы оба желаем войны и жаждем победы. Раз это так, ты не должна убивать моих вассалов.

– Э?

– Ты придуриваешься? Или ты действительно не знаешь? Раз ты пережила сегодняшнее сражение, ты должна бы быть уже в курсе.

Я говорил спокойно. Я вложил в свои уста правду, которую Барбатос ни за что не захотела бы услышать. Более чем радостно я озвучил то, что Королева Серебра никак не хотела принимать.

– Мой генерал и Принцесса Империи компетентнее тебя.

Щелк.

День опадающих лепестков сакуры (часть 5)

Тело Барбатос на мгновение замерло.

Я чувствовал, что замерло ее дыхание. Вокруг нас легла абсолютная тишина. Влага, сформировавшаяся на железных прутьях моей тюрьмы, каплями скатывалась вниз. Барбатос молчала, так что Лора, Лазурит и я просто молча терпели холодный ветер. Так как ответа долго не было, я заговорил первым.

– Один раз тебя уже загнали в угол настолько, что ты почти понесла поражение от рук Принцессы Империи. Хотя ты заявляла, что это случилось из-за тяжелого поражения Его Превосходительства Марбаса, если бы ты была более компетентна, чем Принцесса, тогда ты не оказалась бы в такой защитной позиции. Я и мой генерал. Если бы присутствующая тут Фарнезе не пришла спасти тебя, тогда к этому времени у Альянса Полумесяца были бы украдены человечеством последние равнинные земли.

– …

– Более того, ты не смогла предвидеть неожиданную атаку Принцессы даже сегодня. Если ты знала, как говорить на языке Габсбурга, то это еще более дорогостоящая ошибка. Почему не было видно имперской армии Габсбургов, несмотря на то, что армии всех наций были собраны вместе? Ты должна была заметить угрозу, приближающуюся сквозь сильный дождь. И хоть у тебя была такая возможность, ты не смогла этого понять.

Я прошу прощения, Барбатос.

Но вам, Владыкам Демонов, требуется шоковая терапия. Если время и дальше будет так протекать, ты никогда не сможешь предвидеть правду, что вся раса демонов будет уничтожена людьми. Ты была слишком уверенной в своей компетентности. Моя роль была в том, чтобы пошатнуть твою самонадеянность. Следовательно, я сказал ей об этом.

– Ты вроде сказала, что погибло четыре тысячи солдат? Какое несчастье. Прими мои соболезнования. Однако это не ошибка Фарнезе, это не моя ошибка, и особенно это не ошибка Принцессы. Все, что мы сделали, – это, пожалуй, выложились по полной на соответствующих позициях. Барбатос, ты потеряла четыре тысячи солдат...

– ...

– Лишь потому, что ты менее компетентна, чем мы.

Хотя это весьма достойно жалости.

Барбатос, оказывается, даже ты, личность, которая сияет так же ярко, как снежные поля в темную лунную ночь, менее компетентна, чем кто-то другой. Ты можешь выполнять роль второго плана на сцене, но играть главную роль не в твоих силах. Это твой предел.

Даже ты должна была смутно почувствовать это. Что твой личный состав встретил смерть, потому что ты была не в состоянии заметить движений вражеских сил. Что жизнь твоих солдат лежала на твоих собственных плечах, и ты не можешь переложить ответственность на кого-то другого. Ты пришла в бешенство, потому что ты презирала и жалела себя.

Ах, Барбатос. Смех Владыки Демонов беспощаден. Священная и незыблемая Владыка Демонов, называвшая себя Совершенным Величеством, Глава Совета Семидесяти Двух , ведущая за собой всю расу демонов. Ты не смогла справиться с этой эрой сама. Следующие 10 лет тебе назначено переживать жестокие времена. Более того уже определены личности, которым суждено стать ведущими актерами. Элизабет фон Габсбург, Лора де Фарнезе и герой, который однажды появится... Они напишут эпическую поэму о том, как континент стал единой империей, а ты станешь песней, которая уже отзвучала, подошла к концу и мгновенно исчезла.

Однако.

– Позволь мне жить.

Я был тут.

– Я дам тебе войну. Я подарю тебе победу. Я преподнесу тебе будущее без поражения. Я покажу тебе прогретые солнцем поля расы демонов. Мне все равно, присвоишь ли ты триумф и честь себе единолично. Вы все можете забрать гордость и славу до последней капли. Я желаю только одного.

Просто.

И поэтому.

– Пощади меня и моих вассалов.

Тишина.

Барбатос заговорила. Губами, на которых не осталось ни клочка задержавшегося юмора.

– Эти слова.

– ...

– Ты можешь взять за них ответственность?

Я кивнул.

Давай работать вместе, даже у тебя есть шанс, если мы все возьмемся за руки, мы сможем преодолеть все… я отказался от таких слащавых слов. На другой стороне этой равнины стоит Принцесса Империи, которая принесет самый худший кошмар в истории. Если я собирался выстоять против нее, то у меня не было иного выбора кроме как самому стать кошмаром.

А я не думал, что стать кошмаром так отвратительно, и не считал это трудным заданием, для меня это был всего лишь радостный случай. Какое счастье, что именно я буду играть эту роль?! Ты должна быть преисполнена радости, Барбатос. Хотя, кажется, ты сожалела из-за гибели 4000 солдат, я могу продолжать так смеяться, даже если пришлось бы перерезать 4 миллиона людей. Прими тот факт, что я честный сукин сын. Я поведу тебя. Я возьму на себя ответственность.

– Четыреста лет, – заговорил я, – Не менее чем на протяжении четырехсот лет походы Альянса Полумесяца продолжали раз за разом приносить поражения. Причина, которая за этим крылась, не в том, что вы слабые. Наоборот, все совершенно наоборот. Вы все были слишком сильные.

– … О чем ты говоришь?

– Смотри. Даже если мы Альянс Полумесяца, здесь, самое большее половина Владык Демонов, живущих на континенте демонов. Ранги с 1-го по 4-й даже не принимают участие в походах. Единственные среди наивысших по рангу Владык Демонов, задействованные в сражениях, это ты, Пеймон и Его Превосходительство Марбас. Несмотря на это у нас огромная армия в сто тысяч.

Если бы какая-то нация соскребла все военные силы, какие смогла, численность армии едва ли превышала бы 40.000. У армии Крестоносцев, сформировавшейся после того, как все нации объединились и выжали из себя всю свою военную мощь, было не более ста тысяч солдат. Конечно, скорее всего, это не их максимальная сила. Однако если принять во внимание тот факт, что демоны в среднем сильнее, чем люди, то, говоря о военной мощи, разрыв между Альянсом Полумесяца и Крестоносцами становился еще больше.

– Я скажу честно. На всем континенте демонов Владыки Демонов, которые искренне стремятся к победе, все участвуют в этой войне. Для других Владык Демонов земли, принадлежащие людям, не более чем гнездо клопов, которое они могут легко разрушить, если серьезно возьмутся за это.

– …

– Если на то пошло, они боятся вас, ребята.

– … Владыки Демонов боятся Владык Демонов?

Верно.

Я никогда не думал, что это так хлопотно.

Стать королем значило достичь вершины власти, которой полагалось руководить людьми. Однако на континенте демонов было 72 непревзойденных личности в самом расцвете. Я не осуждаю то, что континент демонов просто подобен племенному народу.

Единственная причина, почему это идиотское общество еще держалось, это общий враг, другими словами, потому что человеческий род еще держался. Что бы случилось, исчезни человеческий род? Как желала Барбатос, что бы случилось после того, как мы покорили бы весь человеческий континент?

– Все просто, Барбатос. После разгрома человечества все Владыки Демонов, несомненно, начнут гражданскую войну, чтобы определить, у кого среди них больше всего власти.

Барбатос нахмурилась. Она действительно была женщиной, посвятившей свою жизнь завоеванию континента. Она не принимала во внимание чувства и отношение прочих дрянных Владык Демонов, которых не интересовало оправдание, и они просто заботились о собственной безопасности.

– Когда наступит этот день, как ты думаешь, у какого Владыки демонов будет преимущество? У 1-го ранга Баала? У 2-го ранга Агарес? У 3-го или, может, 4-го ранга? Нет. Это совершенно не так. Неважно, насколько сильным может быть отдельный человек, он не сможет противостоять нападению группы. Группы они боятся больше всего.

Я усмехнулся.

– А ты?

– …

– Барбатос. Пеймон. Такие главнокомандующие, как вы, используют других Владык Демонов как свою собственную военную мощь. Владыки Владык Демонов. Во время неизбежной анархии, которая случится после уничтожения человеческой расы, у них не будет иного выбора кроме как больше всего бояться таких, как вы, которые движутся группой.

Вот уж правда, это была самоочевидная истина.

Потому что они знают, что они следующие на очереди, как только человеческая раса исчезнет.

Я был уверен в том, что Владыки демонов, не участвовавшие в этом походе Альянса Полумесяца, отчаянно плели интриги, чтобы война оказалась тщетной.

Тот факт, что Альянс Полумесяца терпел поражение за поражением за последние 400 лет, не было простым совпадением. Барбатос пыталась не более чем остановить меня, но она никогда не хотела вносить сумятицу в сам Альянс Полумесяца. Особы, намного более подлые и хитрые, скрывались в тылу континента демонов.

– Предатели. Наши ряды переполняют предатели. Ты обвинила меня в государственной измене. Однако поступок моего уровня на самом деле весьма скромен. Это уровень невероятной умеренности. Хоть я и подставил тебя всего на 20 минут, пока длилась речь, те Владыки Демонов подставляли свой собственный род на протяжении более 400 лет.

– …

– Теперь ты понимаешь, почему ты должна оставить меня в живых?

Наши враги вокруг нас.

Спереди – единственный герой, известный как Принцесса Империи Элизабет.

В тылу – могущественные Владыки Демонов, начиная с 1-го и заканчивая 4-м рангом.

Они давят, угрожают, запугиваю нас с обоих фронтов, пока мы наконец не окажемся перед лицом взаимного уничтожения.

Я просунул правую руку сквозь железные прутья.

– У нас нет времени сражаться друг с другом. Возьми мою руку. Давай оторвем головы предателям, а если у нас будет немного свободного времени, давай потопим еще и корабль Принцессы. Как только мы сделаем это, мы установим общество, которым будем управлять.

Вопреки тому, что я был заключен за этими прутьями, люди, которые должны были прийти, все пришли. С самого начала люди, которые должны были быть отправлены, постоянно были на той стороне. Потому что мне не нужно было ходить туда-обратно, я был свободен.

Я был тут в тюрьме.

День опадающих лепестков сакуры (часть 6)

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

08.04.1506 год по имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

... Дай мне время подумать.

Уходя, Барбатос бросила эти слова позади себя. Теперь единственные, кто здесь остался, были Лазурит и Фарнезе. Как только Лазурит избавилась от положения заложницы, она легко вздохнула, будто пытки, которым она подверглась, никак на нее не повлияли.

– Кажется, Ваша невинная слуга – та, кто приняла на себя гнев из-за Вашего Высочества. Давно Ваша покорная слуга вкушала пытки в последний раз. Хотя Ваша покорная слуга почти забыла о том, что она принадлежит к самому низшему сословию, благодаря Вашему Высочеству, Ваша покорная слуга снова осознала свое положение благодаря также поведению Вашего Высочества.

– …Прости. Я слишком легко относился к делу. Я не думал, что она привлечет даже тебя.

– Все отлично. Ваша покорная слуга привыкла.

Я промолвил слова извинения, которые Барбатос так требовала и все же не услышала, для Лазурит с большой легкостью. Лазурит получила от Фарнезе накидку и свободно набросила ее на обнаженное тело.

– Однако Ваше Высочество сделали все очень хорошо.

– Разве?

– Да. Хоть Вашу покорную слугу и похитили, решительная позиция Вашего Высочества была весьма разумна. Честно говоря, Ваша покорная слуга волновалась, что Ваше Величество может впасть в панику, но, кажется, причин для беспокойства Вашей покорной слуги с этого момента нет. Даже если бы Ваша покорная слуга получила повреждения, теперь Ваша покорная слуга уверена, что Ваше Высочество продолжит идти вперед. Прошу вас, продолжайте это делать. Ваша покорная слуга тоже будет.

Затем Лазурит прошла мимо факелов и направилась к нашему военному лагерю. Если она будет ходить тут в таком виде, есть шанс, что на нее нападут обычные солдаты, ослепленные своими сексуальными желаниями, но, кажется, она не боялась. Фарнезе, все это время молчавшая, тихо промолвила.

– Как и ожидалось, Ваша Светлость не в своем уме. Разве такая женщина подходит предпочтениям вашей Светлости? Она – женщина, которая живет холодно, любит холодно и умрет холодно.

– Дитя.

Мой действующий генерал, ответственный за мою передовую, дурно отозвалась о моей любимой, ответственной за мой тыл. В подобной ситуации обычный человек повел бы себя неоднозначно и попытался произвести благоприятное впечатление на обе стороны.

– Мм? Что такое, Господин?

– Ты никогда не сможешь сравниться с Лазурит с твоими скудными возможностями.

А я не был обычным ублюдком.

Я торжественно заявил:

– Как ты смеешь не знать свое место и дурно отзываться о Лазурит? Лазурит – первая женщина, которую я когда-либо любил, и она будет последней, которую я когда-либо буду любить. Если бы Лала сказала, я бы поверил даже в пророчество о конце мира. Однако если бы это сказала ты, то я, возможно, просто отшлепал бы тебя.

Я мягко улыбнулся ей.

– Как же так? В твоем мозгу, подобному сточной канаве, установлена четкая иерархия?

– …

Фарнезе заговорила.

– Говорят, что нельзя вмешиваться, даже если будет лаять бешеный пес, но что же должна делать эта молодая леди, если над ней рычат два безумных пса? Так как оба, и самец, и самка, вместе сошли с ума, кажется, что эта молодая леди – единственный нормальный человек в мире.

Что эта дурочка говорит?

Твой бред горек, дочь моя.

– В любом случае, предсказание, что отец этой молодой леди вскоре появится на поле боя. Эта молодая леди пойдет обратно и приготовит свое сердце. Если это возможно, пожалуйста, не выходите из тюрьмы вечно, Ваша Светлость…

Фарнезе безжизненно потащилась прочь. Она направилась в ту же сторону, куда ушла и Лазурит. Эти двое, наверно, проводили время вместе в военной палатке, где было спокойно в мое отсутствие.

Почему-то, когда я представил Лазурит в роли оскорбителя, а Фарнезе в роли оскорбляемой, мне стало уютно. Те поломанные вещи, которые находились в одном горшке, были моей семьей, но казалось, что мой разум проник во все места их разломов и починил их, чтобы они были безупречными. Я прилег на охапку сена и спокойно закрыл глаза.

В тот день.

Мне приснился сон.

Когда я посмотрел вниз, я увидел, что на мне туфли. Я знал, что я во сне, но даже одно это. Это было нечто интригующее. В прошлом из любопытства я несколько раз пытался устроить себе осознанное сновидение, но никогда еще я не был во сне, где мое самосознание было таким острым, как здесь.

– ...

Вокруг себя я видел лишь бесконечно широкий белый мир. Только земля, которая была похожа на бумагу для рисования, которую еще предстояло раскрасить, простиралась до самого горизонта. А в центре этого, как нечто очевидное, стояла Владыка Демонов Пеймон.

– ... Как и ожидалось.

Я пробормотал это невзначай.

Пеймон была марой. Среди мар Пеймон была именно той, о которой говорили, как о Королеве Мар. Хотя моя любимая, Лазурит, немного унаследовала кровь суккубов, я слышал, что способность контролировать сны людей была дарована лишь немногим марам. Некто, подобный Пеймон, мог легко вторгнуться в сон другого человека.

///Прим.пер.: Мары и суккубы тут трактуются в целом как одна и та же раса.///

Как только наши взгляды встретились, Пеймон скромно поприветствовала меня. Как для особы, которая только что вторглась в личное пространство другого человека, не получив разрешения владельца, ее поведение было слишком вежливым, отчего казалось, будто она гостья, получившая формальное разрешение. Такие действия были весьма свойственны Пеймон.

– Добро пожаловать, Данталион. В мир этой леди.

У меня на лице заиграла горькая улыбка.

– Прошу прощения, но если моя память не изменяет мне, я никогда не отправлял приглашение и никогда не получал…

На лице Пеймон появилось виноватое выражение.

– …Эта леди приносит свои извинения. Однако эта леди считала, что это лучший способ развеять ложное представление об этой леди. Эта леди верит, что еще совсем немного, и даже вы сможете понять ее слова, Данталион.

– О, воистину Ваше Высочество не меняется. Раз Ваше Высочество может свободно решать, чему я буду верить, а чему нет, я могу только восхищаться вами.

– Еще раз прошу вас простить неучтивость этой леди.

Казалось, что у Пеймон до сих пор извиняющиеся глаза. Интересно, сколько людей было обмануто и одурачено из-за этих невинных глаз. Я пожал плечами и вернулся к главной теме.

– Очень хорошо. Этой первый раз, когда я вижу сон вместе с другим человеком. Вопреки тому, каким я могу казаться, я приветствую новый опыт. Так что же здесь возможно? Здесь возможно все, раз это сон?

– К сожалению, материализовать все возможное невозможно. –слегка покачала головой Пеймон. – Здесь можно воссоздать исключительно те вещи, которые эта леди видела и испытывала на себе. Вот так…

Пеймон помахала своим веером. Как только она сделала это, три корня начали извиваться под землей перед тем, как устремиться вверх, пробивая землю и вздымаясь. Казалось, что дерево было не единственным типом деревьев. У некоторых ветвей была белая кора, как у березы, а некоторые другие ветви были заключены в слой коричневой коры, подобной той, какую можно увидеть на сосновых деревьях. Дерево росло все больше и больше, пока не поднялось настолько, что почти закрыло почти все небо. Поскольку цветочные лепестки были цветками сакуры, каждая ветка сияла ярким цветом. Мир был розовым.

Пеймон медленно погладила кору дерева.

– Подобно этому, хоть эта леди и может создавать новые творения, смешивая черты, создать что-то на абсолютно пустом месте невозможно.

– Ох.

Честно говоря, это было восхитительно. Даже достойно зависти. Если бы у меня была способность играть со снами, я бы просто ликовал, что могу опалять, кипятить и сжигать моего отца каждую ночь, и, скорее всего, не хотел бы никогда просыпаться.

– Вижу, была причина, почему мары стали известны как клан ночи. Моя любовница – полукровка, так что она не может контролировать сны. Немного печально.

– … Это может быть скорее благословением. То, что она не чистокровная, – горестно улыбнулась Пеймон. – Как ты видишь, во сне мары могут создавать невероятное количество вещей. Любимые мар очарованы этим. Самая красивая женщина в мире, самый захватывающий пейзаж в мире, пир сладкой сказочной еды. Любой, кто связывает себя с марой, со временем становится все больше очарован снами, которые мары могу показывать, а не временем, которое проводит вместе с любимым человеком.

Пеймон опустила веер. В тот же миг дерево, грандиозное, как сам мир, начало распадаться на части. Пуф, будто в один миг выстрелила полная пригоршня зерен попкорна, цветы сакуры на пике цветения все опали. В центре опадающих лепестков Пеймон устремила свой взор вверх.

– В конце люди поворачиваются к реальности спиной. Совершенно идеальный сон и достойная жалости реальность… Что они выберут, очевидно. Они пренебрегают своими женами и уверенно бросают своих сыновей и дочерей. По сравнению с их женами и детьми в реальной жизни, у них все равно в их снах семья красивее. Поэтому большинство мар не разделяют любовь.

Так как их все равно ждет предательство.

День опадающих лепестков сакуры (часть 7)

Пеймон тихо промолвила, направляя ветерок на пролетающие мимо лепестки.

Хотя я видел лишь одну сторону девушки, стоявшей передо мной, я не проводил тщательное расследование. Не мне было брать за это ответственность. Не было ничего ужаснее, чем проникнуться прошлым, которое не можешь взвалить себе на плечи. Я поднял отломленную ветку сакуры и заговорил:

– Интересная языческая сказка. Если будет время, мне хотелось бы спокойно послушать истории любви, которые пережила Ее Высочество Пеймон. Однако это ли причина, почему Ее Высочество пригласила меня сюда? Чтобы обменяться историями о любви?

– Эта леди... – Пеймон обернулась и взглянула на меня, – ... думала об этом уже давно. Существует женщина, самая близкая к совершенству. Существует самый прекрасный пейзаж и банкет. Если так, тогда, возможно… разве нельзя было бы мечтать о самом совершенном и прекрасном обществе?

– …?

Самое совершенное общество? Что эта женщина пытается сказать?

Я не мог ее понять. Конечно, все жили, похоронив свои представления об идеальном обществе в сердце. Поскольку мне было это неведомо, я подозрительно относился к скрытому мотиву, который изо всех сил пытался вытянуть то, что было скрыто в моем разуме. Пеймон, мы недостаточно близки, чтобы свободно делиться картинами в наших разумах, разве нет так?

Стоит ли мне попробовать нанести легкий удар?

– Совершенное общество, да? Разве нечто подобное действительно возможно?

– Да, конечно, нет. Эта леди знает про невозможность этого, – Пеймон почти беззвучно рассмеялась. – Скорее всего, это абсурд. Это было бесперспективно в прошлом, и до сегодняшнего дня все так же невозможно. Однако, Данталион, эта леди – Королева Мар. Раса, которая засевает сны ночи в людей. Даже если бы эта леди, занимающая эту должность, позволила себе такую благочестивую мечту, эта леди считает, что это не было бы слишком с ее стороны. Сир Данталион, для того, чтобы эта леди продолжала жить, подобно другим людям, этой леди требуется некоторое блаженство.

Пеймон посмотрела на лепесток, приземлившийся ей на ладонь, и загрустила.

– Ах, это была мечта, достойная жалости. Да, эта леди оглянулась назад, когда все закончилось, это было опьянение. Однако с чем бы эта леди могла жить, если бы ее не было?

– …

– Поначалу это было 400 лет назад. Эта леди верила, что раса демонов как целого, общества, где правят Владыки Демонов, было обществом, которое ближе всего к совершенству.

Пеймон взмахнула веером.

Пейзаж изменился. Я оказался в самом центре поля боя, где никогда не бывал ранее. Солдаты мелькали, как тени, мимо нас прошло около ста тысяч демонов. Так как они были видениями, у них не было физических тел, они проходили сквозь Пеймон и меня, как призраки.

По пути впереди было трое, командующих этой огромной армией. Больше не было никого с такими четкими фигурами. Мне они тоже были знакомы. Это были не кто иные, как главнокомандующие Владыки Демонов: Барбатос, Пеймон и Марбас.

⎯⎯ О, моя армия! Вы все достойны похвалы! Вы все действительно одержали великую победу!

Барбатос кричала, а ее белый плащ развевался по ветру. Не похожая на себя нынешнюю, она была в серебряном шлеме и соответствующих серебряных доспехах. Барбатос лучезарно сияла серебром в нисходящих лучах солнца.

Пеймон только что упомянула 400 лет. Если так, это значит, что это Барбатос 400 лет назад. Те дни, когда Барбатос еще предстояло превратиться в некроманта и она размахивала мечом как воин… После внимательного взгляда, она улыбалась так, что создавалось совершенно другое впечатление по сравнению с тем, какое она производила сейчас. Это не была небрежная улыбка, от того, что она вечная. Эта улыбка походила на летнее солнце, улыбка, которая уверенно бросалась навстречу миру.

⎯⎯ Однако мы еще многое должны сделать! Мы – демоны завоевания. Наша слава – не в нашей вчерашней победе, напротив, наша слава – в будущем, когда наше завоевание будет завершено.

⎯⎯ Трусы говорят, что мы уже достаточно сражались, что теперь пора отдохнуть. Однако что мы, воины, говорим в ответ? Мы, воины, которые поднялись выше расы и статуса и стали исключительно одним целым благодаря духу товарищества. Как вы ответите?

⎯⎯ Этого недостаточно!

Барбатос подняла обе руки и выпустила ногти, как кошка. Будто она пыталась оцарапать и оставить глубокие следы по всему миру своими маленькими ручками, пока не была бы в состоянии все это поглотить.

⎯⎯ Этого недостаточно! Нам все еще многого не хватает!

⎯⎯ Больше сражений и больше крови! Что бы превратить каждое поле боя, на котором мы сражались, в землю, на которой будут жить наши потомки! Пока каждая капля крови, которую мы пролили, не обернется удобрением для земли, которую наши потомки будут обрабатывать!

⎯⎯ Ах, господа! Мои гордые воины! Мы бесконечно любим наши будущие поколения. По этой причине у нас нет иного выбора кроме как сражаться вечно, но мы способны сражаться благодаря этому!

Сто тысяч солдат одновременно возликовали.

Демоны, дварфы и кентавры начали трубить в горны, как им заблагорассудится. Барабаны звучали без какой-либо мелодии и ритма. Хотя солдаты были в хаотическом состоянии, наоборот, казалось, будто они единое целое.

Это был восхитительный сбор самого первого Альянса Полумесяца. Возгласы из армии, отдавались эхом по всему отдаленному континенту и пропитывали людей того континента страхом. Этими элитными войсками руководили главнокомандующие Барбатос Бессмертия, Пеймон Доброжелательности и Марбас Величия, все бок о бок.

⎯⎯ За вечную смерть! За вечную славу!

Барбатос обернулась и лично пошла на передовую. Ее белый плащ ослепительно развевался по ветру. Последовав за этим движением, будто за взмахом руки, сотни тысяч солдат лавиной последовали за ней.

– Это было славное сражение, – тихо промолвила Пеймон, смотря на лавину теней, уходивших вдаль. – Мы одержали совершенную победу. С армией в 120.000 мы победили Крестоносцев с армией примерно в 260.000 в тот раз, раз за разом. Мы разрушили королевство за полмесяца, а два месяца спустя мы полностью уничтожили другое королевство. Мы трое были уверены. В том, что мы непобедимы. Что сможем построить государство для всей расы демонов на этой основе, потому что нас нельзя победить. Да. У нас была непоколебимая вера.

Понимаю.

Если это была война, в результате которой было уничтожено 2 королевства, то это не первый поход, а второй. Поскольку я читал книгу по истории, я знал, чем это закончится. Второй Альянс Полумесяца запомнили как тот, который потерпел самое ужасающее поражение за всю историю.

Пеймон закрыла глаза.

– Пока наш род не предал нас.

– …

– Завоевав второе королевство, мы немедленно поспешили вглубь к центру континента. Это было сразу после того, как мы уничтожили главные силы Крестоносцев. Разбить континент на две части прежде, чем вражеская армия сможет перестроиться. Это был более масштабный наш план. Возможно, нет – несомненно, наше суждение не было ошибочным.

Однако Владыки Демонов, ответственные за пути снабжения в тылу, предали их.

Путями снабжения руководили главным образом Владыки демонов низших рангов. У Владык Демонов низших рангов было так же мало военных сил. Целесообразно было сосредоточить их на снабжении вместо того, чтобы отправлять на передовую. Владыки Демонов высоких рангов стояли на передовых, а Владыки Демонов низших рангов поддерживали их сзади… Невероятно разумное соглашение.

Тем не менее они совершили предательство.

Пейзаж снова изменился.

Блистательная серебряная армия, которую я видел еще мгновение назад, исчезла без следа. Все солдаты были в лохмотьях.

Армия не могла должным образом питаться, потому что пути снабжения были обрезаны. Даже если бы они попытались получить провизию через грабеж и насилие, Крестоносцы задействовали политику выжженной земли. Раз невозможно было надлежащим образом даже мародерствовать, со временем огромная армия стала сама себе обузой, все так же растягиваясь на всю длину.

Со всех направлений появлялись отдельные подразделения Крестоносцев и вгрызались в Альянс Полумесяца. Неотступные и грубые, как стая гиен, охотящихся на льва. Даже если бы они хотели сопротивляться, это лишь стало бы причиной большей отсрочки. Барбатос закусила губу и отдала приказ.

⎯⎯ …оставить.

⎯⎯ Оставить наши силы и отступать.

День опадающих лепестков сакуры (часть 8)

По лицу Барбатос текли кровавые слезы, когда она отдавала этот приказ. Видя, как ее подданных, которых она привела сюда от самого континента демонов, держали в страхе и жестоко убивали, Барбатос бежала. И не только она, но и Пеймон, и Марбас тоже.

– …

Таково было прошлое Барбатос.

Событие, укравшее из сердца Барбатос тепло.

– Сир Данталион, можете ли вы угадать, сколько солдат из 120.000 вернулись живыми?.. Эта леди отчетливо помнит это по сей день. Хоть прошло 400 лет, эта леди все еще четко видит сцену, когда мы втроем получили донесение наших адъютантов.

Пеймон медленно открыла глаза.

– Двадцать шесть тысяч восемьдесят четыре.

Из армии численностью в 120.000 солдат.

– Только… Всего лишь двадцать шесть тысяч восемьдесят четыре солдата смогли вернуться живыми и ступить на родную землю.

Пейзаж во сне.

Барбатос молча роняла слезы. Она рассеяно уставилась в пустое пространство, будто кукла, у которой обрезали нитки. Завернутая в потрепанный и изношенный плащ, испещренный дырами, она бесконечно плакала в тишине.

Пеймон положила руку на плечо Барбатос. Однако Барбатос была лишь призраком во сне. Пеймон не могла погладить плечо девушки, которая некогда была ее боевым товарищем, а ее рука просто прошла сквозь пустое пространство. Пеймон остановила руку и промолвила сама себе:

– Почему это случилось?..

Эту сцену унес шквал лепестков сакуры.

Слабая тень Барбатос, ее явные слезы и равнина, бесконечно покрытая трупами распростертых солдат, все это исчезло и мир снова обернулся белым пейзажем.

– …Эта леди не могла сказать ей, что все в порядке. Эта леди не могла утешить ее, сказав, что с этого момента все станет лучше. Есть шанс, что эта леди уже почувствовала это к тому времени. Что мы больше не… что день, когда мы сможем сражаться вместе, никогда не настанет.

Пеймон посмотрела мне в лицо.

– Вчера вечером эта леди подслушала ссору, которая случилась у вас с Барбатос. Данталион, скорее всего, вы уже знаете причину. Причину, почему Альянс Полумесяца раз за разом терпел поражение.

Я кивнул.

У меня не было желания делать циничное замечание собеседнице, которая, безусловно, говорила то, что думала, независимо от того, была она моим политическим противником или нет. Более того, больше всего как человека она мне показала Барбатос. Если бы она бесстыдно принизила ее, я бы ответил соответствующе. Я не получил бы никакой пользы, плохо отзываясь о моем политическом партнере за ее спиной.

– Даже если они все Владыки Демонов, у каждого бесконечно разные силы в зависимости от индивидуального ранга. Если континент объединится, тогда Владыки Демонов, которые осуществляли командование, естественно сформируют большую группу. В тот момент вспыхнет война не между людьми и демонами, а между демонами и демонами. И невероятно высока вероятность, что выиграли бы вы.

– Именно.

Пеймон смущенно засмеялась.

– Эта леди осознала правду, когда уже было на один шаг слишком поздно. До того момента эта леди верила, что наши пути снабжения разграбили люди. Конечно же, дружественные нам Владыки Демонов нас бы не предали… в то время, в те дни эта леди не могла представить себе такую возможность.

Хотя, узнав правду, Барбатос созвала несколько хороших людей и основала Равнинную фракцию, но вот что Пеймон добавила в конце:

– Эта леди думала немного иначе. Причина, почему эта леди посвятила себя войне, была в том, что эта леди считала объединение континента единственным путем для расы демонов. Если мы сможем покорить людей, тогда перед нами развернутся дни, когда раса демонов сможет жить в мире и достатке. Эта леди могла без колебаний убить кого-то, потому что она верила…

Однако Пеймон осознала.

Она осознала, что, наоборот, если континент когда-нибудь будет объединен, тогда земли демонов поглотит адский огонь.

В тот миг, когда повод, известный как покорение человечества, исчезнет, наступит период войн и разорвет расу демонов на куски.

Ради единого властителя весь континент демонов истечет кровью и будет разорван на две части, только чтобы воздвигнуть единого Короля Королей. Какой в этом мог быть смысл? Ради чего было завоевание континента? Если результатом борьбы для расы демонов был хаос среди рода демонов, то разве само по себе это уже не антиномия? Пеймон все продолжала размышлять и взвешивать…

И она пришла к выводу.

– Человечество – это необходимое зло.

Это самоочевидный факт.

– Возможно, мы тоже необходимое зло для человечества. Мы нужны друг другу. Если бы какая-то сторона людей или демонов не существовала, то мы бы намного раньше впали в вечную войну против собственного рода.

– Правильное заключение.

Пеймон вздохнула.

– Будет ли континент объединен или нет, война все равно разразится. Разве это не странно? Ни один простолюдин не желает войны. Если его жизнь и имущество гарантированы, тогда будь то люди или демоны, они более чем радостно будут обходить войну стороной. И все же почему войны случаются снова и снова? Ответ прост.

Пеймон прошептала тихим голосом:

– Правители. Все только из-за людей при власти.

– …

– Представьте, что люди могли бы сами решать, следует им идти на войну или нет. Люди должны взять на себя все трудности, которые происходят в военное время сами по себе. Как они должны нести сами копья и совершать убийства, они сами должны покрывать расходы, которые идут на войну, и они же вынуждены доживать остаток жизней в городах и селах, которые будут полностью опустошены из-за последствий войны. Люди явно не одобрят идею войны так легко.

Голос Пеймон понемногу становился все более пылким.

– Однако люди при власти другие. Они не часть народа. Они – хозяева народа. Это ребята, которые всегда будут заключать пари на то, что имеют, если это значит, что они могут получить более существенную выгоду… Эта леди пришла к откровению. Будь-то человечество или раса демонов, пока к обществу относятся как к собственности людей при власти, войну никогда не остановить!

Зрачки Пеймон, красные как кровь, тихо мерцали яростью.

Какими глупыми мы были?!.

Она закричала:

– Какими невежественными мы были, Владыки Демонов!? Мы думали, что трудимся ради всей расы демонов. Мы верили, что сражаемся за простолюдинов. И все же, взгляните. На самом деле, пали не Владыки Демонов. Лишь малая часть Владык Демонов пролила кровь и умерла на поле боя. Те, кто на самом деле приносили жертвы… десятки тысяч, сотни тысяч тех, кто были убиты, это были не Владыки Демонов, а сами демоны, которых мы пытались защитить!..

Пеймон скрипнула зубами.

– Несмотря на это, мы верили, мы думали, что это был флаг для расы демонов. Лицемерие и обман…Даже если бы континент был объединен, лицемерие, скорее всего, не исчезнет. В конце концов, обман никогда не прекратится в человеческих селениях или даже городах демонов. Было ясно, что при более пышном пламени он сожжет ту и эту сторону горного хребта, континенты людей и демонов, и весь мир. В войне, которая никогда не исчезнет, мы толкали их в огонь, который никогда не будет потушен в силу одного лишь обстоятельства, что мы были хозяевами.

Еще одна сцена.

Вместо чистого белого пространства – поле боя.

Рассеянный пепел вместо порхающих лепестков сакуры.

Крики людей и демонов вместо тихого спокойствия.

Убийство, лишь бесконечное убийство.

– Это была ошибка этой леди! – выкрикнула Пеймон, позади которой горел мир. – Это не вина людей, которые стали простым народом. И это не вина демонов, которые стали подчиненными. Разочарование в том, что возникнет идеальное общество, если мы будем править миром и управлять обществом, затаенная обида – вот что было причиной всех трагедий!

Вот почему.

На самом деле, поэтому Пеймон внезапно начала липнуть ко мне. Ей было известно, каково значение речи, которую я написал. Она верила, что усмотрела сердечность в том воззвании, которое я готовил так фальшиво.

Владыка Демонов была республиканцем.

– Данталион, эта леди предполагает, что речь, которую произнесло человеческое дитя, на самом деле написали вы. Общество, где меньшинство правителей обладают монополией на все, неправильное. Любой. Нет, точнее сказать, должно возникнуть общество, где все обладают властью. Поэтому эта леди хочет обратиться к вам с просьбой.

– …

– Прошу вас, переходите под знамена этой леди. Равнинная фракция, Барбатос не может поддержать вас. Вас выкинут. Вы отбросят в сторону. Однако эта леди другая. Эта леди в состоянии понять ваши мысли. Эта леди может поддержать любой путь, который вы решите выбрать, насколько вы пожелаете.

Глаза Пеймон сияли уверенностью.

День опадающих лепестков сакуры (часть 9)

– …

Это.

Как же мне сказать?

Шедевр.

Использовать тут решительность Пеймон и контролировать ее по своему желанию было легко. Однако если она взывает ко мне с такой страстью, тогда даже я, который пессимистично смотрит на мир, хотел бы кое-что спросить у нее вскользь.

Само направление, указанное веером Пеймон, было правильным. В конце именно республиканцы будут иметь влияние. Однако, чтобы сказать одну эту фразу «в конце», сколько же крови должно быть пролито?

Эта цифра не на уровне десятков тысяч. Она даже не была где-то на уровне сотен тысяч. Миллионы, они должны быть уничтожены миллионы раз и даже более. Могут ли простые слова «в конце» выдержать вес той крови? Конечно, это не имеет для меня большого значения, Пеймон. Мне интересно, насколько ты решительная…

– Ваше Высочество Пеймон, прошу прощения, но лично я вижу вас как идеалистку. Я могу совершенно точно сказать, что установление республиканского общества, как подразумевает Ваше Высочество Пеймон, само по себе потребует несчетное количество жертв.

– Эта леди тоже так думает.

Правда? Она действительно решила позволить пролить определенное количество крови? Соответственно, я имел в виду возможность того, что потребуется больше миллиона жизней, чтобы победить Принцессу Империи. Вы тоже проглотили столько яда?

Не волнуйся. Я любезный джентльмен. Независимо от моей выгоды, я вполне готов проверить твою напористость.

– Подумайте об этом еще немного. Достигнув объединения континента, люди будут проливать море крови. Чтобы установить республиканскую форму правления, людям необходимо будет так же проливать кровь. В любом случае простой народ будет принесен в жертву. Разве не так?

Погонимся ли мы за идеей Барбатос или за идеалом Пеймон, в любом случае в жертву будут принесены люди. Если это так, тогда, Пеймон, мне кое-что любопытно.

– Почему Ее Превосходительство Барбатос некомпетентна, а Ее Высочество Пеймон да?

– ...

– Если Вы не можете ответить на это, тогда Выше Высочество тоже не более, чем еще одна особа при власти. Чтобы достичь цели, вы сожжете мир и заманите людей, ослепленных пламенем, как мотыльков. Конечно, лично я не питаю отвращения к таким вещам...

Мне не очень нравилось то, что ты все еще притворялась, что обособлена.

– Ваше Величество Пеймон, у меня нет ни малейшего намерения критиковать вашу идею саму по себе. Я считаю, что это благородно. Однако разве не прекрасна также и решимость Барбатос?

– ...

– Следовательно, если вы хотите привести меня в Горную фракцию, тогда убедите меня. Если вы собираетесь убеждать меня, то не просто проповедуйте о правильности вашей идеи. Покажите мне свой план. Разверните свой сценарий. Республиканская форма правления – это все прекрасно. Как именно вы собираетесь пролить лишь малое количество крови? Есть ли такая возможность?

Пеймон замолчала.

Как и ожидалось, у нее не было ответа? Вопреки этому я не был расстроен. Почему Пеймон, которая была моим политическим противником, неумолимо бросилась за мной в тот миг, когда речь завершилась, мне было бы достаточно узнать даже это. Более того, легче всего было использовать политика-идеалиста, до краев наполненного желанием. Этого ждешь с нетерпением.

Я пожал плечами.

– Кажется, скоро пора будет просыпаться от этого сна. Собственно говоря, у меня уже есть прежнее обязательство перед Ее Превосходительством Барбатос. Отлично. Я не планирую ходить тут и говорить во всеуслышанье, что Ее Высочество Пеймон республиканец. Будьте уверены и…

– Есть.

Пеймон смотрела прямо на меня.

– Если это сценарий, то, без сомнения, у этой леди есть уже один сформировавшийся.

– …

– Данталион, эта леди не только слабоумная. 400 лет назад, прежде чем термин республиканизм можно было бы применить к идеалу этой леди, эта леди уже разработала тщательный план.

Занятная высокопарность. Я сузил глаза и попытался прочувствовать намерение Пеймон. Я смотрел на нее так, будто спрашивал: «и?», давя на нее, чтобы она продолжала говорить.

– Эта леди думала, что вместо общества, которое было на континенте демонов, где чрезвычайно сильна традиция, может, было бы немного легче установить республиканскую форму правления в человеческом обществе? Чтобы выяснить, получится республика или нет, эта леди сначала должна проверить это по другую сторону горного хребта.

Не говори мне.

Лицо Пеймон было непоколебимо. В ее проницательных глазах была неукротимость революционера, у которого не было сомнений касательно выбранного пути. Впервые за довольно длительное время у меня не было слов, и я просто промямлил:

– Что вы...

– Республика Батавия, – промолвила Пеймон. – Это единственная республика на человеческом континенте. Вы никогда не думали, что это странно? Что на континенте, где бесчинствуют королевства и империи, есть одна отдаленная нация, которая заявляет, что она республика? Данталион, возможно, вы думаете, такая обусловленная нация сформировалась сама по себе?

– ...

Меня пронзил шок.

Я почувствовал, что правда, которой не владела ни одна историческая книжка и которую никто не мог знать, приближалась. Осторожно смотря на меня, пока я был в этом состоянии, Пеймон подобрала оба конца своей юбки и заговорила. Она наклонилась вперед, как леди, впервые приветствующая своего партнера в бальном зале. Отчеканенным и элегантным во всех отношениях жестом.

– Эта леди впервые представится, Данталион, тому, кто пытается стать королем простолюдинов.

На губах Пеймон играла добродушная улыбка.

– Эту леди зовут Пеймон. Монарх 9-го ранга и та, которую неоправданно наградили титулом Владыки Демонов Доброжелательности. Представитель величественной расы демонов и одна из лордов, которая занимает одно из 72 мест. И…

– …И лидер Республики Батавия.

– Это оно, то?

– Говорят, что то оно.

– Черт! Нам нужен тот, кто на самом деле умеет читать, если мы собираемся решать, то ли это оно, то ли то оно.

– Кто-то здесь умеет читать?

– Мм... Если бы кто-то умел, думаешь, он бы крутился тут с такими людьми, как вы?

– Среди букв я хотя бы знаю, как половину из них правильно произносить в слух. Несмотря на мои взгляды, в нашем хозяйстве есть опора.

– Даже если это кость, вероятно, это маленькая кость. Если собираешься читать, тогда ты должен суметь прочитать все; к чему это, если можешь прочитать только половину? Есть столько способов для людей проявить свое невежество.

– Тогда ты прочитай это.

– Я могу прочитать приблизительно… Я прочитаю, сколько смогу. Что ж. Эй, вы двое обязательно станьте на стрёме, ладно? Говорят, что в соседнем к нам подразделении две сотни парней выебали после того, как они прочитали это. Две сотни.

– Тихо.

– Шшш...

– Замолчите.

– Закройте рты.

– Читай.

– Тихо.

– Посмотрим. Мм, Если произносишь это, как «ах»…

– «Ах»?

– Мм. Род людской. Слушай…

– Шшш.

– Вы слышали новости?

– Я слышал слухи.

– Я слышал 10 парней казнили через отсечение головы, всех сразу, потому что они втайне читали предательскую книжку.

– Не понимаю, почему люди пытаются читать нечто подобное. Мы уже на поле боя, где легко лишиться жизни, но они хотят еще легче расстаться с жизнями?

– Кто знает, я тоже не понимаю…

– Человечество. Слушай.

– Слушай.

– Вся история до этого момента была историей классовой борьбы.

– В мире есть две войны. Одна – война между людьми и демонами… что? Разве это не очевидно?

– Ах. Черт. Перестань болтать.

– Разве трудно читать то, что мы просто говорим тебе читать? Или у тебя вместо глаз две кукушки, или в ушах инфекция. Лично я думаю, что твой разум просто недоразвитый.

– Посмотрите, этот подонок изящно говорит.

– И что? Что дальше?

– …Говорят, вчера поймали больше. И их казнили. Всех.

– Нет, ну почему больше ублюдков, которые умирают от чтения каких-то слов, чем засранцев, умирающих в бою?

– Любой ценой, искоренить источник зла и поймать их.

– Но, Ваше Превосходительство. Кто-то намеренно распространяет это по армии.

– Кто?

– Я не знаю. Вчера мы изъяли поставки дворянства и обнаружили там кучу рукописных копий…

– Я видел, что проститутки прячут их на своем теле. Так как солдатам полагается наивысшая мера наказания, если их обнаружат в их пожитках, то сейчас они просто оставляют книжки у проституток. Теперь, когда они идут покупать тела тех девушек, то возвращаются, уже прочитав рукописную копию. Есть также довольно много проституток, которые сами легко читают слова…

– Честно говоря. Есть предел для урегулирования этого.

– По крайней мере, ситуация в войсках наших союзниках лучше. Поскольку популярность Ее Высочества, Принцессы Империи выше всякой конкуренции по природе, случаи, когда разумы ее солдат колеблются, редки.

– Но солдаты других наций…

– Шшш...

– Замолкните.

– Тихо.

– Закройте рты.

– Да тихо.

– Сам факт, что есть более неуступчивая война, чем эта.

– Война, которая продолжается последние 1500 лет без единого мгновения отдыха причем.

– А вы, люди, знаете, что такое война?

– То.

– То.

– То.

– То.

– То.

– Мы не можем лишить головы всех проституток!

– Каждый раз, когда убивают проститутку, это значит, что исчезает возможность высвободить сексуальные желания. Командир, прошу простить грубое замечание этого майора. Однако мы не можем идти на войну с солдатами, ослепленными их сексуальными желаниями!

– Дворяне нашей страны, у кого конфисковали их поставки, жалуются. Они говорят, что начнут судебное разбирательство, когда закончится война и мы вернемся в столицу…

– Эти поганые ублюдки. Даже если они свиньи, праздно живущие в тылу…!

– Это опустошительная война, которая длится вечно.

– По сравнению с ней война между людьми и демонами просто нелепа. Люди и демоны сражались друг против друга всего 8 раз от начала мира, однако та масштабная война продолжалась каждый год, каждый месяц, каждый день и каждую секунду.

– Свободные граждане.

– Рабы.

– Аристократы.

– Простой народ.

– Бароны.

– Холопы.

– Угнетатели.

– Угнетенные.

– Все Крестоносцы объединились, число людей, казненных вчера за измену наконец достигло 100. Сто людей за один день. Дезертиры и преступники. Число солдат, которые ослушались приказа, еще даже не подсчитывали. В такой ситуации все может развалиться еще до того, как мы вступим в достойное сражение.

– Где-то, наверно, есть шпионы.

– Но это не обычные шпионы. Шпионы, которые владеют ощутимой организационной силой… Я уверен, что те шпионы с таким влиянием, соизмеримым с влиянием целой нации, слаженно действуют за кулисами.

– Встретиться лицом к лицу с нашими врагами впереди нас уже выше наших сил, однако теперь есть предатели, которые пробираются в наш тыл? Просто поразительное ведение войны на два фронта. Я и подумать не мог, что настанет день, когда я буду завидовать обществу демонов.

– Нам необходимо принять радикальные меры.

– Ваше Высочество, ваше решение. Другие подразделения уже участвуют в этом деле.

– Наступает новый век.

– Человечество.

– Просто станьте мечами.

– Человечество.

– Просто станьте копьями.

– Человечество.

– Просто станьте плетьми.

– Поднимите ваши топоры.

– Возьмите свои арбалеты.

– Вооружитесь.

– Сражайтесь.

– Следуя за генералом Лорой…

– Если вы сдадитесь генералу, она точно поведет вас в новый мир.

– Как она ведет нас.

– Она наш лидер.

– Настоящий революционер.

– Человек, который стоит на передовой людей и демонов…

Лора де Фарнезе.

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 1)

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

08.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

Почему я не думал об этом больше?

То, что было в руке у Пеймон, было передано Принцессе Империи Элизабет слишком легко. Я просто считал, что это произошло, потому что Пеймон предатель Альянса Полумесяца, нет, потому что она была предателем нашего рода. Однако, как бы это все было, измени я свой образ мыслей и оглянись назад?

Если Пеймон сама уже основала группу на человеческом континенте. Если она просто была ни на стороне демонов, ни на стороне людей, а двигалась лишь в ту сторону, куда ей было выгоднее.

– …

Пеймон была тесно взаимосвязана с Фирмой Киункуска. Фирма Киункуска была большой торговой ассоциацией, которая не делала различия между расами и широко распространилась по разным уголкам континента. Вдобавок к этому у них было «железное» правило: руководители выбирались исключительно на основе их умений независимо от слоя и статуса.

А что, если по какой-то редкой случайности, они были в тайном сговоре с республиканской нацией?

Пеймон, 9-го ранга. Особа, любившая представителей человеческой расы больше, чем кто-либо другой, и, наконец, предавшая свой собственный род. В оригинальном сюжете, она была женщиной, которую осуждали как эксцентричную шлюху и редкостную предательницу своего рода. Таков был типичный образ Пеймон, которого я придерживался до этого времени. Тот факт, что Пеймон была причастна к основанию Республики Батавия, будь то даже в "Атаке Подземелья", об этом я не слышал нигде!..

Нет, спокойно. Соберись. Хотя на пути к пониманию ситуации на континенте с этого момента появилась большая переменная величина, все же я мог с этим справиться. Что ж... Теперь давай спокойно разберемся с этой ситуацией.

– … Лидер Республики Батавия? Что вы имеете в виду?

– О боже. Кажется, вы, наконец, немного посерьезнели.

Пеймон прикрывала рот веером, хихикая. Она казалась обрадованной, будто в конце ее предложения стоял веселый музыкальный символ. Нет, я был уверен, что она обрадована. Она могла также покачивать головой из стороны в сторону и мурлыкать песенку.

– Аах, эта леди сказала это. Наконец, эта леди это сказала. На самом деле это не должно было говориться никому. Ничего не поделаешь. Если вы задорно спросите эту леди «что вы можете сделать?», то у этой леди сразу же разгорячится голова.

Что же это?

– Ах. Эта леди не винит вас в частности, Данталион. Эта леди просто говорила так, как хотела говорить. Только это, пусть даже на одно мгновение эта леди хотела увидеть, как ваше несчастное лицо становится крайне напряженным.

Пеймон широко улыбнулась.

Сияющая улыбка, за которой не было ни единого скрытого мотива.

– …

У меня все больше путались мысли. Как далеко заходит ее искренность и где начинается ее обман? Ее намерения невозможно было прочитать из-за той ее фальшивой искренней улыбки. Не было совершенно никакой гарантии, что все сказанные ею слова были искренними. Черт, это невозможно для политика. Поскольку Пеймон отличалась от всех, кого я когда-либо встречал, в итоге я мог лишь нахмуриться.

– Что ж, отлично. В целом, когда эта леди действует согласно своим эмоциям, странно, но обычно все заканчивается лучше, пожалуй. По всей видимости, Боги обожают эту леди. Вот, эта леди даже видела ваше оторопелое лицо как следствие этого, Данталион. Это выгода.

О-хо-хо...

Пеймон грубо засмеялась за веером. Говорят, что у смеха есть черта становиться все хуже, чем изящнее он был. Именно так и было. Слушая смех Пеймон, я все понял.

В этом не было сомнения.

Совершенно не такая как Лазурит и полная противоположность Барбатос, немного другая по сравнению с Фарнезе…эта женщина передо мной тоже была устрашающим маньяком. Более того, она была, наверно, естественным маньяком. Такой лунатик, с которым мне еще предстояло встретиться или познакомиться.

– Кхм... Хоть эта леди желает насладиться этим моментом чуть дольше, может, нам следует перейти к главной теме? Даже если об этой леди говорят, как о Королеве Мар, это сложнее, чем можно себе представить. Раньше вы косвенно намекнули, что хотели бы скорее выйти, но сейчас именно эта леди желает, чтобы вы скорее вышли. Магия этой леди в реальном времени исчерпывается.

Пеймон улыбнулась одними глазами. Ее глаза были сужены, как у кошки.

– … Или нам следует отдельно встретиться позже и тогда продолжить наш разговор? Вы, наверно, весьма изнурены после такой жаркой дискуссии с Барбатос, Данталион. Нормально, если эта леди проявит к вам внимательность, между прочим?

Эта женщина… если она думает, что у нее есть превосходство, то она такой человек, который без колебаний дразнит противника, используя это возвышение!

Что она имела в виду под «мы должны разоблачить людей при власти»?! Разве не ты больше всего наслаждаешься властью?! Вот почему я презираю лицемеров!

– Ладно. Эта леди понимает, потому, пожалуйста, перестаньте смотреть на эту леди, будто она безумная. Исходя из этого, о чем же этой леди говорить в первую очередь? Мм... Да, создать республику было нелегким делом. По правде сказать, было множество проб и ошибок.

Пеймон изящно махала веером.

– Однако эта леди преуспела.

Пейзаж вокруг изменился и показалась деревня. Это был мирный рыбацкий поселок, расположенный рядом с безбрежным океаном. Даже от того места, где убого ютились лодки на илистой отмели, исходил запах, который сообщал людям, что оно населено. Как только Пеймон веером прочертила в воздухе косую линию вниз, время сразу ускорилось.

Собрались жители, была построена пристань, а пристань расстроилась в порт. По мере того, как в реальном времени постройки становились выше, появилась снежно белая стена и обвила весь город, будто змея. Водные пути пролегали по разным частям города, что делало его красивым городом на воде.

В центре города сгрудилось 12 храмов, каждый час звонил колокол одного их храмов, и людям не нужно было даже поднимать голову, потому что они могли определить время по звучанию колокола. Колокола были слышны постоянно и достигали далекого синего океана.

– Потребовалось 150 лет, чтобы построили столицу Республики Батавия, Амстель.

Пеймон посмотрела на океан. Взгляд у Пеймон был нежный, будто она смотрела на очаровательное дитя.

– Мы мобилизировали богатство, информацию и военную мощь, накопленную за то время, и начали войну за независимость. Для этого потребовалось 50 лет. Под предлогом наследования идеи Старой Республики мы начали войну расширения. Это заняло еще 50 лет. Наконец в оправдание принятия разных рас как официальных граждан, мы начали войну освобождения. Тут эта леди искусно использовала поход 7-го Альянса Полумесяца. Наконец, мы добились всего, независимости, расширения границ и свободы, и после международного соглашения нас признали.

Пеймон молча развела руки. Перед ее глазами по волнам в океане плыли сорок кораблей, двигаясь вперед.

– Хорошие 150 лет. Вот сколько времени потребовалось, чтобы основать Лигу Торговцев, Республику Батавию, состоящую из 13 городов.

– …

Пеймон долго молча смотрела на пейзаж, который она создала. У меня не было иного выбора кроме как самому молчать по примеру Пеймон. Хотя у меня всякое случалось в жизни, я впервые встретил выдающуюся личность, которая создала единую нацию.

Эта нация тоже не была обычная. Посреди этого средневековья, где огромным влиянием все еще пользовались короли и бароны, она четко обозначила на карте республиканскую нацию. Столкнувшись с таким подвигом, я уже не мог без зазрения совести неограниченно молоть языком.

– Раньше вы со своей стороны спрашивали эту леди, возможно ли идеальное общество.

С «Хихихи» Пеймон засмеялась и почесала щеку.

– Нет. Это невозможно.

– …

– Несмотря на то, что гражданами Республики Батавия могут в равной мере быть и люди, и демоны, там все равно есть презрительное уважение и дискриминация. Вопреки этому, по мнению этой леди…все же это немного лучше, чем было 200 лет назад. Возможно, на пядь. Но, вероятно, есть политики, которые, в отличии от этой леди, не живут ради той пяди?

С невероятно сдержанным и правдивым лицом она говорила:

– Эта леди может говорить так, ибо прожила уже 500 лет. Хотя время идет чрезвычайно медленно, что иногда обманывает наши глаза и порой маскируется, будто оно не течет, но даже сейчас время продолжает идти минутами и секундами, которые не может стереть даже пядь. Некоторые люди говорят об этом как о ходе истории. Верующие, скорее всего, говорят об этом как о судьбе, которую предопределили Боги.

Пеймон покачала головой.

– Однако эта леди говорит об этом просто как об осуществлении чьей-то мечты. Потому что жизнь жестокая и жалкая, она всегда будет нас разочаровывать. Следовательно, может наступить день, когда и эта леди, и вы падете, а все человечество и раса демонов будут занимать скромное положение. Эта леди не будет просить вас справиться с этим, не будет она просить и быть преисполненным надежды и перепрыгивать все препятствия. Лишь это…

Пеймон протянула руку.

– Пока не настанет этот день, будете ли вы вместе с этой леди?

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 2)

Я посмотрел на ее тонкие пальцы.

Мары. Раса, способная контролировать сны человека, как им заблагорассудится.

Дразня и удовлетворяя людей всяческими утехами, мары жаждали вечного счастья в тех снах с человеком, с которым они находились. Однако подошедшая ко мне женщина отказалась удовлетвориться одними снами и лично прокладывала путь по реальности. Чтобы саму реальность сделать сном и принять его.

Я кивнул. Никто другой не заслуживал называться Королевой Мар больше, чем девушка передо мной.

– Все это отлично, но у меня один вопрос.

У меня в голове оставался один вопрос, который не давил мне на мозги.

В оригинальном ходе событий Пеймон предала расу демонов. Она любила героя. Облик, который она показала мне сейчас, и образ на пути истории, по которому ей суждено было пойти, они были слишком разными. Как же она к этому пришла? Мне было так любопытно, что я больше не мог вытерпеть.

– Да. Вы можете спрашивать эту леди о чем угодно.

– Это покажется странным вопросом. Ваше Высочество Пеймон, скорее всего, не поймет причину, побудившую меня задать такой вопрос. Однако это вопрос, который довольно важен лично для меня. Я буду благодарен, если вы ответите мне искренне, по возможности.

– Довольно необычные слова.

Глаза Пеймон распахнулись шире.

– Теперь, когда эта леди думает об этом, сир Данталион всегда был далек от нормальности. Вы также бываете в обществе Барбатос… Хотя это не то, что следует говорить этой леди. Мм, у человеческого дитя, которого вы назначили своим действующим генералом, тоже, кажется, есть большой недостаток. Она кажется внешне нормальной, но ошибка у нее внутри?

Я как бы между прочим проигнорировал эту напраслину.

– Например, давайте представим, что есть невероятно сильный человек.

– Гм... Насколько сильный?

– Этот человек просто необыкновенно сильный. В сто, нет, тысячу раз сильнее нас. Только горы трупов будут возвышаться на пути того человека. Даже Владыка Демонов Вечности, Баал, не может сам победить его.

– Неужели?

На лице у Пеймон появилось выражение, будто она была немного озадачена. Однако, поскольку я заранее попросил ее ответить искренне, она не делала ненужных комментариев. В двух словах, герой еще должен был появиться в этой эре. Было также очевидно, что ей будет трудно понять мое предположение.

– Этот человек встречается лицом к лицу с каждым из нас, Владык Демонов, по отдельности. Так что этот человек, попросту говоря, порабощает нас одного за другим. Если все так и продолжится, то все до единого Владыки Демонов падут в бою. Если случится такая ситуация, Ваше Высочество Пеймон, что бы вы делали?

– …

Пеймон склонила голову.

– Разве Владыки Демонов не могут создать альянс и атаковать «того человека» вместе?

– К сожалению, это невозможно. Этот человек не управляет никакой армией. Он будет проникать на нашу сторону, руководя маленьким подразделением, которое состоит либо из него одного, либо самое большее 10 человек.

– Гмм... Другими словами, собрав едва ли 10 человек, он достаточно сильный, чтобы победить Владык Демонов одного за другим. Так вы говорите этой леди представить такую абсурдную ситуацию, верно?

Я кивнул. Группировка рыцаря состояла примерно из 10 солдат, так что это было недалеко от истины. Поразмыслив мгновение, Пеймон ответила.

– Как на счет того, чтобы уничтожить его политически через возражение.

Элизабет фон Габсбург. Виновница выбора героя, который был не более чем жителем деревни с выжигаемыми полями, затем воздвигнут как номинальный лидер человечества. Это было так же, как я выставил вперед Фарнезе, сделав ее номинальным лидером Альянса Полумесяца.

– Мм... Человеческое общество, возможно, объединилось в одну нацию?

– Этому еще предстоит случиться. К счастью, или несчастью.

Потому что день, когда Элизабет объединит весь континент, наступил после уничтожения всех до единого Владык Демонов.

– В предлагаемой вами ситуации, Данталион, монарх какой нации правит, кого вы считаете величайшим, на первом месте? Это Империя Габсбургов? Анатолия? Уж точно это будет не Франкия.

– Да, это Габсбурги.

– Если так, то эта леди видит путь.

Пеймон пожала плечами.

– Эта леди расколет человечество на 2 части.

– …

– Хоть Империя Габсбургов и могущественная, он располагается посередине континента. А раз так, эта нация окружена странами, которые настолько же насторожены по отношению к ней. Эта леди будет контролировать окружающие нации и поощрять их враждебное отношение к Габсбургам. Верно, если это будет делать эта леди, то она спровоцирует Империю Франкии и Королевство Бретани. Как бы там ни было, эта леди заслала туда больше всего шпионов.

Я молчал.

Так как слова утихли, мои мысли тоже успокоились.

В оригинальной истории герой и Фарнезе противостояли друг другу. Как герой представлял империю Габсбургов, так Фарнезе действовала ради Королевства Бретани.

Ах...

Не успел я заметить, как Пеймон продолжила говорить.

– Станет опасно, если Габсбурги продолжат так расти. Вы все должны активно сотрудничать, чтобы держать Габсбургов в узде. Закинуть наживку в этих двух направлениях и делать все, что может эта леди, чтобы заманить две нации на одну. Если обе стороны клюнут на наживку, тогда это будет самый лучший сценарий. Сделав так, эта леди распалит между людьми гражданскую войну. Как только человеческое общество погрузится в хаос, тогда и наступит момент. Именно в этот миг эта леди справится с так называемым сильным героем.

Так ли это?

– И как, Данталион?

Пеймон.

– Если это так, то не будет ли достаточно избавиться от них?

Это была ты?

Пока Принцесса Империи и герой расправлялись с другими беспомощными Владыками Демонов, в будущем все так и закончилось, та особа, которая замышляла разделить человечество, виновник, который двигался за кулисами… это ты?

– ...

Я сжал виски. Мои мысли мгновенно прояснились. План, который я придумал для завоевания континента, с этого момента изменился. Крестик, мысленно высеченный мной над именем Пеймон на карте, быстро исчез. Будь я враждебным к такой особе или пытайся избавиться от нее, это принесло бы слишком большие потери.

За исключением одной неутоленной жажды. Если она удовлетворит меня и в этом, то будь-то горная фракция или что угодно, я с радостью воспользуюсь этим. Теперь же ответь мне.

– Конечно, это прекрасный ход. Однако все еще кое-чего не хватает. Даже этот способ закончится провалом. В силу того, что монарх, управляющий Империей Габсбургов, действительно выдающийся ум, он может уничтожить и Империю Франкии, и Королевство Бретани одновременно. Притом, в весьма короткий срок. В таком случае будет чрезвычайно трудно расколоть человеческое общество.

– … Данталион.

Она искоса посмотрела на меня, будто увещевала.

– Как такой монарх может существовать? Даже гипотеза о существовании человека, который сильнее сира Баала, это уже безумное предположение, которое трудно принять, но чтобы был еще и монарх, достаточно сильный для объединения всего континента одним махом… Эта леди особо не жалуется, но разве такое возможно?

– Верно. Прошу вас, подумайте об этом, принимая невозможность за исходное положение.

– Умм. Гмм. Мм…

Пеймон жевала край веера зубами. Кажется, это была ее старая привычка. Если ты демонстрируешь такого рода привычку, значит, противник может прочесть твои мысли, отчего это становится крайне скверной привычкой. Разве иногда она не кажется настолько опытной, что порой мне трудно прочитать ее намерения, и все же в такие моменты разве она не кажется незрелой, будто дитя? Эта женщина воистину непостижима.

Интересно, сколько прошло времени.

– Ну, что еще может сделать эта леди? В таком случае эта леди прибегнет даже к продаже своего тела.

– …

– Неважно, человек тот мужчина или женщина. Кхм, вопреки тому, какой эта леди может показаться, эта леди – Королева Мар. Если это будет просто безвольный человек, тогда эта леди уверена, что сможет легко овладеть им. Эта леди приблизится к тому человеку, делая вид, что делает ему как можно больше одолжений. Тогда эта леди использует все способы и методы, чтобы тот человек влюбился в эту леди!

Вот так.

– Ах, возможно, это не разрешено? Ха. Эта леди сдается. Это поражение этой леди. Эта леди больше не в состоянии думать о каких-либо приемлемых идеях. Нет, это прежде всего сир Данталион поставил слишком много нелепых условий. Эта леди не виновата. Даже если бы вы задали этот вопрос не этой леди, они бы тоже подняли белый флаг…

Я получил ответы на все свои вопросы.

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 3)

⎯⎯ Эта леди впервые встречает такого человека, как вы.

⎯⎯ Эта леди дарит вам право сорвать поцелуй с губ этой леди, мистер Самопровозглашенный Герой.

Все это было игрой.

Это была отчаянная борьба с целью соблазнить катастрофу, известную как герой.

⎯⎯ Да, эта леди – Владыка Демонов. Эта леди обманула вас, герой. Однако разве это проблема? Эта леди любит вас. Отставив в сторону всяческие одолжения и разногласия, будь то раса или статус, враг или союзник, эта леди просто искренне любит вас. С самого первого момента, как эта леди взглянула на вас и навеки.

⎯⎯ … Демоны и люди, живущие вместе. Эта леди начала мечтать о такой возможности после встречи с вами. Однако ничего не поделаешь, так ведь? Поскольку сны похожи на трепетание хрупких лепестков цветов, эта леди не может винить вас.

Это был тактический обман.

⎯⎯ Человеческая раса и правда чудесная. А вы знали, что где-то на континенте есть нация, о которой говорят, как о республиканской? Эта леди слышала, что люди, феи и дварфы все живут на равных без какого-либо давления и дискриминации. Однажды настанет день, когда даже люди и демоны смогут гармонично жить вместе. Да, эта леди в этом не сомневается.

⎯⎯ Это тело уже почти умирает. Вы могли бы подарить этой леди последний поцелуй?

Пеймон.

Даже на последнем дыхании она молила врага о любви. В тот момент, когда тень смерти покрыла ее лицо, последнее, что почувствовала Пэймон, были губы героя. В конце ее смерть была дыханием и поцелуем врага. Слишком жестоко, чтобы это было для кого-то последним мгновением. Какие же эмоции испытывала Пеймон, когда она просила о том поцелуе?

Ее любовь, привязанность, признание, раскрасневшиеся щеки, что казалось, будто она стесняется, движение ее головы, когда она тряхнула ею, сотни слов, которые она промолвила, и тысячи телесных жестов, которые она сделала, что проносилось в голове у Королевы Мар, когда она играла все это представление сама? Какой же яд ей пришлось принять, чтобы сделать это представление привязанности, адресованное врагу ее расы, стоящему перед ней, возможным…?

Ладно.

Я соглашусь с этим.

С этого момента ты больше не мой политический соперник. Сотрудник. Ты политический партнер, как Барбатос. Как же я могу просто оставить в стороне столь редкий пример актрисы?

Твои чудаковатые сетования. Ты решила впитать и закалить эту чудаковатость, и ковать молотом, пока она должным образом не распрямится. Мне это пришлось по душе. Даже если мне придется схватить и тянуть тебя и Барбатос за воротники, я выведу вас на сцену.

Будьте благодарны. Я выбрал вас, списанные актеры, которым однажды просто было суждено встретить свой конец, играя второстепенных персонажей, на ведущие роли. Меня мало волнует, что вы двое относитесь друг к другу как враги. Если вы собираетесь драться, тогда деритесь. Только бейтесь и клевещите друг на друга за сценой, где я не могу этого видеть. Раз вы обе теперь актрисы, которые будут выступать со мной, вы обязаны быть красивыми на сцене.

Приняв мысленно решение, я заговорил:

– Ваше Высочество Пеймон.

– Да, Данталион?

– Прошу вас навестите меня в тюрьме, как только взойдет утреннее солнце. Я тогда приму решение.

Расслабься, Пеймон.

Ты вычеркнута из моего списка на уничтожение.

Но взамен ты будешь пропитана кровью других.

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

08.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

Это был день, когда холод явно отступал.

Везде, где твердая земля растаяла и стала мягкой, текла грязная вода по земле, которая будто сочилась. Почва, плотно сбитая холодным весенним дождем, едва ли могла избавиться от влаги, получив первые лучи весеннего солнца. Это была неприглядная весна, потому что нигде не виднелись деревья или цветы. Из-за этого казалось, что весна еще только должна наступить. В эту пору, которая, казалось, только приближается, издали приближались двое.

– …

– …

Эти двое шли издалека. Двое заметили друг друга и мгновенно остановились. Потом снова двинулись в моем направлении, обе хмуря брови.

Первая заговорила Барбатос:

– Черт побери! Данталион, что эта сука здесь делает? Не говори мне, что это ты ее сюда позвал. Советую тебе сказать мне, что ты этого не делал. Поспеши и прогони эту суку прочь. Если ты не сделаешь этого, то высока вероятность того, что ответ, над которым я размышляла всю ночь, изменится меньше чем за минуту.

– Ну и ну, это этой стороне следует жаловаться, – как пианино, контрастно вступившее во время представления оркестра, среагировала Пеймон. – Эта леди лично получила приглашение от Данталиона прийти примерно на рассвете. То, что ты пришла сюда, это чистое совпадение, разве нет? Если уж на то пошло, то та, кто больше всего заслуживает, чтобы ее прогнали прочь, это разве не ты?

– Эта сука сказала какой-то бред о том, что Данталион принадлежит ей, но сейчас, кажется, она совсем сошла с ума. Серьезно, такое ощущение, что у нее изо рта начинает исходить запах дерьма.

Барбатос подняла средний палец на левой руке, а указательным и средним пальцами сделала «V» на правой. С одной стороны это был жест, широко используемый на континенте демонов, а с другой – жест, часто используемый в человеческом обществе. Несмотря на это, они оба имели одно и то же значение – «иди на хер!». Судя по всему, Барбатос казалось, что показать Пеймон только один знак «да пошел ты!» было невежливо. Поэтому, чтобы убедиться, что все смогут сказать, что их освистали, она показала «да пошел ты!» глобально.

– Чудовища, которые испражняются задом, больше похожи на аристократов. Ничего не поделаешь для сумасшедшей суки, которая испражняется ртом. Слушай внимательно, шлюха. Данталион – не твоя вещь. Независимо от того, вторглась ли ты в его сон и изнасиловала его или нет.

– Хаа? Какое дурацкое разочарование… Барбатос, хоть эта леди и не обязана подчиняться твоему вульгарному тону, эта леди четко скажет тебе об одном. Эта леди не вступала в физическую связь с Данталионом. Только в плане мыслей, вот что эта леди имела в виду под тем, что забрала Данталиона. Другими словами, тут есть психологический контекст, столь чистый, что некто низкого происхождения, как ты, не может понять его. Это все твое неправильное понимание и предубеждение.

– Посмотрите на это? Особь женского пола тут гнет пальцы, что затащила мужчину в постель, так что или мои глаза тормозят, или тут совершенно нечего понимать неправильно. Ага, или вы двое, может, совокуплялись в зад вместо переда? «Вот что я немного не так поняла из атмосферы, витающей сейчас вокруг вас, двух уродов», вы мне хотите сказать нечто подобное?

– Кажется, ты все еще не в состоянии понимать слова. Это у тебя уши ненормальные, или, как и ожидала эта леди, это твой разум испорчен? Если у тебя проблемы со слухом, это можно понять. Если у тебя непорядок с головой, то это дает пространство для сочувствия. Однако если у тебя извращена личность, то это уже выходит за рамки искупления.

– Эта коварная шлюха…

– Что же ты сделаешь, покрытая коростой грудь?

Как прекрасно.

Дорога, которую необходимо было пересечь, чтобы жизнь стала единой мелодией, была далеко, но эти двое могли в избытке извлекать напевы, просто скрещивая свои проклятья. Они были одаренными певицами друг для друга. Тем не менее у меня не было иного выбора, кроме как заговорить и остановить представление.

– Вы двое, успокойтесь, пожалуйста.

По возможности я хотел бы и дальше наблюдать за вашей ссорой. Однако сейчас время сотрудничать, а не драться. Двое услышали мой голос и повернулись в мою сторону.

– Я действительно позвал сюда вас обоих. Ссорьтесь сколько угодно, но, прошу вас, делайте это, когда выслушаете то, что я должен сказать.

– Ах, ладно, та сука была первая, одурачив меня, когда не хотела одобрять военный трибунал, верно? Для начала, позволь мне получить извинения, поскольку это ее вина, а не моя.

– Эта леди прежде всего посоветовала тебе не наказывать Данталиона. Но ты, по всей видимости, не смогла услышать слова этой леди, так как твои уши, разум и личность трижды прогнившие.

– Эта сука хочет умереть?

– Ну давай, попытайся.

Досадно. Я искренне желаю продолжить слушать это.

Так что я отпускаю их на какой-то миг.

Когда прошел час, эти двое тяжело дышали из-за изнурения. Если бы я говорил о личном впечатлении, то даже если бы вы совместили все бранные слова, которые я слышал за всю свою жизнь, все же этого было бы мало для сравнения с теми бранными словами, которые я услышал за прошедший час. А также учитывая то, что я не раз и не два получал от людей оскорбления. Это было существенное достижение.

– Теперь мне можно говорить?

– …

– …

Возражений не было, так что вопрос был принят единогласно.

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 4)

Я прочистил горло.

– Я тоже полностью осознаю свой проступок. Власть Владыки Демонов проистекает из того, что он представляет всю расу демонов. Однако речь о войне, даруемая только Владыкам Демонов, была украдена человеком. Владыка Демонов, который более всего должен представлять расу демонов, передал право произносить речь существу, которое не может и совершенно не должно представлять всю расу демонов; человеку… Естественно, у них будут подозрения. Почему их должно представлять человеческое дитя? Разве Альянс Полумесяца утратил свою гордость? По правде сказать, разве не было, кроме человека, кого-то другого талантливого, кто мог бы представлять нас?..

Я пожал плечами.

– Даже если у простого народа нет сомнений, проблема остается. Есть довольно много Владык Демонов, которые недовольны нынешней системой в Альянсе Полумесяца, во главе которого стоит Равнинно-Горно-Нейтральная фракция. Эли люди первыми будут содействовать распространению сомнений. Они будут заявлять, что у нынешнего Альянса Полумесяца нет права выступать за расу демонов. Сама ваша власть дрогнет.

Недовольных элементов было много. Баал 1-го ранга, Агарес 2-го ранга… Владыки Демонов с наивысшим престижем участвуют в Альянсе Полумесяца. Наиболее вероятно, что именно они негласно недовольны.

– Они просто предвкушают день нашего провала. Владыки Демонов, которые начали эту войну – это мы; и Владыки демонов, которые возьмут на себя ответственность за потери в войне – тоже мы. Право же критиковать нас будет предоставлено Владыкам Демонов, которые от начала до конца не принимали участие в этом походе.

Барбатос и Пеймон обе попадали в категорию лидеров фракций. И хотя их соответствующие политические идеологии разнились, потому что одна была радикальной партией, а другая – либеральной, у обоих была одна общая основа – они обе находились на борту корабля, известного как Альянс Полумесяца.

Мы были группой, которая делила одну участь.

Было бы хлопотно, если бы я не объяснил им это поскорее.

– Ваше Превосходительство Барбатос. Ваше Превосходительство Пеймон. Мы должны стать одним целым и как можно скорее сформировать альянс. Если мы этого не сделаем, то единственное, что будет ждать нас, это крах.

– …

– …

После того как эти двое восстановили дыхание, они взглянули друг на друга.

– Но я жила до этого момента, только чтобы мучить эту суку.

– Какое совпадение. Цель жизни этой леди тоже затоптать тебя.

На этот раз потребовалось 30 минут.

Я лучезарно улыбался, пока двое тяжело дышащих людей стояло передо мной.

– Я понимаю, что вы двое живы, потому что еще не убили друг друга. Однако, как на счет этого? Разве убийство друг друга в приоритете даже когда у нас есть предатели, вонзающие вам нож в спину и продающие вас обеих, в то время как они нагло разгуливают по вашим военным лагерям?

– …Что? Предатели?

– На протяжении 400 лет походы Альянса Полумесяца были провальными. На протяжении 400 лет вы все силились одержать победу, но другие Владыки демонов в тылу, наверно, посвящали все свое время лишь тому, чтобы вы терпели неудачи. Конечно же, вы не верите, что в ваших фракциях нет ни единого предателя?

В силу этого невероятно трезвого замечания Барбатос и Пеймон замолчали. Наверно, им в голову пришло что-то особенное. В некоторой мере они знали о том, что могут быть предатели, но намеренно закрывали на это глаза. Пожалуй, так им было спокойнее.

Пеймон медленно открыла рот:

– … Данталион, если этот процесс начнется, его уже никогда не остановить. Весь континент демонов будет расколот на две части и начнется гражданская война. Неблагоразумно наживать себе врагов в тылу в ситуации, в которой Крестоносцы расположены перед нами.

– Скорее, наоборот, это блестящая возможность, – заявил я.

– Только вчера наши силы понесли поражение. Возможно, это был не сокрушительный разгром, но поражение есть поражение. «Естественно, что в этой ситуации, когда мы потерпели поражение от крестоносцев, они не будут пытаться уничтожать тех, кто, как и они сами, в тылу», с точки зрения предателей такая чистка – это просто нечто невообразимое.

– Поражение на поле боя, напротив, это первейшая возможность очистить…

– Да. Правильно.

Я кивнул. Пока Пеймон спокойно размышляла над моими словами, Барбатос сердито смотрела на меня.

– Погоди. Отложим в сторону предателей, что мы будем делать с теми ублюдками Крестоносцами? Наконец, чистка – это отрезание собственной плоти. Мы уже в том состоянии, когда нас толкают назад, так что мы зайдем в тупик, если станем еще слабее, чем сейчас.

– Отлично. На данный момент сторона, у которой больший кризис, – это крестоносцы.

Хотя обычно я использую неформальный язык, общаясь с Барбатос, как бы это ни выглядело, я был выдающимся джентльменом и изо всех сил пытался говорить формально лишь потому, что с нами была Пеймон. Однако подобно тому, как кто-то не замечает грязь у себя под ногтями, казалось, Барбатос не замечает моего внимательного отношения.

– Что?

– Вспомните битву, которая произошла вчера. Разве не странно? Независимо от того, сколько разрозненных групп могут смешиваться в их армии, в целом продвижение крестоносцев было весьма скверным. Они ринулись в тот же момент, как только Фарнезе выставила себя как приманку, будто они только и ждали этого момента.

– …

Глаза Барбатос сузились. Она немедленно поняла, что я пытался сказать. Это все ускорило. Как и ожидалось от Барбатос.

– …Хох. Это значит, что речь, которую произнесло человеческое дитя, дает большие результаты, чем я ожидала. Чтобы полностью контролировать колеблющихся солдат, необходимо было пробудить в них желание убить это дитя.

– Именно.

Уголки моих губ поднялись.

– Видимо, нынешняя ситуация среди Крестоносцев тяжелая. Даже если дезертиры как таковые и не появились, скорее всего, их боевой дух упал. С другой стороны, есть некая причина, почему только офицеры и солдаты Габсбургов, которыми руководит Принцесса Империи, остаются стойкими.

– Потому что речь Принцессы была превосходна.

Это так.

Вчерашняя битва закончилась победой Фарнезе и Элизабет. Победа Фарнезе показала расколотое нутро Альянса Полумесяца, в то время как победа Элизабет отразила никудышний боевой дух среди Крестоносцев. Нет ничего унизительнее, чем армия, где одержал победу единственный герой.

– Более того, большинство наций были почти уничтожены во вчерашнем сражении. Честь их спасения принадлежит исключительно Принцессе Империи… Над ними довлеет смута, от генералов до рядовых. За исключением Принцессы нет никого надежного. Я уверен, что такие веяния очень сильны среди их войск. Более того, ведущие представители правительств других наций никогда не простят распространение подобных настроений. Наконец, вскоре Крестоносцы…

– …

– …

Барбатос и Пеймон посмотрели на меня, взглянули друг на друга, а затем снова посмотрели на меня и сильно закивали головами. Слово, которое пришло в голову нам троим, по случайному совпадению было одно и то же.

Чистка.

Наш Альянс Полумесяца был не единственной группировкой, которая упиралась во внутренний конфликт. Даже Крестоносцы, будь-то другая причина, погрузятся в состояние гражданской войны, когда победившие люди будут избавляться от людей побежденных. Другими словами, с этого момента.

– Это гонка со временем. В зависимости от того, какая армия закончит свою чистку раньше всего, и в зависимости от того, кто сделает это быстрее и эффективнее, таков будет исход войны, – Тихо промолвила Пеймон.

Именно так, как она сказала. Это была гонка со временем.

Нам нужно как можно скорее закончить нашу чистку и составить план единой сконденсированной военной силы. Будет ли Принцесса первой? Будем ли мы первыми? Это определит судьбу континента. Я нащупал карманные часы, которые лежали у меня в кармане. Хотя момент времени был временем жизни каждого и временем войны, с этого мгновения и далее время было просто моментом, чтобы мы убивали свою расу. Тут не было места для сомнений.

– Определить предателей просто. Вы двое возвращайтесь в свои лагеря и критикуйте друг друга. Причина, почему мы проиграли во вчерашнем сражении, в том, что противоположные фракции среагировали на ситуацию глупо. В любом случае то, что вы двое злословите друг о друге, когда у вас только есть время, это ежедневное явление, так что никто ничего не заподозрит.

– …

– Сделав так, отпустите замечание «Ах как было бы хорошо, если бы был надежный союзник…» В тот момент несколько ребят тихо подойдут к вам и предложат сотрудничать с «Владыками Демонов, которых они знают лично». Эти люди – предатели.

Те, которые пытаются воспользоваться возможностью произвести военный переворот, когда три фракции спотыкаются.

Те, которые действуют как доносчики кого-то особенного и пытаются переманить Барбатос или Пеймон.

Они все – паразиты и заслуживают уничтожения.

В ту ночь.

Барбатос и Пеймон пришли под завесой темноты, чтобы увидеться со мной. Теперь их тронутые сомнением лица, когда они уходят на рассвете, хмурые. После долгого молчания Барбатос заговорила.

– …С моей стороны было трое. Как на счет тебя, шлюха?

– Четверо. Хотя это преимущественно молодежь низкого ранга… – вздохнула Пеймон.

– Все они – доносчики разных Владык Демонов. Сира Баала, 3-го ранга Вассаго, 4-го ранга Гамиджин и 6-го ранга Велефора…

– Ох... Черт! У меня почти те же самые. С моей стороны Вассаго, Гамиджин и Велефор. Чертовы ублюдки… С этими уродами, подобными летучим мышам, действительно нелегко разобраться.

Барбатос скрипнула зубами.

В этой войне участвуют около 30 Владык Демонов. Если 7 из них доносчики, это значит, что примерно ¼ армии – предатели. Для руководителей фракций это было соотношение, когда они могли лишь скрипеть зубами от досады. Соответственно, это также было число, в которое не входила Нейтральная фракция. Пеймон обеспокоено заговорила.

– Что мы будем делать с Марбасом? Он отбыл для грабежа с целью пополнения запасов продовольствия, так что некоторое время он не сможет вернуться.

– Учитывая характер этого старика, намного лучше, если он будет отсутствовать во время чистки. Как бы там ни было, он не любит проливать кровь без надобности, даже если кто-то выглядит столь пагубным. Как только он вернется, мы ему объясним, – сделала оскорбительное замечание Барбатос. – Хорошо. Чистка. После этого будет Принцесса Империи, а ты – последняя, шлюха. До того я буду с тобой сотрудничать.

– Именно это следует сказать этой леди, так как мы формируем альянс только пока все не уладится. Держи шею в чистоте, пока не наступит тот момент.

Барбатос показала средний палец, а Пеймон показала средний и указательный в форме «V». У этих двоих были довольно милые отношения.

С этой стороны клетки я смотрел на двух Владык Демонов с сердитыми лицами, которые, казалось, вот-вот разорвут друг друга. Видимо, время выходить из тюрьмы почти настало. Я провел в тюрьме мало времени, но жизнь здесь была прекрасна.

Я все еще был в этой тюрьме.

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 5)

Лора де Фарнезе, Одинокий Меч Короля, человек

09.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, центр Армии Альянса Полумесяца

– Фарнезе, ты ведь определенно говорила, что умеешь музицировать, верно?

– Ммм? Да, это так, Господин.

Сегодня был последний день из той недели, о которой предупредил Его Светлость.

Эта молодая леди поправила одежду перед тюрьмой. В отличие от других командующих эта молодая леди не назначила помощника. Этой молодой леди приходилось управляться со своей жизнью самой, но раз эта молодая леди собиралась посоветоваться с Его Светлостью касательно того, что ей следует делать сегодня, Его Светлость осматривал ее, правильно ли она надела форму, пока она была здесь.

– Это связано с музыкой, но… Эй, у тебя там мантия лежит криво.

– Где?

– Там. Вон там.

– Если Ваша Светлость говорит «там», то как эта молодая леди должна понять, где это? Каким методом должна воспользоваться эта леди, чтобы выяснить, где находится «там», если это могли бы быть глаза или яйца Вашей Светлости. Вместо того чтобы говорить «там», дайте этой молодой леди точное направление.

– Ха, вот же надоедливое дитя. Я всегда указывал тебе правильное направление. Подойди сюда, чтобы я смог сам поправить.

Эта молодая леди подошла к тюрьме и позволила Его Светлости привести в порядок ее одежду. Его Светлость крепко потянул за край одежд этой молодой леди. Дёрг, дёрг… через толстый слой одежды эта молодая леди ощущает, как руки Его Светлости обхватывали ее тут и там. Казалось, эта молодая леди впервые испытывала ощущение, когда другой человек помогает ей одеваться.

– Что вы имеете в виду под музыкой, Господин?

– Разве не ты увлекаешься коллекционированием черепов и сочинением нот, когда эти черепа разбросаны вокруг тебя? Однако ты только записывала ноты, я никогда не видел, чтобы ты по ним играла. Что это за поведение?

– Эта молодая леди не чувствует особой необходимости играть их, – ответила Фарнезе.

Музыка была старой привычкой этой молодой леди. Эта молодая леди была одарена прекрасным слухом, будто проклятием. Так как эта молодая леди никогда не могла забыть то, что слышала, оно нескончаемо накапливалось в определенном уголке черепа этой молодой леди, как масло. Случалось много-много дней, когда это накопленное масло изредка само собой становилось миражом и проигрывалось в голове у этой молодой леди, будто слуховая галлюцинация. Именно в такие моменты эта молодая леди сочиняла ноты.

– Если звук уже раз прошел через голову этой молодой леди, какая могла бы быть причина для этой молодой леди прикладывать усилия, чтобы сыграть и повторить ту же мелодию?

– Я говорю это, потому что, возможно, я смогу скоро покинуть эту тюрьму. Я прошел через это исключительное состояние, чтобы защитить тебя, так разве не будет твоей обязанностью радостно принять мое освобождение от заключения? Любая композиция подойдет, когда я выйду, потому выбери ту, которую ты можешь сыграть лучше всего.

– Ознаменование выхода Вашей Светлости из тюрьмы, да?..

После услышанной причины это было логично.

Поскольку эта леди никогда за всю свою жизнь ни для кого не выступала, посвятить этот первый опыт Его Светлости было достаточно для подарка. Тот факт, что Его Светлость вынужден был провести неделю за решеткой, потому что укрыл собой эту молодую леди, как и ожидалось, было бременем этой молодой леди. Соответственно, поскольку Его Светлость по природе был ограниченным самцом, он никогда бы не забыл о долге. Вместо того чтобы жить, пребывая в долгу у Его Светлости, вспоминать об этом, даже посвятив ему какую-то бесполезную вещь в качестве первого опыта, намного лучше.

Как раз, когда эта молодая леди собиралась кивнуть головой, у нее в мыслях внезапно возник вопрос, сорвавшийся с губ:

– Господин, эта молодая леди не против сыграть и приветственный концерт, но у этой молодой леди есть вопрос.

– Наверно, здорово любопытствовать про многие вещи. Что на этот раз?

– Эта молодая леди – кукла Вашей Светлости?

Внезапно.

Рука Его Светлости замерла.

Эта молодая леди неуверенно повернула голову назад. Его Светлость молчаливо смотрел. Зрачки Его Светлости содержали только черный цвет, так что смотреть в них было расслабляющее. Черный был любимым цветом этой молодой леди.

– Кто тебе это сказал?

– Принцесса Империи.

– …

– Эта молодая леди просит прощения у Вашей Светлости, что говорит об этом сейчас. Эта молодая леди не ослушалась приказа, Господин. Битвы с Принцессой Империи не было. Однако после того как предыдущее сражение завершилось, Принцесса Империи вызвала эту молодую леди. Принцесса сказала это после молчаливого изучения этой молодой леди. Ты кукла? Ты труп? Или и то, и другое? Она заявила, что это непостижимо, поскольку от людей, которых Ваша Светлость пытается использовать, остаются только останки.

– …

– Принцесса Империи сказала передать сообщение Вашей Светлости. Что, после встречи с вашей куклой, я, Элизабет фон Габсбург, думаю, что она миленькая.

Его Светлость выслушал и вздохнул.

– Тебя потрясли эти слова?

– Эта молодая леди не дрогнула. Поскольку эта молодая леди не кукла и не труп, она человек, который живет правильно. Ваша Светлость подарили жизнь этой молодой леди. В этом у этой молодой леди никогда не было ни тени сомнения.

– Однако?

Однако.

Однако...

– Как и ожидалось, эта молодая леди задалась вопросом, была ли она дитем, родившимся в этом мире по ошибке.

Его Светлость замолчал. Даже при этой бессловесности в глазах Его Светлости эмоций не было видно. Его Светлость, который обычно вволю проявлял банальные эмоции, никогда не выражал ни крупицы серьезных эмоций. Даже если люди были диаметральной противоположностью этому. Поскольку Его Светлость молчал, эта молодая леди спокойно продолжила говорить.

– Эта молодая леди понимает, почему Ваша Светлость собирает только останки. Разрухе не будет одиноко посреди разрухи. Если есть какие-то обрушившиеся остатки вокруг, тогда обломки это не то, что просто встретило там свой конец, это нечто, что ощущает, что может продолжать оставаться там и что самодостаточно само по себе. Эта леди в состоянии считать себя нормальной, когда рядом находятся мисс Лазурит, командир Хумбаба и другие ведьмы. Ваша Светлость, наверно, такой же, что в вашем праве.

– …

– Вопреки тому, что мы можем дышать, идя в объятия Вашей Светлости, но что планирует делать Ваша Светлость? Даже если Барбатос может обнимать Вашу Светлость, может ли она взвалить вас себе на плечи? Даже если Пеймон тянет Вашу Светлость к себе, может ли она принять вас полностью? Мисс Лазурит и, ожидаемо, эта молодая леди тоже обеспокоены, что Ваша Светлость, напротив, тоже может заключить в объятия тех двоих … Господин, это нормально?

Его Светлость почесал лоб. Вздохнув несколько раз, Его Светлость вскоре нахмурился и слегка щелкнул по лбу эту молодую леди.

– Ой.

– Поэтому я говорил тебе скорее становиться независимой, дура. Посмотри на Лазурит. Даже если я не даю ей никаких приказов, разве она не делает все сама? Было бы прекрасно, если бы вы все сходу последовали примеру Лазурит.

– Кажется, в мире стало бы больше ужасов, если бы люди следовали примеру мисс Лазурит…

– Что за бред говорит человек, который уже с легкостью вырезал 10.000 людей?

Это правда.

Его Светлость вытянул что-то из плаща. Это была маскарадная маска для бала. Эта молодая леди склонила голову, неуверенная, что Его Светлость имели в виду, передавая ту маску этой молодой леди.

– Что это за маска?

– Завтра мы очистим Альянс Полумесяца от всех предателей до единого. Когда завтра ты дашь концерт в честь моего освобождения, большинство Владык Демонов, которые участвуют в Альянсе Полумесяца, мгновенно соберутся под предлогом проведения богослужения в честь Богов. Те, на ком будут маски, останутся в живых, а те, на ком не будут, умрут.

– …

Понимаю, инструмент для определения друга или недруга.

Этой молодой леди было любопытно, почему прежде всего музыкальное выступление. Выступление этой молодой леди было наживкой, чтобы привлечь внимание. Владыки Демонов сядут и все будут смотреть на эту молодую леди. Именно тот момент, когда они потеряют бдительность, это превосходная возможность уничтожить предателей одним махом.

– Кажется, это будет весьма особенный концерт, Господин.

– Конечно, это день, когда я выйду из тюрьмы, он должен быть особенный, разве нет? Барбатос и Пеймон позаботятся о сцене. Не беспокойся и просто выступи. К тому времени, как ты последний раз ударишь по клавишам, тела предателей уже будут валяться там.

Эта молодая леди согласно кивнула.

– Однако вы должны ответить на вопрос этой молодой леди, Господин. Уклонение с этой молодой леди не сработает. Прошу вас, ответьте. Эта молодая леди – кукла Вашей Светлости?

Его Светлость щелкнул языком.

– Кажется, что лишь твоя мелочность напрасно возросла. Если тебе это любопытно, тогда возвращайся после проведения сегодняшнего сражения. К тому времени, как ты вернешься, ты сама уже узнаешь ответ.

Таким образом, эта молодая леди пошла.

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 6)

В этот день короткий сезон дождей ранней весны закончился, и небо прояснилось.

И хотя тут и там на земле застоялись лужи грязи, казалось, что они скоро высохнут на весеннем солнце. Когда грунт затвердеет, скорее всего, война снова возобновится в полную силу. На данный момент, будь-то Альянс Полумесяца или Крестоносцы, они просто отправляли отдельные отряды и проводили небольшие сражения.

У этой молодой леди был единственный отряд, с которым она бродила от одного края большой равнины до другого. По дороге мы встречали вражеских разведчиков и нападали на них, но они едва ли были проблемой. Это случилось в тот момент, когда эта молодая леди подумала, что сегодня будет просто такой же день, как и прошлые несколько. С другого конца равнины на нас неотступно надвигалась группа вражеских солдат. Эта молодая леди на мгновение замерла, посмотрев на флаг, который несли вражеские солдаты.

– …

Полотнище с синей гортензией и оленем.

Дом Герцога Фарнезе из северного региона Королевства Сардиния.

Там был флаг семьи, в которой эта молодая леди родилась и воспитывалась.

– Э? Чтобы такое маленькое подразделение пыталось сражаться с нами, да вы отважны! Что нам делать, генерал? Если вы скажете нам уничтожить их, мы немедленно это выполним.

– …

– Генерал? Такие, как мы, можем выдвинуться, отдай ты только нам приказ.

На слова командира Королевской Гвардии Хумбабы эта молодая леди ответила просто молчанием. Даже в то время как эта молодая леди молчала, время упорно шло, а вражеские солдаты постепенно приближались. Затем враги остановились.

Вскоре после этого из центра группы отделился единственный человек на боевом коне.

Мужчина, на котором прекрасно сидели синие доспехи и шлем, раскрыл руки и прокричал:

– Лора! Мое возлюбленное дитя! Это твой отец!

От одной этой фразы, независимо от того, были это союзники или враги, все солдаты до единого уставились на эту молодую леди.

Замешательство на лицах солдат было очевидным. Особенно у ведьм, которые были частью Королевской Гвардии. Ведьмы знали о тайне рождения этой молодой леди. О том, что эта молодая леди была дочерью рабыни, которую продали в рабы.

Действительно.

Действительно, это было точно на третий день, Господин.

Вопреки тому, что она не видела его, принцесса мягко промолвила, будто поняла Его Высочество, а Его Высочество тоже мог точно предвидеть, что будет делать Принцесса, потому что понимал ее, хоть и не мог видеть ее.

Эта молодая леди внимательно осмотрела старика. Глубоко изрезанное морщинами лицо, улыбка, которая казалась преисполненной доброжелательности к людям, несомненно, этот мужчина был биологическим отцом, который породил эту молодую леди, а также насиловал ее.

– Я поспешил сюда, как только услышал новость, что ты здесь. Ах, но что же это? Твой отец человек и ты дитя человека, и все же почему ты стоишь не среди людей, а в центре демонов? Лора, вернись туда, где тебе надлежит быть по праву.

– …

Отец этой молодой леди.

Место, где она должна быть по праву.

Биологический отец этой молодой леди говорил о той пыльной библиотеке как о месте, где эта молодая леди должна быть? О той маленькой комнате, где приходилось предлагать свое тело, чтобы получить толику еды? То название тюрьмы, где эта молодая леди пыталась исчезнуть, просто уморив себя голодом, но ее отец обязательно выбивал дверь и поддерживал в этой молодой леди жизнь, а, поддерживая в ее теле жизнь, он продлевал ее смерть.

Эта молодая леди молча закрыла глаза. Ей явно послышался звук цикад, а между криками насекомых, которые плотно обступили ее, проник хриплый стон.

⎯⎯ Лора, ох. Лора…

Когда отец молодой леди насиловал ее, эта молодая леди молчала.

Она не сопротивлялась.

Эта молодая леди не желала использовать ногти и оставлять ими рваные следы на лопатках. Люди, которые не хотят исчезнуть из мира, обязаны ухватиться за что-то, но единственное, за что могла ухватиться эта молодая леди, была открытая спина ее отца. Когда отец этой молодой леди постанывал в бедро, живот или лицо этой молодой леди, у нее в голове проносилась мысль, что этот человек изрядно хочет жить.

Что ж...

Поскольку эта молодая леди была безмерно красива, эта молодая леди могла понять своего отца. Если бы у этой молодой леди к нижней части тела был прикреплен большой ствол и, отбросив толику морали этой молодой леди, эта молодая леди могла бы свободно проникнуть в самую красивую женщину в мире, тогда эта молодая леди проверила бы эффективность использования этого ствола, не раздумывая. Если не использовать его таким образом, то ради чего с таким рождаться?

⎯⎯ Я люблю тебя, Лора. Я искренне люблю тебя…

⎯⎯ Я делаю это все, потому что я люблю тебя. Что же не так? Ты ведешь себя странно. Что же это, ты продолжаешь вести себя непостижимо.

– …

Аах...

Теперь, когда эта молодая леди познакомилась с Его Высочеством, она могла уверенно сказать это. Это была не любовь. Поведение, которое вредило, извращало и ломало эту молодую леди, не было и никогда не могло быть любовью. Если в мире была любовь, она не должна была стать такой. Как можно называть любовью, когда насаживаешь себя на кого-то и у тебя нет иного выбора кроме как обнимать его?

Если подобное – любовь, то эта молодая леди всегда будет жить бесстрастно.

Не было никого, кто мог бы принять эту молодую леди, и не было никого, кого могла бы принять эта молодая леди.

По правде сказать, была лишь одна любовь, на какую были способны люди типа Его Светлости, этой молодой леди и мисс Лазурит. Не любовь, в которой любят друг друга, но любовь, в которой все любят нечто одно. Этим была исключительно жизнь, в которой можно было избежать гибели. Исключительно. Чтобы люди, подобные нам, выживали, исключительно… И мы бы погибли, люби мы иначе. Как мы бы убили и также погибли, исключительно…

Что-то тихо коснулось щеки этой молодой леди и покатилось вниз.

Рядом с этой молодой леди командир Королевской Гвардии бормотала таким тоном, будто пресмыкалась на земле:

– Ваше Превосходительство Действующий Генерал?..

– Мир довольно отвратительный, командир. Эта молодая леди родилась не потому, что хотела родиться, и она была так воспитана не потому, что стремилась быть так воспитана, и все же, почему эта молодая леди должна управляться со всей своей жизнью сама? Эта молодая леди не может никого простить.

Она не должна даже пытаться простить.

– У этой молодой леди нет такого рода силы.

Она не должна даже пытаться думать иначе.

– Нет возможности.

Эту молодую леди просто тянет убить стоящего перед ней человека.

Аах...

– Эта молодая леди некомпетентна… Это молодая леди неизмеримо некомпетентна. У этой молодой леди нет иного выбора кроме как жить так же, как она была рождена. Даже если эта молодая леди живет так, это не жизнь. Слова Принцессы империи были верны. Эта молодая леди – труп, кукла. Однако тут ничего не поделаешь. Эта молодая леди некомпетентна…

– …

Хумбаба, командир Королевской Стражи, осторожно взяла эту молодую леди за предплечье.

Командир долго бубнила «Мм, мм», явно перебирая во рту слова, прежде чем, наконец, весело улыбнулась.

– Ага! Правильно. В мире действительно все чертовски смешано! Более того, и генерал чертовски некомпетентна. Даже если вы убьете десять тысяч и знаете, как перерезать сотню тысяч, что вы можете сделать, если не знаете даже, как убить свое прошлое? Ах-ха-ха! Но все в поряяяядке. Генерал, все совершенно отлично.

Командир Хумбаба смеялась.

– Если нужно, мы можем убить хозяина и все вместе покончить жизнь самоубийством!

– …

– Ахахах... Это такое облегчение, что в мире есть еще столько людей, которые пытаются убить нашего хозяина. «Как смеет такой, как ты, лишать жииизни нашего хозяина?», и мы должны быть теми, кто убьет тех людей первыми, верно? Поэтому, генерал, вкладывайте в это все свои силы и убивайте много! Пока не придет день, когда во всем мире не останется никого, кто хочет убить нашего хозяина!

Ведьмы взревели от смеха. Весело, как демоны, и невинно, как дети, ведьмы распространяли вокруг жаркий смех. Эта молодая леди была уверена, что она увидела, как весеннее солнце, которое застоялось в лужах грязи, наконец, начало струиться из-за звука смеха ведьм.

Что это было? Этой леди просто нужен был кто-то, кто бы умер вместе с ней?

Эта молодая леди представила себе, как ее убивает кто-то другой, а не Его Высочество. Непростительно. Эта молодая леди так же представила себе, как Его Светлость убивает кто-то другой, а не эта молодая леди. Непростительно.

Понимаю.

Вот так. Так и есть. Именно так…

Эта молодая леди кивнула головой.

– Этот человек. Этой молодой леди не нравится его вид. Уничтожьте их и принесите его сюда.

– Дааа, Ваше Превосходительство!

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 7)

Ведьмы с ликованием носились в воздухе. У ведьм была монополия на небо, в котором почти не было тумана, так как сезон дождей закончился. В воздухе ведьмы рассыпали порох из своих мешочков и разбрасывали искры. Вражеское формирование сразу же распалось и рассеялось.

Возможно, они предполагали, что эта молодая леди не будет без раздумий атаковать своего биологического отца? Принцесса Империи, скорее всего, отправила его как одноразовую карточку. Если эта молодая леди будет убеждена, тогда это будет наилучший вариант, если же сердце этой молодой леди дрогнет, то именно к этому и стремилась Принцесса, а если эта молодая леди убьет собственного отца, тогда Принцесса может воспользоваться этим и в политическом плане. Вот какой расчет, наверно, стоял за этим действием.

Если бы эта молодая леди была одна, она бы даже приняла во внимание реалистичные подсчеты.

– Ло-Лора!.. Ты, что ты?..

Но эта леди не была одна.

Тот, кто был намного, намного компетентнее, стоял позади нее.

Даже если бы эта молодая леди разгуливала тут, вороша поле боя, как ей заблагорассудится, был человек, который поддерживал ее сзади и который всегда уберет после нее.

Так что...

Сейчас эта молодая леди будет жить так, как ей нравится.

– Отец.

Эта молодая леди посмотрела сверху на своего отца, которого приволокли к ней ведьмы, связав его по рукам и ногам. Он смотрел на нее с таким лицом, будто не мог поверить в то, что происходит. Жалкий человек. Он хотя бы знает о том, что Принцесса его использовала?

Если бы он смог убедить эту молодую леди и привести ее на сторону Крестоносцев, это было бы словно подвиг, который останется в истории на века. Человек, стоявший перед этой молодой леди, по всей видимости, соблазнился на эти медовые слова. Вини себя сам, раз ты настолько глуп, что решился на это.

– Лора…

– Все верно, Отец. Это твоя Лора. Девушка, которая была Лорой, здесь. По какой причине ты легкомысленно проехал весь этот путь в столь опасное место? Это поле боя, где демоны истекают слюной. Это не то место, куда стоит отваживаться ступать такому беспечному человеку, как ты, Отец.

Эта молодая леди опустилась на одно колено на уровень глаз ее отца. Наверно, он ощутил благожелательность от слов этой молодой леди, так как его лицо просветлело. Кажется, он почувствовал надежду, что по крайней мере, он не лишится жизни.

Эта молодая леди подняла правую руку ее отца и крепко прижала ее к своей щеке. Руку, которая насиловала и подавляла эту молодую леди. Сильная и грубая ладонь монстра сейчас была обмякшей.

– Благодарю тебя за то, что подарил жизнь этой молодой леди, Отец.

– Я-я тоже счастлив, что ты моя дочь.

– Мгм... Тогда ты сможете так же счастливо покинуть нас.

Эта молодая леди лучезарно улыбнулась.

И в этот миг эта молодая леди смогла улыбнуться самой красивой улыбкой с тех пор, как она родилась.

Эта молодая леди сама почувствовала это.

Отец этой молодой леди моргнул.

– Что?..

– С этого момента и далее эта молодая леди уже больше не Лора Отца, она просто Фарнезе Его Светлости. И хотя это молодая леди не чувствует себя невероятно счастливой, будучи Фарнезе, Его Светлости, кажется, этого достаточно, чтобы эта молодая леди продолжала жить. Эта молодая леди могла наслаждаться этим удовольствием благодаря вам, поскольку вы дали жизнь этой молодой леди, так как же она может не выразить свою последнюю благодарность?

Эта молодая леди вытянула кинжал из одежд и, прежде чем противники смогли промолвить хоть слово, перерезала горло стоявшему перед ней мужчине. Появилась багряно-красная линия и полилась кровь. Хоть этот мужчина боролся, эта молодая леди не отпустила его правую руку до самого конца. Эта молодая леди прижимала ее к своей щеке, пока мужчина не обмяк.

– Прошу вас, умри болезненно. Герцог Фарнезе, эта молодая леди счастлива, что она смогла убить тебя.

Ах, ах... падая, человек блевал кровью. Эта молодая леди долго гладила голову мужчины. Ведьмы дружно смеялись, лишая жизни пленников.

«Убей и убей снова», – слова, которые Его Светлость однажды сказал этой молодой леди, происходили тут.

Так как слова Его Светлости были словесным обещанием, еще не было и дня, чтобы его слова не осуществились. Флаг, который Его светлость подарил ранее, развевался над нашими головами на тихом ветерке.

Власть за кровь.

Кровь за власть.

Ах, весенний день посреди воплей пленников был прекрасен. Эта молодая леди селя в грязь, где вокруг была разбрызгана кровь, и закрыла глаза. Лужа крови, которая натекла с отца этой молодой леди, вязко приняла на себя вес тела этой молодой леди. Впервые в жизни этой молодой леди ее сердце билось в предвкушении грядущих времен.

В этот день эта молодая леди убила своего биологического отца.

И в этот день эта молодая леди стала ребенком Его Светлости.

Данталион, Король Простолюдинов 71-го ранга

10.04.1506 год по Имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца, Простая тюрьма

У подножия холма воздвигли алтарь, который было видно из тюрьмы. Этот алтарь не был изыскан. Поскольку этот алтарь сделали так, чтобы армия, которая понесла незавидное поражение, могла успокоить гнев Богов, изысканность была роскошью, не имеющей для них никакой ценности. Однако, даже несмотря на то, что он не был изысканным, Барбатос как женщина умела делать вещи красивыми.

– Я слышала, что число черепов, которые насобирала твоя девчушка за это время, легко достигает многих тысяч. Если мы воздвигнем из них башню, это было бы идеальным украшением для ритуалов в честь предков.

Короче, было предложено сложить башню из черепов. Хотя этот дизайн был так далек от здравого смысла, что просто заставил бы помрачнеть любого, совершение ритуала в честь предков рядом с вражескими черепами было уместно использовать в качестве оправдания. Самое главное, Фарнезе это очень нравилось.

– Мгм... У любовницы Вашей Светлости хороший вкус. У черепа самая красивая физическая форма в человеческом теле. Когда проводится религиозная служба, разве не очевидно, что надлежит показывать только самую красивую часть человеческого тела? Эта молодая леди поддерживает башню из черепов.

– Не пытайся завязать со мной дружбу, человеческая девчушка. Что ты, рожденная с грязной кровью, о себе думаешь, легкомысленно разговаривая с монархом так вольготно? Если бы ты не была действующим генералом Данталиона, ты бы уже тысячу раз умерла от моих рук.

Хоть Барбатос и жаловалась, она все равно готовила сцену. Она задействовала своих солдат, которые складывали черепа в аккуратную башню. У Фарнезе имелись черепа рядовых, черепа младшего офицерского состава, черепа командиров и черепа командующих, все рассортированные по категориям, так что башня была сложена согласно званиям. В самом низу находились рядовые, командующие – на самой вершине. Как ни прискорбно, это была вертикаль подчинения, досадно, что к военнослужащим относились согласно их званиям даже после их смерти.

Люди провели свои ритуалы в честь предков на рассвете, а демоны свои – в сумерках. Дождь прекратился и даже солнце просачивалось в прозрачное небо. Все черепа были начисто вычищены и светились ярко-красным, а иногда - янтарным цветом.

– Гммм, – протянула Барбатос. – Теперь приготовления закончены. Давай быстро разбрызгаем немного крови на ритуальный стол и покончим с этим. Мы должны убить Принцессу Империи, а также замучить гадов, которые скрываются в тылу. Ииии, раз мы должны убить столько ублюдков, это будет изобильный год.

– Барбатос, если ты не добавляешь оскорбительное слово в конце каждого предложения, может, ты заразилась малярией? Вопреки тому, что сейчас они предатели, когда-то они были нашими последователями. Прошу тебя, будь немного серьезнее.

– Умрут ли они серьезными ублюдками или легкомысленными ублюдками, положение у ребят, которые умрут, одно, они сукины сыны, а сукины сыны – это они, так в чем смысл?

– Хаа... В любом случае, такие люди, как ты... Ох, ладно. Эта леди первая сойдет вниз, Данталион. Эта леди увидится с тобой позже.

Две Владыки демонов бок о бок спустились с холма. Их тени протянулись до самой моей тюрьмы, где я сидел.

Шло время и Владыки Демонов из Горной и Равнинной фракций начали медленно собираться ниже и занимать свои места. Наконец, все Владыки Демонов собрались, когда закатное солнце было на пике. Хотя Владыки демонов перешептывались и переговаривались, они все замолкли, как только начался ритуал в честь предков. У подножия холма стало тихо.

– …

– …

Несколько священнослужителей вышли вперед и начали читать сутры. Богослужение проходило тихо. Каждый раз, когда священнослужители низко кланялись, Владыки Демонов вставали и тоже делали низкий поклон. После нескольких благоговейных поклонов, значение которых нельзя было понять.

Шаг.

Посреди церемонии вступила Фарнезе. Фарнезе была босой. Фарнезе ступала своими белыми ступнями по еще влажной земле. Даже несмотря на то, что я был далеко в этой тюрьме и не мог видеть лица Фарнезе, казалось, что каждый раз, когда она делала шаг, раздавался звук «топ-топ».

Фарнезе села у пианино, даже не поприветствовав Владык Демонов. Кажется, я мог слышать некоторые голоса жаловавшихся Владык Демонов. Согласно Барбатос, было довольно много тех, кто считал сам факт позволения не демону, а человеку участвовать в нашем богослужении в память о погибших богохульством. Барбатос заявила, что поскольку эти солдаты были убиты этой малышкой, то будет правильно, если она сыграет мелодию, чтобы умилостивить Богов. Так как эти слова вполне соответствовали действительности, другие Владыки демонов сказали, что понимают и прощают это.

– …

Фарнезе медленно положила кончики пальцев на клавиши.

Я не предлагал никаких особенных слов, Фарнезе, которая должна вчера была вернуться после убийства своего отца. Я верил, что теперь она могла думать самостоятельно, и я также верил, что она сможет преодолеть это сама.

Следовательно, как это было подробное перечисление для очистки от давних предателей.

В то же время это был и концерт, извещавший о прощании Фарнезе с ее прошлым.

Я положил подбородок на руку, сидя на стуле, и смотрел на Фарнезе. Сегодня был день, который официально обозначал, что я нахожусь в этой тюрьме больше недели. Хоть я до сих пор находился в этой тюрьме, я смотрел на Фарнезе пристальнее, чем когда-либо делал это раньше.

– …

И.

Представление крови началось.

Каденция

– Почему она все еще жива?

– Было бы прекрасно, если бы она покончила с собой.

– Говорят, что та шлюха продала свое тело демонам.

– Разве не говорили, что она – леди из Дома Герцога? Конечно же, нет.

– Несмотря на это она не более чем потаскуха.

– Говорят, что ее умения бедер просто поразительны. Вот так, ахах? Хи-йа? Вот так и так. Аппетитно каждую ночь. По правде сказать, люди также говорят, что он взял ее к себе не для того, чтобы сделать своим действующим генералом, а чтобы сделать своей наложницей.

– Так как ее зовут?

– Лора де Фарнезе.

– Я только и слышал, что имя этой сучки в последнее время.

– Герцог Фарнезе был мудр. И правда нужно было пресечь это на корню, пока та сучка была действительно юной. Когда ее продали в рабство, она стала такой свирепой. Если бы эта сука не была рабыней, насколько же ужаснее она бы стала?

– Говорят, она даже увлекается коллекционированием черепов.

– Грязная грубая сука.

– Надоедливая и упорная сука.

– Как я сказал, сука.

– Хотя я не уверен, грубая ли она, и не уверен, вульгарная она или нет.

– В любом случае, для такой сучки было бы не удивительно, если бы она была и такой, и такой.

– Пожалуй, это девушка, к которой, кажется, применимо и то, и другое.

– Раз, два. Раз, два.

– Говорят, что она не только коллекционирует черепа, но складывает их и еще играет рядом с ними на пианино. В то время как она напевает. Наверно, она возбуждается от костей людей своего рода, которых она убила. Я бы не удивился, если бы число черепов, которые она всё собирает и собирает, теперь уже достигло бы десяти тысяч.

– Ее натура прогнила до самого дна. Разве не кажется, что она мразь, рожденная, чтобы проклясть мир?

– Ага. Не могу вынести, что такой человек дышит в этом мире. Было бы прекрасно, если бы она уже подохла. Если же это невозможно, тогда ей следует отправиться в место, которое я не могу видеть, хоть я даже сейчас не вижу ее, мне бы хотелось, чтобы она полностью отвалила в то далекое место, откуда даже новости о ней не будут достигать меня.

– Это было бы прекрасно.

– Если бы она исчезла.

– Пропала с наших глаз.

– Если бы она сдохла прямо в этот момент.

– Та похожая на псину сука.

– Я отрублю голову той суки прежде, чем умру!

– Но не пренебрегайте ими полностью, глумитесь над ними, когда только представляется возможность. Делая так, мы можем показать им, что игнорируем их явно и как нельзя лучше.

– Убейте!

– Убейте ее!

– Что измениться, если мы ее убьем?

– Как бы там ни было, мы все же должны убить ее.

– Но это же мы умрем.

– Я тоже это слышал. Они снова погибли, верно?

– Это оно, то?

– Говорят, что это оно.

– Раз, два. Раз, два.

– Было бы лучше, если бы она вообще не рождалась. Если бы это было так, все были бы счастливы. Нет ни единого человека в мире, кто был бы рад той девушке.

– Чумная особа, которая без надобности шляется и потворствует беспорядкам на нашем мирном континенте человеческого рода.

– Мать той суки, наверно, горько сетовала, дав ей жизнь. Ах, для меня дать жизнь такой прокаженной. Наверно, было бы лучше, если бы она породила кучу ядовитых змей.

– Скорее всего, Владыки Демонов все равно ее вышвырнут, когда используют.

– Ты видишь это?

– Да.

– Что вы будете делать, если бы мы действительно увидели ее, и что вы будете делать, если бы не видели? Если бы мы видели ее, тогда мы также описывали бы то, что не видели, а если бы мы не видели ее, тогда мы бы просто описывали то, что могли увидеть. Видели мы ее или нет, та сучка все равно будет скверной сучкой, безумной сучкой и совершенно сумасшедшей сучкой. Вот что мы решили, так что видели ее или не видели, это довольно второстепенный вопрос.

– Если не имеет значения, вижу я ее или нет, то я бы предпочел не видеть ее по возможности. Я бы умер, если бы увидел.

– Но я слышал, что она действительно чертовски хорошенькая.

– Я слышал, что голос у нее и довольно чистый.

– Ты уверен, что увидел все верно?

– Постарайся рассказать нам, как она выглядит.

– У нее были черные волосы. Красиво.

– Ее красные волосы выглядели так, будто пылали. Это было отвратительно.

– Она была высокая! Действительно высокая!

– Судя по тому, что я видел, на самом деле она была низкая.

– И? Так вы видели ее или нет?

– Дождь был слишком сильный. Дождь.

…

…

Тихо будьте. Шшш.

Тихо.

Тихо.

.

Враги шумели у подножия холма.

По всей видимости, Барбатос и Пеймон начали чистку.

Периодически я смутно видел, как в поле моего зрения разбрызгивается кровь, и иногда слышал боковым слухом слабые крики.

Хот я не обращал туда мой взор и не прислушивался. Я просто спокойно слушал бесчувственную игру моей приемной дочери, моей дочери, единственного члена семьи, которого я решил принять и обнять, которая впервые начала выступать самостоятельно.

О Боги.

Простите грех этого дитя.

Если Ты некомпетентен там,

тогда я прощу их здесь.

Фарнезе.

Стань убийцей.

Будь героем для армии и стань спасителем для людей.

Твое имя останется в истории, как ты всегда этого желала. Потому что ты так к этому стремилась. Я подарю тебе это. Твое стремление убить собственного отца останется в истории, и ты будешь сверкать ярче, чем кто-либо другой, я буду говорить тебе, что все это прекрасно. Если на тебе и есть грех, то это должно быть то, что ты родилась, но как чье-то рождение может быть грехом?

Интермиссия

Пеймон, Владыка Демонов Доброжелательности 9-го ранга

10.04.1506 года по Имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца

– …Хмм. Посмотрим. Уже пора.

– Да. Начнем.

И не было необходимости, чтобы собеседница говорила это первой.

Эта леди и Барбатос достали и надели маски.

Не только мы двое. Большинство Владык Демонов, которые смотрели выступление, тоже надели маски. Только 7 предателей сомневались и начали перешептываться. Эти люди насмехались не только над фракциями, но и над самим идеалом Альянса Полумесяца. Даже объятий всего мира недостаточно, чтобы простить их.

⎯⎯ Что за возня?

⎯⎯ Они хотят устроить концерт с сюрпризом…?

⎯⎯ В любом случае представление того ребенка довольно…

Именно в тот момент.

Кровь разбрызгалась тут и там рядом с местами, приготовленными для Владык Демонов. Те, что в масках, кололи, пронзали мечами и рубили топорами тела тех, на ком масок не было. Поминальная служба, мгновение назад спокойная благодаря музыке, мгновенно прекратилась в Ад.

⎯⎯ Подождите, что вы!?.

Предатели крутились на земле и простирали руки. Их тела были покрыты наполовину грязью и наполовину кровью. Даже если они протягивали рук и просили кого-то спасти их, будь то из Горной фракции или Равнинной, никто бы не проявил к ним милосердия. Скоро их пальцы были пронзены копьями и отрублены клинками, от чего пальцы один за одним летали в воздухе. Вопли и стоны смешались вместе, отчего аудитория превратилась в бойню во плоти.

Те, которые пытались убить людей.

Те, которые пытались не быть убитыми людьми.

Те, которые стараются задержать тех, кто пытается скрыться.

Те, которые используют людей рядом с собой в качестве жертвы и пытаются сбежать.

Эта леди бесстрастно заговорила.

– …Как нам следует принять военные силы предателей?

– Управлять ими будет трудно. Так есть ли действительно необходимость принимать их к себе?

Барбатос зевнула. Она подняла свой бокал с вином, чтобы отпить, но потом вспомнила, что в маске, и выругалась.

– Черт, в любом случае, покончить с ними было бы здорово и на душе стало бы легче. В любом случае, скорей всего, среди них много шпионов. Искать каждого из них было бы изнурительной работой.

В этот момент к нам поспешил единственный Владыка Демонов и кинулся на землю. Он не был членом фракции. Эта леди припоминает, что он был одним из Владык Демонов низшего ранга, которыми командовала Барбатос.

⎯⎯Ваше Превосходительство Барбатос! С-спасите меня! Эти люди безумны и они!..

Однако он не смог даже закончить предложение. Воздух рассек легкий жест руки Барбатос снизу-вверх, и этот бесформенный клинок просто отсек мужчине голову. Когда голова отлетела, тело еще колебалось вперед-назад, прежде чем с глухим звуком упасть на спину. Барбатос еще раз зевнула.

– Хаамм. Нам следовало сделать это раньше. Закончилось все тем, что мы копались и зря бросили его в тюрьму. Я думала, что Данталиан занимался с тобой сексом, так что я размышляла, стоит ли мне избавляться от него или нет.

– Нет. Как я сказала, это было недоразумение.

– Это если я смогу легко поверить твоим словам, сука.

– Эта леди скажет это сейчас, но во время 2-го похода эта леди предполагала, что нам следовало быстро отступать назад, так как что-то казалось неладным, знаешь? Та, которая не верила и настаивала, что нам следует идти до самого конца, это была ты.

– …Разве?

– Да. Кто кого называет дураком постоянно, вот уж правда.

Эта леди замолчала. Скоро и Барбатос замолчала. Впервые за долгое время мы вдвоем сидели рядом и смотрели на девушку, которая все еще играла на пианино вопреки происходившей резне. Барбатос посмотрела в небо и тихо промолвила:

– Весна. Эх, погода хорошая. Убивать людей будет легко.

Эти слова, наверно, не адресовались никому конкретному. Однако эта леди тоже невольно подняла голову. Там по вечернему небу плыли облака, безразличные к тому, что происходило на земле.

– Да. Уже весна.

Подобно тому, как небу безразличны наши дела, мы тоже убиваем людей, которые должны быть убиты, не обращая внимания на небо.

Хотя это была история, которая случилась в один весенний день мгновенно.

Пролог

Пусть алчность твоя тебя будет вести.

Всю жизнь свою в алчности ты проведи.

Пролог

Убийца кровных родственников, Принцесса Империи, Элизабет фон Габсбург

10.04.1506г. по Имперскому календарю

Равнина Бруно, Армия Крестоносцев, Поллис

Ночь. Вслед за утихшим весенним дождём, стало прохладно. По всему лагерю медленно высыхали оставленные дождём лужи. Я заметила, что даже ночью вода сохнет хорошо.

С того дня, как я играла с Владыкой Демонов Данталианом в Чёрные и Белые Флаги, у меня появилась привычка трепетно вслушиваться в ни во что. Если вы ненароком прислушаетесь к этому ничему, то внезапно осознаете, что на самом деле, оно звучит как что-то. Это ночь. Словно сжигая моё тело, не прекращая колыхался свет горящей свечи, и, колыхаясь, он так же проливал свет на слова, что я держала в своей руке.

"10.04. Поздний вечер. В разгар родового ритуала, во вражеском лагере была проведена чистка. Хотя казалось, что должна была начаться внутренняя борьба, та была быстро пресечена. Можно предположить, что за этим стоят Владыка Демонов Барбатос и Владыка Демонов Пеймон. Круглосуточное наблюдение."

Эта записка была оторвана от большего листа бумаги, поскольку автор мог написать лишь несколько строк. Чтобы написать это, использовал кусок графита, но, учитывая какие корявые были буквы, становилось ясно, что писал он не на ровной поверхности. От этих неровно написанных слов веяло отчаянной преданностью шпиона.

Я вижу, что это секретное послание, отправленное после того, как было наспех написано. Великолепно.

Несколько ворон послушно опустили свои тела поверх моего стола. Демоническая раса спокойно относилась к воронам, беспечно не проводя попыток их выследить. Я разместила шпионов глубоко в тени мест, к которым враг относился с осмотрительностью. Я сняла ещё одну записку с лапы другого ворона и развернула перед собой.

"10.04. Вечер. Среди вражеских сил произошли беспорядки. Поскольку одни Владыки Демонов забрали жизни других Владык, вражеские силы разделились на несколько частей. В то время, пока они расколоты, смешаны и заняты отмщением, вражеский генерал, Лора де Фарнезе, играет на фортепьяно. Хаос. Из того, что можно увидеть трудно судить точнее."

– …

Слова были аккуратными и прямыми. Этот отчёт был написан неторопливо. Я внимательно всматривалась в записку, окрашенную в жёлтый цвет продолжающей гореть свечой.

Я открыла рот и сказала своей служанке:

– Джулия.

– Да, Ваше Высочество.

– Знаешь ли ты, когда я узнала о предназначении императора?

– Как ваша покорная слуга могла осмелиться говорить о долге императора?

– Это произошло, когда я была ещё маленькой.

Главная служанка низко поклонилась. Главная служанка была такой девушкой, что тихо составит мне компанию, даже если я буду коротать время, беседуя сама с собой. Что касается этого дитя, его долгом было быть моей верной подданной.

– Вечер за вечером, каждый угол императорского дворца сиял от обилия свечей. Пока я, греясь, глядела на свечу, освещавшую угол, мне стало кое-что любопытно. Почему, если пойти посмотреть на свечи, что должны были расплавиться накануне, ты увидишь, что все они полностью восстановились и горели снова. Юная я была в совершенном восторге."Так, они воскресают. Ах, каждую ночь, свечи воскресают, чтобы, к новой ночи светить вновь”.

Разворачивая новости, что приносили вороны из разных мест по одной записке за раз, я продолжила свой рассказ.

– Я считала это доказательством нисхождения Господа. В благоговейном изумлении, будь то мой старший брат или наставник, я рассказала об этом всем. Нечестивые собратья стали спорить, крича, что Бога нет, но это были просто глупое мычание людей, живших лишь при свете дня. Бог – очень застенчивая особа, поэтому он странствует по замку лишь ночью.

– …

– Никто мне не верил. Наоборот, они насмехались надо мной.

Поэтому, я решила подтвердить это.

– Была ночь.

Я ускользнула из своей спальни и спряталась в коридоре, где расплавилось много свечей. Моё сердце колотилось при мысли от того, что я собираюсь засвидетельствовать видение Господа, блуждающего в ночи.

– Даже слуги отправились спать, так что, в дворцовой тиши, звук поступи стражи, кашель старого солдата, и шелест ветра, эти отзвуки оставались тихими, как если бы они действительно были ничем.

Это произошло, когда я была ещё маленькой.

Звук поступи стражи были просто шумом шагов в залах, а кашель был шумом, зловеще сотрясавшим воздух. Шелест ветра был звуком напрасно потраченного времени. Мне ещё предстояло научиться внимательно вслушиваться в эти ничто. В тот период, когда почти всё было ничем, моё сердце яростно колотилось от мысли того, что я увижу Бога, и, в это время, весь мир играл вариациями мелодии, исходившей из моего бьющегося сердца.

Как долго мне должно было ждать?

– Кто-то приблизился к освещённому свечами коридору. Поступь была слишком обычной, чтобы её можно было назвать поступью Бога. Его фигура была так же слишком жалким, чтобы быть внешним видом Бога. Несмотря на это, пока человек не приблизился к свечам, я всё же верила, что это Бог. Я просто решила, что Бог достаточно благороден, чтобы чувствовать себя комфортно даже с простыми или жалкими вещами. Вскоре после того, как я увидела, как Бог погасил умираю свечу, заменил её новой и зажёг её, я пришла к осознанию того…что это не Бог.

Это был просто слуга.

Это был просто жалкий человек.

Не успела я опомниться, как размышляла над прошлым с закрытыми глазами.

– Джулия. Та ночь была довольно скучной. Тем, что я увидела оказался обычный и жалкий слуга на ночном дежурстве, но то что я сделала было догадкой большей, чем нечто, что можно увидеть. Свечи не воскресали. Их попросту заменяли.

– …

– Раз свечи каждый день меняли, становилось ясно, что был кто-то, кто делал каждый день эти свечи. Раз был кто-то, кто зарабатывал себе на жизнь, каждый день делая свечи, бесспорно было и то, что был кто-то, кто выращивал, собирал и передавал создателю свечей его еду.

Мне не было известно, что эти подданные, эти профессии были основной частью королевских земель. Я никогда не видела ремесленника, который зарабатывал себе на жизнь, делая свечи. Я никогда не видела фермеров и никогда не видела кузнецов, оснащавших этих фермеров их инвентарём. Однако, поскольку свеча была заменена прямо перед моими глазами и сверкала так ярко…подобно тому, как этот горящий свет свечи был ясен и бесспорен, так и подданные, которых я не могла видеть своими глазами были ясными и бесспорными.

Люди существовали.

С того момента, весь мир сиял как свет в моих глазах.

Люди были соединены друг с другом через пламя.

О том, как называется этот ясный и очевидный горящий свет свечи, я узнала лишь позже.

– Понимаешь ли ты, Джулия?

– …

– В тот день, я потеряла Господа и обрела народ.

Я раскрыла глаза.

Открыв глаза, я повернулась, чтобы посмотреть на служанок.

– Правительница, которой вы служите не верит в воскресение Господа. Я не верую. Если бы у меня должно было быть учение, то это было бы просто учение о свете свечей. Моё вероучение было бы о свечах, постоянно и без конца защищающих ночь. Глядя в свечи, издалека разгадываю и понимаю людей. Вы все думаете, что я богохульна?

Джулия опустилась на колени, а остальные служанки последовали её примеру.

– Мы, смиренные слуги, всегда в благоговении от Вашего Высочества.

– Хотя, будучи императором, у меня есть много обязанностей, как только ты предположишь большее, чем то, что можно увидеть, иначе говоря, когда это может наконец быть установлено. Я спрошу вас. Верите ли вы в мои взгляды?

– Прошу, командуйте нами. Мы исполним ваш приказ.

Я кивнула.

– Вызовите командиров. Поскольку сейчас уже ночь, вам придётся осторожно разбудить их. Если они спросят, зачем их зовут, скажите им, чтоб принесли оружие. Если они будут спрашивать и дальше, скажите им, что Принцесса Империи запретила вам отвечать на другие вопросы.

– Должны ли мы вызвать их всех?

– Да.

Командиры собрались к моменту, когда свеча прогорела на половину ладони. Ночь была прохладной, поскольку весенний дождь отступил. Поскольку они не знали причины, собравшей их здесь среди ночи, их губы были сухими. Я скомандовала:

– Я слышала, что среди наших войск распространяется нехороший буклет. Говорят, что речь вражеского генерала была скопирована и передана простым солдатам, взращивая в их умах предательские мысли. Если эти предательские мысли будут расти, то разве не станут они в конечном счёте восстанием? Говорят, что нация – это гигантское дерево, корни которого расположены в людских сердцах. Вам всем не кажется, что корни станут твёрдыми, если вы удалите сорняк прежде, чем тот вызовет коррозию? Командиры, слушайте мою команду.

– Да, Ваше Высочество.

– По причине моей заботы об этих корнях, приказываю вам. Я позволю всем вам сегодня отлучиться. Используйте подчинённых, которые по вашему мнению заслуживаю доверия и обыщите каждую палатку. Выверните их наизнанку. Если внутри вы найдёте один из этих буклетов, казните каждого солдата, приписанного к этой палатке. Забирая их жизни, не поднимайте шума. Вы не должны позволять фермерам бессмысленно петь, когда вы пропалываете сорняки. Убейте их.

Командиры склонили свои тела к земле.

– Всех их?

– Всех.

Это была ночь.

По всему лагерю тут и там вспыхивали огни, освещая тёмную ночь. В каждую лужу, оставленную позади весенним дождём погрузился обезглавленный труп.

Солдат, пытавшийся поднять голос, чтобы заявить, что он невиновен был обезглавлен в середине своего заявления. Его голова пала в грязь, и грязная вода стала вливаться в его зияющую пасть. Уровень воды в луже уменьшался в соответствие с количеством воды, проглоченной ртом трупа. Таким образом, лужи вокруг полностью высохли.

Я заметила, что даже ночью вода сохнет хорошо.

О Всевышняя Богиня, что живёт в чистейшем из небес, пожалуйста, не отворачивайся от сих грешных детей, пусть они и прибыли к твоему порогу, а просто присмотри за ними с милосердием и терпимостью. Мы похороним их земные тела, так что, о Всевышняя Богиня, пожалуйста, забери их небесные души. Хоть мы знаем, как хоронить мёртвых, мы не знаем, как хоронить их души, посему мы лишь можем поднять свои очи к тебе вверх, о Всевышняя Богиня, и надеяться на твою мудрость…

Жрецы, бродя по лагерю, воспевали гимны. Поскольку святой, утверждавший, что он был из Храма Артемиды, воспевал Гимн Усопших за Веру, командиры безучастно покинули группу апостолов. Как и ожидалось, у меня не было причин препятствовать сердцам жрецов, желавшим успокоить души своим гимном.

Я передала записку, написанную вторым шпионом моей главной служанке.

– Джулия. Человек, написавший это – изменник, вставший на сторону демонов.

– Простите, что?

– Если день прошел в таком хаосе, как он смог найти время, чтобы записать свои слова так ровно и аккуратно? Возникли беспорядки, и он был должен быть так же вовлечён в эти беспорядки, но как ты видишь, он доносил на людей над ним и обладал временем, достаточным, чтобы неспеша написать свой отчёт. Приставьте к нему отдельного шпиона. Убейте его прежде, чем пройдёт полмесяца.

– …

Служанка склонила голову.

– Как прикажете.

Я повернула голову и посмотрела по другую сторону равнины Бруно. Была глубокая ночь, так что вражеский лагерь нельзя было увидеть. Хотя увидеть лагерь было нельзя, единственное что можно было смутно увидеть под лунным светом, было башней человеческих черепов, которую демоны сложили навстречу небу.

Лора Фарнезе, должно быть, выступает там. Я вижу, что дитя, которое было ничем, после того как его принял Данталиан, всё же стало чем-то. Таким образом, дитя выступало для Данталиана, претворившего его во что-то.

В конце концов, может ли это быть прекрасным?

Даже жизнь, что полностью зависит от кого-то другого.

…

Даже так.

Слушая звук пламени, текущего в ночи, я размышляла над этой мыслью.

Тьма (часть 1)

У меня не было религии.

Мой отец всегда насмехался над ней. Он был таким человеком, который часто над чем-нибудь насмехается.

Для него религия была опиумом слабых, а, в более обобщённом смысле, она сама была фабрикой, что создавала слабых людей. Он хотел, чтобы его дом был охотничьим угодьем, прививающим силу. В его доме не было места, где мог бы взрасти опиум.

Однажды, отец за стол и сказал следующее:

– Мода на религию прошла. Точнее, уже даже сейчас, эта мода в процессе отмирания.

Очевидно, чего отец хотел от своих детей. Он хотел, чтобы мы выросли зверьми, способными разорвать что-угодно. Религия была простейшей добычей, с которой можно было оборвать плоть. Издевательство моего отца над религией легко передалось и нам.

В тоже время, по другую сторону обеденного стола от нас сидели ли и наши матери, одна из них была верующая. Насколько я помню, она была из семьи с очень строгими религиозными традициями. Тем не менее, я никогда не видел, чтобы она реагировала на издёвки отца.

Она просто молилась пять секунд перед каждым приёмом пищи. Поступая таким образом, она не обращала внимания на разного рода реакции. Мой отец, в конце концов, горько усмехнувшись сказал:

– Что ж. С этим уже ничего не поделаешь.

Тогда его тон звучал так, будто он просто позволял своей глупой любовнице иметь несколько секунд свободы.

Она вела себя подобно еретику, опороченному смертными грехами. Она не повышала голоса, заучивая Священные Писания, и не встречалась в узком кругу с другими верующими. Нет, она даже не проповедовала веру своему ребёнку. Безмолвная дань уважения перед едой. Казалось, это всё, на что хватало её веры.

Тот раз, когда я стал свидетелем её молитвы очень похож на совпадение. Сейчас, оглядываясь назад, я уже не уверен, было это настоящей молитвой, или нет. Порой бывают времена, когда со мной случаются банально-странные вещи. В такие моменты, меня посещают банально-странные мысли. Эта история как раз такая.

В тот день, я заперся в рабочем кабинете. Я так поступил, поскольку матери, затеяв большую ссору, заняли гостиную. Они так шумели, что звуки спора доносились даже сквозь дверную щель кабинета.

– Это мой дом. Мой и его дом. Как смеете вы, бездари, ступать…

– Если кому и уходить, так это тебе! В конце концов, это всё твоя вина! В тот раз, так же, как и в этот, всегда…

– Прошу, если мы будем думать, прежде чем говорить, то…

Подобные споры возникали по малейшему поводу.

В этом не было ничего существенного. Независимо от того, как громко они спорили о том, кто из них был блядью, матери были едины в том, чтобы закрывать глаза на то, что было на самом деле важным, а именно, на то что именно мой отец был главным мудилой во вселенной. По крайней мере, так было, когда они боролись между собой. Все в этом доме, включая их самих были были блядями, в то время, как мой отец был неприкасаемым для них существом.

В тот момент, кто-то вбежал в кабинет. Это была она. Кто-то должно быть ударил её, поскольку её губа была разбита. Мгновением спустя, произошло кое-что смущающее. В тот миг, как наши глаза встретились, она разрыдалась.

Я сдержанно успокоил её и погладил по плечу. Интересно, сколько прошло тогда времени. Она схватила мою руку и заплакала.

– Прости их. Прости своего отца. Прости нас. Изо дня в день, ах. Воистину, изо дня в день, я раскаиваюсь в своих грехах… Воистину…

Моя голова опустела, мне как будто влепили пощёчину.

Она продолжила, опустив голову, бормотать:

– Пожалуйста, прости нас. Когда я раскаюсь в своих грехах, прошу, сжалься над грехами, о которых я не смогла раскаяться. Прошу, прости нас…

Тем, у кого она просила прощения, был по всей видимости не я. В конце концов, она взывала к своему Богу, не ко мне.

С первого взгляда, казалось, что она преуспела. Будто её мольбы прошли невероятное расстояние пока она плакала, они звучали почти так, будто были не здесь.

Каким же отчаянным был её голос. Настолько, что почти смог одурачить даже меня. Если бы она не проливала на меня свои слёзы, если бы её слёзы не остались на моей одежде, то был бы шанс, что я мог на самом деле поверить, что Бог услышал её мольбы.

В лучшем случае, единственным местом, которое могло впитать её слезы, были мои одежды. Они были и местом, которое она охотно оросила слезами. Затем я понял, что в этом и была вся проблема.

Я довольно долго успокаивал её, прежде чем отослал её из кабинета и погрузился в глубокие мысли. Кто мог бы простить её грехи?

Она взывала к Богу. Или, возможно, она взывала ко всей своей жизни. Однако, как я не был Богом, то, к чему она взывала ещё более не могло быть её жизнью. Неважно, чем оно было. Кто вообще мог хоть что-то для неё сделать? Кто может объявить человека невиновным.

За дверью было по-прежнему безрадостно, слышались звуки спора.

– В прошлый раз тоже, поскольку мы сделали все, как ты хотела…

– Нет, это потому что ты была так излишне настойчива…

– Прошу, если вы собираетесь спорить, делайте это вне…

Я взял книгу, что читал ранее.

Мои глаза не замечали слов. Один лишь звук. Поскольку это был звук спора, начавшегося ещё до моего рождения, и который не окончился даже со смертью моего отца, эхо его продолжало звучать в моей голове.

Даже дважды погребённый в моей одежде плач примешивался к нему. Звуки плача и звуки голосов пожирали и изрыгали друг друга. Лишь несколько слов достигли моего уха и могли быть чётко услышаны.

Всё твоя.

Нет, ты.

Прошу.

Вот и всё.

Кабинет наполнил звук музыки Бетховена, что я включил. "От тьмы к свету" – это была якобы цитата Бетховена. Я не знаю, сколько ещё мест мне потребуется преодолеть, не знаю, сколько их должно быть, чтобы моя жизнь стала цельной мелодией.

Я просто этого не знаю.

Тьма (часть 2)

Данталион, Король Простолюдинов, 71-го ранга

10.04.1506 год по Имперскому календарю

Поллис, Равнины Бруно, Армия Альянса Полумесяца

– Грешник, Данталион, внемли!

Мой суд был проведён просто. Он произошёл поздно ночью.

Как только прекратившийся весенний дождь сменило полуденное солнце, мир стал влажным. Эта влажность сохранилась даже вечером. В тюрьме, моей обнажённой кожи касались испарения, блуждающие где-то между поздней весной и ранним летом.

– Пару дней назад ты грелся в лучах славы, будучи избранным в качестве представителя, дабы выступить с речью перед Альянсом Полумесяца, ознаменующей начало войны. Ты же, однако, осмелился выставить от своего имени грязную кровь – человека, опозорив в результате чего своих союзников по крови. Несмотря на то, что ты представитель всей демонической расы, с того момента, как ты выбрал человека на свою роль, ты, как минимум, отбросил все свои обязательства и, что самое важное, запятнал обычаи демонов. Твой грех колоссален, – вот что я сделал, по словам судьи.

Не знаю уж, был ли мой грех колоссальным или нет, единственной мыслью в моей голове было то, что даже ночью в лагере было колоссально шумно. Прямо сейчас шла чистка. Несмотря на то, что все Владыки Демонов, признанные предателями, уже были обезглавлены, всё ещё оставались солдаты, преданные этим отрубленным головам, так что на дне холма, под шумные возгласы одобрения, шла резня.

– …

Фарнезе всё ещё выступала там. Концерт, начавшийся поздно вечером не прекращался, даже когда прошла четверть суток. Это произошло поздно ночью. В центре, где одни солдаты убивали других, а другие становились убитыми первыми, пальцы Фарнезе порхали над клавишами фортепиано, полагаясь на факелы, светившие в разных частях лагеря.

Ведьмы, следившие за моим судом издалека, бормотали друг другу:

– Серьёзно, если она все ещё продолжает, как долго мисс Генерал намеревается выступать?..

– Не знаю. За её жизнь на неё навалилось много всего. Если таким образом, она сможет высвободить большую часть стресса, это будет большим облегчением.

– Ты думаешь, я задала этот вопрос, потому что этого не знааа~ла? Я спросила, поскольку её музыка сомнительная. С хорошей точки зрения, её музыка наполнена безумием, а с плохой – это просто двинутая музыка. В любом случае, это не меняет того факта, что наш генерал – слегка двинутая сука.

– Тебе так слышится, поскольку твоих познаний в искусстве крайне недостаточно. Да что уж там, что бы мы ни взяли в пару твоим недостаточным познаниям в искусстве, оно будет преобладать и там. Подобно тому, как люди видятся людям, перед глазами сумасшедших сук будут появляться лишь они же, за сим сей феномен видения тобой Генерала Фарнезе сумасшедшей сукой просто доказывается тот факт, что ты – сумасшедшая сука. Ничего себе. Я сейчас была пиздец логичной.

– Ага. Я переплюну твою сраную логику.

– Если хочешь доказать мне, что я не права, попробуй сочинить более приличную музыку.

– Лаааднушки. Что ж, ты меня спровоцировала, я сразу и начну. Для начала, едва моя музыка заиграет, все эти трупы, валяющиеся здесь восстанут и запляшут. Да что там, даже пенис хозяина Данталиона поднимется и затейливо запляшет. Просто подожди…

– …

Интересно, от того ли, что ведьмы без конца шумели, выражение лица судьи помрачнело. Равно, как и цвет лиц солдат, что привела сюда судья. Ведьмы ничем не отличались от изгоев. Это должно быть неприятно. И хоть остановить их было моей обязанностью, кого это волнует? Я оставил их в покое.

Поскольку девчушка, пришедшая сюда в роли судьи, слегка раздражала.

– Хаа.

В конце концов, судья прекратила читать моё обвинение и вздохнула.

– …Ээй. Было бы неплохо, если бы ты послушал меня хоть с толикой серьёзности. Это чей-том там приговор, а твой, Кощей. Не важно, сколько из этого было произнесено ради формальности, так нарочито валять дурака уже чересчур, тебе так не кажется?

Судьёй была никто иная, как Владыка Демонов Ситри.

Близкая помощница Пеймон, девушка, однажды пытавшаяся меня отравить, зачитывала мне мои преступления. Выражение лица Ситра стало неясным, когда она упрекнула меня за мои проступки, но похоже, это из-за того, что она сама знала, что ей нечего стыдиться. Или это не так? Тогда она грёбаный ублюдок.

Главный вопрос заключался в том: была ли Ситри грёбаным ублюдком, или же грёбаной сукой.

– Ваша честь, я понятия не имею, о чём вы говорите. Я уже сосредоточен. По правде говоря, я уже настолько сосредоточен, что кажется, быть более сосредоточенным уже нельзя. Более того, я настолько сосредоточен, что если попробую сосредоточиться ещё сильнее, то скорее наоборот уже не смогу сосредоточиться.

– И именно поэтому ты даже сейчас так пристально смотришь мне промеж ног?

– Эта область заслуживает самого тщательного изучения.

– Ты имеешь ввиду территорию, которая заслуживает быть извращённо преданой, извращенец?

Владыка Демонов Ситри 12-го ранга была гермафродитом. Это означало, что она одновременно обладала как пенЕсом, так и вОгиной. Но королю не пристало произносить такие вульгарные слова, как одновременное обладание пенЕсом и вОгиной, так что я очень элегантно объяснил, что она гермафродит. В конце концов, я – джентльмен, который знает, что такое вежливость.

– Каково это, Ваше Высочество Ситри? Есть ли разница между удовольствием, которое вы испытываете, используя мужские гениталии и удовольствием, которое вы получаете от своих женских гениталий? Хоть я слышал множество раз, что удовольствие, испытываемое женскими гениталиями много больше, чем то, что получает их мужской коллега, этого утверждения недостаточно, пока мне не представят доказательств. Есть вероятность того, что тип сексуального удовольствия сам по себе отличен. Поскольку ощущение того, когда в тебя проталкивают и когда ты проталкиваешь совершенно разные, сам факт безжалостного сваливания их в одну кучу под названием сексуальное удовольствие может быть ошибочным. В таком случае, это будет вопросом предпочтения. Ваше Высочество Ситри. Ваша многоуважаемая честь. Будет ли нахально спросить вас, что вам больше по вкусу: проталкивать, или когда проталкивают в вас, Ваша честь?

– Угу, извращенец. Ты извращён, причём не до той точки, где кажется, что быть большим извращенцем уже нельзя, нет. Ты извращён настолько, что если каким-то образом ты всё же сможешь стать ещё большим извращенцем, то уже перестанешь быть им, превратившись в нечто иное.

к.п.: "Я не извращенец, я просто немного озабоченный". Дару(с).

Это была смехотворная клевета. Честно говоря, я был слегка шокирован. Даже если эта женщина…мужчина…нет, женщина, короче, человек, который может быть грёбаным ублюдком, или же грёбаной сукой, Владыка Демонов, с которым мне ещё предстоит определиться, является он грёбаным ублюдком или же грёбаной сукой в общем, я буду называть его пока Еблей Шрёдингера…даже если она просто читала с манускрипта, совместно написанного Барбатос и Пеймон, её отношение, а именно, сохраняет ли она нейтралитет, будучи судьёй, было под сомнением. По правде говоря, под сомнением было и то, достаточное ли число клеток головного мозга хранилось в её черепе. Однако, это уже может быть немного грубо. Всякий раз, кода я нахожусь в ситуации, когда трудно сказать, есть ли клетки мозга у моего оппонента, я стараюсь сохранять веру, что они всё же есть. В конце концов, я всё ещё джентльмен, знающий, что такое вежливость…

– Это, безусловно, так. Хозяин Данталион действительно извращённый извращенец.

– Ага. Наш хозяин и слово "извращенец" настолько тесно связаны друг с другом, что весьма трудно утверждать обратное. Не только потому, что это невероятно сложно, а потому что, если вы станете отрицать факт того, что наш хозяин – извращенец, то будет казаться, что вы отрицаете само существование хозяина. Другими словами, это значит, что сама сущность хозяина Данталиана извращена. Ох. Я сейчас была пиздец логичной.

– Как странно. Похоже, логика изменилась без моего ведома.

– Между прочим, что ты там карябаешь на пергаменте? Как ты смеешь делать что-то ещё, пока мы обсуждаем тот факт, что наш хозяин извращенец.

– Я пишу песню. Что нового в том, что хозяин Данталион – извращенец, чтобы вы, девчонки должны были об этом болтать? В таком случае, вы могли бы так же болтать о том, что завтра утром поднимется солнце, а после, вечером, оно сядет, раз это дарует вашему недостаточному чувству культуры каплю знаний. Что ещё более важно, для доказательство моих познаний об искусстве, я в процессе написания замечательной песни – песни, подобно которой человечество доселе не слышало и впредь никогда не услышит.

– Интересно. Из того, что я могу сказать: мне кажется, что твоё заявление – бред собачий, подобно которому человечество доселе не слышало и впредь никогда не услышит…

– Теперь, когда я думаю об этом, я слышала слух, что хозяин Данталион спал с Генералом Фарнезе.

– Что?

– Как?

– Что ты сказала?

– Что До-Ре-Ми ты сказала?

– Прекрасно. Отличный хор. Хорошо. Если мы добавим наш ансамбль к выступлению генерала, то мы сделаем его даже лучше. Только у двинутых сук есть право петь под аккомпанемент двинутой суки. Пойте, сцуки. Танцуйте. Давайте проведём собственную Вальпургиеву Ночь.

– Что ты сказа-Ля Соль Фа Ми-не♫ ♪ ♫ ♪?

к.п.: В общем, они говорят нараспев, словами, созвучными нотам.

– Чёрт, это уже чересчур. Ты зашла слишком далеко. Припев закончился едва начавшись, из-за одной психованной суки. Вот почему пение с сумасшедшими суками довольно трудная задача. В конце концов, они же чокнутые суки.

– Секундочку. Если этот слух правдив, то почему хозяин даже не смотрит в нашу сторону, хотя он спал с генералом? Не мне конечно это говорить, но ведь наш с генералом внешний вид, наш возраст, не сильно отличаются, да? Честно говоря, мы почти одинаковы. Мы так же молоды. Почему я слышу слух о том, что хозяин спал с генералом Фарнезе, впервые?

– Этому есть простой ответ. Потому что это слух, который я только что распустила.

– Ох уж эта чёртова сука.

– Так о чём мы там говорили?

– Мы говорили о том, что хозяин Данталион извращенец.

– Мы только что говорили о том, что хозяин Данталион спал с генералом.

– Владыка. Это правда? Серьёзно, хозяин. Вы не можете жить, подобно такому извращенцу. Человек должен иметь хоть какой-то этикет.

– …

А мои ведьмы были девчонками, что засовывают нечто, подобное этикету, в мусорное ведро. Чёртовы девчонки.

Тьма (часть 3)

– Шлюхи, которые не удовлетворятся, даже если их вылижут до смерти…

Шелест

В этот момент, командир, которого привела Ситри, вытащил меч. Болтавшие и кудахтавшие между собой ведьмы подняли свои посохи, нацелив те на горла солдат. Ночь. Тени, явно не появившиеся благодаря ночи, обернулись вокруг шей солдат подобно щупальцам осьминога. Они злобно метались, будто в любой момент могли лишать жизни едва коснувшись кого-то.

– …

Командир сглотнул. Вдали всё ещё был слышен шум резни, вызванной чисткой, на фоне которой звучала песня, исполняемая Фарнезе. Это же место – холм, где стояла моя тюремная клетка, было похоже на глаз шторма, размещённый в самом центре криков. В этом месте, глотание командира звучало очень гнетуще.

– Ага?

– Ну?

– Что?

Ведьмы склонили головы. Угол и скорость, с которой они это делали, были одинаковы. Выполняя этот синхронный маневр, ведьмы весело улыбались.

– Ты впервые видишь сумасшедших сук?

– …,…

– Мм. Сэр. Ты. Мистер. Не думаю, что это наша первая встреча. Я помню, что видела твоё лицо. Где же это было? А-ха-х. Где я видела лицо этого сопляка~?

Затем, ведьма пробормотала: "Ага".

– Йотвингские равнины. Сборочный район Альянса Полумесяца~.

– …

– Верно. Вот, когда я тебя видела. Вот, когда ты показал своё лицо, вращая своими бессмысленными глазами. Пока разевая свой грязный рот. Угу. Тогда я тебя и видела. Что ты думал в тот момент~? Мои дорогие сослуживцы, мои возлюбленные дамы. Ты помнишь?..

– Я помню.

– Помню.

– Хорошо помню.

– Его Высочество Данталион возглавлял войска, проходя через небольшой лагерь, но те мешали нам. Они бросали в нас снежки. Груды снежков, перемазанные грязью. У нас не было другого выбора, кроме как защитить Его Высочество своими скромными телами. Мы даже не надеялись, что кто-то вытрет нас, но в итоге, это сделал Его Высочество.

Ведьмы низко захихикали. Их смех легко разошёлся по воздуху ночного неба. Смех, шедший от ведьм, был необыкновенно лёгок. Думаю, это потому что они отбросили свои жизни когда-то. Как в доказательство этого, ведьмы делали справедливый выговор за что-то, что произошло давным-давно.

– Учитывая, что ваша любовница. – изгнанница, генерал – человек, а королевская стража – ведьмы, преданность Милорду и правда достигает небес.

– Вы так популярны среди женщин, Милорд! Прошу, научите нас, как загонять себе в постель потаскух, чтобы все об этом знали!

– Милорд планирует вырезать чернь вроде нас? Все в порядке. Если Милорд пронзил глотку Его Высочества Андромалиуса, чтобы спасти жизнь шлюхи-суккуба, то вырезать какие-то дюжины сотен черни вроде нас вам не составит труда, верно?

– Прошу, ступайте по нашим трупам с властным изяществом.

Хоть это и произошло довольно давно, ведьмы вспоминали все, будто прошло не так много времени.

Они разбились между собой по ролям и стали повторять слова, что воины произносили в тот день. С каждой фразой, выходившей из их уст, тени, впивавшиеся в шеи солдат, погружались все глубже. Тут и там были слышны звуки сглатывания.

– Господин?

– Наш господин.

– Они первыми обнажили свои мечи, как нам стоит их наказать?

Я кивнул.

– Такие уродливые. Но если мы убьём их только из-за неприятного вида, мы не сможем их больше использовать.

– Что же нам делать?

– Убейте лишь одного.

Пролилась кровь.

– …

– …

Все случилось поздно ночью.

На Империю Габсбург беспощадно проливал свои воды сильный дождь, и только несколько дней назад он немного отступил к югу. Тучи доказывали свою силу, обрушая потоки воды. На горизонте Степей Бруно протягивались к югу бескрайние лужи. В темноте они излучали красивый свет, отражая огонь множества факелов. У основания холма, в той нирване, грязь наполовину смешивалась с водой. Оттуда доносились яростные крики солдат. Хоть самих солдат я не видел, свет факелов давал увидеть их тени, и эти тени ревели своими черными пастями.

– Убить предателей!

Ноги каждой тени были по голень в мутной воде. По соседству с их погребёнными икрами, как можно догадаться, были затоплены рты чьих-то трупов. Им никак не удалось бы выпить всю мутную воду. Но и изрыгнуть её они тоже не могли. Так и находились, едва подтопленные, под поверхностью мутной воды.

Они тонули в ней, словно в трясине. Грязная вода проникала в их рты, и её уровень доходил не выше кончиков губ. Было похоже, что так эти трупы погребают сами себя. Могилы были повсюду.

…

В центре участка земли, полностью наполненного могилами, Фарнезе продолжала играть. Ночное небо всюду бросало тени, словно все вокруг было облачено в чёрный винил. Выступление Фарнезе на такой поверхности лоснилось и кипело. Песня девушки проникала в любые места, куда падал звёздный свет, и словно змеиный язык, лизало нижние части звёздного света.

Пока изверженные заунывные крики теней образовывали низкий тон, а нарастающие звуки игры Фарнезе – высокий, уже мёртвые трупы то и дело опускались на дно, а тишина, образованная резонансом музыки, была наполнена могилами.

– Убейте их – прокричали тени. Или, возможно, это сделали их рты.

…

Фарнезе продолжала выступление. Или, возможно, это делали ее пальцы.

– Головы с плеч…

Возможно, глазам было бы лучше налиться черным от ярости. Шаги опускались на трупы и грязь, грязь гнила вместе с трупами, уже не имело значения, на что смотрят глаза, пасти уже не могли насытиться, сколько бы воды они ни выпили, и куда бы не показывали пальцы, это ничего не значило. Так как указывали они на тех непростительных предателей.

Сам звук источал крик.

В результате того, что я использовал Фарнезе, чтобы разнести по миру свой яд, они кричали, не в силах закрыть рты, и жизнь покидала трупы, их пасти застывали, вгрызаясь в землю. От света факелов, нарастающего из-за звука, ропота и тишины, они объединяются в одну большую тень – ах, в такие моменты моя жизнь безгранична. Все это – состояние просвещения, которое я обрёл за ту неделю, пока был в заключении.

Победа была хороша.

Более того, время от времени она была прекрасна.

Тьма (часть 4)

– Он… – сказала Ситри, нарушив затянувшуюся тишину – был подчинённым, которым я дорожила.

– Вот как? Как жаль.

Я с усилием повернул голову после того, как долгое время всматривался в ту нирвану. Выполнить это оказалось довольно тяжёлой задачей. Если бы я смотрел на неё чуточку дольше, я мог бы совершенно забыть о том, что я в заключении.

– Что поделать, они умерли, потому что служили плохому повелителю.

– …

Вместо Нирваны мои глаза остановились на безразличном лице Владыки Демона. Ситри, Владыка Демонов Горной фракции, которая, к тому же, выше меня по положению, так как была на 12-м месте, спокойно смотрела в ответ. Её глаза ясно выражали желание открутить шею нахального мужчины, сидящего перед ней. Она была настолько ужасной, что я почти невольно не попросил прощения. Серьёзно. Если бы она вложила в свой взгляд ещё больше серьёзности, я бы точно забыл, что однажды она пыталась отравить меня.

Как всегда и бывает, именно ярость другого человека заставляет любого, кто желает смотреть на Нирвану подольше, вернуться к реальности.

Я медленно открыл рот.

– Я в курсе, почему именно Ваша Честь пришла сюда после назначения судьёй. Да, я знаю. Её Превосходительство Барбатос и Её Высочество Пеймон сейчас, скорее всего, жутко заняты. Наверняка они обе хотели бы, чтобы я был осуждён так, чтобы не провёл в заточении и дня.

– …

– Моё заключение – доказательство их споров. Теперь, когда Равнинная и Горная фракции – союзники, нужно скрыть любые следы моего заключения. Все же нынешний Альянс Полумесяца довольно нестабилен… Нужно ли мне быть ещё откровеннее? – ухмыльнулся я.

– И это не ново. Альянс Полумесяца всегда был на грани. Вместо того, чтобы быть святым и нерушимым, он был диким, а звание «кровные союзники» подтверждало себя не в значении борьбы с общим врагом, сквозь кровь и слезы, плечо к плечу, а в пролитии крови собственных союзников.

– Ты…

– Я был слишком груб? Зашёл слишком далеко? Прошу прощения. Как бы то ни было, Ваше Превосходительство Ситри, уже семеро предателей в Альянсе были выведены на чистую воду. С самого начала половина Владык Демонов даже не участвовали в Альянсе Полумесяца. Они отошли подальше от действий Альянса, и единственное, чего они жаждут, это нашего поражения. Я не побоюсь спросить, действительно ли сейчас правильное время, чтобы так упёрто обсуждать, что является святым и безгрешным, а что нет?

Объединённые силы Владык Демонов стали гораздо слабее, чем когда-либо. Владыка Демонов Белиал погиб от руки Имперской Принцессы Элизабет, когда та содрала его лицо. Еже несколько Владык Демонов, которых я лично не знал, погибли в битве, а некоторые были убиты в собственных замках. К тому же, все семеро предателей, которых удалось тогда обнаружить, оказались Владыками Демонами!

Жертва была огромной. Человеческий альянс, напротив, был в хорошем состоянии. Земля за нашими спинами была полна предателей, предателей нашего рода. В их числе был даже Владыка Демонов первого ранга, Баал. Специальные контрмеры были просто необходимы.

– Мы должны сплотиться крепче, чем когда-либо. Пока мы не уничтожим свиней, праздно проживающих в стороне от главных действий, равнины и горы – лишь слова. Мы должны поторопиться и отступить во внутренние области гор. Однако нет операции сложнее, чем отступление, в то время как нас разрывают в лохмотья. Пусть две стороны и вредили друг другу, сейчас они должны примириться и простить друг друга. Только тогда доверие снова возродится.

– И? К чему ты ведёшь?

– Все просто, Ваше Высочество, – сказал я. – Вам, что пыталась забрать жизнь эксцентричного союзника, отравив его, первым делом нужно склонить голову и попросить прощения. Как вы можете осуждать чьи-то грехи с таким бесстыдным выражением вашего королевского лица?

Ситри сомкнула губы. Прошло довольно много времени, прежде чем она разомкнула их, чтобы ответить.

– Я должна?

– Да.

– У тебя, Дохлик?

– Да.

– Я Владыка Демон 12-го ранга и вторая в командовании Горной фракции. Я обладаю исключительным расположением Большой Сестры Пеймон.

– Я в курсе.

Я знаю, что ты фанатична по отношению к Пеймон.

– Ты же всего лишь 71-го ранга, и не только взял в жёны полукровку, но и сделал человека своим ведущим генералом. Если бы я наказывала тебя как следует, ты бы уже дважды умер. И ты все ещё хочешь моих извинений?

– Всё ещё хочу, – ответил я. – Как однажды, рыдая, приносила свои извинения Её Высочество Пеймон в зале заседания совета Нифльхейма, несмотря на то, что была главой величайшей фракции демонов на всём демоническом континенте.

– …

– Или голова Вашего Превосходительства тяжелее, чем у Её Высочества Паймон?

Тишина продолжалась.

По земле текла кровь, освещённая светом факела. Обезглавленный труп лежал так, словно у него никогда и не было головы. Она текла и уже достигла стоп Ситри, протекла до её пальцев и дальше, пробивая себе путь к месту, где сидел я. Я спросил её, готова ли она стоять в одном кровавом водоёме со мной.

– Дохлик.

– Да?

– Ты выглядишь умным, так что должен был понять. Я не думаю, что то, что я сделала с тобой было плохим. И мне совсем не жаль.

– Я в курсе.

– С этих пор Горная и Равнинная фракции скорее всего начнут взаимодействовать. В это время ты будешь очень важной фигурой. Ты любовник Барбатос и тот, кого глубоко почитает Пеймон. Несмотря на это, мои инстинкты твердят мне кое-что. Дохлик, как бы я не смотрела на тебя, ты не более чем мясник, остро жаждущий власти. Я никак не могу понять, почему Старшая Сестра Пеймон так высоко тебя почитает.

Ну надо же, мясник!

Я рассмеялся. Ещё громче, чем ранее. И не только я, ведьмы вокруг меня тоже начали хихикать. Хоть глотки у нас были разные, смех из них легко перемешивался. Когда наш смех смешался, тени, отбрасываемые яркими факелами, тоже стали беспорядочно плясать. Ситри рассеянно смотрела на эту странную связь между нашими голосами и тенями.

– …

– Что ж… Э-кхем… Это весьма… Господи. Довольно трудно убедить тебя, что я не таков. О Ваша Многоуважаемая Честь. По слухам вы интересуетесь лишь боевыми искусствами, однако, похоже, у вас есть превосходные навыки наблюдения.

– Угу, я знаю много такого, что тебе неизвестно, – сказала Ситри. – Даже если я извинюсь перед тобой, я не смогу это сделать искренне. Нет. Я не стану этого делать искренне. Никогда. Ты хочешь моих извинений даже несмотря на это?

– Что? Прошу прощения, но меня нисколько не интересует искренность Вашего Превосходительства. Быть может, Ваше Превосходительство считали, что если вы искренне извинитесь, я – искренне прощу вас? Боже ж ты мой.

Ведьмы рассмеялись.

– Ваше Превосходительство. Прошу, только вдумайтесь. Если Ваша Светлость искренне извинится передо мной, то разве не должен ли я буду искренне простить Вас? Насколько, по-вашему это трудно? Я уже страдаю от посягательств на мою жизнь, неужели теперь я ещё и должен притворяться искреннем? Станет ли мир лучше, если мы тепло извинимся и простим друг друга? Ваш, может и да, но как насчёт моего?

– …

Тьма (часть 5)

– Это не то извинение, которого я прошу. Стыдно признавать, но у меня нет ни малейшего желания искренне прощать Ваше Высочество. Искренни ваши слова, или нет – это не отменяет того факта, что Ваша Светлость пыталась отобрать мою жизнь.

– Тогда?

– Встань на колени.

На колени.

– Склони голову.

Склони.

– Произнеси слова извинения. Терпи унижение и насмешки. Прими своё поражение. Пообещай мне, что Ваша Светлость больше не будет нападать на меня по нелепой причине.

Произнеси, стерпи, принеси и пообещай.

– И взамен.

Взамен…

– Несмотря на то, что Ваше Высочество не будете искренне, я прощу Вас.

Я прощу тебя.

Ту, что нечаянно пыталась убить меня.

– Я поверю клятве Вашего Высочества. Конечно, моя осмотрительность не покинет меня, на разве это имеет значение? Клятвы продержатся долго если будут связаны не беспочвенным доверием, а ясной предусмотрительностью и подозрением.

Обычно этого должно хватить, чтобы сказать: "Ах, моя взяла!" и упиваться победой.

Как унизительно приходится себя чувствовать, когда приходится приносить извинения несмотря ни на что. И как прекрасно наблюдать за чужим унижением от поражения.

Но такова суть извинений, именно так все и должно происходить. Тот, кого прощают, должен чувствовать позор, а тот, кто прощает – некую радость.

Знали ли это ведьмы или нет, они ухахатывались, держась за бока, услышав мои слова.

– Да уж, Господин и правда, хаха…

– Безумец.

– Псих.

– Помешанный.

– В общем, наш Господин.

– Его сумасшествия хватит на три… Нет, на тридцать три поколения!

– Как мило. Как очаровательно. Это его самоуверенность делает Его Высочество таким милым? Кажется, даже если он станет лизать, домогаться, долбить или насиловать, его все равно признают невиновным.

– Ты, конечно, извращённая сука, но логика в твоих словах есть.

– Согласна с вердиктом.

– Ага, раз уж он кастрат, всецело преданный своей слуге, мисс Лазурит.

– Наконец-то! Закончили-и-и-и!!!

– Н-н-но…

– Чего тебе?

– Блин, в ширитори мне у этих психованных стерв не выиграть.

(п.п.: Ширитори – игра, в которой один человек должен начать следующее слово с буквы, завершающей предыдущее слово)

– В любом случае, это был сюрприз.

– Что ты там всё калякаешь на своём пергаменте, а? Ты хоть понимаешь, насколько важную тему мы сейчас обсуждаем? Поверить не могу, что ты находишь время отвлекаться, когда мы тут о таких важных вещах разговариваем.

– Песню сочиняла. Я, между прочим, шедевр века только что закончила. Он всех заставит описаться от восторга. В чём проблема-то? Что вообще такого важного вы обсуждали, что так себя ведете?

– Хмм. А в самом деле, что? Не помню.

– Мы говорили о том, какой сумасшедший наш господин.

– О том, какой он кастрат.

– Ха? Это что – новость, что наш господин помешанный кастрат? Что тут такого важного, учитывая, что эту ситуацию никак не исправить? Что более важно, я наконец закончила шедевр, который докажет моё чувство искусства. Ха-ха-ха. Если вы послушаете его и не будете тронуты, это будет значить, что вы не только бескультурны, но и безмозглы. Поэтому вы все должны послушать мою песню и быть тронуты до глубины души. Пока еще никто из вас не доказал, что у вас есть мозг, так этот день будет судьбоносным. Я докажу, что в ваших жалких черепушках кое-что да есть…

– Нет.

Едва это слово прозвучало, все ведьмы затихли. Его произнесла не ведьма. Это была Ситри.

Ситри посмотрела прямо на меня и произнесла снова: "Нет".

– …

– Как я и думала, я не могу просить у тебя прощения. Не могу. Да даже думать не нужно, могу или нет, я попросту не хочу. Я не хочу извиняться и не хочу выражать какое-либо раскаяние. Почему я вообще должна?

Ситри, слегка наклонив голову, улыбнулась. Её улыбающееся лицо было таким невинным, словно она с самого рождения не знала греха.

– Правда, почему я должна? Принять поражение? Ха. Дохляк, тебя всего неделю держали в заключении, а ты уже умом тронулся? Я никогда и не проигрывала тебе, Дохляк.

– …

– Да, я пыталась тебя убить. Сестра Пеймон по какой-то причине в тебе необычайно заинтересована. Но именно по этой причине я и пыталась убить тебя. Я, ближайший помощник Сестры. И даже если она в тебе и заинтересована… – она наклонила голову чуточку сильнее. – В конечном счёте, более важной для неё являюсь я, а не ты. Если она встанет перед выбором: ты или я, она безусловно выберет меня.

Точно.

Она не была ни бездумным ублюдком, ни бездумной стервой.

– Эй, ты.

– А?

Прежде, чем ведьма смогла произнести хоть слово, Ситри взмахнула своим клинком и резанула ей по плечам. Плеснула кровь. Раздался вопль.

Со свистящим звуком клинок сократился до прежнего размера. Это был особый клинок, способный растягиваться и сжиматься. В прежней своей жизни, в другом мире, я видел такой на мониторе своего компьютера.

Соединяющий клинок. Любимый клинок Владыки Демонов Ситри 12-го ранга.

Ситри улыбнулась ведьме.

– Ха-ха. Не стоит этого делать. Записывать. Я права? Ты ведь собиралась всё записать и показать запись Сестре Пеймон, как ты уже делала это раньше?

Ситри подошла к ведьме. Та корчилась на земле и стонала от боли. Ситри засунула руку в её одежду и достала артефакт, напоминающий ручные часы.

– Ууууу…кха-кха…уууу…

– Нет, ну надо же. Без спроса взять и воспользоваться запоминающей магией. Так нельзя. Данталиан, твои ведьмы имеют чересчур вредные привычки. Их что, плохо воспитывали в детстве?

В ладони Ситри вспыхнуло голубое пламя. Обуянное пламенем, оно с легкостью сгорело. Не оставив даже следа металла, оно раскрошилось в частички золы и рассеялось в прохладном ночном воздухе.

– Я не убью её. Кажется, мои подчиненные в прошлый раз были очень грубы. Ладно. Можем мы считать, что оставив ей жизнь, я извинилась за совершённое ранее?

– …

– Дохляк?

Она…объявляет мне войну.

– Тебе в самом деле жаль?

Факелы засияли, на мгновение открыв глазам половину тела Ситри. Затем оно снова погрузилось во тьму. Не уверен, с рождения с ней такое или нет, но половина её волос напоминало пламя, а другая – воду. Её глаза также были разделены на тьму и свет. Скорее всего, в её глазах я и сам сейчас похож на нечто подобное. Так мне кажется.

– Не все так просто.

Я вспомнил наш разговор с Лазурит в то время, когда я ещё думал, что при необходимости убил бы Пеймон. В ту ночь мы голосовали за экспедицию Альянса Полумесяца и пришли к одобрению. Лазурит назвала Пеймон "той персоной" и сказала мне быть начеку.

– Рядом с той персоной всегда находится Ситри.

– Ситри?

– Владыка Демонов двенадцатого ранга. Если демонов представить в порядке силы, то Агарес 2-го ранга – сильнейший, далее Барбатос 8-го ранга, а следом Ситри. Она всюду следует за той персоной и ни на мгновение не покидает её, так что убийце едва ли удастся подобраться.

Вот, значит, как.

Она как бешеный пёс, который обычно просто скалится, но с ума сходит, когда дело касается Пеймон?

Мои инстинкты били в голове тревогу. Шум был такой, что его хотелось немедленно устранить. Я всё думал… Как глава Горной Фактории, Пеймон руководила самой великой факторией на демоническом континенте вот уже более четырёхсот лет. Она не только открыто руководила Демоническим континентом, но и тайно образовала Республику Батавия на далёком побережье континента, принадлежащего людям. Людям приходится изрядно ломать голову, чтобы управлять двумя общинами, насколько же должно быть сложно управлять двумя нациями? Я говорю от чистого сердца, однако, хоть её популярность давала свои плоды, у неё все же недоставало ресурсов.

Другой персонаж заполнил этот недостаток в ресурсах и помог ей. Пеймон не говорила мне о том, что у неё есть такой заместитель. Тот факт, что она не сказала мне об этом, хоть это и не какая-то секретная информация, говорит о том, что она и сама об этом не знала.

Я пристально вгляделся в женщину передо мной.

Это всё тот ублюдок.

Это всё она. Назови её хоть ублюдком, хоть стервой, это она помогала Пеймон.

Похоже на то, как я стал скрываться за маской помешанного распутника, сделав Лазурит своей любовницей, а Фарнезе – главным генералом.

Владыка Демонов передо мной добровольно стал гермафродитом и как ни в чём не бывало совершал различные извращённые чудачества.

– Хм?..

Чтобы взрастить предубеждение в свою сторону среди тех, с кем она встречается, чтобы заставить их пренебрегать ею.

– Хе-хе. Не нужно так долго на меня пялиться, Дохляк. Я ведь извинилась, да? Попросила прощения своим извинением. Ты ведь сам сговорился с Барбатос и развязал войну. Ты совершил столько ужасных вещей. Просто кучу!

Тёмная сторона Горной Фактории.

Если Пеймон была просто женщиной, что пыталась распространить солнечный свет, то эта бешеная псина передо мной действовала лишь в тени.

– По твоей вине погибли, по меньшей мере, тысячи человек. Ого, даже сказать "тысячи", это так… С другой стороны, я пыталась отравить лишь тебя одного. И я все ещё прошу у тебя прощения. Меня переполняет добросовестность. Ты же простишь меня, да?

– …Я прощаю тебя.

– Вот и здорово. Теперь мы в расчёте, согласен?

– Да.

Чепуха какая.

– Хорошо. Ты простил меня, я прощена. Одну ранили, в то время как другой был убит. Хоть по отношению ко мне это и невыгодно, но раз уж Дохляк – что-то вроде несмышлёного подопечного, у меня, как у старшей, нет выбора, кроме как пересмотреть твоё дело.

Она прочистила глотку, чтобы приготовиться зачитывать. Ведьмы в это время лечили израненного товарища. Ситри заговорила.

– Грешник Данталион, внемли.

– …

– Пару дней назад ты грелся в лучах славы, будучи избранным в качестве представителя, дабы выступить с речью перед Альянсом Полумесяца, ознаменующей начало войны… Ой, ты не против, что я с начала начну? Не моя вина, что эти нахальные ведьмы меня перебили, и я забыла, где остановилась. Тебя же всё устраивает, Дохляк, которого те нахалки зовут Господином?

– Конечно.

Клянусь. Я заставлю тебя встать передо мной на колени.

– Хорошо… Ты же, однако, осмелился выставить от своего имени грязную кровь – человека, опозорив в результате чего своих союзников по крови. Несмотря на то, что ты представитель всей демонической расы, с того момента, как ты выбрал человека на свою роль, ты, как минимум, отбросил все свои обязательства и, что самое важное, запятнал обычаи демонов. Твой грех колоссален.

Я заставлю тебя склониться.

– Грешник Данталион, внемли дальше. Суд уже изучил твоё прошлое и пришёл к выводу, что ты совершил преступление лишь из-за собственного слабоумия, а не потому что взрастил в себе семя враждебности к Альянсу Полумесяца. Хоть ты и сделал грязного представителя человеческой расы своим главным генералом, та убила бесчисленное множество своих соплеменников.

Я заставлю тебя молить о прощении.

– В традициях мира главным вопросом является то, какая кровь течёт в твоих венах. Однако традиции поля сражений интересуются лишь тем, ради кого ты пролил свою кровь. Поэтому, пусть твой генерал и отличной от Альянса крови, мы всё равно кровные союзники, потому что кровь стекается в одно и то же место. Разве то, что твоя подчинённая, унаследовавшая кровь той низшей расы, стала ещё одним сосудом в Альянсе, не достойно похвалы?

Ты будешь страдать от унижений.

– Люди в прошлом как-то сказали, что сеять справедливость и побеждать – не одно и тоже. Однако совет решил, что здесь – поле боя. Как посреди сражения на поле брани кто-либо может отличить справедливость от победы? Одержание победы в войне так же важно, как и достижение справедливости. Таковы традиции поля сражений. Всем будет лучше, если ты сможешь в противовес своему греху поставить достижения. На поле брани. Это тоже закон полей сражений.

Я заставлю тебя терпеть издевательства.

Милосердие – это когда для принятия решения ты должен учесть экстренность в поле сражения. Даровать помилование грешнику, опираясь на милосердие, можно только с надеждой, что преступник станет тебе верен. Даже если твои грехи прощены, с этого момента ты должен быть осторожен, дабы не запятнать это милосердие и нашу веру.

Ты будешь терпеть до момента, когда будет казаться, что больше терпеть тебе уже не под силу, и придётся справляться с тем, что тебе неподвластно.

– Ты должен продолжать приносить победы, тем самым оправдывая это доверие. Ты должен никогда не забывать о причине, по которой мы проявили к тебе милосердие и так безгранично в тебя верим.

Потому что ты непоправимо ошибёшься.

– Поскольку подсудимый совершил преступление на поле сражения, то и судить его надлежит по уставу поля сражения. Данталион, как командиры Альянса Полумесяца, мы: Бессмертная Барбатос, и Добродетельная Пеймон, вынесли вердикт, который будет озвучен тебе мной – Ситри Преданной.

Просто погоди, Ситри. Клянусь

– Ты признан невиновным.

Я научу тебя тому, как надо извиняться.

Тьма (часть 6)

Скрип.

Ситри открыла железную дверь камеры. Ведьмы подошли и стали вытирать моё тело приготовленными заранее тряпками. Везде. Всё то время, что они омывали и одевали меня, я хранил молчание. Полностью облачившись в свои одежды, я оставил позади соломенную подстилку, что была со мной последнюю неделю.

Стояла ночь.

– Поздравляю с освобождением.

Я кивнул.

– Ваша милость безмерна.

– Да. Ты должен это понимать. Ты не знаешь, где остановиться, и переходишь границы. Если хочешь предотвратить такое, тебе стоит знать, что над тобой раскинута бескрайняя сеть. Не пытайся её разорвать. У тебя не выйдет. Эта сеть ткалась на протяжении пятисот лет существования Альянса Полумесяца. Не поднимай голову слишком высоко. Иначе попадёшь в неё.

– …

Ситри с удовольствием продолжала говорить нежным голосом. Её улыбка не была чересчур наигранной или натянутой. Похоже на то, как фермеру нет нужды сильно махать косой, скашивая траву, а рыбак не должен использовать меньшую, чем необходимо, силу, когда он ловит рыбу. Ситри не улыбалась слишком слабо или сильно, когда прижимала к земле ногой того, кто посмел ей противостоять. Для Ситри это было так же естественно, как для фермера работа в поле.

– Да, Ваше Превосходительство. Я буду иметь в виду.

– Хехе, – ухмыльнулась она и потянула меня за шейный платок. Рукой подняла мою смиренно опускающуюся голову и приблизила своё лицо к моему. Прямо к моему носу. Расстояние было таким маленьким, что мои ресницы слабо колыхались от её дыхания.

Ситри тихо прошептала мне почти в глаза: "Ещё раз что-нибудь выкинешь – я лично отправлю тебя на тот свет. Понял меня, Дохляк?"

Я готов поклясться, что отчётливо видел в её зрачках пышущее пламя.

Избранный раб Короля, Сестра ведьм Бирбир, Капитан королевской стражи Хумбаба

10.04.1506г. по Имперскому календарю

Поллис, Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца

Эй, тише. Тише. Я думала, коньки отброшу.

Как я и думала, аура демона высокого уровня просто поражает. Серьёзно, эта аура…

Несмотря на мой вид, понимаете? Несмотря на то, как я жила. Я думала, что пережила каждый пиздец, который только можно придумать. Однако я и не подозревала, что может существовать такой пиздец, как секунду назад. Мне кажется, сама Верховная Богиня создала и подарила нам это обозначение нам, низшим существам, чтобы мы могли описать подобные ситуации.

Чёрт.

– …

Господин Данталион всё ещё был в раздумьях. Ситри давно уже покинула это место, и время близилось к полночи. Однако если господин замолкает, замолкнуть должны и мы.

Лорд и его слуги – единый механизм. Как верные слуги, мы не должны вмешиваться в раздумья нашего господина.

– Так сложно. Так запутанно. Мы должны как можно скорее отступить в демонический континент, но среди наших союзников до сих пор есть кое-кто, вмешивающийся… – это было единственным, что пробормотал господин, чтобы затем снова думать в тишине. Он определённо строил чрезвычайно сложный план, который таким, как мы, никак не вообразить из-за нехватки мозгов. Да, я знаю. Я в курсе.

Проблема только в том, что это капеееец как скуууучно.

– …

– …

Тёмная ночь.

Свет дарят только потрескивающие факелы, оставленные стражниками. В воздухе витает звук искр…

Я вижу, как ёрзают другие ведьмы, и как трепещут их губы, жаждущие нести какой-нибудь вздор, они еле сдерживают себя, чтобы не начать молоть чепуху. Ах, изнурение – это страшная сила. Они в какой-то мере даже страшнее пыток. У изнурения и пыток есть схожие черты.

Им нет конца.

У них нет границ.

Все нормально. Я уверена, что перенесу пытки. Потому я хороша даже в играх со скукой.

Каждый раз в таких случаях я предаюсь воспоминаниям. Несмотря на мой внешний вид, я прожила жизнь, полную разной поебени. В таких вещах, опять же, нет границ. Поэтому размышлять об этом – отличный способ убить время.

"Когда кроме грязи не на что ступить, и всюду, куда ты поворачиваешь лицо, грязная вода, у людей нет иного выхода, кроме как жить дальше, оставив где-то часть своей жизни…" – помню, так, улыбнувшись, сказала одна старая ведьма. После чего сгорела на площади.

"Если куда бы мы не пошли и куда бы мы не направились, мы везде низшие существа, что ж, давайте станем низшими тварями и присвоим все золото этого мира", – так однажды, гогоча, сказала одна ведьма того же возраста, что и я. Затем на рыночной площади ей оторвали конечности, и она умерла.

Ах, даже сейчас я так живо вижу это перед своими глазами.

– Сжечь всех ведьм!

– Эти твари принесли нам голодный год! Проклятые злодейки!..

Тише, эй. Тише. Я думала, коньки отброшу.

Когда я осмотрелась вокруг, остальные ведьмы зловеще склонили головы.

Поэтому тишина – это плохо.

Можно сказать, что мы похожи на сломанные часы. Если вокруг нас шум и гам, мы погребём себя в этом гомоне и своими руками повернём вспять остатки наших жизней. Но если вокруг тихо, смысл наших жизней становится не большим, чем тикающий ропот.

Ах.

Сейчас бы закинуться…

Но тогда мой разум станет вязким, словно топь, и я начну нести всякую непотребную чушь. Это очевидно. Само собой разумеется. Если я сделаю это, я нарушу ход мыслей господина Данталиона. Я этого не хочу. Такая жизнь мне не по душе.

Ночь.

Ярко светят факелы.

Отчётливо слышен звук отделяющихся искр.

Даже звук чьего-то убийства вдалеке был отчётливо слышен. Хоть прислушиваться к нему причин не было, от нечего делать, я навострила уши.

Огонь. Шум.

Костёр.

– Убейте их!..

– Сжечь!..

– Мерзавки…

Ах.

Мм.

Эй-эй, вы там.

Мне всегда было кое-что интересно. Меня всегда отчаянно одолевало любопытство по этому поводу.

Мы настолько грешны?

Я знаю. Да. Я в курсе. Во время неурожая, тебя одолевает голод. Всё вокруг идёт кругом, если ты голоден. Когда всё вокруг идёт одним и тем же скучным ходом, и ты можешь бросать камни в каких-то мерзавок и тебя за это не осудят, конечно, ты станешь это делать. Такова природа человека. Каждый раз, когда мир поглощает засуха или чума, ведьмы были теми, кто позволял закидывать себя камнями, и быть покалеченными этими камнями – это задание, которое было поручено нам, и призвание, которым нас наделили.

Проблема только в том, что это чертовски боооольно.

– Убить предателей!

– Всех…

– …

Да.

Я хотела прожить долгую жизнь.

Я признаю это.

И так уж получилось, что я наделена талантом к магии.

Я также была девочкой возраста, что отлично подходил, чтобы быть принесённой в жертву.

Да.

Если дана гарантия вечной жизни, пока жив Его Величество Владыка Демонов, совершенно нет причин не заключать контракт, верно? Я помчалась к Его Высочеству Марбасу, в прошлом руководившим моей родиной, и заключила контракт на всё, что имела. Сейчас он едва ли помнит такую как я.

Мы действительно настолько погрязли в грехе?

Если и так, то наш грех, должно быть, – это желание жить дольше. Но если это грех, тогда люди, со всей мочи проживающие свою жизнь – невинны? Хорошо. Пускай я бешеная сука. Какая связь между голодным годом и тем, что я бешеная сука? Как то, что я бешеная сука, влияет на то, что вы заражаетесь и подыхаете в уголке? Черт.

Блять.

– …

Этот огонь.

Звук, который несёт этот огонь – проблема.

Почему люди всегда пытаются сжечь тех, кого не хотят видеть? Это действительно проблема.

Неужели мне или кому-то из нас нужно сказать вам, что это больно, чтобы доказать вам, что мы такие же живые существа, как и вы? Наша боль должна подтверждать наши жизни?

– Такие, как вы, не должны были появляться в этом мире.

– У вас совсем нет жалости к чужим жизням?

Пеймон.

Ах, какие милосердные слова.

Её Высочество. В самом деле. Мы тоже думаем, что наша раса не должна была появляться на свет. Тише, эй-эй. Тише. Даже если мы будем вопить от боли, для вас это будет удобно, потому что вы совсем другого рода. Те слова – правда. Какая разница?

Нет тех, кто был бы к нам близок.

Наркотики – это хорошо.

Они – прекрасное средство заблокировать душевные потуги.

"Я курила, когда хотела, и зарабатывала. Я убивала, когда хотела, и зарабатывала. Давайте же проведём жизнь, куря и убивая. Давайте, девочки, с которыми никто не станет связываться, соберёмся вместе и поиграем. Если никто не собирается с нами связываться, значит и у нас нет мира, с которым нужно связываться. В таком случае, давайте пойдём туда, куда глаза глядят, и умрём красиво…" – так однажды, хихикая, сказала одна ведьма.

Это была я.

Я сказала это и все ещё жива.

– Остальное отдам, когда задание будет полностью выполнено.

Ах.

Серьёзно. Кхм.

Это просто…

Владыке Демонов не пристало так мелочно обращаться с деньгами… Эй, серьёзно, не нужно так. Как может Владыка Демонов Благодетели быть такой скрягой? Если кто-то ведёт себя так жадно, даже такие как мы не станем терпеть.

– Данталион сегодня самолично очистил вас от грязи, а вы все равно все его предали. Какой мне смысл доверять вам?

Хм.

Что ж.

Ммм.

Ха-ха-ха?

Точно.

Несомненно.

Её Высочество права.

Все в порядке, в полном порядке. Абсолютно все! Никаких проблем. Если один человек предал другого, для второго совершенно естественно предать его в ответ. Таковы моральные принципы этого мира… Моральные принципы всего мироздания! Как и ожидалось от Владыки Демонов, правящего всем миром, её слова загадочны и чудесны… Аха-ха! Пусть мы всего лишь невежды, живущие, сбившись, в тени какого-нибудь переулка… Раз мы называем себя ведьмами, раз мы вечные слуги Их Величеств Владык всей демонической расы…как мы вообще можем не подчиниться зову короля? Как?..

Почему?

Почему они не спасут нас?

– …

– …

Нет.

Погодите.

В смысле… Хм, нет. Не нравится мне это чувство. Когда я осматриваюсь, вижу девочек, пожимающих плечами. Поэтому тишина – это плохо. Более того, сама атмосфера сейчас нездоровая.

Тьма. Огонь.

Звуки пламени.

Звуки резни и смерти.

Это нехорошо.

Объективно говоря.

Уже прошло несколько сотен лет, так что я не помню все досконально, но несмотря на мой внешний вид, когда-то я была талантливым человеком, подающим надежды как многообещающий маг. И память у меня чертовски хороша.

Если судить объективно.

Ведьма Хумбаба прожила уже три сотни лет. Если обычный человек проживёт столько, он станет умнее, читая книги, и скорее всего, станет выдающимся специалистом или мудрецом. Но, как ни удивительно, эта сучка отдала все это время плотским утехам и наркотикам.

Хорошо.

Все прошло как по маслу.

Непонятно, дело в её врождённой нерешительности или её наркотической зависимости, но одна вещь является неоспоримой, мои дорогие ведьмочки. Эта женщина не только доказала, как далеко человек может зайти, став отбросом, но и то, что в её черепе не обязательно есть мозги. Разве это не впечатляет? Дамы, прошу, примите во внимание то, что даже одну вещь за всю жизнь доказать трудно. Хумбаба достигла грандиозного успеха!

Объективно говоря.

Если посмотреть на это объективно, моя жизнь…

– …

Честно.

– Дамы, Я правда считаю, что человечество как-нибудь должно поаплодировать этой помешанной ведьме. Она словно поймала двух зайцев сразу. Вы ведь тоже знаете, верно? Потому что вы, дамы, хоть и не настолько, как эта ведьма, но признали собственную жизнь в отбросах, верно? Правду говорит поговорка: "Рыбак рыбака видит издалека".

Даже если посмотреть на это объективно, моя жизнь – это пиздец.

– …

Жарко.

Черт.

– …

Наверное, это потому что весенний дождь давно уже прошёл. Влажность очень высокая, блин. Тьфу.

Черт.

– …

Болото.

Этот мир вязок, словно чёртово болото.

Правду сказала та старуха. Куда ни ступи – грязь, куда ни поверни лицо – везде грязная вода. Я попала сюда. И. Что дальше?

– …

Кто.

*

Кто спасёт нас отсюда?

*

Эти люди не пытают нас, потому что они особенные мерзавцы… Я знаю. Я в курсе. Но они всё ещё сжигают нас. Всё ещё разводят свои костры. Это действительно проблемно. То, что люди, сжигавшие нас, не особенно подлые мерзавцы…

То, что этому нет конца…

То, что у этого нет границ…

Ах, правда, то, что этому нет конца и края…

– …

Черт.

…

…….

………….

Тьма (часть 7)

Кажется, я задремала.

Когда я огляделась, остальные ведьмы тоже очухивались. Все еще было темно, так что времени прошло немного. В моей голове пронеслась мысль: "Почему я…", я повернулась и увидела господина Данталиона, все ещё в глубоких раздумьях.

Точно.

Я не могу вмешиваться в раздумья господина.

Ого.

Даже я должна признать, нет более верных слуг, чем мы. Подумать только! Именно поэтому, хоть прошло не так много времени, я смогла удержать свою ломку к наркотикам. Признаю. Я уже столько сдерживалась, поймет и простит ли меня господин, если я сейчас закурю? ДА… Уверена. Потому что.

"Слышал, вы, девчонки, меня предали. Почему?"

Потому что господин – нестабилен.

Потому что мы жаждали золота. Нами овладела жадность.

Чем больше у тебя золота, тем лучше. Говорят, люди, которым не приходится волноваться о безопасности завтрашнего дня, не станут алчными. Но поскольку мы, бедные ведьмы, не можем так легко полагаться на завтрашний день, мы алчны все время. Такова доля тех, кто живет в подворотне, опускаясь всё ниже. Как надежда на будущее может считаться чрезмерной алчностью? Неужели наше желание жить – чрезмерная алчность?

"Вот же ж бестолочи!"

"Вы нарушили непреклонные законы и должны понести наказание. Принесите разделочную доску. Я отрежу палец каждой из вас".

Господин.

Наш господин.

"Ваша жизнь долга, и когда-нибудь вы встретите свою любовь. И даже если ваш партнер признается вам в любви и сделает предложение руки и сердца, у вас уже не будет пальца, чтобы носить кольцо. Вы калеки навечно. За свою глупость и предательство я обрекаю вас на раскаяние. Вы поймете это чувство, когда встретите свою любовь".

Ах.

Мм.

Если никто не связывается с нами, то и мы не станем связываться с этим миром, мы с лёгкостью можем отбросить его, но сейчас мои знакомые ведьмы косятся на мир, который они почти оставили.

Я не могла сказать им: "Пойдёте туда – и найдёте лишь ад".

Если в любом месте, куда бы мы ни пошли, мы – низшие существа, нам стоит просто стать низшими тварями. Однако сейчас, когда нас сделали частью своей семьи, мои товарищи по одному отказываются от своих золотых слитков.

Девочки, вас и правда устраивает это? Серьёзно? Вы уверены, что сможете идти дальше без них?.. Я не могла спросить их об этом.

Потому что я уже была в таком состоянии и положении.

Я не могла сказать им. Волноваться о них.

Болото.

Этот мир – вязкий, словно чёртово болото, и мои лодыжки уже погрязли в нем.

Я хочу выбраться из него, но это не так легко. Даже если я освобожусь, я не буду знать, что станет с этим миром, что или кто мне встретится. Я не знаю.

Я не знаю ничего из этого.

– Хумбаба.

– …

– Хумбаба.

– …

– Эй. Командир королевской стражи. Что такое? Слышишь? Я к тебе обращаюсь, чего ты молчишь? Треклятая девка. Хумбаба.

Плюх.

– Апчхи!

Я почувствовала что-то странное. Мне в затылок, похоже, ударило что-то мягкое. Когда я повернулась посмотреть, что это, увидела глазное яблоко.

– Ха?

Непонятно, само оно выпало или было извлечено.

Что это вообще значит?

Я не могла даже представить, как эта грязная штука могла находиться в чьей-то голове. Полагаю, оно принадлежит какому-то чересчур шумному ублюдку. Не знаю причины его смерти, но уверена, что он этого заслуживал.

– Эй, слушай меня.

– Ах. Да, Господин? – ответила я, не успев что-либо сообразить.

Повернувшись, я увидела сгусток крови в руке господина. Если бы посмотрела я немнооожечко ниже, я бы увидела обезглавленный труп. И, если приглядеться ещё больше, можно было увидеть, что не считая того, что он был обезглавлен, все остальное с ним было в порядке. Кроме одной вещи. У него отсутствовал один глаз.

Боже мой.

– … Господин. Только не говорите мне, что вы извлекли глаз из трупа только чтобы привлечь мое внимание.

– Я не извлекал его. Он выпал сам. Думаешь, у меня начались проблемы с головой?

– Всё равно, это не меняет того факта, что вы кинули в меня глазное яблоко. Боже. Господи. Даже если составить список вещей, которыми можно кого-то разбудить, не думаю, что в него бы входило глазное яблоко. И тем не менее, господин использовал именно его. Это значит, господину совершенно точно не хватает здравого смысла.

Ах.

Я с кем-то разговариваю.

Какое счастье.

– Ц-ц-ц, она говорит, что те, кому недостаёт здравого смысла, – извращенцы. В таком случае, доказано, что господин – извращенец. Ахахаха. Как эффектно она это доказала!

– Хааа? Что?

– Что значит "что"?

– Похоже, наш господин, наконец, завершил свои раздумья.

– Похоже, наконец доказано, что господин – извращенец.

– Думаю, вернее было бы говорить не о том, что это наконец было доказано, а то, что это доказано в очередной раз. Дважды два – четыре, но люди не говорят, что наконец доказали это, когда делают расчеты. Это настолько общеизвестная информация, что известна буквально каждому. Вот и наш господин извращен настолько, что может сравниться с какой-нибудь шлюхой, а может, он даже её превзойдёт. Ого. Так логично всё высказала.

– Что? Доказали, что мастер – шлюха?

– То, что они так извращают правду, уже нисколько не удивляет. Все-таки, они спятившие стервы.

Ну вот, другие ведьмы тоже стали переговариваться. Ничего не поделать, они подохнут, если совсем перестанут сплетничать.

Господин громко вздохнул.

– Хумбаба. Похоже, теперь я буду занят больше, чем раньше. Я облегчу себе работу, задействовав твоих девок, так что слушай внимательно мой приказ.

Приказ господина.

Мне нужно улыбаться своей самой милой улыбкой.

– Да, господин. Прошу, приказывайте.

– С одной стороны, ты прожила несколько столетий, и с другой – ты просрала триста лет своей жизни. Так или иначе, ты должны была сделать себе имя даже среди своих товарищей-ведьм, и связи какие-никакие у тебя должны быть.

– Да, это так.

– Пошли фамильяра каждой своей знакомой ведьме, – сказал господин. – Я обеспечу всех вас домом.

– …

– У меня нет времени распыляться на мелкие дела, которые совершают Элизабет или Ситри. Я сокрушу их всех разом. Когда мы отступим в горы, я брошу их в один горшок. В этот момент я планирую воспользоваться вашей помощью, а взамен вы обретёте себе дом.

– …

– Времени мало. Всё будет проходить крайне бурно, – снова пробормотал господин, будто снова проваливаясь в собственные мысли.

– Прежде всего, нужно позаботиться о своей дочери, занятой работой над теми ключами. Это моя чёртова судьба. По пути туда я уговорю Барбатос и Пеймон… Это будет битва скорости. Мы должны без устали двигаться вперёд. Правда, непонятно пока, как мы будем паковать припасы. Хм, что-нибудь придумаем.

Плюх.

Господин бросил оставшийся глаз обезглавленного трупа, и тот упал в грязную лужу. В ночной тьме её почти не было видно, но иногда она освещалась факелами. Если видеть что-либо – обязанность глаза, значит он с ней не справлялся. Глазное яблоко звучно прокатилось по луже, прежде чем остановиться.

Навсегда.

– Хумбаба.

– Да, господин.

– Я слышал, чтобы стать ведьмой, нужно заключить контракт с Владыкой Демонов. С кем из них заключила контракт ты?

– Ээ… Это был Владыка Демонов Марбас. Благородная персона. Правда, это было аж триста лет назад, а двести лет назад я уже была освобождена.

– Освобождена?

– Да. Ну… В тот год ведь повсюду была Чёрная Смерть, верно. И это был не единственный раз. Время от времени наступал мор и голод, и каждый раз, когда такое происходит, демоническая раса в печали. Хотя такие вещи – природные катастрофы. С ними ничего не поделать.

А значит, они сделали так, чтобы с этим можно было что-то сделать.

Найдя козла отпущения, они обставили всё так, словно поймали самого первого человека, что принёс чуму извне и распространил её. Их также назвали еретиками, совершившими нечестивое преступление по отношению к Богам и принесли на земли засуху.

Такова природа ведьм.

Изначально взять на себя ответственность должны были Величайшие, то есть Владыки Демонов.

Но это невозможно.

Владыки Демонов – священные и неприкосновенные представители, символизирующие абсолютное благородство. Правители демонической расы. Мор и голод, наводняющие земли, не связаны с ними. Если в этом кто-то и виноват, то кто-то другой, и, если такого тоже нет, нужно лишь сделать их виноватыми.

Проклятые, оклеветанные, истерзанные и ещё раз истерзанные.

Все, чтобы успокоить людей, погибавших во времена чумы и голода. С нами, невеждами, собственно и заключали контракт, чтобы подвергать терзаниям. Такова суть ведьм. Мы также думаем, что мы замечательный политический рычаг воздействия.

Так или иначе, кто-то должен взять на себя ответственность.

Кто-то должен.

Представьте Себе городскую площадь, такую же умиротворённую, как и обычно, за исключением того, что ваша мать погибла от болезни. Вы были бы злы. Поэтому, когда вокруг сплошная суматоха, чтобы хоть как-то обеспечить порядок, на площади должна быть сожжена хотя бы одна ведьма.

Благодаря этому демоническая раса главенствует. Это заметно, если посмотреть, как людям приходится постоянно изменять своё общество, в то время как мы, демоны, не нуждаемся в этом уже тысячелетие. Пусть мы и деревенщина, если нас сравнить с полукровками, это заденет нашу гордость.

А-ха-ха.

Признаю, все это очень хреново.

– Да. Освобождена. Обычно мы заключаем контракт после того, как обговорим срок службы. Ваша покорная слуга должна была отдать себя в жертву на 150 лет, прежде чем быть освобождённой и жить бессмертно и как захочу. Учитывая, что остаток моей жизни после сотни лет истязаний был в какой-то мере предопределён… Думаю… Это награда.

Я замолчала.

Потому что на лице господина не было и тени улыбки.

Думая над тем, что я должна сказать, я медленно открыла рот.

– Со всеми остальные точно так же.

Глаза господина всё ещё не улыбались.

Я ответила неправильно?

– Это низкая и смиренная ноша, которую мы должны были нести, потому что были избраны.

Ответ неверный.

– 150 лет это достаточный срок. Потому что есть Владыки Демонов, которые бьют ведьм, и ведьмы, которые бьют Владык Демонов. 150 лет – это приемлемый срок, и все его вроде как приняли. Видите там Эвриалу? Она – худшая из всех. Заключила контракт, который длился аж 220 лет.

Ответ неверный.

– Разве не так все в мире и происходит?

Ответ неверный.

Ответ неверный.

Ответ неверный.

– …

Все замерли.

Наш господин внимательно оглядел нас. Ведьмы, изначально бывшие частью Сестёр Бирбир. Прошлой зимой к нам присоединились новые ведьмы. Включая их, сорок одна ведьма опустошённо смотрела на своего господина.

Сорок одна.

Сорок один след чумы и голода.

Сорок одна проклятая.

– …

Господин Данталион посмотрел на меня глазами, остававшимися тёмными даже в свете факелов.

– Я подарю вам владения, мои ведьмы.

– …

– Последуете ли вы за мной?

Я верю, что услышала в том голосе вечность.

Тьма (часть 8)

Избранный меч Короля, Человек, Лаура Де Фарнезе.

04.10.1506 год по Имперскому календарю.

Поллис, Равнина Бруно, Армия Альянса Полумесяца

– …

Юная леди не знала, когда началось её выступление.

Однако одна вещь была совершенно ясна. Пот.

Пот струился позади её шеи. Он явственно ощущался.

Когда пот стекал по шее девушки, он был словно трепещущим змеиным языком. Оставляя след, он растянуто катился вниз, растягивая само время. Время, протянутое от шеи девушки о её спины. Вместо того чтобы течь на протяжении времени, капли пота, казалось, собирали частички времени на теле молодой девушки в попытках вползти в этот мир и проткнуть его.

Девушка исполняла композицию. Только после того, как капли пота стекли вниз, время просочилось через длинный след, который они оставили после себя. Время девушки разделилось на разные ветви и собралось на её маленькой спине.

Она нажала на клавиши.

– !..

Прошел электрический ток. Девушка была пропитана потом. Электричество с легкостью прошло через спину девушки, покрытую потом. Электричество проходило через её тело, капли пота собирались вместе и испарялись в месте, где замедлился ток времени, и казалось, вся жизнь этой девушки берет силу только от электричества.

Она еще раз нажала на клавиши.

– !...

Сердце девушки учащенно забилось. "Ту-дум", – звук её сердцебиения отрешённо резонировал так, что её уши не могли уловить его. Что это? Что это может быть? Как мило… Она снова нажала на клавиши. Ту-дум… Пульс прошёл через время девушки. Ей казалось, она проживала свою жизнь под биение пульса, словно вся её жизнь зависела от этих ударов.

Лишь электричество.

Лишь звук сердцебиения.

– ..., !..

– !.. …, !..

Меня окружали крики.

Хотя было ли это криками? Может, это были возгласы взволнованности и восхищения? Но раз саму девушку одолевали взволнованность и восхищение, когда она слышала эти душераздирающие крики, это несомненно были возгласы восторга. Так кричите же больше. Кричите сильнее. Хоть девушка и не знала, когда началось её выступление, она будет продолжать играть, змеиной пастью пожирая ваши крики.

Всегда.

Дайте ей время. Она добровольно подвергнется ударам тока.

Дайте ей жизнь. Она с радостью прольёт кровь.

И…

И…

И.

Шаг.

Она услышала звук шагов. Или, может, она почувствовала их. Она не была уверена. Похоже на то, как даже с закрытыми глазами можно почувствовать палец, который к ним приближается, благодаря чувствительности к электрическим сигналам, она чувствовала, что шаги были ударами сердца. Потому что звук шагов был направлен в её сторону.

Шуги приближались к ней. Шаг… Потихоньку приближаясь, они оставляли рябь на мелодии, которую распространяла своей игрой девушка. Шаги были направлены прямо к ней. Кто это? Кто-то идет к ней. Кто может подойти к ней? Они понимают, что это за место? Они приближаются, несмотря на то, что знают, кто она? Девушка погружалась в книги с таким упорством, так как хотела иметь возможность принимать все звуки, доносящиеся до неё. Она надеялась, что среди звуков, которые она слышит, окажется чей-то голос. Однако звуки шагов не звучали на языке Сардинии, Габсбурга, Франции, Анатолии, Кастилии, Бриттании, Батавии, Тьютона, Берниции, Москвы, Кальмара. Несмотря на широкую осведомленность во всех языках, девушка не могла различить звук шагов.

Этот звук не имел своей национальности, и, казалось, нет границ, которые он не мог бы пересечь. Как вообще можно поставить какую-то границу для звука приближающихся шагов?

Как?..

Шаг.

Они снова приближаются. Шаг за шагом. С каждым приближающимся шагом девушка чувствовала, что её композиция подходит к концу. Звук шагов набросил мелодию на её лодыжки, словно сеть, и подходил все ближе. Мир сокращался с каждым этим шагом. Ах. Еще один. За её спиной.

Прямо позади неё.

Рука опустилась на шею девушки и погладила её.

– Фарнезе, – она почувствовала дыхание на своей шее.

– Пора просыпаться от своей игры.

Она открыла глаза.

Только сейчас она поняла, что все то время её глаза были сомкнуты.

– …

Девушка подняла голову и осмотрелась. Первым, что бросилось в глаза, был свет. Стояла глубокая ночь. Вот как. Разве не странно? Она начала играть совсем недавно, и небо было сине-красным, но никак не темно-серым.

– Похоже, ты насладилась от души, – раздался позади смех.

Она обернулась. Там стоял её господин.

– Милорд.

– Да?

– … Сколько сейчас времени?

– Полночь уже прошла.

Звук, окружавший девушку, постепенно становился яснее. Тут и там обезглавливали демонов. Это была сцена чистки. Барбатос и Пеймон, словно пара судей, сидели на стульях, и выносили приговоры, после чего преступник лишался головы. Эти места были незнакомы девушке, словно она была иностранкой, которую отправили в незнакомое место ссылки.

– Милорд.

Каждый раз, когда девушка произносила это слово, она чувствовала расслабленность. Было приятно произносить это. Несмотря на то, что она не понимала, какое сейчас время и в каком месте она находится, это было неважно, потому что глаза, которые на нее смотрели, были глазами Его Светлости, и рука, поглаживающая её шею, была рукой Его Светлости.

Мир изначально был Адом, и выбраться из него не было возможности. Она поняла, что единственным местом, где можно было освободиться хоть ненадолго, было среди людей.

– Милорд, – словно она взывала к острову.

– Да? – эхо вернулось к ней.

Ах.

Его светлость изначально был персоной, высланной из этого мира на необитаемый остров. Однажды она задумывалась над этим. И когда до нее дошла эта мысль, она почувствовала, что она слишком верна. Если этот остров необитаем даже с присутствием на нём Его Светлости, он всё ещё будет необитаемым, если он будет там с ней самой.

Девушка обрела дом.

Своей первый дом с самого рождения.

– Милорд…

– Тебя контузило, что ли? Что ты все время повторяешь «милорд»? Да, я твой господин, а ты, отрок, мой главный генерал. Если ты все-таки ранена, это все из-за того, что мне недостает сил.

– Правильнее будет сказать «отроковица», а не «отрок».

– И это твои первые слова? Сколько ехидства. Хотя то, что твои первые слова оказались неверными, даже не удивляет.

Девушка открыла рот.

– Эта молодая леди нежится во всей красоте мира, которую она сейчас может ощущать. Милорд. Прошу, сейчас же, заберите жизнь вашей покорной слуги.

– …

– Эта молодая леди желает умереть, будучи удавленной руками Вашей Светлости.

Улыбка на лице Его Светлости сошла на нет. Его глаза, напоминающие ночное небо, пристально смотрели на неё. Однако в отличие от ночного неба, его зрачки имели поверхность, и девушка отражалась в ней. По её лицу потекли слезы.

Нажатие.

Его Светлость нажал пальцем между её глаз. Область под его пальцем немного горела. Тепло прошло по дуге следа от его пальца.

– Фарнезе.

– Да?

– Ты труп или кукла?

– …

Это было проклятие, которое наложила на неё Принцесса Габсбургской империи несколько дней назад. Так как она не могла ответить на этот вопрос сама, она спросила у Его Светлости, однако и он не знал ответа и спросил её в ответ.

Его Светлость заговорил.

– Ты не личность?

– …

– Ты желаешь смерти?

Девушка погрузилась лицом в грудь Его Светлости.

Теплая субстанция продолжала струиться.

Она вся вымокла.

– Ваша покорная слуга хочет жить… жить дальше, Ваша Светлость. Она желает жить… Всё ещё больно… Всё ещё мучительно, но всё же… Почему я хочу жить дальше… Почему…

– Да. Я знал, что ты ужасна, ещё когда в первый раз увидел тебя.

Его Светлость погладил её по голове.

Тело, проклятое Имперской Принцессой.

– Живи.

Владыка Демонов духовно очистил её.

– Я заставлю тебя жить.

Девушка медленно теряла сознание, находясь в объятиях Его Светлости.

И теряя сознание, она верила, что должна продолжать жить.

_

Тьма (часть 9, заключительная)

Демонический Владыка Чести 5-го ранга, Марбас

01.04.1506 год по Имперскому календарю

Поллис, Долина Реки Нэрью

Стояла поздняя ночь.

Владыки Демонов были безмолвны. Даже когда кто-то говорил, они делали это не смотря друг на друга, предпочитая отстранённо смотреть на свет свечи на столе.

Мои подчинённые молча смотрели на капли воска, стекающие по ней. Хоть они не представляли собой ничего выдающегося и вполне ожидаемо стекали себе по свече, никому, казалось, не было по силам помешать им.

– Ваше Высочество, похоже, конфиденциальное письмо говорило правду... – сказал командир низким голосом. На его лице был написан стыд.

И не только на его. Все Владыки Демонов, собранные здесь, под флагом Нейтральной Фракции, жалко что-то бубнили. Они не могли открыть кому-то свои мысли, так что их бормотание было похоже на разговор с собой.

– Поверить не могу. Они серьёзно зачистили аж семь Владык Демонов?

– Кхм, от Барбатос такого ещё можно ожидать, но Пеймон…

– Что они собираются делать с отрядами казнённых?

Бесчисленное множество воинов были казнены на равнинах Бруно.

Так говорилось в конфиденциальном письме. Сотни наших товарищей-демонов были уже мертвы или ожидали своей участи быть повешенными.

Вид казни был особенно жесток тем, что жизни простолюдинов и благородных не разделялись, скорее наоборот, были связаны. Так говорилось в письме. Правдивость написанного сомнению не подлежала, так как я знал отправителя уже очень долгое время.

– …

По-хорошему, моей обязанностью как руководителя является восстановление духа своих подчинённых. Однако даже для меня было трудно нарушить эту тишину. В ночном небе слышались холодные порывы ветра. С каждым таким порывом приходило ощущение, что ветер принёс с собой издалека удушливый смрад от трупов. Меня пробирала злость. Весь этот смрад появился, пока я отсутствовал.

– Что теперь делать, Ваше Высочество?

– Барбатос – жестокая и узколобая особа. Однако, когда Альянс Полумесяца поднимает свой флаг над костями наших солдат, её почитают больше всех. Было доложено, что вчера Барбатос и Пеймон объединились и покарали наших товарищей из Альянса Полумесяца, но я уверен, что те были не товарищами, а предателями. Если это так, Барбатос не в чем упрекнуть. Разве правильно будет поднимать руку на свой же род? – хриплым голосом ответил Владыка Демонов с жёсткой бородой, сражавшийся со мной рука об руку.

– Что, если они не были предателями? – спросил у него я.

– …

– А что, если были? Так проблем нет? Разве это не значит, что демоны, державшиеся позади, начиная с Баал, – все поголовно предатели демонического континента?

– …

– Если семеро погибших Владык Демонов не были отступниками, мы должны наказать Барбатос и Пеймон, а если были – повернуть лошадей и наказать владык демонов позади нас. Так или иначе, прольётся кровь нашего рода. Ты говоришь, что мы не должны бросаться на наших сородичей, но кто заставляет нас делать это? Разве не Барбатос и Пеймон?

– …

Бах!

Я уже не мог сдерживать свой гнев и резко встал, ударив кулаком по столу.

– Барбатос и Пеймон в своём уме?! Настолько, что не убивают наших товарищей?!

Владыки демонов осторожно переглядывались. Однако никто не посмел ответить на этот вопрос. Не глядя мне в глаза и не отвечая мне, они хотели, чтобы мой гнев прошёл сам по себе.

Такие глупцы.

Можно сколько угодно отводить взгляд и молчать, но это не изменит того, что на другой стороне равнины погибают наши товарищи. Даже если сегодня солнце встанет, как встало вчера, разве это изменит ток времени? Заставит уже пролитую кровь испариться из земли?

– Ладно. Собрались. Прикажите отрядам выступать. Я сам пойду и вздрючу Барбатос с Пеймон.

– Выступать?.. Ваше Высочество, о чём вы… – мои подчинённые не могли скрыть волнение и стали паниковать.

– Даже дня не прошло…

– Ваше Высочество, Горная и Равнинные Фракции – основные силы наших союзников. Как мы можем просто взять и напасть на них? Ваши слова прискорбны. Пожалуйста, обдумайте всё ещё раз.

– Я не считаю союзниками преступников, обезглавивших наших товарищей.

– Ваше Высочество! – закопошились мои подчинённые.

Стоило мне сказать, что я выдвигаюсь с войском на военную базу Альянса Полумесяца, те, кто до этого молчали, начали метать слово за словом. Хоть из-за множества деревьев в этом сосновом бору стояла тишина, Владыки Демонов, торопясь, отговаривали меня.

– На равнинах Бруно обитают люди, и если мы бросим туда свои силы, мы проиграем. Мы уже совершили тяжкий грех, проиграв им одну битву зимой. Как мы справимся с этим снова? Ваше Высочество, прошу вас.

– И раз мы не знаем причину, по которой Пеймон казнила семерых Владык Демонов, раз уж мы так и не услышали, была ли такая причина, не будет ли правильным сначала понять её? При всем её характере, она не стала бы действовать беспричинно. Судя по всему, она обезглавила их потому, что считала предателями, значит что-то определённо побудило её так думать. Ваше Высочество, пожалуйста, проявите благоразумие.

Нет, надо же… Они что, боятся? Я повернулся и оглядел командиров. Из того, что я увидел, они дрожали от страха, узнав, что Горная и Равнинная Фракции объединили силы.

– Это значит неповиновение? – я посмотрел на своих подчинённых. Ловя мой взгляд, они немедленно затыкались. И не смотря на их количество, тишина, образовавшаяся среди нас, становилась все тяжелее и тяжелее.

– Даже если мы отправимся к союзникам позади нас, но они не могут выдвинуться навстречу. Если поток продовольствия и поставок прервётся, их это коснётся первыми. И даже если они попытаются отступить, им придётся отбиваться от преследующих их людей, но станем ли мы молча смотреть на это? Это приказ от главнокомандующего армией. Выполняйте его без обсуждений.

Командиры склонились к земле. Один из них, кто не представил свой ранг, печальным голосом произнёс:

– Ваше Высочество. По крайней мере, предоставьте им один день. Дайте им один день, и позвольте им склониться перед вами, умоляя о прощении. Даже если нам придётся сразиться с ними, мы должны сохранять величественный вид, если хотим быть почитаемыми в будущем.

– …

Один день.

И что, если мы дадим им этот день, они поднимут белый флаг и станут просить прощения? Я не стал спрашивать об этом своих подчинённых. Я знал, что такие монархи, как они, не станут так поступать, знали об этом и мои подчинённые. Тем не менее, они жалобными голосами уговаривали меня соблюсти правила чести.

Честь по отношению к тем, кто обезглавил наших товарищей, да?..

Я внезапно почувствовал сильное утомление и сел. Закрыв свои глаза рукой, я почувствовал, как давит моя толстая кожа на ладонь руки. Это была моя кожа, отёкшая и обветренная за долгие годы.

– Я понял. По крайней мере, за последние несколько столетий, один день форы – это цена нахождения с ними на одном поле брани. Я напишу им несколько писем. Вы можете идти отдыхать.

– Спасибо, Ваше Высочество.

– Один день, – резко бросил я.

Командиры замерли.

– Как только завтра пробьёт полночь, мы немедленно седлаем коней и отправляемся в путь. Зарубите на носу, что этот день вам не просто для отдыха, а для подготовки к ночной атаке. Проинформируйте об этом и воинов.

– Как прикажете.

Командиры по одному уходили с сутулыми спинами. Вскоре в палатке остался только я и несколько слуг.

– …

Через щели между пальцами я уставился на вход в палатку, сотрясавшийся из-за ветра. Дозорный устанавливал факел. Факелы остро вздымались, словно острые клинки, и разрезали тьму. Однако сколько бы они это ни делали, тьма оставалась тьмой. В конце концов, правильней было бы сказать, что факелы не разрезали тьму, а вопили в неё.

Ах.

Написав письмо, я раскрыл пергамент и приуныл.

Барбатос. Пеймон.

По какой причине вы так поступили?

Освобождение (часть 1)

Данталиан, Король Простолюдинов, 71-го ранга 11.04.1507 г. по Имперскому календарю Поллис, Равнины Бруно, Армия Альянса Полумесяца

— Знаешь такую поговорку: «Знай себя»? Мне кажется, Данталион, что она значит следующее: «Когда ты облажался, ты должен сразу это осознать», — сказала Барбатос. Я кивнул. — Верно. Очень важно, как быстро ты это осознаешь. Однако, Ваше Превосходительство Барбатос, проблема в том, что чтобы осознать это, ты должен иметь подобный опыт в прошлом. Если кто-то не переживал подобного ранее, то он либо не осознает своей ошибки вообще, либо осознает её слишком поздно. Поэтому, чтобы знать себя, нужно облажаться кучу раз. — Хм. Ну, если принять во внимание, что я действительно пережила в своей жизни всякого дерьма, с тобой нельзя не согласиться, — кивнула Барбатос. — Продолжай. — Да, Ваше Превосходительство. В итоге, поговорка «знай себя», грубо говоря, значит: «Облажайся как можно больше раз». Однако какой вообще смысл прислушиваться к поговоркам и пословицам? Разве мы и так не желаем не переживать подобные ситуации? Эта поговорка не только сама по себе не имеет смысла, но и рушит смысл вообще всех поговорок. — Данталион. Ты внушителен в сексе, и личико у тебя ничего такое, у тебя много талантов, но среди них всех самый лучший твой талант — это способность скрывать чепуху так, что она не звучит как чепуха. Даже если ты станешь пороть самую несусветную чепуху, она будет звучать, как бред, который, возможно, имеет смысл слушать, или даже как вздор, который обязательно стоит послушать. Я, Барбатос, Бессмертная Владыка Демонов 8-го ранга, признаю этот факт. Твое красноречие и правда выдающееся. — Я польщён, Ваше Превосходительство. Пеймон слушала наш разговор в сторонке и выглядела так, словно разумом находилась не здесь. — … А о чём вы сейчас говорите? — пробормотала она. Мы повернулись к ней. — Ни о чём, шлюха. — Ни о чём, Ваше Высочество. Затем мы снова повернулись друг к другу. — Если подумать, поговорки не совсем бесполезны. Это словосочетания, изречения, созданные, чтобы как можно больше могли о них узнать и получить тем самым совет. Тогда выходит, что куча людей уже знают эти поговорки, и в конце концов, поговорки несут нам советы, которые и ты, и я, и все уже знают, так что смысла в советах нет изначально. — Ваши слова очень логичны, Ваше Превосходительство. — Положим, я скажу, что последнее, чему стоит доверять — это деньги. Если просто услышать подобное, подумаешь, что это и так очевидно. Однако, если я роскошно выгравирую «Последнее, чему стоит доверять — это деньги» на колонне храма, тогда это будет не просто звучать неочевидно: поскольку поначалу тебе казалось это очевидным, в конце концов ты решишь, что это совсем не очевидно. Я, Барбатос, Владыка Демонов 8-го ранга, представляю эту мысль. Разве поговорки не все такие? — Конечно. Как и ожидалось от Вашего Превосходительство. Мудрость, подходящая Бессмертной Владыке, самой выдающейся из Владык Демонов. Простым солдафонам не остается ничего, кроме как дрожать перед вашей проницательностью. Позвольте и мне попробовать. Войну нельзя выиграть с уставшими солдатами, а тем более с голодными. — Враг моего врага — мой союзник. — Если ты считаешь себя идиотом, ты и есть идиот. — Играй. Сможешь повеселиться. — Живи. Если действительно хочешь жить. Пеймон смотрела на нас еще более отсутствующим взглядом, чем раньше. — Я понятия не имею, о чём вы двое говорите… — Пеймон — шлюха. — Вот сучка! Пеймон врезала Барбатос по левой щеке. Барбатос пнула Пеймон в правую голень. Пеймон снова ударила. Барбатос снова пнула. Время растянулось до бесконечности. Так прошло 10 минут. 10 минут, наполненных смыслом. — В любом случае, мы должны понимать, что облажались, — сказала наконец Барбатос, потирая щеку льдом. — Это всё, что я хотела сказать. Что мы облажались. Тот лысый старый пень Марбас, может быть, не в гневе, но сильно расстроен, это точно. — Это все ты, Барбатос. Ты и твоя жестокая речь, — сказала Пеймон, накладывая бинт на голень. — Я серьёзно. Ты хоть понимаешь, насколько ты неэффективна в переговорах? Каждый раз, когда ты произносишь слово, ты зря тратишь время. — Как ты зря тратишь свою жизнь, когда говоришь? — Вот видишь? Снова твоя жестокая манера разговора… Когда я повелась с тобой давным-давно, я верила, что дело в том, что ты молода, что ты прошла за свою небольшую жизнь кучу опасностей. Я думала, что нужно проявить милосердие и быть понимающей. Однако видя, как за 500 лет ничего не изменилось, я понимаю, что дело не в твоем горьком опыте, а в твоем характере. Твой язык слишком распутен. — Такой же распутный, как твоя промежность? Пеймон ударила Барбатос по правой щеке. Барбатос пнула Пеймон в левую голень. Пеймон ударила Барбатос ещё раз. Барбатос снова пнула Пеймон. Время растянулось до бесконечности. Прошло 15 минут. Прекрасных 15 минут. — Старик Марбас недавно прислал письмо, — сказала Барбатос, потирая щеку льдом. — Хотя можно ли назвать это письмом? Это ультиматум, простой и прямой. — Марбас всегда был горячей головой. Пеймон накладывала бинт на правую голень. — Пусть методы, которые он считает приемлемыми, не всегда являются таковыми, те вещи, что он считает неприемлемыми, являются таковыми несмотря ни на что. В хорошем смысле, он очень принципиальный. — В ещё более хорошем смысле, он чертовски злючее ископаемое. Пеймон кивнула. — Ещё и лысый старикан. — Этот комментарий был так необходим? — сказал я, проявив жалость ко всем лысым людям в мире. — О чём гласит ультиматум? — Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. — наигранно произнесла Барбатос и передала мне сверток пергамента. На нем размашистым почерком, исполненным яростью, было написано изложено следующее:Я разбил лагерь на равнинах и в горах очень далеко от полей сражений. Когда вы двое послали меня сюда, мы обсуждали стратегию по нарушению линий поставки врага, чтобы дать свежего воздуха нашему виду. Однако теперь я понимаю, что вы просто отослали меня подальше, чтобы удушить наш народ. Военное задание, которое я тогда получил, приказывало ударить по врагу. Теперь же, когда вы поубивали наших товарищей, я вынужден спросить, кто же на самом деле мои враги. Вы, кто так непригоже спорили про противостояние армии людей, дружно объединились, когда убивали наших союзников? Вы начали войну только, чтобы истребить наш род? Я вас спрашиваю: та территория, которую вы так страстно желаете — это территория людей или демонов? Вы назначили мою фракцию отдельным подразделением, объяснив это тем, что в ней самая большая конница. Теперь я собираюсь собрать всю эту конницу и направить её на вас двоих. Разве теперь мне нужна причина? Напасть на вас сзади и ужесточить законы демонического континента несложно. Однако, принимая во внимание тот факт, что мы сражались рука об руку последние несколько сотен лет, я предупреждаю вас этим письмом. Стыдитесь. Облачитесь в робы преступников и ползайте в своих равнинах и горах, ожидая суда. Ответьте на все, о чём я спросил. Если вы дождётесь суда и ответите на мои вопросы, я решу, убивать вас или нет… — Ясно. Теперь понятно, — кивнул я. — Поэтому Ваше Превосходство упомянуло ту поговорку. — Поэтому ты сказала, что, когда ты облажался, нужно осознать этот факт. — Раз мы поняли ситуацию, давайте быстро обсудим контрмеры. Как Ваше Превосходительство планирует разрешить это? Помню, перед чисткой Ваше Превосходительство сказали, что вы справитесь с Его Превосходительством Марбасом. — Даже если ты веришь, что всё сложится, не всё можно разрешить… — Хоть мне и хочется продолжить слушать изречения Вашего Превосходительства, произнесенные голосом старика, но ситуация слишком остра, чтобы уходить от неё с помощью поговорки. — Чёрт. Барбатос надула губы и кивнула. — Я не понимаю. Как он так быстро узнал о чистке? По моим расчётам, неважно, как быстро до него дошли бы новости, у нас еще была бы четверть суток в запасе, чтобы убраться отсюда. Значит, кто-то отправил ему тайное письмо. — Тайное письмо… В голову сразу пришла Владыка Демонов Ситри. Единственной причиной для этого было то, что незадолго до моего прихода сюда мы с ней спорили. Это было сразу после полуночи. Барбатос и Пеймон восседали в креслах, приготовленных для них снаружи. Даже сейчас к нам приводят для казни подчиненных предателей. Только иногда, когда палачи поворачивались в сторону Барбатос и Пеймон и смотрели на них взглядом «Нам действительно необходимо их убивать?», те легонько кивали. За это короткое время они кивнули уже несколько раз, и каждый раз после этого кивка один из наказуемых лишался голову. Один из них вытянул руки в нашу сторону и смотрел на нас молящим взглядом. — В-ваше Высочество! Ваше Величество! В-ваш покорный слуга однажды встречался с Вашим Высочеством, когда был маленьким! В Нифльхейме! Когда Ваше Высочество проводило триумфальную церемонию… — Да, конфиденциальное письмо. Если кто-то из нас не отправил бы информацию заранее, старик Марбас никак бы не смог отреагировать так скоро. Барбатос кивнула. Послышался предсмертный крик и звук чего-то, падающего на землю. Я потёр подбородок. — Ваше Превосходительство имеет предположения о то, кто это был? — Совершенно без понятия. Мы ведь затеяли эту чистку, чтобы избавиться от тех ублюдков. Как так получилось, что как только мы все начали, сразу появился кто-то, готовый сдать нас? У других Владык Демонов что, привычка такая — сдавать других, когда им скучно? — «Товарищи» — это враги, которым еще предстоит тебя предать.

Освобождение (часть 2)

— Ого, звучит и в правду как настоящая поговорка. Правда, немного хреновая. Барбатос глубоко вздохнула. — Забудьте, чёрт с ним. Давайте просто обо всем забудем. Грёбаные людишки кишат прямо перед нами, а позади нас собираются предатели. Кроме того, среди тех, кого ты считал кровными товарищами, есть насекомые, что скребут своими лапками секретные послания. Заставляет задуматься, почему я, собственно, так мучаюсь со всем этим развязыванием войны… — А я говорила тебе об этом ещё давно, когда мы встречались. Говорила, что ты не должна вести себя так необдуманно, и всё такое. Тебе стоит перестать быть мыслить так узко, Барбатос. Проблема в том, что ты слишком узколоба. — А твоя проблема в том, что твоя промежность чересчур расшатана. Она такая здоровенная, что помести туда небеса и землю, там все равно осталось бы место для вселенной. Жуткий смрад, который появляется, когда ты раздвигаешь ноги, может поднять мертвецов из земли, чтобы они снова померли в муках ещё раз. — Ага, — улыбнулась Пеймон. — Другими словами, ты хочешь сказать, что эти мертвецы умерли от конвульсий, вызванных взаимодействием с твоей окоченевшей промежностью? Я слышала, что число жертв перевалило за семь тысяч. Говорят, сам Бог Аид каждый год отправляет своё почтение твоей промежности, но планировала ли ты навестить его и поблагодарить за это? Прямо сейчас, если угодно. — Вот сука. — И что ты со мной сделаешь, бесплодная девка? — Почему наши мнения совершенно никогда не совпадают? Что бы мы ни обсуждали, у нас всегда противоположные мнения, иногда кажется, что демонический континент в нашем представительстве расколот надвое. — Признаю, я тоже об этом думала. Поэтому мне приходила мысль, что демонический континент мог бы объединиться полностью, пропади ты пропадом. Однако мне бы не хотелось марать свои руки, так что я бы ла бы очень признательна, если бы ты просто ушла куда-нибудь в далёкое место, где тебя не было бы видно, и не показывала бы носу. — Что хуже всего, наши мнения расходятся даже сейчас. Всё-таки я хочу убить тебя своими собственными руками. Даже если ты захочешь совершить самоубийство, я была бы счастлива сперва избить тебя, а если ты покончишь с собой, не предупредив меня, я буду чувствовать себя такой обманутой, что отпинаю твой труп. — Хамка. — Ханжа. — Убийца. — Маньячка. — Самое прогнившее, что есть на свете. — А ты самая большая сука на свете. — В-ваше Высо-о-о-очество!!! — раздался надрывный крик. — Вашего покорного слугу дома ждут старая мать и юная дочь, я никак не могу умереть сейчас. Пожалуйста, проявите милосердие и… — Ты и правда хочешь жить вот так, Барбатос? Пеймон кивнула. Раздался предсмертный крик и звук чего-то, упавшего на землю. Чудесное стаккато. — Ты не можешь жить немного лучше? Я про лучшую жизнь. Элегантную речь. Если бы ты постаралась, то даже твой безнадёжный характер стал бы немного прекраснее. — Не знаю, не знаю. Я не уверена, хочу ли я жить, как живу, но то, что я не хочу жить, как ты, сука, ясен как день. Основой моей жизни является не то, как я хочу проживать эту жизнь, но то, что я не хочу проживать её, как кто-либо другой. Особенно при взгляде на тебя у меня в голове чётко формулируется «нельзя жить, как эта сука», что продлевает мне жизнь и является единственной пользой твоего существования. — То, что твоя жизнь — мусор, ни разу не сюрприз. — Ваше Высооочество!!! Барбатос и Пеймон одновременно кивнули. — Ну и что нам с этим делать? — Ну и как нам на это реагировать? Раздался предсмертный крик и звук чего-то, упавшего на землю. Прекрасная гармония. Марбас обладает военной проницательностью и богатым опытом. Если он станет нашим врагом, это серьёзно усложнит нам жизнь. В обычной ситуации мы могли бы разрешить все переговорами… — Он сейчас просто в бешенстве. Что важнее всего, у нас нет времени. Уже скоро новости о чистке распространятся на весь демонический континент, и Владыки Демонов в тылу станут в спешке собирать отряды. Мы должны пересечь Чёрные Горы как можно быстрее и вернуться домой прежде, чем это случится. Пеймон кивнула. — У нас нет времени убеждать его. — И уж тем более у нас нет свободного времени, чтобы сражаться с ним и победить. — Хотя есть шанс, что он простит нас, если я и Барбатос облачимся в чёрные траурные одеяния и упадём ему в ноги… Барбатос кивнула. — Мы не можем. Если мы так поступим, то признаем, что эта чистка была ошибкой. И почему мы должны извиниться? Мы ведь просто убили предателей. Те, кто сомневается в этом, станут указывать на этот факт, и мы потеряем оправдание нашим действиям. Мне это не нравится. Нам все равно нужно вести нашу карательную экспедицию по всему демоническому континенту, сражаясь и оправдывая наши действия, но, если мы извинимся, это обернётся для нас проблемой. — Данталион. — Как нам справиться с этой проблемой? — обе Владыки Демонов пристально смотрели на меня. На того, кто обратил в действие эту чистку. — Конечно, я не говорю тебе дать нам ответ прямо сейчас. — Однако время поджимает. На того, кто понесёт большее, чем кто-либо, наказание, если чистка обернётся провалом. Холодным взглядом. — Уже заполночь. Я дам тебе времени до полудня. — Как-никак, нам ещё нужно прийти к решению о контрмерах до того, как Марбас станет действовать. — Пока что мы обсудим дальнейшие действия после чистки. — Прошу прощения. Время сейчас нам не союзник. — Пока что мы обсудим дальнейшие действия после чистки. — Прошу прощения. Время сейчас нам не союзник. Одна из них была моей любовницей. Вторая — политическим партнёром. Обе были авторитетными фигурами, способными без колебаний зачистить одновременно семерых Владык Демонов. Как представители власти, способные без колебаний обвинить кого-либо, они знали, когда нужно проявить твёрдость, и прекрасно понимали, когда им стоит стать пылкими, если того требовала ситуация. Другими словами, правительницы всего демонического рода двусмысленно смотрели прямо на меня. — Я знаю, что даже несмотря на твой выдающийся ум, это тяжёлое задание. Но… — Мы вынуждены просить тебя об этом, Данталион. На кону наши судьбы. Поэтому. — … Я коснулся пальцем подбородка, словно поглаживая его. Медленно. Ночь, не торопясь, продолжала свой ток. Словно время забыло о должной скорости. Солдаты сновали по лагерю, держа в руках факелы. Военный лагерь был освещён множеством этих факелов, и издалека могло показаться, что это рой светлячков. Каждый из солдат ловил и приносил на казнь приспешников предателей. Они или умирали по пути, или умирали от казни. Группа солдат усмехалась. Ночь темна. Смешки легко распространялись из-за теней. Чернь выла, пока их головы не покидали тело, и предсмертный крик отражался тут и там, чтобы резко прекратиться. Кто это? Кто пытается меня укусить? Чистка проходила с особой секретностью. Кто-либо с рангом ниже, чем Владыка Демонов, никак не мог бы узнать о ней. Всех без исключения предателей наказали, а письмо всё равно дошло до Марбаса. Хоть предателей больше не осталось, предательство было совершено. Кто это был? Как? Марбас собрал своё удалённое войско и ушёл далеко. Так как он всегда был в пути, нельзя было точно определить его местонахождение. Несмотря на это, письмо нашло своего адресата и попало прямо к нему в руки. И Марбас сразу же поверил всему, что там было написано. Почему? Кто его написал? Как он мог без сомнений поверить письму, которое гласило, что его товарищи, которых он знает вот уже полтысячелетия, совершили непоправимое? Кто мог так заслужить его доверие? Последнее, чему можно доверять — это деньги. Я коснулся подбородка указательным пальцем. Время замедлилось, пока я водил пальцем по своей коже. Я стал думать быстрее. Деньги. Военный капитал. В конце концов, Барбатос, Пеймон и Марбас занимали высочайшие позиции в своих провинциях. В их руках было финансирование армии. Даже эта экспедиция, в которой мы вели свои отряды всего полгода, обернулась огромным количеством расходов. Однако они вели подобные экспедиции на протяжении вот уже четырёхсот лет. Они собаку съели в знании важности финансовых операций. Войну нельзя выиграть с уставшими солдатами, а тем более с голодными. Поэтому по всему демоническому континенту было множество торговых домов. Группы торговцев, полностью ответственных за провизию и доставку. Они одалживали деньги тем, кому недоставало военного капитала. На каждого уважаемого Владыку Демонов приходился один такой торговый дом, в моем случае это был торговый дом Киункуска. Именно из-за него я и познакомился с Лазурит. Для торговцев война — способ обогатиться. — … Я коснулся своего подбородка средним пальцем. Я роился в своей памяти. Сомнений не было. Я точно однажды слышал об этом. Информацию о торговом доме и торговцах, привязанных к Марбасу. Это был инстинкт выживания. Торговый дом и торговец тогда для меня были очень важны, и они же были привязаны к «тому, кто однажды относился ко мне крайне враждебно». Мой инстинкт выживания на удивление хорошо вырывал эти обрывки памяти… — … Я посмотрел на Владыку Демонов перед собой. Пеймон. Владыка Демонов 9-го ранга. Женщина, обвинявшая меня по поводу Чёрной Смерти. Как только я взглянул на неё, Пеймон открыла свой рот. Её голос звучал в три или четыре раза медленнее, чем обычно. — … Даааантаааалииииоооннн?.. Пеймон так же медленно склонила голову набок. Тогда я вспомнил. — Ваше Высочество. Это было примерно в то время, когда я впервые встретил Лазурит. — Если Ваше Высочество не выплатит долг или объявит себя банкротом, Торговому дому Киункуска придётся забрать всё имущество и тело Вашего Высочества. Я в то время сильно отличался от себя сейчас. У меня не было ни копейки. Жизнь была невероятно тяжёлой. Я должен был срочно что-то предпринять. Должен был как-то избежать этого долга. Чтобы выжить, мне пришлось пойти на огромный риск. — Торговый дом Киункуска имеет ряд покровителей. В их числе и другие Владыки Демонов, как вы. — Марбас, Владыка Демонов 5-го ранга. — И Пеймон, Владыка Демонов 9-го ранга. Ночь темна. Солдаты ходили взад-вперёд по территории военного лагеря, держа в руках факелы. Похоже на то, как свет этих факелов соединялся друг с другом, мысль за мыслью посещали мой разум. Чернь издавала последние крики своей агонии. Головы отлетали от своих обладателей. Голос Лазурит простирался между бесконечными криками и воплями. — Наш Торговый дом знаменит своей безжалостностью к тем, кто не платит свои долги. — В прошлом был инцидент, когда Владыка Демонов … ранга Лорд Гласеа-Лаболас взял долг в … Либр и не выплатил …Крики. Вопли. Шум. Но ещё не всё. Подобно мечу, со временем проигравшему ржавчине, моя память была в рубцах. Ещё с давних пор я был плох в запоминании чисел и расчётах. Такая информация всегда рассеивалась из моей памяти первой. Думай. Вспоминай. Ещё остались слова Лазурит, мои воспоминания, которые не дошли до меня. Что это были за слова? Что Лазурит сказала мне? Ночь была темна. Лазурит стояла в месте, где её нельзя было увидеть, поэтому ощущение того, как она открывает рот и тихо шепчет, накрыло мня с головой. В месте, где огонь каждого факела соединялся друг с другом и танцевал, я собирал крупицы света.

Освобождение (часть 3)

— Ваше Высочество. — В то время наш торговый дом нанял всего 9 тысяч наёмников. — И отдал их под командование Ситри, Владыки Демонов 12-го ранга. — Гласеа-Лаболас не смог продержаться и … прежде, чем ему пришлось сдаться. Я коснулся подбородка безымянным пальцем. Подул ветер. Вспыхнули факелы. Всполохи огня образовали длинную линию. Кто хочет, чтобы война не заканчивалась? Торговцы. Кто сейчас пытается вступить в войну? Марбас. Какой торговый дом привязан к Марбасу? Киункуска. Всё верно. — В таком случае, кто руководит торговым домом Киункуска? — спросил я себя. Ответ не заставил себя ждать. Ивар Лодбрук. Древний вампир, живущий уже несколько столетий, и торговец, питавший ко мне наибольшую ненависть, по сравнению с кем-либо ещё. Ох. Надо же. Только посмотрите. Я тихо смотрел на полосу света, пульсирующую по всему лагерю. Барбатос и Пеймон медленно вздымали брови, нет, они делали это бесконечно, пока смотрели на меня. Как я и думал, Барбатос, Пеймон, вы обе умны. Однако мне остаётся лишь выразить вам свои глубочайшие соболезнования. Вы сильно просчитались, принимая важные решения. То тайное письмо отправил не Владыка Демонов. Ивар Лодбрук. Вампир, привязанный к Марбасу, и также не желавший окончания войны. Я не могу винить их за этот просчёт. Барбатос и Пеймон сохраняли в строгой конфиденциальности все, что касалось чистки. О ней знали только их самые приближенные помощники. Эти двое заключили, что, если кто и мог слить подобную информацию, это был Владыка Демонов. В этом и была их ошибка. Даже если о чистке заблаговременно знал кто-то из Владык Демонов, необязательно, что отправителем письма является также Владыка Демонов. Вместо того, чтобы самому раскрывать эту тайну Марбасу, разоблачитель передал её доверенному лицу Марбаса — торговцу, с которым он давно сотрудничает. Потому что… Враг моего врага — мой союзник. Всё верно. Ситри, Владыка Демонов 12-го ранга. Близкий помощник Пеймон. Та, кто узнал о чистке прежде, чем кто-либо ещё. И что важнее, враг, питающий ко мне вражду и пытающийся покончить со мной. — Ваше Высочество. — В то время наш торговый дом нанял всего лишь 9 тысяч наёмников. — И отдал их под командование Ситри, Владыки Демонов 12-го ранга. Я не могу сказать точно, с каких пор, но прошло уже много времени. Разговор, касающийся того, что торговый дом Киункуска нанял армию и передал её в чьи-то руки. Редкое взаимодействие, когда один Владыка Демонов подставляет других в пользу торгового дома Киункуска, и тем приходится выкладывать все своё добро. С давних пор торговый дом Киункуска и Владыка Демонов Ситри были сообщниками с выгодными взаимоотношениями. Ситри передала информацию о чистке Ивану Лодбруку, а тот, в свою очередь, передал её Марбасу. — … Я коснулся мизинцем своего подбородка. Мир, наконец, издал тревожный вздох. Свет вернулся к свету. Множество звуков обернулись предсмертными криками. Время вернулось к своему обычному ритму. Как и ожидалось, брови Барбатос и Пеймон остановились. — Данталион? Что с тобой вдруг? — Ты слышал, что я сказала? Нет. Я прекрасно вас слышу. Предельно чётко и ясно. Я улыбнулся. — Ваше Превосходительство приказали мне решить вопрос до полудня, верно? Верно. Не беспокойтесь. Мне стали ясны все предшествующие события. Барбатос и Пеймон наклонили головы. — Чего? — Не поняла? Как и ожидалось от этих двух, бывших когда-то первой любовью друг друга, даже их мыслительные процессы были похожи. Даже угол, под которым они склонили головы, хоть и в разные стороны, был похож. Короче говоря, до них обеих доходило одинаково трудно. Хотя, можно было сказать, что мыслили они относительно быстро. Разве не странно? Разве эти параметры не должны соотноситься? Я продолжил, сравнивая их скорости. — Ваше Превосходительство Барбатос, Ваше Высочество Пеймон. У меня есть общее представление о ситуации. Нет необходимости ждать до полудня. Я должен успеть за час, так что приготовьтесь выдвигаться как можно скорее. — … Чтооо?! Так, погоди. Секундочку…. Что? Ты осознаешь ситуацию? О чём ты? Только не говори, что ты уже понял, кто слил информацию. Я слегка нахмурился. — Так и есть, Ваше Превосходительство. Я именно это и имел в виду. Что ещё это могло значить? Я когда-либо выдавал вам какую-то чушь? Барбатос замолкла. Заговорила Пеймон. — Но как?.. Мы ещё даже не провели никакого расследования. Слить информацию могли, как минимум, десять Владык Демонов. Как ты смог узнать, кто это был, не допросив никого из них? — Прошу прощения, Ваше Высочество Пеймон, но расследование проводится, когда недостаёт информации. Хоть я многого и не знаю, но, по крайней мере, того что я знаю достаточно, чтобы понять, что произошло. — … Мгновение тишины. Я вздохнул. — Хорошо. Я от рождения обладаю выдающимся интеллектом. Мне легко удаётся понять вещи, которые Вашему Превосходительству и Вашему Высочеству знать не дано. Прошу, примите это как факт. По какой причине Владыка Демонов такого низкого ранга может свободно общаться с высокопоставленными Владыками Демонов вроде Вашего Превосходительства и Вашего Высочества? Не потому ли, что мои умственные способности высоко оценены? Это не новость. Прошу, примите тот факт, что мой мозг имеет больше извилин, чем ваш, и давайте уже обсудим контрмеры. — … Точно. Точно. Я даже успела забыть, так как заперла тебя на неделю в клетке. Данталион, ты превосходен в постели, лицом тоже вышел, но больше всего ты чертовски раздражающий ублюдок. Барбатос тяжело вздохнула. — Небеса справедливы, но это раздражает. Хоть они и дали этой скотине светлую голову и красноречие, они забыли дать ему самое важное — хороший характер. Эй, белая ворона, если бы у тебя был характер получше, мы б занимались сексом раз в сто больше, чем обычно. Нет. Такого бонуса мне не нужно. Серьёзно. «Игра», в которую вы заставили меня играть, была такой экстремальной, что каждый раз приводил меня в ужас. Господин, ага. Говорите, чтобы я относился к вам, как к рабу. У неё словно в голове лишние дырки. Уж извините, но даже мне, обладающему и здравым смыслом, и изысканностью, тяжело такое терпеть. — … Ну и кто преступник? — похоже, Пеймон собралась и прикрыла свой рот веером. — Нет, что ты имел в виду, когда велел готовиться к скорому отступлению? Объясни, будь добр, спокойнее и по порядку. — Прошу прощения, но я пока не могу рассказать Вашему Превосходительству или Вашему Высочеству, кто является преступником. Просто поверьте, я обещаю, что идеально выполню свои обязанности. — О. Снова. Снова зубы заговаривает. Такое случалось даже не раз или два, иначе я бы не вышла из себя, — выругалась Барбатос. — И как ты собрался действовать? Хочешь, чтобы мы просто поверили тебе и не задавали лишних вопросов? И что там насчёт отступления? Ты не видишь, что мы ещё разбираемся с остатками того мусора? Их там ещё тысячи. Тысячи! На то, чтобы убить их всех уйдёт целый день. — Об этом я и хотел поговорить, Ваше Высочество, — ухмыльнулся я. — Нам обязательно убивать их так трудоёмко? — ?.. — Ваше Превосходительство и Ваше Высочество. Позвольте мне кое-что сказать вам на ухо. Барбатос и Пеймон переглянулись. Затем, как я и ожидал, с одинаковой скоростью и под одинаковым углом наклонились ко мне. Я великодушно улыбнулся, словно объясняю дорогу заблудившейся парочке. Вскоре… — Больной ублюдок. Сумасшедший. Нет, серьёзно, когда ты сотворил что-то подобное? У тебя не все дома, да? Совсем крыша поехала? Чёрт. Как ты мог сделать такое без моего разрешения?! — … Барбатос отвесила мне пощёчину, словно готовая съесть меня живьём. Пеймон просто смотрела на меня огромными глазами и открытым ртом. Хоть они и делали это по-разному, выразить они пытались одно и то же. То, что я больной ублюдок. — Нет! Ни за что! Ты ебанулся в край? Думаешь, я просто возьму и позволю тебе такое?! Сейчас же избавься от этого. Нет, передай. Передай мне! — Данталион, мне тоже кажется, что это слишком… Нет, конечно, мне это уже известно, но, чтобы ты знал, единственные в этом мире, кому это известно — это ты и я… Барбатос убила всех остальных. — И тебя сейчас убью! — Барбатос схватила меня за ворот и стала трясти. Ммм. Однажды я понял, что просто помирить Владык Демонов, бывших всю свою жизнь врагами, недостаточно. И поэтому привёл их образ мышления и мнения в гармонию. Однако прежде, чем я смог впитать вкус величия, меня заштормило. Я чувствовал, что, если она продолжит меня трясти, меня просто вырвет. Желудочный сок уже выказывал своё желание повидать внешний мир. Я спокойно заговорил. — Что бы вы ни говорили, метод, который я вам представил, наиболее эффективный. — … Барбатос застыла на месте. Благодаря этому моя тошнота немного успокоилась. Я улыбнулся. Каждый раз, когда я так улыбался, Лазурит серьёзным тоном говорила мне: «… Ваше Высочество, эта ваша улыбка способна вызвать желание убивать у тех, кто её видит, так что, пожалуйста, воздержитесь от того, чтобы показывать её». Но разве в этом дело? С давних пор эстетике Лазурит недоставало некоторых частей. Когда я улыбался, я знал, как сделать это приятно. — Вот как? — … — Более того, за этим нет никакой политической тяжести. Что сторонние свидетели, увидев это, смогут сказать? Смогут ли они просто рассказывать об этом другим? Нет никаких потерь, только выгода. Кроме того, если Ваше Превосходительство прикажет мне предложить стратегию, превосходящую эту, я окажусь в тупике… Барбатос нахмурилась. — … Заткнись. Чёрт. В твоих устах эта херня не звучит, как херня. — Конечно, всё потому, что это не херня. Ваше Превосходительство, умение принимать правду как она есть — одно из качеств монарха. — Я же сказала тебе заткнуться! — крикнула Барбатос и отпустила меня. Она стала раздумывать, пустив руку себе в волосы, но казалось, что она пыталась понять, кем я являюсь, откуда я пришёл и к чему я стремлюсь. — … Раздумья. — … Ууууу… Душевная боль. — Чёрт… И смирение. — Делай что хочешь, сукин ты сын… После этих ступеней принятия Буддизма, Барбатос, наконец, предалась отчаянию и сдалась. Жаль, правда, что ей не удалось по-настоящему постигнуть последнюю ступень — просвещение. Но все нормально. Я не из тех, кто строго упрекает недостаток каких-то качеств. Несмотря на мой внешний вид, я довольно милостив. Я заговорил с мировоззрением, принимающим всё неприглядное, что есть на земле. — Самое верное решение, Ваше Превосходительство. Я всегда благоговею, слыша ваш голос. Хоть иногда Ваше Превосходительство принимает, откровенно говоря, плохие решения, например, когда вы угрожали мне и бросили в тюрьму, но такое случается редко, так что я могу уверенно сказать, что Ваше Превосходительство почти всегда принимает верные решения. — … Данталион, что мне сказать? — Голова у него светлая, но он немного или даже невероятно невезучий парень… Это была критика сгоряча. — В любом случае, я приму это как согласие и пойду… Ах да, Ваше Высочество Пеймон. Когда я уже повернулся, чтобы уйти, я внезапно кое-что вспомнил и прошептал это Пеймон. Барбатос все ещё пребывала в прострации и не выказала какого-то беспокойства по этому поводу. — Возможно ли, что это Ваше Высочество распространило те буклеты по военной базе Крестоносцев? — Пардон? — Пеймон наклонила голову. — Буклеты… Говоришь? — Ну да. Книги с серыми обложками. Узкие такие. — Хмм. Не знаю, не знаю. Я не уверена в подобных вещах. — Пеймон скрыла нижнюю часть своего лица за веером и сдвинула брови. Судя по её лицу, она пыталась вспомнить что-то, но не могла. — Что эти буклеты из себя представляют, раз ты спрашиваешь меня о них, Данталион? — Прошу, не удивляйтесь. Я слышал, что люди из армии Крестоносцев по своей инициативе записали мою речь и читают их, передавая друг другу. Об этих буклетах я говорил. — О, правда? Давненько я не слышала таких хороших новостей Было заметно, что её это обрадовало. — Как и ожидалось, люди поймут, если с ними поговорить. Если даже после разговора они не понимают, дело в большинстве случаев в их невежественности. Им недостаёт образования из-за непригодности их монарха, поэтому важные темы не получают должного освещения. Иногда, когда подчинённые не понимают сути дела, монарху следует не злиться, а сетовать. Поэтому то, что люди передают друг другу эти буклеты по собственной воле… И правда отрадно, — сказала Пеймон с восторженным выражением лица. — Я могу чем-либо помочь? Конечно. Вот, значит, как. Я вежливо продолжал улыбаться. — Разве не прекрасно смотреть на то, как люди пытаются выстоять сами? Разве не прекрасно просто молча наблюдать за этим? Если они не смогут выстоять и протянут руки, будет слишком поздно хватать их за эти руки. — Хе-хе, — ухмыльнулась Пеймон. — И то верно. Ты прав, Данталион. Надеюсь, этот милый вид ещё долго продержится таковым. Возможно, Ситри проделывала свои махинации лишь ради этой улыбки. Когда мы с улыбками на лицах уже собрались прощаться, Барбатос взглянула на нас с видом чихуахуа, которую не кормили пару дней. — Эй. Вы что, не видите мои страдания? О чём вы там так любезно шепчетесь? Мы оба повернулись к Барбатос. — Ни о чём, сопля. — Ни о чём, о Повелитель, познавший горесть лишения. Барбатос приуныла. — Чёртовы ублюдки… Повторюсь, но это была критика сгоряча.

Освобождение (часть 4)

— Его Высочество Данталион ещё не прибыл? Почему он позвал меня, хотя сам ещё не появился? — Его Высочество скоро вернётся, — мягко сказала я. — Подождите ещё немного, глава. — Ты в курсе, сколько раз я уже слышал эту фразу? Ещё немного, совсем скоро… Тц. Глава торгового дома Киункуска, Ивар Лодбрук, цокнул языком. Он уже долгое время стучал по полу своей тростью. Так раздражает. — Глава, я все же прошу вас подождать. — … — Если для вас так трудно ждать, я могу вас уведомить, когда Его Высочество появится. Желаете, чтобы я подождала вместо вас? Глава Лодбрук бросил на меня злобный взгляд. Похоже, мои слова задели его за живое. Удивительно, я ведь просто проявила тактичность по отношению к пожилому и немощному торговцу. — Мелочь, у которой ещё молоко на губах не обсохло… Откуда у дочери потаскухи смелость так нагло со мной разговаривать? — Я вижу, что вы обладаете большим талантом, глава. Да, моя биологическая мать была проституткой. Прошло не так много времени с тех пор, как я сама узнала правду. Как об этом узнали вы, глава? — Ты что, думала, я не приставлю к тебе хоть одного шпиона? Я также знаю, что ты самолично лишила головы свою мать. Как интересно. Твоё поведение, призывающее несчастья, — это слава, которой ты можешь упиваться только благодаря Владыке Демонов Данталиону. — … — Ты разве не жаждешь узнать, является ли эта слава лишь мимолётным просветом в твоей жизни? Вот как. Прогнившим существам суждено издавать зловонный смрад. Это одна из ужасно прогнивших истин на свете. — Ваши слова грубы, глава. Прошу, следите за ними. — Ха. День, когда эра процветания Данталиона закончится, также будет днём, когда начнётся твой путь в Ад. Что будет, если мир узнает, что ты лично убила свою биологическую мать? Если станет известно, что Данталион сделал своей любовницей такую захолустную шваль, его репутация тоже пойдёт ко дну. Ты понимаешь это? Нет такого человека в мире, который бы любил женщину, лишившую его славы. — … Киункуска была лидирующим торговым домом на всем демоническом континенте. В народе их называли Великой Киункуской. Даже сейчас торговый дом играл роль владельца склада и поставлял припасы для Альянса Полумесяца. К тому же, Лодбрук был торговцем, привязанным сразу и к Владыке Демонов Марбасу, и к Владыке Демонов Пеймон. У того, кто не является Владыкой Демонов высочайшего ранга, нет шансов выстоять против вампира, сидящего напротив меня. — Когда придёт это время, я посмотрю, как жестоко изгнанник вроде тебя будет вести себя по отношению к миру. Я вздохнула. Он едва ли стоит того, чтобы я тратила своё время. Должно быть, его разозлил мой вздох, он сдвинул брови. — Ты кем себя возомнила, чтобы так вздыхать передо мной? — Вы должны понимать сами, раз приставили ко мне шпионов. Может, я этого недостойна, но я обладаю глубоким расположением со стороны Его Высочества Данталиона. Я не стану намеренно обращать внимание на то, как неформально вы обращаетесь к фаворитке, способной повлиять на Его Высочество. — Ха. Высоко же ты задрала голову. Ну-ка подробнее. — Я веду к тому, что не дам Его Высочеству Данталиону пасть. Глава фыркнул, услышав мои слова. — А я было так заинтересовался тем, что ты скажешь. Глупое дитя. Думаешь, раз ты не хочешь, чтобы это случилось, это и не произойдёт? Даже простого распространения вести о твоём низком и аморальном поступке хватит, чтобы немедленно подкосить репутацию Его… — Прошу прощения, что перебиваю вас, но позвольте спросить, как именно это может заставить Его Высочество пасть? — Что? Его брови снова сдвинулись. Он не понял? Или просто притворяется? Что бы это ни было, мне не составит проблем играть с тщедушным нравом этого старика. Он важный гость. Я человек, принимающий важных гостей с предельной самоотверженностью. — Его Высочество — не тот, кого заботит его репутация в мире. Если говорить точнее, Его Высочество выражает беспокойство, если его репутация начинает расти. Его Высочество, скорее, постарается сделать так, чтобы его репутация упала как можно ниже. Так он сможет зачаровать многих монстров, скрывающихся в темноте. — … — Его Высочество достиг ранга миллионеров за рекордно короткое время за всю историю. Он также быстрее, чем кто-либо ещё, пробился в Чёрную и Белую Крепости. Когда Владыка Демонов Марбас потерпел поражение, и силы Владыки Демонов Барбатос были близки к провалу, никто иной, как Его Высочество получил заслугу за освобождение Альянса Полумесяца. Однако несмотря на все это, каково положение дел? — я говорила голосом, который был не низким и не высоким. — Хоть Его Высочество добился всего этого, гуляет ли по демоническому континенту слава о нем? Нет, совсем нет. Слава Его Высочества была относительно низкой. Имя Владыки Демонов 71-го ранга, Данталиона, было таким незначительным, что большинство жителей демонического континента никогда о нём даже не слышали. Хоть и казалось, что его восславят, когда стала распространяться Чёрная Смерть, так было недолго. Он сделал меня, полукровку, своей невестой, а девушку-человека своим ведущим генералом, и его репутация опустилась до самого дна. Распутник. Дурак среди дураков. Такой точки зрения по отношению к Его Высочеству придерживалось большинство тех, кто его знал. — Богатство Его Высочества приписывается в заслуги его главной прислужницы, то есть, в мои. Достойный похвалы подвиг прорыва через Чёрную и Белую крепости и спасения Альянса Полумесяца считаются заслугой Леди Де Фарнезе. Глава, вы правда думаете, что все это — совпадение? — … — Вы грозились тем, что распространите весть о том, что я убила свою мать. И пусть. Я не собираюсь останавливать вас. В этом случае Его Высочество, скорее всего, похлопает вам и поблагодарит. Скажет что-нибудь вроде: «Вы проделали хорошую работу, сделав всё за меня». — … — В конце концов, я ни за что не смогу заставить Его Высочество пасть. Потому что Его Высочество всегда предпочитал находиться в тени. Его Высочество из тех, кто будет пребывать в тени, когда солнце в зените. А я благосклонно выполняю для Его Высочества роль этой тени.Ведущий генерал — человеческое дитя. Командир Королевской Гвардии — крайне низменная ведьма. Главная прислужница — полукровка-суккуб. Как вассалы, мы всю жизнь будем служить Его Высочеству. Его Высочество — огонь, что сожжёт этот мир. Если огонь собирается гореть и сиять во всё своё величие, как никогда необходимо присутствие томной, как смоль, ночи. Незаконнорождённое дитя, убийца и изгнанница — мы и есть жуткая ночь Его Высочества. — Мы не более, чем покорные слуги, но со всей своей покорностью мы заботимся о Его Высочестве. Мы знаем, что это — наша обязанность как его слуг, поэтому у нас нет причин изменять делать что-либо со своей презренностью. Вампир замолк. Трость, ещё недавно выбивавшая нетерпеливый ритм, тоже не издавала более ни звука. Его язык больше не цокал. Это хорошо. Скорее всего, это значит, что он успешно понял то, что я ему сказала. Я ещё раз кивнула главе, прежде чем повернуться и вернуться к заданию, которое я выполняла.Ночь. Многое нельзя увидеть ночью. Можно лишь строить предположения, основываясь на звуках. Где-то вдалеке был слышен звук скрипящих колёс. Скрип… Комок земли был раздавлен одним из колёс, но этот звук был перекрыт голосом. — Услуги задёшево. Вывезу за вас мёртвых нищих. Вывезу трупы, которые вам мешают. Выкину за вас любые трупы. Услуги задёшево. Вывезу за вас мёртвых нищих… Это был бездомный, бродивший по военному лагерю. Когда выходит солнце, эти нищие собираются вместе и играют в азартные игры в месте, где мало солнечного света, а когда проходит закат, они ищут палатки с яркими факелами и протягивают свои миски. Те из них, кто проиграл свои миски в азартных играх, протягивают сложенные ладони. Те из них, кто потерял в азартных играх свои пальцы, протягивают руки с тремя или четырьмя оставшимися. Могу с уверенностью сказать, что для нищего иметь на руке меньше трёх пальцев — очень плохое обстоятельство. Ведь это значит, что они не смогут достойно ответить, если кто-то решит их пнуть, а даже если смогут, их попытки будут тщетны. Более того, кто не захочет пнуть нищего? Время от времени, когда обычные солдаты пинают нищих, тем, у кого меньше трёх пальцев достаётся больше всего, так как они не могут ответить, что, в конце концов, ведёт к их смерти. Их смерть естественна и тривиальна. Обычные люди используют пальцы, чтобы считать числа, нищие же используют их, чтобы узнать, сколько им осталось жить. По одному. По одному. Затем всё кончается на одном. Трупы откидывают к углам палаток, где они разлагаются. К ним собираются мухи. Раздражённые солдаты пинают трупы подальше к углам, но трупы продолжают накапливаться в каждом углу. Это даёт дополнительный доход для тех же нищих. Нищие покрепче, кто ещё не лишился своих пальцев, возят по военному лагерю бог знает откуда взявшиеся еле держащиеся тележки. Где-то раз в пару дней они проходят по лагерю и собирают трупы по углам. Затем увозят их подальше, чтобы выкинуть. Разве не гениально? Как бывший торговец, я высоко оцениваю такие способы наживы. До того, как они достали себе карты, они даже умудрялись на короткое время устроиться на обычную работу. Каждый раз, когда они проходят мимо этой палатки со своей тележкой… — Интересно, это потому что здесь живёт эта кошмарная стерва? Тьфу, повсюду трупы всяких уродов и потаскух… …они говорят нечто подобное. Даже то, как они просили милостыню, поражало во многих аспектах. Я просто бросила две монеты перед выходом палатки. Мне не было надобности выходить. Колеса моментально остановились рядом с палаткой, прежде чем снова издать скрип и уехать.Скрип, скрип. Скрип… — Зачем ты бросила ему монеты? — его голос звучал так, словно он находился в глубоких раздумьях. Глава Лодбрук решительно смотрел на меня. — Они все равно уберут их, даже если не связываться с ними. — В этом случае, я бы скорее оттолкнула его. Не тревожить и отталкивать — разные вещи. Люди не забывают просто так тех, кто их оттолкнул, — ответила я покорным тоном. — То, кто остался в памяти людей, легко может пасть. Купить равнодушие этих людей за пару монет — все равно что купить его бесплатно. И хоть я и принимаю участие в делах феодального управления Владыки Демонов, я никогда не была изменяла своему долгу торговца. — Получается, ты покупаешь пренебрежение людей, потому что ты торговец? Разве такой товар может быть продан? — Если нет, почему они всё же глубоко почитают Его Высочество Данталиона? Тишина.

Освобождение (часть 5)

Свеча вспыхнула и тускло осветила палатку. В ночи многого нельзя увидеть. В местах, недоступных взгляду, были нищие, умирающие во время попрошайничества, и нищие, живущие этим. Когда умирает один нищий, находятся другие, просящие подаяние за то, чтобы вывезти его труп. В мире любое место, которое нельзя увидеть — это угол, каждый удалённый угол — это проход, и каждый проход — это стена. Из мира можно выбраться, взобравшись по этой стене, но я не виню их за то, что они висят на краю обрыва и так и живут, сотрясаясь. Таков их род занятий, и такова физиология происходящего. Я не виню их, а использую. Нищие, проститутки и наёмники — все они занимаются работой, ставящей их жизнь под риск. Записка, освещённая мерцающим светом свечи, тоже была частью моей работы. — Снаружи так шумно. Жестокое убийство. Солдаты идут в бордель. Страшно. Снаружи много огня. Похоже, эта записка писалась в спешке. Почерк, которым написал её шпион, был неряшлив и крив. Я прочитала следующую записку. — Солдаты внезапно замолкли. Теперь тихо. — Внезапная проверка. Забрали всех девушек, скрывающих книги. Я выжила, потому что мой любовник предупредил меня об этом. Я пишу об этом, потому что на оставшуюся половину месяца у меня не хватает денег, пожалуйста, пришлите ещё. Сможете? — Они забрали моих сестёр. Их до сих пор нет. Мне страшно. Я так больше не могу. Пожалуйста, после следующей платы не связывайтесь со мной. Простите. Я никому не расскажу. Все эти письма были отправлены проститутками. Расположить шпиона в военном лагере или по соседству с военным лагерем — хоть у обоих из методов есть свои преимущества и недостатки, я склоняюсь к последнему. Те, кто живут, держась за верёвку и свисая на краю утёса, будут первыми, кто узнают, когда верёвка начнёт дрожать. Все, что они могут уловить — это знаки и смутные предзнаменования. Принятие их сигналов и интерпретация их сообщений — мой долг как главной прислужницы Его Высочества. Всё в порядке. Я скромный простолюдин. Простолюдины лучше всех знают о способах существования других простолюдинов. — Повысьте плату, начиная со следующей половины месяца. Иначе я вас выдам. Если ты выдашь меня, не с моей жизнью будет покончено, а с твоей. Об этом она знала лучше меня, так что мне не о чем беспокоиться. Дальше. — Это вы распространили те буклеты? Я тоже хочу на эту сторону. Генерал Фарнезе ведь человек, да? Я тоже человек. Все ведь нормально, если человек пойдёт к другому человеку, да? Время от времени эти проститутки путают, занимаются ли они шпионажем или флиртуют. Если задобрить их мягкими словами, позже они обеспечат тебя полезной информацией. Этой проститутке больше нет необходимости следовать за Крестоносцами. Я косвенно ответила ей, что, хоть она и человек, она не сможет пробиться к другому человеку. — С недавних пор полная суматоха. Я не знаю, в чем причина, но очень шумно. Даже солдат, трахавший меня, остановился в процессе, когда его позвал его начальник. Остановился прямо в процессе. Это странно. Очень странно. — Он исправно заплатил мне. Хороший парень. Ясно. Это и правда странно. Хоть и бывает, что солдаты останавливаются в процессе убивания других, они никогда не останавливаются, пока не получат удовольствие от шлюх. И если такой и правда случилось, скорее всего, они были под давлением. Эта проститутка находилась не возле армии крестоносцев, а возле удалённых войск Нейтральной Фракции. Она не только обладала необычным характером, но и присылала обычно две записки. Скорость и Принцессы Империи, и Империи Габсбург, и Нейтральной Фракции была ненормальной. Все они были достаточным поводом для беспокойства, и следить за ними нужно пристально. Сейчас нам не хватает времени, чтобы успокоить Нейтральную Фракцию. Прежде чем мы успеем их убедить, Принцесса Империи ускорит свои войска и атакует нас. Если же мы не уговорим Нейтральную Фракцию, безопасное отступление в демонический континент окажется невозможным. Это битва скоростей. Сможем ли мы избежать Нейтральную Фракцию и совершить отступление, или Принцесса Империи успеет догнать нас с армией людей?.. День. Возможно, два. Это скромное время определит судьбу двух армий. Дальше. — Хоть писать мне нечего, мне хочется написать. Если будет что-то, что написать, я напишу. Ах, если такова жизнь, то она пуста. Эта паразитка просто написала поэму и отправила её. У неё определённо что-то не так с головой. Я ответила ей: «Мне жаль, но у тебя нет таланта к поэзии». Дальше. — Мою старую подругу поймали и убили. Всё из-за вас. Это всё из-за вас. — Нет. Я сделала то, что вы мне сказали. Всё из этого. — Пожалуйста, вы можете спасти моих заключённых подруг? Солдаты сказали, что мы будем наживкой. Большего мне не нужно. Дальше. Дальше. Дальше. Вороны один за другим взлетали и покидали это место. У каждого к лапке была привязана записка. Самое позднее, сегодня ночью проститутки получат свои письма и прочтут мой ответ в свете свечи. То, что письмо, написанное при свете свечи, будет прочтено также при свете свечи, кажется мне прекрасным. — Что ты там постоянно строчишь? — глубокомысленным голосом спросил Ивар Лодбрук. — Думаешь, лишь потому что ты отправила этих птиц, они вернутся к тебе с ответом? — Я просто хочу почувствовать мир. — Как глупо. Мир нельзя «просто прочувствовать», даже если тебе очень хочется. Лазурит. Ты наполовину отпрыск шлюхи, наполовину человеческое дитя. Даже если такой простушке, как ты, удастся прочувствовать мир, всё это будет впустую, когда расположение Владыки Демона к тебе угаснет. Ты веришь в того Владыку Демонов? Или, может, в людей? Сможешь ли ты таким же образом, как чувствуешь мир, прочувствовать людские сердца? — Ваши волнения глубоки, глава. Раскрывать свои глубокие переживания чревато тем, что можно раскрыть то, что спрятано глубоко в вашем разуме. Неужели вы так мне доверяете, что хотите излить душу? К сожалению, мне совершенно неинтересны сердца других людей, в том числе и ваше, глава. — … — У меня нет ни причин, ни любопытства для того, чтобы копаться в людях. мне достаточно знать их поверхностно. Вы ведь спрашивали о происхождении Его Высочества? Глупый вопрос. У меня с ним одинаковое происхождение, так что вам не о чем волноваться. Тишина. Интересно, насколько он сосредоточен. Примерно в то время, когда свеча уже почти растаяла, собравшись нелепой лужицей, снаружи послышались шаги. Топ. Раз охрана не остановила проходящего, это, по-видимому, был нищий. Нищие, просящие милостыню в полдень — самые счастливые, те, что просят подаяния вечером — вторые после них, а те нищие, кому приходится побираться ночью в поисках освещённого места, — самые несчастные. Обычно это низшие из нищих — калеки. Как обычно, я взяла монету и бросила её наружу. Уверенная в том, что попрошайка заберёт её и уйдёт, я собиралась повернуться, когда услышала голос. — Надо же. Я наконец вышел в свет после недели заточения, а мне дают мелочь и просят убраться? У моей возлюбленной воистину холодное сердце, — это был голос Его Высочества Данталиона. Я проверила время по карманным часам. Было заполночь. Я слышала, что его должны были выпустить вчера вечером, но что он делал и где был после? Ведьмы и Фарнезе, отправленные, чтобы привести его, уже вернулись и мирно спали в углу палатки — Неужели Его Высочество наконец удостоил нас чести видеть его? Нечасто доводится увидеть его уважаемое лицо. Даже мне, прожившему четыре поколения и ставшему свидетелем восьмого Альянса Полумесяца, приходится испытывать подобный горький опыт… — глава Ивар Лодбрук медленно поднялся. Он пробурчал это низким голосом так, что его нельзя было услышать вне палатки. Я проигнорировала его и поправила одежду. — С возвращением, Ваше Высочество. Шеф Лодбрук из торгового дома Киункуска принял ваше приглашение и ожидает вас внутри. Владыка Данталиан вошёл в палатку. — Ох, глава. Простите, что вызвал вас так поздно ночью. Как только Владыка Данталиан вошёл в палатку, он поприветствовал главу. — Правда, я подумал, что для вас это не будет иметь значения, поскольку вы вампир, потому и отправил срочного гонца. Меня тревожит, что я мог испортить ваше настроение. — Куда там. Великий призвал меня, так какая разница, произошло это посреди дня или ночи? — Да. Вы правы. Совещанием можно назвать только встречу с тем, с кем тебе нужно встретиться. Ну? Как поживаете? Его Высочество любезно поприветствовал главу улыбкой, которую он однажды назвал при мне очаровательной, однако, по-моему, эта улыбка выглядит невероятно жутко. Интересно, считал ли он, что атмосфера была неплохой? Лицо главы Лодбрука также показало расслабленность. — Да. Это мне следует спрашивать, всё ли в порядке со здоровьем Вашего Высочества. Я могу лишь просить прощения за то, что не выказываю уважение так часто, как стоило бы. — Всё в порядке. В самом деле, вы ведь финансист Альянса Полумесяца, глава. Да, я только вернулся с срочного обсуждения с Её Превосходительством Барбатос и Её Высочеством Пеймон. Я хочу обсудить эту тему и с вами, глава. — Непременно. Если я могу хоть чем-то помочь Великим, для меня будет честь сделать всё возможное. — Для начала присядьте. Мы обязательно побеседуем, но сидя. Ночь. Через стены палатки я могу слышать стрёкот сверчков. Похоже, что они используют все возможности своих телец, словно им абсолютно необходимо дать всем знать, что сейчас ночь. И поскольку я думаю, что жуки — это те же жизни, свисающие с края утёса и дрожащие, я не нахожу это странным. Хоть ночь — это время, в которое некоторые легко могут уснуть. Для других ночь — это время, когда легко убить других. — Ивар Лодбрук, я перейду сразу к делу. — Да, Ваше Высочество. Пожалуйста, говорите, что бы то ни было, — глава Лодбрук, сидя, склонил голову. — Как вы посмели предать Альянс Полумесяца? — … Тишина. Воздух в палатке мгновенно парализовало, словно язык огромная змея только что показала свой. Тень, озаряемая свечой, была похожа на змею, я затаила дыхание. Что Его Высочество Данталион только что сказал? — Ваше Высочество, о чём вы говорите?.. Скорее всего, не только мне показалось, что я неправильно расслышала. Глава Лодбрук смотрел на Лорда Данталиона с мертвецки бледным лицом. На лице Лорда Данталиона всё ещё красовалась ровная ухмылка. — Что такое, глава? Цвет лица у вас какой-то нездоровый. Пусть я и сказал это, чтобы испортить ваше лицо, досадно, что оно изменилось так быстро. На вашем и без того старом лице останется ещё больше морщин. Эти глаза. Вялые и слабо открытые глаза, которыми он всегда смотрит на жертву, которую собирается разорвать. Такой же взгляд, который Леди Фарнезе, девочка, что удочерил Его Высочество, переняла в совершенстве. В таких случаях Его Высочество мурлыкает, словно находится в невероятно хорошем расположении духа. — Сказать по-честному, вы мне нравитесь. Вы открыт и в хорошем, и в плохом смысле. Вы можете прекрасно скрываться под маской в других местах, но не можете утаить от меня ничего, когда мы лицом к лицу. О-хо-хо, как всё запутанно. В каком-то смысле мы с вами в отношениях, отдалённо напоминающих любовь, не находите? Его Высочество хихикнул. — Я в определённом смысле дорожу вами, Ивар Лодбрук. — … Удлинённая светом тень Его Высочества продолжала глумиться.

Освобождение (часть 6)

Интересно, сколько длилась тишина? У людских эмоций был цвет. И аромат. Цвет принадлежал голосу, аромат принадлежал сердцу. Ивар Лодбрук трясся всем телом, а его голос источал его сердце. — … Вся моя надежда, всё дыханье моей жизни, всё работает только ради Альянса Полумесяца. Ваш покорный слуга не понимает, почему Ваше Высочество так порицает эту старую душу. Прошу, Ваше Высочество, будьте благоразумнее. Если вам так важно знать точное время, Ивар Лодбрук, скорее всего, паниковал не больше одной минуты. Он смог собраться после неожиданной атаки. В этом плане ему стоит отдать должное. Тем не менее, ему не повезло. Моя внезапная атака еще не началась. Ивар Лодбрук, всё, что ты только что испытал, можно сравнить со звуком горна, звучащего на поле брани. Я открыл рот. — Ты ведь тайно связывался с Владыкой Демонов Ситри? — … Дрожь. Вампир, всеми силами пытавшийся сказать что-нибудь, замер. Однако замерли лишь его внешние движения. Цвет его голоса стал неясным. Аромат его сердца стал гуще. Я встал с места и подошел к нему. Затем, словно я оценивал произведение искусства, имевшего и цвет, и аромат, я медленно подошел к стулу, на котором сидел вампир. Будто возводя за своими шагами изгородь. Словно я выстраивал границы и пытался заточить его внутри. Я заговорил голосом, носившим благородное влияние. — Ивар Лодбрук. Сейчас я опишу тебе, что ты делал со вчерашнего дня вплоть до того, как пришел сюда. Слушай внимательно. — … Я надавил большими пальцами в центры его плеч. Плоть под его мантией оказалась мягче, чем казалось, кроме того, она была хрустящей. Если точнее, его плечи были так же мягки и хрустящи, как яблоко. Если хорошенько разломить, скорее всего, польется сок с густым ароматом. — Вчера вечером ты, скорее всего, был сбит с толку, когда началась чистка. Сразу после этого ты стал действовать в спешке, потому что не знал, что именно происходит. Очевидно. Ты лучше всех понимаешь, что жизнь торговца зависит от того, насколько быстро он добудет информацию. — Всё не… — Но — о жалость! Была большая проблема. К кому ты мог обратиться, чтобы узнать правду? Пойти к Её Превосходительству Барбатос и спросить её? Чёрта с два. Я положил мизинцы на центры плеч вампира. — Нет, этого ты сделать не мог. Барбатос — ужасающая Владыка Демонов. Она также известна своей склонностью ценить фермеров больше, чем торговцев. В обычной ситуации ты бы назвал этого человека отсталым от современности, но ситуация меняется, когда этот человек держит в руках орудие палача. Естественно, твое желание смеяться над этим человеком быстро куда-нибудь скроется. Да, это проблема. Проблема. — … Ваше Высочество. — И что же ты мог сделать? Даже если бы ты обратился к низкоуровневому Владыке Демонов, скорее всего, он бы сказал, что не знает, что происходит, и, по правде говоря, никто из них и правда ничего не знал. Ох, что ты мог поделать в такой ситуации? Может, отправиться к Её Высочеству Пеймон и спросить её? Чёрта с два. После большого пальца и мизинца я опустил на его плечи свои безымянные пальцы. Словно паук, наступающий на свои сети. Не слишком сильно, не слишком слабо. — Нет, этого ты тоже не мог сделать. Во всех смыслах это не могло стать выходом. С каким лицом ты бы пошел просить аудиенции у Её Высочества Пеймон и спросил бы о скрытых мотивах этой чистки? Её Высочество ещё не простила тебя, старый вампир. Если бы ты привёл Её Высочество в ярость неверным словом, это привело бы к еще большим проблемам. — … — Да, это проблема. Проблема. Ничего не поделать. Барбатос — женщина, которая не раскрывает секреты даже своим приближенным помощникам. Пеймон тоже осмотрительный Владыка Демонов. «Однако» — вот, что должно прийти тебе в голову. Хоть Пеймон и сдержанная особа, разве она не открыта для своего близкого помощника и питомца, Ситри? — … Средний палец. — И тогда тебя озарило. Разве ты долгое время не сотрудничал с Владыкой Демонов Ситри? У вас двоих были взаимоотношения, в которых вы просили друг друга о разносторонних одолжениях. Конечно, она поделится с тобой информацией… Я фыркнул. — Твоё предсказание сбылось. Наверное, благодаря вашим долгим взаимоотношениям. Ситри выдала тебе информацию о чистке, словно выплачивала очевидный долг. Затем твой мозг стал быстро соображать. Ага. Настанет сильная суматоха. — … — Чистка всё-таки произошла. Было очевидно, что в ближайшем будущем демонический континент скоро падет в полный хаос. Это был важный вопрос. Сможешь ли ты использовать этот беспорядок и получить большую выгоду или нет? Если из этого можно сделать бизнес, то как? Это был действительно важный вопрос… И пока ты был в раздумьях, с тобой заговорила Владыка Демонов Ситри. Тоном, словно она только что кое-что вспомнила. Добавив свою уникальную улыбку. Я слабо попытался сказать фальцетом. Я к этому, конечно, не привык, но это было лишь дополнительным шагом к развлечению противника. Я не мог отказать себе в этом. Посмотрим, получится ли у меня такой тон. — Ах да. — Если подумать, ты ведь также ненавидишь Владыку Демонов по имени Данталион, верно? Лицо вампира было пропитано его тяжёлым дыханием. — Да как… Нет, что вы говорите, Ваше Высочество? Я предвидел такой ход развития событий. Его ловушкой была пасть, выпившая ужасающее количество чужой крови за огромное время. Он выдыхал аромат, который поглощал всё это время. Я не мог видеть выражение его лица, потому что стоял позади его стула. Пока нет. Я еще не могу насладиться финальным выражением лица этого вампира. У страха было такое же очарование, как и у красного вина. Я должен терпеливо подождать, пока аромат не раскроется полностью. — И правда. У Ситри есть природное очарование. Так она тебя и убедила. — … Нет, что вы. Э-хе-хе. Это так, пустяк. — Да ладно вам, глава. Ведете себя так, несмотря на наше сотрудничество? Хмм? Раз уж на то пошло, это то, что кроме вас никто и не сделает, глава. У вас ведь есть, по крайней мере, один метод срочной связи со стариком Марбасом, верно? Да? — … — Ты торговец, прикреплённый к Его Высочеству Марбасу. И раз это так, если произошло что-то, о чём нужно срочно доложить Его Высочеству Марбасу, эта обязанность естественным образом ложится на вас. Как, если бы произошла чистка. Как, если бы группа Владык Демонов погибла, словно свора нищих. Так как это было бедствием такой же степени отчаяния. — … Проинформировать его о таких вещах, Глава. — … Разве это не ваш священный долг? Нельзя было сказать, что эти слова не являются правдой. Именно поэтому Ивар Лодбрук так и поступил. Если война продолжится, будет большой доход. Только и всего. Он выполнил свой долг исключительный как торговец Марбаса. Только и всего. Он смог укрепить свои взаимоотношения с Владыкой Демонов Ситри. Только и всего. Цена мыслей «только и всего». Кого-то может убить стрела, как ни в чём не бывало выпущенная кем-то еще, и тот, кто думает, что он всего-лишь случайно пустил стрелу и только, должен понести наказание и заплатить за это. Так и есть. Наказание и расплата. Я всегда нападал на зверей, пытавшихся небрежно укусить меня за шею. Это не изменится, даже если этот зверь — Владыка Демонов 9-го ранга. Даже если этот зверь — Владыка Демонов 5-го ранга, это всё равно не изменится. Это ни капли не изменится, даже если этот зверь — вампир, управляющий самым крупным торговым домом на демоническом континенте. Я произнес имя зверя, бесстрашно пришедшего сегодня ко мне. — Ивар Лодбрук. И наконец опустил указательные пальцы на его плечи. Только лишь пятью своими пальцами. Я разделил свою силу на пять частей. И надавил на громоздкие фрукты, скрывающие под собой плечи вампира. То, что отозвалось биением под моими пальцами, было, скорее всего, его венами, а то, что хрустело под давлением моих рук, было, скорее всего, костями. То, что я так сильно сжал внутри него и вынул наружу, было его старческой жадностью, с которой он жил и за которую держался до сих пор. Держа в своих пяти сетях его вены, кости и старческую жадность, я заговорил. — Ты осознаешь, что наделал? Знай себя. После этого старого высказывания, я прошептал ему на ухо: «Ты грязный предатель, отправивший целый Альянс Полумесяца в бездонную пропасть». — … Я нежно схватил его подбородок. Он сопротивлялся, горбясь с силой, идущей вразрез его немощному виду. Он горбился, но при этом дрожал. Я с силой поднял голову вампира. Взгляд, словно он смотрел на Дьявола. Ах. Я удовлетворённо улыбнулся. Затем отпустил его подбородок. Это как откусить кусочек аппетитного десерта и сразу же его выплюнуть. — Хаа… Кха-кха… Хаа… Он что, все это время сдерживал дыхание? Как только я отпустил его, он стал тяжело дышать Я мягко коснулся его плеча. — Ты лишишься своей шеи, глава. Разве шея не важна? Теперь тебе придётся хорошенько присматривать за своей.

Освобождение (часть 7)

Тишина. Я мог слышать тихое дыхание спящей Фарнезе и ведьм в углу палатки. В тот момент оно было единственным знаком того, что в этой палатке есть жизнь. Сверчки снаружи тоже перестали петь, так что вокруг нас была тишина. — … Доказательства, — пробурчал Ивар Лодбрук после длительной паузы. — Доказательств нет. Я не в настолько слабой позиции, чтобы быть наказанным без доказательств. Я засмеялся. Просто детский лепет. — Не перестаёшь удивлять, глава. Особенно удивительны твои слова в нынешней ситуации. Разве головы семи Владык Демонов не отправились вместе в путешествие в царство Аида всего полсуток назад? Её Превосходительство Барбатос и Её Высочество Пеймон даже денег с них за это не взяли. Как ни посмотри, похоже, что наш достопочтенный глава… — я коснулся его головы. — Похоже, что ты уверен, что одна твоя голова тяжелее, чем семь голов Владык Демонов, да? Весы, которыми ты руководствуешься в своих подсчётах, пожалуй, неординарные. Разве твои клиенты не говорили тебе взвешивать всё правильно? — … — Да, доказательств нет. Но почему это должно что-то решать? Это что, какой-то формальный суд? Думаешь, двое командиров корпусов станут проводить судебный процесс для тебя как-то по-особенному? Мы ведём чистку, а не судебные разбирательства. И вообще, чистка оттого и зовётся чисткой, что позволяет уничтожать что-либо лишь из-за твоих убеждений. О, — я немного улыбнулся. — Конечно, отговорки про отсутствие доказательств долго не протянут. Если мы просто спросим Его Превосходительство Марбаса, от кого он узнал информацию о чистке, доказательство тут же будет добыто. Ивар Лодбрук. Вампир, построивший башню из окровавленных золотых монет. Положение у тебя теперь крайне плачевное. — … Я не отправлял никакого письма Его Высочеству Марбасу. Вы можете и сами в этом убедиться, Ваше Высочество. Его Высочество Марбас также скажет, что не знает. И кроме того. Вы говорите, что я имею тайное общение с Ее Высочеством Ситри… Но это лишь натянутое предположение. Вы только посмотрите. Это его отчаянные попытки удержаться за верёвку до самого конца? Но верёвка была не просто гнилью. Даже если мои предположения верны, как вампир и сказал Марбас и Ситри будут упорно отрицать обвинения. Не было ни доказательств, ни свидетелей. Хоть обезглавливание людей только из-за чьих-то убеждений и было тем, что называют чисткой, это было лишь чисткой и не более. Если же попытаться проглотить большую группу, такую как торговый дом Киункуска, можно сломать себе челюсть. Поэтому я решил раскрыть рот пошире. — Хорошо. Я приму твоё оправдание. Кстати говоря, глава. Меня последние пару дней гложет любопытство по одному поводу. — … — Я слышал от шпиона, что речь, произнесённая моим ведущим генералом, была перенесена в небольшой буклет, который сейчас безудержно распространяется среди армии Крестоносцев. Рядовые солдаты передавали буклеты друг другу сами, так что само это происшествие не подозрительно. Я посмотрел на Лазурит. Она поняла мой взгляд и, достав из кипы документов буклет, передала его мне. Серая обложка. Книга несёт в себе мою речь и речь Фарнезе. Я взял буклет и стал похлопывать вампира по плечу. — Все произошло слишком быстро. — … — Прошло всего несколько дней. И за эти несколько дней речи перенесли на бумагу, оформили и распространили. Голодные солдаты не могут позволить себе роскошь тратить силы на такое, а бедным проституткам недостаёт денег. И если тот, кто за этим стоит, не вынужден постоянно передвигаться, проделать такое не так уж сложно, да? — А что, люди не могли собрать свои силы и сделать их? Даже обложки и страницы в плачевном состоянии… — Все равно. Всё было слишком быстро. Ивар Лодбрук замолк. Он решил не свидетельствовать против себя? Если бы я был его адвокатом, я бы настоятельно советовал ему такой ход в данной ситуации. — Я вынужден признать кое-что глава. Я слишком спешил в последнее время. Я невероятно сильно спешил для человека, обладающего крупицами информации. Однако собрав эту информацию воедино, я смог увидеть общую картину. — … — Если кто-то желает распространить книги так быстро, он должен иметь связи с крестоносцами. Большие связи. Такие, что не пропадут, даже если поймать какого-нибудь рядового или поставщика. Понимаешь, о чём я, глава? Если бы это произошло пару дней назад, даже я бы не смог понять, кто это был. Республика Батавия. Не просто страна, которая везде имеет пару своих шпионов, но целая страна, подконтрольная Владыке Демонов. Кроме того, она была не просто единственной республикой на людском континенте, её тайно основала на западе Владыка Демонов Пеймон. Слова речи были скопированы в армии этой страны, далее напечатаны, а потом распространены. И им не было необходимости распространять их по одному экземпляру. Все, что было нужно, это сложить стопку книг у какого-нибудь дальнего угла палатки. Похоже на то, как один труп нищего уходит другому, выброшенные буклеты будут передаваться от одного солдата другому. Разве это не вызывает естественное расположение? Главные из крестоносцев, скорее всего, будут изо всех сил пытаться найти источник распространения, но их попытки не обернутся успехом. Похоже на тех семерых Владык Демонов, предавших Альянс Полумесяца, армию крестоносцев дурит целая нация. Уголки моего рта немного поднялись. — Ты всё ещё не понял смысла моих слов? — … Да, Ваше Высочество. Я искренне не понимаю. — Я слышал, что ты являешься консультантом довольно большого количества Владык Демонов. Марбас, глава Нейтральной Фракции и Владыка Демонов 5-го ранга — один из них. Так же, как и Её Высочество Пеймон, которую я высоко ценю. Кроме того, ну надо же. Удивительно, но ты также руководишь крупнейшим торговым домом на демоническом континенте и проводишь сделки с каждой страной. Естественно, твой торговый дом достаточно велик, чтобы напечатать сколько угодно убогих книжек с жухлыми страницами. — … Звук дыхания Ивара Лодбрука постепенно сошёл на нет. Всё оказалось просто. Где-то в армии крестоносцев есть прочные связи, так что распространить буклеты не составит большого труда. Этой связью определённо была армия Республики Батавия. Монархом, основавшим эту республику, была Владыка Демонов Пеймон. К тому же, передо мной сейчас сидел особый консультант Пеймон. Разве не впечатляющее совпадение? — Как бы то ни было, глава. Разве не странное стечение обстоятельств? Как я и сказал ранее, я только что вернулся с совещания с Её Превосходительством Барбатос и Её Высочеством Пеймон, и когда я спросил её, причастна ли она к этому, она ответила, что нет. Вампир дрожал. Его тень дрожала ещё сильнее. — Глава. О, дорогой мой глава. Разве не странно? Разве не необычно и оригинально? Место, откуда были распространены подстрекательные буклеты, было раскрыто, так же, как и место, где они были напечатаны, но — какая жалость. Как же так? Никак не получается найти того, кто приказал напечатать и распространить эти буклеты. — … — Глава. Я рациональный человек. Даже я столкнусь с ситуацией, в которой нет рационального смысла, я достаточно рассудителен, чтобы получить рациональный ответ. Глава Лодбрук, может, ты знаешь, какое рациональное объяснение должно быть в данной ситуации? — … — Да уж, похоже, ты не знаешь. И это глава великого торгового дома Киункуска? Как насчёт тебя, Лазурит? Какой бы ты сделала вывод на моем месте? Лазурит ответила кратко: — Скорее всего, кто-то посреди, кто перехватил управление, Ваше Высочество. — Да ну? Как это так? Как кто-то мог перехватить управление у главы Горной Фракции? Разве может кто-то быть настолько гнусным? Похоже, моя любовь может говорить довольно пугающие вещи. Я специально говорил, так, словно напуган. Дешёвая игра. Однако, если есть аудитория, то даже худая игра будет мало-мальски ценной. Лазурит подыграла моим ужимкам и поклонилась. — Прошу прощения. Я сказала нечто непозволительное. — Нет, всё в порядке. За что тут извиняться, если всё, что ты сделала, — это сделала вывод. В любом случае, это странно. Поскольку Её Высочество Пеймон совсем не глупа, разве она бы не заметила, что кто-то перехватывает власть? — Да. Её Высочество безошибочно поняла бы это. — И всё же, она не смогла. — В том и дело. — Что это значит? — Это значит, что преступник — кто-то, кому Её Высочество Пеймон всецело доверяет и поручает задания, — немедленно ответила Лазурит. — Скорее всего, это кто-то, с кем Её Высочеству комфортно, раз уж она верит, что этот человек не станет перехватывать власть и предавать её. Точно. Другими словами, близкий помощник Пеймон. Владыка Демонов 12-го ранга Ситри. — Ох… — я глубоко вздохнул. — Если такая персона существует, это действительно пугает. Разве это не значит, что есть кто-то, способный свободно обвести вокруг пальца и демонический, и людской континенты? Так беспардонно воспользоваться разведывательной сетью, построенной Ее Высочеством Пеймон, и оставить в дураках крестоносцев. Хоть настоящей целью этого человека и могло быть услужение Её Высочеству Пеймон, раз он действовал тайно и вызвал восстание, это колоссальная насмешка и значительный акт предательства. Чем это отличается от того, чтобы закрыть оба глаза её Высочества Пеймон и проворачивать аферы? Прискорбно. Я глубоко озабочен этим. — … — Но как бы то ни было, почему следы предательства не были обнаружены? Раз разведывательная сеть, которая была использована, принадлежит целиком и полностью Её Высочеству Пеймон, единственной причиной, по которой агенты разведки подчинялись приказам этого человека, было их убеждение, что приказы исходят от Её Высочества Пеймон. Если мы соберём агентов разведки и спросим их, тогда правда с лёгкостью раскроется. Что из себя представляет преступник, как его зовут, и с кем он ведёт тайные разговоры, — все это всплывёт на поверхность. Я спросил ещё раз. — Ивар Лодбрук. Словно вонзить копье в зверя, уже истекающего кровью от стрелы. Однако я спросил его мягко и с нежностью. — Ты все ещё не можешь сделать предположение? — … Наконец. Глава торгового дома Киункуска потерял сознание.

Освобождение (часть 8)

Избранная любовница Короля, полукровка Лазурит 11.04.1506 г. по Имперскому календарю Поллис, Равнины Бруно, Армия Альянса Полумесяца

… Что ж, вот и конец. Так я думала, смотря на тихо упавшего главу. С главнокомандующим торгового дома Киункуска было покончено. Он, может, и продолжит жить, но эта жизнь будет представлять из себя не больше, чем рабское служение Его Высочеству Данталиону. Лорд Данталион фыркнул. — Если я расскажу Её Высочеству Пеймон о своём блистательном умозаключении, скорее всего, произойдет что-то действительно интересное. — … Плечи главы дрожали в тишине. — Однажды ты уже покинул Её Высочество Пеймон в зале заседаний Нифльхейма. Хотя тогда проблема разрешилась, так как Её Высочество также была виновна, но как ты собираешься пережить текущую ситуацию? Ивар Лодбрук, ударишь ли ты себя ножом и покончишь со своей жизнь, как тот гоблин Торукель? — … Ваше Высочество. — А знаешь, мне стоит обращаться к тебе не как к мужчине, а как к девочке. За этой личиной старика прячется милая маленькая девочка. Да уж. Вы с Ситри стоите друг друга, как говорится, рыбак рыбака… Глава Лодбрук упал. Упал со своего стула, свалился на пол и его тело, наконец, низвергнулось. Всем своим телом вампир, совершенно отчаявшись, просил прощения. — Я никогда не делал ничего, что бы могло принести проблемы демоническому континенту… Её Высочество Ситри была ближайшим помощником Её Высочества Пеймон уже очень долгое время. Откуда, откуда же мне было знать, что этот приказ был ненастоящим? Еще со дня, когда Торукель покончил с собой, я в таком состоянии, что просто не способен препятствовать приказу Её Высочества Пеймон… — Впечатляющая отговорка, — лорд Данталион ухмыльнулся. — Давайте узнаем, покажется ли Её Высочеству Пеймон эта отговорка такой же впечатляющей, как и мне. — Ваше Высочество… Я… я умоляю вас… Хоть торговый дом Киункуска всего лишь группа жалких торговцев, это место, помогающее потокам демонического континента соединяться в жизненно важные связи. Пожалуйста, примите во внимание половину тысячелетия нашей службы и пощадите нас… Лорд Данталион улыбнулся ещё более мягко. — За эти пятьсот лет ты накопил столько золота, что если мы его заберем, экспедиционные затраты никогда не будут для нас проблемой. — Ваше Высочество, о, величайший… В конце концов, глава заплакал. Рыдая и скуля, глава начал целовать обувь Его Высочества. — Я буду исполнять все приказы Вашего Высочества. Прошу, пожалуйста, даруйте вашему покорному слуге королевское милосердие… Ночь. Я молча посмотрела на дрожащий свет свечи. Пламя продолжало гореть, не обращая внимания на то, что они сжигало собственный фитиль. На полу, на который падали капли горячего воска, лежал пожилой вампир. Поражение позорно и оскверняюще. Так было всегда. Если кто-то собирается вступить в игру в борьбе за власть, он должен знать, где нужно остановиться. Игроки, с закатом и восходом солнца наблюдающие за игрой за власть. Ставка — честь. Ставка — богатство. Игроки, поставившие на кон свою честь и богатство, в конце концов поставят на кон свою собственную жизнь, и не только ту, что они жили до этого, но и ту, что ожидает их впереди. Однажды. Однажды. И потом, однажды, приходит осознание того, что больше дней, которые можно было бы поставить, не осталось. До тех пор, пока не пришел этот день, глава Ивар Лодбрук должен посвящать остаток своей жизни Его Высочеству Данталиону. Теперь это бремя навсегда на его плечах. Его Высочество Данталион похлопал по голове павшего ниц вампира. — Отныне и впредь, — он начал рассказывать о новой жизни вампира. — Ты должен убивать тех, кого я прикажу тебе убить. Даже если я скажу тебе выкинуть тело, которым ты сейчас пользуешься, ты будешь обязан сделать это без колебаний. — … — Если я скажу оставить кого-то в живых, оставь. Ситри послала тебя следить за мной, а я пошлю тебя за тем же. Ты будешь следить за Ситри и докладывать мне. Стань двойным шпионом и подчиняйся моим приказам. — Советую тебе даже не думать о том, чтобы предать меня. Если я встречу преждевременную смерть, Её Превосходительство Барбатос и Её Высочество Пеймон получат весьма интересные завещания. Я был достаточно предусмотрительным чтобы даже ты, глава, смог наслаждаться вместе со всеми. Со временем ты это поймешь, несмотря на мой вид, я весьма предусмотрительный человек. — У меня нет вопросов, Ваше Высочество… — Сегодня Альянс Полумесяца отступит. Беззвучно. Капля воска стекла по свече. — Это уже решено, — сказал Его Высочество Данталион, широко улыбаясь. Свет образовал на королевском лице Его Величества желтую маску и задрожал. — Ты так быстро отправил письмо Его Превосходительству Марбасу, что наш распорядок пошел наперекосяк. — … — При таком темпе нам придется столкнуться с главными силами крестоносцев спереди и войском, направленным Нейтральной Фракцией позади, но у нас есть для этого время. — И как же мы договоримся с Нейтральной Фракцией?.. — Разве нам нужно примиряться с Нейтральной Фракцией умышленно быстро? — Простите? — Позволим крестоносцам догнать нас, а Марбасу попытаться в ярости помешать нашему отступлению. — ?.. Я тоже в недоумении посмотрела на Его Высочество. Что он имел в виду, когда сказал, что нам не нужно примиряться с Нейтральной Фракцией? Его Высочество двусмысленно улыбнулся и повернулся ко мне. — Лазурит. Попробуешь ответить? — Да, Выше Высочество. — Попытайся думать с другой точки зрения. Наше положение кажется нам экстренным, так как мы не видим ничего дальше своего носа. А теперь подумай с точки зрения наших врагов. Кто из них в большей спешке? — … Ясно. — Для Марбаса в его отсутствие произошла чистка в главных силах. Это достаточный повод для спешки? Элизабет, с другой стороны, не знает о причинах чистки. Является ли это стимулом для еще большей спешки? Я чувствовала, как прищуриваюсь. — И наши, и их войска активизировались, но скорость у нас разная. Их войска сейчас, по всей видимости, быстрее, чем наши. — Всё верно, Лазурит. И какой же правильный выход из подобной ситуации? Я на момент задумалась, прежде чем ответить. — Умиротворение Нейтральной Фракции, безусловно, важно. Однако важно не настолько, как сбить с толку наших врагов. Убеждение может подождать. В сложившейся ситуации мы должны бросить все силы на то, чтобы ввергнуть ситуацию в хаос. Вот оно. Вот ответ, к которому я пришла. За исключением наших собственных сил, мы должны развязать битву на скорость, чтобы не позволить любой из сторон отдышаться и прийти в чувство. Таким образом мы только сильнее всех запутаем. Отступив спустя менее, чем сутки с момента начала чистки, и пройдя через Чёрные Горы уже через несколько дней после решения об отступлении, мы продвинемся вперёд и покончим со всеми Владыками Демонов, предавшими нас. Беспрецедентная битва на скорость. К этому и только этому сейчас должен стремиться Альянс Полумесяца. Лорд Данталион правильно подчеркнул самое важное. И Принцесса Империи, и Марбас из Нейтральной Фракции начали действовать быстрее, чем мы ожидали, но какое это имеет значение? В текущем положении нам нет необходимости паниковать. Фактически, это их стороны в замешательстве, а не наши. Инициатива за нами. Они по праву будут испуганы нашей скрытой мощью, поскольку мы смогли провести чистку так быстро и ловко. И нам никак нельзя потерять эту инициативу. В войне инициативу защищает только битва на скорость. Принцесса Империи и Владыка Демонов Марбас — ветераны. Если мы позволим им урвать хоть миг времени, они воспользуются ситуацией и перехватят инициативу. Время. Это лишь схватка времени. Вероятно, из-за моего правильного ответа, Его Высочество славно улыбнулся, он был словно распустившийся ядовитый цветок. — Как и ожидалось от моей любви. Так и есть. Наши силы немедленно отступят. — По такому случаю, Принцесса Империи решила провести чистку в собственной армии, так что небольшая паника существует и в армии крестоносцев. Армия, которую ведёт имперская принцесса, станет сильнее. Однако эта сила придёт на следующий день. В нынешней ситуации мы должны разобраться с последствиями, но, на самом деле, это возможность для нас, — ответила я. — Отлично. Выдающийся ответ. Лазурит, и как же нам поступить, чтобы добавить им денёк и превратить их день в два? — спросил Лорд Данталион. — Перенести день, который тратим сейчас мы, на их плечи. Сейчас наши солдаты казнят рядовых солдат семи Владык Демонов, но это хлопотно. Убивать — трудоёмкое дело. Мы должны оставить рядовых солдат в военном лагере и покинуть это место. Свет свечи заколыхался. — Да! Для крестоносцев это будет, словно подвиги, поднесённые на блюдечке с голубой каёмочкой. Возможность получить головы врагов без необходимости проливать и каплю крови. Во время этой войны, исключая Империю Габсбург, крестоносцы сражались довольно жалко. Естественно, эти страны будут жаждать подвигов! Для них это будет, словно колодец для истощённого от жажды. Свет замерцал. — Да. Без сомнений. Они будут ослеплены. Хотя Принцесса Империи может и понять, что это ловушка, то не важно. Принцесса Империи потому и монополизировала всю славу, что использовала солдат других наций. Остальные командующие, несомненно, завидуют ей в этом. Вот и придёт время платить за эту зависть. Губы Его Высочества соприкоснулись с моими. — Враг разделится, — сказал он. Мой взгляд встретился с его. — Он станет слабее, — ответила я. Какое-то время наше дыхание перебивало друг друга. Губы впивались в губы, и прозвучал сдержанный стон. Озарённые лишь огнём свечи, мы какое-то время сдерживали собственное дыхание. На нас пялился дряхлый вампир, но это не имело значения. Если пару заботит взгляд раба при их поцелуе, как они будут спать вместе? Я и Его Высочество шептали друг другу так, словно совокуплялись одними голосами. — Наши силы будут продвигаться вперёд, так что дорога будет не из лёгких. — Придётся идти налегке, как только возможно. — И что же делать с провизией? Не знаю кто, но разве не будет тяжело, если кто-то не позаботится о провизии? — Да. Хоть я и не знаю, кто бы это мог быть. А потом. Без необходимости говорить о том, кто был первый. Его Высочество и я опустили взгляд на вампира, стоявшего на коленях. Мы смотрели на главу, имевшего важнейшую роль каждый раз, когда перекрывались линии поставки на демоническом континенте. Мы пристально смотрели на того, кто только что стал рабом Его Высочества. — … Вампир принял наши взгляды молча. Хоть он и видел связь одного из самых почитаемых личностей на демоническом континенте с той, кто занимает в обществе одно из самых низких положений, его лицо выражало подавленность. Скорее всего, все потому, что он осознает своё положение. Глава Лодбрук опустился ещё ниже и заговорил голосом проигравшего. — Приказывайте, Ваше Высочество. Я всё исполню. Поздняя ночь. Слушая дыхание теней, проносившихся в ночи, я подумала, что эта ночь будет долгой.

Освобождение (часть 9)

Король простолюдинов, Владыка Демонов 71-го ранга Данталиан 11.04.1506 г. по Имперскому календарю Поллис, Равнины Бруно, армия Альянса Полумесяца

Ведьма. Незаконнорожденное дитя. Изгнанница. Это все, кто у меня есть. Я — всё, что есть у них. И так как место, в котором каждый обладал только теми, кто вокруг него, было местом, сильным внутри, оно никоим образом не могло пасть. Словно пламя, горящее единой массой, сколько бы ты ни пытался его потушить, мы едины. В конце концов, всё, что нам было нужно, это небольшой ворох тростинок. И определенная доля темноты. Элизабет. Ситри. Марбас. Все они были препятствиями, с которыми трудно справиться. Сражаться с ними по одному было бы бесконечно долго. Поэтому мы сожжём их всех вместе. — Ты закончил с приготовлениями? Ночь уже заканчивалась, но рассвет еще не взял свои права. Я надел мундир и вышел из палатки. На огромной открытой площадке, где проводилась массовая казнь, стояла Барбатос и жевала яблоко. Но она была не одна. Там также были некоторые из Равнинной и Горной Фракций, кто избежал чистки… Предателей не было. Каждый здесь был верен или вспышке, известной как Барбатос, или пламени, известному как Пеймон. Они кричали на своих подчиненных и выстраивали их в строй. — Хватит галдеть, отродье! Приказано вам сделать что-то, так делайте! Что ещё за жалобы? Не заставляйте меня надирать вам задницы… — Вы голодны? Отлично. Если кто-то закончит свои приготовления медленнее, чем Горная Фракция, я лично обезглавлю того наглеца и проведу родовой обряд, так что если хотите поесть еду с поминальной службы, продолжайте ныть… Солдатам нужно было закончить все до рассвета, так что их движения были вялыми. Однако я видел, что постепенно они оживляются. Всё проходило как нужно. — Ваше Превосходительство. Мое звено закончило приготовления, — сказал я. — Хорошо, — ухмыльнулась Барбатос. — Наш господин Данталиан, чьи основательные планы и величественные хитросплетения могут заставить содрогаться и небеса, и землю, я признаю твою раздражительность и в какой-то мере отдаю дань твоей светлой голове. Однако военные дела — это не то, с чем можно легко управиться одной лишь головой. Теперь мы будем целую неделю рьяно маршировать. Сможешь ли ты, закостенелая деревяшка, поспевать за нами? Я пожал плечами. — Я уже переживал опыт подобного энергичного передвижения, когда спешил к вам на помощь, Ваше Высочество, но ничем особенным это не обернулось. — Видите? Пиздец как раздражает, — прыснула от смеха Барбатос. Пеймон рядом с ней прикрывала рот веером. У одной из них были серебристые волосы, у другой — алые, словно кровь, так что даже в темноте ночи их легко можно было различить. В этот момент где-то рядом вскрикнул ворон и взмыл в ночное небо. Его крылья захлопали в небе высоко над факелами военного лагеря. Я вздохнул и заговорил с Барбатос. — Ваше Превосходительство. — Хм? — Прошу, убейте этого ворона. Барбатос откусила от своего яблока. — Зачем? — Это существо было послано шпионом.Щёлк. Еще до того, как я закончил предложение, Барбатос щёлкнула пальцами. Звук молниеносно прошел сквозь воздух, достигнув ворона. Пролилась кровь, и тушка упала. Барбатос отдала приказ своей королевской страже. — Найдите его и принесите сюда. Солдаты принесли тушку примерно в то время, когда Барбатос закончила есть яблоко и выбросила огрызок. Вокруг лапки не было привязано ровным счетом ничего. Барбатос взглянула на меня. — И? Тут ничего. Я достал кинжал и распорол птице брюхо. Двумя пальцами я достал содержимое и показал его командующим. Это была записка, сложенная много раз. — Хаа… — Надо же. Барбатос и Пеймон наклонились, чтобы прочесть содержимое записки. Она была небольшой и содержала лишь одну строчку. Почерк был корявым, так что было понятно, что писавший был в отчаянии.11.04. Полночь. Альянс Полумесяца готовится к отступлению. Барбатос ухмыльнулась. — О предателях позаботились, теперь шпионы. Состояние армии этого человека, должно быть, просто прекрасное. Я даже не знаю, на что надеюсь, вступая в войну с такими личностями. — Монарх — это океан, Барбатос. Ты должна без разбора принимать даже мутные потоки людей. — Прямо как твоя промежность? — Это что, единственные слова, которые прочно поселились в твоей голове? Даже в то время, как Барбатос и Пеймон переругивались, солдаты постепенно выстраивались в ряды. В воздухе звучали шаги и лязгание металла. Знамени представляли каждого из Владык Демонов в порядке их рангов. Ситри 12-го ранга, Белет 13-го ранга, Зепар 16-го ранга… Пеймон заговорила. — Я поверить не могу, что когда-то имела с тобой связь. И подумать только, даже находила тебя в какой-то мере очаровательной… — Какое совпадение. Я могу сказать о том же. Пара слуг принесли Барбатос бутылку вина и пару бокалов. Барбатос наполнила бокал и передала его Пеймон. Пеймон опустила свой веер и вздохнула. Она взяла бокал и слегка наклонилась. Затем переплела руки с Барбатос и пригубила бокал. Двое Владык Демонов, однажды давших клятву быть заклятыми врагами всю свою жизнь, теперь испивали вместе вино, обозначив тем самым их новый кровавый альянс. Интересно, они ждали этого обещания? Группа знаменосцев, стоящих позади Пеймон, подняли свои знамена. Вечность. Нескончаемость. Слава. Пусть на веки вечные нас будет ждать нескончаемая слава. Подходя верховному правителю, пообещавшему вечный покой для демонического континента, это всё же было высокомерным заветом. Как только Барбатос и Пеймон подняли свои замена, словно сигнальные огни в горах следуют друг за другом, остальные Владыки Демонов, согласно их рангам, подняли свои знамена. Наша преданность — для неё… Моя ярость куда больше твоего страха… Ты должен спросить о враге… Все разом, солдаты бросили на землю свои факелы и затушили их. Мир накрыла тьма. Всё еще стояла глубокая ночь и, как только факелы, освещавшие тёмную ночь, были потушены, наступила тишина. Как только потухло пламя факелов, бравады, красовавшиеся на знаменах, погрузились во тьму. Теперь были видны лишь их очертания. А затем, после дюжины знамен. Так как моё знамя было сигнальным, оно потухло последним. Стояла глубокая ночь. Из-за непроглядной тьмы я не мог видеть того, что написано на моем знамени. Однако какое это имеет значение? В течение этой войны я постоянно встречался с тем, что не мог увидеть. Пока эта война принадлежит мне, этот мир также принадлежит мне, и это знамя будет командовать той или иной стороной Чёрных Гор лишь как моё знамя. Я способен познать многое, не видя этого, в той же мере я знал слова, закреплённые на моём знамени, хотя не видел их. Власть за кровь. Кровь за власть. Словно огонь, горящий едиными пламенем, даже будучи разделённым на несколько частей. Даже пока Барбатос и Пеймон спорили друг с другом, экспедиция Альянса Полумесяца продолжалась. Теперь, когда они скрестили руки, об этом не нужно было и говорить. Мы были сильны. И будем полыхать еще сильнее. Барбатос сделала глоток вина и заговорила. — Однажды кто-то из нас, возможно, умрёт. — Мы все рано или поздно умрём. Это неоспоримый факт, — сказала Пеймон. — А ты знала? То, как мы с тобой умрём, уже определено в общих чертах. Если умрёшь ты, то это будет от моих рук, а если умру я, — то от твоих. У нас с тобой отношения, которые определили нашу смерть. — И что? Это похоже на то, что ты сказала мне 500 лет назад, когда призналась мне. — Не, мне просто было интересно. Как я сказала, если мы умрём, то только от рук друг друга, и как сказала ты, мы умрём рано или поздно. Если так, подумай об этом. Если в живых останусь я, значит, я умру от чужих рук. Кто же это будет? — Барбатос улыбнулась. — Если не ты, мне и правда интересно, кто оборвёт мою жизнь. Я не могу себе представить смерть не от твоих рук. То, что это нельзя представить и нельзя предугадать… Разве это не самая большая проблема для таких, как мы? Эй. Пеймон. Можешь себе представить? Пеймон засияла. — Завязывай нести чепуху и просто пей. — Аа, сука. Мы не понимаем друг друга. Медленно. Обе Владыки Демонов опустошили свои бокалы. Обе Владыки Демонов одновременно бросили на землю свои бокалы и разбили их. Стекло разбилось на миллионы осколков и рассыпалось. Живо. Бесповоротно. Вино, изображающее кровь, пройдет в их соответствующие молитвы и задержится. Бокалы разбились и их не восстановить, клятва была вечной. — Что ж, пофиг. А теперь… Барбатос достала кусок пергамента. Это было письмо, отправленное Марбасом. Как только она крепко взяла его в одну руку, прошло колебание молниеносной яркой вспышкой превратившее пергамент в пепел. Да. Мы просто проигнорируем это письмо. Будь то Элизабет, нагнавшая нас, или Марбас, перекрывший нам путь, пусть делают, что хотят.Мы проигнорируем их и вернемся глубоко в Чёрные Горы. Гонитесь за нами и пытайтесь перехватить сколько вам угодно. Владыка Демонов Барбатос, девушка, всегда жившая как ожесточенное пламя, ухмыльнулась. — Ну что, пора домой, псины? А теперь. Станцуем же.

Освобождение (часть 10)

Убийца кровных родственников, Принцесса Империи Элизабет вон Хабсбург 11.04.1506 г. по Имперскому календарю Поллис, Равнины Бруно, Армия Крестоносцев

Наш военный лагерь ночью совсем пришёл в беспорядок, и мы убили 22 шлюхи. Семерых мелких управляющих заставили выпотрошить самих себя, и 247 солдат были сожжены заживо. Когда мы поймали двоих сбежавших рядовых солдат и расчленили их, беспорядок в армии сошёл на нет. К рассвету опустился поздний весенний туман. — … Было тихо. Было слишком тихо. Чистка в армии Альянса Полумесяца началась вчера вечером, и за два дня вороны уже должны были прилететь сюда и доставить сведения о последствиях. Однако звуки издавали лишь дикие птицы. С другой стороны Равнин Бруно не прилетело ни одного ворона. На открытой местности, где были развешены головы шлюх и сожжены тела солдат, хором пели священники. — Простите их. Простите их. О, Верховная Богиня, обитающая в синеве небес, пожалуйста, не отвергай этих детей, погрязших во грехе, даже если они будут противиться. Мы разберём их страшные грехи и посвятим свои жизни тому, чтобы позволить их душам уйти в иной мир. Сторожи небеса с милосердием и великодушием. Пожалуйста, прости их. Пожалуйста, прости их. Пожалуйста, прими души на небеса с небесным милосердием… И вдруг тишина стала ужасающей. Когда со всех сторон от тебя тихо, и ты не можешь ни за что ухватиться, люди или пользуются этим преимуществом, или относятся к этому с неприятием. Я предпочитаю последнее. Я дала распоряжения своим командующим. — Отправьте нашу разведку. Как можно ближе. Туман сегодня плотный, так что шпионить будет трудно. Подберитесь близко, но пригнувшись к земле, а не верхом на конях. — Объект разведки? — Что угодно. Прошло время, за которое можно было успеть поесть, и разведчики вернулись. — Мы ничего не смогли увидеть, Ваше Высочество. То и дело были слышны крики да визги, но не больше того. Хоть из-за тумана мы не могли увидеть всё как следует, но, похоже, лагерь и деревянный забор врага целы. — Как близко вы подошли? Мы подползли до границы дальности стрельбы вражеских арбалетов. — Идите дальше. Идите дальше, а потом доложите мне. Чувство тревоги в моём сердце усилилось. Разведчики вернулись, потратив в два раза больше времени, чем в прошлый раз. — Ваше Высочество. Мы ничего не смогли увидеть. В их дозорных башнях нет стражей. В каждой из этих башен горят факелы, но за ними никто не следит. Туман и правда плотный, но мы всмотрелись в щели в заборе и смогли увидеть примерные границы их лагеря. И там не было никого. — Даже патрульных? — Да. — Но крики вы всё равно слышали? — Да. — Идите дальше. Перелезьте через забор и разведайте даже военный лагерь. Если покажется, что препятствий нет, идите ещё дальше и осмотритесь. Разрешаю ехать верхом. Оставляю всё на вас, так что действуйте по ходу ситуации. Зловещее чувство наполняло моё сердце, пока оно не стало чёрным. К этой черноте мягко примешивался смех Владыки Демонов Данталиона. Неужели он… Неужели они… Прошло много времени, и примерно в то время, как зола вспыхнула и уже собиралась поглотить моё сердце в огне, вернулись разведчики. — Ваше Высочество. В центре вражеского военного лагеря сложены трупы и рядовые солдаты, последних было несколько тысяч, все они были или перевязаны, или скованы. Они были свалены в яму, оттого и кричали. И это не пленники из наших, они принадлежат к роду демонов. Мы обошли несколько казарм, но никого не обнаружили. Только несколько пугал возвышаются над заборами, да горят факелы. И башня из черепов, наполненная доверху. А больше ничего и не было. — Совсем ничего? — Да. Командующие растерянно смотрели друг на друга. Зловещее чувство распространилось от моего сердца к устам командующих. Они внимательно посмотрели на меня. — Ваше Высочество. Нам нельзя терять бдительность. Возможно, враг использует коварную тактику, чтобы заманить нас… — Нет, — я покачала головой. — Они сбежали. — … — Проинформируйте остальные войска о том, что враг отступил. Мы должны сообщить им как можно скорее. Передайте им, что Принцесса Империи Габсбурга желает провести с ними совещание. Кучка священников всё ещё проводили свою похоронную службу в военном лагере. Звеня в колокольчики, они исполняли свой гимн, скрытые в тумане, через которые едва можно было что-то разглядеть. Для священников смерть людей была неотложной ситуацией и, похоже, им нужно было сообщить миру об этом с помощью своего гимна и звона. — Прости их, пожалуйста, прости их. Даже если эти дети не осознают тяжесть их грехов, пожалуйста, не отвергай их. Мы похороним их, так что Верховная Богиня, если останется душа, чьи похороны нельзя устроить, пожалуйста, выхоли ее на небесах. Пожалуйста, ниспошли на нас свою благодать. Прости их, пожалуйста, прости их.11.04.1506 г. по Имперскому календарю. Армия Альянса Полумесяца отсутпает.

Ад (часть 1)

— Послушайте, Ваша Светлость. Всё произошло поздно ночью. Мы шли по лесной тропе. Фарнезе, шедшая во главе войска, подъехала ко мне на своём боевом коне. Спешившись, она протянула мне что-то. Было темно, я едва мог видеть. Вещь в её руках показалась мне то ли мусором, то ли грязью. Всмотревшись, я понял, что это котёнок. — Его жизни нанесён ущерб. Если говорить точнее, умирающий котёнок. Одна его половина ещё сохраняла прежний вид, другая же уже отмерла, и он минута за минутой погружался в пучины реки Стикс. Что же за чудище могло добраться до этого несчастного животного? Несмотря на темноту ночи, внутренние органы бедолаги, вываливающиеся из его открытых ран, представляли собой зрелище явно не для детей. Кстати, о зрелище не для детей. В этом мире такой вещи, как видео для взрослых — современного удобства, также известного как порно, само собой, не существовало. Согласно социологической классификации, общество, в котором порно ещё не изобретено, в лучшем случае находится на грани того, чтобы называться примитивным. Несмотря на мой вид, я также являюсь одним из Владык Демонов — представителей демонического рода, и меня удручает такое положение дел. Великому мне пала доля просветить этих варваров как можно скорее. Я немедленно приступил к действиям. Среди прочих магических инструментов был один, позволяющий записать вид, который перед ним открывается. Дорогостоящее изделие, также известное как Артефакт Памяти, уже несколько раз попортил мне жизнь, записав то, что не нужно было. Я воспользовался им. Цена, конечно, кусалась, но какая разница? Я был уверен, меня поддерживали миллиарды развратников из прошлого, настоящего и будущего. Поэтому я и записывал, что мог. Несколько раз, когда я спал с Барбатос или Лазурит. Тайно, не договариваясь с ними об этом заранее. А затем. — Что это, Ваше Высочество? Самое первое в мире видео для взрослых было обнаружено всего спустя две недели после его завершения. — Успокойся, Лазурит. Соберись и выслушай моё объяснение. Даже ты в итоге будешь восхвалять это изобретение. — Интересно, — кивнула она. К счастью, никаких признаков того, что она расстроилась, я не заметил. Чего и следовало ожидать от моей возлюбленной, чей характер известен своей холодностью. Во мне проснулась надежда. Лазурит уж точно оценит политическую ценность этой штуки. — Однако, прежде чем я услышу объяснение Вашего Высочества, мне хочется кое о чём поговорить с вами. По поводу очень важной темы, Выше Высочество. — Без проблем. Спрашивай о чем угодно. Будь то воздействие, которое окажет это открытие на мир отныне и впредь или то, как оно повлияет на континент… — Дайте мне хоть одну причину, по которой я не должна убить Ваше Высочество прямо сейчас. Она была невероятно рассержена. Я отбросил всякую честь и прочее и пал ниц. Все это было моим преступлением. В частности, хуже всего было то, что я не получил её согласия. Артефакт был уничтожен на месте безо всяких споров. В конце концов, я навсегда потерял возможность оставить своё имя в качестве первооткрывателя видео для взрослых на страницах книг об истории человечества… — Ваша Светлость, — Фарнезе прервала меня от размышлений. — Почему вы внезапно уставились в никуда так, словно потеряли всякую веру в этот мир? В облаках витали? Поторопитесь и исцелите его. Исцелить? Дыханье кота уже было на исходе. По крайней мере, секунд тридцать у него ещё есть. Но больше тр ёх минут он не продержится. К тому же, я совсем недавно послал ведьм на разведывательную миссию. Даже если я отзову их, чтобы исцелить этого котёнка, времени на это попросту не хватит. Каждый мог бы понять это, взглянув на бедолагу, и Фарнезе не была исключением. И несмотря на это. — Эта юная леди желает сохранить эту жизнь, — сказала она, глядя мне в лицо. Когда мы вступили в Альянс Полумесяца и проводили церемонию открытия для новобранцев, никто иной, как ты вырезала свору собак, которых ты вырастила и коими так дорожила, так почему же твоё сердце тронула смерть котёнка, с которым ты никак не связана?.. Я не озвучил этот вопрос. Во время войны ты раз за разом отнимаешь чьи-то жизни. Число рядовых солдат, павших от твоих рук, уже перевалило за десятки тысяч, так что несут за собой твоё олицетворение жизни в этом котёнке и просьба сохранить его?.. Об этом я тоже её не спросил. Даже сейчас его раны заставляют его чахнуть и страдать, так что для него же было бы лучше, если бы ты избавила его от мучений своими собственными руками. О чём ты думаешь, держа эту угасающую жизнь в своих руках, запечатлевая её в своей памяти и хороня в душе?.. И этого совета я ей тоже не дал. Я ждал. — Ваша Светлость? — Фарнезе склонила голову набок. — Ваша Светлость. Фарнезе выразительно посмотрела на котёнка в своих руках, а затем на моё лицо. Она повторяла эти действия снова и снова, пока, наконец, не прошла целая минута. Голова у котёнка была маленькая. Вскоре его слабое дыханье остановилось. С ним остановился и замер и взгляд Фарнезе. — … Я медленно спешился. Так как я не дал солдатам отдельные военные поручения, а поход проходил через место, где мы находились, они, разделившись, обходили нас. С их подошв сыпалась земля. Я встал на колени у ног Фарнезе. Выпрямился. И поклонился до самой земли. — Прости. — … — Разведывательная миссия не терпела отлагательств. Я временно отправил на неё всех ведьм. Таково было моё решение. Я не предугадал, что может произойти нечто подобное. Солдаты шли мимо и ускорялись. Я чувствовал это благодаря трепету земли подо мной, сотрясаемой маршем. Хотя шаги время от времени колебались и пытались остановиться около меня, у них не оставалось выбора, кроме как шагать дальше, из-за товарищей, шагающих позади них. Время от времени вместо шагов был слышен также и тихий шёпот. Я не стал их трогать и позволил им пройти дальше. — Почему? — после долгой паузы я услышал голос Фарнезе. — Почему вы извиняетесь, Ваша Светлость? — Из-за моего решения ты не смогла спасти жизнь. — Это совпадение. Разве есть ответственность там, где нет намерений? Как может быть произнесено извинение там, где нет ответственности? Отправка ведьм на разведывательную миссию это обычное дело в каждодневной военной рутине. А вот спасение жизни маленького существа к военным делам никакого отношения не имеет. Как генерал Вашей Светлости, эта юная леди заведует соответствующими военными делами. Разве не было бы правильно вам сделать этой юной леди выговор по причине её неверности своим военным обязанностям? — Я бы так и поступил, попроси ты меня как генерал. Однако ты пришла ко мне исключительно как дитя с надеждой. — … — В настоящее время ведьмам нельзя слишком часто использовать своих фамильяров. Так я недавно им приказал. И, так как они не могут использовать их для разведки, им приходится самим вылетать в ночное небо. Прости. — Почему Ваша Светлость просит прощения? — Потому что я твой господин. — А не потому ли, что Ваша Светлость считает эту юную леди своей дочерью? — И потому, что я удочерил тебя, тоже. — Эта юная леди понимает. Фарнезе положила что-то рядом с моей головой. Это было бездыханное тело котёнка. Внутренние органы, которым он, будучи живым, не мог дать выпасть полностью, теперь, когда он был мёртв, наконец, были выпущены наружу. Теперь, когда разница межу тем, что внутри и тем, что снаружи пропала, он вернётся в землю. — Эта юная леди желает простить Вашу Светлость. Фарнезе села прямо с моей головой в её руках. Распрямив колени и встав, она также подняла и меня, а затем погладила по щеке. — Так что эта юная леди прощает вас. Отец. — … Я был прощён. Я взглянул на оборвавшуюся жизнь и заговорил. — Дитя, ты не собираешься похоронить его? — О чём вы говорите, Ваша Светлость? Скажете тоже, — Фарнезе указала пальцем на мёртвое тело и землю, на котором оно находилось. — Разве эта юная леди только что не похоронила его? Дитя живо улыбалось. Я на мгновение замолк, стоя перед Фарнезе, которая не знала, как нужно улыбаться. Осмотревшись, я увидел марширующих солдат. Подобно тому, как блуждающие огоньки стремятся к загробному миру, десятки тысяч солдат освещали ночное небо факелами в своих руках. Сияние факелов соединялось друг с другом и усиливало освещение. Тени, освещённые факелами, свободно распевали военные песни. Это было диким зрелищем. Множество гоблинов тихо посмеивалось, шатаясь тут и там. Когда оборотни впереди строя поднимали пасти и выли, их сородичи позади повторяли за ними, соединяя длинный военный поход завываниями. На обочинах дороги плясали и завывали тени. «Ночное Шествие Сотни Демонов,» — немедленно всплыло в моей голове.(Прим. пер.: википедия: Хякки яко) Фарнезе заговорила. — Похоже, демонам присущ ночной образ жизни, раз они не устают во время ночного шествия. — Даже если они привыкли вести ночной образ жизни, разве это делает поход менее сложным? Они, скорее всего, так счастливы, потому что возвращаются домой. Солдаты, находящиеся в экспедиции, всегда больше всего рады приказам отправляться на родину. — Конечно. Тогда, получается, что солдаты, у которых нет дома, менее счастливы? — Такие дела. Однако путь ещё далёк. Давай поторопимся. Мы оседлали коней и взялись за поводья. Если кто-то обернётся, он уже не сможет видеть очертания своего дома.

Ад (часть 2)

Убийца кровных родственников, Принцесса Империи, Элизабет фон Габсбург 11.04.1506 год по Имперскому календарю Поллис, Равнина Бруно, Армия Крестоносцев

Наша армия подходила к вражескому военному лагерю. Было тихо. Нигде не было видно воинов, что должны были появиться, чтобы противостоять нам, лишь мрачная атмосфера окружала территорию лагеря. — … — … Знать не привыкла к такой оголённости местности, так что, даже проехав на лошадях всю территорию лагеря, не могли выдавить и слова. Хоть это и была та самая вражеская база, которую они так хотели сравнять с землёй, теперь, когда они оказались здесь, крушить было почти нечего. Один из них указал на возвышавшуюся в центре лагеря башню из человеческих костей. — И что это такое? Как дико. — Это башня, которую собрала и возвела генерал вражеской армии, Фарнезе, — ответила я. Её знатью не считали, поскольку она была продана как раб и убила своего биологического отца. Возможно, её не считали даже человеком. — Если глаза мне не врут, там одни черепа. — С твоими глазами все в порядке. Эта башня построена из людских черепов. — … — Я слышал, что хобби вражеского генерала — обезглавливать людей и добавлять головы в её нескончаемую коллекцию, если они ей по душе. Мы подъехали ближе к башне. Туман ещё не рассеялся, и небо висело низко, так что башня упиралась вершиной прямо в него. Вельможи зашептались. Их голоса были наполнены страхом. — Разве вражеский генерал — не девчонка семнадцати или восемнадцати лет? — Семнадцатилетняя девушка с красивыми светлыми волосами. Выйди она в свет, она своим очарованием привлекла бы к себе особое внимание. Знать молчала. — Какие-то проблемы, вельможи? Тех, кто не мог молчать, вырвало у подножия башни из черепов. В месте, где вчера, должно быть, отдыхали Владыки Демонов, сегодня проводили срочное совещание ключевые фигуры крестоносцев. — Враг испарился. У них перед носом Альянс Полумесяца неожиданно отступил, а вельможи это установили. То, что они испарились. От такого дурного подбора выражений я медленно нахмурила брови. — Необычное вы, вельможи, использовали слово. Силы врага не исчезли моментально. Они отправились на другой конец Равнин Бруно. Так что правильно было бы назвать это отступлением, а не испарением. — Ваше Высочество, как ни называй, это все равно очень странное происшествие, не так ли? — Сэр, поскольку ваше дыхание до сих пор отдаёт рвотой, я попрошу вас сперва пойти и вымыть рот. Как закончите, вымойте ещё раз. Уж не знаю, всегда ли у вас было такое гадкое дыханье, но сейчас оно чрезвычайно противное. У меня голова от него кружится. — Прошу прощения?.. — Неужели вашей жене приходится чувствовать такой смрад каждое утро? Сейчас, когда вы на далёком поле брани, она, должно быть, на седьмом небе от счастья. Вас и правда можно назвать эталоном супруга на все времена, поскольку вы приносите счастье своей жене, даже находясь так далеко. Передайте своей жене моё почтение. — … Вскоре вельможа вернулся. Королевская семья Империи Габсбург ничем не отличается от кучи мусора, поскольку их основа — это инцест, к тому же, они изменами породили побочную ветвь, но есть одно преимущество быть принцессой, рождённой в этой семье, — то, что я могу свободно отчитывать аристократов. Не хочу хвастаться, но я член королевской семьи с глубокими познаниями в отчитывании знати. Когда мы закончили тщательное исследование вражеского лагеря, уже темнело. Солдаты факелами освещали окрестности зала совещаний. — … И что нам теперь делать? — спросил вельможа из Республики Батавия. — Я был послан своей страной сюда с приказом любой ценой защищать Равнины Бруно. Если демоны сдались и покинули равнины, тогда, пусть это и не моя заслуга, свой долг я исполнил исправно. — Со всем уважением, но ко мне, генерал-майору, это тоже относится, — подхватил молодой герцог из Империи Франция. — Королевский приказ, что дал мне Его Высочество, гласил о защите людей, живущих ниже равнин. Если враг отступил, значит, они ушли на другую сторону Чёрных Гор? Там нет людей, которых мне нужно защищать. Нет, было бы удручающе, если бы были… Молодой герцог пожал плечами и вздохнул. Остальные вельможи загоготали. Ха. Уголок моих губ пополз вверх. — Я что-то никак не возьму в толк, о чём вы толкуете. Вражеское войско спешно отступило посреди ночи. Каково было их число? Им ведь совсем чуть-чуть не хватало до сотни тысяч, да? Армия из сотни тысяч солдат поджала хвост и отступила, так как же они могли быть в хорошем состоянии? — … Тем не менее, Ваше Высочество, хоть они и не в лучшем состоянии, сотня тысяч солдат есть сотня тысяч солдат. Если из этой сотни тысяч они отправят тридцать тысяч отбивать атаку сзади, пробиться сквозь них будет трудоёмкой задачей. — Вы что, пытаетесь меня до смерти рассмешить? Если бы кто-то вас услышал, он бы подумал, что наши силы составляют двадцать тысяч солдат, а не сотню тысяч. Пусть тридцать, пусть двадцать тысяч они отправят прикрывать тыл, ну и что с того? Все, что мы должны сделать — это пронестись по их войску и разом разбить его. Я спрошу просто на всякий случай, но, вельможи… — … — Возможно ли, что вы боитесь? Тишина. Я осмотрелась. Вся знать отводила глаза. Это было странно, так что я перефразировала свои слова. — Я спросила вас всех. Неужели вы, вельможи, так боитесь вражеского генерала Фарнезе, что хотите избежать трудностей? — … Ага. Вельможи дрожали. Всего пара дней прошла с тех пор, как Фарнезе и семь тысяч её солдат играли с нашей стотысячной армией. Память о том дне всё ещё наполняла их сердца страхом. Эти люди, так гордо объявляющие себя генералами и хвалившиеся тем, что они рыцари, представляли впечатляющее зрелище. — В тот день я спасла вас, вельможи, от кризиса. И так как в том кризисе на кону стояли и ваши жизни, можно сказать, что я спасла вам жизнь. Человек, который вас спас, сейчас приказывает вам преследовать врага. Вы намерены не подчиниться? Один за другим вельможи отрывали свой рот и закрывали его. Это повторилось несколько раз, пока они не заговорили все разом. — Помощь, которую оказали нам Ваше Высочество, благородная Имперская Принцесса Габсбурга, так серьёзна, что нет способа отплатить наш долг сполна, однако, Ваше Высочество — не король вашего покорного генерал-майора. Если бы приказы моей страны и Вашего Высочества гласили об одном, я был бы более чем рад подчиниться вашему приказу, но в такой ситуации… — Ваше Высочество и мои товарищи-вельможи. Мне стыдно об этом говорить, но прежде всего мы всегда должны принимать в расчёт самый неблагоприятный сценарий происходящего. Что мы будем делать, если все это была лишь стратегия врага, направленная на то, чтобы заманить нас в погоню за ними?.. — Генерал прав. Если враг защищается не с помощью двадцати или даже пятидесяти тысяч солдат, а с помощью всей сотни тысячи солдат своей армии, то вполне возможно, что тем самым они пытаются заманить нас в засаду… — Премного извиняюсь, Ваше Высочество, но… — Для нас это честь, но… Слова. В низине места, откуда прекрасно виднелась башня из черепов, под плачевными черепами, у которых отсутствовали и глаза, и рты, вельможи продолжали говорить таким тоном, словно им было безразлично то, о чём они говорят, или то, на что они смотрят. — … Я медленно закрыла глаза. Как только мои веки опустились, я сразу почувствовала запах крови и внутренностей, вывалившихся из трупов во время вчерашней чистки. И пусть во вражеском лагере было ещё много живых скованных демонов, вельможи были обрадованы такому подарку в виде бесплатных трофеев с войны. Они намерены довольствоваться мусором, который враг оставил здесь разлагаться? Они намерены обезглавить пленных, которых враг оставил в жертву, и хвалиться этим, как подвигом? Если их разделить между нациями, каждой достанется несколько сотен. Если они подвесят головы этих сотен демонов и с триумфом вернутся в свои страны, это покажется довольно жалкой отговоркой. Вместо того чтобы постараться победить, они, словно поверженные псы, отчаянно пытались не быть поверженными… Глупцы. Они смотрели на людей снисходительно. Солдаты, которых вы возвращаете в родные страны уже не просто солдаты, а бактерии, заражённые ядом Данталиона. Даже если лишь один из десяти тысяч солдат обладает буклетом с речью Данталиона, он превратится в сотню, когда они вернутся в родные страны. Та сотня заразит тысячу и распространится дальше неистово, словно чума. Те императоры и короли, которым вы так верно служите, мудры? Мы сейчас в бурном периоде, когда восстания происходят даже там, где нет эпидемий, и вы уверены, что сможете предотвратить это пламя? Сколько смелости нужно иметь, чтобы так хвататься за пламя, которое вам не остановить даже ценой своих тел? Другого пути, кроме как разжечь ещё больший огонь, нет. Я открыла глаза. — Вы все слишком шумны. Хватит бессмысленно бормотать, дайте мне короткий ответ. Те, кто будет подчиняться моим военным приказам и отправится преследовать врага, поднимите руки. Остальные заткнитесь. — … Бесполезные слова прекратились сами собой. Большинство из них молчало, но руки поднимались одна за другой. Генерал Королевства Польско-Литовского Содружества, Великий Магистр Королевства Тьютон, а также капитан наёмников, работавший на армию Королевства Британии, но оставленный в неопределённом положении, поскольку королева была вынуждена вернуться на родину… Хорошо. Включая этих трёх, наше войско будет иметь силы, едва сравнимые с тридцатью тысяч. Все три имели в своём распоряжении кавалерию, что было превосходно. Скорее всего, они подняли руки, поскольку были уверены в своей способности вести погоню. — Я наследница Империи Габсбург. Я не наследник семей, которым вы служите. Вы все же будете подчиняться поим приказам? Генерал Королевства Польско-Литовского Содружества склонил свою голову. — Так как вы однажды спасли мою жизнь, я единожды посвящу её вам. Великий Магистр Королевства Тьютон надел свой шлем. — Наш король приказал нам покончить с как можно большим количеством демонов. Это вопреки мне, генералу-майору, но, похоже, что присоединиться к Вашему Высочеству, имперской принцессе, — правильный путь для выполнения королевского приказа моего повелителя. Капитан наёмников слегка склонил голову. — Её Высочество, Королева Британии покинула нас, не выплатив остаток суммы. Я говорю это только потому, что её здесь нет, но она в определённой мере недостойный человек. Если бы её совсем не было на этом свете, я бы сказал, что она совсем не достойный человек, но так как она все ещё находится в этом мире, я должен сохранять хорошие манеры. Я слышал, что Ваше Высочество, Имперская Принцесса, обеспечивает щедрые выплаты. Если Ваше Высочество оплатит оставшуюся половину нашей платы, мы подчинимся вашим приказам. Я кивнула. — Неплохо. Так как здесь собрались человек, сведущий в чести, человек, сведущий в преданности, и человек, сведущий в деньгах, мы с легкостью можем составить силу целой нации. Я приказываю вам, вельможам, отправляться в погоню. Затем я повернулась к псам и свиньям, которые не подняли свои руки. — Вы все можете прохлаждаться здесь. Похоже, нет причин больше говорить мне о том, что вам не знаком стыд. Есть ожидания, которые кто-либо имеет по отношению к остальным, и ожидания, которых не стоит иметь по отношению к другим, поэтому мои слова о вашем бесстыдстве будут относиться ко второму. — … — Так или иначе, у меня есть к вам простая просьба. Передайте нам одно из ваших знамён. Я знаю, эту просьбу тяжело выполнить. Я попрошу вас о чём-то более тяжёлом. Передайте мне также полторы тысячи из тех скованных пленных. Если вы считаете, что эти просьбы слишком трудны, можете рассматривать их как отплату за ваши спасённые жизни, и покончим с этим. Вельможи медленно закивали. — Когда мы начнём преследование, — спросил Великий Мастер. Я осмотрела равнины. Опускалась ночь. — Сейчас, — приказала я.

Ад (часть 3)

Король простолюдинов, Владыка Демонов 71-го ранга, Данталиан 12.04.1506 г. по Имперскому календарю Поллис, Равнины, армия Альянса Полумесяца

Битва за скорость. Отныне это битва на скорость. С нашей точки зрения Владыки Демонов, живущие праздной жизнью на севере Черных Гор, были предателями, с их же точки зрения, они были повстанческой армией. Поставить точку в том, кто был предателем, а кто повстанцем, скорее всего, сможет только победивший в этой войне. Это было очевидно. Чтобы стать победителями, мы должны были пересечь Черные Горы и вернуться домой как можно скорее. Я заговорил. — Пусть вас не волнует день то или ночь, просто продолжайте поход. Что важно, армии Равнинной и Горной Фракций выдвигаются отдельно. Не позволяйте группе предателей даже созывать их солдат. Уже скоро вы сможете отдохнуть, как только мы доберемся до Черной Крепости. Именно для таких случаев я захватил и Черную, и Белую Крепости. Завоеванный плацдарм, который был быстрейшим путем для проникновения в континент, был также быстрейшим путем, чтобы вернуться на материк. Я захватил эту стратегическую позицию не просто для того, чтобы атаковать врага. Это также позволяло с легкостью получать припасы и спокойно контратаковать, если ситуация на материке становилась проблематичной. Все те архисложные усилия, предпринятые, чтобы получить голову Маркграфа фон Розенберга, стоили того. Заговорила Барбатос. Я согласна, что нам нужно отступать быстро, но что мы будем делать с тылом? Данталион, ты же говорил, что у крестоносцев есть Принцесса Империи, рождённая от союза монстра с чудовищем, которых связывали инцестуозные отношения и кровосмешение? — Всё нормально. Я сделаю всё, что смогу, чтобы преградить путь преследователям. — Хааа? Думаешь, сможешь управиться с ними сам? — Если точнее… Мне невероятно жаль, но среди всех здесь присутствующих единственным членом армии, способным справиться с Принцессой Империи Элизабет фон Габсбург, является мой действующий генерал. Ваше Превосходительство Барбатос, Ваше Высочество Пеймон. Просить вас сделать это было бы слишком. — … Даже если вы будете смотреть на меня с таким неудовольствием, ничего не поделать. Прежде всего, всё зависит от способностей, от таланта. Это дитя, Фарнезе, имеет дар, с помощью которого она может воспринимать битвы как мелодии. Такие люди обладают подобными талантами ещё с рождения. — Есть ещё одна причина, по которой именно я, а не кто-то другой должен управлять тылом. Сперва, по какой причине, Ваше Превосходительство Барбатос, вы сохранили мне жизнь? Не потому ли, что Ваше Превосходительство проницательно поняли из предыдущей битвы, что вам одной справиться с Имперской Принцессой будет трудно? Раз Ваше Превосходительство оставили мне жизнь, она чего-то да стоит. — Ты тоже не безвинен. Почему это ты так говоришь? — фыркнула Барбатос. — Ну ладно, Данталион. Раз уж ты так вызываешься добровольцем, причин останавливать тебя у меня нет. Вперед, и постарайся преградить путь преследователям-крестоносцам с семью тысячами солдат, что у тебя в наличии. — … Пеймон смотрела в нашу сторону с взволнованным выражением лица. Её взгляд словно говорил: «Всё ли будет в порядке?», словно ее заботила моя безопасность. Я слегка улыбнулся. — Всё ради демонического континента. Не волнуйтесь, Ваше Высочество. — Данталион… — было видно, что Пеймон тронули мои слова. Я мог слышать, как растут очки привязанности у неё в голове. На данный момент я, скорее всего, был романтизирован в её разуме как верховный авантюрист, способный пойти на всё ради мира на демоническом континенте. Что было комичным, так это то, что это было недалеко от правды. — Ах… Пока я и Пеймон представляли себе разные цели, со стороны послышался слабый голос. Когда мы повернули головы, мы увидели Владыку Демонов Ситри, стоящую неподалёку с поднятой левой рукой. — Сестра. Можно мне тоже отправиться в тыл и преградить путь преследователям? Самая сложная часть в нашем отступлении заключается в сбрасывании с хвоста того мусора, что нас преследует, и мне кажется, что будет постыдно доверять эту работу в руки самого младшего подопечного. …Снова она. Пеймон моргнула. — Ох, дорогая. Если тебе так хочется помочь, Ситри, естественно, я была бы только за, но… Всё ли в порядке? Ситри, ты должна понимать, раз уж сама встречалась в бою с Принцессой Империи. Это будет совсем не лёгким заданием. — Хе-хе. Ну, я не собираюсь останавливать её сама. Я спланирую всё с нашим подопечным и его человеческой девчонкой. Ты не против, Дохляк? — Ситри посмотрела на меня и нежно улыбнулась. Её улыбка была такой же естественной, как запах грязи, исходящий от деревенской бабы. — Несмотря на мой вид, я более чем уверена в своих боевых способностях. Если мы будем сражаться вместе, я обязательно смогу помочь. Ах. Возможно ли, что я буду помехой, если пойду с тобой? — Всё не так, — я склонил голову. — Если госпожа Ситри придёт мне на помощь, это будет словно дополнительная тысяча воинов и лошадей. Ваш покорный слуга примет вас с распростертыми руками. Так как Горная Фракция отправила со мной своего Владыку Демонов, Равнинная Фракция не могла оставаться в стороне. Из своих подчинённых Барбатос отправила Владыку Демонов 16-го ранга, Зепара. На этом совещание было закрыто. По пути к выходу после окончания совещания. Мы шли целые сутки, поэтому уже было темно. Отдохнув здесь совсем чуть-чуть, Барбатос и Пеймон продолжат отступление. Я всмотрелся в противоположную часть неба и представил приближающийся топот копыт коней вражеской армии. Стала ли Принцесса Элизабет преследовать нас, не останавливаясь на отдых? Как много солдат она взяла с собой? Мы специально оставили там своих пленных. Сработала ли моя тактика раскола? Хотел бы я знать… Силы преследователей, скорее всего, составляют менее пятидесяти тысяч воинов, но более двадцати тысяч. Очевидно, что армия империи Габсбург примет участие в преследовании. Остальные нации, о которых мне стоит беспокоиться, скорее всего, — Польско-Литовское Государство и Тьютон. Всё-таки эти две нации делят свои границы с демоническим континентом. Вне зависимости от обстоятельств, у этих двух наций нет выбора, кроме как быть враждебными по отношению к нам. Если три эти нации будут участвовать в преследовании, их военная сила будет составлять тридцать тысяч воинов. Будет непросто. Нет нужды избавляться от преследователей. Нужно продержаться, пока Барбатос и Пеймон пересекут Черные Горы. Задерживающая тактика. Этого достаточно… — Похоже, в твоей черепушке так и роятся разные мысли и ходы, Дохляк. Почему это каждый раз, когда я тебя вижу, у тебя вечно что-то на уме? В какой-то миг, пока я возвращался к себе и размышлял, я заметил, что рядом идёт Ситри. Я отложил раздумья и уважительно поклонился ей. — Принцесса Империи Гасбург — пугающий человек. Преследователи будут стремительны и упорны. Наша сторона тоже должна быть полностью готова, чтобы дать отпор. — Мм. Ты должен упорно заявлять, что Принцесса Империи та ещё страшная особа. В противном случае никто не простит кого-то вроде человеческой девчонки, примерившей на себя роль действующего генерала. Разве я не права? Причины, по которым твоя голова ещё стоит на плечах, тоже сократятся. — … — Ты очень трудолюбив, Дохляк. Сколько бы я на тебя ни смотрела, мне не становится скучно. Ага. Как бы мне выразить это? У тебя был такой опыт? Вроде того, когда без каких-то особых причин отсутствующе смотришь на муравья, дёргающегося на земле. Вот такое чувство, хе-хе. Ситри засмеялась. — Прости. Ты ведь хотел забрать себе все почести, преградив врагу путь сам, да? Таким образом ты бы смог повысить репутацию той человеческой девчонки. Однако как жаль, хм? Не могу просто взять и позволить тебе править балом, Дохляк. — Ваше Высочество. Не стану отрицать, у меня было подобное намерение, но… — Да. Ты не просто имел подобное намерение, им и только им ты и руководствовался. — … — Насекомые по-своему интересны. Просто смотреть на них уже интересно. Почему муравьи так движутся, не делая каких-либо перерывов. Как пчёлы могут свободно летать под дождём при том, что их тела покрыты ворсинками? Почему светлячки живут со светящимися тельцами, заманивающими людей? Хоть, бывает, я так засматриваюсь на насекомых, что, в конце концов, меня посещает чувство, что все это они делают, чтобы сделать этот мир прекраснее… Солдаты, проходившие с факелами мимо нас, руками отдавали нам честь. Мы воспринимали их. Ситри смеялась глазами и смотрела только на меня. — Можно подумать. Это недопонимание. Они делают всё это, потому что хотят жить. Разве не так? Чтобы жить, они по стечению обстоятельств становятся красивыми или неприметными. Так же, как и ты, Дохляк. В той же самой мере, ты словно жук. — … — Ради мира на демоническом континенте? Во славу Альянса Полумесяца? Ха-ха-ха. Ты, может, и способен запудрить этими словами мозги сестре, поскольку она охотно верит в подобные вещи, но, Дохляк, я точно знаю, что ты не такой человек. Ты дурно пахнешь. От таких людей, как ты, невыносимо смердит запахом жука, который всю свою жизнь провёл в навозе. Да. Этот факт я отрицать не могу. Поскольку смрад, который не мог быть скрыт даже невинной улыбкой, доносился от лучезарной женщины, стоящей передо мной. Люди способны распознавать подобных себе. Соответственно, я и Ситри, без сомнения, были одного поля ягодами. Конечно, зависело все от того, способны ли люди распознать тех, кто всю жизнь жил подобно им самим, но бывает так, что их взаимоотношения успешно выливаются в первую любовь, а бывает, что такие взаимоотношения превращают обоих в смертельных врагов. Стандарт, согласно которому подразделялись такие взаимоотношения был излишне прост. — Ваше Превосходительство. — Хм? — Вы боитесь быть на стороне Её Высочества Пеймон и служить ей? — Это что ещё значит? — Разве Выше Превосходительство не относит себя к таким же людям-жукам? Ночь. Солдаты уходили все дальше, с ними отдалялся и свет факелов. Подобно тому, как в конце песни в воздухе ещё звучат остаточные вибрации, свет, прежде чем пропасть вдали окончательно, осветил тёмную дорогу. Закутанная в темноту, Ситри посмотрела на меня мутными глазами. — Ваше Превосходительство наслаждается попреканием вашего покорного слуги, но я прошу прощения. В конце концов, слова, которые Ваше Превосходительство бросает в меня, просто-напросто вернутся к Вашему Превосходительству. — Это странно, — Ситри склонила голову набок и ещё больше укуталась во тьму. Её лицо не выражало ничего. — Это очень странно. Вчера ли это было или позавчера? Мы ведь ясно разобрались в наших положениях. Или память мне изменяет? Или с моим мозгом что-то не в порядке? Потому что из того, что я вижу, ты меня подкалываешь, Дохляк. — Ваше Превосходительство, возможно, на протяжении всей своей жизни не возымеет интереса к таким словам, как мир и слава. Я понимаю. Что интересно, так это факт того, что Ваше Превосходительство чувствуете, что ваша личность от начала и до конца ошибочна. — Дохляк. — Ваше Превосходительство серьёзно думаете, что Её Высочество Пеймон так слепа? — Данталион. — Для людей совершенно нормально быть равноправными. Если таких наций нет, значит нужно основать такую. Именно по этой причине Её Высочество Пеймон и основала республику. Есть люди в этом мире, что живут лишь по этой причине. Были… Была ли Её Высочество Пеймон, была ли её форма до такой степени прекрасной? — Я ведь предупреждала тебя. — В сравнении с ней, что из себя представляете вы? Разве Ваше Превосходительство — не мусор, которого не трогает абсолютно ничего?.. Прошу прощения, госпожа Ситри. Ваше Превосходительство уже признали это. Вы сами сказали, что человек на пути своей жизни случайным образом может стать прекрасным, а может — незаметным. Если следовать излюбленной теории Вашего Превосходительства, то прекрасный вид Её Высочества Пеймон — это случайность, и то, что Ваше Превосходительство так же невыразительно, как жук, — тоже случайность. В конце концов, это одно и то же. Стандарт один, и отрицать это бессмысленно. Нет особого различия между Её Высочеством Пеймон и Вашим Превосходительством. Между нашими глазами прошла молния.

Ад (часть 4)

Когда я пришёл в себя, я лежал на земле и тяжело дышал. Липкое ощущение. Чувство чего-то разбивающегося. Я инстинктивно схватился за правое плечо. Неистово расходилась обжигающая боль. Череп покалывало. Ситри схватила моё плечо и в момент сломала его. — Хаа… Хаа… — Ах, — по её тону можно было подумать, что она сделала что-то случайно. Тон был настолько же лёгкий, как и свет, сверкающий у меня в голове. — Извини. Иногда, нет, правда, иногда делаю подобные вещи. Теряю рассудок. Но не слишком уж вини меня. Обычно я предупреждаю дважды, прежде чем теряю рассудок, но ведь ты проигнорировал мои предупреждения, верно? Сильно болит? Ситри наклонилась. Я едва собрал силы, чтобы посмотреть взглянуть вверх, но как только я это сделал, увидел искреннюю озабоченность на лице Ситри. Её глаза выглядели такими бессильными, что я забыл свое фамильное древо и перепутал ее с моей биологической старшей сестрой. Разве не удачно, что ребенок, который мог бы стать моей биологической старшей сестрой, был мертворожденным? Ситри пробурчала: «Что же делать, что же делать…» и погладила меня по раненому плечу. — Ну и почему ты так себя вёл? — она воткнула свой палец в рваную рану. — !!! Сильная боль. Я пытался закричать, но не смог. Ситри закрыла мой рот второй рукой. И давила, давила всё сильнее… Медленно, пока она открывала мою рану, пока двигала пальцем в моей плоти, по моей спине пробегал электрический заряд. Словно все нервы в моем теле были порваны. Силы ушли из моих рук и ног и упал вперед. Ситри приняла меня в свои объятья, словно какой-то благожелательный священник. Она зашептала мне на ухо. — Да, хороший мальчик. Молодец. — !.. Угх… — Теперь ты будешь славным, да? Не веди себя так самодовольно. Не веди себя так, словно знаешь всё на свете. Не становись алчным из-за того, что хочешь забраться куда-то высоко, и не становись необоснованно завистливым просто потому, что хочешь знать как можно больше… Ладно? Чертова психопатка. — Я знаю. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо. Сестра Пеймон не знает тебя, а Барбатос, наверное, даже и не пытается узнать тебя. Дохляк, дети вроде тебя — это те, кого я знаю лучше всех в этом мире. Это тяжело, правда? Тяжело выносить этот мир, так как ты родился куда более умным, чем остальные, да?.. — … … — Ты хочешь жить, смотря на них всех сверху вниз. Ты хочешь жить, сломив всех под тобой. Всё в порядке. Люди, даже Владыки Демонов, могут быть сдержанны по отношению к другим. Разве это не утешает? Факт того, что жук вроде тебя может быть сдержанным. Дохляк, сколько людей ты уже убил? Даже начал что-то вроде войны… хаа. Это ведь твоя вина, да? В конце концов, это ты был рожден неправильно. Дитя, которому лучше бы лучше не рождаться. Так что… отныне и впредь давай жить и искупать твои грехи, ладно? Ситри убрала палец из моей раны. Я выдохнул. Ситри взяла моё лицо своими руками и приставила его к своему так, что мы смотрели прямо друг на друга. Она коснулась уголков моих глаз. Они были влажными. — Не переживай. Ты, может быть, и грязное животное, но сестра Пеймон — нет. Дохляк, ты тоже должен посвятить себя идеям сестры. Поступишь так, и от твоего тела будет хоть какая-то польза. Хорошо? Не веди себя дурно. И та девушка-суккуб с высокомерными глазами, забывшая о своем положении, тоже. И Лазурит тоже. — И та девушка-человек, которая должна была послушно прикончить себя, живя в притоне после того, как была продана как раб, но вместо этого была взята под твоё крыло, и теперь убивает людей из своего рода. И Лора де Фарнезе. — И те королевские стражи, что выжили до сих пор только потому, что подставляли свой зад всем Владыкам Демонов. И Хумбаба с другими ведьмами. — Хоть вы все и сгнившие шавки. Хоть вы и мусор, который сделали бы этот мир лучше только, если бы не рождались, всё в порядке. Всё в порядке, пока вы следуете за сестрой Пеймон. Вы можете дышать. Осознайте свою низменность сами и станьте скромными. Ладно? Я не ответил. Я лишь взглянул на Ситри глазами, наполненными болью. Ситри улыбнулась мне, словно извинялась за ребёнка, доставляющего проблемы. — Что за несчастное создание. — … — Жалкое существо, родившееся заблудшим и которое нельзя спасти. Существо, рожденное сломанным. Существо, которое стало ещё более сломанным после рождения. Почему такие ядовитые змеи продолжают рождаться в этом мире? Если они собираются продолжать рождаться сломленными, им лучше было бы умирать сразу после рождения. Это сложно. Это так сложно понять. Я выражаю вам всем сочувствие. Я поведу вас всех. Наверное, будет тяжело отбросить вашу алчность, но я помогу вам отбросить ее. Это трудный путь. Я понимаю. Все-таки я сама его прошла. Даже маленькие крупицы земли будут приносить боль, если на них наступить босыми ногами. Вы не знаете этой боли, потому что ступали на землю в своих кожаных сапогах. Ваша алчность — это ваша кожа. Снимите её. Отбросьте её. Признайте факт того, что вы бесполезные и ненужные куски мусора. Да. Это тяжёлый путь. Пройти его трудно, — сказала Ситри и погладила меня по щеке. — Раскайся так, как только сможешь. — … — Я отобьюсь от наших преследователей. Если я отправлю своих воинов лежать вдоль узкой дороги и нападать из засады на проходящих врагов, тогда даже Принцесса Империи не сможет сделать так уж много. Они, скорее всего, двигались без остановки весь день и ночь. Дохляк, просто отойди и будь в готовности. Самое трудное задание, которое можно поручить таким, как ты, — это ждать, не в силах сделать что-либо, не так ли? Хоть всё мое тело крутило от боли, я смог немного поднять уголки рта. Эта Владыка Демонов указала на меня и сказала, что ей жаль меня. Уже долгое время я не получал от кого-то жалости, так что это было не так уж плохо. Проблемой было, как и ожидалось, то, что я тоже начинал чувствовать жалость по отношению к ней. — … В нынешней ситуации… Я не уверен, которая сторона сейчас пытается заполучить большинство подвигов. Вы боитесь, что мой ведущий генерал… будет на высоте, заполучив инициативу на поле брани? — Ага. Будет проблемно, если ты ещё станешь вмешиваться в политическую ситуацию. Поэтому ты говоришь, что именно ты задержишь Элизабет Атанаксию Эвитрэ фон Габсбург? Ту девушку. Девушку, что была рождена императорской дочерью и сорвавшей кожу со своих братьев и сестёр собственными руками. Девушку, что в первоначальной хронологии событий уничтожила всех Владык Демонов и создала империю. Того монстра. Так. На одной стороне женщина, отбросившая прочь себя, а на другой — женщина, отбросившая прочь мир. Посмотреть, как они будут противостоять друг другу было не такой уж плохой идеей. Однако я сделаю один прогноз. Ты проиграешь. Неизящно. Не в силах контратаковать. Ты умна, но, поскольку человек, которому ты противостоишь, умнее, тебя ожидает полный разгром. Какое выражение лица у тебя будет? Вернешь ли ты себе мир? Будешь ли проклинать себя? Покинешь ли ты мир навсегда, не вернув его, и навсегда оставишь себя проклятой?.. Как ты жалеешь меня, я жалею тебя в ответ. О, Владыка Демонов, чьи волосы цвета огня и воды. Чем еще, кроме Ада, может быть для тебя мир? В тот момент, когда мы отталкивали друг друга своим дыханием. — … Ситри? Ты там? Дрожь. Тело Ситри двинулось. Я сдвинул брови. Когда я взглянул над её плечом, я увидел, как Пеймон склонила свою голову набок примерно в двадцати шагах от нас. Ночь. Между мной и Ситри висела исключительная неловкость. В её положении было удачным то, что она держалась за меня. Мое тело было изящно скрыто так, что Пеймон не могла видеть со своего места. Ситри на миг посмотрела мне в глаза, прежде чем заговорить голосом, ничем не отличавшимся от её повседневного. — … Да, сестра. Я здесь. Что такое? — Сколько бы я ни ждала, ты так и не возвращалась в ставку. Неважно, у тебя всё в порядке, Ситри? Почему ты так припала к земле? — А, просто. Я нашла дохлую дворнягу, — ответила Ситри торжествующим голосом. Одним лишь холодным взглядом она сказала мне: Молчи. Заткнись. — Дворнягу? Серьёзно, Ситри. Хоть ты и с легкостью убиваешь людей на поле боя, ты добра к животным вроде кошек и всяким таким существам. Она уже мертва? Ты же пытаешься похоронить ее, да? Давай я помогу. Ха-ха-ха, — засмеялся рот Ситри. — Нет, всё в порядке, сестра. Пока она умирала, столько крови испустила. Я даже не знаю, как она выжила с таким количеством крови внутри себя… Я типа вся в ней. И мне не хочется, чтобы ты видела меня в таком грязном виде, сестра, так что ты можешь возвращаться в ставку первой. Если ты хоть на миллиметр откроешь свой рот, — сказали глаза Ситри. — Воистину, какое добросердечное дитя. Ну ладно, я понимаю. Но не задерживайся допоздна. Скоро я и Барбатос выдвигаемся. Ситри, мы не сможем видеться довольно долгое время, так что давай выпьем вместе. Сестра, — улыбка до ушей. — Конечно. Кто еще кроме меня встретится с сестрой? Я приду, как только похороню беднягу и умоюсь, так что жди меня там. Кстати, у меня есть бутылочка крепкого, которую я уже долго ношу с собой, так что мы могли бы её распить, сестра. Я убью тебя, — пригрозили мне глаза Ситри. — … Для нее мир был просто врагом, опасностью, стеной. Я звал тех, для кого мир был врагом, опасность и стеной, чудовищами. Она чудовище? Была ли она чудовищем? — Ого, жду с нетерпением. Ты ведь на удивление придирчива к алкоголю. Выпьем всё до дна. — Да ну, выпить его полностью было бы грубо. Сестра ведь тоже на удивление хорошо пьет. Пусть дежурный приготовит закуски. Я скоро буду. Я лишь смотрел представление одного актера с первого ряда. Пока я наблюдал за ней, я вспомнил звуки, которые я оставил в своей прошлой жизни. Учение. Громкие крики, звучащие снаружи. Женщина, которая подбежала ко мне и извинилась. Звуки музыки… Да. Это была музыка. Мелодия. Какую пропасть они должны пройти, чтобы стать мелодией? Для кого-то жизнь была лишь парой звуков. Раз, два, три и, если ты счастливчик, она сверкнет в четвертый раз. Что-то, что недолго сталкивается с трудностями, но заканчивается коротким колебанием, прежде чем завершиться. Что-то, что, возможно, могло быть связано, но, в конце концов, не было, потому что было забыто. Что-то, что никогда не будет способно растянуться хоть раз в своей жизни. Поэтому, что-то, что на протяжении всей своей жизни сожжёт быть увидено лишь на земле, так что оно встречает свой конец, ступая по следам, оставленным другими. Что-то, чему на самом деле приходит конец. На самом деле. Разве не в этом и лишь этом была проблема? Кто спасёт такую жизнь? … Пеймон ушла. Как только она ушла, вокруг стало так тихо, словно сюда вовсе никто и не приходил. Даже после того, как Пеймон ушла, Ситри ещё долго смотрела на меня. После этого и она, в конце концов, ушла. Хотя последняя женщина тоже ушла, вокруг было так темно и тихо, словно никто никогда отсюда и не уходил. Всё случилось глубокой ночью.

Ад (часть 5)

Избранный раб Короля, Сестра ведьм Бирбир, Капитан королевской стражи Хумбаба 14.04.1506 год по Имперскому календарю Поллис, Лес Вистула

— Стоит ли нам так дурачиться? — Нууу, таков приказ старшего по званию. Мы, простолюдины, должны смиренно исполнять свой долг, даже если он велит нам показать свои задницы.Шёпот. Мы, ведьмы, мило беседовали, наслаждаясь чайной церемонией. Да. Что ж. Что? Может, это и удивительно, но даже мы иногда проводим чайные церемонии. Хотя обычно не проводим. Несмотря на наш внешний вид, мы культурные люди. Да. И, хотя в наших чайных церемониях мы бросаем кости, и та сучка, у которой выпадет наименьшее число, должна выпить полный рот грязной воды, в нашем утончённом обществе вполне нормально добавлять в свой отдых немного пикантности. Если уж на то пошло, сказать, насколько та или иная компания утончённа, можно по тому, насколько впечатляющие у них приправы. Чайные церемонии, в которых нужно пить чай без каких-то добавок, на самом деле, считаются некультурными. В связи с этим, я уверенно могу сказать, что мы в значительной мере обладаем изысканностью. Да. Что ж. Что? Проблемы? — Лей! Пей! — В этих окрестностях не так много мутной волы. Пей аккуратно. Эта вода исключительно ценна. Нам пришлось далеко забраться, чтобы принести её тебе. Мы нашли две грязные лужи. В одной из них было много жуков, в другой — не так уж много, и я долго раздумывала, какую лучше принести, но в итоге пришла к выводу, что вода, в которой больше жизни, должна быть лучшего качества. И чтобы доказать, что её качество на высоте, я также зачерпнула жуков, которые в ней плавали. Надо же. Если подумать, я исключительно добросовестна, когда дело касается моих товарищей. — Ты скорее не исключительно, а отвратительно добросовестна. Если ещё точнее, то ты сама по себе личность отвратительная, если вообще можно назвать кого-то вроде тебя личностью.Шёпот. Если у нас и были проблемы, то заключались они в трёх вещах. Первое: у этих сучек не в порядке с головой. Поскольку это проблема, ничем не отличающаяся от обычных, это абсурдность, которую нельзя исправить до того, как миру придёт конец. Да. Конец. Ничего не поделать. Мои дорогие подруги-ведьмы. Они были безумны ещё с первого дня своего рождения, так что, пожалуйста, отнеситесь к ним снисходительно. Второе: засушливые окрестности вокруг нас. Весенний дождь, начавшийся на севере, уже полностью ушёл на юг. Правда, если отсюда пройти вперёд, можно найти болотистую местность. Но сейчас мы не могли бездумно отправиться туда. Из-за этой грязной суки Ситри наши силы сейчас выжидают в засаде. Третье: факт того, что окрестности были не просто темны, но чрезвычайно темны. Стояла ночь, а мы, к тому же, находились в осиновом лесу. Не в небольшом лесу, а в довольно сплошном лесу, покрывающем всю область. Если ты собираешься пройти по прямой от Равнин Бруно до Черных Гор, ты так или иначе должен пройти по этому пути. Мы прятались в конце этого леса. Поскольку мы были в засаде, мы не могли зажечь факелы. Было настолько темно, что даже те чёртовы сучки не могли увидеть, сколько у них выпало на костях. Догадаться об этом было нетрудно, поскольку каждый раз, когда кто-то бросал кости, они утверждали, что у них наилучший результат. — О, снова две шестёрки! — Какое совпадение! И у меня тоже.Шёпот. — О как? Насколько я знаю, шансы того, что выпадут две шестёрки, равны трём из ста, так что ситуация довольно поразительная. Вероятность-то всего двадцать семь из одного миллиона, а тут на тебе! — Ты чего мелешь? И у неё, и у меня выпало две шестёрки, получается, вероятность должна быть девять из десяти тысяч, разве не так? — Кхм. Я говорю это, поскольку у меня тоже выпало две шестёрки. — Даже лишить их рук было бы недостаточно. Эти сучки будут едва достойны войти в игорный дом, лишь если лишатся голов. Удивительного в этом ничего нет. Все-таки, они чокнутые сучки. В конце концов, поскольку у каждой ведьмы выпало две шестёрки, нам всем пришлось выпить грязной воды. В темноте раздавались звуки поедания жуков. Просто прекрасно. Теперь вы понимаете, почему обычно ведьмы не проводят такие безумные вещи, как чайные церемонии? В осиновом лесу разливался запах весны и острый аромат разгорячённых самок. Лишь место, где сидел наш господин, Данталион, было освещено свечами. Рядом с ним сидела и что-то шептала ему генерал Фарнезе. — Точное число солдат преследующего войска… — Хм. Они также воспользуются покровом темноты и будут двигаться, так что определить их военную силу будет… Войско нашего господина было заброшено в самую глушь. Все из-за догматичности Владыки Демонов Ситри. Благодаря этому наши семь тысяч солдат ожидали здесь в качестве резерва. Хотя нашего господина внезапно приставили к стенке, похоже, он не был так ж этим опечален. Он даже выдал: «Раз уж на то пошло, для нас удалённое местонахождение — наилучший исход». Да. Даже я не хочу лицом к лицу сражаться с кем-то вроде Принцессы Империи. Люди способны распознавать похожих на себя, и то, что генерал Фарнезе была особенно увлечена этой Имперской Принцессой, говорит о том, что та также безумна, как и наш генерал.Шёпот. Кстати, Ёриаль. Почему ты уже столько времени шепчешь мне что-то? Уже крыша поехала? Нет, точно поехала. Извини. Позволь спросить ещё раз. Совсееем крыша поехала? — Господин сказал, что, если мы хотим поговорить, мы должны делать это шёпотом, верно? Я всего лишь покорно выполняю его команды, как собака. — То, что ты покорна как собака, не объясняет в достаточной мере причину твоего поведения. Если бы ты сказала, что ты покорна, как щенок, тогда и только тогда ты бы объяснила своё поведение. — Тяф-тяф? — … — Гав? Как я и сказала, если и есть проблемы, то, в первую очередь, это то, что эти сучки — чокнутые… А, плевать. Хватит. Все равно под знаменем господина Данталиона нет никого в здравом уме. Причём сам господин тоже. Несмотря на мой внешний вид, я, по правде говоря, самый здравомыслящий человек из всех здесь присутствующих. Да. Что ж. Что? Проблемы? Прошло не так уж много времени после полуночи, когда послышался звук взрыва. Мы, облокотившись друг о друга, посапывали, поэтому такая внезапность повергла нас в панику. Это был вроде как бум? Или даже бум-бах-бабах? Так или иначе, бум был ужасный. — Что? — Что это было? — Что случилось? Я подумала, что-то, что мы способны сформировать такую грамотно построенную гармонию по своим собственным правилам даже в подобных ситуациях было эстетикой, уникальной для Берберских сестёр-ведьм. Поэтому я и люблю этих девах. Будь то взрыв или ещё что, наши традиции отодвигали его на второй план.Шёпот. Ты все ещё не угомонилась? Сколько уже часов подряд ты… нет, плевать. Что бы то ни было, мы повернули свои головы в сторону леса, откуда пришёл звук взрыва. Осины были высоки, так что мы едва видели небо, но мы видели красное свечение от едва видимого ночного неба. Хоть из-за расстояния оно и казалось маленьким, но это определённо точно было горящим сиянием. Оно не возвышалось к небу, а, скорее, поднимало к небу свои языки. Это пожар. Там без сомнений начался большой пожар. Господин Данталион моментально накинул свою мантию и поднялся. — Атака пожаром, значит. Похоже, они используют один из старейших трюков. Рядом с ним встала генерал Фарнезе. — Тем не менее, это эффективно. И правда. Вместо того, чтобы отправляться прямо в лес, они собираются поджечь его и, тем самым, обезвредить все попытки застать их в засаде. — По тому, насколько впечатляющий получился пожар, можно сказать, что они использовали весь свой порох. Но ведь тогда их воздушные маги будут летать без мешочков с порохом, так? С чего бы… Генерал Фарнезе склонила голову набок. — Осмотритесь, Ваша Светлость. Посмотрите, где мы. Если осмотреться. Мы были в море белых осин, возвышавшихся до небес. Так как битва проходит под деревьями, маги, будучи в небе, никак не смогут отличить своих от чужих. Более того, разве сейчас не глубокая ночь? Принцесса Империи стремится к сумбурному столкновению. Маги не только не смогут просто бросать мешочки с порохом, так как не будут знать, где свои, а где чужие, но, к тому же, они не смогут снижать высоту из-за риска быть проколотыми ветвями деревьев. Таким образом, отряд магов больше не участвует в воздушной атаке. Теперь они просто маги. — … Дыханье господина доходило почти до земли. — … Попытки дотошно выстроить наши войска для засады пошли коту под хвост. А так, как порох в этой битве использовать нельзя, Элизабет использовала всё, что у неё было. Она собирается разверзнуть тут преисподнюю? Вдали послышался ещё один взрыв.

Ад (часть 6)

Ну и ладно, всего один. Ого. Первый взрыв был лишь первым в серии взрывов: раз, два, три, четыре раза, и дальше — больше. Солдаты запаниковали и подняли шум, затем припали к земле. На другой стороне ночного неба вверх взмывалось несколько столбов пламени. Чёрное, как смоль, небо, на котором не было видно ни единой звёздочки, теперь было темно-янтарного цвета. Под тем небом солдаты под руководительством Владыки Демонов Ситри и Владыки Демонов Зепара были скрыты менее всего. Это была безжалостная бомбардировка. Даже мы, ведьмы, которые ставили наблюдение за огнём ниже зрелищных боев, не были в восторге. — … — … !.. Звуки трепещущейся листвы, горящих веток, зверей, рычащих как собачья свора, звук слабого сиплого голоса. В конце концов, начали приближаться крики столкнувшихся друг с другом солдат. Оно приблизилось. — … и… их! Приблизилось ещё немного. — …убейте!.. Оно приближалось ближе и ближе. Даже звуки шелеста листвы из-за ветра, даже звуки веток, что ломаясь, доказывали своё существование, и даже звуки зверей, что орали как свора собак, пытаясь перестать существовать, — всё это было стёрто. — …убейте их! — Прирежьте их! — Убейте предателей!.. Мир наполняли лишь звуки металла, демонстративно ударяющегося о металл, жизней, нападавших на жизни, а также огня, пожиравшего огонь и горевшего так буйно. Мм. Можно ли сказать, что мы облажались? Наверное, нельзя. Скорее всего, нельзя. Несмотря на наш внешний вид, между прочим. Последние три сотни лет такие как мы только и выбирали самые грязные поля брани и валялись в них. Все мы повернулись и посмотрели на господина. — Господииин? — Не то чтобы мы даём господину советы, потому что мы обладаем медалями Четырёхлистника и пережили уже три или четыре Альянса Полумесяца, но… — Знаешь, когда ты живёшь десятилетие за десятилетием, идёшь на войну, и когда на войну идут против тебя, обычно складывается такая штука, как интуиция. — Конечно, можно уповать на нашу интуицию, и много раз мы оказывались правы, но много раз также мы были неправы. Более того, я не припомню, чтобы среди тех раз, что мы были неправы, наша ошибка была настолько большой, что мы едва могли держать свои тела под контролем. — Если. — С этим как можно раньше не разобраться. Я кивнул. Как главная ведьма, представляющая сестёр Бирбир, как капитан королевской стражи, и как одна из десяти тысяч ведьм, обладающей медалью Четырёхлистника. — Мы, скорее всего, облажаемся по полной. Тоном, более быстрым, чем обычно, я начала давать господину совет. — Это действие было предпринято для того, чтобы взбаламутить поле битвы. Это достигнуто за счёт сразу нескольких факторов. Первое: наша засада провалилась. Второе: нападение произошло ночью. Третье: место битвы — лес. Четвёртое: воздушные битвы невозможны. Пятое: даже после того, как они начали столкновение, вражеский генерал светится от уверенности, что она может выиграть эту битву. Она ведёт своих воинов, прекрасно зная, что её цель — не какая-то пустышка. Господин. — Продолжай. — Мы, вся Королевская Стража, рекомендуем нашим силам отступить. Я склонила голову, следом это сделали и другие ведьмы. — Господин, вы обладаете Королевской Стражей — силой с исключительным воздушным преимуществом, но мы бесполезны в настоящих военных реалиях. Будь то Ситри или Зепар, господин, вы должны отступить и уйти из леса, пока наши союзники внизу, в топях, противостоят врагу. Хоть место и будет беспорядочным, мы, по крайней мере, сможем поставить опорный пункт и преобразовать построение. — Те, кто погибают на передовой — наши союзники, и те, кого пожирает огонь, то же наши союзники. — Если мы покинем их сейчас, то мы сможем спасти их спустя полдня. Если наши союзники сбегут, не станут ли они инстинктивно бежать назад? Если господин установит опорный пункт в тылу и высоко поднимет своё знамя, они ведь побегут к нам, верно? Это первое преимущество нашей рекомендации. Далее заговорили и остальные ведьмы. — Второе преимущество заключается в том, что, когда это случится, вражеские силы уже израсходуют весь свой порох. С другой стороны, мы будем в своём наилучшем состоянии. Даже если мы не сможет как следует установить опорный пункт, небо будет на нашей стороне. К тому времени ночь уже полностью пройдёт, так что ситуацией завладеем мы, ведьмы. Да. Изложила всё логично и по полочкам. — Третье преимущество заключается в том, что ведущий генерал господина сможет противостоять врагу на знакомой территории. Генерал, вы ведь ещё не принимали участие в настоящей заварухе, верно? Я говорю про настоящей грязевой драке. Никаких способностей, никто не знает, как всё закончится. Мы не можем вести бой в малоизвестном месте. Давайте отступим.Шёпот. Ёриаль подняла голову. Пока мы разговаривали, эта синеволосая девушка, что по боевому опыту уступала только мне, прижималась ухом к земле. — Звук. Звук копыт. Много топота… Очень много. Я не знаю направления. Они сотрясают землю, приближаясь сюда… — Чёрт. В такой ситуации я невольно выругалась. — Ваша покорная слуга добавит ещё одну причину, почему поле брани испоганено. Шестое: скорее всего, во вражеском войске просто дохерище кавалерии. Если вы думаете, что сражаться с кавалерией на равнине — это та ещё морока, то сражаться с кавалерией в лесу — чертовски хреново. Мы не знаем, откуда они придут. — Поэтому, в связи с шестью ранее упомянутыми проблемами, мы рекомендуем отступить. — И, принимая во внимание три ранее упомянутых преимущества, давайте готовиться к следующей битве, господин. Господин хранил молчание. Огни вспыхивали всё более ярко, и без того громкие крики время от времени становились ещё громче, а господин всё ещё молчал. В битве время было мимолётным, лишь мигом последовательности. Если ты не можешь принимать правильные решения каждый раз, когда происходит смена обстановки, ты лишишься своей жизни. Да. Мы верили, что дали совет, который был выгодным для группы наёмников, что были ещё живы целых 300 лет. Видимо, мы не были тщеславны. — … Господин Данталион повернул голову и посмотрел на генерала Фарнезе. Пока мы собирали вести о прогрессе битвы и как можно быстрее их передавали, светловолосый ведущий генерал безвыразительно смотрела на одну из сторон леса. Эта девушка, нет, этот генерал тоже была из странных малых. Жар от пожара ещё не дошёл до наших окрестностей, но уже можно было заметить несколько капель пота на щеке генерала. Если я правильно помню, однажды я услышала, что тело генерала устроено так, что чем больше она погружена в свои мысли, тем обильнее она потела. Господин заговорил. — Фарнезе. В твоих руках мои военные дела. — Я в курсе, Ваша Светлость. — Что ты собираешься делать? — Принцесса Империи Габсбург должна подобраться ближе. Эй, это дитя дало неуместный ответ. — Чем беспорядочнее поле битвы, тем сильнее солдаты боятся ступать туда. Сейчас поле боя — это топь, и погружаться в неё никто бы не захотел. Несмотря на это, огни были зажжены, а вражеские воины выступили, поэтому, без сомнений, был герой, что вёл их, первым ступив в топь. Ваша покорная слуга уверена, что это была Принцесса Империи, — генерал Фарнезе, наконец, повернулась к господину. — Я пойду и вернусь, забрав её жизнь. Чокнутая сука. В подчинении господина было много безумцев, но среди них всех действующий генерал была совсем ебанутой. И по особенному отношению господина к этому отпрыску можно было сказать, что он тоже не хило так свихнулся. Потому что… — Хорошо, поступай как знаешь, — сказал он и кивнул. У каждой из ведьм мгновенно проступило выражение лица, словно они пожевали дерьмо. Если вам интересно, откуда мы знаем, какое выражение делает кто-то, пробуя дерьмо, то… Да. Что ж. Что? Проблемы? Чего ещё вы ожидали от тех, чьи чайные церемонии проходят с грязной водой? — Не то чтобы совет Королевской Стражи не имеет смысла. Его также можно расценивать как мудрый ход. Значит, она думала о самом мудром выходе из положения. Как высокомерно. — Поэтому, Ваша Светлость, ведите пехоту назад и установите опорный пункт. Если союзники потерпят поражение, Ваша Светлость должны будете их принять. … Чтоооооо? — Я возьму лишь кавалерию, чтобы убить Имперскую Принцессу. Ах да. Очевидно, что Королевская Стража Вашей Светлости пойдёт со мной. … Вот же ж поехавшая стерва! — Поскольку ваша покорная слуга с триумфом вернётся ещё до заката, Ваша Светлость, пожалуйста, подготовьте вкуснейшие яства. Ведь с давних времён военачальники говорили, что воины сражаются, получая энергию от потребляемой пищи. Мы все повернулись к господину. Со взглядом, молящим проигнорировать этого ненормального генерала. Отчаянно. А затем господин улыбнулся так доброжелательно, что показался нам святым. — Благополучного возвращения. А? Что? Почемуууу?.. Ээээээ…. К-к-к-как… Не-не-не-не-не. Чёрт?

Ад (часть 7)

Демонический Владыка Чести 5-го ранга, Марбас 14.04.1506. по Имперскому календарю Поллис, неподалёку от Леса Виструла

— Ваше Высочество. Мы им не поможем? Владыки Демонов в моем подчинении тревожно смотрели на меня. Мы находились около Леса Виструла — тёмного моря деревьев. Выдержав приличное расстояние между собой и лесом, мы смотрели на столбы огня, вздымавшиеся в ночное небо. Барбатос и Пеймон выбрали наихудший курс действий. Они проигнорировали совет, который мы, Нейтральная Фракция, дали им, и просто смылись в сторону Чёрных Гор. Не сказав ни слова раскаяния или понимания… теперь у нас нет выбора, кроме как противостоять им. Для того, чтобы настичь армию Альянса Полумесяца, когда придет нужное время, я собрал своих солдат и разместил их поближе. Однако никто не ожидал, что ситуация обернётся подобным образом. Крестоносцы догнали Альянс Полумесяца и схватили их за хвост, развязав битву. — Ваше Высочество Марбас, каковы будут приказы? — повернулись ко мне Владыки Демонов. Они появились, словно с нетерпением ждали моей команды. Это было невыносимо. С одной стороны был Альянс Полумесяца, который предал нашу расу, а с другой — крестоносцы, которые всегда были заклятыми врагами нашей расы… Будет проблематично, если любая из сторон получит преимущество. Поэтому мы не могли ни помогать, ни атаковать кого-то из них. Битва в грязи, значит. Правда ли у нас нет иного выбора, кроме как сидеть здесь и ждать окончания?.. — Мы не станем участвовать в этой битве. — Лорд Марбас! — Это королевский приказ. Будьте наготове до тех пор, как они не закончат схватку за превосходство. Если из леса будут сбегать дезертиры, ловите и плените их вне зависимости от их принадлежности. Когда битва закончится, и Альянс Полумесяца, и крестоносцы будут совершенно вымотаны. Нельзя быть уверенным, что, ворвавшись в этом время на поле боя и подчинив себе обе стороны, мы сможем убить двух зайцев одним выстрелом. Но, так или иначе, над этой проблемой можно подумать после того, как битва окончится. На данный момент единственное правильное решение — это стоять здесь и ждать. — Но как мы можем, сложа руки, смотреть, как убивают наших сородичей?.. — А они своих сородичей не убивали? — … — По вашим просьбам я дал им целый день форы, но что в тот день сделали Барбатос и Пеймон? Они не принесли извинений. Они даже не попытались прийти к пониманию. Они были слишком заняты тем, что игнорировали нас и организовывали побег. Вы все ещё не понимаете этого? — … — Они нам больше не союзники. Старая луна Альянса Полумесяца наконец раскололась. Последние несколько сотен лет я прикладывал свои силы, чтобы примирить Равнинную и Горную Фракции, однако, когда они наконец пожали друг другу руки, отверженными оказались мы. Был ли это парадокс или самоочевидное политическое следствие? Как горько… — Ваше Высочество, взгляните. Один из моих людей показал на вход в лес. Группа солдат выбиралась из леса, сохраняя строй. Они сбегали из того Ада. И хоть мы не могли видеть, к кому они относились, судя по тому, как они отступали из тьмы со своими трепещущими знаменами, они не были сбродом рядовых солдат, позорно потерпевших поражение. — Мм. Пока что мы пленим их. — Точно ли это нормально? Союзники. Нет, они могут быть теми, кто недавно был нашими союзниками. — Неважно. Приказывать дважды я не стану. Мои подчиненные вняли моему приказу и повели солдат. Наши боевые кони легким ходом пустились вслед за группой солдат и вскоре с легкостью окружили их. От боевой единицы, принадлежность которой всё ещё была неизвестна, стали раздаваться громкие разговоры, едва они увидели нас. Их численность составляла около тысячи солдат. И, хотя они отступали, они умудрились принять оборонительную позицию, вооружившись копьями и подняв на нас свои орудия. Это было хорошо организованное отступление. Превосходно. Я повел своего коня и подъехал к ним. Как только свет наших факелов смог озарить их, я понял, что это армия демонов, а не людей. Они выглядели ужасно. Оставив в стороне то, что они были в грязи, некоторые солдаты были ошпарены, покрыты кровью, а иных приходилось поддерживать их товарищам, поскольку они были искалечены. Было очевидно, что они выжили в свирепом бою. Их также постигло потрясение, когда они поняли, что и мы не являемся людьми. На их лицах выражалось непонимание происходящего. Я прочистил горло и громко заговорил. — Я Почтенный Марбас! Если среди вас есть командующий, пусть он выйдет и ответит на мои вопросы! Солдаты стали громко переговариваться. Некоторые из них осторожно показывали на меня и шептали своим товарищам о том, что это правда, и они видели меня ранее издалека, о том, что это и правда Его Высочество Марбас… Вскоре. Монарх с крепким телосложением пробрался через группу солдат и вышел вперед. Я сразу же узнал его лицо. Мужчина, по виду уже в зрелых годах, с аккуратно постриженной белой бородой. Близкий помощник Барбатос, которого та называла «своей левой пазухой». Владыка Демонов 16-го ранга, Зепар. — Я приветствую благородного монарха Альянса Полумесяца. Ваше Превосходство Марбас, что привело такую благородную персону, как вы, в такое место?.. Даже Зепар выглядел измождённым, поскольку прошел ту же лютую битву, как и его солдаты. Паника на его лице, когда он увидел меня, была очевидна. Зепар был опытным генералом, однако он, скорее всего, не думал, что может встретиться здесь со мной. — Разве твой командир не отступает после того, как скверно со мной обошелся? Я был разочарован, так что повел своих солдат и преследовал Барбатос до этого места. Подумать только, в свои года я обречённо поймал лишь хвост этой. Я довольно жалок. — … — Ну так что же дальше? Выступишь ли ты против меня в своей последней битве, оставаясь преданным своему командиру? Или покорно сдашься? Зепар нахмурился и вздохнул. — … Нет ничего глупее, чем сражаться против Вашего Превосходительства, при этом отступая. Мы сдадимся. Прошу, даруйте нам своё королевское милосердие. — Мудрое решение. Я поступлю с тобой так, как диктуют нам наши традиции. Я приказал слуге принести Зепару алкоголя. Он только что вырвался с поля боя с буйствующим пламенем, значит, он обезвожен. Зепар вежливо поклонился головой, чтобы выказать уважение, и разом опустошил рог. — Ну, как идёт битва? — … На нас напали из засады, и у нас не было времени на обозревание битвы, — ответил Зепар смиренным тоном. Как много ему позволено сказать? Что должно оставаться в секрете? Осторожно пробираясь в этих сложностях, сдавшийся генерал продолжил. — Мы услышали взрыв вдалеке, и не прошло много времени, как взрыв послышался прямо над головами моих солдат. И, хотя раненых из-за взрыва оказалось немного, тревога была сильной. Огонь распространился быстрее, чем мы ожидали, так что времени успокоиться не было. Вражеские силы, скорее всего, стремились к тому, чтобы вызвать в наших рядах смятение. — Главнокомандующий — ты? Зепар покачал головой. — Нет, не я. Эту позицию занимает Ситри. Конечно. Если Зепар был руками и ногами Барбатос, то Ситри была руками и ногами Пеймон. Нет, назвать ее просто руками и ногами было бы недостаточно. Самый доверенный воин и избранная любовница… Двое Владык Демонов отправили своих ближайших помощников, чтобы справиться с проблемой позади них. И они не справились. Говоря точнее, они не справляются прямо сейчас. — Мы пытались спешно объединиться с армией Ситри, но огня было слишком много, и нам пришлось бежать. Поскольку мои солдаты были разделены на много маленьких групп, мы не могли связаться с Ситри, командующей своими воинами. В голосе Зепара чувствовалась горечь. Я кивнул. Когда генерал вынужден докладывать о своем поражении, его сердце глубоко пронизывает скверное чувство. Особенно это относится к генералам, которые ревностно несли службу и честно выполняли свои обязанности. — Это все твои солдаты? Поскольку вы не растеряли энергию, даже когда отступали, выжить должно было больше. Куда бежали остальные твои военные силы? Зепар не ответил. Он лишь посмотрел туда и слегка покачал головой. Это значило, что он не собирался выдавать мне эту информацию. С давних пор он был мужчиной с благоразумной волей. — Какова численность вражеских сил? — … В ответ на мой вопрос Зепар немедленно закрыл рот. — … Я не уверен. — Ты не уверен? — По сути, эта битва развязалась невероятно быстро. Я едва смог понять, какие нации принимают участие в преследовании, когда их знамена были освещены огнем. Сардиния, Кастилия, Франция, Батавия… По всей видимости, почти все человеческие нации работают сообща, чтобы настичь наши силы. Это массивная армия. — … — Что важнее… первыми, кто набросился на нас, были не люди. Это были наши сородичи. О чем он говорит? Я поднял бровь. — Я не понимаю. Поясни. — … Я говорю о рядовых солдатах, принадлежавших к Владыкам Демонов, которые были убиты в ходе чистки. Ваше Превосходительство, люди поместили этих рядовых солдат вперед и пробивали себе путь в лес. — … Окрестности были тихи. Прежде чем я осознал это, огонь настиг края моря деревьев и сжигал все дотла. Деревья, ломаясь и стоная, падали. Был слышен горестный вой ныне обескровленных животных, но и он длился недолго. Зепар медленно заговорил. — Люди использовали своих пленных как солдат-рабов. Без сомнений, они угрожали им копьями и направляли в лес. Из-за внезапного появления наших сородичей мы не могли атаковать, как следует. Ах. Я скорбел. Вот, значит, как? Такова цена за чистку среди своих же сородичей? Барбатос, Пеймон, вам сполна возвращаются преступления, которые вы двое совершили. — Зепар. Я понимаю, что ты дал мне ложное боевое донесение. — … — Враг не поджог порох сразу. Я уверен, они сделали это позже. Первым, что сделал враг, это погнал наших сородичей вперед и заставил их идти глубоко в лес. Затем, когда вы лежали в засаде, вы подумали, что приближающиеся фигуры — это враги, и напали на них. Ваша засада не провалилась. Если уж на то пошло, вы добились успеха и убили своих сородичей! — … — Битва развязалась. Наступила тревога. Пока вы паниковали из-за неразберихи, с неба стал падать огонь. Ты еще не понимаешь? Благодаря волнению, которое вы вызвали, нападая на своих сородичей и убивая их, вы обнаружили свое местоположение врагу. Люди услышали, как вы сражаетесь, и направили свою артиллерию прямо в то место. Я неправ? Если собираешься отвечать, давай! Плечи Зепара дрожали. Лес белых осин обширен. Если Альянс Полумесяца распределил свои отряда и приказал им лежать в засаде по всему лесу, значит, у людей было что-то вроде глаз Аполлона, чтобы определить их позиции? Они смогли точно определить эти позиции и бомбардировали именно там по чистому везению? Нет. Конечно, дело не в этом. Изначально люди не знали позиций засады. Поэтому они послали в лес группу демонов в качество солдат-рабов. Под покровом ночи Зепар и Ситри приняли своих сородичей за людское войско и набросились на них. Напали из засады. Выстрелили шквалом дротов и убили их. Уже позже они, должно быть, поняли, что те, в кого они стреляли, были их сородичами, но было уже поздно… Когда началось сражение, случился хаос. Когда люди узнали местоположение засад, они послали туда своих воздушных магов и без колебаний направили туда огонь. Взрывы, гул, пламя… — Это. В ярости я заскрипел зубами. Я схватил Зепара за щеки и повернул его голову. Заставил его смотреть на Лес Виструла. Перед нами была бушующая преисподняя. Ад, ошпаривающий и сжигающий наш род. — Это Ад, созданный не людьми. Вы все. Это ад, который сами создали Равнинная и Горная Фракции! Смотри! Что, не видят глаза?! — … — Ты сказал, что не уверен, сколько солдат в стане врага? Само собой. Потому что те, на кого вы напали из засады и застрелили, были не врагами, а нашими сородичами! Вы, мусор, который даже Аид с проклятиями выгонит из преисподней!.. Я больше не мог сдерживать свою ярость и оттолкнул Зепара. Рог упал на землю и покатился. Зепар лишь склонил голову и ничего не сказал в ответ. Есть у него честь или нет? Он убил своих сородичей, потому что ему знакома честь? Это ваша пустякова честь? Я сплюнул. — Как там было, чистка? Чистка, чтобы проредить предателей? Превосходно. Вы хорошо постарались. Поскольку теперь ваша очередь быть прореженными, это карающая справедливость. Боги хорошенько о вас позаботятся. — … — Эй! Свяжите этого поверженного генерала и погрузите в повозку. Разоружите солдат, подчиняющихся ему, и обходитесь с ними, как с пленными. Однажды я обязательно спрошу Барбатос, как поступить с этими людьми. Командиры потащили Зепара прочь. И даже пока его тащили, сдавшийся генерал не произнес ни слова. Как только их лидера схватили, солдаты упали на колени и без сопротивления приняли узы. Я смотрел на Лес Виструла, и моё сердце пылало. Я словно слышал, как сгорает в пламени наш род, как стенают наши сородичи, убивая себе подобных. Ах. Как еще можно было назвать это место, кроме как «пылающая преисподняя»? Барбатос, Пеймон, вы двое толкнули демоническую расу в Ад… С каким лицом вы теперь будете раскаиваться?..

Ад (часть 8)

Убийца кровных родственников, Принцесса Империи Элизабет фон Габсбург 11.04.1506 год по Имперскому календарю Поллис, Лес Виструла

Ночь стала совершенно высохшей. Подобно тому, как в моём сердце каким-то образом остаётся тепло даже после того, как человек ушел, в месте, где недавно бушевал огонь, оставался жар. Под моими ногами хрустел белый пепел, и шелестела ночь. — Довольно величественный вид, — воскликнул Великий Магистр Тьютона. Он прошел по горке пепла и встал рядом со мной. — Мне было трудно понять, для чего Ваше Высочество, Принцесса Империи, решили усложнить себе задачу, таща сюда за собой этих грязных демонов, но… Конечно, теперь мне ясно. Теперь я понимаю, что когда Ваше Высочество спасли крестоносцев в предыдущей битве, это произошло не благодаря удаче. — Я лишь подавляю огонь огнем. Я смотрела на горящий лес. С каждой секундой охваченные огнем белые осины становились темнее, и когда огонь окончательно иссушал их жизни, они ломались и умирали. Великий Магистр счищал грязь со своего нагрудника и забормотал. — Если бы столкновение произошло в лесу, как того и хотел враг, нас бы это затормозило. Основные силы врага в это время бы пересекли Чёрные Горы, и наши войска, скорее всего, остались бы ни с чем. Вместо того, чтобы следовать их плану, мы уничтожаем их всего за ночь с помощью напалма… Великий Магистр поник. В его голосе чувствовалась боль. Языки Тьютона и Габсбурга имеют общие корни, но тон и слова различны. — Похоже, объём информации, которую я должен доложить Его Величеству, увеличилось. То, что наследница Империи — монстр, и мы должны любыми способами избегать противостояния с ней на поле брани. Хаа. Я думал, мы сможем передохнуть после того, как умер Маркграф фон Розенберг, но сейчас на нашей границе воздвигнута ещё большая стена… — Ваш отдых затянулся, — сказала я холодно. — Вражеские солдаты всё ещё сопротивляются, они распределены в разных местах. И пусть угольки малы, они всё ещё тлеют. Вам ли не знать, что именно с таких угольков рождается пламя? Мы одержим победу не подавлением врага нашей военной силой, а тем, что просто покорим время и продвинемся вперёд. По правде говоря, центр наших сил слабее, чем ожидалось. Если у вас есть время стоять тут и травить шутки, тогда берите знамя и идите в атаку. — Несмотря на мой официальный вид, я уже шесть раз за эту ночь отправлялся в битву. Разве не позволительно мне немного времени передохнуть?.. — Вы сможете отдохнуть целую вечность после того, как будете погребены. Вы хотите, чтобы вас похоронили? — Нет, конечно, нет. Понял. Как прикажете, Ваше Высочество. Хаа… В этот раз пойти в атаку со знаменем Сардинии?.. Великий Магистр отсалютовал и отправился. Как безрассудно. Он был человеком, производящим много лишнего шума. Великий Магистр Тьютона поднял знамя благородного рода Сардинии и пропал в темноте. Группа чужеземных солдат последовала за своим лидером и тоже растворилась в ней. Смотря на это, я подумала о человеке, скрывающемся в там. — … Данталион. Ты воспользовался беспорядком войны и провёл чистку. Таким образом, ты, скорее всего, намеревался разобраться с раздором в тылу и объединить демонический континент. Объединившись, демонический континент стал бы настолько могущественным, что воцарился бы над человечеством невиданным злом. Это был пугающий шаг. Я воспользовалась твоей чисткой и удалила яд из своей армии. Ты был так занят делами своего рода, что не смог воспользоваться возможностью, которая появилась, когда я проводила чистку у себя. Хотя яд, что ты распространил с помощью своего действующего генерала, разойдется во все уголки мира, ему никогда не проникнуть в мою нацию. Я воспользовалась твоим преимуществом и сделала его своим. Это был твой фундамент и твой первый шаг. Данталион. Ты воспользовался возможностью, которая появилась, когда я прореживала свой род, и отступил всего за ночь. Ты абсолютно точно знал, что я была в состоянии, в котором не могла с легкостью преследовать тебя. Чистка должна была стать для тебя трудной и изнурительной задачей, но ты просто оставил рядовых солдат, которых ты должен был зачистить, и передал эту изнурительную задачу мне. Ты схватил мое преимущество и воспользовался им в свою пользу. Это был твой ход конем и твой ответ. Я воспользовалась багажом, который ты передал мне, не как обузой, но как острым орудием. Солдаты, среди которых ты проводил чистку, были переполнены злобой. Поскольку их едва не убили собственные сородичи, их негодование было огромно. Ты спрятал своих солдат в разных местах в засаде, но что ты чувствовал, когда эти места были атакованы твоими же сородичами? В очередной раз я превратила твоё преимущество в своё. Это был мой переломный момент. Данталион. Что ты станешь делать теперь? Разве мы не в таких отношениях, что продолжаем отвечать друг другу столько, что уже превратили всё это в азартную игру? Разве мы не поставили на кон свои жизни и свою смерть? Я верю, что ты не посмеешь закончить всё это здесь. Время для расстановки фигур подошло к концу. Теперь ты и я сражаемся за свою жизнь и смерть. Сбежишь ли ты? Так тоже хорошо. Так я смогу добавить еще одну победу в копилку моих с тобой сражений. Я не откажусь от возможности победить с большим резервом, это не так уж и плохо. Данталион. Поторопись и сожги меня. Я не могу видеть твоей тени, хоть и подожгла этот лес. Неужели мне нужно сжечь дотла всё это море деревьев, чтобы узнать, где ты прячешься? Неужели мне нужно заходить так далеко? Я пришла. Элизабет Атанаксия Эвитрэ фон Габсбург здесь. Разве ты не поклялся честью? Ты уже забыл ту лощину, где совокуплялись две псины? Это было шуткой? Поспешным обещанием? Или моей жадностью? Было ли ожидание чего-то от тебя очередным проявлением моей алчности? Я превзошла тебя? Ах, все же. Ты так и не придёшь? Ты совсем не собираешься приходить? Данталион. Данталион. Дантали… — С-сейчас. — … — Принцесса Империи, мы атаковали их, как вы и приказали. Мы вошли в гибельный лес первыми и сражались за вашу армию. Мы атаковали их позиции трижды и дважды повергли их. Шум. Я равнодушно повернулась на шум. Шум был покрыт чёрной золой и выглядел как горка пепла. У шума также была пасть, которую не имеют люди. Это было неприятно. Я дала ему единственный шанс. — Помолчи немного. — В-вы же пообещали нам? Вы пообещали, что, если мы будем исполнять ваши приказы, вы помилуйте нас. Ваша империя обширна и величественна даже по людским меркам, так что обещание, данное вами, должно быть таким же веским. Я показала, что возможность, которую я дала ему, была шансом. — Я приказала тебе молчать. — Если вы не исполните ваше обещание, тогда в какой нации мы будем живы? Наши сородичи покинули нас. Нас просто выкинули. Мы атаковали этих ублюдков, покинувших нас, потому что вы дали нам слово… Я не могу просить вас относиться к нам, как к людям. Есть пещеры, куда могут вернуться звери, и гнезда, где могут передохнуть пернатые. Даже если мы не люди, разве мы звери? Разве мы пернатые? Мы даже ниже, чем звери и птицы? Мы хотим жить. Принцесса Империи, пожалуйста, сдержите ваше обещание. Нет, разве вы сами не дали нам это обещание? Пожалуйста, дайте нам разрешение. Если вы дадите нам свое разрешение, мы уйдем и… — Габсбург единожды даровал вам свою веру. — Что? — Мусор. Я посмотрела на командира. Командир обнажил клинок и проколол шум. — … … Кусок плоти был мгновенно проколот. Мгновенное проколотый кусок плоти упал на землю и уже не мог подняться. Он схватился за свою шею. — … Кха, кххх!.. Хыыы… Из шеи шума текла кровь. Ковер из золы, покрывавший лесную землю, с легкостью впитывал в себя кровь. Видел ли он, как мать-земля, давшая ему жизнь, поглощала его кровь? Шум стонал и улыбался. — Кхааа… Ха, хаха… Ах… Шум смеялся еще долго. Хоть в моем времени он был недолог, так как это были предсмертные звуки, это определенно был долгий смех. Его тело несколько раз скрутило от смеха, словно оно было охвачено малярией. Он решил уйти из этого мира со смехом. Чтобы отбросить и отринуть мир, который выбросил его. Раз, два, три… четыре раза. И перестал. Я приказала. — Если каким-либо образом демоны, которых мы заставили идти на рожон, вернутся живыми, притворитесь, что принимаете их, а затем убейте. Не раздумывайте. Они не из нашего рода. Они — куски мусора, которые мне в моей нации не нужны. — Да, Ваше Высочество. Я взялась за поводья своего боевого коня и поехала вглубь горящего леса. Командиры Империи последовали за мной. Имперские солдаты продвигались вперед, неся в руках знамена всех наций. Стояла глубокая ночь, и мы не могли видеть далеко. Мы не могли видеть врага. Слышны были лишь крики противников, смешивающиеся с ревом пламени, рвавшегося вверх. И хоть мы не видели врага, их крики были ясно различимы, и мы двигались в этом направлении. — Убить предателей! — Убейте их!.. Там демоны разрывали друг друга. Звуки демонов, разрывающихся на части и умирающих, был беспорядочным и разливистым. Этим переливанием существа, рожденные на земле, сделали эту землю густым болотом. Упасть туда — значило никогда не выбраться, и выжить, будучи подожженным, было нельзя, поэтому это было морем огня. И так как оттуда никто не мог выплыть, оно также было могилой. Владыка Демонов. Между нами было море огня. Когда ты придешь? Сможешь ли ты добраться сюда? Даже сюда?

Ад (часть 9)

Избранный раб Короля, Сестра ведьм Бирбир, Капитан королевской стражи Хумбаба 14.04.1506 год по Имперскому календарю Поллис, Лес Вистула

— Пиздец! Блять! Пиздец! Бляяяяя! Нет! Я не могу! Я не стану! Я прям совсем никак вообще не могу! Ничто не заставит меня сделать это! Просто прибей меня, сбрендившая сука! Убей меня! Если собираешься покончить жизнь самоубийством, делай это сама, Ваше Превосходство Ведущий Генерааааааал! Как вы вообще собираетесь найти путь в этом лесу?! — Ведьмы проживают всю свою жизнь, избегая участи быть сожжённой. В конце концов, это их судьба — смерть от сожжения. В момент, когда пересекаются жизнь и судьба, просыпается и ликует решимость!.. — А мне кажется, это не решимость просыпается, а хренотень какая-то! Блять. Мы так отчаянно вопим лишь по одной причине. Эта бешеная сука — генерал — сейчас заставляет нас прорываться через осиновый лес как можно быстрее. Не уверена, помните ли вы, но сейчас ночь! Более того, ночь, когда нас со всех сторон обжигает огонь! Мы несёмся по горящему лесу на своих метлах, так что вполне естественно, что из наших уст будут вырываться ругательства. Шёпот. Нет. Тебе кричать необязательно, Ёриаль. Что ещё за шёпот? Это ведь даже и не шёпот уже! Таким Макаром, мы вообще должны взять да и переиначить слово «шёпот». Тебе это слово в голову ударило сегодня? Как? Почему? — Вот срань! Я мгновенно повернула свою метлу и увернулась от дерева. Блин, блин! Я едва не погибла, потому что отвлеклась на выходки Ёриаль. Я почти врезалась в осину, которую каким-то образом не заметила. Позади меня послышалось бесчувственное ворчание. — Не могла бы ты лететь немного осторожнее, капитан Королевской Стражи? Если я вдруг умру, нашим союзникам никак не выиграть эту битву. Будь внимательнее. Ах да. Это ведущий генерал Фарнезе Надо же ей было выбрать полететь именно на моей метле позади меня. ХА-ХА-ХА. Прямо сейчас мы, сёстры Бирбир, были впереди, образуя собой клин. Генерал Фарнезе отправилась с нами. За нами следовала кавалерия. Не уверена, способны ли они угнаться за нами… Нет, правда. Нужно было ещё разок курнуть перед всем этим. Генерал Фарнезе зашептала мне на ухо. — Капитан. Поверни налево. Если мы повернём направо, мы окажемся в аду. Подай сигнал с помощью рога, чтобы оповестить кавалерию. — Есть. Я сразу подняла рог правой рукой и подула в него. — Баааааа… Затем я повернула налево. Ведьмы, сопровождающие нас, также повернули свои метлы и полетели в левую сторону леса. Они молодцы, раз умудряются следовать за нами, уворачиваясь от деревьев. Я услышала позади нас топот копыт. — Направо. Когда Генерал Фарнезе отдаёт этот приказ, я дую в рог, который звучит совершенно иначе по сравнению с прошлым. — Ещё левее. При таком приказе я снова дую в левый рог, но немного дольше. Да. Эта незамысловатая система сигналов — то, к чему мы пришли до битвы. Никаких флажков. Сигналы руками тоже невозможны. Из-за всё ещё бушевавшего пожара нормально держать глаза открытыми не представлялось возможности. Даже если бы мы попытались, мы бы видели одни лишь осины. — Гууууу… — Баааааа… Два сигнала из рога. Полагаясь лишь на эти два звука, Королевская стража господина Данталиона рьяно мчалась вглубь леса. Мы также захватили рог, сигнал которого означал бы команду атаковать, но я без понятия, когда и как его нужно использовать. Серьёзно. — Откуда у вас такая уверенность в том, куда нам поворачивать? Мы ведь куда-то направляемся, да? Да? Ээээй? Ваше Превосходительство ведущий генерааал? Мне-то, в общем-то, всё равно, куда, но буду благодарна, если это окажется не кладбище… — Помолчи, — приказала генерал Фарнезе вялым голосом. Хоть в её голосе, как обычно, замечались эмоции, разница всё же была, словно глубоко в душе она была раздражена, и это проявлялось. — Капитан. Если отбросить всё прочее, твой рот слишком беспечен. Твой голос шумный. Он не понимает, когда нужно молчать, а когда говорить. Это мой приказ, но сейчас время помолчать. Ты поняла? — Ееесть. Скажете заткнуться — я заткнусь. — Хаа… — выдохнула ведущий генерал. Это не был вздох. Я чувствовала на своей спине жар, исходящий от её дыхания, он проходил даже через одежду. Уже продолжительное время генерал Фарнезе продолжает дышать, словно девочка с лихорадкой. Каждый раз, когда она выдыхала, моя спина всё больше становилась влажной. Блин, это липкое чувство… — Хаа… мм… Серьёзно, я уже вся вымокла. Она держалась за меня, и прямо сейчас её тело было горячим, словно шар огня. Она безостановочно потела. Пусть лес вокруг нас горел, мы летели на большой скорости, так что причин так потеть нет. Несмотря на это, генерал Фарнезе потела так обильно, что даже я вся вымокла. Лихорадка мудрости. Похоже, генерал позади меня активно переживала лихорадку, которую так назвал господин Данталион. Время от времени я чувствовала, как трясутся в агонии её плечи. — Хаа… ммм… хаа… нyy. Если так будет продолжаться, кто знает, возможно, она совсем потеряет сознание. В любом случае, мы следовали приказу генерала Фарнезе и метались влево и вправо через лес. Деревья быстро появлялись и исчезали из нашего поля зрения. Попутно мы пролетали места, до которых огонь ещё не добрался, места, которые сгорели полностью и стали пеплом, и места, обуянные огнём. Все эти сцены быстро оставались позади нас. — Ваше Превосходительство ведущий генерал? Куда нам теперь? — … Вместо ответа было лишь дыхание. Звук дыхания, с каждым разом становившегося всё горячее. Дыхание девчонки было липким, словно топь. — Генерааал? — … — Ваше Превосходительство? Когда я повернулась. Девчонка закрыла глаза.

Ад (часть 10)

Ад (часть 11)

Надежда (часть 1)

— Я люблю вас, Ваша Светлость. — Да. Совсем контузило беднягу. Иди поспи. Похоже, Фарнезе по какой-то причине сошла с ума, раз она так внезапно призналась мне, но я мягко отверг её менее, чем за три секунды. Эта девчонка всегда была не в себе, так что её признание не оказалось для меня таким уж обескураживающим. На лице Фарнезе читалась задумчивость. — … Как странно. В чём проблема? Без ложной скромности могу заметить, что моя красота исключительна. Если уж совсем начистоту, я ещё не встречала женщины красивее меня. Неужели Ваша Светлость и правда импотент? — Ха? Это потому что ты только что вернулась с боя в огне? Мелешь какую-то чушь. — …Люблю ли я вас? Я люблю вас, Ваша Светлость? Я верю, что люблю вас, Ваша Светлость, я обожаю вас. Дорожу ли я вами? Люблю ли я вас? Я по-настоящему люблю вас. Я посвящаю вам своё время, Ваша Светлость. Моё солнце. Мой полдень. Мои свет и мелодия. Солнечный свет, падающий на кучки пепла. — Теперь ты несёшь ещё большую чепуху. Я желаю. Я надеюсь. Я вожделею. Я хочу, чтобы Ваша Светлость превратили моё время в мелодию. Ваша Светлость?.. Ага. Ясно. Кхм. Вот в чём проблема? Что она поняла? Фарнезе уверенно смотрела на меня. — Я люблю вас, отец. — … Я стукнул Фарнезе по затылку. Дело не в том, как она ко мне обращается. Моя дочь с нездоровым сердцем. Безумное дитя. — Кто это? Кто это мог быыыть? Вдобавок, все ведьмы вернулись целыми и теперь издевались над Иваром Лодбруком. Тот сидел, не двигаясь, в нашем лагере, так что они скакали вокруг него и трепали языком. — Как ни взгляни, тут у нас знакомая летучая мышь. Рожа как у летучей мыши, тело тоже, но правдивей было бы назвать его летучей крысой. Прямо перед моими глазами находится тот, кто заставил меня поверить, что никогда в жизни я не встречу кого-либо больше похожего на летучую мышь, чем он. — Странно, очень странно. Из того, что мы помним, он определенно чёртов ублюдок, но почему чёртов ублюдок обитает в военном лагере нашего господина? Неужто наш господин наконец решил принимать на службу даже чёртовых ублюдков? Да уж, да уж, время идёт, и королевская милость нашего господина становится всё более ненасытной. — … Ивар Лодбрук всё сидел и молчал, не проявляя какой-либо реакции на нападки ведьм. Однако, будь я его адвокатом, я бы снова посоветовал ему воспользоваться правом не свидетельствовать против самого себя. Но для ведьм реакция противника не имела ни малейшего, ни самого крошечного значения. Погодите. Сейчас они взялись за руки и кружат вокруг Лодбрука хороводом? — Мы думали… — Всё думали и думали… — Думали так, словно другого дела для нас не было… — О том, что наш господин был в заключении целую неделю. — Ах, входит, наш господин не мог помыться целую неделю. — Ах, выходит, наш господин не мог подрочить целую неделю… — Ах, горе-то какое! Ла-ла-ла, какое горе! — Мы думали. — С древних времён, если мужчина не подрочит один день, это и печаль, и радость. — Всё думали и думали. — Если не подрочит два дня, это трагедия. Если три — уже зверство. — Думали так, словно другого дела для нас не было… — Ах, увы, горе-то какое. Наш бедный господин не мог подрочить целую неделю. Как ваши верные слуги, мы не могли не спеть об этом песню. — Ах, горе-то какое. Ла-ла-ла, какое горе! Мы думали. — О таком затяжном перерыве в дрочке господина? — Всё думали и думали. — О том, как тяжела жизнь без дрочки! — Думали так, словно другого дела для нас не было… — Ах, горе-то какое! Ла-ла-ла, какое горе! — Взгляните на гномов с мелкими ртами, взгляните на волчьих ублюдков с длинными пастями, взгляните на жеребят с длинными и узкими мордами, взгляните на свиней с разбухшими пузами. Ах, все, подойдите поближе и взгляните на этого старика-кровососа. Мы споем одну грустную песенку, так что внемлите. — … В конце концов, эти чокнутые стервы стали петь в унисон. * Как-то раз спросил старик: У кого длиннейший член из Демонический Владык? Мы ответили Имя ему Данталион с печальным хреном Старик продолжил Насколько же он впечатляющ, что вы его так расхваливаете? Мы ответилиЭто хрен, что стреляет быстрее ветра Это хрен с зарослями погуще леса Это хрен, что горячее огня Но в то же время прочнее горы Но каков смысл Когда он не у дел больше недели Он определенно самый печальный хрен на свете Потому мы и поем эту песню Имя ему Данталион с печальным хреном Данталион с самым грустным хреном на свете — … Я замолк. — … Ивар Лодбрук также был безмолвен. — А. Стоит сказать, что эту песню сочинила я, Ваша Светлость. И раз уж я, гений, известный на весь мир, зашла так далеко, вы можете быть тронуты и плакать столько, сколько пожелаете. Даже я вынуждена признать, что эта гармония была прекрасна. Дуреха не послушалась. В итоге, Хумбаба, лидер ведьм и капитан Королевской стражи, широко распростерла руки. — Данталион с самым грустным на свете хрееееееном! Только когда она с чувством протянула эту строчку безумие достигло зенита и пошло на убыль. Похоже, ведьм поглотила иллюзия о том, что они сейчас актрисы дешёвой оперы. Вид был невероятно эксцентричный, но в то же время он был совсем не эксцентричен. Если принять во внимание то, что их мозги обычно прокурены наркотиками, тогда это всё уже не кажется таким странным. — Вот видите? Я же сказала, что сочинила безумно крутую песню. Ха-ха-ха. Ну как вам, мои дорогие ведьмочки? Теперь-то вы можете признать, что я и правда обладаю недюжинным талантом к искусству? — Я признаю. — Я уступаю. — Такое я вынуждена признать. — Такое я не могу не признать. — Простите, господин! Изначально мы планировали вернуться к вам пораньше, но послушайте. Там слонялись просто так люди-пленники, понимаете? Кхм, вот, кхм-кхм, и как эксперты в области пыток и казней, мы не могли не даровать им нашу доброту. — Ну, нынешние казни уже не способны оживить чувство прошлого, какими бы изобретательными они ни были. В сравнении с прошлым, мир стал куда слабее. — Верно. Вот в мои годы, когда тебе отрезали кожу, они не делали этого так просто. Да что уж там, нужно было сказать спасибо, если б все, что тебе сделали — это отрезали кожу. С тебя срывали кожу, покрывали твою голую плоть зельем, полностью восстановив твое тело, только чтобы содрать её снова. Я могла продержаться дважды, но после второго раза было уже проблематично. — Ха, лишь дважды? И ты смеешь называть это опытом? Я вот могу сохранять рассудок до пяти раз, милочка. — Не хочу хвастаться, но я не теряла сознания, даже когда мои внутренние органы разрезали на кусочки, а плоть сдирали тридцать раз. Наоборот, с каждым разом, когда с меня сдирали плоть, в моей голове становилось всё яснее так что какие-то там пытки никак не могли вмешаться в мой прославленный разум. — Я вот задумалась. Тут не то, чтобы ты не теряла сознания, мне кажется, дело в том, что ты еще с самого рождения была чокнутой. Что, чёрт возьми, несут эти девки? Я почувствовал легкую головную боль. Если человек обладает ртом, он должен производить звуки, но эти девки лишь трещали и производили шум. Поэтому я был уверен, что тем, чем они обладают, является не рот, а задница. — Вы все, должно быть, уже знаете, но мою кровь во времена моей особой популярности однажды сосал вампир-эрцгерцог. Немного смущает говорить это перед вами, девочки, но по правда говоря, моя родословная настолько впечатляюща, что я, по большому счету, и не должна водиться с такими, как вы. — Слова, что ты сейчас произнесла, были обращены скорее не к нашим лицам, но к нашим задницам. — Я чую запах пердежа. Кто-то пукнул? — Не я. — И не я. — А чего вы на меня все смотрите? Это точно была не я. Можете посмотреть на мое невинное лицо и поймете, что моя попа не такая, чтобы пердеть. — Ты так сильно это отрицаешь, что это всё более подозрительно. Уж не знаю, насколько ты логична, но точно знаю, что ты крайне ебанутая стерва. — Судья, прошу. — Ну-ка, ну-ка. Исходя из того, что я знаю, это довольно зловонный инцидент. Судя по запаху, можно сказать, что этот пердеж не просто удушливый смрад. — Так каков вердикт, Ваша Честь Хумбаба? Вне здания суда люди сейчас просто беснуются. Пожалуйста, помните, что именно народ назначил вас на пост городского судьи. — Политический судья, улаживающий разногласия между ведьмами, должен уйти в отставку! — Уйти в отставку! Уйти в отставку! Уйти в отставку! — Эй, кхм. Тихо, вот раскудахтались. Успокойтесь, я сказала. Если это не вы, не я и никто из нас, тогда я убеждена, что за случаем с пердежом стоит никто иной как наш господин. — Что за? — Какое неожиданное заключение. — А доказательства есть? Доказательства? — Сам запах пердежа выдаёт его испускателя. Причиной, по которой запах этого пердежа настолько тошнотворный, является то, что наш господин сдерживал этот пук целую неделю, пока был в заточении, и только сейчас позволил ему выйти. — Что за бред! — Это слова вообще были или в воздух пук? Сама судья пердит как дышит! — Буууу! Следствие! Давайте проведём ведьминское следствие! — Полегче там. Кхм. Если вы противитесь этому вердикту, тогда я, судья, буду вынуждена подозревать в совершении преступления прелестную попку одной из вас… — Безупречный вердикт. — Признаю. — Как и ожидалось от капитана Хумбабы. Прекрасный вердикт. — … Преступником, породившим тот пук, был сам Господин Данталион… Это всё моя вина. Если бы я узнала раньше, если бы я поняла чуть раньше… — Нет, Ёриаль. Это не только твоя вина. К этой трагедии привело наше безразличие к попе Его Высочества Данталиона. — Сестра… — Сын мой! — Чёрт, так трогательно. Уже более пятидесяти лет прошло с тех пор, как меня назначили судьей, но такую печальную сцену я наблюдаю впервые. Я не могу не прослезиться. — Какое совпадение. После наблюдения за всеми твоими поступками я могла бы пролить кровавые слезы. Я смотрел на этих чокнутых девок и думал, какую часть мозга они оставили где-нибудь в канаве. Чем больше я наблюдал за ними, тем больше меня одолевало любопытство по поводу имени того кретина, который был безумен настолько, что нанял этих девок в качестве своей Королевской стражи. И если бы не факт того, что тем кретином был я, я мог бы быть более любопытным.

Надежда (часть 2)

— Ха-ха-ха, господин. Прыг. Хумбаба прискакала ко мне и протянула мне свою остроконечную шляпу. Было любопытно, что она задумала, поэтому я присмотрелся и увидел в шляпе горсть земли. После более тщательного рассмотрения я увидел, что из этой горсти торчали несколько одуванчиков. Она что, положила их в шляпу, не удосужившись даже стряхнуть землю с их корней? В ведьминой шляпе лежали одуванчики и земля. Я нахмурился. — Что это? — Мы все думали и думали о том, что такие как мы можем предложить вам, господин, в качестве подарка в честь вашего освобождения. Однако сколько бы мы ни думали, мы не могли придумать, что могло бы сделать вас счастливым, господин. Даже если мы предложили бы вам свои тела, господин ведь всё равно всегда был импотентом, так что какой в этом смысл, если вы нас не примете~? — Похоже вы, девочки, думаете, что каждый мужчина на земле обязан отвечать вам взаимностью. Как же мне разуверить вас в этом ошибочном мнении? Раз уж на то пошло, вы понимаете, что лишь очень малая часть мужчин в мире согласились бы с вашим предложением? — Господин ошибается в своей статистике. История подтверждает обратное. — Я не желаю знать подобной истории… Это что за история такая, где отвечать на предложение этих девок было бы правильным поступком, а игнорировать — неправильным? Что она из себя представляет? Некрономикон? Что-то вроде руководства по порокам или Дьявольского свитка заклинаний? Хумбаба засунула в шляпу свою левую руку. Руку, которую я однажды искалечил, лишив ее безымянного пальца. Горсть земли содержала много влаги, так что внутри было очень грязно. Нечистой была и сама грязь, поскольку была жива. С характерным звуком маленькая ведьма передо мной сорвала один одуванчик, который был нечист, поскольку все еще был жив. — Господин. А-ха-ха. Немного поздно, но. Затем она просунула одуванчик мне за ухо. — Поздравляем с освобождением! Она лучезарно улыбнулась. На какой-то момент я лишился дара речи. Ведьмы захихикали. Так беззаботно. Это воистину был легкий звук. Он с легкостью простерся в небо и с такой же легкостью прошел сквозь него. И я подумал, что эта беззаботность была такой потому, что отбросила где-то по пути часть своей жизни. Фарнезе заговорила. — Ваша Светлость. Похоже, в народе просунутый за ухо цветок считается признаком безумства. Так уж совпало, что за ухом Вашей Светлости сейчас цветок. Не то чтобы я искала в этом тайный смысл, я лишь хочу сказать, что по стечению обстоятельств Ваша Светлость стали безумцем. — Если память мне не изменяет, Фарнезе, ты ведь всего несколько минут назад пылко признавалась мне в любви. — ?.. И что с этого? Между безумием Вашей Светлости и моей любовью есть какая-то важная связь? Девушка передо мной, что, склонив голову, искренне спрашивала меня о связи этих двух обстоятельств, была моим ребенком, которого я удочерил в этом мире. Как безумно. По-настоящему скорбно. Похоже, эта жизнь будет так же нечиста, как и моя прошлая. Как бы то ни было, я не стал слишком долго жаловаться. Я лишь. — …Хаа? — Ээ? Своей правой рукой по голове Фарнезе. А левой по голове Хумбабы. Я погладил их обеих по голове и сказал. — Спасибо. За то, что выиграли сложную битву. За то, что вы первые, кто когда-либо дарил мне цветок в этом мире. Я благодарен обеим вам. Мои ведущий генерал и капитан Королевской стражи на мгновение взглянули друг на друга, а потом лучезарно улыбнулись, словно гортензия и одуванчик, цветущие рядом. — Я люблю вас, Ваша Светлость. — Вы мне очень нравитесь, господин! Вне зависимости от того, как было сформулировано это признание в любви или с какой надеждой оны было произнесено. Мы уже были семьей. Появление Альянса Полумесяца. Скорее всего, это произошло благодаря тому, что мы уверенно преградили путь преследователям в Лесу Виструла, море деревьев. Барбатос и Пеймон, главная армия Альянса Полумесяца, смогли пересечь Чёрные Горы, не встретив по дороге какой-либо опасности. В ту же ночь, когда закончилась битва в море деревьев, обе Владыки Демонов отправили письмо. Барбатос и Пеймон были сильно заняты тем, что продвигали свои силы вперёд, поэтому каждая из них написала лишь по одной строчке. — Спасибо. Мы пойдём первыми. Догоняйте. — Извини. Я оставляю Ситри под твоё крыло. В ситуации, когда кому-то нужно поблагодарить и извиниться перед одним и тем же человеком, одни сперва скажут спасибо, а другие извинятся. Барбатос относилась к первым. Пеймон — к последним. Отличие между ними определенно было заложено в расколе, который произошел между ними в прошлом. Я разгуливал по военному лагерю, который мы устанавливали всю ночь, и смотрел на дневное небо. Группа солдат заметила меня и отдала честь. Я покачал головой и пренебрег их выражением уважения. — Это монарх должен выказывать уважение своим солдатам, одержавшим победу. Вы все отлично сражались. Вы все отлично держались. Нам поставили много мяса, так что сегодняшний ужин будет сытным. Солдаты выразили благодарность и продолжили путь. Пусть я Владыка Демонов всего 71-го ранга, я всё еще остаюсь почетным Владыкой Демонов. Какие милые ребята. Я усмехнулся такой естественной скромности офицеров и муже й и снова погрузился в свои мысли. … Элизабет, Принцесса Империи, была повержена. Она потеряла многих своих солдат. Пострадала также её череда побед. Однако поражение было лишь единовременным позором, Принцесса Империи получила кое-что покрупнее. Факт того, что когда Альянс Полумесяца отступал, она была единственной, кто высказалась за то, чтобы битва продолжалась до самого конца. Факт того, что она сама руководила преследованием и принимала участие в сражении, и её королевское тело было поранено. Я был в печали. — … Человеческий народ, скорее всего, будет ликовать. Громко ликовать. Обоснование. Когда другие нации отказались выступить, и большинство армий просто струсили, обоснованием послужила ее непоколебимая решительность в истреблении демонов. Битва в Лесу Виструла была яростной, отчаянной и жестокой. Главы подразделений каждой из сторон были ранены болтами. Будь они хоть капельку менее неудачливыми, это стоило бы им жизни. Естественно, солдаты, больше всех уважали генералов, которые рвались вперед даже перед лицом опасности. И это касалось не только солдат. Обычные простолюдины также будут ликовать при рождении героя… Непобедимый генерал со светлыми волосами, фаворитка богини Афины. Лора де Фарнезе. Принцесса Империи была такой же. — С одной стороны — генерал золотистыми волосами, с другой — императрица с серебряными. Остановить одну из них могла бы только другая. Так же было и в оригинальном сюжете. В этой жизни я ускорил неизбежность истории ещё жестче. Даже в будущем судьба континента, скорее всего, будет зависеть от военных способностей золота и серебра. Прошлой ночью Принцесса Империи потеряла бдительность. Она ошибочно полагала, что Фарнезе — это труп или кукла… Горькая ошибка. О, Элизабет. Возможно, в предыдущую вашу встречу так и было, но в прошлую ночь всё было иначе. Фарнезе расцвела меньше чем за пару дней. Я, отец и господин этого дитя, осуществил это. Всего за пару дней ты оказалась поверженной. Скорее всего, ты не могла предсказать такого. Возможно, ты даже подумала, что это какое-то жульничество. Так или иначе, твой недостаток знаний заключался в твоей некомпетентности, а то, что ты посчитала жульничеством, являлось следствием твоей ограниченности. «Никто бы не смог измениться всего за пару дней». Все дело было в твоей некомпетентности и ограниченности. Человек может измениться за несколько дней, и уж тем более, если им кто-то помогает. Отныне война, которую мы с тобой создадим, будет длиться по нескольку дней. Возможно, это будет война, в которой придется бороться за несколько часов. Даже посреди дня, когда была одержана беспрецедентная победа, я уже предчувствую новую войну. И в тот момент. — Хм?.. Вдали, с другой стороны военного лагеря, приближалась группа солдат кавалерии. Друзья или враги? Если ни те и не другие, то дезертиры? Я прищурился и всмотрелся вдаль. Солдаты кавалерии держали три знамени. Белый флаг, означающий их намерения к переговорам. Черный флаг с изображенным на нем новолунием Альянса Полумесяца. И, наконец, развевающийся флаг, показывающий их принадлежность и сверкающий золотом. На знамени было написано кредо. Познай самого себя. — … Знамя — наполовину красное, наполовину белое. И кредо, вышитое золотыми нитями. Тот, кто стремится существовать одновременно между миром и войной и купаться в золотой славе во время этого сосуществования. Пятый ранг демонического континента. Владыка, олицетворяющий благородство. Святой и неприкосновенный представитель абсолютной чести. — … Владыка Демонов Марбас. Монарх Нейтральной Фракции таился вдалеке.

Надежда (часть 3)

Данталион, Король Простолюдинов, 71-го ранга 15.04.1506 г. по Имперскому календарю Поллис

— Это безумие, — запротестовала Лазурит. — Если вы пойдёте, я не смогу вас защитить, — посоветовала Фарнезе. — Что ж, господин — безумец, так что, если понадобится, я отдам за вас свою жизнь! — предложила Хумбаба. Отклонив протест, держа в уме совет и приняв предложение, я, Данталион, отправился к месту, где находились силы Нейтральной Фракции. Полночь уже миновала, и ночь была темна. Единственным моим стражем была Хумбаба, но и она была безоружна. К тому же, они так далеко зашли в её осмотре, что проверили даже нижнее белье, заставив раздеться. Её кожа, пережившая долгие времена истязания и пыток, оказалась у всех на виду. — А-ха-ха! Я ничего не утаиваю. Мне нечего прятать. У меня правда ничего нет. Вы думаете, я настолько сумасшедшая, чтобы вступать в конфликт с Владыкой Демонов, у которого в закладе моя жизнь? Я Хумбаба. Главная ведьма, управляющая Тремя Кошмарами. Я была бы рада, если бы вы выказывали хоть какое-то уважение к ордену Четырёхлистника, прикреплённому к моей шляпе. — … Страж осмотрел Хумбабу сверху донизу и кивнул. После этого она была допущена в лагерь Нейтральной Фракции. Лишь после того, как они полностью осмотрели её тело. Хумбаба улыбалась до ушей. — Видели, господин? Именно из-за такого поведения я и думаю, что абсолютное большинство мужчин в мире возжелали бы моего тела. Даже если я спокойно иду куда-то без задних мыслей, они всё равно вытворяют такое. — Боже. Вся твоя жизнь — это сплошное самоедство. — Да, этого я отрицать не могу. Как и ожидалось от господина. Было бы совсем идеально, если бы вы ещё добавили, что самоедство — это моя личная пытка. Мы шли рядом как господин и слуга и переговаривались. Солдаты Нейтральной Фракции сопровождали нас совсем близко с обеих сторон. Факелы в их руках освещали их лица. От элитных солдат можно ожидать, что их лица будут лишены всякого выражения, но несмотря на это, каждый раз, когда их взгляд цеплялся за Хумбабу, они хмурились. Интересно, как долго мы тогда шли? Нас сопроводили к особенно массивной палатке. Это был военный шатёр, сделанный из сшитых друг с другом тигриных шкур. Так как ни Барбатос, ни Пеймон особо не заморачивались по поводу пышности их жилищ, шатёр, представший перед моими глазами, был самым роскошным, что я когда-либо видел. Все стражи, стоявшие у входа, имели орден Двулистника на своих шлемах. Орден в форме листа был честью, которая выказывалась только тем, кто участвовал в Альянсе Полумесяца и совершил достойный подвиг. Так как этот Альянс Полумесяца был восьмым, и экспедиция ещё не завершилась, этот орден, несомненно, был получен в шестой или седьмой экспедициях. Это значило, что стражи, коих насчитывалось чуть более двадцати, все были воинами-ветеранами, которые смогли выжить в течении последних двухсот лет. Хумбаба вела себя, как неугомонная собачка, и тыкала пальцем в свою остроконечную шляпу. — Господин, господин! Смотрите! У меня тут Четырёхлистник. — … — У них всех всего лишь Двулистники. А-ха-ха. Я сильнее их в два раза! Ого. Как только Хумбаба произнесла эти слова, стражи обратили на неё свои смертоносные взглядами. Несмотря на мой вид, я всё ещё остаюсь Владыкой Демонов. Я провёл рукой к рогу на своей голове и прошептал. — … Пусть у тебя и четыре листа, разве ты не получила их, пресмыкаясь перед Её Высочеством Пеймон, после того как провернула какую-то хитрость? Молю тебя. Помни, что сейчас мы посреди армии, которая в один миг может начать относиться к нам враждебно. — Эх. Но у меня хроническое заболевание, при котором я становлюсь угрюмой, если замолкаю хотя бы на секунду. — По крайней мере, ты не могла бы говорить так тихо, чтобы слышал тебя только я? — Ха-а-а. Только не говорите, что это было тайное признание? Вы не должны этого делать, господин. У меня уже есть господин, которому я посвятила свою любовь, так что я никак не могу отдать господину своё тело!.. Да уж. Плевать. Чего я вообще от тебя ожидал? Прости, расти здоровой. Под взглядами стражей я и Хумбаба продолжали переговариваться. После того, как прошло почти полчаса, из шатра послышался низкий голос. — Владыка Демонов Данталион, войди. Голос имел древний тон. Однако в нём звучал грозный рокот, который не могла успокоить даже древность. Я почесал Хумбабе за ухом. — Я вернусь. — Да, господин, — она светло улыбнулась, — я буду ждать. Всегда. Как и снаружи, внутри шатёр тоже был внушительных размеров. Я думал, что мой шатёр можно назвать роскошным, учитывая, сколько я вложил в него денег, но место, где жил глава Нейтральной Фракции, было совсем на другом уровне. Двенадцать слуг стояли, молча склонив головы. На меня смотрели шестеро телохранителей, некоторые из которых держали в руках копье, у других на поясе висел меч. На полу был расстелен красный ковёр, а на его краю стоял огромный трон. На этом троне, неровно облокотившись, сидел монарх. В месте, которое нельзя было назвать шатром. Скорее дворцом, расположенным посреди вражеского военного лагеря. — Данталион, — заговорил монарх. — Достойно восхищения, что ты пришёл сюда один. Ты здесь, чтобы принять мой вызов? Марбас смотрел прямо на меня. Его лицо было близко. Его взгляд был твёрд. Его многолетний опыт оставил свой след на лице в виде морщин. Его стойкие плечи выражали решительную стойкость. Передо мной сидел тот, кто не делал различия между убеждениями и жизнью, а собирал лишь убеждения о жизни и жизнь с убеждениями. Он был превосходно стойким монархом. — Последний раз я видел тебя сразу после речи о вступлении в войну. Разве ты не был заключён? Я склонил голову и ответил. — Мои грехи были прощены, и меня освободили. — Слышал, слышал. Ты был выпущен в тот же день, когда произошла трагедия на Равнинах Бруно? — … Я на мгновение задумался. Солгать в этой ситуации было простой задачей. Я был уверен в своей способности вводить в заблуждение. Также было много способов ответить на этот вопрос неоднозначно. Однако симулировать невежество сейчас, скорее всего, было не самым важным. Критически важным было развить положительное впечатление, которое я произвёл на монарха. «Он, мягко говоря, очень принципиальный», — сказала Пеймон. «Говоря ещё мягче, он чертовски агрессивное ископаемое», — добавила Барбатос. «Ещё он храбрый старик». «Ещё он храбрый старик». Нельзя было назвать эти высказывания особенно полезными. Я покачал головой, поражаясь своей проклятой памяти. — Ваше Превосходительство, я наблюдал эту трагедию собственными глазами. Я не мог остановить её, хоть и был свидетелем, но даже если бы мог, я бы не стал, поэтому было бы постыдно утверждать, что я никоим образом непричастен к этой трагедии. — Это надлежащий и здравый аргумент. Подними свою голову. Я повиновался. На правом глазу монарха находился монокль. В шатре тут и там были расставлены свечи, и монокль, отражая их свет, то и дело отбрасывал блики. Мне было трудно смотреть на его лицо, но монарх осматривал меня с ног до головы. — Данталион, так как ты самый младший среди нас и самого низкого ранга, я полагаю, что ты едва ли причастен к тому происшествию. Даже в тот самый день, когда проливалась кровь, ты, скорее всего, не мог вмешаться, потому что находился в заточении. Среди всех товарищей, что кличут себя Альянсом Полумесяца, один лишь ты невинен. — Я польщён, Ваше Превосходительство. Всё было совсем не так. Мне жаль об этом говорить, Марбас, но если уж и искать главного виновника той резни, то в первую очередь показать пальцем нужно на меня. По существу, именно ко мне ты должен испытывать самое враждебное отношение. Но, как бы то ни было, тебе ничего не остаётся, кроме такого заблуждения. Потому что. — Барбатос и Пеймон безжалостно оставили тебя позади, заставив напасть на приближающихся людей. Нет сомнений, что тебя выпустили, лишь чтобы использовать как жертвенного ягнёнка. Ты не чувствуешь досаду? Да. Потому что как ни посмотреть на мою ситуацию, все будут видеть её именно так. — … Ах, я смеялся у себя в голове. Несмотря на мои рассуждения, я и Принцесса Империи Элизабет были одинаковы. Для нас победы и поражения в битвах были второстепенными задачами. Победы прекрасны и приятны, в то же время поражения унизительны и позорны. В самом редком случае, когда ты участвуешь в битве, в которой можешь быть унижен и опозорен, ты должен убедиться, что, даже потерпев поражение, ты сможешь урвать что-то для себя. Как правило, стоит вступать именно в такие битвы. Принцесса Империи потерпела поражение. Несмотря на это, она получила обоснование. Она получила бы его при любом исходе битвы. По этой причине Принцесса Империи без колебаний преследовала нас до моря деревьев. Я торжествовал. Однако, даже если бы я проиграл битву, моя невинность всё равно была бы доказана. Для остальных Владык Демонов я был бедным, прискорбным и жалким малым, мелкой сошкой, которую обвели вокруг пальца Барбатос и Пеймон, чтобы позже выбросить, как разыгранную карту. Я победил. Однако, пусть наши силы и победили, что делал я? Где я был, когда Фарнезе ранил вражеский болт, а ведьмы бросались на врага, не жалея собственных тел? Позади. Я устанавливал лагерь в безопасном месте вдалеке от них и принимал дезертиров. Пусть я выиграл, эта победа досталась нам совсем не моими заслугами, поэтому я лишь стоял рядом с победной славой. Кто-то может посчитать такой ход мыслей неразумным, но я считаю, что это самое прекрасное из возможных умозаключений.

Надежда (часть 4)

Я словно даже здесь чувствовал, как меня высмеивает народ.— Владыка Демонов Данталион. Тот, кто каким-то образом получил небывалую прибыль, но бездумно тратит своё состояние на свою низменную любовницу, потому что он болван. — Владыка Демонов Данталион. Ему повезло каким-то образом получить к себе в генералы гения, однако сам он никогда не отправляется в битвы, потому что он трус. — Владыка Демонов Данталион. Тот, кто смог каким-то образом выжить в тот день по чистой удаче, однако его все время используют Барбатос и Пеймон, потому что он тупейший из тупых. Блудник. Трус. Тупица. Как прекрасны эти перешёптывания. На этом огромном континенте число монархов, которые в курсе, что за всем этим стою я, можно посчитать на одной руке. Барбатос, Пеймон, Ситри, Ивар Лодбрук и Элизабет. Кроме них нет никого. Пятеро. Всего пять человек. Представление, у которого всего пять зрителей. С другой стороны, ах, Элизабет. О, Элизабет, чьи серебристые волосы так элегантны. Принцесса Империи, родившаяся с другой частью моей души, созерцай бесчисленное число врагов, которым ты должна противостоять!О, Элизабет. Каждый государь, что правит на человеческом континенте, боится тебя. Из-за их предчувствия, что ты станешь штормом, который поднимет новую волну и поглотит побережье нынешней эры. О, Элизабет. Даже твой биологический отец, Император Габсбурга, боится тебя. Потому что интуиция подсказывает ему, что меч, который ты до сих пор натачивала, будет использован, чтобы ударить его в спину и забрать его жизнь. О, Элизабет! Сейчас каждый Владыка Демонов узнает тебя в лицо. Девушку, что должна была тихо покорять человеческий континент на юге от Чёрных Гор, но была раскрыта на десять лет раньше. Потому что я вежливо пригласил тебя на сцену. О, Элизабет. О, Принцесса Империи, чьи алые глаза напоминают цвет крови. О, Императрица, прошлой ночью пролившая кровь после нападения Фарнезе. Ты компетентна до невозможности. Именно поэтому ты уже не станешь вести себя безрассудно, когда встретишься с Фарнезе в будущем. Поэтому в следующей битве ты, возможно, даже заставишь её преклонить колени. И не только в следующей битве, но и во второй, в третьей и далее, и даже во всех последующих. Даже если никто в мире не верит в твою победу, я один буду верить в тебя. Ты императрица, которой изначально было суждено покорить мир, настолько ты велика. — Но надолго ли? — спрашивает один блудник. — Как долго ты будешь продолжать побеждать? — подстёгивает трус. — Будешь ли ты побеждать всегда и бесконечно торжествовать? — насмехается тупица. Ты пытаешься справиться с Фарнезе сама? Укротить еёты сможешь. Я знаю, что ты с лёгкостью сможешь справиться с ней. Однако способна ли ты одновременно справиться с каждым монархом на человеческом континенте и каждым Владыкой Демонов на демоническом континенте? Сможешь ли ты справиться с этим лишь потому, что сказала, что справишься? Слушай. Этот блудник, трус и тупица спрашивает тебя. Вопрос, что важнее всего остального. Вопрос, скользящий лишь в нашем перемешивающимся дыхании. О, Элизабет. Можешь ли ты справиться со всем миром? Я могу. Ах, для меня это более чем возможно. Почему? Потому что я в самом начале сделал так, что мне придётся иметь дело лишь с пятью участниками представления.Пять! Даже если бы я обладал талантом, немного проигрывающим твоему, я не настолько глуп, чтобы не смочь пудрить мозги всего пяти людям. Пять! Пусть мои замыслы неполны, а мои планы немудрены, по сравнению с тобой, их более чем достаточно, чтобы играть с пятью людьми и управлять шоу. Пять! Один из этих пяти пальцев уже пал и стал моим рабом. Теперь число людей, с кем я должен справиться, сократилось на одного. Что уменьшила ты, пока я снижал это число? Разве ты своё не увеличила? Пять! Один из очевидных пяти пальцев, Владыка Демонов Ситри, опустилась на позицию, с которой ей было трудно поднять лицо передо мной, потому что она проиграла тебе. По моим расчётам, она и Зепар были пленены Владыкой Демонов Марбасом. Прекрасно. Как приятно. Ситри всё ещё отказывается подчиняться мне. Было слишком рано, чтобы пал её последний бастион. Однако её падение не просто должно было произойти скоро, это был предопределённый план. Когда это случилось, ещё один ведущий актёр из основных пяти сошёл с моей сцены. Разве ты не будешь прекрасна? Разве ты не будешь прекрасно сломлена? Разве ты не заблагоухаешь, когда будешь прекрасно сломлена? Элизабет Анатаксия Эвитрэ фон Габсбург… Даже в этот момент я рисую тебя в своей голове. Не будь разочарована лишь тем, что я не смог встретиться с тобой в осиновом лесу. Если мы не смогли встретиться, это просто означает, что ещё не время. Будь терпелива. Ты и я — судьбы друг друга. Когда ждёшь свою судьбу, нужно ждать лишь счастливую мелодию. До того дня, когда наша судьба ударит мир, словно молния, мы должны быть счастливы, выжидая… — Данталион. Слушай. Актёр второго плана, страшный как медведь, стоял вон там. Однако, каким бы страшным он ни был, он был лишь актёром второго плана. Разве не так? А теперь давай послушаем то, что он скажет. — Тебе больше не нужно бояться бросивших тебя Барбатос и Пеймон. Встань под мою защиту. Я приму тебя. Стой под моим знаменем. Я поведу тебя. Смотри в направлении, которое я указываю. Я пообещаю тебе. Хорошо. Таков язык монарха, который прожил жизнь. Я мог чувствовать запах земли. Как прекрасно. Если боевые кони проскачут по этой высушенной солнцем земле, скорее всего, поднимутся клубы дыма. — Я пообещаю тебе королевскую землю, где наши сородичи не будут убивать друг друга. Я клянусь, что это будет королевство, где никто не будет убит, даже если на то будут причины. Если я обессилю, и меня не станет, по крайней мере, это клятва будет вечной. Как насчёт этого, Владыка Демонов 71-го ранга? Монарх продолжил. — Ты последуешь за мной? — … Я заставил улыбку, идущую от сердца, там и остаться, и собрался. Моё лицо всё ещё было спокойным, а вид сдержанным. Мой голос не отражал температуру моего сердца, поэтому звучал умиротворённо. Я медленно склонил голову, чтобы показать, что я испытываю давление от величия Марбаса. — … Ваше Превосходительство. Ваше королевское милосердие неизмеримо и непостижимо. Если мне была дарована возможность передохнуть в тени Вашего Превосходительства, как я могу отказать? Однако прежде чем ваш покорный слуга Данталион сможет доверить своё жалкое тело Вашему Превосходительству, есть кое-что, что я сперва должен сказать вам. — Ты желаешь частной аудиенции? — Да, Ваше Превосходительство. — Все вы можете уйти. Никто не осмелился оспорить его приказ. Звук отдаляющихся шагов телохранителей и слуг какое-то время проникал в палатку, но скоро стих. Звук дыхания более двадцати человек исчез в едином действии. Вычурный военный шатёр из-за своей вычурности более покинутым. Монарх заговорил. — Что ты желаешь рассказать? — Я посланник и Барбатос, и Пеймон. — … Атмосфера была холодна. Марбас молча смотрел на меня. Был ли он зол или внимательно разглядывал меня? Понять было трудно. Подобно тому, как я удержал температуру своего сердца и не позволил ей проявиться в моем голосе, похоже, Марбас не позволял температуре своей груди пробиться в его взгляд. — Если ты посланник, значит ли это, что у тебя есть послание, которые ты должен мне донести? — У меня нет ничего подобного. — Тогда как такой как ты может называть себя посланником? — Потому что у меня имеется предмет, доказывающий, что я посланник. — Покажи мне его. — Я представлю его Вашему Превосходительству, но. Я ещё раз склонил голову. — Прежде этого я должен передать слова, которые передали обе партии. — Я позволяю. Однако помни, что твоя жизнь сейчас находится на острие ножа. — Я всегда уделяю сохранению своей жизни первостепенное внимание, Ваше Превосходительство. Я прочистил горло. Поправил одежду и поднял голову. Я посмотрел прямо на мужчину перед собой. Развитое тело с размахом плеч больше моего в три раза, его взгляд был устремлён на меня сверху вниз. Но меня нельзя было сломить. Так как я назначил себя посланником обеих фракций, я был уже не самым младшим Владыкой Демонов 71-го ранга, а представителем Равнинной и Горной Фракций. — Я передаю это сообщение не Нейтральной Фракции, а одному лишь Владыке Демонов Марбасу. — … — Мы нарочно не информировали вас о своих планах заранее. — … Что? Взгляд монарха, до сих пор остававшийся спокойным, дрогнул. Конечно, это колебание не было благодушным по отношению ко мне. Марбас, нахмурившись, смотрел на меня так, словно он намеревался дать мне одну единственную возможность объясниться, прежде чем выпустить свою ярость. Я объяснился. — Ваше Превосходительство, обе фракции не уведомили вас о чистке нарочно. И хоть это действие — просто-напросто нелепость, в то же время оно было ради вашего же блага. — Что за чушь. Каким образом это было ради моего блага? — Отныне Альянс Полумесяца будет участвовать во всеобъемлющей войне против Владык Демонов, оставшихся на демоническом континенте. Тем не менее, даже если мы будем участвовать в этой всеобъемлющей войне, есть ли для нас нужда убирать их? Как искоренение каждого жителя земель, которыми управляют Владыки Демонов, может быть волей обеих партий? — … В конечном счёте, Барбатос действовала ради блага народа. Это была деспотическая любовь и ненависть. Пеймон также любила людей. Это была лицемерная привязанность. Хоть они и были деспотическими и лицемерными, не было ни одного монарха, кто бы действовал на благо демонического рода больше, чем эти двое Владыки Демонов. — Если война продолжается долгое время, придёт время, когда будет необходимо прекращение огня. И даже если огонь не прекратится, будет заключено соглашение. Если будет заключено соглашение, нужен будет кто-нибудь, кто сыграет роль посредника для обеих сторон. Разве кому-то из обеих сторон не будет трудно быть посредником? — … — Ваше Превосходительство, грех за предательство Альянса Полумесяца и выдачу своих сородичей невыразимо значителен и глубок, но, если бы обе партии сначала обсудили эту проблему с вами, они бы с лёгкостью убедили вас. Я полагаю, что несколько паразитов, прячущихся в тени Вашего Превосходительства, также были бы отправлены на тот свет. Однако если бы все пошло таким образом, прийти к соглашению было бы невозможно, и нам бы пришлось столкнуться с мучительно трудной ситуацией. Монарх замолк. — Так я был исключён во имя мира, что последует после этого? — Всё верно.

Надежда (часть 5)

— Каковы твои истинные намерения за тем, что ты донёс мне это именно так, а не обычным письмом? — Вокруг Вашего Превосходительства слишком много глаз. Начиная с Баала 1-го ранга и до Гамигина 4-го ранга. Подобно тому, как их взгляды грозно вырисовывались близко к Равнинной и Горной Фракциям, они, скорее всего, скрываются в Нейтральной Фракции. Если бы я пронёс с собой письмо, оно могло быть найдено во время обыска. И вне зависимости от того, было бы раскрыто содержимое письма или нет, сама информация о том, что «У Данталиона с собой тайное послание» к кому-нибудь бы да прошла. Передача послания посредством письма была слишком опасна. — … — Ваше Превосходительство, я молю вас о понимании. Понимание. Действо глубокого всматривания в свет свечи. Просто смотреть лишь на горящий свет лампы и всматриваться в вещи, которые не могут быть увидены, и прочувствовать их. Постигая связь между светом и светом. Подобно тому, как я соединял дым с дымом на всём пути за Чёрными Горами, такое могли провернуть монархи и только монархи. — Пожалуйста, поверьте в товарищей Вашего Превосходительства из обеих фракций, которые были вместе с Вашим Превосходительством на поле брани более четырёхсот лет. Её Превосходительство Барбатос и Её Высочество Пеймон — заклятые враги, но по какой причине, Ваше Превосходительство, вы думаете, они встали рука об руку? Не потому ли, что у них под ногами водятся дремлющие паразиты, гораздо более презрительные, чем их заклятые враги? — … Марбас закрыл глаза. Шатёр погрузился в полную тишину. Тишина была мучительной. Морщины на лице монарха, видимые за моноклем, были темны. Наконец, после долгого молчания монарх заговорил. — … Те девушки шалят так, что содрогается мир. Они намереваются отдать мне самую тяжёлую роль? — Да. Всё именно так. Ваше Превосходительство должны притвориться, что вы в ярости на обе фракции. Если ваша игра будет плоха, Владыки Демонов к северу от Чёрных Гор с лёгкостью поймут об этом. Я с уважением поклонился. — Ваше Превосходительство, возьмите меня в заложники и ворвитесь в Чёрную и Белую Крепости. Преследуйте обе партии, словно вы изо всех сил пытаетесь догнать их. В настоящий момент Владыки Демонов к северу от Чёрных Гор, скорее всего, заняты из-за отступления Альянса Полумесяца. Их поле зрения сузится, и Ваше Превосходительство, скорее всего, будет первым, кто покажется у них на виду. Воспользуйтесь этим преимуществом. — Я уже захватил Зепара и Ситри. Мне нужно больше? — Чем больше, тем лучше, Ваше Превосходительство. — … Монарх издал протяжный стон. — Именно ты верный слуга демонической расы. Несмотря на то, что они тебя заточили, ты следуешь за Барбатос и Пеймон без каких-либо жалоб, а теперь предлагаешь себя в роли заложника, и всё ради демонического континента. Данталион, я выражаю тебе своё уважение. Затем монарх вытянул свою левую руку. Я подумал, что Марбас хочет пожать мне левую руку, а не правую. Отныне и впредь. Действие, в котором я притворяюсь заложником перед Альянсом Полумесяца, начинается здесь и сейчас. — Для меня это честь, Ваше Превосходительство. В тот самый момент, когда я собирался принять рукопожатие. — Мм. Сжатие. Марбас захватил мою левую руку в своё крепкое рукопожатие. Кости моей руки мгновенное оказались под колоссальным давлением. Марбас держал мою руку с такой силой, что она едва не ломала мне кости, а плоть заставляла кричать. Благодаря ему моё лицо исказила гримаса боли. — Ваше Превосходительство, что вы… — Где доказательство того, что ты не лжёшь? Марбас внимательно смотрел на меня. Я уже осведомлён о твоём красноречии. Я тоже присутствовал в Нифльхейме, когда ты заставил Пеймон встать на колени. Где гарантия того, что ты не имеешь коварных намерений и не планируешь своим красноречием высмеять меня и поднять на смех Альянс Полумесяца? — … — Где гарантия того, что мы, обманутые тобой, не попадём в засаду по пути в Чёрную и Белую Крепости? Данталион, у тебя доброе лицо и мягкий взгляд, но в мире полно жуликов, способных скрывать свой вид. Как ты докажешь мне, что не пытаешься обвести меня вокруг пальца? Конечно. Вполне неплохо. Мужчина передо мной провёл свои дни как глава Нейтральной Фракции совсем не праздно. Такая предосторожность очевидна. Именно поэтому я с очевидной вероятностью предусмотрел это. В моей руке расплывалась ужасная боль, но я немного улыбнулся. Да. Я с нетерпением ждал этого самого момента. — О, Почтенный Марбас, если получится так, что я предал Ваше Высочество, это будет значить, что я тоже был обманут двумя фракциями. Я уже попросил Ваше Высочество взять меня в заложники. Если на пути к Чёрной и Белой Крепостям действительно случится засада, разве не моя голова полетит с плеч первой? — Верно, — кивнул монарх. — Поэтому проблема проста. Как сильно доверяют тебе Барбатос и Пеймон? Только это ты должен доказать мне, а я должен убедиться. Если у Барбатос и Пеймон ещё что-то осталось в головах, они обязательно должны были оставить тебе знак своего доверия. У тебя такой имеется? — Конечно, Ваше Превосходительство. Я медленно вытащил кое-что из своего кармана. Предмет, который с первого взгляда выглядел совершенно нормально, и который носил бы с собой любой более или менее богатый человек. Марбас нахмурился, когда увидел эту вещь. — Хм? Разве это не карманные часы? — Нет, Ваше Превосходительство, это не карманные часы. Это артефакт памяти, содержащий важное доказательство. Ведьмы под моим командованием с радостью зачаровывают часы магией памяти, так что я приноровился использовать их в свою пользу. — Хмм. Давление, оказываемое на мою руку, постепенно ослабло. — Предусмотрительно. Если посланник придёт лишь с устным посланием, на него обязательно падут сомнения, но, спрятав доказательство в часах, такого можно избежать. — Ваше милосердие несравненно, Ваше Превосходительство. Дождавшись приказа, я без колебаний начал поворачивать часовую стрелку. Один раз на полночь. Один раз на полдень. Снова на полночь и назад к полудню. Часовая стрелка, минутная стрелка и другая половина карманных часов стали истово вращаться, издавая вибрирующий звук, затем из прощелин часов начал выходить дым. А потом. Когда я осветил часы в дыму, они стали проецировать. Ах… хааа… ?! — … Марбас замер. Из часов стали доноситься постоянные стоны. Тишина военного шатра странным образом была нарушена. Почетный Владыка Демонов Марбас сидел, уставившись в воздух с таким же лицом, с каким застал десять секунд назад. — Нет! Хватит! Прошу, эй, перестань, не надо?!. — Когда я разрешал тебе разговаривать? Свинья должна хрюкать, как и положено свинье! — Мм, хрю… хрююю, хрю!.. Я широко ухмылялся. Хотя шедевр, в котором была записана Лазурит был разрушен и больше не мог удостоиться чести быть первым в этом мире, этот предмет искусства, несомненно, был первым в этом в этом мире, в котором главную роль играл Владыка Демонов. — … — Ваше Превосходительство приказал вашему покорному слуге предъявить доказательство того, насколько мне доверяет Её Превосходительство Барбатос, верно? Что ж. Я широко улыбался, показывая мою редкую и ценную работу. В дыму были спроецированы я и женщина. У женщины по случайности были белые волосы, отливающие серебром, а также пара рогов, растущих из её головы, ну, и в довесок ко всему, у неё были золотистые зрачки. — Ну всё. Кто я? Давай, скажи это. Кто я для тебя? — Господин… Господин Данталион, мм. Господин покорной Барбатос!.. И, так уж совпало, её звали Барбатос. — … Не сдвинувшись ни на миллиметр, глава Нейтральной Фракции застыл как статуя и смотрел запись, на которой глава Равнинной Фракции обращалась ко мне как к господину и выглядела нелепо. Похоже, он испытал сильнейший шок за всю свою жизнь, и он поразил его до глубины души. Пространство было бесконечным, а время беспрерывным. Прошло пять минут. Пять прекрасных минут. — … — … Марбас всё ещё не двинулся. Я широко улыбался. — … это. — Да. — Не говори мне… — Да. — … Нет, но?.. — Всё так. — Серьёзно?.. — На удивление. — Но, как ни взгляни, роли… — Я тоже так думаю. — Тогда это было не насильно, а добровольно?.. — Должен сказать, что в этой записи у меня не было свободы действий или какой-либо инициативы. — … Тишина. Марбас открыл свой рот. — Как бы то ни было, в противоположность моим ожиданиям, ты ведь тоже наслаждался этим? — Ваше Превосходительство, ваш покорный слуга ни разу в своей жизни не сомневался в политическом нейтралитете Вашего Превосходительства, но ваше высказывание вызывает во мне слабые сомнения. Пожалуйста, отнеситесь с пониманием. — Конечно. Марбас издал протяжный стон. — Барбатос, эта сумасбродная девчонка, наконец, заполучила себе самца… — Не хотелось мне упоминать это, но вместо снижения этого сомнения Ваше Превосходительство только взращивает его. Я могу заверить Ваше Превосходительство в том, что такое тело не соответствует моим предпочтениям. Если бы мне пришлось выбирать, думаю, Её Высочество Пеймон весьма роскошна. — Внешность Пеймон действительно чудесна. Она заслуживает своего титула «Королевы Мар». Я кивнул. А затем спросил Марбаса. — Теперь Ваше Превосходительство понимают, насколько мне доверяют? — … Марбас закрыл свой лоб ладонью. Он тяжело вздыхал прямо сквозь свои пальцы. Похоже, он хотел запустить руку в волосы, но так как на его голове их попросту не было, он неуклонно досадовал по этому поводу. Грубо говоря, было похоже, что Марбас по-буддистски размышлял о том, кто я такой, откуда я пришёл и куда отправлялся. — … Думы. — … Ммм… Мучения. — Безусловно… И смирение. — Я понял. Я доверюсь тебе, Данталион… После великолепного постижения трёх ступеней Буддизма Марбас вздохнул. К сожалению, он, похоже, не смог достичь последней ступени — просвещения, но кому какое дело? Все и так было в порядке. Каким бы гнилым ни был мой характер, я не настолько жесток, чтобы бранить старика за грусть. Поэтому. — Отныне я в вашем распоряжении. Ваше Превосходительство Марбас, может, с моей стороны грубо спрашивать, но не пожелаете ли вы послушать одну мою «просьбу»? Прошу, считайте это вознаграждением за то, что я проделал весь этот путь, несмотря на риск. — … Да будет так. Каким бы ни было твоё желание, я обеспечу его, если это в пределах моих возможностей. Я улыбнулся с искренним облегчением.15.04.1506 г. по Имперскому календарю: Между Равнинной, Горной и Нейтральной Фракциями был заключён тайный альянс. Однако, известно, что число людей на этом свете, которым известно убедительное доказательство, стоящее за образованием этого альянса, можно посчитать на одной руке.

- - - - Конец. - - - -

Интерлюдия

Избранный раб Короля, Сестра ведьм Бирбир, Капитан королевской стражи Хумбаба 15.04.1506 год по Имперскому календарю

Тсс, эй. Тсс. Только взгляните на их жестокий нрав. Как и ожидалось, даже аура королевской стражи высокоуровневого Владыки Демонов была на совершенно другом уровне. И стражи, и слуги пристально смотрели на меня и перешёптывались. Ничего не поделать. Именно они хотят злословить обо мне, так что во что бы то ни стало, я позволю им вкусно наесться. Всё нормально, правда. Жуйте хорошенько, хорошо? Кушайте на здоровье. Жуйте. Говорят, что не нужно мешать собаке, пока она ест, а я, несмотря на мой внешний вид, хорошо воспитанная девочка. А-ха-ха-ха. — … Сделать ведьму капитаном Королевской стражи… — Как мог такой вельможа назначить на это место такое низкое создание… — Шлюхи с проёбанными задницами… Разве не потрясающе? Люди изрыгают слова не только из своих ртов, но и из своих глаз. Да. Собственно, разве эти глаза не были когда-то полостями, прежде чем в них поместили глазные яблоки? Отверстия есть отверстия. Что-то или пихается в эти дыры, или исходит из них, вот во что верят люди. Подобно тому, как слова выходят из ртов, а из задниц — дерьмо, что-то выходит и из их глаз. Презрение. Насмешки. Глумление. В любом случае, подобно тому, как людям нужна еда, чтобы выжить, эти вещи были тоже нужны им, чтобы жить. — Эй, только взгляни. Говорят, эта ведьма прожила несколько столетий. — Она совсем похожа на ребёнка… — Смотрит на нас. Одним своим видом бесит. Нет. Всё это неподходящие слова. Эй там, молодые слуги. Тык… Тык… это начинает раздражать. Они с самого начала начали кидать в меня галькой. Можно с лёгкостью понять, насколько чист и прекрасен их внутренний мир, исходя только из того, что они кидали не камни, а гальку. Если бы я была ранена камнем, то неважно, что он в конце рангового списка Владык Демонов, это будет значить, что они напали на меня, капитана Королевской стражи господина. А так, галька. Хаа, вот дерзкие ребята. … Когда уже господин вернётся? Он опаздывает. Немного. Делать всё равно нечего, так что я могла бы напеть песенку, которую сама написала. — Старик вопросил… насколько же он впечатляющий, раз вы все его так хвалите… Ах. Я говорю это не потому что сама её придумала, но это совершенный шедевр. Я серьёзно. Будь то люди или демоны, да даже монархи соревнуются в том, чей член больше. Такие, как мы, размышляли об этом, но сколько бы мы ни думали, самым большим членом в мире обладает наш господин, Данталион. — Имя ему Данталион с печальным членом… Это наш господин. Член господина был не только большим, но и от этого особенно прискорбным. Кажется, что его стоит называть печальным или грустным, но, если попытаться найти подходящее выражение, можно наткнуться на тень человека, жизнь которого пошла наперекосяк. Увы. Поэтому член господина был не только огромным, но и самым печальным членом… Боже. Даже у меня мурашки по коже, когда я думаю об этом. Как прекрасен мой подарок?! Если бы Аполлон меня видел, он был бы в отчаянии, что не сможет приступить к работе и сделать мой мир мрачным до конца дня. Другими словами, мой подарок настолько внушителен, что он может непреднамеренно остановить само солнце… Если остановится солнце, остановится всё в мире, и если всё в мире остановится, все живые существа замрут на последнем издыхании, так что, другими словами, мой подарок настолько колоссален, что мог бы разрушить вселенную… Если вселенная разрушена, то даже если пространство безгранично, а время бесконечно, в них не будет смысла, так что, другими словами, мой подарок настолько разрушителен, что может вмиг сделать пространство и время бесполезными… Хумбаба. Насколько грешна эта женщина… Я знаю. Я прекрасно осведомлена о своём грехе. Мне была дарована судьба, которая способна поставить под угрозу солнце и всё на свете лишь из-за моего рождения. Мне завидуют все бродячие барды в мире и каждый цветочный бутон, так что у мира нет другого выхода, кроме борьбы со мной посредством образования антиведьминского альянса. Значит, даже те молодые слуги получили миссию отвергнуть меня, словно они были так называемыми доносчиками среди доносчиков в альянсе… Но как же так? Даже не зная их положение, я… вы, больные куски мусора, бросающие гальку, было бы недостаточно даже запихать вам в задницы палки, поджечь их и сжечь все ваши внутренние органы, так что вы, ушлепки, всю свою жизнь сможете только пердеть… подумала об этом, о нет… Поплачьте там немного, я зашла слишком далеко, да?.. Простите. Мне жаль. Отныне я постараюсь понимать каждого, принимая в расчёт их положение, немного больше…… Поплачьте ещё немного, я, Хумбаба, возрожусь заново и посещу всех в новой ипостаси… Ну, а теперь достаточно? Хаа, вот дерзкие парни. — Верно. Она совсем не реагирует… — Видите? Только поёт, словно помешанная. — … Говорят, у них нет души. Поэтому они остаются в детском облике и перестают расти… Да, всё в порядке. Вперёд, бросайте в меня чем попало. Вы все. Бросайте. Если бросать — это то, что вам так нужно в жизни, ничего не поделать. Несмотря на мой облик, я щедрая девочка. Разорвите меня. Живя своей жизнью, люди испытывают периоды, когда они должны вгрызаться в шеи других людей и почувствовать вкус крови. Ничего не поделать, раз уж ваши жизни сломлены. Щедрая, я понимаю ваши желания винить что-то, что нельзя винить. Сожгите меня. Что поделать, если сжигать людей — это то, в чём вы нуждаетесь в своей жизни? Если вам нужно кого-то сжечь, так сжигайте. Жуйте тщательно. Хорошенько покушайте. Ешьте. Несмотря на мой облик, я девочка, которая так легко не умрёт. Раз всё нормально, всё нормально и ещё раз нормально. У нормальности чего-либо нет конца. У нормальности чего-либо нет границ. Поэтому быть в порядке можно бесконечно. Эй, молодые слуги. Если и существует проблема, то она в вас, ребята. В том, что ваши жизни конечны и имеют границу. Ах, разве это не будет проблемой? Вы в курсе? Эй, все вы умрёте. Вы все умрёте. Бросайте сколько угодно, но вы выбрасываете дни своей жизни. Вы говорите, что это нормально — разрывать меня, но вы разрываете лишь своё время, разрывая меня на части. Вы умрёте, вы в курсе? Вы собираетесь и дальше сжигать меня? Что ещё вы намерены сжечь? Свои же трупы? Бросить один день. Сжечь ещё один. Разорвать один день. Сжечь ещё один. День. Один. А затем. Мм. Гайя. Давайте просто раскурим гайю. … Хааааа. … Хуууу, хаааааа… Да. Что ж. Что? На что уставились, слуги? Какие-то проблемы? Я не стану выражать вам сочувствие. Я могу, но не стану. Знаете почему? Я не знаю, что вы ненавидите больше всего на свете, но как только вы получите мою жалость, то, что вы ненавидите больше всего на свете автоматически станет жалостью ведьмы. Когда уже господин вернётся? Он опаздывает. Немного. … Ах. Черт. Эй, там, слуги? Лишь то, что я не реагирую на вас не значит, что в меня надо бросать камни, ублюдки. Эй. Да послушайте же. Мне больно. Эй! А, чёрт, больно же! Ха-а. Дерзкие парни… Пока я проклинала этих ушлепков в своей голове, из шатра донёсся голос, который я не слышала уже довольно давно. — Впустите ведьму Данталиона. Э-э? Я осмотрелась, чтобы проверить, не ослышалась ли я. С тем же выражением переглядывались между собой слуги и телохранители. Никто не мог ничего ответить, и голос из палатки раздался снова. — Никого нет? Я сказал отправить сюда ведьму. — … Ммм… Я встала с земли и отряхнула свою одежду. На землю посыпалась галька. Стражи смотрели на меня кровожадными глазами. Слуги паниковали и переговаривались между собой. … Это странно. Я стала ведьмой, заключив контракт с Марбасом, но, без сомнений, он уже позабыл меня. С тех пор прошло очень много времени. Он никогда не был Владыкой Демонов, которого заботили ведьмы. Когда проходила большая эпидемия, эффективным способом было принести в жертву ведьму. Он был рациональным правителем, который использовал ведьм лишь с этой целью. Если ты выполняешь свою работу после заключения контракта, тогда он совершееееенно не беспокоится по твоему поводу. Мною также управлял не сам Марбас, а один из его чиновников. Мягко говоря, он был практичным Владыкой Демонов. Говоря жёстко, он был сконцентрирован только на задачах, которые подходили Владыке Демонов, передавая все грязные дела своим подчинённым. Нет. Что ж. В сравнении с Ёриаль, которую поймал извращенец Гласеа-Лаболас и лично пытал её две сотни лет, мне невероятно повезло. Ммм. Но зачем он зовёт меня? За сто пятьдесят лет я каждый раз отправлялась на городскую площадь, когда наставали времена эпидемий ил голода, но ни разу я не видела там Марбаса. Совсем. Ни разу. Последнее время мне очень везло, и я спала в той же палатке, что и господин Данталион, но обычно такое не происходит… В любом случае, я иду, потому что меня вызвали. После того, как отряхнула с себя всю пыль, поправила шляпу и косо схватила метлу, я поспешила в шатёр. … — Ваша покорная слуга пришла, как ей было приказано Великим Владыкой Демонов. — Добро пожаловать. Как только я вошла, господин Данталион поприветствовал меня мягкой улыбкой. — … С другой стороны, Владыка Демонов Марбас смотрел на меня, нахмурившись. Его королевское лицо было сильно омрачено чем-то. Как ошеломительно. Мне жаль, что я представила такую простолюдинку, как я, таким благородным глазам. Господин заговорил. — Хумбаба. — Да, господин. — У меня с Его Превосходительством Марбасом был серьёзный разговор. Очень серьёзный разговор. Настолько серьёзный, что будь он ещё серьёзнее, он стал бы опасен. В результате мы образовали такую дружбу, что преодолевает разницу в наших рангах. Это дружба, которую поймут только мужчины. О-хо-хо. Это с некоторой свободой можно интерпретировать как опасность. Относительно таких, как я, когда что-то может показаться или опасным, или безопасным, я всегда воспринимаю это как опасное. Сами посудите, дыра есть дыра, так? Хоть из них время от времени что-то выходит, её также набивают всякими вещами. Я не имею в виду что-то конкретно, говорю просто в общем. — Ваша покорная слуга поздравляет вас. — … Хм. Владыка Демонов Марбас вздохнул, словно был разочарован. Скорее всего, дело в его огромном теле, но даже его вздох звучит, словно дыхание бурого медведя. — Данталион, предлагаю тебе обдумать всё ещё раз — Я не поменяю своего решения. — Я ясно сказал, что уважаю тебя. Твоё служение как одного из командиров корпусов Альянса Полумесяца естественным образом заслуживает вознаграждения. Есть множество вещей, которые я могу даровать тебе в качестве награды. — Ваше Превосходительство правы. Что за? О чём они говорят? Даже если пристально всмотреться в лицо господина, можно увидеть лишь слабую улыбку. Когда господин таков, трудно прочесть, что он чувствует. — Я мог бы обеспечить тебя ресурсами. — Да. — Я мог бы пообещать тебе новые владения. — Да. — Я также мог бы обеспечить тебе надлежащие почёт и репутацию, даже если на это потребуется какое-то время. — Да. — Пожелай ты богатства, ты стал бы богатым, пожелай ты силы, ты стал бы могущественным, пожелай ты почёта, ты стал бы величественным. Ты искренне желаешь отказаться от всего этого? Ты намерен получить в награду за своё служение и жертву нечто подобное? — Этого достаточно. Господин немного ухмыльнулся. — Я верю, что в сравнении со всеми королевскими дарами, которые я мог бы надеяться получиться от Вашего Превосходительства, то, о чём я попросил вас ранее, является самым ценным. Богатства остаются богатствами вне зависимости от того, в чьих оно руках, владения остаются владениями, чьи бы ноги по ним не ходили, а в почёте или репутации я не заинтересован. Однако, Ваше Превосходительство, как ни огромен этот континент, это даровать можете только вы. — … — Если это не королевские руки Вашего Превосходительства, то все бессмысленно. Если это не королевские ноги Вашего Превосходительства, то всё это бесполезно. Ваше Превосходительство доброжелательно предлагает исполнение моего желания, но кто я такой, чтобы просить большего? — … Серьёзно. О чём они, блин, говорят? Хоть я и уверена, что не проиграю кому-либо в том, чтобы читать атмосферу между вышестоящими, я понятия не имею, о чём они сейчас говорят. Господин Данталион лишь смотрел на меня с доброй улыбкой. А Владыка Демонов Марбас. — … Смотрел прямо на меня сверху вниз. Скорее всего, впервые за всё время. Было это триста лет назад? Или четыреста? Из-за того, что по многочисленным причинам в меня бросали всякими вещами, разрывали меня на части, сжигали заживо, моя память о том времени местами поистёрлась. В то время не было ни весны, ни лета, ни осени, ни зимы. В тот сезон моя память была расколота на части и расщеплена на маленькие фрагменты. Когда бы я ни спала, лишь рык и проклятия, я могла слышать лишь тот сезон, когда, словно слуховая галлюцинация, раздавались десять тысяч криков. — Ведьма Хумбаба. — Да? А затем. После того, как он назвал моё имя, наверное, впервые за всё время, Владыка Демонов Марбас… … А?.. — Прости меня, юная ведьма. … … Что? — Хумбаба. Я не помню, каким образом обидел тебя. Я также не помню, как сделал тебя своей ведьмой. Однако, даже если бы я помнил, как я тебя обидел, я бы никоим образом об этом не сожалел. … Что. — Я делаю то, что считаю необходимым. Поэтому, если ты испытывала боль, то это было, скорее всего, потому, что и это я считал необходимым. Я один из Владык Демонов, управляющих демоническим континентом. Я не сожалею о своих решениях и действиях как повелителя. … Ладно… но? — День, когда я извинюсь перед тобой в присутствии своих вассалов и слуг, никогда не придёт. Никогда. Поэтому у меня нет выбора. Кроме как просить у тебя прощения сейчас не как лорд, а как личность. … …… — Прости меня. За что. — По отношению к тебе, ещё совсем ребёнку, это были жестокие действия. По какой причине. Почему сейчас? — Я прошу у тебя прощения. — … Несмотря на то, что вы никогда не отвечали. Когда мне было так больно. Когда с меня впервые сдирали кожу, и проливалась моя кровь, когда впервые ломались мои кости, и я кричала, когда моя здоровая плоть впервые была подожжена, и я с трудом взывала к вам, молила, молила, молила, когда мне в глотку вгрызались животные, когда чудовища куда страшнее животных топтали моё тело и мои органы, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда, тогда… Несмотря на то, что вы никогда не говорили, что вам хоть немножечко жаль. — Мне жаль. Почему. … А. А…

— Мне жаль. … Прежде, чем я это осознала. Меня обняли. И погладили по спине. — Прости меня. … Я плохо вижу впереди себя. Марбаса там уже не было. Я не могла его видеть. Лишь мой господин. Голос господина. Прикосновение господина. Потому что мои глаза не могли видеть. — … Прости меня. — Почему? По какой причине. По какой причине вы просите прощения? — Я не хочу, господин… Я никогда не смогу простить его… Я никогда не прощу его… Мне ведь было так больно… несмотря на всё это, он заставил меня испытывать такую боль, такую страшную… Я просто не смогу простить его… это нельзя простить… страдания… потому что он причинил мне такие страдания… если он знал, что поступает неправильно… если он знал… то почему, по какой причине… за что именно… Нет. Я не могу простить его. Я даже не могу принять его извинений. Кто, просто кто. То извинение. Тот грех. Та несправедливость. Как. — … Прости меня.Аах. Ааах, ааааах. Аах… Господин. — Тебе не нужно прощать его. Господин. — Не прощай его во веки веков. Господин. — Тебе не нужно никого прощать. Просто заставь всех, кто обидел тебя, пасть на колени. Прими извинения, которые ты должна получить. И… и просто продолжай жить. Мой господин.

Послесловие

Я ухожу от темы, но я верю, что глаза называются глазницами, потому что из них текут слёзы. Здравствуйте, читатели. И простите. Прямо сейчас, пока я пишу эти слова, я стою на обеих коленях. Это не оборот речи, я буквально стою на коленях. Я печатаю это, стоя на коленях. Так уж совпало, что монитор на моем столе находится на идеальной высоте, чтобы извиняться, и, если принять во внимание факт того, что половину своей жизни я провёл за компьютером, не будет преувеличением сказать, что половина моей жизни была проведена на высоте для извинений. Простите меня… Моя рукопись появилась крайне, чрезвычайно поздно. Выражая, как обычно, свою благодарность Cocorip, иллюстратору «Защиты Подземелья», я также хочу написать здесь свои извинения. Если автор постепенно отправляет части своей рукописи иллюстратору, тот может, не торопясь, нарисовать каждую сцену, но в этот раз из-за меня, думаю, было чрезвычайно тяжело работать над иллюстрациями. Простите меня. В следующий раз я буду более решительным. И вместе с извинением я также буду искренне обращаться к вам, читатели. В пятом томе иллюстрации Cocorip показали себя ещё более удовлетворительным образом. Прошу, вернитесь к началу книги и снова взгляните на иллюстрации. Там море, восхитительно окрашенное в багряный. Вдобавок, там разгуливает Хумбаба и смотрит в эту сторону. Разе это не прекрасно? Также подивитесь Лазурит, которая упала на поверхность воды, промокшая так, словно была такой с рождения. Разве это не прекрасно? Кроме того, взгляните на Лору де Фарнезе, сидящую так беззащитно и зачёсывая прядь за ухо, со взглядом, словно она не станет из кожи вон лезть, чтобы дать отпор каждому, кто подойдёт к ней в незащищённом состоянии, они её и не заинтересуют. Разве это не прекрасно? Ну, и ещё, хоть в центре и стоит парень с полотенцем на шее, пожалуйста, просто игнорируйте это дитя. Какая вообще значимость у его существования? Я не понимаю. Прежде всего, то, что он не красивая девушка снижает ценность этого незнакомца на 90%. Я говорю это предельно искренне. Спасибо Cocorip за эти прекрасные иллюстрации.

Редактор.

Я совершил смертный грех… Редактор, я думал, что, если я покину сушу и отправлюсь на остров, конечно, по политическим и дипломатическим характеристикам этот полуостров на самом деле не полуостров и от острова ничем не отличается, но как бы то ни было, если я отправлюсь на ещё меньший остров… а если точнее, я думал, что рукопись пойдёт лучше, если я напишу её на острове Чеджу. Но так как даже тогда ничего не выходило, я подумал, что, мне стоит отправиться в буддистский храм, Храм Помоса в Пусане, но хоть я и пытался писать, оставшись в храме впервые в своей жизни, хоть я и сделал все 108 поклонов впервые в своей жизни, несмотря на всё это, я всё ещё не мог писать… Я совершил смертный грех. Простите меня. Думаю, вы читатели, может быть, не знаете, какую важную позицию занимает редактор. Однако конкретно для пятого тома «Защиты подземелья» работа редактора была абсолютна необходима. Каждое направление сюжета имеет свои собственные намерения. Если редактор правит что-то, не зная, каковы мои намерения, тогда направления мгновенно теряют жизненную силу. Это относится не только к направлениям сюжета, но и к черно-белым иллюстрациям, а также к положению реплик. Если вы наслаждались, читая пятый том, то знайте, что к этой тяжёлой работе приложил свою руку и редактор. Люди часто называют своих редакторов «соавторами». Я могу без притворства сказать, что мне, как автору, повезло работать с редактором, которого я могу называть «соавтором». Я очень постараюсь написать следующую рукопись лучше. Я выражаю свою благодарность своему редактору и Youngsang Publishing Media, Inc.

Наконец, моим читателям.

Простите меня. В четвёртом томе я пообещал, что выпущу следующую рукопись как можно скорее. Я не смог сдержать своё обещание. После долгого периода времени я, наконец, еле смог приготовить одну книгу во время сезона, когда осенью наступает Чхусок. Ещё раз, я прошу прощения. В каждом томе, исключая первый, в «Защите подземелья» я пытался поднять темы, которые важны для меня. Вдобавок, я пытаюсь превратить эту тему в интересную историю. Ещё никогда прежде я столько не задумывался о том, о чём я вообще мог рассказать и как я мог облечь это в историю. Не знаю, слишком ли я торопился с окончанием рукописи из-за того, что меня подгоняла эта мысль, но я виню себя за это. В «Защите подземелья» я уверенно представляю себе сцены и пишу строчки. Моя уверенность приходит ко мне исключительно от вас, мои читатели. Спасибо тем из вас, кто отправлял мне электронным письма. Спасибо тем из вас, кто выразил мне свою признательность и отправил её. И прежде благодарности за содержание писем, я благодарен, что вы всё ещё пишете их кому-то, и за то, что этим кем-то могу быть я. Я чувствовал такой грех за то, что не мог закончить рукопись за полгода, так что накопилось много писем, на которые я не мог ответить. Я убегал, потому что мне было стыдно. И так как в этот раз я еле смог выпустить этот том, я буду читать все письма, что я отложил, и отвечать на них. И ваша поддержка не только в письмах, но и в том факте, что сейчас вы читаете эти самые строчки. Мне интересно, каким вам показался этот том. С каждым томом я бросаю себе какой-либо вызов, и я не мог бы быть более благодарным, если бы этот вызов был хорошо виден вам. Представляя, как эта книга, которую я выпустил в свет, находится в разного рода комнатах, я благодарю вас, мои читатели, ещё раз. Спасибо.21.09.2017 В комнате, где свет не задерживается надолго Йо Ионва

Страница книги Защита Подземелья в интернете

Table of Contents

Пролог

Два года назад

Дьявольские шаги по сцене (часть 1)

Дьявольские шаги по сцене (часть 2)

Дьявольские шаги по сцене (часть 3)

Дьявольские шаги по сцене (часть 4)

Дьявольские шаги по сцене (часть 5)

Дьявольские шаги по сцене (часть 6)

Дьявольские шаги по сцене (часть 7)

Дьявольские шаги по сцене (часть 8)

Дьявольские шаги по сцене (часть 9, заключительная)

Безликая болезнь (часть 1)

Безликая болезнь (часть 2)

Безликая болезнь (часть 3)

Безликая болезнь (часть 4)

Безликая болезнь (часть 5)

Безликая болезнь (часть 6)

Безликая болезнь (часть 7)

Безликая болезнь (часть 8)

Безликая болезнь (часть 9)

Безликая болезнь (часть 10)

Безликая болезнь (часть 11, заключительная)

Коварные романтические приемы (часть 1)

Коварные романтические приемы (часть 2)

Коварные романтические приемы (части 3-4)

Коварные романтические приемы (часть 5)

Коварные романтические приемы (часть 6)

Коварные романтические приемы (часть 7, заключительная)

Самый нелепый цирк (часть 1)

Самый нелепый цирк (часть 2)

Самый нелепый цирк (часть 3)

Самый нелепый цирк (часть 4)

Самый нелепый цирк (часть 5)

Самый нелепый цирк (часть 6)

Самый нелепый цирк (часть 7)

Самый нелепый цирк (часть 8)

Самый нелепый цирк (часть 9)

Самый нелепый цирк (часть 10)

Самый нелепый цирк (часть 11)

Самый нелепый цирк (часть 12, заключительная)

Интермиссия

Пролог

Довольно близкие друзья (часть 1)

Довольно близкие друзья (часть 2)

Довольно близкие друзья (часть 3)

Довольно близкие друзья (часть 4)

Довольно близкие друзья (часть 5)

Довольно близкие друзья (часть 6, заключительная)

Этика охоты на обезьян (часть 1)

Этика охоты на обезьян (часть 2)

Этика охоты на обезьян (часть 3)

Этика охоты на обезьян (часть 4)

Этика охоты на обезьян (часть 5)

Этика охоты на обезьян (часть 6)

Этика охоты на обезьян (часть 7)

Этика охоты на обезьян (часть 8)

Этика охоты на обезьян (часть 9)

Этика охоты на обезьян (часть 10, заключительная)

Бесчеловечный Гимн (часть 1)

Бесчеловечный Гимн (часть 2)

Бесчеловечный Гимн (часть 3)

Бесчеловечный Гимн (часть 4)

Бесчеловечный Гимн (часть 5)

Бесчеловечный Гимн (часть 6)

Бесчеловечный Гимн (часть 7)

Бесчеловечный Гимн (часть 8)

Бесчеловечный Гимн (часть 9)

Бесчеловечный Гимн (часть 10)

Бесчеловечный Гимн (часть 11, заключительная)

Гротескная игра в правду или желание (часть 1)

Гротескная игра в правду или желание (часть 2)

Гротескная игра в правду или желание (часть 3)

Гротескная игра в правду или желание (часть 4)

Гротескная игра в правду или желание (часть 5, заключительная)

Интермиссия

Пролог

Звуки без слов

Звуки без слов (часть 2)

Звуки без слов (часть 3)

Звуки без слов (часть 4)

Звуки без слов (часть 5)

Звуки без слов (часть 6)

Звуки без слов (часть 7)

Звуки без слов (часть 8, заключительная)

Зима (часть 1)

Зима (часть 2)

Зима (часть 3

Зима (часть 4)

Зима (часть 5)

Зима (часть 6)

Зима (часть 7)

Зима (часть 8)

Зима (часть 9)

Зима (часть 10)

Зима (часть 11)

Зима (часть 12, заключительная)

Горная цепь в огне (часть 1)

Горная цепь в огне (часть 2)

Горная цепь в огне (часть 3)

Горная цепь в огне (часть 4)

Горная цепь в огне (часть 5)

Горная цепь в огне (часть 6)

Горная цепь в огне (часть 7)

Горная цепь в огне (часть 8)

Горная цепь в огне (часть 9)

Горная цепь в огне (часть 10)

Горная цепь в огне (часть 11)

Горная цепь в огне (часть 12)

Горная цепь в огне (часть 13, заключительная)

Дым войны (часть 1)

Дым войны (часть 2)

Дым войны (часть 3)

Дым войны (часть 4)

Дым войны (часть 5)

Дым войны (часть 6)

Дым войны (часть 7)

Дым войны (часть 8, заключительная)

Беззвучные слова (часть 1)

Беззвучные слова (часть 2)

Беззвучные слова (часть 3)

Беззвучные слова (часть 4)

Беззвучные слова (часть 5)

Беззвучные слова (часть 6)

Беззвучные слова (часть 7)

Владыка Демонов (часть 1)

Владыка Демонов (часть 2)

Владыка Демонов (часть 3)

Владыка Демонов (часть 4)

Интермиссия

Пролог

Пора, которая мне не принадлежит (часть 1)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 2)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 3)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 4)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 5)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 6)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 7)

Пора, которая мне не принадлежит (часть 8)

Ты иди ко мне (часть 1)

Ты иди ко мне (часть 2)

Ты иди ко мне (часть 3)

Ты иди ко мне (часть 4)

Ты иди ко мне (часть 5)

Ты иди ко мне (часть 6)

Ты иди ко мне (часть 7)

Ты иди ко мне (часть 8)

Ты иди ко мне (часть 9)

Ты иди ко мне (часть 10)

Ты иди ко мне (часть 11)

Ты иди ко мне (часть 12)

День опадающих лепестков сакуры (часть 1)

День опадающих лепестков сакуры (часть 2)

День опадающих лепестков сакуры (часть 3)

День опадающих лепестков сакуры (часть 4)

День опадающих лепестков сакуры (часть 5)

День опадающих лепестков сакуры (часть 6)

День опадающих лепестков сакуры (часть 7)

День опадающих лепестков сакуры (часть 8)

День опадающих лепестков сакуры (часть 9)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 1)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 2)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 3)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 4)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 5)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 6)

Курьер, знающий Адрес Ада (часть 7)

Каденция

Интермиссия

Пролог

Тьма (часть 1)

Тьма (часть 2)

Тьма (часть 3)

Тьма (часть 4)

Тьма (часть 5)

Тьма (часть 6)

Тьма (часть 7)

Тьма (часть 8)

Тьма (часть 9, заключительная)

Освобождение (часть 1)

Освобождение (часть 2)

Освобождение (часть 3)

Освобождение (часть 4)

Освобождение (часть 5)

Освобождение (часть 6)

Освобождение (часть 7)

Освобождение (часть 8)

Освобождение (часть 9)

Освобождение (часть 10)

Ад (часть 1)

Ад (часть 2)

Ад (часть 3)

Ад (часть 4)

Ад (часть 5)

Ад (часть 6)

Ад (часть 7)

Ад (часть 8)

Ад (часть 9)

Ад (часть 10)

Ад (часть 11)

Надежда (часть 1)

Надежда (часть 2)

Надежда (часть 3)

Надежда (часть 4)

Надежда (часть 5)

Интерлюдия

Послесловие

О книге